Землянин. Том 1

Глава 1

Служба безопасности России

У широкого панорамного окна кабинета, расположенного на втором этаже здания, стоял высокий мужчина средних лет. Подтянутость его фигуры однозначно говорила о том, что он и спорт неразрывно связаны. Его взгляд скользил по верхушкам деревьев, окружающих здание СБ, лишь мельком профессионально автоматически отмечая мелкие изменения в видимой картинке. Окна занимали почти всю внешнюю стену кабинета. В дальнем конце дуги окна можно было заметить обычную суету стоянки автомобов, которые то прибывали, то отъезжали, а некоторые прямо отсюда взмывали в небо, благо у службы безопасности были определенные послабления, и безопасникам, как и полиции, разрешалось летать над городом вне выделенных для этого воздушных коридоров.

На краю области зрения всплыло сообщение. Мужчина мельком глянул на него и дал мысленную команду. Система нейроуправления оборудованием кабинета перенаправила запрос на искин здания, тот проверил правомочность команды, и дверь разблокировалась, сопровождая это действие обычным звуковым сигналом. В комнату вошел посетитель и вытянулся:

― Товарищ подполковник, по-вашему...

― Ну-с, ― не оборачиваясь, перебил его хозяин кабинета, ― расскажи нам, товарищ капитан, как мы просрали все полимеры...

Капитан даже бровью не повел, сохраняя невозмутимый вид. Все знали, что подполковник службы безопасности Кривошеев Семен Семенович увлекался историей и порой обескураживал своих собеседников высказываниями, почерпнутыми из старых хроник. И частенько кроме него никто не понимал, о чем идет речь. Впрочем, его друзья с удовольствием принимали эстафету и начинали копать в указанном направлении, чтобы соответствовать. А вот подчиненные чаще просто старались не замечать. К счастью, Семен Семенович не был самодуром, и незнание темы никаких последствий для собеседника не влекло.

― Да ты присаживайся, присаживайся, Сережа. ― Подполковник повернул голову и обозначил на лице улыбку, от которой у капитана по спине пробежал холодок. Если Кривошеев кого-то на службе называл по имени, то обычно это обещало неприятности или же просто неформальное общение. Но что-то подсказывало капитану, что в данном случае скорее это вариант первый. ― Как говорили наши предки ― в ногах правды нет.

― Товарищ подполковник... ― Капитан положил руки на девственно-чистый стол, у которого сел по приказу хозяина кабинета, но его перебили:

― Стоп! Информацию об условиях операции, что ты ведешь, я получаю чуть ли не раньше тебя. Так что давай-ка с самого начала расскажи все своими словами. Мне интересны твои формулировки и как ты видишь ситуацию... Так сказать, как она видна «на земле».

Подполковник мысленно дал команду, и окна потемнели — включилась защита от прослушивания, а комнату на короткое время буквально омыли электромагнитные волны различных форм и характеристик, выводя из строя возможные подслушивающие устройства нано— и макроразмеров. Только специальная техника, находящаяся под управлением местного искина, могла работать в таких условиях. К такой технике относились, в первую очередь, личные служебные УНИКи (универсальные информационные комплексы) ― современные потомки бадди-компов. Ну и кроме того, дополнительно сработали кое-какие системы защиты.

Капитан службы безопасности Сергей Патрушев вздохнул, быстро собрался с мыслями, вывел на внутренний экран свои заметки и начал говорить:

― Операция под кодовым названием «Троянский пони», ― капитан покосился на усмехнувшегося чему-то подполковника, который и был автором этого названия, ― своей целью ставила купирование интереса наших китайских и прочих товарищей к теме «Дар богов». Прошу прощения, товарищ подполковник… ― Капитан смутился, но встретил заинтересованный взгляд собеседника и продолжил: ― Давно хотел спросить, а почему такое откровенное название темы? Прямо вопящее о своем содержимом.

Подполковник снова усмехнулся, покосился куда-то вбок и ответил:

― Вот как раз для того, чтобы даже самым тупым было понятно, а умных заставило сомневаться.

Капитан продолжил доклад, но подполковник лишь краем сознания ухватывал основные положения, переключившись мыслями на свою волну, пересекающуюся с тем, что говорил капитан.

За последние несколько лет все разведки мира буквально прописались в России, пытаясь разгадать секрет ее резкого скачка после нескольких десятков лет относительного застоя. Россия и так являлась и является самой передовой страной, однако многие ее разработки сначала незаметно, а потом и явно стали выбиваться из общего поля научных знаний современной цивилизации. Взять те же автомобы ― серьезный рывок в системах воздушного перемещения на принципах, о которых ученые только говорили, но как их реализовать, никто не знал. Или новые термоядерные станции небольшого размера, чуть ли не кардинально решающие проблему энергетической независимости в масштабах страны. Хоть для российских просторов дороговато ставить такие разработки в частные дома, да и невыгодно, но почти каждый крупный город в этом плане самодостаточен. Что уж говорить о странах-партнерах с куда меньшими территориями. И ведь технологии никому не продаются, только конечный результат. Причем разобрать такой реактор абсолютно невозможно. А взять нанотехнологии и пситехнологии? Или 3D-печать продуктов питания, то есть привычные синтезаторы? Вроде бы давно известен принцип молекулярной сборки или печати, но только в России удалось довести его чуть ли не до совершенства. Ну и еще множество подобных технологий, которые выдает на-гора Россия сегодня. Конечно, свою роль в развитии сыграла последняя война, определенно сыграла. Понятно, что полмира если не друзья, то хотя бы стараются поддерживать хорошие отношения.

Взять тех же китайцев. Их страна — одна из сильнейших в экономическом плане, правда, потихоньку сдает свои позиции, что, естественно, им не нравится. Тем не менее, Китай — давний и надежный партнер России. Так же как индусы, арабы или немцы. Однако то, что в научном плане самая большая страна мира на корпус опередила своих ближайших конкурентов, а по наукоемкости производства и вовсе находится впереди планеты всей, не может не беспокоить даже ее друзей. Настоящая дружба возможна только между равными. Последняя мысль пересеклась с докладом подчиненного, и подполковник очнулся.

― Ну, не совсем так, но близко, ― кивнул Семен Семенович. ― Хотя есть одно исключение, и ты, я надеюсь, мне расскажешь, в чем оно. А если не знаешь, то поищешь и расскажешь позже. ― Подполковник хитро прищурился: ― И что же должны были подумать все эти товарищи?

― А подумать они могли одно ― эти технологии нам продали или передали. То есть они к нам попали откуда-то извне. Что, в общем-то, очень похоже на правду. С учетом того, что спецслужбы всего мира, да и не только они, достоверно знают о наличии в нашей Солнечной системе не очень дружелюбно настроенных к землянам инопланетян, такая мысль является наиболее реальной. Мне, кстати, тоже так кажется, ― заметил капитан. ― К сожалению, уровень моего доступа не позволяет узнать правду.

― Ну-ну, ― Кривошеев улыбнулся, ― всему свое время. Мне тоже не все доступно. Но ты умный парень, выводы делать умеешь. Вон в начале разговора сам задал вопрос: почему тема так явно называется — «Дар богов», и намекая, и одновременно опровергая, а ты в то же время ведешь работу по устранению утечек и контригру.

― То есть существует что-то иное? ― с загоревшимися глазами спросил капитан.

― А вот тут я даю тебе дополнительное задание: используя свой уровень допуска и открытые источники, попытаться ответить на этот вопрос. Можешь привлечь своих умников, но только тех, у кого допуск не выше внутреннего уровня «Си» и общей третьей формы.

― Неужели все это не просчитано заранее? ― не поверил Патрушев.

Подполковник хмыкнул:

― Говорят, дуракам везет, вот я и хочу проверить эту теорию.

Капитан недовольно нахмурился, обоснованно подозревая, что его только что назвали дураком и это такое изощренное наказание за его прокол в операции.

― Разрешите продолжить? ― Он перевел внутренний взгляд на материалы по теме. ― Нами была организована утечка информации о наличии некоторых компактных устройств «чужих» — неперспективных для нас — в одной из режимных лабораторий, где меры защиты не без нашей помощи оказались не такими совершенными, как должны были быть. Так как в самой лаборатории, что вполне логично, не нашлось неблагонадежных людей, которых можно использовать в игре, а остальных подставлять было бы неэтично, а кроме того, переводить «куклу» было бы опасно для операции, решили использовать вариант «дырка в заборе». Предварительно мы позаботились о том, чтобы нужная информация попала к наиболее активным интересантам. Ими, как и ожидалось, стали китайцы. Было решено позволить им выкрасть эти объекты, чтобы перенаправить интерес прочих лиц уже на китайцев. Тем самым мы бы обеспечили временное снижение давления на нас, ну и, как обычно, выявили бы людей, методы работы, проверили системы защиты, испытали на противниках новые технологии и так далее. Если бы получателями оказались наши антипартнеры, это заставило бы их тратить свои ресурсы на заведомо бесперспективное дело. В связи с тем, что первыми оказались китайцы, мы уже начали разработку новой операции с прицелом на англов, тем более что впарить именно им подставу было бы легче всего, но возникла проблема... ― Патрушев замолчал.

Звякнула рободоставка, и на столе появился стакан с водой.

― Промочи горло, капитан. А пока ты пьешь, скажу тебе одну вещь. Те «чужие» объекты были не так чтобы бесперспективны, а скорее неинтересны для нас в обозримом будущем. Там надо слишком сложную теорию выстраивать, а у китайцев есть один математик... имя его тебе ни о чем не скажет... Так вот, он способен если и не решить вопрос, то хотя бы сгенерировать разные теории, варианты развития, может, кое-что посчитать. Извини, я не особо разбираюсь, что математики там делают. В общем, занятная тема, но не прикладного характера, скорее теоретического, и на очень дальнюю перспективу. Так вот, что осталось вне твоего внимания и компетенции ― эти объекты должны были попасть к нему. Вернее, наши китайские товарищи обязательно бы привлекли его. Ну а мы потом в любом случае смогли бы воспользоваться плодами его трудов. Понятно, что заставить работать математика на нас нам бы не удалось ― китайцы хоть и друзья, но своего не отдадут и не упустят. А наши спецы подобного уровня, знать о которых тебе не положено, сейчас заняты более важными вещами. Вот. Ну, наши умники и предложили такой вариант. Почему я об этом говорю? Потому что ты сейчас подпишешь вторую форму. ― Перед глазами капитана появился текст подписки о неразглашении. Не раздумывая ни мгновения, он подписал ее своим личным электронным ключом, а искин службы безопасности тут же ее заверил, по ходу дела дополнительно проверив УНИК капитана на шпионские закладки. ― Все равно придется тебя вводить в курс кое-каких дел, как подсказывает мне моя интуиция и начинающие поступать данные от умников. Тебе тоже сейчас искин отключит фильтры, чтобы ты получал информацию в объеме, положенном тебе по твоему новому доступу.

― А если бы это были не китайцы? ― спросил капитан, просмотрев поступающую информацию и совместно с аналитическими программами своего УНИКа, напоминающими фактограф, начиная мысленно ее анализировать.

― Для них бы нашлась своя порция сведений и технологий. Опять же, не прикладного характера, да и вообще... ― подполковник покрутил в воздухе пальцами, будто играя на воздушной арфе, ― не факт, что правда. Придумали бы что-нибудь, на что можно впустую вбухать огромное количество трудоресурсов. Но продолжай, расскажи мне, почему все пошло наперекосяк.

Патрушев поморщился:

― Да все шло по плану. Китайцы нашли дырку в прохождении наших больших спутников, расширили ее, дополнительно организовав серьезную поломку одного из своих спутников со сходом его с орбиты, и нам пришлось сменить орбиту наших аппаратов, проходящих как раз над нужной территорией. Причем попросили нашей помощи для орбитального ремонта, прикрытие — просто пальчики оближешь! Потом взломали «Спрут» — сеть наблюдательных микроспутников. Мы, конечно, были готовы и узнали много нового об их методах. Разумеется, несколько дыр в защите мы специально оставили, но они нашли и пару новых. Прямо классика из области поиска неизвестных уязвимостей.

Капитан сделал глоток воды.

― Затем они организовали похищение подготовленной для них закладки и своим ходом через тайгу отправились к себе. Все было проделано аккуратно, без использования грязных подходов вроде падения самолета либо автомоба на лабораторию или взрыва, чтобы скрыть следы. Это им в плюс. Думаю, если бы это были англы, без подобного бы не обошлось. Наши витязи вели диверсантов на грани доступности сканирующей аппаратуры. Дроны хоть и мониторили обстановку, но находились вне досягаемости, чтобы не спалиться. Мы ведь, по логике вещей, еще ничего не должны были знать. А диверсанты использовали свои тактические дроны, чтобы мониторить обстановку по ходу своего движения и вокруг. В общем, мы держались в стороне. А вот дальше произошел форс-мажор. ― Патрушев замолчал.

― Продолжай.

И Патрушев, и Кривошеев на мгновение отвлеклись на пришедшую из лаборатории информацию, но разговор не прервали. Оба умели вести сразу несколько дел. Такими навыками должны обладать администраторы любого уровня и, разумеется, службисты.

― В тайге, вот в этом месте, ― Патрушев синхронизировал рабочие виртуальные пространства своего УНИКа, и подполковник и вывел туда карту, ― диверсанты сбавили скорость. Они наткнулись на пояс довольно плотно растущих деревьев, там наши умники обнаружили какую-то природную энергетическую аномалию, растянутую на сотню километров с запада на восток и шириной около десятка километров.

― Кстати, почему они решили уходить именно таким образом, а не так, как прибыли? Для чего именно туристами? Все-таки очень далеко до границы. Не думали же пешком дойти? Экзоскелет хоть и позволяет довольно быстро передвигаться, но все же не через тайгу.

― Видимо, посчитали, что после нападения на лабораторию мы сразу встанем на их след. А тогда их возможности будут ограничены. Ну и где-то на югах у них должен был находиться механизм эвакуации.

― Принимается, ― кивнул Кривошеев. ― Дальше.

― Почти преодолев пояс плотной растительности тайги, диверсанты столкнулись с кем-то, кто их просто уничтожил.

― Здесь поподробнее.

― Судя по этому куску смазанного видео, мы можем как минимум утверждать, что это был гуманоид. Почему я не говорю, что человек? Просто анализ передвижения указывает на то, что человек вряд ли способен двигаться так быстро ― из-за дерева сразу за спину объекта. Слишком большие динамические нагрузки, не соответствующие инерционности мышечного каркаса обычного человека. Даже с использованием экзоскелетов скорость будет пусть и незначительно, но ниже. Следует учесть и то, что диверсанты сами были облачены в китайские диверсионные экзоскелеты, однако ничего поделать не могли. Только управляемые тактическим вычислителем наплечные турели смогли угнаться за передвигающимся противником, да и то в начале стычки. Наши умники и искин утверждают, что первичная реакция диверсантов на появление противника оказалась замедленной. Такое ощущение, что их противник маскировался каким-то образом в первую очередь от визуального наблюдения, так как отслеживается реакция диверсантов только на компьютерную подсветку и моделирование дополненной реальности. Заминка небольшая, всего около секунды, но заметная и в данных условиях вполне позволяющая сделать такой вывод.

― Почему у нас есть только эта картинка? Что случилось с черными ящиками экзоскелетов?

― Дело в том, что все они вышли из строя. Один оплавился до куска непонятно чего, другой получил механические повреждения. Кстати, картинка именно с него, хоть что-то удалось вытащить. Третий разрублен и смят, будто его в руках сжимали, раскатывая в лепешку. Кроме того, информация оказалась зашифрованной. Это все, что удалось вытащить и расшифровать. Нам повезло, что у диверсантов были экзоскелеты предыдущего поколения, все еще использующиеся в китайской армии. Думаю, однако, это позволит китайским товарищам утверждать, что кто угодно мог их купить, к тому же они действительно продают их другим странам. Так вот, программное обеспечение таких костюмов нам известно. Как мне сказали наши умники, там есть один баг — а возможно, разработчик специально так сделал для страховки, — знание о котором и позволило нам хоть что-то расшифровать.

― Это может быть какой-нибудь киборг или робот? ― спросил подполковник.

Хотя он и так видел результаты всех экспертиз, но почему-то интересовался мнением своего подчиненного.

― Вероятность крайне низка. Такой вывод сделали, исходя из несоответствия моторики движений. К тому же боевых гуманоидных роботов никто не создает ― невыгодно, особенно в плане обнаружения, проще создать специализированные аппараты определенной конструкции. Киборг... Разве что человек на имплантатах, но тут тоже по разным параметрам искин дает вероятность процентов десять всего.

― Одаренные?

― Хм... Возможно, но тоже маловероятно. Насколько я знаю, у нас они все под учетом, в основном работают на различные службы, да и немного их в процентном соотношении. Как правило, их способности не связаны со скоростными физическими характеристиками, хоть и встречаются редкие исключения. Тема детей индиго развивается уже больше полувека, постепенно они переходят в разряд взрослых одаренных, как мы их называем, но в целом их количество по сравнению с прочим населением достаточно мало. Есть, конечно, спонтанные или наследственные экстрасенсы, но опять же — они или под учетом, или не та область деятельности.

― Хорошо... Какой ты делаешь вывод? ― Подполковник посмотрел на капитана.

― Разумеется, нельзя отбрасывать контригру конкурентов, но, честно говоря, пока все прорабатываемые версии имеют крайне низкую вероятность. Будь это обычное нападение или перехват, было бы легче. Пока же умники и искин дают максимально вероятностный прогноз, что это был кто-то третий, не в игре, случайный прохожий, попавший в шестерни операции.

― Ишь как заговорил, ― пробурчал подполковник. ― «Шестерни операции»! Заметил данные от умников с меткой «эф-два»?

― Да.

― Вчитайся.

Спустя какое-то время Патрушев вскинул удивленный взгляд на Кривошеева:

― Что?

― Думаешь, зря я тебя заставлял подписывать вторую форму? Так вот, потом ознакомишься с полным пакетом данных по этому делу, а пока послушай мой рассказ и сделай кое-какие выводы. ― Подполковник встал, подошел к окну, сцепил руки за спиной и покачался, безуспешно пытаясь пробиться взглядом сквозь поляризованное стекло. ― Инопланетяне постоянно в ходе всей известной нам истории паслись вокруг Земли. Постоянно вмешивались в ее развитие. По сути, мы ― результат этого вмешательства или эксперимента. Чаще всего мы их воспринимали как богов, хотя есть относительно достоверные данные о том, что и настоящие боги тут были. Впрочем, что есть бог, мало кому известно, поэтому пока оставим их в покое. Так вот. Инопланетяне иногда ставили генетические эксперименты на нас, иногда просто спускались, учили, подталкивали в развитии. Иногда просто использовали как рабов. Следует сказать, что видов инопланетян огромное множество. И на протяжении многих веков они появлялись здесь каждый со своими задачами и целями. Часто они воевали друг с другом или с теми из нас, кто достиг высокого уровня развития и был способен им противостоять.

― А разве у землян был когда-то такой высокий уровень развития, о котором вы говорите? ― усомнился Патрушев.

― Более того, по некоторым данным, на Земле существовало несколько цивилизаций, которые в чем-то даже превосходили нас.

― Хм... ― Патрушев посмотрел невидящим взглядом на стакан с водой. ― И где же все следы от них?

― Потом почитаешь в материалах, которые теперь тебе доступны. Слушай дальше. Тем не менее, в целом всех этих инопланетян можно разбить на две категории. «Злые» и «добрые», «темные» и «светлые», «враги» и «друзья» ― выбирай любое сравнение. Что интересно, это как-то соотносится с глубинными структурами пространства. Завязано на галактические или вселенские энергии. Впрочем, это все теории, правда, многие из них отражены с той или иной степенью точности в наших человеческих священных текстах... М-да... Чуешь, с чем приходится работать?

― Сказки какие-то, ― пробормотал Патрушев.

― Верно. Так вот, наши умники считают, что в прошлом на Земле происходило много войн с применением тяжелого вооружения, вплоть до ядерного или климатического. Как я говорил, иногда инопланетяне воевали друг с другом, иногда с нами. Вернее, с землянами. И судя по всему, было там что-то такое... странное... Мы им реально могли противостоять и надирать задницы. Хотя приводило это к планетарным катастрофам, но наши предки упертые были типы, их это не останавливало. Вот не хотели они быть рабами, и все! Так и пропадали цивилизации: то вулкан засыплет пеплом, то огромные цунами смоют все с поверхности планеты, то ось Земли повернется, то метеориты или бомбы пропашут поверхность или Луна упадет.

― Луна?

― Ну, есть теория, что когда-то у нас было три Луны. И после последних двух войн осталась одна. Но конкретных источников нет. Вернее, источники есть, но они, как бы сказать... не полные и не всегда о том. ― Подполковник вернулся на свое место и хитро посмотрел на подчиненного: ― Догадаешься?

Патрушев даже задохнулся от осенившей его догадки:

― Неужели мы ловили этих инопланетян?!

― Ну, почти... Иногда сбивали, когда те этого не ожидали. Иногда нам доставались последствия их боев между собой. У них тоже не стопроцентная надежность техники. Иногда удавалось разговорить таких... Но это уже, извини, не твой уровень пока. Так вот. Последние примерно двенадцать тысяч лет инопланетяне периодически вылавливали землян и проводили над ними эксперименты. Ну, не только людей, но именно над ними ставили опыты. Как ты думаешь, зачем? ― Подполковник откинулся на спинку стула. ― В принципе мы не сильно отличаемся от наших предков. Достаточно один раз собрать материал, и все. Но нет! Ежегодно пропадает большое количество людей, и часть пропаж мы можем списать именно на инопланетное вмешательство! Зачем? Попробуй ответить, я дал тебе столько данных.

Патрушев медленно отпил воды, прокручивая в голове варианты. Вывел на внутреннее пространство выжимку того, о чем говорил Кривошеев, пропустил через несколько фильтров, встроенных в УНИК, посмотрел результаты...

― Пока выходят два варианта. Или они постоянно проводят генетические изменения у землян и проверяют их развитие в поколениях, или есть в людях что-то такое, что очень их интересует. И они никак не могут это выявить или использовать. Причем им точно известно, что «оно» существует, так как они с этим сталкивались, были впечатлены и хотят применять.

― Молодец! В яблочко! ― похвалил подполковник. ― Первый вариант хоть и не стоит отбрасывать в сторону, однако есть веские доказательства, что генетически мы практически идентичны нашим тысячелетним предкам. По крайней мере, те отличия, которые все-таки имеются, не могут быть результатами подобных экспериментов. Есть еще пропущенный тобой вариант ― вывозят именно как рабов. Но это очень странно. Мы пока не можем построить истинную модель общества, где технологии развиты так высоко, как у инопланетян, и при этом необходимы живые рабы. Экономически и еще по многим другим параметрам никак не стыкуется. А вот что ты можешь сказать по своему второму пункту? Продолжи мысль.

Патрушев немного подумал и неуверенно предположил:

― Неужели экстрасенсорные способности? Но ведь наверняка о них узнали только в этом веке.

― Ну-ну... Надо же, в этом веке! Нет! У нас есть просчитанные модели состояния дел в прошлом. Понятно, что скорее это вероятностные модели с определенной долей достоверности, но они хорошо объясняют некоторые факты. И таки да ― скорее всего тогда люди в большинстве своем были довольно сильными экстрасенсами. Ну или, если тебе больше нравится это слово, ― магами. Еще более вероятно, что они ко всему прочему были и хорошими учеными. А поэтому развивали не только магию, но и технику, в результате получая то, что мы привыкли называть в фантастической литературе «техномагией». Кстати, что ты знаешь про упавший метеорит недалеко от Ханты-Мансийска?

― В прошлом году?

― Совершенно верно.

― Ну, что он взорвался, не долетев до Земли. Хорошо хоть никто не пострадал. Но шумиха поднялась так еще, хотя до Тунгусского метеорита он не дотянул.

― Это потому, что взорвался на большой высоте, ― ответил Кривошеев и перекинул капитану видео.

В раскрывшемся окошке во внутреннем виртуальном пространстве с мигающей надписью «секретно» было видно, как летит сверкающий шар. Все, как обычно это и бывает. Правда, вдруг откуда-то сбоку... Камера отъехала, и стало понятно, что с северо-востока (со стороны Енисея) и с севера (со стороны Салехарда) по ломаной траектории и явно со сверхзвуковой скоростью прилетело два ярких пятна, лишь слегка уступающих метеориту в размерах, но гораздо более быстрых. После яркой двойной вспышки от метеорита ничего не осталось.

― Наша ПКО? ― Патрушев хоть и был впечатлен, но, будучи мало знаком с военной техникой, предположил, что так и должно быть.

― Хм... В принципе да. То, что прилетело с севера, ― наша ПКО, а с востока ― ПКО наших предков.

― В смысле? ― не понял капитан.

― Подробности позже. Скажу лишь, что мы смогли найти сначала в Якутии, потом в других местах Сибири так называемые «котлы». Более-менее с ними разобрались. В общем, древние там установили свои плазменные системы уничтожения метеоритов, падающих на Землю. Как оказалось, не только метеоритов. ― Подполковник помолчал. ― Когда мы активировали, вернее, реанимировали несколько штук, они буквально через неделю самостоятельно сбили несколько инопланетных летающих тарелок. К сожалению, от них ничего не осталось. Хорошо хоть успели активировать еще несколько котлов, иначе, думается мне, нас быстро бы затоптали... По сути, на тот момент, а это было тридцать лет назад, мы закрыли весь континент пусть дырявым, но зонтиком, который мог противостоять инопланетным технологиям. Ну а потом и сами начали делать подобное оружие. Очень интересный получился синтез старых и новых ракетных технологий. Причем в некоторых областях мы продвинулись даже дальше, чем наши предки. Еще зачем-то они использовали странные энергии, разрушающие энергетическую оболочку живого существа, возможно, в качестве защиты, а может, это был побочный эффект.

― Ничего себе сказочки! ― Патрушев вытер выступивший пот на лбу. ― Но почему вы все это мне рассказываете?

― Все просто ― ты нам подходишь. Являешься пусть слабым, но одаренным менталистом. Можешь разговорить почти любого человека, который специально не закрыт от подобных воздействий. Обладаешь развитой интуицией. Умный, закончил Новосибирский столичный университет в инженерной сфере, увлекаешься темой одаренности. Перейдешь в другой отдел, с инопланетной спецификой, и продолжишь раскручивать это дело уже с новыми возможностями. Так вот, ― подполковник поднял палец, ― наши умники дают высокую вероятность того, что этот гуманоид, как ты его назвал, — некий инопланетянин, сумевший пройти противокосмический зонтик незамеченным. Проще говоря, диверсант-инопланетянин. Ну или, может быть, какой-нибудь их биоробот. Они-то не знают, что у нас такие существа считаются невыгодными к производству, и вполне могли наклепать, ― пошутил Кривошеев. ― Сам понимаешь, если они смогли найти способ снова приходить на нашу территорию, быть беде.

― Но разве они не могут высадиться, скажем, в Африке или Америке и обычными средствами добраться до нас? Вон хоть в Иране, там много наших отдыхает на пляжах... Или территория бывшей Турции. Китай тот же ― вряд ли наш противокосмический зонтик добивает до этих мест.

Кривошеев пожал плечами:

― Мы работаем над этим, и пока считается, что они так не поступают. Ну а если и да, то это все-таки не прямой доступ из космоса, и таким образом трудно выполнять сложные операции... А может, мы просто не в состоянии таких диверсантов отследить, и сейчас у нас есть уникальная возможность зацепиться за него, понять, как с ними работать, каковы их интересы и так далее... А вообще считается, что на самом деле на нас просто не особо обращают внимание. И все эти игры с противокосмическим зонтиком против них ― всего лишь самый примитивный уровень. Разве что англы с ними втихаря сотрудничают, правда, с темными. Благо те их используют скорее как подопытных или низших, что облегчает нам работу. Сами жители, кстати, не подозревают, что их деградация ― последствия в том числе и такого взаимодействия.

Кривошеев немного помолчал.

― Наши умники думают, что в Солнечной системе ограниченное количество инопланетян, но они есть и они из разных... хм... В общем, разные они. С разных планет, разные по сути ― светлые, темные и так далее. И между собой они там до сих пор выясняют отношения. Ну а мы для них просто дикари. Даже несмотря на то, что там, ― подполковник указал пальцем в небо, ― летает наш первый и единственный условно боевой космический корабль, который уже вступал с ними в стычки и все еще не уничтожен. Впрочем, он больше все-таки научный, да и мы стараемся не переоценивать себя.

― Я слышал про корабль, но это подается как-то между прочим, что ли... ― Сказать, что Патрушев был изумлен, ― не сказать ничего.

― Как ни странно, несколько технологий, заимствованных от предков, и наши собственные разработки вроде плазменного щита позволяют нам довольно эффективно скрываться от поиска. Ну и вести бои... Ну как бои ― раз-два в год обязательно случаются стычки. Мне кажется, инопланетян это даже забавляет. А может, им наплевать на свои потери, которые все же иногда имеют место. Или их сдерживают какие-то внутренние правила или факторы.

― Но если мы ничего не можем поделать, зачем тогда вообще там воюем? ― спросил капитан.

― Ну, вначале-то мы не собирались. Те сами начали военные действия против нашего корабля, изначально, кстати, исследовательского. Мое мнение ― решили поиграть, но получили по носу. И пока думали, что делать, мы на всякий случай встали на военные рельсы. Потом мы внесли в свою военную доктрину пункт, что только земляне могут быть хозяевами Солнечной системы, дабы все наши действия были законными. Помню, когда это происходило лет десять назад, общество смеялось над президентом, предложившим этот пункт. Это из-за отсутствия полноты информации. Хорошо хоть народ уважает нашего Ивана Ивановича и знает, что тот просто так ничего не делает — всегда исключительно на пользу государству. Да и мудрено было бы поступать во вред себе на пожизненной-то должности управленца высшего ранга. Вот так-то.

― Постойте! Вот вы утверждаете, что это инопланетянин... Однако система «Монолит», через которую действуют почти все коммуникации, говорит, что в том районе кто-то выходил на связь со старой резервной системой МЧС, которая оставлена вообще на самый маловероятный случай всеобщей войны и деградации технологий. Судя по логам, коннект был от очень старого оборудования, при этом использовался программный протокол, введенный в эксплуатацию в сорок восьмом году и выведенный из использования в шестьдесят первом. Как это стыкуется с тем, что вы сообщили?

Пока капитан говорил, Кривошеев согласно кивал в такт его словам.

― Молодец, что не забыл про этот факт. Скажи-ка, какую территорию обозначает искин на основе триангуляции по данным старых вышек?

Капитан смутился:

― Около ста квадратных километров.

― Вот! Во-первых, там вообще мог быть кто угодно. А во-вторых, это очень даже ложится на нашу теорию. Как я говорил, инопланетяне постоянно похищали наших людей. Почему бы, скажем, у них не заваляться аппарату одного из тех, кого похитили полсотни лет назад? Возможно, они хотят ассимилировать своего агента или еще что-то придумали, но мало понимают наши реалии, потому и прокалываются. Кстати, мы все-таки выявили несколько человек, скорее всего завязанных на чужих. Три обычных человека, но с чужой нанотехникой в организме. Пока просто следим. Еще были два явных нечеловека. К сожалению, при захвате они самоуничтожились в пыль. А мы до сих пор не в курсе побудительных мотивов инопланетян. Ладно, насколько я понимаю, проблема в том, что коннект был очень короткий. Напряги своих спецов, пусть отслеживают этот аппарат. Я помню, тогда на государственном уровне делались бэкдоры в бадди-компах для служебного доступа к частной информации. Пусть поковыряются в архивах и используют этот вариант, если получится.

― Будет сделано! ― кивнул капитан, мысленно отдавая команды своим подчиненным.

― Ладно, что там по повреждениям наших диверсантов? ― спросил подполковник.

Патрушев вздохнул:

― После вашего рассказа я склонен считать, что это было какое-то инопланетное оружие.

― Впечатлился? ― хмыкнул Кривошеев.

― Так точно, ― согласился капитан. ― Китайский экзоскелет «Чешуя дракона» при попадании в агрессивную огненную среду выдавливает из-под микрочешуек термосмазку, позволяющую человеку в этом костюме чуть ли не с комфортом плавать в расплавленном металле. Даже боевой лазер может не успеть его прожечь. Кстати, УНИК экзоскелета может выделять эту смазку и при возможном рукопашном бое, делая захваты тела просто невозможными из-за значительного снижения трения. А здесь все это сплавлено. Наши умники пока никак не могут рассчитать температуру, необходимую для получения подобного результата. Там есть несколько неизвестных материалов.

― Может, горячая плазма?

― Может, и так, только непонятен принцип воздействия. Там горело со всех сторон, даже изнутри, а если бы стреляли, повреждения были бы с одной стороны. Больший интерес вызывает второй случай. Судя по всему, диверсанта просто заключили в силовую сферу и сжали ее до минимума. Жуткое зрелище! ― Капитан передернул плечами. ― Воздействие было кратковременным, но то, что от человека осталось, ― просто кисель какой-то. И опять экзоскелет не помог.

― Хорошо, что с последним диверсантом?

― Разрублен оружием из неизвестного материала. На месте разрезов прочнейших чешуек отсутствуют любые микроследы материала оружия. Будь это металл любой марки, следы бы остались. Хотя бы пара молекул. Там вообще непонятное. Специалисты пока разбираются, но уже появились версии о каком-то энергетическом воздействии. Очень странная структура разрушения материи по срезу плюс какие-то еле заметные аномалии из области тонких энергий.

― Ладно, пусть люди работают.

Внезапно Кривошеев замер и непроизвольно чуть вытянулся. Патрушев понял, что на связь вышло начальство. Бросив мимолетный взгляд на подчиненного, подполковник перешел на громкую связь. Вернее, входящий поток вышестоящего начальства он не стал перенаправлять Патрушеву, но свои ответы обозначал голосом, хотя вполне мог продолжить немой диалог:

― Так точно, товарищ генерал. Нет. Так точно. Операция «Троянский пони» была согласована со всеми инстанциями и заверена в том числе и вами. Провал операции вызван возникновением неучтенных факторов типа «Термит». Так точно, все материалы уже у вас.

Кривошеев некоторое время молчал, выслушивая своего собеседника, и по мере того как получал новую информацию, его брови взлетали все выше и выше.

― Я понял. Выйти на связь с полковником китайской разведки Джанджи Цянем. Оказать всемерную помощь в рамках своей компетенции для пользы дела. Так точно.

Подполковник встал, размял шею ― в воздухе прозвучали легкие щелчки шейных позвонков.

― М-да... Дела...

Патрушев с любопытством смотрел на начальство. Видимо, дело приняло неожиданный поворот.

― На нас вышли китайцы. Погибшие у нас диверсанты, оказывается, были непростыми... По крайней мере, один из них был племянником высокопоставленной шишки в руководстве Китая. В общем, на данный момент их версия такая: пацана заманила в свои сети «Триада», бессмертная криминальная структура. Вроде как они решили у нас что-то совершить, и их разведка узнала об этом только что, а то непременно бы предупредили. Пацана использовали как канал для получения оборудования, плюс в качестве гарантии, что в случае чего прикроют.

― Неплохая версия, ― кивнул Патрушев. ― Вот только слишком... простая.

― Да нет, нормальная. Чем проще, тем надежней. Не удивлюсь, если двое из трех диверсантов действительно были из «Триады», которую китайская разведка использует в своих интересах. Наверное, это были те двое. От которых ничего не осталось. А то бы умники могли определить по татуировкам там или еще чему... А пацана действительно просто обкатывали на не особо сложном направлении.

― А чего ж они спалились? Ну провалили дело — и ладно, зачем выходить на нас, по сути, признавая свои проделки?

― Сам подумай. При любом развитии ситуации за исключением того, что случилось в реальности, им ничего не грозило. Мы не убиваем чужих разведчиков и даже диверсантов. Практически всегда раскручиваем дела относительно мирно и имеем с этого свой профит. Ну выторговали бы у китайцев что-нибудь в ответку, и все. А тут смерть... Ну и племяш чей-то, видимо, дорог семье. Причем настолько, что решили выйти за пределы естественного поведения разведки в подобных случаях. Думаю, они контролировали ситуацию со спутника, не зря же там болтался их «сломанный» аппарат, ну и как минимум отслеживали системы жизнедеятельности через экзоскелеты.

Подполковник немного помолчал.

― Полагаю, из всего этого можно извлечь пользу, пусть и не ту, на которую мы изначально рассчитывали. Скинем китайцам наши материалы и выводы, предварительно убрав всякие упоминания о чужих. Надо сделать так, чтобы они подумали, будто нарушители наткнулись на какого-то крутого вояку, может, из бывших, не разобрались, напали и получили то, что получили. Китайцы обязательно попробуют его найти неофициально, я в этом уверен, или чтобы отомстить, или подумают, что у него могут оказаться похищенные материалы. А мы будем со стороны смотреть, что и как происходит. Так даже хорошо получается. Возможно, чужак раньше времени раскроет свои намерения и способности, оружие у него действительно мощное, нам бы пригодились образцы... Ну а мы, как всегда, возьмем на заметку методы китайских товарищей ― вдруг они что-то новое придумали. Ну и агентов своих пускай раскроют. Отдай на проработку этот черновой план нашим умникам. А там, глядишь, они еще что придумают. Так, далее... Взять генетические данные того паренька, чтобы вернуть правильное тело. Остальных оставим себе, там еще стоит поковыряться. Проконтролировать возврат нашей закладки обратно в лабораторию. Похоже, все.

Подполковник активировал пересланный ему линк связи. На внутреннем экране почти сразу появилось изображение китайца в форме ― звонка явно ждали.

― Приветствую вас, Джанджи Цянь, ― почти на чистом китайском произнес Кривошеев.

А Патрушев включил синхронный переводчик ― он в китайском был, что называется, ни бум-бум.

Ник

Не знаю, сколько я летел, а летел я почему-то на север, но скоро пришлось искать место для посадки. Наверное, это было в первый раз, когда я не испытывал радости и удовольствия от полета. Мне просто становилось все хуже и хуже. Что происходит, я не понимал, так как ни мой медицинский модуль не находил отклонений, ни биокомп никак не реагировал на мое состояние. Тем не менее, ощущения были такие, будто я попал под пресс. Вернее, мои мозги или сознание... Не могу точно описать, но давило, крутило и трамбовало достаточно сильно. И я даже думать ни о чем другом не мог, хотя следовало проанализировать ситуацию чуть ранее.

Внизу появилась река. Неширокая, метров тридцать всего, и совсем неглубокая. По крайней мере, там, где я ее видел, вряд ли по колено будет, зато много камней, окатышей и местами огромных валунов. У изгиба реки таежные деревья немного расступались, видимо, из-за камней, образовав небольшое пространство, где можно было бы приткнуться. Спугнув какую-то мелкую живность, я нашел более-менее ровное и уютное место и поставил там свой переносной домик, вернее избушку.

Дело шло медленно. Из-за непонятного прессинга или давления концентрация заметно сбоила, основная часть заготовок осталась в другом мире вместе с якорями ― физическими объектами, к которым они крепились в инфосети. Удобно, но кто же знал, что я попаду в другой мир — кажется, все-таки мой родной — и тут будут недоступны те штучки, которые хранились отдельно от меня. Например, можно было бы не корячиться, а бросить на землю маленький кристаллик кварца и запустить автоматический процесс разворачивания дома ― и такая штука у меня была. В принципе и сейчас не сильно напрягался, просто вытащил из памяти информструктуру домика и создал его. Но даже незначительное интеллектуальное усилие серьезно напрягало.

Немного подышав свежим воздухом, сходил к реке, попил водички прямо оттуда ― чистая и вкусная. Шум воды, перекатывающейся через пороги и стучащей каменными погремушками, совсем не раздражал. Я бы даже сказал, успокаивал. Гармонизировал внутренний настрой, и становилось немного легче. Между деревьями стали появляться тени ― начало темнеть. Я медленно, иногда спотыкаясь, поплелся в свой домик. Надеялся в тиши и в надежном безопасном месте решить внезапно возникшую проблему. А то это совсем не дело ― суперкрутой маг и чародей всех времен и народов вдруг свалился от какой-то хрени... Не смешно. Совсем не смешно.

Свет включать я не стал, наоборот, сделал стенку напротив реки прозрачной, и в темноте поужинал. Сначала сотворил что-то вроде куриного бульона, ну, как больным дают. Выпил, но понял, что организм требует более существенного топлива. Тогда создал на столе целую поляну ― царство гурмана. При этом непроизвольно морщился ― все-таки удобнее работать со специализированным девайсом. Надо восстановить скатерть-самобранку с ее специфическим интеллектуальным модулем, заточенным под еду и обслуживание клиента. И поболтать, если что, есть с кем, да и заказывать приятнее. Не выбирать из большого списка блюд (их тысячи!), а сказать что-то вроде: «Дай мне легкий мясной ужин из кухни гномов». Да-да, я и так могу с помощью биокомпа, лишь оформив мысль, но все же это менее комфортно и чересчур бездушно. Кажется, меня куда-то не туда занесло в мыслях.

Все... спать... Похоже, я так и вырубился за столом с веткой укропа (не совсем укропа, но в принципе почти такого же растения) во рту.

Как можно предположить, в этом состоянии мне ночью снилась всякая хрень. Во сне материальная связь с миром слабеет, душа освобождается от физических оков и приобретает иллюзорную свободу. Ослабевают барьеры между сознанием и астралом во всех его проявлениях. Горе тому, у кого естественная защита совсем падет. Тихое помутнение разума, возможно, окажется даже спасением в противовес расщеплению сознания под воздействием разных деструктивных ментальных матриц или логических конструкций. Называйте как хотите, хоть духами, результат один.

Я почти утонул в информационном океане. В уши кричало, визжало на разные голоса. Меня било, крутило, выжимало. Визуально меня пытали разные картинки, образы, существа (непонятно, настоящие или выдуманные). Било током, жарило, парило, разрезало, перекручивало в фарш. По ходу, я попал в ад. Эта мысль немного подтолкнула ― я осознал себя и понял, что выскочил в осознанный сон. Особо это не помогло, я все так же не мог ничего сделать. Наверное, даже хуже стало: теперь я не просто страдал, я еще и осознавал, что страдаю. И выскочить обратно, то бишь проснуться, никак не получалось.

Помог, наверное, случай. Вдруг среди всего этого хаоса раздался глубокий, пробирающий до самого дна души звук колокола: «БОММММММ-ММММ-МММ...» С затуханием его колебаний каким-то образом успокаивалась и вакханалия вокруг меня. Через некоторое время вся нечисть стала пропадать, теряться в разгорающемся свете... Он становился все ярче и ярче, меня куда-то потянуло, всосало, и я осознал себя стоящим на облаке. Да-да, самом натуральном облаке, летящем высоко над землей!

Чувства передавали, что под ногами нечто вроде ваты, ну я и уселся на нее. А то устал от всего... Земли видно не было, и я просто смотрел вдаль. Не сразу я обратил внимание на то, что другие облака, коих было довольно много, не все девственно-чисты. Я пригляделся и невольно удивился ― на некоторых из них явно виднелись человеческие фигуры... Хм... Все в однотонных и однотипных одеждах. Далековато.

Будто отвечая на невысказанную мысль, прямо из-под края облака, на котором я сидел, выплыло еще одно и встало вровень с моим. И тут я разглядел человека, сидящего на нем. Ну что я могу сказать ― типичный монах. То ли тибетец, то ли бурят или китаец, то ли еще кто-то из этой братии (что-то мне везет в последнее время на это племя), сидящий в позе лотоса. Если тибетец ― хорошо бы из современных, а не дух какого-нибудь старика-ламы из прошлых веков. Как-то меня не особо привлекают люди, которые последними на земле отменили рабство, полностью подавляли как духовно, так и физически, принадлежащих им крестьян, за малейшую провинность рубили им руки и ноги на амулеты, вырывали им глаза и применяли прочие средневековые прелести. Впрочем, буддистов много и вне Тибета, причем нормальных, так что шансы велики. А может, я пристрастен и вообще ошибаюсь на их счет.

Монах открыл глаза и посмотрел на меня. Лицо его ничего не выражало, скорее напоминало маску. Тем не менее, я почему-то чувствовал его даже не эмоции ― их у него просто не было, а скорее информационное сопровождение его мыслей, в этом месте приобретающее вид эмоций. Загнул так, что сам не понял. В общем, монах был смертельно серьезен и спокоен, как камень, однако как в игре иногда подсвечивается ярлыком некое состояние персонажа или объекта, так и тут мне подсвечивались (не ярлыком, а чистым информационным импульсом) его чувства. И сейчас они говорили, что монах удивлен тем, что видит.

― Как ты попал сюда?

Под «сюда» подразумевалось «наше внутреннее, закрытое пространство, дом духа, место очищения». Слова как таковые я не слышал, просто воспринимал образы. Похоже, это и есть настоящее мысленное общение!

― Приношу свои извинения. ― Я слегка поклонился. Ну если хотят со мной поговорить, почему бы и нет? В любом случае что-то делать надо. ― Сам не понимаю, что происходит. Я вдруг почувствовал себя плохо, уснул и попал в ад... Потом услышал звук вашего колокола и оказался здесь.

Монах долго меня рассматривал. Его удивление поменяло оттенок. Если раньше это было удивление-возмущение-решительность, то теперь это было удивление-исследование.

― Хм... Странный ты. На духа не похож, на вознесшегося тоже. Тело действительно спит, не самадхи... Связь с ним крепка. Ах, вот оно что!

― Что? ― Неужели монах что-то видит? Может, поможет?

― Вижу, у тебя врата распахнуты настежь, и твоя внутренняя суть не успевает принять и осознать отражение всего мира. Такое ощущение, что у тебя раньше или врата были закрыты, а сейчас раскрылись нараспашку, или же насыщенность мира-отражения, где ты находился до этого, была значительно ниже. ― Монах продолжал рассматривать меня своими узкими глазами.

Я задумался. Что бы это значило? Пока у меня возникает единственная ассоциация: здесь, на Земле, астрал насыщеннее (событий больше происходит? людей больше?), а я, максимально раскрывшись на Лунгрии, с той же раскрытой дверью оказался здесь... И меня затопило... Но почему тогда биокомп промолчал? Возможно, потому что из астрала он воспринимает или мониторит только агрессивную реакцию? А тут просто вроде как естественный поток увеличился. Хм... Странно... Если принять тот факт, что атлы ― малочисленный и рассредоточенный по своим мирам народ, то и их астральные миры более разреженные, а биокомп, соответственно, не рассчитан на такое. Хотя должно быть предусмотрено все, но как версия пойдет. И что еще более сбивало с толку — обычные методы защиты в астрале, которые я ранее использовал на Лунгрии, не срабатывали. Я ж таки пробовал защититься, не просто так болтался в аду. Защиту просто сносило. Видимо, действительно легче потихоньку открывать закрытую дверь до нужного положения, нежели закрыть открытую нараспашку.

― И все же ты местный. Но где тогда ты побывал? ― спросил монах. ― Вижу, что не духом ты путешествовал, но телом.

Я задумчиво посмотрел в раскосые глаза монаха. Лицо ― маска, но ему любопытно! Я чувствую это и никакой опасности не ощущаю.

― Давай так, ― сказал я. ― Ты поможешь мне научиться управлять моей дверью либо научишь моего привратника обрабатывать такой большой объем информации или в крайнем случае просто закрывать врата, а я расскажу тебе о другом мире.

Монах задумался:

― Хорошо. Это интересно. Конечно, было бы лучше, если бы ты приехал к нам сюда, но вижу, что мирские дела ты и сам можешь отбрасывать, можешь отрешаться от мира, эти тренировки тебе не нужны. Давай попробуем сделать это отсюда.

Наши облака вдруг соединились, спрессовались, и я оказался сидящим напротив монаха на расстоянии вытянутой руки. А потом началось обучение. Не знаю, сколько времени это заняло. Монах сказал, что сколько хочу, столько и проживу здесь, и на Земле тоже пройдет времени столько, сколько захочу.

Вода тихо перекатывалась через тело, смывая пот, грязь и плохую энергетику, накопившиеся за время моей «болезни». Пришлось усиленно заняться терморегуляцией ― вода оказалась жуть как холодна! Мелко тут было, но я нашел место, где смог втиснуть себя в каменистое дно, слегка покрытое песком.

Точно не скажу, сколько я провалялся в отключке. Несъеденная еда на столе не совсем испортилась. Сутки-двое. Вокруг избушки все это время ходил медведь — много обычных и аурных следов. Но подойти не решился, я не забыл повесить легкое отпугивающее заклятие. Однако оно зверя, наоборот, заинтересовало, и хоть он не сунулся поближе, но все вынюхивал, что это такое появилось в подконтрольной ему зоне. Я его, кстати, видел. Медведь посмотрел на меня издалека, понаблюдал, что я делаю, и, видимо, решив, что я пока не представляю опасности, удалился. А почему бы ему так не решить, если я ментально посылал волны расположения, позитива и ощущения того, что я ему не конкурент.

Вот я лежу и думаю, был ли монах в астрале реальным? А может, он порождение моего разума? Впрочем, неважно. Главное, что помог. Так или иначе. Теперь можно и делами позаниматься.

Во-первых, надо запустить процесс сборки инфосервера. Для этого достаточно загрузить один поток сознания. Некоторое время на это понадобится. Хорошо хоть я полностью представляю его схему и помню, что там к чему. Было бы проще его, конечно, просто скопировать, но полноценного оригинала у меня нет. Кстати, частично кое-что можно взять из моего медицинского модуля, чтобы быстрее получилось. БИОС для него тоже найдется. А вообще сам инфосервер мне нужен для многих вещей. И картографию Земли провести, чтобы наладить телепортацию. И для болталки, если вдруг понадобится. Еще надо подключить его к постройке пространственного кармана, а то как-то не очень удобно без него. После его изобретения я буквально за день привык к тем возможностям, что он дает. Потом следует пополнить дублированием запас металла для моего живого меча, ибо большая его часть осталась в моем старом кармане на Лунгрии. Кстати, в инфосети не было никаких следов чужих инфосерверов. Хотя энергетических аномалий в системе присутствовало достаточно, опознать в них что-то, мне известное, я не мог. Да и сканирование инфосети ― все-таки довольно ненадежный способ ввиду ее неупорядоченности. Надо проверить функционал своих дракош, чтобы понять, что там оптимизировать и добавить-убавить из возможностей элементалей.

Во-вторых, надо пошарить в астрале ― может, хоть какую-то инфу о мире удастся найти. Что сейчас за время, какие страны тут... Россия скорее всего есть, связь МЧС именно на русском со мной общалась, причем без дублирования на английском, как обычно это происходит в подобных ситуациях.

В-третьих, если удастся, попробую найти родичей.

И так далее. Но сначала создам нормальную скатерть-самобранку. Жаль, что не догадался в свое время продублировать информструктуру ее носителя в памяти. Хорошая там материя была, оригинальная лунгрийская из Ремопил. Но ничего, сделаю из наноткани. Опыт есть, правда, надо будет поиграть со структурой, чтобы была... Во! Сделаю ее красной с белыми и черными узорами.

Я вернулся в дом, запустил в воздух кучу конструктов, повесил управляющий ими модуль, чтобы работали не бессистемно, а по плану. Пусть полетают по округе, посмотрят, что к чему. Все поступающие данные пока завязал на свой обычный инфокомп, который синхронизировал с управляющим конструктом. Ничего, справится с работой. Причем легко. Не стоит забывать, что мой обычный инфокомп по возможностям примерно соответствует земному суперкомпьютеру. А создаю я его достаточно быстро. Так что там мощностей ― о-го-го! Да, телепортацию в коконе и остальные задачи он не потянет, но более простые задачи ― легко. Потом, когда инфосервер будет готов, можно будет его использовать для небольших прыжков в разведанные конструктами места.

Расположился в доме. Некоторое время смотрел на реку. Потом на каждой стене вывел видеокартинки красивых мест Лунгрии. И горы, и леса, и водопады. Немного странно вышло, но интересно. Запустил процесс сборки инфосервера, задвинул его в один поток сознания и занялся скатертью-самобранкой. Долго тестировал информструктуры, добиваясь нужной толщины, цвета и размера. Когда получилось, включил субноут, чтобы подыскать узор, но что-то ничего такого, что зацепило, не нашел. Выключил. Пришлось выдумывать и рисовать, используя биокомп. Он удачно демонстрировал свои дизайнерские возможности: перенос в него и адаптация некоторых не слишком сложных программ, к коим относился, как ни странно, дизайнерский пакет, прошли успешно. Просто удобнее было работать с биокомпом, чем с субноутом, ― привык уже к свободе мысленного управления. В общем, попытался реализовать что-то свое. Внес в информструктуру нужные изменения. Хм, симпатично получилось ― что-то вроде эльфийских мотивов с фрактальными изысками.

Вот с параметрами пришлось повозиться. Я хотел, чтобы скатерть можно было делать разного размера: и на одного человека, и на сотню. Придумал, конечно, но как-то глобально. Не хотелось бы на это тратить целый инфосервер, тем более что первый блин еще не готов. Но, использовав целых четыре инфокомпа, с задачей справился. Просто на углы скатерки повесил генераторы материи, управляемые инфокомпами, с возможностью повторения узора, благо его фрактальные свойства позволяли наращивать рисунок. Вывел на саму скатерть простую сенсорную систему управления размером, и... все.

Проверяем. Положил на стол небольшую скатерть на одного ― полметра на метр. Жму на условный плюсик на рисунке в центре. Края скатерти начинают колыхаться и расти. Процесс быстрый ― буквально секунду занимает. Еще «плюс» ― еще выросла. «Минус» ― уменьшилась. Еще раз ― снова нормальная. Хм... еще раз, и еще, и еще ― и у меня в руках носовой платок... М-да... Ну а что? Нормально! Пусть так и будет. Только чтобы в ноль не ушло, надо поставить ограничение.

Дальше закачиваю в отдельный инфокомп скатерти все блюда и проверяю работу. Правда, пока без сказочного сопровождения в виде бабки в кокошнике. Достаточно голоса и иллюзии экрана.

Активирую. Над скатертью появился псевдоэкран с длинным списком названий блюд. Не на русском, ну да ладно.

― Первые блюда, ― произношу я. Список изменился. ― Винная карта. ― Снова изменения. ― Эльфийское «Эльтаракурчихновалье».

На экране остается список из десятка пунктов. Вина этой марки с различиями ― год, урожай и так далее. Пальцем тыкаю в первый пункт. На скатерти появляется деревянная бутылка с красивым орнаментом. Дерево измененное, специально выращенное. В нем эта драгоценная жидкость может храниться чуть ли не вечно, не теряя своих вкусовых качеств. В стенках бутылки едва заметные эльфийские плетения (они тоже воспроизвелись), поддерживающие нужные условия внутри.

Ух! Вкуснотища! И настроение сразу скакнуло вверх!!! Отлично! Делаю копию информструктуры нового девайса и вношу в память биокомпа. Потом делаю еще одну копию, архивирую ее и... пока цепляю к своей информструктуре. Позже, когда сделаю пространственный карман, перепривяжу к какому-нибудь якорю и помещу туда.

Затем приступаю к выполнению дальнейших шагов плана.

Я сидел на террасе своей избушки, положив ноги на перила, и думал. Подбрасывал камешек в руке и... пребывал в смятении.

Примерно я определил свое местоположение ― где-то юго-восточнее Новосибирска, по сути, на севере Алтайского края. Как определил? Просто поднимал комп-наблюдатель вверх до тех пор, пока не смог увидеть большую часть Земли... В общем, чуть ли не в космос вытащил. Половину пути его специальный конструкт тащил, потом по инерции еще немного... В общем, изучил. Правда, нормально — только ту часть суши, что была подо мной. Потом сравнил с картами, что были у меня в субноуте. А вот результаты сравнения как раз и озадачили. Очертания большого города, которым, видимо, и являлся Новосибирск, не совпадали с моими картами. Город стал раза в два больше. Водохранилище тоже другой формы ― не вытянутый сперматозоид, а скорее беременный дракончик. Совершенно непонятно. Отправил туда исследовательские конструкты, но пока они доберутся... Если по дороге поселки какие попадутся, тоже пусть снимают. Я их отсюда не видел ― у моего компа нет зума. Надо полноценный геологический инфосервер вешать. Впрочем, только такой я и знаю. И, кстати, сделал его уже. И сразу следом начал воспроизводить элементалей. Ничуть не проще, чем инфосервер делать. Даже устал.

Дал команду инфосерверу собирать большое плетение пространственного кармана. Сам в космос пока решил не дергаться, надо на Земле освоиться и разобраться, что к чему. Место для кармана определил такое же, как и на Лунгрии, ― над плоскостью эклиптики. Понятно, что, находясь внизу, я даже на глаз не мог определить, где эта точка расположена. Но мне большая точность и не нужна. Просто подальше от планет. Инфосервер есть, шаг телепортации в несколько десятков километров я вполне могу обеспечить, посчитать, сколько таких шагов надо и примерно в каком направлении, ― легко (перпендикуляр к плоскости треугольника Земля, Солнце и одна из планет ― кажется, это был Марс). Так что формируем пустой пузырь, привязываем к нему инфосервер и задаем алгоритм. Первый шаг ― вывод просто в космос. Второй ― нахождение планеты (ну пусть Марс, судя по красному спектру, это он), построение плоскости, перпендикуляра к ней, и снова в путь. Не успел глазом моргнуть, как сервак отчитался, что достиг указанного места. Включил видео с места событий ― ни фига не понятно. Солнце видно, а больше ничего. Ну, кроме других звезд. Ну и ладно, надеюсь, не напортачил. Надо потом все же поточнее определить точку и скорректировать. А то плохо будет, если карман окажется на пути планеты. Даю команду начать его построение. Хотя... В принципе несложно сделать систему уклонения. Пара часов работы. Да, лучше перебдеть.

По результатам поиска родичей через астрал смог только определить, что сестра вроде бы жива, это меня обрадовало просто до жути! Прямо тепло на душе стало. Ни родителей, ни кого другого, к сожалению, так и не смог почувствовать. Надо сказать, здесь астрал оказался более агрессивным, то-то мне было так плохо. И перенасыщенным информацией. Причем информационного хаоса тоже не в меру много. Местонахождение сеструхи пока определил как северо-восток относительно моего текущего положения. Причем далеко... Похоже, даже дальше Красноярска в ту сторону.

Свернуть лагерь и начать движение меня заставило странное происшествие. Мои датчики и конструкты, работающие совместно, засекли буквально в километре от стоянки нетипичное шевеление в пространстве и дали об этом знать. Сначала я не понял, что так смутило мою сигнальную систему. Ну, кабарга, кажется (быстрый поиск в субноуте подтвердил), пила воду из той же реки, у которой я проживал, только ниже по течению. Инфокомп на мой мысленный вопрос пометил огрызок дерева, торчащий буквально в нескольких метрах от кабарги. Он чем-то отличался от других деревьев. Внезапно животное замерло и медленно опустилось на землю. Будто уснуло. Дерево же сразу потекло, из него полезли суковатые «руки», которые дотянулись до кабарги и аккуратно что-то с ней стали делать. Увеличив изображение, я понял, что «руки» ― обычные манипуляторы, ловко замаскированные под дерево. Так вот, при ближайшем рассмотрении видно было, что это... нечто всего-навсего проводит какие-то замеры. Что-то втыкает в тело, трогает, переворачивает. Наконец все закончилось, манипуляторы втянулись обратно в ствол, и эта штука замерла. Через пять секунд кабарга очнулась, спокойно встала, встряхнулась и вдруг прыжками бросилась бежать в сторону ближайших деревьев.

И вот что это было такое? Робот какой-то? Скорее всего да, ибо, как бы отвечая на мой вопрос, бревно мягко опустилось на землю, уменьшилось в размере, и теперь там лежал достаточно большой ― полметра-метр в диаметре ― кусок камня, который стал медленно двигаться от реки. Э, нет! Так не пойдет! Куда ты? Инфокомп зацепил за этот агрегат инфонить, по которой в инфосети я его быстро нашел. Следует напомнить, что инфосеть не связана линейно с обычным пространством, поэтому я и смог, нащупав нужную информструктуру, заняться ею, не сходя с места. Обычно-то вся проблема именно в том, чтобы найти.

Ну что ж, судя по сложности структуры, которая значительно превышает сложность моего субноута, это явно кибернетическое компьютерное устройство. По его действиям можно предположить, что оно выполняет часть функций егеря. Ясно, что понять удаленно, что конкретно это такое, я не могу, но определенные выводы сделал. Вряд ли таких штук тут много, хотя не поручусь, но они есть, и их лучше остерегаться ― наверняка шлют данные к себе на сервер. Так и меня спалить могут. А вот как сделать так, чтобы прятаться от них? Надо снять какую-никакую матрицу, условно говоря, какие-то общие для всех роботизированных или компьютерных систем характеристики, и по ним определять. Ага, и там и сям должны быть микропроцессоры, память, вот и сравним мой субноут и этот аппарат, а также бадди-комп. И с этим хорошо справится биокомп под моим управлением! И он, как и я, не подкачал: некие характерные общие структурные образования найдены были, хотя и очень мало. Даже не знаю, что именно, но это и неважно. Потом придется проверить на других системах и подкорректировать, если что. Эти особенности я внес в свою систему защиты определения по информструктурам, чисто для детектирования. С этой стороны обезопасился хоть как-то. По крайней мере, надеюсь. Тем не менее, надо валить: пусть поблизости ничего подобного не детектируется, но меня могли раньше отследить, например. Да и наследил я тут. Кстати, тот странный робот-егерь, как я его назвал, уполз в самую чащу и стал наблюдать за игрой детенышей рыси.

Странно как-то. Непонятные роботы, изменившийся вид города. Ничего, может, скоро что-то узнаю, мои конструкты до него доберутся. А пока можно километров на сто в нужную сторону прыгнуть. Благо там уже примерно разведано, а инфосервер наконец скопировался, и теперь я снова могу прыгать, не отвлекая первый инфорсервак от построения плетения пространственного кармана. Впрочем, с прыжками пока погожу. Вернее, сейчас прыгну, чтобы оборвать возможные следы, а дальше немного полетаю ― и соскучился, и так удобнее получать впечатления.

Сказано — сделано. Частотно-волновые характеристики полянки за сто километров у меня уже есть. Сворачиваю избушку, благодарю дерево, стоявшее рядом с домом, ― погладил его и слегка упорядочил энергетические потоки, немного закрученные в одном месте, что могло привести к болезни. Оглядываюсь напоследок, фиксируя вид, и... прыгаю.

Где-то в Сибири

На опустевшую стоянку из кустов осторожно, постоянно принюхиваясь, выбрался бурый медведь. Обойдя место, пропитанное чужим запахом, зверь поворчал, подрал кору деревьев длинными острыми когтями, ставя свою метку, и отправился дальше обследовать территорию ― не поменялось ли чего, не залезли ли к нему недруги?

Ник

Конечной точкой прыжка стала точка над замеченной полянкой. Интересно было попробовать. Там сразу подхватил себя воздухом. Сколько ни летаю, на высоте всегда что-то замирает в районе живота. Приятное чувство.

Я огляделся. Вдали, там, где заканчивается лес, недалеко от опушки находилась бывшая деревня. На меня дохнуло чем-то древним и тоскливым. Бывал я в таких, забытых богом деревеньках. Не знаю, какой сейчас год (бадди-комп я почему-то включать не хотел, интуиция начинала недовольно шевелиться, а тогда, в первое свое включение, он почему-то не синхронизировался со временем в сети), но в России, как мне кажется, всегда были и будут вот такие вот брошенные места. Я не стал опускаться на опушку, а спокойно вылетев за пределы леса, приземлился. Несмотря на тлен и подспудный ментальный запах печали, место эстетически приятное. Трава, кое-где бессистемно скошенная (кто-то живет тут?), одуряюще пахла. Я снял сапоги, связал силовой лентой и перекинул через плечо. Именно так надо было. Слегка потоптался, ощущая, как колется трава, камешки... И потихоньку пошел в сторону домов.

Раскрытие разума привело к тому, что информация полилась сплошным неструктурированным потоком, в котором можно было бы захлебнуться, но я уже приготовился и быстро взял под контроль вентиль ― чуток прикрутил его. М-да... Бессистемно мелькали образы, картинки, мало связанные друг с другом. Тогда я попробовал одну фишку, которую придумал на месте своего предыдущего отдыха на основе того, что знал, да и виртуальный монах подкинул несколько идей, напрямую не связанных с тем, что я сейчас пытался сделать, но натолкнувших на мысль.

Я выделил самый ранний виденный мной кадр из потока и самый последний (они хорошо чувствовались). Протянул между ними линию и превратил ее в шкалу. Шкалу с рисками, но пока без пометок. Визуализировал ползунок и прикрепил картинку места, где я сейчас нахожусь. Потом проделал ряд психических упражнений, подготавливая мозг. Ну и все. Несколько раз провел ползунком в самое начало и в конец. Картинки, отрабатывая заложенный в мозг алгоритм, стали распределяться по шкале. Чем медленнее вел ползунок, тем подробнее заполнялась шкала, но и нагрузка на мозги была выше. В любом случае мне не особо интересно, как жили тут люди сто и двести лет назад (тогда тут был всего один дом!). Быстро пролетело советское время, далее — развал Союза, а вместе с ним и деревни. Коммуникации нарушились, молодежь уехала, старики умерли. Потом несколько десятков лет ― провал, и появилось несколько семей, из которых со временем осталась одна. Ну, так это выглядело навскидку. Судя по информационной наполненности связей, которых практически не было, это отшельники. Вообще оторванные от большой жизни. Мелькали образы старика и старухи, сквозь которые иногда проглядывали их молодые лица, какими они были раньше. Примечательно, что чаще на лицах отсутствовало радостное выражение.

Я встряхнул головой и обнаружил себя лежащим на траве. Сильно меня придавило! Так, где там у меня вода? Вызвал в биокомпе базу данных продуктов, нашел воду и дал команду на материализацию. Подхватил появившийся в воздухе прозрачный силовой стакан, в который из воздуха плеснуло благословенной жидкости. С удовольствием выпил и выбросил стакан. Он пропал в воздухе, не долетев до земли.

Я огляделся. Хм, а ведь я почти дошел до домов! Прямо на дороге свалился. Однако! Ну тут и сильный информационный фон! Если это моя Земля, неудивительно, почему у нас было так много всяких экстрасенсов, медиумов и прочих спецов, которые могли как-то воспринимать эти потоки данных, хоть и вершками. При таком-то напоре! А вот магии тут нет... Почти совсем. Так, легкое-легкое, на уровне «заметить краем глаза», марево. Зато электромагнитное искусственное излучение просто поражает своей насыщенностью. Хорошо хоть я могу сдвигать свое восприятие по разным спектрам, а то если бы все это разом навалилось ― просто ослеп бы!

Дома... Старые, деревянные, почти сгнившие и вросшие в землю наполовину, а то и больше. Дороги как таковой нет. Она угадывалась только по расположению домов, заборов тоже почти не осталось: все сгнило или упало и все равно сгнило. Даже трава давно пробилась сквозь годами утаптываемую землю... Упс! Я пнул камень, оказавшийся куском когда-то проложенного тут асфальта. Ну и кто в таких условиях у нас живет?

Дом более-менее приличный. Тоже вросший в землю, но ненамного, видимо, на хорошем фундаменте стоит. Раньше бы хозяев назвали «из зажиточных». Даже не помню, чтобы у нас так строили, может, просто не видел: кирпичный первый этаж и черный от времени, деревянный второй. Во дворе небольшая поленница дров и колун, лежащий на пне. За двором давно уже нет ухода. Трава везде; забор, который в последний раз, видимо, обновляли лет двадцать назад (потому и сохранился), требует ремонта.

Мои маленькие шпионы показали мне картинку внутри жилища. Я вздохнул, вошел во двор, покосился на пустую будку и решительно поднялся по заскрипевшим ступеням крыльца.

Постучался, никто не ответил. Тогда я толкнул заскрипевшую дверь и вошел. Миновал сени, постучался в дверь, ведущую внутрь. Снова никто не ответил. Ну, раз так, снова толкнул дверь и вошел.

― Доброго вам дня! Разрешите войти? ― спросил я.

Сидящая спиной ко мне старуха даже не обернулась, продолжая перебирать какое-то зерно на столе. Лежащий на печи старик тоже не повернул голову, продолжая сопеть, ― спал. Я хлопнул дверью, и старуха что-то почувствовала ― посмотрела в окно, на старика, потом оглянулась и от испуга всплеснула руками:

― Ой!

Одеты хозяева были хоть и в старье, но аккуратно заштопанное. Однако стиль одежды явно терялся где-то в глубинах прошлого.

― Здравствуйте!

Старуха вдруг схватила со стола какую-то странную коническую конструкцию, кажется, из коры березы, и приставила к уху:

― Ась?

Тьфу ты!

― Здравствуйте, говорю!

― И тебе поздорову! ― прошамкала старуха беззубым ртом.

«Ты еще скажи "добрый молодец"», ― подумал я про себя.

― Я тут мимо проходил, увидел вашу деревню, думаю, дай зайду посмотрю, кто тут живет.

― Сева!!! ― Я чуть не подпрыгнул, когда старуха, прижав рупор ко рту, вдруг закричала, направив его в сторону старика.

Тот зашевелился.

― Чего там, старая? ― прокряхтел проснувшийся старик и медленно сел. Увидел меня: ― Опа! Ты кто такой? ― В отличие от бабки, этот вроде говорил более-менее нормально. Однако тоже был почти беззубым.

Чем-то веяло от этих осколков прошлого. Неприкаянным, что ли... Я снова повторил то, что сказал старухе, а та уже не отрывала от уха свой слуховой аппарат. Оба старика рассматривали меня с каким-то странным интересом.

В общем, туда-сюда — разговорились. Они пригласили меня к столу, на котором оказались небольшой кусок хлеба грубого помола да кастрюля с кашей.

От стариков я совсем не чувствовал опасности. Ни по аурам, ни интуитивно. Зато видел: души в их телах держатся совсем уж на тонких ниточках. Живут впроголодь, а я у них вызываю опасливое любопытство, но без негатива. В любом случае, подумав, что если что-то пойдет не так, просто заставлю их забыть мое появление, достал из кармана красный носовой платок:

― Разрешите мне вас угостить, я не совсем уж нищий перекати-поле.

Положив на стол платок, дал команду (дублированное мысленное управление), и он увеличился по размерам стола. Я едва успел подхватить и слегка поднять хозяйский хлеб с кастрюлей и посудой. Поведению тряпицы старики почему-то не сильно удивились, а на подпрыгнувшую посуду, видимо, не обратили внимания. Но все же оживились.

― Ишь ты, чего удумали! ― пробормотал старик и достал из-за пазухи трубку, на которую старуха недовольно покосилась.

― Ага, прогресс не стоит на месте, ― ответил я, глядя, как старик набивает трубку и невозмутимо косится на появившуюся иллюзию верхней части сказочной бабульки над столом. Это я успел добавить альтернативный вариант управления скатертью, какой раньше был.

― Дай нам для начала легкую закуску на троих, потом ушицы, немного мясной нарезки и фруктов, а еще бутылку красного полусладкого вина.

Вот тут трубка выпала изо рта старика, когда на столе начали появляться блюда. Да и старуха слегка отпрянула, но не перекрестилась, как можно было бы ожидать.

С кряхтением подняв трубку, старик упрекнул:

― Предупреждать же надо! Чего там в мире творится-то? Смотрю, ― он кивнул на скатерть, ― дело на поправку-то пошло?

И вот как тут ответить? В общем, чтобы не палиться, да и чтобы ускорить процесс, я ментально воздействовал на стариков, и под медленное потребление пищи (старики просто смаковали ее, рассасывая мясные кусочки) дед стал рассказывать о своем житье-бытье. Все любопытство в отношении меня я на корню задавил. Разговор вышел долгим и тяжелым для стариков. Они отвыкли от такой пищи, к тому же чуть ли не разваливались на ходу, поэтому я почти сразу стал их немного латать. Конечно, молодость это не вернет, но, может, пару лет жизни добавит, да еще и здоровье улучшится.

В целом старики не очень мне помогли, но хоть что-то. Последние знания о мире у них датированы событиями пятидесятилетней давности, а за это время, ясное дело, многое могло произойти. Где-то полсотни лет назад и, судя по всему, лет десять спустя после моей пропажи тут что-то разразилось: то ли война, то ли природный катаклизм. Старик точно не мог сказать, настолько все тогда перемешалось, и информация, и события. Кто-то вещал, что началась война, кто-то ― что новый всемирный потоп, и так далее... Старику тогда было под шестьдесят, он загрузил в машину жену, продукты и, подгоняемый паникой, рванул куда глаза глядят. Тогда многие так сделали.

Сопровождали их никогда ранее не виданные ими северные сияния в небе, только теперь появившиеся и в средней полосе. Начались ураганы, землетрясения. Какие-то вспышки на горизонте. В общем, хороший транспорт у старика был ― уехал в глубь Сибири на тысячу, а то и больше километров. И уже на последнем издыхании транспорта наткнулись на эту бывшую деревеньку. Кажется, в ней когда-то жили староверы, но старик не был уверен.

В общем, техника еще какое-то время поработала, но в эфире не было ничего путного, и вскоре старики остались без всего. И за все это время до них никто так и не добрался! То есть они полвека жили лет одни. То-то они как-то странно на меня смотрели, да и говорили с трудом, иногда подолгу подыскивая слова. На бытовом-то уровне достаточно пары сотен слов, а без практики все быстро забывается, даже родная речь. Соответственно, о том, что происходит в большом мире, они ничего не знали.

Я больше подивился даже не самому рассказу, а тому, что им сейчас было больше ста лет. Так вот, что происходит во внешнем мире, они не знали, дать знать о себе не могли, поехать или пойти — тоже, техники нет. Пешком ― не тот возраст. Своеобразная ловушка. Как еще с ума не сошли! Но приспособились ― в том возрасте, в каком они были, видимо, это проще.

И еще. Старики однозначно приняли мою скатерть как некий технологический инструмент. Разубеждать в этом я их не стал.

Когда хозяева, утомленные непривычной едой, моим обществом, психологической нагрузкой и изменениями в организме, отправились почивать, я вышел во двор и посмотрел в ночное небо. Увидел много летающих спутников. А вот инверсионных следов самолетов за все время еще ни разу не видел, что странно.

Походил по деревеньке, но быстро понял, что смотреть тут нечего, все разрушено. В дом заходить не стал. Отправился на небольшой огород за домом, заканчивающийся густыми кустами неизвестного мне растения. Лезть в субноут, чтобы узнать, что это, было лень. Забрался в самую гущу, расчистил небольшую площадку, да и лег на созданный силовым полем лежак. Подогнал температуру, повесил силовой кокон от всяких неожиданностей, в том числе от комаров и мошкары, и долго смотрел в темное небо. Потом еще пытался прошерстить астрал на тему происходящих событий. Но хотя я научился ограничивать такой мощный и насыщенный входящий информационный поток, разбираться в нем пока не получалось. Грубо говоря, он меня слепил. Тот монах пусть и помог мне, что сразу принесло облегчение, но вот фильтровать данные... Даже когда я полностью уходил в астрал, мой мир, который представлялся шаром, угрожающе трещал под натиском внешней агрессивной среды, какой мне представлялся астрал. Интересно, а как бы себя чувствовал Лулио де Мондо ― Повелитель Чар из империи Оробос? Почему-то я уверен, что и ему пришлось бы несладко.

А из того, что удалось выудить из реки информационного пространства Земли, реальны были сразу все варианты, какие только приходили в голову. Я видел и ядерную войну, и падение метеорита, и взрыв супервулкана, и падение Луны, и даже взрыв Солнца вопреки тому, что оно спокойно светило днем на небе... Понятно, что часть или даже все увиденное — информационные обманки, но настолько яркие и реальные, что отфильтровать их прямо сейчас я не в состоянии... Ладно, подождем. А пока будем прокачивать свою интуицию, чтобы не потерять приобретенную на Лунгрии чувствительность, не огрубить ее и в то же время научиться пользоваться явно более мощным астральным полем Земли.

С утра походил по двору, кое-что поправил. Забор укрепил, дом ― кое-где дерево прогнило. Оставил старикам скатерть, да еще встроил в печку обогреватель, чтобы они наконец отдохнули от необходимости таскать дрова и рубить их в холодное время. Я предложил, когда доберусь до цивилизации, рассказать о них, но старики отнеслись к этому как-то безразлично. Дед Сева просто пожал плечами.

― Ну ладно, прощайте. Спасибо за гостеприимство, ― поблагодарил я.

― Ну и тебе товой... Удачи, стал быть... ― Дед вытер слезящиеся глаза.

Впрочем, слезились они у него часто, так что вряд ли это относилось на мой счет. Бабка тоже подошла ко мне и обняла. В общем, не знаю, что это на них нашло, вроде бы ментальное воздействие, вызывающее расположение, сегодня не использовал.

Я шел в сторону леса до тех пор, пока старики не скрылись из вида. Тогда я нацепил на себя крылья своего махолета, взлетел и медленно направился в сторону Новосибирска, все-таки он был ближе и по пути.

Но еще задолго до появления знакомого мегаполиса мне попался относительно небольшой городок. На старых картах субноута его просто не было. По стародавней привычке почесав затылок, подергав мочку уха и приложив палец к носу, решил, что знакомство с обществом, которое мне, судя по всему, давно уже не родное, нужно начинать с малого. С тремя военизированными бандитами встречался, двух оторванных от действительности стариков видел. Надо бы и на обычных людей посмотреть.

Частное домовладение семьи Орловых

По ветке старой яблони весело текла дорожка муравьев. Девочка лет десяти, в шортиках и маечке, сбившейся на плече, свесилась с другой ветки и с интересом наблюдала за насекомыми. Насмотревшись, огляделась вокруг и, удостоверившись, что за ней не подглядывают, наставила палец на шеренгу маленьких черненьких солдат.

По черной линии прошла легкая волна. Затем еще и еще, и вдруг первые оторвавшиеся от ветки муравьи пошлепали дальше по воздуху, невозмутимо дошли до следующей ветки, находящейся выше, и потопали дальше, правда, ввиду отсутствия своих муравьиных меток начиная понимать, что что-то идет не так.

― Ка-а-атя-а-а!!! ― Громкий женский крик раздался неожиданно, а главное, не вовремя, под руку, и девочка дернулась.

Нога, которой она цеплялась за ветку, соскользнула, оставив на память содранную кожу, и маленькое тело полетело навстречу земле.

― Ииииииииииииииии! ― рефлекторно раскрыв глаза и выпучив их, закричала девочка. Растопыренные руки и ноги пытались уцепиться за воздух. Сверху догонял сорванный сандалик.

Звук, исторгаемый детскими связками, внезапно приобрел какую-то глубину, одновременно уходя в ультразвук и в басы, отражая диапазон, никогда ни у одного человека не замеченный, а если кто и замечал, то не рассказывал, ведь вряд ли бы ему поверили. Неожиданный результат то ли крика, то ли других, невидимых человеку воздействий привел к тому, что падение резко замедлилось, и у самой земли тело остановилось, зависнув в воздухе морской звездой, не долетев до зеленой травяной поверхности каких-то пары сантиметров.

Похоже, девочка не осознавала своего положения. Да и вообще неестественно замерла, продолжая висеть в воздухе и кричать. Замолчать ее заставил сандалик, стукнувший по затылку. Она вздохнула и тут же шлепнулась на землю. Пару секунд полежала, а потом подняла голову, выплевывая изо рта землю и траву:

― Ну, бабушка!

Девочка медленно приподнялась, слегка покряхтывая, села на землю и прислонилась спиной к дереву. Затем шлепнула правой рукой по нарисованному кругу на запястье левой, где мгновенно появилось объемное изображение молодой женщины:

― Ба! Ну чего ты кричишь? По УНИКу не могла позвать? Только испугала меня!

― Я не понимаю, кто тут старуха, я или ты? Чего бурчишь? Иди сырников поешь. Сама сделала, а то дома-то, поди, только из синтезатора еду жуете!

― Ну и что? Зато вкусно и всегда вкус одинаковый!

Тем не менее, Катя резво вскочила и побежала к дому, двухэтажной громадиной возвышающемуся среди фруктовых деревьев, нетипичных для этих широт. Как бы девочка не бурчала, а бабушкину стряпню она любила. Что-то было в ней такое неуловимое, отчего хотелось есть ее еще и еще. А может, просто здешний воздух так действует?

― Это что у тебя на ногах? ― Строгий голос заставил остановиться и удивленно посмотреть вниз.

М-да... Катя пошевелила пальцами ноги, лишившейся обуви.

― На одной ― любовь к порядку, на второй ― попытка быть ближе к природе, ― нашлась она.

― Обе эти вещи, к твоему сведению, не должны вступать в противоречие друг с другом. ― Женщина, которой вряд ли можно было дать больше сорока лет и которую тут почему-то называли бабушкой, посторонилась и потрепала внучку по голове.

― Не уверена! ― Девочка не собиралась сдаваться. Сбросив оставшийся сандалик, который, кувыркнувшись, точно приземлился на подставку, она побежала в ванную мыть руки. ― Вот ты, например, ба, любишь идеальный порядок в доме, однако постоянно нарушаешь его: открываешь окна, куда залетают лепестки яблонь, или осы там, пыль опять же. И снова включаешь систему уборки дома. И так постоянно!

Слушая внучку, женщина улыбалась. Впрочем, ровно до того момента, пока Катя не появилась на террасе: тогда улыбка сразу пропала, а лицо не выражало ничего иного, кроме строгости и удивления, вызванного самим фактом того, что бабушке возражают.

― Во-первых, мои отклонения от правил не деструктивны, Катенька, в отличие от твоих. Во-вторых, риторику и философию вы еще не проходили, так что твои попытки мне возражать хоть и вызывают уважение тем, что ты, ничего не зная, стремишься как-то оправдать свое безобразное поведение, но откровенно слабы. А в-третьих, что это были за крики?

― Да так... ― Катя махнула рукой с зажатым в нем сырником и виновато посмотрела на бабушку, когда от него оторвалась капелька сметаны и упала на стол. Бабушка сделала вид, что ничего не заметила, а Катя быстренько все вытерла. ― Да просто распевалась.

― Вот как? ― подняла бровь бабушка, пряча в уголках глаз озорную усмешку. ― Не знала, что ты поешь.

― Ну, чего только в школе не случается, ― буркнула девочка. ― На будущее, баб, не могла бы ты не кричать так громко, когда зовешь меня? Если ты не в курсе, давно уже придумали для связи УНИКи! Все ж таки удобней, чем горло надрывать. Во! ― Девочка подняла палец вверх. ― Наверное, я в тебя пошла, раз голос у меня такой сильный.

― С этими УНИКами мы скоро разговаривать разучимся. ― Проигнорировав откровенный подхалимаж, женщина вдруг замерла, и ее взгляд расфокусировался. Через некоторое время она поморщилась и снова взглянула на внучку: ― Извини, Катя, меня срочно вызывают в клинику. Придется тебе поскучать немного одной.

― Ничего, не беспокойся. ― Девочка постаралась поглубже спрятать радость и опустила голову. ― А можно я покупаться схожу?

― Можно. Только обязательно возьми Гошу на всякий случай.

― Ага.

― Когда вернусь, не знаю, но если что ― звони, придумаем что-нибудь. Если задержусь надолго, или на такси езжай домой, или Сапожниковым звякну, может, кто из них будет свободен, присмотрит.

― Вообще-то мне уже десять лет! Я сама за кем угодно могу присмотреть! ― продолжая жевать, пробубнила девочка.

― Не говори с полным ртом, ― автоматически ответила женщина, мыслями она уже была далеко.

Пока бабушка быстро собиралась, Катя успела доесть сырники, запила их брусничным морсом и помахала исчезающей в небе точке автомоба.

― Йййааааххххаааааааа! ― запрыгала на месте девочка, когда аппарат скрылся за верхушками деревьев близлежащего леса. ― Свобода! Бабуль, я тебя, конечно, люблю, но задержись, пожалуйста, подольше в своей клинике!

Катя ураганом пронеслась по дому. Везде открыла окна. Покрутилась перед зеркалом-модельером, виртуально примеряя на себя разные платья. Споткнулась о выползшего из скрытой ниши уборщика (открытые окна не прошли бесследно) и пинком отправила его под кровать. Сходила в погреб.

― Шидики, битики, упали в рот барбитики... ― Палец остановился на небольшой баночке с каким-то джемом.

Пожав плечами и сдув пыль с крышки, девочка потащила добычу на кухню. С трудом открыла прикипевшую крышку, запустила палец, набрала на него густой массы и сунула в рот.

― Хм... вкуснятина. Интересно, что это такое? ― Оглядевшись и открыв деревянную коробку, убедилась, что хлеба нет. ― Тэк-с... ― Катя подошла к стене и помахала перед ней рукой.

― Добрый день, Катя! ― Из стены выдавилась голограмма известной ведущей кулинарной программы в сети. ― Перекусить? Плотно пообедать?

― Привет! ― Катя облизала палец и задумчиво посмотрела на него, пытаясь сообразить, мыла ли она его, перед тем как использовать таким неестественным способом, или нет. ― Я тут варенье ем, дай мне порезанного французского багета... Пожалуй, чуть тепленького.

― Для варенья хороший выбор, ― кивнула голограмма. ― Советую запивать теплым молоком.

Катя поморщилась:

― Не, я лучше морсом. Баба недавно сделала.

― Смею заметить, Катя, что сладкое сладким запивать ― не очень удачное решение. ― Ведущая слегка нахмурилась.

― Ничего. ― Катя достала из звякнувшей ниши пять ароматно пахнущих кусочков батона и вдохнула их запах, замерев от наслаждения. Ничем не хуже бабулиных сырников! Затем поставила тарелку на стол и стала намазывать варенье. ― Правильно я дома буду питаться. А иногда хочется чего-то такого эдакого.

― Понимаю. ― Голограмма улыбнулась. ― Однако имей в виду, что то, как ты питаешься здесь, увидят твои родители. Что, несомненно, не прибавит им положительных эмоций.

― Угум-с, ― буркнула Катя и краем глаза отметила, как голограмма пропала. ― Ябеда!

Однако слова глупого кухонного агрегата испортили настроение. Маму уже два года Катя вживую не видела, только через сеть. Она была космонавтом и вроде как добывала что-то там в космосе. Но почему никак не может выбраться домой хотя бы в отпуск, этого девочка искренне не понимала. А отец... Он слишком погружен в науку, чтобы уделять дочери много внимания. Порой ей казалось, что и отсутствие мамы его не сильно беспокоит. Впрочем, это не мешало Кате его искренне любить.

Протянутая рука не нащупала на столе ничего, и девочка очнулась. Пока она предавалась грустным мыслям, кто-то уволок со стола ее бутербродики! Ну и ладно, все равно уже вроде как наелась! А вдруг у бабушки тут завелся домовой? И это он все съел? Вот было бы здорово!

Девочка сунулась под стол, подозрительно оглядела кухню и погрозила пальцем:

― У-у-у, я вас!

Выбежав на улицу, она глубоко вздохнула, посмотрела на небо. Потом провела зигзаг пальцем по тыльной стороне руки, над которой тут же появилась голограмма.

― Тэк-с... Температура у реки плюс двадцать пять ― нормально. Воды ― двадцать два. Пойдет. Легкая облачность — это нам по барабану, загорать все равно не собираюсь. Ветерок — в самый раз.

Забежав домой, Катя сразу надела купальный костюм и тут заметила ссадину, полученную на дереве. Ну как заметила ― чиркнула по ней надеваемыми трусиками. Любой бы заметил, когда больно становится!

Проскакав на одной ноге до зала, девочка произнесла:

― Дом, дай мне гель для ран.

― Необходимы уточнения, ― раскатисто прозвучал густой мужской бас. ― Прошу обозначить уровень ранения и его место.

Девочка плюхнулась на попу и вывернула ногу, указывая пальцем на ранку:

― Да просто ссадина, вот!

Через секунду в ране чуть-чуть защипало ― это туда из воздуха попали распыленные СУНИКом (средним универсальным информационным комплексом) дома медицинские наниты, и голос произнес:

― Для подобного повреждения достаточно будет использовать обычный гель от ран.

― Ну а я что тебе говорила, тупая железка?!

― Я не тупая железка. ― СУНИК вроде даже обиделся. ― Я не могу всецело полагаться на слова маленькой девочки, у которой заблокирован доступ к ее медицинской информации на ручном УНИКе и к модулю мониторинга здоровья!

― Сам ты маленькая девочка! ― Катя проигнорировала слова про УНИК, нахмурилась и ударила кулаком по полу: ― Ты будешь меня лечить или нет? Вот пожалуюсь бабушке!

Дверца открылась бесшумно, и из ниши немного выдвинулась подставка с каким-то бруском пластика. «Обиделся дом, значит», ― вздохнула Катя. А то бы какой-нибудь РОКОМчик (роботизированный комплекс) выпустил, чтобы тот гель принес. Еще раз вздохнув, девочка встала и подошла к нише:

― Ладно, ладно, извини, домик. Больше не буду ругаться.

Дом промолчал. Катя побрызгала на ранку и проследила, как она закрылась крепким, но гибким пластырем, сгустившимся из набрызганного раствора. Сейчас там специальные наниты выжигают всю заразу, если она есть, в основном бактерии. Бабушка как-то говорила, да они и в школе проходили, что когда-то кто-то где-то вывел вредоносных бактерий, не боящихся обычных антибиотиков, и тогда на Земле снова появился филиал ада (это бабкины слова). Если бы ранка была глубже, то в ход пошла бы еще и серебряная наносеть, фиксирующая форму и тоже борющаяся с мелкими врагами.

Снова выбежав на улицу, Катя крикнула:

― Го-оша-а!

Нетерпеливо притопывая ногой, она оглядывалась по сторонам.

Наконец из-за угла дома выкатился большой, по пояс Кате, темный шар и остановился рядом с ней. Девочка похлопала по нему, и шар трансформировался в нечто вроде кресла с кучей шевелящихся ножек, как у паука. Катя поморщилась и сказала:

― Нет, Гоша, давай лучше лошадь, а паука оставь бабушке, ей в самый раз на таком ездить.

Объект послушно трансформировался в некое подобие пони, правда, искусственное его происхождение никого бы не обмануло. Переступив ногами, он немного присел, давая возможность маленькой всаднице устроиться. Девочка не заставила ждать многофункциональный РОКОМ с романтическим, но вполне официальным названием «Таежный друг» или, сокращенно, «Таежник», весьма популярный среди тех, кто живет обособленно, так же, как бабушка Кати, и запрыгнула на него. Кроме собственно транспортных функций, «Таежник» выполнял и охранные функции. Он обладал отменным зрением, слухом, другими способностями и постоянно поддерживал связь с домашним СУНИКом, а также с дополнительными системами мониторинга и контроля, если они были поблизости, ну и со спутниками СБЖ (системы безопасности жизнедеятельности). При этом «Таежник» трансформировался в форму собаки или кошки, по выбору, поскольку те обладали максимально эффективной моторикой и приятным внешним видом.

«Таежник» подскакал к автоматически открывшимся воротам и смело ступил наружу. При прохождении порога по лицу девочки будто паутина прошла. Впрочем, это было привычное ощущение, бабушка говорила, что у нее стоит погодный барьер, который и позволяет здесь, в суровом климате, растить плодовые рощи и вообще жить довольно комфортно. У Кати дома в таком барьере необходимости не было, так как вся погода в Новосибирске управлялась Госметеоцентром, который отвечал за нее в окрестностях столицы.

Стукнув пятками по бокам «Таежника», Катя закричала:

― Но-о-о, лошадка, давай!!!

И Гоша дал! Плавными, но быстрыми скачками маленький пони двинулся по утоптанной дорожке. А девочка на его спине размахивала правой рукой с зажатой веткой и хлопала псевдоживотное по боку. Волосы растрепались, легкое платьице задралось, обнажив крепкие для ее возраста ноги, а на лице блуждала счастливая улыбка.

На берегу реки, на явно искусственном небольшом пляже, Гоша резко остановился и опустил голову. Видимо, этот трюк девочка с РОКОМом отрабатывали раньше: Катя сгруппировалась и вполне управляемо вылетела из седла. Стук ступнями по песку, оттолкнуться ногами, кувырок в воздухе и приземление на... колени. Наездница по инерции уткнулась лицом в песок и наконец остановилась.

― Черт! Черт! Черт! ― Выплевывая песок, девочка встала. ― Ладно, Гоша! ― вытирая лицо и продолжая отплевываться, сказала она. ― Ведь специально остановился не там, где я приказала! Запомним, и когда придет время ― напомним! ― В ответ Гоша, превратившись уже в большую кошку, проигнорировал девочку и стал намывать мордочку. ― Неестественно выглядишь, Гоша! От какого таксидермиста ты сбежал?

Отвернувшись от не оправдавшего доверия РОКОМа, девочка подошла к воде и потрогала пальцем воду. Передернулась.

― Ничего так. Бодрит! Главное, быстро нырнуть и потерпеть минуточку! ― убеждала себя Катя, скидывая одежду. Потом немного помялась, но решила, что так вести себя ― малодушно, надо тренировать внутреннюю силу, разбежалась и нырнула в воду.

― А-а-а-а-а! ― закричала она, вынырнув.

Кошка на берегу внимательно оглядела реку, лес и улеглась в виде сфинкса. Глаза ее и положение морды постоянно были направлены на купающуюся девочку. Любая проблема ― и включится программа спасения, надо сказать, очень эффективная у данного типа охранников.

Накупавшись, девочка выползла на песок и улеглась на спину, жмурясь на иногда выглядывающее из-за облаков солнце.

― Купаешься? ― Рядом плюхнулся светловолосый мальчишка возраста Кати ― Сережа Сапожников. ― Не холодно?

― Ангара, конечно, холодная речка, ― Катя приоткрыла один глаз и посмотрела на своего друга, ― да только не для меня. У нас в семье Орловых все крепкие.

Сергей шмыгнул носом, поковырялся пальцем в песке и покосился на Гошу, который на него никак не реагировал, так как мальчик был помечен в его базе данных как безопасный объект.

― А ты как тут оказался? Родители отпустили? ― Катя перевернулась на живот, чтобы погреть спину под солнцем: хоть она и храбрилась перед другом, но тепла от земли и воды и впрямь не хватало.

― Не-а! ― оживился мальчишка. ― Представляешь, я взломал УНИК автомоба брата! Вообще-то мне запретили из дома выходить, так что я как бы беглец...

― Да ладно тебе, взломал! Хочешь сказать, что ты настолько крутой спекст? Ни за что не поверю!

Пацан снова обиженно шмыгнул носом:

― Ну, не взломал, а просто нашел дырку. Поискал в сети документацию на автомоб нашей модели и посмотрел. Там заводские настройки не были изменены, и остался доступным сервисный вход...

― Вот этому я верю. ― Катя снова перевернулась. ― Так что, ты беглец у нас?

― Угу.

― Что ж... Приятно, что первым, кого ты решил посетить после побега, оказалась я. И жаль, что когда все вскроется, попадет нам обоим.

― Почему? ― удивился Сережа.

― Тебе за дело, мне ― для профилактики! Уверена, что моя бабуля не упустит такой прекрасной возможности, предоставленной тобой, меня повоспитывать! Так что с тебя причитается!

Мальчишка с возмущением вскочил на ноги:

― Ну ты и зараза! Я тут, понимаешь ли, со всей душой к ней, покатать на автомобе хотел, а она!

Катя с интересом посмотрела на Сережу:

― Что, точно покатать хотел? В режиме полета?

Но мальчишка надулся от обиды и молча отвернулся от нее.

― Сереженька-а! ― протянула девочка и резво вскочила. Тихонько подошла и дунула другу в затылок. Тот передернул плечами. ― Ладно тебе кукситься. Так уж и быть, засчитаем полет на автомобе как оплату возможных будущих неприятностей. Нас хоть не посадит автоматика?

― Не-а! ― обернулся уже улыбающийся мальчишка. Обида уже была забыта. ― Я на ручном управлении.

― Хм... ― Катя задумчиво смерила друга взглядом. ― А не опасно?

― Что я, дурной, что ли, рисковать самым дорогим?

― Спасибо, ― улыбнулась девочка.

Сережа подозрительно посмотрел на нее, но продолжил свою мысль:

― Мне мое здоровье не за понюшку табака досталось! Я в виртуале хорошо потренировался.

Улыбка с лица Кати резко пропала, но развивать эту тему она не стала, зато уточнила:

― А что такое «понюшка табака»?

Сережа пинком отправил немного песка в реку и махнул рукой:

― Не знаю. Это мой прадед так иногда говорит. Так как? Полетели?

― Сейчас. ― Катя стала совершать какие-то манипуляции в воздухе.

Через мгновение после того, как она закончила, перед ней появилась голограмма со страничкой из Большой российской энциклопедии, в которую она стала вчитываться.

Сергей совершенно не заинтересовался тем, чем занималась подруга, даже зевнул и спросил:

― У тебя что, мысленный или на крайний случай голосовой ввод не работает?

― Работает, но мне так прикольней, ― не отрываясь от чтения, ответила девочка.

― Угу. ― Сергей, пока суть да дело, поднял камешек и бросил в Гошу.

― Ам! ― сказал Гоша и поймал камень в воздухе пастью. Потом аккуратно положил перед собой.

― Ух ты! ― Сережа бросил еще камешек с таким же результатом.

― Отстань от Гоши, а то не поеду с тобой!

― Так что, пойдем?

― Да, только Гошу надо будет оставить, у твоего брата вроде бы спортивный автомоб?

― Ага. ― Мальчик шмыгнул носом и вытер его рукавом.

― Значит, Гоша не поместится. В общем, подлетай к моему дому, а я отведу Гошу и переоденусь.

― Ладно.

Сережа скрылся в кустах, а Катя поскакала домой. Для разнообразия не меняя форму Гоши, то есть на большой кошке.

― Скачи, Гоша, скачи! ― смеясь, громко кричала Катя. ― А то поменяю тебя на понюшку табака!

Переодевшись, девочка выбежала на улицу, где уже стоял небольшой двухместный спортивный автомоб брата Сережи Сапожникова. Имел он форму яйца с вытянутым острым передним концом, прозрачным верхом, плавно темнеющим книзу и совсем насыщаясь темнотой внизу. Сбоку небольшие крылышки, сзади какой-то несерьезный хвост ― скорее просто прилепленные стабилизаторы, ― а внизу небольшие колесики. Изначально данный автомоб предназначался только для полетов, поэтому для передвижения по дорогам он был оборудован по минимуму.

Что-то пшикнуло, и прозрачная половинка яйца откинулась вбок. Оттуда, сидя на переднем месте, помахал рукой Сережа:

― Давай садись сзади!

Катя не заставила себя ждать и быстро прыгнула в совсем небольшое кресло, которое тут же мягко ее обняло. Сверху опустилась крыша.

― Удобно, ― сказала она, оглядывая свое место.

Но никаких приборов видно не было.

― Обычно аппарат управляется через взрослый УНИК, но можно и руками, ― пояснил Сережа. ― У меня тут в сервисном режиме есть штурвал и кнопки управления. Так что... Полетели!!!

Катя с любопытством стала смотреть через абсолютно прозрачное стекло. Небольшой разбег ― и автомоб взвился в небо.

Сережа очень хорошо подготовился, признала Катя. Летел он аккуратно, уверенно, при этом закладывая виражи, от которых захватывало дух. Было тихо, лишь легкий гул иногда на виражах прорывался сквозь звукоизоляцию. Выше километра от земли аппарат не поднимался, да это и не нужно: интересней лететь над верхушками деревьев, между ними, над рекой, почти касаясь днищем воды. Вот в один из таких моментов, когда Катя смотрела на проносящуюся в каком-то метре воду Ангары, она увидела там свет.

― Ты видишь? ― спросила девочка.

― Ага. ― Сережа тоже смотрел в ту сторону. ― За нами следует.

― Похоже, будто кто-то там плывет. Может, ну его? Полетели обратно?

Сережа промолчал. Катя занервничала:

― Сережа?

― Автомоб не слушается, ― после непродолжительного молчания виновато ответил мальчик.

― Как это так? ― слегка испуганно спросила Катя.

― Не знаю. Просто не реагирует. Кто-то перехватил управление.

― Родители?

― Не похоже.

Дети замолчали и продолжили смотреть на сопровождающее их подводное пятно света. Через некоторое время оттуда вырвался широкий луч, который уперся в автомоб. Катя почувствовала, что перед глазами поплыло. Вдруг вспомнила про свой УНИК, но сил позвать на помощь уже не было, и она потеряла сознание. Как и Сережа.

Автомоб же с замолчавшим двигателем, окруженный каким-то светящимся полем, нырнул под воду, в которой еще какое-то время отсвечивало пятно, быстро перемещающееся куда-то на восток.

На средней орбите сеть военных микроспутников поменяла свою конфигурацию и еще долго концентрировала внимание на северной части Сибири, но вскоре снова приняла свою форму нейтрального наблюдения.

В одном из недоступных простому смертному центров ПКО России искусственный интеллект выделил большую площадь Сибири светло-желтой неровной фигурой, что обозначало обнаружение слабых упорядоченных искажений различного рода природных энергий, но продержалось это изменение совсем недолго, и цвета быстро вернулись в свои обычные рамки. ИИ посчитал, что флюктуации имели естественную природу.

Глава 2

Ник

Приземлился я под покровом полной невидимости на краю города. Решил не рисковать ― те бандюганы, что напали на меня, явно не восприняли мой «скрыт» и легкую версию невидимости. Логика подсказывает, что такое возможно при использовании компьютеров с соответствующими датчиками энергий. «Скрыт», не позволяющий мозгу акцентироваться на том, что видят глаза в определенном направлении, визуальная невидимость, базовая версия которой рассчитана только на визуальное сокрытие, ― все это можно обойти при грамотном использовании технологий. Внимание акцентировать не на объекте, а на компьютерном рисунке, а на экран выдавать то, что увидели тепловые датчики или еще какие. Вот и все. Похоже, тут так и было.

Местную моду я уже оценил и привел свою одежду в соответствие. Слава богу, джинсы продолжают рулить в повседневной жизни! Майки, рубашки, шорты (лето все же) почти ничем не отличались от знакомых мне фасонов. Ну, может, рисунки странные попадались да слегка отличалась форма, но в целом все узнаваемо и не вызывает отторжения. Девушки чаще в легких платьицах, хотя встречаются и одетые в те же шорты и брюки. Похоже, нормы морали не особо поменялись за то время, что меня тут не было. Но это еще надо проверить.

Зато позабавил меня способ борьбы с солнцем. В основном этим пользовались девушки: над ними висели в воздухе и закрывали от солнца летающие зонтики. Идет девушка по жаркой улице или что-то делает, и над ее головой образуется темное пятно правильной формы, которое закрывает голову от лучей. Глядя издалека в определенном режиме зрения, вижу какое-то электромагнитное свечение на месте зонтика. Какая-то технология, видимо.

Я огляделся. Асфальтовая дорога (или похожая на нее) выходила за пределы города и петляла дальше между холмами и рощами. А здесь, судя по отдельному огороженному месту, что-то вроде станции. Домик, какое-то ограниченное разлинованное пространство, наверное, для транспорта, но сейчас все это пустое. Не сказать что заброшенное, но ни техники, ни людей. Только в здании пара человек.

Я покрутил в руках посох старого атланта, который мне достался, можно сказать, по наследству, и вздохнул. Придется таскать с собой, пространственный карман еще не готов. Да и разобраться с палкой-махалкой надо серьезно, но пока душа просит совсем другого ― оглядеться по сторонам. Поэтому привычно закинул посох за спину ― пусть висит на невидимых магических ниточках ― и обернул его полем невидимости. Посмотрел на браслет Умника ― он был все еще в отключке. Я так и не решился в нем ковыряться. Просто побоялся испортить: искусственный интеллект на кристалле ― не обычный инфокомп. Надо же, что-то настолько мощное по вычислительным ресурсам в энергетической форме — для меня уже «обычное», а нечто подобное, завязанное на кристалл, что вроде бы должно говорить о более низком классе, по факту оказывается чем-то менее понятным. Ну никак не воспринимается, что физическая составляющая Умника изначально была сделано чисто ради удобства! Эх, сколько мне еще неизвестно! Чувствую, надо поступать в нормальную магическую школу. Атлосскую, конечно.

Радует, что какие-то процессы в Умнике все же протекают: что-то там тикает, пульсирует, не выглядит он убитым. Я решил подождать, и только когда потеряю надежду, буду тыкать в него отверткой.

И в сети биокомпа, и визуально справа обозначилось какое-то движение, и в ноги мне ткнулась платформа, висящая над землей на расстоянии около десяти сантиметров. Раздался короткий «пшик», и из нее выдвинулась телескопическая ручка по пояс. Хм... эдакий сегвей, только без колес. Интересно. Гравитацию научились использовать? Вернее, «анти». Нет вроде бы. Могу ошибиться, конечно, но, судя по мощному электромагнитному свечению под поверхностью, дело еще и в асфальте. Кстати, невидимость я отключил, и почти сразу после этого, то есть где-то через полминуты, появился этот аппарат. А ведь я довольно долго стоял и оглядывался, прежде чем проявиться. Значит, полная невидимость действительно помогает спрятаться от компьютерного зрения.

Интересно, это бесплатно? Не хватало еще полицию привлечь за неуплату пусть и роботизированным, но таксистам. Впрочем, наплевать. Я аккуратно встал на платформу. Та немного качнулась, но спокойно выдержала мой вес. Хм... Удобно. Покрепче берусь за рукоятки и наклоняюсь. Движение пошло в нужную сторону. Понятно. Принцип знакомый ― куда наклоняешься, туда и поворот. Вверх-вниз движения нет, только на определенном расстоянии от земли висим и двигаемся в любом направлении. Моя теория, что асфальт является неотъемлемой частью этой странной транспортной системы, подтвердилась, когда я специально выехал на землю за пределы дороги. Этот сегвей почти сразу плавно опустился, пришлось тащить его обратно, где он сразу ожил. Кстати, не тяжелый совсем, килограмма два всего. Скорость этот самокат развивает довольно приличную. Шестьдесят километров в час точно дает, а может, и больше, но проверить негде, не за город же ехать! И не по незнакомым же улицам гонять!

Кстати, машин на дороге нет. Похоже, асфальт нужен именно для этого транспорта или подобного. После выезда со станции дорога значительно сужается, разъехаться можно только трем-четырем самокатчикам, и сразу перестает быть главной, а идет сбоку от пешеходной аллеи. Если у нас обычно через город шла главная автомобильная дорога, то тут ― типа бульвара. Правда, насколько я понимаю, самокат по бульвару тоже может ехать, что я и проверил, съехав с боковой свободной дорожки, но здесь скорость аппарата значительно снизилась. Разумно. Вот и люди стали попадаться. Вон на лавочке сидит мамаша, смотрит куда-то в пространство; по старому опыту предположу, что смотрит на что-то, генерируемое в ее глазах бадди-компом (хотя определитель компов неуверенно обозначает его наличие). Рядом стоит обычная детская коляска с обычными колесами ― я даже расстроился, думал, нечто оригинальное будет. Вон старик сидит на другой лавочке и греется на солнце. Улыбается ― наверное, что-то вспоминает.

Меня обдало воздухом ― мимо пролетел пацан на самокате, похожем на мой, однако более навороченном и личном, ибо изображал он лепесток пламени, обвивающий ноги водителя. Следом за ним ― другой парень. Меня даже отнесло в сторону, то ли от ветра, то ли просто самокаты отталкиваются друг от друга, если рядом находятся. Кстати, они спокойно меняли не только направление движения, но и высоту. По крайней мере, один из гонщиков метра на три подскочил при очередном пируэте.

Весьма приятно, тихо, уютно, и главное ― аура этого места какая-то умиротворяющая. Интересно, какой сегодня день недели? И вообще, кто, где и как? Проезжая мимо того старичка на скамейке, вежливо кивнул ему. Он в ответ приподнял летнюю белую шляпу. Самую обычную, с дырочками. Да я просто в какой-то сказке!

Долго ехал, пытаясь найти деловой центр города. Нет, карту-то я составил, только все время отвлекался, по земле едучи-то. Все вокруг напоминало спальный район... Весь городок ― спальный? Хе-хе. Причем очень такой зеленый. Людей было немного. Такое ощущение, что я или попал в период сиесты (хоть и не жарко), или людей реально немного. Дома довольно оригинальные ― разных форм и цветов, с довольно приличными внутренними дворами. Ну, двадцать-тридцать соток навскидку. Полное ощущение отсутствия стандартизации. Вот какой захотел дом, какой нарисовал пяткой левой ноги, такой и построил. На меня редкие прохожие (или пролетающие) не обращали никакого внимания, что меня полностью устраивало.

Наконец я добрался до большого фонтана посреди площади. Видимо, он и обозначал центр города. Похоже, торговые дома или магазины только тут и есть. Впрочем, если легко добираться из любой точки города, почему бы и нет? Стоило мне сойти с самоката, как тот сразу умотал по своим делам. Я разочарованно хмыкнул ― упустил такой хороший транспорт!

Всего один магазин с совершенно непримечательной вывеской «Универмаг». Одноэтажный стеклянный куб, судя по самым обычным эскалаторам, уходящими вниз, имеет несколько подземных уровней. Дальше ― ряд административных зданий, стилизованных под старину, нечто вроде мини-дворцов. Все утопает в зелени. Мило.

Офигеть! На крышу магазина приземлился летающий автомобиль! Причем совершенно бесшумно. Конечно, несколько футуристического вида, но легко узнаваемый. Причем с обычными колесами, правда, не сильно выделяющимися, скорее утопленными в корпус, ― значит, и по земле ездит.

Из машины вышла женщина и по почти прозрачному эскалатору стала спускаться вниз, в то время как автомобиль по другому спуску — видимо, в автоматическом режиме — куда-то отправился вдоль дальней стороны здания. Наверное, на стоянку.

М-да... Нужен «язык». Я окинул взглядом площадку вокруг фонтана в поисках подходящей жертвы. Несколько детей, плескающихся в воде, их воспитатели или родители не выглядели теми, кто мне нужен. Ладно, схожу в магазин, на месте что-нибудь придумаю. Денег, конечно, нет, но мне необходим современный комп или хотя бы баддик со связью, чтобы полазить в сети и посмотреть, что тут происходит.

Двери как таковой просто не оказалось. Когда проходил через проем в стене, по лицу будто что-то легко-легко пробежалось, и внутри сразу почувствовалась прохлада. Я задумчиво оглянулся. Какая-то непонятная завеса, удерживающая постоянный микроклимат. Это интересно.

Первый этаж был почти пустым, если не считать каких-то аппаратов, разбросанных тут и там. Повезло подглядеть ― у одного аппарата стоял мужчина и просто смотрел на дисплей, где быстро мелькали товары. Какие-то из них выделялись и исчезали в виртуальной корзине. Потом, видимо, он закончил, экран перешел в дежурный режим. Кстати, занятный дисплей ― тонкий и нематериальный. Но на голографию не похоже.

― Спасибо за покупку! ― произнес приятный мелодичный голос.

Под дисплеем открылся люк, и на уровень пола поднялся поднос размером метр на метр с упаковками.

Я подошел к мужчине — первой жертве моих ментальных техник.

― Добрый день! ― сказал я, внимательно оглядывая его ауру.

― М-да... Действительно добрый, ― немного заторможенно ответил мужчина.

Я кое-что поправил в воздействии, и его взгляд стал более осмысленными.

― А что это вы делаете?

― Да вот решил кое-что прикупить, раз уж оказался рядом. Все равно по пути.

― Что-то народу маловато. ― Я обвел рукой пустой зал, где, кроме нас, никого не наблюдалось.

― Понятно, что мало. Все из дома заказывают, доставка-то работает с точностью до метра.

― В смысле? ― не понял я.

― В смысле куда укажете, туда и доставят по воздуху. А так чаще синтезируют.

― Ого! Синтезаторы? ― удивился я. ― И как качество еды?

― Да нормально. Не всю еду, конечно, они могут синтезировать, часто важно поддерживать правильный баланс пищевых бактерий. Вон кефирчик закажите, ― он кивнул на монитор, ― такое синтезатор не сделает. Ну... ― мужчина задумался, ― в принципе сделает, конечно, но польза будет значительно ниже. Вообще все, что содержит бактерии, лучше покупать, а не синтезировать. Там целые наборы и других бактерий есть. Причем если вы приехали из другой части света, то обязательно надо посоветоваться с медцентром через УНИК, вам могут подобрать спецнабор бактерий. Овощи и фрукты, разумеется, тоже лучше свежие и натуральные... Одежду-то можно еще синтезировать... ― Без уточняющих вопросов запал мужчины быстро закончился.

― Не накладно тогда магазин ставить?

Мужчина пожал плечами:

― Положено по закону. В каждом городе с населением больше тысячи должен быть как минимум один универмаг.

― А это что за город и сколько тут населения?

― Артемьев. Двадцать тысяч семьсот двадцать три постоянных жителя.

Я почувствовал, что мужчина стал ускользать из моих мягких ментальных тисков, и предпочел его отпустить. Этот метод давления все-таки не очень хорош ― грубоват. Хотя удобен именно для насильственного ментального воздействия. А пока надо попробовать другой метод ― чисто на положительных эмоциях и легких ментальных пинках, чтобы придать нужное направление мыслям собеседника.

Пока я спускался на нижние этажи, мужчина задумчиво тер пальцем лоб и недоуменно озирался по сторонам.

Илья Петрович Горохов

Странно, УНИК сигнализирует, что последние десять минут он находился в полудреме-полусне. Мозговая активность снизилась до минимума. Что произошло? Медицинские показатели как до, так и после ― нормальные. Сознание потерял? Да нет, даже не упал. Просто провал в памяти. Неужели подхватил какую-то нанитовую или генетическую заразу? Так вроде бы за Уральским хребтом на западе не был, да и там, говорят, хорошо все почистили... Чужие наниты в организме уже давно были бы найдены. Да и чужие биообъекты УНИК тоже заметил бы. Странно. Надо пройти стационарное обследование на всякий случай. Вон УНИК уже пообщался со столичным медицинским центром, и хотя они не нашли ничего похожего в общей экспертной системе, искин центра порекомендовал, как будет свободное время, прибыть к своему врачу. И временно перевести УНИК в режим постоянной связи с медцентром. Ладно, надо — значит, надо. Вот только странно, зачем медицинскому центру понадобилась аудиовидеозапись с УНИКа именно за этот период времени?

Ник

Внизу меня встретили тишина и белоснежные пустые стены. Я даже приостановился в недоумении. Весь зал был разбит на стеклянные квадраты. И все! Кстати, переборки между этажами довольно толстые. А я-то думал, как работает доставка вверху, если еще есть этажи внизу? Если бы не стекло, можно было бы принять это здание за бункер на случай атомной войны.

Итак, почти пустые стеклянные будки, в некоторых из них сидят люди. Я прошел по коридору. Первое впечатление подтвердилось ― пусто везде, даже там, где люди. В одной каморке меня привлек молодой человек не совсем европейской внешности, но с располагающим лицом. Пожалуй, единственными предметами мебели были одно удобное кресло, которое занимал... хм... продавец? И еще диван знакомых очертаний. Причем занимал он чуть ли не половину комнаты.

Продавец заметил мою заминку у входа и буквально взвился:

― Добрый день, уважаемый покупатель! ― Улыбаясь, он быстро подошел ко мне. Довольно примитивный способ ― сразу назвать меня покупателем, настроив на нужный лад, но улыбка искренняя. ― Проходите, пожалуйста!

Я мысленно пожал плечами и вошел.

― Располагайтесь на диване и смотрите все, что вас заинтересует. Как только что-то захотите подержать в руках, сообщите мне, и я незамедлительно предоставлю вам такую возможность.

Я сел на предложенное место, а продавец вернулся в свое кресло. Умный ― сделал вид, что занимается своими делами, не надоедает. Только я чувствовал себя весьма глупо: сижу, как в дурке, никого не трогаю, никто меня не трогает, стеклянные стены и пустая комната. Пора включать свои тайные способности. Я подозрительно посмотрел на продавца. Он прямо горит желанием помочь мне и выполнить свою работу. Как он себя поведет, если я усилю его расположение? В любви признается? Хех! Тут надо, кажется, воспользоваться модуляцией воздействия, как я это называю: придать ментальным волнам, вызывающим расположение, такую характеристику, которая заставит его относиться ко мне как к родственнику, которому край как надо помочь. Еще не мешает настроиться, чтобы получать верхний слой ментальной информации напрямую от продавца. Немножко пробовал еще на Лунгрии, когда передавал знания людям Смарти, и результаты были довольно неплохие. А сейчас есть возможность потренироваться дальше.

Молодой человек встрепенулся, мельком посмотрел на меня и сказал, как бы ни к кому не обращаясь:

― Я готов ответить на любые вопросы, если в этом есть необходимость.

― Да, пожалуйста, скажите, а чем вы торгуете?

Продавец как-то недоуменно и беспомощно обвел взглядом стены комнаты.

― Я очень сильно извиняюсь, ― парень немного покраснел, и, как мне показалось, у него даже какой-то акцент прорезался, ― но не могли бы вы уточнить, что именно вам непонятно?

― Я не понимаю, чем вы торгуете, я вижу только пустую комнату.

Продавец с интересом посмотрел на меня:

― Разве у вас нет УНИКа?

― Умника? ― Я вернул собеседнику подозрительный взгляд и осторожно ответил: ― Есть, но он сейчас почему-то не работает.

― А! Тогда все понятно, ― облегченно вздохнул продавец. ― Правда, я не слышал, чтобы УНИКи ломались, но вам, наверное, надо обратиться в областной медцентр или в тот, где вам его устанавливали. Таким образом, сейчас вы попали именно туда, куда надо! ― Парень воодушевленно вскочил на ноги. ― У нас вы как раз можете присмотреть себе новый УНИК, хотя, конечно, рекомендации медцентра тут... превалируют. ― Парень с некоторым усилием произнес последнее слово и улыбнулся, когда оно прозвучало чисто. ― Но вы можете посмотреть, что почем, и если в рекомендациях окажутся эти модели, вы уже будете в курсе. А пока вы можете выбрать детский УНИК, чтобы не чувствовать себя оторванным от жизни, ну или подобрать себе другие товары, например, леток или автомоб, если у вас достаточно рублей на счете и позволяет ваш уровень социальной значимости. Также у нас вы можете выбрать одежду, пищевые и инженерные синтезаторы, готовые изделия сельскохозяйственного назначения, в том числе портативные генераторы погодной защиты, СУНИКи управления домохозяйствами, полями сельхозназначения или лесными хозяйствами, полностью автоматизированные буровые системы для подвода воды и, наоборот, осушения болотистой местности. Должен сказать, что если вы выберете товары для развития домашнего хозяйства в северной зоне, особенно в бывшей тундровой зоне, от государства вам дается большая скидка, вплоть до пятидесяти процентов, а также при необходимости вам будет назначена субсидия на срок до двадцати лет.

Парень набрал воздуха, чтобы продолжить, но я остановил его жестом:

― Стоп-стоп-стоп! Ты очень хорошо все рассказываешь, ― услышав эти слова, парень довольно улыбнулся, ― но слишком быстро. Мне действительно нужна помощь, но проблема в том, что я очень давно не был дома и просто выпал из текущей жизни. Меня не было так долго, что я даже половины не понял из того, что ты сказал. Давай перейдем на «ты»? ― Продавец кивнул. ― Мы можем где-нибудь спокойно за чашкой чая поговорить?

― О! Без проблем! ― Парень потер ладони. ― Но ходить никуда не нужно. Мы можем и тут хорошо посидеть.

Перед диваном прямо из пола поднялся столик на одной ножке, телескопической, на который, в свою очередь, из образовавшегося в центре отверстия поднялся маленький поднос с чайником и парой пиал. Продавец пояснил:

― Я не люблю дома обедать ― живу один, иногда позволяю себе в ресторан сходить, чтобы вкусить какие-нибудь шедевры поваров, да и только. Поэтому обычно тут перекусываю, тем более что наверху можно купить свежей еды. ― Он присел рядом со мной.

Я поставил на стол бутылку эльфийского вина.

― Э-э-э... А откуда? ― не понял продавец, ведь вроде бы неоткуда было достать.

― Фокус-покус. Тебе можно на работе?

― Да-да, ― покивал парень и скосил взгляд вбок. ― Ага, АПП заряжена, можно.

― АПП?

― А, все время забываю, что ты социально не адаптирован. Аптечка первой помощи, вот она. ― Парень показал на тонкий браслет на руке.

― И что, все носят?

― Нет, конечно, но часто. У меня просто были проблемы с поджелудочной. Но уже все в порядке ― напечатали новую, аптечка так, на всякий случай, как раз потом нейтрализует алкоголь, если захочу.

― Напечатали? Поджелудочную?

― Ну... синтезировали, ― с легким напрягом произнес собеседник. ― Мне просто удобнее по старинке. Вроде раньше так говорили, когда печатали на три-дэ-принтерах. Некоторые органы довольно просто создают.

― Понятно. Ну что, за знакомство? ― сказал я и разлил вино.

Крылья носа продавца затрепетали.

― Ох, какой запах! За знакомство!

Мы выпили.

― Ник. ― Я протянул руку парню.

Тот пожал ее:

― Миша.

― Ты не очень похож на Мишу.

― А! ― Парень махнул рукой. ― Мама у меня индуска. Классное вино! ― Миша снова понюхал стакан, который я достал вместе с вином. ― Даже бодрость какая-то по телу пробежала. УНИК почему-то сообщает, что общий энергетический баланс организма повысился. Незначительно, но от вина обычно обратный эффект!

― Бывает, ― кивнул я и снова разлил. ― Хороший у тебя УНИК!

― Обычный, ― не согласился Миша. ― На то он и универсальный, информационный комплекс-то, чтобы быть обычным.

― Так что там с мамой? ― На столе появились фрукты.

― Ого! ― Миша попробовал нечто, отдаленно похожее на яблоко. ― Вкусно! Ну, отец работал в Индии, демонтировал старые атомные электростанции. Встретил маму, перевез ее сюда. Правда, родился я там еще, ну и рос до десяти лет, так что сейчас приходится нарабатывать УСЗ, чтобы получить гражданство.

― УСЗ?

― Уровень социальной значимости. Показывает, насколько ты полезен обществу.

― И много таких уровней?

― Ага. Еще есть коэффициент специализации, который учитывает уровень образования, насколько сильный ты специалист в какой-то области. Чтобы его повысить, надо учиться. В России с этим хорошо ― все бесплатно, но только для граждан или для соискателей гражданства. Как я. Вот пока ты не пришел, делал лабораторную. Еще есть уровень социальной комплиментарности ― насколько ты вписываешься в общество. Уровень военной подготовки ― общий показатель, имеет разные направления, ну и так далее. Каждый учитывается при принятии решения, давать гражданство человеку или нет, ну и внутри страны учитывается в разных сферах.

― И что, без всех этих уровней тут не прожить?

― Да не, ― махнул рукой Миша, ― спокойно можно. Базовые-то социальные удобства государство гарантирует. Можно вообще ничего не делать и относительно комфортно жить, не помереть с голоду и холоду, но это уже край, для нормального человека неприемлемо. Многие права тогда тоже не работают. И еще, я слышал, поскольку такие трутни все равно используют сеть ― развлекаться-то хочется, то служба социальной адаптации умудряется вовлечь их в какие-то работы в информационном поле сети, умудряется чему-то обучить. Я удивляюсь, как это можно против желания чему-то научить, но вот получается! Говорят, там специалисты жуть какие сильные... О, кстати! Насчет гражданства. Моя мама его пока не имеет, но у нее большие шансы его получить, так как замужем за отцом больше десяти лет. Сейчас покажу ее. Да, ты ведь без УНИКа.

Я кивнул. Уже понял, что просто услышал не то, но совпадение забавное ― УНИК — Умник! Миша посмотрел сквозь стены на других продавцов, но те не обращали на нас внимания ― наверное, в виртуале занимались своими делами. Тем не менее, Миша что-то включил, и все стены превратились в экраны, на которых крутились... ну, рекламные ролики, видимо. Экраны прикрыли нас от окружающих.

Миша поднял руку с медицинским браслетом, и над ним образовался небольшой экран с изображением женщины. Миша взял экран прямо из воздуха и протянул мне. Я, весьма впечатленный, аккуратно взялся за край и почувствовал легкое покалывание. Там, где изображения касались пальцы, оно расплывалось. Потянул ― картинка переместилась. Отпустил ― осталась висеть.

― Не понял, на голографию не похоже, ― пробормотал я.

Миша хлопнул себя по лбу, чуть не расплескав вино, и пояснил:

― Совсем забыл, это в браслете есть на всякий случай. Ну и на стенах та же технология. Тут, ― он потряс рукой, ― хитрые датчики и излучатели, которые формируют в воздухе электромагнитный каркас и выпускают специальных нанитов. Они располагаются по каркасу, как бы сцепляются друг с другом, что-то там еще делают и излучают то, что передает УНИК. Можно, например, вообще прервать трансляцию, оставить их и уйти, и картинка еще долго будет держаться, пока наниты не сдохнут или энергия не прервется. Правда, это уже статичная картинка. Наниты при желании могут получать энергию из электромагнитного излучения в воздухе... Есть еще медицинские наниты, работают так же. Даже в простом медицинском пульверизаторе есть простенькое подобие УНИКа. Когда брызгаешь, наниты по электромагнитному каркасу попадают куда надо, а дальше уже, если надо, цепляются друг к другу или просто занимаются своими делами... Вкусно! ― Миша уже не удивился появлению на столе маленьких шампуров с шашлыком. ― Что еще рассказать?

― Леток?

― Это ты, наверное, видел. Разной формы плоскости или что-то вроде обуви, с помощью которых можно быстро и с комфортом невысоко перемещаться над проложенными специальными дорогами.

― Не дорого их прокладывать?

― Да нет, там просто что-то добавляют в раствор дороги, когда заливают ее, а в летке есть специальный генератор. Вот когда его включаешь, что-то там происходит, что отталкивает леток.

― Я смотрю, ты не очень в технике? ― Я налил чая, которым угостил Миша, тот увидел и пояснил:

― Настоящий индийский, бабушка из Индии присылает. А насчет техники ты прав, знаю только средний минимум, чтобы мог консультировать при продажах. Прости, расслабился с тобой, все термины и объяснения из головы вылетели. ― Миша улыбнулся. ― Мне архитектура нравится. Как раз делаю лабораторную по управлению средним строительным комплексом. Потом, как сдам допуски, поеду «в поле» сдавать экзамен. Попрошу, чтобы послали в Индию, я узнавал, там есть похожие строительные комплексы с подходящим сертификатом. Мне зачтут, если справлюсь. Хочу построить бабушке дом на исторические индийские мотивы. ― Миша мечтательно прикрыл глаза.

― Дворец, что ли?

― Ну, не совсем, но что-то вроде этого, ― смутился будущий архитектор и строитель. Похоже, тут это сейчас можно совмещать.

― Автомоб?

― Средство передвижения по земле и в воздухе. Сделан по другим принципам, нежели леток. Изобретатель двигателя ― заочный лауреат всемирной премии по физике Дмитрий Рощин. Русский ученый.

― А почему заочный?

― А он отказался получать премию, да и вообще какой-то таинственный ученый. Нигде не показывается, нелюдимый, но сделал много открытий в физике и математике. Такой же и его брат Георгий ― только в области биологии и медицины. Кстати, они близнецы, в сети есть несколько известных фотографий. Принципы работы революционной установки были, конечно, опубликованы, но воспроизвести и поставить на поток смогли только в России.

― Что, даже украсть и воспроизвести не могут?

― Почему? И красть не надо ― за рубеж продаются. Только ничего не помогает. Я недавно общался по работе на нашем форуме, так там как раз этот вопрос обсуждали, говорят, что просто в патенте отсутствует несколько ключевых технологий или знаний. Хотя, как мне кажется, через некоторое время все равно разберутся, но, думаю, подобные действия предусмотрены и все просчитано.

― У тебя есть автомоб?

― Да зачем он мне нужен? ― по-настоящему изумился Миша. ― Стоит дорого, большой необходимости в нем нет, где-то ставить надо, проводить частые технические обследования, налог на него довольно чувствительный. А так стоит свистнуть, как тут же автоматическое такси-автомоб прибудет и отвезет, куда тебе надо. И стоит недорого. Я в институт в Пермь так отсюда езжу, вернее, летаю, когда там необходимо мое присутствие. В больших городах они могут двигаться по земле и по воздуху строго по выделенным линиям, а в малых городах, как наш, только по воздуху. По земле ― в пределах квартала, если есть где, или за городом. Зато нет строгих ограничений, можно и просто в воздухе полетать в разных направлениях. Можно даже в такси самому полетать, я так иногда делаю, ― признался будущий архитектор. ― Стоит дороже, правда, зато за городом почти полная свобода!

― Но я видел дорогу, ведущую из города. Зачем она?

― Положено по закону. Все города должны быть связаны обычными дорогами. Ну как обычными ― вот такими, как для летков. Простой транспорт по таким дорогам тоже может ездить. Какой-то легкий транспорт парит над землей, какой-то тяжелый просто облегчается по весу. Но в основном, конечно, все перевозится на грузовых автомобах или самолетах, кое-где по железке. Совсем далеко ― на стратолетах, но там небольшой вес. Или, если совсем дешево, чтобы перевезти большой вес в любую точку и не торопясь, ― на дирижаблях.

― Понятно.

Мы немного помолчали.

― Чай действительно вкусный, ― сказал я. ― А хочешь попробовать чифу?

― Я не знаю, что это такое, но с удовольствием попробую, звучит заманчиво, ― кивнул слегка осоловевший от еды и вина Миша.

Я из-за дивана, как бы поднимая с пола, достал кувшинчик с горячей чифой и разлил по пиалам.

― Хм... ― Миша хлебнул и прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. ― Очень необычный вкус и в очередной раз поразительный результат, тонизирующий эффект просто вне конкуренции.

― Так что такое УНИКи? ― спросил я, подливая Мише напиток.

― Ну... Раньше их называли компьютерами, но потом, когда мы перешли на новую элементную базу...

― Какую? ― не удержавшись, перебил я.

― Спинтроника, оптоэлектроника, квантовые метавычислители, нанораспределенные сети и вычислители. Так вот, на новой элементной базе удалось развить существующие информационные технологии и создать нечто вроде искусственного интеллекта.

― Круто... ― Я окинул взглядом ментальную сеть, опутавшую Мишу: в порядке ли. Миша просто не замечал, что рассказывает мне очевидные для местного жителя вещи. Он сейчас просто не мог критически воспринимать все, что касалось моего поведения. ― А почему «нечто вроде»? Не настоящий интеллект?

― Ну, по возможностям — примерно как раньше описывали в литературе, очень похоже, но никакого выхода за рамки своей компетентности и никакого эмоционального отклика. Имитировать, конечно, может при необходимости, многие так делают персонально для себя, но... В общем, холодный разум, заточенный на определенную задачу. В этом плане нам даже повезло, так как это подтолкнуло развитие роботехники, сейчас эта область знания по совокупности технологий называется «инфотроника».

― Знакомое название, ― пробормотал я.

― Ага. ― Миша подвигал глазами. ― Сейчас посмотрел в сети, этот термин использовался аж сто лет назад, но смысл был другой. Сегодняшняя инфотроника никак не связана с той.

― А что за разделение на взрослые УНИКи и детские? ― Я бросил за спинку дивана опустевший кувшинчик от чифы.

Миша перегнулся туда же и увидел пустой пол.

― Ты меня научишь так же убираться?

― Вряд ли, ― с сомнением ответил я. ― Я все-таки очень хороший иллюзионист. Чтобы достичь таких результатов, почти по-настоящему, надо долго учиться.

― Жаль. ― Миша расстроился.

― Так что там с УНИКами? ― Я вернул блуждающую мысль своего собеседника в нужное русло.

― Ну, взрослые устанавливаются в медцентрах. На внутреннюю поверхность черепа, обволакивая внешнюю поверхность мозга, встраивается инфотронный процессор ― он построен по технологии распределенных нанопроцессоров, а в определенные области мозга вживляются нанодатчики и излучатели. Получается эдакая сеть на мозге. Могут быть специальные расширения, которые встраиваются во внутреннюю поверхность пазух носоглотки. Таким образом, можно мыслью управлять с помощью некоторых устройств, получать информацию прямо в мозг, мысленно общаться. Есть постоянная связь с государственным сегментом всепланетной информационной сети. Там все строго регламентируется и контролируется. Впрочем, это делают специальные искусственные интеллекты, так что в целом нельзя сказать, что в личную жизнь кто-то вмешивается. Там многоуровневая ответственность и перекрестный контроль доступа к личным данным гражданина. Для детей еще более строгий контроль... Что еще? У граждан страны, как я уже сказал, есть доступ к внутренней государственной сети, недоступной остальным. Там есть специальные сервисы, о многих из которых я даже не знаю, так как пока не являюсь гражданином России, но так как подал заявку и являюсь претендентом, некоторые специальные ресурсы мне открыты.

― Круто. А детские УНИКи?

― У нас внимательно следят за здоровьем населения и строго контролируют использование подобных технологий. Потому-то многие, кто не хочет беспокоиться о своем здоровье и здоровье своих детей, стремятся получить гражданство России. В других странах контроль не настолько серьезный. Считается безопасным устанавливать взрослый УНИК где-то с восемнадцати лет. Но у каждого ребенка это индивидуально. Бывает и раньше, и позже. Абсолютно все дети в России находятся под постоянным медицинским контролем. Для этого у них есть детские УНИКи, которые выглядят как татуировка на руке, и специальные медицинские браслеты ― там сложная аппаратура контроля здоровья и роста, взросления ребенка. Все снимаемые данные отсылаются в медцентр.

― В браслете есть скорая медицинская помощь?

― Только в экстремальных ситуациях. Детский УНИК через браслет может что-то сделать, например, при остановке сердца или если артерия повреждена и есть вероятность истечь кровью. А так вмешиваться в организм ребенка может только человек-врач, пусть и удаленно. Даже искин не может без контроля человека принимать серьезные решения. За исключением, повторю, экстремальных случаев или же наоборот ― совершенно легких и неопасных, когда надо, скажем, ускорить излечение ушиба. В детских устройствах еще есть ограничение мысленного общения, но это и понятно, так как у аппарата нет прямой связи с мозгом во избежание возможных проблем. Тут по старинке делается ― УНИК просто снимает мозговые волны и интерпретирует. Правда, при особой сноровке можно многого добиться. Сейчас, кстати, дети любят использовать такой режим мысленного общения, когда они разговаривают не через сеть, а напрямую ― их УНИКи позволяют использовать радиосвязь в ближнем радиусе действия. Для игр удобно, и сеть не напрягают. Но все эти устройства завязываются на уникальный идентификатор пользователя, который регистрируется при получении паспорта и используется при привязке УНИКа.

― А зачем нужен паспорт, если есть УНИКи?

― Ну, не все хотят их себе ставить. Вообще-то это дело добровольное. Но паспорт есть или должен быть у любого, кто пересек границу России.

― А скажи-ка, Миша, ― попросил я, — как тут у вас люди, которые, например, долго жили в лесу и не имеют УНИКов, могут их получить?

― Ну, ― Миша задумчиво почесал нос, ― для этого надо в отдел миграции пройти и встать на учет, получить временный паспорт. Уж я-то знаю! Хоть и не из леса вышел, но принцип везде одинаков. Потом получить направление в медцентр, там пройти обследование и получить УНИК. После определения уровня образования и способностей придется получить несколько специальностей и выбрать социально значимую работу.

― И какая работа значимее?

― Конечно, самая сложная, которая дает наибольшую прибавку в индексе. Например, работа в службе очистки и вообще в МЧС, куда входит служба очистки.

― И что она очищает?

― Зараженные территории, разумеется. Еще выращивает леса в пустынях. Или осушает болота. В общем, исправляет экологию. Причем не только в России.

― А в чем опасность?

― Можно подхватить заразу, которая быстро не лечится, а то и сосулькой стать.

― Сосулькой? Это как?

― А? ― Миша потер лоб пальцем и выпил чифы. ― Сосулькой ― это когда тебя заморозят до полного исцеления, которое может занять несколько лет.

Видя мое непонимание, Миша пояснил:

― Зараза ― ведь она очень разная, и метода лечения часто просто нет, его надо придумать. А это иногда занимает много времени. Вон, инвы службы очистки иногда до месяца, а то и больше, в зависимости от повреждений, ждут очереди на восстановление.

― Кто-кто?

― Инвалиды службы очистки. Ну, иногда проще отрезать руку или ногу пострадавшему и напечатать орган прямо на месте, чем ждать, пока само отрастет.

― Что, рука?

― Ну, уши или пальцы сами вырастут, а руку или ногу придется долго ждать. У инвов службы очистки, конечно, своя очередь.

Тут я призадумался. Служба очистки, зараженные территории ― это могильники атомных отходов или результат атомных взрывов? А зараза тогда что? Надо в астрал лезть или как-то все же получить доступ в местную сеть: мой «язык», похоже, не сильно разбирается в предмете. А то, что медицина на высоком уровне, ― это хорошо. В мое время с этим было посложнее, тогда все только развивалось.

― Скажи, Миш, а есть простые какие-нибудь УНИКи для доступа в сеть, без привязки к идентификатору пользователя?

― Хм... ― Он немного подумал. ― Есть такие, только без интеллектуальных наворотов. Спрос на них небольшой, так как почти все предпочитают использовать УНИКи, но ведь есть и те, кто не любит этого по каким-то причинам. Например, по религиозным или из-за фобий. Вот, смотри.

Миша окинул взглядом стол и переставил посуду так, чтобы освободить центральную дверцу системы доставки. Видимо, он мысленно дал команду, так как дверца опустилась и буквально через пять секунд поднялась обратно, но уже с плоской длинной коробочкой. Раньше так упаковывали обычные ручки. Подарочные, конечно, ― даже в мое время ими уже почти не писали.

Миша открыл коробку, вытащил палочку, похожую на карандаш, и просто вытянул из нее пленку, которая тут же отвердела и превратилась в легкий, полупрозрачный, похожий на стекло экран.

― Вот! ― Довольный Миша показал, как включать, как пользоваться (почти ничего не изменилось), ― тыкать пальцами, говорить вслух. ― В сеть доступ платный, но стоит копейки. Правда, дается годовой бесплатный доступ.

― Подаришь? ― спросил я, пробуя девайс. Потом нажал кнопку сверху, и экран свернулся в палочку. ― Просто денег сейчас нет, а я тебе дам пару бутылок вот такого же вина, которое стоит, поверь мне, намного дороже такого УНИКа.

― Да без проблем. ― У Миши загорелись глаза при виде двух появившихся на столе деревянных бутылок. ― Со своего счета оплачу.

Все это хорошо, но что-то меня стало беспокоить. Интуиция проснулась. Хотя местный астрал информационно напоминал густую сметану, однако что-то удавалось урвать и из него. Надо с этим окончательно разобраться, то есть выработать решение проблемы, а то без возможности лазить в астрал чувствую себя голым. Привык уже. Но хорошо хоть от проблем избавился.

Медицинский центр

ИИ медцентра проанализировал состояние недавнего пациента и после небольшого размышления передал аудиовидеозапись случившегося ИИ службы безопасности.

ИИ универмага после нескольких безуспешных попыток идентифицировать покупателя передал сообщение о нем ИИ службы безопасности. Ведь самое важное ― это учет потребностей КАЖДОГО покупателя!

ИИ службы безопасности сравнил два отчета и выбрал один из вариантов действий. Также в общий суточный отчет, предоставляемый дежурному службы, добавилась одна строка с низким приоритетом, но пометкой обратить внимание.

Через несколько минут несколько роботов поддержки и слежения выдвинулись в район универмага для дальнейшего наблюдения и силового захвата неизвестного в случае крайней необходимости.

Ник

Я решил не обращать внимания на беспокойство, но внутренне подготовился к разному. В этот момент поймал за хвост мысль: а что, если посмотреть внутренним зрением Миши на то, что он видит в своем УНИКе? Увидеть то, что видит он! С Крисой я ведь даже телами как бы поменялся, пусть кратковременно и в других условиях, а тут надо только активность мозга поменять и на зрение переключиться, ну и еще кое-какие ментальные операции выполнить. Теперь-то, после ознакомления с некоторыми техниками из кристаллов археев, я стал намного больше понимать в этом деле. Нет, ясно, что сейчас у меня есть простой подарочный УНИК, но через него без привязки к идентификатору пользователя ничего не увидишь. Судя по всему, тут и с контролем сильно намудрили. А так, может, что-то из ДСП увижу? Э-э-э... Вернее из ДГП — для гражданского пользования».

Миша забеспокоился, когда я слегка, а потом сильнее начал продавливать и менять его аурное поле.

УНИК

УНИК обнаружил резкое изменение активности мозговых биоритмов, что могло означать целый сонм различных проблем со здоровьем, и связался с медцентром. Попытки плавно вернуть к норме мозговую активность ни к чему не привели, начались изменения ритма в других областях мозга. Экстренно были задействованы механизмы защиты, человеку в полубессознательном, с точки зрения УНИКа, состоянии требовались эвакуация и срочная медицинская помощь. Всю внутреннюю поверхность зрения Миши залил красный свет, предупреждающий об опасности.

Ник

Миша замер и произнес с запинкой:

― И-и-извините, мне надо срочно покинуть вас. ― Он как бы нехотя начал подниматься. О том, что мы перешли на «ты», он почему-то забыл.

Чувство тревоги повысилось, навалилась усталость, я зевнул, и усталость резко ушла.

«Деструктивные звуковые и электромагнитные воздействия блокированы», ― вдруг проявился биокомп. На внутреннем взоре появилось изображение моего энергетического тела, внешняя часть которого пульсировала красным цветом.

Я быстро встал. Миша как в замедленной съемке медленно отступал от меня, люди в кабинках начали поворачиваться в нашу сторону.

Новая порция сообщений от медмодуля и биокомпа не заставила себя ждать: «Поступление большого количества небиологического мусора в кровь». И снова: «Деструктивные звуковые и электромагнитные воздействия блокированы».

Кажется, что-то пошло не так. Надо уходить.

«Да, в жизни главное ― хорошо развитая интуиция!» ― думал я, двигаясь к выходу. Но надо слушаться ее, а не манкировать подсказками!

Вторым потоком сознания я анализировал обстановку. Адреналин в разумном количестве поступал в кровь, интерес к происходящему резко вырвался синусоидой в максимальную верхнюю точку траектории.

«Сообщить параметры небиологического мусора в крови, поступившего за время атаки». И мгновенный ответ медмодуля: «Размеры совпадающих частиц делятся на три группы: двадцать один процент, тридцать четыре и тридцать девять процентов от общего количества по таким-то типоразмерам». Ага! Так это же, наверное, нанороботы, наниты! Современная цивилизация, всего лишь на полвека старше моей, почему-то очень их любит. Значит, в организме их уничтожил мой медмодуль, а как обстоит дело на поверхности тела и одежды? Так, беру у медмодуля характеристики этих трех групп и программирую инфокомп на уничтожение таких объектов вокруг меня.

Быстро продвигаюсь на выход, эскалатор уже не работает, его вообще нет! Бывший проем, куда выходил эскалатор, закрыт мерцающей красной завесой, сканирование дает сплошную засветку сверху ― закупорено! Серьезно тут у них наворочено! Замуровали, демоны! Ну ладно, оставляю на своем месте качественную иллюзию (даже с температурным градиентом, но тут из-за спешки мог перемудрить), сам ухожу в невидимость. Как я там представился Мише? Иллюзионистом? А какой у них любимый фокус? Правильно! Проход сквозь стены! Что моя иллюзия и сделала ― приблизилась к стене, послала воздушный поцелуй всем присутствующим и ушла в стену. Ну да, в ту, что под землей на минус первом этаже, пусть ломают голову, куда я делся. А сам я просто телепортировался за пару кварталов от универмага, где проезжал ранее (и, понятное дело, в интересных местах снимал характеристики, чтобы при необходимости прыгнуть туда). Потом взмыл в воздух и огляделся.

На улице над входом универмага висело три ярко-оранжевых шара. Прежней идиллии и купающихся детей в фонтане уже не было, вообще никого не было.

Жаль, опять прокололся. Но хоть немного понятнее стало. В мозги, значит, людям лезть нельзя ― определяют на раз. Будем знать. И от кого такую защиту выработали? Здесь есть менталисты? За полвека появились, что ли? Или я чего-то не понимаю? Надо будет с детьми поговорить, от них больше узнаешь, особенно если фокусы показать.

Необычный универмаг остался далеко позади, я летел над улицей и высматривал будущую жертву, достаточно взрослую, чтобы ответить на вопросы, и в то же время без сопровождения взрослых. И случай скоро представился.

В парке, который плавно переходил в лес, играли мальчишки и девчонки. Во что играли? А кто их разберет, кто-то прятался, кого-то ловили. Самый ловкий нашелся последним ― он прятался в корнях большого дерева, прикрывшись маскировочным полем! Ничего себе игрушка! То есть не полем, а накидкой такой. Круто. В мое время похожие были, но не в качестве игрушек. Использовать плащ-невидимку было запрещено правилами игры, да и устройство, как выяснилось из словесной перепалки детей, владелец взял у старшего брата, который работал в службе очистки. Поругавшись, ребята стали расходиться, осталась только группа из шести человек: четыре пацана и две девчонки.

Ну что ж, сыграю и я свою роль.

Опускаюсь на землю и подхожу к детям, беру посох в руки, сажусь на траву по-турецки и снимаю невидимость. Откашливаюсь.

Дети замолкают на полуслове и оборачиваются ко мне.

― Не соблаговолите ли вы, благородные отроки, указать бедному путешественнику аль Ашхабади название города, в который он попал волей Аллаха?

Молчание затягивается. Дети в ступоре. Ну да, видели ли они когда-нибудь человека в тюрбане, роскошном золотом парчовом халате и с длинной белоснежной бородой, которую он, поглаживая, пропускает через пальцы?

Наконец самый смелый мальчик спрашивает:

― А вы кто?

Сканирую электромагнитный диапазон биокомпом, на который уже успел написать простой плагин. Особых возмущений пространства нет.

― А вы тайну хранить умеете?

Ребята переглянулись. Биокомп показал наличие электромагнитных возмущений, да и сам я увидел отсветы.

Тот же мальчик ответил:

― Смотря какую.

― Ну, если вы никому не расскажете, что я волшебник, я вам даже помогу.

― Ха, волшебник! ― засмеялся старший мальчик. ― Их не бывает!

― Не бывает? Кто сказал? ― спросил я удивленно. ― А я тогда кто?

― Мой брат одаренный и работает в службе очистки, он может даже предметы поднимать взглядом! Он говорит, что это сказки все! Просто есть одаренные и есть обычные. У одаренных мозги чуть лучше прокачаны, и все!

― А так твой брат может?

Не вставая, бью навершием посоха, в котором кроваво сверкает кристалл атлантов, в землю, и она начинает расступаться. Появляющиеся силовые линии образовывают причудливый фонтан, и наконец в нем появляется вода, поднятая из глубин земли.

― Можете потрогать, вода настоящая! ― говорю я.

Дети осторожно подходят и щупают фонтан, опускают руки в воду.

― А что вы еще можете? — подбросив в воздух из ладоней воду и посмотрев на появившуюся радугу, спросила девочка.

― Ну, могу дом построить, могу бежать, как лошадь, могу, как рыба, плавать.

Биокомп продолжает показывать передачу данных. Теперь я знаю, когда УНИКи общаются друг с другом в ближнем радиусе. И их частоты. Пока это малополезно, так как применить не могу, но сам факт весьма приятен. Возможно, потом пригодится. Не думаю, что близкий радиус общения слишком навороченный.

Дети

УНИК Толика и других детей анализировал мимику, жесты, голос, биение пульса и движение глаз незнакомца в поисках лжи и не находил ее. На уроках БЖД — безопасности жизнедеятельности — учили, как вовремя распознать опасность и спасти жизни людей. Рассказывали, как раньше террористы проникали в города и травили, взрывали людей. Говорили, как правильно задавать вопросы и с помощью УНИКа узнавать, правду говорит человек или нет. Учили пользоваться своей интуицией и находить знакомые паттерны психологического воздействия с целью заморочить голову и заставить делать то, что ты не хочешь.

Назвавшийся волшебником говорил правду. Это сбивало с толку. К тому же на нем нет ничего электронного, даже УНИКа! Настя говорила, что надо немедленно сообщить взрослым о странном человеке, другие были против, особенно после появления фонтана. Договорились, что сообщат, как только взрослый что-нибудь соврет.

Ник

― А летать между звезд вы можете? ― Это тот же пацан, который у них за главного.

― Между звезд? Пробовал, но это скучно, все время темно и пусто!

― А если мы о вас никому не расскажем, вы сможете папе письмо передать?

― Письмо? А где твой папа?

― Там. ― Мальчик ткнул пальцем вверх.

― На Луне? — спросил я.

― Нет, где-то у Сатурна. На корабле «Луч».

― Ну, если вы расскажете о вашем красивом городе и ответите на вопросы потерявшегося путешественника, то и я постараюсь доставить письмо твоему отцу, только ковер-самолет починю.

― Ковер-самолет?

Иллюзорная трава маленькой полянки заколыхалась и поднялась вверх сантиметров на пятьдесят. Теперь в воздухе висел прямоугольник травы, похожий как две капли воды на настоящую траву под ним.

― Это ковер-самолет, я сажусь на него и лечу куда хочу.

― Так ты всамделишный волшебник! ― радостно захлопала в ладоши самая младшая девочка.

Старшая шикнула на нее.

― Ой, а что это? ― Мелкая, не обращая внимания на старшую, показала пальцем на мою шею.

Я не сразу понял, о чем она говорит, думал, про бороду. Оказалось, увидела моего Драко, который высунул свой любопытный нос. Делать нечего, пришлось знакомить.

― А у меня тоже есть! ― вдруг сказал Толик, как он представился, и закатал рукав.

Там чуть ниже локтя по окружности руки двигался голубой дельфин. Сделано было очень красиво, даже объемно, хотя и видно, что «татуировка» детская.

― Красиво, ― признал я.

― У вас красивее, ― произнесла мелкая пигалица и испуганно спряталась за старшую девочку, когда на нее недовольно посмотрел Толик.

Так началось наше общение, которое затянулось до вечера. Мне пришлось повозиться, сделав бумагу, перо и чернильницу для написания письма. Ну не выходить же из образа! Да и с детьми интересно, наверное, старею.

Вид золотого пера, которое само писало на висящем в воздухе свитке, изукрашенном по краю позолотой, больше всего подействовал на детей. Они пытались то схватить его, то закрывали ладошками, то старались помешать ему писать, подставляя руки, и весело смеялись, когда оно пыталось обойти препятствие или щекотало их пишущей частью.

Толик диктовал письмо, перо писало, дети мешали.

Под конец я подарил каждому по золотой монете на веревочке на память и отбыл в растущую луну, как и полагается настоящему волшебнику!

Улетая, я обратил внимание, что оранжевые шары, ярко видимые в темноте, до сих пор летали возле универмага.

Ищут, бедняги.

Итак, что же я узнал от детей.

Сейчас две тысячи сто пятнадцатый год. Меня тут не было шестьдесят лет. И произошло на Земле за время моего отсутствия много чего. Вот так вот. Город, такой, как он сейчас, был отстроен примерно тридцать лет назад, все старые строения постепенно заменили на модульные — подземного типа, с защитой от землетрясений, биоугроз и прочих атак. Насколько я понял, волна землетрясения просто огибает защиту, сделанную на основе метаматериалов, и не причиняет вреда зданию. Эти самые землетрясения раньше были довольно частыми, но потом сошли на нет. Многие старые здания либо развалились сами, либо постепенно разваливаются и ремонтируются или сносятся. Древности в старых городах стараются сохранить ― типа история и все такое.

В мое время тоже потряхивало все сильнее и сильнее. Из того, что преподают в школе детям сейчас, я узнал о страшных землетрясениях, уничтожавших целые страны, о дестабилизации планетарного ядра и сдвиге континентов, о глобальных катаклизмах и извержениях вулканов, страшных ураганах и тайфунах, наводнениях и цунами, об утечках из разрушенных лабораторий смертельно опасных вирусов и бактерий, о новых, никому не известных синтетических боевых вирусах, о том, как стали бесполезны антибиотики и медицина упала до уровня каменного века, когда люди умирали от единственной царапины. Впрочем, детей не особо сильно пугали, но достаточно, чтобы они серьезно относились к своему здоровью, ведь антибиотиков до сих пор нет, а бактерии и вирусы никуда не делись! Справляются пока нанотехнологией, биоконструированием бактерий-убийц других бактерий и вирусопрограммированием. Наниты против бактерий и вирусов, а также их войны друг с другом! Ну и генетические эксперименты, конечно. Результаты вроде есть, но глобально переломить ситуацию пока не могут, хотя и близки к этому. Надо вычищать очень много территорий, чтобы никакой заразы не осталось.

Из-за войн и катаклизмов правительства некоторых стран переехали на другие континенты. Те, кого здесь называют англами, живут в Австралии и до сих пор мешают очистке и заселению заброшенных людьми территорий, посылают разных роботов с нано— и биозаразой, от которой люди умирают. Вот с ними и ведется постоянная вялотекущая война. Причин продолжающегося (или начавшегося) конфликта от детей я не узнал. И что это за диверсионные действия, тоже непонятно. Больше похоже на страшилки для школьников. Но кто знает, что на самом деле за этим кроется. И еще: насколько я понял, полномасштабную войну никто не решается начать, в памяти свежи прошлые катаклизмы, да и планета может уже не выдержать, но и мирно жить вместе почему-то не получается. Подозреваю, борьба идет за чистые территории — по словам детей, слишком много «плохих» земель на планете — и за технологии.

Да... Информация, конечно, неполная, придется самому в этом покопаться.

После череды катастроф (вроде как кое-где и ядерные взрывы случились) наша страна выстояла и начала очищать окружающую природу от последствий катаклизмов. Произошли важнейшие открытия в области энергетики, роботостроения, генетики, прочих технологий. То есть научный потенциал не был потерян. За это ― респект правительству. Другие страны тоже более-менее оклемались. Не все, к сожалению.

Сейчас за Уралом на запад идут малозаселенные территории, многие из которых патрулируются роботами. Чем ближе к Европе, тем больше разрушений и всякой заразы. Хотя европейские страны в целом остались как географические образования, но только некоторые из них сохранили высокий уровень развития, та же Германия, например, или Франция (чуть похуже). Островов, на которых раньше располагалась Великобритания, не осталось, они ушли под воду. Многие страны или опустели вследствие смертей или повальной миграции, а то и просто будучи затопленными, или скатились чуть ли не в Средневековье. Просто потому, что населения мало, поддерживать высокий индустриальный уровень некому, а помогать мало кому хочется: человеческих ресурсов осталось не так много.

Россия по своей давней привычке, да китайцы с индусами (которых заметно поубавилось) в меру сил помогают остальным хоть как-то справиться с последствиями. По доброте душевной или согласно далеко идущим планам по порабощению мира ― сие детям было неизвестно. Под китайцами в экономическом смысле большая часть Африки. Другая ее часть занята переселенцами из Америки и других стран. Европа сама по себе, Россия плюс Средняя Азия, часть стран бывшего Средиземноморья и часть Южной Америки (где людей почти не осталось) ― в плотном экономическом блоке. У англов тоже есть союзники, но детям надоело это обсуждать, и я не стал настаивать.

Климат стал теплым, и даже очень. Сейчас, оказывается, апрель, а народ уже купается и загорает. Вода теплая. Остатки Северной Америки (западной ее части просто нет) теперь находятся в районе Северного полюса и покрываются льдом. Вернее, Северный полюс теперь в Америке, и полюс холода там же. Образуемый лед потихоньку забирает в себя воду океанов, снова обнажая затопленные ранее из-за потепления прибрежные страны. Антарктида стремительно тает. И на освобождающиеся ото льда земли, никем не загаженные, претендуют все страны. Пока вопрос решается мирно. А вообще, на мой взгляд, глобальные погодные изменения как-то уж быстро идут. Слишком быстро. Надо посмотреть потом в сети или астрале и сравнить, такое уже было или нет?

Людей, как я понял, не хватает. Каждый гражданин имеет несколько профессий для работы в разных сферах. При этом как-то все это регламентируется и планируется таким образом, что никто не считает, что работает чересчур много или перенапрягается.

Обычные уроки часто перемежаются с трудовым воспитанием на производстве: кто-то помогает на биоферме, кто-то занимается очисткой вод или робототехникой.

Школьник порой занят весь день.

Домашних заданий в моем понимании здесь нет. В начале обучения разрабатываются память и навыки умения концентрации. В этот период времени УНИК почти не подсказывает ничего, обучение идет постоянно, часто в игровой форме, есть контроль понимания. Если информация не понята человеком, программа корректируется таким образом, чтобы все-таки донести правильную мысль и чтобы она была осознана и понята. Затем постепенно вводятся прочие уроки по разным предметам. Разработанная память у детей сильно помогает в обучении. Учат самостоятельной работе с элементами производственной практики. УНИК оценивает, насколько четко ученик усвоил изученный предмет.

Лентяи и бездельники есть и здесь. В основном это личности, которые не хотят работать в принципе. Некоторые уходят в лес и живут там. Им не мешают. Кто-то приходит из леса. Кто-то живет на гарантированное социальное пособие и в ус не дует. В связи с уменьшением населения даже такие индивидуумы нужны. Думаю, государство и их как-то использует, Миша что-то такое упоминал.

Научная городская станция биологии занимается восстановлением прежних растений и приспосабливает их к новому климату, высаживаются и поддерживаются лесополосы на огромной близлежащей территории. Большинство жителей этого города работают там или летают на работу в другие города, благо полет на такси даже на большие расстояния могут себе позволить почти все.

Служба очистки — очень престижное место работы, но и очень опасное. Ей приходится иметь дело со всякой гадостью, очищая и восстанавливая с помощью робототехники биосферу грязных территорий. Несмотря на то что работу делают роботы, а люди работают в скафандрах, иногда происходят всякого рода ЧП, в основном связанные со старыми городами или заводами. Некоторые участки земли очищаются сравнительно легко, некоторые приходится годами держать в изоляции, а есть и такие, которые проще испарить и создать заново. Тут нужны знания во многих областях, ведь работать приходится и техником, и биологом, и генетиком, и археологом, и строителем, и спелеологом. И тут же легче всего подцепить какую-нибудь заразу и попасть в медцентр.

Одаренные — вторые по значимости. Лечение, проникновение (нечто вроде астральщиков или чародеев) в прошлое объекта. Неожиданно. Кажется, придется защиту снова включать. А также убирать аурные следы с предметов и окружающих и энергетически чистить. Работа с материалами, придание им разных свойств. Вот на это интересно было бы посмотреть. Работа с живыми существами, передача мыслей и тому подобное.

Сильные одаренные иногда работают сразу в нескольких службах. К примеру, в службе очистки и службе безопасности. Известны несколько морфов, которые немного меняют свое тело и работают в службе безопасности и вооруженных силах. Одаренных мало, но число их растет.

Интересы детей крутились вокруг каких-то военно-спортивных игр и результатов встреч с соседней городской школой. Мне приходилось выслушивать их, плавно переводя разговор в нужное русло, аргументируя тем, что помощь волшебника в игре будет нечестной.

Про службу безопасности детям известно мало, разве только то, что они ловят диверсантов и террористов. А оранжевые шары службы очистки висят возле закрытого универмага. Сегодня по сети передали, что магазин закрыт на дезинфекцию.

В космосе даже есть один большой космический исследовательский корабль. На борту полторы сотни человек, но прямая связь с ним невозможна. Там находится и папа мальчика, к которому у меня письмо. И он ― капитан этого корабля!

С космосом вообще что-то мутное и непонятное. То ли инопланетяне вредят нам, то ли мы с ними воюем, то ли они с нами ― дети мало что могли рассказать вразумительного. При этом мы спокойно отсылаем обычные небольшие исследовательские корабли в пределах Солнечной системы, добываем ресурсы на астероидах, Луне и прочих планетах, которые проще привезти, чем синтезировать. В основном этим занимаются роботизированные комплексы, но и люди тоже. Причем инопланетяне на таких почти не обращают внимания. А с тем исследовательским кораблем воюют. Нелогично как-то. Короче, надо самому узнавать все.

Один мальчик все же набрался смелости и спросил, слегка покраснев:

― А вы долго учились на волшебника?

Я задумался. Учился с детства, потом школа и институт, потом работа, связанная с непрерывной учебой. Потом учеба на мага и чародея. Если все сложить, то почти вся жизнь — сплошная учеба!

― Ну, если не считать нескольких лет, то всю жизнь. Маги долго живут и постоянно учатся.

Мальчик словно прислушался к себе, а затем кивнул. Видимо, желание стать магом и решить все проблемы разом ушло. «Никакого времени не хватит на все это», ― пробормотал он.

Где-то в Артемьеве

Через несколько дней после этих событий родители детей получили запрос из центрального медцентра на общую конференц-связь. Согласившиеся, а отказавшихся не было, так как речь шла об их детях, увидели в своих календарях время, когда все они смогут присутствовать. Искин медцентра не счел это дело срочным и рассчитал время встречи оптимальным образом ― минимально мешающим работе занятых людей. Встречу вел один из администраторов-медиков.

― Доброго времени суток! ― начал виртуальную встречу администратор и оглядел лица слегка встревоженных родителей. ― Сразу предупреждаю, что ничего такого опасного или вредного для здоровья ваших детей не произошло. Просто с ними возникли некоторые странности, которые необходимо обсудить.

Он замолчал и посмотрел на реакцию собеседников. Все молча приняли ситуацию и приготовились слушать.

― Насколько медцентр в курсе, ваши дети дружат и проводят достаточно много времени вместе, если это позволяет их график учебы.

― Почему здесь не все? ― спросил один из родителей. ― Группа насчитывает пятнадцать детей, но здесь находятся родители только шестерых.

― В том-то и дело, что только у этих шести происходят странные флюктуации в медицинских показателях. Сразу успокою ― ничего вредоносного или опасного не было обнаружено. Наоборот, зафиксированы частые случаи максимально быстрого возврата состояния организмов детей на нормальный естественный индивидуальный уровень для каждого ребенка. Где-то восстановление после напряженной работы ускорилось вдвое как минимум, у кого-то время заживления ран и царапин уменьшилось. Почти у всех нормализовался сон. Как вы знаете, медицинское вмешательство в организм детей производится очень аккуратно и точечно, и все эти случаи не являются причиной нашего вмешательства. Тем не менее, определенно произошло какое-то воздействие, вероятность которого как внешнее наш искин оценивает выше шестидесяти процентов, и это воздействие приводит к таким вот результатам. Сами понимаете, несмотря на всю положительную результативность, его необходимо определить и гарантировать безопасность. И, возможно, изучить. У вас есть какие-то мысли на этот счет?

После продолжительного молчания подала голос одна из присутствующих мам:

― Моя Сонюшка позавчера обмолвилась, что видела настоящего волшебника, но потом отказалась от своих слов. Больше ничего такого необычного не было.

― Больше ничего? Понятно. ― Администратор медцентра помолчал. ― Вероятно, придется все-таки расспросить детей. Наш искин разработал несколько вариантов действий, самый безопасный из которых, на мой взгляд, для психики детей ― собрать всю информацию с их УНИКов за определенный период времени, не ставя детей в известность. Но на это, как обычно, требуется ваше родительское согласие. Впрочем, вы вольны выбрать и другие варианты — я скинул вам на УНИКи документ, подготовленный искином, — или не принимать наши рекомендации. Прошу ознакомиться и сообщить результат в индивидуальном порядке не позднее, чем завтра. Должен напомнить, что какое бы это ни было воздействие на ваших детей, по результатам оно сугубо положительное, и медцентр не имеет эксклюзивного права на вмешательство без вашего разрешения. Но я также обязан отметить, что положительная тенденция сама по себе, без понимания того, что происходит, не является гарантией отсутствия проблем в дальнейшем. Спасибо, что уделили мне время, ― закруглился администратор, ― и до свидания.

Ник

Устал я от этих приключений, хоть и весело было. Да... Однако передохнуть надо, ночь на дворе как-никак. Отлетел я от города на десяток километров, углубился в лес, благо его тут много вокруг города, и поставил избушку.

Три часа я с интересом виртуально потрошил доставшийся в подарок УНИК. Схемотехника вроде бы и знакомая местами, но много неизвестного и непонятного. Даже базы данных моего субноута не особо помогли. Впрочем, догадаться, где антенна (или то, что ее заменяет), было вполне возможно.

Я ничуть не сомневался, что если за меня взялись спецслужбы, то найти этот подаренный УНИК не составит для них труда, все-таки слишком далеко ушли технологии, и что тут они понапридумывали за полвека, я могу только предполагать. Но зато могу кое-что и сам придумать и кое-что сделать. Может, и получится. Пришлось немного улучшить свои наработки по телепортации. Скорее даже не принцип, а форму. Я заключил некоторые подозрительные части УНИКа в разомкнутый телепортационный контур и отправил их в тот самый город, в котором немного сегодня покрутился и завязал интересные знакомства. Разомкнутый, так как мне ведь не нужно разрушать его. Мне нужен был эффект, когда система остается целой, будучи при этом разнесенной в пространстве. Понятно, что сначала потренировался не на аппарате, во избежание, так сказать.

С Умником, думаю, сделал бы быстрее, но как получилось, так получилось. Главное, сумел все правильно рассчитать. Таким образом, где бы я ни находился, часть УНИКа всегда оставалась в городе. Понятно, что если заняться поиском, то спецслужбы быстро найдут торчащий прямо в воздухе кусок аппарата. Летающие дроны у них есть, прикрутят комп, а тот каждый сантиметр прощупает и найдет излучающий объект. Поэтому вторая сложность — сделать так, чтобы с той стороны часть УНИКа постоянно перемещалась и перепрыгивала в другую телепортационную точку. Прикрутил к этому случайный выбор этих точек, коих у меня набралось с пару сотен, и пожалуйста!

Внешне ничего не изменилось ― все та же «ручка». Пробуем? Пробуем!

Я вытянул экран сбоку держателя. Он зафиксировался и засветился мягким голубым светом, и на нем появился логотип тоже голубого цвета, но более темного, в синеву. А, нет, ошибся ― это не загрузка, это просто фон. Загрузки как таковой просто не было, все произошло практически мгновенно. Уже радует то, что после моих манипуляций аппарат вообще завелся. Проверяю электромагнитный спектр ― он отсутствует. Вернее, есть легкий такой, фоновый, но не тот, что я видел в универмаге, когда Миша показывал, как работает инструмент.

В плане дизайнерских решений в интерфейсе мало что поменялось ― все те же анимированные иконки, плитки, псевдотрехмерные пространства на любой вкус. Мысленного управления нет. Впрочем, аппарат, насколько я понял, из самых простых. Но на движение пальцев над экраном и касания реагирует.

Так, что тут у нас? Ха! Совсем все просто ― несколько стандартных даже в мое время программ типа инженерного калькулятора, фотоаппарата с видео (проверил ― хорошее качество), блокнот (ну ничего не меняется!), о! ― карта Земли с координатной привязкой. Понятно, показывает покинутый мной город ― это я и модуль спутниковой навигации телепортнул. Приближаем карту, приближаем... и видим все в режиме реального времени. Вон люди ходят, уже утро. Не уверен, что везде работает такое вот реалити-шоу. Ага, это, по ходу, уже сеть подключилась ― вон иконка мелкая показывает. И что характерно, скачки антенны в пределах города никак не влияют на качество связи. Здорово!

Снова тестирую электромагнитный спектр ― норма.

Решил проверить мысль про онлайн-режим просмотра улиц. Нашел Новосибирск, ибо вроде туда собираюсь (надо через астрал еще уточнить местонахождение сеструхи). Хм... Что сказать, часть ― знакомая архитектура, часть ― футуристическое нечто, как в кино или игрушках. В некоторые общественные дома был доступ. Мог зайти, например, в попавшийся музей, в частные владения или таковыми выглядящие ― нет. Случайно дернул пальцем, карта закрутилась, но я прижал ее и остановился на Японии. Хм... Увеличил при попытке выйти на улицы Токио, появилась надпись: «Просмотр улиц доступен только в статическом режиме. Согласно договоренностям с правительством Японии для получения ограниченного вида улиц и домов в реальном времени необходимо оплатить доступ. Привяжите к УНИКу свой идентификационный номер или укажите его. Оплатите разовый доступ или месячную подписку. Девяносто процентов стоимости будет перечислено правительству Японии». Хм... Правила какие-то странные.

А что там с Москвой? О! Есть голосовой ввод, говорю: «Столица России». Не понял! Почему Новосибирск показывает? Перенесли, что ли? Ладно: «Москва». Хм... Такой же большой мегаполис, как и в мое время, ну, некоторые разночтения в размерах и форме есть, но не кардинальные. А вот почему там много серых пятен?

Тыкаю пальцем в одно из пятен, и на экране появляется надпись: «Виды доступны только службе очистки. Данная территория внесена в планы санации службы очистки на две тысячи сто шестнадцатый год». У меня возникает ощущение, что вовремя меня в свое время перекинуло на Лунгрию. Хорошо хоть сестра осталась в живых.

Быстро ужал масштаб карты до размеров планеты и прокрутил шарик Земли. Да уж... Потрепало планету... Дети мне ведь не все рассказали, а тут многое изменилось. Итальянского сапога нет. Англии тоже. Турецких проливов нет, вернее, есть один большой пролив. Теперь Черное море и не море, наверное, уже, а часть океана. Много затопленных прибрежных территорий. Половина Крыма. На севере и юге снега и льда очень мало осталось, но появились земли (поднялись? или просто освободились?), зато белеет все на территории Северной Америки, и ее как таковой почти нет ― только длинная цепочка островов. Север России уменьшился ― тоже есть затопления суши, но в целом стал более зеленым, изрядно потеряв свою белизну. Япония частично затонула. В Китае теперь есть пустыня, зато Сахара значительно уменьшилась в размерах, будучи обрамленной зелеными пятнами оазисов. Вообще не очень понятно с уровнем моря. То ли оно поднялось, то ли опустилось ― часть суши ушла под воду, часть, наоборот, вылезла. Такое ощущение, что уровень моря тут был не определяющим событием.

И так далее, и так далее... Я долго сидел и сравнивал, открыв старые карты на своем субноуте... Как в другой мир попал, честное слово. Но нет, не верю я, что существуют точные копии миров. Другие ― да, вон как Лунгрия, а вот другая Земля, где есть копия меня, ― нет, не верю. Это мой мир.

Служба безопасности России

Патрушев вошел в центр управления операцией и недавно прикрепленной к нему группой. Ну как центр ― искин, куда стекалась вся информация по делу, а уж там после предварительной обработки и распределялась по уровням доступа. Вот и весь центр. Плюс три стола со стульями, доставка, пищевой синтезатор. Ну и еще пара человек ― ясновидящий пятой категории (по сути, ученик ― самый слабый из возможных, но хоть такой) да один аналитик, которых в просторечии называют умниками. Тоже не бог весть какой, из недавних выпускников столичного университета, но ранний ― судя по персональному делу, способный и многообещающий. Лучше бы, конечно, яснознающего придали, но тех вообще по пальцам одной руки пересчитать можно, да и работают они над более значимыми и важными задачами. Сергей их и не видел никогда даже, только знает по долгу службы, что существуют такие.

После того разговора с Кривошеевым Патрушев был весьма воодушевлен перспективами и интересным делом, однако, увидев новых работников, а вернее, ознакомившись с их делами, несколько приуныл. Правда, потом успокоился ― понял, что пока это дело не заслуживает более весомой поддержки.

И вот на какое-то время эта комната в недрах службы безопасности, грозно именуемая центром операции, стала их рабочим местом. Виртуал, конечно, хорош, особенно в оперативной обстановке, однако давно доказано, что работа локоть к локтю или просто частое совместное времяпрепровождение заставляет людей переходить на одну волну и чаще генерировать рациональные и правильные мысли. Срабатывает синергический эффект, особенно если в команде есть хоть какой одаренный. Причем любой, кроме энергетических вампиров, ― бывают и такие. Этот эффект очень интенсивно использовался службой безопасности.

― Привет, шеф! ― Иван, аналитик со странной внешностью ― лысой головой, заботливо взращиваемыми усами, по причине молодости не особо растущими, и ростом под два метра, ― приветственно помахал карандашом. Он делал им какие-то пометки на столе-планшете. Почему-то он предпочитал пользоваться не виртуальной средой для рисования, а вот таким, давно устаревшим способом.

Вера, ясновидящая, только посмотрела на начальника и кивнула.

― Что там по Артемьеву? ― спросил Патрушев, усевшись на свободное место.

― Похоже, это он. ― Иван что-то черканул на столе-планшете. ― Наш искин дает процентов восемьдесят на совпадение по внешности...

― Восемьдесят целых пять десятых. ― Раздавшийся в комнате глубокий мужской баритон перебил говорящего аналитика.

Иван хмыкнул и продолжил:

― Ну да, с копейками...

― С долями процента, ― снова перебил голос.

― Похоже, нам дали новый, не обкатанный обществом и не закаленный в словесных баталиях интеллект.

Вера фыркнула и поправила выбившийся из-под платка локон. На платке, завязанном на голове, медленно менялись природные пейзажи.

Ваня покосился на девушку и продолжил:

― У нас есть два отчета о событиях в универмаге Артемьева, и оба связаны с биополевым вмешательством в сознание граждан. Первое вмешательство имело вид грубого эгрегориального подавления критичности сознания некоего Горохова Ильи Петровича и полное его подчинение воле чужака.

― Развернули биополевой комплекс контроля службы очистки?

― Разумеется! ― Иван нарисовал квадратик и подвел к нему стрелку с кругляшка на схеме. ― Никаких эгрегорных следов ― ни паразитических естественных, ни искусственных — не найдено, кроме обычных слабых естественных, присущих для города с наличествующим количеством жителей. Потому я и сказал «имели вид», но не были. Там вообще все чисто, что, впрочем, неудивительно ― половина населения в основном работает в других городах страны, а остальные живут и работают в рамках нормали. Так что вряд ли даже профилактика службы очистки нужна.

― Каков вывод?

― Вывод ― было прямое психическое воздействие и подавление, причем без использования химии. Чисто посредством биополевых структур. Напрямую.

― То есть сильный суггестор?

― Да, только именно биополевой. Гипнотические и прочие психологические внушения не определены.

― У нас есть такие? ― Патрушев посмотрел на Веру.

Девушка кивнула:

― Да, у нас был препод такой, учил как раз сопротивляться подобному внушению.

― Дайте запрос, где находились в указанный период времени все наши суггесторы подобного толка. И каковы твои успехи в защите? ― полюбопытствовал капитан.

Вера почему-то покраснела и слегка поморщилась:

― Скажем так, кое-чему я научилась. А вообще он мне дал защитный блокиратор, который стабилизирует биополе и не позволяет подпадать под такое внушение.

― Он только тебе дал блокиратор? ― нейтрально спросил Иван.

Вера не ответила, сделав вид, что не услышала. Капитан и Иван переглянулись. Иван усмехнулся.

― Что по второму случаю?

― Он также произошел в том же универмаге чуть позже. ― Иван глянул на Веру и опустил взгляд на стол-планшет. ― Здесь объект действовал тоньше. Биополевое воздействие на начальной стадии разговора объекта с продавцом отсутствует или не было определено обычным УНИКом Михаила Константиновича Шевцова. Кстати, он наполовину индус и не имеет нашего гражданства, но готовится к его получению.

― Фамилию и имена, наверное, по отцу взял?

― Да, имеет, конечно, и индусские имена, но здесь решил по максимуму взять от отца.

― Ладно, так что там с ним? ― спросил капитан и налил себе воды.

― Просто разговорились, и Михаил добровольно рассказывал все, что знал, отвечая на странные вопросы посетителя. А тот действительно спрашивал вещи, известные всем. Будь он даже жителем другой страны, все равно бы не пришло бы ему это в голову. Вообще он был похож на тех, кто действительно удалился от жизни и только сейчас вышел из леса. Есть такие случаи ― много народу бежало в тайгу в прошлые годы во время различного рода потрясений. Но уж больно он был... интеллектуален по сравнению с подобными «маугли».

― Может, есть где-то сохранившееся оторванное общество? Мы ведь не всю территорию страны контролируем, особенно тайгу.

― Прорабатываем этот вопрос, но не похоже. Так вот, в процессе разговора посетитель, назвавшийся Ником, доставал странные продукты, вино и угощал Михаила. Откуда доставал ― непонятно. Он мельком упомянул, что является иллюзионистом, что также говорит против версии «сидения в лесу», но не объясняет его социальной неграмотности. Даже искин не смог вскрыть механизм иллюзии, хотя запись не всеобъемлюща ― СУНИК здания съемку не вел. Есть только запись УНИКа Михаила.

Патрушев внимательно посмотрел на выделенные моменты показываемой посетителем иллюзии. Впечатлился. Как будто из воздуха доставал, а ненужное просто растворялось в неизвестности. Потом он профессиональным взглядом снова приценился к посетителю. Обычный парень, каких сто штук на рубль можно найти, стоит выйти на улицу (о как! Уже сам стал использовать словечки Кривошеева! Надо провериться, а не подключился ли он ненароком к какому-нибудь эгрегору, куда входит Кривошеев. Или к другому уровню эгрегора службы безопасности, тут надо держать ухо востро!). Однако что-то в моторике движений незнакомца выдавало, что он не так прост. И подсознание капитана, полуфиналиста внутренних СБ-шных соревнований по рукопашке в юго-восточном округе за прошлый год, говорило, что недооценивать этого парня не стоит.

― А потом вдруг снова произошло биополевое воздействие, ― продолжил Иван, ― но уже другого типа, у них, ― он кивнул на внешне безучастную к разговору Веру, ― называется «вселение». По крайней мере, по параметрам уже подключившегося медмодуля УНИКа Михаила так выходит. Правда, там разрешающая способность не такая высокая, чтобы сразу сделать такой вывод, тем не менее, по многим признакам и аппроксимациям вероятность подобного вывода довольно высока.

― Девяносто один целых сорок пять сотых процента, ― посчитал нужным вмешаться искин.

Иван кивнул.

― Ну и напоследок непонятно, как Ник ушел из заблокированного здания.

― Так ведь иллюзионист? ― Капитан приподнял бровь.

Иван хмыкнул:

― Все иллюзии подобного рода предполагают предварительную подготовку помещения. И довольно серьезную. Это же не волшебство, а простая иллюзия. Здесь же ничего подобного не наблюдалось.

― Ты сам сказал ― это иллюзия. Так, может, иллюзия не в пропаже человека, как нам подсказывают наши глаза, а в том, что это вообще имело место?

Иван на мгновение замер.

― То есть не уход ― иллюзия, а сам посетитель? ― Он одним взмахом руки стер все со стола и быстро что-то начал черкать.

Посмотрел на результат, который прорисовал там искин, и хмыкнул:

― Выходит такая штука. До объявления тревоги посетитель ― обычный человек, а вот потом ― скорее всего иллюзия. Очень качественная. Даже с тепловым следом. Только вот наниты службы очистки, впрыснутые в воздух помещения, чтобы снять максимально достоверную материальную и энергетическую обстановку, спокойно занимали тот объем, где находилась иллюзия, и не замечали ничего необычного, кроме температурного градиента относительно окружающей среды. А куда делся он сам ― вопрос всех вопросов. Вот такие вот дела.

В комнате на некоторое время наступила тишина. Все переваривали информацию, в принципе им известную, но поданную под несколько другим углом.

― Вера, что по твоей части?

Девушка мотнула головой:

― Пока ничего. Не вижу ничего. Есть ощущение, что он пока еще в Артемьеве, но как-то размыто все. Мне бы какую-нибудь вещь, которой он касался, ― попросила Вера. ― И, кажется, скоро его там не станет.

― Насчет вещи поспособствуем. Сейчас идет полный анализ бутылок с вином, оставленных Ником в подарок. А куда он собирается деваться?

― Непонятно. ― Девушка вздохнула и виновато посмотрела на сотрудников. ― У меня подсознание лучше работает, поэтому я раскидывала карты и все время на ближайшее время выпадала карта... ― Вера скинула собеседникам по связи изображение.

На фоне черного неба со звездочками летела стилизованно нарисованная космическая ракета.

Ник

Честно говоря, увиденное, хоть я и храбрился, подействовало на меня довольно угнетающе. Все-таки я надеялся попасть «домой», а вот это вот безобразие сложно назвать домом. Все совсем другое. А государственный строй! Вообще что-то дикое и непонятное. Нечто вроде социалистической империи или монархии. Как мне кажется, это стало возможным только благодаря дальнейшему глубокому развитию технологий и внедрению их в повседневность. Нет, люди не сделались роботами или теми, кому можно вложить в голову нужные мысли. Не знаю, как властители удержались от подобного в России, ― что происходит в других странах, я пока особо не изучал, и так информации выше крыши. Даже не информации ― обработать я могу огромные массивы, а вот именно ее понимания и восприятия. А может, я ошибаюсь, и на самом деле все не так.

Все сознательные граждане, условно говоря, чипированы. По крайней мере, должны иметь УНИКи. Взрослые ― внедренные в мозг, почти как мой биокомп, только технологии разные. Просто для большинства работ нужны УНИКи, которые ставит медцентр (в мое время бадди-компы начинали использоваться для некоторых задач, но еще не были обязательными), однако их можно там же и снять. Гражданин приходит и просит снять УНИК, медцентр убеждается, что человек не находится под чужим влиянием и здоров. Затем дается команда УНИКу, он распадается и в течение недели аккуратно выводится из организма с мочой. Все. Таких людей немного, но они есть. У них бывают дети, которые и приходят в мир буквально «из леса».

Детские УНИКи более щадящие ― к детям тут вообще какое-то трепетное отношение, над каждым буквально трясутся, при этом не пересекая определенную грань. Внешне дети могут быть предоставлены сами себе. Сейчас в обществе превалирует мысль, что правильное воспитание должно оставлять ребенку время и возможности для детских безумств ― игры без контроля родителей, условная свобода выражения, даже какие-то опасные занятия. Конечно, детские УНИКи поддерживают связь со специальными искусственными интеллектами, которые, не вмешиваясь постоянно, следят. И только когда опасность достаточно высока, так или иначе вмешиваются.

Родители могут в любой момент увидеть, чем занят ребенок, и больше никто без их разрешения. Искины придерживаются правил конфиденциальности, и только если родители неадекватны или возникла экстренная ситуация, искин в зависимости от вопроса самостоятельно может выйти на связь с медцентром, службой очистки или службой правопорядка. Ну и понятно, что различные проблемы, возникающие у детей, и отклонения в развитии или здоровье ― все это дает искину право сразу же консультироваться или с другими специализированными искинами, или с людьми соответствующих служб. Этот подход мне понравился. Вспоминая свою встречу с детьми, я явно видел его результаты ― они были вполне раскрепощены, смелы в суждениях, спокойны и уверены в себе. Притом я не заметил в них довольно обычной в мое время детской жестокости или непонимания того, что такое плохо и хорошо.

Наверное, все это стало возможно только потому, что между контролирующим и контролируемым стоит третье лицо ― условно нейтральные искусственные интеллекты. Я не зря сказал «условно». Не верю, что власти не оставили за собой контроль. Ну да ладно.

Все должны иметь биоидентификаторы, которые по старинке называются паспортами. При рождении ребенка на него сразу же заводится такой паспорт и отдается родителям или опекунам (копия информации остается в медцентре навсегда). Детям ставятся детские УНИКи, основная задача которых ― контроль их здоровья, ну и связь, конечно. Эти устройства больше всего напоминают мне знакомые бадди-компы, только технология другая ― наносится на кожу, при желании родителей может как-то выделяться на ней (выглядеть как картинка, татуировка или какие-то параметры), а для подросших детей там включается еще и голографический экран... Э-э-э... Не голографический, а вот тот, нанотехнологический, который мне Миша показывал. Ну и фичи разные ― мысленная связь, речевая связь и так далее. Мысленная ― ограниченная, основанная на удаленном снятии параметров мозга. Все УНИКи ― что детские, что взрослые ― синхронизируются с паспортами. Правда, обычно с установкой взрослого УНИКа паспорт почти перестает быть необходимым, и часто они сдаются людьми на хранение в медцентр.

Есть люди, у которых нет ни УНИКов, ни паспортов, и понятно, что таким трудно приходится в современном обществе, но как-то их социализируют. То устройство, что купил мне Миша, и было сделано как раз для людей, не имеющих УНИКа. В общем, полноценно жить без них и паспортов сложновато. И это для меня проблема...

Пока переваривал прочитанное, решил подумать, что делать дальше. Попробовал снова выйти в астрал, немного освоился. Отчасти начал понимать, как действовать, но это надо еще проверять. Пока снова смог подтвердить, что сестра находится в Новосибирске. Мелькнул даже ее образ в белом, но, наверное, это я сам себе придумал. Она выглядела молодо, почти как я ее запомнил. А ведь прошло полвека. Тем не менее, направление движения подтвердилось. Но тут еще один момент есть. Я ведь пообещал Толе доставить письмо его отцу. Вот оно ― красивый старинный пергамент, на котором золотой краской написано послание. Довольно личное и сентиментальное... Нет, писалось оно целым детским сообществом, всей детской кодлой ― откуда там личному взяться? Однако чувствуется Толина затаенная мысль увидеть отца быстрее и какое-то беспокойство. То, что дети обещали не говорить никому обо мне, пока на мне лежит обязательство, мной не учитывалось. Рано или поздно (скорее рано) взрослые все равно узнают, что происходило с их чадами. А значит, и местная служба безопасности. Уж очень тут все... прозрачно. Есть надежда, что это такой огромный поток информации, что в основном его обрабатывают искины, а до людей доходит выжимка. Впрочем, меня это не особо беспокоит. Я все еще считаю, что независим и свободен в своих действиях. А вот обещания привык держать.

Нет, космос меня уже не пугает. Вру, конечно... На фоне огромной псевдопустоты я даже не микроб. Немного давит ограниченность восприятия пространства. Вот на земле я спокойно контролирую площадь вокруг себя в километр и больше. И даже почти не обращаю внимания на это, зато чувствую ее и своей аурой, расширенной на такой объем (буквально доли энергетических аурных затрат вполне достаточно), и магической сетью. Ну, как одежда. Не замечаешь ее, но без нее неуютно. А в космосе все не так. Что такое даже десяток километров? Пустота. Раскидывай, не раскидывай аурные щупы ― пустота остается. Ну и проблемы с навигацией, конечно. Это для пространственного кармана достаточно было примерно оттолкнуться от планет и солнца. А найти корабль? Ха-ха!

В принципе можно было бы элементалей пустить барражировать по системе, но их у меня не так много пока, да и заняты они картографированием Земли. Еще можно было бы повесить мощный инфосервер типа «Бюрократа» на Лунгрии и потихоньку опутывать Солнечную систему сетью, связывающую материальные объекты и упорядочивающую контроль над ними, но пока даже не знаю, как подступиться, да и долгое это дело ― что одно, что другое...

Появилась мысль о том, что получаю двойной бонус: и дело сделаю, и с астралом мало-мало разберусь... Мне она нравится.

Астрал меня встретил белым маревом. Я сейчас стал воспринимать его как сметану, а себя ― почти утонувшим в ней. Подсознание так играет. Непорядок все-таки. Раньше это был мой домик, неподвластный внешнему агрессивному воздействию, а сейчас... Представляю, что внутри меня растет воздушный шар... внешняя среда сопротивляется... но мой шарик справляется ― выдавливает за пределы моего внутреннего пространства сметану. Я вздыхаю с облегчением. За стеклянным шаром клубится туманно-ватная жидкость. Представляю в стене маленькую дырочку, а себя ― дымом, маскирующимся под внешний туман, и потихоньку просачиваюсь наружу... Астрал никак не реагирует, что уже хорошо. Если бы были малейшие сомнения или агрессивное движение в мою сторону ― тут же нырнул бы обратно.

Оборачиваюсь. В стеклянном пузыре плавает мое тело. И только я знаю, что меня там нет. Балаватх в свое время подал хорошую идею, как обходить астральное внимание. Не думал, что поможет и что это является достаточно простым способом противодействия информационному агрессивному давлению самого астрала. Просто потому, что я сейчас в нем как бы растворен, меня нет... Но существует опасность совсем раствориться... Так... как же там было? Надо торопиться, а то мысли начинают плыть... Ага, находим внутри своей сущности ядро себя. Своего «я». Вытягиваем из него тонкие-тонкие, почти невидимые ниточки и раскидываем по объему своего сознания, фиксируем их на границах... Уф! Сразу стало легче. Созданный каркас пусть и невидим, но крепко удерживает мою сущность связной субстанцией. Внешняя среда перестала растворять меня... Все же опасность потерять себя в такой информационной свистопляске велика...

Пора заняться поиском. Формирую картинку космического корабля (кстати, реально классная штука, фанатам старого «Стартрека» или «Звездных войн» понравился бы) и пускаю его по волнам астрала. К нему привязаны ниточки, тянущиеся ко мне, при необходимости самодублирующиеся. Посмотрим, к чему приведет такой метод поиска.

Вскоре пошли результаты. Тпру!!! Стоп-стоп-стоп! Я быстро разорвал сотни тысяч ниток, буквально за доли секунды окутавших меня и чуть не задушивших, ― эдакий аналог погребения под валом информации. Сглупил. Признаю. Не думал, что о корабле знает так много людей, хотя мог догадаться: в открытой прессе о нем спокойно рассказывается. Что, мол, научный, что-то там исследует...

Снова создаю кораблик, но вкладываю в него уточняющие параметры. Максимальный объем информации о корабле... Нет, не пойдет ― эдак какого-нибудь техника или архитектора корабля мне даст... Хотя... Максимальный объем информации за последнее время, условная картинка на звездной карте местоположения, знание капитана корабля в лицо... И, пожалуй, чувство подчиненности корабля мне, то есть моему посылу... Вот...

Теперь пришлось ждать долго. За это время я успел укрепить свои границы без ущерба для здоровья и невидимости в астральном плане, увидеть какие-то мелькающие вокруг тени, на которые интуиция начинала рычать, воспринять чьи-то резкие эмоции гнева и любви, темным газовым платком просочившиеся сквозь меня, увидеть не связанные меж собой картинки роботов, ниндзя, космических кораблей, часть которых была нарисована в трехмерной проекции, и много чего еще. Даже голова закружилась. И вот две... нет ― пять, нет ― шесть ниточек проявились в пространстве. Я взял их руками, погладил. Они мне ответили мягкими, я бы сказал, нежными подрагиваниями. Хорошо... Работаем. Расщепляю свое сознание на шесть ручейков, которые пускаю вдоль ниточек. До самого конца. Снова вал информации, но я был к этому готов и поставил нужный фильтр (представил его как дуршлаг ― очень хорошая визуализация любого фильтра). И вот у меня в голове образуется картинка, как на трехмерном экране. Наша Солнечная система с непропорциональными, схематическими изображениями планет, камней и просто разных объектов. Кручу ее, осваиваясь. Задаю вопрос, и тут же часть пространства системы окрашивается в зеленый цвет, приближаю ― кольца Сатурна.

Ага... Точно как на картинке. Вот он, красавец. Не могу понять, почему такое четкое изображение, будто с камеры. Тут же приходит понимание, что это действительно видео с зонда, вынесенного за пределы корабля. Видимо, пойманный субъект ранее любовался этим видом, так как чувствую его остаточные эмоции восторга. А зрелище действительно завораживало: красивый сам по себе корабль, освещенный отраженным светом на фоне слабо угадываемых колец. С такого расстояния они больше напоминают скорее трудно угадываемый тор...

Ладно, потом посмотрю, сделаю свою мемокопию, чтобы иногда можно было вспомнить, а пока за дело. Формирую сложный ментально-зрительно-эмоциональный вопрос, передающий что-то вроде: «Как добраться с Земли, если нет ограничений по скорости и маневренности, но есть ограничения по позиционированию себя и окружающего в Солнечной системе». Отреагировала только одна нить, в предвкушении (так мне показалось) задергавшись. Уточняю параметры, отвечаю на невысказанные вопросы и жду...

Уф, надо зафиксировать ниточки-то. Еще пригодятся люди. Оглядываюсь по сторонам... Хм... Формирую внутри своего кокона-домика самый натуральный чугунный якорь. Огромный, шершавый такой, холодный, черный. Сбоку стекает капелька воды.. Настоящий. От такого никуда не денешься. Привязываю к нему ниточки и довольно тру ладони. Все, пора выходить и разрабатывать план. План посещения космического корабля. Я даже придумал, как сделать так, чтобы и меня выслушали, и настолько сильно поставить в тупик, чтобы... в общем, чтобы головы ломали.

Я еще раз обдумал дальнейшие шаги. В принципе для меня важнее просто двинуться в поисках сестры. Не, я не чувствую в этом острой необходимости, типа родня и все такое. Слишком много времени прошло и событий. Только воспоминания, сейчас (с моей памятью) особенно яркие, и легкий комочек возникающей теплоты при мысли о ней, но это, конечно, не является главным движущим фактором. Скорее это даже утилитарное намерение ― она может помочь обустроиться в этом ставшим таким чужим мире. Хм... Да нет, так-то я и сам могу. То есть все же родственные чувства? Пожалуй, да, и это радует.

Но и просто так кинуть детей, обманув их ожидания и веру в волшебника, я не мог. Ладно, и то и другое мне важно. Надо определиться в последовательности действий. Есть ощущение, что если я встречусь с сестрой, то будет не до пацанов и моих обещаний.

Значит, определились. С этой мыслью я и уснул.

Чтобы путешествовать по Солнечной системе хоть напрямую, хоть длинными телепортационными прыжками, мне нужно в первую очередь каким-то образом позиционировать себя в любой точке Солнечной системы. Это основополагающий момент, впрочем, не только для путешествия по системе. Хоть по тому же морю на лодке чтобы плавать. Дальше надо уметь позиционировать прочие объекты Солнечной системы. Прокладывать пути.

Решить эти вопросы можно разными способами посредством наблюдений за звездными объектами и соответствующими расчетами. Все это мне не подходило просто потому, что у меня нет обычных, используемых для этого инструментов и точных формул (на субноуте много, но несистемно и немного непонятно). Можно, конечно, использовать совсем простые формулы, но это вызывало у меня сомнения, хотя, возможно, и неконструктивные. Тот астральный объект, который отреагировал на мои запросы, результата пока не выдал. Не знаю, кто это, может, ученый какой-то, который во сне решает задачу, или кто-то другой, но быстро ответа я не получил. Вернее, кое-что мелькнуло в его сознании, но об этом ниже. Более же серьезное, может, потом выдаст. Ниточка-то у меня осталась, привязанная к якорю.

Самый простой способ ― дождаться, когда очнется Умник, и все отдать на его откуп. Все же он изначально заточен на навигацию. Но когда он очнется, не знаю. Надеюсь, что все-таки... тьфу-тьфу-тьфу!

Дальше идет не самый, а просто легкий способ, хоть и трудоемкий: засунуть в Солнце инфосервер, растопырить инфонити, то есть опутать ими всю систему, ну и ориентироваться на нити и схему, построенную по ним. Но это неудобно на дальних расстояниях: идет расширение лучей, соединять их по принципу паутины их слишком сложно, учитывая расстояния.

Другой вариант. Я умею рассчитывать градиент изменения частотно-волновых свойств пространства в любом направлении на определенное расстояние. Можно взять, разбить систему (куб, в который заключить Солнечную систему) на ячейки, для тех ячеек, для которых гарантированно можно рассчитать частотные свойства, сделать это, начиная от Земли. Для тех, где качество характеристик снижается, ― совершить туда телепортационный прыжок, уточнить характеристики и уже для дальнейших расчетов использовать уточненные данные. Это сколько же расчетов и прыжков надо сделать! Даже на автомате как минимум несколько дней, а то и больше. Надо, конечно, оценить поточнее, но все равно объем работы сразу видно. Это круто, очень круто, но сейчас мне нужно что-то быстрое. Пусть и грубое.

Надо подумать, что еще у меня есть и что можно сделать. У меня есть мой субноут с трехмерной схемой нашей звездной системы за любой промежуток истории Земли. В том числе и за сегодняшний день можно посчитать. В халявном УНИКе тоже есть такая игрушка, но там нет нужных характеристик, а именно точных расстояний, точной привязки ко времени, и нет возможности настраивать ― чисто развлекательная штука, хотя на сегодня, если сравнивать с данными субноута, показывает примерно правильно. В том-то и дело, что примерно. Интерфейс красивее выглядит, но сейчас не это главное. Главное, что я в любой момент могу узнать, где находится любой объект Солнечной системы. Просто посмотреть на субноуте. Но надо эти данные привязать к моим возможностям и моему местоположению.

Ладно, надо откалибровать субноут на реальное положение дел. Нахожу место, где сейчас пребываю. Спутниковое позиционирование на моем субноуте и бадди-компе не работают, видимо, технологии изменились, но разметка с координатами там есть. На УНИКе Артемьев показывается с координатами, которые точно такие, что и на моем субноуте в этой точке. Переношу координаты в него, нахожу место (естественно, там этого города нет), делаю отступ на то расстояние, на которое удалился от города. Ну, пойдет.

Еще бы перенести эту прогу с Солнечной системой с субноута на биокомп, но это небыстрая песня. Ладно, пока оставим.

Так, где я нахожусь, определились. Хорошо, что сейчас ночь наступила (днем отсыпался) и видно Луну. Проверим кое-что. Проверяю угол от середины Луны по субноуту и на взгляд (через биокомп и глаз-алмаз). Расхождение есть, но относительно небольшое, связанное скорее с ошибкой измерения. Нет, все же надо точнее сделать. Создаю точную горизонталь ― площадку. Направленный видеорегистратор, вариант которого так часто использую в последнее время, направляю туда же. Снова измеряю. О! Совсем похоже на правду. Теперь надо сделать то же самое с какой-нибудь планетой. На субноуте найти Марс совсем не сложно было, а вот собственными глазами... Никогда не увлекался. Ладно, направляю свой «телескоп» на угол, указанный субноутом, и в ту часть неба, где, по его наводке, должна находиться планета. Да ее и так видно, но надо по правилам делать. Хорошо, что есть точка отсчета на Земле, все эти меридианы и прочие вещи, иначе совсем бы замучился.

Марса нет на месте. На глаз-то вижу, а вот в трубе ― нет. Знать, угол неверный.

Немного смещаю свою трубу туда-сюда... Вот он! Ну да, на такой огромный объект, как Луна, наводиться для проверки соответствия углов было глупо. Так, хорошо. Вспоминаем, что на мой «корабль» не действуют силы, существующие в космосе, читай гравитационные. Я могу и медленно перемещаться, буквально шагом, и быстро, а главное ― по прямой! То есть, зафиксировав направление, теоретически я прямо сейчас могу полететь на Луну и на Марс (вот эта мысль и мелькнула тогда у неизвестного астрального помощника ― лететь по лучу). А если что пойдет не так ― просто прыгнуть обратно на Землю. Пока я держу направление, не отвожу взгляда от цели, я могу бесконечно к ней лететь. Напрямую. В реальности, конечно, это получится плавная кривая, зависящая от скорости движения. Тем не менее ― мечта всех космонавтов. Это хорошо, но надо все протестировать и позже подумать насчет нормальной системы позиционирования.

Тем временем я продолжил калибровать биокомп по всем видимым на ночном небосклоне объектам согласно данным субноута. Собственно говоря, Сатурн виден не только через телескоп, но лучше знать все направления. Кроме того, все равно могу ошибиться, выставляя на глазок: выберу какую-нить звезду рядом, и набежит потом при движении ошибка в сотни миллионов километров. Я могу увеличить изображение, и даже уже параллельно делаю это, но это не основное, надо и дополнительный вариант указания направления иметь. В общем, по максимуму наработал механизм, предельно уменьшив ошибку.

Так, вроде бы готово. Сатурн, правда, пока за горизонтом, но он мне сейчас не нужен. Следует позаботиться об экипировке. В шаре путешествовать хорошо, но он ограничивает маневренность. Например, прилечу я на... Луну, например, и что, не смогу даже погулять по ней? Придется извлечь все наши с Умником расчеты, загрузить в голову и искать решение.

Я поднял голову. Прошло больше трех часов. Устало потер глаза, хотя и не нагружал их. Фантомная усталость.

Я так и не смог определиться, как сделать так, чтобы можно было контактировать с окружающим пространством изнутри своего телепортационного транспортного кокона. Стоит только поменять параметры, как валится защита. Сейчас ситуация такова ― я могу или все внешние воздействия пропускать сквозь себя, не зная о них ничего, или надо знать их все, чтобы понимать, какие из них есть и как работают. Просто они цепляются друг за друга, и стоит убрать какой-то из параметров, как защита разваливается. Короче, без Умника не складывается. Или я что-то не учитываю. Хотя чисто радиационную защиту, кажется, создал. Можно навешивать на обычную энергетическую защиту вторым слоем. Не совсем то, что хотел, но где-то рядом. Можно будет пройтись по Луне. Но если вдруг выяснится, что на здоровье там отрицательно влияет еще какое-нибудь излучение, о котором я ничего не слышал, как и моя защита, то я его спокойно отхвачу.

Зато параллельно решил вопрос с воздухом. Ведь в телепортационном коконе остается только тот воздух, что забираешь с собой. В принципе можно брать больше или надеяться на свой медицинский модуль, который создаст кислород прямо в крови. Но это некомфортно, а надеяться на запас... Короче, механизм построен на основе копировальной-телепортационной техники. Внезапно для меня. Проще, казалось бы, взять информструктуру молекул воздуха или устоявшегося объема воздуха, а когда надо, овеществлять его. Но... Неудобно с точки зрения удобства использования. А тут ― сколько вошло выдыхаемого воздуха, да хоть и обычного воздуха, с одной стороны пленки, столько же вышло с другой стороны, но уже очищенного, то есть не очищенного, а просто другого, без углекислоты и с кислородом. С одной стороны он преобразовывается в информационно-энергетическую структуру, с другой стороны ― обратно. Только информационная составляющая меняется на этой стороне (десять тысяч ускоренных экспериментов в виртуале!). И остается немного лишней энергии, которую я преобразую в магическую. Можно было бы в тепло или еще во что-то, но зачем заморачиваться? Зато чем больше дышу, тем сильнее накачиваю этот мир магией, хе-хе... Думаю, если преобразовывать во что-то другое, то энергии может не хватить, тогда надо будет, наоборот, ее закидывать в процесс преобразования. Я, наверное, и сам не до конца понял, что сделал. Что-то вертится на заднем плане. Ладно...

Теоретически теперь от Земли я могу напрямую полететь на любой космический объект, если знаю его направление. А для многих из тех, что сегодня были на небосклоне, я посчитал параметры движения. Да и вообще, могу ориентироваться по программе на субноуте, достаточно знать мое местонахождение на Земле, нужные углы, показывающие направление, и тогда я даже вслепую смогу вылететь в нужную сторону. Потом все же лучше корректировать движение визуально, если решу не просто прыгнуть, а достаточно медленно лететь. А вот далее у меня есть два варианта: просто прыгнуть по координатам, снятым на Земле, или же, если смогу идентифицировать какой-то из объектов, находясь не на Земле, то тоже могу двигаться к нему напрямую.

Вот такая вот кривоватая, но, надеюсь, рабочая система получилась, которой я могу воспользоваться буквально сразу. Сейчас.

Можно перекусить — и в путь. Тем более что на Сириус могу уже выставить направление. Но сначала я бросил взгляд на Луну. Мы давно обосновались на своем спутнике, добываем там что-то, научные исследования ведем. Некоторые туда могут попасть даже в качестве туристов, но, разумеется, есть свои сложности. Да и что они там могут увидеть в своих скафандрах и рядом с куполами?

Ладно, допиваем чифу и наводимся на лунную станцию, которая находится под патронажем России (есть еще и англовская), благо ее нахождение не является тайной, и ее можно даже наблюдать в телескоп. Там ученые выложили большие концентрические окружности, по которым понаставили кучу лазерных отражателей. К счастью, не додумались рекламу вывесить, как когда-то давно предлагали одни чудики. Еще вроде бы используют Луну как площадку для старта межпланетных кораблей, чаще автоматических. Еще что-то делают с Луной, будет время ― почитаю про это.

Ну?! Поехали!

Система космического мониторинга поверхности планеты

Искусственный интеллект службы безопасности, отвечающий за квадрат ТБ123-45 территории России, на карте, обновляемой в режиме реального времени сетью военных микроспутников, обнаружил небольшое изменение в таежной местности. На максимальном увеличении появившееся пятно выглядело как крыша деревянного домика, скрытого ветвями дерева. Появившуюся сторожку искин оценил как браконьерскую с вероятностью в сорок два процента, особенно по параметру скорости возведения. Поднял заявки и обнаружил, что на территорию, где стоит неизвестное строение, выдана месячная заявка институту траволечения, являющемуся, по сути, филиалом медцентра. Вероятность браконьерской деятельности искин снизил сразу до десяти процентов. И так как опасность противоправных действий сильно упала, искин не стал вмешиваться напрямую, а просто по иерархии подал заявку искину, отвечающему за лесных РОКОМов-егерей, внести изменение в свой план и проверить это место как можно быстрее.

Ник

Вроде бы привычное уже зрелище ― уменьшающаяся под ногами земля. Только теперь это Земля! Движение дискретно, поэтому каждые пять прыжков по пять километров вверх делаю остановки. Казалось бы, на Лунгрии насмотрелся и налетался, но сейчас снова как в первый раз. Красивый ночной пейзаж моей родины, разукрашенный световыми гирляндами. Да, их явно меньше, чем я помнил по прошлой жизни, но все равно... От России вниз к экватору тянется полоса освещения, в европейской же части оно в несколько раз слабее. Но все же его наличие радует ― не совсем постапокалиптический мир. На востоке разгорается пламя восходящего солнца, но до рассвета подо мной еще далеко. Сижу на облаке и пью вино. Чувствую себя богом ― даже тогу сделал, как у Зевса. Жаль, что на земле это ощущение полностью пропадает, но здесь и сейчас я бог!

Кстати, меня не сносит. А вроде бы должно. Я же изолирован от окружающего пространства, а там работают свои силы взаимодействия. Грубо говоря, я остаюсь фиксированным, а все вокруг находится в движении... Но так как этого не происходит, значит, те частотно-волновые характеристики местности, которые являются неотъемлемой частью моего изолированного пузыря, влияют на него таким образом, что он постоянно как бы приколот к этому пространству. Забавно. Но нужны наблюдения, возможно, я ошибаюсь.

Нахожусь где-то на ближней орбите. Мимо проплывает какой-то аппарат. Довольно редкое совпадение: насколько я понимаю, просто так наткнуться на космический спутник почти нереально. Очевидно, он находится на геостационарной позиции, и так совпало, что я рядом пролетаю. Отправляю к нему свой летающий наблюдатель. Вид необычный ― шар, похожий на морскую мину Первой мировой войны. Торчат какие-то датчики, телеобъективы. Еще какие-то квадратные ящики на поверхности спутника. Мелькает логотип. Нет, не логотип, а надпись на китайском. Кидаю изображение в переводчик на субноуте: «Зоркое око».

Видимо, это действительно было случайностью ― больше ничего не попадается на пути. Наслаждаюсь видами...

Останавливаюсь где-то между Землей и Луной. Долго ничего не делаю, просто смотрю по сторонам. То на Луну, то на Землю. Наконец кидаю взгляд на часы ― прошел почти час. Спохватываюсь и по простым формулам рассчитываю точное направление на Сириус из этой точки, где нахожусь сейчас, хоть и так его вижу. Проверяю ― отлично! Смещения практически нет, слишком небольшое расстояние отсюда до планеты. Тем более что вот прямо сейчас, как и на Земле, я очень точно представляю, где нахожусь, так что, несмотря на возможную погрешность определения положения, это пока не имеет особого значения. Продолжаю полет.

Нет, никакие кадры, что я видел раньше, не передают картину, представшую взгляду по мере приближения к Луне. К тому же обзор ничто не ограничивает. Кокон абсолютно прозрачен, и есть полное ощущение, что лечу я сам.

Вот уже возникло чувство падения на Луну, но полет продолжается. Искусственные концентрические круги растут. Появляются многочисленные сооружения научников. Двигается транспорт, где-то в километре от жилых (или каких? Может, это не жилье?) комплексов видится какой-то добывающий... Ну, пусть будет завод. Нет, карьер с элементами завода на краю кратера. А может, это что-то совершенно другое.

Достаю субноут и запускаю радиосканер. В эфире пусто. Потом спохватываюсь, вспомнив о том, что в моем коконе нет ничего, кроме световой забортной картинки. На глаза попадается «ручка» УНИКа. Хмыкаю про себя. Выдвигаю из субноута антенну, засовываю ее в телепортационный контур, и она появляется прямо передо мной, но за пределами кокона. Вот и славненько!

Спустя три минуты субноут показал мне наличие в эфире около десятка частот, где ведутся какие-то передачи. К сожалению, все кодированные. Где-то что-то мелькало такое... Я немного напрягаюсь и вспоминаю, что когда листал общедоступную информацию, мне попалась статья, которую я проглядел по диагонали, но пара слов зацепилась за сознание. Сейчас же, вызвав ее в памяти, мысленно перечитал. В ближнем радиусе, которым считается примерно километр, стандартизован обмен информацией посредством УНИКов без использования промежуточных станций. Ну, тогда дети переговаривались друг с другом именно таким образом. Да и Миша рассказывал. Главное в той статье ― «стандартизован». То есть здесь, на Луне, ситуация скорее всего не сильно отличается от земной. Зачем использовать что-то сложное, когда есть обычные и удобные средства связи? Еще в каждом УНИКе есть бипер. Если вообще нет никакой связи и ты попал в беду, можно его включить ― он добивает на десять километров СОС-сигнал.

Так, где-то еще я кое-что видел. Достаю подаренный УНИК и листаю список программ. Бинго! Хоть он и самый дешевый, но в нем все равно есть эта штука ― локальный мессенджер. Перенастраиваю свою примочку в УНИКе ― и вот рядом с антенной субноута снаружи торчит кусок платы УНИКа, почти невидимый, микроскопический, тот, который является аналогом антенны. Надеюсь, космическая радиация ее не убьет. Не должна же облученная антенна сломаться? Тем более такая небольшая, меньше ногтя мизинца.

О! Люди везде одинаковы, я был прав. Вижу несколько открытых чатов. Только по причине примитивности моего УНИКа они все... Ну, можете представить, как выглядит смесь аудио— и видеоинформации в общем чате. В воздухе висит несколько имен, и когда кто-то говорит, его имя вибрирует, будто по нему проходит звуковая волна, и рядом, не бросаясь в глаза, показывается распознанный текст голоса (если надо, еще и переведенный на другой язык). Если передается и видео, оно показывается рядом. Касаешься пальцем ― разворачивается на весь экран. Размер регулируешь и размещаешь такие экраны как угодно. Довольно удобно, если считать, что это суррогат. Вся информация должна отображаться в виртуальном пространстве пользователя, имеющего нормальный встроенный УНИК.

Я вошел в общий чат.

― Опа! У нас появился незнакомец! ― вдруг раздался голос.

Смотрю, выскочил стандартный ник ненастроенного мессенджера ― это я. Быстро лезу в настройки и меняю имя на «Ник Админ Рутович».

― Какое самонадеянное имя ты себе выбрал, незнакомец! ― вибрирует имя Северный Олень, и рядом в окошке улыбается длинноволосый, бородатый, довольно молодой мужчина. Картинка за его спиной показывает, что он находится на базе.

Я убедился, что камера моего УНИКа выключена, и прокашлялся.

― Чем же оно самонадеянное? ― спросил я.

― Ты присвоил себе все регалии, вернее, названия, сами по себе ничего не обозначающие, но в данном случае показывающие, что ты считаешь себя спекстом... ― Мужчина крутил в пальцах какую-то палочку и после этих слов ткнул ею в экран. Ну или в меня.

― Да нет, Олешек! ― Это вступила в разговор Ветреная Особа с анимированной зацикленной фотографией очень красивой девушки в комбезе. На ней она из-за спины выкидывала вперед руку и показывала незнакомый мне жест. ― Не смущай молодого человека. Скорее всего это недавний выпускник исторического факультета, который интересуется историческим развитием электроники. Я права, Админ?

― Не совсем. ― Я про себя усмехнулся. ― Я дух погибшего сто лет назад хакера. А что такое «спекст»?

Некоторое время в эфире царила недоуменная тишина.

― Спекст ― специалист экстра-класса, ― задумчиво пробормотал Северный Олень, что-то делая. Потом он хмыкнул. ― Слышишь, Ветер, а ведь действительно странно. Я проверил: его УНИК нигде не зарегистрирован, сигнал идет откуда-то с поверхности Луны вне станции, и там сейчас точно никого нет...

― Да ладно, ― отозвалась девушка. ― Я скорее поверю, что он действительно спекст, вот и морочит нам голову.

― А мне нравится ситуация, ― вступил в разговор Лунный Обелиск (я смотрю, они тут все любят поэтические ники). ― Если хотите, я могу смотаться туда, откуда идет сигнал, и проверить. Все равно свою работу уже закончил и еду на базу.

― А давай, ― загорелся идеей Северный Олень. ― Сейчас мы тебя выведем на чистую воду, Рутович!

― А по-другому не можете, что ли? ― спросил я.

Я уже прошерстил станцию своими незримыми соглядатаями и нашел по изображению Оленя ― он передавал реальную картинку себя любимого. Ветреная Особа оказалась каким-то специалистом. Она была очень похожа на свою аватарку и в данный момент проводила эксперименты с непонятным оборудованием. А сбоку от нее висел в воздухе уже видимый мной ранее монитор с изображением чата, примерно как у меня, на который она иногда бросала заинтересованные взгляды. Видимо, ей так было удобнее. Были еще люди, но они не привлекли мое внимание.

― Зачетная у тебя прическа, Ветреная Особа. Особенно вот эта прядь бирюзового цвета, которую ты постоянно сдуваешь с глаз. А у тебя, Олень, тапочки прикольные. Белые кролики? Воспоминание детства? Или подарок девушки?

Я просто наслаждался выражением лиц упомянутых товарищей. Удивление в высшей степени.

― Я прибыл по скинутым тобой координатам, Олень, ― отчитался Лунный Обелиск. ― Так что там, у тебя действительно тапочки-кролики?

Подо мной остановился лунный автомобиль. Ну, такой специальный аппарат для передвижения. Красивый, кстати. От него разбежались в стороны какие-то мелкие роботы.

Олень проигнорировал вопрос:

― Что ты видишь?

― Ничего. Абсолютно.

― Ты не посмотрел еще вон за тем камнем, что слева от тебя на расстоянии примерно тридцати метров, ― сказал я.

Обелиск последовал моей подсказке и завернул туда. И снова я наслаждался выражением лиц: Обелиск передавал картинку в общий чат со своего УНИКа.

Я тоже посмотрел. А хорошо получилось! На длинном штоке развевается красный флаг с гербом Советского Союза, а на собственно камне выбита надпись: «Здесь был Никос Курагендариус Исис». Да, хорошая заморочка получилась. И с именем, и с флагом ― хрен свяжут концы!

― Но тут не твое имя, ― заметила Ветреная Особа.

― Ну... Еще меня и так зовут. Иногда. Ладно, братья-кролики, с вами было хорошо, но пора и честь знать.

― Ты куда? ― спросил Олень. ― Может, поболтаем?

― Да нет, у меня дела, надо еще кое-кого попугать, пока выдалась такая возможность.

― Ну ладно, удачи тогда тебе. Если что, заглядывай на огонек! ― предложила Ветреная Особа.

― Присоединяюсь к приглашению, ― сказал Северный Олень.

― Ладно, пока! Может, еще увидимся когда-нибудь. Когда меня снова выпустят на побывку из ада, ― усмехнулся я.

Лечу в сторону Сатурна куда-то в темноту. Вообще вокруг темно, как... не буду продолжать. Жалко, еще не доделал свой телескоп: что-то я не то делаю, не могу добиться чистоты картинки. Казалось бы, все просто, но где-то косяк. Вроде бы могу спокойно управлять световым потоком, но что-то упускаю. Пока продолжаю в фоновом режиме рассчитывать по формулам из субноута и моделировать. Ну и навожусь по обычной камере-инфокомпу. Вернее, мой комп, управляющий телепортацией, после каждого прыжка корректирует направление. Думаю, был бы телескоп ― можно было бы и прыжки длиннее делать, и коррекций меньше выполнять.

Еще думаю, что кое-чего не предусмотрел. Если корабль, к которому я стремлюсь, движется, то как я синхронизирую свою скорость с его? Нет, я могу прыжками все время корректировать свою позицию, но это же совсем не то. Грубо говоря, как только я окажусь рядом с кораблем, он тут же рванет дальше, оставив меня позади. Метод «здесь пропал, а там появился» не подходит для сопровождения.

И еще. Сатурн большой, как я найду там корабль? Что-то я переоценил свои умственные способности или, наоборот, слишком упростил ситуацию в своей голове.

Долго размышлял и решил использовать элементалей. Благо они у меня уже развернулись. Правда, большинство ― воздушные, но есть немного земных, и даже один ментальный. Вот его и земного я высвистал к себе. Но сначала прекратил прыжки, обернул себя в несколько слоев защиты ― здесь, в космосе, она только энергетическая, ― добавил недавно разработанный слой от радиации и развернул контролирующую сеть-шар на максимально возможное расстояние, чтобы хоть как-то предохраниться от мелких метеоритов. Мысленно перекрестившись, снял свой абсолютный кокон защиты, одновременно являющийся и телепортационным.

Внешне ничего не изменилось, но я-то все видел в магическом плане. Вроде бы все нормально. Теперь я проявился в этом мире, и элементали меня найдут. Через десять минут они оба были уже рядом. Я вздохнул ― им хорошо, они используют псевдотелепортацию, то есть там просто развоплощаются, полностью уходя в инфосеть, а здесь уже проявляются. Это еще долго ― десять минут, что-то они там доделывали, я не стал разбираться. Мне такое не светит ― боюсь, обратно душа не прицепится. Да и пока не до подобных экспериментов.

В общем, зажег я для ориентирования маленькое солнышко, оседлал земного элементаля и начал учиться управлять им в космосе. Медленно, быстро, влево-вправо и так далее. Вернее, мысленно обозначал, что мне надо, и тот тягал меня куда надо. Можно было и самому управлять гравитацией, но я боялся ошибиться на больших скоростях, с какими летают корабли, где из ориентировок ― практически не изменяющие свое положение на таких расстояниях звезды. А чтобы полностью переложить управление на биокомп или инфокомп ― все же с бухты-барахты не сделаешь. Надо свое программное обеспечение разработать, все это отработать... Лучше делать в спокойной обстановке. А тут, считай, на всем готовом ― и своеобразный искин есть, и сложные манипуляции он сам делает.

Ну, вроде бы справился. С ментальным элементалем проще ― с ним я могу держать связь и через инфосеть, так что скидывать телепортационный кокон не нужно. Нет, и для земного элементаля не нужно, но он тогда не сможет меня таскать.

В общем, успокоившись, полетел дальше. Правда, пустил ментального элементаля вперед сканировать мысленную активность. Не знаю точно, на сколько километров он берет, но теоретически, особенно в космосе, ― на огромные расстояния. Да и псевдотелепортацию для них никто не отменял.

Прошло буквально пару часов после этого, я уже устал и подумывал увеличить скорость, как вдруг мне представилась возможность проверить работоспособность своих придумок: ментальный элементаль сообщил об обнаружении где-то сбоку шести разумов. Это меня возбудило до крайности. Интересно посмотреть, кто тут шастает в космосе, в моей Солнечной системе!

Подумал-подумал и плюнул на осторожность. Направление я понял ― элементаль весьма точно его спозиционировал. В общем, посмотрим.

Где-то в космосе

Грузовоз «Прогресс-23» шел с крейсерской скоростью к астрономической станции наблюдения 53-РА в поясе астероидов для смены оборудования и замены части матриц телескопа. Дни шли за днями, экипаж из шести человек спокойно работал и отдыхал. До пояса оставалась примерно неделя неспешного хода, когда в бортовом журнале появилась интересная запись.

«В двадцать три часа сорок минут по центральному земному времени двадцать четвертого апреля две тысячи сто пятнадцатого года в мое, Егорова Романа Сергеевича, дежурство на обзорном экране появился человек-старик в головном уборе, похожем на повязку из полотенца, с длинной развевающейся бородой, на зеленом травяном ковре. Он делал непонятные жесты и затем оказался в рубке рядом со мной. (Примечание ИИ корабля. Предположительно с вероятностью пять процентов данное событие произошло вследствие произнесенных вслух Егоровым слов: «Что за фигня?!»)

— Подскажите, я правильно лечу? Сатурн в том направлении? ― спросил незнакомец.

(Примечание ИИ корабля. Егоров произнес: «Чтоб я сдох! Вроде не пил!» Дальнейшее поведение вторженца не соответствует матрице вероятной реакции разумного существа.)

Не дождавшись моего ответа, он сказал:

— Удачного полета!

(Примечание ИИ корабля. Вторженец сказал: «А зря! Но все равно удачного полета!»)

И исчез из рубки. Инцидент подтвержден записью искина корабля в двадцать три часа сорок две минуты по центральному земному времени двадцать четвертого апреля две тысячи сто пятнадцатого года».

Глава 3

Катя Орлова и Сережа Сапожников

Место скорее напоминало фантастические декорации, нежели реальность. Нечто вроде большого грота или пещеры освещали блики света, прорывающегося из-под воды озера. Оно занимало почти всю центральную часть пещеры, оставляя у стен немного сухого пространства. Стены, видимо, включали в себя или кристаллы солей, или какие-то минералы, из-за чего весело разбрызгивали падающие на них лучики света, добавляя пещере таинственности.

Однако атмосферу волшебства портила мрачная нотка: вдоль стен стояло множество неподвижных человеческих тел. Люди пребывали в некоем состоянии сна или беспамятства. Их талию, грудь и головы обвивали светлые ремни, которые крепились к стене, тем самым не давая упасть. Руки висели свободно, ничем не закрепленные.

Пленники были разные ― взрослые, старые, молодые, даже два ребенка. Тишина разбавлялась только легким плеском волн о пологий берег. И вот обычный звуковой фон нарушился. Из центра озера медленно поднялась странная фигура. Грубо слепленное тело без всяких отличительных признаков, как мог бы нарисовать его ребенок: палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек... Но человечек ли? Отсутствие одежды, внешняя бесполость, грубые, но смазанные, как пальцем пластилин, черты лица — все это намекало на искусственность.

Существо медленно стало делать обход, задерживаясь у каждого пленника. Протянув руку к спящему, оно к чему-то прислушивалось и продолжало обход. У фигуры девочки неизвестный задержался подольше. Видимо, что-то его заинтересовало, так как в его руках откуда-то появилась небольшая конструкция из кристаллов, формой напоминающая пирамидку. И эта пирамидка засветилась слабым зеленым светом. Постояв так некоторое время, существо двинулось дальше. Обойдя каждого человека, оно с легким шорохом скрылось в озере.

Тишину еще с час ничто не нарушало. Затем раздался легкий стон, а после детский голос:

― Ой, мамочки! Что это тут... ― Катя энергично поморгала, прогоняя сонную хмарь из глаз.

Протерла их руками и удивленно посмотрела на легкие, невесомые белые браслеты на руках. Это не ее. Голова не шевелилась, чем-то прижатая. Еще под грудью давило и на поясе. Неожиданно заболели ноги, как будто затекли, и девочка почти повисла на ремнях, которые удерживали ее. Взгляд испуганно метался по сторонам, девочка пыталась понять, что происходит. Достигнув какого-то уровня, страх вызвал в ее голове воспоминание одного урока по ОБЖ.

Закрыв глаза, Катя медленно вздохнула, потом так же медленно, задерживая дыхание, выдохнула. Потом несколько быстрых и неглубоких вздохов в определенном ритме и медленный выдох. Снова все неспешно и, разрывая ритм, второй вариант... Еще и еще... Мысли пришли в норму, стало легче, но туман в голове и не думал рассеиваться, а ей сейчас нужны ясные мозги. А потому...

Катя не любила это упражнение. Хотя многим друзьям оно нравилось и учиться так было удобнее, но у нее оно вызывало чисто физиологическое неприятное чувство подташнивания. Наверное, потому, что она ― одаренная, и на нее все действует по-особому. Но делать нечего. Катя представила перед собой первую часть ключа ― визуальный знак. Для нее это был обычный объемный вращающийся музыкальный скрипичный ключ. Девочка мысленно произнесла вторую часть ключа ― вербальную: «Лист зеленый и резной, сладко пахнет он мукой». Вот такое относительно бессмысленное, но легко запоминаемое детским мозгом предложение, в то же время нигде случайно не встречаемое.

В глазах сверкнуло, по телу прокатилась морозная волна, встопорщив волоски по всему телу, и, разумеется, куда без этого, резко затошнило. Зато в голове ― та же самая морозная свежесть. До звона мыслей и ясности мышления.

Голову удалось освободить до смешного легко. Катя просто сдвинула вверх довольно гибкую повязку или что там это было. Показалось, что давить перестало не только физически. Потом она огляделась, и мороз снова прошелся по коже шершавым языком. Это было страшно ― столько неподвижных спящих людей. Где-то капало, и казалось, стоит нарушить ритм этого звука, как сразу случится что-то ужасное. Но буквально через мгновение Катя облегченно вздохнула ― рядом стоял Сергей.

― Сережа! ― шепотом позвала девочка. «Оша-ша-а...» ― отразилось от стен.

Мальчик не отреагировал.

Подняв руки, Катя попыталась включить УНИК, но он никак не хотел оживать. Наверное, браслеты мешали. Катя подергала их ― вроде бы мягкие, но не растягиваются и не слезают. На глаза навернулись слезы, и стало так жутко, что в голове что-то щелкнуло, и Катя уже не помнила, как одной рукой схватила ремень на груди, второй ― на поясе и закричала. Только звука не было слышно. Раскрыв рот, девочка затряслась, а под ее ладонями стал разрушаться материал фиксаторов. Ей снова повезло. Несмотря на то что некому было прервать состояние истерики (которая порой может привести к неблагоприятным последствиям, в том числе для окружающих), почти у всех одаренных приобретающей свой собственный вид, ее остановила вода. Девочка просто в нее упала. Хорошо хоть неглубоко было, и она быстро пришла в себя, не захлебнулась.

Контроль за одаренными, вернее, за их здоровьем и параметрами организма, значительно строже, чем за обычными детьми. До сих пор мало кто понимал, что такое одаренность. У каждого она проявлялась по-своему, а организм таких детей еще более остро реагировал на обычное медицинское воздействие. Поэтому оно было весьма осторожным и продуманным. А сейчас, похоже, похитители сломали не только медицинский модуль, но и сам УНИК.

Катя вылезла из воды, зябко повела плечами. Не то чтобы совсем холодно, но прохладно. А может, от необычности ситуации и страха потряхивает. Сделав быструю разминку, девочка согрелась. Наконец она подошла к своему другу. Он, как совсем недавно и она, стоял смирным солдатиком, привязанный к стене. Катя потыкала его пальцем в живот. Видя, что не реагирует, ― ближе к подмышке, обычно трудно вытерпеть такое издевательство. Но Сергей все равно не отзывался.

― Что же делать? ― прошептала девочка.

Тишина. Все спят. Ведь спят же? Наверное, потому что она одаренная, ей удалось проснуться. А почему же еще. Так-то она обычная девочка. Все же надо Сергея освободить.

С этой мыслью Катя недоуменно оглянулась на свое место, откуда она упала. Ремни были разорваны. «Это я, что ли?» ― удивилась Катя. Ведь не помнит ничего. Вот стоит, вот ее захлестывает паника, и вот она уже очнулась от прохлады воды, вполне себе спокойная. Ладно, об этом она потом подумает.

Катя схватила ремни, удерживающие тело Сережи, и подергала их. Они совсем не поддавались. Ну, разве что чуть-чуть, как мягкий пластик, но и все. Тогда она стянула вверх такой же ремень с головы друга. Голова безвольно свесилась вниз. Аккуратно придержав ее руками, Катя подула Сергею в лицо ― просто она вспомнила, что так ее будила бабушка, когда она не хотела просыпаться. И это сработало и здесь! Сережа издал непонятный звук, то ли полувздох, то ли полустон.

― Сереженька! ― Катя потрясла друга. ― Да очнись же ты!

― А? Что? ― Мальчик приоткрыл глаза и вдруг сладко зевнул.

― Фух! ― облегченно выдохнула девочка. ― Наконец-то! Я уже думала, что только я тут одна неспящая.

― Где это мы? ― Сережа огляделся.

Стоящие люди не вызвали у него тех же чувств, что у Кати. Только любопытство.

― Нас, наверное, похитили. ― Катя устало села на камень рядом.

― Кто?

― Не задавай глупых вопросов! Откуда я знаю? ― Девочка раздраженно повела плечом.

Сережа подергал свои ремни:

― А как ты освободилась?

― Не знаю. Ремни порвались. Видимо, старые были. Помочь?

― Давай.

Катя встала. Но даже вдвоем у них не получилось хотя бы чуть-чуть растянуть ремни, чтобы выскользнуть из-под них.

― УНИКи не работают, да? ― спросил Сережа и снова стал оглядываться.

― Не работают. Думаю, сломали их нам. Или вот эти браслеты на руках мешают. У взрослых-то браслетов нет, только у нас.

― Ну-ка, попробуй залезть мне в задний карман. Чувствую, что из карманов у нас ничего не вытаскивали. Ну-ка... ― Сережа уперся руками в стену по бокам и с натугой как мог выпятил вперед нижнюю часть тела.

И действительно, Катя достала из заднего кармана шортов Сережи странный металлический квадратик.

― И что это? ― спросила она, рассматривая разукрашенный предмет. ― Серебро? Рисунок красивый.

― Подарок брата, ― ответил Сережа. ― Дай-ка сюда! Это зажигалка такая. Я хотел, как полетаем, костер разжечь. ― Мальчик откинул крышку, нажал на кнопку, и из зажигалки вырвалось небольшое, почти невидимое, но злое шипящее пламя. Сережа поднес пламя к ремню. ― Брат говорит, что это точная реплика бензиновых зажигалок, какие продавались сто пятьдесят лет назад. «Зиппо» назывались. Только начинка тут, конечно, другая.

― Да, я вспомнила. Только там колесико было, кажется.

― Говорю же, начинка другая.

― Значит, не реплика.

― Не придирайся к словам.

С каким-то протяжным свистом полупрозрачный ремень лопнул.

― Зар-р-раза! ― прошептал Сережа, перекидывая зажигалку в руках. ― Греется сильно!

Немного остудив инструмент, Сережа взялся за другой ремень. Скоро и он лопнул. И буквально тут же пламя зажигалки погасло. Сережа потряс ее, но это не помогло.

― Странно. Чего это она? Хорошо хоть ремень успел пережечь! ― Мальчик немного размял руки, ноги, пояс и посмотрел на людей. ― Может, кого-нибудь разбудим?

― Давай, ― согласилась Катя. ― Вон кто-то в униформе службы очистки. Думаю, он нам поможет.

― Как думаешь, что надо делать? ― тихо спросил Сережа, когда они осторожно, стараясь не упасть с бордюра в воду, остановились перед мужчиной.

Он был относительно молодой, лет, наверное, тридцати ― дети плохо на вид определяли возраст. Тем более что он вполне мог пройти курс омоложения.

― Видимо, то же, что и с тобой. ― Катя с трудом стянула с головы мужчины обруч, который повис сбоку, лишившись своей добычи.

Дуть в лицо не пришлось ― чистильщик почти сразу пришел в себя и молча стал смотреть на детей. Его взгляд был спокоен, как будто он прекрасно знал, что случилось. Мужчина быстро изучил обстановку и снова посмотрел на спасителей:

― Здравствуйте, дети. Где мы и кто вы?

― Мы не знаем, ― сказала Катя.

― Вот, очнулись тут. Никого, кроме нас, нет, ― дополнил ее ответ Сережа.

Чистильщик ощупал свою голову, подергал ремни, продолжая общаться:

― Меня зовут Сергей.

― И меня так же! ― обрадовался Сережа.

― Тезка, значит, ― слегка улыбнулся мужчина.

― Екатерина, ― по-взрослому представилась Катя

― Очень приятно, ― кивнул чистильщик. ― Как вы освободились?

― У меня была зажигалка ― пережгли ремни. Но она сломалась, ― грустно пояснил Сережа и шмыгнул носом. Нет, он не собирался плакать, просто прохладный воздух давал о себе знать.

― Значит, нас похитили, ― произнес мужчина. ― Меня прямо с задания. А вас?

Дети переглянулись.

― Мы на автомобе летели. ― Сережа отвел глаза. ― Вот нас вместе с ним и своровали. В реку утянули.

Сергей внимательно посмотрел на тезку, но уточнять не стал.

― Интересно... Так... Униформа на мне, в карманах, кажется, мелочи остались... Рюкзака моего нигде не видно?

Дети заозирались, но смотреть-то особо нечего было. Все и так видно.

― Жаль. А то у меня там разное лежало... Ну-ка... ― Чистильщик на несколько мгновений закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов, насыщая кровь кислородом, и вдруг выгнулся, пытаясь разорвать ремни.

― У тебя точно больше нет ничего вроде зажигалки? ― спросила Катя, глядя на обмякшее тело чистильщика. ― Может, ножик какой?

― Нет, ― покачал головой Сережа. ― А давай я сбегаю посмотрю у людей? Да и, наверное, разбудить их надо? ― Мальчик посмотрел чистильщика, который пришел в себя после запредельной нагрузки.

Тот собрался что-то ответить, но вдруг замер, глядя на середину озера.

― Тихо! ― скомандовал Сергей. Дети посмотрели туда же и увидели, что свет, исходящий из-под воды, изменился и словно стал двигаться. ― Так. Кажется, сюда кто-то идет, ― проговорил Сергей. ― Вставайте на свои места. Надеюсь, сразу отсутствие ремней у вас не заметят. Я же постараюсь отвлечь хозяев. В общем, посмотрим. Так... Не успеваем, быстро, быстро по местам!

Катю и Сережу не пришлось упрашивать. Вернувшись на свои места, они встали, как стояли раньше. Да, ремней на них не было, но кто знает, может, и так сойдет? Да и чистильщик обещал помочь, по крайней мере, дети чувствовали себя вполне уверенно с таким защитником. Жаль, конечно, что он привязан, но он же из службы очистки!

Сергей

Он спокойно смотрел на слегка подсвеченную поверхность воды и размышлял. Кто их похитил, было непонятно. В принципе такую операцию ― выкрасть чистильщика прямо во время его работы ― вполне могли организовать англы. Это в их стиле, и возможностей хватает. Впрочем, нельзя отбрасывать гипотезу, что это мог быть кто-то из наших, но зачем он кому-то сдался? Какие-нибудь запрещенные исследования? Да необходимости в этом особой нет. Конечно, напрямую над людьми никто давно уже не экспериментирует, вычислительных мощностей и лабораторий и так достаточно, но все может быть. Теоретически, обладая каким-нибудь комплексом с искусственными интеллектами, систему безопасности внутри страны можно обойти, но смысла опять же нет. Езжай куда-нибудь на никем не контролируемые территории, где остались люди, и делай что хочешь. Значит, здесь другое. Тем более что часть оборудования осталась на нем. Люди бы его сняли.

Связь заглушили, УНИКу свернули мозги. По краю сознания скользила отладочная информация, что он пытается восстановиться, но пока тщетно. Хорошо хоть его поломка никак не может повлиять на умственную активность человека, об этом изначально позаботились, когда разрабатывали подобные технологии. Детям тоже повредили УНИКи, ну или заблокировали, судя по браслетам.

Сергей незаметно для детей активировал одно устройство в поясе в виде небольшой нашлепки сбоку. Оно быстро построило вокруг чистильщика десятиметровый специальный электромагнитный энергетический каркас, по которому весело побежали наниты. Затем форма каркаса стала меняться, изгибаться, двигаться, пытаясь перекрыть все возможное пространство вокруг. Наниты снимали параметры, ощупывая все, чего могли коснуться. Плюс включился специальный мультичастотный сканер, используемый службой очистки. Это был обычный прибор, позволяющий довольно быстро определить состояние микробной и вирусной микрофлоры вокруг, наличие живой и неживой материи, прочие параметры. Был бы рабочим УНИК, вся картинка окружающего уже была бы в голове. Но Сергея и так учили работать с аппаратом. В общем, с трудом, по меняющейся цветовой палитре на устройстве при его наведении на разные стороны света, удалось понять, что в пределах доступа аппарата находится пятнадцать человек, трое из которых мертвы. Это плохо. Значит, здоровье пленников не является приоритетом для похитителей.

Сергей, когда его похитили, занимался самым обычным делом ― устанавливал полевую систему уничтожения генно-модифицированных растений и насекомых, распространивших свое влияние на часть донских степей. По розе ветров, по ареалу распространения насекомых, по другим параметрам умники вычисляли узловые точки устойчивости, воздействуя на которые, можно было дестабилизировать систему распространения заразы, а он, Сергей, вместе с другими чистильщиками претворял в жизнь эти планы. Вот он ставит цилиндр РОКОМа-улья в строго определенном месте и только запускает модуль настройки, как вот уже стоит здесь, пытаясь понять, что происходит...

Тем временем из воды медленно стало появляться какое-то существо. Сергей с отвращением смотрел на пародию на человека. Он догадывался, кто это. Когда только перевелся на работу в службу очистки, то прошел дополнительное обучение. И некоторое время было уделено чужакам, инопланетянам. Так как вероятность столкнуться с ними вне контролируемой территории все-таки была, сотрудникам рассказывали, что может произойти. Вот это и произошло. Похищенные чаще всего не возвращались, а о тех, кто вернулся, им не рассказывали. Поэтому на тренировках уделяли особое внимание психологическому самопрограммированию и контролю (помимо разных боевых техник). Впрочем, такие тренировки проходили все чистильщики, и направлены они были не конкретно против чужих, так как с ними человечество сталкивалось редко (по крайней мере, официально), а скорее вообще против любых агрессивных сущностей. Лучшими чистильщиками были ветераны прошедшей войны. И самый главный совет человеку в подобной ситуации был до безобразия простым: всеми силами стремиться освободиться и добираться до своих.

Сергей вздохнул и, заметив, что существо начало разворачиваться в сторону детей, повесил голову. Однако его рука как бы самопроизвольно дернулась. Раздался хлопок ладони о камень. Негромкий, но существо остановилось и повернулось на звук.

Снова дергается рука, как от разряда тока, снова шлепок ладони по стене. Сергей внешне представлял собой сбойный человеческий организм, который случайным образом освободился и находится в состоянии дисфункции. Именно такого внешнего эффекта он добивался.

Сработало или нет, но, увидев непорядок, особенно то, что голова человека освобождена от удерживающей повязки, существо, не оглядываясь, быстро направилось к пленнику. Шлепки ног в этот раз сопровождали какие-то звуки, как будто кто-то говорил на непонятном языке в ускоренном темпе.

Протянув руки к пленнику, существо вдруг замерло, встретившись с прямым взглядом человека. Одна... две... три секунды неподвижности. И вдруг все понеслось вскачь. Существо дернулось, но этим самым вызвало взрывную реакцию человека. Тот ловко схватил правую руку похитителя, потянул ее вниз-вправо, разворачивая противника боком, а потом спиной к себе, а левой рукой перехватил шею уже повернувшегося существа. Резкий рывок, к сожалению, не привел к перелому позвонков, и существо стало бить руками по сторонам. Один удар попал по голове Сергея и содрал часть скальпа, слегка его оглушив. Однако чистильщик лишь на мгновение замер, а потом как-то невнятно хэкнул, выгнулся и все-таки сломал врага. Тот еще продолжал бессистемно дергаться, но по этой беспорядочности было видно, что ему настал конец.

― Не бойтесь, дети! ― прохрипел Сергей. Все же усилие было чрезмерным ― он надорвался. ― Это был РОКОМ. Просто РОКОМ.

― Вам плохо? ― спросила девочка, опасливо перешагивая лежащее тело.

Мальчик же присел, дотронулся до лица существа и понюхал палец. Мельком глянув на чистильщика, потом на девочку, он столкнул тело в озеро. Оно стало медленно погружаться под воду.

― Зря... Впрочем, в любом случае вам надо убегать отсюда, ― немного отдышавшись и прислушиваясь к боли внутри, сказал мужчина.

Быстро достав небольшой пакетик с полпальца длиной, он сжал его в руках, и тот лопнул, как зерно кукурузы на сковороде. Из кулака полезла вата. Получился довольно большой кусок, даже с излишком. Сергей прижал его к ране на голове. Медицинский модуль, к сожалению, тоже не работал.

― Нам? А как же вы? ― Девочка смотрела на Сергея чистыми детскими глазами.

Ему даже стало неловко, будто он обманывает ее.

― Боюсь, времени совсем не осталось. Смерть... поломка их РОКОМа, ― поправился чистильщик, ― вряд ли осталась незамеченной. Сергей, возьмите спаспакеты. ― Мужчина достал из правого и левого карманов комбинезона два небольших предмета. ― Вот, как пользоваться, знаете?

Дети недоуменно покрутили в руках небольшие цилиндры.

― Вижу, что нет. Объясняю... ― Неожиданно Сергей надрывно закашлялся. ― Вот же ж! Ладно. Видите, по центру разлиновка, делящая пакет напополам? Поверните половинки в разные стороны, как будто хотите их скрутить... Вот так. Видите, с обеих сторон выскочили гибкие концы? Вытяните и соедините друг с другом. Сами схватятся, вот так. Получилось кольцо. Не бойтесь, потяните, чтобы его побольше сделать. Так, чтобы голова пролезла. Хорошо. Теперь поверните половинки в обратную сторону.

― Ах ты! ― восхитился Сережа, наблюдая, как кольцо затягивает переливающаяся пленка. ― Красиво! Правда, Кать?

Девочка кивнула и дунула на пленку.

― Нет, пузырь не надуется, ― улыбнулся чистильщик. ― Теперь просовывайте голову сквозь кольцо, натягивая пленку. Вот так. ― Мужчина снова улыбнулся, глядя на то, как дети дурачатся. Мальчик пытался языком проткнуть натянувшуюся по лицу пленку, а девочка изображала удушье. ― Все, поиграли и хватит. Нащупайте на цилиндре шершавую кнопку и нажмите.

После указанных действий кольца, которые сейчас находились на уровне шеи, чуть-чуть зажужжали и стали втягивать в себя концы, уменьшая диаметр кольца.

― Не бойтесь, ― поспешил успокоить чистильщик в ответ на испуганные возгласы детей. ― Как видите, теперь пакет плотно прилегает к шее, не пропуская внешнего воздуха. Вот сейчас... Ага, пузырь надулся. Теперь вы в скафандре... Механизм спаспакета сейчас пропускает через себя внешний воздух и фильтрует его. Если опуститься под воду, он будет добывать кислород из воды. К сожалению, водород, получаемый во время реакции, как и выдыхаемый углекислый газ, будут уходить в воду, демаскируя вас. Так что в случае чего придерживайте дыхание, чтобы вас не заметили. Но это неважно.

― Это можно так и жить под водой? ― спросил Сережа, тыкая пальцем в пузырь.

― Нет. Ресурсы пакета небольшие, ведь кислород нужно еще разбавить нейтральным газом. Обычно азотом. Механизм его получения внутри аппарата. Но не буду вам мозги засорять лишней информацией. Пока важно то, что я сказал. Возможностей пакета с гарантией хватит на час... Хм, учитывая ваш возраст, ― где-то на полтора часа. Это под водой. В воздухе его ресурса хватит на пару суток. В общем-то, эта работа под водой ― дополнительный бонус. ― Мужчина прикрыл глаза, пощупал пальцами что-то у себя в районе живота, а потом на уровне паха, поморщился. ― Вот... Так что если будет возможность, выходите на воздух, чтобы продлить ресурс пакета. ― Сергей помолчал. ― Я бы разрешил вам посмотреть, что у людей в карманах, но времени, чувствую, совсем нет. Разве что хватит, чтобы сорвать блокирующие повязки, ― пробежитесь по-быстрому перед погружением. Может, вам повезет больше. Ну, удачи.

Дети будто только сейчас поняли, что им предлагается идти в воду. В неизвестность.

― Туда? ― переспросила Катя, с легким страхом глядя на шевелящуюся и переливающуюся в скудном освещении воду.

― Туда, туда. И поторопитесь. Времени нет. Кстати, не забудьте подобрать камни для балласта ― вон там, к счастью, лежат кучкой. А то могут быть проблемы с погружением.

― А что нам делать, когда выберемся?

― Найдите людей с работающими УНИКами или попробуйте снять браслеты со своих рук ― думаю, они блокируют ваши. А там слушайтесь людей из службы безопасности.

― Милиционеров, что ли? ― спросил мальчик просто так, чтобы не молчать. Он потрогал рукой воду и попытался рассмотреть, что там под поверхностью.

Чистильщик улыбнулся, услышав народное название безопасников, которое с недавнего времени снова вошло в обиход.

― Именно.

Глядя, как дети пытаются подобрать себе груз, чтобы нормально погружаться под воду, Сергей мысленно подгонял их. Он ничуть не сомневался, что нахождение тут — огромный риск. В России за похищение, угрожающее жизни человека (а сейчас дело обстояло именно так), особенно ребенка, грозило очень серьезное наказание. Вплоть до смертной казни, если последствия были тяжелыми. С одной стороны, это значительно снизило процент такого рода преступлений, количество которых в последние десятилетия и так сократилось до минимума (повсеместное внедрение техники с искусственными интеллектами тоже сыграло свою роль), а с другой ― давало понимание, что если тебя похитили, то скорее всего живым не выпустят. Поэтому он так легко пошел на убийство чужого. Вероятность того, что это не РОКОМ, очень высока, Сергей хорошо запомнил глаза этого существа. К счастью, дети не догадались. Хотя тезка, возможно, и понял, но не стал расстраивать девочку ― хороший человек растет.

Им повезло, что у чистильщиков в связи с особенностями их работы есть миниатюрные спаспакеты, обычно используемые для спасения от газов, насекомых, микробов и прочей миниатюрной биологической опасности для гражданских. И повезло, что их не обыскивали. Да, все-таки их похитили инопланетяне. Подумать только! Еще лет сорок назад они все еще считались выдумкой, хотя уфологи уверяли в обратном. Да и документы из архивов раскрывались порой довольно интересные. В общем, факт наличия чего-то был, а официального признания так и не последовало. Пока однажды в прямом эфире, когда все человечество следило за высадкой уже второй экспедиции на Марс, прибывшей туда для строительства базы, не появились они. Большой, километровой длины корабль медленно плыл мимо заинтересованных марсонавтов. А потом он стал стрелять. Как-то так лениво, походя. Этого было не скрыть, слишком много камер снимало все происходящее и с Марса, и с орбиты. Последние из наших астронавтов погибли где-то через неделю. Все системы жизнеобеспечения были уничтожены, а наладить какую-то альтернативу просто не хватило времени и ресурсов. Дольше всех продержался иранец Дильшаду, как меньше всех пострадавший. И умер он так, что стал кумиром Ирана: в последние часы перед тем, как у него закончился воздух, он намеренно сумел довести себя до такого религиозного экстаза, что будто бы и не заметил своей смерти. Так и умер во время молитвы с улыбкой на лице, в типичной позе на коленях в направлении Земли на обрывке термозащитной пленки вместо коврика.

Вот так и начались сложные и странные взаимоотношения землян и инопланетян.

К слову сказать, базу на Марсе все же построили, но как обеспечивается ее безопасность, Сергей не знал.

Филиал медицинского центра

― Уважаемая Елена Васильевна! ― с нажимом произнес капитан службы безопасности. ― Возьмите себя в руки! Вы же врач!

― При чем тут это?! ― Женщина взяла себя в руки и понизила тон. ― Мне уже пять дней ничего не известно о нахождении внучки! Неужели со всеми этими вашими железками, напиханными в людей, вы не можете отыскать ребенка?! Тогда зачем все это? ― Женщина обессиленно села в кресло.

Стены рабочего кабинета в собственном домовладении уже не радовали. Люди, глядящие на нее со старых картин, будто усмехались. Особенно бесила репродукция Моны Лизы: ее улыбка ― мол, знаю, но не скажу ― вызывала лишь раздражение. Поэтому она предпочитала находиться на работе, иногда это отвлекало от проблем.

― Елена Васильевна, ― успокаивающе произнес ее собеседник, ― ну вы же понимаете, что мы делаем все возможное. Тем более что ваш муж, генерал Орлов, взял это дело под личный контроль.

― Он в другом ведомстве, ― машинально произнесла женщина.

― И тем не менее. Не стоит забывать, что начинал он в нашем ведомстве, самостоятельно прошел все служебные ступени, особенно в тяжелые для нашей страны времена, и мы его помним и уважаем. Впрочем, мы и так делаем все возможное для поиска детей.

― Но почему? ― Женщина судорожно вздохнула. ― Почему вы не можете их найти? Ведь у нас есть все эти новые технологии! При желании мы можем проследить шаг любого человека, где бы он ни был! Найти его где угодно! Хоть на дне моря! По крайней мере, нас в этом убеждают!

― Все верно, ― нахмурился капитан. ― Но только до тех пор, пока нам не мешает кто-то, настолько же развитый технологически, как мы.

― Что, хотите сказать, это англы? ― Елена Васильевна скептически скривила губы. ― Зачем им наши дети? Чем их могут заинтересовать моя внучка и ее друг?

― Мы не знаем пока, ― покачал головой капитан. ― Прорабатываются разные варианты. Могу лишь обещать, что мы будем вас держать в курсе поисков.

Высокий статный мужчина в строгом пиджаке обнял стоящую у окна женщину:

― Леночка, ну успокойся. Ты же знаешь, что мы делаем все, чтобы найти детей. Не забывай, Катя и моя внучка!

― Я знаю, Коля, ― вздохнула женщина и слегка расслабилась. ― Просто я боюсь. А ты дома почти не появляешься и вообще ничего мне не сообщаешь.

― Прости, ― повинился мужчина. ― Стараюсь ускорить поиск. От дочки ничего не было?

Елена Васильевна слегка дернула плечом:

― Сам же знаешь, сеансы связи с кораблем нерегулярны.

― Ну, может, и хорошо, что пока не в курсе, ― вздохнул мужчина и сильнее прижал к себе жену. ― А Толик?

― Не знаю. Пришел, посидел молча, да и отправился обратно... На работу, наверное. Как будто и не его дочку похитили.

― Главное, что у них со Светкой все хорошо.

― Странная все-таки у них семья. Не думала, что доча влюбится в такого ботана, как Толик, да еще и родят такую дочку.

― Ничего-ничего... Моих неандертальских мышц хватит на обе семьи.

Елена Васильевна совсем несолидно шмыгнула носом:

― Вы же найдете их?

Генерал Орлов только крепче обнял свою жену.

Окрестности Сатурна, борт корабля «Луч»

Красивая, ближе к кофейно-молочному цвету, если не сильно присматриваться, планета. Медленно, почти незаметно для глаза меняющиеся полутона, иногда разрываемые резкими росчерками взбаламученной поверхности. Огромный вихревой шестиугольник на Северном полюсе ― совершенно не укладывающаяся в голове картина мира, в котором может несколько раз поместиться Земля. Эта фигура ― следующая цель их исследований, возможно, на долгое время. Потрясающие размеры. А на экваторе набирает силу обычный для этой местности ветер, его скорость уже достигла тысячи километров в час, и это еще не предел. Впрочем, сейчас вопрос не в Сатурне.

Игорь Анатольевич, капитан исследовательского корабля «Луч», перевел внутренний взор на текущую цель исследования ― Япет, который на виртуальном экране сразу приблизился и оброс текущей информацией. Странный двуликий спутник Сатурна, с одной стороны черный, как мавр, с другой, противоположной от планеты, ― белоснежный белый медведь. А разделяет его пополам огромный экваториальный хребет, опоясывающий спутник. Эдакий здоровый грецкий орешек, которым когда-то играли древние боги на своей поляне.

Капитан нахмурился. Уже второй исследовательский роботизированный комплекс в виде большого аморфного шара, меняющего свою форму по мере надобности (например, приобретая очертания длинного, толстого слизня-червяка ― лучшая форма для передвижения в глубокой черной пыли), начинает сбоить после нескольких часов работы на поверхности. С обратной стороны, где РОКОМы в виде пауков либо тележек на колесах или гусеницах проводят заборы материалов, таких проблем пока нет. Плюс небольшой, быстровозводимый мобильный купол для персонала, чтобы не летать отдыхать на корабль. Месяц стоял напичканный аппаратурой, прежде чем в него вселились жители. Обычно два исследователя. И тоже никаких проблем.

На внутреннее тактическое окно командирского УНИКа выводилась вся текущая информация по кораблю, исследованиям и окружающему пространству, а также по корабельным событиям, группируясь и сортируясь согласно текущей необходимости: или в разных слоях виртуального пространства, или выпирая пиками ближе к точке внимания, если приоритет информации повышался.

― Капитан! ― Слева всплыла видеокартинка Ефима Сергеевича, заведующего исследовательской технологической секцией корабля. ― Нужно возвращать сбойный РОКОМ с черной стороны Япета, а то потеряем.

― Не разобрались, что выводит их из строя?

― Пока нет, ― покачал головой главный инженер по исследованиям. ― Есть подозрение на какое-то излучение. Хотя это может быть что угодно, так как сбои начинают накапливаться и регистрироваться в системах сцепления макрочастиц аморфного материала поверхности РОКОМов, механизм чего нам пока непонятен. Разбираемся.

― Добро, ― кивнул капитан. ― Свой план по сбору материалов РОКОМ выполнил?

― Нет. Еще часов шесть. Но если оставить его там ― думаю, его остатки нам уже будут не особо нужны. Расчеты показывают, что он просто распадется, деструктивные изменения пойдут по нарастающей. Я отправлю замену. К тому же надо кое-что опробовать.

― Хорошо, Ефим Сергеевич. Меняйте план работ по своему усмотрению.

Инженер пропал, но тут же появился их главглаз, отвечающий за системы наблюдения и защиты корабля, сокрытия его излучения.

― Да, Петр? ― Капитан корабля покосился на мужчину.

Тот как-то нетипично для себя мялся, не решаясь начать разговор.

― Капитан, тут что-то непонятное. Не пойму, то ли у меня с головой не в порядке, хоть УНИК и говорит об обратном. То ли глюки и у нашего БУНИКа тоже.

Капитан слегка приподнял бровь:

― Не думаю, что наш искин способен сойти с ума. Что случилось?

― Ну вот, в общем. Сами посмотрите... ― Перед капитаном появилось изображение Сатурна. Камера вдруг уехала немного в сторону и стала приближать черноту. Ближе, ближе, ближе... Спустя какое-то время появилось... ― В общем, ― продолжил Петр, ― БУНИК через телескоп делал очередные фотографии окружающего пространства по заложенной программе исследований, вернее, во время его тестирования перед работой, когда наткнулся на это...

На фоне космоса, освещенный отраженным светом, в вакууме висел зеленый коврик, на котором в странной задумчивости сидел старик в восточном антураже: золотой (парчовый, наверное) халат, на голове небольшая чалма с пером, хм... кажется, павлина. И смотрел он на Сатурн. Периодически старик вдыхал дым кальяна, стоящего у ноги, и выпускал его в сторону планеты.

― Это в реальном режиме времени?

― Да.

― Пишется?

― Естественно. Что будем делать, капитан?

Игорь Анатольевич немного подумал. И через мгновение рядом всплыла голова Светланы Орловой ― главврача корабля.

― Да, Игорь Анатольевич? ― спросила она.

― Сколько времени займет полная проверка воздуха корабля на наличие галлюциногенов?

― Что-то случилось? ― удивилась главврач.

Капитан перекинул ей наблюдаемую картинку.

― Пять минут, ― ответила Светлана. ― Хотя это бесполезно. Если мы все видим одно и то же, значит, ищите сломы в технике.

― Тут все нормально, ― вмешался главглаз и недовольно фыркнул. ― Я уже сто раз все перепроверил.

― Значит, проверьте в сто первый раз, ― сказал капитан и резко замолчал. Старик на ковре вроде как встрепенулся и повернул голову в их сторону. Затем встал, слегка поклонился, дотронувшись рукой до своего лба, потом до сердца. ― Вы тоже видели, как он поздоровался с нами?

― Да.

― Угу.

― Ну, тогда... ― Капитан вскинул ладонь к голове и отсалютовал.

― К пустой голове... ― начал главглаз, но был перебит капитаном:

― Отстань, мы полувоенная структура.

Внезапно старик пропал. Все вздохнули то ли облегченно, то ли разочарованно.

― Вот и все... кажется...

― Капитан! ― Петр перекинул новое изображение.

Прямо с экрана на них смотрел глаз. Огромный глаз, занимающий всю область восприятия. Вот он моргнул, пошел в сторону, и его место занял второй глаз.

― Откуда это?

― С камеры на обшивке корабля. ― Главглаз смотрел куда-то в сторону. ― А вот пересекающийся вид с другой камеры.

На другом экране появилась картинка, показывающая часть обшивки корабля. На ней топтался тот старик, заглядывая то левым глазом, то правым в объектив камеры.

― Пойду-ка я все же запущу процесс проверки корабля на наличие галлюциногенов, ― сказала Светлана, не отводя взгляда от виртуального монитора.

Старик постучал согнутым пальцем по экрану. Вернее, по объективу.

― Тук-тук, ― озвучила событие врач.

― Что будем делать, капитан?

Капитан вздохнул.

― Андрей Николаевич! ― обратился он, подключив к конференции еще одного человека. ― Это, кажется, по вашей части. Возможно вторжение.

Подтянутый мужчина с нашивками майора службы безопасности молча стал знакомиться с информацией, а остальные приступили к информированию того, кто мог хоть что-то предложить в непонятной ситуации.

― Воздух чист, ― сказала Светлана. ― Сейчас еще еду и воду проверю.

Ник

А красивый все-таки этот Сатурн! С близкого расстояния просто завораживает. Честно говоря, не ожидал, что буду чувствовать себя так хорошо в одиночестве. Раньше, давно, еще до моих приключений на Лунгрии, оно обычно вызывало у меня чувство, что жизнь проходит мимо, что я упускаю возможности ли, события ли, саму жизнь. А сейчас все с точностью до наоборот: это все вот мое, самое главное. Остальное ― суета сует. Нет, интересная суета, кто же спорит, но и без нее мне вполне комфортно. Это как сверху на шахматную доску смотришь: вроде и в игре, но самому попасть на доску не хочется...

Опыт использования ментальных элементалей для поиска разумной жизни я признал успешным. Поэтому ничего удивительного, что применил именно его для поиска главной цели ― корабля «Луч». Пока элементаль искал, я крутился вокруг Сатурна, любуясь им. Посмотрел, из чего состоят кольца, ― в основном лед и прочий мусор. Куча спутников ― богатая на них планетка.

Потом меня заворожили плавные течения газа на Сатурне, особенно на его северном полушарии, фактически на полюсе. Трудно было как-то воспринять, что вот эта красота ― многоугольник ― всего лишь природное образование.

Здесь меня застигло сообщение элементаля об обнаружении корабля. Теперь я получше подготовился, и элементаль не просто так летал. У него появилась функция снятия частотно-волновых характеристик, как и у воздушного, плюс он научился скидывать моих никому не видимых летающих шпионов, которые тут же облетели весь корабль и зафиксировались на всех возможных точках для наблюдения. Чтобы ничто не прошло мимо моего внимания.

Что я могу сказать про корабль? Просто красавец. Мне, конечно, не с чем было сравнивать, кроме как с фантастикой, но все равно. Около километра длиной абсолютно черный брусок, зауживающийся к носу (непонятно, зачем, если аэродинамические формы в космосе не имеют значения), из которого в разные стороны торчат то там, то сям антенны, башенки разного назначения. Интересно, как решена у них проблема теплообмена с окружающей средой? Черный цвет не особо способствует ― быстрее нагревается на солнце, правда, и остывает быстрее за счет инфракрасного излучения. Наверное, в корабле используется какая-то техническая хитрость. Хотя вдалеке от солнца-нагревателя, может, так и лучше.

Я бы назвал корабль не «Луч», а «Бородавчатый пупырыш». Это название ему больше подходит. В целом вроде бы давно признано, что лучшая форма для космоса ― или шар, или сплюснутый блин (тарелка), но, наверное, сейчас пока еще у нас, землян, в техническом плане до этого не дошли или по какой-то причине посчитали неприемлемым.

На некотором расстоянии от корабля (сотни метров и даже километры) летали... ну, дроны, видимо. По размерам не для людей. Какие-то технические выносные приблуды.

Самым удивительным для меня было то, что гравитация на корабле поддерживалась вполне нормальная, земная. Правда, не везде и не совсем равномерно. Ближе к боковым стенкам раза в два где-то снижалась. Долго мои шпионы искали, но, кажется, нашли то, что генерировало гравитацию, ― с десяток сплюснутых шаров вдоль всего «пола» корабля. Внутри них происходили какие-то процессы, визуально никак не отслеживаемые. Даже нырнув внутрь устройства, мои шпионы ничего вразумительного передать не могли. В целом гравитационное поле распространялось от корабля всего лишь метров на сто. В общем, я был рад своим соплеменникам, что придумали такую штуку. Смущало одно ― скорость развития технологий за каких-то полвека, чтобы придумать такое. Я лично не помню, чтобы в мое время даже говорили об управляемой гравитации. Обязательно надо поискать информацию в местной сети.

В какой-то момент я понял, что можно аккуратно, не давя на психику своим внезапным появлением, легализоваться. Так сказать, зайти издалека. Один из команды собирался работать с выносным телескопом и направил его как раз в сторону Сатурна, вернее, рядом с ним. Мне повезло, что картинка выдавалась на большой экран, а не на УНИК оператора, и я мог корректировать свои действия. Пока он там тестировал аппаратуру, приближая и удаляя изображение (прикольный телескоп ― не знал, что такие, с изменяемым фокусным расстоянием, бывают), я сумел определить, куда он смотрит, и переместился в нужную точку. Не скажу, что было легко, но справился. Дальше телескоп уже сам меня зацепил и автоматом скорректировался и сфокусировался на объекте, которого тут не должно было быть. Эта функция аппарата тоже порадовала. Умные все же люди! Потом дождался, когда на меня обратит внимание командир, и поздоровался с ним. Ну и с его командой. А потом, видя, что они долго не могут прийти к какому-то выводу, переместился на крышу корабля (гравитация на «крыше»корабля оказалась раза в два ниже привычной и меньше, чем внутри корабля) и вежливо постучался.

Борт корабля «Луч»

Долго майор службы безопасности рассусоливать не стал:

― Капитан! Сразу скажу, что плана поведения при таком вторжении у меня нет. Наши умники много вариантов рассматривали, но такого...

― Хорошо, что вы предлагаете? ― устало спросил Игорь Анатольевич.

― Несомненно, неизвестность ― худшая опасность, ― сказал Андрей Николаевич. ― Поэтому предлагаю простые вещи: провести переговоры, по их результатам и будем решать, что делать. Необходимо вооружиться, перевести автоматизированную систему безопасности в активный режим, это я уже сделал. На всякий случай дополнительно я активизировал экспериментальные БРОКОМы — боевые роботизированные комплексы.

― Ай, шайтан, какой умний!

Участники конференции переглянулись.

― Кто это сказал? ― наконец спросил капитан.

― Тук-тук, ― сказала Светлана Орлова и нервно хохотнула.

Все посмотрели на изображение старика, который все так же мелькал на экране и в этот момент снова постучал по камере.

― Уважаемые дэвы! ― обратился старик. И что характерно, все его услышали. ― Мине пичальна видеть, что таких умних дэвов заточили в этой странной лампе. Я сделаю все, чтобы вас вынуть из плена! Прямо сейчас сделаю!

Лицо старика выражало искреннее негодование и участие. Члены экипажа «Луча» оторопели.

― Э-э-э... Стойте! ― воскликнул капитан и вытер неожиданно выступивший пот на лбу. Недовольно покосившись на майора, который как ни в чем не бывало спокойно продолжал следить за обстановкой, он сказал: ― Не надо нас вытаскивать отсюда.

― Как — не надо? Почему не надо? Зачем не надо? ― недоуменно спросил старик. ― Я посмотрел ― чар на лампе нет. Даже последователи великого Сулеймана рядом не стояли, какой позор — лампа даже светить не может! Сейчас только чик-чик сделаю, и дырка будет. И ви будити свабодни! ― с вновь прорезавшимся акцентом, который у старика гулял в широких пределах, сообщил он.

― Это наш дом, ― пояснил капитан. ― И одновременно корабль. То есть корабль-дом. ― Капитан непонятно почему старался упростить свою речь. Простота старика, что ли, так действовала?

Старик в удивлении раскрыл рот:

― Ай, шайтан! Я же сказал, что ви — умние дэвы! ― Он развернулся, сцепил руки за спиной и стал ходить туда-сюда, что-то бормоча. Полы его халата развевались. ― Вах... корабль-дом! Не лампа! Шайтан-корабль! Дэвы как шайтаны! Умно! О! Да! ― Старик как будто что-то вспомнил и снова повернулся к камере: ― Забыл! Старость ― не радость! Кто у вас папа Тольки?

― Кого? ― удивилась Светлана.

― Тольки! Он сказал, его папа ― самый важный дэв! «Капитан» называется!

― Толик? ― с сомнением уточнил Игорь Анатольевич.

― Ну а я как сказал? ― раздраженно проговорил старик. ― Так и сказал ― Толька!

― Ну, я капитан, ― пробормотал Игорь Анатольевич, переглядываясь с остальными.

― О! Тогда я зайду, у меня письмо для тебя от сына. ― Старик отошел и с интересом стал присматриваться к технологическому люку под ногами.

― Оттуда не войдешь, ― неуверенно сказал капитан.

― Я знаю, ― кивнул старик. ― Там какой-то шайтан-таракан ползает. Интересный.

Игорь Анатольевич посмотрел на майора, но тот ответил ему честным взглядом и слегка пожал плечами.

Внезапно люк, на который смотрел старик, резко распахнулся, и из него выскочила боевая модификация РОКОМа. Капитан посмотрел на майора уже укоризненно. Но тот не отвлекался от происходящего, подавшись вперед.

― Вах! ― промолвил старик, и БРОКОМ остался висеть в вакууме, не успев приземлиться и раскинув в стороны свои суставчатые ноги. И даже не дергался. ― Хороший голем.

Секунда, и БРОКОМ вдруг разделился на множество частей. Его будто разорвали на части. И эти части продолжали висеть над поверхностью корабля.

Майор вздохнул, глянул на капитана и отрицательно покачал головой.

― Хороший, но глупый голем. Но мне пригодится.

Части бывшего БРОКОМа снова сложились вместе, и к старику подошел уже подчиненный ему «голем». Он опустился на колени, чтобы старик мог на него взобраться. Наездник поерзал на неудобной спине БРОКОМа, сделал пасс рукой и достал откуда-то маленькую то ли подушку, то ли стульчик. Прикрепил к БРОКОМу и довольно улыбнулся:

― Ну, тогда моя щас будет.

Ник

Какие-то странные они. Точно не военные. Разве что майор с настоящей военной жилкой оказался. Вернее, не с военной, а со спецслужбинской. Но в целом ничего так люди. Спокойно восприняли мое появление и даже не спросили, как я в вакууме не дышу! Или дышу.

Девушка, их главврач, была весьма симпатичной и спокойной. Мой взгляд почему-то постоянно на ней задерживался. Капитан, отец Толика, тоже нормальным оказался. Я думал, в меня будут стрелять, ловить, что-то еще делать, ан нет! Майор вообще душка ― средство передвижения подогнал. Правда, я немного ему не поверил и сначала разобрал их робота, уничтожив электронику, а потом собрал обратно уже по технологиям големоводства (расту, однако!).

― Ну, встречайте, ― сказал я и переместился внутрь корабля.

Борт корабля «Луч»

― Вах! ― Старик схватился за сердце, когда капитан резко обернулся на цокот за спиной. ― Зачем пугати старого волшебника? Что я вам плохого сделаль?

― Прошу прощения. ― Игорь Анатольевич с неудовольствием отметил у себя в голосе нотки неуверенности и нервозности. И почему-то не срабатывает никогда ранее не сбоивший психологический запуск концентрации и очистки мозгов. Да и вообще, изначальные попытки перейти в любой из психологических режимов плыли, никак не давались в руки, и точки привязки расплывались в какой-то мути. ― Сам нервничаю, встречая такого необычного гостя.

― Правда? ― расплылся в улыбке старик, быстро спрыгнул с бывшего БРОКОМа, подбежал к Игорю Анатольевичу обнял его как родного и похлопал по спине. ― Ничего-ничего, ты еще молодой, поживешь с мое ― ничто тебя дергаться не заставит, ― назидательно проговорил старик, словно забыв о том, что недавно хватался за сердце. ― На, скюшай шоколядку, сразу спокойный будешь! ― Он достал из засаленного кармана (при ближайшем рассмотрении сразу стало ясно, что халат-то не только не новый, но, похоже, и никогда не стиранный), шоколадку и стал пихать ее в руки Игоря Анатольевича.

Капитан с некоторым внутренним дискомфортом глянул на подарок. «Пик Ник на Луне» ― прочитал он. Игорь Анатольевич поднял голову на шебуршание и содрогнулся, увидев, как старик (с одним торчащим зубом ― только сейчас заметил) с удовольствием ест такую же шоколадку прямо вместе с оберткой.

― Хороший у тебя сын, ― тем временем произнес старик, с сожалением оглядев пустые ладони. ― Толька. Великим дэвом станет. Совсем как ты.

― Ах, да. ― Капитан попытался собраться с мыслями и мельком глянул на пшикнувшую дверь, в которую вбежала Светлана Орлова и резко остановилась, уставившись на старика. ― Сын. Вы говорили, что у вас есть для меня от него письмо?

― Вах! ― сказал старик. ― Какая женьщина! Аль Багдади к вашим услугам! ― Он сделал что-то вроде книксена. ― Вот, читай. ― Старик махнул рукой, и перед лицом у капитана повис пергамент золотого цвета. ― Кончишь читать ― пальцем ткни кляксу внизу. ― Старик встрепенулся, наконец отвел глаза от оцепеневшей девушки и взгромоздился на БРОКОМа. ― Я посмотрю твой шайтан-изба.

Дверь снова пшикнула, и непонятный старик пропал. За ним выбежала Светлана.

― БУНИК триста сорок восемь! ― строго сказал капитан.

― Слушаю, капитан! ― раздался голос из ниоткуда.

― Почему ты открываешь двери кому ни попадя? Разве ты не видишь, что это чужак?! И разве майор не активировал внутреннюю систему безопасности?

― Активировал. Однако анализ ситуации показывает, что вероятность неприятностей от этого существа — около пяти процентов. Кроме того, дверь он открыл самостоятельно, при этом сломав внутренний механизм запора. Таким образом, исходя из низкого уровня опасности и невозможности что-либо реально противопоставить вторженцу, я принял решение не мешать ему и, где возможно, сохранять технику от поломок.

― Ни черта не понимаю. ― Капитан потер лоб. ― Контроль объема?

― При появлении незнакомца произошел некритичный и небольшой прыжок внутреннего давления корабля. Нанитам пробиться к нему нет возможности, для меня он представляет собой просто пустой пузырь воздуха. В связи с тем, что на текущий момент на корабле около десятка таких пузырей, только уже без старика, могу предположить, что он может находиться в любом из них, а сам старик, возможно, — иллюзия.

― Прочие излучения? Сканирование? Хоть что-то?

― Везде примерно одинаково.

― Черт-те что! ― Игорь Анатольевич посмотрел на сжимаемую в руках шоколадку, но она будто только этого и ждала: раз — и нет ее, пропала.

Вроде кто-то хихикнул. Капитан вздохнул и наткнулся взглядом на висящее перед ним письмо. Ах, да! От сына! Посмотрим-посмотрим...

Старик придержал своего скакуна и повернулся к бегущей за ним Светлане.

― Заскакивай ко мне! ― предложил он, и девушка почему-то не задумываясь подчинилась команде.

«Никогда не скакала на БРОКОМе! Боже, что я творю?!» ― думала Светлана, прижимаясь к странному старику. Сзади спину и ноги что-то мягко прижало, и стало совсем удобно. Мелькали перегородки и попадающиеся люди.

«Зачем я здесь?» ― подумала врач, но не смогла найти ответа. Вот впереди появилась группа работников, и старик крикнул:

― Держись, красавица!

БРОКОМ вдруг прыгнул на стену, потом на потолок, и вот они уже бегут по потолку. Причем ощущения такие, будто это другие на потолке, а они ― на полу.

Впереди наметился герметичный центральный створ, перекрывающий эту секцию корабля (он делился на независимые секции), и просто так его было не пересечь. Светлана только взвизгнула, когда коридор вдруг превратился в ночь, и она с ужасом поняла, что скачут они по поверхности корабля в открытом космосе!

Хлоп! И они снова внутри отсека. Старик спрыгивает с БРОКОМа и бегает вокруг какого-то агрегата, приговаривая:

― Ах, какие хитрецы! Шайтаны! Самые настоящие дэвы-шайтаны!

Снова скачка, и вот уже старик танцует вокруг малого космического транспортника. О! Оружейный отсек с ракетами! Светлана тут никогда не была. Странно, вдали показался старик, но в то же время вот он, она его обнимает за талию!

Секции мелькали одна за другой, пока вдруг она не узнала свой медицинский кабинет. Старик схватил девушку за руку и ловко закружил ее. Как она оказалась у своего стола, Светлана не поняла. А напротив стоит старик и кланяется ей:

― Благодарю, красивейшая из красивейших, за познавательную поскакушку! Будь моей женой! Триста второй! Нет, главной сделаю тебя! Только согласись!

― Я замужем, и у меня есть дочь, ― автоматически ответила Светлана, недоумевая про себя, зачем старику столько жен.

― Вах! ― закручинился старик. ― Ладно. Быть посему. Вот тебе колечко... ― Он протянул ей на ладони красивое тонкое кольцо с каким-то камнем. Алмаз, что ли? ― Понадобится помощь ― три раза стукни ногтем по камню, и я что-нибудь придумаю.

Светлана только моргнула, а кабинет уже оказался пуст. Она устало уселась в свое кресло. «А вообще, зачем я за ним увязалась? И что это было?» ― Девушка вздохнула и активировала свой медицинский браслет, чтобы он сделал экспресс-проверку ее состояния.

«Нет, ― подумала она. ― Сделаю полную проверку».

Включила одну из диагностических капсул и разделась догола. И когда переступила брошенную одежду, чтобы лечь в капсулу, ей послышалось на грани слышимости тихое: «Вах!»

Ник

И все-таки они немного нервные. Видимо, длительный полет сказывается. Капитан мне понравился, чем-то похож на.... так... так... Ага, точно. Был такой актер (сейчас, пожалуй, никто и не помнит такого, да и в мое время не особо помнили) ― Тихонов. Вот на него похож. Может, потомок? Впрочем, в просьбе осмотреть корабль он мне не отказал. Я его оставил с письмом сына и спокойно отправился осматривать окрестности. За мной увязалась главврач. Я решил составить ей компанию. Вернее, она решила. Наверное, видя, что капитан не блещет нормами этикета, она решила исправить ситуацию, чтобы я не подумал чего плохого о них и об их воспитании.

К сожалению, она отказалась встречаться со мной, но и не сказала «нет». Так что посмотрим, что там к чему. К еще большему сожалению, она сказала, что замужем, но я не особо ей поверил. Поверхностная считка информации вроде бы говорила об ее искренности, но в то же время, муж, если он есть, далек от нее. Дальше я разбираться не стал, вокруг было столько интересного! Тем более что на всякий случай я размножился в нескольких своих копиях, и надо было обрабатывать большой объем информации...

Когда меня пригласили в гости, я сразу с внешней оболочки корабля отправился в одно занятное место. А именно в боевой ракетный отсек.

― БЧ-один, ― поправил меня голос искина корабля.

― Ага, давай сразу договоримся. Я не делаю плохого тебе, ты ― мне. Хорошо?

― Какие гарантии?

― Мое слово! ― с гордостью сказал я.

― Вероятность правдивости ответа ― девяносто девять процентов...

― Сто! ― возмутился я.

― Опасность для корабля и экипажа ― около пяти процентов.

― Ноль! ― снова возмутился я. ― И это ты так говоришь, потому что видел, как я вашего голема на части разобрал... Но не верю я тебе, дух корабля! Очевидно, что каверзу готовишь! Надо закрепить эффект!

― Еще одного БРОКОМа разобрать?

― Лучше! ― воздел я палец в небо. ― Чтобы ты знал ― я могу тебя в любой момент как отслужившую лампу ногой раздавить!

― Это как?

― Вот так. Видишь стенку?

― Бронеметалл семь сантиметров, ― согласился искин.

― А вот уже не видишь, да?

― Да. Нет стены. А еще?

― А еще вот видишь твой скелет?

― Да, это схема корабля.

― Хочешь, сделаю так, что никаким орудием не пробьешь? Ты же должен заботиться о людях внутри?

― Это не противоречит моим директивам.

― Тогда будем делать шиш-бакшиш!

― Как?

― Я научу. А пока... Можешь включить какую-нибудь эмоциональную матрицу, а то как с табуреткой общаюсь?

― Капитан недавно отключил ее. ― В безжизненном голосе прозвучала печаль.

― Да только со мной, с другими не надо!

И через несколько мгновений я услышал уже человеческую речь:

― Зуб даешь, что не причинишь вреда? ― Звонкий мальчишеский голос пролился бальзамом на мои уши.

― И даже землю съем! ― улыбнулся я. ― Давай рассказывай, что это за ракетки такие прикольные!

― Безопасность...

― Не гони! Я, наоборот, помочь хочу. Ты ведь ценишь свое существование?

― Корабль и людей, вверенных мне, а так... Кто я такой, чтобы о себе думать? ― Нотка грусти в голосе.

― Не бзди! Сто пудов я что-нибудь придумаю, чтобы ни вверенное, ни вверенные не пострадали. Вероятность за сто... ну или к ста поближе подниму. Даже стены непробиваемые сделаю. Ну, по крайней мере, в несколько раз усилю точно.

― Врешь!

― Зуб!

Пока забавный искин раздумывал, я осмотрел ракету, внешне больше похожую на странную конструкцию из нескольких шаров. Как детская игрушка. Только двигатель и сопла намекали на то, что это ракета. В бортовой сети было написано, что это «Кувалда-5М».

― А что такое «пять-эм» ― пять махов? Так мало вроде...

― Пять первых космических скоростей.

― Гонишь!

― Зуб! ― гордо ответил искин. ― Ладно, слушай. Ракеты использовали всего три раза. Это когда зеленые летели в первый раз мимо, потом к нам, в третий раз ― когда мы за ними. Первый раз промахнулись, в третий раз попали, но без последствий. А во второй раз попали и уничтожили! На дальних расстояниях сложно ими управлять. Поэтому в них стоят боевые искины вроде меня. По сути, это даже не ракеты, а такие дроны. Уничтожать этих гадов-инопланетян — задача непростая. Главное, расстояния большие, а скорости все равно не очень. Ну и сами по себе они сильные противники.

― Какой заряд?

― В основном термоядерный. Сейчас вроде бы какие-то пучковые собираются поставить, говорят, там и система управления на новых технологиях, и сама боевая часть новая, но когда еще это будет, ― вздохнул искин. ― Недавно пару раз мелькнули тут зеленые, я не стал беспокоить команду, так как непосредственной опасности не было, но отчитался на Землю. Ну а если сюда припрутся? Хорошо хоть у нас есть плазменный экран. Когда его включаю, чужие не могут нас засечь, проверено уже, но все равно боязно как-то.

― Понятно. ― Я потер руки. ― Можешь запустить ракету для теста?

― Могу, но смысл?

― Смотри, я сейчас сделаю так... ― Я быстро начал считать. ― Главное ― видеть противника, хоть визуально, хоть радарами или чем там, или на промежуточных точках корректировать направление вашими способами. Миллион километров я вам обещаю, а то и больше.

― Миллион — это что?

― Плечо. Расстояние, докуда долететь сможет аппарат.

― Гонишь!

― Зуб! Причем... ― Я снова посчитал. ― Именно на миллион ― за несколько секунд. Зуб!

― Да гонишь ведь!

― Проверим — удостоверимся. ― Я почесал ухо. ― Самому интересно. Ну и начинку улучшу ― гарантированно материальное зафигачишь. Только попасть надо.

― Заряд на дистанции взрывается.

― На фиг заряд! Главное — попасть. Заряд ― на всякий случай. Попробуем?

― Давай. Все равно люди важнее. Я не должен упускать возможность повысить их безопасность.

― Я еще тебе поставлю щит. Только никому не говори, это на крайний случай. Энергетический. Защищает много от чего. Но не от всего. Еще оставлю гравитационные ловушки, сами будут работать, только активируешь. Еще на самый крайний случай оставлю кнопку мертвой руки.

― Не дам руки рубить команде! ― возмутился искин.

― Твоей руки, чушка! ― улыбнулся я. ― Сам нажмешь, когда край или когда тебе секир-башка и только руки останутся.

― И что будет?

― Прыгнешь в район астероидного пояса.

― Телепортация, что ли?

― Ага.

Искин снова вздохнул и устало сказал:

― Опять гонишь. Еще не придумали такого.

― Я придумал! Магия-шмагия, ловкость рук и никакого мошенства! ― заявил я и переместился в сторону на десять метров.

― Верю. По рукам?

― Э, нет! Ишь, какой быстрый! ― протянул я и почесал спину, собрав халат в складки. ― Взамен ты отдаешь мне три БРОКОМа ваших, два исследовательских РОКОМа и тот кораблик, что на палубе у тебя стоит.

― Хм... ― задумался искин. ― Ладно, спишу с баланса, но сначала проверка!

― По рукам!

Борт корабля «Луч»

Андрей Николаевич даже подскочил от неожиданности.

Все это время он бегал по кораблю, пытаясь застать старика. Вот он только что был, и вот его нет. Было такое ощущение, что он спелся с БУНИКом корабля и водит майора за нос. Сам БУНИК показывает пустые коридоры, утверждая, что показывает именно старика. Капитан сидит у себя, в сотый раз перечитывает письмо якобы от сына. Главврач заперлась у себя. Остальные тоже ничего не знают.

Секретный код высшего уровня доступа БУНИК проигнорировал. Вернее, так показалось майору, внешне вроде бы все было как и должно, но это ничего не изменило.

И вдруг ― неожиданность. С корабля стартовала ракета. Майор мгновенно вспотел и остановился:

― БУНИК! Почему пошла ракета без объявления боевой тревоги?!

― Это тестовые испытания, товарищ майор!

― Какие еще, на хрен, тестовые испытания? И какой я тебе, на хрен, «товарищ»?!

― Ой! ― воскликнул БУНИК и тут же продолжил обычным безжизненным голосом: ― Согласно плану тестовых испытаний.

― Какие еще испытания? Почему не знаю? ― пробормотал майор, судорожно листая секретные планы.

И вдруг действительно наткнулся на директиву, которую раньше точно не видел. Со лба закапало, и майор рухнул в попавшееся ближайшее кресло, вытирая пот рукавом. Мельком оглядевшись, он понял, что оказался в нише релаксации.

― Почему ты мне не напомнил?

― Я напоминал, извольте просмотреть свой планировщик.

― Почему не помню? Ладно, что там с испытанием? Мы не выдали себя?

― Все в порядке. Плазменный экран включен, цель поражена.

― Какая еще цель? ― вмиг высохшим горлом прохрипел майор и вытаращил глаза.

― Блуждающий астероид в трех миллионах километров. Подлетное время ― одна минута тридцать одна секунда. И это на тестах. В дальнейшем предполагается покрытие такого расстояния за пять-десять секунд. Алгоритмы навигации уже оптимизируются.

― Фантастика... ― пробормотал майор. Его УНИК выдал, что давление подскочило за пределы нормы и надо бы что-то делать. ― Откуда такие скорости?

― Не могу знать. ― В голосе БУНИКа майору послышалась насмешка. Но это ему, конечно, показалось.

― Как там гость? ― уже не надеясь ни на что, спросил майор.

― С ним все в порядке. Знакомится с кораблем.

― Ты контролируешь?

― Разумеется. Проблем нет. Опасности нет.

― Хорошо. ― Майор потер лоб и тяжело встал. ― Я пойду полежу. Что-то мне нехорошо.

― Да, я вижу. Успокоительное номер два вполне подойдет. Полежите полчасика, и все пройдет.

― Хорошо. Если что случится ― вызывай меня. ― Майор с усилием взобрался на приткнувшийся у ноги леток, предназначенный для передвижения по кораблю.

― Разумеется, майор.

Ник

Ну что ж. Испытания прошли успешно, а я отработал вариант интеграции своих технологий с местными. Искусственный интеллект корабля оказался тоже вполне приятным чел... э-э-э... существом. Адекватным и приятным в общении. Чем-то напомнил мне Умника, особенно когда включил эмоциональную матрицу какого-то Гавроша. Забавно. Разные технологии у атлов и у землян, а принципы искинов примерно похожи. И там, и здесь есть отдельные эмоциональные матрицы. И там, и здесь предпочитают их не использовать. М-да...

БУНИК оказался настолько любезен, что в благодарность за мою работу по повышению боевой мощи корабля отдарился маленьким космическим корабликом, весьма симпатичным, надо сказать, и тремя БРОКОМами ― боевыми роботами, ну и еще там по мелочи. Разумеется, управлять кораблем я не мог, но надеялся решить эту проблему. А как оттащить его куда надо, придумаем. Жаль, мой пространственный карман все еще не был готов. В общем, забавные зверушки случайно попали мне в руки, интересно будет их пощупать. Все нужные коды Гаврош (я его решил называть, и тот не стал отнекиваться) прописал в роботах, и они стали считать меня хозяином. То есть главным админом.

Борт корабля «Луч»

Экипаж недоумевал. Нет, пожалуй, это слабо сказано! По кораблю стали ходить слухи о бородатых стариках с банным полотенцем на голове и верхом на БРОКОМе, хотя техники в ангаре утверждали, что старик летел на прямоугольнике из травы.

Старик или старики неожиданно оказывались в разных частях корабля и иногда проходили прямо сквозь стены на глазах у немногочисленных свидетелей. На рапорты, которые тут же подавали свидетели, БУНИК отвечал, что все под контролем и тревожиться не о чем. Майор первое время бегал по кораблю, а потом БУНИК стал информировать всех желающих обратиться к нему лично о его плохом самочувствии и просьбе не беспокоить, а рапорты подавать в установленном порядке по внутренней связи.

Медицинская служба тоже испытала небывалый прилив пациентов, которые думали, что с ними что-то не так. Еще и сама главврач, Светлана Орлова, не появлялась, что вызывало дополнительные подозрения. Но после массового сообщения-рассылки от БУНИКа за подписью майора, что все под контролем службы безопасности, походы в медотсек прекратились.

Между тем на корабле открывались и закрывались двери и всевозможные люки. Мелкие ремонтные роботы толпами выбегали и разбегались по своим делам. Корабль, если так выразиться, жужжал, как улей.

Капитанкорабля«Луч»

Да, похоже, это все же было настоящее письмо от сына. Стиль его, упоминания, интересы. Вспомнив слова старика, Игорь Анатольевич нажал пальцем на кляксу внизу пергамента и чуть не подскочил на месте. Текст письма пропал, а пергамент превратился в самый натуральный экран. И он показывал Толика. Мальчик сидел в своей комнате, в кресле, с глазами, закрытыми повязкой виртреальности, так как по возрасту ему полагался только детский УНИК, и слегка подергивал пальцами рук, лежащих на подлокотниках. Судя по всему, учился.

― Сын, ― незаметно для себя сказал капитан.

― А? ― Мальчик дернулся и выплыл из глубин обучающего процесса. Сорвал повязку с глаз. ― Пап! Ты как тут?.. ― Толик вскочил и с вытаращенными глазами уставился на отца.

― Я тут это... Твое письмо получил... ― вдруг закосноязычил Игорь Анатольевич.

― А! ― успокоился Толик. ― Волшебник все же сдержал свое слово! Только он не говорил, что ты сам ответишь, я думал, он письмо от тебя принесет. А у меня, пап, высшие оценки по математике и физике за это полугодие! А еще я стал лучшим нападающим в нашей команде, ― затараторил мальчик, размахивая руками. ― А с Сашкой мы подрались! Он мне фингал под глаз засадил, жаль, уже прошел, а то бы показал. А я ему в ухо!

― За что хоть дрались? ― улыбаясь, спросил капитан.

― За правду! ― набычился Толик. ― Он сказал, что Зулька некрасивая, а она красивая! Правда ведь? ― Мальчик напряженно посмотрел на отца.

Игорь Анатольевич чуть не рассмеялся, но сдержался.

― Твоя правда, сын. Она действительно красивая, ― подтвердил он, а про себя добавил: «Как и все малышки в этом возрасте». ― Как мама?

― Нормально. Ее сейчас дома нет. А ты скоро домой? ― спросил мальчик.

Капитан вздохнул:

― Не знаю, сынок. По плану еще месяца два заниматься своими исследованиями, потом месяц обратно лететь с заходом в пару мест. Как-то так.

― А мы сможем так с тобой говорить еще?

Игорь Анатольевич нахмурился:

― Не знаю. Но постараюсь сделать так, чтобы можно было. Пока не рассчитывай на это сильно, вдруг не получится.

― А ты волшебника попроси. ― Мальчик шмыгнул носом. ― Он вроде бы не врет. По крайней мере, нам ни разу не соврал. Вон и письмо тоже доставил, как и обещал.

― Волшебства не существует, ― возразил капитан, но его голос явно выражал сомнение. ― Но я попрошу, конечно.

― Ладно, тогда я не буду ждать. Но ты постарайся, ― сказал сын, и связь тут же прервалась.

Игорь Анатольевич снова попытался несколько раз нажать на кляксу, но результата не было. Не успел капитан проанализировать разговор с сыном и вообще эту ситуацию, как в его каюту ворвался этот несносный старик.

― Вах! Хороший у тебя корабль-изба! ― Старик почесал живот. ― И женщины у тебя красивые. Продашь?

― Что?! ― вскинулся капитан.

Старик закивал головой:

― А и правильно, самому небось пригодятся. Я тут удачный шиш-бакшиш сделал. Обмоем? ― В руках у него вдруг оказался кувшин странной формы. Старик с гордостью сказал: ― Вот! Огненная вода! Коротышки одни делают ― вкусно! Закачаешься!

― Не могу, я на службе, ― отказался капитан, но от старика было не так-то просто отделаться:

― Ты что, меня не уважаешь?

― Да уважаю, уважаю! ― успокоительно помахал руками капитан. ― Но нельзя мне пить на посту!

― Так отдай пост другому! ― предложил старик. ― А то какой же ты хозяин, если все сам да сам! А может, тебе не нравится мой шиш-бакшиш? ― Старик подозрительно прищурил глаза. ― Все равно не отдам!

Игорь Анатольевич не совсем понял, о чем старик ведет речь, но решил его успокоить:

― Да нет, все нормально. Ну ладно. — Капитан через сеть передал временное управление своему помощнику, описал ситуацию.

Тот все это время был сторонним наблюдателем происходящего. Вроде независимого эксперта. Потом поможет во время полного разбора ситуации, который обязательно будет.

― Вот! А ты говоришь... Сразу видно, кто в доме хозяин! ― Старик уселся в появившееся из ниоткуда кресло в виде облака. ― Пей!

Капитан повертел в руке довольно симпатичное гончарное изделие и понюхал содержимое. Спирт чувствовался еле-еле, в основном в нос мощно ударял запах разнотравья.

― Ну? За мой шиш-бакшиш!

Вздохнув, капитан мысленно активировал медицинский браслет и сделал большой глоток. Замер. По пищеводу разлился пожар, впрочем, не приносящий дискомфорта, запах трав пробрался прямо в мозг, и капитан чуть ли не воочию увидел себя на сенокосе. На странном таком сенокосе, где, помимо травы, косить пришлось и дерево с грецким орехом, и кедр, и ромашку, и вдобавок полынь... Капитан выдохнул и улыбнулся.

― Вот! ― Старик расслабился и улыбнулся, блеснув единственным зубом. ― Значит, шиш-бакшиш теперь точно мой, раз хозяин одобрил! Гавроша не ругай ― хороший мальчик растет! Умеет торговаться. ― Старик покивал головой и шумно всосал в себя порцию огненной воды.

― Я чего хотел спросить, ― начал капитан. Замолчал. Снова глотнул спиртного. ― Вы можете организовать постоянную связь с моим сыном? ― Он взглядом указал на пергамент: ― Это, как я понимаю, была лишь демонстрация возможностей?

― Вах, какой ти умний дэв! ― Старик снова покивал. ― Трудно будет с тобой торговаться. Сделаем шиш-бакшиш? ― Он хитро посмотрел на капитана, а тот уставился на собеседника с подозрением, начиная понимать, что означает этот «шиш-бакшиш».

― А скажи-ка, с кем это ты уже успел сделать шиш-бакшиш?

― Какой такой шиш-бакшиш? ― заюлил старик. ― Уже все, ты слово свое сказал! Не верну!

― Ладно, ― капитан усилием воли взял себя в руки, ― разберемся. Хорошо. Что ты хочешь за такую связь?

― Дохтур отдашь? ― прищурился старик.

― Что?! Никаких дохтуров! Тьфу, врачей. И вообще, люди — не товар! ― побагровел Игорь Анатольевич.

― Да?! ― натурально удивился старик. ― Это так сейчас, да? Плохо! Такой товар пропадет! ― Он снова почесал свой живот. Лицо его выражало вселенскую грусть. Потом скинул туфлю с загнутым кверху носком и почесал грязную пятку, заросшую толстой мозолью. ― А что у тебя тогда есть?

Капитан задумался. С одной стороны, у него ничего личного не было. С другой ― целый корабль под его началом. С одной стороны — все государственное, а с другой — если дело того стоит (а постоянная мгновенная связь, пусть и с сыном, а там и не только с ним, — и есть такое дело), траты вполне могут окупиться, никто и слова не скажет.

Посмотрев на старика, капитан улыбнулся.

― Отдам тебе РОКОМа, настроишь его ― будет тебе пятки чесать.

― Пфффф! ― пренебрежительно фыркнул старик. ― Не надо големов, у меня уже есть такие.

Капитан снова начал наливаться кровью:

― Кто это такой Гаврош, что толкнул тебе государственных РОКОМов?!

― Э-э-э... дарагой! Так ми не дагаваримся! ― укоризненно покачал головой старик и откуда-то из-за спины достал кальян. Дыхнул. Пыхнул. ― Я свои источники не сдаю. А то так никакой шиш-бакшиш не сделаешь!

― Ладно, чего вы хотите? Я не знаю, что вам предложить. ― Игорь Анатольевич устало откинулся в кресле.

― Пффф! ― пыхнул старик. ― Совсем ты, хозяин, торговаться не умеешь! Ладно, я добрый сегодня. И хороший шиш-бакшиш в твоя корабль-изба уже сделал. Сделаю тебе подарок в счет будущих шиш-бакшишей. Главное, чтобы ты добро не забывал!

― Я добро помню, ― мрачно отозвался капитан, прикидывая, во что ему уже обошлось присутствие на его корабле старика и еще обойдется.

― Хорошо. Дай мне какой-нибудь ваш слуга, который вы таскаете у себя в голова, только чтобы он был не в голова.

Игорь Анатольевич удивился.

― Это УНИК, что ли?

― Уник, шмуник, мне все равно. Тот мертвый слуга, что на далекие расстояния может говорить.

Капитан подумал немного и связался с главглазом:

― Петр?

― Да? ― мрачно ответили с того конца.

― Что случилось?

― Еще не знаю, но, кажется, кто-то с нашего корабля выпустил ракету, а я не могу найти концов и понять, кто отдал такой приказ.

Капитан подозрительно покосился на старика, попеременно попивающего из кувшина и попыхивающего кальяном. По лицу его разливалось блаженство.

― Ладно, продолжай разбираться. Я сейчас по другому вопросу. У нас есть обычные УНИКИ, без привязки к человеку и... ну как для общего пользования?

Петр немного помолчал.

― В принципе есть технические. Складские. Штук пятьдесят. Десять на складах, остальные про запас.

― Хорошо. У них есть модуль связи? То есть они могут выходить в обычную сеть?

― Да, конечно. По-моему, других сейчас и не выпускают.

― Хорошо. Принеси мне в каюту штук десять... Нет, двадцать... Нет, тридцать! Торговаться — так торговаться, ― буркнул капитан.

― Сейчас пришлю.

Через пять минут, которые собеседники потратили на то, чтобы еще выпить и перекусить неизвестно откуда появившейся едой (капитан уже ничему не удивлялся), пшикнула дверь, и в комнату вкатился полуметровый белый шар, который остановился рядом с капитаном, за пару секунд разобрался (так это выглядело) и превратился в стол, на котором стопочкой лежали тонкие стеклянные (так они выглядели) пластинки. Капитан переложил их на стол с едой.

― Вах! Это я себе забираю в счет оплаты! Красивый голем! Будет мне тапочки носить! ― сказал старик и обнял почтово-транспортный РОКОМ.

Мгновение, и с легким хлопком тот пропал. Капитан тоскливо посмотрел на пустое место. Он и так не поверил, что ему сделают подарок, и вот оно ― первое подтверждение.

― А ты говорил, что не умеешь делать шиш-бакшиш! ― упрекнул старик, глядя на стопку УНИКов. Взял один, покрутил в руках. ― Стекло? ― недоуменно спросил. Потом демонстративно разжал пальцы, и УНИК шлепнулся на пол. ― Ой! Проклятый артрит! ― пробормотал он, поднимая невредимый УНИК. Капитан с усмешкой смотрел на него. Но улыбка его быстро слетела с лица, когда он услышал: ― Два штуки сделаю!

― Тридцать! ― набычился капитан.

― Ти не умеешь торговаться! ― возмутился старик. ― Ты должен был сказать — «двадцать пять». А я тогда бы сказал — «пять»!

Капитан слегка поразмыслил и выдал:

― Двадцать девять!

― Пять с половиной! ― отозвался старик.

― Какие «пять с половиной»? ― удивился капитан.

― А какие «двадцать девять»? ― тоже удивился старик. ― У тебя тут только двадцать!

― Как — двадцать?! ― Капитан судорожно стал пересчитывать пластинки. ― Четырнадцать... Пятнадцать... Это последняя... ― Игорь Анатольевич усилием воли подавил тремор в руках.

― Вот теперь правильно сказал ― пятнадцать, ― похвалил старик. ― А я говорю ― десять!

― Ты жульничаешь! ― вскричал капитан.

У старика из руки выпала трубка кальяна:

― Кто? Я? ― Он ткнул в себя пальцем, и его глаза расширились так, как просто не могут расширяться у людей. ― Еще никто никогда не называл аль Багдади жульником! ― закричал старик, вскочил и стал ходить по комнате, размахивая руками. ― Да чтобы я, да чтобы с астранаутами еще вел дела!

― Ну ладно, ладно, извини. ― Игорь Анатольевич поймал старика за рукав и насильно усадил в кресло. ― С языка сорвалось. Но куда делись еще пятнадцать? ― Он требовательно посмотрел на гостя.

Тот немного успокоился и ответил:

― Утруска и усушка!

― Что?

― Усушка и утруска! ― гордо повторил старик. ― Это меня русичи научили, что без утруски и усушки не бывает торговли!

Капитан шлепнул себя ладонью по лицу и медленно повторил:

― Усушка и утруска... Я тоже русич, но не знаю такого! ― закричал он и потряс кулаками.

― Да? ― не поверил старик. ― Значит, ты неправильный русич. Или не торгового племени. Потому и не знаешь. Это секретное знание!

Капитан часто-часто задышал, восстанавливая душевное равновесие:

― Ладно, пусть будет десять.

― Пятнадцать, ― покачал головой старик.

― Что?! Ты отказываешься от своих слов!? Сам же сказал ― десять!

― А сейчас передумал! Пятнадцать, и ни одним меньше!

― Черт-те что! ― Капитан вскочил и начал нервно ходить по каюте. ― Совершенно невозможно вести торговлю!

― Надо было сразу соглашаться на пять, а теперь — пятнадцать! Инфляция называется. Тоже секретное знание ― учись! ― Старик довольно запыхал дымом.

― Ладно, старик, ― вздохнул Игорь Анатольевич, ― сколько это будет стоить?

― Для тебя бесплатно! ― Гость довольно пыхнул.

― ЧТО?!! ― взревел капитан. ― В долги вгоняешь?! Не бывать этому!

― А ну, все сюда! У кого что есть ценного — тащите в мою каюту! Государство возместит! ― Капитан так громко рявкнул по общей сети, что никто даже возражать не стал.

Разве что Светлана в камере диагностики, где она задремала, вяло подумала, что все ценное, что ей принадлежало, уже отдала своему мужу, причем еще до свадьбы, поэтому перевернулась на другой бок досматривать безумный, но такой интересный сон.

Ник

С легким чувством сожаления я покидал корабль. Как я уже говорил, люди мне там понравились. Добрые, отзывчивые, с открытой душой и карманами. Я уж и так и эдак отнекивался от подарков ― для меня сделать так, чтобы УНИКи держали постоянную мгновенную связь с Землей, было нетрудно. Я уже этим занимался ― телепортировал приемо-передающую часть системы по известным мне координатам на Землю. Думаю, правда, Артемовск или Артемьев, как его там, скоро будет довольно оживленным городом от понаехавших ученых или спецслужбистов, но это их дела.

Штук пять инженерно-складских УНИКов оставил себе. Остальные сверх пятнадцати насилу вручил капитану. Странный он какой-то, даже в качестве подарка не захотел принять. Решил отдариться и буквально раздел свой экипаж. Что только мне не принесли! И голографические фотографии, и какие-то детские поделки, и многое другое.

Честно говоря, я порадовался, что для современных людей именно эти вещи имеют самую высокую цену. Поэтому я убедил командира, что согласен на менее ценное. Мол, я не настолько прожженный торгаш, чтобы отбирать у людей самое дорогое. Поэтому вместо этого принял в качестве оплаты различный хлам для исследований. Это еще несколько РОКОМов разного назначения, пару штук ручного огнестрельного и какого-то энергетического оружия, одну индивидуальную спаскапсулу (зачем она мне? Впрочем, прикольное красивое белое яйцо), у майора, местного особиста, нашлась самая настоящая катана, которая у него была как сувенир. А самое главное ― запасной, даже не распакованный, искин со склада. Жалко, Гаврош ― это их главный искин ― не захотел со мной идти, мол, корабль ― его дом, который надо защищать, а кто, кроме него? И я согласился с такой постановкой вопроса. Тем более что теперь он спокойно может помериться силушкой богатырской с инозвездным супостатом. Ну, я пожелал ему удачи и на всякий случай оставил связь со мной. Вдруг тяжело придется ― позовет тогда на помощь витязя в моем лице.

Служба безопасности России

Патрушев оглядел свою команду. С прошлого раза почти ничего не изменилось. Все так же Иван что-то чертил на столе-планшете, а Вера тасовала колоду карт и постоянно их раскладывала. Капитан мысленно поморщился. Все-таки не очень он любил этих экстрасенсов-одаренных. Признавал их пользу, совершенно не отказывался от их услуг и даже настаивал на их использовании, но глубоко в душе не верил. Казались они ему бездельниками, и ничего он поделать с собой не мог.

― Итак. Вы уже в курсе, но я озвучу ― в одно дело объединяются пять. Первое ― странная смерть диверсантов в нашей тайге. Второе ― события в Артемьеве. Третье ― лунный призрак, четвертое ― события на борту «Прогресса» и пятое ― события на исследовательском корабле «Луч». Иван, тебе слово.

Здоровяк что-то черканул на столе и начал говорить:

― Артемьев. Версия инфильтрации инопланетного существа остается превалирующей и даже усиливается. Результаты исследования вина, оставленного Ником Михаилу, подтверждают, что оно было создано где угодно, но только не на Земле. Органические соединения растительного неземного происхождения, невоспроизводимые цепочки химических соединений, наличие биополевого заряда, в совокупности не только производящие эффект собственно опьянения, но и глубокий оздоровительный эффект, ― к норме приводится биохимический состав организма, биополевые структуры также усиливаются и стабилизируются. Есть подозрение, что умеренное употребление такого вина, впрочем, как и чифы, остатки которой были собраны вместе с вином, укрепляют здоровье и могут в далекой перспективе привести к некоторому увеличению срока жизни.

― Ничего себе! ― Патрушев, конечно, читал отчет лаборатории, но о последствиях применения полученных улик услышал впервые.

― Кроме того, дерево, из которого сделаны бутылки, не растет нигде на Земле, ― добавил Иван.

― Ладно, пока принимаем, что это инопланетное. Так?

Иван и Вера кивнули.

― Дальше!

Иван откашлялся.

― Дальше мы имеем некоего «волшебника», явившегося детям в Артемьеве. Нам удалось с разрешения их родителей получить записи детских УНИКов. Видимо, тот «волшебник» ― очень качественная иллюзия.

― Вероятность этого ― девяносто пять процентов, ― неожиданно вмешался искин. ― Я заметил несколько визуальных нестыковок.

― Хорошо, ― одобрил Иван. ― Прослеживается такая логика. Некто попал на Землю, случайно оказался в центре определенных событий, в которых вынужден был проявить себя с агрессивной стороны. Очевидно, что доступа к общей сети он почему-то не имеет. Этот момент у нас самый слабый, так как сложно представить, что инопланетные технологии не могут справиться с подключением к земной сети.

― Не согласен, но пока примем, ― нахмурился Патрушев.

― Поэтому он вынужден был добывать информацию старым дедовским способом, разговорив местных жителей. При этом он использовал методы внушения и биополевого воздействия на очень высоком уровне. Это делает его весьма опасным существом.

― Да и физически он неплохо развит. А если учесть, что и оружием довольно мощным владеет... ― Капитан покачал головой.

― Да. Однако, видимо, он делает выводы о допустимости и недопустимости использования своих возможностей.

― Ты о чем? ― не понял Патрушев.

― С детьми он был весьма аккуратен и на них уж точно никак не влиял. Даже простое внушение не использовал. Да, конечно, он их обыграл чисто словами, как это мог сделать любой взрослый, но вреда никакого не причинил. Более того, он оставил им некие... ― Иван покосился на Веру, ― некие артефакты биополевого характера воздействия на своего... ну, хозяина. Сугубо положительные, с медицинской точки зрения. Умники пытаются воспроизвести, но пока безуспешно. Что самое удивительное и архисложное, как они говорят, — воздействия сугубо персональные и влияют только на того, кому подарены. Ученые в восторге и одновременно в недоумении. ― Иван замолчал, увидев скептическую полуулыбку Веры. ― Что?

― Они совершают свою обычную ошибку ― используют чисто инструментальные методы исследований. А надо было бы позвать кого-нибудь из одаренных.

― Есть там одаренный, ты неправа, — возразил Иван. — Именно его заключение ― наш «волшебник» крайне сильный биополевой оператор.

Девушка удивленно фыркнула, вытащила карту и вздохнула:

― Беру свои слова обратно.

― Дальше версия инопланетного агента начинает слегка трещать. Хоть образ старика-волшебника и явно придуманный, однако его внешний вид и поведение коррелируют с огромным пластом старинной земной сказочной литературы. Сейчас уже редко встретишь такого рода сказочных героев, а вот сто-двести лет назад о них слышал чуть ли не каждый ребенок.

― И что это значит? ― спросил Патрушев.

― Пока ничего. Просто берем на заметку ― некий след в прошлое. Дальше идет дух погибшего хакера на Луне. Как мы помним, волшебник якобы полетел на корабль «Луч», чтобы отвезти письмо мальчика Толика его отцу, который является капитаном корабля. ― Иван вывел на общий экран картинку. Хоть было еще светло, но Луна уже появилась, и на ее фоне выделялся летящий к ней навстречу ковер со стариком на нем. ― То есть направление ― Луна. Через некоторое время там появляется дух мертвого хакера. Также появляется голографическое изображение флага СССР и надпись ― имя «Никос Курагендариус Исис». «Никос» ― явно производное от «Ника», «Курагендариус Исис» — по звучанию похоже на латинский язык и вольно может перевестись как «Администратор Корнеевич», но если учесть, что он хакер, то есть имеет отношение к информационным технологиям, то скорее всего это производное от «корня», а если провести аналогию с английским, то «рут» ― «корень», или «корневой доступ». То есть высший доступ. Администратор Рутович ― как-то так получается. Впрочем, это чисто разминка для ума, ― смутился Иван. ― Само голографическое изображение создано неизвестным способом, и вообще непонятно, что это такое. Просто объемная динамическая картинка — флаг развевается, а техники, ее создающей, не найдено. Сейчас вокруг этого места возведен исследовательский купол, и завозится аппаратура для исследований. Часть еще только предстоит отослать на Луну.

― СССР ― также отсылка в прошлое, как и слово «хакер», сейчас его мало кто помнит, ― через мгновение продолжил аналитик. ― Смысл привлечения этой империи не очень понятен, разве что чисто как дополнительный маркер направления в прошлое. Дальше мы имеем событие на корабле «Прогресс» ― примерно в направлении Сатурна. Здесь ничего особо интересного для нас нет, кроме самого перемещения старика на ковре в открытом космосе и скорости этого перемещения. Здесь снова усиливается версия инопланетного характера Ника, так как такие технологии перемещения нам неизвестны.

― Еще бы. И кстати, в прошлый раз ты, Вера, была совершенно права со своим предсказанием, ― обратился Патрушев к девушке, и та зарделась от удовольствия. ― Правда, мы сначала решили, что он надумал улететь с Земли, так как провалился, но, как видим, причины этому были совершенно другие.

― Да, ― снова взял слово Иван, ― всего лишь исполнение слова, данного малышу. Впрочем, возможно, это все внешняя мишура и на самом деле ему нужен был корабль.

― Но дальнейшие события, как я понимаю, практически исключают версию инопланетного существа. Я прав? ― спросил капитан.

― Ну, не совсем, но снижают ее кардинально. Трудно представить, что диверсант, добравшись до своей цели, ничего ей не сделал.

Патрушев хмыкнул:

― Да уж... ничего... Там сейчас половина персонала на грани нервного срыва, и особенно капитан.

― Я продолжу, с вашего позволения, ― улыбнулся Иван. Вера тоже хихикнула. ― Сразу скажу, произошедшее на борту «Луча» можно оценивать по-разному. Работа еще идет, слишком большой там пласт информации и событий, причем такого рода, что искины просто не справляются. Тут нужен только человек, причем психолог в первую очередь.

― А для участников ― психиатр, ― буркнул Патрушев.

― Совершенно верно. Как я сказал, анализ еще не закончен, но некоторые предварительные выводы можно сделать. Несмотря на отсутствие факта биополевого вмешательства... Да-да, те редкие зарегистрированные всплески можно смело отбросить, так как они не соответствуют масштабу событий, хоть и повлияли на некоторые ситуации. Так вот, психологи и психиатры практически со стопроцентной уверенностью утверждают, что Нику, если это был он, непонятным образом удалось вызвать практически у всей команды корабля массовый психоз. Есть подозрение на формирование локального эгрегора. К сожалению, такого рода аппаратуры для исследования на борту тогда не оказалось, и сейчас уже вряд ли можно будет что-то найти. Хуже того, психозу оказался подвержен БУНИК корабля, что вообще находится за гранью понимания всех экспертов. Непонятна также цель этого безобразия. Несмотря на похищение оборудования...

― С точки зрения закона, похищения не было, ― перебил аналитика Патрушев. ― Продажа оборудования признана рациональной, важность для нас очевидна, к капитану нет никаких претензий. Рассматривается вопрос о вынесении благодарности ему и членам команды.

Иван улыбнулся:

― И в психологическом плане это хорошая идея. Тем не менее, я утверждаю, что все это был классический «развод простака». Впрочем, официально я не настаиваю на такой интерпретации, так как считаю, что этот «развод» был сделан чисто ради искусства. Я продолжу. Несмотря на похищенное оборудование, ну или купленное, как хотите называйте, как бы это странно ни звучало, иной цели, кроме как доставить письмо капитану от его сына, я не вижу. Остальное все ― сопутствующее. Зато мы снова увидели очень хорошее знание некоторых нюансов нашего исторического прошлого. Причем именно российского. Ну и последнее. Роскошные подарки, касающиеся мгновенной связи и прочих изменений корабля и его вооружения, значительно повышающие его военную мощь, напрочь перечеркивают версию инопланетного вторженца. Ну или это все же инопланетянин, но совершенно другой. То есть в Солнечной системе появилась еще одна инопланетная сила. Впрочем, мне кажется, это все-таки наш, земной феномен. Особенно мне понравился намек аль Багдади — Ника на Луну ― шоколадка «Пик Ник на Луне». Такое ощущение, что он постоянно подает нам какие-то знаки. Кстати, здесь снова прямое упоминание-намек ― «Ник». И еще. Давным-давно были такие писатели ― Стругацкие, сейчас, к сожалению, о них знают мало, а зря, они писали такую глубокую социальную фантастику, что просто закачаешься! Так вот, у них есть книга «Пикник на обочине», почитайте на досуге. Там ситуация самым краешком чем-то напоминает нашу. Но и выводы там неоднозначные, возможно, на это тоже есть намек.

Патрушев вздохнул:

― Ладно, работаем дальше. Мне нужны варианты развития ситуации. Определитесь, куда двинет теперь этот Ник. К чему нам готовиться. Дайте хоть какой-то прогноз.

― Без проблем, ― пообещал Иван и добавил в спину уходящему капитану: ― Хотите один совет?

Патрушев заинтересованно обернулся.

― Если вам придется столкнуться с этим существом, не надо проявлять агрессию по отношению к нему. Лучше сделайте шиш-бакшиш! ― И Иван жизнерадостно заржал.

А смех у него был колоритный, раскатистый, звук ― как камни перекатываются. Не удержалась и Вера, присоединившись к коллеге.

Патрушев некоторое время молча смотрел на подчиненных, а потом сказал:

― Пожалуй, ты прав. Но раз такой умный, то шиш-бакшиш будешь делать ТЫ! И только попробуй мне продешевить!

Смех Ивана резко оборвался. А вот Вера залилась еще сильнее.

Ник

Нет, это было что-то. Эмоциональный откат был просто сногсшибательный. Вот на фига мне понадобилось перед встречей с командой корабля пробовать техники археев? Некоторые из них предназначены для глобального воздействия на людей через эгрегориальные образования. Вот исрукрубная техникаиз этой области в том числе.

Там все очень интересно было и необычно. Удивительно, что вообще сработало, и даже почти с первого тыка. Переступить порог полной активации с промежуточного этапа, где я еще полностью контролировал свое «я», мешала какая-то неуверенность, берущая начало в будущем, ― видимо, интуиция пыталась о чем-то предупредить. Но серьезной опасности я не чувствовал. Поэтому сделал шаг и... Перестал считать, что делаю что-то не то. На душе разлилась светлая радость, веселье, желание постоянно что-то творить, шевелиться, общаться... Во время нахождения на корабле мне казалось, что я объемлю его полностью, я и был кораблем со всеми существами на его борту.

Но и накладно это оказалось, психически я просто вымотался. Поэтому оттуда сразу прыгнул в тайгу. Уже в другое место, разведанное моими шпионами, поближе к столице, но еще в непосещаемой глубине. Когда вышел из телепортационного кокона, меня шатнуло и слегка покрутило, чуть даже не упал почему-то, но организм быстро настроился. Нашел я небольшую речку, уселся на берегу и стал приводить себя в порядок. Энергетику там подтянуть, психику устаканить, ну и еще кое-что.

Птички поют, листья шелестят, вода плещется, насекомые облетают по широкой дуге ― не нравится им внешний слой моей ауры, специально созданный против всякой мелкой жужушеры. И такая меня благодать посетила, что я не смог, да и не захотел ее в себе удерживать. Выплеснулась она из меня ярким сиянием, видимым только мне...

Сколько просидел так, не знаю. В какой-то момент отметил, что не один. Внутренне, конечно, давно знал, что кто-то рядом есть, но не беспокоился, ибо опасности не чуял, а сейчас вроде как разум слегка очнулся. Медленно и неохотно приоткрыл глаза и оглянулся. Метрах в трех от меня на пузе лежала огромная медведица и лениво, полудремно щурилась на небо. Чуть дальше, кажется, рысь выгнулась, упершись передними лапами в дерево и зацепившись когтями. Зевнула. Покосилась на зайца, сидящего чуть дальше. Еще кто-то в кустах сидит ― да много так! На деревьях куча птиц. Молчат, лишь слегка перепиликиваются и иногда встопорщивают перья.

Вот оно как, значит... Я улыбнулся. Встал. Массовка стала потихоньку расходиться-разлетаться. Последней ушла рысь, обернувшись напоследок...

Некоторое время я крутился по округе. Потом нашел нужное место и сформировал в воздухе три короткие вспышки, три длинные. На землю из воздуха сразу посыпались: небольшой космический корабль, похожий на военные самолеты моего времени и по форме, и по грации, и по размеру (все же чуть побольше ― несколько человек может брать с собой и кое-какой груз); РОКОМы разных видов; белое яйцо; искин в виде черного металлического чемоданчика и остальное по мелочи, что я наменял на корабле. Хорошо хоть вовремя все подхватил, а то самолетик мог и попортиться... Еще радует, что в том моем странном состоянии хоть додумался, как достучаться до телепортационного кокона, скрытого от всех воздействий внешнего мира. Свет-то попадает внутрь, осталось просто запрограммировать комп внутри на внешнюю команду.

Ко мне подбежал мой голем ― бывший БРОКОМ. Жаль, после того как я его разобрал-собрал, он утратил способность трансформироваться ― электроника сдохла, да и целостность конструкции потеряна. Однако полностью мне подконтролен и, видимо, имеет больше возможностей, чем оригинал. Удачненько получилось в том странном состоянии на корабле мгновенно использовать големные приемы ― сами вылезли из подкорки. Да еще и нужного конструкта сбацать ― новый мозг управления. Сейчас посмотрел ― практически идеальный получился.

И что же мне с вами со всеми делать? О! Давно я не проверял готовность своего пространственного кармана. Глянул. Практически готов. Разные сервисные функции доводятся до ума, а так пользоваться уже можно. Итак... Я хлопнул в ладоши (никак не могу избавиться от театральных жестов, хоть и нет зрителей), и все вкусняшки пропали, отправившись в хранилище. Достать, правда, смогу где-то через сутки, как раз доставалка и дорабатывалась пока. Задумчиво глянул на оставшегося БРОКОМа... В стоящем на всех ногах псевдопаучке было росту мне по пояс, может, чуть больше, но вполне удобно на нем сидеть ― ноги не волочатся по земле. Ну и на фига ты мне сдался? Ну ладно, уговорил. Сделаю из тебя голема. Был боевым роботом, станешь боевым големом. Ну и транспортным заодно... И буду тебя называть... Ну, пусть будет Вжик.

Так, что еще? Вытянул-втянул лезвие своего меча. Все же металла маловато, на меч один и хватит всего, скорее даже на шпагу, а не на полноценный меч. Запускаю процесс копирования с отправкой жидкого металла сразу в пространственный карман. Пусть пара тонн будет на всякий случай.

Так... Драко? Экс? Живы? Вроде да. Занимаются своими непонятными делами, никому не мешают, и ладно. Пора бы и с сестрой встретиться.

Ну здравствуй, столица! Новосибирск. Жаль, что никогда раньше тут не был, ― не смогу сравнить, что изменилось за последнее время. По подаренному УНИКу не захотел, да и нет у меня доверия, уже давно к нему могла прицепиться полиция. Вернее, эсбэшники. В общем, решил я пойти с самого начала. Накинул иллюзию на голема, теперь он выглядит как продвинутый самодельный леток (похожие я видел), да и двинул потихоньку в город.

А что, красиво! Сам я бы все же не стал в таком городе жить, мне как-то ближе природа, но ничего так. Футуристично местами, а где-то совсем как в моем времени. Но такого все меньше. Общий ментальный фон довольно нейтральный. Не скажу, что прямо все замечательно, но для такого большого города ― просто идеально. Сбалансировать всякие негативные и позитивные эмоции, энергии...

Дома красивые, высокие есть. Но многоэтажек мало. Навскидку выше шестнадцати этажей вообще нет. Зато много широких зданий, соединенных крытыми переходами, стеклянными мостками, полно многоуровневых развязок. Летающие автомобили уже не так напрягали, как в первые минуты. Тогда мне все время казалось, что смотрю фильм с эффектом присутствия. Заметил, что летают они четко по определенным воздушным дорогам. На земле тоже много машин, но не слишком. Нет ощущения перегруза, да и пробок не заметил. Люди часто перемещаются на летках. Что дети, что взрослые. Кроме того, на вполне привычных мне велосипедах. Попадались еще небольшие автомобильчики, если их так можно назвать: на одного-двух человек, сфероиды. Или яйца какие-то ― не знаю, что это. Но они были без колес и только летали. Судя по знакомым шашечкам ― такси. Еще в воздухе мелькало много летающих аппаратов совсем незначительного размера. Некоторые из них что-то переносили. Видимо, своего рода коптеры. Около меня, кстати, покрутился какой-то шарик. Как я заметил, управлял им мальчишка лет десяти. У него в руках было что-то мелкое, то ли пульт, то ли что-то еще, я не понял, но управляющее кольцо скорее на пальце. И шарик летал туда, куда указывал рукой пацан.

Некоторые наблюдения позволили предположить, что жизнь людей в городе сильно зависит от УНИКов. По крайней мере, я не видел, чтобы расплачивались деньгами. Похоже, электронные деньги стали главным средством расчетов. Ну и в магазины я поэтому не рискнул заходить, а также в прочие места, где, возможно, нужно расплачиваться за услуги. Думаю, всему свое время.

То ли еще окончательно не отошел от архейских техник, то ли что-то другое, но я стал видеть какие-то энергетические образования над разными местами. А может, я просто не был в по-настоящему больших городах, чтобы замечать? Чем меня привлекли эти образования, так это своими формами. Часто они имели вполне определенные геометрические очертания ― кубы, цилиндры. «Нет, точно глюки», ― подумал я, остановившись около старой церкви. Надо же ― сохранилась! По крайней мере, в субноуте о ней есть упоминание. Правда, это оказалась не церковь, а собор. Впрочем, для меня нет разницы. Так вот, над церковью находился шар. Вокруг него ― еще пять штук поменьше. Они соединялись с центральным жгутами, а тот скинул вниз более толстый жгут, который входил тютелька в тютельку в крест на одном из куполов.

― Интересуетесь? ― Рядом остановился довольно бодрый старикан с козлиной бородкой. Наверное, такие бородки никогда не исчезнут. Белый летний пиджак, белая шляпа, трость. ― Вы ведь не местный?

Я слез со своего голема ― наверное, странно смотрелось, ведь он имел другую форму. Впрочем, подчиняясь легкому флеру «скрыта», старикан не обращал на голема внимания.

― Это так заметно? ― спросил я.

― Разумеется, ― усмехнулся дядька. ― Туристы частые тут гости, ну и собор Александра Невского довольно посещаем. Если интересуетесь историей религии, сходите еще к Вознесенскому собору, тоже интересно. Там и гиды есть хорошие.

― Благодарю. Как-нибудь. А позвольте спросить, почему вы обратились ко мне, я чем-то отличаюсь от других?

Старичок окинул меня взглядом:

― Пожалуй, да. Но, конечно, привлекло внимание отсутствие у вас общедоступной информации, вашего открытого профиля. В столице это довольно редко случается. Может, где в другом месте, где все друг друга знают... Так что не стоит пренебрегать условностями, включите в УНИКе трансляцию открытого профиля. Хоть имя, а то вот мы с вами говорим и даже не знаем, кого как зовут. Меня, кстати, Венедикт Петрович Столешников, если вы почему-то не видите мой статус. Профессор изящных наук. ― Он приподнял шляпу.

― Никос... Хм... Николай, ― не с первого раза назвался я.

Похоже, надо возвращаться к корням?

― А как по батюшке?

Этот вопрос мне уже не понравился.

― Не стоит. Я еще молодой, чтобы по батюшке называться.

― Не буду настаивать. ― Венедикт Петрович почему-то враз потерял ко мне интерес. ― Прошу меня простить, вынужден срочно вас покинуть. ― Он кивнул и куда-то отправился быстрым шагом, говоря на ходу: ― Ну Сонечка! Ты же знаешь, я должен обязательно перед обедом прогуляться. И у меня еще есть пятнадцать минут!

Я покачал головой. Прямо чем-то родным, древним и заплесневелым пахнуло. Причем в мое время от него пахло бы точно так же. Наверное, такой тип людей никогда не вымрет.

В общем, посмотрел я на собор, посмотрел, да и отправился по своим делам. Мысли у меня, конечно, кое-какие появились насчет странных энергий, но решил пока не гнать лошадей. Смотреть город уже расхотелось. Надо найти какой-нибудь парк или просто место побезлюдней, и пора выяснить, где здесь находится моя сестра. Город я, кажется, определил правильно, по крайней мере, тонкая связь с астралом, которую я себе позволил, модулированная образом сестры, вполне уверенно приносила мне информацию об этом. И почему-то я был уверен, что все у меня получится.

Филиал медицинского центра

Елена Васильевна Орлова уже даже как-то привычно остановилась у окна и замерла. Порой она ловила себя на мысли, что стала каким-то роботом, ― вот так остановится и стоит, стоит и ни о чем не думает. Внутренним чутьем понимала, что просто надорвалась. Потери, потери, потери... Думала, что привыкнуть можно ко всему, но судьба щелчком по носу поставила ее на место.

Началось все с пропажи брата в далеком прошлом. Был брат, и вот его уже нет. Единственный, кто на тот момент ее понимал. Долго они с родителями бегали, обивали пороги полиции, но все без толку. Даже тела не нашли. Горе было сильным. Вряд ли может понять кто-то из тех, кто никогда не терял брата, сына, мужа... Зато с Николаем познакомилась, тезкой брата. В полиции служил и присоединился к поискам. Все о расследовании рассказывал, сам какие-то действия инициировал. Правда, не помогло. Родители отпраздновали ее свадьбу с Колей и вскоре тихо отправились вслед за братом.

Потом настало время смуты. Недолгое в геологических размерностях, но три года непосредственных проблем и около семи ― разгребания последствий не оставили в живых и остальной родни.

Потом вроде все наладилось. Управление одним из самых крупных филиалов медцентра по генетике и продлению жизни, слегка ветреная, но умная дочка, позже — любимая внучка. И вот круг, начатый с пропажи брата, замкнулся пропажей внучки. Подсознательно Елена Васильевна почти поверила, что это уже навсегда. Не смирилась, но поверила. И от этого становилось еще тоскливей.

Елена Васильевна судорожно вздохнула и натянула на плечи сползший платок.

― Тук-тук! Доктор, вы принимаете? ― Мужской голос, разбавленный каплей иронии, вырвал ее из болота, куда ее постепенно засасывало.

Она резко обернулась и увидела в гостевом кресле незнакомого мужчину.

― Как вы здесь оказались? ― резко спросила Елена Васильевна, проверив через УНИК состояние двери и с удивлением констатировав, что она закрыта.

― Просто вошел. ― Мужчина с интересом смотрел на нее, будто чего-то ожидая.

У нее же внутри что-то дрогнуло, но она не могла понять, что именно. Впрочем, она даже не испугалась, но почему-то не стала тут же задействовать протокол охраны. Может, действительно человек ошибся? Мало ли. Ну а дверь... сбои техники никто не отменял.

― Вы, наверное, ошиблись. ― Елена Васильевна села в кресло за свой стол и с любопытством уставилась на неизвестного. ― Мы не принимаем больных.

― Какой пассаж! ― Мужчина улыбнулся. ― Смотрю я на тебя, Ленка-пенка, смотрю и никак не могу понять, отчего ты, старушка, так молодо выглядишь? ― Он облокотился на подлокотник, положил голову на ладонь и с интересом продолжил ее рассматривать.

У Елены еще сильнее дрогнуло внутри. Так ее называл только брат. Сидящий перед ней мужчина действительно, как она только что поняла, очень сильно напоминал ее пропавшего брата, но все же отличался, как отличается домашний кот от тигра. И перед ней сидел как раз вот такой тигр.

― Коля? ― недоверчиво спросила Елена Васильевна, судорожно тасуя в УНИКе личный альбом и вытаскивая старые, никому, кроме нее, не нужные фотографии.

Вот он ― Колька! Надо же, все-таки со временем из памяти что-то важное стирается, она уже почти забыла, как он выглядел.

― А что, не похож? ― Мужчина усмехнулся, и вот тут уже она точно узнала эту улыбку. Ведь в детстве именно она ее жутко бесила! А вот сейчас как бы подтвердила...

Не зная, что делать и говорить, Елена Васильевна в полной прострации зашарила руками по столу, потом закрыла лицо ладонями и неожиданно для себя расплакалась.

Ник

Обнял я сеструху и долго не отпускал из объятий, давая ей выплакаться. Ничего я не делал магического, чтобы успокоить ее, ― чувствовал, не нужно это...

Успокоившись, Лена вдруг встала, схватила меня за руку и потянула к двери:

― Пойдем!

― Куда?

― Прости, мне надо удостовериться.

По коридору мы шли молча. Мне было знакомо это состояние сестры ― упрется в какую-то мысль и ни на что не реагирует, пока не обдумает или не сделает что-то, чтобы ее отбросить.

Вообще странно, конечно. По ауре видно, что она ― пожилой человек, но в то же время здоровье ― как у молодой. Может, чуть хуже ― в паре мест есть темные пятна, надо будет посмотреть подробнее. Лицо немного изменилось, но это нормально, я-то ее помню совсем юной, а сейчас ей по виду где-то под сорок, хотя на самом деле в два раза больше.

У меня внутри будто что-то выключилось — похоже, алгоритм достижения цели. И я просто шел за ней, ни о чем особо не думая, мне было хорошо. В общем, я понял по эмоциям, плещущимся в сеструхе, что она просто боится, что я ― сон или просто не тот, за кого себя выдаю, и хочет провести какую-то проверку. По дороге попадался персонал, который здоровался с Ленкой, но она почти не реагировала. На меня же посматривали ― кого это сестра тащит за ручку?

Белые коридоры, двери, люди. Типичное научное учреждение с медицинским уклоном, на что намекали белые халаты. Ну или не медицинское, а около того. Вскоре мы зашли в какую-то лабораторию, в которой находился молодой парень.

― Паша, оставь нас ненадолго, хорошо? ― обратилась к нему Ленка.

Тот посмотрел удивленно, но не стал задавать вопросов и вышел.

Какая-то аппаратура активировалась, видимо, по мысленной команде командирши, а сама она повернулась ко мне, пристально посмотрела куда-то поверх головы и резко выдернула у меня волос.

― Ай! ― сказал я.

Не обращая ни на что внимания, она тоже выдернула у себя волос и вложила их в какой-то агрегат.

― Сейчас, это быстро. Пара минуток, ― пробормотала сестра, следя за чем-то взглядом, ― видимо, получала какую-то инфу на УНИК.

Все эти две минуты она стояла молча и сжимала кулаки. Я ей не мешал. Наконец процесс завершился, и Лена выдохнула. Повернулась ко мне, подошла и уткнулась лбом мне в район груди:

― Это ты.

Я погладил ее:

― Генетику сверяла?

Сестра кивнула:

― Только у тебя явно прослеживаются искусственные правки генов. Немного, но кое-где есть. Возможно, тоже связано с продлением жизни ― кое-где пересекается с нашими наработками. Ты где-то за границей был? Почему пропал? ― Сестра подняла голову и выжидательно уставилась мне в глаза.

Что я мог сказать?

― Может, поедем куда-нибудь посидим? Ты можешь отпроситься? ― спросил я, размышляя, как лучше сделать.

Лена фыркнула:

― Я тут самая главная, если что. Так что спокойно могу у себя же и отпроситься. А поедем мы ко мне домой. Сейчас, только мужа предупрежу, он тоже подъедет.

― А давай муж потом? Сначала сами поговорим.

Лена чуть задумалась и кивнула.

Вы никогда не летали не автомобах? Отличная замена магии! Жаль, что мы не пробовали порулить, ― сестра рассказывала о себе, о родне, а аппарат сам по себе летел по маршруту. По молчаливому уговору меня она ни о чем не спрашивала, дожидаясь прибытия в дом. За прозрачной стенкой автомоба, имеющего вид несколько уплощенной вытянутой капли, мелькали деревья, за которые взгляд не успевал цепляться. Скорость аппарата была большой. Полет из столицы до дома на реке Ангаре занял не больше получаса.

― Хорошая у тебя машина. Не такси. Вроде я слышал, дорого иметь свою машину?

Сестра внимательно посмотрела на меня:

― Похоже, ты действительно долго отсутствовал. Хотя не понимаю, в какой дыре ты торчал, не зная обычных вещей про Россию.

― Ну, пропаганда там, отсутствие интереса, ― хмыкнул я. ― Но уверен, ты постараешься побыстрее ввести в курс дела своего братика!

Сестра еще раз вздохнула:

― Это не полностью личный транспорт. Просто купить автомоб можно, но не особо выгодно. Через год-два уже устарел, потом, если хочешь поменять, старый еще продай, а могут и не взять, так как многим на такси удобнее, или плати за утилизацию. А можешь просто ежегодно платить определенную сумму, зависящую от персональных параметров покупателя ― его дохода, уровня социальной значимости и так далее. Ну и получаешь выбранный автомоб в свое безраздельное пользование. Если выходит новая модель, тебе его бесплатно меняют по твоему желанию, но обязательно ― через пять лет. Аппарат идет на утилизацию, скорее даже на переделку-обновление, если это возможно. Тогда выдают новый. То же самое в случае аварий ― разбитый меняют на новый без разговоров. Даже автоматически, можно сказать. Если состояние автомоба внутренним УНИКом определяется как неудовлетворительное, он сам отправляется на техобслуживание, а тебе или взамен выдается такой же аппарат, или этот ремонтируется... Чем выше уровень социальной значимости, тем меньше платишь. Ну и так далее, там еще нюансы есть.

― Хм... Удобно. Или нет? ― спросил я.

― Конечно, удобно, ― подтвердила сестра. ― У меня вот автомоб марки «Томск-21». Хорошая машинка, быстрая, и что для меня важно ― максимально автоматизированная. И комфортная. В следующем году, наверное, уже заменят.

― Странно, почему «Томск»? В мое время там автомобильных заводов не было вроде, ― задумался я.

Сестра на мгновение замерла:

― Вот, посмотрела. Никогда не интересовалась. Там, оказывается, лет пять назад построили полностью роботизированный завод, ну а начинку для этих автомобов сделали в Томском университете систем управления.

― Студенты, что ли? ― хмыкнул я.

― Смешно! ― поморщилась сестра. ― У них, кстати, шефство над заводом. ― Ленка продолжила смотреть информацию. ― Так что не удивлюсь, если действительно студенты приложили руку... Действительно смешно.

― И что, я могу хоть каждый день разбивать автомобы, и мне будут новый давать? ― вернулся я к началу разговора.

Сестра фыркнула:

― Ты еще найди таких идиотов. Если определят, что делаешь это намеренно, понизят уровень социальной значимости, то есть снизят твои возможности по получению благ и облегчению жизни. Так что вряд ли получится.

Дом мне понравился. Большой двухэтажный особняк под дерево, но без особых претензий. Разумеется, с квартирками лунгрийской знати не идет ни в какое сравнение. В смысле там в таких прислуга живет, но я чисто для сравнения. Суть же не в здании, а в людях, что в нем живут, а тут живут замечательные люди ― моя сестра!

Оп-па! Как интересно! А ведь дом с довольно большим садом будто прикрыт каким-то куполом. Хм... Энергетический такой, но что самое забавное ― именно куполообразный, как половинка шара.

― Вот, наш особняк, ― с гордостью пояснила сестра. ― Муж построил. Ну, вроде как теперь это наше родовое гнездо. ― Ленка вздохнула: ― Приходится с нуля начинать династию. Там, ― она махнула рукой, ― еще пара гектаров нам принадлежит.

― Неплохо. Но как-то маловато пока. Пока?

Сестра пожала плечами:

― Фантазии, наверное, не хватает. Дом-то построили, сад разбили, а дальше сказывается отсутствие аристократических генов или барских замашек ― выбирай что хочешь.

Пришли во двор. В общем, как я говорил, миленько. А дом, похоже, не только «под дерево», но веранда из натурального дерева и сделана. Сестра поводила меня по нему, знакомя. На втором этаже вошли в небольшое помещение:

― Это дочкина комната. Умная она у меня, кандидат медицинских наук. Сейчас собирает материал в космосе.

― Ух, ты! Дохтур! ― непроизвольно выдохнул я, глядя на профессионально сделанную объемную фотографию, висящую на стене.

― Что? ― Лена повернулась ко мне.

― Не, ничего.

А я удивился такому совпадению. Там, на корабле, врачом, так понравившимся мне, была моя... как же это? Дочь моей сестры! Ну ладно, потом вспомню... Надеюсь, что вспомню, ибо в ухе почему-то зазвенело, а в голове закрутился эксцентрик, раскачивая стабильное состояние. Точно следуя его биению, картинка в глазах стала качаться, и такое ощущение, что голову тоже стало мотать. Еще мелькнула мысль, что срукрубная техника не такой уж и безопасной оказалась, а с последствиями... как вдруг я почувствовал себя вполне нормально. Типа так и надо. Поменял точку зрения.

― Елена Васильевна! Обед готов! ― Местный искин вплелся в раскачиваемую во мне мысль-осознание, я зацепился за него и сказал:

― Ты как, салага, обращаешься к командиру?!

При этом почувствовал, как вокруг меня формируется нечто... Вот нечто ― и все. Кстати, что-то подобное было на корабле, но тогда я не особо обращал на это внимание, с куражом несясь по волнам сценария, написанного не мной, а, наверное, подсознанием...

― Виноват! Исправлюсь, тащначгосбез! ― с четко прорезавшимися нотками испуга ответил искин.

К счастью, продолжения не последовало. Я все же сообразил, что такое поведение сейчас не нужно, и ухитрился сжать в кулаке раскручивающийся в мозгах эксцентрик...

― Фух! Извини. ― Я подмигнул уставившейся на меня сестре. ― Издержки воспитания, трудные годы, муштра по этикету... ― Что-то я погнал не туда.

Сестра мотнула головой, будто избавляясь от наваждения, и как ни в чем не бывало потащила меня в столовую.

― Извини, не сама готовила, по дороге дала команду СУНИКу дома. На синтезаторе приготовили обед. Но должно быть неплохо.

Хм... Накрытый стол в боковой гостиной, с открытыми дверьми в сад... Развевающиеся занавески. Запах цветов. Красота! А на столе дымится прожаренный в духовке огромный кусочище мяса. А запах! Ну и там кое-что на столе. Попробуем-попробуем, как тут синтезаторы готовят!

Уселись за стол. Пока суть да дело, выставил бутылки, на этот раз с кордосским элитным вином, кое-что из закусок. Сестра недоуменно следила за моими выкрутасами.

― Похоже, тебе о многом надо мне рассказать. ― Лена чуть отпила вина и расширила глаза от удивления. ― Какая вкуснятина!

― А то! Считай, такое в основном императоры пьют, ― сказал я, отрезая кусок мяса и рассматривая его на просвет.

Хм... И сало чуток поверх есть! Такое сочное, пахнущее специями... Я положил кусок в рот... Внутри брызнуло соком. Что ж... Вполне, вполне...

― Это где они сохранились еще? Императоры-то. ― Сестра немного захмелела, быстро что-то, и тоже присоединилась к поеданию вкусняшек.

Судя по всему, она давно нормально не ела. Видно же все. Что-то гложет, но, надеюсь, расскажет мне еще. Не хочу пока давить и лезть.

― Значит, хочешь узнать, где сохранились императоры? ― Я глянул сквозь стенки бокала и сыто откинулся на стуле.

― С чего-то ведь рассказ надо начинать? ― Ленка строго посмотрела на меня.

Да... Твердости в ней прибавилось. Это уже не та девчушка, которую я помню, а уверенная леди.

― Только у меня есть одно условие.

Сестра вопросительно подняла правую бровь. Красиво вышло.

― Ты отключишь запись происходящего и настроишь свой УНИК, чтобы не вопил, если ему что-то не понравится в твоем состоянии.

― Я не понимаю, ― сказала сестра и тут же испуганно схватилась за мою руку.

А как не испугаться, когда из-за стола вдруг перенеслась на высокую заснеженную гору у обрыва, а волосы и платье треплет сильный ветер? Дав ей пару секунд, я вернул нас обратно за стол. Понятно, что это было не настоящее перемещение, а мой... как же его назвать-то? Всечувственная реальность, переданная посредством специального конструкта... Не, фигня получается.

― Ой!

― Ну что там УНИК, ругается? ― лениво спросил я, продолжая смотреть сквозь бокал, который так и не поставил на стол.

Сестра задумчиво постукивала пальцем по столу. Испуг у нее быстро прошел, что очень хорошо.

― Не особо, но отметил отклонения. С твоего позволения я все же оставлю его включенным, и медбраслет тоже, чтобы записать характеристики изменений. Прости, но я врач, и для меня это очень важно. Но запрещу поднимать тревогу. Это ведь не опасно?

― Пока никто не жаловался. А что с... СУНИКом? Без имени, да?

― Без имени. ― Сестра посмотрела вверх: ― СУНИК?

― Да, Елена Васильевна?

― Ты можешь отключить внутреннюю запись?

― Если я это сделаю, а с вами что-то случится, Николай Иванович меня просто убьет. ― Ровный мужской голос с потугами к шуткам снова меня начал раздражать. ― Но вы же знаете, что запись не ведется в спальне и в ванной.

― Туда мы, пожалуй, не пойдем... ― Ленка посмотрела в огород через открытую дверь и о чем-то задумалась.

А мое раздражение снова закрутило в голове эксцентрик. Тук-тук... Влево-вправо... Звон в голове... Легкий-легкий, тише комариного...

― Эй! Салага! ― хрипнул я. И у меня задергалось правое веко.

― Я, тащначгосбез!

― Отставить запись!

― Так точно!

― А что надо будет сказать, если спросят?

― Э-э-э... Что? ― испуганно.

― Учись, салага! «Никак нет! Не могу знать! Не в моей компетенции! Не знаю!» Понял?!

― Так точно, тащначгосбез!

«Пиу-у-у-у!» ― лопнула струна в ухе, и эксцентрик остановился.

Сестра недоуменно потерла лоб:

― Мне показалось, или ты сейчас строил СУНИКа?

― Мне тоже так показалось. ― Я недоуменно пожал плечами. Надо будет разобраться, что за остатки того состояния время от времени всплывают и почему. ― Ну что, поехали?

― Ой! ― воскликнула сестра, хватая меня за руку. ― Это же ты!

Я посмотрел. И точно, я иду. За плечами рюкзак, в нем субноут. На глазах очки бадди-компа.

― Ага. Я. Это тот день, когда я пропал. Все не буду рассказывать-показывать, но пробегусь по вершкам.

Вот комната и Николай Петрович... Хм... Надо бы поинтересоваться его судьбой. Жив ли еще? Вот подвал и вспышка! Ну как-то ведь надо было эффектно показать переход на Лунгрию.

― Что случилось? ― Сестра удивленно смотрит на мою тушку, лежащую в странном металлическом коридоре.

― А это, дорогая моя, тот самый момент. Я пропал. А это ― Лунгрия. Другой мир, куда я провалился. И тут есть эльфы, гномы, демоны и прочие двуногие существа... ― Я задумчиво попинал ногу своего второго «я».

Тот «Я» застонал и открыл глаза, хмуро посмотрел на Лену, перевел взгляд на меня, поморщился и буркнул:

― Что, думаешь, я вместо тебя буду работать экскурсоводом? Не дождешься! Сам девушку выгуливай! ― После чего закрыл глаза и уронил голову обратно на пол.

Я слегка преувеличенно вздохнул и снова попытался пнуть «себя», но тот «я» вовремя стал полупрозрачным, и нога прошла сквозь иллюзию. Я опять вздохнул, на этот раз гораздо более театрально, и посмотрел на сестру. На ее лице явственно читалось непонимание, как реагировать, и даже испуг. Надо было срочно давать ей подсказку, и я широко улыбнулся. До Лены наконец дошло, и она весело рассмеялась, рассыпав в воздухе серебристые колокольчики. От этого у меня на душе вдруг стало легко и светло, как в детстве. И моя улыбка стала еще шире и счастливей.

Служба безопасности

― Шеф! Мы засекли его!