Жизнь по вкусу как тофу

Введение

Дедушка всегда говорил, что жизнь похожа на тофу. Сама по себе она почти безвкусная, и лишь соус придаёт ей настоящий вкус. Моим соусом стали мечта, друзья... и одна очень странная девушка. Пока есть мечта — хочется идти вперёд. Пока рядом друзья — каждый день становится веселее. А пока есть любовь — жизнь вообще начинает иметь смысл.

Правда, есть одна проблема. Девушка, в которую я влюбился, оказалась фанаткой косплея.

— Рен-кун! Быстрее!

Я повернул голову. В дверном проёме, радостно махая мне рукой, стояла беловолосая эльфийка с длинными серебристыми волосами и фиолетовыми глазами.

То есть... Юна. Моя девушка.

Вернее, сегодня она была Эмилией. И пока на ней этот костюм она просила называть её только Эмилией чтобы, как она любит говорить: «Лучше чувствовать персонажа».

— Да иду я.… — проворчал я, смотря на свой внешний вид и поправляя костюм.

— Мы опоздаем!

— Юна...

— Что?

— У меня опять лямка съехала.

Она замерла, потом посмотрела в мои глаза, на грудь и прыснула из-за смеха, который ей с трудом удалось сдержать.

Я обречённо повернулся к зеркалу и максимально придирчиво посмотрел в него.

Из отражения на меня смотрела Рем, та самая горничная с огромным моргенштерном. Те самые голубые волосы с прической в стиле каре, которые скрывали один из двух красивых голубых глаз. Чёрно-белое платье горничной и чепчик на голове. А ещё грудь, которая почему-то явно решила жить собственной жизнью. Ибо правая часть груди была нормальной, зато левая выглядела так, словно она решила стать самостоятельным объектом жизни и отделилась от тела.

Я подтянул лямку через ткань платья, но это не сильно помогло. Ибо стоило только отпустить её и грудь возвращалась в прежнее убитое состояние.

— Вот видишь? — тяжело вздохнул я. — Я же говорил, что закрепили её плохо.

Юна уже держалась за живот от смеха, пока я боролся с лямками и вредной силиконовой вставкой, которая так и норовила выскочить из-за недостаточного закрепления. И вот наконец, когда всё должно было решиться ситуация ухудшилась ещё сильнее – теперь лифчик вообще расстегнулся, ибо лямки не выдержали слишком сильного сжатия, и две силиконовые вставки с тихим грохотом упали на пол.

— Да чтоб тебя … - проворчал я, глядя на две вставки из силикона, что лежали на полу.

Несколько секунд в комнате стояла такая тишина, что я даже слышал, как за окном чирикают воробьи.

А потом Юна всё-таки проиграла неравную битву со смехом. Она отвернулась, закрыла рот ладонью, но плечи уже предательски тряслись.

— Пф… ха… Р-Рен… прости… я… не могу…

— Очень смешно — буркнул я, поднимая с пола одну из вставок — Просто невероятно смешно. У твоего парня тут с костюмом проблема, а она смеется.

— Я не специально…

— Конечно не специально.

— Правда…

— Именно поэтому моя грудь только что совершила побег — я вновь начал ворчать — Час потратил на этот маникюр, а в результате выйти не могу из дому, ибо грудь вдруг обрела самосознание и устроило революцию.

Юна всё-таки расхохоталась. Настолько искренне, что даже присела на корточки, держась за живот.

Я лишь обречённо покачал головой. После чего поднял две силиконовые вставки и начал мять их, словно надеялся, что после воспитательной беседы они начнут вести себя прилично.

— Всё. В следующий раз косплею Гимли — сказал я — Там хотя бы силикона нет, только большой нос на пол лица и огромная борода. Ну и большая секира. Зато никакой накладной груди, ибо максимум, что у него может отвалиться — борода.

Юна наконец перестала смеяться и вытерла выступившие от смеха слёзы.

— Хорошо, хорошо… — она глубоко вдохнула. — Иди сюда.

— Зачем?

— Будем спасать твою грудь от революции.

Я тяжело вздохнул и подошёл к Юне. И она, не теряя и секунды времени, аккуратно расстегнула лиф, и забрав у меня силиконовые вставки, она аккуратно вернула их на место и снова принялась затягивать лифчик.

Вернее… попытался выглядеть так, а на самом деле я уже давно был слишком сильно к этому привычен. Спорить с Юной было бесполезно. Иногда мне казалось, что уговорить богиню проще, чем будущего модельера, решившего исправить очередной костюм.

Ведь она будущий модельер. А если будущий модельер решил что-то исправить, проще сразу сдаться, целее будешь и времени больше сохранишь.

Из-за разницы в росте ей даже не пришлось тянуться. Наоборот, она слегка наклонилась ко мне, внимательно рассматривая застёжки костюма. И с раздражением смотрела на лифчик, которые и не собирался держать форму. И тут она завела руку мне за спину, где нащупала одну из лямок и затянула её поближе к груди, после чего вставила в крепление и затянула получше.

— Я тебе говорю это бесполезно – сказал я – В прошлый раз ты тоже хотела получше затянуть, и вот что вышло – лямка просто не выдержала. Гораздо легче без груди пойти.

— Нет! — с жаром возразила она. — Рем без неё выглядит совсем не так. Если уж делать косплей, то делать его правильно!

Её руки натянули лямки и уже потянулись к лифу платья, чтобы застегнуть её. Но жизнь не хотела просто так перестать мучить Юну, и лямки вновь вылезли из крепления, и силиконовые вставки вновь упали на пол комнаты. Юна резко остановилась, широко раскрыв глаза, ну а я устало вздохнул.

— Бесполезно – резюмировал я.

Она медленно присела, подняла вставки и принялась внимательно разглядывать застёжки. Ещё одна попытка застегнуть лямки на них, даже без силикона, ни к чему не привела. Ибо крепления, которые явно уже были испорчены из-за слишком сильного стягивания, и не думали правильно выполнять свою работу. Юна задумалась, задевая ногтями свой подбородок.

— Нет… — тихо пробормотала она — Теперь я точно поняла, в чём ошибка.

— Юна.

— Нужно полностью переделывать систему креплений! — сказала она с искрой в глазах — Внутренний каркас, дополнительные фиксаторы, перераспределить нагрузку…

— Юна — настаивал я.

— Что? — она наконец подняла голову.

— До фестиваля меньше часа — сказал я и махнул головой в сторону часов — А до поезда осталось десять минут. И если мы с тобой не успеем на него, то и на фестиваль опоздаем.

Несколько секунд она молчала. А потом её глаза неожиданно загорелись, и она побежала к шкатулке, где она хранила иголки.

— Тогда сделаем по-другому! У меня такая суперская мысль!

— Уже страшно — насторожился я — И какая-же мысль твою безумную голову посетила? Приклеишь её с помощью скотча?

Юна улыбнулась так, словно только что совершила величайшее инженерное открытие, после чего подошла ко мне.

— Тю, как не культурно Рен-кун — надула она щёки, после чего щелкнула меня по носу — Это будет не эстетично. И более того – когда я его снимать буду вечером, то у тебя будет повреждение кожи. У меня есть более правильное решение — булавки!

Я несколько секунд молча смотрел на неё, потом на её раскрытую руку, где лежало несколько мелких золотистых булавок.

— Булавками?

— Конечно! — уверенно сказала она, после чего вновь натянула лямки и вставила их в крепления, а после с небольшим щелчком закрепила лямку в креплении — Закрепим лямки булавками, чтобы они не выскакивали из креплений. Не очень красиво с внутренней стороны, зато снаружи ничего не будет видно.

— А держаться будет?

Вместо ответа Юна дернула лифчик, и когда он выдержал её рывок, она сунула в него две силиконовые вставки. После чего начала поправлять лиф платья.

— Будет! — улыбнулась она — Я же лучший модельер в Токио! Похвали меня!

Пока она поправляла лиф я положил руку её на голову и начал гладить по её голове. Юна чуть вздрогнула, после чего хихикнула и вновь вернулась к поправлению лифа.

— М-м… — довольно протянула она. — Продолжай.

— Так ты же вроде костюм чинишь.

— Одно другому не мешает.

Я усмехнулся, после чего продолжил гладить её голову.

Иногда мне казалось, что Юна была похожа на кошку. Стоило погладить её по голове, как она сразу довольно улыбалась, а её уши начинали едва заметно шевелиться. Обычно длинные волосы скрывали это, но сегодня эльфийские накладки лишь подчёркивали каждое движение.

Юна улыбалась, её лицо краснело, но руки и не думали дергаться. Наконец поправив в последний раз лиф и один раз потянув грудь, чтобы проверить крепость крепления, она отпрянула от меня и довольно улыбнулась.

— Всё! Теперь идеально! — наконец объявила она.

Несколько секунд она внимательно осматривала меня с головы до ног, как художник, оценивающий законченную картину. Я тоже осмотрелся и с удивлением заметил, что она смогла скрыть лямки с помощью лифа. И сделать это очень профессионально. Да и грудь, она словно стало более естественной. Я двинулся несколько раз в стороны, и она вообще не походила на искусственную.

Потом я повернулся обратно к зеркалу и повторил свои движения. Ничего не изменилось, как и в прошлый раз. И более того – я невольно заметил, что она ещё и парик поправила, ибо мой взор правого глаза был закрыт.

— Хм… — пробормотал я. — И правда держится.

Юна торжествующе подняла указательный палец.

— Я же говорила! — она горделиво нахмурилась и сложила руки на груди — Не недооценивай лучшего модельера Токио!

— Да-да … — пробормотал я, после чего встал на носки и коснулся её волос рукой, после чего вновь начал трепать её по голове и улыбаться — Ты у меня самая лучшая.

Юна замерла и посмотрела прямо на меня. Её щёки моментально приобрели лёгкий розовый оттенок, и я увидел, как её глаза начали блестеть словно звезды на ночном небе.

— Правда?.. — тихо спросила она.

— Правда.

Она счастливо улыбнулась. А потом неожиданно раскинула руки и закрыла глаза.

— Рен-ку-ун!

Я слишком хорошо знал этот взгляд, а потому буквально рефлекторно вытянул две руки и упер свои ладони в её плечи. Ибо Юна, вновь словив приступ нежности из-за моих слов, радостно бросилась ко мне.

— Не-а.

— Э-э-э?

Юна удивлённо захлопала глазами, когда поняла, что её ладони так и не встретились со мной. А потом перевела взгляд на мои руки, которые удерживали её и не давали обнимать меня со всей силой, как она и любила. И я увидел, что на её лице появилось выражение смертельной обиды.

— Почему?

— Потому что ты сейчас испортишь два часа подготовки.

— Не испорчу! — кричала она и пыталась пройти мою защиту от её обнимашек.

— Испортишь — настаивал я — Мы с тобой уже проходили похожее событие.

— Не испорчу! Я теперь всё буду делать аккуратно!

— У тебя помада.

Она машинально коснулась губ. Потом посмотрела на свои руки и опять попыталась пробиться ко мне, но я держал крепко.

— Ну и что? Я аккуратно поцелую сзади!

— А у меня белый воротник.

— Можно тогда в щёку? — спросила она с надеждой.

— Нельзя.

— Почему?

— Румяна.

— Тогда в лоб?

— Чёлка.

— В нос?

— Грим.

— В другую щёку?

— Юна — устало сказал я и когда она перестала тянуться ко мне я отпустил её плечи — Там тоже румяна.

Она жалобно надула щёки и посмотрела на меня максимально обиженно.

— Бу-у... Рен-кун, я твоя девушка – не надо меня обижать!

— Кто тебя обижает? — усмехнулся я.

— Один очень вредный косплеер — продолжила она обиженно —Он мне не даёт порцию обнимашек! У меня болезнь серьёзная, и мне врач прописал обнимашки каждый час, а ты меня обижаешь!

Я покачал головой, после чего вновь положил руку на её голову.

— После фестиваля хоть заобнимайся. А пока нельзя. Иначе мы точно с тобой опоздаем на электричку, ибо нужно будет поправлять платье и наносить макияж по новой.

— Правда? — сказала она, подняв на меня глаза полные надежды, а потом прищурилась — Обещаешь? Или ты опять скажешь, что устал и хочешь поспать?

— Обещаю — вздохнул я — Пока ты довольная не будешь я спать не лягу.

Юна ещё несколько секунд делала вид, что серьёзно обижена. Но вскоре её лицо успокоилась и она, отойдя от меня протянула мне руку.

— Тогда хотя бы руку не отпускай. Ну … В качестве компенсации, что ты меня обнимашек лишил.

Я посмотрел на её ладонь, потом на её обиженное лицо. После чего с улыбкой сжал её теплую ладонь и переплёл свои пальцы с её. Юна повернула голову и мгновенно просияла.

— Вот! Совсем другое дело! — сказал она и вытянула меня из квартиры, после чего закрыла дверь — Идём!

Мы уже вышли к лифту и начали спускаться. Юна продолжала сжимать мою руку и внимательно смотреть на меня. Поначалу я не обращал на это внимание, но Юна вообще не отводила взгляд от меня.

— Что теперь? — спросил я у Юны.

— Ничего — улыбнулась она и придвинулась поближе ко мне — Просто любуюсь.

Я тяжело вздохнул и продолжил залипать в телефоне.

— Иногда мне кажется, что ты забываешь, что под этим платьем вообще-то парень.

Она на секунду задумалась, а потом сразу же гордо выпрямила свою грудь.

— Не забываю, и никогда не забуду!

— Тогда почему смотришь так довольно?

Юна мягко улыбнулась.

— Потому что под этим платьем мой парень — сказал она и сжала мою руку своими — И сегодня он снова согласился разделить со мной моё любимое хобби!

Ответить мне оказалось неожиданно нечего. Да и что тут скажешь? Она была права. Я действительно не мог поступить иначе. Когда-то Юна, ничего не понимая в трёхмерной графике, села изучать Blender только потому, что хотела помочь мне с разработкой игры. Вечерами она моделировала предметы, а я потом переносил их в движок. Поэтому и отказаться разделить её любимое хобби я просто не имел права. Любовь ведь не только в словах. Иногда она заключается в том, чтобы искренне поддерживать мечту человека, который идёт рядом с тобой.

Мы шли к станции, изредка ловя взгляды других. Я к ним был абсолютно равнодушен, зато Юна, которая уже вошла в образ Эмилии, состроила серьёзное лицо и начала махать рукой тем, кто смотрел на нас с восхищением. И наконец мы дошли до станции.

Перед турникетами уже толпились люди. Кто-то торопливо пил кофе из бумажного стаканчика, кто-то листал телефон, а неподалёку несколько школьников оживлённо спорили о каком-то новом аниме. Наша электричка ещё не приехала, ибо мы пришли за полчаса до прибытия. Поэтому кроме большого количества других людей, которые ждали поезд, мы больше ничего не увидели.

— Как думаешь, а мы не слишком рано пришли? — спросил я, мельком взглянув на электронное табло — До электрички ещё почти полчаса.

— Зато не опоздаем.

— Юна, мы бы и за десять минут успели — я посмотрел на её лицо — Нам до станции идти десять минут. Вышли-бы позже, всё равно успели.

Она повернулась ко мне с таким серьёзным лицом, словно собиралась сообщить величайшую истину человечества. На мгновение мне показалось, что на меня не Юна смотрит, а та самая Эмилия из аниме.

— Рен-кун. Лучше полчаса ждать электричку, чем потом полчаса догонять её взглядом — терпеливо объяснила она мне — Так рисков меньше.

— Логика железная — покачал головой я, после чего вновь принялся разглядывать толпу ожидающих.

Пока мы ждали поезд, людей на платформе становилось всё больше. Постепенно среди обычных пассажиров начали появляться и такие же любители аниме, как мы. Кто-то был в школьной форме из известного сериала, кто-то щеголял огромным мечом за спиной, который явно был напечатан на 3D-принтере, а кто-то уже вовсю фотографировался прямо на платформе.

Юна дернула мою ладонь и указала куда-то в сторону.

— Смотри.

Я проследил за её взглядом и увидел очередную группу косплееров. На противоположной стороне платформы стояла девушка в костюме ведьмы с огромной остроконечной шляпой, а рядом с ней парень, который старательно поправлял её плащ перед фотографией.

Юна тихонько улыбнулась и начала довольно качать нашими сцепленными руками.

— Красиво получилось. Люблю такие фестивали!

— Потому что можно встретить столько косплееров?

— Нет — она покачала головой — Из-за того, что здесь никто не считает тебя странным. Можно нарядиться кем хочешь, и никто на тебя с осуждением смотреть не будет. Даже наоборот – начнут хвалить и советовать, где в следующий раз можно более успешно урвать хороший материал для костюмов по справедливой цене.

Я посмотрел на группу косплееров ещё раз.

И ведь действительно. Никого не удивляли огромные мечи, эльфийские уши, разноцветные парики или причудливые костюмы. Все обнимались, смеялись и обсуждали какие-то новости. И их поведение не казалось для них странным, скорее обычным.

— Наверное... — тихо сказал я.

— Рен-кун — она повернула меня в свою сторону, и я увидел требовательное лицо — Я пить хочу.

— Ну так пошли сходим и купим — невольно усмехнулся я — Что тебе мешает?

— Ну … — Юна неловко отпустила мою руку и начала стучать пальцами рук друг об друга — Это … Ну …

— Ты опять кошелёк забыла? — устало вздохнул я.

Она слегка надула щёки, которые опять покраснели из-за смущения.

— Не смейся. Я с самого утра почти ничего не пила, но на косплей я не взяла кошелёк — она взяла мою руку — Дай мне … Дай мне свою карточку, пожалуйста …

Я перевёл взгляд на ряд торговых автоматов, стоявших у стены станции. Потом на её руку и глубоко вздохнул, продолжая качать головой.

— Ладно — я достал свой телефон, раскрыл свой футляр и передал ей свою карту — Держи. Купи пожалуйста мне зеленого чая, с цветками сакуры.

— Ура! — довольно крикнула она и поцеловала меня в голову, после чего повернулась к автоматам — Я быстро! Постой здесь, пожалуйста. Заодно покарауль наши места.

Я лишь проводил её взглядом и убрал телефон обратно в карман. И задумался о том, что в Юне слишком хорошо сочеталась гениальность и небольшая степен безалаберности. Ибо, если существовал хоть один человек на свете, который мог забыть собственный кошелёк, но при этом помнить, в каком магазине три месяца назад продавалась идеальная серебристая ткань для костюма, то Юна определённо была этим человеком.

Она знала всё. Какой размер обуви носит тот или иной персонаж, когда день рождения Девятихвостого из «Наруто», какое любимое блюдо у Куронеко. Иногда мне казалось, что, если посадить её сдавать экзамен по аниме, она ещё и преподавателя исправит.

И при этом эта девушка постоянно забывает в квартире пропуск в университет …

Я прислонился спиной к металлическому ограждению платформы и вновь огляделся.

С каждой минутой людей становилось всё больше. По громкой связи объявили о прибытии какого-то поезда на соседний путь. Толпа вокруг едва заметно зашевелилась, кто-то поспешил к краю платформы, кто-то, наоборот, отошёл подальше, освобождая проход.

Неподалёку двое косплееров спорили, как правильнее крепить накладные крылья, а чуть дальше парень с огромным пластиковым мечом безуспешно пытался пройти через турникет, цепляясь оружием за всё подряд. Даже местные полицейские уже пытались ему помочь, чтобы он не застревал – всё без толку.

Я тихо усмехнулся, после чего перевёл взгляд в сторону торговых автоматов.

Юна уже выбирала напитки, внимательно читая названия на бутылках и время от времени что-то недовольно бормоча себе под нос.

— Только не говори, что опять не можешь выбрать... — пробормотал я себе под нос.

Она уже успела приложить мою карту к терминалу и теперь внимательно изучала ряд бутылок с таким серьёзным выражением лица, будто от выбора газировки зависела судьба всего фестиваля.

— Я же говорил... — тихо усмехнулся я.

Несколько секунд она переводила взгляд с одной бутылки на другую, потом взяла одну, задумалась, поставила обратно и потянулась уже к соседней. Её явно что-то не устраивало.

Я только покачал головой, когда понял, что свой чай я ещё не скоро получу. И именно в этот момент я заметил движение неподалёку.

Трое парней, судя по всему, примерно нашего возраста, неспешно шли вдоль ряда автоматов. Сначала я не придал этому никакого значения. Обычные студенты. Таких на станции было полно.

Но потом один из них посмотрел в сторону Юны. Что-то сказал друзьям, после чего все трое одновременно повернули головы и начали слишком заметно откровенно пялиться на неё.

Я невольно нахмурился и начал чувствовать, как в голове начало что-то требовательно стучать, а костяшки на руках начали чесаться словно их комар укусил.

Они явно говорили о ней, и это меня не удивило. Высокая сереброволосая девушка в образе Эмилии действительно привлекала внимание. Но эта девушка — моя возлюбленная, и мне очень не понравилось, с каким интересом они её разглядывали.

«Главное, чтобы просто посмотрели и пошли дальше» — мелькнула у меня мысль.

Но вместо этого они изменили направление. Все трое шли прямо к торговым автоматам, возле которых стояла Юна.

Я выпрямился и перестал облокачиваться на ограждение.

Юна, полностью поглощённая своей великой битвой между зелёным чаем и газировкой, даже не замечала, что к ней кто-то подходит. А меж тем эти три парня встали рядом с автоматом так, что Юне пришлось перевести взгляд с бутылок на них. Тот парень, что был лидером этой троицы, улыбнулся и чуть склонил голову.

— Привет красавица — сказал он приветливым тоном — Такая красивая девушка одна? Может, вместе фестиваль посмотрим?

Юна несколько раз удивлённо моргнула. Потом вежливо улыбнулась и слегка поклонилась.

— Простите, но я уже пришла сюда не одна. И мой молодой человек ждёт меня. Он очень ревнивый, и я не хочу заставлять его нервничать.

Парень удивленно осмотрелся вокруг и посмотрел на меня. На мгновение наши взгляды встретились. Он посмотрел на меня, потом снова на Юну, и неожиданно усмехнулся.

— Да ладно тебе. Такой фестиваль бывает не каждый день. Неужели не хочешь провести его в более весёлой компании? Свою подружку тоже можешь взять – обещаю, что нам будет весело.

«Подружку? Ох братец, как-же ты ошибаешься» — усмехнулся я, когда очередные мысли пронеслись в моей голове.

— Спасибо за предложение, но мне и так очень весело, — всё тем же спокойным тоном ответила Юна.

Она вновь повернулась к автомату, словно разговор для неё уже закончился, и нажала кнопку с зелёным чаем. Автомат негромко загудел и с кашляющим звуком уронил вниз банку с чаем.

Однако никто из троицы уходить даже не подумал.

Наоборот, тот, что стоял справа, сделал полшага ближе.

— Да брось. Мы же просто познакомиться хотим — я заметил, как его рука опустилась ниже пояса на платье Юны и коснулась её ягодиц.

Юна резко выпрямилась и тут же отступила на шаг назад, возмущённо посмотрев на парня. Банки с чаем в её руках тихо звякнули друг о друга.

— Не трогай меня, пожалуйста — спокойно сказала она, хотя по её голосу я уже понял, что терпение заканчивается.

Тот лишь усмехнулся.

— Да ладно тебе. Чего ты сразу такая серьёзная? Это же как комплимент.

И потянулся к ней, явно надеясь тронуть грудь. В следующую секунду банка с чаем едва не выскользнула из рук Юны. Ибо только его рука практически коснулась ткани её платья её нога сделала резкий рывок и с заметным свистом влетела между ног парня.

Удар получился настолько звонким, что его услышали даже люди, стоявшие неподалёку. Даже я невольно поморщился и рефлекторно свел колени вместе. На мгновение стало жалко его... совсем чуть-чуть. Впрочем, чувство быстро прошло. Ибо радость за Юну и злорадства у меня явно было больше, чем сочувствие парню, который получил самый неприятный удар.

«Молодец. Так и надо – быстро и метко. Не то что год назад.» — моё лицо тронула улыбка, а руки сжались в кулаки из-за гордости.

Парень пошатнулся и схватился рукой за получившее место.

На платформе на несколько секунд стало непривычно тихо. Однако Юна стояла прямо, словно и не замечала лишнего внимания, крепко сжимая в одной руке банки с чаем.

— Я сказала, не трогайте меня — уже без тени улыбки произнесла она — В следующий раз бить не буду – а просто напишу в полицию за домогательства.

Несколько секунд никто ничего не говорил. Пострадавший парень потирал ушибленное место, а его друзья замерли словно статуи не зная, как реагировать на произошедшие действия. Наконец один из них подошёл к другому автомату и достал бутылку с холодной газировкой, после чего протянул своему другу. И тот рефлекторно сунул банку в больное место.

Потом парень, всё ещё морщась от боли, кое-как выпрямился и бросил на Юну раздражённый взгляд.

— Совсем ненормальная... Сочувствую твоему парню, раз у него такая чокнутая девушка …

— Я предупредила — спокойно ответила Юна — А ты не послушал. Надеюсь, дальше конфликт продолжаться не будет?

Пострадавший что-то недовольно проворчал себе под нос, после чего махнул рукой друзьям.

— Пошли отсюда.

Троица неторопливо двинулась прочь, продолжая ворчать. А Юна, с сожалением посмотрев на треснутую банку чая, которая выпала из её рук в момент удара, вновь повернулась к автомату и принялась что-то изучать с внимательным лицом.

— Психованная какая-то... — проворчал парень, продолжая удерживать банку с газировкой у паха — Даже поговорить не дала.

— Ага. Нашёл, называется, красавицу... — сказал его друг — Все косплеерши какие-то чокнутые.

— Да ладно, вокруг полно других девушек — поддержал друзей другой член троицы — Может просто мы не ту нашли, вот и всё. Полюбас всё будет круто, если мы найдём подходящую! Я вам гарантирую.

Они прошли мимо меня. И вдруг тот самый парень с газировкой в паху остановился и повернул голову в мою сторону.

Его взгляд скользнул по моему костюму, задержался на голубом парике, затем на платье горничной. Даже в глаза посмотрел, явно размышляя о чём-то. И, как только он наконец надумал о чём-то, то неловко передал банку с газировкой другу и выпрямился передо-мной.

— О... — он слегка подтолкнул локтем своего приятеля — Смотри. Вот эта вроде поспокойнее будет.

— Так это же подруга той чокнутой — с сомнением сказал его приятель — Может ну её?

— Да ладно тебе, она-же низкая — усмехнулся тот — Что она нам сделает?

Все трое одновременно повернулись в мою сторону, после чего начали подходить ближе.

Я лишь спокойно улыбнулся и сложил руки перед собой, пряча ладони в длинных рукавах платья. Все трое остановились прямо передо мной.

— Привет, красавица — первым заговорил тот самый парень, чей голос заметно просел после недавнего знакомства с туфлей Юны — Не обращай внимания на свою подругу. Она у тебя какая-то слишком нервная, но мы ничего плохого не хотели!

Я лишь молча посмотрел ему в глаза. Он, видимо, принял моё молчание за смущение и улыбнулся ещё шире.

— Мы вообще-то просто познакомиться хотели. А она сразу драться полезла. Правда ребят?

Его друзья согласно закивали.

— Вот именно. Мы же ничего плохого не сделали — подтвердил его товарищ — Мы вообще парни мирные – и мухи не обидим.

— Может, ты окажешься повежливее? — продолжил парень. — Пойдём лучше с нами. Обещаем, скучно не будет! А то идти на Комикет без девушки – это отстой! Нас засмеют!

Несколько секунд я молча смотрел на троицу, а потом уголки моих губ медленно поднялись ещё выше.

— Правда? — тихо спросил я, напрягая связки чтобы голос получился повыше.

— Конечно! Уж кто-то, а мы в веселье шарим! — оживился парень — Ну так что?

Я неторопливо протянул ему руку.

— Тогда давайте познакомимся...

Он довольно улыбнулся и, ни о чём не подозревая, потянулся пожать её.

***

— Ааа … – зевнул я, смотря на лестницу со станции, с которой сбегали трое парней — Так поспешили смыться, что даже про электричку забыли.

— Рен-ку-ун!

Я повернул голову. Юна уже почти бежала ко мне, одной рукой прижимая к себе две банки зелёного чая, а второй размахивая моей банковской картой. Остановившись рядом, она первым делом сунула карту мне в руку. Я достал телефон и сунул карту обратно в футляр.

— Вот! Спасибо!

— Пожалуйста.

Она несколько секунд молча смотрела сначала на меня, потом на лестницу, по которой продолжали улепётывать трое неудавшихся кавалеров. Потом медленно перевела взгляд обратно. А я в это время открывал банку с чаем и делал первый глоток, который приятно охладил тело после такой неприятной жары.

— Они... чего убегают?

Я тоже посмотрел им вслед, после чего сделал ещё один глоток.

— Наверное, вспомнили, что утюг дома забыли выключить. А я им сказал, что я пожарный, вот они и побежали

Юна несколько секунд серьёзно размышляла над моими словами. Потом тихонько хихикнула и подошла ко мне, начав поправлять парик, ибо челка сдвинулась и не прикрывала мне правый глаз. А Юну, которая терпеть не могла даже малейшие изменения образов персонажей, явно была задета.

— Рен-кун. Ты ведь что-то сделал?

— Конечно.

Она удивлённо подняла брови и посмотрела в мои глаза.

— И что-же?

— Познакомился — ответил я, сделав третий глоток — Ну вот они и ушли, ибо знакомится не захотели.

Юна ещё несколько секунд пыталась понять, шучу я или говорю серьёзно. Потом тихо рассмеялась и покачала головой, продолжая поправлять парик и чокер.

— Иногда ты меня пугаешь.

— Зато проблема решилась и тебя никто не трогает.

Она посмотрела на меня, потом улыбнулась и коснулась своими пальцами губ. А затем положила эти пальцы на мои губы. И я ощутил приятный вишневый аромат от её пальцев.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что всегда оказываешься рядом — сказала она — И за то, что защитишь меня всегда от всех.

Я пожал плечами.

— Для этого парни и нужны. Чтобы таскать тяжёлые сумки, получать по голове за свои глупости, терпеть бесконечные примерки костюмов... и иногда защищать любимую девушку.

Юна улыбнулась и легонько боднула меня своим лбом. И в этот момент по громкой связи объявили о прибытии нашей электрички. Мы резко повернулись к железной дороге и я, сделав последний глоток, выкинул банку в ближайшую урну.

Юна тут же оживилась.

— Рен-кун! Электричка приехала!

— Вижу.

Она привычным движением схватила меня за руку и потянула к краю платформы.

— Быстрее! А то ещё места хорошие займут!

— Ты же сама говорила, что мы пришли на полчаса раньше, чтобы не спешить.

— Это не считается! Потому что электричка уже приехала! И вообще – не будь старичком! Ты должен быть энергичным, ибо ещё молодой!

— Есть, госпожа Эмилия — тяжело вздохнул я.

Она довольно хихикнула и потащила меня за собой.

Через несколько минут электричка с тихим шелестом остановилась у платформы. Двери открылись, выпуская поток пассажиров, и мы вместе с остальными вошли в вагон.

Сегодня нам неожиданно повезло, ведь у окна оказалось два свободных места.

Едва мы сели, как Юна тут же довольно выдохнула, прижалась плечом к моему и, не спрашивая разрешения, вновь переплела наши пальцы.

Я лишь усмехнулся, но отстранятся не стал.

Наверное, за последний год я настолько привык к её постоянным попыткам быть как можно ближе ко мне, что перестал их замечать.

За окном медленно поплыли дома, улицы и деревья. А я смотрел на Юну и рассуждал. Постоянно на ум приходили слова дедушки.

Он всегда говорил, что жизнь похожа на тофу. Говорил, что сама по себе она почти безвкусная. И только соус делает её по-настоящему особенной, а поэтому просил и меня и мою младшую сестру найти тот соус, который даст хороший вкус нашим жизням.

Если сравнивать мою жизнь с тофу, то соус у неё получился... довольно странный. И в нём было слишком много разных вкусов. Это и щепотка бессонных ночей за разработкой очередной игры. Пара ложек бесконечных споров с друзьями о том, какой персонаж лучше. Несколько килограммов париков, платьев и силиконовых вставок. Горсть безумных идей Юны, некоторые из которых я даже после долгих уговоров так и не принял.

И, как приправа, постоянные приключения, которые почему-то сами находили нас.

Честно говоря, вспоминая всё это, получившийся вкус был совершенно безумным. Но почему-то именно он мне и нравился. Именно в таком виде, в котором он получался.

Юна прислонилась головой к моему плечу и с улыбкой смотрела в окно, словно сегодняшнее утро с приставалами уже успело превратиться для неё в очередное неприятное прошлое, о котором слишком долго думать не хотелось.

Я невольно улыбнулся и понял одну простую мысль:

«Может, моя жизнь и стала слишком странной, но менять её на другую я бы точно не стал.»

Однако так было не всегда. Ибо временами я сам задаюсь вопросом как так получилось, что студент факультета разработки игр с самого утра стоит в костюме Рем, привычно поправляет съехавшую лямку на лифчике, и не возражает от того, что его нарядили в женщину.

Ну, чтобы ответить на этот вопрос, мало вспомнить недавнее прошлое. Для этого придётся вернуться примерно на год назад. В тот самый день, когда моя жизнь изменилась на «до» и «после».

Глава 1 - Меня зовут Рен Кобаяси

Меня зовут Рен. Рен Кобаяси. Родители говорили, что дали мне это имя, потому что хотели видеть во мне опору семьи. Настоящий лес, который укроет близких от палящего солнца и любых жизненных невзгод. Через два года родилась моя младшая сестра Шина, и я с гордостью принял новую должность — старшего брата. И именно мне доверяли носить её на руках, потому что знали: я ни за что её не уроню. И жил хорошо, до второго класса начальной школы.

А дело было в том, что я буквально за два года вытянулся до 156 сантиметра ростом и стал выше многих учеников начальной школы. И я радовался, ибо моё имя начало играть правильную роль. Тогда я был уверен, что стану большим. Настолько большим, что смогу защитить родителей, сестру и друзей. А мысли маленького мальчишки мгновенно начали придумывать картины, в которых я прикрываю своим большим ростом своих близких и друзей. Однако так было недолго – а всего каких-то четыре года.

Мои одноклассники росли, моя сестра росла, а я как был мальчишкой ростом в 156 сантиметра, так и не вырос ни на миллиметр. Четвертый год начальной школы – 156 сантиметра. Первый год средней школы – 156 сантиметра. У младшей сестры рост в 160 сантиметров, а я всё также ростом в 156 сантиметра! Сначала родители думали, что я просто расту рывками, поэтому не обращали внимания. Потом надеялись, что с началом полового созревания рост начнется. Но прошёл первый год средней школы. Потом второй. Затем третий. И наконец я окончил среднюю школу, а так и оставался коротышкой в 156 сантиметров.

Родители от паники даже в больницу меня положили на обследование. И я там лежал практически месяц, пока меня буквально всего не осмотрели – от кожи до последней кости. И вот, когда мы пришли в кабинет нашего врача, он раскрыл историю моей болезни.

— Мы провели обследование. Опасности для здоровья нет — сказал он, говоря нам результаты обследования — Мы провели все необходимые исследования. Серьёзных заболеваний не обнаружили. Сердце, внутренние органы, нервная система — всё в пределах нормы.

— Но он ведь станет высоким доктор? — спросила моя мама с надеждой.

— Нет — покачал головой врач — Помимо полного обследования была проведён анализ состояния зон роста. К сожалению, они уже закрылись. Поэтому рассчитывать на дальнейшее увеличение роста практически не приходится.

Казалось, из мира исчезли все посторонние звуки. Даже из коридора я больше не слышал ни разговоров врачей, ни шагов пациентов, ни писка медицинских приборов. В кабинете повисла тишина.

Мама медленно опустила взгляд на мои руки. Отец сидел неподвижно, крепко сжав пальцы в замок. Никто из них не произнёс ни слова. Но я заметил, как их руки начали дрожать.

А я.… честно говоря, тогда ещё не до конца понимал, почему они так расстроились.

Сто пятьдесят шесть сантиметров казались мне вполне нормальным ростом. Да, многие одноклассники уже были выше. Да, Шина постепенно догоняла меня. Но разве это действительно настолько страшно?

Я же был чемпионом префектуры по каратэ. Да и хулиганы, что ранее издевались надо мной, не трогали меня, ибо боялись. А с учебой вообще не было проблем, и я здоров был. И я любил своего вечно недовольного отца, которого постоянно подчиненные доводят. Свою маму, которая постоянно улыбалась как в реальности, так и с экрана телевизора с микрофоном в руке. И свою младшую сестру, которая тискала меня по голове.

Всё ещё не понимая причин такой странной реакции родителей, словно случился конец света, я перевёл взгляд на родителей. И я впервые в своей жизни увидел, как мама тихонько вытирает слёзы. А отец прижимал её к себе и гладил волосы, хотя сам выглядел так, словно ему опять отпуск задержали на сутки, и он может не прийти на мой выпускной.

— Мам?.. — растерянно позвал я.

Она сразу улыбнулась. Той самой улыбкой, которой родители пытаются успокоить детей, когда сами едва держатся. После чего взяла мою руку в свою и начала гладить. Но слезы не переставали лить.

— Всё хорошо, Рен... Всё хорошо.

Только спустя много лет я понял, что в тот день мама плакала вовсе не из-за моего роста. Она плакала потому, что уже тогда представляла все трудности, с которыми мне ещё предстояло столкнуться.

Ибо, пусть хулиганы меня и боялись, ведь я до сих пор мог избить любого, но как оказалось во взрослой жизни не это было самое главное. Но помимо наказания злодеев во взрослой жизни были и другие проблемы и испытания, которые я не мог понять, пока не вырос. Помимо того, что в старшей школы я лишился вообще всех друзей, ибо никто из них не перевёлся в мою школу, новых я не нашёл. Почему-то каждый считал плохим тоном общаться с коротким парнем. А уж что касается девушек – здесь вообще ситуация получается трагикомичной.

Помню мне понравилась одна – я был с ней в одном клубе, мы много разговаривали, шутили и даже свой первый поцелуй я получил именно от неё. А потом она заявила старосте старшего класса, который многих девушек сводил с ума, что я её младший брат.

Ну да … Конечно … У меня разница в возрасте в три месяца с самым старшим учеником моего потока, и я был старше всех. А она мало того, что назвала меня своим младшим братом, ей было стыдно сказать, что я ей нравился.

Я её понял и не злился, а просто ушёл из её жизни, удалил наши совместные фотографии и заблокировал её профиль в Line. Да и номер телефона я сменил – пришлось соврать отцу, что я просто потерял старый, поэтому и прошу новый.

И, чтобы видеться с ней поменьше, я перестал ездить на соревнования по каратэ. Раньше мы ездили вместе, ибо оба считались самыми лучшими каратистами префектуры. А это что-то да значит, учитывая, что Токио самый большой город мира. Но теперь, чтобы не ездить с ней на соревнования, я постоянно придумывал отговорки что в канун соревнований у меня неожиданно разболелись глаза, или обострились режущие боли в животе из-за мифического воспаления аппендикса. Так я и лишился возможности идти дальше, ибо я никуда не ездил, только тренировался и отрабатывал те приемы, которые я уже не применял всерьёз против других.

В те дни моим утешением стали компьютерные игры и книги. Я играл в MMORPG и читал большое количество фэнтези. И постоянно видел одну странную закономерность – даже самый низкий персонаж любой истории мог добиться всего, если он хотел. И низкий рост ему не был помехой, ибо низкий рост не мешает стать сильным. Низкий рост не мешает стать умным. И тем более – низкий рост не мешает никому быть счастливым. Так я перестал лишний раз переживать о своём росте, а ещё полюбил создавать новые миры и изучать старые.

Эти миры были единственным местом, где девушки смотрели на меня сверху вниз, и заместо смеха улыбались, плакали, сжимали мою руку и говорили такое желательное моему уху: «Да!». И это несмотря на то, что девушка высокая эльфийка, или воительница с огромным мечом. Ну или огромный дракон в человеческом облике, а я улыбчивый халфинг, суровый гном или мелкий крестьянин.

А потом был тот самый момент в моей жизни — выпускной из школы и выбор, куда идти дальше по жизненному пути. Родители всю ночь рассуждали и думали, как бы мне помочь, но я на тот момент уже сам всё решил. И когда утром они принесли мне огромный список университетов, колледжей и специальностей, куда я мог подать документы, Шина только улыбнулась и сказала, что я уже сдал вступительный экзамен в Токийский колледж технологий и дизайна HAL.

Отец тогда несколько секунд молча смотрел на меня.

— HAL? — переспросил он.

— Да.

— Это тот огромный стеклянный кокон у Синдзюку?

— Он самый.

Именно так я впервые увидел место, где хотел учиться. Огромная башня рядом со станцией Синдзюку, похожая не то на футуристический кокон, не то на здание, которое кто-то случайно вытащил из игры про ближайшее будущее и поставил посреди Токио. На фоне обычных университетских корпусов HAL выглядел вызывающе. Будто само здание говорило: «Здесь учатся люди, которые собираются делать странные вещи. Игры, анимацию, CG, музыку, роботов, сайты, искусственный интеллект и всё прочее, что родители сперва называют несерьёзным, а потом показывают знакомым со словами: “Это наш сын сделал”».

Я узнал о нём случайно, когда искал, где в Японии учат не просто программированию, а именно созданию игр. Не «вот вам математика, вот вам алгоритмы, а игры как-нибудь сами», а нормально: геймдизайн, сценарии, 3D-графика, Unity, Unreal Engine, VR, онлайн-игры, мобильные игры, командные проекты и всё то, от чего у меня впервые за долгое время загорелись глаза.

Особенно меня добило направление сценаристов игр.

Я тогда сидел перед экраном и смотрел на эти слова так, будто кто-то наконец-то сформулировал мою мечту за меня.

Создавать миры. Придумывать персонажей. Писать истории, из-за которых люди будут спорить ночами, плакать над финалом, ненавидеть злодеев, влюбляться в спутников и проходить игру ещё раз только ради одной пропущенной сцены.

А ещё ходили слухи, что в такие места иногда заглядывают люди из настоящей индустрии. Не просто преподаватели, а разработчики, дизайнеры, продюсеры, те самые взрослые волшебники, которые знают, как из набора идей, боли, дедлайнов и кофе рождается игра. Кто-то даже клялся, что на подобных лекциях можно было услышать людей уровня Хидэо Кодзимы или Хидэтаки Миядзаки.

Правда это было или обычная студенческая легенда, я тогда не знал. Но сама мысль, что однажды я могу сидеть в аудитории и слушать человека, который создавал миры, изменившие игровую индустрию, заставляла сердце биться быстрее.

А потому, когда мне дали задание за неделю собрать самую настоящую игру на любом игровом движке за неделю я выполнил его за четыре дня, ибо на тот момент я уже слишком хорошо освоил RPG-Maker и Unity. Мой проект поругали, ибо получился слишком мрачным, слишком сложным, но главное, что он проходил по требованиям комиссии, и так я получил долгожданное уведомление по электронной почте

Родители, разумеется, сначала выглядели так, словно я сообщил им о намерении стать профессиональным укротителем голубей.

— Игры? — осторожно спросила мама.

— Игры — кивнул я с улыбкой.

— Не играть в игры? — уточнил отец.

— Делать.

Он помолчал, потом потёр переносицу.

— Это лучше, чем просто играть?

— Значительно.

Шина, сидевшая рядом, прыснула в кулак из-за серьёзности происходящего. А я тогда ничего не сказал. Я просто радовался. Ибо я начал вновь смотреть вперёд без страха. Я забыл про свой рост, и про спины людей, которые были впереди. Ибо перед глазами стояло совсем другое. Я представлял игру, которую купили миллионы людей. Игру, которую они прошли, полюбили и продолжали обсуждать даже спустя десять лет после её выхода.

И это всё благодаря тому, что я поступил в HAL – в то место, где я мог создать собственный мир. Мир, в котором даже самый маленький герой мог стать для кого-то самым важным человеком.

Отец тогда только тяжело вздохнул и снова посмотрел на список университетов, который так и остался лежать на столе.

— До Синдзюку отсюда почти два часа в одну сторону, — наконец произнёс он — Если будешь ездить каждый день, то половину своей жизни проведёшь в электричках.

— Четыре часа в день... — тихо подсчитала мама.

В комнате снова стало тихо, лишь только мать и отец начали что-то обсуждать шепотом. Я и Шина навострили уши, но нам это не помогло услышать.

Я уже собирался сказать, что ничего страшного. Что многие так живут. Что я привык рано вставать и вполне смогу каждый день ездить в колледж. Я привык рано вставать и вполне смогу каждый день ездить в колледж. Но родители переглянулись ещё раз, кивнули друг другу после завершение обсуждения и повернули ко мне свои довольные лица.

— Снимем квартиру — уверенно сказал отец — Это дешевле, чем потом лечить тебя от переутомления. Да и в молодости слишком часто ездить не надо, успеешь ещё.

Мама несколько секунд молчала, а затем неожиданно улыбнулась.

— Я тоже так думаю. Ездить до телебашни каждый день это слишком утомительно, особенно когда час пик. Приходится постоянно колени подгибать, чтобы место было.

— Но это же дорого... — растерянно произнёс я — Снять квартиру в том районе это слишком большие деньги.

— Мы с матерью ещё молодые — махнул рукой отец —Заработаем. А ты займись тем, ради чего вообще решил туда поступать.

— Учись — улыбнулась мама.

— И сделай такую игру, чтобы однажды мы могли сказать соседям: «Это наш сын сделал» — закончил отец.

А я ничего не сказал, лишь молча кивнул в шоковом состоянии. И я впервые почувствовал, что родители верят в мою мечту ничуть не меньше, чем я сам. А поэтому если я начну спорить, то очень сильно их обижу. А этого я очень не хотел.

Через две недели мы уже ходили по небольшим квартирам неподалёку от Синдзюку. Одни были слишком дорогими. Другие — настолько тесными, что казалось, будто кровать в них сначала занесли, а потом вокруг неё построили стены. В одной квартире кухня была настолько маленькой, что одновременно открыть холодильник и выдвинуть ящик уже не получалось. А одна вообще больше на конуру походила, туалет и душ был, зато чтобы поспать надо весь пол застелить футоном.

Наконец, когда пачка для пластырей от мозолей была израсходована, пятая бутылка воды выпита, а один домовладелец минут десять молча извинялся перед отцом после того, как тот нашёл под холодильником таракана, мы переступили порог очередной квартиры.

Домовладелец, пожилой мужчина в аккуратном сером костюме, улыбнулся и, сняв обувь, жестом пригласил нас войти.

— Прошу.

Мы переступили порог и начали водить своими взорами по квартире.

Первым делом меня встретил небольшой гэнкан с аккуратной полкой для обуви. Справа располагалась дверь в ванную, дальше — туалет, а прямо по коридору открывалась небольшая гостиная, совмещённая с кухней. Мебель была новой, ремонт был свежим, да и неприятного запаха не было. И, что меня радовало больше всего, здесь был кондиционер.

Отец сразу принялся осматривать всё с таким серьёзным видом, будто покупал не квартиру, а новый завод. Забрался под холодильник, проверил работоспособность плиты, внимательно изучал душевую и туалет. Но и этого ему показалось мало. Пока он не проверил каждый шкафчик, не заглянул под раковину и несколько раз не открыл окно, прислушиваясь, не скрипит ли оно, успокоиться отец так и не смог.

Мама тем временем прошлась по комнатам совсем иначе. Она подошла к окну и посмотрела во двор. Я сделал то же самое и увидел, как на её лице появилась улыбка.

— Здесь утром будет очень светло.

— Зато летом жарко, ибо световая сторона — заметил я — Хорошо, что здесь кондиционер есть. А то здесь точно было-бы пекло уже в мае.

Затем последовал осмотр небольшой спальни. В неё, несмотря на излишнюю компактность, спокойно помещалась нормальная кровать, письменный стол и шкаф. Как раз в правильном месте были выведены розетки. А это значит, что мучиться с удлинителями не придётся.

— Компьютер сюда поставить можно... — пробормотал я себе под нос.

— Можно даже два монитора — неожиданно ответил отец, который ненадолго заглянул в комнату, но после вновь продолжил тщательный осмотр — А вот кровать мы тебе новую купим. Односпальная кровать уже не дело. Взрослому человеку нужно нормально высыпаться.

Я только усмехнулся, потом открыл дверь на балкон.

Он оказался совсем маленьким. Буквально два шага в ширину. И пусть размеры огорчили, но вид отсюда открывался хороший. Я видел крыши соседних домов, железнодорожные пути и бесконечный поток электричек, то и дело исчезавших среди высоток Синдзюку. А после долгого вглядывания в горизонт заметил даже знакомый белый каркас. Верхняя часть башни HAL выглядывала из-за соседних зданий, словно напоминая, зачем я вообще оказался здесь.

Я смотрел вдаль, и не заметил, как начал представлять своё будущее. Видел эту квартиру, в которую я затащил свой верный письменный стол и компьютер. На стенах разместил свою старую пробковую доску и начал полностью заполнять её рисунками и набросками сюжета.

А полку над столом заполню всеми своими книгами, мангой и ранобэ, которые успел купить за столько лет. Представил даже как вечером, когда у меня сил не будет вновь бороться с кодом и понять почему очередной кусок кода снова отказывается работать, выхожу сюда с кружкой чая и понимаю, что ещё не всё потеряно. И всё будет хорошо

— Рен — позади послышался голос мамы, и я обернулся, после чего вернулся в квартиру и закрыл дверь на балкон.

Она стояла посреди гостиной и с улыбкой смотрела на меня. Явно ждала моего мнения насчет квартиры. Ибо даже вечно раздраженное лицо отца не могло скрыть один важный факт – и он и мама были рады квартире.

— Ну как? Берём?

— Мне нравится — честно ответил я — Главное что цена приемлемая. Ну и кровать надо будет новую тащить, а так всё устраивает.

Отец молча кивнул, ещё раз внимательно посмотрел по сторонам и повернулся к хозяину квартиры.

— Мы берём.

На лице пожилого мужчины появилась облегчённая улыбка. Видимо он слишком сильно начал нервничать, когда отец буквально всю квартиру вверх дном перевернул, чтобы найти хоть один след грязи. Но отец ничего не нашёл, ибо иначе он бы не одобрил мой выбор. И хозяин квартиры положил на стол контракт, который отец внимательно изучил.

— Тогда нужно будет выбрать шторы — сказала мама, тихонько хлопнув в ладоши.

— Мам, мы только квартиру сняли — я удивлённо посмотрел на неё — Тут надо думать, как я свои вещи занесу, а ты уже про шторы говоришь.

— Конечно — улыбнулась она — Квартира становится домом только тогда, когда в ней появляются занавески. Тем более ты сам сказал, что здесь в мае, может быть, пекло. Так-что появление штор не обсуждается – они обязательно будут.

— Жаль, Шина сегодня в школе — вздохнул я — Хотел бы я увидеть, как вы с ней сейчас начали бы спорить, какие шторы сюда покупать.

Отец ещё раз внимательно перечитал договор аренды. Потом перечитал его во второй раз. Следом уточнил несколько мелочей о коммунальных платежах, правилах проживания и сроках продления договора. Лишь убедившись, что никаких неприятных сюрпризов не осталось, он поставил подпись.

Хозяин квартиры поклонился и передал ему квитанцию, и отец достал банковскую карту.

Через несколько минут первый платёж был внесён, договор вступил в силу, а вместе с ним и началась моя совершенно новая жизнь.

Домой мы ехали уже совсем в другом настроении. Мама всю дорогу рассуждала, какие занавески лучше подойдут к этой квартире. Отец мысленно думал о том какую лучше кровать купить, чтобы была достаточной большой и удобной, и не слишком дорогой. А я смотрел в окно электрички и почему-то никак не мог привыкнуть к мысли, что совсем скоро у меня появится собственный дом.

Переезд назначили на следующие выходные. Как раз отец и мама были свободны. Даже Шина смогла отвлечься от зубрежки перед пересдачей, ибо, как она мне сказала, ей будет стыдно что она мне не помогла.

— А я тебе говорю, что тебе надо подготовкой заниматься. А то вместо отдыха перед поступлением в старшую школу пробудешь всю неделю на дополнительных занятиях — сказал я, разбирая очередную часть стола и кладя её в коробку.

И прямо в этот же миг руки сестры стиснули меня, как какую-то мягкую игрушку, и начали ворошить мои волосы.

— Шина! Прекрати! — опешил я и попытался выбраться из её объятий, да куда уж там.

— А хорошо, что ты мелкий, они-сама — усмехнулась Шина и прижала меня к себе ещё сильнее — Теперь не выберешься, пока я сама тебя не отпущу.

— Это нарушение прав старших братьев! И вообще – оскорбление чести и достоинства!

— Не знаю такого закона, который запрещает мне вредного брата потискать.

— Отпусти!

— Нет.

— Почему?!

— Потому что могу.

Я тяжело вздохнул и окончательно перестал сопротивляться. А сам подумал, что всё-таки зря я таскал сестру с собой на каратэ, ибо теперь она сильнее меня стала. А поэтому я не смогу выбраться, даже если попытаюсь. Так-что пусть тискает, всё равно это будет не бесконечно.

Тем более мама уже тихонько смеялась, наблюдая за этим, а отец только покачал головой и продолжил заклеивать очередную коробку скотчем. Они тоже не видели в этом ничего плохого.

Прошла, наверное, почти минута, но Шина так и не отпускала меня. Даже больше - она только крепче прижимала меня к себе. А ещё её дыхание, которое мне постоянно напоминало мурчание кошки, изменилось и стало каким-то слишком ровным.

— Шина... — уже спокойно позвал я — Ну хватит. Мне тут стол ещё надо упаковать, а когда ты меня тискаешь я не могу это сделать.

Вместо ответа я услышал тихий всхлип. И это заставило меня мгновенно замереть. Потом последовал ещё один. Я попытался повернуть голову, но не получилось. Шина вжала своё лицо в моё плечо, и я ощутил кожей горячую влагу.

— Эй... — растерянно произнёс я — Ты чего?

Шина молчала ещё несколько секунд, пока её слезы капали мне на плечи.

— Теперь тебя постоянно рядом не будет... — пробормотала она — С кем я теперь буду играть в приставку? И кто теперь будем мне помогать готовиться к экзаменам? И в конце концов – с кем я теперь буду тусить, когда мне будет скучно?

Я окончательно перестал пытаться выбраться из её объятий. И только сейчас я понял, что всё это время думал лишь о том, как изменится моя жизнь. А о том, как она изменится для остальных, почему-то даже не задумался. А ведь для Шины мой переезд явно будет чересчур болезненным, раз у неё такая реакция.

— Дом какой-то пустой станет... Скучно будет... — бормотала она — И от тебя больше ворчаний не будет, если я очередную клавиатуру случайно соком залью …

Наконец Шина немного ослабила объятия, и я осторожно повернулся к ней. И пусть Шина давно выросла, сейчас передо мной снова стояла та самая маленькая сестрёнка, которую я когда-то носил на руках. Я положил ладонь на её щеку.

— Глупая... — улыбнулся я. — Я же не на другой конец Японии уезжаю.

— Всё равно — она покачала головой — До тебя теперь не дойдёшь за пять секунд...

— На электричке всего два часа.

— Это долго...

— Для Токио — вообще рядом. Я же не в Киото к дедушке уезжаю. И вообще – хватит плакать. Сама говорила, что ты теперь не маленькая девочка. Вот и соответствуй!

Она наконец подняла голову. Её глаза всё ещё сохраняли покраснение.

— Обещай, что будешь приезжать на выходных … Хорошо?

— Конечно — улыбнулся я.

— И не забудь! — сказала она, ткнув пальцем мне в плечо.

— Не забуду.

— И звони.

— Буду.

— И только попробуй игнорировать мои сообщения в Line! — сказала она, продолжая вытирать слёзы.

— Не рискну.

— Вот и не рискуй— сказала она грозно — Иначе я тебя вытащу из квартиры в воскресенье, и весь день буду заставлять ходить за мной по магазинам! Ты знаешь – я не шучу.

Мы посмеялись, а потом сестра взяла второй комплект инструментов и начала мне помогать разбирать мой стол. Жаль только помощь закончилась быстро – она себе палец ранила, когда «аккуратно» выкручивала очередной шуруп. Но я не злился, что у неё ничего не вышло. Но без наказания она всё равно не осталась. За то, что снова пыталась сделать всё "аккуратно" и в итоге поранила палец, щелбан по лбу получила сразу. А потом началось главное, как только возле нашего дома остановился небольшой грузовик транспортной компании.

Коробки постепенно исчезали из квартиры одна за другой. И только когда они все исчезли, я принялся за переноску компьютера. Отец лично проследил, чтобы системный блок аккуратно закрепили ремнями, а монитор завернули сразу в несколько слоёв защитной плёнки.

Последней вынесли большую коробку с новой кроватью, купленной всего два дня назад. Оставалось лишь собрать её и купить матрас. Это я решил сделать уже после переезда.

— Поаккуратнее с ним — проворчал отец, когда смотрел как грузчик закрепляет коробку с системным блоком.

— Хрупкий слишком? — улыбнулся он.

— Нет — строго сказал он — Это будущее моего сына, и оно должно быть в порядке.

— Понял шеф! — усмехнулся грузчик и начал закреплять коробку аккуратней.

Наконец грузчик проверил закрепление всех вещей, получил от отца плату и уточнил адрес, после чего сел и поехал. А я стоял и смотрел ему вдаль. Странное у меня было ощущение, словно вместе с мебелью и вещами машина увезла ещё и часть моей прошлой жизни.

Ко мне подошла мама и начала поправлять воротник на моей кофте.

— Мам... — улыбнулся я. — Ты же минут десять назад уже поправляла.

— Знаю — сказала она и ещё раз провела ладонью по моей голове — Так спокойнее, когда можно проверить ещё раз.

Следом подошёл отец. Он, как и всегда, ничего не сказал. А просто крепко пожал мне руку.

— Если что-нибудь понадобится — сразу звони.

— Хорошо.

— Не геройствуй.

— Постараюсь.

— И занимайся учебой, а не девушками! — строго сказал отец — На девушек у тебя ещё будет достаточно времени, а на учебу нет.

— Ты это мне говоришь? — усмехнулся я.

Он разжал рукопожатие, и я забрал свой рюкзак с нужными вещами с забора, после чего сделал шаг от калитки. Но сзади сразу-же раздался знакомый голос.

— Они-сама!

Я только успел обернуться, как Шина опять налетела на меня с объятиями. И только из-за забора я не встретился спиной с асфальтом.

— Ты же только что меня отпустила.

— Передумала.

— Опять плачешь?

— Нет... — она шмыгнула носом — Это... аллергия.

— На что?

— На старших братьев, которые бросают своих сестер!

Я тихо рассмеялся и обнял её в ответ.

— Всё будет хорошо. Да и, если вдруг что, то разрешаю заходить ко мне. Но не постоянно, а то попрошу родителей, чтобы они замок на двери в твою комнату установили, чтобы ты помимо прогулок ещё и учебой занималась.

— Вредина —наконец Юна отпустила меня и быстро вытерла глаза рукавом — Всё, тебе пора идти. А то ещё электричку пропустишь.

— Есть.

Я ещё раз посмотрел на родителей, на Шину. И на дом, в котором прожил почти всю жизнь. И глубоко вздохнув пошёл к станции. И там, когда, между нами, расстояние уже было достаточным, я развернулся и помахал рукой. Родители и сестра помахали в ответ и я, выполнив важное дело, развернулся и направился быстрым шагом к станции

Честно говоря, настроение было замечательное. Как и погода вокруг, и это не могло не радовать.