Мурат Токарь

Зеркало разума 2

Пролог вторая попытка

После того как Эржан, или кем бы он сейчас не являлся, включил Cheerleader – OMI, после написал первую стречку, но так как его электронная ручка, была засорена остатками еды, которую, он привык употреблять над клавиатурой, отвлёкся на чистку своего орудия труда, тогда песня кончилась и, началась следующая по очереди, которая называлась Cho Cho Train – General levy. Вынув несколько кнопок, Эржан огляделся вокруг себя пытаясь найти, что-нибудь для того, чтобы облегчить себе задачу, но ничего подходящего не нашёл. Тогда Эржан взял одну из вырванных клавиш, и попытался её углом вычистить прилипшую возможно ещё в прошлом году, уже давно не еду. Как и следовало ожидать это не дало шибкого результата, тогда Эржан вспомнил о том, что на маленьком карманном фонарике, который подарил ему такой же автор неудачник, как и тот, кого вам сейчас выпало читать, по имени Бенедикт, с которым Эржан познакомился ещё в прошлом году, когда дописал заключительную книгу.

Простите отвлёкся…

Прошло уже достаточно времени, чтобы смириться с потерей своей любви…

Простите снова отвлёкся…

В общем, к этому фонарику было прикреплено «Перо», для снятия отсека где считываются сим-карты, а также флэшки, в современных телефонах. Эржан взял этот подарок и просто вспомнил некоторые события, которые уже давно в прошлом… хотя сама книга об этом.

Глава 1 - Новый старт

(Под World on fire – Stock Figure)

Четыре дня семья ждала, когда придёт хозяйка квартиры, в этот день Гульсун сама пошла узнать переезд состоится или нет, в итоге выяснилось, что Елена, та самая собственница, которой всё осталось по наследству от отца, который закончив военную карьеру, занялся продажей самогона, жила в своём доме, на окраине города Луга, что в Ленобласти. Елена сильно болела, хотя скорее ей просто хотелось верить в это, дабы избежать саботажа с её точки зрения, подробности которого мы узнаем по ходу рассказа, поэтому она не хотела переезжать в квартиру, так как та находилась на третьем этаже.

(Кстати я отмечаю треки, так как это благодарность им за то, что их музыка помогает мне поймать свой ритм, для того, чтобы поверить в себя и, показать миру жизнь, одного в котором все, из «серой массы»)

Так вот, Елена была барахольщицей, поэтому её дом был забит большей частью мусором. Гульсун вызвалась помочь Елене, подправить здоровье и, рассказала о своём опыте работы хирургом, соответственно и о медицинском образовании. Елена согласилась, но при условии, что Гульсун оставит одного из своих сыновей жить с ней. Ближе к вечеру Гульсун попросила Эржана, переехать к Елене. Эржан не видел в этом никакого подвоха, поэтому спокойно согласился и, забрав с собой ноутбук отправился с мамой в дом на окраине города Луга. Пока Гульсун разговаривала с Еленой, Эржан играл в игры, но спустя полтора часа, мама ушла, оставив Эржана наедине с женщиной, за которой очевидно требовалось ухаживать, выступая в роли медбрата. Спустя несколько минут, Елена позвала Эржана в свою комнату.

– Что случилось? – спросил Эржан, встав у двери.

– Ничего, просто хочу поговорить с тобой, – ответила Елена, которая лежала в своей постели и, спросила, – тебя же зовут Расул?

– Нет, – ответил Эржан и повторно представился.

– Ну присаживайся, Эржан, – сказала Елена, указав на стул, который был завален вещами.

Одежда валялась по всей комнате, отчего Эржану пришлось сконцентрировать своё внимание на своей сноровке для того, чтобы ловко подобраться к стулу, не задевая, не ломая, не растаптывая и, даже не разбивая хлам, который валялся буквально по всему дому. Долго не думая Эржан скинул гору вещей на пол, и пытаясь игнорировать осуждающий взгляд Елены, наконец сел.

– А вы Лена? – спросил Эржан, просто для того, чтобы продолжить разговор.

– Теть Лена, – подправила хозяйка дома.

– Да, простите за бестактность, – сказал Эржан, радуясь тому, что задумка имела успех.

– Вы с Таджикистана? – Спросила Елена.

– Нет, с Кыргызстана, – ответил Эржан, пытаясь скрыть своё раздражение, которое быстро охватывало его, когда кто-нибудь пытается играть в «угадайку» называя пример, без которого спокойно можно и обойтись, наугад.

– А сколько у вас человек в семье? – спросила Елена.

– Пять, – ответил Эржан, и добавил возможно лишние подробности, – сестрёнка она сейчас в Кыргызстане, преподаёт английский язык, частным образом, я, два старших брата и, мама, ещё жена брата.

– И чем вы все занимаетесь? – спросила Елена.

– Выживаем, – шутливо ответил Эржан, и спросил, – чем ещё заниматься в наше время?

– А почему вы не «выживаете» у себя в Кыргызстане? – Раздраженно спросила Елена, не оценив шутки.

– В смысле? – снова пытаясь сдержать своё переменчивое настроение, спросил Эржан.

– В России и без вас много всякого сброда, – резко ответила Елена, и спросила, – зачем вы все сюда приезжаете?

– Зачем мы сюда приехали это наше личное дело. Я не имею привычки спрашивать у

людей, как что-то делать. Вообще тот факт, что мы снимаем ваше жильё, не даёт вам право говорить со мной в такой манере, – ответил Эржан, который именно таким себя и видел в глубине души, от чего и злился больше, – не хотите поругаться, нам стоит сменить тему разговора, жаль вы не мужик, так мне было бы легче проявить, что я действительно по этому поводу думаю…, – добавил Эржан представив, как, смотрит на окровавленные кулаки.

Эта картина, сигналила о этичности данной ситуации, это желать навредить физически, когда разумом человек напротив тебя вредит себе больше, а ты можешь сделать хуже, но есть одно правило, которому всегда надо следовать, если хочешь приблизить лучший мир, скорее поговорка «Хуже может быть, даже без вашего участия, а вот лучше вряд ли».

Эта мысль блеснула на уровне инстинктов, Эржан даже не понял её, просто его гнев испарился.

– Извини Расул, я просто уже старая и не знаю о чём говорю, – спокойно сказала Елена, и заключила, –вы хотя-бы русский язык знаете.

– Зато не знаю, родного языка, – виновато признался Эржан, который пока ещё не признался себе в том, что «родной» язык это тот на котором, понятнее всего можешь изложить свою мысль.

– Почему? – спросила Елена.

– Просто большую часть своей жизни, прожил в России, а именно в Сургуте, –

ответил Эржан.

– Плохо не знать родного языка, – заключила Елена.

– Не спорю, но, если мыслить масштабно, кому нужен кыргызский язык, вне Кыргызстана? – спросил Эржан, и оправдываясь добавил, – поэтому знаю только русский и английский.

– Ну если так, то да, ты прав, – ответила Елена.

– А сколько у вас людей в семье? – спросил Эржан, не желая продолжать разговор о себе.

–Я и два сына, – ответила Елена, и добавила, – они сейчас во франции.

– А муж? – спросил Эржан.

– Он ушёл к другой стерве, больше двадцати лет назад, – ответила Елена.

– Сочувствую, – ответил Эржан, который никогда неумел сочувствовать, а говорил это, так как не знал, что ещё может сказать, о печальной ситуации в жизни человека, не чувствуя даже малейшего дискомфорта, так как не имел чувств в принципе, а всё что делает его живым это, просто логический подход, к поиску за что осудить, по крайней мере тогда, он был именно таким.

– Это `сейчас дом в таком состоянии, а вот раньше, когда у меня ещё были силы, я тут всё держала в порядке и даже скот содержала, свиней, кур, даже лошадь, – сменила тему Елена, и оправдываясь спросила, – я же женщина, разве может женщина держать в порядке дом?

– Выходит, что нет, – ответил Эржан, с трудом избежав такие слова как «лично вы».

***

Когда наступает момент, когда вы наконец настолько далеки от понимания действительности кошмара, который происходит вокруг вас, и создаёте анкету в приложении знакомств? Просто так уж вышло, что мышление так далеко ушло в элементарную попытку найти более виноватого, или «глаз за глаз, кровь за кровь», просто для того, чтобы не оправдать своё необоснованное упрямство, а просто потому, что вы почему-то решили, что вы «правая» сторона, а не ваш оппонент. Вот вы заходите глубоко и раните, своих близких, решив, что только ваша «правда», не просто так в кавычках, так как живущий во вселенной теорий, не может уверенно утвердить, что именно он знает лучший путь, а под эту музыку понимаешь, что прошлое мы сжигаем, а после пишем ужасную историческую книгу прошлого, былых времён, так как ничего не поменялось, никто не понял сути, а если и понял(а), то всё равно поддавшийся лени отступили, либо прожили сделав маленький вклад в лучший мир. Но один факт того, что дворовых собак отстреливают по сей день, задумываешься о вложении, которое было микроскопическим, дело не в том, что кто-то недостаточно старался, просто живя в мире мяса, владеющего божественным разумом, это не тот путь, в который верит большинство. А рай становится явью, когда люди обсудили что действительно важно в этом мире, вышеописанный вариант или тот, что может быть лучше, в макромасштабах.

Глава 2 - Грани абсурда

– У меня уже двадцать лет не было настоящего мужчины, – жалобно призналась Елена.

– Двадцать лет? – спросил Эржан, который тут понял, что можно ждать возможности быть только с единственной достаточно долго, осматривая бардак в комнаты, неправильно поняв собеседницу.

***

Боже каким же идиотом я был тогда, – подумал Эржан, давно ушедшего две тысячи пятнадцатого года, отложив в сторону новую тетрадь, которую купила ему мама, дабы отметить первую заработную плату кочегара в угольной котельне посёлка Приозёрный, что в Лужской области, которая почти вся вручалась матери, так как Эржан хотел быть полезным.

В такие моменты Эржан, был счастлив, так как мог своими силами, сделать жизнь матери более лёгкой, но по своему обыкновению не может корректно проявить эмоцию, чем в очередной раз предстал перед матерью неспособным проявить благодарность. Эржан и тогда не научился имитировать эмоции, так как большую часть жизни провёл, будучи избалованным ребёнком, который отказывался взрослеть. Но вот упав с пьедестала беззаботности, оказавшись в самой гуще, скорее в самом сердце действительности, Эржану пришлось быстро развиваться, дабы не сгинуть, теряя возможно свой единственный шанс внести вклад в рай, или просто разбогатеть и вернуться в счастливое детское неведение, что ближе к правде.

Именно поэтому мы работаем, трудимся не покладая рук, терпим все бесчинства, которые происходят в нашей сценарной жизни, которую пишем сами, ради «богадств» и денег, которые помогают открывают двери к «настоящей жизни». Жизнь, в которой всё светло и ярко, у тебя есть папа и мама, которые всегда заботились о тебе, тебя кормили, поили, одевали, стоило тебе упасть тут же прибегала мама и, нежно дула на царапину, помогая преодолеть боль.

Сочувствую тем, кому система раскрывает досадное представление о детстве, в которое вы не хотите возвращаться, но верю, что и у вас в жизни есть моменты, ради которых вы продолжаете свой путь и, терпите одно из проявлений системы как «время». Подумал Эржан, когда был уверен в том, что сейчас у него множество слушателей, которые не дадут мысли улететь в никуда, так как если такое не запечатлеть, то воссоздать гораздо сложнее, нежели придумать новое.

Сейчас такое время, когда людей более чем достаточно, для корректной работы системы, которая была продуманна во времена прошлых лет, когда человек, был намного ценнее как ресурс, так как встречался на много реже, что в итоге образует мысль, которая медленно, но верно, у множества людей появляется сомнения, в пути которому они следуют, так как с приходом электронных гаджетов многие предпочли пиксели перед глазами, нежели общение друг с другом. А система тем временем потихоньку сокращает численность населения, уничтожая устаревшие, слабые, отставшие в развитии народы, оставляя продвинутых, обновлённых подходящих под стать квалифицированных рабов, типа курящих, пьющих, принимающих и распространяющих весь этот часто буквальный опиум, то есть самых ярко выраженных капиталистов, у которых всегда есть выбор, и силы бороться со своими пороками, но к сожалению, когда построить карьеру, это по большей мере означает необходимость нет-нет да поцеловывать чью-нибудь задницу, выбор более лёгкого заработка для некоторых типов людей заведомо предопределён, что никак не приближает рай. Пишем книгу наших жизней, вольны выбрать что угодно, но всё это под чутким даже коварным, контролем системы, а игра называется «успей вписать себе счастье, пока враг в отражении, пытается разрушить твой путь в рай, который можно построить даже будучи живым», но как я и сказал, выбор многих уже заведомо разделён, от чего и понимаю насколько всё сумасбродно, что твоя мера испорченности, заходит далеко за рамки «уколов», а мы как говорится на инстинктивном уровне, высказываем свою мысль, которая основополагается на нашей личной книге. В такие моменты мы часто слышим «не судите по себе», что часто звучит как «укол», на самом деле это «пятнашки», которые зашли слишком далеко, а напротив тебя всегда живой человек. В общем в таких условиях вы успеваете, но не всегда, вписать себе крупинку счастья, и целый вагон детям. Тем же временем, когда система хочет убить нас, как творение у каждого из которых есть практически божественная сила, то есть разум. Совокупность нежелания людей жить в действительности говорит, о нашем отторжении данного строя, но у нас нет силы воли измениться, а вот вписать в свою книгу такое как «глаз за глаз, кровь за кровь» всегда предпочтительнее, потому что всё так совпало, что это поощряется всеми, так как на этом построен кодекс «чести» в мире где как бы капитализм, то есть продайся по дороже, и вот снова выбор уже предопределён, да у каждого он свой, от чего одуматься и вспомнить о том, что напротив такой же человек, не всегда в неоспоримом факте нашей личности. Но «время» идёт, за людьми уже просто сложно следить, от чего система переживает кризис тотального контроля, когда, казалось бы, пастухи озабочены личным обогащением больше чем жизнью своей отары скота, от чего происходят грубейшие ошибки людей в голове, которых есть бесконечные возможности, но чёрт бы это всё побрал, снова выбор был уже предопределён, а уничтожение во всём этом ещё не остановилось, и продолжается. Система даже, не думая своим гениальным составом определённых людей, устраивает войны, без корректной, элементарной логики и, причины. Когда всё-таки, некоторые люди начинают понимать, что истребление жизни в целом недопустимо, система пользуется услугами «террористов» действия, которых старательно распространяют, дабы убедить нас в том, что люди на другой стороне точно не считают жизнь, такой уж неприкосновенной, чем и пытаются оправдать свои бесчинства, которые происходят по вине системы цен перед нашими глазами, а если конкретней, то коррупция, ложь, воровство, убийства и вся тому подобное макромасштабная ерунда, которая мешает нам же верить в возможность отмыться от грехов перед нашим же отражением, нашими руками, а это только один из многочисленных методов проявление доминирования среди людей, то есть разрушь веру в то, что может быть по другому, так как система боится, что мы можем вдруг одуматься и понять, что выбор на каждом из нас. Система это всего лишь логическая программа, как и любое другое творение мяса, которое имеет такую мощь, как разум. А разум не может иметь голос, когда понимает, что попал во вселенную теорий и, оказалось, что игра уже давно началась, то есть с твоего рождения, и возможно это и есть личный ад, где ты словно проживаешь уже не первый круг, а ручку держит наша рука, – не обращая внимание на разговаривающих сотрудников подумал Эржан, две тысячи пятнадцатого года.

– Ладно хватит о себе, – пробурчал себе в под нос Эржан и, взяв тетрадь продолжил писать, обещая читателям, одну неловкую сцену из жизни, под куполом системы.

***

Глава 3 - Продолжение знакомства

– Да, двадцать лет, – ответила Елена, которая ошибочно решила, что нашла того, кто прервёт её вынужденное безбрачье и, забыв о болезни, боли в спине, соскочила с кровати и, стала снимать ночнушку.

– Надо было заранее предупредить, что хотите переодеться, – сказал Эржан, который закрыв глаза, на память выбежал из комнаты спотыкаясь о разные вещи, и думая о том, что женщине нужно двадцать лет, чтобы превратить свою жизнь в помойку.

– Так мы же взрослые люди, – ответила Елена, а после добавила, – я думала ты поймёшь.

– Я не Нострадамус, – ответил Эржан, стоя на кухне и сгорая от стыда, и брезгливости от того, что успел увидеть, – теть Лен, давайте спать, уже поздно!? – добавил он.

– Я не хочу спать, – не сдавалась Елена, и спросила, – давай хотя бы чай попьём?

– Я не люблю чай, – ответил Эржан, пытаясь корректно избавиться от неприятного общества собеседницы.

– Ну… у меня, кофе есть, – сказала Елена, выйдя из своей комнаты в одном халате, похоже, что нарочно раскрыв на показ зону декольте.

Эржан устремил свой взор, на угол потолка, в котором судя по всему уже не первый год собирала пыль, паутина. Эржан пытался сбить мысли, которые рано или поздно должны были забить его голову вопросами, но это было несложно, то есть найти в пыльной паутине интересного больше, чем вид старой, висящей груди бабушки, которая похоже верила в то, что «есть ещё порох в пороховницах и, ягода в ягодицах». Поэтому Эржан, ещё пытался аккуратно избавиться от нежелательной собеседницы истинную мысль, которой он всё ещё не понимал, так как никогда не встречал женщин преклонного возраста, которые искали плотских утех. Эржан только смеялся над комедийными фильмами, которые показывали подобные ситуации, даже не мысля о том, что такое может быть взято из жизни.

– Я не хочу кофе, – ответил Эржан и, посмотрев на вход в гостиную, добавил, – я спать пойду.

– Подожди, – сказала Елена, с трудом волоча ноги к плите с чайником в руке.

В доме недолго царила тишина. Елена поставила чайник кипятиться и, кинула в него две таблетки. Эржан, который это увидел, оставляя в прошлом, все законы приличия либо этикета, возможно даже осознавая, что не все встречающиеся проблемы можно решить словами. молча уходит в тёмную комнату, наконец поняв, что происходит. Хотя не исключено, что это было совсем другое и, каждый судит по своей мере.

Оставшись с самим собой вдвоём, Эржан расположившись полулёжа на диване, взял компьютер и включив музыку на максимально возможную громкость надел наушники.

***

Которые кричали на всю комнату, отдаваясь эхом от стен и медленно погружали во вселенную теорий, где всё уносило от действительности, которое безумнее того, что любой из нас может построить в своём окружении. Страны делаться по неким мирам, к третьему принадлежал Эржан. Где много всякого можно встретить, например, как формально педофил, может заявить во всеуслышание, что это было обоюдное решение, которое принял он и, девочка пятнадцати лет, «хотя кого таким удивишь?», но в том то и беда! Живи, верь, смирись, надень свой образ и вперёд пахать, но не для себя, семьи, детей, лучшего будущего, а для того, чтобы эта система, которая и даёт нашей жизни сомнение в том, что рай на земле возможен, работала и дальше. Бомба, танк, ракета, пуля, патриотизм, который также не имеет и понятия всей гнили, ужаса, в пути по которому идёт один мир, одна планета, один творец, и это ты, и каждый одновременно, потому что мир один, а нас много, а ужиться не можем, потому что системе надо работать, пахать, вкалывать, трудиться! К черту мечты о том, что возможно, когда-нибудь, люди поймут безграничные возможности своего разума. А во вселенной теорий, одна только мысль уже, микромир, который живёт вне вашего поля зрения, хотя чаще всего мышления, тогда начинаешь понимать, как же сложен путь, к которому ведёт душа, от того усталость, вызванная тем, что система работает, и у тебя уже просто морально нет сил, брать деньги там, где ты работая узнаёшь многое о мире, который восхваляет твоя совесть, но стоить тебе споткнуться, как та же совесть воспитанная, в капитализме будет проклинать тебя на весь род.

***

Таким образом Эржан, хотел избежать возможности, снова быть вовлечённым в ненужный диалог.

– Ты же сказал, что спать будешь, – уже не первый раз спросила Елена, которая вошла спустя несколько минут, сбив поток мыслей плохого собеседника.

– Да я скоро лягу, – ответил Эржан и добавил, – только через десять минут.

– Я уже налила, пойдём вместе чай попьём? – возможно продолжая охоту, настоятельно предложила Елена, которая просто, была сломлена как физически, элементарно возрастом, до которого она доходила не бережно, так и морально, по той же причине.

– Я не пью чай, тем более с таблетками, так как вообще не пью таблетки, – сгрубив голос, ответил Эржан, который надевал наушники.

– Там тебе, я налила с другого чайника, – сказала Елена, которая была словно пиявка на затылке, которая никак не отцепится.

Эржан сделал вид, что не услышал собеседницу и продолжил слушать музыку. Елена ещё недолго стояла у двери, возможно даже пытаясь навязать очередной диалог, но спустя минуту ушла, даже не попив чай. Эржану посчастливилось застать Айсулуу, которая значилась в сети, два-три раза в неделю, от чего ему не всегда удавалось поговорить с ней, когда хотелось.

Глава 4 - Стервятники, затаились в душе

Разговор между Айсулуу и Эржаном в основном проходил следующим образом: практически каждый раз, когда Эржан пытался перевести тему на жизнь Айсулуу, она ловко разворачивала всё зеркально, так как её настолько мучила активная жизнь студента, китайского лингвистического университета, что она с радостью слушала рассказы Эржана и, морально поддерживала его, возможно решив, что в его жизни и без её участия всё достаточно запутано. Айсулуу знала даже о том, что Эржан собирал мусор, но продолжала переписываться с ним и, не отказывалась от него в роли будущего мужа, так как верила ему и в него в целом. Эржан же не понимал этого и, боялся того, что настанет день, когда она бросит его и, прекратит переписку, тогда ему снова придётся искать ту самую зная, что только Айсулуу может быть ею. Этой ночью, переписка прошла снова зеркальным отражением. Утром попрощавшись с Айсулуу, Эржан уснул.

Спустя несколько часов, Эржан из-за громкого диалога между Гульсун и прилетевшим сегодня из Франции, сыном Елены по имени Сергей. Разговор шёл на тему скорого переезда Елены в квартиру. Сергей хотел сделать рокировку, в которой его мать могла бы жить в благоприятных условиях квартиры, а семья арендаторов переехали бы в дом, до самой продажи. Сергей даже был готов предоставить жильё бесплатно при условии, что семья согласится навести порядок в доме, не оглядываясь на недовольство риелтора, которая всячески пыталась убедить его, что на этом доме можно ещё заработать. Эржан и Гульсун пообещали вычистить дом. Эрлан по своему обыкновению воспринял эту новость скептически, но после того как Эржан напомнил о том, что теперь они умеют продавать мусор, тот воспрял духом и с удовольствием согласился помочь. Этим же вечером переезд состоялся и, Сергей заплатил братьям тысячу рублей за предоставленную помощь. Последующие два дня братья перевозили все самые ценные вещи в квартиру, а на третий приступили к уборке дома. Эржан очень хотел собрать весь металлолом во дворе и продать его, но Сергей пообещал эту работу соседям, которые в течении нескольких лет помогали его матери, а братьям позволил забрать себе всё необходимое среди куч мусора в квартире, эта новость огорчила братьев, поэтому они решили вынести максимум выгоды из домашнего хлама, в следствии чего тщательная разборчивость сильно повлияла на скорость уборки. В первый же день уборки соседи стали нарушать условия Сергея и стали тащить из дома всё, что им нравилось, от чего и братья решив взяться за двор стали собирать металл, в итоге те, кто должен был убираться во дворе разбирали хлам в доме, а те, кто занимался жильём разбирали двор, что одна, что другая сторона были похожи на стервятников. Ближе к вечеру приехал Сергей и напомнил о договорённости и, всё вернулось на круги своя. Тем же вечером, братья помогли перевезти остатки вещей и, переезд на этом был закончен. За неделю, что Сергей пробыл в России, он успел уговорить мать переписать на него всё имущество, что у неё было и выставить дом на продажу. Соседи, которые вычищали двор, улыбались и любезничали с Сергеем, хотя за глаза называли его предателем родины, и говорили, что он приехал только для того, чтобы ограбить ещё живую мать не дожидаясь наследства. Эржан был равнодушен по отношению к тем, кто был вне его семьи, хотя своё мнение на происходящее он имел. Эржан был уверен, что и сами соседи были заинтересованы в имуществе Елены и, они также ждали её смерти, что и служило причиной столь негативного отношения к её старшему сыну, хотя и доля горькой правды присутствовала в их словах. Хотя Эржан никогда бы так не поступил со своей матерью, он дал бы голос в пользу Сергея, так как он имел все права на имущество. Гульсун вызвалась ухаживать за Еленой, так как хотела жить в квартире, так как та находилась близко к центру города Луга, и добираться до работы оттуда ей было проще. Эржан хорошо знал свою маму, поэту был уверен в том, что не пройдёт и месяца как она откажется от совместной жизни с Еленой, так всё и случилось. Спустя две недели Гульсун переехала в дом. По окончанию переезда Сергей заплатил братьям ещё две тысячи и, улетел во Францию. С уездом Сергея соседи забыли о мусоре во дворе и собирали только метал, даже не стеснялись снова нарушать условия договора и заходили в дом дабы поживиться более-менее ценными вещами. В один из таких дней братья, устав делиться без своего ведома тщательно отобранным добром, дождавшись вечера словно воры взломали замок сарая, в котором варился самогон. В нём они нашли латунные трубы общим весом в восемьдесят килограмм и алюминиевый таз приблизительно такого же веса, что и трубы. Перетащив найденное в дом, и заперли в одной из вычищенных комнат. На следующий день разразился скандал между братьями и соседями, которых было пять человек. Больше всех возмущался рыжеволосый парень по имени Александр, которого все коротко называли Саня, он уверял братьев, что найденные и присвоенные ими вещи принадлежали ему, так как сама Елена обещала подарить их ему, даже грозился позвонить ей. Эржан был непоколебим и, отказывался открыть комнату в которой были спрятаны вещи, будучи готовым даже драться. На угрозы Александра, Эржан отвечал, что с недавних пор не Елена а Сергей являлся собственником имущества, а он обещал братьям все приглянувшиеся вещи. Эржан не боялся угроз Александра по двум причинам, первая заключалась в том, что обе группы стервятников понимали, что им выгоднее держать хозяев дома в неведении о цене гор хлама, поэтому он был уверен, что данный конфликт не получит огласки и, останется в узком кругу свидетелей. Вторая заключалась в том, что Эржан в полной мере понимал, что, если он не сумеет отстоять эти вещи, его семью снова ждёт череда скандалов, вызванных чувством голода. Эржан даже отметил для себя выгодную позицию в возможной потасовке. Трое из соседей стояли в узком коридоре, по середине между братьями, младший из которых стоял лицом к лицу с самым буйным из соседей, перекрывая ему дверь к двери запертой комнаты, а старший из братьев стоял у входа закрывая соседям путь к отступлению, остальные два соседа продолжали собирать металл во дворе оставив спор самым горячим ребятам. Эржан был уверен, что они с братом легко справятся с противниками, которые превышали их количеством, благодаря выгодной позиции. Единственное, что мешало Эржану начать бой, это его миролюбивый характер, который сменялся агрессией только в случае крайней необходимости защищать себя путём рукоприкладства. Однако Эржан уже заранее следил за подбородком Александра и ждал той самой необходимости.

– Я вот прямо сейчас позвоню Лене, – устав искать аргументы в свою пользу заявил Александр и, для пущего устрашения достал из кармана телефон.

– Звони, пусть она мне лично скажет отдать, и я так и сделаю, – спокойно ответил Эржан, который знал, что звонка не последует.

Александр стал хаотично на кнопки телефона, и приложил его к уху, но спустя пятнадцать секунд поняв насколько глупо и неэффективно выглядит его тщетная попытка устрашения, снова засунул свой старенький телефон в карман.

– Если ты мне сейчас не откроешь эту дверь, я её выломаю, – решив действовать решительнее, раздраженно заявил Александр.

– Попробуй, – спокойно ответил Эржан и поняв, что слова уже не нужны, вынул руки из карманов.

– Неси ключ, – не отрывая взгляд от рук Эржана, смягчив тон сказал Александр, который осознал, что очередная попытка устрашить противника была провален.

– Нет уж, ломай дверь! – воскликнул Эржан, не желая упускать возможность решить вопрос боем.

– Ты сомневаешься в том, что я её сломаю? – в удивлении выпучив свои глаза, спросил Александр.

– Дверь то ты выломаешь, а вот дойдешь ли ты до неё, это уже другой вопрос, – продолжил провоцировать Эржан.

– Ты что такой борзый!? – продолжил свой неэффективный психологический прессинг Александр.

– Это я – борзый? – переспросил Эржан и, добавил, – вообще-то это не я тут учинил скандал из-за металла, это не я хвалюсь тем, что могу выломать дверь, и заметь пока ты тут потел и брызгал слюной, я говорил спокойно!

– Вам же эти вещи нужны, для того чтобы сдать? – спросил Александр и не дожидаясь ответа предложил Эржану пятьсот рублей.

– Зачем мне эти вещи нужны, это моё дело. Денег твоих мне не надо, – ответил Эржан, который подозревал, что может заработать больше, а также хотел проучить соседей, которые сами начали нарушать договор сразу после уезда Сергея.

– Тогда дайте хотя бы алюминиевый таз, он мне для дела нужен, – настаивал Александр.

– ладно, давай ты нам деньги, мы тебе таз, – вмешался Эрлан.

Эржан раздраженно посмотрел на старшего брата и, увидев его обеспокоенное лицо понял, что Эрлан не готов к бою. Понимая, что продолжать спор, больше нету смысла Эржан вышел из дома оставив выигрышную позицию для ведения боя. Получив то чего, он так хотел Александр возгордился и, стал нелестно высказываться о братьях. Эржан злился на это и стал отвечать, пытаясь спровоцировать драку, но Эрлан снова вмешался и признал поражение.

– You don’t want to fight, because of your wife? (вы не хотите драться, из-за жены?) – спросил Эржан.

Братья всегда пользовались английским языком, когда хотели обсудить личные взгляды в кругу людей.

– Yes, I am afraid if something went wrong, and she’ll get hurt, (да, я боюсь если что-то пойдёт не так и, она пострадает), – ответил Эрлан.

Узнав об этом Эржан взял себя в руки и перестал отвечать на малоприятные слова Александра. Последующие три дня соседи на скорую руку собрали, что могли и вызвали машину для вывоза дорогого хлама и решив, что на этом их часть работы по уборке двора выполнена, они переключились на дрова и уголь. В это время братья собирали остатки, и спустя неделю Эржан отправился на поиски пункта приёма, а когда нашёл договорился перевезти весь собранный металл на грузовой машине. Вернувшись домой Эржан с братом подготовили всё к вывозу и уже вечером того же дня Эржан шёл домой, храня в кармане десять тысяч рублей и даже сумел устроиться на том же пункте приёма грузчиком. Эржан был счастлив от того, что благодаря его активным действиям, семья пусть и недолго, но сможет жить нормальной жизнью, не мучаясь от голода. Благодаря хорошему настроению Эржан извинился перед Замирой за последний скандал, который произошел между ними немногим ранее в квартире. Эржан извинился не потому, что признал свою неправоту, а потому, что не хотел, чтобы проделанная работа канула в небытие из-за какого-нибудь скандала. На следующий вечер между Гульсу и Замирой снова произошёл конфликт, это сильно расстроило Эржана и, он решил уладить возникшую ситуацию, которая нарушала идиллию, которую он только вчера построил, благодаря тому же стимулу быть мужчиной в доме, чтобы доказать матери, что есть ещё шанс.

«Не беспокойтесь, я тот мужчина, который спасёт нашу семью от этого кошмарного сна «реализма», и вернёт нам тот настоящий мир сказки, в которой мы жили не так давно.»

Глава 5 - Что же во мне не так?

Подумал творец, когда взглянул на свой же, сценарий. Остановиться не выходит? Спросила совесть, которая гложет за выборы, которые мы делаем в этой песчинке времени, которая есть у любого бога. Отстань, улыбаясь ответил творец, так как давно хотел поговорить. *** Возвращаясь домой, держа в руке пакет, наполненный едой, после того как он пошёл относить кастрюли, в квартиру где жила большая часть его семьи, то есть Эрлан и его Жена, а также их дети, Гульсун, и сводный брат Дима, подумал Эржан.

***

Да, да «приукрась», сказала Совесть и даже не давая творцу вставить слово в своё оправдания, судорожно использовала, перо судьбы.

***

Возвращаясь домой уже чуть позже, около полуночи, после очередной покупки того, что давало смелости взяться за то, что называют по-разному, а вот лично я – действительность, Эржан, который потерялся в себе, случайно наткнулся на маленькую мышь, которая медленно двигалась около магазина «Народный», что на проспекте Косыгина, города Санкт-Петербург.

– Любая жизнь достойна, того чтобы за неё бороться, – шепотом сказал Эржан, пока медленно наклонялся к мыши в надежде, что та быстро убежит, тем самым убедив его в том, что с ней всё хорошо, но того не произошло.

Тогда Эржан осторожно поднял её, и ускорив свой шаг шёл домой, уже не только для того, чтобы снова взяться за своё хобби, но и для того, чтобы спасти маленькую жизнь. В ушах звенит, Bonfire – Knife Party, а Эржан надеясь на то, что мышь только замерзает, не даёт себе прислушаться к очередной логичной версии самого же себя, которая гласила, что животное может быть отравлено. Хотя длилось это и не долго, стоило дойти до светофора, и трек меняется, Why me lord? – Shaggy?

***

– Зачем ты спасаешь эту мышь? – спросила совесть, пытаясь навести на мысль, что всё это бессмысленно, потеряв, упустив перо судьбы.

– И всё же она возможно будет жить, – настаивал творец, который честно хотел, писать свою исповедь, но орудие труда имело лицензионный ключ, что усложняло процесс и, он часто забывался, отвлекался.

– Может ты просто хочешь оправдаться, на этом безнадёжном бедном творении? – спросила совесть, которая почему-то не отвлекалась на смену трека.

– Не неси ерунды, это животное будет жить, размер не имеет значения, когда речь заходит на тему жизни или смерти и, наших действий! – воскликнул творец, который даже и не хотел смотреть в стороны выгодной в любом понимании ситуации.

– Вот уже и внимание человека привлёк! – вмешалось суеверие, пытаясь навести на мысль о сглазе.

– Что ты вообще рот открываешь? – хором спросили, творец и совесть, у суеверия, а после продолжили спор.

***

Заметив, как очередной ночной прохожий, вынужденный стоять рядом у пешеходного перехода в ожидании заветного цвета, пытается заглянуть в его руку, Эржан замер в сомнениях.

***

– Ну вот, теперь ещё и ненужное внимание привлёк! – Воскликнула совесть, пытаясь навести на мысль, что теперь очередной человек проявивший внимание, уйдёт думая о нём как о чудике.

– А дальше я должен выкинуть мышку, которую пытаюсь спасти, в ближайшие кусты? – спросил творец, который воспользовавшись паузой продолжил писать.

***

Эржан протянул руку в сторону прохожего, для того, чтобы потешить его любознательность, и показать едва живое творение.

– Что это? – спросил прохожий который смотрел на прижавшийся к пальцам, комок шерсти.

– Мышь, – ответил Эржан, и снова накрыл двумя руками животное, для того чтобы согреть.

– Ой, – брезгливо выдохнул прохожий, тут же загорелся зелёный.

***

– Вот даже если она выживет, что ты будешь делать с ней дальше? – спросила совесть, снова пытаясь навести на ту же мысль, о бессмысленности бытия.

– Сейчас главное добраться домой, – ответил творец, игнорируя всё разумное в словах совести.

– А потом это всё станет экспериментом, где ты, отрицая – действительность, дашь шанс бедному творению! – продолжала совесть, пытаясь отказаться от участия в помощи мыши.

– Ну и? Даже если я её тут оставлю все равно, что убить, – ответил творец, который не знал ничего, кроме своего недалёкого мировоззрения, которое почему-то было добрее, чем есть на самом деле.

***

Тем временем, Эржан был на финишной прямой до дома, и думал о том, что посмотрит в YouTube, чем кормить мышей.

– И почему всё так? – спрашивал себя Эржан, – вот если есть, что-то по чьей воле всё это существует почему, всё так непонятно? То есть если бы я не купил себе покурить, то и мышь не спас бы. Вот как мне понять такой путь господня? А если он это я получается, что заблудился настолько, что ситуации полагаются на волю случая, настолько абсурдно, что даже смешно, пусть это и чёрный юмор.

Глава 6 - Прервая водопад мылей

Эржан отложил тетрадь оставив в ней ручку, и обратил внимание на телевизор, где шла очередная реклама про банк, который уже в бесконечный раз напоминает, что выдаёт кредит на выгодных условиях, тем самым пополняя число капканов системы.

– Ага, – воскликнув Эржан дождавшись конца рекламы, одновременно думая о том, насколько же эти капканы нелепы, смешны, даже примитивны.

Однако множество людей являются жертвами таких ловушек, и семья Эржана не исключение. Вот настолько сильна пелена системы, которая питается нашим страхом, чем превращает нашу жизнь в боль.

– Вот что ты увидел, благодаря вере в «сказочный» мир. Вот какой урок ты даришь в своей книге. Это твой выбор, твой же сценарий, нет ничего, вот что действительно может всё поменять! – повторял себе Эржан, который надеялся, что всё не тщетно.

– А ты победил свой страх, или развеял пелену системы? думаешь победил одного нетрезвого националиста полгода назад, и стал новой «мессией»? Может тебе просто по шее давно не давали? – спрашивал себя Эржан, но взяв своё мышление под контроль, отвлёкся от двухсекундной паузы, которая застала его врасплох сразу после возгласа.

– Взял кредит и как в песне, я уеду жить в Лондон, – шутливо сказал Эржан.

– Как это? – спросил один из постоянных посетителей котельни.

– В смысле берешь кредит и уезжаешь жить в Лондон, – улыбаясь объяснил Эржан.

– А как ты уедешь если в твоём паспорте штамп!? – воскликнул другой завсегдатай, той же угольной котельни, имя которого Эржан так и не потрудился спросить.

– В таком случае это хорошо, когда у тебя двойное гражданство, – раздраженно ответил Эржан.

– А что так можно? – спросил напарник Эржана, который пытался поддержать его.

– Слышал, что да, даже видел такое, – ответил Эржан, который вспомнил знакомый случай.

– Как это сделать? – хором спросили присутствующие в комнате отдыха.

– Берешь кредит одним паспортом, а вторым выезжаешь из страны, – ответил Эржан.

– А если поймают? – спросил самый молодой из мужчин.

– Тогда пользуешься другим паспортом, в общем умно комбинируешь, – ответил Эржан и устав объясняться за шутку, добавил, – и уезжаешь жить в своё удовольствие.

– И долго ты так проживёшь? – посмеявшись спросил напарник.

– Несколько лет, – ответил Эржан.

– А потом в тюрьме несколько десятков лет, – ответил один из постоянных гостей, после все в комнате отдыха стали громко смеяться, и Эржан признал необдуманность своих слов.

Решив больше не пытаться учувствовать в атмосфере с окружающими его людьми, Эржан снова взял свою тетрадь.

***

– Ты просто видишь, то чем себя окружил, хотя есть и лучший мир, и секреты «успеха» в капитализме, значат нечего личного, это просто бизнес. Гонка которая уже была запущенна, далеко до твоего рождения. У тебя есть транспорт, это твоё тело, а дальше ты можешь представить бесконечную картину, где скорость с, которой меняется изображение, не сразу даёт понять, что там так много образов, что у тебя не хватит всей жизни, чтобы увидеть их все. Одумайся, нужно это принять правила, признать себя рабом, – говорила совесть, которая хотела просто хорошей жизни, где ей не придётся искать виновных, в творце.

– Но это не те правила, которые может принять человек, который видит возможность построить мир лучше, – ответил творец, который отказывался смотреть на жизнь, в формате гонки, – куда мне торопиться, у меня ещё есть время, для того чтобы внести свой вклад в лучший мир, нежели в это.

– Тем временем, всё вокруг, даже ты медленной поступью идёшь к своей смерти, которая настанет в любом случае, – ответила совесть, которая просто за жизнь.

– Так почему бы мне тогда, не поверить в штампы, окружить себя успешным обществом, отказываясь от того, что любая жизнь достойна для того, чтобы за неё побороться? – спросил творец, который снова поймал совесть, на её мечтательном взгляде на жизнь.

– Это можно совмещать! – ответила совесть, которая пыталась объяснить, что на самом деле времени, может быть намного меньше, чем мы думаем, что пора уже одуматься.

– Да хватит мне уже про время, мир сейчас не такой, по которому будешь скучать, – ответил творец, и добавил, – не отвлекай дай мне немного времени заняться любимым делом.

***

Вот он тот страх, который заставляет людей забыть о мечте, перед риском потерять, то что у них пока не отняли, путь, который был избран заведомо, возможно даже тобой. Признаю пример был недобрый, но предложи им идти к мечте, так как это единственная их жизнь, они скажут глупы в сказки ещё верит. Я больше не боюсь и, другим расскажу о том, как у меня это получилось. Написал Эржан, в своём черновике, дабы не забыть мысль.

***

– Что случилось? – спросил Эржан у Замиры, которая закончила спорить с Гульсун.

– Я прошу её дать мне немного денег, чтобы я могла купить билет, и улететь отсюда, – ответила Замира.

Поняв, что можно избавиться от змеи, живущей под боком, Эржан сразу позвонил матери, слабо поругался с ней, играя роль преданного друга, добившись при этом согласие отдать пять тысяч рублей своей подруге. Несколько раз извинившись перед Замирой, спустя двадцать минут, Эржан уже стоял в коридоре квартиры, в которую его пустила мама, которая выглядела расстроенной. Эржан объяснил маме, свой замысел, извинился за своё поведение. Гульсун переживала из-за денег, так как у неё было всего шесть тысяч рублей, а до следующей оставалось ещё три недели, так как она ещё не знала про то, что браться смогли заработать десять тысяч, на хламе, который им удалось продать, по причине того, что братья боялись, что мама снова отдаст всё на погашение кредитов, тем самым снова впустив в дом чувство голода. Эржан в любом случае собирался рассказать о деньгах и, случай оказался как нельзя кстати. Гульсун выслушав своего сына, с радостью отдала деньги Эржану, и за одно рассказала о том, как сама некогда занимала Замире тысячу долларов, которые та вернула только спустя год.

– А вам не стыдно, требовать весь долг немедленно? – осуждающе спросил Эржан и, добавил, – когда сами в своё время, растянули этот процесс на год, который был для вас точно легче, чем последние три месяца, так как моя мама не станет пить кровь у должников.

– Когда? – удивлённая метаморфозе Эржана, спросила Замира.

– Два года назад, – ответил Эржан.

– Я тогда вернула деньги за два месяца, – ответила Зимира.

– То есть мало, то что вы бесите всю семью, так ещё и называете мою маму лгуньей? – взбешённый враньём, спросил Эржан и, не дожидаясь ответа добавил, – вы мне противны, я даже видеть вас не хочу. Вы сами выбрали говорить с нами на языке бизнеса, так я поступлю и с вами, то есть вернём деньги, когда мы решим вам вернуть. Завтра чтобы вас здесь не было.

Эржан пошёл в свою комнату, в которую можно было попасть, только пройдя мимо комнаты его старшего брата и его беременной жены.

– Что ты так грубо с ней? – спросил Эрлан, когда увидел проходящего мимо младшего брата.

Эржан рассказал о том, что узнал от матери и ушёл в свою комнату. Этой ночью у жены Эрлана отошли воды. Эржан проснулся из-за шума в соседней комнате, и решив узнать в чём дело он вышел из своей комнаты и, увидел Эрлана и его жену, которые готовились к поездке в роддом. То есть Эрлан командовал, что им нужно взять с собой, а жена у которой были схватки собирала всё необходимое. Сев на ближайший стул Эржан стал смеяться.

– Что случилось? – спросил растерянный Эрлан, у которого впервые готовилась к родам жена.

– Ничего особенного просто, когда смотришь на вас со стороны, кажется будто это у вас, а не у неё схватки, – ответил Эржан пытаясь вразумить брата.

Поняв свою ошибку, Эрлан попросил свою жену сесть на диван, и сам взялся за сбор необходимого, а Эржан помог брату, а когда те уехали ушёл спать. На утро братьев пригласили оплачиваемо помочь работодателю, из приёма металла. Спустя час братья уже загружали фуру, габаритным и не особо, металлом, а уже вечером, стояли на заднем дворе роддома, не обращая внимания на боль в спине. Там в окне второго этажа, они увидели новоиспечённую мать и, её дочь, которая являлась племянницей для одного брата, а для другого той же дочерью, родившаяся сутки тому назад. Позже братья вернулись домой, который находился неподалёку. Дома они встретили маму, которая пила чай.

– А где Замира? – спросил Эржан.

– Всё уже уехала, – выдохнула мама, дети которой вытурили её подругу детства, да и скорее всего опозорив её, если конечно не знать правды.

Этой ночью почти полная семья, поедала вкусный праздничный обед. Жена Эрлана реабилитировалась в роддоме одну неделю, которую братья провели, работая грузчиками и, смогли собрать одиннадцать тысяч рублей. Гульсун в это время уже переехала домой, отказавшись от жизни с Еленой в квартире, не потому, что не хотела ей помочь, а просто семья нуждалась в ней, готовясь подарить всю свою любовь внучке. Вернулась домой молодая девчонка, которой теперь нужно учиться быть матерью, так как больница выставила счёт в семь тысяч рублей, поверх двадцати тысяч, который должен оплатить каждый гость странны за предоставленную услугу. Эржан две недели не смотрел на свою племянницу боясь её сглазить из-за своих пессимистических взглядов на жизнь. В скором времени братья потеряли работу и, медленно превращались в обузу. Так как уборка в доме была уже давно закончена, братья целыми днями по очереди играли в компьютер, именно тогда Эржаном овладела депрессия, тогда он уже прислушивался к разговорам с самим собой. Эржан уже давно не помнит кем он был, и в чём его цель, так как заигравшись в творца судеб, то есть писателем своей судьбы, превратил всё вот в это, что мы сегодня называем действительность, но она это точка зрение, не может быть верной со всех сторон, а разумным зовётся, только то что осознанно никогда не сможет оправдать себя, когда дело касается, например, убийства, чем уже не удивишь творцов своих судеб а только адаптировавшихся зверей, которые могут оказаться монстрами в душе, которые воспринимаются нами как безумцы, маньяки, воры, бандиты, ну перечислять долго, но суть вы уловили? Вот тут таился коридор во вселенную теорий где, став безумным, стал разумным. Эржан уже не верил в себя как в того, кто сможет вернуть ту сказку, в которой они жили, семье, чувствовал только бесполезность своего бытия, что часто наводила на мысли смухлевать и выйти из этой ужасной игры, через чёрный ход. Эржан перестал общаться с семьей и, стал безразлично относиться к невзгодам, как в принципе и к приятным эпизодам в жизни, его больше не радовали те редкие переписки с Айсулуу, ради которой он отказался от ключа к реальной жизни, для того чтобы подправить сценарный, поэтому он искал возможности прервать связь с той, в ком он видел единственную возможную пару, с которой он с радостью прожил бы всю жизнь, для себя. Тем же временем узнав о том, что Гульсун больше не живёт с его матерью, Сергей вернулся в Россию. Сын Елены, был недоволен, что двор был вычищен на скорую руку, но увидев на совесть убранный дом, попросил братьев, прибрать и двор. Братья отказались, так как по уговору, который был предложен самим же Сергеем, братья отвечали только за дом, тогда как соседи отвечали за двор и, вся работа на их совести. Узнав о недавнем пополнении в семье Гульсун, Сергей не стал настаивать на том, чтобы трижды бабушка, переехала в квартиру. Гульсун возможно разумно решив, избежать скользкий ситуаций предложила составить арендный договор, на что Сергей с радостью согласился, даже попросил риелтора, которая занималась продажей дома заняться этим. Риелтор, которая хотела подлизаться, никак иначе это не назовёшь, к Сергею, проявила инициативу, которая раскрывала её точку зрения на людей, так как предложила изменить устный договор, а вернее добавить в него обязанность заняться ремонтом дома, который будет взамен служить для семьи, которая была не в лучшем положении, жилплощадью, по цене коммунальных квитанций. Сергею понравилось предложение риелтора и, предупредил Гульсун о своём дополнительном условии, на что она отказала, объясняя им, что за подобную жилплощадь должны доплачивать им, так как есть даже такие вакансии в подобных случаях. Первое время Сергей сомневался в словах Гульсун, но на утро следующего дня принёс договор, радуясь, что семья не просит у него деньги за то, что по сути являются охранниками, или нередко живыми щитами, его собственности. В то же утро недовольно бурча себе под нос, соседи убирались во дворе. Подписав договор, Эржан вышел на улицу и забыв о стеснении, стал наблюдать за соседями, посмеиваясь над ними. Разобравшись во всём Сергей снова улетел во Францию, предварительно наняв рабочих, которые должны были поменять окна в квартире, в которой жила Елена. Для семьи Эржана, снова наступил «день сурка». Так как Гульсун следила за выполнением замены окон, после окончания работы, предложила братьям заработать по тысячи рублей на каждого за то, что они вынесут мусор, который остался после труда мастеров, которые наверно и сами были не против той же работы. Братья справились с поставленной задачей за двадцать минут, после чего стали подметать в квартире. Елена всё время пыталась уговорить Эржана остаться переночевать в квартире, но он неустанно отказывался, только тогда Эрлан поверил, своему младшему брату, который рассказывал ему о знакомстве с этой женщиной, которая заинтересована в нём исключительно в интимном плане. Закончив уборку, братья буквально убежали от женщины, которая скорее всего страдала маразмом. После этого случая Эрлан часто шутил над младшим братом, который своей красотой смог привлечь внимание, только женщины за пятьдесят. В один из скучных дней братья, переборов лень стали жечь все медные провода, которых набралось более двенадцати килограмм, решив оставить это на чёрный день, братья спрятали медь в дорожной сумке на колёсах. Следующий месяц проходил примерно следующим образом: Просыпаясь ближе к вечеру, Эржан который перешёл на ночной режим совы, так как в доме был всего один ноутбук, он включал игры на телефоне, и играл в ожидании того, как его брат освободит компьютер. Вечером приходила Гульсун, тогда Эржан ставил телефон на зарядку и вел с матерью пессимистические беседы, в ходе которых мама раз за разом отгоняла негативные мысли. После того как мама засыпала, Эржан брал компьютер и устроившись поудобнее на раскладушке, начинал игру, предварительно проверяя свою странички социальных сетей и, так до тех пор, пока его не унесёт в мир грёз. Всё это время Эржан жалел, что отказался от ключа, который позволял ему входить в реальный мир, для того чтобы стать достойным членом общества, в этой проклятой сценарной жизни, где не твои поступки говорят о том какой ты человек, плотность набитого деньгами кошелька, который ты держишь у себя в кармане. В мире где сын, ссылаясь на наследство отнимает у тебя, всё что у тебя есть, для того чтобы стать хорошим человеком, у которого в кармане есть чем прошуршать, что естественно бесспорно докажет всем, что успех не за горами. Писательство Эржан относил к реальной жизни, потому что там, можно было жить в мире где люди ещё не забыли о значении таких слов, как честь, совесть, достоинство, и справедливость. Писательство было словно неким щитом Эржана, от разящих ударов депрессии, которая наводила на мысли о суициде, уже спустя три месяца, стоило отказаться от единственной защиты. Спустя ещё месяц Эржану выпал шанс вернуться к «нормальной» жизни.

Глава 7 - Очередная попытка

Знаешь, а судить со стороны очень сложная работа, ты же ещё должен отстоять свою точку зрения, со всех сторон и, если твоя, что от слова на пути меньшего зла, то знай, что гадя в своём мире вынуждаешь своих же родных на жизнь таким образом, так как ты стал деталью системы, но в то же время ты просто сломленный творец, для которого чаще всего сложно представить себе, мир где люди забудут обо всех идеалах, которые сами же выдумали, стали подхалимничать одним и, презирать других, и подумают над смыслом этого – Разумный человек. Даже псих в своём творении вселенной видит себя разумнее остальных, так и мы, просто все граничит на вашей силе воли, нищета — это не клеймо ленивца или недостойного человека, это просто нехватка силы воли, дабы принять правила выживания, или же отказаться от них и предложить свою точку зрения, которая будет блеклым образом, стоит вам оступиться, вот вам и весь смысл. Ваша вселенная построена вами, а вы сейчас тестируете её работоспособность, и чаще только критикуете, а значить и очевидно, есть за что. Вот тут мы смотрим в зеркало разума, смотрим в свои глаза, и понимаете всё это есть и нас самих, а значить что по сей день, мы стоим у точки – а нашего пути. Написал творец, понимая, что до третьей книги ещё очень далеко, а там он наконец отпустит этот образ и начнёт новую жизнь.

***

Одногруппница Гульсун, по имени Галина, рассказала о том, что в местных железобетонных заводах, города Колпино, нужны рабочие. Узнав эту новость, Гульсун неделю уговаривала сыновей пойти туда работать и, добившись своего, она снова поверила в то, что их ждёт лучшая жизнь. Проснувшись с утра, Гульсун и её взрослые сыновья уехали в Колпино, в погоне за работой. Эржан вдруг вспомнил смешной сборник из мультсериала «Family guy», он улыбнулся, но представляя словосочетание как «железобетон», ему снова стало печально. Спустя десять минут, вышла Гульмира для того, чтобы сказать о том, что вакансии нет. Гульсун забыв о гордости, попросила Гульмиру, замолвить слово за её сыновей, что в итоге и было сделано. Гульсун осталась ждать на улице, а братья пошли устраиваться на работу. Поднявшись на третий этаж, который был обустроен под офисы, второй служил общежитием, которые делили таджики и, узбеки, а первый был рабочим заводом, а также служил, по всей видимости привилегированным рабочим, жильём, Гульмира проводила братьев до кабинета отдела кадров, и попросила их подождать в комфортной комнате отдыха. Там Эржан вдруг вспомнил фильм «Не грози южному централу, попивая сок у себя в квартале», и снова улыбнулся, так как радовался, что всё не так уж плохо. Гульмира в это время бегала из кабинета в кабинет, даже не представляя, что будет говорить, так как сильно желала им помочь, и добилась своего. Заведующая отдела кадров задала несколько стандартных вопросов и, попросила паспорта братьев и, остальные необходимые законному эмигранту документы. Начальник цеха, решив удостовериться, в серьёзности намерений братьев, провёл экскурсию, он показал цех, объяснил будущие обязанности. У них на заводе было несколько возможностей найти своё призвание, стол, кассетные панели, бетонные балки. Компания «Бетонекс», производила всё, что связанно со строительством высотных домов, оставалось только выбрать стезю. Объясняя принципы работы, начальник цеха вскользь намекнул братьям, как минимум один из которых совершенно не имел представления о работе на этом поприще, что в силу кризиса их компания переживает не лучшие времена, так как заказов стало меньше. Братьям похоже было невдомёк, что это могло значить, так как они, несмотря на это также были готовы работать рассчитывая, что тем самым они помогают семье, оставить долговую яму позади, и вспоминать о ней с улыбкой. Вернувшись в кабинет отдела кадров, братья услышали две новости, одна из которых гласила, Эрлан не может быть принят на работу, из-за отсутствия необходимых документов, а вот Эржан может работать, если будет согласен на то, что вакансия будет только у него. Эржан с радостью согласился, и остался в кабинете для того, чтобы обсудить дальнейшее сотрудничество, а Эрлан вышел на улицу, где его встретила мама, понимая, что ему больше нечего ждать от компании. Начальница отдела кадров дала Эржану адреса местной поликлиники где нужно было пройти осмотр и, пенсионного отделения, где ему надо было получить карточку о пенсионном страховании. Спустя десять минут Эржан вышел на улицу обрадовать маму, и они ушли до остановки. На прощание Эрлан оставил, младшему браду дорожную сумку, в которой лежали жжённые медные провода и, полицейская дубинка, которые предназначались на чёрный случай, как бы комедийно это не выглядело, так как у Эржан оставался с минимумом денег, для начала работы в цеху. Эржан вернулся в здание «Бетонекс».

***

Вот ты сейчас не пишешь, ты просто сам вынуждаешь всех проходить через это, ты только разносишь это! Кричит совесть пытаясь возможно даже вразумить. И что мне теперь ходить и перед всеми извиняться за то, что у меня есть своя точка зрения? Спросил творец, но тут же понял, что давно заблудился, в поисках мечты, которая почему-то у многих есть, хотя чувствовал себя искусственным с самого момента своего осознания в этом мире, которая может быть, чем угодно.

Всё вокруг плывёт, а мысль о воспоминаниях, заставляет задуматься, что именно сегодняшний ты делаешь всё, что было, даже вчера. Знаешь, что хуже может быть и без твоего участия, но всё равно чаще выбираешь лёгкий путь, что нередко ломает тем самым множество путей к тому, чтобы быть достойным своей мечты, но купить её проще. Пусть как безделушка лежит на полке, будет символичным декором, и вот снова творец запутался, о чём же мечтать, а самое печальное, что безделушки стали очень популярны в обществе разумных, которых ставит в тупик сам факт того, что когда ваша мечта безделушка, то и обладание ею не гарантирует вам геройского ухода в закат беззаботной жизни, так как мир развивается и не факт, что творца запомнят, а если и запомнят, то не исковеркают ли суть? Продолжал оправдываться творец. Ты хоть слышишь себя безумец? Спросит совесть, которая устала держать себя в руках. Да-да, и ты туда же ответил творец, который отказывался верить, что он далёко зашёл, в разговор с самим собой, он оглянулся вокруг, дабы поискать ответы, в заводе «Бетонекс».

***

Встретив в коридоре начальника цеха, Эржан попросил определить его в комнату. Эржана почему-то, поселили в завидный первый этаж, с тремя выделившимся покорностью узбеками, которые были друг другу либо родственниками, а может просто земляками. Эржан этого не понял из-за трудности в общении, но это было позже, а сейчас в комнате находился только один из соседей, остальные ещё не закончили работу. Эржан выбрал свободную кровать и, выложил на ней свои вещи.

– А тут матрас, выдают? – спросил Эржан.

– А тебе не давали? – спросил сосед.

– Как видишь нет, – не сдержав улыбки вызванной вопросом, ответил Эржан.

– У начальника цеха, тогда спроси, – ответил сосед, восприняв ситуацию близко к сердцу.

– Хорошо, – ответил Эржан и, пошёл искать человека, которому возможно не часто приходилось нянчиться с такими как он, так как вот уже третий раз за короткий отрезок времени, так как искомый был начальник цеха. Спустя несколько минут поиска, Эржан поделился тем, что у него нету матраса, на что получил указание из двадцать восьмой комнаты, всё что ему нужно. Благодаря отзывчивости рабочих людей, который показали где находится нужная комната. Эржан постучал и стал ждать ответа, которого не было около минуты, тогда стук продолжался до результата. Видимо будучи не в силах терпеть назойливый стук, мужчина среднего возраста бурча себе под нос, очевидно проклятия на узбекском языке, открыл дверь.

– Я за матрасом, – решив не гадать, на что он отвечает, сказал Эржан, человеку, который находился в состоянии бодуна.

Наблюдая за недоумевающим человеком, Эржан вошёл, осторожно отталкивая человека, преграждающего ему путь в комнату, где лежал заветный матрас. Эржан замер на мгновение, представив, что его матрасом могли пользоваться жители комнаты, так бардак, уже не первую неделю тут набирал обороты, что даже вспомнилась работа у Станислава. Уже будучи не способный удивляться ужасным условиям, Эржан спокойно выбрал самый чистый матрас и стал собирать из него рулон.

– Зачем? – осторожно спросил мужчина, удивлённый самовольностью гостя.

– Чтобы спать, – ответил Эржан, просто не представляя себе более очевидного объяснения и, спросил, – а чистых простыней у вас нет?

– Простун? – переспросил мужчина.

– В любом случае, спасибо, – сказал Эржан, и вышел из комнаты, прихватив с собой плед и матрас.

Эржан расстелил на свободном месте свою постель, но заметил, что забыл прихватить подушку.

– А где здесь взять простыни и подушку? – спросил Эржан у соседа по комнате.

– Простыни выдают рядом с прачечной, справа от двери, – ответил сосед, и добавил, – а подушку можешь ту взять.

Поблагодарив соседа, Эржан вышел на поиски загадочной двери справа. Спустя несколько минут, вернулся в комнату, удивляясь тому с каким недовольством ему выдали чистые простынь и пододеяльник.

– Меня кстати, Эржан по имени.

– Мустафа, – хрипло представился сосед.

– Давно тут работаешь? – спросил Эржан.

– Два года, – ответил Мустафа и, спросил, – а ты?

– Первый раз в таком цехе работать буду, – ответил Эржан.

– А вообще работал раньше? – спросил Муастафа.

– Да, то там, то сям, – ответил Эржан.

– Долго тут собираешься работать? – спросил Мустафа.

– Не знаю, посмотрим, как получится, – ответил Эржан, и тут же спросил, – а как тут с зарплатой, не обманывают?

– Нет, всё честно, только сейчас рубль упал, мало долларов получается, – ответил Мустафа.

– Ты с Узбекистана, – спросил Эржан, который не обладал способностью по лицу определять национальную принадлежность.

– Да, – ответили Мустафа, и спросил, – а ты?

– Я с Кыргызстана, – ответил Эржан и, поторопился объясниться, – просто почему я спросил, слышал, что вам нужно отправлять близким именно в долларах.

– Да у нас рублей вообще нет, – ответил Мустафа.

– Сочувствую, – сказал Эржан, который как обычно ничего не ощущал.

– В смысле? – спросил Мустафа.

– Ну как, раньше вы зарабатывали тысячу долларов, а теперь за-за санкции, пятьсот, – ответил Эржан и, добавил, – а вам ещё домой отправлять что-то нужно, дом строить, жениться.

– Да, я из-за этого домой ехать собираюсь, – ответил Мустафа и, спросил, – а Кыргызам тоже доллары нужны?

– Не обязательно, у нас и рубли обменять можно, – ответил Эржан и, спросил, – а ты женат?

–Нет, я только в этом году построил дом, но невеста есть, – ответил Мустафа и, спросил, – а ты?

– У меня всё также, как и у тебя, дом ещё не построил, но невеста на примете есть, – правдиво пошутил Эржан.

– Она в Кыргызстане, или тоже в России работает? – спросил Мустафа.

– Она в Китае учится на лингвиста, получает второе высшее образование, – гордо ответил Эржан, хотя сам в сказанному не имел никакого причастия.

– А как вы общаетесь? – спросил Мустафа.

– По интернету, видео чат, и всё в таком роде, – ответил Эржан и, спросил, – а твоя?

– Она дома семье помогает, – ответил Мустафа и видимо логично, спросил, – тебе сколько лет?

– Двадцать три, девяносто второго года, – ответил Эржан и, спросил, – а ты?

– Ровесник твой, – овтетил Мустафа.

– Выглядишь по старше, – заметил Эржан.

– Нет, просто ты слишком молодо выглядишь, – ответил Мустафа.

– Подколол засчитано, один – один, – посмеявшись ответил Эржан.

– На узбекском говоришь? – спросил Мустафа.

– Нет какой там, я и родного практически не знаю, – ответил Эржан.

– Просто я знаю несколько Кыргызов, которые на нашем свободно общаются, – объяснил Мустафа.

– Они, наверное, из южной части Кыргызстана, а я из Каракола, то есть север, ну и сам понимаешь, не особо получается дружить, – ответил Эржан.

– Да у нас также, – ответил Мустафа.

– Ты не обижайся, но можно я тебе задам вопрос? – спросил Мустафа.

– Задавай, и я не из обидчивых, – ответил Эржан.

Глава 8 - Минута паузы сосвести

***