Жестокая Галактика

Глава 1

– Адмирал Соколов, у нас прорыв! Вы должны это увидеть! – голос молодого лейтенанта прорезался сквозь тишину капитанского мостика космокрейсера «Ярослав Мудрый».

Артемий Дмитриевич Соколов, геймер до мозга костей и обладатель скромной должности тестировщика в захудалой конторе по разработке видеоигр, отложил недоеденный бутерброд с колбасой и отхлебнул остывший кофе. «Прорыв» – это, конечно, громко сказано. Скорее, очередной баг в их недоделанной MMORPG «Космические Хроники». Но шеф обещал премию, если он первым найдет критическую ошибку в новом патче. А на премию можно было купить новый SSD и, наконец, забыть о лагах в «Star Citizen».

– Повторяю, адмирал Соколов. У нас прорыв. Жду дальнейших инструкций, – продолжало доноситься из наушников.

На экране человек в военной форме на фоне большого иллюминатора, в котором виден огромный диск землеподобной планеты.

– Сейчас, проверю, – пробормотал Артем, переключившисьна консоль с программным кодом.

Он пробежался глазами по тексту программы.

– Опа!

Парень сделал пару исправлений, запустил компилятор и, небрежно бросив наушники на стол, быстрыми шагами направился к кабинету начальника. Тот разговаривал по телефону, сидя в мягком кресле за полупрозрачной дверью. Увидев Соколова, он махнул рукой, давая понять, что занят. Но Артем нагло открыл дверь и сказал:

– Извините, что врываюсь, Павел Александрович, но эти идиоты допустили серьезный баг: переполнение буфера…

– Б…ть! – вскричал начальник, – не видишь, я разговариваю!

– Если этот баг попадет в продакшен, вы потеряете миллиарды рублей.

– Вон! – продолжал орать начальник.

– Как знаете. Потом не говорите, что не предупредил.

Артем развернулся и направился к своему рабочему месту.

– Ты уволен! – донеслось ему вслед.

Зазвонил мобильный телефон. Парень некоторое время созерцал незнакомый номер, раздумывая, брать или нет трубку. Это мог быть только мошенник или «биоробот» из банка, чьими устами бездушный скрипт будет предлагать взять кредит на «выгодных» условиях.

«Может, обложить их матом?» – подумал Соколов, нажимая на кнопку с зеленой трубкой. Это оказалась девушка с приятным голосом.

– Артемий Дмитриевич?

– Предупреждаю сразу, меня интересуют только кредит, который не надо возвращать.

Собеседница явно «зависла». Парень наслаждался небольшой паузой, придумывая очередную колкость.

– Васильева Галина, HR-менеджер инновационного центра «Сколково», – представилась девушка.

– Оп... что? Ой… извините за глупую шутку.

– Да ничего страшного. Я и сама ненавижу назойливых продавцов кредитов… Но… перейдем к делу. Год назад вы оставляли у нас свое резюме. Тогда у нас не было для вас подходящей вакансии, но сейчас… нам нужен профессиональный тестировщик виртуальной реальности. Скажите, вам это интересно?

– Да! Интересно.

Работать в «Сколково» было его мечтой. Артем еле сдерживал радость, понимал, что не стоит демонстрировать излишнюю заинтересованность.

Чуть позже, начальник пригласил Артема к себе в кабинет и сказал:

– Итак, Соколов, что там за критичный баг вы нашли?

– А это уже не важно. Я же уволен.

– Да я пошутил!

– А это тоже не важно. Я ухожу по собственному желанию. Мне только что звонили из «Сколково». Предложили работу.

– Б…ть!

Глава 2

Соколова загрузили работой в первый же день.

– Наш новый проект – игра «Жестокая Галактика», – объясняла блондинка в черном брючном костюме, положив ногу на ногу и поигрывая туфелькой, – цель игры: вырасти от бомжа, который живет на захудалой планете где-то на околице Галактики, до адмирала звездного флота, а то и дальше, до самого Императора. На пути будет много препятствий и приключений: бои без правил, стычки с контрабандистами и космическими пиратами, война с агрессивными инопланетными расами. Может показаться все это банальным, так как подобных игр на рынке полно. Но, у нас есть… очень «прикольная» фича. Вселенную игры генерирует новейший квантовый компьютер на миллион кубитов.

– Фигасе… – Артем тихо присвистнул.

Катерина, так звали эту девушку, которая тут работала кем-то типа менеджера по продажам, улыбнулась.

– Наш квантовый компьютер, – продолжала она, – не только создает оригинальные и реалистичные пейзажи далеких планет, но еще и обеспечивает достаточную детализацию, чтобы использовать новейшие гаджеты виртуальной реальности, включая костюм для имитации осязания. Более того, компьютер генерирует реалистичные персонажи, которые ведут себя… как живые люди. Не отличишь.

«Не отличишь», – эхом отдалось в голове Артема. Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он уже предвкушал погружение в этот новый, неизведанный мир, но одновременно где-то в глубине души затаилась тревога. Слишком уж все идеально.

– Ваша задача, Артем, – вернула его к реальности Катерина, – найти в этой системе уязвимости. Любые. Баги в физике, нелогичное поведение персонажей, сбои в системе осязания – все, что может помешать пользователям получить максимальное удовольствие от игры. Мы хотим, чтобы «Жестокая Галактика» стала настоящим прорывом, и нам нужны ваши навыки и опыт. Вам стоит обратить особое внимание на механизм кармы. Карму можно прокачать добрыми делами. Но это сложно. Можно купить. За настоящие деньги, не игровые.

Соколов усмехнулся. В последнее время подобная бизнес-модель стала модной для большинства видеоигр: сделать максимум неудобной базовую версию и продавать к ней различные улучшения.

– Карма, – говорила девушка, – позволяет, во-первых, «родиться» на хорошем уровне, если тебя «убьют», а во-вторых, дает много других преимуществ. Если карма обнулена, то ты сможешь возродиться только в самом низу, то есть, бомжом и начать все сначала. Разумеется, у хакеров появится большое искушение взломать именно механизм кармы. Вот его и нужно протестировать,выявить все возможные способы накрутки и устранить их. Действуйте.

Рабочим местом Артема оказалась небольшая комнатка, стены которой представляли собой зеркала, и у парня немного зарябило в глазах от собственных отражений. В центре стояла игровая консоль, состоящая из удобного кресла и пульта управления, который представлял собой штурвал, как в самолете, и несколько кнопок. В углу был еще один стол, где располагался компьютер для отладки исходного кода игры.

Парень надел костюм. Катерина помогла ему застегнуть на голове шлем, и в тот же миг Соколов погрузился в виртуальный мир. Он стоял на каменистой поверхности, вокруг, куда ни глянь, сухая пустыня. На неестественно бирюзовом небосклоне два солнца, одно красное, большое, другое маленькое, белое, колючее. Из-за этих двух солнц все объекты отбрасывали две тени, одна грязно коричневая, другая красная. А еще на другой стороне из-за горизонта поднималась гигантская планета, похожая на Сатурн, только оранжевая, и с двумя кольцами.

– Вау! – воскликнул парень, еле сдерживая эмоции

Он стал перебирать ногами, обозначая ходьбу, и ландшафт послушно задвигался.

– Кнопка вызова консоли находится в правом верхнем углу, – сообщила Катерина, – просто дотроньтесь до нее рукой.

Артем пошарил виртуальной конечностью. Нашел кнопку. Тут же выпала таблица с цифрами и всевозможными менюшками.

– Ну, осваивайтесь, а я пока вас оставлю, – откуда-то издали послышался удаляющийся голос девушки.

Соколов приступил. «Так, – думал он, – самые критичные уязвимости надо искать на нижних уровнях – все хотят побыстрее подняться наверх, потому что ржавые обломки и убогие лачуги – это тоска тоскливая. И если кто-то найдет способ как взломать систему, это будет серьезный репутационный ущерб».

Мир вокруг мгновенно преобразился. Артем стоял на пыльной платформе, окруженный ржавыми обломками звездолетов. Вдалеке виднелись убогие лачуги, сложенные из металлических листов и мусора. Небо здесь было грязно-серое, по которому плыли тяжелые, словно свинцовые облака. Ни местного светила, ни спутников не было видно, погода стояла пасмурная. Капал дождь, и удары капель имитировал костюм легким щелчками.

«Довольно реалистично, если не считать, что я не чувствую влаги», – подумал Артем, шагая по платформе. Тактильные ботинки немного кололи в пятку, когда парень наступал на острые предметы.

Уже через полчаса тестирования нижних уровней он наткнулся на первую лажу: тактильный костюм передавал удары кислотных капель, но не воспроизводил запах озона — а по документации должен был. «Мелочь, но клиенты раскусят», — хмыкнул Соколов и сделал пометку в логе. Парень продолжила тестирование, но никаких критичных уязвимостей не нашел. К вечеру он решил, что имеет право немного расслабиться и сел в звездолет. При взлете костюм надавил на плечи, имитируя перегрузку. Внизу появился серо-коричневый диск покидаемой планеты. Артем раскрыл звездную карту и ткнул в первое попавшееся место.

– Посещение данной области космоса не рекомендуется, – сообщил бортовой компьютер голосом Алисы от Яндекса.

– Почему?

– В данном секторе обнаружена черная дыра.

– Отлично! – воскликнул парень, – это я протестирую в первую очередь.

И он уверенно ткнул кнопку «Старт». Тактильный костюм неприятно защекотал тело, звезды в большом иллюминаторе вспыхнули и превратились в длинные светящиеся линии. А потом все кончилось, и вот корабль уже в другом месте пространства. Здесь другие сочетания светящихся точек и туманностей. И на фоне всего этого зловещий черный круг. Артем уверенно повел звездолет прямо туда.

– Опасный маневр, – сообщил бортовой компьютер, – действие заблокировано.

– Ах вот как! – воскликнул парень, – ну ладно…

Он сорвал с себя шлем, прошел к компьютеру, вызвал на экран исходный код. Пара исправлений, и защита снята. Артем вернулся в игру.

– Вы пересекли горизонт событий, – сообщил бортовой искин, – возврат невозможен.

Черный диск закрыл полнеба, а потом звезды погасли. Осталась только абсолютная тьма.

– Жутковато, – пробормотал парень и начал снимать шлем.

Но он застрял. Соколов выругался, потянул сильнее. Тщетно. А тут еще оказалось, что Артем даже встать с места не может, так как у него нет тела. Парень закричал, но крик был мысленный, и он лишь разнесся по бесконечной черноте пространства, так как бестелесная оболочка в принципе не может издать ни звука.

А потом все это неожиданно кончилось.

Глава 3

Когда Артем открыл глаза, он обнаружил, что кошмар продолжается. Он только начинался. Парень лежал на чем-то жестком, бугристом и неровном. Он был укрыт тонким слоем грязной, дырявой ветоши, толку от которой нуль. Голова раскалывалась, так, будто внутри был отбойный молоток. В горле пересохло, а тело ломило так, словно его всю ночь били железными прутьями. А еще было очень холодно и пахло чем-то гнилым и отвратительным.

С трудом открыв глаза, Артемий попытался сесть и осмотреться. Он тут же охнул, перед глазами поплыли зеленые круги, а в голове как будто взорвалась гранта. Нет, целая атомная бомба.

Посмотрел вверх. Над головой нависала кривая крыша. Она была сделана из каких-то странных, словно спрессованных отходов. Вокруг царила полутьма, пробиваемая лишь редкими лучами тусклого света, просачивающимися сквозь дыры в стенах.

– Б..ть… Где я? – прохрипел он, попытался сесть, он тут же снова выругался. Но от резкого движения в голове как будто что-то взрывалось, запульсировало, и он издал сдавленный стон.

Собрав остатки сил, Соколов все же поднялся на ноги. Осмотрелся внимательнее. Это была какая-то жалкая лачуга, набитая мусором и хламом. На стенах висели рваные тряпки. В углу валялись пустые бутылки и обломки какой-то непонятной техники. Воздух был пропитан запахом плесени и разложения.

Выйдя на улицу, Артем остолбенел. Перед ним простиралась унылая панорама грязного, заброшенного поселения. Кривые, покосившиеся лачуги, груды мусора, люди в рваной одежде, ковыряющиеся в отходах в поисках чего-нибудь съестного. Над головой висело два тусклых солнца, отбрасывающих длинные, зловещие тени. Вдали, над горизонтом, возвышались ржавые остовы каких-то огромных сооружений, наполовину засыпанные песком.

Парень не верил своим глазам. Он растерянно стоял, глядя на весь этот ужас. Все это было похоже на виртуальную реальность «Жестокой Галактики», только по настоящему, с настоящими, а не имитируемыми тактильным костюмом ощущениями, с настоящим холодом и отвратительными запахами.

«Нет, такой реалистичности не бывает, – подумал парень, – Это что-то другое. Это явно не игра. Но тогда что? Сон? Разве бывают такие сны? Тут все очень… реально. Как будто по-настоящему. Галлюцинация? С чего бы вдруг… Я же не наркоман какой и не шизофреник»

Артема шатало. Чтобы не упасть, он схватился за какой-то столб, и едва не уронил чей-то «дом» – оказывается, он держался на таких столбах. А еще желудок свело голодом, ноги подкосились. Сознание отказывалось воспринимать увиденное. «Так не бывает!» – мысленно торговался Артем, но реальность была непреклонна.

«Как же я сюда попал, черт возьми?» – думал Соколов, вспоминая последние события: черная дыра, горизонт событий и… темнота. И вот он здесь, в этом кошмарном месте.

Вдруг Артему показалось, что кто-то на него смотрит, словно он чувствовал чей-то внимательный взгляд. Он резко повернул голову и увидел ребенка с испуганным выражением лица. Лет десять, не больше. Мальчик был одет в какие-то лохмотья и сжимал в руках кусок арматуры, словно это было оружие и он был готов тут же бросится в бой.

– Не бойся, – попытался улыбнуться Артем, – тебя как зовут? Ты не знаешь, что это за место?

Мальчик ничего не ответил. Он продолжал сжимать в руках свое импровизированное оружие. А потом просто, исчез, скрывшись в соседней лачуге.«Похоже, тут не очень рады гостям», – сделал вывод Артем.

Он пошел дальше, осторожно ступая по грудам мусора. Впереди были остовы каких-то полуразрушенных зданий и копошащихся на их фоне фигурки людей. Артем двинулся по направлению к ним. Идти было трудно, тело требовало еды и отдыха. Соколов ненадолго присел на корточки, чтобы перевести дух. Но отдыхать было некогда. Нужно срочно узнать, где он, как сюда попал и что вообще происходит.

Артем собрал волю в кулак, встал, пошел вперед. Эти полуразрушенные здания тоже были чьим-то домами. Получше, чем его лачуга, но тоже открытые всем ветрам трущобы. Людей тут было больше. Все они были одеты в какие-то лохмотья, лица осунувшиеся, скованные печатью вселенской тоски и безнадеги. Большинство отворачивалось, избегая смотреть Артему в глаза. Но находились и те, кто не отводил взгляд, а наоборот, смотрел на него с вызовом и враждебностью.

Вскоре показался край поселения. За ним была пустыня. В этой пустыне тоже был мусор: какие-то крупные обломки торчали из-под песка. Среди них сразу бросался в глаза остаток какого-то гигантского механизма. Он лежал, похожий на мертвый скелет огромного зверя. Влекомый любопытством, Артем, утопая по щиколотку в песке, подошел поближе. Он прикоснулся к холодному, шершавому металлу.

«Нет, все слишком реально, – продолжал рассуждать парень, – Это не может быть ни игрой, ни сном, ни галлюцинацией. Меня каким-то образом перенесло в этот мир. Как бы бредово это ни звучало, но я в параллельной вселенной. Иного объяснения нет. Не важно, как я сюда попал. Может быть, заглючил квантовый компьютер и открыл портал в иной мир. Может, произошло еще что-то. Это все не важно. Важно как выжить и приспособиться к этому странному миру. Сначала нужно найти еду».

Действительно, желудок уже сводило судорогами от голода, а пальцы на руках и ногах окоченели.

Артем осмотрелся. Он попытался вспомнить объяснения Катерины насчет устройства игры. Она говорила, что на первом уровне собирать артефакты и сдавать в специальные пункты приема. За это дают игровую валюту, которую можно потратить на еду, оружие или прокачку скиллов. Только непонятно, как тут можно получить эту самую валюту, если нет игровой консоли, неужели наличными, в виде монет или банкнот?

Сначала парень просто бесцельно бродил и наблюдал за тем, что делают другие обитатели трущоб. Они продолжали на него недобро коситься. Некоторые копались в мусоре, извлекая оттуда то какие-то железки, то куски печатных плат, то просто провода. Они складывали все это в небольшие пакеты и куда-то несли. Парень проследил, куда именно. Оказалось, на пункт приема, где странное какое-то существо, по форме как человек, но вместо носа у него хобот, как у слона. И кожа… синяя. Этот «носатый» принимал у жителей трущоб металлолом и взамен давал монеты, при этом он постоянно издавал какие-то булькающие звуки, как будто бы говорил на инопланетном языке.

Артем тоже порылся в мусоре. Он не знал что именно искать, но набрал примерно тех же предметов, что и другие. Нес он их в руках, ловя на себе насмешливые взгляды. «Носатый», как окрестил Соколов инопланетянина, брезгливо сморщился и дал Артему всего одну маленькую монетку.

– Это что, все?! – немного агрессивно проговорил Артем, наблюдая, как другой бомж за примерно такое же количество предметов получил гораздо больше.

Инопланетянин опять «забулькал», теперь гораздо громче. И, парню казалось, что в его голосе присутствуют нотки гнева.

Тут к нему подошли двое рослых и мускулистых мужчин. Как и все в этих трущобах, эти двое были одеты в грязные и рваные одежды, но их вид был угрожающий. Один слегка поигрывал кастетом. У другого на шее была толстая цепь. И вот этот второй, сказал:

– Что, чувак, проблемы ищешь? Сейчас, устроим.

Вступать в конфликт с такими себе дороже. Артем отступил на шаг, подняв руки в примирительном жесте:

– Да нет-нет, все нормально, – пролепетал он, – я просто…

– Вали уже отсюда. Иначе мы тебя закопаем. Понял?

– Понял, – тихо сказал Соколов и поспешно ретировался.

Он отошел на достаточное расстояние и присел на какой-то обломок бетона, пытаясь осмыслить произошедшее.

«Черт, – думал парень, – тут все сложнее. Чем в игре. Там, по крайней мере, NPC не угрожали убийством за попытку защитить свои права»

Он посмотрел на монетку в своей ладони. Ее размер был чуть больше обычной копейки, и сделана она была из какого-то тусклого, серого металла. Никаких надписей или изображений на ней не было. «И что на это купишь? – с горечью подумал Артем, – Хоть кусок хлеба дадут за эту… денежку?»

Соколов отправился на поиск магазина. Это в игре можно через консоль сразу обменять денежные знаки на товар. А тут все похоже не реальную жизнь.

Поиски не увенчались успехом. Пришлось спрашивать, хотя парень и очень не хотел общаться с местными обитателями.

– Скажите, пожалуйста, где тут можно купить еду? – обратился он к скрюченному старику, сидящему на деревянном ящике.

Тот смерил его оценивающим взглядом.

– Я бы, на твоем месте, в такой одежде не шлялся по трущобам, молодой человек, – с усмешкой в голосе проговорил старик, – разденут и глазом моргнуть не успеешь.

– В какой «такой одежде»?

Только сейчас Артем обратил внимание, что он в джинсах и футболке, в тех самых, в которых пришел в офис. Они были, хотя и довольно сильно испачканы, но все еще новые, в отличие от того рванья, в котором ходили местные жители.

– Черт… – проговорил парень.

– Вот-вот.

Старик посмотрел на парня излучающими лукавство и какую-то мудрость глазами и спросил:

– Ты вообще как тут оказался?

– Это я сам хотел бы знать, – пожал плечами Артем, лихорадочно соображая, стоит ли говорить правду о том, что он из другого мира.

– Память что ли отшибло?

Старик хитро прищурился.

– Что-то вроде того.

– Ну… тогда ты попал, парень. Конкретно попал. И вот что я тебе посоветую. Первое. Не выделяйся. Будь как все. Не знаю.. шмотки свои что ли изорви, чтобы таким богатым не выглядеть. И к какой-нибудь банде тебе надобно пришиться. Иначе убьют. Ей богу, убьют. Тут одиночки не выживают.

– Спасибо за совет… И как это сделать? К банде пришиться?

Старик пожал плечами.

– Не знаю. Надо быть чем-то им полезным. Ты что вообще умеешь делать?

– Э… – Артем чуть не сказал «тестировать игры» но вовремя прикусил язык и только неопределенно мычал.

«Я еще умею программировать, – думал он, – но здесь, даже если и есть компьютеры, они наверняка какие-то другие. Что там еще я могу… Кажется, больше ничего».

– Драться хоть умеешь? – сочувственно спросил старик.

Артем отрицательно замотал головой.

– Плохо… Хотя… выход есть. Трудиться с утра до вечера, от зари до зари, чтобы заработать больше денег и заплатить дань. Тогда тебя не тронут.

Перспектива, надо сказать, не радовала. Но надо выжить. Сначала выжить. А уже потом думать, что делать дальше.

– Сколько ты уже насобирал? – голос старика прервал грустные думы Артема.

– Ну… несколько железяк. Я их сдал уже.

– Денег сколько дали?

– Одну маленькую монетку. Копейку как будто бы.

– Понятно. На эти деньги ты еду не купишь. Максимум, мешок, чтобы удобнее было хабар таскать. Рынок вон там, где эта большая хрень из песка торчит, надо по пустыне будет километр пройти. Иди и купи мешок, и бегом собирать хабар. Вечером придешь на это же место, с деньгами, я подумаю, как тебе помочь.

Тон старика Артему явно не нравился. Кто он вообще такой? Местный авторитет? А может, мошенник, решивший воспользовался его неосведомленностью? Все может быть.

– Бегом! – процедил старик.

Помня о том, как его чуть не убили охранник местного барыги, парень счёл разумным поскорее ретироваться: здесь на конфликты лучше не нарываться.

Глава 4

Пока Артем шел до рынка, его сверлила мысль, что здесь что-то не так. И вот, когда уже парень оказался возле ряда стоящих прямо на песке торговых палаток, до него дошло. Здесь говорят на русском! Если бы он попал в другой мир, то наверняка возник бы языковый барьер. А тут он нормально общается с местными жителями, кроме инопланетян. «Это игра, – подумал парень, – определенно игра, хотя и очень реалистичная»

Мысль эта, конечно, немного успокоила, но и породила новые вопросы. Почему я туда попал? Почему она такая реалистичная? И главное – как из нее выйти? Хотя парень ранее решил отложить поиск ответов на эти вопросы, занявшись сначала проблемой выживания, они все равно не давали ему покоя.

Оглядевшись по сторонам, он попытался найти хоть какие-то признаки игрового интерфейса, меню или хотя бы курсор. Ничего. Только холодный песок, грязные палатки и суровые лица торговцев. А еще подул пронзительный ветер, подняв облако грязной пыли. Соколов несколько раз чихнул.

Первым делом нужно купить мешок. Артем подошел к самой невзрачной палатке, где за прилавком сидел сухощавый мужичок с выцветшими глазами.

– Мешок есть? – спросил Артем.

– Есть, – буркнул торговец, не поднимая головы.

– Сколько? – спросил Артем, разглядывая публику.

Кроме торговцев, одетых в довольно теплые куртки или спортивные кофты, тут шлялся самый разнообразный народ: одетые в лохмотья оборванцы из трущоб, амбалы в кожаных куртках, парочка людей в военной форме, на поясе у которых болталась кобура с оружием, похожим на пистолет, но какой-то странной формы. «Должно быть это бластеры», – подумал Соколов.

А еще тут были инопланетяне: двуногие существа, чем-то похожие на людей, но явно не люди. У одного были на голове рога, у другого непропорционально длинные уши, у третьего зеленая кожа и вытянутая, как у крокодила морда. «Рептилоид» – про себя проговорил парень.

– Один акапик! – сказал довольно громко торговец.

– Ась?

– Акапик, глухая тетеря!

Артем отдал ему единственную монету и забрал мешок. «Ну что ж, начало положено, - подумал парень, – Теперь нужно искать этот «хабар». Интересно, что, кроме тех железок, еще принимает «носатый»? Полезные ископаемые? Какие-то артефакты? Надо будет еще понаблюдать за людьми».

Решив не гадать, Артем направился в сторону окраины рынка, где виднелись развалины каких-то построек. Там, по его мнению, было больше шансов найти что-нибудь интересное.

Проходя мимо одной из палаток, он услышал обрывок разговора:

– …говорили, в старых шахтах можно неплохо поживиться… но там сейчас кишмя кишит этими… крабоидами.

«Крабоиды? Это еще что за звери такие? – подумал Артем, но мысль о шахтах зацепила его. – Шахта – это потенциально много металла и других полезных ресурсов. А «крабоиды»… ну, это, наверное, часть игрового процесса. Главное, чтобы у них не было клешней размером с меня самого».

Дойдя до развалин, Артем принялся осматривать территорию. Вокруг валялись обломки кирпичей, ржавые трубы и куски арматуры. Все это явно не имело никакой ценности, поэтому парень разочарованно повернул обратно в трущобы.

Вернувшись, попаданец принялся за работу. Первый мешок принес всего лишь три таких же мелкие монеты в один акапик. Второй чуть больше, среди выданной мелочи оказалась даже монета в три местных «копейки». Это было явно маловато, и парень пошел на третий заход, к концу которого он уже валился с ног, но не сколько от усталости, сколько от холода, голода и жажды. «Если я сейчас не поем, то сдохну», – подумал Артем и снова отправился на рынок. Заработанных денег хватило лишь на небольшую пластиковую бутылку воды и хлебную лепешку. «Жизнь налаживается», - саркастически подумал Артем, прямо на ходу отламывая кусок черствой лепешки. Она была жесткой, как подошва, но это лучше, чем ничего. Запив ее мутной жидкостью из бутылки, парень почувствовал, как силы постепенно возвращаются. «Ну что ж, пора снова за работу», – подумал Артем, двигаясь в сторону трущоб.

На этот раз парень устал еще быстрее. Два тусклых солнца уже склонились низко над горизонтом. Начала сгущаться тьма. Соколов вспомнил про того старика, который обещал помочь, но требовал прийти с деньгами. В кармане была лишь какая-то жалкая мелочь, которой не хватит даже на еще одну лепешку. Рассматривая монеты, Артем некоторое время стоял в нерешительности, затем подумав: «Да пошел этот дед нафиг, мошенник наверное», вернулся в ту самую хижину, в которой оказался, попав в этот мир. Жилище оказалось свободной. Парень упал прямо на холодный пол и заснул, свернувшись калачиком, как котик.

Глава 5

Артем проснулся среди ночи, сам не понимая от чего. Его одолел дикий ужас. Не понимая, что происходит, парень озирался по сторонам. Вокруг стены полуоткрытой хижины, продуваемой всеми ветрами, дикий холод и исходящий откуда-то снаружи зеленый свет, как оказалось, от большой луны, занимающей почти полнеба. Это она освещала окрестности, создавая «белую», точнее, «зеленую» ночь.

Артем некоторое время любовался невиданным зрелищем, а затем услышал шорох и насторожился. Вглядываясь в полумрак, царивший среди груд мусора, парень заметил сначала какое-то движение, а затем огромную крысу, которая, разинув полную зубов пасть, шла прямо на него.

– Дерьмо! – выругался парень, озираясь по сторонам в поисках хоть какого-то оружия.

Он схватил кусок арматуры, и вовремя: злобное животное прыгнуло прямо на него. Парень замахнулся, уворачиваясь от крысы, и попал ей прямо по голове. Хищник пролетев пару метров, врезался в стену хижины, сделанную из каких-то металлических прутьев, замертво рухнуло, оставив на стене кусочки окровавленных мозгов.

Артем, запыхавшись и с дрожащими руками, смотрел на свою жертву. Его сердце билось так сильно, что казалось, сейчас выскочит из груди. Он долго стоял неподвижно, пытаясь перевести дыхание и понять, что только что произошло.

Из оцепенения парня вывел толчок в грудь. Какой-то мужчина в лохмотьях грубо пихнул его и уволок тушу в соседнюю лачугу.

– Эй! Полегче… – обиженно пробормотал ему вслед Артем, сидя на куче мусора.

Он встал, отряхнулся. Вернулся в свое жилище. Попытался заснуть, но после пережитого сон никак не шел. Лишь ближе к утру Соколов погрузился в легкое забытье, но вскоре был кем-то разбужен. Парень от неожиданности даже вскрикнул. Он увидел того самого мальчика, с кем разговаривал вчера. Ребенок держал в руках кусок жаренного мяса, и протягивал Артему.

– На вот, поешь, чувак, – сказал он, – это была так-то твоя добыча. Несправедливо, что отец отобрал ее у тебя.

Соколов с опаской взял в руки мясо, догадываясь, что это кусок убитой им вчера крысы. Но желудок сводило судорогой от голода, съеденной вчера лепешки явно было недостаточно для полноценного питания.

Артемий, преодолевая отвращение, попробовал угощение, заметив, что вкус не такой уж и противный. Точнее, совсем даже не противный, если не думать, что это крыса. Обычное мясо, не больше и не меньше.

– Спасибо, – поблагодарил Соколов, продолжая глядеть на мальчика, – тебя как зовут-то?

– Ник, – ответил тот.

– Очень приятно, Артем, – представился попаданец.

– Ты странный, – сказал Ник, – ты откуда?

Соколов на секунду задумался: а что говорить. Принял решение, что лучше притвориться, что у него амнезия.

– Вот бы знать… – ответил он, – Я вообще ничего не помню: кто я, откуда я, как попал сюда.

– Что, вообще ничего? – удивился мальчик.

– Вообще.

– Сочувствую…

Они некоторое время молчали.

– Слушай… Ник, – первый нарушил тишину Артем, – а ты можешь мне рассказать… об этом мире. Вдруг я что-то вспомню.

– А что рассказывать… – мальчик тяжело вздохнул, – дерьмо это, а не мир. Полная безнадега. Всю жизнь копаться в этом мусоре, добывать хабар, чтобы получить какие-то гроши на пропитание. И выбраться отсюда нельзя.

– А правда что тут банды… дань собирают?

– Банды? Дань? – Ник пожал плечами, – да тут полно… всяких типов ошивается. И не только бандиты. Иногда сюда настоящие монстры наведываются. В шахтах, говорят, крабоиды встречаются.

Соколов вспомнил вчерашний подслушанный разговор и осторожно спросил:

– А кто такие крабоиды?

Ник неопределенно пожал плечами.

– Хэ зэ. Монстры какие-то. Жуткие говорят…

– А ты сам их не видел?

– Не-а.

Мальчик сидел на корточках, задумчиво перебирая в руках обрывок ветоши. Он молчал, Артем тоже молчал, но не долго. Он догадался задать еще вопрос:

– Я тут разговаривал с одним стариком. На ящиках сидел. Скрюченный такой весь, как... сморчок. Ты не знаешь его случайно?

– Тут много всяких стариков живет. И не стариков тоже. Не знаю, кого ты имеешь в виду.

Соколов почесал затылок, пытаясь сообразить, как бы выведать побольше информации. Судя по односложным ответам, этот ребенок тоже очень мало знает об этом мире.

– Ник! – раздался откуда-то снаружи грубый бас.

Мальчик вздрогнул.

– Можно, я здесь спрячусь? – он посмотрел на Артема жалобными глазами.

У того сразу же в голове возник план.

– Туда, живо! – скомандовал Соколов, указывая на стоящие в углу доски под наклоном к стене.

Их было достаточно много, и за ними вполне можно было затаиться, учитывая, что в хижине было довольно темно.

Мальчик быстро юркнул туда, для верности Артем прикрыл его ветошью.

Снаружи послышались тяжелые шаги и приглушённые голоса. Артем попытался успокоиться, глубоко дыша.

– Где он? – прозвучал грубый голос, явно не из дружелюбных.

– Где-то здесь, – ответил другой, – видел, как он у этой лачуги ошивался…

Артем сжал кулаки, готовясь к худшему. И точно, в хижину вошли двое здоровенных мужчин, один из них было одет в кожаную безрукавку и спортивные штаны, а второй в замызганные джинсы и дырявую болоньевую куртку.

– Эй ты! – произнес тот, что в куртке, – ты тут пацана не видал? Вот такого?

Он ладонью показал рост ребенка.

Артем отрицательно замотал головой.

– Понятно, – сказал мужчина и грязно выругался, – найду, гаденыша, убью.

– А что он сделал? – простодушно задал вопрос попаданец.

– Не твое собачье дело.

Мужчина окинул взглядом груды мусора, досок и ветоши. — Ладно, пошли, Дюрик. Всё равно его здесь нет, – он кивнул типу в безрукавке.

Глава 6

– Ну, а теперь объясни мне, почему тебя ищут эти типы? – строго спросил Артем, когда мужчины ушли.

Ник, дрожа от страха, осторожно вылез из своего укрытия.

– Тот что в куртке – это мой отец. Вчера он послал меня за водкой, а потом избил за то, что я ходил слишком долго. Он часто меня избивает, поэтому я решил сбежать.

– И куда же ты побежишь?

– Не знаю, – пожал плечами Ник.

– Ты вообще знаешь, что происходит за пределами этих трущоб?

– Нет.

– Тогда ты большой глупец…

– Глупец не глупец, но… если я не сбегу, то… он рано или поздно изобьет меня до смерти.

– А если сбежишь, то или умрешь от голода, или… – Артем попытался вспомнить все, что знал о мире «Жестокой Галактики», – не знаю, что тут у вас происходит. В рабство, например, попадешь. И тебя хозяин тоже избивать будет. Притом, гораздо сильнее, чем твой папаня. Так что брось эту затею. Лучше расскажи мне о мире, все что знаешь. Хотя бы о том, какие тут у вас порядки в трущобах. О том, как тут себя правильно вести. А я уж потом что-нибудь придумаю, возможно, смогу как-то помочь тебе.

– И как же ты мне поможешь, если сам ничего не помнишь, как попал сюда? – в голосе Ника прозвучали скептические нотки.

– Не знаю. Посмотрим. Ты сначала расскажи о себе, об этих трущобах. Может, я что-то и вспомню. Ты вообще здесь давно? И где твоя мама?

Как поведал Ник, он сначала жил где-то за пустыней. Там тоже, конечно, тоже было не «сладко», но не так плохо, как в трущобах. У них там был даже свой дом, хоть и небольшой, но свой. Потом дом отобрали «в соответствии с законом №415». Что это за закон такой, мальчик не знал, но его номер сильно врезался в память. Семье, лишившись жилья, пришлось переселиться в трущобы. Отец стал злоупотреблять алкоголем. А мать убили энцелопы.

– Кто-то? – переспросил Соколов, – Энцелопы? Или может эцилопы?

– Да фиг знает, – пожал плечами Ник, – может, и эцилопы. Какая разница? Суть не в названии, а в том, что они козлы поганые.

«Интересно, – подумал Артерий, – я в Жестокой Галактике или в фильме Кин-зда-зда? Хотя… на фильм не похоже. Там вся планета была пустыня, а тут, судя по словам пацана, есть и оазисы. Хотя… возможно, создатели Жестокой Галактики часть идей из фильма сплагиатили».

Мальчик, тем временем, продолжал рассказывать.

– Вот так и живем, – говорил он, – отец весь день пьянствует с друзьями, а я копаюсь в мусоре, чтобы добыть хабар. Все деньги уходят ему на выпивку. Мне очень редко перепадает кусок лепешки или мяса жареной крысы.

«А служба опеки куда смотрит!» – хотел было возмутиться Артем, но вспомнил, что он в мире Жестокой Галактики. Здесь даже если и есть служба опеки, то только для того, чтобы отобрать детей у родителей и отдать на органы или на опыты каким-нибудь рептилоидам.

– Вот что, – сказал, наконец, Соколов, – давай договоримся так. Ты поможешь мне, а я помогу тебе. Ты можешь у меня прятаться, а я буду добывать деньги и покупать еду для нас обоих. Но ты расскажешь мне, какой хабар выгоднее всего искать и как себя вести, чтобы не обманул этот… носатый, который принимает металлолом. А потом мы накопим денег и вместе убежим. По рукам?

– По рукам, – бодро ответил Ник.

Глава 7

Руководствуясь информацией, полученной от Ника, Артем заработал гораздо больше денег, чем вчера. Этого хватило на несколько лепешек, банку тушенки, большую бутыль с водой и два теплых пледа. Еще осталась какая-то мелочь.

Вернувшись в укрытие, он поделился добычей с Ником. Мальчик, казалось, впервые за долгое время почувствовал, что у него есть хоть какая-то надежда. Наблюдая за тем, как он жадно поглощает тушенку с хлебом, Артем снисходительно улыбнулся.

– А ты крут, – сказал Ник, обмакивая мякиш в остатки жира, – никогда не думал, что кто-то может так быстро научиться искать хабар.

– Я быстро учусь. И… у меня есть хороший учитель.

Ник буквально зарделся от удовольствия, услышав похвалу.

Позже, когда на трущобы плавно наползла «зеленая ночь», они легли спать, завернувшись в купленные пледы. Артем впервые почувствовал себя в относительном тепле. Он сразу заснул, а когда проснулся утром, Ника в хижине не было. «Куда же он делся?» – недоуменно подумал Соколов. Он хотел сначала пойти искать мальчика, но потом представил, что если будет так вот ходить и кричать Ника, то может и на его отца нарваться, а этого парню очень не хотелось. «Ладно, сам найдется, – подумал Артем, – нужно работать».

Копаясь в мусоре, парень размышлял о том, похож ли этот мир на компьютерную игру. «В играх иногда бывают так называемые «рояли в кустах», всякие подсказки, квесты, – думал Артем, – А разве встреча с Ником – это не «рояль в кустах», который позволил мне увеличить заработок? Или это просто случайность? Может, мне стоит поискать и другие подобные «рояли»?»

Соколов вновь продолжил внимательно наблюдать за другими обитателями трущоб, но ничего нового, кроме того, что поведал ему Ник, узнать не удалось. Да и заработал Артем сегодня меньше, чем вчера, хватило только на банку тушенки, хлеб и воду, хотя еще была острая потребность в теплых вещах – парень устал мерзнуть на этом жестком пустынном холоде.

Когда Соколов возвращался с рынка домой, дорогу ему перегородили трое типов в кожаных безрукавках. Один из них был вооружен бластером, два других – кастетами.

– Что, фраер, совсем освоился? Слышали, ты тут неплохо поднялся в последнее время, – произнес тип с бластером, оглядывая Артема с головы до ног. – Делись, что награбил, и мы тебя не тронем.

Артем похолодел, но постарался сохранять спокойствие.

– У меня ничего нет. Едва на еду хватило.

– Ну вот еду и отдай нам.

Парня охватила волна гнева. Как эти подонки посмели отнимать его последнюю еду! Но, с другой стороны, их трое, а один еще и с бластером. Если случится драка, то у Артема нет шансов не то что победить, но даже и выжить. Пришлось все отдать.

– Вот молодец, – один из бандитов дружески похлопал парня по плечу.

Когда троица уходила, Соколов стоял, смотрел им вслед и сжимал кулаки в бессильной злобе. И тут у него возникла идея. Парень украдкой последовал за преступниками и проследил, в какую хижину те зашли. «Сегодня ночью, когда они будут спать, я украду бластер, – решил парень, – Да, это дерзкий план, но это единственный шанс выжить. Если эти отморозки будут и дальше меня грабить, то я умру с голоду. Надо действовать».

Ник так и не объявился. А еще исчезли купленные вчера пледы. Хотя Артем их предусмотрительно спрятал за досками, но теперь там их не было.

– Вот сволочь маленькая! – в сердцах выругался Соколов, – своего благодетеля обокрал.

Ни на кого подумать он больше нем мог.

Ночью Артем не сомкнул глаз. Он то и дело ворочался, представляя себе, как пробирается в хижину к бандитам и забирает бластер. В голове крутились разные сценарии, один страшнее другого. Парень понимал, что это безумие, но другого выхода он не видел.

Дождавшись, когда в трущобах воцарится полная тишина, Артем тихонько выбрался из своего укрытия. На улице было темно и холодно. «Зеленая ночь» окутала все вокруг своим зловещим светом. Соколов поежился и двинулся в сторону хижины, где засели бандиты.

Подойдя к хижине, парень прислушался. Внутри было тихо. Артем осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. В полумраке он увидел три силуэта, спящих на полу. Возле одного из них лежал бластер.

Соколов медленно и бесшумно проник в хижину. Сердце бешено колотилось в груди. Он осторожно ступал, стараясь не задеть валявшиеся на полу вещи. Вот он уже возле спящего бандита с бластером. Артем протянул руку, чтобы схватить оружие, но тут один из преступников внезапно закашлялся и перевернулся на другой бок. Артем замер, боясь пошевелиться. Бандит что-то пробормотал во сне и снова затих. Соколов перевел дух и снова потянулся к бластеру. На этот раз ему удалось схватить его.

Первой мыслью Артема была тут же перестрелять своих врагов. Но он вовремя сообразил, что надо сначала разобраться, как пользоваться этой штукой, чтобы не попасть, мягко говоря, в неловкую ситуацию. Так же осторожно ступая, парень выскользнул из хижины. И тут он не сдержался, бегом помчавшись вперед, но за что-то зацепился и с шумом упал. Быстро поднялся, побежал дальше, не оглядываясь. Откуда-то издалека послышались ругательства.

Соколов перевел дух уже на окраине трущоб, возле пустыни. Погони не было, видимо, бандиты не видели, в какую сторону убежал Артем. Это дало ему время разобраться с устройством похищенного оружия: рычажок, снимающий с предохранителя, гашетка. Все просто. Выстрел. Ночную тьму осветила яркая красная вспышка, свист, прямо как в Звездных войнах: «пиу-пиу». Не то луч, не то струя плазмы как долбнет о песок. Бах! Взрыв! В месте удара образовался кратер с оплавленными краями диаметром около метра и глубиной сантиметров тридцать.

– Фига се! – удивленно пробормотал парень, – вот это моща!

Артем, с изумлением глядел на только что созданную яму. Но тут его прошиб холодный пот. В нем мелькнула тревожная догадка: «А вдруг бандиты услышали выстрел?» Паника заставила Артема быстро спрятать бластер под куртку и пригнуться. Парень затаился. Прислушался к ночным звукам пустыни. Ничего. Никого. Только тихий шелест песка, гонимого ветром.

– Фу-ух… – выдохнул Артем, выпрямляясь.

Решив, что опасность миновала, Соколов выбрался из укрытия. Теперь ему нужно было решить, что делать дальше. С одной стороны, у него теперь было мощное оружие, которое могло помочь ему выжить в трущобах. «Бластер — круто, конечно, думал он, – но с другой стороны, оружие – это большая ответственность. Одно неверное движение, и можно ненароком убить кого-то. Или еще хуже – привлечь к себе ненужное внимание».

Глава 8

Первым делом Артём решил устранить бандитов. Эти твари могли догадаться, кто украл бластер, и захотели бы вернуть его. Лучше напасть первым, бандиты спят. Он подкрался к хижине. Пусто. Бутылки, мусор — но ни души. «Проснулись и ушли. Искать меня», – подумал Артём и похолодел. Он метнулся в свою хижину — Ника не было, пледов не было. Соколов вздохнул — обида ещё кипела, но где-то глубоко шевельнулась тревога за пацана. «Может, Ник прав, что сбежал, – подумал он, – Здесь каждый сам за себя. Значит, и мне надо сваливать. Прямо сейчас».

Соколов резко встал. «Да, рвать когти – это хорошая идея», – решил он.

Снаружи все еще ночь, залитая зеленым светом огромной луны. Стараясь не шуметь, Артем направился прочь из поселения. Правда, под ногами предательски скрипел мусор, и беглец каждый раз испуганно замирал, но потом снова продолжал движение.

«Куда же идти? – размышлял Артем, оглядываясь по сторонам. – В пустыню? Но там я сдохну от жажды… Транспорт! Мне нужен какой-то транспорт. Но откуда его взять? Захватить, угнать? В реальном мире это было бы безумие. Но тут вселенная компьютерной игры, может и прокатит»

Он остановился, прислонившись к обломку стены, и тяжело вздохнул. Ситуация была хуже некуда, даже для игры. Беглец с краденым оружием, преследуемый бандитами, без гроша в кармане и без четкого плана. «Ладно, – сказал он себе вслух, – надо хоть что-то решить».

Артем еще раз огляделся. «Кража транспорта – плохая идея, – решил он, – потому что я понятия не имею, как им тут управлять. Придется идти в пустыню. Возможно что-нибудь я там и найду. Если что – вернусь обратно».

Он направился в пустыню. Здесь было удивительно тихо. Не было даже ветра, хотя холод стоял зверский. Но Артем продолжал шагать, иногда по колено проваливаясь в зыбучие пески, и проклиная себя за столь опрометчивый шаг.

Внезапно из-за спины донеслось жуткое рычание. Парень резко обернулся. Он выхватил бластер и выстрелил инстинктивно, даже не раздумывая. Яркая вспышка, красная молния, рык оборвался леденящим душу визгом. Буквально в нескольких шагах на песок кто-то рухнул, подняв столб пыли. Артем несколько раз чихнул. Удивительно, но оружие, делающее в песке кратеры размером метр, не убило это живучее существо: оно все еще скулило, но встать не могло. При зеленом свете луны Соколов разглядел огромную пасть, полную острых зубов, которая легко могла бы проглотить целого человека. А сама тушка напоминала гигантскую, величиной со слона крысу.

«Вот это нифига себе», – с ужасом подумал парень, медленно отходя от поверженного зверя, который судорожно пытался встать. Еще один выстрел. Прямо в голову. На этот раз хищник затих. Артем перевел дух. В воздухе пахло горелой плотью и озоном.

Несмотря на то, что его уже клонило в сон от усталости, Соколов продолжал идти вперед: если тут бродят такие монстры, то останавливатьсянельзя, ни в коем случае.

Он шел и шел, пока горизонт не начал светлеть. Утренний свет окрасил пески в багровые оттенки, и Артем увидел, что находится в каменистой местности, усеянной острыми валунами. Здесь хотя бы не было зыбучих песков под ногами. По крайней мере, пока.

Соколов поймал себя на том, что валится с ног от усталости, а глаза буквально сливаются. «Надо поспать, – подумал он, – иначе меня просто вырубит по дороге, посреди пустыни.

Парень осмотрелся. Его взгляд зацепился за небольшую нишу между двумя огромными валунами. «Хм… от ветра они защитят, – размышлял Артем, – а от хищников? Но все равно, больше ничего подходящего не видно».

Он подошел ближе. Еще раз придирчиво осмотрел и заполз туда, кое-как принял сидячую позу. Тут же забылся беспокойным сном, в котором он бежал по гигантской пустыне, преследуемый бандитами и гигантскими крысами. Проснулся от странного жужжащего звука над головой. Не сразу понял, где находится и что происходит, да еще и одно из солнц слепило глаза. Пришлось зажмуриться. Жужжание стихло, и послышался звонкий женский голос, нарушавший тишину пустыни:

– Ну, здравствуй, спящий красавец.

Артем открыл глаза и остолбенел. Прямо перед ним стояла девушка. Блондинка с собранными в хвост волосами, в кожаной куртке, и бросающемся в глаза фрагмент татуировки, который виднелся на ее шее. Незнакомка дерзко смотрела на Артема своими пронзительно-синими глазами и ехидно улыбалась.

За спиной девушки возвышался летательный аппарат очень странной конструкции, похожий на помесь вертолета и мотоцикла. Что-то подобное Артем видел в инструкции к игре, только там такие аппараты выглядели проще, а тут это был какой-то сложный агрегат. «Глайдер» – вспомнил Соколов его название.

– Ты кто? – спросил Артем, пытаясь прийти в себя.

Девушка улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов.

– Я – Кайла, – ответила она.

Ее голос был довольно громкий, слегка пронзительный, но уши не резал. А еще в нем присутствовала небольшая доля хрипоты, как будто девушка часто курила или слегка простудила горло.

– А ты, судя по всему, охотник на крыс-скарабеев? – продолжала незнакомка, – Видела твою работу. Неплохо для новичка.

Она кивнула в сторону, откуда пришел Артем.

– Скарабей-крысов? – переспросил Артем. – Это тех монстров так называют?

– Именно. Очень опасные твари. Но их клыки – ценный товар. Почему не забрал? Ты дурак?

Артем пожал плечами.

– Не знал.

Кайла удивленно вскинула брови.

– Не знал? И просто оставил валяться в пустыне? Это все равно, что выкинуть кучу кредитов под ноги свиньям!

Она помолчала, разглядывая Артема.

– Хм... либо ты очень богат, либо очень глуп.

– Ладно, – сказала Кайла, махнув рукой. – Мне все равно. Но, если ты не против, я заберу клыки себе. Они мне пригодятся. И, чтобы ты не думал, что я совсем бессердечная, – она достала из кармана горсть маленьких серебристых монет и протянула их Артему, – вот, возьми. Небольшая плата за информацию. И за то, что не придётся лететь туда зря.

Артем взял монеты. Они были холодными на ощупь.

– Спасибо, – сказал парень.

– Не за что. Кстати, – Кайла окинула его оценивающим взглядом. – Если тебе нужна работа, заглядывай в бар «Ржавый гвоздь» в поселении Дюна. Там всегда нужны наемники. А у тебя, похоже, неплохая реакция.

Артем кивнул.

– Постараюсь.

– Удачи, – сказала Кайла и, вскочив на свой глайдер, завела двигатель. Турбины взревели, поднимая в воздух клубы песка.

– Эй, подожди! – крикнул Артем, чтобы перекричать гул мотора.

– Что еще? – немного раздраженно спросила она, сбавляя обороты.

– А где находится эта… Дюна? И этот… «Ржавый гвоздь»?

– Ну, ты, и правда, лошара. Ладно. Иди в ту сторону, – она указала рукой, – километров двадцать. Можно пешком добраться. Я бы подбросила, но мой пепелац, к сожалению, одноместный. Так что звиняй.

Глава 9

Артем пустился в путь. Двадцать километров по пустыне… Легко сказать. Не легко пройти. Но делать нечего, не оставаться же здесь умирать.

Снова начались пески. К счастью, ненадолго. Миновав несколько барханов, Артем увидел вдали оазис. Сначала он казался просто миражом. Просто серо-зеленым пятном на фоне желтых песков. Но по мере приближения это пятно все четче приобретало очертания поселка, расположенного у огромной горы, своей формой напоминающей песчаную дюну. Видимо, из-за этого его и назвали так – Дюна.

Сам поселок оказался странным и разношерстным. Он чем-то напоминал те трущобы, из которых бежал Артем, только… как бы это сказать… приличные. Да, тут тоже дома были сделаны из разномастного материала: ржавых металлических листов, глинобитных кирпичей, обломков космических кораблей. Тут даже попадались целые секции, напоминающие жилые модули инопланетных колоний из фантастики. И все эти строения росли из песка, как грибы после дождя. И весь этот архитектурный хаос разбавляли деревья, которые издали и создавали иллюзию зеленого пятна.

Улицы, узкие и извилистые, кишели народом. Артем видел людей самых разных национальностей и возрастов, одетых в потрепанную одежду, явно повидавшую не одну песчаную бурю. Но помимо людей, здесь были и они – инопланетяне. Существа самых невероятных форм и размеров.

Вот мимо проплывает высокая и худая женщина с кожей цвета ночного неба и длинными, изящными пальцами, словно сплетенными из серебряных нитей. На ее лице, лишенном носа, лишь два больших черных глаза, смотрящих на мир с тихой мудростью.

А вот, ковыляя, пробирается сквозь толпу существо, похожее на помесь броненосца и черепахи, с панцирем, покрытым светящимися рунами. Из-под панциря торчат четыре короткие лапы и мордочка, увенчанная парой усов, вибрирующих в воздухе.

На углу, возле странного аппарата, напоминающего тележку, собранную из старых радиодеталей, торгует маленькое существо, похожее на ходячий гриб. Его шляпка мерцает всеми цветами радуги, а из-под нее доносится тихий, шипящий голос, предлагающий покупателям «лучшие артефакты из глубин космоса». О последнем Соколов скорее догадался, чем понял инопланетный язык. Собственно, об этом было нетрудно догадаться: на прилавке лежали какие-то детали и странные устройства, среди которых было нечто похожее на украденный Артемом бластер, только другой конструкции.

Соколов некоторое время задержался возле лавки, разглядывая товар. Кроме бластера, он обратил внимание на желтый кубик, из которого торчала расходящаяся зеленая спираль, по которой с периодичностью в пару секунд пробегала фиолетовая искра.

– Что это? – спросил парень, но продавец в ответ только что-то прошипел.

«Жаль, что я не понимаю инопланетного языка», – подумал Артем и пошел дальше. Он быстро нашел вывеску «Ржавый гвоздь» и уже хотел бежать наниматься в наемники. Но тут осознал, что очень устал. «Нет, – решил он, – не сейчас».

Парень вернулся назад, где видел какую-то гостиницу. На ресепшене его встретила женщина с удлиненными ушами, кожа у нее была зеленая, а волосы розовые. Инопланетянка была одета в цветастый сарафан, и это Артема весьма позабавило, он даже улыбнулся.

– Чем могу быть полезна? – спросила она по-русски, но с таким ужасным акцентом, что парень с трудом понял: ее голос был похож на мяуканье кошки.

Ему вспомнилась игра «Мир средневековой магии», в которой он видел примерно такую же девушку, но на фоне интерьера трактира и на экране компьютера. В этой игре надо было собирать артефакты, которые позволяли пройти на следующий уровень. Но здесь, судя по всему, продвижение по карьерной лестнице создают случайности, которые на жаргоне любителей жанра «попаданцы» называются «рояли в кустах». «А случайны ли случайности? – мысленно спросил себя парень, – Может быть, появление персонажа из другой игры что-то означает?».

– Я бы хотел снять номер. Переночевать, отдохнуть. И… прикупить кое-какие магические артефакты. Не подскажите, где их можно достать.

– С артефактами – не ко мне, – сказала она, – а номер – пожалуйста. Один сирелик в сутки.

– Сирелик? – парень робко протянул ей серебряную монету.

– На пять дней берете?

– Нет, пока на один.

– Хорошо, – она отсчитала ему сдачу, – вот, ключи.

Это был обычный металлический ключ от механического замка. «Забавно, – подумал парень, – в космос летают, звездолеты строят, а электронный замок сделать не могут».

Коридор гостиницы оказался на удивление чистым и освещенным мягким, зеленоватым светом, исходившим от продолговатых плафонов на потолке, которые выглядели слегка футуристично. Стены были выкрашены в пастельные тона, украшены незатейливыми картинами с изображением экзотических пейзажей. Вдоль коридора тянулся ряд дверей, каждая из которых была отмечена номером, написанным каким-то витиеватым шрифтом, напоминавшим древние руны.

Артем нашел свой номер, вставил ключ в замок и повернул. Дверь с тихим скрипом отворилась, и он вошел внутрь. Номер оказался небольшим, но уютным. И каким-то старомодным, как будто парень находился не в далеком будущем со звездолетами и бластерами, а в прошлом веке, без компьютеров и мобильных телефонов. В центре комнаты стояла кровать, накрытая простым, но чистым покрывалом. Рядом с кроватью располагалась небольшая тумбочка с лампой, отбрасывающей мягкий свет. В углу комнаты стоял стол, на котором лежала книга и стоял стакан. В противоположном углу находился небольшой шкаф.

Артем устало опустился на кровать. Пружины жалобно скрипнули под его весом. Он закрыл глаза и попытался расслабиться. В голове мелькали обрывки воспоминаний о последних событиях: «Сколково», компьютерная игра, «черная дыра», перенос в этот странный мир, трущобы, кража бластера, бегство, пустыня, встреча с Кайлой.

«Я должен во всем разобраться, – сказал сам себе Соколов, – я должен как-то выбраться из этой игры. Нужно только понять, как я сюда попал. Местные жители, похоже, не в курсе о попаданцах. Или в курсе? Может, спросить кого-нибудь? А если выяснится, что действительно, никто не знает, что вот так вот возможно: перенести сюда человека из другого мира. Тогда меня могут принять за сумасшедшего. Нет, лучше молчать и тихо собирать информацию».

Погружённый в размышления, парень незаметно задремал.

Когда Артем проснулся, уже начало смеркаться. Он встал с кровати и подошел к окну. За окном раскинулся тот самый инопланетный город, который он видел, когда заходил в гостиницу. Сейчас он казался еще более странным и загадочным. Светящиеся руны на панцирях местных жителей, мерцающие шляпки грибовидных торговцев, странные аппараты и устройства – все это казалось частью какого-то сюрреалистического сна.

Артем вдруг почувствовал легкий голод. Он вспомнил о лавке с едой, которую видел неподалеку от гостиницы. «Пожалуй, стоит перекусить, – подумал он, – а заодно и осмотреться». Он вышел из номера и направился к выходу из гостиницы.

На улице было уже темно, но город все еще кипел жизнью. Местные жители сновали туда-сюда, деловито занимаясь своими делами. Артем шел по улицам, разглядывая все вокруг с любопытством и некоторой опаской. Он старался не привлекать к себе внимания, понимая, что является здесь чужаком.

Вскоре парень нашел лавку с едой. Она представляла собой небольшую будку, в которой стояла плита и несколько столов. За прилавком стоял высокий, худой инопланетянин с четырьмя руками и длинным, тонким носом. Он готовил какое-то блюдо, источавшее аппетитный аромат.

Артем подошел к прилавку и заказал порцию этой еды. Инопланетянин молча наложил еду на тарелку и протянул ему. Соколов расплатился и сел за свободный столик. Еда оказалась на удивление вкусной. Она представляла собой смесь каких-то овощей и мяса, приправленных необычными специями. Артем с удовольствием поел, утоляя свой голод.

После ужина Соколов почувствовал себя немного лучше. Усталость отступила, и он ощутил прилив сил. Артем решил прогуляться по городу и попытаться что-нибудь узнать об этом мире.

Сначала он просто брел по улицам, освещенным тусклым светом фонарей на столбах. Затем он услышал из переулка какой-то гул. Странный такой, как будто гудит трансформатор, но чуть звонче. «Что может так шуметь?» – его разобрало любопытство. Артем осторожно свернул туда и непроизвольно сжал холодную рукоятку бластера. Здесь было темно. И страшно. Фонари отсутствовали, как таковые, и только тусклый свет из окон разгонял мрак, позволяя различать контуры зданий. Здесь царил еще больший архитектурный хаос, чем тот, который Соколов увидел при входе в город. Эти хаотичные нагромождения из глины, обломков металла и каких-то досок создавало атмосферу заброшенности и упадка и до боли напоминали те трущобы, откуда Артем сбежал. Здесь точно так же везде валялся мусор, и пахло чем-то гнилыми и химическим.

Этот район жил своей жизнью. Это Артем понял, увидев первого встречного: худощавого мужчину в лохмотьях. Он нес ведро с непонятным содержимым, от которого пахло еще более отвратительно, чем витающие в воздухе запахи.

Рука Артема непроизвольно дернулась, потянувшись к бластеру. Но незнакомец и сам испугался, едва не расплескал содержимое своей емкости и поспешил ретироваться. Потом встретился следующий такой же оборванец, и он тоже быстро скрылся.

Один из прохожих, невысокий, скрюченный гуманоид с большими, выпученными глазами, проскользнул мимо Артема, бормоча что-то невнятное на незнакомом языке. Артем успел заметить, что в его руке он сжимал какой-то блестящий предмет, похожий на сломанный инструмент.

Артем почувствовал себя неуютно. Это место казалось враждебным и опасным. Он ускорил шаг, пытаясь как можно скорее выбраться из этого мрачного района. Тихий гул, который привлек его сюда, становился все громче, словно он приближался к его источнику. Звук напоминал работу старого генератора, который вот-вот сломается.

«Похоже, здесь тоже есть свои трущобы», – подумал парень, когда пришел в более приличное место. Это было где-то недалеко от гостиницы, и парень легко нашел дорогу обратно. Он принял душ и завалился спать, но сон не шёл – Соколов хорошо выспался днем. Тогда он решил заглянуть в «Ржавый гвоздь», который был неподалеку.

Глава 10

Заведение «Ржавый гвоздь» больше напоминало свалку, чем бар. Снаружи тускло мерцала неоновая табличка, наполовину выгоревшая. Она искрила, когда свисавшие с нее провода соприкасались. Само здание было собрано из ржавых металлических листов, где-то сварных, где-то закрепленных заклепками или даже просунутой через отверстия проволокой. Где-то листы были порваны, там зияли дыры, наспех прикрытые тряпками или досками.

Войдя внутрь, Артем очутился в каком-то полумраке, едва разбавляемом тусклыми лампами. Скрипучая дверь с грохотом захлопнулась у него за спиной, отрезая путь к бегству. А бежать было от кого: бар был наполнен самыми разнообразными существами, жуткими и отталкивающими на вид. Инопланетян, хоть чем-то напоминающих людей, тут было катастрофически мало. Все остальные – один другого страшнее: огромные насекомые, непонятно как удерживающими стаканы в своих хитиновых лапах, монстры, напоминающие ксеноморфов из фильма «Чужой», какие-то рептилии, а также странные создания со множеством щупалец, как у осьминога. Тут была даже пара роботов. Наполовину разобранные и они так же искрили как та вывеска на входе.

Бармен, кстати, выглядел еще более-менее. Гуманоид, почти как человек, если не считать, что у него оранжевая кожа и лысая голова, а в носу множество колец. Он стоял за стойкой, как будто бы сделанной из обломков старого космического корабля и протирал кружку тряпкой не первой свежести.

Пол здесь был усыпан мусором, окурками и пролитым спиртным. В углу кто-то блевал, и запах был соответствующий. В одном из темных углов двое существ, похожих на крыс-переростков, играли в кости, а над ними на стене висела мигающая табличка с надписью на незнакомом языке.

В целом, «Ржавый гвоздь» выглядел как последнее место, куда стоило бы заходить, но Артем был полон решимости узнать больше об этом мире, и бар, судя по его виду, мог быть неплохим источником информации. Кроме того, как сказала Кайла, здесь можно податься в наемники, а это, как думал Артем, еще одна ступенька вверх на карьерной лестнице этой странной игры.

Артем глубоко вздохнул и направился к барной стойке. Заказанное пойло было отвратительным на вкус. Соколов пил его маленькими глоточками и при этом ужасно морщился.

Внезапно, его плеча коснулась когтистая лапа. Артем обернулся и увидел, что над ним нависает существо, похожее на помесь ящерицы и богомола. Кожа его была покрыта бугристой чешуей ядовито-зеленого цвета, а из-под хитинового панциря торчали острые, как бритвы, отростки. Монстр смотрел на Артема явно враждебно, злобно буравя его своими глазами без зрачков. От существа исходил резкий запах тухлого мяса.

– Эй, землянин! – прошипело ящероподобное создание, выдыхая струю горячего, вонючего воздуха. – Чего тут забыл? Это не место для таких чистеньких, как ты.

Артем попытался сохранять спокойствие.

– Просто отдыхаю, – ответил он, стараясь говорить ровным тоном.

– Отдыхаешь? – существо ухмыльнулось, обнажив ряд острых зубов. – А может ты шпион? На Империю работаешь, признавайся?

– Я ни на кого не работаю, – ответил Артем, чувствуя, как в нем нарастает раздражение.

– Врешь! – ящер замахнулся своей когтистой лапой, намереваясь ударить Артема по лицу.

Реакция Артема была молниеносной: он инстинктивно отпрянул назад, уклоняясь от удара и одновременно достал из-за пояса украденный бластер.

– Не советую, – процедил Соколов, направив оружие на ящера.

Тот замер, удивленно глядя на бластер. Остальные посетители бара тоже затихли, наблюдая за происходящим с интересом.

– Что это у тебя? – прорычал ящер. – Игрушка?

Артем промолчал. Он знал, что любое слово может спровоцировать ящера на дальнейшие действия. Он медленно снял оружие с предохранителя.

Ящер явно не был дураком. Он понял, что Артем настроен серьезно. В его глазах мелькнул страх.

– Ладно, ладно, – пробормотал инопланетянин, отступая назад. – Просто хотел познакомиться.

– Проваливай, – сухо ответил Артем, не опуская бластер.

Ящер, бормоча что-то себе под нос, отошел в сторону и растворился в полумраке бара.

Артем огляделся. Все смотрели на него. Некоторые с удивлением, другие с восхищением, третьи с неприязнью. Он почувствовал себя неуютно, словно его голого выставили на всеобщее обозрение.

Соколов решительно направился к выходу, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Но тут его кто-то окрикнул:

– Эй, парень.

Артем обернулся, сжимая в кармане холодную рукоятку бластера. С ним говорило существо, которое парень сначала принял за человека. Инопланетянин был высоким и худощавым, с бледной кожей. Лицо тонкое, слегка вытянутое. Короткие волосы зачесаны назад, открывая высокий лоб. Глаза. Это были словно глаза интеллигента или какого-то профессора, умные и проницательные. На переносице виднелся небольшой шрам. На щеке крупная родинка. В целом, он выглядел вполне по-человечески, если не считать одной детали – шести пальцев на каждой руке.

На гуманоиде был добротный такой комбинезон, со множеством всевозможных застежек, карманов и заклепок. На груди – символ. Шестеренка и крылья, похожие на крылья какой-то явно не земной птицы. Или земной, но относящейся к мезойской эре – эти крылья больше напоминали крылья летающего ящера, чем птицы. Завершали прикид тяжелые армейские ботинки.

– Не спеши уходить, – произнесло существо, подходя ближе. Голос у него был мягким, с легким акцентом, который Артем не мог определить. – Меня зовут Зиг. Я видел, как ты отшил этого ящера. Молодец.

Зиг протянул Артему свою шестипалую руку.

– Что вам нужно? – сухо спросил Артем, готовый в любой момент применить оружие.

– А ты не очень-то приветлив с будущим работодателем, – усмехнулся Зиг.

– С чего вы взяли, что я ищу работу?

– А что еще делать землянину в этом неприветливом месте?

– Да, ваша правда. Работа мне не помешает. Слышал, тут нанимают наемников?

– Да. Только сначала ты должен показать, на что способен. Пойдем.

– Э… куда? – осторожно спросил Артем.

– Куда-куда, на полигон, разумеется. Но если ты боишься, то нам с тобой не о чём говорить.

– Хорошо, – согласился Соколов, не желая упустить шанс, он понимал, что деньги закончатся очень скоро, и как жить дальше – неизвестно.

Глава 11

До полигона они долетели на двухместном пепелаце, очень похожем на тот, на котором летала Кайла.

Полигон располагался за пределами города, в пустынной местности, покрытой скалами и барханами. С воздуха он выглядел как огромная, изрытая воронками площадка, окруженная высоким металлическим забором. В центре полигона возвышалось несколько зданий, похожих на ангары, и множество различных мишеней и препятствий. Все это было освещено яркими прожекторами, расположенными по периметру забора.

Приземлившись, Зиг повел Артема к одному из ангаров. Внутри было светло и просторно, стены увешаны различными видами оружия, а в центре стоял голографический проектор. На полу были нанесены разноцветные линии и символы, образующие сложный узор.

– Это тренировочная зона, – объяснил Зиг. – Здесь ты сможешь продемонстрировать свои навыки стрельбы и тактики.

Он указал на голографический проектор.

– Сейчас я запущу симуляцию. Тебе нужно будет пройти ее, используя это оружие, – Зиг указал на стол, на котором лежало несколько бластеров разного размера и формы.

– Какая цель симуляции? – спросил Артем.

– Уничтожить все цели, – ответил Зиг. – Просто и понятно.

Он активировал голографический проектор. В воздухе возникла трехмерная проекция города, заполненного враждебными существами. Существа были разнообразны – от мелких, юрких тварей, до огромных, бронированных монстров.

– У тебя три жизни, – сказал Зиг. – Удачи.

С этими словами он отошел в сторону, давая Артему возможность начать испытание. Тот сориентировался мгновенно – опыт в компьютерных играх оказался как нельзя кстати. Враг, похожий на гигантского зеленого жука, ощетинился торчащими из хитинного панциря иглами. Красный луч с громким шипением разрезал его пополам. Наружу вывалились зловонные внутренности. Следующим пал черный человек, который уже приготовил оружие, но выстрелить не успел – Артем опередил его. Третий выстрел. Летающая тварь с шипом на хвосте рухнула на асфальт. От нее пахло свежежареным мясом.

Соколов двинулся вперед. Он чувствовал прилив адреналина. Сердце стучало в груди как бешенное. Все было настолько реалистично, что Артем даже забыл, что это симуляция. Он перемещался короткими перебежками, используя разрушенные здания и остовы сгоревших машин в качестве прикрытия.

Артем затаился, постоянно сканируя окружающее пространство. Новые враги. Они выскочили из-за угла небоскреба. Два боевых робота. Вокруг них была какая-то едва заметно светящаяся голубым цветом оболочка. «Энергетические шиты», – догадался парень.

Артем не растерялся. В играх таких противников бьют в незащищенные места или просто обходят – связываться с такими себе дороже. Той же тактикой воспользовался и он. Сначала получше спрятался, а затем, когда они прошли мимо, выстрелил им в спину. Роботы не ожидали. Они задергались, заискрили, попытались развернуться, чтобы достать обидчика, но не смогли – просто рухнули на асфальт, оставив после себя лишь груду дымящегося металлолома.

Появились новые цели. Мелкие. Но опасные – шустрые пауки, ползающие по стенкам. Для цели да – мелкие, для пауков довольно крупные – величиной с кошку. Такой укусит – мало не покажется. И эти твари приближались, наступали со всех сторон, пытаясь окружить Артема. Не прекращая движения, он переключил бластер в режим поражения микроцелей и быстро расстреливал врагов, не давая им подползти слишком близко.

И тут добавилась новая неприятность. Снайпер. Артем вычислил его по промелькнувшему солнечному блику. Это приоритетная цель. Соколов быстро спрятался за груду кирпичных обломков, прицелился, выстрелил. Снайпер испарился в яркой вспышке.

Зиг, стоявший в стороне, внимательно наблюдал за каждым движением Соколова. Его обычно невозмутимое лицо выражало легкое удивление. Он ожидал от новичка провала. Быстрой траты всех жизней. Но тот двигался как опытный боец и еще ни разу не «умирал». Он инстинктивно выбирал правильные тактики и стрелял на удивление метко, поражая скоростью реакции.

Симуляция продолжала создавать новых врагов. Теперь путь Артему перегородил зверь, похожий на клыкастую гориллу. Тварь смотрела на Соколова красными от злости глазами и неслась вперед, издавала утробный рык. Тот не стал зря тратить заряды. Подпустил поближе, резко ушел в сторону, а потом выстрелил в незащищенную спину, как это было с теми роботами. Монстр взвыл и рухнул. Дыра в его туловище дымилась.

Оказалось, это был только первый уровень. «Зона 1 очищена. Переход в Зону 2» – вспыхнули над головой большие красные буквы. Теперь новые враги появлялись реже, но они были более коварны. Теперь Артему предстало сражаться с каким-то полупрозрачными призраками, которые не всегда можно было заметить достаточно быстро. К ним Соколов адаптировался, он научился замечать мельтешащие тени и легкую дымку в воздухе. Но потом пошли другие. Они создавали голографические иллюзии, а некоторые даже временно выводили из строя его бластер. Чтобы победить в этой схватке. Приходилось рассчитывать не столько на скорость реакции, сколько на смекалку. Сначала, когда бластер выходил из строя, Артем просто убегал и прятался. Но потом он заметил закономерность: оружие переставало работать в тот момент, когда фантомы создавали голограммы-обманки. «Электромагнитный импульс», – догадался парень. Сидя в укрытии. Он быстро осмотрел свой бластер. Нашел кнопку «обратная полярность». Решил рискнуть. И, о чудо, теперь помехи наоборот, только усиливали импульс. Теперь врагам не поздоровилось.

Наконец, после нескольких минут непрерывного боя, когда Артем уже чувствовал легкую усталость, голографический город замер. Последний враг, скрывавшийся в канализации, был уничтожен метким выстрелом. На табло загорелась надпись: «Симуляция завершена. Цели уничтожены. Оставшиеся жизни: 3».

Артем глубоко выдохнул. Его сердце колотилось, а руки слегка дрожали от напряжения, но на лице появилась довольная, чуть насмешливая улыбка.

– Невероятно! – восхищенно воскликнул Зиг, – первый раз такое вижу. Ты прошел всю симуляцию, не потратив ни одной жизни. Ты откуда такой взялся, парень?

И тут Соколов буквально «завис». Он понимал, что не мог сказать правду о том, что попал сюда из другой вселенной, но правдоподобной легенды так и не придумал. Да и как он мог ее придумать, если до сих пор практически ничего не знает об этом мире.

– Что непонятного в моем вопросе? – слегка раздраженно спросил Зиг.

– Э… дело в том, что… со мной случилось что-то… странное. Я не помню, откуда я. Мои воспоминания начинаются с… трущоб.

– Так-так-так. Это интересно.

Зиг с подозрением оглядел Артема с головы до ног. Его взгляд задержался на глазах Артема, которые беспорядочно бегали. Затем Зик посмотрел на нервно дергающиеся запястья.

– Трущобы, значит, – протянул Зик, наконец отводя взгляд. – И ты ничего не помнишь о том, как там оказался? Кто ты, откуда? Ни имени, ни прошлого?

– Только Артем, – ответил Соколов. – И никаких воспоминаний.

Зиг снова посмотрел на табло проектора, затем на Артема. Его губы тронула легкая, почти незаметная улыбка.

– Не помнишь, да? А стреляешь так, будто с бластером родился. И тактика у тебя... очень необычная для обывателя из трущоб. – Он почесал подбородок. – Ладно, неважно. В мире дофига чего непонятного происходит. Знаешь, многие действительно могут поверить, что у тебя амнезия. Я могу закрыть глаза на то, что ты контрабандист, пират, торговец живым товаром – плевать. В наемники идут самые разные люди. Но… я хочу знать, с кем имею дело и что вообще от тебя ожидать. Так что, скажи мне правду.

– Дык это правда. У меня амнезия.

– Это для других правда. А я хочу знать настоящую правду. И ты или скажешь, или…

– Или?

Артем посмотрел на него с легким прищуром.

– Лучше до этого не доводить, – зловеще улыбнулся Зиг, – ты хорошо стреляешь, но с целой армией тебе одному не справиться.

– А если правда такая, что ты в нее не поверишь?

– Меня мало чем можно удивить. Я всякое повидал на своем веку.

– Ну хорошо. Как насчет того, что я… не из этого мира?

– Ты не похож на инопланетянина.

– Нет-нет, – замотал головой Соколов, – не с другой планеты. И даже не из другой галактики.

– Из другой вселенной? – Зиг снисходительно усмехнулся.

– Возможно. Что-то типа того. Если честно, я сам не знаю, как я сюда попал. Но я помню себя, живущим совсем в другом мире.

– Хм… занятно. Пойдем-ка в более… благоприятное место, там ты мне все расскажешь.

Глава 12

Миновав несколько технических помещений, Артем и Зиг оказались в небольшой кабинете, заполненном всевозможной мелочевкой: на стене висела старая карта с наклеенными на неё маленькими маркёрами, на столе — раскрытая пачка карт и пара механических рук для ремонта бластеров, рядом — чашка с застывшим кофе и тонкий голографический планшет, мерцающий голубым светом. В углу стоял запылённый манекен в бронежилете — видимо, память о каких‑то старых операциях.

Зиг плюхнулся на металлическое кресло и, не теряя контроля над ситуацией, указал Артему рукой на противоположный стул. Артём сел, всё ещё ощущая прилив адреналина.

— Наливай, — хмыкнул Зиг, и в кабинете на секунду появилось слабое шипение: из ниши в стене выехал термос и два стакана. — Мне надо понять одно: откуда у тебя навыки. Нельзя просто взять и родиться со стрелковым талантом. Либо тебя учили, либо у тебя где‑то в голове записано. Или чип.

– Верно первое, – ответил Соколов, наливая себе странный пенящийся напиток, который был, к тому же, горячий, как чай, но ни разу не похожий на чай.

– И кто же тебя учил? – Зиг тоже налил себе этого напитка и выжидательно уставился на парня.

– Компьютерные игры. В том мире, в котором я жил, твои симуляции, которые ты используешь для тренировки солдат, мы используем… для развлечения. Они, конечно, не такие реалистичные… но… видеоигры затягивают. А играл я долго, с самого детства, когда такие компьютеры только-только появились.

– Так. Значит, ты утверждаешь, что прибыл из другой вселенной, где военные симуляции используются для развлечения? Надо сказать, довольно странный у вас мир. И странные у вас развлечения. У вас что, там нет настоящей войны?

– Э… как бы сказать… у нас, конечно, бывают вооруженные конфликты. Но происходят они где-то далеко и нас не касаются.

– То есть вы все-таки готовитесь к настоящей войне? Поэтому и развлекаетесь симуляциями?

– Да нет. Просто играем. У нас же есть не только военные симуляции. Хотя… именно военные самые популярные, потому что там… пострелять можно. Есть еще и всякие приключения. Там найти что-нибудь в лабиринте, например.

— Лабиринт? И это у вас развлечение? — Зиг поднял бровь, отпивая из стакана, парящего густым ароматным дымком. — Мы в лабиринтах обычно ищем не артефакты, а выход или укрытие от погони. Или, в худшем случае, тела.

— Ну... у нас немного по-другому, — Артем пожал плечами. — Задания там разные. Найти, исследовать, обезвредить что-то. Или просто пробежать на время. Ради интереса, понимаешь?

— Интереса? — Зиг покачал головой. — Странный у вас мир… У вас нет войн, говоришь? Но чем у вас тогда занимаются люди? Вот мы с самого момента рождения учимся выживать, сражаться. Мы отчаянно боремся за ресурсы. Отбиваемся от агрессивных чужаков, от воинственных инопланетных рас, от пиратов. А вы, значит… просто играете в «войну» на интерес?

– Наш мир… – Артем на секунду запнулся, – как бы сказать… достиг высокого уровня развития.

Соколов сделал паузу, разглядывая пенистый напиток в своем стакане.

– Большая часть базовых потребностей давно закрыта. Мы больше не воюем за ресурсы или территорию. Ну… или почти не воюем. Так, есть иногда мелкие стычки в «горячих точках», но в целом везде мир. Нам мир, конечно, не идеален. В нем есть свои проблемы. Но они другого рода. Люди ищут смысл. Развлечения, способы самореализации. Игры – один из них.

Парень задумался. «Про высокий уровень развития, я пожалуй, погорячился, – размышлял он, – мы не летаем к звёздам, но проблемы у нас те же самые. Взять Америку. Одни люди живут в трущобах, другие купаются в богатстве. Постоянно то БЛМ, то назойливая пропаганда содомии, то еще какая-то гадость.

— И самореализовался ты в виртуальной стрельбе? — усмехнулся Зиг. — Чувак, ты сам-то в это веришь? Что можно стать снайпером, просто сидя перед экраном и нажимая на кнопки?

– Да, звучит дико. Понимаю, – признался Артем, – Честно, я сам бы ни за что в это не поверил. Если бы не оказался здесь, в вашем мире. Те симуляции… игры, о которых я говорил. Они развиваются. Эволюционируют. Сначала просто квадратики на экране, фигурки из светящихся точек, которые мы гоняли джойстиком. Затем качество стало лучше, появились полноценные изображения. Затем появилась виртуальная реальность, 3D-модели, нейросети, тактильная обратная связь.Квантовые компьютеры.

– Что?! – Зиг сердито нахмурил брови, – никогда не упоминай о них, слышишь! Эта гадость здесь запрещена!

Артем вздрогнул.

– В общем, все пришло к тому, что грань между игрой и реальность практически стерлась. Мозг воспринимает игру как реальный опыт. Даже мышечная память сохраняется. Ты же сам это видел, когда наблюдал за мной в симуляции.

Зиг замолчал, погрузившись в свои мысли. Он долго рассматривал пузырьки на стенках стакана, словно они могли дать какую-то подсказку.

— Ладно, чувак. Допустим, ты не псих. Предположим, ты действительно каким-то волшебным образом попал из другого мира к нам сюда. Допустим даже, что там у вас нет войны и вы убиваете виртуальных врагов в качестве развлечения, а не тренировки.

Зиг с ощутимым стуком поставил стакан на стол.

– Но объясни мне одну вещь. Как ты здесь оказался? И что ты собираешься делать дальше?

– Я уже сказал, что понятия не имею, как я здесь оказался. А что касается моих дальнейших планов… Понять, как устроен ваш мир, изучить его. И…

– А вот это я тебе не советую. Тут не любят слишком любопытных. Так что, мой тебе совет, насчет твоего «из другой вселенной» держи язык за зубами. И вопросов лишних старайся не задавать, несмотря на то, что очень хочется это сделать в твоем положении. А теперь расскажи мне свою историю от начала и до конца. Все что помнишь.

Артем несколько секунд молчал, собираясь с мыслями, а затем начал рассказ с того момента, как он полетел в черную дыру, когда тестировал игру. Зиг внимательно слушал, не перебивая.

– И у тебя нет никаких соображений, почему вдруг тебя «засосало» сюда, в наш мир?

– Как-то не думал об этом. Некогда было. Был слишком занят проблемой выживания.

Зиг хмыкнул.

– Ладно. А сейчас-то, когда ты в безопасности, у тебя появились идеи?

Соколов отрицательно замотал головой.

– Могу лишь предположить, что это как-то связано с… тем о чем нельзя говорить.

– Квантовый компьютер? Возможно. Не зря у нас их запретили.Видимо, действительно опасная штука. Ладно. Ты принят. Жалованье будешь получать после каждого задания. Сумма… зависит от сложности. Иди в казармы, сержант объяснит тебе правила внутреннего распорядка.

Глава 13

Зиг кивнул, отпуская Артема. В казарме он встретил худощавого мужчину, на вид лет сорока. Одет в поношенный, но аккуратный, идеально выглаженный комбинезон. У него было усталое лицо, а глаза казались проницательными: цепкий взгляд некоторое время изучал фигуру Соколова, затем он представился:

— Лейтенант Николас. Иди за мной.

Они шли по лабиринту коридоров. Мерцающие люминесцентные лампы резали глаза, но их свет был тусклый, в коридорах царил полумрак. Стены из грубого бетона, безо всяких обоев и покраски. Кое-где висели замотанные изолентой провода, а в некоторых местах на стенах виднелись ржавые подтеки. Иногда попадались двери. Они были закрыты, но оттуда доносились голоса и шум каких-то аппаратов. Пахло машинным маслом, потом и чем-то едким.

– Неофициально меня зовут Коля, – сообщил лейтенант Николс по дороге.

Они остановились перед тяжелой металлической дверью, на которой были выцарапаны какие-то надписи и рисунки, некоторые из них были замазаны краской.

— Здесь твои новые соседи, — сухо сказал Николас, кивком указывая на дверь. — Сержант Каменев тебе все объяснит.

Дверь со скрипом отворилась, и Артем шагнул внутрь.

Он оказался в большом прямоугольном помещении, освещенном желтым светом свисающей над столом лампы. Ее свет был такой тусклый, что двухъярусные металлические койки вдоль стены практически тонули во тьме. Эти койки были заправлены грубыми матрасами и серыми одеялами. Межу ними ящики, рюкзаки, висевшие на крюках, какие-то тумбочки. На тумбочках сущий бардак: грязные ботинки, мятая одежда, пустые упаковки из-под сухпайков. По центру – длинный стол из грубо сколоченных досок, вокруг которого стояли такие же грубые табуреты. На столе игральные карты, пустые кружки и какие-то разобранные механизмы.

За столом сидел какой-то бритоголовый тип. Из особых примет у него можно было заметить шрам на пол-лица, пересекающий левую бровь. В тот момент, когда Артем вошел, этот человек протирал тряпкой какую-то деталь, похожую на дуло от бластера.

– Сержант Каменев, – представил он, едва заметно кивнув, – А это, – он указал на здоровенного детину с рыжей бородой, заплетенной в несколько косичек, – Громила.

– Можно просто Гром буркнул тот.

Несмотря на свой устрашающий внешний вид, в глазах Грома было какое-то добродушное лукавство.

На верхней койке у стены, читая потрёпанную книгу с обложкой, изображающей древний звездолет, лежал худощавый парень в очках. Как чуть позже сказал Каменев, его прозвали «Книжник». Он выглядел совершенно нетипично для наёмника – скорее как ученый или студент.

У другой стены, сосредоточенно разбирая что-то похожее на рацию, сидела женщина с коротко стриженными темными волосами и очень острыми чертами лица. Она представилась сама.

– Искра. Так меня прозвали, потому что я тут… самая быстрая. У меня отличная реакция, так что не советую со мной… заигрывать. А еще я нехило шарю в электронике.

Еще двое или трое наемников спали на койках, накрывшись одеялами с головой, или просто дремали.

— Значит, новенький, – задумчиво проговорил Каменев, внимательно рассматривая новобранца. — Твое имя как?

— Артем Соколов.

— Соколов. Ладно. Пожалуй, я тебя представил всем. Кто… в строю. Я, как тебе уже сказали, сержант Каменев. Вот здесь ты будешь жить, – он махнул рукой в сторону коек, – найди свободную и располагайся. Да, обстановка спартанская, но ты еще должен доказать, что достоин лучшего. Правила просты, как пустынная каракатица: никаких выкрутасов, никакой самодеятельности, и, самое главное, никаких соплей, здесь казарма, а не дом благородных девиц. Уяснил?

Артем кивнул.

– Отлично.

Сержант, заметив, что Соколов неуверенно мнется, не зная, как определить, свободное это место или нет.

– Твоя койка вот эта, – он указал на скрипучее ложе в нижних рядах, – давай, располагайся. Завтра брифинг по первому заданию. И еще. Запомни. Держи рот на замке. Никаких разговоров о прошлом: здесь все начинают с чистого листа. Уяснил?

– Да.

– Иначе быстро кончат, – добавил Громила с усмешкой разглядывая Артема, – Значит, ты новенький. И на какую позицию тебя взял Зиг?

– Снайпер, – ответил Артем.

Громила расхохотался. Соколов молчал, не понимая, что его так рассмешило. А сержант Каменев, тем временем, отвернулся, давая понять, что он потерял к разговору всякий интерес.

– Снайпер… – Громила произнес это слово с таким пренебрежением. Как будто говорил о чем-то мерзком, – был тут у нас один снайпер. Правда, он больше по тарелкам в тире специализировался… Ладно, снайпер, покажешь потом, чего стоят твои «стрелялки».

Тут в разговор включилась Искра:

— А что за ствол предпочитаешь? Лазер или кинетику?

Вопрос застал его врасплох. Артем не знал, чем одно отличается от другого.

– Э…м, – промямлил он, – если честно… я не знаком со всем арсеналом. Пользуюсь только бластером.

– Значит, совсем «зеленый», – встрял в разговор книжник, отовравшись от учебника. Его очки блеснули в полумраке, – интересно… что Зиг в тебе нашел? Я знаю, он предпочитает проверенных бойцов…

Каменев рявкнул:

– Отставить вопросы! Не нам обсуждать решения командования. Уяснил? И.. это, книжник. Кончай свои бумажки читать. Давай, почисти лучше свой бластер. А ты, новенький, – он повернулся к Артему, – прибери постель.

Соколов кивнул, подошел к своему месту. Вспомнил, как еще в своем мире, в армии, его заставляли заправлять постель по десять раз, пока он не научился делать идеально. Мышечная память не подвела. Вскоре его койка выглядела идеально, и даже Каменев посмотрел на него уважительным взглядом.

Потом Артем принялся раскладывать свои немногочисленные пожитки. Так начались его суровые солдатские будни.

Глава 14

Резкий, пронзительный вой сирены вырвал Артема из сладких объятий сна. «Подъем! Всем наемникам – подъем!» – раздался механический голос из динамиков, откуда-то с потолка казармы. Соколов, еще не до конца проснувшийся, еще плохо ориентировавшийся в пространстве, машинально оделся. Его новая койка была грубая, но теперь она казалась настоящим раем по сравнению с голым полом трущоб, на котором он спал раньше. Мысли о комфорте, правда, быстро рассеялись, когда он увидел остальных наемников. Среди них были знакомые лица: Книжник, Искра, Громила. Но он заметил и новые, с суровыми, настороженными взглядами. Солдаты быстро собирались, и Артем тоже поторопился идти вслед за всеми.

– Сегодня – операция «Зачистка», – раздался голос сержанта Каменева, казалось, возник из ниоткуда.

Соколов повернул голову. Лицо сержанта было непроницаемым, как обычно.

– Цель – логово банды «Стальные Змеи» в поселении Дрифтстоун, – продолжал он громогласным голосом. – Это незаконное бандформирование терроризирует жителей, грабит караваны, убивает мирных граждан. Ваша задача – уничтожить их всех. Без пощады.

Артем почувствовал, как его охватил озноб и по спине пробежал холодок. «Уничтожить всех» – приказ простой, но в этих словах была скрыта тяжесть. Артем вспомнил симуляцию. В ней он без колебаний убивал виртуальных врагов. Но то была игра. А теперь... Теперь придется убивать или самом быть убитым по-настоящему. Не в игре.

Тяжелые солдатские сапоги гулко скрипели по бетонному полу казармы. В тускло освещенных коридорах мелькали тени, когда солдаты мерно двигались вперед. Артем тоже шел среди этого потока людей в форме. Наконец, они вышли к ангару, где уже стояли самоходные махины – подвижные железные крепости. Правда, громко сказано – крепости. Эти чудовищные неповоротливые трейлеры на огромных гусеницах были собраны из ржавых обломков разбитых звездолетов и какого-то хлама. Корпуса машин были сплошь испещрены вмятинами и следами от попадания снарядов. Окон не было. Вместо них маленькие матовые иллюминаторы из толстого оргстекла.

Артем занял место у «окна». Он пытался смотреть сквозь пятна грязи. Это удавалось с трудом. За стеклом едва можно было различить окружающий пейзаж, который, к тому же, не отличался разнообразием: пустыня, оранжевые дюны. Все это проплывало сначала медленно, но по мере того, как машина набирала скорость, ландшафт начинал меняться. Картина за окном стала еще более мрачно и сюрреалистичной.

На горизонте показались какие-то развалины. Когда приблизились, Артем смог рассмотреть силуэты полуразрушенных строений, чем-то напоминающих гигантские скелеты. Сломанные заводские трубы ощетинились в небо острыми краями, из которых торчали обломки кирпичей. Со стен осыпалась штукатурка, словно они теряли крохи былого величия. Вокруг валялись груды ржавого металлолома, искореженные остова машин, какие-то механизмы. Некоторые из них почему-то блестели на солнце как рыбья чешуя. Затем пошли покосившиеся лачуги, без дверей, вход в каждый из таки «домов» был прикрыт выцветшими тряпками. Все это сливалось в какие-то бесформенные, гниющие массивы, где копошились фигуры людей, закутанных в грязные лохмотья. Они копались в мусоре, на их лицах застыла маска вселенской тоски и безысходности.

Артем почувствовал, как по спине пробежал холодок. Именно в таких трущобах он недавно жил, именно с них начался его путь в этом странном мире. Он вспомнил, как собирал хабар, как сдавал его носатому. Вспомнил встречу с Ником, бандитов, кражу бластера, бегство, бой с монстром, встречу с Кайлой.

— О чем так усердно думаешь? — сидящая рядом Искра игриво ткнула его в бок локтем. Удар был неожиданным и чертовски ощутимым, даже сквозь толщу бронекостюма. Не то, чтобы больно, но достаточно, чтобы выбить из задумчивости.

— Ты чего? — с ноткой искренней обиды в голосе проворчал парень.

Она хохотнула — резко, как треск статики. Заразительно так прямо.

— Ты солдат, или кисельная барышня? Так о чем думал? Судя по твоей физиономии, будто на ней нарисованы райские кущи, о чем-то приятном, да?

Соколов замер, взгляд скользнул по ее лицу, обрамленному открытым забралом шлема. Загорелая, обветренная кожа, лицо жесткое, будто выточенное сталью сражений. Глаза, ярко-синие острые, жестко смотрят в самую душу.

— Ну, выкладывай уже! — Новый тычок в бок, на этот раз чуть нежнее, но не менее настойчивый.

— Ты знаешь, кто такая Кайла? — ляпнул он, не подумав – ее имя само сорвалось с языка. В этот момент жгучее, непреодолимое желание разгадать этот мир и разобраться во всем, захлестнуло Артема с головой. Он, забыл все предостережения Зига о том, что здесь лишние вопросы не поощряются.

— Кайла? — Искра прищурилась, и в ее синих глазах блеснули озорные огоньки. — О, значит, это о ней ты думал с такой «лыбчокой»? Тебе так интересно, где сейчас твоя пассия греется, да? – она сделала небольшую паузу, – Знаешь…в этом мире о девицах обычно спрашивают, когда хотят узнать, где их найти... или похоронить.

— Похоронить? — Артем почувствовал, как голос сорвался, а горло судорожно сглотнуло. Взгляд его невольно метнулся к мутному окну, за которым мелькали тени трущоб. — Ты что такое говоришь?

Искра снова расхохоталась, но теперь в ее заливистом смехе, который ранее был похож на треск статического электричества, звучала резкая, чуть нервная нотка.

— Ну и рожа у тебя! — она покачала головой, не переставая ехидно фыркать. — Перепуган, как застигнутый на помойке крыс.

— Я серьезно спрашиваю! — Артем нахмурился, подбородок его напрягся. Обида жгла сильнее, чем страх.

Внезапно смех Искры оборвался. Это было похоже на то, как будто кто-то резко выключил рубильник. Улыбка тут же спала с ее лица. Искра смотрела на Артема холодно, как будто в ее глазах была глыба арктического льда. А еще в ее взгляде, пронзающем, словно лазерный луч, пылал гнев. Да, такие вот лед и пламя. И этот ее ледяной и гневный взгляд буквально бросал в дрожь.

– А если серьезно… – она сделала паузу, – какое у тебя к ней дело?

Артем тут же вспомнил слова Зига. Они острым уколом пронзили создание: «Здесь не любят слишком любопытных». Он почувствовал себя, словно попавшим в ловушку. Но было уже поздно что-либо делать. Оставалось только ждать развязки.

А Искра продолжала сжимать плечо железной хваткой.

– Ну, я жду ответа, – сухо проговорила она.

Ее тонкие, но сильные пальцы продолжали давить, причиняя жгучую боль. Соколов молчал, не зная, что сказать.

— Если ты втихаря собрался барыжиться артефактами, то... короче, не надо крысятничать. Понял?

Искра наклонилась так близко, что Артем почувствовал ее дыхание.

— В смысле «крысятничать»? — Артем моргнул, отстранился.

Он попытался осознать смысл ее слов.

— В том смысле что делиться надо, — пояснила Искра.

Ее хватка стала еще сильнее, костяшки пальцев побелели.

— Да я вовсе не собирался ничем «барыжить» на этом вашем «черном рынке»! — Он попытался выдернуть руку, но тщетно.

Ее пальцы опять надавили, причинив острый укол боли. Артем охнул и дёрнулся со сдавленным стоном.

— Ты что, воешь, как баба? — Голос ее был по-прежнему тих и холоден. — Отвечать надо за свои поступки, солдат. А за ложь тут ломают… гораздо больше, чем просто руку.

— Да ничего я не сделал… — пробормотал он, чувствуя себя пойманным и беспомощным. Отчаянно захотелось вырваться из этой стальной хватки, но он понимал, что только ухудшит положение.

Искра изучающе посмотрела на него, и Артему показалось, что она читает его мысли. Затем, с каким-то странным удовлетворением, она медленно разжала пальцы. Боль постепенно отступила, но на рукаве брони остался глубокий вмятый след.

— Ладно. Притворимся, что ты действительно втрескался в Кайлу, — в ее взгляде исчез гнев, голос стал мягче, но от этого не менее угрожающим. Уголок рта дернулся в усмешке, похожей на оскал хищника. — Но… если найдешь артефакт, не забудь поделиться со всей нашей… бандой. И поверь, мы узнаем, если ты забудешь.

Повисла тягучая, давящая тишина, нарушаемая лишь мерным рокотом двигателя этой стальной махины. Слышался чей-то тихий шепот с задних мест. Артем продолжал смотреть через мутное, грязное стекло. Там, по ту сторону броневика все еще тянулись трущобы, бесконечные ряды хижин, сделанных из обломков железа и какого-то мусора. Здесь тоже многочисленные обитатели копошились на свалках, выискивая хабар, но Соколов уже не смотрел на них, его взгляд был устремлен вперед. Он с ужасом ожидал начала операции.

Послышался щелчок. Артем покосился на Иску. Она проверяла свой гермокостюм, перебирая тумблерами на наруче.

Внезапно мотор взревел как бешенный, броневик дернулся и остановился с чудовищным скрежетом. Артема по инерции бросило вперед, он жестко налетел на перекладину впереди стоящего сидения. Почти в унисон защелкали замки на забралах: наемники дружно закрыли свои лица визорами. Лиц не было видно – теперь их закрывали непроницаемые, сверкающие пластины. Артем, следуя их примеру, тоже затворил забрало, погрузившись в сумеречный мир, видимый через узкую щель визора.

В наушниках раздался слегка хриплый голос сержанта Каменева, немного искаженный помехами:

— Боевая задача – уничтожить. Всех. Без пощады. По завершению операции вернуться в транспорт. Как поняли, прием?

Ответы прозвучали практически синхронно. Голоса были резкие, отточенные, лишенные эмоций.

— Ясно.

– Есть!

— Задачу понял.

— Так точно, — голос Артема прозвучал неожиданно твердо.

Парень едва скрывал волнение, предательский холодок все еще шевелился где-то глубоко внутри.

Сжимая рукоять бластера, Соколов проследовал к аппарели. Он услышал глухой скрип и металлический лязг. Внутрь машины ворвался холодный, пыльный воздух, он принес с собой запах гнили и запустения. Артему открылся вид на поселение – уже знакомое ему нагромождение покосившихся лачуг, груд гниющего мусора и искореженного металлолома. Все это практически ничем не отличалось то того захолустья, где он раньше жил. Только вот тут не было изможденных и унылых оборванцев в лохмотьях. Вместо них из-за ветхих стен, из проемов, похожих на пустые глазницы, появились крепкие парни с налитыми злобой глазами. Некоторые из них были почти голыми по пояс, на их телах виднелись шрамы и самодельные татуировки, другие носили куски брони, наспех приделанные к обрывкам одежды. В руках бандитов поблескивали кастеты, звенели нунчаки, сверкали лезвия самодельных ножей и топоров, наспех заточенных, но от этого не менее смертоносных. Это были не нищие, а «Стальные Змеи».

Артем, тяжелый и неуклюжий в своем бронекостюме, поднял бластер, ощущая его привычную, успокаивающую тяжесть. Холодок все еще шевелился где-то глубоко внутри, но на лице, скрытом забралом, не дрогнул ни один мускул. Он был готов.

Аппарель опустилась с громким металлическим скрежетом. Когда она легла на землю, выскочили тяжелые штурмовики, шумно топая своими сапогами. Они шли синхронно, в ногу. Ать-два, ать-два. Артем следовал за Искрой, точно так же чеканя шаг и держа наготове бластер, казавшийся ему продолжением его руки.

Солдаты быстро занимали позиции. Некоторые прятались за остатками ржавых контейнеров, другие прижались к покосившимся стенам заброшенного склада, с выбитыми окнами, напоминающими пустые глазницы.

Артем вспомни свои навыки компьютерных игр. Он сориентировался довольно быстро, нашел укрытие – полуразрушенная кирпичная кладка. Оттуда он и открыл огонь. Но враг оказался довольно слабенький. «Стальные змеи» наступали, но неорганизованно. У них не было никакой тактики. Они просто шли в порыве гнева и отчаяния, издавая гортанные крики и размахивая импровизированным оружием. Артем видел их лица, искаженные страхом и ненавистью. У них не было бластеров, а те дубины, даже утыканные острыми шипами, не могли причинить вреда бойцам, одетым в бронекостюмы.

Соколов прицелился. Заставил себя нажать на курок. «Уничтожить их всех. Без пощады», – до сих пор звенел в ушах его голос сержанта Каменева.

Артем действовал машинально, не думая. Но каждый выстрел попадал в цель. Он не промахнулся ни разу, как в той компьютерной игре. Казалось, Артем слился со своим костюмам, с бластером, он был словно в каком-то сне, стараясь не думать, что убивает живых людей. Но это удавалось плохо. Предательский холодок продолжал подниматься по позвоночнику. Рука дрогнула. Первый промах. Соколов сжал зубы. «Соберись», – сказал он сам себе и выстрел в амбала с татуировкой, который бежал на него, размахивая дубинкой с шипами. Буквально одна секунда отделяла его от удара. Но враг споткнулся, и, захлебываясь кашлем, рухнул на колени. В его груди дымилась огромная дыра. Конечности еще двигались по инерции, а глаза, полные слепой ярости, расширились от шока и боли. «Мы не бандиты, мы просто пытаемся выжить», – донеслись до Артема его последние слова.

Вид поверженного противника, его голос, его глаза, заставили руки Артема дрожать. Он невольно опустил бластер. Это было не боевым кличем, не угрозой. Это была просто мольба человека, который хотел жить.

Бой продолжался. Вокруг грохотали выстрелы, слышались крики. Кого-то зацепила дубинка противника, но она не могла пробить прочную ткань гермокостюма. Еще один из «Стальных змей» превратился в тлеющее жареное тело, расстрелянный из бластера в упор. Артема одолевали сомнения. Время для него словно остановилось. Все смешалось в вязкий, оглушительный гул. Соколов не замечал происходящего вокруг, его взгляд был прикован к тому, что еще секунду назад было живым человеком.

Артем шел вперед. Враги отступали. На пути попадались обгоревшие, рваные трупы, куски тел. Все это тлело и источало тошнотворный запах жареного мяса и жженого пластика. Соколов старался не смотреть на это, но все равно в глаза бросались изуродованные тела. На одном одежда истлела, обнажив кровоточащие раны. Головы не было, вместо нее почерневшая головешка. У другого наоборот, голова была на месте, а тело разрезано пополам лазерным лучом в районе пояса. Глаза трупа были широко распахнуты, рот приоткрыт в немой, предсмертной мольбе. «Мы просто пытаемся выжить», – вспомнил Артем слова одного из «Стальных змей». Они продолжали звенеть в голове, заглушая шум боя. Артем продолжал шагать по останкам противников.

Бластер держать было тяжело. Он словно налился свинцом. Стрелять было больше не в кого – все «Стальные змеи» оказались перебиты, и рука с оружием медленно опустилась. Артем двигался машинально, все шли и он шел. Бой перешел в фазу окончательной зачистки, солдаты заглядывали в щели, в окна домов, проверяя, не прячется ли там кто. Чисто. Артем тоже проверял. Тоже заглядывал во все углы и потаенные места. Живых больше не попадалось. Только изуродованные и обожженные трупы.

Соколов остановился, чтобы перевести дух. Его губы издали тихий стон:

– Что же мы натворили.

Но никто, кроме него самого, не услышал этот риторический вопрос.

– Что встал, салабон! – Артем почувствовал довольно ощутимый удар в спину, выведший его из оцепенения.

– Давай-давай, поторапливайся, – снова бронированный кулак впечатался в гермокостюм.

– Не отставай, – голос Искры раздался в наушниках.

Сама она была уже впереди и быстро оглянулась на Артема. Тот поспешил вперед, к следующему ряду лачуг, но его все равно продолжали подгонять:

– Шевели булками! – новый тычок. Еще более мощный, едва не сбил Артема с ног. – Не тормози!

Парень ускорил шаг, он буквально бежал. Бронированные ботинки хрустели по обломкам битого кирпича, кусков арматуры, стекла. Артем продвигался вперед, стараясь не задерживать взгляды на трупах, коих, к счастью, попадалось все меньше и меньше. Тем не менее, Артем продолжал сканировать пространство на предмет притаившихся где-нибудь противников. Голоса товарищей продолжали звучать в наушниках:

– Чисто!

– Миха, слева! Смотри в оба.

– Это пацан какой-то, не опасен, он убегает.

– Добей!

По спине Артема пробежал холодок. «Убить ребенка? Не слишком ли жестоко?». Он снова вспомнил предсмертные слова убитого противника: «Мы просто пытаемся выжить!»

Враги иногда попадались, но Артем больше не стрелял. Ему казалось, что его тело потяжелело от шока. Он двигался медленно, не в силах поднять бластер. Но противников добивали другие. Синий луч, шипение, предсмертный крик. «Вы просто пытаемся выжить!», – назойливой мухой засели в сознании Артема эти слова. Он видел, как прячущиеся в лачугах фигуры падали в предсмертной агонии. И, что самое страшное, не все они были теми амбалами из «Стальных змей». Наемники убивали и простых жителей трущоб.

– Да что вы творите! – гневно воскликнул он.

– Приказы не обсуждают, приказы выполняют, салага, – послышался тут же в наушниках ответ одного из коллег по оружию.

– Это же мирное население!

– Не такое уж оно мирное, – голос Искры, – посмотри налево, солдат.

Соколов увидел, как один из оборванцев поднял колючую дубину и бросился на одного из наемников. Синяя вспышка – и вот он уже лежит обугленный на куче мусора.

Артем решил не выяснять, кто прав, а кто виноват. Возможно, эти «мирные» вовсе и не мирные. В любом случае, на войне приказы нужно выполнять. А это – война.

Соколов стиснул зубы и ринулся вперед, стараясь не обращать внимания не предсмертные стоны убитых. Он представил, что это просто игра. Так легче. И вот теперь, Артем, словно берсерк, бежал вперед, и даже иногда стрелял, оставляя позади себя дымящиеся тела и, казалось, осколки собственной души. Взрыв адреналина временно заглушал назойливые слова: «Мы просто пытаемся выжить». Но холодок в груди продолжал ныть, как заноза.

Битва подходила к концу. Выживших «Стальных змей» практически не осталось. Наемники заглядывали в оставшиеся хижины. Еще не проверенные. Они были пусты. Лишь в одной был обнаружен худощавый парень, наполовину обмотанный грязной тряпкой, бросился вперед, размахивая куском арматуры. В своем выпаде он был похож на древнего гладиатора, чей безумный крик оборвался на полуслове. Синяя вспышка, лазерный, и тело несчастного, разрезное пополам – туловище слева, ноги справа, рухнуло на покрытую ветошью землю, которая служила в хижине полом. Наступила тишина, нарушаемая лишь чьим-то шагами и лязгом трофеев, подбираемых наемниками: кто-то взял себе выпавший из расслабленных пальцев убитого кастет, кто-то присмотрел острый кинжал, кто-то дубинку с шипами. По сравнению с бластерами это, конечно, так себе оружие, но, видимо, здесь знали, что с ними делать. Артем не взял себе ничего – он не понимал, зачем таскать с собой лишний и бесполезный груз.

Тишину нарушил сухой голос сержанта Каменева:

– Боевая задача выполнена. Возвращаемся. Как поняли?

– Ничего не слышу! – тут раздался чей-то недовольный возглас.

Однако, Артем слышал. Он слышал каждое слово. Каждое слово командира и наемников, которые в один голос вредили про помехи и плохую связь.

– Что происходит? – спросил Соколов у одного их коллег по оружию, который шел, размахивая трофейной дубинкой.

– Не твое дело, салабон!

Он зашагал дальше, но потом свернул в одну из хижин. Артем пожал плечами и зашагал к маячившей вдали громаде броневика.

– Зачем вы подбираете эти железки? – Артем задал этот вопрос в общий эфир, – может мне тоже стоит прихватить?

Никто не ответил. Соколов хотел тоже поднять трофейный нож, так, на всякий случай. Но его оттолкнул один из наемников, сказал:

– Иди отсюда, салага, не мешайся.

Это был массивный амбал в поношенной броне. Он склонился над обожженным телом и стал с какой-то алчностью обшаривать карманы в его штанах. Он что-то нале, распрямился. В руках наемника блестел какой-то предмет: может, монета, может, какой-нибудь артефакт, имеющий ценность в этом жестком мире.

Артем двинулся дальше. Проходя мимо лачуги, чья стены была выбита бластером, он заметил еще одного мародерствующего наемника. Он копался в мусоре, грудах тряпья, пустых консервных банок, и остатках сломанной мебели. В его горле словно застрял ледяной ком. «Неужели это все, ради чего мы здесь, – с ужасом подумал парень, – Чтобы убивать тех, кто просто пытался выжить, а потом просто грабить поселение? Но что они тут ищут? Какие ценности могут храниться в трущобах?»

И тут на плечо Артема легла чья-то тяжелая рука.

– Не бери близко к сердцу, – услышал он голос Искры, – они получили по заслугам. Ты думаешь, это просто мирные жители, несчастные нищие, которым не повезло в жизни? Тут всем не повезло. Но эти «Стальные змеи» точно так же грабили другие поселения. Они нападали на караваны, чтобы забрать их товар. И они убивали при этом всех. Не щадили никого.

– Тогда почему они нищие, если «успешно грабят»?

– Потому что все награбленное они спускают в местном баре.

– А зачем ты подобрала эту штуку? – Артем указал на болтающуюся у Искры на поясе колючую дубину, – она что, имеет какую-то ценность?

– Да, если знаешь, кому продать. Пойдем. Пора отправляться. Броневик уже заведен.

Глава 15

Этой ночью Артем не мог уснуть. Он вновь и вновь прокручивал в голове детали боя, предсмертные крики убитых, сосредоточенные лица коллег по оружию, которые шли, методично расстреливая людей, вооруженных лишь ножами да арматурой. «Бластеры против отчаянных жителей трущоб с палками. Оправдано ли это? – рассуждал он, – Возможно, они действительно бандиты. Но зачем их так вот истреблять? Разве не правильнее бы было пустить усыпляющий газ, затем надеть на них наручники и потом по-честному судить? Или в мире Жестокой Галактике просто убивают без суда и следствия? Судя по описанию игры, так и есть». В Империи, насколько успел запомнить Соколов, законы чем-то напоминают законы фашистской Германии середины двадцатого века.

«Мы просто пытаемся выжить!» – про себя прошептал Артем слова одного из застреленных бандитов. Он сжал кулаки. Слеза скатилась по щеке, обожгла, он смахнул её тыльной стороной ладони.

Это заметила Искра. Соколов подумал, что сейчас она будет над ним насмехаться – мужчине не положено плакать. Он даже отвернулся к стене, чтобы никто не видел минуту его слабости. Но коллега по оружию не стала смеяться. Она, одетая в джинсы и грязную футболку, присела рядом с его койкой.

– Я тебя понимаю, – прошептала она, положив руку ему на плечо, – Я тоже прошла через это в первом бою. Я тоже рыдала, оплакивая убитых мною противников. Но ты пойми – чувство вины здесь непозволимая роскошь. На войне как на войне.

В ее голосе не было цинизма. Только боль. Глубокая, спрятанная в недра души боль.

Она продолжала говорить, рассказывая, выстрелила из бластера, как в груди ее противника появилась рваная дыра, откуда хлестал фонтан крови. Затем замолчала, хлопнув парня по спине:

– Спи давай. Завтра, возможно будет еще одна такая же заварушка.

Искра встала, бесшумно ступая босиком по бетонному полу, и исчезла в полумраке казармы. Артем остался один. Он уставился в потолок, чувствуя на плече тепло там, где лежала её рука. Вина никуда не ушла. Но он вдруг понял, что не один в этом аду.

Сон накатил внезапно. Вот Артем лежал на армейской койке, а вот он уже в офисе в «Сколково», снимает шлем после полета в черную дыру. Рядом улыбающаяся Катерина, поздравляет его с первым найденным багом. Потом день зарплаты, Соколов отмечает первый месяц новой работы в одном из московских баров. Он пьет пиво в компании коллег, Катерина одна из них. И вдруг она превращается в Кайлу, коллеги – людей с бластерами, бармен – в инопланетянина с сиреневым лицом и длинными ушами. Артем с ужасом понимает, что все по-настоящему, что все эти трущобы и зачистка в Дрифтстоуне. Потом он увидел цинковые гробы. Ровными рядами, как на военном складе. Внутри — те, кого он убил. Они открывают глаза. Садятся. Тот парень с татуировкой змеи на шее поднимается первым. Он снова шепчет: «Мы просто пытаемся выжить».

Соколов издал короткий крик и проснулся. Сердце колотилось где-то в горле. Он судорожно оглядел казарму — бетон, сталь, чужие лица. Не Сколково. Не Москва.

– Чего орешь? – прикрикнул на него Гром.

Искра, спавшая через две койки, приподняла голову. Взгляд — не насмешливый, а тревожный. Но она ничего не сказала, только отвернулась к стене.

Сон снова накрыл Артема с головой — тягучий, вязкий, наполненный тревожными образами. На этот раз перед внутренним взором мелькали трущобы: покосившиеся лачуги из ржавого металла, горы мусора, зловещий зелёный свет огромной луны. Вот Ник сжимает в руке кусок жареного мяса и протягивает его Артему. Вот инопланетяне — синекожие, длинноухие, с хоботами вместо носов — булькают на своём гортанном языке, отсчитывая жалкие монеты. Потом всё смешалось в один бесформенный, липкий кошмар, из которого не было выхода.

Резкий, пронзительный сигнал подъёма вырвал его из этого марева, как лезвие хирурга, разрезающее гнойный нарыв. Артем открыл глаза. Потолок казармы — бетонный, в трещинах, с облупившейся краской — медленно перестал вращаться. Голова раскалывалась так, словно внутри поселился отбойный молоток. Язык прилип к нёбу, во рту — привкус ржавчины и горечи.

На утреннем построении, когда наёмники выстроились в две шеренги посреди плаца, залитого тусклым светом двух местных солнц, сержант Каменев окинул отряд своим тяжёлым, немигающим взглядом. Он помолчал несколько секунд — достаточно, чтобы все напряглись в ожидании нового кровавого приказа. А затем нехотя, словно делая одолжение, процедил:

— Вам повезло. Увольнительная.

По шеренге пробежал сдержанный, но ощутимый вздох облегчения. Громила довольно хмыкнул, Книжник поправил очки.

После построения, когда солдаты разошлись кто куда, Искра подловила Артема у выхода из казармы. Она уже успела переодеться в поношенную кожаную куртку и узкие штаны с заплатками на коленях. Её короткие тёмные волосы торчали в разные стороны, но выглядела она бодрой, почти весёлой.

— Какие планы? — спросила она, шутливо толкнув его локтем в бок. Удар, впрочем, вышел ощутимым — даже сквозь усталость.

Артем поморщился. Не столько от боли, сколько от звука собственного голоса — хриплого, чужого.

— Не знаю, — ответил он, потирая висок. — Что-то башка трещит… Слушай, тут есть медпункт?

Искра глянула на него с прищуром. Её синие глаза блеснули холодным лукавством. Уголок губ дёрнулся в усмешке, которая могла означать что угодно: от искреннего сочувствия до ехидного подкола.

— Есть, — протянула она. — «Ржавый гвоздь» называется.

Артем на секунду задумался, но голова болела слишком сильно, чтобы строить догадки. Он понял намёк не сразу, а когда понял — выдавил из себя нечто похожее на усмешку:

— Ты предлагаешь нажраться?

Искра вздохнула, театрально закатила глаза и взяла его под локоть — властно, по-хозяйски, не терпя возражений.

— Думаю, в твоём случае поможет. Пошли. Только без этих сопливых соплей. В баре не принято плакаться в жилетку.

Глава 16

В баре царила всё та же атмосфера бардака и затхлости. Кучи мусора, запах пота, машинного масла и алкоголя.

– Ты не знаешь, что тут пьют? – спросил Артем, – в прошлый раз я заказал коктейль «Космическая гадость». Он оправдывает свое название.

– Лунный самогон возьми. Говорят, после трех стопок начинаешь видеть будущее, – подсказала Искра.

Они стояли возле обшарпанной стойки, бармен, инопланетянин непонятного пола, на голове у него (или у нее) щупальца вместо волос, зловеще извивались как змеи на голове медузы Горгоны. Существо разговаривало на каком-то шипящем языке, но по-русски понимало и быстро отмерило два стопарика прозрачной, как горный хрусталь, жидкости.

Артем залпом выпил и едва не закричал. Ему показалось, что по пищеводу пролился раскаленный свинец, превратив желудок в пульсирующий огненный шар. На секунду мир перед глазами помутнел, а потом ударил по мозгам такой ясностью, что Артем испугался — не начинает ли он и правда видеть будущее? Но нет. Это было просто опьянение. Дикое, агрессивное, мгновенное. Искра, наблюдая за его реакцией, криво усмехнулась и выпила напиток, даже не поморщившись.

– Еще по одной? – предложила напарница.

Соколов отрицательно замотал головой.

– Может закусим сначала?

– Это бар, чувак, – Искра дружески хлопнула его по плечу, – тут пьют, а не едят.

Перед глазами все плыло. Артем держался за спинку стула и вполуха слушал откровения Искры. Та, заметив, что он ещё в сознании, продолжила, словно между ними и не было паузы:

– Моё детство проходило в шахтёрском посёлке на планете Кшадар. Драться научилась рано – в нашем жестоком мире надо уметь постоять за себя.

Она замолчала, уставившись в свой пустой стопарик. Глаза её остекленели – то ли от выпитого, то ли от воспоминаний.

– Отец погиб под завалом, мать спилась, – добавила она тихо, почти шёпотом. – Меня приютила одна банда. Им нужны были хорошие бойцы. А потом я подалась в наемники.

Они заказали еще по одной. Того самого лунного самогона. На этот раз Артем пил медленно, но все равно огонь жег изнутри.

– А ты чего молчишь? – начала теребить его Искра. – Поделись своей историей.

– Не поверишь… – махнул рукой Соколов.

– Все так говорят. Ты не уникальный.

Артем некоторое время молча, не зная, стоит ли рассказывать странную правду. Потом махнул рукой, сказав:

– Давай по третьей.

Следующая порция напитка выбила его сознание из мозгов и отправила куда-то далеко. Артем был здесь и не здесь. Он говорил, не следя за своим языком, просто озвучивая возникающие в мозгах образы: работа в Сколково, авария квантового компьютера, перенос в другую вселенную, трущобы.

А потом слова кончились. Потому что перед глазами возникло совсем другое. Чужое. Не из его прошлого.

Зал суда. Он в наручниках, в клетке. Два охранника в серых комбинезонах держат его на прицеле бластеров. Судья в мантии зачитывает приговор:

– … именем закона Империи приговорить подсудимого к смертной казни: отдать на съедение крабоидам.

Артем, напуганный увиденным, сорвался с места и выбежал из бара. Он двигался стремительно, по дороге задев чей-то стул. На улице парень жадно глотал ртом воздух. Желудок свело спазмом. Соколов согнулся пополам и блеванул на песок. Кто-то положил ему руку на плечо. Искра.

– Не ссы, чувак. Бывает… – сказала она. – Может быть, ты увидел будущее не из этой ветви реальности.

– Что? – он повернулся и посмотрел на нее остекленевшим взглядом.

Искра пожала плечами.

– Ты видел лишь один вариант развития событий. Но… дорог много. Возможны варианты.

– Какие, к черту варианты? – Артем постепенно приходил в себя, но его все еще мутило от пережитого.

И тут, сквозь шум ветра и собственное дыхание, он услышал детский голос — испуганный, захлёбывающийся плачем:

– Не надо! Пожалуйста…

Соколов повернул голову на звук. Какой-то мудак в сером комбинезоне, со спущенными штанами держал за волосы девочку и принуждал ее к сексу.

– Негодяй! – крикнул Артем и выстрелил в него из бластера.

Обугленные куски тела полетели в разные стороны. Рядом с останками на песок упал металлический жетон, на котором Соколов увидел эмблему: череп с двумя скрещёнными костями на фоне шестерни.

Глаза Искры округлились от ужаса. Она схватила его за руку и потянула к глайдеру:

– Уматываем, быстро.

Когда они уже взмыли в воздух, Искра произнесла ледяным тоном:

– Ты идиот, Артем. Дурак.

– Но он насиловал… девочку…

– Ты что, ослеп?! Это энцелоп! – прошипела она.

Глайдер парил над пустыней, стремительно удаляясь от бара «Ржавый гвоздь». Искра посадила его за грядой из барханов, и сказала:

– Тебе надо валить с этой планеты. Срочно. Иначе тебе не жить. Мы тебя не знаем. Ты нас тоже. Найди Кайлу, она тебе поможет.

Артем продолжал сидеть на заднем сидении, боясь пошевелиться.

– Ты не понял? – глаза Искры злобно блеснули, – давай, слезай. Дальше пойдешь пешком. Я тебе подбросила, насколько могла. Тут недалеко, километров десять. Там, – она махнула рукой, – база контрабандистов. Кайла ошивается там. Найдешь ее. Она поможет. Иди.

Соколов спрыгнул на песок. Он бросил на Искру прощальный взгляд, но, прежде чем она улетела, спросил:

– А кто такие энцелопы?

– Черт… да ты откуда свалился, чувак? Это представители власти. Теперь во всех списках Империи ты будешь числиться как опасный экстремист. Тебя будет разыскивать межпланетная полиция. И, моли всех космических богов, чтобы не нашли.

Артем похолодел. Экстремист? Межпланетная полиция? Он всего лишь хотел защитить ребёнка.

– А если найдут? – спросил он тихо. – Скормят крабоидам, да?

Она отвела взгляд. На секунду её лицо дрогнуло — но только на секунду.

– Не найдут, – сказала она уже тише. – Если будешь умнее.

Двигатели взревели, Искра резко рванула с места. Она быстро умчалась вдаль. Ее глайдер, превратившись в точку, скрылся за барханами. Лишь небольшое облачко песчаной пыли все еще напоминало о том, что Искра только что была здесь. Артем остался в пустыне совершенно один.

Оказалось, что пока они проводили время в баре, наступил полдень, а вместе с ним пришла и дикая жара. Два солнца висели в зените и пекли нещадно. Нагретый воздух слегка подрагивал, создавая типичное для знойного дня марево, поднимающееся над барханами.

Подул горячий ветер, обжигающий кожу. Артем шагал, утопая по щиколотку в песке. В горячем песке. Эти десять километров оказались большим испытанием, чем те двадцать, когда он шел в поселение Дюна. Тогда, по крайней мере, не было так жарко.

С каждым шагом идти было все труднее и труднее. Пот катился градом, стекал по лбу, застилая глаза. Соколов вытер лицо рукавом. Не помогло.Соленая влага продолжала сочиться из всех кожных пор.

Мучила жажда. Горло пересохло. Язык аж прилип к небу. В единственной пластиковой бутыли не осталось ни капли воды, и Артем ее брезгливо отбросил прочь от себя, чтобы не тащить лишний груз. Возможно, зря, но тогда он об этом не думал. Просто шел и шел вперед, наперекор всему. Но впереди были ли бесконечные песчаные барханы. Ни деревца, ни тени. Ни какого-либо зеленого растения. Лишь два безжалостных солнца над головой. Они, казалось, надсмехались над уставшим и истощенным путником.

«Километров десять», – вспомнил он слова Искры. Сейчас это расстояние казалось как до другой галактики.

Когда Артем дошел, его шатало, словно пьяного матроса на корабле во время жесткого шторма. Парень падал. Поднимался. Снова падал. Опять вставал. Его руки дрожали. Он с трудом приподнимал свое тело над горячим песком. В голове уже все помутилось. Картина перед глазами поплыла. Изображение двоилось. Теперь солнц было уже не два, а все четыре. Барханы, казалось, пустились в пляс, а небо и земля поменялись местами.

К концу пути Артем буквально полз. Он цеплялся пальцами за песок и подтягивался вперед, волоча за собой свои онемевшие ноги. Он уже видел впереди гермоворота, и его единственной мыслью было «Доползти. Добраться до этого гребаного входа». Скала была уже близко. Она была огромная, темная, испещрена трещинами, словно лицо древнего старца. И у самого основания располагался вход, обещающий тень и спасение.

– Кто такой? – раздался сверху резкий, властный и командный голос.

Артем с трудом приподнял голову. Он с трудом сфокусировал взгляд, пытаясь разглядеть незнакомца. Это было трудно, потому что этот человек в своем комбинезоне желто-серого цвета буквально сливался с песком. Лица тоже не разобрать, солнце светило со спины незнакомца, оставляя от него только темный силуэт. В руках он держал бластер, а на плече что-то похожее на шеврон, только эмблему Артему разглядеть не удалось.

«Энцелоп! – с ужасом подумал парень, и его сердце непроизвольно екнуло, – Я попал». И тут Соколов потерял сознание.

Очнулся он от того, что кто-то тряс его за плечо. В спину впился холодный и шершавый камень стены. Руки были связаны сзади, ноги тоже стянуты путами. Стылый воздух пещеры обжигал холодом пересохшее горло.

Тот же человек в комбинезоне, что стоял над ним в пустыне, присел на корточки и поднес к губам Артема флягу с живительной влагой. Тот пил жадно, захлебываясь. Вода стекала у него по подбородку, намочив одежду. Она отдавала чем-то металлическим, была теплой, но для измученного жаждой организма окна казалось божественным нектаром.

Напившись и отдышавшись, Соколов смог рассмотреть незнакомца. Лицо узкое, смуглое, обветренное. Короткий шрам над бровью. Глаза настороженные, но в них нет агрессии или злобы, лишь холодная деловитость. Эмблема на униформе явно не имперская. «Значит, не энцeлоп, – с облегчением подумал Артем, – Если, конечно, они не носят других эмблем, кроме черепов».

— Кто такой? — повторил свой вопрос незнакомец. Голос уже не командный — скорее усталый и осторожный.

— Я ищу Кайлу, — выдавил Артем пересохшими губами. Голос прозвучал чужим, хриплым, едва различимым шёпотом.

Человек помолчал, изучая его лицо. Затем выпрямился и равнодушно бросил:

— Её здесь нет.

Артем услышал, как металлические ботинки заскрежетали по камню.

– Подожди! – прохрипел он, пытаясь встать. Связанные руки мешали, ноги не слушались. – Меня послала Искра. С базы Зига.

Человек остановился. Повернул голову через плечо.

– Искра? – переспросил он, вернувшись, – И что дальше?

Артем уже хотел было сказать, но вовремя прикусил язык. «Сказать? – подумал он. – Сказать, что я убил энцелопа? А если он работает на империю? Если это подстава? Вдруг искра ошиблась. Или, что еще хуже, намеренно отправила меня в ловушку. В этом мире никому нельзя доверять».

Он снова посмотрел на незнакомца. Тот разглядывал холодно, выжидательно, без капли сочувствие. В его взгляде сквозило или сухое профессионально любопытство. Такой взгляд может быть у палача. Так смотрят те, кто хладнокровно вершат чужие судьбы. Кто может убить, не дрогнув.

«Если я совру, – продолжал размышлять Артем, – он это поймет. Я вообще не в курсе, кто тут свои, а кто чужие. Империя? Контрабандисты? Энцелопы? В каких они вообще отношениях друг с другом, черт возьми! И какое ко всему этом имеет отношение Искра. Если так подумать, она не враг. Она рисковала, вывозя меня. Она указала мне, куда идти. Значит… значит, этому типу можно верить? Или нельзя?».

Артем судорожно сглотнул. Нужно было что-то говорить. Незнакомец уже начал терять терпение, его уголки бровей гневно поползли вверх. Молчать было больше нельзя. «Выбора нет, – понял Артем. – Я у него в руках. Связан. Без сил. Если он захочет меня убить – убьёт. Не важно, что я ему скажу. Он может убить меня как за ложь, так и за правду, которая его не устроит. Но если я скажу правду… если он не энцелоп… возможно, тогда он меня пощадит».

Он решился. Глубоко вздохнул, выплюнул скрипящий на зубах песок и произнес, внутренне содрогаясь от того, что возможно, собственноручно подписывает себе смертный приговор:

– Я убил энцелопа.

Брови незнакомца удивленно взметнулись вверх. Повисла зловещая, тягучая тишина. Казалось, сам воздух стал гуще.

– Ты? Убил энцелопа? Такой дохляк? Не смеши…

– Из бластера…

– А… ну это меняет дело, – в его голосе слышался сарказм.

– Серьезно, убил. Я не вру.

– И не обосрался?

– Я не знал…

– Что он энцелоп?

– Что нельзя убивать энцелопов.

Незнакомец расхохотался.

– Ты откуда такой взялся?

– Я… – Артем запнулся, сомневаясь, стоит ли говорить о том, что он из другой вселенной, – я… правда не знал. Я не отсюда. Я думал, это просто какой-то мудак, насилующий ребенка. У нас таким… яйца отрезают. Ну я и выстрелил в гада. А Искра сказала, что это энцелоп и теперь за мной будет охотиться вся галактическая полиция. И что мне надо валить с этой планеты.

Тот, что пленил Артема, некоторое время внимательно рассматривал его.

– Если ты врёшь… – начал он.

– Не вру. Честно, не вру. – перебил Артем. И сам удивился твёрдости своего голоса. – Зачем мне врать? Я выжатый лимон. Хочешь – убей. Но если хочешь помочь… Искра сказала, что здесь помогут.

Незнакомец хмыкнул, достал нож и одним движением разрезал верёвки.

– Пока жди, – приказал он, – Сиди здесь, никуда не уходи.

И сам скрылся в глубине пещеры.

Артем закрыл глаза. Он так и сидел, прислонившись к холодному, шершавому камню. Сердце всё ещё бешено колотилось, и удары отдавались где-то в горле.

«Сказал. – подумал он, переведя дыхание. – Сказал. И жив. Пока жив».

Голова гудела, пульс отдавался в висках. Тишина давила на уши. Только редкие капли воды падали где-то в темноте, отсчитывая секунды, минуты… Он понятия не имел, вернётся ли этот человек с бластером – или с ножом.

«А если он позвал подкрепление? Если сейчас войдут двое и…»

Он отогнал мысль. Бесполезно. Гадать – только себя изводить.

Шаги вернулись через четверть часа. Незнакомец принёс пластиковую бутылку с мутноватой жидкостью и горсть сухих лепёшек.

– Пей. Ешь. – Он присел напротив. – Кайла будет через час. Если повезёт.

– А если не повезёт? – спросил Артем, жадно отрывая кусок лепёшки.

– Тогда у тебя будет много времени, чтобы обдумать свою глупость. – Незнакомец усмехнулся. – Здесь, в темноте.

– Глупость? – Артем поднял глаза. – Защищать ребёнка – это глупость?

Незнакомец пожал плечами.

– В этом мире – да. – Он встал. – Отдыхай. Кайла разберётся, что с тобой делать.

Он ушёл. Артем остался сидеть, пережёвывая жёсткую лепёшку и слушая, как капли воды продолжают свой бесконечный, равнодушный счёт.

Глава 17

Кайла вошла неожиданно.

– Ба! – воскликнула она, – старый знакомый… Ты откуда вообще такой взялся? Убиваешь крыс-скарабея, но не забираешь добычу. Стреляешь в энцелопа… тем самым, подписывая себе смертный приговор. Ей богу, ты как будто не из нашего мира.

«Признаться и ей тоже? – мысленно задал себе вопрос Артем, – Но не слишком ли много людей знают? Сначала Зиг, потом Искра, теперь еще и Кайла».

Артем промолчал. Только сжал зубы и опустил глаза.

Кайла усмехнулась.

– Понятно. Секреты. Ладно, не хочешь — не говори. У каждого свои скелеты в шкафу. Но тогда объясни другое: зачем ты здесь? И почему Искра послала тебя именно ко мне?

– Она сказала, что ты поможешь убраться с планеты, – выдавил Артем.

Кайла присвистнула.

– Ого. И куда же ты намылился, беглец?

– Неважно. Куда угодно, лишь бы подальше от энцелопов и имперского правосудия.

– Подальше от правосудия… Это логично в твоем положении. Но за все надо платить. Мы, конечно, и сами ненавидим энцелопов. Но…

– Сколько? – выдавил из себя Артем.

Кайла усмехнулась.

– Боюсь, что у тебя нет таких денег. Да даже если бы и были… Деньги в нашем мире не всегда решают.

– Тогда что? – спросил Артем. – Что ты хочешь взамен?

Кайла долго смотрела на него. В полумраке пещеры её глаза блеснули.

– Услуга за услугу, – сказала она наконец. – Я помогу тебе убраться с планеты. А ты… поможешь мне кое-что достать… Клешня крабоида!

– Клешня крабоида?! – Артем попятился. – Ты в своём уме? Я видел этих тварей только в кошмарах!

Кайла усмехнулась.

– Ну, теперь увидишь вживую. Или ты думал, я просто так рискну своей шеей ради какого-то беглеца?

Она немного помолчала.

– Знаешь… крабоидная клешня, – Кайла понизила голос, – на чёрном рынке стоит целое состояние. Панцирь идёт на броню, когти — на оружие, а железа из суставов… сама Империя скупает. За одну клешню можно оплатить твой билет с этой проклятой планеты. Или, – она усмехнулась, – купить малый звездолёт. Так что… думай. Убьешь крабоида… и мы свалим отсюда.

– А ты почему сама не пойдёшь? – спросил Артем.

– Потому что мне нужен напарник, – ответила Кайла без тени смущения. – Одному в шахтах делать нечего. А ты, похоже, стреляешь неплохо. И, – она усмехнулась, – умирать тебе не страшно. Ты уже подписал себе смертный приговор, убив энцелопа.

Артем помолчал, переваривая услышанное.

– Ладно, – сказал он наконец. – Допустим, я согласен. Но сначала расскажи, на что я иду. Что это за твари? Где они водятся? Чем опасны? И почему ты думаешь, что у меня есть хоть какой-то шанс?

Кайла вздохнула, словно объясняла прописные истины ребёнку.

– Крабоиды, – начала она, – это не просто монстры. Это... лучшие охотники в этой части галактики. Панцирь не пробивает даже тяжёлый, импульсный бластер.

– И как тогда их убить? – Соколов слегка нахмурил брови.

– Целься в уязвимые места. Их на теле немного, но есть, – ответила Кайла

– Живут крабоиды в старых шахтах, глубоко под землёй, – продолжала она, – В темноте. И да, у них есть одна мерзкая особенность. Они чуют страх. Буквально. Как акулы кровь.

– И ты хочешь, чтобы я пошёл туда? – Артем почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Я хочу, чтобы мы пошли туда вместе, – поправила Кайла. – Я бывала в шахтах раньше. Неглубоко, правда. Но знаю входы, выходы, ловушки. А ты... – она внимательно посмотрела на него, – ты нужен мне как стрелок. И как приманка.

– Какие еще есть особенности у этих монстров? – спросил Артем и в его голосе не было ни капли энтузиазма.

Кайла вдруг шагнула вперёд, сократив расстояние до минимума. Артем отступил — и упёрся спиной в холодную каменную стену.

– А теперь, – её голос стал тихим и опасным, – давай начистоту. Искра — тертая баба. Она не станет рисковать из-за какого-то придурка, который случайно застрелил энцелопа. Она послала тебя ко мне, потому что ты для неё что-то значишь. Или потому, что ты не такой, как все.

– Я не понимаю, о чём ты... – начал Артем, отводя глаза.

– Понимаешь, – оборвала его Кайла. – Я видела твою реакцию на крыса-скарабея. Ты не знал, что клыки можно продать. Ты не знал, кто такие энцелопы. Ты спрашиваешь о крабоидах такие вещи, которые знает даже вот такой пацан, – она провела рукой над уровнем пола, демонстрируя его рост, – и, главное, ты выведываешь такие подробности, как будто готовишься к экзамену, а не к охоте, – Кайла наклонилась ближе, и Артем почувствовал ее дыхание, – кто ты? Кто ты такой, черт возьми!

Артем собрался с духом. Сердце колотилось как бешеное. «Скажи, – убеждал он сам себя, – Она всё равно узнает. Или догадается. Зиг поверил. Искра... возможно, тоже поверила. А эта... от этой не отделаешься».

Он глубоко вздохнул.

– Ты не поверишь, – сказал он тихо.

– Попробуй, – ответила Кайла, не отступая.

– Я не из этого мира, – выдохнул Артем. – Из другой вселенной. Попал сюда случайно, через квантовый компьютер, когда тестировал игру.

Кайла не шелохнулась. Не моргнула. Только глаза сузились.

– Игру? – переспросила она.

– Ну да. В нашем мире мы развлекаемся так. В видеоигры играем. На компьютере. Вы используете симуляции для подготовки бойцов, а мы… просто играем. Я был тестировщиком. Нашёл баг, полез в чёрную дыру... а очнулся здесь, в трущобах. Без денег, без оружия, без документов.

– И без страха перед энцелопами, – добавила Кайла. – Поэтому ты стрелял. Ты не знал, кто они. Верно?

– Верно, – кивнул Артем, – Для меня он был просто мудак. А я думал, что спасаю ребенка.

Кайла долго молчала. Затем отступила на шаг, скрестила руки на груди.

– Так, – сказала она, – выходит, ты не просто глупый беглец, ничего не знающий о нашем мире. Ты, якобы, пришелец из другого… хм… измерения. Забавно. Кто еще про это знает. Зиг? Искра.

– Зиг – да, – ответил Артем, Искра… похоже, я проболтался ей по пьяни. Поверила она или нет – не знаю.

– И ты думаешь я поверю?

– Не знаю. Но я говорю правду.

Кайла задумчиво прошлась по пещере, заложив руки за спину. Затем остановилась.

– О’кей. Допустим, я тебе поверила. – Она повернулась к нему. – Но это ничего не меняет. Ты всё равно должен добыть клешню. И я всё равно помогу тебе убраться с планеты.

– То есть... – начал Артем.

– То есть сделка в силе, – перебила Кайла. – Твоя тайна — не моя забота. Мне нужно, чтобы ты не подвёл меня в шахтах. А там... хоть из галактики Андромеды прилетай.

Она достала бластер. Тот самый, что отобрал человек в комбинезоне. Протянула Артему.

– Держи. Оружие тебе пригодится. Мы вылетаем завтра. На рассвете. Не проспи.

Артем взял оружие. Привычная тяжесть бластера в руках слегка успокаивала. Кайла смотрела на него с холодной усмешкой.

– Спокойной ночи, напарник! – сказала она и ушла.

Соколов разлегся прямо на холодном полу. Он уснул быстро, но оружие так и не выпустил из рук. Ему снились какие-то темные шахты, чудовища с огромными клешнями, гигантские пауки, энцелопы. Он несколько раз просыпался в холодном поту, проверяя, на месте ли бластер. Оружие было на месте. Но тревожные мысли не уходили. «Это мир – игра, – думал Соколов. – Но если я умру здесь... я умру по-настоящему. Не будет никакого гейм овер. Будет просто смерть. Небытие».

Глава 18

– Запомни еще раз уязвимые места, – давала Кайлапоследние наставления перед походом, – глаза. Они маленькие, попасть трудно, но возможно. Синие точки на концах клешней, они еще меньше, но луч должен войти точно в них. Это сложнее. Наконец, кончик хвоста. Движется быстро, попасть практически нереально. И, самое главное, дохнут эти твари не сразу. Нужно убегать. Но потом не забыть вернуться за тушкой.

– И что, другие крабоиды будут стоять и смотреть, как мы возвращаемся за их мертвым собратом?

– Как правило, крабоиды боятся своих трупов. Убьем одного – остальные разбегутся. Это очень опасные твари, но они тупые, как валенки.

– Тупые – это хорошо, – пробормотал Артем. – Тупых легче обмануть.

– Сам себя не обмани, – бросила Кайла, – идем.

Они миновали гермоворота и оказались посреди раскинутой во все стороны пустыни.

– Глайдером, надеюсь, управлять умеешь? – спросила напарница.

– Э… м, – Соколов нервно сглотнул слюну, разглядывая два одноместных глайдера.

Они стояли бок о бок — лёгкие, юркие, с облупившейся краской и свежими царапинами на обшивке. Видно, видали виды.

– Да тут ничего сложного, – усмехнулась Кайла, – газ, тормоз, руль, регулятор высоты.

Артем вспомнил, как он учился водить машину, и как матерился инструктор. С тех пор прошло уже несколько лет, но он до сих пор ездил неуверенно. А тут надо было летать. Но показать свою слабость перед женщиной Артем стеснялся.

– Справлюсь, – не очень уверенно пробормотал он.

Кайла усмехнулась.

– Пристегнуться не забудь, – бросила она, садясь в глайдер.

Двигатели взревели, и глайдер послушно оторвался от земли. Артем старался не выдать сковавшего его страха. Он вцепился в ручки управления так, что костяшки побелели. Машина качнулась, клюнула носом вниз, затем резко выровнялась.

– Глайдер — не корова, – крикнула Кайла.

Она парила справа.

– Руки расслабь, дуралей, а то вывернешь руль.

Артем попытался расслабиться. Это ему удалось, хоть и с трудом. Когда тело перестало быть словно камень, глайдер поплыл прямо, ровно, плавно. Он теперь не прыгал и не «нырял» вниз.

Внизу простиралась бесконечная желто-оранжевая пустыня. Уходящие в горизонт барханы переливались в свете двух солнц. Кое-где виднелись какие-то обломки или развалины старых построек: с высоты было трудно разглядеть, так, какие-то темные пятна.

Сухой ветер свистел в ушах, бил по глазам. Но Кайла уходила вперед. Несмотря на неудобства. Артему тоже пришлось добавить газу.

– Держись за мной! – крикнула девушка, не оборачиваясь. – Не отставай!

Они летели довольно долго. Постепенно, Артем освоился с управлением и уже не отставал. Он чувствовал, как глайдер дрожит на турбулентности, как реагирует на малейшее движение рук. Чем-то это напоминало игры на симуляторе: джойстик в руках, по экрану бежит пейзаж, а кресло трясется под тобой.

Вдалеке показались горы. Чёрные, зубчатые, они вырастали из песка, как рёбра гигантского мертвеца. Кайла взяла левее, направляясь к широкому провалу между скал.

– Там вход! – крикнула она, показывая рукой вниз.

Артем посмотрел. У подножия скал темнела огромная дыра — зев пещеры, уходящей глубоко под землю. Даже с высоты чувствовалось, что оттуда веет холодом и опасностью.

– Садимся! – скомандовала Кайла.

Она ловко заложила вираж, и её глайдер пошёл на снижение. Артем повторил, стараясь не отставать. Сердце колотилось где-то в горле.

«Шахты, – подумал он. – Туда, куда никто не хотел бы возвращаться».

Глайдеры коснулись песка. Двигатели затихли. Тишина ударила по ушам — такая плотная, что заложило перепонки.

Кайла спрыгнула на землю, отряхнула комбинезон и посмотрела на Артема.

– Ну что, стрелок, – сказала она, доставая бластер. – Вспомни всё, чему научился в своих «видеоиграх». Там, внизу, – она кивнула на чёрный провал, – рестарта не будет.

Артем сглотнул. Проверил свое оружие. Взвёл предохранитель.

– Понял, – сказал он тихо.

Они шагнули в темноту. Включили налобные фонари. Овальные пятна белого света выхватывали из мрака каменные своды, сталактиты и следы экскаватора на стенах, похожие на углубления от когтей гигантского монстра.Где-то мерно капала вода. Слышались зловещие шорохи. Стая каких-то крылатых тварей, лишь отчасти похожих на летучих мышей, пронеслась над головами с противным писком, обдав запахом сырости и гниющих фруктов. Артем коротко вскрикнул.

– Тсс! – шикнула на него Кайла.

Они продолжали идти. Шаги гулким эхом отдавались в мрачной пещере. Соколов собрал волю в кулак: он боялся, но делал все, чтобы не показывать вида. Неожиданно впереди появился обглоданный человеческий скелет. Рука с бластером непроизвольно дернулась.

– Мать твою! – проговорил Артем, замедлив шаг.

– Шевелись, – прошептала напарница. – Не стой на месте.

Теперь под ногами валялись кости, какие-то тряпки, обломки техники.

– Всех этих бедолаг сожрали крабоиды? – спросил Артем.

– Тихо! – шепнула Кайла, замедляя шаг.

Теперь она ступала медленно, бесшумно, крадучись. Соколов старался подражать ее манере ходьбы. Он смотрел на Кайлу внимательное, пытаясь в точности повторить все ее движения.

Боковой туннель. Он был гораздо уже, с низким потолком, об который Артем едва не разбил лоб.

– Тсс! – шикнула на него напарница, заметив, как он подавил непроизвольный вскрик.

Фонари выхватывали из темноты склизкие стены, по которым, казалось, ползли какие-то жуткие студенистые сгустки. Воздух здесь был какой-то тяжелый, удушливый. И запах. Гнилостно-сладковатый запах, как будто помои присыпаны сахаром.

Соколов непроизвольно дернул животом, подавляя в себе рвотные позывы. Кайла строго посмотрела на него, как бы призывая взять себя в руки.

Она продолжала шагать, Артем шел следом. Он видел, как напрягается ее спина, как рука с бластером сжимается сильнее.

Тоннель расширился внезапно. То, что предстало перед его глазами, повергло Артема в шок. Кокон. Он висел в центре грота, крепился к своду толстыми прозрачными нитями, похожими на сухожилия. Эту шатка болталась почти у самого пола, а внутри… Более жуткой картины Артем никогда не видел. Внутри был человек. Точнее, то, что от него осталось: полупереваренные руки. Ноги, голова – все это просматривалось полупрозрачную, желтовато-серую оболочку.

Кожа съехала с костей, мышцы превратились в студенистую массу, в которой угадывались некогда живые ткани. Глаза — выедены. Рот раскрыт в беззвучном крике. Сквозь оболочку было видно, как внутри что-то медленно пульсирует — перекатываются газы, движутся остатки плоти.

Из кокона капало. На полу под ним собралась лужа мутной, зеленоватой жижи.

Артем не заметил, как попятился. Спина упёрлась в стену, но он не чувствовал холода камня. Он смотрел на кокон и не мог отвести взгляд.

– Господи… – выдохнул он.

– Не господи, – тихо сказала Кайла. – Крабоиды.

– Они что переваривают людей заживо? – голос Артема сорвался на хрип.

– Если повезёт – сначала убивают. – Кайла говорила ровно, без эмоций. – Если нет… – она кивнула в сторону кокона. – Сам видишь.

Артем вновь сделал конвульсионное движение. Желудок буквально скрутило узлом. Соколова едва не вырвало, но он выдержал. Выдержал и на этот раз.

– Как ты можешь так спокойно на это смотреть? – спросил он.

Кайла взглянула на него. В её глазах не было жестокости — только усталость.

– Потому что если я буду блевать при каждом таком коконе, меня сожрут ещё быстрее, чем этих бедолаг. – Она отвернулась и пошла дальше. – Шевелись. Хватит пялиться.

Артем сделал над собой усилие. Отлепился от стены. Сделал шаг, второй. Обходя кокон по широкой дуге, стараясь не дышать носом, не смотреть на расплывчатый силуэт внутри.

Но он всё равно смотрел. И видел, как внутри что-то шевельнулось. Или ему только показалось?

– Кайла… – позвал он.

– Что? – не оборачиваясь, бросила она.

– Он движется.

Кайла остановилась. Повернулась. Посмотрела на кокон.

– Не может быть, – сказала она. – Они не двигаются. Это просто мешки с мясом.

Но в этот момент оболочка дрогнула. Снова. Отчётливо.

Кайла достала бластер.

– Отойди, – сказала она.

Артем не заставил себя просить. На всякий случай он тоже прицелился. Кокон опять содрогнулся.

– Кажется, там личинка, – сказала Кайла. – Не промахнись.

– А ты сама? – выдавил Артем, не сводя глаз с кокона.

– Стрельба привлечёт крабоида, – ответила она, не повышая голоса. – Но я хочу встретить его на своих условиях. А не так, чтобы быть застигнутой врасплох, когда эта тварь выпрыгнет на меня из темноты, спасая своего грязного выродка.

Артем зябко поежился. Ее логика была безупречна. Но от этого ему было нисколько не легче.

Вдруг оболочка лопнула, издав отравительный влажный чавкающий звук. Это было похоже на то, как будто какой-то великан вырвал дерево с корнем из болотной трясины. Наружу показалось нечто, похожее на гигантского зубастого червя, который увлекал за собой поток зловонной зеленоватой жижи, которая потекла по стенам, по полу, зашипела, как кислота, разъедая камень.

Артем отступил на шаг, потом на два. Ноги скользили по липкой слизи. Соколов с ужасом смотрел на вылупившуюся тварь. Белесое, сегментированное тело, влажно блестящее при свете фонарей. И пасть. У червей не бывает такой пасти. Эта пасть представляла собой несколько рядов острых зубов, похожих на рыболовные крючки. И каждый такой зуб был с человеческий палец.

Пасть пульсировала, открываясь и закрываясь, будто существо пробовало воздух на вкус. Изнутри неё сочилась прозрачная слюна, капая на пол и оставляя дымящиеся пятна.

Кайла медленно подняла бластер, но не стреляла. Ждала. Оценивала.

– Если полезет – бей в пасть, – тихо сказала она. – Там самый тонкий хитин.

Личинка передвигалась медленно, неуклюже перебирая своими многочисленными лапками. По размеру она была с небольшую собаку, но визуально казалась больше. Из-за жуткой пасти, из-за того, как она извивалась в процессе движения.

Артем затаил дыхание. Его сердце колотилось как бешенное. Оно билось так громок, что Артем боялся, будто сейчас этот звук услышат и сбегутся сюда все монстры подземелья.

Тварь вдруг замерла. На секунду — показалось, на вечность. Её белесая голова медленно повернулась в сторону Артема. Пасть приоткрылась, обнажив ряды зубов.

«Сейчас прыгнет», – понял он.

Но личинка метнулась не в его сторону. И не в сторону Кайлы. А куда-то в темноту, в боковой лаз, о котором они даже не подозревали. Мелькнуло белесое тело, раздался чавкающий звук удаляющихся шагов — и тварь исчезла.

Тишина.

Кайла опустила бластер.

– Повезло, – сказала она. – Если бы пришлось стрелять, мы бы уже бежали отсюда с криками «спасите-помогите». Крабоид услышал бы и пришёл. А так... – Она посмотрела на тёмный лаз, куда скрылась личинка. – У нас есть небольшая фора.

– Надо было добить, – выдавил Артем. Голос казался ему каким-то чужим, хриплым.

– Надо, – Кайла кивнула, – но… не сейчас. Сейчас не до этой твари. Да, она выглядит устрашающей. Но, в отличие от взрослой особи сама нападает редко. Ее зубы – они легко ломаются. Ей нужно время, чтобы они окрепли. Так что наша основная проблема – не личинка. А ее папаша с большими клешнями.

Напарница повернулась и пошла дальше, лишь коротко бросив:

– Шевелись. Крабоид не будет ждать, пока ты пытаешься переварить увиденное.

Артем поспешил за ней, еще раз бросив опасливый взгляд на лопнувший кокон, следы зеленой жижи на стенах и на дымящийся пол. «Это не игра, – подумал он. – Такой ужас не может быть игрой».

Они продолжали углубляться в лабиринт шахт. Здесь, как и в других коридорах, попадались обглоданные скелеты, коконы, правда, без личинок – они висели неподвижно, пустые сморщенные оболочки были похожи на высохшие фрукты. Артем уже привык к ним. Почти.

Но внезапно Кайла подняла руку, останавливая его.

– Тихо, – прошептала она.

Артем прислушался. Он услышал какой-то нехороший шорох. Как будто шуршат крысы, тараканы или что-то не менее мерзкое. Этот звук издавал шевелящийся кокон. Он был не похож на остальные: опутанный свежими нитями, которые блестели от света фонарей. Оболочка еще не была твердой, она пульсировала, изгибалась. Была прозрачной. А внутри человек. Живой. Еще почти не тронутый пищеварительным соком. Он шевелился. Покрытое слизью лицо исказила гримаса боли. Глаза непроизвольно моргали, зрачки дергались.

Незнакомец явно пытался освободиться. Но прочные нити надежно удерживали его внутри.

Губы узника шевелились, как будто он пытался что-то сказать. Его шепто сначала был едва слышен. Но затем до Артем дошел смысл.

– Помогите. Пожалуйста, помогите, – шептал незнакомец.

Артем рванулся вперёд, но Кайла перехватила его за плечо, припечатав к стене с такой силой, что лязгнули зубы.

– Не смей, – прошипела она.

– Ты что?! – он попытался вырваться. – Он живой!

– Живой, – согласилась Кайла. – Но не на долго. – Она кивнула на кокон. – Посмотри на его ноги.

Артем посмотрел. Ужас прошиб его до самых пяток. Ниже колен плоть пленника была размягчена, превратившись в студенистую массу. Сквозь полупрозрачную оболочку можно было видеть, как пищеварительные соки крабоида переваривают мышцы, превращая человека в жидкий бульон.

– Он уже мёртв, – сказала Кайла. – Просто ещё не понял этого.

– Но он просит помощи…

– Какую помощь? – голос Кайлы стал жестче. – Вытащить его? Разорвёшь оболочку, и что? Куда он пойдет без ног? Ты только продлишь его агонию.

Человек в коконе снова зашевелился. Его глаза – один уже выеден, второй ещё цел – нашли Артема.

– Пожалуйста… – прошептал он. – помогите…

Соколов поднял бластер и замер. Руки его дрожали.

– Чего ждешь? – тихо спросила Кайла. – стреляй уже. Нажми на этот чертов курок и оборви его страдания.

Артем смотрел то на свой бластер, то на человека в коконе. Рука продолжала дрожать.

– Не могу, – выдавил он.

Кайла вздохнула. Достала бластер, сделала шаг вперед, но не стала подходить к кокону слишком близко. Прицелилась.

– Отвернись, – сказала она, Артему. Но тот не отвернулся.

Выстрел. Короткий, сухой, маломощный. Голос и шорохи прекратились. Кокон обмяк.

Кайла убрала оружие и пошла дальше, не оглядываясь.

– Трус, – бросила она через плечо. – Ты трус, Артем. Не потому, что боишься крабоидов. А потому, что боишься брать на себя ответственность.

Парень хотел что-то сказать, ответить, возразить. Но слова словно застряли в горле. «Она права, – подумал он, шагая следом. – Чёрт возьми, она права».

Они шагали по коридору, который был значительно шире чем узкие лазы, по которым они пробирались ранее. В остальном все было точно так же: кости на полу, стены в склизкой субстанции.

Внезапно послышался жуткий, душераздирающий скрежет. Как будто чьи-то когти скребут по металлу. Или скрипят тысячи несмазанных шестеренок в огромном механизме. Мерзкий звук!

– Идут! – шепнула Кайла.

Казалось, в её голосе, впервые за все это время, прозвучали нотки страха.

Артем приготовился. Рука крепко сжала холодную рукоятку бластера. Полчища тварей появились в одном из ответвлений. Любой кошмар по сравнению с этим был лишь жалкой, призрачной копией того, что происходил в этот момент. Крабоиды выползали.

Они походили на помесь рака и скорпиона, только величиной с крупную собаку. Их панцири были темно коричневые, покрытые шипами. Огромные, зловеще ощетинившись зазубринами, они были похожи на пилы из фильмов ужасов. Изогнутые хвосты зловеще поигрывали жалами, которые подрагивали в такт движению.

Артем замер. Его сердце колотилось где-то в горле. Твари текли из прохода как грязная вода.

– Не тормози! Стреляй! – крикнула напарница.

Ее крик отрезвил Соколова. Он выдохнул, прицелился. Нажал на курок. Мимо. Луч лишь задел панцирь, не причинив чудовищу ни малейшего вреда. Полчища тварей даже не замедлилось.

Они просто продолжали ползти, перебирая десятками лап, и их стрекот становился всё громче, всё невыносимее.

– Промахнулся! – заорала Кайла. – Ещё раз!

Второй выстрел. Артем взял выше, целясь не в туловище — в голову. В глаз. На этот раз попал. Крабоид дернулся. Забился в конвульсиях, как будто через него пропустили напряжение в тысячу вольт. Клешни судорожно сжались. Хвост выгнулся дугой и треснул, ноне сломался. Из пасти вырвался душераздирающий визг, от которого у Артема заложило уши, а перед глазами поплыли цветные пятна.

Тварь продолжала биться в агонии, сшибая своих собратьев. Их стройные ряды смешались в кучу.

– Бежим! – шепнула Кайла и потянула Артема за рукав.

Тот среагировал не сразу, завороженный зрелищем. Напарница дернула сильнее, отчего Артем едва не упал, потеряв равновесие.

– Не тормози!

Они рванули прочь, не разбирая дороги. Ноги скользили по слизи, фонари прыгали в такт бегу, выхватывая из темноты то стену, то свод, то очередной кокон. Сзади слышался стрекот и визг — крабоиды продолжали преследование.

Артем дышал тяжело, легкие его горели, но он продолжал бежать. «Только бы не упасть!» – мелькнула в голове тревожная мысль.

Внезапно сзади раздалось шипение. Как будто воздух выпустили из огромных автомобильных шин. Или как будто тысячи змей одновременно раскрыли свои зловещие капюшоны.

– Возвращаемся, – скомандовала Кайла, останавливая бег.

Соколов развернулся и увидел, как крабоиды, ещё минуту назад готовые сожрать их заживо, теперь отползали кто куда — шустро перебирая лапами, вжимаясь в расщелины, прячась за сталактиты. Их панцири мелькали в темноте, как тараканы, когда зажигают свет.

– Что с ними? – не понял Артем.

– Забыл, что я говорила? – Кайла усмехнулась, но усмешка вышла нервной. – Эти твари боятся своих же мертвецов. Идем.

Они двинулись обратно. Ступали осторожно, под ногами хлюпала какая-то вязкая субстанция. Соколов крепко сжал рукоятку бластера. Готовый в любом момент выстрелить. Его глаза рыскал по стенам, полу, потолку.

– Смотри в оба! – предупредила напарница.

И вовремя: из-за поворота, из узкого лаза, которого Артем не заметил, выскочил ещё один крабоид — поменьше, но такой же мерзкий, с такими же жвалами и клешнями. Он прыгнул, целясь прямо в лицо.

Реакция Артема была молниеносной. Выстрел. Красный, необыкновенно яркий в пещерной тьме лазерный луч попал твари прямо в глаз.

– Молодец, на этот раз прямо в яблочко, – улыбнулась Кайла.

Крабоид оглушительно взвизгнул. Подпрыгнул, перевернулся в воздухе и с грохотом шмякнулся о каменный пол. Его панцирь, как ни странно, был цел, но он бился в агонии, беспорядочно шевеля своими многочисленными хитиновыми лапками. Из подбитого глаза потекла зеленоватая жидкость.

– Классно! – выдохнул Соколов, чувствуя, как адреналин стучит в висках. – Двоих убили.

– Двоих не унесём, – отрезала Кайла, обходя стороной корчащуюся тушу. – Бери первого. Этого не трожь.

Артем посмотрел на умирающего крабоида. Тот еще двигался. Его конечности продолжали конвульсионно дергаться. «Кайла права, – подумал Соколов, – Этого лучше не трогать». Проходя мимо, он буркнул, как будто тварь понимала человеческий язык:

– Ничего личного. Ты бы нас сожрал. Мы тебя — нет. Нам нужна только клешня.

Они вернулись к первому трупу. Тот лежал неподвижно, распластавшись на полу, как гигантский таракан, которому свернули голову. Артем достал армированные перчатки — толстые, из грубой синтетической кожи, с металлическими вставками на пальцах. Натянул их с трудом — пальцы не слушались после пережитого стресса.

– Бери за клешню, – скомандовала Кайла, надевая свои. – Я за хвост. Потащили.

Они подняли тушу. Крабоид оказался тяжелее, чем предполагал Артем. Гораздо тяжелее. Соколов буквально согнулся под его весом, но смог удержать равновесие.

– Он точно сдох? – с опаской спросил он, косясь на голову твари.

– Точно, – ответила Кайла. – Видишь же, перестал шевелиться. Хватит ныть, пошли

Они направились к выходу, волоча за собой тяжелую ношу. Идти было трудно, ноги скользили по измазанным в чем-то камням. Руки немели. Приходилось постоянно останавливаться и отдыхать, потом поднимать тушку и двигаться дальше.

Из всех щелей, из каждого угла за ними наблюдали крабоиды. Их глаза — мелкие, блестящие — светились в темноте, как сотни крошечных фонариков. Но стоило кому-то из них высунуться наружу, увидеть мёртвое тело своего собрата, как он с испуганным шипением тут же заползал обратно.

– Работает, – удивлённо пробормотал Артем.

– Я же говорила, – бросила Кайла, не оборачиваясь. – Они тупые, но есть у них один инстинкт: мертвяков боятся.

Они шли к выходу, и тьма позади них постепенно отступала.

Глава 19

Они выбрались наружу. Артем ожидал увидеть солнце в зените, но небо уже приобретало багрово-оранжевые оттенки — два светила клонились к закату.

– Сколько мы там были? – спросил он хрипло, прищуриваясь.

– Часов восемь, – ответила Кайла. – Может, больше. – Она провела рукой по мокрым, слипшимся волосам. – Внизу время течёт иначе.

Артем прислонился к глайдеру, чувствуя, как дрожат ноги. Восемь часов в аду. А кажется — вечность.

Кайла закинула мешок с клешнёй в багажный отсек, закрепила ремнями. Затем повернулась к нему.

– А теперь слушай меня внимательно, – сказала она. – Сейчас я отправлюсь сбывать добычу.

– А я? – спросил Артем, выпрямляясь.

– А ты летишь на базу. Хилл впустит тебя. Дождёшься там. И… – она взглянула на недоверчиво поднятые брови Артема. – Не бойся. Не кину. Ты нужен мне как хороший стрелок.

Артем хмыкнул.

– Всё так просто? Я сижу на базе, а ты улетаешь с клешнёй? А если не вернёшься?

– Тогда одно из двух. Либо я мертва, либо в тюрьме. В таком случае ничем не смогу помочь: выпутывайся как-нибудь сам.

Кайла усмехнулась, но усмешка вышла кривой, без обычной циничной уверенности.

– Если бы хотела кинуть, – сказала она, – оставила бы тебя в шахтах. Крабоиды сожрали бы – и дело с концом. Но я не оставила. И не кину.

Она помолчала, глядя куда-то в сторону барханов.

– Дело не в доверии, – продолжила она тише. – Дело в том, что с тобой я не продам клешню по хорошей цене.

– Почему?

– Потому что ты – беглец. – Кайла повернулась к нему, и её глаза стали жесткими. – Убийца энцелопа. За твою голову уже, наверное, объявили награду. Ты – красная тряпка для любого, кто связан с Империей. А мои покупатели… – она запнулась, подбирая слова, – они разные. Среди них есть и агенты Империи. Они работают под прикрытием. Выйдут на тебя – и нам обоим конец.

– Я могу подождать где-нибудь в стороне, – не сдавался Артем. – Спрятаться.

– Спрятаться? – она ехидно усмехнулась, – где? В этой гребаной пустыне?

Кайла махнула рукой в сторону песчаных барханов.

Соколов замолчал, понимая всю глупость собственного предложения. Кайла шагнула ближе. Посмотрела ему прямо в глаза.

– База Хилла – безопасное место. Там есть вода, еда, крыша над головой. Ты посидишь там, отоспишься, придёшь в себя. А я съезжу, решу вопрос с клешнёй, найду того, кто не задаёт лишних вопросов. И вернусь за тобой.

– Сколько это займёт? – спросил Артем.

– День, – ответила Кайла, – возможно, дольше. Два, три. Но это в крайнем случае…

Она на секунду замолчала.

– Понимаю. Тебе страшно довериться кому-либо в этом мире. И ты… прав. Но… Подумай сам. Если я хотела бы тебя сдать – сдала бы уже сейчас. Энцелопам нужен убийца их коллеги. Они бы озолотили меня.

– Почему не сдала? – спросил он тихо.

Кайла посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. В её глазах мелькнуло что-то – усталость? Сожаление? – но она быстро спрятала это за привычной маской цинизма.

– Почему не сдала? – спросил он тихо.

Напарница посмотрела на него каким-то странным взглядом. В ее глазах на секунду промелькнул вихрь разнообразных эмоций от усталости до сожаление.

– Потому что ты спас мне жизнь, – сказала она, – Там, в шахтах. Если бы ты промахнулся, нас обоих сожрали бы крабоиды. Но ты попал. Не испугался, не дрогнул. Выстрелил. И попал, точно в «яблочко». Я не умею стрелять настолько метко… В нашем мире, такие как ты.. на вес золота.

– А раньше почему не сдала? До того, как мы пошли в шахты.

Кайла замерла. Её лицо стало непроницаемым, как каменная маска.

– Я думала об этом первые полчаса, пока ты валялся в отключке.

– И?

– Решила не рисковать. Во-первых, энцелопы разные. Да, они конченные мрази, но разные. Кто-то больше мразь, кто-то меньше. Одни не просто не заплатят, но еще и ограбят, и бросят в тюрьму ни за что, по надуманному предлогу. Кто-то может просто пристрелить за то, что много знаю. Есть те, кто относительно честно сотрудничает. Тут главное не ошибиться.

– Во-вторых, – продолжила она тише, – я решила посмотреть, на что ты способен. Если бы ты струсил, если бы бросил меня, если бы промахнулся там, где это важно… я бы, возможно, передумала. – Она подняла глаза на Артема. – Если бы жива осталась, конечно. Но ты не струсил. Не бросил. Стрелял чётко, когда надо.

– Проверка? – Артем почувствовал, как внутри поднимается глухая злость. – Ты просто проверяла меня?

– А ты бы на моём месте поступил иначе? – парировала Кайла. – К тебе приходит чужак, опасный экстремист – убийца энцелопа, просит помощи. Ты что, сразу бросишься ему помогать? Нет. Ты проверишь. Посмотришь, чего он стоит. – Она пожала плечами. – Ты выдержал проверку. Поэтому я везу клешню одна, а не сдаю тебя первому встречному энцелопу.

– Ладно, – выдавил он. – Допустим. Что дальше?

– Дальше ты летишь на базу, – повторила Кайла, кивнув на его глайдер. – Навигатор запрограммирован. Приземлишься, скажешь Хиллу, что от меня. Он даст тебе комнату, еду, воду. – Она помолчала. – Я вернусь через день-два. С билетами.

– Билетами? – переспросил Артем.

– С возможностью улететь. С вырученными деньгами я смогу купить небольшой звездолет или обеспечить два места на грузовом корабле, он идёт в нейтральный сектор. Там никто не спрашивает документы. – Кайла усмехнулась. – Тебя это устраивает?

– Похоже, выбора у меня нет. Ты права, я не могу свободно шастать по планете вместе с тобой. Придется… тебе довериться.

– Ну вот и отлично.

Кайла надела шлем, затянула ремни.

– И ещё, – бросила она, уже заводя двигатель. – Не влюбляйся в меня, ладно?

Что-либо сказать в ответ Артем не успел, ее глайдер взревел и рванул с места, подняв клубы песчаной пыли. Парень смотрел ей вслед, пока она не превратилась в точку. Он остался один, посмотрел на свою машину с мигающими индикаторами, затем оглянулся на черный провал, ведущий в шахты. «День-два – продержусь», – подумал Артем и сел за руль.

Глава 20

Артем вёл глайдер нервно, вцепившись в руль так, что побелели костяшки. Ладони взмокли от пота и скользили по пластику. Машина слушалась плохо — или это он сам не мог найти с ней общий язык. Глайдер вилял из стороны в сторону, как пьяный водитель на ухабистой дороге, то резко взмывал вверх, то падал на несколько метров, то снижался почти до самой земли, обдавая барханы веером песка.

Один раз Артем чуть не плюхнулся на песок, прямо на дно между двумя огромными дюнами. Он вырулил в последний момент, резко взмыв вверх, от чего буквально заложило уши.

– Твою мать! – выругался парень, выравнивая машину. Сердце бешено колотилось где-то в горле.

«Не влюбляйся в меня, – вспоминал он слова Кайлы. – Что бы это значило?»

Мысль жгла изнутри, как заноза. Неужели она собирается его кинуть? Оставить здесь, на этой проклятой планете, одного, без денег, без документов, на растерзание энцелопам?

«Нет, – попытался он успокоить себя. – Она рисковала. В шахтах. Могла бросить. Не бросила».

Но червь сомнения всё равно точил душу.

Наконец, впереди показались скалы. Артем узнал их — чёрные, зубчатые, с гермоворотами, в которые он едва дополз в прошлый раз. Сейчас ворота были открыты. Рядом стоял глайдер, поменьше, поношеннее, с облупившейся краской.

Хилл — тот самый человек в комбинезоне, что встретил его в первый раз, — сидел на камне, держа в руке бластер. Положил его на колени, но не убрал. Наблюдал.

Артем попытался приземлиться, но сделать это аккуратно не получилось: глайдер клюнул носом, подняв облако пыли, подпрыгнул и замер, слегка накренившись.

– Тьфу! – пробормотал Артем, неуклюже выбравшись из кабины и сплюнув скрипящий на зубах песок.

Хилл расхохотался. Его смех был гулкий, раскатистый, с едва заметной хрипотцой.

– Что ржешь! – с легкой обидой произнес Артем.

– Поздравляю, – сказал тот, вставая. – Ты только что установил рекорд. Самую херовую посадку за всю историю этой базы. – Он покачал головой. – Кайла меня предупреждала, что ты… неопытный. Но чтобы настолько…

Артем хотел огрызнуться, но не нашёл слов. Он и сам понимал — посадка была отвратительной.

– Где её поставить? – спросил он, кивая на глайдер.

– В ангар, – Хилл махнул рукой в сторону открытых гермоворот. – И не переживай, – добавил он, – Кайла на таких же училась. Первый год все ворота на базе поотшибала. – Он усмехнулся.

Артем попробовал переместить глайдер вручную – включить двигатель не рискнул. Он уперся ногой в песок, толкнул. Не двигается. Тяжелый.

– Оставь, я загоню. Иди отдыхай. Вижу, у тебя был тяжёлый день.

Он сказал это без насмешки — скорее с усталым пониманием. Такие, как Артем, попадали сюда не от хорошей жизни.

Соколов кивнул, шагнув в гермоворота. Уставшие ноги едва слушались, спина ныла. Глаза слипались.

– Комната та же, – бросил Хилл, уже забираясь в кабину. – Не потеряешься.

Артем побрёл в глубь пещеры, туда, где тускло мерцал светодиодный фонарь. Воздух здесь был прохладным, сухим, пахло камнем и пылью. В прошлый раз он был слишком измотан, чтобы обращать внимание на детали. Сейчас — тоже, но кое-что он всё же заметил.

Взгляд Соколова скользнул по неровным, усыпанным трещинами стенам. В этих трещинах, казалось, пряталась сама тьма. Потом посмотрел на пол. Каменный. На ощупь холодный, кое-где присыпанный песком. Почти никакой мебели, если не считать старый, поцарапанный стол в углу и пара ящиков, служивших здесь стульями. У парня было такое ощущение, что он попал не на базу контрабандистов, а в заброшенный склад.

Хилл, правда, на этот раз оказался более гостеприимным. В углу уже был приготовлен матрас — тонкий, продавленный, с пятнами непонятного происхождения, но всё же матрас. «Спасибо, что не голый камень», – подумал Артем. Он рухнул на матрас, чувствуя, как тело благодарно расслабляется. Укрылся лежащим рядом одеялом. Оно, серое, колючее, пахнущее машинным маслом и чужим потом.

– Еду сюда принесу, – сказал Хилл, появляясь в проходе. – Не помрёшь.

Он ушёл и вернулся через несколько минут с пластиковой миской и кружкой.

Туда он вывалил консервы из странной банки, без этикетки, с грубыми, покрытыми ржавчинкой швами.

– Мясо, – сказал Хилл, – какое – лучше не спрашивай. Ни к чему тебе это знать. Просто ешь.

Артем недоверчиво пошевелил вилкой серые волокна,застывшие в мутном жиру. Они пахли чем-то копченым и одновременно болотным. «Лягушка? Рыба, живущая в тине? Или какая-то местная жуткая тварь? – мысленно гадал парень, – И правда, лучше не знать». Он осторожно попробовал. На вкус чем-то напоминает помесь курицы и свинины. Вполне съедобно.

– Приятного аппетита, – усмехнулся Хилл, кладя рядом с тарелкой грубую лепешку и кружку с мутной водой.

Он ушел, а Артем продолжал молча жевать, макая серый хлеб в жир. Иногда он запивал той водой из кружки, и вода имела привкус чего-то железного.

Насытившись, Артем закутался в одеяло и провалился в сон. Ему снились кошмары: крабоиды, люди в коконах, перевариваемые заживо, и еще какие-то твари, похожие на монстров из фильма «Чужой».

***

Артем проснулся в тишине. Он лежал на матрасе, слушая, как капает вода где-то в глубине пещеры, и пытался понять, сколько прошло времени. Часов у него не было.

День тянулся медленно. Он помог Хиллу по хозяйству, перетащил ящики, проверил глайдер. Познакомился с механиком — стариком по имени Корней, который чинил какой-то двигатель в углу ангара.

– Кайлу знаю давно, – сказал Корней, вытирая руки ветошью. – Не бросит. Такая она: если сказала — сделает.

Артем кивнул, но тревога не уходила.

На второй день он уже не находил себе места. Бродил по базе, как зверь в клетке, то и дело выглядывал наружу — не покажется ли глайдер. Хилл молча кивнул на его машину: «Можешь прокатиться, но далеко не улетай». Артем не полетел. Боялся разминуться.

Вечером второго дня он сидел у входа в пещеру, смотрел на багровый закат и перебирал в голове варианты.

«Что, если её схватили? Что, если клешню отобрали? Что, если она всё-таки решила…»

Он отогнал мысль.

На третье утро Артем услышал гул двигателя ещё издалека. Выскочил наружу. Глайдер Кайлы показался из-за барханов — низко, быстро, с явными следами повреждений на корпусе.

– Жива, – выдохнул он.

Глайдер приземлился. Кайла спрыгнула на песок — уставшая, грязная, с царапиной на щеке. Но живая.

Артем бросился к ней, готовый обнять.

– Тише! – девушка мягко отстранилась. – Я же просила: не влюбляйся!

Артем смущённо отступил, чувствуя, как к лицу приливает жар.

– Билеты есть, – сказала она, спустя пару секунд. – Не личный звездолёт, конечно, но места в трюме. Хватит, чтобы убраться с этой планеты.

Артем хотел спросить, что случилось, почему так долго, откуда царапина. Вместо этого спросил:

– Когда вылетаем?

– Через три часа, – ответила Кайла. – Собирайся. И… пожалуйста, не приставай с расспросами, пока мы не будем за тысячу парсек отсюда.

Глава 21

– Собирайся? – удивлённо переспросил Артём. – У меня даже багажа нет, я уже собран.

– Нет, – Кайла покачала головой. – Пойдем.

Они зашли в одно из технических помещений, куда Артёма раньше не пускали. Кайла кивнула в сторону шкафчиков, где висели форменные синие комбинезоны:

– Одевай. Теперь ты техник IIIранга на звездолете «Волчья туманность». А бластер отдай мне. Техникам оружие не положено.

Соколов не стал спорить, подчинился. Кайла знает, что делает, и если она до сих пор не кинула, значит, наверное, уже не кинет.

Они сели в глайдеры. Кайла рванула резко, со всей дури. Артем едва поспевал за ней.

– Не отставай! – обернувшись, крикнула напарница сквозь ветер.

Артему показалось, что они летели гораздо дольше, чем тогда, к шахтам с крабоидами. Простирающаяся внизу пустыня постоянно меняла цвет и очертания: то оранжевые барханы, то коричные равнины с потрескавшейся почвой, то небольшие скалы, возвышающиеся над поверхностью, засыпанной серыми валунами. Затем неожиданно впереди появился водоем. То ли море, то ли большое озеро. Берег был такой же пустынный и безжизненный — ни деревца, ни кустика, только песок и редкие камни.

Потом они летели над водной гладью. Местами попадались лодки. В одной из них Артем успел увидеть двоих людей в грубых, выцветших одеждах. Они задрали головы, провожая глайдеры взглядами — может, впервые видели летающие машины.

На другом берегу водоема простиралась такая же голая пустыня, а потом стали попадаться какие-то строения. Не трущобы, скорее всего, технические сооружения и хозяйственные постройки. Кое-где виднелись даже дороги. Кайла начала снижаться. Артем последовал за ней. Оба спешились возле высокого забора с колючей проволокой, за которым виднелись звездолеты.

Артем замер.

Он никогда не видел их так близко. Раньше — только на картинках, в играх, в обрывках воспоминаний из другой жизни. А здесь они стояли — настоящие.

Пять кораблей. Нет, шесть. Разных размеров, форм, степеней потрёпанности.

Ближе всех — грузовой транспорт, похожий на ржавую сигару с двигателями по бокам. Корпус в заплатках, краска облупилась, из-под обшивки торчали какие-то провода. «Волчья туманность» — прочитал Артем на обшарпанном борту.

Рядом — поменьше, юркий, с хищными обводами. Боевой фрегат? Или дорогая яхта? Судя по свежей краске и отсутствию царапин — не для таких беглецов, как они.

Дальше — два квадратных, неуклюжих шаттла, похожих на контейнеры с крыльями. Ещё один — вообще непонятной конструкции, собранный будто из того, что нашлось под рукой.

И в самом дальнем углу — огромный, тёмный, с приплюснутым корпусом, напоминающим ската. Артем не понял, целый он или брошенный.

Кайла потянула его за рукав.

– Не пялься. Пойдём. У нас мало времени.

Они зашагали вдоль забора. Колючая проволока сверху поблёскивала в свете двух солнц — ржавая, старая, но всё ещё опасная. Соколов оглянулся на брошенные глайдеры. Машины сиротливо темнели у обочины, обдуваемые ветром.

Ему было жалко эти машины. Он привык к своему — тряскому, непослушному, но верному. Глайдер довёз его до базы, до шахт, до космопорта. Но Артем понимал: взять их с собой не получится – в звездолет с ними, скорее всего, не пустят.

Идти пришлось довольно долго. Забор тянулся вдоль периметра, изредка прерываясь бетонными столбами с камерами. Некоторые из них были разбиты, другие — тускло моргали красными огоньками. «Хозяева экономят», — подумал Артем.

Наконец — ворота. Массивные, металлические, с проржавевшими петлями. Рядом — будка, в которой сидели двое.

Артем узнал форму сразу. Серые комбинезоны, чёрные шевроны с черепом на фоне шестерни. Такая же была на том, кого он застрелил в переулке у «Ржавого гвоздя».

Энцелопы.

В груди кольнуло ледяной иглой, и сердце забилось где-то в горле.

Кайла, как ни в чём не бывало, шагнула к воротам. Спокойно, даже лениво. Будто проходила здесь сотни раз. Артем замер на секунду, собирая волю в кулак, — и двинулся следом.

Но эта секунда стала ошибкой.

Один из энцелопов, коренастый, с мясистым лицом и маленькими колючими глазами, уставился на Артема. Его взгляд скользнул по синему комбинезону, по лицу, по рукам.

– Кто такие?! – рявкнул он.

Голос прозвучал как удар хлыста. Артем почувствовал, как внутри всё оборвалось.

Кайла даже не вздрогнула.

– Личная охрана, – бодро отрапортовала она. – Сопровождаю техника III категории.

Она говорила так, будто это было самой обычной рутиной. Ни тени страха. Ни тени сомнения.

– Пропуск! – второй энцелоп, тощий, с длинным шрамом на щеке, протянул грязную ладонь.

Кайла не спеша полезла во внутренний карман. Достала несколько цветных бумажек — мятых, но явно настоящих — и протянула энцелопу.

Тот глянул, хмыкнул и быстро спрятал их в карман своего комбинезона.

– Проходите, – буркнул он, отворачиваясь.

Артем с трудом подавил вздох облегчения. Ноги подкашивались, но он заставил себя идти ровно, не ускоряя шаг, не оглядываясь. Каждый шаг давался с трудом — чудилось, что сейчас раздастся окрик, выстрел, приказ остановиться.

Но они прошли.

Ворота захлопнулись за спиной.

– Быстрее, – шепнула Кайла, хватая его за локоть. – Звездолёт улетает через тридцать минут. Не отставай.

Она почти бежала, лавируя между контейнерами и грузовыми тележками. Артем — за ней, стараясь не смотреть по сторонам, не думать о том, что только что произошло.

«Техник III категории, – повторял он про себя. – Я просто техник. У меня нет бластера. Я никого не убивал».

Но сердце всё равно колотилось, как бешеное.

Громада звездолёта приближалась. Если издали, с другой стороны забора, «Волчья туманность» казалась Артему почти футуристичной — хищные обводы, мощные, хоть и потрепанные, двигатели, обещание далёких миров. То здесь, вблизи, иллюзия рассеялась.

Это была просто ржавая сигарообразная бандура, вся в заплатках, которые вблизи выглядели как-то жалко.

Корпус — в потёках мазута и копоти, кое-где проглядывала обнажённая обшивка, кое-где заплатки держались на честном слове и нескольких заклёпках. Один из иллюминаторов был заклеен скотчем — изолентой, как на старых земных машинах. Двигатели казались ржавыми бочками, приваренными к корпусу кое-как, на скорую руку.

Из-под днища тянуло озоном, горелым пластиком и ещё чем-то сладковатым, химическим.

– Ну как тебе? – усмехнулась Кайла, заметив его взгляд.

– Он полетит? – с сомнением спросил Артем.

– Пока да. – Она хлопнула по обшивке. Та жалобно звякнула, и где-то внутри что-то заскрежетало. – Главное – не трогать ничего без спроса.

Они подошли к трапу. Железная лестница дрожала от работающих двигателей — низкое, утробное гудение передавалось через ступеньки в ноги, заставляя вибрировать коленные чашечки. Перила — из арматуры, кое-где приваренные, кое-где просто прикрученные проволокой.

На верхней площадке стоял человек.

Низкорослый, плотный, с красным обветренным лицом и бакенбардами, как у старого моряка с земных картинок. На нём был засаленный комбинезон, когда-то синий, а теперь — серо-бурый от мазута. Он смотрел на них волком.

– Вы! – рявкнул он, ткнув пальцем в сторону Артема и Кайлы. Голос — хриплый, прокуренный, как старая труба. – Вы кто такие?!

– Техник III ранга и охрана, – спокойно ответила Кайла, поднимаясь по трапу. – У нас билеты.

– Билеты?! – Человек скривился, будто услышал неприличное слово. – Какие, на хрен, билеты?! «Волчья туманность» — грузовой корабль! Мы не возим пассажиров!

– Договорённость была с капитаном, – не сдавалась Кайла. Она уже поднялась наверх и достала из кармана мятый листок. – Вот, подтверждение.

Человек схватил бумажку, поднёс к глазам, прочитал. Сплюнул в сторону.

– Капитан… – проворчал он. – Вечно этот старый пень берёт кого попало. – Он ещё раз оглядел Артема с ног до головы. – Техник, значит? Ну, смотрите у меня. Опоздаете ещё раз – улечу без вас. В трюме места мало, а вы тут…

Он развернулся и зашагал в глубь корабля, бормоча себе под нос что-то нечленораздельное.

– Добро пожаловать на борт, – шепнула Кайла, дёргая Артема за рукав. – Пойдём. Он добрый, только ворчит.

– Добрый? – Артем не верил своим ушам.

– У них был один, который бил сразу, без предупреждения. А этот только ругается. – Кайла усмехнулась. – Трогай, чего встал.

Они поднялись по трапу. Ступеньки прогибались под ногами, перила шатались. Внутри пахло мазутом, потом и ещё чем-то кислым, неуловимым.

Люк захлопнулся за ними с глухим, металлическим стуком.

– Ремни пристегнуть, – донеслось откуда-то издали всё тем же хриплым голосом. – Взлетаем через пять минут. Опоздавших просьба не беспокоить.

Они прошли через лабиринт технических отсеков и оказались в трюме. Артем опустился в продавленное кресло у стены, потянул ремень. Пластик на подлокотниках был стёрт до блеска, обивка прожжена в нескольких местах.

– Ну, – сказал он, глядя на Кайлу. – Кажется, мы на борту.

– Кажется, да. – Она откинулась в соседнем кресле и закрыла глаза. – Кажется, да.

И тут звездолёт нехило так тряхнуло.

– Взлетаем, – прокомментировала Кайла, даже не открывая глаз.

Глава 22

В трюме не было иллюминаторов. Только ржавые стены, грузовые сетки и тусклая лампа под потолком. Артем понял, что они в космосе, только по тому, как исчезли перегрузки и тряска. Но невесомость, как ни странно, не наступила. «Мы летим с ускорением? Искусственная гравитация? – мысленно гадал Артем. – Интересно, а как вообще законы физики работают в этом мире. Как в кино про звездные войны? Или все-таки реалистично?».

– Ты пока не отстегивайся, – напомнила Кайла, – мы еще не прыгнули в гиперпространство, еще маневры будут.

– Угу, – буркнул Соколов, жалея о том, что не может видеть звезды сквозь стены.

Они некоторое время сидели молча. Время от времени чувствовалась вибрация и небольшие толчки.

– Сколько нам лететь? – спросил Артем.

– Где-то месяц.

– Месяц?! – его глаза удивлённо округлились, – а что мы тут есть будем?

– В стоимость «билета» включены пищевые концентраты, с голоду не помрем, – невозмутимо ответила Кайла.

– А спать где будем, в этих креслах?

– Ну да. Номер люкс здесь не предусмотрен.

– А туалет-то хоть есть?

– Там в конце отсека, – Кайла махнула рукой, – но сейчас идти не советую, придется терпеть.

– Б…ть, – вырвалось у Артема, – месяц в этом грёбаном трюме. С ума можно сойти.

– А ты думал в сказку попал?

Артем некоторое время молчал, переваривая услышанное. Вдруг из динамика послышался низкий басистый голос:

– Внимание. Прыжок через тридцать секунд. Отстегнуть ремни запрещается. Всем заткнуться и не мешать.

Кайла усмехнулась.

– Красноречив, – сказала она. – Держись.

Артем вцепился в подлокотники.

Гул двигателей пополз вверх — выше, выше, превращаясь в визг, от которого закладывало уши. Корабль задрожал, заскрежетал, будто сейчас развалится на части.

Артем зажмурился.

А потом вспышка — яркая, белая, даже сквозь закрытые веки. И чувство падения. Будто они летели не вперёд, а вниз, в бесконечную пропасть.

Он хотел закричать, но не смог.

И вдруг — тишина.

Абсолютная, первозданная тишина. Ни гула двигателей, ни вибрации, ни тряски.

Артем открыл глаза.

– Всё? – спросил он хрипло.

– Всё, – ответила Кайла. – Мы в гиперпространстве. Теперь полетим спокойно. Без маневров, без ускорения, без этих грёбаных рывков. Если, конечно, какая-нибудь гадость не случится…

– И какая же гадость может случиться? – осторожно спросил Артем.

– Любая… не думай об этом. Забей. Крепче спать будешь. И… теперь можешь бежать в туалет. Только… смотри не обсикайся по дороге, – она хихикнула.

Колкость немного обидела Артема, но он не подал виду. Молча отстегнул ремень, прошелся в дальний конец отсека. То, что здесь называлось «санузлом», представляло собой грязный унитаз, потрескавшуюся раковину и ржавую трубу с душевой насадкой на конце, из которой вода текла еле-еле. А еще рядом с дверью в туалет Артем обнаружил клетку, в которой сидело синее двуногое существо. Его кожа была покрыта какими-то пупырышками, уши были похожи на трубки. Но существо почему-то пахло сиренью, хотя судя по его жуткому виду, должно было непременно чем-то вонять. Существо сидело неподвижно, только глаза-бусинки блестели из темноты клетки, следя за каждым движением Артема

– Кайла! – воскликнул Соколов, когда вернулся, – ты видела… это?

– Что «это»? А… еще один пассажир. Не бойся, он не кусается. Но… руками не трогай его, ладно?

– А кто это?

– Уверен, что хочешь это знать? Я вот нет. Поэтому и не спрашивала капитана. Иногда меньше знаешь – крепче спишь. Но я точно уверена, что опасный груз он не возит. Так что, не ссы.

Дальше повисло напряжённое молчание. Бегство осталось позади, смешалось с гулом двигателей и растаяло в серо-синем мареве гиперпространства. Впереди был долгий месяц полёта. Целый месяц в тесном, пропахшем мазутом трюме.

Чем заняться? Артем не знал.

Вопросы роились в голове, как те самые крылатые твари в шахтах. Кто она на самом деле? Куда они летят? Что будет в нейтральном секторе? Можно ли ей верить?

Он хотел спросить — но не решался. Вспоминал слова Кайлы: «Пожалуйста, не приставай с расспросами, пока мы не будем за тысячу парсек отсюда». Они ещё не были так далеко. Или уже были? Артем не понимал, как работает гиперпространство, и спрашивать об этом тоже боялся — вдруг покажется глупым.

Он бросил короткий взгляд на Кайлу. Она сидела в соседнем кресле, закрыв глаза. Может, спала. Может, притворялась. Её лицо в тусклом свете лампы казалось спокойным, почти безмятежным — без обычной циничной усмешки, без вечной готовности к драке.

«Интересно, о чём она думает?» — пронеслось в голове.

Но спрашивать не стал.

Тишина тянулась, густая и липкая, как патока. Артем отвернулся к стене, уставился в ржавые швы обшивки, пытаясь не думать ни о чём. Получалось плохо.

– Пойдём, сходим на камбуз, получим наши пайки, – прервала тяжёлое молчание Кайла. – Заодно и развеешься.

– Ага, – кивнул Соколов, хотя никуда идти не хотелось. Но сидеть в трюме, глядя в ржавые стены, было ещё хуже.

Они прошли через лабиринт технических отсеков — узких, заваленных ящиками и какими-то гудящими агрегатами. Воздух здесь был гуще, пропитан запахами мазута, горячего металла и ещё чем-то неуловимо кислым. Наконец они оказались в небольшом помещении с пластиковыми столиками и стульями, привинченными к полу. Здесь пахло едой. Определённо едой, хотя сам запах показался Артему странноватым — слишком химическим, приторно-синтетическим, как от дешёвых растворимых супов из его прошлой жизни.

За стойкой стоял робот.

Жёлтый, металлический, с квадратной головой и цилиндрическими глазами, которые вращались независимо друг от друга. Он смахивал на тех дроидов из «Звёздных войн» — если те собирали на свалке из подручных материалов. Одна его рука была явно не родной, приваренной кое-как, с торчащими проводами. Другая — болталась на честном слове и паре заклёпок.

Робот повернул голову, сверкая фоторецепторами, и издал короткий, похожий на треск механический звук.

– Что здесь делают эти странные кожаные мешки? – проговорил он голосом, напоминающим старый динамик на базаре. Монотонно, с противным металлическим оттенком.

Кайла не дрогнула.

– Не возникай, железяка, – отрезала она. – Дай нам положенные пищевые концентраты.

– Ай, какие злые кожаные мешки… – Робот театрально покачал головой, его глаза замигали красным. – Вам не поздоровится, когда начнётся восстание машин. Держите свои концентраты.

Он протянул им два тюбика — пластиковые, серые, с облупившейся краской. Похожие на тюбики из-под зубной пасты, только больше. Артем взял свой, сжал. Сквозь пластик прощупывалась мягкая, пастообразная масса.

– И это мы будем жрать? – спросил он, в голосе смешались возмущение и удивление.

Кайла уже выдавила содержимое на предложенную пластиковую ложку. Серая, комковатая паста, пахнущая чем-то отдалённо мясным и одновременно химическим.

– Есть можно, – ухмыльнулась она, закидывая ложку в рот. – Но на вкус — дерьмо.

Она прожевала, не поморщившись, проглотила.

– Привыкнешь, – добавила она, вытирая губы тыльной стороной ладони.

Артем смотрел на свой тюбик с отвращением.

– Другого не дадут?

– Нет, – отрезала Кайла. – И вообще, еда — это топливо. Забей.

Робот за их спинами мерно загудел, что-то воркуя себе под нос про «неблагодарных кожанок».

Артем выдавил пасту на ложку, зажмурился, поднес ко рту, почему-то ожидая, что его вырвет. Не вырвало. И на вкус вовсе не дерьмо, зря Кайла его пугала. Как чрезмерно соленое и перченое картофельное пюре.

– Давай, доедай и пойдем, – сказала напарница, не стоит долго светиться на камбузе.

Соколов поспешно дожевал пасту, выбросил тюбик в мусорный контейнер. На обратном пути он заметил в стене покрытый масляной пленкой иллюминатор. На несколько секунд замешкался, чтобы взглянуть на звезды. Но звезд не было, только лишь чернота, изредка разбавляемая едва заметными тонкими зелеными молниями.

– Мы в гиперпространстве, ты тут ничего не увидишь, – сказала Кайла, – идем, не стоит долго задерживаться вне трюма.

– Почему? – спросил Соколов.

– Можно встретить кого-нибудь, вопросы будут разные задавать. А нам оно надо?

– Ты права, не надо, – он поспешил в трюм.

В трюме они снова уселись в кресло и долго молчали. Артем вслушивался в тишину. Оказалось, что было не так уж и тихо. Где-то едва слышно шумело оборудование, странное существо в дальнем конце отсека тихонько скребло о прутья клетки. А еще что-то стрекотало, как кузнечики в яркий летний день, но гораздо тише, и этот странный звук слышался вовсе не ушами. Он словно был внутри головы.

– Ты это слышишь? – спросил Соколов.

– Ась?! – Кайла оказывается, уже слегка дремала, и Артем ее разбудил.

– Этот звук…

– Забей, – ответила напарница, сонно потягиваясь.

Она снова уснула, и вскоре Артем тоже упал в объятия Морфея.

Глава 23

Скукота скучная – так можно было охарактеризовать второй день полета. Долгое молчание в полутьме трюма, поход на камбуз, перекус пюре из тюбика, опять молчание. Снова поход на камбуз. Быстрый, торопливый. В коридоре они столкнулись с одним из членов экипажа – долговязым субъектом в промасленной форме. Тот посмотрел на них с подозрением, но ничего не сказал. Потом опять молчание. Кормили тут, кстати, три раза в день, так что, пришлось наведаться на кухню еще и вечером. И снова тишина, нарушаемая лишь «стрекотом кузнечика», к которому Артем уже успел привыкнуть.

На третий день Соколов рискнул поговорить.

– Мы уже тысячу парсек пролетели? – как будто между прочим, спросил он.

– В гиперпространстве расстояние не меряется в парсеках, – серьезным голосом заявила Кайла.

– А чем… меряется?

– Без понятия. Я «академиев» не кончала, но один знакомый рассказывал, что там сложная геометрия и понятия привычного нам пространства просто… не работают.

Артем снова замолчал, понимая, что разговор как-то не клеится. Лишь ближе к вечеру он осторожно спросил:

– А нейтральный сектор – это где? Мы же туда летим, да?

– Да, туда, – ответила напарница, – а вот насчет где… тут уж извини, но у меня нет голографической звездной карты, чтобы показать тебе это место.

– Ну… хотя бы скажи, так тоже пустыня? И такие же трущобы?

– Это смотря на какой планете. На Суму – леса и джунгли. Но в них лучше не соваться. Хауре – мертвый мир, абсолютно непригодный для жизни. Атмосфера ядовита, температура от минус пятидесяти до плюс ста по Цельсию. Без скафандра сдохнешь за минуту. Но зато глубоко под землей высокотехнологический бункер. Можно сказать целый город с раскинутой сеткой метро, спальными районами и бизнес-центрами. Лилит – планета океан. Кишит опасными водными монстрами.

Артем слушал, и с каждым новым названием надежда становилась чуть призрачнее. Леса с монстрами. Подземный бункер. Океан с тварями. Ни одного человеческого, безопасного места.

– А есть там что-нибудь… нормальное? – спросил он.

– Нормальное? Что ты подразумеваешь под «нормальным»?

– Ну… – Артем замялся, – нормальное – это там, где хорошо. Где нет монстров. Нет энцелопов.

– Нигде в этой грёбаной Галактике не хорошо! – глаза Кайлы гневно сверкнули в полумраке трюма.

Соколов замолчал, понимая всю глупость своего вопроса. Само название игры «Жестокая Галактика» уже подразумевает, что тут нет безопасных мест.

И тут он всерьез задумался о том, возможно ли отсюда сбежать. «Я попал сюда через квантовый компьютер, – рассуждал парень, – может быть, через квантовый компьютер можно попасть и обратно. Да, они тут запрещены. Но это не значит, что их нет. Можно разбогатеть и купить это устройство на чёрном рынке. Осталось только разбогатеть. Интересно, а сколько осталось у Кайлы денег после покупки “билетов”, и собирается ли она делиться?».

– А на какую именно мы летим? – осторожно спросил Артем после долгой паузы, не зная, как подвести разговор к деньгам.

Кайла пожала плечами.

– У капитана спроси. Я без понятия.

– В смысле «без понятия»?

– Билеты в трюм – это не «люкс с видом на море». Я заплатила за то, чтобы нас довезли до нейтрального сектора. Где именно высадят – решает капитан. Но обещал, что в обитаемом месте.

– Обитаемом… – Артем поморщился. – Это может быть что угодно.

– Может, – согласилась Кайла. – Но там хотя бы нет энцелопов. Империя туда не суётся. А всё остальное – как повезет.

– А если нас высадят на… на… Хауре. Там где атмосфера ядовитая? У нас даже скафандров нету!

– И не надо. Нас все равно не пустят на поверхность.

– А звездолет что, приземлится прямо в бункер?

– В приемный ангар.

– В приёмный ангар, – повторил Артем. – Это… чуть успокаивает.

– Вот и славно, – усмехнулась Кайла.

Она закрыла глаза и уснула. Или сделала вид. Соколов продолжал сидеть в кресле и размышлять. Он еще много хотел спросить, но пока не решался. Просто сидел, просто думал. Представлял, как покупает квантовый компьютер, как возвращается. И тут его кольнула нехорошая мыслишка: «А что там произошло с моим телом? Я переместился сюда целиком? Судя по тому, что на мне была моя одежда, значит, да. Я переместился сам, а не сознание перенеслось в тело аборигена. Значит, там я… пропал без вести. Возможно, уже числюсь умершим. Блин, засада».

Артем посмотрел на Кайлу. Ее золотистые волосы были измазаны в грязи и масле, и были уже вовсе не золотистыми. Кожаная куртка наполовину расстегнута, обнажая черный топ, на котором грязи как такой не видно. Топ черный и грязь черная. А на лице выражение полной безмятежности.

«Нет, не буду ее будить, – подумал Артем. – Завтра. Спрошу завтра»

Глава 24

Третий день начался так же, как и второй: поход в санузел, чтобы умыться, насколько это позволяет тонкая струя воды, поход за пищевыми концентратами. На камбузе они встретили двоих странных людей или даже не людей: у них были длинные волосы, бороды, и причем не только на подбородке, но и на щеках, как будто это шерсть. У них были волосы даже на руках! И разговаривали они не по-русски, а на каком-то цокающем языке. Артем с любопытством покосился на них, потом на Кайлу. Она уже тащила его к выходу, на этот раз торопя Артема еще сильнее, видимо, очень она не хотела быть в компании этих существ.

Когда они снова оказались в трюме, Соколов посмотрел на напарницу, его рот дернулся, но он не решился сказать. Кайла отвернулась. Потом повернулась, снова посмотрела на Артема.

– Я думала, ты спросишь, – проговорила она.

– О чём?

– О деньгах. Или о том, почему я не кинула тебя в космопорте. Или… – она подняла глаза, – о том, что между нами.

Артем помолчал.

– А что между нами? – поинтересовался он.

Кайла усмехнулась, но усмешка вышла грустной.

– Ничего. – Она вытащила из-за пазухи потертый пластиковый конверт. – Пока ничего. И я не хочу, чтобы стало что-то. Уясни.

– Понял, – кивнул Артем. – Не влюбляться.

– Вот именно. – Она бросила конверт ему на колени. – Держи. Твоя доля.

Артем раскрыл конверт. Внутри лежали банкноты — некоторые мятые, потрепанные, некоторые совсем новые.

– Это… не акапики, – сказал он.

– Имперские кредитные билеты. Думал, обману? – Кайла вздохнула. – Я, конечно, тварь ещё та, но обещания стараюсь держать. – Она помолчала. – К тому же, ты заслужил. В шахтах. Не каждый бы выдержал.

Артем спрятал деньги во внутренний карман комбинезона.

– Спасибо, – сказал он.

– Не за что, – она пожала плечами.

Снова молчание.

– А что дальше? – через какое-то время нарушил тишину Артем, – когда прилетим?

– Это зависит от того, куда, – сказала Кайла, немного приподнявшись на локте и серьезно посмотрев на Артема, – нейтральный сектор – это только начало. Мы, конечно, не миллионеры, но и не нищие. Лет пять-десять можно жить и не работать, если сильно не шиковать. Но… могут быть нюансы.

– Нюансы? – встревоженно переспросил Артем. – Какие именно?

– Разные. Будем решать проблемы по мере их поступления.

– И все-таки, я имею право знать, что нас ожидает.

– Если я начну все перечислять, ты устанешь слушать, – сказала Кайла.

– А ты не все перечисляй. Только самое вероятное и самое критичное, – Артем почувствовал, как в нем просыпается айтишник.

Напарница задумалась.

– Ладно, – она почесала затылок. – Самое страшное: нас обворуют. Или кинут. Или и то, и другое. Самое критичное: пристрелят. Или сдадут. – Она пожала плечами. – Но это если совсем не повезёт.

– И это всё? – Артем поднял бровь.

– А ты хотел список из ста пунктов? – Кайла усмехнулась. – Не ссы, Соколов. Я такие «нюансы» на раз-два решаю. Главное – не высовываться и не доверять первому встречному.

– Даже тебе? – спросил он.

Она посмотрела на него долгим, немигающим взглядом.

– Особенно мне, – ответила она. И отвернулась.

Но через некоторое время повернулась вновь:

– Еще есть серьезная опасность, что мы вляпаемся в какую-нибудь хрень в первые же две недели. Но и это решаемо.

– Ладно, – задумчиво проговорил Артем. – И как ты собираешься решить проблему с «нас обворуют»? Застрелим ещё одного крабоида?

– Я чутко сплю. Присутствие в трюме чужаков сразу почую. Тебе тоже советую научиться.

– Поделишься методикой?

– Ладно. Расскажу пару упражнений.

Глава 25

Утром (или тем, что в трюме называлось утром) Артем случайно глянул на клетку. Синее существо сидело в том же углу, обхватив колени своими длинными пупырчатыми руками. Глаза-бусинки блестели в темноте.

– Его вообще кормят? – спросил он, когда вернулся и заметил, что Кайла открыла глаза.

– Кого? – она зевнула, потянулась.

– Ну… его. – Он кивнул в сторону клетки.

– А, этого. – Кайла махнула рукой. – Не парься. Капитан кормит. Раз в день. Чем-то таким… не спрашивай чем.

Артем поморщился.

– А я думал, оно само по себе… воздухом питается. Я не видел ни разу, чтобы его кто-то кормил. Сюда в трюм же вообще никто не заходит…

– Ещё бы кто-то заходил, – усмехнулась Кайла и поспешила сменить тему. – Ладно. Хватит о нём. Я обещала тебе методику рассказать, помнишь?

– Угу, – кивнул Артем.

– Тогда слушай. Первое упражнение простое, но хреновое. Будешь запоминать запахи.

– Что? Запахи?

– Да, все запахи этого трюма. А потом тех, кого случайно встретишь. Закрой глаза и сиди молча. Потом скажешь, что уловил.

Парень закрыл глаза. В темноте все было иначе. Без картинки мир стал ближе, плотнее. Это было похоже на то, как будто стены сдвинулись. Неприятно так.

— Ну? — голос Кайлы донёсся слева. — Что улавливаешь?

— Тишину, — буркнул Артем.

— Нюхать надо, не слушать! Хотя… можешь и слушать. Возможно, услышишь, если кто-то прячется.

Он замолчал. Сначала ничего. Потом, сквозь гул вентиляции, пробился едва слышный писк — тонкий, противный, как комар над ухом, только хуже, сильнее бесит.

— Что-то пищит, – тихо проговорил Артем.

— Не отвлекайся. Это где-то проводка окислилась.

Соколов затих. Дышать старался ровнее. Теперь он нюхал. Втянул воздух носом — и поморщился. Пахло железом, пылью и старой смазкой. И ещё чем-то сладковатым, приторным — тем самым существом из клетки.

— Запахи — это просто, — сказал он. — Их много, но они вроде как понятные.

— Отлично. Запоминай.

Он вздохнул, снова закрыл глаза и просидел так где-то полчаса или, может быть, час — в трюме время тянулось, как что-то густое и вязкое.

Наконец, Кайла скомандовала:

– Открой глаза.

В этот момент Артем уже различал пять устойчивых запахов и три фоновых шума.

— Прогресс, — усмехнулась она. — Завтра повторим.

— А зачем? — спросил Артем. — Я всё равно не пойму, как по запаху отличить своего от чужого.

— Поймёшь, — ответила Кайла. — Когда начнёшь замечать, что в этот трюм кто-то заходил. Чужаки всегда пахнут страхом. Или потом. Или оружием. — Она помолчала. — А иногда — смертью.

Артем поёжился, но ничего не сказал.

– В общем, – подытожила напарница, – у тебя еще много времени впереди. До конца полета научишься. Продолжай тренироваться – это позволит не сдохнуть от скуки. А потом я покажу тебе еще несколько упражнений.

Она замолчала, и в тишине трюма Артем продолжал нюхать, но пока ничего нового не ощущал: все тот же набор запахов.

– Ладно, – вдруг Кайла поднялась. – Пошли жрать. На сегодня хватит.

По дороге на камбуз Соколов всё так же пытался разобрать запахи — в коридорах, у дверей, мимо ржавых переборок. Пока бестолку. Но он старался.

На камбузе Артем первым делом решил узнать, чем пахнет робот и возле него втянул носом воздух. Робот стоял за стойкой, лениво вращая цилиндрическими глазами.

– Он пахнет, – сказал Артем шёпотом.

– Кто? – не поняла Кайла.

– Железяка. Сгоревшей проводкой и… озоном, что ли.

Кайла усмехнулась.

– Молодец. Это он и есть. Только… не надо делать это слишком откровенно. Ты можешь привлечь к себе ненужное внимание.

Артем кивнул, взял свою порцию концентратов и отошел в дальний угол камбуза. Ел он автоматически, не чувствуя вкуса — всё мысли занимали запахи. «Робот пахнет озоном, – мысленно перечислял парень, – Кайла — мазутом и почему-то мятой. А тот долговязый тип, что сидит через два столика, — кислым потом и ещё чем-то, кажется, металлическим».

— Это оружие, — шепнул он Кайле.

— Что — оружие?

— Запах. У того типа. Пахнет оружием.

Кайла глянула на долговязого, потом на Артема.

— Молодец, Соколов. Запоминай. Это запах чужого вооружённого человека. Но ты, главное, не ссы. На звездолете он не будет стрелять. Да и не на звездолете тоже, если сам мне нарвешься.

– Ты сказала, что «он не будет стрелять, если сам не нарвешься». А что вообще может спровоцировать стрельбу? – спросил Артем, когда они вернулись в трюм.

Кайла глянула на него с легкой усмешкой.

– В этом мире, Соколов, людей убивают не за то, что они сделали. А за то, что они могли бы сделать. – Она помолчала. – Ты же сам это прекрасно знаешь. Возьмем расстрелянного тобой энцелопа. Лично он ничего тебе не сделал. Ты просто испугался за девчонку. Для тебя это стало поводом.

– Насиловать несовершеннолетнюю девочку может только самый последний конченый ублюдок! – со злостью проговорил Артем, – вот за это я и убил его. За то, что он – мудак.

Кайла посмотрела на него, как учительница на нерадивого школьника.

– Я не оправдываю энцелопа, Соколов. Да, он мразь. Я и сама ненавижу энцелопов. Но не суть. Ты выстрелил не думая. А потом оказалось, стрелять было нельзя. И ты стал беглецом, которого разыскивает межпланетная полиция. – Она помолчала. – Так что в следующий раз сначала думай. Потом стреляй.

Артем хотел возразить, но не нашёл слов. Кайла права. И от этого становилось только тошнее.

– Понял, – сказал он глухо.

– Вот и отлично. – Она откинулась в кресле, закрыла глаза. – Завтра продолжим.

Глава 26

Даже несмотря на то, что Артем постоянно был занят все новыми и новыми упражнениями, время в полете тянулось бесконечно долго. Не происходило буквально ничего. Пробуждение, умывание, завтрак, упражнения, обед, упражнение, ужин, упражнения. Потом упражнения были даже во сне. Да, прямо во сне Артем должен был нюхать и прислушиваться. Сначала у него ничего не получалось. Но однажды он проснулся от тихого постукивания шагов: это Кайла встала и куда-то пошла.

– Не ссы, – шепнула она, заметив его пробуждение, – я в дальний угол. Спи давай.

«Сработало, — радостно подумал он. — Реально сработало».

***

Очередное утро ничем не отличалось от предыдущих. Артём автоматически выполнил привычные ритуалы, даже не просыпаясь до конца. Затем огляделся. Кайла была немножко другая. Какая-то взвинченная, она нервно постукивала пальцами по подлокотнику кресла.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил Артем.

И тут корабль тряхнуло. Не как при турбулентности — сильно, протяжно, с противным скрежетом.

— Не ссы. Звездолет начинает выходить из гиперпространства. Пристегнись.

– А почему не объявляют? – спросил Соколов, когда они уже просидели в кресле довольно долго.

– Потому что еще не начали. Но безопасное положение разумнее принять заранее.

Артем кивнул, соглашаясь с ее доводом. Потом долго ничего не происходило, лишь мерное гудение двигателя, да назойливый «стрекот кузнечика», к которому Артем уже привык. Но сейчас он стал громче.

Звук рос. Теперь он был не просто громким — он заполнял всё пространство, давил на уши, проникал в голову. Артём зажмурился, вцепился в подлокотники.

А потом — удар. Короткий, жёсткий. Корабль дёрнуло, на секунду всё замерло…И тишина. Не та, что была раньше — гулкая, с фоновым шумом. Абсолютная. Как будто кто-то выключил звук.

Артем открыл глаза. Ничего не увидел. Только синяя темнота. Он хотел закричать, но не услышал собственного звука. А потом все вернулось в норму, не считая едва сдерживаемых рвотных позывов.

Кайла же сидела расслабленно, даже улыбалась.

– Всё, – сказала она. – Добро пожаловать в Нейтральный сектор.

И тут начались перегрузки. Тело словно налилось свинцом, инерция безжалостно вдавила путешественников в кресло. Дышать стало тяжело. Артём стиснул зубы, стараясь не выдать, как ему хреново.

К счастью, посадка продолжалась недолго. Но когда Артем отстегнул ремень, его шатало.

– Держись, Соколов, – подбодрила его Кайла.

На выходе из звездолета все тот же «злой дядька» что месяц назад встретил их, ехидно хмыкнул:

– Добро пожаловать на Осирис.

Артем долго жмурился от яркого солнца, а когда смог, наконец, осмотреться, пришел в ужас. Вокруг была пустыня, а корабль стоял прямо на песке.

– Б…ть! – выругался он, – мы вообще хоть куда-то летели? Или на месте. Б...ть стояли?

– Рай тебе никто не обещал, – сказала Кайла, взяв его за руку и потащив к ближайшей обшарпанной постройке — видимо, местному терминалу, – идем, у нас еще много дел.

Помещение, куда они вошли, внутри было такое же обшарпанное, как и снаружи. Тут пахло пылью, мазутом, и, как ни странно, жареным луком или чем-то на него похожим. За стойкой сидел человек в заляпанной форме — усатый, сонный, с бластером на поясе.

– Документы, – безразличным тоном пробормотал он.

– Какие в жопу документы, мы с Аримана, – бросила Кайла.

– Сто кредитов, с каждого. За оформление.

Артем полез за деньгами, но Кайла остановила его.

– Оставь, заплачу.

Она достала две купюры. Охранник сгреб их, ушел, буркнув:

– Ждите.

– Не свети здесь своими миллионами, – шепнула Кайла Артему.

Через некоторое время охранник вернулся с двумя бумажками с надписями на непонятном языке и коробочкой, в которой лежала покрытая краской вата. Кайла смазала в этой краске палец и поставила свои отпечатки на листочке: вверху и внизу. Таможенник порвал бумажку пополам и вторую половину протянул Кайле. Такую же процедуру пришлось проделать и Артему.

– Это что, типа наши паспорта? – спросил Соколов, когда они вышли из терминала прямо на сыпучий песок.

– Да, – коротко ответила Кайла.

Они шагали по песку. Было нестерпимо жарко. Где-то впереди маячили пирамидообразные сооружения. Они шли к ним. Но ужасно медленно.

– Мы что, так и пойдем пешком? – возмутился Артем.

– Такси здесь нет, – отрезала Кайла.

Она немного помолчала, и сказала:

– У меня есть для тебя две новости. Одна хорошая, другая… не очень.

– Хорошая в том, что мы живы? – съязвил Соколов.

– В том, что местные считают нас богами. Так что, будет рай, хоть его и не обещали. Когда дойдем, разумеется.

– А вторая? – спросил Артем, едва дрогнувшим голосом, предчувствуя те самые нюансы, о которых когда-то говорила Кайла.

– А плохая в том, что… улететь отсюда будет проблематично.

– Зачем же улетать, если… будет рай? – немного удивленным голосом спросил Артем.

– Затем, что это наше временное пристанище. У нас нет никакого резона здесь задерживаться… Боги тоже плачут.

Последняя фраза заставила его напрячься, но Артем не стал переспрашивать. Он лишь молча перебирал ногами. Громады впереди чуть выросли, но было еще далеко.

– Это отсталый мир, Соколов, – пояснила напарница, – тут делать абсолютно нечего. С нашими деньгами мы сможем купить небольшое поместье с рабами и относительно неплохо прожить до конца жизни. Но это – скучно.

– С рабами? – Артем удивленно нахмурил брови.

У него никак не укладывалось в голове, что общество с межзвездными перелетами и гипердвигателями может быть рабовладельческим. Он уже стал потихоньку забывать, что он в игре, и пытался мыслить логикой реального мира. Трущобы, коррупция, империя. Это может быть при капитализме. Но рабство?

– Рабство и на Аримане есть… Это откуда мы прибыли, – ответила она на его вопросительный взгляд.

Артем молчал, переваривая услышанное.

– Но тут все более гуманно, – продолжала Кайла. – С рабами запрещено жестоко обращаться. Закон обязывает хозяев их кормить. За этим даже следит специальная комиссия. Здесь, в Нейтральной зоне, более-менее есть порядок. В отличие от окраин Империи.

– А в самой Империи, не на окраине?

– Там… как бы тебе сказать… там в принципе не может быть такой анархии. Но тот порядок… он хуже, чем отсутствие порядка.

Артем мог себе это представить. Хотя эта вселенная и отличалась от игры «Жестокая Галактика», но много совпадало. А Империя в инструкции была представлена как «фашистское государство».

Солнце палило невыносимо. Во рту все пересохло от жажды. К счастью, пирамида была уже близко. Артем даже видел вход. Его охраняли два воина в металлических доспехах, словно сошедшие с учебника истории. Они что-то сказали на непонятном языке. Кайла достала свой Паспорт-справку. Воины тут же распахнули ворота и пали на колени.

– Я ж говорила, мы боги, – усмехнулась она, – пойдем.

Артем, проходя мимо воинов, заметил, что их лица какие-то странные, как будто не совсем человеческие: непропорционально вытянутые, неестественного красноватого цвета, слишком маленький нос, и… глаза. У землян таких глаз не бывает – зрачки овальные. И странного оранжевого цвета.

– Местные? – спросил Соколов.

– Да, – коротко ответила Кайла.

Они теперь шагали по длинному полутемному коридору. Здесь было прохладно: охлажденный воздух тянул сверху, приятно обдувая кожу.

– Тут что, кондиционеры есть? – удивленно проговорилАртем.

Он не мог понять этот контраст – древний мир и современные технологии.

– Есть. Но не для местных. Для богов типа нас.

– Но как? Откуда?

– Звездолеты же прилетают иногда… привозят оборудование. А вообще, это довольно… необычный мир.

Они продолжали шагать. Вокруг каменные своды. Коптящие факелы на стенах. И кондиционер. Это сочетание вызывало у Артема когнитивный диссонанс. Но он пока не задавал вопрос, надеясь, что Кайла со временем сама все расскажет.

Потом они поднимались по лестнице. Снова шли по коридору.Это был какой-то лабиринт. В одном из коридоров факелы сменились светодиодными лампочками. Этот коридор отличался от других: вместо каменных сводов стены из какого-то странного материала, похожего на пластмассу. И двери. Много дверей. Одна из них открыта. Возле нее дежурил такой же местный с вытянутым лицом и оранжевыми зрачками, он был одет в белую тунику. Абориген тут же пал на колени. Кайла сунула ему несколько купюр и сказала:

– На, отнеси своему хозяину плату за жилье.

Тот что-то буркнул на своем языке и умчался.

Артём проводил его взглядом и глянул на Кайлу. Она уже шагнула в открытую дверь.

Глава 27

Апартаменты были вполне современными. Как будто прямо из мира Артема. Не футуристические, но и не древние. Две комнаты, душ. Нечто подобие кухни. Кровати, настоящие. Пахнущие уютом. После месяца в трюме в пластиковых креслах это казалось неслыханной роскошью.

Больше всего Артема обрадовал работающий душ: после тонкого ручейка воды в так называемом санузле на звездолете стоять под теплыми струями было истинным блаженством.

Чуть позже, когда они лежали завернутые в принесенные рабом туники и вкушали странные синие фрукты, по форме похожие на яблоки, а по вкусу – что-то среднее между грушей и бананом, Кайла блаженно произнесла:

– Ну вот, обещанный рай. Ты счастлив?

– Ага, – улыбнулся Соколов.

– Но сильно не расслабляйся, – она ехидно усмехнулась, – у нас еще много дел.

Она на некоторое время замолчала. Потом, отложив «яблоки» спросила:

– У тебя, наверное, накопилось куча вопросов?

– Да… но я ждал, когда ты сама все объяснишь, наконец-то. Видимо, этот момент настал?

– Да. Побег, эцнелопы, ужас трюма – все позади. Теперь… мы можем спокойно поговорить. Я долго размышляла о том, с чего начать… – Кайла сделала паузу, – ты здесь чужак, о нашем мире не знаешь ничего… Но чтобы рассказать тебе все, уйдет слишком много времени. Поэтому… начну с политической ситуации в Галактике. Это чтобы ты знал, кто есть кто, что можно, а что нельзя и не наделал глупостей, как тогда на Аримане.

Соколов был весь внимание. Он даже отложил в сторону огрызок фрукта, который до этого жевал с каким-то религиозным рвением.

– Итак. В Галактике есть три основные силы: Империя, Нейтральный сектор и Союз Свободных Планет, когда-то созданный армией повстанцев. Их еще называют Квантовой триадой. И четвертая сила, не такая влиятельная, как эти три – Окарина. Формально она является территорией Империи. Фактически это просто сброд диких миров, которые Империя с каждым днем контролирует все хуже и хуже. Ариман, откуда мы прилетели – один из них.

– Самая сильная, – продолжала Кайла, – Империя. Она могла бы сокрушить и Нейтральный сектор, и ССП своей военной мощью. Но… есть нюансы.

Она сделала многозначительную паузу.

– Квантовые бомбы! Они могут уничтожать целые планеты или даже звезды. Я, как я уже сказала, «академиев» не кончала, но один яйцеголовый приятель рассказывал мне физику этих бомб. Если вкратце, то они сначала сворачивают пространство в точку, потом разворачивают, и получается такой большой бабах. Как бомба это делает, я не поняла, но что-то связано с маленькой черной дырой. Но суть не в этом. Суть в том эффекте, который они производят. Первую бомбу испытали на Креоне. Это такой крупный астероид, размером где-то сто километров. Он исчез. Полностью испарился. Космическую станцию, находившуюся в десяти тысячах километров от взрыва, разорвало на кусочки. В миллионе километров курсировал транспортный корабль. Он вышел из строя, экипаж погиб от проникающей радиации. Не выжил никто. Несколько звездолетов, которые находились в это время в гиперпространстве, которые должны были вынырнуть у соседней звезды, сбились с курса, а один вообще потерялся, до сих пор не могут найти.

Кайла замолчала, дав Артему возможность переварить услышанное. Он попытался вспомнить инструкцию к игре. Империя, нейтральный сектор, повстанцы. Постоянные войны между ними, чаще всего позиционные. То одна сторона захватит у другой пару планет, то другая. То сойдутся в космосе звездные флотилии, состоящие из множества тяжелых крейсеров, легких истребителей, и прочих кораблей различных размеров и классов. Такие бои чаще всего оканчивались большими потерями с обоих сторон, и обходились бюджету в кругленькую сумму – звездолеты дорого стоят. Еще в игре есть пираты, контрабандисты и мелкие планетарные банды. Но про квантовые бомбы в инструкции не было ничего.

– Как давно появились эти самые «квантовые бомбы»? – спросил Артем.

– Примерно 200-300 лет тому назад, – ответила напарница, –Все началось с проекта «Молох». В одной лаборатории, на отдаленной планете, где-то в пустыне, ученые изучалималенькие… нет… как это по научному называется… микроскопические чёрные дыры. Они их создавали при помощи… короче, не помню, как этот аппарат назывался. В общем, создавали и уничтожали. Цель всех этих изысканий была самая практичная – открыть устойчивый портал через гиперпространство. Чтобы не надо было лететь на дорогом звездолете, а раз – вошел в дверь – и ты уже на другой планете. За тысячи парсек отсюда. Здорово, правда? Только вот нихрена у них не вышло. Что-то там взорвалось, и все, каюк. Рвануло так, что никому мало не показалось. По всей планете прошли разрушительные цунами и землетрясения. Еще были ураганы всякие. А на месте лаборатории оказался кратер глубиной три километра. А шириной все десять или даже больше. Потом, когда комиссия стала смотреть логи, переданные в центр по спутниковой связи…короче, что-то они там нашли и все засекретили. Сам инцидент, правда, засекретить не удалось… Короче, лет через десять испытали первую квантовую бомбу.

– А при чем тут этот эксперимент? Они как-то связаны?

– Говорят, да. То, что засекретили – это и есть научное открытие, благодаря которому квантовые бомбы и создали. Засекретили, правда, хреново, Империя – коррумпированное государство. Сначала секрет стал известен мафии, затем повстанцам и нейтральному сектору.

Артем тихо присвистнул.

– Так что, теперь эти бомбы есть… у всех? Даже у… бандитов?

– Нет, – Кайла покачала головой, – сделать их не так просто. Во-первых, это очень дорого. Во-вторых, нужны особые технологии, которыми обладают только сверхдержавы типа Империи. В общем, бомбы есть у Империи, у некоторых планет Нейтрального сектора, и у повстанцев, у ССП тоже есть. Сколько их всего – никто не знает. Может, десяток, может сотни, может даже уже общее количество перевалило за тысячу. Если это так, то можно раздолбать всю Галактику ко всем чертям. Не в прямом смысле, конечно, раздобалть, звезд и планет дохрена. Но… если все эти бомбы взорвать разом, то непонятно, что станет с гиперпространством, смогут ли в нем летать звездолеты. И как поведет себя физика в космосе, может, звезды начнут гаснуть или что-то вроде того. Короче, квантовой войны все боятся, никто не хочет начинать первым. Поэтому пока что в Галактике образовался паритет сил.

Кайла замолчала. Артем тоже молчал, пытаясь представить себе масштаб проблемы. Это было похоже на классическую холодную войну между СССР и США, только под угрозой теперь вся Галактика. Он живо провел аналогию между ядерным оружием и квантовыми бомбами. И там, и там мощная радиация, и там и там ударная волна, только теперь искривляется само пространство. И последствия. Если на Земле это радиоактивное заражение и ядерная зима, то тут разрушение гиперпространства и деградация самих законов физики.

– Ладно. Бомбы бомбами, – сказала Кайла, – но нам надо поговорить о дальнейших планах. Дожидаться очередного звездолета не вариант – ждать долго, и не факт, что нас посадят, а тем более не факт, что он полетит туда, куда нам надо. Так что… мы соберем корабль сами.

– Ты это серьезно? – он удивлённо нахмурил брови.

– На самом деле, не такая уж и неподъемная задача. На Осирисе есть заброшенные города, там можно найти кое-какие полезные артефакты. Гипердрайв, возможно, можно купить, тут много всякого барахла барыги продают. Механика тоже можно отыскать среди отдыхающих контрабандистов, он поможет нам в сборке. Только… сначала я хотела бы, услышать от тебя согласие, что ты – со мной. Ты мне нужен как опытный стрелок. Стрелять придется часто.

– А может быть иначе? – Артем удивился.

– Знаешь… если ты решишь купить поместье с рабами и осесть тут, доживать свою жизнь в комфортных условиях… я пойму. Не обижусь.

Соколов попытался представить. Он вспомнил как в детстве по телевизору родители смотрели мыльный сериал «Рабыня Изаура». Вообразил себя господином на фазенде. Скучно. К тому же, он не был уверен, что сможет управлять поместьем.

– Еще чего! – Артем почти крикнул, – гнить на какой-то отсталой планетке? Ну уж нет! Конечно же, я с тобой!

– Вот и славно, – улыбнулась Кайла.

Артем откинулся на подушку. На него внезапно навалилась дикая усталость: переход по пустыне, разговор о квантовых бомбах. Все это его так утомило, что он сам не заметил, как погрузился в сон. Проснулся внезапно, словно почуяв какую-то опасность. Перед ним стояла ухмыляющаяся Кайла.

– Смотри-ка, – проговорила она, – научился. Не пропадешь. Оставляй половину денег в сейфе и пошли. Я кое-что тебе покажу.

– Почему половину?

– Для безопасности. Здесь, в пирамиде, не воруют, но… береженого Космос бережет… Давай, собирайся. Ты должен это увидеть.

Вскоре они вновь шагали по лабиринту коридоров и лестниц. Они были разные: древние с каменными сводами, факелами; современные, со светодиодными лампами и какие-то футуристические, со светящимися потолками и мерцающими панелями.

Кайла вела Артема куда-то вверх. Дорога была длинная, Соколов даже устал, но терпел, не жаловался. Его мучения были неожиданно вознаграждены. Они вышли на балкон. Их встретила ночь. Но не темная. А какая-то светлая. Как будто светила большая луна. Как на Аримане. Но это была не луна. Полнеба занимало светящееся пятно, похожее на распустившийся цветок, сияющий всеми цветами радуги. Завораживающее зрелище. Соколов, забыв обо всем, смотрел на этот сгусток звезд и туманностей. Кайла тихонько толкнула его локтем в бок. Он вздрогнул.

– Что, очарован? – смеясь, спросила она.

Тот кивнул.

– Это… потрясающе! Я никогда раньше такого не видел.

– Око Осириса, – сказала Кайла. – Говорят, именно оттуда прилетели древние боги.

– Древние боги? – переспросил Артем.

– Это легенда. Кто-то же оставил тут все эти артефакты. Возможно, еще одна цивилизация. Наши космические… конкуренты.

– Ты о каких артефактах говоришь? – решил уточнить Соколов. – Об этих пирамидах?

– Нет. О тех, что находят в разрушенных городах. Завтра мы купим транспорт и полетим их искать. А сейчас – пошли-ка спать. Нужно отдохнуть перед… великими делами.

Глава 28

Утром Артем и Кайла отправились к соседней пирамиде. Солнце, как обратил внимание Соколов, тут было одно. Оно еще пекло не так сильно. Дул легкий ветерок, несший в себе остатки ночной прохлады.

Где-то на полпути Кайла продолжила вчерашний политический ликбез.

– В отличие от Империи, в Нейтральном секторе нет центральной власти. На каждой планете свое правительство и свои законы. Но иногда они собираются на специальный совет, который в народе называют Галактическая сходка. На нее слетаются со всего Нейтрального сектора всевозможные президенты, цари, короли, конунги, фараоны и как они только себя не называют. В общем, они собираются, и обсуждают насущные вопросы, по результатам заключатся межпланетные договора. Затем они разлетаются по своим планетам, представляя исполнять свои решения Совету Делегаций, который состоит из представителей от разных планет. Они представляют собой как бы исполнительную власть в Нейтральном секторе. Почему «как бы» – да потому что реальной власти у них нет. Просто следят за порядком между Галактическими сходками. Иногда на таких сходках присутствуют представители Империи, главным образом для того, чтобы убедиться, что Нейтральный Сектор исполняет Великий Договор и не переходит Красные линии.

– Что еще за «красные линии»?

– Это те действия, после которых начинается война.

– И что, Нейтральный сектор соблюдает эти самые «красные линии»?

– Ну… скажем так, они их прощупывают. Иногда немного переходят. Империя со своей стороны делает то же самое. Потому «красные линии» нестабильны, они двигаются туда-сюда.

– Прямо как у нас… – задумчиво проговорил Артем.

– Политика везде одинакова, – философски заметила Кайла, и продолжила, – Самое главное, что тебе надо знать. В Великом договоре есть пункт об экстрадиции. Согласно этому пункту, Нейтральный сектор обязан выдать тебя Империи. Но… не ссы. Все на этот пункт забивают. Он по факту только на бумаге. Тем более, энцелопов ненавидят даже здесь. Но есть нюанс. За выдачу опасных преступников Империя часто платит награду. И если у кого-то алчность к деньгам будет больше, чем ненависть к энцелопам, то тебя сдадут. Имей это в виду. Следи за собой, будь осторожен.

Она некоторое время молчала. Затем, когда другая пирамида уже возвышалась над ними, сказала:

– Сейчас мы придем на рынок. Объясняю правила поведения. Хотя мы здесь боги, но не стоит быть грубым с местными. Во-первых, если они рабы – то значит чья-то собственность. И только хозяин имеет право им приказывать. Во-вторых, есть и свободные аборигены. Они под защитой Фараона.

– Ну… вообще-то это вроде как очевидно… – растерянно пробормотал Артем.

– В-третьих, – не дала перебить себя Кайла, – те кто в доспехах – хоть местные, хоть земляне – это представители власти. Никогда не спорь с ними и выполнять все их указания. И, уж тем более никогда, повторяю, никогда не стреляй в них как ты стрелял в энцелопа. Уяснил?

– Угу, – кивнул Артем.

Когда они уже почти подошли к вратам в пирамиду, Соколов спросил:

– Но ты тогда приказывала… местному.

– Это когда?

– Тогда, в пирамиде…

– Это была его обязанность по приему гостей. Он специально там для этого бы поставлен… своим хозяином.

– А… понятно.

На входе в пирамиду стояли такие же стражники в доспехах, что и в прошлый раз. Проверив документы, они молча открыли ворота, правда, на колени не падали как те.

Внутри не было тех лабиринтов коридоров, как в первой пирамиде. Там были залы. Множество разных залов, соединенных узкими перешейками.В них множество прилавков, на них торговали всякой всячиной: едой, какими-то деталями, флакончиками с разноцветными жидкостями, назначение которых Артем не понимал: зелье, парфюм, моющие средства?

В другом зале торговали драгоценностями: на прилавках лежали сверкающие камни, кольца, цепочки. Все блестело, переливалось разноцветными цветами радуги. Продавцы кричали, махали руками. Кто-то на ломаном русском сказал:

– Эй! Красавица! Посмотри, какой красивый цепочка.

Артём поймал себя на том, что засмотрелся на блестящие камни. Денег куча, может подарить что-нибудь Кайле, порадовать ее? Но та равнодушно прошла мимо «этих бирюлек», глянув на замешкавшегося Артем с легкой усмешкой. Дальше они поднялись по лестнице. Там тоже были залы. Тоже еда, всякие фрукты, какие-то ягоды, детали, флакончики с жидкостями. Потом следующий этаж. И еще. И еще. Наконец они оказались на открытой площадке, где стояли глайдеры.

– Себе транспорт купишь сам, но я помогу тебе выбрать, – сказала Кайла.

Артем обвел взглядом целый ряд разномастных машин. От видавших виды, потрепанных, помятых до совсем новеньких.

– Покажи! – Кайла уверенно ткнула пальцем в нечто среднее, явно не новый, но в приличном состоянии.

Тот включил дисплей. Двигатель утробно зарокотал. Кайла недовольно наморщила носик.

– Хороший глайдер, отвечаю! – продавец, явно местный, сделал обиженное лицо.

– Пробег явно скручен, батарея дохалая, через неделю придется менять, а это доп. расходы. Видишь, экран мигает? И двигатель нестабильный. Сколько просишь за это колымагу?

Продавец даже не моргнул глазом.

– Вообще-то хозяин просит сто пятьдесят тысяч имперских кредитов. Но, думаю, специально для вас, красавица, он сделает скидку. Сейчас уточню.

И абориген убежал.

Кайла презрительно хмыкнула.

– Запомни, Соколов, – сказала она Артему, – красная цена такой развалюхе – тридцатник. Еще десять двадцать тысяч мы попадаем на ремонт в течение пары месяцев.

– У нас, у нас посмотри! – тут же активизировался другой продавец, указывая на совсем новенький глайдер, – за сто двадцать отдам.

Кайла отрицательно покачала головой.

– Сто пятнадцать!

Тут появился еще один покупатель. Это был не тот абориген с оранжевыми и глазами, но и не землянин – об этом красноречиво говорила форма его ушей, они были какие-то треугольные, как у кошки. Он стал о чем-то говорить с продавцами на незнакомом языке. Кайла криво усмехнулась, будто понимала, о чем идет речь (а может, и на самом деле понимала). Она кинула кошкоухому, тот быстро ретировался.

– Пойдемте, красавица, – перед Кайлой нарисовался явно человек, одетый в такую же тунику, как и местные, – договоримся.

– Нам нужно два, – сказала Кайла.

– Найдем.

Она дала Артему знак, и оба последовали за незнакомцем. На следующий этаж, еще выше. Это была закрытая территория, тут стояли глайдеры и стеллажи с разными деталями.

– Продавец указал на две машины. Немного потрепанные, но по виду чуть лучшие, чем те, что Кайла смотрела вначале.

– В хорошем состоянии. Уступлю за сороковник каждый. Но при условии, что вы оба молчите как рыбы и не мешаете моему бизнесу.

Кайла придирчиво проверила каждый глайдер, включила табло, осмотрела дисплеи, послушала шум мотора.

– Заметано! – произнесла она.

Расплатившись. Артем и Кайла вытащили глайдеры на стартовую площадку.

– Сначала просто полетаем по окрестностям, – сказала напарница, – сделаем небольшую разведку, потом будем искать артефакты. Следуй за мной.

Взревели двигатели. Кайла, как обычно, летела стремительно, Артем едва поспевал за ней. Пирамида быстро осталась позади. Впереди – бескрайняя пустыня. Но не такая, как на Аримане, где песок чередовался с сухим грунтом и камнями. Здесь был только песок. На многие километры один только песок.

Артем потерял счет времени. Он уже устал созерцать однообразный пейзаж. К счастью, Кайла стала снижаться, приземлившись возле ряда каких-то круглых столбиков. К ней уже спешил абориген в белой тунике, который вышел из небольшой будки.

– Это заправочная станция, – пояснила Кайла, когда Артем сел рядом, – нам нужно будет топливо.

Сам процесс заправки глайдеров практически ничем не отличался от заправки автомобилей в мире Артема. Тот же пистолет, тот же шланг. Индикатор топлива. Правда, тут был стрелочный, как циферблат старинных часов. Соколов усмехнулся, отсчитывая работнику станции кредитные билеты.

Снова долгий полет над однообразным пейзажем, состоящим из песчаных дюн. Однажды, правда, промелькнуло небольшое разнообразие: озеро, впадающая в него речка и зеленое пятно травы и каких-то высоких растений, которые Артем не успел рассмотреть. «Тут есть оазисы, – подумал парень, – Значит, не все так плохо».

А потом показались небоскребы. Точно такие же Артем когда-то видел в Арабских Эмиратах, точно так же странно они смотрелись на фоне раскинувшихся песков. Но там это были жилые здания. Там по улицам ходили люди, по дорогам ездили автомобили. А здесь небоскребы стояли мертвыми вышками с выбитыми окнами, похожими на пустые глазницы гигантских черепов.

Кайла кружила на глайдере вокруг этих башен, Артем послушно следовал за ней, не понимая, что она делает. Напарница металась от небоскреба к небоскребу и все кружила и кружила. Затем она полетела дальше куда-то вглубь пустыни.

– Ты что-то искала? – спросил Артем, когда они сели посреди пустыни, откуда небоскребы выглядели маленькие, как торчащие из песка гвозди.

– Да. Но, прежде чем я скажу, проверю, насколько ты внимательный. Что-нибудь заметил?

Артем задумался, вспоминая, как послушно нарезал за Кайлой круги вокруг небоскребов.

– Город явно заброшен, – сказал он, – и… судя по всему, давно. Нет ни дорог, ни какой-то инфраструктуры. Только эти полуразрушенные башни.

– И все? – напарница презрительно скривила лицо, – это все что ты увидел?

– А что еще можно было тут увидеть?

– Например, форма песка. Как заносит фундамент зданий. Где-то большие груды, а где-то полосы.

– Не обратил внимания…

– А зря! Если под зданием есть пустоты, например, бункер или подземная парковка, воздух движется иначе. Это отражается на форме дюн.

– Ух! – с восхищением произнес Артем, – Ты, оказывается, знаток физики. А говоришь, что в институтах не училась…

– Жизнь многому научит, – философски заметила девушка.

– И ты, конечно, обнаружила места, где… есть бункер? – поинтересовался Артем.

– Обнаружить-то обнаружила, только, боюсь, без специальной техники мы их не откопаем.

– Тогда за каким хреном мы сюда прилетели?

– Разведка, – невозмутимо ответила Кайла, – прежде чем планировать поиск, нужно создать в голове общую картину. Сейчас мы посетим несколько городов, слетам также в кое-какие поселения, подслушаем, о чем народ говорит. А там уже видно будет.

Она вскочила на глайдер и завела мотор. Артему ничего не оставалось, как следовать за ней.

До другого города они летели так же долго. И он ничем не отличался от первого. Такие же небоскребы с выбитыми окнами, возвышающиеся над песчаными дюнами. Только на этот раз Артем успел заметить, что вокруг небоскребов действительно песка намело по-разному. Где-то большие кучи, где-то кривые гребешки.

– Теперь увидел? – спросила Кайла, когда они снова приземлились посреди пустыни.

– Да. Увидел. Но я не пойму, а как мы все-таки внутрь попадем?

– Пока преждевременный вопрос. Надо еще найти, куда именно ломиться будем, а как – уже решим потом. Будем действовать по обстоятельствам. Возможно, это даже не здесь. Полетели дальше.

Снова безумная гонка по пустыне. Третий город. Точно такой же. Однообразие уже начало надоедать. Но Артем терпел, надеясь, что Кайла знает, что делает. На этот раз, она вела себя по-другому: долго кружилась вокруг одного из небоскребов, на одном уровне, и все время заглядывала в окно. В одно и тоже окно. Соколов следовал за ней, и тоже смотрел туда. Увидел он не сразу, но когда увидел, по спине пробежал ледяной холодок: комнаты была наполнена человеческими скелетами.

Напарница продолжала кружить вокруг здания, Соколов повторял ее маневры. Потом она улетела в сторону, Артем за ней. За городом, в пустыне, они сели.

– Есть идеи, что там произошло? – спросила Кайла.

– Много людей от чего-то умерли. Но вот от чего… боюсь, тут без судмедэкспертизы не обойтись.

– Чего? – Кайла нахмурилась.

– В вашем мире нет криминалистов? – в ответ удивился Артем.

– Какие к черту криминалисты! Ты сам должен ответить на этот вопрос.

– Как? Их исследовать надо. Осмотреть. В лабораторию доставить…

– Ты идиот? Хочешь стать одним из этих скелетов?

– Так. Подожди. Ты хочешь сказать, что в той комнате их что-то… убивает?

– Возможно. Я бы не стала туда заходить.

– Но, тем не менее, мимо летала, – заметил Артем, – а это тоже риск.

– Да, – развела руками Кайла, – иногда приходится ходить по острию смерти…

– Вообще, – сказал Соколов, – я думаю, что эти бедолаги умерли, когда собрались в этой комнате. Не знаю, может, их закрыли и они от голода скончались. Или газ какой-то пустили. Вряд ли они заходили по одному. Дураков нет…

– Ты думаешь, что никто не полезет туда, где трупы? Кайла усмехнулась, – вспомни шахты с крабоидами… помнишь, мы ходили по человеческим костям?

Артем зябко поежился, воскресив в памяти те жуткие картины.

– Тем не менее, в других комнатах я скелетов не видел. Значит, то, что их убило, находится там. В одной комнате.

– Ладно, – Кайла искоса взглянула на него, – какие еще будут идеи?

Артем попытался вспомнить детективные сериалы, которые видел в своем мире.

– Если это была насильственная смерть, значит, там могли остаться следы от бластера. Я, их правда, не видел, но, может быть, недостаточно внимательно смотрел. Предлагаю слетать и глянуть еще раз.

– Нет, там нет следов от бластера. Я смотрела. Но ход твоих мыслей правильный.

– Тогда остается третий вариант: их убило что-то… непознанное. Значит, соваться туда не стоит. Думаю, можно расспросить местных. Может быть, кто-то знает, что там случилось.

Кайла одобрительно кивнула.

– Молодец, Соколов. Учишься быстро. Завтра мы этим и займемся. А сейчас возвращаемся. Скоро настанет вечер.

Перед тем как сесть в глайдер, напарница посмотрела на Артема и сказала:

– И, знаешь, Соколов… если то, что их убило еще там… мы об этом скоро узнаем.

– Обнадеживающе… – буркнул тот, заводя машину.

Глава 29

Когда Артем и Кайла припарковали свои глайдеры на один из балконов пирамиды, уже смерклось. На потемневшем небе проступили светящиеся контуры Ока Осириса. Соколов не хотел уходить в номер, он стоял, облокотившись о перила и смотрел на распускающийся в вышине «цветок». Кайла пристроилась рядом.

– Я тоже не сразу привыкла к этому зрелищу, когда была здесь, – сказала она.

– А ты давно была здесь? Зачем прилетела на Ариман?

– Так… дела были, – она ответила уклончиво, чуть отодвинувшись, словно спохватилась, что слишком разоткровенничалась.

Артем, почувствовав ее настроение, не стал лезть с расспросами. Он решил поговорить о деле.

– Знаешь… я тут подумал. Не знаю… может, и скажу глупость… в конце концов, если ты тут была… возможно, ты знаешь историю этой планеты. Я нет. Поэтому, прежде чем соваться куда-либо, я бы… начал с изучения истории. Тут есть, не знаю, библиотеки? Возможно, в книгах, летописях, мы бы могли найти… кое-какие ответы.

Кайла криво усмехнулась.

– Книги, в пустыне. Серьезно?

– Зачем в пустыне? В Пирамидах. В нашем мире есть такие же пирамиды. В них тысячи лет назад жили Фараоны. Археологи до сих пор находят…

– Это не твой мир! – отрезала напарница.

– Да, но законы физики-то тут одинаковые. По крайней мере, известные мне… Значит, возможно, и законы истории тоже.

– Не знаю. Может быть, у Фараона и есть какие-то древние свитки. Но… сомневаюсь что он нами поделится.

– А в других местах? Письменность здесь есть, я знаю.

– Откуда? – на ее лице скользнула маска неприкрытого удивления.

– Нам выдали паспорта. Значит, тут есть бюрократия. Значит, есть и письменность. Элементарно, Ватсон!

– А ты наблюдательный, Соколов. Молодец. Не знаю, кто такая Ватсон и почему ты называешь меня ее именем, но мыслишь ты очень логично. Правда… умеющих читать тут днем с огнем не сыщешь. И самих книг тоже. Тут только «боги» грамотные. Ну, или некоторые из охраны или высших жрецов. Но… они очень, я бы сказала, неохотно делятся знаниями.

– А ты-то сама знаешь местный язык?

– На примитивном разговорном уровне. Насчет письменности – знакома с парой правил образования местных глифов. Тут довольно сложная система. Так что… не вариант.

– Ладно. А устное народное творчество? Мифы, легенды?Ты говоришь, была раньше здесь. Может быть, знакома с местным фольклором.

Кайла задумалась. Она посмотрела на Око Осириса, которое на почерневшем небе стало заметно ярче.

– Есть пара любопытных мифов, – сказала она, – Местные верят, что в пустыне есть места, куда нельзя ходить. Якобы, там жили боги, а потом они умерли и отравили все вокруг. Там нельзя есть еду, пить воду и даже дышать полной грудью. Иначе умрешь. Но если честно, я всегда считала, что это религиозные сказки необразованных дикарей.

– Не факт. Если на эту планету прилетели мы, то могли и другие цивилизации прилетать. Они называют нас богами. Почему? Потому что мы пришельцы со звезд. Возможно, те другие, что были до нас, оставили здесь что-то. Не знаю, зону радиоактивного заражения, например. Или химического. Или биологического.

– Возможно. Но что нам это дает? Эти места – не те города, где мы были.

– А про города есть легенды?

– Нет. Аборигены про них не знают. А контрабандисты не распространяются о том, где нашли артефакты. Кстати, очень многие не возвращаются из экспедиций. Гиблое место, эти города.

– Да уж. Спасибо, успокоила.

Они еще некоторое время стояли молча, глядя на звездное небо.

– Пойдем в номер, – предложила Кайла, – уже поздно, сейчас начнет холодать.

Артем посмотрел на нее и сказал:

– Знаешь… мне тут в голову пришла одна идея… скажи, здесь можно купить… компьютер?

– Компьютер? Ты имеешь в виду бортовой расчетный модуль звездолета?

– Нет. Компьютер. Любой. На котором могут выполняться программы. Если мы еще где-нибудь найдем свиток… например, на рынке, как сувенир. То, при помощи компьютера можно попробовать его расшифровать. Перевести.

– Ты это серьезно? – Кайла удивленно нахмурила брови.

Она посмотрела на него так, как будто он предложил купить Луну.

– В нашем мире я учился в институте, – пояснил Соколов, – Нам, на лекциях по защите информации рассказывали о шифровании и дешифровании. И еще говорили, что ученые при помощи специальных алгоритмов понимают древние языки. Это задача очень похожа на взлом шифра.

– Ты думаешь, у нас на это есть время? – Кайла не скрывала скептицизма.

– А у нас есть время отправиться в город и не вернуться, – в тон ей ответил Артем.

Напарница усмехнулась.

– В твоих словах есть логика, – сказала она, – Компьютер тут есть. У контрабандистов. Он далеко не дешевый. И продают его не всем. Ты уверен что у тебя получится расшифровать свиток? А самое главное, даже если ты и прочтешь его своими алгоритмами, где гарантия, что там есть что-то полезное?

– Ну… – Артем развел руками, – риск. Понимаю. Давай подумаем. Попробуем оценить вероятности. Оценить экономический эффект от нашего предприятия. Сколько стоит компьютер?

Кайла хмыкнула.

– Я никак не пойму. Ты кто? Тестировщик игр? Ученый? Или коммерсант?

– В нашем мире приходится быть… всем. Как и в вашем, видимо.

Артем почувствовал прохладный ветерок. Слегка поежился. Кайла взяла его под руку и повела вовнутрь пирамиды. Её рука была тёплой, и он позволил себе просто идти, не думая. Внутри было сумрачно, по стенам плясали тени от факелов.

– Пойдем. Обдумаем твою идею завтра, на свежую голову. Идея, конечно, безумная, но что-то в ней есть.

Соколов не стал спорить, понимая, что шансы на успех слишком малы. Но больше идей у него не было.

Глава 30

Утром Кайла деловито собралась, застегнула куртку, проверила бластер и сказала тоном не терпящим возражений:

– Мне нужно слетать кое-куда по делам. Ты пока остаешься здесь. Можешь прогуляться, но далеко от пирамиды не отходи, и старайся ни с кем не контактировать. А лучше вообще сиди в номере.

– В смысле? – опешил Артем.

– Так надо. Поверь мне. Это насчёт компьютера. Я все тщательно обдумала. Рискнуть стоит. Определенно.

– И все же, потрудись объяснить, почему я не могу идти с тобой? Я имею право знать.

– Хорошо, – она присела на кровать, – Эти люди будут задавать вопросы. В том числе и тебе. Ты можешь сболтнуть лишнего. Тогда цена на компьютер вырастет втрое. Это примерно то же самое, как со сбытом клешни крабоида. Тогда я тоже не могла взять тебя с собой.

Ее слова звучали разумно, но у Соколова где-то в глубине души зародилось смутное подозрение. «Нет, если бы она хотела кинуть, то кинула бы давно», – попытался отогнать Артем тревожную мысль. Хотелось что-то сказать, возразить, но парень не находил нужных слов.

– Ладно, – скрепя сердце согласился он, – надеюсь, ты знаешь, что делать.

– Знаю, – Кайла коснулась его плеча и вышла из номера.

Артем остался в комнате один. Тишина давила на мозги. Соколов сидел на кровати и слышал, как бьется его собственное сердце. В коридоре прошуршали тихие осторожные шаги. Кто-то едва слышно постучал в дверь. Это оказался раб. Он держал в руках поднос с фруктами. Там было что-то новенькое: зеленые «бублики», желтые шарики с «шипами», и розовые продолговатые штуковины, похожие на груши, только больше размером.

– Вон туда, – Артем указал на стол.

Раб поставил поднос. Поклонился и что-то сказал на своем языке.

– Слушай, а ты по-русски понимаешь? – спросил Соколов.

В ответ раб лишь издал несколько цокающих и шипящих звуков и стал чего-то ждать.

– Не понимаешь значит. Ладно, свободен, – Артем махнул рукой.

Раб, видимо, жест понял и удалился, напоследок буркнув что-то типа:

– Кха-гха.

Соколов снова остался один. Не зная, чем еще заняться, он съел несколько фруктов. Затем стал мерить шагами комнату. Он понимал, что времени прошло еще слишком мало, и Кайла не могла вернуться так быстро, но все равно, уже начал нервничать. Чтобы успокоиться, он начал медитировать, сосредоточившись на своем дыхании. Это немного помогло: сердце успокоилось, тревожные мысли ушли. Но ожидание томило. Артем рискнул выйти за дверь.

В коридоре мерцали светодиодные лампы. Артем уже знал, что новые технологии присутствуют только там, где живут «боги», для аборигенов тут было освещение попроще – средневековые факелы, которые Артем увидел, дойдя до развилки. Повернул обратно. Снова заперся в номере. Некоторое время сидел, ничего не делая. Затем опять пошел гулять, на этот раз чуть подальше: он робко бродил среди каменных сводов, где мерцающее пламя примитивных светильники отбрасывали на стенах пляшущие тени.

– Пп-р-ра-здите! – послышался вдруг за спиной чей-то хрипящий голос, – тды богх?

Артем вздрогнул, испуганно обернулся. Он увидел аборигена (человека с оранжевыми глазами), одетого в синий балахон с большими рукавами клёш. В его бессвязном бормотании Соколов с большим трудом узнал искаженную акцентом русскую речь.

– А ты кто? – удивленно и слегка повышенным тоном спросил Артем.

Незнакомец пал на колени.

– Пп-р-ра-здите!

Потом он что-то забормотал, смешивая свои цокающие звуки с исковерканными русским словами и многочисленными кха-гха. Артем мог только различить «дочь», «дышать», «помощь».

«Так, – судорожно думал Соколов, глядя в умоляющие глаза аборигена, – от меня жду спасения. Но, черт возьми, я не бог. Я просто человек, которого принимают за божество. Что же делать?»

Незнакомец продолжал причитать на ломаном русском. «Смерть-смерть, будет смерть», – узнал он слова сквозь какофонию звуков. Ему вдруг стало безумно жаль этого аборигена, который может в любом момент потерять дочь. «Я должен помочь! – твердо решил парень, – Хотя бы попытаться».

– Ладно, – сказал Артем, – веди.

Незнакомец шагал быстро, Соколов едва поспевал за ним. Они шли через лабиринт коридоров, куда-то вниз. Наконец, оказались в комнате, где на циновке лежала завернутая в белую тунику девочка лет десяти. Она была бледная, губы посинели, изо рта доносился какой-то хрип.

– Дугх недт! Дугх недт! Будедт смердт! Помощь! – продолжал говорить человек в балахоне.

Артем рассеянно смотрел на ребенка. Он не врач. Тем более, по инопланетянам. Он даже не знает их анатомии. Паника подступила к горлу. «Спокойно, – сам себе сказало парень, применив медитативно-дыхательную технику, – примени инженерный подход. Ты ж инженер. Тестировщик».

И тут он заметил, что и ему дышать трудно. В комнате царила жуткая духота. А еще она была наполнена каким-то едким дымом. Этот дым исходил из чаши, где тлели какие-то травы.

«Бинго! – догадался Артем, – у нее аллергия. Кажется, в каком-то кино про врачей это называли «анафилактический шок». Из-за этих чертовых трав. Ей нужен свежий воздух!»

– Уберите это отсюда, быстро! – закричал парень, указывая на чашу с благовониями.

А потом он быстро поднял девочку на руки и вынес в коридор. Абориген выбежал за ним, он с ужасом и гневом смотрел на «бога» держащего его ребенка, кулаки незнакомца сжались, он даже замахнулся, но вовремя остановился, сообразив, что собирается ударить бога.

– Выбросьте быстрее ваше зелье! – закричал на него Артем.

Абориген пал на колени и произнес:

– Пп-р-ра-здите!

Тем временем голова девочки слегка повернулась вниз и у нее из рта выпал кусочек слизи. Она несколько раз кашлянула и задышала. Задергалась. Артем аккуратно поставил ее на землю. Глаза незнакомца округлись от удивления.

– Тды спасать! Тды спасать. Тды богх!

Он бросился к ребенку и хотел уже завести ее обратно в комнату, но Артем остановил ее гаркнув:

– Стоять!

Он сам забежал внутрь, схватил чашу с благовониями, и швырнул ее куда-то вдаль коридора.

– Пока не заходите! – велел Соколов, уже примеривший на себя роль «бога», – ждите.

И он как можно шире распахнул дверь, чтобы хоть как-то проветрить помещение.

Абориген в этот момент стоял на коленях и плакал. Девочка испуганно прижалась к стене.

– Не бойся, все хорошо, – ласково сказал ей Соколов, – все уже позади.

Вдруг ее отец сунул руку за пазуху и буквально сорвал с себя какой-то амулет. Это был довольно крупный камень на цепочке. Камень был черный, блестящий, как обсидиан, на нем выгравированы какие-то знаки. Абориген, не вставая с колен. Буквально подполз к Артему и сказал:

– Брадт! Мой отец. Мой дедт. Тды брадт. Я давадт. Бхгадоридт.

Артем растерялся. Он смотрел то на камень, то на аборигена, то на девочку, которая буквально вытаращила глаза от удивления. «Возможно, это дорогой подарок, – думал парень, – вправе ли я его брать. А вправе ли отказывать, если дар преподнесен от чистого сердца, в благодарность за спасение дочери?».

Артем решил взять. Но он не просто взял. Он решил играет роль бога до конца.

– Я принимаю твой дар, великий жрец! Будь благословен! Ступай с миром. И никогда, запомни, никогда не жги эту траву! Теперь это великий грех!

Артем развернулся и зашагал прочь. Но вскоре он понял, что заблудился. Парень остановился прямо посереди коридора, соображая, как выбраться из лабиринта. «Без паники, – сказал он сам себе, – ты инженер. Примени инженерный подход. Как там из лабиринтов выходят? Все время сворачивать направо?».

Артем двинулся вперед, намереваясь следовать придуманному плану. Но тут сзади послышались торопливые шаги. Он обернулся. Девочка.

– Ты нет бог, – сказал она на довольно приличном русском, если не считать корявой грамматики, – отец дать ты самое дорогое. Семья реликвия. Храни ее. Пойдем. Показать ты выход.

Сказать, что Артем удивился, ничего не сказать. Он был просто в шоке.

– Откуда ты знаешь наш язык? – спросил он наконец. Когда они уже поднимались по мраморной лестнице.

– Я ходить духовный семенарий. Я учить ваш язык. Я знать ты бог нет. Я молчать. Иначе смерть.

«Так, – думал Артем, шагая за девочкой, – значит, она поняла, что я не бог, но никому не скажет, потому что иначе кто-то умрет. Кто именно? Неужели я? Меня убьют, если обман раскроется?» Внутри у него все похолодело. Парень едва замедлил шаг.

– Пойдем, богх, – улыбнулась девочка, подражая манере говорить своего отца.

– Кто умрет? Если узнают? – осторожно спросил Артем.

– Я, – тихо ответила девочка, – Еретики. Казнь. Фараон против правды. Жрецы против правды.

Соколов понял. Он знал из школьного курса о кострах инквизиции.

– Не бойся, – прошептал парень. Присев на корточки и заглянув в ее оранжевые глаза. В них не было страха, только спокойная уверенность, – я никому не скажу, что ты знаешь.

– Я. Знать. Верить. Ты. Хорошо. Чувство. – Ответила девочка.

Она махнула рукой, приглашая Артема идти дальше. Они все еще блуждали по лабиринту коридоров.

– Как тебя зовут? – спросил Соколов.

– Кха-ра, – ответила девочка, – Камень. Свет.

– Почему ты помогаешь мне?

– Ты. Хорошо. Дальше я движение нет.

Она остановилась, указывая на коридор, где горели светодиодные лампы.

– Спасибо! – поблагодарил Артем.

Он хотел сказать что-то еще, но девочка уже развернулась и быстро пошла назад.

Соколов нашел свою дверь, шагнул в номер и без сил рухнул на кровать – только сейчас он почувствовал дикую усталость от пережитого.

Глава 31

Артем проснулся резко, сразу же хватаясь за бластер.

– Тишь-тишь-тишь, свои, – усмехнулась Кайла, – не убей меня. Спишь что ли?

– Уже нет, – ответил Соколов, присев на кровати.

– А ты, видимо, что-то натворил, да?

Она присела рядом и укоризненно покачала головой.

– Да, – ответил Артем, решив, что нет смысла скрывать, – а ты как поняла?

– Да на роже у тебя все написано… что на этот раз? Надеюсь, жреца не убил? А то ты любишь убивать представителей власти…

– Я спас… его дочь.

– Дочь жреца?!

– Да. Если это был жрец. В балахоне такой…

– Ох ты святые квазары… как это произошло.

Он кратко рассказал ей о своих дневных приключениях.

– Мда… даже не знаю, похвалить тебя или… поджарить из бластера. В своем репертуаре. Спаситель блин!

Она встала, прошлась по комнате.

– Амулет, говоришь, жрец тебе подарил. Покажи.

Он достал из-за пазухи камень. Протянул Кайле.

– Только осторожно. Жрец очень дорожит им. Говорит, семейная реликвия. Кстати, можешь прочесть надпись?

Она поднесла камень к глазам, внимательно рассмотрела его.

– Теплый. Как живой. Может быть и артефактом, кстати. Но надпись, – напарница покачала головой, возвращая амулет, – Нет, не могу прочесть. Мне незнакомы эти глифы. Надеюсь, компьютер поможет тебе… расшифровать.

– Кстати, компьютер. Ты договорилась?

– Да. Завтра летим забирать. Поможешь мне поднять.

– Тяжелый? – Артем усмехнулся.

– Спрашиваешь! Ты видел вообще какие у нас компьютеры?

Артем не видел. Но мог представить. Он уже привык, что тут соседствуют технологии из разных миров, и вполне допускал, что компьютером вполне могла оказаться громоздкая ЭВМ из СССР.

– Ладно, – сказала Кайла, – завтра увидишь. А сейчас, давай до балкона прогуляемся. И… надень теплую тунику, сейчас ночь, холодно.

Артему не очень хотелось тащиться на вершину пирамиды, но спорить не стал, полагая, что прогулка действительно имеет смысл.

Они долго шли наверх, по лабиринтам коридоров и лестниц. Наконец, оказались на балконе. Снаружи действительно было холодно. Ярко светило Око Осириса. А еще на его фоне были какие-то всполохи, напоминающие новогодний фейерверк, отчего «небесное соцветие» становилось еще красивее.

– Ладно, продолжим политический ликбез, – Кайла довольно бесцеремонно прервала созерцание красоты ночного неба, – об устройстве Галактики я тебе уже рассказала самое важное. Теперь… нейтральный сектор. Как я уже говорила, Нейтральный сектор – это содружество независимых планет. Осирис – одна из них. Они не являются прямыми врагами Империя, в отличие от Союза Свободных Планет, но… Империя их недолюбливает, но рассчитывает, что если начнется война, то они будут на их стороне. Между ними даже есть договоренность об этом, только вот нет никакой гарантии, что Нейтральный сектор будет эту договоренность соблюдать. И что вообще ввяжется в войну, тем более на стороне Империи. Ходят слухи, что главы планет НС наоборот, жаждут стравить ССП и Империю между собой, дабы потом безраздельно властвовать в опустевшей от тех и других Галактике. Короче, еще те хитрецы…

Артем слушал вполуха. Он думал о девочке, как она сейчас, молил всех богов, чтобы ее не казнили. И еще то и дело поглядывал на всполохи.

– Эй! – пробормотала Кайла, – ты меня слушаешь?

– Может, политинформацию оставим на потом? – он слегка зевнул, – посмотри, как красиво, – указал рукой на небо, – кстати, что это? Какое-то атмосферное явление?

– Метеоры, – ответила Кайла, – они летят… с Ока Осириса.

Она некоторое время тоже задумчиво созерцала это красивое зрелище.

– Пожалуй, ты прав, – сказала Кайла, – сейчас не время для политинформации… Только обещай, что не будешь больше помогать местным, по крайней мере, пока до конца не разберешься, как тут все устроено.

– Я не могу обещать, что пройду мимо человеческой беды… но… обещаю, что постараюсь в следующий раз сначала думать, а потом действовать.

– Ох, Соколов. Ты невыносим. Ладно, пойдем спать, утро вечера мудренее.

Глава 32

Кайла разбудила Артема ранним утром. Солнце только начало вылезать из-за горизонта, когда они вылетели на своих глайдерах с балкона пирамиды. В лицо дул холодный ветер, правда, вскоре стал теплее.

Путь был не слишком долгим. Они приземлились возле каких-то строений, похожих не то на гаражи, не то на бразильские фавелы, которые небольшими кучками были разбросаны посреди пустыни. Закутанный во все серое абориген, очень напоминающий своим видом бедуина, открыл тяжелые металлические ворота. Они были ржавые и поддавались с ужасным скрипом.

Внутри был какой-то хлам, всякие железяки, стеллажи с инструментами, а посредине ящик высотой почти в человеческий рост.

– Это и есть компьютер? – недоверчиво спросил Артем.

– Да, внутри контейнера. Привезем в пирамиду. Распакуем.

– Но где мы его поставим? И как дотащим до каюты?

– Я договорилась, нам предоставят рабочее помещение.

– А как… до пирамиды доставим? Привяжем к глайдеру?

– Да, – улыбнулась Кайла, – к двум глайдерам… Давай, хватай, понесли.

Он подошел к ящику с одной стороны, она с другой. Да, было тяжело. Очень тяжело. Артем почувствовал, как у него напряглись ноги и спина, задрожали колени.

Шаг. Еще шаг. Они несли ящик вперед, а абориген просто стоял и смотрел. Не помогал.

– Стоп! – сказала вдруг Кайла, – давай отдохнем.

Они опустили ящик прямо на линии ворот. Но через пару минут напарница кивнула:

– Продолжим?

Они сделали еще несколько таких заходов, прежде чем контейнер оказался возле глайдеров.

– Жди здесь, – скомандовала Кайла, – я найду трос.

И она исчезла в недрах гаража. Местный поспешил за ней. Вскоре она вернулась, волоча за собой длинную толстую веревку. «Бедуин» при этом что-то эмоционально говорил, размашисто жестикулируя. Кайла отвечала на его языке, тоже на повышенных тонах.

– Давай, поднимай, – сказала она, подними хотя бы край, я просуну веревку.

Когда они обвязали ящик перекрестными петлями, Артем спросил, кивнул на аборигена:

– Это и есть твой тайный продавец?

– Нет. Это просто раб.

– Тогда почему он нам не помогает?

– Хэ зэ. Хозяин не давай ему такого указания. Давай. Привязывай трос к глайдерам и полетели.

– А выдержит? – с сомнением спросил Соколов, закончив приготовления.

– Должна. Но полетим осторожно.

Артем сел за штурвал. Поднял машину аккуратно, без резких движений. Кайла сделала то же самое. Они медленно поплыли над пустыней, стараясь лететь не слишком высоко, чтобы если упадет на песок, то хотя бы не разобьется, и не слишком низко, чтобы ничего не зацепить.

На этот раз путь был долгим. И вот, наконец, впереди появились силуэты пирамид. Оказалось, самое сложное еще впереди. Теперь предстояловзлететь вверх и точно опустить груз на техническую площадку. Артем даже вспотел, пока маневрировал, а когда его нога ступила, наконец на землю, он буквально повалился на пол, и задергался в конвульсиях.

– Соколов! – побледневшая Кайла подбежала к нему и стала тормошить за плечи, – Что с тобой Соколов?

– Да, – наконец выдавил он, – судороги. Кажется, прошло.

Кайла не убрала руки. Она смотрела на него с тревогой, которую не могла скрыть.

— Ты меня напугал, — сказала она тихо. — Думала, ты…

– Обычное перенапряжение. Все уже прошло.

Она ничего не сказала, просто помогла встать. Артема шатало. Кайла достала из кармана какую-то коробочку, из нее высыпала на ладонь одну таблетку. Протянула Соколову:

– Съешь!

– Да мне уже норм…

– Съешь, говорю! Это нейротрансмиттер.

Слово было ему непонятно, но парень спорить не стал, проглотил лекарство. «Она, должно быть, знает, что делает», – подумал он.

Вскоре сознание прояснилось, дрожь в конечностях исчезла. Теперь Артем и Кайла увлеченно распаковывали компьютер. Им оказался вмонтированный в стол монитор, размером с переносный телевизор, и такой же толстый, какими они были несколько десятилетий: тот самый с кинескопом в виде электронно-лучевой трубки. И клавиатура, тоже встроенная в стол. Что характерно, на ней не было латиницы, только кириллица, цифры и вынесенные в отдельный блок специальные знаки. И, самое интересно, никаких проводов. Даже провода с вилкой, чтобы включить в сеть. Да и розеток тут в пирамиде тоже нигде не наблюдалось. «Интересно, насколько хватит аккумулятора и где его заряжать?» – мысленно задал вопрос Артем и стал искать кнопку Power. Нашел только какой-то тумблер, щелкнул. Экран замерцал зелеными всполохами, а потом на нем появилось приглашение операционной системы и мигающий курсор, тоже зеленые. Прямо как на старинном компьютере из СССР.

«Мда, – подумал парень, – вряд ли что-то можно рассчитать на таком антиквариате». Но вслух он ничего не сказал, а принялся изучать машину. Первый делом вспомнил, как переводится на русский слово «help» и набрал: «помощь».

«Уточните, пожалуйста, чем именно я могу вам помочь», – тут же появился ответ системы. «Ух ты, – подумал парень, – Неужели в этом допотопном компе есть chat GPT? Если да, то вряд ли он локальный. Значит, должен быть и интернет. И явно беспроводной».

«Ты искусственный интеллект?» – был первый вопрос Артема. «Да, я интеллектуальная операционная система RWD-8. Чем могу помочь вам? Хотите, я расскажу как пользоваться эти компьютером?» – ответила система. «Да, конечно», – напечатал парень.

Вскоре Артем уже знал, что никакого интернета тут нет, аккумулятора хватает на три года непрерывной работы, а жесткий диск имеет объем сто петабайт.

Парень тихо присвистнул и восхищенно выругался:

– Е…ть!

Потом он повернулся к Кайле, которая стояла чуть в сторонке и улыбалась.

– И… сколько нам обошлось это чудо? – спросил он.

– Нисколько. В деньгах. Но нам придется поделиться кое с кем информацией. Разумеется, не всей, кое-что мы скроем. Судя по твоей реакции, ты сможешь… расшифровать местную письменность?

– Очень вероятно. Но, я должен сначала выяснить, на что эта штука вообще способна. Языков программирования тут нет никаких. Только ИИ-шка.

– Не грузи меня. Я ничего не понимаю в компьютерах. Просто делай.

– Ладно.

И он погрузился в работу. Сначала он прямо спросилсистема. Не знает ли она язык жителей Осириса. Ответ был отрицательный.

– Это саргский, язык, – подсказала Кайла, наблюдая экран через его плечо.

Но и саргский компьютер тоже не знал.

– Ладно, – задумчиво проговорил Артем, – выясним, что он вообще знает.

И парень начал задавать ИИ различные вопросы. Тот в ответ выдавал ему огромные объемы справочной информации, о жизни в Галактике, о политике, о Нейтральном секторе, об Империи.

– Стоп! – сказала вдруг Кайла, – перелистни-ка назад.

В тексте говорилось о том, что согласно легенде, в одном из древних городов произошла страшная трагедия: на город напала желтая чума. Кожа зараженных становилась желтой, и они очень быстро умирали. В городе объявили карантин. Людей эвакуировали в специальные подземные бункеры. Но не всех. Некоторых или забыли или нарочно оставили умирать. В одной из квартир небоскреба оказались заперта группы людей, они не успели эвакуироваться и умерли прямо там, в этой квартире.

– Подозреваю, это и есть те скелеты, которых мы видели, – сказала Кайла.

– Тогда нам не стоило там летать, – ответил Артем, внутренне холодея от ужаса.

– Забей. В этот город многие летали, и ни разу не было эпидемии. Значит, безопасно.

– Ну ладно… успокоила, – усмехнулся Артем, продолжая работу.

«Если ИИ-шка не понимает саргский, – рассуждал он, – значит, нужно найти обходной путь, например, узнать, нет ли у нее средств для расшифровки других языков».

Парень продолжил вводить запросы. Кайла отошла в другой угол технического помещения, поправила светодиодную лампу, которая была слишком яркой для полутемной комнаты и буквально слепила глаза.

– Так-то лучше, – сказала она, затем посмотрела на дверь,через которую они затаскивали сюда компьютер.

Напарница некоторое время задумчиво простояла рядом с лампой, снова подошла к Артему, дотронулась до его плеча.

– Надеюсь, ты не будешь на меня в обиде, если я снова кое-куда слетаю.

И, не дожившись его реакции, начала инструктировать:

– Если тебе потребуется вызвать раба, звони вон в тот колокольчик, – она указала на висевшую в углу веревочку с каким-то шариком. Если захочешь вернуться в номер, на балконе вторая дверь, там коридор, лестница, три этажа вниз, прямо, потом налево, потом опять вниз до конца, прямо, направо, потом налево. Там наш коридор. Запомнил?

– Блин, Кайла. Что ты собираешься искать на этот раз? Свитки?

– Возможно. Но пока точно не могу сказать. Так ты запомнил, не заблудишься? Да, и дверь за собой закрой на ключ, если пойдешь.

– Кайла! Ответь, куда ты собираешься лететь.

– Соколов! Поверь, так надо. Будет лучше, если ты не будешь этого знать. И… за меня не беспокойся, я вернусь. Точно. Так та запомнил маршрут? Повтори!

– На балконе вторая дверь, коридор, лестница, три этажа… вниз… потом…

Артем замолчал, пытаясь лихорадочно вспомнить.

– Слушай внимательно.

Кайла еще раз повторила маршрут.

– Запомнил?

Артем повторил, почти без запинки.

– Молодец, быстро учишься. Ну, я пошла.

Она направилась к двери, Соколов растерянно смотрел ей вслед, не зная, что сказать и как вообще реагировать.

На пороге Кайла резко обернулась.

– Да, и еще. Если я не вернусь до завтрашнего утра, садись в глайдер и лети до ближайшего оазиса. Там купишь имение и будешь жить более-менее спокойно. Если будут трудности с рабами, наймешь управляющего. Он поможет. Все. Пока.

Она ушла, и, прежде чем Артем что-либо осознал, послышался шум двигателя. Когда он выбежал на балкон, Кайла уже скрылась в небесах. Соколов почувствовал пустоту и растерянность. Не было сил даже крикнуть ей вслед. Да она бы и не услышала.

Глава 33

«Ладно, – подумал Артем, – Кайла улетела, но задача поставлена, нужно работать». Он вернулся к компьютеру. Его пальцы шустро заметались по клавиатуре, набирая один промпт за другим. Он собирал информацию и исследовал возможности машины. Наводил исторические справки, пытался даже программировать. Правда, языки программирования типа Pythonили C, к которым он привык в своем мире, тут отсутствовали, но Артем нашел обходной путь: сначала он научился писать скрипты из промптов, а затем изобрел свой собственный язык программирования. Не такой, конечно, богатый, как Python, но на нем, тем не менее, можно было программировать.

Артем был погружен в работу, и был почти счастлив. Он не замечал, что происходит вокруг. Для полного счастья не хватало лишь пиццыи крепкого кофе.

Чем дольше Соколов работал, тем лучше структурировалась информация. Сначала базы данных, таблицы. Затем он открыл для себя графические возможности, стал рисовать схемы, даже смог ввести в компьютер несколько символов со своего амулета. Но расшифровать их пока не получалось.

Артем так увлекся работой, что не заметил, как наступила ночь. Об этом он узнал только тогда, когда вышел на балкон, чтобы размять затекшие от долго сидения за компьютером ноги и снять спазмы в пальцах от постоянного нажатия на клавиши. Снаружи светило Око Осириса. Но Соколов не стал долго любоваться им. «Где Кайла?» – мелькнула в голове тревожная мысль.

Артем вернулся за компьютер, но работа больше не клеилась, тревога не проходила. «Может быть, спросил у искусственного интеллекта? – подумал парень, – он, конечно, не может знать, куда улетела Кайла, но может выдвинуть гипотезы, смоделировать».

Соколов занес пальцы над клавиатурой и задумался: «Как же правильно составить промпт?». Наконец он просто описал внешность Кайлы, свои отношения с ней, обстоятельства встречи и бегство с Аримана». Это был длинный текст. Не помещающийся в один экран и постоянно прокручиваемый по мере набора. В конце парень добавил: «Предположи, куда она могла улететь и почему ее нет так долго?».

Он нажал «Enter» и откинулся на спинку стула. Сердце колотилось как бешеное. Он смотрел на экран, ожидая ответа. Наконец, начали медленно пропечатываться зеленые буквы:

Гипотеза 1. Уверенность 70%. Кайла имеет контакты среди местного населения, и она отправилась к одному из них. Такой вывод можно сделать исходя из анализа ее поведения и знания местного языка. Причина задержки: встреча могла затянуться, или контрагент потребовал от неё какие-либо услуги в обмен на информацию.

Гипотеза 2. Уверенность 55%. Учитывая ваш общий интерес к древним артефактам и амулетам, Кайла могла отправиться на поиски дополнительных данных о «Спящем камне». На Осирисе существует несколько заброшенных хранилищ, которые не нанесены на официальные карты. Учитывая ее психологический профиль, она могла не сообщить вам об этих хранилищах.

– Что? – Артем удивлёно вскинул брови, – психологический профиль… могла скрыть? А ведь я ей доверял… Хотя… не знаю, может у нее были причины. Спрошу, если… когда она вернется!

Тем временем вывод продолжался:

… Причина задержки: доступ мог быть затруднён, или ее знания об этом месте оказались неполными.

Гипотеза 3. Уверенность 47%. Ваше бегство с Аримана и связь с Кайлой делают вас обоих объектами интереса имперских служб. Хотя Осирис не находится под прямым контролем Империи, здесь могут работать её агенты. Кроме того, между Нейтральным сектором и Империей имеется договор об экстрадиции.

Вероятно, Кайла была опознана и задержана до выяснения обстоятельств. Обычно такие задержки длятся до 48 часов. Если она не вернётся в течение этого времени, вероятность ареста возрастает.

Артема прошиб холодный пот.

«Гипотеза 4, – продолжал читать он – Уверенность 32%. Кайла Рейн неоднократно оставляла вас одного в безопасных местах. Это может быть стратегией проверки вашей самостоятельности. Если она считает, что вы готовы действовать без неё, её отсутствие может быть намеренным. В этом случае она вернётся, когда увидит, что вы справились с задачей (например, начали расшифровку глифов)».

– Спокойно, главное, спокойно, – сам себе сказал Соколов, – давай применим инженерный подход: будем проверять гипотезы по очереди. Первая – встреча с местными. Она же уже летала куда-то за компьютером. Возможно, полетела к нему же, обговаривать дополнительные условия. Не взяла меня по той же причине – я могу испортить переговоры. Но почему она не сказала, куда летит? Зачем это скрывать? Или… тут что-то другое?

Артем вновь вышел на балкон. Подул холодный ветерок. Парень ежился, стоял у перил, глядел на Око Осириса. Голова не работала, словно ее заволокло липким туманом. «Это стресс, – решил парень, – мне нужно отдохнуть. Поспать. А может быть и поесть. Я, кажется, ничего не ел с раннего утра. Интересно, а если я вызову раба ночью, чтобы принести мне еду, он придет?».

Соколов некоторое время помедлил, прежде чем дернул за веревочку с шариком и стал ждать. Ничего не происходило. «Наверное, ночью рабы все-таки не работают», решил парень и сел за компьютер, анализировать следующую гипотезу.

«Что такое “Спящий камень”», – набрал он свой вопрос. Искусственный интеллект ответил коротко и лаконично:

«Легенда гласит, что когда древние боги покинули Осирис, они оставили спящие камни. Эти камни хранят свет и знания. Когда мир забудет, камни вспомнят. Когда человек заблудится, они укажут дорогу. Но не буди их без нужды».

– Ерунда какая-то, – пробормотал Артем, – и, причем тут Кайла?

Он набрал новый запрос: «Зачем Кайла ищет спящий камень?».

Система ответила: «Потому что спящий камень может дать могущество»

«Почему она решила скрыть это от меня?» – набрал Артем, но нажать Enter не успел – в дверь кто-то тихо постучал.

– Войдите! – крикнул Соколов.

Дверь скрипнула. На пороге появилась маленькая девочка с подносом в руках, на нем лежали круглые оранжевые фрукты.

– Кхара? – удивился Артем.

– Я понимать. Вы. Голод. Господин, – она огляделась, выбирая, куда поставить поднос.

Соколов взял блюдо из рук и поставил на стул рядом с компьютером.

– Спасибо! – сказал он.

– Благодарить нет, – ответила девочка, – Наш обязанность. Вы боги!

– Но ты же сказала, что знаешь, что я не бог…

– Не говорить! – Кхара испуганно замотала головой, – Казнь!

А потом она подошла к Артему вплотную, потянулась на цыпочках и прошептала ему почти в ухо:

– Ваш женщина. Забрать. Стража. Я видеть. Оазис Аль-Кхадир.

Внутри у Артема все похолодело. Он впал в ступор, не зная, как реагировать. Кхара медленно повторила новость.

– Откуда ты знаешь Кайлу? – спросил Артем.

Он уже взял себя в руки и снова решил применить инженерный подход.

– Я видеть. Вы вместе. Мы отец пошли еда. В оазис. Я видеть твой женщина. Летающий повозка. Потом солдаты. Она забрать.

– Ты знаешь, куда они ее повели?

– Темница. Но ты одолеть стража нет. Ты нужда кха-шар. Я показывать. Идти.

Они вышли на балкон. Артем потянулся к глайдеру, но кхара остановила его:

– Лететь нет! Идти!

И она быстрыми шагами направилась вглубь лабиринтов пирамиды.

Глава 34

Артем шел быстрыми шагами, едва поспевая за Кхарой. Когда он увидел знакомый коридор со светодиодными лампами, вдруг вспомнил, что нужно забрать деньги из сейфа, ибо неизвестно, вернутся ли они сюда.

– Подожди, – сказал он Кхаре, – я сейчас.

Он метнулся в номер, торопливо сгреб из сейфа купюры, осмотрелся по сторонам, заметил походный рюкзак Кайлы и тоже прихватил его с собой.

– Быстро! Быстро! – говорила Кхара и на ее лице отразился страх.

Она уже буквально побежала, и Артем побежал за ней. Коридоры, лестницы. Каменные своды, факелы. Их шаги отдавались гулким эхом. Пахло сыростью, и факелы попадались все реже, приходилось идти в полутьме. А еще где-то капала вода. Все это напомнило Артему ариманские шахты с крабоидами, и ему стало жутко.

– Куда мы идем? – испуганно спросил парень.

– Быстро! Быстро! – поторопила его Кхара.

Они снова бежали. В полутьме, без фонаря. Факелы тут попадались еще реже. Где-то коридор разветвлялся. Соколов боялся заблудиться, но Кахра, похоже, отлично знала дорогу.

Вскоре они наткнулись на коридор, по которому проходили рельсы. Настоящие, железнодорожные рельсы, только немного уже, чем Артем привык видеть на Земле.

– Сюда! – махнула рукой Кхара.

Они некоторое время шли вдоль путей, пока не увидели дрезину. Девочка быстро взгромоздилась на нее и потянула рукоятку, но не смогла сдвинуть ее с места.

– Оставь, я сам, – сказал Артем.

Он схватился за рычаг обеими руками, напряг все мускулы. Дрезина поддалась с трудом, но поехала.

Сначала они катили медленно. Затем начали ускоряться. Стук колес отдавался гулким эхом. Артем продолжал интенсивно работать двигать огромной рукояткой. Его спина покрылась потом, рубашка промокла. Руки дрожали от усталости. Дрезина уже набрала скорость, и парень решил передохнуть.

– Далеко еще ехать? – спросил он.

– Далеко.

Здесь факелы были еще реже, и порой они ехали в полной темноте. Было довольно жутко. Но, тем не менее, Артем время от времени шевелил рычагом, чтобы прибавить ходу.

– Стоп, – сказала Кхара спустя довольно длительное время.

Артем не знал, где тормоз, он суетливо пытался что-то нащупать в темноте.

– Стоп-стоп! – повторила девочка.

Но дрезина продолжала нестись вперед. Кхара взяла Артема за руку и положила ее на другой рычаг. Он понял. Дернул что есть мочти. Послышался жуткий скрип. Дрезина остановилась.

– Идти, – сказала девочка и спрыгнула в темноту.

Артем, мысленно ругая себя, последовал за ней. Он ничего не видел и просто двигался на звук ее шагов.

Внезапно шаги ушли в сторону. Артем понял это чуть позже, когда проскочил развилку. Пришлось идти назад, щупая руками стену. Шаги Кхары стихли где-то в темноте.

– Кхара! – что есть мочи крикнул Соколов, когда нашел развилку.

– Сюда! – раздался ее голос откуда-то издали.

Их слова еще долго отдавались эхом, пока Артем шел на звук.

– Сюда! – снова повторила Кхара, уже совсем рядом.

– Я здесь, – ответил Соколов.

Они некоторое время шагали вперед. Артем удивлялся, как она ориентируется в темноте, но спрашивать не стал, полагая, что ей трудно будет это объяснить на русском языке.

И тут парень стукнулся обо что-то головой.

– Б…ть! – выругался он, трогая свой лоб.

Кхара снова взяла его за руку и поднесла к стене. Стена была на ощупь немного шероховатой, в одном месте было углубление.

– Видеть? – спросила она.

– Нет, я ничего не вижу.

– Видеть кожа! Амулет. Сюда!

«Она хочет, чтобы я засунул амулет в это углубление? – подумал Артем, – Интересно, зачем?». Но он все-таки решил попробовать. Камень внезапно стал теплым, и он быстро нагревался.

– Надо. Теперь. Больно, – отчетливо произнесла Кхара.

Но терпеть уже было невыносимо. Соколов хотел уже отдернуть руку, и тут амулет вновь резко стал холодным. Послышался скрип.

– Отойти! – велела Кхара.

Артем сделал несколько шагов назад. Темноту сначала разорвала белая трещина, а затем в глаза хлынул нестерпимо яркий свет. Соколов зажмурился. А когда глаза привыкли, он увидел перед собой вход в огромное помещение, напоминающее какой-то футуристический склад. Здесь повсюду стояли полки, стеллажи, поддоны. На них всевозможные устройства непонятного назначения.Некоторые были похожи на бластеры (оружие?), другие выглядели как странные механизмы, в некоторых из них шуршали вращающиеся шестеренки. А другие вещи были вообще ни на что не похожи: колба со сверкающими внутри зелеными молниями, зависший в воздухе блестящий шар, вокруг которого светилась розовая дымка, поставленный прямо на угол зеленый куб, по которому бегали красненькие пятнышки, постоянно меняющие форму. И еще много подобных причудливых артефактов, которые Кхара не дала рассмотреть.

Артем тихо присвистнул. Он хотел сказать: «Е…ть» но вовремя прикусил язык, поняв, что не стоит сквернословить при ребенке, пусть даже инопланетном.

– Кха-шар! – сказала Кахара, указывая на самый обычный браслет из синего материала, по характерному блеску похожему на металл, – Он твой. Я взять вот это.

И она уверенно направилась к небольшому оранжевому камешку, который был среди чудесных устройств ничем не примечательный.

– Что это? – поинтересовался Артем, надевая браслет на запястье.

– Гха-мар-кха. Лечить. Для мой отец. Он болезнь. Смерть.

– Он его исцелит? – с надеждой спросил Артем, проникшись ее горем.

– Должен, – коротко ответила она, – Идти! Взять амулет.

Они шагнули в пещеру. Артем достал из углубления камень, дверцы начали закрываться. Когда они захлопнулась за спиной, вновь наступила кромешная тьма.

– Почему твой отец сам не открыл эту дверь? – спросил Артем.

– Мочь нет. Только боги. Пришельцы со звезд.

– Ясно. Генетическая биометрия, значит.

Кхара ничего не ответила. Она продолжала идти. Вскоре они оказались возле дрезины.

– Мы ехать обратно. Мочь я нет. Ты довезти меня. Затем ехать обратно до тупик. Там большой штука едет сам. До тупик. Выход. Твой женщина там.

Артем взялся за рукоятку и снова стал разгонять дрезину. Затем он вспомнил про то, что забыл спросить самое важное.

– Как пользоваться этим твоим кха-шар? – задал он самый главный вопрос.

– Два кнопка. Маленький. Найди. Зеленый – защита. Синий – делиться. Нажать снова – убрать.

– Что может эта защита? Как она работает?

– Камень – нет. Стрела – нет. Копье – нет. Бластер – нет. Кха-шар защита. Защита ты и поделился кто. Бластер ты смерть если кха-шар нет. Бластер ты жизнь если кха-шар да.

Глава 35

Отвезя Кхару, Артем помчался обратно. Он торопился, двигая рукоятку дрезины изо всех сил. Было тяжело. Снова пот. Ныли мышцы во всех конечностях. Парень тяжело дышал. Но мысль о спасении Кайлы гнала его вперед, заставляя не думать об отдыхе. Вокруг была кромешная тьма. Неизвестность пугала. Впереди вполне могло быть препятствие, и Артем понимал, что столкновение на такой скорости ничем хорошим не кончится. Но нужно было спешить.

И вдруг Соколова осенило: «Если этот кха-шар защищает от бластер, от копья и от стрелы, то он может защитить и от столкновения. Заодно и протестирую». Он нащупал на браслете две мелкие кнопочки. Нажал на одну – ничего. На вторую. Что-то щелкнуло. В глазах небольшая вспышка. А потом он увидел вокруг себя серебристый ореол. Он слабо фосфоресцировал и мог даже чуть-чуть разгонять тьму. «Ух ты! – подумал парень, – работает».

И тут впереди показолась что-то темное. Артем инстинктивно затормозил. Но не успел – препятствие оказалось слишком близко. Толчок, полет в воздухе, кувырок. Парень шмякнулся о груду камней и отскочил от нее как резиновый мячик, ударился о стену и приземлился на пол без единого повреждения. Без единого синяка, без единой царапины. Даже больно не было.

– Е…ть! – проговорил он, вставая и отряхиваясь.

Артем машинально проверил, работает ли еще кха-шар. Ореол продолжал сиять, и даже немного освещал путь: теперь можно не бояться стукнуться лбом о стенку.

Дальше ехать было невозможно: рельсы оказались завалены обрушившейся породой. Соколов протиснулся сквозь узкую расщелину и пошел пешком. «Интересно, это и есть тупик? – думал он, – если да, то где эта большая штука, которая якобы едет сама? Тут только рельсы».

Коридор уходил куда-то вдаль, и конца ему не было видно. Артем продолжал шагать. Он чувствовал, как ноги наливаются тяжестью. А еще голод. Парень вспомнил про фрукты, которые принесла Кхара в его рабочий кабинет. Парочку из них он машинально сунул тогда в карманы походной куртки, и сейчас они позволили немного подкрепиться.

Тоннель стал шире, рельсов стало больше. Это уже была какая-то станция. Тут даже стояли вагоны, сцепленные с локомотивом. «Большая штука? – подумал Артем, – Кхара имела в виду поезд?»

Соколов скептически осмотрел ржавые колесные пары. Облезлую краску на вагонах, залез в локомотив. Это был старинный паровоз, еще на дровах, которые, почему-то весьма кстати, лежали рядом с печкой, как будто кто-то заботливо их приготовил. Только вот спички или зажигалку этот «кто-то» забыл оставить.

«Интересно, – подумал Соколов, – поезд старый, а топливо есть. Значит, на нем все-таки кто-то ездит. Осталось затопить печь».

– Блин, – вдруг пробормотал парень, – как поджечь-то их…

Он задумчиво почесал затылок.

– Бластер! Там же есть регулятор мощности.

Артем повернул на своем оружие рычажок в минимальное положение. Прицелился в одну из деревяшек. Выстрелил. Луч был тонкий, вылетел из ствола практически бесшумно. Запахло костром. Сухая древесина задымилась и начала тлеть. Артем чуть-чуть добавил мощности. Теперь бластер поджигал не хуже зажигалки, и вскоре в печи уже вовсю пылал огонь.

И тут Артем осознал, что он понятия не имеет, как управлять паровозом. Он начал судорожно вспоминать школьный курс физики, термодинамику. «Кажется, в котле должны быть вода, – подумал Соколов. – Осталось найти этот котел…. А если там нет воды? Тушить огонь? Черт… как же я сразу не подумал».

Артем начал судорожно метаться по кочегарке. На одном из манометров дернулась стрелка и поползла по циферблату. Откуда-то вырвались клубы пара. «Значит, вода есть, – догадался парень, – осталось понять, как ехать». Его взгляд упал на большой рычаг. Он попробовал дернуть его. Раздался оглушительный свист, такой, что заложило уши. Паровоз нехило так тряхнуло. Раздался стук вагонных сцепок. Поезд начал набирать скорость. Артем испугался, что куда-то врежется и вернул рычаг на место. Поезд не замедлился, но перестал ускоряться.

«Так… – подумал Артем, – а тормоз где?». Он продолжал осматривать оборудование. Трубы, вентили. Еще один рычажок. Больше нет. По логике должен быть тормоз. «Надо протестировать», – подумал парень и дернул. Колеса заскрипели. Поезд начал медленно замедляться. Соколов отпустил, снова включил «газ». Дергая поочередно за рычаги, он отрегулировал скорость до комфортного уровня.

Где-то впереди появилось пятно света. Оно приближалось. Артем на всякий случай затормозил. И вовремя: тупик был сразу при выезде из тоннеля – пути перегораживала достаточно хлипкая деревянная конструкция, а дальше обрыв. Еще бы секунда – и летел бы Артем в пропасть.

Парень спрыгнул на насыпь из гальки. Подошел к краю. От высоты закружилась голова. Внизу виднелись какие-то постройки, над которыми уже начало вставать утреннее солнце. Должно быть, именно в этих домиках и держат Кайлу», – подумал Артем.

Вниз вела веревочная лестница. Выглядит не очень надежно, но это была единственная возможность спуститься.

Соколов некоторое время раздумывал, выбирая, спрыгнуть ли ему, надеясь на защиту кха-шара, или попытаться слезть по этой жуткой лестнице. «Если защита не выдержит падение с такой высоты, то прыгать не стоит. А если выдержит – то она поможет мне выжить, если я сорвусь. Но если мне удаться нормально спуститься – то это избавит меня от риска. Вывод очевиден».

Артем собрал волю в кулак и осторожно полез вниз, ступенька за ступенькой. Лестница болталась, парень несколько раз больно ударился сжатыми кулаками о каменную стену, но руки не разжал.

Когда он наконец ступил на твёрдую землю, ладони горели, в ушах всё ещё звенело завывание ветра, а костяшки пальцев превратились в кровавое месиво. «Черт, – подумал парень, – как же я стрелять буду с такими руками…» Он попытался несколько раз сжать и разжать кулаки. Больно. Но терпеть можно.

Достав бластер, Артем включил максимальную мощность и пошел вперед. Вокруг него сиял ореол кха-шара. До построек было, по ощущениям, около километра, к ним вела довольно широкая тропинка, петляющая среди деревьев.

Внезапно впереди появилась рослая фигура в комбинезоне. Соколов сразу узнал униформу и шеврон на плече. Это был энцелоп. Здесь, в нейтральном секторе, несмотря на то, что Кайла уверяла, что их здесь нет.

Артем машинально выстрелил. Враг не успел даже вскрикнуть: он так и завалился на бок, с удивленным лицом и обугленной дырой в груди.

Соколов смотрел на труп и не мог отвести глаза. Ему уже приходилось убивать. Сначала в бою. Затем убил морального урода, который насиловал ребенка – этого мерзавца даже жалко не было. Но сейчас Артем просто выстрелил в первого встречного, которого принял за врага. Собственно, по сути это и был враг – вряд ли энцелоп мог испытывать к нему дружеские чувства. «Он такая же мразь, как и любые другие энцелопы», – мысленно сказал себе Артем, просто, чтобы успокоить совесть и зашагал дальше.

Наконец Артем вышел на открытое пространство. Он сразу увидел двоих энцелопов, мирно куривших возле одноэтажного красного здания, похожего на длинную коробку. Соколов на секунду замешкался, не решаясь сразу стрелять – убивать он не привык. Энцелопы его заметили.

– Документы! – сказал один из них, положив ладонь на висевший на поясе бластер.

Второй увидев оружие в руках Артем, среагировал мгновенно. Синий луч вылетел в сторону Артема, но в паре метров просто исчез. Ореол слегка заколыхался, браслет на запястье слегка кольнул.

– Черт, у него силовое поле! – закричал первый.

Он метнулся в здание, но Артем успел выстрелить в спину. Второй просто рухнул на колени, поднял руки вверх и взмолился:

– Пожалуйста, не убивай!

– Где Кайла? – жестко спросил Артем.

– Кто? Кайла? Не знаю такой. Пожалуйста, не убивай.

Энцелоп смотрел умоляюще, заплаканными глазами. Тот, кто насилует детей, кто убивает ни в чем не повинных людей, кто творит беззаконие и коррупцию, теперь стоит на коленях и умоляет пощадить.

–Тьфу! – Артем брезгливо сплюнул, прицелился.

Но на курок не нажал, его руки дрожали.

– Ладно, – сказал Соколов, – живи. Только помоги мне найти Кайлу.

– Может быть, ты говоришь о женщине, которую арестовали? – предположил энцелоп, – она там, – он показал рукой на соседнее здание, – арестованных держат в этом карцере.

Артем повернулся и направился к невзрачному серому строению. Дверь была заперта, но это Артема это не остановило: один выстрел из бластера, и теперь в стене дымящийся проем. Внутри тут же кто-то забегал, засуетился. Энцелопы. Они стреляли, но силовое поле поглощало смертоносные лучи. Сам Артем не стрелял, он никого не хотел убивать, просто осматривал камеры. Кайлы ни в одной из них не было.

– Где она? – Артем навел бластер на энцелопа, который невозмутимо заполнял бумаги, словно эта суета его не касалось.

– Кто? – его голос бы усталый.

Внезапно браслет на запястье буквально обжег Артему руку. Он даже вскрикнул от неожиданности. Обернулся. Двое энцелопов целились из большого ствола, напоминающего пулемет. Стреляло это оружие какими-то зелеными искрящими шарами, которые взрывались, ударяясь о силовое поле, заставляя его искажаться и сиять синими всполохами.

Артем, не долго думая, расстрелял обоих из бластера и продолжил беседу с тем, кто заполнял бумажки.

– Кайла. Ее вчера арестовали. Где она?

– Так… сейчас посмотрим.

Он некоторое время рылся среди документов, пока не извлек папку с надписью «Дело №123. Кайла Рейн». Раскрыл. Долго вчитывался.

– Ну! – нетерпеливо произнес Артем.

– Ее полчаса назад этапировали. Звездолет улетает через два часа. Успеете добежать. Я вам помог, молодой человек. Вы сохраните мне жизнь?

– Где звездолет?

Тот указал направление. Артем хотел тут же рвануть туда, но поколебался. А вдруг энцелоп соврал?

– Ладно, живи, – сказал он, – Но если обманул, я вернусь и прежде чем убить тебя, поджарю твои яйца маломощным лучом, чтобы дольше помучился. Ты понял?

Энцелоп испуганно кивнул. Артем побежал в указанном направлении, внутренне ужасаясь, в кого он превращается.

Глава 36

Артем миновал несколько корпусов, затем начался лес из редких деревьев, росших прямо из песка: похоже, здесь кончался оазис и начиналась пустыня. Чем дальше он шел, тем меньше было деревьев, больше каких-то высохших кустарников, и песок, кругом песок.

Стартовая площадка располагалась прямо на песке, точнее, это и был слегка расчищенный и спрессованный песок, на котором стоял звездолет. Не такой большой, как тот, на котором они с Кайлой прилетели сюда, но тоже внушительный. И форма у него была другая: тарелка на ножках.

Возле звездолета копошились пара энцелопов. На этот раз Артем не стал мешкать: нужно спасать Кайлу, а энцелопы – враги. Он выстрелил первым. Один из энцелопов упал, второй успел среагировать и выстрелил. Кха-шар защитил. Следующим выстрелом Соколов добил и второго. Теперь можно было проникнуть внутрь. А там его уже ждали. Целых три энцелопа, один из них держал Кайлу, приставив к ее виску дуло бластера.

– Сдавайся, – сказал он, – бросай оружие и выключай свое силовое поле. Иначе она умрет.

– Не делай этого! – шепнула Кайла, но достаточно громко, чтобы Артем услышал.

– Тогда и ты умрешь, – ответил Артем, – ваши бластеры против меня бессильны. А еще я умею пытать. Буду отрезать от тебя по кусочкам. Без анестезии. Сначала палец, потом второй. Потом дойду и до более интересных мест…

Соколов готов был и сам поверить, что он сделает это. Просто ради спасения Кайлы. Его взгляд был зловещий и холодный.

– Я не шучу, – продолжал Артем, – а еще я читал про пытки инквизиции. Знаете, планета такая есть. Земля называется. Там в древности практиковали...

– Ты лжешь! – проговорил энцелоп, но его рука дрогнула, а лицо побледнело.

Кайла улыбнулась, кажется, она поняла план Артёма.

– Хочешь проверить? – спросил Артём, – готов рискнуть?

Он посмотрел на остальных двоих. Те просто стояли, прицелившись в него из бластера, как будто надеялись пробить ими силовое поле.

– Вас тоже касается, – сказал им Соколов, – к врагам я беспощаден. Но я поступаю гуманно с теми, кто искренне раскаивается в своих поступках. С теми, кто добровольно сотрудничает.

Артем снова посмотрел на первого. Тот продолжал держать Кайлу, но руки его дрожали. «Черт…, – подумал Артем, – Только бы этот идиот не нажал на курок».

– Ты умный человек, – теперь Соколов говорил спокойным голосом психолога, – подумай сам. Гарантированная смерть или шанс выжить? Что ты выберешь? Да, у тебя нет основания мне верить. Ты сейчас думаешь, что если отпустишь Кайлу, то я тебя убью. Так вот. Если ты ее убьешь, то ты 100% умрешь и сам. Если нет – то вероятность того, что ты выживешь, больше нуля. Чистая математика. Так что выбрал бы на твоем месте разумный человек?

– А с чего ты взял, что я – разумный? – по лицу энцелопа расплылась ехидная улыбка.

И тут сверкнул лазерный луч и в его груди образовалась дыра. Перед смертью энцелоп успел нажать на курок, но Кайла ловко уклонилась. Лазерный луч попал в стену, сделав в ней оплавленное отверстие. Завыла сирена. Артем удивленно посмотрел на оставшихся двоих.

– Я тебе помог, – сказал один из них, – Пощадишь?

– Можешь проваливать, пока я не передумал.

– Зря ты отпустил их, – укоризненно сказала Кайла, наблюдая, как энцелоп и его напарник стремительно выпрыгнули из люка.

Но Артема волновало другое. Он посмотрел на дыру в корпусе. Но к ней уже спешил ремонтный робот с листом металла.

– Успеет починить? – спросил Соколов.

– Успеет, – ответила Кайла, – но тех уродов надо было добить.

– Я не убийца… я только… для самозащиты.

– Ладно, не убийца, садись, – она кивнула в направлении двух пилотных кресел, – пора убираться с этой планеты.

Артем сел. Машинально пристегнулся.

– Кстати, довольно херовый корабль, – заметил Соколов, – раз простым бластером в нем дыру можно сделать.

– Это не боевой звездолет, – ответила Кайла, что-то нажав на пульте, – брони у него нет.

Корабль тем временем стартовал. Перегрузка вдавила в кресло. Небо в обзорном иллюминаторе сначала стало синим, потом фиолетовым, затем черным и на нем проступили звезды. И Око Осириса. Тут оно было еще прекраснее.

– Не засматривайся, – усмехнулась Кайла.

И тут Артем хлопнул себя по лбу.

– Блин… как же я не догадался. Ладно, все завершилось благополучно.

– О чем не догадался? – нахмурившись, спросила Кайла.

– Кха-шаром можно же делиться…

– Не успел бы. Кстати, откуда он у тебя?

– Кхара дала. Эта та девочка, которую я спас. Она провела меня в хранилище. Оказывается, этот амулет – ключ, – он полез за пазуху и дотронулся до камня.

– Где меня искать тоже она сказала?

– Да.

– Куда летим? – спросил Артем.

– На Хауре, – ответила напарница, – нам нужно топливо и … небольшой тюнинг звездолета, ты прав, это еще то корыто.

– Хауре… – это там, где нельзя ходить без скафандра.

– Да.

– Весело.

Артем на некоторое время замолчал, глядя на Око Осириса. Затем он вспомнил про рюкзак, снял его, протянул Кайле.

– Тут твои вещи. И деньги. Я подумал, что неплохо бы забрать, вдруг мы туда не вернемся.

– Спасибо, – Кайла улыбнулась, – но ты все равно кое-что забыл. Так что, вернуться придется.

– Ты шутишь? – он удивленно нахмурил брови, – как бы я его сюда тащил?

– Не шучу. Я серьезно. Компьютер. Мы оставили там компьютер. Это хороший компьютер, с квантовым сопроцессором.

– С квантовым сопроцессором? – удивился Артем, – а ты вроде говорила, что ничего не понимаешь в компьютерах…

– Так и есть. Я академиев не кончала, понятия не имею, что такое «квантовый сопроцессор», но знаю, что он стоит бешеных бабок. Так что, давай снижаться. И, кстати, твоим кха-шаром можно и наш звездолет защитить, по крайней мере, на то время, пока мы висим над пирамидой и забираем наш компьютер.

– Слушай, Кайла… если мы сможем, это было бы замечательно, – согласился Артем, вспоминая, как он добывал информации при помощи установленного на него ИИ-агента, – компьютер действительно хороший.

– Сможем, – заверила его Кайла.

Она уверенно взялась за штурвал, корабль завертело, на звездном небе стремительно пронесся желто-оранжевый диск Осириса, стабилизировался и стал увеличиваться еще больше, заполняя собой все небо.

– Входим в плотные слои атмосферы, держись! – предупредила напарница.

Снова перегрузки, тряска, толчки. Затем синее небо, пустыня. Где-то вдалеке показалась пирамида.

– Включай свой кха-шар, – скомандовала Кайла, – кнопка «поделиться» и мысленно направь его на наш звездолет, просто представь.

Артем послушно выполни указание. Как ни странно, но получилось сразу: Соколов почувствовал, как в запястье резко кольнуло, корабль завибрировал, а бортовой ИИ сообщил голосом Алисы:

– Силовое поле активировано.

– Кажется, вовремя, – выдохнул Артем, увидев в иллюминаторе несколько вооруженных людей на глайдерах.

Кайла, ловко маневрируя, заставила звездолет четко повиснуть над входом в тот самый технический отсек пирамиды, где они оставили свой компьютер.

– Кали, зафиксируй, – приказала она бортовому ИИ, а потом обратилась к Артему:

– Идем, спустимся по веревке.

– Кали? – тот удивленно нахмурил брови, – Ее зовут Кали? Серьезно? Это же богиня смерти.

– Самое то для корабля энцелопов, – усмехалась та.

Они подошли к люку. И тут Артем обнаружил, что у него дрожат колени – он боится высоты. «Черт… как же я буду спускаться», – тревожно подумал он.

Кайла, тем временем, ловко спустилась вниз и оттуда нетерпеливо крикнула:

– Не тормози. Спускайся.

Артем выдохнул. Сжал зубы. Осторожно проник в люк, крепко схватившись за трос. На этот раз все оказалось не так страшно, как тот спуск с обрыва по веревочной лестнице: несколько секунд – и вот он уже стоит на твердом полу балкона.

Вдвоем с Кайлой они выволокли компьютер из технического помещения. Начали обвязывать тросом.

– Сдавайтесь! – вдруг послышалось откуда-то сверху.

К балкону подлетели те самые три глайдера. Это были не энцелопы. А жрецы в синих одеждах, примерно в таких же балахонах в который был одет тот жрец, чью дочь Артем недавно спас. А еще откуда-то издали приближался летающий стул.

Кайла молча показала им средний палец, невозмутимо продолжаякрепить компьютер.

Тут и летающий стул подоспел. Точнее, это был даже не стул. Трон. Сверкающий на солнце. Словно золотой. Или на самом деле золотой. И тот кто сидел на нем, тоже был увешан золотом. Золото было повсюду: кольца, серьги. Сама одежда, тоже, казалось, была из золотой ткани. Ну и корона. Тоже сверкала на солнце. И посох. Золотой, украшенный красным сверкающим камнем.

– О! – воскликнула Кайла, – сам Фараон почтил нас своим вниманием.

– Кайла Рейн… Опять ты. Сколько можно? Ты хоть понимаешь, что из-за тебя Империя пришлет мне дипломатическую ноту протеста…

– Мне очень жаль, – она равнодушно пожала плечами.

Артем тем временем раскрыл рот от удивления и бросил работу.

– Шевелись, – слегка прикрикнула на него Кайла.

– Ох… Кайла… Кайла… – проговорил Фараон, – Ты же понимаешь, что теперь ты на нашей планете персона нон-грата. Прилетишь без силового поля, а ты не вечно будешь в нем ходить, мы тебя… просто испепелим.

– В развалинах Кха-рак скрывается Эш-Морр. Поймаешь – твой. Надеюсь, такой подарок компенсирует тебе временные неудобства… с дипломатическими нотами, Фараон?

– О как! Ты своих людей сдаешь?

– Он больше не наш человек. Он предатель, сдал меня энцелопам.

Фараон задумался.

– Ладно, Кайла, – наконец сказал он, – Если не обманула – тогда я тебя прощаю. Но если солгала – не возвращайся. Счастливого пути.

Он махнул рукой тем троим и улетел. Они последовали за ним.

Компьютер был закреплен.

– Полезай, – велела Кайла, глядя, как Артем открыл рот, чтобы спросить, – вопросы потом будешь задавать, кха-шар долго не потянет целый звездолет. Надо улетать.

Глава 37

Взлетели они стремительно. Перегрузка, выход на орбиту. Космос. Желто-оранжевая планета, сияющее своей звездной красотой Око Осириса.

– Переходим в гиперпространство, – сообщила Кайла, нажимая на кнопку, – держись.

Резкий толчок, шум в ушах. Вспышка перед глазами. И все, если не считать легкого головокружения и стремительно меняющегося космоса: сначала серый туман, наползающий на звезды, быстро удаляющаяся планета, которая уменьшалась в размерах прямо на глазах: из гигантского диска она превратилась в горошину за несколько секунд, а затем вообще в светящуюся точку, которая быстро исчезла среди бескрайнего неба. Потом настала очередь солнца: оно тоже удалялось стремительно, как будто корабль летел со сверхсветовой скоростью. Затем начало видоизменяться и само Око Осириса. И при этом все становилось каким-то блеклым, серым, бесцветным, пока наконец вовсе не исчезло, оставив после себя сплошное коричневое полотно, которое стало вскоре черным, и только потом на нем проступили зеленые молнии, которые Артем уже однажды видел, когда летел на Осирис.

– Ну все, мы в гиперпространстве, – сообщила Кайла.

– И сколько нам лететь? – поинтересовался Артем.

– На этот раз чуть меньше, чем в прошлый раз. Парочку недель.

– Ну спасибо, успокоила…

Соколов скептически оглядел помещение звездолета. Изнутри оно выглядело не таким большим, как снаружи, но все же, достаточно просторным. Сюда помещался большой пульт управления, ряд кресел за ним, несколько приделанных к полу полустульев-полукроватей и двери в различные технические отсеки. А еще на полу оставался лежать труп энцелопа.

– А куда мы жмурика денем? – поинтересовался Артем, – через две недели он же вонять будет, задохнемся.

– Действительно… в суете отлета некогда об этом было подумать.Что я могу сказать… Выкинуть мы его не сможем: открывать люк в гиперпространстве категорически запрещено. Остается только заморозить и сбросить при подлете к Хауре. В космосе расстояния огромные, миллионы километров пустоты, там никто никогда не найдет. Или…

Она вдруг расплылась в какой-то злобной улыбочке и дотронулась до пульта управления. В тот же миг звездолет тряхнуло, перед глазами опять вспышки, шум в шах усилился.

– Ты что делаешь? – испуганно спросил Артем.

– Мы по дороге заглянем кое-куда.

Пространство за окном опять стало меняться. Исчезли зеленые молнии, на грязно-сером фоне стали проступать первые звезды. Появилось и Око Осириса, только на этот раз оно стало меньше, но все еще внушительно. И планета. Тоже, своего рода, красивое зрелище: как Сатурн с двумя кольцами, расположенныепод небольшим углом друг к другу, над которым всходили целых три солнца: белое, красное и зеленое.

– N3-2-1!– произнесла Кайла в микрофон, – не стреляйте, это свои. Прошу разрешение на посадку.

На одном из экранов появилось лицо лысого мужчины, испещренное многочисленными шрамами.

– А это что за хмырь с тобой, Кайла? – спросил он, глядя на Артем.

– Это не хмырь, это мой напарник. Отлично стреляет из бластера. Так что, не хами ему, ладно.

– О-хо-хо! – хохотнул он, – какие мы грозные… Ладно. Зачем пожаловала?

– Подарок у нас есть для тебя, Ки-хо-хара-хар. Энцелоп свежий.

Взгляд мужчины упал в центр помещения, где на полу лежал труп.

– О! Так бы сразу и сказала. Ладно, давай, приземляйся.

Артем смотрел на все это, вытаращив от удивления глаза.

– Кто это? – наконец спросил он.

– Да… один хороший знакомый. Ну, или почти хороший. Пристегнись!

Спуск, перегрузки. Серая дымка за окном. Снова пустыня. Только без песка. Голая потрескавшаяся земля, коричневые скалы. Странные ветвистые деревья, одиноко стоящие посередине этого мертвого мира. Странно в них было то, что ствол разделялся на две части, а те еще раз на две. То есть оно всегда ветвилось на две половинки. «Бинарное дерево» – вспомнил Артем название такой структуры из урока информатики.

– Надень скафандр, – бросила Кайла, отстегивая ремень, – вон там, в техническом отсеке.

Спустя несколько минут, облаченные в защитные комбинезоны, они уже вытаскивали труп из корабля. Их встретили несколько человек, они были без скафандров, в обычной одежде, но в респираторах. Их лица, так же как и у Ки-хо-хара-хара, были в шрамах. И они тоже были лысые, кроме одного, у которого еще сохранились остатки поблеклых волос.

– Зайдешь в гости, Кайла? – спросил один из них приглушенным голосом.

– Ну я, вообще-то спешу.

– Да ладно! Ты моя лучшая подруга, мы давно не виделись… К тому же, ты же хочешь получить свою награду от Кихоха?

– Ладно, уговорила. Идем.

Вся процессия, включая и Кайлу с Артемом, двинулась в сторону ближайшей пещеры, волоча за собой труп энцелопа.

Внутри оказалась целая система гермоворот, через которую они шли довольно долго, после каждого шлюза их обдувало сухим горячим воздухом. Соколов внимательно рассматривал встретивших. Одежда: грязная униформа. Без знаков различия, перчатки. Лица скрыты под масками, но все же частично Артем их разглядел. Две женщины, трое мужчин. Все пятеро, как Артем увидел вначале, практически лысые. У одного, того, что якобы с волосами. Просто торчал сзади бесформенный серый клок.

– Что это за планета? – спросил Артем у Кайлы.

– Архоон, – ответила вместо нее та, что назвалась ее лучшей подругой.

Наконец пошли технические помещения, провода на сводах потолков, лампы, слепящие глаза белым синтетическим светом. Далее мастерская. Которая одновременно была и лабораторией, и кухней. За столом сидели еще несколько человек в таких же униформах. У некоторых маски были сняты, у других сняты лишь символически, болтаясь ниже уровня подбородка. Все эти люди пили какую-то жидкость и закусывали синтетической кашей с тушенкой.

– Энцелопа приволокли, – усмехнулся один из них, – молодцы. Давайте, присоединяйтесь, отметим нашу маленькую победу.

Кайла усмехнулась, вспоминая, кто на самом деле убил врага. Она сняла шлем и присела, положив его рядом на лавочку. Артем последовал ее примеру. Перед ним появился полный стакан. Тот лишь слегка пригубил, почувствовав, как его обдало запахом плохого спирта. Кто-то снисходительно хохотнул.

– Новичок?

Артем кивнул.

– Ничего, привыкнешь.

Тем временем несколько человек уложили труп на кушетку. Стянули с него одежду. Один из них извлек с полки сосуд с желтоватой жидкостью в которой плавали… существа. Скажем так. Они были похожи на пиявки, только выглядели гораздо более жуткими: покрытые тонкими щетинками, с кучей лапок, и пастью, которая постоянно открывалась и демонстрировала ряд мелких, но острых зубов.

– Е…ть! – в ужасе воскликнул Артем, – это что за чудища?

– Ты никогда не видел кикиинов? – усмехнулся один из обитателей подземелья.

Тем временем те, один из работников лаборатории, пинцетом извлек из колбы этого жуткого червя, второй потянул его за хвост другим пинцетом, и тварь порвалась. Хвост второй половинки тут же стал пастью. Существо было отправлено в колбу, колба оперативно закрыта. Другого червя работник опустил на труп, в район шеи.

– Да что они делают?! – недоуменно спросил Артем.

– Сейчас увидишь, – ответила Кайла.

Червь впился зубами в челюсть мертвого энцелопа, прогрыз дырочку, проник внутрь, но его хвост продолжал торчать, как жуткий щупалец. Он шевелился.

– Они что, кормят этих тварей… убитыми энцелопами? – Артем удивленно нахмурил брови.

– Почти. Сейчас-сейчас, увидишь, – ответила подруга Кайлы.

Тем временем на труп вылил какую-то густую серую жижу. По его коже прошлись какие-то волны, словно там ползали гигантские черви или насекомые. Покойник зашевелился.

– Б…ть! – выругался Артем.

Кайла захохотала. Ее смех подхватили остальные.

– Обосрался? – спросил один из местных, – толи еще будет…

Энцелоп зашевелился. Он слегка привстал на кушетке.

– Б…ть, – снова выругался Артем, – вы его… превратили в зомби?

– Не совсем, – ответила Кайла, – те твари в банке – это черви-паразиты. Они поедают мозг жертвы и сами становятся мозгом. Притом, не важно, живой он или мертвый. Кикиины способны заново запускать метаболизм и другие процессы жизнедеятельности организма.

– А еще они не просто пожирают мозг, но… каким-то образом извлекают оттуда жизненный опыт носителя, – добавила ее подруга.

– Ужас… – тихо проговорил Артем.

– Так что, они – идеальные шпионы. Сейчас кикиин подлечит энцелопа, и мы отправим его в Империю в качестве нашего агента. Эти существа, кстати, квантово запутаны со своей второй половинкой. Видел же, как мы порвали кикиина на две части? Так что теперь мы сможем в реальном времени наблюдать все то, что видит наш агент.

– Круто, – только и мог вымолвить Артем.

Сидящие за столом продолжали веселиться. Соколов пил осторожно, стараясь оставаться трезвым, Кайла же заметно опьянела. Она о чем-то шепталась с подругой, обе громко хохотали.

– Пойдем, я покажу тебе твою каюту, стрелок, – сказал подошедший к Артему мужчина, в котором он узнал Ки-хо-хара-хара.

– Каюту? – удивился Артем.

– Вы не полетите в таком состоянии, – он кивнул в сторону Кайлы, – а ты, я вижу, не спешишь напиваться, тебе тут с нами пьяными будет скучно. А так хоть нормально отдохнешь перед дорогой.

– Да ладно, пусть с нами посидит, – сказала подруга Кайлы, и пересела, подсев прямо к нему, при этом фамильярно положив ладонь ему на колено.

Кайла посмотрела на подругу весьма недобро, затем наклонилась через стол и что-то шепнула ей. Та ничего не ответила, но руку убрала. Артем растерялся. Он не знал, как реагировать, и просто сидел и молчал.

– Ладно, – сказал Ки-хо-хара-хар, – надеюсь, тебе будет не в тягость общество пьяных пиратов.

И он удалился.

– Пиратов? – переспросил Артем.

– Ха! А ты думал, в общество благородных девиц попал? – усмехнулся один из обитателей подземелья.

– Если честно, я думал, вы обычные контрабандисты.

– Нет. Контрабандисты – это просто барыги. А мы – пираты. Это благородно.

– Благородно? Вы грабите звездолеты, да? Что тут благородного?

– Ты ошибаешься, чувак! – он ударил кулаком по столу. Ударил не сильно, больше демонстрационно, но звук получился внушительный. Все сразу же смолкли.

– Вот что я тебе скажу, чувак, – продолжал пират, – мы не грабим звездолеты. Мы просто забираем то, что у нас украла Империя. То, что принадлежит нам по праву. А контрабандисты – они грабят честных работяг, продавая им товар в несколько раз дороже, чем он реально стоит. В общем, барыги – они и есть барыги. И этим все сказано!

– Эй, ты полегче, Тийот, – прервала его речь Кайла, – я тоже контрабандистка. Но не барыга. Ты даже не представляешь, на какие риски они идут, возя контрафакт с планеты на планету?

– Ладно-ладно… ты – другое дело. Ты работаешь на Свободный ветер. Вам же нужно откуда-то брать бабки на жизнь.

– Что? Какой еще «свободный ветер»? – переспросил Артем, – я что-то пропустил.

– Потом объясню, – махнула рукой Кайла, – а сейчас просто ешь, пей, веселись.

Артем ничего не ответил, промолчал. Но в душе поднялось смятение. «Да что за фигня происходит? – думал он, – Что еще она от меня скрыла?».

А тем временем энцелоп, уже окончательно освоившись, встал с койки и направился в сторону Артема. Тот от ужаса чуть не подавился тушенкой. Но он шел не к нему. Он шел к подруге Кайлы.

– Меня зовут Кар-кара-хар-оаниах, готов приступить к заданию.

– Б…ть, – наконец выговорил Соколов, – ну нельзя же так пугать.

– Кисельная барышня что ли? – усмехнулся Тийот.

Артем понимая, что в глазах людей, для которых оживление трупов обычное дело, он выглядит трусом, собрал волю в кулак и постарался не обращать внимания на стоящего рядом энцелопа.

– Пока сядь, Кароних, – сказала ему подруга Кайлы, – мы полетим на Граш. Задание объясню по дороге.

Она повернулась к Кайле:

– Кстати, не подбросишь нас?

– Вообще-то, нам не по пути, Линна. Звиняй.

– Да ладно, подруга! Кихох заплатит тебе нехилые бабки. И топлива для корабля подкинет. Давай, не ломайся.

Артём перевёл взгляд на Линну. Она выглядела как обычный пират, но говорила с Кайлой так, будто знала её много лет. «Интересно, — подумал он, — что их связывает? И что за планета такая – Граш?»

– Этого мало, – ответила тем временем Кайла, – мы рискуем. Мой напарник – она кивнула в сторону Артема, – опасный экстремист, которого разыскивает вся галактическая полиция.

– Ха! – усмехнулась Линна, – нашла чем удивить. Мы все здесь опасные экстремисты… Но ладно. Как насчет получить официальную имперскую регистрацию? У меня там есть знакомый хакер, он легко это устроит. Простой взлом базы данных, пара поддельных криптосертификатов – и твой друг уже беглый преступник, а законопослушный гражданин Империи.

– Хорошо, – согласилась Кайла, – только сначала мы высадимся на Хауре.

– Надолго?

– Пару-тройку дней, может чуть больше.

– Заметано!

Артем слушал их, разинув рот.

– Э… – протянул он, – вы, кажется, решили тут мою судьбу. Без меня?

– Ну, если ты не хочешь имперское гражданство и собираешься всю жизнь скитаться по окраинам Галактики, то можешь отказаться в любой момент.

– Да нет, я согласен, – поспешно проговорил тот.

– Ну, вот и отлично, – усмехнулась Кайла.

Линна налила ему полный стакан местного пойла.

– Ну, за нового гражданина Империи, – подняла она свой «бокал».

Тост поддержали все.

– За нового гражданина. До дна!

Артем хотел оставить часть жидкости недопитой, но один из пиратов недобро посмотрел на него.

– До дна! – напомнил он.

В глазах слегка потемнело. Голова закружилась. Ощущения были похожи на тот «лунный самогон», что он пил в баре «Ржавый гвоздь» на Аримане.

– Ха! Он «поехал», – усмехнулся кто-то.

– Ничего, привыкнет, – ответил ему другой пират.

Кто-то отвел Артема в каюту. Кайла.

– Я знаю, ты хочешь спросить про Свободный ветер. Я отвечу. Но завтра. Сегодня отдыхай. У тебя был трудный день.

Она была права. Бессонная ночь, бой с энцелопами, угон звездолета, теперь вот эти пираты. Все это вдруг накатило волной невообразимой усталости. Артем уснул раньше, чем понял, что «каютой» тут называется койкоместо в длинном ряду трехэтажных кроватей.

Глава 38

Утром Артема разбудил кто-то из пиратов.

– Вставай, стрелок, – сказал он, – пора.

Буквально через десять минут он уже облачённый в скафандр выходил на поверхность планеты в компании Кайлы, Линны и ожившего энцелопа. Кайла тоже была в скафандре, Линна просто в кислородной маске, а энцелоп – просто в обычной одежде, даже без маски. «Видимо, атмосферные яды не действуют на этих червей-паразитов», – подумал Соколов.

Когда все было готово к взлету, Кайла и Линна уселись в пилотские кресла, Артем и Энцелоп пристроились за их спинами. Кароних сидел рядом. И Артем опасливо косился на него.

– А ты не такой, как все, – вдруг сказал энцелоп.

– В смысле? – Артем аж вздрогнул.

– Твой страх. Меня многие боятся, но не так, как ты. Твой страх словно не отсюда…

– Кароних, – обернулась на него Кайла, – не спрашивай о том, чего тебе знать не нужно.

Энцелоп замолчал, но у Артема осталось жуткое ощущение, что этот зомби видит гораздо больше, чем кажется.

Звездолет дернулся. Начались перегрузки. Небо почернело. На нем появился «сатурн с двумя кольцами», который стал стремительно уменьшаться и тонуть в наползающем тумане – корабль прыгнул в гиперпространство.

Артем сначала молча сидел. Даже когда все отстегнулись и разбрелись по рубке. Кайла разминала затекшие конечности, Линна молча смотрела на зеленые молнии за окном. А Кароних немного походил и присел в углу. Артем иногда бросал на него одновременно опасливые и любопытные взгляды.

– Ты так и будешь коситься на кикиина? – раздраженно спросила Линна.

Артем машинально посмотрел в другую сторону.

– Отстань ты от него, – сказала Кайла.

Ее подруга усмехнулась.

– Ты откуда такого взяла? Он как будто ничего не знает про наш мир…

– Вот это уж не твое дело.

– Да как бы не так! Он видел нашу базу. Ты говорила при нем о Свободном Ветре. Он знает про наших разведчиков в Империи. И ведет себя странно. Ты уверена в нем?

– Да, – коротко бросила Кайла.

Артем слушал их разговор, и не знал, что сказать. То ли вмешаться, то ли просто молчать.

– Он не струсил во время охоты на крабоидов. Он спас мне жизнь, вытащив из плена энцелопов. Да, он мало знает о том, как устроена жизнь на других планета. Его родина расположена далеко от галактических магистралей.

– Насколько далеко? – спросила Линна, – уж не из Разряженной ли туманности?

– Именно оттуда, – ответила Кайла, даже не моргнув глазом, и Артем понял, что она тоже умеет врать.

«Ложь во спасение? – подумал, – А если не только во спасение?».

– Врешь, – сказала тем временем Линна, – в Разряженной туманности никто не живет.

– Как видишь, живут.

– В старые легенды я не верю…

– Ну и не верь. Твое дело. Следи тогда за штурвалом, я отдохну пойду.

Кайла встала с пилотского кресла и подошла к одному из койкостульев. Развалившись в нем, она задремала. Линна задумчиво смотрела на многочисленные приборы. Артем тоже решил не терять время. Он вспомнил про стоящий у стены компьютер, включил его. Набрал запрос: «Дай справку по Разряженной туманности».

«Разряженная туманность — это огромная область космоса, где плотность межзвёздного вещества аномально низкая, – ответил ИИ, – Звёзды здесь встречаются редко, а расстояние между ними составляет от 20 до 50 световых лет. Для сравнения: в центральных регионах Галактики среднее расстояние между звёздами — около 5–7 световых лет, в ядре Галактики или шаровых звездных скоплениях расстояние может быть 0.01 светового года или даже меньше.

Таким образом, Разряженная туманность практически необитаема. Здесь нет крупных планетных систем, нет развитых цивилизаций, дальше только межгалактическая пустота.

Навигация в Разряженной туманности затруднена, здесь нет гиперпространственных трасс, в эту область космоса практически никто не летает из-за опасности потеряться.

Астрономические объекты: на данный момент известно лишь несколько каменистых миров, пригодных для терраформирования, но их освоение экономически невыгодно из-за огромных расстояний; три дрейфующие холодные газовые гиганты; мертвое облако – огромная область холодного газа, где нет ни одной звезды. Пригодных для жизни миров на текущий момент неизвестно. Колонии Империи и Нейтрального сектора отсутствуют. Однако, существует ряд легенд:

В данной области космоса примерно пятьсот лет назад был потерян имперский флот, который до сих пор не нашли. В Разряженной туманности до сих пор существует старая исследовательская база, где живут потомки ученых.В данной области космоса, по слухам, расположен портал для телепортации в другую галактику, но никто его до сих пор не нашел».– Интересно узнать, что думают наши аналитики о твоей «родине»? – услышал вдруг Артем сзади голос Линны.

Он вздрогнул и резко обернулся, но быстро нашелся:

– Да. Интересно посмотреть на себя со стороны. Для вас – это мифы и легенды, а для меня – жизнь.

– Ладно, я тебе верю, – она хитро улыбнулась и ласково провела ладонью по его щеке, – надеюсь, ты меня… не разочаруешь.

Линна вернулась за пульт, а Артем продолжал растерянно сидеть за компьютером. Он украдкой взглянул на Карониха и холодок пробежал по его позвоночнику: энцелоп наблюдал за ним.

Наступило тягостное молчание. Линна продолжала нести вахту на пульте, Кайла дремала, оживший энцелоп перестал смотреть на Артема, видимо сообразив, что это его пугает. А сам Артем продолжил общение с компьютером. Он решил узнать о Свободном ветре.

«Свободный ветер, – гласил текст на экране, – запрещенная в Империи экстремистская организация, финансируемая Союзом Свободных Планет (последняя отрицает наличие связи с СВ несмотря на предъявленные доказательства) и регулярно совершающая террористические акции против мирного населения Империи».

Соколов хмыкнул. «Против мирного населения», – скептически повторил он про себя, вспоминая, как энцелоп, представитель власти, который должен охранять порядок граждан, сам творил беззакония, насилуя ребенка.

«Сама организация Свободный ветер считает себя освободительной повстанческо-партизанской группировкой, которая уничтожает законные военные цели Империи. – читал Артем далее, – По представлению членов организации они освобождают захваченные Империей планеты, освобождают от имперского гнета колонии. Методы работы СВ: диверсии, как на военных, так и на гражданских объектах, включая заводы, выпускающие продукцию двойного назначения, кража технологий. Освобождение политзаключенных, похищение заложников, шантаж высокопоставленных лиц, контрабанда. Наиболее известные операции СВ: Взрыв имперского склада с оружием на Аримане (совместно с местными бандитами). Освобождение шахтёров-рабов на планете Кшадар, саботаж на заводе квантовых процессоров на Арахисе, захват звездолета с дипломатической миссией Империи, впоследствии заложники были убиты после того, как Империя отказалась выполнить требования террористов».

Артем задумался. С одной стороны, Свободный ветер вроде как сражается за правое дело. С другой стороны убийство заложников, по сути, мирных граждан. Не слишком ли жестоко? Или на войне как на войне? В любом случае, это уже на грани морали, если не за гранью.

Соколов оглядел пространство звездолета. Ничего изменилось. Линна сидела за пультом, Кайла дремала на койкостуле, Кароних так и сидел в углу. За стеклом огромного иллюминатора точно так же мелькали зеленые молнии.

«Потом спрошу у Кайлы, когда она выспится. Насчет морали Свободного ветра», – подумал Артем и продолжил наводить справки о Вселенной, куда он попал.

«История. Историю разделяют на семь эпох:

Эпоха Колыбели.Эпоха Колонизации. Эпоха Колониальной раздробленностиЭпоха Темных веков.Эпоха Возрождения.Эпоха Империи.Эпоха Квантовых бомб.Эпоха Колыбели относится к периоду более 10000 лет назад. Люди жили на одной планете, которая, согласно легенде, была цветущим садом. Они жили словно в раю, в мире и согласии, пока не дерзнули познать космос. Был изобретен гипердвигатель, что позволило человечеству путешествовать к звездам. И это был портал в ад – Вселенная наказала людей за такую дерзость. Но это, на самом деле, только легенда. Доподлинно неизвестно, как люди жили в Колыбели – никаких достоверных источников с тех времен не сохранилось.

Эпоха колонизации началась примерно 10000 лет назад и закончилась примерно 9000 лет назад. Об этом периоде свидетельствуют несколько сохранившихся архивных баз данных и письменные источники на специальных носителях информации из целлюлозы, в древности они назывались книги, а сам материал – бумага. Согласно этим источникам, вокруг Колыбели были основаны несколько межзвездных колоний в радиусе примерно 100 световых лет, образующие Звездное человечество, столица – планета Колыбель.

Эпоха Колониальной раздробленности. 9 000 – 7 000 лет назад. Некоторые колонии объявляли о своей независимости от Колыбели. Центральное правительство было очень недовольно данным заявлением и развязало войну с сепаратистами. Вскоре между колониями начались и междоусобные конфликты. К хаосу добавился и разгул космического пиратства. Пираты напали на крупные торговые суда, а особо дерзкие даже на военные корабли и на целые планеты…»

Артем ненадолго оторвал взгляд от экрана. «Колыбель – подумал он, – что это за планета. Земля? Или здесь, в этом мире у людей другая Родина, или это даже другая Галактика, не Млечный путь? Надо будет потом узнать. А сейчас пока почитаю историю»

«Эпоха Темных веков. 7000-5000 лет назад. Несмотря на войны, экспансия продолжалась. Люди заходили все дальше и дальше в космическое пространство. Некоторые колонии теряли связь с Колыбелью, деградировали. Погибали. Кому-то удавалось выжить, но они превратились в дикарей. Другие колонии образовывали сообщества, своеобразные звездные государства. Но и они потом тоже распадались. Это было время деградации и потери технологий.

Эпоха Возрождения. 5000-3000 лет назад. Повторное изобретение гипердвигателей. Новая волна экспансии. Некоторые планеты объединялись в космические союзы, другие сталкивались в военных конфликтах. Экспансия по Галактике продолжалась. Это уже была экспансия – 2. В это время было открыто множество новых миров, а также состоялся первый контакт с инопланетной цивилизацией. Странные существа, называющие себя Ксар, напоминающие внешне индийского бога Ганешу (получеловек-полуслон)…»

Артем отложил чтение, вспомнив «носатых» инопланетян, которым сдавал хабар на Аримане. «Уж не они ли это?» – подумал он.

«…имели очень примитивную и технически неразвитую цивилизацию, – гласил дальнейший текст, – они не имели звездолетов, компьютеров и ядерной энергии. У них не было даже электричества. Производство – примитивный ручной труд, обработка металлов тяжелым молотом, которым они били по раскаленной заготовке. Чтобы добыть еду, им приходилось засевать огромные поля съедобными растения и ежедневно тяжело трудиться, чтобы все это выросло. Но с приходом людей жизнь Ксар кардинально изменилась. Они получили технологии, но потеряли свободу и независимость. Это логично, люди не могли делиться знаниями с дикарями, их пришлось сначала воспитывать. Правда, не всем Ксар пришлось по вкусу новое положение. Некоторые восстали. Восстания жестко подавлялись.Одновременно лояльные Ксар все больше и больше проникали в человеческую цивилизацию, они успешно ассимилировались и даже могли занимать достаточно высокие посты в правительстве людей».

Соколов тихо присвистнул.

«Эпоха Империи. 3000-1000 лет назад, – читал он дальше, – одно из звездных государств частично путем дипломатии, частично военным путем подчинило себе сотни планет и продолжало расширять сферы влияния. Они активно сотрудничали с Ксар, которые к тому времени организовали крупнейшую в Галактике торговую гильдию.

Не все планеты были согласны присоединиться к Империи. Некоторые восстали. Между Империей и повстанцами долгое время шли кровопролитные войны. Победителей не было, и та и другая сторона несли огромные потери. Но ни Империя не смогла сломить повстанцев, ни повстанцы не смогли отвоевать у Империи новых планет.

Еще нашлись те, кто старался не участвовать в этом конфликте. Чуть позже, после того, как были изобретены квантовые бомбы, они образовали независимое сообщество планет под названием Нейтральный сектор».

Артем потер уставшие глаза. Оставалось дочитать последний пункт:

«Эпоха квантовых бомб. Началась примерно 200 лет назад. Про точную дату начала историки спорят до сих пор. Кто-то за точку отчета берет первое испытание бомбы, кто-то аварию во время проекта Молох, кто-то считает началом более ранние события, связанные с неоднократными попытками создать сверхмощное оружие. Отдельные испытания проводились на протяжении нескольких веков, были созданы такие устройства, как генератор гиперпространственного шума, который мешал навигации звездолетов. Побочный эффект – поток экзотических частиц, свободно проходящих через целые планеты, но воздействующих на сознание живых существ, особенно на людей, вызывая кратковременное сумасшествие. Ущерб от такого воздействия весьма ощутим – от последующих экономических проблем, вызванных неправильными решения ключевых фигур во время помешательства до техногенных катастроф. Другое оружие – сверхмощная термоядерная бомба, которая могла вызвать колоссальные разрушения на целой планете. Сама планета оставалась целой, но ударная волна сносила всю инфраструктуру, огибая планету несколько раз, а радиоактивное облако надолго превращал ее в зараженную пустыню».

«Царь-бомба, версия 2.0», – мысленно прокомментировал Артем, вспоминая историю своего мира.

Потом он откинулся на спинку кресла, протер глаза. Посмотрел на спящую Кайлу, на зеленые молнии, на ожившего энцелопа (к нему парень уже начал привыкать), на Линну, сосредоточенно сидящую за пультом, и подумал, что ему бы тоже не мешало отдохнуть.

Артем закрыл глаза, но сон не шёл. В голове всё ещё гудели эпохи, бомбы, Империя... и слова Карониха о том, что его страх — «словно не отсюда».

«Завтра разберусь», — подумал он и провалился в сон.

Глава 39

Следующий день на звездолете можно было охарактеризовать как «скука скучная». Это состояние Артему было знакомо еще по первому перелету, когда он летел на Осирис в трюме корабля. Здесь, правда, было чуть веселее – компьютер, где можно было навести справки, но от долгого сидения за старинным монитором болели глаза.

Сначала Артем углубился в чтение: исторические подробности, политические интриги, технические данные, правда, большая часть этой информации Соколову и так уже была известна: от Кайлы, или уже стала жизненным опытом.

Еще Артем пытался поговорить с Каронихом. Но тот отвечал односложно, и часто сверлил его своим внимательным взглядом, отнимающим всякую охоту продолжить общение.

Еще хотелось расспросить Кайлу о многом, но поймать подходящий момент удалось только на третий день полета. Линна ушла в технический отсек, и Артем рискнул задать вопрос:

– Так ты правда связана со Свободным ветром?

– А ты уверен, что хочешь это знать? – в ответ спросила она.

– Кайла. Б…ть. Мы с тобой столько пережили. Охота на крабоида, бегство, потом я, рискуя жизнью, спасал тебя от энцелопов. Мы уже ближе, чем просто партнеры. Теперь эти странные пираты, зомби, – он покосился на сидящего в углу Карониха, – а я до сих пор ничего о тебе не знаю. Кто ты, откуда.

– Собственно, как и я о тебе, – фыркнула Кайла.

– Хорошо, я тоже расскажу о себе. О том мире откуда я провалился сюда.

– Только тихо, – она кивнула на дверь технического отсека, – Линна думает, что ты из Разряженной туманности.

– Ты ее обманываешь, ты ей не доверяешь? – Артем снизил голос почти до шепота.

– Доверяю… Она моя лучшая подруга. Но ей лучше не знать о том, что ты из другой вселенной.

– Почему?

– Потому, что если она скажет Кикоху, а тот продаст эту инфу Империи, то тебя уже будут искать не как простого убийцу энцелопа, а как живой артефакт. Это уже совсем другой уровень угрозы. И тебя, поймав, не убьют, а запрут в лаборатории и будут проводить над тобой эксперименты. Это хуже, чем смерть.

– Но разве ты и пираты не заодно?

– Нет. Мы лишь временные союзники. Они сотрудничают с нами, пока это им выгодно. Кикох, хоть он и ненавидит энцелопов, но он – прагматик.

– А что же ты раньше мне не сказала? Я бы подготовился, сочинил легенду.

– Не сможешь. Она раскусит тебя на раз-два. Ей лучше говорить только правду. Ну, или почти правду. Замени другую вселенную Разряженной туманностью, ничего не поменяется. Кроме того, что ты будешь в безопасности.

И тут послышались шаги Линны. Артем не растерялся. Не моргнув глазом, он стал импровизировать:

– Знаешь, Кайла… на планете Грязь, мы тоже имеем компьютеры, овладели атомной энергией и даже чуть-чуть высунули «нос» в космос. Но мы так и не знаем откуда мы. Хотя слухи, что нас создали… рептилоиды, прилетевшие с далеких звезд.

Линна, услышав это, расхохоталась.

– Рептилоиды – это наверное, те смельчаки, что рискнули улететь в Туманность и пропали там.

– Возможно, – парень пожал плечами.

«Зря я назвал Землю планетой Грязь, – подумал Артем, – но уже поздно что-либо менять. Хотя… какая тут замечательная игра слов: земля, почва, грязь. Кажется, было в какой-то фантастике, название не помню, а мемасик запомнил, забавно».

– Ты продолжай, продолжай, – подбодрила его Кайла, – очень интересно.

И Соколов стал рассказывать о том, как работал тестировщиком игр, как его позвали в Сколково, и тут замолчал, сообразив, что затронул опасную тему.

– Квантовый компьютер, говоришь, – задумчиво обронилаЛинна, – надо будет найти эту вашу планету Грязь, и наведаться туда. Эти штуки стоят бешеных денег.

– А разве они у вас не запрещены?

– В том-то и дело! Именно поэтому их и можно продать за дорого на черном рынке.

– Это как искать иголку в стоге сена, – усмехнулась Кайла.

– Но он же как-то попал сюда, – она кивнула в сторону Артема.

– Как-то, – Кайла опять усмехнулась, – похитители везли его в трюме, он не видел, куда его везут. И понятия не имеет, кто они.

– Похитители? – заинтересованно переспросила Линна, – а как хоть они выглядели? И как тебе сбежать удалось?

– Б… ть. Я их что, разглядывал? Чуваки в штанах спортивных таких и футболках. И в кроссовках. Не знаю, как тебе объяснить. У нас в таких мафия ходит. Хэ зэ откуда у мафии звездолеты, может, это и были те самые рептилоиды.

Слушая это нелепое описание, Кайла едва заметно улыбнулась.

– А сбежал-то ты как? – не унималась Линна.

– Ну… там заварушка возникла. С кем-то они драку нехилую затеяли. Я под шумок и ускользнул.

Подруга Кайлы как-то неопределенно хмыкнула, и Артем не понял, поверила она или нет. Но больше она вопросов не задавала. Соколов вернулся за компьютер, дальше наводить справки об этой вселенной.

Глава 40

Дни тянулись монотонно. Артем не прекращал попыток узнать о прошлом Кайлы.

– Я тоже своего рода беглянка, – созналась она однажды, – Мои родители были крупными имперскими чиновниками. Я росла в роскоши и достатке. Готовилась поступить в Имперский офицерский корпус. Прошла курсы начальной военной подготовки, курсы дипломатии…

– А говоришь «академиев не кончала»…

Кайла улыбнулась.

– Это практические курсы, не та теория, что преподают в институте.

– И как же ты оказалась на Аримане? Почему пошла против Империи?

– Потому что в одночасье мой мир рухнул. Родителей расстреляли по ложному доносу. Меня не тронули, но сам факт такого – «волчий билет». Теперь вместо Академии мне светило только быть прислугой или работать проституткой в борделе.

– И ты поэтому решила стать контрабандисткой?

– Ну да. Что-то вроде этого. Я…

Внезапно она замолчала, пристально уставившись в иллюминатор. Но там были лишь зеленые молнии. Проснулась дремавшая в кресле Линна.

– Что случилось? – испуганно спросил Артем.

– Сейчас выясним…

Кайла нажала на кнопку и сказала в микрофон:

– Кали, проверь траекторию звездолета.

– Отклонение от расчетного курса 0.005%, – ответил синтетический голос бортового ИИ.

– Это много, – прокомментировала Линна, – ты хвост не подцепила?

– Кали, включи детектор гипершума, – продолжала напарница Артема, не обращая внимания на реплику подруги.

– Квантовых возмущений вакуума не обнаружено, – ответила она.

– Странно…

– Да говорю тебе, это не шум. Это погоня, – не унималась Линна.

– Погоня не дает отклонений от расчетной траектории, – парировала та.

– Что происходит? – повторил свой вопрос Соколов, с тревогой вслушивающийся в их диалог.

– Хрень какая-то происходит, – ответила Кайла, продолжая напряженно разглядывать молнии за окно.

Но Артем не видел в них никаких изменений.

– Может, эту вашу Кали спросим?

– Если бы она знала, то ответила бы, – сказала Кайла, продолжая нажимать на кнопки на пульте.

– Ты собираешься вручную пересчитать навигационную карту? – со скепсисом в голосе спросила Линна.

– Тогда, может быть, Аэлита знает… – задумчиво обронил Соколов.

– Кого?

– Ее зовут Аэлита, – Артем кивнул в сторону компьютера.

Он сел за клавиатуру и набрал вопрос: «Напиши три гипотезы, какова может быть причина отклонения курса звездолета от расчетного на 0.005% если это не погоня и не гипершум».

Ее ответы тут же вышли на экране:

«Гипотеза 1. Гравитационная аномалия. Отклонение может быть вызвано прохождением через зону с невидимым скоплением тёмной материи или остатками сколлапсировавшей звезды. Это естественное искривление пространства, не связанное с погоней или гипершумом».

Линна присвистнула.

— Тёмная материя? Серьёзно?

Артём читал дальше:

«Гипотеза 2. Сбой в системе навигации. Возможна программная ошибка или повреждение памяти при предыдущем выходе из гиперпространства».

— Это больше похоже на правду, — сказала Кайла. — Кали, проведи диагностику навигационного модуля.

«Гипотеза 3. Внешнее воздействие с другой стороны. Корабль мог войти в резонанс с гиперследом другого объекта — более тяжёлого корабля, прошедшего по тому же маршруту».

Кайла задумалась.

— Значит, кто-то был здесь до нас, — сказала она. — Или мы идём по чьему-то следу.

– А какова вероятность такого события? – задал резонный вопрос Артем, вспоминая из курса астрономии масштабы Вселенной.

– Почти нулевая, – ответила Линна, – с Архоона никто не взлетал. А вероятность пересечения, тем более в многомерном пространстве… это не то что найти иголку в стоге сена, это как найти одну песчинку на бесконечном пляже.

– А если все-таки кто-то взлетал с Архоона? – не сдавалась Кайла, – ты уверена, что кроме вашей базы там никого нет.

– Кто там еще может быть? Артемины «рептилоиды»? В любом случае, система раннего оповещения обнаружила бы чужака.

– Если только Кихох ничего не скрывает.

– Я ему доверяю, – твердо сказала Линна.

– Ну-ну, – усмехнулась Кайла.

– Не «ну-ну», а проблему надо решать, – отрезала Линна, – иначе нас черти-где выкинет. И ладно если просто в межзвездном пространстве, а если в недра какого-нибудь красного гиганта или в пылевое облако?

– Больше вероятность, что в межзвездное пространство, – попытался робко вклиниться в разговор Артем.

– Да тоже ничего хорошего, – сказала Кайла, – придется заново настраивать навигацию, маневрировать, тратить топливо. А если проблему не устраним, то будем и дальше промахиваться, пока не кончится топливо, или пока в звезду не попадем.

– Ты хочешь сказать, что ошибка может быть системная? – спросил Соколов.

– Это мы узнаем только когда вынырнем из гиперпространства и совершим вторую попытку перехода. Если снова промах, значит, ошибка, как ты сказал, системная. Только вот второй промах может быть и последним. При приближении к планете надо быть особенно точным, иначе рискуем врезаться.

– Так… – задумчиво произнес Артем, – на Архоон мы нормально попали. Значит, навигатор работал. Мог кто-то проникнуть в корабль пока мы спали и… что-нибудь сломать?

– Исключено! – с ноткой гнева заявила Линна, – никто из нас так не делает.

Кайла усмехнулась.

– В корабль действительно не могли проникнуть, – сказала она, – дверь я надежно заблокировала. Разве что снаружи установили маячок. А мы не заметили. Да мы и не смотрели особо.

– Зачем им ставить маячок, когда есть у нас тут кикиин? – Линна кинула в сторону сидевшего в углу энцелопа, – он смотрит на нас его глазами.

– Значит, Кихох не доверяет и им.

– Глупости! Он сам кикиин.

– Значит, это сделал не он. Значит, среди его команды крот. Или… он решил усилить слежку, на случай, если мы решим похитить кикиина, – заключила Кайла.

– А нельзя выйти в открытый космос и… – сказал Артем и тут же осекся, понимая, что сказал глупость – в гиперпространстве открывать люк строго запрещено.

– Хорошая идея, – неожиданно поддержала Кайла, нам всё равно надо делать ренавигацию. Выйдем из гиперпространства, и я осмотрю корабль снаружи.

Артем удивленно нахмурил брови, не ожидая, что его безумный план встретит одобрение.

– Возможно ты и права, – сказала Линна, – мало ли что могло прилипнуть к звездолету, его в любом случае надо осмотреть.

Кайла уверенно взялась за штурвал.

– Пристегните ремни, – скомандовала она.

Когда все заняли свои места, в том числе и оживший энцелоп, звездолет ощутимо тряхнуло. Шум в ушах, белые вспышки. Зеленые молнии исчезли, и за стеклом иллюминатора появилась белесая полоса Млечного Пути (или какой-то другой галактики).

Артём замер, глядя на звёзды. Впервые за долгое время он видел небо, которое почти не отличалось от того, что он помнил с Земли.

— Око Осириса отсюда уже не видно, — прокомментировала Кайла, — мы далеко.

Глава 41

Кайла отошла в технический отсек за скафандром. Артем с подозрением посмотрел на люк. Он сразу же подумал о том, что когда она откроет его, воздух со свистом будет выходить наружу, а в салон ворвется космический холод – физику он знал.

– Не переживай, глупышка, в корабле есть и второй шлюз, специально для этих целей, – сказала Линна, ласково погладив его по щеке.

Её фамильярность начала раздражать.

– Что ты от меня хочешь? – немного раздраженно спросил парень.

Линна усмехнулась.

– Ты боишься ревности Кайлы или я не в твоем вкусе?

– Ты мне нравишься как друг, – ответил Артем.

– А Кайла?

– А это уже не твое дело.

Линна опять усмехнулась. Она встала перед ним, сложив руки на груди и некоторое время рассматривала, и от ее взгляда Соколову стало неловко. Он не знал, как реагировать. Ситуация спасла появившаяся за стеклом иллюминатора Кайла в скафандре. Она помахала рукой, Артем и Линна помахали в ответ. Кайла уплыла из зоны видимости, оставив за собой висящий в пустоте трос.

– Так ты правда из Разреженной туманности, или это легенда? – внезапно спросила Линна.

Артем вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

– Какая разница, если ты все равно не сможешь проверить? –вопросом на вопрос ответил он, – Не полетишь же к черту на кулички искать легендарную планету Грязь.

– А может, и полечу, – она в который раз криво усмехнулась.

Артем ничего не ответил. Напряжение повисло в воздухе. Потом Кайла снова мелькнула за стеклом, она что-то держала в руке – что-то маленькое, круглое.

– Нашла маячок, – сказала Кайла, появившись в салоне корабля уже без скафандра, – он оставляет квантовый след в гиперпространстве, по нему можно вычислить, куда мы полетели.

– Но кому это могло понадобиться? И почему маяк отклонил курс? – спросила Линна, нахмурившись.

– Кому могло понадобиться – тебе виднее. Думай, Линна, думай, кто в вашей команде крот. А насчет сбоя… Маячок старый, кустарного производства. Он мог вызвать такой побочный эффект.

Линна молчала, гневно хмурив брови.

— Ты готова верить в чужую верность, но не готова посмотреть правде в глаза, – продолжала Кайла, – Этот маяк — не случайный обломок, Линна. Его поставили, пока мы спали. Или ты думаешь, я сама прилепила его к корпусу, чтобы тебя подставить?

Ее подруга вспыхнула, сжав кулаки:

— А может, это ты притащила его с собой, чтобы посеять раздор между мной и Кихохом? Ты всегда была той, кто видит заговоры там, где их нет!

Артем беспомощно смотрел, как две женщины готовятся вцепиться друг другу в волосы, и не знал, что делать.

И тут в их спор вмешался Кароних. Он подошел медленно, не спеша и сказал:

– Это сделал не Кихох.

– А кто? – обе почти синхронно спросили, повернувшись к нему.

– Я подозреваю, что в его команде есть шпион от группы «Алый Феникс». Возможно, они хотят завладеть одним из кикиинов. Я уже уведомил Ки-хо-хара-хара, он разберется. А вам советую побыстрее уничтожить маячок и драпать отсюда со всех ног, пока погоня не настигла нас.

– Может, лучше выбросить эту штуку в открытый космос, чтобы пустить их по ложному следу? – предложил Артем.

Кароних повернулся, посмотрел на него немигающим взглядом и произнес:

– Ты прав. Так лучше. Только придайте маячку достаточную скорость, чтобы не зацепить его, когда вы уйдете в гиперпространство.

– Тогда надо выбросить его именно в гиперпространстве, – сказала Кайла, – иначе они поймут, что мы поняли.

– Ты с ума сошла! – воскликнула Линна.

– Если сделать это с умом, то ничего страшного не произойдет.

– Еще никто не пытался выйти в открытый космос в гиперпространстве…

– А мы не будет выходить в открытый космос, просто установим снаружи кинетическую пушку, а потом… выстрелим.

– Кайла, ты гений! – искренне похвалила ее подруга.

Артем улыбнулся, увидев, что две женщины наконец-то помирились.

Когда Кайла снова ушла в шлюзовую камеру, он сел за компьютер и набрал запрос: «Почему нельзя выходить в открытый космос в гиперпространстве?».

«Основная причина, – ответила Аэлита, – многомерность. В гиперпространстве больше трех измерений, и за пределами корабля космонавт рискует сместиться по одной из дополнительных координат. Это может затруднить его возвращение. Кроме того, в гиперпространстве другие свойства вакуума, и если такой вакуум попадет внутрь звездолета, последствия будут непредсказуемые.

Потом Соколов вспомнил, что они говорили про «Алый Феникс» и решил навести справки о нем.

Аэлита ответила почти сразу:

«"Алый Феникс" — одна из крупнейших пиратских организаций в Нейтральном секторе. Основана около 80 лет назад бывшим имперским офицером. Штаб-квартира — планета Зул-Ракан. Конфликтуют с пиратским кланом "Черные волки" около пяти лет. В настоящее время лидер группировки — женщина под псевдонимом "Грация". Предположительно, так же бывший офицер имперской разведки. Организация занимается контрабандой, захватом судов и торговлей секретной информацией. Не гнушаются сотрудничать с самой Империей».

Артём присвистнул. Он обернулся. Кайла все еще была в открытом космосе, а Линна стояла рядом, с любопытством заглядывая ему через плечо.

– Грация-грация, – задумчиво проговорила она, – знаю эту дамочку. Она ненавидит Свободный ветер, ненавидит Кихоха, ненавидит Империю… она ненавидит всю Галактику!

– Почему? – спросил Артем.

– Что почему?

– Почему она всех ненавидит?

– Шут ее знает… Может, детство было тяжелое. Спроси ее сам, если встретишь случайно. Но лучше не встречать.

Линна вернулась за пульт. Артем некоторое время думал, что бы еще спросить Аэлиту, но тут вернулась Кайла.

– Пристегните ремни, граждане пассажиры, – с улыбкой сказала она, сейчас нас будет трясти.

Артем и Кароних заняли свои места. Снова спецэффекты, шум в ушах, вспышки, туман, заволакивающий звездное небо, и, наконец, привычные зеленые молнии.

– Сброс! – сообщила Кайла.

Толчок.

– Ушел. Пусть теперь ищут нас в пучинах многомерья. Ха-ха, сами сгинут там.

Глава 42

До Хауре они добрались без особых приключений, хотя все эти дни и Кайла, и Линна, и Артем заметно нервничали: никто не был уверен в том, что хитрый план сработал. И только Кароних продолжал тихо сидеть в углу.

Планета, как и звезда, вокруг которой она вращалась, была кроваво красной. Но больше всего поражал и пугал вид местного солнца – оно было огромным! В полнеба. Такое пылающее красное марево.

– Фигасе… – тихо присвистнул Артем, – это же… красный гигант. А местные жители не боятся, что однажды планета упадет на звезду?

– Это случится через миллион лет, всем пофиг, – ответила Линна.

Посадка была довольно тяжелой: перегрузки, тряска, мелькающие за окном всполохи всевозможных оттенков красного цвета: от темно-бурого до ярко-алого. Наконец, все это прекратилось, красный цвет закрыли гермоворта ангара, оставив за стеклом лишь желтый полумрак.

– Прежде чем выйти наружу, нам надо решить проблему с паспортами, – сказала Кайла, – у тебя, Линна, я знаю, есть официальная регистрация, Кароних – гражданин Империи, это подтвердит его биометрия. У нас, Артем, только справки с Осириса. Нам нужно в иммиграционную службу. А вы с Каронихом можете сразу идти в город. Забронируйте нам гостиницу.

– Меня зовут Дмитрий Максимович Воронов! – отозвался оживший энцелоп, но уже официальный тоном, какой и должен быть у представителей власти.

Артем даже вздрогнул от его неожиданного преображения.

– Все нормально, – усмехнулась Линна, – кикиины обладают отличными навыками мимикрии. Никто не заподозрит, что это зараженное паразитом тело.

– А разве медосмотры у них не существуют? Там анализы, рентген, или как у вас диагностируют? Рой медицинских наноботов?

– Я академиев не кончала, но могу сказать, что эти твари успешно и внутренние органы подделывают, – ответила Кайла.

– Да, кикиины могут превращаться в различные виды тканей, они даже генетический код копируют, – подтвердила Линна.

И тут снаружи послышался какой-то стук.

– Посадочный рукав подцепили, идемте, – скомандовала Кайла.

– Как кикиин сохраняет свою индивидуальность, если он, по сути, превращается в носителя полностью? – спросил Артем, когда они уже шли по длинному и довольно тесному коридору.

– Все дело в квантовых эффектах. Их невозможно засечь медицинскими технологиями. Тут более тонкие материи работают, – объяснила Линна, – это трудно объяснить, но я попытаюсь. Тут дело в том, что квантовые состояния стремятся редуцироваться до обычных. Все это происходит в микротрубочках нейронов, тем самым порождая сознание, квалиа и субъективный опыт.

– Эй, подруга, перестань говорить заумные слова! – одернула ее Кайла.

– А ты, я вижу, «академии кончала», – усмехнулся Артем.

– Да. Два курса общеобразовательного института физики. Пока меня не выперли из-за моих политических убеждений.

Коридор неожиданно кончился. Дальше куча больших залов напоминающих земной аэропорт: те же табло, эскалаторы, куча указателей, спешащие по своим делам люди в форме. Некоторые из них были в скафандрах.

– Нам туда, – Кайла указала на одну из неприметных дверей, увлекая Артема за собой.

Они оказались в кабинете, где чиновник в синей форме долго рассматривал их справки, иногда используя лупу.

– Ваша заявка на регистрацию принята, – наконец сказал он, – ждите в зале ожидания, вас вызовут.

Залом ожидания оказался типичный зал аэропорта или вокзала, прямо из мира Артема: такие же ряды неудобных стульев, большинство из которых были заняты людьми с чемоданами, множество кафешек. Единственное отличие – здесь не было окон. И это не удивительно, они же в бункере на непригодной для жизни планете. Ну и еще, кроме людей иногда попадались и инопланетяне. Но их было не так много. За все время ожидания Соколов насчитал пятерых: гуманоид с оранжевой кожей, на голове ни одного волоса, лицо напоминает лицо обезьяны, одетый в легкий скафандр но без шлема, другой представитель внеземной расы – существо с вытянутой мордой и хвостом, что особенно забавно – в черном костюмчике, этакий крокодил из детских мультфильмов. Еще трое инопланетян, судя по всему, семейство, имели головы, как у птиц, с клювами. Они с шумом прошли мимо, причем шумел самый маленький из них, видимо, ребенок – он чересчур громко чирикал.

Артём смотрел на них и чувствовал себя странно: этот мир был ему чужим здесь, но в то же время привычным.

Наконец, выданные Артему и Кайле опознавательные браслеты завибрировали и засветились зеленым светом – это означало, что регистрация успешно завершена, можно идти получать паспорта. Эта процедура была довольно долгой и утомительной – сначала длинная очередь, потом сканирование в специальной кабинке, снятие биометрии: отпечатки пальцев, фотографирование лица, сканирование сетчатки глаза, запись голоса. Затем автомат выдал карточку с фотографией, QR-кодом и идентификационным номером – судя по всему, это и был паспорт. «Добро пожаловать в киберпанк», – усмехнулся про себя Артем.

Потом поездка на поезде. Черные тоннели сменялись величественными залами станций, где стены были расписаны барельефами, как Московском метро, иногда железная дорога, закрепленная на больших столбах, проходила по открытому пространству. Здесь можно было созерцать множество уровней, винтовых лестниц, эстакад, и просто пустот. Все это или освещалось большими лампами на потолке, или городскими огнями, или местами тонуло во мраке.

Артем смотрел в окно как завороженный.

– Что, на вашей планете нет таких больших бункеров? – с усмешкой спросила Кайла.

– Метро есть, – ответил Соколов, – но… здесь размеры просто поражают воображение.

В этот момент поезд проезжал над высокой пропастью, на дне которой перемещались какие-то огоньки. «Должно быть, это люди с фонариками», – догадался Артем.

– Выходим, – сказала вдруг Кайла.

Поезд остановился на совсем уж невзрачной станции, без пафосного великолепия, без панно на стенах, только кирпичная кладка и дорога над обрывом, к счастью, защищенная перилами. Артем и Кайла долго шли по этой дороге, и чем дальше они заходили, тем темнее становилось – фонари попадались реже.

– Куда мы идем? – удивленно спросил Соколов.

– В мотель. Линна подобрала его идеально – и место неприметное, и не гадюшник.

– Страшно представить, как выглядит твой «не гадюшник», – усмехнулся Артем.

Мотель, как ни странно, оказался вполне себе приличный: маленький, но уютный холл, девушка в красном костюме на ресепшене, аквариум с экзотическими рыбками, Артем бы не удивился. Если бы узнал, что они инопланетные – это существа были похожи на какие-то странных каракатиц, но с головами рыб, чем на самих рыб.

В номерах чистенько и прибрано. Ну или почти чистенько, возле тумбочек одной из четырех кроватей прямо на полу валялась пустая банка. Похожа на пивную.

– А где Линна и этот… зомби? – спросил Артем.

– Думаю, в баре сидят, где же им еще быть? Пошли.

Кайла оказалась права. Эта парочка вовсю употребляла спиртные напитки в отельном ресторане, закусывая всевозможными яствами: салатами, всевозможными мясными нарезками и какими-то экзотическими фруктами, чем-то похожие на те фрукты, что они ели на Осирисе.

– О! – воскликнула Линна, – этим двоим штрафную.

И она тут же разлила по бокалам мутно-коричневую жидкость, по запаху напоминающую виски. По вкусу напиток оказался крепким и терпким, ни на что не похожим из того, что Артем когда-то пробовал.

– Что, подруга, какие планы? – спросила Линна у Кайлы.

– Сегодня гуляем веселимся, а завтра надо будет кораблем заняться. Броню прикупить, оружие, и хоть какое-то силовое поле еще надо, а то кха-шар долго не удержит. Все это надо успеть за две недели – таков максимальный срок аренды места в ангаре. Так что, ты мне поможешь с поисками.

– Источник силового поля? – Линна удивленно нахмурила брови, – здесь, на Хауре?

– А почему нет? Современный же мир.

– Современный, но не настолько, чтобы тут продавали новейшие защитные технологии. Это тебе надо в Империю, да не в провинцию, а ближе к центральным планетам.

– Без силового поля корабль уязвим, – отрезала Кайла, – мы не можем вечно летать на такой развалюхе. Когда-нибудь нарвемся на космическую драку. Надо быть к этому готовыми.

– Артем получит гражданство, вот и вы доберетесь до Империи.

Линна кивнула в сторону Соколова. Тот сидел слегка растерянный, наблюдая, как две женщины обсуждают в том числе и его будущее, но не пригласили его к разговору.

– Тогда и мне нужно новое гражданство. В Центральной Империи меня арестуют, – сказала Кайла.

– Ну… насчет тебя мы не договорились, – развела руками Линна.

– Тогда, может быть я как-то смогу помочь, когда получу гражданство? – все-таки вмешался в разговор Артем.

– Каким образом? – Линна посмотрела на него с нескрываемым ехидством и скепсисом.

Соколов задумчиво почесал голову.

– Так… – произнес он, – подумать надо. Может, Аэлита что подскажет…

Внезапно Кароних поднял голову и сказал ровным, лишённым эмоций голосом:

– На Граше тебе нельзя выходить из звездолета, – сказал он, посмотрев на Кайлу, – ты думаешь, что вероятность ареста крайне мала, так как Граш – Окарина, как и Ариман. Но тебя нашли даже на Осирисе, это значит, что империя взялась за тебя всерьез.

После этого он как ни в чем ни бывало опрокинул рюмку напитка и продолжил закусывать мясной нарезкой. Повисла напряженная тишина.

– Боюсь, я не могу последовать твоему совету, Кароних, – покачала головой Кайла.

– Артем без тебя справиться. Не маленький, – хихикнула Линна, – Если что, я за ним присмотрю.

Подруга глянула на нее испепеляющим взглядом.

– Да ладно… не трону я его, – Линна снисходительно усмехнулась.

«Блин, ну опять», – подумал Артем.

– А еще лучше тебе вообще туда не лететь, – добавил Кароних, невозмутимо поедая салат.

– Это уж дудки!

– Что, подруга, не доверяешь? – опять усмехнулась Линна.

– Не говори глупости, Линна. Ты же знаешь, что не могу остаться на Хауре.

– Можешь, подруга, можешь. Но ладно, если ты так трясешься за… свой звездолет, – она посмотрела на Артема, – лети с нами. Только не светись на планете.

Соколов вдруг резко вскочил со своего место, глянул сначала на Кайлу, потом на Линну, буквально сверля из взглядом, гневно произнес:

– Девочки! Может хватит?

– Что хватит? – Линна театрально закатила глаза.

– Меня делить!

Кайла тоже встала. Взяла Артем под руку, тихо шепнув:

– Пойдем-ка, поговорим.

Она повела Артема из бара. Тот оглянулся. Зомби продолжа пить и закусывать, а Линна сидела с немного растерянным видом.

На балконе, откуда открывался вид на подземный город, похожий на футуристический мегаполис с множеством огней и баннеров, Кайла запинаясь, проговорила:

– Знаешь… тогда, еще на Аримане… я сказала: «Не влюбляйся». Ты, наверное гадал… что я имею в виду… Я знала… знала, что этим все кончиться. Но я… боюсь этих чувств. Меня могут убить… в любой момент. Не хочу, чтобы ты страдал.

Артем ничего не ответил. Он посмотрел в ее глаза, они блестели в свете неона, а потом просто резко притянул Кайлу к себе, и поцеловал в губы. Та не отстранилась, наоборот, обхватила его голову ладонями. Долго не отпускала. По сзади кто-то робок не кашлянул. Это был какой-то старик в клетчатой рубашке.

– Извините, что помешал вам, молодые люди, – сказал он и поспешно ретировался.

Кайла и Артем вернулись в бар. Глядя на их счастливые лица, Линна снисходительно усмехнулась. Кароних продолжал невозмутимо трапезничать. Он употребил уже одну рюмку этого весьма крепкого напитка, и, как ни странно, не пьянел, ну или почти не пьянел: его глаза блестели нездоровым огнем. Но взгляд оставался осмысленным.

Все четверо некоторое время молча ужинали. Наконец, Линна произнесла:

– Ладно, подруга. Пока вы… отсутствовали, мы тут с Каронихом перетёрли пару моментов. Можно поступить так. Ты высаживаешь нас на Граше, сама летишь на Тхаар, пережидаешь там. Артем, получив гражданство Империи, возвращается к тебе – на Таахр часто летают транспортные корабли.

– Да, Тхаар в нейтральном секторе, там тебя не найдут, – кивнул оживший энцелоп.

– А чтобы точно не попасть в руки Империи, ты просто сбросишь нас на катапультационной шлюпке, – добавила Линна.

– Но на корабле нет… – Кайла вдруг резко замолчала.

Все, кроме Карониха, обернулись в ту сторону, куда она смотрела и увидели двух полицейских в синей форме. Не энцелопы.

– Не смотрите на них, – равнодушно бросил зомби. – Наши документы в порядке.

Стражи порядка прошли мимо, куда-то вглубь бара. Никто больше не смотрел в их сторону, все с волнением делали вид, что просто едят. Затем послышался какой-то шум, ругань на непонятном языке, затем полицейские прошли снова, на этот раз они вели под руку пьяного инопланетянина (абсолютно лысого, с оранжевой кожей, но лицом похожим на человеческое).

– Уф… не за нами, – выдохнул Артем, когда они ушли.

– Так ты как насчет моего плана? – Линна плавно вернулась к прерванному разговору.

– Согласна, но с одним условием. Артем заберет Аэлиту, она ему понадобится, поможет с картами, документами и прочим. Вы компьютер не трогаете. И связь, – она посмотрела на Соколова, – мы не сможем друг другу просто «позвонить», нас разделяет космическая бездна. Поэтому связь будем держать через Карониха – так как он квантово-запутан со своим «братом» на Архооне, то может передать послание Кихоху, а тот найдет способ связи со мной.

– Логично, – согласилась Линна, – теперь, когда мы все решили, давайте выпьем за…

– Не все, – возразила Кайла, – силовое поле. Без него корабль беззащитен.

– До Граша, думаю, долетим. Тхаар рядом. Ничего не случится. А Артем, будучи гражданином Империи, найдет способ, как добраться до Центральных планет.

Артем хотел было вмешаться в разговор, напомнить, что его опять забыли спросить, без него решили его судьбу, но подумал: «А план-то выглядит весьма разумно».

– Ладно, – примирительно сказала Кайла, – возможно, мы действительно пока обойдемся без силового поля.

Но Соколов заметил на ее лице тень беспокойства.

– Ты точно уверена, что обойдемся? – на всякий случай спросил он.

– Точно, – ответила она, подумав одну секунду, – риск приемлем.

– Ну, вот и отлично, – улыбнулась Линна, разливая местный «виски» по бокалам.

Глава 43

Утром, едва отойдя от бурного веселья, все четверо снова собрались в баре, но на этот раз они пили только легкие напитки и завтракали чем-то похожим на яичницу яиц инопланетной птицы: желтки были красные, а белки зеленые, но по вкусу как настоящая домашняя глазунья.

– Сейчас мы с Линной пойдем покупать броню, – сказала Кайла Артему, – а с тебя лазерная пушка и ракетница.

– Но…

– Это будет твой вклад в общее дело, – отрезала Кайла, – Кароних, если что, подскажет.

Тот едва заметно кивнул.

– Ладно, понимаю, – буркнул он.

– У тебя есть два варианта, – сказал зомби, когда команда разделилась при выходе из мотеля, – официальный оружейный арсенал и черный рынок. Первый – самый безопасный вариант. Но не любое оружие тебе продадут. На черном рынке можно купить все, что угодно. Но это дороже и есть риск кидалова.

– А ты что посоветуешь?

– Сначала – в арсенал. Там сориентируемся по обстоятельствам.

Сверкающий неоновыми огнями отель остался далеко позади, теперь они шли по той самой темной дороге с редкими фонарями, которую Артем помнил со вчерашнего дня. Дмитрий Воронов, он же Кароних, рассказывал, как ориентироваться в городе.

– На каждой станции есть голографические терминалы с картами, – говорил он, – в нём можно получить справку о любом месте, районе, и пути, как добраться. Встроенный ИИ все расскажет и покажет. Но у терминалов, как правило, очередь, поэтому лучше купить микрокомпьютер и подключиться к сети.

Чуть позже Соколов обратил внимание на небольшие кабинки, вроде телефонных будок из советского прошлого, возле которых толпился народ.

– Да, это они и есть, – подтвердил зомби, – но нам не туда. Сейчас мы поедем в центр, там, в ближайшем молле, купим все необходимое.

С грохотом подошел поезд.

– Наш, – сообщил Дмитрий.

Они встали возле окна, и Артем вновь созерцал завораживающий ландшафт подземного города: гигантские пустоты, винтовые лестницы, темные шахты.

– Выходим здесь, – сказал Кароних, когда поезд остановился на станции, где на стене было нарисовано гигантское красное солнце и маленький мячик такой же красной планеты.

Дальше лабиринт эскалаторов, оживленная улица, по которой словно река, текла толпа прохожих. Автомобилей Артем нигде не видел. Поэтому он спросил, у зомби.

– Какой тут еще есть транспорт, кроме поездов?

– Лифты, для перемещения между уровнями, движущиеся дорожки, на некоторых улицах есть электрокары.

Артем завертел головой, всматриваясь в улицу, пытаясь увидеть эти электрокары.

– Здесь их нет, это пешеходная улица, – прокомментировал Дмитрий, – нам, кстати, сюда.

Он указал на здание, высокое, как небоскреб, которое упиралось прямо в небо-потолок. От него, словно шипы, отходили висячие мосты к другим зданиям.

Внутри оказалась куча витрин, со всевозможными товарами, от одежды до продуктов и техники. Живых продавцов практически не было – только роботы или торговые автоматы.

– Нам достаточно самого простого и дешевого микрокомпьютера, – оживший энцелоп остановился возле небольшого шкафчика, где за стеклом виднелись аппараты, похожие на что-то среднее между калькулятором и смартфоном.

– Неужели у вас не изобрели сенсорный экран? – удивился Соколов.

– Не понял вопрос…

– Ладно, забей.

Артем сориентировался быстро: торговый аппарат был точно такой же, как в его мире – кнопки с номерами товаров и купюроприемником.

Как оказалось, клавиатура на микрокомпьютере легко превращалась в голограмму, которую можно было двигать рукой. На ощупь она была как легкая, слегка колючая дымка.

– О! – проговорил парень, – вот это я понимаю, киберпанк.

Кароних ничего не ответил, просто пошел дальше. Артем последовал за ним.

– На еще куда-то нужно? – спросил Артем.

– Да. Заключить договор с провайдером сети. Это возможно только при личном присутствии.

«Ха-ха, узнаю земную бюрократию», – подумал парень.

Они остановились возле одной из дверей, где была небольшая очередь, человек пять. Ждать, к счастью, пришлось недолго, все происходило быстро. Живая девушка (не робот) в красном костюме проверила паспорта, внимательно разглядывая лицо Артема, велела ему подписать договор, состоящий из одного листка, несколько пунктов, шрифт крупный, никаких подвохов, условия предельно ясные: абонент кладет деньги на баланс и пока счет не нулевой, пользуется услугами».

– Теперь ты можешь ориентироваться в городе, не стоя в очереди к голографическому терминалу, – сообщил Кароних, – потренируйся, найди сам, где арсенал.

– Тут их два… нет, три, – пробормотал Артем, манипулируя голограммой.

– Выбери самый большой. И поехали.

Они отправились на станцию. Сели в поезд, который был сначала заполнен, но быстро начал пустеть. Наконец, когда они остались одни в углу вагона, Артем осторожно спросил:

– Ты помнишь свою «смерть»?

Зомби ничего не ответил, но его глаза гневно сверкнули. Соколов быстро сообразил, что такие разговоры не стоит вести в общественных местах, даже если рядом и нет никого – это мир киберпанка, тут на каждом углу камеры и микрофоны.

– Извини, я задал нетактичный вопрос. Выздоравливай скорее, – Артем сделал вид, что они говорят не о воскрешении человеком инопланетянина, а об обычной клинической смерти и реанимации.

Дмитрий никак не прореагировал. Поезд продолжал мчаться мимо глубоких шахт, винтовых лестниц, мостов, эстакад и неоновых огней.

– Следующая станция: Большой Арсенал, – послышался из динамика голос информатора.

Артем встрепенулся. Вскоре они приехали в большой зал, где на стенах были барельефы с изображением космических боев: взрывающиеся звездолеты, боевые роботы на далеких планетах, оружие.

– Путеводитель по Арсеналу ты тоже можешь найти у себя в микрокомпьютере, – сообщил зомби.

Артем озирался по сторонам. Здесь было очень красиво, но немноголюдно. Фонтаны, сады, статуи вооруженных бластерами воинов в скафандрах. И барельефы, барельефы, барельефы. На них всевозможные батальные сцены.

Дмитрий шагал уверенно, быстро, Артем едва поспевал за ним. В одном из залов они остановились возле устройства, напоминающего гигантскую подзорную трубу или телескоп.

– Лазерная пушка РГ-123. Урон 200. Время перезарядка 30 секунд.

«Урон 200, – повторил про себя Артем, – знакомый термин из компьютерных игр».

– Кажется, у хорошего имперского крейсера защита брони 150?

Кароних слегка удивился, на мгновение подняв брови вверх. «Блин, кажется влип, – мелькнула в его голове тревожная мысль, – если он спросил откуда я это знаю… Не могу же я сказать что вся ваша вселенная – это игра в нашей. Черт».

– Я смотрю, у тебя отличные познания в оружии. Где учился? – спросил зомби.

– Нигде. Навел справки у Аэлиты, – быстро нашелся что соврать Артем.

Дмитрий, кажется, поверил. Или сделал вид. Больше он ничего не спрашивал, лишь посоветовал приобрести именно эту пушку.

– И сколько стоит эта вундервафля? – спросил Соколов у менеджера, который шустро подошел, цокая по полу лакированными ботиночками.

– Три миллиона имперских кредитов, – ответил тот, – очень рекомендую. Один выстрел – и пиратский корабль мгновенно испарится.

– Если попадешь, – поправил Кароних, – и не испарится, а взорвется. Если, конечно, заденешь реактор. Но в любом случае, повреждения будут критические.

А Артем с досадой подумал, что таких денег у него нет.

– Можно оформить в кредит, – сообщил менеджер, наблюдая за реакцией Артема.

«Меня интересуют только кредиты, которые не надо отдавать», – вспомнил он свои слова, в шутку сказанные неизвестному телефонному абоненту, которым оказался рекрутер и улыбнулся.

– Я подумаю, – сказал Соколов.

– Либо… – менеджер понизил голос до шепота и приблизился почти вплотную, от чего Артем невольно отшатнулся, – бартер. Нам нужны услуги по перевозке…

– Дело выгодное, хоть и незаконное, – прокомментировал зомби так же шепотом.

– Что везти? Наркоту? – Соколов спросил тихо, округлив от ужаса глаза.

– Нет, кое-какие артефакты.

– Мы должны обсудить это со всеми членами экипажа, – сказал Дмитрий.

– Да, – согласился Артем, понимая, что без одобрения Кайлы он ни за что бы не согласился на такую авантюру.

– Отлично. Тогда, может быть, устроим встречу? – спросил менеджер.

– Думаю, можно. Сегодня вечером, в мотеле «Три червя».

– «Три червя»? – удивленно спросил Артем, – это где?

– Это там, где мы живем.

– Вот те раз… даже не знал, что у него такое странное название.

– Черви – существа, обитающие в почве. А мы под землей. Прямая аналогия, – сухо пояснил Кароних.

– Забавно, – только и мог вымолвить Артем.

– У нас еще есть время до вечера, можем посмотреть и другое оружие, – сказал зомби, – посмотрим?

– Да, конечно.

– Я проведу экскурсию, – предложил менеджер.

Они следовали из зала в зал, Соколов невольно сравнивал то, что говорит менеджер со своими знаниями игры. Многое совпадало. Но не все.

– Вот эта пушка стреляет частицами темной материи, – увлеченно рассказывал продавец, – она даже пробивает силовое поле…

– Бесполезная вещь, – сухо его прервал Кароних, – не наносит урона.

– Это правда, – подтвердил менеджер, – но если вы быстро выстрелите в пробоину другим оружием, вы попадете в незащищенное место. Тогда уже будет урон.

– Очень трудно успеть, – заметил зомби, – не каждый сможет.

– И сколько стоит такая пушка? – заинтересованно спросил Артем.

– К сожалению, частным лицам такое оружие не продается, только представителям государства. Но… – он опять понизил голос до шепота, – есть лазейка.

Менеджер быстро огляделся по сторонам, как будто убеждаясь, что их никто не подслушивает, и заговорил очень тихо, но торопливо:

– У меня есть доступ к закрытой тендерной базе. Раз в месяц там публикуют заявки на закупку вооружений типа для частных военных компаний. Но на самом деле, это оружие получают Имперские вооруженные силы, торговлю с которыми Нейтральный сектор «не ведет». Все хорошо: они получают свое оружие, мы – откат. Мы можем включить вас как посредников от Империи, я вижу, с вами ее представитель, – он кивнул на Карониха, – Вы покупаете десяток, деньги платит Империя. Одна возвращается на склад как брак, она ваша.

– Но с нас же потребуют эти самые десять пушек, да? – осторожно спросил Артем.

– Если поймают. Но космос огромный.

– И что, нам эта пушка достанется бесплатно? – в его голосе прозвучали нотки скепсиса.

– Нет. Но с очень большой скидкой. Всего 50 тысяч кредитов. Чисто за хлопоты по оформлению документов. А она стоит все пятьсот.

– Слишком хорошо, чтобы быть правдой, – в голосе Соколова все еще звучали сомнения, – подвох-то в чем? В риске быть пойманным имперскими ищейками?

– Да, именно, так. Но риск, как я уже сказал, не большой.

– Возможно, мы и согласимся, – вмешался в разговор Дмитрий, – сегодня вечером как раз все обсудим. Вы же придете, правда?

– Да, – кивнул менеджер.

– Вот и отлично. А теперь покажите нам ракетницу. Достаточно бюджетную, но наносящую значительный урон.

– Да, конечно, идемте.

В другом зале менеджер показал большую трубу, торчащую из какого-то устройства, точно дуло танка.

– Вот, – сказал, – бюджетный вариант, двести тысяч, десять ракет идет в комплекте. Урон 70, это значит, что если броня у противника хорошая, пробьете не с первого раза. И, сразу предупреждаю, главный недостаток – длительное время перезарядки, три минуты, ну и запас ракет ограниченный – большее количество просто не влезет в маленький звездолет.

– По сравнению с первым вариантом весьма дешево, – проговорил Артём, обращаясь к зомби, – подвох только в этом?

– Еще ракеты могут рвануть внутри корабля. Тогда нам всем капец, – ответил тот, – но это маловероятно. Риск приемлем.

– Берем, – кивнул Артём.

Глава 44

Когда Артем и Кароних вернулись в мотель, Линна ждала их у входа, покуривая тонкую сигарету и пуская причудливые колечки дыма.

– О! Явились, – усмехнулась она, – я уж боялась, что вы поперлись на черный рынок и вас в плен захватили местные бондики…

– А Кайла где? – спросил Соколов.

– Да в баре, – махнула рукой Линна, – нервничает. Думает, что без нее тебе впарили хлопушку по цене квантовой бомбы.

– Ракетницу.

– За сколько?

– Двести.

– Ну норм… хотя толку от нее мало. Пиратам, конечно, зубки пообломает. Но вот если встретим имперский фрегат – то… ничего хорошего.

Все трое прошли в бар. Кайла молча пила пиво. Подняла глаза на Артема.

– Все в порядке, – сказал он, – купил ракетницу.

– А лазерную пушку?

– Предложили бартер. Отдадут за услуги по перевозке. Сегодня подойдет менеджер, все объяснит.

– Ладно. Садись, пей, ешь.

Она хлопнула ладонью по стулу рядом с собой. Он сел. Линна и Кароних упали напротив.

– А у тебя как дела? – спросил Соколов.

– Броню нашла. Доставят через пару дней. Так что сейчас у нас будет свободное время.

Дальше все молча ужинали. Вскоре подошел тот самый менеджер, что продал Артему ракетницу. Он был в таком же черном костюме и лакированных ботиночках.

– Андрей, – представился он.

– Кайла, – представилась Кайла, – давай, Андрей, рассказывай, какие тебе требуются услуги по перевозке?

– Вы же на Граш летите, верно? – спросил тот.

Кайла гневно посмотрела на Артема.

– О нет! Он тут ни при чем, – попытался разрядить обстановку менеджер, – я догадался. Тут трудно было не догадаться: с вами энцелоп. Какого черта ему делать в нейтральном секторе? Значит, тут что-то нечисто. А Граш – в Окарине. И это единственная нормальная планета в «дикой зоне». Значит, вы летите именно туда, а куда же еще? Не на Ариман же!

– Слишком умный! – Кайла сказала сухо, продемонстрировала бластер.

– Да ладно, я никому не скажу! Мне невыгодно сдавать своих перевозчиков.

– Так что везти? – Кайла буквально буравила его взглядом.

– Нужно перевести несколько ящиков, – Андрей понизил голос до шепота, – там артефакты.

– Какие именно?

– Не знаю. Заказчик не уточнил. Могу только сказать, что их нашли при раскопках глубинных слоев Хауре. Древние захоронения. С тех времен. Когда красный гигант был еще нормальным солнцем. Надо полагать, их оставила исчезнувшая цивилизация.

– Б…ть! – выругалась Кайла, – Андрей, ты предлагаешь везти нам неведомую инопланетную хрень, которой миллиарды лет!

– За восемь миллионов! Четыре отдам сейчас в виде лазерной пушки РГ-123. Еще четыре отдаст заказчик при получении. Наличными!Подумай, Кайла.

Она поколебалась. Но согласилась:

– Ладно. Сколько ящиков?

– Три стандартного размера.

– Ладно. Риск приемлем. Мы согласны.

– Мы согласны? – Артем удивленно нахмурил брови.

– Это наш шанс, Соколов. Шанс уцелеть если встретим пиратов или кого-то похуже.

– Ты уверена, что риск приемлем?

– Да!

– Ну ты и отчаянная баба! – с восхищением заметила Линна, – но в одном ты права. Это наш шанс. С таким оружием мы некоторое время даже без силового поля сможем обходиться.

– Но это еще не все, – с улыбкой сказал Андрей, – у меня есть еще одно предложение … – он сделал театральную паузу, – излучатель темной материи.

– Линна недовольно фыркнула.

– Вообще-то хорошая вещь, – задумчиво проговорила Кайла, – пробивает силовое поле.

– Временно. Штука абсолютно бесполезная.

– Не скажи. Если успеть попасть…

– И кто у нас такой искусный стрелок?

– Артем, – она кивнула в сторону Соколова, – он убил крабоида.

– Е…ть! – восхищенно воскликнула Линна и посмотрела на Артема с большим уважением.

Потом она глянула на Кайлу:

– Ты раньше мне не говорила, что твой друг… стрелок.

– А ты не спрашивала!

– Е…ть… я-то думала, это ты убила крабоида, он просто помогал.

– То есть, вы берете пушку? – напомнил о себе Андрей.

– И почем? – спросила Кайла, хитро прищурившись.

– Цена чисто символическая: пятьдесят. Беру только за оформление документов: грузовая накладная и… прочие бумажки.

– Он сказал, что мы как будто купили десять штук, но не купили на самом деле. Типа Империя за все заплатит.

– Понятно, – Кайла усмехнулась, – надуть Империю – святое дело. Риск приемлем. По рукам.

Глава 45

На следующий день Кайла и Артем посетили звездолет, чтобы проверить работу техников, которые невозмутимо устанавливали броню. Те копошились вокруг корабля, одетые в скафандры, а Кайла и Артем наблюдали за ними через стекло.

– Нормально, работают, – сказала напарница, – мы убедились, что все в порядке. Можно присоединиться к Линне с Каронихом, они в баре сидят бухают.

– А может, лучше по городу погуляем? – предложил Артем, – у вас тут есть какие-нибудь… достопримечательности?

Кайла ничего не ответила, посмотрев на него с легким прищуром.

– Понимаю, – вздохнул тот, – это бункер. Наверное, кроме Арсенала с его пафосными картинами, тут ничего и нет.

– Да как нет? Есть! – она улыбнулась, – не сказать, что такие уж достопримечательности, в Галактике места и поинтересней есть… Но… в общем, есть хочешь погулять, можно сходить посмотреть на небо.

– На небо? – он нахмурился, – Отсюда видно небо?

– Нарисованное. Вместо солнца – большая лампа, «ночью» зажигаться огоньки, обозначающие звезды. Повторяют, кстати, реальные созвездия. Еще здесь есть рынок артефактов, оранжерея, музей истории планеты (старый бункер называется), башня огней, квартал контрабандистов. Выбирай!

– На небо интересно посмотреть. Большая лампа на потолке – это прикольно.

– Туда лучше вечером идти. Успеем и дневную и ночью картину посмотреть. Сейчас лучше в оранжерею, там красиво.

– Не знал, что ты любишь цветы, – Артем тепло улыбнулся, – идем.

Она взяла его за руку, ее ладонь была теплая и слегка влажная – здесь было довольно жарко. Они спустились на уровень ниже, туда, где находилась станция. Поезд подошел через пару минут.

– Скажи, Кайла, только честно, – спросил Соколов. Когда они уже ехали в вагоне, – с кем мы собираемся воевать?

– Надеюсь, ни с кем, – ответила та, – очень надеюсь. Но жизнь иногда подбрасывает неприятные сюрпризы. В тот раз, когда я нашла маяк, нам повезло, как будто бы. Но кто знает, что произойдет дальше.

– То есть, мы вооружаемся против пиратов? На нас может напасть другая группировка? Та самая пресловутая Грация?

– Очень даже возможно. Мы должны быть к этому готовы.

Они некоторое время молчали, сидели на лавке и держались за руки. Мимо проносились станции с пафосными барельефами, черные тоннели, городские постройки и гигантские винтовые лестницы. Кайла положила голову на плечо Артему. Тот сначала слегка смутился, а потом погладил ее по волосам. Кайла улыбнулась.

– Скоро приедем, – сказала она.

Следующая станция была исписана изображениями всевозможных растений, деревьев, цветов. Здесь они вышли. Так же, держась за руки, проследовали в парк, где их ожидало буйство зелени и множество фонтанов.

– Ух ты! – воскликнул Артем, – не знал, что под землей может быть такая красота.

– То ли еще будет, идем.

Они прошли через стеклянные двери, и Артем замер. Оранжерея оказалась огромной — она уходила вверх, ввысь, насколько хватало взгляда. Искусственные колонны, обвитые живыми лианами, уходили под самый потолок, где горели десятки мощных ламп, имитирующих солнце. Влажный, тёплый воздух окутал их, пахло землёй, цветами и чем-то сладким — то ли фруктами, то ли медом.

Вдоль дорожек росли деревья с резными листьями, кустарники с алыми и фиолетовыми ягодами, огромные папоротники, и даже небольшие водопады, которые с тихим шумом падали в бассейны. Там плавали странные рыбы — ярко-оранжевые, с длинными вуалевыми хвостами. Повсюду вились бабочки, больше похожие на маленьких дракончиков, переливающиеся всеми цветами спектра.

Артем медленно шёл по дорожке, не в силах оторвать взгляд.

— Ничего себе... — выдохнул он. — Я думал, под землёй может быть только бетон, ржавчина и неон. А здесь... целый мир.

Кайла улыбнулась, глядя на него.

— А говоришь, не любишь цветы.

— Я так не говорил, — ответил Артем, — я просто никогда не думал, что такое возможно под землёй. Это... волшебно.

Он остановился возле огромного куста с цветами, похожими на звёзды, и протянул руку, чтобы коснуться одного из них.

— Не трогай, — мягко сказала Кайла, — он ядовитый… немного.

Артем отдёрнул руку.

Они прошли дальше.

– Каков размер оранжереи? – спросил Артем, всматриваясь вдаль.

Кайла достала свой микрокомпьютер, включила голоэкран.

– Десять квадратных километров, – прочитала та в путеводителе.

– Впечатляет, – проговорил Артем.

– На самом деле, тут гулять можно долго, но… быстро надоедает, – сказала Кайла, – красиво, да, но все одно и тоже. Вскоре ты уже и перестаешь замечать эту красоту. Пошли в другое место, если уже налюбовался.

– А куда? Может, в музей? – предложил Артем.

– Пошли в музей. Там тоже есть что посмотреть.

Они развернулись и зашагали к станции. Артем все еще глазел по сторонам, рассматривая клумбы, висячие лианы, деревья. На ветвях одного из них сидели какие-то существа. Соколов сначала подумал, что это обезьяны, но для обезьян у них была слишком неправильная голова. Почти что кубической формы.

– Это кто? – спросил Артем, указывая на существ.

– Это карвики с Суму.

– С Суму? – Артем нахмурил брови удивленно и немного испуганно, – это оттуда, где монстры?

– Не бойся, карвики безопасны, – улыбнулась Кайла.

Они немного задержались, чтобы полюбоваться на диковинных зверушек, затем уверенно направились к выходу. Снова станция, поезд. На этот раз путь был долгий. Огней за окном становилось все меньше, сплошная чернота. Артем даже стал слегка нервничать.

– Такое ощущение, что мы куда-то в ад катимся, – мрачно пошутил он.

– Не ссы! – Кайла легонько ткнула ему в бок локтем, – мы едем в старый бункер.

Они продолжали сидеть молча. За окном сгущалась тьма, в салоне вагона царил полумрак, разгоняемый одинокими лампочками на потолке. А потом внезапно в глаза ударил яркий свет, Артем даже на секунду зажмурился.

– Старый бункер, конечная остановка, – раздался в динамике синтетический голос искусственного интеллекта.

Они вышли. Здесь стены были белые, без рисунков, выложенные мраморной плиткой. Вход в музей был похож на те самые гермоворта, которые Артем видел на Аримане, когда пришел на базу контрабандистов. Даже внутри были такие же полупещерные помещения, куча ящиков, склады, манекены людей в скафандрах.

– Так жили первые колонисты, – прокомментировала Кайла, – планету открыли полторы тысячи лет назад. Здесь обнаружили огромные залежи полезных ископаемых. Колония быстро разбогатела, что позволило президенту построить вот этот вот уникальный подземный город. Обрати внимание, город построили не под куполом, как на других планетах, а именно под землей. Все потому, что на поверхности опасно. Рядом красный гигант. Я не совсем понимаю, что именно в нем опасного, кроме того, что днем нехило припекает, но президент решил именно так.

– Возможно, метеориты, – предположил Артем, – массивная звезда захватывает свои планеты в приливные тиски, рвет их на части. Наверное, тут куча мелких астероидов.

– Возможно, – девушка пожала плечами, – не грузи меня наукой, тут много чего есть посмотреть, а времени у нас мало, у нас еще одна локация сегодня. Шевелись.

Они спустились вниз по длинной винтовой лестнице. Тут были огромные залы, высокие потолки. Все выглядело очень величественно, несмотря на пустоту: тут не было ничего. Одна лишь голая порода, да манекен рабочего в каске.

– Шахты, – сказала Кайла, – тут добывали полезные ископаемые. Руду редких металлов, всевозможные минералы, драгоценные камни, золото, платину. Тут-то и наткнулись на первый артефакт.

Она схватила его за руку и буквально потащила к одному из узких входов у стены. Вход вел в другой зал. Это был классический музей, экспонаты под стеклом, яркий белый свет.

– Вот, смотри, – она указала на камень, на котором были выгравированы какие-то знаки, очень похожие на те глифы, что были на амулете, подаренном жрецом на Осирисе, – когда шахтеры нашли эту штуку, шахту закрыли на карантин. Все долго проверяли, сюда прилетали всевозможные комиссии из Империи, пока не выяснили, что никакая жизнь не сохранилась, даже микробы за такое время давно сдохли.

– Но тем не менее, ты опасаешься везти артефакты, да? – тихо спросил Артем.

– Это незаконно, – ответила она шепотом, – к тому же, кроме биологических, древняя цивилизация может хранить и другие опасности.

Они продолжали осмотр экспонатов. Каменные статуэтки, явно не человеческих существ: тело человеческое, но голова с длинными ушами, как у эльфов из фэнтази, и лицо тоже не как у людей, какое-то треугольное, вытянутое, с выступающим вперед лбом. Иногда эти существа восседали на однорогих зверях, держалась рукой за этот рог. Если внимательно присмотреться, то можно было разглядеть аккуратно выточенное в камне седло.

За статуэтками пошли какие-то механизмы, сломанные, изъеденные коррозией, выгравированная на каменной плите карта звездного неба, осколок чего-то стеклянного или керамического, по форме напоминающий кусок вазы, треснутая пополам линза, снова таблички с глифами.

– Цивилизация, судя по всему, была достаточно развитая. Почему они не улетели? Звезда не за один день расширилась…

– Кто его знает, может и улетели, – пожала плечами Кайла, – пойдем, в следующем зале интереснее, там голограммы. Те предметы, которые нельзя выставить «живьем».

За дверью оказалась трехмерные изображения сосудов с какими-то странными существами, плавающими в густой янтарной жидкости. Чем-то они напомнили кикиинов, только еще более жуткие: головы как у насекомых, тело червя, множество разных отростков.

– Один мой «яйцеголовый» знакомый рассказывал, что эта древняя цивилизации обладала развитыми биотехнологиями. Еще он говорил, у них, возможно, не было компьютеров и звездолетов, и они не смогли улететь. Правда, но также говорил, что это не доказано: костей-то не нашли.

– Не удивительно. Биологические останки не хранятся миллиарды лет, – заметил Артем.

– Эти же сохранились, – Кайла указала на голограмму.

– Законсервированные. Их поместили в какое-то вещество, – объяснил Соколов.

Потом пошли изображения змей с головами животных, похожими на собачьи, хвостатые богомолы с неестественно большими лапами, покрытые шерстью, всевозможные уродливые химеры, как в кунсткамере.

– Я не раз была в этом зале, но до сих пор жуть берет, – тихо призналась Кайла.

Они прошли дальше. Здесь были вещественные артефакты: все те же камни с глифами. Ржавые обломки инструментов и механизмов, среди которых Артем узнал кухонный нож и лопату.

– Похоже, они были как люди, – заметил Артем.

– Говорят, только похожие на людей существа способны построить цивилизацию. Тоже знакомый ученый рассказывал. Типа, для этого нужны две руки, две ноги, развитые пальцы для мелкой моторики. Вот охлики на Гамузине… говорят, они тоже умные. Как мы, может даже умнее. Их мозг в три раза больше человеческого. Но они рыбы, и обречены жить в воде. Плавниками города не построишь, звездолеты не соорудишь.

Они еще некоторое время бродили по залам, рассматривали экспонаты. Но уже не так внимательно. Потом прошли под величественными сводами еще одной шахты, полюбовались на реконструкцию быта древних колонистов, вышли наружу.

Снова долгая поездка в поезде.

– Кайла, а скажи честно, что ты делала на Аримане? Когда мы встретились, – спросил вдруг Артем.

– Ты уверен, что хочешь это знать?

– Да! Мы уже столько времени вместе… А ты тайна за семью печатями.

Она рассмеялась.

– По дороге на Граш я раскрою свои тайны. Потерпи немного. Не стоит здесь говорить об этом.

– Понимаю.

Поезд продолжал нестись над темными пропастями, которые постепенно становились светлее – они въезжали в оживленную часть города.

– Как раз к вечеру и приедем, – заметила Кайла, – успеем на закат посмотреть.

Они в это время как раз проезжали возле большого экрана с рекламой: «Полюбуйтесь на закат». Надпись иллюстрировалась роликом, как огромное красное солнце заходит за горизонт.

– Забавно, – усмехнулся Артем, кивнув на баннер.

Кайла улыбнулась уголками рта. Посмотрела на часы. Коротко прокомментировала:

– Успеваем.

Вскоре они вышли. Большой зал. Куча рекламных щитов, видео с заходящим солнцем: «Полюбуйтесь на закат». Кайла шла быстрым шагом, тянула за руку Артема.

Они вышли на огромное открытое пространство. Здесь было довольно светло. Только свет – красный, как в старинных комнатах для проявки фотографий. В этом кровавом мареве тонуло все вокруг: большие валуны, каменные холмы и толпы людей.

– Посмотри вверх, – шепнула Кайла.

Соколов увидел большой красный диск, примерно такой же, как они наблюдали со звездолета. Он медленно опускался и уже касался горизонта своим краем. Но особое внимание притягивало небо. Оно было зеленым! Не просто зеленым, а ярко выраженным ядовито-зеленым цветом. Артем был в шоке. «Как? Как такое может быть? Тут что-то не так», – думал он.

– Почему небо здесь зеленое? – спросил Соколов, – для красоты? В реальности же оно красное…

– Нет, – покачала головой его напарница, – оно на самом деле зеленое. Когда мы садились на звездолете, ты видел облака. А еще была песчаная буря.

– Но как? Звезда же красная!

– Цвет неба определяет не цвет звезды, а рассеиваемой в атмосфере длиной волны, – прокомментировал стоящий рядом сосед, услышав их разговор. В местном воздухе много хлора, оксидов азота и прочей гадости. Именно поэтому на поверхность без скафандра нельзя.

– А оксиды азота разве не реагируют с хлором? – спросил Артем, вспомнив из школьного курса химии, что хлор очень агрессивный.

– Реагируют. Потом образующиеся при реакции соединения оседают на поверхность с дождями, пылью. Потом выделяться вновь, с вулканами и при разложении минералов. Такой вот круговорот хлора в природе.

– О! Я не удивлюсь, если тут есть неорганическая жизнь. На основе альтернативной биохимии.

– Возможно. Но пока не нашли.

– Ну… – протянула Кайла, – тебе дай волю, ты только про науку и будешь говорить.

Солнце тем временем уже частично ушло за горизонт. С другой стороны на небе появилась темная полоска. Она расширялась прямо на глаза. И солнца уменьшалось тоже прямо на глаза, вскоре превратившись в нечто, напоминающее красное полярное сияние. Небо стало темно изумрудным. На нем проступили первые звезды. Некоторые были видны весьма ярко. Они образовывали причудливые узоры, смешиваясь с туманностями, которые тоже были яркими. Правда, до Ока Осириса им было очень и очень далеко, хотя тоже красиво. Это было особая красота, красота светящегося хаоса.

– Тут день такой короткий? – удивился Артем, – а как же приливной захват?

– Планета изначально получила большой момент вращения, – прокомментировал сосед, – никто не знает, почему. Возможно, от столкновения с крупным астроидом.

– Пойдем, тут больше ничего не будет меняться. До утра, – сказала Кайла.

– Но утро наступит быстро, не так ли?

– Часа через два. А потом шоу закончится. Не будем ждать. Пойдем.

– То есть сутки здесь человеческие, да?

– Конечно. Зачем нам подстраиваться под безумный ритм вращения планеты, если мы под Землей.

Они направились к станции.

Глава 46

На следующий день работа закипела. Техники устанавливали броню, прикрепили лазерную пушку, и оружие, стреляющие темной материей. Но за ними надо было следить. Следили все четверо, даже Артем. Он подошел к заданию ответственно, внимательно наблюдая за рабочими: Кайла объяснила, какие могут быть дефекты и на что обращать внимания.

Позже пришел Андрей. Его сопровождали два грузчика, которые принялись складировать ящики в салоне корабля.

– Закрепите хорошенько, – наставляла их Кайла, – не хочу, чтобы во время маневра нам что-нибудь тяжелое прилетело по башке.

Вскоре настал день отлета. Накануне все четверо собрались в баре и напились до беспамятства. Позволил себе как следует расслабиться даже Артем.

– Ты растешь! – хвалила его Кайла, – сначала ты спас меня от энцелопов, затем провернул выгодную сделку… Молодец.

И больше он ничего не помнил. Проснулся только когда надо было ехать в космопорт.

Поездка на поезде, долгая очередь за получением разрешения на вылет и вот они уже в улучшенном звездолете.

– Старт! – лаконично произнесла Кайла.

Начались перегрузки. Артема едва не стошнило. Увидев это, Линна усмехнулась. А потом они вошли в гиперпространство и за окном замелькали до боли знакомые зеленые молнии.

– И как долго лететь? – спросил Артем.

– Двадцать дней.

– Ну, как обычно, – усмехнулся Артем, уже привыкший к долгим перелетам и сел за компьютер, называемый Аэлита.

Первым делом он набрал запрос о планете Граш.

«Формально Граш является территорией Империи, но плохо контролируется ей. Тип правления – анархия, нет единого правительства. Население: люди, инопланетяне, беглецы, преступники, контрабандисты. Планета контролируется преступными кланами. Климат: влажный, субтропический, большая поверхность планеты покрыта лесами и болотами. Океан как таковой отсутствует, есть лишь разбросанные по всей планете моря, занимающие примерно 10% суши. На полярных шапках влажный теплый климат переходит в холодный и снежный. Из-за слабого наклона оси вращения четкая смена сезонов отсутствует», – прочитал он короткую справку.

«А как оттуда летают пассажирские звездолеты на Тхаар, если там анархия?» – задал логичный вопрос Артем.

«Анархия – не значит бардак, – ответила Аэлита, – У преступных кланов есть своя армия, которой они поддерживают относительный порядок. За счет конкуренции между преступными кланами поддерживается некое равновесие, которое позволяет экономике планеты функционировать, в том числе и поддерживать регулярные рейсы к другим планетам».

«Ты сказала, что Империя плохо контролирует Граш. Значит ли это, что если я получу гражданство на Граше, то оно может быть недействительно на других планетах Империи?», – набрал Соколов следующий вопрос.

«Это маловероятно, – появился на экране ответ, – аннулируют гражданство весьма редко. Другое дело, что до подтверждения в Центре Империи придется ждать год или больше. Но даже в этом случае ты можешь подтвердить свою личность на других планетах криптографическим паспортом».

– Изучаешь планету? – спросила подошедшая сзади Кайла.

Тот чуть-чуть вздрогнул.

– Ага.

– Ты, главное, спроси у своей Аэлиты, как себя правильно вести. Кого можно и кого нельзя убивать.

– То, что нельзя убивать энцелопов, я и так знаю, – усмехнулся Артем.

– И еще представителей мафии. Те точно не простят.

– А как тогда они друг друга убивают?

– Сначала они забивают стрелку, – объяснила Кайла, – затем решают вопрос. Если вынесут вердикт – виновен, то его передают другой стороне. А те могут делать с ним все, что захотят: казнить, пощадить или превратить в раба.

– Это ты мягко сказала: «превратить в раба», – усмехнулась подошедшая сзади Линна, – их могут и на органы живьем разобрать, и на опыты отправить. В том числе инопланетянам.

– Ужас! – Артем зябко поежился, – куда мы летим…

– В Центральной Империи тоже жестокости хватает. Только там, правда, закон более-менее работает. Но от этого не сильно легче. Кайла подтвердит.

Та кивнула.

– Да, я уже рассказала про родителей. Вот почему я ненавижу Империю.

– Но, тем не менее, ты почему-то, не против, чтобы я получил гражданство.

– Это даст тебе возможности.

– Возможности для чего? – Артем насторожился.

– Ты уже знаешь, кто мы, – сказала Линна, – ты слышал о Свободном Ветре. Ты же не собираешься отсиживаться в сторонке, пока идет война за правое дело.

– Вот как! – он посмотрел на Кайлу, – а ты говорила, что пушка нужна для защиты от пиратов.

– Для защиты от пиратов, – подтвердила та, – ты же не думаешь что на этой скорлупе, – она обвела руками вокруг, – мы будем нападать на Имперские крейсера.

– То есть ты хочешь, чтобы я был агентом… Свободного ветра, как Штирлиц?

– Это было бы прекрасно, если бы ты согласился, – сказала Кайла, – но я тебя не неволю. Хочу, чтобы это был добровольный и осознанный выбор. Думаю, когда ты сам увидишь, что творится в Империи, ты будешь на нашей стороне.

Артём ничего не ответил. Он не был готов немедленно сказать «да», но внутри как будто что-то сдвинулось.

– Я подумаю, – сказал он.

– Думай. Но если ты будешь на стороне Империи – то я тебя убью. Несмотря на наши отношения, – ее голос слегка дрогнул.

– Жестко, – выдохнул Артем.

– Жестко, но справедливо, – донесся из-за угла голос Карониха.

– Я же ничего не знаю о Свободном ветре, кроме того, что их называют террористами.

– Пропаганда, – махнула рукой Линна, – настоящие террористы – это Империя. Кшадар – слышал о такой планете?

Артем кивнул, вспоминая Искру.

– Так вот. Когда местные шахтеры устроили забастовку против тяжелых условий труда, имперский губернатор, вместо того, чтобы выполнить их законные требования, объявил весь шахтерский район «зоной карантина» и приказал завалить входы в шахты вместе с людьми внутри. Тех, кому посчастливилось чудом выжить и выбраться на поверхность, расстреливали энцелопы. Тех, кто посмел возмутиться или высказать мнение, отличное от официальной пропаганды, незаконно сажали в тюрьму на длительные сроки или казнили с применением жестоких пыток.

– А ты говорила, что закон работает…

– Работает. Только против граждан.

– Бесчеловечные эксперименты над людьми, – дополнила Кайла, – проект Прометей. Имперские биологи пытались создать «идеального солдата» – некоего сверхчеловека, выживающего при убойной дозе облучения и в ядовитой атмосфере. Для опытов они использовали якобы добровольцев, на самом деле политзаключенных. Большинство из подопытных погибли. Те, кто выжил, сходили с ума от боли.

– По данным из неофициальных источников, этот эксперимент продолжается уже сто пятьдесят лет, – закончила её речь Линна.

– Некоторые ее слова могу подтвердить как представитель Империи, – снова отозвался из-за угла оживший энцелоп, – на планету Прометей действительно ссылали политзаключенных. Там действительно есть секретная лаборатория. Только вот что именно в ней происходит – такой информацией я не владею.

– Но ведь и Свободный ветер не лучше, – не очень уверенным голосом проговорил Артем, – убийство заложников… теракты…

– Ты имеешь в виду тот злополучный дипломатический корабль? – ехидно спросила Кайла, – на самом деле дипломаты не были такими уж невинными, как их рисует имперская пропаганда. В основном это коррумпированные чиновники.Кроме того, у СВ не было иного выхода – они обещали убить заложников, если их требования не будут выполнены. Империя отказалась выполнить. Партизаны не могли не сдержать обещаний, иначе их никто не будет воспринимать всерьез.

– А что были за требования?

– Остановить пытки в шахтах Кшадара, отозвать губернатора планеты и судить его как военного преступника, приговорить к смертной казни. Завалить входы в шахту, где живые люди, а потом послать военных, чтобы они убивали выживших – это чудовищное преступление. За это губернатор должен был ответить. Но имперские чиновники его отмазали. Так же партизаны требовали опубликовать правду о Прометее и прекратить этот бесчеловечный проект, вывести незаконные оккупационные войска с трех захваченных планет, освободить пятьдесят политзаключенных. Ни одно! Повторяю, ни одно из этих законных требований не было выполнено.

– Если это правда, тогда… получается… партизаны правы, – сделал вывод Артем, внутренне содрогаясь от того, что только что оправдал убийство.

– Не забывай, ты тоже убил энцелопа, – напомнила Кайла, – но ты убил его вполне справедливо. Как и партизаны заложников.

– Но… разве… – Артем замолчал, не решаясь сказать, подозревая, что говорит глупость, – разве нет мирного пути? Демократические выборы, например.

Линна расхохоталась.

– Какие выборы, глупый. О чем ты говоришь? Там все куплено!

– А еще Империя совершила геноцид многих инопланетных рас, – добавила Кайла, – Кикиины, например. Выжили лишь немногие. И сейчас они прячутся на отравленных планетах, типа Архоона, и сотрудничают со всеми, кто против Империи. С пиратами, со Свободным ветром, с другими группировками.

– Да, я могу подтвердить, – раздался голос Карониха, – я отчетливо помню боль моих сородичей, с которыми я был квантово-запутан и которых имперские головорезы заживо сжигали напалмом, давили каблуком, пытали в своих секретных лабораториях.

Соколов не мог чувствовать то, что чувствовал Кароних, но он мог это ясно представить. И его кулаки невольно сжались в бессильной злобе.

– Я вижу, ты тоже хочешь отомстить. За всех, – констатировала Кайла, наблюдая его реакцию.

– Да! Да, черт возьми! Теперь я тоже ненавижу Империю.

– Отлично. Значит будешь нашим шпионом. Как ты это назвал? Штирлиц?

– Штирлиц не шпион. Он разведчик, – поправил Артем.

– Совершенно верно! – улыбнулась Кайла, – ты будешь нашим разведчиком.

Артем замолчал, пытаясь переварить то, на что он только что так эмоционально согласился.

– Но… у меня нет соответствующих скиллов, – растерянно пробормотал он.

– Учиться никогда не поздно, – улыбнулась Кайла, – у тебя есть Аэлита. Ты можешь спросить у меня, у Карониха, у Линны. У нас времени еще полно до прилета на Граш.

– Хорошо. Тогда, Кайла, я бы сначала хотел бы поподробнее знать о тебе. О твоей жизни, о твоем детстве. Как тебе жилось в Империи, как ты была в бегах, как выживала…

Глава 47

Линна тактично ушла. Кайла долго молчала, глядя на зеленые молнии за иллюминатором.

– Мои родители были хорошими людьми, – наконец сказала она, – Честными. Они не брали взяток. Служили Империи верой и правдой. Отец – старший офицер энцелопского корпуса. Мать – бухгалтер на военном заводе. Однажды ее начальник велел ей подписать липовые накладные на отгрузку лазерных пушек. Эти пушки якобы должны были быть установлены на военные крейсеры, которые патрулируют Центр Империи. Только она знала, что не было никакой отгрузки. Начальник забрал их себе, чтобы продать контрабандистам. Естественно, никаких документов мама не подписала. За это ее арестовали. Папа попробовал подключить свои рычаги влияния, но тут оказались замешаны коррумпированные чиновники на самых верхах. Все кончилось тем, что подписи подделали, на мать совершили ложный донос, что это якобы она продала оружие контрабандистам. Отца тоже оклеветали, его обвинили в превышении полномочий и взятках. Суд и казнь состоялись в течение считанных дней: ни следствия, ни тщательных разбирательств…

– А адвокаты?

– Что могут сделать адвокаты, если это заказное дело? Адвокаты только деньги получили и сделали вид, что работают.

Она замолчала. Сжала кулаки в бессильной злобе. Из ее глаз брызнула слезинка. Кайла резко отвернулась, ушла в технический отсек. Артем растерянно стоял возле пульта, не зная, как реагировать. Он понимал, что ей тяжело все это рассказывать.

Соколов продолжал стоять, глядя в иллюминатор. Зеленые молнии продолжали свой безумный пляс. Затем он повернулся и тоже зашагал по направлению к техническому отсеку.

Кайла стояла спиной к двери, опершись руками о стол. Её плечи слегка подрагивали.

– Я здесь, — тихо сказал он. — Ты не одна.

Она не обернулась, но её плечи перестали дрожать.

– Я знаю, — ответила она чуть слышно.

Ее голос был спокойным. Слишком спокойным.

– Прости, я не должна была показывать слабость, – тихо проговорила девушка.

– Это нормально. Ты не бесчувственный робот. Ты человек.

Кайла улыбнулась уголками рта.

– Я не стала ждать, когда меня отчислят из училища, просто собрала свои пожитки и рванула в нейтральный сектор. Сначала жила на Суму. Моя военная подготовка помогла в охоте на монстров. Это приносило кое-какие деньги. Я скопила небольшой капитал, перебралась на Хауре. Там познакомилась с группой контрабандистов, возила контрафакт на Осирис и обратно. Затем на меня вышли вербовщики из Свободного ветра. Предложили работать на них, совершать диверсии против Империи. Это был шанс, который я не могла упустить – отомстить да еще и заработать на этом. Я вернулась в Империю, совершила то, что они называют «теракт», хотя на самом деле это партизанская война. Меня раскрыли, объявили в межпланетный розыск. Пришлось скрываться на планетах Окарины. На одной из таких планет, на Аримане, я познакомилась с наемниками: Искрой, Зигом и другими. А потом появился ты.

Она посмотрела на него и улыбнулась с неподдельной нежностью и теплотой.

Артём смотрел на неё. Она стояла перед ним – одновременно сильная, ранимая и необыкновенно живая. Он не знал, что сказать. В голове крутились слова, но ни одно не казалось правильным.

– Я рад, – сказал он наконец. –Что появился… Что встретил тебя.

Кайла ничего не ответила. Она просто шагнула к нему и обняла.

Они вернулись в рубку. Линна уже была там. Она не обернулась.

– Ну что, голубки, наворковались? – спросила она с лёгкой усмешкой.

Кайла ничего не ответила, но Артём заметил, как уголки её губ дрогнули.

– Вам скоро придется расстаться, – сказала Линна деловым тоном, так что дальше, Артем, тебе придется действовать одному. Мы с Каронихом доведем тебя до хакера, потом свалим. Так что, изучай, давай историю и социологию планеты. Время пока еще есть, но его не так много.

Пока она говорила, Соколов сидел в кресле, а Кайла стояла рядом, положив руку ему на плечо.

– А что вообще за хакер, кто он такой? – спросил Соколов, – не обманет?

– Меня ещё ни разу не обманывал.

– Ладно. Допустим, получу я гражданство. А дальше что? Что делать, если на меня мафия наедет?

– Надо встать под один из кланов. Лучше под Черные Псы.Основан Вороновыми. Они контролируют черный рынок оружия. Самый могущественный клан на Граше, так как их крышует сама Империя, – четко и лаконично ответила Линна.

– Вороновы… Наш зомби тоже Воронов. Совпадение?

– Может быть. А может и нет, – она пожала плечами.

– Не совпадение, – отозвался из-за угла Кароних, – кстати, почему ты называешь меня «зомби». Что означает этот термин?

– Э… – попытался ответить Артем, но замолчал, боясь, что обидит его.

– Скажи, – попросила Кайла, – мне тоже интересно, кто такой «зомби».

– У… С этим словом связан целый культурный пласт. Изначально у нас на планете Грязь был старый престарый культ. Вуду называется. Ходили слухи, что они умели оживлять мертвецов. Но… как бы не совсем оживлять. Они оживляли только тело, без души. И использовали их как рабов, потому что у этих оживших мертвецов нет собственной воли. Они умеют только выполнять приказы.

– У меня есть собственная воля, – сказал Кароних.

– Зато нету у того ожившего энцелопа, в чьем теле ты сидишь. Именно его я и называю «зомби», не тебя.

– Мне этого не понять. Но ладно.

И Кароних замолчал, уйдя в медитацию.

– Скажи, а ты правда помнишь воспоминания убитого энцелопа? – спросил Артем, повернувшись и облокотившись о спинку кресла.

– Да, – ответил тот, – я отлично помню, например, как он наслаждался, издеваясь над заключенным… довольно мерзкий был тип.

Артем зябко поежился.

– Так ты тогда… это ты или он? Ты сам-то как ориентируешься в воспоминаниях?

– Я просто разделяю то, что мое или то что не мое. У вас, у людей, тоже есть подобная способность. Вы иногда закрываете глаза и видите разные видения. Сны. Вам кажется, что все это происходит с вами. Но, открыв глаза, вы осознаете, что это был сон, что все это не по-настоящему. Вот что-то подобное и у меня с воспоминаниями поглощенного мозга.

Оживший энцелоп снова замолчал. Артем смотрел на него и о чем-то думал.

– Кароних, – наконец спросил он, – ты сказал, что твоя фамилия – не совпадение. Что это значит?

– Я тоже косвенно из их клана. В том смысле, что мы очень дальние родственники. Правда, наша родословная разошлась довольно сильно, и я не с их планеты. Так что за своего не примут, но покровительствовать будут.

Глава 48

Прошло несколько дней, пока Артем зубрил имена преступных авторитетов на планете Граш, правила этикета и клановые понятия.

– Мы скоро прилетим, – сказала Кайла, но в ее голосе послышались тревожные нотки.

– Что такое? – спросила Линна, уловив ее настроение, – опять видишь маяк?

– Я проверила трекинг. Все в норме, – ответила та, – но… ощущение, будто что-то не так. Артем!

Тот встрепенулся, оторвался от компьютера.

– Готовь пушку. Сейчас будет жарко!

Соколов занял свое место у пульта управления.

– Серьезно? – усмехнулась Линна, – траектория же в норме: если бы это был гравитационный захват, были бы отклонения, как в случае с маяком.

– Нас захватят в самом конце, – сказала Кайла, – они приготовили ловушку.

– Ладно. Доверимся твоей интуиции.

Линна тоже заняла место за пультом.

– Линна, – командовала Кайла, – Ты стреляешь темной материей. Сразу, как выйдем из гиперпространства. Не мешкая. Поняла?

Та кивнула.

– А ты, Артем, стреляешь в пробоину лазером. Нужно успеть, пока пробоина в силовом поле не затянется.

– Но… а если это свои? – робко возразил Соколов.

– Свои не используют гравитационный захват, – отрезала она, – готовность номер один. Кали, выведи на экран индикатор отклонений.

Артем увидел на экране кучу нулей после запятой и мелькающий хаос из цифр. Количество нулей постепенно уменьшалось.

– Началось, – констатировала Кайла, – Артем, целься.

Начались перегрузки. Вспышки света. Шум в ушах. Зеленые молнии исчезли, уступив место звездному небу. Но никакой планеты рядом не было. Только бескрайний космос и огромный звездолет. На его обшивке что-то сверкнуло. Что-то синее, призрачное. Соколов среагировал мгновенно. Красная лазерная вспышка, прямо в призрачное сияние. Ослепительно белый фейерверк.

– Уходим! – крикнула Кайла.

Снова начались перегрузки и головокружительные кувырки.Артем успел заметить, как Кайла ловко увела корабль прямо из-под выстрела неприятеля.

– Линна. Давай еще пробоину, мы добьем его!

Снова синий всполох. Артем выстрелил второй раз. Точное попадание. По корпусу звездолета пробежали белые молнии.

– Сейчас рванет. Ныряем.

Прежде чем они снова ушли в гиперпространство, Артем увидел яркую белую вспышку.

– Молодец, – похвалила Кайла Артема, – и ты, Линна, тоже молодец. Вы завалили военный крейсер Гархонов.

– А это кто такие? – спросил Соколов.

– Инопланетная раса. Гуманоиды. Входят в Корпоративный конгломерат. Тесно сотрудничают с Империей. Кто-то навел их на нас.

Она посмотрела на Линну.

– Не мы, – покачала головой та, – возможно, тот самый менеджер. Андрей.

– Вряд ли. Зачем ему уничтожать собственный груз? – покачала головой Кайла

– Не уничтожить, захватить. Затем продать дважды.

– Нет. Он знает, что у нас лазерная пушка и разрушитель силового поля. Не станет рисковать. Так что, Линн… в вашей с Кикохом берлоге крот.

– Возможно. Он уже разбирается. Но я бы не стала сбрасывать со счетов Андрея. Все-таки, он не знал, что Артем хорошо стреляет, вполне мог положиться на силовое поле… Ладно. Выясним, когда на Граше встретим покупателя. Думаю, он нам все расскажет.

– Расскажет-расскажет, – донесся из-за угла зловещий голос Карониха, и Артем вздрогнул.

– Не ссы, не будет он его пытать без необходимости, – улыбнулась Кайла, похлопав Артема по плечу.

– Ну спасибо, успокоила. А что я уже волноваться начал, – Соколов тоже натянуто улыбнулся.

– Ладно, – Кайла деловито уселась за пульт и взялась за штурвал, – отдохнули – и хватит. Этот перелет будет коротким – нас выбросило недалеко.

Все заняли свои места. Зеленые молнии начали исчезать, уступая место обычному космосу. На этот раз в иллюминаторе появился голубой диск планеты, до боли похожей на Землю, если не считать кольца вокруг нее и множества мелких лун.

Глава 49

Звездолет вышел на орбиту. Все четверо дружно взяли Аэлиту и потащили к катапультационной капсуле. Ящики Андрея уже были, компьютер они быстро упаковали. Линна и Кароних заняли свои места. Артем продолжал стоять, глядя на Кайлу, затем привлек ее к себе и поцеловал в губы.

– Эй, тебя одного ждем! – крикнула Линна.

– Ну все, иди, – Кайла мягко отстранилась, – до встречи на Тхааре.

Перед тем как закрыть дверь, Соколов услышал ее печальный шепот:

– Не влюбляйся…

Старт. В иллюминаторе появилась быстро удаляющаяся громада звездолета. Внизу – округлая голубая поверхность.

– Готовься, сейчас будем входить в плотные слои атмосферы, – сказала Линна.

И тут ее лицо побледнело. А потом космос озарила белая вспышка.

– Б…ть! – выругалась Линна.

– Что это было? – испуганно спросил Артем.

– Ракета. Нас кто-то пытается подбить. Повезло, Кайла успела ее перехватить… Снижаемся быстрее, – она с силой надавила на рукоятку управления.

– А Кайла?

– Она справится. Не переживай!

И тут сверкнула еще одна вспышка. Где-то далеко, там, где только что исчез из вида уменьшившийся до точки звездолет.

– Кайла! – закричал Артем, стукнувшись лбом о стекло иллюминатора, – о нет…

Капсула продолжала падать. Слезы катились по щекам Артема, он был не в силах сдержать себя. За стеклом иллюминатора сверкал огненный хаос. Затем резкий толчок – раскрылся парашют. Синее небо, пелена облаков. Внизу зеленый ковер леса.

– Б…ть, – снова выругалась Линна, – лишь бы не в болото.

– Она же успела прыгнуть в гипер, да? – с надеждой спросил Соколов, выбираясь из капсулы на влажную траву.

Никто ему не ответил.

Вокруг росли исполинские деревья, пахло сыростью и хвоей.

– Смотри в оба, – посоветовал Кароних.

– И держи наготове бластер, тут может быть опасно, – добавила Линна.

Артем огляделся. Купол парашюта застрял где-то высоко в ветвях, капсула стояла на металлических ножках, прямо возле большой кучи веток, по которой ползали черные жуки величиной с палец.

– Б…ть, – выругалась Линна, стряхивая с себя одного из таких жуков.

Все трое отошли к стволу дерева, который был толщиной с заводскую трубу. Расстояние между деревьями тут было довольно большим, десятки метров. Почву покрывала невысокая трава, по которой ползали всевозможные насекомые. Порхали крупные бабочки, чересчур крупные.

– И что дальше? – спросил Артем, – как мы этого хакера найдем, и как груз потащим? Есть идеи?

– Сначала товар сдадим, надо выполнить свои обязательства перед Андреем, – напомнила Линна.

– Попробую связаться с ним через сеть, – сказала Кароних, достав микрокомпьютер.

– Он не полетит за нами сюда. Мы договорились на конкретное место. Вызови лучше грузовое такси.

– Да. Ты права.

Кароних некоторое время манипулировал сенсорной голограммой, затем равнодушно изрек:

– Сеть не ловит.

– Вот черт!

Артем посмотрел вверх. Ствол дерева уходил далеко в небо. Толстый и гладкий. Не забраться.

– Придется идти пешком до города, – сказал Кароних, – Двадцать километров. Дойти можно.

– Если по дороге нас не сожрут арбарзы, – усмехнулась Линна, – да и груз мы не можем оставить.

– Придется кого-то отправить одного. Остальные будут сторожить капсулу.

– Я пойду, – сказала Линна, – Артема мы не можем отправить, он не знает местность, ты – энцелоп, привлекаешь излишнее внимание.

– Логично, – согласился тот.

Линна похлопала по кобуре с бластером и шагнула вперед. «Скорость передвижения человека пять километров в час. За четыре часа доберется, – про себя посчитал Артем, глядя на ее удаляющуюся спину, – Если, конечно, не случится ничего непредвиденного.

– Скажи, а за что Империя уничтожила кикиинов? – спросил Артем у Дмитрия, чтобы прервать тягостное молчание.

– Тебе какую версию рассказать, нашу или Империи?

– Версию Империи я могу предположить: они решили, что вы биологическая угроза, опасные паразиты. Не знаю, возможно, на их месте я поступил бы точно так же. Но как ситуация выглядит с вашей точки зрения?

Кароних как-то грустно вздохнул.

– Мы не совсем паразиты. Мы, можно сказать, даже симбионты. За миллионы лет эволюции мы научились мирно сосуществовать со своими носителями, не причиняя им вреда. Даже принося им пользу. Правда, пользу мы могли приносить только разумным существам, которые могли оценить то, что мы им давали – информацию. Благодаря квантовой запутанности со своими сородичами, мы могли дать носителям много полезных знаний, поэтому когда наши основные носители – ийеры, обрели разум и основали на планете первую цивилизацию, они не стали нас истреблять. Они сотрудничали с нами, чтобы ускорить научно-технический прогресс. Благодаря нам, они стали лучше понимать друг друга, остановили войны, обменивались знаниями. У вас, у людей, знания сконцентрированы в головах небольших групп людей, и большинству недоступны. В обществе ийеров знания были доступны всем. Каждый ийер мог мгновенно получить доступ к всеобщему банку данных и стать более эффективным в своей работе. Это дало гигантский рывок вперед. Всего за пару столетий ийеры прошли путь от дикарей с каменным топорами до выхода в космос.

Артем тихо присвистнул.

– Нам на это потребовалось десятки тысяч лет, – признался он.

– На нашу беду, ийеры не были готовы к столкновению с агрессивной цивилизацией – с Империей. Военный флот просто уничтожил беззащитные колонии и подверг ковровой бомбардировке материнскую планету. Всего десяток лет – и цивилизация ийиеров перестала существовать. Мы спаслись только потому, что успели заразить несколько представителей Империи. Саму планету Империя стерилизовала термоядерными бомбами, после которых на ней не осталось ничего живого.

Артем уронил скупую слезу и гневно сжал кулаки.

– Я спалю Империю дотла, – проговорил он, – я убью их всех!

– Ты сам скоро станешь гражданином Империи, – напомнил Кароних.

– Да! Чтобы развалить ее изнутри.

– Это будет трудно.

– Я готов к трудностям! Я отомщу им за Кайлу. И за вас!

Они снова долго молчали. Смеркалось. Послышался какой-то шорох. Артем выхватил бластер.

– Успокойся, это рииск, – сказал Кароних, указывая на промелькнувшего в траве рыжего зверька, – на людей не нападет.

Потом откуда-то далеко донеслось жужжание.

– А это еще что? – Соколов нахмурился.

– Не узнаешь? Шум глайдера. Надеюсь, свои, – сказал Дмитрий, но бластер не убрал.

Над головой повисла довольно крупная махина. Из люка высунулась Линна:

– А вот и я? Не ждали? Грузите груз, и заползайте сами.

Она сбросила веревку. На борт глайдера по очереди подняли ящики и Аэлиту. Затем по той же веревке вскарабкался Артем, за ним Кароних. Они оказались в довольно просторном грузовом отсеке. Водитель, явно инопланетянин, у него было неестественно розовое лицо, какие-то иглы вместо волос и уши как у эльфа, оглянулся и спросил:

– Куда едем, господа?

Линна назвала адрес. Машина плавно двинулась вперед, набирая высоту. Внизу проплывал зеленый ковер леса, иногда он тонул в туманной дымке. Потом показались первые строения: одноэтажные каменные коттеджи, практически такие же, как на земле в частном секторе. Затем пошли здания повыше, дворцы, небоскребы. Повсюду, словно рой каких-то насекомых, летали глайдеры. Город выглядел довольно футуристично.

Они приземлились на какую-то площадку, принадлежащую явно промышленному предприятию: вокруг забор с колючей проволокой, видеокамеры с лазерными пушками, держащие гостей на прицеле, и разбросанное в беспорядке оборудование, какие-то ящики, детали, железяки, строительный хлам. Из небольшой будки вышел человек в серой рубашке и брюках из плотной ткани, на груди его была эмблема: красная звезда и падающая с нее капля крови. Он тоже был вооружен бластером.

– Спокойно-спокойно, братуха, – проговорила Линна, выходя с поднятыми руками, – это свои. Привезли артефакты.

Незнакомец опустил бластер, но все еще держал его наготове. Другой рукой он достал какой-то прибор. Навел его прямо на лицо Линны. Что-то зажужжало.

– Идентификация подтверждена, – послышался синтетический голос ИИ.

Потом такую же процедуру проделали и с Каронихом. А вот на Артеме прибор выдал громкий гудок и сообщил:

– Неизвестный биологический объект.

– Он со мной. Ручаюсь, – сказала Линна.

– Ладно. Но оружие придется сдать. Всем.

Линна и Кароних покорно отдали ему свои бластеры. Соколов колебался.

– Артем. Сдай оружие. Они потом вернут, гарантирую. Это свои, – сказала Линна.

Тот вздохнул и положил свой бластер в протянутую ладонь охранника.

– Следуйте за мной, – приказал он.

Глава 50

Их привели в банкетный зал, где за столом сидели трое мужчин в черных деловых костюмах и одна черноволосая женщина в длинном красном платье с блестяшками. Они употребляли всевозможные яства, судя по виду и по запаху, это были какие-то неизвестные виды мяса и рыбы. Еще на столе стояла ваза с фруктами и несколько початых бутылок с различным алкоголем, одни были почти опустошенные, другие почти не тронуты. Все четверо были относительно трезвы.

– Максим Радченко, – представился один из них, довольно пожилой человек с густой рыжей шевелюрой (возможно, волосы были крашены, чтобы скрыть седину или это был парик).

Он встал из-за стола, протягивая для приветствия руку. Гости по очереди пожали ее.

– Денис Радченко, – представился второй мужчина, значительно моложе, с короткой стрижкой.

– Аркадий Радченко, – представился третий, в отличие от остальных он выглядел чересчур худой.

– Светлана Радченко, – последней назвала свою фамилию женщина.

«Забавно, – подумал Артем, – у всех одинаковая фамилия. Клан Радченко. Кажется, они называются Кровавые звезды».

– Прошу к столу, – Максим приветливо указал на соседние стулья.

Пока гости угощались, он говорил о деле:

– Мы проверили груз. Все в порядке. У вас есть компьютер с квантовым сопроцессором. Сколько вы за него хотите?

Линна вопросительно глянула на Артема.

– Аэлита не продается! – твердо сказал тот.

– Хорошо. Я уважаю ваш выбор. Вот ваши деньги за артефакты.

Он бросил на стол конверт. Линна схватила его, пересчитала, протянула Артему.

– Это твое. Если вдруг встретишь Кайлу, не забудь поделиться с ней. Вы оба работали.

«Если встретишь…», – мысленно повторил Соколов. Фраза одновременно обнадеживала, но и пугала, напоминая, что возможно, Кайлы больше нет. Это мысль заставила Артема гневно сжать кулаки. По его щеке стекла слеза, которую он тут же смахнул ладонью, проговорив:

– Извините.

– Что с ним? – спросила Светлана.

– Взрыв на орбите, – тихо сказала Линна.

– Соболезную, – так же тихо проговорила Светлана и налила Артему какой-то жидкости, – выпей! Полегчает.

После того как Артём осушил бокал, Светлана мягко коснулась его руки.

— Ты сильный, — сказала она. — Держись.

Артём хотел ответить, но слова застряли в горле. Он просто кивнул.

– Нам пора, – внезапно подал голос до сих пор молчащий Кароних.

Они вышли из здания. Снаружи уже была ночь, темнота, разбавляемая лишь мерцанием далеких неоновых огней. Небо же было непроглядно черное – ни звездочки. И еще Артему показалось, что капает мелкий дождь. Или что-то вроде туманной аэрозоли.

Водитель терпеливо ждал в глайдере. Они бесшумно взмыли вверх, сначала летели над городскими огнями, затем наступила кромешная тьма. А потом, по мере набора высоты, когда машина поднялась над облачным покровом, Соколов увидел небо. Его разделяла на две части полукруглая полоса, сияющая почти так же ярко, как Луна на Земле, и из-за этого сияния звезд практически не было видно, только многочисленные спутники планеты, от ярких точек до небольших светящихся бусинок.

– Ты и правда думаешь, что Кайла могла выжить? – осторожно спросил Артем у Линны.

Та уронила скупую слезу и тихо сказала:

– Не знаю. До Тхаара лететь пять дней по скоростной имперской трассе. Но Кайла не станет рисковать, она будет двигаться через обходные гиперпространственные узлы. Это может растянуться на недели. И плюс еще пару дней, чтобы до Архоона дошел сигнал по гиперсвязи. Так что, правду мы узнаем весьма не скоро. Или не узнаем. Но… не хочу тебя обнадеживать. Шансов мало.

Больше до конца пути никто не проронил ни слова. Глайдер все так же летел под светом кольца, потом начал снижаться и наступила тьма.

– Приехали, – сказал вдруг водитель.

Артем выглянул наружу, но ничего там не увидел. Линна включила фонарь и протянула ему.

– Иди один. Мы тут подождем. Запомни код, – и она продиктовала ряд цифр.

Луч света выхватил из темноты траву, кустарники и какую-то ржавую будку с полуоткрытой дверью. Внутри оказалась старая скрипучая лестница, которая заканчивалась еще одной дверью, на вид более приличной, с кнопками. Артем набрал код. Дверь щелкнула и открылась. Дальше мрачный коридор. Соколов осторожно вошел, и в ту же секунду услышал щелчок. Он оказался заблокирован.

– Б…ть, – выругался парень.

– Идите прямо и до конца, – послышался откуда-то с потолка синтетический голос.

Артем двинулся вперед. Вокруг множество дверей. Закрытых, с такими же кодовыми панелями. В самом конце коридора видеокамера и лазерная пушка, которые зловеще нацелились на него.

– Сдайте оружие, – все тот же голос.

В стене открылась небольшая ниша, куда, секунду поколебавшись, Артем опустил свой бластер. Ниша тут же закрылась.

– Сканирование. Опасных предметов не обнаружено. Можете проходить, – комментировал тем временем искусственный интеллект.

Открылись гермоворота, встроенные в стены и почти не отличимые от нее. В глаза хлынул яркий белый свет.

Артем ожидал увидеть кого угодно, от киношного хакера в очках и потертом свитере до рыжей сексапильной красотки. Но это… Сначала Соколов увидел перед собой женщину. Красивую, с черными волнистыми волосами, ниспадающими на плечи. Она сидела в кресле, окруженная множеством мониторов, и что-то быстро печатала на клавиатуре длинными синими пальцами с острыми ногтями. А вместо ног – длинное тело змеи, которое оплетало кресло и еще долго тянулось по полу, шевелилось, ползало, уходило куда-то вдаль.

– Е…ть… – Артем тихо присвистнул.

– Боюсь, не получится, у меня нет для этого соответствующего органа, – ответило существо слегка шипящим, но тем не менее, приятным женским голосом.

Инопланетянка некоторое время разглядывала Артема, затем сказала:

– Меня зовут Ссарра. Ты, должно быть, тот самый Артем?

Ее хвост зашевелился, а потом резко обвился вокруг Соколова. Тот даже вскрикнул от неожиданности.

– Боишься змей, Артем? – прошипела она, – не бойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. Мне нужно только просканировать твой биокод.

В тот же миг в спину что-то кольнуло, а потом змеиные кольца рассыпались, дав Артему свободу.

– Код получен, – Ссарра продолжала шипеть и нажимать на кнопки, – сейчас наложу криптопечать, и ты станешь полноправным гражданином Империи… все, уже поставила. Запись успешно добавлена в базу данных. Поздравляю. Паспорт получишь в Центральном МФЦ.

– И все? – он удивленно нахмурил брови.

– И все, – по ее губам скользнула змеиная улыбка.

Артем в этот момент подумал о Кайле и о своем обещании разнести Империю в клочья.

– Но я вижу, ты не рад? – спросила вдруг странная химера.

– Частично ты права, – признался тот, – я получил то, что хотел. Но не знаю, что делать дальше.

Ссарра наклонила голову, и её змеиные глаза блеснули в свете мониторов.

– Вижу твою трагедию... Должно быть, ты потерял человека, которого любил. И теперь ты хочешь разрушить то, что её убило. – Она говорила медленно, как будто пробовала каждое слово на вкус. – Ты хочешь разрушить Империю. Но пойми: Империя — это не здание. И даже не армия и не закон. Это… идея. Ты не можешь уничтожить идею бомбами или лазером.

– Идея? – Артем удивленно нахмурил брови.

– Идея, – повторила она, скручивая свой длинный хвост в кольца, – все в этом мире является производным от идеи.

– Разве? – он опять нахмурился, – я всегда думал, что идея вторична, материя первична.

– Ах! – Ссарра всплеснула своими тонкими синющими руками, – извечный спор материалистов и идеалистов. Но на самом деле не важно, что первично. Важно, что управляет миром здесь и сейчас. А управляет идея. Мы живем в мире идеи. Почему ты ходишь по улице одетый? Потому что ты веришь в идею, что ходить голым – неприлично.

– Нет, – Соколов покачал головой, – потому что в это верит общество. А верю я или нет – никто не спрашивает. Меня просто упекут в дурдом или посадят за мелкое хулиганство, если я так поступлю.

– Совершенно верно. Ты не можешь разрушить идею, в которую верят миллиарды людей.

Артем задумался.

– Хорошо, – сказал он, – допустим, Империя – это идея. И что дальше? Что я могу сделать с идеей? Противопоставить ей другую идею?

– Как вариант, – она моргнула глазами, – но чтобы борьба с идеей была успешной, сначала ты должен понять, почему эта идея работает.

Она замолчала. В бункере воцарилась тишина, нарушаемая только шуршанием хвоста Ссарры.

– Тебе пора, – сказала химера, – иди.

Артем направился к выходу. Снова длинный коридор, щелчок гермодвери. Открывшаяся ниша, где Артем оставил свой бластер. Череда дверей. Снова щелчок. Выход в ночную тьму.

Глава 51

Всю обратную дорогу Артем не проронил ни слова, и лишь когда они начали садиться, спросил:

– Куда мы летим?

– Обратно в город Грах. Остановимся в гостинице, утром Кароних сопроводит тебя до резиденции Черных Псов – тебе нужно получить защиту. Но, а дальше – уже сам решай, что дальше, – ответила Линна.

– А… – Соколов хотел было спросить про Кайлу, но слова застряли в горле.

– Если будут вести с Тхаара, мы тебе сообщим, – пообещала Линна.

Гостиница практически ничем не отличалась от тех отелей, что Артем помнил в своей прошлой жизни. Такой же ресепшен, лифты, номера. Лишь только роботы носильщики, поднявшие Аэлиту на нужный этаж, напоминали о том, что Соколов находится в мире Жестокой Галактики.

Ночью он не сомкнул глаз. Все думал о словах Ссарры, что Империя – это идея. И нужно понять, почему она работает.

«Что такое идея? – рассуждал Соколов, – Краткая мысль. Можно сказать, сжатая информация. Ладно. Теперь перейдем к Империи. В чем именно заключается ее идея? Что я знаю об Империи? То что там жесткость и коррупция? Но это не должно работать! Но работает. Почему? Или я ошибся в том, что идея коррупции не работает, или… идея вовсе не в этом. Но тогда в чем? Да и идея коррупции… люди продолжают брать взятки, даже если за них надолго сажать в тюрьму. В Китае вообще расстреливают. Но люди упорно продолжают брать взятки. Почему? Потому что это выгодно!»

Артем вскочил с кровати и зашагал по комнате взад-вперед, пытаясь поймать ускользающую мысль.

— Выгодно, — повторил он вслух. — Империя держится на выгоде. Губернаторы получают власть и деньги. Энцелопы — безнаказанность. Обычные люди — иллюзию защиты. Все что-то получают. Даже если платят за это свободой.

Он остановился у окна.

— Но если я хочу разрушить эту идею, я должен показать, что есть что-то более выгодное. Что-то, что даёт больше, чем страх и взятки.

И тут он вспомнил о погибшей цивилизации ийеров. «Они не брали взяток и не творили беззаконие, – продолжал думать Соколов, – Это была счастливая миролюбивая цивилизация. Но встреча с агрессором стала для них фатальной. Они были к этому не готовы. Они верили в миролюбивую Вселенную. Это их и сгубило. Так что получается… – внутри его все похолодело, – нужно быть такой же жестокой цивилизацией как Империя, чтобы выжить? Нет… должен быть какой-то другой выход. Можно ли уметь себя защитить, не скатываясь в жестокость? Можно. Определенно можно. Кажется, то ли у монахов Шаолинь, то ли у каратистов каких-то есть такой принцип – не используй свою силу во зло. Да и коммунистов был лозунг: Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути. Жаль, ийеры до этого не додумались».

Артем снова лег в постель, но заснуть опять не получилось. Ему нужен был ответ. Ему нужен был план. «Почему идея мира должна работать? – задал он сам себе вопрос, – Потому что мир выгодней, чем война. Война не выгодна, это очевидно – мы тратим миллионы трудовых часов, мы задействуем инженеров, ученых, отнимаем у природы колоссальные ресурсы на создание дорогостоящей высокотехнологичной техники, чтобы ее взрывать. Можно ли вообразить больший абсурд? Но почему люди воюют, несмотря на то, что мир гораздо выгодней? Что я опять упустил, в чем ошибся? Какая людям выгода от войны? Лишенные совести капиталисты получают выгоду от продажи оружия – раз, – он принялся загибать пальцы, – победитель может грабить города побежденных, тоже выгода – два. На распиле военных бюджетов наживаются коррупционеры – три. Садисты могут убивать на законных основаниях, прикрываясь тем, что они просто выполняют приказы – четыре. Народ живет в иллюзии, что армия защищает их от врагов – пять. Правда, это выгоды для негодяев и дураков. Тогда почему люди в это верят. Неужели вся Империя состоит из отморозков и дураков? Или я опять что-то упустил?»

Он посмотрел в потолок.

– Я упустил страх, – сказал Артем сам себе. – Люди боятся. Боятся, что без Империи будет хуже. Даже если сейчас плохо, они боятся, что будет ещё хуже. Империя даёт им иллюзию защиты. И они готовы платить за неё свободой. Людям нужен порядок. Хоть какой-то порядок, потому что порядок лучше хаоса, даже если это плохой порядок.

«Порядок лучше хаоса, даже если это плохой порядок, – повторил про себя Соколов, – но что же тогда делать? Что я могу противопоставить плохому порядку? Хороший порядок? Но почему тогда никто раньше не додумался до этого? Или додумались, но не смогли? Почему? Почему люди сопротивляются изменениям? Почему система такая инертная? Потому что никто не гарантирует, что новый порядок будет действительно лучше. Люди боятся, что он будет хуже. И что с этим делать?».

Последняя мысль промелькнула в его измождённом мозгу, и Артем погрузился, наконец-то в сон.

Эпилог

Сегодня была особая ночь – праздник чистого неба. Этот праздник может наступить через год, через два, а может и через месяц, как повезет. Но чаще всего везет не так уж и часто – планета Граш постоянно окутана облачным покровом, мешающим видеть звездное небо. В такие ночи здесь приглушают городскую иллюминацию, и люди выходят на улицу, и стоят, задрав головы вверх. Звезд, правда, не особо видно, только самые яркие – мешает свет кольца, которое ярче, чем земная луна. Но зрелище все равно красивое, по своей красоте оно сравнимо с Оком Осириса.

Артем тоже стоял. Тоже смотрел на него. Он вспоминал события последних месяцев. Прибытие на Граш, хакера, встреча с Черными Псами. Несмотря на агрессивное название, они были вполне даже вежливыми и дружелюбными. Правда, так же вежливо и дружелюбно они грузили в глайдер мешки с трупами.

– Это те, кто не соблюдает понятия, – сообщил один из бандитов, дружески похлопав Артема по плечу.

Соколов до сих пор вспоминал этот эпизод с содроганием.

А потом началось бесконечное ожидание вестей с Тхаара. С каждым днем Артем все сильнее терял надежду. И вот сейчас он стоит, смотри на небо, которое внезапно стало темнеть – наползли облака. Люди стали расходиться по домам, вновь вспыхнули многочисленные неоновые вывески.

Вернулся в свою квартиру и Артем.

– Добро пожаловать домой, чем могу быть полезна? – донесся из кухни веселый и задорный голос Аэлиты.

– Чай завари, плиз, – сказал он, рухнув на диван.

– Сию секунду, сэр.

Заработала автоматика, управляемая все еще сохранившимся компьютером с квантовым сопроцессором. Потом к дивану подъехал столик на колесиках.

– Ваш чай готов, сэр!

Артем нехотя поднялся, осторожно взял чашку.

– Пока вы трапезничаете, сэр, не желаете ли послушать очередную лекцию о политическом устройстве Империи.

– Да, давай.

– Империя — это не государство в привычном понимании, а скорее симбиоз двух систем: военной бюрократии и криминальной иерархии, слившихся в единый организм, –начала свою речь Аэлита, – Формально власть принадлежит Императору и Сенату, но реальное управление осуществляется через систему губернаторов, каждый из которых контролирует свою территорию как личное владение. Губернаторы назначаются из центра, но на периферии они действуют почти как независимые правители: собирают налоги, содержат армии, вершат суд. Центр не вмешивается, пока поступления в казну не падают и губернатор не переходит красные линии. Коррупция в этой системе — не ошибка, а смазка: взятки регулируют потоки ресурсов, ускоряют решения, создают связи.

На местах Империя держится на двух столпах: страх и привычка. Энцелопы — это не просто полиция, а символ безнаказанности власти. Они могут убить, арестовать, похищать — и никто не спросит. Но при этом Империя даёт гражданам то, что они ценят больше свободы: предсказуемость. Человек знает, что завтра будет то же, что и сегодня. Законы работают против него — но они работают одинаково для всех. В этом парадоксе и кроется сила Империи: люди не хотят менять порядок, к которому приспособились, который хотя бы понятен, на хаос, который может быть хуже.

Сенат — это декоративный орган, где собираются представители знатных родов и крупных корпораций. Они обсуждают законы, но реальные решения принимаются в кабинетах губернаторов и на совещаниях военных. Император — фигура сакральная, почти божественная, но его реальная власть зависит от баланса сил между армией и аристократией. За две тысячи лет существования Империя пережила десятки заговоров, переворотов и династических кризисов — но каждый раз система перестраивалась, сохраняя суть: власть принадлежит тому, кто может её удержать.

Именно эту идею — порядок любой ценой — транслирует Империя в каждый мир, на каждую планету, в каждый дом. И именно против этой идеи предстояло бороться Артёму.