Желая Жить

Глава 1

Тот день, когда ты осознаешь всю суть бытия, и будет днём твоего рождения.

- Как я устал! - проговорил я, старческим голосом. После слов, я посмотрел на свои сморщенные и старые руки. Кожу покрывали трупные, тёмные пятна. Предвестник смерти, так в моё время говорили люди. Ощущение смерти было сильным, а многолетний опыт подсказывал, что она совсем рядом. Только что меня сильно избили и привели в камеру. В которой работал небольшой светильник. Стенки были металлические, как и дверь. Внутри было сыро и холодно. Мне сто пять лет, а со мной обращаются как с демоном. В камере нет даже туалета. Дверь из стали толщиной в метр, намекала на то что я демон. Так же я был уверен, что и стены имеют схожую толщину с дверью. - Как же мои права? - сказал я в слух, не зная услышали меня охранники. Произнеся это, я облокотился спиной о холодную стальную стену. Страха перед смертью у меня не было. Зачем бояться то, что нельзя избежать. - Как же быстро пролетела моя жизнь. - сказав это, я принялся постепенно вспоминать. Хоть я и был стар, мои глаза имели металлические оттенки, а уверенный взгляд говорил о насыщенной жизни.

Родился я в северном полушарии земли. В обычном селе, в 1915 году. После моего рождения, через четыре года, от вируса погибла вся моя семья. Из целого села, выжил только я. Почти целый год я питался различной растительностью. Если повезёт словить животину, то и мясом. Меня случайно нашли военные, это я позже узнаю, кто они такие. Они колонной проходили мимо моего села и решили набрать воды. Но, не найдя в деревни людей, кроме меня, побоялись это делать. Говорить я умел плохо. Поэтому нормально объяснить, что произошло не смог. Переговорив между собой, они решили забрать меня с собой. В начале меня отправили в церковный приют. Где я пробыл неделю. После чего вернулись военные и забрали меня. Моего мнение никто не спрашивал. На вопросы монашек, военные фыркали в презрении. Со мной тогда забрали всех мальчиков в возрасте пяти лет. В апреле, снег ещё толком не растаял. На улице стоял не большой мороз. Меня и ещё шестерых пацанов привезли к деревянным баракам. Нас вывели на площадь, где собрались много таких же детей. Военные быстро нас распределили по рядам. Дети, которые капризничали, военные били. Что стимулировала остальных выстроиться в шеренгу. Но, были и те что продолжали дальше, в надежде что им уступят. Выстрел охладил пыл бунтовщиков. Все поняли, что одного из них без лишних слов застрелили, как собаку. Дальше мужик лет пятидесяти вынес тело на площадку. Для того что бы все видели труп. У парня в глазах до сих пор стояло озорство, но тело предательски остывало. Дальше мужик обвёл глазами всех и тихим голосом сказал, что кто не хочет тут быть шаг вперёд. Произнёс он это под апрельский ветер, который пробрал каждого ребёнка до костей. После того как мы выстроились. Нам сказали, что им нужны прирождённые воины и что эта честь выпала нам. Дальше, всех детей сбили в шеренги к большим бочкам. Процедура происходила так. Подходишь к бочке полностью голый, тебя обливают ледяной водой. Дальше тебе дают мыльную тряпку. Ты отходишь и очень быстро моешь своё тело. Потом отдаёшь ребёнку который за тобой. Сам же бегом к очередной бочке, где тебя окатывают ещё раз водой. Потом ты подходишь к человеку, который выдаёт льняные мешки. В этих мешках были три дырки, для головы и рук. Тебе выдавали один такой и ты должен был, голый с мешком в руках, быстро построиться обратно в шеренгу. Покуда это все происходило, иногда слышались выстрелы. Когда я стал в шеренгу, на моих глазах произошло много убийств. Девочка пяти лет, притворилась мальчиком, получила пулю в голову. Она даже не поняла как, погибла. Мальчик что был рядом с ней закричал в истерике. Побежав к ней, стал на колени перед остывающим трупом зарыдав. Но, его плачь заглушить очередной выстрел. Дальше происходил полный ад. Те кто тормозил или пытался убежать погибали. Мне повезло, я пережил смерть всех близких мне людей. Поэтому происходящее меня не страшило. Я лично их сжёг трупы. Но, здесь не все были такими детьми. К концу всего этого, нас стало на десятую часть меньше. Тот же мужик вышел и обвёл всех взглядом. Потом посмотрел на кучу детских тел возле себя. Сказав, что эти не прошли отбор. Там было их около сотни. Сотни людей убили, за то что они дети. Меня тогда эта картина очень мотивировала на жизнь. - Эх, как зря! Лучше бы не струсил и погиб тогда... - проговорил сам себе, прерывая свои мысли. Причём последние слова, я сказал так, как будто попробовал их на вкус, причмокивая губами. При лёгком морозе, все дети тряслись, а кожа приобрела синий цвет. Нам всем было, холодно, голодно, страшно. Мужик заметил, что дети начали синеть. Чётким и громким голосом, скомандовал одеть мешки. Я был проворным малым. Поэтому успел за секунд пять это сделать. Но, нужно учитывать, что был мороз, а мы после «душа». Не успел я насладиться тёплым мешком, как начались новые выстрелы. На этот раз детей семьдесят застрелили. Мужик начал ждать, когда военные принесут тела этих детей в кучу. Покуда их несли, мы опять успели начать мёрзнуть. Военные не спешили, смеясь и разговаривая между собой, сносили тела убитых. Так продолжалось минут двадцать. Когда они закончили, мужик дал команду, всем нам идти в бараки. Военные нас сбили в ровные шеренги и мы как узники пошли в свою новую и жестокую жизнь. Когда мы прибыли на место, нам у входа выдали каждому кусок хлеба и тёплую воду. Дальше отправили в бараки. У каждого мешка был свой номер. Мой был шесть шесть восемь. Я тогда знал только десять цифр и умел считать от нуля до девяти. Военные начали гнать нас к лежанкам. Лежанка выгладила очень просто: куча соломы, а рядом на палке табличка с номером. Дальше нам объяснили, что с этого момента, к нам будут добавлять и отсеивать людей. После этого начались будни. Я каждый день тренировался. Обучали нас всему, начиная от добычи еды, заканчивая обращение с различными ядами и взрывчатыми веществами. В конце каждого года, проводили соревнования. Где по жеребью мы выходили драться между собой. Дрались на смерть, если ты жалел своего оппонента, ты умирал вместе с ним. Был бонус от этого, нам разрешалось забрать все вещи убитого и его солому, которую к слову никто не менял. Так же забирался и мешок убитого. Так проходили мои дни, до тех пор покуда мне не исполнилось десять лет. За это время от нас, осталось только пятьдесят детей. Но, нужно учитывать, что в первые три месяца, нашего лагеря к нам привозили ещё мальчиков. В свои десять лет я уже имел шрам на щеке. Каждый из нас имел ледяной взгляд. Такие глаза могли быть у убийцы или маньяка, но не как у мальчика моего возраста. Мы должны были сразиться друг против другом. Только десять человек пройдут испытания, и продолжат обучение. Где нам пообещали тёплое помещение, нормальных учителей и многое другое. Это нас очень стимулировало. Все из нас относились к смерти друг друга, как к естественному процессу. ~Так и должно быть... Испытание происходило в лесу. Каждый из нас, носил на себе кучу мешков. На ногах, руках и теле. Даже подобие шапок было. Но, стоит помнить, каждый мешок на нашем теле, это чья то жизнь. На моем было шестнадцать мешков. Среди нас, у меня было среднее количество мешков. У самого главного было около двадцати пяти, а самого слабого около семи. За все время было семь обязательных испытаний. Как Макар так смог, никто не понимал. Даже сами военные дали ему погремуху ”Уж”. Просто ты или тебе могли кинуть в любое время вызов, где на кону кроме жизни, стояли и твои вещи и твой паёк. От такого вызова ты не мог отказаться. Когда тебя вызывали, у вас происходила дуэль. Где вы сражались на смерть. Но, какое оружие выбирал ты, за счёт чего, у тебя было преимущество над тем кто тебя вызывал. Я не разу никого так и не вызвал. Все остальные кидали вызов мне, где я вышел победителем. Насчёт Ужа, ему никто не бросил вызов. Даже на подначки военных никто не велся. Все как будто боялись этого парня. Хотя он выглядел слабым, а в сражениях использовал всегда простые тактики. Лицом больше похож на девочку, а ростом ниже всех. Витовт, это самый сильный, наоборот кидал вызовы и всегда выигрывал. Он был сильным духом, телом. Обладал очень острым умом, что делало этого парня настоящей машиной для убийств. На его лице всегда весела ухмылка, больше похожая на оскал зверя. Среди нас не выделялся только я. Мне часто подначивали, мол долго не продержусь в этом лагере. Пакуй вещи, для нового владельца. Так каждый день, в течение первого года издевались надо мной военные. Покуда, я главного подстрекателя не зарезал как свинью. Для пущей убедительности, во время обезглавливания, прижал ему ногой гениталии. Получилось очень зрелище. Он визжал и булькал на всю округу, а я медленно, тупым ножом, резал ему глотку. После этого от меня отстали военные. Жаль что это видели и слышали только они. Так как я это сделал на их территории. Куда нам входить было запрещено. За такую провинность, мне урезали паёк в двое и посадили в карцер на месяц. В карцере, каждый час тебя будили. Если ты спал, то обливали водой. Но, если ты и так не просыпался тебя избивали, покуда ты не поднимался. На самом дели, меня должны были застрелить. Но, мужик который в начале нас принял, заступился за меня. Сказав что я отличный боец. Из-за чего мне дали такое слабое наказание.

Глава 2

Мир одинок, как и ты.

Мы находились на поле, возле опушки леса. Сентябрьский ветерок, гонял по полю высокую траву. Солнце ещё не взошло, но уже понемногу светало.

Командующий проводил не большой инструктаж. Военные бегали и готовили место для проведения испытаний.

Испытание будет происходить в лесу. Мы будем расставлены друг от друга на расстояние ста метров. Дальше командующий озвучил, что из оружия ничего не будет. Мы должны сделать его самостоятельно или драться в рукопашную. Каждый был в этом плане индивидуальной личностью. За те пять лет с нами произошло много чего и все это было адом.

Затем командующий рассказал про лес. Где находился не большой ручей и болото. После слов про болото, я пошевелил пальцами на ногах. Стопы были укутаны в мешки и завязаны конопляной верёвкой.

Наша задача, за день по возможности сделать оружие и устранить своих конкурентов. Каждому был выдан специальный деревянный жетон с номером. Убивать больше четырёх людей было запрещено. Если вы до заката солнца успевали добыть четыре жетона, то вы прошли испытание и немедленно должны явиться в штаб. Который находился в центре леса.

Нельзя было объединяться в группы. К примеру, я с Ужом объединюсь и нападу на Витовта. Такое было под строгим запретом. Тем более в лесу было большое количество военных, контролирующих наши действия. Получив жетоны, мы должны идти к ближайшему военному чтобы их сдать. Так же можно было принести их в конце.

Так же учитывался такой исход. К примеру у тебя было три жетона и у соперника три. Вы сразились и кто-то из вас выиграл. У победившего получилось шесть жетонов. То он все равно должен был отдать все жетоны военным. Которые после заката будут выставлены в виде приза. Другие, кто не смог собрать четыре жетона за день, получат возможность заработать не достающее количество. Все будет решаться через дуэль.

Затем военные быстро развезли нас на телегах. Меня поставили между Витовтом и Ужом. Такое мне показалось немного странным, но, с моим характером, мне было все равно.

- Везёт же... - посмотрев в начале в сторону Виконта, а затем в сторону Ужа.

- Началось! - покуда я думал, о своих дальнейших действий. Из леса повалил сигнальный дым, что являлось сигналом к началу испытаний.

Я никуда не спешил, испытание началось до восхода солнца. Мне было больше интересно понаблюдать за природой. Находясь на небольшом холме, откуда открывался великолепный вид на горизонт.

Кроваво-красные лучи только начали пробивать серые облака, от чего где-то сзади защебетала первая птичка. От такого зрелище я присел на траву, наслаждаясь моментом. Счастье и умиротворение захлестнули меня. Звуки первых птиц, шелест травы и легкий утренний ветерок. Делали картину, забыть которую я не смогу до конца жизни.

Трава под ногами шумела от сентябрьского ветра, как будто вторя солнцу. Деревья же склонили свои верхушки в поклоне. Было чувство сказки и мой десятилетий разум наслаждался тишиной и спокойствием. Этот момент был попаданием в рай, после ада.

— Я так и знал, что Солн останется на месте. —

Так не хотелось прерывать этот момент, но у жизни другие планы. Как бы вы не старались, в любую секунду все может измениться до неузнаваемости. Тут главное уметь принимать такие моменты и двигаться дальше. Никогда не сдаваясь... идти дальше.

Витовту хоть и было десять лет, но голос из-за постоянных физических нагрузок сломался раньше положенного. А холодное помещение, где мы все жили, добило его. Сделав похожим на мужской бас.

- Зачем, Витовт пришёл сюда? - не поворачивая головы и наблюдая за рассветом, обратился к своему товарищу.

- Солн, ты сейчас серьёзно? - смеясь сказал Витовт, подходя со спины. - С одной стороны ты, с другой Блуд. - Он в наглую сел рядом со мной. Расстояние между нами было около трёх метров. Витовт не сводил глаза с горизонта, который красным постепенно окрашивал поле, за одно приближаясь к нам.

Блуд занимал второе место. Но среди всех детей, он был самым жестоким парнем. Убивая своих соперников через пытки. Он всегда дрался используя яд. Парализуя жертву, затем медленно и мучительно издевался над ней. Из-за этого с ним боялись драться почти все. Хотя среди нас были отчаянные люди, кто бросал ему вызов. Все заканчивали одинаково.

Блуд наносил яд на свои длинные ногти. За которыми он ухаживал и точил время от времени, для остроты. Так же у него были различные метательные иглы. Никто в здравом уме, не будет сражаться с таким человеком. Отсюда и выбор Витовта.

- Эх, Витовт, Витовт, я серьёзно. - сказал я печальным голосом. Дальше резким движением поднимаюсь и бросаюсь к своему врагу. Он услышав мои слова, на секунду задумался. Но, быстро опомнился. Резко поднявшись, Витовт принял боевую стойку. За одно кинув в мою сторону камень. Который пролетел рядом с моим лицом. Оказавшись в плотную со своим соперником, заношу удар ему в голову. Витовт в привычной манере, оскалился в мою сторону.

Этот оскал пугал всех, даже военные боялись его, но меня это не остановило. Тут либо ты, либо тебя. Третьего не было.

Оказавшись рядом, резким движение руки, наношу удар в голову. На что мой соперник с ухмылкой уклоняется. Мой кулак проходит в сантиметрах от его лица, но вторая рука, в которой был камень, попадает прямо в кадык. Дальше, резко присаживаюсь уходя от защитного удара. Встаю ударяя в подбородок снизу. На что слышу характерный хруст шейных позвонков. Не думая, делаю замок на его шеи со спины, и со всей силы тяну на себя. Этим я добиваю своего товарища.

Никто не знал, что я мог управлять двумя руками одновременно. То есть у меня нет ведущей руки, как у большинства людей. У меня врождённая амбидекстрия, это я узнаю позже название своей способности. Так же, я способен делать разные вещи руками. К примеру одной писать один текст, другой рукой другой текст. Это никто не знал, как и противник.

Камень я нашёл когда, сидел и смотрел восход. В этом детском лагере, нас научили всегда искать возможность и способы убийства и защиты. Тем более камень усилил мой детский удар в разы, что стало неожиданностью для соперника и фатальным исходом.

- Не хотел я драться с тобой. - сказал я присаживаясь на тёплое тело Витовта. Продолжая наблюдать, как солнце окрашивать все в красные цвета. Я казался демоном, даже военные которые не успели отойти на свои посты, застыли в шоке. Они стали свидетелями убийства, по их мнению человека, кто должен был занять первое место среди всех нас. Они видели от начала и до конца бой.

Я не обращая никакого внимания, продолжил наслаждаться рассветом, попутно говоря с мёртвым телом. Рассказывая как я скучаю по родным. Как было бы здорово завести настоящих друзей. О планах, чего я хочу и кем хочу быть. За эти пять лет, у нас пропали чувства. Но, слёзы предательски бежали с моих глаз. Рукой вытирая их, я продолжил в слух рассуждать и говорить о будущем, настоящем и прошлом. Так продлилось около часа. Когда солнце полностью поднялось, встал и я. Собрав всю одежду с тела и жетон, я нацепил на лицо безразличное выражение. Оставив Витовта на не большом холме, наблюдать за горизонтом, а сам двинулся в лес.

Зайдя в лес, первым делом, принялся искать ягоды и орехи. На моём лице была детская радость и счастья от найденных ягод и орехов. После такого количество дней без нормальной еды, эта была отрада. Тот вкус ягод и орехов, до сих пор иногда чувствуется во рту. Всю жизнь я пытался найти этот вкус, но так и не смог. Наверное это были самые вкусные сладости в моей жизни.

Покуда я объедался дарами сентябрьского леса, подыскал себе палку. Из неё у меня получилось неплохое копьё. Закончив с ним, я отправился к ручью. Где желал попробовать половить рыбу.

До заката так и прошёл мой день. Я искал ягоды, орехи, ловил рыбу. Совершенно без всяких забот и лишних мыслей о соревновании. На мои действия посматривали военные с недовольством. У меня было два жетона, а остальное я планировал добыть во время ночных боёв.

Каждый момент я старался запомнить, как будто живу последние минуты. Каждую секунду я старался прожить по максимум, выжимая из жизни все соки. Не было страха погибнуть, я понимал, что это неизбежность. Зачем переживать, за то что могло случиться? Я могу только попытаться что-то изменить и прожить чуточку дольше. С такими мыслями я наблюдал закат.

Сидел я на верхушке дерева, смотря как огромный огненно-красный шар уходящий за горизонт. Оставляя этот мир в тёмных красках и делая меня счастливым.

- Только видя и переживая моменты связанные со смертью, дают понять цену жизни...

Глава 3

Глава третья.

В свои десять лет, я задал себе вопрос. Кто я?

Но, ответить так и не смог. Так, а кто ты?!

Дом, а вокруг пятьдесят метров чистой земли. Даже мох был убран, а корни выкорчеваны. Оставляя ровную поверхность. Деревья выступали своеобразным забором, укрывая лагерь от посторонних глаз.

Военные бегали как муравьи. Обустраивая барак, который находился сразу за домом. Одна часть барака была сделана для тех кто пройдёт испытания, вторая часть для военных. В главном доме будет ночевать командующий и его свита.

Возле дома находилась площадь, где был круг для сражений. Вокруг этого места горели костры, а из земли торчали факелы. Освещение было отличным, правда, от костра стоял сильный запах. Создавая тяжелею атмосферу перед предстоящими боями.

- Как всегда все продумали. - сказал я тихим голосом, наблюдая за высоким огнём. В эти костры будут скидывать трупы проигравших детей. Так что к запаху костра добавиться и запах горелого мяса. Эта вонь будет преследовать меня всю жизнь, от неё избавиться будет невозможно. Как крест тех забытых времён. Когда жизнь человека не имела цены.

Пройдя дальше, я поинтересовался у военного куда сдавать жетоны и что делать дальше. На что он сказал, что скоро нас начнут собирать на площади. Остальные дети без забот общались между собой. Кто-то пытался разузнать у военных информацию, а кто-то тихо ожидал начала дуэлей. По моим подсчётам пришли в лагерь меньше половины.

Получив всю нужную информацию, сразу направился к рингу. Где удобно уселся, в ожидании боёв.

- Такое красивое небо. - сказал рядом голос. Повернувшись, я увидел военного в годах, лет пятидесяти.

Нас за последние пять лет хорошо обучили письму, чтению, математике, немного физики и химии. Так же мы каждый день поднимались в определённое время, рано утром. Физической подготовке уделяли особое внимания. Отсюда колоссальные нагрузки и постоянные боли во всем теле. Те кто не мог выдержать, погибали от пули в голову.

- Согласен. - с улыбкой произнёс я. Через верхушки деревьев, виднелась огромное количество звёзд.

- Тяжело вам детки мои. - уже шёпотом произнёс вояка. В его глазах была грусть. - Жаль ничем не могу помочь. - Тяжело вздохнув и посмотрев на меня, он повернулся и отправился по своим делам.

Прозвучал звон к сбору. Дети засуетились и направляясь к месту сбора. Через три минуты, все мы выстроились, а военные окружили лагерь по периметру. Сегодня были изменения, потому что к нам вышел, жирный человек, в каком-то странном костюме. Не представившись, принялся рассказывать правила. Что он говорил, я плохо понимал. По окружающим было видно, что они тоже слабо понимали, о чём говорит мужик.

Когда он закончил, вышел наш командир и повторил все, что говорил до него жирный мужик. Только сейчас нам стало понятно, что нас ждёт.

Среди пятидесяти человек, прошли двадцать четыре. Никто так и не собрал четыре жетона. У всех было по разному количеству жетонов, от одного до четырёх со своим. Но, что вызвало шок у толпы, так это наличие трёх жетонов, кроме своего, у Ужа. Ему был нужен только один, чтобы выйти из этого испытания живым.

Стоит знать, что мы жили в бараках. Которые никак не согревались, а зимы у нас были страшные и очень холодные. Скудный рацион питания, мог стать лучше, если ты выиграешь в вызове. Тогда твоя пайка становилась больше, а качество еды улучшалось. После трёх таких побед, ты мог кушать один раз в день мясо. Отсюда дикое желания свалить из этого места и никогда не возвращаться.

Дуэли пройдут таким образом. Человек дрался с ближайшим своим номером. К примеру у меня был второй номер, я буду драться с ближайшим первым номером. Если он жив, а если нет, то с третьим и так далее. Покуда мы ожидали, когда озвучат нам, кто с кем выйдет на ринг, я нашёл глазами Ужа и Блуда.

У Ужа в руках была верёвка, на конце которой был завязанный камень. Уж мастер на такие вещи, и связать верёвку из ничего, для него не было проблемой.

Блуд, в руке держал не большую духовую трубку, а в другой деревянные дротики. На конце нанесённый яд, сделал древесину чёрной.

С этими двумя, мне меньше всего хотелось сражаться. Шанс выживания был маловероятным. Хотя оба выглядели маленькими и больными. Но, это было не так. Самое страшное, что можно сделать в жизни, недооценить врага или оценить его по виду. Эти ошибки делали другие дети, за что рассчитывались со своими жизнями с матушкой смертью.

Через десять минут вышел командир, и зачитал список кто с кем будет драться. Мне как самому везучему среди всех, выпала честь сразиться с Блудом. Как только я услышал, что мой оппонент будет Блуд, внутри меня что-то щёлкнуло. Посмотрев на его оружие, а потом на своё импровизированное копьё, я начал составлять план.

Покуда все это происходило, я не сводил взгляда с Блуда. Тот тоже смотрел на меня, таким взглядом смотрят обычно на родного человека. Нежный и очень приятный, с теплотой в глазах. Так и хотелось подойти и обнять, сказав «Я вернулся».

- Солн, брат ты уж не серчай. - сказал Блуд, громким и слегка охрипшим голосом. На что я ответил обычным кивком. Закончив распределение, меня и Блуда попросили остаться в кругу. После к нам в центр вышел военный и принялся объяснять правила.

Нельзя выходить за круг. Что является проигрышем. Можно использовать все что мы нашли в лесу и сделали сами. Ограничений по времени нет. Проигрыш равно смерть. Сдался тоже смерть. Отказался убивать противника, смерть обоим.

Я держу в руках палку с заостренным наконечником, не сводя глаз с Блуда, в ожидании начала поединка. В центр к нам вышел другой мужик, который подходил ко мне, когда я был возле костра. Его взгляд уже был лишён всех эмоций, а суровое выражение лица, делало этого человека не очень привлекательным.

Посмотрев на меня, а потом на Блуда, он дал команду «Бой».

Круг был десять метров в радиусе, что для нас детей, было в самый раз для поединков. После слов рефери, я резким движение руки, кинул копьё в соперника и побежал к нему на встречу. Такого Блуд не ожидал от меня, поэтому в начале растерялся на долю секунды, что стала фатальной ошибкой. От кинутого копья он смог увернуться, а от моего кулака в подбородок нет. Покуда он пытался ударить меня своими ногтями, я отскочил немного назад. Затем резким движением выкинул правую руку, а за ней левую. Правая рука прошла возле его носа, а левая попала ровно в кадык. Покуда он был дезориентирован, я схватил своё копьё и со спины ударил в шею. Блуд пытался меня найти взглядом и ударить отравленными когтями, но я кружил вокруг его, словно коршун. Не давая такой возможности. Так продлилось не долго. Хрип стоял на всю округу, а бульканье дополняло картину детоубийства. Через пару мгновений бой был окончен. Тяжело выдохнув, я подошёл к убитому тело. Принимаясь забирать все, что принадлежит мне по праву победителя. Так же, начал снимать с его «одежду», на что вызвал гнев жирного человека.

Туша гигантского размера, вскочив, понеслась на меня с криком, что я убил его надежду. Не успел он подойти к рингу, как возле жирного появился мрачный командующий и посмотрел прям в глаза толстяка. От чего того всего затрясло, а через секунду в воздухе появился запах экскрементов.

Все смотрели в шоке на происходящее, но, когда поняли что случилось, рассмеялись. Громкий детский смех стоял на весь ночной лес. Все показывали пальцем и не скрывали своего презрения, от чего толстяк, поднявшись убежал в дом.

- Солн! - гаркнул командующий, от чего все заткнулись и смех прекратился.

- Да! - резко выпрямившись ответил я.

- Молодец, прошёл!- закончил командующий и ухмыльнулся довольной улыбкой.

Затем прошли бои других ребят. Первое место по итоговым подсчётам занял Уж, я расположился на скромном третьем месте.

- Поздравляю тебя Солн, с прохождением. - тихо, как змея подкрался сзади ко мне Уж и шёпотом произнёс возле уха, на что я громко рассмеялся и резко повернулся.

- Тебя тоже хочу поздравить с прохождением! - ответил я довольным голосом.

- Интересно, что ждёт нас дальше и кто этот жирный? - через некоторое время прекратив радоваться, я сделал серьёзно лицо и посмотрел в сторону дома. Где находился жирный мужик в странной одежде. На мои слова, Уж кивнул. Наши лица были похожи на маленьких демонов в ночи, а яркий свет от лунного света добавлял металлические нотки во взгляде.

Так закончился моё пребывание в этом детском лагере.

Порой мы находимся там, где не хотели бы быть. Но через определённое количество время, мы в начале вспоминаем это место. Затем хотим вернуться. А в конце пути только живём этой мыслью. Вернуться туда, где все началось.

Глава 4

Глава четыре.

Изменения в вашей жизни, приводят к развитию. Не важно какие это изменения, важно уметь их принять и продолжить свой путь.

Лагерь было принято, перенести в город. Каждому из нас приставили куратора, которой должен был получать задания. Он так же должен был помочь всем возможным в выполнении выданных нам заданий. Куратор выступал в роли родителя. Нас всех направили в обычные школы. В которых учились дети простых и зажиточных людей.

После окончания «детского» лагеря, нам провели очень много лекций. Главное что до нас хотели донести, это было не разглашения о нашем лагере. И что в нём происходило, как и то где он находился. На протяжении всех лекций, нам угрожали и запугивали. Если эта информация всплывёт, всех нас десятерых, ждёт верная смерть. Пострадают и наши кураторы, которые ещё должны стать официально отцами.

Закончив с лекциями, нас распределили между военными. Попадая в семью военного, ты становишься по документам его сыном. На такое щедрое предложение, многие военные сразу отказались. Никто не хотел держать возле себя машину смерти, которая в любой момент могла лишить тебя жизни. Так же не стоит забывать, хоть мы и слушали приказы, наша детская психика давно была разрушена. Хотя среди военных, были и те кто охотно согласился взять к себе такого ребёнка. Было правило, максимум одного в семью, больше было очень опасно. Отсюда и запрет не больше одного в руки.

Позже была выяснена личность толстяка в странной одежде. Он был проверяющим из главного управления. Он приехал сообщить нам, что правительство меняется. Из-за чего проект сворачивают. Нас же хотели в начале утилизировать. Но, в конце передумали и решили дальше развивать нас в направление навыков убийств. Только уже в семьях военных и каждого отдельно. За что вояка в свою очередь получит хорошую компенсацию и будет иметь дополнительные средства и привилегии каждый месяц.

Нас детьми было сложно назвать из-за прошедших пяти лет специальной школы. Мы больше были похожи на демонов, у которых явные отклонения в психике и мировоззрении. Причём каждый из нашей десятки, сформировался по-разному. Абсолютно у всех были свои привычки и особенности. Но, то что объединяла нас, это чувство единства. Если можно сказать так, мы считали друг друга кровными братьями. При этом могли убить друг друга без зазрения совести, а с небольшим уколом в сердце.

Такие уколы накапливаются в течении жизни. А уже на пороге смерти, они дают о себе знать. Словно гора ложится тебе на плечи, они так же начинают давить на тебя. Прижимая со всей силы не давая вздохнуть полной грудью. Что заставляет раскаяться и пожалеть о своих поступках. Не забыв напомнить и о том что ты не успел сделать за свою жизнь. Так много чего человек не успевает сделать, сказать или признаться. Что не вольно задаёшься вопросом: - А жил ли он вообще? -

Во времена моей юности, я считал нормальный все что происходило в лагере. Что во всем мире, были такие лагеря и всех так воспитывали. Жестоко, без жалости и сострадания. Только когда мы прошли школу, нам объяснили на лекциях, как есть все на самом деле. Как устроен мир и общество в нём. Нас же назвали особенными детьми с уникальными навыками.

Помню когда мы только узнали, что есть школы, где дети просто учатся и получают знания. Их не убивали за плохие оценки, а просто наказывали какой-то ерундой. То что не нужно никого убивать или вызывать на смертельный бой, чтобы получить еду или одежду. Вся новая информация полученная нами за время лекции, поражала и удивляла. Заставляя на секунду усомниться в правдивости того, что нам рассказывают.

Каждому из нас выдали «нормальную» одежда. Мы сильно были шокированные новым видом самих себя. Каждый из нас кардинально изменился внешне. В лагере, каждую неделю. Перед «душем» нас стригли на лысо, специальной ручной машинкой.

Хотя, я сейчас понимаю, что это был своеобразный душ. Но, на самом деле, обычное ведро с ледяной водой. Кстати, это вошло в привычку и я до теперешнего времени, всегда умывался ледяной водой. Иногда даже приходилось добавлять в воду лёд, потому что она казалась тёплой. Такая процедура, хорошо закаливает организм и убирает из головы все лишнее. Оставляя там только все нужное.

Правда, не все было так плохо, как могло показаться. Можно было отказаться от человека выбранного тебе и попросить другого. Хотя большинство военных ушли в отказ, но, осталось очень много тех кто был готов взять к себе таких детей. Были и те кто предлагал взять к себе двоих и троих. На таких даже сами военные смотрели искоса. Их жадность, побеждала здравый смысл.

Во время отбора в семьи, толстяк в странной одежде пытался заманить меня к себе. Предлагая различные привилегии и бонусы. Большинство из того что он говорил, я не понимал. Во взгляде жирного были видны ноты гнева и ярко выраженная ненависть. Которую он пытался из-за всех сил подавить и скрыть от моего острого взгляда.

Как нас учили, самый страшный враг это скрытый враг. С такими ребятами нужно было расправляться быстро и не оставлять их на будущее. Где они могли нанести неожиданный и сокрушительный урон. Отсюда я принял решение, что толстяк покинет нашу компанию в холодном состоянии. Нельзя было позволять выжить такому человеку. У него есть влияние, власть и средства для того, чтобы сделать мою дальнейшую жизнь ужасной. Проверять это мне не хотелось, как и оказываться снова в аду.

Так в один из дней, за час до лекции, нас позвали на обед в военную столовую. Где я сразу нашёл взглядом нашего главного и толстяка. Они принимали пищу, попутно о чём то говоря и улыбаясь. Во времена моей юности, медицина была развита не так как сейчас в современном мире. Лечение оказывали медленно и за частую не успевали спасти человека, случись что с ним серьёзное.

В руке держа деревянную иголку, которая была пропитана лошадиным навозом. Укол будет не заметным и вызовет реакцию, только через несколько часов. Попадая в ткани, а затем в кровь, конский навоз вызывает лихорадку, похожую типичное аспираторное заболевание. Без определённого лечение и знаний, нельзя спасти такого человека. Он умрёт в течение суток от постоянного перепада температуры в теле.

Проходя мимо болтающих мужчин. Я отправился за своей едой, к пункту раздачи. Она была разнообразной и можно было выбирать, так же и количество было не ограниченно. Она находилась в специальных ёмкостях и была вся на виду. Другие военные стояли и помогали накладывать вам в тарелку ту еду, которую вы просили.

Когда мы своей десяткой попали в это место, то сразу начали отъедаться различными яствами. Попутно интересуясь у военных, по названиям того или иного блюда. Те в ответ охотно отвечали и давали свои советы. Делясь своими предпочтениями к видам блюд и как лучше их употребить.

Я пару дней ходил мимо толстяка, для того чтобы усыпить его бдительность. Командир видел все происходящее и понимал мой мотив. Но, останавливать он меня не стал. Даже одобрительно кивнул, когда я шёл обратно с подносом еды, в день смерти проверяющего.

Возвращаясь и проходя мимо толстяка, я «оступился» и упал в жирную спину. Еда, что нёс вместе с подносом, вся упала на голову проверяющего. Сам же в момент падения, нанёс два удара, в открытые места на теле у мужчины. Один был нанесён в шею, другой в руку. Иголка была очень тонкой, от чего толстяк ничего не заметил. Командир и все остальные видели, мои удары.

Проверяющий попытался начать кричать на меня. Но видимо, вспомнил свой план, передумал это делать, подавив в себе злость. Синея от злости, он отряхнул с себя остатки пищи. Затем махнул рукой, сказав мне что все в порядке. Затем уселся обратно и продолжил доедать свой обед, общаясь с командиром.

Командир посмотрел в начале на проверяющего, затем переведя на меня свои холодные глаза, одобрительно кивнул.

- Благодарю. - сказал я тихим голосом, кивнув в ответ.

На следующий день, мы узнали, что проверяющий скоропостижно скончался. Ночью у него случился приступ лихорадки, из-за чего тот вызвал удушья. Так и закончилась жизнь бедного толстяка.

Про этот инцидент было доложено в главный штаб. Где командующий высказал свою точку зрение по поводу смерти проверяющего. Лишний вес, не правильное питание и дикая природа, стали причиной лихорадки. Что в свою очередь и стало причиной смерти. Из штаба так же поступила приказ, отправить им Ужа, для дальнейшего его развитие.

Так началась новая глава в моей жизни.

- Ты так сильно желаешь жить? - спросил меня преклонный голос.

- Желая жить... - сказал смакуя слова во рту. Эти слова были словно нектар, наполняя рот обильной влагой. Заставляя наполниться всё тело энергией, а разум чистотой мысли.

- Желаю! - ответил я и пошёл навстречу своему новому отцу.