Жена лорда на замене, или Сбой в архиве душ.

Глава 1. Я не она

«…повторно обвиняется в попытке отравления своего мужа, Его Светлости герцога Рейвенхолл, сговоре с вражеским королевством и нарушении магического контракта!»

Слова бьют по сознанию, как молот по наковальне. Я до сих пор не могу до конца осознать, что это все не в шутку и происходит не во сне. Снова вспоминаю дикий визг двух женщин в странных платьях до пят и серых передниках. В их руках мокрые тряпки, вода с которых капает на мое обнаженное и оттого жутко окоченевшее тело. Голова невообразимо кружится, меня подташнивает, а во рту ощущается мерзкий привкус железа.

Несмотря на дурноту и слабость, я медленно встаю с обжигающе холодного ложа, и обе женщины, побросав мокрые тряпки и завизжав еще громче, пулей вылетают из мрачного каменного помещения.

Пошатываясь, с трудом сажусь и, придерживаясь руками за крошащийся край камня, борюсь с дурнотой. И этой борьбе совершенно отчетливо мешает приторно сладковатый, вызывающий желание задержать дыхание и бежать из этого жуткого места запах!

Тогда мне едва хватило сил дойти до дверного проёма и услышать приближающиеся взволнованные голоса, как в глазах потемнело, и очнулась я уже в другом, шикарно меблированном помещении.

Но не успела я прийти в себя и толком осмотреться, как в комнату вошли две девушки в чепцах и форме горничных и, быстро обрядив меня в некую хламиду из грубой ткани, повели по каменной лестнице на второй этаж, широкий коридор которого неожиданно оказался похож на один из залов Эрмитажа. Я встала как вкопанная, пытаясь ухватить за хвост промелькнувшую мысль, но нетерпеливый оклик заставил меня идти дальше к широко раскрытым тяжёлым резным дверям с позолотой.

И вот теперь я стою босиком на каменном полу. Ноги холодит так, что я с трудом вслушиваюсь в ту ересь, что несёт тощий пожилой мужчина с острой бородкой, как брат-близнец похожий на ещё таких же девять законников, обряженных в чёрные хламиды. Слушаю и пытаюсь разобраться в мешанине различных образов в моей голове и вспомнить. Вспомнить, кто я? Кто эти люди? И где я вообще сейчас нахожусь?

Вокруг — море лиц: придворные в парче и бархате и стражники с алебардами. Их взгляды — как иглы: кто‑то пронзает презрением, кто‑то щупает любопытством, кто‑то жалит откровенной ненавистью. Всё это до боли знакомо, но одновременно чуждо.

Перед мной — трон. На нём — мужчина с лицом, высеченным из камня. Высокие скулы, жёсткая линия подбородка, прямой аристократический нос. Его глаза — два стальных осколка льда, они впиваются в меня, словно хотят вывернуть душу наизнанку, найти там то, что я сама не могу отыскать.

— Леди Рейвенхолл, вы слышали обвинения, — он поднимает на меня суровый взгляд, а его голос режет слух, как лезвие. — Есть ли что сказать в своё оправдание?

Я пытаюсь ответить — но слова застревают в горле, будто их кто‑то держит там, не давая вырваться. В этот момент чувствую: что‑то жжёт запястье. Опускаю взгляд — на руке браслет, пульсирующий багровым светом. И в голове чужой голос, холодный, как сталь: «Не лги».

«Кто я? — мысленно кричу я. — Где я? Почему они смотрят на меня так, будто я чудовище?»

В сознании — вихрь образов, не моих, чужих. Они вспыхивают, как молнии в грозу, и тут же гаснут, оставляя после себя лишь эхо боли и страха: бал. Я кружусь в танце с этим самым мужчиной. Его рука твёрдо лежит на моей талии, а в глазах — что‑то, похожее на нежность. Но в следующий миг его взгляд меняется: в нём — лёд, подозрение, гнев. А затем новое воспоминание: крик, разрывающий ночь: «Предательница!» Я бегу по лестнице, сердце колотится о рёбра, а позади — топот, крики, звон мечей.

Я хватаюсь за голову, пытаясь ухватить хоть одну мысль, но воспоминания рассыпаются, как песок сквозь пальцы. — В чём я должна оправдываться? Напомните. Кто я? Я… я не помню… — мой голос звучит хрипло, незнакомо.

По залу прокатывается волна перешёптываний. Кто‑то фыркает, кто‑то крестится. Дама в бежевом платье громко шепчет, не скрывая презрения, но при этом с обожанием глядя на ледяного красавца: — Эйнар, она опять притворяется. Как удобно — «не помню»!

Мужчина на троне поднимается. Его плащ, чёрный, как вороново крыло, скользит по ступеням. Он подходит ближе — я чувствую запах металла и чего‑то горького, будто полыни.

— Вы — моя жена! — медленно произносит приблизившийся ко мне грозный аристократ. — Жена? — вскрикиваю я. — Но я вас не знаю! Не помню! И вообще, я не отсюда… кажется, — добавляю я тише и пытаюсь ухватиться за ускользающий образ, промелькнувший в моей памяти, но опять не успеваю.

- Принесите колбу с приготовленным ею зельем! Оно не может не признать своей хозяйки! – обернувшись, приказал мужчина, ни к кому конкретно не обращаясь, но спустя буквально минуту в зал вбегает тот самый, с козлиной бородкой, неся в руках стеклянный пузатый сосуд с узким горлышком. Сквозь его прозрачные стенки отчётливо видна странная пурпурная субстанция, она клубится и бурлит, словно ищет себе выход.

Этот козлинобородый сует в мою руку сосуд, и в холодном каменном зале повисает мёртвая тишина, но все взгляды устремляются не на меня, а на браслет на моём запястье. Он вдруг перестал пульсировать багровым светом — и вместо этого засиял чистым, ледяным голубым, а вслед за ним и жидкость в сосуде поменяла цвет, заискрившись ярким радужным сиянием.

По залу прокатился гул. Кто‑то ахнул, кто‑то принялся чертить в воздухе некие защитные символы. Дама в бежевом платье отшатнулась, будто увидела призрака.

Пожилая женщина с седыми волосами, собранными в тугой узел, с очками на цепочке, тяжело поднялась со своего места. Из карманов её просторной мантии, топорщась, торчат свитки документов, женщина извлекла один из них и дрожащими пальцами развернула.

— Замена души? — прошептала она. — Но такого не должно было произойти! Казнь приведена в исполнение без нарушений, душа не должна была успеть вернуться в тело! Или… это не она?

— Помолчите, архивариус, — оборвал её мой якобы муж. Его взгляд недоверчиво сверлил мое лицо. — Опишите свои ощущения, — обратился уже ко мне.

Я сглотнула. — Я… вижу множество обрывочных воспоминаний, но я не вижу между ними связи, словно они принадлежат разным людям. Последнее, что помню… — я замерла, задержав дыхание, боясь вспугнуть вдруг ясно появившееся воспоминание, и прошептала: — дождь, дорога, в лицо мне светят два ярких, огромных… глаза…

Архивариус сделала пометку в книге. — Классический случай переноса сознания. Судя по обрывочным воспоминаниям, душа пришла из параллельного мира. — Доказательства? — резко спросил грозный красавец. Неужели у меня и вправду такой муж?

Архивариус подошла ближе, достала из сумки хрустальный шар на серебряной цепочке. — Позвольте мне провести проверку «Созвучия душ»? – но взгляд ее направлен не на меня, на него. Похоже, здесь мое мнение ничего не значит. Женщина поднесла шар к моему лицу. Тот некоторое время оставался мутным, затем вспыхнул мягким золотистым светом — совсем не так, как ожидали присутствующие. Я успела заметить это по удивлённо вытянувшимся лицам и гулу голосов, прокатившемуся по залу. — Невозможно, Ваша Светлость, — выдохнула архивариус. — Перед казнью аура прежней Кайры была тёмно‑фиолетовой, почти чёрной. Эта же — чистая, с лёгким золотым оттенком. Она не могла совершить тех преступлений.

Герцог Эйнар Рейвенхолл! Точно, так зовут этого сурового красавца, который, ещё по совместительству, мой муж, — мелькнуло воспоминание. Моё ли? Но я сосредоточилась на том, о чём говорят эти двое. И от следующих слов всё замерло у меня внутри. — Покажите протокол казни, — холодно приказывает лорд.

Один из секретарей торопливо разворачивает свиток. Его голос дрожит: — «Кайра Вейлторн, урождённая из дома Морвейнов, казнена через магическое удушение в 23-й день месяца Серых Ветров. Аура тела зафиксирована в момент смерти как „предательская“, уровень кармы — минус 47 единиц…»

Архивариус перебивает: — Но сейчас аура этого тела — ноль целых три десятых в плюсе. Несостыковка. Система реинкарнации сработала нестандартно.

В зале повисает тишина. Кто‑то ахает, кто‑то крестится. — О чём они вообще? Какая система реинкарнации? Какое «магическое удушение»? — шепчу я. Архивариус поворачивается ко мне. В её глазах — смесь ужаса и научного любопытства. — Видите ли, леди… или кто бы вы ни были, — начинает она, — казнь была проведена против прежней души этого тела, — испуганный взгляд на моего якобы мужа. — Ритуал исполнен безупречно: аура преступницы уничтожена, тело было формально мертво и его готовили к захоронению. Но иногда, в момент перехода, когда завеса между мирами истончается, происходит… сбой.

Она делает паузу, подбирая слова. — Представьте сосуд, — продолжает архивариус. — Из него выливают жидкость (это казнь души). Но в тот же миг в сосуд вливается новая субстанция (ваша душа). Сосуд выглядит прежним, но содержимое — другое.

Герцог Рейвенхолл резко перебивает: — То есть Вы утверждаете, что моя жена мертва, а в её теле — кто‑то другой? — Технически — да, — кивает женщина. — Система «Созвучия душ» иногда выбирает не по карме, а по потенциалу. Возможно, баланс потребовал не наказания, а исправления последствий.

Эйнар медленно подходит ко мне. Его взгляд недоверчиво скользит по моему лицу, по браслету, снова по лицу. — Значит, — произносит он, растягивая слова, — казнь состоялась. Против прежней души. Но тело живо. И в нём — вы. Он делает паузу. Я чувствую, как учащается моё дыхание. — И что теперь? — спрашиваю я. — Вы убьёте меня за преступления, которых я не совершала? Мужчина усмехается — холодно, без тени юмора. — Убить дважды? — переспрашивает он. — Это было бы… непрактично. Он поворачивается к архивариусу. — Объясните суду, — требует он, — почему мы не можем просто признать эту женщину невиновной и отпустить? Архивариус бледнеет. — Потому что магия не терпит пустоты, милорд. Тело казнённой — это сосуд с печатью преступления. Если в него вселилась новая душа, система требует завершения цикла: либо искупления, либо уничтожения. Третьего не дано. — Искупления? — переспрашиваю я. — Да, — кивает архивариус. — И признайте, что это куда лучше, чем уничтожение! Поэтому вам предстоит искупление через принятие ответственности. Через исправление последствий. Через… — она бросает полный смятения взгляд на грозного господина, — брак. Магический контракт свяжет вас с Его Светлостью герцогом Рейвенхоллом. Он будет контролировать процесс, а вы — нести ответственность за то, что сделала прежняя хозяйка тела, — быстро пробормотала пожилая женщина, словно опасаясь, что её перебьют.

Муж поворачивается ко мне. Его глаза по‑прежнему холодны, но в них мелькает что‑то новое — расчётливый интерес. — Вы должны доказать свою невиновность, — произносит он медленно, — или искупить вину казненной души. А до этих пор, вы останетесь моей женой до выяснения правды.

А что будет потом? Что потом будет со мной? — мысленно воскликнула я, и мое сердце взволнованно забилось, словно только сейчас осознав, в какую историю я влипла! Но вслух произнести волнующий меня вопрос я не успела. Браслет на моём запястье вспыхнул ровным синим светом — как знак принятия магического контракта, подсказала память моего нового тела.

Мужчина сделал шаг назад, изучая меня с какой‑то новой, почти пугающей внимательностью. Его пальцы слегка дрогнули, будто он хотел коснуться браслета, но передумал.

— Отведите… леди Кайру в её покои, — приказал он стражникам. — Под усиленную охрану. Всюду сопровождать… мою супругу! – последняя фраза прозвучала с издевкой. Ведь теперь уже не только моему высокородному мужу, но и всем остальным, кто присутствовал на этом судилище, было ясно, что я — вовсе не она!

Один из стражников неожиданно схватил меня за локоть. Я вскрикнула — и в тот же миг браслет на запястье вспыхнул так ярко, что все в зале невольно зажмурились. Когда свет погас, я увидела, как лицо лорда исказилось от боли: на его ладони, протянутой в мою сторону, проступил тонкий красный узор — зеркальное отражение гравировки на моём браслете.

— Что это? — выдохнула я.

Архивариус побледнела. — Милорд… — ее голос дрожал. — Это… это связь душ. Древний механизм, который активируется лишь в исключительных случаях. Вы теперь связаны магически. Её боль — ваша боль. Её сила — ваш щит.

Мужчина сжал руку в кулак, скрывая узор. В его глазах мелькнуло что‑то, чего я не смогла распознать: гнев? страх? или… обречённость?

— Значит, — произнёс он медленно, — у нас нет выбора. Либо мы разгадаем эту загадку вместе, либо погибнем оба, — не спускать глаз с госпожи, но… исполнять все ее желания… все безобидные желания, — добавил он, усмехнувшись, и обвел тяжелым взглядом всех присутствующих.

Стражники повели меня прочь из зала. Я невольно оглянулась на герцога. Он стоял неподвижно, сжимая руку с узором, и его взгляд… он не был холодным. В нём читалось что‑то другое, почти болезненное.

У дверей я едва не столкнулась с дамой в бежевом платье. Её губы изогнулись в ядовитой улыбке, обнажая идеально белые зубы, а в глазах плескалась такая неприкрытая ненависть, что по спине пробежал холодок. «Добро пожаловать в ад, самозванка», — буквально прошипела она, когда я проходила мимо.

И в тот же миг браслет на моём запястье ощутимо нагрелся, будто подтверждая реальность ее угрозы.

Глава 2. Единственный плюс

Меня привели в роскошные покои. Двери захлопнулись за спиной с гулким грохотом, в замке провернулся ключ. За окном бушевала гроза — молнии освещали герб на стене: два переплетённых змея. Их глаза, казалось, следили за мной.

Я мельком оглядела просторную, помпезно обставленную комнату, с огромной кроватью, на деревянном возвышении, прямо посередине помещения. Надо же, как на сцене спать придется, передернула я плечами. Мне по душе была бы уютная небольшая спаленка, с кроватью, где-нибудь в дальнем углу, а еще лучше, - в нише. Так что предоставленные мне, богато меблированные апартаменты, прямо сказать, не впечатлили.

Но сейчас, важнее было совсем другое! Прежде чем я буду думать над тем, как мне жить, да и просто выпутываться из истории, в которую влипла, нужно разобраться в самой себе! Мне почему-то казалось, что как только я увижу себя в зеркале, то обязательно что-то, да вспомню. И все же, мне было страшно!

Крепко сжав кулачки, и зажмурив глаза, я подошла к большому зеркалу в резной раме. Вдох – выдох, и я быстро распахнула глаза, уставившись в свое отражение. В нем — незнакомое лицо молодой женщины, лет двадцати пяти: она среднего роста, стройная, но с мягкими, округлыми формами, длинные волосы приятного медово‑русого оттенка, свободно струятся по плечам, тонкие черты, чуть вздернутый носик, бледная кожа, большие выразительные глаза цвета лесного ореха. На запястье — тот самый браслет, к которому было столько внимания на этом жутком судилище, на нем гравировка «E & A». Еще раз мой взгляд вернулся к отражению в зеркале. Почему-то в памяти мелькнуло лицо худощавой женщины с усталыми зелеными глазами, и короткими темными волосами.

— Это не я, — прошептала, касаясь стекла. Пальцы дрожали. - Зато, красивая и … молодая. Хоть один плюс в сложившейся ситуации. Я приподняла уголки губ, пытаясь изобразить улыбку. Еще чуть по-детски пухлые щечки, задорно подмигнули мне очаровательными ямочками! - Крууто! – счастливо вздохнула я, уже вполне искренне улыбнувшись собственному отражению. Вздохнув, я обернулась, более внимательно осматривая свою шикарную тюрьму.

На столике возле кровати стоял флакон с тёмной жидкостью. Рядом — записка: «Примите перед сном. Для успокоения.». Я поднесла флакон к носу — запах горького миндаля ударил в ноздри.

Словно ядовитую змею отбросила флакон в угол. Стекло разбилось, жидкость растеклась по мраморному полу, оставляя тёмные пятна.

Наверное, там ошибка, правильно «упокоения», — невесело усмехнулась я. — Они хотят, чтобы я самоустранилась? Не выйдет!

Я начала осматривать комнату — лихорадочно, отчаянно, будто каждая секунда на счету.

Распахнула тяжелые двери в соседнее помещение, оказавшееся просторной гардеробной, внутри — платья с гербом рода Рейвенхолл: вышитые золотом змеи, обвивающие щит. Наряды шикарные, но в складках — следы спешной укладки, будто их развешивали впопыхах. Ну, впрочем, да. Если хозяйка этих нарядов умерла, то их убрали, а потом, спешно вернули на место, не успев выгладить.

В ящике стола — письма без подписей, все сожжены до половины. Края почернели, но кое‑где ещё можно разобрать обрывки фраз: «…он не знает…», «…беги, пока можешь…». Убираю их назад. Сейчас, сейчас они ничего во мне не пробудили, возможно я позже вспомню.

Я методично продолжаю обыск. Мне не известно, когда мой, якобы муж, захочет со мной побеседовать, и я должна хоть что-то найти, чтобы быть готовой к этому разговору. На стене потрет с изображением мужчины в чёрном камзоле, за ним — тайник с кольцом. Оно простое, без украшений. Когда я беру его в руки, по коже пробегает холодок. Пробую надеть — не подходит.

В этот момент за дверью слышится шорох, звуки борьбы, и шёпот: — Она не та, кем кажется. Нужно следить за ней!

Я замираю, прислушиваюсь. Шаги удаляются.

И без вас знаю, что не та, - шепчу с раздражением. В душе полный раздрай, а в голове – хаос. На адреналине перебираю чужие и ни о чем не говорящие мне вещи. Надо же, придумали! Кто-то накосячил, а мне – разгребай! Как они там сказали? Что я должна нести ответственность за то, что сделала прежняя хозяйка тела! Бред!

За окном — огненный росчерк на миг озаряет свинцово черное небо. Молния освещает герб на стене, и на мгновение мне кажется, что змеи шевелятся.

В коридоре раздаются шаги. Они замедляются у моей двери, замирают. Кто‑то стоит там. Ждёт. Наблюдает.

Я гашу свечу, усложняя невидимому шпиону его задачу, отхожу к окну. Ветер бьётся в стекло, как и моё сердце — в груди.

Внезапно браслет на запястье снова теплеет. Не пульсирует, не светится — просто становится тёплым, почти живым. Почему-то мне кажется, что это своего рода поддержка, во всяком случае, мне хочется так думать.

***

В голове царит полный кавардак, и мне очень хочется разложить все по полочкам, начиная от: «что я сегодня услышала», до «что я о себе помню», ну, и для начала, выбрать модель поведения, пока не вспомню, кем я была до своего пробуждения в местном морге.

Не раздеваясь, я легла поверх вышитого золотыми нитями покрывала шикарной кровати, и, помня о пузырьке с ядом, прихватила с собой тяжелый подсвечник в качестве оружия. Была уверена, что и глаз этой ночью не сомкну, но уснула почти сразу.

Проснулась я с рассветом, едва робкие лучи солнца упали мне на щеку, приятно согревая, и словно поглаживая. Открыв глаза, уставилась на плотную тяжелую ткань балдахина, над собой. Удивления не было. Я четко помнила вчерашний суд над моей душой, по ошибке попавшей в тело казненной преступницы. Не привычно было разделять душу и тело. Но, похоже, в этом мире это дело обычное, а посему, придется привыкать. Во всяком случае, одно я чувствовала точно, я – это не она! – С грустью осознав, что за ночь ничего не вспомнила, я с хрустом потянулась и поднялась с кровати.

Большой кувшин с водой и таз для умывания на трехногом табурете, временно смирил меня с суровой действительностью. Прохладная вода приятно освежила не только лицо, но…, и мысли. Вздрогнув, так и замерла с широко открытыми глазами. Я вспомнила!

Глава 3. Банкет на одну персону

Дверь открылась неожиданно, явив двух молоденьких служанок, испуганно на меня вылупившихся. Представляю свой видок! Лицо мокрое, как и растрёпанные волосы, его обрамляющие. Да и платье наверняка мятое. Судя по скользнувшим по мне взглядам, девицы это тоже заметили.

- Ну что смотрите? Входите, раз пришли! – пришлось мне заговорить первой, чтобы вывести девиц из ступора. – Правда, впредь не забывайте стучать, прежде чем войти!

- Простите, госпожа! – отмерла одна из них, натуральная блондинка с длинной толстой косой и голубыми глазами. Красивая! Таких прислужниц я точно бы не стала держать в своем доме. Лишний соблазн для собственного мужа. А то, что мужики все кобели, я уже успела убедиться на собственном опыте прошлой жизни.

- За что? – Я еще раз плеснула в лицо прохладной воды и, сдёрнув с крюка полотенце, от души растёрла им лицо. Кожу сразу приятно закололо, придавая мне бодрости.

- За то, что вам пришлось спать, не раздевшись! Мы вчера к вам зашли, а вы уже изволили почивать, леди Кайра. Ну, и мы не решились вас будить. Да и сейчас тихо зашли, так как еще рано, а вы никогда в этот час не встаете, просто хотели проверить, как вы. Давайте мы поможем вам переодеться, госпожа! – тут же подскочила она ко мне, словно опомнившись. Вторая же девица, настороженно на меня посматривая, просто молча подошла.

- А ты что молчишь? – обратилась я к ней. Эта была полной противоположностью первой — чернявая, чем-то напоминающая цыганку, но тоже хороша.

- Так вы, госпожа, до вашей казни еще… Ой, простите! – ойкнула блондинка, испуганно замерев и прижав ко рту ладони.

- Ничего, продолжай! – устало выдохнула я.

- Ну, тогда еще прогнали Марфу, вам не понравилось, как она вам волосы расчесывала. Вот она и опасается, что снова прогоните! – пояснила девушка, ловко расстёгивая многочисленные крючки моего балахонистого грязно-белого платья, расположенные как нельзя более неудачно — на спине! – Ой! Простите, что я напомнила… - прошептала она.

Я мысленно отметила, как зовут чернявку. Та как раз распахнула двери в соседнюю комнату, уже известной мне гардеробной.

- Какого цвета платье вы желаете надеть к завтраку? Лорд Рейвенхолл ожидает вас в малой гостиной, – потупила глаза девушка.

Я бросила взгляд на свое отражение. Только теперь, немного успокоившись, я смогла оценить свой новый облик полностью. Оставшись в одной белой нательной рубашке, разглядела свою фигуру. Вот с чем мне повезло, так это определенно с ней! Высокая грудь размера третьего, тонкая талия и крутые бедра! Ног под подолом до щиколоток видно не было, но, судя по всему, остальному, ножки тоже загляденье!

- Даже не знаю, - теряюсь я, и в моей памяти всплывает мой собственный полупустой шкаф из прошлой жизни, где сиротливо болтались три платья, две юбки и три блузки. – Давайте что-нибудь легкое и нежное, без излишеств.

Спустя минуту чернявая Марфа выносит из гардеробной воздушное облако персикового цвета.

- Что это, платье? – спрашиваю и вдруг начинаю волноваться. Как-то с опозданием до меня дошло, что сейчас мне придется встретиться один на один со «своим» грозным супругом. Умом я, конечно же, я понимаю, что ему от меня нужна какая‑то помощь, но всё равно страшно. Хуже всего то, что я не выработала линию своего поведения, и именно от этого ощущаю сильную нервозность, чувствую себя особенно уязвимой.

За такими мыслями не замечаю, как девушки уверенно и быстро наряжают меня и, усадив на удобный стул с изогнутыми ножками, ловко, в четыре руки, мастерят мне на голове нечто воздушное.

- Госпожа! Посмотрите, пожалуйста! – Блондиночка поворачивает ко мне тяжелую раму высокого зеркала.

Бросаю взгляд и недоверчиво замираю. Пожалуй, стать именно такой невероятной красавицей, и к тому же принцессой, я мечтала в далёком детстве! Медленно и громко выдыхаю, как проколотый воздушный шарик. Оказывается, разглядывая себя, я даже дыхание задержала. Девушки заговорщицки переглядываются и улыбаются. Поняли, что их работу я оценила по достоинству!

Я замерла, заворожённая отражением.

Мне еще было трудно принять свой новый облик, и все же невероятно нравилось то, что я видела в зеркале! Длинное пышное платье персикового оттенка окутывало фигуру, будто облако закатного неба: мягкий шёлк струился вдоль бёдер, а многослойная юбка, расшитая едва заметным серебристым узором, ложилась вокруг ног пышными волнами.

Я невольно провела рукой по ткани — такая нежная, чуть прохладная на ощупь. Персиковый цвет оказался удивительно к лицу: он подчёркивал золотистый оттенок моих волос, придавал коже тёплое сияние, а глаза, казалось, стали ещё ярче. Плечи были открыты, и тонкая бретелька, украшенная крошечными жемчужинами, мягко ложилась на кожу. В вырезе платья виднелась тонкая линия ключиц — изящно, но без излишней строгости.

Волосы собраны в низкий свободный пучок с эффектом «сделано наспех»: несколько прядей мягко обрамляют лицо.

«Как же это… красиво», — прошептала я, не отрывая взгляда от своего отражения. Я повернулась боком — юбка взметнулась, играя переливами света, затем я сделала осторожный шаг вперёд, чувствуя, как ткань послушно следует за каждым движением.

- Мне очень нравится! «Спасибо вам!» — прошептала я, не отрывая взгляда от отражения сказочной принцессы, словно опасаясь, что это видение сейчас исчезнет.

Девушки удивленно переглядываются.

— Это наша работа, госпожа! – Произносят они одновременно.

- Госпожа! Вам нужно поторопиться, лорд Рейвенхолл не любит ждать! – добавляет блондинка.

- Что? – Я в панике, ведь я совершенно не готова к этой встрече, но прекрасно понимаю, что отказаться нельзя, не тот случай. – Эй! Как тебя? – Ловлю взглядом суетящуюся около меня блондинку.

- Сильвия, - удивленно выдыхает она.

- Да, Сильвия, проводи меня до этого, как его там… - Выжидающе смотрю на девушку.

- До малой гостиной? – Теряется она. – Госпожа, вы что же, не помните?

- Ничего я не помню. Так проводишь?

- Конечно! Если прикажите.

- Считай, что приказала, - отвечаю я хмуро, и мне кажется, что это прозвучало грубо. Поджимаю губы, прежде чем начинаю извиняться. Не здесь, не сейчас и не в моем положении.

Меня словно резко опускают с небес на землю! Точно, сейчас я снова встречусь с тем, кто считает меня виновницей почти удавшегося на него покушения! И хотя герцог уже знает, что я не совсем его жена, а лишь заблудшая душа, случайно угодившая в тело её тело, он почему-то все же уверен, что я должна искупить чужую вину и в чем-то ему там помочь!

Но почему я? – продолжаю я возмущенно мысленный диалог. Дверь передо мной распахивается, и я снова иду по широкому коридору, который убранством своим вполне достоен шикарного музея, но эта холодная вычурная красота меня совершенно не трогает!

Я иду вслед за Сильвией. Моя походка — непривычная, уверенная, осанка идеальная, и горделиво приподнят подбородок. Сейчас не я управляю этим телом, а оно мною, будто помнит то, чего не знаю я.

Нам встречаются спешащие с деловитым видом слуги в одинаковых ливреях — бархат и сукно глубоких синих тонов, золотая нить, бегущая по швам, с гербом древнего рода Рейвенхолл на левой стороне груди: вышитые золотом змеи, обвивающие щит. В таком облачении было что‑то торжественное: слуги в ливрее выглядели почти так же дорого, как аристократы, почти не уступая им.

Куда более чинно, с важным видом, как по проспекту, по двое, трое, а то и четверо, прохаживались придворные, тихо переговариваясь между собой. Но стоило им увидеть меня, как разговоры тотчас смолкали, и любопытные взгляды буравили мою спину.

Но, видимо, бывшая хозяйка этого тела давно и надежно выработала иммунитет к подобному нездоровому вниманию, потому, хотя я и ощущала между лопаток неприятный зуд, с шага не сбилась, продолжая уверенно следовать за своей проводницей.

Передо мной два суровых стражника распахивают широкие массивные двери с той же выкрашенной золотой краской выпуклой вязью, и я попадаю в малую гостиную.

С моих губ невольно срывается удивленный свист, вслед за чем раздается грохот. Я оборачиваюсь на него. Оказывается, один из лакеев уронил супницу, и сейчас же по гостиной поплыл яркий аромат грибного супа.

- Ах ты… - злобное шипение пузатого господина, одетого наряднее прочих слуг, обрушилось на голову провинившегося. Маленькие, заплывшие жиром глазки мужчины, зло засверкали, а следом за этим этот надсмотрщик за слугами замахнулся на провинившегося парня.

Тот в страхе присел на корточки и, вжав голову в плечи, принялся суетливо собирать гущу в опустевшую, но, к счастью, уцелевшую супницу.

- А ну прекратить! – рявкнула я, и все в гостиной замерли, растерянно хлопая на меня глазами. Ну прямо как в игре: «Море волнуется раз…». Замерла и занесенная над парнем рука толстяка, в которой он еще, оказывается, держал короткий кожаный хлыст.

Я подошла к ним ближе. По сторонам сразу возбужденно зашептались, видимо, я сделала что-то не то. Впрочем, мне до этого не было никакого дела.

- За что вы хотите его ударить? – интонацией, с которой я это произнесла, можно было бы сталь резать.

- Так этот мерзавец посмел уронить супницу и оставил господина и вас, госпожа, без первого блюда! – тряся бонусными подбородками, растерянно проблеял толстяк.

- Не страшно. Еды на столе еще вон сколько! – кивнула я в сторону буквально ломящегося от наставленных на нем блюд длинного стола. По обе стороны торца стола возвышались два резных стула с высокими, величественными спинками — истинная примета аристократического дома.

Никогда не понимала этой странной традиции, заключающейся в такой далекой рассадке! Чтобы что-то сказать, приходится кричать. Дикость какая! Хотя в данный момент меня больше волновало то, что стоит на столе, так как я тут же почувствовала жуткий голод! Но для начала нужно разобраться с недавним инцидентом. Я снова повернулась к толстяку.

- Вы, конечно же, можете наказать нерадивого слугу! – медленно произнесла я, и бедняга на полу сжался еще сильнее. – Но вы вправе это сделать только в том случае… если сами безгрешны, - добавила я еще мягче. Но облеченного властью надсмотрщика за слугами это почему-то испугало. Его подбородки затряслись, а по виску скатилась крупная капля пота.

- Ну что вы, госпожа, какое наказание? Пьер сейчас же все уберет! Правда, Пьер? – от слащавого заискивающего тона толстяка у меня аж зубы заныли.

Ошарашенный неожиданной милостью паренек с готовностью закивал вихрастой головой и, подхватив супницу, поспешил на выход, видимо, за тряпкой. Более не желая тратить время, когда невероятно аппетитные ароматы буквально валили с ног, я поспешила за стол.

Герцога еще не было, но я и так безошибочно определила свое место за столом, так как стул герцога был куда больше и шикарней. Но я не гордая, мне хоть табуретку дайте, да доступ ко всему этому гастрономическому многообразию!

Усевшись на свое место, я в предвкушении потерла ручки. Желудок заворчал, требуя немедленно всего и побольше.

Ну-с, с чего начнем? – я привстала и, дотянувшись до блюда с хорошо зажаренной птицей, с хрустом лишила ее мясистой конечности. Позади меня послышались ошарашенные вздохи и шепот. Вот только мне уже было все равно, до того я была голодна.

За несколько минут я до краев наполнила свою тарелку! И, пробежав взглядом по батарее разномастных вилок, выбрала самую похожую на привычную мне в прошлой жизни.

Почти опустошив тарелку и прикрыв от удовольствия глаза, я с упоением обгладывала сочную куриную ножку, когда двери распахнулись, и, громко чеканя шаг, в гостиную вошел мой супруг.

- А мы тут плюшками балуемся! – нервно хихикнула я, не зная, какой реакции ожидать от сурового герцога за учиненный мной произвол.

Мужчина медленно окинул взглядом ополовиненный мною стол и перевел на меня ошарашенный взгляд.

- С прошлой жизни ничего не ела! – словно оправдываясь, сообщила я и пожала плечами, чувствуя, как вспотели мои ладони. И тут, как назло, из моей руки выскальзывает вилка и со звоном падает на каменный пол. – Упс! – Смущенно хихикнула я и, с зубодробительным скрежетом отодвинув тяжеленный стул, наклонилась за драпанувшим от меня столовым прибором.

Глава 4. Убийственные факты

- Моей супруге не пристало самой поднимать с пола упавшие столовые приборы! – хорошо поставленный, громкий голос моего венценосного супруга рикошетом прошелся по практически лишенному мебели просторному помещению.

Я же подцепила двумя пальцами вилку и, медленно вернувшись на свое место, подала беглянку растерявшемуся толстяку. Тот выпучил глаза, его лицо пошло красными пятнами, и он буквально шарахнулся в сторону, указав лакею забрать у меня столовый прибор.

Парень, с поклоном приняв потеряшку, тут же унесся прочь. Я подняла глаза, встретившись с тяжелым изучающим взглядом герцога Рейвенхолла. Тот уже сидел на своем, похожем на трон, кресле, и лакей важно накладывал на тарелку хозяина выбранные им кушания.

- Я вижу, вы уже и без меня с отменным аппетитом позавтракали? – уголок его рта чуть дернулся с намеком на мимолетную улыбку, но взгляд оставался серьезным.

- Вас дожидаться, мой драгоценный супруг, с голоду помрешь! – позади меня кто-то возмущенно охнул, а удивленно округлившиеся глаза лорда явно давали понять, что моя манера общения категорически отличается от принятой здесь. Поэтому я на ходу «переобулась», постаравшись исправить свою оплошность. – Я в чем-то, пожалуй, даже могу понять вашу бывшую супругу, решившуюся на столь радикальный поступок! Если у вас здесь принято морить жен голодом…, то, как у нас говорят: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих!». – Я несколько смутилась, поняв, что пример вышел так себе. – Ну, во всяком случае, что касается меня: «Сам себя не покормишь, никто не покормит!»

- О чем вы, миледи? Вы говорите загадками! – процедил брутальный красавец напротив меня и, взяв нож и вилку, принялся есть, отрезая от сочного куска стейка маленькие кусочки, изящно отправляя их в рот.

Я на мгновение зависла, вспомнив, как совсем недавно ела сама, с жадностью забрасывая в рот, словно дрова в топку, все, что у меня было на тарелке, без разбора. А про существование ножа я на тот момент даже и не вспомнила!

- О-о-о! Так вы, Ваша Светлость, видимо, не в курсе, что меня вчера не удосужились покормить! Даже стакана воды не принесли! Умерла бы я от голода, и никаких проблем, не так ли? Поэтому надо думать, что сегодня я была очень голодна, что не смогла вас дождаться! Так что в этом я своей вины не вижу! Я поела, могу я уйти?

- Нет, не можете. Повторите, миледи, что вы только что сказали? Вам вчера не принесли ужин? – мужчина медленно отложил столовые приборы и растерянно посмотрел на свою тарелку. Неужели совесть заела? Он поднял на меня потемневшие от гнева глаза. – Я обязательно разберусь с этим и накажу виновных! – торжественно пообещал он, но мне отчего-то стало нехорошо.

- Милорд, а кого именно вы накажете? – я уже жалела, что вообще подняла эту тему. Еще не хватало, чтобы из-за меня кому-то прилетело. Так себе ситуация! И так здесь на меня все волком смотрят, а тут еще и стукачкой себя покажу!

- Нет! Прошу вас, милорд! Не нужно никого наказывать! День вчера выдался такой суматошный, мой суд, то да сё! Ну не умерла же я от голода! Зато сегодня вон как с аппетитом позавтракала! – с некоторым смущением я оглядела хорошо так прореженный мною стол, где от каждого блюда было отъедено… Ну, хорошо так отъедено.

- Хорошо, как скажете! – усмехнулся мужчина и снова принялся за еду, а я поспешила отвернуться, как-то это у него слишком сексуально получалось.

Сложив ладони на коленях, я принялась теребить край скатерти, чувствуя себя до крайности неловко и все же в душе радуясь, что успела хорошо поесть до прихода герцога. Под его тяжелым пытливым взглядом я, пожалуй, и кусочка не смогла бы проглотить.

- Так может, я это… пойду? – снова попробовала я слинять, но лорд даже не удосужился мне ответить.

В это мгновение в гостиную, тяжело дыша, вошел лакей и, церемонно поклонившись, положил рядом со мной изящно завернутую в плотную белую салфетку чистую вилку.

- Да что вы, уже ни к чему! Я уже все равно поела, а если что, здесь еще вон сколько вилок! – указала я подбородком на батарею из пяти вилок разного размера и количества зубцов.

— Вот теперь я точно вижу, что вы не моя жена, - хмыкнул лорд, с убийственным изяществом объедающий куриное крылышко. – Некоторые обстоятельства на это указывают куда вернее, чем все артефакты правды вместе взятые.

- Вы о чем, милорд? – пробормотала я, удивленно воззрившись на словно из воздуха появившийся передо мной узкий поднос с тремя креманками. На одной возвышалась горка из фруктов, сливок и орехов, а в двух других явно было мороженое! Шоколадное мороженое в шариках во второй креманке и разноцветные фруктовые шарики в третьей! Как я ни была сыта, но от такого лакомства я была не в силах отказаться, тут-же позабыв, каким чудесным способом передо мной появился этот шикарный десерт!

Недолго думая, я подхватила изящную ложечку — самую первую из тех, что лежали слева, — и, блаженно прикрыв глаза, принялась дегустировать угощение.

Напротив меня многозначительно хмыкнули. Приоткрыв один глаз, я посмотрела на источник звука. Герцог, перестав есть, пристально за мной наблюдал, а на его лице застыло удовлетворенное выражение.

- Что? – смущенно фыркнула я, не прерывая начатого. Что десерт, что оба вида мороженого были просто великолепны! Я даже не могла выбрать, что мне нравится больше всего, а потому брала по ложечке поочередно от каждого лакомства.

- Да так, уже пальцев одной руки мне не хватает, чтобы фиксировать сигналы, что вы не моя жена!

- Да я в самом начале сама так сказала! Мне чужого не надо! – развела я руками, и нечаянно кусочек мороженного, сорвавшись с ложечки, попал на камзол застывшего неподалеку от стола толстяка. Тот не шевельнулся, лишь скосил глаза на появившееся на его одежде несовершенство, и его полные обвисшие щеки начали покрываться красными пятнами.

- Как я уже сказал ранее, совокупность обстоятельств подтверждает это гораздо надёжнее, нежели все имеющиеся артефакты правды.

- О чем вы, милорд? – приятная сонная нега сытости, плюс эйфория от нежданного десерта расслабили меня, и я уже гораздо спокойнее себя чувствовала в присутствии грозного супруга.

- Я слишком хорошо знал привычки и характер своей жены, чтобы даже исходя из сегодняшнего завтрака понять, что вы — точно не она!

- А что не то с завтраком? – я, снова забывшись, взмахнула руками, запустив второй снаряд на камзол нервного распорядителя банкетом.

Тот страдальчески закатил глаза, и теперь уже по красным щекам начали расползаться белые с зеленцой пятна.

- С завтраком как раз все очень даже то. Но ваше поведение… - лорд слегка нахмурился. На его переносице появилась вертикальная складка, как ни странно, делающая его по-своему привлекательным. – Ну вот смотрите! Леди Кайра никогда бы не приступила к завтраку, не дождавшись меня! Этикет, понимаете ли. Во-вторых, она приказала бы лакею наполнить тарелку, а не принялась бы обслуживать себя сама, - мужчина замолчал и многозначительно посмотрел на меня.

- Этикет, - промямлила я, гадая, сколько еще всего я успела нарушить лишь за один завтрак.

- Верно! Давайте пойдем дальше! В-третьих, даже после самого плотного завтрака у леди Кайры тарелка бы осталась практически чистой. А блюда рядом с ней нетронутыми.

Я осторожно обвела взглядом «ледовое побоище» на вверенной мне части огромного стола, считай, на моей половине.

- В-четвертых, моя жена никогда бы не подумала первой встать из-за стола, пока я не подал знак об окончании трапезы. В-пятых, леди Кайра никогда бы не полезла под стол за упавшим на пол столовым прибором, в-шестых… - лорд сделал паузу, сверкнув на меня насмешливым взглядом, а я почувствовала, что уже почти снова залезла под стол, настолько я сжалась под гнетом убийственных фактов моей полной никчёмности.

- В-шестых… моя жена очень блюла свою фигуру, отчего совершенно не прикасалась к сладкому! – мужчина расслабленно откинулся на высокую спинку кресла, и улыбнулся, словно Чеширский кот.

- Я поняла, это была проверка! – тяжело вздохнув, погрузила ложку в подтаявшее мороженое, решив всенепременно заесть сладеньким навалившуюся на меня депрессию.

- И да, и нет! Я уже до этого отчетливо понял, что вы — это не она. Но вашего отношения к сладостям я не знал, оттого и решил предложить вам десерт, чтобы получше узнать мою… новую супругу! – окончательно добил меня лорд.

- Временную супругу, - промямлила я, уже без явного удовольствия доедая мороженое.

На мое замечание мужчина ничего не ответил, лишь неопределенно пожал плечами.

- Ну и последнее…

- Что, это еще не все? – чуть не подскочила я на месте, взмахнув руками, и уже догадываясь, куда именно приземлится капля подтаявшего мороженого. Лорд с усмешкой проводил ее взглядом, но ничего не сказал. Собственно, слов было и не нужно.

- Итак, миледи, первым делом вам необходимо изучить правила придворного этикета и поведения за столом. Все же вы моя супруга… на данный момент, и, как понимаете, являетесь лицом этого замка.

Я тяжело вздохнула и, подняв умоляющий взгляд, прошептала:

- А может, я буду столоваться у себя в покоях? – и с надеждой посмотрела на суровое лицо лорда.

Глава 5. Минус на минус дает плюс

Обложившись в своей огромной кровати подушками и вазочками с фруктами, нахмурившись, гипнотизировала только что доставленный мне талмуд с описанием правил этикета.

Книженция ощутимо давила мне на колени, а я пыталась хоть примерно определить ее толщину. Выходило где-то сантиметров пятнадцать – семнадцать, да и сам размер был с хорошую энциклопедию.

Темно-коричневая, изрядно потертая кожаная обложка книги намекала о ее определенной востребованности. Крупными золотыми буквами на обложке было выведено: «Наставление об этикете».

Тяжело вздохнув, я перевернула плотную, обитую кожей обложку и начала читать:

Пункт 1. О поведении при появлении влиятельного вельможи

«- Когда лорд изволит войти в залу, всем надлежит немедленно встать и склонить голову в почтительном поклоне;

- Дамы совершают реверанс, соблюдая меру глубины в зависимости от собственного ранга;

- Говорить или двигаться до тех пор, пока влиятельный вельможа не подаст знака, строго воспрещается. Кто дерзнёт нарушить сие правило, тот подлежит выговору от церемониймейстера»;

Так, что там дальше? Ах, вот:

Пункт 2. О порядке следования в парадных покоях

«- При движении процессии по галереям и залам каждый дворянин обязан строго соблюдать очерёдность, установленную табелем о рангах;

- Первыми следуют высшие сановники и члены владетельной семьи, за ними — титулованные особы по старшинству титулов, далее — чины по должности;

- Никто не смеет обгонять идущего впереди лорда, даже если тот замедлил шаг. Обгон или попытка протиснуться ближе, считается оскорблением оного и влечёт за собой лишение привилегий».

Так, ну здесь всё интуитивно понятно! Могли бы и в двух словах написать: «Не отсвечивать!»

Но это всё не то! Меня на данный момент интересовали правила поведения за столом. Ведь, как и следовало ожидать, коварный лорд не позволил мне столоваться в собственных покоях.

- Вы, миледи, должны всегда быть на виду. Но и не забывать о главной цели вашего присутствия здесь. Вы должны быть моими глазами и ушами, дабы помочь в раскрытии гнусного заговора. Но об этом мы с вами поговорим несколько позже. Сегодня я вам позволяю отобедать в своих покоях, но рассчитываю, что к ужину вы вполне освоите основные правила этикета и не опозорите меня перед послом соседнего государства!

Поэтому я перевернула книгу и открыла ее с обратной стороны в надежде найти оглавление. И, о чудо! Уже через минуту я читала:

Пункт 30. О правилах застолья в присутствии правящей особы

«- За столом надлежит вести себя с величайшей сдержанностью:

- не поднимать шум, не смеяться громко, не стучать приборами; - есть и пить без спешки, соблюдая порядок подачи блюд; - не начинать трапезу до того, как его светлость приступит к еде».

…так, так, так. О, а это еще интересней!

В дверь постучали, и в комнату вошли мои горничные, или как тут таких девушек называют. Они принесли мне обещанный обед, на который я с большим удовольствием отвлеклась.

Мысленно повторяя прочитанные мною пункты о правилах поведения за столом, с каким-то особенным, садистским удовольствием делала всё наоборот. Таким образом проявлялось мое неприятие к жестким правилам, регламентирующим буквально каждый шаг для тех, кто волею судьбы оказался заложником этой «золотой клетки», именуемой родовым замком!

Удивившись, что поднос так быстро опустел, я с хрустом потянулась и вернулась в уютное гнездышко из подушек. С тяжелым вздохом открыла коварный талмуд и продолжила свое вынужденное обучение.

Пункт 34. О поведении дам за столом его светлости

«- Дамы обязаны соблюдать особую скромность и изящество:

- есть и пить так, чтобы не было слышно ни малейшего шума; - губы вытирать салфеткой, а не рукавом или тыльной стороной руки; - не накладывать себе слишком много еды на тарелку — мера во всём есть признак хорошего воспитания; - если блюдо не по вкусу, не выражать этого явно, а оставить почтительно, не привлекая внимания; - при питье держать чашку или бокал так, чтобы не оставлять следов помады на краю…

И так далее, и тому подобное, бла-бла-бла-бла! Я со стоном откинулась на подушки и прикрыла глаза.

Я настолько быстро окунулась во всё это, едва очнувшись в новом теле, что даже не успела испугаться, удивиться и погоревать о своей прошлой и не такой уж плохой жизни.

Хотя… Это только последний год я могла считать таковыми. В раннем детстве оставшись без родителей, прошла жесткую школу жизни в местном доме-интернате. Зато по выходу из его стен меня ожидала родительская двушка. Одна комната проходная, да и состояние, настоятельно требующее хорошего ремонта, но… Я была рада! Да что там рада? На седьмом небе от счастья! Это же целые хоромы по сравнению с общей спальней и койками в два яруса!

Устроившись на работу кассиршей, я почти всю зарплату тратила на приведение в порядок родительской квартиры, моего собственного уютного мирка! Спустя полгода я встретила ЕГО! Как мне тогда казалось, любовь всей моей жизни!

Но вдоволь насладиться семейным счастьем мне не удалось. Буквально через месяц он мне сообщил, что полюбил другую и разводится со мной! Не успев оправиться от этого удара, меня настиг еще один. Мой бывший муж попросту выставил меня за дверь собственной квартиры, ткнув мне в лицо копию Дарственной, где я собственноручно отписываю ему свое единственное жилье!

Не имея никакого опыта самостоятельной жизни, я всецело доверилась этому негодяю! И каким-то образом умудрилась подписать подсунутую им Дарственную. Денег на её обжалование в Суде у меня не было, да тогда я об этом и не подумала, а посоветоваться было не с кем!

После недели ночевок на вокзале какая-то сердобольная женщина привела меня в «Центр социальной адаптации». Там мне дали койку и небольшой шкаф для моих немногочисленных вещей, помогли снова устроиться на работу. Но в свободное время я сама стала помогать с обустройством таких же, как я, бедолаг, попавших в тяжелую жизненную ситуацию.

Так незаметно из временных клиентов этого центра я стала одним из самых ответственных и рьяных его работников, что мне даже выделили небольшую комнатушку. Мне, конечно же, советовали подать в суд на моего бывшего, а еще лучше написать в Прокуратуру за факт мошенничества. Но так как на Дарственной стояла моя собственная подпись, то факт введения в заблуждение еще нужно было доказать. А потому мне были нужны деньги на хорошего адвоката. Вот я и старалась, работала как проклятая. Половину дня на нужды центра, а половину дня на себя, откладывая деньги на его оплату.

В тот день, который обнулил все мои старания и оставил бывшего без наказания, я ехала в областной центр, чтобы забрать собранные для наших подопечных вещи. Был вечер, пошел дождь, дорога стала скользкой, и я не торопилась. Тихо играл приемник, из печки в ноги дул приятный согревающий озябшие ноги воздух.

Как говорится, ничего не предвещало беды. Когда вдруг мне в глаза ударил сноп света от фар встречной машины. Я зажмурилась и резко дала по тормозам. Последнее, что я помню, это как яркий свет сместился левее, и я увидела расфокусированный взгляд пустых, словно стеклянных глаз девушки за рулем встречной машины!

- Миледи! – я вздрогнула. Обе мои горничные, сложив руки на накрахмаленных передничках, застыли перед моей кроватью.

- Да. Вы что-то хотели? – я еще не совсем пришла в себя от воспоминаний и теперь чувствовала себя двойственно. Словно я одновременно оставалась и самой собой, недолюбленной, неуверенной в себе девушкой, но готовой бороться со всем миром против его несправедливости и защищать тех, кто еще слабее меня. Но также, я чувствовала себя очень уверенной, способной держать любой эмоциональный удар, сильной женщиной, которая знает себе цену и умеет отстаивать свои собственные интересы.

- Миледи! – снова позвала меня Сильвия. – Пора наряжаться к ужину! Совсем мало времени осталось.

- Ну, к ужину, так к ужину, - я усмехнулась, вдруг почувствовав, как обе половинки моего нового «я» слились воедино, образовав очень удачный тандем. Приподняв повыше подбородок и решительно отпихнув в сторону «Наставление об этикете», встала с кровати.

- Ну что, девочки, давайте меня наряжать!

Глава 6. Шок — это по-нашему

Горничные помогли мне облачиться в наряд для торжественного приёма. Платье из тёмно‑бирюзового бархата сидело безупречно: корсаж мягко подчёркивал талию, а слегка расклёшенные рукава открывали отделку из серебряного кружева. Пышная юбка ложилась благородными складками, а едва заметная вышивка серебряными нитями мерцала при движении.

Скромная отделка корсажа — несколько жемчужин вдоль застёжки и тонкое кружево у округлого выреза — добавила изысканности без излишеств. Поверх я накинула лёгкую накидку из прозрачного шифона с серебряной каймой: она ниспадала с плеч, не утяжеляя образ.

Волосы горничные уложили элегантно: собрали локоны на затылке в мягкий пучок, оставив несколько прядей у висков. В причёску вплели тонкую серебряную нить с крошечными жемчужинами, а у основания пучка закрепили бархатную ленту в тон платью.

Всё вместе выглядело сдержанно и изысканно! Я с удовольствием оглядела себя в зеркале и почувствовала, как мои плечи еще больше расправились, а подбородок горделиво приподнялся. Только теперь я, пожалуй, была готова согласиться с утверждением, что красивая, сшитая из дорогой ткани одежда способна придавать уверенности.

Я была вполне готова к выходу в свет, когда в дверь моих покоев постучали. Да и стук был каким-то слишком уверенным и громким. Я удивленно посмотрела на девушек, а они не менее удивленно на меня. До сих пор, кроме них, ко мне никто не наведывался.

- Войдите! – догадалась ответить я.

Дверь широко распахнулась, и на пороге застыл сам герцог собственной персоной! Он был одет в камзол из тёмно‑бордового бархата, расшитый золотыми нитями по бортам и рукавам. Под ним проглядывала белоснежная рубашка с кружевными манжетами. Высокие сапоги из мягкой чёрной кожи с небольшими шпорами подчёркивали стать и добавляли облику воинской удали.

На плечах небрежно лежал бархатный плащ с подкладкой из алого шёлка, скреплённый у ворота массивной золотой пряжкой. Перчатки из лайковой кожи мужчина держал в руке, а на поясе блестел короткий меч в инкрустированных ножнах.

Всё в его облике — от аккуратной причёски с лёгкими локонами до горделивой осанки — говорило о высоком положении и безупречном вкусе. Я невольно залюбовалась им, герцог выглядел одновременно величественно и непринуждённо.

Тем временем лорд также прошелся взглядом по моей фигуре. Сама не знаю отчего, но сердце словно замерло, а щеки ожгло смущенным румянцем. Но когда взгляд мужчины остановился на моем лице, меня будто окатило ледяной водой.

Взгляд лорда был холоден, а губы его сжались, словно он едва сдерживал готовящееся с них сорваться нелицеприятное высказывание.

- Что опять не так? – вопреки своей воле зло прошептала я, стиснув до боли кулаки. – У меня такое ощущение, что чтобы я ни сделала, вы, ваша светлость, всегда будете недовольны!

- Всегда – слишком долгий срок, - усмехнулся он, но его тяжелый взгляд продолжал меня сверлить. – Я надеюсь, что мы в самое ближайшее время разберемся с заговором, и тогда…

Герцог замолчал на половине фразы, а в его глазах, как мне показалось, промелькнуло растерянное выражение.

- Да, вы правы, ваша светлость, меня тоже некоторым образом волнует, что же будет тогда, когда…

Мы с ним оба посмотрели в сторону замерших служанок. И мне на секунду показалось, что у тех вроде бы и ушки стали больше. Наверняка сейчас понесут в народ очередную сплетню, да еще и от себя чего прибавят. Вот самый существенный минус присутствия в доме посторонних людей – никакой личной жизни!

- Девушки, вы можете быть свободны! – тихо, но твердо распорядился Его Светлость. Служанок словно ветром сдуло. Едва за ними закрылась дверь, я обернулась к мужчине.

- Ну что, теперь мы можем идти на ужин с этим, как его… послом? – озвучила я очевидное, лишь бы скрыть неловкость, какую я ощутила, оставшись с моим якобы мужем один на один.

- Прошу прощения, миледи, но сегодня ваш визит на официальный ужин отменяется, - и вот снова тот самый суровый взгляд и гневно сдвинутые брови, совсем как там, на суде!

- И чем же я снова успела перед вами провиниться? – процедила я, ощущая себя ребенком, поставленным в угол за чужую шалость.

- Ничем. Приношу вам свои извинения! Но… поймите меня правильно… сегодня за завтраком вы вели себя…

- Непосредственно! Да, у нас это так называется. А еще это называется: естественно, непринужденно, раскованно, свободно… Достаточно? – усмехнулась я, с удовольствием глядя на удивленно вытянувшееся лицо этого сноба. Неожиданно я поняла, что мне просто нравится выводить его из душевного равновесия. Хотя делать это с тем, кто может приказать тебя казнить, то же, что дергать тигра за хвост.

Герцог откашлялся, словно ему что-то попало в горло.

- У вас невероятно обширный словесный запас для женщины! – выдал он, да еще с таким видом, будто сделал невероятный комплемент!

- Ага! Что-то подобное я уже слышала: «Курица не птица, женщина не человек»! – от злости у меня аж скулы свело. – Так что там с моим поведением? Я сегодня за день проштудировала всю эту вашу большую энциклопедию об этикете. Повторить дословно не смогу, но в двух словах, пожалуйста: «Не пролей, не чавкай, улыбайся: шпаргалка для леди по выживанию за столом — как держать вилку, спину и марку одновременно».

Ошарашенное лицо лорда стало для меня чудеснейшим бальзамом для моего облитого грязью самолюбия. Надо же, меня уже, оказывается, стыдно за один стол с людьми сажать! Не очень-то и надо!

- Ну не переживайте вы так, ваша светлость! Я могу сказать и более мягко, но не менее верно: «Пособие для благородных дам: как не выглядеть голодной, держать спину прямо, вилку правильно, а улыбку лучезарно, чтобы ни одна неловкая ситуация не омрачила трапезу», - в конце я даже скромно опустила глазки долу, но не выдержала и стрельнула взглядом на лицо герцога Рейвенхолла, следя за реакцией на мою очередную дерзость.

Его отчетливо и рельефно проступившие на скулах желваки были более чем ясным ответом на мой вопрос. Перестаралась! От греха подальше я снова потупила глазки, сделав вид, что меня очень интересует маленький паучок, поспешно перебирающий лапками вдоль стены.

- И вы ничего не сделаете? – голос мужчины оказался неожиданно спокойным, но явное удивление в нем я уловила.

- Что? О чем вы? – перестав разыгрывать скромницу, я удивленно посмотрела на лорда, искренне не понимая, о чем он спрашивает.

- Ну, вы могли завизжать, залезть на кровать, на кресло, выбежать в коридор, повиснуть у меня на шее… - последний озвученный вариант показался мне самым перспективным, вот только я все никак не могла понять, о чем меня спрашивают и чего, собственно, ждут.

- А зачем? – тихо и вкрадчиво спросила я, надеясь услышать хотя бы намек.

- Ну как же? Паук! В ваших покоях паук, миледи! – удивленно выдохнул мужчина.

Я фыркнула, наклонилась, осторожно подхватила паучка пальцами и, шагнув к окну, осторожно выбросила его на шикарную клумбу с невероятно красивыми цветами.

- Все! Чтобы вы так не волновались! – довольно выдохнула я, успев снова поймать шокированное выражение лица лорда. Как говорится: «Шок – это по-нашему!» - Ваша светлость, а если мне сегодня не рады за столом, позволено ли мне будет погулять в вашем чудесном саду? Если вы переживаете, что я сбегу, то согласна и на прогулку с охраной.

- Я не думаю, что вы сумеете сбежать, даже если и захотите! – усмехнулся мужчина, и на его щеках промелькнули проказливые ямочки, смягчив его суровый и неприступный вид. – Просто вокруг замка очень высокая стена, - хмыкнул он и неожиданно добавил:

- Вы будто прочитали мои мысли, миледи! Я как раз хотел пригласить вас на ужин, и как раз в саду! Так как волей проведения нам предстоит совместно распутывать заговор против меня, то я хотел бы узнать вас немного лучше. Да и не мешало бы нам с вами кое о чем договориться.

- А вы не боитесь оставаться со мной наедине? Ведь вы же сами на суде назвали меня злодейкой! – усмехнулась я, снова подначивая мужчину. Проговорила и тут же пожалела о сказанном, так как лицо лорда стало очень серьезным, а меж бровей пролегла вертикальная складка.

- Не боюсь, миледи. Не забывайте, что там, в зале суда, ваш браслет связал нас. Так что погибну я, погибнете и вы!

- Стоп-стоп! Это еще что такое? Я здесь вообще случайно! У вас здесь сплошные заговоры, и я что, вместе с вами еще могу попасть под раздачу!? Я не согласная! Я может только новую жизнь начинаю! – вот теперь мне действительно стало не до шуток. И, похоже, если я хочу жить здесь пусть и не очень счастливо, но долго, придется серьезно поднапрячься, чтобы раскрыть заговор против! Ведь, судя по всему, у его бывшей жены в этом замке был сообщник, а иначе со смертью души виновницы покушения и расследовать стало бы нечего! Да что там был, он и сейчас здесь находится! - По моей спине пробежались колючие мурашки.

— Вот поэтому я и приставил к вам охрану, миледи! А не потому, что опасаюсь вашего побега, - спокойный и серьезный взгляд мужчины заставил меня громко сглотнуть и просто кивнуть.

Шутки в сторону, как говорится. Вот теперь я готова была не только внимательно выслушать лорда Рейвенхолла, но и активно содействовать его расследованию! Жить-то хочется!

- Ну что, идемте в сад?

Я удивленно моргнула.

- А как же ваш ужин с послом?

- Посол в придорожном трактире съел что-то не свежее, и теперь ему нехорошо. Я вызвал к нему лекаря.

- Ну если так… - но закончить фразу я не успела, так как в коридоре послышался шум, громкий топот ног и взволнованные голоса.

У моих покоев затопали, громко постучали в дверь, а когда лорд сам открыл ее, в покои, чуть ли не спотыкаясь, тяжело дыша, ввалился пожилой мужчина. Его седые волосы стояли дыбом, он испуганным взглядом впился в лорда и дрожащими побелевшими губами еле прошептал:

- Ваша светлость! Там, там… - и упал в обморок.

Глава 7. Первое знакомство

В парк я все же пошла. Но одна. Так как, когда привели в чувство высокого сухопарого старика, оказавшегося дворецким, выяснилось ужасное! Посол скоропостижно скончался! Даже мне, весьма далекой от всех этих дворцовых интриг, стало не по себе. По сути, какой бы ни была причина его смерти, этот инцидент грозил международным скандалом!

Мне даже стало жалко бедного лорда. Сначала его самого пытались отравить, к счастью, безуспешно. А теперь вот представителя соседнего государства, увы, успешно.

Извинившись и сообщив, что ему нужно срочно отлучиться по важному государственному делу, — мог бы и не объяснять, и так понятно, — лорд приказал дежурившим у моих покоев стражникам проводить меня в сад и тщательно охранять. Приказ прозвучал несколько двусмысленно, но на это никто не обратил внимания, не до того было.

Герцог Рейвенхолл в сопровождении дворецкого, трех охранников и охающего и заламывающего руки врача удалились по коридору, ведущему вглубь замка. Я же вопросительно оглядела своих сопровождающих. Один из них, четко, словно робот, сделал один шаг и коротко поклонился мне.

— Леди Рейвенхолл, я провожу вас в сад, следуйте за мной! — развернувшись на пятках, он направился в противоположную сторону.

Я, подобрав пышную юбку, важно зашагала следом, чувствуя затылком пристальные взгляды еще четырех охранников, замыкающих процессию. Мимо деловито сновали слуги, бросая на меня любопытные взгляды и тихо перешептываясь между собой. Я же делала вид, что меня вся эта суета и нездоровое любопытство нисколько не волнуют. Чтобы как-то отвлечься, я принялась разглядывать своего «проводника».

Сзади стражник смотрелся очень даже внушительно: высокий мужчина в тяжёлых доспехах казался высеченным из камня — ни единого лишнего движения, только тяжелая поступь да едва заметное покачивание широких плеч под весом снаряжения.

Спинная пластина и наплечники его доспехов тускло поблескивали в неровном свете факелов. Мы шли по тёмному коридору, озаряемому лишь их дрожащим пламенем, пока слева не проступили оконные проёмы — узкие и высокие, с закруглёнными куполами наверху, точно повторявшие изгиб сводчатого потолка.

— А я люблю военных, красивых, здоровенных… — залипнув на фактурной, впереди идущей фигуре, пробормотала я и, по всей видимости, была услышана. Мужчина сбился с шага, на мгновение остановившись, и даже чуть дернул головой, будто желая оглянуться. Но выучка перевесила любопытство, и, распрямив плечи, он зашагал дальше.

Перед нами распахнули массивные, обитые медными пластинами двери, и вот я уже на улице! Наличие длинных юбок немного охладило мое стремление резвой козочкой сбежать со ступеней. Пришлось снова подобрать пышное, но мешающее свободному передвижению великолепие и, расправив плечи, чинно спуститься по лестнице.

А дальше проводник мне уже не понадобился, я прекрасно видела, куда мне нужно идти, а потому, повернув налево, ступила на белоснежную, выложенную из гладких морских камней дорожку.

Моя охрана в количестве пяти бравых вояк послушно топала позади меня. Некоторое время у меня неприятно зудело между лопаток от их пристальных взглядов. Но потом я вспомнила, что прежнюю хозяйку этого тела они прекрасно знали, а оттого вряд ли сейчас ими движет что-то большее, чем простое чувство долга. Таким образом, договорившись со своей мнительностью, я перестала обращать внимание на сопровождающих.

Сад ожидаемо был великолепен! Да и сама погода способствовала приятной прогулке. Судя по молодой листве на деревьях, был конец весны или начало лета. Я степенно шла по дорожке, мельком оглядывая цветочные клумбы и примечая изящные скамеечки под сенью деревьев, кронам которых умелый садовник придал аккуратную форму.

Отовсюду слышался тихий разговор и смех. Проживающие в замке аристократы, по всей видимости, родственники герцога Рейвенхолла, пользуясь чудесной погодой, сменили прохладные каменные покои замка на прогулку на свежем воздухе.

Но мне, пока я не освоилась здесь, вовсе не хотелось вновь стать объектом их пристального и весьма недоброго внимания, а потому я не столько любовалась парком, сколько следила за перемещением аристократов и вовремя сворачивала с их пути. Петляющие между клумбами, цветущим кустарником и деревьями дорожки время от времени пересекались, напоминая мне зеленый лабиринт. Но с шефствующим позади меня сопровождением я не боялась заблудиться.

Единственное, что меня несколько огорчало, что с этим топающим, словно стадо слонов, и глухо бряцающим своими доспехами воинством я была здесь также «незаметна», как козочка с колокольчиком на шее. Как ни спешила я уйти с дороги любопытных придворных, меня, конечно же, замечали и тут же принимались обсуждать.

Одна только услышанная мною фраза: «Ее пускают гулять только под конвоем», уже убила все удовольствие от прогулки! Я, конечно же, не подала виду, что услышала эту брошенную противным язвительным тоном реплику, но уже решила завершить променад.

Едва я обернулась к своим сопровождающим, чтобы распорядиться проводить меня в замок, как неподалеку, за деревьями, раздался крик и истеричные ругательства молодой женщины. Незнакомка громко сыпала оскорблениями и грозилась кого-то вытолкать взашей с этой должности. Временами, видимо, когда незнакомка набирала воздуха для новой порции отборных ругательств, был слышен тихий оправдывающийся мужской голос.

Я была бы не я, чтобы не броситься на защиту более слабого! Подхватив юбки и не разбирая дороги, я очень неаристократично ломанулась напрямую между пышными кустами и вынырнула из них как раз на нужную мне ровную полянку с коротко остриженной травой.

В тени кряжистого дуба стоял изящный складной столик, покрытый еще недавно белоснежной скатертью. И то, что я увидела на нем, вряд ли планировалось именно таким образом. Скатерть была залита чем-то красным, судя по всему, компотом, так как на боку лежал пузатый кувшин. Тарелки были перевернуты, а по всему столу живописно разбросаны фрукты, маленькие бутербродики и пирожные.

Рядом с этим натюрмортом, сгорбившись, понуро стоял пожилой мужчина. Судя по его одежде и большим ножницам, напоминающим секатор, это был садовник.

У противоположной стороны стола, эмоционально размахивая руками, стояла яркая рыжеволосая красавица, разряженная в тон свежей зелени красивое платье, и на чем свет ругала растерявшегося бедолагу.

— Что здесь происходит? Чем перед вами провинился этот человек? — А глотка у бывшей леди Кайры оказалась луженая, тренированная. Мой голос с запасом перекрыл вопли возмущенной красавицы, и та, вздрогнув, замолчала, удивленно на меня уставившись.

— Аааа, леди-подселенка, — ехидно протянула она, хищно прищурив зеленые глаза и уперев руки в боки.

Похоже, то, что она меня узнала, на нее не произвело никакого впечатления. Скорее, она даже была рада, что нашла новый объект для выплескивания собственного яда. Но не на ту напала! Я лишь усмехнулась, ожидая, что же она скажет дальше.

— И что же вы здесь делаете? Неужели Его Светлость не приказал вас запереть в покоях? Хотя… прогулка под конвоем и заключенным иногда полагается! — издевательски хмыкнула она и задрала выше подбородок, ожидая от меня оправданий.

Я же и не собиралась отвечать на ее вопросы. Так или иначе, кем бы ни была эта девица, она ниже рангом моей предшественницы, а значит, я не обязана перед ней отчитываться, кем бы она там себя ни возомнила.

— С кем я говорю? Представьтесь для начала, милая барышня, — ответила я со спокойной улыбкой и таким, особенно покровительственным тоном, что девица явно растерялась. Забавно открыв рот, она удивленно захлопала длинными ресницами. Но затем, быстро придя в себя, расправила плечи и манерно протянула:

— Я — камер-фрейлина леди Селеста! — произнесено это было так, будто она сообщила, что является не меньше, чем «ее королевским величеством».

— За-ме-ча-тель-но! — кивнула я и усмехнулась уголком рта. И, видимо, это «замечательно» сказано было так, что красотка сразу стушевалась, почувствовав, что не на ту нарвалась. — В таком случае, леди Селеста, это я вас спрашиваю, почему вы отлыниваете от выполнения своих непосредственных обязанностей? Во всяком случае, сопровождать супругу герцога Рейвенхолла на прогулке должны именно вы, а не эти бравые молодцы! И это я уж не говорю о ваших остальных обязанностях. А их у вас немало.

Девушка буквально выпала в осадок, растерянно глядя то на меня, то на мою охрану, словно ожидая от них поддержки.

— Но… но вы же не супруга лорда Рейвенхолла! Вы в ее теле просто душа на замене! И вы не имеете права мне приказывать! — девушка снова упрямо задрала подбородок, уверенная, что уж теперь она меня точно уела.

— Леди Селеста, скажите, вы присутствовали на повторном суде? — спросила я ее так спокойно, словно речь шла вовсе не о том унизительном для меня мероприятии.

— Да. Присутствовала, — ответила она осторожно, словно уже не зная, что от меня, такой непробиваемой, ожидать.

— В таком случае, вы, наверное, вряд ли могли пропустить тот факт, что браслет леди Кайры, — и я вытянула вперед руку, демонстрируя его, — признал меня супругой вашего лорда! А также связал нас с лордом магически. Так что, полагаю, не вам оспаривать решение… магии, — добавила я, будучи не вполне уверенной в последнем. Но ни девушка, ни мои стражи не выразили удивления сказанному мной. И, посчитав, что разговор на тему «кто есть кто» закончен, я без перехода спросила:

— А теперь, леди Селеста, поясните мне, отчего вы визжите на весь парк и сыпете грязными ругательствами, словно базарная торговка. В чем вы обвиняете этого милого человека?

— Ми… милого? — лицо девушки некрасиво вытянулось. И она внимательно окинула взглядом еще больше сжавшегося старика.

— Так в чем? — направила я ее мысль в нужное русло, не желая снова слушать ее оскорбления.

- Так, леди… Кайра, дело в том, что моя служанка накрыла стол для пикника. Сейчас подойдут мои подруги, а тут… вот! Этот… садовник, все разбросал! Вы только посмотрите, что он натворил! — голос девушки снова сорвался на визг.

— А как вы думаете, зачем бы ему это делать? — спокойно поинтересовалась я, и красавица замерла с открытым ртом.

— Ну как… захотел еду украсть! — выдала камер-фрейлина.

- Так вы сами видели, как он устроил это безобразие? – тихим голосом продолжала я следственные мероприятия.

- Н-нет. Я отлучилась буквально на несколько минут.

- Ага! — кивнула я удовлетворенно. — А не логичнее было бы тогда с его стороны просто потихоньку взять что-то со стола и спрятать в карманы, не привлекая внимания? Зачем ему все разбрасывать и разливать напиток? — я слегка наклонила к плечу голову, внимательно наблюдая за меняющимся выражением лица девушки.

Ее глаза удивленно расширились, и она бросила растерянный взгляд на стол, на старика, а потом перевела его на меня, пожав плечами. Я повернулась к садовнику.

— Уважаемый, вас как зовут?

Тот дернулся, как от удара. Видимо, с «уважаемым» я несколько перегнула.

— Ми-хель, леди Рейвенхолл! — поклонился он неловко.

— Михель, скажи мне честно, ты ведь знаешь, наверное, кто учинил это безобразие? Ты видел, кто это сделал?

Старик несколько мгновений смотрел на меня, словно решал, стоит мне признаться или нет. Но, видимо, что-то такое усмотрел, потому что кивнул и ответил: «Да, леди, я знаю, кто это сделал».

— И кто же?

— Он! — старик медленно повернулся в сторону дерева и указал пальцем в развилку толстых ветвей.

Проследив за его жестом, я почувствовала, как перехватило дыхание, а рот приоткрылся в немом восхищении.

Глава 8. Без вины виноватая

- Какой хорошенький! – я медленно, боясь вспугнуть диковинное существо, приблизилась к дереву и неверяще уставилась на маленького, не больше котенка-подростка, дракончика! Да, самого настоящего, с крылышками, как у летучей мыши, и длинным хвостиком, как у ящерицы, заканчивающимся острой костяной пикой.

Позади меня эта неприятная женщина что-то говорила сварливым тоном, сокрушаясь об испорченном пикнике, а я все ближе подходила к дереву, внутренне дрожа от распирающего меня восторга.

Я вообще люблю всяких разных зверюшек, а тут целый дракон! Ну, конечно же, не целый, всего лишь драконий ребенок, но до того невероятно красивый, что я аж ущипнула себя, чтобы увериться, что он мне не мерещится.

Это невероятное чудо было нежно‑салатового цвета с золотистыми полупрозрачными крылышками. У него оказалась округлая голова с крошечными белыми рожками, цепкие лапки с толстенькими, словно лакированными черными коготками, и длинный гибкий хвост с золотистой каёмкой. Вдоль спины — ряд тёмно-зеленых шипов, а на шее — россыпь золотистых пятнышек. Его большие янтарные глаза с вертикальными зрачками смотрели на меня с любопытством, но вовсе без страха.

- Миледи! Миледи! – взволнованно окликнул меня садовник, но я боялась ответить, опасаясь, что звук моего голоса вспугнет это невероятное чудо с крылышками.

- Миледи, не стоит к нему подходить очень близко! Это детеныш огненного дракона, и он может быть опасен!

- Огненного? – Я замерла, засомневавшись. – А чего же он тогда летает так свободно? Он же может что угодно поджечь!

- Он улетел из частного зоопарка барона Каменского, его уже неделю разыскивают! Вылупился из яйца раньше срока, и служки не успели предотвратить его побег, уж больно большое расстояние между прутьями клетки его мамаши, вот он легко ее и покинул, - просветил меня садовник.

- Так значит, он не ничейный? – огорчилась я, уже мысленно присвоив этого невероятного милашку.

- Да, у него есть хозяин, и он будет очень благодарен вам, миледи, если вы прикажете своим бравым стражникам поймать драконенка.

После этих слов, чеканя шаг и погромыхивая оружием, ко мне с готовностью шагнул тот самый здоровяк, что указывал мне дорогу в парк.

Я не успела его предупредить, чтобы вел себя потише, как крылатый малыш за моей спиной громко зашипел. Я обернулась, чтобы как-то успокоить дракончика, но в ту же секунду из его маленькой пасти вырвалось черное облако дыма, и я закашлялась, так как большая его часть попала мне в лицо.

Моя бравая охрана тут же сгрудилась вокруг, вытащив из ножен мечи и грозно поглядывая по сторонам. А позади меня звонким смехом заливалась моя камер-фрейлина, которая вовсе не считала необходимым соблюдать хоть какую-то субординацию. Я, попаданка в теле ее госпожи, не являлась для нее авторитетом.

Мне очень хотелось осадить эту нахалку, буквально испепелить ее взглядом, но едкий дым, попавший в глаза, не позволял их открыть, лишая меня даже этой возможности. Кое-как протерев их кулаками, я заморгала, возвращая себе зрение.

- Красотка, ничего не скажешь! – со смехом бросила презрительно камер-фрейлина, уходя прочь с двумя девицами, своими подругами, исподтишка на меня посматривающими.

Злая, как фурия, я направилась в замок. Прогулка завершилась для меня унижением, и мне хотелось как можно скорее оказаться у себя в покоях, чтобы умыться и успокоиться. Но даже это мне не удалось. Как ни прикрывали меня воины своими широкими плечами, но несколько человек меня все же увидели!

- Не расстраивайтесь вы так, - вдруг заговорил старший из стражников, - признаться, ваше лицо сейчас настолько черно, что никто вас сейчас не узнает! Не переживайте!

Я немного успокоилась, но, видимо, слишком рано. Как по закону подлости, в дверях холла я столкнулась с моим названным мужем!

- Миледи? Вы ли это? – герцог резко отшатнулся, окинув всю меня удивленным взглядом. – Вас даже ненадолго нельзя оставить! Где вы так… испачкались? Вы что, через костер прыгали?

Я буквально сжалась под его разочарованным, обвиняющим взглядом. Но хуже всего было то, что этот аристократический индюк вздумал отчитывать меня прямо в холле, на глазах у стражников и проходивших мимо его высоких гостей.

— Это дракон! – едва выдавила я из себя, желая в ту же секунду провалиться сквозь землю от стыда.

- Какой еще дракон? Леди Кайра, вы что, пьяны? – громогласный рык разозленного мужчины взвился под сводчатым высоким потолком холла, вслед за чем я услышала смех за своей спиной. Это было уже слишком!

Сжав кулаки и расправив плечи, я подняла голову, впившись в своего обидчика злым взглядом.

- Ваша Светлость! Если мне помнится, вы еще не ловили меня на вранье. И если я говорю, что в таком виде я оказалась благодаря дракону, пусть и маленькому, который запросто разгуливает в вашем, якобы совершенно безопасном саду, то значит, так оно и есть! Но если вы больше доверяете приставленной ко мне охране, то спросите у них! А вообще, я не думала, что вы настолько не уважаете сами себя, что допускаете выговаривать своей супруге при посторонних! Этим вы только самого себя позорите! – рыкнув напоследок, я резко обогнула ошеломленно застывшего мужчину и, путаясь в длинных, покрытых сажей юбках, направилась в свои покои.

Глава 9. Дознание

Элиас молча бросил взгляд на печальную горку длинных каштановых волос.

- Не поспешили ли вы остричь мою жену, уважаемая эйре Стафания? – синие глаза опасно прищурились, впившись в пожилую важную матрону, которая потерянно стояла посреди залы, но все еще пыталась храбриться.

- Ваша светлость! Так мне передали, что это была ваша воля, отправить сюда супругу! Да и три дня уже прошло. Я думала, что вы уже не передумаете, - светло-голубые, обычно исходящие холодом и властью глаза, беспокойно забегали. Лицо побледнело, так же, как и губы, которые женщина от волнения покусывала. Она страшилась следующего вопроса, который должен быть вот-вот прозвучать. И дождалась.

- Я хочу увидеть свою жену! Проводите меня к ней!

Ответом ему был тихий шорох свалившегося на пол бесчувственного тела.

- Полоз знает, что такое здесь происходит! – рыкнул герцог. – Эй! Есть здесь кто с более крепкими нервами?

***

Теперь перед ним стояла молодая черноглазая женщина, практически полностью закутанная в мрачные одежды, больше напоминающие саван. Судя по всему, это была простая прислужница, но, даже если ей и было страшно, она стояла, расправив плечи и упрямо вздернув подбородок.

- Да, это я прислуживала герцогине! И это у меня она попросила пряжу для вязания. Сказала, что ей скучно сидеть взаперти. Когда же я ответила, что у нас пряжи нет, попросила веревку, чтобы плести сети в помощь рыбакам.

- Что!? Черные брови мужчины стремительно взлетели вверх, выражая крайнюю степень изумления. – Ты считаешь, что герцогини только и делают на досуге, как плетут рыбацкие сети? Ты в своем уме?

Но девица даже не смутилась, лишь еще выше вздернула подбородок, поджала губы, а затем процедила сквозь зубы: «Герцогиней ни разу не была, так что мне не ведомо, чем именно они занимаются в свободное время!»

- В свободное время? Ты сказала, в свободное время? – герцог запрокинул голову и громко захохотал.

В углу, сжавшись, и практически слившись с серой каменной стеной, еле стояла эйре Стафания, которой помог подняться с пола, и теперь поддерживал, пожилой мужчина в длинной рясе.

- У аристократок, моя дорогая, все время свободное! Вот только им никогда и в голову не придет плести сети из грубой веревки.

- Пусть простит господин неотесанность простой служанки, но я даже подумать не могла, что герцогине может прийти в голову навязать на веревку узлов и спуститься по ней с такой верхотуры! Уверена, вы тоже не могли предположить в своей жене подобной прыти!

От стены вновь послышался звук падения тела. Герцог усмехнулся и покачал головой.

- В этом печальном месте все с ног на голову! Здесь даже простая служанка смелее, чем директриса, а герцогини у вас сбегают через окно. Эйре Стафания! Эй, кто-нибудь, соскребите ее с пола! – Мужчина поморщился и вновь перевел взгляд на служанку.

- Как тебя зовут?

- Марта.

- Скажи-ка мне, Марта, каким еще образом можно перебраться на тот берег, если не брать рыбацкую лодку?

- Не брать? – Девушка широко распахнула глаза и приоткрыла рот, на мгновение замерев. Затем она несколько раз моргнула и подняла удивленный взгляд на пугающего ее мужчину. – Река очень широкая. Вплавь и не каждый мужчина решится отправиться на тот берег! А герцогиня – женщина, да в длинном ночном платье она не смогла бы плыть, сразу бы потонула!

- Даа, - протянул мужчина задумчиво и медленно прошелся, заложив руки за спину, а эхо послушно разнесло звук его шагов под холодными каменными сводами.

- Попечитель Актан! – герцог повернулся к стоявшему рядом с бессознательным телом директрисы пожилому мужчине. - Скажите мне, где велись поиски моей жены?

- Так, в деревне «Пограничная», как раз на том берегу реки, - шевельнувшись, ожила почти скрытая в тени фигура пожилого мужчины.

- А что здесь? Вокруг дома призрения, на этой стороне, не искали? – в голосе герцога слышалось уже плохо скрываемое раздражение.

- Искали на небольшом расстоянии. Но вокруг одни голые холмы да поля. Лесов, способных дать тень или пропитание, нет. Точно так же, как нет и открытых водных источников. Этот замок для содержания умалишенных не зря строился в такой глухомани и в отдалении от жилья. Случаи побега крайне редки, но все же случаются, - голос попечителя дрогнул, и в нем послышалось смущение. – Если поднадзорные пытаются бежать, то стараются перебраться через реку, зная, что вода собьет со следа собак.

- Ясно. Выходит, ваши подопечные не так уж и безумны, раз способны на подобные логичные выводы? И много ли из сбежавших вам удалось поймать?

В воздухе повисла гнетущая тишина. Герцог удивленно посмотрел на вновь замершего, словно статуя, мужчину.

- Попечитель. Я жду ответ.

- Ни одного, - тихо прохрипел тот и поспешно добавил: - Мы полагаем, что они все утонули.

- Вы на самом деле считаете, что единственный способ побега только через реку? – в голосе герцога слышались иронические нотки. Словно он не столько задавал вопрос, сколько проверял на сообразительность.

- Ну, думаю, еще можно было просто идти вдоль реки по мелководью, в ту или другую сторону, - голос попечителя окреп, и он словно бы гордился своими умозаключениями.

- Ваша светлость, позвольте сказать? – звонкий голосок разорвал напряженную тишину зала.

Герцог удивленно повернулся к служанке.

- Говори.

- По мелководью идти практически невозможно! Весь берег порос густыми камышами и осокой, там не пройти! – девушка снова упрямо вздернула подбородок, ее ноздри широко раздувались, выдавая сильное волнение, но голос звучал громко и твердо.

Герцог наклонил голову и внимательно посмотрел на служанку.

- Пожалуй, я заберу тебя с собой!

Девушка вздрогнула, как от удара, но сжала губы, промолчав.

- Люблю смелых.

Глава 10. Откровение в купальне

Мои нервы были напряжены до предела, когда я, запыхавшись, ввалилась в свои покои. Горничные, перестилавшие мою постель, увидев меня, пронзительно завизжали.

- Ччто с вами, миледи? – заикаясь, спросила Сильвия, тут же подбегая ко мне и шаря взглядом по моему телу. – Фух! Вы целы! Так что произошло? Неужели это Иветта перешла к решительным действиям? Ой! – девушка прикрыла рот рукой и уставилась на меня испуганными глазами.

Я тут же забыла про то, что совсем недавно так меня взволновало, и вся обратилась вслух.

- Что-что ты там сказала про какую-то Иветту? – похоже, у моей предшественницы был личный враг, который перешел мне «по наследству».

- Да это я так, миледи. Давайте я помогу вам переодеться! – горничная постаралась сменить тему и с излишним усердием бросилась снимать с меня закопчённый наряд.

- Стоп-стоп, Сильвия! – цепко ухватив девушку за плечи, я уставилась ей в глаза. Та громко сглотнула, испуганно глядя на меня. – Послушай! Да и ты, Марфа, - я вскользь бросила тяжелый взгляд на брюнетку, замершую около кровати с подушкой в руках. – Не знаю, какие у вас были отношения с вашей прошлой хозяйкой, но я очень добра с теми, кто мне верен! Надеюсь, вы меня хорошо поняли?

Девушки с готовностью закивали.

- А потому, если я спрашиваю, вы отвечаете, и ничего не пытайтесь от меня скрывать! Даже если не спрашиваю, но вы что-то узнаете, что касается меня непосредственно, то тоже сразу докладываете! Вопросы есть?

Служанки отрицательно помотали головой.

- Тогда помогите мне привести себя в порядок и одновременно рассказывайте всё об этой Иветте. Кто такая? Как выглядит? Почему она желает мне зла? И что вы сами обо всем этом думаете?

Девушки кивнули и споро принялись готовить мне ванную. А я с удивлением узнала, в этом мире действительно есть магия, хотя и в основном ограниченная бытовыми вопросами.

Пока Сильвия аккуратно расчесывала мне спутанные волосы, Марфа с помощью специального артефакта набрала ванну воды, а с помощью другого быстро нагрела ее.

По сосредоточенным лицам девушек я видела, что они готовятся мне что-то рассказать, но пока не торопила, давая им время собраться с мыслями, чтобы не упустить чего-то действительно важного.

И лишь осторожно опустившись в приятно расслабляющую горячую воду, я прикрыла глаза, настроилась внимать новой и, вполне возможно, важной информации.

- Слушаю вас! Кто такая эта Иветта? Как выглядит? Ну и далее по списку!

Немного запинаясь, заговорила Сильвия, а я снова подумала, что, вполне возможно, приближу ее к себе. Шустрая, смекалистая и сообразительная помощница мне очень бы пригодилась!

- Миледи, Иветта является вашей фрейлиной…

- О как! Еще одна! Ничего-ничего, продолжай! Опиши, как она выглядит.

- Да так, ничего из себя особенного, миледи!

- Сильвия!

- Да-да, миледи! Иветта в целом… красива. У нее волосы цвета меда, а глаза, как топленое молоко.

Я хмыкнула. Образно, но слишком обтекаемо. Только поняла, что девушка блондинка.

- Стоп! С описанием внешности у тебя не очень выходит. Есть в ней что-то, что позволяет ее сразу отличить от других… фрейлин?

- Думаю, что есть! – чуть не подпрыгнула девушка, больно дернув за прядь моих волос, которые в данный момент старательно намыливала.

- Ой! Что именно?

- Простите, миледи! Иветта предпочитает платья пастельных тонов с высоким воротом и длинными рукавами, а еще от неё веет нежным ароматом жасмина, к которому едва заметно примешивается мускусный шлейф.

- О! Вот это уже совсем другое дело! – повеселела я. Особенно меня порадовала информация о предпочтениях моей недоброжелательницы касательно парфюмерии. Так как шлейф индивидуального аромата довольно долгое время может висеть в воздухе, указывая на след того, кто здесь недавно и скрытно побывал.

- Ну, пожалуй, и всё, что мы можем о ней сказать, - девушки переглянулись и пожали плечами.

- Миледи! – неуверенно заговорила Марфа, - позвольте добавить!

- Да, конечно, слушаю тебя.

- Миледи, меня всегда пугал взгляд леди Иветты! Да и голос тоже.

- Голос?

- Не знаю даже, как сказать. Она говорит мягко, очень… плавно, как бы ласково, но в ее глазах… смерть!

- Что? – я быстро ополоснула лицо от мыльной пены и удивленно посмотрела на побледневшую горничную.

- Во взгляде леди Иветты я всегда вижу… смерть. Очень страшно делается!

- Да, миледи! Я подтверждаю слова Марфы! Иветта смотрит так, словно сию секунду сделает с тобой что-то очень плохое!

- Ну хорошо, - задумчиво протянула я и встала из ванной. – Подайте полотенце!

Марфа поспешно набросила на мои плечи целую махровую простынь, укутав меня в неё.

- А за что эта Иветта так ненавидела супругу герцога? Ну, леди Кайру?

- Так она мечтает его заполучить себе в мужья! – неожиданно хихикнула Сильвия, за что получила укоризненный взгляд подруги.

Я даже не успела ничего ответить, как дверь в мои покои с грохотом открылась, послышались тяжелые шаги, и на пороге купальни возник герцог собственной персоной!

Девушки замерли с открытыми от удивления ртами. Да и я успела лишь плотнее запахнуть на груди простынь.

Пронзительный, выразительный взгляд красивых, опушенных черными ресницами глаз прошелся по моей фигуре. На миг в их глубине мелькнуло удивление, а затем они широко распахнулись. Герцог резко повернулся ко мне спиной.

- Простите! Я… не хотел вот так врываться! Не подумал, что вы можете вот так вот… - мужчина сокрушенно вздохнул, разведя руками.

- Ну да, конечно! Чужие души в новых телах обычно не моются. Это только я такая неправильная вам попалась, - не без сарказма бросила я, огибая широкоплечую фигуру моего якобы мужа и скрываясь в гардеробной.

Девушки выпорхнули вслед за мной. Едва за ними закрылась дверь, послышались медленные шаги, и в гардеробную тихо постучались.

- Леди Кайра! Прошу вас простить меня за бесцеремонное вторжение! Но причина этому довольно серьезна!

- Слушаю вас, Ваша Светлость, - церемонно ответила я, шепнув девушкам, чтобы поторопились с моим облачением. Сдавалось мне, что столь стремительное вторжение в мои покои действительно имело вескую причину.

- Миледи! Мои стражники не могут пленить маленького дракона! Он изрыгает пламя, и уже горят деревья в саду. Да и люди пострадали, получив ожоги!

— Это ужасно! Но… почему вы пришли ко мне? Чем я могу вам помочь? Или… вы, Ваша Светлость, решили, что, погибнув еще раз, уже вместе с телом, я решу вашу основную проблему с ненавистной отравительницей-женой? – а вот сейчас я действительно сильно возмутилась, выкрикивая все это через дверь гардеробной, и даже стукнула по ней кулаком.

- Все, миледи, вы готовы! – прошептала Сильвия, застегнув последнюю пуговку на моем платье.

Распахнув дверь, я фурией вылетела в гостиную, тут же врезавшись в крепкую грудь мужа. Он удержал меня за плечи и несколько долгих мгновений разглядывал мое лицо.

- Неужели что-то новое увидели, Ваша Светлость? – от нахлынувшего ощущения неловкости я не могла не съязвить.

- Похоже, что так, - усмехнулся герцог, отпуская меня. – Миледи, ваша охрана доложила мне, что в вашу сторону дракончик даже искры не выпустил, лишь только дым. Может, вы попробовали бы с ним договориться? – и взгляд такой проникновенный! Злость моя вся куда-то и улетучилась.

- Ну вот, можете же нормально просить! – хмыкнула я и задумалась. А ведь и вправду, дракончик лишь дымом меня окурил, но поджечь даже не пытался. И все же, каким же способом его можно поймать? Вот если только… - внезапно всплыл в памяти разоренный стол со сладостями.

- Марфа, Сильвия! Быстро найдите мне большую корзину! Лучше не глубокую, но длинную. Овальная тоже подойдет. И положите в нее разных пирожных, да поскорее!

Глава 11. В поисках истины и неприятное знакомство

Там, у дуба, всё прошло как по маслу, моя идея сработала! Дыхнув в меня для порядка дымом, дракончик внимательно оглядел подношение и спикировал прямо в корзину, тут же захрустев гостинцами.

Не успела я опомниться, как стражники набросили на него металлическую сетку, не давая взлететь. Кто-то довольно грубо меня оттолкнул, забрав корзину, которую быстро установили на металлический поднос.

Дракончик пару раз выпустил сноп пламени и затих, поняв, что ему не вырваться. Установив поднос на носилки с длинными ручками, стражники быстро унесли маленький, но такой опасный трофей.

Я с грустью смотрела вслед малышу, мысленно перед ним извиняясь. Пришло позднее раскаяние, что я устроила ему ловушку. Но, с другой стороны, теперь потеряшку отвезут к его маме!

- Миледи, благодарю вас за помощь! – хриплый тихий голос незаметно приблизившегося ко мне герцога заставил вздрогнуть. Я обернулась. Вопреки только что произнесенной благодарности, глаза мужчины с подозрением всматривались в мое лицо, словно ища какой-то подвох.

- Что? Решили, что это я выкрала дракончика из-под самого носа ее огненной мамаши? – выпалила я зло и стиснула кулаки. До чего мне надоели эти косые взгляды, подозрения и недомолвки! Да и герцог «хорош»! Сам сказал, что мы будем вместе расследовать заговор, искать соучастников, так сказать, а вместо этого новых «собак» на меня вешает!

- Нет, не думаю, - еще ближе придвинулся он ко мне, практически шепча в ухо. Я нервно огляделась. Вокруг недавнего пожарища собралось прилично народу, и все смотрели не на место происшествия и «виновника торжества», а именно на нас! Захотелось провалиться под землю! Я совершенно не привыкла к повышенному вниманию, и сейчас мне было очень некомфортно!

- Я думаю, отчего же этот дракон именно к вам отнесся по-особенному, не пытаясь поджечь? – красивые глаза мужчины прищурились, буравя меня подозрительным взглядом. А мне отчего-то захотелось резко чмокнуть его в губы и посмотреть, как эти глаза мгновенно широко распахнутся от удивления. Но, будь неладны эти свидетели!

- Наверное, это потому, что я не пыталась его поймать? – ответила я спокойно. - А может, это потому, что эта мелкая рептилия не так уж и глупа, поняв, что для девушки два испорченных за день платья может быть хуже смерти! – медленно произнесла я, с удовольствием глядя на удивленно поднятую бровь и расширившиеся зрачки мужчины.

Больше я ничего не стала говорить, а, выпрямив спину и приподняв подбородок, с достоинством зашагала прочь, изящно придерживая подол пышной юбки. Я знала, что на меня смотрят, но почему-то сейчас, ментально щелкнув по носу этого чванливого аристократа, чувствовала себя просто прекрасно!

Но зато те, кто не был на месте пожара, не могли знать причину моего подкопченного внешнего вида. Потому, злая как черт, я снова эдаким трубочистом прошествовала по коридорам дворца, ловя на себе удивленные взгляды и слыша смешки. Теперь я наконец поняла, чего же именно хочу, и это придало мне сил.

Цель – это просто офигенный двигатель по жизни! И теперь у меня была четкая цель: разобраться с этим заговором, развестись с герцогом и начать новую жизнь вдали от этих холодных каменных стен и «змеиного клубка», населяющего замок.

После того как я дважды за день отмылась от дыма и хорошо выспалась, на следующий день я узнала у служанок, где находится библиотека, и отправилась туда, чтобы разобраться в необычном устройстве этого места, куда я попала.

И что это за обмен душ? Почему о нём в этом мире говорят так спокойно, будто это обычное дело, будто не душу переселяют, а просто меняют одежду?

Несколько дней подряд я пропадала в библиотеке, почти не вылезая оттуда. Листала древние фолианты, сверялась с хрониками, пыталась понять особенности этого мира… Но чем больше читала, тем больше путалась, так и не сумев ухватить суть.

Устав от одиночества и неопределенности, однажды вечером, укладываясь спать, я пожаловалась Сильвии, что меня бросили на произвол судьбы и что ни один человек не помогает душе из другого мира обосноваться здесь!

Девушка смутилась, подоткнула под меня воздушно-легкое одеяло и тихо ответила:

— Это входит в обязанности фрейлин, миледи, но… — она огляделась, словно опасалась, что нас могут подслушать, — после кончины леди Кайры каждая из них стремилась занять её место и стать герцогиней. Естественно, все они хотят, чтобы герцог Рейвенхолл развелся с вами, и особенно в этом усердствует леди Иветта!

Она помолчала, потом добавила: — Если хотите узнать про переселение душ, обратитесь к архивариусу леди Лире. Уж кто‑кто, а она лучше всех сможет ответить на все вопросы, что касаются этой темы.

Горничная подробно рассказала, как найти архивариуса, и на следующий день я отправилась на поиски таинственной башенки в левом крыле замка…

Коридоры замка казались бесконечными, мрачными и запутанными. Я шла по ним, сверяясь с указаниями Сильвии, когда вдруг уловила тонкий, но навязчивый аромат жасмина. Сразу стало не по себе — этот запах будто лип к коже и… пытался о чем-то напомнить.

За поворотом я увидела её — медового оттенка волосы девушки уложены в высокую прическу, украшенную жемчужными шпильками. Платье нежно-бежевого цвета с высоким кружевным воротом, как у королевы в фильме про мушкетеров! И красивые, но холодно меня изучающие глаза цвета топленого молока. Горничные описывали её так чётко, что я сразу узнала фрейлину Иветту! Уж тем более по характерному аромату жасмина.

— О, леди Кайра, — пропела она, делая шаг навстречу и еле заметно изображая намек на приветственный поклон. — Как мило, что вы решили прогуляться по дворцу. Или, может, заблудились? Её улыбка была ласковой, но глаза по-прежнему оставались холодными.

Я выпрямилась, стараясь не выдать своего волнения. — Нисколько не заблудилась, — ответила я. — Направляюсь к архивариусу. – И тут же мысленно дала себе подзатыльник! Какого… я вообще докладываю о своих планах и намерениях чужому человеку? Судя по имеющимся сведениям, вообще моей подчиненной! Или как тут это у них называется?

Фрейлина приподняла бровь, её веер замер в воздухе. — К леди Лире? — в голосе прозвучала насмешка. — О, не тратьте время. Она всего лишь старая перечница, которая целыми днями копается в пыльных свитках.

— Мне нужна информация о переселении душ, — твёрдо сказала я. — И, похоже, леди Лира — единственный человек, кто может мне помочь. – Чёрт! Да что же это такое? Почему я снова всё ей выболтала?

Иветта приблизилась на шаг, её голос стал тише, но от этого ещё более ядовитым: — Ах, переселение душ… — она покачала головой. — Вы так наивны, милочка. Думаете, кто‑то станет тратить время на объяснения для… замены?

Слово «замена» ударило, словно пощёчина. Браслет на запястье нагрелся, пульсируя в такт участившемуся сердцебиению.

— Что вы имеете в виду? — я сжала кулаки, стараясь сохранить самообладание.

Глава 12. Вкус опасности

Все внешнее очарование этой нахалки померкло от ее язвительного высказывания! И это еще при том, что она прекрасно знала, с кем говорит! А это значит, фрейлина почему-то точно уверена, что скоро займет мое место.

— То и имею, — Иветта улыбнулась шире, но в улыбке не было тепла. — Вы здесь временно. Так зачем утруждать себя изучением местных обычаев? Скоро всё равно отправитесь туда, откуда явились.

— Хотя, если так хочется, идите к своей леди Лире, — бросила она через плечо, разворачиваясь. — Только не удивляйтесь, если она не сможет вам помочь. В этом дворце никто не станет помогать такой, как вы.

Фрейлина развернулась и пошла прочь, шурша юбками. Аромат жасмина потянулся следом за ней.

Я сглотнула комок в горле, но заставила себя двинуться дальше. Не позволю ей запугать меня. Я должна узнать правду.

Библиотека встретила меня полумраком и запахом старых пергаментов. Высокие шкафы уходили под потолок, лестницы‑стремянки скрипели под шагами редких посетителей.

У стеллажа с фолиантами в кожаных переплётах склонилась пожилая женщина в строгом сером платье. Её седые волосы были собраны в тугой пучок, а пальцы ловко перебирали свитки, периодически поправляя сползающие с носа очки.

— Простите, — я подошла осторожно. — Вы леди Лира, архивариус?

Женщина подняла голову. Знакомое лицо с глазами за толстыми линзами очков казались огромными. Именно ее я видела в зале суда, и именно она проверяла меня каким-то камнем. — К вашим услугам, миледи, — улыбнулась она. — Да, это я Архивариус Его Светлости, — она лукаво усмехнулась, блеснув стеклами очков, — пока совет не лишил меня должности за «излишнее любопытство». — Но пока этого не случилось, я к вашим услугам! Чем могу помочь, леди?

— Мне нужно узнать о подмене душ, — прямо сказала я. — О том, как это делается, какие ритуалы, какие следы остаются. Как это вообще работает, и… смогу ли я когда-нибудь вернуться домой?

Леди Лира замерла. Затем медленно огляделась, будто опасаясь, что стены имеют уши.

— Давайте поговорим в другом месте. У меня есть чудесный чай на восьми травах, идемте за мной!

И я отправилась следом за пожилой, но очень приятной женщиной, в надежде скоро получить ответы на свои вопросы.

Она привела меня в крохотный уютный флигелёк очень необычной конструкции. Хотя, много ли я в своей жизни видела их? Шестиугольная пристройка к левому крылу замка имела еще и отдельный выход. У двери лежал круглый половичок для вытирания ног. Четыре окна, выходившие практически на все стороны света, давали чудесную панораму на сад, что делало это помещение очень уютным.

— Присаживайтесь, милочка! Ничего, что я вас так называю? – старушка сверкнула в мою сторону бликом от очков.

Я присела на маленький мягкий пуфик и просто покачала головой, ощущая, что каким-то чудесным образом меня отпускает напряжение. Старушка, стоя ко мне спиной, что-то собирала на небольшом столике.

В приоткрытое окно подул свежий, напоенный цветочными ароматами, ветерок, шевеля полупрозрачную занавесь. Я блаженно прикрыла глаза, позволяя себе расслабиться. Мне очень хотелось верить, что наконец-то я нашла человека, с которым могу не просто откровенно поговорить, но и получить поддержку или хотя бы ответы на все множащиеся вопросы.

— Сейчас будет чай! – прозвучало рядом со мной.

Я открыла глаза и с удивлением уставилась на большую кружку, которую старушка ставила передо мной, и из кружки поднимался ароматный пар. Рядом уже высилась целая гора маленьких, на один укус, заварных пирожных.

Поблагодарив хозяйку этого уютного домика, я с аппетитом, которого давно не чувствовала, набросилась на угощение. Чай оказался на редкость вкусным, а крем в мини-эклерах — нежным!

Моя новая знакомая с улыбкой смотрела на меня и грела руки о свою кружку, не прикасаясь к чаю.

— Ну как? «Вкусно?» — тихо спросила она, чуть наклонив к плечу голову, увенчанную замысловатой прической из седых волос.

— О! У меня такое чувство, что я давно не ела ничего вкуснее этого! И чай, и пирожные — просто восхитительные! – от души похвалила я и чуть не подавилась, услышав ответ.

— Ты уже два раза могла умереть! От пирожных, начиненных ядом, и от чая с особой травкой!

Я закашлялась, выпученными глазами следя за вдруг в мгновение ока изменившейся славной старушкой. Ее лицо утратило наивное и добродушное выражение, сильнее выделились носогубные складки, а глаза словно потухли.

Я уже почти откашлялась и теперь лихорадочно пыталась обнаружить в себе признаки, указывающие на пищевое отравление. Хотя… обнаружь я их, что бы это изменило?

Стараясь справиться с паникой, я вглядывалась в лицо коварной старухи и пыталась понять, что она еще мне готовит. Но та вдруг подняла на меня взгляд и… улыбнулась. От ее глаз к вискам разбежались тонкие лучики морщинок, указывающие на веселый характер старой женщины.

— Ты прости меня, дорогая! – архивариус накрыла мои пальцы своей ладонью. — Я не должна была тебя так пугать, но… ты должна раз и навсегда понять одну важную вещь! Если ты хочешь здесь выжить, помочь Его Светлости в поисках преступника и как-то устроить свою дальнейшую жизнь, то никогда… ты слышишь меня? Никогда не принимай угощение из рук незнакомцев, какими бы добродушными и безобидными они тебе ни казались!

— О-о-о, леди Лира! Да я чуть от страха не умерла! И яд бы не понадобился! — я аж вздрогнула от нахлынувшего вдруг невероятного облегчения. — Не для того я шкурку меняла, чтобы умереть практически сразу, — выдохнула я. — И как же я могу не есть, тогда и без отравы ножки быстро протяну!

— За столом его светлости ты можешь есть. Там специальные люди проверяют каждое блюдо. Но во всяких разных других местах… — старушка многозначительно поиграла бровями, глядя на меня. — Только если сама что себе приготовишь.

— Да, хорошо! Я обязательно учту совет, сделанный в такой оригинальной форме, да и вряд ли теперь забуду! — быстро протараторила я, уже без всякого аппетита смотря на маленькие воздушные эклерчики.

Леди Лира поднялась из-за стола, прикрыла окно и повернулась ко мне.

— Ну, милочка, а теперь я слушаю тебя, что ты хотела у меня спросить?

Я повторила свои вопросы и с волнительным ожиданием уставилась на архивариуса. Лицо пожилой женщины стало серьезным, и она с лекторской интонацией заговорила:

— В нашем мире у Бюро распределения душ существует особенный принцип работы, со своей строгой системой реинкарнации. И, как я поняла еще там, в зале суда, в этот раз произошел какой-то невероятный сбой!

Глава 13. Хочешь сделать хорошо — сделай сам!

Я сидела в своей спальне на высоченной кровати и болтала ногами. Мысли, словно блохи, прыгали туда-сюда, не давая мне возможности собрать их в кучу, чтобы сделать хоть какие-то выводы.

В дверь постучали.

- Войдите! – наконец-то моя прислуга уяснила себе, что просто постучать и тут же вломиться в спальню не есть проявить воспитание.

- Миледи, мажордом Его Светлости просил вам передать, что его светлость сегодня не сможет составить вам компанию во время обеда. И он спрашивает, вам обед накрыть в малой гостиной или принести в покои?

Мне тут же вспомнилось предупреждение архивариуса: «За столом его светлости ты можешь есть. Там специальные люди проверяют каждое блюдо. Но во всяких разных других местах…»

И ясное дело, что в отсутствии герцога вряд ли специальный человек решит рисковать своей жизнью ради подменной и, по сути, временной герцогини. А потому…

- Сильвия, передай этому вашему мажору домашнему, что я сама схожу на кухню поесть… Позже!

У девушки тут же в удивлении вытянулось лицо.

- Как это на кухню? Миледи, вам не положено…

- Так, хватит! – мое благодушно-созерцательное настроение мгновенно испарилось. И мне уже на самом деле начало надоедать, что изо всех щелей так и слышатся указания и напоминания, чего я должна делать и чего не должна! – Сильвия, напомни мне, пожалуйста, входит ли в твои обязанности говорить мне, герцогине, что я могу делать, а что нет?

Большие глаза девушки стали еще больше, а губы заметно задрожали.

- Н-нет, миледи, не входит. Простите меня!

Я царственным взмахом руки поспешила отпустить девушку, а та быстро выскользнула из моих покоев.

Надо же, я, похоже, быстро осваиваюсь. Веду себя, словно всю жизнь командовала и распоряжалась. Странно все это! Хотя… наверное, это просто память тела. Взять хотя бы это движение рукой, которым я отправила горничную восвояси.

Так. Обед. Я прислушалась к теперь уже своему организму и поняла, что есть пока не хочу. А вот проанализировать полученную от архивариуса информацию — даже очень.

Осторожными движениями, путаясь в пышной юбке, я подтянулась на кровать и улеглась поверх покрывала. Белоснежный потолок моей спальни, украшенный лепниной из цветочного принта, сбивал меня с мысли.

Я закрыла глаза, вызвав в своей памяти лицо пожилой женщины, и начала откручивать назад свои воспоминания. Так, что она мне там говорила про принцип работы Бюро распределения душ?

Ага! Ну, самое главное — это то, что в магическом мире действует строгая система реинкарнации.

При этом каждая душа имеет частотный отпечаток (уникальный «код» личности).

После смерти тела, при его освобождении, система автоматически ищет наиболее совместимую с предыдущей душу из «очереди ожидания». Да, это я запомнила, вот только так и не смогла понять. В моем представлении выходило, что в этом мире души меняют тела точно так, как в моем мире люди меняли одежду.

Ну, взять для примера всем известный «Секонд Хенд». В нем можно выбрать себе поношенную, в хорошем еще состоянии вещь, купить и носить!

Здесь же нечто подобное происходит с телами! С одним явным отличием! Душа не сама себе выбирает новую «одежку», а некая система в Архиве душ сама распределяет их. Только вот я не вполне поняла, не то душе подыскивают подходящее тело, не то телу — душу.

Но если судить по моему случаю, то похоже на второй вариант.

И «б/у» тело с душой подбираются по совместимости, которая рассчитывается по пяти ключевым параметрам: воля, эмпатия, интеллект, моральный стержень, энергетический потенциал. Примерно так, если я ничего не забыла.

Распахнув глаза, вновь уставилась в потолок. Не мигая я с минуту пялилась в одну точку и вдруг заметила, что цветы из лепнины начали вращаться! Этого еще не хватало!

Я резко села в постели. Мой желудок ответил на быстрый подъем недовольным урчанием. Да, подкрепиться мне все же не помешает! Заодно познакомлюсь с народом!

Покрутившись перед зеркалом и убедившись, что платье не помято и прическа в относительном порядке, я решительно вышла из покоев.

- Эй, любезный! — обратилась я к ближайшему стражу, охраняющему мои покои, — покажи мне, где у вас тут кухня?

Тот пару раз растерянно моргнул и хриплым голосом переспросил:

— Ваша светлость имеет в виду малую гостиную?

— Моя светлость имеет в виду именно то, что сказала! — прорычала я. — Кухню покажи! Рвавшиеся с языка слова «пожалуйста», ровно как и «быстро», я поспешила проглотить.

Охранник, бряцая металлическим нагрудником и более мелкими накладками на спине, руках и ногах, зашагал по коридору, шумом привлекая к нам совсем не нужное внимание. Я поплелась за ним, а второй охранник замыкал шествие.

На попадавшихся по пути придворных и слуг я попросту старалась не смотреть. Сожалея лишь о том, что нельзя каким-то образом спрятаться от любопытных и зачастую недружелюбных взглядов. Приподняв подбородок и расправив плечи, я важно вышагивала по мрачноватым, по большей мере освещенных факелами, коридорам.

Наконец двери по обе их стороны сменились выходившими во внутренний двор окнами, и противоположная стена под солнечными лучами заиграла серебристыми прожилками в коричневых каменных стенах.

Мы спустились по широкой лестнице и повернули налево, в узкий коридор, по которому, словно пугливые мышки, шныряли служанки в мышиного же цвета платьях.

А я внезапно подумала, а было бы мне лучше оказаться в теле одной из этих девушек, но не иметь сейчас проблемы с отработкой чужого косяка? Додумать эту мысль я не успела, так как мой громыхающий железом провожатый остановился у широкой двери, из которой доносились просто одуряющие ароматы и… что-то еще лишнее.

Я шагнула вперед и тут же скривила нос, не понимая, что же вдруг изменилось.

— Г-госпожа? Леди Кайра? — выпучил на меня глаза плотный румяный мужчина с могучими руками.

Я несколько раз моргнула, в недоумении разглядывая здоровяка в белом переднике. Ведь, судя по внешнему виду, ему место, например, на лесоповале, а не на кухне.

— Вам что-то угодно, леди Кайра? Если прикажете, вам тотчас накроют в малой гостиной! — словно опомнившись, поклонился он, и замершие при моем появлении поварята тоже согнулись в почтительном поклоне.

— Да нет, спасибо, не нужно в гостиной, — растерянно пробормотала я. Мой взгляд невольно скользил по огромным печам, котлам, столу, заваленному неощипанной дичью, и еще одному столу с зеленью, и… помойным ведрам у каждого стола — от них как раз и доносился вовсе не благоухающий аромат.

На кухне, где, по всей видимости, до моего появления кипела работа, повисла тишина. А я растерялась, понимая, что в этом месте вряд ли что слышали о «товарном соседстве» и гигиене в целом. И все же есть мне хотелось.

— Я так понимаю, вы шеф-повар? — обратилась я к румяному здоровяку.

— Да, леди Кайра! Я — главный повар его Светлости, Маркус, — мужчина снова поклонился. Сначала он явно растерялся, увидев на пороге кухни жену господина, — но быстро пришёл в себя. Любопытство взяло верх — и вот уже его взгляд, устремлённый на меня, сверкал задорными искрами.

— Маркус, есть ли у вас… — я огляделась, — колбаса или окорок…

— Да, конечно, леди Кайра! Есть превосходный свежайший копченый окорок! — закивал мужчина.

На одной из печей слева от меня что-то зашипело, выплескиваясь из большой кастрюли.

— Так вы работайте! Пусть ваши помощники работают! А то еда сгорит! — опомнилась я, указывая на назревающую проблему.

Главный повар щелкнул пальцами, и тотчас на кухне началось «броуновское движение». Поварята забегали, замельтешили, спеша по своим делам и каким-то чудесным образом умудряясь не сталкиваться.

— Леди Кайра, вам нарезать окорока? — обратил на себя внимание повар, и я почувствовала себя неловко, понимая, что отвлекаю людей от работы.

— Да нет, не стоит! Дайте мне нож и покажите, где у вас кладовая, я сама отрежу. А еще мне нужен хлеб, немного зелени и, если есть, то какой-нибудь соус. Где все это можно взять? — к окончанию своей речи я поняла, что на кухне снова стоит тишина, и, похоже, еще более оглушительная, чем при моем появлении.

Шеф-повар отмер и, более ничего у меня спрашивая, указал дорогу в кладовую. Там помог отрезать от подвешенного к потолку окорока пару больших ломтей, а потом принес мне все то, что я просила.

Воспользовавшись незанятым краем одного из столов, я помыла листья салата и огурец в подставленной мне деревянной лохани. А затем, нарезав хлеб, быстро соорудила себе нечто типа огромного сэндвича.

С кухни я уходила невероятно довольная, держа в руках благоухающий копченым мясом и грозящий закапать мое нарядное платье бутерброд. Вслед мне неслась все та же звенящая, ошарашенная тишина.

А я… Я почувствовала, что внутри меня отпускает тугая пружина. Ведь это так сложно — изображать того, кем не являешься! И я решила, что буду вести себя так, как мне нравится! Ведь здесь и так все знают, что в теле леди Кайры подменная душа из другого мира! Да ведь и должен же мой статус жены герцога давать мне хоть какие-то плюшки?

Впившись зубами в этот сочный, невероятно вкусный сэндвич, я, уже известным мне маршрутом, направилась на выход. Мне показалось очень неплохой идеей прогуляться на свежем воздухе, одновременно перекусывая. Всегда любила так делать в своей прошлой жизни. Хотя… на другой способ еды у меня попросту и времени-то не было. Все на бегу!

На неприлично любопытных придворных я решила вообще внимания не обращать! На всех не угодишь! Да и как бы я себя ни вела, все равно будут сплетничать и злословить.

Я шагала в сторону сада и с аппетитом уплетала собственноручно приготовленный обед! Мои верные стражи послушно шагали за мной. И, как говорится, ничто не предвещало.

- Милледи, что это вы делаете, позвольте вас спросить? — одновременно с тихим цокотом копыт над моим ухом вкрадчиво пророкотал знакомый голос.

Едва не подавившись, я все же дожевала кусок, проглотила и только потом подняла голову на возвышающегося надо мной на вороном скакуне герцога.

- Обедаю я.

Кажется, мой муж собирался что-то мне сказать, когда со стороны конюшен вдруг послышались крики, и из открытых ворот вырвался столб пламени.

Глава 14. Бешеная леди

Вслед за вылетевшим из ворот пламенем я услышала пронзительный клекот, как будто хищной птицы. Но я и так поняла, какому существу он принадлежит. Не успев сообразить, что делаю, подобрала длинные юбки и бегом бросилась в конюшню.

- Кайра, вы куда? – донеслось мне удивленное в спину. И у меня даже мелькнула зловредная мыслишка, что наконец с этого преисполненного важности аристократа удалось хоть немного сбить спесь.

Я успела вбежать в ворота раньше, чем опомнившийся герцог в три прыжка догнал меня на коне, но я уже была внутри. По столпившимся и взволнованно переговаривающимся людям я поняла, где находится виновник переполоха.

Откусив от вкуснющего сэндвича, я решительно принялась локтями прокладывать себе путь. Наряженные в кричаще-желтые фраки с черными позументами слуги начинали возмущаться, но растерянно замолкали, едва видели, что толкнувший их нахал – женского пола, да еще явно что не из простолюдинок!

Наконец я остановилась у дальнего стойла. В нос ударил запах жжёного дерева, а обугленные перегородки влажно парили, только что затушенные водой.

- Ого! Такой маленький, а столько мощи! – с уважением покачала я головой и откусила от сэндвича.

Мои глаза почти привыкли к полутьме конюшни, и теперь в самом дальнем углу кусочек темноты с яркими зелеными глазами заметно выделялся на общем фоне.

Послышалось громкое пыхтение, дракончик явно нюхал воздух. А затем быстрый росчерк маленького тела в воздухе и порыв теплого ветра, и вот уже нарушитель спокойствия сидит передо мной на обугленной дверце денника и с жадностью смотрит… но не на меня! Именно мой надкусанный сэндвич всецело завладел его вниманием.

- Ты мой бедненький! – ласково заговорила я, чувствуя, как защипало у меня в носу и на глаза набежали слезы. Я на секунду представила, что маленького потерявшегося ребенка пытаются поймать чужие страшные существа! Тут или от страха кони двинешь, или поневоле начнешь защищаться всеми доступными способами!

Мне тут же вспомнился детдом и я, загнанная старшими ребятами в угол. Их мерзкие ухмылки и явно читающееся в глазах желание полапать малолетку включили во мне какой-то странный механизм. Тогда мой страх, трусливо заскулив, убрался подобру-поздорову, и я, схватив первое, что мне попалось под руку на тумбочке соседки, бросилась на своих обидчиков…

Позже выяснилось, что я сумела нанести достаточно глубоких и болезненных царапин, троим пацанам всего-то тонкой пластиковой расческой. Но самое главное, что с того дня все задиры обходили меня десятой дорогой! А я до самого выпуска с гордостью носила прозвище «Бешенная».

Не успев даже подумать, что я делаю, шагнула вперед и вытянула руку с зажатой в ней вкуснятиной.

- На, мой хороший! Покушай! Запугали маленького ребенка вместо того, чтобы просто покормить! – засюсюкала я, с улыбкой наблюдая, как дракончик схватил сэндвич зелеными когтистыми лапками и с аппетитом зачавкал.

- Леди Кайра! Вы что творите? – возмущенный хрипловатый шепот возле моего уха вызвал неожиданный шквал мурашек, начиная от шеи и вниз по позвоночнику.

- А вы что видите? – не оборачиваясь, холодно ответила я.

- Что вы кормите огненного дракона! – в голосе прибавилось раздражения, но его приятный тембр вызвал во мне всего лишь улыбку и желание продолжать в том же духе.

- Да! Это я кормлю несчастного, загнанного маленького дракончика! Всего лишь малыша! А вы, ваша светлость, набрасываетесь на него со всей этой сворой!

- Что? – прошипела его светлость. – Я ни на кого не набрасываюсь! Вот эти люди, - и он указал на одетых, как из инкубатора, во все желтое слуг. – Это люди барона Каменского. Именно ему принадлежит детеныш огненного дракона! И они прибыли забрать его!

- Каким образом забрать? – я развернулась и обвела сбившихся в кучу смущенных и растерянных «цыплят» взглядом. Думается, что очень злым взглядом.

- Ва…ваша светлость! Нам было приказано поймать его сетью! А она вот…сгорела! – говоривший, в изрядно испачканном сажей кафтане, поднял руки и продемонстрировал мне обычную пеньковую сетку с огромной дырой внутри.

Видимо, мой взгляд весьма красноречиво сообщил слугам барона мое мнение об их умственных способностях. Тяжело вздохнув, я повернулась к дракончику. В этот момент он доедал угощение и выглядел уже куда спокойнее.

Я подняла голову вверх, и мой взгляд оказался в капкане пронзительного стального взгляда, но я сжала кулаки, впившись ногтями в ладони, и выдержала его.

- Ваша светлость, если вы не планируете и вовсе остаться без конюшни, - я огляделась, ну хоть коней догадались вывести! – и отвезти пропажу его хозяину, прикажите наделать сэндвичей побольше и воды, конечно же, дать в дорогу.

- Чего наделать? – герцог изрядно так завис.

- Ну, вот этих многослойных бутербродов с окороком, что дракончик сейчас ел. Пусть скажут вашему повару, он смотрел, как я его делала.

- Кто делал? Вы? – голос аристократичного красавца дал петуха. Герцог потянул пальцем за горловину своего мрачного камзола, будто ему резко перестало хватать воздуха.

- Ну да! Я не собираюсь обедать без вас! Для меня-то ваш человек, что дегустирует все блюда, не будет этого делать! А я, можно сказать, что только жить заново начинаю и на тот свет вовсе не спешу! Вот я и решила, что приготовить себе еду будет самое безопасное!

- Я так и думал, что вы простолюдинка! – с тоской выдохнул мужчина, сразу как-то поникнув.

Я лишь закатила глаза и махнула рукой.

- Вы, ваша светлость, меня услышали! И только я хотела сделать шаг, как на правое плечо прыгнула тяжеленькая такая кошка. Хотя…кошачьим в дракончике был только вес и…тихое такое, но очень приятное тарахтение! Ну вот! Опять платье испорчено! Уже третье за один день!

Не успев даже что-то сообразить, как я тут же оказалась атакована этими инкубаторскими.

- Миледи! Просим вас! Сопроводите дракончика к нашему хозяину! Он вас наградит!

- Что? Моя супруга, по-вашему, какая-то нищенка, что за награду поедет в такую даль! – рык получился знатным! В левом ухе у меня зазвенело, и я ойкнула из-за боли в правом плече, в которое острыми коготками вцепился испуганный дракончик и по-змеиному зашипел.

- Ой! Ваша светлость, давайте хоть так решим эту проблему, если иначе не получается! И я с удовольствием прокачусь в такую чудесную погоду по свежему воздуху, мне вовсе не в тяжесть! – автоматически почесывая шейку дракончика, принялась уговаривать Его строгую светлость. – В конце концов, лояльные и благодарные подданные еще никому не помешали, - привела я самый козырной аргумент.

Стальные серьезные глаза герцога внимательно посмотрели на меня, затем на дракончика.

- Ну, если вы сами не возражаете, миледи…то это, пожалуй, в данной ситуации самый оптимальный выход. К тому же, я и сам хотел пригласить вас на конную прогулку. Хотел поговорить без посторонних ушей.

Я лишь покачала головой. Мне сложно было представить, как это я у себя дома боялась бы говорить.

- Хорошо, ваша светлость! Я надеюсь, в моем гардеробе есть что-то для верховой езды?

- Обижаете, миледи! У моей жены самый богатый гардероб в герцогстве! – мужчина нахмурился, явно оскорбленный моим вопросом.

- Ну, тогда я пошла, пожалуй, переоденусь.

– Постойте! Разве вы не хотите поехать в карете? Путь не близкий.

- Да нет, благодарю за заботу…мужжж мой, - не выдержав, я немного поёрничала. - Люблю, знаете ли, длинные конные прогулки! – оставив за собой последнее слово, я важно поплыла между спешно расступающимися людьми.

Идти с тяжеленьким дракончиком на плече было довольно неудобно. Сложив перед собой руки, как будто держу младенца, позвала его.

- Перелазь-ка ты сюда, мой дорогой! Раз уж мы с тобой подружились, давай я тебя понесу!

Не знаю, понял ли он именно слова, но что я от него хочу, во всяком случае, догадался! Плавно скользнув по моей руке, дракончик уютно устроился в моих объятиях.

В мои покои мы шефствовали просто феерично! Пожалуй, не было ни одной головы, не повернувшейся нам вслед с выпученными от удивления и страха глазами. Хорошо, что хоть с глупыми вопросами не приставали!

Ввалившись в свои покои, была встречена визгом Марфы. Сильвия, находившая тут же, быстро врубилась в ситуацию и, увидев дракончика у меня в руках, поняла, что он не опасен. Если, конечно, его не дразнить и не пугать. Оттого она поспешила закрыть Марфе рот рукой.

Я довольно кивнула, в который раз отмечая находчивость девушки.

- Уведи ее пока отсюда! – кивнула я на дверь и поинтересовалась тут же: - Сильвия, а есть ли в моем гардеробе брючный костюм для верховой езды?

- Брючный? – воскликнула она громко, ошарашенно зачем-то оглядев меня.

Похоже, поспешила я с выводами о сообразительности девушки!

- Да, именно брючный!

- Нет, миледи, и никогда не было!

- Почему? – спросила я, почему-то уже догадываясь, каков будет ответ.

- У нас женщины не носят брюк, миледи! – в голосе девушки я услышала растерянность и даже страх.

- В таком случае, будут носить! – с каким-то вызовом в голосе припечатала я. – Отведешь Марфу, найди мне мужской костюм для верховой езды моего размера. Справишься? – пожалуй, это был момент истины.

- Да, миледи, справлюсь! – уже совершенно спокойным голосом ответила мне Сильвия, выпихивая чернавку за дверь.

Глава 15. Разговор по душам

Пожалуй, Сильвия нашла мне самый подходящий для верховой езды костюм. Во всяком случае, моего размера. Одевшись, я некоторое время задумчиво разглядывала себя в зеркале.

Мой образ юного жокея складывался из тёмно‑бордового бархатного камзола с золотой вышивкой и галунами — короткого, по моде того времени. К нему прилагались белоснежная сорочка с воротником‑стойкой, светло‑серые шёлковые кюлоты, плотно облегавшие бёдра и застёгивавшиеся под коленом серебряными пряжками, белые шёлковые чулки и удобные чёрные башмаки были тоже украшены серебром. Единственное, что выбивалось из образа и смотрелось откровенно странно, так это моя коса.

Я внимательно посмотрела на нее и представила себя новую с короткой стрижкой. Но тут же пришлось отбросить эту идею. В этом мире женщин с короткими стрижками я попросту не видела. Но что-то поменять в своем имидже мне очень захотелось! Коса меня откровенно простила, но и к башням из волос я была не готова.

Оставшись довольна своим внешним видом, я обернулась к дракончику, до тех пор сидевшему на трюмо и с озадаченным выражением на милой моське, разглядывающим себя в зеркале. Как ни странно, он прекрасно понимал, что видит вовсе не чужака, а самого себя. Но, как всякую юную пытливую натуру, его, видимо, очень интересовал вопрос, каким образом он находится и тут, и там одновременно.

Дракончик поочередно поднимал свои полупрозрачные золотистые крылышки, поворачиваясь к зеркалу то одним, то другим боком, и одновременно вытягивал шею в попытках заглянуть за зеркало.

- Ну что, хороший мой, насмотрелся? Пойдем-ка, тебя мама твоя ждет! - я протянула к малышу руки, и он с видимой неохотой взобрался ко мне на ладони, с грустным видом косясь на свое отражение.

Улыбнувшись, я взяла из ящика комода маленькое зеркальце в костяной оправе и с длинной ручкой и протянула его дракончику. Тот тут же ухватил подарок одной лапкой и довольно затарахтел, тут же в него уставившись.

В дверь постучали.

- Войдите! – я окинула себя оценивающим взглядом в зеркале трюмо, пытаясь представить себе удивленное лицо герцога.

- Леди Кайра! Что вы так… А ты кто такой? Что делаешь в покоях госпожи, мерзавец!? – от резкого, неожиданно прозвучавшего окрика я вздрогнула и медленно обернулась.

И первое, что я увидела, так это то, как резко меняется выражение лица герцога, с разъяренного на растерянно-недоуменное, а потом на раздосадованное. Брови мужчины сошлись у переносицы, образовав недовольную складку, а глаза засверкали стальными молниями.

— Это что еще за непотребство? Я к вам обращаюсь, миледи! Кто вас надоумил надеть этот срам?

- Наверное, ваша светлость, тот, кто и вас! – мое тело автоматически приняло наступательную стойку «руки в боки». Удивленно взлетевшие брови мужчины заставили меня довольно хмыкнуть. – Практичность ей имя! В брючном костюме куда как удобнее садиться на лошадь, ровно, как и слезать с нее. Попробовали бы вы это сами в длинных юбках это сделать!

Герцог, открыв рот, резко вздохнул и тут же закашлялся, подавившись воздухом. Не давая ему опомниться, я продолжила давить фактами.

- А в туалет в дороге ходить, когда приспичит? Представляете, каково это путаться в кустах в этих же длинных юбках?

- Довольно! Довольно непристойностей, леди Кайра! – никогда не видела, чтобы лицо так быстро краснело. – Я вас просил вести себя достойно! А вы…

- А я? – шагнув ближе, я, прищурив глаза, уставилась в пылающие гневом глаза герцога.

- А вы меня постоянно позорите! Вы ведете себя вовсе не как истинная леди! Вы много едите! Не знаете, как правильно пользоваться приборами! Ходите по замку в закопчённом платье, как замарашка какая! Да что там замарашка!? Как простолюдинка! Зачем вы пошли на кухню и там сами себе готовили!? Вы же герцогиня! Да и ведете себя крайне подозрительно! Зачем вы наведывались к Архивариусу? Не отпирайтесь, вас видели у нее! А теперь еще и это возмутительное поведение! Вы решили выйти на люди в одежде, которая обтягивает… обтягивает… ваши… ноги! – похоже, последняя фраза отняла у мужчины все силы, и он выдохнул, словно сдувшийся воздушный шарик.

Прокричавшись, он явно сбросил пар и теперь смотрел на меня хмурым усталым взглядом, явно ожидая оправданий за мое «недостойное» поведение.

Я неспеша подошла к креслу, села в него и усадила к себе на колени увлеченно крутившего в лапках зеркальце дракончика. При взгляде на него на губах мужчины промелькнула мимолетная улыбка.

- А знаете, ваша светлость, я тоже с трудом представляю вас в моем времени! Окажись вы у нас, вы приняли бы обыкновенный поезд метро за дракона, испугались бы обыкновенного эскалатора — это такая движущаяся лестница, ведущая под землю. Вы не смогли бы самостоятельно перейти дорогу, вас наверняка бы сбил несущийся по ней транспорт. И при огромном изобилии еды в кафе, ресторанах и супермаркетах вы попросту умерли бы с голоду, не сумев ничего себе купить, так как у вас нет банковской карточки! И вообще, мой мир показался бы вам населенным монстрами.

- Миледи, вы говорите… непонятные вещи, - герцог шагнул и медленно опустился в кресло напротив меня.

- Они непонятны для вас, ваша светлость! Точно также, как и мне много не понятно у вас. И все же вы, вместо того чтобы поручить знающему человеку помочь мне со всем этим разобраться, бросаете меня! И да, у нас женщины едят, если голодны, а не гоняют по тарелке листик салата! А еще я сама очень неплохо готовлю и даже люблю это делать! А почему я побоялась обедать без вас, я вам уже пояснила. И, кстати, чтобы снова не возникло недопонимания. У нас нет разделения на простолюдинов и аристократов! У нас все равны! А платье я испачкала, потому что… - я вдруг резко замолчала, ощутив, что попросту выдохлась. Устала что-то объяснять и кому-то доказывать! И, практически морально обессилев, прошептала. – У нас брюки могут носить и мужчины, и женщины! По той простой причине, что так удобно! А вообще, если вам не понравился мой закопченный вид, берите этого малыша и сами везите его к барону «как его там».

Я замолчала. Откинувшись на спинку сидения, закрыла глаза и с минуту терпеливо ждала, когда герцог перестанет сверлить меня взглядом, который я очень даже ощущала на себе. Но затем нехотя открыла глаза. В этом вопросе нужно было поставить точку! И как можно более жирную!

- А раз уж я оказалась в вашем мире, чего я не просила, то мне нужно как-то приспосабливаться и для начала побольше узнать о нем. Вот я и пошла к архивариусу! Я хочу разобраться, что это за «Архив душ» и каким это образом у вас происходит подселение чужой взрослой души в тело умершего человека. И вообще не понимаю, почему я должна отвечать за преступление другого человека! Ну хорошо, души.

На некоторое время в комнате повисло неловкое молчание. Мне было не очень приятно, что я вот так вот неожиданно расклеилась при этом чужом для меня мужчине. А герцог, покачиваясь и уставившись в одну точку, по всей видимости, переваривал сказанное мной.

- Ну хорошо, - наконец отмер он и бросил на меня несколько смущенный взгляд. К архивариусу можете ходить. На кухню…

- Тоже буду ходить! – прозвучало как угроза. В ответ герцог только недовольно поморщился, но промолчал.

- Но что касается этого вашего… наряда…

- И не подумаю переодеваться! – припечатала я, зло сверкнув глазами. – Почему вы считаете, что практически полностью оголять грудь женщине — это нормально, а показать ноги в чулках и кюлотах — верх бесстыдства! Вы сами разве не понимаете, ваша светлость, насколько это нелогично!?

- Но как же традиции? – я чувствовала по голосу, что мужчина уже готов был сдаться, и поспешила его дожать неопровержимой логикой.

- Как я понимаю, традиции идут от правящей верхушки. Так ведь? Так! А если ваши предки устанавливали свои порядки, то почему вы, ваша светлость, не можете сделать то же самое? Неужели у вас на это меньше прав?

- Что? – прорычал герцог, вскакивая с кресла.

- Вот-вот! И я о том. Ничуть не меньше! А ваша супруга, как герцогиня, может вполне менять моду! В таком случае, сегодня мы начнем с женского костюма для верховой езды! – довольно припечатала я. И, раз мы все выяснили, я готова! То есть мы готовы!

Герцог галантно открыл передо мной дверь, и я, прижимая к себе дракончика, вышла из своих покоев.

Глава 16. Путь к сердцу мужчины

Я, конечно же, ожидала к себе повышенное внимание в связи со сменой имиджа, но чтобы настолько! Пока я чинно шествовала по коридорам замка и спускалась по широкой лестнице, наверное, вся челядь высыпала со своих рабочих мест и гроздьями повисла на перилах второго этажа.

Проходившие же мимо дамы с кавалерами в разномастных нарядах, выпучив глаза и совсем неаристократично открыв рот, просто застывали на месте.

- Шок — это по-нашему! – порадовалась я произведенным эффектом. Даже такое внимание лучше, чем полное игнорирование. Хотя не вполне была уверена, что это была реакция на мой мужской наряд, а не на сидевшего на моих руках изумрудного дракончика.

Слева от меня что-то скрипнуло. Я повернула голову, окинув взглядом хмурое лицо герцога.

— Это были ваши зубы или сапоги? Наверное, я решила пошутить не вовремя, так как мужчина глубоко вздохнул, видимо, намереваясь отчитать меня прилюдно.

- Ваша светлость, не забывайте о манерах! – успела вставить я, и герцог шумно выдохнул, словно сдувшийся воздушный шарик, зло сверкнув на меня глазами.

Мы уже были у дверей, которые нам с готовностью распахнула застывшая на посту охрана, когда справа от меня нарочито громко охнули.

- Леди Кайра! Или вы уже не леди, и его светлость решил отправить вас подобру-поздорову за зверями ухаживать, где вам самое место в вашем наряде! Ну конечно! Леди Гарпия, то есть Фурия, собственной персоной! Передо мной, похожая на пышный кремовый торт, стояла фрейлина Иветта! Неизменный приторный аромат жасмина окутывал ее душным коконом.

Я уж было хотела ответить ей что-то эдакое, благо настроение было как раз подходящее, как слева от меня раздался громоподобный крик!

- Иветта! Как вы смеете в таком тоне обращаться к герцогине? К вашей госпоже? Немедленно принесите леди Кайре публичные извинения! Еще одно неуважительное слово или даже взгляд, и ухаживать за зверями отправитесь вы!

Честное слово, мне даже жалко стало эту недалекую красавицу! Одно дело подначивать и язвить без свидетелей, и совсем другое — оскорбить и высмеять супругу герцога в его присутствии, да еще прилюдно!

Покраснев, словно помидор, девушка присела в реверансе и извинилась передо мной. Я просто молча кивнула, как бы принимая заведомо неискренние извинения. Да и заступничество своего, как бы, супруга меня не порадовало.

На самом деле я прекрасно знала, что безразлична герцогу, но для него сейчас был прекрасный повод как бы отстоять свою честь и выпустить пар. Тем более теперь эта змеюка начнет мне мстить исподтишка, мстя за пережитое унижение!

Тем временем, оставив позади пристыженную фрейлину, вышли из замка и направились к ожидающим нас оседланным коням и желтому, словно стайка канареек, отряду конных посыльных за дракончиком.

Конюх подвел мне самую низкую и смирную даже на вид каурую лошадку. Я едва удержалась, чтобы не поморщиться. В своей прошлой жизни на ипподроме некоторое время я была частым гостем и довольно хорошо держалась в седле, даже на норовистых жеребцах. Но спорить не стала, а то лимит терпения герцога на сегодня явно был превышен. Он только так посмотрел в сторону открывших рты при виде меня слуг барона, что те срочно заспешили к воротам.

- Подержите, пожалуйста! Я сунула в руки герцога дракончика и, прежде чем он опомнился, вскочила в седло, быстро нагнулась и забрала малыша.

До тех пор смирно сидевший у меня на руках летающий ящеренок заволновался и даже пытался взлететь, повернувшись в сторону замка. Он явно не собирался отсюда уезжать. Мы с герцогом обеспокоенно переглянулись.

- Ваша светлость! Ваша светлость! К нам бежал поваренок, неся корзину, накрытую белой салфеткой. – Ваша светлость, вы приказали сделать в дорогу сэнт… сэнд.

- Сэндвичи! Вот, пожалуй, и выход найден! Довольная, я запустила руку под салфетку и достала оттуда огромный благоухающий копченым окороком, зеленью и соусом фастфуд.

Дракончик мгновенно схватил вкусняшку и с таким довольным чавканьем принялся её уплетать, что даже конюх на секунду отвлекся и улыбнулся. Он ловко приторочил к седлу моей лошадки заветный узелок — запас антистресса для долгого пути. Герцог, увидев это, удовлетворённо кивнул и мягко пришпорил своего коня. Моя лошадка, прекрасно знавшая своё место в строю, без лишних колебаний послушно потрусила за ведущей. Позади, словно отбивая такт, зацокали копыта — это всадники герцога, наша надёжная охрана, двинулись следом, замыкая процессию.

Мы обогнули замок, минуя небольшой городишко, и сразу выехали на тракт, пролегающий между засеянными чем-то полями. Погода радовала, зеленый летний пейзаж тоже, а уж о свежем воздухе, которого днем с огнем было не отыскать в мое время, и говорить не стоило!

Я подняла лицо к голубому, с кружевными облаками, небу, зажмурилась и вдохнула полной грудью. Удовольствие подпортило ощущение пристального взгляда.

- Что? – спросила, не открывая глаз.

- Да так. Такое удовольствие на лицах женщин я вижу только… только… когда дарю им дорогой подарок.

Меня это признание неожиданно покоробило. Выходит, и при жене его светлость ни в чем себе не отказывал! Тогда в чем-то и ее можно понять, довел своими изменами, но этого я, конечно же, не сказала, а сказала другое: - Там, откуда я, люди умеют радоваться мелочам.

- Например? – в голосе герцога ощущался неподдельный интерес.

- Например, когда из стиральной машинки вытаскиваешь ровно столько носков, сколько туда положила! Или когда вы нажимаете кнопку лифта, и он приезжает сразу! Еще когда в переполненном автобусе освобождается место прямо перед вами! Да даже когда дождь прекращается ровно в тот момент, когда вы выходите из дома без зонтика! Улыбаясь своим воспоминаниям, я машинально сунула руку в корзину, достала сэндич, сунула его заволновавшемуся дракончику, и он снова довольно зачавкал.

- И куда в тебя столько влезает? – удивилась я.

- В этом возрасте они быстро растут, - ответил на мой риторический вопрос герцог. – Вы, милледи, сказали много непонятных слов, и я ничего не понял. Надеюсь, вы когда-нибудь просветите меня, что такое: «Кнопку лифта?», ну и все остальное? - Он с минуту буравил меня задумчивым взглядом. И, если мне не показалось, кажется, дрогнул уголок его рта, намекая на полуулыбку.

- Конечно, просвещу! – улыбнулась я. Неужели этот айсберг наконец оттаял и больше не будет сверлить меня подозрительным взглядом? Во всяком случае, я очень на это надеялась.

– Милледи, а можно попробовать этот ваш сэнд-вич? Уж очень вкусно он пахнет!

- Конечно! Сейчас! – моя рука в очередной раз нырнула в теплое нутро корзины, нащупав в ней всего два бутерброда, и я обеспокоенно посмотрела на дракончика. Если он вскоре не наестся, то нас могут ждать крупные неприятности! Но, на мое счастье, малыш с измазанной соусом мордочкой уже возился с закрытыми глазками, устраиваясь поудобней.

Я протянула герцогу угощение и смущенно добавила: - Извините, что сама не предложила, но не думала, что вы такое будете есть. У нас сэндвичи считаются чем-то вроде еды для бедняков.

Покосившись на с аппетитом жующего мужчину, я улыбнулась. Прожевав, он прикрыл от удовольствия глаза и застонал.

- Мне кажется, что я никогда не ел ничего вкуснее этого заморского блюда! Теперь я понимаю, почему вы хотите вернуться домой, если у вас подобные гастрономические изыски едят бедняки!

Я тихонько хихикнула, опасаясь обидеть мужчину.

- Я вам еще гамбургер сделаю и пиццу! Вот где гастрономический аррр… восторг!

Перекусивший мужчина неопределенно хмыкнул, закинув в рот последний кусок сэндвича, и, кажется, расстроенно вздохнул, запивая еду чем-то из поясной фляжки.

— Вот, угощайтесь еще! – протянула я ему последний фастфуд.

- Вполне возможно, барон обидится на отсутствие у меня аппетита, но от этого деликатеса я отказаться не могу! – и мужчина откусил большущий кусок от второго сэндвича.

– Дракончик наелся и уснул. Надеюсь, проспит до самого своего дома! – я с улыбкой посмотрела на спящего зеленого кроху, сложившего за спиной свои слабенькие золотистые крылышки.

- Вполне. Впрочем, мы уже приехали! – герцог кивнул, указывая на большой белый особняк за высоким кованным забором. И, судя по поднявшейся на территории особняка барона суете, нас не ждали.

Глава 17. Выгодная сделка

Ворота перед нашей процессией предупредительно распахнулись. И к нам тут же поспешили расторопные конюхи, принимавшие с поклоном поводья и уводившие лошадей в конюшню. Лишь меня они почему-то обходили стороной. И снова дилемма: не то из-за моего экзотичного внешнего вида, не то из-за сидевшего передо мной и лупившего сонные глазки дракончика.

Снаружи дом выглядел… современней, что ли, чем родовой замок герцога. И вообще, судя по прочим добротным постройкам, барон вовсе не бедствовал. Хотя об этом говорили и сам факт наличия частного зверинца, в котором содержался и столь редкий в этих землях огненный дракон.

Едва я успела оглядеться, как ко мне поспешил сам герцог. Его коня уже увели, и теперь он протягивал руки, чтобы помочь мне спешиться.

- Ваша светлость, приветствую вас в своем скромном жилище! Какими судьбами? Чем обязан сим приятным визитом? – не успела я поблагодарить мужчину за помощь, как рядом нарисовался разряженный франт во всем белом. А уж кружевной воротник рубашки, закрывающий плечи поверх камзола, и длинные кружевные манжеты меня совершенно добили! Терпеть не могу женоподобных мужчин, тех, кто от зеркала не отходит.

- Доброго дня вам, барон! Да вот, ваш дракончик не пожелал даться в руки вашим посыльным. Чуть сад мне не спалил. Пришлось везти его лично… моей супруге. «Он лишь ей пожелал довериться!» — герцог говорил правильные и вежливые слова, но интонация и выражение лица выдавали его истинное отношение к барону.

- О, что вы! Не стоило беспокоиться… - залебезил франт, - хотя… ваш сад… Премного извиняюсь и всенепременно компенсирую ваши убытки, ваша светлость! И благодарю леди… - в этот момент мужчина повернулся ко мне, и его взгляд скользнул с моего лица ниже. Барон икнул и в смущении приложил затянутые в белоснежную перчатку пальцы к чувственным губам, над которыми змеилась тонкая ниточка усов.

Мне почему-то представилось, как ему эти усики выщипывают пинцетом, чтобы добиться идеальной формы, отчего на моем лице расцвела ехидная улыбка.

- Леди Кайру, - помогла я растерявшемуся моднику, опередив его возможный нескромный вопрос. – Вы, барон, по-видимому, законодатель мужской моды, а я — женской. Данный костюм символизирует удобство и практичность конных прогулок для леди, но я еще доработаю его, сделав более элегантным! – закончила я с придыханием, наблюдая за вытянувшимся от удивления лицом мужчины.

Тот закивал китайским болванчиком, что-то нечленораздельно мыча.

- Итак, барон, мы хотели бы засветло вернуться в замок. Поэтому, будьте любезны, заберите вашу пропажу! – герцог перевел разговор на более важную тему, но при этом, недобро прищурившись, буравил барона взглядом.

- Конечно-конечно! – закивал тот, тряся длинными напомаженными волосами и при этом сильно напоминая лошадь. – Пройдемте, герцог, герцогиня, в мой личный зверинец! Уверен, вы сможете по достоинству оценить мою коллекцию экзотических тварей!

Меня аж передернуло от последней фразы, и я инстинктивно прижала дракончика к себе. Только сейчас подумав о том, что, по сути, возвращаю его в тюрьму!

В отличие от ажурной кованной ограды вокруг особняка, зверинец был обнесен высокой каменной оградой и хорошо охранялся. Уж на то, чтобы оградить свои сокровища от всего мира, барон не пожалел средств, чего нельзя сказать об условиях содержания животных.

- Прошу вас, ваша светлость! Обратите внимание… - заливался соловьем напыщенный франт, демонстрируя герцогу пленников тесных клеток. А я лишь мельком скользила по ним взглядом, собственно, не очень-то и удивляясь их экзотичности. Многие из них очень сильно напоминали животных моего мира, вот только драконов у нас никогда не водилось.

Наконец мы остановились у самой последней и большой клетки, и я нервно сглотнула. Мамаша дракончика оказалась просто огромной!

Я смотрела на неё — такую величавую, могучую, но, увы, сломленную.

Чешуя драконихи цвета тёмной бронзы, испещрённая серебряными прожилками, тускло мерцала под лучами солнца, пробивающимися сквозь щели навеса от дождя. Мне подумалось, что когда-то эти прожилки горели, как молнии в грозовом небе, а теперь они словно потухшие шрамы на её теле.

Её крылья… О, эти огромные кожистые крылья, которые когда-то несли её сквозь бури и над вершинами гор, теперь беспомощно волочились по грязному полу. Перепонки в нескольких местах были порваны, края оказались рваными, но она не пыталась их поджать — просто позволяла им лежать тяжёлым, ненужным плащом.

Я смотрела в её глаза — огромные, янтарные, с вертикальными зрачками, которые сейчас были наполовину прикрыты. В них не было ярости, не было угрозы — только глубокая, всепоглощающая печаль. Её ноздри едва заметно подрагивали, выдыхая тёплый пар, а морда, мощная и хищная, с небольшими изогнутыми рогами, казалась усталой, измученной.

И вот она увидела его. Своего детёныша, и вздрогнула всем телом. Её могучая шея вытянулась как можно ближе к прутьям, и я услышала это…

Это не был рык. Глубокий, гортанный, полный безысходности стон родился, где‑то в самой глубине её груди и вырвался наружу, сотрясая воздух вокруг нас. Горестный, протяжный, он походил на плач матери, потерявшей всё.

Она поняла. Я увидела это в её глазах. Она поняла, что не смогла защитить его. Что он, её дитя, теперь тоже был пленником. Что ему никогда не ощутить ветра под крыльями, никогда не взмыть ввысь, никогда не узнать радость свободного полёта. Её взгляд на мгновение встретился с моим — в нём не было гнева, только бесконечная тоска и молчаливая мольба. А потом она опустила голову, и её крылья ещё тяжелее легли на пол, словно сдаваясь под тяжестью судьбы.

Я почувствовала, как сжалось моё сердце.

— Вот, ваша светлость, жемчужина моей коллекции! Могучая дракониха из рода огнедышащих! – надувшись от важности, словно индюк, продолжал распинаться барон.

- Да, хороша! – кивнул герцог, но, судя по его нахмуренному лицу, думал он то же, что и я. Во всяком случае, мне бы этого хотелось. – И каким же образом, барон, малыш смог удрать из этой клетки? – он внимательно посмотрел на дракончика и перевел взгляд на прутья клетки. Они были вылиты из металла и оказались достаточно толстыми, а расстояние между ними не позволило бы малышу сбежать, настолько оно было узким.

- Да вы представляете, ваша светлость? – буквально захлебывался от восторга барон, — это глупое существо зачем-то раздвинуло прутья в одном месте! Неужели дракониха не подумала, что ее только что вылупившийся детеныш может случайно пролезть и потеряться!? Нет, ну правда же, недалекое создание?

Не сговариваясь, мы с герцогом переглянулись, и я увидела в его глазах то, о чем сейчас подумала и сама. Дракониха специально дала возможность своему малышу сбежать из этой тюрьмы, пока он не стал слишком велик, ведь драконы растут быстро. Тогда уж и сквозь раздвинутые прутья он не смог бы пролезть.

Дракониха снова застонала, глазами, полными печали, глядя на своего малыша у меня на руках. Он сидел и, вытянув шею, настороженно принюхивался, чувствуя знакомый запах.

- А как вы, барон, добились того, что дракониха не изрыгает пламя? – я повернулась к хозяину зверинца, стараясь, чтобы по выражению моего лица он не догадался, что я о нем думаю.

- О-о-о, это совсем просто! – небрежно махнул он рукой. – Всего лишь запечатывающее заклинание, и всё!

- Хорошо. Тогда я тоже хочу себе дракона! – решительно выпалила я и невольно задержала дыхание, уже готовая услышать отказ, что с одной, что с другой стороны. – Барон, продайте мне малыша! Зачем вам два дракона? Он вырастет и станет таким же огромным. Это какие же будут расходы на содержание двух драконов?

Барон растерянно выкатил глаза, и теперь его взгляд прыгал с меня на герцога.

- Дорогой, сделай мне такой подарок, купи, пожалуйста, этого малыша! – состроив умильную рожицу, я с мольбой посмотрела на своего временного мужа. – Обещаю, я даже не буду просить новых нарядов и украшений! Да я даже могу ходить лишь в одном платье или вообще в этом костюме, только купи!

- Нет, пожалуй, таких жертв не надо, - нервно дернул уголком рта герцог, - как же я могу оставить свою любимую супругу без нарядов? Ну… и без этого чудесного дракончика! – и уже оборачиваясь к барону:

- Сколько вы хотите за него?

Усаживаясь на свою каурую лошадку, я была просто на седьмом небе от счастья! Этого чудесного, с маленькими белыми рожками и золотистыми крылышками, малыша, барон мне просто подарил! Как он выразился, в качестве компенсации за причиненный саду ущерб. И да, возможность изрыгать пламя дракончику запечатали так же, как и его маме. Но я надеялась, что это не доставит ему явных неудобств. Во всяком случае, в клетке он жить не будет!

Я подняла дракончика на руки, любуясь, как красиво лучи солнца преломляются сквозь его полупрозрачные, золотистые крылышки.

- Ты такой маленький, что если твою мамку поделить на пиксели, то ты будешь размером всего в один. Точно! Я так тебя и назову, Пиксель! А сокращенно — Пикси!

- Странный у вас мир! – задумчиво проговорил герцог, подъезжая ко мне и откручивая крышку с украшенной выпуклыми узорами фляжки.

- И чем же? – поинтересовалась я, усаживая дракончика перед собой и придерживая большое яблоко, которым он с удовольствием зачавкал.

- Ваши женщины радуются не нарядам и украшениям, а живым питомцам!

- Ну уж какие есть! – усмехнулась я. – Зато, ваша светлость, вы можете быть совершенно спокойны, что при разводе я не захочу оттяпать у вас половину герцогства!

Мужчина, в этот момент глотнувший что-то из фляжки, подавился и закашлялся, а я, пришпорив лошадку, с гиканьем поскакала вперед.

Глава 18. Уговор

Обратный путь показался мне короче и в чем-то веселее. Герцог ехал неподалеку от меня и часто посматривал в мою сторону. Я делала вид, что не замечаю этого, будучи всецело поглощенной заботой о своем новом питомце. Дракончик был очень мил! Единственное, что омрачало мою радость, что в покоях он явно проживет недолго, и вскоре придется его перевести в просторный вольер на улицу.

- Леди Кайра, о чем Вы задумались? – Я вздрогнула от неожиданности. Растерянно моргнув, повернулась к герцогу.

- Да вот, вспоминаю о той ужасной и тесной клетке, в которой томится мать дракончика. Ведь он будет быстро расти, и вскоре его придется перевести на улицу, но мне совсем не хочется, чтобы он также мучался! Да и вообще, будь моя воля, я бы и его маму выкупила! – Мой голос чуть дрогнул, и я отвернулась, мне было неловко так афишировать свои чувства перед мужчиной, подозревающим меня во всех смертных грехах.

- Ну, выкупить маму вашего питомца я вряд ли смогу. И дело вовсе не в деньгах, барон Каменский не уступит единственного оставшегося дракона, но я распоряжусь, чтобы для… Как Вы его назовете?

Я подняла высоко сонно щурящегося со сна дракончика. Сквозь его золотистые крылышки солнечные лучи проходили очень странно и выглядели словно застрявшие искорки света в необычного строения крыльях, чем-то напоминая пиксели. Пиксель!

- Я назову его Пикси! – Радостно улыбнулась я и чмокнула малыша в нос, радуясь, что огня мне можно уже не бояться, а вот часто менять платья и умываться от сажи, мне кажется, придется.

- Странное имя, но… Ему идет! – Усмехнулся герцог. – Ну, так я продолжу свою мысль. Так как земли у меня в достатке, позволяю сразу за садом выбрать место для постройки большого загона.

- У нас это называется «вольер», - Задумчиво перебила я герцога. – И что, вскинулась я, прямо-таки разрешите большой вольер построить? И чтобы с теплым домом? – Отчего-то ощутила странную радость, словно я не взрослая женщина, а ребенок, которому пообещали сделать домик на дереве и качели в придачу!

- Разрешу? – Герцог удивленно приподнял бровь. – Да Вы и сами можете распорядиться это сделать! Вы же моя супруга и хозяйка замка!

- Временная, - Пробурчала я, чувствуя, как очарование момента утекает из моей души, словно вода через песок. Мне не стоило забывать, что я сейчас кто-то вроде приманки для возможного отравителя герцога. А вот что со мной будет позже… Если это «позже» для меня вообще наступит!

Я почувствовала, как по моей щеке скользнул тяжелый взгляд мужчины. Все же услышал. Некоторое время мы ехали молча. Погода была прекрасная, только пение птиц в вышине да дробный перестук копыт по пыльному тракту, ведущему через засаженное чем-то поле.

- Миледи, мне кажется, мы с вами уже немного успокоились, и, наконец, настало время для разговора, - В голосе мужчины чувствовалось напряжение. Я подняла взгляд. Герцог ехал чуть впереди меня, смотря ровно перед собой. О чем это говорило, я не могла знать, но некую неловкость с его стороны явно ощущала.

- Давайте поговорим! Меня тоже довольно сильно нервирует неопределенность, ваша светлость!

- Эйнар.

- Что? – Я растерялась, потеряв нить суждения.

- Давайте, когда мы одни, обращаться друг к другу по имени. А то как-то…

- Да, я понимаю, как скажете, Ваша… Эйнар, - Поправилась я, бросая в сторону своего псевдомужа лукавый взгляд.

- Так вот, Кайра, мне кажется, что сообщник моей жены теперь должен успокоиться. Так уж вышло, что теперь всему двору известно, что ее тело заняла чужая душа. Но вполне возможно, что отравитель может этому не поверить, посчитав нашей уловкой.

- Почему вы так думаете? – Герцог по-прежнему ехал чуть впереди меня, изредка едва поворачивая в мою сторону голову, а я могла сейчас безнаказанно смотреть на его крепкую спину с широким разворотом мощных плеч. Мужчина уверенно и расслабленно держался в седле, и я получала большое эстетическое удовольствие, любуясь им, что чуть не пропустила его ответ.

- Как правило, человек бесчестный меряет других по своей мерке. Каков он сам, того же ожидает и от других. Поэтому могу предположить, что отравитель начнет вас прощупывать, вызывать на разговор.

- Неужели, ваша…

- Эйнар.

- Хм. – Неужели, Эйнар, преступник…

- Простите!?

- Да! Конечно. Вы что-то хотели спросить?

- Вы часто говорите не совсем понятными словами, видимо, принятыми в вашем мире. Не могли бы вы насчет некоторых меня просвещать?

- Конечно, почему бы и нет? – Усмехнулась я. – Сейчас вас какое слово заинтересовало?

- Преступник. Так, я, конечно, понимаю, что вы им называете злодея, но почему именно так?

- Ну как же. Есть ведь закон. Верно?

- Закон есть всегда! Без него будет хаос.

- Верно! Так вот, а тот, кто этот закон преступит, ну, как бы переступит, а именно нарушит, тот и называется преступником!

- Хм! Очень точно подмечено! – Вздернул бровь мужчина, одобрительно на меня посмотрев. – Пожалуй, возьму это слово для всеобщего употребления. Нужно будет записать его по прибытию. А то у нас как: убил – убийца, украл – вор, отравил…

- Отравитель! – закончили мы вместе и засмеялись.

- Простите, Кайра, мы ушли от разговора! Давайте договорим, мне не хочется мне наши планы обсуждать в стенах замка.

- Понимаю, - Кивнула я. – Так вот, что я хотела спросить, неужели преступник так просто будет меня расспрашивать об отравлении?

- Не думаю. Но инициатива в разговоре, уверен, будет исходить от него!

- Или от нее! – Вставила я свои пять копеек.

- Что? Почему вы так решили? – Герцог развернул коня в мою сторону и сейчас красиво гарцевал на нем.

- Обычно, отрава – это женское оружие. Чаще именно женщины совершают убийство с помощью ядов. Так что, если у вашей жены был сообщник, то, возможно, также женщина. Поэтому я думаю, что нужно подозревать всех!

- Выходит, задача усложняется? – Герцог развернул коня и теперь ехал рядом со мной, возвышаясь на две головы.

- Выходит так, - Вздохнула я. – И знаете, ва… Эйнар… Мне страшно! Что если меня также захотят устранить, как и настоящую Кайру? Так сказать, постараются завершить начатое? На всякий случай, чтобы не рисковать?

Герцог резко осадил коня, и тот, встав на дыбы, недовольно загарцевал на месте, закусив удила. Мужчина некоторое время серьезно на меня смотрел, а затем, вынув из ножен красивый кинжал с украшенной камнями рукоятью, протянул мне.

— Это еще зачем? – Насторожилась я и тоже натянула поводья, остановив коня, заставив его пятиться. Пикси, до этого спокойно ехавший, вцепившись в луку седла, почувствовал мое волнение и зашипел, словно рассерженная кобра, пыхнув в сторону герцога облачком черной сажи.

- Надо же, защищает! Хорошо, что он теперь ваш! Всегда берите его с собой на прогулку, мне будет куда спокойней! И не говорите пока никому, что ему заблокировали возможность изрыгать пламя.

- Хорошо, я тоже считаю, что так будет лучше всего, - Кивнула я, машинально почесывая своего маленького защитника, как какого-то кота. Пикси сразу успокоился, расставил в стороны крылышки и зажмурил глаза.

- Но это еще не всё! – Герцог медленно передал мне кинжал, настороженно посматривая на дракончика.

- И что мне с ним делать? – Я осторожно взяла в руки холодное и ощутимо тяжелое оружие.

- Чуть наколите себе руку!

Я с некоторым недоверием посмотрела на герцога, но возражать не стала, чуть, так чуть. Осторожно, морщась, сделала себе маленький порез на запястье левой руки. Больно! Поморщилась. И тут же удивленно распахнула глаза. У герцога на этой же руке появился точно такой же порез!

- Ого! А как это работает? И что мне это даст, если меня начнут убивать? – Во мне тут же проснулся здоровый скептицизм.

- А вот что! – Герцог поднял руку выше и ближе ко мне. И тотчас я увидела, как порез на его руке затянулся!

Я в восхищении захлопала глазами, хватая ртом воздух. До сих пор в этом вроде бы магическом мире я эту магию встречала, разве что в своей ванной, наполняя ее водой, а затем нагревая.

- Так что мне это даст? – Повторила я свой вопрос.

- А вы посмотрите на свою руку! – Улыбнулся мужчина.

Я опустила взгляд и охнула! Пореза как не бывало!

- Кайра, вспомните, там, на повторном суде, мы были с вами связаны магически! Я теперь могу ощущать, что с вами. Если вас ранят, такая же рана появится у меня. Она затянется, и также затянется ваша. А еще я буду знать, где вы, и поспешу на помощь!

- Ну хорошо, - Тяжело вздохнула я, соглашаясь, и все же с недоверием косясь на свою совершенно здоровую руку. – Так что конкретно я должна теперь делать?

- Собственно, ничего нового, - Усмехнулся герцог. – Гуляйте, общайтесь со всеми, с кем захотите! Можете готовить себе сами на кухне, собственно, ведите себя как эксцентричная особа. Тем более, будучи моей женой, вы вполне можете позволить себе… многое! А я буду за вами присматривать, и в случае малейшей опасности поспешу явиться вам на помощь.

- Ага! А преступнику только того и надо! – Со скепсисом хмыкнула я.

- Я буду не один являться, - Успокоил меня герцог. - А по вечерам мы будем с вами встречаться и обсуждать всё то, что вы успели узнать за день!

- Встречаться? – Всего одно слово, а понимай, как хочешь!

- Да, вы забываете, что у нас смежные покои! И между ними есть общая гостиная. Так что каждый вечер, после ужина, я буду ждать вас там! – И вроде бы ничего особенного не сказал, а я почувствовала нарастающее волнение и… невольное томление в груди!

Копыта коней зацокали по брусчатке у ворот замка.

- Вы отдыхайте с дороги, Кайра. А после ужина мы с вами пройдемся по саду и подыщем подходящее место для будущего вольера Пикси!

Я без слов кивнула, чувствуя, как от такой, вроде, и мизерной заботы, аж в глазах защипало от подступивших слез благодарности. И тут же почувствовала на себе любопытные, недоумевающие и старательно прячущиеся, часто возмущенные взгляды проходивших мимо слуг.

Я тут же вспомнила, что на мне мужская одежда! Пришлось мысленно встряхнуться. Расслабляться мне рано! Расправив плечи и подняв подбородок, я важно подъехала к ступеням у главного входа в замок. К нам уже спешили конюхи, а на верхней площадке лестницы мелькнуло пышное платье цвета слоновой кости с высоким воротником, и вроде бы ветер донес до меня аромат жасмина.

Неужели, следит? – Я повела плечами, не пойми, чего сбрасывая, не то усталость с долгой дороги, не то липкое ощущение чужого любопытного взгляда.

Глава 19. Гарантии

В свои покои я буквально ввалилась, со вздохом облегчения падая на мягкую софу.

- Сильвия! Марфа! – очень удобно, что обеих девушек поселили через стенку, так что в любое время я могла их позвать. Правда, для этого имелся колокольчик, но просто крикнуть мне было куда привычнее.

Меньше, чем через минуту в дверь постучали. Я выдержала мхатовскую паузу.

- Войдите! – обе мои горничные по привычке просочились в гостиную в еле приоткрытую дверь, но, увидев у меня на коленях дракончика, от неожиданности ойкнули и застыли на месте.

- Ну что встали? Проходите, и закройте за собой дверь, будем заново знакомиться!

Девушки бочком просочились вдоль стеночки, прикрыли дверь и уставились на дракончика.

— Вот, знакомьтесь! Этого малыша зовут Пикси. И он теперь мой!

- Но как это, ваш? Ваш супруг купил его вам? – Сильвия смотрела на моего питомца скорее с любопытством, чем со страхом, что мне очень понравилось.

- А вот и нет! Представляете, барон Каменский подарил мне его. Сказал, что это компенсация за учиненный малышом пожар в саду! Так, девушки, мне бы ванную поскорее организовать, а то запылилась я в дороге, - распорядившись, я откинулась на спинку софы и закрыла глаза, почесывая Пикси по жесткой шкурке.

Сама собой по лицу расползлась довольная улыбка. Поездка в целом оказалась довольно удачной, питомца диковинного себе приобрела, да и с герцогом удалось более-менее договориться!

Пикси, до того смирно сидевший на моих коленях, спрыгнул на пол и беспокойно затопал, тыкаясь носом то под софу, то в каждый угол. Его маленькие, но вполне себе рабочие крылышки в сложенном виде волочились кончиками по полу, напоминая собой павлиний хвост.

Из ванной меня позвали, и, оставив дракончика осваиваться, я пошла купаться. Пока девушки натирали мне спину мягкой мыльной губкой, да мыли волосы, я строила планы. Оказалось, что дел у меня уже запланирована целая куча! Вот только было непонятно, к кому я могу обратиться для их осуществления?

Искупавшись и надев приятное к телу домашнее платье, вышла из ванной и, чуть не наступив на оказавшееся у самого порога безобразие, едва успела перепрыгнуть через него. В этот же момент дверь в мои покои открылась, и я влетела в объятия герцога!

- Хм! Не думал, что вы уже успели так по мне соскучиться, Кайра! – горячие ладони машинально обхватили меня за талию, удержав от падения.

- Простите, муж мой, но вы несколько преувеличиваете мою к вам привязанность, - хмыкнула я, выкручиваясь из непрошенных объятий. Не скажу, что мне было неприятно, скорее даже очень, но я не хотела, чтобы герцог счёл эту случайность, будто я вешаюсь ему на шею, как и все прочие женщины. Мы оба помним условия нашего брака, а по сути, сделки — и чувства в них не входят.

- Так значит, это не меня вы бежали встречать? – словно не веря, герцог приподнял одну бровь.

- Нет, не вас, ваша светлость! Да и вообще никого. Собственно, вот, - обернувшись, я указала на маленькую кучку драконьей неожиданности.

Мужчина смущенно хмыкнул и отвернулся. Мне стало смешно.

- Да, нужно лоточек ему для туалета приспособить. Не подскажете, к кому я могу обратиться по этому вопросу?

- К моему дворецкому, Гарету! К нему можете обращаться по любым вопросам, Кайра. Начиная с… этого вопроса и заканчивая мастерами для постройки загона для дракона.

- Не загона, - я поморщилась, - а вольера!

- Простите, но пока не понимаю разницы, - отмахнулся герцог, как от чего-то несущественного, при этом окинув меня оценивающим взглядом. – Леди Кайра, мне думается, этот наряд не очень подходит для прогулки по саду.

— Это мое домашнее платье, я вовсе не собиралась в нем выходить. К ужину я еще не одевалась.

- Я, собственно, для того и пришел. Хотел пригласить вас прогуляться перед ужином.

Я пожала плечами, перед ужином так перед ужином, не возражаю. Попросив герцога немного подождать, удалилась в свою спальню. Мои служанки, суетливо поклонившись герцогу, шмыгнули за мной следом.

- Марфа, убери, пожалуйста, небольшую кучку у двери умывальни!

Девушка нахмурилась, сжав губы в тонкую линию, но подчинилась. А я задумалась, что слишком много гонора у служанки. Странно это. А еще подумала, что не зря ею была недовольна предыдущая владелица тела, нужно присмотреться к девушке повнимательней.

С помощью Сильвии я быстро переоделась в голубое, просто невесомое, словно облако, платье и, заколов волосы на затылке, оставила сверху такую ехидную кисточку. Нанесла на скулы чуть румян, на губы блеска и спустя минут десять уже была готова к прогулке!

Герцог удивился такой небывалой скорости, сказав, что приготовился ждать не меньше часа. Одобрительно окинул меня взглядом, задержавшись на моей пикантной кисточке на макушке, и вышел в коридор. Я подхватила на руки Пикси, успевшего устроиться на медвежьей шкуре у камина, и последовала за мужчиной.

Благодаря дракончику, уже привычно устроившемуся у меня на руках, проходя по замковым коридорам, снова получила повышенную порцию внимания. А потому была рада, наконец, выйти в сад, хоть ненадолго скрывшись от назойливого внимания слуг и аристократических приживал.

Некоторое время мы с герцогом шагали молча, каждый погрузившись в собственные мысли. Мужчина выглядел сосредоточенным, и я не решилась заговорить, хотя один очень важный вопрос просто вертелся на моем языке и, признаться, очень меня беспокоил.

— Вот, леди Кайра, обратите внимание! – я вздрогнула от неожиданности и чуть не врезалась в спину внезапно остановившемуся мужчине. – Именно этот участок я хотел вам предложить для сооружения удобного места жительства вашему питомцу.

Я огляделась.

- Обратите внимание! Садовые дорожки закончились у густых зарослей можжевельника. Мы с вами прошли по почти нехоженой тропинке между кустами. И совсем рядом с этим местом конюшни, так что ему будет не так одиноко. А места здесь предостаточно, какой пожелаете отгородить участок под строительство, такой и будет.

- Правда? – я осмотрела очень даже большой ровный участок, покрытый недавно стриженой травой. Хоть теннисный корт делай! И в моей голове уже начал вырисовываться план удобного вольера для Пикси.

- Вижу, вы довольны! – улыбнулся герцог, и я забыла о том, что только что меня занимало, засмотревшись на его красивое, особенно преобразившееся от улыбки лицо.

- Да, благодарю вас, Эйнар! Можно задать вам вопрос?

- Конечно, слушаю вас.

- Скажите… когда мы с вами поймаем заговорщиков и все это закончится, что будет со мной?

- Я не совсем понимаю ваш вопрос, Кайра, - мужчина нахмурился, меж его бровей пролегла сосредоточенная складка, и он очень мне напомнил того сурового вершителя судеб в зале суда, когда меня судили за чужое преступление.

- В вашем мире есть Архив душ — и для вас привычно, что в теле взрослого может оказаться чужая душа, например, как в этом теле. А оно принадлежало преступнице. В него вселилась моя душа, и система потребовала искупления: мне велено отработать чужую вину. Скажите: что вы сделаете с моей душой, когда я исправлю то, что совершила ваша жена, леди Кайра? – прошептала я, наконец задав так волновавший меня вопрос, и теперь с невероятным волнением ожидала ответ.

Герцог шагнул ко мне, я вздрогнула, и дракончик, сидевший у меня на руках, зашипел. Не то он так меня защищал от резкого движения, почувствовав мой испуг, не то я случайно его сильно сжала, но так или иначе, Эйнар остановился, задумчиво посмотрев на маленького защитника, и перевел взгляд на меня.

- Я пока не думал об этом, Кайра. Но могу вас уверить, что даже если вы не сможете мне помочь найти виновного, то лишать вас жизни, а конкретно, именно этого тела, я не собираюсь.

- Но что тогда будет со мной? Я ведь не являюсь вашей настоящей женой! И даже не важно, что браслет меня принял за нее. Мы чужие друг другу. Не будем же мы только из-за магической связи оставаться супругами?

- Не знаю. Я уже говорил, что пока не думал об этом, - в голосе мужчины я ощутила металл, а его глаза сверкнули знакомым мне стальным блеском. Было ясно, что этот разговор ему не нравится, но я должна была получить для себя хоть какие-то гарантии!

- Простите, ваша светлость, - перешла я на официальное обращение, - но скажите, все же наш развод возможен?

- Вполне.

Я едва смогла продолжить говорить, хотя буквально кожей ощущала идущий от герцога холод.

- Тогда пообещайте мне, пожалуйста, что после завершения этого расследования вы дадите мне развод и отпустите! – я уже жалела, что вообще завела этот разговор. Все же слишком рано. Тем более, я еще ничего полезного не сделала, чтобы что-то требовать от герцога. Не в моей ситуации. Но теперь уже поздно было отступать.

- И куда же вы пойдете, осмелюсь вас спросить? – иронично, уголками губ улыбнулся мужчина.

Я пожала плечами.

- Да куда угодно! Мир большой. Если вы сможете купить мне небольшой домик, совсем крохотный…! – я внутренне вся сжалась, заметив, как заходили желваки мужчины, но заставила себя продолжить. – Буду там жить и работать как все. Я много чего умею делать! Вот готовлю неплохо, могу и за животными ухаживать, а еще красивые вещи вязать из шерсти. Работы не боюсь, так что не пропаду!

Пока говорила, перед моим внутренним взором быстро промелькнула моя такая недолгая жизнь. И да, мне много кем приходилось работать, и много чему я научилась. Белоручкой точно уж не была. Подняв взгляд на герцога, вздрогнула. Он смотрел на меня с какой-то грустной задумчивостью. Затем резко повернулся, бросив:

- Не беспокойтесь на этот счет, миледи. На улицу босой и без средств к существованию я вас точно не отправлю. Только учтите, дракона вы в свой маленький домик забрать не сможете!

Я тяжело вздохнула и опустила взгляд на Пикси. Дракончик, успев как-то сорвать с дерева лист, пытался его жевать.

- Ты же у меня голодный! Сейчас пойдем кушать, мой хороший! – почесала я малыша между крылышками, с грустью осознавая, что герцог прав, и когда Пикси вырастет, ему придется остаться здесь.

- Ну что ж, тогда я такой тебе вольер отгрохаю, сам герцог обзавидуется! – прошептала я малышу и поспешила за далеко ушедшим вперед мужчиной.

Глава 20. По моему хотению!

Не могу сказать наверняка: то ли вопрос о разводе омрачил герцогу настроение, то ли его действительно ждало какое‑то важное дело. Но прощание вышло каким‑то скомканным: он невнятно пробормотал что‑то о неотложных заботах, отказался разделить со мной обед и поспешно удалился.

Задумчиво посмотрела ему вслед и сразу же направилась в сторону кухни. Я по-прежнему не желала стать следующей жертвой коварного отравителя и последовать в лучший мир за настоящей леди Кайрой, ведь у меня и в этом еще уйма дел!

- Всем добрый день! – вежливо поздоровалась я с порога кухни, и стоявший ко мне спиной у разделочного стола главный повар Маркус вздрогнул и что-то быстро завернул в шуршащую бумагу.

- О-о-о, леди Кайра! Какой приятный сюрприз! – расплылся мужчина в несколько кривоватой улыбке, заставляя сомневаться в искренности данного высказывания. – Чем могу вам служить, уважаемая герцогиня?

- Нам с Пикси поесть бы, - я обвела задумчивым взглядом спешно нарезающих что-то поварят. Признаться, я довольно устала с дороги, и меня не очень тянуло на подвиги с готовкой.

- С кем, простите? – в этот момент взгляд повара упал на дракончика в моих руках, и пухлые румяные щеки мужчины тут же печально обвисли, побледнев. – Ох! Что же это такое? Это тот ужасный зверь, что поджог сад герцога? – не сводя испуганного взгляда с моего питомца, работник ножа и поварешки начал пятиться от меня.

— Это мой питомец! Его зовут Пикси! И теперь он также поставлен на довольствие. Правда, я еще не выяснила, чем обычно кормят маленьких драконов. Думаю, всякие бутерброды с булкой и соусом ему вряд ли пойдут на помощь, - я задумчиво обводила взглядом исходившие паром кастрюли, горы овощей и зелени на столе, пока не остановилась на скромной горке из нескольких свежеощипанных кур.

- О! Маркус, а дайте-ка нам одну курочку!

- Сырую изволит, леди? – испуганно косясь на вытянувшегося в струнку дракончика, усиленно шевелившего носом и изучающего все разнообразие ароматов кухни, повар постарался улыбнуться, но вышел у него какой-то вымученный оскал.

- Сырую. Хотя… А вареная есть?

- Есть и вареная!

- Тогда давайте сюда и вареную! Положите их рядом, пусть Пикси сам выберет, какая ему больше нравится.

- Боб! А ну живее достань вареную птицу из бульона! – рявкнул главный повар на высокого детину со здоровенными руками мясника. Да и вообще, как я заметила, помощники у главного повара все были высокие, плечистые и с руками-лопатами. И, представляя, какую гору овощей должны они нарезать ежедневно, месить тесто да ворочать огромными кастрюлями и сковородами, я была вполне согласна с подбором персонала, люди обычной комплекции здесь точно бы не справились!

Боб отложил здоровенный тесак, которым до этого крошил зелень, и выудил из кастрюли целую курицу. Положив ее на тарелку, поставил ее около горки с сырыми тушками.

Я подошла ближе.

- Ну, давай выбирай поскорее, я тоже есть хочу!

Словно поняв меня, Пикси засуетился, затопал на моих ладонях и принялся шумно нюхать воздух рядом с обеими курочками. Его маленькие крылышки трепетали, чуть не попадая мне по носу, и всем видом дракончик выражал полную растерянность. Как мне показалось, его одинаково привлекали оба вида подачи данного блюда.

- Заверните нам обеих пташек! – распорядилась я, в душе радуясь, что хоть немножко покомандую, пока есть такая возможность.

Моё распоряжение выполнили незамедлительно! А я все продолжала оглядывать кухню в поисках еды для себя. Мне хотелось быть уверенной, что еда гарантированно безопасна. Наконец мой взгляд уперся в спину повара, готовящего что-то в стороне ото всех. В совсем небольшой кастрюльке, по сравнению с остальными, он помешивал какое-то варево.

- А там что готовится? – указала я в дальний угол кухни.

- О-о-о, госпожа, эта пища не достойна вашего тонкого вкуса! – главный повар вполне пришел в себя, о чем явно указывал яркий румянец, вернувшийся на его румяные, словно наливные яблочки, щеки.

Я очень не люблю явную лесть, но здесь только поморщилась, ничего не ответив. Местных обитателей мне не перевоспитать. Одни привыкли льстить, а другие как должное принимать эту лесть.

- Отчего же? Я думала, что у вас еда вся вкусная, а не как-то выборочно.

- Дело в том, госпожа Кайра, что по соизволению его светлости на той плите один из поваров готовит простую еду для нас, работников кухни.

- А что у вас сегодня на обед? – я аж привстала на цыпочки, как будто с этого места могла что-то разглядеть в кастрюле.

- Овощное рагу с маленькими кусочками мяса, госпожа!

- Маркус, может, у вас найдется немного и для меня?

Главный повар сглотнул, снова побледнел, но возражать не стал, лишь приказал, чтобы мне положили в тарелку рагу.

Обедала я здесь же, на кухне, заняв уютный уголок. Здоровяк Боб принес мне здоровый ломоть свежего душистого хлеба и кружку молока. Попросив постелить на пол кусок чистой ветоши, посадила на нее Пикси, а затем воспользовалась рукомойником, вымыв руки. Боб поставил рядом с Пикси старую, немного помятую миску и положил в нее кусок вареной курицы.

Как ни странно, но этот повар совершенно не боялся моего дракончика, с интересом на него поглядывая, и сам Пикси отнесся к повару с некоторым доверием, позволив поставить миску ближе, и даже не зашипел.

Я с удовольствием ела очень вкусное рагу, кусочки мяса в котором маленькими были, наверное, в понимании работавших на кухне здоровяков. А что, с одной стороны, им и сила нужна для трудной работы, да и герцог может себе позволить хорошо кормить работников.

Пикси тоже с удовольствием слопал половину курицы и теперь сидел осоловело моргая, явно готовясь уснуть прямо тут же, на полу кухни.

Поблагодарив поваров и Маркуса в отдельности за вкусный обед, подхватила на руки питомца и отправилась к себе в покои. Уже проходя мимо стола, на котором Маркус что-то завернул в шуршащую бумагу, увидела, что из этого свертка торчит… крыло летучей мыши! Мне как-то сразу поплохело, и я уверилась в необходимости есть то, что мне хорошо знакомо, а еще лучше, готовить самой!

Уже в своих покоях посадила Пикси на мягкий прикроватный коврик, а сама присела на краешек кровати и, покачиваясь, задумалась, а положен ли в замке послеобеденный сон? Но додумать эту мысль мне не дали. В дверь кто-то уверенно, но негромко постучал. За неимением служанок пришлось идти открывать самой.

В дверях стоял высокий, сухопарый, с безупречной осанкой мужчина лет пятидесяти пяти, и мне, кажется, я уже видела его рядом с герцогом. Его спокойное лицо и внимательный взгляд карих глаз сразу располагали к себе. В руках странный визитер держал свиток бумаги и перьевую ручку, на шее на золотистом шнурке висела бутылочка с чем-то черным, предполагаю, что с чернилами.

- Доброго дня вам, герцогиня! Его светлость прислал меня записать все ваши пожелания! – мне кажется, мои брови скрылись где-то в районе корней волос.

- Все мои пожелания? А… длины свитка хватит? – не выдержала я и пошутила.

- Не хватит, я принесу еще! – невозмутимо ответил посетитель. Ого! Мне он определенно начинал нравиться!

- А вы, простите, кто? – все же отошла я в сторону, делая приглашающий жест.

- Я – дворецкий его светлости, Гарет, меня зовут.

- Приятно познакомиться, Гарет! Ну, если его светлость именно так и сказал, что «любые пожелания», то, пожалуй, приступим! Итак!

Дворецкий приготовился писать.

- Хочу в углу комнаты, у окна, сделать что-то вроде ниши, алькова или как это у вас называется, и туда перенести кровать! Хочу, чтобы она стояла в уютном уголочке, а не посередине комнаты.

Возможно, мне это только показалось, но у мужчины нервно дернулся уголок рта, хотя само лицо хранило невозмутимость.

- Давайте нарисую! Так будет понятней, - не дожидаясь ответа, я взяла из руки мужчины перо и быстро начертила ниже его писанины то, что именно я хочу. Увидев мое довольно умелое художество, дворецкий чуть приподнял бровь.

- Так! А теперь давайте определимся, в каком месте мы установим игровой уголок для Пикси. Там будет его мягкая уютная лежанка, несколько мягких полочек для «полежать», лестницы и место для туалетного лотка, - закончила перечислять я, и посмотрев на замершего дворецкого, поймала его ошарашенный взгляд. Похоже, сегодня впервые дала трещину его профессиональная невозмутимость.

Глава 21. В вихре дел и интриг

Пожалуй, именно это называется словом «дорвалась»! Не знаю, виноваты ли в этом мои тайные «хотелки», возможностью реализовать то, о чем в своей прошлой жизни я и мечтать не могла, или это было продиктовано необходимостью нынешней, я не знаю. Но во мне неожиданно включился режим энерджайзера, и теперь я целыми днями была занята целой кучей важных дел!

Во-первых, бригада краснодеревщиков внесла значительные изменения в планировку моей спальни. Теперь моя кровать стояла в углу, втиснутая в некое подобие ниши, тяжелый бархатный полог был заменен на деревянный. Слишком, в моем понимании, высокие потолки лишали шикарные помещения личных покоев уюта. А так я хотя бы его создала на своем спальном месте.

Также, подобный кошачьему, но гораздо более крупных размеров, был создан из дерева уголок отдыха для моего дракоши. Он, как мне показалось, даже понимал, что сложная конструкция сооружается именно для него, а иначе я даже не знаю, как по-другому объяснить особый интерес Пикси к процессу его строительства.

Дракончик, сидя на круглом пуфике, немигающим взглядом следил за работой мастеров, чем изрядно их нервировал. Но зато я была совершенно уверена, что они сделают все максимально качественно.

Оставляя работников под надзором Пикси, я уходила в самый конец сада, в сторону конюшни, и уже там руководила строительством гигантского вольера. К слову сказать, это действо привлекало довольно много народу. В основном это были слуги и горничные проживающих в замке аристократов. Наверняка те посылали своих служанок посмотреть и доложить им о ходе необычного строительства.

Как я и хотела, работники сначала построили крепкий дом из дуба, напоминающий огромную собачью будку. После чего ее засыпали землей и засадили травой. Таким образом получился большой зеленый холм, внутри которого была нора или пещера. Как ни назови, но просторное и уютное жилище для моего Пикси было готово!

Чудесно обыгран был и бьющий на этом участке родник, образующий тонкий ручеек, конец которого терялся за замковой оградой. Я же приказала выкопать небольшой пруд, где дракон мог бы освежаться в особо жаркие дни, да и просто пить из него.

Несколько поваленных друг на друга стволов деревьев образовывали своего рода аттракцион. В общем, припоминая устройство вольеров для крупных животных московского зоопарка, я старалась не упустить ни одной важной детали.

Кроме того, вот уже несколько дней я мучила модисток, которых мне прислал дворецкий, своими экстравагантными заказами. Матроны лет пятидесяти, со своими давно устоявшимися вкусами и понятиями о приличиях, чуть в обморок не падали от моих запросов.

Один только взгляд на мои эскизы доводил портних до нервной икоты. Само собой, в первую очередь я заказала себе два элегантных костюма для верховой езды и теперь с нетерпением ждала момента их «выгулять». Я заранее предвкушала реакцию герцога на вид моей изящной, но в то же время выдающейся в нужных местах фигуры. Оставалось только дождаться приглашение с его стороны на конную прогулку.

Не знаю, в чем дело, но последние дни его светлость почти не бывал на завтраках, обедах и ужинах. Но зато в полном составе присутствовал весь местный серпентарий! Я единственный раз оказалась среди этих аристократичных змей и на будущее зареклась повторить подобное!

Я заранее через дворецкого Гарета узнавала, будет ли герцог присутствовать за столом, и когда оказывалось, что нет, сразу шла на кухню. Главный повар Маркус по-прежнему вздрагивал при моем появлении и постоянно что-то пытался спрятать. После увиденных мною сушеных летучих мышей его действия казались мне еще более подозрительными, и из его рук я особенно боялась принимать еду! Его вечно дрожащие полные щеки, потеющий лоб и бегающие глаза заставляли относиться к мужчине с большим подозрением!

Единственное, что меня смущало, это его отношение к маленькому сироте, живущему при замке и помогающему на кухне. На вид я бы дала пацаненку лет шесть, худенький, пугливый, с большими светло-карими, как лесной орех, глазами. Именно с ним Маркус обращался как-то особенно мягко, я бы даже сказала, деликатно.

В этот раз я, как обычно, пришла на кухню и быстро перечислила Бобу список ингредиентов для моего обеда. Долго возиться не хотелось, да и день выдался особенно жаркий, оттого я и решила по-быстрому сделать себе винегрет, тем более что и вареные овощи всегда были в наличии.

Здоровяк быстро принес мне требуемое и вернулся к своему рабочему месту, время от времени с интересом посматривая на мои действия. Повар ловко орудовал огромным тесаком, на мельчайшие кусочки измельчая мясо, что мне даже стало не по себе, если он по моей, косвенно, вине оттяпает себе палец.

- Боб! Не отвлекайся, пожалуйста, а то мне страшно за сохранность твоих конечностей! Я обязательно дам тебе попробовать винегрет, и если тебе понравится, то скажу, как готовить!

Мужчина широко улыбнулся и кивнул мне, продолжая виртуозно орудовать огромным ножом. В винегрет мне пришлось добавить свежий горошек вместо консервированного, но я надеялась, что это никак не отразится на вкусе салата.

Пообедав, я задумчиво шла по пустому коридору. После обеда все придворные расползались по своим покоям, чтобы поспать, но я спать днем не привыкла и теперь размышляла, куда бы мне податься. Последнее время я частенько наведывалась в гости к леди Лире.

Архивариус оказалась очень приятной женщиной, а к тому же она согласилась мне помочь разобраться в местном мироустройстве и магии. Да, как оказалось, у всех аристократов в этом мире она есть. Вот только пользоваться своими способностями среди высшей знати считается дурным тоном. Но у меня таких предубеждений вовсе нет, оттого я с удовольствием и пыталась понять, какая именно магия досталась мне.

Вторым вариантом было посещение Архива, которым заведовал хранитель Орвин, пожилой мужчина с седыми усами и очками на шнурке. Его медлительные движения человека, постигшего Дзен, словно указывающие, что у него впереди целая вечность, всегда изрядно меня нервировали.

Я уже несколько раз посещала Архив, по полдня просиживая в нем, зарывшись в свитки и старинные фолианты. Мне очень хотелось разобраться с этой ерундой по поводу подселения душ в тела взрослых, но больше всего меня занимал вопрос, касающийся Архива душ.

Запрашиваемые документы на интересующие меня темы хранитель Орвин давал мне словно нехотя, тяжело вздыхая и качая головой, он сверлил меня укоризненным взглядом, будто я не научные труды прошу мне показать, а как минимум местную Камасутру!

Так, задумавшись, я брела по освещенной факелами части коридора, пока мой взгляд не уперся на выглядывающие из-под подола персикового платья, расшитые жемчужинами носки белых туфель. В тот же миг я ощутила сладкий аромат жасмина.

Я мысленно закатила глаза, но, вынужденная соблюдать дворцовый этикет, нацепила на лицо дежурную улыбку и посмотрела на фрейлину Иветту.

- Вам не спится, Иветта? А как же послеобеденный сон? – как я не хотела общаться с этой неприятной мне особой, но посчитала за лучшее первой начать разговор.

Девушка изобразила поклон, едва наметив его, и при этом смотрела на меня вызывающе дерзко. Я же посчитала за лучшее сделать вид, что ее демонстрация неуважения не достигла цели, и, не останавливаясь, проследовала дальше.

- А вы, миледи, наверное, блюдете фигуру? – голосок этой язвы все же настиг меня.

Я остановилась, но оборачиваться не торопилась.

- С чего вы это взяли?

- Ну как же, вас практически не бывает за обедом, да и завтраки с ужином вы тоже не посещаете. Насколько я знаю, в ваши покои служанки еду также не носят. А отсюда вывод, что вы сели на диету! – закончила она радостно на визгливой ноте.

Но тут я уже не выдержала и медленно обернулась.

- Иветта, вам бы лучше своими делами заняться. А то говорят, у кого нет своей личной жизни, те любят совать свой нос в чужую! И, если уж вам это так интересно, то мы с его светлостью любим обедать вдвоем! – не дожидаясь ответа, я развернулась и продолжила свой путь.

Так и не решив, куда же мне пойти, вернулась к себе. Открывая дверь в покои, я улыбалась, вспоминая, как поставила на место зарвавшуюся девицу.

Войдя в гостиную, я на мгновение оцепенела, не понимая, что происходит. На прикроватном мягком коврике, с пеной на мордочке, бился в конвульсиях мой Пикси, а вокруг него, рыдая, бегала Сильвия.

Глава 22. Между заботой и недоверием

Остаток дня, ночь и еще один день выдались очень тяжелыми. Присланный Эйнаром личный врач, бледнея и заикаясь, предупредил, что он ничего не понимает в лечении драконов, но обещал сделать все, что в его силах.

И сделал. По счастью, Пикси выжил!

Было ранее утро. Я сидела на софе, с вожделением поглядывая на свою мягкую кровать в уютной нише, мечтая поскорее на нее перебраться и уснуть. Пикси, слабый и несчастный, лежал у меня на коленях, а я осторожно поглаживала его по тусклым зеленым чешуйкам.

В дверь тихо постучали, и почти сразу она приоткрылась.

- Кайра, простите, что я вот так, бесцеремонно! – на лице заглянувшего ко мне герцога мелькнула виноватая улыбка. – Я думал, что вы уже спите, и хотел проверить, как себя чувствует ваш дракончик. Кстати, как он? И почему вы до сих пор не в постели? – последнее прозвучало несколько двусмысленно, и герцог резко отвернулся к окну, пряча смущение.

- Опасность, к счастью, миновала, но Пикси очень слаб, как сами видите. А я… как раз подумываю, как бы добраться до кровати и не потревожить малыша.

- Давайте я его подержу! – засуетился герцог. – Куда его положить?

- Я осторожно протянула вдруг ставшее за ночь легче тельце дракончика, а сама быстро юркнула под одеяло. Благо, что домашнее платье позволяло такое сделать. – Давайте Пикси сюда! «Так мне будет спокойней», — прошептала я, указывая на место рядом с собой.

Герцог сверкнул на меня взглядом своих стальных глаз. Я не успела понять, что в них такого промелькнуло, но почувствовала, как загорелись мои щеки.

- Хорошо устроились? Может, приказать вам что-то принести, воды или, может быть, вы хотите есть? – забота со стороны сурового герцога просто зашкаливала. Мне очень бы хотелось знать ее причину, но я боялась язвительным вопросом снова выстроить, между нами, каменную стену непонимания и обид, а потому просто покачала головой.

- Благодарю вас, Эйнар! Единственное, что я сейчас хочу, это спать! – укрывшись одеялом по самый нос, я закрыла глаза, но почти тут же села на постели. – Ваша светлость!

Мой вскрик остановил мужчину у самой двери. Он удивленно обернулся.

- Да, слушаю вас!

- Ва… Эйнар! Вчера, прямо перед тем, как произошло отравление Пикси, я встретила в коридоре фрейлину Иветту, которая уже не первый раз, вместо того чтобы исполнять свои прямые обязанности, при встрече со мной первая начинает разговор, и каждый раз это оскорбления, издевки и даже угрозы. Она тогда спросила, почему я не хожу на общую трапезу в гостиную, и насмехалась, что я, по ее мнению, сижу на диете, так как и в мои покои слуги еду не носят! – я с надеждой посмотрела на каменное выражение лица герцога, надеясь, что он понял мое беспокойство и защитит меня от нападок этой озабоченной.

- И что вы хотите мне этим сказать? – моя надежда была напрасной, герцог лишь удивленно приподнял бровь.

- Я считаю, ваша светлость, что раз эта женщина следит за тем, кто ко мне ходит, а еще и угрожает открыто, то это явно ее рук дело! Её или кого-то из подосланных слуг! Я про отравление Пикси! – пояснила я, глядя на удивленное выражение лица мужчины.

- Я не думаю, что бездоказательное обвинение украсит вас, леди Кайра! – голос герцога стал на градус холоднее, да еще это «леди», словно моментально выросшая, между нами, каменная стена.

- Ваша светлость! Эта женщина начала мне угрожать с первого дня моего появления здесь! И я, как вы заметили, не побежала тут же вам жаловаться! И говорю это только теперь, когда она от слов перешла к делу.

Тяжело вздохнув, мужчина отошел от двери, подойдя ко мне ближе. Он встал, широко расставив ноги и скрестив на груди руки. Встал в закрытую позу, явно не веря мне и не собираясь прислушиваться к моим словам. Но я все же решила попытаться.

- Мне очень неудобно об этом говорить, но фрейлина Иветта, как говорят в замке, давно мечтает занять место вашей жены! Я не знаю, какие у вас отношения, но, во всяком случае, она хочет большего, и, судя по наглым и резким высказываниям мне в лицо, она считает, что у нее есть все шансы занять это место, как только оно станет вакантным! Или я ошибаюсь, ваша светлость? – приподняв подбородок, я с вызовом уставилась в льдистые глаза мужчины.

- Раз неудобно, то и не говорите! Аристократке не пристало уподобляться болтливой челяди! – прорычал герцог, гневно сверкая глазами. – Вы не поймали ее за руку, миледи, а это значит, что не вправе безосновательно обвинять эту девушку!

Я аж подскочила в постели, чуть не усевшись на бедного Пикси, и чувствуя, что от злости меня сейчас разорвет!

- Вы ее еще защищаете!? И, к тому же, не вы ли, ваша светлость, поручили мне присматриваться ко всем в вашем замке и докладывать обо всем подозрительном? И, если я правильно поняла, ваша жена вовсе не была казнена, а ее тоже отравили или убили каким-то другим способом. Не для того ли, чтобы освободить место вашей супруги? Разве вы не считаете, что эту версию нужно хотя бы проверить? Тем более, что яд — самое что ни на есть женское оружие!

- Да ну? А откуда вам это знать, леди? – герцог приподнял одну бровь и зло усмехнулся одним уголком губ. – И не потому ли это, что вы в своей прошлой жизни промышляли чем-то подобным?

- Что!? – я аж задохнулась от возмущения. – Да как вы смеете! Я, наоборот, была волонтером в Центре помощи бездомным! Я помогала людям! А вы… - я уже еле сдерживала злые слезы, чувствуя, что недоверие этого мужчины и его обвинения задели меня куда больше, чем я думала.

— Это только ваши ничем не подтвержденные слова! – холодно отчеканил герцог и, не дав мне ответить, быстро вышел из моих покоев.

С момента моего появления в теле жены герцога я впервые дала волю слезам, почти пол ночи проревев белугой! Я оплакивала сразу все: рано погибших родителей, обманом отнятую квартиру, свою раннюю смерть и, заканчивая обидой на предвзятое отношение ко мне герцога. А ведь так хорошо все начиналось! Ведь он вполне мог прислать своего врача проверить состояние Пикси, а пришел сам! И почему-то мне казалось, что именно ко мне, сославшись на дракончика, как на повод. И чем закончился этот визит!

Но к утру я уже смогла взять себя в руки. Ясное дело, что герцог видит во мне лишь заблудшую душу, по его мнению, безродной простолюдинки, как он мне не раз уже говорил. А его временами мягкое ко мне отношение — не что иное, как память о его жене. Ведь, по временами вспоминающимся мне эпизодам из их отношений, он часто улыбался Кайре и смотрел на нее глазами, в которых светилась любовь! И похоже, герцог до сих пор любит свою жену! Её, не меня.

Вызвав колокольчиком Сильвию, с ее помощью привела себя в порядок и приказала принести с кухни миску куриного бульона для Пикси. Особенно наказав налить его лично из общей кастрюли!

Самой на кухню мне пока идти не хотелось, не было аппетита. Пока я гладила своего дракончика, вроде бы чувствующего себя уже значительно лучше, я подумывала, чем бы мне сегодня заняться. Но вернулась Сильвия с бульоном и сообщила мне, что его светлость изволит сегодня присутствовать на завтраке в малой гостиной.

Я же завелась с пол оборота, возмутившись, что, похоже, меня на завтрак звать никто и не собирался! Что-то это все больше и больше мне напоминало общий бойкот. Решили задвинуть подальше «подменную» герцогиню? Не выйдет!

Приказав Сильвии покормить Пиксика, я еще раз взглянула в зеркало, чтобы убедиться в собственной неотразимости, и отправилась на завтрак в обществе аристократичных змей и одного слишком упертого герцога.

***

Дорогие читатели!

Продолжение этой истории, вы сможете прочитать на сайтах Литнет:

и Литгород: