Жизнь Полубога Всего: Железный человек

Глава 0. Невозможная сила

(Данную главу можно пропустить, если не хотите спойлеров, но рекомендую всё-таки прочитать. Приятного чтения!)

Белое пространство тянулось во все стороны — без горизонта, без теней, без единого звука. Посреди огромного зала, который служил одновременно домом и складом трофеев, дрогнул воздух. На мягкий ковёр шагнул самый обычный с виду двадцатиоднолетний парень в простых джинсах и однотонной кофте.

Звали его Никитой или Ником. Своей невозможной силой он пользуется всего седьмой год, но уже не имеет равных среди существ бесчисленных миров. Несмотря на своё могущество, парень совершенно не похож на классического бога. Он не страдает высокомерием, не считает себя выше остальных и терпеть не может, когда его называют Богом. Ник признаёт только одно звание — Полубог Всего. Его второе имя — Непредсказуемость, и даже самые могущественные предсказатели не могут знать наверняка, что он выкинет в следующую секунду.

Только что Ник завершил долгий эксперимент в мире Рика Санчеса, оставив безумному учёному систему шлюзов на основе нефиксированной тёмной материи с заданными частотами изменений.

В основе абсолютно любой магии лежит тёмная материя. Она бывает двух видов: фиксированная, с неизменной структурой, и нефиксированная, которая постоянно меняется. Чем выше частота этих изменений, тем больше в ней мощи. Ник умел управлять нефиксированной материей на любом уровне — для него просто не существовало потолка частоты. Благодаря его разработке Рик Санчес фактически стал вторым по силе существом в космосе всего настоящего, а вскоре, возможно, станет им и в космосе всего ненастоящего.

Потянувшись до хруста в плечах, Ник прошёлся вдоль длинных стеллажей и витрин. За семь лет приключений здесь собралась внушительная коллекция вещей — любая из них повергла бы в шок обитателей других миров.

На одной из полок лежал дубликат неразрушимого регулятора силы, который Ник когда-то смастерил для Сайтамы. С его помощью лысый герой наконец может драться всерьёз, не уничтожая противников одним случайным ударом. Рядом стоит фигурка Беззубика — дракона, которому Ник восстановил настоящий хвост взамен механического протеза.

Чуть дальше под прозрачным куполом покоится миска пельменей, приготовленных пандой По. Ник навсегда избавил их от способности остывать и портиться, чем был совершенно доволен. Поблизости возвышается статуэтка Короля Льва с золотой гривой и небольшой табличкой: «Не ленивый лев по сравнению с реальными львами».

На большой фоторамке бесконечно крутится сцена из Скайрима: Довакин стоит рядом с Ником, а дракон Алдуин под действием перевёрнутого крика «ДА РО ФУС» не улетает прочь, а с чудовищным ускорением падает прямо на них.

Неподалёку висит фотография из мира «Зелёной мили», где адвокат Феникс Райт защищает добряка Джона Коффи в американском суде тридцатых годов. Сам Ник стоит плечом к плечу с местным прокурором и хитро ухмыляется, словно происходящее его совершенно не удивляет.

В углу, на специальной оружейной стойке, соседствуют топор «Левиафан» и Клинки Хаоса Кратоса, сплавленные в единое огненно-ледяное оружие, а рядом мерцает запись работы модифицированной портальной пушки, способной открывать червоточины практически на любой поверхности.

И это была лишь малая часть: за каждой вещью на полках стояла история, которой хватило бы на отдельную книгу.

Ник усмехнулся своим воспоминаниям и с размаху плюхнулся на широкий диван посреди зала. Воздух перед ним засветился, разворачивая терминал его помощника — Миллионса.

Миллионс не является обычным искусственным интеллектом или отдельным существом. Это почти бесконечное количество разумных созданий, которые живут сразу в нескольких личных мультиреальностях Ника и вместе составляют единое сообщество. Время в их мирах течёт иначе: за одну секунду обычной реальности там могут проходить целые эпохи. Ник позволяет им черпать силу из своей нефиксированной тёмной материи, а они с искренней радостью выполняют его поручения.

Они следят за происходящим в многочисленных мирах, находят и устраняют различные аномалии, изучают прошлое и просчитывают возможные варианты будущего. Когда вмешательство Ника угрожает важным событиям, Миллионс может осторожно изменить обстоятельства, чтобы эти события всё-таки состоялись. При этом он никогда не переписывает личности обитателей миров и не заставляет их поступать вопреки собственному характеру.

Впрочем, даже при всех своих возможностях Миллионс не может предсказать самого Ника. Можно просчитать тысячи вариантов развития событий, но окончательное решение Полубога Всего всегда остаётся неизвестным.

На экране побежали строчки приветствия, и раздался чистый, приятный голос, которым говорили сразу все создания Миллионса:

— Поздравляем вас с праздником, Никита! Сегодня исполняется ровно семь лет с тех пор, как вы начали пользоваться своей невозможной силой. По заведённой традиции настало время запустить новый марафон и случайным образом выбрать долгую, интересную историю из уже существующих миров.

Ник тут же радостно подскочил с дивана.

— Наконец-то! Спасибо за напоминание, Миллионс!

Он в несколько шагов оказался у массивной рулетки возле стеллажей, ухватился за обод и что есть силы крутанул барабан. Сектора с названиями миров слились в сплошную пёструю полосу. Наконец стрелка звонко щёлкнула и замерла на надписи: «История по фильмам Marvel: от „Железного человека“ до „Мстителей: Финал“».

Когда-то эта мультиреальность была всего лишь выдумкой, но ещё во время первого марафона Миллионс превратил её в полноценный живой мир. С тех пор Ник прошёл несколько марафонов в разных уголках мироздания, но именно к этой истории присматривался давно.

От восторга у Ника загорелись глаза. Он вскинул кулаки к потолку и заорал во всё горло:

— ДА-А-А!!! Наконец-то выпал именно этот вариант! Миллионс, слушай внимательно. Точка входа — та самая пещера, ровно в тот момент, когда Тони Старк очнётся после операции.

Ник быстро подошёл к терминалу и открыл личное меню настроек предстоящего марафона.

— Нужно устроить всё так, будто я родился в этом мире с самого начала. Вплети туда другого, обычного «я» и свяжи его прошлое с моей историей, чтобы к этому моменту у меня уже была настоящая биография. По легенде я вырос в экстремальных условиях и во время некоторых опасных приключений приобрёл несколько необычных особенностей.

Он быстро переключал настройки, добавляя и убирая различные ограничения.

— Оставь мне скрытые регуляторы боли и реакции… переводчик… термо-рикошет… ещё вот это… и обязательно это… и вроде как всё. Миллионс, остальное сам настраивай.

Наконец Ник остановился, довольно потёр ладони и продолжил:

— В итоге я должен остаться уязвимым человеком, но со своими необычными преимуществами. Это нужно хотя бы для того, чтобы маги вроде Доктора Стрэнджа могли заглянуть в моё прошлое и убедиться, что я не вру. Правда, с просмотром будущего возникнут вопросы… Но да пофиг.

Подняв правую руку и сложив пальцы для щелчка перемещения, Ник уже собирался отправиться в новый мир, но в последнюю секунду остановился и повернулся к терминалу.

— И ещё кое-что. Самое главное — сделай так, чтобы многие ключевые события всё-таки произошли, даже если из-за меня изменится время их наступления. Продолжайте устранять фоновые аномалии и осторожно корректировать обстоятельства, но не вмешивайтесь в свободу воли персонажей. Если случится что-то действительно важное, остановим время всей мультиреальности, мысленно обсудим ситуацию и решим, что делать дальше.

Ник на мгновение задумался, а затем улыбнулся и добавил:

— А теперь последнее. Пусть после завершения марафона многие обычные Никиты из миров без магии получат сигнал от вас и самостоятельно напишут книги об этом прохождении. Первый том может называться, например, «Жизнь Полубога Всего в фильме Железного человека», но названия могут быть и другими. Мы с тобой не должны писать эти книги вместо них. Пусть каждый сам решит попробовать себя в роли рассказчика и создаст собственную историю. Всё, что будет написано в этих книгах, будет происходить на самом деле, а не останется выдумкой. А теперь… пора начинать этот марафон.

Ник широко улыбнулся, поднял руку и сухо щёлкнул пальцами.

Глава 1. Начало марафона

Ник открыл глаза — белизна его зала сменилась прокуренным полумраком афганской пещеры. В нос тут же ударил тяжёлый запах сырого камня, машинного масла и медицинского спирта. Запястья Ника были туго стянуты грубой верёвкой; на нём оставались всё те же простые джинсы и однотонная кофта, слегка испачканные жёлтой пустынной пылью.

Для жителей этого мира, включая террористов за железной дверью, его появление объяснялось просто: парня без документов поймали в пустыне, когда он будто бы случайно проходил мимо засекреченной базы. Никто не подозревал, что Ник намеренно вышел прямо на патруль боевиков.

В нескольких шагах от него, возле тусклой лампы и маленького зеркала на каменном выступе, стоял худощавый мужчина в очках и старой жилетке — доктор Хо Инсен. Заметив, что сидящий у стены парень открыл глаза и осмысленно оглядывается, Инсен с заметным облегчением выдохнул:

— Слава богу, молодой сосед по несчастью пришёл в себя.

В эту же секунду на койке посреди каморки раздался резкий, судорожный вдох.

Тони Старк очнулся. Его глаза лихорадочно метнулись к потолку пещеры. Он дёрнулся, болезненно застонал, вытащил из носа прозрачную медицинскую трубку и попытался вскочить на ноги — но провод, соединявший его грудь с тяжёлым автомобильным аккумулятором на тумбочке, резко натянулся.

— Я бы не делал этого, — мягко произнёс Инсен, спокойно продолжая бриться.

Руки Старка задрожали. Он резко сорвал марлевую повязку с груди и замер, глядя на металлический цилиндр электромагнита, вживлённый прямо в тело.

Тони тяжело дышал, прижимая пальцы к краям холодного металла в груди. Инсен тем временем подошёл ближе и протянул ему маленький стеклянный пузырёк, внутри которого глухо звякнули десятки острых осколков.

— Я извлёк большую часть шрапнели, но мелкие осколки остались внутри, и они движутся к межпредсердной перегородке, — пояснил врач, кивнув на автомобильный аккумулятор.

— Электромагнит, подключённый к батарее, не даёт им попасть в ваше сердце.

Пока ошеломлённый Старк переводил взгляд с пузырька, в котором лежала его неминуемая смерть, на провод и обратно, Инсен указал на второго пленника у стены. Парень без тени смущения встретил взгляд знаменитого оружейника, чуть заметно кивнул и представился:

— Я Никита, но можете звать Ником. А вы кто такие?

Тони не успел ничего ответить — снаружи по каменному коридору раздался приближающийся топот тяжёлых армейских ботинок и гортанные голоса.

— Руки вверх! Встаньте и делайте как я, — быстро прошептал Инсен, поднимая ладони на уровень плеч.

Тяжёлый засов со скрежетом отъехал в сторону, и массивная железная дверь распахнулась. В пещеру вошли вооружённые боевики во главе с коренастым бородатым командиром — Абу Бакаром. Командир оглядел Старка и заговорил по-арабски, властно и громко.

— Он приветствует вас, мистер Старк, — перевёл Инсен. — И считает одним из главных убийц в истории Америки. Командир требует, чтобы вы построили для «Десяти колец» ракету «Иерихон».

— Отказываюсь, — хрипло бросил Тони, глядя исподлобья.

После перевода Инсена лицо Абу Бакара потемнело от злости. Он уже шагнул было к Старку, собираясь отдать приказ своим людям силой выбить из американца согласие, но тут его взгляд скользнул в угол — туда, где стоял связанный Ник.

На фоне бледного Старка и напряжённого Инсена… Ник выглядел так, словно заглянул к ним на чашку чая. На стволы автоматов он смотрел с ленивым, почти скучающим безразличием. Эта наглая невозмутимость мгновенно взбесила полевого командира. Абу Бакар шагнул к Нику и со всей силы впечатал кулак ему в живот.

Парня согнуло пополам, и он рухнул на каменный пол. Впрочем, скрытый регулятор тут же притупил боль, оставив только ощущение толчка, поэтому Ник даже не изменился в лице. Он поднял глаза на нависшего над ним бородача и отчётливо произнёс по-арабски:

— Ты, главное, меня «мальчиком» не называй, иначе огребёшь.

В пещере стало так тихо, что было слышно гудение старой лампы под потолком. Встроенный переводчик сработал как часы: Ник заговорил на чистом местном наречии без малейшего акцента.

Абу Бакар стиснул зубы. Вместо скулежа и мольбы он услышал прямую угрозу на родном языке — от парня, который только что пропустил удар, способный сломать рёбра здоровому мужику. Желание назвать пленника «мальчиком» застряло у него в горле. Не стерпев унижения, командир выхватил автомат у ближайшего боевика и с размаху обрушил приклад на голову пацана.

В последнее мгновение Ник едва заметно приподнял связанные перед собой руки, смягчая удар. Стальная антабка приклада распорола рукав кофты и кожу на левом предплечье, а удар деревянной части с глухим стуком пришёлся по виску.

— Эй! Нет! Остановитесь! — заорал Тони Старк, рванувшись вперёд так резко, что провод от аккумулятора натянулся как струна, а двое боевиков тут же преградили ему путь стволами автоматов.

Ник лежал на камнях, и по рассечённому виску и порванному левому рукаву текла тёмная кровь. Несколько секунд он не шевелился, затем упёрся пальцами в пол и с видимым усилием начал подниматься. Пошатываясь, он добрался до рвущегося из рук охраны Старка, тяжело кашлянул и тихо, но отчётливо произнёс:

— Слышь… кхе-кхе… не кричи ты так… а то вдруг… от аккумулятора… отсоединишься…

Старк снова подался было к парню, но один из боевиков жёстко выставил автомат поперёк прохода. Остальные переглянулись, крепче сжимая оружие: парень после чудовищного удара поднялся на ноги и ещё нашёл силы пошутить.

Абу Бакар медленно опустил автомат. Ярость в его взгляде смешалась с невольной опаской: этот парень мало того что понимал каждое их слово, так ещё и смотрел на вооружённый отряд с таким безразличием, будто перед ним стояла стая дворовых собак.

Решив, что уговоры бесполезны, Абу Бакар отдал резкий приказ. Одни боевики схватили сопротивляющегося Старка и потащили к бадье с ледяной водой, чтобы пытать его. Другой террорист тем временем перерезал верёвки на запястьях Ника: связывать парня, который выглядел полумёртвым, больше не считали нужным. Закончив пытку, боевики бросили захлёбывающегося Тони на каменный пол и с лязгом заперли дверь.

Едва шаги боевиков стихли в глубине коридора, ноги Ника подкосились. Изображая, будто больше не может держаться на ногах, он тяжело осел по стене на пол.

Инсен и едва отдышавшийся после ледяной воды Тони тут же бросились к нему с двух сторон.

— Парень, эй! Слышишь меня? Не отключайся, смотри на меня! — Тони, неловко прижимая к животу свинцовый аккумулятор, опустился рядом на одно колено. Его лицо было серым от боли, сырости и пережитого шока, но он забыл о шрапнели у собственного сердца и тревожно всматривался в рассечённый висок Ника. — Зачем ты вообще полез на рожон?! Ты хоть понимаешь, кто эти люди? Они же могли пристрелить тебя на месте!

— Зато… кхе… мы сразу выяснили, у кого тут проблемы с чувством юмора, — слабо усмехнулся Ник, пока Инсен осторожно обрабатывал антисептиком рассечённый висок и глубокую рваную рану на левом предплечье.

— Похоже, череп цел, но удар был чудовищной силы, — тихо произнёс доктор Инсен, проверяя реакцию зрачков Ника на свет лампы и накладывая повязку. Он покачал головой, глядя на странного юношу с невольным уважением. — Честно говоря, с такой травмой ты вообще не должен сейчас разговаривать, не то что стоять на ногах. Тебе нужен полный покой хотя бы на пару дней.

Старк и Инсен помогли Нику перебраться на старый матрас в углу. Парень прикрыл глаза, изображая тяжёлое, болезненное состояние, хотя сам оставался совершенно собранным. Первый шаг удался — теперь Тони точно не станет считать его просто случайным соседом по камере.

Вскоре после этого дверь снова распахнулась: боевики натянули плотные холщовые мешки на головы Тони, Инсену и всё ещё пошатывающемуся от «сотрясения» Ника. Под тычками автоматных стволов они поволокли пленников по длинным туннелям к выходу на поверхность.

Когда грубую ткань сдёрнули с их лиц, ослепительное горное солнце ударило по глазам, и Тони Старк онемел.

Вся долина между скалами, превращённая террористами в укреплённую базу, была завалена зелёными армейскими ящиками, гранатомётами, крупнокалиберными пулемётами и ракетными установками. Почти на каждом корпусе красовался до боли знакомый белый логотип «Stark Industries».

Абу Бакар, шагавший перед строем боевиков, обвёл рукой горы оружия и отрывисто заговорил по-арабски.

— Составишь список нужного оборудования и соберёшь ракету «Иерихон» из этих комплектующих, — перевёл Инсен. — Командир обещает отпустить всех троих, когда работа будет закончена.

Тони прекрасно понимал, что живыми их отсюда не выпустят, но ради спасения жизней сделал вид, что согласен. После того как пленников перевели в просторную подземную мастерскую, боевики в течение двух дней доставляли туда заказанные Старком ракеты, сварочные аппараты и инструменты. Ник всё это время продолжал симулировать тяжёлую контузию, не спеша показывать, что уже оправился после удара Абу Бакара. На третий день он уже бодро поднялся на ноги и подключился к разработке плана побега.

Тони разложил перед Ником и Инсеном свою безумную задумку. Начались недели изнурительной работы под прицелом камер видеонаблюдения. Первым делом троица под видом подготовки ракеты «Иерихон» извлекла из боеголовок крошечные пластины палладия, переплавила металл и собрала миниатюрный дуговой реактор. Инсен установил его в грудной имплант Тони взамен проводов громоздкого автомобильного аккумулятора. Когда реактор заработал и стал поддерживать жизнь Старка, они перешли к следующему этапу — созданию брони Mark 1, продолжая скрывать свои настоящие намерения за чертежами «Иерихона».

В сложной инженерии и квантовой физике Ник разбирался недостаточно, чтобы изображать профессора, поэтому не сыпал терминами и не мешал Старку с Инсеном. Зато в ручной слесарной и кузнечной работе, когда он брался за дело лично, ему не было равных: он быстро и точно разбирал ракетные корпуса, таскал стальные плиты, помогал ковать наплечники, шлем и нагрудник будущего костюма, подгонял заклёпки. Он также следил, чтобы на экранах камер террористы видели лишь чертежи «Иерихона». Из-за тяжёлого металла и острых кромок старая глубокая рана на его левом предплечье то и дело расходилась, пропитывая бинты свежей кровью и мешая держать инструмент.

Ник не хотел тратить собственное время на долгую сборку реактора, ковку Mark 1 и другие рутинные этапы. Поэтому в такие периоды он перемещался к моментам, когда происходило что-то интересное или важное, а пропущенное время поручал прожить другому реальному варианту самого себя. Тот управлял тем же телом и настолько точно копировал привычки Ника, что со стороны никто не замечал подмены. Эта версия получала награду для своего родного мира за работу. Ник не любил создавать дубликаты или фальшивки — он предпочитал взаимодействовать с настоящими вещами и душами.

В редкие минуты передышки, когда в печи остывал металл, а на верстаке оставались только инструменты и разобранные детали, трое пленников собирались вокруг старой доски для игры в нарды.

За последние недели пещера успела стать для них чем-то вроде временного дома, насколько вообще можно назвать домом подземную мастерскую, охраняемую вооружёнными террористами. На стенах висели инструменты, возле горна лежали почти готовые детали брони Mark 1, а чертежи настоящей ракеты «Иерихон» по-прежнему служили прикрытием для их замысла.

Тони Старк сидел за столом, слегка наклонившись вперёд. Под тканью майки ровно пульсировал голубоватым светом созданный несколько дней назад миниатюрный дуговой реактор. Он не только спасал жизнь Тони, удерживая осколки, но и мог генерировать три гигаджоуля в секунду. Отпала необходимость таскать за собой тяжёлый автомобильный аккумулятор — теперь можно было полностью сосредоточиться на костюме, который должен был стать их единственным шансом на побег.

— Я всё ещё считаю, что ты жульничаешь, — заявил он, изучая положение фишек.

Ник бросил кости.

— А я всё ещё считаю, что ты просто плохо играешь.

— Удивительно. Человек, который ещё недавно не мог нормально поднять руки после удара прикладом, теперь считает себя непревзойдённым мастером нард.

— Не вижу связи между моими руками и твоими игровыми способностями.

Инсен тихо рассмеялся.

— Тони, боюсь, здесь тебе придётся признать поражение.

— Доктор, я начинаю подозревать, что вы оба объединились против меня.

— Наконец-то ты начинаешь замечать очевидное, — отозвался Ник.

Несколько минут они продолжали играть, обмениваясь колкостями. Сделав очередной ход, Инсен задержал пальцы на фишке и заговорил:

— В Гулмире по вечерам вся моя семья собиралась за одним столом. Я до сих пор помню запах еды с кухни, голоса соседей во дворе и то, как все спорили из-за пустяков. Тогда это казалось обычным делом, а теперь именно эти мелочи вспоминаются лучше многих больших событий.

Он ненадолго замолчал, наблюдая за фишками на доске, а затем добавил:

— Иногда я бы отдал очень многое, чтобы снова оказаться за тем столом хотя бы на один вечер.

Инсен замолчал, с тихой грустью глядя на доску.

Ник знал кое-что о судьбе его семьи, но не стал перебивать доктора и лезть с расспросами — пусть хотя бы мысленно побудет дома.

Тони тоже слушал непривычно серьёзно: после операции он совсем иначе смотрел на человека, который спас ему жизнь и теперь рисковал собственной головой рядом с ним.

Однако вскоре взгляд Старка переместился на третьего участника их маленькой компании.

— Ладно, — сказал Тони, откладывая кости. — С доктором мы уже немного познакомились. А ты, Ник, остаёшься для меня одной большой загадкой.

— Поздравляю. Не каждый день удаётся познакомиться с загадкой за партией в нарды.

— Я серьёзно. Тебе двадцать один, у тебя нет документов, ты понимаешь языки людей, которые держат нас в плену, и ведёшь себя так, будто тебя невозможно удивить. Кто ты такой?

Ник покрутил между пальцами игровую фишку, а затем вернул её на доску.

— Человек, которому довелось пережить достаточно опасных приключений, чтобы не паниковать при первой неприятности. Некоторые из них оставили след, который до сих пор со мной.

— Какие последствия?

— Разные. На автобиографию сегодня скидок нет.

Тони фыркнул, но не стал спорить: за стеной послышались шаги охраны, и троица на секунду замолчала, прислушиваясь. Когда голоса стихли, Старк вернулся к вопросу:

— Ладно. Почему ты такой непробиваемый? Абу Бакар едва не размозжил тебе голову.

— Если я не мечусь по углам в панике, это ещё не значит, что я ничего не чувствую. Просто какой смысл тратить нервы раньше времени? Сначала надо разобраться, во что вляпался, а уже потом решать, стоит ли дёргаться.

Инсен поправил очки и внимательно посмотрел на Ника.

— Ты говоришь так, будто сталкивался с вещами, которые не объяснить обычной логикой.

— Так и есть. В одном приключении я наткнулся на самую настоящую магию. Без всяких фокусов и обмана зрения. И после того случая кое-что из этого так во мне и осталось.

Тони отложил одну из фишек.

— Ты сейчас серьёзно? Внутри тебя действительно сидит какая-то магия?

— Сидит. Только работает она при определённых условиях, а детали я пока приберегу для себя.

— Звучит безумно.

— То, что это дико звучит, ещё не делает правду враньём.

Инсен не стал требовать объяснений. Вместо этого он осторожно спросил:

— И ты не боишься, что эта сила однажды причинит тебе вред?

— Проблемы надо решать по мере поступления, доктор, а не накручивать себя каждую минуту из-за того, чего ещё даже не случилось.

— Ты необычный молодой человек, — заметил доктор.

— Мне это много раз говорили.

Старк провёл пальцем по краю доски. В коридоре снова загрохотали ботинки; кто-то резко приказал охране проверить замок, и только после того, как шаги удалились, Тони продолжил:

— Хорошо, тогда другой вопрос. Как ты вообще оказался здесь? Не говори, что просто заблудился в пустыне.

— Я намеренно вышел навстречу их патрулю. Мне нужно пройти вот это личное испытание в очередных опасных условиях — без возможности просто развернуться и уйти при первой неприятности.

Инсен посмотрел на него уже без улыбки.

— Они могли и убить тебя!

— Могли, — согласился Ник. — Я не утверждаю, что это было безопасно.

— Ты добровольно отправился в плен к вооружённым террористам ради испытания? — уточнил Тони.

— Именно.

Старк выдохнул через нос.

— Это самое безрассудное объяснение, которое я когда-либо слышал.

— А ты добровольно собрал себе в груди миниатюрный реактор, чтобы не умереть от шрапнели, а теперь строишь металлический костюм из деталей ракет. Не будем устраивать конкурс безрассудства.

Инсен не удержался от смешка, но за ним последовал короткий взгляд в сторону камеры под потолком. Он первым поднялся, чтобы проверить, не оставили ли инструменты слишком близко к объективу.

— А если перед тобой окажется чудовище или существо, называющее себя богом? — спросил Тони, возвращаясь к игре. — Ты и ему будешь дерзить?

— Если мне начнут угрожать — прикину шансы и буду искать выход. Но падать на колени только из-за красивого титула я точно не собираюсь. Хочет нормального отношения — пусть ведёт себя по-человечески. Уважают за дела, а не за табличку с громким именем.

— Ты понимаешь, что однажды можешь сказать это тому, кто действительно способен тебя уничтожить?

— Тогда буду выкручиваться.

Тони некоторое время смотрел на него, словно решая, шутит Ник или говорит всерьёз, а затем снова взял кости.

— Почему рассказываешь нам хоть что-то, если всё равно скрываешь большую часть своей жизни?

— Потому что не врать вам в глаза и вываливать всю историю с пелёнок — это вообще разные вещи. Сочинять для вас красивую байку я не собираюсь, но и выворачивать наизнанку всё своё прошлое не обязан.

Инсен с улыбкой кивнул.

— Это справедливо. Чтобы доверять человеку, необязательно знать каждую его тайну.

— Вот видишь, Тони? Доктор понимает меня с полуслова. А ты всё ещё пытаешься получить полное досье бесплатно.

— Я выставлю тебе счёт за все эти разговоры.

— Добавь к стоимости своего будущего костюма.

— Ты совершенно невыносим.

— А ты всё ещё проигрываешь.

Ник бросил кости, и игра продолжилась.

Ответов на все вопросы Тони так и не добился, но одно уяснил точно: этот парень не пытается набить себе цену красивыми байками — говорит ровно то, что готов сказать, а остальное доказывает на деле.

Позже, когда Тони ушёл проверять крепления Mark 1, Инсен задержал Ника у верстака и поправил ослабший край повязки на его руке.

— Береги его, когда всё начнётся, — попросил доктор. — Тони любит делать вид, что способен всё вынести один. Иногда ему нужно, чтобы кто-то просто остался рядом.

— Останусь, — ответил Ник. На этот раз он не пошутил.

Спустя ещё несколько недель тяжёлого труда броня Mark 1 была почти готова. До побега оставался последний рывок, когда железная дверь мастерской с грохотом распахнулась. Внутрь вошёл Раза Хамидми аль-Вазар, главарь «Десяти колец», в сопровождении Абу Бакара и нескольких вооружённых террористов.

Взгляд главаря сразу упал на грудь Старка, где сквозь ткань майки пробивалось ровное голубоватое свечение.

— Расслабьтесь, — холодно произнёс Раза, медленно подходя вплотную к Тони и бесцеремонно оттягивая его майку, чтобы рассмотреть миниатюрный дуговой реактор.

Раза осмотрел столы и разложенные на верстаках детали. Записи с камер уже вызвали у него подозрения: пленники, похоже, использовали чертежи «Иерихона» лишь как прикрытие. Теперь он решил проверить это лично.

— Лук и стрелы когда-то были величайшим достижением оружейной мысли, — заговорил он, глядя на разложенные металлические детали. — Благодаря им великий Чингисхан создал империю от Тихого до Индийского океана, вдвое больше, чем у Александра Македонского, и вчетверо больше Римской империи. Но сегодня тот, у кого есть новое оружие Старка, правит миром… И скоро… мой черёд.

— Пафоса много, а по итогу мешаешь мне нормально работать, — негромко подал голос Ник, даже не думая опускать глаза перед вооружёнными террористами.

Раза резко остановился и медленно повернул голову к дерзкому пацану.

— Что ты сказал? — ледяным тоном переспросил главарь, подходя к жаровне, где пылали угли для ковки металла. По его знаку двое мордоворотов заломили Нику плечи и силой нагнули его к верстаку. Раза взял кузнечные щипцы, захватил раскалённый добела уголь и приготовился устроить наглецу показательную пытку.

— Не трогай его! Он делает то, что я ему приказываю! — крикнул Тони, делая шаг вперёд, но стволы автоматов мгновенно упёрлись ему в грудь, прямо поверх светящегося под майкой реактора.

Раза даже не повернул головы, поднося пылающий уголь к пленнику. И в этот миг Ник сделал то, от чего у всех присутствующих перехватило дыхание.

Ник даже не подумал быть жертвой пыток. Наоборот — он резко выпрямил левую руку, где сквозь сорванный бинт снова текла кровь из разошедшейся во время ковки раны, и сам с силой прижал предплечье прямо к раскалённому углю в щипцах Разы, прижигая сосуды!

По мастерской разнеслось шипение обожжённой кожи и надрывный крик Ника — крик, который он выдал исключительно для вида. И в ту же секунду, отдёрнув руку от угля, парень рванулся с места.

Движение вышло настолько неуловимым и противоестественным, что двое террористов даже не поняли, как упустили пленника: никого не ударяя, Ник качнул корпусом, вывернулся из их захвата и через мгновение уже стоял прямо перед главарём террористов.

Лязгнули затворы — охранники тут же вскинули автоматы, целясь в Ника с расстояния вытянутой руки. Он даже не взглянул на направленные на него стволы, а деловито протянул правую руку Разе, который всё ещё сжимал кузнечные щипцы, и дружелюбно произнёс:

— Спасибо за идею с углями. Рана мешала мне работать. Если мы когда-нибудь встретимся снова, я тебя не убью.

Раза смотрел то на протянутую ладонь Ника, то в его холодные, ничуть не испуганные глаза. Впервые в жизни главарь «Десяти колец» почувствовал, как по спине под военной курткой пробежал холодок. Перед ним стоял человек с дымящимся ожогом на левой руке, под прицелом автоматчиков, и всерьёз обещал не убивать его при следующей встрече!

— Нам… нам нужен ещё один день, — быстро сказал Тони, воспользовавшись тем, что Раза всё ещё следил за протянутой рукой Ника. — Дайте нам ещё один день, и вы получите свой «Иерихон».

Раза медленно, не сводя тяжёлого взгляда с лица Ника, тыльной стороной ладони отвёл протянутую руку пацана в сторону, коротко махнул своим людям и быстрым шагом покинул мастерскую.

Едва тяжёлая дверь захлопнулась, Инсен бессильно опустился на табурет, вытирая пот со лба, а Тони подошёл к Нику и уставился на его прижжённое предплечье:

— Ты либо самый отмороженный псих, которого я встречал за всю жизнь… либо у тебя вместо нервов стальные… ну ты понял.

— Просто рана реально бесила и мешала мне работать, Старк, — пожал плечами Ник, сгибая и разгибая пальцы левой руки. — Ладно. Времени у нас до завтра. Пора готовиться ко дню икс.

Глава 2. Спасение тела

Наступило последнее утро ультиматума. В мастерской стояла глухая тишина, только гудел старый ноутбук да сухо щёлкала трещотка гаечного ключа.

Тони Старк уже стоял в центре подземной мастерской, закованный в грубую, угловатую броню Mark 1. Поверх сваренных из ракетных корпусов стальных наголенников и набедренных щитков тускло поблёскивал массивный нагрудник, в круглой прорези которого ровно светился миниатюрный дуговой реактор. К левому наручу была намертво приклёпана направляющая для одиночной мини-ракеты, а от заспинных баллонов вдоль обеих рук к соплам огнемётов на запястьях тянулись толстые топливные шланги.

Пока Инсен закреплял на массивной железной двери мастерской самодельное взрывное устройство, собранное из боевой части разобранного снаряда, Ник быстрыми, выверенными движениями затягивал последние крепёжные болты на плечевых шарнирах костюма Старка. Затем он взял со стола тяжёлую кованую лицевую маску с узкими прорезями для глаз и аккуратно закрепил её на голове Тони.

В это время в караульном помещении на верхнем ярусе пещеры дежурные боевики следили за изображением с камер на мониторах. Пленники стояли в полумраке, однако в какой-то момент рядом с Инсеном отчётливо мелькнула массивная металлическая правая рука костюма.

Раза Хамидми аль-Вазар, который после вчерашней выходки дерзкого парня у жаровни предпочитал лишний раз не спускаться вниз и пристально следил за мастерской через камеры, стоял за спинами операторов. Он сразу заметил подозрительную деталь на экране и мрачно нахмурился:

— Старк, похоже, строил вовсе не «Иерихон» … Проверьте мастерскую, немедленно! — приказал Раза караулу.

В коридоре снаружи загрохотали подкованные ботинки двух бегущих охранников. В мастерской Инсен как раз закрепил провод детонатора у дверного косяка и быстро отошёл к столу с ноутбуком.

Снаружи раздались громкие гортанные окрики. Через несколько секунд тяжёлый внешний засов со скрежетом пополз в сторону.

Раздался оглушительный взрыв.

Сорванная с петель железная дверь вместе с клубами чёрного дыма и каменной крошкой вылетела в коридор и с силой впечатала обоих охранников у входа в противоположную стену туннеля, убив их на месте. По всей горной базе мгновенно взвыла сирена тревоги.

— Инсен, давай! Запускай последовательность инициализации! — глухо скомандовал Тони из-под железной маски. Без включённых приводов тяжёлая стальная броня не позволяла ему сделать ни шагу.

— Сейчас, Старк, ввожу! — Инсен кинулся к ноутбуку и, выполняя короткие команды Тони, принялся быстро стучать по клавишам. На тусклом экране появилась полоса загрузки и медленно, деление за делением, поползла вправо. — Нужно ещё немного времени!

Из глубины длинного, слабо освещённого туннеля доносились встревоженные крики и топот десятка боевиков, спешивших к развороченному взрывом входу. Если бы Тони и Инсен были здесь вдвоём, доктору пришлось бы в отчаянии схватить оружие и бежать вперёд сломя голову на верную смерть, чтобы выиграть для Старка немного времени.

Но в этот раз у дверей стоял Ник.

Не тратя времени на раздумья, он шагнул сквозь пороховой дым к двум лежавшим у входа охранникам, забрал у одного из них автомат, вытащил из разгрузки запасные магазины и убрал их по карманам, а затем передёрнул затвор.

— Я задержу этих тварей, — бросил Ник через плечо, занимая позицию за каменным выступом дверного проёма. — К нам вплотную никто не подойдёт!

Через полминуты из-за поворота туннеля выскочила первая группа вооружённых террористов, на бегу вскидывая стволы.

Ник выглядывал из-за каменного угла ровно настолько, насколько требовалось для выстрела, и бил короткими прицельными очередями, не тратя патроны впустую. Первые четверо боевиков рухнули раньше, чем успели нажать на спуск.

Остальные в панике шарахнулись за выступы стен и принялись бешено палить по входу в мастерскую. Каменная крошка и рикошеты со свистом разлетались вокруг проёма, но Ник грамотно менял уровень стрельбы — то опускался на колено у самого пола, то смещался за край завала. Каждый раз, когда кто-то из террористов пытался высунуться или перебежать ближе, одного точного попадания хватало, чтобы сбить очередного стрелка с ног.

Благодаря этому заслону ни один боевик не смог приблизиться к мастерской.

— Загрузка завершена! — крикнул Инсен, захлопывая крышку ноутбука.

В полумраке мастерской глухо загудели приводы брони Mark 1. Каждый шаг Тони в тяжёлых железных сапогах сотрясал каменный пол. Старк двинулся вперёд и вышел в туннель, закрывая проём массивным стальным корпусом.

— А теперь моя очередь, — громко сказал Тони из-под маски. — Держитесь за мной!

Старк пошёл напролом по коридору. Ник и Инсен, который успел подобрать трофейный пистолет-пулемёт, двинулись следом, прикрываясь широкой спиной железного гиганта.

Боевики за ящиками открыли по шагнувшей из дыма стальной громадине шквальный огонь в упор. Пули градом застучали по нагруднику, наплечникам и маске Mark 1, высекая искры, но толстая кованая броня держала удар. Тони рванулся вперёд: одним взмахом железного кулака впечатал ближайшего стрелка в стену туннеля, а второго отшвырнул поперёк прохода.

Пока всё внимание ошеломлённых террористов было приковано к неуязвимой стальной мишени, на которую были наведены десятки стволов, Ник действовал наверняка. Он держался за спиной Старка, используя массивный силуэт Тони, каменные ниши и ящики вдоль стен как укрытия. То слева, то справа Ник подбирал момент, чтобы поразить открывшихся стрелков одной-двумя точными пулями.

Впереди уже виднелся зал перед выходом из пещеры, когда Тони резко метнулся в сторону, сметая ударом брони двоих боевиков, выскочивших из бокового прохода. В эту же секунду из темноты верхнего каменного уступа позади развилки грохнула короткая автоматная очередь.

Ник мгновенно развернулся и поразил автоматчика на уступе. Тот рухнул вниз, но две выпущенные им пули уже успели глухо ударить в грудь шедшего позади Инсена.

Доктор коротко выдохнул, выронил оружие и тяжело осел на пол у каменной стены.

Ник быстро осмотрел туннель и убедился, что поблизости не осталось живых врагов. Затем он бросился к упавшему доктору, осмотрел раны на груди и проверил пульс на шее. После этого Ник посмотрел на Тони, который с лязгом развернулся к нему, и тихо произнёс:

— Раны смертельные. Ему осталось совсем недолго…

— Инсен! — Тони тяжело опустился на колени рядом с доктором и железными пальцами приподнял лицевую маску шлема, открывая побелевшее от ужаса лицо.

— Старк… — слабо прошептал врач.

Но Тони отчаянно затряс головой:

— Давай, нужно встать! Вставай! У нас был план. Мы должны ему следовать! Пошли, тебя ждёт твоя семья!

Инсен лежал на холодных камнях, и по его старой жилетке быстро расплывалось тёмное пятно крови. За стёклами треснувших очков его глаза смотрели удивительно спокойно и ясно.

— Таков и был мой план, Старк… — с тихим, прерывистым хрипом выговорил он.

Тони замер, глядя на него расширенными глазами. Инсен едва заметно улыбнулся побелевшими губами:

— Моя семья мертва, Старк… И сейчас я увижусь с ними… Всё хорошо. Я сам этого хочу… Я хочу этого…

Несколько секунд в пещере стояла тишина; слышались лишь тяжёлое, сбивчивое дыхание Старка и далёкие крики боевиков у выхода. Тони не мог отвести взгляд от лица человека, который спас ему жизнь и подарил второй шанс, ничего не потребовав взамен.

— Спасибо, что спас меня… — глухо, севшим голосом выдавил Тони.

Инсен удержал угасающий взгляд на лице Старка и одними губами прошептал:

— Не потрать её зря… Не потрать свою жизнь зря, Тони…

Голова доктора медленно склонилась набок, и его дыхание остановилось.

Тони долго смотрел на лицо Инсена, а затем с глухим лязгом опустил маску обратно. Ник крепче сжал автомат. Он успел узнать Инсена не просто как переводчика или доброго доктора: тот замечал чужую боль, помогал без лишних вопросов и даже в плену думал о доме и людях, которых потерял.

На секунду Нику захотелось остановить всё это — он ведь мог вмешаться в любой миг. Но гибель Инсена была тем самым рубежом, после которого Тони должен был сам решить, каким человеком станет дальше. И Ник не стал её отменять, хотя далось ему это куда тяжелее, чем он показал виду.

За узкими прорезями маски взгляд Тони стал жёстким от ярости. Он начал подниматься, собираясь выйти наружу и выжечь огнемётами весь лагерь вместе со складами боеприпасов и самой пещерой.

Но Тони не успел сделать и шага, как голос Ника громко разнёсся под каменным потолком:

— ОТМЕНА ИЗНАЧАЛЬНОГО ПЛАНА БЫСТРОГО ПОБЕГА!!!

Тони резко повернул голову к напарнику. Ник сменил магазин в автомате и продолжил с предельной, жёсткой решимостью:

— Мы обязаны сохранить его тело и обеспечить ему достойные похороны! Никаких огнемётов — перебьём всех этих тварей до единого, и я тебе помогу, Старк! Ты будешь идти напролом и отвлекать их внимание, а я прикрою тебя и устраню тех, кто попытается нас подстрелить. А потом уничтожим базу вместе с твоим костюмом, чтобы от них ничего не осталось!

Тони смотрел на Ника сквозь прорези маски. Он понимал, что в одиночку не смог бы вынести тело доктора через толпу боевиков и при этом не взорвать склады с ракетами. Но с таким стрелком за спиной у них был шанс выбраться и сохранить тело Инсена.

— Понял тебя, — глухо отозвался Старк и коротко кивнул. — Оттащим его за каменный выступ.

Они перенесли тело Инсена в глубокую нишу за массивной опорой, подальше от возможного обстрела, а затем направились к широкому залу у самого выхода из пещеры, куда уже пробивался яркий дневной свет.

Однако у выхода из пещеры их уже поджидал Раза, окружённый несколькими отборными боевиками. Его лицо было перекошено от ярости. Он вскинул гранатомёт к плечу и прицелился в приближавшегося Старка.

Тони только начал поворачиваться к нему, но Ник из-за укрытия у каменной стены опередил обоих. Он помнил обещание, данное Разе накануне у жаровни с углями: если они когда-нибудь встретятся снова, Ник не станет его убивать. Он также знал, что главарь ещё должен сыграть свою роль при встрече со Стейном, поэтому трижды плавно нажал на спуск.

Первая пуля выбила гранатомёт из рук Разы, а две следующие прострелили ему плечо и бедро. Ник сразу застрелил охранников рядом с главарём. Сам Раза с глухим стоном рухнул за груду ящиков и мешков с песком у стены пещеры, ударился головой о камень и потерял сознание.

Перед выходом из пещеры на палящее солнце долины Ник на мгновение сосредоточился и мысленно переключил что-то внутри себя. Сработала одна из его скрытых «особенностей»: с этой секунды его тело временно перестало уставать. Сам Ник тем временем придал лицу сосредоточенное, почти пугающее выражение.

Первым на залитую солнцем площадку перед пещерой вышел Тони Старк, тяжело ступая в броне.

Со всех концов горной долины, заставленной зелёными ящиками с маркировкой «Stark Industries», палатками и обшитыми бронёй пикапами, на него обрушился шквальный огонь. Помня об уговоре не использовать огнемёты, чтобы не взлетели на воздух склады, Тони двинулся прямо в центр двора, принимая пули на стальную броню и раскидывая подбегающих боевиков ударами железных кулаков.

Ник стремительно перемещался между бетонными блоками, ящиками, мешками с песком и бортами грузовиков. Он использовал каждое укрытие и следил не только за ближайшими стрелками, но и за теми, кто целился в Старка. Патроны уходили быстро: каждый выстрел был точным, но врагов всё ещё оставалось много.

В разгар боя террорист на дальнем скальном выступе открыл огонь по Тони из крупнокалиберного оружия. Одна пуля с оглушительным лязгом пробила внешнюю защиту и заклинила привод правой ноги Mark 1. Ник мгновенно снял стрелка точным выстрелом, но другие боевики продолжили обстреливать Старка. Тони накренился, и повреждённое колено уже не позволяло ему нормально удерживать равновесие.

— Старк, ко входу в пещеру! Правая нога не выдержит ещё одну очередь! — крикнул Ник, смещаясь перебежками и прикрывая напарника огнём.

Тони попытался отступить, но заклинивший привод цеплялся за каждый шаг. Он развернул корпус так, чтобы броня прикрывала его грудь, и продолжил принимать пули на себя, не позволяя стрелкам перевести огонь на Ника.

Ник нажал на спуск — автомат сухо щёлкнул. Магазин опустел. Он машинально проверил подсумки: последний запас тоже был израсходован.

Ближайшие магазины лежали рядом с павшим боевиком у края открытой площадки. До них было всего несколько метров, но открытый пятачок держали на прицеле два автоматчика, а крупнокалиберный пулемёт продолжал бить по Тони. Ни один безопасный обход не давал времени: ещё одна очередь могла пробить броню Старка в области груди.

Ник быстро оценил варианты. Он мог отступить и попытаться найти другую позицию, но тогда на несколько драгоценных секунд оставил бы Тони без прикрытия. Можно было искать обходной путь, однако повреждённая нога уже не удерживала Старка под таким огнём. Ник сознательно выбрал рискованный вариант: пройти за магазинами напрямик и закончить бой, пока Тони ещё держится.

Он отключил сильную боль скрытым регулятором, оставив себе ощущение давления и движения. Это не делало тело неуязвимым и не останавливало кровь; лишь убирало боль, которая могла сбить его в решающий момент. Ник знал, что увернуться от всех выстрелов не успеет.

Он выскочил из-за укрытия и бросился к магазину низким рывком. Пули ударили в камень вокруг ног. Одна распорола кожу на боку, другая вошла в мягкие ткани левого плеча, а третья застряла в наружной мышце бедра. Удар последней пули едва не сбил его с ног; кровь быстро пропитала ткань, но кости и магистральные артерии, насколько он мог судить, не были задеты.

Ник подхватил два магазина, перекатился за ближайший блок и вставил первый в автомат. Лишь после этого он позволил себе громко выругаться:

— А-А-А, чёрт! Да чтоб вас! — заорал он так, словно боль едва не лишила его сознания. На деле он уже двигался к следующему укрытию, меняя угол стрельбы и заставляя оставшихся стрелков отворачиваться от Тони.

Когда Ник открыл огонь, пулемётчик и его помощник рухнули у оружия. Остальные боевики потеряли преимущество открытой площадки: Старк смог сместиться к каменному навесу, а Ник короткими очередями подавлял тех, кто пытался обойти его сбоку.

Под прикрытием короткой паузы Тони тяжело отступил к входу в пещеру. Ник добрался туда следом, прижимая ладонь к окровавленному боку. Он мог двигаться и целиться, но каждый шаг оставлял на песке новые тёмные пятна.

— Сначала твоя нога, — сказал Ник и опустился возле правого колена Mark 1. — Держи проход. Если кто-то сунется, не дай ему подойти.

Опустившись за спиной Старка на одно колено, Ник принялся осматривать повреждённый сустав, а Тони тем временем поднял левую руку, навёл закреплённую на наруче одноразовую ракету на приближавшихся боевиков и нажал кнопку пуска. С оглушительным свистом ракета вылетела из направляющей и взорвалась прямо под ногами бегущих террористов. Двоих разорвало на месте, а остальные в ужасе попятились назад, продолжая беспорядочно стрелять по стальному силуэту в проёме.

На ремонт Нику понадобилось около двадцати секунд. Он заметил, что в открытом шарнирном механизме колена застряла деформированная крупнокалиберная пуля, заклинившая привод. Ник подцепил её кончиком трофейного штык-ножа и с силой вытащил наружу. Привод тут же свободно провернулся с привычным гудением.

— Правая нога снова в строю, — бросил он. — Теперь не дёргайся: я займусь собой, а потом вернёмся.

Ник раскрыл трофейную военную аптечку, которую подхватил во время перебежки. Он выдернул пакет с гемостатическим бинтом и плотный компрессионный бандаж с жёсткой прижимной скобой. По правилам зажимать рану таким бинтом нужно было минуты три-пять без перерыва, пока кровь не свернётся, — но выжидать столько времени Ник не собирался.

Пока Тони стоял в проёме и прикрывал вход, Ник плотно затампонировал гемостатиком самый глубокий раневой канал на бедре, а сверху с силой затянул эластичный компрессионный бандаж так, чтобы жёсткая прижимная скоба сама вдавливала тампон внутрь тканей с нужным усилием. Следом он быстро перетянул простреленное плечо и рассечённый бок, оставив суставам свободу хода.

— Я наложил бандаж, скоба сама дожмёт рану, — бросил он, заметив, что Тони обернулся к нему. — Через пару минут состав схватится прямо на ходу. Боль я переживу.

— Ты поймал три пули и собираешься лезть обратно под огонь, даже не дождавшись, пока остановится кровь?! — огрызнулся Тони, не отрывая взгляда от туннеля. — Ладно. Но сразу после боя я сам тебя перевяжу. И на этот раз спорить не советую.

— Договорились. А теперь пошли заканчивать начатое.

Они сразу же вернулись на площадку. Компрессионные повязки продолжали туго зажимать гемостатик в ранах прямо во время движения: первые минуты сквозь бинты ещё проступали тёмные пятна, но вскоре состав окончательно схватился, перекрыв кровотечение. Ник стрелял расчётливо, экономя оставшиеся патроны и выбирая цели, а Тони, несмотря на помятую броню и тяжёлую походку, отвлекал на себя огонь и не давал боевикам сгруппироваться. Через пять минут, когда кровь под давящими бандажами уже полностью остановилась, оборона базы окончательно рухнула.

Хотя основные узлы обороны уже пали, в дальней каморке связи у скальной стены ещё оставался радист. Он лихорадочно стучал по клавишам терминала. Ник не знал, что происходит в этой каморке. Незаметно для него Миллионс следил за тем, чтобы ключевое событие — создание будущего костюма Стейна — не сорвалось. За долю секунды до того, как Ник ворвался в помещение и застрелил радиста, тот успел передать на резервную базу группировки архив записей с камер, установленных в мастерской и на территории лагеря. На записях сохранились наброски чертежей, готовый Mark 1 и фрагменты штурма как внутри пещеры, так и снаружи.

Когда последние выстрелы стихли, над ущельем опустилась тишина. Ник медленно обвёл площадку взглядом, проверяя укрытия и окна: больше никто не пытался поднять оружие.

Тони принялся выбираться из нагретой брони, покрытой вмятинами. Ник помог ему отсоединить заклинившие сегменты Mark 1 и убедился, что приводы отключены. Только когда Старк освободился от панциря и выпрямился, он в полной мере разглядел, насколько сильно пропитались кровью повязки напарника.

— Сядь. Сейчас же, — приказал Тони, раскрывая аптечку. — Ты не выйдешь отсюда, пока я не приведу эти раны в порядок.

— Я уже остановил самое опасное кровотечение. Нужно убрать оружие и вывезти Инсена, — ответил Ник, но всё-таки сел на ящик, чтобы не тратить силы зря.

Тони осторожно очистил кожу вокруг ран, проверил повязки и наложил дополнительные давящие бинты. Ник попросил не фиксировать плечо и бедро намертво: ему нужно было сохранять возможность быстро двигаться и маневрировать. Старк затянул крепления ровно настолько, чтобы они держались, но не мешали сгибать руку и ногу.

— Две пули остались внутри, — предупредил Ник. — Здесь я их вытаскивать не стану.

— Хорошо. Но теперь ты не будешь делать вид, что ничего не произошло, — буркнул Тони. — И если начнёшь снова носиться под огнём, я лично пристегну тебя к каталке.

— Вот поэтому я и прошу оставить мне подвижность, Старк.

Тони обвёл взглядом долину. Теперь, когда грохот боя стих, он наконец увидел, насколько методично действовал Ник: пулемётчики и гранатомётчики лежали у своих позиций, а многие другие боевики даже не успели воспользоваться своим оружием. Старк повернулся к напарнику.

— Я, конечно, понимал, что ты умеешь стрелять, но такого не ожидал, — сказал Тони. — Ты снимал противников ещё до того, как они успевали прицелиться… И всё это время подавлял крупнокалиберные пулемёты и не давал гранатомётчикам сделать ни единого выстрела…

— Ты был самой большой мишенью на площадке, — ответил Ник, проверяя магазин автомата.

— Очень трогательно, — выдохнул Тони. Он хотел усмехнуться, но улыбка быстро исчезла. Его взгляд переместился к входу в пещеру. — Инсен… Я всё ещё слышу его последние слова. Я не смог его спасти…

— Мы вывезем его тело отсюда и похороним как следует, — ответил Ник уже без шутки.

Тони несколько секунд молчал, затем коротко кивнул.

Пока Тони и Ник совершали один из последних заходов в складские туннели за ящиками, Раза шевельнулся под завалом мешков с песком у выхода. Зажимая окровавленное плечо и морщась от боли в простреленном бедре, он выглянул наружу.

Вся его база была завалена десятками тел. Страшнее всего было то, как именно убили бойцов: на каждом виднелось по одной-двум смертельным ранам в самых уязвимых местах.

— Это… невозможно… — прошептал Раза побелевшими губами, глядя на огромную кучу оружия, ракет и боеприпасов в центре двора и понимая, что оба беглеца могут в любую минуту вернуться из туннелей. — Кто он вообще такой?.. Что за демон сидел у меня в клетке?!

Волоча раненую ногу и цепляясь здоровой рукой за камни, Раза бесшумно перевалился через невысокий парапет у края скалы и, пригибаясь, заковылял прочь по узкой горной расщелине, спасая свою жизнь.

Отыскав уцелевший внедорожник террористов, Тони и Ник погрузили в багажник запасы воды, пайки и аптечку. Во время сбора вещей они нашли личный блокнот и очки Инсена и бережно убрали их в салон. Затем вынесли на руках завёрнутое в чистое полотно тело доктора и аккуратно уложили его на заднем сиденье.

Ник сел за руль, завёл мотор и вывел машину за пределы горного лагеря. Когда они отъехали на безопасное расстояние, он остановил внедорожник на высоком песчаном холме. Тони опустил окно, достал пульт детонатора и нажал на кнопку.

Колоссальный взрыв потряс ущелье: гигантский огненный шар взметнулся к небу и в одно мгновение уничтожил базу, все склады вооружения и разобранный костюм Mark 1.

— Прощай, первая версия, — тихо произнёс Тони, глядя на растущий столб чёрного дыма.

— Ничего, Старк, — хмыкнул Ник, снова трогая машину с места. — Зато я прошёл испытание.

Но они проехали всего полсотни метров, когда Ник резко нажал на тормоз. Внедорожник встал как вкопанный, и Ник повернулся к озадаченному Старку:

— Так, стоп. А куда мне теперь вообще держать путь? В базах данных всех стран мира обо мне нет вообще ничего, а возиться с долбаными бумажками я очень и очень не хочу!

Тони секунду ошарашенно смотрел на парня. Тот только что хладнокровно зачистил военную базу, а теперь всерьёз переживал из-за бюрократии. Старк невольно усмехнулся:

— Ты сейчас серьёзно? Парень, ты только что вытащил меня с того света и помог вывезти тело Инсена, чтобы мы могли похоронить его достойно. Какой ещё «личный путь» по пустыне? Ты летишь со мной в Штаты.

— И что я буду делать с вашими службами, когда они начнут требовать паспорт, которого в природе не существует? — прищурился Ник.

— Предоставь эту головную боль мне, — уверенно отмахнулся Тони. — Я как-никак миллиардер. Если понадобится, я куплю само ведомство, которое выдаёт эти бумажки. Считай, что с этой минуты вся волокита с документами — моя личная проблема, а не твоя. Тебя это устраивает?

Ник секунду прикидывал расклад, затем согласно кивнул:

— Вот это другой разговор. Тогда погнали.

Ник снова нажал на газ.

Через полчаса езды по залитой солнцем пустыне послышался нарастающий гул лопастей. К внедорожнику приближался американский военный вертолёт.

Ник плавно остановил машину на ровном участке. Вертолёт тяжело сел на песок, подняв тучи жёлтой пыли. Боковая дверь открылась, и из вертолёта в окружении вооружённых солдат выбежал подполковник Джеймс Роудс.

Военные на бегу взяли трофейный джип на прицел, не понимая, что происходит. В этот момент открылась пассажирская дверь, и на песок ступил живой Тони Старк. Почти одновременно распахнулась водительская дверь: Ник неторопливо вылез наружу, одним лёгким движением взобрался на крышу внедорожника, уселся там, свесив ноги над лобовым стеклом, и с ленивым любопытством уставился на бегущих солдат.

Роуди едва не сбился с шага, переводя ошарашенный взгляд с сидящего на крыше джипа незнакомого парня на Тони. Но уже в следующую секунду он подбежал к другу и крепко обнял его:

— Тони! — выдохнул Роуди, с трудом справляясь с комом в горле. Попытавшись пошутить, он добавил: — Теперь будешь ездить со мной, ладно?

— С удовольствием, Роуди, только в следующий раз чур без пустынных экскурсий, — тепло усмехнулся Тони, поднимаясь вместе с другом.

— Здарова, — приветливо помахал рукой с крыши машины Ник. — А у вас тут доставка до дома работает или нам дальше на колёсах катить?

Роуди снизу вверх уставился на невозмутимого юношу, затем снова повернулся к Старку:

— Тони, а кто этот молодой гражданин и откуда у вас такая машина?! Где ты был всё это время?!

Тони указал на сидящего пацана на крыше внедорожника:

— Знакомься, Роуди, это Ник. Без этого парня меня бы уже не было в живых. И, честно говоря, я не уверен, что его вообще можно назвать гражданином.

Лицо Старка мгновенно стало серьёзным. Он положил ладонь на борт внедорожника:

— Там, на заднем сиденье, лежит тело доктора Хо Инсена. Он спас мне жизнь в плену и погиб во время побега с базы группировки «Десять колец». Мы забираем его с собой, чтобы достойно похоронить, а Ник летит со мной под мою полную ответственность.

Роуди заглянул в салон машины, увидел завёрнутое в полотно тело, молча кивнул и отдал команду бойцам готовить эвакуацию.

Вскоре военный вертолёт доставил их на ближайшую американскую базу в Афганистане. После короткого осмотра Тони пересадили на военно-транспортный самолёт C-17 Globemaster III, направлявшийся в Соединённые Штаты; Ника посадили рядом, взяв его ранения под наблюдение.

В гудящем салоне самолёта медики осматривали Тони, а военный хирург завершал обработку ран Ника. Под местной анестезией он извлёк две пули из мягких тканей плеча и бедра, промыл раневые каналы и наложил повязки, не обездвиживая суставы. Ник настоял, чтобы помощь не лишала его возможности быстро двигаться, и при этом позволил медикам сделать всё необходимое для удаления пуль. За соседним раскладным столиком двое офицеров разведки проверяли биометрические данные парня и безуспешно искали его имя в оперативных базах.

Когда перевязка подошла к концу, а офицеры разведки в десятый раз безуспешно прогнали запрос через закрытые спутниковые терминалы, старший из них захлопнул папку и с крайним недоумением уставился на откинувшегося в кресле пацана:

— Мы проверили ваши данные по всем доступным базам и каналам связи… Ничего нет! Мы вообще ничего не можем о вас найти! Кто вы такой и откуда взялись?!

Ник посмотрел на них прямым, совершенно беззаботным взглядом:

— Всё просто: с самого рождения я делал так, чтобы обо мне не было никаких сведений в базах данных ни одной страны мира. Если вкратце, моя скрытная жизнь была тем ещё кошмаром, полным личных испытаний, о которых я предпочёл бы не рассказывать. Я решил остаться с Тони и теперь впервые показываюсь на публике.

Разумеется, Ник обвёл присутствующих вокруг пальца: на самом деле он не рождался в этой мультиреальности. Благодаря предварительной работе Миллионса его легенда была безупречно вплетена в устройство мира, а скрытную жизнь в экстремальных условиях до начала марафона действительно прожила другая реальная версия Никиты из иной мультиреальности. Поэтому ни архивы, ни даже магия просмотра прошлого не смогли бы обнаружить подвоха.

— Он со мной, господа, под мою личную ответственность, — сказал Тони Старк, подходя к столику разведчиков. — Закрывайте ноутбуки и оформляйте парню временные бумаги. Если бы вы видели, что он вытворял в том ущелье, вы бы сейчас не устраивали ему допрос, а вручали медаль.

Стоявший рядом Роуди скрестил руки на груди и с прищуром посмотрел на друга:

— Кстати, об этом, Тони. Раз уж зашла речь, расскажи, что у вас там вообще произошло. Спутники зафиксировали такой взрыв, будто сдетонировал целый склад боеголовок, а вы выезжаете оттуда вдвоём на джипе без единой царапины. Как вы вообще выбрались из окружения сотни вооружённых боевиков?

Тони невозмутимо развёл руками:

— Смекалка и старая добрая металлургия. Мы с Инсеном и Ником сварили в мастерской огромный щит из толстых металлических листов ракетных корпусов. Когда начался прорыв, я тащил роботизированный щит перед собой, а террористы, как последние идиоты, палили в железо, пока Ник из-за укрытий методично перестреливал весь лагерь из автоматов. А напоследок мы подорвали их собственный склад.

Роуди недоверчиво уставился на друга, а затем перевёл взгляд на развалившегося в кресле Ника:

— Погоди… Ты хочешь сказать, что вы вдвоём, имея только этот ваш металлический щит и автоматы, положили целую базу террористов?!

— Щит был реально крепким и служил очень хорошей мишенью. Тони тоже успел прикончить нескольких из этих тварей, — пожав здоровым плечом, подтвердил Ник.

Спустя несколько часов военно-транспортный самолёт приземлился на взлётной полосе авиабазы «Эдвардс» в Калифорнии.

Когда кормовая рампа опустилась, открыв вид на залитый солнцем аэродром, ангары и строй встречающих военных, к самолёту торопливо подошёл полковник аналитического отдела с красной папкой в руках. Он растерянно обратился к Роуди и Тони:

— Сэр, готов итоговый отчёт по мировым базам данных… Мы запросили сведения по всем доступным каналам, но этого человека действительно нет ни в одной базе — вообще нигде!

— Я же говорил, а вы не верили, — хмыкнул Ник, спускаясь по рампе вместе с Тони.

У самого края рампы двое военных санитаров подкатили медицинскую каталку, собираясь уложить спасённого миллиардера. Тони окинул их насмешливым взглядом:

— Они что, издеваются? Уберите это.

В ту же секунду Ник сорвался с места, подбежал к каталке, одним лёгким прыжком запрыгнул на неё, с комфортом развалился на спине, закинув руки за голову, и весело произнёс:

— Вот это я понимаю — кровать, да ещё и на колёсиках!

Один из санитаров поднял ладонь, словно собирался объяснить, что каталка предназначена для Старка, но, глянув на беззаботного Ника, только переглянулся с коллегой. Тони не выдержал и рассмеялся, качая головой:

— Ладно, можешь оставить её себе в качестве сувенира. Только слезай — нас встречают.

Ник бодро спрыгнул с каталки на бетон и вместе с Тони направился к припаркованному у полосы автомобилю, возле которого стояли Хэппи Хоган, водитель Старка, и Пеппер Поттс, его личная ассистентка.

Заметив раскрасневшиеся глаза Пеппер, Тони остановился перед ней с мягкой полуулыбкой:

— Глаза красные. Оплакивала погибшего босса?

— Это слёзы радости, — с лёгкой дрожью в голосе ответила Пеппер. — Не придётся искать новую работу.

— Каникулы закончились, — кивнул Тони, а затем положил руку на плечо подошедшего Ника. — Пеппер, познакомься. Это Ник. Только благодаря ему я выжил в плену и сейчас стою перед тобой.

Услышав эти слова, Пеппер с безграничной благодарностью посмотрела на двадцатиоднолетнего парня в простой кофте и джинсах, сделала быстрый шаг вперёд и крепко обняла Ника за плечи.

И тут на глазах у всей авиабазы произошло нечто совершенно невообразимое.

Ещё вчера Ник не дрогнул, когда прижигал рану раскалённым углём, а потом под дулами автоматов выскользнул из захвата боевиков. Несколько часов назад он участвовал в прорыве, во время которого погиб Инсен, и почти в одиночку перебил большую часть вооружённых людей на базе. Однако стоило Пеппер его обнять, как парень побледнел и дёрнулся от неподдельного ужаса:

— Нет, нет, нет… — в панике затараторил Ник, вытянувшись по швам. — Тони, скажи ей, чтобы она меня отпустила! Я очень, очень боюсь женских обнимашек после недавних событий, когда меня преследовали три ненормальные дуры! Они тогда поняли, что я не могу ударить почти ни одну женщину, и гнались за мной напролом через все препятствия! Я НЕ ХОЧУ ПОВТОРЕНИЯ ЭТОГО КОШМАРА!!!

Пеппер удивлённо моргнула, но, мгновенно сообразив, какая неожиданная слабость открылась у грозного спасителя Старка, решила этим воспользоваться — и с улыбкой обняла Ника ещё крепче!

Лицо Ника исказилось так, словно кошмар из одного безумного аниме-мира снова стал явью:

— А-А-А-А-А!!! — заорал Ник на весь аэродром. — ЭТО ОНО, ТО САМОЕ НАЧАЛО!!! ТОНИ, СПАСАЙ!!! ЖЕНЩИНА, ОТПУСТИТЕ МЕНЯ — МОЯ МЕНТАЛКА НЕ ПЕРЕЖИВЁТ ЭТОТ КОШМАР!!!

После этих криков Пеппер спокойно разжала руки и отступила на шаг назад.

Но Ник не стал ждать второй попытки. В ту же секунду он сорвался с места и помчался вперёд, выбирая кратчайший путь через аэродромную технику и ошарашенных военных. Он быстро и ловко взбежал на капот армейского внедорожника, перемахнул через ограждение, оттолкнувшись ладонью от плеча застывшего генерала, перебрался по крыше заправочного тягача к технической лестнице у стены и за считаные секунды взобрался по наружным металлическим конструкциям на крышу ангара!

Внизу у самолёта все присутствующие разом забыли, куда шли. Военные, санитары, Роуди, Пеппер и Тони Старк, разом задрав головы и прищурившись от солнца, смотрели на край крыши ангара, откуда Ник во всё горло объявил им о своём решении:

— ОТНЫНЕ Я БОЛЬШЕ НЕ ПОДПУЩУ К СЕБЕ НИ ОДНУ ЖЕНЩИНУ!!! ТОНИ, ДЕЛАЙ ЧТО ХОЧЕШЬ, НО НИКАКИХ БОЛЬШЕ ЖЕНСКИХ ОБНИМАШЕК!!!

Роуди медленно повернул голову к Старку, не отрывая взгляда от застывшей на крыше фигуры:

— И вот с ним ты положил целую базу террористов?..

Тони Старк посмотрел на озадаченную Пеппер, затем снова перевёл взгляд на крышу ангара. На его губах медленно появилась хитрая, предвкушающая ухмылка:

— Знаешь, Роуди… кажется, жизнь после плена обещает быть куда веселее, чем я думал.