Желание Феникса

Глава 1

Килли

Это было... странное знакомство, по-другому и не сказать. Гуляя по лесу в поисках полезных травок, я вышел к утесу. Редко, но на нем можно было найти созревший гранитник – верное средство при множестве болезней, если, конечно, знать, как его правильно замочить, размягчить, выжать экстракт, с чем смешать... И я, Ки́лли Га́лвин, потомственный в только Феникс знает каком поколении травник, разумеется, эти тонкости знал. Тщательно оберегаемые семейные тайны. Впрочем, ходят слухи, что у каждой семьи травников свои секреты приготовления, так что я, разумеется, не уникален. Гранитник способен буквально за несколько часов практически истребить любую легкую болезнь в человеческом теле, с тяжелой – справится максимум за сутки, оставив после себя дикое чувство голода и неприятную слабость. Неизлечимые болезни, он, к сожалению, не лечит, но, как оказалось, спасти жизнь он все же в состоянии.

Выглядывая за границу утеса в надежде увидеть знаменитый кустик, я нашел не только его, но и девушку, что держалась за прутья одной рукой с видом, будто ничего не происходит. Ни криков о помощи, ни какого-то бы ни было волнения... вообще ничего. И это так сбивало с толку, что я даже не сразу подумал, что ей, как бы, нужна помощь.

- С тобой все в порядке? – светлая мысль, наконец, посетила мою головушку, позволив задать вполне «логичный» вопрос.

Она тут же подняла голову.

- А сам как думаешь? – спросила она меланхолично.

- У меня есть веревка. Я могу тебя вытащить, - я показал ей моток. – Давно висишь?

Девушка посмотрела на солнце.

- Часов семь, наверно.

И не сорвалась?! Теперь понятно почему она так меланхолична – потерянная надежда вкупе со смертельной усталостью. Мышцы, наверно, как этот самый гранитник – окаменевшие от долгого висения.

- Потерпи немного, я сейчас привяжу веревку к дереву и сниму тебя оттуда!

Логичный вопрос, который может задать непосвященный в наши дела человек – откуда и зачем травнику веревка? Ответ прост – тот же гранитник, любящий расти на отвесных местах, практически никогда не собрать, не спустившись вниз на пару метров. Или сумерянка, лучшее средство от похмелья, что растет только в глубоких низинах пещер, куда не добраться обычными способами. Нет, без веревки ни один хороший травник обойтись не может. А я не просто хороший травник. Я лучший в своем деле. Здесь, по крайней мере.

Закрепить веревку оказалось плевым делом, но дальше начались... странности. Я ожидал, что мне придется спускаться вниз, обвязываться, разжимать ей пальцы... Ничего подобного – стоило только бросить моток с утеса, как его тут же натянуло, еще пара секунд – и девушка, недовольно отряхивая свое черное платье, предстала передо мной.

- Благодарю, - коротко кивнула она.

Обычная. Лицо миловидное, но не больше. Стройная, с небольшой, но крепкой упругой грудью. Платье... странное. Свет сквозь себя пропускает, но тела при этом сквозь него не видно. Легкое, колышется от любого дуновения ветерка, однако абсолютно целое и чистое, что, учитывая лес, проблематично. Она вообще вся чистая. В лесу. Одетая лишь в платье.

Осознание накатило как-то с задержкой. Очень странная ситуация, очень странная девушка.

- Откуда ты? – спросил я, нарушая молчание.

- Оттуда, - она показала направление. И, если я правильно ошибался, в той стороне никаких деревень не было. Впрочем, лично я туда не ходил никогда, вполне возможно, что кто-то уже и обосновался.

- Я могу тебя проводить.

- Не стоит. Я дойду сама.

Но при этом осталась стоять на месте, изучая меня так же, как я изучал ее.

- Твое платье...

- Не обращай внимания, - тут же оборвала она мой вопрос.

- Эээ, ладно... Может, скажешь, как тебя зовут?

- Шерла. Меня зовут Шерла.

- Шерла...? – потянул я, чтобы услышать фамилию.

- Да. Шерла.

Безродная... Не представляю, как тяжело ей пришлось в детстве. Дети, порой, бывают очень жестоки...

- Тебе, наверно, непросто жилось...

И вот тут меланхоличность с нее резко спала – моментом приблизившись ко мне, она ткнула в мое плечо пальцем.

- Да что ты можешь обо мне знать! – заорала она. Простой тычок отозвался болью, словно она попала мне в нервный узел – по телу как будто разряд электричества прошелся. – Ты видишь меня в первый и последний раз! Не лезь мне в голову!

И зашагала прочь от утеса, оставляя меня с болящим плечом и вопросом «Что это сейчас было?»

Собрать гранитник у меня едва получилось. Да-да, именно из-за нее – боль к вечеру только усилилась, пришлось ставить компресс на ночь, который, к слову помог лишь отчасти. Тем не менее, кустик, спасший жизнь незнакомке, был аккуратно обстрижен, облагорожен, ухожен... Вот ведь парадокс – что прутья, что листья у него очень твердые, растет в таких местах, что просто диву даешься, однако само по себе растение нежное и, почему-то, крайне горючее. Идеально для разведения костра, к примеру, поэтому его теперь днем с огнем не сыскать. Идиоты, ценнейшее растение, а его даже пересадить нельзя – не переживет.

- Килли, как твой сегодняшний улов? – староста, едва я вошел в деревню, тут же вышел мне навстречу. Хороший старик, местность свою знает как пять пальцев, даже помог обустроиться, как я со столицы уехал. Одно плохо...

- Очень неплохой, - я показал ему охапку твердых листьев, а так же кучу других собранных трав. – Если зима будет примерно такой же, как в прошлый раз, то запаса мне теперь должно хватить. Но я хочу сходить до Ущелья, посмотреть, что там выросло. Да и той же сумерянки подсобрать – пока работает старина Брэд, потребность в ней будет всегда.

- Не напоминай мне про этого еретика, - привычно скривился старик, прямо на каком-то органическом уровне не переваривая нашего местного трактирщика. – Ты лучше о другом подумай. Ущелье – место опасное, да и не один день туда идти надо, а потом возвращаться. А трав ты собрал уже достаточно, сам сказал.

- Зима может быть суровой. Может заехать больной путешественник и начать эпидемию. Прости, староста, но пока есть возможность, я хочу запастись всем, чем только можно. На все случаи жизни, так сказать.

- Иделла будет волноваться о тебе, Килли.

Одно плохо – его стремление выдать мне свою старшую внучку доходит до какого-то фанатизма. Уж не знаю, по какой причине он посчитал, что сбежавший от своей чересчур буйной родни травник достойная партия его кровиночки, но факт. Сватает он мне ее при любом удобном и не очень случае.

- Вы прекрасно знаете, что это не так, - я улыбнулся.

И это была правда – никаких чувств ко мне Иделла не испытывала.

- Я прекрасно знаю, что моя внучка является редкостной дурой, раз хочет упустить такой вариант. Да простит меня Солнце...

- Не стоит так об Иделле, староста. Она уже взрослая девочка, сама решает и с кем гулять, и кого любить...

- Эх, будь Мави́с старше хотя бы года на три...

А Мавис уже младшая внучка, в которой он души не чает. И вот она меня как минимум уважала, радостно визжа и напрыгивая каждый раз, когда я переступал порог дома старосты. Лечить себя, кстати, никому другому, кроме меня, тоже не позволяла, устраивая такие истерики, что пару раз репутация ее деда серьезно страдала. Вот насчет нее действительно можно было бы подумать... не будь ей то ли тринадцать, то ли четырнадцать лет.

- Мне двадцать два, староста. Я для нее стар.

- И ничего ты не стар! Подумаешь, восемь лет всего! Пустяк какой! Подождешь пару лет, красавицей вырастет – вся деревня обзавидуется! Да и приданным я не обижу, есть у меня кое-что, что тебе отдать не стыдно будет.

Все-таки четырнадцать.

- И что же это? – спросил я, стараясь унять свое любопытство.

- Не могу сказать, но бабка, да будет к ней Солнце милостиво, наказала, чтобы я отдал это только достойному мужу. И я тогда, наконец, на покой могу пойти, сброшу с себя ношу эту.

Даже интересно, о чем речь.

- А сыну почему не отдали?

- Потому что балбес, вот почему.

Гарта́н, если посудить объективно, и вправду вырос избалованным ребенком. Единственный сын старосты, он с детства был не обделен вниманием, получая то, что хотел. Совсем сволочью, слава Фениксу, не вырос, дед, увидевший во что превращается его кровиночка, все же успел свернуть с этой дорожки его воспитания, но несколько вредных привычек и осознавание своей особенности в его характере все же остались. Честно, не знаю, каким он станет старостой нашего поселения, и что-то не хочу этого узнавать.

- Спасибо, что проводили меня, староста. Если у Вас не осталось дел, я бы предпочел отдохнуть.

- Все-таки собираешься в Ущелье, дурная головушка... Не вернешься если, упаси Солнце, на кого я село оставлю?

Рука резко дернулась, ключ, не попавший в замочную скважину, выскользнул из пальцев.

- Простите?

- А что тебе не так? Тебя здесь все уважают, к слову твоему прислушиваются, да и парень ты неглупый, когда дело твоих растений не касается. Осталось только в семью ввести, но уговорами Иделлы я уж сам озабочусь.

- Да побойтесь Солнца, какой из меня староста? – возмутился я. – Я травник! Травник, а не политик! Да и не любит меня Иделла, не ломайте ей жизнь!

- Да некому кроме тебя! Некому! – заорал в ответ старик. – Гартана предлагаешь поставить? Представляешь, что тогда с нами Малгория сделает? И как скоро? И что потом с нами будет?

Соседствующая с нами страна постоянно облизывалась на наше поселение и по вполне понятным причинам. Золотой прииск, который обеспечивал работой чуть ли не три четвертых местного народа, был не особо богатым, да и жила, как слышал, понемногу начала истощаться, однако Малгория страна бедная и даже этот рудник был бы для нее глотком свежего воздуха. Если честно, я не знаю, как староста удерживает село невоенными путями, не выплачивая дань – если бы на сторону ушла хотя бы крупица золота, его бы давно прилюдно казнили. К сожалению, наш Император слишком жаден до денег. И передачу этой земли соседям нам тоже не простит – вырежет всех под корень, а затем заселит новыми людьми, которые, к слову, и будут убирать тела. Так сказать, даст им пищу для размышлений.

- Я не справлюсь, - дверь, наконец, открылась, обрушивая на меня аромат лекарственных трав.

- Я понимаю, ты боишься ответственности, но ведь и я тебе с пустой головой место не оставлю. Все расскажу, все покажу. Да и умения твои, кстати, тебе в этом деле очень помогут.

- А при чем тут травничество и политика? – спросил я недоуменно.

- А при том, что у меня очень хорошее здоровье, не смотря на возраст, - ответил староста. – Соображай.

И я начал соображать.

- В последние... года два, да?.. Вы стали просить наперстянку, дескать, пальцы дрожат, больно, согнуть невозможно...

- Продолжай.

- Да быть не может! – ахнул я.

- А почему нет-то? – удивился старик. – Комфортно жить всем хочется. Особенно бюрократам, у которых вся работа – это пачкать бумажки. Тонкими перьями да красивым подчерком.

- Но... вот так просто?

- Малгория – страна бедная, но очень гордая. И потому считает, что все у них должно быть на высоте. Они тебя через меня уже давно зовут, но я отбиваюсь.

- Вы же... вы же мой труд, мои травы врагам продаете! – моему возмущению не было предела. – Я же их собираю для своих! Для нашего села! Чтобы они жить могли!

- И они живут, Килли. Они очень живут.

Сказал – и меня накрыло осознанием.

- Если бы не наперстянка, то...

- Да. Они бы уже давно напали. И Килли... Сам понимаешь, рассказывать об этом никому не надо, ладно? Не надо нашим знать, что я за их спинами с малгорцами торгую. Хоть и ради них же.

- Да, я понимаю...

- Ну, отдыхай тогда, - староста улыбнулся. – Все равно же в Ущелье пойдешь, а значит, и выдвинешься рано.

Я невесело улыбнулся.

- Так ведь наперстянка растет как раз только там.

Выйти с села, окруженного частоколом, было просто, хоть ворота и были заперты. В этом староста не ошибся – меня давно все знали, уважали, а потому на мой вопрос о выходе, меня лишь спросили открывать ли ворота или я веревочной лестницей удовлетворюсь. Будить село громким скрипом старых петель не стал - пусть спят.

В Ущелье я добрался к вечеру второго дня. Гора, словно перерубленная огромным мечом надвое встретила меня сумерками и необходимостью ночлега с костром, но, к счастью, я здесь уже далеко не в первый раз. Была здесь одна очень удобная пещерка, в которой можно было отдохнуть с относительной безопасностью от местных хищников. Ее плюсом и минусом было то, что обычными путями туда могли попасть только горные козлы, я же использовал веревку, чтобы спуститься на несколько метров, встать на весьма и весьма маленький порожек и войти внутрь. Там всегда было пусто, так как высота, способ туда попасть и способ расположения отгоняли практически всех, кто сюда забредал. То есть, практически, но не всех.

То, что мое излюбленное место занято, было ясно сразу – практически сразу, как я спустился, пришлось столкнуться с уже знакомой девушкой в необычном черном платье. Но с какой же тоской она смотрела на небо, где в этот момент летали какие-то птицы.

- Шерла? Ты что тут делаешь? – спросил я ее. Сказать, что я не ожидал ее тут увидеть – ничего не сказать.

- Застряла, - ответила она меня таким тоном, словно это ничего не значило.

- И... как давно?

- Сутки.

Непрошибаемая! Сколько бы она здесь просидела, если бы я сюда не пришел? Отсюда ведь не выбраться, если не иметь готового подъема!

- Не ранена?

- Нет.

- Пошли внутрь. Разожгу костер, да хоть поешь.

- Я теперь могу уйти.

- Солнце село, если ты не видишь. Собираешься в горах идти по темени?

Она вдруг как-то так посмотрела на меня... странно. Аж до мурашек проняло.

- Я вижу больше, чем ты, - тихо, но твердо.

Спорить я не стал – как-то... не то, чтобы испугался, но инстинктивно почувствовал, что не стоит.

- Уже темно, а минут через двадцать станет еще темнее. Оставайся на ночь, я тебя накормлю и обогрею.

- Обогреешь? – она озадаченно склонила голову на бок.

- По ночам здесь холодно даже летом. Без костра и теплых вещей никак. Приставать не буду, не переживай.

- Не переживаю, - ответила она равнодушно. – Будешь приставать – убью.

- Обязательно.

Легкое, почти невесомое платье из странной ткани, что пропускает свет, но скрывает тело... Нет, против здешнего холода у нее нет и шанса.

Разжечь огонь было плевым делом – давно уже принесены и дрова, и трут, причем, с запасом, как и два спальных мешка. Почему два? Рано или поздно в селе кто-нибудь из детишек заинтересуется травничеством, и я среди них выберу самого толкового, чтобы начать посвящать в это дело. И сюда, разумеется, тоже приведу не раз, пока не запомнит дорогу.

Шерла наблюдала за мной крайне равнодушно ровно до тех пор, пока я не подогрел на костре сушеное мясо, приправленное травами. Мягкий травяной аромат, растекшись по нашему убежищу, и у меня вызвал голод.

- Держи, - я протянул ей кусок, но та, гипнотизируя его своими глазами, брать не спешила.

- Я не могу, - сказала она в конце концов, отвернувшись.

- Ты не ела сутки! Что значит, «не могу»?

- Мне нельзя.

Да что с ней происходит?

- Ешь, - я встал и поднес мясо прямо к самому ее лицу. Носик смешно дернулся, вдыхая аромат.

- Ты ведь... не скажешь никому... ладно? – она повернулась ко мне с просьбой в глазах.

- Не скажу. Кушай.

И тут она словно с цепи сорвалась – кусок был немаленьким, но она сгрызла его буквально секунд за пятнадцать. Пришлось греть новые, до тех пор, пока она довольно не откинулась на стену пещеры, закрыв глаза. Уж не знаю, что за запреты ей мешали взять у меня еду сразу, но ее лицо не высказывало по этому поводу никакого сожаления. Мерный треск дров постепенно убаюкивал, поэтому, пока не заснул, я расстелил постели и собрался уже было окликнуть девушку, как понял, что она уже давно спит. Аккуратно взяв ее на руки, я успел дойти до одного из спальных мест, как она неожиданно проснулась... и резко схватила меня за горло, направив свои пальцы мне в артерию. Лицо выражало крайнюю степень злости, а волосы, не смотря на отсутствие ветра, развевались в разные стороны.

- Спокойно, - испуганно прошептал я, медленно опуская ее на спальный мешок. – Спокойно. Я просто переношу тебя на теплое и мягкое. Я не угрожаю тебе.

Шерла опустила свободную руку на перину вместе с тем, как я положил ее, после чего медленно освободила шею от своего захвата и... внезапно вспыхнула, залившись краской по всему лицу.

- Прости, - тихо сказала она. – Я... не права.

- Все хорошо, - пробормотал я, укладываясь на свою постель.

Вот только это было совсем совсем не «все хорошо». Горло теперь болело так, словно в тисках побывало, но это не важно. Вернее, важно не это. Я второй раз вижу Шерлу в одном и том же, но в абсолютно разных местах. И только Луна знает, что это все вообще означает.

- Ты можешь рассказать свою историю? – тихо спросил я ее, но ответа не услышал, то ли она уже спала, то ли не стала отвечать. Поэтому, завернувшись в одеяло, я закрыл глаза и позволил треску костра меня, наконец, убаюкать.

Тот, кто заявлял, что утро добрым не бывает, никогда не просыпался в предрассветный холод в компании весьма горячей девушки. Горячей в плане температуры, если что. Что... ЧТО???

Моментом проснувшись, я попробовал было встать, но худенькая женская рука моментом вернула меня на место, прижав к остальному телу еще плотнее со словами что-то вроде «верни как было». Нет, прижиматься к теплому при таком холоде было безусловно приятно, но... но как-то еще не выветрился из памяти эпизод, где она меня за шею схватила. И если она сейчас проснется и поймет, что является прямой участницей весьма и весьма интересной сцены... Не знаю уровень ее силы, но учитывая вчерашний эпизод, с ловкостью у нее явно все в порядке. И ее угроза меня убить за приставания обретает весьма реальные очертания, кстати. Не-не-не, я еще жить хочу. Я хочу жить!

По итогу мне не оставалось ничего, кроме как аккуратно и постепенно, но достаточно быстро двигаться вперед, но даже тут были проблемы – чувствуя, что я постепенно змеей выскальзываю из ее объятий, Шерла время от времени прижимала меня к себе сильнее. Но, в конечном счете, я успел выбраться и даже надеть кое-какую одежду, морщась от холода, когда рассветное солнце показало свой краешек из-за горизонта и осветило пещеру. За это она мне, кстати, тоже нравится – встать с первыми лучами, чтобы сделать как можно больше и успеть выдвинуться обратно.

- Почему ты сбежал? – тихо спросила Шерла, поднимаясь со спального мешка. Платье, которое она не удосужилась снять на ночь, тут же расправилось, не оставляя на себе даже на намек на складки. Странная ткань, в том числе и потому что я ее совсем не чувствовал.

- Я не хотел, чтобы ты подумала, что я к тебе пристаю. Твоя вчерашняя атака... в общем, я так больше не хочу.

- Я подумала, что если лягу рядом с тобой, тебе будет приятно. Насколько я знаю, вы такое любите.

- «Вы»? – я обернулся. И успел заметить на меланхоличном лице смесь досады и какой-то потерянности.

- Мужчины, - ответила она мне спустя несколько секунд.

Я вновь отвернулся, продолжая одеваться. Безусловно, она думала правильно, но только забыла о том, что это должно быть уместно. Кто занимался ее воспитанием, если она не знает простых вещей? Я вновь оглядел ее. Черные волосы до лопаток без челки, темные глаза, чистое миловидное лицо, странное платье из непонятной ткани и ботфорты на низком толстом каблуке. Которые, к слову, нисколько не выбиваются из ее стиля, как могло показаться, например, на другой девушке. И которые, кстати, я не видел нигде в пещере, когда одевался. Она что, спала в обуви? Ладно ткань, может, из-за температуры я и не смог почувствовать разницу, но обувь? Я бросил беглый взгляд на ее спальный мешок – ни единого грязного следа. Ничего не понимаю.

- Кто ты, Шерла? – спросил я ее. И тут впервые увидел, что она стала вполне заметно нервничать.

- Просто Шерла и все. Мне нужно идти, - она тут же зашагала к выходу.

- Подожди! – я догнал ее и, развернув, взял за плечи, что ей категорически не понравилось. – Что с тобой? Почему тебя пугает простой вопрос?

- Отпусти... – прошипела Шерла с угрозой в голосе.

- Я хочу получить ответ. Я дважды спас тебе жизнь, я тебя накормил. Простые ответы на простые вопросы – это что, так сложно?

Ее платье и волосы внезапно всколыхнулись назад, словно подул ветер изнутри пещеры. Вот только пещера была «глухая», то есть не имела другого выхода.

- Какого...

На краткий миг мне показалось, что глаза девушки приобрели какой-то желтый оттенок, а вслед за тем меня резко отшвырнуло вглубь, где я очень, ОЧЕНЬ больно ударился о неровный камень. Воздух резко покинул легкие, спина отдавала какой-то пульсирующей болью, а вздохнуть оказалось нереально сложно.

Шерла медленно подошла ко мне, пытающемуся встать.

- Я не убила тебя лишь потому что ты был ко мне добр, хоть и не долго, - она взяла меня за подбородок и, заставив поднять лицо, приблизила свое. И, несмотря на то, что мне было, мягко говоря, очень некомфортно, я заметил еще одну странность. – Но, видимо, вы действительно лишь животные, непонятно как живущие до сих пор. Не зря вас ненавидят, - она вдруг резко замолчала и, враз успокоившись, добавила: - Мужчин.

И отпустила меня, зашагав к выходу и ловко поднявшись по оставленной веревке. Я же пытался восстановить дыхание, сильно надеясь, что она не развяжет узел наверху, решив напоследок устроить мне проблему. Но, слава Солнцу, обошлось. Я же, немного придя в себя, решил обдумать то, что увидел и заодно понять, как я не заметил этого раньше.

Зрачки в глазах Шерлы были не круглыми. Они были ромбовидными.

Собрать запланированное количество трав у меня не получилось – полет в пещере не прошел для меня бесследно, я всерьез опасался, что Шерла могла сломать ребро-другое. Единственный плюс этого похода состоял в том, что я нашел еще одну низину с сумерянкой, что в будущем сулило мне небольшую, но прибыль, а так же целых два совсем молодых куста гранитника, листья с которых вполне можно будет собрать года так через два. С наперстянкой вышло не очень хорошо, но какой-никакой минимум я собрал, а вот с остальными травами было уже похуже. Нет, будь у меня время, я бы побродил по Ущелью, но прошлось слишком долго выбираться из пещеры. В том состоянии, в котором меня оставила эта неизвестная, нечего было и думать о том, чтобы подняться по веревке, поэтому пришлось вновь разводить огонь, заварить травы, сделать несколько компрессов, парочку отваров...

В итоге поднялся я только ближе к полудню, когда солнце уже вовсю готовилось занять зенит. Но это было главное – даже со сломанными ребрами можно добраться домой при определенном везении, но вот оставаться в пещере, которая едва не стала для меня тюрьмой, было опасно – из тюрьмы она вполне могла стать и могилой. Запасы еды в моем рюкзаке, в конце концов, не бесконечны.

Дабы не обессмыслить затраченное время и ресурсы, я решил все же побродить по знакомым местам. Да, собрал меньше, чем хотелось, но все же есть хоть что-то. Впрочем, незаполненность сумки явно намекала, что следует сходить еще куда-нибудь, к водопаду, например. Той же валерьянки или пустырника у меня явно маловато. Хотя пустырник у водопада найти будет сложно – тот, как и следует из названия, растет в «пустых» местах, в основном, в песках. Тоже, одна Луна знает, откуда он берет для себя питательные вещества.

В село я добрался лишь на утро пятого дня. И застал практически все население на площади.

- …а может, тебе напомнить, что твоя жена сейчас твоего сына нянчит, потому что именно он роды принимал? Или сколько он тебе, пьяни, вытяжки сумерянки споил?

- А что происходит? – спросил я громко.

- О, Килли вернулся! – тут же заорали все. Староста тут же, протаранив толпу словно корабль волны, приблизился ко мне.

- Мы подумали, что что-то случилось, - он тут же обнял меня.

- Ну... Вы правы, в принципе, - я аккуратно освободился от объятий. Действие отваров и компрессов давно кончилось, так что спина болела нещадно. Необходимо было срочно заняться самолечением, но для этого нужно сначала попасть домой.

- Ты в порядке? – тут же спросил старик.

- Ничего такого, с чем бы не справились нужные травки, - я улыбнулся. – Вы бы людей-то отпустили. Поиски меня уже, вроде как, не нужны.

- Все свободны! – крикнул староста. – Тебе помочь?

- Да, если не сложно, - я протянул ему сумку и рюкзак. – Часов шестнадцать назад пришлось съесть несколько колосьев руманки, так что, сами понимаете...

- Руманки? – старик аж отшатнулся. – Сырой? Ты со своими травами спятил совсем, что ли?

Руманка – это, по сути, наркотическая трава, которая обладает достаточно сильным обезболивающим эффектом... если ее, конечно, правильно приготовить. Сырая же... ну, сколько-то она, конечно, обезболит, но в таком виде она больше наркотик, чем анестетик. И да, готовить ее мне было некогда.

- Я не наркоман, староста. И попробовал я ее вчера впервые. И без нее я бы сам не дошел.

- Все настолько серьезно?

Вот она, сила уважения и репутации. Любого другого он бы повел к знахарю или травнику, чтобы тот подтвердил свои слова, но мне же он верит на слово. В принципе, я ему не солгал. Я действительно никогда не ел ее раньше. Сырой, по крайней мере.

- Боль пробивается даже сейчас, а ведь эйфория меня пока не отпустила, - я глупо улыбнулся. Разумеется, против опьянения я тоже принял меры. Зря, что ли, сумерянку собирал? – Мне нужно домой, там меня никакая зараза не достанет.

- Я скажу Иделле, чтобы зашла.

- Нет. Если хотите помочь, то пускай будет Мавис. Она хотя бы действительно будет стараться помочь.

- Килли, ей четырнадцать. Ей рано...

- …смотреть на мужчин, я знаю. Но лечить кого-то – нужна чуткость. У Мавис она есть, у Иделлы – нет.

Староста замолчал на несколько минут, крепко задумавшись. И лишь у самого дома все же выдал решение.

- Мне это не нравится, честно, но я тебе доверяю. Пусть будет Мавис. Но Килли... по возможности...

- Только спина, староста. Дальше я и сам справлюсь.

- Хорошо, меня это устроит, - ответил он и закрыл за собой дверь.

Запахи трав тут же успокоили меня и придали сил и уверенности. Я дома, на своей территории, здесь я готов сразиться с любой болезнью за жизнь человека. В том числе и за свою жизнь.

Вода с колосьями руманки тут же отправились на огонь – полтора часа и у меня будет готовый отвар, обладающий лишь крайне незначительным наркотическим эффектом, но являющийся сильным обезболивающим, на другую комфорку отправился пустырник – лучшее средство для безопасного подстегивания регенерации, а так же ступка и пестик, чтобы растолочь валерьянку – все зудящие эффекты пустырника я хочу провести во сне.

- Дядя Килли! Что с Вами случилось? – раздался грохот, а потом в моей обители пронеслось нечто... ну, не разрушительное, но близко к этому. Я что, дверь не закрыл?

- Поранился немного, - я тут же вытянул вперед руку, дабы остановить этого маленького Феникса от традиционного прыжка на меня. И та, хоть и имела характер непоседы, тут же меня поняла. – Так что сегодня мы меняемся ролями. Сегодня лечишь меня ты.

- Ура-ура-ура-ура-ура!!! – Мавис тут же запрыгала от радости, заставляя меня улыбнуться. – А Вы это... раздеваться будете? Просто... Вы-то меня видели...

- А куда ж я денусь? – ответил я. – Доверю тебе самое важное и уязвимое мое место – спину.

- Только спину? – радости тут же поубавилось.

- Целую спину! – я назидательно поднял палец. – Зато ты все будешь делать сама, своими руками, хоть и с моими подсказками.

- Точно сама?

- Точно сама.

Мавис с завидным мастерством, не присущем-то, собственно, четырнадцатилетнему подростку, намазала меня мазью из пустырника, обмотала бинтами, вымоченными в отваре руманки, а после заварила и валерьянку, чтобы я смог спокойно уснуть. И оставалась со мной с довольной лыбой до ушей, пока чай не победил усталый организм.

Проснулся я, слава Солнцу в одиночестве – с Мавис стало бы остаться здесь на ночь, создав мне крайне двусмысленную ситуацию. Не, отбрехаться бы у меня получилось, даже малой кровью – все село видело, в каком состоянии я вернулся – но зачем? И к счастью, девочка это понимает, раз мою репутацию она поставила выше своих хотелок.

Боль по сравнению со вчерашним днем стала несколько меньше, была уже достаточно терпимой, чтобы не грызть новые колосья. Травка действительно опасная – привыкание может вызвать уже на третье употребление, а ломка с нее, если пытаешься слезть самостоятельно, сводит с ума, причем, порой, вполне буквально. В столице не раз и не два были известны случаи, как наркоманы резали себе руки или спрыгивали с крыш только ради того, чтобы эта боль, наконец, прекратилась. Слава Солнцу, как же хорошо, что я оттуда уехал.

Стреляющая боль, разумеется, мешала заниматься хозяйством по дому. Пустырник безопасно разгонял регенерацию, но вместе с ней приходил и голод – ресурсы же организму надо откуда-то брать. Поэтому кое-как собравшись, я открыл дверь... и практически нос к носу столкнулся с Мавис.

- Так, больной, почему постельный режим нарушаем? – спросила она меня строго, но в глазах стояло радостное превосходство. Не иначе, как давно мечтала сказать что-то подобное.

- Кушать хочется, доктор, - я решил ей подыграть.

- Питание предусмотрено, - девчонка показала мне продуктовую корзинку и тут же мягко затолкала меня обратно.

В корзинке оказался пусть и простенький, но вполне приличный завтрак, умятый мною за один присест. Судя по довольной улыбке, девочка приготовила его самостоятельно, что, кстати, делает ей огромный плюсик как будущей хозяйке. И заставляет меня задуматься, что восемь лет разницы – действительно как-то многовато. Староста может мне говорить что угодно на эту тему, однако она останется слишком молодой для меня, даже если подождать эти четыре условных года. В конце концов, скоро у нее начнется пора первой любви, а мальчишек тут у нас всех возможных комплекций навалом. Выберет себе кого-нибудь.

В общем и целом я восстанавливался две с половиной недели, что очень быстро, если учитывать, что пролежать месяц с подобными травмами и выздороветь будет чуть ли не чудом. Времени было потеряно навалом, трав израсходовано немало, поэтому поход к водопаду стал неизбежным. Это направление я очень не любил – водопой всегда и везде был и будет излюбленным местом животных, как травоядных, так и хищников. Нет, кое-какие навыки самообороны у меня имелись, мелкого зверя я одолею, да и крупному от меня достанется, чтобы передумать пытаться смотреть на меня изнутри и познавать мой внутренний мир, но... не люблю я это. Я травник, мое предназначение – это спасать жизни, а не отнимать их, даже если это жизни животных. Но что поделать – валерьянка любит сырые места, да и тот же гранитник при небольшой удаче тоже можно найти. Наперстянки там нет, но ее пока хватает – компрессы от нее очень сильные, способны укреплять суставы надолго, так что ее расход небольшой. Пустырника там, к слову, тоже нет, то есть, мне светит еще один поход, потом решу куда.

Если совсем честно – трав у меня всяких разных очень много и, в принципе, их хватит на всю зиму, даже если все село резко и одновременно решит заболеть, что-нибудь себе сломать и начать страдать бессонницей, но моя столичная привычка постоянно делать запасы не отпускает меня вот уже четыре года, как я здесь живу. Серьезно, если опоздать к продавцам за стеной хотя бы на несчастные пять минут, то все, что ты у них потом сможешь купить – это сорняки, из которых не приготовить ничего приличного. Конкуренция, что б ее. Хотя уехал я оттуда не поэтому.

Водопад встретил меня привычным шумом. Пейзаж был красив – падающая с грохотом вода, несколько животных... но вот что в этот самый пейзаж не вписывалось, так это изломанное тело, прибитое к берегу. В уже знакомом мне черном платье.

- Шерла!

Я тут же бросился бежать, прекрасно понимая, что при таких травмах не просто долго не живут, а не живут вообще. Однако, она снова смогла меня удивить – будучи не просто живой, а даже в сознании, девушка повернула ко мне голову, смотря на меня своими необычными глазами с ромбовидными зрачками.

- Береги силы, я сделаю, что смогу.

Да, она меня едва не убила абсолютно непонятным мне способом, да, я не понимаю кто она такая, что еще больше пугает меня в ней... но я травник. И пускай я не дома, мое призвание – спасать жизни.

Мазь пустырника способна в кратчайшие сроки безопасно залечить переломы, но она использует резервы организма. Намазать ею сейчас Шерлу – и я самолично подпишу ей смертный приговор, но выход все же есть. Дорогой, правда, выход. Рука вновь нырнула в сумку и достала очень небольшой пузырек – эликсир из полунника. Редчайший гриб, просто фантастически сложный рецепт, в котором малейшая ошибка, малейший просчет приведет к тому, что конечный продукт станет неимоверно ядовитым, но любой травник за него не задумываясь душу отдаст, потому что в критические моменты способен подарить самый важный и дефицитный ресурс для спасения жизни – время.

- Пей, - я поднес склянку к губам. – На вкус будет самое худшее, что ты когда-либо пила в своей жизни, но это надо проглотить, полностью.

- За... зачем?.. – тихо спросила она.

- Пей, я сказал. Раз есть силы на глупые вопросы, значит, чтобы проглотить силы точно найдешь.

И без разговоров влил содержимое ей в рот, сразу же надавив на подбородок. Тело ее тут же выгнулось и попыталось сплюнуть эту гадость, но я не дал, что было очень сложно – даже в таком плачевном состоянии Шерла оказалась невероятно сильна физически. Но все же сделала то, что я от нее требовал – горло дернулось, пропуская сквозь себя лекарство.

- Вот и хорошо, вот и молодец, - похвалил я ее, беря на руки.

Запас в склянке был совсем небольшой – в лучшем случае его хватит часов на шесть-семь, четыре из которых я буду добираться домой, но если я попаду в свою обитель, мне хватит и часа, чтобы отвести от нее злобный взгляд Луны.

Шерла по дороге раз десять пыталась задать все тот же вопрос, но мое постоянное шиканье в конце концов заставило ее заткнуться. Зачем, зачем... Затем, что так правильно! Но отвечать ей не стал – начнется диспут, в котором она обязательно примет участие, тратя и без того драгоценные крохи сил. Эликсир из полунника, конечно, сильно помогает в лечении пострадавших на грани, но чудес все же не совершает.

Стража на воротах удивилась моему раннему возвращению, но, увидев ношу, тут же приняла меры, чтобы я максимально быстро добрался домой. Один из них даже остался, по сути, бросив свой пост, чтобы помочь мне с лечением, а помогать было с чем – то вода кончилась, то огонь развести. Сам я, разумеется, без дела тоже не сидел, подготавливая практически все, что у меня было.

Моя обитель – моя защита от смерти, как я любил и люблю говорить. Луна, богиня смерти и царица ночи, не имеет власти на моей территории, особенно сейчас, когда я имею травы практически от всего на свете. И сейчас лежащая на кушетке Шерла бросала самый серьезный вызов моим способностям травника. Если я поставлю ее на ноги – все останется по-прежнему, но если оплошаю – Богиня вспомнит о моей надменности и посмертие у меня может быть... не самым хорошим. А потому я не имею права допустить ее смерти.

- Зачем?.. – вновь тихо спросила девушка.

- Затем, - ответил я ей, смешивая кое-какие общеукрепляющие травы и заваривая их кипятком. – Ты у меня дома, а это значит, что я поставлю тебя на ноги, чего бы мне это не стоило. Здесь у меня еще никто не умирал, и ты тоже не умрешь. Пей.

Меланхоличное настроение Шерлы теперь отдавало грустью. И таких пострадавших я за свою короткую жизнь уже видел – это либо те, кого не получится вылечить полностью, то есть, будущие инвалиды, либо те, кто пытался свести счеты с жизнью.

- Ты поправишься, - сказал я ободряюще. – И вполне возможно, что даже полностью. Может, даже станцуем вместе.

- Угу, - тихо ответили мне. Грусть из атмосферы никуда не делась. Все-таки суицидница.

- Ты можешь мне рассказать. Я травник, наш разговор никто не узнает.

- Если я тебе расскажу, - она вдруг серьезно посмотрела на меня, - ты меня убьешь.

- Я мог убить тебя за тот случай в пещере там, на водопаде. Вместо этого ты в самом защищенном от Луны месте на ближайшие... ну, километров семьдесят точно.

- Ты меня убьешь, - тихо повторила Шерла и отвернулась.

Отвечать я не стал. Не хочет говорить, значит, не пришло еще время. Захочет – выскажется мне, не захочет – родным и близким. Или никому вообще, но это плохой вариант.

- Килли, что случилось? – в дом без стука и приглашения вошел староста. И если Мавис по какой-то непонятной даже мне причине такое моральное право имела, то его появление вызвало во мне волну раздражения.

- Староста, а Вы, случаем, домом не ошиблись? – спросил я, закипая. – А если бы я тут операцию проводил? Да Луна с ней, операцией, если бы я тут голышом лежал?

Твой дом – твоя территория. Негласное правило нашей страны. У себя дома, если нет посторонних, ты можешь делать все, что угодно, нарушать любые правила и нормы, в пределах разумного, конечно. Но если кто-то посторонний, пришедший без приглашения, сломает этот уютный мирок, именно он и станет виновником данной ситуации. Падение репутации будет молниеносным и крушительным. Проще станет переехать, чем поднимать ее даже не с нуля – с минуса.

- Эээ, Килли...

- Может, я тут лежу пьяный, напившись пива из трактира Брэда? Или вообще, с девушкой занимаемся пополнением населения нашего села?!

- У тебя же...

- Вы хорошо подумали, прежде чем врываться сюда мало того, что без приглашения, но еще и без стука?!!

Проняло старика, проняло.

- Килли, я не прав, прости. Хочешь, куплю тебе потом трав, каких скажешь или...

- Дистиллятор. Хороший. Старый уже невозможно использовать, по несколько раз отвары прогонять приходится.

- Дистиллятор?! Да побойся Солнца, ты хоть знаешь сколько он стоит? – возмутился старик, но встретившись со мной взглядом резко осел и пробормотал: - Дистиллятор. Хороший. Я понял.

Лежащая Шерла на наш спор не отреагировала почти никак. Почти.

- Килли, значит... Килли...

И вновь посмотрела на меня. И почему-то мне этот взгляд совсем не понравился. Таким способом обычно стараются врезать в память, выжечь образ, чтобы никогда его не забыть. А вот уже для чего – совершенно другой вопрос.

- Килли, выйдем на минутку? – старик стал очень настойчиво тянуть меня к выходу.

Снаружи он дрожащими пальцами достал трубку и закурил, что для меня стало неожиданностью. Честно, я даже не знал, что у него есть такая зависимость.

- Наперстянку принести? – спросил я.

- Да какая к Луне наперстянка, Килли, когда ты сюда целое сокровище принес!

- Мы же на улице, да и час поздний, не надо на все село кричать...

- Да, прости, что-то я совсем уже... – стушевался староста. – Ладно, это все потом. Когда она умрет?

Было очень хорошо, что я прислонился к стене, потому что если бы я, допустим, шел, то точно бы споткнулся.

- Эээ, в каком смысле?

- В прямом. Когда она умрет?

Нет, он однозначно не шутил.

- Она Ваш кровный враг, что ли? Или ее семья?

- Да нет, - удивился староста. – Я ее вообще впервые вижу.

- Тогда я не понимаю Вашей кровожадности. В моем доме не умирают, поэтому единственный ответ, который я могу Вам дать – это «никогда».

- Да брось, Килли, неужели ты не понимаешь какие выгоды нам сулит, если она у тебя скончается? Сделай исключение – и тебя все село боготворить будет!

- Если я сделаю исключение, как Вы выразились, все село потеряет ко мне доверие. На моих руках и без того слишком много крови даже здесь, а ее будет еще больше.

- Полоумный пьяница, прыгнувший с крыши на забор...

- …тоже человек, староста. Человек, жизнь которого я сохранить не сумел.

Вторым человеком была женщина, у которой начались преждевременные роды. Будь я на их начало возле нее – еще можно было бы потягаться, но пока до меня дошли, пока объяснили в чем дело, пока прибежал, пока приготовил... Этот спор с Луной я проиграл дважды – спасти не удалось ни несостоявшуюся мать, ни ее ребенка. В каком состоянии был ее муж... Даже вспоминать не хочется.

- Пустое это все, Килли, селу нужна ее смерть. Если она умрет, мы сможем больше не бояться какой-то там Малгории, а при небольшой удаче заработаем целое состояние! Подумай Килли, одна твоя «небольшая ошибочка» - и мы забудем о том, что у нас есть агрессивный сосед! А может, вообще сами нападем, чтобы заставить их с нами считаться! Или о деньгах подумай! Я сам лично тебе такую долю выделю, что ты о бедности лет на двадцать забудешь! Ну же!

- Я, может, чего-то не понимаю, староста... нет, я вообще ничего не понимаю! Как смерть одного человека приведет к тому, о чем Вы мне рассказали?

Старик сначала удивился, а потом сделал такой взгляд... так не на каждого душевнобольного смотрят.

- Килли, скажи, пожалуйста, ты, когда ее сюда нес, хорошо ее разглядел?

- Там, где это было возможно – да.

- То есть она сейчас, вопреки твоей лечебной этике, лежит в обуви и одежде, верно?

- Разумеется. Она вся переломанная, пытаться ее сейчас раздеть опасно. Ее даже нести опасно было, но пришлось.

- И ты ничего не понял. Ладно, пускай. А в глаза ей заглядывал?

Вопрос вызвал у меня подозрения. Старый явно знал что-то, чего я точно не знал.

- Заглядывал, - ответил я осторожно.

- Иии?

- Да, ромбовидный зрачок, я его видел. И что такого-то? Подумаешь, небольшая аномалия, редко, но бывает.

- О нет, Килли, это не природная аномалия, это ее истинная натура. Все дело в том, что ты принес к себе домой дракона!

Глава 2

Шерла

Слабость – это было основное, что чувствовала Шерла, лежа на кушетке. Следом шла уязвимость – она осознавала, что ее природная защита - мираж - спала. Один единственный любопытный взгляд – и единственным местом, куда она отправится с этого дома, станет бойня, где ее, как любят говорить люди, «разберут на запчасти». А самое печальное для девушки было то, что она не могла сражаться – тело было непослушным, ватным. И единственным плюсом всего этого было то, что и боли не было.

- За... чем... Килли... – выдавила из себя Шерла.

Она позволила человеку себе помочь, позволила себя напоить. Позволила обмануть себя его словами о спасении ее жизни. И теперь все, что она может – лишь лежать бревном и надеяться, что травник хотя бы сдержит свое обещание. Хотя бы. Пусть пользуется ее слабостью, пусть насилует сколько его душе угодно, но если он даст ей хотя бы три-четыре дня...

Беспокойство Шерлы окончательно истощило ее немногочисленные силы и погрузило девушку в глубокий сон.

Килли

Дракон... Вершина эволюционной цепочки, самый опасный монстр среди всех известных монстров, владеющий способностью к метаморфозам и являющийся самым ценным источником ресурсов. Если для травников грибы полунника являются самыми желанными, то тут будут готовы продавать свои души Луне и они, и алхимики, и кожевники, и кузнецы...

Кровь даже в сыром виде обладает уникальными свойствами, а разнообразные вытяжки и дистилляты... Слишком долго перечислять, на что она способна, скажу лишь, что тот же эликсир полунника, что способен «заморозить» состояние больного и не дать ему умереть, не сделать без крови дракона. По сути, я Шерле влил в рот целое состояние, за тот пузырек можно было вполне купить небольшой участок с домиком и хозяйством где-то в таком же селе, в котором я живу. Или просто домик в селении побольше. В общем, алхимики, чтобы получить образец, удавятся. Или удавят, если потребуется.

Кожа нисколько не уступает в своей уникальности – только она имеет свойство распределять по себе импульс удара. Говоря простым языком, если человек в таком нагруднике получит удар молотом, его просто отбросит. Ни переломов, ни даже синяков. Тупой удар просто не способен повредить кожу, только что-то острое. Идеальный поддоспешник. Страшно представить, на что могут пойти кожевники, чтобы получить возможность поработать с таким материалом.

Чешуя же является самым желанным предметом кузнецов. И пускай для того, чтобы ее расплавить, нужно иметь ОЧЕНЬ дорогой горн, способный выдавать ОЧЕНЬ высокие температуры, доспех из драконьей чешуи – это то, что может в упор выдержать попадание тяжелого арбалета со стальным наконечником. Да, будет сильная вмятина, да, второй выстрел оставит в нем дыру, но даже таким не может похвастаться ни один другой доспех. И при всем при этом, он крайне легок – по моим прикидкам, раза в три. А его самое главное достоинство – это возможность повторных переплавок. Единственный известный металл, качество которого никогда не падает при постоянных посещениях горна. Стоит ли говорить, что работают с таким материалом только самые лучшие из самых лучших работников молота и наковальни.

Откуда я все это знаю? Столичная жизнь, да и был у меня знакомый кузнец, у которого я заказывал всякие металлические изделия – ножи, там, маленькие серпы для сбора трав... У него же я, кстати, и примерял доспехи, сначала обычные, а затем и драконьи. У последних, кстати, интересная фактура – какова бы ни была форма литья, при остывании она все равно приобретет вид мелких чешуек. Поэтому, кстати, из чешуи не делают оружие – меч хоть и будет бритвенноострым, но долго не прослужит. Да и нужной гладкости не получится добиться, что плохо будет влиять на извлекание из ножен.

И вот сейчас все это богатство лежит на моей кушетке, напоенное валерьянкой и руманкой для спокойного, безболезненного, восстанавливающего сил сна. Даже не жадность – алчность – подняла голову в моей душе и предложила, как выразился староста, совершить одну «небольшую ошибочку». Очень надеюсь, что моя внутренняя борьба не отразилась на лице.

- В моем. Доме. Не. Умирают, - отчеканил я.

- Килли, ты, кажется, не понимаешь...

- Кровь, кожа, чешуя.

- А так же мясо и кости. Одна смерть – и наше село не просто поднимется с колен. Да я гарантирую, что даже смогу каменные стены у канцелярии выбить заместо того деревянного недоразумения, что у нас стоит сейчас! И тогда Малгория навечно заткнется в своих претензиях на рудник и территорию!

Да, все верно. Улучшать крепостную стену без разрешения – подписать смертный приговор всему селению. Ибо вдруг бунт? Прорывать оборону – оно всегда тяжко, особенно, если стена не для вида стоит.

- В моем. Доме. Не. Умирают, - повторил я.

- Ты... Да ты что, не понимаешь, что ли? – заорал старик.

- Во-первых – сбавьте тон. Во-вторых – это ВЫ не хотите меня слышать, поддавшись своей алчности. Шерла не умрет. По крайней мере, не в моем доме.

- Да она же сейчас наиболее уязвима, Килли! Если не сейчас, то мы ее не одолеем! Она же посжигает тут все!

- Она никого не сожжет, если не будет провокаций.

- Да откуда ты можешь это знать?

- Это наша третья встреча. И она... скажем так, не проявляла агрессивности. Почти.

Зря сказал – староста тут же все понял.

- Зерна руманки, переломанные ребра, Мавис...

- Да. Но там я сам был виноват.

- Она же могла тебя убить!

- Но не убила. Покалечила, да, но оставила в живых. Специально, хочу заметить, потому что... могла добить. Но не стала.

- А в следующий раз не станет! Село не может себе позволить потерять единственного толкового травника за последние лет шестьдесят, который ДЕЙСТВИТЕЛЬНО знает, что и как надо делать!

Я внутренне усмехнулся. Так мои навыки за четыре прожитых здесь года еще никто не принижал.

- Следующего раза и не будет. Я вылечу ее и выведу за ворота. И мне будет гораздо проще сделать это, если никто, кроме Вас не будет знать о том, кто она такая. В конце концов, у КАЖДОГО из нас есть свои секреты.

Старик аж раздулся от возмущения, а потом... рассмеялся.

- Зря ты боишься должности, Килли, из тебя бы получился отличный староста.

- Я травник. Им родился, им и умру в окружении своих растений.

- А одно другому не мешает, знаешь ли.

И ушел, оставив в воздухе практически обещание, что эту должность я, в конце концов, займу.

- Ну да, - прошептал я ему вслед. – Тебя теперь даже Луна не остановит. Позволит время – на Мавис женишь, не позволит – Иделлу подложишь...

И зашел обратно – уже и без того слишком поздно, а завтра у меня тяжелый день.

Я никогда не считал себя хорошим поваром, но, зная особенности специй, которые, по сути, тоже травы, вполне мог приготовить что-то более или менее приличное. Однако видя, с какой скоростью Шерла поглощает мой бесхитростный завтрак, почувствовал себя прям шеф-поваром имперской столовой. Есть с ложки она отказалась категорически, так что пришлось кушетку слегка поднять, что, если честно, делать я не хотел. Одна Луна знает, что у нее там с ребрами, воткнется еще что-нибудь куда-нибудь, разбирайся потом... Кстати, насчет них:

- Шерла, мне необходимо тебя намазать мазью.

После еды у нее вновь было благодушное настроение, поэтому этот момент я выбрал самым подходящим для подобного разговора. Шерла, кстати, с довольным видом, приоткрыла один глаз, показывая, что слушает меня.

- На всякий случай уточню – намазать всю. Ибо ты и переломана вся.

Довольство тут же улетучилось, сменившись подозрительностью и... чем-то еще, я так и не понял.

- Это необходимо? – спросила она меня через несколько секунд.

- По сути, нет, но желательно. Переломанные ребра – это не шутки, и чем быстрее они заживут, тем сильнее ты сможешь восстановиться после такой травмы. С ногами – та же история.

На этот раз ее молчание длилось дольше, а подозрительность увеличилась.

- Сколько раз?

- Пока не срастутся кости, - удивился я. Глупый же вопрос.

Подозрительность сменилась... обреченностью. Что у нее в голове творится? Понял бы смущение, вызов, злость или раздражение, но обреченность? Я же не насиловать ее собрался.

- Платье надо снять...

- Исключено, - тут же отреагировала Шерла. – Мажь так.

- Оно явно недешевое, а пустырник оставит на нем следы, которые ты не отстираешь.

- Мажь так, - повторила она, заставив меня едва ли не сплюнуть.

Начать решил с бедер – голени при падении она каким-то чудом не повредила, то ли ботфорты поспособствовали, которые, кстати, она мне снять тоже не дала, то ли просто повезло. В этот же момент я и потрогал украдкой платье. На ощупь ткань и вправду была как кожа, причем, именно женская – мягкая, бархатистая. А еще отметил, что мои руки под ним лишь слегка темнели, просвечивались, тогда как ее тело скрывалось полностью, оставляя лишь контур. И объяснить это я мог только одним – она дракон. И, вполне возможно, что платье каким-то образом является ее частью как, например, волосы.

- Дальше будет то, что тебя может разозлить, - сказал я, обматывая ее смоченными бинтами. – Я буду мазать основное тело. И я хочу быть уверенным, что... со мной ничего не случится.

Намеки были ею поняты, как насчет произошедшего в Ущелье, так и что я имел ввиду.

- Делай что хочешь, - прошептала она, закрыв глаза. И теперь я был практически уверен, что она действительно меня подозревает, потому что «хочешь», а не «должен».

- Шерла, посмотри на меня, - я дождался, пока девушка не откроет глаза. – Мы с тобой разнополы, это так, но сейчас я не мужчина. Я травник, доктор. Воспринимай меня как нечто бесполое.

- Делай что хочешь, - повторила она.

- Я не собираюсь тебя насиловать. Только вылечить.

И осторожно запустил руки ей под платье. И впал в легкий ступор – как оказалось, за исключением обуви, это была ее единственная одежда. Да, все верно, платье было надето на голое тело! Стоило неимоверных усилий хотя бы промолчать, а вот с мимикой, боюсь, у меня не вышло.

Живот напрягся, пальцы дернулись, слегка подмяв простыню, но на этом все. И все же даже такая реакция заставляла меня нервничать, особенно учитывая мое недавнее открытие. Не знаю, чем и как она меня ударила в пещере, но знакомить свою спину с потолком моего дома я не хотел.

Шерла

Мужские руки во второй раз легли на ее тело, невольно заставив вздрогнуть. Несмотря на кажущуюся расслабленность, Шерла внимательно наблюдала за Килли, ожидая, когда тот, наконец, позволит себе поддаться инстинктам – вон как изменилось его лицо, когда он увидел, что под платьем у нее ничего нет. И сопротивляться девушка не планировала – в этом доме развешано очень много трав, если она заартачится, то он попросту напоит ее чем-то, что ее пострадавший организм не перенесет. А дальше – бойня и выезд по разным адресам в "разобранном" состоянии.

Платье задиралось все выше, но человек медлил, по-прежнему просто намазывая ее пустырником – поняла по запаху. А потом девушка удивилась – в глазах Килли была сосредоточенность и немного страха, но никак не похоть. И это привело ее в замешательство.

- Восьмое... шестое... – зашептал он, аккуратно ощупывая ее в районе груди. – Пятое... третье... второе не пойму...

Неужели он не понял, кто она? Или ощущения обманывают ее и мираж все же работает? Может, все обойдется? Должно же ей хоть немного, хоть чуточку, хоть иногда в чем-то повезти?

Килли

Шестнадцать сломанных ребер. Святой Феникс, человек бы обратил на себя взор Луны и с меньшими травмами, а она вон – не стонет даже, хотя руманка из нее давно уже вышла. Драконья живучесть, не иначе.

- Килли, - позвала меня Шерла. – Я слаба. Я не могу сопротивляться. Почему?

Я развернулся. Да она ж о людях, по ходу, ничего не знает! Только то, что мы считаем их лучшими ресурсами и все!

- А должен был?

- Ты... трогал... касался... гладил... Неужели?..

- Шерла, я травник. Моя задача поставить тебя на ноги, а не удовлетворять свою похоть.

- Мне нечем тебе платить.

- Я заметил отсутствие карманов в твоей одежде.

Нет, все же что-то она знает. Услуги стоят денег. Или других услуг. Ааа, вот в чем дело!

- Считай, что я провожу над тобой эксперимент, поэтому лечение будет бесплатным. Ты мой самый серьезный вызов, мне интересно, смогу ли я вернуть тебя в состояние до твоей... – чуть не ляпнул «попытки суицида», - твоего падения.

И посмотрел в окно. До осени осталось совсем немного времени, придется усиленно отправляться в походы в еще непосещенные места, коих осталось совсем немного. Слишком уж много я трачу пустырника и руманки, валерьянка тоже не бесконечная, но она хотя бы редко нужна. Святой Феникс, сколько же мне предстоит работы... Может, местным пацанятам заплатить, чтобы сами нарвали?

- Килли... тело чешется...

- Это нормально. Тело пытается залечить раны. Пустырник немного подстегнет твою собственную регенерацию, так что ты встанешь на ноги примерно через... – я прикинул, - три недели. Могу дать тебе немного вчерашнего отвара, чтобы ты уснула.

Резкий щелкающий звук, раздавшийся от ее тела, был столь же уместен как... ну... ну как дракон у меня дома, да. И вместе с ним Шерла выгнулась дугой. И что-то мне подсказывало, что явно не от наслаждения.

- Больно... Килли! Больно!

Раздался еще один щелк, волосы и платье Шерлы противоестественно встрепенулись. И что это означало, мне уже было известно – быстро схватив стакан, я, подойдя сзади, прислонил его к губам девушки.

- Пей! Живо!!!

Та тут же в три глотка проглотила содержимое и моментально провалилась в беспамятство. Я же недоуменно посмотрел на отвар, оставшийся на самом дне – а как же всосаться в кровь? Почему сразу? Опять какие-то драконьи способности?

Щелканья стали происходить все чаще, но Шерла, находясь под действием отвара, лишь глухо стонала и сминала простынь. И что означали эти звуки, я примерно догадывался – пустырник ведь, но чтоб меня Луна прокляла, я никогда не слышал, чтобы эта мазь лечила так быстро! Святой Феникс, при такой скорости шанс того, что что-то срастется неправильно, просто огромен! Что мне тогда делать-то придется? Сам я ей заново сломать ребра не смогу – нет инструментов, а везти в ближайший город – что я им скажу? Здрасте, вот вам дракон, сломайте ей грудину? Святой Феникс...

Канонада хруста закончилась как-то очень резко – вот еще происходят эти противные звуки, а вот их уже и нет. Я аккуратно, пользуясь, что Шерла еще спит, вновь запустил ей руки под платье и начал проверять кости. И нисколько не удивился, не нащупав ни одного сломанного ребра. Ноги проверять даже не стал – даже Иделле, весьма далекой от мира отваров, мазей и тому подобного, было бы ясно, что там тоже все в порядке. Так что осталось лишь дождаться, когда Шерла проснется, провести последний осмотр и отправить восвояси.

Девушка очнулась лишь под вечер. Аккуратно оперевшись на локоть, она молча, но серьезно посмотрела на меня.

- Пошла на поправку, - заметил я и было с чего. Зрачки в ее глазах стали казаться круглыми, обычными, хотя я точно помнил их ромбовидную форму. – Держи.

Ужина я ей, в виду отсутствия обеда, положил двойную порцию. И по тому, что она едва не начала облизывать тарелку, понял, что этого ей оказалось мало. Пришлось дважды сходить за добавкой, серьезно рискуя остаться без завтрака.

Довольное лицо натолкнуло меня на мысль о том, как мало ей нужно для счастья. И напомнило, что оставаться ей здесь никак нельзя. На этот раз я купил ей относительную безопасность, но она очень ограничена по времени. И сколько продлится этот лимит, я нисколько не хотел проверять.

- Как ты себя чувствуешь?

- Тело немного ломит.

Ну еще бы, после такого-то.

- Слабости нет?

- Нет. Я чувствую себя... – Шерла ненадолго задумалась, - целой.

Целой – очень подходящее слово, да.

- Хорошо. Значит, я могу с чистой совестью вывести тебя за ворота.

Девушка посмотрела на окно.

- Уже темно, - заметила она. И добавила: - Через двадцать минут будет еще темнее.

Намек был более чем ясный – в пещере я заставил ее остаться, а теперь гоню на улицу.

- Есть причины, по которым я не могу тебя оставить здесь.

- Причины? – ее взгляд резко дернулся ко мне, стал нервным.

- Наш староста, он... не любит чужаков, - начал я осторожно. О том, чтобы сказать ей, что я знаю, кто она такая, не могло быть и речи. Если она здесь разбушуется, от села действительно останутся только зола и угли. – Даже чтобы оставить тебя здесь на лечение мне пришлось задействовать все свое влияние на него. И ему это очень не понравилось, можешь быть уверена. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за его действий.

- Опять... – тихо пробормотала она, опустив голову. – А ты?

- Что я?

- Ты мне помог. Ты ничего не берешь взамен. Но я для тебя тоже чужая. Я не понимаю.

Я улыбнулся, надевая свой плащ.

- Я травник. Просто делаю свою работу по мере своих скромных сил и возможностей. Пойдем.

Путь от моего дома до ближайших ворот занимал около двадцати минут. И пусть на улице были уже густые сумерки, зажегшиеся фонари вполне себе разгоняли темноту. И, разумеется, ко мне с вопросами подошел не один и не два человека. Хорошо хоть, что собственное здоровье заботило их сильнее, чем моя спутница.

- Килли, вот ты где! – ко мне подбежал наш ответственный за энергообеспечение.

- О, а я все думал, когда ж ты ко мне зайдешь, Одвас, - поприветствовал я его, вытаскивая из кармана мешочек со смесью мышиного гороха и клевера.

- Уже все готово? Благодарю, Килли! С меня кружечка у Брэда! – мужичок тут же забрал у меня травы и убежал обратно, вызвав усмешку. Неплохой сам по себе человек, но слишком уж любит выпить.

По поводу его профессии... Лет так сто пятьдесят назад один профессор нашел способ получать электричество, разводя угрей и выращивая их в особом растворе. Его изобретение вызвало настолько сильный фурор в научном обществе, что привлекло внимание имперских дознавателей. И те не придумали ничего лучше, чем использовать данное изобретение для пыток, что, разумеется, возмутило профессора до глубины души. Его возмущение в свою очередь возмутило дознавателей, которые... в общем, старик погиб в пыточных застенках от своего собственного же изобретения. Тогдашний император был не чета текущему, он это дело не оставил и привлек всех виновных к ответственности, заставив собственными жизнями расплатиться за потерю такого гениального человека.

Быть бы электричеству и сегодня средством весьма болезненных пыток, но уже другой профессор, который, к слову, приходится внуком того, погибшего, продолжил изучения природы этого явления и в паре с каким-то физиком смогли порадовать мир куда более мирным использованием электроэнергии. Их первое изобретение – обычная освещающая лампочка – тут же разошлось по стране, делая ночную жизнь поселений гораздо комфортнее и безопасней. Правда, очень недолго – к сожалению, выяснилось, что угри на протяжении своей жизни выдают разное количество электричества. Но там, где остальные увидели проблему, научная парочка узрела возможность – и спустя всего семь лет люди получили целых два открытия, которые, без зазрения совести можно сказать, что перевернули мир. Выравниватели сделали использование электроэнергии более безопасным и стабильным, в десятки, если не сотни, раз продлевая жизнь тем самым лампочкам, а аккумуляторы хранят в себе излишки энергии, которую отсекают выравниватели, тем самым создавая запас на тот случай, если с угрями что-то случится. Старость, например.

Я не знаю, над чем эти двое работают сегодня, но считаю, что они уже оставили свои имена в веках хотя бы тем, что позволили дешево и эффективно электрифицировать даже такие далекие поселения, как мое. Электрические фонари на улице, стабильное освещение дома, плюс нагревательные элементы, так же работающие от того же самого – это все очень удобно. Меня, как травника, очень радует, что я могу поставить отвариваться травы на комфорку и знать, что отвар не сбежит, так как под кастрюлькой стабильная температура.

Шерла шла за мной, не говоря ни слова, даже слегка как-то отступая в тень, когда меня останавливал очередной прохожий. Со стороны могло показаться, что она избегает людей... хотя, скорее всего, так и было. Пусть ее глаза снова кажутся обычными, но ей, как дракону, все же стоит бояться раскрытия. Святой Феникс, надо же было ей вчера обратить на себя внимания при старосте, вот что ей стоило например, притвориться потерявшей сознание? Старик, конечно, промолчит, так как сам совсем недавно рассказал мне пару секретов, но... В общем, его хватка теперь мне кажется куда более цепкой, чем раньше.

- Шерла, - обратился я к девушке, едва мы прошли ворота, - тебе нельзя возвращаться. В этот раз я купил тебе безопасность, но в следующий раз мне будет нечем остановить старосту.

- Я понимаю, - тихо ответила она, глядя в темноту.

- Мне жаль, правда жаль, что приходится так с тобой поступать, но это ради твоей безопасности.

- Я понимаю. Все хорошо, - она посмотрела на меня и впервые несмело улыбнулась. – Спасибо, Килли.

И пошла прочь. Темное платье вкупе с темной обувью и темными волосами скрыли ее очертания буквально через несколько шагов.

Шерла

В груди было тепло. Человек дал ей слово, что поставит ее на ноги – человек слово сдержал. Не воспользовался ее слабостью, не потребовал ничего взамен. Шерла, остановившись спустя с десяток шагов, смотрела на мужчину, который пытался разглядеть ее во мраке подступающей ночи. Смотрела – и чувствовала в груди непонятное, но приятное тепло.

Люди. Алчные до всего существа – до денег, до власти, влекомые жаждой забраться повыше и плюнуть на тех, кого удалось обойти, забыв о том, что еще вчера были на этом месте... Чтобы сейчас сказала жрица Нара, узнав, что произошло в безымянном для девушки гнездовье? Что это невозможно? Что мира между людьми и драконами не было, нет и никогда не будет?

Ткань распалась, превратившись в черный дым, скрывший человеческое тело. Шерла, обратившись, могла преодолеть гигантские расстояния за рекордные сроки – вот и сейчас чтобы добраться до дома ей понадобилось всего лишь чуть больше трех часов, тогда как обычному человеку пришлось бы идти не один день.

Утром Шерла проснулась с воспоминаниями о произошедшем и мыслями о том, что было бы, если бы он узнал, кто она такая. Он видел ее глаза, в этом она была уверена, но его отношение к ней не изменилось. Он явно не там вырос, другой акцент, другая манера держаться, в отличие от...

Картинка в памяти заставила Шерлу резко вскочить. Рядом с Килли был старик, благодаря которому она и узнала, как его зовут. Ее мираж в тот момент не работал, что означает, что он тоже ее видел. И уж он-то должен был понять, кто она такая. Но неужели он ничего не сказал Килли? Или сказал – и именно поэтому травник вывел ее за стены сразу же, как вылечил? Но если сказал – почему он не убил ее? Неужели не понимал выгоды от ее смерти? Столько вопросов, но ни одного ответа...

Небо на улице было пасмурным, но Шерле все же пришлось покинуть свой дом – в хранилище было шаром покати. Еду поселение добывало охотой и рыбалкой, и, не смотря на свои размеры в драконьей форме, им нужно было не так уж и много пропитания, чтобы поддерживать комфортную жизнь. И это было удобно – в противном случае они бы быстро уничтожили местную фауну. Возможно, так было задумано природой, возможно, дело было в привычке есть в облике человека... На сегодняшний день уже вряд ли кто-то сможет сказать точно.

Девушка уже почти дошла до выхода из гнездовья, как услышала голос. Очень знакомый голос.

- О, червячка вернулась! Не тяжко сюда раз за разом подниматься?

Зрачок в глазах Шерлы растворился, белок окрасился в желтый.

- Нанью... – прошипела она, разворачиваясь.

- Разумеется, - ответила та насмешливо. – Я бы поклонилась в приветствии, но для этого нужно сначала упасть до твоего уровня, а мне это, уж извини, не по силам.

- Придет время – и я тебя убью, клянусь памятью Бахамута, - руки девушки сжались в кулак.

Нанью же, словно в насмешку, подошла и ткнула Шерлу в плечо пальцем.

- Для начала твой полет не должен...

Договорить она не смогла – взбешенная драконица трансформировала руку и наотмашь ударила ее своими когтями. И даже смогла достать – на щеке отчетливо выступили четыре дорожки крови.

- Ты... – разозлилась Нанью, убирая с лица прядь красных волос. – Да как ты смеешь...

Спустя всего пару секунд на дороге уже не было девушек – только два разъяренных дракона, красный и черный.

Килли

- Дядя Килли, дядя Килли, посмотрите, пожалуйста! – толпа детей обступила меня, показывая результаты своего труда.

- Так, не толпитесь, - попросил я их, - встаньте в очередь.

Удивительно, но детишки тут же самоорганизовались и выстроились в прямую линию. Правда, надолго их не хватило – всего через пару минут стоять просто так им надоело.

- Ну, у остальных я еще не смотрел, но твои травы, Мавис, пока что лучше всех, ты молодец, - я потрепал макушку внучки старосты, после чего выдал ей честно заработанную премию. Та же, счастливо хохоча, тут же вприпрыжку побежала ее тратить – не просто же так я решил проверить что они принесли около бабушки Улы, главной продавщицы сладостей.

- А мои? Посмотрите мои, дядя Килли! – тут же загалдели остальные.

В целом, дети меня очень порадовали. Встречались, конечно, и ни на что не годные сорняки, но в целом по сбору близлежайших трав они превзошли мои самые смелые ожидания. Ничего специфического, вроде той же наперстянки, они не принесли, но вот валерьянки с пустырником нарвали столько, что полностью покрыли мои траты за последние несколько недель, плюс клевер с мышиным горохом – главного иммуноукрепляющего для угрей – собрали так много, что до весны этот вопрос можно было смело закрывать. Принесли бы еще сумерянки, было бы совсем хорошо, но не посылать же в пещеры детей? Меня потом их родители самого туда отведут и там оставят, предварительно крикнув погромче. И будут правы.

- Дядя Килли, держите! – Мавис вернулась, держа на палочке яблоко в сиропе. Ох, знает же, как я их люблю.

- Спасибо большое, Мавис, - я с благодарностью откусил кусок, чувствуя как фрукт тает у меня во рту. Святой Феникс, ну почему в столице не было ничего даже близко к этому лакомству?

- Дядя Килли, а Вы еще за травами пойдете?

- Конечно. Твои друзья мне, конечно, серьезно помогли, но есть места, куда я вас пустить не могу, а нужные травы растут только там. А что?

- Я... в общем... в общем, я знаю кое-что... – замялась девочка.

- И что же ты знаешь? – спросил я, заканчивая сортировку трав.

- Руманка, гранитник... – тихо произнесла Мавис, слегка прижав голову. И было с чего.

- Если ты мне сейчас скажешь, что ходила к водопаду, я тебе уши надеру, а потом твоему деду шепну, где ты гуляешь.

- Дядя Килли, не надо, - девочка тут же построила виноватую моську. Ну вот как мне на нее сердиться?

- Ладно, деду ничего не скажу. А вот ухи свои бесстыжие неси сюда, - я поманил ее пальцем, чем, разумеется, добился противоположного.

- Дядя Килли, я же не для себя!

- Выбирай – или тебя я накажу, или староста.

На девичьем личике проступили следы тяжелых размышлений, в конце которых она осторожно и зажмурившись подошла ко мне.

- Мавис, - я присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, - я не злюсь на тебя за то, что ты ходила к водопаду, но меня беспокоит что, не имея навыков самообороны, ты посещаешь такое опасное место. Я знаю, что ты хочешь сказать, – девочку тут же пришлось прервать, - что с тобой ничего не случилось. И это так. Но не стоит испытывать свою удачу постоянно – ведь чтобы случилась трагедия тебе хватит и одного несчастного случая.

- Простите, дядя Килли. Я все поняла. Я больше не буду ходить к водопаду.

- Вот и умничка, - я снова потрепал ее по голове и отпустил от себя. Очень надеюсь, что я смог донести до нее свою мысль.

Шерла

- Довольно! – подошедшая женщина хоть и не меняла свой облик на драконий, но тут же смогла остановить зарождающуюся драку. – Нанью, оставь нас.

- Но Жрица! – красный дым скрыл драконье тело, превращая его в девушку, одетую в красное платье.

- Ты смеешь со мной спорить? – тон не изменился, но ощущение угрозы едва ли не придавливало к земле.

- Нет, Жрица, простите, - ответила рыжая и тут же ушла вглубь гнездовья.

- Тебе следует научиться сдерживать себя, Шерла, - тон Жрицы стал более спокойным, но таким же твердым.

- Ей следует лучше следить за своим гнилым языком.

- Нанью будет наказана, в этом можешь не сомневаться.

- Вот и отлично, - Шерла тут же развернулась, намереваясь вернуться к прерванному походу.

- Как и ты, Шерла.

Девушка тут же обернулась.

- Не поняла?

- Твое неуважение ко мне переходит всякие границы, но это я готова простить – в конце концов, ты с детства не высказывала и толики того такта, что должна была, но ваши постоянные склоки с Нанью мне уже надоели.

- Моя мать попалась людям, мой отец бросил меня, узнав мою драконью форму. Сколько я прожила в одиночестве, сколько я училась заботиться о себе, ни на кого не надеясь, когда вы, наконец, вспомнили обо мне? Пятьдесят лет? Шестьдесят?

- Мы не знали...

- Потому что никто и не хотел знать. Так чего все теперь-то ко мне лезут? Я ничего не должна этому месту, а все, что мне нужно – чтобы обо мне снова забыли, как в детстве.

- Ты часть гнездовья.

- Я – позор этого места. И это Ваши слова, Жрица. И не делайте такое лицо – я знаю об этом.

Нара подобралась от этих слов.

- Нанью? – спросила она.

- Нет, - ответила Шерла. – Я сама. В тот день я впервые, несмотря на свою гордость, решила обратиться за помощью. Как там было? «Я бы с удовольствием ее отсюда выгнала, но, к сожалению, наши правила запрещают это»? Ничего не забыла?

- Ты все не так поняла.

- О, у этих слов есть какой-то другой смысл? Я с удовольствием его послушаю.

Брови Жрицы насупились, но сказать она так ничего и не смогла.

- Я так и думала, - кивнула Шерла и, развернувшись, ушла к воротам.

- Мы не поговорили о твоем наказании!

- Да мне наплевать!

И, издевательски помахав рукой на прощанье, направилась в лес.

Килли

Пещеры, где росла сумерянка, находились всего в двух часах от поселения – достаточно близко, чтобы можно было уйти рано утром, собрать урожай и вернуться домой до темноты. В моих планах было собрать их в одиночку, как и всегда, хоть это и опасно – обычно сумерянка растет в низинах, где доступ воздуха чаще всего отсутствует и велик риск потери сознания, который приведет к смерти – однако сегодня у меня появился неожиданный спутник. Вернее, спутница.

- Мавис, хватит прятаться, выходи, - крикнул я, остановившись.

- Нууу... – разочарованно раздалось за спиной, вызвав у меня усмешку.

- Не стонать, не жаловаться, делать все, что говорю, - тут же я обозначил позицию.

Мавис от моих слов аж впала в ступор, но спустя всего секунду ее глаза заполнила радость.

- И тогда Вы не отправите меня домой?

- Не отправлю, если не нарушишь условия. Согласна?

- Да-да-да-да-да! – девчонка тут же начала кружиться вокруг меня, прыгая от переполнявших ее эмоций.

- Шило... – усмехнулся я.

- Где? – тут же встрепенулась Мавис.

- Вот здесь, - мой ответ сопроводил звонкий шлепок по пятой точке и притворно-возмущенное взвизгивание.

Дальнейший поход можно было описать одной фразой – сотня тысяч «почему». Почему сумерянка растет здесь, почему не растет наперстянка, почему не растет гранитник, почему полунник такой редкий, почему наперстянку нужно заваривать именно так... Как мог, отвечал, конечно, меня радовал ее интерес к травничеству, но конкретно ей я все свои знания передавать не хотел. Она внучка старосты, какая-никакая, но местная аристократия, а сбор трав, именно сбор, несколько... как бы так сказать... простолюдинская профессия, на мой взгляд. Хотя энтузиазм и способности у нее к этому есть, не отнять.

- Это здесь, да? – спросила меня Мавис около пещеры, видя, как я достаю факелы.

- Именно так, - ответил я. – Пещеры часто разветвляются, к тому же они очень старые, поэтому два новых правила – все разговоры шепотом и от меня ни на шаг. Если ты все же потеряешься – стоишь на месте и постоянно негромко зовешь меня. Запомни, паника внутри этого места тебя гарантированно убьет и тебе очень повезет, если сразу.

- Я все поняла, - в этот раз Мавис была серьезна. – Внутри вести себя тихо, делать, что говорят, от Вас не отходить. Если потеряюсь – стоять на месте, звать Вас.

- Все верно. В этих пещерах эхо раздается очень далеко, так что я тебя услышу и найду. Самое главное – сохраняй спокойствие несмотря ни на что. Даже если погаснет факел, даже если станет темно, даже если станет казаться, что меня очень долго нет. Внутри тебе угрожает только твой собственный страх, никакие хищники там не живут.

- А почему?

- Как раз из-за постоянной угрозы обвала. Животные в этом отношении лучше нас, они лучше чувствуют такие вещи.

- Можно же укрепить... эээ... ну... стены и потолок...

- Можно, но только кто будет этим заниматься? Руды там нет, а ради одних грибов, которые нужны только мне да клиентам Брэдвуста... В общем, не надо это никому.

- Но это же опасно!

Несколько искр – и факел тут же вспыхнул.

- Верно, но если придерживаться правил, то все будет хорошо. В принципе, ты можешь не идти и подождать меня здесь.

- Ну уж нет! – тут же возмутилась девочка. – Что я тут делать буду одна?

Тоже верно. В одном она права, опасно тащить ее внутрь, однако снаружи она точно потеряется, увлекшись в своих подростковых играх. Я вздохнул. Домой ее надо было отправить с самого начала, но нет же – позволил остаться рядом с собой. Ни капли ответственности.

Жаркий день сменился прохладными сумерками под сводами, украшенными паутинами трещин. Эти пещеры, насколько я знаю, «глухими» не были, имели другие выходы, но где они находятся я не знал. Просто циркуляция воздуха внутри говорит о наличии сквозняка, иначе бы здесь давно было нечем дышать.

- Дядя Килли, а долго идти? – шепотом спросила меня Мавис.

- Нет, мы уже почти пришли на первое место.

И это было правдой. Первая низина располагалась почти у самого выхода, но, к сожалению, из-за близости свежего воздуха похвастаться урожаем она никогда не могла. Тем не менее я всегда срезал там грибы, чтобы поддерживать грибницу в тонусе.

Внучка старосты вызвалась сама спуститься вниз на веревке, чему я поначалу воспрепятствовал. Однако этот подросток моментом уел меня фактом, что если она внизу потеряет сознание, то я ее вытащу, а вот если что случится со мной, то она сделать ничего не сможет. Пришлось давать строгие инструкции, а так же учить правильно срезать грибы во все тех же условиях угрозы обвала.

Удивительно, но Мавис все сделала правильно с первого раза – собранные грибы хвастались идеально правильным срезом, плюс внизу девочка не геройствовала, дергая веревку стабильно каждые полторы минуты, чтобы отдышаться. В таком тандеме мы в рекордное время смогли обойти почти все места.

- Сейчас заглянем в еще одно место и домой, - тихо сказал я ей, после чего девочка просто кивнула. Умница, понимает.

Последняя низина была, наверно, самой глубокой, но вместе с тем, самой богатой из известных мне. В том числе и потому, что собирать там урожай я рисковал только в крайних случаях – слишком уж там удушающе.

- Эта низина большая, - начал я инструктировать девочку. – Первый раз спустишься – просто оглянись, присмотрись к самым большим грибам. Потом я тебя обниму, отдышишься, и начиная со второго спуска будешь собирать.

- Я поняла, - тихо произнесла Мавис.

- Еще: в отличие от прошлых мест, там дышать вообще нечем, поэтому если ты через две минуты не дернешь веревку, я тебя начну вытаскивать сам. Факел внизу скорее всего погаснет, но там живут светлячки, просто аккуратно постучи по полу – вылетят. Но хватит их максимум на четыре раза.

В ответ уже обвязанная девочка вновь просто кивнула, показывая рукой на веревку, мол, я готова. Спуск произошел как обычно, но все равно я очень нервничал. Само собой, сразу она с обмороком не свалится, уже научена, что перед спуском нужно провести дыхательную гимнастику, задержать дыхание... но она все же ребенок. Насколько ей хватит воздуха в легких? Не слишком ли много давать ей две минуты? О, вроде дергает.

Поднявшаяся Мавис тут же глубоко задышала, прикрывая рот, чтобы кашель был как можно тише.

- Дядя Килли, там внизу есть еще грибы, - оповестила она меня, как только пришла в себя.

- Как выглядят?

- Синенькие и как обсыпанные блестками.

Я чуть факел не выронил. Неужели...

- Шляпка слегка вытянутая, особенно наверху, да? И кончик белый?

- Да. Их собирать?

Полунник и в пещере... Вот это удача!

- В первую очередь. Их не надо резать – только аккуратно открутить шляпку. Имей в виду, она очень тугая. Как соберешь шляпки – тут же дергай веревку.

- Я поняла.

Поднятые шляпки действительно оказались полунником, но что самое радостное – их было три и они были приличного размера. Если староста купит мне новый дистиллятор, у меня будет возможность создать новый эликсир взамен того, что я споил Шерле! Я прикинул вес грибов и тихо присвистнул. Тут получится гораздо больше, чем было в том флаконе, просто замечательно!

- Ты как себя чувствуешь? – спросил я Мавис.

- Я могу еще спускаться, - тихо ответила она.

Уняв эмоции от удачной находки, я оглядел девочку. Слишком измученный вид мне не понравился.

- Нет, хватит на сегодня. Мы уже неплохо собрали грибов, так что давай домой.

- Но мы же там ничего не собрали!

- Мы собрали в других местах. Ты молодец, я тобой горжусь, но нужно уметь вовремя остановиться.

- Как скажете.

Факел в ее руке мелко дрожал, что подтвердило правильность моего решения. Взяв на себя всю ношу, я повел ее к выходу, держа за руку – хоть мы идем в тишине, но падение девочки от обморока я могу случайно и пропустить, учитывая, что снаряжение все же немного, но шумит.

Тихий раскатистый рык спереди заставил меня вздрогнуть и помянуть Луну – впервые за все разы, что я сюда заходил, мне пришлось столкнуться с диким зверем. И ладно бы я был один, но прижавшаяся ко мне от страха Мавис несколько сковывала мои действия, ведь в случае нападения хищника я должен буду защищать не только себя, но и ее.

- Дядя Килли...

- Все будет хорошо. Не бойся, - подбодрил ее я.

Я очень надеялся, что зверь пройдет мимо, пытаясь найти выход из пещеры, но, видимо, наша удача кончилась вместе с находкой полунника – нам навстречу вышла ночная пума. И судя по тому, как она на нас посмотрела, она была очень голодной.

- Стой позади меня, вперед не лезь, - тихо произнес я, снимая с себя сумку и поклажу. – Факела держи повыше.

Длинный нож в одну руку, серп в другую – я явственно показал хищнику, что хоть условия на его стороне, я не собираюсь сдаваться. И ждать чего-то пума не стала – один единственный прыжок почти полностью сократил между нами дистанцию. Удар ножом не достиг цели, но вот серп смог вспороть ей шкуру на одной из лап, которой она пыталась меня атаковать. Громкий болезненный рык вызвал падение камушков с потолка.

- Уходи, - обратился я к хищнику. – Ты не победишь здесь.

Но, разумеется, пума даже не собиралась упускать свою добычу. Зализав рану, она вновь прижалась к полу и прыгнула, сбив меня с ног.

- Дядя Килли! – заорала Мавис.

- Молчи! - крикнул я. Но поздно.

Громкий взвизг умирающего животного, испуг девочки, мое одергивание... По пещере пошел гул, сопровождаемый песочными ручьями. Не нужно было быть пророком, чтобы понять, что сейчас произойдет.

- Бежим! – скинув с себя уже мертвую тушу, я, одной рукой схватив наш инвентарь, а второй руку девочки, рванул к выходу. Вернее, попытался рвануть.

Огромный валун, моментом перекрывший ход к единственному известному выходу заставил нас развернуться и побежать в другую сторону – туда, где мы нашли полунник.

Глава 3

Шерла

Шерлу трясло. Всеотец Бахамут, кто Нара такая, чтобы после всего произошедшего говорить, как ей жить? После всех этих голодных лет, когда ей приходилось едва ли не неделями не есть, побираться, чтобы просто выжить, пока такие, как она, жили в довольстве и достатке едва ли не по соседству! И после всего этого нагло врать в глаза о том, что она ничего не знала!? Сколько прошло лет, прежде чем ей впервые удалось подобно змее задушить того больного олененка и впервые за долгое время поесть хотя бы сырого мяса, а не грибов с ягодами, от которых уже буквально тошнило?

Девушка помотала головой, выгоняя агрессивные мысли. Хватит. Гнездовье без нее, разумеется, не умрет, но и она, благодаря пережитому испытанию, тоже сможет выжить. Да, будет тяжелее, даже тяжелее, чем сейчас, особенно, если учитывать некоторые особенности ее драконьей формы, однако, она смогла выжить, будучи ребенком. Сможет и сейчас.

Черный дым окутал драконье тело, превращая его в человеческое. Утес возле водопада, где ее очередная попытка обернулась не просто неудачей, но едва не привела к смерти. Как бы обрадовалась Нанью, узнав о такой глупой кончине. Шерла была уверена, что высота должна ей помочь, но, как бы она ни пыталась, у нее ничего не получилось. И в какой-то момент ей овладело такое отчаяние от недостижимости своей мечты, что в краткий миг она действительно захотела, чтобы все это закончилось. И обратилась человеком. Потом, конечно, жажда жизни вновь возобладала в ней, но превратиться обратно в дракона времени уже не было. И пока она лежала изломанной куклой и думала, как оправдаться перед всеотцом Бахамутом, тот уже простил свою глупую отчаявшуюся дочь и направил ей неожиданное спасение.

Человек, Килли... Он что-то разбудил в ней, какие-то далекие воспоминания, которые Шерла уже давно и прочно заперла где-то глубоко внутри себя. Вытащил на свет что-то согревающее, нежное. Что-то, что не хотелось прятать обратно. Что-то, что она никогда не испытывала в гнездовье. Что-то непонятное, давно забытое, но вместе с тем что-то... что-то правильное. Да, правильное, это было наиболее подходящим словом.

Килли

- Дядя Килли! Дядя Килли!

Звук пробирался словно сквозь толщу воды, кажется, каким-то камушком во время обвала меня все-таки пригрело. Но я жив, Мавис жива, это главное. Правда, возможно, впоследствии мы об этом пожалеем – умирать от голода и жажды достаточно мучительно.

- Чтоб меня переломанного кто-нибудь живраей накормил... - простонал я - Что со светом?

- Я потушила факелы на всякий случай, - голос девочки отдавал явным облегчением. А вообще молодец. Факела вечно гореть не будут.

- Чиркни огнивом в воздух.

Яркая вспышка в кромешной тьме словно сняла гору с моих плеч – не хватало еще ослепнуть после всего, что произошло.

- Долго я был без сознания?

- Минут пятнадцать. Шуметь перестало минут семь назад.

Плохо. Я мало что знаю о пещерах, но если обвал продолжался столь долго, то он либо раскрошился подобно колодцу, и тогда у нас есть шанс выйти так же, как мы вошли, либо, что более вероятно, завалило весь коридор. И вот тогда у нас серьезные проблемы.

- Ты смотрела пещеру?

- Нет, я пыталась Вас растолкать.

- Ладно, зажги один факел.

Новая вспышка, и промасленная тряпка начала выдавать мерцающий свет. Один ход я отсюда знал – вниз, там, где сумерянка. Ту низину я не проверял, как далеко она тянется, не знаю, вполне возможно, что получится выбраться тем путем, но это большой риск. Если мы не найдем чем в ней дышать, то останемся там насовсем.

Бунка́р

Солнце коснулось горизонта, однако ни Мавис, ни травника в селении не было. Староста нервничал, Килли, отправляясь в пещеры, обычно в такое время уже вовсю занимался собранными травами и грибами.

- Иделла, найди гонца и пусть он пробежится до пещер. Сердце у меня не на месте, кабы не случилось чего.

Внучка, не говоря ни слова, оставила свою вышивку и вышла из дома, вернувшись уже через пару минут.

- Все готово, - только и сказала она.

Потекли томительные часы ожидания, в течение которых Бункар никак не мог успокоиться.

- Деда, все хорошо будет, - произнесла Иделла. – Просто где-то задержались, да и Мавис наверняка за ним хвостом бегает. Вот увидишь, пройдет час-полтора – и она вернется вся перепачканная, но довольная. И начнет хвастаться чему ее Килли научил.

- Твои бы слова да Солнцу в уши...

- Да так и будет, деда. Вспомни, сколько дней она все говорила, что научилась наперстянку отваривать.

- Отвар Килли все равно в разы лучше.

- Дело опыта, - отмахнулась внучка, - да и не о том разговор. Все хорошо будет, не переживай.

Но не переживать старик не мог. Солнце опускалось все ниже, но внучки и травника все не было.

Шерла

Мясо было таким же, как и раньше, однако Шерла едва ли не заставляла себя есть. Не хватало того вкуса, той пряности, тех травяных ноток, которая была в еде, которой кормил ее человек. Следовало отвыкать, так как Килли запретил ей появляться в селении, а караулить его у ворот не позволяла гордость. Да, вкусно, но ничего. Прожила столько лет без него, проживет и дальше.

Дракон нырнул в студеную воду, пытаясь избавиться от мыслей. Слишком уж много она думает в последнее время о человеке, однако и не думать у нее не получалось. Слишком уж много вопросов ее терзало, но самый главный из них – почему он с ней так добр? Он ведь ее совсем не знает, почему он ее спас? Даже дважды, получается – даже если конкретно он не знает, кто она такая, то уж тот старик наверняка догадался. А если знает – тогда тем более непонятно.

- Хватит, - прошептала Шерла, поднимаясь над водой и вновь ныряя вглубь.

Купаться девушка любила, она чувствовала себя гораздо сильнее в воде, чем в воздухе. Собственно, в воздухе она себя сильной не чувствовала вообще – эта стихия отвергает ее раз за разом. Но то ли дело вода – здесь она была практически неуязвимой. Ее собственная сила была способна устроить массовый геноцид всем вокруг, будь ее воля, но, к счастью для них, Шерла не видела смысла в бессмысленных убийствах. Здесь, в воде, она способна одолеть даже сородичей, даже рубиновую Нанью, которая об этом, конечно же, знает. Ох, это была бы легендарная схватка! Она бы заставила эту красную молить о пощаде! Заставила – и все равно убила бы напоследок в назидание остальным! Чтобы те, наконец, поняли, что даже такого дракона, как она, тоже не стоит злить! Столько лет не замечать ее присутствия, а теперь планомерно травить ей жизнь ради того, чтобы она сама ушла из гнездовья, раз они не могут ее выгнать – как они вообще смеют?! Указывать, как ей жить – как они смеют?!

Драконье тело вынырнуло из глубины и поднялось над водой, разбрызгивая капли. Клуб черного дыма – и на берег, слегка согнув колени, приземляется человек. Такой же человек, как и тот, что накормил ее вкусным мясом...

- Ааааа, - девушка схватилась за голову, признавая поражение перед самой собой. – Ладно, я хочу его увидеть.

Иделла

- Староста! – в дом забежал сильно запыхавшийся гонец. – Староста, беда! В пещере обвал!

Если бы рядом не оказалось стула, Бункар сел бы прямо на пол – новость его подкосила. Обвал... Мавис... Килли...

- Так, собери всех на площади, - Иделла тут же взяла ситуацию в свои руки, - говори, что случилось, пусть берут с собой инструмент: кирки, лопаты, носилки...

- Так ночь же уже... – растерялся парень.

- В пещере наши селяне. Им нужна наша помощь.

- Понял, сейчас всех соберу, - и тут же выбежал выполнять поручение.

- Иделла... – произнес староста.

- Я все сделаю, деда, - девушка внимательно посмотрела на старика и достала с полки баночку. – Завари, две ложки в кружку насыпь. И не смей притрагиваться к трубке.

- Что это?

- Валерьянка. Тебе нужно успокоиться и поспать. Я все сделаю, поведу их за собой. И не спорь со мной, деда, я уже давно выросла и стала самостоятельной девушкой.

Зная деда, Иделла сама заварила ему чай и проследила, чтобы он все выпил, после чего отправилась на площадь. Люди, уже знающие о том, что произошло, стояли с инструментом в руках, готовые сражаться с пришедшей бедой.

- Односельчане! – внучка старосты взошла на помост. – Все вы уже знаете, что случилось. Я благодарна вам, что вы не остаетесь в стороне, все вы, однако пещеры – это не то место, где нужно столько людей, - видя, что не все собравшиеся поняли, что она имеет в виду, девушка продолжила: - Пещеры – это узкое место, мы просто не поместимся там все, из-за чего часть людей придет попросту зря. Я предлагаю разделиться на группы, каждая из которых будет разбирать обвал в свое время.

Работники тут же закивали и, посовещавшись, постепенно разделились на четыре примерно равные группы.

- Вы, - Иделла показала на ближайшую к себе группу, - идете со мной сейчас, следующая за вами группа вас поменяет после восхода солнца, следующая придет после зенита, а последняя на закате. Так мы сохраним высокую скорость работы и сможем не перетрудиться.

Люди одобрительно загалдели, соглашаясь со словами внучки старосты.

- Идем! – девушка спустилась с помоста. – Килли и Мавис уже наверняка ждут нас!

Килли

Выходов с нашего положения, кроме спуска, нашлось два, но первый был отвесным широким колодцем наверх, а второй настолько узким, что даже Мавис не смогла бы сквозь него пролезть. И это было в высшей степени прискорбно – все, что нам осталось, это рисковать идти через низину с сумерянками. Или ждать – в селе не могли не заметить наше отсутствие, особенно отсутствие девочки. Староста не побоится в колесницу Луны залезть, чтобы наказать меня лично, если с ней что-то случится.

Я пощупал наши запасы. В принципе, у нас есть примерно три дня, прежде чем кончится еда и еще день, когда не станет воды. Этот срок мы можем подождать, прежде чем срываться в безумный рывок через низину.

- Дядя Килли, мы же не умрем? – тихо спросила Мавис.

- Нет, конечно же нет, - я нашел в темноте голову девочки и прижал ее к себе. – Нас уже наверняка ищут, а поскольку я не скрывал, куда собирался идти, думаю, что нас уже пытаются откопать.

- Но почему мы тогда ничего не слышим?

- Возможно, обвал слишком длинный. Но как только они к нам приблизятся, мы обязательно их услышим.

- Может, нам тогда стоит копать навстречу?

- Голыми руками? Нет, Мавис, не стоит. Мы просто зря сожжем факелы.

- Но ведь мы просто сидим и ждем. Или они будут нужны для чего-то еще?

Говорить о худшем сценарии я не хотел, но и не пришлось.

- Вы хотите попробовать спуститься туда, где я нашла те грибы и попробовать пройти там?

- Как вариант, - я грустно улыбнулся, забыв, что она меня не видит.

- Но мы же можем сделать это сейчас.

- Там нечем дышать, Мавис. И неизвестно, где другой подъем с нее и есть ли он вообще. Мы можем там задохнуться, если ничего не получится.

- Или найти выход.

- Или найти выход, да. Но пока наша ситуация не столь... плоха, чтобы попробовать. В общем, пока лучше просто ждать. Если хочешь – обопрись на меня и поспи, я посторожу.

Девочка устроилась на мне поудобнее и замерла. Я же, пользуясь глубокой тишиной, изо всех сил пытался прислушаться, но тщетно – даже издали не было слышно ни чьих-то разговоров, ни звуков горных работ. Как бы то ни было, Мавис задала правильный вопрос – мы не слышим людей по ту сторону, что говорит о том, что обвал мог закончится едва ли не у выхода. И тогда до нас просто не успеют добраться – в моей сумке банально нет столько припасов.

Шерла

Странная процессия привлекла внимание девушки и разбудила любопытство – ни разу на ее памяти не было такого, чтобы в сторону горных пещер отправлялось столько людей. Скрываться в закатном солнце Шерле было не совсем удобно – все же ей больше по душе ночь, а не сумерки – однако ей на руку играло то, что ее, по сути, никто и не искал.

Одна группа заменила другую, явно очень уставшую и чем-то обеспокоенную. Возле входа в пещеры было нагромождение мелких камней, явно разбитых кирками, а так же несколько старых, но еще крепких тачек. Хрупкость каменного свода Шерла знала – в детстве она излазила внутренности этой горы вдоль и поперек – так что, сложив два и два, она пришла ко вполне логичному выводу.

Обвал. Ползая там ребенком, она не раз и не два могла быть похоронена в этих пещерах заживо, но Бахамут отвел от нее беду и позволил заучить несколько простых правил – не шуметь и не бояться. Своды, конечно, хрупки, но Шерла сомневалась, что они смогли бы обвалиться сами по себе. Получается, люди выкапывают кого-то из своих? Не зря же они так обеспокоены.

Несколько часов наблюдения за людьми ничего не дали. Все, что она видела, как время от времени из тканевого жилья выходила девушка с кем-то поговорить, да мужчин, планомерно выгружавших разбитый камень. Шерла уже хотела плюнуть и уйти, как внезапно ветер донес до ее ушей знакомое слово – травник. И на ее памяти был лишь один человек, кого можно было бы смело назвать травником. Тот самый человек, которого она сейчас искала.

Дракон могла напрячь слух и подслушать, что говорят люди, вышедшие пообедать среди ночи, однако все их слова слились бы в неразличимую какофонию. Идея девушке не нравилась, однако пришлось покидать свое укрытие и, пользуясь темнотой, подходить к лагерю на опасное расстояние.

-... только начали. Никто и не говорил, что будет просто, - голос взрослый, немного умудренный.

- Да, но нет никаких гарантий, что их не убило камнями, - детский, похожий на первый. Вполне возможно, что это отец и сын.

- Даже если и убило – нужно хотя бы попытаться откопать тела. Оно, знаешь ли, для посмертия полезно.

Не то, но уже ясно, что кого-то все же засыпало. И кого-то не одного.

-...дился бы, Волдух! Твоя жена еще небо коптит только потому что он ею занялся! – голос грубый и, возможно, пропитый.

- Это его работа! Вспомни, за сколько он продает свои травы! Да он всему селу должен за переплату! - высокомерный.

- Как и ему все село должно!

Последовал звук удара и отборная брань, требующая соблюдать уважение. Что произошло дальше, Шерла слушать не стала.

- ...отведи от нас злобный взгляд Луны, что навлекает беду... – женский голос, явно молящийся.

- Не беспокойся, дочка, мы их найдем, - покровительственный, голос пожилого человека.

- Я очень надеюсь на это. У вас пока все в порядке?

- Да, дочка. Если не случится ничего, мы обязательно спасем твою сестру и нашего травника, если они еще живы, - новое упоминание травника заставило Шерлу сконцентрироваться еще сильнее. – Жаль будет, если Мавис и Килли погибнут. И девчонка хорошая, и парень работящий. Коль не возраст, поженить можно было бы, да и, если подумать...

Имя было произнесено – где-то внутри горы под или за завалом находится Килли. Шерла тут же, не выходя на свет, побежала в пещеру, чтобы понять хотя бы примерное направление обвала, а после, обратившись, убежала прочь. В этой горе только она знает еще пять входов, и если поторопится, у нее есть шанс найти травника до того, как он погибнет от голода и жажды. Внутри самый настоящий лабиринт, и если не знать, где находится выход... его можно никогда не найти.

Килли

Если верить своим ощущениям, то мы здесь уже сутки. Темнота, тишина, неизвестность и своды пещер давят даже на мою психику, что уж тут говорить о девочке, которая жалась ко мне практически все время?

- Дядя Килли... – тихо позвала меня Мавис. – Мне страшно...

- Все будет хорошо, - я погладил ее по голове. – Нас обязательно откопают.

- Но почему тогда так тихо?

И это был очень хороший вопрос. Прошло достаточно много времени, но мы не слышим никаких звуков работ по ту сторону обвала. Насколько же далеко обрушились своды?

- Дядя Килли... Я... я люблю Вас.

- Я тебя тоже люблю, - ответил я на автомате, по-прежнему гладя ее по голове.

- Правда? – в голос добавилось воодушевление.

- Конечно. Разве можно такую милашку не любить?

Девочка прижалась ко мне чуть плотнее.

- Дядя Килли... можно я Вас поцелую?

- Можно, - ответил я, готовясь подставить щеку.

Вообще, для Мавис такое поведение со мной вполне нормально – запрыгивает же она на меня при встречах. И иногда целует куда попадет, такое тоже бывает, так что к ее просьбе я отнесся вполне спокойно, разве что отметил, что сейчас она почему-то спросила разрешения.

Девичьи ладони аккуратно ощупали мое лицо, легли на щеки... и моих губ коснулись губы Мавис. Очень взросло и умело для четырнадцатилетней девочки.

- Ты что делаешь? – ошарашено спросил я, оттолкнув от себя внучку старосты.

- Я... я люблю Вас, дядя Килли, - тихо ответила та. Только теперь ее признание заиграло совершенно другими красками.

- Тебе четырнадцать.

- И что теперь? Я не могу любить? Или мои чувства ничего не значат?

- Я не это имел в виду.

- А что тогда?

С ответом я нашелся далеко не сразу.

- То, что у нас разная любовь друг к другу.

Надо ее успокоить, билось в моей голове. Крик, конечно, вряд ли вызовет второй обвал, но у девочки нервы уже явно на пределе, раз она общается со мной на повышенных тонах. Впрочем, и поступок, и тема разговора несколько... щепетильные.

- Но ведь она есть! Вы же меня любите!

- Ты любишь дедушку, Мавис?

- Конечно!

- А папу?

- И папу.

- Сестру?

- Конечно же!

- Моя любовь к тебе примерно такая же.

Девочка ненадолго замолчала.

- Но почему? Потому что мне четырнадцать?

- И потому что мне двадцать два. Между нами восемь лет разницы.

- Бабушка была моложе дедушки на тринадцать лет, дядя Килли. Восемь лет – совсем немного.

- Восемь лет немного, когда пятьдесят и сорок два, например. Или двадцать пять и тридцать три. Но не когда четырнадцать и двадцать два. Это аморально, в конце концов.

Вместо ответа Мавис села на меня сверху и, судя по теплому дыханию, которое я чувствовал, приблизила свое лицо к моему.

- Мы находимся в опасности, дядя Килли. И, к тому же, одни. Я прошу Вас, хотя бы здесь и сейчас забудьте о морали.

- И сделать что?

- И поцелуйте меня в ответ. Нас могут не найти. К нам могут не успеть. Может случиться еще один обвал. Я не хочу жалеть о том, что могла что-то сделать, но не сделала.

Святые Солнце и Луна, ей же всего четырнадцать! Откуда вообще в ее голове такие мысли?

- Ты ведь понимаешь, что я не могу.

- Вы можете, но сдерживаете себя, опасаясь непонятно чего.

- Очень даже понятно чего, Мавис. Я опасаюсь последствий.

- Последствий? – в голосе девочки появилось непонимание. – Каких?

- Стресс и тревога не только у тебя.

Все верно. Она слишком хорошо умеет целоваться, чтобы оставлять меня равнодушным. Прибавляем явно опасную для жизни ситуацию, неопределенность, страх, отсутствие в ближайшее и не очень время других людей и каких бы то ни было перспектив выбраться и получаем вполне реальную возможность сорваться и совратить четырнадцатилетнего подростка. Который, к слову, по ряду тех же причин даже против не будет.

- Вы имеете в виду... – тихо прошептала девочка.

- Да. Те самые ночные взрослые дела между мужчиной и женщиной.

И внучка старосты замолчала, не меняя позы улегшись на меня сверху. Если она позволит произойти тому, что может произойти, то в будущем ей будет крайне тяжело выйти замуж, особенно учитывая ее текущий возраст. Это в столице таким уже никого не удивишь, хотя даже там такая ранняя потеря невинности как минимум удивит, но местное сельское общество куда более строгое и консервативное – невеста обязана быть девственной. Луна, да тот же староста, выпытав все подробности у девочки, сначала сдерет с меня шкуру, затем пришьет обратно, а потом поведет в храм Солнца объявлять помолвку. И вот после этого мое будущее предскажет даже ребенок – старик, введя меня в семью, объявит мою скромную персону следующим старостой. Гартан мне такого, разумеется, не простит, но тут я не переживаю – в чем-чем, а в том, что народ меня крепко уважает, старый нисколько не ошибается.

Шерла

Найти другой вход в пещеры труда не составило – детские воспоминания ожили, составив примерную карту лабиринта пещер внутри горы. Обратившись, Шерла начала обыскивать грот за гротом, но район поисков оказался гораздо шире, чем ей казалось поначалу – обвалился не какой-то отдельный ход, а целая ветка со всеми развилками. Если бы не знание этих мест, поиски можно было бы проводить месяцами, однако даже так было очень непросто. И времени совсем в обрез – девушка не знала, сколько люди могут прожить без воды и пищи, однако не сомневалась, что очень и очень недолго. Они же не драконы, в конце концов. И единственное, на что можно надеяться – это что у них есть хоть какие-то припасы с собой. Хотя бы немного.

Первое правило гнездовья – никаких контактов с людьми. Не общаться, не принимать их помощь и, уж тем более, эту самую помощь им не оказывать. Вися на том несчастном кусту, торчащим из скалы, она не смогла бы остаться невредимой, не прими помощь человека. Выжила бы, хоть высота и вызывала опасения, но что-нибудь обязательно сломала бы, и тогда снова пришлось бы переходить на подножный корм – грибы, ягоды, корешки... И вновь выслушивать издевательства Нанью по этому поводу, но вдобавок еще и не иметь возможность заткнуть эту рубиновую.

Сейчас же девушка намеревалась окончательно нарушить это правило. Сама, по собственной воле, прекрасно осознавая, что ей за это может быть и какой опасности она может себя подвергнуть. И нет, дело не в гнездовье, ей на него наплевать, но если ее смогут увидеть люди... Сражение будет тяжелым в виду невозможности использования своих сил, если, конечно, она не захочет похоронить здесь себя заживо. К сожалению, камни при обвале не смогут ее убить.

Очередной зал оказался пустышкой – внутри не было ни человека, ни его следов, ни запаха. И вот последнее заставляло Шерлу задумываться – а может, их здесь и не было? Может, они вообще уже давно вернулись в селение и спокойно занимаются своими делами, пока она, как дура, лазит здесь, рискуя быть обнаруженной? Но после этого она останавливалась, вслушиваясь в тишину... и улавливала шум работы тех, кто пытался разобрать завал. И раз уж они не уходили, значит, травник все еще не вернулся. И значит, он действительно должен быть здесь, в одной из пещер, которые она еще не проверила. А значит, нужно продолжать искать!

Иделла

Работа шла в достаточно быстром темпе, но обвал оказался гораздо больше, чем казалось поначалу. И, как будто этого было мало, на второй день работ (или на третий с момента пропажи Килли и Мавис), возникла проблема. Ожидаемая, в принципе, но ставящая в тупик вопросом «куда теперь?» - селяне докопались до развилки. И оба хода были обвалены.

- Вот же ж... – пробормотала девушка. – У нас есть хоть кто-то, кто знает эти пещеры и немного разбирается в травничестве?

- Эм... – пробормотал мужчина, стоящий рядом с ней с пивным брюшком. – Сразу и не скажешь.

- Брэдвуст, к тебе все село напиваться ходит, ты что, не знаешь, кто и чем у нас увлекается?

- Просто с ходу я могу только о твоей сестре сказать, но... она как бы тоже там, - трактирщик указал рукой на заваленные ходы. – А если подумать... Это же могут быть разные люди?

- Нежелательно, но Луна с ним.

- Насчет травничества могу я немного рассказать.

- Ты? – удивилась Иделла.

- А что тебе не так? Я же трактирщик, я про алкоголь должен знать все. В том числе и где растет сумерянка.

- Не совсем поняла...

- Вытяжка из сумерянки лечит похмелье. Странно, что ты этого не знаешь, - удивился мужчина.

- Я в твой трактир не хожу, если что, - огрызнулась Иделла. - Зови второго.

Брэдвуст ушел, бормоча что-то о невоспитанной и необразованной молодежи, оставив девушку у развилки. Впрочем, он пришел быстро, и двадцати минут не прошло.

- Одвас? – удивилась она.

- Все мы когда-то были детьми, - пожал он плечами, улыбнувшись. Почему-то виновато.

- Ладно, это не важно. Ты знаешь эти пещеры?

- Не все, конечно, родители все-таки меня не раз пороли, когда узнавали о подобных моих посещениях, но... да, что-то еще помню. Должен помнить, да.

Он заметно нервничал, но старался не подавать виду. Получалось плохо, и он об этом догадывался, что заставляло его нервничать еще больше.

- Килли травник. Он наверняка где-то, где есть эти его травы...

- Грибы, - поправил ее Брэд. – Сумерянка – это гриб.

- Да плевать! – взорвалась Иделла. – Короче, Одвас, где она растет? Куда мог пойти Килли за этими своими грибами?

- Ну... для начала я должен понять что именно я должен вспомнить.

- Темно-синие, почти черные грибы, растут в низинах, в основном, где нет ни света, ни воздуха.

- А, эти... – Одвас задумался, глядя на заваленные ходы, после чего указал на один из них. – Если память мне не изменяет, то она растет в основном по этому коридору. Росла, во всяком случае, когда я ребенком был.

Но внучке старосты этого было уже достаточно.

- Вы все слышали, - сказала она стоявшим позади мужчинам. – Продолжайте работать.

Но едва они сошли с места, как над ними раздался низкий гул и посыпался песок.

Килли

По ощущениям, начался третий день. В пещере по-прежнему тихо, не считая наших разговоров, что уже вызывает серьезные опасения. Как и наши кончающиеся припасы – если воду мы еще можем слегка растянуть, то вот еды остался последний пакет и как его не трать, хватит максимум еще на сутки. А значит, сидеть и ждать помощь больше не имеет смысла.

- Я согласна, - внезапно сказала Мавис с какой-то решимостью в голосе.

- Согласна на что? – удивился я.

- Взрослые ночные дела, - ответила внучка старосты.

И это было так неожиданно, что я даже не сразу нашелся с ответом.

- Исключено, - сказал я категорически.

- Да почему? – возмутилась она.

- Потому что ты подросток, потому что тебе четырнадцать, потому что мне двадцать два!

- Да забудьте Вы!..

- Хорошо, хорошо, - прервал ее я. – Будь по-твоему, я на пять минут забуду о морали. И что мы тогда имеем? Риск нежелательной беременности – это раз. Необходимость в течение трех дней ее прервать – это два. И вероятность для тебя больше никогда не иметь детей – это три. Причем, третий пункт от первого не зависит, ибо заниматься ЭТИМ в четырнадцать попросту вредно для здоровья. И это я молчу о том, что со мной твой дед сделает, когда он узнает. А он узнает. Вечно ты это скрывать не сможешь.

- Деда ни о чем не узнает, если никто из нас не расскажет...

- Ты не выйдешь замуж, ты понимаешь это?

- Выйду. Если предложите Вы, то выйду. Если мы сможем выйти, но уже отсюда.

Ну, в чем в чем, но вот в логике ей отказать нельзя. Действительно, если я сейчас позволю всему этому случиться, то я для нее останусь единственным вариантом. Она, разумеется, рискует, но не настолько сильно, как могло показаться поначалу – в конце концов, Мавис мне не чужая и я действительно, как ответственный человек, поведу ее в храм, как только позволит возраст. Но вся ее «проблема» в том, что я не хочу в ней сейчас видеть девушку, только ребенка.

- Дядя Килли, мы здесь уже очень долго, но по-прежнему ничего не слышим, - тихо пробормотала она. – Это означает, что завал очень большой. До нас не успеют добраться.

- Мы выберемся. У нас есть путь, по которому мы не пробовали идти.

- Мы не знаем, есть ли там другой выход. А я не хочу жалеть.

- Да что ты так на этом зациклилась-то...

- Потому что я люблю Вас, дядя Килли.

Вот уж не думал, что быть первой любовью девочки-подростка так сложно. Правда, и ситуация у нас как бы не совсем стандартная...

- Четыре года, - сказал я, чтобы хоть как-то закончить этот разговор. – Четыре года и мы попробуем.

- У нас может не быть четырех лет... – тихо произнесла девочка.

- Значит, это будет нашим стимулом к тому, чтобы выбраться отсюда. Пойдем, займемся приготовлениями.

Нанью

- Опять? – спросил мужчина в балахоне. По человеческим меркам ему можно было бы дать лет тридцать пять-сорок, но на деле же только он сам знал каков его возраст. – Нанью, сколько еще мне терпеть жалобы Нары, сколько раз мне заступаться за тебя? Не пора ли тебе уже повзрослеть?

- Прости, папа, но...

- Да, я понимаю, эта Шерла... та еще стерва, но я же не прошу тебя о многом. Просто прекрати ее замечать. Представь, что она исчезла, испарилась. Уверен, после этого ваши конфликты сойдут на нет.

- Ты еще скажи, что мы подружимся...

- Нанью! Нанью пришла! – из дома выбежала маленькая, лет десяти девочка с зелеными волосами. По человеческим меркам десятилетняя.

- Элфи, - Нанью тут же расправила руки и поймала бегущую к ней сестру. – Ты была хорошей девочкой, слушалась папу?

- Я была самой хорошей девочкой! – ребенок лучился самодовольством, видя, как папа кивает на ее слова.

- Умничка, - легкий поцелуй в кончик носа заставил милую мордашку поморщиться. – Надеюсь, ты не сбежала от мамы и своей помощи по готовке?

- Ой, а что это? – младшая сестра полностью проигнорировала вопрос, убрав прядь волос с лица старшей и явив отцу четыре параллельные царапины. – Ты поранилась?

- Ничего серьезного, завтра все заживет, - улыбнулась рыжая девушка.

- Элфи, помоги маме на кухне, - произнес отец и, дождавшись, когда ребятенок скроется в доме, задал дочери вопрос: - Шерла? Серьезно?

- Да, - пристыжено ответила Нанью.

- Только беспечность может заставить рубиновую пропустить удар от такого слабого дракона, как Шерла. Не распространяйся об этих царапинах, иначе... сама знаешь.

- Знаю, - ответила девушка, вновь закрывая волосами несчастную рану.

- Нанью, Нанью! – вновь выбежала Элфи. – Я помогала готовить маме ужин! Пошли есть!

- Пошли, сестренка, - улыбнулась рыжая и вошла домой.

Иделла

- Там наши односельчане! – орала Иделла на мужчин.

- Ты сама все слышала, дочка, - сказал ей один из стариков. – Опасно стало работать. Если случится новый обвал, то откапывать придется уже нас. И не факт, что мы будем живы. Далеко не все мы можем быстро бегать.

- Но они же... они же погибнут там, - потрясенно ответила внучка старосты.

- Мы сделали все, что могли, дочка. Ты тоже сделала все, что могла. Не твоя вина, что этого оказалось мало.

- Мы сделали не все, что могли! Там, может, осталось прокопать пару сотен метров и мы их найдем!

- Или следующий обвал похоронит уже нас!

- Но ведь треска же не было! Только гул, который непонятно вообще что значит!

Некоторое время между собравшимися стояла тишина.

- Так-то она права. Перед обвалом обычно... другой шум.

- Я не хочу рисковать! Мне еще детей поднять надо!

- Да понимаешь, Волдух, тут каждому семью поднимать надо, а вот у девчонки и травника собственных семей нет. А если мы отступим и бросим их там, то уже и не будет.

- Вот именно. Им терять нечего, а мне есть чего. Я не хочу рисковать своей семьей.

Первый мужчина покинул работы, но, как опасалась Иделла, далеко не последний.

- Всегда был с душком паренек-то... – тихо сказал старик. – И вырос в такого же... Семьей он рисковать не хочет, как же... Ладно, дочка, я с мужиками поговорю, мы перекурим и продолжим. Но давай условимся – если станет совсем опасно, то мы прекратим работу. Я этого парня не люблю, но в одном он прав – у нас есть семьи, которые на нас надеются.

- Я понимаю, - ответила Иделла. – Просто сделайте все, что в ваших силах.

- Этим мы и занимаемся, дочка, - улыбнулся мужчина, погладив свою седую бороду.

Нара

В общем и целом Нара не солгала – Нанью действительно ожидало наказание, однако Жрица ни слова не сказала о том, кто именно будет наказывать рубиновую. И прекрасно знала, что Кайден, отец Нанью, ничего не станет ей делать. Но технически, это уже не ее вина. Простая и эффективная лазейка в традициях. В конце концов, Жрица не занимается наказаниями лично, в ее обязанности входит поддерживать порядок в гнездовье и необходимый уровень почтения к Всеотцу Бахамуту.

Шерла для гнездовья действительно была позором, однако ничего с ней по правилам Нара сделать не могла. Да, антрацитовая нарушала общественный порядок, но никогда не делала это первой, всегда выступая защищающейся стороной, а ее почтение к всеотцу ни у кого не вызывало сомнений, даже у нее. Поэтому все, что изумрудная могла сделать – это организовать тихую и не связанную конкретно с ней травлю, чтобы Шерла сдалась и ушла сама. О том, что за пределами гнездовья ее пусть и не сразу, но гарантированно ждет смерть, Нара, разумеется, знала, однако не придавала этому никакого значения. В конце концов, этому месту не нужны слабаки, а антрацитовая давно выросла из того возраста, когда дракон еще может быть слабым. Естественный отбор, ничего более.

- Что, Нара, твой великий план застопорился? – Белу́ис, глава гнездовья, с насмешкой посмотрел на свою Жрицу.

- Рано или поздно ей надоест и она уйдет. Всеотец, насколько было бы проще, если бы она сдохла в детстве...

- Отстань от девочки, Жрица.

- Гнездовью не нужны нахлебники, которые даже неспособны достойно его защитить! – резко перебила его Нара. Да, она имела на это право. Как одна из самых старых драконов, она на очень многое имела право.

- Она смогла выжить в полной изоляции ото всех, что ты для нее устроила. Это уже доказательство силы, как минимум, силы духа. Что очень не хватает той же Нанью, к слову.

- Нанью способна сражаться в отличие от этой... этой...

- Антрацитовой?

- Да! Почему ты вообще за нее заступаешься?

- Имею право. Название ей ты дала?

- Я.

- А она об этом знает?

- Разумеется, нет. Но в общем и целом, знает куда больше, чем мне того хотелось бы. Я ее дожму рано или поздно. Так или иначе, она покинет гнездовье.

- Нара...

- Ей здесь не место!

- А ну хватит! – заорал Белуис. – Ты стара, Жрица, и я уважаю твой возраст, вот только я уже давно не тот драконенок, которого ты видела, чтобы так со мной обращаться! Я...

- Для меня ты всегда будешь драконенком.

Терпение дракона лопнуло – его глаза обрели красивый синий оттенок, а в приоткрытом рту стал собираться такого же цвета луч. И Нара, уже один раз почувствовавшая на себе его силу, стала отступать, используя Покров для собственной защиты.

- Все, все, я поняла, - сказала она умиротворяющее, осторожно вставая на колено и признавая свое подчиненное положение. И наблюдая за тем, как синий луч гаснет, теряя силу.

- Не смей меня перебивать! – прошипел Белуис, успокаиваясь. - Я не забыл, изумрудная, что это ты посадила меня на эту должность, но это вовсе не означает, что я буду терпеть настолько неподобающее поведение. Я теперь глава гнездовья не только потому что ты этому поспособствовала, я добился признания тех, кто здесь живет. За исключением, разве что, той же Шерлы, но ее как раз можно понять. Так что дай ей шанс себя показать, может, она не так уж и слаба со своей странной силой.

- Шанс... – пробормотала жрица и улыбнулась. – О да, я предоставлю ей шанс.

План в голове жрицы, отвечающий ее желанию, но при этом не конфликтующий с распоряжением главы гнездовья, выстроился моментально. И как она могла упустить такое простое и очевидное решение данной проблемы?

Килли

- Я не уверена, но, кажется, если взять немного вправо, там есть ход. И он ведет наверх, как Вы и просили найти.

- Как далеко?

- Не знаю, светлячки уже кончились, но если навскидку... метров триста или около того.

Паршиво. Учитывая, что нам придется сначала спускаться, а потом бежать, у нас будет только одна попытка. Воздуха в легких просто не хватит на то, чтобы вернуться, если там тупик. Вернее, вернуться мы, может, успеем, но вот подняться обратно - уже точно нет.

- Два часа отдыхаем и пробуем. Попытка у нас будет только одна.

- Одна? Мы что, не сможем вернуться?

- Боюсь, что нет.

- То есть, если я ошиблась... Может, я попробую сбегать одна?

- Не хватит длины веревки, Мавис.

- Но если я загляну хоть чуть-чуть поближе...

Над нами раздался низкий гул, с потолка посыпался песок.

- Кажется, мы сейчас оба будем заглядывать поближе...

Гул ненадолго затих, а потом начал усиливаться.

- Дыхательная гимнастика, Мавис, как я учил, - тихо произнес я, слушая, как девочка начала глубоко дышать, насыщая кровь кислородом.

Вообще, это был странный гул, перед обвалом больше был слышен треск. Словно это не природное явление, а... как будто к нам приближается что-то. И что именно могло издавать такой звук, я не знал и знать как-то не хотел – уж больно велик шанс, что это будет последнее знание в моей жизни.

- Вперед! – скомандовал я, хватаясь за веревку.

Руки неприятно обожгло, но спускаться по правилам – лишнее время, которого у нас попросту нет. Поймав Мавис за руку, я побежал к той самой пещере, на которую она указала. Да, далековато, но она действительно идет наверх и если нам хоть чуть-чуть повезет, мы поднимемся раньше, чем задохнемся.

Удивительно, но светлячки, оказывается вышли не все, освещая нам дорогу. Мы, разумеется, все равно спотыкались, но крупные неровности все же было видно, что позволяло нам хотя бы не упасть, не терять время и воздух в легких на преодоление болевых ощущений. Бег, в гору, разумеется, не дался нам просто, но выбора как такового у нас не было – дышать по-прежнему было нечем. А затем... затем я с ужасом понял, что Мавис нашла самое худшее направление в нашем случае. И это при том, что гул за спиной становился только громче, лишая нас даже бессмысленного отступления.

Синеватый, как будто покрытый инеем мох покрывал все дальнейшее пространство, даже пол. Гринлут – растение, в котором ядовито все – от стеблей, оставляющих на коже долгозаживающие ожоги, до испарений, отравляющих воздух. И пускай пробежать нам нужно было несчастные метров пятьдесят, но вот легкие от недостатка кислорода уже нещадно жгло. Мы, конечно, все равно побежали дальше, ибо нам ничего больше не оставалось, но... Мавис, вдохнув яда, упала через двадцать метров, я, пытаясь ее вытащить, протянул еще десять, успевая гаснущим сознанием подумать, что за смерть ребенка я буду очень долго оправдываться перед Луной.

Шерла

Запах был тонким, угасающим, но Шерла его сразу же узнала. Только Килли пах не только как обычный человек, но смесью разнообразных трав. Взяв след, девушка, вернувшись в драконью форму, замерла, прислушиваясь, чтобы попробовать услышать хоть малейший шум и определить направление. И да, она смогла сквозь камень различить голос. Его голос.

Где он находится, она поняла сразу и моментально выдала себе несколько мысленных оплеух. Ну он же травник, где еще он мог застрять, как не в той самой грибнице, где она в периоды своего голодного детства иногда кормилась? Ну как можно было забыть о такой простой вещи? Сколько «пустых» коридоров, залов и гротов можно было бы смело исключить из поиска, сколько времени сэкономить, если бы она с самого начала додумалась о такой простой вещи?

Проклиная свою глупость, она спустилась по колодцу и практически сразу нашла рюкзак, пропахший травами, явно принадлежащий мужчине, которого она сейчас искала – верный признак, что она напала на нужный след. Принюхавшись, Шерла двинулась дальше... и замерла. Запах и оставленная веревка вели ее в ту самую грибницу, но, насколько она помнила, там очень тяжело дышать. Что заставило уйти их из этого места, да еще и туда, где среди... эм... кажется, семи выходов только один ведет на поверхность?

Соскользнув вниз, девушка, влекомая запахом, забрела в пещеру, где рос мох, который она не очень любила. Да, сквозь чешую тот сделать ничего не мог, но в человеческом обличье касаться его было неприятно – щипал. Что он тут забыл, от чего убегал? Почему именно этот ход, если им нужен буквально соседний, расположенный едва ли не сразу после этого? Хотя, они могли побежать просто наугад, испугавшись чего-то. А затем... затем Шерла нашла их, Килли и неизвестную ей девчонку, в обнимку потерявших сознание, почти задохнувшихся. И в том, что нужно сделать, она не сомневалась ни секунды.

Темный дым ее Покрова трансформировал девушку сначала в человека, а затем вернул ей драконий облик, разворачивая массивное тело к выходу. Да, время, но это было гораздо быстрее, чем бежать до зала, что находится дальше, а затем двигаться обратно. Закинув на себя их вещи, оставленные наверху, Шерла аккуратно схватила два тела собственной пастью и что было сил побежала наружу. Да, пещеры не позволяли ей разогнаться до удобной скорости, особенно с таким хрупким грузом, но все равно двигалась достаточно быстро, чтобы успеть выбраться из этого ядовитого места на относительно чистый воздух. Уши улавливали звук их угасающего дыхания, и Шерла молила внутри себя Бахамута, чтобы тот позволил им продержаться хотя бы чуть-чуть... еще чуть-чуть... еще совсем немножко...

Глава 4

Иделла

Начался четвертый день горных работ. Волдух, гонимый общественным порицанием, вернулся, заставляя Иделлу незаметно выдохнуть – прецедент закончился в ее пользу, по крайней мере, в этот раз. Сам Волдух, разумеется, был крайне недовольным, но работал как все, постоянно ворча себе под нос.

- Дочка, - в палатку опять зашел старик и девушка только сейчас смогла вспомнить, как его зовут.

- Барра, что-то Вас беспокоит?

- Да, дочка. Насколько хорошо ты знаешь нашего травника?

- Ну... смотря в чем, - осторожно ответила Иделла.

- Насколько сильно он готовится к походу? Берет ли больше еды на всякий случай? Я об этом.

- Ааа, - выдохнула девушка, - насколько я знаю, он всегда берет с собой, как он выразился, неприкосновенный запас на непредвиденный случай.

- То есть, время у нас еще есть... – Барра погладил свою бороду. – Я к чему спрашиваю, дочка, некоторые селяне начинают думать, что уже нет смысла искать их дальше. Без еды человек еще может сколько-то протянуть, но без воды, да еще и в этих условиях... Сама понимаешь.

- Передай им, что все из них обязаны Килли своим здоровьем, а некоторые и жизнью, - жестко сказала Иделла. – Даже если они действительно уже мертвы, они достойны того, чтобы их коснулся Феникс.

В селе, да и по всему свету в частности, мертвых сжигали, считая, что только таким образом Феникс мог поднять душу на Суд Солнца.

- Хорошо, дочка, я передам.

Килли

- Ты... сделал что? – Матте́о Галвин, мой отец, был зол как никогда. И неудивительно.

- Приготовил отвар и вылечил мальчишку от простуды.

Хлесткая пощечина сбила меня с ног.

- Ты что, забыл, кто ты есть? Ты – Галвин! Потомственный травник, лечащего самого императора и его приближенных! Не растрачивай наши умения на кого попало!

Отец сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

- Я даже не буду спрашивать, заплатил он тебе или нет, и без твоего ответа все ясно.

- Дело не в плате, отец, - произнес я, поднимаясь на ноги. – Он тоже человек и тоже хочет жить.

- Жизнь жизни рознь, Килли. Не сравнивай жизнь какого-то попрошайки и аристократа.

- Кем бы были аристократы, если бы не простолюдины? Мы бы кем тогда были?

Новая пощечина, куда тяжелее первой, вновь роняет меня на пол.

- Кто ты такой, чтобы задавать мне подобные вопросы?! Как ты вообще смеешь произносить такое вслух?! Мы – элита общества! Элита даже среди аристократии! Мы те, кто вправе решать кто будет жить, а кто отправится на костер! – Маттео вновь стал глубоко дышать, успокаивая нервы. – Я очень разочарован в тебе, Килли. Вот уж не думал, что самый способный из моих детей не сможет понять таких простых истин, - пробормотал отец и ушел из моей комнаты, закрыв за собой дверь.

Мне тогда было шестнадцать лет. У меня впереди были два года, грандиозный план и, главное, целая папка чистой бумаги.

Мне было плохо. Да чего уж там, мне было так паршиво, как никогда в жизни. Не хотелось открывать глаза, не хотелось даже шевелиться... ничего не хотелось. Хотелось покоя, который нарушал какой-то гром и что-то мокрое, льющееся мне на лицо, которое, в принципе, меня и привело в чувство. Мокрое... Я же в пещере упал, откуда?..

Открыв глаза, я увидел самый прекрасный оттенок серого неба в своей жизни, почувствовал на губах самый лучший вкус дождя и вдохнул самый вкусный воздух. Я снаружи, билась мысль. Непонятно как, каким чудом, но я снаружи! Благословлены будут Солнце и Феникс, что отвели от меня злобный взгляд Луны!

- Не сегодня, злодейка, слышишь меня?! – просипел я. – Не сегодня, чтоб ты сама себя прокляла!

Подступивший комок к горлу заставил меня перевернуться набок, после чего меня вырвало. Организм отделил яд гринлута и избавился от него самым доступным и быстрым путем. Неизвестно почему, но чаще всего это происходит так. Я оглядел руки – все в полосах ожогов, трясутся, плохо слушаются... Надо попасть домой, есть у меня там кое-что от похожего случая, пара дней и все пройдет, заодно и Мавис подлечу... МАВИС!!!

- Мавис! – прохрипел я, поворачиваясь на другой бок. И словно от сердца отлегло – девочка лежала совсем рядом со мной, дышала и так же, как я минуту назад, была без сознания.

Тело очень плохо слушалось, но встать на колени, подползти и растолкать внучку старосты все же вышло. И та, застонав, тут же выгнулась дугой, заставив меня использовать вес своего тела, чтобы повернуть ее на бок – обжигался тем синим мхом не я один.

- Небо... – прохрипел подросток. – Дождь... Дядя Килли, мы же... мы же выбрались, да? Мы же не умерли там?

- Для мертвого я чувствую себя слишком мокрым и усталым, - пошутил я.

Мавис вновь легла на спину, раскинув руки, и истерично засмеялась. И это было так заразительно, что не прошло и несколько секунд, как меня самого пробрал смех. Стресс выходил наружу, раскручивая обратно нервы и, наконец, позволяя нам почувствовать, что все действительно позади. А так же то, что мы промокли, устали, замерзли, да и поесть не помешало бы.

- Нужно подниматься, - сказал я, отсмеявшись. – Нас все село пытается откопать, нужно дать им понять, что мы в порядке.

- А где мы вообще? – поднялась девочка на руках.

Вопрос, кстати, насущный, местность и мне была незнакома, но примерно прикинув стороны света, я уверено махнул рукой.

- Нам туда.

Иделла

- Иделла, продолжать больше нельзя, - в палатку вошел Брэдвуст, отряхиваясь от дождя.

- Это почему? – удивилась Иделла.

- На сводах новые трещины пошли, да звуки уже те, что при обвалах. Мужики банально боятся, и тут я их винить не могу.

Не то, чтобы девушка не доверяла работнику дубовых кружек и эля, но она решила сама удостовериться в словах мужчины. Взяв факел у одного из стоящих работников, она вошла вглубь пещеры, чтобы воочию увидеть, что Брэд не солгал – на стенах была новая паутина трещин. Продолжать копать дальше действительно стало опасно.

- Прости, дочка, - тихо сказал незаметно подошедший Барра.

У Иделлы на глазах предательски проступили слезы. Пройти две развилки, очень немалое расстояние и... ради чего? Ради чего она столько надеялась, держала себя в руках? Чтобы не иметь возможности даже похоронить сестру?

- Сворачивайте работу, - произнесла девушка, скрепя сердце. Голос был на грани слышимости, но пришедшие с ней мужчины ее все же услышали. – Мы сделали все, что могли.

- Прости, Ида, - опустил голову Брэдвуст.

- Это не ваша вина, - прошептала внучка старосты и на деревянных ногах отправилась на выход. Ни ей, ни остальным здесь было больше нечего делать.

Килли

С направлением я действительно не ошибся – прошло всего полчаса, как местность стала знакомой, исхоженной мною вдоль и поперек. Вход в пещеры, откуда и началось все это, был наиболее ближайшей к нам точкой, потому мы и отправились туда. В самом худшем случае мы получим крышу над головой в виде тех самых пещер – дождь не переставал лить, намекая, что осень вступает в свои права, но еще я рассчитывал на то, что работы по разбору обвала все еще ведутся, а значит, нас встретят люди.

- Дядя Килли, долго еще? – спросила Мавис, едва переставляя ногами.

- Почти пришли, немного осталось, - ответил я в сотый раз, неся на себе наш инвентарь. Удивительно, но он обнаружился рядом с нами.

Увы, но нам не повезло. Придя ко входу практически в полной темени, все, что мы обнаружили – это гору щебня у входа да несколько новых костровищ. Нас действительно пытались откопать. Из любопытства я, пересиливая себя, все же сходил внутрь, проверил докуда они дошли. И удивился – на обоих развилках они выбрали верное к нам направление. И там же нашлась причина, по которой все ушли – весь свод «украшали» новые трещины, грозя устроить новый обвал тем, кто разгребал старый.

- Эх, - прошептал я, - там столько сумерянки росло...

Односельчане смогли разобрать примерно две трети пути. Как знать, если бы не наш сумасшедший вояж через низину, закончившийся чудом, и мы бы услышали звуки работ, да и сами бы показали, что живы и ждем помощи. Да, было бы опасно, оставшийся путь разгребали бы очень медленно, но, возможно, нам бы не пришлось сделать то, что мы сделали. Впрочем, что уж теперь об этом жалеть и думать что было бы да как.

Жалующийся на холод ребенок заставил меня разжечь костер, благо несколько подходящих для этого полешек все же нашлось. Разогрев остатки нашей провизии, мы перекусили и, прижавшись друг к другу, чтобы не замерзнуть, попробовали уснуть. И не знаю как Мавис, но лично мне спать удавалось какими-то урывками, а снилась все время одна и та же картина – что мы все еще внутри и куда-то бежим то ли от очередного обвала, то ли от чего большого и гудящего.

Нет ничего удивительного в том, что утром я себя чувствовал разбитым и ни разу не отдохнувшим. Мавис же выглядела немногим лучше меня, вполне допускаю, что она спала точно так же, как я, разве что более молодой организм способен лучше восстанавливать силы даже от такого прерывистого сна. Ну и яд гринлута, разумеется, нельзя сбрасывать со счетов – сколько-то из нас, конечно, уже вышло, но основная часть по-прежнему отравляет наш организм.

- Дядя Килли, еда еще осталась? – спросила девочка.

- Нет, но есть немного воды, чтобы приглушить голод. Потерпи, часа через два мы будем дома.

Дождь за ночь закончился, но ему на смену пришел холод. Одежда от костра, конечно, сколько-то успела высохнуть, но толку от этого было немного – идя за сумерянкой мы не одевались тепло, так как солнечный день еще вполне согревал округу. Ну и влажная трава вымочила нам ноги всего за пятнадцать минут, словно мы штаны и не сушили.

- Дядя Килли, Вы... не злитесь? – спросила меня Мавис осторожно.

- Нет, а должен? – удивился я.

- Ну... то, что я сделала в пещере...

- Нет, не злюсь. Я понимаю, тебе было страшно, но все позади.

- Все... позади... – прошептала девочка как-то обреченно.

- Кстати, по возможности, зайди ко мне домой вечером. Старосте скажи, что это важно, он тебя отпустит.

- К Вам домой? Зачем?

- Мы с тобой, Мавис, буквально искупались в том синем мхе, а он ядовит. Будем лечиться.

Подросток вновь осмотрела ожоги на своих руках.

- Снова будете готовить что-то?

- Нет. Наше лекарство уже давно и в больших количествах готовят другие.

- Я не понимаю, дядя Килли.

- Вечером придешь – и все узнаешь.

Иделла

Иделла не хотела идти к деду и находила массу отговорок, чтобы отложить разговор. То уже поздно и пусть спит, то еще рано, пусть придет в себя, то пусть придет на кухню, чтобы к аптечке ближе было... Да и что она ему скажет? Что они сдались? Что они даже тела найти не смогли? Девушка не знала, как смотреть в глаза деду, но понимала, что вечно оттягивать этот разговор у нее не получится.

- Иделла, - в ее комнату тихо вошел Бункар, - есть новости? Вы их нашли?

- Есть, деда, и будет лучше, если ты сядешь.

Один взгляд на старика и девушка снова опустила голову, увидев, что он готовится услышать худшее.

- Мы больше не можем разгребать обвал, деда, на сводах новые трещины.

- Укрепить своды... – тихо прошептал староста.

- Это надо звать специалистов из города, которые нам шахту строили. У нас этого никто не умеет.

Бункар промолчал, не в силах произнести хоть слово. Подавать запрос в город – это время, которого у них больше нет.

- Прости, деда... я не справилась, - Иделла все же не выдержала и разрыдалась.

- Это не твоя вина, внучка, но теперь...

Что там теперь он договорить не успел – в дверь стали тарабанить с такой силой, словно ее хотели выбить.

- Староста! Староста! Откройте! Староста! – заорал один из молодых парней, чья очередь в эти сутки была охранять ворота.

И старик пошел открывать – не смотря на личное горе, у него по-прежнему целое село людей, за которых он был в ответе.

- Что тебе нужно? – спросил он у парнишки.

- Староста, там травник с Мавис возвращаются!

Иделла вышла вслед за дедом, услышав такое заявление.

- Такими вещами не шутят! – зло крикнула она, занося руку для пощечины.

- Сам видел, Солнцем клянусь! Вот этими вот глазами! Сами идут, живые!

Бункар не выдержал и сел прямо на порог. Сначала новость, что он даже похоронить Мавис не может, теперь отчаянная надежда, что Феникс все же отвел горе от его семьи...

- Иделла, пожалуйста... – голос его подвел, стал хриплым.

- Я все проверю, будь дома, - тут же отозвалась внучка. – А ты, если солгал... Лучше беги из деревни, иначе я тебе тут жизни не дам.

- Да я Солнцем клянусь, сам видел! Побежали, они как раз должны подходить уже!

В том, что посыльный не солгал, Иделла убедилась уже через несколько минут. Грязные, измотанные, одна Луна знает что пережившие в этих проклятых пещерах, покрытые непонятными красными полосами... но живые, определенно живые. Девушка не стала себя сдерживать и, вновь разрыдавшись, со всей силы обняла сестру, чувствуя, как валится с плеч гора напряжения и неизвестности.

- Килли, я не знаю, что произошло и как вы выбрались, но спасибо, что привел ее домой, - Иделла оторвалась от сестры и посмотрела на травника.

- Не за что, Иделла. Вечером отпусти ее ко мне, нам обоим нужно лечение.

- Лечение? С вами что-то не так?

- Искупались в гринлуте, - криво усмехнулся Килли. – Красные ожоги на нас – это как раз от него.

- Вы поправитесь?

- Ничего такого, с чем бы не справились нужные травки. Дай нам обоим пару дней – будем как новые. Отведи Мавис домой, дай ей немного валерьянки, пусть поспит.

- Хорошо, и спаси... Килли?

Не имея опоры, травник просто упал на землю, завалившись назад под весом своего рюкзака. Но при этом, как ни странно, остался в сознании.

- Все хорошо, просто организм не может справиться с заразой. Сейчас нам обоим нужен сон, а вечером мы начнем лечение.

Иделла посмотрела на посыльного, который привел ее к воротам.

- Поможешь ему дойти до дома и сделаешь все, что он скажет.

- Но я сегодня дежурю... – в замешательстве ответил тот.

- Иделла, не надо, я сам дойду... – запротестовал травник, пытаясь встать на ноги.

- Какой «сам дойду», Килли! Ты на ногах не стоишь, буквально! Я бы сама отвела, но Мавис без меня тоже сама не дойдет, так что... – она вновь посмотрела на парня. - Да помоги ты ему уже!

Парень, дернувшись, подставил травнику плечо и помог утвердиться на своих двоих.

- Если Арлен начнет выступать по поводу твоего отсутствия, скажешь, что это было мое распоряжение и все вопросы пускай задает мне. Впрочем, вряд ли скажет, он старик вредный, но далеко не дурак.

- Как скажете, Иделла, - парень сдался и развернулся в сторону улицы. – Пойдемте, Килли, помогу Вам добраться до дома...

Шерла

Бахамут услышал ее мольбы – Шерла успела не только вынести их на поверхность, но и оставить недалеко от входа в пещеру. Можно было и ближе, конечно, но, к сожалению, на тот момент уже было светло, хоть небо и хмарилось, а зеленое поле с горой сбоку – совсем не то место, где можно спрятать массивное драконье тело. Оставив Килли и девчонку прямо на земле, Шерла тут же побежала к горе, дабы на ее фоне быть не столь заметной. И стала наблюдать – ей совсем не хотелось, чтобы какой-то дикий зверь перечеркнул все те усилия, которые она потратила.

Люди очнулись лишь ближе к вечеру, когда уже вовсю лил дождь, заставив немало понервничать девушку. Нет, сам дождь ей нисколько не мешал – Покров мог справиться и не с такой задачей – а то, что они приходили в себя слишком долго. Красные полосы на их лицах и руках Шерла вполне успела заметить и связывала их с тем мхом, в который они упали. На нее он действовал слабо – просто сильно и неприятно щипал, но, может, на людей он действует как-то иначе? Она ж про них знает очень мало...

Вести их дальше пещеры девушка не стала, хотя для нее стало неприятным сюрпризом, что людей там не оказалось. Но, тем не менее, она посчитала, что у входа они в безопасности – там защита и от дождя, и от ветра, а после того, как она увидела огонек костра, успокоилась вовсе. Вроде, людям зачем-то нужен костер перед сном, и раз он его зажег, значит, все в порядке и можно возвращаться в гнездовье. Несколько часов быстрого бега – и она попала в место, которое с большой натяжкой могла назвать своим домом. Все, что ей хотелось по прибытии – это рухнуть в кровать, ибо столь длительное ползанье по узким пещерам даже для драконьей выносливости серьезное испытание. Увы, этому желанию не суждено было сбыться сразу – в доме, нарушая правила драконьего приличия, ее ждала Нара.

- Время за полночь, - сказала та ровным голосом.

- Спасибо, я в курсе, - ответила Шерла, идя к кровати.

- Я хочу знать, где ты была эти несколько дней.

- Сочувствую, так как я не собираюсь об этом рассказывать.

- Шерла... – произнесла Жрица с угрозой в голосе. – Не перекручивай хвосты. (Аналог: не перегибай палку)

- Это ты нагнетаешь здесь обстановку, тогда как я просто хочу отдохнуть.

- Ты говоришь со Жрицей, прояви хоть каплю уважения! – глаза Нары позеленели.

- О, да? – повернулась к ней Шерла. – А мне показалось, что я говорю с вломившимся в мой дом драконом, который непонятно что от меня хочет.

- Ты... – прошипела Жрица. Ее рот приоткрылся, на стенах комнаты заиграли блики зеленого пламени.

- Я тоже умею играть в эти игры, Нара, так что не старайся меня пугать. Мне не страшно.

И изумрудная пока что отступила. Вернув себе человеческий облик, та продолжила.

- Совет вынес решение по поводу твоего наказания...

- А что там с наказанием для Нанью? – перебила ее Шерла. – Кайден уже отшлепал свою рубиновую дочурку по твоему слову? Раз уж она «наказана», могли бы и изобразить что-то...

Этого Жрица выдержать уже не смогла – бросившись на стоявшую к ней спиной Шерлу, она замахнулась было отросшими когтями... но та, уйдя из-под удара, резко пошла на сближение и, создав в руке сгусток своей силы, приблизила руку к подбородку Нары. На стенах вновь появились блики, но уже бело-желтые, сопровождаемые треском.

- Время, когда ты была на пике своей силы, закончилось лет так семьсот назад, Нара. Нет в тебе той реакции, той скорости, чтобы твоя атака даже со спины возымела хоть какой-то успех. И да, как ты можешь помнить, моя сила не ограничена ртом, в отличие от твоей.

Сгусток впитался в ладонь – Шерла отпустила Жрицу, позволяя той отойти.

- Говори, зачем пришла и убирайся из моего дома, Нара. Я устала и хочу отдохнуть.

- Гнездовью требуются сильные защитники на случай, если нас обнаружат люди или другая стая.

- О, тогда ты должна уйти уже сейчас, - усмехнулась девушка. – Проиграть мне, самой слабой по мнению многих...

- Я Жрица и Старейшина, - прошипела жрица.

- Ага. С грузом мудрости веков за плечами. Ну да Бахамут с тобой, что там дальше после сильных защитников?

- Завтра будет проведена дуэль между тобой и Нанью на открытой арене.

Шерла выпрямилась.

- Дуэль на открытой арене против рубиновой? Ты издеваешься? Да у меня там даже шанса нет!

- Либо дуэль, либо изгнание из гнездовья. Мне надоели ваши ссоры.

- Твой выбор – не дуэль или изгнание, твой выбор – смерть на арене, смерть от отлова или смерть от людей! Ибо, учитывая твои слова о слабых воинах, ты изгонишь меня за поражение!

На эти слова Нара лишь ухмыльнулась.

- Значит, ты должна победить.

И покинула жилье, оставив девушку наедине обдумывать возникшую проблему.

Килли

Шестичасовой сон значительно улучшил мое самочувствие, однако я знал, что это совсем ненадолго. Яд гринлута относится к категории выматывающих – не пройдет и полутора часов, как я вновь буду чувствовать себя усталым и разбитым. Лечить пустырником ожоги, разумеется, не желательно – если не хватает сил даже на повседневные нужды, то не стоит насиловать организм ускоренной регенерацией.

Мавис зашла ко мне в момент захода солнца. Выглядела она гораздо лучше, чем утром, но, как и я, совсем ненадолго. А потому я сразу отправил нас на лечение в конкретное заведение, которое так не любит наш староста.

- Эм... дядя Килли, - пробормотала девочка, держа меня за руку, - мне сюда еще нельзя.

- Конкретно сегодня, завтра и послезавтра вместе со мной – можно и даже нужно, - ответил я.

И толкнул двери. Помещение встретило меня шумом и гамом отработавших свою смену людей, золотым светом ламп, запахом хмеля и довольной улыбкой Брэда. Да, все верно, я привел девочку в наш трактир.

- Килли? – удивился толстяк, выходя из-за прилавка. – Нечасто тебя здесь встретишь, а уж в компании... эм... дамы так вообще вижу впервые. Мавис, - он отвесил легкий шутливый поклон внучке старосты.

- Ну, все бывает впервые, - улыбнулся я, пожимая плечами. – Не угостишь нас?

- О, понимаю, вы, считай, едва ли не с Суда сбежали, так что сегодня за мой счет.

- Хорошо, давай тогда мне кружечку Столичного, а ей...

Трактирщик тут же поднял руки в останавливающем жесте.

- Килли, я ничего не имею против тебя, как клиента, но если у меня будет пить она, мне ж Бункар руки открутит и в... вставит куда-нибудь... не туда.

Явно сдержался, чтобы не ругаться при ребенке.

- Брэд, мы не пьем, мы лечимся. Видишь же красные полосы на нас.

- Погоди... – толстяк задумался, после чего щелкнул пальцами. – Вы что, где-то тот синий мох в пещере нашли? Как его там...

- Гринлут. Да, он самый. Так что нам без пива никак.

Брэдвуст покачал головой и, отвернувшись, достал дубовую кружку.

- Если Бункар сюда примчится, я все на тебя свалю, Килли. Он меня и без того еле терпит.

- Все будет в порядке. Я все старосте объясню.

Отвечать трактирщик не стал. Молча подал кружку, взял вторую, посмотрел на Мавис, вздохнул, убрал кружку, взял стакан и, налив ей того же пива, что и мне, поставил на стол, после чего ушел в подсобку.

- Дядя Килли, а мне... правда можно? – спросила девочка.

- Пей, сегодня для тебя это лекарство. Вкус специфический, но другим я тебя «лечить» не буду.

И она выпила. Залпом. Заставляя меня хлопнуть себя ладонью по лбу.

Староста примчался ко мне на следующее утро. Злой, как Луна, но старающийся держать себя в руках.

- Килли, - начал он почти спокойно, - Иделла передала мне, что ты просил отпустить Мавис на вечер с тобой. Скажи-ка мне на милость, куда ты ее отвел?

- Судя по тому, что Вы здесь и устраиваете мне допрос – Вы прекрасно знаете, где мы были.

За исключением сухости во рту, чувствовал я себя несколько лучше, чем вчера. Не идеально, конечно, но еще два вечера в таверне должны это исправить.

- Килли, я все понимаю, ты за последние четыре дня пережил многое, я тебя не осуждаю даже, все мы люди, в конце концов, но зачем ты тащишь туда мою Мавис?

Я хлебнул воды из ведра, утоляя жажду.

- Староста, если я скажу, что это нужно для здоровья Мавис – Вы мне поверите?

- Алкоголь для маленькой девочки? Килли, ты руманки что ли опять колос-другой сгрыз?

- Ну вот, начинается... Один раз и то по нужде, а Вы теперь по любому поводу вспоминать будете.

- Не заговаривай мне зубы, Килли! Что с тобой делала Мавис в этом неугодном Солнцу заведении! И почему она пришла домой вдрызг пьяная?

- Потому что она там пила, староста. И поверьте мне, Вы сейчас придете домой и увидите, что ей стало гораздо лучше. А когда увидите – вновь отпустите ее со мной в трактир, где я прослежу, чтобы она выпила не больше, чем ей положено.

На несколько секунд в доме повисла тишина.

- Ты хочешь сказать, что она сегодня снова туда пойдет? – тихо, но злобно спросил старик.

- Даже больше скажу – пойдет и завтра.

И внезапно дед как-то... сдулся. Словно резко постарел на несколько лет.

- Это необходимо, Килли? Ты уверен?

- Яд гринлута не вывести из организма по-другому. Я мог бы, конечно, дать ей чистого спирта, у меня есть, но...

- Спирта? – тут же ожил староста. – Ты рехнулся?

-... но посчитал, что не слишком крепкое пиво справится с этой задачей ничуть не хуже.

- Но это же алкоголь!

- Да. Иногда так бывает – чтобы вылечить что-то одно, приходится заставлять страдать что-то другое.

- Ладно, Килли, - сдался старик, - если ты говоришь, что по-другому никак, значит, никак. Но позволишь хоть тебе пару вопросов задать?

- Да позволить-то позволю, но не факт, что смогу ответить.

Уже догадываюсь, что он хочет спросить.

- Как вы выбрались, Килли? Я в детстве тоже лазил по этим пещерам, но других выходов ни разу не находил.

- Я не знаю, староста. Правда, не знаю.

- Не знаешь? – удивился он. – Это как?

- Мы ждали вас три дня, но не смогли услышать горных работ, поэтому решили пройти через низину с сумерянками.

- Там же дышать наверняка нечем.

- Это и была первая проблема. А вторая – тот ход, что мы прошли, был покрыт ядовитым мхом, от которого мы сейчас и лечимся в трактире. И мы... мы его пробежать не смогли.

Староста на пару секунд замолчал.

- Но вы же выбрались. Не сходится.

- Посмотри на мое лицо, староста. Оно все в ожогах от того мха. Как и у Мавис, к слову.

- Но вы же здесь! Значит, вы выбрались!

- Нет, староста, мы там упали и потеряли сознание. А вот очнулись уже на улице, недалеко от пещеры, в которую я вошел. И как это понимать я вообще не представляю.

- Если все так, как ты говоришь, то получается, что вас кто-то вытащил, - Бункар задумчиво потер переносицу. – Причем, этот кто-то знал, где вас искать и пришел на помощь ну очень вовремя.

- Хотите сказать, что кто-то ждал, когда мы потеряем сознание?

- Не знаю, Килли, но ситуация действительно выглядит странной. Если он вас вытащил, то почему бросил около той пещеры, где ты вошел, а не того входа, откуда он вас вынес? Как он нес вас двоих? Почему не донес? Хотя тут-то ладно, он мог просто устать, но самое главное – почему он скрылся, когда вытащил вас?

- Не знаю, староста, - пожал я плечами. - Я сам тут понимаю не больше Вашего.

Нара

Поединок пришлось сдвинуть на четыре дня вперед – оказывается, семья Нанью решила ненадолго покинуть гнездовье, чтобы посмотреть, не пора ли Элфи учиться летать. Небольшая задержка заставила Нару хмуриться, но в целом все шло по плану. И даже Белуис ничего не мог ей на это сказать – он потребовал дать этой стерве шанс. Что ж, именно это она и сделала.

Нанью, едва узнав, где будет проводиться дуэль, тут же согласилась, заверяя, что «не оставит этой червячке и шанса на победу». Кайден лишь поморщился от ее слов, но сказать ей так ничего и не сказал.

Жрица не удивилась, если бы Шерла решила саботировать дуэль или не пришла бы вовсе, но нет – та стояла со своей стороны круга и нервно смотрела на свою соперницу. Посмотреть бой пришло все гнездовье за исключением пары драконов, и все из них встали с противоположной стороны круга, возле рубиновой. Никто не стал поддерживать Шерлу – стараниями Жрицы каждый считал ее недостойной места в гнездовье.

- Кажется, тебя тут не хотят видеть, червячка, - заорала Нанью.

- Это даже удобно, - ответила Шерла. – Я истинно свободна и могу сражаться только за себя. А представь, что случится с твоей репутацией, если ты проиграешь.

- Проиграть? Здесь? – рубиновая рассмеялась. – Я не знаю что должно произойти, чтобы я тебе проиграла на открытой арене. Здесь для меня все условия! Здесь у меня поддержка гнездовья! А ты? Что есть у тебя? Лучше свали отсюда сама, так, по крайней мере, ты останешься целой!

- Бой нас рассудит, Нанью. К тому же, я поклялась тебя убить, если ты не забыла.

- Ах да, что-то такое помню. Интересно, как отнесется Всеотец к неисполненной клятве?

- Шерла, Нанью, эта дуэль покажет, кто из вас достоин защищать гнездовье, а кто должен его покинуть, - Нара подняла с золотую монетку, показывая ее дуэлянткам. – По моей команде.

Едва металл коснулся земли, как Шерла тут же, обращаясь, побежала к ухмыляющейся Нанью, отчетливо понимая, что не успеет. Та же, скрывшись в красном тумане, издала рев и, взмахнув крыльями, взмыла в небо, покидая опасную для себя область. Прыгнувшая Шерла не успела ухватиться за нее совсем чуть-чуть.

- Что, червячка, не принимает тебя небо, да? – смеясь, спросила рубиновая. – Так прижмись к земле, там и есть твое место!

И начала поливать область арены пламенем, нанося безнаказанный урон своей сопернице.

- А сражаться на земле тебе трусость не позволяет? – прокричала Шерла, чувствуя, как ее чешуя под жарой начала плавиться.

- А я не обязана сражаться по твоим правилам, идиотка! Я сильна в воздухе, тогда как ты не можешь летать!

Металлический покров честно пытался защитить свою хозяйку, но Шерла сражалась с рубиновым драконом, а не с каким-то еще. Время от времени она пыталась огрызаться, стараясь попасть по Нанью своей собственной силой, но та, не смотря на массивность, была юркой, раз за разом уходя из-под ломаных траекторий полета снарядов.

Орать от боли Шерле не позволяла гордость, уйти с этой арены – тоже. Она знала, что рано или поздно рубиновая спустится с небес на землю, чтобы попробовать поглумиться над ней, и в этом был ее маленький шанс даже если не победить, то хотя бы не проиграть не нанеся хотя бы какой-то раны. В принципе, так и случилось – безумно хохоча, соперница действительно прервала полет, вернувшись на арену.

- Что, червячка, запеклась в собственном соку?

Обстоятельства были против Шерлы. Она обожжена и без защиты, к тому же, ее тело пытается залечить раны, из-за чего сила перестала ей отвечать. Нанью же абсолютно цела и в случае опасности вновь поднимется в воздух. Девушка поняла, что у нее действительно нет даже малейшего шанса выиграть... но все же выпрямилась, растворяя Покровом оплавленную на земле чешую.

- О, хочешь продолжить? – удивленно спросила Нанью. – Что ж, это будет весело.

Сила Шерлы была не в пламени, а самое главное – чешуя других драконов не слишком защищала от нее, но сейчас ей приходилось полагаться лишь на свои когти. Ей, по сути, требовалось нанести как минимум два удара – первым содрать защитный слой кожи и уже вторым нанести рану.

Нанью ей действительно не оставляла шансов. Прекрасно понимая то же самое, она подставляла под удары целые участки кожи с еще не сорванной чешуей... и полосовала, кусала и пронзала Шерлу каждый раз, как предоставлялась возможность. Крови из соперницы вытекло уже порядочно, однако она все не сдавалась, чем начала серьезно раздражать рубиновую. Нанью мельком глянула на Нару и та едва заметно кивнула, позволяя продолжить бой. Однако в планы Жрицы вмешался неучтенный фактор.

Синий луч пропахал спину от копчика и до затылка, заставляя ее заорать от дикой боли, а когда та начала превращение, синяя же лапа тут же смела ее в сторону, моментально разрушив концентрацию, необходимую для метаморфозы.

- Я объявляю данную дуэль недействительной и требую немедленно ее прекратить! – заревел Белуис, покрываясь синим Покровом и превращаясь в человека. – Кто инициатор дуэли? Нара?

- Все так, глава, - тут же ответил Кайден.

- Оставьте нас и кто-нибудь позаботьтесь о пострадавшей!

Но «пострадавшая» внезапно проявила недюжинную для таких ран прыть и, проскользнув мимо жилищ, бросилась с обрыва. Остальные, поняв, что все закончилось, подчинились приказу и стали расходиться по своим делам.

- Когда я сказал дать девочке шанс, Нара, я имел в виду не это! – синий луч изо рта взбешенного Белуиса моментально пробил плечо жрицы. – Решила проверить ее на силу? А если я проверю на силу тебя? Выдержишь дуэль?

- Я Старейшина! И другие Старейшины не простят тебе моего изгнания или моей смерти!

- Ты Старейшина лишь по возрасту, а не по титулу, Нара! Ты забываешься!

- Кто ты такой, чтобы...

Договорить жрица не смогла – новый синий луч едва не попал ей по лицу.

- Я глава гнездовья, Нара, вот кто я такой – прошипел Белуис. – Я тот, кто олицетворяет здесь абсолютную власть, тот, чье слово закон для всех, кто здесь живет! И я сказал тебе отстать от Шерлы! Как ты посмела меня ослушаться?!

Покров вновь превратил его в дракона. Когтистая лапа схватила Нару и приблизила к пасти, светящейся синим.

- Ты не сможешь доказать, что я ослушалась тебя, Белуис, - зло выкрикнула женщина. – Ты потребовал дать этой стерве шанс! Эта дуэль и была ее шансом!

- Ты смеешь переворачивать смысл моих распоряжений? Совсем на старости лет умом тронулась?

- Спроси у других Старейшин! Я более чем уверена, что они поддержат мои слова!

Лапа разжалась, выпуская старуху, упавшую на землю.

- Я лишаю тебя титула Жрицы, Нара, - отчеканил Белуис, вновь став человеком. - Твои интриги зашли слишком далеко. Ты можешь остаться, но если увижу тебя у дома Старейшин, вновь плетущей интриги против меня или девчонки – ты сама отправишься на дуэль доказывать свою силу.

- Ты не можешь так поступить! Где бы ты был, если бы не я?

- Я глава гнездовья. Я сказал свое слово.

Раздраженная Жрица встала с земли, зажимая плечо и глядя на уходящего Белуиса.

- Ублюдок... – сплюнула она, обдумывая ситуацию. План по избавлению от антрацитовой рухнул на завершающем этапе. Впрочем, эта дура куда-то сбежала, вполне возможно, что она сдохнет где-то по дороге от кровопотери. Хотя нет, не дура. Если бы она не сорвалась куда-то, Нара сама озаботилась бы о том, чтобы ее раны стали смертельными.

Шерла

Шерла чувствовала себя беззащитной, убегая прочь из гнездовья. Без чешуи, без силы и, как будто этого было мало, ее мираж тоже спал, позволяя любому желающему понять, кто она такая, даже если принять облик человека. Оставляя за собой кровавый след и превозмогая чудовищную боль от ран и ожогов, драконица со всей силы бежала к водопаду, надеясь, что в его водах ей станет хоть чуточку легче. Кровь продолжала капать, лишая ее сил, ожоги немилосердно жгли, но она двигалась вперед, сохраняя ту скорость, которую получалось развить.

Нара... Проклятую дуэль подстроила именно эта изумрудная, вознамерившаяся во что бы то ни стало изгнать ее из гнездовья – уж на этот счет Шерла не питала иллюзий. Ей повезло, что в последний момент появился Белуис и сорвал ее планы, но рано или поздно та найдет способ либо добиться своего, либо отправить ее к Бахамуту. Но к нему девушка не спешила, нет. У нее есть невыполненная клятва, и пока Нанью жива, Шерле нельзя умирать.

Побег был спонтанным решением, однако сейчас девушка понимала, что оно было максимально верным – Наре достаточно лишь слегка выдохнуть, чтобы все раны превратились в один большой гнойник. И тогда далеко не факт, что природная живучесть справится с драконьей силой, особенно учитывая, в каком она сама сейчас состоянии.

До водопада пришлось бежать аж четыре часа, но студеная вода, в которую тут же нырнула девушка, успокоила ожоги и уменьшила боль, однако кровь из некоторых ран по-прежнему продолжала течь. Неглубокие порезы все же закрылись, но укусы и рваные раны кровоточили, вызывая у Шерлы беспокойство. Да, холод воды уменьшил количество теряемой крови, но не остановил полностью. Далеко не всю, по крайней мере. И что с этим делать, она не знала. Но знала того, кто мог ей помочь.

Чувствуя подступающую от кровопотери слабость, она двинулась к селу, в котором жил Килли. Да, он просил не появляться у местных ворот, однако обстоятельства не оставили Шерле выбора – ее собственная живучесть не справляется. Ожоги вновь начали жечь тело, разогретые движением раны снова открылись, но она упорно продолжала бежать вперед. Спустя сорок минут в практически ночных сумерках мутными от плохого самочувствия глазами она смогла разглядеть горящие фонари на стенах и облегченно выдохнуть. Сейчас ей оставалось самое сложное – использовать Покров, чтобы обратиться человеком... и никому не дать смотреть себе в глаза.

Боль из жгучей стала просто невыносимой – Шерла не выдержала и вскрикнула, упав на колени. Долго она так находиться себе позволить не могла – время идет, сознание постепенно мутнеет, а ей еще нужно дойти, позвать травника и, самое тяжелое, дождаться и дойти до его дома. И надеяться на чудо, что тот старик послушал Килли и не разболтал о том, кто она такая.

Звук, который она услышала, подходя к воротам, был тяжелым, глухим и скрипящим – в зависимости от направлений. Но что он значил она догадалась – большие двери начали закрывать на ночь.

- Подождите! – закричала она, в надежде, что ее услышат.

- Эй, погоди, там еще человек идет! – крикнули с ворот.

- А это кто вообще? – спросил другой. – Я ее что-то не знаю.

- Девушка, - вновь обратился к ней первый голос, - кто Вы такая? Что Вам нужно?

- Травник, - ответила она. – Я знаю, что у вас живет травник, Килли. Пожалуйста, позовите его!

- Ну есть такой, да, но...

- Да ты посмотри на нее, олух, она же еле стоит!

С ворот выбежал мужчина в возрасте. Шерла тут же опустила голову, спрятав лицо падающими волосами.

- Девушка, обопритесь на меня, я помогу Вам дойти.

- Килли... травник... – прошептала девушка, чувствуя, что сознание из нее начинает понемногу уплывать.

- Я послал сына, скоро он прибудет. Вот, осторожно, - стражник завел ее за ворота. – Скамеек тут нет, извините, не положено. Арлен запрещает их тут ставить, мол, чем больше удобства, тем меньше дежурства или как-то так.

- Почему опять на воротах никого нет?! – раздался громкий старческий рык. – Мне вас что, прилюдно повесить надо, чтобы вы ворота охраняли как следует?!

- И зачем я его только вспомнил... – прошептал мужчина. – Арлен, иди сюда, помоги мне!

- Чем помочь? Петлю на шею надеть?

- Тут девушка, раненая, включи свет!

Спустя пару секунд Шерла увидела, что земля, на которую она смотрела, стала чуть светлее.

- Пресвятое Солнце... – прошептал мужчина на пару со стариком, которого назвали Арленом.

И было с чего. Шерла не могла на себя посмотреть со стороны, но практически все ее тело было исполосовано и кровоточило, платье изорвано и не выполняло своей функции скрывать то, что другим не положено видеть. Фактически, девушка сейчас стояла перед мужчинами практически голая и босая – не имея сил, Покров не создал ей даже обувь.

- Ронан, если ты сейчас же не принесешь с караулки покрывало, я тебе зенки ржавой спицей повыкалываю и другим скажу, что так и оно было, - угрожающе прошипел старик. – Ты еще здесь?!

- А, да, уже бегу!

Арлен же подошел к Шерле, которая не теряла сознание лишь усилием воли.

- Девочка, что с тобой произошло? Кто на тебя напал, что ты так изранена?

- Я... – прошептала она, держась за стену. – Килли... травник...

- Ронан! – заорал старик. – Где твой шкет? И где покрывало, чтоб тебя Луна колесницей переехала?

- Вон бежит, я его вижу в окно! Покрывало сейчас принесу!

- Святой Феникс, что ты, что олух твой, два придурка! На улице осень, а она одета в тряпье! Давай живее!

Сил почти не оставалось, но Шерла смогла различить топот кого-то приближающегося.

- Что произошло? – спросил единственный знакомый голос.

- Килли... – прошептала девушка и, заваливаясь по стене вбок, потеряла сознание.

Глава 5

Килли

- Дядя Килли! Дядя Килли!!! – какой-то подросток стал усиленно стучать ко мне в окна так, что стекла едва выдерживали. И поскольку просто так себя дети никогда не вели, я тут же схватился за свою сумку.

- Что случилось? – я открыл ставни. Кажется, конкретно этот мальчишка сегодня дежурит на воротах.

- Дядя Килли, там девушка пришла, Вас спрашивает, и ей явно плохо.

Шерла? Но я же просил ее не возвращаться.

- Дай мне минуту.

Одеться, закрыть двери, добежать до ворот...

- Что произошло? – спросил я Арлена.

- Килли... – раздался слабый шепот и старик едва успел подхватить упавшее тело, которое закрывал собой.

Лужа под ней впечатляла, и если я хоть что-то понимаю в травничестве, то у человека в принципе не может быть столько крови. С караулки вышел второй стражник, неся покрывало, которым я, с помощью старика, укутал девушку.

- Арлен, мне нужен этот мальчишка примерно на час.

- Все понимаю, бери, - тут же отозвался наш главный по караулам. Сам по себе вредный тип, но в критические моменты на него всегда можно положиться.

Мальчишку занял приготовлением простых отваров, а так же мелкой работы по типу выноса мусора и носке чистой воды. Тот, конечно, в силу детского любопытства, все время косился на кушетку, из-за чего пару раз пришлось на него прикрикнуть, но в целом, все поручения выполнял ответственно, что не могло не радовать.

Шерла была в просто плачевном состоянии, куда худшем, чем в прошлый раз. Босая, в практически уничтоженном платье, вся обожжена, исполосована, в каких-то укусах, словно от пумы, выросшей раза так в четыре, края ран запекшиеся... Часть кожи пришлось срезать, чтобы добраться до относительно здоровых участков, края самых тяжелых ран уже ждала игла с ниткой, на комфорке теплился отвар от ожогов... и я от обилия работы над ней даже не знал с чего толком начать. Все смертельно, Луна на нее уже не просто смотрит, а во всю прыть навстречу скачет, готовясь забрать на Суд... в моем доме... В моем доме!!!

- В моем доме не умирают, злодейка, - зло прошептал я, собираясь с мыслями. – И она тоже не умрет, так что разворачивай свою колесницу.

В итоге, я закончил лишь с рассветом, устало расположившись на стуле и оглядывая дракона, лежащего на моей кушетке. Замотанная, как мумия, прерывисто дышащая, я сделал для нее все, что только мог в своей ситуации. По-хорошему, ей необходимо переливание, но где я для нее возьму донорскую драконью кровь? Поэтому теперь все зависело только от ее собственных сил.

В дверь постучали, раздался голос старосты. Месть Луны, не иначе.

- Килли! Килли, ты дома?

Пришлось встать и открыть двери. На пороге стоял старик, держа в руке коробку.

- Доброе утро, староста.

- Неважно выглядишь, - нахмурился старик.

- Всего лишь бессонная ночь, ничего серьезного. Что у Вас в руках?

- А, это... Дистиллятор, новый, как ты и просил.

О, замечательно. Теперь можно будет заняться изготовлением эликсира из полунника. Старому агрегату, который, уж если быть честным, давным-давно отжил свой век, я эту работу не доверял.

- Ооо, благодарю. Теперь я смогу заняться одним очень интересным проектом, - я забрал коробку и хотел было уже закрыть дверь, но старик меня остановил.

- Килли, постой, разговор есть. До меня дошли слухи, что ты вчера у ворот принял одну девушку на лечение в крайне плачевном состоянии. Девушку, которую тут уже видели.

Точно месть Луны за богохульство. Запускать старосту домой я не хотел, но теперь у меня не было выбора.

- Люди здесь совсем не умеют держать язык за зубами... – проворчал я. Как же хорошо в этом плане в столице! Никому ни до кого дела нет!

- Здесь происходит слишком мало событий, чтобы это никто не начал обсуждать, Килли. Так там она или нет?

- Да, там она. И мой ответ остается прежним – я буду всеми силами отводить от нее злобный взгляд Луны.

- Килли, - староста положил мне руку на плечо, - само Солнце дает нам второй шанс забрать этот подарок. Не гневи богов, сделай то, что от тебя требуется для блага нашего села.

- В моем доме этому не бывать. Здесь никто не умирал в прошлом – никто не умрет и в будущем.

- Килли, ее смерть поднимет наше село с колен. Одна жизнь, даже не человеческая, против почти четырех тысяч твоих односельчан. Да-да, именно твоих, за четыре года тут тебя каждый стал считать своим. Сделай правильный выбор.

- Мой выбор правильный, староста. Я травник. Моя задача – спасать жизни, а не лишать их.

- Хорошо, Килли, хорошо, - поднял руки староста. – Пусть будет по-твоему. Тогда дай это сделать мне.

Чувствуя раздражение, я со вздохом закрыл лицо ладонями.

- Вы, кажется, не понимаете принципа моих слов, смотрите на букву моей клятвы, но не на ее дух.

- И что же я сейчас говорю не так?

- Смысл не в том, что я, например, боюсь взять на себя ответственность за чужую жизнь – я это делаю каждый раз, когда берусь кого-то лечить, а в том, что если я кого-то привел к себе домой и положил на кушетку, то во что бы то ни стало должен поставить на ноги. И мне не важно, что она дракон. В данный момент, она мой пациент и только это имеет значение.

- Ты даже представить себе не можешь как сильно нам могут помочь деньги...

- Так дело в деньгах? То есть, сейчас я могу купить ей жизнь буквально за... сколько?

- Учитывая, сколько будет стоить, пройди она через бойню, Килли... Ты такую сумму за всю жизнь не заработаешь.

Да, в этом он прав. Но все же...

- Возможно... мы все же сможем договориться.

- О как, - скептически ухмыльнулся старик. – Давай, удиви меня.

- В пещерах перед обвалом Мавис нашла три гриба полунника. Хорошие мясистые шляпки. Думаю, Вы знаете, сколько стоит готовый эликсир, способный задержать саму Луну.

- И ты сможешь его приготовить? – удивился староста.

- Смогу, - я покосился на коробку с новым дистиллятором. – Теперь – смогу.

Дед ответил не сразу, задумавшись на некоторое время.

- Сколько бы его не получилось, туша дракона все равно будет дороже.

- Верно. Но подумайте и решите для себя, стоит ли ее жизнь ссоры со мной. Вы привязаны к этому месту, а вот я могу и уехать. Я молод, вся жизнь впереди.

Тонкий намек, что если он сделает неправильный выбор, ему придется торговаться с малгорцами уже без меня, старосту, понятное дело, абсолютно не обрадовал.

- Это шантаж, Килли.

- Это условие. Шерла будет жить в любом случае, но у Вас есть выбор: я покупаю ее жизнь и Вы нас не трогаете или я беру необходимые травы и покидаю село. Насовсем. Заметьте, что я не оставляю Вас совсем без выгоды.

Старик вновь замолчал.

- За сколько ты хочешь продать свое зелье?

- Если у меня получится приготовить все три шляпки – а у меня получится – то минимум семьдесят тысяч золотых. А вообще – зависит от качества.

- Если ты согласен на десятую часть с продажи, то я закрою глаза на то, кого ты лечишь.

Грабеж чистой воды. Прекрасно понимает, что перегибает палку с ценой, но ведь и у меня выбора нет. Если по-хорошему, то не хочу я никуда уезжать. Привык, да и люди тут хорошие.

- Пятая часть. Мне половину оборудования поменять надо, да и реагенты кое-какие уже заканчиваются.

- Это не торг, Килли. Или десятая часть, или дракон.

О как. То есть, если я ставлю условие, то это шантаж, а если он, то все нормально? Ну уж нет.

- Тогда «или». Я собираю вещи.

Бункар начал недовольно сверлить меня глазами.

- Да что с тобой не так, травник? Ты разве не понимаешь, что если она умрет, ты получишь гораздо больше?

- Я уже все сказал, староста. Если Вы не хотите меня услышать, то это не моя проблема.

- Седьмая часть, - сдался он. – Седьмая часть тебя устроит?

- И закупка недостающих реагентов. Их немного, но без них не получится.

- Ты меня грабишь, Килли.

- Выгода будет гораздо выше. Общая сумма вряд ли будет выше семисот монет.

- Луна с тобой, куплю я как-нибудь то, что тебе надо, но продавать тогда сам будешь.

- Только если Вы еще обеспечите меня лошадью.

Примерно в таком ключе мы и торговались еще пару минут, после чего недовольный староста все же вышел за дверь, что-то там бурча про слишком наглую и не уважающую старшее поколение молодежь. Но мне было плевать, главное – он вновь согласился скрыть факт, что в моем доме лежит ослабленный дракон.

Мазь из пустырника – достаточно универсальное и мощное средство, любимое всеми травниками за свои свойства. Ни одна трава не имеет столько разнообразных рецептов приготовления, как этот невзрачный с виду куст, любящий расти там, где любое другое растение гарантированно зачахло бы. Но при всем этом у нее есть один существенный минус – сама по себе мазь «пуста», для своей работы она берет ресурсы больного, из-за чего ее не применить к тем, кто серьезно ослаблен. Но, разумеется, существуют и альтернативы.

К сожалению, в местных широтах не растет такая замечательная ягода, как кровавник, однако она достаточно распространена среди торговцев, естественно, в сушеном виде. Отвар из нее обладает куда более слабыми свойствами по сравнению с пустырником, да и против переломов она бесполезна, однако ее несомненным плюсом является то, что она не изматывает организм пациента, заживляя раны за счет собственных свойств. Вернее, не так, раны она тоже заживляет не ахти как, просто не пропускает заразу, но вот против, допустим, ожогов она достаточно хороша. Смоченный в отваре компресс способен вылечить его хоть и не в рекордные сроки, но достаточно быстро, плюс успокаивает кожу, чтобы та не жгла.

Запас ягод у меня был внушительный, но имея под боком именно пустырник, я ее покупал совсем ради другой цели – она просто очень вкусная, а чай из нее весьма душист. Вот и сейчас я готовил новый отвар, в котором буду смачивать новые бинты. Несколько смущало, конечно, что ожоги не становятся меньше, но так и времени прошло всего ничего. Хотя обычно одного компресса уже хватает, чтобы поврежденная область была заметно меньше.

Шерла очнулась только спустя сутки и, слава Солнцу, я в этот момент был дома. Зрачки в ее глазах снова стали ромбовидными, но... Не знаю, как это объяснить, но если в прошлый раз это можно было как-то и пропустить, если посмотреть вскользь, то теперь они словно сами бросались в глаза. И если это можно считать своего рода показателем здоровья, то... насколько же тогда все плохо?

Девушка смотрела на меня как-то обреченно и виновато. Она явно что-то хотела сказать, но собиралась с духом.

- Прости, - тихо произнесла драконица, когда я принес ей завтрак. Учитывая, сколько она не ела только у меня, специально приготовил побольше. – Ты говорил, что возвращаться нельзя.

- Жажда жить сильнее каких бы то ни было просьб. Я не виню тебя, - я сел рядом с кушеткой, наблюдая, как смешно морщится ее носик, улавливая аромат моей стряпни. – Ешь, тебе нужны силы.

После этих слов она буквально накинулась на еду, словно не ела с месяц. Разумеется, моего «побольше» ей не хватило, пришлось аж четыре раза идти за добавкой, попутно думая, что же готовить на ужин. И, не знаю, может мне показалось, но после... кхм... завтрака, ромбовидные зрачки стали самую чуточку менее заметны.

- Килли... – голос после еды точно был чуть окрепшим, тут я ошибиться не мог. – Ты ведь когда-то спрашивал, кто я такая, помнишь? Тогда, в первую нашу встречу.

Я, испытывая в этот момент новый дистиллятор и стоящий к ней спиной, выпрямился. Тема была для меня опасна, если я ее спровоцирую, то даже в своем состоянии она способна натворить кучу дел. И далеко не факт, что я эти дела переживу.

- В Ущелье я тоже тебя об этом спрашивал, - осторожно ответил я, ни словом ни делом не показывая, чем для меня закончился этот вопрос. Однако спина как-то предупреждающе зачесалась.

- Ты ведь... знаешь уже... да? – только то, что голос Шерлы не был угрожающим, как в той же пещере, позволяло мне более или менее успешно бороться с подступающей паникой. И, тем не менее, я словно ходил по ОЧЕНЬ тонкому льду, который подо мной уже вовсю трещал. Как быть? Что ответить? Солгать? Сказать правду? Что лучше?

- Да, - тихо ответил я спустя минуту, - знаю. Еще когда лечил твои переломы, - девушка молчала, но я спиной чувствовал на себе ее взгляд, чувствовал, что она хочет. – Ты дракон.

Шерла

Слово было сказано. Надеяться было глупо, Килли действительно знал, что Шерла совсем не человек.

- Тогда почему? – спросила она, глядя на его спину.

Он боялся ее, это девушка ощущала очень отчетливо. Боялся до безумия, особенно сейчас, когда Шерла подняла достаточно опасную для нее самой тему. Запах страха был столь плотным, что его можно было почти увидеть.

- Что «почему»? – спросил он. Его странная конструкция из каких-то стеклянных трубок и колб продолжала работать, давно заполнив посудину, которую он подставил, но он словно этого не замечал.

- Если ты... дашь мне что-то не то, то... ты станешь богатым. Даже мы знаем, насколько для людей ценны материалы из нас.

- Я травник, - ответил он. – Мой долг – спасать жизни, а не отнимать их.

- Спасать жизни людей...

- Нет, просто спасать, - мужчина аккуратно положил руки на стол, словно тот внушал ему опасения. – Я четыре года создавал это место, собирал травы, искал торговцев, налаживал связи... Мой дом – это моя защита от смерти, место, где я могу любого укрыть от злобного взгляда Луны. Здесь у меня никто не умирал, поэтому я сделаю все от меня зависящее, чтобы поставить тебя на ноги. Ты здесь не умрешь.

- Но... необязательно...

- Ты мой пациент. Пока я сам лично не признаю тебя здоровой, ты под моей ответственностью и защитой. И пока это так – я с самой Луной буду спорить, но не позволю ей тебя забрать. Ни Луне, ни Фениксу.

Чувство теплоты вновь вернулось в грудь Шерлы после произнесенных слов. Она поняла главное – Килли не шутит. И пока она в его доме, он не позволит произойти чему-то плохому.

- Я поняла, - сказала девушка, откидываясь обратно на кушетку. – Спасибо.

- Удивительны пути твои, Бахамут, - прошептала Шерла, глядя в окошко на звезды.

Она находится в центре людского гнездовья, раскрытая как минимум двумя людьми, израненная и не способная сражаться, лишенная миража, лишенная даже чешуи, что могла бы спасти ее от случайной стрелы... и все равно чувствовала себя в большей безопасности, чем у себя дома в гнездовье. Скажи ей кто хотя бы год назад, что с ней это произойдет – и она бы высмеяла сородича, что сказал ей подобную даже не глупость, а ересь. Но, как оказалось, невозможное действительно возможно.

Когда в последний раз Шерла чувствовала то тепло в груди, природу которого она не могла понять сама? Девушка вновь и вновь пыталась обращаться к своей памяти, но раз за разом находила лишь один эпизод – в далеком детстве, когда мама еще была жива и не попалась людям. Поглаживая по волосам тогда еще совсем юную девочку, она вызывала точно такое же тепло, которое Шерла испытывала сейчас. Тепло заботы. Ощущение защиты. Осознание небезразличия.

Почему эти чувства вызывает в ней человек, а не дракон? Почему она чувствует себя наиболее защищенной от ударов судьбы здесь, среди людей, а не в своем гнездовье? Шерла сжала руки в кулак, комкая простыню. Почему человек может принять ее такой, какая она есть, а собственные сородичи нет?! Почему человек второй раз бросает вызов Бахамуту за ее жизнь, а драконы из ее же гнездовья желают ее смерти?! Почему?! Почему?!!

Вспышка отчаяния заставила скрючиться девушку от боли – тело еще не было готово к резким действиям и ожоги, до этого момента ее не беспокоившие, тут же напомнили о себе. Успокоившись, Шерла вновь стала смотреть на недоступное ей небо.

Потому что антрацитовая. Потому что она не умеет летать. Потому что ее сила отличается от силы других. И... потому что она действительно слаба. Напади сейчас кто на дом травника – скольких она сможет убить, прежде чем умрет сама? Да, потери среди села будут немалыми, но ее смогут взять числом. Плохая смерть для дракона. Очень плохая.

Антрацит... Шерла не знала, кто дал ей такое прозвище, но подозревала, что без изумрудной Жрицы тут не обошлось. Прозвище, данное будто в насмешку, лишь еще больше отдалило ее от других драконов. И Бахамут бы с ними, ей не было важно, чтобы ее любили в гнездовье, вполне хватило бы, чтобы просто не замечали как раньше, но в один далеко не прекрасный день к ней домой заявилась Нара... и вся жизнь девушки стала медленно идти под откос. Бойкот стал сменяться презрением, издевательствами, появилась Нанью с ее вечными насмешками и напоминанием, что для Шерлы небо закрыто, а теперь вот эта с позволения сказать дуэль, которую по чистой случайности увидел Белуис. Увидел, остановил и разорвал соглашения сторон. Впервые со смерти матери кто-то так явно встал на ее сторону. Нара там, наверно, позеленела от злости. Позеленела, хах...

Из всех, кого она знала, ее доверие вызывал именно человек. Он мог убить ее еще в первую встречу, просто дав ей не тот отвар, но нет. Вылечил, уговорил того старика молчать, вывел за большие двери... И ведь Шерла уже тогда верила ему, верила, что он не лжет, что ее не ждет засада где-нибудь по дороге. Верила, что с ним – с человеком! – она в безопасности. Не приходилось сражаться, не нужно было что-то кому-то доказывать, спорить, дерзить... Всеотец, хоть она тогда и была непростительно слаба, но какое же это было счастливое время! И сейчас, сейчас тоже счастливое. Она может спокойно уснуть, не ожидая, что кто-то ворвется к ней в дом и его придется защищать, не ожидая, что та же Нанью вновь устроит на нее засаду, которая минимум закончится взаимными гадостями... Она может просто расслабиться, просто жить, дышать полной грудью! Ну, насколько позволяют бинты, конечно же.

- Удивительны пути твои, Бахамут, - вновь прошептала она, проваливаясь в легкую дрему и готовая тут же проснуться от любого постороннего шороха. Не потому что не чувствовала себя в безопасности, нет. Лишь потому что уже давно привыкла так спать.

Килли

Ожоги стали сдаваться только через неделю постоянных компрессов – и это при том, что я пользовался новым дистиллятором, отвары из которого выходили практически идеального качества, даже если не сравнивать со старым, уже переехавшим на свалку. Что могло их вызвать я не знал, но на ум приходило только одно – драконье пламя.

Шерла, лежа на кушетке и практически всегда смотрящая в окно выглядела... эммм... не знаю, счастливой? Это было странно. Находящаяся в сердце людского поселения, где каждый за милую душу пожелает ее добить, ослабленная после, как я понимаю, боя с другим драконом, который она, скорее всего, проиграла... и счастлива. Очень хотелось узнать причину ее такого состояния, но вопросов я не задавал. Было банально страшно. Почему? Потому что если раньше она изо всех сил притворялась человеком, то теперь ей больше нет нужды так делать.

Тем не менее, ее лечение продолжалось. Меняя компресс уже восемь дней подряд, я увидел, что ожог, наконец, стал уступать здоровой коже. Возникла мысль намазать Шерлу пустырником, но я тут же отмел ее – зрачки в ее глазах по-прежнему оставались ромбовидными. Может я, конечно, и ошибаюсь, и это вообще никак не связано с ее здоровьем, но спрашивать об этом по той же самой причине не торопился. Раз компресс из кровавника медленно, но работает – пускай так. Слишком быстрое лечение еще никому не принесло пользы.

- Килли, - обратилась ко мне Шерла после очередной перевязки, - я не собираюсь вредить тебе.

- Я не уверен в этом, - ответил я честно. – Простой вопрос в прошлом закончился переломами и тяжелым путешествием обратно. Если ты вновь разозлишься...

- Я не столь неблагодарна, - сказала она. – Ты боишься меня, я чувствую это... но не надо.

- Я не могу тебя не бояться, особенно после того разговора, в котором мы сбросили маски. Если ты разбушуешься, я первый попаду под удар. И далеко не факт, что смогу его пережить.

- Я не собираюсь вредить тебе, Килли. Ни тебе, ни кому другому, если они сами не будут нападать на меня. Я верю тебе.

Ну, в какой-то степени она мне действительно верит, раз пришла именно ко мне с такими серьезными ранами.

- Я ничего не знаю о драконах. Я не знаю, что способно тебя спровоцировать на агрессию.

- Я тоже ничего не знаю о людях, но сейчас нахожусь здесь, в этом гнездовье среди подобных тебе.

Гнездовье... вот как у них селения называются.

- Килли, я доверила тебе свою жизнь, тогда как ты мог меня предать и разбогатеть.

- Хочешь сказать, что мы оба друг друга боимся?

- Наверно... да.

Надо же... А ведь на поверхности лежит, стоит только вспомнить, что староста уже дважды приходил ко мне с требованием разобрать Шерлу на запчасти.

- Килли, подойди, - попросила она, усевшись на кушетке. Бинтов на ней уже было немного меньше, от чего она уже не напоминала мумию, однако замотанными не были лишь лицо и руки дальше запястий. – Подойди, не надо бояться.

Я подошел. Девушка взяла меня за руку двумя горячими ладонями.

- Если ты так сильно боишься, то почему помогаешь? Почему лечишь меня, возвращая мне былую силу, раз она тебя так пугает?

- Потому что я травник.

- За этими стенами тебя никто не осудит, если я не выживу в твоем доме.

- Здесь не умирают.

- Можно вывести меня за большие двери и добить, однако в тебе нет даже намерения.

…Да. В моих планах ее смерть по любым причинам даже не предусматривается, пока она находится на моем лечении. Я действительно боюсь ее, но правда, почему тогда помогаю ей поправиться? Профессиональная деформация нашла и меня? Долг травника стал сильнее жажды жизни?

- Ты мой пациент. Я несу ответственность за твою жизнь.

- Настолько, что не дорожишь собственной?

- Что ты хочешь от меня услышать, Шерла?

- Я хочу понять тебя, понять, почему ты меня боишься и почему, не смотря на это, все равно лечишь.

Хороший вопрос, но на который у меня нет ответа.

- Килли, - девушка слегка притянула к себе мою руку, заставив слегка наклониться, - я доверилась тебе, придя сюда, в гнездовье людей. Поверь и ты моим словам, что я не собираюсь вредить тебе.

- Я... я попробую, - сдался я. В конце концов, в ее словах был смысл. Может, я и прав в том, что не подхожу к дракону с человеческими мерками, но... может же быть у нас хоть что-то общее?

Белуис

Белуис не хотел себе признаваться, но этот антрацитовый комок неприятностей, стервозности и хамства делал жизнь в гнездовье несколько более... интересной. Шерла никого в гнездовье ни во что не ставила, даже его, однако сейчас в ее отсутствие ему было банально скучно – дела давно отлажены, людей на горизонте не видать и жизнь идет своим чередом. Не нужно заботиться о выживании стаи, не нужно решать конфликты, не нужно спасать сородичей... Ничего не нужно, даже вновь осаживать зарвавшуюся Нару, затаившую обиду за лишение сана Жрицы. Живи да радуйся. Но скучно.

Он был бы плохим главой, если бы плохо знал своих подопечных, часть из которых выросла у него на глазах, а потому примерно знал, где может быть Шерла. По сути, таких мест немного – водопад, где она любила поохотиться да покупаться, и пещеры, в которых ее никто не сможет достать. Слишком уж там узко и тесно для обычного дракона, но девчонка, казалось, была рождена для чего-то подобного.

Именно пещеры он и решил проверить в первую очередь, и даже смог учуять ее присутствие в них, но... слишком давнее. Ее здесь не было около недели, а может и больше. На водопаде ее запах тоже обнаружился, куда более свежий, как и несколько застарелых пятен крови, что вели... к людям. И судя по тому же запаху, Шерла была жива на тот момент, а поскольку людьми не пахло вообще, она пошла в их гнездовье добровольно, что немало озадачивало сапфирового дракона. Как это понимать он не представлял. Учитывая ее раны, она могла предпочесть быструю смерть заместо долгой агонии, но... нет, ни один дракон не согласится на такое, а уж Шерла с ее гордостью...

Спрятаться у поселения людей для синего дракона та еще задача – уж слишком у него неприродный цвет чешуи, однако для наблюдения ему и не нужно было быть в драконьей форме. Заняв удобную позицию, с которой ему было видно все их гнездовье, он принялся наблюдать, отмечая для себя некоторые моменты.

Самое первое, что бросалось в глаза – утром большая часть населения уходит в другую пещеру, что находится неподалеку, добывать золото. Самая слабая часть населения оставалась под защитой лишь очень немногих мужчин, которые при всем желании не смогли бы отразить нападение дракона. В чем смысл такого распорядка дня Белуис не понимал.

Второе – в гнездовье нет воодушевленной суеты, какая обычно бывает при поимке дракона. Если бы не запах крови, который явно указывал, что Шерла прошла сквозь большие двери, он бы решил, что ее там нет, однако теперь... теперь выходило что-то невозможное. Получалось, что либо все население знало, кто она такая и поддерживало ее, либо кто-то один, максимум двое, которые прячут ее от остальных, пока она приходит в себя после ранений. Оба варианта невероятны, так как означают, что дракон и человек приняли друг друга, что издревле казалось невозможным. А значит, есть третий вариант, который он пока не видит. Стоит посмотреть еще пару дней, вдруг он увидит решение данной загадки?

Килли

Не бояться... не получалось. А как иначе, если спустя еще неделю после просмотра того, что принесли мальчишки, я возвращаюсь домой, вижу непонятные желтые блики и слышу счастливый полубезумный смех? Шерла явно восстанавливалась, а значит становилась все сильнее, что было видно хотя бы по глазам – если приглянуться, то ромбовидный зрачок можно было разглядеть, но в остальном глаза казались уже человеческими. Снова захотелось намазать ее пустырником и выпроводить восвояси... но не мог. Этика травника строго запрещала халатно относиться к лечению.

Шерла заметила перемены в моем поведении в тот же день и моментально поняла, с чем они связаны.

- Прости, я не удержалась, - сказала она, опустив голову. Бинтов на ней оставалось совсем немного, ожоги медленно, но верно сдавали свои позиции. Раны затянулись абсолютно все, не оставив после себя даже шрамов. Да что там, даже те лоскуты, которые на ней были, с каждым днем все сильнее напоминали то самое платье, что я на ней уже видел. Все верно, оно просто росло на ней, восстанавливая свою прежнюю форму и подтверждая мою догадку о том, что эта одежда – часть ее самой.

В ответ я промолчал. А что я мог сказать? Атата, нельзя так делать? Страшно, да она и сама это понимает, вроде бы.

Больше я бликов в своем доме не видел, а настроение Шерлы в общем и целом было слегка приподнятым. Не то безумие, что я застал, а когда просто, допустим, узнал что-то хорошее. В принципе, при условии, что она верно шла на поправку это было не удивительно. Когда ты с каждым днем чувствуешь себя все лучше и лучше – это и есть та самая хорошая новость.

В целом девушка старалась не причинять мне неудобств, послушно позволяя мне ее перебинтовывать и вновь прося, чтобы я перестал ее бояться, уверяя, что мне ничего не угрожает.

- Ты второй раз спасаешь мне жизнь, Килли, мне гордость не позволит навредить тебе, - заявила она.

В принципе, я ей даже в какой-то степени верил, но... перестать бояться не получалось. Когда рядом с тобой дракон, который тебе вроде как и благодарен, но которого может не устроить любая мелочь из-за, например, разницы культур... очень сложно успокоиться. И, как показала практика, я опасался не зря.

Это вышло абсолютно случайно, даже мне было очевидно, что это так, но... это все же произошло. Шерла, вновь пытавшаяся заглушить во мне страх по отношению к ней, разрешила спросить меня у нее все, что мне интересно.

- Почему ты пришла ко мне, а не осталась у себя? Разве среди своих тебе не было бы безопаснее?

- Мои сородичи... и довели до того, что я сейчас здесь, - невесело ухмыльнулась Шерла. – Я изгой в своем гнездовье.

- Я думал, что драконы более едины.

- Нас объединяет сила, либо личная, либо главы, либо все вместе. А я... я считаюсь самой слабой из них, потому что отличаюсь ото всех. Еще и прозвище дали – антрацитовая...

Антрацит, камень-ключ, камень-замок, камень, что кладут в руки умершим перед сожжением, дабы те смогли открыть двери Суда и навсегда закрыть их за собой. Назвать кого-то в честь этого камня... тут что-то среднее между глубоким оскорблением и богохульством. Но это у людей.

- Можешь немного... пояснить про антрацит? – осторожно спросил я.

- Всеотец Бахамут, которому мы поклоняемся, по легенде тоже носил такое прозвище. Великий дракон, что своей силой обеспечил выживание нашей расы.

Значит, у них этот камень тоже свят, но по-другому. И если я правильно понимаю, то от дракона, прозванного антрацитовым, ждут великих свершений, в противном случае... получается...

- А тебе не кажется, что против тебя в гнездовье ведется какая-то... не знаю, игра? Интрига?

- Я даже знаю, кто именно ее ведет, Килли. И это еще одна причина, почему я предпочла прийти к тебе, а не остаться там.

Что там происходит, если оказаться среди людей для нее безопаснее, чем быть среди своих?

- Может... – Шерла опустила голову. – Может, они и правы. Может, мне действительно нет места среди них...

- Ты сказала, что отличаешься. Чем?

- Всем. И самое главное – небо не принимает такую, как я. Я не умею летать.

Оу... Наверно, среди драконов это... не знаю, очень унизительно.

- А... еще? – я решил не заострять внимание на этом моменте. Ну его, тут и слепой заметит, насколько для нее это болезненно.

- Моя сила. Я не умею выдыхать огонь как они.

Мои брови взлетели вверх. Еще и неогнедышащий дракон? Серьезно?

- Ааа... что тогда?

Шерла подняла руку и... между пальцами у нее начали бегать электрические разряды.

- Да быть не может... – прошептал я. И поверил, что нет, может. Очень многое теперь становилось понятным.

- Дракон, что не может летать и извергать пламя... – девушка вновь опустила голову.

- То, что ты отличаешься от них, не говорит о твоей слабости, - брякнул я неожиданно даже для себя. И увидел, как она удивленно подняла голову. Ну и раз уже начал... – Пускай ты не можешь летать, но ты до сих пор жива, а значит, у тебя есть какое-то другое преимущество, разве нет?

- Я быстрее бегаю и плаваю... – тихо произнесла Шерла.

- Вот видишь. Кто из них может похвастаться подобным?

- Но полет...

- Полет слишком заметен там, где нужно сохранять скрытность. К тому же, эта сила вполне может стать слабостью. Что будет, если организованная группа людей сможет повредить дракону крылья?

- Он не сможет взлететь.

- И, как следствие, умрет. Именно так драконоловцы вас и убивают. Драконы слишком сильно надеются на полет.

Девушка явно задумалась над моими словами, а я, увлекшись, продолжил.

- А по поводу твоей силы – она не сильнее и не слабее огня. Она просто другая. Ты же не будешь сравнивать по силе свой дом в гнездовье и, допустим, водопад?

- Разумеется. Это же не одно и то же.

- Вот именно. Это не одно и то же. Их сила способна только убивать и разрушать, но твоя... – я подал ей обычную лампочку. – Твоя, помимо этого, способна приносить пользу.

Шерла взяла лампочку в руки и непонимающе посмотрела на меня. Я же показал ей, мол, давай, покажи. И она показала – лампочка, на миг загоревшись очень ярко, буквально через секунду взорвалась в ее руках, а вышедшая из плавящихся усиков молния... ударила мне в грудь.

- Килли!

Это было очень больно. Электрический ожог спереди, тупой удар сзади, ибо меня откинуло в стену, но больше всего меня испугало не это – улетая, я вскользь задел свой абсолютно новый и почти не использованный дистиллятор, который, зашатавшись, начал падать со стола. Но, к счастью, не упал – Шерла, спрыгнув с кушетки и сама падая от слабости, все же успела толкнуть его обратно, после чего на четвереньках стала ползти ко мне.

- Потерпи чуть-чуть, я сейчас!

И было что терпеть – разряд, которым она меня поразила, словно обладал своим разумом, он не покидал мое тело, не заканчивался, заставляя мышцы постоянно и непроизвольно сокращаться. Очень больно, очень мучительно. Самая настоящая пытка. Которая закончилась в тот же момент, когда она схватила меня за руку – я очень явственно ощутил, как ее сила стала уходить из меня и возвращаться к хозяйке, возвращая мне контроль над собой. И позволяя тут же в панике отползти от Шерлы.

- Килли, прости! Видит Бахамут, я совсем этого не хотела!

- Ты меня едва не убила... – прошептал я, делая максимально глубокие вдохи, чтобы прочистить разум. Слабо, но помогало.

- Прости, прости, прости! – не смотря на слабость, она продолжала ползти ко мне. Часть бинтов слетела, открывая обожженную кожу.

- Не подходи! – я отполз еще дальше, но уперся в угол дома.

- Я все исправлю, я защищу тебя от себя! – произнесла она. – Ты достоин!

- Достоин?! Достоин чего?!

Шерла, немного отдохнув, доползла до меня и, усевшись практически так же, как Мавис в пещере, взяла мое лицо в свои горячие ладони.

- Что ты делаешь? – спросил я, чувствуя себя кроликом перед удавом.

- Ты веришь мне, Килли? Веришь мне хоть немного, хоть чуть-чуть? – спросила она, пристально глядя мне в глаза. Ромбовидные зрачки расширялись, превращаясь в какие-то черные квадратики.

- Верю, - ответил я, дабы не провоцировать. В уголке губы у девушки стала собираться красная капля.

- Тогда закрой глаза, - попросила она.

И стоило мне это сделать, как она буквально впилась в меня горячим поцелуем, прокусывая губу. В голове словно коробка с порохом взорвалась, разрушая все, что там было... и что-то явно перестраивая. Страх ушел полностью, я словно... словно заглянул в душу Шерлы, увидел и почувствовал все ее эмоции, мысли, переживания... Увидел, степень ее доверия ко мне, опасения, что она ошибается, страх, что я предам ее... И чем дольше длился поцелуй, тем сильнее я ощущал ее саму рядом с собой, в том плане, что я знаю, что она рядом не потому что я ее вижу и она меня целует, а потому что... просто знаю.

- Все, больше нельзя, - пробормотала девушка, оторвавшись от моих губ и вытирая от крови свои. И я с удивлением понял, что жалею об этом. – Теперь ты веришь мне? Боишься меня?

- Нет... – потрясенно прошептал я. – То есть, верю и не боюсь.

Шерла, улыбнувшись, подняла свою руку и, создав в своей руке новый электроразряд, положила ее мне на грудь. Я было дернулся, но больше от неожиданности – электричество, расходясь по моему телу, больше не причиняло вреда или неудобства. Совсем.

- Я больше не хочу тебе вредить... – прошептала девушка, после чего упала на меня, теряя сознание от бессилия.

Белуис

Белуис уже хотел уходить, так как больше не видел ничего интересного, как заметил в одном из домов странные блики. Очень знакомые блики, которые он не раз видел из дома Шерлы. Она действительно была в этом гнездовье людей, причем, чуть ли не в самом его центре. Добраться туда незамеченным будет... сложно. Однако прямо сейчас в этом не было необходимости.

Человек, вышедший из этого дома, показался ему самым обычным человеком. Примерно такого же роста, как и он, брюнет, среднего телосложения... Ну разве что одежду предпочитает зеленых тонов, подражая изумрудным, и все. Тем не менее, он заинтересовал главу. Как минимум этот человек уже точно знал, с кем именно он делит крышу своего дома, поэтому ему была интересна его реакция. Что он будет делать? Побежит к своему главе? К солдатам? Начнет распространять слухи? Отправит другого человека за помощью?

Ответ Белуиса удивил. Человек вышел за большие двери в близлежащий лес и начал... собирать травы. То есть, он знал, что в его доме живет пострадавший дракон и... ничего не делал с этим? Или даже... лечил? Да быть такого не может!

- Кто же ты такой, зеленый человек? – спросил себя сапфировый дракон. – Почему я не могу тебя понять?

О да, этот человек очень заинтересовал Белуиса, но для встречи и разговора нужно было узнать о нем чуть больше.

Шерла

Это было... смело. Хотя нет. Это было крайне безрассудно, настолько, что даже, наверно, сам Бахамут возмутился бы таким решением. Начать Единение в столь юном возрасте еще куда ни шло – и раньше начинали, - но начать его с человеком... Но сделанного не воротишь, да и не чувствовала она, что поступила как-то неправильно. Пускай Килли не дракон и драконом никогда не будет, но именно он оказался тем, кто прикрыл ее собой тогда, когда ей стало не на кого надеяться, именно он восстанавливает ей здоровье, тогда как в гнездовье не нашлось никого, кто встал на ее сторону. Разве что глава, но тот просто действовал в рамках негласных законов и традиций. Хотя удивительно, что он встал на ее сторону, когда все гнездовье требовало обратного. А ведь они столько раз ругались...

Килли изменился, их общение вернулось на прежний уровень. В его движения вновь вернулась сосредоточенность, профессионализм, из его поведения исчез страх, который она тщетно пыталась изгнать разговорами. Хотя начинать Единение только по этой причине – верх глупости, Шерла не жалела. Если ее предало собственное гнездовье, она лучше научится жить среди людей, чем вернется к своим. И раз так, то выберет того, кому уже может доверить свои слабые места. Того, кто поднимает ее на ноги, не смотря на очевидную и огромную выгоду для себя.

- Удивительны пути твои, Бахамут, - прошептала Шерла, вновь глядя на звезды и чувствуя, как спит за стеной травник. Именно чувствуя. Интересно, а он ее чувствует?

Возможно, она многое потеряет, избрав себе человека, но она уже приобрела того, кто вызывает в ее груди чувство приятного тепла, что не испытывала с далекого детства. Пускай изредка, но теперь у нее есть место, где она может забыть о жестокости мира, что только и ждет момента, чтобы ударить ее как можно сильнее, место, где она может спокойно выдохнуть, расслабиться и отдаться в заботливые, пусть и человеческие, руки.

Шерла улыбнулась. Она уже приобрела того, кого сама хочет защищать. И это лишь усиливало то самое приятное тепло.

Килли

Я не понимал себя, не понимал того, что сделала со мной Шерла. То, что это был не просто поцелуй, было понятно и без слов – это я почувствовал еще в момент, когда она на меня буквально набросилась. Но вот то, что со мной происходило дальше...

Во-первых, я знал где она и что делает, по крайней мере, пока она находилась в непосредственной близости. Правда, чем дальше я от нее отходил, тем хуже это определялось, например, за воротами я имел лишь примерное направление, где она была, а если отойти еще дальше... Было ощущение, словно чего-то не хватает, чего-то, что хотелось вернуть. Это было заглушаемо, но вот само наличие этих чувств было... необычным.

Во-вторых – улучшилось собственное самочувствие и адаптация. Пусть на самую чуточку, но на заметную чуточку. Например, глаза стали гораздо быстрее видеть в темноте, если зайти туда со светлого помещения. Да и в целом зрение стало несколько острее. Как и слух, кстати. Ненамного, но все же.

То, что сделала Шерла, было явно чем-то непростым. И поскольку связь между людьми и драконами считается чем-то невозможным, я явно удостоился чего-то редкого или даже эксклюзивного. Вряд ли я вообще первый, который прошел через подобное, но вот то, что я сейчас единственный в империи или даже в мире – вполне допускаю. Слишком уж любят люди материалы из драконов.

Потребовался почти месяц, чтобы девушка полностью восстановилась от ожогов. Прощаться из нас никто не хотел – как-то привыкли уже друг к другу, но староста, которого я встречал едва ли не каждый день, тонко намекал, что он ждет оплаты по счетам, и в нашем договоре не было ни слова о том, чтобы Шерла могла остаться здесь. Да и не позволит он, а если позволит... не знаю, не поверю я ему. Пройдет неделя, месяц, но он вполне может решиться на захват дракона ради того, чтобы поднять село.

- Снова приходиться тебя провожать под вечер, - грустно сказал я, глядя на сгущающиеся сумерки.

- Так даже лучше, - ответила девушка. Платье полностью восстановилось и приобрело прежний вид. Обувь же... просто появилась. То есть, сначала по ее ногам начал по спирали клубиться откуда-то взявшийся черный туман, а потом, когда он развеялся... или впитался... в общем, Шерла уже стояла в своих ботфортах на низком широком каблуке. – Я же темная, ночь – то самое время, когда меня заметить тяжелее всего.

Путь до ворот мне ничем не запомнился – мы просто болтали ни о чем. Интересный момент был только один, когда нам навстречу попалась Мавис, груженая покупками. И мне только в этот момент пришло в голову, что весь прошедший месяц я ее не видел.

- Дядя Килли! – поздоровалась она со мной, удержавшись от традиционного прыжка, так как руки у нее были заняты. – Здравствуйте! Как Вы поживаете, куда пропали? И кто это? – девочка с любопытством разглядывала Шерлу. – Я ее не знаю.

- Я же травник, Мавис... – укорил я ее.

- Ааа... – понимающе протянула подросток. – Паца... паце... Как там?

- Пациент, да, - я кивнул. – Вот, вылечил.

- А она не слишком... легко одетая?

И вопрос был хорошим. Лето уже кончилось, а осень в этом году была не очень теплая. Днем было еще более или менее, но сейчас уже вечер, и если я уже был в легкой, но куртке, то Шерла была одета как обычно – в легком и тонком с виду платье с короткими рукавами.

- Все хорошо, девочка, - улыбнулась дракон. – Мне комфортно и так.

- Ну ладно... – неуверенно протянула Мавис. – Вас кто-то заберет?

- Да, ее уже ждут за воротами, - ответил я быстро, не давая Шерле сказать хоть слово.

- Ну раз ждут, то тогда я побежала! До свиданья, дядя Килли!

Детская непосредственность. Сейчас даже тот эпизод в пещере кажется чем-то... странным, когда она на полном серьезе едва не разрушила свое будущее, поддавшись моменту. Ее, конечно, можно понять, я ее ни в какой степени не осуждаю, но все же хорошо, что Феникс уберег нас от этой ошибки.

- Почему ее так интересует моя одежда? – спросила моя спутница, как только мы отошли.

- Ну, потому что ты действительно легко одета. Я сам удивляюсь, как ты не мерзнешь.

- Мерзну? – удивилась Шерла.

Теперь уже я удивился ее вопросу.

- Тебе никогда не бывает холодно? Даже зимой?

- Нет.

- Даже в холодной воде, покрытой льдом?

- Ну да.

Удивительные создания.

- У нас, людей, не так, - тихо продолжил я. – Мы очень зависим от того, что нас окружает. Поэтому одежду носим в соответствии с сезоном. И потому если ты придешь сюда среди зимы в таком виде... Это будет очень странно.

- Хорошо, я поняла.

У ворот мы распрощались, прекрасно зная, что наша новая встреча не за горами.

Глава 6

Килли

Остальные ингредиенты обошлись всего в сто двадцать шесть золотых монет. Почему так дешево? Потому что всего несколько дней назад я лечил Шерлу, поэтому самый важный – и крайне дорогой – компонент, я получил абсолютно бесплатно. Речь идет, разумеется, о драконьей крови, которой у меня теперь аж целых четыре пробирки. Шестнадцать тысяч монет заключенных в стекло и пробку... Сам поражаюсь своей открывшейся жадности.

Дистиллятор пыхтел, прогоняя сквозь себя сок полунника, смешанного с рядом других настоек. И конечный результат меня не просто радовал – он приводил в восторг. Цвет, прозрачность, консистенция – все было просто на идеальном уровне. Ух, не зря я выторговал у старосты новое оборудование, оно того явно стоило!

- Так, - прошептал я, наполняя пипетку кровью, - а теперь самое важное...

Красная густая капля сорвалась со стеклянной трубочки, ворвалась в раствор, над которым я колдовал уже несколько дней, забыв про покой, а порой и про сон. Если бы не Мавис, заставляющая меня есть, про еду бы тоже забыл.

Раствор начал пениться и шипеть, вызывая у меня улыбку – все идет в соответствии с инструкцией. Шляпки оказались не просто мясистыми, но и очень сочными, сока с них выпарилось куда больше, чем я ожидал. Надо будет обязательно поблагодарить внучку старосты, что нашла их. Правда, пока не знаю как, но обязательно спрошу.

Жидкость в колбе успокоилась и заместо ожидаемого темно-синего цвета стала голубой и даже слегка светящейся. В принципе, это было в пределах нормы, даже больше, чем она голубее, тем выше качество, однако настолько чистого оттенка я не получал никогда. Максимум – ярко-синего. Но чтобы прям вот так... Здесь далеко не жалкие семьдесят тысяч, здесь уже как минимум раза в три больше. Одноглазый с ума сойдет, пытаясь выкупить у меня это алхимическое чудо. Интересно, у меня все получилось, потому что был новый дистиллятор? Хотя вообще есть еще один вариант. Кровь дракона была взята добровольно, а значит, не отравлена всякими гормонами, которые бывают в бою. Еще вариант – уникальность самой Шерлы, что отличается от остальных. Осторожные расспросы старосты дали мне немного информации о разнообразии драконов. Всего было замечено четыре расцветки эти опасных существ: белого, зеленого, синего и красного. И вроде как это важно, ибо каждый дракон опасен по-своему, но он не ловец, поэтому не слишком в этом разбирается. Ну да и Луна с ним. Главное, что у меня еще полно крови, а если мне повезет, и у Одноглазого есть в продаже грибы полунника... ух, перспективы просто кружат голову!

Лошадь старик давал... ну не то, чтобы со скрипом, но если бы была возможность не давать, он бы ею воспользовался. И нет, он не жаден, просто скаковые, а не тягловые лошади более редки, а потому и стоят дороже, потому их используют те, кому важно быстрое перемещение, а не комфорт карет. Ну и те, кто их себе, естественно, может позволить. Добраться до города на таком животном было дело пары часов, найти нужную таверну – пары минут.

- Одноглазый у себя? – спросил я трактирщика, убедившись, что нас никто не слушает.

- Что ему передать? – спросил он, разом подобравшись.

- Передай, что я могу продать ему шанс задержать колесницу Луны.

Мужик написал несколько слов в обычном листке и бросил его в неприметную щель.

- Жди ответ, - короткий ответ и потеря ко мне всякого интереса. Что ж, я не тороплюсь. А кормят тут, кстати, совсем неплохо.

Белуис

Белуис не верил своим глазам. Месяц наблюдений и что он видит? Шерла, абсолютно здоровая, выходит едва ли не под руку с зеленым человеком! Мало того, что ее ожоги и раны должны были затянуться ну никак не раньше первого снега, до которого еще минимум полтора-два месяца, так еще и... Ну не может быть такого, чтобы он не знал, кто она такая! Не может! Вот гнездовье да, вполне может не знать, что они провожают дракона, но этот мужчина... Нет, с ним определенно надо встретиться.

Шерла тут же растворилась в вечерних сумерках, беря курс домой, что для главы было хорошей новостью. Он хотел поговорить и с ней о том, что произошло, но сначала... да, сначала зеленый человек, что собирает травы. Нужно придумать, как с ним встретиться. Незаметно пробраться в гнездовье людей не получится, тут Белуис понимал, что шансов у него нет, силой... нежелательно, так как он потеряет к себе расположение, а вот хитростью... вот тут уже можно попробовать. Правда, придется поменять удобный балахон на что-то более похожее на человеческую одежду, ну да Бахамут с ним. Это того стоит.

Приняв решение, Белуис скрылся за синим Покровом и, распахнув крылья, взлетел, беря курс домой. Он хотел найти Шерлу и удержать ее в гнездовье, чтобы она была под рукой, когда придет время разговора с ней. И сделать это он мог только одним способом. Способом, который, возможно, решит еще несколько проблем среди его подопечных, искоренит раскол между антрацитовой и остальными... и добавит головной боли лично ему. Но оно тоже того стоит. Давно пора выкорчевать источник расхождений в гнездовье. Драконы должны быть едины. А он, как лидер, должен не бояться сомнительных решений, если хочет сохранить это единство.

Килли

Помню, когда я оказался здесь впервые, меня сильно напугало это место. Еще бы, попал я тогда сюда тоже не самым обычным способом – меня связали, надели на голову мешок и доставили в эти подвалы. Меня встретил сам глава местной преступной гильдии, который по своим связям смог выяснить кто я такой и предложил сделку – я ставлю на ноги его дочку, он мне за это платит и мы даже расстаемся друзьями, или... Ну, второй вариант предусматривал гораздо более печальные события, которые должны были со мной произойти. Отказ, собственно, и не предусматривался.

Девочка как сейчас помню, болела чем-то совсем простым, но ее болезнь запустили до такой стадии, что еще пара дней – и ей бы само Солнце не помогло. Я, забывшись, настолько сильно и громко крыл их на чем свет стоит, что Одноглазый не то, что не сделал со мной ничего – блокнотик достал, чтобы записать то, что ему понравилось. А потом своим показывал, говоря уважительно что-то вроде «вот как столичная аристократия ругается, вот что значит образование». Дальше последовали мои распоряжения насчет того, что мне нужно, что бандиту уже не понравилось, мол, тут он главный. На что уже я ему заметил, что либо он делает то, что я ему говорю, и тогда примерно через неделю он видит свою дочь на ногах живой, а главное, здоровой, либо он может идти прямиком к Луне хоть на своих двоих, хоть на горбу своих подчиненных, но тогда максимум через два дня девочка умрет. Ругались мы долго, но в конце концов он сдался. Ибо какой у него выбор-то был?

Ее лечение заняло как раз семь дней. Стояла она неуверенно, что, в принципе, можно понять, но вполне себе самостоятельно. Мужик от этого так расчувствовался, что даже позволил пролить одну единственную скупую слезу. И сдержал слово – меня отпустили, выдали приличных размеров кошель, на который я, кстати, и купил тот самый домик, в котором живу и по сей день, а так же записку, в котором говорилось, что если мне понадобится «та самая» услуга, он серьезно подумает, чем мне можно помочь. Ну и прикрываться его именем, если вдруг полезут какие-то бандиты, мне тоже разрешалось. Это мне, кстати, пригодилось всего один раз – меня действительно ограбили и избили, но Одноглазому потребовалось всего сорок минут с момента моей жалобы, чтобы узнать кто, найти, доставить их во все тот же подвал, поставить на колени и заставить в слезах и соплях извиняться за свой поступок. Вещи и деньги мне тогда вернули полностью, до последней монетки, до последней травинки, еще и сверху немного добавили, «за моральный ущерб уважаемому травнику, причиненному на моей территории», как выразился Одноглазый. Дальнейшая судьба тех троих мне неизвестна, да и не интересна, уж если честно.

В общем, мужик хоть и самый настоящий бандит, но слово свое держит всегда, а потому уважаем не только мной, но и всей подпольной шайкой. Лично я, если честно, без его услуг мог обойтись, но... скажем так, есть некоторые травки, которые достать настолько сложно, что проще найти поляну, усеянную полунником, чем их, но благодаря его помощи у меня они есть. В общем, полезно иметь даже такие связи.

- Здравствуй, здравствуй, Килли, давненько ты к нам не захаживал, я уж думал, позабыл ты про нас, - Одноглазый встал, протягивая мне руку. К слову сказать, этого удостаиваются очень немногие, по словам его подчиненных.

- Как можно, ты что, - я пожал крепкую жилистую ладонь. – Просто в последнее время был пациент тяжелый, месяц на ее лечение угробил. Но результат того стоил. С ним я к тебе, кстати, и пришел.

- Ну, давай, показывай. Хвастайся, так сказать. Лохматого позови, - приказал он одному из своих людей.

Лохматый – это его спец по отварам, алхимик, которого он нашел примерно за год до того, как я занялся его дочерью. Он же, как можно понять, стал тут специалистом по лечению тех, кого подкосила подпольная борьба. В принципе, интересный и весьма неглупый старик, имеющий экстравагантный внешний вид, лично меня наводящий на мысль, что про бритву он вспоминает максимум раз в полгода, а про такую вещь, как расческа, и вовсе никогда не слышал.

- Босс? – в дверях показались взлохмаченные кудри.

- Заходи, я хочу, чтобы ты на кое-что посмотрел, - позвал его бандит.

Я достал из-за пазухи шкатулку с пробирками и положил ее на стол. И судя по тому, как затряслись пальцы у старика, он уже понял, к чему тянет руки.

- Это же... «Второй шанс», да?

- Угу, - кивнул я, подтверждая.

Лохматый посмотрел жидкость на свет, стукнул ногтем по колбе, перевернул ее пару раз... и что-то жарко зашептал на ухо Одноглазому. Тот лишь кивал, улыбался, а под конец хлопнул в ладоши.

- Ну, если верить словам этого выжившего из ума старика, а не верить ему у меня нет причин, ты сейчас принес, практически, легенду... эээ... как ты там сказал?

- Легенда мира алхимии, шедевр среди отваров, вершина всех зелий... – начал было старик, но мужчина его перебил.

- Да-да, вот что-то такое. Я, как ты знаешь, не особо в этом всем силен, но даже мне известно, насколько редок качественный «второй шанс», а так же сколько он стоит. За каждую из двадцати пробирок, что ты принес, я готов тебе заплатить... скажем... – он сам взял в руки одну из пробирок, закрыл ее рукой... – Она что, светится?

- Светится? – тут же всполошился алхимик, тут же взяв другую пробирку. – Святой Феникс, да она бесценна!

- Десять тысяч тебя устроит? – спросил меня Одноглазый.

Я же мысленно прикинул цену...

- Двенадцать, не меньше.

Бандит задумался, побарабанил по столу пальцами...

- Хорошо, но с условием, что следующую партию из тех же двадцати пробирок я увижу на своем столе, а не где-то в местной аптеке.

- Следующую партию? Ты хоть знаешь, как тяжело достать хорошие шляпки полунника?

- А... – он махнул рукой. – Это уже моя проблема, не твоя. Ну так что?

- Если достанешь мне еще пару реагентов...

- Тогда двадцать пять, - тут же добавил он. – И предоставь список того, что тебе надо.

- Чувствую запах хорошей сделки, - я улыбнулся, вновь протягивая руку. Которую бандит тут же с хлопком пожал.

- Вообще-то это моя фраза, - усмехнулся он, но уже спустя секунду стал серьезным. – Все необходимое тебе доставят сразу же, как только соберут. Адрес у тебя не поменялся, я надеюсь? Вот и хорошо.

- С тобой приятно иметь дело, - я поднялся со стола. Разговор подходил к своему завершению.

- Взаимная выгода неплохой фундамент для хорошей дружбы, - кивнул Одноглазый.

Домой я ехал практически самым богатым человеком села. Ненадолго, разумеется, придет староста – и от моей почти четверти миллиона останется только тридцать тысяч, но даже это внушительная сумма. По сути, на эти деньги я могу жить достаточно роскошной жизнью около двух лет, вообще ни в чем себе не отказывая и не работая. А уж насколько разбогатеет на перепродаже гильдия Одноглазого, как и сам бандит, обладающий способностью делать деньги буквально из ничего, я даже представить себе не могу.

Староста, пересчитывая деньги, лишь уважительно качал головой, явно не рассчитанный на такую сумму.

- Что ж, Килли, - сказал он, - теперь село сможет закрыть несколько существенных долгов, да и перед налоговиками Императора, чтоб этих кровопийц Луна переехала, уже не так страшно будет.

- Село имело долг по налогам? – удивился я.

- Нет, не имело, но этим шакалам, - старик сплюнул, - это почему-то очень тяжело доказать. Уж что-что, а перед столицей я никогда долгов не держу. Чревато.

Вполне себе верю. Наш Император очень жаден до денег. Очень охотно принимает их в казну и очень неохотно раздает обратно. Нехорошо так говорить, но скорей бы он уже поменялся.

Свою же часть суммы я потратил на покупку недостающих реагентов, купил немного хорошего инвентаря да и просто продуктов на первое время, чтобы не заботиться о пропитании. В принципе, уже можно сказать, что я съездил не зря.

Встречи с Шерлой стали достаточно регулярным явлением. Домой она так и не вернулась, поселившись где-то в какой-то пещере у водопада. Сама девушка на отсутствие комфорта не жаловалась, мол, не сильно-то и отличается он от того, что у нее в гнездовье есть, но... не знаю. У меня прям душа болела, смотря на голый камень и совершенно не представляя, как тут можно спать. Впрочем, я просто забыл об очевидном факте – она же дракон.

- …в общем, остальное ты знаешь, - закончила девушка рассказ, сидя рядом со мной. – На воротах я опустила голову, чтобы никто ничего не видел, но сам понимаешь, ручаться за это я не могу.

- Мне тебя с рук на руки сам Арлен передал, если бы он заметил, что ты дракон, то... скажем так, отбивать бы тебя с боем пришлось, и это совсем не фигура речи, он из бывших военных. Так что вряд ли он что-то понял. А вообще у меня есть несколько вопросов к этой, с позволения сказать, дуэли.

- И какие же?

Мне почему-то стало неудобно.

- Можешь показать свою драконью форму?

Шерла лишь неопределенно пожала плечами, после чего покрылась уже знакомым мне черным туманом, закрутившимся по спирали, который развеявшись... впитавшись... не важно, явил мне абсолютно нестандартного монстра. Длинное змеевидное тело, покрытое черной чешуей. Полное отсутствие крыльев, их просто нет, вообще никаких. Несколько коротковатые лапы, заканчивающиеся бритвенно острыми когтями, как у пумы. Морда стандартная, драконья, с двумя рогами-полумесяцами и уже знакомыми мне ромбовидными зрачками. В общем и целом... да, Шерла абсолютно не выглядела как обычный дракон из учебника.

- У меня возник другой вопрос, - произнес я. – У тебя ведь вообще нет крыльев, но, по твоим словам, ты не прекращаешь прыгать с высоких мест в надежде на полет.

- Это... сложно объяснить, - девушка свернулась довольно тугим кольцом, положив голову на саму себя. – Может, дело в том, что мои родители были обычными драконами, может, в том, что я вижу, как летают другие, но... но я чувствую, что летать я могу! Я способна на это! Но не знаю, как это сделать.

Тема болезненная для нее, было видно невооруженным глазом. У нее, как я выяснил, вообще хватает таких тем, и долго их поддерживать она не может, уходя купаться. Обычно она прыгала в воду в форме человека, но теперь порывалась сделать это в виде дракона. Мучить Шерлу я не стал, махнув рукой в сторону водопада, отчего она сразу сорвалась на бег и нырнула в ледяную воду.

Быстра. Что в передвижении на земле, что в воде, причем, именно в воде она еще быстрее. И умеет очень высоко и далеко из нее выпрыгивать, при чем, особо и не разгоняясь, вызывая легкий диссонанс от увиденного.

- Смотри! – девушка вновь сделала несколько круговых заплывов и... я даже глазам своим не поверил, стала подниматься по водопаду, плывя наверх! Разве это вообще возможно? Впрочем, высоко она забираться не стала, откинувшись назад и вновь нырнув, создав море брызг. – Знаешь, если обычные драконы сильны в воздухе, то лично я себя чувствую неуязвимой именно в воде. Здесь мне нет равных. Здесь я готова сразиться с любым врагом.

- Что, учитывая твою силу, совсем неудивительно, - усмехнулся я. – Один разряд вокруг себя – и все живое забьется в конвульсиях, не имея и шанса на спасение.

Девушка прямо в воде свернулась спиралью и «выпрыгнула» на берег, покрывшись туманом. Земли она коснулась уже в человеческой форме.

- Ну, разряд я могу послать и в воздух, - прокомментировала Шерла, вновь садясь рядом со мной, - правда, совсем недалеко, если именно вокруг себя, а не куда-то в одну сторону, но да – в воде мне это сделать гораздо легче.

Абсолютно сухая и такая же горячая. Честно, я уже завидую.

- Ты любишь воду, потому что она дает тебе ощущение полета? – спросил я очевидное.

- Да, - кивнула она. – Правда, здесь несколько мелковато, да и места не очень много, но в целом... в целом плавание под водой помогает мне представить полет. По крайней мере, так, как я его для себя понимаю.

Забавно. В ее понимании это то же плавание, но в воздухе, что ли?

- Темнеет, Килли, - девушка взглянула на небо. – Тебе пора возвращаться.

- Да, боюсь, что так, - я встал на ноги и отряхнулся. – До встречи?

- До встречи, - кивнула она и, вновь обратившись драконом, начала плескаться в реке. Нет, все-таки, тяжело избавиться от этого диссонанса...

Белуис

Шерла в гнездовье не вернулась, поселившись у водопада, практически под боком у людей. Достаточно опасное место... вернее, могло бы быть, но его посещал всего один человек. Тот самый зеленый человек. И посещал с конкретной целью – навещал его подопечную.

Чаще всего они просто разговаривали, при этом Белуис едва ли не впервые в жизни видел, как антрацитовая улыбалась и смеялась. Этот черный колючий комок проблем смеялась! Дракон, когда увидел это впервые, даже глаза протер, подсмотрев этот жест у кого-то из людей, но нет, зрение его не обманывало. А в последнюю встречу она даже позволила себе явить человеку драконью форму. И тот не побежал в ужасе, как это обычно бывает с людьми, нет, он продолжил общаться с ней, как будто это ничего не значило. Что-то вроде, ну дракон и дракон, чего бояться-то?

Чем дольше он наблюдал за человеком, тем сильнее хотел его узнать. Понять, что именно позволяет ему общаться с представителем его вида. Понять, возможен ли вообще контакт между людьми и драконами без угрозы жизни для обоих.

На следующий день он выдвинулся в гнездовье людей более не скрываясь от них. Смысла ждать еще дольше уже не было – Белуис и без того узнал столько шокирующего, что ему на несколько десятков лет раздумий хватит.

- Эй, красавчик, ты кто вообще такой? – пройти через ворота не удалось, на его пути встал жилистый старик с копьем в руке. Впрочем, такой вариант предусматривался.

- Я ищу... – начал дракон и проклял свою глупость. Это для него он зеленый человек, а для других? Как его зовут-то? – Человека. Я точно знаю, что он живет здесь. Он... доктор. Или друид. Примерно моего роста. Обычно он одевается в зеленое.

- Друид, значит... – задумчиво протянул человек, оперевшись на оружие. – И в зеленое одевается... Допустим, у нас такой человек есть. На кой он тебе? Ты явно больным не выглядишь.

- Меня послали... – начал было врать Белуис, но тут же был прерван.

- А что ты мне тогда голову морочишь? Давай свою посылку и иди, куда шел!

- Посылку? – растерялся глава.

Старик тут же подобрался и направил острие копья в грудь. И его движения ясно говорили о том, что в его руках это не просто палка со стальным наконечником.

- Знаешь что, мил человек, не нравишься ты мне. Шел бы ты отсюда подобру-поздорову.

- Мы знакомы с ним. Я должен его увидеть.

- Знакомы, говоришь? Ну и как же тогда «друида» зовут?

Белуис бы сейчас не пожалел золотого слитка, лишь бы точно знать ответ на этот вопрос.

- Я не помню, наша последняя встреча была слишком давно.

Стальной наконечник впился в грудь. Не больно, но ощутимо.

- Я тебя сейчас дышать через новую дырку научу, если ты отсюда не свалишь, - прошипел человек.

- Не надо мне угрожать, старик, не стоит оно того, - начал злиться дракон. – У меня оружия нет, но это не означает, что я для тебя не опасен.

- Ты меня еще службу нести поучи, щенок, - старик слегка надавил на копье.

Оскорбление витым кнутом ударило по гордости сапфирового, однако тот неимоверным усилием воли сдержал порыв ненависти. Хотя и очень хотелось вырвать наглому старику горло.

- Мне нужно увидеть этого человека. Если он меня не узнает, я уйду отсюда и больше не появлюсь.

- Ты че, щенок, мне еще условия ставить будешь? – разозлился человек, чем едва не подписал себе смертный приговор, но из-за ворот послышался голос.

- Арлен, с кем ты там опять ругаешься? – из неприметных дверок вышел еще один мужчина. – Оу, я смотрю, не только ругаешься. Никогда не думал, что...

- Рот свой закрой, Ронан, - огрызнулся Арлен.

- Кто Вы такой? – спросил новый человек у Белуиса. – И что Вам тут нужно?

- Друид, что ходит в зеленых одеждах.

- Друид? – удивился тот. Дракону вдруг пришла мысль, что люди, кажется, пользуются другим определением.

- Конкретный друид ему нужен, - пробормотал старик, по-прежнему держа копье в груди сапфирового. Чем уже начал знатно раздражать последнего.

- А Вы с ним знакомы? – спросил Ронан с подозрением в голосе.

- Да, но, возможно, что он меня не вспомнит, - ответил Белуис, чем вызвал у старика новую усмешку.

- Иден! – позвал кого-то молодой человек. Из той же дверки выбежал совсем еще ребенок. – Сбегай до... – тут Ронан оглянулся на дракона, после чего отошел что-то прошептал своему явно сыну на ухо и отправил того вглубь гнездовья. Еще никогда сапфировый не жалел так сильно о том, что от природы ему досталось крайне острое обоняние, а не слух.

Ждать пришлось около двадцати минут, когда, наконец, показался зеленый человек, которого вел мальчишка.

- Кто меня... звал? – спросил интересующий дракона мужчина, оглядывая собравшуюся компанию. – Или я тут заранее, так сказать? – уточнил он, взглядом показывая на копье.

- А это мы сейчас и узнаем, - зло процедил старик, не спуская глаз с Белуиса. – Ты этого красавчика знаешь?

Килли

Я оглядел мужчину. Костюм явно торговца, но почему-то красивого синего цвета. Волосы темные, но на свету отдают той же синевой. Лицо вроде спокойное, но уже невооруженным глазом видно, что он явно раздражен. И не в последнюю очередь от того, что Арлен давит на него своим копьем.

- Нет, я его не помню, - ответил я.

- Не помнишь или не знаешь? – уточнил старик.

- Арлен, я травник. Думаешь, я запоминаю всех, кого вылечил? Мне так никакой памяти не хватит.

- Ага. Вот только не для всех ты травник. Для него ты, например, друид.

Я вновь посмотрел на торговца.

- Ну, это тоже верно, в принципе. Я же травы собираю. Просто старое определение.

- Вы меня, может, не помните, мы встречались достаточно давно, но Вы смогли меня вылечить от серьезной болезни.

- Знаете, вот Вы сейчас нисколько не уточнили, - покачал я головой. – Когда это было-то?

- Десять лет назад, - тут же ответил он.

- Когда??? – я удивился так сильно, что на меня посмотрел даже Арлен, держащий этого неизвестного на копье. Десять лет назад мне было двенадцать, я никого тогда не лечил! Что несет этот объевшийся руманки придурок?

А мужчина, воспользовавшись тем, что все смотрят на меня, два раза моргнул. Вот только в первый раз я сначала увидел знакомые ромбовидные зрачки, а во второй его глаза полностью окрасились в синий цвет.

Святой Феникс, что от меня нужно незнакомому дракону?

- Ааа, я, кажется, вспомнил, - изобразил я понимание. – Смотрю, Вы стали торговцем, лэтр Бранн.

- Вашими умениями, - удовлетворенно кивнул... ну, уже псевдоторговец.

- Килли, что за дела? – удивился Арлен, убирая копье. – Тебе сколько лет-то тогда было?

- Да там на самом деле все гораздо проще, - начал я сочинять на ходу. – Он в столицу ехал, но его ограбили почти у самых ворот. Все бы ничего, но ему ногу сломали не хорошо, открытый перелом, да еще и в грязь кинули. Как я его домой тащил, как отца уговаривал – это вообще отдельная история, но он стал моим первым... эм... подопытным, скажем так. Мой первый пациент.

- Килли, Если Вас не затруднит, у меня разговор к Вам. И будет лучше, если он произойдет наедине, - попросил «лэтр Бранн».

- Да, конечно. Пройдемте, - я махнул рукой вглубь села.

- Э нет, Килли, - тут же запротестовал старик. – За ворота я его не пущу. Нечего ему там делать.

- Арлен...

- Это необязательно, - подал голос дракон. – Мы можем просто отойти от ворот. Разговор не займет много времени.

- Ну... хорошо.

Отходить мы далеко не стали – просто ушли так, чтобы на воротах нас не было ни видно, ни слышно.

- Ты очень удивительный человек, Килли, - начал он. – Я же не ошибся? Тебя так зовут?

- Не ошибся, «лэтр Бранн», - ответил я. – Вот только твоего имени я не знаю.

И поразился своей смелости. Это я к Шерле уже привык или это отголоски того, что она со мной тогда сделала?

- Да, прости. Белуис, глава гнездовья, в котором живет... жила одна небезызвестная тебе особа.

Ох... интересный поворот.

- И... что тебе от меня нужно?

- Понять, - ответил он. – Люди алчны до нас, вернее, до материалов, которые можно из нас сделать. Шерла, сбежав после дуэли, знала это, как и любой дракон. Однако сбежала к человеку и не просто выжила после этого безумного поступка, но еще и поправилась в рекордные сроки.

- Ничего удивительного, это я ее вылечил.

- За просто так? – удивился он.

- Нет, - ответил я. – Я попросил ее дать мне немного своей крови. Как ты правильно выразился, вы очень ценны.

- Хм... – Белуиса мой ответ явно сбил с толку. Что-то в его суждениях не сходилось. – Если все так, как ты говоришь, то почему ты ее не добил? Тогда бы ты получил гораздо больше.

- А мне это не нужно. К тому же я травник. Я спасаю жизни, а не лишаю их.

- Не нужно? Ты что, не понимаешь ценности?..

- Да все я прекрасно понимаю, и сам видел, и объясняли уже. Но мне это не надо, понимаешь? Моя задача – это лечить, а не убивать, и Шерла это знает. Поэтому, кстати, и пришла ко мне.

- Удивительно, - пробормотал дракон. – При явной угрозе жизни она решила спрятаться в гнездовье людей, прекрасно зная, что там ее никто не достанет.

- Она пришла в село не потому что хотела спрятаться, а потому что хотела выжить! Ты хоть знаешь в каком состоянии она сюда пришла? В курсе, чего мне стоило отвести от нее злобный взгляд Луны?

- Луны? – недоуменно спросил Белуис.

- Ох, как там по-вашему-то... спор с Богамутом?

- Бахамут, - тут же меня он поправил.

- В общем, выиграть спор с Бахамутом за ее жизнь было очень непросто, знаешь ли. А проиграть я не имел права. Меня бы потом посмертие ждало, мягко скажем, не очень хорошее.

- Твои боги столь мстительны?

- Конкретно одна богиня.

Дракон на пару секунд задумался.

- Знаешь, в нашем гнездовье у нее не очень хорошие отношения со всеми. Даже со мной плохие.

- Это неудивительно. Когда ее мать разобрали на запчасти, вы все ее просто бросили. А позже, когда она стала показывать, что вполне способна выжить и без вас, начали травить. Прозвище «антрацитовая» ведь не просто так у нее появилось? Ваш Бахамут ведь тоже антрацитовый?

- Ты удивительно много о нас знаешь, Килли.

- Я месяц потратил на ее лечение. Думаешь, все это время она просто лежала пластом?

- Ну да, логично, - кивнул он. – По поводу твоих слов... Я относительно молодой глава гнездовья, да и в должность вступил всего ничего. Когда Шерла была маленькой, меня даже в стае не было. А затем, чтобы удержаться наверху, мне пришлось... принять несколько нехороших решений относительно нее. Я себя не оправдываю, говорю как есть.

- Ты тоже считаешь ее слабой?

- Нет. Она просто другая. Отличная от нас.

Хм... Мозги у него есть, уже хорошо.

- Ладно, возвращаюсь к своему первому вопросу. Что ты от меня хочешь?

- Да на самом деле... – начал он, дернув носом, но после этого его глаза округлились. Взяв меня за грудки, он начал тщательно обнюхивать мое лицо.

- Эй! Ты что творишь! – заорал я возмущенно.

- Да быть не может! – пробормотал он, отпуская меня. – Она совсем дура?

О чем он? Что он там унюхал?

- Я не знаю, что это было, но, думаю, разговор на этой ноте лучше прекратить, - категорично заявил я. Святой Феникс, у меня такое ощущение было, что он меня сейчас поцелует. Хм... поцелует... Может, он понял, что меня целовала Шерла? Времени прошло порядочно, но шут его знает на что способны драконы. Я с ними только-только знакомиться начал.

- Да, ты прав. Благодарю за беседу, - в явном замешательстве закончил он, уходя в сторону водопада.

Шерла

Разряд скакал с пальца на палец. Килли сказал, что ее сила не слабее огня, что она просто другая, несравнимая с ним. Сказал, что пламя способно лишь разрушать, тогда как электричество может приносить пользу. Впервые Шерла подумала, что отличаться от других своих сородичей не так уж и плохо.

Присутствие Белуиса она услышала почти сразу, как только тот приблизился к водопаду. Впрочем, тот и не скрывался. И был чем-то не просто взбешен – в ярости.

- Малолетняя дура! – заорал он, перекрикивая шум воды.

- Я тоже рада тебя видеть, - пробормотала она, прекрасно зная, что он ее не услышит.

- Единение! С человеком! В тебе хоть немного мозгов есть? – спросил он, заставив девушку нахмуриться. Знать об этом он никак не должен был, по крайней мере, не так рано.

- Откуда узнал? – спросила она, настороженно.

- От него самого и узнал! Из его рта пахнет твоей слюной и кровью! Как это понимать, Шерла?

- Ты уже сам все сказал, Белуис. Начатое Единение.

- Он человек, идиотка! Человек!

- Да он лучше всех вас вместе взятых! - заорала девушка в ответ. – Всех вас! Тебе напомнить, как ко мне относятся последние сорок лет в гнездовье? Напомнить, что ты сам сделал, когда к власти пришел?

- Ладно, ты нас всех ненавидишь, я понимаю, но есть же другие драконы, другие стаи! Простой перевод...

- Я сделала выбор. Я начала Единение. Все остальное – не твоя забота.

- Ты часть моего гнездовья, Шерла! Моей стаи! Ты и есть моя забота!

- Оу, - притворно удивилась антрацитовая. – А мне казалось, что меня с детства от нее отделяли. Напомни мне, когда я стала частью гнездовья, Белуис? Может, я спала в этот момент? Или меня дома не было?

- Это решаемый вопрос.

- Разумеется. Но ради меня одной сдохнуть должны Нара и Нанью. Ты готов пожертвовать Жрицей и рубиновой ради антрацитовой? Я что-то сомневаюсь.

- Это решаемый вопрос, Шерла.

- Ну так реши его! От меня-то ты чего хочешь?

- Вернись в гнездовье.

- Мне и здесь хорошо. Не так комфортно как дома, зато нет ни Нанью, ни Нары, ни всех остальных. И тебя, кстати, до этого момента тоже не было. А это, знаешь ли, несомненный плюс.

- Ты прекрасно знаешь, что делают со сбежавшими.

Сбежавшие – драконы, что самовольно покинули стаю.

- Статус сбежавшей подразумевает, что меня надо искать. А это уже не так.

- Это СЕЙЧАС не так, - заметил Белуис.

- Ну так и статуса у меня этого еще нет, - пожала плечами Шерла.

- Тогда мне придется рассказать Старейшинам, где ты сейчас находишься. Ты этого хочешь? Они ведь начнут ходить сюда и рано или поздно тебе надоест. И ты отсюда уйдешь. И вот тогда тебя уже придется искать. И от стаи отлова тебя уже ничто не спасет.

Стаи отлова – это несколько объединившихся драконов, чья задача состоит в том, чтобы найти сбежавших. И в лучшем случае провинившийся дракон просто возвращается в гнездовье, но куда чаще его просто и без разговоров уничтожают на месте. В конце концов, от хорошей жизни стаю не покидают.

- Нара... – прошипела Шерла. Проклятая Бахамутом Жрица наверняка предусмотрела и такой вариант. – Пускай приходят.

- Что? – удивился Белуис.

- Пусть приходят, если им не лень сюда лететь. И если не боятся быть обнаруженными, - усмехнулась антрацитовая.

- Ты... ты готова поставить под угрозу существование гнездовья из-за своей гордости? Ты поселилась под боком у людей! Если они догадаются, что рядом с ними живут драконы...

- И это, Белуис, будет исключительно ваша вина, но никак не моя. В конце концов, я-то теперь должна оставаться здесь, а вот идти сюда или нет – уже ваш выбор.

Сапфировый дракон несколько раз открыл рот, но так ничего и не сказал.

- Ты совершаешь ошибку, Шерла, - выдал он наконец.

- Знаешь, лично мне кажется, что я сейчас права, как никогда.

- Тебя начнут давить отсюда.

- Пускай пробуют, - усмехнулась девушка. – Это в небе у вас преимущество, но в этом месте, где, к тому же, очень много воды, которая защитит меня от огня, я тоже сильна. А уж если кто-то по неосторожности в нее войдет...

- Вода не защитит тебя от сапфировых.

- От сапфировых хватит и моей собственной ловкости. Иди, Белуис, ты не уговоришь меня вернуться. Не трать ни свое, ни мое время.

Килли

Дальнейшую мою жизнь можно обозначить как степенную. Я раз или два в неделю ходил к водопаду, готовил снадобья, общался с торговцами... Заказ Одноглазого, кстати, тоже выполнил, хотя его человек появился лишь спустя полтора месяца. Деньги за этот заказ я отложил в сторону – одна Луна знает, что может произойти в будущем, вполне возможно, что опять придется покупать Шерле время на лечение. Которая, кстати, всю зиму так и проходила в своем платье и ботфортах.

В общем и целом, это были очень занимательные походы, которые позволили мне начать отличать драконов друг от друга. Как и говорил староста, драконов четыре вида, разве что он называл их по цвету, тогда как сами они пользуются определениями из драгоценных камней. Рубиновые драконы – сильнейший вид даже среди своих, имеющий самую высокую температуру пламени, способную плавить чешую своих сородичей. Те ожоги, которые я лечил, были причинены именно рубиновым драконом. Однако, как я заметил, они по какой-то причине не очень сильны против людей – те доспехи, что я видел в своей жизни, чаще всего отливали именно красным. Сапфировые драконы, к которым относится Белуис, одновременно сильнее и слабее рубиновых. Дело в том, что их пламя больше похоже на луч, который с одной стороны, способен куда быстрее лишить другого дракона защиты, а с другой – он слишком узок, чтобы быть смертоносным оружием. Неподвижная, загнанная в угол или медлительная цель будет обречена на провал, но достаточно юркой можно не бояться боя с ним. Изумрудные так же опасны по-своему – пускай их пламя не способно плавить чешую достаточно быстро, чтобы это имело серьезное подспорье для боя, однако если оно попадет хотя бы на царапину... В общем, перед противником будет стоять выбор – или быстро закончить дуэль, сбежав или победив, или страдать от бессилия, что в бою практически равноценно смерти, а после долго и упорно лечить нагноения. За исключением последнего, чем-то напоминает действие синего мха гринлут, разве что сомневаюсь, что это можно вылечить кружкой-другой пива. Жемчужные – самый безопасный вид драконов для самих драконов. Их пламя вообще не способно разогреть естественную защиту их противников до температуры плавления, но, тем не менее, они идеальные защитники... от нас, людей. Способные выдохнуть огонь на куда большее расстояние, чем все остальные, жемчужные заставляют захлебнуться даже самую подготовленную осаду.

Весна пришла в наши края весьма постепенно. И, как это часто бывает, у меня резко стало больше работы – когда днем все тает, а вечером подмораживает, становится очень скользко, в результате ушибы, переломы... Одно хорошо – девушка с пониманием отнеслась к тому, что наши встречи стали чуть реже, хотя я подозреваю, что дело может быть в продуктовых корзинках, что я ей приношу. Уж больно у нее глаза загораются каждый раз, когда она пробует мою стряпню.

- Святое Солнце, в этом году зима совершенно не собиралась уходить, - пожаловался я ей, глядя на молодую травку.

- Надоело всех лечить? – усмехнулась девушка.

- Надоело однообразие. Одно и то же, одно и то же... Нет, в какой-то степени это хорошо, раз нет серьезных травм, то у меня меньше работы, но меньше в конкретном случае, а вот самих случаев слишком много.

Шерла пожала плечами и, обернувшись драконом, нырнула в воду, вновь доказывая свою неистребимую любовь к купанию и вызывая у меня диссонанс по поводу ее выпрыгиваний. Нет, серьезно, она же почти не разгоняется, почему ей удается так далеко прыгать? Какие-то драконьи особенности?

- Белуис к тебе больше не приходил? – на поверхности воды показалась половина морды.

- Да нет, - я пожал плечами. – Мне кажется, он все выяснил что хотел, еще в нашу первую встречу.

- Не верю, что он способен заставить гнездовье оставить меня в покое, - девушка немного выползла на берег, положив голову на песок.

- Что-то там с репутацией связано? – спросил я, подходя к ее голове и начав почесывать центральную впадинку на носу. Совершенно случайно выяснилось, что эта точка доставляет ей некоторые приятные ощущения.

- Да. Если он не разберется со мной, начнутся слухи. Мол, если я смогла сбежать и ничего мне за это не было, то смогут и другие. Он, как глава гнездовья, допустить этого никак не может. Единство драконов держится на силе, в том числе на силе их лидера.

- Да, я помню. Покатаешь? – спросил я дразнящим тоном.

- Я тебе не лошадь, - ответила Шерла беззлобно.

Этот вопрос у нас стал уже своеобразным ритуалом, который, правда, начался с недопонимания. Изучая ее драконье тело, мне стало интересно, каким образом чешуя не впивается ей в кожу, в местах, где она может под большим градусом поворачивать тело, например, на шее. И начал забираться на нее, используя в качестве опор все ту же чешую. Шерла, дико возмущенная таким поведением, очень долго орала на меня, попутно выясняя, какого Бахамута я начал на нее залезать. Тут и выяснилось, что у драконов в этом плане своеобразный бзик – позволить кому-то быть сверху, значит, признать его власть и силу над тобой. Ну а поскольку я человек и по определению слабее, чем любой дракон... В общем, ее претензии на этот счет были вполне понятны. А, и ответ на свой вопрос я все же выяснил. Он оказался до банальности прост – чешуйки в таких местах просто мельче и чаще расположены.

Соскользнув назад, Шерла вновь сначала нырнула в воду, а затем выпрыгнула из нее, в воздухе обратившись человеком.

- Если честно, я удивлена, что за всю зиму ко мне пришли всего трижды, - девушка, сев, обняла свои колени. – Слишком мало, такое ощущение, что они что-то задумали.

- Или просто махнули рукой. В конце концов, это проблема Белуиса, а не их.

- Не те у нас отношения, чтобы они могли на меня махнуть рукой. Без меня им, конечно, стало спокойнее, но они не могут не знать, что глава должен или вернуть меня обратно, или созвать команду для отлова.

- Ты же говорила...

- Это все игра слов, Килли, лазейки в традициях, однако однажды кому-то из Старейшин это надоест и они начнут давить. И Белуис, если захочет остаться главой гнездовья и сохранить наше единство, продавится. Поэтому я больше поверю, что они просто проверяют не ушла ли я куда, а сами что-то готовят.

- Ты говорила, что в воде ты сильна.

- Даже здесь я не выстою против всех. Возможно, смогу кого-то забрать с собой, но... сама я тут не справлюсь точно. И помогать мне никто не будет.

Дилемма... А самое паршивое, что я даже не знаю, чем могу ей помочь.

- Впрочем, это еще не случилось, время есть. И... – она вдруг резко дернулась и повернулась к кустам на другом берегу.

- Что случилось? – я почувствовал тревогу. Даже не так. Я почувствовал ее тревогу как свою, зная, что это не моя тревога.

- Мы не одни, - прошептала она и, обернувшись, тут же форсировала реку.

Кусты затрещали, доказывая догадку Шерлы, а затем я увидел, как в небе улетал от нас ярко-красный дракон. И можно было не сомневаться, что он нас видел. Девушка вернулась практически сразу же, возвращаясь в человеческое обличие любимым способом, по-прежнему вызывая у меня легкий диссонанс.

- Килли, тебе больше нельзя сюда приходить, - заявила она.

- Что произошло?

- Нанью видела нас. Уже сегодня всем в гнездовье будет известно о том, что я общаюсь с человеком. И дабы сделать мне больно, они вполне могут тебя убить. А я не желаю твоей смерти.

По чувствам снова резануло чужой тревогой. Я знал, что она не врет.

- Тебе не кажется, что я для этого несколько... не знаю, мелковат? – спросил я осторожно.

- Так и есть, однако у меня нет никого другого, с кем я могла бы общаться столь же близко, как с тобой. У Нанью острый слух, она наверняка подслушивала нас некоторое время, она все поймет.

- А как же... – я показал ей на водопад.

- Только из-за этого ей пришлось подобраться настолько близко, что она обнаружила себя. И я, к сожалению, не смогла ее поймать. Килли, нам нужно на некоторое время прекратить встречи, пока я не улажу этот вопрос. До тех пор лучше не покидай свое гнездовье.

- Весна на носу, Шерла, меня ждут травы.

- Килли, тебя убьют, если обнаружат.

Маленько... проняло.

- Сколько тебе понадобится времени?

- Я не знаю, но я сообщу тебе, когда станет безопасно.

С этими словами она вновь обернулась и нырнула в реку, перебираясь на другую сторону. Даже не попрощалась. Однако это было еще одной причиной думать, что все гораздо серьезнее, чем мне кажется.

Глава 7

Шерла

Успеть в гнездовье Шерла даже не надеялась. Да, она гораздо быстрее передвигается, чем Нанью, однако та летит по прямой, тогда как ей приходится огибать препятствия, которые она не способна преодолеть. Поэтому едва добравшись домой, она тут же пошла искать рубиновую. И нашла ее, как ожидалось, не в одиночестве.

- Знаешь, червячка, - произнесла та, едва антрацитовая попалась ей на глаза, - обычно, если дракон каким-то образом уронил репутацию, он старается ее восстановить. И только ты решила опустить ее еще ниже.

- Это не твое дело, Нанью!

- Ты даже в какой-то степени права, Шерла, - вмешалась в зарождающийся спор Нара. – С одной лишь оговоркой. Это не ТОЛЬКО ее дело. Это дело всего гнездовья. Человек опасен.

- Ты себя слышишь? Как один человек способен представлять угрозу всему гнездовью?

- Например, рассказав людям о нас, - пожала та плечами.

- Он этого делать не станет.

- О, ты его защищаешь? – скептически спросила Нанью. – А может, даже решила начать Единение?

- Это. Не твое. Дело, - зарычала Шерла.

- А что? – продолжила стерва, словно ее никто не перебивал. – Здесь тебя все ненавидят, чему ты только поспособствовала. Другим стаям, как впрочем и нашей, ты и даром не сдалась. А так... какой-никакой, но мужчина. Правда, ненадолго, лет на шестьдесят, да и дети у вас вряд ли будут.

- Рот свой закрой... – антрацитовая сжала руки в кулак. По пальцам начали бегать разряды.

- Впрочем, какие дети? Для этого придется сбежать, что влечет за собой несколько минусов, один из которых – необходимость постоянно скрываться. Ты же, со своей раздутой гордостью, не позволишь, чтобы у твоих червячковых детишек была такая же судьба, как у тебя. И что же мы тогда имеем? Хмм... – Нанью показательно взяла себя двумя пальцами за подбородок. – Получается, что, что бы ни происходило здесь, оно гораздо лучше, чем все остальные варианты!

- Знаешь, а ведь у тебя почти получилось, - произнесла враз успокоившаяся Шерла. – Почти. Вот только первой я нападать не стану. Не сейчас, Нанью. Не сейчас.

И зашагала дальше, туда, где жил Белуис. Как бы сейчас не кричала гордость, его все же придется просить о помощи.

Килли

Если честно, я думал, что драконы как-то... не знаю, чувствуют друг друга на расстоянии. Эпизод на водопаде явно доказал, что это не так. Да, их зрение, слух, нюх в разы острее, чем у человека, но в целом... в целом, получается, ничего сверхъестественного. Ну, насколько этот термин вообще применим к драконам, конечно же.

Весной на самом деле не особо много трав, которые можно собрать. Все-таки, природа только просыпается, на этот момент у нее еще слишком мало даров для травника. Основная работа обычно начинается между серединой лета и осенью.

Случилась другая новость, которая поставила на уши все наше село: Малгория объявила о создании Коалиции Бывших Республик. Почему бывших? Тут придется немного углубиться в историю.

Малгория не всегда была такой, какой мы видим ее сейчас – всего лет восемьдесят назад это была большая страна, которая представляла реальную угрозу нашей империи. И разумеется, Императору того времени это совсем не нравилось, оттого он решился на... не совсем честный прием.

В страну стали проникать шпионы, диверсанты и провокаторы. И прошло всего несколько лет, как ее начали сотрясать восстания. Видения своего будущего у регионов стали слишком различаться, вернее, не так, они все хотели силы и величия, но... лишь для себя. И, в конце концов, произошел раскол – страна распалась на шесть кусков, опасных в первую очередь друг для друга, но не для нашей страны. А теперь Малгория вновь едина, пусть и под эгидой Коалиции. И как с этим будет разбираться уже наш Император – я не знаю.

Жизнь в селе стала тревожной. Имея под боком столь агрессивного соседа, все стали готовиться к худшему, параллельно стараясь следить за поступающими новостями. Некоторые не стали ждать развития ситуации и, собрав вещи, уехали. И лично я их винить не мог. Мне, в принципе, тоже было куда уезжать, однако я был нужен здесь – кроме меня, лечить местное население попросту некому. Кто-то назовет это глупостью, но... я здесь уже четыре с половиной года, и для этих людей я не чужак, приехавший из столицы, а свой человек, которому они доверяют самое важное, что есть у каждого из нас – жизнь и здоровье. Я просто не мог их бросить.

- Хороший ты парень, Килли, - пробормотала мне бабушка Ула, глядя, как я готовлю ей отвар из наперстянки. – Хороший, но неженатый до сих пор.

- Что поделать, - пожал я плечами, не оборачиваясь. – Не послало мне Солнце еще ту единственную.

- Или ты в упор ее замечать не хочешь, - ткнула мне словами главная продавщица сладостей в селе.

- Ооо, - ее слова все же заставили меня посмотреть на старушку. – И о ком же речь?

- Ты ее прекрасно знаешь. Та, что покупает у меня яблоки в сиропе, а потом несет их тебе, зная, что ты их очень любишь.

Очень хорошо, что я в этот момент ничего не держал в руках – уронил бы, Феникс свидетель моим словам.

- Мавис? Солнца побойтесь, бабушка Ула, она же ребенок еще!

- Она не будет ребенком вечно, Килли. Чуть больше трех лет – и она станет вполне себе взрослой девушкой, а если ты не прошляпишь ее со своими травами – станет ТВОЕЙ взрослой девушкой. И поверь моему опыту, из нее будет отличная жена и мать. Она уже сейчас тебе в рот заглядывает и угодить пытается.

- Но...

- А насчет Бункара вообще не думай. Даже если ему что-то на старость лет в мозг и ударило, я ему быстро голову на место выкручу. Можешь, если что, на меня и сослаться, мол, Ула из магазина сладостей за меня заступается.

- Спасибо, конечно, но...

- А вообще, если подумать, можно даже и через полтора-два года вас свести. Мавис только счастлива будет, а на старика я надавлю, даст согласие как миленький, еще и спасибо скажет. А съехаться вы, в принципе, уже сейчас...

- Бабушка Ула! – мне, наконец, удалось вклиниться в этот поток слов. – Я сердечно благодарен, что Вы так заботитесь обо мне, но позвольте все же самому решать проблемы с моей личной жизнью!

- Дурак ты, Килли, - бабушка поджала губы с досады. – Упустишь ведь девку за своими травами, потом все локти себе искусаешь. Как потом возвращать будешь?

- Это будет целиком и полностью моя проблема, - я подал ей бутылку с готовым отваром. – Пятьдесят медных.

- Точно упустишь, - сокрушенно произнесла напоследок Ула и, оставив на столе деньги, вышла на улицу.

Это точно какой-то заговор. Сначала в гости зашел Брэдвуст, купил вытяжки из сумерянки и как бы невзначай сказал, что мы с Мавис очень хорошо смотрелись друг с другом, когда были в трактире. И добавил, что вечеринку по поводу нашей будущей свадьбы хочет устроить лично. Потом на пороге появился Ронан со своим сыном – слишком увлеклись в драке на деревянных мечах. И тоже как бы вскользь спросил, что я думаю о младшей внучке старосты. После показался Арлен – такой же фанат чая с кровавником, как и я – и тоже поинтересовался насчет меня и девочки. Теперь вот Ула и уже даже не с намеками, а с прямым текстом. Очень хотелось спросить – а что происходит вообще? Нас настолько хотят видеть вместе, что никого не смущает, что она еще ребенок?

В дверь снова постучали. Зашел староста.

- Килли, день добрый. У тебя валерьянки не осталось? – спросил старик. И выглядел он... неважно.

- Все в порядке? – я молча подал ему кулек.

- Сам же знаешь, что нет, - староста сел на табуретку. – Малгория почувствовала силу. Стала давить. Защищать село стало сложнее. Наперстянкой через некоторое время я не отделаюсь.

- Может, я помочь как-то могу?

- Ты уже давно можешь помочь, но не хочешь.

Намек на Шерлу мне не понравился.

- Я уверен, что есть и другие способы.

- Какие, Килли? Селу нужна смерть этой девки, иначе нас задавят! У нас ни укреплений, ни воинов нормальных!

- Тогда ее смерть не решит эту проблему! Толку от доспехов и мечей, если их некому дать?

Старик опустил голову.

- Да, это так. Прости, кажется, ты был прав тогда. Жадность меня душит. Может, она тогда на нашу защиту встать сможет?

- Не раскрыв себя она нас защищать не сможет. Вы сможете гарантировать, что в селе тот же Волдух не напишет ловцам, что у нас рядом с селом дракон бегает?

- Ну это если он стычку переживет.

- В спину сами его ударите? Или Арлена попросите? – участливо спросил я. И староста снова опустил голову.

- Что делать-то тогда?.. А может... может, ты снова этого зелья дорогого приготовишь? Сможешь же?

- Да смочь-то смогу, было бы только из чего.

- Напиши список того, чего надо, я отправлю его к малгорцам с предложением.

- Скорее всего, они скажут, что раз мы предложили, то сами и искать должны.

- Это уже как договоримся. Давай, пиши, что там надо-то.

Староста ухватился за эту идею как за соломинку. Видимо, и правда все совсем плохо на его теневых переговорах.

- Передай, что я смогу приготовить эликсир за неделю. Это больше, чем надо, но лучше иметь запас времени.

- Да, тут ты прав. Кстати, Килли, просьба у меня к тебе будет. Если все станет... совсем нехорошо, скажем так, забери Мавис отсюда. Я и после Суда не переживу, если с ней случится что-то.

- А Иделла как же? – удивился я.

- Ей я уже занялся, остался только ты с нею.

Простая оговорка, но как же много она мне сказала!

- Так это Вы! – заорал я возмущенно. – Это из-за Вас ко мне все село приходит и Мавис сватает!

- Я, - ответил старик, даже не пытаясь отпираться. – Из всех односельчан я могу доверить свое главное сокровище только тебе. Ты ей дорог, да и знаю я, что ты ее не обидишь.

- Она ребенок!

- Войне плевать на возраст, Килли. Если Малгория нападет, она убьет здесь всех ради нашего рудника.

- Война?

Я тоже сел на табуретку.

- Она неизбежна, если император не сделает хоть что-то. А он не будет делать до последнего, ибо это деньги.

А деньги наш император любит гораздо сильнее, чем своих подданных.

- И... и сделать ничего нельзя?

- Можно, - кивнул старик. – Я и делаю. И помочь мне прошу.

- Мне нужны ингредиенты. Без них я бессилен.

- Я попробую договориться, - произнес староста и вышел, оставив меня в задумчивости и смятении.

Шерла

- Прямо исторический момент в жизни нашей стаи, - произнес Белуис. – Шерла просит о помощи, да еще и не за себя.

- Оставь свой сарказм и назови уже цену за помощь, - ответила Шерла внешне спокойно. Внутри же у нее кипела буря из разных эмоций, от злости и бессилия до чувства унижения за то, что приходится просить.

- Цену... Ты настолько не хочешь стать одной из нас, что тебе проще что-то дать взамен на то, чтобы получить помощь, вместо того, чтобы...

- Цену, Белуис, - перебила его антрацитовая. – У нас не так много времени, прежде чем Нара и Нанью начнут действовать.

- Нет ее, цены этой, - глава гнездовья отвернулся. – Потому что и помощи не будет. Нара бывшая Жрица, даже сейчас у нее есть влияние на Старейшин стаи, хоть я ей и запретил появляться у их дома. Я могу прикрыть тебя в наших, драконьих разногласиях, но ты вплетаешь сюда человека. Я не могу тебе помочь.

- Ты видел его, общался с ним! Ты знаешь, что он не опасен! Я сама дважды лечилась в его доме и, тем не менее, жива и стою перед тобой!

- Дважды? – удивился Белуис. – Впрочем, неважно. О том, что он не желает нашей смерти, знаешь ты, знаю я. На этом все.

- Ты глава гнездовья, от твоего мнения нельзя просто отмахнуться!

- Если оно противоречит безопасности гнездовья – можно. Нара будет напирать именно на это. В итоге я могу потерять доверие стаи и место главы займет кто-то другой.

- Ты просто боишься потерять власть!

- Не спорю, я не хочу ее отдавать. Но основная причина в том, что я действительно не могу тебе помочь. Мне правда жаль, Шерла. Он интересный.

- Бесполезный, как и всегда, - процедила девушка. – Единственный раз я обратилась к тебе за помощью...

- И я могу сказать, как ты сама можешь ему помочь, - закончил Белуис, усмехнувшись.

- И как же? – спросила антрацитовая иронично.

- Не прекращать ваши встречи.

Шерла даже не сразу нашлась с ответом.

- Ты спятил? Его же убьют там!

- О нет, как раз там, на водопаде, его убивать никто не будет, Нара этого допустить никак не может.

- Ты что, хочешь?.. – возмутилась Шерла, но через секунду ее осенило. – Водопад и я, ну конечно! Я поняла. Спасибо.

- Шерла, - Белуис остановил девушку. – Ты собираешься закончить то, что начала?

- Разумеется, - ответила та. – Когда он будет готов.

Теперь у нее был план, был способ отвадить всех от человека, что стал ей дороже остальных ее сородичей.

Нанью

- Жрица? Вы звали меня? – Нанью склонила голову в знак уважения.

- Да, дитя, проходи, - пригласила Нара рубиновую. – Это касается твоей давней «подруги».

- Она мне не подруга, Жрица. И никогда ею не была.

- О, мне это известно. Поэтому я и решила обратиться к тебе.

Нанью слегка наклонила голову, готовясь выслушать изумрудную.

- Шерла тянет нашу стаю к земле, ей не место в нашем гнездовье. Она спуталась с тем, кто столетиями охотился и убивал нас, а затем превращал в материалы. Ее можно без зазрения совести назвать той, что предала не только нас, но и весь наш род.

- Если это так, ее можно просто изгнать.

- Она уже самоизгналась и что? Для нее это не наказание, а едва ли не награда. Но вот если она потеряет своего человека...

Нара замолчала, видя, что Нанью что-то хочет, но не решается сказать.

- Жрица, Вы должны знать еще кое-что. Судя по тому, что я видела, они общаются уже далеко не первый день, однако я не видела какой-то тревоги ни у него, ни в гнездовье, где он живет.

- И что ты хочешь этим сказать? Что люди способны принять тех, кто лучше их во всем? Это невозможно.

- Все люди, возможно, и нет, но... отдельные представители...

- Это ересь, Нанью. Мы не способны принять друг друга. Ни люди нас, ни мы их. Поэтому этот человек опасен, от него надо избавиться.

- Вы хотите, чтобы я убила его?

- Нет. Я хочу, чтобы ты принесла его сюда.

- Сюда? В гнездовье? – удивилась Нанью. – Но зачем?

- Затем, что у тебя есть незаконченное дело. И это дело поклялось Бахамутом, что убьет тебя.

Да. Нанью беспокоил этот факт. От клятвы, разумеется, можно было отказаться при определенных обстоятельствах, однако, зная гордость этой червячки, рубиновая больше верила, что та ее убьет среди ночи ради клятвы, чем откажется от мести из-за ежедневной травли на протяжении последних лет. А умирать Нанью совсем не спешила, нет.

- Где мне его искать? – спросила она, соглашаясь с доводами Жрицы.

- О, я знала, что могу на тебя положиться, - улыбнулась Нара.

Килли

Староста начал сдавать. Сначала он начал покупать валерьянку в предельных количествах, затем гранитник, несколько трав от сердца... Каждый раз он выглядел все хуже и хуже, пока в какой-то момент вместо него не пришла Иделла.

- Деда слег, - ответила она на мой немой вопрос.

- Как он себя чувствует? – спросил я, пытаясь сообразить, что мне нужно взять с собой.

- Слабость, сердце шалит.

Взяв необходимое, я отправился к дому старосты. И тот был действительно плох. Я мог облегчить его страдания сейчас, но... к сожалению, лекарства от старости еще никто не придумал, даже наша династия.

- Пора давать дорогу более молодым, - произнес я, смешивая отвары.

- Кому, Килли? – тихо спросил старик. – Балбесу своему, что ли? Не смеши меня.

- Иделла.

- Староста-женщина? Это ересь. Только если она замуж выйдет и будет руководить из тени.

- А почему нет? Насколько я знаю, именно она организовала мои поиски, когда обвалились пещеры, и сделала это весьма грамотно.

- Женщина не будет здесь старостой! – старик закашлял. – Прости, я иногда забываю, что ты неместный.

- Ох, это было грубо, староста.

- Но это так. Ты здесь долго, больше четырех лет, однако всех наших традиций не знаешь. Да и не можешь знать.

- Пусть будет временной старостой.

- Нет ничего более постоянного, чем что-то временное, - старик поднял палец. – Село не даст себя обмануть.

- Да почему обмануть-то? Будет временным старостой пока либо Вы не найдете преемника, раз уж не хотите делать им Гартана, либо пока она замуж не выйдет и не начнет рулить селом из тени, как Вы говорите.

- Все всё поймут, Килли, это лишь вопрос времени.

- Но у Вас будет это время.

Староста на секунду закрыл глаза.

- Луна с тобой, может, это и правда сейчас лучший выход. Сколько я еще протяну?

- Если не перестанете так нервничать и насиловать себя – месяца три. Может, четыре.

- Мало, - цокнул старик. – Ладно, завтра на переговоры возьму с собой Иделлу, вдруг и правда что получится.

- Что там, кстати, с эликсиром?

- Согласились, куда им деваться. Ищут ингредиенты, потом я тебе передам. Очень удивились, кстати, что не нужна кровь дракона. Удивились, хоть и обрадовались.

- Там кто-то знает рецепт? – мои брови против воли взметнулись вверх.

- Там же тоже есть специалисты, - усмехнулся староста. – Правда, они в один голос утверждают, что соперничать с тобой не могут, твои зелья на порядок выше по качеству.

- Отвары, - поправил я его, но он будто бы и не услышал.

- Поэтому мне, собственно, и удалось договориться, что нас не тронут, пока что. Но это временная мера, сам понимаешь. Безопасность села нужно будет покупать раз за разом. Как ты у меня покупаешь молчание о своей драконихе.

Я усмехнулся.

- Зато теперь Вы понимаете, как я себя чувствую.

- Я это делаю не потому что мне этого так хочется, Килли. Безопасность села – моя первоочередная задача как старосты, а твоя дракониха вполне способна его повысить.

- Цена для меня слишком неприемлима.

- Одна драконья жизнь или четыре тысячи людских, за которые я отвечаю. Выбор слишком очевиден, - старик пожал плечами.

В какой-то степени я его даже понимал и не злился. Каждый защищает то, что ему дорого, теми путями, что у него есть. Он защищает село, я защищаю Шерлу.

- Отдыхайте, староста. Вам нужен покой.

Нанью

Задание Нары было простым – найти человека, оглушить и доставить его в гнездовье, чтобы дождаться Шерлы, убить ее на новой дуэли, а затем избавиться и от ставшего ненужным мужчины. План прост, как огненный выдох, доступный всем, кроме презренной червячки, насмешки над собственным видом, которая даже не умеет летать.

Сразу отправляться к водопаду смысла не было – хоть рубиновая и ненавидела Шерлу, однако признавала, что соображать та умела превосходно. Она недооценила ее всего один раз, в самом начале, в самой первой ссоре и поплатилась за это унизительным поражением, и теперь не собиралась больше совершать эту ошибку.

Месяц показался ей достаточным сроком, чтобы антрацитовая слегка ослабила свою бдительность и позволила ей подобраться достаточно близко для похищения. Осмотрев место будущего действа, она выделила для себя несколько потенциально хороших мест для засад и наблюдения – осталось лишь каким-то образом заманить сюда человека. И не подставиться самой, разумеется. Хоть здесь и шумно, но эта червячка все же смогла услышать ее в прошлый раз, будет плохо, если все сорвется из-за случайной оплошности.

- Это было крайне глупо с твоей стороны приходить сюда, да еще и в одиночку! – услышала Нанью за своей спиной голос.

Шерла уже вовсю бежала к ней, закрывшись Покровом и превращая свое тело. Рубиновая же, опешив буквально на секунду, с места бросилась наутек, так же обращаясь в дракона – чтобы сбежать ей всего-то и нужно, что взлететь. И ей это почти удалось – она успела превратиться в дракона, оттолкнуться от земли и даже махнуть крыльями, как почувствовала, что ее заднюю лапу словно сжали в тисках. Шерла, успев преодолеть за рекордный срок разделявшее их расстояние, не дала Нанью скрыться, навязывая сражение уже на своих условиях. И, по итогу, рубиновая просто упала на землю, не в силах поднять себя вместе с антрацитовой. Та секунда, что она потеряла в самом начале, оказалась роковой.

- Теперь ты не поднимешься в воздух, стерва, - кровожадно прошипела Шерла. – А на земле у тебя нет и шанса!

И вновь бросилась, замахнувшись своими когтями. Нанью едва успеха прикрыться лапой, от сильного удара чешуя оказалась сорвана, что стегануло по нервам болью... и, наконец, привело ее в чувство. Проиграть антрацитовой? Снова?!

- Я убью тебя своими руками, червячка! – заорала она, замахиваясь в ответ.

Будучи классическим драконом, ее тело было массивнее, с более длинными лапами, но Шерла со своей змеевидной формой брала ловкостью и силой ударов, что вкупе с бритвенно острыми когтями делало ее достойной соперницей – годы, проведенные без неба, научили и натренировали ее так, как не мог натренировать ни один полет.

Нанью попыталась взлететь еще трижды, но близость Шерлы и ее просто неимоверно высокие прыжки не давали ей подняться. Стоило ей только подпрыгнуть и расправить крылья, как антрацитовая тут же сжималась в пружину и бросалась на нее, сбивая в воздухе и лишая еще какой-то части чешуи. В последний раз Шерла даже успела на короткое время оседлать ее и нанести аж четыре удара, практически оставив всю грудь без защиты, прежде чем Нанью все же удалось извернуться и сбросить соперницу с себя.

- Просто унизительно, насколько ты слаба на земле, - довольно сказала антрацитовая, внимательно наблюдая за ней. – Для тебя унизительно. Словно не с драконом сражаюсь, а со старой клячей. Мне даже необязательно использовать свою силу, чтобы убить тебя прямо здесь. Удивительно, насколько же был прав Килли, даже не будучи драконом.

- Рот свой закрой, червячка, - прошипела Нанью, прикрывая грудь лапами. – Забыла, как сбежала с дуэли? Забыла, как я тебя там поджарила?

- Что же ты не выдыхаешь пламя сейчас? – издевательски спросила Шерла. – Ах да, лесной пожар, начавшийся у водопада, неизменно привлечет к себе внимание людей и гнездовье окажется в опасности... Насколько же ты тупая, раз пришла сюда в одиночку, идиотка!

Бросок был неожиданным – готовясь вновь защищаться от полосующего движения, рубиновая совсем не ожидала, что ей придется сцепиться в сверхближней дистанции и буквально отрывать от себя соперницу. Отрывать буквально вместе с собой – не имея больше защиты во многих местах, она почувствовала, что Шерла все же смогла достать ее, пускай и не глубоко, но ранив. И именно это позволило ей осознать, что она действительно проигрывает – вряд ли ей удалось сорвать с соперницы хотя бы треть ее защиты.

Шум воды за спиной, наконец, позволил понять Нанью, чего добивается Шерла своими бросками. И от этой перспективы ей впервые стало страшно – если антрацитовая действительно заставит ее встать в воду, она сможет использовать свою силу без опасения поджечь лес, и тогда... тогда рубиновая окажется в куда худшем положении, чем даже сейчас – в воде ее соперница была гораздо сильнее, чем даже сама Нанью в воздухе.

- Как думаешь, если я притащу твою полумертвую тушу в какое-нибудь гнездовье людей, мне дадут награду? Может, стоит попросить, чтобы тебя разбирали на запчасти, не умерщвляя? Думаю, это гораздо больнее того, что ты сейчас испытала.

- Гнездовье не простит тебе этого поступка! – заорала Нанью. То, что говорила эта червячка, пугало еще больше, чем перспектива наступить в воду.

- О, это мы говорим про то самое гнездовье, что пытается от меня избавиться? Назови мне хоть одну причину, почему мне должно быть не наплевать на то, простит мне там кто-то что-то или нет!

И назвать такую причину рубиновая не могла. Впрочем, оно и не требовалось – очередной бросок не оставил места для разговоров. Вода была уже совсем близко, буквально в паре шагов, в еще одном броске... И здесь Шерла впервые с начала сражения допустила ошибку, подставившись под удар задней лапы и отлетев на добрый десяток метров. И именно в этой ошибке Нанью увидела свой шанс спастись – расправив крылья, она тут же оттолкнулась от земли и поднялась в воздух, как можно быстрее улетая домой.

- Вернись! – услышала она голос беснующейся Шерлы. – Вернись, стерва! Не смей сбегать!

Но возвращаться Нанью, разумеется, и не думала.

Белуис

Как и в случае с Шерлой, Белуис не хотел признавать, но без Нары стало тяжелее. Мелкие дела сыпались бесконечным потоком, небольшие проблемки шли одна за другой... Он хотел вернуть Жрицу, хотел вернуть ей ее права, однако сомневался в ее преданности после всего произошедшего. Как ни крути, но после того, как она посадила его на трон, он ее предал, а потому она вполне могла затаить на него обиду. И даже наверняка затаила. И теперь, если он не хотел, чтобы это вылилось ему в потерю власти, он должен был начать плести уже собственную паутину. И кое-какие ниточки уже были свиты.

Что произойдет, глава гнездовья прекрасно знал, неизвестными были лишь сроки, однако он был приятно удивлен, увидев Нанью в весьма плачевном состоянии Покрова. Шерла, сама того не подозревая, дала ему как минимум несколько недель, позволяя закончить все приготовления для укрепления своей власти и лишения Нары даже малейшего влияния. И само состояние рубиновой так же говорило ему о многом, что позволило заранее слегка подкорректировать планы – Белуис хотел исключить любые неожиданности. Нара слишком опытная интриганка, вряд ли она подставится под удар, скорее, сама его нанесет, а значит, нужно быть готовым ко всему, к любой неожиданности.

Тюрьма, которую он готовил, была не слишком просторной, что не удивительно – изначально она предназначалась для сородичей, и если им оставить место для метаморфозы, то... скажем так, охранять их станет гораздо сложнее, да и перестраивать помещение придется гораздо чаще, чем хотелось бы. Подготовка была простой – тут подмести, там убрать, здесь постелить... Делал это все он, разумеется, не сам, но этот приказ вызывал недоумение у младших драконов.

- Что ж... – Белуис вошел посмотреть что получилось. – В принципе, вполне себе прилично. Даже жить можно.

- Разве что совсем недолго, - усмехнулся Дарго, арестант соседней камеры. – Кому апартаменты готовишь, драконенок?

- Напомни мне, почему он еще жив? – спросил глава одного из своих сопровождающих.

- Бывшая Жрица порекомендовала Вам оставить его в живых, дабы не начинать главенство с казни.

- И чтобы он помучился, да, - кивнул глава. – Знаешь, смешно сказать, я ведь про тебя совсем забыл.

- Знаешь, я даже не в обиде, - бывший глава гнездовья усмехнулся. – И не обижусь, если забудешь снова.

- Нет-нет-нет, Дарго. Мне не нужен такой источник опасности под боком.

- Дело твое, - рубинового, казалось, нисколько не заботила возможность бесславной смерти. – Просто знай, что я буду сопротивляться.

- Я даже надеюсь на это, - улыбнулся Белуис, покидая тюрьму.

Еще одна маленькая галочка появилась напротив воображаемого списка дел. Минимум уже готов, даже если все закрутится прямо сейчас, он выйдет из этой ситуации с минимальными потерями, но поскольку Шерла дала ему еще немного времени... О да, когда этот маховик придет в движение – он будет готов.

Шерла

В какой-то момент Шерле показалось, что она переоценила Нару и сидит в засаде абсолютно зря. Это ведь было очевидно – если человек так важен для нее, имеет смысл похитить его, чтобы организовать новую дуэль, на кону которой будет стоять его жизнь. Поэтому, кстати, она уже целый месяц даже не пробегала рядом с гнездовьем, где он жил, боясь пропустить потенциальные приготовления. И, в конце концов, не прогадала – появление Нанью было вполне ожидаемым, именно ею Наре было бы проще всего управлять.

- Это было крайне глупо с твоей стороны приходить сюда, да еще и в одиночку! – заорала Шерла, выпрыгивая из укрытия и превращаясь в дракона. Изначально она хотела только напугать рубиновую, заставить ту улететь, но... неожиданно успела схватить ее за лапу, не дав подняться в воздух. И расплылась в кровожадной улыбке – только что первоначальный план дополнился одним приятным пунктом. Местью.

Было забавно узнать, что Килли, не будучи драконом и ничего, собственно, о драконах не зная, оказался прав – они слишком надеются на полет. Стоило навязать Нанью бой на земле и они поменялись местами – теперь именно рубиновая терпела все ее удары, не помогали ни когти, которые оказались не столь уж и острыми, ни лапы, что были раза в полтора длиннее, чем у нее. Шерла хотела повторить то унижение, что испытала там, на арене – вырывая из ее тела чешую, она очень старалась не наносить ранений. И это ей даже удалось, несколько ничего не значащих царапин абсолютно не в счет.

О, как же она хотела убить Нанью, как же хотела, как была близка к этому! Но, к сожалению, по ее плану она должна была жить, ибо в обратном случае Нара пришлет сюда кого-то другого, кого-то, кого она не знает. А так... так у нее будет время, пока эта рубиновая будет зализывать раны. Безопасное время, в течение которого она вновь сможет видеться с Килли.

Подставиться под удар было проще простого, Шерла даже изобразила кратковременное оглушение от броска, чтобы даже до этой идиотки дошло, что перед ней практически идеальная возможность сбежать. И та ее не разочаровала.

- Вернись! Вернись, стерва! Не смей сбегать! – заорала антрацитовая вслед улетающей Нанью, но та лишь еще быстрее замахала крыльями, направляясь в сторону дома.

Девушка глубоко вздохнула, успокаивая кровь после схватки, и широко улыбнулась. Все прошло даже лучше, чем она предполагала. Да, ее Покров немного поврежден, но, помнится, у Килли была какая-то особая мазь, что лечит раны буквально за несколько часов, да и ее чешуя лежит здесь и лишь ждет команды, чтобы вернуться в Покров. И, к тому же...

- Не буду больше себя обманывать, - сказала себе Шерла. – Я тебя не видела целый месяц и просто соскучилась.

И стоит уже подумать о том, чтобы закончить начатое. Времени прошло более чем достаточно.

Килли

Несмотря на запрет, я все же начал выходить за стены – травы сами себя не соберут. Ощущение тревоги давило на село, каждый запасался всем, чем мог. И, естественно, это касалось и меня – староста как-то еще отводит от нас злобный взгляд Луны, однако имеет смысл собрать все, что только можно собрать. Не только лекарственные травы, но и просто съедобные.

Сам староста, кстати, стал идти на поправку, в отличие от Иделлы, которую я все чаще и чаще видел едва ли не измученной. Жалея ее, я дал ей несколько общеукрепляющих смесей за просто так, чем заслужил ее искреннюю благодарность.

- Если бы не это, - она взяла с моих рук очередной мешочек, - я бы уже давно упала без сил.

И это, кстати, неожиданно вылилось мне в плюс – она начала меня прикрывать от Гартана, сына старосты, который откуда-то узнал, кто такая Шерла. Вернее, не откуда-то, кроме Бункара, об этом никто сказать не мог. Я был очень удивлен, узнав, что девушка заняла мою сторону в этом вопросе, заявив, что ни в коем случае нельзя сообщать ловцам о том, что рядом с нами живет дракон. Может, женская солидарность, может, такая же вера в то, что мы можем сосуществовать мирно, я не знаю, но сама эта ситуация уже сообщила мне, что жить я тут смогу только пока жив старик. Гартан, заняв его место, станет требовать от меня предать ее, чего я делать абсолютно не собираюсь. Что жаль – мне здесь действительно нравилось.

Мавис стала задумчиво смотреть на меня, а интонациями голоса вновь напоминать тот случай в пещере. Ей на днях исполнилось пятнадцать лет, кстати, на которые я ей подарил красивый флакон с остатками эликсира из полунника. Так себе подарок, я знаю, но в тот момент в виду надвигающейся войны ничего получше мне не пришло в голову. В конце концов, она вполне может кому-то этим спасти жизнь. Возможно, что даже себе.

Новых попыток соблазнения с ее стороны не было, однако... не знаю, может, мне казалось, конечно, но я прямо кожей ощущал, как она ждала от меня хоть каких-то действий. Наскоки на меня при встрече прекратились, прежде чем войти ко мне домой, она стала спрашивать разрешение... Вроде бы все так, как должно быть, но... старая Мавис была для меня понятнее и проще. Я хотел видеть в ней все ту же непоседу, что радовалась каждому новому дню, а не перепуганную девочку, что проживала очередные сутки как последние. И, смотря на все это, я стал всерьез задумываться о предложении старосты. Жить с ней как с девушкой я, конечно, не собирался, восемь лет разницы никуда не делись, но о чем-то вроде удочерения вполне можно было подумать. Если, конечно, Шерла не будет против и не воспримет ее как соперницу.

Сама же Шерла пропала вот уже на месяц, ни слуху ни духу. Одно время я даже начал волноваться за нее, мало ли что может вытворить все тот же Гартан, однако... эмм... то чувство, которое вселила в меня девушка во время того поцелуя, сообщало мне, что она жива. Но оно, к сожалению, не могло сообщить о том, в порядке ли. Все, что мне оставалось – это верить, что если она снова впадет в переплет, то вновь вернется сюда или хотя бы приблизится к стене – все то же чувство позволит мне понять, что она близко.

- Дядя Килли, Вас что-то тревожит? – спросила меня Мавис, глядя на то, как я сосредоточенно смотрю на дистиллятор.

- Немного да. Не обращай внимания, это просто небольшие взрослые проблемы.

Я погладил девочку по голове, успокаивая.

- Я скоро тоже стану взрослой.

- Да, всего три года осталось. Но не торопись взрослеть, Мавис. Не гони от себя детство.

- Чем дольше я остаюсь ребенком, тем дольше Вы не будете меня замечать, - ответила она серьезно. – Я слышала некоторые слухи, дядя Килли. Никто не против, если Вы... то есть... если мы... сойдемся, вот.

- Помнишь, что я сказал тебе в пещере? Четыре года.

- У нас может не быть этих четырех лет.

В свете происходящих событий эти слова действительно имели вес, однако...

- Тебе пока только пятнадцать. Я знаю, чего ты хочешь, но тебе еще рано думать о таких вещах.

- Это о каких же вещах Вы сейчас говорите? – с хитрым прищуром спросила девочка.

- О тех самых, Мавис. Послушай совета травника, не торопи события. Все у тебя...

- У нас, - тут же вставила внучка старосты.

- …будет. Но ты должна быть к этому готова. Не морально, а физически. О последствиях я тебе говорил еще тогда, и они никуда не делись. Лишь немного снизились риски, но не более.

- Хорошо, - она опустила голову, заставляя меня чувствовать себя виноватым, - пусть будет по-вашему.

И ушла, тихо закрыв за собой дверь.

- Проклятье! – я, разозлившись, бросил одну из пустых пробирок в стену. Все же правильно! Я поступаю правильно! Почему тогда меня гложет чувство вины?

Спустя несколько дней я, наконец, почувствовал направление, в котором находится Шерла. Быстро собравшись, я тут же выбежал из дома и, выйдя за стены, нашел ее ожидающей на дороге.

- Все закончилось? – спросил я ее, не обращая внимание на Арлена.

- На время, - ответила девушка. Ее платье было слегка потрепанным, где-то отсутствовали целые куски «ткани»... Однозначно, снова с кем-то сражалась из своих, но теперь, кажется, победила.

- Все хорошо?

- Да, - кивнула Шерла, улыбнувшись. – В этот раз да.

- Девочка, а что у тебя с платьем? – спросил Арлен. – Тебе не холодно в таком ходить?

Мда... Кажется, нам нужно что-то придумать на такой случай.

- Платье я порвала по дороге сюда, а насчет холода...

- Чего не сделаешь ради красоты, - перебил я ее на всякий случай. Весна хоть и выгнала уже зиму с полей и дорог, но ходить в том, в чем ходит Шерла все-таки еще рано.

- Дурная... Застудишь все, как рожать-то будешь? – заворчал старик, а потом и на меня вскинулся. – И ты не лучше! Испортишь девчонке здоровье, как она потом замуж выйдет? Кто ее, бесплодную, возьмет?

- Арлен, давай ты не будешь говорить о том, чего ты не знаешь.

- Я, может, чего и не знаю, зато все вижу, что надо! Килли, помяни мое слово, если сюда по этому поводу заявится ее родня, я тебя сам привяжу и им на растерзание брошу! И «забуду» отвязать!

- Я тебя услышал, - ответил я ему устало.

Путь к водопаду мы преодолели почему-то молча, но стоило нам выйти к реке, как девушка тут же обняла меня.

- Знаешь, - прошептала она, - я очень по тебе соскучилась.

Что я мог на это ответить? Я лег на траву и, положив ее голову себе на грудь, произнес:

- Я тоже по тебе скучал и волновался. Тебя не было целый месяц.

- На тебя открыли охоту. Я должна была разобраться с охотниками. Вернее, с одной охотницей. Ты ее видел, кстати, это та самая, которая улетала от нас месяц назад.

- Ты ее что, убила?

- Нет, хотя очень хотелось. Но именно поэтому у нас есть несколько недель, прежде чем Нанью снова появится здесь.

Она встала и, вновь обратившись драконом, нырнула в воду, плескаясь.

- Не покатаешь? – спросил я привычно.

- Я тебе не лошадь, - так же привычно ответила девушка, выпрыгивая из воды, едва ли не...

Я резко вскочил на ноги. Да быть не может! Или... или все же может?

- Шерла, ты веришь мне? – спросил я ее.

- Конечно, - ответила она подозрительно. – К чему этот вопрос?

Я посмотрел на реку, прикидывая, как лучше будет проверить свою теорию.

- Нам нужно туда, - я показал ей на вершину водопада.

- Зачем? – удивилась девушка.

- Не спрашивай сейчас, просто поверь. Если я прав... Нет, ничего не буду говорить, просто доверься.

- Ну... ладно...

На утес мы добрались примерно за час и, не смотря на все трудности, максимальная помощь, что я получил – это протянутая рука или лапа. В трудных местах девушка обращалась в дракона, залезала, а затем, опускаясь вниз головой, подтягивала меня. Двигаться на ее спине было бы быстрее и проще... но нет, здесь она мне не уступала.

- Вот мы и здесь. Что дальше? – спросила она меня на вершине.

- Погоди... дай отдышаться немного... – ответил я. Подъем потребовал от меня многих сил, в отличие от девушки.

Чем ближе я подходил к краю, тем сильнее ревела вода, хотя и не так сильно, как внизу. И высота была... внушительной. Упади я отсюда – и меня будет проще добить, чем вылечить, если, конечно, будет что добивать. Шерла, может, и выживет, но... ах да, она же уже отсюда падала, кажется. Или спрыгивала. Я как-то так не уточнил у нее этот момент.

- Я спрошу у тебя еще раз, Шерла, ты веришь мне?

- Я тебе верю. Зачем мы здесь?

- Мне нужно, чтобы ты обратилась драконом и, проплыла эту реку с закрытыми глазами. Сможешь?

- И какой в этом смысл? – спросила она удивленно. – Я, конечно, выживу, если упаду с такой высоты в воду, но мне будет достаточно больно.

- Ты веришь мне, Шерла? – спросил я у нее снова. – Веришь мне хоть немного, хоть чуть-чуть?

- Просто скажи мне в чем смысл твоей просьбы. Я хочу знать, по какой причине я буду рисковать.

- Если все получится – ты все поймешь сама. Если нет... если нет, я тебе все расскажу. Но помни, закрытые глаза – это важно. Заранее выбери маршрут, по которому будешь плыть и открой их только после того, как я тебе крикну.

- Хорошо. Как скажешь.

Я сейчас очень рисковал, однако верил, что все получится. Откуда была эта уверенность? Не знаю, но я был уверен, что все делаю правильно, что я все понял.

Туман скрыл девушку, являя на свет черного дракона. Шерла вошла в воду, осмотрелась, посмотрела на меня.

- Ты уверен в том, что ты делаешь? – спросила она меня напоследок.

- Да! - крикнул я в ответ. – Начинай!

Желтые огоньки глаз погасли, скрывшись за веком, змеевидное тело приближалось к краю водопада, наращивая напряжение и... выплыв, Шерла продолжила скользить по воздуху, словно и не покидала воду.

- ДА!!! – заорал я, не в силах сдержать восторг. – Открывай! Получилось!

По чувствам ударило непонимание, а затем... мой восторг даже рядом не стоял с таким диким чувством счастья, которое испытывала девушка.

- Килли, - она подлетела ко мне, подставив кончик своего носа. – Я же... я же летаю? Я же не сплю сейчас? Да?

- Ты в воздухе даже сейчас, - я начал чесать ее любимую точку. – Ты летаешь.

С диким счастливым хохотом девушка схватила меня пастью за одежду и начала подниматься вертикально вверх. Мы пролетели куда выше облаков, когда она обернулась человеком, после чего стали падать. В ушах засвистел ветер, далекий утес, послуживший точкой старта, начал приближаться со все более угрожающей скоростью. И если драконицу переполняло чувство восторга, то меня...

- ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ!!! – орал я благим матом, кувыркаясь в воздухе. – Я ЖЕ НЕ ДРАКОН, ШЕРЛА, Я ЖЕ НЕ УМЕЮ ЛЕТАТЬ!!!

А она, дико смеясь, просто приблизилась ко мне, взяла мое лицо в свои руки... и вновь поцеловала, снова взрывая мне мозг. И это действие так же, как и тогда у меня дома, на корню убило во мне весь страх.

- Это совсем не важно, - сказала она мне, не разрывая поцелуя. И лишь Луна знает, как у нее это получалось. – Ты сделал то, что никто не хотел сделать, никто даже не считал это возможным. Ты подарил мне небо. Ты подарил мне полет. И пускай сам ты летать не умеешь – я стану твоими крыльями, я стану той, кто разделит с тобой твой подарок.

В голове словно щелчком возникло какое-то чувство... не знаю, завершения. Целующую меня Шерлу я стал ощущать на абсолютно новом уровне, едва ли не мысли ее мог читать... или даже передавать.

- Шерла? – спросил я ее с по-прежнему занятыми губами.

- Я тебя слышу, - ответила она... эм... улыбнувшись, все так же целуя.

Уже почти у самой земли нас обоих скрыл ее туман, а когда он вновь впитался, девушка выправила свой полет, держа меня на себе. Сверху, как никогда не позволяла ранее.

Глава 8

Килли

Единение – это было первое слово, которое настойчиво стучалось в мозг, когда я пытался понять природу того чувства, которым одарила меня Шерла. Если в прошлый раз оно было в зачаточном состоянии, то сегодня оно... как бы это сказать... справило совершеннолетие. Вот так резко, да. И сейчас оно таким образом знакомилось со мной. В принципе, я не был против такого имени, ибо оно реально отражало то, что я ощущал. Я словно был ею, словно какой-то частью вселился в нее. И, уверен, она ощущала то же самое.

Чешуйки, мягко, но плотно державшие меня на драконьей спине, расслабились, позволяя завершить мой первый полет в жизни и почувствовать под ногами гуляющую во все стороны землю. Тошнить не тошнило, что было удивительным – я ожидал, что мой завтрак отправится на спуск по водопаду.

- Я летаю, Килли! Летаю!!! – вновь завопила Шерла, крепко, но аккуратно обнимая меня. Чувства захлестывали волны чужого восторга, близость слегка давила. Определенно, к Единению нужно будет привыкать. – Всеотец, как же это было просто! Килли! Ой, Килли, тебе нехорошо?

Содержимое желудка все же резко поднялось и покинуло мое тело, создавая в воздухе специфичный запах, но после этого мне стало гораздо легче.

- Килли, ты в порядке? Я, кажется, перестаралась, - веселость девушки как ветром сдуло, она приложила горячие пальцы к моим вискам. – Да, действительно перестаралась. Надо было разделить на три этапа, но я забылась.

- И что теперь? – спросил я ее.

- Если я правильно понимаю твой организм, то несколько дней тебе будет плохо, пока Единение приживается в тебе.

Кажется, это слово не только в мою голову постучалось.

- Что оно вообще такое? Почему я тебя чувствую как себя?

И Шерла буквально впала в ступор, пытаясь придумать, что ответить.

- Ну... вот то, что ты чувствуешь – и есть Единение, - произнесла она наконец.

- Природа у него какая? За счет чего это работает?

- Это... сложно объяснить. Мы не разбирались как оно работает, просто пользовались. По сути, это способ быть вместе. Понимать друг друга. И... жить друг с другом, - закончила она, слегка смутившись.

- То есть это что, свадебный обряд?

- Да, - кивнула девушка. – Именно так. Но я не жалею! Пусть мне всего сто шестьдесят два года, я уверена в своем выборе!

Да что б я в ее возрасте так же выглядел!

- Килли, я понимаю, что не спросила у тебя разрешения и провела Единение не заручившись твоим согласием. Если ты злишься, то я пойму. У тебя, может, женщина была в гнездовье, а тут я влезла...

- Не было там у меня никого, - некстати вспомнилась Мавис. – Но вот то, что ты без меня меня женила...

Только в этот момент я вдруг понял, что у меня по подбородку стекает кровь от прокушенной губы. Странно, когда она это все начала, этого не было. Вроде бы. Или было?

- Что такое Единение? Почему я чувствую все это? Я же не дракон!

- У нас есть... не знаю, поверье, что в момент Единения мы отделяем от себя часть души и вселяем ее в партнера. И именно это и помогает нам чувствовать их, если они близко, - ответила девушка спустя минуту.

Если задуматься, то это объяснение выглядело логичным. Вот только мне становилось так плохо, что задумываться не хотелось. Вообще ничего не хотелось, кроме как лечь, выпив пару отваров. Или не пару. Было так хреново, что даже руманкой хотелось не побрезговать.

- Мне нужно домой, - пробормотал я, чувствуя очередной поднимающийся ком в горле. – Прости, но мне совсем уже...

- Да, я знаю, - ответила Шерла, обняв меня. Нас обоих скрыл ее Покров, после чего я вновь оказался на ее спине, аккуратно прижатый за руки и ноги чешуей. – Я подведу тебя так близко, как только смогу.

Скорость, с которой она побежала, оказалась сумасшедшей, однако я не мог сказать, укачивало меня или нет – тошнило уже и без этого. Но не вырвало ни разу, хоть я и боялся – сомневаюсь, что девушке понравилось бы кислотное озерцо на чешуе.

- Тебе нужно будет несколько дней, чтобы это прошло. Единение приживется в тебе.

- Ты уверена?

- Абсолютно. Хоть я и перестаралась, но угрозы твоей жизни нет. Хотя тебе может стать хуже, когда ты вернешься домой.

- Почему?

- У нас сейчас часть жизненных сил общая, и твое тело потребляет ее из меня, пытаясь совладать с Единением.

- У меня ощущение, что мне нельзя возвращаться домой...

- Оно потребляет совсем немного, я этого даже не чувствую. Просто знаю, что сейчас это происходит.

Замечательно, то есть, то, что я чувствую сейчас, далеко не предел. Очень надеюсь, что Малгория не решит сравнять с землей мое село, пока я прихожу в себя.

При приближении к селению Покров Шерлы вновь скрыл нас. Давление с рук и ног спало, девушка стала держать меня на своем плече, помогая добраться до ворот.

- Есть кто? Люди! – крикнула она, привлекая внимание.

- Килли? Что с тобой случилось? – выбежал Ронан, принимая мою слабеющую тушку.

- Ты хоть когда-нибудь не дежуришь? – спросил я его.

- Это к Арлену вопросы, потом расскажу, за что он меня наказывает, - парень украдкой посмотрел на Шерлу. – Что с тобой?

- Отравился. Помоги до дома добраться, через пару дней как новый буду.

- Арлен! – крикнул стражник. – Я до дома Килли, скоро буду!

Из караулки показалось лицо старика.

- Покинешь пост, я для тебя... – начальник караулов внимательно на меня посмотрел. – Туда и обратно.

- Я позову тебя позже, - Шерла подошла ко мне и, положив свою горячую руку мне на щеку, коснулась лбом моего лба. – Тебе обязательно станет легче. Я пока попробую решить ряд других проблем, чтобы тебе не угрожала моя стая.

- Будь осторожна, - произнес я.

- Мне не привыкать, - она улыбнулась и, развернувшись, зашагала прочь от селения.

Шерла

Килли, разумеется, вряд ли был первым человеком, которого выбрал дракон, однако точно стал первым, кого дракон добровольно признал выше себя – уж в этом Шерла была уверена. И, может, его заслуга была и не столь велика по меркам ее сородичей, но для девушки это значило очень много. Он научил ее летать. Он подарил ей небо. Сто шестьдесят два года она ползала по земле, а теперь... Ух, теперь она может летать!

Восторг захлестывал девушку, заставляя едва ли не подпрыгивать на месте, хлопая в ладоши. Подумать только, человек научил ее летать! Человек, не дракон!

- Удивительны пути твои, Бахамут, - произнесла Шерла, направляясь к дому.

Нужно сдержать обещание, необходимо обезопасить Килли от своих. Для этого требуется как-то обезвредить Нару, а для этого... Настроение Шерлы тут же упало. Для этого нужно вновь идти к Белуису. Ох, как же не хочется...

Килли

Это было... мучительно. Отвары не помогали – организм их просто не принимал. Вернее, не так, Единение настойчиво стучалось в мою голову, требуя не травить организм травами, а если я его не слушал – меня тут же рвало. В общем, эта неделя была самой долгой за мои двадцать три года. Если бы не Мавис, которая снова взяла на себя готовку... не знаю, было бы очень тяжко.

Недомогание закончилось резко на восьмой день. Проснулся я еще с ним, но вот после обеда оно буквально за несколько секунд исчезло само. По сознанию вновь прошлось чувство завершения, а так же любопытство, что же изменилось во мне на этот раз. И результаты впечатляли. Темнота для меня перестала иметь значение – спускаясь к себе в подвал, я больше не включал свет, но, тем не менее, прекрасно видел где и что у меня лежит. Еще, возможно, возросла ловкость – в уроненном штативе я не поймал всего три пробирки из десяти, что было непросто. Ну и ощущение присутствия Шерлы возросло многократно. Мы чуть позже даже как-то провели опыт – почти десять километров против трех раньше. И чем ближе я подходил, тем сильнее становилась моя связь с ней, а при касании мы даже могли общаться без слов. Вернее, не совсем так – ей требовался прямой контакт, мне же было достаточно взять ее за платье. В принципе, это вполне логично, ибо одежда на ней – часть ее самой.

Староста опять слег – прихватило сердце. Приступ ему купировали, Иделла постоянно у меня покупает травки от подобных случаев, однако вставать тот не спешил. Дома у него стояло напряжение – все и так понимали, что при всех своих талантах я не могу лечить его вечно.

- Килли, ты же помнишь про обещание? – спросил он меня в одно из моих посещений.

- По поводу Мавис? Конечно.

На этот счет я действительно уже предпринял несколько действий, если придется резко сниматься с места и бежать. В городе на ту самую заначку, полученную с продажи эликсира полунника через Одноглазого, был куплен вполне себе приличный домик с небольшим участком. Сам бандит, кстати, узнав об этой сделке, страшно обиделся, что я не предупредил его о возможном переселении, однако пообещал донести до своих, чтобы мое пока пустующее жилище обходили стороной. Все-таки удобно иметь связи с преступной изнанкой нашего мира, но об этом я знаю еще со времен моего побега со столицы.

Шерла снова пропала, даже усилившееся Единение не ощущало ее. Его работа осталась на прежнем уровне – на самом краю ощущается присутствие, чуть ближе уже есть направление, а при еще большем приближении ты можешь точно сказать, где твой объединившийся, даже если ты его не видишь. По крайней мере, у меня, человека, это именно так, как это происходит у драконов я без понятия, может, она знает где я есть вне зависимости от расстояния.

Начало лета вышло мягким, солнышко ласково грело, слегка снижая напряжение, создаваемое нашим агрессивным соседом. Малгория же, кстати, действительно не предпринимала больше никаких громких шагов с момента создания КБР, что несколько успокаивало некоторых жителей села. Основная часть не была столь наивна, по-прежнему либо ища куда можно сбежать, либо запасаясь продуктами, водой и лекарствами. Здесь, конечно, впору поднять ценник и сделать на этом состояние, однако я не был столь сволочной натурой. Эти люди приняли меня, когда мне было некуда податься, я не мог так поступить. Но вот заказывать через того же Одноглазого то, что не успевал собрать сам – это было мне вполне по силам.

- Что там с малгорцами? - спросил я как-то Иделлу.

- Давят, - ответила она. – Требуют сдать тебя им, в противном случае обещают сжечь село.

- Меня? – я удивился. – На какую Луну я им нужен-то? Они же и так через вас у меня все заказывают.

- Есть разница между тем, чтобы они заказывали у тебя и тем, чтобы они так же заказывали у тебя, но уже через нас.

- И... как вы отбиваетесь? – спросил я осторожно.

- С помощью Солнца, Феникса и такой-то матери, если честно. Сложно, но отбиваемся. Не знаю, правда, насколько нас хватит. Давно бы уже уехала, но... людей не бросишь.

- По той же причине и я уехать не могу. Кто ж вас лечить-то будет, если что...

Девушка невесело ухмыльнулась.

- Твоя... драконица... она может помочь? – тихо спросила она. – Если на нас нападут, она может за нас заступиться?

- Не раскрыв себя – нет, - повторил я свой ответ. – Но я попробую узнать, что можно сделать.

- Ты общаешься только с ней или с кем-то еще?

На ум тут же пришел другой дракон.

- Есть... еще один. И он, если я правильно помню, самый главный в их стае.

- Ты сможешь с ним поговорить?

- Вряд ли. Для этого нужно как-то попасть к ним в гнездовье, но если я это сделаю...

- Ты не вернешься. Я поняла, - Иделла устало опустила голову. – Нужно что-то придумать. Нужно как-то сберечь людей.

- Я поговорю с Шерлой. Возможно, вместе мы найдем решение.

- Я очень на это надеюсь.

Говорят, если твоя жизнь делает крутой поворот, значит, Феникс, самый молодой божок, участь которого - вечное детство, увидел тебя в своих снах и пожелал вмешаться. Хоть он, по сути, просто озорной ребенок, тем не менее, считается, что именно он доставляет нас после смерти на Суд, если этого не делает Луна, сажая в свою колесницу. Разница между ними в том, что Феникс усиливает положительные моменты прожитой жизни, так как сам любит веселье, тогда как злобная богиня в лучшем случае не отяготит тебя лишними проступками, которые обязательно повлияют на Суд. Зачем ей это надо? Даже у столь мрачных божеств есть любимчики, жрецы и одно Солнце знает кто еще, кого Луна может пожелать защитить после смерти, а поскольку баланс плохого и хорошего необходимо соблюдать даже богам... В общем, все как в жизни, ничего не происходит из ниоткуда и не уходит в никуда. Если где-то прибыло, значит, откуда-то должно убыть.

Я не знаю, почему Феникс обратил на меня свое внимание и подарил дракона. Может, очередная озорная проделка, может, что-то большее – когда нужно, этот божок все же может быть серьезным. Одно лишь могу сказать – висящая над пропастью девушка, схватившаяся за куст гранитника и провисевшая больше семи часов, перевернула мою жизнь с ног на голову. И, сказать честно, я до сих пор не могу понять, как я к этому отношусь.

Союз дракона и человека возможен лишь в одном случае – мы должны перестать видеть друг в друге добычу. Точно я этого не знаю, но уверен, что среди них есть те, кто предпочитает людей в гастрономическом смысле, в конце концов, они хищники пострашнее нас. Там, где мы берем различными устройствами, драконы взяли эволюцией – когти, чешуя, трансформация... Кто мы, если забрать у нас оружие и броню? Сколько нас должно погибнуть, чтобы была возможность убить хотя бы одного дракона?

- Дядя Килли, - мои размышления прервала Мавис, впервые за долгое время вошедшая без стука и разрешения. И хоть это является злостным нарушением этикета, мне почему-то стало как-то... спокойнее за нее. – Я узнала, что Вы мне подарили. И узнала, насколько оно... недешевое. Я не могу это взять.

На обувницу около двери легла фигурная склянка со светящимся эликсиром.

- Как ты думаешь, а я знаю, что это такое и сколько оно стоит? – спросил я, подходя к ней.

- Вы же травник, - ответила девочка. – Конечно, Вы знаете.

- Значит, и знаю, что делаю, верно? – я улыбнулся. – Это зелье способно задержать колесницу самой Луны, Мавис. И в свете того, что происходит, его лучше иметь, чем не иметь.

- Оно очень дорогое!

- Оно очень эффективное – вот, что должно привлекать твое внимание. Эффективность, не цена. Поэтому... – я взял эликсир и вложил его обратно в ладошку, закрыв сверху ее пальцами, - оно твое. И только тебе решать, как им воспользоваться. Хочешь – продай, денег с него тебе хватит на небольшой домик где-то в таком же селе. А будет нужда – выпей или дай выпить другому, чтобы попытаться задержать Луну и спасти кому-то или даже себе жизнь.

- Хорошо, я поняла, - девочка дернулась и обняла меня со всех своих детских сил. – Я буду его беречь.

- Это будет несложно. Склянка из особого стекла, его трудно разбить.

Белуис

- Ты не сделала так, как я тебе советовал, - голос Белуиса был равнодушным. – Однако, ты приходишь за новым советом. Не находишь в этом противоречие?

- Я не буду подвергать Килли опасности.

- Хочешь сказать, что ты не способна защитить его на своей территории? – саркастически спросил глава, приподняв бровь.

- Зачем рисковать, если простая засада привела к тому же результату?

И поспорить сапфировый тут не мог – все действительно сложилось как нельзя лучше. Нанью пострадала, но не мертва. Нара ненадолго связана по рукам, так как Шерла весьма болезненно для ее позиции показала зубы. Провал перед Старейшинами несколько ослабил положение бывшей Жрицы, однако у той еще полно влияния. Намного больше, чем того бы хотелось Белуису.

- Хорошо, допустим, - согласился глава. – Сейчас ты от меня что хочешь?

- Нара пытается на меня давить через Килли. Если она хочет войны – пожалуйста, но пускай не впутывает в это моего человека. В конце концов, это подло.

- Нару волнует эффективность приемов, а не их моральная сторона. Если ты хочешь обезопасить своего Единенного, то ее необходимо победить.

- Старейшины не поймут, если я вызову ее на арену. Меня либо казнят сразу, либо изгонят, а уже потом казнят.

- Совсем необязательно вызывать ее на арену, чтобы победить. Хватит и того, чтобы она тебя вызвала.

- Она стара, против меня у нее нет и шанса. Я не знаю, что должно произойти, чтобы она пошла на это.

- Тут ты права, - Белуис задумался. – Просто так Нара не будет вызывать тебя на дуэль, ибо далеко не дура. Должно произойти что-то... экстраординарное, чтобы она решила самоубиться таким способом.

И как сделать это «экстраординарное» он не знал. Пока не знал. Но кое-какие мысли на этот счет все же были. Вот только Шерла их вряд ли бы одобрила.

- Белуис, если у тебя есть предложения, сейчас самое время их озвучить, - антрацитовая подала голос, отвлекая его от мыслей. – Я приму все, что не подвергнет Килли опасности.

- Такого сейчас нет, но я попробую что-то придумать. Ты можешь идти.

Девушка недовольно цокнула, но все же молча вышла из его дома.

- Прям прогресс. Ушла, не сказав напоследок очередную гадость, - усмехнулся сапфировый, когда захлопнулась дверь.

Нужно форсировать события. Если Нара начнет терпеть неудачи одна за другой, ее положение расшатается окончательно. И тогда его власти ближайшие несколько десятков лет ничего не будет угрожать. Вот только... опять придется оставить интересы самой Шерлы как в то время, когда он только поднимался к вершине власти. И, как бы то ни было, Белуису это не нравилось.

Шерла

- Бесполезный! – прошипела Шерла, едва закрылась дверь. – Как и всегда! На что я только рассчитывала!

Раны Нанью заживут, а значит, охота на Килли возобновится. И придется снова сидеть в засаде Бахамут знает сколько времени, чтобы снова отправить ее в койку не убивая. Всеотец, ну почему нельзя просто взять и убить Нару как источник всех ее проблем? Да всей стае бы это на пользу пошло!

- О, так вот в чем дело, - раздался голос Жрицы.

И Шерла не смогла упустить повод для беседы.

- Оставь Килли в покое, - прошипела она Наре в лицо, схватив ту за Покров. – Хочешь войны – делай по традициям, арену для нас двоих всегда освободят!

- Арена? – улыбнулась изумрудная. Собственное положение ее словно нисколько не заботило. – Та самая арена, где тебя поджарила Нанью? Знаешь, я бы даже согласилась, будь она чуть шире, но, к сожалению, я не успею взлететь, чтобы превратить тебя в гниющий комок плоти. Поэтому я пойду другим путем, антрацитовая. И на твоем примере покажу, почему не стоит переходить мне дорогу.

- О, серьезно? – саркастически протянула Шерла, отпуская Нару. – Продемонстрируешь на самой слабой из гнездовья свои умения плести интриги? Опустишься до вот... такого?

- У каждого свои понятия о том, до чего можно, как ты выразилась, опуститься. Ты слаба и все равно умрешь, все, что я делаю – пытаюсь получить с этого максимальную выгоду для себя и стаи.

- Нанью с тобой не согласилась бы.

- Нанью смогла сбежать с твоей территории, что лишь еще сильнее доказывает, насколько ты ничтожна. Ты поклялась Бахамутом, что убьешь ее. И когда он предоставил тебе шанс, ты упустила его.

- Знаешь, я тебе открою один секрет, - тон девушки стал псевдодоверительным. – В эти игры можно играть вдвоем... втроем... или даже вчетвером. Ты правильно сказала, я не убила Нанью, когда у меня появилась возможность. А теперь думай... Жрица. Очень хорошо думай.

И ушла, направившись к выходу из гнездовья.

Нара

- С-с-с-с-стерва... – прошипела Нара, глядя в спину антрацитовой.

Неужели Нанью ее предала? Слабачка права, пусть она летать не может, но на земле ей равных уже давно нет. Ловкое змеиное тело, короткие лапы компенсируются куда более острыми когтями и высокой физической силой, натренированной десятилетиями ползанья по земле. А собственная скорость передвижения позволяет быстро навязать ближний бой на своих условиях. Да, антрацитовая не могла ей проиграть в ближнем бою. Значит... значит Нанью играет на две стороны? Это она хотела сказать?

- Тебе не надоело? – Гилмор подошел едва слышно. Он не скрывался от жены, просто привык так ходить. – Ты не слишком стара для всех этих игр?

- Когда я начну проигрывать таким, как она, вот тогда я и стану слишком старой, - огрызнулась Нара на мужа.

- Ты ей уже один раз проиграла. Может, отступишь, раз Бахамут дает тебе знак на твоих же условиях?

- Отступить? Перед какой-то антрацитовой? Ты себя-то слышишь?

- В тебе говорит уязвленная гордость. Из-за нее что-то пошло не так, как ты хотела.

- Слабым драконам не место в стае.

- Но она тебя переиграла. Может, не так уж она и слаба?

- Она не умеет летать!

- Зато на земле способна дать фору каждому из нас. Пойми, Нара, она просто другая. Мерки к ней тоже должны быть другими. Она способна на то, что не можем сделать мы. Вполне логично, что и наоборот это тоже работает.

- Она слаба, Гилмор. Она посмела поднять руку на Старейшину и Жрицу.

- Ты больше не Жрица, Нара, а Старейшина лишь по возрасту. Тебя просто уважают, вот и все. И сейчас ты делаешь все, чтобы лишиться этого уважения и стать изгоем как она. Остановись сейчас, пока ты не потеряла гораздо больше.

И Нара впервые засомневалась в своих действиях. Любого дракона она бы даже слушать не стала, но Гилмор был ее мужем, ее Единенным. Сейчас он всеми силами пытался успокоить ее, посылая ей «тихие» эмоции и возвращая трезвость рассудка. Он прав, в ней говорит уязвленная гордость. Антрацитовая смогла обойти ее на ее же поле, пусть и слегка, но подорвав ее положение среди Старейшин. Титулованных, а не, как она сама, возрастных. И если Шерла не ответит за это...

- Она умрет, - твердо сказала Жрица.

Цель не изменилась. Только мотивы.

Нанью

Чешуя отрастала целых три недели и то, только из-за того, что она глубокой ночью вернулась к водопаду за ней, вздрагивая от каждого шороха. Три унизительных недели без природной брони, в течение которых эта проклятая Бахамутом червячка наверняка смеялась над ней вместе со своей зверушкой. Как она не успела взлететь? Шерла же была примерно так же далеко, как на арене, почему в этот раз не получилось уйти без повреждений?

- Я смотрю, тебе уже лучше, - Кайден провел рукой по Покрову дочери.

- Не могу же я ходить полуголой вечно, - проворчала Нанью.

- Дочка, твоя вражда с Шерлой заходит слишком далеко. Меня это беспокоит.

- Она же тебе никогда не нравилась!

- Нара мне не нравится куда больше. Да, Шерла остра на язык, но она часть гнездовья, и никогда своими действиями не подводила нас к опасности.

- Жрица считает иначе.

- Жрица может считать что угодно, но единолично она такое решение принять не может. Для этого у нас есть Совет Старейшин. И только они могут решить изгнать – изгнать, Нанью, а не убить – дракона, который подрывает безопасность гнездовья. Нара берет на себя слишком много.

- Пока Совет будет решать – люди придут и выгонят нас с этого места! Шерла спуталась с человеком! Она перевоплотилась у него на виду! Они оба опасны!

Такое заявление заставило Кайдена замолчать – обвинение было слишком серьезным.

- И... как давно это было? – раздался голос Айрин, матери Нанью.

- Получается... где-то полтора месяца назад. Может, чуть больше.

- Кайден, ты видел какие-нибудь приготовления? – спросила сапфировая.

- Нет. Гнездовья людей ведут себя спокойно, даже то, что находится ближе всего к нам.

- То, что ты не видишь приготовлений, вовсе не означает, что их нет! – заявила Нанью.

- Ты в какой-то степени права, дочка, вот только атака на гнездовье требует от людей очень много ресурсов, в том числе и их воинов. Можно в лесах замаскировать десять, двадцать человек, но не небольшую армию. Кто-нибудь из жемчужных обязательно увидел бы приготовления.

Жемчужные драконы в виду своего светлого окраса, что позволяло им прятаться среди облаков, а так же крайне высокой дальности огня, были идеальными патрульными для гнездовья. Способные разглядеть засаду едва ли не раньше, чем та соберется, они могли легко сорвать все приготовления с безопасного расстояния и либо продолжать жить дальше, если это не возымело последствий – редко, но такое случалось, - либо дать время всему гнездовью на поиск нового места и переселение. Теоретически, сапфировые тоже могли быть патрульными, однако не имея такого же широкого выдоха пламени и уступая в зоркости, их оставили для других задач – точечных разрушительных операций или уничтожения высокобронированных объектов, перед которыми пасуют даже рубиновые. Чего эти люди только не придумают...

- Может, этот человек не столь и опасен? – спросила Айрин. – Полтора месяца... По всем срокам мы уже должны в осаде быть да диверсантов отлавливать. Или уйти.

- Белуис знает? – Кайден сел за стол.

- Без понятия, - ответила рубиновая. – Сомневаюсь, иначе нас бы уже давно здесь не было. Нара просила пока не распространяться об этом, кстати.

- Подумай сама, дочка, - произнес жемчужный, - эта информация явно важна. У нас вроде как потенциальная война с людьми и сейчас нам как никогда нужно быть едиными, если мы не хотим, чтобы наша стая разлетелась кто куда, однако Нара намеренно просит тебя скрыть эту информацию. Тебе не кажется это странным?

- Нет. Если она просить не сообщать, значит, так нужно. Она знает, что делает.

- Нанью...

- Хватит! – разозлилась девушка. – Человек опасен! А червячка предала стаю, раз мало того, что спуталась с ним, так еще и раскрылась! Оба должны быть мертвы!

Килли

Похоронная поляна была полна народа, все село собралось, отменив работу в шахте. Мавис стояла рядом со мной, с такой силой сжимая мне руку, что даже было больно. Меня несколько удивило ее решение, все-таки семья есть семья, но нет.

Костер вздымался в небо, зовя Феникса доставить душу старосты на Суд Солнца. Все, что от нас требовалось сделать, мы сделали, теперь лишь остается надеяться, что Суд будет справедлив и его торговля с малгорцами будет считаться благодеянием, а не проступком. В конце концов, он спас этим множество жизней, всеми силами отсрочивая нападение на село, хотя мог оглушить меня чем-нибудь и доставить им. Мог и, по сути, даже должен был. Один пришлый чужак и целое село – выбор должен быть очевидным, однако он боролся за меня до последнего, буквально. А теперь... теперь его место займет Гартан. Человек, считающий себя исключительным и знающий о том, кто такая Шерла. Вон, я уже вижу как он поглядывает на меня, кивками приглашая на приватный разговор.

Решать проблемы за чужой счет во имя блага остальных в какой-то степени выгодно, если этим не злоупотреблять. Бункар это знал, умел и практиковал. За эти пять лет он, если задуматься, только при мне каждого как минимум использовал по несколько раз, однако это никогда не было для личной выгоды. Все на благо села, оно было для него словно еще одним ребенком или внуком. Сможет ли так же поступать Гартан... не знаю. Не уверен. Как же ты не вовремя умер, староста...

- Килли, отойдем? – новоявленный староста все же прокрался ко мне, зайдя со спины.

- У меня дома, - ответил я. – Тема разговора слишком... щепетильна. Если я, конечно, понимаю, о чем ты хочешь поговорить.

- Я зайду через час, - тот не стал спорить и растворился в толпе. Луна, как-то тяжело с таким острым слухом. Затычки носить, что ли? Или, может, Шерла знает, как это слегка притупить?

- Дядя Килли... что теперь будет? – тихо спросила Мавис.

- Твой дед попросил о тебе позаботиться, если что-то случится. Ты поедешь со мной, если ситуация станет угрожающей?

- Но как же папа? Сестра?

- У Иделлы есть свой запасной путь, у тебя твой запасной путь – я. Насчет Гартана – не знаю. Он теперь староста, вряд ли он покинет село так просто. Иначе имперская служба дознавателей найдет его даже в колеснице Луны.

Не столько привилегии, сколько якорь, приковывающий тебя к месту. Бункар знал и понимал это. Поймет ли теперь Гартан?

Через час новоиспеченный староста действительно постучал в мою дверь.

- Килли? Я войду?

- Да входи, раз пришел, - пробормотал я, предчувствуя, что разговор будет тяжелым.

- Я думаю, ты знаешь о том, что отец за спиной села договаривался с малгорцами о ненападении, - начал тот сразу с дела.

- Знаю. Раньше ценой была наперстянка, которую они, подозреваю, продавали куда-то и, таким образом, сводили концы с концами.

- Верно, - кивнул мужчина. – Удивительно, но твои настойки там очень и очень ценятся. Ценятся настолько, что они хотят, чтобы ты переехал к ним.

- Это я тоже знаю. Чего я не знаю, так это с чего бы мне соглашаться.

- Рад, что ты так думаешь. Ибо, получив тебя, у нас не останется ничего, что мы бы могли предложить взамен, а значит, нас уничтожат ради рудника.

Хм... а я ведь о таком даже не подумал. Что поделать, я травник, не политик.

- Килли, то, что мы вообще о чем-то договариваемся с этими слабаками, оскорбляет меня, как старосту.

- Малгория и до Коалиции была сильнее нас, а теперь и подавно, Гартан. Мы – село шахтеров, не воинов.

- Значит, нам нужно усилиться. И я даже знаю как. Но на это нужны деньги. Очень много денег.

- Предполагаешь, что я тебе сейчас открою тайный склад с эликсиром из полунника?

- Очень жаль, что у тебя его нет, однако помочь нам заработать ты все же можешь.

Признаюсь, хоть я и готовился к этому разговору и понимал, куда он завернет, однако далеко не сразу понял, о чем он.

- Исключено, - ответил я твердо. – Нужны деньги – найди мне полунник и парочку ингредиентов, я тебе сварю эликсир, который ты сможешь продать. Или даже сам его продам, есть у меня пара весьма состоятельных контактов.

- «Второй шанс» - это время, которого у нас нет, Килли. Селу нужна жизнь твоей драконицы. Разобрав ее на запчасти, мы получим гораздо больше, чем нам нужно.

- Я тебе сказал раз, скажу второй – это исключено. Я не поведу ее в ловушку, не стану чем-то поить или что ты там еще придумал. Решай эту проблему другими путями.

- Я могу потребовать другим способом, Килли, - прошипел Гартан. – Ты обязан подчиняться старосте.

- А не то что? – я подошел вплотную. – В курсе, что старик предлагал этот пост мне? Если бы я женился на Иделле, в том кресле сидел я, а ты стоял бы под дверью и истекал желчью. Ты из-за меня сейчас староста, как единственный мужчина, оставшийся в семье, но никак не за какие-то заслуги.

- И что с того? – шипение стало еще более угрожающим. – Я теперь все равно представитель власти.

- Вот только такая власть строится на уважении, Гартан. И даже ты понимаешь, что меня здесь уважают куда больше, чем тебя. Одно неверное решение – и тебя скинут с этой должности. И посадят меня.

На лице нового старосты заходили желваки.

- Хочешь со мной поиграть в политику, Килли? Уверен? Меня к этому готовили с детства, а ты, кроме своего копания в земле, ничего не умеешь!

- Именно поэтому я туда и не полез. Мне это не нужно. Но я предупреждаю тебя – село не простит тебе моего демонстративного переезда в город. И сам ты, если тебе дорога собственная жизнь, тоже этого допустить не можешь. Ведь, если меня не станет, Малгория нападет, не так ли?

- Ты не столь важен, как думаешь. С тобой проще, но замена тебе есть. Мавис не просто так все это время крутилась рядом с тобой. Она переняла твою науку.

- Часть науки, Гартан. И я бы посмотрел на качество этих отваров. Она знает далеко не все секреты.

- Чтобы договориться с малгорцами хватит и этого. Так что я даю тебе неделю, чтобы ты принял ПРАВИЛЬНОЕ решение.

Дверь захлопнулась, оставляя злого меня одного.

- Да чтоб тебя Бахамут проклял, Гартан! – процедил я сквозь зубы. Выбор он мне оставил проигрышный. Или я остаюсь, но должен предать Шерлу, или уехать одному, оставив Мавис в опасности... или уехать с ней, обрекая все село на смерть.

Нанью

- Жрица, Вы хотели меня видеть? – Нанью зашла в дом Нары и склонила голову.

- Смотрю, твой Покров восстановился, - голос изумрудной был сух, она явно была чем-то недовольна.

- Даже самые глубокие раны заживут, если создать им условия. Но Вы же позвали меня обсудить не это.

- Не это, верно, - Нара встала и подошла к рубиновой. – Расскажи, а как ты смогла сбежать, дитя? Водопад был территорией Шерлы, она смогла навязать тебе ближний бой, в котором смертельно опасна. А ты возвращаешься, имея лишь сорванный в нескольких местах Покров да несколько мелких царапин.

Такая постановка вопроса была слишком прозрачна и, разумеется, абсолютно не понравилась девушке.

- Я не заслужила подозрений в предательстве! Червячка поклялась Бахамутом, что убьет меня!

- Однако не убила, имея прекрасную возможность для этого. И почему же?

- Потому что она подставилась под удар и я смогла ее оттолкнуть!

- Прямо подставилась? Серьезно?

И тут Нанью задумалась о произошедших событиях у водопада. Что-что, но ближний бой против червячки действительно является не более, чем муторным способом самоубийства, в этом Жрица права. Ловкость, сила, скорость с лихвой компенсируют недостатки более коротких лап. И теперь действительно кажется странным, что она смогла сбежать.

- Может... может, она этого по какой-то причине хотела? – спросила Нанью неуверенно.

- Или ты договорилась за моей спиной, чтобы выкупить свою жизнь. Ты ведь знаешь, клятву при определенных условиях можно не исполнять без риска репутационных потерь.

- Она слишком меня ненавидит ради этого. И слишком горда.

- Иногда даже сильнейшие наступают на гордость ради выгоды. Твое поражение пошатнуло мои позиции, дитя. Не сильно, но сам факт этого...

- То, что я потерпела поражение, не дает Вам права обвинять меня в предательстве! Если я утратила доверие – пускай! Можете посвятить в свои планы другого дракона!

Девушка уже собралась уйти, как была остановлена.

- Прости, я немного перекрутила хвосты, - голос Жрицы слегка был виноватым. – Но я все же прошу меня понять – антрацитовая подорвала мое влияние, а твое возвращение было слишком странным. Я не могла тебя не подозревать.

- Это не оправдание.

- А я и не оправдываюсь. Тем не менее, я умею ценить верность и быть благодарной, дитя. И если ты докажешь мне, что я ошибалась, я этого не забуду.

Благодарная Жрица, пусть даже и бывшая, могла очень многое, Нанью это понимала отчетливо.

- И что же я должна сделать?

- Привести сюда человека. У меня есть информация, что через три дня он снова будет у водопада, но на этот раз без Шерлы.

- Вы сказали, «привести сюда»? То есть, в гнездовье? Если он будет один, то почему его нельзя просто убить?

- Нет-нет-нет, дитя, никаких «убить». Он нужен живым и нужен здесь. Но не переживай, он умрет, просто немного позже.

В нескольких словах Нара объяснила свой план девушке.

- И таким образом ты от нее избавишься, - закончила жрица. – Будешь продолжать жить без опасения, что Шерла ради клятвы заберется к тебе среди ночи, чтобы перекусить горло.

- Это... возможно, - задумалась Нанью. План действительно был простой, как огненный выдох. Простой, но главное – действенный. И, как показала практика, легко выполнимый. – Я согласна. Я доставлю его сюда.

Килли

Дверь едва не выбило от мощного пинка. И стоял в проеме донельзя злой Арлен.

- Знаешь, Килли, - начал он, без спроса заходя ко мне и беря меня за грудки, - а расскажи-ка мне, какой Луны с тобой вообще происходит?

- Знаешь, Арлен, мне было бы проще, если бы ты дал мне хоть какие-то вводные и отпустил, - я слегка похлопал ему по рукам. – А то знаешь, наперстянка может случайно подорожать, раз так в сорок. А у тебя уже пальцы совсем не те, что в молодости.

Глаза полыхнули ненавистью, но руки он все же разжал. Еще бы, он в моем доме, на моей территории.

- Сначала ты тащишь в село изломанное тело, по которому костер плачет – пускай. Ты травник, а в вашем арсенале есть пара трюков. Потом она же приходит сама, абсолютно голая и с такими ранами и ожогами, да еще и оставив после себя такую лужу крови, что я начинаю сомневаться, что вообще что-то о людях знаю. Затем этот якобы торгаш в синем, которого ты якобы лечил в двенадцать или сколько тебе там якобы было лет. Снова эта баба, пришедшая по снегу в одном платье, а потом еще раз, но уже тащившая полумертвого тебя на себе. Какой Луны вокруг тебя происходит, Килли?

Плохо. Очень плохо. Все эти эпизоды связаны с драконами. Тайна в селе перестает быть тайной. Из трех проигрышных выборов у меня остается только два. Арлен далеко не дурак, рано или поздно он поймет. И больше «рано», чем «поздно».

- И даже плевать на это! – продолжил старик, не дождавшись от меня ответа. – Какой Луны у ворот сейчас стоит маленькая девочка с зелеными волосами и просит позвать травника Килли, у которой к нему архиважное дело?!

- Девочка? – удивился я. – У меня нет никаких знакомых девочек!

- Как и знакомых торговцев в синих костюмах, которого ты неожиданно «узнал»! – заорал начальник караулов, после чего сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. – Ты сейчас пойдешь со мной. И свое архиважное дело она скажет при мне.

- Последнее исключено, - отчеканил я. Еще не хватало, чтобы он раньше времени понял про мою связь с драконами! – Но обещаю пересказать.

Крепкая рука снова схватила меня за воротник.

- Я сюда не торговаться пришел, травник. Ты стал слишком подозрительным. А в свете надвигающейся войны, это может стать опасным.

Кажется, я слегка преувеличил, говоря Гартану об уважении в селе.

- Или так – или никак. Лечиться ты все равно будешь у меня, Арлен, так что не забывай об этом.

Полыхнувшей ненависти стало в разы больше.

- Луна с тобой, травник, но если я хотя бы заподозрю, что ты ведешь переговоры с малгорцами за моей спиной, я понаделаю в твоей тушке новых и несовместимых с жизнью дырок.

Я едва успел подавить усмешку. Он даже не знает насколько прав, разве что ошибся в человеке.

Чуть дальше ворот меня действительно ждала девочка в зеленом платье и с зелеными волосами. Я сел на корточки, чтобы стать с ней одного роста.

- Как тебя зовут, чудо? – спросил я, убирая с ее лица прядку.

- Элфи, - она дернулась от прикосновения.

- Никогда не разговаривала с людьми, да? – я улыбнулся, пытаясь расположить ее к себе.

- Да, - тут же прокололась она. – То есть, нет. То есть...

- Ты дракон, я понял. Но я тебе не враг. Все хорошо, Элфи, ты можешь говорить свободно.

- Я не дракон! – тут же нахохлилась девочка.

- Ты изумрудная. Ядовитое пламя, способное заражать открытые раны. Все в порядке, я не враг вашему виду.

Она на секунду закрыла глаза, решаясь.

- Лэтр Бранн просит тебя встретиться там же, где ты встречался с ней, - выпалила она скороговоркой. – Он тебя там уже ждет и просит поторопиться.

- Белуис? – удивился я. – Что ему от меня опять нужно?

- Я не знаю, - ответила Элфи... и тут же зажала рот. И через секунду убрала ладошки. – Ты его знаешь. Ты что, и правда не враг нам? Но так ведь не бывает! Люди же плохие!

- Люди разные, Элфи. Далеко не все желают вас убивать и... неважно, впрочем. Лети к Белуису, скажи, что я буду примерно через три часа. Только не отсюда, дойди до леса.

Отпустив девочку, я хотел было отправится домой, но Арлен остановил меня.

- Ну и? – спросил он меня.

- Меня пригласили на встречу. Тот самый торговец. И если все получится...

Если все получится, у меня появится четвертый выбор, который устроит всех. Село будет в безопасности, Гартан будет старостой и дальше, а я смогу жить здесь дальше, не предавая Шерлу. Идеальный вариант. И если ему от меня что-то нужно, я ему это дам, лишь бы получить согласие.

- И что ты замолчал?

- С дороги, Арлен, у меня нет времени, - я грубо оттолкнул старика и помчался домой. Слишком важные перспективы, чтобы заставлять сапфирового дракона ждать.

- Эй! Травник! Килли! Да чтоб тебя Луна прокляла! Килли! Я жду объяснений! – орал в спину старик, но я его уже не слушал.

Дома я начал собирать в сумку все, чем я только мог заинтересовать драконов. Мазь из пустырника, валерьянка, ягоды кровавника... Опыта в лечении драконов у меня немного, но куда больше, чем у всех остальных травников, вместе взятых, это уж точно. Я должен заинтересовать Белуиса!

Арлен попытался снова меня остановить, но я его не стал слушать. Глава гнездовья решил со мной пообщаться слишком вовремя, чтобы я упускал такую возможность. Малгорцы нападут обязательно, лишь вопрос времени. Война очень затратное дело, а у нас тут золотой рудник, пусть и не очень богатый, но все же источник дохода. Император явно пропустит первый удар, чтобы не тратить деньги, не понимая, что так он потратит больше. А значит, в моих руках судьба всего села, на который уже обратила свой злобный взор Луна. Ну уж нет!

Скучающего Белуиса я нашел именно там, где мы встречались с Шерлой.

- Ты не торопился, - сказал он, улыбнувшись, одетый во все тот же костюм торговца, выдержанный в ярких синих тонах.

- Вообще-то бежал как мог, если ты не заметил. О чем ты хочешь поговорить?

- Я? – на его лице застыло удивление. – Мне сообщили, что это ты хочешь мне что-то сказать.

Очень интересно, хоть ничего и не понятно. Но это, в принципе, не важно. Главное, что наши переговоры можно назвать начатыми.

Глава 9

Белуис

Проболтаться так, чтобы это выглядело случайностью – искусство, которым Белуис в виду своего возраста еще не владел. Однако никто не отменял банальную удачу.

- Ты не торопился, - сказал он человеку, появившемуся из леса. Можно было даже не принюхиваться, чтобы почувствовать запах пота, который от него исходил. А так же запах другого дракона, следящего издали.

- Вообще-то бежал как мог, если ты не заметил, - ответил Килли возмущенно, заставив дракона про себя усмехнуться. Дети, как есть дети... – О чем ты хочешь поговорить?

Сапфировый очень боялся переиграть. Учитывая последствия, нельзя было допустить в человеке подозрений.

- Я? – притворно удивился Белуис. – Мне сообщили, что это ты хочешь мне что-то сказать.

Не продумал он этот момент. Ну кто, кроме Шерлы, мог ему сообщить, что какой-то человек из какого-то человеческого гнездовья хочет с ним поговорить? Да даже если и сообщил, с чего вдруг он бы помчался на этот разговор?

- Хм... – Килли задумался. – Ну хорошо, пускай так. В конце концов, я действительно хочу с тобой поговорить.

- И о чем же? – спросил сапфировый, незаметно выдыхая. Бахамут, как же ему везет сегодня!

- Я хочу попросить тебя о помощи. Мое село под угрозой уничтожения, ему нужна защита.

- И... кто же угрожает твоему... селу?

- Соседняя страна набирает силу и собирается идти войной...

- Меня не интересуют дрязги людей. Чем больше вы убиваете друг друга, тем спокойнее живется драконам.

- Далеко не все люди хотят убивать драконов, Белуис.

- Однако их слишком много.

- Мы шахтеры. Не воины. Даже если бы хотели, мы бы не смогли причинить вам вреда.

- Вы, может, и нет, однако даже дурак способен отправить послание в любое крупное гнездовье, чтобы те прислали против нас армию.

- Нас всех убьют,- сказал Килли после небольшой паузы.

- Такова жизнь, - Белуис пожал плечами. – Ты Единенный Шерлы, поэтому тебе я еще могу помочь, но остальным... с чего бы?

- Я могу оказывать драконам медицинскую помощь, сохраняя их инкогнито.

- Жили столько лет без травников – проживем и дальше.

- И что? Никто никогда не умирал от ран? От болезней? От ожогов? Это ты хочешь сказать?

От болезней из драконов действительно не умирал, если не считать пламя изумрудных, однако остальное... Сапфировый нехотя допустил мысль, что в словах травника может быть резон.

- Не раскрыв себя, мы помочь не сможем. А раскрытие повлечет за собой наш перелет, так как никто не будет терпеть наше соседство. Вы все равно будете в опасности, только уже без нас.

- Если изобразить, что на вас наткнулись уже при перелете?

- Ты явно ничего не знаешь о драконах, человек. Мы не нападаем первыми, нас слишком мало осталось.

Килли

Не получалось. Дракон не хотел помогать всем, только мне. И то, из-за Шерлы.

- Я очень хороший травник, Белуис. Если у меня будет все необходимое, я смогу едва ли не на равных с самой Луной побороться.

- Ты меня не слышишь, Килли. В твоем предложении нет смысла. Помощь твоему селу повлечет за собой слухи. Слухи породят тревогу. Тревога приведет к поискам и нас в конечном счете найдут. Если мы будем вынуждены перелететь на новое место, то толку от твоих навыков?

…Он прав. При всех условиях, мне просто нечего предложить за помощь. Разве что соглашаться жить у них, вот только меня там сожрут раньше, чем я успею наработать репутацию. Вполне возможно, что сожрут буквально.

Я не могу спасти всех, но, может, могу спасти хоть кого-то? Раз все равно придется делать этот выбор...

- Если кроме меня будет еще один человек, за которого я поручусь, так можно?

И увидел, что Белуис, наконец, задумался.

- Попав в наше гнездовье, выйти он уже не сможет. Я уверен в тебе благодаря антрацитовой и личному знакомству, но и только. У другого, кого ты приведешь, такой привилегии не будет. По крайней мере, первое время.

Хоть что-то, Луна меня прокляни. Хоть что-то...

- Хорошо, пускай. Когда я смогу ее привести?

- Я сообщу Шерле, что у тебя есть мое разрешение. Она проведет тебя к нам. Но только тебя и еще одного.

Первая заповедь травника – всех не спасешь. Будь готов к потерям, не позволь им себя сломить. Но одно дело проигранный спор с Луной, а другое – с драконом, который может помочь, но не хочет. И ведь даже винить его не в чем. У него свой народ, свое гнездовье, за которое он отвечает.

- Хорошо, пусть так. Если ты не собираешься меня снова обнюхивать, то я тогда пойду обратно.

- Хорошо, - Белуис улыбнулся. – Будь осторожен.

Обратно я шел в смятении. Наивные мечты разбились о реальность. Серьезно, с чего я решил, что драконы станут помогать людям, которые чуть ли не веками на них охотились и убивали? Хватаюсь за последнюю соломинку, чтобы впоследствии не мучиться угрызениями совести?

- Солнце, если ты меня слышишь – избавь меня от этого выбора! – прокричал я, выплескивая напряжение. Что делать-то теперь? Я не могу остаться, не могу уехать один и не могу забрать Мавис с собой, не думая о том, что виноват.

- Осторожнее в обращении к богам, человечек, - раздалось отовсюду. – Они иногда могут и ответить.

- Кто здесь? – я остановился, озираясь.

Раздался издевательский смешок... и из кустов вышла девушка. Рыжая, глаза то ли карие, то ли красные. И платье в тон.

- Всего лишь я, - ответила она, то ли улыбаясь, то ли оскаливаясь.

- Мы знакомы? – спросил я, чтобы потянуть время. От нее веяло нешуточной опасностью. Обратился к Единению, но тщетно – Шерла была от меня дальше десяти километров.

- Разве что заочно. Уверена, она рассказала тебе обо мне.

Преобладающий красный цвет... как у того дракона, которого спугнула Шерла. Твою же ж...

- Так значит, это ты открыла на меня охоту!

- И да, и нет, - она сделала ко мне шаг, заставляя меня отступить, хотя я и понимал, что расстояние между нами ничего не решит. Сколько дракону понадобится времени, чтобы догнать человека?

И что означает ее ответ?

- Бедный, бедный человечек, повстречавший в своей короткой жизни червячку-недодракона, что впутала тебя в наш конфликт... На что же ты рассчитывал, когда узнал, кто она, но ничего не сделал?

Ощущение близости смерти стало давить на психику.

- Что тебе нужно? – как я не старался, голос все-таки дрогнул, пропустив несколько панических ноток.

Рубиновая резко сблизилась, взяв меня за одежду и приблизив лицо.

- Боишься, - довольно произнесла девушка. – Это правильно. Я могла бы убить тебя в любой момент, если бы хотела.

Сейчас меня не убьют, пронеслось в голове. Но могут убить потом, догнала вторая мысль.

- Знаешь, у меня хорошее настроение, поэтому я хочу поиграть, - драконица резко отпустила меня. – Я дам тебе фору в полторы минуты, после чего пойду по твоему следу. Если ты сможешь выйти из леса – я перестану тебя преследовать, но если нет...

До края леса отсюда примерно минут сорок. Тридцать, если бежать. Зверя я бы обманул, но дракона...

- Беги, человечек, время пошло!

Нанью

Она сама не поняла откуда у нее появилась эта игривость. Даже во время охоты она не позволяла себе ничего подобного, предпочитая быстро и эффективно справляться с добычей, а не устраивать погоню, чтобы загнать зверя. Но слово было сказано, да и к тому же... ей было весело! Как бы то ни было, она еще никогда не охотилась на людей, так почему бы не попробовать сейчас?

Полторы минуты истекли, и Нанью тут же побежала по следу. Человек оставлял за собой четкий запах, преследовать его не составляло никакого труда. Веселье усиливалось, она едва ли не смеялась, сокращая расстояние. У него не было ни одного шанса выйти из леса, слишком уж он обширен. Она сильнее, быстрее... она дракон, в конце концов! Что может против нее какой-то человек?

Запах исчез резко, заставляя рубиновую недоуменно мотать головой и неверяще вдыхать носом воздух.

- Не поняла... – пробормотала она, до предела обостряя обоняние, но... нет. Вот он вошел в воду, а вот где вышел – уже не понятно. Запаха над водой не было. Как и не стало больше веселого настроения. – Что ж, ты меня удивил. Но я тебя найду.

Кажется, она все же недооценивает людей. Или конкретно этого человека.

Килли

Я очень боялся, что стук склянок меня выдаст, не смотря на шум воды, но нет, обошлось, слух этой рубиновой не позволил ей выделить стеклянный перезвон. Еще боялся, что она заметит одинокую тростниковую трубку, через которую я дышал, но мне и здесь повезло. Так же был страх, что я замерзну насмерть в ледяной воде, пока она там будет искать в окрестностях, но вода ощущалась просто прохладной, хотя на улице еще было далеко не лето. Сегодня же поеду в город – время покупать лотерейный билет! Если, конечно, мне хватит удачи выбраться из леса.

Оставаться в воде я не рискнул – опасался вероятности, что мое тело просто обманывает меня, а на самом деле мне уже срочно нужно пить гранитник и укутываться в десять одеял, чтобы хорошо пропотеть. Мокрая одежда, разумеется, оставляла след, но на земле было все же безопаснее. Лес густой, ветра здесь нет, так что тепло я буду терять более медленными темпами.

Единение Шерлу по-прежнему не чувствовало, так что полагаться приходилось только на себя. Некоторые навыки у меня, конечно, были, но они были рассчитаны на то, чтобы добраться в безопасное место, либо на создание более благоприятных условий для самообороны, а не чтобы скрыться от хищника. Сейчас же на меня охотится дракон, так что про самооборону можно смело забыть, а любое безопасное место с легкостью превратится в капкан, где она меня и прикончит. Единственная надежда – покинуть лес, вернуться в село и ждать Шерлу, не высовывая оттуда носа.

Страх уступил место сосредоточенности – я стал выбирать маршрут, при котором оставлял минимум примятой травы или обломанных сучков. Есть еще, конечно, стекающая вода, но ей нужно всего несколько минут, чтобы впитаться в почву. Хех, два в одном – пытаюсь оторваться от преследования и заодно поливаю местную флору. Боги, о чем я только думаю...

Показавшийся край леса внушил надежду. Деревья стали более редкими, что было и плохой новостью тоже – меня стало куда лучше видно. Но теперь, если совершить один единственный рывок, то, по условиям этой рубиновой, я выиграю и она прекратит преследование. Ну, Килли, вперед!

- Бу! – раздалось над ухом, и почти сразу же я получил удар по затылку.

Нанью

Настроение испортилось. Себе Нанью могла признаться, что человек каким-то образом обвел ее вокруг пальца и практически выбрался из леса. И если бы не его протекшая сумка, из которой стала сочиться вода с примесью ягод, которые в этом лесу не растут, она бы его вряд ли успела бы найти. Банальная удача, Бахамут ее прокляни...

Покров трансформировал тело из человеческого в драконье. Мощь, сила, огненное дыхание! И все это спасовало перед каким-то человеком! Когти стали царапать чешую на ладонях, Нанью пришлось силой успокаивать себя. Нельзя убивать этого человека, который выставил ее полной дурой. Нельзя. Не сегодня. Но чуть позже она обязательно расправится с ним.

- Что ж, - обратилась она к бессознательному телу, - гордись удостоенной честью. Ты будешь первым, кто увидит наше гнездовье. И первым среди людей, кого я понесу.

Взяв в лапу человека, она взяла курс домой. Первая часть плана выполнена. Совсем скоро червячка сама приползет к ней и будет уговаривать провести новую дуэль, дабы защитить свою зверушку.

Шерла

Шерла злилась на саму себя. За пафосной фразой, сказанной Наре, не стояло ровным счетом ничего. Не под интриги было заточено ее мышление, а значит, ей опять придется надеяться на Белуиса, все сильнее увязая в болоте из морального долга. Всеотец, ну почему она не способна придумать хоть что-нибудь более или менее работающее сама? Почему она не способна защитить Килли от других своими силами? Почему вынуждена довериться тому, кто так подло поступил с ней в прошлом?

Покров скрыл руку, превратив в мощную драконью лапу до локтя, сохранив человеческую пропорцию. Только Белуис обошел ее в частичной метаморфозе – тот превращал руки до плеч, остальные же могли максимум до запястья, хотя больше для охоты обычно и не требовалось. Девушке пришло в голову, что если бы не крайне голодное детство на грани смерти, то и она бы не смогла так далеко обращать руку. Некстати вновь вспомнился тот самый больной олененок, вокруг которого она обвилась, чтобы задушить, так как лапы дико болели от недоедания и усталости. И как потрошила его, купаясь в крови и целыми кусками глотая сырое мясо, чувствуя, как приятно заполняется живот, как неверяще реагировал желудок на чужую плоть, которую давно не переваривал... Она тогда так и уснула с куском в пасти, в крови на морде, среди разбросанных сломанных костей – просто больше не было сил ни на что.

Шерла встряхнула головой, выныривая из детских воспоминаний. Она уже давно не та слабачка, которой в час нужды никто не протянул ни руку, ни лапу. Смогла выжить тогда – сможет и сейчас. А с Белуисом как-нибудь расплатится по счетам.

Громкий треск выдал кабана, на которого девушка охотилась. Мускулистый и упитанный зверь должен был иметь вкусное и сочное мясо, но есть его сразу драконица не планировала, у нее были другие планы – принести тушу Килли, помочь с разделкой и позволить ему приготовить, используя все хитрости, что ему были подвластны. И тогда, она была в этом уверена, это мясо станет настолько превосходным, что его станет не стыдно поднести на стол к самому Бахамуту.

Рот заполнялся слюной по мере приближения к будущей жертве. И когда оставалось лишь прыгнуть и нанести один точный удар в шею, едва не споткнулась – сработало Единение, сообщив ей, что Килли каким-то образом попал в радиус обнаружения. И это здесь, всего в нескольких километрах от ее гнездовья, где ему появляться не просто нельзя, а опасно для жизни – жемчужные вряд ли оставят в покое того, кто так близко приблизился к их дому.

Кабан был тут же забыт – Шерла, обратившись уже полностью и едва ли не насмерть перепугав бедного зверя, взобралась на одно из деревьев, чтобы попробовать увидеть человека до того, как его увидит кто-то другой. И сразу же увидела Нанью, летящую с добычей в лапе. С очень знакомой добычей.

- Нет... – прошептала Шерла, напрягая зрение и надеясь, что глаза ее обманывают. Но нет – приметный зеленый костюм, свисающая сумка, из которой он тогда напоил ее редкостной дрянью, но которая позволила ему остановить Бахамута... – За это я точно тебя убью без всяких игр, стерва! Никто не смеет трогать моего Килли!

Спланировав с дерева, Шерла тут же погналась за рубиновой по земле. Она, конечно, могла бы напасть на Нанью в воздухе, но той достаточно лишь слегка сжать лапу, чтобы превратить человека в мешанину из костей и плоти. Нет, этого допустить антрацитовая не могла, а значит... значит, она должна допустить, чтобы проклятая Всеотцом Нанью добралась до гнездовья.

- Ты будешь умирать кроваво и долго, рубиновая. А самое главное – на глазах своей Нары, которая ничем тебе не поможет! – прошипела девушка, со всех лап возвращаясь в гнездовье. Ей по-прежнему нужен Белуис, но теперь для реализации собственных действий, а не его.

Килли

Пробуждение было тяжелым – гудящая голова дезориентировала, перед глазами бегало всякое, что мешало понять, где я нахожусь. Пришлось минут десять просто полежать, чтобы «мушки» в глазах разлетелись... и открыли мне темную и достаточно маленькую комнату из трех стен и решетки.

- Здравствуй, мама, я пишу тебе из самого замечательного жилья, - пробормотал я. – Арендная плата – ноль. Цена за питание – ноль. Все удобства – под рукой. Выйти, правда, нельзя, но это единственный минус, меркнущий перед плюсами...

Я нервно рассмеялся. Вот уж не думал, что когда-нибудь проснусь в тюрьме.

- Кажется, тебя слишком сильно ударили по голове, человек, - раздался голос с одной из стен. Я тут не один – уже хорошо.

- Тоже арестант? – спросил я, положив руки под голову. Головная боль стихала, уступая место тошноте. Интересно, мою сумку сюда кинули?

- Скорее, проигравший, - последовал ответ. – И очень удивленный факту, что я до сих пор жив.

- А тебя есть за что убивать?

- Смотря с какой стороны посмотреть. Я бывший глава этой стаи. Тот, кого сместил Белуис.

В груди похолодело.

- Я что... в драконьем гнездовье?

- Именно так, - раздался довольный голос. – Надеюсь, разбирательство насчет тебя продлится подольше. Тут, знаешь ли, скучно. Тебя хоть как зовут-то?

- Килли.

- Я Дарго. Рубиновый. Как по-человечески – уж не знаю, извини, я с вашим видом никогда не общался.

Шерла уже явно знает, что я здесь, в этом никаких сомнений – Единение не оставит двойных толкований. Я уже ее чувствую где-то не очень далеко от себя, до меня даже доходят отголоски ее эмоций. Вот только как ей быть с тем, что я нахожусь в месте, где мне быть нельзя? Не пойдет же она против всего гнездовья?

- Эй, ты там в порядке? – вновь раздалось за стеной.

- Да. Со мной сумка была, ты ее видел?

- Видел. Должна быть в твоей камере. А тебе она зачем?

- В ней есть кое-что, что мне сейчас нужно, - ответил я, вставая. Головокружение и «мушки» тут же сообщили, что это не очень хорошая идея.

- Килли, ты же понимаешь, что тебя не выпустят отсюда?

- Это не означает, что я не могу что-нибудь принять, чтобы чувствовать себя получше, чем сейчас.

Сумка действительно обнаружилась рядом с кроватью, судя по виду, ее просто забросили следом за мной.

- А, так ты из друидов. Уважаю. Среди вашего вида как-то мало тех, что стремится сохранять жизни, а не отнимать их.

- А говоришь, ничего не знаешь о людях, - тут же я указал на несостыковку.

- Я с ними не общался, а не игнорировал. Это разные вещи.

Рассыпанный кровавник пришлось собирать по всей сумке. Ягоды размякли, но выбросить их рука не поднялась – не смотря на тошноту, есть все равно хотелось. А вот лекарств от остального своего состояния у меня не было – просто не взял. Сумка собиралась для Белуиса, а не для похода.

- Ну, все ж лучше, чем ничего... – пробормотал я, заставляя себя проглотить ягоды. – Здесь хоть кормят?

- Меня-то да, я ж тут почетный пленник, а вот насчет тебя... Как ты там сказал? Цена за питание – ноль? Ты угадал. Если тебя не будут кормить, то и платить тебе не за что.

Надеюсь, Шерла принесет мне хоть что-нибудь пожевать. Кровавник, конечно, вкусный даже в таком виде, но вот сытости в нем ни на медяк.

- А много рубиновых здесь живет? – спросил я. – Знаешь ту, которая меня сюда принесла?

- Нанью-то? Кто ж ее здесь не знает? – усмехнулся Дарго.

Нанью, значит. Что ж, будем иметь в виду.

- А не знаешь, зачем она меня похитила?

- А вот это, я надеялся, ты мне расскажешь. Чаще всего сюда приносят тех, кто близко подошел к гнездовью, но кого по какой-то причине не нужно убивать. Где тебя поймали? Что последнее помнишь?

- Край леса у скалы с водопадом.

Дарго замолчал на несколько минут.

- Крайне далеко от нас, Килли. Очень странно. Получается, что охота велась конкретно на тебя. Ты не случайная цель. И получается, что ты как-то тесно связан с нами.

Отвечать на это не хотелось. Возникло ощущение, что я и так сказал гораздо больше, чем следовало.

- Килли? – вновь позвал меня Дарго, не дождавшись ответа. – Так как ты с нами связан?

- Лечил одну из вас. Дважды, - произнес я нехотя. Дракон снова замолчал на несколько минут.

- Шерлу? – наконец, спросил он.

- Как понял? – удивился я.

- Слухи проникают даже сюда, Килли. Была дуэль, в которую вмешался Белуис, а Шерла, не смотря на полученные раны, попросту сбежала, пропав на месяц. А когда объявилась, была полностью здоровой, чем немало всех удивила. Вот как, значит, дело было... Очень интересно...

Шерла

Шерла всегда ни во что не ставила церемонии. Вот и сейчас она просто толкнула дверь, врываясь домой к Белуису.

- Нанью схватила Килли! – тут же огорошила она главу.

- Да, я знаю. Близко подошел к гнездовью.

- Ты прекрасно знаешь, что это ложь! Гнездовье в ста километрах от ближайшего гнездовья людей, он бы не пошел так далеко! Его схватили где-то возле дома!

- Даже если и так – он уже здесь, Шерла. И выпустить его я не могу.

- Он нас не выдаст!

- Это знаю я, знаешь ты. Но Совет Старейшин мы вдвоем убедить не сможем.

- Ты глава или кто, Белуис?

- Совет существует в противовес главе на тот случай, если он не справляется со своей работой. У него тоже немало полномочий, на которые я могу повлиять, но не могу отменить.

- Бесполезный! - зашипела Шерла. – Как и всегда!

- Хватит! – гаркнул Белуис. – Мое терпение далеко не безгранично, Шерла!

- Как и мое!

- Ты пришла меня оскорблять? Если да – будь добра, покинь мой дом и не трать больше мое время!

Шерле стоило больших трудов успокоиться и унять силу, уже трещавшую разрядами между пальцев.

- Нара хочет надавить на меня через Килли. Бахамут с ней, пускай. Организуй дуэль между мной и ею за его жизнь.

- Во-первых – она не согласится. Старейшины и без ее участия примут решение избавиться от угрозы, а она там будет, можешь мне поверить. Во-вторых – даже если каким-то чудом она согласится, сама она не выйдет, а пошлет ту же Нанью и будет настаивать на открытой арене, где тебе не выиграть. По итогу умрешь и ты, и он. И если его смерть я допустить могу...

- Его смерть не могу допустить я! Вызови меня на Совет!

- Заступаясь за человека, ты подорвешь свою и без того весьма шаткую репутацию.

- Мнение высокомерных стариков и старух, по недосмотру Бахамута доживших до сегодняшнего дня – последнее, о чем я буду беспокоиться! Я не допущу смерти Килли, чего бы мне это ни стоило!

Белуис подошел вплотную к девушке, слегка принюхался...

- Шерла, где человек? – спросил он.

- В тюрьме, - ответила она, не задумываясь.

- И ты знаешь, что он в тюрьме, потому что?..

- Я его чувствую. Его тошнит, у него кружится голова и он голоден.

- Вот как, - протянул глава. – Все-таки решила закончить.

- Он этого достоин, - сказала девушка, с вызовом глядя ему в глаза.

- Дело твое, - отмахнулся Белуис. – Благодаря Единению он, конечно, поживет подольше, однако все равно срок его жизни будет гораздо короче твоего. Никогда об этом не забывай.

- Это моя проблема, не твоя. Мне нужно попасть на Совет, где я буду его защищать.

- Хорошо, будь по-твоему. Я организую тебе место. Но учти, что с последствиями будешь справляться сама.

Белуис

Белуис даже не ожидал, что самая сложная в его понимании часть плана произойдет так легко – она сама ворвалась к нему домой, сама предложила то, к чему он не знал как подступиться, учитывая ее взрывной даже по драконьим меркам характер... Впрочем, причина этого обнаружилась в том же разговоре – она закончила Единение и, как и любая жена, теперь всеми силами пытается защищать своего мужа. Глупая девчонка, но... полезная. Теперь, если получится договориться о закрытой арене и об особых условиях победы, позиции Нары не просто пошатнутся – они рухнут вместе с ее влиянием как на Совет, так и на остальных драконов. Единственное условие – Шерла должна победить. Впрочем, ее поражение ничем серьезным Белуису не грозит, стая теперь в любом случае ослабнет на одного дракона. Но себе можно было признаться, что он лучше бы потерял Нанью, чем ее. Рубиновая ничем не отличается от других рубиновых, тогда как у антрацитовой уникальная сила, расцветка тела, навыки...

- Дядя Белуис, – из угла вышла Элфи, не успевшая уйти до прихода Шерлы, - Вы же про того человеческого дядю говорили, да? Ну, к которому посылали...

- Да, - улыбнулся глава. Разумеется, не было необходимости посылать именно ее к людям, но тот подозрительный старик на входе мог не сообщить Килли, что его кто-то ждет. Именно поэтому он послал ребенка в надежде, что не только драконы, но и люди пытаются сохранять детские жизни.

- Он хороший. Он понял, кто я такая, но отпустил. Можно, я его навещу?

- Не стоит, Элфи. Но я обещаю, ты с ним еще обязательно встретишься.

- А когда? – девочка подняла на него свои наивные зеленые глаза.

- Совсем скоро, - дракон не выдержал и погладил ее по голове. – Беги, я найду тебя чуть позже.

Изумрудная тут же выбежала на улицу, оставив главу в размышлениях. Он не мог решить, нужно ли ему показываться в тюрьме, чтобы успокоить человека или оставить это дело Шерле. В конце концов, ему нужно готовиться к Совету, который будет уже послезавтра – Нара всеми силами ускоряет этот процесс.

- Что ж, бывшая Жрица, кульминация будет совсем скоро, - произнес он, усмехаясь. – И хоть именно ты и сделала меня главой, я не позволю тебе лишить меня власти.

Килли

- Скажи, Килли, - вновь раздался задумчивый голос Дарго, - я здесь, конечно, уже немало нахожусь, но неужели люди нашли замену материалам, которые делают из нас?

- Я травник, Дарго. Я спасаю жизни, а не отнимаю их, - ответил я ему на настоящий, но невысказанный вопрос.

- Охохо, - рассмеялся он. – Решил ответить мне моими же словами? Молодец, уважаю. Пожал бы руку, но уж больно решетка жжет.

- Жжет? Но почему? Она же холодная.

- Олово, - сказал тот так, будто это отвечало сразу на все вопросы.

Я подошел к прутьям, коснулся. Действительно, они были сделаны из олова, одного из самых неустойчивых к огню металлов.

- Я все равно не понимаю, - обратился я к Дарго.

- Я слышал, что среди людей это самый слабый металл, быстро плавится, - начал тот рассказывать. – Однако у драконов считается, что олово ненавидит нас. Не спрашивай, откуда идет это поверье, я не знаю. Но факт есть факт – мы не можем с ним взаимодействовать. Не можем касаться, не можем расплавить, по крайней мере, сами.

- А как можете?

- Ну если я, допустим, где-то здесь найду факел и подожгу его своим огнем, то вот от факела прутья расплавятся, потому что этот огонь уже не имеет моей природы. Смола, тряпка, дерево – что угодно, но никак не я. Это как Единение, по сути, но только со всеми нами. Знаешь, что такое Единение?

- Да, знаю.

Забавно. Получается, Единение не спасает от сопутствующего урона. Хотя это логично, наверно.

- Для человека ты крайне осведомлен о драконах, - усмехнулся Дарго. – Видимо, вы о многом поговорили, пока ты ее на ноги ставил. В твоем гнездовье, разумеется, никто не знает, кого ты лечил, верно?

- Ее бы убили. И меня тоже.

- Скорее всего, - согласился дракон. – Люди тоже не прощают предателей.

Единение усилилось – Шерла приближалась ко мне, посылая что-то успокаивающее.

- Килли! – заорала она, едва показавшись в коридоре. – С тобой все в порядке?

- В полном, - успокоил я ее. – Кушать только хочется.

- Держи, я немного принесла с собой, - она просунула в отверстие на полу что-то вроде большой тарелки с мясом. Я протянул ей руку, которую она тут же схватила.

- Это была Нанью? Я не ошибаюсь? – спросила она, не размыкая губ.

- Рубиновый дракон, которого ты спугнула на водопаде. Да, Дарго сказал, что ее зовут...

- Нанью... – я еще ни разу не чувствовал от нее такой концентрации ненависти. – Я разорву ей горло собственными руками!

- Тебе нужно успокоиться. Ненависть лишает тебя здравомыслия.

- Я спокойна, Килли. И совершенно спокойно прикончу ее на дуэли, которая состоится на днях, чтобы купить тебе жизнь. Ты научил меня летать, я никому не позволю тебе вредить.

- Об этом знает кто-нибудь?

- Нет. И для нее это станет последним сюрпризом в ее жалкой никчемной жизни. Ты был прав – драконы слишком надеются на полет. На земле никто из них не способен оказать мне достойного сопротивления.

- Будь осторожна. Помни, что легкомыслие унесло немало жизней.

- Не беспокойся. Я трезво оцениваю свои возможности. Без этого я бы умерла еще в детстве.

Шерла отпустила мою руку и взглянула в глаза.

- Я вытащу тебя отсюда. Все будет хорошо.

- Спасибо.

Девушка тут же побежала обратно, оставляя меня наедине с ужином.

- Надо же, - усмехнулся Дарго. – Кто бы мне сказал лет десять назад, что эту занозу сможет укротить не дракон, а человек, я бы ему в лицо рассмеялся. Позволишь личный вопрос? Ты знаешь что такое Единение на личном примере? Уж больно долго вы молчали.

- Мне обязательно отвечать? – спросил я его в ответ.

- Наверно, нет, - ответил он со все той же усмешкой. – Все и так ясно. Видимо, с тобой она себя чувствует более комфортно, чем с нами. Оно и понятно, в принципе, ее здесь не особо любят. Дракон, не умеющий летать, тянет стаю вниз. Не удивлюсь, если в конце концов она сбежит и будет учиться жить среди людей.

Это будет интересный опыт, как по мне. Разве что придется все время переезжать, так как у меня возрастные изменения будут, а вот у нее нет. И Мавис нужно будет все как-то объяснить. Хотя если Иделла смогла принять существование человека с драконом, то и ее сестра тоже наверняка сможет. Надеюсь на это, по крайней мере.

Кайден

- Ну что там? – спросил Кайден другого дракона.

- Было близко, но нет, - ответил тот ему. – Отдаляются. Да и, если приглядеться, не совсем у них та экипировка, чтобы нападать на нас. Ни больших щитов, ни больших луков... (Имеются в виду баллисты)

- Как знать, может, они уже придумали что-то такое, что им это уже не надо. Это же люди. Развитии себя они предпочли машины. Оттого и стали опасны и непредсказуемы...

Патрулирование продолжилось. В этот раз Бахамут оградил их от обнаружения.

Белуис

Как глава и думал, Совет Старейшин собрался вечером следующего дня.

- Всем встать! – приказал он, едва самые старые и почитаемые драконы вошли в зал. Все тут же поднялись на ноги и отвесили поклон.

- Все могут сесть, - разрешил Лэйхо, жемчужный дракон и глава Старейшин. – Белуис, можешь начинать.

- Все мы знаем, по какому поводу проводится наше собрание. В гнездовье находится человек, в смерти которого, возможно, нет нужды. Его доставила сюда рубиновый дракон Нанью по причине его слишком сильного приближения к нам и опасности раскрытия этого места. Я, как глава гнездовья, считаю, что его можно оставить в живых, если сохранить тайну о том, где мы находимся.

- Он мог запомнить путь сюда, когда его доставляла Нанью, - заметил один из Старейшин.

- По моим сведениям, он был оглушен и без сознания. Он не знает, где мы находимся, - ответил на это сапфировый. – Если его снова оглушить и доставить к гнездовью людей, он так ничего и не узнает.

- Есть ли у кого-нибудь возражения? – спросил Лэйхо. Ожидаемо, встала Нара.

- Возражения есть, уважаемые Старейшины. Я, лишенная сана Жрицы изумрудный дракон Нара, возражаю против решения главы гнездовья Белуиса и считаю, что человек должен быть убит.

- У Вас есть для этого доводы?

- Разумеется. Я начну сразу с самого главного. Этот человек знает о нас опасно много, так как общается с единственным антрацитовым в стае драконом. Более того, он знает, что она дракон, так как та перевоплощалась на его глазах.

По залу тут же прошелся вздох и возбужденные шепотки.

- Это крайне серьезное обвинение, Нара. У Вас есть, чем доказать эти слова?

- Есть свидетель – рубиновый дракон Нанью, который видела это своими глазами. Так же я вижу саму виновницу торжества, так сказать, и я не думаю, что она опровергнет мои слова.

В середину зала вышла Шерла.

- Все именно так, как сказала Нара, - заявила она. – Я пришла сюда заявить, что не все люди алчны до нас.

- Это ересь! – тут же заявил один из старейшин.

- Килли мог убить меня множество раз и отправить мое тело на бойню, однако вместо этого он делал все, чтобы вылечить. После той прерванной дуэли с Нанью, я сбежала именно к нему. Сбежала серьезно раненая, практически без Покрова и серьезно обожженная. Большей уязвимости и представить нельзя, однако я сейчас стою перед всеми вами абсолютно здоровая.

- Ничего удивительного, - вмешалась в монолог Нара. – Он решил не удовлетворяться одним драконом, а втереться ему в доверие и выяснить, где находятся остальные. Судя по отчетам жемчужных, недалеко от нас прошло войско людей, причем, в достаточно опасной близости.

- Это ничего не доказывает, - прервал ее Белуис. – Войско появилось только вчера ночью, когда человек был уже здесь. Связи с внешним миром у него не было, это я могу гарантировать.

- Разумеется, не доказывает, - согласилась бывшая Жрица. – Однако совпадение достаточно занимательное.

Лэйхо поднял руку, останавливая начинающийся спор.

- Шерла, ты прекрасно знаешь наши законы и обычаи. Связи с людьми недопустимы ни в каких случаях.

- Возможно, если бы гнездовье не бросило меня умирать в детстве, я бы к ним прислушалась, однако если в час нужды на меня эти правила не распространялись, то... почему я должна следовать им сейчас?

- Они направлены на наше выживание, антрацитовая! – возмутилась другая Старейшина.

- Вот именно, - парировала Шерла. – На ВАШЕ выживание. Не на мое. Сначала стая бросила меня, когда мама попалась людям, просто бросила, игнорировала нужды ребенка, а после, когда стало ясно, что умирать я не собираюсь, началась травля. Кем она организована, пожалуй, говорить не буду. Кому надо, те знают.

Белуис заметил, как по щекам Нары заходили желваки.

- Ты пришла сюда на защиту человека? – спросил Лэйхо. – Ты уверена, что его возможно оставить в живых?

- Абсолютно, - девушка гордо подняла голову. – Я считаю, что его не просто можно оставить в живых, но и просто вывести отсюда, не оглушая. Этот человек не опасен для нас.

- Смелое заявление, - пробормотал последний Старейшина, доселе молчавший.

- Уважаемые Старейшины, если возможно, я хотела бы дополнить, - в центр снова вышла Нара. – Детство антрацитовой было тяжелым, это ни для кого не секрет. Сбежавший в другую стаю отец, попавшаяся людям мать... и мы, что действительно ее попросту бросили. Посмотрим правде в глаза, Шерла здесь абсолютно права.

Девушка, ушедшая к стене зала, недобро прищурилась, и Белуис ее понимал. Нара никогда просто так не признавала ни своих, ни чужих ошибок.

- Сначала это, потом, как она выразилась, травля, неизвестно кем организованная... По сути, антрацитовая стала изгоем в нашей стае, не имея возможности безопасно ее покинуть. Мы отделили ее от нас, противопоставили себя ей. И тут в ее жизни появился тот самый человек. Первое существо в ее жизни, что обратилось к ней с добром, с лаской. Уже этого бы ей хватило, чтобы проникнуться к нему доверием, но он вдобавок оказался друидом, который смог ее вылечить после той дуэли. И теперь она находится здесь, чтобы защищать его, прекрасно понимая, что может вызвать на себя злость всей стаи. Честно, Шерла, я восхищаюсь тобой, - Нара изобразила поклон. – Но будем откровенны и спросим себя: а насколько она объективна, оценивая опасность, исходящую от человека?

Если бы это было уместно, Белуис бы похлопал Жрице. Так искусно перевернуть слова антрацитовой...

- Что ты несешь? – не выдержала девушка. – Ты не хуже меня знаешь, что он неопасен!

- Я как раз считаю иначе. Он знает о нас слишком много. Наш уклад, наши сильные и слабые стороны. И все это благодаря тебе, Шерла. Мы были не правы, бросив тебя на произвол судьбы в детстве, однако ты по-прежнему была и есть часть стаи. Ты не имела и не имеешь никого права раскрываться людям.

Зал одобрительно загудел, подтверждая слова Жрицы.

- Что Вы предлагаете, Нара?

- От человека необходимо избавиться, это первое. Второе – Шерла должна быть серьезно наказана вплоть до изгнания из стаи с отправкой ловчей команды спустя, скажем, полтора часа.

- Мне хватит этого срока, чтобы добраться до тебя, изумрудная, если такое решение будет принято! – возмутилась Шерла.

- Изгнание – лишь крайняя мера, бывшая Жрица. Проступок девчонки серьезен, но не настолько, раз последствия столь легко решаемы.

- Пускай так, - не стала спорить Нара. – Но я настаиваю на смерти человека. Шерла необъективна по отношению...

- Может и так, однако факты говорят сами за себя. Антрацитовая вернулась слишком быстро после тех ранений, которые получила на дуэли и...

- Я предлагаю новую дуэль, - перебила Старейшину Шерла. – За человека. Если я выиграю, человек будет жить.

- И с чего мне соглашаться? – спросила изумрудная.

- Твое слово против моего. И поскольку ты больше не Жрица, наши слова равнозначны.

- Чушь! – возмутилась Нара.

- Не чушь, - возразил Лэйхо. – В этой части Шерла права. Ваши слова равнозначны.

Жрица с ненавистью бросила взгляд на Шерлу.

- Ты же так хочешь моей смерти, а тут я сама предоставляю тебе шанс. Чего же ты отказываешься? – обратилась девушка.

- Смущает то, что ты сама предложила это.

- На это есть причины.

- Если проводить дуэль, то она должна быть на закрытой арене, - подал голос Белуис. – Шерла не умеет летать, на открытой арене у нее не будет и шанса.

- На закрытой не будет шанса у Нанью.

По залу раздалась усмешка Шерлы.

- Кто бы сомневался, что ты не выйдешь против меня сама. Боишься?

- Слишком дешевая провокация, чтобы я на нее повелась, - отмахнулась Жрица. – Против тебя выйдет та, кого ты поклялась Бахамутом убить. Это уже мой шанс тебе, Шерла. Последний, потому что дуэль будет проходить до смерти одного из вас.

- Я настаиваю на закрытой арене, - вмешался Белуис. – Нанью ничего не будет стоить зажарить Шерлу с воздуха, как это уже было.

- Значит, пусть не допускает полета. Мы стая, Белуис. Мы должны быть сильны. Как все вместе, так и каждый по отдельности. Открытая арена покажет, как она сможет как защищаться сама, так и защищать нас. Если выживет, конечно.

- Старейшины, вы же понимаете... - начал глава, но был перебит.

- Здесь уже права Нара, Белуис. Мы стая. И, поскольку нас осталось мало, каждый должен приносить хоть какую-то пользу. Шерла либо победит на открытой арене, чем докажет свою силу и способность защищать гнездовье, либо, если слаба, умрет.

- Вы превращаете дуэль в фарс! То, что она не умеет летать, вовсе не означает, что она слаба!

- Она дракон. Дракон должен подчинять небо, так как именно там он в большей безопасности от людей.

- Я бы хотела дополнить одно условие, Старейшины, - вновь обратилась Нара. – Победитель получает права на проигравшего.

Белуис зло прищурился. Смысл этого правила был кристально ясен – если Шерла проиграет, Нара подарит ее тело ему и заставит прилюдно оторвать от нее кусок. Поглощение слабых когда-то давно было нормальным явлением, даже сейчас старых драконов, которые получили признание остальных, принято поедать. И все бы ничего, вот только считается, что вместе с мясом передаются и часть силы жертвы, а значит, ему грозит получить то же прозвище, что сейчас носит Шерла. Со всеми вытекающими последствиями.

- Ставишь все, Нара? – спросил он Жрицу.

- Добавляю тебе величия, глава, - ответила та, недобро улыбнувшись.

- Скорее проблем, - ответил он одними губами, но Нара, судя по расширившейся улыбке, его поняла.

- Это интересное условие, - задумчиво пробормотал Лэйхо. – Что думаешь об этом, Белуис?

- Думаю, что в этом нет нужды. У нас достаточно еды, чтобы мы могли забыть о некоторых... обычаях прошлого.

- Белуис совсем молодой глава, - взяла слово изумрудная. – Данное испытание покажет, достоин ли он быть над нами.

- Это если Шерла проиграет, - заметил один из Старейшин. – Ты так уверена в Нанью?

- Более чем. Прошлая дуэль показала, что у нее есть все шансы.

- А если все же допустить мысль, что она проиграет? Что тогда?

- Если допустить такую глупую мысль... – усмехнулась Нара, - я позволю антрацитовой и человеку покинуть гнездовье, забрав с собой ее тело.

По залу прошелся возмущенный ропот, который был остановлен рукой Лэйхо.

- Что ж, Нара, пускай будет по-твоему. Дуэль будет проведена по твоим правилам. Совет сказал слово, совет окончен.

Белуис хмуро оглянул драконов засобиравшихся к выходу. И случайно нашел Шерлу, которая смотрела на Нару... и предвкушающе улыбалась, не выказывая никаких признаков беспокойства.

- Что ты задумала? – тихо спросил он себя, чувствуя, что теряет над ней даже тот минимальный контроль, который у него был.

Глава 10

Белуис

Белуис ходил по комнате, думая, как можно исправить то, что случилось. Нара обыгрывает его на его же поле, использует его план против него самого. И сейчас ему ничего не приходит в голову, чтобы повернуть все обратно на свою сторону.

Шерле не выстоять на открытой арене – как бы она ни была быстра, ей не хватит времени добежать до Нанью. Выходов два – или ускорить антрацитовую, или замедлить рубиновую, но как?

- Ну конечно! – осенило его. У него же в тюрьме целый травник, который лечил дракона! Как он мог о нем забыть?

Однако до двери он дойти не успел – с громким стуком та открылась, пропуская донельзя рассерженного Кайдена.

- Ты отправил мою дочь к людям, Белуис, - начал он вместо приветствия. – Изволь объясниться.

- Не изволю, - ответил глава спокойно. – Ты ворвался в мой дом как в людское гнездовье, обратился как к первогодке.

- То, что я жемчужный, не дает тебе права ставить мне условия!

- Мне дает право ставить тебе условия то, что я глава стаи, Кайден.

Оба дракона смотрели друг на друга, напряжение стало расти.

- Почему ты отправил мою дочь к людям, - первым сдался жемчужный.

- Мне нужно было вывести травника из гнездовья. Перед детьми мало кто может устоять.

- Там были люди! А если бы кто-то понял?!

- Я был рядом, следил издали. Небольшой испуг – максимум, что ей грозило.

И это было правдой – Белуис действительно полностью контролировал ситуацию. И он был готов спасать девочку, если бы этот злобный старикан что-то заподозрил.

- Ты мог хотя бы у меня разрешения спросить?

- Ты был в патруле, а действовать нужно было срочно. Что там, кстати, с той армией людей?

- Отдаляются. Их цель явно не мы.

- Уверен?

- Они не рассредоточены, ничего не ищут. Если примерно представить их путь, то получается, что они идут к самому ближайшему гнездовью людей от нас, к тому, что возле водопада.

Белуис на секунду закрыл глаза. Опасения Килли подтверждались, к его людям шли другие люди, явно враждебно настроенные. Однако...

- Пусть идут. Пока нет прямой угрозы драконам, в противостояние не вступать.

…он нисколько не лукавил, говоря, что людские дрязги его не интересуют.

- Как скажешь, - пожал плечами Кайден.

Килли

Сколько я уже тут? Здесь всегда темно, только благодаря Единению я спокойно ориентируюсь в пространстве.

- Не спишь? – раздался голос Дарго за стеной.

- Нет, - ответил я, лежа на соломе, закинув руки под затылок. – Ощущение, будто я на месяц вперед выспался.

- Не боишься? Очень немногие, покинувшие эти застенки видели следующий закат.

- Боюсь, - признал я очевидное. – Но Шерла сказала, что вытащит меня отсюда. Я ей верю.

- Как вы вообще познакомились?

- Знаешь, это было... странное знакомство, по-другому и не назвать.

Я вкратце пересказал ему ту историю, вызвав у дракона едва ли не истеричный смех. И лишь после этого вспомнил просьбу Шерлы никому об этом не рассказывать.

- Всеотец Бахамут, а я все голову ломал, что же она в тебе нашла! – судя по звукам, Дарго лупил ладонью по стене. – Да я даже представить себе не мог, что все будет так просто!

- Может, просветишь? – спросил я его.

- Еда твоя! – ответил он мне сквозь смех. – Ты ее накормил!

- И что?

- У нее было крайне голодное детство, Килли. Ей буквально пришлось выживать. Я не удивлюсь, если ты вообще был первым, кто за просто так предложил ей еду, да еще и ту, что пришлась ей по вкусу. Только поэтому она не убила тебя в той пещере. Для нее это значило куда больше, чем тебе было показано.

Забавно. Мою жизнь спасли несколько кусков разогретого вяленого в травах мяса. Кому рассказать – на смех подымут. Сам бы рассмеялся, если бы ситуация располагала.

Легка на помине, стала приближаться Шерла, я даже уловил едва слышимое цоканье толстого каблука по камню.

- Килли, - едва появившись, девушка тут же позвала меня.

- Со мной все в порядке, - я, как и в прошлый раз, вытянул ей руку, чтобы ей не было необходимости касаться оловянных прутьев моей клетки.

- Завтра я тебя отсюда вытащу. Я была на Совете Старейшин, они позволили мне назначить дуэль за твою жизнь.

- Будь осторожна. Напомню, чрезмерная самоуверенность убила очень многих людей.

- Все будет в порядке. Я не один десяток лет знакома с Нанью и прекрасно знаю, что от нее можно ожидать.

- Ты уверена?

- Абсолютно. У нее нет ни единого шанса. Завтра ты покинешь это место и мы вместе уйдем отсюда.

- Ты хочешь отсюда уйти?

- Гнездовье перестало быть моим домом с того момента, как мама попалась людям. В твоем доме, где ты меня лечил, я чувствовала себя в большей безопасности, чем здесь. Даже будучи неспособной сражаться.

От неожиданности я даже расслабил руку.

- Ты хочешь оставить гнездовье?

- Меня здесь никто и ничего не держит. Я лучше научусь жить среди людей, чем останусь здесь.

За стеной раздался смех.

- Тебе не говорили, что подслушивать чужие разговоры может быть опасно для жизни? – спросила Шерла. – Или ты настолько стар, что хочешь умереть? Твоя клетка меня не остановит, ты же знаешь.

- Побоишься, девочка, - ответил Дарго довольным голосом. – В соседней комнате твой Единенный.

Глаза Шерлы опасно сощурились.

- Ты же знаешь, что я ему не наврежу.

- Ты – нет, - еще более уверенно ответил дракон. – А вот разлетающиеся везде и всюду осколки камня – да. Готова рискнуть, Шерла? Чтобы именно убить меня своей силой, ты должна выложиться по полной.

- Ей не обязательно это делать, Дарго, - в проходе показался Белуис, одетый не в привычный мне костюм торговца, а синий... не знаю, балахон? – Один точный выдох – и вместо твоей головы у тебя будет кусок спекшегося мяса. А ты знаешь, с точностью у меня проблем никогда не было.

- Кто бы мог подумать, что драконенок, принятый в стаю со стороны, скинет меня с трона... – притворно-сокрушенно произнес Дарго.

- Только поэтому ты еще жив и сидишь здесь.

- О, ну спасибо. Вот только скажи, Белуис, - за стеной раздались шаги, кажется, Дарго подошел к прутьям. – Вот это жалкое существование можно считать жизнью?

Сапфировый ответил далеко не сразу.

- Я не могу тебя выпустить.

- Можешь, драконенок, можешь, - ответил тот, удаляясь вглубь своей камеры. – Но боишься.

Глаза Белуиса на краткий миг полыхнули синим, но он тут же взял себя в руки.

- Килли, можно на пару слов?

- Я удивлен, что ты пришел ко мне, - я взялся руками за прутья. – Решил переодеться?

- Что? А, ты об этом... – главу скрыл синий Покров, после чего он уже предстал в уже знакомой мне одежде. – Если тебе так будет проще, то ладно, пускай.

- Ааа... – я растеряно переводил взгляд на него и Шерлу.

- Что? – спросила меня девушка. – Покров гибок, можно создать все, что угодно. Мы все так умеем.

- Зачем тогда было приходить в этом весной, когда снега было по колено?

- В нем удобно, - Шерла пожала плечами. Я взял ее за руку.

- Тебе придется многому учиться, чтобы жить среди людей.

- Я буду очень стараться.

- Зачем ты пришел, Белуис? – обратился я к дракону.

- Думаю, ты уже знаешь, что завтра Шерла будет сражаться за твою жизнь против той, что тебя похитила и доставила сюда. Ты травник, знаешь множество секретов, среди них наверняка найдется какой-нибудь легкий несмертельный яд, способный слегка... замедлить кого-то.

Разумеется, я такой яд знал. Даже не один, прямо сейчас я мог навскидку вспомнить пяток рецептов, три из которых мог приготовить даже здесь, если мне принесут травы.

- Откажись, - тут же отреагировала Шерла.

- Ты уверена?

- Абсолютно. Откажись.

- Не считаешь, что это будет несколько... нечестно? – спросил я главу.

- Мне нужна ее победа. С последствиями цены я разберусь позже. Ты поможешь?

- Только если ты принесешь мне с десяток нужных трав, проведешь сюда электричество и найдешь кое-какое оборудование. Ну или отпустишь меня домой.

Дракон нахмурился.

- Килли, мне кажется, ты немного не понимаешь положение, в котором находишься. Если Шерла не успеет добежать до Нанью в самом начале схватки – она проиграет. А если она проиграет – тебя убьют. Подумай еще раз, есть ли хоть что-то, что ты можешь сделать прямо здесь?

- Я могу думать сколько угодно Белуис, но рецепты от этого не поменяются. И это полбеды. А вторая половина – Нанью дракон, я просто не знаю, что и как на нее подействует.

- Ты же лечил Шерлу.

- Именно. Я ее лечил, а не травил. Таких опытов у нас не было.

- Что ж, очень жаль. Я честно хотел хоть немного повысить твои шансы, но раз уж так...

Белуис развел руками и ушел, скрывшись в коридоре.

- Хоть бы постеснялся так нагло врать, - издал тихий смешок Дарго.

- Что ты имеешь в виду? – спросил я

- Он не о тебе печется, а о себе, просто сейчас ваши интересы пересеклись. Вспомни, что он сказал – ему нужно, чтобы твоя девочка победила. А ты мог помочь ей победить. Но почему-то не стал. Она попросила, да?

- Ты слишком проницателен, Дарго, - проворчала недовольно Шерла.

- А ты поживи с мое, девочка, - рассмеялся дракон. – Просто поживи с мое.

Гартан

Осада деревни началась неожиданно. Засыпая вечером, все видели, что все в порядке, а утром проснулись в уже плотном кольце из малгорской армии. Воплотился в жизнь самый страшный кошмар тех, кто не успел или кому некуда было уехать.

Гартан, новоиспеченный староста, сидел в своем доме, доставшемся ему от отца. Сидел, и решительно не понимал, что ему делать. Проклятый Луной Килли оказался прав – малгорцы не приняли отвары, приготовленные его дочерью.

- Прости, папа, я правда старалась, - Мавис обнимала отца, пытаясь его утешить.

- Ты ни в чем не виновата. Это все Килли, который решил очень удачно куда-то сбежать.

- Килли не уехал бы просто так, папа, - возразила дочь. – И ты прекрасно об этом знаешь.

Глубоко в душе Гартан действительно был согласен с девочкой – слишком уж как-то резко исчез травник. Вещи не забрал, оборудование оставил, травы как висели, так и висят... Малгорцы появились только вчера, он не мог на них случайно натолкнуться, чтобы все бросить, спасая свою жизнь, да и... не оставил бы Мавис, так как связан обещанием. Может, где-то Килли и любит устанавливать свои правила за счет своей незаменимости, однако он всегда держал обещания. Возможно, он и бросил бы деревню, но бросить его дочь не мог.

- Гартан! – в дверь постучался Волдух, мельник села. – Там эти опять тебя требуют.

- Что б вас Луна своей колесницей переехала, - зло пробормотал староста. Идти на очередные переговоры не было никакого желания. Он прекрасно знал, чем все закончится.

Улица встретила его полуопустевшими дорогами – с момента об объявлении создания Коалиции Бывших Республик, уже многие успели уехать кто куда, однако было полно тех, кто оказался в ловушке. Двигаясь к воротам, староста как мог искал аргументы убедить командующего армией, что у него нет того, что им нужно. И кого им нужно.

Открылась в воротах небольшая щель, показались уже ставшими ненавистными палатки... Он знал, что сейчас ему пока что ничего не угрожает – малгорцы слишком горды, чтобы убивать его вот так подло. И, к тому же, они знали, что он все равно не представляет для них никакой опасности. Дали́ – селение рудокопов, из воинов здесь только старый Арлен.

- Снова здравствуй, староста, - капитан показал ему рукой на стул напротив себя. – Поговорим?

- С утра ничего не изменилось. Травника нет в селе. Единственная, кто хоть что-то может сварить – это моя дочь.

- То, что она варит, даже не каждой скотине дашь, - отмахнулся командир. – Меня послали сюда за лучшим из вас.

Старосте стоило больших усилий проглотить оскорбление дочери.

- Его нет в селе, - ровным голосом сказал он.

- Слушай, мне надоели эти игры, - воин с грохотом опустил кулак на стол. – Или ты приведешь ко мне травника, и тогда мы оставим вам коридор, через который вы покинете село, или...

- Или? – нервно сглотнул Гартан.

- Или вы сдохнете. Все. Деревянный частокол – это даже не линия обороны, парень. Да и ворота ваши на два-три удара хорошего тарана. Я очень удивлюсь, если вы продержитесь хотя бы пятнадцать минут.

Он был того же мнения. Продержаться пятнадцать минут будет чудом, после чего вся малгорская армия заполонит село. И даже если они это чудо совершат... Бессмысленно. Никто не спешит им на помощь.

Кра́ут

Одноглазый сидел в своем подвале, подсчитывая прибыль от последней сделки. Буквально с час назад он продал последний пузырек «Второго Шанса», который сварил Килли – доверяя Лохматому, он почти до предела взвинтил цену, ожидая, что покупатели все равно найдутся. И не прогадал – толстосум, представившись поддельным именем, заплатил требуемую сумму и забрал последнюю пробирку, положив ее в специальную шкатулочку.

Прибыль получалась очень весомой, тому же Лохматому можно было смело выписывать достаточно щедрую премию, да и про обеспечивающих его безопасность телохранителей забывать не стоило. И все равно достаточно крупная сумма отправлялась в банк на черный день, что не могло не радовать.

- А сейчас еще начнется волна ажиотажа из-за этой проклятой войны... Бизон! – крикнул он. – Где этот проклятый Бизон?

Искомый бандит появился всего через три минуты. Одноглазый дал ему список, когда-то написанный рукой травника.

- Найди все, что тут написано в как можно большем количестве. И пошли кого-нибудь в село, пусть скажут Килли, что есть вариант для крайне выгодной для него сделки.

- Последнее не выйдет, босс, - протянул Бизон. – Дали в осаде с сегодняшнего рассвета.

Краут посмотрел на часы, показывающие время далеко за полдень, снова на своего подчиненного...

- И Я УЗНАЮ ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО СЕЙЧАС??? – короткий метательный нож пролетел буквально в нескольких сантиметрах от лица бандита, но тот не шелохнулся. Не из смелости, просто не успел испугаться. – Так, дармоеды, вы меня сейчас очень разочаровали. Но пока село в осаде, все внутри живы. Собери толковых ребят, скачите туда, найдите способы вытащить травника из этого кольца. Если получится вывести остальных – на ваше усмотрение, но самое главное – это Килли. Цель номер один. Он должен выжить любой ценой.

- Посмотрим, что можно сделать, босс, - козырнул бандит и вышел из кабинета.

- И лучше вам увидеть хотя бы один рабочий вариант, идиоты... – зло пробормотал Одноглазый. – Солнце, с кем приходится работать...

Шерла

Она очень хотела провести ночь с ним, но справедливо решила, что таким образом не сможет настроиться на дуэль. Ее, кстати, решили провести в полдень. Солнце будет в зените, так что никто не сможет использовать его в своих целях... казалось бы. Однако Шерла не была настолько наивной, усматривая даже в этой мелочи происки одной изумрудной стервы – если бы она не имела возможности летать, ей бы пришлось смотреть наверх, чтобы уворачиваться от огня Нанью.

- Ничего, старая, завтра тебя ожидает просто замечательное представление! – пробормотала девушка в предвкушении.

Ее дом, как и дом практически всех в гнездовье, абсолютно не отличался каким-то изыском. По сути, это были несколько каменных пластин, наложенных друг на друга и создающих лишь видимость стен и потолка. Драконам не нужны большие удобства, чтобы спокойно существовать, лишь место, где их никто не будет трогать. Хотя себе Шерла могла признаться, что даже та жесткая кушетка, на которой ее лечил Килли, была куда комфортнее ее постели, состоящей, по сути, из небольшого количества соломы, где можно свернуться калачиком и поспать.

Люди удивительны. Потеряв доступ к эволюции, они придумали столько всяких штук, чтобы развиваться дальше, что просто дух захватывает! И дело даже не в кроватях – даже проклятые Бахамутом бойни, откуда еще не вышел ни один дракон в целом виде, по сути являлся целым комплексом того, чего сами драконы создать не в состоянии. Да за примером ходить не надо – ее собственный дом не идет ни в какое сравнение с простеньким домом Килли, в котором он, хрупкий человек, может не бояться большинства опасностей, которые боятся люди.

Мысли переключились на Нанью. Проклятая рубиновая посмела прилететь сюда с ним и подвергнуть его жизнь нешуточной опасности. И прощать такой поступок Шерла не собиралась. Никто не смеет вредить Килли, никто. И рыжей это касается в первую очередь. Проклятая Нанью решила надавить на нее через человека - что ж, пусть будет так, как она хочет. Завтра в полдень Шерла сделает все, чтобы рубиновая пожалела о дне, когда впервые послушала Нару и перешла ей дорогу. Она будет убивать ее на глазах всей стаи, кроваво, болезненно, а самое главное – долго. Она вспомнит каждый день унижений, вспомнит каждое оскорбление, которое ей было нанесено...

Ногти впились в ладонь, едва не прокалывая кожу. Шерла усилием воли заставила себя успокоиться. Завтра. Все завтра. А сейчас ей необходимо хоть немного поспать.

Белуис

Главе не спалось. Он раз за разом обдумывал произошедшее на Совете и раз за разом ему казалось, что Шерла стала вести свою игру, ему неподконтрольную. Слишком уж спокойным был взгляд, слишком многообещающей улыбка. Да, направлено это все было не на него, но все же... Так смотрят на тех, кого приговаривают. И хоть Белуис был далеко не слабым драконом, он бы предпочел, чтобы никто, а особенно эта антрацитовая, на него так не смотрел.

- Что ты задумала? – вновь спросил он, глядя в потолок своего дома. Его строение, кстати, было одним из немногих, что хоть как-то отдаленно напоминало человеческое жилище – двери, окна, отдельные комнаты. Наследие тех, кто жил здесь до него. Что согнало их с этого места, он не знал. Да и не хотел знать, если честно.

У Шерлы должен быть хоть какой-то козырь. В прошлый раз она не успела добежать до Нанью, из-за чего едва не поплатилась жизнью, а сейчас слишком спокойна. Возможно, Килли солгал ему и несколько интересных опытов они все же провели. Наверняка найдутся травы, которые могут сделать дракона сильнее, быстрее, усилить восприятие... Но на его просьбу он не откликнулся. Почему? Стал подозревать, что именно глава виновен в его похищении? Вряд ли – Шерла бы уже пришла к нему с претензией на этот счет.

Небо на востоке начало светлеть – поспать дракону так и не удалось.

Гартан

Новоявленный староста шел в шатер как на эшафот. В этот раз он не был уверен, что вернется обратно, а потому использовал всю свою смелость, которую имел, чтобы не сбежать где-нибудь по дороге. Хотя у него бы и не получилось.

Осажденное село за его спиной было по-прежнему замершим, не смотря на рассветное солнце. По понятным причинам, никто не шел работать в шахту.

- Это наша последняя встреча, староста, - начал капитан заместо приветствия. – Позови травника.

- Его нет в селе, - устало-раздраженно ответил Гартан.

- Хватит лгать! – тут же разъярился командир, ударив кулаком по столу. – Травник в селе! И раз ты его не выводишь, мы туда войдем сами! И тебе это не понравится! Посыльный! Боевое построение!

- Стой! – завопил мужчина. – Не надо! Травника нет!..

Один тяжелый удар в живот едва не заставил его забыть как дышать, однако даже в этом состоянии он не мог не увидеть, как лагерь стал похож на растревоженный улей. Солдаты спешно одевали экипировку, осматривали и точили свое оружие, создавали боевые порядки... Капитан тащил его за собой как котенка, взяв за ворот одежды, чтобы староста, не дай Солнце, случайно не потерялся.

- На штурм! А ты! – он приподнял Гартана. – Ты увидишь все своими глазами!

***

Это заняло всего семь минут. В деревянной стене появились огромные бреши, в которую агрессивным потоком хлынула малгорская армия. Здесь же они потеряли больше всего людей, но... жители села, обычные шахтеры, умирали куда большим количеством, пытаясь защитить свой дом, свою семью. Но что они могли против хорошо обученных солдат?

Людей загоняли к центру, словно скот. Убивали и насиловали, не задумываясь о какой бы то ни было морали. Выбивали двери в домах, вытаскивали людей на улицу, обыскивали жилища... и, не найдя искомого человека, истребляли жителей.

Спустя всего час остатки выживших забаррикадировались в доме старосты, как в самом крепком в селе. Насмерть перепуганную Мавис, вместе с другими детьми, спрятали в подполе, строго наказав не выходить как минимум сутки... и крепко обнимая, зная, что это в последний раз. А дети, хоть и были детьми, прекрасно понимали, что происходило, и прекрасно понимали, что своих родителей они больше не увидят.

Малгорцы не стали сильно церемониться с единственным домом – выбив несколько окон, они впустили в него смерть точно так же, как и во множество других домой до этого. И уже собирались уходить, как один из солдат услышал под ногами звук разбившегося стекла. Подпол был найден за считанные секунды, а судьба детей стала далеко незавидной...

Килли

Я едва успел открыть глаза, как меня тут же окликнул Дарго.

- Не спишь?

- Уже нет, - я аккуратно повернулся на соломе, разгоняя кровь по телу. Ощущения были... так себе. Словно тысячи вонзившихся иголок.

- Думаю, для тебя все решится сегодня. Жаль, ты мне интересен.

- С чего такие выводы?

- Время, - я не видел дракона, но почему-то показалось, что он пожал плечами. – Белуис крайне заинтересован в победе, он не будет тянуть с дуэлью. Единственное, ты ему слегка планы спутал, конечно, но запущенный им маховик событий так просто не остановишь. Я бы даже сказал, что он теперь живет своей жизнью.

- Тебя послушать, так Белуис какой-то великий комбинатор.

- О, в том-то и дело, что нет. Великий комбинатор, как ты выразился, всегда держит руку на пульсе и способен в любой момент остановить события или повернуть их в свою пользу без вреда для себя. Если Шерла проиграет, он потеряет власть. Сразу или чуть позже – уже не важно, но этот исход станет неизбежным.

- Шерла не проиграет.

- Разумеется, - не стал спорить Дарго. – У нее есть какой-то козырь, который вы вдвоем подготовили. Не поделишься, что это? Что-то друидское? Приготовил что-то, что можно бросить в Нанью?

- Пусть это будет секретом, - я улыбнулся. – Не хочу привлекать Луну.

- Ох уж эта ваша Луна... – сплюнул дракон. – Ее, может, и не существует даже!

- Может и не существует, - согласился я. – Но для меня она реальна. И злить ее не стоит.

- Пускай так. Человеческая религия иррациональна, однако имеет шанс на жизнь.

Несколько минут мы помолчали.

- Не хочешь сам на дуэль посмотреть?

- Да кто ж мне позволит? – весело спросил Дарго. – Белуис костьми ляжет, но не выпустит меня из клетки. Не убил до сих пор – и то хорошо.

- Жаль, - пробормотал я. Мне действительно было жаль. Сколько он там уже сидит, раз даже не пытается думать о жизни за этими оловянными прутьями?

Издали послышались шаги – сюда кто-то спускался. И, кажется, не один.

- Вот и пришли за тобой, Килли, - немного грустно сказал дракон. – Что ж, прощай. Спасибо за наши беседы.

- Чего ты прощаешься-то сразу? – я решил его приободрить. – Может, встретимся еще.

- О, ты решил сюда вернуться? – рассмеялся он. – Не советую, во второй раз может не повезти.

- Человек, нас послали за тобой, - едва приблизившись, драконы тут же обозначили свое присутствие. Их действительно было двое, и оба были в белых балахонах. Один из них, надев толстые перчатки, вставил ключ в дверь и, взявшись за прутья, открыл ее. – Выходи, мы проводим тебя на арену.

Арена представляла собой большой каменный круг с высокой трибуной. Меня посадили около Белуиса, ровно по центру. Тут же стояла какая-то уже пожилая женщина в слегка выцветшем зеленом балахоне, внимательно следящая за дуэлянтками. И если рубиновая явно демонстрировала ненависть, то моя Единенная была... равнодушной? Самоуверенной? Не мог понять, хотя я находился настолько рядом, что при желании уже должен был чувствовать ее эмоции.

- Драконы! – взревел сапфировый за моей спиной. – Сегодня эти двое заново начнут то, что было мною когда-то прервано. Совет Старейшин обязал сражаться рубинового дракона Нанью и антрацитового дракона Шерлу до тех пор, пока кто-то из них не умрет. Цель этой дуэли – судьба человека, что сидит сейчас прямо возле меня. Бывшая жрица изумрудный дракон Нара выдвинула еще одно условие – тело побежденного достается победителю.

Пара, стоявшая аккурат за Нанью, нахмурилась. Рядом с ними я увидел ту самую малышку, которая рассказала мне о ждущем в лесу Белуисе. И чем он только думал, когда отправил ребенка-дракона к людям?

- Дуэль начнется, как только эта монетка достигнет камня арены, - глава через меня бросил золотой кругляшок, сверкающий на полуденном солнце.

Нанью явно сжульничала – не успело золото коснуться земли, как она уже использовала свой покров для метаморфозы, однако... Шерла просто стояла и смотрела, как ее соперница превратилась в дракона и, оттолкнувшись от земли, взлетела.

Нанью

Нанью ожидала, что червячка тут же бросится на нее, стоит дуэли только начаться, но нет. Удивительно, но антрацитовая даже не сподобилась превратиться.

- Ты что, решила сдаться? – спросила она с воздуха, не понимая смысла ее действий.

- Сдаться? – спросила Шерла. – После всего, что было, после принесенной клятвы?

Рубиновая оглядела зрителей. Снова за ее спиной собралась вся стая, снова половина, отведенная червячке, пуста. Белуис внимательно наблюдает за этой странной дуэлью, Нара хмурится, пытаясь понять что происходит...

- Ты уже упустила момент, когда могла меня достать, червячка! – заорала Нанью. – Теперь у тебя нет ни единого шанса на победу!

Шерла лишь громко расхохоталась с таких слов, заставляя девушку нахмуриться еще сильнее. Что-то явно шло не так.

- Какая самоуверенность! – заявила она, соизволив, наконец, скрыться за Покровом и превратить свое тело в драконье. – Кажется, ты забыла нашу встречу у водопада. Но это ничего, Нанью, это ничего, - антрацитовая сжалась в пружину. – Я тебе сейчас напомню...

И прыгнула так высоко, как никогда раньше! Нанью пришлось сильнее махать крыльями, чтобы набрать высоту, однако проклятая червячка все равно приближалась к ней! Словно... словно могла летать!

- Да быть не может! – в сердцах заявила рубиновая, когда Шерла зависла аккурат напротив нее, вызвав удивленные возгласы внизу.

- Бу! – ответила соперница... и наотмашь ударила ее по морде. На каменный пол полетели первые чешуйки. Ее чешуйки.

- Да как ты смеешь, жалкая! – кровь тут же вскипела огненной яростью. Пускай эта проклятая и научилась летать, но Нанью это может с детства! У нее куда больше опыта!

К сожалению, об этом знала и Шерла. И пока рубиновая без толку махала лапами, пытаясь достать соперницу, та в определенный момент просто набросилась на нее и, сдавив своим змеевидным телом до состояния «не могу дышать», прижала ей крылья, заставляя терять высоту. И, словно этого было мало, уже перед самой землей червячка резко взяла вверх, раскручивая ее тело и мешая понять, чем именно она сейчас ударится.

Ей не повезло – громкий треск и вспышка боли в спине означали перелом правого крыла, при чем у самого основания. Взлететь Нанью в этой дуэли больше не могла, а на земле... на земле ее шансы стремительно снижались к нулю.

Шерла

Это был час ее триумфа. Все произошло куда лучше, чем она даже смела надеяться! Перелом крыла – да она даже мечтать не смела о такой удаче!

- Я обещала тебя убить, Нанью, - произнесла Шерла, постепенно приближаясь. – Поклялась Бахамутом.

- Я еще не проиграла! – в голосе рубиновой отчетливо слышался испуг.

- Лишь вопрос времени. Очень! Короткого! Времени!

Не имея возможности взлететь, рубиновая не была ей соперником. Да, ее лапы были длиннее, но какой от этого толк, если Шерла банально уворачивалась, по максимуму используя гибкость своего тела?

Красная чешуя летала по всей арене, на стене появились первые кровавые брызги. Шерла разорвала дистанцию, позволяя сопернице вдоволь «насладиться» своим положением и прочувствовать глубокую рану на боку.

- Знаешь, Нанью, пока ты издевалась только надо мной, мы еще могли прийти к какому-то компромиссу. Но ты позволила себе навредить Килли. И вот за это ты не выйдешь живой за пределы арены.

- Как много слов, червячка. Думаешь, слегка царапнула кожу, так теперь все? Победила?

- Разумеется, - ответила Шерла, обходя противницу по кругу. – Может, в воздухе ты бы и доставила мне проблем, но здесь, на земле...

Антрацитовая вновь бросилась на Нанью, срывая с той последнюю чешую, полосуя кожу, оставляя росчерки кровавых брызг. Рубиновая защищалась как могла, уже нисколько не думая о наступлении, но имея слишком много ран, начала сдавать. И Шерла, заметив это, снова сдавила в своих кольцах.

- Помнишь, как ты использовала свою силу с выгодной позиции, с высоты? Теперь моя очередь.

Раздался сухой электрический треск... а затем истошный вопль рубиновой стервы, страдающей от разрядов, проникших в ее тело - антрацитовая не пожалела сил, чтобы заставить свою соперницу страдать еще сильнее, чем сейчас. Но убивать ее таким образом она не планировала - Шерла хотела, чтобы Нанью чувствовала приближающуюся смерть, ощущала ее. И потому впитала разряды обратно, прежде чем обратиться к ней в последний раз.

- Ты даже представить себе не можешь, как долго я ждала этот день, стерва... – прошипела девушка, отодвигая лапой морду и обнажая беззащитную шею. Обессиленная соперница, сдавленная змеевидным телом, полузадушенная, оглушенная и измученная электричеством, уже даже не пыталась хоть что-то сделать.

Шерла уже открыла пасть, полную острых зубов, чтобы закончить, наконец, эту дуэль, как ее остановил крик.

Килли

Чем дольше шла эта дуэль, тем сильнее хмурилась женщина, а уж в момент, когда Шерла взлетела, та явно заскрипела зубами. Все явно шло не так, как она хотела. Зато Белуис лучился таким довольством, словно нашел поляну, полностью засаженную полунником. Хотя на какую Луну ему полунник?..

- Так вот, что ты задумала... - едва ли не в восхищении пробормотал он.

Ситуация на арене становилась все более однозначной – треск кости и обмякшее крыло, летающая во все стороны чешуя, преимущественно красного цвета, брызги крови... Шерла изгалялась над Нанью, изматывала ее, истощала. И чем ближе эта дуэль подходила к своему финалу, тем сильнее веселился глава и сильнее мрачнела изумрудная.

Рубиновая уже едва стояла на лапах, когда бросок опрокинул ее навзничь. Шерла, вновь используя преимущества своего змеевидного тела, снова сжала ее в своих кольцах, поднимая освободившимися лапами морду и обнажая уже ничем незащищенную шею. На глаза вновь попалась та пара, которая стояла за Нанью в самом начале. И если мужчина еще хоть как-то держался, хоть и был неестественно бледен даже для жемчужного, то вот женщина вовсю рыдала, прижавшись к его груди. И только в этот момент до меня дошло очевидное – я понял, кем они приходятся явно проигравшей Нанью.

- СТОЙ! – заорал я во все горло уже открывшей пасть Шерле. – СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ!

Прыгнуть в арену сразу у меня не получилось – сидящие по бокам от меня драконы тут же положили руки мне на плечи, однако кивок Белуиса, позволил мне перепрыгнуть перила. Камень больно ударил в ноги, но усилием воли я загнал неприятные ощущения подальше.

- Шерла, не надо, - я подходил к девушке, которая хоть и смотрела на меня, но все еще не выпускала свою жертву. – Прошу тебя, остановись.

- Почему? – спросила она.

- Посмотри на нее. Она больше не может сопротивляться. Ты уже победила. Ты всем все доказала. Уже нет никакой необходимости убивать.

Шерла перевела взгляд на нее, снова на меня...

- Она похитила тебя, подвергла твою жизнь опасности.

- Но я жив. Жив и невредим.

- Я поклялась Бахамутом, что она умрет.

- Есть ли здесь хоть кто-нибудь, кто считает, что если Шерла отступится от клятвы, то покажет слабость? – заорал я, повернувшись ко всем, благо, они находились только с одной половины арены. – Есть ли те, кто считает, что нет никакого способа избежать сегодня смертей?

На арене стало так тихо, что по ощущениям даже воздух начал густеть. В глазах матери Нанью появился слабый огонек надежды.

- Как глава нашей стаи, я хочу задать вопрос, - взял слово Белуис, - считает ли стая возможным отступить Шерле от своей клятвы без нанесения урона ее чести и репутации? Поднимите руки, если да.

Первым руку подняли ее родители, следом их соседи, потом их соседи... Почти все. Подавляющее большинство. Шерла, видя это, отпустила голову Нанью и, посмотрев на нее так, словно видит впервые... со всего маху шарахнула ту своими рогами. Взгляд рубиновой, едва-едва начавшей приходить в себя, снова «поплыл», а сама она «растеклась» по полу арены – моя антрацитовая сползла с ее тела и остановилась возле меня, сунув кончик своего носа мне под руку.

- Согласно условиям дуэли, - раздался какой-то болезненно-высокий голос изумрудной женщины, - тело побежденной принадлежит победителю!

Я резко оглянулся и успел увидеть как синие всполохи у лица Белуиса, так и гримасу боли на лице говорившей. Остальные драконы, кстати, сейчас посмотрели на нее с такой концентрацией ненависти и презрения, что та аж съежилась.

- Не надо! – женщина все же не выдержала и спрыгнула на арену. Ее муж, что-то сказав Элфи, тут же спрыгнул следом. – Шерла, я прошу, не надо.

- Решение примет он, - девушка слегка качнула головой в мою сторону.

- Парень, она тебя похитила и принесла сюда, мы знаем, - мужчина задвинул свою жену за спину. – И мы знаем, как сильно люди алчны до нас. Я прошу, оставь мою дочь здесь, возьми меня вместо нее.

- Кайден! – заорала мать Нанью. – Что ты несешь?!

- Я должен защищать свою семью, Айрин, защищать, чего бы мне это не стоило!

Сама рубиновая, кстати, вновь стала приходить в себя. Скрывшись Покровом, та превратилась в человека и глухо застонала, заставив сапфировую броситься к ней. Платья на ней практически не было, лопатка на спине торчала под явно неестественным углом.

- Необязательно сегодня кому-то умирать, - тихо ответил я Кайдену и, оттеснив его с дороги, подошел к почти обнаженной и сильно хромающей девушке. Айрин тут же развернула ее так, чтобы оказаться между мной и дочерью.

- Человек, не надо, - обратилась она ко мне. – Я обещаю, она больше никогда тебе не навредит, ни она, ни вся наша семья. Если тебе не нужна жизнь жемчужного дракона, возьми мою. Моя чешуя прочнее и...

- Мама, - прохрипела Нанью, отстраняя родителя, - хватит. Я проиграла. Он в своем праве.

Она встала передо мной насколько могла прямо и спокойно ждала своей участи. Я же, достав мазь из пустырника, начал обрабатывать ей полученные раны. Кровоточащие порезы заживали практически на глазах, вызывая удивление как у родителей, так и у самой рубиновой.

- Что ты делаешь? – выдавила она из себя.

- Сейчас будет больно, - я нанес мазь на кривоторчащую лопатку. И, подождав около минуты, резко надавил на нее, использовав в качестве опоры ее здоровое плечо. Кость с громким хрустом встала на место, заставляя Нанью упасть на колени, заорав от боли.

- Парень... – прошептал Кайден.

- Необязательно сегодня кому-то умирать, - вновь я повторил свои слова и протянул коробочку отцу. – Хватит на сегодня и крови, и боли. Отведите ее домой, пусть она поспит. И приготовьте еды, много. Эта мазь пробудит в ней очень сильный голод.

Я почувствовал прилив чужой гордости – Шерла, уже обратившись человеком, смотрела на меня с гордой улыбкой на лице. И я не мог не улыбнуться в ответ.

- Отвезешь меня домой? – спросил я ее. Слишком уж я тут задержался, следовало вернуться. Сомневаюсь, что Гартан поднял село на мои поиски, но в том, что все меня потеряли, сомневаться не приходится.

- Конечно, - она обняла меня и, закрепив на себе, поднялась в небо, снова вызывая удивленные возгласы стаи.

Дым на горизонте вызвал во мне чувство тревоги, и чем ближе мы подлетали, тем сильнее она была. Что-то случилось в мое отсутствие, и я молил всех трех богов, чтобы не то, о чем я думал. Но, к сожалению, мои молитвы услышаны не были.

Стена вокруг села была далеко не цельной – то тут, то там зияли огромные бреши. И вид, который с них открывался... удручал. Повсюду мертвые тела, всего несколько солдат в доспехах малгорского образца, но в основном... в основном это были те люди, которых я знал и с которыми прожил последние пять лет. Мужчины, женщины, старики, даже дети...

- За что, Солнце? – спросил я едва слышно. – Где мы перед тобой так провинились?

Жители были убиты с разной степенью зверства. И если с мужчинами не церемонились, то вот с женщинами, судя по разорванным одеждам...

Я побежал к центру, туда, где стоял дом старосты. Тел становилось все больше, видимо, село уничтожали окружением.

- Килли! – Шерла не дала добежать мне до двери. – Тут живой!

Я тут же двинулся к ней, приближаясь к возвышающимся на площади подмосткам. И живым человеком оказалась ни кто иная, как Мавис.

- Святое Солнце, - прошептал я, потрясенно глядя на девочку. Ладони прибиты к доскам, одежда разорвана, тело в порезах, бедра все в крови...

- Дяд... Кии... – прошептала она, приводя меня в чувство.

- Молчи, - руки сами полезли в сумку, вот только ничего нужного там уже не было. Даже ягоды кровавника, которыми можно было бы хотя бы обеззаразить раны, были попросту съедены. – Береги силы. Шерла, сможешь вытащить гвозди?

- Я попробую.

Девушка аккуратно двумя пальцами схватилась за шляпку и одним рывком освободила сначала одну руку девочки, а потом и другую. Я тут же оторвал от своего костюма несколько лоскутов – не самый идеальный бинт, но все ж лучше, чем совсем ничего.

Мой дом был сожжен практически дотла, вместе со всем оборудованием и травами. И это был единственный шанс хоть как-то побороться за ее жизнь. До города мы втроем не доберемся, только если у нас будет полунник... Полунник!

- Где твой эликсир? – спросил я раненую, кладя ее на землю и обыскивая ту немногую одежду, что ей оставили.

- У нас... не б...ыло... четы...рех... лет... – прошептала Мавис. И в этот момент, слава Солнцу, пальцы нащупали знакомую склянку.

- Держись, я тебя вылечу, - я приподнял ей голову, намереваясь споить эликсир, но... – Нет! Мавис, не смей, слышишь?!

Я отчаянно бил ее по щекам, по груди, пытаясь запустить непослушное сердце. Не знаю, сколько это длилось, но в какой-то момент Шерла схватила мою руку за запястье.

- Килли... – сказала она. - Все...

Всего два слова... Отчаяние захлестнуло с головой. Я просто упал рядом с ней, не в силах сдерживать слез.

- Староста... – прошептал я. – Прости... Я тебя подвел...

Ссылка на следующую часть:

https://author.today/work/245536

https://author.today/work/245536

https://author.today/work/245536