Живой как жизнь 2

Пролог.

От автора. Вторая книга серии. Книга является фантастическим произведением не имеющим ничего общего с реальоностью. Кроме некоторых законов и обычаев распространённых в Поднебесной, при владычестве манчжурской династии Цин.

* * * * *

Катана, описав дугу и на мгновение сверкнув на солнце сталью, с хрустом врубилась взагорелую шею .

Ичиро знал, что нужно смотреть на отрубленную голову , которая после удара армейского меча, пролетела красивую кривую , упала в жёлтую пыль дороги и весело размахивая короткой косичкой покатилась на обочину. Знал , но смотрел на шею, из которой фонтаном ударила кровь.

Тело китайца, брошенное на дорогу солдатами, дернулось несколько раз в луже крови и засучив ногами затихло.

Ичиро Оэда, поручик императорской армии Ниппон, продолжал задумчиво смотреть на шею казнённого китайца. Алая кровь уже не била фонтанчиком , а бежала на землю небольшими толчками. Сама шея стала тоньше, из неё показался на пару сантиметров, бело - красный, перерубленный наискосок позвонок.

Ичиро перевёл взгляд на капитана Такэду, который с деловым видом вытирал катану.

- Тащите следующего, - закричал сержант Одзава солдатам и повернувшись к Ичиро почтительно спросил, - Господин поручик, а вы не желаете отправить пару мерзавцев на перерождение ?

- Спасибо, Одзава - сан, но я откажусь.

Сержант молча поклонился. Подозревать в слабости духа поручика Оэда, старому вояке не приходило и в голову. Поручик на деле доказал свою храбрость. А вот капитан сразу невзлюбил нового офицера.

- Видимо Оэда - сан опасается, что рука у него настолько счастливая, что разбойники - ханьцы станут после перерождение подданными Божественного Тэнно , - сказал капитан .

Солдаты рассмеялись. Но рассмеялись просто из вежливости . Нового поручика опасались. Мало того, что его семья принадлежит к клану Фудзивара, так он ещё и колдун - оммедзи. Шептались, что он являлся учеником Фумико Ямада, известной кицунэ из Эдо. А некоторые шептались, что и любовником. Но милостью императора, нет больше в стране Ямато прибежища демонам, так что слухи остались слухами, не получив подтверждения.

Не улыбнулся лишь сержант. Он любил императора и упоминать божественное имя Тэнно в шутках, ему казалось кощунством.

Из - за поворота дороги, поднимая сапогами мелкую жёлтую пыль выбежал один из солдат боевого охранения.

- Нам навстречу движется отряд гайцзинов, - доложил он капитану. - Северные варвары из Дурацкой страны.

- Почему вы так решили, - голос капитана был спокоен.

- Казачья форма на некоторых из них.

Глава 1.

Конец февраля в этом году, по словам старых жителей Белокаменной выдался на редкость суровым. Температура воздуха падала до минус тридцати пяти, а когда случилась небольшая оттепель, то снег валил несколько суток как сумасшедший и дворники, одетые в длинные бараньи тулупы выбивались из сил, очищая дворы и подъезды к особнякам.

Улицы чистили только центральные, а на остальных снег просто укатывался санями, возками и каретами знати, переставленными по зимнему времени на полозья.

В одной из комнат в здании Азиатского департамента МИД, где нас, будущих участников экспедиции, сегодня собрали, было жарко натоплено. От огромной круглой кирпичной печи, стоящей в углу прямо таки шёл жар. Но все участники экспедиции, в подавляющем большинстве одетые в мундиры различных ведомств, даже не помышляли расстегнуть хотя бы одну пуговицу.

Сидя за большим овальным столом, мы слушали статского советника Пименова, который рассказывал нам о задачах и целях экспедиции.

* * * * *

О задачах и целях я слушал вчера, в усадьбе Шишебольцево. Ставил задачи и разъяснял цели экспедиции в Поднебесную мне, лично Витовт Кейстутьевич, один из старейших и самых арторитетных и уважаемых личей империи. Я даже подозреваю, что руководитель местного "глубинного государства ".

Почему он тратил своё время на меня, некроманта - недоучку? Скорее всего из суворовского принципа, гласящего, что каждый солдат должен знать свой маневр.

- Поедешь с совместно с Учено - торговой экспедицией Русского Географического общества, - хриплым голосом говорил он . - Но ты, несмотря на то что числишься помошником фотографа экспедиции, ещё и являешься фельдегерем Государя.

По стенам небольшой уютной комнаты с угловым горящим камином, плясали тени от горящего огня. Сам лич, лежащий на бархатной бордовой подушечке, был на этот раз без любимой старинной мисюрки и блистал желтоватой костью черепа.

Я , одетый в серый гражданский костюм, пошитый из габардина, сидел за длинным деревянным столом с точеными ножками, в полированной столешнице которого, отражались огни свечей небольшой кованной люстры.

Витовт Кейстутьевич, находился напротив меня. Его, лежащего на подушке, держал в своих лапах огромный бурый медведь. Морда зверя ничего не выражала, но в маленьких глазках то и дело проскакивало хищное выражение.

- Завезешь кое какие дипломатические бумаги в Ургу, нашему консулу, получишь у него отчётов местных событиях. Затем в Бейцзин, в нашем посольстве отдашь бандероль послу в Поднебесной, господину Кудрявцеву. В документах послание от императора к тамошнему богдыхану, о создании компании по совместной торговле между странами, - Витовт Кейстутьевич вздохнул. - Только бессмысленно это всё. Там Поднебесная, а здесь северные варвары... Разговаривать с нами будут, а результатов никаких не жди ...

- Княже, - обратился к личу я, - но ведь у нас тоже самое. У нас Император Всероссийской, а у них просто богдыхан.

- Это другое, - рассмеялся лич. - И император у нас один. Других нам не надо. Ха - ха... А вот теперь я озвучу настоящую цель экспедиции ...

Я подобрался.

* * * * *

- Помимо сбора зоологоческих, минералогических и этнографических сведений, на экспедицию возлагается обязанность проведения топографической и по возможности гидрографической съёмок, - статский советник Пименов прервался, отпил воды из стакана и продолжил. - Господа, возможно будет заключён новый торговый договор между Российской империей и Поднебесной и поэтому я надеюсь, что вы придожите все свои знания и умения. За вами пойдут торговые караваны, господа ... А там глядишь и рельсы железных дорог вскоре будутпроложены ...

Я слушая статского советника, одними глазами оглядывал собравшихся. Руководителем экспедиции был назначен капитан Алексей Михайлович Соснов, служивший до этого адьютантом штаба войск Семипалатинского гарнизона. Заместителем у него числился штабс - капитан Борис Петрович Веселовский, бывший штатный топограф штаба Западно Сибирского военного округа.

Доктор Иоахим Засс, был почти гражданский. Закончив медицинский факультет Университета в Белокаменной, доктор служил в казанском военном госпитале. Маг - целитель. И в добавок фотограф.

Владимир Иванович Урусов, мой хороший знакомый, можно сказать что и подельник, одетый в мидовский мундир, в составе экспедиции числится художником и этнографом.

Я, Ажинов Иван Петрович, ученик архимага - некроманта. Подпрапорщик Государевой Фельдегерской службы. В экспедиции буду исполнять обязанности помошника фотографа . Плюс мои умения как некроманта. Пускай и небольшие.

* * * * *

- Так вот, - в глазницах черепа лича сверкнули багровые искры, - договор о торговле будет обсуждаться долго и закончится скорее всего ничем. Но торговать и развиваться стране надо...

Лич помолчал и продолжил :

- Мы тут с твоим учителем посовещались, и подумали, а не основать ли нам, частным образом, свою торговую компанию, наподобии английской Ост - Индской.

Я старался контролировать выражение лица, но старый лич всё понял.

- Не кривись. Понимаю что название какое-то затасканое... Придумаем что нибудь получше. У тебя какой-то вопрос?

- Да, княже, - ответил я. - Наша империя собирается расширяться?

- Не дай нам боги, - проворчал лич. - И так земли хватает. Только протектораты. И то в лучшем случае . А чтобы компания лучше развивалась, пайщиками , помимо купцов будут и некоторые правители государств.

- То есть, княже, компания будет платить дивиденды?

- Будет, - твердо сказал лич. - А то получится как с Русско - Американской компанией. Нет дивидендов, нет и купцов, а чиновник работать не хочет... Как с поросёнка : визгу много, а шерсти мало. Компания будет принадлежать Совету личей... Да, будет и такой. Нас на всю империю четверо, как нибудь договоримся.

- Княже, а если правители не захотят стать пайщиками?

- Захотят, - вздохнул Витовт Кейстутьевич. - Придётся.

Он помолчал и добавил :

- Англия, со всякими там Франциями и Бельгиями обидится, но это мы как нибудь переживём. К полномасштабной войне они не готовы. Так вот, ваша с Урусовым задача узнать подробнее о торговых и военных делах европейцев в Поднебесной. Они там хорошо успели окопаться ... И ещё надо будет передать одному моему старому знакомцу письмо... Это иезуит , отец Диего. Проживает в иезуитской миссии в Бейцзине.

Я удивлённо взглянул на древнего лича.

- В крещении меня зовут Александр, - проворчал Витовт Кейстутьевич. - Пришлось тогда крестится. На помощь от церкви надеялся, даже Крестовый поход против Орды устраивал. М- да... Я же сначалав православие принял... Сначала всё гладко было , а потом византийцы за помощь слишком много потребовали , хотя от Византии к тому времени одно название, да земли вокруг Босфора только и остались ... Пришлось мне ревностным католиком становится ... Римский папа в те времена большим авторитетом в Европе был . Королей с императорами судил бывало...

Лич усмехнулся и продолжил:

- Только хрен редьки не слаще. И вернулся я опятьк вере предков. Но связи с тех пор остались...Совет тебе дам - со служителями культа, любого, не связывайся, потеряешь больше чем приобретешь...

Я во время речи Витовта Кейстутьевича несколько раз рефлекторно кивнул головой соглашаясь с ним и это было замечено.

- Не веришь , значит ? - ворчливо спросил лич.

- Я ученик некроманта , княже , - ответил я.

- Ну, а как к государю относишься ? - каким-то шипящим змеиным голосом произнесло древнее существо, глядя на меня багровыми глазницами черепа.

- Ты же сам видишь, княже, что творится , - рискнул я.

- Я с тобой беседу веду только потому что ты присягу не принял , - продолжал шипеть лич , - а то и говорить было-бы не с кем ... Повезло тебе , что руководство "Училища" решило сор из избы не выносить ... Четыре кадета присягу не приняли , а это ЧП , а может быть и служебное несоответствие ... Никто карьерой не решился рисковать... И это в "Училище " ... Так что я вижу что творится , и даже вижу кто виноват , а вот что делать , мы с тобой сейчас поговорим ...

- Княже, разреши вопрос задать, - начал я . - Ты вот про служителей культа мне говоришь, а сам к иезуитам за помощью толкаешь...

- Ты слышал про " Чёрную легенду " ?

- Это как англичане про испанцев слухи распускают , один страшнее другого?

- Да, - проворчал лич, - здесь во многом та же история. Иезуиты во многом ученые - социологи, интересующиеся механизмами управления общества и государства, часто лишь для вида являющиеся священниками. А где многие знания, там многие печали... Они же не просто знания копят, а влиять на государства и правителей пытаются , а какому местному царьку это понравится...

Я таких слов от существа бывшего при жизни Великим князем не ожидал.

- Что сидишь по стойке смирно? - ехидно спросил лич. И коверкая простонародный говор продолжил, - Спужался поди ?

Я молча кивнул головой. А какой смысл отрицать...

- Доверять , а тем более идти на поводу иезуитов не стоит, - продолжил Витовт Кейстутьевич, - но как союзники они хороши. Знаешь почему?

- Нет, - ответил я , пытаясь понять куда сворачивает наш разговор.

- Своими попытками построить справедливое общество, - ещё раз удивил меня лич.

Я в своём мире знал о двух таких попытках. Первая попытка - это Польша, вернее Речь Посполитая. Если взять вольный перевод с латыни - то просто Республика. Погибла из-за фантастического гонора польского панства. Восстание Хмельницкого, это уже симптом, а не причина.

Вторая попытка - это Парагвай. Страна практически уничтоженая Бразилией, Аргентиной и Уругваем на американские и английские деньги. Война практически спонсировалась Лондонского Банка и банкирским домом Ротшильдов. А страна была интересная: бесплатная медицина и образование, низкие налоги , земля в общественной собственности, производство и судостроение...

В результате войны, а война со стороны Парагвай была народная, сражались и женщины и дети, жителей уцелело всего 220 тысяч человек. Промышленность и сельское хозяйство были полностью уничтожены. В тридцатые годы двадцатого века Парагвай попытались добить, но помешал белоэмигрант генерал Беляев, создавший из местных индейцев партизанские отряды, и страна устояла.

- Мы будем строить справедливое общество? - скептически спросил я.

- Я знаю что ты жил в таком обществе, пускай косном , далеко не идеальном , но всё же ...- сказал лич. - расскажи мне про него.

Я вздохнул и принялся рассказывать. От чего ушли, как шли и к чему пришли. Витовт Кейстутьевич долго молчал, потом вздохнул и сказал:

- Буду думать, одно ясно - половину ваших людей начальных, смело вешать можно было . Как предателей. Как впрочем и здешних... Ладно, продолжим : что ты слышал об античных городах?

- Это где по мысли тогдашних философов, даже у самого бедного горожанина должно быть не менее трёх рабов?

- Нет, - лич полыхнул багровым огнём, - это где каждый гражданин вооружён.

- Немного, - сказал я , - но достаточно чтобы понять, что когда гражданин вооружён, всё решает не государство, а альтинг, совет или шура...

- Правильно, - довольным голосом произнёс лич. - Видишь ли , всякое государство подвержено разложению и со временем начинает жить только для себя.

- Княже, а зачем тебе это всё? - спросил я, стараясь понять логику лича.

- Поверишь ли , - лич вздохнул, - людей жалко. Простых таких людей. Но если не веришь, считай это такой способ достичь мирового господства. Я же лич, а значит жить буду долго и счастливо. И ты когда станешь архимагом, Фульгур говорит что все задатки есть , а потом умрёшь, станешь личем. И я жду тебя в качестве лича, в том самом совете....

Беседовали мы долго, и про всеобщее образование и про бесплатную медицину... Лич в течении года обещал составить что-то типа плана, ну или декларации.

- Княже, а ты опыт Швейцарии не рассматривал? Народ вооружён, государство практически отсутствует, люди живут неплохо...

- Интересно, - сказал лич. - И холодно также как у нас.

- А где эксперимент будем проводить?

- На землях компании . Не в России же, - проворчал лич.

- Для этого нужна экстерриториальность.

- Добьёмся.

* * * * *

- Ты в курсе того что твой учитель ищет своих потомков? - спросил лич когда я уже собрался уезжать.

- Да, - ответил я. - Но пока безуспешно.

- А я вот нашёл. Живут в Суджоу. Так что после визита ко двору богдыхана, тебя ждёт отдельная поездка. Потомков привезёшь в Белокаменную.

- Княже , а учитель в курсе? - поинтересовался я.

- На днях скажу. Сам хочу обрадовать. И с начальником экспедиции решим. С ними поедешь только до Бейцзина.

- А почему, потомки эти, должны со мной ехать? - усомнился я.

- В Поднебесной очень почитают предков и если приказывает прапрапрадедушка , то слушаться надо не раздумывая, - лич вздохнул. - А не то что...

- Княже, а много родни?

- Да не особо, - проворчал старый лич.

* * * * *

Фульгур, получив известия о находке своих потомков был просто счастлив.

В нашем новом жилище он потихоньку отжал для себя отдельный флигель, расположенный возле паркового пруда и не спеша оборудовал в одной из комнат алхимическую лабораторию. Вернее, архимаг только руководил закупкой оборудования и алхимических реактивов, а всю физическую работу он свалил на меня, как на своего ученика. Я ездил со списком выбирать и дозаказывать в стекольной мастерской лабораторную посуду, заказывал у медника небольшой аламбик, списывался с представителем фирмы " Carl Zeiss," заказывая новейший микроскоп со светофильтрами, а сколько крови мне попортил монтаж вытяжного шкафа ...

Всем этим приходилось заниматься в свободное от службы время, от неё меня никто не освобождал. Под Рождество мне дали моё первое здесь звание. Теперь я подпрапорщик. Получение звания отметил в кругу сослуживцев. Поздравить меня зашёл и исполняющий обязанности руководителя нашей службы полковник Парада.

- Нашего полку прибыло ! - произнёс он первый тост.

Как говорил один из самодержцев: " Пили дружно, пили хорошо ".

Дома пришлось тоже накрывать стол. Дед меня долго и многословно поздравлял, Архип Павлович и Фульгур не отставали.

Так вот о Фульгуре ... Узнав о нахождении своих потомков, лич развил бурную деятельность. Он принялся скупать ювелирку, так как его прямыми потомками оказались две жительницы города Сучжоу, возрастом лет шестнадцати. Близнецы по именам Цзайхуо и Цзайнян. Имена девушек очень напрягали. Назвать своих детей Несчастьем и Бедствием для нормальных родителей было бы несколько странно.

Но вскоре архимага отпустило и он начал планомерно, а не суетясь помогать собирать меня в экспедицию.

Фумико узнав имена близнецов долго смеялась, а потом сказала что они должно быть ещё и страшные.

- С чего ты взяла? - спросил у неё я , когда мы в очередной раз гуляли по городу.

- Они уже старые, как я, - усмехнулась Фумико. - Им уже по шестнадцать, а они до сих пор не замужем.

Сколько лет самой Фумико я не знал, а спрашивать... Сами понимаете. Захочет, скажет сама.

- Ну значит тебе не о чем переживать, - улыбнулся я.

- А я не переживаю, - лицо Фумико раскраснелось от мороза, а глаза улыбались. - Даже если я решу, что ты всё таки человек, то своих конкуренток я просто съем. Хотя на пару страшных я согласна.

Кицунэ заливисто рассмеялась.

* * * * *

В последний день февраля, участники экспедиции собрались на небольшом военном аэродроме расположеном возле деревеи Быково. Гигантский серый корпус грузового дирижабля с номером Д - 22 , застыл над нашими головами упершись носом в причальную мачту.

Грузы экспедиции были загружены в гондолу загодя, с родней и друзьями мы попрощались дома. Взлетела сигнальная ракета и мы начали подниматься на причальную мачту по металлической, покрытой инеем лестнице.

* * * * *

Каждому из пяти членов экспедиции была выделена отдельная каюта с кроватью из тонких металлических трубок , небольшого шкафа для личных вещей и умывальника с раковиной. Разложив по местам свои вещи, все участники экспедиции собрались в кают - компании дирижабля.

- Здравствуйте, господа, - поприветствовав нас капитан Соснов, одетый в чёрное кашемировое пальто.

- Поскольку наша экспедиция Учёно - торговая предлагаю называть друг друга по имени - отчеству , - продолжил он. - Мы все уже знакомы, так что представляться не вижу смысла. Поговорим о маршруте экспедиции.

Мы дружно согласились. Куда же деваться.

- О маршруте доложит наш топограф и мой заместитель по делам экспедиции, Борис Петрович Веселовский.

Штабс - капитан, худощавый русоволосый человек лет двадцати пяти, с небольшими кавалерийскими усами, встав и коротко поклонившись начал свой доклад.

- Наша экспедиция, должна прибыть в Томск на местный аэродром ипосле заправки дирижабля, последовать на нём дальше до Верхнеудинска. Там выгрузив оборудование экспедиции дождаться остальных участников. Это несколько казаков Сибирского казачьего войска и двое переводчиков. Оба жители Поднебесной, представители китайских чаеторговых домов в нашем отечестве. Оттуда санным путем двинемся в Сайшану. Это уже территория Монголии. Кто там сейчас за главного, менчжуры или джунгары вопрос спорный, но мы будем считать что это территория Поднебесной.

- Вот оно как, - буркнул под нос Урусов.

- Господин Урусов, вам что-то не нравится ? - спросил Веселовский.

- Извините, - тихо сказал Владимир Иванович.

- Я продолжу, - Веселовский развернул на столе топографическую карту . - Далее мы последуем до Урги. Затем на нашем пути будет лежать Калган. Это собственно и есть старинные ворота в Поднебесную. А там и до Бейцзина рукой подать. Там наша экспедиция временно разделяется.

Веселовский взглянул на меня.

- Так точно, - сказал я поднимаясь из-за стола.

- Учено - торговая экспедиция, - хохотнул доктор Засс.

* * * * *

От столицы Поднебесной города Бейцзин, я должен был добраться до Сучжоу, а потом встретиться с экспедицией в Тяньцзине, куда я должен был прибыть любым из европейских пароходов, ходивших во множестве из Шанхайского порта, расположенного недалеко от Суджоу.

Как говорили одни резкие ребята : " Таков путь " .

Делать в полете было особо нечего. Кто играл в карты и шахматы, кто читал и все отсыпались, видимо впрок. На второй день полета ко мне подошёл доктор Засс .

- Иван Петрович, - обратился он ко мне, - а вы ведь по штату экспедиции мой помошник. Вы что нибудь знаете о современной фотографии ?

Я признался что не знаю ни о какой.

- Тогда пойдёмте в трюм. Хотя бы кое что поймёте о нашем оборудовании.

Пройдя в трюм, мы подошли к груде зелёных деревянных ящиков сложенных в одном из закругленных углов гондолы.

- Путь наш тяжёл и долог, - начал доктор, - участников экспедиции очень мало , а на территории Поднебесной сейчас неспокойно. Недавно закончилась Вторая Опиумная война, по окраинам тлеют восстания против правящей династии. Поэтому нам в Военном министерстве для нужд экспедиции выделили одну четырёхлинейную картечницу Гатлинга. С треногой фотоаппарата, я так и быть справлюсь сам. Но вот здесь, Иван Петрович, мне понадобится ваша помощь. Не откажитесь?

Все четыре дня нашего полёта мы разбирали и собирали этого восьмиствольного монстра, называвшегося в России картечницей. Он был слегка модернизирован, вместо пары колёс были предусмотрены салазки.

- В любую из телег поставим, - сказал доктор, регулируя прицел. - А если где телеги не пройдут, то разберём и перевезем на трёх лошадях во вьюках.

- Успеем собрать в случае нападения ?

- Нет конечно, - беззаботно ответил доктор Засс. - Картечница - это уже крайний случай. А так охранять нашу эксплицию будут казаки и мы с вами. Моя профессия хотя и мирная, но сердце у какого нибудь разбойничка я смогу остановить мгновенно. Ну, а вы вообще некромант...

- Думаете будут грабить ? - спросил я.

- Уверен, - доктор усмехнулся, - только называться это будет по другому. Нас попросят дать подарки за то что мы проезжаем по чужой земле. Или предложат охрану.

- Знакомо, - вздохнул я, вспоминая прошлую жизнь. - Платить нельзя, по миру пустят.

- Конечно. Там каждый сам себе князь, и начальник. Государство как таковое отсутствует. Дашь что-то одному, приедут к каравану десять. Начни объяснять что уже заплатил за проезд, начнут возмущаться. Скажут что они свободные люди и им никто не указ.

- Да, - согласился я, - без катечницы никак.

Глава 2

Когда мы выгрузились из дирижабля в Верхнеудинске, то тут же поспешили в небольшое деревянное здание аэровокзала. Начало марта в Бурятии не самое тёплое время года, несмотря на ярко светящее солнце.

Во время посадки я сидел у маленького окна своей каюты и любовался местной природой .Верхнеудинск находился в устье реки Уда, впадающей в этом месте в Селенгу. Широкая долина между невысокими горными хребтами была засыпана снегом.

В зании аэровокзала , капитан Соснов, как руководитель нашей экспедиции, отправился к местному летному начальству. Возвратился примерно через полчаса. Рядом с ним вышагивал капитан - лейтенант во флотском мундире.

- Здравствуйте, господа, - глядя на нас какими-то бесцветный глазами сказал военный. - У меня для вас есть хорошая новость.

Выяснилось что через сутки в аэропорт Верхнеудинска, должен прибыть из Иркутска, грузовой дирижабль местного купца - чаеторговца Павла Пономарева, который следует через Ургу до Ханькоу. Дирижабль в Поднебесную шёл практически пустой, поэтому нас за небольую плату согласились подвезти до Урги.

Все обрадовались. Тащится через снега никому не хотелось.

- В Урге сейчас конечно тоже холодно, - говорил Урусов, - но всё же потеплее чем здесь.

- Хорошо бы и до Бейцзина дирижаблем последовать, - вздохнул я.

- Ну мы же всё таки научная экспедиция , - рассмеялся Владимир Иванович. - Так что придётся потерпеть. С казаками и переводчиками сегодня встретимся и завтра в путь.

- Как в Урге к нашей картечнице отнесутся? - спросил у него я.

- У всех европейцев, в том числе и нас, в Поднебесной после Второй Опиумной войны экстерриториальность. На нас законы Поднебесной не распостраняются, - мне ответил Веселовский. - Так что если не сильно наглеть, то картечницу местные чиновники и военные предпочтут не заметить.

* * * * *

- Урядник Шаповалов, - представился нам, вытянувшись в струнку, здоровенный казак в форме Сибирского казачьего войска. - И казаки Петренко и Черемисов.

Рядом с ним молча стояло двое рядовых казаков, вооруженных винтовками Бердана. Все трое были в серых папахах с кокардами и шинелях, за спиной висели башлыки верблюжей шерсти.

- Вольно, - сказал Веселовский. - Откуда сами будете?

- Из станицы Кокчетавской Внешнего округа Омской области, ваше благордие, - ответил урядник.

- В общем экспедиция у нас учено - торговая, так что приказываю, без чинов, - сказал Веселовский.

- Есть, - ответил урядник. - Но нам, ваше благородие, будет непривычно.

- Оружие у вас личное? - спросил Соснов.

- Никак нет. Только одежда и обмундирование. Сейчас вещи находятся в казарме.

- Кроме винтовок что нибудь есть ещё из оружия?

Казаки молчали глядя в сторону.

- Понятно, - вздохнул Соснов. - Распоряжусь выдать.

* * * * *

- В Ургу прилетим рано утром, - рассказывал капитан дирижабля, отставной лейтенант флота, Константин Константинович Луцкий. - Добираться до города придётся не очень долго. Если конечно извозчики свободные попадутся.

- А что могут и не попасться? - спросил я.

- Именно извозчиков мало. А вот местные на всяких телегах грузы возят, - ответил Луцкий.

- Ничего, - сказал Урусов, - доберёмся как нибудь.

Мы расположившись за столом в кают - компании дирижабля " Государь Иван Шестой " , названого в честь предыдущего правителя империи и заодно основателя и фаната местного воздухоплавания. Хитер чаеторговец Пономарев, надеюсь этот прогиб был ему властями засчитан.

- Как там с конями? - продолжал интересоваться я .

- С конями хорошо, - усмехнулся капитан, - это же Монголия. Вот только местные лошади во первых мелкие, а во вторых полудикие. Возможно вам самим придётся их объезжать.

- Справимся, - сказал Урусов.

- Бывали в здешних местах? - удивился Луцкий.

- Да, приходилось. Это не первая моя экспедиция. Здесь конкретно не был, но Ургу миновать не возможно.

- Точно высаживаетесь в Урге? - внимательно глядя на нас с Урусовым спросил Луцкий.

- Маршрут экспедиция проложен. Мы обязаны ему следовать, - ответил я.

- Я попробую поговорить с господином Сосновым, хотя и понимаю что это бесполезно, - капитан отпил чай из стакана. - Но сделать это я обязан.

- Что-то произошло? - мне стало любопытно поведение капитана.

- Да вот знаете, господа, - капитан помолчал, - тут многое сложилось. Прошлой осенью в провинции Ганьсу восстали дунгане. Какой-то у них вышел конфликт с ханьцами. Говорят разное, а концов как обычно не найдёшь. Резали всех : ханьцев, монголов, джунгар ну и европейцев конечно. Зимой всё утихло, но вот весной, ходят слухи, в Ганьсу нагрянут ханьцы и манчжуры.

- Кто командует? - подавшись вперёд спросил Урусов.

- Вроде бы в Бейцзине склоняется к кандидатуре генерала Дзо Дзунтана.

Урусов присвистнул. Я тоже слышал в моей прошлой жизни, об этом толстячке небольшого роста. Генерала Дзо называли по разному : кто Старина Дзо, а кто и Палач Дзо.

Всё знают картину Верещагина " Апофеоз войны " ? Видели в сети или школьном учебнике? В моей школе, рассказывая про эту картину, учителя намёкали вроде как на Тамерлана, который тоже любил складывать башни из голов побежденных, но эта картина была нарисована Василием Васильевичем после дунганского восстания.

Местные так с китайцами развлекались. А потом пришёл Дзо. Не один понятно.

- Вроде бы ваш маршрут Ганьсу не затрагивает, но весь регион лихорадит, - продолжил капитан. - Если бунт не подавят, начнется война всех против всех.

* * * * *

В Урге наши переводчики отказались сходить с борта дирижабля. Договорились встретиться в Калгане, за Великой стеной.

- Проблем меньше, - буркнул Соснов. Как мы поняли, в Монголии китайцев тоже недолюбливали, вернее ненавидели. Хотя номинально земли принадлежали Поднебесной.

- Я могу объясниться на монгольском, - сказал Урусов и тут же был отправлен на поиски извозчиков.

Вещей у экспедиции было много. Ещё добавились вещи казаков , а их, поверьте, было не мало.

Вскоре Урусов, побеседовав с местным наземным персоналом аэродрома, вернулся с парой пролеток с извозчиками, выделенными местной администрацией и пятью повозками каждая из которых было запряжена парой небольших волов. Я ожидал увидеть яков, но мне объяснили, что яки хорошо себя чувствуют только в высокогорье, а на равнине начинают болеть.

Все извозчики и погонщики волов были понятное дело, из монголов. Они помогли нам погрузить на повозки наши вещи и мы потянулись по заснеженной дороге к Урге.

* * * * *

Сам город располагался на огромной плоской равнине окруженной заснеженными горами и состоял из множества маленьких глинобитных домиков. На окраине города стояло множество войлочных юрт, окруженных законами и навесами для скота. В основном в загонах находились лошади и овцы, но в некоторых стояли лохматые двугорбые верблюды.

Лишь где-то в центре Урги несколько высоких каменных зданий, больше похожих на крепости, блестели в лучах восходящего солнца золотыми изогнутыми крышами.

- Это дворец местного правителя Богдо - гэгэна, буддийский монастырь и училище для лам, - объяснил мне Урусов.

Местные жители смотрели на нас без всякого любопытства, значит видимо профессии подобные нашей им привычны.

Проехав город по нешироким улицам, мы проследовали по мощеной камнем площади возле дворца местного правителя и вновь выехали из города в заснеженую степь.

Примерно в полукилометре от города, мы увидели большой двухэтажный дом с двумя флигелями, окруженный садом, к которому вела узкая дорога. Это и было наше консульство.

Нас встретил секретарь консульства надворный советник Иванов , местные переводчики и казаки охраны. Нам предоставили один из флигелей для проживания и приведя себя в порядок после дороги я отправился к консулу .

Поприветствовав друг друга, мы с господином консулом обменялись документами. Я вручил ему бандероль из Белокаменной, он мне в ответ бумаги для нашего посольства в Бейцзине.

Следующим посетителем консула был капитан Соснов, О чём шла беседа я не знаю, но на следующий день Соснов и Веселовский отправились с визитом к местному китайскому военному губернатору. Губернатор носил звание амбань и прохивал на территории китайского гарнизона, живущего в каком-то подобии военного городка и располагавшегося в нескольких километрах от города.

Доктор Засс принялся за лечение обитателей консульства, с квалифицированной лечебной помощью здесь были проблемы, а мы с Урусовым , переводчиком консульства Батыром Дашадондоковым и казаками отправились прицениться к лошадям и верблюдам для нужд экспедиции.

* * * * *

В таких простых бытовых хлопотах прошло несколько дней . И вот одним морозный утром мы выдвинулись по дороге в сторону Калгана. Наш небольшой отряд присоединился к большому каравану следующему через Гоби в Поднебесную. У нас Гоби принято именовать пустыней, но по факту это просто сухая степь. В ней часто встречают ся источники воды, а по весне она зарастает травой и цветами. Встречаются даже небольшие группы деревьев.

Караван состоял в основном из чаеторговцев и местных жителей. И буддийских монахов ходивших в паломничество в Ургу и теперь возвращавшихся в свои монастыри.

Несколько дней мы двигались по наезженой дороге, проходящей по горным перевалам. Окружающие дорогу горы густо поросли хвойным лесом. Местами дорога обледенела и лошадей приходилось буквально тащить за собой, верблюды грустно ревя поднимались сами.

Вскоре дорога пошла на спуск . От нашего каравана начали отделяться небольшие группы местных жителей разъезжавшихся домой и вскоре кроме чаеторговцев и нашей экспедиции никого не осталось.

Возле почтовой станции Уйцзын уже начиналась Гоби, местами холмистая начинающая зеленеть степь. Здесь остановились на два дня. Осматривались повозки и вьюки перековали пару лошадей.

К нам подошёл главный караванщик,по имени Тумурдордж, бывший лама, оставивший свой монастырь. Поскольку с караваном он неоднократно посещал Забайкалье, то он не плохо говорил по русски. Мы сидя у костра , над которым на длинной парке закипал небольшой котелок разговорились.

- Завтра мы вступим в Гоби, - присев возле костра начал он. - Иван Петрович, а ты не мог бы ехать со мной впереди каравана?

Я молча смотрел на караванщика, ожидая продолжения разговора.

- Я согласен, что впереди идут самые опытные, - по своему понял меня Тумурдордж , - но ведь ты чёрный лама.

- Как увидел ? - не удивившись спосил Урусов.

- Ещё в молодости насмотрелся в Тибете, - вздохнул караванщик. - Поэтому знаю на что обращать внимание.

Он махнул рукой на мои серебряные перстни, которые в дороге я практически не снимал.

- Сначала я думал что Иван Петрович является адептом бон - по , древней религии Тибета, но потом понял что ошибся.

- И много тут таких знающих ? - продолжал допытываться Урусов.

- Мало, - ответил караванщик. -Я много поездил. Многое видел. А многие дальше своего аймака и не выезжали. Постоянные войны. Дваждырожденные здесь жить не хотят. Чуть в силу входят и уезжают или в Джунгарию или к вам в Забайкалье.

- Сильно шалят разбойнички? - спросил я.

- Да не особо, - караванщик после короткой паузы продолжил, - но сейчас по всей степи неспокойно. Я не говорю про войну... Зешние земли и пастбища давно поделены между родами. Просто у многих в головах бродит мысли, что можно всё попробовать поделить ещё раз, в свою конечно сторону. И что там кому в голову придёт насчёт нашего каравана, я не знаю.

Котелок закипел и я бросил в него маленький кусочек плитки прессованного зелёного чая.

- И ещё, - произнёс караванщик, - недавно закончилась война с англичанами, многие здешние служили в войске богдыхана. Война была проиграна, а европейцев они не различают...

- Думаете, захотят отомстить? - спросил Урусов.

Караванщик молча пожал плечами.

* * * * *

Картечница, собрания доктором и мной, покоилась на металлических салазках , в свою очередь положеных в большой крытый фургон.

Мы отъехав от станции пару километров, решили прикупить к пристрелке картечницы. Этим ожидаемо заинтересовались казаки и последовали за нами.

Первый блин оказался комом. При первых же выстрелах из картечницы, лошади, как запряженные в фургон, так и казачьи едва не понесли. Пришлось возвращаться и запрягать в фургон верблюдов, так как верблюд не боится не только выстрелов, но и взрывов. Вернувшись продолжили.

- Разрешите, ваш броть? - обратились казаки к Зассу, когда мы вернувшись, принялись ращвязывать сзади брезентовый верх фургона.

- Умеете? - удивился доктор.

- Так это же крепостное орудие. У нас в Семипалатинске, в крепости два таких стоит, - начал объяснять урядник. - Мы втроём их и обслуживали.

- Стрелять умеете? - спросил доктор.

- Устройство знаемх орошо, а вот стрелять редко приходилось, - вздохнул Шаповалов. - Господин полковник, комендант наш, всегда за перерасход патронов ругались.

" Везде одно и тоже " - подумал я.

- А ну ,пробуйте, - оживился доктор.

* * * * *

К картечнице прилагалось с десяток жестяных магазинов на сорок патронов. Прицельных приспособлений не было, поэтому стрельба осуществлялась прямой наводкой. Сама картечница, она же пулемет, конструкцией напоминала мясорубку. Один человек целился во врага, один крутил ручку, которая через редуктор вращала блок из восьми стволов, укрепленных на продольной оси и ещё один человек набивал магазины четырёхлинейныии патронами. Скорострельность была около двухсот выстрелов в минуту . Из-за того что патроны были с дымным порохом, в стволах быстро образовывался зверский нагар.

Но казакам картечница очень нравилась. Загрохотали выстрелы и в воздухе поплыл дым от сгоревшего пороха. Глядя как работают профи я испытывал легкий стыд. Подозреваю что доктор тоже, так как глядя на действия казаков он сказал :

- А что, Иван Петрович, может уступим картечницу служилым?

Я кивнул. Наверное облегченно. За оружием надо следить, а чистить после каждой из стрельб восемь стволов ... Как-то не вдохновляло это.

* * * * *

Так в нашем караване появился нормальный пулеметный расчёт, а не хрен пойми что, в составе меня и доктора.

На следующее утро наш караван углубился в Гоби. Я , сидя на монгольской лошадке ехал рядом с караванщиком, следом за нами шла цепочка верблюдов, груженых вьюками, заполненными скобяными товарами, очень ценившимися в Гоби. Следом двигалась наша экспедиция .

Степь начинала зеленеть весенней травой. Пели какие то небольшие птицы. На зазеленевших холмах виднелись стоящие столбиком, уже проснувшись после зимней спячки, сурки.

И вдруг из-за небольших холмов, через которые нас вела дорога, в небо потянулось несколько столбов черного густого дыма.

Глава 3

Караван остановился . Урусов и один из караванщиков выехали вперёд по дороге. Съехав с дороги и затем поднявшись на лошадях на вершину одного из холмов , они повернув коней поскакали обратно к каравану.

- Вряд-ли это разбойники, - сказал я глядя на постепенно увеличивающиеся фигурки скачущие к нам.

- Согласен, - глухо произнёс караванщик. - Это военные.

- Почему ? - удивился доктор.

- Разбойникам, да и вообще любым грабителям противопоказан любой поджёг, - сказал я . - Они же грабить приходят. За добычей . А добычу надо грабить, а не жечь. Они могут конечно поджечь что-то после грабежа, но зачем привлекать к себе внимание.

- Согласен, - сказал караванщик. - Пожар, примета войны. Неважно какой : обычной, между странами, или религиозной, или межплеменной... Да вот сейчас и узнаем ...

Подскакавший к нам Урусов, громко крикнул:

- Китайский военный отряд сцепился с какими-то всадниками. Китайцев уже добивают.

- Сходим с дороги , - сказал караванщик.

* * * * *

Наш караван отойдя от дороги на пару десятков метров остановился. С верблюдов принялись снимать вьюки , выпрягали из повозок и расседлывали лошадей . Наш отряд занимал круговую оборону.

Повозки и все четыре фургона были составлены в круг диаметром около десяти метров. Тюки свалены с внутренней стороны повозок, а лошади и верблюды были загнаны внутрь круга. Казаки, с трудом достав " Гатлинг " из фургона и установили его на одну из повозок , направив вороненые стволы оружия вдоль дороги. Мы все, и участники экспедиции, и караванщики вооружившись, всматривались вперёд, оглядывая степь и холмы.

- Смотрите ! - сказал Урусов показывая рукой на дорогу.

По ней двигалась цепочка низких тёмных фигурок. Из-за большого расстояние было непонятно кто это . Соснов, достав из чехла полевой бинокль, вгляделся.

- Это волки, - сказал он.

- Волки, которые не боятся людей? - усмехнулся Тумурдордж.

Волки начали неспеша подходить ближе. Метрах в двухста от нас, они сели на небольшой холмик возле дороги и дружно завыли, подняв морды вверх.

Лошади забеспокоились. Некоторые из них заржали. Верблюды отнеслись к вою более флегматично.

- Стрельнуть, ваш броть? - обратился к Соснову урядник.

- Разрешите мне ? - спросил Урусов.

Капитан молча кивнул.

Урусов быстро прицелился и выстрелил из своей винтовки . Раздался грохот, из ствола вырвалось облачко дыма и один из волков отлетел на метр, получив пулю в грудь.

Рухнув на дорогу, он тут же поднялся и отряхнувшись от пыли, опять сел рядом с остальными волками и завыл как ни в чём не бывало.

Урусов ,мгновенно перезарядив винтовку выстрелил вновь. На этот раз пуля попала волку в голову. Зверь рухнул . Остальные волки отбежав метров на пятдесят, опять сели в ряд и продолжали выть дальше.

- Крови нет, - побледнев произнёс караванщик.

Я попросил у Соснова бинокль и покрутив настроечное колёсико, настроил оптику. Пригляделся к лежащему зверю. Грудь и голова волка была буквально разворочена двумя пулями, но крови нигде не было. Переведя окуляры бинокля на оставшиеся волков я увидел то что и ожидал.

Звери были давно мертвы. Шерсть их свалялась, глаза были мутны. Да и не у всех волков они были. Ближе к нам находился крупный чёрный волк , по видимому бывший вожак стаи. Выглядел он довольно кошмарно : глазницы черепа залиты запекщейся кровью, одно ухо было оторвано и из оскаленой пасти полной жёлтых клыков, тряпкой свисал почерневший сморщенный язык.

- Где-то здесь некромант, - сказал я оглядев живой труп.

- Сильный ? - с беспокойством спросил Соснов.

- Не знаю, но не слабый это точ ... - начал говорить я , но тут сзади нас, внутри круга, дико заржали наши лошади. Верблюды вскочив на ноги заревели и бросились носится по кругу. В ногах животных промелькнуло несколько серых теней, и волки пошмыгнув под повозками , бросились в степь.

Пока нас воем отвлеклась одна группа волков, другие сумели незаметно подобраться к нам и проскочив под днищами фургонов, напали на животных. Несколько лошадей получили рваные раны на бокахи упав на землю жалобно ржали.

Справа от меня раздались выстрелы из ревельвера. Веселовский выхватив свой " Смит - Вессон ", стрелял вслед убегающим тварям.

- Absit, - прошипел я глядя на убегающих .

Волки рухнули в густую весеннюю траву. Группа мертвых тварей, которая до этого отвлекала нас воем, также бросилась на утек.

- В головы стреляйте, - закричал караванщик, который сорентировался первым.

Грянул десяток выстрелов из винтовок , но убегающие были уже далеко и нам удалось подстрелить лишь пару тварей. Назвать этих существ животными, было уже нельзя.

- Сможешь упокоить ? - спросил у меня Урусов .

- Далеко, - я вдохнув, поднял винтовку и выстрелил по убегающей стае.

* * * * *

Время прдходило к полудню, когда на дороге показались первые всадники чужого отряда. Не доезжая до нас метров трёхсот, они останавливались и спешивались .

Выглядели они как-то ... средневеково что-ли. Некоторые были одеты в вылинявшуюю чёрную форму китайских войск, на многих были стеганые халаты, лисьи и бараньи шапки, а кое кто был одет в кольчугу. Почти все всадники были вооружены тонкими пиками и большими луками.

С одной стороны забавно, с другой не очень. Получить сверху стрелой очень не хотелось.

- Кто такие? - спросил Соснов у караванщика.

- Не знаю, - ответил Тумурдордж. - Вижу монголов, тибетцев, уйгуры есть, ханьцы ...

- Точно ханьцы? - удивился Урусов. - Как же они против своих то ...

- Ханьцы, - повторил караванщик. - Что я ханьца не узнаю.

Вскоре на дороге показалась колонна всадников численностью примерно человек в семьдесят. Эти были одеты побогаче и гораздо лучше вооружены. У многих вместо пик в руках чернели старинные фитильные ружья и вполне современные винтовки " Ли Энфилд " . Попадались и наши " Берданки " . Впереди, на высоком белом жеребце ехал богато одетый китаец.

Следом за всадниками по дороге пылила несколько десятков двугорбых верблюдов. Некоторые из них были навьючены, на других сидели всадники.

- Я его знаю, - произнёс Тумурдордж. - Это купец Фын. В прошлом году его караван дважды грабили, а теперь уже он собрал хунхузов.

- Разоренный купец? - засомневался я.

- Ему кто-то дал денег, - ответилкараванщик, - кто-то в Поднебесной. Чиновник скорее всего. У местных денег нет.

- Миром не разойдемся? - спросил Соснов.

- Сомневаюсь, - караванщик вздохнул, - не для этого они на большую дорогу вышли.

От отряда вставшего на дневку отделиться пара всадников и пришпорив коней поскакала к нам. Тумурдордж внимательно взглянул на них и подняв свою винтовку, мгновенно прицелился и выстрелил. Один из всадников выпал из седла, другой попытался повернуть коня, но следующий выстрел выбил из седла и его. В лагере хунхузов раздались крики.

- Нам повезло. Это молодой Фын Цзинь, сын старого Фына, - спокойно глядя на нас сказал караванщик.

- Зачем? - спросил я.

- У нас нет воды, - ответил Тумурдордж, - скоро лошади захотят пить. Потом мы, потом верблюды. Хунхузы могли просто подождать, пока мы сами не сдадимся . А теперь Фын Хао не выдержит ждать.

* * * * *

Пять десятков конных лучников разогнав коней в галоп принялись кружиться вокруг нас медленно сужая кольцо. Я вглядываясь в основную массу хунхузов, которые оседлав коней, наблюдали как и мы за лучниками , искал своего коллегу.

Какой то поединок с непонятным исходом я устраивать не собирался, а хотел просто пристрелить его из винтовки, как только он обнаружит себя. Но коллега никак себя не проявлял. Возможно он думал так же как и я .

Лучники резко сузив кольцо, выпустили в нашу сторону по стреле, развернули от нас коней и принялись разъезжаться. Кони галопом уходили в степь,

Мы бросились под телеги. Тяжелая бронебойная стрела, страшное оружие.

Послышался деревянный стук. Болезненно заржала лошадь. Стрелы летели навесом и как-то заметить их было практически невозможно.

- Пли, - закричал Соснов. - Не подпускать этих псин на расстояние выстрела.

В разнобой защёлки винтовки. Несколько лучников и коней рухнуло в траву. Стреляли все, кроме расчёта пулемета. Казаки не стали прятаться от стрел, а стояли возле него изваяниями и молча ждали.

Лучники подскакав к основной части отряда с трудом останавливали коней и сложив свои луки в саадаки , висящие возле седел, стали вооружаться пиками, до этого воткнутыми в землю.

Раздался заливистый свист и вся масса всадников, ударив пятками коней, ринулась вперёд, охватывая нас полукольцом. Когда первые из них подскакали на двести метров, заработал пулемёт. Урядник Шаповалов быстро пристрелялся, первые всадники , иногда вместе к лошадьми, полетели на землю.

Вокруг слышалась стрельба, ветер сносил облачка порохового дыма в степь .Я не стреляя продолжал ждать своего коллегу. Стволы пулемета мерно крутились выплевывая свинцовую смерть и атака захлебнулась. Всадники не доскакав до нас метров пятдесят начали поворачивать. Хлестнув напоследок свинцом по убегающим всадникам, пулемет замолчал. Прекратили стрелять и мои спутники.

Над степью раздавался тихий глухой вой. Перед нами лежало кровавое месиво из лошадей, верблюдов и людей. Некоторые из хунхузов пытались ползти в сторону ускакавших.

Мы не стреляли в них. А зачем? Во первых их вой действовал на нервы уцелевшим хунхузам, а во вторых ...

Тихий вой усилился, а местами перешёл в ультразвук. Мертвые хунхузы начали шевелиться. Несколько из них резко встало на ноги, как будто марионетки, рывком. Пара тут же упала, но начали подниматься и другие. Над массой ещё лежащих трупов неожиданно поднялась верблюжья голова на длинной шее, тварь проревев попыталась встать на ноги.

Я обратил внимание на молодого мужчину, одетого в чёрную форму китайской армии. Он стоял оперевшись на винтовку и внимательно глядел в нашу сторону.

- Достанешь ? - спросил у меня Урусов.

- Не знаю, - сказал я прицеливаясь.

Неожиданно мужчина отбросил свою винтовку и схватившись двумя руками за голову, рухнул на колени. К нему бросились несколько человек и подхватив его на руки, унесли дальше от нас.

Мертвецы уже вставшие на ноги, вновь рухнули в траву.

- Ну как? - спросил нас улыбающийся доктор. - Ловко я его?

- Каким образом доктор? - спросил Веселовский.

- Да всё просто, - усмехнулся Засс. - Я ему просто инсульт устроил. Думаю уже не спасут.

* * * * *

Хунхузы и не думали уходить. Они отвели своих лошадей и верблюдов примерно на полтора километра и начали разбивать там лагерь. Возле нас остался небольшой пеший отряд, который принялся постреливать в нашу сторону из нескольких допотопных фитильных ружей установленых на сошки.

- Когда из этого карамультука попадают , раненых обычно не бывает, - сказал Соснов. - Там калибр обычно больше дюйма. Одно хорошо, стрелки из них как из дерьма пуля.

- Я думаю что они просто боятся ближе подходить, - сказал Тумурдордж. - А стреляют потому, что Фына они боятся тоже.

- Хорошо что с магом доктор разобрался, - сказал я. - Хорошо бы и господина Фына на Остров Бессмертных отправить.

Мертвецы лежали не шевелясь. Или маг хунхузов не довёл заклинание до конца , или его магия действовала по каким-то другим правилам, но без его участия мертвецы не проявляли активности, в то время как Фульгур только запускал процесс, а дальше мертвецов оставалось только контролировать. Да и не мертвецы это были, а тела управляемые духами, которыми в свою очередь управлял маг. Этому он учил и меня. А здесь... Непонятно ...

- Надо самим напасть на них, пока они в себя не пришли, - сказал я . - У них нет некроманта, или как он здесь называется, а у нас есть.

* * * * *

Пулемет, несколько раз проработав , выбил пылевые облачка перед стрелками. Следующей короткой очередью пули задели одного из них.

- Ну что ж ... И у нас раненых не бывает, - задумчиво произнёс капитан Соснов.

Остальные стрелки ,подобрав оружие убитого. быстро побежали к своему лагерю.

Несколько караванщиков, поднырнув под днища повозок, выскочили оттуда и добежав до груды трупов, принялись ... Ну назовём это сбором трофеев. Они громко переговаривались собирая оружие, снимая с трупов сапоги и меховые шапки. Время от времени раздавался выстрел, кому-то из раненых хунхузов не повезло ...

Их ещё живые товарищи мириться с этим не хотели и небольшой конный отряд выехал галопом из лагеря. Караванщики не успев вовремя среагировать, устремились обратно, но кони оказались быстрее. Хунхузы догоняя бегущих просто кололи их в спину пиками и скакали дальше. Мы принялись стрелять из винтовок, но пулемет молчал, казаки опасались открыть стрельбу чтобы не попасть по караванщикам.

До повозок добежало всего двое и тут же вороненые стволы пулемета провернулись и в хунхузов полетел рой пуль. Знаете, калибр в четыре линии серьёзная штука. Из седел, брызгая во все стороны фонтанчиками крови вылетали люди, а пули дробя черепа, кости и суставы, летели дальше. На землю рядом со своими всадниками валились кони. Не ущел никто.

Я не теряя времени перелез через одну из повозок и подбежав мёртвым хунхузам, выдохнул:

- Mutabor !

Мертвецы зашевелились и начали подниматься.

* * * * *

Мертвецов поднялось не так уж и много. Очень качественно поработал " Гатлинг ". Но для веселья хунхузам хватит. Когда первые мертвецы, несмотря на выстрелы добежали до лагеря хунхузов, там поднялась паника. Сами разбойники были в большинстве ребята тёртые, но были ещё лошади и верблюды.

Животные паниковали, лошади с ржанием сбрасывали седоков и убегали в степь, верблюды с ревом бросились по дороге из лагеря. Через пару минут побежали отстреливаясь и хунхузы.

Мои спутники оседлав своих коней бросились добивать отстреливающихся врагов. В лагере остались только караванщики, за исключением Тумурдорджа и пулеметный расчёт.

Да я неспеша шёл к разгромленому лагерю хунхузов. Вся степь от наших фургонов и повозок до лагеря была залита кровью. Валялись мертвые хунхузы и их лошади. Хорошо что верблюды в большинстве убежали.

Я услышал как меня кто-то догоняет. Обернувшись я увидел урядника Шаповалова. Он догонял меня сжимая в своих руках "берданку".

- Погодите, ваш броть, - крикнул он.

Я остановился.

- Это вы правильно, ваш броть, - убежденно сказал урядник, - нечисть эту всю добивать надо. Чтобы не один не ушёл.

Своего коллегу, лежащего на земле с перезанным горлом, я нашёл случайно. Человек на вид лет тридцати, лежал возле не до конца поставленного шелкового шатра. По виду он был тибетцем. А вот откуда конкретно, никто потом определить не смог. Там же мы нашли и Фына. Кто-то рубанул его по затылку саблей.

- Ваш броть, будем дуван дуванить? - деловито оглядываясь спросил урядник,.

- А как же, - усмехнулся я.

* * * * *

Дуван это конечно хорошо, но куда девать трупы хунхузов и лошадей. Часть конины понятно в пищу пойдёт, но много мы переработать не сможем, просто нет соли в достаточном количестве.

А вот с хунхузами что? Честное слово, лучше бы они все разбежались. Каждого приходится раздевать, вещи проверять насчёт захоронок и прочих заначек, которых кстати хватало, а бросить их в степи и уехать, мы не могли, резко против были как чаеторговцы, так и казаки.

Вот и приходилось... Хорошо раненых хунхузов было мало. Добивать меньше. Эхе - хе , грехи наши тяжкие... Но часть покойников успела перед смертью обгадиться , а солнышко припекало... Попадались и вшивые...

Тумурдорджа и урядника Шаповалова посадили на обыск вещей хунхузов, как самых опытных. Ножи так и мелькали в руках этих умелых сборщиков лута. Под лезвием ножа расходились швы на шапках и малахаях, разрезались буквально на ленты стеганые халаты и потертые полушубки и на свет появлялись кисеты с табаком, трубки, как деревянные так и каменные, было даже несколько нефритовых,, маленькие слитки китайского серебра 998 пробы, весом в 36 граммов каждый ( так называемые ляны ), новые и затертые, раковины каури....

Я удивился, но мне объяснили, что каждая раковина каури имела в Поднебесной, стоимость в 10 лян серебра, то есть 360 граммов серебра высочайшей пробы.

Вся так сказать ювелирка, скидывалась в отдельную кучку. Туда же пошли серебряные бляхи с конской упряжи и серебряные пуговицы с одежды хунхузов.

Золота небыло вообще, меди было всего несколько цяней, медных монет с квадратным отверстием посередине.

- Они только вышли на большую дорогу, - усмехнулся урядник, - не успели прибарахлиться. Здесь в основном наёмники, серебро это вроде задатка.

- Кондотьеры, мать их за ногу, - проворчал Засс.

* * * * *

Выяснилось и причина нападения хунхузов на военный китайский отряд . Китайцы везли в гарнизон Урги плату за три месяца. А это почти двести киллограмов серебра. Вот Фына жадность и заела. Сам купец был из ханьцев, а потому к манчжурским завоеваталям захватившим около двухсот лет назад Поднебесную, он не испытывал никакого почтения. И остальные хунхузы его поддержали.

Последние три дня пути до Калгана, в степи, начали попадаться разбросанные тут и там,небольшие плоские горы. Местами степь была распахана и среди зелёной травы выделялись прямоугольники жёлтой почвы.

Начали попадаться небольшие китайские посёлки из глинобитных домиков, окруженные высоким глинобитным забором.

Мы стояли на краю Монгольского плато. Холмистая степь здесь резко оборвалась. Резкий обрыв уходил вниз. Был он не ровный, а весь с глубокими вырезами ущелий, каменистыми осыпями и скалами.

Внизу в лёгкой туманной дымке виднелись зеленые долины, по которым были разбросаны маленькие домики, сады и виноградники. Здесь наверху была холодная степь, а внизу лежала освещенная солнцем, полная цветущей зелени горная страна.

Наш караван начал спуск к Калгану.