Живой доспех 2: Рыцарь Хаоса

Глава 1

Слова Безумного Бароса эхом повторялись в моей голове.

«Жизнь твоей сестры в обмен на твой доспех».

Я посмотрел на испуганное лицо Лины. Серп-1 обескураженно моргнул синим светом.

— Нет, я всё понимаю, — проскрежетал Барос и «почесал» металлическим пальцем по шлему. — Как там у нас говорится? «Живой доспех дороже матери». Но я в любом случае заберу его. А вот ваши жалкие жизни могу вам оставить, они мне не нужны.

— Зачем ты это делаешь? — выдохнул я.

— Потому что это весело! — вдруг взорвался Барос каким-то агрессивным весельем. — Давай, малыш, выбирай. Время пошло.

Серебряное щупальце, держащее Лину за шею, сжалось сильнее и взмыло в воздух. Ночная тишина наполнилась сдавленными стонами и кряхтением, пока девушка дрыгала ногами и пыталась высвободиться.

Безумный Барос наигранно постучал по запястью и запричитал противным металлическим голосом:

— Часики её жизни сейчас такие: тик-так, тик-так, тик-так…

— Хорошо! — заорал я. — Будь по-твоему!

Невыносимое зрелище умирающей сестры чуть не сломило меня. Но вместо страха и паники пришла мрачная решимость убить этого подонка.

Серп-1 мигнул испуганным светом.

— Не переживай, — быстро прошептал я. — Делай всё, что скажу, но помни, что это обман. А теперь раскрой броню сзади и оставь мне меч.

Каждый мой мускул был напряжён до предела, когда я спрыгнул на землю позади Серп-1. Я не замечал ран от предыдущих схваток. В груди поселился мрачный трепет, когда я посмотрел своими глазами на ужасного Рыцаря Хаоса. Рука ещё крепче сжала эфес незажжённого меча.

— Я жду, — сказал Барос скрежещущим голосом, указывая на брыкающуюся Лину.

Нужно спешить.

— Серп-1, с этого момента твой носитель Безумный Барос! — провозгласил я как можно громче.

Лина явно теряла силы. Она уже с меньшим рвением вырывалась из удушающей хватки. Барос же приблизился к застывшему синему доспеху и коснулся его наплечника серебряной рукой.

— Эй, у нас был уговор! — заорал я.

— Разве может быть уговор между мышью и котом?

Вот же сучара. Я сорвался с места, зажигая меч и крича:

— Усыпляй!

По сочленениям моего доспеха пробежал зеркальный блеск. Он устремился к наплечнику, за который держался Барос, затем переходя на жидкий металл. Серебряный доспех безумца дёрнулся, словно сопротивляясь. А затем начал стекать на землю.

Обессилевшая Лина рухнула вниз. Я же, не теряя времени, побежал к своему доспеху, который услужливо раздвинул заднюю броню для меня.

— Какого хрена? — взревел Барос.

Он не сделал никакого движения. Его рука в ржавом доспехе, обнажившимся под жидким, продолжала просто лежать на моём доспехе. Тогда почему Серп-1 вдруг взмыл в воздух? Я застыл, когда он пролетел над моей головой, устремляясь куда-то вглубь тёмного сада. Позади послышались далёкие гулкие звуки падения.

— Ты что же это, вздумал меня обмануть? — в голосе безумца теперь сквозила такая ненависть, что, казалось, её можно ощутить физически. Он указал пальцем на меня. — Её смерть будет на твоих руках.

Почему-то сейчас, когда я был без доспеха, Барос казался куда страшнее. Внутри Серп-1 я воспринимал его как ещё одного рыцаря, пусть и необычного. Сейчас же, освещаемый лишь защитным куполом города, да далёкими фонарями из особняка, он казался монстром. Грубая угловатая броня с торчащими наростами лишь усиливала это ощущение.

Его монструозный кулак взметнулся в воздух. Прямо над беззащитной Линой, что стояла на четвереньках, пытаясь откашляться. В груди что-то оборвалось и ухнуло глубоко вниз. Я устремился вперёд, зажигая силовой меч.

Не успеваю.

Слишком далеко.

Живой доспех движется явно быстрее человека.

В отчаянии я замахнулся, намереваясь метнуть меч в руку Бароса. Хоть что-то. Даже если я останусь без оружия, смогу спасти Лину. Сделаю хоть что-то. Она не может так умереть. Только не у меня на глазах, когда я мог её спасти.

Смертельный миг растянулся в бесконечность.

Но даже так я всё равно не успевал. Буря чувств и эмоций внутри сменились обречённой пустотой. Той пустотой, которую порождала картина трагедии, которую ты никак не можешь предотвратить. Даже потратив все силы. Выложившись на все сто.

И всё, что тебе остаётся — это наблюдать, как убивают твоего самого близкого человека.

Ночную мглу вдруг разрезал ядовито-зелёный свет. Длинный клинок искрящейся энергии врезался в руку Бароса сзади, уводя её в сторону от Лины. В этот момент рукоять зажжённого меча сорвалась с моей руки. Сияющий синим светом клинок вонзился прямо в шлем Бароса.

Тишину сада взорвал поток ругани от безумного рыцаря.

Человек в тёмных одеждах и броне проскользил под его доспехом по траве. Схватил мою сестрёнку в охапку, пока Барос вырывал меч из шлема, и понёс её ко мне.

— Уведи её отсюда! — рявкнул он мне подозрительно знакомым голосом, передавая сестру. — Быстро!

Я кивнул, взяли Лину на руки, и побежал в сторону особняка. Не только голос этого человека показался мне знакомым. В такой темноте я не разглядел его лица, но вот глаза… Эти глаза я точно знал.

— Долго ты, — прохрипела Лина.

— Прости, нужно было убить одного урода по пути сюда.

Сбоку раздались тяжёлые шаги. Я мгновенно напрягся — с таким гулом двигались только Живые доспехи. Но придумать ничего не успел. Знакомый синий свет, отразившийся от травы, меня успокоил.

— Рад тебя видеть! — сказал я искренне. — Дай мне второй меч и унеси Лину в безопасное место.

— Ну уж нет! — возмутилась сестрёнка и закашлялась. — Надевай доспех и наваляй этому ублюдку как следует.

Она на секунду замолчала, а затем её глаза будто бы расширились от ужаса.

— Лео! — выдохнула она. — Только отнеси меня сначала в особняк.

— А что с Лео?

* * *

20 минут назад

— Ты отпустил его без охраны!

Герран Сатирус даже встал с кресла, чтобы отчитать Лео. Обычно он предпочитал сидеть. Вставал же лишь в самые напряжённые моменты. Как, например, сейчас.

— Расслабься, Герран, — отмахнулся Лео. — Райкен же носитель Живого доспеха, ему не нужна охрана.

— Во-первых, лорд Сатирус, а не Райкен! — ноздри Геррана начали раздуваться. — А во-вторых, — он потряс письмом с королевской печатью перед лицом у брата. — Мне только что сообщили, что из темниц сбежали опасные преступники, которые завладели минимум двумя Живыми доспехами. А наш лорд в городе совсем один.

— Ну, он с Элизой.

— У которой ни опыта, ни боевых умений.

Лео внутренне застонал. Он-то думал, случилось что-то страшное, а тут обычная скукота. Он подошёл к брату и положил руку ему на плечо:

— Ты слишком драматизируешь, Герран. Райкен… эмм, лорд Сатирус хотел устроить своей девушке первое свидание. Тут охрана была бы излишней. И вообще, уверен, беглецов уже поймали и беспокоиться не о чем.

Кабинет вдруг озарило ярким светом. Подбежав к окну, Лео увидел, как вдалеке над крышами в ночное небо устремился колоссальный столб пламени.

— Не о чем, говоришь? — проворчал Герран рядом.

Не успело пламя опасть, как появилась ещё одна проблема. Лео вдруг заметил в стене, окружавшей особняк, приличного размера дыру. И ужасающего рыцаря, идущего в их сторону. Его Живой доспех как будто облепила жидкая серебряная субстанция, постоянно перетекающая с места на место. В воздухе над рыцарем кружились всевозможные металлические предметы.

— Только не он, — тихо проговорил Герран. Лео в первые в жизни услышал нотки страха в голосе старшего брата.

— Ты его знаешь?

— Да, Безумный Барос собственной персоной.

Времени было мало. Лео изучал Живые доспехи достаточно, чтобы понять: любой носитель убьёт всё живое в особняке за считаные минуты. Но это только при условии, что он найдёт кого убивать. Слава науке, Лео уже давно организовал себе потайное подземелье. Обидно, конечно, что оно перестанет быть потайным, но лучше спасти людей.

По пути в его лабораторию, они с Герраном собрали всех, кого смогли. Дворецкий, несколько горничных и слуг, три охранника и один поварёнок. В особняке же было куда больше людей. Кричать было не только бессмысленно, но и опасно. Всем известно, что Живые доспехи не только хорошо видят, но и усиливают звуки для своих носителей.

Лео показал брату, как открывать проход. Когда часть стены отъехала в сторону, Герран начал командовать:

— Так, все заходим внутрь. Тихо и организованно, без паники, — затем он обратился к охранникам. — Знаю, что в такой ситуации не имею права вам приказывать идти против Живого доспеха. Но там ещё остались люди. Никто лучше вас не справится с задачей привести сюда хоть кого-то. Постарайтесь вывести людей с нижнего этажа.

После коротких раздумий двое охранников кивнули и пошли в коридор. Оставшийся виновато потупил глаза и отправился в подземелье.

— Давай, Лео, тоже иди внутрь, — скомандовал Герран.

Лео замер на полушаге. Ему казалось, что он что-то забыл. Кого-то забыл.

Снизу раздались звуки разбитого стекла. Затем женский крик, который слишком резко оборвался.

Женский крик… Точно!

— Куда ты? — крикнул Герран.

— Скоро вернусь, — бросил Лео через плечо, выбегая из лаборатории.

Они забыли про Лину. Райкен убьёт их, если с его сестрой что-то случится. Да и сам Лео за это время уже прикипел к этой девушке. Нельзя, чтобы она попала в беду.

Однако храбриться было слишком сложно. Особенно когда с первого этажа разносились звуки ада. Металлический скрежет, безумный хохот и крики не стихали ни на секунду.

Правая рука Лео начала бесконтрольно дрожать. Он ухватил её левой рукой и пошёл дальше.

Когда он открыл дверь в спальню Лины, в стену рядом с ним врезалась ваза. Осколком поцарапало щёку.

— Твою мать, Лео, это ты?

Только сейчас он увидел девушку с чёрными волосами и белой прядью на лбу. Она стояла за помятой постелью, держа ещё одну вазу.

— Какого хрена там происходит? Что это за крики?

Со стороны лестницы донёсся звук гулких шагов. Лео быстро нырнул в спальню, осторожно прикрыв дверь за собой. Затем посмотрел на Лину и приложил потный от страха палец к губам.

— Тише, — прошептал он, на четвереньках приближаясь к Лине. — Здесь безумный рыцарь. Долго объяснять, но он пришёл убить нас.

— Где Райкен? — так же тихо прошептала Лина.

— На свидании.

Девушка закатила глаза.

— Долбанная Элиза.

— Нам нужно уходить. У меня в лаборатории можно спрятаться.

В коридоре кто-то закричал. Затем крик сменился булькающими звуками и отвратительным скрежещущим смехом.

— Через балкон, — шепнул Лео и пополз к двери, выходящей на улицу.

По периметру всего особняка на втором этаже шёл широкий балкон. Обычно Лео он раздражал — ещё бы, кто угодно мог вломиться к нему в лабораторию отсюда в разгар работы. Но сейчас оставалось только радоваться, что у них был запасной путь к безопасности.

Пока они осторожно, но быстро ползли по балкону, стараясь не шуметь, звуки в особняке стихли. Лео впервые за долгое время молил Ушедших, чтобы Барос отправился на третий этаж.

Его молитвы, как и всегда, остались неуслышанными.

Стена с окнами впереди них взорвалась осколками и камнями. Когда ужасающий рыцарь ступил на балкон, его опоры заскрипели под такой тяжестью. Лео же во все глаза смотрел на монстра.

Нет, не может быть такого. Каким образом он управляет сразу двумя Живыми доспехами?

Горящие глаза рыцаря прожгли его взглядом. Только сейчас до Лео дошло, что нужно было прикрыть светлые волосы на голове.

— Ну наконец-то, хоть один Сатирус! — взревел Безумный Барос. — Где твой лорд?

Лео вытер взмокшие ладони о халат и заслонил собой Лину. Его мозг лихорадочно пытался придумать хоть какой-то выход.

— Он… э-э… в городе, — неуверенно ответил Лео. — Но скоро должен вернуться.

— Тоже мне, нашёл время прохлаждаться, — заворчал Барос весёлым голосом. — Я тут пришёл вырезать всю семью у него на глазах, а его дома нет. Это разве справедливо?

Слухи не врали. Он действительно безумен.

— Справедливо или нет? — взревел рыцарь.

Оставшиеся стёкла брызнули осколками, когда сквозь них вылетели различные предметы. Они угрожающе закружились вокруг безумца.

Лео испуганно поднял руки перед собой.

— Нет-нет-нет, конечно же несправедливо, — запричитал он. — Равно как несправедливо и то, как обошлись с вами, лорд Вестериус.

Металл, кружащийся вокруг рыцаря, замер прямо в воздухе.

— Знаешь меня? Ну конечно, знаешь, — хмыкнул он. — Что лорд Сатирус обо мне говорил?

Похоже, лесть с ним работала.

— Квенлан говорил, что это была самая сложная битва из тех, в которых он побеждал.

— Побеждал? — вновь взорвался Барос. Металлические предметы вокруг него устремились к лицу Лео, замерев лишь в считанных сантиметрах. Парень сглотнул, чувствуя, как ходит по шее его собственный кадык. — Он меня не побеждал. Он сжульничал!

— Да-да-да, лорд Вестериус, вы абсолютно правы. Квенлан так и рассказывал, что победил вас с помощью трюка.

Хотя на деле сам Квенлан не знал, как победил Бароса. Видимо, скопировал силу его Живого доспеха.

— Что там за дворняжка за твоей спиной? — спросил безумец неожиданно спокойным голосом.

Эти смены его настроения пугали даже больше его странных доспехов.

— Сам ты дворняжка! — рявкнула Лина сзади. — Я, вообще-то, сестра лорда Сатируса.

Лео слегка застонал. Теперь Барос возьмётся и за неё.

Рыцарь как раз пришёл в движение.

— Ух, какая бойкая девчонка! — сказал он изумлённо. — Что-то она непохожа на вашу семейку.

— Лорд Вестериус, это недоразу…

— Я хотя бы на ржавую задницу непохожа, в отличие от тебя! — опять встряла Лина. — Когда брат придёт, он тебе наваляет!

Безумный Барос уже возвышался над Лео.

— Отошёл! — скомандовал он. — Хочу пообщаться с твоей сестрёнкой с глазу на глаз.

Лео сжал потные кулаки и не сдвинулся с места.

— Лорд Вестериус, прошу вас, дайте ей уйти.

Рыцарь усталым движением поднял указательный палец и махнул им. Один из ножей, застывших у лица Лео вместе с другими вещами, резким движением пролетел мимо его шеи. Там же вдруг появилась горящая боль.

Лео неуверенно коснулся места пореза. Затем посмотрел на окровавленную руку. Всё перед глазами поплыло. Голова закружилась так сильно, что он потерял равновесие и упал на спину.

«Соберись, Лео. Ты так быстрее захлебнёшься кровью».

С ужасающим хрипом и трудом он перевернулся на бок. Откуда-то издалека донеслись крики и ругань Лины. Затем их перекрыл гудящий голос Бароса:

— Ну вот. А я хотел вас всех на глазах брата убить. Ладно, придётся довольствоваться только тобой.

«Теперь нужно закрыть рану. Нужно чем-то её закрыть».

Сердце чуть ли не вырывалось из груди. Воздуха в лёгких почти не поступало. Лео схватился мокрыми пальцами за кожу на шее, сдавливая её изо всех сил.

Где-то за спиной затихали гулкие шаги Живого доспеха. А вместе с ними и недовольные крики Лины.

Лео же старался сжать рану как можно сильнее. Пока ещё есть силы. В надежде, что его кто-нибудь найдёт.

* * *

Я нёсся на звуки битвы. Лину мы оставили у входа в особняк. Сейчас все мои мысли занимал загадочный человек с зелёным лезвием. И то, как он так долго противостоит Баросу.

Серп-1 неуверенно моргнул синим светом.

— Ты уже сталкивался с ним, не так ли? — спросил я его.

Доспех подтвердил мою догадку.

— И как вы его победили?

Внутренности Живого доспеха заполнились серией многочисленных вспышек, настолько быстрых и подробных, что мне не хватало опыта, чтобы их расшифровать.

— Прости, приятель, я тебя ещё не настолько хорошо понимаю. Поэтому будем импровизировать.

У меня ещё оставалась в запасе сила «Одного удара». Я очень надеялся, что её будет достаточно против такого монстра.

Наконец, мы увидели их.

Безумный Барос воздел руки к небу, в котором летала целая туча металла. Он перевёл руки в сторону, и весь этот металл убийственным потоком устремился к одинокой тёмной фигуре человека. Тот тут же воздел свой посох с зелёным лезвием и ударил о землю тупой стороной. Из лезвия потекла зеленовато-прозрачная энергия, образуя вокруг человека магический купол.

Поток металла врезался в защиту. Стенка купола слегка прогнулся под напором, но выдержала.

Металл вновь взлетел ввысь. Но только лишь затем, чтобы снова обрушиться на загадочного воина. В этот раз Баросу удалось пробить купол. Но весь металл, который проходил сквозь него, тут же распадался на мельчайшие частицы. Словно магия расщепляла его.

— Почему ты на их стороне? — взревел Барос, подходя вплотную к куполу. — Мы же сражались вместе! Ты знаешь меня. Знаешь, как меня предали.

Мы с Серп-1 уже почти добежали до них. Ещё чуть-чуть, и я разнесу Бароса «Одним ударом».

Но последующие их слова буквально выбили землю из-под моих ног.

— Ответь мне, Юрген, почему? — продолжал бушевать Барос.

— Потому что ты напал на моих детей, — ответил всё тот же подозрительно знакомый голос.

Неужели…

— Отец?

Глава 2

— Вот так поворот, — Барос поднёс палец к щёлке на шлеме и слегка протёр под ней. — Ща расплачусь.

Он перевёл взгляд с отца на меня и обратно.

— Одного не пойму, Юрген, как твой молокосос стал носителем Живого доспеха? Хотя какая разница. Один хрен этот доспех моим будет.

— Это мы ещё посмотрим. — Синие мечи вспыхнули магическим светом у меня в руках. — Однажды ты уже проиграл этому доспеху.

Безумный Барос заревел, словно раненое животное. Не теряя больше времени на слова, он направил поток металла прямо в меня.

Увернуться от такого было невозможно. Фонари, скамейки, ножи, гвозди, украшения, и много чего ещё врезалось в меня на большой скорости. Большие предметы я ещё с грехом напополам как-то разрубал в воздухе. Но даже разрубленные, они вновь устремлялись ко мне. Более мелкие предметы застревали в моей броне и выдирали из неё куски.

Если так дальше пойдёт, я останусь совсем без защиты. И доспеха. Надо что-то менять.

В глубине Серп-1 пульсировала запасённая сила «Одного удара». Нужно лишь сократить расстояние до Бароса, и я смогу его убить. Но как это сделать? Меня буквально сносило неумолимым потоком металла.

Из живота ржавого рыцаря вдруг выросло искрящееся зелёное лезвие. Напор металла ослаб, и я, наконец, смог двигаться.

Барос махнул рукой куда-то назад, стараясь зацепить отца. Я врезался в него на всём ходу, не давая завершить удар, и повалил наземь. Уселся на его доспех сверху, замахиваясь рукой. Вокруг моего кулака заструилась энергия, заставляя воздух кружиться вокруг, словно маленький смерч. Ещё чуть-чуть. Полсекунды, и Барос умрёт.

Весь металл обрушился на землю. И тут же неведомая сила заставила меня взмыть в воздух. Я растерянно смотрел, как удаляется Барос и земля вместе с ним. Высота была уже не меньше глубины кратера Мора, когда мой полёт замедлился, и я вновь устремился к земле.

Если в том же кратере Мора Серп-1 выдержал падение, то сейчас я сомневался в наших шансах. Тогда мой Живой доспех был свеженьким. Сейчас же пережил битвы с несколькими рыцарями подряд. Вряд ли это благополучно на нём сказалось.

Но страха я не испытывал. За всё это время я научился доверять своему доспеху. И когда носил его, чувствовал себя неуязвимым.

Серп-1 словно услышал мои мысли. Он подбадривающе подмигнул мне светом, а затем перехватил управление.

Это случилось впервые. Странные ощущения, когда не ты управляешь Живым доспехом, а он тобой.

Серп-1 перевернулся в воздухе ногами вниз. Слегка согнул колени. Положил руки на затылок.

Удар о землю сказался на мне минимально. Серп-1 смягчил его согнутыми коленями, и тут же перекатился через бок, сбивая скорость. Но самому доспеху досталось больше. Катясь по земле, он трещал и скрипел с таким звуком, будто кто-то рвал железо голыми руками.

Перед моими глазами на землю опустился посох. Почти сразу же вокруг появилась прозрачная стена защитной энергии, в которую тут же вгрызся металл.

— Ты как? — спросил отец усталым голосом.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я в ответ, поднимаясь на ноги.

Полностью выпрямиться не получилось, так как защитный купол, судя по всему, был рассчитан на высоту обычного человека.

— Увидел, как Барос держит Лину в заложниках. Схватил оружие и сразу помчался сюда.

— Откуда он тебя знает?

— Сражались вместе на войне.

— Как его убить? Какие у него слабости?

— Если бы я знал. Его сила состоит в управлении металлом.

— А то я не заметил! — съязвил я.

Отец сделал вид, будто не услышал моей издёвки.

— Но ему нужна концентрация, чтобы управлять таким количеством, — продолжил он. — Обычно он замирает на месте, либо очень медленно двигается.

— Значит, нужно незаметно ударить в этот момент. Как ты и сделал.

План родился сам собой.

— Продолжаем так же, — скомандовал я. — Я буду наживкой. Ты же сыграешь роль Истребителя и ударишь в нужный момент.

— Боюсь, заряд моего посоха уже на исходе.

— Тогда не будем терять времени.

Купол прозрачной энергии раздвинулся сзади, давая мне выйти.

— Удачи, сынок, — бросил отец мне в след.

Я в ответ лишь фыркнул. Тоже мне, «сынок». Тебя не было в моей жизни больше десяти лет, и ты позволяешь себе так ко мне обращаться.

Обойдя купол сбоку, я метнул меч в застывшего Бароса. Силовой клинок неглубоко вошёл в его броню.

— Слышь, лорд Ржавчина, — крикнул я, притянув меч обратно. — Мы ещё не закончили.

Металл застыл в воздухе. Буквально все предметы, управляемые Баросом, развернулись острыми частями ко мне.

— Как ты меня назвал? — взревел он.

Я пошёл в сторону от купола, надеясь, что Барос забудет об отце.

— Лорд Ржавая Башка, — продолжил я. — Хотя нет, прозвища же даются на основе сил доспеха. Хм… Как тебе лорд «Металлолом»?

Туча металла разделилась на два потока, которые устремились ко мне с двух сторон. Я тут же свернулся в клубочек, удерживая силовые мечи так, чтобы они хоть как-то прикрывали меня по бокам.

Невероятная сила терзала мой Живой доспех. Металлический скрежет резал не только броню, но и мой слух. Я чувствовал, как от Серп-1 отваливаются целые куски брони. В правом боку вдруг стало мокро. Следом пришла яркая боль, которую тут же заглушило холодное свечение доспеха.

— Держись, приятель, — выдохнул я. — Ракс готовил нас к такому. Мы выдержим.

Серп-1 ответил уверенной вспышкой света. Приятно осознавать, что мы с ним одного характера.

Металл перестал вгрызаться в мою броню. Невыносимый скрежет сменился отборной руганью Бароса.

Я тут же вскочил на ноги и понёсся на его голос. Мой доспех двигался уже не так грациозно и быстро. Лишь мельком, но я заметил, как в нём местами зияют дыры. Мы слегка прихрамывали на левую ногу, пока бежали.

Значит, нужно кончать с Баросом здесь и сейчас.

Брошенный меч вонзился ему в спину, отвлекая от отца. Лезвие на его посохе уже работало нестабильно и время от времени затухало. Ржавый рыцарь обернулся. Сила «Одного удара» завихрилась вокруг моего кулака. Я замахнулся на бегу.

Весь металл, висевший в воздухе, рухнул на землю. Кулак Бароса полетел навстречу моему.

Моих губ коснулась лёгкая ухмылка.

Вот же идиот.

А затем мой кулак застыл в считаных сантиметрах от его. Словно упёрся в невидимую упругую преграду, от которой во все стороны ударил ветер. Барос держал руку твёрдо. Мою же начинало всё сильнее трясти от мощи «Одного удара».

Зарычав, я старался продвинуть кулак вперёд. Но сделать это было не легче, чем толкать гору. Рука уже ходила ходуном. Вихрящаяся вокруг энергия срывала мельчайшие кусочки брони с моего доспеха. Они закружились вместе с травинками и веточками, притянутыми с земли. Отрываемые кусочки брони становились всё больше и больше.

Серп-1 обеспокоенно замигал светом. Я разделял его опасения. Мы оба видели, что сила «Одного удара» тем сильнее, чем дольше его заряжаешь. Видели разрушения, которые она может принести. Но ещё ни разу не видели, чтобы она заряжалась так долго.

Ветер уже бушевал вокруг нас с Баросом. Вихрь вокруг моей трясущейся руки уже стягивал частички и его ржавой брони.

— Да как ты это делаешь? — заорал он, перекрикивая завывающий ветер.

И вдруг выбросил вперёд вторую руку.

Упругая сила между нами укрепилась. Я хоть и стоял, крепко упёршись ногами в землю, но всё равно проехал почти на метр назад.

— Серп-1, не сдерживайся, — приказал я. — Идём до конца. Эту тварь нужно убить.

Доспех откликнулся на мои слова подтверждающим миганием.

Однажды в детстве я видел, как прорвало плотину Грантона. Дыра по итогу была совсем небольшой. Но вода била настолько мощной струёй, что её напор, по словам отца, убил бы любого.

Похожие ощущения я испытал, когда Серп-1 перестал сдерживать «Один удар». Мощь, вырвавшаяся наружу, теперь терзала и разрывала сразу оба доспеха. Я ухватился левой рукой за правую, стараясь хоть немного удержать трясучку, и направить удар на Бароса.

Я сделал шаг. Затем ещё один. Бронированная перчатка на моей руке почти полностью расщепилась. То же самое происходило сейчас с руками Бароса. Пока я сокращал дистанцию, давление между нами только крепло. Это чувствовалось так, будто я пытаюсь сжать уже сжатую пружину.

Почти одновременно мы с Баросом заорали, пытаясь преодолеть эту силу. Серп-1 испуганно затрепетал синим светом, будто что-то почувствовал. Наши кулаки почти сомкнулись. Между ними пробежала искра.

Затем нас отбросило в противоположные стороны. Я заметил лишь, как от того места, где мы стояли, расходится тугая ударная волна. Она шла узким, словно лезвие, полукругом, основная часть которого ударила вверх. Другие же части расползались вправо и влево. И одна из них шла прямо на особняк.

Я ещё не успел упасть на землю, когда невидимая сила проломила стены здания с ужасным грохотом. С другой стороны ударная волна проломила стену, окружавшую особняк, и ушла в город, снося дома.

Затем я приземлился. Точнее, покатился кубарем.

Вонзил меч в землю, замедляя движение. Серп-1 устало заскрипел, когда мы остановились. С трудом поднявшись на ноги, я посмотрел на особняк — в правой его части зияла вертикальная дыра размером с четверть здания. Самое страшное, что не было никаких обломков.

Когда мы полчаса назад сражались с лордом Деймосом против Танка, то «Один удар» просто обрушивал дома. Словно игрушечные. Сейчас же было такое ощущение, будто сила, что я выпустил наружу, просто заставила исчезнуть часть дома.

Сердце в груди скрутило болью от внезапного осознания.

Надеюсь, Лины не было в той части особняка.

Издалека донёсся довольный хохот. Сквозь усиливающие линзы доспеха я увидел, как в воздух опять взмыл рой металла.

Издав уставший вздох, я поковылял вперёд. Барос, должно быть, сейчас выглядит не лучше меня. А значит, сейчас лучший шанс его сломить.

По пути я осмотрел повреждения. Броня отсутствовала на правом боку и почти на всей руке. На остальном доспехе также лежала неравномерно, в нескольких местах истончившись до безобразия. Вся кожа моей открытой руки была исполосована мельчайшими ранами. Они начинали понемногу щипать.

— Перенаправь броню, — сказал я Серп-1. — Мне нужна рука. И укрепи броню спереди. Открытые части выведи на спину.

Доспех возразил обеспокоенным миганием.

— Я не собираюсь подставлять ему спину. Доверься мне.

«Хорошо», — неожиданно точно расшифровал я мигания Живого доспеха.

Однако удивляться было некогда. Нужно придумать, как добить Бароса.

В темноте я разглядел лежащего без сознания отца. По коже пробежали мурашки, но следом я увидел, как тихонько вздымается его грудь.

— А ты полон сюрпризов, сын Юргена, — прогудел ненавистный голос.

Мечи сами собой оказались у меня в руках. Но зажёгся только один из них. Серп-1 виновато мигнул, давая понять, что энергия на исходе.

— Как тебя хоть звать?

Я присмотрелся к Баросу. В его ржавой броне зияли дыры не меньше моих. Но они каким-то образом зарастали. Присмотревшись, я увидел огромный шар металла, зависший над Баросом. От него исходили струйки серебристой пыли, заполонявшие прорехи в доспехе.

Твою тень, только не говорите, что он обычным металлом может и свой Живой доспех восстановить!

Приятное холодное свечение внутри доспеха поддерживало моё тело. Я не чувствовал свежих ран. Не чувствовал и старых. Но от чего Серп-1 не мог меня избавить, так это от усталости. Слишком многое пришлось пережить не только за сегодня, но и за последний месяц.

Мне казалось, что я продолжал стоять чисто на морально-волевых. Если бы не врождённое упрямство и желание победить, я бы уже валялся на спине.

— Оглох, что ли?

Он точно тянул время, чтобы успеть восстановить доспех.

Я сделал шаг вперёд.

Какой бы ни была усталость и желание прилечь, я не сдамся. Этот ублюдок меня не победит. Зарычав, я перешёл на бег.

Барос пожал плечами:

— Ладно, — прогудел он устало. — Если хочешь умереть поскорее, не буду отказывать тебе в таком удовольствии.

Шар металла над его головой разлетелся на мелкие детали. Они закружились вокруг его руки, формируя прямо в ней длинный двуручный меч. Ни один человек такой ни за что бы не поднял.

— Посмотрим, на что ты способен.

Он резким движением отразил мой удар. Я даже не заметил, как он так быстро махнул мечом. Толкнув меня в больное плечо, он заставил меня катиться по земле.

— Слабовато, попробуй ещё! — сказал Барос весёлым голосом и взял меч таким образом, чтобы его остриё указывало на меня.

Слишком длинный. Он будет отбивать все мои атаки, пока я не сокращу дистанцию.

Сильно оттолкнувшись от земли, я рванул в его сторону. Обманный рывок в одну сторону, а затем резкий уход в другую. Как будто оббегаешь стражника, когда бежишь по городу с наворованным.

Барос дёрнулся в нужную мне сторону. Я приблизился вплотную и воткнул светящийся меч в бок. Ржавый рыцарь же просто прикрыл бок рукой, а затем со всего размаха обрушил свой меч на меня.

В голове загудело. Перед глазами всё поплыло. Это было намного больнее падения с высоты.

Барос нанёс ещё несколько ударов. Он даже особо не старался, орудуя длинным мечом, словно дубиной. Я пытался подставлять силовой меч под удары, но не поспевал за скоростью безумца. Наконец, он выбил меч из моей руки и пнул ногой в грудь. Я повалился на спину.

Двуручный меч вонзился в землю рядом с моей головой. А ржавый рыцарь уселся на меня словно на скамейку.

— Вот что вы Сатирусы за народ такой? — спросил он устало. — Вечно мне мешаете с этим своим Живым доспехом.

— Не хрен было брать мою сестру в заложники, — прохрипел я сквозь зубы.

Пока он сидел на мне, было неимоверно сложно отдышаться как следует.

— Твою мать, ты ж ещё сын Юргена, — продолжал рассуждать Барос. — Эх, покурить бы. Нет, я хоть и чудовище, но не в моих правилах убивать достойных людей.

Что-то внутри Серп-1 хрустнуло, и поток свежего воздуха прекратился. На его смену пришла влажная духота. Отдышаться стало ещё сложнее.

— Так я, по-твоему, достойный? — съязвил я.

— Ты единственный, кто продержался против меня так долго. Поэтому я и заберу твой Живой доспех.

— Не получится, далеко ты не уйдёшь. Весь город на ушах.

— Плевать. Я в любом случае добьюсь своей цели.

— И чего же ты хочешь? Ради чего всё это?

Барос слегка сдвинулся, усаживаясь поудобнее. А я, наконец, смог вдохнуть полной грудью.

— Малец, я ж Рыцарь Хаоса. А значит, цель у меня одна — обратить весь мир в хаос.

Да что такое этот ваш грёбаный Рыцарь Хаоса? Я слышал это прозвище за сегодня уже несколько раз. Но понятнее не стало ни на шиш.

Я мысленно потянулся к оброненному мечу. Спустя секунду рукоять мягко и осторожно легла в мою ладонь.

— Эх, ладно, пора тебя убивать, не то…

Договорить я ему не дал. Согнувшись пополам, я обхватил ногами его шею. Загоревшийся меч вошёл в броню под мышкой. Я смог повалить его наземь, продолжая налегать на меч. Затрещала броня.

Двуручный меч, воткнутый в землю, вдруг развалился на несколько осыпавшихся частей. В следующий миг уже знакомая сила отшвырнула меня от Бароса. Но в этот раз недалеко — всего на пару десятков метров.

Перекатившись несколько раз, я вскочил на ноги. Ржавый рыцарь тем временем вновь собрал вокруг себя тучу летающего металла.

— Как же ты меня достал, щенок! — прорычал он металлическим голосом. — Теперь вместе с тобой умрут и твои родные.

Я пошёл ему навстречу.

— А как же твоё правило о достойных людях? — крикнул я.

— О, ради тебя я его с радостью нарушу!

Туча металла сплавилась в одну большую иглу, направленную в меня.

— Попрощайся со своим Живым доспехом, малыш, — проворковал Барос.

Монструозная игла сорвалась с места. Серп-1 быстро замигал, не зная, что делать.

А затем перед нами вырос щит.

Широкий прямоугольный щит из прозрачно-жёлтой силовой энергии. По всей его поверхности бегали маленькие молнии.

Игла разлетелась на мельчайшие части, врезавшись в щит. Эти части вновь взмыли в небо, образуя новую иглу. Сверху раздался глубокий голос Ракса, усиленный доспехом:

— О, Ушедшие, Райкен, ты похож на решето. Джайра тебя точно убьёт после всей этой заварушки.

Сквозь энергию щита я увидел, как за спиной Бароса прямо из земли вырос лёгкий чёрный доспех. Из костяшек его кулаков выдвинулись яркие фиолетовые когти. В следующий миг они вспороли ржавый доспех снизу вверх.

На нас с Раксом с неба посыпался металлический дождь. Джайра же улетела куда-то во тьму, отброшенная всё той же странной силой Бароса.

Спустя пару секунд она вынырнула из тени рядом с нами. Её пылающие фиолетовым светом линзы уставились на меня.

— Я тебя убью, Райкен! — раздался резкий металлический голос изнутри чёрного доспеха.

— Я же говорил, — хмыкнул Ракс.

— Почему полез в самое пекло без нас? — накинулась Джайра.

— Некогда было вас искать, — отмахнулся я. — К тому же у него была Лина.

— Мы бы помогли.

— Я же говорю, на счету была каждая минута!

— Что-то ты слишком неблагодарный для того, чью задницу только что спасли!

— О, тогда спасибо тебе, что Ракс меня спас!

— Да пошёл…

— Ребят, — вмешался Ракс. — У нас проблема.

Проблема у нас могла быть только одна. И эта проблема прямо сейчас неистово хохотала, пока весь металл вокруг сползался к ржавому рыцарю. Он со всех сторон облеплял доспех Бароса, увеличивая того в размерах. Он уже был высотой почти с Танк Ракса, и продолжал расти.

— А вот сейчас начнётся настоящая веселуха! — провозгласил он.

Глава 3

— Твою ж… — выругалась Джайра. — Ракс, что будем делать?

Ракс смотрел на растущего рыцаря. Из его согнутой в локте руки исходила искрящаяся жёлтая энергия, образуя широкий щит.

— Действуем по стандартной тактике, — скомандовал Танк. — Я беру весь удар на себя. Ты выжидаешь нужный момент и ищешь слабое место.

— Поняла.

Я покачал головой.

— Против него не получится биться стандартно. Это Безумный Барос.

— Барос? — удивился Ракс. — Тот самый?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но он пришёл сюда за Квенланом.

— Значит, тот самый, — подтвердила Джайра. — План не меняется?

— Действуем, как я и сказал, — прогудел Ракс в ответ.

— А мне что делать? — спросил я.

Ракс осмотрел меня.

— Пойдёшь в город за помощью. Ищи рыцарей. Любых.

Я скрестил руки.

— Ага, щас! Если думаете, что я вас брошу, то…

Джайра приблизилась ко мне вплотную и ткнула металлическим пальцем в нагрудник.

— Твой доспех развалится, если я надавлю ещё сильнее, — холодно сказала она. — Мы на поле боя, так что выполняй приказ командира.

Мысленно отдав приказ доспеху раздвинуть шлем, я посмотрел на них своими глазами. Хотел, чтобы они увидели моё лицо.

— Этот монстр убил множество народа. Чуть не убил Лину… И Пикс.

Палец Джайры на моём нагруднике дрогнул.

— Что? Пикс?

— Да, — подтвердил я. — Она лежит за стеной особняка с переломанными костями. — переведя взгляд на Ракса, я продолжил: — Я не буду обузой в бою. Но и стоять в сторонке, пока этот монстр сражается с близкими мне людьми, я тоже не стану.

Ракс кивнул мне.

— Идёт. Будешь мешаться у него под ногами. Стесняй его движения, не давай бить по мне в полную силу. Выведи его из себя, как ты умеешь. Хотя помощь со стороны была бы предпочтительнее.

— Можешь шарахнуть молнией в небо, — предложил я. — Если поблизости кто-то есть, её точно заметят.

— А что, хорошая идея, — хмыкнула Джайра, медленно погружаясь в тёмную землю. — Удачи, парни. Если умрёте, я вас убью!

— Ты её слышал, — пожал плечами Ракс.

Он отвёл свободную руку в сторону. Металл на ней пришёл в движение, скапливаясь в ладони и вырастая в длинный шест. На его конце зажглось широкое жёлтое лезвие. Ракс воздел получившуюся глефу вверх. Её искрящееся остриё раскалилось добела и выстрелило вверх ветвистой молнией. Тут же прогремел оглушительный раскат грома.

Ракс выпустил ещё две молнии.

— Чтобы наверняка, — пояснил он. — А теперь в бой.

— Да, командир.

Я отсалютовал ему пустой рукоятью меча и выбежал из-за щита. Хотел обойти Бароса с фланга.

Ржавый рыцарь за это время прилично вырос. Весь его доспех облеплял металл, образуя широкую и высокую фигуру. Он возвышался над Раксом на добрый метр-полтора, хотя наш Танк и сам был высотой с двухэтажный дом. Со всех сторон к безумному рыцарю стекались всё новые металлические предметы, укрепляя его броню.

И почему у таких ублюдков вечно самые сильные Живые доспехи?

Ракс выпустил новую молнию. В этот раз в Бароса. Электрический разряд ударил ему прямо в грудь и разошёлся по всему доспеху.

— Твои силы бесполезны против меня, — захохотал Барос. — Я управляю магнетизмом. А твоё электричество лишь усиливает меня.

— Вот чёрт, — выругался Ракс.

Кружащийся металл вокруг Бароса сплавился в несколько увесистых шаров. Они полетели в сторону Ракса, постоянно меняя скорость и направление. Танк напрягся, пытаясь подставить широкий щит сразу под все удары.

Пора вмешаться.

Выломав увесистый кусок из каменного садового забора, я запустил его в голову Баросу. Тот вряд ли нанёс ему хоть какой-то урон, но внимание привлёк.

— И это великий Барос? — заорал я, швыряя новый камень. — Хвалёный Рыцарь Хаоса? Я ношу Живой доспех второй месяц, а ты меня не то что убить, даже просто победить не смог!

— Что ты несёшь? — взревел он. — Я тебя уже победил!

От его монструозной брони отделились несколько кусков металла. Невидимая сила Бароса разорвала их на мелкие части, образуя маленькие шарики. Я напрягся — не хватало ещё попасть под шрапнель.

Ракс врезался в него плечом. Тут же взмахнув щитом, он сбил зависшие в воздухе шарики. Барос медленно замахнулся кулаком, но Танк перехватил его руку и профессиональным движением бросил через плечо. Безумец с грохотом рухнул на землю. Ракс тут же пристроился сзади, сдавив шею безумца сгибом локтя. Громко затрещал металл.

— Джайра! — заорал Ракс.

Из земли перед ними вновь вырос тёмный рыцарь. Она взобралась на Бароса и придержала его дёргающуюся голову одной рукой, замахиваясь зажжёнными когтями на другой.

Металл, прилипший к доспеху Бароса, вдруг осыпался на землю. Ракс и Джайра тут же разлетелись в разные стороны на несколько десятков метров. Отчего-то было странно наблюдать, как здоровенный Танк так легко летит в воздухе.

Барос встал и повернулся в мою сторону, из-за чего все мои мышцы напряглись.

— На чём мы остановились? — металл у его ног пришёл в движение, вырастая в длинный меч и высокий щит. — Ты вроде говорил, что я не могу победить молокососа вроде тебя?

Так его правда это задело. Гордость не выдерживает?

— Ага, — ответил я, приободрённый своей догадкой. — Встреться мы на дуэли, я бы тебя уже размотал!

— Да как ты смеешь, щенок!

Сбоку из темноты неожиданно вылетел шар металла. Только благодаря натренированной воровской внимательности я смог его заметить. И лишь чудом увернулся.

— Я пришёл к тебе раненый после битвы с двумя другими рыцарями! — я изо всех сил старался добавить в голос бравады. — И то ты меня не сломил. Может, ты и не Безумный Барос вовсе? Так, подражатель скорее.

В мою сторону полетел весь металл, что был у него в наличии. Я даже дёрнуться не успел, когда меня облепило со всех сторон. Только голова осталась свободной. Всё остальное тело сдавило так, что я не мог пошевелиться.

Барос подошёл ко мне вальяжной походкой. Воткнул меч и щит в землю, и облокотился на меня.

— Эх, молодёжь, — проворчал он. — Вечно думаете, что самые умные и всё знаете.

— И в чём же я не прав? — прохрипел я.

— Я мог убить тебя в любой момент. Как и твоего отца. Как и твоих друзей.

— И почему же не убил, выпендрёжник?

Барос картинно вздохнул.

— Потому что соскучился по этому. По свежему воздуху, вкусу свободы. По битвам и преодолению в них.

Его доспех слегка мигнул оранжевым светом.

— Смотри, — сказал он тихо.

Он дёрнулся в сторону. Ярко-фиолетовые изогнутые когти пробили его броню по касательной. Барос с разворота ударил локтем Джайре по голове. Та пошатнулась. Безумец выдрал её когти из своего доспеха. Продолжая держать руку Джайры, он резко повёл её вниз, подставляя ржавое колено.

Треск костей и металла. Следом за ним женский стон и отборнейший мат.

— Нет! — заорал я и принялся вырываться из своих оков.

Но металл Бароса держал крепко.

— А вот и наш здоровяк, — судя по голосу, он наслаждался происходящим.

Длинный меч и щит вырвались из земли, и оказались в руках безумца. Ракс нёсся так, словно хотел смять Бароса под собой. Тот же стоял расслабленно.

А затем метнул щит под ноги Раксу. Танк запнулся, а безумец был уже рядом. Меч в его руках слегка проткнул чёрную броню. Я облегчённо выдохнул — вряд ли обычный металл пробьёт такой Живой доспех.

Однако Ракс почему-то рухнул на одно колено. Меч неожиданно начал сам погружаться в его броню всё глубже и глубже.

Барос отправился ко мне. Металл, обволакивающий меня, уже поглотил и Джайру. Вновь облокотившись рядом, он дал мне лёгкий подзатыльник. Я сжал зубы.

— Знаешь, где самое слабое место в Живом доспехе? — спросил он. Затем дал мне ещё один подзатыльник, уже чувствительнее. — Ну же, отвечай.

— Глаза, — выдавил я из себя.

Именно ударом в глаза я убил своего первого врага.

— Хорошее предположение, но нет, — отозвался Барос. — Слабее всего броня внутри самого Живого доспеха.

Ракс упал на спину и теперь судорожно водил руками по нагруднику.

— Прямо сейчас множество металлических частичек рыскают по его доспеху, — сказал он довольно. — Всего одна моя мысль, и с ним будет покончено.

После его слов нагрудник Ракса взорвался изнутри. В воздух взмыли многочисленные кусочки металла, управляемые Баросом, а затем снова обрушились на разорванный доспех. Изнутри донёсся сдавленный вздох Ракса.

— Как я и говорил, убить вас мне ничего не стоит, — он похлопал меня по шлему, из-за чего я забился в своих оковах ещё сильнее. — А теперь я заберу твой доспех.

Нажим металла усилился. Броня Серп-1 затрещала под таким напором.

— Барос Вестериус! — над садом разлетелся низкий глубокий голос. — Сдавайся! Ты окружён королевскими рыцарями.

По развороченной земле уверенно шагал тёмно-красный рыцарь. Из сочленений его доспеха и щёлок шлема бил яркий красный свет. Как будто даже вместе с пламенем.

— Как всегда вовремя, блин, — проворчала Джайра рядом.

Барос же развёл руки в стороны.

— О, неужели лорд Сурата собственной персоной? Решился, наконец, прийти по мою душу?

Я с интересом посмотрел на красного рыцаря. Вот уж не думал, что лорд Сучара, глава целого клана, сам полезет в битву.

— Нужно было это сделать три года назад, — отозвался Сурата. — Но в честь твоих былых заслуг я даю тебе шанс выжить.

— Ну да, конечно, — съехидничал Барос и высоко поднял руки, словно ребёнок. — Тогда сдаюсь. И притворюсь, будто я не чувствую доспехи, прикрытые силой лорда «Хамелеона». И то, как вы прямо сейчас пытаетесь сомкнуть кольцо.

Металл, сковывавший меня, ослабил хватку.

— Осторожно! — крикнул я.

Но было поздно. Во все стороны разлетелась шрапнель. Лорд Сучара молниеносно образовал перед собой стену пламени. Металл, долетавший до неё, вылетал с другой стороны кипящей жидкостью.

Отовсюду раздались крики и стоны рыцарей, которым повезло куда меньше. С их Живых доспехов сползала прозрачная жидкость, делавшая их невидимыми.

Барос отсалютовал мне какой-то железкой.

— Ещё увидимся, юный лорд Сатирус, — железка упала на землю. — В следующий раз убью тебя быстро.

Оброненную железку вдруг вдавило в почву так сильно, будто на неё наступил великан. Барос же взмыл в воздух, раскидывая всё новые железки.

— Твою тень, — выдохнул я. — Он ещё и летает!

— Нет, — раздался низкий голос над ухом. Я от неожиданности чуть не ударил лорда Сучару. — Он лишь отталкивается от брошенного на землю металла своей магнетической силой.

Его спокойный голос сменился хриплым рычанием, когда он рявкнул своим рыцарям:

— Чего развалились? В погоню за ним! Нельзя позволить ему уйти!

— Да, «Огненный»! — отозвались раненые рыцари и пустились в погоню.

Я побежал за ними.

— Райкен! — крикнула Джайра.

— Стой! Не ты! — вторил ей лорд Сучара.

Но я притворился, что не слышал их.

Хохочущий Барос нёсся по городу огромными скачками. Металл, брошенный им для отталкивания, вгрызался в мостовую и жилые дома наподобие ужасных гвоздей, принося новые разрушения.

Серп-1 больше не отвечал мне. Видимо, берёг энергию, чтобы хоть как-то меня защищать. Но тем не менее продолжал усиливать звуки, благодаря чему я слышал переговоры других рыцарей.

— Трент, как нам бороться против самого Бароса?

— Понятия не имею.

— Что, девочки, неужели зассали? Он — дичь, мы — охотники.

— Он что, движется к королевскому дворцу?

Я перевёл взгляд на высокий белый дворец. Из его глубин струилась плотная сияющая энергия синего цвета. Где-то на неведомой высоте она расходилась во все стороны и опускалась сплошным куполом, защищая всю Эсту.

— Он хочет убить короля? — спросил один из рыцарей.

Не в стиле Бароса. На мой взгляд, они с королём скорее сдружились бы.

— Не тупи Брэндон, — отозвался другой рыцарь. — Он наверняка движется к «Мастеру Порталов». Хочет свалить.

— Или к «Защитнику».

Пикс как-то рассказывала о них. Доспехи-Гиганты, что принадлежали королевскому клану.

— На кой хрен ему сдался «Защитник»?

— Вы же сами слышали, что он называет себя самим Рыцарем Хаоса. Представьте, какой хаос поднимется, если он оставит Эсту без защитного купола.

Я, наконец, нагнал рыцарей, и спросил:

— Он что, на это способен?

Ближайший из рыцарей в стройном доспехе ядовито-зелёного цвета смерил меня взглядом. Я ожидал издёвки, но вместо этого он коротко ответил:

— От этого монстра можно ждать чего угодно.

Когда мы вышли на широкую дорогу в Богатом районе, ведущую прямиком ко дворцу, нас нагнал лорд Сучара. Он нёсся широкими шагами, выставив руки назад. Из его ладоней били тугие струи огня, по всей видимости, ускоряя его. Барос в это время в полёте проломил стену дворца и оказался внутри.

— «Огненный», что делаем? — спросил его ядовито-зелёный рыцарь.

— Разделимся на три группы, — ответил лорд Сучара, останавливаясь у ворот. — «Хамелеон», «Иллюзион» и «Фантом» — вы к королю. «Глыба», «Разоритель» и «Взрывная волна» — вы к Защитнику. Я, «Луч» и лорд Сатирус к «Мастеру Порталов». Смотрите в оба. Бароса убить на месте. Всё ясно?

— Так точно! — в один голос отозвались рыцари и углубились на территорию дворца.

Я пристроился следом за «Огненным», который побежал к лестнице, ведущей вниз. К нам присоединился рыцарь в изящном бело-золотом доспехе. Изогнутые формы его доспеха отличались непривычной закруглённостью брони. Почти ни одного острого угла. Даже шлем у него был слегка округлой формы. Вместо кисти на его левой руке было странной формы устройство. В виде вытянутого полого цилиндра. В его глубине что-то периодически раскалялось добела.

— Вы как, лорд Сатирус? — спросил лорд Сучара. — Справитесь?

— Эта мразь хотела убить мою сестру, — ответил я. — Так что буду сражаться, даже если мой доспех вырубится.

— Вы это точно умеете, — хмыкнул «Огненный».

Его доспех был более привычной формы. Чем-то похож на мой. Только вот из его сочленений вместе с ярко-красным светом изредка вырывалось и пламя. Словно он дышал им.

— Лорд «Луч», — обратился я к бело-золотому рыцарю. — Какая у вас сила?

— Увидишь, — коротко бросил он в ответ.

Понятно, из аристократов-зазнаек.

Широкая лестница, явно рассчитанная на Живые доспехи, привела нас к подземелью с высокими потолками. Тут и там в воздухе зияли просторные дыры, по краям окружённые нежным персиковым светом. Эти дыры напоминали окна. Только вели они не на улицу.

В одном из «окон» я рассмотрел густой зелёный лес. В другом — жгучую лаву, стекающую по горному склону. В третьем — просторную комнату, по которой, будто муравьи, носились люди с бумагами в руках.

Но больше всего внимания привлекал рыцарь в центре подземелья. Цвет его брони сложно было различить. Особенно учитывая множество источников разного света. Он сидел на возвышении, держа ладони перед собой. Между ними пульсировал шар той же персиковой энергии, что окружала «окна». От этого шара к «окнам» исходили магические «щупальца», которые, по всей видимости, и удерживали их открытыми.

Размерами Гигант вполне мог потягаться с башней в моём особняке. И это он ещё сидел.

Стоило нам войти в подземелье, как щёлки его исполинского шлема наполнились светом. Но Гигант остался безмолвным.

— «Луч», — обратился «Огненный» к своему подопечному. — Займи высоту. Следи за входом. Не пропусти Бароса.

Золотой рыцарь молча кивнул. В его руках появилось маленькое зеркальце, похожее на те, что постоянно носили с собой знатные дамы. Он с лёгкостью подбросил его до самого потолка. А затем исчез во вспышке света. С той же вспышкой он возник под потолком, в который воткнул ноги. Свесившись головой вниз, он поймал зеркальце одной рукой и направил устройство на второй руке на вход в подземелье.

— Лорд Сатирус, вы со мной, — сказал лорд Сучара и направился к Гиганту.

— Ага, — отозвался я, продолжая заворожённо наблюдать за «Лучом».

Судя по его силам, он был Истребителем, а не Усилителем, как мне подумалось вначале. До этого я видел Истребителей, которые сражаются лишь вблизи. Если «Луч» с такого большого расстояния незаметно поразит Бароса, я буду только рад.

Где-то наверху во дворце что-то громыхнуло. Затем ещё раз. С высокого тёмного потолка посыпались мелкие камушки.

— Началось, — хмыкнул «Огненный».

Мне нестерпимо хотелось отправить на звуки сражения. Но я сдержал порыв. Нельзя позволить Баросу добраться до этих «окон». Если я правильно понимал, то отсюда можно попасть в любое место Эстовии. Идеальное место для побега.

«Огненный» воздел красную руку в приветственном жесте.

— Приветствую тебя, «Мастер Порталов»! — его громкий низкий голос несколько раз отразился эхом от стен подземелья.

В «окне», которое я приметил ранее, вдруг замерли люди с бумагами. Некоторые даже подошли поближе. Неужели они нас слышат?

— Смотрите! — воскликнул какой-то мужчина. — Это же лорд Сурата! «Огненный», — добавил он с каким-то вожделением.

Значит, они нас тоже видят. Высоко над нами раздались взрывы.

Лорд Сучара приветственно махнул людям рукой, а затем вновь обратился к Гиганту:

— Нужно закрыть все эти порталы!

— Невозможно, — прогремел Гигант. Его громоподобный голос не только вызвал эхо, отразившись от стен, но и заставил дрожать всё прямо у меня в груди.

Люди в том портале затихли.

— Безумный Барос уже во дворце, — пояснил «Огненный». — Нельзя позволить ему уйти.

— Если я закрою все порталы разом, это вызовет коллапс, — голос Гиганта, казалось, сотрясал всё сущее.

С ужасным звуком разверзся потолок подземелья. Сквозь дыру провалился хохочущий ржавый рыцарь. «Луч» не успел среагировать на появившегося позади него врага. Барос прямо в падении направил несколько железок прямо внутрь устройства золотого рыцаря. Тот, не заметив этого, направил руку на безумца.

Вспыхнула ослепительная вспышка света. Затем по подземелью пронёсся оглушающий звук взрыва.

Когда марево перед глазами развеялось, я увидел, что Луч висит вниз головой. Его ноги так и продолжали торчать в камне. Его левая рука была разворочена изнутри. Сам же он не двигался. Лишь слегка покачивался.

Рукоять меча сама оказалась у меня в руке. Пальцы сжали её так сильно, что захрустела броня доспеха.

Как же меня достал этот Барос. Нужно покончить с ним раз и навсегда.

Безумный рыцарь как раз выбирался из горы обрушившихся камней и металла. Оглядевшись, он заметил меня.

— Какая удача, — проскрежетал он. — И ты тут?

Глава 4

Вокруг ржавого рыцаря закружился металл. Мы с «Огненным» обошли Бароса с двух сторон. Его Живой доспех выглядел неважно. Тут и там зияли дыры разных размеров. Особо здоровенная была на нагруднике. Кажется, ему досталось не меньше, чем моему Серп-1. Правда, Барос заполнил все эти дыры обычным сплавленным металлом.

— Сдавайся, Барос! — прогудел «Огненный». — Тебе не сбежать.

— Хм, хорошо, ты прав, я сдаюсь, — ответил Барос весёлым голосом и вытянул руки вперёд. — Можешь меня арестовать.

Вокруг запястий Бароса зазмеился металлический трос, якобы связывая руки. Лорд Сучара не сдвинулся с места. В темноте за его спиной что-то зашевелилось.

— «Огненный»! — крикнул я, но было поздно.

Поток металла врезался в красного рыцаря со спины и повалил наземь. Различные предметы навалились на него, образовывая плотную гору. Барос хотел его обездвижить, как и меня до этого.

Сам ржавый рыцарь уже бросился к одному из порталов.

Я метнул силовой меч ему в ногу, заставив споткнуться. И тут же снёс его, врезавшись всем телом. Мы перекатились несколько раз, пока я не оказался сверху. Принялся вколачивать кулаки и локти в его шлем, надеясь, что он не выдержит.

— Отвали! — рявкнул Барос.

Сверху посыпались металлические предметы. Меня же от Бароса отбросила уже знакомая невидимая сила.

Не повезло. Спиной вперёд я пролетел сквозь один из порталов. По всему телу прошла волна мурашек. Я почувствовал, как волоски на груди и руках встают дыбом.

В следующее мгновение я уже кувыркался по какой-то скользкой белой поверхности. Она шла под уклон, из-за чего моё падение могло затянуться. Вонзив руку в поверхность, я замедлил падение, пока, наконец, не врезался спиной во что-то мягкое.

Стало резко холодно. Даже мягкая внутренняя подкладка доспеха охладилась настолько, будто снаружи бушевал лютый мороз. Открытая же спина помимо холода стала ещё и мокрой. В шлеме завывал ветер. Перед глазами мелькало множество белых хлопьев, налипая на линзы шлема.

Я протёр их рукой и огляделся. Это что, снег? Во все стороны расходилась белая пустыня, иногда перемежаемая небольшими скалами и склонами. С одного из таких я и скатился. Борозду, оставленную моим доспехом, уже наполовину замело снегом. Наверху, сквозь бушующую непогоду, я разглядел персиковое марево портала. А также несколько людей в шкурах животных.

Поднявшись на ноги, я побрёл на склон. Даже в Живом доспехе было сложно идти из-за порывов ветра и глубокого снега.

Снег. В жизни его столько не видел. Мой родной Грантон был далеко на юге. Зимой, в отличие от остальной Эстовии, у нас в основном шёл дождь. Но было пару лет, когда выпадал тонкий слой снега. Вместе с другими уличными мальчишками и Линой мы тут же выбегали играть в снежки.

Здесь мы смогли бы долго в них играть.

Когда я взобрался на склон, меня окружили люди в шкурах.

— Что у вас там происходит? — обратился ко мне мужчина с сильным акцентом. Его лицо было закрыто шерстяной повязкой, и я видел только узкие глаза. — Почему задерживаются поставки?

Какие поставки? О чём он вообще? Осмотревшись, я увидел множество повозок, запряжённых собаками.

— Уходите отсюда, — ответил я. — Здесь опасно. На «Мастера Порталов» напали.

— Ох, храни нас Былое! — вздохнул мужчина и принялся командовать, уводя людей.

Моя спина уже онемела от холода. Я побрёл дальше к порталу, время от времени по яйца проваливаясь под снег. Хотя бы метель уже стихла.

Когда я уже почти добрался до портала, моё внимание привлекла гора. Точнее, я до этого считал её горой. Километрах в трёх от портала лежал невиданных размеров доспех. Пусть и погребённый под снегом, в нём всё равно угадывались человеческие контуры. Вот голова, что в несколько раз больше королевского дворца. Плечи, лежавшие на боку, вздымались выше защитного купола Эсты. Длину же исполинского тела я даже предположить бы не смог.

Из портала донеслись звуки взрыва и хохот Бароса. Я бросил разглядывать загадочный доспех и побежал в портал.

Снова пережив вихрь мурашек и вздыбившихся волосков на теле, я оказался в подземелье. В воздухе витали несколько увесистых железных кулаков, сплавленных из различных кусков металла. Они поочерёдно обрушивались на красного рыцаря. Тот же, особо не пытаясь увернуться, метал огненные шары в уворачивающегося Бароса.

Я вернулся сквозь портал в снежный мороз и выждал момент. Когда безумец пробегал мимо моего валяющегося меча, я притянул его к себе. Силовое лезвие резануло по ногам Бароса, от чего тот повалился лицом вперёд. Лорд Сурата быстро вывел руками широкие замысловатые жесты. Над Баросом возник искрящийся огненный круг, из которого с рёвом обрушился столп пламени.

Вновь оказавшись в подземелье, я покрылся потом от жара. Благодаря резкому перепаду температур у меня даже слегка потемнело перед глазами. Из-за чего я не заметил, как все железные кулаки разом полетели в Сурата, сминая его шлем. После такого удара красный рыцарь слегка покачнулся и повалился набок.

Столп пламени потух.

Я бросился к лежащему рыцарю.

— Твою тень, — причитал я. — Сурата, «Огненный», очнись!

Барос издал лёгкий смешок. Затем ещё один, который перерос в неудержимый хохот. Он с трудом поднялся на ноги. Вся задняя часть его ржавого доспеха раскалилась докрасна.

— Я же говорил, малыш, — обратился он ко мне. — Я никогда не проигрываю.

Металл вновь закружился вокруг него, когда он медленно пошёл ко мне. Я же судорожно думал.

Его можно победить. Он измождён. Да и его доспех уже на последнем издыхании. Сила Огненного его почти сломила. Если бы только я мог её скопировать. Но я потратил все заряды своей силы ранее.

Металл Бароса образовал несколько широких колец. Они кружились вокруг хозяина на бешеной скорости, высекая искры из камней.

Я слышал, что со временем носитель может использовать силу Живого доспеха всё чаще и чаще. Может, и моё время пришло?

— Серп-1, послушай, — обратился я к своему доспеху. — Наплюй на мою защиту. Нам нужно скопировать силу «Огненного». Я знаю, ты уже почти всё. Но это наш единственный шанс выжить.

Доспех устало моргнул светом и снова затух. Моя рука озарилась молочным светом. Возле неё появились невесомые частицы, которые тянуло к доспеху Сурата. Стоило коснуться, как по всему моему доспеху, начиная от руки, пробежала волна пламени. Внутри стало невыносимо жарко. Неужели Сурата всё время находится в такой бане?

— Как ты это сделал? — спросил Барос испуганно.

Со стороны лестницы загремели шаги других рыцарей. Безумец резко мотнул головой, вглядываясь туда.

— Всё кончено, Барос! — прорычал я. — Гори в аду!

Я выставил вперёд руки, с которых сорвались тугие струи пламени. Они ударили прямо в нагрудник Бароса — туда, где у него была здоровенная дыра, заделанная обычным металлом. Я порадовался своей меткости, а потом заметил странное. Металл в дыре на груди Бароса под действием пламени заискрился и начал испускать клубы густого белого дыма.

Шаги других рыцарей гремели уже совсем рядом.

Прежде чем раствориться в дыму, Барос отсалютовал мне рукой.

— Спасибо, малыш, — крикнул он. — Ты сделал ровно то, на что я и рассчитывал!

Внутри Серп-1 что-то пропищало. Струи пламени погасли. Вместо них осталась картина оплавленных рук доспеха. Со мной внутри Серп-1 рухнул на колени и повалился сверху на «Огненного».

Я выбрался через дыру на спине. В том месте, где стоял Барос, расходились клубы дыма, становясь всё шире. Внутри уже рыскали три рыцаря.

— Где он? В какой портал ушёл?

— Я ничего не вижу!

— «Алмаз», беги за подкреплением! Мы его упустили. Безумный Барос сбежал.

— Кто вам сделал этот протез?

Я сидел на кровати в королевском лазарете. Прямо во дворце. Мне, как лорду Эстовии, выделили отдельную палату. Просторное белое помещение было уставлено кроватью, диваном и рабочим столом. Был даже выход на балкон. По размерам палата превосходила наш дом в Грантоне.

Передо мной стоял высокий белый рыцарь. Он был не то чтобы меньше других Живых доспехов. Но тоньше. Эдакий доспех-дрыщ. И весь какой-то «колючий».

Доктор, сидевший в нём, представился лордом Эллери. Как я понял из его объяснений, он состоял в королевском клане. И, помимо прочего, был личным врачом короля. Он оказался приятным молодым мужчиной. Без загонов, присущих большинству других аристократов.

Прямо у двери замер недовольный и помятый Серп-1. В нём тут и там зияли дыры, броня была помята буквально везде. Но в нём наконец-то горел синий свет. Он сверлил взглядом доктора Эллери, недовольный тем, что меня не пускают в доспех на исцеление. По словам белоснежного рыцаря, исцеление в настолько изувеченном Живом доспехе могло быть опасным. Нужно сначала дать исцелиться самому доспеху.

Поэтому он просто превратил свои пальцы в длинные, тонкие иглы. И обколол меня ими в самых пострадавших местах, вызвав сначала приступ страха от уколов, а затем приятное онемение.

— Лорд Сатирус, — позвал меня доктор, вырывая из собственных мыслей.

— Да, что? — отозвался я.

— Я спросил про ваш протез.

— Ах, это, — я посмотрел на своё левое плечо. Здесь отсутствовала добрая часть плоти. Как, собственно, и само плечо. Руку с ключицей и лопаткой соединяло заумное серебряного цвета устройство, которое причудливо двигалось и натягивалось, стоило мне подвигать рукой. — Его создала Пикс. Э-э… Леди Симонс.

— А, да, — хмыкнул доктор. — Наслышан о её «Создателе». Превосходная работа.

У меня промелькнула мысль, что Пикс свой доспех называет скорее «Создательницей». Она продолжала всех убеждать, что её доспех «девочка».

— Что скажете, док, в каком я состоянии?

Он сделал жест левой рукой, будто смотрит на часы. Металл на руке пришёл в движение, образуя нечто вроде плоского планшета. До этого во время осмотра рыцарь всё записывал в него прямо своими ужасными острыми пальцами.

— Так, посмотрим. Обморожение спины, ушиб позвоночника, сотрясение мозга, три сломанных ребра, многочисленные ушибы и порезы, ожог кистей I степени, а также отсутствие эпидермиса и частично дермы на нижней и средней третях правой руки. Ещё я переживал за состояние вашего плеча, но зрение моего доспеха показывает, что всё в порядке, за исключением ушибов. Поэтому можете не волноваться.

— То есть, жить буду?

Белый шлем разъехался в стороны. Под ним оказалось гладковыбритое лицо с длинными соломенными волосами. Лорд Эллери озарил меня своими голубыми глазами и ответил:

— Ненавижу этот вопрос, заданный Атакующими рыцарями, — вздохнул он. — Да, это не смертельные раны. Многим другим рыцарям этой ночью досталось куда больше вашего. Вы по праву получили прозвище «Несгибаемый» и уверен, оно скоро официально закрепится за вашим Живым доспехом.

Я довольно хмыкнул. Думал, что это прозвище гуляет только среди простого люда. Было приятным сюрпризом, что оно известно даже в королевском клане.

— Но если хотите знать моё мнение, вы долго не проживёте, если продолжите в том же духе. Да, Живой доспех может исцелить многое. Но такое количество травм в короткий промежуток времени — слишком большой стресс для организма. В какой-то момент он может не выдержать. Либо не выдержит ваше душевное здоровье.

Он немного помолчал, будто решая, стоит ли говорить следующее. Всё же он решился.

— Именно это произошло с Безумный Баросом. На войне с Одержимыми он был лучшим из лучших, и всегда первым бросался в бой. Но пережитые травмы и постоянный стресс надломили его разум. Сделали его тем чудовищем, с которым вы сражались сегодня. Вы же не хотите стать таким же?

В голове вспышками пронеслись воспоминания и переживания последних месяцев. Битва за Грантон и его разрушение. Смерть мамы и Квенлана. Спасение Джайры от червей-переростков. Погоня за украденным доспехом. Сражение сразу на четырёх смертельных дуэлях подряд. Возвращение отца. Нападение тех ублюдков на нас с Элизой, когда мы были без доспехов. И, наконец, побег Безумного Бароса и все ужасы, которые приключились за эту ночь.

Дольше всего перед внутренним взором задержалось воспоминание о кровавой дороге к моему особняку. Это невероятное количество мёртвых людей, каждый из которых был убит своим неповторимым образом. Такое могла придумать лишь фантазия безумца.

Док был прав. Мало кто выдержит подобное. Особенно если я буду продолжать в том же духе.

— Я таким не стану, — сказал я уверенно.

— Очень на это надеюсь, — вымолвил доктор, закрывая шлем.

В дверь палаты громко постучали. Серп-1 замигал серией коротких вспышек и зажёг мечи. Даже в таком состоянии он был готов к бою.

Доктор Эллери открыл дверь. В королевском лазарете они были довольно высокими. Как раз чтобы рыцари проходили без проблем. За дверью оказался другой рыцарь.

— Лорд Рубус хочет допросить лорда Сатируса, — заявил он гулким голосом. — Он велел привести его немедленно, если вы закончили.

— Мы закончили, — подтвердил доктор Эллери.

Мне всего один раз доводилось находиться на допросе. В Грантоне тогда убили капитана городской стражи, и весь город стоял на ушах. Стражники ловили на улицах всех, кто хоть как-то отдалённо связан с криминалом. Так я и оказался в мрачной тесной комнатушке по соседству с темницами. Меня продержали там несколько часов.

Поэтому я удивился, когда меня завели в богато обставленную гостиную. Рыцарь в желтоватой броне, приведший меня, застыл у дверей.

У горящего камина в высоком укреплённом кресле полубоком ко мне сидел другой рыцарь без шлема. Гладкая маслянисто-чёрная броня его Живого доспеха сочеталась с такими же длинными волосами его носителя. Тонкие брови были слегка сморщены, пока он изучал какие-то документы. На вид ему было лет сорок.

Почесав длинный крючковатый нос, он заметил меня.

— А, лорд Сатирус, вас-то я и жду, — сказал он тягуче-скрипучим голосом. — Прошу, присаживайтесь.

Рыцарь указал рукой на кресло напротив. Оно было таким же крепким и высоким, как и его. Явно рассчитанное на то, что в него сядет рыцарь в Живом доспехе.

Взобравшись на него, я сразу понял, в чём дело. Они хотели вызвать во мне чувство неуверенности. Сложно держать себя под контролем, когда чувствуешь себя так, словно ты ребёнок, залезший на кресло отца. К тому же было некомфортно видеть напротив себя рыцаря в Живом доспехе, когда сам ты беззащитен. Пусть он был и без шлема.

— Меня зовут Родэйн Рубус, — представился рыцарь. Его лицо не выражало ни одной эмоции. — Я главный дознаватель Эстовии, и у меня есть к вам несколько вопросов.

Знакомый Род. Он случаем не глава клана?

Рубус взял с небольшого столика между нами чистый лист бумаги, перо и деревянный планшет. Обмакнув кончик пера прямо в свой доспех, он принялся что-то записывать.

Безумно хотелось откинуться на спинку кресла. Но я не хотел повредить обмороженной спине, поэтому сидел, вытянувшись по струнке.

— Почему лорд Сурата предал короля? — неожиданно спросил скрипучий голос.

— Чего?

Я-то думал, он будет про Бароса спрашивать.

— Когда вы прибыли во дворец, лорд Сурата отправил на защиту короля слабейших рыцарей из своего клана, — пояснил Рубус и вновь почесал длинный нос. — Почему?

Герран предупреждал меня о подобном. Аристократы любят интриги и подковёрные игры. Отдельным же развлечением глав кланов было как можно лучше подмазаться к королю. При этом желательно подставив других.

Выходит, наш дознаватель решил воспользоваться служебным положением.

— Не знаю, — ответил я честно. — Я не в курсе, какие у них силы и что они умеют. Но я, кажется, помню имена тех, кого он отправил к королю. — Рубус прилежно записывал каждое моё слово, время от времени обмакивая кончик пера в доспех. — «Хамелеон», «Иллюзион» и «Фантом». Если я правильно понимаю из их прозвищ и ваших слов, то они Усилители. Причём такие, что смогли бы сокрыть короля и помешать Безумному Баросу до него добраться. Чего не сделаешь с Гигантами — для их защиты была нужна ударная мощь. Так что, думаю, лорд Сурата просто действовал по обстоятельствам. И не будем забывать, что короля наверняка защищали и другие рыцари из его клана.

Вместо того чтобы помогать нам на улицах, подумалось мне. Если бы они вмешались и помогли, вместо того чтобы броситься на защиту короля, мы бы точно расправились с Баросом.

Лорд Рубус, хмыкнув, протянул мне заполненный лист бумаги. Он был заполнен красивым размашистым почерком, но я мало что мог разобрать. Следом за ним в моей руке оказалось и перо.

— Распишитесь под своими показаниями.

— Расписаться? — не понял я.

Ни один мускул не дрогнул на лице лорда Рубуса.

— Нужно оставить вашу подпись. Она же у вас есть?

Не придумав ничего лучше, я схематично нарисовал меч Серп-1, украсив его завитушками. Забрав у меня документ, лорд Рубус вооружился новым листом бумаги.

— Теперь перейдём ко второму делу, если вы не против.

— Не против.

Он мрачно посмотрел на меня с высоты своего Живого доспеха.

— Почему вы помогли сбежать Безумному Баросу?

Глава 5

Я услышал, как рыцарь сзади зашевелился. Далее последовал лёгкий трескучий звук и по гостиной разошёлся запах озона.

Он что, активировал оружие своего доспеха? Учитывая, что я сижу без защиты?

Ещё и этот чванливый нос утверждает, что я помог Баросу сбежать. Они тут что, в край долбанулись?

По моему телу прошла волна негодующего жара. Ноздри начали широко раздуваться, а зубы заскрежетали, когда я ответил:

— Этот урод пытался убить мою сестру и подругу. Разрушил мой особняк. Ранил товарищей по ордену, — с каждым новым словом я закипал всё больше и больше. Но при этом говорил я с холодной яростью, не повышая голоса. — И вы смеете утверждать, что я помог ему бежать?

Лорд Рубус закончил записывать мой ответ и взял стопку бумаг со стола. Пролистав несколько документов, он достал несколько, а остальные бумаги вернул на стол. Почесав нос здоровенным пальцем доспеха, он проскрипел своим противным голосом:

— Показания лорда Эдори от 12-го числа: «Лорд Сатирус направил на Бароса Вестериуса руки. В следующий момент всё вокруг заполонило дымом. Воспользовавшись прикрытием, Барос Вестериус исчез в одном из порталов».

— Всё так, но я…

— Показания лорда Сатона от 12-го числа, — прервал меня дознаватель. — «Синий Живой доспех применил незарегистрированную силу по отношению к Живому доспеху ржавого цвета. Вследствие этого второй доспех начал испускать клубы плотного дыма, что усложнило дальнейшую его идентификацию. Воспользовавшись обстоятельствами, подозреваемый скрылся в портале. В каком именно — зафиксировать не получилось».

— Выслушайте меня, лорд Рубус…

Но тот уже зачитывал третий документ:

— Показания лорда Шурута от 12-го числа: «Они явно как-то связаны друг с другом. Сначала лорд Сатирус заставил его доспех задымиться. Затем Барос заявил, цитирую: “Спасибо, малыш. Ты сделал ровно то, на что я и рассчитывал!”», — дознаватель отложил документы в сторону и сверху вниз посмотрел на меня. — Последняя цитата интересует меня больше всего.

Мой мозг работал с невиданной прежде скоростью. Показания этих рыцарей ни в чём не лгали. Просто были неполными. Но смогу ли я доказать свою невиновность? И как так вообще получилось? Барос попытался меня напоследок подставить своими словами? Или это очередная интрига Рубуса? Или это всё просто неудачное стечение обстоятельств?

Всё это начинало меня бесить. Нужно успокоиться, пока не наделал глупостей.

— Какие отношения связывают вас с Баросом? Вы помогли ему сбежать ещё и из тюрьмы?

Я вскочил с кресла.

— Да постойте вы! — воскликнул я. — Все эти обвинения беспочвенны.

Тяжёлая желтоватая рука рыцаря легла мне на плечо.

— Успокойтесь, лорд Сатирус, — попросил он гулким голосом.

— Присаживайтесь, — лорд Рубус вновь указал жестом на кресло. — Я лишь хочу докопаться до правды. Расскажите вашу версию. Что вы делали в момент побега Безумного Бароса?

Посверлив его взглядом ещё несколько секунд, я всё же уселся обратно. Собрал мысли в кучу и принялся рассказывать.

Рассказал, как мы с Элизой пошли на свидание и о нападении на нас. О помощи лорда Дреймоса. О сражении на улицах с беглыми преступниками в Живых доспехах. О безумно кровавой дороге, усеянной трупами. О спасении сестры и сражении с Баросом. О погоне за ним и очередном его побеге.

— «Пыльца», — обратился лорд Рубус к рыцарю у дверей. — Отправьте стражу к лорду Дреймосу. Узнайте его состояние. Сможет ли он дать показания. Нужно проверить слова лорда Сатируса.

— Мой лорд? — гулко обеспокоился рыцарь.

— Идите! — тон Рубуса не терпел возражений. — Уж я-то смогу справиться в случае чего с раненым человеком.

Рыцарь кивнул и исчез за высокой дверью.

— У него правда прозвище «Пыльца»? — усмехнулся я, глядя ему в след.

— Да, — подтвердил дознаватель. — И уж поверьте, вы не захотите попасть под его силу.

Он вновь почесал нос и вооружился пером.

— Всё же меня продолжает смущать этот дым. И последние слова Бароса Вестериуса, адресованные вам.

Мне эти слова тоже не давали покоя. На что именно Барос рассчитывал? И почему поблагодарил меня? Я ведь хотел его сжечь. Сам дым он тоже не мог вызвать. Его «Магнит» мог управлять только металлами.

Металлами…

У него же вместо нагрудника доспеха была здоровенная дыра, заполненная обычным металлом. А что, если…

— Лорд Рубус, скажите, вы хорошо разбираетесь в металлах? — спросил я.

— Я весьма неплох в химии, — подтвердил он. — Должность способствует её изучению. Почему вы спрашиваете?

— Существует ли металл, который при сжигании выделяет дым?

— Магний и его сплавы, кадмий, возможно, сплавы алюминия. Но при чём здесь это?

— Кажется, я знаю, как сбежал Барос.

* * *

Мои догадки подтвердились на следующее утро в ходе так называемого следственного эксперимента. Рубус в сопровождении трёх рыцарей отвёл меня и лорда Сурата на тренировочный полигон королевского клана.

Коснувшись доспеха «Огненного», я скопировал его силу. Затем поднял руку и направил поток пламени на металлический слиток, лежавший на песке. С яркой вспышкой он принялся испускать густые клубы белого дыма.

Все три рыцаря подтвердили, что в ночь побега Бароса видели такой же дым.

— Значит, всё-таки магний, — проскрипел Рубус. Он был всё в том же своём маслянистом чёрном доспехе. — Что ж, лорд Сатирус, все обвинения с вас сняты. Спасибо за сотрудничество. Лорд Сурата, вас я ещё вызову.

Я ожидал, что он будет говорить всё это расстроенным голосом. Глава клана же произнёс это всё вообще без эмоций.

— Иногда я думаю, что он больше Живой доспех, чем человек, — сказал Сурата низким голосом, глядя в след удаляющемуся Рубусу с другими рыцарями. — Лорд Келонь как-то раз потратил целый месяц, чтобы его рассмешить. Наконец, уголки губ лорда Рубуса слегка вздрогнули лишь после шутки про морг.

— Соглашусь с вами. Я начинаю думать, что его голова — это и есть шлем его доспеха.

— А вот это неплохо, — хохотнул лорд Сурата. — Думаю, лорд Келонь будет рад услышать вашу шутку.

— Шутку? — переспросил я. Но потерял серьёзный вид, не сдержав улыбки.

Сурата ещё раз хохотнул низким басом, а затем протянул руку.

— Хочу вас поблагодарить. Читал ваши показания. Лорд Рубус намеревался воспользоваться шансом, чтобы мне насолить. Вы же, сами того не зная, практически точь-в-точь повторили мои слова. Я послал Усилителей к королю именно с целью сокрыть его от Бароса.

Пожав протянутую руку, я сказал:

— Я лишь поставил себя на ваше место и ответил так, как считал нужным и правильным.

— Спасибо, лорд Сатирус. Возможно, я ошибался на вас счёт.

* * *

— Так и сказал? — спросил Ракс.

Он приехал на целой карете, чтобы забрать меня из королевского лазарета. Оделся как с иголочки в лёгкую одежду чёрно-золотых цветов. Но длинная щетина, помятый вид и повязка, выглядывающая из-под расстёгнутой рубашки, давали понять, что ему тоже крепко досталось в ту ночь.

Серп-1 и Серп-3 шагали за нами, без проблем нагоняя карету.

— Слово в слово, — подтвердил я.

— Историческое событие, — ухмыльнулся Ракс. — Лорд Сурата никогда ни перед кем не извиняется.

— Так и передо мной не извинялся. Лишь сказал, что был не прав.

— Считай, извинился.

Карета наскочила колесом на небольшую выбоину. Нас слегка тряхнуло, из-за чего Ракс с матом схватился за грудь.

По его словам, за последние два дня он уже перенёс несколько операций. Слишком много металлических частиц застряло в его груди и животе. Самые большие уже достали, но было ещё множество мелких. И судя по всему, большинство из них так в нём и останутся.

— Живой доспех тебя не сможет исцелить?

— Не-а, — Ракс выдохнул сквозь зубы. — Лишь нарастит больше кожи и мышц поверх ран, которые потом всё равно придётся резать.

— Да уж, сочувствую.

— О себе думай, тебе больше досталось.

Он был прав. Но я хотя бы уже завтра смогу снова лечиться в Серп-1. Доктор Эллери, наконец, дал добро.

Карета проехала сквозь ворота и остановилась прямо напротив моего особняка. Когда мы с Раксом выбрались, нас уже встречали Герран с Линой. Сестрёнка тут же бросилась ко мне в объятия, чем вызвала боль в сломанных рёбрах и обмороженной спине. Я заскрипел зубами.

— Прости, — сказала она, с лёгкой улыбкой отстраняясь. — Просто рада тебя видеть.

— Тоже рад тебя видеть, — ответил я и тоже сжал её в крепких объятиях, заставив пискнуть. Затем пожал руку Геррану. — Как Лео?

До меня уже дошли вести, что Барос перерезал ему горло. В этой новости больше всего поражало то, что Лео не просто выжил после такого. Он проявил настоящую стойкость, стискивая кожу, пока не подоспела помощь в виде Лины. Я даже не знал, что можно выжить после такого.

— Он… будет в порядке. Со временем, — сказал Герран.

— Могу я его увидеть?

Лео, как и всегда, находился у себя в лаборатории. Когда мы с Линой и Серп-1 вошли, он сидел к нам спиной и что-то записывал. Сегодня он был облачён в чёрный халат. Его длинные светлые волосы были растрёпаны ещё больше чем обычно.

Но моё внимание почти сразу переключилось на утончённый серебряный Живой доспех, стоявший прямо посередине лаборатории.

— Какого хрена? — спросил я, глядя на него.

Лео оторвался от бумаг.

— Лорд Сатирус, с возвращением! — прохрипел он с улыбкой, подходя ко мне.

Улыбку я бы назвал вымученной. Ещё и этот ужасный разрез на шее. Лео высоко поднял ворот халата, но он всё равно не скрывал ужасную рану, сшитую чёрными нитками. Глядя на неё я почему-то подумал о работе мясника.

— Какой я тебе лорд Сатирус, скажешь тоже, — проворчал я, осторожно обнимая его. — Спасибо, что пытался спасти Лину. Я это очень ценю.

Лео, уткнувшись мне в плечо, шмыгнул носом.

— Но у меня же не получилось.

— Неправда, — успокоил я его. — Если бы не ты, всё могло случиться по-другому. Намного хуже.

— Да, верно.

Я похлопал его по спине и отстранился. Затем подошёл к застывшему Живому доспеху. Он был выше меня почти в два раза. Я легонько коснулся его холодного металла.

— Откуда он здесь?

— Подарок от Безумного Бароса, — отозвалась Лина.

Она стояла в дверях, скрестив руки. Казалось, будто она старается держаться от доспеха как можно дальше.

— В смысле?

— Барос носил два Живых доспеха одновременно, — пояснил Лео. Он взял рабочую тетрадь со стола и подошёл ко мне. — Когда ты пытался усыпить его силой Кристаллика, то усыпил именно этот «внешний» доспех.

— Два Живых доспеха одновременно? — переспросил я, обходя доспех по кругу. — Как это возможно?

— А вот это самое интересное! — даже хрип у Лео стал каким-то воодушевлённым. — Лучшие умы Эстовии многие века бились над этим вопросом. Но обычно все рассуждения сводились к тому, чтобы залезть в Танк, будучи в доспехах Атакующего, Истребителя или Ускорителя. Но все эксперименты провалились по разным причинам.

— Этот Живой доспех не похож на Танка.

— Он им и не является. Это «Жидкий», принадлежавший Роду Клеменс. И я подозреваю, что его силы делают его единственным в своём роде. Доспехом для доспехов.

— Если «Жидкий» принадлежит Роду, то что он делает у нас?

— Не принадлежит, а принадлежал. Барос убил лорда Клеменса. Он же не успел оставить ни одного наследника. А учитывая, что его Род не состоял ни в одном клане, то по закону Живой доспех переходит тому, кто победил его последнего носителя в бою. То есть тебе.

Я ошарашенно посмотрел на Лео.

— Ты сейчас серьёзно?

Он с довольным видом кивнул.

— Абсолютно. Прикажи ему впустить тебя и увидишь сам.

— Хорошо. «Жидкий», — обратился к серебристому доспеху. — Впусти меня.

Я уже привык к своему Серп-1. Чтобы впустить меня внутрь, его броня раздвигалась в стороны. Но «Жидкий» явно заслужил своё прозвище. Его броня пошла волнами и растеклась по всему доспеху, раскрывая своё нутро. Края образовавшегося отверстия слегка подрагивали, словно были живыми.

Когда я забрался внутри, то заметил, как Серп-1 ревниво мигает светом. Всего одна мысль, и броня «Жидкого» стеклась на место.

Внутри зажёгся мягкий серебряный свет. Тело обдало приятным потоком воздуха. Раны сначала онемели, а затем боль ушла совсем. Я подвигал руками и ногами. Ощущения были очень непривычными. Движения Серп-1 в сравнении казались слишком угловатыми и механическими. Но при этом «Жидкий» ощущался намного слабее моего доспеха.

— Какие у него силы? — спросил я у Лео.

— Согласно официальным источникам, «Жидкий» преобразует свою форму почти как угодно.

Интересно. Надо попробовать. Я напрягся, представляя то, что хочу увидеть. Ничего не произошло.

— Не работает.

— Вы ещё не настолько близки, — усмехнулся Лео. — Нужно время, чтобы доспех раскрылся тебе. Вспомни, как у тебя это было с Серп-1.

Я вспомнил, как впервые использовал его силу. Для этого пришлось пережить нападение на Грантон, противостоять Раксу, сразиться с Джайрой, а затем спасать её от червей-переростков. Лишь когда ощутил безысходность, сила Серп-1 пробудилась.

— Точно, — сказал я. — Но в любом случае мне не придётся с ним сближаться. Лина, доспех твой.

— Нет! — неожиданно воскликнула она. — Нет-нет-нет, только не он! Спасибо, но мне не надо.

— Почему?

Она же так расстроилась, когда я отдал Кристаллика Элизе. Почему тогда сейчас отказывается?

— Я не смогу его носить. Только не после Него.

Всё встало на свои места. Какой же я дурак.

Перед глазами снова появилась та страшная картина. Серебряное щупальце «Жидкого» обвивается вокруг шеи Лины. А затем поднимает её в воздух, заставляя задыхаться. Неудивительно, что после пережитого она не хочет иметь ничего общего с этим доспехом.

Что ж, тогда у меня есть ещё один отличный кандидат.

— Лео, ты же любишь Живые доспехи и постоянно их изучаешь. Как ты смотришь на то, чтобы стать носителем «Жидкого»?

— Мой ответ — категоричное «нет», — заявил он с самым уверенным видом.

— Чего? — удивился я.

Живые доспехи были самой дорогой штукой в Эстовии. Да вообще в мире! К тому же невероятно могущественными. Грёбаные божественные артефакты Ушедших!

И сразу два человека подряд отказались от владения ими.

Лео затараторил в своей привычной манере:

— Послушай, я благодарен за оказанное тобой доверие. Я его ценю и никогда не предам. Но владение Живым доспехом — это не столько привилегия, сколько и ответственность. Будущих рыцарей готовят с детства. К тому же этот доспех Атакующего типа. А здесь нужен определённый склад характера. Как у тебя. Мне же больше подошёл бы какой-нибудь Усилитель — уж его бы силы я раскрыл сполна. Вот как добудешь такой — обращайся, — он вдруг улыбнулся. — Хотя ты и так добыл три Живых доспеха в рекордно короткие сроки. Так, глядишь, и свой клан сможешь создать.

— А что, интересная мысль, — ухмыльнулся я. — Сколько ещё нужно Живых доспехов, чтобы стать наравне с другими кланами?

— Меньше всего доспехов у клана Келонь — всего семь штук, — ответил Лео.

Я присвистнул.

— Всего-то нужно ещё четырьмя доспехами разжиться. Легко сказать.

— Не забывай про внеклановые Рода. Можно попробовать объединиться с ними. Их как раз шесть вместе с нами, — Лео окинул взглядом «Жидкого». — Ну, уже пять. Клеменсов можно вычеркнуть.

Лина вдруг закатила глаза и замычала, словно раненое животное.

— У, ироды, всё своей политикой засрали. Пошла я отсюда. Райкен, рада, что ты вернулся.

Я улыбнулся ей в ответ. Затем вспомнил, что всё ещё в доспехе и помахал ей рукой, отчего Лина слегка вздрогнула. Но затем взяла себя в руки и тоже махнула в ответ.

— Думаю, они внеклановые не просто так, — продолжил я наш разговор с Лео.

— Именно, — подтвердил он. — Не хотят терять контроль над своими Живыми доспехами. С другой стороны, ты уже завоевал уважение ряда Родов. Возможно, найдёшь подход и к этим. Тем более, одна наша общая подруга как раз не состоит ни в одном из кланов.

— Ты о ком?

— О Джайре.

— И как мне добавить её в свой клан, если я его создам?

— Придётся жениться на ней, — сказал Лео с ехидной улыбочкой.

Я заржал в голос.

— Понятно, идея со своим кланом пока что откладывается. Есть более насущный вопрос: кому мне отдать этот Живой доспех?

«Жидкий» моргнул серебряным светом, но я не понял, что он хочет сказать.

Лео серьёзно посмотрел на меня и выдал следующее:

— Только не пойми меня неправильно, но мне нравится идея Безумного Бароса. Почему бы тебе не оставить «Жидкого »себе?

Глава 6

Я столкнулся с неожиданной ревностью.

Всё началось с предложения Лео. Идея носить одновременно два доспеха нравилась мне всё больше и больше. Мало того что это могло дать преимущество в бою, так ещё и возвышало меня над остальными лордами. Хотел бы я увидеть их лица, когда они узнали о моём втором доспехе.

Эта новость, кстати, разлетелась довольно быстро. Несколько лордов, состоявших с почившим лордом Клеменсом в далёких родственных отношениях, прислали гонцов с гневными письмами. Все как один утверждали, что «Жидкий» принадлежит им по праву родства и требовали его вернуть.

Двое даже рискнули явиться в особняк Сатирусов на личную аудиенцию. Оба были посланы куда подальше.

Мои притязания на «Жидкого» неожиданно поддержал лорд Рубус, главный дознаватель Эстовии. Он явился в особняк Сатирус с инспекцией вскоре после того, как лорды подняли на меня бучу. Изучив показания всех, кто сражался с Баросом в ту ночь, а также отметив послушание доспеха моим командам, он принял решение, что всё в рамках закона. Даже издал отдельный указ, дабы успокоить особо ретивых лордов.

Дальних родственников лорда Клеменса это не обрадовало. Но они хотя бы перестали приставать ко мне со своими дурацкими требованиями. Как сказал Герран, до поры до времени.

Были и те, кто обрадовался моему приобретению. Хотя бы официально. Лорд Сурата, лорд Дреймос, рыцари Серпа, дед Пикс и ещё несколько незнакомых мне лордов (в основном бездоспешных), так или иначе, прислали поздравления.

Вместе с «Жидким» мне по праву перешли и бывшие владения Рода Клеменс. Помимо особняка в Эсте, они включали в себя многочисленные виноградники, винодельни, вискарни и коньячный завод в южной части Эстовии. Ракс, как ценитель крепких напитков, особенно радовался моим новым приобретениям.

Но кое-кто был особо недоволен моим новым доспехом.

Пока я привыкал к «Жидкому» и пытался сблизиться с ним, Серп-1 всегда следовал за нами по пятам. Я пытался поговорить с ним несколько раз. Объяснить, что мы станем лишь сильнее благодаря «Жидкому». Он же в ответ скрещивал руки, и отворачивал шлем в сторону.

Явно подсмотрел эти жесты у Лины. По крайней мере, было очень похоже.

Также все последние дни были посвящены визитам к раненым друзьям.

Первой стала Элиза. Герран заботливо оплатил её пребывание в лучшей городской больнице, которой обычно пользовались рыцари. Я начинал ценить младших братьев Квенлана всё больше и больше.

Элизе, как и мне до этого, было запрещено пользоваться целительным светом Живых доспехов. В сражении с теми беглыми преступниками она получила несколько неприятных переломов. Врачи хотели убедиться, что кости срастаются как надо, прежде чем запускать её в доспех. Поэтому Кристаллик стоял в углу, словно чёрная кристальная статуя.

Когда я вошёл в её палату, она лежала почти вся в бинтах. Одна нога была подвешена над кроватью. И также одна рука висела на перевязи. Вокруг груди и живота были наложены повязки.

— Райкен! — улыбнулась она. — Как же я рада тебя видеть! Я бы тебя с удовольствием обняла, но даже встать самостоятельно не могу.

— Ничего, я сам справлюсь, — сказал я, направляясь к кровати.

Осторожно поцеловал её, стараясь никуда случайно не надавить. В животе и груди разлилось уже знакомое приятное тепло. Затем достал из-за спины небольшой букетик.

— Это те цветы, что растут в клумбах вдоль Главной улицы? — спросила Элиза, вдыхая запах. Её милая улыбка стала ещё шире.

Почесав затылок, я ответил:

— У меня, конечно, денег сейчас навалом, но я считаю, что подарки хороши, когда сделаны от души. А ещё лучше — своими руками.

— Спасибо.

Элиза притянула меня здоровой рукой за рубашку и поцеловала. В этот раз наш поцелуй продлился куда дольше. Я был не против.

Поставив цветы в вазу, я придвинул высокий мягкий стул к постели. Из коридора донёсся негромкий скрежет.

— Зайдите в палату, чтобы я вас видел, — приказал я ворчливо.

Двери здесь были той же высоты, что и в королевском лазарете. Распахнув её, в палату чуть ли не ввалились Серп-1 с «Жидким». Они толкались плечами, стараясь, подойти поближе ко мне.

Я и не думал, что Живые доспехи могут быть хуже детей. Даже от Лины в детстве не было столько неудобств. А она та ещё непоседа.

— Хватит драться, — сказал я, смерив их недовольным взглядом. — И встаньте по обе стороны от двери.

Серп-1 обиженно моргнул синим светом и поплёлся к двери, слегка опустив голову. «Жидкий» тоже мигнул серебристым свечением, но я ещё не научился его различать.

— Откуда у тебя второй доспех? — удивилась Элиза.

— Боевой трофей, — хмыкнул я и пересказал ей все события той ночи.

— Мне жаль, что Барос сбежал, — сказала она в конце.

— Ничего мы его ещё найдём.

Элиза слегка задумалась, а затем сказала:

— У меня есть… э-э… Немного странные новости.

— В смысле?

— Посмотри на тумбочке. Там конверт с письмом, мне сегодня утром доставил гонец.

Я взял конверт из плотной голубоватой бумаги. Сзади на нём была порванная сургучная печать. Достав изнутри листок, я вгляделся в красиво выведенные буквы.

— Знаешь, я не особо силён в чтении, — честно признался я. — О чём там говорится?

Элиза выхватила у меня листок и пересказала по памяти:

— Это из посольства Рудара. Если вкратце, они утверждают, что Кристаллик официально принадлежит их стране. Правда, они его называют «Чёрный Кристалл», — Элиза мило скривила носик. — Фу, безвкусица какая.

— И чего они хотят?

— Чтобы я его отдала по доброй воле, — она перевела взгляд на меня. — Иначе будут последствия. Также пишут, что письмо с подобным требованием отправили и в королевский дворец.

Я даже долго не думал.

— Хрена им лысого. Предыдущий носитель Кристаллика был охотником на Живые доспехи и пытался украсть мой Серп-1.

Синий доспех у двери гневно замигал синим светом.

— Да успокойся ты, наконец! — возмутился я. — Никто меня у тебя сейчас не крадёт. Я буду носить «Жидкого» поверх тебя, а не вместо.

Серп-1 снова скрестил руки и обиженно дёрнул шлемом.

Элиза наблюдала за нашей перепалкой с ехидной улыбкой.

— Что, попался ревнивый бывший? — спросила она.

— И не говори.

— Райкен, послушай, может, всё-таки правильнее будет отдать Кристаллика Рудару? Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы.

Благородное стремление, но я уже не соглашусь на это. Уж слишком мне приглянулась идея Лео с созданием собственного клана.

— Нет, Элиза, Кристаллик останется у тебя. Рударцы сами упустили свой шанс, вот пусть теперь и кусают локти.

Девушка вдруг помрачнела. Она заговорила таким голосом, будто боялась меня рассердить:

— Я… я не уверена, что хочу и дальше быть рыцарем. Нет, я люблю Кристаллика. Но та битва была страшной. Очень страшной, Райкен.

— Брось, ты отлично себя показала.

— Отец меня с детства учил спасать жизни, а не забирать. Ты не представляешь… Хотя, наверное, представляешь, каково это сминать человека, словно бумагу. Живого человека, Райкен!

В уголках её глаз заблестела влага.

— Они же были преступниками.

— Это не значит, что от этого убивать их было легче, — по её щеке скатилась слеза. — Я… я так больше не смогу!

Я аккуратно прилёг рядом с ней и обнял.

— Хорошо, Элиза, я что-нибудь придумаю.

* * *

Рударцы на этом не остановились. Как я понял, королевский дворец снял с себя какую-либо ответственность, заявив, что Кристаллик принадлежит только Роду Сатирус. Так что теперь гонцы из рударского посольства досаждали лично мне. Отвечал я им так же, как и родственникам лорда Клеменса. Герран, однажды проходивший мимо, с серьёзным видом посоветовал мне использовать меньше мата в дипломатии. Особенно когда дело касается внешней политики.

Я пообещал быть более сдержанным. Но мне было сложно держать себя в руках, когда все эти выскочки пытаются нажиться на мне. Оба доспеха, что «Жидкого», что Кристаллика, я получил в тяжёлых, смертельных боях. И меня просто бесила такая наглость требовать от меня «вернуть» доспехи.

Следующей своим визитом я почтил Пикс. В отличие от остальных, она лечилась дома под присмотром своего деда — лорда Симонса. Помимо этого, ей и досталось больше всех. Большинство костей в теле Пикс были сломаны в тот момент, когда Безумный Барос пытался сдавить её металлом насмерть. Некоторые, по рассказам Ракса, даже разорвали кожу и торчали наружу, когда её достали из доспеха. Если бы не сила её «Создательницы», способной создавать прямо из воздуха что угодно, Пикс бы умерла.

Компанию мне составила Джайра. Её сломанная рука уже успела срастись. Она не переставая ворчала на каждого из нас, пока дед Пикс, бывший носитель «Создательницы» провожал нас к своей внучке.

Пикс лежала у себя в комнате, полностью облепленная гипсом. Даже на голове была повязка. Если бы не широкие очки, я бы мог её и не узнать.

— Привет, Пикс, — сказал я, присаживаясь на кровать. — Как ты?

Джайра недовольно посмотрела на меня, а затем на поджарого лорда Симонса. Видимо, я опять нарушил какое-то дурацкое правило этикета.

— Ни поссать, ни посрать по-человечески, но в целом неплохо, — заявила Пикс.

Её дед после этих слов взорвался хохотом.

— Леди Симонс, — обратился он к ней, вытирая слёзы с уголков глаз. — Это ж где ты таких выражений понабралась? Я тебя так точно не воспитывал.

Я виновато потупил взгляд.

— Наверное, от меня.

— Вообще-то, от Лины, — улыбнулась Пикс. — Она меня часто навещает, благо живём рядом. А ещё я очень рада вас видеть.

Джайра положила ей руку на плечо.

— Мы тоже рады, подруга. Ты скоро сможешь надеть доспех?

— Этот истязатель пока что запрещает, — Пикс кивнула в сторону лорда Симонса.

Тот как раз набирал в шприц прозрачную жидкость из пузырька.

— Будешь много возмущаться, останешься без обезболивающего.

— Уже заткнулась!

Я улыбнулся. Близкое общение с Линой явно испортило обычно правильную Пикс. И это всего-то за несколько дней. Страшно подумать, что будет, если они станут подругами!

— Слышала, ты разжился ещё одним Живым доспехом, — обратилась Пикс ко мне.

— И как ты только это делаешь? — Джайра сверкнула на меня глазами.

— Просто я превосходный рыцарь, — пожал я плечами.

— Воу-воу-воу, вот это самомнение! — восхитилась Пикс.

— С таким обычно долго не живут, — заметила Джайра.

— Так у обычных лордов и трёх Живых доспехов нет, — парировал я.

— Туше, — хохотнул лорд Симонс, подходя к Пикс со шприцом.

Он умелым движением воткнул иглу ей в плечо. Несмотря на это, девушка поморщилась.

— Иногда я не знаю, что больнее — сломанные кости или этот укол?

Лорд Симонс потрепал её за щеку.

— Хватит ныть, леди «Создательница», сама знаешь, что через десять минут перестанет болеть.

После этих слов он направился к двери. Пикс скорчила ему вслед рожицу и показала язык. Затем спросила:

— Так как тебе новый доспех?

— Серп-1 ревнует к нему. Не удивлюсь, если они сейчас борются у вас в саду. И я всё никак не могу пробудить силу «Жидкого».

— Так времени ещё совсем мало прошло, — заметила Джайра, разглядывая склянки с лекарствами.

— Барос провёл в нём не больше пары часов. А силами пользовался сполна.

— А упражнение на доверие ты с ним уже делал? — спросила Пикс.

Точно. Как я мог забыть? Ведь сила Серп-1 пробудилась именно после того, как мы стали абсолютно доверять друг другу. Правда, для этого пришлось спрыгнуть в 100-метровый каньон.

— Пикс, ты — гений!

* * *

Высоких гор и глубоких обрывов по соседству с Эстой не нашлось. Поэтому решено было воспользоваться башней моего особняка. Правда, её высоты было недостаточно, чтобы представлять хоть какую-то угрозу для рыцаря в Живом доспехе. Поэтому «Жидкий» должен был ловить меня в падении.

С этим возникли проблемы.

Я взбирался на крышу башни уже в третий раз. Ворчал над каждой ступенькой. Оказавшись наверху, я посмотрел на Ракса. Он облачился в своего «Грозового стража». Высокий Танк держал в крепком захвате Серп-1, не давая ему двигаться. Синий доспех, правда, продолжал вырываться всеми силами.

— Крепко держишь? — крикнул я.

— Не вырвется, — подтвердил Ракс.

Именно из-за Серп-1 мне пришлось опять подниматься. Когда я спрыгивал до этого, оба раза он ловил меня в высоком прыжке. Ещё кучу времени пришлось потратить на уговоры, чтобы он раскрыл броню и выпустил меня. Надо уже поскорее пробудить силы «Жидкого» и снова облачиться в старый доспех.

Взобравшись на зубец, я слегка покачнулся. Здесь, на высоте завывал неприятный ветер. Но открывавшийся вид перекрывал минусы. Крыши зданий расходились во все стороны. Часть из них всё ещё представляла обломки, возле которых копошились рабочие. Вдалеке блестел на солнце королевский дворец с бьющим из его недр энергетическим столбом. Защитный купол Эсты с такого ракурса выглядел завораживающе.

Мелкими шажками подошёл к краю. Предстояло прыгать уже не впервые, но каждый раз все мои инстинкты протестовали. Это неестественно — прыгать с такой высоты по собственному желанию. Поэтому я никогда не мог понять суицидников. Ноют о нерешаемых проблемах в жизни, зато с такой лёгкостью шагают в пропасть.

«Жидкий» стоял внизу. Он как будто подбадривающе мигнул серебристо-белым светом, когда я посмотрел на него. Серп-1 тем временем забился в захвате Ракса.

Придётся долго перед ним извиняться.

Ещё раз посмотрел вниз. От высоты захватило дух и слегка закружилось в голове. Безумно хотелось слезть с этого зубца и спуститься по лестнице.

Закрыв глаза, я подавил инстинкты. Глубоко вдохнул, словно собирался нырнуть. Затем сделал шаг в пустоту.

Падение с такой высоты не занимало больше трёх секунд. Я успел отсчитать только две, когда всё тело обдало приятной прохладой. Сквозь закрытые глаза пробилось яркое свечение. Ноги мягко во что-то врезались.

Открыв глаза, я увидел, что стою на траве, облачённый в «Жидкого».

— Спасибо, — сказал я искренне. — Я в тебе не сомневался. — повернувшись к Танку, я крикнул: — Ракс! Шарахни по мне молнией, да помощнее. Серп-1, не смей вмешиваться. Мне ничего не угрожает.

«Жидкий» заморгал обеспокоенным светом. Я, наконец-то, начал его хоть немного понимать.

— Всё в порядке, друг. Я лишь хочу пробудить твои силы.

В конце концов, силы Серп-1 пробудились лишь тогда, когда на меня неслась стая червяков-мутантов, способных расплавить любой Живой доспех.

Ракс аккуратно поставил синий доспех на землю. Вытянув руку в сторону, призвал свою молниеносную глефу. Направил её на меня.

Я выставил перед собой согнутую руку.

— Мне нужен щит, — сказал я «Жидкому». — Иначе нам не поздоровится.

Лезвие искрящейся глефы раскалилось добела. С оглушающим грохотом с неё сорвалась жирная ветвистая молния.

Металл на моей руке пришёл в движение. Расплывшись вверх и вниз, моя рука превратилась в плотный круглый щит. Разряд Ракса ударил прямо по центру, рассыпавшись искристыми брызгами. От щита по всему доспеху расползлись маленькие жёлтые молнии. Которые, впрочем, не нанесли никакого вреда.

Я глянул на внешнюю часть щита. На нём осталось закопчённое пятно, которое потихоньку зарастало «свежим» металлом.

— Мы это сделали, — сказал я с улыбкой.

— Лорд Сатирус, — громким чванливым голосом позвал старикан-дворецкий, стоявший у входа в особняк. — Если вы закончили уничтожать остатки сада, то для вас срочное письмо.

Я показал Раксу большой палец и махнул рукой, показывая, что мы закончили. Приблизился к дворецкому. Серп-1 настороженно пристроился рядом.

Интересно, как доспех отреагирует, если я ему закину руку на плечо, как старому другу?

— От кого письмо? — обратился я к старикану.

— От лорда Сурата.

— Зачитайте, пожалуйста.

Он вскрыл конверт и достал лист бумаги. На нём было написано всего несколько слов.

И от них у меня по всему телу пошли мурашки предвкушения.

«Кажется, мы Его нашли».

Глава 7

Я прибыл к особняку Сурата сразу же. Ракс отправился со мной. В письме не было сказано ничего конкретного, но выглядело оно как приглашение.

На подъездной дорожке особняка уже собрались несколько карет и разномастных Живых доспехов. Тут и там сновали слуги, провожая знатных лордов в дом.

— Лорд Сатирус, — окликнул меня знакомый голос. — Рад видеть вас в добром здравии! И вас, лорд Максимус.

К нам подошёл лысый мужчина в своём фирменном жёлто-красном сюртуке. Правый его рукав был сложен и закреплён филигранной запонкой у плеча.

С улыбкой пожав протянутую левую в красной кожаной перчатке, я искренне сказал:

— Я тоже очень рад вас видеть, лорд Дреймос! Как ваши дела?

Обменявшись рукопожатием и с Раксом, он пожал плечами:

— Приемлемо. Правда, глава клана мной недоволен.

Оставив доспехи на улице рядом с другими, все вместе мы отправились к высоким входным дверям. Они были сделаны из лакированного красного дерева, и выглядели просто потрясающе. Как и остальной особняк с его стенами из красного кирпича с золотистыми узорами на фасаде. Каждое окно первого этажа было украшено витражами, на которых так или иначе обыгрывалась сила «Огненного».

Внутри дома тоже преобладал красный цвет с золотыми оттенками. Причём сделано это было так, что не вызывало чувство агрессии, присущие основному цвету. Наоборот, всё выглядел настолько роскошно, что могло конкурировать с убранством королевского дворца.

— Почему? — спросил Ракс по пути.

— Лорд Сурата считает, что мне пора на пенсию, — увидев мой непонимающий взгляд, он пояснил. — Требует, чтобы я передал «Один удар» наследнику.

— Уверен, для силы «Одного удара» хватит и одной руки, — заметил я. Ракс зыркнул на меня широко раскрытыми глазами. — Оу, простите, лорд Дреймос. Я не хотел вас оскорбить. Лишь сказал то, о чём думал.

— Не извиняйтесь, — отмахнулся лысый лорд. — Я сказал ему ровно то же самое.

Слуги проводили нас в столовую, где уже находились несколько человек. Во главе стола сидел низкий мужчина с короткими рыжими волосами. Его кресло, как и множество узоров в доме, было украшено языками пламени.

— Приветствую вас, лорды, — для человека с таким ростом, у лорда Сурата был невероятно глубокий и низкий голос. — Прошу, располагайтесь, чувствуйте себя как дома.

Мы втроём мягко поклонились, выражая уважение хозяину дома. Затем отправились к свободным местам за столом.

— А что тут делает шпион из клана Келонь?

— И вам не хворать, лорд Брэндон, — с нахальной улыбкой ответил Ракс надменному лорду с длинными каштановыми волосами.

— Меня больше смущает Безродный за нашим столом, — это уже говорил лорд с козлиной рыжей бородкой.

Я смерил его взглядом, глядя прямо в глаза. К его чести, он выдержал мой взгляд.

— Довольно! — низкий голос лорда Сурата идеально подходил для командования. — Лорды Сатирус и Максимус мои гости. Любое неуважение в их сторону будет неуважением ко мне. Всем ясно?

Остальные лорды потупили взгляды. Почти от каждого донеслось нестройное «Да, глава».

— Вот и отлично, — хмыкнул Сурата. — Дождёмся остальных и приступим к брифингу.

В течение следующего часа прибывали всё новые лорды. Из объяснений Ракса следовало, что в столовой Сурата собирались практически все рыцари, что не находились в боевых дежурствах и не состояли в королевском клане. Благо длинный стол позволял вместиться всем.

Большим удивлением было увидеть Джайру. Она подсела к нам с кучей расспросов. Ещё большим удивлением стало прибытие глав других кланов. Они все уселись по правую руку от лорда Сурата в очередности, отражающей их могущество.

Уже хорошо знакомый мне лорд Рубус сегодня был в просторных чёрных одеяниях, украшенных серебром. Я неиронично ожидал, что он всегда ходит в своём маслянистом доспехе.

Лорд Мудила (или Мулина, или как там его) своей блестящей лысиной мог потягаться с лордом Дреймосом. Но в отличие от последнего, он как будто компенсировал отсутствие растительности на голове густой бородой на лице. Он отдельно кивнул мне, заметив среди присутствующих. С чего бы это?

Точно! Тот рыцарь, лорд «Двойной удар», в последней дуэли предлагал мне вступить в клан Мудилы. Правильно отец говорил в детстве, что уважение можно только завоевать.

Лишь сейчас я понял, что совсем позабыл об отце. Я видел его в последний раз, когда он исчез во время битвы с Баросом. Лина рассказывала, что он помог ей в особняке с Лео. Но после этого от отца не было ни слуху ни духу.

Последним на брифинг явился кучерявый лорд Келонь. Я мог поклясться, что его выдающийся живот слегка подвинул стол, когда он усаживался. Учитывая размеры стола, сомневаюсь, что мне кто-нибудь поверит. Ракс вместе с ещё одним незнакомым лордом поднялись изо стола, приветствуя главу своего клана.

Лорд Сурата ещё раз поприветствовал всех присутствующих. Затем приказал слугам обновиться яства на столе.

Я напрягся. Сколько можно любезностей и жратвы? Этикет этикетом, но у нас, вообще-то, безумец в Живом доспехе рассекает по стране.

— Сурата, не будем терять время на бессмысленный ужин, — высказал мои мысли лорд Рубус. — Что там с Рыцарем Хаоса?

— Кстати, а что это за прозвище такое, «Рыцарь Хаоса»? — тихо спросил я у Ракса.

Джайра, сидевшая по другую сторону от него, недовольно посмотрела на меня и приложила палец к губам. Я картинно проигнорировал её.

— Потом расскажу, — шепнул Ракс, не отрывая взгляда от глав кланов.

— Глед, откройте карту, — скомандовал «Огненный».

Незаметный дворецкий появился откуда-то из тени. Безмолвно сбросил красную шёлковую ткань, висевшую на широкой карте за спиной лорда Сурата. Затем так же незаметно он исчез в тенях.

Почему мой дворецкий не может так же? Этот чванливый старикан во время работы кряхтел, пыхтел и комментировал все мои приказы.

«Огненный» поднялся на ноги. Взял заботливо протянутую указку. Я даже не заметил дворецкого, вновь появившегося с ней в руках.

Да где он его взял? Так, не время отвлекаться.

Карта Эстовии представляла собой широкий холст, расчерченный отчётливыми кроваво-красными чернилами. На востоке, западе и севере появлялись новые цвета. Судя по всему, они обозначали границы с Рударом, Малдеей, Риши и землями варваров. На юго-востоке часть Эстовии была окрашена чёрной штриховкой. Территории Одержимых.

Примерно в десятке мест Эстовии стояли зачёркнутые красные метки. Однако три из них всё ещё были целыми.

Лорд Сурата пристроился рядом с картой и принялся тыкать указкой в зачёркнутые метки.

— Безумный Барос воспользовался дымовой завесой и суматохой сполна. Он смог оставить следы и разбросать собственный металл в одиннадцати порталах. Из-за этого расследование затянулось. Но у него было мало времени. Поэтому полноценно запутать нас он смог только в трёх местах.

Конец указки поочерёдно переместился по трём меткам.

— Город Зенитар, крепость «Стальной оплот» и Территории Одержимых. Во всех трёх видели Бароса. Также все три связаны с его прошлым.

— И где же нам его искать? — спросил лорд Мудила.

— Ясности нет, — покачал головой лорд Сурата. — Поэтому нужны минимум три отряда, чтобы прочесать эти места. Барос может быть где угодно. И только Ушедшие знают, что он ещё замышляет, поэтому найти его нужно быстро.

— Нужны добровольцы? — подал голос лорд Дреймос.

— Да, — подтвердил «Огненный». — Но король ясно дал понять, что действовать необходимо лишь в составе орденов. Никаких своевольных образований. В случае нарушения — лишение Живых доспехов.

Лорды недовольно загудели. Главный дознаватель громко хлопнул по столу.

— Тишина! — рявкнул он скрипучим голосом. — Воля короля — закон.

Радовало, что не один я считал волю короля слишком тупой.

— Поговорите со своими командирами. «Мастер порталов» в вашем распоряжении. Задание опасное, но важное. Важнее только защита границ. К рассвету мне нужны три ордена.

Ракс поднялся изо стола.

— Рыцари Серпа в деле.

* * *

— Вас одних даже на неделю оставить нельзя, — ворчал Кандор Мустарес, командир Рыцарей Серпа. — Съездил навестить сына, называется. А мои рыцари за это время чуть все не поумирали, да ещё ввязались в опасную авантюру.

Все Рыцари Серпа собрались в гостиной особняка Пикс. Она была единственной, кто при этом находился в Живом доспехе — дед ей наконец-то разрешил исцеляться таким образом.

— И разжились новым доспехом, — заметил я.

— Ах да, это меняет дело, — задумчиво сказал командир.

Мы с Раксом обменялись довольными улыбками. Но старик неожиданно взорвался:

— Ни черта это не меняет! Вы мало того что зелёные совсем, так ещё и раненые. А замахнулись на целого Безумного Бароса.

— Вообще-то, у нас тут только двое зелёных, — проворчала Джайра со скрещенными руками, намекая на меня. — Да и то у одной это лишь цвет доспеха.

Пикс хихикнула изнутри своей «Создательницы». По изящному женственному доспеху пробежала нежно-салатовая рябь.

— Прости, но сама ты зелёная, — отозвался я. — С Баросом наравне сражался только я.

— Ой-ёй, чудом выжил и говоришь, что сражался наравне? — съехидничала Джайра.

— Молчать! — рявкнул командир.

В гостиной повисла гнетущая тишина.

— Командир, — Ракс прервал молчание. — Это разведывательная операция, а не боевая. Нужно лишь найти его, а не ликвидировать. Тем более, у каждого из нас к нему появились свои счёты.

Командир устало потёр переносицу.

— Вы у меня все будете в латах целый год ходить после такого.

— Так точно! — ответил Ракс с улыбкой.

Что-то я не разделял его воодушевления. Мне недели в обычных латах хватило сполна.

— Куда Сурата нас отправит? — спросил старик.

Джайра зашуршала своими записями.

— В Зенитар.

— Почему именно туда?

— Это родной город Безумного Бароса. Лорд Сурата подозревает, что его целью могут быть рудники его семьи, где добывают магнетит.

— Что это за магнетит такой? — спросил я.

— Очень редкий металл. Предположительно основная составляющая материала, из которого Ушедшие создавали Живые доспехи, — ответила Пикс.

— Учитывая повреждения доспеха Бароса, вполне себе оправданная цель, — сказал Ракс.

Нет, это непохоже на Бароса. Если я что и понял в сражении с ним, так это то, что он не действует безопасным способом. Он любит риск.

— Сомневаюсь, что мы найдём его в Зенитаре. Если магнетит — это металл, то Барос вполне мог притянуть его своей силой и вплавить в доспех. А затем просто войти в другой портал.

Командир Мустарес как будто немного облегчённо выдохнул после моих слов.

— В любом случае нужно всё проверить. Барос Вестериус не только опасен, но и хитёр. Он вполне может быть и в Зенитаре, — он поднялся из кресла и продолжил: — Я соберу бездоспешников. Чтобы завтра на рассвете все были у «Мастера порталов».

— Так точно! — отозвались мы.

* * *

Было ещё одно важное дело, которое я хотел закончить перед отбытием. Остановившись напротив особняка лорда Малевси, я мрачно ухмыльнулся. Постучал в ворота. Передал подошедшему слуге, с какой целью прибыл. Спустя пару минут подошёл уже дворецкий и пригласил меня внутрь, прося прощения, что они не подготовились к неожиданному визиту столь высокопочтенного гостя. Проводил прямо к комнате лорда.

Когда я вошёл внутрь, глаза Рулуса Малевси расширились от ужаса. Молодой бездоспешный лорд сидел в инвалидном кресле. Его ноги на вид были в порядке. Но слухи донесли, что в ночь побега Безумного Бароса на него обвалилась часть здания. Перелом позвоночника парализовал всю нижнюю часть тела. Восстановление невозможно.

Я прикрыл за собой дверь.

— Помнишь меня?

Его пальцы впились в подлокотники. Он принялся звать дворецкого, но я лишь подпёр дверь стулом так, чтобы её было сложно открыть. Затем подошёл к умолкшему парню. Навис над ним, оперевшись на инвалидное кресло.

— Тебе повезло, — прошептал я. — Благодари Ушедших, что они отняли у тебя лишь ноги. Ведь иначе я бы отнял твою жизнь.

Молодой лорд задрожал всем телом. В дверь принялись колотить.

Мои зубы заскрипели от едва сдерживаемой ярости. Безумно хотелось размазать этого ублюдка за то, что он пытался сделать с Элизой. За то, что чуть не сделал.

Но и Герран, и лорд Дреймос отговорили меня от этого. Слишком много проблем это создаст.

Поэтому мне и пришлось заниматься «дипломатией».

— Вижу, ты никому не рассказал о случившемся, — продолжил я. — Иначе твоя прислуга меня бы не впустила. Умно. Мы с лордом Дреймосом тоже будем молчать. Если ты, конечно, не вынудишь нас обвинить Род Малевси в прямом нападении на мой Род. Ты мальчик тупой, но ведь не станешь так подсирать своей семье?

Он испуганно замотал головой. Длинные чёрные волосы мотались из стороны в сторону.

Я потрепал его по щеке.

— Вот и славно. Иначе мне придётся надеть оба моих доспеха и разнести здесь всё.

С этими словами я удалился из ненавистного дома.

* * *

Утром в Зале Порталов (оказалось, то подземелье с Гигантом называется именно так) собралась целая толпа. Двенадцать рыцарей, порядка трёх сотен рыцарей-бездоспешников и провожающие. Отправлением командовал лорд Сурата, которому король лично поручил найти и ликвидировать Безумного Бароса.

Помимо нашего ордена, были ещё Рыцари Щита и Рыцари Молота. Среди них всех я знал только бело-золотого лорда «Луча». Проходя мимо, я кивнул ему, но он сделал вид, что не заметил меня. Что было странно — мой двойной доспех привлекал все взгляды.

Лишь накануне вечером мои попытки увенчались успехом. Серп-1 наконец-то перестал дуться и позволил «Жидкому» обволочь нас. Его металл растёкся по синей броне тонким слоем, постоянно пребывая в движении. Управлять его силой пока что получалось с большим трудом. Каждый раз я словно пробивался сквозь толстый слой сливочного масла.

И как только Барос с такой лёгкостью овладел его силами?

Однако, проигнорировав меня, лорд «Луч» отвесил изящный поклон Джайре и что-то ей сказал. Джайра, не глядя на него, молча согнула руку в локте и сжала кулак. Оттуда медленно вырос искрящийся средний коготь. «Луч» после этого как-то стушевался.

— За что она с ним так? — шепнул я Пикс.

Я, конечно, предпочёл бы узнать это у Ракса. Но сделать это тихо было проблематично, учитывая рост его Танка.

— Потому что это лорд Жюваль, — ответила Пикс. — Её бывший.

Тихонько присвистнув, я пошутил:

— Помянем парня.

Пикс не сдержалась и прыснула со смеху.

Командир Мустарес вместе с бездоспешниками из нашего ордена стоял у одного из порталов. Широкое «окно», окружённое мягкой персиковой энергией, вело в просторный зал, украшенный металлическими узорами. Толстые белые колонны устремлялись к высокому потолку. В разных местах стояли какие-то витрины.

Но от разглядывания Зенитара меня отвлёк смуглый черноволосый человек, стоявший рядом с командиром. Он сменил тёмные одежды на синий мундир и латы Рыцарей Серпа. И только лишь оружие оставил своё — по загадочному посоху время от времени проходило ядовито-зелёное свечение.

Внутри меня зародилась буря смешанных эмоций. С одной стороны, мне хотелось и дальше его ненавидеть. С другой, из-за его поступка продолжать это делать было очень сложно.

— Выпустите меня, — попросил я свои доспехи.

Броня Серп-1 разъехалась в стороны. «Жидкий» также расплылся, давая мне выйти.

— Райкен, — смуглый мужчина шагнул ко мне.

— Отец, — я протянул ему руку.

Мужчина сначала смутился, но затем сделал шаг вперёд и крепко её пожал.

— Спасибо, что помог в ту ночь. Без тебя справиться с Баросом было бы сложнее, — на лице отца появилась улыбка. — Но это не значит, что я тебя простил. Позже у нас будет долгий разговор и ты объяснишь, куда пропал из нашей жизни.

— Очень неловкое чувство, когда тебя отчитывает собственный сын, — хмыкнул отец. — Который к тому же каким-то образом старше тебя по званию.

— Это ещё цветочки. Подожди, когда Лина к тебе хотя бы немного оттает и перестанет игнорировать, — я кивнул на сестрёнку, которая стояла в отдалении со скрещенными руками и демонстративно не смотрела в нашу сторону. — Вот тогда я тебе не позавидую.

Лина как никто другой умела давить на больные точки.

— Вижу, ты теперь в нашем ордене?

— Ага, всю последнюю неделю потратил, чтобы уволиться из стражи лорда Рашмоса и перевестись сюда. Хочу быть ближе к тебе с Линой.

По Залу Порталов разлетелся громоподобный голос лорда Сурата, усиленный Живым доспехом. Из-за поднявшегося эха я почти ничего не понял. Зато командир Мустарес сориентировался и начал раздавать приказы:

— Рыцари Серпа, 5 минут до отправления. Прощайтесь с родными и близкими. Чтобы через 2 минуты все построились у портала!

Кивнув отцу, я поспешил к Лине с Элизой. Сестрёнка первой бросилась мне наперерез и вцепилась крепким объятием.

— Возвращайся целым и невредимым, хорошо?

— Обязательно вернусь, — я обнял её в ответ и улыбнулся. — Насчёт целым и невредимым, правда, не уверен.

Лина ударила меня кулаком по груди.

— Дурак.

Но на её лице тоже сквозила улыбка, когда она отстранилась.

Следом подошла Элиза и обвила меня руками. После продолжительного и безумно приятного поцелуя, я, наконец, спросил:

— Ты точно этого хочешь?

— Я уже всё обдумала и решила, — ответила она. — К тому же мы навсегда останемся друзьями.

Лина вдруг стала очень довольной и радостной.

— Ну ладно, — проворчал я. — Тогда командуй.

Элиза подошла к Кристаллику. По его многочисленным чёрным граням пробежал зеркальный блеск.

— Я тоже буду скучать, — проворковала Элиза. — Но отныне твой носитель — Лина.

Сестрёнка взяла девушку за руку.

— Не волнуйся, — сказала она. — Он в хороших руках.

— Знаю, — ответила Элиза дрогнувшим голосом.

— Лорд Сатирус! — раздался голос командира. — Может, вы, наконец, сподобитесь почтить нас своим присутствием?

— Твою тень, — выругался я, быстро обнял девчонок на прощание и побежал к порталу.

На ходу впрыгнув в свои доспехи, я подошёл к остальным Рыцарям Серпа.

Командир вышагивал напротив портала.

— Спасибо, что соизволили присоединиться к нам, — съязвил он.

По рядам бездоспешников прокатились смешки. Но, в отличие от первых дней пребывания в ордене, они больше не были издевательскими. Скорее дружескими.

— Вы все знаете нашу задачу, — продолжал командир. — Я жду от вас профессионализма и беспрекословного исполнения приказов. — с последними словами он бросил косой взгляд на меня. — Враг опасен, так что не расслабляемся. Ну и, главный приказ: не погибать! Всё ясно?

— Так точно! — разлетелось по всему Залу Порталов.

Наконец-то у меня появился шанс убить Безумного Бароса.

Я стиснул кулаки и первым ступил в портал.

Глава 8

По телу пробежали мурашки и вздыбился каждый волосок. И вот я оказался в том высоком помещении.

Массивные белые колонны держали каменный потолок с металлическими вставками. Тут и там стояли шкафы и витрины с различными металлическими предметами. На первый взгляд — украшения и инструменты.

— Где это мы? — спросил я у подошедшей Пикс.

— Выставочный зал Академии магнетита, — ответила она.

— Грубо говоря, здесь они выпендриваются своими технологическими достижениями, — дополнила подошедшая Джайра.

Сквозь портал стройными рядами потянулись бездоспешники, возглавляемые командиром. К нему устремилась красивая девушка с длинными чёрными волосами. Она была одета по-деловому. Но при этом даже как-то развязно. Рукава облегающего чёрного пиджака закатаны. Ворот белоснежной рубашки расстёгнут так низко, насколько едва позволяли приличия. Девушка излучала уверенность. Но вместе с тем в её взгляде как будто была едва уловимая безуминка. Кого-то она мне этим напоминала.

Она подошла к старику и обменялась рукопожатием.

— А это ещё кто? — спросил я.

— Лорана Вестериус, — ответила всезнайка-Пикс.

— Вестериус? Постой-ка…

Девушка уже шла к нам.

— Да-да, я младшая сестра того самого Безумного Бароса, — сказала она с очаровательным ворчанием, а затем сделала изящный реверанс. — Рада приветствовать рыцарей в Зенитаре.

Я стоял ошарашенный, не понимая, откуда у такого монстра такая красота в родственниках.

Следующий час прошёл в небольшой суматохе. Командир раздавал приказы, организуя лагерь за городом, смены и патрули бездоспешников, а также распределяя наши обязанности. Носителям Живых доспехов предстояло ходить в парах и даже ночью быть начеку.

Прежде чем мы вышли в город, ко мне подошёл отец.

— Я сегодня в первую смену, так что вечером буду свободен, — сказал он. — Слышал, здесь есть отличная таверна, где в пиво добавляют магнетит. Можем там встретиться и всё обсудить.

— Идёт, — кивнул я.

Командир поставил меня и Джайру в одну пару. Ракс вместе с Пикс отправились патрулировать город и разведывать местность. Нам же предстояло узнать всё, что только можно у Лораны.

Она застала меня, когда я рассматривал странного вида броню. Она напоминала привычные латы, но состояла не из цельных кусков металла, а из мельчайших чешуек. Размером даже меньше, чем ноготь моего мизинца. Причём мизинца на ноге. При этом на вид была очень лёгкой.

— Впечатляет, правда? — спросила подошедшая Лорана.

Я посмотрел на неё с высоты своих доспехов. Командир строго-настрого запретил их снимать на случай, если объявится Безумный Барос.

— Выглядит слишком хлипкой.

— Тем не менее, эта кольчуга выдержит даже удар ваших силовых мечей.

— Что-то я сомневаюсь, — ухмыльнулся я.

Мои мечи пробивали даже броню Живых доспехов. Да, в тонкий и слабых местах, но всё же.

— А вы попробуйте, — заявила Лорана и с хитрой улыбкой отошла.

Берёт меня на «слабо» что ли?

Рукоять меча сама прыгнула в руку. Вспыхнул синий силовой клинок. Я расслабленно воткнул его в висящую кольчугу. Но к своему удивлению не пробил.

Чешуйки брони каким-то образом сгруппировались в месте удара. И даже начали наползать на клинок, пока я его держал возле них.

Погасив лезвие, я внимательно посмотрел на место удара. Чешуйки почти сразу расползлись по местам.

А вот это уже интересно.

Вновь активировав меч, я воткнул его в кольчугу уже со всего размаха. В этот раз в место удара наползло уже больше чешуек. По всей броне разошлась лёгкая волна, заставляя трепетать остальные чешуйки.

Хмыкнув, я замахнулся второй рукой. Скорее всего, эта кольчуга была рассчитана лишь против силового оружия. «Жидкий», повинуясь моим мыслям, сформировал на месте руки длинный, острый шип. Я специально бил туда, где чешуек было меньше всего, после предыдущего удара.

В итоге новые чешуйки переползли со спины, принимая укол шипа на себя.

— Я же говорила, — сказала довольная Лорана. — Но вы нашли и основную слабость. Хоть кольчуга и гасит кинетическую энергию удара, выдержать несколько одновременных ударов она не сможет. Это всего лишь прототип, так что не судите меня строго.

— Шутите? — спросил я поражённо, убирая оружие. — Эта броня впечатляющая! Почему вы ей до сих пор не оснастили всю армию?

Лорана грустно вздохнула.

— «Слишком высокая цена за жизнь одного солдата» — это слова короля. По этой же причине этот Выставочный зал больше является местом нереализованных концепций. Можно сказать, кладбище моих лучших изобретений.

Теперь я понял, кого она мне напоминала этой своей безуминкой в глазах. Ещё и изобретает всякие штуки. Ну вылитый Лео в женском обличии.

— А «Слишком высокая цена» — это сколько? — поинтересовался я.

От названной суммы мои брови поползли вверх.

— Прилично, ничего не скажешь, — присвистнул я. Но после этих слов у меня вдруг родилась идея. — Хотя, вы могли бы делать такую броню для рыцарей. Я бы, например, точно её купил.

Лорана мило улыбнулась, словно услышав хорошую шутку.

— Скажете тоже. Зачем носителям Живых доспехов дополнительная защита? Тем более вам с вашими двумя доспехами?

— Вы не поверите, насколько лорд Сатирус любит во время боя выпрыгивать из своего доспеха, — проворчала подошедшая Джайра. — И хватит развлекаться. Я успела уже обойти всю территорию.

— Что-нибудь нашла? — спросил я, игнорируя её замечания.

— Ни следа Безумного Бароса.

— Он больше наследил в руднике, — заметила Лорана. — Давайте я вас провожу туда.

Приятно было, наконец, выбраться из этого зала. Его высокие потолки и массивные колонны как будто давили на меня. Я больше любил открытые пространства.

Академия магнетита стояла на небольшом холме. Благодаря этому весь город был как на ладони.

Я привык к домам в Грантоне. Все они были построены из песчаника. Начал потихоньку привыкать к домам в Эсте, где преобладали различного цвета прочные камни и кирпичи. Здесь же, в Зенитаре, складывалось впечатление, что чёрного цвета металл используют везде. Из него были сделаны многочисленные фонари — их даже было раза в два больше, чем в самой Эсте. Им украшали и укрепляли. То тут, то там встречались металлические заборы и ограды. Флюгеры и шпили из него украшали крыши домов. Он был даже в ставнях и стенах.

Также Зенитар радовал растительностью, раскинувшейся по всему городу. По многочисленным паркам, скверам и аллеям, несмотря на ранний час, уже прогуливались люди. Да даже на обычных улицах тут и там торчали деревья и кустарники. Ничего общего с застроенной Эстой.

Но больше всего меня поразили многочисленные мостики. Зенитар стоял на берегу большого озера. И по всему городу петляла река, впадающая в него. Прямо сейчас по реке продвигался небольшой корабль, перед которым буквально раскрылся мост. Сначала в нём посередине появился разлом. Затем обе части моста поднялись вверх на манер дверей. Корабль продолжил движение к следующему мосту.

Порадовавшись, что шлем скрывает моё лицо с раскрытым ртом, я не удержался от вопроса:

— Но как?

— Магнетит, — пожала плечами Лорана и пояснила: — В него можно заложить различные возможности, если сплавить с определёнными металлами.

— А там что за движуха? — указала Джайра пальцем.

Проследив взглядом за её пальцем, я увидел круглую площадь. Прямо по её центру стояла высокая металлическая статуя в виде руки, торчащей из-под земли и держащей на раскрытой ладони увесистый шар. Вокруг статуи по всей площади сновали рабочие, возводя прилавки и шатры. Среди них я заметил много ришийцев в их типичных белых одеждах.

— Это подготовка к ежегодной Выставке инноваций и технологий.

Теперь понятно, откуда здесь ришийцы. Они славились своими изобретениями.

— Почему вы её не отменили? — спросил я. — Зная, что здесь может скрываться Барос.

— Слишком много инвестиций на кону, — ответила Лорана. — Тем более, моего страшного братца в Зенитаре точно нет.

— Это мы ещё проверим, — сказала Джайра. В её голосе я уловил слегка сквозящее подозрение.

По пути к руднику на нас то и дело оглядывались прохожие.

— Чего это они? — удивился я. — Как будто Живые доспехи никогда не видели.

— Ты сам-то их часто видел до того, как попасть в Эсту? — спросила Джайра.

Покопавшись в памяти, я ответил:

— Ну, не считая нападения на Грантон, видел только в глубоком детстве. И то издалека.

— Вот тот-то и оно, — хмыкнула рыжеволосая.

Моё любопытство терзал ещё один вопрос, который я не преминул задать Джайре:

— Слушай, а что у тебя случилось с тем «Лучом»? Лорд Жюваль, кажется?

— Не твоё дело.

— Мне один раз уже пришлось сражаться рядом с ним. И он также ищет Бароса вместе с другим орденом. Хотелось бы знать, чего от него ждать, если придётся опять биться вместе.

— Ничего хорошего, — буркнула Джайра и сменила тему. — Лучше скажи, ты доверяешь этой сестричке Бароса?

Я посмотрел на странную металлическую карету, ехавшую перед нами. Она ехала без каких-либо лошадей. По словам Лораны, будучи единственной в своём роде, эта карета «пожирала» бесчисленное количество магнетита в качестве топлива. Поэтому она ездила на ней лишь в дни Выставки. Да и то, чтобы утереть нос ришийцам, которые не могли повторить её технологии.

— Мне она кажется честной. И слишком гениальной.

Интересно, Лео с ней знаком? Вдвоём они могли бы устроить настоящий технологический прорыв.

— А я вот что-то сомневаюсь в ней. Уж слишком уверенно она говорит, что Бароса здесь нет. Как будто точно знает, где он.

— Давай не будем рубить с плеча, — сказал я. — Просто смотрим в оба. Если она что-то скрывает — мы это заметим.

— Ладно.

Визит на рудник не дал нам почти никаких ответов. Лорана показала нам склад, с которого пропал добытый за месяц магнетит.

— В ночь побега Безумного Бароса здесь пропало порядка ста килограмм магнетита, — рассказывала она, проводя нас по небольшому складу. — Несколько очевидцев видели, как в рассветном небе туча металла летит к музею.

Я присел возле оставшейся кучки магнетита. Он представлял собой чёрный порошок, который магнитился сам к себе. Взяв его в руку, пропустил сквозь пальцы. Ни одна песчинка даже не прилипла к доспеху.

— А самого Бароса вы не видели? — спросил я.

— Нет.

— Странно, что он не захотел навестить родную сестру.

Похоже, подозрительность Джайры передалась и мне.

— Наверное, торопился унести от вас ноги, — развела руками Лорана.

* * *

Вечером мы собрались в таверне. Отец пока что не вернулся со смены, так что я расслаблялся вместе с товарищами. Наши доспехи стояли прямо возле нашего стола, привлекая всё внимание местных выпивох. В отличие от Эсты, в Зенитаре можно было прийти в доспехах и с доспехами куда угодно.

— Прелестный городок, — сказал Ракс, опрокинув кружку пива. — Только больно тихий, даже несмотря на Выставку. Будь здесь Барос, уверен, он бы уже пошумел.

— Он вполне мог уйти и в леса, — заметила Пикс, попивая сок.

— Вряд ли, — отозвался я. — Всё указывает на то, что Барос вошёл в портал, притянул себе хренову тучу магнетита, и ушёл в другой портал.

— Это если верить его сестричке, — заметила Джайра, задумчиво сидевшая с бокалом вина.

Я приложился к кружке. Не знаю, кто тот гений, что додумался добавлять магнетит в пиво, но ему стоило поставить памятник. Этот напиток, достойный самих Ушедших, не только опьянял, но и придавал сил. Не до конца зажившие раны без Живого доспеха всё ещё продолжали ныть. Но прохлада пива, растёкшись по телу живительным потоком, по ощущениям действовала похоже на целительный свет Живых доспехов. Раны сначала онемели. А затем я и вовсе о них забыл.

Интересно, может Ушедшие добавили магнетит в Живые доспехи именно с этой целью?

Допив пиво, я со стуком поставил кружку на стол:

— Слушайте, кто всё-таки такой этот Рыцарь Хаоса? Почему все так всполошились, когда Безумный Барос себя так назвал?

Джайра отхлебнула вина.

— Ты правда не знаешь?

— Не забывай, что в прошлой жизни моей главной проблемой было не сдохнуть с голоду, — ответил я, отдавая пустую кружку официантке. — Поэтому я многого не знаю из того, что знают остальные рыцари.

— Серьёзно? — спросил Ракс. — В Грантоне никогда не рассказывали легенду о Рыцаре Хаоса?

Передо мной поставили новую кружку с манящим пенным напитком.

— У меня создаётся ощущение, что о нём знают только в знатных кругах, — сказал я, пригубив пива.

— Подруга, поведаешь эту историю? — спросила Джайра у Пикс. — У тебя лучше получится.

— Хорошо, — пожала та плечами. — В общем…

Дверь таверны раскрылась, впуская внутрь смуглого мужчину с боевым посохом.

— Прошу прощения, у меня важный разговор с отцом, — сказал я, поднимаясь изо стола вместе с кружкой.

Серп-1 и «Жидкий» потопали за мной.

— Эй, а на кой хрен тогда спрашивал? — крикнула Джайра мне вслед.

Отец заметил меня и махнул рукой, приглашая сесть за стол у окна. Я слегка вспотел, пока шёл к нему. Во мне продолжали бороться ненависть к человеку, бросившему нас в детстве, любопытство из-за того, почему он так поступил, и благодарность за то, что помог спасти Лину.

Короче говоря, впервые за долгое время я не знал, как себя вести.

— Ты был прав — пиво здесь просто волшебное, — сказал я вместо приветствия.

— Охотно верю, учитывая здешние цены, — ответил он, с лёгкой ухмылкой усаживаясь за стол.

Я сел напротив.

— Я угощаю.

За окном то и дело сновали люди. Таверна находилась на краю Выставочной площади, на которой завершались последние приготовления к завтрашней Выставке. Вместе с рабочими, однако, прогуливались и местные, наслаждаясь приятным вечером.

Перед отцом поставили кружку. Он обхватил его руками с двух сторон и неуверенно заговорил:

— Даже не знаю, с чего начать.

— Сначала попробуй пиво, — подбодрил я его. — Станет легче.

Мне нестерпимо хотелось узнать, почему он не вернулся в Грантон после войны с Одержимыми? Почему бросил нас?

Также я с удивлением понял, что жаждал, чтобы причины его поступка были уважительными.

Неужели где-то глубоко внутри хочу его простить?

Отец отпил пива и с улыбкой заявил, вытирая губы:

— Пиво действительно волшебное. Ладно, давай начнём.

Темноту улицы за окном вдруг озарило ярким светом. Раздались восхищённые крики. Мимо окна прошёл человек, громко ворча:

— Почему они запустили фейерверк до начала Выставки? Он же должен быть завтра.

Когда я заметил летящий вдали огненный шар, в груди что-то ухнуло вниз.

— Нет-нет-нет, не может этого быть, — запричитал я тихим голосом.

— Что такое, Райкен? — обеспокоенно спросил отец.

Но я не стал тратить время на объяснения и бросился к выходу. Мои доспехи загремели следом за мной.

Выбежав на улицу, я заметил, как в небе зажглись ещё несколько огней. Они стремительно увеличивались в размерах. Толпа зевак, уже собравшаяся на улице, восторженно закричала.

— Папа, я такого салюта ещё не видела! — восхищённо пропищала какая-то девчушка.

— Я тоже, — пробасил мужчина, державший её за руку. — Наверняка леди Вестериус постаралась.

Я не разделял их восторга. К сожалению, мне уже доводилось видеть подобное. В день, когда пал Грантон.

Тогда такие же огни появились в небе. А затем на город обрушились варварские рыцари в Живых доспехах.

Двигаться не было сил. Как заворожённый я смотрел на приближающиеся огни, моля Ушедших о том, чтобы я ошибся. Нельзя допустить второго Грантона. Ни в коем случае.

С другого конца площади раздался крик боли. Затем ещё несколько.

По толпе зевак пробежал взволнованный шепоток.

Первый огненный шар уже был над самой Выставочной площадью. В следующий миг он обрушился прямо на статую руки, державшей шар. Оплавленный металл стёк вниз, и шар рухнул на мостовую, откатываясь в сторону.

Среди расходившейся дымки стояла фигура. Она сделала шаг вперёд, и я облегчённо выдохнул. Это не был носитель Живого доспеха. Ростом он был с обычного человека. Да и пропорции такие же.

Но когда он вышел из дымки на свет, я взял свои мысли назад.

Он пугал. На лице была маска, чьи глаза испускали жутковато-красный свет. Тело покрывали обычные доспехи, украшенные меховыми шкурами. Его левая рука была подогнута и тянулась до самой земли. Она…

Нет, не может этого быть.

Такое впечатление, будто у этого человека к телу прикреплена рука Живого доспеха.

Я не задумываясь запрыгнул в Серп-1. «Жидкий» тут же облепил нас со всех сторон. Вместе мы направились к загадочному варвару.

Он поднял свою неестественно большую руку и резко обрушил её на мостовую раскрытой ладонью вниз. Под ней появилось призрачно-синее свечение.

На площадь наконец-то обрушились остальные огненные шары. Из дымки после их падения вышли четыре рыцаря. Один из них вдвое возвышался над остальными.

Я зажёг силовые мечи.

Тот человек оторвал гигантскую руку от земли и направил её прямо на меня.

Глава 9

Спокойный вечер очень быстро превратился в какую-то срань.

Звать товарищей не пришлось. Они вывались из таверны практически сразу после необычного появления рыцарей. Ухмыльнувшись, я зажёг мечи и понёсся в бой.

Обсуждать тактику не было ни времени, ни смысла. Я знал свою задачу в бою — связать как можно больше вражеских рыцарей боем, отвлекая их внимание от моих товарищей. Они же тем временем займутся своим делом.

Но я успел сделать только два шага. На мостовой подо мной загорелся призрачно-синий круг. От него шёл такой же свет, какой бил из-под руки того странного мужика, когда он коснулся ею земли. В следующий миг я по грудь провалился вниз.

Земля и камни сдавили мои доспехи со всех сторон, сковывая движения. На поверхности у меня осталась лишь одна рука.

На мостовой около меня зажглись ещё круги. В этот раз они были намного меньшего размера. Я мельком увидел, как тот странный мужик опять положил свою живодоспешную руку на землю. Затем из маленьких кругов вырвались каменные кулаки, сминая мне шлем многочисленными ударами.

Я забился, отчаянно пытаясь вырваться из каменной хватки. Это оказалось не так уж сложно. Мягкая земля под мостовой отлично поддавалась, давая мне всё больше свободы.

Какой-то рыцарь в серебристом доспехе обтекаемой формы вышел вперёд и выставил кулак. С него сорвалась прозрачная энергия, которая мгновенно меня настигла. Вместе с ней пришёл разрывающий барабанные перепонки звук.

По ощущениям было похоже на то, будто я пропустил отличный удар в челюсть. Причём дополненный шлепками с обеих сторон по ушам. Перед глазами поплыло. В ушах нестерпимо зазвенело. Ещё и начало тошнить.

Серп-1 мигал светом, но мне сложно было разобрать, о чём он говорит.

Сжав зубы, я стукнул себя по шлему.

Соберись, твою тень! Подъём, и в бой!

Зарычав, я вырвал руку из каменного плена. Опёрся о мостовую, постепенно вытаскивая себя.

Рыцарь, со всех сторон облепленный переливающейся энергией, оказался рядом со мной. Пнул меня прямо в лицо, отчего я повалился на спину.

Наконец подоспевший Ракс пнул его в ответ. Рыцарь отлетел в сторону, перекатываясь через спину. Каждый раз, когда его доспех касался земли, энергия вокруг него ярко вспыхивала.

Ракс резким рывком поднял меня на ноги. Зажёг перед нами свой широкий щит. Что-то спросил, но я не расслышал из-за ужасного звона, будто окружившего меня со всех сторон. Правда, доспех уже начал исцеление. Было приятно ощущать прикосновения его ледяного света к ушам.

Но появилась и другая проблема. На шлеме, прям в том месте, куда меня пнул рыцарь, по «Жидкому» медленно расползалось какое-то «гниение». Другими словами я не мог назвать то, что видел. Его металл слегка кипел и покрылся чернотой, расползавшейся всё шире. В месте удара металл уже растворился полностью.

— «Жидкий», можешь скинуть поражённый металл? — спросил я. Собственный голос слышался мне, будто издалека.

Доспех ответил вспышкой белого света. Затем со шлема вниз капнул сгусток металла. Он продолжил кипеть и истончаться на камнях мостовой. Однако на них эта чернота никакого эффекта не возымела.

Рядом присела Пикс, разглядывая сгусток.

— Как интересно! — восхитилась она. — Его сила действует только над Живые доспехи.

— Я снова слышу, — произнёс я облегчённо.

Хоть звон в ушах и остался, звуки снова появились. И усиливались с каждой секундой, принеся с собой крики и грохот разрушений.

— Ты как? — прогремел Ракс, подставляя щит под атаки вражеских рыцарей.

Его издали атаковали в основном те же двое, что и меня. Обтекаемый рыцарь поочерёдно выставлял кулаки, с которых срывалась прозрачная энергия. Каждый такой удар сопровождался громоподобным звуком. Но они были не настолько громкими, как когда попали по мне.

Второй рыцарь, чей доспех окружала переливчатая энергия, пытался закинуть сгустки черноты за щит Ракса. Но наш Танк умело им пользовался, перекрывая атаки сразу обоих рыцарей.

— Я в порядке, — ответил я.

Если, конечно, не считать того, что меня всего за несколько секунд избили почти до потери сознания.

Но это не угнетало. И даже не злило. Наоборот, внутри зажёгся знакомый огонёк, который требовал победы. Требовал ударить в ответ так сильно, чтобы затрещали уже их доспехи.

— Тогда твоя цель — их Танк. Он не даёт Джайре подобраться к их Усилителю. Отвлеки его.

— А как же Однорукий?

— Усилитель опаснее, — ответила Пикс. — Я слышала о нём — это «Протектор», создаёт вокруг доспехов энергетические щиты, которые ничем не пробить. Пока не избавимся от него, он сможет прикрывать ими любого рыцаря.

Так вот, что это за энергия вокруг рыцаря с разъедающими силами. Он как раз сменил тактику. Он больше не забрасывал Ракса сгустками черноты. Вместо этого он застыл на месте. Вокруг него появилось чёрное облако, которое становилось всё гуще и гуще.

— Вы справитесь?

— Да, иди! — рявкнул Ракс.

— Постой.

Пикс подошла ко мне и коснулась рукой шлема. С её пальцев густым потоком потянулись пылинки металла. «Жидкий» с жадностью вобрал их в себя. Дыра на шлеме заросла.

— Больше не попадайся под его атаки, — дала она мне последние наставления.

— Хорошо.

Я коснулся Ракса, копируя его силу. Затем высоким прыжком перелетел через щит и побежал в сторону, снося по пути прилавки и палатки. Лорана меня наверное убьёт за это. Если не убьют эти рыцари.

Серебристый как раз и пытался это сделать. Он перестал долбиться в щит Ракса и теперь направил кулаки в мою сторону. Очень не хотелось снова оглохнуть. Поэтому я ускорился и начал скакать, в надежде уйти из-под его атак.

Тактика сработала, и вскоре рыцарю пришлось отправиться за мной в погоню.

Отлично, одной проблемой меньше для Ракса и Пикс.

Вокруг в испуге жались либо бездумно бежали жители Зенитара. Они вздрагивали каждый раз, когда мимо проносились энергетические снаряды или громыхали Живые доспехи, разнося всё вокруг. Кто-то даже спрыгивал в реку рядом с площадью.

Я, наконец, зашёл во фланг вражескому отряду. Джайра летала из тени в тень, пытаясь подкрасться к Усилителю. Но её раз за разом накрывал тёмно-серый куполообразный Танк с гигантским молотом в руках. Вокруг его наконечника сияла красная энергия, по краям обрамлённая глубоким чёрным светом. Стоило ему направить его на Джайру, как она вновь скрывалась в тенях. На Однорукого же наседала знакомая фигура с посохом, из которого струилась зелёная энергия.

Что отец творит?

Хотя… Может, это в него я настолько отбитый?

Танк заметил меня и пихнул Усилителя себе за спину. «Протектор», о котором говорила Пикс, выглядел неказисто. Лёгкий голубой доспех едва выше человеческого роста. Его ладони светились той же переливчатой энергией, что и вокруг разъедающего рыцаря.

Интересно, если отрубить их, щит, исчезнет?

Кровь уже кипела от горячки боя, и я хотел наконец уже хоть кого-нибудь отметелить. Поэтому не заметил, как под ногой зажёгся призрачно-синий круг. Я по колено провалился в землю.

Тёмно-серый Танк направил на меня свой мрачно сияющий молот.

Я ожидал чего угодно. Но уж точно не чувства необыкновенной лёгкости. Словно вес тела и Живых доспехов вдруг перестал на меня давить.

Прямо перед моими глазами в воздух поднялся камешек. Затем ещё один и ещё.

Без проблем достав провалившуюся ногу из земли, я пошёл вперёд. Точнее, хотел пойти. Но нога коснулась лишь воздуха. С удивлением посмотрев вниз, я понял, что вишу в воздухе. Танк провернул молот, и меня дёрнуло вверх.

Я словно падал. Вот только прямо в небо, а не на землю.

Скорее инстинктивно, чем обдуманно я потянулся к ближайшему фонарному столбу. «Жидкий», почувствовав мои мысли, выбросил вперёд серебряное щупальце, обвившееся вокруг него. С резким рывком моё «падение» остановилось.

Было довольно неприятно смотреть на это щупальце. Весь его вид вызывал тяжёлые, тёмные чувства. Я прекрасно помнил, что точно таким же Барос пытался задушить Лину у меня на глазах.

«Жидкий» обиженно замигал светом в ответ на мои мысли. Словно хотел доказать, что он в этом не виноват. Мне это напомнило вечер, когда подвыпивший Лео рассуждал, кто является большим убийцей — Живой доспех или его носитель.

Краем глаза я заметил, как на меня направил свои кулаки тот оглушающий рыцарь. На свободной руке из жидкого металла вырос тот же почти что зеркальный щит, которым я останавливал молнию Ракса.

Прозрачная энергия сорвалась с обоих выставленных кулаков. С оглушающим грохотом она ударила по щиту и, к моему огромному удивлению, отразилась обратно.

Было очень необычно смотреть на эту силу с обратной стороны. Она мгновенно прошивала воздух. Но при этом на всём её пути в сторону расходились небольшие волны воздуха.

Энергия ударила в полуметре от рыцаря, образовав маленький кратер. На даже этого хватило, чтобы ублюдок схватился за шлем там, где должны быть уши.

— «Гравитрон»! — разлетелся по площади громкий голос Однорукого. — Не спи!

Как раз в этот момент позади «Протектора» из затенённой стены вылезла Джайра. Её фиолетовые искрящиеся когти вспороли спину Усилителя снизу вверх. Он рухнул на колени, а его светящиеся ладони почти сразу погасли.

С диким рёвом Танк махнул молотом за спину, но Джайра уже растворилась в тенях.

Я же почувствовал, как сила притяжения вновь изменилась. Меня потянуло к земле, на которую я упал с мягким перекатом. И тут же рванул к оглушённому рыцарю. Мечи вновь зажглись в моих руках.

Нужно его добить пока не пришёл в себя.

Бежать вдруг стало сложнее. Я двигался как сквозь воду, замедляясь с каждой секундой. Пока, наконец, не смог сделать больше и шага. Меня потянуло назад. Ноги заскользили по камням.

Обернувшись, я увидел небольшой шар красной энергии с чёрным обрамлением. Он висел на метровой высоте, пульсируя вспышками мрачного света. Вокруг него уже кружились камни и обломки прилавков. Молот Танка, светившийся ровно такой же энергией, указывал прямо на этот шар.

Я вонзил мечи в камни мостовой. Это замедлило моё движение, но ненамного. Пульсирующий шар продолжал меня притягивать.

В груди поселилась какая-то тяжесть, когда я думал об этом шаре. Понятия не имею, что со мной случится, если я его коснусь. Но сама мысль об этом бросала меня в едва сдерживаемую дрожь.

Меня закружило по орбите шара. С каждым оборотом я становился всё ближе и ближе к нему.

Почему всяким мразям всегда попадаются настолько сильные Живые доспехи? Это тупо нечестно.

Я подавил упаднические мысли. Ситуация, конечно, неприятная, но не безвыходная. А если я что-то и умел в совершенстве, так это всегда находить выход и переть до конца. Значит, не сдамся и сейчас.

На очередном круге, когда в моём поле зрения возник этот «Гравитрон», я выдрал один меч из земли. Синее силовое лезвие разорвало ночной полумрак, когда я метнул меч прямо в Танка. Бросок прошёл мимо и оружие вонзилось в стену позади.

Но я на это и рассчитывал. При следующем обороте я выждал нужного угла и притянул меч к себе со всей силы. Эфес ударила в локоть руки, державшей молот, и она сдвинулась.

Я ожидал, что шар после этого исчезнет. Он же вместо этого двинулся по разрушенной Выставке, утягивая меня за собой. В воздухе закружилось ещё больше досок, камней и различных металлических изобретений. Но мне компанию составил и ещё один рыцарь.

Он уже пришёл в себя и бежал в мою сторону, когда притягивающая сила движущегося шара подействовала и на него. Он не успел даже ругнуться, как его приложило головой о ещё целый фонарный столб.

Прицелившись, я метнул в него меч, но то ли сила шара увеличилась, то ли я кинул недостаточно сильно. Но меч присоединялся к другим кружившимся вещам.

Рыцарь в ответ направил на меня кулак.

В следующий миг мы все рухнули на землю. Проскользив по мостовой по инерции, я вскочил на ноги и бросился на рыцаря. Боковым зрением я заметил яркие когти Джайры, разрубающей молот «Гравитрона».

Рыцарь тоже уже был на ногах. В руках он держал тонкую рукоять двуручного меча. Только вот лезвия у него не было.

Нужно время, чтобы его активировать?

Я выбросил руку вперёд, призывая «Жидкого» создать длинный, острый шип. Жидкий металл пришёл в движение, повинуясь мне. Резким движением серебристый рыцарь ушёл в сторону, взмахнул рукоятью.

Прогремел гром.

В середине шипа появился косой разрез. После чего остриё соскользнуло вниз.

Ещё один неуловимый громоподобный взмах рукоятью, и моя грудь вспыхнула болью. Тут же отскочив назад, я призвал мечи.

— Ненавижу тебя, — проскрежетал рыцарь.

— За что? — удивился я, ловя мечи на лету. Мы явно не были знакомы раньше.

— За то, что заставил сражаться вблизи, — он медленным шагом пошёл ко мне. Только сейчас я, наконец, увидел прозрачное лезвие его меча. Оно слегка переливалось при движении. И было столь тонким, что я не разглядел бы его без линз Живого доспеха. — А я этого терпеть не могу.

— Ой, какой бедненький, — сказал я с издёвкой. — Не хрен тогда было заявляться сюда.

— Я не люблю сражаться вблизи, потому что обычно всё слишком быстро заканчивается, — щёлки его шлема яростно вспыхнули молочным светом.

— Тогда тебе повезло, ведь я человек весьма необычный, — прорычал я, указывая на него концом меча.

Силовое лезвие раскалилось добела, когда я призвал запасённую силу Ракса. Голова рыцаря слегка наклонилась набок. Уверен, под шлемом он даже приподнял бровь вверх.

С меча сорвалась голубая молния. Она была не настолько мощной и жирной, как у нашего Танка, но даже её хватило, чтобы ошеломить рыцаря. Сопровождаемая трескучим громом, она вонзилась в доспех, разбрызгивая вокруг яркие искры. Рыцарь застыл на месте, слегка подрагивая.

Я с разбегу повалил его на землю. Замахнулся мечом, целясь в щёлку шлема. Рыцарь вдруг перестал трястись. Его грудь вспыхнула ярким светом. Все звуки вокруг на миг исчезли. А затем взорвались громким хлопком, когда меня отбросило ударной волной.

Он уже оказался рядом и неглубоко вонзил меч мне в живот. Доспех, к счастью, не пробил. Вот только по нему прошла сильная дрожь. Затем броня Серп-1 на животе тысячами осколков взорвалась изнутри. Часть из них вонзилась прямо в меня. Я ахнул от неожиданной боли. Взмахнул мечами, но рыцарь без проблем увернулся, разрывая дистанцию.

«Жидкий» среагировал почти мгновенно, закрыв собой дыру в доспехе. Я же пытался прийти в себя от уже затухающей боли.

— Почему у тебя такая же сила, что и у Танка? — спросил рыцарь задумчиво, вышагивая вокруг меня.

— А всё тебе скажи, — прорычал я.

— У тебя, оказывается, ещё и тот самый синий доспех под серебряным… Интересно. Не показывайся нашему главному на глаза, — он кивнул в сторону Однорукого, что сражался вместе с моим отцом и ещё несколькими бездоспешниками. — Он тебя за него убьёт.

— Что за хрень ты несёшь?

— Знаешь, почему мой доспех зовут «Резонанс»? — он взмахнул мечом, вновь вызывая громоподобный звук. — Не только из-за одних лишь сверхзвуковых сил. Его называют так потому, что он умеет бить в самые слабые точки. Я вижу их все. И наш главный — твоя самая слабая точка.

— Если ты пытаешься меня запугать, то выбрал самый тупой способ, — сказал я, на ходу придумывая новый план. — А теперь я тебя убью.

Боль в животе почти утихла. Но я скорее всего пропущу ещё один удар, прежде чем доберусь до него. Издали он меня переигрывает. Нужно навязать ему самый ближний бой.

Я бросился на него, готовый к тому, что он опять взмахнёт своим острейшим мечом. Он же вместо этого выставил вперёд кулак. Волна прозрачной энергии обрушилась на меня. А вместе с ней и разрывающий барабанные перепонки звук.

Меня накрыло оглушающим звоном. Вместе с ушами боль вспыхнула и в голове. Перед глазами потемнело, но я продолжил нестись на полной скорости.

Врезавшись в рыцаря всем телом, я увлёк его на землю, по которой мы покатились.

Мне хотелось орать от боли. Может, я и орал. Не знаю. Не было ничего слышно кроме этого проклятого звона.

Во время переката он замахнулся рукой. Прозрачная энергия вгрызлась в землю совсем рядом с моей голове, вызвав новый приступ нестерпимого звона. Но моя цель была близка.

Проломив невысокую металлическую ограду, мы упали в речушку, что пронизывала весь Зенитар. Глубина здесь была достаточной, чтобы с головой накрыть даже Живые доспехи.

Как-то в детстве мы с Линой баловались в Грантонском пруду. Ныряли под воду и орали изо всех сил, надеясь услышать друг друга. Услышать что-либо удавалось только вблизи. И то тихо.

Значит, рассудил я, и звуковые силы этого мудака под водой будут бесполезны.

Вода забурлила, закрывая обзор. Мне в шлем ударил тугой поток воды. Наверняка он опять пытался провернуть свои трюки. Но звон в ушах громче не стал, а значит, моя идея сработала.

Он отпинывался и пытался вырваться из моей хватки. Вокруг, не переставая, бурлили пузыри. Я же с помощью «Жидкого» создал себе металлические когти и принялся вскрывать его доспех.

Мне понадобилось несколько минут подводной возни, чтобы он наконец бездвижно осел на дно. Вода вокруг наполнилась кровавым облачком. Благо Живые доспехи не пропускали ничего внутрь. Всковырнув когтями его шею ещё раз, я оттолкнулся от дна.

Дышать под водой в доспехах было можно. А вот плавать получалось не очень. Мне понадобилось несколько попыток, прежде чем я смог взобраться на высокий берег. Перевалившись через сломанную ограду, я упал на спину, пытаясь прийти в себя.

— «Гравитрон», «Коррозия», продолжайте их отвлекать, — раздался голос поблизости. Приподняв голову, я увидел бегущего Однорукого. Он поднёс светящуюся ладонь к своей маске и говорил прямо в неё. — Я на поиски Семени. Нельзя больше терять времени.

С этими словами Однорукий перебежал через мост над рекой. Прежде чем он скрылся в тёмных переулках, я со стоном поднялся на ноги и побежал следом.

Чем бы ни было это Семя, нельзя допустить, чтобы он его нашёл.

Интерлюдия: Джайра

«Да где этот грёбанный Райкен? Почему я должна делать его работу?».

Джайра находилась в Тени и пыталась отдышаться. Пару минут назад она пришла на помощь Раксу и Пикс. Но этот рыцарь… Он был ей не по зубам.

Он застыл рядом с ней. В мире Тени он был похож на белёсый образ. Словно призрак какой-то. Вокруг него едва заметно клубилось ярко-белое облако. В реальном же мире оно было густо-чёрным.

Джайра вышла из Тени через сломанный фонарный столб, чтобы на него напасть. Но она даже приблизиться не смогла к этому облаку. Её доспех успел лишь слегка коснуться «язычка» этого газа. Но этого хватило, чтобы её Серп-2 истошно замигал ярко-фиолетовым светом внутри.

Теперь по левому наплечнику расползалась кипящая чернота. Что странно — она оставалась чёрной даже в Тени. В месте, где все тёмные цвета становились оттенками белого, а светлые — оттенками чёрного.

С хрустом и металлическим скрежетом Джайра вырвала наплечник. Нельзя, чтобы эта зараза расползлась и по руке.

Серп-2 обиженно мигнул чёрным светом. Девушку до сих пор, даже спустя три года владением Живым доспехом, поражало, что чёрный цвет может светить.

— Прости, — буркнула она доспеха. — Но так надо.

Если она не может подобраться к этому разлагающему рыцарю, придётся опять взяться за Танка.

«Ракс и Пикс сами справятся… Надеюсь».

Джайра пошла по миру, расчерченному белыми и чёрными оттенками. Ночное небо светило молочным светом, хотя почти над самой головой мрачнел полумесяц. На земле тоже хватало белоснежных мест, но всё портили эти долбанные фонари. От них расходились широкие конусы чёрного света. И это ой как мешало.

«Сука, почему их больше, чем в Эсте? — злилась Джайра. — На кой хрен столько фонарей? Ночью должно быть темно. Должна быть тень!».

Она остановилась напротив высокого куполообразного Танка. Он тоже предстал в виде белёсого образа. В мире Тени существовала любая материя, не обладающая жизнью в мире реальном. А вот люди, животные и Живые доспехи являлись в виде эдаких духов. Ни потрогать, ни выйти через них в реальный мир.

Джайру всегда поражало, что Живые доспехи тоже попадают в это уравнение. Её отец, предыдущий носитель Серп-2, рассказывал, что так Тень реагирует на живых существ. Но почему те же растения или грибы тоже не предстают в виде образов, он объяснить не мог.

Неужели Живой доспех более живой, чем раскидистый дуб в лесу?

«Завязывай, подруга, — наказала Джайра сама себе. — Ты же оттягиваешь время».

Или просто устала. В последние месяцы столько всего навалилось. Нужно было решать проблемы угасающего Рода. А не скакать по битвам, рискуя в любой момент этот самый Род оборвать.

Она с силой ударила мраморного цвета фонарный столб. Как и всегда в Тени, от такого удара пострадал лишь её доспех.

Нельзя здесь больше задерживаться. С каждой минутой, проведённой в Тени, становилось всё сложнее отсюда выйти. Не только из-за сил доспеха. Но и ментально. Спокойствие… Почти застывшее время… Полное отсутствие необходимости решать что-то здесь и сейчас.

Всё это манило остаться здесь навсегда.

— Да твою ж мать! — заорала Джайра прямо в небо. — Достало, задолбало!

Стало полегче. Но ненамного.

— Серп-2, сколько у нас ещё осталось переходов?

Доспех ответил короткой серией чёрных вспышек.

Дела плохи, сил хватит максимум на пару переходов туда-сюда.

Была, правда, одна идея, которую она давно хотела испробовать. Нужно только побольше тёмного места.

— Ладно, за работу, — сказала Джайра доспеху, но как будто больше уговаривала саму себя.

Она приметила жемчужный прилавок рядом. Вся его поверхность как будто была плоской и глубокой одновременно. Эти впечатления менялись от разных углов зрения.

Джайра разбежалась, чтобы не давать себе лишних секунд сомнений. Влетела в белоснежную чистоту прилавка.

Чёрно-белый мир сменился реальным, наполненным всей палитрой цветов и оттенков. Но что куда важнее, от апатии, присущей миру Тени, почти не осталось следа.

Нет, Джайру всё ещё угнетала внезапно навалившаяся на неё ответственность. И невозможность передохнуть и взять паузу хотя бы на пару дней. Но по крайней мере, она снова была готова к бою.

Из кулака вылезли три светящихся когтя. Джайра с огромным удовольствием снесла ими тот самый столб. Его свет тут же погас. Она огляделась и заприметила ещё три фонаря, от которых следовало избавиться, чтобы план сработал. Но её же заметил и тёмно-серый Танк. Его руки зажглись красно-чёрным свечением. Джайра тут же прыгнула за оставшиеся прилавки.

Она уже разрубила молот этого урода. Но неожиданно оказалось, что он может творить свою гравитационную магию и без него. Пусть и не так успешно. Именно из-за этого она и решила сменить свою цель, когда Танк заставил её взмыть в небо. Если бы не тёмная листва дерева на её пути, она бы не смогла перейти в Тень.

Но Джайра обнаружила и его слабость. Ему необходимо было видеть свою цель, чтобы воздействовать на неё. Значит, нужно как можно дольше прятаться.

Правда, он мог опять призвать тот ужасный притягивающий шар, что чуть не разорвал Райкена.

«Грёбанный Райкен, — опять пронеслось у неё в мыслях, пока она на ходу срубала ещё один фонарь. — Где тебя Ушедшие носят? Ты должен бороться с Танком, а не я!».

Чудом уцелевший шатёр рядом с ней вдруг затрепетал от сильного ветра. Затем сорвался с места, вырывая из мостовой прибитые колышки. Джайра почувствовала, как её тянет в ту же сторону, где сейчас кружилась ткань шатра и ещё какой-то мусор. Сквозь мелькавшую плотную ткань она увидела постепенно растущий и пульсирующий красный шар.

Он был слабее предыдущего. Видимо, Танк тратил на них слишком много энергии.

Джайра побежала со всех ног, уже не скрываясь. Каждый шаг давался всё сложнее и сложнее. До фонаря оставалось всего несколько метров, когда её ноги заскользили по камням назад. Она упала на спину и перевернулась лицом к притягивающему шару. Как раз на её глазах в него влетел фонарный столб, сломанный ею до этого. Чёрный металл, едва коснувшись мрачной красной энергии, мгновенно расщепился в пыль, которая потоком закружилась вокруг.

Из-за вспышек шара было сложно поймать момент. Вся земля озарялась светом даже несмотря на срубленные фонари. Но Джайре повезло.

Ткань шатра на очередном круге заслонила собой почти весь шар. Она же породила собой тень прямо перед девушкой. Мостовая перед ней стала напоминать поверхность чёрной воды. Джайра поспешила провалиться сквозь неё.

И вынырнула в до боли спокойном мире Тени.

Ужасный гравитационный шар здесь отсутствовал. Но вещи, кружившиеся вокруг него в реальности, кружились и тут.

Они нарушали спокойствие этого мира. Казались чем-то чуждым. До безумия хотелось, чтобы они остановились.

«Так, подруга, тебя опять накрывает. А ну, подъём!».

В этот раз сопротивляться апатии Тени было легче. Но Джайра чувствовала, как она накатывает, стремясь вновь забрать её в свои манящие объятия.

Девушка покачала головой и устремилась к последнему столбу. Третий фонарь сейчас в не зоны её досягаемости из-за того шара. Но сломать его можно и издали.

Больше всего её беспокоило другое. Если план не выгорит, если что-то пойдёт не так, у неё практически нет возможности сбежать. Но она должна попробовать. Этот Танк слишком опасен.

Благо рядом с последним фонарём стояло широкое дерево. Выйдя из Тени с его обратной стороны, Джайра бесшумно подошла к столбу. Высокий Танк стоял к ней спиной всего в десятке метров. Его сейчас озарял не только свет фонаря, но и тот шар.

«Ничего страшного, — убеждала девушка саму себя. — Он же не сможет его быстро перенаправить в мою сторону, верно? Значит, придётся его погасить».

Воздав короткую молитву Ушедшим, чтобы всё удалось, Джайра зажгла когти. Срубила фонарь почти под корень. Вокруг сразу стало темнее.

Танк обернулся на шум.

Девушка, не обращая на него внимания, раскрутила фонарь вокруг себя, и запустила его в последний. Массивный чёрный столб кружился в воздухе по высокой дуге. И затем обрушился на своего товарища, снося его своим весом. Фонарь мигнул напоследок и окончательно погас.

Джайра видела это всё лишь боковым зрением, потому что уже со всех ног неслась на Танка.

«Погаси свой шар, пожалуйста, — мысленно уговаривала она его. — Он тебе больше не нужен. Я ведь перед тобой. Ударь меня. Давай же!».

И Танк послушал её.

Он направил свои сияющие красным руки на Джайру. Гравитационный шар, наконец, погас, даруя повсюду долгожданную тьму. Вся земля превратилась в одновременно плоскую, но при этом невероятно глубокую поверхность. Осталось только в неё войти.

Неудержимая сила дёрнула Джайру вверх. Но она таки успела вцепиться Танку в ногу, призывая на помощь всю оставшуюся силу Серп-2.

Она никогда так не делала до этого. До встречи с Райкеном даже не знала, что это возможно. Если бы он тогда в кратере Мора не скопировал её силу, спасая их обоих от червей-мутантов, она бы ни за что не подумала, что в Тень можно перенести другой Живой доспех. Да и зачем?

Тень была её уголком спокойствия. Пространством, где можно выдохнуть и переждать, пока весь мир тебя ждёт. В конце концов, местом, где можно хорошенько выспаться. Делиться этим всем не хотелось ни с кем.

Но сейчас это было единственной возможностью избавиться от Танка.

Его ноги стали проваливаться под землю, постепенно ускоряясь. Несколько секунд, и они вдвоём вынырнули в мире Тени.

Ярко-белый Танк испуганно заозирался. Джайра отлепилась от его ноги.

— Что ты сделала? — загудел он металлическим голосом. — Где мы?

Ну вот. Теперь он точно нарушит спокойствие этого места.

— Счастливой вечности здесь, урод! — крикнула девушка.

Руки Танка вспыхнули чёрным светом. Джайра показала ему средние пальцы и упала на спину, проваливаясь в реальный мир.

Её поднятые руки бессильно упали. Доспех устало моргнул фиолетовым светом. В шлеме что-то пропищало. После этого Серп-2 полностью погас. Даже свежий воздух перестал циркулировать внутри.

Но Джайра лежала хоть и усталая, но довольная. Впервые за долгое время на её лице появилась улыбка.

«Я справилась! Хоть с чем-то, но наконец-то справилась!».

Глава 10

Оказалось, что на город напали не только рыцари в Живых доспехах. Пока я бежал следом за Одноруким, наткнулся на несколько небольших стычек бездоспешных Рыцарей Серпа с воинами-варварами. Помимо обычных людей были и те же монстры с головами животных, что и в Грантоне. Хоть этих зверолюдов и было меньше, они явно командовали варварами.

Но размышлять над этим мне было некогда. Нельзя было упустить из виду Однорукого. Несмотря на наличие лишь одной только руки от Живого доспеха, он передвигался чуть ли не быстрее меня, отталкиваясь от земли этой самой рукой.

Судя по направлению его движения, он двигался к Академии магнетита. Интересно, он знает про портал? Не боится, что оттуда нагрянет помощь из столицы? Или же в Академии было то, что ему нужно?

Что это за Семя такое, за которым они пришли? Зачем оно варварам? И неужели на Грантон они напали тоже из-за него?

Я оббежал одну из стычек сбоку, стараясь не задеть своих. Но всё же не преминул размозжить пару-тройку варваров по пути, целясь в зверолюдов.

Я уже сражался с ними без доспеха. Это было моим первым серьёзным смертельным сражением. И должен сказать, хоть доспех и был несправедливым подспорьем, было приятно уничтожать их словно кукол. Никакой логикой и здравым смыслом я не смогу объяснить их зверств. Они даже маму убили просто потому, что у неё не было одной руки и из неё вышла бы плохая рабыня.

Застарелые гнев и ярость вновь воспылали во мне. Усталость ушла на задний план, сменившись выбросом адреналина. Я желал рвать и метать. И когда увидел, как отряд варваров ведёт беззащитных людей нестройными рядами, уже не мог сдерживаться.

Я обрушился на них неудержимой мощью сразу двух Живых доспехов. Синие светящиеся клинки Серп-1 мгновенно разрубали людей и зверолюдов, оставляя на их коже ужасные чёрные раны. «Жидкий» превратился в сгусток небольших шипов, окружавших меня со всех сторон. Стоило кому-то из варваров приблизиться ко мне, как шип из жидкого металла тут же удлинялся, пронзая монстра насквозь.

Монстры… Я не мог думать о них иначе. Даже о варварах-людях. Нормальные люди на такое не способны.

В ушах грохотало, когда я закончил. Сердце стучало так сильно и быстро, что, уверен, его можно было почувствовать и сквозь броню Живых доспехов. Велев освободившимся людям спрятаться и забаррикадироваться в подвалах, я побежал дальше к Академии магнетита. Однорукий уже скрылся из виду.

Ко входу вела длинная, высокая лестница. Судя по тому, что через каждые ступенек десять-пятнадцать был след гигантского кулака, я не ошибся в своих предположениях.

— Да, этот урод направился туда, — сказал голос сбоку.

Мечи зажглись сами собой. «Жидкий» вновь ощетинился шипами, готовый к бою. Но это был всего лишь отец.

Запыхавшийся мужчина стоял, опёршись на свой посох. По его металлу тут и там время от времени вспыхивали маленькие ядовито-зелёные молнии. Сам же отец был покрыт кровью почти с головы до ног.

В ответ на мою реакцию он немного отшатнулся и поднял руки.

— Так, полегче, что-то ты слишком взвинченный.

— Прости, — буркнул я. — Просто всё это нападение до ужаса напоминает мне Грантон.

Отец подошёл ближе и положил ладонь на мою руку в доспехе.

— Понимаю. Постарайся отрешиться от этого. В бою нужна холодная голова. А злиться будешь после.

— Легко сказать.

С самого падения в реку и убийства «Резонанса» моя ярость лишь росла. Она требовала выхода. Требовала победить во что бы то ни стало.

— Не подсобишь с лестницей? — спросил отец. — Я пробежал за этим одноруким уродом полгорода.

Я окинул его взглядом.

— Ты уверен, что сможешь сражаться?

На его окровавленном лице появилась мрачная улыбка.

— Не переживай, эта кровь не моя.

В Академию магнетита мы вошли через несколько секунд. «Жидкий» осторожно держал отца серебряным щупальцем. Когда я его об этом попросил, он ответил серией вспышек, которые можно было расшифровать как «Я же говорил, что могу быть полезен».

Конечно, первой моей мыслью было дать отцу «Жидкого» на время боя. Но после коротких раздумий я отмёл эту идею. По себе знаю, что он в Живом доспехе с непривычки может наворотить делов. Да и я сам лучше реализую его потенциал.

Выставочный зал встретил нас полнейшей тишиной. Вдали, среди стройных рядов мраморных колонн, сиял мягким светом широкий портал, ведущий в Эсту. Однорукого нигде не было видно.

Шлем Серп-1 вдруг уловил женский всхлип.

— Ты слышал? — спросил я у отца.

— Что именно?

Женский всхлип повторился.

— Нам туда, — указал я силовым клинком.

По пути я заметил знакомую кольчугу, висевшую на стене.

— Хотя, знаешь, — обратился я к отцу. — Прежде чем мы пойдём дальше, надень-ка вот это. На всякий случай.

Дальше мы углубились в боковой коридор. Спустя пару поворотов голоса стали более отчётливыми.

— Живее, — прорычал Однорукий.

— Мы почти пришли, — ответил ему испуганный голос Лораны.

Сквозь двойные двери мы попали в какое-то складское помещение. По центру вёл большой проход, от которого в стороны расходились высокие, крепкие стеллажи. Они были заставлены деревянными ящиками всех размеров.

— Вот то, что вы ищете, — шмыгнула носом Лорана.

Затем последовал сдавленный вздох.

Я поспешил на звук. За одним из поворотов я увидел их. Странный мужик держал Лорану за шею своей живодоспешной рукой. Обычной же он вскрывал небольшой ящик.

— Пусти её, — взревел я.

Однорукий перевёл на меня взгляд. На одной стороне его маска была разбита почти надвое. Правый глаз всё ещё светился ярко-красным светом. Левый же, который человеческий, обладал невероятной голубизны цветом. Я почти никогда не видел таких глаз.

Почти…

Что-то смутно знакомое шевельнулось в глубинах памяти.

Странный мужик молча достал нечто, похожее на чешуйчатое металлическое яйцо размером с упитанного кота. Взяв его подмышку, он разжал пальцы на шее Лораны. И затем обрушил свою монструозную руку на каменный пол. Под ней зажглось призрачное сияние.

— Плохо дело, — шепнул отец, зажигая искрящийся клинок на своём посохе.

И тут случилось неожиданное. Лорана схватила со стеллажа увесистую статуэтку и обрушила её на затылок Однорукого. Мужик от неожиданности даже выпустил из руки своё яйцо.

Я сорвался с места.

— «Жидкий», при первой же возможности защити Лорану, — скомандовал я на ходу.

Под ногой зажёгся призрачно-синий круг. Но я уже был научен горьким опытом, поэтому дёрнулся в сторону, уходя от ловушки. На полу зажглись и другие, поэтому я с разбегу прыгнул.

Меня в полёте сбил каменный кулак, выросший из пола. Стоило мне упасть, как другие такие же руки схватили меня за конечности, не давая двигаться. На удивление держали они крепко.

Что-то резко ударило снизу. Затем удар повторился, от чего затрещала броня Серп-1. Моя многострадальная спина откликнулась яркой вспышкой боли.

Зелёное лезвие обрушилось на каменные руки, державшие меня. «Жидкий» поддержал это начинание, вновь вздыбившись пронзающими шипами.

Освободившись из захвата и вскочив на ноги, я увидел, как Однорукий вновь держит Лорану.

— Посмотрим, насколько для тебя ценна правительница Зенитара, — маска сильно искажала его голос, но даже сквозь неё просачивались зловещие нотки. — Лови!

Даже особо не замахиваясь, он швырнул бедную девушку за стеллажи.

Долго я не думал. В несколько прыжков я оказался наверху ближайшего стеллажа, чьи опоры заскрипели под весом сразу двух Живых доспехов. С силой оттолкнувшись, я буквально полетел в сторону падающей Лораны.

«Жидкий» в полёте поймал её серебряным щупальцем и притянул к нам. Затем полностью обволок девушку, сделав свой металл максимально мягким и упругим.

В падении мы снесли несколько стеллажей. Они словно домино стали заваливаться набок, роняя всё новые и новые стеллажи. По счастью, разрушения ушли в сторону от нас.

Я встал на одно колено и положил кокон на пол. «Жидкий» аккуратно стёк с Лораны, которая тут же со слезами бросилась мне на шею.

— Лорд Сатирус, спасибо вам! — говорила она всхлипывая. — О, Ушедшие, как же я испугалась.

Выглядела она очень испуганной, но, слава Ушедшим, целой. Её брючный костюм лишь совсем немного покрылся пылью. И даже будучи заплаканной, ей всё равно как-то удавалось оставаться симпатичной.

Падающие стеллажи затихли, и теперь стали слышны звуки сражения отца с Одноруким. Я осторожно взял Лорану за плечи и отодвинул от себя.

— Вы знаете, что это за штука, которая ему нужна?

Девушка задумчиво шмыгнула носом и покачала головой.

— Нет, понятия не имею. Это больше музейный экспонат, напоминание об истории, чем что-то полезное.

Отец вдруг резко вскрикнул. От этого звука у меня всё оборвалось внутри.

— Ладно, потом расскажете. А сейчас уходите отсюда и найдите безопасное место.

— Но как же вы…

— Быстро, — прикрикнул я и запрыгал по разрушенным стеллажам в сторону битвы.

Крик отца повторился уже сильнее. Вздрогнув, я ускорился. От представшей картины у меня на затылке волосы встали дыбом.

Отец стоял на одном колене, опираясь на свой посох. Толстый каменный шип, торчащий из пола, пробил другую его ногу насквозь. Точно такой же шип вонзился в его грудь сбоку. Из посоха била нежно-зелёная энергия, образуя вокруг отца защитный купол. По его краям снаружи в силовую энергию вгрызлось ещё с десяток шипов.

— Отец! — крикнул я.

Заметив меня, он прокряхтел:

— Прости, Райкен, я чутка сплоховал.

Однорукий оторвал свою ладонь от пола и перевёл взгляд с отца на меня.

— Так вы родственники, — прозвучал зловещий голос из-под маски. Отец смог разрушить её ещё больше, и из неё теперь торчал клок длинных светлых волос. — Какая удача.

Я зажёг меч и указал остриём на него:

— Да кто ты на хрен такой?

Мужик задумчиво посмотрел на мой меч, а затем развёл руками в стороны. Этот жест выглядел даже забавно из-за разницы в размерах рук.

— Я тот, кто покажет миру истинную суть вещей. Тот, кто, наконец, избавит его от грязных людей и проклятых Живых доспехов. Рыцарь Хаоса, собственной персоной.

Я не удержался от смешка.

— Ещё один Рыцарь Хаоса? Да сколько вас?

Весь пафос Однорукого куда-то испарился.

— В каком смысле «ещё один»?

— Да знаю я тут одного, который себя так же называет.

— Плевать, — выпалил он. — В любом случае сейчас ты дашь мне уйти.

— Ещё чего.

— Твоему отцу нужна помощь. Мои шипы будут продолжать расти, пока не убьют его.

Я испуганно посмотрел на отца. И правда. Шип, пронзивший его ногу насквозь, как будто вырос в размерах. Страшно подумать, что станет, если ещё больше прорастёт второй.

Что-то ёкнуло внутри. Я всё ещё не знаю правды о его прошлом. Почему он оставил нас с Линой. Мы только начали сближаться, и я опять мог его потерять. В этот раз навсегда.

Однорукий Рыцарь Хаоса поднял с пола металлическое яйцо. Семя, как он его называл. Затем повернулся к выходу.

— Ты можешь его спасти, — сказал он, обернувшись на ходу. — А можешь попытаться остановить меня и тоже умереть.

По пути он скользил своей раскрытой рукой по полу. Это действо сопровождалось призрачным сиянием, бившим из-под ладони. Он был уже почти выхода, когда сказал:

— Выбор за тобой.

Интерлюдия: Пикс и Ракс

— Почему он стоит на месте? — спросил Ракс. — Почему не атакует?

— Выматывает тебя, — ответила Пикс не раздумывая. — Ждёт, когда падёт твой щит.

— Что ж, недолго ждать осталось, — прокряхтел Танк.

Он удерживал свой щит уже минут двадцать на полной мощности. Причём расширив его так, чтобы ни одна чёрная пылинка не подлетела к ним. Сквозь оранжевую электрическую энергию было видно чёрное облако. В нём роилось множество мельчайших пылинок. Стоило им коснуться Живого доспеха, как броня тут же начинала плавиться. Причём, чем мощнее был доспех, тем сильнее было действие этого разложения.

На глазах Пикс под эту силу попали Райкен, Джайра и Ракс. И если первые двое просто избавились от поражённых частей доспехов, то Танку было сложнее. Его габариты и скорость не позволяли успешно избежать этого облака. Сейчас практически по всей поверхности его брони шло активное кипение. Пикс поддерживала как могла, вливая свежую материю в его доспех, но скоро и её запасы иссякнут.

Здесь нужен другой подход.

«Думай, Пикс, думай».

Почему его сила действует только на Живые доспехи? Хотя нет, не только на них. Девушка посмотрела на оплавленные остовы фонарных столбов. Также были частично расплавлены и стулья, стоявшие на веранде таверны.

«Может, он действует только на металлы? Тогда почему не расплавлены ручки кружек? А, твою мать, ты думаешь одно и то же по кругу!».

— Пикс, нужно что-то придумать, иначе он нас заживо расплавит.

— Я как раз это и делаю! — проворчала она. — Да и не расплавит он нас.

«Нас он не расплавит… А что, если…».

* * *

— Скажи честно, тебя Райкен покусал? — спросил Ракс у девушки.

Пикс ехидно блеснула глазами сквозь очки.

— Это единственный выход в нашей ситуации. Мы не сможем подобраться к нему в Живых доспехах. По крайней мере, пока он удерживает это облако.

Серп-3 продолжал удерживать щит, пока они сидели на корточках за его спиной и прорабатывали план.

— Равно как и не сможем подобраться, если на нас будет магнетит, — она указала пальцем на шею Ракса. — Так что тебе придётся снять свою цепочку.

Он беспрекословно снял украшение и повесил его на палец «Создательницы» Пикс.

— Смотри не потеряй, — погрозил он пальцем доспеху.

«Создательница» в ответ обиженно моргнула нежно-зелёным светом.

— Я пойду один.

— Исключено. Танк и Усилитель всегда действуют в связке. Даже без доспехов.

Ракс мысленно застонал. Ну почему командовать так сложно? Он постоянно соревновался с Квенланом за это право, но не представлял, насколько это трудно. Особенно когда у тебя своевольные товарищи, привыкшие к сольной игре. И от которых хрен добьёшься выполнения приказов.

Он начинал понимать вечно ворчащего командира Мустареса.

— Я же тебя не смогу переубедить?

— Даже не надейся, — ответила Пикс, натягивая латы через голову.

Обычный металлический доспех тут же затянулся сам, подстраиваясь под фигуру девушки. «Создательница» коснулась рукой металла, вытягивая из него весь магнетит. Пикс тут же ахнула от навалившейся на неё тяжести.

— Мне это всё равно не нравится, — проворчал Ракс.

Слишком рискованно. Он привык защищать на поле боя, а не бросаться в атаку сломя голову. Тем более без Живого доспеха. Прямо как Райкен.

«Хотя, если может он, смогу и я».

В груди трепыхнулся позабытый азарт. А ведь таким осторожным он стал лишь в последнее время. Раньше они с Квенланом постоянно соревновались. Даже на поле боя. Было приятно вновь это испытать.

Ракс с благодарностью посмотрел на Пикс, сумевшей вновь разжечь в нём эти чувства. С той же благодарностью он подумал и о Райкене.

«Где бы ты сейчас ни был, уверен, ты кому-то надираешь зад. А я от тебя ни за что не отстану, уж будь уверен».

С азартной улыбкой он поднял с земли здоровенный топор-колун, который обычно носили бездоспешники. Отличное оружие, чтобы разделывать Живой доспех. Также повесил на плечо увесистую сеть, также созданную доспехом Пикс. Вместе с девушкой они натянули на лицо защитные очки и повязки. Кто знает, что будет, если эта чёрная пыль попадёт в глаза или дыхательные пути.

— Готова?

Пикс мрачно кивнула. Она вооружилась длинным плоским копьём с усиленным наконечником. Таким обычно старались пробить глазницы шлема.

Похлопав доспех по ноге, Ракс дал ему последние наставления:

— Будь начеку. Чуть что, сразу бросайся на помощь.

Вместо ответа с доспеха упал увесистый кусок оплавленной брони.

* * *

«Что я творю?».

Они с Раксом бежали прямо на чёрное облако, растягивая в руках увесистую сеть. Копьё мешалось, латы больно давили на плечи, но Пикс стоически терпела все неудобства.

Её всегда смущало, что в бою она делает недостаточно. Нет, конечно, чинить броню Живых доспехов прямо на поле боя дорогого стоило. Да и оружие подходящее она всегда могла создать. Но непосредственно в битвах почти никогда не участвовала. Ещё и Ракс вечно её оберегал.

Этого было недостаточно. Она способна на большее, чем просто стоять в сторонке.

«Сейчас мой шанс это доказать».

Надоело, что все пытаются её защитить. Особенно после той встречи с Безумным Баросом, в которой она едва выжила.

Чёрное облако поглотило их. Но не нанесло никакого вреда. Сделав ещё несколько шагов, они с размаху закинули сеть вперёд. Раздалось удивлённое ругательство.

Из клубящейся тьмы вылетела рука, от которой Пикс едва увернулась.

— Вы дебилы? — со смехом спросил незнакомый рыцарь? — На кой ляд вы из доспехов повылазили?

Но его смех прекратился после того, как раздался оглушительный треск. Значит, Ракс добрался до его ноги со своим топором.

Облако немного развеялось, и Пикс увидела горящие зелёным глаза. Они смотрели куда-то в сторону. Девушка тут же сделала шаг вперёд и ткнула копьём, целясь в щёлку шлема. Но промахнулась совсем чуть-чуть.

— Ай, твою мать!

Зелёные глаза воззрились на девушку. Но тут же раздался второй треск, отчего огоньки глаз слегка покачнулись.

Клубы тьмы вдруг пришли в движение, втягиваясь обратно в рыцаря. Затем его чёрная броня покрылась какой-то слизью. Сеть, накинутая на доспех, зашипела и начала дымиться. Ракс ударил топором в третий раз. Затем с удивлением посмотрел на оплавленное лезвие.

— Серп-3! — позвал он.

Здоровенный Танк прибежал на его зов. Руки вражеского рыцаря зажглись ярким зелёным светом. Остатки сети полностью осыпались с него кусками. В прыжке он набросился на доспех Ракса. Его ладони с лёгкостью пробивали толстую броню, позволяя ему подняться выше. Добравшись до шлема, он принялся разрывать его на части.

— Нет! — заорал Ракс. — Серп-3!

Но было поздно. Танк заморгал оранжевым светом и рухнул на колени, затухая. Он так и остался стоять на коленях, словно огромная поверженная статуя.

«Я тупая. Самая тупая на свете, — проносилось у Пикс в голове. — И какого чёрта мы полезли на целого рыцаря без Живых доспехов?».

Он спрыгнул с побеждённого Серп-3. С его рук капала светящаяся жидкость.

— Теперь вам точно конец.

Неожиданно с другой стороны площади донёсся грохот. Обернувшись, Пикс увидела, катящегося сине-серебряного рыцаря, сносящего оставшиеся прилавки. Следом за ним застыл удивлённый человек с рукой Живого доспеха вместо своей.

Глава 11

— Райкен, иди за ним!

В груди и ноге раненого отца продолжали расти каменные шипы. Я подошёл к нему ближе и переломал остальные каменные выступы, пытавшиеся пробить защитное поле.

— Как же ты?

— Я и так выживу, — он распахнул синий мундир, под которым была кольчуга, что я посоветовал ему надеть раньше. Почти все её чешуйки сгруппировались на груди под ударом шипа. — Благодаря тебе.

С плеч как будто упал тяжкий груз.

— Скорее благодаря Лоране, — пробормотал я. — Тогда вернусь за тобой, как только смогу.

— Сначала наваляй этому уроду.

— Будет сделано, — ответил я с мрачной решимостью.

Но до выхода со склада было не так-то просто добраться. Однорукий «Рыцарь Хаоса» использовал свою силу на каменном полу, а значит, здесь полно ловушек.

— «Жидкий», — обратился я ко второму своему доспеху. — Сможешь ухватиться своими щупальцами за потолок?

Он ответил подтверждающим серебряным сиянием.

Кивнув отцу на прощание, я мощно оттолкнулся от пола, взмывая в высоком прыжке. Выставил вперёд руку. Жидкий металл на ней пришёл в движение, превращаясь в подобие тонкого, но крепкого троса. Он вонзился в потолок.

Когда я начал падать, трос натянулся и я полетел по широкой дуге над разгромленными стеллажами. В высшей точке дуги я выставил вперёд вторую руку, из которой вырос такой же трос.

Таким образом я добрался до выхода всего за пару секунд. И, надо признать, это были захватывающая пара секунд.

Интересно, смогу ли я так же передвигаться по городу? У Однорукого была фора. Поэтому нагнать его нужно как можно скорее.

Пропетляв по коридорам, я вырвался в Выставочный зал Академии. Липового «Рыцаря Хаоса» здесь не уже было, но следы явно вели на выход.

Из вытянутой руки в верхушку колонны выстрелил очередной трос. Повинуясь моим мыслям, «Жидкий» принялся сокращать трос так, чтобы я притягивался к его концу. В верхней части я втянул трос обратно, выстреливая такой же уже второй рукой.

Несколько захватывающих полётов спустя я вылетел в ночной воздух Зенитара. Пронёсся над длинной лестницей Академии, вглядываясь в улочки города. На одной из них я заметил Однорукого. Он нёсся обратно на Выставочную площадь, раздавая по пути приказы варварам. Они по возможности бросали свои дела и устремлялись за ним.

Мягко приземлившись на землю, я перекатился через плечо и выставил вперёд сразу две руки. Без высоких потолков Академии здесь особо не полетаешь. Дома Зенитара в основном были двух- и трёхэтажными. Поэтому я нацелил тросы в стены по бокам улицы. Приказал «Жидкому» притягивать меня к концам, а сам в этот момент пошёл назад.

Жидкий металл натянулся на манер рогатки. Когда я уже не мог сделать и шага назад, я резко расслабился. Тросы дёрнули меня за руки, позволяя взмыть высоко в небо.

Снизу проносились крыши домов, сражающиеся или бегущие люди, многочисленные мостики над рекой и фонари. Ветер завывал в ушах даже сквозь шлем. Похоже, я перестарался. Думал, что перелечу максимум пару кварталов. Меня же несло прямо на Выставочную площадь. К ней как раз приближался и Однорукий с отрядом варваров.

— Я сделал выбор, — крикнул я, пролетая над его головой.

«Рыцарь Хаоса» застыл с поднятой головой.

Затем я жёстко приземлился, вспарывая своими доспехами камни мостовой и проламывая остатки прилавков. Благо люди уже успели убежать отсюда. «Жидкий» обволок меня со всех сторон, сделав свой металл максимально упругим, как мячик. Но даже этого не особо помогло.

Серп-1 хрустел и скрежетал, пока мы катились. Сломанный выступ брони больно впился мне в бок. В какой-то момент мы неудачно упали на голову, и у меня перед глазами затрепетали мелкие мушки.

Не успел я подняться, как на меня накинулся рыцарь с сияющими зелёным светом руками. Он целил кулаком в голову, но я сумел увернуться.

Я его помнил. Неприятный тип. Очень не хотелось, чтобы он опять коснулся моих доспехов.

Откатившись в сторону, я вскочил на ноги. Но тут же вокруг на земле зажглись круги призрачного света. Из них вырвались каменные шипы, вонзаясь в меня. В нескольких местах они почти пробили броню.

Ни секунды покоя.

Пока я летел над городом, моя ярость поутихла, сменившись восторгом свободного полёта. Сейчас же я снова начал закипать.

Всё больше варваров стекалось на площадь. Они строились за Одноруким, словно чего-то ожидая.

Зарычав, я заставил «Жидкого» вздыбиться наростами, разбивая каменные шипы. Затем выбросил вперёд руку. Длинное, тонкое щупальце из жидкого металла полетело в сторону чёрного рыцаря. Стоило ему прилипнуть к броне рыцаря, как я дёрнул рукой на себя. Второй рукой поймал его за шею в полёте и со всего размаха впечатал в землю.

Рядом появилась Пикс в своём доспехе. Она держала в руках длинное копьё, чьё остриё искрилось от энергии.

— Это тебе за доспех Ракса, сучара! — завопила она и обрушила копьё на шлем рыцаря.

Наконечник попал ровно в щёлку шлема. Зелёное свечение его глаз погасло. Пикс победно вскинула руки.

Моя рука всё ещё лежала на его шее. Я мысленно потянулся к Живому доспеху. Хоть его носитель и был мёртв, сам доспех продолжал жить. А значит, я мог скопировать его силу. Рука озарилась белоснежным сиянием. Затем сияние сменилось чёрно-зелёным облачком, которое волной прокатилось по моему доспеху.

— Что с Раксом? — спросил я обеспокоенно.

— Цел, но без доспеха, — ответила Пикс.

— Где Джайра?

— Куда-то пропала. Я не видела её уже минут десять.

Что-то неприятно ёкнуло в груди. Неужели попала в шар того Танка? Я оглядел площадь. Танка тоже нигде не было видно. Но зато я заметил, как «Рыцарь Хаоса» что-то говорит в свою руку.

— Что он держит? — спросила Пикс.

— Какое-то Семя. Они пришли именно за ним, — ответил я. — Как думаешь, чего они выжидают?

— Наверное, ещё одного Усилителя, — я непонимающе посмотрел на неё и Пикс пояснила: — Огненные шары, в которых они прилетели — наверняка сила какого-то Живого доспеха.

— И они собираются воспользоваться ей, чтобы сбежать, — закончил я её мысль.

— Именно.

Я пнул ногой мёртвого рыцаря.

— Какая у него была сила?

— Он расщеплял броню Живых доспехов. Руками, метательными сгустками, либо специальным облаком.

В голове начал вырисовываться план.

— Нужно помешать им сбежать. Если не получится, то хотя бы отобрать это Семя. Ты пока что займись «мелочёвкой», а я постараюсь уничтожить его руку. Уверен, без неё он мало на что способен.

— Поняла.

— И осторожнее ступай на землю. Он наверняка расставил повсюду свои ловушки.

Пикс кивнула и осторожно пошла в обход. Я пошёл в другую сторону, стараясь держаться ближе к Однорукому.

Он нас заметил и принялся раздавать приказы. Варвары сгруппировались по направлению к Пикс. Передние ряды ощетинились острыми копьями. Задние вооружились топорами и сетями. Наверное ожидали, что Усилитель станет лёгкой добычей.

Однорукий же пошёл мне навстречу. Тоже, значит, выбрал более опасного противника.

Он опустил открытую ладонь на землю. Я напрягся, готовый к очередным ловушкам и ударам снизу. Но «Рыцарь Хаоса» играл куда более грязно.

Синим светом вдруг воспылала вся земля в радиусе пары-тройки десятков метров вокруг меня. С ужасным грохотом она вдруг начала двигаться. По мостовой пробежали внушительные трещины и она буквально начала ходить ходуном. Я хотел было ускориться, но потерял равновесие.

Нога застряла в широкой трещине. Пласты земли пошли в разные стороны, сминая доспех. Броня заскрипела, а вместе с этим пришла и боль в сминаемой ступне.

Я завыл от боли, но не растерялся. Призвав мечи в руки, я по очереди метнул их в «Рыцаря Хаоса». Синие световые клинки полетели ему прямо в голову, вынуждая прикрыться живодоспешной рукой.

Земля погасла и перестала двигаться. Я выдрал ногу из трещины. Часть брони Серп-1 отломилась и застряла в камнях, отчего моя нога слегка комично торчала из доспеха. Но выглядела она страшно. Вся покрасневшая, помятая и опухшая. От её вида у меня пошли мурашки. «Жидкий» тут же перетёк на неё, дополняя собой броню Серп-1. Ногу обволокло приятным холодом исцеляющего света. Боль тут же затихла.

Доспехи обменялись любезными сериями вспышек. Будто бы Серп-1 благодарил «Жидкого» за помощь.

Я не стал терять времени. «Жидкий» выстрелил длинным тросом в Однорукого. Тот увернулся и вновь обрушил руку на землю. Но конец троса вонзился в дерево за его спиной. И этого мне было достаточно.

Ведомый моей волей, трос дёрнул меня по направлению к Однорукому. Я полетел ровно в тот момент, когда земля вновь озарилась светом. На всём ходу я обрушился на «Рыцаря Хаоса».

Тот закрылся здоровенной рукой, защищая своё человеческое тело. Но я таки заставил его немного пропахать землю собой.

Быстро оглянулся, проверяя как дела у Пикс.

Она поступила умно, даже не приближаясь к варварам. Держась на расстоянии и не позволяя накинуть на себя сеть, она с большой скоростью создавала различное метательное оружие. Оно вырастало прямо из её нагрудника, и затем, на миг оказавшись у неё в руках, обрушивалось на ряды паникующих варваров, выкашивая за раз по несколько человек и монстров. Они уже разбегались в разные стороны, спасаясь от мощи «Создательницы».

Перевёл взгляд на Однорукого. С него окончательно спала маска, явив под собой красивое мужское лицо. Длинные светлые волосы, глубокие голубые глаза, лёгкая щетина, которая тем не менее не скрывала запоминающуюся ямочку на подбородке.

Во мне пронеслась буря эмоций.

Этого не может быть... Он же умер…

Пока я, застыв, пялился на Однорукого, он воспользовался моей заминкой. Его лицо исказила злоба, когда он резко коснулся моего нагрудника раскрытой ладонью.

В следующий миг вся моя броня озарилась призрачно-синим светом.