Жнец. Книга двенадцатая

Глава 1

***

Неизвестная сеть пещер в горах Урала

Романова Анастасия Сергеевна находилась в недоумении. Она не могла понять того, как кому-то, чьих лиц она не видела, удалось пробраться в самую охраняемую часть дворца. Туда, куда не ступала нога некоторых членов самого императорского Рода. В место, где подрастала её младшая дочь, Ирина.

"И время удачно подгадали, когда мужчины нашего Рода покинули дворец по делам", – мыслила женщина, пока её зубы бессильно сжимались.

Непонятно было ещё то, как похитители смогли лишить экс-императрицу Дара. Вот, она замечает людей в масках и сразу обращается к Родовой способности, намереваясь выжечь им мозги. Вот только один из похитителей делает необычный пасс рукой, после которого Анастасия полностью теряет контроль над своим Даром. Она вообще перестала чувствовать себя Одаренной. Затем неизвестный направляет руку в её сторону, вследствие чего сознание Анастасии стремительно угасло.

Вспомнив об этом, женщина постаралась заглянуть внутрь себя, однако вместо привычного источника её ждала лишь пустота. Холодная пустота, в которой не было и намёка на нечто необычное, что делает простого человека Одаренным.

Тяжко и разочарованно выдохнув, экс-императрица открыла глаза, однако и здесь её ждала темнота и сырость пещеры. То, что это была именно она, Романова поняла потому, как имела возможность наблюдать вход в неё. Ей довелось проснуться именно в тот момент, когда похитители выгружали её тело из машины. Однако долго находится в сознании ей не позволили, в этот раз отделавшись точным тычком-ударом по голове вместо неизвестной техники.

– Мама, – тихим шёпотом, наполнившим эту часть пещеры, раздался родной для Анастасии голос её дочери. – Где мы?

Внутренне мать императора выдохнула, так как, лишившись своего Дара, она уже не могла точно сказать, в порядке ли была её дочь. Всё, что ей оставалось, так это прижимать к себе комочек собственного счастья, надеясь, что с ним всё в порядке.

– Не знаю, доченька, – погладила по спутавшимся волосам свою дочь Анастасия.

– Братик нас спасёт, да? – как-то буднично спросила Ирина, словно не сомневалась в исходе сегодняшнего дня.

– Не сомневаюсь, Ира, – с трудом женщине удалось удержать свой голос от того, чтобы он дрогнул. В голове же у неё была лишь одна мысль: – "Похитители способны ограничить управление Даром своей жертвы, не прибегая к таким аксессуарам, как наручники-блокираторы. Это может стать проблемой как для Михаила, так и для всей империи."

Из мыслей экс-императрицу вырвал шум из глубины пещеры. Нечто, подобное на шелест одежды и последующие шаркающие шаги, заставило тревожность женщины взвинтиться до высшего показателя. Она невольно вся согнулась, сжалась, формируя из своего тела живой щит для маленькой дочери.

– Так-так-так, кто тут у нас... – проговорил издали неизвестный, однако его голос был чертовски знаком для Анастасии. – Ага, мать-императрица и неучтенный отпрыск прошлого императора. Удачненько, однако.

Недолгий мыслительный процесс в голове Романовой закончился тем, что она вспомнила, кому принадлежал знакомый голос. Если бы в пещере присутствовало хоть маломальское освещение, то можно было бы разглядеть мелькнувшее на лице Анастасии непонимание, сменившееся растерянностью и жгучей неприязнью. Причиной таких метаморфоз, возникших на лице экс-императрицы, послужило то, что обладателем голоса был никто иной, как князь Волконский. Человек, которого Романова видела чуть ли не каждый день, будучи во главе Российской империи.

– Иван Геннадьевич, извольте объяснится! Что происходит? – твёрдым тоном потребовала экс-императрица.

– А что тут объяснять, Ваше Императорское Величество? – с издёвкой вопросом на вопрос ответил министр иностранных дел. – Нам нужен Новиков.

– Я воздержусь от вопросов по поводу того, кому это "нам". Однако каким образом связаны я и моя дочь с Новиковым?

– Самым что ни на есть прямым, Анастасия Сергеевна, – расчувствовавшимся голосом начал Волконский. – Видите ли, Канцлер Российской империи уж очень сильно портит мне планы. Даже отдалять от трона начал, присев императору на уши. Да ещё делает это так, чтобы Михаил этого и не понял. И, что удивительно, так случается, что стоит члену вашей семьи попасть в беду, как Новиков тут как тут.

– Уверена, что этот раз станет исключением, – хмыкнула Анастасия, вспоминая их последние встречи.

– А вот это нам, Ваше Императорское Величество, и предстоит выяснить, – обворожительно улыбнулся князь Волконский, вот только во тьме, поглотившей пещеру, этого не было видно.

***

– Какого хера ты со мной сделал, Новиков? – прошипел сквозь сжатые зубы Михаил, стоило мне отвести руку от его груди.

– Улыбаемся и машем, Миша, – подошёл я ближе, встав рядом с ним вплотную и сменив собой Чайю. – Пока не обуздаешь свой Дар и не перестанешь морозить благородные задницы, что решили посетить мою свадьбу, побудешь слабосилком.

– Новиков, это угроза имперского масштаба, – уже более спокойным тоном заявил Романов. – У меня ощущение, словно меня могут пришибить как жалкого комара, что раздражает своим писком.

– Здесь и сейчас находится дюжина высокоранговых Одаренных, которые смогут защитить твою тушку, Миша. Чайя станет твоей спутницей до тех пор, пока не поймёт, что ты взял свои эмоции под полный контроль. Стоит этому произойти, и блок с тебя будет снят, – стоял я на своём. – Ты должен понимать, что я сейчас забочусь об империи, пока ты, будучи потрясённым в свете последних событий, слегка не в духе. Приходи в себя и будь императором, пока наши люди выполняют свою работу.

Не дожидаясь ответа, я вернулся к своей жене и, взяв её под руку, направился ближе к имению, где собралась основная масса гостей. Шествуя между обилием разнообразных декораций и украшений, сходу отметил, что моя уловка с понижением ранга Михаила сработала. Аристократки стремительно избавлялись от всученных им их мужьями пиджаков, кителей и фраков. Слуги, слегка помешкав, принялись убирать артефакты-обогреватели, дабы высокородные гости не начали страдать уже от повышенной температуры окружающей среды.

Обмениваясь любезностями с гостями и лавируя между ними, мы добрались до места, в котором собрались хозяева самого мероприятия, княжеская чета Донских. Игорь Владимирович был явно напряжён в связи с внезапными изменениями температуры, когда большая часть гостей посчитало это частью представления. Разубеждать их в этом, разумеется, никто не собирался.

– Саша, мне стоит ждать проблем, что придут в мой дом? – спрашивал князь не с целью уколоть, а из-за искреннего волнения за свою жену, находящуюся в положении.

– Праздник продолжается. Никаких угроз никому из находящихся на территории вашего имения нет, – заверил я князя. – Однако нам с Анной скорее всего придётся покинуть мероприятие раньше, чем того хотелось бы на самом деле.

Сказанного мной было достаточным для князя, поэтому я удостоился от него строгого кивка, после чего тот скрылся в толпе гостей, продолжая наверстывать упущенные им за время пребывания в заточении Рифта связи. Я же, в свою очередь, решил поступить также, но не для обретения новых знакомств, а для того, чтобы успеть почтить нашим с Анной вниманием каждого аристократа прежде, чем нам придётся уйти. Не хотелось, чтобы после нашего ухода, кто-то остался недовольным и поднялась волна непонимания. Кто-то здесь шепнёт, кто-то там – по итогу слухи дойдут до того, что проблемы императорской семьи станут достоянием общественности.

– Милая, похоже, наш день выйдет не таким, как нам хотелось бы, – с виной в голосе проговорил я, поудобнее устраиваясь рядом с Анной.

– Главное, чтобы ночь выдалась удачной, – лукаво стрельнула в меня глазками моя жена и потянула меня к толпе аристократов, приметив среди них своих знакомых.

***

Михаил решил найти меня ровно в тот момент, когда вернулась Кей. Он буквально почувствовал пришествие хвостатой с новостями и теперь буквально излучал ауру спокойствия вокруг себя, будто его родных и не похитили вовсе. Не уверен, смог бы ли я взять себя в руки также, как это демонстрировал сейчас император. Моя кровь вскипела бы и не понижала своего градуса до того момента, пока мои близкие, что были похищены неприятелем, не оказались бы в полной безопасности.

"Снимай Печать, Чайя, – удаленно скомандовал я богине. – По душе вижу, что успокоился наш венценосный гость."

Богиня, чьим невольным спутником оказался император, ничего мне не ответила. Лишь Духовный Дар вокруг ее ладоней стал более плотным, а Печать Ограничения на душе Романова медленно истлела. Михаил сразу почувствовал вернувшиеся к нему силы, однако его удивление показывала лишь одна вздёрнутая бровь. Он направил свой взгляд на Чайю, на что та ему скупо, как могла, улыбнулась и потянула в сторону входа в главное здание имения Рода Донских. Нам предстояло поговорить без лишних ушей, которых на свадьбе было настолько много, что считать устанешь.

Слуга, который нас встретил, быстро нашёлся и отвел нас в небольшую переговорную, расположившуюся между обширной библиотекой и гостиной. Пришлось удерживать себя от того, чтобы глазеть на литературные произведения, некоторым из которых было несколько сотен лет. Всё же чтение я уважал, однако времени на него, к сожалению, постоянно не хватает.

Когда слуга нас покинул, Михаил с сомнением взглянул на Анну, после чего выудил из кольца-хранилища артефакт и, активировав его, соткал над нами прозрачный купол.

– Полог Тишины, – хмыкнул Романов и начал мерить переговорную шагами. – Извини, Саша, но я не уверен, что Анне стоит здесь быть. В тайну императорского Рода, которую мы планируем обсуждать, посвящены далеко не все члены даже моего Рода, что уж говорить о посторонних...

– Михаил, ты сейчас говоришь о моей жене! – твёрдо произнес я, тем самым пробуя на вкус слово, символизирующее новый статус Анны. – Кому-кому, а ей я доверяю безоговорочно. К тому же в твоих интересах сейчас рассказать молодой девушке, почему её свадьба пошла не по плану.

– Вот именно, Михаил! – хмыкнула Анна, хотя внутри вся натянулась, так как решила позволить себе назвать императора по имени.

На вольность моей жены венценосный, казалось, даже не обратил внимания. Он задумчиво расхаживал по переговорной, решая раскрывать перед ней завесу тайны или нет. В конце концов тяга к вызволению своих близких победила, и Романов, шумно выдохнув, начал говорить:

– Моих мать и сестру Ирину похитили, – изрёк Михаил, даже не взглянув на Анну, которая сумела сохранить лицо. – Об этой сестре никто из высшей аристократии, кроме Александра, не знал, и, полагаю, её похищение стало случайностью из-за нахождения рядом с нашей матерью, – он замер и взглянул на нас холодным взглядом. – И эта случайность определила судьбу похитителей. Они должны умереть, забрав тайну моего Рода с собой в могилу.

– Эн-нет, так дело не пойдёт, – возразил я и уселся в одно из кресел. Анна тут же поспешила встать за моей спиной и положить одну из своих ладоней мне на правое плечо. – Видишь ли, Миша, в свете последних событий организатор похищения нужен мне живым. Он обладает важной информацией, что способна пролить свет на некоторые вопросы, касающиеся безопасности Российской империи.

– Ты знаешь, кто стоит за похищением моих близких? – напрягся в моменте Романов.

– Кей недавно вернулась и сообщила мне, что они благополучно добрались до места, в котором держат Анастасию и Ирину, – кивнул я. – Так что, да, Миша, я знаю, где сейчас они находятся, а главное, знаю, кто именно стоит за похищением.

– Так чего же мы ждём?! – вокруг императора разошёлся иней. – Мы должны направиться туда и донести до этих ублюдков, что члены императорской семьи неприкосновенны!

– Вот именно такой реакции я от тебя и ожидал, Миша, – покачал я головой. – Поэтому вызволять твоих мать и сестру я отправлюсь в одиночку. А ты...

– Новиков, я...

– Не перебивай, – холодно пресёк я возражения венценосного. – Ты в это время лишишь человека, что ответственен за похищение твоих близких и чьё имя и фамилию я сейчас назову, всего. Чтобы у него остался один лишь путь, каким пошёл Джон Миссурийский, – бежать в иной мир. А я в это время выясню то, каким образом он будет это делать. Разумеется, параллельно вызволю твоих родственников, – спокойно предлагал я, зная, что у Михаила нет выбора, кроме как согласиться. – В это же время ты должен в краткие сроки арестовать, уничтожить или присвоить всё, что было у этого человека, невзирая на его титул и статус. Он должен познать ту боль, на которую обрекал множество людей по всей империи, отправляя их в иной мир.

– Так он ещё и за пропажу граждан моей страны ответственен, – сквозь зубы промычал Романов, с силой сжав кулаки, которые на мгновение покрылись тонкой коркой голубоватого льда, сиявшего в свете электрических светильников. – Саша, я теряю терпение.

– Ты должен пообещать мне, что реакция империи будет стремительной, как полёт ястреба, заметившего свою добычу, – не спешил я. – И то, что ты позволишь мне с ним разобраться напрямую, пока твои люди занимаются его, так скажем, тылами.

С минуту Михаил смотрел на меня, не моргая, пока его кулаки не разжались, а тонкая голубоватая корка бесследно не истаяла. Тяжко выдохнув, император буркнул короткое: "Согласен."

– Вот и ладушки, – несколько раз хлопнув ладонями, я воодушевился. – Кей открывай портал. Я давно хотел посмотреть на горы Урала, – Михаил тут же вскинул бровь, ожидая фамилии причастного. – Пора привести Волконского к ответу за все его грехи, – оскалился я, глядя на то, как расширяются глаза венценосного от удивления.

– Ты знал, – тихо шепнул глава государства. – Ты знал, что он причастен к похищениям моих подданных, но молчал! Именно поэтому ты всячески отваживал князя от управления страной, никому не показывая, что в курсе его тёмных игрищ! – на умозаключения императора мне оставалось лишь кивнуть и заявить:

– Верно. Но предположить того, что он решится похитить членов императорской семьи, я, увы, не смог, – признался я. – Однако не переживайте, Ваше Императорское Величество, ваши близкие в целости и сохранности. Волконский определенно кого-то из нас выманивает, поэтому не станет лишний раз терзать членов императорского Рода. С моим появлением Анастасию и Ирину сразу же эвакуирует Ирэн, после чего организует их доставку в безопасное место. Она способна сделать это прямо сейчас, однако Волконский поймёт, что мы в курсе его планов. А так, у него будет мнимая уверенность в том, что ситуация находится под его полным контролем.

"Долго мне ещё разлом открытым держать? – нагло ворвалась в поток моих мыслей демоница. – Базарные бабки, ей богу."

– Рассчитываю на тебя, – было видно, что Романов лично хотел бы сжать шею Волконского, однако он просто пожал мою руку и направился на выход из переговорной.

– Я с тобой, – припечатала Анна и первой шагнула в портал девятихвостой лисицы.

Глава 2

Цокнув языком, я устремился вслед за своей женой. Пройдя сквозь разлом в пространстве, мы оказались на удаленном от цивилизации плато в горах. По коже сразу же ударил морозный ветер, который был попрохладнее того, что устроил Романов в имении княжеского Рода Донских. Вот только непогода совершенно не мешала Анне переоблачаться в гвардейскую форму моего Рода, которую ей любезно подсунула Кей. И делала она это настолько быстро, что я успел лишь мельком заметить прекрасные ягодицы своей жены, прежде чем она натянула штаны.

– Навевает воспоминания, не так ли? – ухмыльнулась девушка, поудобнее перехватывая клинок из лунной стали, также выданный Анне хвостатой.

– Не могу не согласиться, – хмыкнул я и по обычаю расстегнул пиджак костюма, решив, что сам не буду переодеваться. – Кей, расскажи, чего нам ждать от неприятеля.

– От этих можно ждать любых сюрпризов, – фыркнула кицунэ в человеческом обличье. – Из наших, имперцев, здесь лишь Волконский. Остальные поголовно являются представителями иного мира. Рядом с князем постоянно ошивается невзрачный старичок, о Даре которого я ничего сказать не могу, так как не понимаю его структуры. Возможно, Чайя что-нибудь поймет, когда вы схлестнетесь в сражении. Это что касается тебя, Саша. Что до тебя, Аня... – девятихвостая ненадолго замолчала, прикидывая варианты. Наконец кивнув, она продолжила: – Ты стала сильнее, определенно. Думаю, сможешь справиться с противниками, если будешь действовать аккуратно. Я не смогу постоянно перемещать тебя в пространстве, так как пещера полностью лишена освещения. Иномирцы пользуются одноразовыми артефактами, которые позволяют видеть в ночи, так что даже сорвать с них аксессуары не выйдет. Да и чужие магические штучки лучше не использовать без тщательной проверки, – Анна строго кивала, получая новые вводные. – Придётся тебе, подруга, довериться мне и ориентироваться на мои огонь и команды, максимально опираясь на защиту. Если у противника есть ресурсы, чтобы каждого бойца наделить артефактом, позволяющим видеть во тьме, то может найтись что-нибудь с более атакующим уклоном. Ты должна быть способной пережить подобный удар, а дальше я уже тебя вытащу.

– До такого доводить я не планирую, – уверенно заявила девушка, покрывая своё тело тонким слоем мраморного камня. Внешне мрамор напоминал собой тот материал, из которого был выполнен купол в разрушенном столичном большом театре.

– Вот и отлично, – хмыкнул я. – Кей, первым делом вызволяем из плена членов семьи императора, после чего небольшим ударным кулаком атакуем укрытие Волконского. Вы отвлекаете на себя внимание мелких сошек, покамест я буду заниматься самим князем и его подручным иномирцем.

Хвостатая шутливо козырнула, после чего воздвигла подле себя небольшой портал и исчезла в нём. Спустя пять секунд из него на морозный камень плато выпала сначала девочка лет двенадцати в испачканном в чём-то липком и вязком платье, которую я умело подхватил на руки, чтобы та не поранилась, а затем и её мать, Анастасия Романова. Внешний вид женщины был ещё хуже, нежели у её дочери. Роскошные волосы спутались в колтуны, а от одежды осталось лишь название. Похоже, она пыталась осуществить попытку сбежать из заточения, однако ссадина на лице символизировала неудачность такой затеи. Несмотря на это, экс-императрице удалось обойтись без посторонней помощи, чтобы удержаться на ногах. Однако то, каким взглядом она меня одарила, заметив на моих руках свою дочь, что мне аж поплохело. Могла испепелить – испепелила бы.

– Новиков, поставь моего ребёнка на землю, – требовательно прошипела Романова.

Я медленно выполнил требования, но не из-за того, что боялся разгневать мать императора. Меня смущало наличие Печати Ограничения на душах как самой Анастасии, так и её дочери, Ирины. Понятное дело, что меня заинтересовало не само существование конструктов, а то, что наносил их не я. Из портала вышли Кузнецов и Ирэн, а я продолжал разглядывать душу матери императора, пока в какой-то момент не поинтересовался:

– Когда ты лишилась возможности управлять своим Даром, Анастасия? – прямо спросил я, глядя на заметно успокоившуюся Романову, когда её дочь прошмыгнула ей за спину и обняла ту сзади.

– Когда очнулась в пещере, – решила не утаивать от меня информацию женщина. – Точного момента, когда меня лишили Дара, я назвать не могу. Возможно сразу, а может, тогда, когда я была без сознания.

– Хорошо, – кивнул я, снимая с себя пиджак. Подойдя к Анастасии, накинул его ей на плечи, невзирая на её возражения и попытку отстраниться. – Кей, наложи иллюзию на нас с Анной. Попытаемся сойти за бывших пленников, – я оскалился.

***

Горы Урала

Неизвестная пещера

Князь Иван Геннадьевич Волконский расхаживал по пещере, насвистывая ему одному известный мотивчик. Хоть вокруг и было темно настолько, что глаз выколи, министр иностранных дел Российской империи прекрасно всё видел и ориентировался в витиеватых переплетениях сети пещер. Друзья из иного мира поделились прекрасным артефактом, который нивелировал такой недостаток данного укрытия, как отсутствие каких-либо источников света.

Иван Геннадьевич находился в прекрасном расположении духа. Он точно знал, что всё идёт по его хитрому плану, а значит, что в ближайшее время ему удастся поквитаться с наглым графом, который успел за короткий срок причинить ему массу проблем и неудобств. Казалось бы, обычный Одаренный, пусть и сильный, однако именно он стал камнем преткновения в совместном плане князя и рихта, отчего его решили нейтрализовать в первую очередь.

"Придётся уйти в тень, что поделать? – слегка опечаленно размышлял князь. – Хотя, если иномирцы способны лишить Одаренного способности управлять энергией, то, может, найдётся специалист способный подправить память даже такому сильному менталисту, каким является жена прошлого императора."

Довольно хмыкнув, Иван Геннадьевич ускорил шаг, намереваясь нанести внезапный визит пленным, чтобы ещё раз получить возможность понаблюдать за смесью страха и непонимания на их лицах. Кто бы мог подумать, что почти полтора десятка лет Романовым удавалось скрывать существование ещё одного ребёнка. В случае, если что-то пойдёт не по плану и Волконского рассекретят, то вся империя узнает о существовании Ирины, дочери пропавшего императора. Иван Геннадьевич об этом позаботился: один клик компьютерной мыши и всё готово!

– Ваше Императорское Величество, как дела? Больше не будете пытаться сбежать? – весело спросил Волконский, зайдя в одно из ответвлений пещеры, где было по-особенному сыро и темно. – Я же предупредил, что вас никто и пальцем не тронет, если вы будете вести себя смиренно и покладисто, – раздосадованно покачал головой мужчина, однако ни бывшая императрица, ни её дочь никак на его замечание не отреагировали. – Чего притихли? Неужто дар речи потеряли в довесок к энергетическому? Непорядок, – поцокал языком князь, подойдя ближе членам императорской семьи. Однако сразу же, не дожидаясь ответа, взмахнул головой, тем самым вернув себе весёлое расположение духа. – Ну ничего, сейчас вас разговорят. Иномирец, настоящий маг! Правая рука знаменитого Волшебника! Ха-ха-ха, – рассмеялся Волконский, словно помешанный. Вот только Анастасия и Ирина Романовы вновь никак на его речи не отреагировали, отчего он махнул на них рукой: – Эх, вы всё равно ничего об устройстве мира вторженцев не знаете. Жаль, кончено... Скажу так, старику все стихии подвластны. Хоть сам я этого, конечно, не видел, но одно то, что он взмахом руки лишил вас Дара, свидетельствует о том, что он не самый простой Одаренный, – Волконский склонился к лицу экс-императрицы вплотную. Скалясь, он старался разглядеть в ней ту самую женщину, что управляла Российской империей на протяжении долгих лет после исчезновения её мужа. – Куда делась ваша стать, Ваше Императорское Величество? – с издёвкой спросил министр иностранных дел, как вдруг у него зазвонил мобильный телефон. – Алло? – с удивлением спросил в трубку князь, потому как его мобильное устройство было в выключенном состоянии, и как на него смогли дозвониться оставалось лишь гадать. – Что значит "наше княжество взято под стражу"? – Иван Геннадьевич мгновенно потерял интерес к членам правящего Рода, выпрямив спину и невольно побледнев. – Захар, ты напился?! – секунду неизвестный голос приглушённо звучал из мобильного телефона, приложенного к уху князя.

Стремительно приближающиеся шаги из глубины пещер заставили Ивана Геннадьевича, что изрядно сдал в моменте, оторвать мобильный телефон от своего уха. Он вглядывался в темноту, ожидая того, кто посмел нарушить его единение с членами императорского Рода. С каждой секундой шаги становились всё громче, намекая, что их владелец целенаправленно движется в этом направлении. Помимо этого, Волконский смог расслышать шаркающие звуки, которые были присущи помощнику Волшебника, способному управлять силой других Одаренных, что помогло князю взять себя в руки и вернуться к телефонному разговору.

– Захар, чётко и по порядку, – приказал князь своему сыну. – Что значит "за тобой уже идут"? – не понял Иван Геннадьевич. – Они там совсем охренели? Я министр иностранных дел! Что они себе позволяют?! – воскликнул в сердцах мужчина, после чего резким движением оторвал телефон от своего уха, так как из него раздался оглушительно громкий звук, что был схож с треском льда. Аккуратно приблизив мобильное устройство обратно, князь неуверенно спросил: – Сын? – однако с другого конца провода ответил иной голос, принадлежащий явно не представителю княжеского Рода Волконских. От этого князь изрядно напрягся и спросил: – Ваше Императорское Величество? – в этот момент глаза сидящей на каменном покрытии пещеры экс-императрицы сверкнули тёмными молниями, однако князь не заметил этого, так как был полностью поглощённым голосом, шедшим из мобильного устройства. – Что значит "мне пи...".

– Князь, беги! – громко, настолько, что эхо голоса наполнило всю сеть пещер, прокричал ворвавшийся в ответвление старец. – Это не они! Их подменили!

– А? – глупо спросил мужчина, обернувшись в сторону иномирца, чтобы в следующий момент взвыть от боли. Князь Волконский с неким неверием смотрел на то, как его рука, всё еще сжимающая мобильный телефон мёртвой хваткой, упала на пол, после чего его сознание провалилось во тьму.

***

Анна стремительно покрывала тело князя Волконского мрамором, пока я, лихо поднявшись и растеряв всю маскировку, встал между ней и стариком-иномирцем, что протянул свои Духовные конечности к душе моей жены. Сконцентрировавшись и обратившись к Духовному Дару, хлёстко влепил по таким же отросткам, принадлежащим, как оказалось, приближенному Волшебника. Тот, мягко говоря, удивился и сейчас взирал на меня с большим удивлением. Не растерявшись, я усмехнулся:

– Мою жену, как и её душу, волен трогать лишь я один! – после чего Шагом переместился вплотную к иномирцу. Тот не растерялся и сразу же отправил в меня огромный огненный шар, способный выжечь весь кислород в этом ответвлении пещер. Я-то, может, и продержусь, а вот Анне без воздуха, пригодного для дыхания, будет проблематично. Пришлось гасить технику иномирца, обернув её в Тень.

Убивать старика вовсе было нельзя, так как он является прямым выходом на знаменитого Волшебника, что изрядно попортил жизнь таким людям, как Прет. Так что придётся брать его измором и немного поиграть с ним в догонялки. Стоило мне отвлечься на ликвидацию его техники, как того уже лишь пятки сверкали. Передвигался иномирец чертовски быстро, никак не напоминая собой немощного старика, которым, по сути, являлся.

– Аня, мелочь на вас с Кей! – громко скомандовал я. – На себя возьму старого пердуна! – и рванул вслед за ним по тёмным переходам пещер, мысленно добавив: – "Который не так уж и прост, каким хочет казаться."

Ориентировался в пещерах я, мягко говоря, на ощупь. Основным маяком для меня служила душа иномирца, которая петляла по ответвлениям, как у себя дома. Сходу нагнать его не вышло, так как он перемещался между теми местами, в которых находились иномирцы. Пришлось ненадолго останавливаться и разбираться с проблемой, тем самым упрощая жизнь Анне и Кей.

Но, как бы то ни было, долго бегать старик не мог, потому как разлома в пространстве, через который он сумел бы сбежать в иной мир, рядом не было. А улизнуть от меня ему не позволяли старые кости. Рано или поздно иномирцы в пещерах закончились бы, и я нагнал бы своего противника. Он, судя по всему, прекрасно это понимал, поэтому в какой-то момент остановился, но атаковать подоспевшего меня не торопился.

– Давай поговорим, Идущий со смертью, – выставив руки перед собой, прокричал старик. Он выглядел несломленным, однако душа его трепетала, в то время как моя была эталоном незыблемости.

– Говори, – остановившись, твёрдо приказал я.

– Ты не от мира сего! Тебя здесь быть не должно, – запричитал он. – Я предлагаю тебе объединиться с моим господином. Вдвоём, с вашими силами, вы сможете покорить не только этот мир, но и любые другие! – воодушевлённо прокричал старик. – Я предлагаю тебе бросить игру с похищениями жителей этого мира, оставив разборки князя и рихта им самим. Ты и мой господин возглавите экспансию, как союзники. И после её успеха объедините мир, который раздробили между собой мелкие феодалы. Наш мир! Каждому из вас достанется по миру, в котором вы будете чувствовать себя богами по отношению к простым смертным. Неограниченные Одаренные будут лишь жалкими слугами с единственной целью: получить от вас двоих хоть толику вашего внимания.

– Почему ты назвал меня "Идущим со смертью"? – показывать того, что сам это не знал, я не стал, решив немного схитрить. Не дав ему чёткого ответа не предложения, мне хотелось выбить из него больше информации, пока он разговорчивый.

– Как "почему"? Ты же жрец! Управляющий душами! Проводник! Почти такой же, как и я, только лучше! – старик был откровенным, явно надеясь на то, что я соглашусь на предложенную им авантюру, раз сходу не стал отказываться. – Я обычный начертатель. Куда мне до тебя...

– Не такой уж и обычный, раз стал правой рукой Волшебника, – улыбнулся я, показывая, что тоже кое-что о нём знаю. – Предложение, конечно, чересчур заманчивое. Вот только я не собираюсь делить с кем-либо власть, – мои глаза потемнели, а голос помрачнел. – Меня не интересует управление миром. Для меня важен лишь мой Род, – и чуть-чуть Российская империя с недавних пор, да-да. – А вы, иномирцы, видите ли, являетесь для него угрозой, – я развел руками, на что старик невольно отшатнулся. Его душа трепетала как осиновый лист на шквалистом ветру. – Приспешники твоего господина устроили засаду для моих людей, когда они возвращались с Рифта, – начал я перечислять, медленно зашагав в сторону иномирца. – Джон Миссурийский пытался отнять у меня невесту. А сегодня из-за вас мне пришлось слегка изменить ход собственной свадьбы, – замерев неподалёку от иномирца, я вытянул в его сторону руку. – Увы, но вы перешли черту, чтобы с вами могли вестись переговоры.

От моей реальной конечности протянулась полупрозрачная, Духовная. Я намеревался начертать на душе старика Печать Обнуления, чтобы тот не смог управлять энергией от слова "совсем". Если просто ограничить его Дар, то у него останется возможность стереть конструкт самостоятельно, а это, я считаю, недопустимым. Вот только стоило мне приблизиться к душе иномирца настолько, чтобы прочувствовать его Печати, которые он пытался от меня скрыть, я резко одернулся, почувствовав неминуемую опасность. Душа старика разом успокоилась, страх исчез с его лица, а сам он, горько выдохнув, буркнул:

– Не удалось мне убедить тебя встать на мою сторону, – лицо иномирца поплыло, превращая старика в совершенно другого человека. – А ведь я не соврал ни в едином из своих предложений... Жаль... – покачав головой, посетовал незнакомец. – В таком случае, прощай, Идущий со смертью, – он сложил свои пальцы в причудливом жесте, после чего в моих глазах погас свет.

Глава 3

"Скотина!" – в сердцах воскликнул я мысленно.

Иномирец сорвал с моей души Печать, отвечающую за способность видеть в темноте. Её наспех ставила мне Чайя, потому-то восстановить сходу, да ещё и в боевой обстановке я её не смог. Саму богиню в виде клинка я удерживал сейчас перед собой, сдерживая натиск незнакомца. Он призвал в свои руки оружие ближнего боя, которое я распознал как молот. Судя по тому, что в меня словно грузовик врезался, оружие было явно не самым обыкновенным.

Закрыв глаза и сконцентрировавшись на душе своего оппонента, воображением дорисовывая себе силуэт, я провернул кисть руки, и натиск иномирца ушёл в сторону. Сам я переместился к нему за спину с помощью Теневого Шага. Удар, и мой клинок рассекает воздух, потому как практически невидимый силуэт противника истаял, появившись сбоку от меня. Раздался хруст. Трещали мои кости! Боль стремительно растеклась по моему телу, заставляя меня сжать зубы и упереться клинком в каменное покрытие пещеры.

"Наваждение", – сухой голос Чайи раздался в моей голове, заставляя неприятные ощущения уйти куда-то вглубь.

Сконцентрировавшись, прогнал по своему телу энергию, тем самым избавляясь от чужого вмешательства. Это сработало: боль ушла, кости встали на свои места, сознание прояснилось.

"Кей говорила, что на мне стоит её защита, – заметил я, в то же время выпуская наружу Облако Тени, что стремительно начало расти в размерах, занимая собой огромную часть сети пещер. – Она девятихвостая кицунэ. Как ему удается пробить её защиту?"

"Всё это иллюзия, Саша", – буркнула Чайя и замолчала, предлагая делать дальнейшие выводы мне самостоятельно.

Теневое Облако стало для меня своеобразным радаром. Находясь внутри него, я чётко понимал, где находится мой противник и в какую сторону он собирается двигаться. Тем не менее, казалось, что моя стихия не приносит ему никаких неудобств что в сражении, что в ориентации в пространстве. Странно.

"Кей", – коротко позвал я демоницу, назвав ту по имени.

"Что? – резко отозвалась она. – У нас здесь заварушка в самом разгаре. Твоя женщина разошлась настолько, что я с трудом за ней поспеваю."

Погасив улыбку, я спросил:

"На меня воздействуют ментально?" – задал я прямой вопрос.

Какое-то время девятихвостая прислушивалась, пока не произнесла короткое "нет", после чего оборвала связь. Странно. Мне внушили, что мои ноги сломаны, однако жертвой действий Одаренного-менталиста я не был. Как такое может быть?

Мои размышления были прерваны рёвом иномирных тварей, которые появились в пещере откуда не возьмись. Секунду назад их не было, а сейчас их целая орава, что мчится ко мне со всех лап, желая разорвать мою тушку на кусочки. Я помнил слова Чайи, что всё вокруг является иллюзией, но в то же время чувствовал энергетические системы внутри Рифтовых тварей. На всякий случай призвал стаю Теневых Гончих и несколько десятков Лихорадников, после чего отправил их навстречу монстрам противника.

Сам иномирец в это время спокойно стоял в дальней от меня точке этого ответвления пещеры. Его силуэт замер, как у мастера, взирающего на своё детище. Началась куча мала, а мы так и стояли. Я, пытаясь понять, кем же является мой противник, и иномирец, просто наслаждаясь происходящим. Готов был поспорить, что мои попытки как-либо его прощупать доставляют неизвестному небывалое удовольствие, так как я постоянно терпел неудачу.

В это же время мои Теневые твари с небывалой лёгкостью рвали на куски призванных иномирцем монстров. Несмотря на то, что последние выглядели в разы сильнее и грознее моих, мои Гончие раз из раза одерживали верх, изворачиваясь или задавливая своего противника голой мощью. К тому же туш тварей противника не оставалось. Стоило призванному мной монстру нанести смертельный удар по своему оппоненту, как тот развеивался, распадаясь на лоскуты, пока не исчезал вовсе.

В итоге получилось так, что все твари иномирца были так или иначе развеяны, а моих монстриков оставалось чуть ли не больше половины от изначально призванного количества. И все они устремились туда, где находился мой противник. Тот, наконец, задвигался, решив не становится лёгкой добычей моих Гончих и Лихорадников. Лихо уклонившись от первых монстров, тот подпрыгнул высоко в воздух, ударив своим молотом наотмашь, после чего из его свободной руки сорвалось пламя, спалившее полдесятка призванных мной монстров. На этом иномирец не остановился, сложив ещё несколько Гончих ударом молота, после чего призвал ледяное копьё в ту руку, из которой недавно сочился огонь, и залихватски метнул его, нанизав сразу трёх призванных мной тварей.

Глядя за тем, как иномирец без особых проблем уничтожает моих зверюг, я пытался понять причину, по которой все его энергетические техники выглядят для меня в Духовном зрении одинаково. Если у тех же Одарённых-стихийников каждый вид стихии соответствует всполохам в их душах, то у представителя иного мира, что стал моим противником сегодня, всё было одного цвета – бледно-серого. Я чувствовал, что стоит мне разгадать загадку Дара иномирца, то сразу же получу ощутимое преимущество в нашем сражении. Самое забавное, что Чайя явно определила, как действует мой противник, но меня в подробности решила не посвящать, дав лишь скупую подсказку.

"Всё для твоего роста", – наставническим тоном прозвучал голос богини в моей голове, на что я с трудом удержался от того, чтобы передразнить, спародировав её голос.

В это же время иномирец справился со всеми призванными мной тварями и устремился в мою сторону, явно намереваясь нанести непоправимый ущерб моему здоровью. На ходу тот выпустил в мою сторону несколько десятков сосулек, которые сразу же приправил усиленным потоком воздуха. Я, в свою очередь, на автомате воздвиг напротив себя Духовный Щит, столкнувшись с которым конструкты иномирца не просто замедлились, а вовсе рассеялись. Сам же он, уже набрав изрядную скорость, на всём ходу впечатался в мою защиту. Судя по расширившимся глазам иномирца, Духовной энергии он не видел, хотя, полагаю, Печати ставить мог. Я попросту не видел другого кандидата с подобными способностями, кроме как мой противник.

К слову, огромный молот иномирца также пошёл прахом, растаяв прямо у него в руках. Самому ему с трудом удалось отлипнуть от моего Щита, после чего он принял решение отскочить. Замерев, тот молча за мной наблюдал. Готов поспорить, что в его голове сейчас потоком вьются мысли о том, что я, оказывается, не так уж и прост.

– Что у тебя за Дар? – попробовал иномирец. – Как он работает? Почему я его не вижу?! Я способен узреть всю энергию, а твою – нет! Объясни принцип работы! – потребовал он с безумием учёного.

Тирада моего противника не только заставила меня расхохотаться во весь голос, но и сделать определенные выводы насчёт Дара моего противника. Судя по тому, с каким вожделением ему необходимо было знать тот принцип, с помощью которого я управляю душами, можно сделать вывод, что иномирец тем или иным способом может копировать техники других Одаренных. Причём делает он это заметно слабее обычных владельцев Дара. Например, те же базовые стихийные техники держатся гораздо дольше, столкнувшись с моим Духовным Щитом, когда использованные иномирцем практически мгновенно рассеиваются.

Тем не менее, Дар у него весьма занимательный, и его ни в коем случае нельзя убивать. Необходимо отдать мужика на растерзание Чайе и заполучить необходимые символы, которые требуется внести в Печать Наделения Даром. Таким образом, можно будет сделать универсальных Одаренных, способных практически на всё, словно волшебники.

"Бинго!" – догадка пронзила мой мозг, словно молния ночное небо. – Ты же Волшебник, не так ли? – спросил я уже вслух, подавив желание смеяться. На мой вопрос иномирец умолк и безмолвно вытаращился на меня. – Можешь не отвечать. Я вижу, что прав.

– Если я дам слово, что оставлю твой мир в покое, ты поделишься секретом своего Дара? – заискивающе предложил мужчина, больше не делая никаких попыток меня атаковать.

– За твоей спиной уже столько преступлений, а в душе столько негатива, что мне претит даже одна мысль о том, чтобы тебя отпустить. Что уж говорить о том, чтобы рассказывать что-то о своей силе? – усмехнулся я, глядя то на безумные глаза Волшебника, то на его душу, в которой сквозь бледно-серый блеск Дара прорывались кроваво-красные проплешины. – Я чувствую, что стоит мне тебя остановить в твоих изысканиях, которые мне покамест неизвестны, как вселенная обязательно меня наградит. Ты встал на кривую дорожку во благо силы.

– Не тебе судить чужие поступки, Идущий со смертью, – огрызнулся иномирец.

– Верно, не мне. Но на твоём пути повстречался я – тот, кто тебя остановит, освободив множество людей, которых ты ввёл в заблуждение, от твоего гнёта. А там... – я нарочито сделал паузу, добавляя моменту пикантности. – Кто знает, установится ли баланс на чаше весов моих поступков, когда меня будут судить?

Я медленно зашагал вперёд, чеканя каждый шаг. На ходу призвал духовный клинок и покрыл его тонкой плёнкой Духовной силы. Это вышло у меня легко и непринуждённо, словно я сто раз так делал. Чёрно-белый клинок от такого с собой обращения завибрировал и засиял мерным серым светом, освещая небольшую область в моём Облаке Тени, которое я не спешил развеивать.

Иномирец начал бросать в меня атакующие техники. В ход шли все стихии, на которые он только был способен: огонь, вода, лёд, ветер, земля и множество других, комбинированных стихий. Вот только мой клинок, наделённый Духовной силой, рассекал каждую технику словно раскалённый нож, проходящий сквозь масло. Когда разделяющее нас расстояние стало меньше пяти метров, иномирец дрогнул и сделал стремительный рывок назад. Затем ещё один. И ещё. Так продолжалось до тех пор, пока он не упёрся в стену.

Волшебник попытался было рвануть сначала в одну сторону, затем в другую, однако каждый раз натыкался на невидимую преграду, которой служили Духовный Щиты, что я соткал с обоих направлений от иномирца, образуя тем самым своеобразный коридор из стен, которые были не заметны взгляду моего противника. Тем не менее, Волшебник не оставлял попыток пробиться сквозь них, поливая во все стороны плотным потоком различных техник.

Когда я уже оказался вплотную, шагнув сквозь Тень, тот вовсе запнулся и осел наземь. Слегка размахнувшись, я направил свой клинок к шее Волшебника, чтобы в следующий момент оборвать его жизнь, а вместе с тем и тиранию, которую он устроил в своей "банде". Однако здесь меня ждал сюрприз.

Стоило моему оружию коснуться кожи Волшебника, что не была покрыта никакой защитой, раздался небольшой хлопок с последующим взрывом, в результате которого меня отнесло от моего противника на добрый десяток метров. Никаких повреждений я не получил, так как, в отличие от Волшебника, предпочитал сражаться с активным Покровом. Однако небольшую дезориентацию в пространстве я всё же заработал.

К тому моменту, когда ко мне вернулась ясность ума, иномирец уже поднялся на ноги и стоял ко мне спиной, вытянув в сторону свою правую руку, пальцы которой удерживали причудливой формы амулет. Чётко разглядеть его я был не в силах из-за окружающей нас тьмы, однако силуэт, который формировало моё сознание на основе информации, получаемой от Облака Тени и Духовного зрения... Можно было сделать вывод, что похож амулет был на якорь-сферу какого-нибудь Рифта средней паршивости.

– В этот раз твоя взяла, имперец, – пафосно ляпнул Волшебник, после чего сжал свою кисть в кулак.

Послышался громкий хруст, символизирующий поломку артефакта, а возле Волшебника появился разлом в пространстве. Я сходу шагнул сквозь Тень, намереваясь остановить попытку Волшебника к бегству, однако тот довольно-таки юрко скользнул в портал и был таков. Я же замер возле перехода в другой мир, будучи не в силах сделать шаг вовне.

Чертовски хотелось войти в портал, догнать Волшебника и закончить начатое. Однако здравый смысл взял своё, заставив меня остановиться. На выходе из разлома могла быть заготовлена ловушка, которую я мог бы и не пережить. Помимо этого, портал очевидно закроется, а значит, вернуться я не смогу, так как Кей всё ещё развлекается с иномирцами, которые охраняют эту сеть пещер. Без хвостатой открыть обратный переход в мир, в котором останутся мои родные, мои люди и мой Род, я не смогу.

Я безмолвно глядел на то, как сужается дымка портала, пока от него не осталось и следа.

***

Волшебник был в бешенстве. Ещё никогда ему не приходилось покидать ловушку, которую он сам и устроил, бегством. Да ещё каким! Поджав хвост, оказавшись ни в силах не скопировать, не каким-либо иным образом воздействовать на Дар своего противника.

"Так он ещё и вслед за мной не последовал!" – опустошённо резюмировал Волшебник.

Действительно, стоило графу войти в портал, как его бы здесь попросту задавили бы числом, потому как артефакт, который использовал Волшебник вёл прямо в сердце его базы. Место, где были собраны лучшие из его людей, что были готовы ради своего господина на всё. Они бы отдали свои жизни для того, чтобы он, Волшебник, стал ещё могущественнее.

"Хитрый ублюдок! Уродился сильным и нагло этим пользуется! Когда мне пришлось продираться к величию сквозь боль, пот, кровь и унижения, выгрызая из своих противников Дар за Даром, постигая их суть и овеществлять свои иллюзии! Несправедливо! – мужчина резко замер. – Никогда бы не подумал, что буду жаловаться на свою судьбу, – эта мысль отрезвила разум Волшебника, из-за чего он начал мыслить более рационально. – Что мне известно об этом Новикове? Только то, что он является Идущим со смертью и обладает весьма сильной комбинированной стихией, которую мне ещё лишь предстоит постичь. Помимо этого, он управляет Даром, природа которого мне не то, что не известна, она даже не поддаётся моему воображению. Я её не вижу! – вновь начал распаляться мужчина, яростно чеканя шаг в направлении своей башни. – Нужно узнать стихию его Дара, чтобы в следующий раз я оказался сильнее своего противника. Всё как в старые-добрые времена", – от последней мысли на лице Волшебника взыграла предвкушающая улыбка, которая вмиг померкла, так как на его пути возник рихт, союзник которого проиграл первым в сегодняшней битве с графом.

– Результат? – требовательно произнес он, остановив Волшебника. Однако у последнего на лице было написано, что их союз постигла неудача, и рихт задал очередной вопрос: – Что с князем?

– Пал. Ищи себе нового союзника, человек, – отмахнулся Волшебник, не чувствуя ни капли вины в произошедшем. В конце концов он должен был лишь ограничить Дар у матери императора, так что со своей частью он справился на ура.

Пока рихт осознавал услышанное, мужчина прошёл мимо и, войдя в башню, обратился к ней лично:

– Оповести всех, что меня не будет некоторое время, – от башни поступил вопросительный сигнал. Волшебник, вновь усмехнувшись, решил утолить любопытство своего создания: – Я направлюсь туда, где смогу выведать то, каким образом Новиков управляет энергией. Постигнув эту тайну, я смогу вернуться и показать жалкому графу, где его место!

– Что это за место, господин? – раздался медленный, трещащий голос, наполнивший собой всю постройку.

Башня почти никогда не использовала слова в общении со своим создателем, однако этот раз стал исключением, так как Волшебнику удалось её заинтересовать. Получив прямой вопрос от своего создания, мужчина оскалился и коротко припечатал:

– Храм Идущих со смертью!

Глава 4

Вернувшись к месту, где всё началось, встал возле мраморного кокона, в котором покоился Волконский. У меня ещё были на него планы, но первоначально следовало опустошить сеть пещер от иномирцев, а также от присутствия моей жены. Тем не менее, я ей всё же дал время на то, чтобы окончательно справиться со своими противниками. Их было много, а у Анны в поддержке была лишь Кей. Однако моя жена выглядела довольной, несмотря на наличие нескольких небольших порезов на щеке. Один из рукавов её формы красовался изрядными подпалинами, когда другой, в свою очередь, был намочен, хоть выжимай.

– Кей, бери Анну и догоняй Ирэн с подопечными. Передашь ей мою жену из рук в руки, после чего возвращаешься и приступаешь к уборке. Будем проводить своеобразную очную ставку, в течение которой князь не будет знать о других участвующих в ней лицах, – я по-доброму улыбнулся, да сделал это так, что ни Анна, ни Кей не стали со мной спорить и покорно отправились выполнять мои поручения.

Я же, в свою очередь, покамест у меня выдалась свободная минутка, уселся на мраморный кокон и, сложив ноги по-турецки, принялся медитировать, тем самым разгоняя восстановление своих энергий: как Духовной, так и обычной, текущей по моим каналам. Это, конечно, не бог весть что, однако вместе с ускоренным восстановлением, мысли приводились в порядок, даруя мне чёткое понимание, кем является Волшебник. Обычный лжец, что получил возможность управлять слабой версией силы других Одаренных. Готов поспорить, что подобные ему люди уже появлялись не только в его мире, но и в нашем. Однако по тем или иным обстоятельствам у них не вышло достичь того же результата, которым мог похвастаться мой недавний противник.

Помимо этого, я теперь готов отдавать себе отчёт в том, что не имею права расходовать всю Духовную энергию. Без силы управлять душами я становлюсь весьма уязвимым перед Волшебником и его странным Даром: он банально замарширует меня обилием разнообразных техник, против некоторых из которых не сможет справить ни моя Тень, ни Теневая Буря. Мысленно зарезервировал небольшой запас для непредвиденных ситуаций, когда Волшебник решит устроить мне очередную засаду.

– Медитациями занимаешься? А мог бы парочку трупов в одном месте сгрузить, чтобы мне проще было, – язвительным тоном прокомментировала моё занятие Кей, вырывая меня из своих мыслей. Её фырканья раздавались по всей сети пещер, пока она перемещалась от одного мёртвого иномирца к другому, поглощая их тела в пространственное хранилище.

На всё про всё у девятихвостой ушло не более получаса, в течение которого я смог полностью восстановить обычную энергию, которая была разлита в мире, и немного своих Духовных сил. Всё же у последних была совершенно другая природа, и генерировались они моей душой в отдельном порядке.

– Какой у нас план? – устало произнесла и подбоченилась Кей, встав рядом со мной возле мраморного кокона. В то же время весь её вид, как и полнота моих источников, говорили о том, что хвостатая ни капли не устала.

– Слушай меня внимательно, морда пушистая...

***

Князь Волконский приходил в себя медленно, словно после долгого и сладкого сна. Потянувшись, он с удивлением нашёл себя на полу пещеры. Благо вокруг было светло как днём.

Тут в памяти министра иностранных дел Российской империи начали всплывать последние события, произошедшие перед тем, как он оказался в столь незавидном положении. Похищение матери императора с её дочерью, их попытка побега, звонок сына, окрик и встревоженное лицо правой руки Волшебника, отрубленная рука и последовавшая за ней тьма – всё это заставило князя позабыть о блаженном сне и вскочить на ноги. По его лицу начали скатываться крупные бисерины холодного пота, плавно опадающие на холодное покрытие пещеры.

Опомнившись, Иван Геннадьевич схватил себя за руку, которую вроде бы должен был потерять, однако та была на месте и совсем не болела. Тщательно её ощупав, он не обнаружил никаких недостатков, которые бы соответствовали недавно отрубленной конечности.

"Сон?" – проскочила судорожная мысль в усталом мозгу князя.

Быстро зашагав по туннелям пещеры, Волконский пытался найти хоть кого-нибудь, кто сможет пролить свет на происходящее. Вот только единственным, что намекало на то, что здесь совсем недавно были люди, оказались парочка кострищ да несколько не до конца сложенных палаток.

"Иномирцы покинули пещеру, – пришёл к выводу Волконский, прочесав пещеру дважды и явно от этого устав. – Старик меня обманул. Жалкий ублюдок! Он выкрал членов императорской семьи, выставив меня козлом отпущения, – вспомнив разговор с сыном, подумал князь. – Ну ничего, я до него ещё доберусь!"

Иван Геннадьевич смело направился в место, где пещера расширялась, образуя больших размеров зал, потолок которого поддерживался естественными колоннами. Встав в его центре, он выудил из своего кольца-хранилища небольшой камешек. Тот был настолько неприметен, что не каждый смог бы разглядеть в нём довольно-таки могущественный артефакт, способный открывать пробои в другой мир. Этот камень достался князю от его союзника из иного мира. Тот явно перестраховался перед тем, как сотрудничать с Волшебником и его людьми, которые, как оказалось, падки на предательство. Сейчас князь был искренне благодарен рихту за его дальновидность.

– Для начала подальше от любопытных глаз, но поближе к замку рихта, – тихо, почти шёпотом, пробормотал Иван Геннадьевич, теребя в руках камень, что медленно, но верно начинал мерцать серыми вспышками света.

Князь нарочито медленно и аккуратно вливал в артефакт свою энергию, чтобы не перестараться. Если камень перенасытить, то неизвестно, куда тот сможет перебросить своего владельца. В делах пространства и времени всегда необходимо было действовать размеренно, давая чёткий отчёт своим действиям.

Тем временем камень-артефакт замерцал сильнее, отчего на полу пещеры образовалась робкая тень, что принадлежала князю. В какой-то момент Волконскому показалось, что она как-то слишком неестественно исказилась. Разум министра иностранных дел наполнился страхом, отчего тот замер и перестал вливать в артефакт свою энергию. Тот, в свою очередь, начал светиться мерным тусклым светом. Искажённая тень пришла в спокойное состояние. Князь выдохнул с облегчением и принялся за дальнейшую напитку артефакта своей энергией.

Медленно, словно с трудом, Ивану Геннадьевичу удавалось приближаться к необходимому ему результату. Он настолько был сфокусирован на своём деле, что даже позабыл о контроле окружающего пространства. В какой-то момент ему показалось, что тишину, наполнявшую сеть пещер, нарушил насмешливый девичий голос, бросивший тихое:

– Дилетант!

Вот только Ивана Геннадьевича это не заботило, потому как он уже вплотную подошёл к тому, чтобы открыть портал в другой мир. Он не мог позволить себе отвлечься и потерять то, чего достиг. Артефакт уйдёт на перезарядку, и ему придётся ждать несколько часов, прежде чем он сможет осуществить ещё одну попытку открыть разлом в пространстве.

Вытянув язык от натуги, князь, наконец, щёлкнул по камню указательным пальцем, и тот мгновенно погас, перестав мерцать. Иван Геннадьевич поспешил отвести артефакт в сторону, и на расстоянии его вытянутой руки образовался портал, сиявший мерным голубым свечением.

"Успех!" – скользнула победная мысль в голове министра иностранных дел, а на его лицо наползла довольная ухмылка.

Набрав в грудь побольше воздуха, он звучно выдохнул и шагнул в разлом. Следующий вздох он делал уже в другом мире. Зелёный луг растянулся на несколько десятков километров. Вдали виднелись белые верхушки гор, у подножья которых стоял одинокий, но величественный замок.

Свежий воздух приятно защекотал ноздри, а от небывалых красот, что не были испорчены технологическим прогрессом, слегка закружилась голова. Почувствовав себя в безопасности, князь Волконский присел на голую землю. События, которые произошли в его то ли сне, то ли видении начали резво проноситься в его голове чудаковатыми картинками, которые были искажены влиянием неизвестных сил. От осознания ситуации, в которой князь оказался, ему захотелось свернуться калачиком и тихонько зарыдать, как ребёнок, разбивший себе коленку. Но Иван Геннадьевич не был слабаком, а значит, и поддаваться сиюминутным желаниям, проявить эту самую слабость, он не стал.

– Голова кружится... Немного отдохну и встречусь с рихтом. Уверен, он меня не оставит, учитывая то, через что мы с ним вместе прошли. Миссурийского же не оставил, – тихо, словно боясь, что его могут подслушать, пробормотал министр иностранных дел Российской империи.

Чтобы немного отвлечься от гнетущих мыслей, князь принялся разглядывать артефакт, который сейчас напоминал собой самую обычную безделушку. Сжимая его в руке, Иван Геннадьевич был благодарен судьбе за то, что он у него оказался. В ином случае выбраться из гор Урала было бы не так просто.

Разжав ладонь, князь позволил камню покачиваться по её поверхности, словно лодочка. За спиной послышался тихий шёпот, который Иван Геннадьевич не смог проигнорировать, вследствие чего обернулся. Однако никого там не было, и Волконский списал это на игры его весьма расшатанного последними событиями разума. Повернув свою голову обратно, он с неверием отметил, что камень с его руки исчез. Теперь его увлекательно разглядывала девушка с девятью хвостами за спиной, стоя́щая перед князем на некотором удалении.

Иван Геннадьевич узнал её. Не мог не узнать. Девятихвостая девушка-лисица – фамильяр графа Новикова. Сердце князя пропустило удар. Он бессильно протянул другую руку в сторону фамильяра. Кицунэ на это лишь усмехнулась и щёлкнула пальцами левой руки. Картинка перед глазами Волконского поплыла, протянутая им рука начала истаивать, разрываясь на куски от лёгкого ветра, гуляющего по лугу. Вместе с этим вернулись боль и осознание того, что всё то, что князь принимал за необычное сновидение, оказалось правдой.

Обессиленно опустив голову, князь уставился в свою тень, что была следствием палящего в ином мире солнца. Та вдруг дёрнулась, пошла рябью, и из неё медленно начал появляться его злейший враг: граф Новиков собственной персоной.

– Давно не виделись, Иван Геннадьевич, – усмехнулась вылезшая из тени голова. – Российская империя не прощает тех, кто её предал.

Граф продолжал покидать своё укрытие, которым служила тень князя Волконского, когда сам Иван Геннадьевич мысленно смирился со своей судьбой. Рассчитывать на то, чтобы победить Канцлера Российской империи без поддержки своего Рода, не приходилось. Да и для того, чтобы попытаться сбежать, граф был чересчур сильным Одарённым, способным передвигаться мгновенно и на огромные расстояния. У князя Волконского не было ни единого шанса.

Новиков протянул руку, что также покинула тень, в сторону головы министра иностранных дел. Силы начали покидать князя, и прежде, чем его сознание полностью передалось тьме, тот успел подумать:

"Совершить клик компьютерной мышью я тоже не успел..."

***

Вернулись в столицу мы к тому моменту, когда солнце уже скрылось за горизонтом. Точнее сказать, Кей смогла отследить то место, до куда удалось добраться Ирэн, Кузнецову, Анне и двум членам императорского Рода, после чего мы дружной компанией отправились дальше.

Отряд двигался со скоростью самого медленного его члена, которым в этот раз являлась младшая сестра Михаила Романова. И пусть Кузнецов периодически подносил её на руках, из Уральских гор выбраться было не так уж и просто. Поэтому нашему с Кей появлению были рады абсолютно все, включая Анастасию. Враждебность хоть и не исчезла из взгляда экс-императрицы полностью, но по крайней мере затаилась глубоко в недрах её души.

Так уж вышло, что вышли из горного массива мы ближе к Иваново, нежели к Москве. Исходя из этих вводных было принято решение остановиться в моём имении на отдых для того, чтобы все смогли привести себя в порядок. При въезде в Москву необходимо соответствовать. И пусть мы перемещались приоритетно порталами, никто не отменял фактора случайного взгляда.

Долго задерживаться в имении мы не стали. Несмотря на то, что можно было бы остаться до утра, я настоял на том, чтобы отправиться в столицу именно сейчас, ночью. Во-первых, хотелось побыстрее избавиться от балласта в виде двух особ императорских кровей, а во-вторых, у меня и Анны сегодня первая брачная ночь, которую нам хотелось бы провести наедине друг с другом.

Вот и стоило экс-императрице и её дочери покинуть ванные комнаты и переоблачиться в свежие платья, которые, благо, были у них в наличии благодаря кольцам-хранилищам, мы выдвинулись в сторону столицы. Члены императорского Рода двигались отдельно, будучи сопровождаемыми парой машин кортежа. В то время как мой автомобиль ехал на некотором расстоянии позади. Анна решила сопровождать меня сегодня везде и всюду, поэтому увязалась вместе со мной. Бессменным водителем у нас выступал Иван.

Несмотря на всю боевитость, моя жена сегодня выложилась, отчего переутомилась. Спустя пятнадцать минут езды по ночным дорогам она задремала, явно решив набраться сил для сегодняшней ночи. Об этом красноречиво свидетельствовала предвкушающая улыбка, застывшая на её лице.

***

До Москвы, а в дальнейшем и до императорского дворца, нам удалось добраться без происшествий. Невзирая на то, что к нашему приезду уже стояла глубокая ночь, город был живее всех живых. Множество автомобилей курсировало по дорогам, формируя тем самым особую атмосферу. Тем не менее, нашу колонну те старались пропустить, не желая попасть в немилость Канцлера, хотя предпосылок к этому вовсе не было.

Сам императорский дворец кишел людьми. Усиленная охрана, множество ищеек Тайной Канцелярии и взволнованных слуг – всё говорило о том, что Михаил приказал найти всех причастных к исчезновению его родных, а также то, каким образом похитителям удалось проникнуть на территорию дворца, минуя охранные системы, состоящие из множества защитных и обнаруживающих артефактов. Помнится, Кей как-то не смогла открыть для меня портал из дворца наружу, и тогда я изрядно встрял. Понятное дело, что нынче такого и быть не может, однако это наводит на некоторые мысли.

Нашу колонну пропустили без вопросов, ведь всем было известно, что в момент происшествия во дворце у меня в самом разгаре была свадьба. Однако у самого входа во дворец всё же вышла небольшая заминка. Я беспрепятственно покинул автомобиль, проснувшаяся Анна юркнула вслед за мной и ухватила меня под руку, а вот Анастасия и её дочь медлили. Немного подождав, я чуть было не влепил со всего размаху себе ладонью по лбу, осознав, что не все во дворце знают о наличии у пропавшего без вести императора ещё одного ребёнка.

Пришлось вновь прибегать к иллюзиям хвостатой. Только в этот раз Ирину превратили в Ирэн. Младшая сестра императора была девочкой смышлёной и всю свою жизнь скрывалась, так что с лёгкостью смогла изобразить молчаливую сопровождающую экс-императрицы, когда самой Ирэн пришлось сидеть в авто и не отсвечивать. Кажется, мою помощницу это более чем устраивало. Как оказалось, девушка совсем не любила холод, поэтому сейчас отогревалась, пользуясь автомобильной печкой, невзирая на долгую поездку из Иваново в Москву.

Михаила, разумеется, о нашем приезде сразу оповестили, поэтому к тому моменту, как его мать покинула автомобиль, тот уже стоял в распахнутых настежь огромных вратах дворца. Вид у него был настолько измотанный, что, казалось, он постарел лет на двадцать за сегодняшний день. Даже заметив свою мать, ему не удалось расслабиться.

Чеканя шаг, венценосный дошёл до позиций своей родительницы и пристально её оглядел. Убедившись, что с ней всё в порядке, Михаил бросил на меня обеспокоенный взгляд. Разглядеть иллюзию Кей ему не удавалось, поэтому он не мог понять, где же находится его младшая сестра. На это я лишь молча прикрыл глаза, мол, всё в порядке, и уселся обратно в автомобиль, на котором приехал.

У Романова, определённо, осталось множество вопросов, однако мне до них дела не было, ведь впереди нас с Анной ждала наша первая брачная ночь.

Глава 5

Не спали я и моя новоиспечённая жена практически до самого рассвета. Поначалу, несмотря на прошлую близость, присутствовал некий трепет. Новый статус, что воцарился между мной и Анной, брал своё. Мы оба хотели даровать друг другу наивысшее удовольствие. Тем не менее, воинственность моей жены сыграла свою роль, и в какой-то момент Анна набросилась на меня как львица. В свою очередь, я не стал жаться и показал своей супруге, что тоже не являюсь домашним котиком.

Когда в окно нашей спальни пробились первые лучи солнца, Анна уже блаженно спала на моей груди, тихо посапывая и чему-то улыбаясь. Нежно поглаживая свою жену по стройной ножке, закинутой на мой живот, я почувствовал небывалый прилив бодрости несмотря на то, что не спал уже больше недели к ряду. Пришлось гасить это чувство в зародыше и насильно заставить себя уснуть. Не хотелось бы выглядеть на сегодняшней свадьбе выжатым овощем, когда Оксана будет сиять. Благо я Одарённый, и нескольких часов сна мне хватит с лихвой.

***

Проснувшись, я обнаружил, что Анна уже покинула постель. Принял сидячее положение и довольно потянулся, после чего подошёл к окну и открыл его нараспашку. В лицо сразу же подул слегка прохладный утренний ветерок, а по ушам ударили крики и возгласы слуг моего Рода, что заканчивали последние приготовления к сегодняшнему торжеству.

Прислушался к своим чувствам. Большинство моих близких, включая отца и младшего брата, собрались в гостиной, ожидая начала празднества. Анна вместе с Оксаной закрылись в комнате последней. Вместе с ними там же присутствовали моя мать и обе сестры. Видать, им удалось убедить мою будущую жену, что они могут оказать помощь в приготовлениях.

До начала торжества ещё больше половины дня, так что у меня впервые за последнее время появилась возможность быть предоставленным самому себе. Вот только чувство, что я практически ничего не успеваю, не давало мне расслабиться, поэтому, облачившись в обычный костюм, я направился в подвал, а оттуда в личный Рифт, куда был отправлен Волконский. Уж больно мне хотелось пообщаться с ним на тему иномирцев.

По пути столкнулся с Кузнецовым и предложил тому составить мне компанию, тот быстро согласился, так как организует безопасность сегодняшней свадьбы Зубинин. Пока мы шагали по лесному массиву, что отсекал замок и сруб, в котором был расположен портальный переход, я отметил изменения, произошедшие с главой моей службы безопасности.

Виталий Фёдорович больше не напоминал собой того боевого руководителя пусть и необычный, но школы, к которому я ходил почитать книги и порасспрашивать его о жизни Рифтера. Теперь это был не обычный старик, а статный мужчина с широкими плечами. Он словно помолодел лет на тридцать. В добавок к этому, его добрый взгляд сменился на цепкий, пронизывающий взор, способный, казалось, заглянуть в саму душу стоя́щего напротив человека.

Метаморфозы произошли не только с телом Кузнецова, но и с душой. Она стала ярче, насыщеннее. Будто незыблемый монолит, душа занимала собой большую часть груди Виталия Фёдоровича, источая уверенность в себе, своих силах, Роду, котором тот присягнул, и будущем.

Одним словом, Кузнецов превратился из школьного учителя в настоящего аристократа. И пусть он является личным дворянином, я планирую это в ближайшее время изменить. Сомневаюсь, что Романов откажет мне в том, чтобы я наградил своих людей потомственным дворянством, а некоторых и вовсе – титулом. Глядишь, это, а также мои свадьбы, станут дополнительным стимулом для некоторых к продолжению своего Рода. Например, насколько я знаю, у Кузнецова никого нет. Теперь же, когда он вновь пышет здоровьем, это можно с лёгкостью изменить. Осталось лишь убедить в этом самого главу моей службы безопасности.

– Саша, я спиной чувствую твой пронзительный взгляд, – не оборачиваясь, усмехнулся Виталий Фёдорович.

– На то он и пронзительный, – хохотнул я. – Давайте, пожалуй, ускоримся. Нам необходимо вернуться до того, как всё начнётся.

Кузнецов кивнул и ускорил шаг. Я, в свою очередь, устремился вслед за ним, и уже спустя пару минут спешного хода мы стояли возле камеры, в которой был заточён Волконский. Войдя внутрь, я оценил внутреннее, так сказать, убранство камеры. На таковую она была похожа лишь функционалом, так как больше являлась скорее личной комнатой, нежели местом заточения пленника. Стол, пара стульев, широкое окно, пусть и с решёткой, и, главное, удобная кровать, а не классические нары. Князь обнаружился сидящим на краю этой самой кровати и смотрящим в стену напротив невидящим взглядом. Казалось, что вся суть бытия легла на плечи этого человека.

Усмехнувшись, подошёл к пленнику вплотную и со всего размаху влепил ему пощёчину, возвращая в реальный мир.

– Как ты смеешь поднимать руку на высшего аристократа?! – вскочив на ноги, взорвался негодованием Волконский, однако тут же осёкся, вспомнив, где и по какой причине он находится.

– Я тебе даю выбор, князь, – хмыкнул я, не обратив внимания на тираду министра иностранных дел. – Либо ты сам мне всё расскажешь, а затем тебя будут судить по законам Российской империи. Я, так уж и быть, замолвлю словечко, что ты сотрудничал со следствием. Либо... – я сделал небольшую паузу, из-за которой Волконский судорожно сглотнул, – я сам вытащу все твои воспоминания. Как понимаешь, церемониться конкретно с тобой никто не будет, так что твой разум вряд ли переживёт то, что выпадет на его судьбу.

Волконский медленно усадил своё заднее место обратно на край кровати. На его лице отображался весь ход его мыслей, судя по которым, можно было сделать вывод, что он сейчас размышлял над тем, какое решение принять.

– Иван Геннадьевич, боюсь, у вас сейчас нет времени на раздумья, – покачал головой Кузнецов, который на фоне князя выглядел эталоном благородности. – Но я дам подсказку, которая поможет вам принять решение. Если вы считаете, что ваш союзник из иного мира, рихт, выручит вас из плена, то, боюсь, вы ошибаетесь. Вы находитесь во власти Александра Петровича, и без его ведома из этого места не выйти, даже в том случае, если вам удастся сбежать из этой камеры.

– Итак, твоё решение? – заискивающе спросил я, склонившись над Волконским, отчего тот испуганно отшатнулся, скрипнув кроватью.

– Я... – князь сжал зубы. – Я расскажу всё сам.

– Только учти, – щёлкнул мужика по носу, – если я словлю тебя на лжи, то это будет последним, что случится в твоей жизни, – на мои слова у князя на лице скользнуло нечто, похожее на усмешку. – Полагаю, ты считаешь, что те Печати на твоей душе помогут тебе избежать того, чтобы сболтнуть лишнего, то ты заблуждаешься. Ведь их больше нет, – как заправский злодей, я безумно хохотнул и всплеснул руками, изображая взрыв. – Начни, пожалуй, с того, как ты познакомился с рихтом и почему вы решили объединиться, – подо мной соткался стул из Тени, и я в него уселся.

– Я тогда ещё был княжичем, – проглотив гордость и обиду, с трудом начал князь. – Мой отец был Вольным Рифтером. В политике империи он несмотря на то, что был членом высшего сословия, участия не принимал. Принц Алексей на него очень похож характером. У моего отца была лишь цель – избавление от иномирной угрозы. Тогда это были постоянно открывающиеся Рифты, – князь сделал паузу, так как у него пересохло в горле. На его лице взыграл жалобный взгляд, на который я просто пожал плечами и кивнул, чтобы тот продолжил свой рассказ. – Я должен был пойти по стопам своего отца. Тогда я сам этого искренне желал: тренировался под его началом, ходил вместе с ним в Рифты, отстаивал наряду с ним интересы Стражи. Я и сейчас считаю аномалии, которых с каждым днём становится всё больше и больше, главным врагом человечества.

Князь замолчал. Всё это время я отслеживал душу и эмоции Волконского. Стоит отдать ему должное: проверять блефовал ли я насчёт того, что убью его, если тот солжёт, он не стал.

– Однако? – помог министру вернуться в исходное русло Кузнецов.

– Однако во время одного из наших походов в окрестность Великого Рифта, нам с отцом довелось разделиться. Мой родитель отправился зачищать аномалию от обитающих в ней тварей, а я должен был в одиночку отыскать якорь-сферы, победить их стражу и разбить конструкты, тем самым ознаменовав Рифт закрытым, – казалось, князь вошёл во вкус: он больше не осекался и не медлил, ведя свой рассказ плавно и насыщенно несмотря на то, что был в плену. – Вот только вместо сфер я встретил его. Рихта. Тогда он не обладал своим титулом, однако уже имел яркие цели и огромные амбиции. Мы установили контакт: он даровал мне артефакт, с помощью которого нам удавалось отыскать те Рифты, что были сопряжены с обоими нашими мирами.

– Как вы общались, если в наших мирах разные языки? – прервал рассказ Волконского Кузнецов. – Почему не убили друг друга?

– А с чего бы нам друг друга убивать? – спросил князь, взглянув на главу службы безопасности моего Рода с вызовом. – В то время не было никакого иномирного вторжения. Мы не были врагами, чтобы бросаться друг на друга с огнём и мечом. Он – человек, и я – такой же. Лишь наречие у нас отличалось, но люди всегда были способны найти общий язык. Вот и мы нашли, – поджал губы Волконский.

– Вы стали вместе закрывать Рифты, – кивнул я, желая поторопить министра иностранных дел с его рассказом. – Дальше что?

– К тому моменту, как мы смогли сносно общаться, используя речь, а не жесты и рисунки на земле, я и рихт стали добрыми друзьями. Никто из моего окружения не знал, что у меня появился товарищ из другого мира. Полагаю, с его стороны ситуация была аналогичной, – не соврал мужчина. – Шло время. Мы сменили наших отцов, став главами своих Родов. Наши встречи происходили всё реже и реже, пока мы не решили этого изменить.

– Объединив два мира между собой?

– Именно. Но для начала нужно было проверить, как отнесутся жители наших миров к переселению, пусть и насильному, – по тону голоса Волконского можно было сделать, что он ни капли не раскаивается в содеянном. – Мы искали тех людей, кого не будут искать, после чего даровали им шанс на новую жизнь, группами перемещая тех в другой мир, с помощью нестабильных порталов, вызываемых артефактом. Действие одного такого ты мог наблюдать, когда последовал за мной в пещере.

– Скажи мне, князь, как так вышло, что начали пропадать те граждане Российской империи, у которых были семьи, если вы забирали тех, кого искать не будут? – с нажимом в голосе спросил я.

– Сам понимаешь, мои положение в обществе и быстрый рост по карьерной лестнице не давали мне возможности в должной мере участвовать в подборе кандидатов на переселение. Пришлось искать помощников, одним из которых стал Череп, – перед моими глазами встал образ лысого здоровяка, что был способен управлять Временем. – Если поначалу он придерживался наших правил, то потом, сколотив свою банду с чёткой иерархией и получив практический иммунитет из-за особенности своего Дара, начал похищать всех без разбору. Не скажу, что меня это устраивало, однако палок в колеса человеку Джона Миссурийского я вставлять не стал.

– Что с Джоном? Где он? – поинтересовался Виталий Фёдорович.

– Жив, здоров. Исследует новый для себя мир, став одним из переселенцев, – пожал плечами мужчина. – По крайней мере, он заслужил подобного рода отдых за то, какой трудной сложилась его судьба.

– Поясни, – потребовал я. Вышло резковато, отчего князь невольно дёрнулся.

– К моменту нашей первой встречи я уже был министром. Помнится, тогда я выезжал с дипломатической миссией в Штаты, а там он и его сестра с колоссальными проблемами внутри собственного Рода. Несколько дней кропотливых переговоров, и мне удалось сманить Джона на свою сторону, предложив тому перебраться в Российскую империю, – Волконский был честен, что меня несомненно радовало. – Пользуясь своим положением, я в скором темпе помог Джону заслужить себе имя, вслед за которым последовали титул и статус. Вот тогда я и прижал его к стенке, сказав, что ничего в этом мире не бывает бесплатным. Пригрозив депортацией, сулящей его сестре, мне удалось в краткие сроки сделать из Джона свою пешку. А когда с моего совета его назначили во главе дела по исчезновениям граждан, всё было вообще шикарно. А потом появился ты и всё испортил.

– Ох, мне так жаль, – не удержался я от издёвки, состроив виноватое лицо, однако отблеск моих глаз свидетельствовал о том, что мне плевать.

– Как у вас, Иван Геннадьевич, дела с переселением обстоят сейчас? – вклинился в нашу борьбу взглядов Кузнецов.

Волконский медленно перевёл свое внимание на главу моей службы безопасности. Отвечать он не торопился, что было показателем того, что князь продолжил мутить воду даже после неудачи Черепа, Миссурийского и Разумовского. Настолько крепка их дружба с этим рихтом?

– Ну же, отвечай, князь, – вновь потребовал я. – Или ты полагаешь, что сказанного тобой хватит для того, чтобы я не стал лезть в твой разум?

– На данный момент дело заморожено. До тех пор, пока не найдутся подходящие кандидаты, способные заменить собой Миссурийского и Черепа, – Волконский не соврал, однако в его словах чувствовалась недосказанность. Я требовательно на него посмотрел, скрестив руки на груди. Этого было достаточно для того, чтобы князь продолжил: – Ведётся обработка некоторых аристократов, сидящих в глубинке, подальше от столицы и других крупных городов. Одного из них хотели брать в дело, однако не успели.

– Отлично, просто замечательно, – всплеснул я руками. – Фамилии всех причастных, включая отличившегося, в виде списка ровным почерком, – это я уже адресовал Кузнецову, который важно кивнул. – Вернёмся к рихту. Кто это такой? Какое положение занимает в своём мире?

– Один из феодалов. Насколько известно, ему подобных там огромные множества. Мир иномирцев гораздо больше нашего, однако его жители не могут прийти к нормальной организации власти, как это обстоит у нас. Каждый более-менее сильный Одаренный считает себя достойным того, чтобы управлять другими, – ведал князь. – Некоторые из них решили, что в своём мире ничего конкретного они не добьются, и пришли в наш. Они рассчитывают на то, чтобы полностью захватить нашу землю, образовав здесь своё государство. Моего друга, как и меня, путь огня и меча не устраивал, вследствие чего мы решили действовать слегка иным путём. Когда на территории иного мира оказалось бы порядочное количество наших граждан, а на нашей земле – жителей другого мира, мы во всеуслышание заявили бы об единении наших миров, а я стал бы ответственным за связь между ними, – заканчивал свой рассказ князь воодушевленно, словно и не потерял надежды на то, чтобы осуществить задуманное.

– Виталий Фёдорович, включите в список все поселения иномирцев на нашей земле. Посмотрим, что можно с ними сделать, – скомандовал я Кузнецову, после чего вернул своё внимание к Волконскому и проговорил: – Думаешь, после того, как иномирцы в открытую вторглись в наш мир, Романов бы просто принял ваше заявление? – подняв голову, спросил я. – Из тебя бы, князь, выбили все твои знания об ином мире, после чего отправились бы туда за нашими людьми.

– Когда мы начинали, войны между нашими мирами не было! – вскочил на ноги Волконский. – Всё должно было пройти тихо и мирно, без смертей.

– Именно поэтому ты решил избавиться от меня, осуществив несколько попыток засады, – хохотнул я. – Жаль, все они не увенчались успехом.

– Ты мешал, Новиков, – стоял на своём князь. – Необходимо было убрать помеху в твоём лице с игровой доски.

– Ладно-ладно, – искренне веселясь, я поднял перед собой руки, чтобы в следующий момент понизить тон своего голоса и сказать: – Последний на сегодня вопрос, князь. Зачем ты отдал команду убить своего человека? – было видно, что мужчина не понимает, о чём я, поэтому я решил дать ему подсказку, назвав имя: – Князя Разумовского.

Глава 6

Стоя на небольшой сцене, которую возвели специально для нас с Оксаной, я с трудом мог сосредоточиться на празднестве. Мысли то и дело возвращали меня к разговору с Волконским. Точнее сказать, к заключительной его части, когда я задал ему вопрос про убийство князя Разумовского. До сегодняшнего дня мне довелось быть полностью уверенным в том, что это сам Волконский решил подчистить за собой следы, убрав с шахматной доски фигуру в лице Разумовского. Вот только у самого министра иностранных дел Российской империи была своя правда.

***

– За кого ты меня принимаешь, Новиков? – от моего вопроса князь тогда вскочил. – Да, я был готов пойти на похищение мирного населения и на использование Разумовского в своих целях, однако на то, чтобы убить своего друга – никогда, – нахмурившись, я продолжил взирать на пленника, который под моим взглядом медленно оседал обратно на кровать. – На то, чтобы устроить тебе засаду в его квартале, мне пришлось изрядно потратиться. Но Разумовский не знал ничего о моей связи с рихтом и исчезновениями имперских граждан. Он просто решил помочь мне с проблемой в твоём лице. Уже после того, как тебе удалось справиться с девкой рихта, он решил вести свою игру, явно на тебя обозлившись, что я искренне считаю излишним. Что именно ему было известно и почему от него решили избавиться, мне неизвестно. Но причислять мне его убийство не стоит, граф!

***

Теперь же, стоя перед немногочисленными гостями, мне приходилось прилагать колоссальные усилия для того, чтобы сохранять жизнерадостное выражение лица. Хотелось нахмуриться от бурного потока мыслей, которые навязчиво скребли мой разум.

В моих смертоносных играх с князьями, оказывается, есть ещё одна сторона, которая предпочитает оставаться в тени, тщательно подчищая за собой следы. Кто-то, кто бы это ни был, решил избавиться от Разумовского прежде, чем я смогу того допросить. Тот факт, что мне с огромной долей вероятности удалось бы выяснить секреты князя, неизвестный явно знал и принимал, раз решил проблему столь кардинальным образом. Ну ничего, когда-то и о похитителях граждан я ничего не знал, а сейчас один из двух организаторов сидит у меня в темнице, когда его соратник даже предположить не может, что мне до его укрытия рукой подать. Значит, и на неизвестное лицо, устранившее Разумовского, я точно рано или поздно выйду. Кузнецов уже покинул имение и направился к Разумовским. Вместе с графиней Голицыной, которая отправилась вместе с ним, он выяснит, с кем же покойному князю доводилось общаться незадолго до его кончины.

Захотелось ударить себя по щекам, тем самым сбросив наваждение. У меня сегодня значимый день в жизни, какой был и вчера. А у меня голова забита совсем не тем, чем следовало бы. Бросив короткий взгляд на Оксану, сразу понял, что она чувствует моё внутреннее напряжение. Тем не менее, она сохраняла величественный вид, пока её на сцену выводил сам император.

Михаилу всё же удалось вмешаться в мою свадьбу, пусть и таким нетривиальным образом. Оксана окончательно рассорилась со своей семьёй, поэтому вести её к алтарю было некому: граф Грошев окончательно себя дискредитировал, когда вместе Разумовским решили лишить меня и мой Род прибыли со ставок. Разумовский... Самому ли ему пришла в голову такая идея, или кто подсказал?

"Если ты ещё раз подумаешь о чём-то кроме свадьбы, я заморожу твои мысли. Будешь козликом за Оксаной бегать", – пригрозила мне Кей.

"А ты можешь?" – поинтересовался я.

"Проверять не советую", – фыркнула кицунэ и замолчала, а я, благодаря её выходке, смог вернуть мысли в нужное русло.

Князь Донской тем временем вовсю расхваливал мою невесту, делая акцент на её умениях, а не внешности. В плане красоты Оксану затмить было тяжело, и белое платье с изумрудными вставками, в которое она была сегодня облачена, лишь подчеркивало этот факт.

Михаил оставил мою невесту неподалеку от меня, а сам отошёл на край сцены, но покидать её не торопился. Всем своим видом он выражал поддержку моему Роду, что было для него весьма несвойственно. Хотя последние события, должно быть, слегка изменили его мировоззрение.

"Как будто и не пронзал тебя кинжалом в грудь", – мелькнула ехидная мысль в моей голове голосом девятихвостой. Сегодня она была излишне язвительна.

"Не стоит быть настолько злопамятной, Кей, – попыталась пробиться к голосу разума Чайя. – Видишь, Михаил старается исправить то, что совершил. Не каждый способен на то, чтобы признать свои ошибки."

"Я не злопамятная, – открестилась девятихвостая. – У меня всё записано."

Заглушив свои внутренние голоса, я сосредоточился на происходящем в реальном мире. В отличие от Анны, Оксана очень переживала. Её душа трепетала, будучи не в силах успокоиться. Исправить это удалось лишь путём надевания кольца на её безымянный палец. Лицо Оксаны, которое было видать сквозь фату лишь мне одному, разгладилось, и на нём застыла робкая улыбка, наполненная любовью.

Мы медленно повернулись к гостям, будучи уже в новом статусе, как муж и жена. Раздались хлопки и выкрики поздравлений. По сравнению со столичной свадьбой, гостей было совсем мало. Но так даже лучше. В моём Родовом имении собрались лишь те, кто этого действительно заслуживал. Самые близкие и надёжные союзники, готовые в любой момент подставить плечо.

Среди гостей был и наследник Римского престола. Удивительное дело, он посетил не одну мою свадьбу, а сразу обе. Такое событие большая редкость: одно дело, когда подобный гость приезжает на непродолжительный срок для того, чтобы почтить тебя и твой Род своим вниманием; совершенно другое, когда он остаётся, чтобы присутствовать на более личном празднике жизни. Сейчас Люций довольно улыбался, стоя под руку с Екатериной Романовой.

Помимо этого, на празднестве присутствовали представители существенной части княжеских Родов Российской империи: Беловы, Донские, Оболенские. Даже Долгоруков после событий в Якутске решил приехать ко мне на свадьбу вместе со своей первой женой. Среди гостей также затесался и тот княжеский Род, о котором покамест никто не знает или, точнее сказать, не помнит. Меньшиковы, в лице моей родни, стояли слегка отстранённо от остальных гостей, так как чувствовали себя всё ещё слегка не в своей тарелке, находясь среди представителей высшей аристократии Российской империи. Однако это дело потихоньку исправляется силами моих уже жён и Наташи.

Приняв свою долю поздравлений, стоя на сцене, мы уже хотели было её покинуть и спуститься вниз, к гостям, однако император взял слово:

– Минуточку, господа-молодожёны, – требовательным тоном остановил нас Романов, взяв любезно предоставленный Донским микрофон в руку. – Хочу сказать пару слов, а также сделать праздничные подарки Александру и его жёнам. К сожалению, первого подарка в Москве по определенным обстоятельствам не вышло сделать, однако надеюсь, Оксана Владимировна не будет против того, чтобы её сестра по мужу получила свой дар от императорского Рода на ряду с ней, – моя жена качнула головой, изображая кивок, а Михаил тем временем продолжил: – Во-первых, хочу отметить тот факт, что я несомненно рад тому, что последние события не смогли помешать вам, Александр и Оксана, соединить свои сердца. Последние дни трясёт не только аристократию, но и всю империи, я чрезмерно горд тому, что один из столпов нашей страны остаётся таким же незыблемым, каким был с нашего первого знакомства. Оксана Владимировна, от себя хочу сказать, что вам крайне повезло с мужем. Как и ему с вами, – неожиданно Романов мне подмигнул, отчего я чуть было не усмехнулся, но себя всё же сдержал. – Однако семья – дело ответственное, требующее от её главы максимальной отдачи и, конечно, выдержки. Мне, как императору, хотелось бы, чтобы моя правая рука, всё же появлялся на занимаемом им посту, поэтому я дарую вам то, что позволит Александру Петровичу хоть немного расслабиться, будучи вдали от вас, – Романов хлопнул в ладоши, и со стороны имения к нам потянулось пара слуг императорского Рода, удерживающих в руках две массивные шкатулки, обшитые красным бархатом. Остановившись лицом к нам, они медленно их раскрыли, явив свету два разных, но одинаково красивых набора украшений. – Господа, это не просто наборы прекрасных аксессуаров, которыми способна похвастаться любая представительница аристократии. Это полноценные системы артефактов, направленные на сохранение и поддержание жизни в Одарённом, их носящем. Думаю, объяснять, почему набора два, не стоит? – хмыкнул венценосный, отчего все негромко посмеялись.

"Саша, ты будешь сногсшибательно выглядеть на поле боя, если наденешь вот те пару серёг и колье", – заявила Кей, на что получила весьма лаконичный ответ от своей божественной подруги:

"Дура, это для Анны", – припечатала Чайя, отчего Кей разошлась в язвительном гневе, а я в очередной раз приглушил связь между нами.

Михаил Романов тем временем дождался, пока все гости оценят его шутку, и продолжил:

– Порой для людей, подобным мне и графу Новикову, предстоит делать выбор, в котором на одной чаше весов лежит семья, а на другой – империя. И я от всей души хочу пожелать Александру Петровичу и двум его прекрасным жёнам, чтобы ему никогда не пришлось делать этот выбор, – сделав небольшой паузу, император воскликнул, вскинув бокал с шампанским в воздух: – За молодых!

Раздались хлопки. Гости явно оценили речь венценосного, когда моя жена не сводила взгляда с его подарка. Михаил, взмахнув рукой покинул сцену, а мы вслед за ним.

"Проверь, чтобы в артефактах не было чего-нибудь свыше перечисленных Михаилом эффектов", – скомандовал я хвостатой, двигаясь под руку с Оксаной в направлении гостей.

"Как прикажете, Ваше Сиятельство", – козырнула в моей голове кицунэ.

Остаток вечера прошёл в дружелюбной обстановке. В этот раз нам не пришлось чуть ли не оббегать всех приглашённых, дабы успеть уделить им минуту нашего внимания. Чинно, мы успели пообщаться с каждым из присутствующих.

Вслед за императором свои подарки решили подарить и остальные гости. Практически все они касались сферы деятельности дарящих их людей. Например, Долгоруков подарил комплект якорей-сфер, добытых в Рифте высокого уровня. Да, он знал, что у меня есть возможность не только разбивать конструкты, но и сохранять их цельными, однако его дар всё ещё оставался весьма ценным. Подарком от княжеского Рода Донских стали несколько камней жизни. Использовав один из таких, я спас жизнь Татьяне Романовой, так что они уже доказали свою пригодность.

Но больше всего нас с Оксаной поразили Оболенские и Беловы.

Министр внутренних дел, намекнув, что мне пора обзавестись взлётной площадкой и ангарами для хранения воздушной техники, даровал мне два современных самолета с вертикальным взлётом. Василиса, что была одной из приглашённых, узнав об этом, чуть было не завизжала от радости несмотря на то, что специализировалась она на наземных видах техники. Зубинин же отреагировал на самолёты более сдержанно, довольно кивнув.

Минский княжеский Род решил показать мне, что у них всё идёт по маслу, подарив небольшой участок земли в черте города, на котором стоит неплохой особняк. Разглядывая фотографии, которые показывала нам Юлия Белова, Оксана уже знала, где будет отдыхать, а Кей – куда нужно будет открыть очередной портал. Особняк в Минске является не только местом, где можно остановиться на некоторое время, но и своеобразной площадкой, с которой могут выступить подкрепления в лице моей гвардии, если у Беловых или Мойских появятся проблемы и им понадобится моя помощь. Впрочем, покамест такой нужды они не выказывали.

Удалились с празднества мы с Оксаной раньше всех. Войдя внутрь имения, мы добрались до спальной комнаты, будучи уже изрядно уставшими, однако вместе с тем и довольными. Моя жена пыталась скрыть своё волнение, однако выходило у неё не очень. Я решил ей немного помочь, медленно уложив супругу на кровать. Склонившись над Оксаной, чьё сердце с каждым мгновением билось всё чаще, я накрыл её губы своими.

***

Утро началось с того, что в кровати я вновь проснулся в одиночку. Такая тенденция меня начинала напрягать. Тем не менее, в первую очередь я привёл себя в порядок, сходив в душ, после спустился вниз, планируя позавтракать и выпить утренний кофе. Вот тут-то Оксана и обнаружилась, будучи сидящей на своём излюбленном месте: в беседке на заднем дворе имения. Она несмотря на то, что вчера вышла за меня замуж, уже вовсю трудилась на благо Рода:

– Во-первых, нам с Анной необходимо переделать кучу документов, – улыбнулась моя супруга, когда я принёс ей кофе с парочкой пышных круассанов, начинённых красной рыбой и сливочным сыром. – Анна имеет таланты слегка в иной области, предпочитая бюрократии клинок и энергию, так что этим предстоит заниматься именно мне. Во-вторых, необходимо разобраться со всем тем добром, что подарили нам на бракосочетание. Как знаешь, свадьбы было две, а значит, и работы вдвое больше. Ну и напоследок, я хочу отправиться на консервный завод и провести там полную инспекцию. Хоть на нашу Родовую электронную почту и поступают ежедневные отчёты, я бы хотела побывать там лично. Мне необходимо знать, куда ушли наши денежки.

– Помощь нужна? – спросил я.

– Знаешь, да, – кивнула супруга. – Я бы хотела взять с собой твоего отца. До вашей с ним встречи, он трудился на подобном заводе и лучше меня знает тонкости, которые не заметны управленцам, но касаются простых рабочих.

– Разумно, – согласился я. – Тогда ещё с вами отправится Наташа. Во-первых, Петру будет спокойнее, когда рядом с ним будет находится его родная дочь. А во-вторых, мою сестру тоже необходимо приобщать к делам Рода. Не только же ей под началом Чайи тренироваться, верно?

Немного подумав, Оксана решительно кивнула, а я поспешил спросить:

– Анна куда пропала? – её души я не чувствовал на территории имения.

– Тренируется, – улыбнулась девушка. – Ты же знаешь её, она без вариантов пойдет вместе с тобой на восток.

– К слову о востоке, – опомнился я. – Необходимо показать иномирцам, что мы не только способны держать удар, но и наносить его, – закинув последний бутерброд с колбасой себе в рот, я тщательно пережевал его и запил кофе, после чего чмокнул свою жену в щёку и умчался в сторону имения. – Я в столицу, буду поздно.

Внутри я быстро отбил несколько сообщений на своём телефоне и направился в подвал, а из него уже в портальный переход, ведущий в Москву. Всё же наличие подобной сети разломов в пространстве значительно упрощает жизнь.

"Цени!" – фыркнула кицунэ, считав верхний слой моих мыслей.

Из своего столичного квартала во дворец я также переместился с помощью способностей демоницы. Разговор с определёнными личностями мне предстоит довольно-таки длительный, так что я решил не терять времени почём зря.

Легко отделавшись от парочки аристократов, желавших поздравить меня с недавними бракосочетаниями, я быстро достиг своего кабинета. Входил я, разумеется, без стука. К тому же Ирэн, что в данный момент представляла меня на посту Канцлера, была в курсе моего прибытия. Кроме неё в кабинете находились князь Долгоруков и граф Демидов, которого вернули из ссылки по моему приказу. Последний был Одарённым, управляющим порталами, так что столь скорое прибытие совсем не удивительно.

Быстро оглядев свой кабинет, внешний вид которого претерпел множество изменений, довольно усмехнулся. Все излишества, в виде роскошных статуй, картин и покрытых золотом элементов мебели и другого декора, были убраны или заменены на более практичные и приятные взгляду аналоги из привычного тёмного дуба. Кроме того, в кабинете теперь имелось достаточное количество стульев, на которые могли приземлить свои пятые точки посетители. И главное, что мне понравилось больше всего, это таивший в кабинете полумрак, который был достигнут за счёт рольштор и большого количества свечей. Ирэн захотелось придать моему рабочему месту особую атмосферу, и у неё это определенно получилось.

Мой заместитель, стоило мне войти, резко встала со стула и глубоко поклонилась, приветствуя. Князь и граф отделались почтительными кивками и последующим рукопожатием, после чего граф Демидов взял слово:

– Александр Петрович, рад вас видеть в добром здравии. Знаю, что обязан вашим усилиям за моё восстановление в должности главы Стражи. Готов заверить, что не подведу, – в одной из рук графа появилась небольшая шкатулка, которую он протянул мне. – К сожалению, я не смог лично присутствовать ни на одной из ваших свадеб, однако мне удалось уговорить жену на то, чтобы свой подарок вручить вам лично, – я раскрыл шкатулку, которая была простым деревом без толики энергии в нём, чтобы увидеть лежащую на красной подушечке цельную якорь-сферу из слабенького Рифта. – Добыл в одном из сражений, сразившись с толковым Одарённым, что управлял порталами. Увы, за столь короткий срок мне не довелось разгадать той загадки, решив которую можно будет добывать цельные конструкты из Рифтов на постоянной основе. Да и обстановка, царящая на востоке, не располагала. Однако уверен, что кому, как ни вашему фамильяру, удастся найти нужные ответы.

– Благодарю, Евгений Вячеславович. Это весьма ценный дар, – на мои слова Долгоруков негромко хмыкнул.

– К моему удивлению, вы не выглядите особо поражённым, каким был я, увидев цельную якорь-сферу вне своего привычного положения в аномалии, – отметил Демидов, покосившись на министра обороны.

– Этот вопрос мы обсудим позже, Евгений Вячеславович. Возможно, вам тоже удастся добыть подобный конструкт в одном из Рифтов, – я ему подмигнул. – Сейчас же, господа, присаживайтесь. Разговор будет долгим, – показывая пример, я разместился в кресло Канцлера и надел на мизинец перстень. Ирэн безмолвной тенью замерла за моим плечом. – Нам предстоит обсудить немаловажный вопрос того, каким же образом мы будем возвращать земли нашей страны, находящиеся под контролем иномирных вторженцев.

Глава 7

– Евгений Вячеславович, пожалуй, начнём с того, что вы расскажете нам, как ситуация на восточном фронте обстоит сейчас, – начал я, когда все участники разговора расселись по своим местам. – Как непосредственный участник разворачивающихся там событий, вы обладаете наиболее достоверной информацией.

Граф Демидов от моих слов весь выпрямился, отчего его тень, отбрасываемая от множества огней, шедших от обильного количества свечей, выгнулась в невообразимой ипостаси.

– Александр Петрович, ситуация такова, что для того, чтобы вернуть Хабаровск, нам для начала придётся изрядно попотеть, – взял слово глава Стражи.

– Поясните, – потребовал я, когда Долгоруков выглядел безучастно. Полагаю, вся информация у него, как у министра обороны, уже имеется.

– Вокруг города расположено множество более мелких поселений. Экспансия иномирцев по земле нашей страны никогда не прекращается. Они ежедневно и еженощно совершают вылазки, целью которых служит взятие бо́льшего количества территории. Таким образом, они отодвигают фронт вглубь империи, на запад, и пресекают наш удар по Хабаровску, – пояснял Демидов. – Чтобы совершить нечто столь значимое, как возвращение Хабаровска, необходимо первоначально обезопасить близлежащие территории, развернуть там полноценный полевой лагерь и только тогда разрабатывать стратегию по возвращению города. Увы, но сейчас силы нашей армии направлены, скорее, на сдерживание иномирного вторжение, нежели на устранение его как такового. Мы живём в мире, в котором балом правят империи, и не в каждой из них случилось такое недоразумение, как вторжение представителей иного мира. Сосредоточимся на востоке – ударят с запада! Русские земли – слишком лакомый кусочек для остальных стран нашей планеты.

– Александр Петрович, я полностью согласен с доводами Евгения Вячеславовича, – вступил в разговор князь Долгоруков. – Не будь угрозы получить нож в спину от тех, кто сегодня нам улыбается, мы давно бы обломали рога иномирцам. Однако... Нам приходится сдерживаться и терпеть, выжидая лучшего момента.

– И этим "лучшим моментом" может стать приход иномирцев на территорию других государств. Тогда-то они вряд ли будут думать о том, чтобы ударить по опустевшим границам Российской империи, – отбарабанив трель по дубовому столу, задумчиво проговорил я.

– Именно, Александр Петрович, – согласно кивнул глава Стражи. – В таком случае мы сможем справиться с нашей "проблемой", после чего ввести миротворческие войска на территории других государств, у которых будет одна единственная цель: полное искоренение иномирных вторженцев. Мы не только обезопасим нашу страну, но и сделаем должниками другие государства.

В моём рабочем кабинете повисло молчание. Каждый из нас задумался о сказанных графом Демидовым словах. Тишину, воцарившуюся в помещении, нарушила стоя́щая за моей спиной Ирэн.

– Господа, на это могут уйти годы, – двое князей устремили заинтересованные взгляды на моего заместителя, когда я в это время изучал их реакцию. – К тому же, как показала практика, иномирцы вполне охотно идут на сотрудничество с представителями нашего мира, – Ирэн сделала паузу, а я почувствовал, как она смотрит на меня, словно спрашивая разрешения продолжить. Позволительно кивнул, на что девушка поспешила договорить: – Яркие тому примеры – князь Волконский и граф Миссурийский. С их подачи иномирцы годами действовали на территории Российской империи, похищая её граждан большими группами, на что правоохранительные органы просто разводили руками, – Долгоруков поморщился, Демидов же вытаращенно переводил взгляд с меня на Ирэн, будучи весьма удивлённым. Тем не менее, никто из них не посмел перебить моего заместителя, желая дослушать её доводы. – Однако это лишь локальная история "успеха". Теперь представьте, что будет, если в сговор с иномирцами войдёт не аристократический Род, а целая страна. Подобный плацдарм позволит нашим врагам вполне комфортно себя чувствовать на нашей земле и осуществлять набеги на наши территории, ничем практически не рискуя. Когда нам, в свою очередь, чтобы окончательно выбить иномирцев из нашего мира, придётся воевать не только с ними, но и со страной, с которой они вступили в сговор.

– Вот и думайте, – развёл я руками.

– Боюсь, в таком случае мы в самом деле ждать не можем. К сожалению, из-за пребывания на фронте я не был полностью посвящён в дело исчезновения имперских граждан, в которых, как оказалось, замешано гораздо больше представителей высшей аристократии, – повинился Демидов.

– Если мы не можем направить на восток имперскую армию полноценно, предлагаю задействовать Родовые гвардии. Всех, без исключений и без права откупа, – предложил Долгоруков. – Большинство аристократов искренне полагают, что ситуация на востоке их не коснётся. Но они получили свои титулы и преимущества от империи, и сейчас настала пора за эти блага и преференции платить, – Долгоруков был настойчив в своём предложении призвать Родовые гвардии к ружью. – Как правило, Родовые гвардии хоть и малочисленнее регулярной армии, но гораздо лучше подготовлены и экипированы. А так как сражения будут происходить в основном в стане городов и сёл, то именно качество имеет первостепенный характер, нежели количество.

– Меньше двух лет назад уже осуществлялся призыв Родовых гвардий. Его Императорское Величество воспользовался этим правом, когда наша страна состояла в войне с Францией, – покачал головой Демидов. – Начнутся волнения в стане аристократии. Многие вовсе откажут в том, чтобы отправить свои гвардии на восток, так как прошло слишком мало времени между призывами. Боюсь, могут начаться протесты.

– К Михаилу во Франции они присоединились, потому что это была лёгкая и победоносная войнушка! – хлопнул по столу Долгоруков, после чего бросил на меня напряжённый взгляд. Распалился он знатно, но я не стремился гасить его негодование – пусть высказывается. – Риски низкие, награды приятные. Вот никто и не возмущался. Это было время рисовать звёздочки! Сейчас же время доказывать их наличие! Нашему государству угрожает не просто потеря территорий, а полноценное уничтожение или порабощение!

Выслушав своего визави в этом споре, Демидов повернулся ко мне и произнёс:

– Александр Петрович, нельзя призывать к ружью Родовые гвардии, – с надеждой взглянул в мои глаза Евгений Вячеславович. – Это может привести империю к ещё более быстрому краху, нежели бездействие. Нам необходим иной план!

– Нужно! Призыв к ружью в час нужды поможет выяснить среди них недостойных, – не остался в стороне Долгоруков. – Аристократы должны делом доказать, что они в праве таковыми называться. Они в первую очередь защитники, а уже во вторую – привилегированные члены общества. Империя сказала: "Надо!", аристократ ответил: "Есть!".

Министр обороны скрестил руки на массивной груди, откинувшись на спинку удобного стула, а глава Стражи слегка склонился над дубовым столом. Оба замерли, разглядывая моё лицо и ожидая от меня решения.

– Со всем уважением, Евгений Вячеславович, доводы Кирилла Андреевича более уместны. За весь свой жизненный путь я крайне редко встречал аристократов, которые достойны зваться благородными защитниками нашей страны. Большинство встреченных мной кичилось своими статусом, титулом, богатством и положением в обществе, считая простолюдинов чернью, – Долгоруков победно улыбнулся, а Демидов расстроенно поджал губы. – Однако призывать мы станем не всех. Нет смысла трогать Род, у которого в гвардии два человека, и то один из них слепой, второй – калека. В этом случае будет правильным призвать члена этого Рода, если он не единственный. Разумеется, такие Рода будут получать гарантии со стороны империи, что в их отсутствии Род будет находится под защитой государства. Помимо этого, награды будут соответствующими, как и санкции против тех, кто решит отказать империи в час нужды. Вплоть до разжалования и лишения титула, – припечатал я, вызвав весьма неоднозначную реакцию у Демидова и Долгорукова.

– В любом случае на задуманное вами, Александр Петрович, потребуется разрешение Его Императорского Величества, – заявил глава Стражи, на что я кивнул, мол, знаю. – Не уверен, что император решит рисковать стабильностью, ведь, как это было всегда, власть императорского Рода держится в основном на поддерживающей его аристократии.

– Главное, чтобы главные Рода поддержали нашу инициативу, – улыбнулся я. – Уверен, что князья Донской, Оболенский и Долгоруков, – указал взглядом на министра обороны, – выступят на нашей стороне. Кроме того, княжеский Род Беловых присоединиться к нам несмотря на то, что дела у него идут не самым лучшим образом, – говорил я так, словно знал, что так и будет. – А что скажете вы, Евгений Вячеславович?

– Я обязан вам, Александр Петрович, – развёл руками глава Стражи.

– Оставьте это, Евгений Вячеславович, – отмахнулся я. – Мне необходимо, чтобы вы поддерживали меня по собственной воле, а не по принуждению, – строго проговорил я, после чего откинулся на спинку рабочего кресла, скопировав Долгорукова. – Вы должны понимать, что Родовые гвардии не будут брошены на произвол судьбы. Они станут основной, что поможет нам вернуть Хабаровск.

– Даже согласившись, аристократы будут искать виновных в том, что их гвардия ослабнет, – уже менее уверенным тоном возразил граф Демидов.

– Всю ответственность за операцию по освобождению города и вызволению его жителей из-под гнёта иномирцев возьму на себя, – заявил я.

– Собака лает – караван идёт, – хмыкнул Долгоруков.

– В таком случае я встану на вашу сторону, – смиренно закрыв глаза, проговорил глава Стражи. – Осталось убедить императора в необходимости такой меры, как призыв Родовых гвардий к оружию.

– Оставьте это на меня, господа, – улыбнулся я. – В любом случае мы втроём, а также наши союзники, вернём наш город в стан империи вне зависимости от того, каким будет результат принятого решения, – моя улыбка переросла в оскал, отчего оба гостя наклонились ближе, желая услышать от меня пояснений, которых я давать не торопился. – Через неделю будет назначено очередное заседание совета министров. К этому моменту ваши, господа, гвардии, а также войска наших союзников должны быть готовы. Обратитесь лишь к главам тех Родов, которым доверяете. Со своей стороны я поступлю аналогично.

– Почему такой долгий срок? – не понял Демидов. – Важность заседания крайне высока. Датой его проведения можно назначить хоть завтрашний день!

– Мне необходимо восстановить запас определённого вида ресурсов, чтобы потом не пришлось тратить недели, а то и месяцы на подготовку, – заявил я. – Если всё удачно сложится, то к моменту принятия решения в нашем мире появится первая портальная сеть.

"Нет!" – яростно провопила Кей мыслеречью.

"Да!" – хмыкнул я в ответ.

"Опять работать..." – как-то уныло заключила девятихвостая не своим голосом и утихла.

– Господа, подробностей на этот счёт не будет, сами понимаете, – развёл я руками, на что князь и граф расстроились, но всё же кивнули. – Покамест обсудим нюансы предстоящего совета министров. Когда решение будет окончательно принято, будем действовать исходя из его результата.

***

– Какой к чёрту призыв к оружию?! – в стену полетела антикварная ваза, от осознания стоимости которой любой простолюдин потерял бы сознание.

– Мама, успокойся, – Михаил Романов подошёл к женщине и взял её за руки.

– Миша, он хочет сместить тебя с трона! Как ты этого не видишь? – Анастасия Романова была вне себя от гнева. – Все его решения направлены на то, чтобы пошатнуть твою власть, дорогой, – заканчивала предложение она уже чуть ли не шёпотом.

Император на это громко выдохнул и зашагал по покоям матери в сторону огромной кровати. Тусклый свет, шедший от энергетических светильников и создающий атмосферу полумрака, задребезжал от эмоций, обуревавших венценосного. Тем не менее Михаилу удалось удержать свои чувства в узде и не начать разбрасываться дорогими вещами, подобно матери.

Усевшись на край кровати, он выпрямил спину как натянутую струну, после чего медленно и уверенно проговорил:

– Новиков не угрожает ни нашей стране, ни императорскому Роду, – заявил император, вперившись взглядом в лицо своей матери.

– Граф не должен был принимать такое решение и созывать совет министров, и лишь после этого ставить тебя в известность, – покачала головой, заметно успокоившись, Анастасия, с некой тоской глядя на разбитую вазу. – Он Канцлер, а не император, Миша.

– Тебе напомнить, кто занимал эту должность во время твоего правления, мама? – вздёрнул бровь Михаил, попав в больное место. – Я понимаю, что ты несколько раз обожглась, но откуда такая неприязнь к Новикову? Он совсем недавно спас тебя и Иру, в очередной раз рискуя собственной шкурой и жизнями своих людей. Да даже его новоиспечённая жена прямиком с их свадьбы пошла вместе с ним! Такой себе праздничный подарок они от нас получили...

– Уж больно легко и просто у него получаются эти спасения, дорогой, – женщина отвернулась и зашагала к окну, будучи не в силах смотреть своему сыну в глаза. В последнее время её постоянно одолевали сомнения, и она сама не знала, что думать. – Волконский... Ты видел его после того, как Новиков вытащил нас из той пещеры? Может, он уже, как Миссурийский, разгуливает по другому миру, наслаждаясь новой жизнью, выполнив прихоть своего господина, Новикова.

– Сомневаюсь, – отрицательно покачал головой Михаил. – Те эмоции, которые испытывал Волконский при одном лишь взгляде на Александра, сложно подделать. Ты же знаешь, я могу их чувствовать лучше, чем кто-либо другой.

– Миша, у Новикова фамильяр, наверное, лучший менталист не только в нашей империи, но и во всём мире. Графиня Голицына, мой лучший кадр, побежала за ним как собачка, чуть ли не виляя хвостиком, – Романова зло выдохнула, вспоминая свой проигрыш. – И я, раньше считавшая себя лучшей в области менталистики, не почувствовала никакого на неё влияния.

– Должно быть, это потому, что его не было, мама, – пожал плечами Михаил. – Ты поступила с графиней крайне, – император замолк, подбирая наиболее подходящее слово, – не этично. Неудивительно, что она решила сменить своего покровителя, будучи абсолютно брошенной. Не примкни она к Новикову, её бы мгновенно проглотили другие аристократы её уровня.

– Забудем о Голицыной. Когда меня похитили, то полностью заблокировали мой Дар. Настолько, что я его даже не ощущала, почувствовав себя беззащитной овечкой. И знаешь что? Новиков пришёл и таким же мановением руки снял это ограничение, – Анастасия отвернулась от окна и стремительным шагом подошла к своему сыну. Склонившись над ним, она почти шёпотом проговорила: – Он способен превращать Одарённых в обычных людей.

– Я знаю, – Михаил коснулся ладонью своей груди. – Ощутил его вмешательство на себе лично.

– Он опасен, Миша, – в глазах женщины поселилось безумие, которое было присуще самому Михаилу. Но тот сейчас был светел умом и трезв памятью:

– Я в курсе, мама. Он готов идти на те вещи, на которые не готов пойти я в силу своей молодости и неопытности. Новиков чётко чувствует расклад сил на игровой доске, невзирая на недостаток опыта в политических играх. Словно в молодом теле находится душа, проживающая вторую жизнь. Кровь не водица, – хмыкнул император и, отшатнувшись, поднялся на ноги. – Именно поэтому он занимает должность Канцлера. Полагаю, это было моим лучшим решением на посту императора. Именно поэтому я поддержу его предложение на совете министров, немного повозмущавшись для виду, – твёрдо заявил Романов. – Ты знаешь, что о нём уже заговорили главы других государств. Август Римской империи вовсе им восхищается и рад тому, что его сын может назвать Александра своим другом. Нам нельзя допустить того, чтобы его сманили на другую сторону вместе со всем тем, чего он достиг и что он имеет.

– Нужно его привязать ещё сильнее... От руки Татьяны Новиков уже отказался, да и сама она не горит желанием связывать себя с ним брачными узами, – вмиг Анастасия из испуганной женщины превратилась в императрицу. – Екатерина уже помолвлена на сыне августа, а Ирина слишком юна, – вслух рассуждала мать императора, пока в какой-то момент не взглянула на своего сына таким взглядом, каким безумный учёный смотрит на свои образцы для исследований. – Миша, дорогой, ты же ещё не женат. Это плохо. Тебе нужен наследник, чтобы ни у кого не возникало вопросов по поводу престолонаследия. В Роду Новиковых есть молодая и, главное, незамужняя девушка, которая, к тому же, является сильной Одарённой, – Анастасия начала медленно наступать на Михаила, когда он, в свою очередь, пятился. Наткнувшись на кровать, он уселся на неё, а его мать, нависнув над ним, проговорила бархатным голосом: – По-моему, Наталья Новикова является прекрасной кандидатурой на то, чтобы стать твоей императрицей.

Глава 8

Ресурсом, необходимым для развёртывания портальной сети, разумеется, были цельные якорь-сферы. В дальнейшем с их помощью Кей сможет открыть несколько порталов, с помощью которых имперские войска и Родовые гвардии смогут без огромных временных затрат перемещаться по территории Российской империи. Останется только и делать, что подкидывать ядра иномирных тварей в качестве топлива.

Понятное дело, что поначалу портальная сеть огромной не будет. Покрыть всю территорию страны пространственным переходам за неделю непосильная задача не только для моей кицунэ, но и для меня самого. Попробуй зачистить колоссальное число Рифтов, из которых потом ещё и сферы необходимо добыть в целости и сохранности. На саму зачистку уйдёт прилично сил и времени, а на то, чтобы сохранить сферы, – ещё больше.

Для начала будет достаточным хотя бы сформировать чёткий коридор к восточному фронту и распараллелить его, чтобы не возникало суматохи у снующих туда-сюда солдат и гвардейцев. Технология, скажем так, нова для Российской империи, поэтому не стоит ожидать того, что всё будет выполняться строго по регламенту, которого покамест вовсе не существует. А так, будет два пути, по которым пользующимся портальной сетью людям предстоит двигаться в противоположных направлениях.

Казалось бы, имеется прямой проход в Якутск. Почему бы не начать с него, взяв за основу. Не всё так просто. Прямое путешествие из столицы в город дальнего востока тратит просто сумасшедшее количество энергии, заложенной в портале. В экстренной ситуации у нас попросту не было выбора, кроме как переместиться в Якутск напрямую. Сейчас же, когда обстановка располагает действовать размеренно и с холодным разумом, такой переход будет попросту нерентабельным. Проще на борту императорского дирижабля переместить всю имперскую армию, нежели воспользоваться портальным переходом Москва – Якутск. Никаких ядер иномирных монстров не хватит, чтобы поддерживать разлом в пространстве в надлежащем состоянии постоянно.

Я это понимал. Кей это понимала. Однако последнее не мешало её дуться, так как львиная доля предстоящих забот по наладке портальной сети ляжет именно на её плечи: и добыча цельных якорь-сфер, и их последующее использование для создания стабильных порталов. Чтобы упростить своей демонице работу, я предложил ей взять с собой графа Демидова. Глава Стражи был высокоранговым Одарённым, слегка недотягивающим до звания Неограниченного. Вот только Кей в ответ лишь зло буркнула:

"Ага, и лишить тебя и твой Род потенциального заработка? – несмотря на нежелание заниматься наладкой сети, Кей не жаждала ни с кем делиться знаниями. – Каждый портал останется под моим управлением. Ты сможешь требовать с Романова практически всё, что твоей душе угодно, взамен на поддержание конструктов в стабильном состоянии. Заартачится венценосный – отключу всё к чертям собачьим, – демоница настолько негодовала с моего предложения, что упомянула своих двух злейших врагов, одного из которых я никогда не видел. – Эх, придётся всё самой! Всё самой!"

"Ну не прямо-таки всё, – хмыкнул я мыслеречью. – Рифты-то зачищать мне предстоит, а не тебе."

К одной из таких аномалий мы как раз-таки и подъезжали на бронированном внедорожнике, которому даже заросшие дороги Заповедника были ни по чём. Водителем выступал один из Стражей, что служил в близлежащей воинской части. Молодой парнишка, когда узнал, кого именно ему предстоит развозить по Рифтам, обомлел и замолк. На протяжении всего пути он и слова не вымолвил, изредка косясь в зеркало заднего вида. В такие моменты я ему лишь одобрительно улыбался, чтобы слегка успокоить его волнение, которое выражалось всем видом водителя. Главное, что с обязанностями своими парень справлялся на ура, а остальное меня заботило мало. Голова была забита тем, что за три дня мне предстоит закрыть полдюжины аномалий и вынести из них все якорь-сферы.

Рифты я отобрал предварительно. Необходимы были те, которые будет не жалко сразу закрыть. Заниматься переброской ватаги Кузьмича и его добытчиков – дело такое же затратное, как и сама зачистка Рифтов. А если с аномалии нечего будет взять, кроме туш обитающих в ней тварей, то и ватага, как и добытчики, не нужны вовсе.

– Ваше Сиятельство, приехали, – наконец нарушил царившую в салоне внедорожника тишину водитель. – Дальнейший путь до указанного вами Рифта пролегает через густой лес и присущие Заповеднику заросли. Боюсь, встрянем, даже глубоко не заехав.

– Хорошо. Здесь опасно, так что ты поезжай обратно, – благо до воинской части было рукой подать. – Когда ты мне вновь понадобишься, я вызову тебя по радиосвязи.

Как-либо возражать мне водитель не стал и, стоило мне покинуть салон автомобиля, лихо развернулся и умчал в сторону базы, быстро скрывшись за одним из поворотов. Я же, в свою очередь, прогулочным шагом направился вглубь леса, не боясь быть внезапно атакованным. Кей покинула мою душу сразу же, как только мы выехали с территории воинской части, и бухтела, уже ведя при этом разведку местности на наличие какой-либо угрозы.

Первый Рифт должен был стать разминочным. Обитали в нём твари, не обладающие способностями к управлению энергией. Птицеликий Длинноног. Именно так была названа тварь в бестиарии, что был прочитан мной давным-давно.

Внешне Длинноноги походили на необычных птиц с нестандартными габаритами. Круглая голова диаметром в полметра, массивный толстый клюв и огромный глаз, взирающий на окружающее пространство с высока, – всё это служило основным телом птицы. Передвигалась тварь на двух длинных лапах толщиной с древесную ветвь. Крылья как таковые отсутствовали вовсе. По крайней мере то место, из которого они должны были выступать, было скрыто под плотным и жёстким чёрным оперением.

Становилось очевидным, что с таким необычным строением тела летать такие твари никогда не смогут. Вот только им этого не нужно было делать вовсе. Их тонкие, но мощные лапы, обладали невообразимой гибкостью, благодаря которой птицы развивали высокую скорость и молниеносно обрушивали огромный клюв на головы своих врагов. Опасная тварь, способная пробить защиту среднего Одарённого. Большинству хватало одного удара, чтобы превратиться в кровавое месиво и благополучно отправиться на тот свет.

В принципе, Длинноноги были довольно-таки распространены в Рифтах. Спасало отряды Рифтеров и Стражей то, что предпочитали монстры вести обособленный образ жизни, не сбиваясь в крупные стаи. Длинные лапы позволяли не только наносить стремительные удары, но и набирать приличную скорость, что не каждому Одарённому была доступна. Наберись таких птичек хоть два десятка – смогут и Мастера запинать.

Мне же такая участь не грозила вовсе. Ещё издали я приметил одинокого Длиннонога, бродящего вокруг перехода в Рифт. Переместившись с помощью Теневого Шага к нему за спину, одним ударом духовного клинка укоротил его нижние конечности вдвое, после чего пронзил крепкий череп своей ладонью, под завязку напитанную стихией молнии. Прибрав тушу твари в пространственное хранилище, смело вошёл в пространственный разлом, чтобы спустя мгновение оказаться в скалистой местности.

Нас в первую очередь интересовали якорь-сферы, поэтому по ориентирам Кей мы двинулись в их сторону, по пути разбираясь с одиночными тварями, которые встречались нам довольно-таки часто. Предварительно зачищать Рифт от Длинноногов я посчитал лишним. Твари не были для меня настолько опасны, чтобы принимать такие превентивные меры. А стоит последней якорь-сфере быть собранной, как птицеподобные монстры сами ринутся на меня дружной гурьбой.

Лишь раз мы сделали небольшую остановку, чтобы я смог пополнить свою коллекцию Рифтовых тварей, доступных для Теневого Призыва. Возможно, когда-нибудь пригодится. После этого, пока Кей собирала первую якорь-сферу, попытался также поглотить Тенью стража конструктов, которые поддерживают жизнь Рифта. Однако ничего не вышло, и моя родная стихия свободно вернулась в мои источники, когда сам гуманоид расплылся лужицей белёсой жижи, которую я поспешил собрать в специальную ёмкость.

Когда Кей закончила, отправились за следующим конструктом. Всего их оказалось в Рифте три штуки. Маловато для аномалии четвёртого ранга, который выдавало синее свечение, исходящее от якорь-сфер. Тем не менее, расстраиваться мы не торопились, потому как на нас неслась толпа Длинноногов, забывших о личной неприязни друг между другом. Меня собирались втоптать в землю за то, что я посмел разрушить их дом. Всё решилось Теневым Облаком, в которое была запущена Теневая Буря. Несколько секунд буйства стихии, ударов тёмных молний и наполненных болью воплей иномирных тварей, и Рифт был полностью зачищен и закрыт.

Вернувшись в реальный мир, не забыл отметить своё достижение в приложении Ассоциации и вызвал водителя, выделенного мне воинской частью. По голосу парня легко читалась степень его крайнего удивления тому, что я так быстро справился.

Спустя пятнадцать минут мы уже ехали в направлении следующего Рифта, который находился немногим дальше этого, но в другом направлении от воинской части. Тратить силы на переходы с помощью Тени я не хотел. Наоборот, в пути моя энергия восстанавливалась без прибегания к каким-либо алхимическим средствам. Да и твари, обитающие в очередном Рифте, поопаснее Длинноногов будут.

Этот Рифт я выбрал не только из-за необходимых нам с Кей сфер, но и из-за монстров. Нечто, отдалённо похожее на носорога. Только рогами было покрыто всё тело твари, а не только нос. Они прикрывали весьма хрупкую шкуру монстра, из-за которой они и были весьма ценны. Несмотря на то, что любое физическое воздействие легко её повреждало, сама она обладала чудесным свойством отражать энергию. Метнёшь в носорога копьё из лунной стали, то с большой долей вероятности пронзишь его насквозь. А вот сквозь огненный шар тварь пройдет и даже не почешется.

Идеально противостояли носорогам те Одарённые, Дар которых был с физическим уклоном. Они буквально руками могли рвать здоровенные туши монстров. Главное, попасть между защищаемыми шкуру шипами. Мне же, в свою очередь, необходимо было убить носорогов так, чтобы не попортить эту самую шкуру. Полагаю, Шелков будет чертовски рад заполучить такой материал в своё распоряжение, а гвардейцы потом, когда в них попадёт энергетическая техника противника, скажут мне «спасибо». Вот и приходилось наносить удары в одно из немногих отверстий на теле носорога. Сказать, что некоторые из них выли не от боли, а от обиды – ничего не сказать.

Несмотря на то, что эту аномалию пришлось предварительно зачищать во избежание участи быть затоптанным табуном носорогов, которым было плевать на энергетическое воздействие, справились мы довольно-таки быстро. Всё же я был в разы быстрее тварей, а наличие Печатей на моих душе и теле делали из меня самого что ни на есть настоящего физика.

Когда мы вернулись в реальный мир, солнце, что изредка виднелось сквозь кроны деревьев, уже стремительно приближалось к тому, чтобы зайти за горизонт. Но я понимал, что у меня есть возможность зайти в ещё один Рифт, тем самым перевыполнив собственноручно разработанный план. Кей с каждой успешно сохранённой сферой справлялась со следующими конструктами всё быстрее и быстрее. Именно этого я не учёл при предварительном планировании.

"Ничего удивительного, Саша. Я тоже не сразу поняла, что оно может учится", – внезапно прокомментировала мои мысли Чайя.

"Тебе-то уже поздно, старуха, – без злобы фыркнула в ответ хвостатая. – То ли дело я? Мне всего-то девят..."

"Как-то вы ролями поменялись в последнее время", – с усмешкой в мыслях перебил я хвостатую.

Пока мы ожидали приезда внедорожника, Кей с Чайей успели немного поругаться, после чего начали обсуждать возможность сбора якорей-сфер обычными Стражами или Рифтерами. По словам хвостатой, это сможет значительно ускорить формирование портальной сети на территории Российской империи. Не согласиться с кицунэ было сложно, тут и доводов особых искать не приходилось. Сошлись на том, что по возвращении девятихвостая помимо того, что будет постоянно возится с подаренным мне японцами клинком, какую-то часть свободного времени будет тратить на исследование этой темы. Учитывая тот факт, что ей удалось открыть Рифт собственноручно, то у меня не возникало сомнений в том, что ей удастся придумать нечто выдающееся.

К концу обсуждения как раз приехал мой транспорт. Поудобнее в него усевшись, сообщил водителю очередную точку маршрута. Тому явно захотелось выразить беспокойство по поводу третьего Рифта за день, однако он воздержался от этого действа.

В этот раз ехать необходимо было подальше, поэтому я развлёк себя тем, что начал задавать вопросы Стражу о том, как проходит его служба. Парень помялся, а потом начал рассказывать о том, что службой он доволен, однако ситуация на восточном фронте его беспокоит, отчего в его голове поселились раздумья по поводу того, не перевестись ли ему в имперскую армию, дабы стать одним из защитников своей страны. Затем водитель принялся расхваливать саму воинскую часть, в которой он служил. Что удивительно, делал парень это вполне искренне. А когда я услышал, что командиром части является не безызвестный мне граф Михаил Степанович Булдаков, то всё в моей голове встало на свои места. Кто-кто, а мой знакомый знает толк в том, чтобы его подчинённые ни в чём не нуждались. Нужно бы зайти к нему в гости после того, как закончу с Рифтами и добычей сфер.

– Притормози-ка, – внезапно на переднем пассажирском кресле появилась Кей, отчего водитель схватился за баранку со всей силы, однако автомобиль не повело.

Испугавшись, парень бросил короткий взгляд на зеркало заднего вида и, увидев мой кивок, остановил автомобиль. Все вместе, включая водителя, мы вышли наружу, где Кей рукой указала нам направление и проговорила:

– Около километра в ту сторону, – буркнула она. – Две дюжины Одарённых, находящихся на грани. Ещё немного, и все они отправятся на встречу с праотцами.

– Кто? – поинтересовался я.

– Форма такая же, как и у этого парня, – демоница кивнула в сторону водителя, а тот разом побледнел и проговорил:

– Должно быть, это разведывательный отряд, возвращающийся из дальних Рифтов, – в его голосе проявился страх за своих товарищей. – Возможно, встретили иномирных тварей по дороге.

– Ага, и получили пару сквозных отверстий в своих телах из огнестрельного оружия, – скептически проговорила Кей.

– Они же Одарённые! Не мог огнестрел так просто целый отряд положить! – заявил водитель, а мы с Кей переглянулись, вспомнив мою встречу с обладателями интересных образцов стыка артефакторики и оружейного дела.

– Возвращайся в часть, – скомандовал я, глядя на парня. – Доложи всё Булдакову лично.

– А вы? – тихо спросил водитель.

– А мы проверим, что там стряслось. Поможем раненым и выясним, кому хватило смелости на то, чтобы напасть на отряд имперских Стражей, – ответил я парню, хотя сам уже прекрасно догадывался, кто стоит за нападением.

Водитель уехал на военном внедорожнике, а мы с Кей медленно двинулись вглубь леса в направлении места, где демоница обнаружила раненых. В какой-то момент демоница заявила:

– Лучше дождаться подкрепления, – её голос наполнился тревогой. – Их оружие способно пробить Покров Одарённого, не встретив никакого сопротивления. Это похоже на ловушку, Саша.

– Думаешь, они настолько разобиделись на меня в нашу прошлую встречу, что решили отомстить, узнав, что я на их вотчине? – усмехнулся я. – Там погибают люди, отдавшие себя борьбе с заразой Рифтов. У меня есть Духовный Дар, с помощью которого я смогу помочь им дождаться квалифицированной медицинской помощи. Помимо этого, Духовная сила не является энергетической и способна выдержать выстрел из огнестрельного оружия, созданного для убийства Одарённых, – нашёл я доводы. – Просто будь внимательнее, Кей, и не допусти удара мне в спину.

"Будь внимательнее, Кей», – спародировала демоница мой голос и исчезла в портале.

Глава 9

Выскакивать на поляну, на которой находились раненые, я не торопился. Большинство из них, пусть и было лишено возможности двигаться, однако находилось в сознании. Глядишь, дрогнет рука у бойца, выстрелит в меня или пустит какую технику, а я такой возьми да уклонись. И попадёт та техника или пуля в боевого товарища, закончив его страдания раньше положенного. А у меня такое не принято. Негоже умирать бойцам после боя.

Действовать необходимо было тоньше, поэтому Кей наслала на группу Стражей морок, который слегка затуманил их сознание, замедлив реакцию на происходящее вокруг. Тогда-то я и вышел, и прежде, чем отправить в меня нечто смертоносное, бойцы успели распознать во мне Канцлера Российской империи. Хвостатая медленно сняла свою иллюзию, позволив мыслям Стражей литься с привычной для них скоростью.

– Похоже, сегодня наш одновременно самый неудачный и самый счастливый день, – хохотнул усатый дядька, которому досталось больше всех. Помимо сквозных ранений в области груди, ему чем-то острым отчекрыжили обе ноги по колено и руку по локоть. Сами конечности мужчина сжимал в здоровой руке, явно не теряя надежды на то, что ему успеют оказать помощь.

– Это ещё с какой стороны посмотреть, – хмыкнул я, склоняясь над бойцом.

На мой подход дядька дёрнулся и попытался было подняться на обрубки своих ног, но я мягко надавил ему на плечо, отрицательно покачав головой. Тот воспринял это по-своему, и вместо подъема слегка заплетающимся голосом гаркнул:

– Командир группы разведки отдельной бригады Стражи, майор Лазаренко! – мужик несколько раз кашлянул, после чего тихо, настолько, чтобы его услышал лишь я, добавил: – Ваше Сиятельство, меня уже спасать толку нет, – он взглянул на обрубки своих конечностей. – Прошу вас, помогите тем, кому ваша помощь действительно необходимо.

– Сам решу, – качнул головой в ответ. – Вы у меня все ещё к награде приставлены будете, и получать медали вам предстоит, стоя на своих двоих, – сконцентрировал в ладони Духовную энергии, после чего направил её в грудь пострадавшего командира группы разведки. – Я, конечно, не кудесник, но стабилизировать ваше состояние сумею. Погасите свои Покровы! – громко приказал я всем бойцам сразу. – Я направлю вашу энергию на усиление регенерации.

Помимо стимуляции души Стражей, я заключал все раны на их теле в миниатюрные коконы из Тени. В большом варианте эта техника служила своеобразной темницей, а в маленьком – погружала части тел Одарённого в стазис, тем самым останавливая кровотечение.

В скором темпе я обошёл всех раненых, начав с тех, чьё положение выглядело наиболее плачевным. Бойцы последней очереди после того, как я подстегнул их регенерацию с помощью Духовного Дара, вовсе смогли встать на ноги и принялись стаскивать своих товарищей под одно из массивных деревьев, размещая их тела между вылезшими из-под земли корнями. Закончив, они встали полукругом, намереваясь защитить своих сослуживцев от загульных Рифтовых тварей.

Лишь командир отряда остался лежать на том месте, где я обнаружил его изначально. Он понимал, что просто так я не уйду, а значит, нам предстоит разговор, который больше будет походить на допрос.

– Клан Сибирских Волков? – сходу спросил я, подойдя к командиру отряда.

– Не уверен, Ваше Сиятельство, – в отрицательном жесте качнул головой усатый дядька, продолжая удерживать отрубленные конечности. – Тёмная форма, лица скрыты под масками. Опознавательных знаков не было.

– Тогда рассказывай с самого начала, – уселся я рядом с мужиком на землю.

– Планировали расширить уже исследованную зону, совершив разведывательные мероприятия в дальних Рифтах. Не в первый раз, Ваше Сиятельство, поэтому со своей миссией справились на отлично. Однако возвратиться на базу и передать задокументированные сведения у нас не вышло, – командир уныло поджал губы, на что я кивнул, дабы тот продолжил. – Мы, разведчики, обладаем не только Даром на скрыт, но и на обнаружение сокрытого. Тем не менее обнаружить неизвестных нам удалось лишь тогда, когда по нам открыли огонь из огнестрельного оружия, целясь по коленям. Перемещаясь по Заповеднику, любой Одарённый никогда не станет держать Покров погашенным. Мы так вовсе не являлись обычными, так что Покровы у нас были напитаны под завязку, – он замолчал, сильно зажмурил глаза, вспоминая произошедшее. – Всех моих парней сложило. Попадали как сломанные куклы. Словно мы не Одарённые, а самые что ни на есть настоящие простаки, – мужчина сжал пальцы здоровой руки в кулак, отчего остальные конечности чуть было не попадали наземь. – Они на этом не остановились. Мы, разумеется, попытались сопротивляться, однако всё было тщетно, – он потряс своими обрубленными ногами и рукой. – Их оружие прошивало Покров, как раскалённый нож проходил сквозь масло. Взяв нас на прицел, неизвестные принялись опустошать наши сумки, карманы, даже в исподнее залезли. Целенаправленно искали разведданные. Ублюдки...

– И, полагаю, нашли, раз вы остались живы, – сделал догадку я.

– Верно полагаете, Ваше Сиятельство, – кивнул усатый дядька. – С ними был артефактор. Вскрыл наше пространственное кольцо не более чем за две минуты, как его у нас отобрали. Стоило обнаружить искомое, как к нам тут же потеряли интерес, – заявил командир разведчиков, после чего повернул голову в мою сторону и спросил: – А почему вы, Ваше Сиятельство, считаете, что именно Клан Сибирских Волков напал на нас?

– Уже встречался с его представителями, вооружёнными огнестрельным оружием, способным пробить Покров Одарённого, – не стал утаивать я. – Тогда кроме них самих никто не пострадал. Я планировал заняться ими несколько позже, но, как видишь, они уже перешли черту. Может, конкретно те, кто напал на вас, не были Сибирскими Волками, однако само наличие у них необычного вооружения говорит о том, что они между собой связаны. И скоро я выясню, каким именно образом, – на моём лице взыграла максимально "добрая" улыбка. – Скоро прибудет помощь, я же отправлюсь по следам напавших на вас людей.

– Ваше Сиятельство, подобное оружие внушает страх. Будьте осторожны, – предостерёг меня командир отряда Стражей. – В такое время империи ни в коем случае нельзя терять своего Канцлера.

– Не стоит за меня беспокоиться, майор, – оскалился я. – В конце концов в меня уже стреляли из подобного вида оружия, однако вот он я, целый и невредимый. Даже пули, невосприимчивые к Покрову Одарённого, не способны пробить всё, что угодно.

***

След было взять проще простого. Будучи наемником-одиночкой мне частенько приходилось преследовать свои цели по лесам. А если взять в учёт тот факт, что напавшие на отряд Стражей люди в тёмной форме и масках на лицах не особо-то и скрывались, то шагать за ними по пятам становилось легче лёгкого. Явные боевики, которых довели до места засады Одарённые с Даром на скрыт, а возвратиться им предстояло своих ходом. Такой вывод я сделал из того, что в ином случае разведчики бы смогли обнаружить засаду заранее, по оставленным следам.

Тем не менее, неизвестные двигались довольно-таки быстро, отчего мне приходилось то и дело переходить на Теневой Шаг. К тому же у них была фора в несколько часов. Вот только от Неограниченного, взявшего след, особо не побегаешь. Через полчаса я наткнулся на место, где боевики встретились со стаей иномирных тварей. Уже привычные мне Гончие были в основном нашинкованы холодным оружием. Потратив несколько минут, определил, что удирающие неизвестные были здесь около четверти часа назад.

"Вижу", – вторглась в мои мысли демоница, отчего я довольно улыбнулся.

"Отлично, теперь точно не уйдут", – хмыкнул я, сорвавшись на стремительный бег, периодически уходящий в Теневой Шаг.

Минуя заросли кустарников, упругие ветви молодых деревьев и редкие полянки, мы углублялись всё глубже и глубже в Заповедник. Я почувствовал себя охотником, настигающим свою добычу. Чувство, что давно уже успело позабыться, было неожиданно приятным и греющим душу. Давненько я не выступал в роли полноценного преследователя. Жаль, только убегающие не в курсе моего существования.

"А вот это замечание не совсем верно, – в очередной раз решила дать свой комментарий хвостатая. – Неизвестные заметно ускорились. Либо они тебя срисовали, либо до места их базирования осталось всего ничего."

"Они безошибочно движутся в определённом направлении, минуя все Рифты, которых здесь полно. Неизвестные прекрасно ориентируются в здешних местах, – ускорившись, отметил я. – А вот встреча с Гончими явно не была запланированной. Полагаю, твари загуляли, а наши цели решили с ними разобраться."

"Но благодаря этому стечению обстоятельств ты уже достаточно с ними сблизился. Я могу открыть портал на пути их следования, – предложила Кей. – Как раз сможем проверить, заметили ли они тебя или нет."

Предложение демоницы мне понравилось, поэтому я дал добро и сходу наткнулся на открывшийся передо мной разлом в пространстве. Ни секунды не сомневаясь, я влетел в него, после чего замер. Прислушавшись к своим ощущениям, почувствовал душу каждого из напавших на отряд Стражей людей. Они не стали отклоняться от маршрута следования, отчего я мог сделать вывод, что сенсора среди них нет. Учитывая, что я пользовался энергией вовсю, а моя кицунэ открыла портал размером с человека, даже мало-мальски Одарённый, способный чувствовать энергию, заметил бы нас ещё на подходах.

Я развернул свой Дар, взяв ещё больший радиус. Сразу заболела голова от того количества информации, которая в неё начала поступать. К таким нагрузкам я готов ещё не был, однако Печать Концентрации позволяла мне, пусть и превозмогая, но справляться. Помимо обильного количества секретов, я почувствовал то место, куда так устремленно двигались неизвестные. Человеческих душ там было хоть отбавляй, а значит, это либо база, либо качественный перевалочный пункт, который рано или поздно этой самой базой станет.

Позволять убегающим объединиться со своими товарищами я не собирался. Мне всё ещё было не до конца известно, кем же они являются на самом деле, чтобы делать поспешные выводы. Глядишь, в месте, куда они следуют, вовсе находятся ни в чём не повинные люди. Хоть я и искренне в этом сомневаюсь: уж больно глубоко мы забрались в Заповедник.

Лучшим вариантом было, конечно, взятие языка. Однако дёрнуть одного человека, когда их совсем немного, – задачка та ещё. Заметят, как пить дать. Нужно брать всех скопом, организовав им такую же засаду, как они сами устроили для Стражей несколько часов назад.

Нельзя было сказать, что неизвестные представляют из себя сильных Одарённых. Крепкие Мастера, да и только. Однако для того, чтобы взять их всех вместе под свой контроль, Кей понадобится некоторое количество времени, пока они будут неподвижны. Необходимо заставить их остановиться, опешить, а затем и вовсе удивить.

"Хороший план", – подумал я и шагнул в Тень, чтобы в следующее мгновение выйти в двадцати метрах от впереди идущего противника.

Люди, облачённые в тёмные одежды, больше походили на солдат. Они остановились настолько же быстро, насколько удирали. В мою сторону сразу же были вскинуты стволы их огнестрельного оружия, смеси артефакторики и технологий. Больше всего из себя они представляли пистолеты, однако в этот раз к их числу присоединилась простенькая винтовка. Не стоят на месте умельцы Заповедника.

Немая сцена, что разыгралась на небольшой полянке, на которой стоял я и мои противники, продлилась всего несколько мгновений, пока один из неизвестных не воскликнул:

– Твою ж мать, это Канцлер, – сложно было сказать точно, кому принадлежал голос: женщине или мужчине. Маски скрывали не только лица неизвестных, но и искажали их голоса, делая их изрядно вибрирующими и глубокими.

– Ну и что? – не понял один из его товарищей. – Сейчас словит пулю твой Канцлер, а Романов нового выберет.

Пустая болтовня неизвестных играла мне на руку. Кей уже начала разворачивать свои сети, а учитывая то, что среди моих противников не было сенсоров, они вряд ли смогут учуять нечто неладное. Поэтому я продолжал молча наблюдать за стремительно разворачивающимся спором.

– Идиот! Он Неограниченный! С такими мы ещё не сталкивались, – воскликнул тот, что стоял позади всех. – Должно быть, следует за нами от места стычки со Стражами.

Понятно, почему они медлят. Сейчас постараются запугать меня, намекая на увиденное и услышанное мной ранее. Тела Одарённых, скошенных слитным залпом из пистолетов и одной винтовки, способны напугать кого угодно. Кроме меня, разумеется, однако солдатам, скрывающим свои лица с помощью масок, в том, чтобы об этом знать, покамест нет необходимости.

– Граф, шёл бы ты с нашего пути, – попытался один из неизвестных. – Ты уйдёшь, а мы исчезнем. Слово даю, ты о нас никогда больше не услышишь, – пообещал он, однако душа его сразу отразила лживость его слов. – Ну так что? Не заставляй нас проверять прочность твоего Покрова. Мастеров наши "малютки" крошат на раз-два!

– А ты попробуй, – впервые заговорил я, оскалившись. – Прострели мне руку, – я отвёл названную конечность в сторону, на что грозящий проверить прочность моего Покрова покрепче сжал единственную винтовку в его отряде. – Сможешь – я уйду, поджав хвост, и никогда о вас не вспомню. Даю слово!

– Я всегда говорил, что наш император не разбирается в людях. Смотрите, какого психа на груди пригрел, – воскликнул позади стоявший. – Стреляй! Чего ждешь? Не каждый день доводится наблюдать за драпающим Канцлером, который по совместительству является Неограниченным.

Однако солдат, удерживающий винтовку, медлил. Одно дело – расстрелять Стражей, совершенно другое – выстрелить во второго человека Российской империи. Неизвестный медлил, а я продолжал скалиться, вглядываясь в небольшие прорези маски, через которые было видать испуганные серые глаза.

В какой-то момент говорливый растолкал своих товарищей и вырвался с тыла на фронт. Стремительным рывком он выхватил винтовку у её владельца, после чего замер, целясь в мою руку. Сделав глубокий вдох, он на выдохе нажал на спусковой крючок. Раздался громкий хлопок, который, должно быть, могли услышать в лагере этих преступников, вот только моя девятихвостая морда погасила его, направив в другую сторону леса.

Мою руку откинуло от неожиданности, однако боли, что должна была прийти вместе со сквозным пулевым отверстием, разумеется, не было. Медленно, под молчание солдат в тёмной форме одежды, я вернул свою конечность в исходное положение, после чего выставил её перед своим лицом. Безэмоционально покрутив ладонью рядом с собой, пожал плечами и, обезоруживающе улыбнувшись, проговорил:

– Пу-пу-пу...

Это послужило триггером для остальных неизвестных, которые начали заливать меня дождём из пуль, способных пробить Покров Одарённого человека. Длилось это всего с десяток секунд, по истечении которых пистолеты солдат были полностью разряжены, а у храбреца, совершившего первый выстрел, заклинила винтовка. Тот пытался вернуть патрон в паз, однако трясущимися руками у него это никак не выходило сделать.

– Давай помогу, – шагнув сквозь Тень, я вырвал оружие из рук неизвестного и одним ловким движением вернул патрон в патронник.

Солдат испуганно отшатнулся, а я, в свою очередь, направив ствол винтовки ему в грудь, наполненным силой голосом заговорил:

– Властью, дарованной мне самим императором Российской, за попытку убийства Канцлера я приговариваю вас к смерти! После непродолжительной беседы, разумеется, – убрав винтовку, я щёлкнул пальцами, а Кей в этот момент погрузила сознание каждого из своих противников во тьму, после чего сменила для них картинку на скалящуюся морду кицунэ.

Глава 10

– Наемники? Вполне ожидаемо, – хмыкнул я, когда Кей закончила с допросом солдат. Их тела сломанными куклами рухнули на землю, бездыханно потянувшись к земле. – Наниматель? Сибирские Волки?

– Они самые, – утвердительно кивнула демоница в человеческом обличье. – Вздумали захватить большую территорию Заповедника под своё влияние. Своих разведчиков жалко отправлять в Рифт, а вот нанять группу профессионалов, вооружить её специальным оружием – совсем другое дело.

– Риск лишь упустить разработанные артефакты в руки третьих лиц, которыми сегодня оказались мы, – покачал я головой, глядя на тела наемников. – Должно быть, изготовление огнестрельного оружия специального, так скажем, назначения поставлено у Сибирских Волков на поток, – проговорил я, глядя на сложенные в кучу пистолеты и винтовку. – Иного объяснения тому, почему они решили поделиться им с наёмниками, я дать не могу.

– Эти гаврики, – указала Кей на тела людей, на лицах которых застыли гримасы первобытного страха, – должны были встретиться с человеком Сибирских Волков в перевалочном пункте Рифтеров неподалёку. Представляешь, у них там даже бар свой есть, которым заведует повидавший эту жизнь бармен, – отметила девятихвостая, после чего слегка встряхнула головой, отбрасывая не нужные в данный момент времени размышления, и продолжила: – Разведданные у нас, так что мы можем вернуться в воинскую часть и передать их Булдакову. Или же я накину на тебя иллюзию, после чего мы отправимся на встречу с представителем клана Вольных Рифтеров. Ну, как поступим?

Первый вариант располагал к себе тем, что это позволит избавиться от лишней головной боли, свалив всё на графа Булдакова. Уверен мой знакомый, что руководит дюжиной воинских частей на территории Заповедника, нанесет такой ответный удар клану Вольных Рифтеров, что он станет для них последним.

Второй вариант приглянулся тем, что, выбрав его, можно было неплохо повеселиться и узнать много чего нового: например, каким образом Рифтеры создают огнестрельное оружие, выстрелы из которых полностью игнорируют Покров Одарённого. Но главное, это веселье, а кто я такой, чтобы его пропускать?

– Колдуй, морда пушистая, – скомандовал я, занимая положение сидя. – Прогуляемся в бар Заповедника.

***

Игнат Степанович Волков был не простым Вольным Рифтером. Он являлся членом немало известного клана Сибирских Волков. Занимая в нём далеко не самое низкое положение, мужчина взял на себя ответственность за расширение влияния клана в рамках Заповедника. Всё же в другие зоны повышенного появления Рифтов лезть его клану было пока что рановато. Хотелось бы в Заповеднике укрепиться, заставив другие кланы покинуть его или слиться с Волками. Тем не менее, Игнат Степанович понимал, что начинать нужно с малого.

Засланный казачок в одну из воинских частей Стражи передал Волкову весьма ценную информацию. В ней гласилось, что группа разведки направляется в дальнюю часть Заповедника, дабы разведать местность и собрать информацию о имеющихся на её территории Рифтах. Это было буквально даром с небес для Игната Степановича. Если удастся выкрасть добытые разведчиками данные, то считай это прямой путь Волкову в верхушку клана.

Действовал мужчина незамедлительно. Пошерудив старыми связями, он вышел на небольшую, но чертовски сработанную группу наёмников, действующих на любой территории: Заповедник не был исключением. Уже обладая неким положением в клане, Волкову с лёгкостью удалось убедить поделиться оружейников своими разработками. Огнестрельное оружие, способное пробить Покров Одарённого, за редким случаем выходило за пределы клана, однако Игнату Степановичу благодаря своему дару красноречия удалось убедить оружейников посодействовать его задумке. Это была его маленькая победа, ведь группе наемников надлежало не только воспользоваться пистолетами, но и испытать новый образец, которым выступала винтовка. Свойство у неё всё то же, что и у пистолетов: полное игнорирование Покрова Одарённых. Вот только убойность гораздо выше.

Последним штрихом выступала доставка вооруженной группы наёмников в Заповедник для дальнейшей организации засады. Найти тех, кто не только сможет обнаружить разведгруппу, а также оставить её в дураках, не позволив себя рассекретить, было той ещё задачкой. Но у Волкова были люди, способные провернуть не только это, но и протащить с собой небольшую группу вооруженных артефактным вооружением боевиков. Пришлось лишь напомнить одному из заместителей главы клана о том, что своим положением он обязан никому другому, как Игнату Степановичу. Волков тогда пожертвовал своим успехом, однако получил влиятельного должника, который, к счастью, не забыл своего старого друга.

Всё складывалось настолько идеально, что Волков не мог поверить своей удаче. Подготовка к каждому этапу плана была выполнена на высшем уровне. Оставалось лишь ждать их последовательного выполнения. И Игнат Степанович ждал.

Находясь на территории одного из перевалочных пунктов Вольных Рифтеров, Волков уже прибыл в заранее оговоренное с наёмниками место. Мужчина то и дело поглядывал на свои простенькие наручные часы, ведь его люди должны были появиться с минуты на минуту, так как всё было рассчитано вплоть до секунды. Однако в сердце немолодого Рифтера поселилась необъяснимая тревога, словно что-то пойдет не по идеально спланированному им сценарию.

Лучшего места для передачи разведданных, чем полевой бар Рифтеров, придумать было сложно. Людно, значит, беспредела не устроят. Однако при этом никого из посетителей не волнует, какие именно делишки проворачивает сидящий за соседним столиком человек. Хозяин бара чётко обозначил свою позицию: откровенного криминала, по типу работорговли, он не допустит, а пустые разговоры – ради бога.

Игнат Степанович медленно поцеживал облепиховый морс, не желая прибегать к алкоголю, дабы не затуманить свой разум. На улице уже было довольно-таки темно, что способствовало повышению количества посетителей в полевом баре. Однако сквозь шум, гвалт и постоянно снующие по помещению силуэты не смогли помешать Волкову увидеть, как в полевой бар вошел человек, облаченный в тёмную военную форму. Хоть его лицо скрывала маска, но Игнат Степанович мгновенно распознал в нём своего человека, одного из наёмников. Позволив себе довольно улыбнуться, член клана Сибирских Волков принял решение подождать, устроив дополнительную проверку. Мало ли, может, кто-то решил принять личину одного из бойцов, чтобы подобраться к Игнату Степановичу поближе.

«Вот и проверим, узнает ли он меня и произнесет ли он пароль», – в мыслях, что уже грезили стремительно приближающимся успехом, решил Волков.

Стараясь не обращать внимания на вошедшего в бар наёмника, Игнат Степанович уткнулся лицом в свой бокал с облепиховым морсом. Словно смакуя, мужчина игнорировал двинувшегося в его сторону наёмника. Спустя полминуты над столиком представителя клана Сибирских Волков завис тёмный силуэт, заслонивший собой свет, исходящий от энергетических светильников.

– Тихое, спокойное место, не то, что тот занюханный городишко, видимый нами ранее, не так ли? – пробасил силуэт искажённым голосом.

«Это точно он! Отлично!» – воскликнул мысленно Волков, а вслух поспешил дать ответ на озвученную вслух первую часть пароля. – Заповедник – чистый воздух. Нюхай, нюхай, а не занюхаешь.

Наёмник уместил свою грузную тушу напротив Волкова и вперился взглядом в своего нанимателя, предлагая тому начать самостоятельно.

– Разведданные у вас? – сходу задал животрепещущий вопрос Игнат Степанович, не боясь произносить это вслух.

– У нас, – хмыкнул человек в тёмной форме и выудил с нагрудного кармана небольшое колечко. – Пришлось повозиться с защитой хранилища. За это нужно доплатить.

«Никогда не упустят возможности стрясти побольше золота», – раздражённо отметил представитель клана Вольных Рифтеров, а вслух же произнес: – Разумеется, если информация будет стоящей.

– По пути мы наткнулись на Адских Гончих, – наёмник не спешил отдавать артефакт-хранилище своему нанимателю. – Вы заверяли, что обратный путь будет полностью безопасен.

– Отряд первоклассных наёмников не смог справиться с жалкими тварями из Рифта? – вздёрнул бровь Волков. – Вы шутите?

– Это дополнительные риски, требующие дополнительно платы. Специализация нашего отряда лежит в другом ключе, нежели устранение Рифтовых монстров, – покачал головой наемник. Сквозь прорези в маске виднелись серые глаза, лучащиеся недовольством.

– Аргумент, – кивнул представитель клана Сибирских Волков. – Однако вы сами знали, куда и, главное, на что шли. Неустойки за риски не будет.

– Тогда не будет ни кольца, ни пистолетов, способных...

– Тихо! – внезапно громче обычного рявкнул Волков, отчего остальные посетители бара покосились на их столик. Склонившись над столом, чуть было не задев бокал с морсом, он прошептал: – Даже в подобном месте, нужно думать, о чём говоришь, – Рифтер замолчал, после чего зло выдохнул и проговорил: – Ладно, будет вам неустойка. Надеюсь, это всё? Больше пожеланий не будет?

– Знаете, будет, – хмыкнул наёмник в маске. – Так как наше сотрудничество уже можно назвать довольно-таки успешным и результативным, я бы с удовольствием поработал бы ещё с кланом Сибирских Волков в вашем лице, – на эти слова Волков довольно улыбнулся. – Помимо этого, оружие, которое вы нам выделили на миссию, весьма убойная штука. Сложно выразить словами те впечатления, которые испытали я и мои бойцы, – не став называть конкретных артефактов, заменив их словом «оружие», восхитился наёмник. – Знаете, хотелось бы получить уникальную возможность долгосрочной аренды подобного вооружения напрямую от Сибирских Волков. Вы понимаете, о чём я говорю?

– Понимаю, – кивнул Волков. – Но вы тоже должны понять, что такие вещи – не игрушки. Тем не менее я могу вас заверить, что если добытые вами разведданные имеют ту ценность, которую я предполагаю, то мне удастся в скором темпе занять необходимую мне ступень в иерархии нашего клана. А там, глядишь, я замолвлю словечко за вас перед нашими оружейниками. Ребята они наглые и кажутся неприступными, однако к каждому можно найти свой подход. За вами будет должок.

– Оружейники, значит, – кивнул сам себе наемник. – Вы создаете «игрушки» самостоятельно?

– А? – неожиданным вопросом Игнат Степанович был слегка выбит из колеи.

– Не обращайте внимания. Мысли вслух, – хохотнул собеседник под маской. – Должок, так, должок. Ну так что, мы договорились? – наёмник протянул раскрытую ладонь, на которой лежало кольцо.

– Полагаю, что так, – позволил себе добродушную улыбку представитель клана Сибирских Волков. – Для того, чтобы вы смогли получить нашу помощь, оружейники должны знать о вас всё. Как мне вас представить, чтобы они смогли разузнать о вашем отряде больше того, что есть в открытом доступе? – немного помедлив, мужчина потянулся к лежащему на ладони наёмника артефакту-хранилищу.

– Можете назвать моё настоящее имя, – Волкову показалось, что в словах его собеседника имеет место быть насмешке, однако он был настолько взбудоражен скорым взлётом по иерархической лестнице своего клана, что проигнорировал тревожный звоночек. – Представьте меня, как Новикова Александра Петровича.

– А? – второй раз за ночь обомлел член клана Вольных Рифтеров, его рука замерла над кольцом-хранилище, так и не схватив желаемое. Взгляд же вперился в прорезь маски наёмника, в которой виднелись глаза, медленно меняющие свой цвет с серого на два других: насыщенные зеленый и синий.

Волков попытался было одёрнуть ладонь, однако не тут-то было. Человек, представившийся именем Канцлера Российской империи, схватил его за руку мёртвой хваткой. Потянув на себя с небывалой силой, из-за которой Игнат Степанович легко подался вперёд, наёмник второй рукой сжал его горло. Удерживая Волкова, он поднялся на ноги, отчего Вольный Рифтер почувствовал, как земля начала уходить из-под его ног, в буквальном смысле этих слов.

В баре воцарилась гробовая тишина. Все посетители замолкли, наблюдая за странной парочкой, которая совсем недавно спокойно беседовала, а теперь один из участников беседы удерживает второго над землёй на вытянутой руке. Тишину нарушил спокойный и холодный голос агрессора:

– Второй косяк за вашим кланом, и это только при моём участии, – внешний облик наёмника начал изменяться, и к концу фразы перед лицом Волкова стоял никто иной, как граф Новиков собственной персоной, облачённый в классический тёмный костюм. – Боюсь представить, сколько всего вы успели совершить внутри Заповедника, пока никто не обращал на вас внимания, – голос молодого парня был пронизан пренебрежением в сторону мужчины, удерживаемого им на одной руке.

Некоторые из посетителей узнали Канцлера, поэтому поспешили сбежать, так как боялись попасть под горячую руку одного из Неограниченных. Другие же, включая бармена, молча наблюдали за развитием событий. Но нашлась та группка Рифтеров, которая питала неприязнь как к Канцлеру, так и к самой Российской империи. Беглые преступники, головорезы и просто не чистые на руку люди – все они медленно начали подбираться к правой руке императора, желая отомстить ему за всю боль, которую они пережили за свою жизнь. Но Новиков, казалось, не обращал на них никакого внимания, будучи полностью сосредоточенным на своей цели.

– Вместо того, чтобы предоставить разработки империи и пустить их в дело на восточном фронте и в Рифтах, вы нападаете на Стражей, отбирая у них заработанную потом и кровью информацию. Помимо этого, члены вашего клана не пренебрегают возможностью подкараулить Рифтеров, успешно закрывших аномалию, и отобрать у них заслуженную добычу, – несмотря на спокойствие, сохраняемое Канцлером, в его голосе всё же проскальзывало недовольство. – Клан Сибирских Волков ждёт забвение. И ты, Волков, стал тем, кто подвёл его к краю небытия.

Граф сжал кисть, отчего Рифтер невольно захрипел, пока в какой-то момент не потерял сознание, повиснув сломанной куклой в руке Канцлера. В этот момент недовольные империей люди решили, что лучшего момента для нападения не будет. Десять человек ринулись вперёд, однако на скорости наткнулись на невидимую преграду. Разбив свои лица, они медленно осели наземь, так как на них обрушилось невиданное давление. Голая, необузданная мощь Канцлера пригвоздила неугодных к земле, а сам он твёрдым тоном, в котором сквозило угрозой, проговорил:

– Шестьсот сорок пять. Именно столько раз у меня была возможность убить вас, и ровно столько раз я решил этого не делать, – лежащие на земле Рифтеры побледнели, совершая жалкие попытки отползти от источника оказываемого на них давления подальше. – Вы обижены на империю, однако являетесь Рифтерами. Посещая аномалии и закрывая их, вы оказываете услугу империи и защищаете её подданных, что сохранило сегодня ваши жизни. Живите и помните это, а остальное забудьте, – граф щёлкнул пальцами, и все постояльцы бара рухнули на землю как подкошенные, лишь бармен, стоя за барной стойкой, и безучастно протирал бокалы.

Заинтересованно взглянув на владельца заведения, Новиков схватил тело Волкова за руку и двинулся к барной стойке. Сгрузив представителя прямиком на стойку, Канцлер спокойно заключил:

– Надо же… Кто бы мог подумать, что пропавший больше десяти лет назад во время похода в Великий Рифт император будет протирать бокалы в захудалом баре посреди Заповедника.