Жизнь как "Красная книга"

Глава 1

В воздухе витал резкий медицинский запах, уши резал периодически звучащий писк аппарата жизнеобеспечения. В помещении было светло, солнечный свет пробивался через окна не закрытые шторами, а белые стены только усиливали ослепляющий эффект от всеобщей белизны.

На единственной кровати во всей палате лежала девушка в кислородной маске, с двумя капельницами, по одной на каждой руке и перебинтованной головой. Вид её, надо сказать был удручающим, можно было даже отметить, что она выглядела устрашающе, и дело было даже не во внешности пациентки.

На вид ей было лет за двадцать и трудно было бы поверить, что девушка была совсем ещё подростком. Черты её лица были заострены и грубы, совсем как у взрослого человека, явно насмотревшегося в этой жизни всякого. А из-за гематом, проглядывающих на открытых участках тела, можно было прибавить ещё несколько лет.

Тёмные круги под глазами говорили о недосыпе, шрамы на костяшках рук показывали буйный нрав пациентки и наводили на возможную причину попадания той в больницу. Так же руки украшали немалочисленные светлые следы от лезвий, синяки, даже имели место гематомы.

Внезапно дверь палаты отворилась и в помещение зашла молодая женщина в белом больничном халате и с прицепленным на грудь бейджиком. Медсестра держала в ручке планшет с листами бумаги и ручкой. Она тихо подошла к лежащей пациентке, осмотрела её, затем обошла кровать и начала проверять показания аппаратов, и неспешно записывать.

Когда уже медсестра закончила запись показаний и, закрыв планшет с документами , собиралась удалиться, пациентка начала просыпаться.

Медработница подошла поближе к девушке, и правда - та пришла в сознание.

Голубые глаза пациентки, сощурившись, пытались открыться, но из-за яркого окружения это давалось с трудом. Но тем не менее, девушка всё же сумела полностью открыть глаза, и оглядеть место, в котором оказалась.

"Больница... Опять..." - пронеслось в сознании девушки.

- Вы нормально себя чувствуете? - осторожно спросила молодая женщина.

Девушка, поморщившись от боли в голове, кивнула, едва сумев выдавить:

- Д-да, нормально, - голос её прозвучал хрипло и грубо, как у какого-нибудь мужика.

- Вам нужно что-нибудь? Может воды? - спросила работница, положив планшет с бумагами на столик, рядом с кроватью.

- Было бы неплохо, - ответила девушка.

Медсестра кивнула и взяв с тумбочки стеклянный кувшин с водой налила стакан. Она помогла девушке сесть и протянула ей стакан, на что та благодарно кивнула и жадно выпила всю налитую жидкость.

- Полежите немного, я схожу за главврачом, доложу, что вы пришли в себя. - сказала женщина, убирая стакан на место, и захватив планшет, ушла.

Оставшись одна в палате, девушка выдохнула, тут же дотронувшись до перебинтованной головы, поморщилась от пульсирующей головной боли. Пациента оглядела себя и даже ужаснулась: замотанная в бинты, как какая-то мумия, и это даже не метафора. Она чувствовала под больничной сорочкой туго стягивающие её рёбра бинты. Всё тело невыносимо болело, настолько, что при каждом неосторожном слишком глубоком вздохе болели рёбра.

Буквально через минут пять-десять в палату зашёл главврач и та самая медсестра, которая застала пробуждение девушки.

Главврачом был Виталий Анатольевич, хирург и по совместительству лечащий её врач. Он был высоким пожилым мужчиной, с уже полностью седыми волосами, но при этом выглядящим максимум лет на сорок, вместо своих преклонных шестидесяти. Серые глаза смотрели на мир со строгостью, но при этом во взгляде прослеживалась странная мягкость, а его поведение напоминало в меру весёлого, но серьёзного человека.

- Как ваше самочувствие? - спросил доктор, поглядывая то на документы, то на пациентку.

- Нормально, - на автомате ответила та.

- Не могу не отметить, что вы частая гостья в нашем заведении, юная леди. - строго сказал врач. - Максим Даниловна, такими темпами вы доиграетесь до инвалидной коляски. В этот раз вы попали к нам с тремя треснутыми рёбрами, вывихом лодыжки, защемлением локтевого нерва, смещением коленного сустава и многочисленными синяками и ссадинами. Это очень серьёзно, тем более, если учитывать, что это не первые ваши подобные травмы. Вашей медицинской карты не хватает на такое количество травм. И я вынужден сообщить вам плохую новость: ещё одна-две серьёзные травмы - и вы можете ставить крест на своей карьере в качестве бойца на ринге. Я надеюсь, что вы меня услышали. Поправляйтесь.

После этих слов и врач, и медсестра удалились, оставив девушку наедине со своими не самыми радужными мыслями.

****

Максиму выписали через полторы недели нахождения в больницы, хотя, если бы сама пациентка не настаивала на скорой выписке, то ей суждено было провести в белых стенах ещё как минимум две недели. Лечащий врач не хотел выписывать девушку, и не только потому, что ей было положено восстанавливаться ещё какое-то время. Он был уверен, что та вновь появится в его палате дня через два с очередными травмами.

Виталий Анатольевич уже несколько лет знает Максиму как проблемного подростка, который постоянно попадает в драки, то и дело, получая травмы различной степени тяжести.

А медкарта девушки, которая пополнялась с каждым её появлением и становилась всё больше и больше, пугала его. И врачу даже казалось, что это пугало его куда больше, чем саму девушку. И признаться, мужчину это поражало: не каждый дворовой хулиган мог "похвастаться" таким набором боевых шрамов. Но эта девушка не была для главврача уличным хулиганом, он никогда не считал её таковой.

У них в целом были неплохие взаимоотношения, да и пересекались они довольно часто, если учитывать частоту попадания Максимы в травмпункт. Но помимо этого, часто случались встречи вне больничных стен. То могли быть случайные встречи, а могли быть встречи по какому-либо поводу.

Виталий Анатольевич не упускал возможности помочь девушке, как психолог, как её лечащий врач и как простой человек, он искренне желал её всего самого наилучшего, так что не отказывал, если той требовалась помощь.

Сама Максим была не против, что за ней присматривали, хотя она терпеть не могла тотальный контроль. Но к этому человеку было крепкое доверие, ибо он не раз выручал её и даже хранил в секрете причины многих её серьёзных травм, что не могло не радовать девушку. Ей явно не хотелось, чтобы кто-то знал, сколько травм она получила и из-за чего.

Максима почему-то уже при первом знакомстве прониклась доверием к этому врачу, хотя она сама по себе человек крайне подозрительный и недоверчивый.

****

...Вечер. Наконец подошла к концу рабочая смена и, Виталий Анатольевич неспешными шагами направлялся домой. Уже было темно, улицы почти пустовали, лишь изредка проходили компашки подростков, которые что-то громко и бурно обсуждали. По трассе периодически проезжали легковушки с играющей на всю округу музыкой, груженые фуры и, иногда мотоциклисты.

Мужчина шёл по тротуару слушая, привычный городской шум, который даже успокаивал. Успокаивал до тех пор, пока он не уловил посторонние звуки, то бишь голоса. Причём голоса звучали на повышенных тонах, срываясь чуть ли не на крик.

Искать источник звука не пришлось. Им оказалась шайка подростков, собравшаяся возле одной из многоэтажек. как раз возле той, куда и направлялся врач.

Пойдя ближе, он заметил, что это не просто сборище друзей, собиравшихся прогуляться и потусить. Группа, состоящая из парней, окружила высокую фигуру в тёмной одежде с накинутым на голову капюшоном толстовки. Разговор явно был не дружественным, ибо от этого сборища то и дело доносились голоса на высоком тоне.

Всё вроде было не критично, но это до тех пор, пока один из парней не начал замахиваться на человека. Однако удара от него не последовало, так как фигура подействовала на опережение и одним точным ударом под дых отправила соперника на асфальт крючиться от неожиданного удара. После этого завязалась драка.

Вся группа из человек пяти, не считая поверженного, ринулась на фигуру. Это действительно закончилось бы печально, если бы Виктор Анатольевич не крикнул:

- Молодые люди, прекратите немедленно или я вызову полицию!

Парни повернулись на источник голоса и почти сразу же принялись впопыхах разбредаться кто куда, словно муравьи. Сам же мужчина подбежал к тому, кто вызвал интерес у местной гопоты.

Какого же было удивление мужчины, когда этим объектом интереса оказалась девушка. Капюшон немного спал, а сама девушка держалась за нос, откуда текла кровь. Видимо один ударчик всё же был пропущен.

- Спасибо... - пробурчала девушка, держась за нос, пытаясь остановить кровотечение.

- Вам нужно быть осторожнее, здесь и не такие кадры бывают. А если ещё девушки замешаны, то простым избиением это не заканчивается, так что не стоит вам испытывать судьбу. - говорил врач, доставая из сумки бутылку воды и плотные медицинские салфетки, которые щедро полил водой, после чего приложил к носу пострадавшей.

Спустя пару минут кровь остановилась, и девушка свободно вздохнула. Впрочем, как и сам врач.

- Так что же заставило вас гулять в такое время суток? - поинтересовался врач.

- Это ребята из моей школы. Они хотели поговорить со мной, вот я и пришла. - развела руками девушка.

После всего произошедшего, мужчина только сейчас узнал эту девушку, то-то она показалась ему такой знакомой.

- Если не ошибаюсь, вы - Максим? - осторожно спросил Виктор Анатольевич.

Та на секунду замешкалась, не понимая, что конкретно нужно этому человеку. Ему от неё что-то нужно или он просто угадал её имя? Или может они виделись где-то, а она не запомнила его?

- А вам что-то от меня нужно? - тут же насторожилась девушка.

- Нет-нет, что вы, просто я как-то видел вас у нас в больнице, когда вы поступили к нам с вывихом руки.

Максим задумалась. Она действительно поступала в здешнюю больницу с вывихом, да и голос этого человека ей казался знакомым.

- Даа, я что-то такое припоминаю... Не ожидала вас встретить вне больницы... а.. - замешкалась девушка.

- Виктор Анатольевич.

- Не ожидала вас встретить вне больницы, Виктор Анатольевич.

- Я тоже не ожидал вас увидеть, но признаться ,я рад, что наша встреча произошла не в стенах больницы, - усмехнулся мужчина. На что девушка едва заметно улыбнулась уголками губ, чуть слышно хихикнув....

****

Прошло ещё полторы недели прежде, чем Максим получила долгожданную выписку из больницы. Виктор Анатольевич продержал девушку в больнице до тех пор, пока окончательно не уверился в полном выздоровлении своей пациентки.

Уже в девять часов утра девушка была полностью собрана и ждала в холле больницы своего отца, который обещал приехать и забрать её. Максим хотела покинуть больницу ещё вчера. Но Виталий Анатольевич был категорически против того, чтобы девушка добиралась до дома сама, так что ей пришлось ожидать приезда отца.

После двадцати минут ожидания в холл зашёл мужчина. Мужчине было на вид лет тридцать-сорок, высокий, с аккуратно уложенными тёмными волосами, строгость просматривалась в нём невооружённым глазом, об этом говорило всё, начиная от уверенной поступи и походки, заканчивая пронзительным взглядом.

Увидев своего отца, Максим поднялась с места и подошла к нему, а вслед за ней к мужчине подошёл и главврач.

- Спасибо, что присмотрели за ней, пока нас не было. - проговорил мужчина, протягивая врачу руку, на что тот протянул свою, ответив крепким рукопожатием.

- Не стоит благодарности, это моя работа. - сказал он.

- Ну что ж, я забираю её, ещё раз спасибо за работу, - в заключении проговорил отец девушки. Главврач кивнул мужчине, говоря, но обращаясь уже к Максиме:

- В следующий раз будь осторожна, Максим.

Девушка ответила кивком, и пошла вслед за отцом к выходу из здания.

Глава 2

По приезде домой, Максиму ждал допрос с пристрастием от родителей. Да, они могли спокойно расспросить врача о причинах попадания в больницу, но им было предпочтительнее услышать обо всём из уст своего ребёнка. Такие вот принципиальные родители были у девушки.

В свою очередь саму Максиму это не слабо так напрягало. Она понимала, что они её семья и что они волнуются за неё, но она не выносила такой тотальный контроль, который её преследовал, когда родители вспоминали о ней. А вспоминали они о ней довольно часто, особенно сейчас, когда Василиса - её старшая сестра, с которой у них разница в девять лет, уехала в другую страну.

Надо сказать, что старшая сестра Максимы всегда была в восхищении от путешествий, так что после окончания экономического университета она приняла решение заняться фрилансом и путешествовать, как и мечтала когда-то в детстве. Конечно, она всегда была на связи с семьёй, но приезжала в гости крайне редко, а приехать к ней не представлялось возможным, так как молодая женщина не имеет одного какого-то постоянного местоположения.

Так что теперь всё внимание родителей направлено исключительно на Максиму, к тому же она была наиболее проблемной в семье, потому что, что ни день влипала в передряги. К великому счастью самой девушки, многие её шалости и проступки остались вне поля зрения родителей, а это значительно облегчало жизнь.

У порога приехавших отца и дочь встретила мать – Александра Андреевна.

Она была женщиной среднего роста, чёрные волосы были собраны в высокий хвост, голубые, почти синие глаза с беспокойством оглядывали то Максиму, то её отца.

- Как вы, как доехали? – последовали вопросы от женщины.

- Нормально доехали, Саш, принимай своё дитятко. Мне и самому интересно, что такого в этот раз случилось, что ты опять оказалась в больнице. – ответил Даниил Максимович, отец Максимы. Мужчины разулся и повесив куртку на вешалку, прошёл в комнату, чмокнув жену в левую щёку.

- Пап, я же тебе говорила, что просто неудачно упала с лестницы, - закатив глаза, прокомментировала Максима.

- А я не знал, что можно удачно упасть с лестницы. – весело подколол девушку, мужчина, находясь в гостиной.

Александра Андреевна нахмурилась, глядя на свою дочь.

- Господи, это ж как надо было упасть с лестницы, чтобы загреметь в больницу? Горе ты моё, вот ни дня без приключений не можешь прожить, ей Богу. – всплеснула руками женщина, но последующие расспросы отложила на потом.

Пока мать возмущалась насчёт неаккуратности дочери, та шмыгнула к себе в комнату и плюхнулась на кресло, стоявшее возле рабочего стола, кинув пакет с вещами из больницы к подножью кровати. Девушка тяжело вздохнула, взявшись руками за голову, судорожно размышляя как быть.

В этот раз никто ничего не заметил, и вроде как всё самое страшное позади, но Виктор Анатольевич прав, - ещё пара серьёзных травм и конец. И конец настанет не только её карьере спортсменки, но и её репутации как таковой. А последнее звучит как-то не перспективно, к тому же проблем тогда не оберёшься.

Хотя какая в чёрту репутация, если один пропущенный удар будет стоить ей всего, что было нажито непосильным, почти адским трудом?

«Это нельзя так оставлять… Надо найти этих подонков и отделать их по полной программе, иначе этот случай может оказаться не единственным конфликтом с ними. Но нужно сделать всё тихо, иначе проблем станет ещё больше, а мне оно не надо… И вообще…»

Размышления девушки были прерваны пришедшим на телефон уведомлением о сообщении. Писал один из немногих друзей - Володя Крылов.

Они были и знакомы с первого класса, и по началу не очень ладили. По большей части из-за репутации Максимы как заядлой нарушительницы школьных правил, так как девушка не отличалась хорошей дисциплинированностью в учебном плане. Да и не будет лишним сказать, что с классом ей не очень повезло. Класс изначально состоял из не совсем адекватных ребят, которые даже в таком юном возрасте были теми ещё хулиганами.

И поначалу Володя боялся говорить с Максимой, и даже не столько из-за её репутации, а столько из-за своих проблем в общении. Из-за своей полноты паренёк он часто становился объектом для насмешек со стороны ровесников. Да и в те времена он был слишком стеснительным, чтобы начать беседу с кем-либо, а уже с девчонками и подавно.

Однако со временем они более-менее подружились и даже иногда гуляли вместе. Володя перестал шугаться девушки, особенно в моменты, когда её импульсивность давала о себе знать. И даже невзирая на все выходки девушки, Володя всегда был и остаётся на её стороне. Они всегда оставались на связи, даже после перевода Володи в другую школу, в то время как Максим решила отходить все одиннадцать классов в одной школе, вместо того, чтобы уходить после девятого класса в другую.

Сейчас парень писал ей насчёт её самочувствия, он был в курсе, что Максим попала в больницу и знал о её выписке.

"- Как ты себя чувствуешь после больницы?" - пишет Володя.

"- В целом неплохо, только приехала домой. Завтра уже пойду в школу, итак, немного осталось, а там уже летние каникулы, так что до выставления оценок мне лучше не прогуливать." - настрочила в ответ девушка.

"- Это хорошо. Слушай, у меня к тебе деловое предложение."

"- Заинтриговал, однако."

"- В общем, я начал неплохо так общаться с некоторыми ребятами из нашего класса, у нас тут даже компашка собралась. И я бы очень хотел вас познакомить, чтобы у нас была какая-никакая группа."

Уже на начале сообщения Максим не удержалась и закатила глаза. Она была из тех, кто очень даже неплохо общался с хорошо знакомыми людьми, но при этом просто ненавидел новые знакомства. И, когда речь заходила о знакомстве с кем бы то ни было, ей хотелось остаться дома и не выходить никуда, пусть она и не очень любила сидеть взаперти.

У девушки была масса причин не заводить новые знакомства: начнём с того, что она не очень любила людей в целом, а узнавая конкретного человека лучше и узнавая обо всех его "тёмных" сторонах, она ещё меньше желала продолжать общение с ним. Да и о себе девушка была крайне плохого мнения, и считала, что многие её привычки будут противны новым знакомым и они сами не захотят с ней общаться (что, кстати уже не раз происходило). Так что заново переживать такой унизительный опыт ей не хотелось.

"- Воля, ты же прекрасно знаешь как я ненавижу новые знакомства...." - раздражённо хмурясь, печатает девушка.

"- Знаю, но эти ребята не такие, как те, с которыми ты знакомилась раньше. Вот увидишь." - начал заверять её собеседник.

"- Ты так говорил почти все прошлые разы, да и откуда мне знать, что они не такие, как те подонки?" - лаконично поинтересовалась девушка.

"- Давай я накидаю тебе их фоток и расскажу про каждого? " - предложил Володя. -"Потом скажешь, если действительно не захочешь с ними знакомиться."

"- Ну окей, посмотрим сейчас на твоих"не таких, как те", потом уже подумаю, так и быть." - согласилась Максим, и временно отложила телефон в сторону, взявшись за собирание рюкзака на завтра.

Меньше, чем через минуту ей пришло первое сообщение от Володи.

В диалоге высветилась фотография девушки. Рост предположить было трудно, так как девушка сидела вполоборота к камере, сидя за школьной партой. Осветлённые волосы были подстрижены под длинное каре и быть чуть завиты, зелёные глаза смотрели не в камеру, а на кого-то сидящего с боку от фотографировавшего. Маленькое лицо имело едва заметные глазу веснушки на носу и щеках, тонкие губы были растянуты в широкой радостной, неподдельно радостной, улыбке. На ней было что-то из школьной формы, полностью описать было сложно из-за положения девушки, но на верхней части тела была надета белая рубашка с незамысловатой надписью на левом воротнике "fascino".

К фотографии прилагалось голосовое от Володи длинное чуть более полминуты.

Одев наушники Максим включила голосовое, продолжая рассматривать девушку на фото. В наушниках зазвучал тихий голос, который с нескрываемым энтузиазмом рассказывал о своей новой знакомой.

"Это Юля, в общем из того, что я узнал о ней, когда мы начали общаться, это то, что ей сейчас шестнадцать, она хорошо поёт, играет на гитаре, и даже училась в музыкалке, и кстати, окончила её на отлично. Из увлечений, насколько я знаю, она ещё пишет песни, стихи, раньше ходила на танцы. Что по характеру, то девчонка адекватная, общительная, весёлая, и главное - не против чёрного юмора. Я с ней говорил недавно, так что она будет рада с тобой познакомиться."

На моменте про чёрный юмор Максим хихикнула, не сумев сдержать улыбку. Вот что-что, а чёрный юмор для неё это святое, и если человек не любит и не выносит такое, то она вряд ли сможет с ним сдружиться.

" Ну хорошо, пока особых подозрений эта Юля у меня не вызывает." - заключила Максим, начиная печатать ответ.

"- Лааадненько, кандидатура этой твоей Юли подозрений у меня пока не вызывает, так что одобрено."

"- Я очень рад. Ну что ж, сейчас следующий "кандидат" будет ожидать вашей оценки." - почти сразу пришло сообщение от Володи.

Максим уже успела собрать портфель на завтра, а просто ждать и плевать в потолок было невыносимо скучно, так что девушка достала из нижнего ящика стола свой скетчбук и принялась за рисование.

Спустя пару минут пришло ещё одно фото с описанием. Опять девушка.

Максим не могла непостебаться, так что даже не читая ничего записала другу голосовое:

- Боже мой, Володя, у тебя там гарем, что ли? Так бы и сказал, что кто-то нравится и тебе нужно помочь с выбором. - задорно проговорила Максим, смеясь вполголоса.

Ответ пришёл почти сразу же после прослушивания голосового, в наушниках зазвучал смеющийся, но при этом несколько возмущённый голос парня:

" Не смешно, и нет тут никакого гарема, просто я сижу в окружении девчонок. Кто же знал, что мы начнём так хорошо общаться?!"

Максим не удержалась и прыснула со смеху: её всегда забавляла такая резкая импульсивная реакция друга на подобные слова. Чуть успокоившись девушка включила голосовое и начала слушать, разглядывая фотографию.

Чуть приглядевшись Максим поняла, что на фото не один человек, а два. Две девушки.

Это фото также было сделано в классе, так как помещение, в котором они находились было похоже на школьный кабинет. Одна девушка сидела за партой, а рядом стояла другая девушка, облокотившись руками о парту. Первая, которая стояла была довольно высокой для девушки, даже будучи немного наклонённой вперёд. Длинные, до пояса, распущенные русые волосы обрамляли круглое лицо. На прямом носу располагались очки для зрения, из-за очков было трудно разобрать цвет глаз, так как стёкла отражали свет ламп, да и волосы закрывали небольшую часть лица. Губы были приоткрыты, скорее всего девушка разговаривала на момент съёмки.

Вторую же девушку разглядеть было почти невозможно из-за положения её тела: она сидела за партой, но при этом повернувшись корпусом так, что была спиной к камере. Разглядеть можно было только очертания фигуры, пусть и со спины, тёмные волосы были собраны в высокий хвост.

"Та, что стоит это Алиса, я сижу с ней. Ей шестнадцать, весёлая девчонка, может списать на любой контрольной, вот реально. В целом, спортивная, хотя иногда не прочь выпить чего-нибудь крепенького. Правда спорить с ней часто бывает бесполезно, так что заранее предупреждаю - не спорь с ней, больше нервов сохранишь."

"Другую зовут Саша. Она наша ровесница, но при этом самая младшая из нас. Постоянно слушает музыку, занимается фотографией и довольно неплохо рисует. Умеет поддержать разговор, всегда поможет и подскажет, если что-то случается плохое."

После прослушивания голосовых и разглядывания фотографий, Максим задумалась.

"Никто из этих людей не вызывает у меня каких-либо подозрений, они очень даже ничего. Я не знаю как они отреагируют на меня, но попробовать стоит. В конце концов, что я потеряю, если попробую?"

Глава 3

Оставалось всего пара каких-то жалких недель до начала летних каникул. Это был тот период, когда оценки уже были по большей части выставлены, а в школе сидели только заядлые ботаники, те несчастные, кого погнали против воли просиживать штаны, и, разумеется, учителя. Последним, к сожалению, везло не так сильно, ведь каникулы у учителей начинаются только с середины лета, да и длятся они от силы месяц.

Кто-то из учителей придерживался позиции, что пока учебный год не окончился учиться нужно, не покладая рук, а кто-то, более лояльный, входили в положение учеников и позволяли валять дурака.

По правде говоря, этот период трудились только девятиклассники и одиннадцатиклассники, ибо им предстояло в конце учебного года писать важные экзамены, к которым им нужно было старательно готовиться. Остальные же либо просто не появлялись в школе, по каким-то своим причинам, либо сидели в душном классе и занимались чем угодно, только не изучением нового материала. Это были вполне нормальные ситуации для всех школ, кроме совсем уж строгих лицеев и академий.

Погода стала просто прекрасной: солнышко ярко светило, грело, что даже становилось жарко, и ты волей-неволей начинал обливаться потом. Небо было ослепительно синим и не было ни единого облачка, которое закрыло бы солнце. Но почти никто не жаловался на это, ведь многим не хватало солнца.

В этом году зима очень не хотела уступать место весне, и снег до последнего оставался на дорогах, не желая таять. Был даже случай, в другой части города, что в начале апреля пошёл снег. Да, он не оставался и почти сразу же таял, стоило ему только коснуться земли. Но сам факт того, что в апреле пошёл снег, пусть даже такой лёгенький, вызывал улыбку и удивление.

Но уже был конец мая, и никакого снега быть не могло, да и солнце, и полное отсутствие облаков, не позволило бы.

Солнце палило нещадно, тем не менее, до летнего тепла ещё было куда расти, но сейчас этого было более чем достаточно, чтобы все сменили уличную одежду. На смену лёгким весенним курткам, тёплым штанам и сапогам, пришли бриджи и шорты, кроссовки и майки, и, разумеется, кепки.

Настроение людей тоже претерпело изменения: взрослые были, конечно, более скептичнее в плане «летних каникул» и «летнего настроения», но тоже по-своему были рады приходу лета, пусть на их рабочий график это почти не влияло. Дети же в зависимости от возраста по-разному реагировали на конец учебного года. Ребятня, которая училась в младших и средних классах, могла себе позволить отдыхать уже в середине мая. На площадках уже было много детей, все резвились, как могли: кто-то набрал достаточно людей и на футбольном поле начали настоящий футбольный матч; другие играли в привычные для нас догонялки, пятнашки; третьи же приучившись к телефонам, собирались своей стайкой, играя или обсуждая свои любимые игры. Ну, как говорится, каждому своё.

Другое дело – одиннадцатые и девятые классы, которые пишут летом экзамены. Иными словами, начало лета для них предвещало начало экзаменов, поступление и прочие не самые весёлые мероприятия. Уж, этим-то людям явно не до веселья и прогулок во дворах.

Единственные старшеклассники, которые могут так же свободно, как и младшие ученики, отдыхать, - это десятиклассники. Их единственной заботой были переводные контрольные, которые были успешно написаны ещё в начале мая. А раз уж контрольные написаны успешно, и годовые стоят, то можно без зазрения совести не ходить на уроки, отделавшись запиской от родителей имевшей название «по семейным обстоятельствам».

Одной из таких везучих учеников была Максим. После успешных контрольных и вполне неплохих оценок в табеле, её родители были не против того, что их дочь не ходит на уроки. Они без труда вошли в положение дочери и написали-таки ей ту несчастную записку, чему девушка была рада. Эта записка давала ей свободное время, которое он могла провести наедине с собой и своими хобби.

К тому же, Максим не горела жжение проводить последние учебные дни среди не самых приятных ей людей. Одноклассники девушке достались максимально отбитые, и это не преувеличение. С самого первого года обучения Максимы в этой школе её класс всегда был примером проблемного класса. И это были не просто слова недовольных учителей, а самой что ни на есть правдой.

Мальчишки из её класса были теми ещё хулиганами, которым нечем занять тупые головы и кривые руки, из-за чего школа частенько попадала в сложные ситуации.

****

Была середина уже уходящего учебного года, все учились, находясь в своих кабинетах. В коридорах было тихо и пусто, лишь изредка проходили учителя или дежурные ученики. До тех пор, пока один из учителей, к слову, один из самых строгих – завуч Лариса Григорьевна Селезнёва.

Женщина преклонного возраста, которая чуть ли не полжизни проработала в этой школе. Для учителей, она была учителем русского и литературы, а так же психологом с большим стажем работы. Стоит отметить, что к преподаванию своих предметов Лариса Григорьевна относилась крайне дотошно, и зорко следила за выполнением домашней работы, успешно пресекала любые попытки списывания на своих уроках и вообще была строга ко всем. Хотя, справедливости ради, стоит сказать, что она ко всем относилась одинаково и не имела любимчиков, что, несомненно, говорило, о её непредвзятости.

Но наличие непредвзятости не гарантировало ровным счётом ничего, ведь ко всем она была строга и требовала сполна. А уж, если ты каким-то образом навлёк на себя её гнев, – спасения тебе не найти. Ко всем нарушителям она относилась ещё ригористичнее, чем к «простым смертным», так что мало кто безобразничал, когда она присутствовала в школе.

Но в этот раз безобразникам не повезло, и на их беду Лариса Григорьевна всё-таки была на рабочем месте.

В обязанности женщины также входила проверка технических помещений и ученических туалетов. Это стало дополнительным обязательством, которое было возложено на её плечи из-за опасений директора. Последний был уверен, что многие ученики просиживают уроки в туалетах. Скорее всего, чтобы просто прогулять урок или не пойти на какую-нибудь контрольную.

Вот и сейчас Лариса Григорьевна добросовестно обходила все помещения. Она редко заходит в туалеты учеников, так как не может зайти в, например, мужской, так что обычно совершала обходы с физруком или трудовиком. Но не в этот раз, так как оба были на своих уроках, так что сегодня женщина совершала обход одна.

Она уже обошла женский туалет и технические помещения в левом крыле, и теперь направлялась в правое крыло, где располагался уже мужской санузел. Да, это было несколько непрактично, но сделать что-то с этим можно было, только сделав ремонт во всей школе.

Обычно завуч обходила стороной мужской туалет стороной, считая неэтичным заглядывать ей, женщине, в мужской туалет. Так она хотела сделать и в этот раз, если бы не заметила под чуть приоткрытой дверью лужу воды.

Почти не думая, женщина почти распахнула дверь и, даже не сделав, шаг, отшатнулась: весь пол был залит водой, едва-едва не переливаясь в коридор, от этого спасал только невысокий порожек.

Завуч даже не знала, как реагировать на это, потому что она раньше не видела такого. Сколько она тут работала, здесь никогда не прорывало трубы, всё было сделано на совесть, она сама это контролировала и за всем следила.

«Неужели прорвало трубу?! А если во всех туалетах такое плохое сантехническое оснащение?!»

Преодолевая некую брезгливость, женщина зашла в туалет и прошла к кабинкам, глянув в кабинки, она чуть не упала на месте. И нет, не из-за воды на полу, на самом деле вода на полу стала наименьшей из её проблем.

Картина, которая предстала перед глазами , было сложно представить в любой другой ситуации: все три кабинки были открыты нараспашку, а один из унитазов был разломан в клочья, в прямом смысле. От него осталось только крупные куски, отколовшиеся от них более мелкие осколки и кругом вода, много воды. От самого унитаза почти ничего целого не осталось, даже бачок, сделанный из прочной сантехнической керамики, тоже не остался в целости.

Понимая, что это явно не произошло само по себе, женщина начала невольно перебирать в голове возможных виновников сего инцидента.

Почти сразу же ей на ум пришёл крайне проблемный класс, причём он был единственным настолько неуправляемым классом за всю историю школы, - десятый "Б".

Лариса Григорьевна в тот день была зла, как никогда раньше. Разумеется, она, чуть ли не по всем классам прошлась, чтобы выяснить, чьих рук это дело, однако с самого начала было понятно, кому хватило смелости на хулиганство такого масштаба. Оставалось только понять, кто был зачинщиком всего этого беспредела.

Никто по итогу так и сдал зачинщика, так что на ковёр к директору был вызван едва ли не весь десятый "А". Не весь, потому что в хулиганстве были обвинены только мальчики, всё-таки девочки вряд ли зашли бы в мужской туалет.

Эта история закончилась тем, что родители всех мальчиков скидывались на ремонт туалета, и ещё мужской санузел на третьем этаже заработал только через две недели.

****

У Володи же дела в школе обстояли несколько иначе, так как учился он в другом учебном заведении. Его школа была куда проще в плане правил, они безусловно были, но за их следованием следили крайне редко, да и то, спустя рукава. Но такие недоразумения случались в основном по части внешнего вида, зачастую были проблемы со школьной формой, которую большинство учеников попросту игнорировали. А по части учебного процесса всё было на среднем уровне.

В МБОУСШ № 9, разумеется, имелись строгие и компетентные учителя, с усердием выполняющих свои обязательства.

Володе куда больше повезло с классом, чем той же Максиме, и не только с одноклассниками, но и с учителями. В этой школе были по большей части хорошие и адекватные учителя, некоторое были чуть строже, но сильно не "прессовали" по учёбе.

Конечно, класс Володи был полон весёлых ребят, особо заводных индивидуумов, время от времени творящих мелкие хулиганства. Но это были какие-то максимально безобидные розыгрыши, которые не имели серьёзных последствий.

Десятый "А" был не слишком активен в плане школьных активностей: никто не рвался участвовать в каких-то мероприятиях, конкурсах, максимум, если выбора не было и участие являлось обязательным, то кто-то, да соглашался. Оценками класс тоже не выделялся, отличников в нём не было, хорошистов можно по пальцем одной руки пересчитать, троечников же была добрая половина класса, к этой части относился и Володя.

Но больше всего, как считал Володя, ему повезло с классным руководителем - Елизавета Витальевна. Она была учителем русского языка и литературы, и не смотря на свой преклонный возраст, была прекрасным педагогом. Её умение быть с учениками на одной волне поражало даже молодых преподавателей, которым наоборот должно быть проще понимать молодёжь.

Женщина без труда доносила до детей свои предметы таким образом, что они не вызывали у учеников желания выкинуть учебники в окно. Многие, обучаясь у неё, научились искренне любить чтение, ну, а если не любить, то нейтрально относиться к литературе и не плеваться от одного упоминания Достоевского или, прости Господи, Островского. Для Володи такой учитель был просто навес золота, особенно, если он невольно вспоминал прошлых преподавателей.

В отличие от Максимы, Володя не сумел убедить родителей написать записку в школу, и ему пришлось просиживать в школе штаны до самого последнего учебного дня. Но парень не сказал бы, что это было ему в тягость, да было скучно, ведь на уроках они занимались ничего не деланьем. Однако такие моменты скрашивали девчонки, с которыми он познакомился и его одноклассник, с которым были хорошие отношения буквально с самого перевода Володи в этот класс.

В такой компании последние школьные будни прошли просто с молниеносной скоростью, и никто не успел опомниться, как этот учебный год подошёл к концу, и начались всеми желанные летние каникулы.