Зимние грозы

Глава 1

«Гроза, прогремевшая зимой, предвещает бурю и ненастье.»

Народная примета

Молоко скисло, и кофе придется пить на работе из автомата в холле. Вообще день как-то не задался: джинсы не высохли, молоко скисло, трудовые будни, чтоб их…

Хотя работа мне отчасти нравится, но она просто до ужаса скучная. Когда после курса я попала в отдел артефактов, полная энтузиазма, то думала, что побуду в младших научных сотрудниках годик-два, а дальше повышение и меня допустят уже к чему-то более интересному, чем потоковое производство усыпляющих, парализующих и отвлекающих артефактов. Конечно же, я ошиблась, и вот идет уже третий год, а я все еще ассистент на подхвате и зачаровываю всякую скучную дребедень. А потом наши руководители жалуются, что мы после учебы деревянные. За три года однообразия можно легко забыть всё, чему тебя учили предыдущие четыре.

Вообще я не вундеркинд, просто мне скучно, и я постоянно стараюсь освоить что-то новое из перечня разрешенного, чтобы не закостенеть — мелкую ерунду даже дома использую. По головке за это вряд ли погладят, но зато опыт. . А так у меня всё как у большинства: мама — чародейка, папа — травник. Садик для таких же, как я, закрытая частная школа, где помимо обычных предметов есть дополнительные по специализации, которую выбирают достаточно рано по результатам многочисленных тестов. У меня обнаружилась склонность к зачарованиям, так что после учебы я попала в отдел артефактов. В родном городе вакансий не оказалось, и меня распределили в Североморск — холодный северный город, где зима шесть месяцев в году. После дома, где снег-то выпадал не каждую зиму, было непривычно. Прошло три года, а я так и не прижилась в нем. Корпорация выделила мне квартиру — точнее, одну из комнат в двушке, недалеко от работы. Но моя соседка оказалась целительницей, как я узнала позже, талантливой, поэтому домой приходит только переночевать, а в выходные отсыпается и не вылезает из своей комнаты. За все время, что мы живём в одной квартире, разговаривала я с ней больше двух минут, дай бог, с десяток раз. Если что-то нужно — общаемся записками на холодильнике.

Здание Корпорации, огромное, холодное, в стиле брутализма, находилось почти в центре. Идя от остановки, я частенько разглядывала проходящих мимо людей и думала, что они вообще не подозревают, что происходит в десятке метров от них. Та самая магия, которую они так хотят и так много о ней пишут. Наверное, если столкнуть обычного человека с нашим миром, он ему не понравится: бюрократия, иерархия, отделы, направленные на то, чтобы обеспечивать боевой сектор всем необходимым. По человеческим меркам я как вольнонаемный на каком-то военном объекте, наверное, — на поле боя меня не потащат, но и работаю я не совсем на гражданке.

Корпорация (когда-то давно — Гильдия) вечно воюет. Первые три этажа здания отданы под отделы, которые должны улучшить, подлечить, обеспечить всем необходимым боевых магов и отдел Теней. Я не маг. Я — чародейка. Вообще-то ведьма правильнее, но среди нас есть мужчины, и их как-то не принято называть ведьмаками. Поэтому чародеи. От магов мы отличаемся принципом работы с Силой. Маги — это генераторы. Они Силу восстанавливают сами и копят, исходя из размеров внутреннего резерва. Мы Силу черпаем из окружающего мира, особенно сильные мы в непогоду. Короче, все что с природной магией — это к нам, остальное в магам.

Что касается секретности — у Совета прикормленная целая орда блогеров, которые разоблачают все, что попадает в сеть. Попадает немного, кстати, в зоне боевых действий особо не принято снимать, а на словах… Кто поверит в парня, кидающего бетонные плиты телекинезом? Тем более, если потом где-то всплывет, якобы, утекшая информация, о новых разработках оружия? Так было, когда каким-то чудом в сеть попало видео, где танк налетел на невидимую стену. Или выброс про инфразвуковое оружие. В это проще поверить, чем в то, что за спинами оцепления работал настоящий маг. Точнее, Тень.

Тени единственные, у кого есть ментальная магия. Есть либо двойственные маги, владеющие ментальной и физической магией, либо только физики. Чистых менталистов нет. Что-то похожее на ментальную магию есть у ведьм-целительниц — развивается долго и болезненно, но они умеют управлять ощущением боли и насылать лечебный сон. А вот магов, способных лазить только в голову, без физики — нет.

Из-за того, что осталась без завтрака, на работу я пришла непривычно рано и кабинет пришлось открывать самой. Обычно он уже открыт, когда я прихожу, но сегодня все как-то не задалось.

Кабинет у нас огромный. Это и рабочее место и демонстрационная площадка. Ничего опасного мы не зачаровываем, поэтому зачем выделять изолированный зал? У дверей стоят столы и стеллажи, как в обычном кабинете, а дальше, ближе к черному ходу, пустая площадка с прорезиненным напольным покрытием и стендом в середине. На стенд устанавливается артефакт — так оценивают визуальные совпадения индивидуальных заказов с требованиями заказчика. А на прорезиненный полик не так больно падать, если демонстратор промахнется и ляжет не на маты, которые стоят тут же, прислоненные к стене. Площадка отделена от основного кабинета двумя ширмами, поэтому туда же запихнули вешалку с куртками, чтобы не мозолила глаза.

Я бросила быстрый взгляд в зеркало, поправила волосы. В блонд перекраситься, что ли? Хоть какие-то перемены.

Лифтом пользоваться, чтобы спуститься со второго этажа на первый — идиотизм, так что я пошла к лестнице. Такой же широкой и монументальной, как и все здание. Почему-то именно зимой эта монументальность начинала на меня давить. Летом проще — солнышко в огромных окнах, где-то открыты форточки и слышно птиц и шум улицы. Зимой в здании тихо, а в коридорах ещё и холодно. Кабинеты зачарованы на комфортную температуру — никакие кондиционеры не сравнятся с этим, а на коридоры зачем ресурсы тратить?

Тихо только на нашем этаже — в холле людно, через турникет проходят все — в Корпорации один главный вход. Черным пользуются только для служебных нужд и на работу через него не попасть.

У автомата я принялась искать мелочь по карманам джинсов. Постиранных вчера, ага. Мелочь осталась в тарелочке на тумбочке в прихожей.

— Какой вы пьете?

Мужской голос был настолько приятным, что мне даже подумалось, что он к кому-то другому обращается. Но молодой маг смотрел прямо на меня и ждал ответа.

— Американо и без сахара.

— Сурово, — улыбнулся он, нажимая кнопку.

— Сухое молоко тут отвратительное. Лучше вообще без него.

— Это да, — маг протянул мне стаканчик, на мгновение коснувшись пальцев.

— Из какого вы отдела? Я попозже зайду, отдам за кофе.

— Не надо, — парень снова улыбнулся, — если судьба, угостить меня кофе как-нибудь.

— Судьба? — я подняла бровь.

— Не верите в нее?

— Работая в Корпорации и не верить в судьбу?

— Бывает и такое, — он забрал из автомата свой стаканчик — на первый взгляд, кофе в нем был такой же черный и горячий, как мой, — Кстати, я Матвей.

— Лера.

— Второй этаж? Артефакты? — спросил он, отпивая из стаканчика и слегка морщась.

— Почему так решили?

— Маникюр, — он улыбнулся, — ни у травников, ни у целителей его нет, как правило.

— Логично, — я улыбнулась в ответ. Его наблюдательность мне понравилась, — да, угадали. А вы?

— А я тут в качестве консультанта.

— Боевой маг? — я спросила наобум. Собеседнику было около тридцати, если и боевой, то, должно быть, сильный, если еще жив. А еще он загорелый. В январе, ага. Про отпуск лучше не говорите — целые пряди, в без того светлых, волосах бы выгореть не успели за пару недель.

— Почти.

Почти? Ох, надеюсь, он не Тень. Хотя их обычно видно — холодные, как лягушки.

— Матвей Александрович, мы вас потеряли! — окликнула мужчину с лестницы запыхавшаяся блондинка в офисном костюме. Классический дресс-код начинался с четвертого этажа. Отдел артефактов, медики и травники ходили в чем удобно.

— Еще встретимся, — он улыбнулся мне на прощание, выкинул пустой стаканчик в стоящую около автомата урну и ушел к девушке.

Я невольно задержала взгляд на его хорошо сложенной фигуре. Боевые маги всегда тренируются физически — чем выносливее тело, тем больше шансов выжить на поле боя. Жалко, что живут они недолго — слишком опасное направление. Но этот какой-то интересный, я была бы не против его еще разок встретить у автоматов. Ради поднятия настроения, не больше. Опыт в отношениях с боевым магом у меня уже был и он мне не понравился. Провожать каждый раз навсегда оказалось слишком тяжело для меня. В двадцать три смерть кажется чем-то очень далеким и встретиться с ней вот так, лицом к лицу я была не готова. Его перевели в дочернее отделение Корпорации и под этим предлогом и мы и расстались.

День потек своим чередом — медленный, размеренный, предсказуемый. Я возилась сначала с бумажками на зачарованные вчера артефакты — нудятина потоковая, отвод глаз да десятиминутная амнезия, потом очаровывала новую партию такой же нудятины. К полудню чувствовала себя не человеком, а конвейером. Пора идти за Катькой и обедать.

Катька хорошая, но дружим мы только на работе — очень уж ее много иначе. А вне работы я так никого и не нашла — я подруг имею в виду. Да и ладно, мне с собой не скучно. Страшно иногда, но не скучно.

— Привет! — Катюха чмокнула меня в щёку, — День сегодня дурацкий!

— И не говори. Все наперекосяк с утра. Ещё и погода гадкая, скорей бы весна.

— У тебя что случилось? Я кристалл разнесла случайно.

Катька, в отличие от меня работала с боевыми артефактами. Мелкими, маломощными, но все же боевыми.

— Кристалл — оболочку?

— Угу. Кулон из него сделали, мне на зачарования отдали, а я силы не рассчитала — разнесла.

— Удержат теперь с зарплаты? — сочувственно вздохнула я.

— Не, Григорий Никитич поорал, конечно, но удерживать не стал. Запасной был.

— М-да. У нас проще все же.

— Ваши не взрываются, — Катька помахала кому-то в дальнем углу столовой, и уверенно двинулась к витрине с салатами.

— Опять худеешь? — спросила я, глядя как девушка ставит на свой поднос тарелочку капустного салата.

— У племяшки день рождения был в выходные, отрабатываю.

Я молча кивнула, в этом плане Катериной можно было восхищаться, мое питание состояло из полуфабрикатов, кулинарии и столовой — последствия налицо. Я не то чтобы толстая… но животика могло бы и не быть, да вообще мышцы в тонусе держать. Летом с этим проще — я за травками хожу, хобби такое. Ведьмы все к этому способны, а меня просто успокаивает. Можно было бы походить в зал — в Корпорации вход туда был свободным для всех, но мне коллективные занятия с коллегами не понравились. Катерина наоборот ходила туда фанатично, надеясь удачно выйти замуж. Желательно, за представителя отдела Теней.

Даже сейчас нет-нет, но по сторонам поглядывает — столовая у нас общая.

— Хватит искать жертву, — не выдержала я, взяв из стаканчика с приборами вилку.

— А где мне ее еще выглядывать? Не так у нас много мест, где можно выгодно познакомиться.

— Сдались они тебе, Тени эти, — фыркнула я.

Надо признать, что Катерина была девушкой куда более эффектной, чем я — фигуристая блондинка с пухлыми губами, поэтому я не понимала, почему охотиться она, а не на нее.

— Статус. Престижно.

Мы сели за столик у окна и продолжили вечный спор о Тенях. Катька всегда настаивала, что я к ним предвзято, а я ничего не могла поделать со своими внутренними ощущениями в их присутствии.

— Ага, повезет — мужика дома по полгода нет, потому что он на операциях, а ты не выездная на всю жизнь. А как бонус — муж ещё и в твою голову лазит, мысли читать и узнавать, что ты делала, пока его не было.

— Ну последнее не обязательно!

— Да? Была бы у тебя возможность, неужели не лазила бы? — спросила я чародейку, — А у них это в крови.

— Что ты их так не любишь?

— Не знаю. Холодные они, как неживые. Заходят когда к Игорь Санычу или на презентации, прям не по себе — как будто у них рентген в глазах и они твои самые постыдные мысли уже вытащили и посмотрели. Даже порнуху, которую ты втихаря от родителей смотрела в четырнадцать.

— Последнее им очень нужно, конечно, — Катька фыркнула. — Нет, ну а за кого тут еще замуж выходить? За травников — вечно в сене, с ранней весны по лесам-полям-горам, пока снег не ляжет. Зачарователи? Ты на наш отдел посмотри, у нас либо старые, либо женатые, либо дети после курса сразу. Целители? Фанатики, которые на работе живут. На соседку свою посмотри — ты ее за год сколько раз дома видела?

— Боевые маги? — спросила я. Насчет соседки Катька была права — целительница домой приходила ночевать и с утра снова убегала в Корпорацию.

— Эти долго не живут. Каждый раз его провожать и навсегда прощаться?

— Зато потом семья приличную пенсию получает, если дети есть. Выгодно, — о моих неудачных отношениях Катька не знала — мы сдружились после моего расставания с Артёмом. Рассказывать об этом Катьке я не стала, потому что ещё болело, а теперь было уже бессмысленно.

— Ой нет, каждые пару лет новый муж, потому что старого где-то убили? Нет, я так не хочу. Вот у Теней хоть рисков и больше, но гибнут они реже. И престижно. Плюс родить можно такого же.

— Ну, шансы мизерные. Мага-то родить они небольшие, а уж Тень.

Если родители были не из одной магической ветки, чаще всего рождался ребенок, наследующий более слабый потенциал. Обычно, более слабыми были ведьмы, но случалось, что какой-то знахарь сходился с сильной магиней и тогда рождался маг. А вот условия рождения магов-амбидекстров так сих пор и не вывели. Рождались они в разных семьях, с разным потенциалом сил, с разными родителями — никакой системы.

— Но есть же. А ты? Пока перебирать будешь, всех перспективных разберут.

— Ой, Кать.

Невольно вспомнилась утренняя встреча с симпатичным магом. И опять боевой! Хотя, он вроде говорил, что консультант, может комиссованный? Для Генерала сильно молодой. Рядовых штурмовиков на консультации не приглашают, это я знала от бывшего. Но не Тень же? Не похож. Или мне просто хочется верить, что не похож, потому что понравился.

— Чего? У нас нормальных быстро разбирают.

— Найду себе айтишника, будет меня обеспечивать, — хихикнула я.

— А пятнашка положенная после обучения? Пока ее отработаешь, состаришься и айтишник новую найдет.

— Если я зарплату буду откладывать эти пятнадцать лет, мне будет не страшно. Уволюсь, открою свой салончик, ногти буду пилить. Или таро раскладывать.

— Звучит как план. Но шутки шутками, а с людьми тяжело. Сболтнешь лишнего, потом отвечать, — Катька когда-то встречалась с человеком, ее опыту я верила. Да и действительно, как можно постоянно что-то скрывать? А в такой ситуации придется скрывать полжизни. Рассказать кто ты и что ты можно только при угрозе жизни одного из партнеров — Корпорация могла выделить ресурсы на лечение человека, если тот был супругом лояльного сотрудника. Но это особый случай, у нас у всех есть подписанные бумаги о неразглашении людям.

Но при всей лояльности, между людьми и нами браки не особо приветствовались. Полукровки рождаются либо совсем без дара, либо, либо с очень слабенькими способности — вроде развитой интуиции, гадания, с травами дружат.

До конца обеда было ещё минут пятнадцать, я задумалась спуститься ещё за стаканом кофе, чтобы как-то взбодриться — после еды снова потянуло в сон. Распрощавшись с Катькой, я направилась к лестнице, когда меня окликнул молоденький ассистент из нашего отдела

— Лера! К Санычу зайди, искал тебя.

— Зачем? — я начала перебирать в голове где могла накосячить.

— Не знаю, — парень пожал плечами, — сказал, что срочно.

Игорь Саныч мой руководитель. Точнее, руководитель моей группы в отделе мирных артефактов. И чаще всего за ними обращаются именно Тени, потому что их методы тоньше и изощреннее. Как рядовой сотрудник я с «заказчиком» пересекаюсь редко и этому очень рада.

— Поможешь мне в презентации. Алина заболела, — огорошил меня Игорь Саныч, едва я переступила порог кабинета.

— Что презентуем? — спросила я, мысленно выдохнув — не накосячила. А Алина, сидящая через стол от меня, с утра выглядела не очень.

— Вот его, — мужчина кивнул на стол посреди кабинета, — сам все покажу, от тебя бумаги оформить. Что за день сегодня!

— Это кто выдумщик такой? — я подошла поближе к столу, где на специальной подставке внутри стеклянного куба лежал кейс от дорогих наушников

— Отдел Теней, — Игорь Саныч поднял голову от бумаг, которые лежали перед ним, — усыплялка обычная.

— Звучит скучно, с такой оболочкой я думала что поинтереснее.

— А ты хотела чтобы мы боевой артефакт на арене презентовали? Не рано?

— Эти усыплялки, замораживалки и отвлекушки в печенках уже, — пожаловалась я.

— Ничего больше предложить не могу, — нахмурился Игорь Саныч, — переводись к травникам — они летом по лесам-горам, романтика!

— Ой нет. Я для себя собираю иногда, мне хватает. Лучше уж ваши отвлекушки, может открою что новое.

— Вот и не ной мне. Может правда откроешь, если лениться не будешь.

— Да не ленюсь я. Просто все одно да потому. Даже индивидуальные заказы эти — оболочка меняется, а внутренности одни и те же, что на шкатулки и папки сорок лет назад накидывали.

— Ты-то откуда про сорок лет знаешь?

— Дед рассказывал. Ну Игорь Саныч, ну вам самому не скучно?

— А я сюда, Валерия, не развлекаться хожу. Работа есть работа. В чем нуждаются, то и зачаровываем. Все, не ной. Для боевых артефактов у тебя ни опыта, ни усидчивости.

— Так откуда опыту взяться, если мы вот это только зачаровываем? — я кивнула на куб из стекла.

— Вот когда ты мне это, — мужчина повторил мой жест и кивнул на куб, — с закрытыми глазами зачаровать сможешь, тогда подпишу тебе перевод. Все, тема закрыта! Не надо мне тут мозги делать и так все наперекосяк с этим заказом! Вот прямо срочно он понадобился, когда из сотрудников почти нет никого!

Я благоразумно не стала отвечать. Игорь Саныч был хорошим дядькой, да и начальником тоже, но очень уж любил, чтобы все было по правилам, поэтому, чтобы он подписал мой перевод в сектор боевых артефактов, мне действительно придется зачаровать что-то с закрытыми глазами. Да и про день он прав — ещё двое моих коллег, остаток группы, с утра ушли на инвентаризацию склада и появится в кабинете должна были только часам к четырем вечера.

Вздохнув, я поплелась к прорезиненной площадке, порылась в небольшой тумбочке у окна и достала бланк испытаний. Едва прижала один лист металлическим зажимом, как дверь за моей спиной открылась и Игорь Саныч подошел к посетителю, по пути сетуя, что все в спешке.

Я обернулась и увидела того самого мага из холла. Ах вот почему «почти боевой». Тень. Жаль, он мне правда понравился. Маг меня тоже узнал — коротко улыбнулся уголками губ, глядя поверх головы моего начальника — Игорь Саныч оказался ощутимо ниже Тени. За это тоже обидно — люблю высоких мужчин. Но только когда они мои мысли не читают.

Пока я сокрушалась о несостоявшемся романе, Игорь Саныч снова обратился к Матвею:

— Акт подпишите, что визуально все соблюдено, второй после испытания. Сами не хотите, кстати, попробовать?

— Нет, — маг покачал головой, — лучше вы, у меня ещё дела есть сегодня, а воздействия артефактов, сами знаете, влияют на концентрацию. Акт дадите?

Я тихонько хмыкнула — Тени со своей концентрацией так носятся. После воздействия подобных штук действительно какое-то время сохраняется легкая сонливость, которую легко можно снять специальной настойкой, но это мы можем, а у Теней есть какие-то ограничения на тонизирующие и расслабляющие средства. Подозреваю, что им легально доступен только кофе из автомата.

— Внизу и копию тоже, — мой начальник протянул Матвею пластиковый планшет с закрепленными на нем листами.

Мужчина пробежал взглядом по листу и поднял глаза на меня.

— Алина? — он улыбнулся, — Утром была Лера.

— Алина заболела — провела испытания в неконтролируемой среде, активировала артефакт раньше положенного, и так с утра плохо себя чувствовала, после… инцидента к испытанию не было решено не допускать, — Игорь Саныч, не терпящий суеты и срочности изо всех сил сдерживал свое недовольство, — Валерия ее заменяет. Все срочно, не успели акты поменять. Если готовы ждать, заменим, но имя ассистента… — он пожал

— Не готов, к сожалению, Заряда, при учёте дополнительного открытия хватит?

— Да, такие вещи всегда с запасом.

— Хорошо, — маг быстро подписал оба листа, — начнем?

Мой начальник забрал планшет, бросил его на стол и подошёл к стеклянному кубу, у которого уже лежали маты. Я нажала кнопку записи на камере и поудобнее перехватила планшет с листом испытаний.

— Визуальное соответствие подтверждаете? — спросил Игорь Саныч.

— Подтверждаю, — нет, все же, жаль что Тень. Такой красивый голос, аж до мурашек.

Я поставила галочку в нужной графе. Никогда не понимала, зачем это отмечать аж на двух разных документах, но бумажки и бюрократию в Корпорации любили.

— Тогда переходим непосредственно к демонстрации, — мой руководитель открыл крышку куба и достал кейс, — после открытия у артефакта активируются чары сна на десять минут. Это я сейчас вам и продемонстрирую, Валерия, время активации зафиксируйте.

Я нажала на кнопку, «будя» таймер, закреплённый на уголке планшета. Можно ещё с видеокамеры, стоящей чуть правее меня снять время, а потом просто считать, но мне таймером больше нравится — меньше возни.

Игорь Саныч открыл крышку кейса.

Хлопок и яркая вспышка. Я не сразу поняла, что случилось и почему мой руководитель упал. Сначала даже решила, что это какой-то сбой в зачарования, на автомате сделала несколько шагов и зажала рот рукой.

Вместо лица у мужчины было обугленное месиво из которого торчали кости черепа. От рук, где был кейс, тоже ничего не осталось, только ошмётки. В воздухе отвратительно пахло палёным мясом и пластмассой.

— Чёрт! — выругался маг, делая шаг к телу на полу и бросил мне, — Посмотри, на запись что-то попало?

Одолевая накатившую тошноту и хватаясь за возможность не смотреть на то, что осталось от лица Игоря Саныча, я бросилась к камере, дрожащими руками стараясь попасть по нужным кнопкам.

— Ничего? — Матвей скорее утверждал, чем спрашивал.

— Только помехи.

— Хреново, — он сделал быстрый жест рукой в воздухе и побледнел, — очень. Идём.

— Куда?

— Отсюда. Ты же не хочешь быть соучастницей?

— Я и не буду! Я здесь ни при чем! — я старательно отводила взгляд от тела на полу и начинала впадать в панику.

— Тобой заменили другую сотрудницу в последний момент, утром нас половина Корпорации видела вместе в холле, записи с камеры стёрты, в актах нет твоего имени. Как думаешь, долго отдел дознания будет искать виноватого?

— Но я…

— Ничего не докажешь, — закончил маг, — уйти со мной сейчас самый лучший для тебя вариант.

— Могут ведь прочитать мои мысли.

— Уверена, что поверят? Слишком много совпадений и все не в твою пользу.

— И не в твою, — напомнила.

— Я и не собираюсь оставаться. Дураку ясно, что это подстава.

Будто специально в коридоре послышались шаги. В звенящей тишине кабинета каждый из них ощущался как неизбежно надвигающаяся беда.

— Идём, — настойчиво повторил Матвей, — больше шанса не будет.

Я сдёрнула куртку с вешалки, схватила сумку. Преодолевая накатившую тошноту и по-прежнему стараясь не смотреть на тело на полу, смахнула в открытую сумку несколько артефактов со своего стола.

— Хватятся.

— Не зарегистрированы. Не успела.

Я прошла за стенды, туда где была дверь, ведущая на лестницу черного хода. Задумывалось, что по ней будут доставлять опасные артефакты, но что у нас опасного? Поэтому чаще по ней ходили в курилку на первом этаже. Маг молча и почти бесшумно последовал за мной.

— Тебе ничего не нужно забрать? — спросила я, стараясь подавить в себе желание броситься вниз что есть мочи.

— Времени нет.

— А как мы через проходную? — вдруг осенило меня, — вдруг нас уже ищут?

— Ещё нет.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую.

Ну да, Тень. Они и такое могут?

— Иди спокойно. Фонишь страхом ужасно. Считай про себя и дыши в такт. Ровно, размеренно и думай только как не сбиться. Иди первая, жди меня за углом, где клумба. Давай, — Матвей исчез. В другой раз я бы подумала, куда можно так быстро деться в холле, но сейчас почему-то даже не удивилась.

Стараясь дышать ровно и считая про себя, я прошла к проходной.

— Рано ты сегодня, — вахтёр посмотрел на часы.

— Да голова разболелась, Саныч отпустил пораньше, — я изо всех сил старалась казаться невозмутимой.

— Это все погода, — покачал головой парень, — к травникам бы зашла, они может поделятся чем.

— Да нет, у меня дома есть. Давай, до завтра.

Едва переступив порог и почувствовав на лице холодный ветер, я сбилась и со счета и с дыхания. А если он обманул? Если не дождался, а я уже сбежала? Что я стану делать? Огромным усилием воли я сдержалась, чтобы не перейти на бег, спокойно завернула за угол. И чуть не заорала, потому что маг уже стоял там. Как был до этого — в свитере, без какой-то верхней одежды.

— Как… — я не понимала, как он оказался здесь раньше меня, минуя проходную.

— В Корпорации не один выход. Пойдем. Только не беги, пока не скажу.

— Что дальше? — спросила я, стараясь подстроиться под его шаг.

— Оденемся теплее и из города. Пошли. Нужно деньги снять, карту отследят.

— Из города?

— Ты же не домой собиралась, правда?

— Но…

— До безопасного места доберемся, я тебе все объясню. А сейчас слушай меня.

Наверное, я была в шоке, поэтому послушно прикусила язык. Очень надеюсь, что Матвей знает, что делает.

Моя пачка денег была совсем худенькой, рядовые сотрудники много не зарабатывают, в отличие от Теней. Зато, пока мы дошли до банкомата, до меня начало доходить осознание произошедшего.

— Как я в это влипла… — чем больше осознавала, тем больше хотелось сесть прямо в сугроб и зареветь.

— Давай истерики потом. Из поля поисков выйдем, и я обещаю придумать, как тебя отмазать от этого. Только не истери сейчас.

— Зачем я вообще тебе поверила. Надо было остаться, — голос сорвался — я была на краю истерики.

— Сидела бы ты сейчас на допросе. Если выбирать, между мной и дознанием, я — не самый плохой вариант.

— Откуда мне знать, что ты сам не из дознания?

В отделе внутренней безопасности или дознания тоже работали Тени. Двойственные маги могли проверять благонадежность сотрудников просто заглядывая в их голову. Я всегда с этого смеялась — ну какие заговоры у нас? И считала дознание просто хорошо устроившимися лентяями с синдромом вахтера.

— Я не из дознания. Можешь не верить. И да, ты все еще можешь вернуться в Корпорацию, объяснить, что перепугалась, поэтому убежала, но я тебе настоятельно не советую этого делать, если ты хочешь сохранить здоровье — душевное и физическое.

— Запугиваешь?

— Предупреждаю.

— А с тобой я его сохраню? Хоть какое-то? — я старалась не расплакаться от страха и неизвестности.

— Умышленно я тебе вреда не причиню. Идешь со мной или к дознанию?

И куда делся утренний улыбчивый маг? Передо мной сейчас стоял классический сотрудник отдела Теней — ледяные глаза, скупая мимика, каждое движение выверено и взвешено — никакой лишней суеты. И вопрос хороший — с ним — в бега? Или в дознание, где мне придется доказывать, что я никого не убивала? А у меня получится? Доказательств никаких, а вот труп начальника есть. И я, которой там было быть не должно, есть. А доказательств нет. Только маг, обещающий как-то все решить. И знаю я его чуть больше получаса.

— С тобой, — я вздохнула, поправляя ремешок сумочки на плече.

— Правильное решение. Пойдем.

День клонился к закату, зимой сумерки очень короткие из города мы выехали почти в темноте. Водитель попутки был угрюм и молчалив, ему, кажется, вообще было все равно на нашу странную парочку. Матвей тоже беседовать со мной не стремился и я сходила с ума от неизвестности. Отвлечься было не на что — выключенный телефон лежал на дне сумочки.

Артемьевск — небольшой город возле Североморска. Я там была только проездом. Сейчас он на меня впечатление произвел ничуть не лучше Североморска — такой же холодный, серый и чужой. Водитель оставил нас в центре и люди нет-нет да косились на мага, стоящего посреди зимы в одном свитере.

— Вон ТЦ, — Матвей кивнул в сторону стеклянного здания, — надо одеться потеплее и продуктов купить. Только все это быстро — нам не надо светиться. В этом районе камер особо нет, но рисковать не будем.

Я молча двинулась за ним. Гораздо больше меня сейчас занимал вопрос: дура я, что пошла с ним или мог прав и я спасла себя?

На втором этаже удачно обнаружился огромный сетевой магазин с товарами для туризма, в том числе и зимней одеждой.

— У нас минут пятнадцать, — сказал Матвей, бросив взгляд на наручные часы.

— Что брать?

— Теплое, удобное. Термобелье обязательно и рюкзак побольше, но чтобы могла его сама унести.

Ровно через пятнадцать минут мы встретились у кассы. Маг заплатил за обоих, чем поверг меня в легкий шок. По супермаркету он вообще пронесся как ураган, четко понимая, что нужно брать, не заворачивая в отделы, где ничего не нужно и не разглядывая стеллажи. Уже на кассе, помогая паковать покупки в пакет, я заметила, что Матвей набрал в основном то, что может долго храниться — крупы, консервы. Он же не в лесу отсиживаться собирается?

— Куда дальше? — это был самый часто задаваемый мной вопрос сегодня.

— Тут недалеко. Я похожий вариант событий с некоторых пор предполагал, заночевать будет где.

— Погоди, — я похолодела, — камеры наблюдения…

— В коридоре бессмысленны, в кабинете они не работали.

— Откуда ты знаешь?

Маг немного помолчал, но потом сказал:

— Я утром у безопасников был, хотел узнать в какой группе в артефактах работает чародейка с кофе. Так и узнал, что на этаже что-то бахнуло в кабинете с боевыми артефактами и половину камер вырубило. Мы почти пришли, кстати.

Я очень хотела развить эту тему, но маг одним движением руки дал мне понять, что в подъезде это делать не стоит.

Квартира была маленькой двушкой в огромном новостройке-человейнике. Неживая, серая, с минимумом мебели. С порога становилось понятно, что долго здесь люди не жили никогда — полное отсутствие уюта и набор необходимого минимума для жизни.

— А почему не на окраине где-то? — спросила я, помогая магу разобрать пакет.

— Заметно. Каждый новый человек внимание привлекает, а здесь люди своих соседей в лицо не знают. Но мы здесь ненадолго.

— Думаешь, в Корпорации быстро поймут, что все это подстроено?

— Нет, — он усмехнулся и это была первая «Человеческая» эмоция с момента нашего выхода из Корпорации, — небезопасно.

— Ты обещал объяснить, — напомнила я.

— Ты же понимаешь, что я не могу тебе все рассказать? Когда я придумаю, как тебя выгородить, ты не должна знать ничего, что может мне навредить, — огорошил меня маг.

— То есть объяснять не станешь?

— Я залез туда, куда не должен был. Подозреваю, что меня не взяли сразу, только потому что у них вышла накладка по времени, да и Алина, которую ты заменяла, вполне могла быть частью плана, этого я точно не могу сказать.

— Как ты собираешься меня выгораживать?

— До утра мне дай подумать. Как понимаешь — ты в мои планы не входила, так что сейчас придётся как-то это решать.

— Так и оставил бы меня в Корпорации.

Маг только фыркнул, всем своим видом показывая, какое это глупое предложение.

— А что? Хороший план и возни меньше.

— Нет, — отрезал Матвей, — Дай мне подумать. Чайник поставь пока, что ли.

Я бы поспорила еще, но решила взять передышку — у меня в голове тоже была каша, которую надо как-то проанализировать, да и понять, дура ли я все же? Пока я возилась с чаем, Матвей нарезал бутерброды и молча кивнул мне на стул с противоположной стороны стола. Ужинали мы тоже в тишине. Аппетита не было, поэтому я отхлебывала мелким глотками сладкий и горячий чай и пыталась не поддаться панике снова. Не может же Матвей вечно молчать, что-то же он скажет?

Куда я влипла? С кем? Как выбираться? А получится выбраться?

— Получится, — вклинился в мои размышления голос Матвея.

— Не лезь в мою голову! — вскинулась я.

— По тебе и так понятно. Лицо обреченное.

— У меня нет шпионского опыта, — огрызнулась я, — даже боевого. Я ведьма из отдела артефактов — моя работа это потоковые зачарования. Как думаешь, почему я не в восторге от всего этого?

— Понимаю. Но это лучше, чем сидеть на допросе в дознании.

— Ну не пытать же они меня стали бы!

— Помнишь, что я тебе говорил о физическом и душевном здоровье? Ты правда думаешь, что я шутил? — он поднял брови.

— Но… — я растерялась, не зная, что сказать.

— На самом деле обычно хватает пары инъекций.

— Сыворотка правды? У нас этим пользуются? — поверить в что-то такое было сложно.

— Ты, кажется, вообще не понимаешь, где работаешь, — усмехнулся маг, — это огромная секретная военная корпорация с подковерными играми мирового масштаба. Конечно, у отдела дознания есть разные методы. Или ты думаешь, что у них на допросах Женевская конвенция соблюдается и все за конфетку выкладывают?

— Я рядовая ведьма, откуда мне знать такие подробности! Да и у вас на пятом этаже никогда чужих не бывает, чтобы хоть что-то знать.

— Дознание на минус первом этаже, вообще-то.

— Да какая разница! И вообще, почему ты меня там не оставил? — я вдруг поняла, что действительно не понимаю — почему? И уставилась на мага.

Матвей вздохнул, будто набираясь терпения.

— Не люблю когда по моей вине страдают люди, которые ни при чем. То, что меня подставили — результат только моих решений и поступков, я был к этому готов, как видишь.

— Слабо тянет на мотив.

— Да? Тогда почему?

— Не знаю. Прикрываться мной собирался?

— Бросил бы после выхода из Корпорации. Слабый аргумент. Ещё?

— Я могла тебя оговорить, чтобы себя выгородить.

— Мимо. Ты сама сказала, что шпионского опыта нет, а значит складно соврать бы не смогла. Да и в голову бы тебе залезли.

— Если так легко, то зачем тогда сыворотка правды и… физическое воздействие?

— Потому что не только мы такие умные. Существуют целые системы, позволяющие замаскировать, спрятать, а то и заблокировать ненужные мысли. Тени есть во всех Корпорациях и шпионы есть у всех. Да и ситуации разные, не всегда Тень рядом. Если это полевая операция, например.

— К семье тоже придут? — задала я тот самый страшный вопрос.

— Придут.

— Дознание? Со своими варварскими методами?

— Да нет, могут и мягко. Смотря кто — у всех свои методы. Но искать тебя станут по родне и друзьям — это сто процентов.

— А тебя?

— И меня, — согласился он, отпивая чай. В его ответе было какое-то равнодушие, будто ему все равно, что будет с его близкими.

Искренне надеюсь, что раз уж он такой принципиальный, то до утра придумает хороший надёжный план, как мне вернуться домой.

Глава 2

Ночь была беспокойной. Я вертелась, задремывала и снова просыпалась, потому что едва закрывала глаза, видела кабинет и своего начальника с развороченным лицом на полу. Надо было соглашаться на предложение Матвея — маг рекомендовал выключить мое сознание, чтобы ничего не снилось.

Проснулась разбитая, вышла в гостиную, где на диване остался вчера спать Матвей, да так и остановилась на пороге. Маг не спал, он отжимался. Из одежды на нем были только джинсы. Прежде, чем смущенно отвести глаза, я не удержалась и скользнула взглядом по загорелой коже. На плече шрам, на боку под ребрами ещё один. Мог бы залечить, но, почему-то, не стал.

— Ты всегда так? — спросила я, когда он заметил меня и встал на ноги.

— Физическая форма никогда не лишняя, — Матвей взял с дивана футболку и натянул в одно движение, — пойдем позавтракаем, потом расскажу что будем дальше делать.

— Ты придумал план?

— Разумеется. Садись, — маг кивнул в сторону стола.

— Давно не спишь, да? — посмотрела я на бутерброды накрытые бумажной салфеткой.

Вместо ответа маг достал из шкафа две кружки:

— Чай с тебя. Мне без сахара.

— Планом поделишься? — я вытащила из коробочки два чайных пакетика.

Ещё вчера я бы на такое не посмотрела — на работе все пили хороший листовой чай, обязательно заваривали его в чайнике, а в не в кружке, добавляли разные травки и ягоды. Чародейки все понимают в травах, большая часть заготавливается себе те, что нравятся. У меня дома осталась банка с мелиссой. Дома…

— Легенда такая, что я тебя заставил уйти. — Матвей подвинул к себе чашку и дёрнул несколько раз за нитку пакетика, — хотел обезопасить себя и пути отхода. Подчинил — у тебя шансов отказаться не было.

— А дознанию я как эту версию выдам, если они могут мне в голову посмотреть? — я села напротив него.

— Есть вариант. В подробности не буду вдаваться. Как ты понимаешь, мне вообще не с руки тебе что-то рассказывать сейчас.

— Ну да, — я кивнула и стала размешивать сахар в кружке. Черт меня дёрнул с ним пойти. Приключений захотела, дура. Или на глаза его красивые повелась. Дура все равно.

— Для достоверности, твое тело должно знать, что такое подчинение.

— Не-не-не, я на это не согласна! Ты меня подчинишь, а дальше? Я тебе не доверяю.

— Ты же понимаешь, что если бы мне было что-то нужно, я бы твоего согласия не спрашивал? — он внимательно посмотрел на меня.

Угу, вот про это тоже не надо забывать. Может, маг, конечно, приукрашивает, но проверять, так ли это, не хочется.

— И? В голову лезть не дам, — продолжила я отстаивать право на свое сознание.

— Подумай хорошо до вечера. Других вариантов у меня нет.

— Я могу рассказать все, как было. Если будут смотреть или воспоминания…

— Я бы не поверил.

— То есть в то, что ты меня в заложники взял — поверил бы?

— Правдоподобнее. Ты боишься, потому что не понимаешь, что я хочу сделать, так? Точнее, как я хочу это сделать?

— Я тебе не доверяю, — повторила я, — мы знакомы чуть больше суток, я не знаю твоих целей и планов, почему я должна стать безвольной куклой? И точно ли этого хватит, чтобы меня не пустили на опыты дома?

Про опыты я пошутила, пусть и неудачно, но лицо Матвея едва заметно изменилось.

— Ты знаешь?

— О чем? — настала моя очередь удивляться.

Он помолчал, решая, стоит ли объяснять, но, видимо, я желания делиться информацией не вызывала, поэтому маг сказал:

— Забудь. Насчёт доверия ты права, но, повторюсь, если бы я хотел, я бы заставил без согласия. Мое желание вывести тебя из здания Корпорации было искренним.

— Все равно не понимаю, почему ты меня не оставил. Что дальше? Я имею в виду — сегодня?

— Мне надо в Береговое, это сорок километров отсюда. Если вечером решишь согласиться, то завтра я оставлю тебя возле Медногорска, там филиал Корпорации, сможешь прийти туда, якобы за помощью.

— Звучит логично.

Матвей кивнул, как мне показалось, больше своим мыслям, и мы снова замолчали.

Я пила чай и обдумывала его предложение. На первый взгляд — неплохая перспектива, но вот если задуматься… Смогу я действительно обмануть дознание? Его план рассчитан на человека с подготовкой, хоть какой-то, а я просто ведьмочка с офисной работой. Меня расколят, едва из Североморска приедет опытный дознаватель. А он приедет, потому что убийство одного из руководителей групп — не шутка, а я в нем замешана. И подчинение… Все, что я знаю о Матвее, что он Тень и что его подставили — в это я верила, артефакт взорвался на моих глазах и маг его не касался, но вот почему его подставили? Все ли так, как он говорит? Нет, пускать в свое сознание его добровольно я не хочу. Но если не Корпорация, то что? Остаться с магом, который замешан в чем-то мутном и о котором я не знаю почти ничего? Ну, если выбирать между ним и допросами, то маг все равно приятнее, несмотря на риск стать марионеткой в его руках. Другой вопрос — а ему надо это? Он диверсант, Тень, привыкшая скрываться и вести свои игры, а я обуза, как бы жестко ни звучало.

Я постаралась вспомнить хоть что-то про бега и шпионские игры. Тщетно, потому что это никогда не было моим любимым жанром. Я даже фильмы про Бонда не смотрела. М-да. Отличный напарник из меня просто мечта. Ну и что мне делать? Нет, глупости это все. Надо соглашаться на возвращение, потому что на опыты меня действительно не пустят, посмотрят в мою голову, увидят, что я просто жертва обстоятельств, и все. В конце концов, это не какие-то враги, это моя родная Корпорация, на которую работало не одно поколение в моем роду. Да, надо добраться до Медногорска и идти. Матвея я пока радовать этими новостями не собиралась — уже понятно, что начнет отговаривать. Скорее всего, он не демонизирует дознание, просто у них там, в отделе Теней, все иначе и строится на недоверии, а я обычная рядовая ведьмочка, никто не станет считать меня каким-то серьезным подельником. У меня даже доступов никаких, какой смысл со мной сговариваться?

Червячок сомнения все равно грыз, но я его успешно заткнула тем, что это маг так меня накрутил.

Чай мы допивали в тишине. Чтобы как-то отвлечься, я решила перемыть посуду, а маг достал толстый кожаный блокнот и уткнулся в него, изредка делая какие-то пометки карандашом. Почему не ручкой, кстати?

Телефон Матвей мне запретил включать, поэтому я достала из сумки плеер и надела наушники. В Корпорации есть места, где сигнал телефона теряется — где-то глушилки, где-то стены обшиты металлом, где-то магические поля. Мобильный я очень часто даже не доставала из сумочки — в здании есть проводной телефон, которому все равно на наши излучения. А чтобы отвлекаться и не слушать чужую болтовню, купила плеер и проводные наушники — блютуз тоже часто умирал от магических всплесков. Плеер был смешной — похожий на старые кассетные, но гораздо меньше и с сенсорным экраном. Этот дизайн мне ужасно нравился, поэтому я даже не стала думать, когда выбирала. Есть у меня какая-то ностальгия по времени, в котором я не успела пожить — когда сама смогла выбирать что слушать, у родителей уже был CD-проигрыватель, а эра кассет прошла.

Отвлечься не вышло — сквозь наушники постоянно чудились какие-то тревожные звуки. Промучившись минут сорок, я встала с дивана и отправилась на кухню.

— Может, хоть на отвлеченные темы поговорим? — спросила я, присаживаясь за стол, напротив мага.

Матвей поднял голову.

— Ну про твои дела нельзя, — объяснила я, — про Корпорацию тоже, будем молчать сутки?

— Музыку слушай, — он снова опустил голову в свой блокнот. Наверняка зачарованный от чужих глаз, но я старалась сделать все, чтобы даже случайно в него не заглянуть. Меньше знаю, крепче сплю.

— Не могу.

— Почему?

— Наушники надеваю и кажется, что в дверь ломятся.

— Надень один.

Я вздохнула.

— Хорошо, — Матвей закрыл блокнот, — чего ты хочешь?

— Да ничего. Просто мне очень сильно не по себе.

— И я должен тебя успокоить? Хорошо, давай, — он протянул руку, чтобы коснуться моего виска. Я точно не знала, как Тени влияют на сознание, но подозревала, что как раз физический контакт для этого и нужен.

— Эй, нет! — я отпрянула, — так не договаривались.

— Других способов нет, извини.

Подавив новый вздох я снова замолчала. Матвей прав — успокаивать меня он не должен.

От безысходности последовала совету мага и надела наушник. Один. Прощелкала плейлист и выбрала. Я не всегда могла точно сказать, исполнитель маг или человек, но точно знала, что маги среди них есть. Особенно среди фолка.

Запрет на творчество практически забылся с популярностью фэнтези в человеческом мире. Ни у кого не вызывало вопросов, если какая-то песня из нашего мира становилась популярна у людей — мало ли бардов, выдумщиков, ролевиков?

— Собирайся, надо выходить, — вывел меня из задумчивости голос Матвея.

На улице было пасмурно и тепло. Верный признак близкого снега. Хотя, скорее метели — небо низкое и темное.

Попутка довезла нас до поворота, ведущего к Береговому.

— Вдоль дороги пойдем дальше? — спросила я и поежилась — ветер был порывистый, по ощущениям скоро начнется метель.

— Через лес. Нас могли и в человеческой полиции в розыск объявить, лишний раз не будем появляться.

— Час от часу не легче, — вздохнула я, но шагнула за магом на едва заметную тропинку, — кто тут ходит вообще?

— Местные — до поворота проще доехать, чем в деревню автобус ждать. А через лес тут пара километров пешком.

— Не скажешь, что нам там нужно?

— Мне, — он выделил это слово, лишний раз дав мне понять, что я здесь человек случайный, — надо встретиться с одним человеком. Больше тебе не надо знать.

— Когда твои тайны кончатся? — проворчала я, стараясь наступать на утоптанную тропинку и не проваливаться в сугробы.

— Когда тебя назад верну, — беззлобно отозвался маг.

Его поведение вообще было довольно странным — то он меня спасает, то всем видом показывает, что мы не вместе, и мечтает от меня избавиться. Надо соглашаться на его предложение и возвращаться в свой привычный мир — хватит приключений. В конце концов, у меня вообще нет доказательств, что он мне правду сказал о допросах. Точно так же дознаватель может посмотреть мои воспоминания и определить, что я не при чем.

Я так увлеклась своими мыслями и перспективой оказаться дома, что оступилась. Матвей подставил свой локоть, прежде, чем я провалилась в снег.

— Ты точно мои мысли читаешь, — проворчала я, снова твердо встав на тропинку обеими ногами.

— Движения. У меня реакция чуть быстрее твоей.

Я фыркнула, но промолчала. Помог же, хотя и не обязан.

— Стой, — вдруг негромко приказал Матвей, прислушиваясь.

Я послушно замерла, но, как ни старалась, не смогла понять, что так насторожило мага. Но тот постоял еще немного, потом взял меня за локоть и отвел в сторону от тропинки, к бурелому.

— Тут побудь, только не высовывайся, — кивнул он в сторону поваленного дерева и растворился в снегопаде. Действительно — Тень.

Чем больше я ждала, тем больше начинала нервничать. Минута, две, десять. У меня стали замерзать ноги и в голове назойливо бился вопрос: чего я жду? Матвея? Где гарантия, что он вообще вернется?

Слева от меня скрипнул снег, машинально повернув голову, я разглядела мужской силуэт. Не Матвей — куртка другого цвета. Зато когда он подошел ближе, стал виден шеврон Корпорации.

Я медлила. С одной стороны, есть все же вероятность, что Матвей был прав, насчёт дознания, а с другой… Незнакомый маг здесь один, без силовиков, не выглядит опасным. Да и это мой привычный мир, неужели я не смогу объяснить, как всё было?

И я вышла из своего укрытия. Маг увидел меня сразу, среагировав на движение. С виду он был дружелюбным, даже улыбнулся мне, спросив:

— Лера? Ты здесь одна?

— Да, — кивнула я, почти не соврав. Куда делся Матвей я не знала.

— Жаль, — маг поймал мой взгляд и голову пронзило адской болью

Я упала на колени, сжав виски, в которые вкручивался раскалённый штырь.

— Не надо врать, — голос был почти ласковым, но следующее слово прозвучало как приказ: — идем.

— Я ничего не сделала, — прохрипела я, с ужасом понимая, что тело пытается подняться, несмотря на боль, от которой из глаз текли слезы. Подняться само, против моей воли!

— Дознаватели решат. Встань! — голос перестал быть ласковым, маг понял, что сопротивляться я не могу и решил, что дружелюбие больше ни к чему.

Слезы так и текли, в глазах темнело от боли, но тело пыталось подняться. Разум метался, стараясь найти выход из ситуации, получить свое тело назад, но я не понимала, как.

— Нашел? — спросил второй голос и я услышала хруст снега.

— Сама вышла.

— Он ее бросил, что ли? — спросил подошедший.

Я как раз выпрямилась и смогла разглядеть второго мага.

Парня я знала — он был в одной группе с моим бывшим. Мы даже ходили несколько раз все вместе в бар. Никита — душа компании, веселый парень. Хихикал со мной, встречаясь в коридорах Корпорации. А сейчас смотрит, как на что-то неодушевленное.

— Она говорить может? — спросил Никита мага, который меня подчинил.

— Прикажу — ответит.

— Матвей где? — обратился Никита ко мне.

— Я не знаю, — губы слушались плохо.

— Врать может? — Никита снова посмотрел на мага.

— Не должна. Но шут его знает… Этот сильный, зараза, мог ей в голову что-то вложить.

— А смысл? Ладно, на базе разберутся. Прикажи, пусть топает.

Это привычное «на базе», используемое у боевых, резануло слух.

— Ты ее возьми хоть под руку, я ориентир должен для приказа задать, а тут одни деревья.

— Всё у вас сложно, — буднично проворчал Никита, подошёл ко мне, взял за ворот куртки — как котенка за шкирку. Он, как большинство боевых магов, был высоким, а я маленькой полторашкой, поэтому сложности в этом не возникло.

— Иди с Никитой, — голос второго мага менялся на приказах и вонзался мне в виски раскаленным прутом.

По лицу снова потекли слезы и несколько шагов я сделала почти вслепую. Конечно оступилась, увязла в снегу, чем вызвала недовольство мага, державшего меня и новый рывок. Будто я мешок с мусором.

В голове отчаянно билась мысль, что если я сейчас ничего не смогу придумать, то потом из здания Корпорации я точно не выберусь. И если есть хоть какой-то шанс на побег, то надо его использовать. Вряд ли в дознании, куда меня притащат, обращаться будут ласковее. Но шанса не было. Матвей меня бросил, скорее всего знал, что будет искать и кинул меня, как косточку, чтобы отвлечь. Если бы слезы по моему лицу уже не катились, я бы расплакалась от отчаяния и беспомощности. Зато теперь ясно, зачем Матвей меня увел с собой — видимо, знал, что пригодится.

Ещё несколько неуверенных шагов в снегу. Второй маг шел следом, и я чувствовала, как он давит на мое сознание.

Ещё шаг. Никита вдруг резко вздохнул, хватка на моем вороте ослабла и, больше ничем не поддерживаемая, я рухнула в сугроб. Рядом на колени осел Никита, немного задержался в этом положении, а потом завалился на бок. Маг, идущий позади, сделал ко мне шаг — я это поняла по скрежету снега, но даже коснуться не успел.

— От девушки отошёл.

Виски отпустило и я снова ощутила, что могу управлять своим телом. Несколько раз моргнула, стараясь избавиться от слез и подняла голову. У опушки стоял Матвей. Вернулся за мной? Почему?

— Я тут не один, — предупредил подчинявшийся меня маг.

— Знаю, — голос Матвея был спокойный и холодный, — девушку отпусти и никто больше не пострадает.

— Может, тебе ещё и уйти дать?

— Может, — Матвей наконец пошевелился и сделал несколько шагов ко мне.

Или к магу? Я так и осталась стоять на коленях в снегу, приходя в себя, и оказалась между двух Теней. Шевелиться было страшно — вдруг прихлопнут меня, чтобы не мешала.

Я осторожно пошевелилась, проверяя, будут ли последствия. Маги не шелохнулись и я отползла в сторону — все ещё мутило и на ноги вставать было рискованно.

Едва я оказалась вне радиуса поражения — Матвей ударил. Я это поняла только по резкому движению мага слева — тот пытался то ли уклониться, то ли защититься.

Я первый раз видела противостояние Теней. Они не били чистой силой — ментальные атаки я видеть не могла, но зато понимала, когда они проходят успешно — вражеский маг уже дважды болезненно морщился, пропуская удар Матвея.

Надо встать и помочь. Желудок перестал судорожно скручиваться, но едва я поднялась, в глазах потемнело.

По сдавленному шипению я поняла, что кто-то из магов пропустил очередной удар. Надеюсь, не Матвей. Тыльной стороной ладони я смахнула налипший на ресницы снег, который летел прямо в лицо и увидела, как подчинявшийся меня маг, сжимает пальцы для атаки. Я набрала в грудь воздуха, чтобы закричать, предупредить Матвея, но не понадобилось -мой маг атаковал, выдохнув слова Силы. Из курса общей магии я знала, что такие атаки требуют большого мастерства — слова на древнем, уже мертвом, языке несли в себе очень большое количество энергии, с которой нужно было уметь обращаться. Иначе последствия могли быть ужасными. Противник несколько мгновений еще постоял и рухнул в сугроб, вниз лицом.

— Он… — я боялась договорить.

— Надеюсь, — Матвей присел, переворачивая мага на спину. Меня снова тошнило при виде открытых стеклянных глаз.

— Отвернись, — бросил мне маг и начал обшаривать карманы мертвого парня.

Спорить я не стала. Снег так и сыпал, падая на мои мокрые ресницы.

— Слышишь? — вдруг спросил Матвей.

Я прислушалась. Со стороны дороги, от которой мы не успели уйти далеко, слышался шум мотора.

— Вряд ли это туристы, — маг поднялся, и стал забрасывать тело снегом.

— Найдут же.

— Но не сразу. Помоги лучше.

Когда черные куртки обоих магов скрылись под снегом, я вопросительно посмотрела на Матвея.

— Бежать сможешь? — спросил он.

— Постараюсь.

— Тогда побежали.

Я вязла в глубоком снегу, задыхалась, но маг упрямо тащил меня за руку дальше. Тащил, хотя мог бросить, ничем не рискуя. Почему?

Матвей толкнул меня за большой ствол дерева, и прижал к нему, не давая высунуться. Замер на минуту, и поморщился, как от головной боли.

— Что?

— Глупо было надеяться, что у них нет ментальной защиты.

— Глупо, — согласилась я, — их много?

— Четверо. Машину слышал только одну, да и не чувствую больше. Эти двое отдельно были.

— А защита? — не поняла я.

— Я в мозги им не могу залезть, а посчитать могу.

Могла сама догадаться, — маскирующие артефакты сложны в изготовлении, обычная поисковая группа их вряд ли будет носить.

— А они нас? — запоздало спохватилась я.

— Я щит держу, но он не вечный. Минут десять-пятнадцать. Отдохнула? Побежали.

Надо было решаться. Шансы были, но это билет в один конец. Потом никто в мои сказки о заложниках не поверит.

Снег стал гуще, видимость упала до десятка метров. Если для мага это минус, то для меня плюс. Ветра бы ещё. Как по заказу первый порыв бросил мне в лицо пригоршню снега. У меня все больше шансов. Хотя какие шансы у офисной ведьмы, против четырех боевых магов?

— Стой! — Матвей попытался схватить меня за руку, когда я сделала шаг, чтобы его обойти.

— Я помогу, только постарайся, чтобы меня раньше не убили, — попыталась я пошутить.

— Лера… — он впервые назвал меня по имени.

Я шоркнула замерзшей ладонью по стволу дерева — кожу содрало, этого должно хватить. Никто не говорит, что знаки должны быть метровые.

Разве не этого я хотела? Не мечтала попасть в отдел боевых артефактов, на их испытания, оказаться где-то, где опасно, но интересно?

Я быстро чертила нужные символы кровью смешанной с талым снегом. Нужно было больше тренироваться! Я и половину пригодившихся бы заговоров не помню наизусть! И почему так много физического, почему!

Ведьма чувствуют свою силу в груди, за ребрами. Сейчас у меня там по ощущениям огромный теплый шар. Я вытянула из окружения сколько могла, и теперь нужно не ошибиться, потому что второго шанса не будет. Если я вообще после этого в сознании останусь. Хотелось бы, потому что гарантии, что Матвей меня вытащит, нет.

Я шагнула вперед одновременно разводя руки — задавая потоку силы путь. Это было больно. Максимум последний раз мне пригодился на экзамене при распределении. То, что я сейчас чувствовала было непривычно и неприятно. Но я с удовольствием ощутила, как края круга, созданного обрядом сомкнулись.

— Тихо, — маг успел меня подхватить, когда ноги подкосились и я стала оседать на снег, — что ты сделала?

— Чужой порог… вкруговую, — одними губами прошептала я.

— Идти можешь?

— Да.

Идти было тяжело, магу снова пришлось меня почти тащить за собой, но я шла и не ныла. Своим героизмом я выиграла нам от десяти минут, до получаса — в зависимости от того, насколько быстро оперативная группа поймет, что на них наслали и сможет пробить. Казалось бы, простое заклинание, не дающее перешагнуть невидимую черту, предлагающуюся для разминки на первых порах изучения владения Силой, а сейчас, возможно, спасла мне жизнь. Точнее, обоим.

Нам очень сильно повезло — едва выйдя к дороге удалось поймать попутку. Старенькие, пропахшие бензином «Жигули» с молчаливым водителем, которому было все равно, как мы выглядим. Матвей ещё сносно, а вот я — заплаканная, мокрая, с выбившимися из-под шапки волосами, тоже мокрыми, местами заледеневшими сосульками. Кое-как я смогла убрать их обратно под шапку, поглядывая в зеркало заднего вида, куда попадала часть моего отражения.

Когда перестала возиться и откинулась на сидение, наконец начав дышать чуть ровнее, Матвей наклонился ко мне и едва слышно, чтобы не слышал водитель, спросил:

— Насколько же ты его растянула?

— Не знаю, — голова кружилась. Чужой порог был не самым сложным заговором, но вот длина, на которую я его положила! Сколько, интересно? На сколько сил хватило, это понятно, а конкретнее? Километр? Надо будет повторить и замерить.

— Почему мне не дала ничего сделать?

— Потому что у меня нет мелких и оперативных заговоров типа Стрел, — я покосилась на мужчину за рулём, но ему до наших перешептываний дела не было, — которыми ты бы мог отбиться, если бы порог не сработал. А артефакты на мне одноразовые и берегу я их для безвыходных ситуаций.

— Умно.

— Есть планы, где заночевать?

Матвей кивнул. Я замолчала, снова откинувшись на сиденье. Закрыла глаза, стараясь восстановить хоть чуть-чуть силы. С нулевым резервом я не умру, но это очень неприятная пустота в груди. С момента пробуждения силы — это обычно лет в шесть, привыкаешь к теплому шарику в груди.

До города мы добрались уже в сумерках. Пришлось немного пройтись, петляя по дворам, чему я была даже рада — холодный воздух трезвил и прогонял тошноту, которая снова на меня накатила в пахнущем бензином салоне попутки.

Водитель высадил нас за несколько кварталов от нужного адреса. После всего, что случилось чуть больше получаса назад, обычная городская улица с редкими прохожими ощущалась словно другая реальность.

— Тут недалеко, — Матвей заметил, с каким трудом я вышла из машины.

— Все нормально.

— Ты бледная.

— Это резерв. Я все выложила.

— Я понял, — маг поудобнее перехватил мой рюкзак, который я чудом не потеряла во всем этом, — дойдем, обсудим.

Я послушно замолчала и пошла рядом. Вопросов у меня было много, но вот сил их задать — нет.

— Сколько их у тебя? — спросила я, заходя в подъезд новостройки.

— Ещё на две ночевки, дальше нужно будет придумывать.

В лифте я привалилась к стене — героизм кончился, захотелось лечь и не шевелиться.

— Почти пришли, — мне даже показалось, что в голосе мага слышно сочувствие.

Квартира была такая же безликая, как и предыдущая, разве что комната одна. О том, как мы будем спать, я подумаю позже.

— Умоюсь, — я стянула мокрые ботинки и поморщилась, наступив на холодный пол такими же мокрыми носками, — нехорошо.

— Могу помочь? — маг, казалось, действительно обеспокоен.

— Чай крепкий сладкий, если есть.

— Если что — зови, — Матвей ушел на кухню, а я умываться.

Придирчиво осмотрела себя в зеркало небольшой ванной — все признаки опустошения, как по учебнику: синяки под глазами, сами глаза будто впали и потухли, губы белые и на щеках ни следа румянца, хотя, я только с мороза зашла. Кошмар. Несколько пригоршней холодной воды румяней меня не сделали, но чувство реальности понемногу стало возвращаться. Голова перестала кружиться и смогла нагнуться, чтобы стянуть мокрые носки. От мысли, что сейчас нужно будет лезть в мокрый и холодный рюкзак, в надежде, что там есть сухие, хотелось плакать.

— Почему? — спросил Матвей, когда я вошла в кухню.

— Ты умеешь в головы лазить — почитай, — тело ломило и от этого моя раздражительность только выросла.

— Тебе туда сегодня очень грубо и непрофессионально залезли. Не хочу в этой каше копаться.

— Это не каша, а моя голова, можно хоть немного уважения, — я храбрилась, но трясущихся рук и нервных усмешек скрыть от мага не могла.

— В комнате на батарее сухое, — маг отвернулся к столешнице, наливая кипяток в кружки, — переоденься. И свое повесь, а то не высохнет.

— Спасибо, — растерянно поблагодарила я

На батарее нашлись теплые носки и широкая длинная футболка. И то и другое было не моим. Рюкзак стоял тут же нетронутым, зато под батареей обнаружились расшнурованные ботинки, которые маг поставил сушиться. В рюкзаке действительно все промерзло, хотя и не намокло, но натянуть сейчас ледяную футболку я бы просто не смогла. Подумав, я вытащила из рюкзака вещи — быстрее согреются. Потом наплевала на гордость и раздевшись, надела футболку оставленную Матвеем. Такой полторашке как я, она была мини платьем, до середины бедер. Из-под стола не видно, а дефилировать я в ней не собираюсь. Да и вообще, стыдно, кому видно. Носки тоже были огромными — пятка оказалась где-то на щиколотке, но зато они шерстяные и теплые.

Закончив переодеваться, я вернулась к Матвею, быстро скользнула за стол и выжидательно посмотрела на мага.

— Повторюсь, — не стал он юлить, — почему?

— Не хотела снова кашу в голове, — честно сказала я, — подчинение это больно, оказывается.

— Не всегда. Просто тебе хотели сделать больно.

— Это… просто для развлечения?

— Да. Некоторым нравится.

— А тебе? — я поймала его взгляд.

— Нет. И я куда более аккуратен.

— Можно теперь мне спросить?

Матвей вопросительно посмотрел на меня.

— Почему?

— Что именно?

— Ты мог меня оставить ничем не рискуя. Дважды. Я не знаю о тебе почти ничего, не сдала бы.

Маг помолчал. Может взвешивал, что можно мне рассказать или во что я лучше поверю.

— У меня есть причины так не поступать, — сказал он наконец.

— Какие?

— Это не важно.

— Ты правда так считаешь?

— Да. И прятаться за спину женщины… — он поморщился.

— Какие высокие принципы. На откровенность они не распространяются?

— Если я тебе расскажу, ты станешь моим подельником.

— Я уже. Если ты не забыл, то час назад я практически расписалась в том, что с тобой заодно по собственной воле. Да, ты скажешь, что Порог все ещё можно списать на то, что ты меня подчинил и напугал, а я скажу, что природная магия лжи не терпит.

— Ну да… — неохотно согласился маг, — у вас нужна искренность, а у нас концентрация. Считаешь, что подготовлена, чтобы со мной бегать и скрываться?

— Нет. Но тут у меня есть шанс выбраться, в отличие от допросов в Дознании, если они проходят так же, как-то, что случилось в лесу. Ну и я могу быть тебе полезна, ты сам видел.

— Видел. Красиво. Все таки в погодной магии плюсы есть. И ты сильная чародейка, что ты потеряла в зачарованиях? Тем более — потоковых.

— Я просила перевод в боевые зачарования — не дали, нет свободных мест. Ты теперь расскажешь мне, во что мы влипли?

— Мы? — он поднял брови.

— Все ещё хочешь вернуть меня в Корпорацию?

— А получится? — поднял он бровь, — Ты же час назад во всем прилюдно созналась.

Я предпочла промолчать, спрятавшись за кружкой с чаем. Дразнится, значит?

Следующий вопрос был неуместный, даже сложный для меня — я всё-таки его знала.

— Как ты Никиту… убил? Он даже ничего сделать не успел.

— Кого? — не понял Матвей, — А, этого… Стрела в грудь, ровно в сердце. Быстро, эффективно.

— А кровь?..

— Если ровно в сердце крови немного. Да и ты его не переворачивала, иначе бы и порванную куртку увидела и кровь.

Он рассказывал об этом спокойно и буднично, будто объяснял, как разделывать курицу, а не как он убил мага чуть больше часа назад.

— А второй? — я слышала это страшное слово на выдохе, но мне была интересна именно реакция Матвея. Объяснит или начнет юлить?

Маг меня не разочаровал:

— Слово Силы. Знаешь, что это?

— Да. В общем курсе есть, это древний мертвый язык.

— Не совсем мертвый, на высоких уровнях секретности на нем до сих пор есть документы. Не суть.

— Но это же очень… — я подбирала подходящее слово.

— Опасно, имеешь в виду? Ну да. Сила — это обоюдоострое лезвие, которое ты держишь голыми руками. Если правильно держишь и аккуратно используешь, она тебя не ранит. Но чем большее воздействие тем больший риск.

— Но ты ими пользуешься.

— Меня не спрашивали, хочу ли я их учить. — отрезал маг и я поняла, что развивать тему он не собирается, — Я диверсант. Моя работа сводится к разрушению изнутри. Артефакты, ментальная магия, гораздо реже боевая и Слова Силы.

Разрушению… Дура. Забыла, что он Тень, очаровалась красивыми глазами и готовностью защитить. А он — убийца. Элитный, подготовленный, очень ценный убийца. Только я почему-то ещё жива, хотя ему проще было от меня избавится.

— Давай, спроси, сколько крови на моих руках или что-то такое же.

— Хватит в мою голову лазить, — возмутилась я.

— У тебя на лице все написано, нет необходимости. Так вот — крови много. Уверена, что хочешь составить мне компанию в этом увлекательном путешествии?

— Между дознанием и тобой, я выбираю тебя.

— Сомнительно, но если уж ты настаиваешь, — он усмехнулся.

— Теперь я должна уговорить тебя взять меня с собой? А как же твои принципы? — это был удар вслепую, про его принципы я не знала ровным счётом ничего.

— Не должна. Но напомнить, что это большой риск, должен.

Повисла тишина. Маг пил чай и, видимо, давал мне переварить информацию.

— Ещё вопрос можно? — решилась я.

— Задавай, — Матвей кивнул.

— Как ты собирался мои воспоминания изменить?

— Осознанный сон. Для меня осознанный — я бы просто показал тебе, как все должно было быть, если бы я использовал тебя как прикрытие. А через физическое подчинение вложил бы в твое тело нужный опыт и усилил реакции на себя — то есть страх, учащенное дыхание, сердцебиение. Должно было хватить.

— Даже звучит ужасно. И меня бы не раскололи?

Матвей вздохнул.

— Импрессией не все владеют. Сны очень сложные для работы, врождённый талант работы с ними достаточно редкий.

— Но ты умеешь?

— Да, и это моя маленькая тайна, — он внезапно улыбнулся.

— Чего-о-о?

— Я умею подменять воспоминания с помощью снов.

— Нет, я знаю, что такое импрессия, в общем курсе о ней есть, почему это тайна? Как ты вообще смог что-то от совета скрыть?

— После инициации способности к импрессии часто теряются. Мои не потерялись, но и сильнее не стали, поэтому я не счел нужным об этом говорить, решил, что если будет рост, тогда скажу, так выпендриваться ни к чему. А потом, когда поработал и посмотрел на все изнутри…

— Ты ее развил, да?

— Да. Решил, что должен быть какой-то туз в рукаве. Да и быть сонным магом… Опасно, энергозатратно, долгое восстановление после каждого захода, вечные подозрения. Я бы остался в Корпорации в бесконечном подготавливании агентов. Как ты в своих артефактах.

— Спасибо за сравнение.

— Не за что. Тебе лучше?

— Немного.

— Выглядишь живее. Я плохо умею лечить, но если могу помочь, скажи.

— Хоть что-то ты не умеешь, — я слабо улыбнулась.

Между нами потеплело, если сравнивать с сегодняшним утром. Своим заклинанием я взяла себе билет в один конец, а он, видимо, судит по поступкам. К чему приведут мои я думать боюсь, но это все лучше, чем пытаться переиграть опытных теней-дознавателей.

Была ещё одна мысль. Совершенно дурацкая и неуместная. Но… Все, что происходило сейчас мне даже… Нет, не нравилось, это не может приносить удовольствие. Просто разбивало ту ненавистную рутину, из которой я и не мечтала выбраться. За последние сутки в моей жизни случилось больше, чем за предыдущие три года.

— Нас будут искать, теперь они знают район.

— Будут, но мне нужно кое что здесь сделать.

— Я не узнаю зачем, да?

— Не сейчас. Ты не умеешь защищаться, если тебя поймают, мне не нужно, чтобы информация о моих делах попала в руки Корпорации.

— Разумно, — не согласится было сложно, — а импрессия… Это же огромная сила.

— Не совсем. Во-первых, к ней восприимчивы далеко не все. Вмешательство в сознание сильных магов вообще может иметь печальные последствия — причем для обоих. Во-вторых, это очень большая потеря Силы. Почти до нуля. В-третьих, маг, подменяющий воспоминания, потом в неадеквате несколько часов.

— В каком смысле?

— В прямом. Мысли путаются, бывает временная амнезия, вспышки агрессии. Проходит, но неприятно. Еще одна причина, почему я не хотел этим заниматься постоянно.

— М-да. А я-то думала, что те, кто владеет — всемогущие.

— Нет. На самом деле мелких подводных камней еще больше. Не говоря уже о риске очень быстро сойти с ума, начав путать сон и реальность.

— А много вообще способов подменить воспоминания?

— Не особо. А зачем спрашиваешь? Хочешь вернуться все-таки?

— Не надейся, — разочаровала я мага, — интересно.

— Я владею несколькими. Больше тебе знать не нужно.

О, как. Ну да, я уже скучать стала по этим отдергиваниям, что можно, а что нельзя.

— Вопросы тоже задавать не нужно?

— Смотря какие, — маг поставил чашку на стол. Я обратила внимание, что любой посудой он пользуется бесшумно — чашка не стучит о стол, приборы не звякают о тарелку.

— Ты заглядывал мне в голову? — задала я вопрос, который не давал покоя в последние сутки.

— В начале да. — Маг не стал отпираться, — Я не мог доверять случайному человеку, прости. Тем более, то, что ты оказалась на испытании случайно…

— До сих пор мне до доверяешь?

— Да. Но я никому не доверяю, это издержки работы. Ты мне тоже, так что все честно.

Ну да.

— Почему тебя ищут, ты тоже не расскажешь?

— Пока нет. Не все.

— Я хочу знать, во что влипла. Что нас ждёт в самом плохом финале?

— Меня — казнь. Тебя — тюрьма. Если повезёт, отделаешься ссылкой на какую-нибудь северную базу с ужасными условиями.

— А если тебе повезет?

— У меня без вариантов.

Повисла тишина. Маг даже в лице не изменился, а я сидела, как пыльным мешком ударенная.

— Но убийства же не было…

— Дело не в убийстве. Все началось раньше, когда я узнал то, чего не должен был и стал в этом копаться. Убийство только способ меня легально устранить.

— Это какой-то компромат?

Матвей на мгновение задумался и кивнул:

— Да.

— Насколько серьезный?

— Очень. Это связано с Советом.

— Ой… — я приложила ладонь к губам.

— Теперь я должен найти очень весомые доказательства и вывернуть ситуацию так, чтобы остаться в живых. Это очень крупная игра.

Я молчала, переваривая сказанное, а Матвей истолковал это по-своему:

— Я придумаю, как тебя защитить. По крайней мере, сделать так, чтобы твое участие считали минимальным.

— Мне все-таки придется пустить тебя в свою голову?

— Возможно. А пока тебе нужна защита от подчинения.

— Не уверена, что я сегодня на что-то способна, — ладонь инстинктивно легла на место где начинало ощущаться привычное, но еще очень слабое, тепло.

— Хорошо, — маг кивает. Я, почему-то думала, что он будет спорить, — Отложим на завтра. Тут одна комната, ложись на диване.

— А ты?

— Кресло раскладывается. Я не думал, что у меня будет… — он помолчал, словно взвешивая, но все же сказал, — напарник.

Не обуза, не довесок, не спутник. Напарник.

Глава 3

— Что дальше? — этот вопрос за последние двое суток я задавала больше, чем за последний год, кажется.

— Особо ничего не изменилось и мне все еще надо в Береговое, — Матвей отставил чашку.

— Нас там ждут, наверное.

— Скорее всего не только там.

— И как мы?..

— В лесу жила когда-нибудь? — огорошил меня Матвей.

Он шутит сейчас?

— Серьезно, — не знаю, это мои мысли прочитал или выражения лица, — заимка в лесу, у меня там встреча на случай вот такого. Идти далеко. Расплачешься — оставлю волкам.

— Вчера ты обо мне больше переживал.

— Не хотел, чтобы ты слегла, после лесного приключения. Надо уходить. Если нас действительно нашли люди, а не корпорация, лучше быть подальше от камер.

Очередная попутка, только водитель разговорчивый. Матвей разговор поддерживал, даже шутил. Я за двое суток успела привыкнуть к собранному, даже холодному, магу, а тут он стал тем самым симпатичным парнем у кофейного автомата. Какой контраст, и неясно, где правда. Думаю, что улыбчивый — это социальная маска, а настоящий он, как и все тени, холодный и замкнутый.

Ехали мы минут сорок. Мужчина даже переживал, когда нас высаживал, но Матвей убедил его, что мы прекрасно дойдем до деревни, если повезёт, то поймаем следующую попутку.

— Береговое в другой стороне, — сказала я, когда машина отъехала.

— Я в курсе. Нам сюда, — маг шагнул с трассы в лес.

Снова пошел снег. Мелкий и колкий, его не хватит, чтобы следы припорошило.

— Колдовать не стоит, — Матвей тоже оглянулся, — засыпет.

Я не расплакалась. Хотя очень хотела это сделать, набрав в ботинки снега, заморозив руки и ноги так, что почти не чувствовала пальцев. От ветра, холода, усталости и страха, что сейчас из-за дерева выйдет кто-то в куртке с шевроном Корпорации. Я держалась почти четыре часа. Четыре, долбаных часа я шла за магом, с тяжёлым рюкзаком на плечах, в абсолютной тишине. Все мои попытки заговорить, Матвей зарубил на корню, пригрозив, что я наглотаюсь холодного воздуха и заболею. Будто так у меня есть шансы остаться здоровой после этой прогулки.

Начинало смеркаться и я рискнула нарушить тишину:

— Далеко еще? Мы же не будем в лесу ночевать?

— Знаешь, если бы я хотел от тебя избавиться, то выбрал бы более гуманный способ.

— И на том спасибо. Так далеко?

— Почти пришли.

Минут через десять между деревьями действительно показалось темное пятно невысокого сруба.

— Света тут нет, — сказал маг, — с усилием открывая просевшую дверь, — но есть печка.

— Уже хорошо, — я пригнулась и перешагнула порог, вслед за Матвеем.

Избушка и впрямь оказалась маленькая — одна комната — и спальня и кухня одновременно. Кухню отделяла печь — оштукатуренная, когда-то даже побеленная, с чугунной плитой сверху. Кольца конфорок закопченые, но целые. У окна старый грубо сколоченный стол с выцветшей до белизны клеенкой, рядом три таких же грубых табурета. С другой стороны комнаты у стен две односпальные кровать со свернутыми матрацами и цветными лоскутными одеялами. В целом, можно жить. Если бы не холод, который, кажется, проморозил мне даже кости.

К реальности меня вернул голос мага:

— Пока светло, продукты достань. Не все, на ужин. И чай. Я растоплю пока.

Руки дрожали, зуб на зуб не попадал и все, что я хотела, завернуться в одеяло, так привлекательно лежащее на одной из кроватей и не вылезать. Только одеяло тоже ледяное. Замёрзшие руки слушались плохо, мне удалось добыть из рюкзака банку консерв — тоже ледяных. Печку магу разжечь не удавалось — она чадила и тухла. Очередной раз закашлявшись, я вышла на улицу.

На лес опускались сумерки. Казалось, стало ещё холоднее. Если маг не победит печку, то я действительно расплачусь и пусть отдает волкам — съеденной я перестану мерзнуть.

Вышел Матвей, распахнув дверь настежь и встал рядом со мной.

— Проветрится, — объяснил он, вытирая покрасневшие от дыма глаза.

— Разжег?

— Да. Но дыма много. Давно не топили.

— Что это за избушка вообще? Для охотников будто слишком близко.

— Когда строили — было в самый раз. Потом город начал в эту сторону ползти.

— А сейчас? Если не охотники, то для кого она?

— Пойдем, проветрилось, — на мои вопросы маг отвечать не желал по-прежнему.

Печка потрескивала, давая надежду, что скоро станет теплее. Да и в целом в избушке стало уютнее. Маг покопался в своем рюкзаке, достал и зажёг свечу. В других обстоятельствах это была бы романтика.

Матвей снял с плиты старый алюминиевый чайник и вышел на улицу. Чтобы не быть бесполезной, я снова занялась продуктами и поняла, что руки так и не слушаются, да и вообще плохо ощущают разницу между металлом и картоном.

Вернулся Матвей с чайником, полным снега, поставил его на табурет у печки и тоже обратил внимание на мои деревянные движения.

— Отморозила? Почему молчишь?

— Не хочу, чтоб ты меня волкам оставил, — попыталась я пошутить.

— Без рук останешься. Дай, — он протянул руку, куда я вложила ладони — не отморозила, прихватила. Не растирала сама?

— Нет.

— Это хорошо. Плохо, что я лечу так себе, — напомнил маг.

— И не надо, — голос был хриплый и чужой — надышались холодного воздуха, — пройдет. И магию тебе лучше не использовать.

Матвей вместо ответа, накрыл мои ладошки второй рукой и прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Пальцы закололо — это магия разгоняла кровь. Лечит он правда не очень, у целителей наверняка было бы безболезненно, потому что они накладывают обезболивающие заклинания на любую царапину.

А ведь все началось с подката. Интересно, я ему нравлюсь еще или у Теней напарник бесполый? Ой, какие глупые мысли. А главное, совсем не к месту.

Надеюсь, маг в моей голове не постоянно и этих мыслей не слышал.

— Больше не молчи, если что-то не так, — Матвей отпустил мои руки, а лучше подремли — ты на ногах еле стоишь. Я сам ужином займусь. А магии тут мизер — такое не отследить.

— Можно я просто посижу?

— Можно. У печки, быстрее согреешься.

— Постель, наверное, надо развернуть?

— Было бы хорошо — согреется, просушится. Но там тяжелое всё. Сядь, я сам.

— Не хочу быть бесполезной, — возразила я и принялась бороться со скрученным матрасом.

— Как хочешь, — мужчина взял с полки с посудой одну из пары металлических мисок и вышел на улицу.

Я развернула промерзлый рулетик одеял, когда дверь снова распахнулась. Вернулся Матвей, с миской полной снега, взял закопченную кастрюлю, налил туда немного воды, уже оттаявшей в чайнике, поставил на печку и начал перекладывать в кастрюлю снег из миски.

— А сразу в кастрюлю нельзя? — мне стало интересно, зачем столько возни.

— Дно сгореть может. Надо всегда немного воды наливать.

— Это точно можно пить? — с сомнением посмотрела я на тающий снег.

— Можно, если прокипятить. Не переживай, у меня таблетки есть, в питьевую воду кину. Последи, я ещё наберу, — маг взял миску и чайник и снова вышел на улицу.

Снег заметно осел, когда Матвей вернулся в дом. Чайник он поставил на край печки, а в кастрюлю добавил новую порцию снега из миски.

— Ещё пойдёшь? — спросила я. Одной оставаться было не очень приятно. Даже зная, что Матвей в паре метров.

— Нет, пока хватит. Садись, не надо кастрюлю гипнотизировать.

Я придвинула к печке одну из табуреток и села так, чтобы греть руки, которые хоть перестали ощущаться чужими, но все еще были холодными и наблюдать за магом. Последнее мне было, в общем-то, и незачем, но поворачиваться к нему спиной я тоже не хотела.

— Нас тут точно не найдут?

— Ты так из-за магических следов переживаешь? Хорошо, вот тебе и первый урок по защите — проверяй артефакты. Ты же чародейка, более восприимчивая к зачарованиям.

Я сосредоточилась на внутренних ощущениях и стала прощупывать пространство.

— Это… — я посмотрела на тонкую вязь заклинаний. В избушке был амулет — старый, но весьма искусно сделанный.

— То, что не даёт нас найти. Любые магические всплески он поглощает. Без магии мы просто люди.

— А вчера…

— Подозреваю, что вчера нас нашли именно «по-человечески», без следов. Хорошо, что вовремя заметил.

— Не было никакого короткого пути через лес?

— Был. Но не там, где мы вышли. Нельзя было хвост привести к тому человеку.

— Мы его ждём?

— Да. Сразу скажу, это последнее, что у меня подготовлено заранее. Дальше по обстоятельствам.

— Начинать бояться?

— Надо было раньше.

— А зачем мы ждём этого человека?

— У него документы, без которых мы дальше не двинемся. Все.

Всё так всё. Я замолчала, но наблюдать за магом не перестала. Его усталость выдавало то, что Матвей перестал двигаться бесшумно. Но движения все равно оставались четкими, без суеты и рассеянности, как это было у меня. Мужчина моих взглядов то ли не замечал, то ли не находил нужным как-то реагировать. А может его процесс варки гречки успокаивал настолько, что маг не хотел отвлекаться.

Из кастрюли головокружительно запахло едой. Я не помню, когда последний раз чувствовала себя настолько голодной. Знать бы раньше, что мне пригодится выживать в лесу, я бы в кружок какой-то записалась. В школе были разные — и специализированные, и общие. Выживальщики брали всех.

— Пойдем. Не пять звёзд, конечно, но прилично, — Матвей снял кастрюлю с печки и переставил на железную круглую подставку нашедшуюся на полке с посудой.

Я старалась есть медленно, чтобы не выглядеть как голодная собака и все равно справилась со своей порцией быстрее Матвея. Чтоб как-то себя занять и помочь, встала и занялась чаем. Вряд ли у Матвея есть такие загоны, но я не люблю, когда ем, а на меня смотрят. И на других стараюсь не смотреть, поэтому. Хотя к Катьке привыкла, может потому, что она смотрела не на меня, а по сторонам. Вроде только позавчера с ней обедала, а такое чувство, что год прошел.

— Почему тут окна так высоко? — надо было как-то отвлечься от мыслей о спокойной жизни.

— Чтоб медведь не залез, — Матвей собрал тарелки и замочил в небольшом тазу, — утром помою.

— Давай лучше я. Тут есть медведи? — я поёжилась.

— Они зимой спят, успокойся. Да и я пострашнее медведя.

— А ты можешь его подчинить?

Матвей улыбнулся:

— Не пробовал.

— А вообще?

— Вообще животных можно подчинять, но это сложно. Люди проще.

— Почему?

— У людей больше точек, за которые можно зацепить. Больше брешей. А животные общаются телепатически, в свое сознание каждого встречного не пускают.

— То есть, общаться ты с ними можешь?

— Не совсем. Образы можно передать, но это человеческие образы, никаких гарантий, что какой-нибудь лось тебя поймёт. Да и зачем?

— Разные ситуации бывают.

— Если любопытно, то проект был, но так далеко и не продвинулись. А в подробности я не вдавался, просто знаю, что пытались.

— Стая подчиненных боевых медведей — звучит как мечта любого генерала, — хихикнула я, присаживаясь к столу.

— Не уверен, что «стая» правильное название. Медведи не стайные.

— Группа медведей?

— Медвежий отряд, — улыбнулся Матвей и поймал мой взгляд

Ласковые серые глаза. Глубокие, почти бездонные, в них хочется смотреть. И в груди разливается тепло, такое успокаивающее. Все обязательно будет хорошо — он рядом, я не одна…

— Поцелуй меня, — сказал Матвей.

Сердце пропустило удар, я ослышалась? Все это походило на дурацкую шутку, вот только тело потянулось к магу. Само. Я не могла сопротивляться, как вчера в лесу, разве что сейчас было не больно. Пальцы закололо — так я старалась ухватиться за что-нибудь, чтоб удержать свое тело.

— Стой.

Матвей опустил веки, разрывая зрительный контакт. А я буквально рухнула назад на табуретку.

— Зачем? — я нервно сглотнула.

— Нужно было тебе показать, что подчинение не всегда боль, — мужчина как был непробиваемо спокоен, так и остался.

— А ты мог выбрать что-то… более адекватное?!

— Нет, ты же должна была понять, что это не твое желание.

— В любом случае, это подло! — шок прошел, накатила злость.

— Это наглядно и действенно.

— Не смей больше так делать!

— Как? Просить меня поцеловать? — его мое негодование, кажется, больше развлекало.

— Подчинять! И лезть мне в голову!

— Ты выбрала остаться со мной, так?

— Да, но это не даёт тебе прав на меня, как на вещь, которую можно заставить!

— Это даёт мне право показывать и учить как я посчитаю нужным. Если ты с этим не согласна — я никого не держу.

Я встала, чуть не опрокинув табурет, сдернула с вешалки куртку, и вышла. Сейчас меня грела обида и плевать, что ещё пятнадцать минут назад мысль о том, чтобы выйти из домика была ужасной.

Было мерзко и обидно. Вчера было просто мерзко, потому что тот маг был для меня врагом, угрозой, никем. А Матвей… А что Матвей? Тоже никто, просто обстоятельства так сложились, но все равно обидно.

Скрипнула дверь, вышел маг встал рядом.

— Волки съедят, — он посмотрел в ту же сторону, куда сосредоточено смотрела я. В темноте видно было только верхушки деревьев на фоне неба, этого было достаточно, чтобы не смотреть на Матвея, а разглядывать их.

— Пускай.

— Пошли в дом. Идти здесь все равно некуда.

— Зачем ты так? Я же и нормально пойму, — я повернулась, стараясь считать выражение его лица.

— Как умею. Пойдем, — ни капли раскаяния у мага не было.

М-да. Ждать от него раскаяния было глупо. И его поведение лишний раз доказывает, какие Тени холодные. Не надо об этом забывать. Но выгоду из ситуации я должна получить.

— Я требую компенсации, — нужно брать быка за рога, пока маг не опомнился.

— Я слушаю? — Матвей повесил свою куртку на крючок у двери.

— Ответов. Расскажи как работает подчинение.

— Присаживайся, — он кивнул на табуретки.

— Это согласие?

Матвей усмехнулся, покачал головой и придвинул свою табуретку ближе к печке. Я последовала его примеру.

— Спрашивай, — взял со стола свою кружку и долил кипятка из чайника, стоявшего на краю плиты.

— Приказывать нужно вслух?

— Да, это Сила вложенная в слово.

— Почему ощущения были разные? Я поняла, что кому-то нравится причинять боль, но вчера я поняла, что кто-то влез в мое сознание, а сегодня нет.

— Профессионализм, Сила.

— И все? Я думала у вас тоже какие-то подкатегории.

— Нет, просто есть маги, как вчерашний недоумок — теплое место в дознании отсутствие необходимости работать тонко, никакого роста.

— А есть такие, как ты?

— А есть такие, у кого от умения зависит жизнь. Часто не только своя.

— А зрительный контакт? Обязательно?

— Да. Можно не постоянный, но в сознании нужно зацепиться, для этого необходимы глаза. Только не думай, что если перестанешь взглядом с людьми встречаться, тебя это спасет. Поймают — заставят смотреть.

— Но вчера меня могло спасти.

— Может быть. А может и нет. В любом случае техники блокирования или сопротивления есть, но за пару дней я тебя чему-то серьезному не научу.

— Хоть чему-то, — вздохнула я, — больше ничего не расскажешь?

— О чем?

— Кого мы ждём? Почему здесь? Хоть что-то я имею право знать?

— Имеешь. Но многие знания — многие печали, — маг улыбнулся.

— Зубы мне не заговаривай.

— Ладно, — он открыл дверцу печки и закинул туда полешко, — давай честно — ты должна уметь защищаться. В любой момент тебя могут просто подчинить, украсть, выманить — всё что я тебе расскажу тут же будет известно Корпорации. Очевидно, правда?

— Я не прошу всю информацию, что у тебя есть.

— А зачем тебе куски без общей картины?

— Хорошо. Что дальше? Просто ходить рядом, как слепой котенок и довесок?

— Учись защищаться. Если я верно рассчитал, то у нас ещё пара дней. Тень из тебя, конечно, не получится, но отпор подобным тому недоумку дать сможешь.

Маг подкинул дров, посмотрел на сильно похудевшую поленницу.

— По уму — надо вместе ложиться.

— С чего вдруг?! — я, начавшая задремывать в тепле, чуть не подскочила.

— Дров нет почти, к утру будет дубак.

— К утру? А потом как?

— Топор есть, сухостоя вокруг хватает — нарублю. А сегодня будем как-то устраиваться.

— Откажусь, пожалуй.

— Как знаешь, — нет, кажется это была не уловка, раз он так спокойно реагирует. Хотя, зачем ему что-то придумывать, когда маг может просто заставить?

* * *

На рассвете я правда застучала зубами. Натянула одеяло на голову, чтобы не выдыхать теплый воздух в остывающую избушку и свернулась калачиком. Некстати в голове всплыли воспоминания, как я когда-то так же пряталась от родительских скандалов.

Скрипнули половицы — Матвей проснулся. Я выглянула из своего убежища.

— Я предупреждал, что замёрзнешь, — маг присел у двери, перешнуровывая высокий ботинок.

— Тебе помочь чем-то?

— Печку посмотри, если прогорела совсем, то надо почистить.

Я вылезла из кровати, кое как ее застелила, натянула два свитера и занялась печкой, которая успела прогореть.

Возле двери нашлось ведро, перепачканное в золе, у печки — совок. С непривычки дело шло медленно, но, когда вернулся Матвей, с охапкой дров, я уже неплохо приноровилась.

— Молодец. Давай, я вынесу, — маг протянул руку за полным ведром.

— Может я?

— Я выверну, чтоб не видно было, что свежая. Давай.

Мужчина снова вышел, а я поняла, что в избушке нет умывальника. С туалетом я вчера разобралась — чуть в стороне была выкопана деревянная будка, а вот умыться полноценно, не говоря уже о том, чтобы зубы почистить.

— Что? — заметил мое замешательство вернувшийся Матвей. У меня действительно лицо с субтитрами или он мои эмоции ловит постоянно?

— Умыться…

— Можешь снегом. Если холодно, то подожди, чайник натопится. Вчерашней воды хватит только зубы почистить.

— Не надо, попробую снегом. Люди, в конце концов, платят за криотерапию, в туе всё бесплатно.

Храбрилась я зря — руки заледенели, как и лицо. Без привычной утренней умывальной рутины ощущения чистоты тоже не наступило. Хорошо, что я догадалась прихватить какой-то крем в супермаркете. Для рук, но все лучше, чем обветренное лицо. Перед использованием помолюсь, чтобы не обсыпало.

Пока я возилась во дворе, маг собрал нехитрый завтрак и заварил чай.

— И что мы будем делать, пока ждём твоего загадочного человека? — спросила я, грея руки о кружку.

— Ты будешь учиться защищаться.

— Ментально? Это сложно?

— Для всех по-разному. Чай допивай и начнем.

Я люблю новое, но в этот раз было не по себе. Особенно, когда я встала напротив Матвея.

— Самый простой способ, — начал маг, — это выстроить воображаемую стену. Или представь огромный нож, который отсекает щупальцы. Или как ты их представляешь?

— Как корни.

— Оригинально. Тогда топор. Или острый лист металла. Последнее советую, потому что мысленно себя закрываешь — меньше шансов повторно пробиться в сознание. Но это сложнее.

— Я попробую.

— Любишь сложности? — спросил Матвей.

— Что-то новое.

— Вставай против света. Я тоже разомнусь.

— Сложнее глаза видеть? — догадалась я.

— Да.

Как и вчера, я пропустила момент, когда мое тело перестало слушаться. Ничего ужасного маг в этот раз не делал, заставлял по очередной поднимать руки, чесать нос — отвлекал по мелочи, пока я представляла огромный стальной лист, похожий на гермодверь, но с одним заточенным краем. Сначала было тяжело — корни чужой Силы были твёрдыми и моя «дверь» постоянно стопорилась о них, но к концу я сконцентрировалась и в последниe корни лист вошел, как нож в масло.

— Что чувствуешь? — спросил Матвей, возвращая мне контроль над телом.

— Твое подчинение совсем не неприятное, я пропускаю момент, когда уже поздно.

— Нравится? — он поднял бровь.

— Нет. Просто не нет такого неприятного момента первого касания. И не ощущается, как раскалённый гвоздь в голове.

— Плохо. Чаще это будет именно гвоздь и надо будет сосредоточиться быстро. Давай еще раз.

Я послушно представила дверь снова подняла ее примерно на четверть, когда Матвей шагнул ко мне.

— Молодец.

И взял меня за горло впечатывая в стену.

— Что…

— Отгораживайся, — его глаза перестали быть ласковыми, превратившись в ледяные и колючие.

Панику я сумела подавить, когда поняла, что могу дышать. Дверь как-то незаметно превратилась в стальной лист — такой же холодный и острый, как глаза мага. Лист медленно поднимался, отсекая корни-щупальца от меня. Я дотянула до половины, когда хватка на моем горле сжалась и вот теперь стало страшно — он действительно может меня убить и даже тело в этой глуши не найдут.

Стальной лист снова пополз, закрывая меня. Слишком медленно. Перед глазами поплыли черные круги. Я почти осознала, что умру, когда Матвей разжал пальцы и закрыл глаза, возвращая мне контроль над моим телом.

Я сползла вниз по стене, хватая ртом воздух, пытаясь откашляться и ощупывая шею.

— Неплохо, — мужчина присел передо мной. Непробиваемо холодный.

«Неплохо» — это он так от том животном ужасе? Я была уверена, что Матвей меня убьет, а это просто очередной ублюдочный пример обучения?! Злость, занявшая место страха требовала выхода и я со всей силы толкнула мага в грудь. Если бы умела, ударила бы по-настоящему, но я даже кулак правильно не научилась складывать. Матвей, не ожидавший отпора, покачнулся, выставив руку позади себя, чтобы сохранить равновесие.

Я бросилась вперед, сбивая его с ног своим весом — положение мага было неустойчивым и мне это удалось. Мои пальцы сомкнулись на его горле. Не справляясь с собственными чувствами я хотела сделать с ним что-то такое же болезненное и отвратительное. Сил, конечно, у меня не хватило — Матвей перевернулся, оторвал мои руки от своей шеи и прижал к полу, нависнув надо мной. На секунду показалось, что сейчас он меня точно убьет — что-то нехорошее и темное мелькнуло во взгляде мага.

— Псих! — выплюнула я.

— Успокойся.

— Ты меня чуть не убил!

— Не убил.

— Лезешь в мои мысли, подчиняешь, теперь и физически добрался! — я дернулась, пытаясь высвободить руки, — Отпусти!

— Перестанешь истерить — отпущу.

Ещё несколько попыток освободиться закончились ничем, все что я могла, это зло сверлить его взглядом. Матвею этого оказалось достаточно, чтобы наконец отпустить.

Я отползла к кровати и не справившись с эмоциями, расплакалась, уткнувшись лицом в колени. Хочу домой. Хочу открыть глаза и чтобы всего этого не было!

Он сел рядом. На секунду даже показалось, что Матвей раскаивается. Но только показалось.

— Я учу, как умею, — наконец сказал маг.

— Ты меня чуть не убил! — повторила я, не торопясь поднимать голову.

— Не убил бы. Ты думаешь, что кто-то будет просто стоять и ждать, пока ты достроишь свою стену? Мы чувствуем сопротивление, теряя над тобой ментальный контроль, будет попытка причинить вред физически.

— Ты мог предупредить!

— В следующий раз — обязательно. И коллегам передам, чтобы тебе письменное уведомление о подчинении присылали за двое суток. Только, извини, я их не скоро увижу, придется пока так потерпеть.

Шутка была настолько неуместной, что я пожалела, что не смогла его придушить.

— Хорошо, я переборщил, — Матвей тяжело вздохнул, чем ещё больше меня взбесил.

— Переборщил?! Я уже представила, как меня без вести пропавшей признают, потому что ты меня закопал здесь у избушки!

— Я знаю, о чем ты думала.

— Да хватит! — я от возмущения забыла о боли в горле и снова закашлялась, — ты в мои мысли залезаешь, как к себе домой! Как мне тебя не бояться и доверять?!

— А ты и не должна мне доверять.

Я опешила.

— Но мы же…

— Что?

— Ничего.

Вытирать мне сопли маг дальше не стал. Поднялся, оделся и вышел из избушки. В груди снова закипела злость. Я выдохнула, как можно медленнее, отерла слезы и встала. Взгляд упал на полку с посудой, зацепился за стеклянные граненые стаканы. Не я это начала. Я хотела честно.

Долго ждать не пришлось. Матвей зашёл с улицы с охапкой дров, сложил их у печки, снял куртку — все это не глядя на меня. Протянул руку к полке, где стояли стаканы и тут настал мой звёздный час. Стакан разлетелся на осколки, маг едва успел отдернуть руку. Я мстительно улыбнулась.

— И зачем? — посмотрел он на меня, — Мстишь?

— Отвечаю на силой на силу.

— Хорошо, — Матвей медленно выдохнул, — чего ты хочешь? Чтобы я пообещал тебе не лезть в твою голову?

— Ты вчера пообещал, вместо этого перешёл на физический вред.

— Давай я не буду в угадайку играть.

— Я ничего не знаю, не понимаю во что оказалась впутана. Не знаю, что меня ждёт. Да даже о тебе ничего не знаю. При этом постоянно получаю нарушения собственных границ и риск умереть.

— Мы об этом уже говорили.

— Ты так и будешь таскать меня как слепого котенка? Зачем? Что ты собираешься со мной сделать? Бросить, как косточку для отвлечения при очередной погоне? Подчинить, переломать и сделать послушной куклой? Нафаршировать мне голову фальшивыми воспоминаниями и подкинуть к дверям Корпорации?

— Как много вариантов, — усмехнулся Матвей. Опять в нем проступили хищные черты. Но и у меня терпение закончилось.

— Ты ответишь?

— А если нет? Сбежишь и сдашь меня Корпорации? Так ты с ними виделась, тебе не понравилось.

— Ты тогда не пытался меня задушить. Теперь я между вашими методами разницы не вижу.

— Вот как? — поднял брови Матвей.

Если я не дам отпор, он будет дальше меня ломать.

Матвей шагнул ко мне и оказался в круге, который я едва видимо очертила угольком из печки. Дома в прихожей таких кругов было два. Когда живёшь почти одна нужно думать о безопасности. И если круг мага поймал, то намерения у него были не совсем чистые и светлые.

Я испытала удовольствие, когда Матвей продолжил движение и не смог. Секундное замешательство на его лице было просто прекрасно. Да, сейчас он сориентируется и разнесёт круг, но я хоть немного пободалась и попыталась дать отпор.

Матвей перехватил мой взгляд и я не стала отводить глаза. Гнева и обиды хватало, чтобы я не боялась потерять контроль над телом.

— Ты ведь понимаешь, что я могу с тобой сделать что угодно даже не выходя из круга, — негромко спросил мужчина.

— Да. Но пока не сделал, значит зачем-то я нужна. Зачем?

— Я не могу пока сказать.

— Скажи то, что можешь. Хоть что-то уже скажи! — взорвалась я.

— Ты не можешь защитить свои воспоминания. Пустить меня в свое сознание, чтобы я смог заложить процесс стирания ненужного — ты отказываешься. Рассказывать что-то сейчас — закапывать себя. Ты действительно думаешь, что я это сделаю?

— В смысле — стирания?

Матвей повел плечами, явно не очень уютно чувствуя себя в моем круге.

— Может, выпустишь?

— Нет. Сначала мы мне объяснишь.

— Ты понимаешь, что я его разорву сам?

— Ага и это будет большой всплеск Силы, который тебе не нужен.

Матвей прожег меня взглядом. На самом деле, я ткнула наугад и оказалась права. Отлично. Выберется, отомстит, наверняка, но какую-то выгоду я получу. Если выживу после своей выходки. О своих зачарованных волноваться не стоило — затраты там были мизерные — диаметр круга был настолько маленький, что Матвей в нем даже полшага не мог сделать. Очень повезло, что круг вообще сумел его поймать.

— Есть механизмы стирания памяти на триггер. Фраза, действие могут запустить процесс. Конкретный день, тема, человек, место — любое воспоминание, которое я укажу. Восстановить почти невозможно.

— И для этого я должна впустить тебя в свою голову?

— Да.

— Нет. Ты уже наделал много неприятного, ещё и в моей голове копаться я тебе не позволю.

— Тогда я не расскажу.

— А я тебя не выпущу.

— Это глупо.

— Может быть.

Повисла тишина.

— Ладно, — сдался Матвей, — я не собираюсь использовать тебя как отвлекающий маневр и подкидывать к дверям Корпорации.

Я продолжила смотреть на него.

— Человека мы ждём, чтобы забрать у него документы. Мои. С твоими будет думать.

— Они поддельные, что ли?

— Конечно.

— Это все?

— Нет. Ещё у него карта, которую я не смог достать. Без нее у меня нет следующей точки.

— Почему ты сразу не сказал, что можно стереть воспоминания?

— Потому что подмена безопаснее, если ты хотела вернуться. Провал в памяти был бы подозрительнее, да и ты на такое и не пошла бы.

— И не пойду. Не будет тебя в моем сознании.

— Это все? — Матвей снова повел плечами. Это он мою силу ощущает или просто неприятно быть пойманным?

— Что на этой карте?

— Несколько мест. Одно из них верное, но я не знаю, какое именно.

— И как узнать?

— Побывать во всех.

— И что это за место?

— Этого не скажу.

Угу, понятнее не стало.

— Зачем тебе я? Это тоже секрет?

— Не захотел, чтобы тебя сделали крайней. Думал, что верну тебя с другими воспоминаниями, но тут уже ты не захотела.

— Слабая версия.

— Почему? — удивился мужчина, — Есть вариант, что мне понадобиться помощник, раз уж ты решила выбрать меня, то почему бы этим не воспользоваться?

— Все ещё слабо.

— Выпусти меня.

Я снова пропустила момент касания моего сознания, но вот в этот раз за свою волю я дралась, кажется, даже больше, чем когда Матвей меня душил. Звучит фантастически, но я смогла выгнать мага из своего сознания и осела на пол. Ох, какой у него был недоумевающий взгляд! Бальзам на мои раны просто!

— Еще раз так сделаешь, я тебе порчу на понос наведу. И подушку на кошмары зачарую, — пригрозила я, поднимаясь.

— То есть, — Матвей усмехнулся, — уязвленная гордость для тебя больший стимул, чем смерть?

— Кто бы говорил о гордости.

— Выпусти, — попросил он уже без своих теневых штук.

— Иначе что?

— Ещё раз ты посопротивляешься, потом устанешь и я выйду. Я сильнее.

Не поспоришь. Честно сказать, я уже чувствовала себя измотанной. Тяжёлый день.

— Выходи, — я стёрла ногой часть угольной линии.

— У нас снова мир? — Матвей вышел из круга, и расправил плечи.

— Пока снова меня не захочешь убить или подчинить. Лично я с тобой не ссорилась. Просто ты меня бесишь.

Маг негромко рассмеялся.

— Приятно, что за такой короткий срок я у тебя вызвал так к сильные чувства. Сядь.

Я не стала спорить и присела у печки. Схватка за контроль над своим телом далась мне нелегко — пол под ногами качался, а перед глазами плыли цветные круги.

— Такой потенциал и в потоковые, — покачал головой Матвей, протягивая мне алюминиевую кружку с водой, — выпей, потом иди поспи.

В сон я провалилась моментально, стоило только лечь. Просто темнота, без сновидений. Глаза открыла уже когда начало смеркаеться. Маг возился у печки, старался не греметь посудой. И не скажешь, что он пытался меня убить несколько часов назад. Может у Теней это вообще нормально?

— Лучше? — спросил Матвей, видя, как я сажусь на кровати.

— Относительно.

— Пойдем ужинать.

— Ты точно мою еду не отравил? — спросила я, присаживаясь к столу и подозрительно разглядывая свою тарелку с перловкой.

— Пока нет. Будешь такие вопросы задавать — обязательно.

— Я бы не удержалась, — перловка была неожиданно вкусной, но от подкола я удержаться не смогла.

— Поэтому готовлю я, — в тон мне ответил Матвей.

Повисла тишина. Неловкая и тяжелая. Вряд ли так было только для меня, раз к концу ужина маг не выдержал:

— Я предлагаю перемирие.

— Да ну? — я подняла брови, а Матвей поморщился.

— Я, вроде, извинился.

— Не заметила.

— Хорошо, — тяжело вздохнул он, — извини. Я должен был выбрать более мягкий способ обучения с поправкой на то, что ты не боец.

— Это нужно было сразу говорить. И думать об этом.

— Лера, — он сделал паузу, — я учу так, как позволяют время и обстоятельства — жестко, но, согласись, эффективно.

Я продолжала смотреть на него молча.

— Чего ты хочешь?

— Чтобы ты перестал вести себя, как конченый идиот, — я отложила вилку. И знать, когда ты читаешь мои мысли.

— Это невозможно.

— Первое или второе? — склонила я голову.

— Мысли, — Матвей подкол не оценил и поморщился.

— А я хочу приватности.

— Зачем? — прищурился маг.

— Затем! Это нормально, что я хочу хотя бы в своей голове быть одна!

— Так я не читаю тебя постоянно, — пожал он плечами. Маг явно издевался и мне захотелось его стукнуть. Третий раз за день.

— У тебя странные понятия о заключении перемирия.

— Опыта мало. Обычно в моих задачах стоит ликвидация — Матвей хищно улыбнулся.

— Это так мило, что ты постоянно напоминаешь, что можешь меня убить.

Помолчали. Поиграли в гляделки. Искренне надеюсь, что он в этот момент не думал как меня закопать в лесу.

— Знал бы, что ты такая язва… — наконец нарушил молчание Матвей.

— Оставил бы? — закончила я за него.

— Нет. Так даже веселее.

— Рада, что пригодилась.

— Ладно, давай серьезно. С мыслями не выйдет, есть, конечно, техники, но это куда сложнее, чем просто выстраивать стену. Есть амулеты, но, сама понимаешь, у меня их нет. Так что придется потерпеть. Но, повторюсь, я тебя не читаю постоянно.

— Но читаешь?

— Все, что надо, я уже увидел. Так что пока не читаю. Можешь наслаждаться приватностью.

— Сомневаюсь.

— Это уже твой выбор. Это все?

— Твои методы обучения уже обсудили, так что все. Пока.

* * *

Маг точно спал и я смогла позволить себе подумать, не опасаясь, что он послушает.

Кукуха у Матвея свистит, однозначно. Я ничего о нем не знаю да и вряд ли узнаю. Могу я ему доверять? Скорее всего — нет. Есть ли у меня выбор? Тоже нет. Боюсь ли я его?.. Неразумно, но нет. Он мог меня убить или просто бросить, но почему-то этого не сделал, значит, я ему зачем-то нужна. Зачем? Помощник — весьма шатко. Помощник, которого можно бросить без риска (пока без риска) — уже правдоподобнее. Могу ли я как-то повлиять на ситуацию? В целом, наверное, нет. Только кусать мага, когда тот нарушает мои границы — как оказалось, его это встряхивает. Могу ли я уйти? Конечно, он меня вряд ли станет останавливать. Долго ли я проживу после этого? Хороший вопрос, думаю, что не очень. Значит, остаётся только ждать и надеяться выжить.

* * *

Человек, которого мы ждали, пришел на третий день. Коренастый, бородатый, взгляд тяжёлый, исподлобья и глаза почти черные.

Они с Матвеем обнялись и я стала гадать, кто они друг другу. Родня? Вряд ли друзья — разница в возрасте приличная.

— Ты не один? — голос у мужчины был хриплый, будто у него хронический бронхит.

— Она со мной. Так вышло. Лера, это Мстислав.

Мстислав. Полвека назад у магов была мода на исконные имена. Моя мама Радомира, например. Слава богу, что к моему рождению это прошло.

По выражению лица Мстислава я не поняла, одобряет он мое присутствие или осуждает. Да и разница? Деваться-то мне некуда.

— Собирайтесь. К сумеркам как раз дойдем, — старший мужчина закашлялся и я с удивлением заметила сочувствие на лице Матвея.

Пользуясь уроками Матвея, я осторожно прощупала пространство рядом. И инстинктивно сделала шаг назад, обнаружив блокиратор магии. С таким мне приходилось сталкиваться всего пару раз — один раз на учебе, и один раз уже по работе. Но я хорошо запомнила, кто такие носит. Остаётся надеяться, что кому попало Матвей доверять не станет.