Женщина с крыльями. Вне размеров

Глава 1. Пока ты ненавидишь себя — жизнь проходит

Часть 1. СНИМИ ЧУЖИЕ ОЖИДАНИЯ

Глава 1. Пока ты ненавидишь себя — жизнь проходит

Кто сказал, что ты недостаточная?

Когда ты решила, что некрасива?

Если бы в детстве меня спросили, считаю ли я себя красивой, я, наверное, растерялась бы и пожала плечами, потому что попросту не знала ответа. Я не думала о себе как о некрасивой девочке, но и внутренней уверенности в собственной красоте у меня тоже не было. Мне не знакомо было то особенное чувство, когда ребенок смотрит на свое отражение без сомнений и знает, что он замечательный просто потому, что существует.

Я не помню, чтобы в нашем доме часто звучали слова: «Какая ты красивая», «Какая ты замечательная», «Как я тобой горжусь». Возможно, мне иногда и говорили что-то подобное, но эти слова не повторялись настолько часто, чтобы стать частью моего внутреннего голоса, чтобы однажды, оставшись наедине с собой, я могла сказать их себе сама и искренне поверить.

Я росла обычной девочкой со своими мечтами, переживаниями и представлениями о мире. Наверное, в первые годы жизни я принимала себя так же естественно, как все дети, но память почти не сохранила ту меня, которая не искала в себе недостатков и не задумывалась о том, достаточно ли хороша. Зато я хорошо помню, как постепенно начала замечать то, что отличало меня от других, и как эти отличия незаметно превратились в повод для сомнений.

Никто однажды не посадил меня перед собой и не сказал прямо, что я некрасивая. В моей жизни не было одной страшной фразы, после которой все мгновенно изменилось. Отношение к себе складывалось иначе: медленно, почти незаметно, из интонаций, усмешек, сравнений и замечаний, которые взрослым, возможно, казались мелочами. Кто-то произносил их и через минуту забывал, а я оставляла их внутри, сама еще не понимая, как сильно они будут влиять на меня спустя годы.

Мой папа часто подшучивал над моим весом. Когда он видел меня, то мог усмехнуться, отпустить колкость или найти способ поддеть меня, словно моя полнота была удобной темой для шуток. Я не знаю, хотел ли он на самом деле причинить мне боль. Возможно, ему казалось, что таким образом он подталкивает меня к изменениям, а может быть, он вообще не задумывался о том, что я чувствую. Взрослые порой считают подобные замечания безобидными и уверены, что ребенок должен посмеяться вместе с ними, однако ребенок не всегда умеет защититься от слов близкого человека.

Когда над тобой смеется посторонний, можно рассердиться, отвернуться или решить, что он просто невоспитанный. Но когда это делает отец, чье мнение в детстве кажется особенно важным, все воспринимается иначе. Ребенок еще не способен рассуждать о чужих комплексах, неумении проявлять любовь или привычке самоутверждаться за счет другого. Он делает самый простой вывод: раз папа смеется, значит, во мне действительно есть что-то смешное и неправильное.

Если я допускала ошибку в речи, пропускала букву, путала слово или выражалась не совсем точно, папа тоже мог посмеяться, причем громче всех. Наверное, для него это было мимолетным развлечением, но мне каждый раз становилось неловко, словно даже случайная ошибка подтверждала, что я недостаточно умная и все делаю не так. Я начинала внимательнее следить за собой, осторожнее говорить и заранее бояться, что снова произнесу что-нибудь неправильно и дам повод для смеха.

Сейчас я понимаю, что ошибаются все. Люди забывают слова, путают буквы, неправильно строят предложения, оговариваются и делают десятки других совершенно обычных вещей. Ошибка ничего не говорит об уме и ценности человека. Но в детстве я этого не знала. Когда близкий взрослый смеялся, мне казалось, что смеются не над случайной оговоркой, а надо мной целиком.

Брат, в свою очередь, постоянно повторял, что мне необходимо худеть.

— Худей, — говорил он. — Тебе нужно худеть.

Возможно, со стороны эти слова кажутся обычным советом, особенно если произнести их один раз. Но когда ты слышишь одно и то же годами, совет постепенно превращается в приговор. Ты начинаешь воспринимать свое тело не просто как тело, в котором живешь, а как проблему, которую обязана решить. Кажется, будто твой нынешний вид — это временное и неудачное состояние, а настоящая жизнь должна начаться только после того, как ты изменишься.

Наряду с разговорами о весе я слышала и другие оценки: что я недостаточно умная, что веду себя неправильно, что снова сделала не так, как следовало. Из отдельных фраз постепенно складывалось общее ощущение, будто во мне постоянно чего-то не хватает. Недостаточно стройная, недостаточно правильная, недостаточно умная, недостаточно хорошая.

Слово «недостаточно» незаметно поселилось внутри меня и стало привычным. Я уже не пыталась выяснить, справедливы ли чужие слова, потому что, когда одно и то же повторяется много раз, оно перестает восприниматься как мнение. Оно становится фактом, который будто бы не нуждается в доказательствах.

И знаете, что происходит, когда ребенок на протяжении долгого времени слышит подобные оценки? Он начинает верить. Не потому, что слабый или глупый, а потому, что у него еще нет собственного устойчивого представления о себе. Мы узнаем, кто мы такие, в том числе через реакцию близких людей. Они становятся нашими первыми зеркалами, и если в этих зеркалах мы постоянно видим недостатки, то однажды начинаем считать, что именно из них и состоим.

Позже уже никто не должен повторять нам обидные слова. Мы прекрасно справляемся самостоятельно. Голос отца, брата, бывшего мужчины или кого-то другого становится внутренним, и теперь мы сами продолжаем работу тех, кто когда-то заставил нас в себе сомневаться.

Я тоже научилась делать это очень хорошо. Мне уже не требовалось ждать, пока кто-то укажет на мои бедра, вес или неудачный внешний вид. Я подходила к зеркалу и первой замечала то, что мне не нравилось. Внутренний критик всегда оказывался быстрее любого комплимента и с готовностью напоминал, почему мне не стоит считать себя красивой.

Я стеснялась фотографироваться, потому что была уверена: полнота делает меня некрасивой. На снимках я не видела выражения своего лица, счастливого момента или людей, находившихся рядом. Мне бросалось в глаза только тело. Я искала неудачный ракурс, рассматривала, насколько крупными выглядят бедра, живот или ноги, и часто заранее решала, что фотография мне не понравится.

Иногда я старалась встать так, чтобы часть фигуры оказалась закрыта другим человеком. Могла спрятаться за сумкой, повернуться боком или вообще отказаться от снимка. Мне казалось, что таким образом я защищаю себя от неприятных ощущений, но на самом деле я лишала себя воспоминаний. Жизнь продолжалась, происходили встречи, праздники и важные события, а я думала не о том, чтобы сохранить счастливый момент, а о том, достаточно ли стройно выгляжу в кадре.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, как много женщин делают то же самое. Они годами исчезают с семейных фотографий, потому что ждут другого тела. Они фотографируют детей, родителей, друзей, красивые города и праздничные столы, но сами остаются по другую сторону камеры. Им кажется, что сначала нужно похудеть, стать моложе, привести себя в порядок, а уже потом получить право присутствовать в собственной жизни не только воспоминаниями, но и на снимках.

Я смотрела на других женщин и нередко думала: «Повезло же кому-то». Казалось, что одним от рождения достались красивые лица, стройные фигуры, легкость и уверенность, а другим приходится мириться с менее удачным набором данных. Я замечала в окружающих то, чего не находила в себе, и почти не думала о том, что они, возможно, точно так же смотрят на кого-то другого и считают недостаточными уже себя.

Мне казалось, что у других женщин фигуры лучше, лица красивее и даже жизнь складывается счастливее. В тот период я еще не понимала, что внешняя привлекательность и внутреннее состояние далеко не всегда связаны между собой. Стройная женщина может ненавидеть свое тело, красивая — бояться старения, успешная — считать себя недостойной любви. Однако со стороны мы видим лишь ту часть человека, которую он показывает миру, а свои страхи и недостатки знаем во всех подробностях. Именно поэтому сравнение почти всегда оказывается не в нашу пользу.

Особенно тяжело мне было принять собственную фигуру. У меня довольно узкий верх, заметная талия и широкие бедра. Сейчас я могу спокойно назвать это типом фигуры и даже увидеть в нем женственность, но когда-то воспринимала свое тело как неудачную ошибку природы. Мне казалось, что бедра у меня огромные, ноги слишком тяжелые, а нижняя часть тела живет совершенно отдельно от верхней.

Я часто спрашивала себя: «Ну почему именно мне досталось такое тело?» Будто где-то при рождении существовал выбор, и все остальные получили красивые фигуры, а мне по нелепой случайности досталась та, с которой придется бороться всю жизнь.

Подбор одежды становился отдельным испытанием. Верх и низ у меня всегда были разных размеров, поэтому готовые костюмы часто сидели плохо. Если пиджак подходил по плечам и груди, то брюки оказывались малы, а если низ был впору, верх выглядел слишком свободным. Платья тоже приходилось выбирать осторожно, постоянно думая, что нужно скрыть, отвлечь или визуально уменьшить.

Некоторые вещи я даже не разрешала себе примерять. Существовало негласное правило: платье в обтяжку мне нельзя, слишком яркое тоже нежелательно, короткое подчеркнет ноги, светлое увеличит объем, а заметный фасон привлечет внимание к тому, что лучше скрывать. Я еще не успевала подойти к зеркалу, а уже знала, что именно мне не подойдет.

Так вокруг меня постепенно возникал целый мир запретов. Нельзя носить то, что нравится. Нельзя фотографироваться без подготовки. Нельзя привлекать лишнее внимание. Нельзя считать себя красивой, пока тело не станет другим. Нельзя расслабляться, потому что в любой момент кто-то может посмотреть, оценить, пошутить или напомнить, что тебе следует похудеть.

Когда женщина долго живет среди таких внутренних запретов, она перестает замечать, насколько сильно они ограничивают ее жизнь. Ей кажется, что она просто объективно оценивает свою внешность и выбирает подходящие вещи. На самом деле она каждый день подтверждает себе одно и то же убеждение: мое тело нужно прятать.

Я жила с ощущением, что со мной что-то не так, хотя не могла точно объяснить, что именно. Я не считала себя полностью некрасивой, но и не чувствовала красоты как чего-то, что принадлежит мне по праву. Она будто существовала где-то рядом, в других женщинах, а мне доставалась лишь возможность иногда выглядеть «неплохо», если удачно подобрать одежду, сделать прическу и встать под правильным углом.

Позже я вышла замуж, родила ребенка, а спустя три года развелась. В моей жизни появились взрослые заботы, ответственность и отношения, но внутреннее отношение к себе почти не изменилось. Можно стать женой и матерью, научиться решать сложные вопросы, заботиться о семье и справляться с трудностями, но продолжать смотреть на себя глазами девочки, которая когда-то решила, что недостаточно хороша.

После развода в моей жизни начались другие отношения, которые продлились семнадцать лет. Именно тогда я стала чаще слышать, что красивая. Мне говорили это не один раз, и иногда, стоя перед зеркалом, я действительно пыталась взглянуть на себя иначе.

Я рассматривала свое лицо, глаза, волосы и думала: «А может быть, правда? Может быть, я действительно красивая?»

В такие моменты внутри появлялось что-то похожее на надежду, но почти сразу просыпался другой голос. Тот самый, который формировался годами и прекрасно знал, что мне ответить. Он напоминал о весе, бедрах, неудачных фотографиях и всех прежних замечаниях. Один комплимент не мог перекричать десятилетия сомнений.

Мне было приятно слышать добрые слова, однако верить в них получалось с трудом. Я словно подозревала, что человек преувеличивает, говорит из любви или просто не замечает очевидного. Когда внутри давно живет уверенность в собственной недостаточности, даже искренний комплимент воспринимается как ошибка.

Так происходит со многими женщинами. Им говорят, что они прекрасно выглядят, а они тут же начинают спорить:

— Да что вы, я поправилась.

— Просто одежда удачная.

— Это макияж.

— На самом деле я совсем не такая.

Вместо того чтобы принять теплые слова, мы словно спешим объяснить человеку, почему он неправ. Чужая критика кажется нам честностью, а восхищение — заблуждением. Мы верим тем, кто когда-то заставил нас сомневаться в себе, и не доверяем тем, кто видит нашу красоту.

Тогда я еще не понимала, почему так происходит. Мне казалось, что дело действительно в недостатках, которые невозможно не замечать. Сегодня я знаю: проблема была не в том, что комплиментов оказалось мало, а в том, что внутри меня уже существовало устойчивое представление о себе. Пока оно не изменилось, любые добрые слова могли лишь ненадолго коснуться поверхности, но не проникали глубже.

Мне никогда не было знакомо ощущение: «Я самая красивая женщина в своем мире». Не в смысле превосходства над другими, а в том спокойном и теплом значении, когда женщина не участвует в бесконечном соревновании, потому что знает: чужая красота не отменяет ее собственной.

Я не чувствовала: «Я есть у себя, и этого достаточно». Мне казалось, что для уверенности обязательно необходимо внешнее подтверждение. Нужно, чтобы кто-то любил, выбирал, хвалил и убеждал меня в моей ценности. Но даже когда такое подтверждение появлялось, его оказывалось недостаточно, потому что внутри я продолжала с собой спорить.

Мы можем получить сотни комплиментов, но ни один не изменит наше отношение к себе, если мы каждый день повторяем обратное. Можно окружить женщину любовью, однако она все равно будет искать признаки того, что ее любят из жалости, привычки или временного увлечения, пока сама не допустит мысль, что достойна этого чувства.

Любовь другого человека способна поддержать, согреть и помочь увидеть себя иначе, но она не может навсегда заменить любовь к себе. Если внутри пусто, женщина будет постоянно просить новых доказательств, а затем сомневаться в каждом из них. Сегодня ей скажут, что она прекрасна, но уже завтра ей снова понадобится подтверждение, потому что собственный голос так и не научился произносить эти слова.

Долгое время я не знала, что можно иначе. Я не понимала, что любовь к себе — это не высокомерие, не эгоизм и не убежденность в собственном совершенстве. Мне казалось, что нужно либо быть объективной и видеть все недостатки, либо обманывать себя красивыми словами.

Только позже я поняла, что любить себя — не значит считать идеальной каждую часть своего тела. Это значит не отказываться от себя из-за того, что тело не соответствует чужому стандарту. Не унижать себя, не превращать отражение в постоянного врага и не откладывать право на счастье до лучших времен.

Любовь к себе начинается не с фразы «Во мне нет недостатков», потому что мы живые люди и у каждого есть то, что он хотел бы изменить. Она начинается с другой мысли: «Даже со всеми своими несовершенствами я не становлюсь менее достойной уважения, заботы и любви».

Хотя в те годы я еще не знала этих слов, внутри меня оставался маленький уголок, до которого не смогли добраться чужие усмешки и замечания. Была одна черта, которую я любила без сомнений и необходимости получать подтверждение.

Мне всегда нравились мои глаза.

Я смотрела на них в зеркало и не пыталась сравнить с чужими. Не думала, что они должны быть больше, меньше, ярче или другой формы. Мне нравился их цвет, выражение и то, как они менялись в зависимости от света и настроения. Это было редкое чувство спокойного согласия с собой: мои глаза красивые, и мне не нужно никого в этом убеждать.

Сейчас я думаю, что именно в этой маленькой любви уже пряталось начало моего будущего пути. Тогда я еще не могла принять тело целиком, но внутри существовала хотя бы одна точка, на которую я смотрела без критики. Один маленький островок, не затронутый сомнениями.

Иногда нам кажется, что любовь к себе должна однажды обрушиться огромной волной. Что мы проснемся утром, подойдем к зеркалу и внезапно полюбим в себе все, с чем вчера боролись. Но настоящее изменение редко происходит так.

Чаще любовь возвращается постепенно. Сначала женщина замечает одну черту, которая ей нравится. Затем учится принимать комплимент, не споря. Потом надевает вещь, которую раньше считала для себя запрещенной. Однажды позволяет сфотографировать себя и вместо привычного поиска недостатков замечает счастливые глаза. Со временем таких моментов становится больше, и они начинают складываться в новое отношение к себе.

Большая любовь иногда рождается из совсем маленького признания: «Вот это во мне красиво».

Возможно, сейчас вы тоже не готовы сказать, что любите себя полностью. Не нужно заставлять себя произносить слова, в которые вы пока не верите. Попробуйте начать с честного вопроса: что мне в себе нравится?

Не что одобряют другие люди и не за что вас когда-то хвалили. Что нравится именно вам?

Может быть, это глаза, улыбка, волосы, руки или голос. Возможно, вам нравится ваш смех, способность поддерживать людей, умение любить, чувство юмора или то, как вы продолжаете подниматься после трудностей. Любовь к себе не ограничивается отражением в зеркале, потому что женщина — это намного больше, чем ее тело.

Найдите хотя бы одну часть себя, которую вы можете принять без оговорок, и не торопитесь ее обесценивать. Не добавляйте привычное «но». Не говорите: «У меня красивые глаза, но зато слишком полное лицо». Остановитесь после первой части и позвольте добрым словам остаться без возражений.

«У меня красивые глаза».

И точка.

Возможно, именно с этого маленького признания однажды начнется нечто большее.

Сегодня, вспоминая девочку, которой я когда-то была, я понимаю: она никогда не была недостаточной. Ей просто не хватило людей, которые помогли бы увидеть себя целиком, не деля на удачные и неудачные части. Не хватило слов, которые со временем могли бы стать ее внутренней опорой.

Но прошлое невозможно переписать, зато можно изменить то, как мы разговариваем с собой сейчас. Мы можем перестать продолжать чужие насмешки и больше не делать за других их работу. Можем научиться замечать собственную красоту, не ожидая, что сначала ее подтвердит весь мир.

И прежде чем снова сказать себе, что вы недостаточно красивы, умны, стройны или хороши, остановитесь и спросите:

Кто вам это сказал?

Когда вы впервые поверили, что с вами что-то не так?

И действительно ли вы хотите продолжать смотреть на себя глазами человека, который когда-то не сумел разглядеть вашу ценность?

Возможно, вы никогда не были недостаточной.

Возможно, вы просто слишком долго принимали чужие слова за собственную правду.

Размышления: (еще раз повторим)

Знаете, что я поняла уже во взрослом возрасте?

Ни один ребенок не появляется на свет с готовым убеждением, что он недостаточно красив, недостаточно хорош или недостаточно достоин любви. Маленькая девочка не подходит к зеркалу с намерением найти в себе изъяны. Она не оценивает ширину бедер, форму живота, рост, вес или возраст. Ей не приходит в голову сравнивать себя с другими детьми и решать, кто из них имеет больше права нравиться себе.

Она просто живет в своем теле.

Смеется, когда ей весело. Танцует, когда слышит музыку. Надевает любимое платье не потому, что оно скрывает недостатки, а потому, что в нем хочется кружиться. Не думает, насколько удачно выглядит на фотографии, и не просит переснять кадр только потому, что лицо получилось немного иначе, чем ожидалось.

Ребенок еще не знает, что однажды его внешность будут оценивать. Не знает, что существуют «правильные» фигуры, подходящий вес, красивый рост и возраст, после которого женщине якобы следует становиться менее заметной. Эти правила не заложены в нас природой. Мы узнаем о них позже.

Нас этому учат.

Не всегда намеренно и не обязательно жестоко. Чаще всего — постепенно, через случайные фразы, шутки, сравнения и замечания, которым взрослые не придают особого значения.

«Тебе бы немного похудеть».

«Вот у твоей сестры фигура лучше».

«Посмотри, какая она стройная».

«Ну кто тебя такую полюбит?»

«Не позорься».

«Посмотри на других и веди себя нормально».

Иногда человек произносит эти слова мимоходом, а через несколько минут уже не помнит о них. Для ребенка же они могут стать частью представления о себе. Особенно если звучат от людей, чье мнение кажется безусловной истиной.

Когда маленькой девочке что-то говорит незнакомый человек, она может расстроиться и вскоре забыть. Но если ее внешность, ум, характер или поведение постоянно оценивают дома, эти слова начинают восприниматься иначе. Ребенок еще не умеет отделять чужое раздражение, грубость или неумение поддерживать от правды о себе.

Он не думает: «Папа говорит так, потому что сам не умеет проявлять нежность» или «Мама сравнивает меня с другими, потому что боится за мое будущее». Ребенок делает гораздо более простой и болезненный вывод:

«Значит, со мной действительно что-то не так».

Постепенно отдельные замечания превращаются в установки. Из них складывается внутренний голос, который продолжает звучать даже тогда, когда рядом уже нет тех, кто когда-то нас критиковал.

Именно это кажется мне самым страшным.

Не только то, что кто-то однажды говорил нам неприятные или жестокие вещи, а то, что спустя годы мы начинаем повторять их сами. Без напоминаний, без посторонней помощи и порой с еще большей суровостью.

Мы становимся собственными критиками.

Подходим к зеркалу не для того, чтобы посмотреть на себя, а чтобы провести очередную проверку. Первый взгляд направляем не на глаза, улыбку или выражение лица, а на живот, бедра, подбородок, морщины и все то, что привыкли считать неправильным.

Фотографируемся, а затем не замечаем ни счастливого момента, ни людей рядом, ни света в собственном взгляде. Мы увеличиваем снимок и ищем, где тело выглядит полнее, лицо старше, а поза неудачнее.

Нам говорят комплимент, а мы не принимаем его. Отшучиваемся, спорим, начинаем перечислять свои недостатки или решаем, что человек просто проявляет вежливость.

— Ты прекрасно выглядишь.

— Да что ты, я сегодня совсем ужасная.

— У тебя красивые глаза.

— Зато посмотри, какие у меня щеки.

— Тебе идет это платье.

— Оно просто удачно скрывает живот.

Мы будто не позволяем добрым словам задержаться внутри. Чужая критика может жить в нас десятилетиями, а комплимент исчезает через несколько секунд, не успев коснуться сердца.

Почему так происходит?

Потому что внутри уже существует знакомое убеждение: «Я недостаточная». Все, что его подтверждает, кажется правдой. Все, что ему противоречит, вызывает сомнение.

Если женщина долгие годы уверена, что она некрасивая, десять комплиментов не смогут мгновенно изменить ее мнение. Она найдет объяснение каждому: человек ошибся, пожалел, хотел понравиться, был неискренен или просто не рассмотрел ее достаточно внимательно.

Зато одно неосторожное замечание она примет сразу, потому что оно совпадает с тем, во что она уже верит.

Получается странная и несправедливая картина. Мы доверяем тем, кто нас ранил, и не верим тем, кто видит в нас красоту.

Но действительно ли это наше мнение о себе?

Я часто думаю: если бы на протяжении всей жизни девочке говорили, что она красивая, любимая, ценная и уникальная, смотрела бы она сегодня на себя так же сурово?

Если бы рядом с ней были взрослые, которые не сравнивали ее с другими, а помогали увидеть собственные особенности, стала бы она считать высокий рост, широкие бедра, веснушки, полноту или громкий смех недостатками?

Если бы при каждой ошибке над ней не смеялись, а спокойно объясняли, что ошибаться естественно, боялась бы она во взрослом возрасте говорить, проявляться и пробовать новое?

Если бы ей не приходилось заслуживать внимание удобством и послушанием, продолжала бы она соглашаться на отношения, в которых ее не ценят?

Скорее всего, нет.

Она могла бы не нравиться себе каждый день. Могла бы переживать из-за внешности, сомневаться и проходить через сложные периоды, потому что уверенность не означает вечного восторга от себя. Но внутри у нее оставалось бы устойчивое ощущение: со мной все в порядке, даже когда я не идеальна.

У многих из нас такого ощущения не появилось. Нам пришлось строить его уже во взрослом возрасте, разбирая по частям все, что когда-то было сказано о нас.

Именно поэтому я хочу, чтобы вы запомнили одну важную вещь:

не все мысли о себе принадлежат вам.

Некоторые из них вы когда-то услышали от родителей. Другие принесли из школы. Что-то осталось после неудачных отношений, предательства или слов человека, которому вы доверяли. Что-то пришло из фильмов, рекламы, журналов и социальных сетей.

Мы впитывали эти мысли так долго, что перестали замечать их чужое происхождение. Они звучат внутри нашим голосом, поэтому кажутся правдой. Но привычная мысль не становится истинной только потому, что мы повторяли ее много лет.

Попробуйте вспомнить, когда впервые решили, что с вами что-то не так.

Возможно, кто-то посмеялся над вашей внешностью. Кто-то сравнил вас с другой девочкой. Кто-то сказал, что вам нельзя носить определенную одежду. Кто-то заставил почувствовать, будто любовь зависит от веса, послушания, успехов или умения быть удобной.

А может быть, никто не говорил этого прямо. Вы просто видели, как взрослые обсуждают других женщин, осуждают их фигуры, возраст и одежду, и постепенно поняли, что однажды так же могут обсуждать вас.

Девочка слышит, как мама говорит о себе: «Я толстая, мне ничего не идет», — и учится рассматривать женское тело как источник постоянного недовольства. Она видит, как женщины отказываются фотографироваться, прячутся в темной одежде и ждут похудения, чтобы начать жить. Затем незаметно принимает эту модель как единственно возможную.

Мы учимся относиться к себе не только через слова, направленные лично к нам. Мы учимся, наблюдая за тем, как женщины рядом говорят о себе и друг о друге.

Поэтому путь к любви к себе требует честности. Недостаточно просто повторять перед зеркалом красивые фразы, если внутри продолжает звучать старый голос. Нужно понять, кому он принадлежит и почему мы до сих пор позволяем ему решать, как нам к себе относиться.

Если отец смеялся над вашим весом, это еще не значит, что ваше тело было смешным. Возможно, он просто не умел разговаривать иначе.

Если мужчина говорил, что никто больше вас не полюбит, это не доказательство вашей непривлекательности. Возможно, так он пытался удержать вас рядом.

Если мама сравнивала вас с более стройной подругой, это не делало подругу лучше, а вас хуже. Возможно, она сама выросла в мире сравнений и передала вам то, чему когда-то научили ее.

Понимание причин не оправдывает боль, но помогает отделить себя от чужих слов. Вы можете признать, что они повлияли на вас, не превращая их в пожизненный приговор.

Мы часто живем так, будто люди, когда-то давшие нам оценку, обладают особым правом определять нашу ценность. Но они могли ошибаться. Быть раздраженными, несчастными, неуверенными в себе или просто неспособными увидеть нас настоящими.

Почему же их случайные слова должны звучать громче нашего собственного голоса?

Наверное, потому, что свой голос мы почти не использовали.

Нас редко спрашивали, что мы думаем о себе. Нам говорили, какими нужно быть, но почти не учили прислушиваться к собственным ощущениям. Поэтому во взрослом возрасте вопрос «А что я сама о себе думаю?» может поставить в тупик.

Не что сказал отец. Не что думает бывший мужчина. Не какой размер одежды считается красивым. Не кому вы нравитесь и кто прошел мимо. А именно вы.

Что вы видите, когда убираете все чужие оценки?

Что вам нравится в своем лице?

Какие черты вы раньше считали недостатками только потому, что они отличались от чужих?

Как вы бы одевались, если бы не боялись осуждения?

Как бы фотографировались, ходили, смеялись и разговаривали, если бы не пытались постоянно соответствовать?

Возможно, ваши ответы появятся не сразу. Чужие голоса звучали много лет, а собственный только начинает возвращаться. Поначалу он может быть тихим, неуверенным и непривычным.

Но его можно услышать.

Можно научиться смотреть на себя иначе, не требуя мгновенной любви и восхищения. Можно начать с уважения, бережности и отказа от постоянных оскорблений в собственный адрес.

Если вы каждый день называете себя толстой, старой, глупой или некрасивой, остановитесь и представьте, что говорите эти слова маленькой девочке. Стали бы вы повторять их ребенку, который смотрит на вас с доверием? Стали бы указывать ей на живот, щеки, ноги и объяснять, что из-за них она не достойна красивой одежды, фотографий и любви?

Скорее всего, вы бы не смогли.

Почему же взрослая вы заслуживает меньшей доброты?

Внутри нас по-прежнему живет та девочка, которая когда-то поверила чужим словам. Она выросла, научилась справляться с трудностями, стала сильнее, но все еще ждет, что кто-то наконец встанет на ее сторону.

Этим человеком можете стать вы сами.

Не обязательно сразу верить, что вы самая красивая. Начните с того, чтобы больше не соглашаться с мыслью, будто вы недостаточная. Вспоминайте, откуда она пришла. Спрашивайте, кому принадлежит этот голос и хотите ли вы продолжать жить по его правилам.

Если убеждения были приобретены, значит, их можно изменить.

Не за один вечер и не одной аффирмацией. Новое отношение к себе формируется постепенно, так же как когда-то формировалось старое. Но теперь вы можете выбирать слова, которыми разговариваете с собой.

Вы можете перестать смотреть на себя глазами людей, которые видели только недостатки. Перестать измерять собственную ценность чужими оценками. Перестать считать каждое несовершенство доказательством того, что с вами что-то не так.

И, возможно, впервые в жизни задать себе вопрос не с осуждением, а с искренним интересом:

«А что я сама думаю о себе?»

Не торопитесь отвечать привычными фразами. Остановитесь, прислушайтесь и попробуйте отделить свой голос от всех остальных.

Возможно, под слоями критики вы обнаружите женщину, которая никогда не была недостаточной.

Она просто слишком долго верила людям, не сумевшим увидеть ее целиком.

«А что я сама думаю о себе?»

Практика

Расправь крылья №1

Напиши десять причин, почему ты считаешь себя недостаточно красивой.

А рядом напиши:

Кто мне это сказал?

Мама?

Папа?

Бывший мужчина?

Подруга?

Социальные сети?

Или это действительно мое мнение?

И в конце вопрос для заметок:

Если бы я никогда этого не слышала, считала бы я себя недостаточной сегодня?

Глава 2 Когда ты перестала любить себя?

История

Когда ты перестала любить себя?

Я долго думала над этим вопросом, пытаясь отыскать в памяти тот самый день, после которого все изменилось. Мне хотелось вспомнить конкретную минуту, случайную фразу или событие, разделившее мою жизнь на две части: на время, когда я еще принимала себя естественно, по-детски, не задумываясь о собственной внешности, и на годы, когда начала смотреть на себя с сомнением.

Но такого дня я не нашла.

Я не могу сказать, что в детстве меня постоянно обижали, унижали или преследовали насмешками. У меня нет истории о том, как одноклассники каждый день дразнили меня из-за веса, прятали мои вещи или придумывали обидные прозвища. Возможно, какие-то неприятные слова и звучали, но память не сохранила их настолько отчетливо, чтобы спустя годы я могла пересказать их дословно.

Зато я хорошо помню другое ощущение. Оно не было острым и болезненным, не заставляло меня убегать домой в слезах, но почти всегда находилось где-то рядом. Я чувствовала, что отличаюсь от других девочек.

В школе я была одной из самых высоких в классе. Толстой я тогда не была, скорее крепкой, крупной, упитанной, как часто говорили в то время. С каждым годом мое тело становилось все более женственным: округлялись формы, расширялись бедра, менялись ноги и талия. Пока некоторые мои одноклассницы еще оставались тоненькими, почти детскими, я уже выглядела значительно старше своего возраста.

Когда мне было около десяти лет, незнакомые люди могли дать мне шестнадцать. Наверное, кого-то это обрадовало бы, ведь многие девочки мечтают быстрее повзрослеть, пользоваться косметикой и казаться старше. Мне же хотелось обратного. Хотелось выглядеть на свои годы, быть маленькой, легкой и незаметной, не ловить на себе удивленные взгляды взрослых и не слышать вопросов о возрасте.

Я не понимала, почему мое тело так торопится взрослеть, когда внутри я оставалась обычным ребенком. Мне хотелось бегать, играть, смеяться, но окружающие уже смотрели на меня как на девушку, которой я еще не успела стать. Из-за высокого роста и округлых форм я выделялась даже тогда, когда совершенно не пыталась привлечь внимание.

Я замечала, что одежда сидит на мне иначе, чем на других девочках. Видела, что мои бедра шире, ноги крупнее, а фигура уже не похожа на тонкие прямые силуэты моих одноклассниц. Тогда я еще не знала словосочетания «тип фигуры», не понимала, что тела могут быть совершенно разными и что в этом нет никакой ошибки. Мне казалось, что существует некая правильная внешность, которой природа наградила других, а мне достался какой-то отдельный, не самый удачный вариант.

При этом нельзя сказать, что я была совсем незаметной для мальчиков. Некоторым я нравилась. Они могли поставить мне подножку, толкнуть, дернуть или шлепнуть, выражая внимание тем странным и неуклюжим способом, которым дети иногда показывают симпатию. Сейчас я понимаю, что они замечали меня, видели во мне девочку, которая им нравилась, но тогда это не помогало мне почувствовать себя красивой.

Я не считала себя уродливой, однако и красавицей себя не ощущала. В моем внутреннем мире будто существовало простое разделение: есть красивые девочки, а есть я. Есть тонкие, изящные фигуры, которым легко подобрать одежду, а есть моя, слишком рано ставшая взрослой. Есть те, кому повезло родиться подходящими под привычное представление о красоте, а есть те, кому приходится смиряться с тем, что досталось.

На других девочек я смотрела без злости и зависти. Мне не хотелось, чтобы они стали менее красивыми или потеряли то, что имели. Я лишь спокойно отмечала разницу между нами и почему-то принимала ее не в свою пользу. Они были худее, тоньше, миниатюрнее, а значит, как мне тогда казалось, красивее. Я была крупнее, выше и заметнее, следовательно, относилась к другой категории.

Сегодня мне хочется вернуться к той девочке и сказать ей, что она ошибалась. Не потому, что была глупой или неспособной увидеть очевидное, а потому, что никто не рассказал ей простую вещь: для того чтобы быть красивой, не нужно быть похожей на кого-то другого. Не существует единственной правильной фигуры, единственного роста, веса или набора черт лица, после которого женщина получает право нравиться себе.

Возможно, мне тогда не хватило всего нескольких слов, услышанных от близких или сказанных самой себе перед зеркалом. Не громких заявлений и не бесконечных восторгов, а спокойной уверенности:

«Со мной все в порядке».

«Я красивая».

«Мне не нужно становиться другой».

«Я могу нравиться себе уже сейчас».

Но в то время нас этому не учили.

Я росла в Советском Союзе, и те, кто застал это время, хорошо понимают, о чем я говорю. У нас не было книжных полок, заставленных литературой о принятии себя, личных границах и внутренней ценности. Не существовало социальных сетей, где можно было услышать истории женщин с разными фигурами и увидеть, что красота не ограничивается одним размером. Не было доступных подкастов, психологических блогов и бесконечного количества материалов, объясняющих, откуда берется нелюбовь к себе и как перестать жить в постоянной борьбе с собственной внешностью.

Даже детских книг, написанных специально для девочек и рассказывающих о взрослении, теле, самооценке и чувствах, почти не было. По крайней мере, в моем окружении я их не встречала. Мы взрослели, наблюдая за мамами, подругами и женщинами вокруг, собирая представления о себе из случайных замечаний и чужих реакций.

Нас учили быть скромными, воспитанными и удобными. Учили не перебивать взрослых, не спорить, не привлекать к себе лишнего внимания, не хвастаться и не думать о себе слишком много. Любоваться собой считалось едва ли не проявлением самовлюбленности. Сказать вслух «я красивая» могла только слишком смелая или нескромная девочка, которой тут же напомнили бы, что гордость не украшает человека.

Нам могли сделать замечание за громкий смех, слишком яркое платье или желание выделиться, но почти никто не учил нас говорить о себе с теплом. Никто не объяснял, что любовь к себе и высокомерие — совершенно разные вещи. Что женщина может видеть свою красоту, не обесценивая других. Что можно быть скромной и при этом не считать себя хуже окружающих. Что уверенность — это не попытка возвыситься, а спокойное знание о собственной ценности.

Поэтому многие из нас выросли, так и не научившись нравиться самим себе. Мы умели замечать, что нам не подходит, что необходимо исправить и где мы не соответствуем ожиданиям, но с трудом отвечали на простой вопрос: «Что тебе в себе нравится?»

Наверное, именно поэтому я много лет могла назвать красивыми свои глаза, но почти не находила других слов о собственной внешности. Глаза мне действительно нравились всегда. В них я не сомневалась. Они были той маленькой частью меня, которую я принимала без споров и оговорок. Но все остальное тело словно находилось за пределами моего одобрения.

Сегодня мне кажется удивительным, насколько легко ребенок делает вывод о собственной внешности, даже если никто прямо не говорит ему: «Ты некрасивая». Иногда для этого не нужны оскорбления или открытая жестокость. Достаточно постоянного отсутствия добрых слов, молчаливых сравнений и ощущения, что ты не вписываешься в привычный образ красивой девочки.

Иногда нелюбовь к себе начинается не с громкой насмешки, а с тишины.

Тебе никто не говорит, что с тобой что-то не так, но и не помогает увидеть, что с тобой все в порядке. Тебя не унижают, но и не учат принимать собственные особенности. Ты просто смотришь вокруг, замечаешь различия и самостоятельно решаешь, что другие лучше.

Я долго была уверена, что никогда себя не любила. Мне казалось, что способность относиться к себе с нежностью была мне изначально не дана, словно одни женщины рождаются уверенными, а другие с первых дней обречены сомневаться в своей красоте.

Однако однажды я поймала себя на мысли, что это неправда. Скорее всего, я просто не помню ту маленькую девочку, которая любила себя без всяких условий, потому что дети не рождаются с ощущением собственной недостаточности.

Совсем маленькая девочка не подходит к зеркалу, чтобы проверить, достаточно ли плоский у нее живот. Она не сравнивает ширину своих бедер с фигурой подруги и не думает о том, удачно ли получилась на фотографии. Ей не приходит в голову отказаться от любимого платья из-за того, что оно якобы подчеркивает недостатки.

Она надевает мамины туфли, украшает себя бусами, берет расческу вместо микрофона и устраивает концерт посреди комнаты. Она может выбрать самое яркое платье с огромным бантом, блестками и смешными оборками, потому что оно ей нравится. Она танцует, смеется, кривляется перед камерой и не рассматривает потом каждый снимок, выискивая неудачный ракурс.

Она не знает, что ей полагается стесняться своего тела. Не думает о возрасте, весе или мнении окружающих. Она существует свободно и естественно, не спрашивая разрешения быть заметной, громкой, смешной или красивой.

А затем постепенно что-то меняется.

Почти никогда это не происходит за одну ночь. Мы не просыпаемся утром с готовым решением больше себя не любить. Нелюбовь проникает внутрь медленно, собираясь из мелочей, каждая из которых сама по себе может показаться незначительной.

Кто-то сравнивает тебя с другой девочкой. Кто-то замечает, что ты поправилась. Кто-то предлагает меньше есть или больше двигаться. Кто-то смеется над твоей одеждой, походкой, голосом или манерой держаться. Кто-то говорит, что девочки не должны вести себя так громко, много говорить или привлекать внимание.

Взрослый может произнести такую фразу и через несколько минут забыть о ней, а ребенок унесет ее с собой на долгие годы. Не потому, что он слишком обидчивый, а потому, что мнение близких людей становится для него первым зеркалом. Если в этом зеркале он постоянно видит недостатки, со временем ему начинает казаться, что именно так он и выглядит.

Позже уже не нужен человек, который будет напоминать тебе о несовершенствах. Ты научишься делать это самостоятельно.

Ты встанешь перед зеркалом и прежде всего заметишь живот, бедра, ноги или морщины. Посмотришь на фотографию и вместо улыбки увидишь неудачный подбородок. Получишь комплимент и станешь искать скрытый смысл, решив, что человек просто хочет быть вежливым. Купишь красивую вещь, но не позволишь себе надеть ее, потому что сначала нужно похудеть, изменить фигуру или стать увереннее.

Чужой голос постепенно превращается в твой собственный, и наступает момент, когда ты уже не помнишь, кто первым сказал, что тебе необходимо стать другой.

Ты просто знаешь, что недостаточно хороша.

Именно тогда мы начинаем смотреть на себя чужими глазами — теми, которые быстрее замечают недостатки, чем достоинства, и всегда знают, какой женщине полагается быть. В какой-то момент мы перестаем чувствовать себя красивыми и свободными, после чего начинаем заслуживать любовь, внимание и одобрение.

Мы стараемся быть удобными, тихими, правильными, не слишком яркими и не слишком заметными. Учимся занимать меньше места, не спорить, не требовать и не говорить о своих желаниях. Подстраиваемся под чужие представления, потому что боимся: если покажем себя настоящими, нас не примут.

Так женщина постепенно теряет не только уверенность во внешности. Она теряет контакт с собой.

Ведь когда ты постоянно стараешься соответствовать, у тебя почти не остается возможности спросить: «А какая я на самом деле? Что нравится мне? Чего я хочу? Какой я вижу себя, когда никто не оценивает меня со стороны?»

Я не могу вспомнить точный момент, когда перестала воспринимать себя без осуждения. Возможно, его и не существовало. Скорее, были десятки маленьких эпизодов, после которых я все больше убеждалась, что другие девочки красивее, а мне следует привыкнуть к своей внешности как к чему-то не самому удачному.

Я считала, что есть стройные фигуры и есть моя. Есть девушки, которым идет практически любая одежда, и есть я, вынужденная учитывать слишком много особенностей. Есть те, кто может войти в комнату и сразу почувствовать себя красивой, и есть я, которой сначала нужно убедиться, что она выглядит достаточно хорошо.

Мне даже не приходило в голову спросить, почему я решила, что моя внешность хуже. Я не рассматривала возможность быть красивой со своим ростом, широкими бедрами и округлыми формами. Не знала, что женщина может не соответствовать привычному стандарту и при этом искренне нравиться себе.

Такое внутреннее разрешение появилось намного позже. Но прежде мне пришлось прожить годы, в течение которых я сравнивала себя с другими женщинами и почти всегда проигрывала это сравнение.

Мы вообще удивительно часто выбираем для сравнения то, чего у нас нет, полностью забывая о том, что есть. Женщина с прямыми волосами мечтает о кудрях, а обладательница кудрей каждое утро выпрямляет их. Высокая мечтает стать ниже, миниатюрная надевает каблуки, полная завидует худой, а худая переживает из-за отсутствия округлостей.

Мы смотрим на себя глазами человека, которому постоянно чего-то не хватает, и не замечаем, насколько жестоко с собой обращаемся.

При этом почти никто не сравнивает себя честно. Мы берем то, что считаем лучшим в другой женщине, и противопоставляем этому то, что меньше всего любим в себе. Сравниваем ее удачную фотографию со своим случайным кадром, ее уверенность — со своими страхами, ее внешность — со всеми претензиями, которые накопили к собственному телу.

Конечно, в таком соревновании невозможно победить.

Сегодня к школьным подругам, актрисам и женщинам из журналов добавились социальные сети. Мы видим тщательно выбранные фотографии, правильный свет, макияж, фильтры, удачные ракурсы и думаем, что именно так выглядит обычная жизнь. Чужая красота постепенно начинает казаться нормой, а собственная внешность — отклонением от нее.

Но норма, к которой мы пытаемся приблизиться, постоянно меняется. В одну эпоху ценятся округлые формы, в другую — болезненная худоба. Сначала женщины стараются избавиться от широких бедер, затем начинают тренироваться, чтобы сделать их более объемными. То, что вчера называли недостатком, сегодня становится модным, а завтра снова может выйти из моды.

Если строить любовь к себе на чужих стандартах, она никогда не будет устойчивой. Всегда найдется новый повод решить, что ты недостаточно хороша.

Именно поэтому так важно однажды перестать спрашивать у мира, имеешь ли ты право считать себя красивой.

Я часто думаю о том, сколько лет женщины проводят в ожидании другой версии себя. Они уверены, что начнут жить после похудения, новой прически, смены гардероба или появления любимого мужчины. Они не покупают платье, потому что надеются однажды приобрести его в меньшем размере. Избегают фотографий, чтобы не сохранять доказательства собственной «неидеальности». Отказываются от свиданий, путешествий, яркой одежды и внимания, словно счастье необходимо сначала заслужить.

Нам кажется, что жизнь подождет, пока мы станем правильными. Но она не ждет.

Она происходит сейчас, пока мы втягиваем живот перед зеркалом, отказываемся от фотографии с близкими и обещаем себе, что обязательно начнем жить позже. Дети растут, меняются города, уходят люди, заканчиваются отношения и проходят годы, которые невозможно вернуть.

Однажды можно обнаружить, что слишком долго ждала женщину, которой должна была стать, и совершенно не замечала ту, которой уже являлась.

Мне тоже казалось, что главное изменение должно произойти снаружи. Что уверенность придет после того, как изменится тело, а любовь к себе станет наградой за работу над внешностью. Но со временем я поняла: все происходит в обратном порядке.

Невозможно годами унижать себя, воевать с телом, считать его неправильным, а затем ожидать, что одна цифра на весах внезапно принесет любовь. Внешность может измениться, но внутренний голос останется прежним и обязательно найдет новый недостаток.

Можно похудеть и по-прежнему стесняться фотографироваться. Можно сменить гардероб и продолжать чувствовать себя недостаточно красивой. Можно получить десятки комплиментов, но не поверить ни одному из них, если внутри давно живет убеждение, что любовь и восхищение предназначены для кого-то другого.

Любовь к себе не появляется автоматически вместе с новым телом. Она начинается тогда, когда ты перестаешь относиться к себе как к неудачному проекту, который необходимо срочно переделать.

Это не означает, что нужно отказаться от заботы о здоровье, движении, питании или желании что-то изменить. Разница заключается в том, из какого состояния ты это делаешь. Можно заниматься телом из ненависти, ежедневно наказывая его за съеденную еду и сравнивая с чужими фигурами. А можно двигаться из любви, потому что хочется чувствовать силу, легкость, здоровье и энергию.

Внешне действия могут выглядеть одинаково, но внутри это два совершенно разных пути.

У кого-то сомнение появляется в школе после первой насмешки. У кого-то дома, где любовь сопровождалась постоянной критикой. Кто-то перестает чувствовать себя красивой после несчастной любви, измены или развода. Кто-то теряет связь с телом после родов, болезни или резкого набора веса. А кто-то годами живет не своей жизнью, выполняя чужие ожидания, пока однажды не понимает, что совсем не знает женщину, которую видит в зеркале.

Но если был путь от себя, значит, существует и путь обратно.

Любовь к себе не исчезает бесследно. Иногда она просто оказывается погребенной под слоями чужих мнений, собственных разочарований и привычки видеть в себе только то, что хотелось бы исправить. Ей не всегда нужны громкие обещания и радикальные перемены. Порой достаточно впервые за много лет посмотреть на себя не как на врага, а как на человека, который долго нуждался в поддержке.

Не требовать от себя немедленной любви, а хотя бы прекратить постоянную внутреннюю жестокость.

Не заставлять себя восхищаться отражением, если пока не получается, а начать с более простого: признать, что это тело прожило вместе с тобой всю твою жизнь. Оно взрослело, менялось, переживало боль, рожало детей, переносило усталость, продолжало нести тебя вперед даже в те дни, когда ты его ненавидела.

Возможно, возвращение к себе начинается не со слов «я идеальна», в которые трудно поверить, а с честного признания: «Я больше не хочу быть себе врагом».

Сколько лет вы пытались стать похожей на кого-то другого?

На девочку из школы, которая казалась вам красивее. На актрису из любимого фильма. На подругу с фигурой, которую вы считали идеальной. На женщину из социальных сетей, всегда улыбающуюся, ухоженную и будто бы совершенно довольную своей жизнью.

Сколько раз вы пытались изменить себя не потому, что этого хотели, а потому, что верили: тогда вас станут больше любить, чаще замечать и легче принимать? Сколько лет вы откладывали красивые вещи, фотографии, знакомства, путешествия и саму жизнь, потому что считали себя пока недостаточно достойной?

Многие женщины живут с тихой мыслью: «Вот стану другой — и тогда начну жить по-настоящему».

Я тоже долго думала, что моей задачей является превращение в кого-то более правильного. Нужно было стать худее, женственнее, увереннее, спокойнее, удобнее, успешнее. Но однажды я поняла, что моя жизнь никогда не должна была быть соревнованием с другими женщинами.

Моя задача заключалась не в том, чтобы стать похожей на одну из них. Мне нужно было познакомиться с собой, увидеть собственные особенности, перестать относиться к телу как к ошибке и научиться находить красоту в своей истории.

Мир действительно не нуждается еще в одной копии кого-то другого. В нем уже есть эта актриса, подруга, блогер или женщина из школьного класса. Но в нем существует только одна вы — с вашим ростом, голосом, характером, телом, смехом, опытом, потерями и мечтами.

Настоящая вы появляется не тогда, когда полностью избавляется от недостатков, а тогда, когда перестает прятаться и извиняться за то, что занимает место.

Можно быть высокой и не стараться казаться меньше.

Можно иметь широкие бедра и не прятать их под бесформенной одеждой. Можно громко смеяться, носить яркие вещи, говорить о своих желаниях, нравиться себе на фотографиях и не ждать разрешения окружающих.

Можно взрослеть, меняться, набирать или терять вес и при этом не отказываться от любви к себе каждый раз, когда тело перестает соответствовать очередному стандарту.

Когда я думаю о себе маленькой, мне хочется не исправить ее и не объяснить, как ей следовало выглядеть. Мне хочется обнять ее и сказать, что она не была неправильной. Ее высокий рост не был ошибкой. Рано появившиеся формы не делали ее хуже других девочек. Ее отличие не означало, что ей досталась менее красивая жизнь.

Она просто не знала того, что знаю я сейчас: собственная красота начинается не с соответствия чужим ожиданиям, а с права быть собой.

Возможно, поэтому главный вопрос этой главы заключается не только в том, когда вы перестали себя любить. Гораздо важнее спросить себя, когда вы решили, что должны стать другой, чтобы заслужить эту любовь.

Кто убедил вас, что ваша внешность нуждается в постоянном исправлении?

Чьими глазами вы смотрите на себя перед зеркалом?

Какая часть вашего отношения к телу действительно принадлежит вам, а какая сложилась из чужих замечаний, модных стандартов и многолетних сравнений?

Представьте на мгновение, что никто никогда не говорил вам, какой должна быть женщина. Нет идеальных размеров, правильного роста, подходящего возраста и списка черт, без которых невозможно считаться красивой. Вам не с кем себя сравнивать и не перед кем оправдываться.

Вы бы по-прежнему считали себя недостаточной?

Или просто жили бы в своем теле, не превращая каждое отличие в повод для осуждения?

Я не знаю, в какой именно день вы начали отдаляться от себя. Возможно, память тоже не сохранила его. Но я точно знаю, что для возвращения не нужно ждать особенного момента.

Им может стать этот день.

День, когда вы впервые допустите мысль, что с вами никогда не было ничего неправильного.

Вы просто слишком долго смотрели на себя глазами людей, которые не умели показать вам вашу красоту.

Размышления

Сколько женщин проживают годы с ощущением, что с ними что-то не так? Они могут быть умными, красивыми, добрыми, сильными, талантливыми, но все равно смотреть на себя так, будто постоянно не дотягивают до какой-то невидимой нормы. Недостаточно стройные, недостаточно женственные, недостаточно успешные, недостаточно молодые, недостаточно привлекательные.

Словно всю жизнь мы сдаем экзамен, правил которого никто толком не объяснил, а в результате снова и снова получаем одну и ту же оценку: «недостаточно».

Но кто вообще придумал эту шкалу?

Кто решил, какой должна быть женщина, чтобы иметь право считать себя красивой? Какого роста, веса и возраста она должна быть? Какой фигурой обладать, как одеваться, как говорить, насколько громко смеяться и сколько места занимать рядом с другими людьми?

Я не думала о том, что мое тело может быть красивым именно благодаря своим особенностям. Мне даже не приходило в голову, что высокий рост может выглядеть статно, широкие бедра — женственно, а заметность не обязательно означает недостаток. Я воспринимала себя словно неудачную версию женщины, которой следовало стать немного меньше, тоньше и незаметнее, чтобы наконец соответствовать.

И самое удивительное заключается в том, что никто не обязан прямо сказать девочке: «Ты некрасивая», чтобы она однажды начала так думать. Иногда достаточно молчания, отсутствия поддержки, постоянных сравнений или случайных замечаний, которые взрослые забывают почти сразу. Ребенок же может носить их в себе долгие годы, постепенно превращая чужие слова в собственное убеждение.

У каждой женщины свой путь к нелюбви к себе. У кого-то первые сомнения появляются в школе, когда одноклассники смеются над внешностью или одеждой. Кто-то начинает стесняться себя дома, где любовь постоянно соседствует с критикой. Кто-то перестает ощущать собственную красоту после неудачных отношений, измены или болезненного расставания. Для кого-то переломным моментом становятся роды, изменения тела, болезнь или резкий набор веса.

А иногда женщина теряет себя без единого громкого события. Она просто годами живет не своей жизнью, старается быть удобной, соответствовать ожиданиям, заботится обо всех, кроме себя, и однажды понимает, что совершенно не знает человека, которого видит в зеркале.

Мне кажется, многих из нас с детства учили прежде всего соответствовать. Быть скромными, воспитанными, терпеливыми и удобными. Не спорить, не привлекать к себе лишнего внимания, не говорить о себе слишком хорошо и уж точно не любоваться собственным отражением.

Я росла в то время, когда разговоров о самоценности почти не существовало. Никто не учил нас видеть свои сильные стороны, принимать особенности тела и отделять собственное мнение от чужих оценок.

Поэтому многие женщины моего поколения выросли, прекрасно умея находить в себе недостатки, но совершенно не умея отвечать на вопрос: «Что мне в себе нравится?»

Но очень редко мы останавливаемся и спрашиваем себя: «А я вообще хочу быть похожей на них? Почему я решила, что их внешность лучше моей? Почему красота другой женщины автоматически должна означать отсутствие красоты во мне?»

Чужая привлекательность не отнимает ничего у нашей собственной, однако мы часто воспринимаем ее именно так. Мы смотрим на подругу, актрису или женщину из социальных сетей и видим в ней доказательство того, что сами недостаточно хороши.

При этом сравнение почти всегда оказывается нечестным. Мы берем лучшее, что видим в другом человеке, и противопоставляем этому то, что меньше всего любим в себе. Ее удачную фотографию сравниваем со своим случайным снимком, ее уверенность — со своими страхами, а ее внешность — со всем списком претензий, которые годами предъявляли собственному телу.

Разумеется, в таком соревновании невозможно победить.

Если любовь к себе зависит от моды, она никогда не будет устойчивой. Всегда появится новый стандарт, которому мы не соответствуем, новая деталь, которую необходимо исправить, и новая женщина, рядом с которой мы снова почувствуем себя недостаточными.

Именно поэтому однажды приходится перестать спрашивать у мира разрешения считать себя красивой.

Сколько раз вы пытались похудеть не потому, что этого действительно хотели, а потому, что надеялись: тогда вас будут больше любить, чаще замечать и легче принимать?

Сколько лет вы откладывали жизнь?

Не покупали красивое платье, потому что собирались сначала похудеть. Не фотографировались, чтобы не видеть себя на снимках. Избегали свиданий, яркой одежды, путешествий и внимания, словно все это предназначалось только для вашей будущей, улучшенной версии.

Многие женщины живут с мыслью: «Вот стану другой — и тогда начну жить по-настоящему».

Тогда позволю себе надеть платье, которое нравится. Тогда начну фотографироваться. Тогда перестану прятаться. Тогда буду достойна любви. Тогда, когда изменится тело, возраст, лицо, жизнь или отношение окружающих.

Но это «тогда» постоянно отодвигается.

Мне нужно было познакомиться с собой, научиться слышать собственные желания и увидеть красоту в своих особенностях. Принять свою фигуру, рост, черты лица и историю не как препятствия на пути к «правильной» версии себя, а как части женщины, которой я уже являюсь.

Настоящая женщина появляется не тогда, когда избавляется от всех своих недостатков, а тогда, когда перестает прятаться и извиняться за то, что занимает место. Когда позволяет себе быть заметной, смеяться громко, носить то, что нравится, говорить о своих желаниях и не уменьшаться ради чужого спокойствия.

Любовь к себе вовсе не означает, что нам обязано нравиться в себе абсолютно все. Это не бесконечное восхищение отражением и не попытка убедить себя в собственной идеальности. Любить себя — значит оставаться на своей стороне даже тогда, когда тело меняется, когда не нравится фотография, когда одежда сидит не так, как хотелось бы, или когда окружающие не дают нужного одобрения.

Это способность не превращать временное недовольство в приговор всей себе.

Если был момент, когда вы начали отдаляться от себя, значит, может наступить и момент возвращения. Любовь к себе не исчезает окончательно. Иногда она просто прячется под слоями критики, стыда, обид и многолетних сравнений.

Ей не всегда нужны громкие заявления. Порой достаточно впервые за много лет посмотреть на себя не как на врага или неудачный проект, а как на человека, который нуждается в поддержке.

Возможно, вы пока не готовы встать перед зеркалом и сказать: «Я восхищаюсь собой». И это нормально. Начать можно с более простых слов:

«Со мной не нужно бороться».

«Я больше не хочу постоянно себя унижать».

«Мне не обязательно быть похожей на других».

«Я имею право относиться к себе бережно уже сейчас».

Путь к себе не всегда начинается с большой любви. Иногда сначала приходит перемирие.

И, возможно, главный вопрос этой главы звучит не только так: «Когда я перестала любить себя?»

Попробуйте спросить иначе:

Когда я решила, что должна стать другой, чтобы заслужить любовь?

Кто убедил меня, что моя внешность нуждается в постоянном исправлении?

Чьими глазами я смотрю на себя перед зеркалом?

Какая часть моего отношения к себе действительно принадлежит мне, а какая сложилась из чужих слов, стандартов и сравнений?

А теперь представьте, что никто никогда не говорил вам, какой должна быть женщина. Не существует правильного веса, роста, возраста, размера одежды и списка черт, необходимых для красоты. Вам не с кем себя сравнивать и не перед кем оправдываться.

Вы бы по-прежнему считали себя недостаточной?

Или просто были бы собой?

Возможно, вы не помните день, когда перестали себя любить. Но для возвращения к себе не требуется искать точную дату. Этим днем может стать сегодняшний.

День, когда вы впервые допустите мысль, что с вами никогда не было ничего неправильного.

Вы просто слишком долго пытались смотреть на себя чужими глазами.

Практика

Расправь крылья №2

Закрой глаза.

Вспомни себя в семь, десять или двенадцать лет.

Какая ты?

Что любишь?

О чем мечтаешь?

Когда впервые подумала, что с тобой что-то не так?

Кто был рядом?

Что тебе тогда сказали?

Какое чувство ты испытала?

Напиши письмо той маленькой девочке.

Начни со слов:

«Милая моя, я знаю, что тебе сейчас больно…»

Мои мысли

(запиши свои мыси)

Напоминание себе:

Ты не родилась с нелюбовью к себе.

Кто-то научил тебя сомневаться в себе.

Значит, ты можешь научиться любить себя снова.

Практика

Я не неправильная. Я особенная.

В детстве и юности многие из нас чувствовали себя не такими, как другие. Кто-то был выше остальных. Кто-то — полнее. Кто-то слишком тихим или, наоборот, слишком громким. Кто-то рано повзрослел, а кто-то долго чувствовал себя «гадким утенком».

Мы замечали свои отличия и почему-то решили, что именно они делают нас хуже.

Но что, если это никогда не было недостатком?

Что, если это просто ваша особенность?

Чем я отличалась от других девочек?

Запиши свои ответы

А что, если это не недостаток, а моя особенность?

Например:

Высокая → статная.

Крупные бедра → женственная фигура.

Полные щеки → мягкие черты лица.

Громкий смех → живая и эмоциональная.

Чувствительная → умею глубоко любить.

Мечтательная → богатый внутренний мир.

Упрямая → сильный характер.

Теперь напишите свои ответы:

И последний вопрос.

Если бы маленькая девочка внутри вас увидела вас сегодня, что бы она сказала?

Может быть:

«Спасибо, что ты наконец перестала считать нас неправильными.»

Или, возможно, она спросила бы:

«Почему ты столько лет пыталась стать кем-то другим?»

Напишите ей ответ.

Мы не рождаемся с мыслью, что с нами что-то не так.

Мы просто однажды начинаем сравнивать себя с другими.

Но наша задача никогда не заключалась в том, чтобы быть как все.

Наша задача — научиться быть собой и чувствовать себя красивой именно такой.

Глава 3 Жизнь, которую ты постоянно откладываешь

Долгое время мне казалось, что настоящая жизнь обязательно начнется позже. Не завтра и даже не через месяц, а в какой-то особенный день, когда все наконец встанет на свои места. Я проснусь в другом теле, с другой цифрой на весах, с большей уверенностью в себе, с достаточным количеством денег, рядом окажется подходящий человек, а обстоятельства перестанут требовать от меня терпения. Тогда я куплю красивую одежду, начну фотографироваться, позволю себе быть заметной, поеду туда, куда давно хотела, и перестану чувствовать, будто занимаю в собственной жизни слишком много места.

У этого ожидания не было конкретной даты. Я не отмечала ее в календаре и не могла точно сказать, сколько килограммов отделяет меня от счастья, какая сумма должна лежать на счете или какое событие даст мне право наконец выдохнуть. Тем не менее я жила так, словно впереди меня ждала другая, правильная версия моей судьбы, а всё происходящее сейчас было лишь черновиком. Его можно было прожить небрежно, не стараясь сохранить каждое мгновение, потому что самое важное еще не началось.

Мы часто не замечаем, как появляется эта привычка. Никто не просыпается утром с решением отложить собственную жизнь на десять или двадцать лет. Все начинается с небольших уступок. Сегодня не покупать платье, потому что сначала нужно похудеть. Не соглашаться на фотографию, потому что сейчас не лучший ракурс. Не идти на встречу, потому что нечего надеть. Не записываться на танцы, потому что тело еще недостаточно лёгкое и гибкое. Не вести блог, потому что сначала нужно стать увереннее. Не начинать учиться, потому что сейчас не хватает денег, времени или сил. Каждая такая причина кажется разумной, особенно если смотреть на нее отдельно. Однако из этих маленьких отказов постепенно складывается жизнь, в которой человек всё время готовится жить, но почти не живет.

Особенно долго я откладывала всё, что могло сделать меня заметной. Мне хотелось вести блог, говорить о том, что я пережила, делиться мыслями, снимать видео, пробовать себя в новых занятиях, но каждый раз находилась причина повременить. Я убеждала себя, что сначала должна лучше выглядеть, научиться свободнее держаться перед людьми, подобрать правильные слова и обрести ту уверенность, которая позволит не бояться чужой оценки. Мне казалось, что проявляться можно только тогда, когда ты уже не сомневаешься в себе, не волнуешься и точно знаешь, что понравишься окружающим.

Я смотрела на женщин, которые свободно говорили перед камерой, ярко одевались, запускали собственные проекты, танцевали, путешествовали и рассказывали о своей жизни, и думала, что между ними и мной существует какая-то невидимая граница. Они будто обладали особым правом быть услышанными, тогда как мне еще предстояло это право заслужить. Я не учитывала одного: возможно, они тоже когда-то боялись, смущались и сомневались, но начали раньше, чем почувствовали себя полностью готовыми.

Ожидание готовности оказалось одной из самых надёжных ловушек. Я верила, что однажды страх исчезнет сам собой, мысли станут ясными, голос перестанет дрожать, а чужое мнение утратит надо мной власть. Однако ничего из этого не происходило, пока я оставалась в стороне. Уверенность не приходила в тишине и не появлялась от долгих размышлений. Она могла родиться только после первого шага, а первый шаг я все время переносила, потому что хотела заранее получить то, что возникает лишь в процессе.

Так проходили месяцы, а иногда и годы. Идеи появлялись и забывались, желание попробовать что-то новое сталкивалось с привычным «еще рано», а место, которое я могла бы занять, занимал кто-то другой. Порой мне казалось, что другие женщины смелее, талантливее или удачливее меня. На самом деле многие из них просто не стали ждать дня, когда исчезнут все сомнения. Они начинали несовершенными, учились на ходу, ошибались, менялись и позволяли себе расти на глазах у других.

Мне же хотелось сначала стать той женщиной, которой невозможно отказать, над которой никто не усмехнется и которую не посмеют осудить. Только такой женщины не существует. Даже самых красивых обсуждают, самых уверенных критикуют, самых успешных сравнивают с другими. Невозможно подготовить себя настолько хорошо, чтобы получить защиту от чужих слов. Можно лишь решить, что право прожить собственную жизнь важнее попытки понравиться каждому.

Когда я все-таки начала делать то, что долго откладывала, ничего волшебного не произошло. Я не стала бесстрашной за один день и не перестала замечать чужие реакции. Иногда мне не нравился результат, иногда мои слова оставались без внимания, а некоторые попытки ни к чему не приводили. Но вместе с разочарованием появилось другое чувство — ощущение, что я наконец участвую в своей жизни, а не наблюдаю за ней со стороны.

Постепенно я поняла, что неудачная попытка причиняет гораздо меньше боли, чем годы, прожитые с вопросом: «А что было бы, если бы я тогда попробовала?» Ошибку можно исправить, опыт можно использовать, направление можно изменить. Невозможно изменить только то, чего ты так и не начала.

То же самое происходило с одеждой. Мне нравились платья, яркие ткани, красивые детали, женственные силуэты, но между тем, что привлекало мой взгляд, и тем, что я решалась надеть, долгое время существовала огромная пропасть. Я могла остановиться у витрины, представить себя в понравившейся вещи, а затем пройти мимо, потому что мысленно уже вынесла себе приговор: не для моей фигуры, не для моего размера, не сейчас. Иногда я обещала себе, что обязательно вернусь к таким платьям, когда похудею. И это обещание казалось почти утешением. Я не отказывалась от красоты навсегда, а всего лишь переносила ее в будущее.

Только будущее не заключает с нами договоров. Оно не обязано однажды вернуть все, от чего мы отказались сегодня. То платье продадут, магазин закроется, повод закончится, лето сменится осенью, а женщина, которая могла бы надеть его сейчас, станет старше. Возможно, она действительно похудеет. Возможно, нет. Но ни один результат не вернет ей тот вечер, на который она могла прийти красивой, нарядной и счастливой, однако предпочла остаться дома или снова выбрала вещь, в которой было удобно прятаться.

Раньше я воспринимала одежду как способ сделать тело менее заметным. Мне было важно не столько нравиться себе, сколько не привлекать лишнего внимания к тому, что я хотела скрыть. Поэтому я выбирала безопасное, привычное и нейтральное. И только значительно позже поняла: между желанием выглядеть стройнее и желанием выглядеть собой существует огромная разница. В первом случае ты все время проверяешь, насколько хорошо замаскировала себя. Во втором — спрашиваешь, что приносит тебе радость, в чём ты расправляешь плечи, как меняется твой взгляд, когда отражение наконец совпадает с внутренним ощущением женщины.

Одежда, конечно, не способна решить все проблемы. Платье не вылечит одиночество, духи не избавят от тревоги, а новая прическа не изменит обстоятельства. Но забота о себе никогда не была попыткой притвориться, что трудностей не существует. Иногда это всего лишь способ сказать себе: даже в сложный период я не перестаю быть женщиной, достойной красоты. Мне не нужно сначала заслужить ее страданиями, похудением, успехом или чьим-то выбором.

Мы откладываем себя не только из-за внешности. Слово «когда» умеет принимать разные формы.

Когда выйду замуж, тогда почувствую себя нужной.

Когда появится мужчина, тогда начну куда-нибудь ходить и путешествовать.

Когда заработаю больше, тогда позволю себе радоваться.

Когда дети вырастут, тогда займусь собой.

Когда станет спокойнее, тогда отдохну.

Когда решатся проблемы, тогда начну жить без тревоги.

На первый взгляд во всём этом есть логика. Деньги действительно дают больше возможностей, близкий человек может разделить с нами радость, а некоторые желания невозможно осуществить без времени и ресурсов. Было бы наивно утверждать обратное. Но опасность начинается там, где мы связываем с будущим не отдельную мечту, а само право чувствовать себя живыми. Мы перестаем искать доступную радость в сегодняшнем дне, потому что считаем его временным и недостаточным.

Я тоже долго верила, что сначала должны измениться обстоятельства, а уже потом изменюсь я. Мне казалось, уверенность придет вслед за похудением, спокойствие — вслед за финансовой стабильностью, а ощущение собственной ценности появится, когда кто-то выберет меня и докажет серьезность своих чувств. Я ждала внешнего события, которое наконец разрешит мне стать другой. Но время шло, одни трудности сменяли другие, и постепенно я начала замечать, что долгожданная граница все время отдаляется.

Стоило приблизиться к одной цели, как возникало новое условие. Похудеть было недостаточно — требовалось похудеть еще. Купить красивую вещь было мало — нужно было найти подходящий повод. Получить чье-то внимание оказалось недостаточно — хотелось гарантий, что оно не исчезнет. Даже хорошие перемены не приносили обещанной свободы, потому что привычка откладывать себя уже не зависела от конкретных обстоятельств. Она стала способом смотреть на жизнь.

В этом и заключается коварство ожидания: оно редко выглядит как отказ от счастья. Напротив, нам кажется, что мы стремимся к нему, готовимся и стараемся стать достойными лучшей жизни. Мы составляем планы, ставим цели и убеждаем себя, что еще немного потерпим, зато потом все будет правильно. Однако за этим «потом» легко не заметить, как проходит настоящее — не идеальное, не всегда удобное, но единственное, которое действительно принадлежит нам.

Однажды я задумалась, сколько вещей не сделала не потому, что у меня не было возможности, а потому, что я считала себя пока не готовой. Сколько раз могла выйти из дома в красивом платье, но решила, что для него нужна другая фигура. Сколько фотографий могла сохранить, если бы не рассматривала себя на каждом снимке как строгий судья. Сколько идей могла воплотить, если бы не ждала дня, когда почувствую себя полностью готовой. Сколько новых занятий могла попробовать, не дожидаясь уверенности. Сколько радости могла испытать, если бы не проверяла каждое мгновение вопросом: достаточно ли я хороша, чтобы позволить себе это сейчас?

Ответ оказался неприятным, потому что вернуть эти годы было невозможно. Нельзя снова войти в тот возраст, заново прожить конкретный праздник или оказаться рядом с ребенком именно в тот день, когда он был маленьким. Нельзя восстановить все кадры, от которых ты отвернулась, и воспользоваться возможностями, срок которых давно истек. Можно сколько угодно объяснять себе причины, но прошлое от этого не станет другим.

Сначала эта мысль причинила мне боль. Я почувствовала не только сожаление, но и злость на себя за то, что столько времени позволяла цифрам, обстоятельствам и страху управлять моими решениями. Однако постепенно поняла: сожаление имеет смысл только тогда, когда становится поворотной точкой. Я не могла вернуть то, что уже прошло, но могла перестать отдавать ожиданию следующий день, следующий год и следующую часть своей жизни.

Изменения не произошли мгновенно. Я не проснулась утром женщиной, которой все безразлично. Мне по-прежнему могли не нравиться фотографии, я могла сомневаться перед зеркалом, переживать из-за денег и бояться будущего. Разница заключалась в другом: я начала замечать момент, когда собиралась снова сказать себе «не сейчас», и спрашивать, действительно ли мне что-то мешает или я лишь повторяю старую привычку.

Иногда выяснялось, что препятствие реально. Я не могла купить все, что нравилось, поехать в каждое желанное место или одним решением убрать сложности из жизни. Но часто между мной и маленькой радостью стояли не деньги, не вес и не возраст, а внутренний запрет. Тогда я старалась сделать хотя бы один шаг вопреки ему: надеть то, что раньше считала слишком заметным, остаться в кадре, выйти на прогулку не ради количества шагов, а ради удовольствия, воспользоваться красивыми духами без особого повода, позволить себе быть нарядной в самый обычный день.

Со стороны все это могло показаться мелочами. В мире есть серьезные проблемы, и платье действительно не самое важное. Но для женщины, которая долгие годы жила так, будто ее собственные желания можно бесконечно переносить, каждая такая мелочь становилась возвращением. Я училась не ждать торжественного момента, когда начнется новая жизнь, а замечать, что она уже идет.

Постепенно изменилось и то, как меня воспринимали окружающие. Я стала чаще слышать комплименты, замечать взгляды, чувствовать себя более свободно среди людей. Но главным было не мужское внимание и не чьё-то одобрение. Важнее оказалось то, что я перестала входить в комнату с желанием стать незаметной. Я расправляла плечи не потому, что достигла идеального веса, а потому, что больше не хотела извиняться за своё присутствие.

Однажды мне сказали, что даже в обычных джинсах и футболке я держусь как королева. Раньше подобные слова показались бы мне преувеличением или попыткой сделать приятное. Теперь я услышала в них то, к чему шла намного дольше, чем к любой цифре на весах. Королевой женщину делает не дорогая одежда и не безупречное тело. Это внутреннее разрешение занимать своё место, смотреть прямо, не уменьшаться ради чужого удобства и не переносить себя в будущее.

Сегодня я уже не верю, что сначала должна стать идеальной, а затем начать жить. Я знаю, что могу хотеть перемен, заботиться о здоровье, стремиться к большему доходу, мечтать о любви и одновременно не превращать настоящее в зал ожидания. Желание улучшить жизнь не требует ненавидеть ту ее часть, которая происходит сейчас.

Мы имеем право строить планы. Имеем право хотеть похудеть, заработать, встретить близкого человека, сменить работу, переехать или начать все заново. Проблема не в самом слове «когда». Проблема появляется, когда после него мы ставим собственную жизнь.

Когда похудею — тогда буду красивой.

Когда заработаю — тогда позволю себе отдыхать.

Когда меня полюбят — тогда поверю, что достойна любви.

Когда всё наладится — тогда стану счастливой.

Но жизнь редко налаживается окончательно. В ней всегда остаются нерешенные вопросы, неопределенность, страхи и задачи. Пока мы закрываем одну дверь, за другой уже возникает новая сложность. Если ждать полного порядка, можно никогда не почувствовать себя готовой.

Самая трудная правда заключается в том, что обещанное «когда-нибудь» может не наступить. Мы можем не получить именно ту жизнь, которую представляли. Не встретить человека в назначенный самим себе срок, не заработать желаемую сумму, не стать моложе и не обрести тело, которое когда-то придумали как пропуск к счастью. Но это не означает, что наша жизнь не состоялась. Она не обязана совпадать с идеальным планом, чтобы иметь ценность.

Гораздо страшнее другое: однажды достичь части желаемого и обнаружить, что годы ожидания уже невозможно вернуть. Можно купить новое платье, но нельзя снова надеть его в тот вечер, который давно закончился. Можно научиться спокойно смотреть в камеру, но невозможно сделать все пропущенные фотографии. Можно начать путешествовать, танцевать, учиться и влюбляться, но нельзя вернуться к женщине, которая столько раз хотела этого и каждый раз отвечала себе: «Позже».

Мы не обязаны жить так, словно завтра не существует. Не нужно тратить последние деньги, совершать необдуманные поступки и отказываться от ответственности ради красивого лозунга о жизни здесь и сейчас. Речь совсем не об этом. Речь о том, чтобы не откладывать себя. Даже если большая мечта пока недоступна, рядом с ней всегда существует маленький шаг, который можно сделать сегодня.

Нельзя уехать в путешествие — можно увидеть новое место в своем городе.

Нельзя полностью изменить гардероб — можно выбрать одну вещь, в которой вы нравитесь себе.

Нельзя решить все финансовые проблемы — можно перестать считать радость наградой исключительно за богатство.

Нет отношений — можно не отказываться от красивых вечеров, прогулок, цветов и впечатлений только потому, что пока не с кем их разделить.

Не хватает уверенности — можно начать действовать раньше, чем она появится.

Уверенность вообще редко приходит первой. Чаще она рождается после того, как мы делаем то, чего боялись, и понимаем, что мир не разрушился. Мы остаёмся на фотографии и видим не идеальное тело, а живой момент. Надеваем заметное платье и обнаруживаем, что людям гораздо меньше дела до наших недостатков, чем нам казалось. Приходим куда-то одни и внезапно понимаем, что одиночество и свобода — не одно и то же.

Я больше не хочу ждать женщину, которой однажды стану. У нее может быть другой вес, больше денег, новый дом и совсем иная жизнь, но она не должна получать все то, чего я лишаю себя сейчас. Настоящая Я тоже заслуживает красивого дня, фотографии, отдыха, любви, интереса к себе и права мечтать не только о будущем, но и о ближайшем вечере.

Возможно, спустя годы вы изменитесь. Станете стройнее или полнее, богаче или беднее, останетесь в прежних отношениях или начнете новые. Но женщина, которая читает эти строки сегодня, не является временной версией, которую нужно терпеть до появления лучшей. Именно она проживает вашу жизнь. Именно ее руками вы обнимаете близких, ее глазами смотрите на мир, ее голосом говорите о своих желаниях. И если вы продолжите откладывать ее, однажды окажется, что ожидали не новую жизнь, а разрешение признать ценность той, которая уже была у вас.

Я не могу вернуть себе все дни, прожитые в ожидании. Не могу заново сделать пропущенные снимки, надеть платья, мимо которых прошла, и сказать «да» возможностям, от которых отказалась. Но я могу не превращать сожаление в еще одну причину ничего не менять.

Теперь, когда внутри снова появляется знакомое: «Не сейчас, потом», — я задаю себе другой вопрос:

А что, если это «потом» никогда не наступит?

И почти сразу возникает второй, более важный:

Что из того, что я откладываю, я могу позволить себе уже сегодня?

Практика

Моя жизнь не начинается потом

Для того чтобы начать применять эту практику, нужно делать еще одну небольшую.

Каждый день. Каждое утро.

Проснулась, еще не открывая глаз обними себя за плечи, улыбнись и скажи себе - Доброе утро, моя девочка! ( можешь добавить любое слово)

Откройте блокнот и честно запишите всё, что вы давно переносите на неопределенное будущее. Не ограничивайтесь большими мечтами. Иногда больше всего о нашей жизни говорят именно небольшие желания, которые мы привыкли считать несвоевременными.

Начинайте каждую фразу одинаково:

Когда я… тогда я позволю себе…

Например:

Когда я похудею, тогда куплю платье, которое действительно нравится.

Когда начну больше зарабатывать, тогда буду иногда отдыхать без чувства вины.

Когда встречу мужчину, тогда начну путешествовать.

Когда стану увереннее, тогда заведу блог.

Когда появится свободное время, тогда займусь тем, что люблю.

Теперь перечитайте написанное и рядом с каждой фразой ответьте на три вопроса:

Что именно мешает мне сделать это сейчас?

Это реальное препятствие или привычный внутренний запрет?

Какой самый маленький шаг я могу сделать в ближайшие семь дней?

Вам не нужно немедленно исполнять все желания. Выберите одно, достаточно простое и доступное. Останьтесь на фотографии. Наденьте вещь, которую берегли для особого случая. Купите себе цветы. Пойдите одна туда, куда давно хотели. Запишитесь на пробное занятие. Опубликуйте первый текст. Разрешите себе хотя бы несколько часов не быть полезной всем вокруг.

Не ждите, пока ваша жизнь станет идеальной.

Она уже началась.

Глава 4 Зеркалоне виновато

Мне иногда кажется, что зеркало никогда не было моим врагом.

Оно ведь не умеет говорить. Не умеет осуждать, сравнивать или насмехаться. Оно всего лишь возвращает человеку его отражение — без эмоций, без оценок и без желания сделать больно.

И все же долгие годы именно его я считала виновником своих плохих дней.

Достаточно было случайно встретиться с собственным отражением, чтобы настроение незаметно изменилось. Еще минуту назад я спокойно собиралась по делам, думала о работе, строила планы, а потом поднимала глаза — и словно начинала видеть совсем другую женщину.

Не ту, которой предстояло прожить новый день.

А ту, которую необходимо было исправить.

Я никогда не задерживала взгляд на своих глазах. Не замечала выражения лица, не видела улыбки, которая иногда появлялась совершенно неожиданно, не обращала внимания на то, как красиво солнечный свет ложился на волосы. Все это словно переставало существовать в ту секунду, когда взгляд цеплялся за то, что, как мне казалось, требовало изменений.

Я привычно отмечала бедра, которые хотелось сделать меньше, живот, который снова казался слишком заметным, лицо, выглядевшее усталым, кожу, волосы, одежду. Каждый раз находилась какая-нибудь новая причина быть собой недовольной, и постепенно это стало настолько естественным, что я перестала замечать сам разговор, который ежедневно происходил внутри меня.

Лишь спустя годы я поняла, что зеркало ничего этого не говорило. Оно никогда не произносило: «Ты недостаточно красива». Не убеждало меня, что я слишком полная.

Не заставляло стыдиться собственного тела. Все эти слова уже жили во мне самой.

Именно я смотрела на свое отражение через множество старых убеждений, накопившихся за долгие годы. Они были похожи на стекло с едва заметными царапинами. Если смотреть сквозь него слишком долго, начинаешь думать, что и весь мир вокруг состоит из трещин, хотя на самом деле повреждено только стекло.

Наше сознание устроено удивительно. Оно почти всегда находит то, что привыкло искать.

Мы редко понимаем, что отражение остается одним и тем же. Меняется лишь взгляд, которым мы на него смотрим. Наверное, именно поэтому мне так трудно было принимать комплименты.

Иногда кто-нибудь совершенно искренне говорил:

— Какая ты сегодня красивая.

Я улыбалась, благодарила, но уже через несколько минут, оставшись одна, подходила к зеркалу с почти детским любопытством.

Мне хотелось понять, что именно увидел этот человек.

Я внимательно всматривалась в свое лицо, словно искала незнакомку, о которой только что говорили.

Но вместо нее снова находила привычный список недостатков.

«Здесь надо похудеть.»

«Здесь слишком заметно.»

«Наверное, человек просто хотел сделать приятное.»

«Он не обратил внимания.»

Сегодня мне даже немного грустно вспоминать те минуты. Ведь тогда я спорила вовсе не с человеком, который сделал мне комплимент.

Я спорила с собой.

Где-то глубоко внутри уже давно поселился другой голос — тихий, спокойный и очень убедительный. Он не повышал тон, не обвинял и не кричал. Ему это было не нужно. За долгие годы я настолько привыкла к нему, что начала принимать его слова за собственные мысли.

Он всегда находил объяснение любому хорошему отношению.

«Не обольщайся.»

«Это просто вежливость.»

«Он тебя плохо рассмотрел.»

«Если бы ты была стройнее…»

«Если бы выглядела моложе…»

«Если бы…»

У этого «если бы» никогда не было конца.

Стоило исчезнуть одной причине для недовольства собой, как тут же находилась следующая. Казалось, еще немного — и я наконец стану той женщиной, которой можно будет нравиться себе. Но это «немного» все время отодвигалось дальше, потому что внутреннему критику совершенно не нужна была моя уверенность. Его существование держалось именно на постоянном ощущении недостаточности.

Я долго не понимала, почему так происходит.

Почему одно случайное замечание, услышанное много лет назад, может жить внутри человека десятилетиями, а искренние слова восхищения исчезают почти сразу.

Наверное, потому, что плохому мы верим гораздо охотнее. Оно удивительно легко совпадает с тем, чего мы сами боимся. Комплимент заставляет задуматься. Критика подтверждает уже знакомую историю.

Именно поэтому внутренний голос так редко бывает добрым. Мы годами учим его замечать недостатки, даже не подозревая, что однажды он станет говорить вместо нас.

Однажды утром я, как обычно, остановилась перед зеркалом и неожиданно поймала себя на простой мысли. За последние несколько минут я не сказала себе ничего хорошего. Ни одного доброго слова. Ни одного теплого взгляда. Я словно проводила ежедневную проверку, во время которой искала все, что необходимо исправить, прежде чем разрешить себе быть довольной собой.

И вдруг мне стало страшно.

Я представила маленькую девочку, которая стоит рядом и внимательно слушает каждую мою фразу.

Неважно, моя это дочь или чей-то другой ребенок. Просто девочка, которая только начинает узнавать мир и еще верит взрослым.

Что бы она услышала?

Что женщина должна постоянно быть недовольна собой. Что красивой можно стать только после бесконечных изменений. Что тело — это вечный повод для претензий. Что каждое утро нужно начинать с поиска недостатков. Я попыталась представить, что говорю эти слова ей. Что рассматриваю ее с такой же беспощадностью. Что советую прятать бедра. Стыдиться живота. Ждать лучшей версии себя. От одной этой мысли стало больно.

Я никогда не позволила бы себе разговаривать так с человеком, которого люблю. Я бы поддержала. Обняла. Нашла слова, после которых захотелось бы улыбнуться.

Но почему же столько лет я считала нормальным говорить подобное себе? Ответ оказался одновременно простым и очень горьким.

Я привыкла.

Мне казалось, что именно так выглядит честность. Что любовь к себе делает человека ленивым, а строгая критика помогает становиться лучше.

Только жизнь постепенно доказала обратное. За все годы постоянного недовольства собой я так и не стала счастливее. Не научилась любить свое отражение. Не почувствовала больше уверенности. Не обрела внутреннего покоя. Я лишь создала внутри себя место, в котором было очень трудно жить.

И именно тогда до меня наконец дошла простая мысль, изменившая очень многое.

Проблема никогда не была в зеркале.

Оно всего лишь честно отражало женщину, стоящую перед ним. Все остальное рождалось уже внутри меня. Именно там появлялись оценки. Именно там обычное отражение превращалось в обвинение. Именно там я снова и снова продолжала говорить себе слова, которые когда-то услышала от других людей.

Только теперь рядом уже никого не было.

Кроме меня самой.

Размышления

Почему мы верим плохому быстрее, чем хорошему?

Иногда мне кажется, что человеческая память устроена очень несправедливо.

Стоит десяти людям сказать нам что-то хорошее, и мы искренне поблагодарим каждого, улыбнемся, почувствуем тепло, но уже через несколько часов с трудом вспомним их слова. Зато достаточно одному человеку бросить неосторожное замечание, и оно может поселиться внутри нас на долгие годы. Мы будем прокручивать его в голове, искать подтверждение, снова и снова возвращаться к нему, словно именно оно говорит правду, а все остальные ошибаются.

Я долго не могла понять, почему так происходит.

Когда мужчины начали знакомиться со мной на улице, я удивлялась больше, чем радовалась. Когда женщины говорили, что я красивая, что у меня особенная энергетика или удивительный взгляд, мне становилось приятно, но где-то глубоко внутри сразу возникало сомнение. Мне казалось, что люди просто любезны, что они чего-то не замечают или видят меня иначе, чем вижу себя я.

Когда мы много лет считаем себя недостаточно красивыми, недостаточно стройными или недостаточно достойными любви, внутри появляется устойчивая картина себя. Она становится настолько привычной, что начинает восприниматься как единственно возможная реальность. Всё, что ей противоречит, вызывает внутреннее сопротивление.

Именно поэтому комплимент не меняет жизнь за один день. Не потому, что он неискренний. А потому, что ему приходится сталкиваться с убеждениями, которые формировались годами.

Представьте себе дом, который строили двадцать или тридцать лет. Каждая услышанная когда-то фраза стала в нем отдельным кирпичом. Где-то папа неудачно пошутил о весе. Где-то брат снова сказал, что нужно худеть. Где-то кто-то сравнил с другой девочкой. Где-то вы сами решили, что недостаточно красивы.

Стена получилась прочной.

И вот однажды кто-то подходит к вам и говорит:

— Ты красивая.

Это прекрасные слова, но одного кирпича недостаточно, чтобы перестроить целый дом. Поэтому не стоит злиться на себя, если вы пока не верите хорошему. Это не значит, что с вами что-то не так. Это значит лишь одно: внутренний голос слишком долго говорил на другом языке.

Есть еще одна особенность, которую я заметила уже позже. Мы очень редко разговариваем с собой в настоящем времени. Мы почти всегда живем будущим.

«Когда похудею, тогда буду красивой.»

«Когда стану увереннее, тогда позволю себе яркую одежду.»

«Когда добьюсь успеха, тогда начну уважать себя.»

Получается, мы постоянно переносим собственную ценность вперед, словно она еще не заработана. И чем дальше мы ее отодвигаем, тем труднее становится поверить, что она вообще существует.

Но ведь никто не говорит ребенку:

«Я буду любить тебя, когда ты научишься читать.»

«Я начну тобой гордиться, когда ты перестанешь ошибаться.»

«Ты заслужишь мое тепло, когда станешь идеальным.»

Почему же мы сами ставим себе именно такие условия? Почему собственная любовь обязательно должна быть наградой за достижения?

Наверное, потому что нас этому научили.

Мы привыкли измерять себя оценками, цифрами, размерами одежды, мнением окружающих. Мы научились быть хорошими девочками, которые все время стараются соответствовать. И в какой-то момент перестали замечать, что живем так, будто постоянно сдаем экзамен.

Только экзамен этот невозможно закончить. Всегда найдется новая причина быть собой недовольной.

Похудеешь — захочется выглядеть моложе.

Помолодеешь — покажется, что недостаточно успешна.

Добьешься успеха — начнешь сравнивать себя с теми, кто добился большего.

Внутренний критик никогда не скажет:

«Теперь достаточно.»

Потому что его задача — не сделать вас счастливой. Его задача — удерживать привычную картину мира, в которой вы всегда должны стать немного лучше, прежде чем разрешите себе жить спокойно.

Я поняла это не сразу.

Понадобились годы, чтобы однажды заметить: дело не в зеркале, не в весе и даже не в возрасте.

Дело в том, что я слишком долго смотрела на себя глазами человека, который всегда ожидал большего.

Но однажды мне захотелось попробовать иначе.

Не убедить себя в том, что я идеальна.

Не запретить себе что-либо менять. А хотя бы перестать быть собственным обвинителем.

В тот день я впервые подумала: если всю жизнь я тренировала в себе привычку замечать недостатки, значит, точно так же могу научиться замечать достоинства.

Пусть не сразу. Пусть сначала это будет казаться непривычным. Пусть внутренний критик еще долго будет пытаться вернуть меня к старому сценарию.

Любая привычка становится сильной только потому, что мы повторяем ее изо дня в день.

И если я сумела столько лет ежедневно доказывать себе, что недостаточно хороша, значит, у меня хватит сил однажды каждый день напоминать себе и о другом.

О том, что моя ценность никогда не зависела от цифры на весах, возраста, размера одежды или чужого мнения.

Она была со мной всегда.

Мне просто предстояло научиться снова ее видеть.

Практика

Посмотри себе в глаза

Сегодня вам не понадобится ничего, кроме зеркала. Подойдите к нему тогда, когда дома будет тихо и вас никто не станет отвлекать. Поставьте таймер на две минуты.

И сделайте то, чего, возможно, никогда раньше не делали. Не рассматривайте волосы. Не оценивайте кожу. Не ищите морщинки. Не втягивайте живот. Не поправляйте одежду. Не улыбайтесь специально.

Просто смотрите себе в глаза.

Первые секунды покажутся странными. Захочется отвернуться.

Мозг привычно начнет искать недостатки. Каждый раз мягко возвращайте взгляд к своим глазам. А потом задайте себе всего один вопрос.

Если бы женщина, которая сейчас смотрит на меня из зеркала, была моей дочерью…

Разговаривала бы я с ней так же, как разговариваю сейчас с собой?

Если ответ «нет», значит, пришло время изменить не отражение.

А голос, которым вы разговариваете с собой.

Практика №2

Замени приговор заботой

В течение следующих семи дней попробуйте стать наблюдателем за собственными мыслями.

Не пытайтесь сразу полюбить себя.

Не заставляйте себя верить в то, во что пока не верится.

Для начала достаточно научиться замечать.

Каждый раз, когда поймаете себя на очередной критике, остановитесь. Не ругайте себя за эту мысль. Не спорьте с ней.

Просто спросите:

«Я бы сказала это человеку, которого люблю?»

Если ответ — «нет», значит, эта мысль не заслуживает того, чтобы стать вашей правдой.

Попробуйте заменить её. Не красивой фразой. Не громкой аффирмацией.

А обычной человеческой заботой.

Вместо:

«Какая я толстая.»

Скажите:

«Мое тело сейчас такое. И оно заслуживает заботы, а не ненависти.»

Вместо:

«Я ужасно выгляжу.»

Попробуйте сказать:

«Сегодня я устала. Но моя усталость не делает меня менее красивой.»

Вместо:

«Мне нельзя такое носить.»

Спросите себя:

«Кто решил, что нельзя?»

Каждый раз, когда вы меняете осуждение на заботу, внутри происходит маленькое, почти незаметное изменение.

Именно из таких изменений однажды рождается новое отношение к себе.

Слова, которые стоит говорить себе каждый день

Не спешите произносить их механически.

Новый разговор с собой

Остановитесь. Сделайте глубокий вдох. Посмотрите себе в глаза. И скажите медленно, так, словно обращаетесь к самому дорогому человеку.

Я больше не хочу быть своим врагом.

Я учусь смотреть на себя добрыми глазами.

Моё тело заслуживает уважения уже сегодня.

Я имею право быть красивой не после изменений, а сейчас.

Моя ценность никогда не зависела от цифры на весах.

Мне не нужно заслуживать любовь.

Мне не нужно быть идеальной, чтобы нравиться себе.

Каждый день я выбираю заботу вместо критики.

Я возвращаюсь к себе.

И с каждым днём чувствую себя дома внутри самой себя.