Земля: Выживание. Том IV

Глава 1

Асфальт обиженно зашипел под подошвами, когда я погасил инерцию бега. Обувь прочертила в грязи пару глубоких борозд, но я даже не посмотрел на них вниз.

Всё моё внимание было приковано к самой земле. Точнее, к тому, что находилось под ней, глубоко в недрах.

Это чувство было ни с чем не спутать. После недель, проведенных в Изнанке, где доводилось пугаться каждой тени, потому что те потенциально могли откусить тебе голову. А весь энергетический фон был плотным и неподатливым, напоминая собой радиоактивную свалку… Внезапное ощущение живого человеческого тепла казалось глотком родниковой воды посреди знойной пустыни.

— Вейла, мне ведь это не мерещится? — прошептал я, прикрывая глаза, чтобы визуальный мусор разрушенной улицы не отвлекал от сканирования.

Сфера восприятия, которую я постоянно удерживал на минимуме, сейчас пульсировала во всю свою мощь. При этом отклики, которые возвращались, были не тревожными, как при виде монстров, а ровными и теплыми. Я бы даже сказал, что вымощенные янтарным светом.

— Подтверждаю, Алекс. — голос наставницы прозвучал в голове с ноткой деловитого удовлетворения. — Вижу, что биоритмы стабильные, сигнатуры явно принадлежат вашему виду. То есть, людям. Никаких искажений, свойственных тем… куклам. Или кому-то похожему на монстров. Пора бы тебе и самому отличать. — она сделала короткую паузу, после чего добавила. — И их там много.

— Много… это я и сам вижу. И вообще, я просто спросил, опять нотации твои… — пробурчал несколько недовольно в ответ.

Я медленно открыл глаза и посмотрел на потрескавшийся асфальт под ногами, словно пытаясь увидеть сквозь него раскинувшиеся переходы и залы.

Метро.

Конечно, это было очевидно. В нашем городе, да и вообще в мире, подземелья всегда были первым убежищем в случае катаклизмов и трагедий. Но раньше мне попадались лишь пустые станции, или логова тварей, доверху забитые жизнью. Вот только та жизнь была враждебной. А здесь… Здесь она чувствовалась иначе.

Ощущение было странным. Словно под ногами гудел гигантский улей. От чего я видел не отдельных индивидов, а некий общий фон. В нем перемешалось одновременно все: страх, надежда, усталость, рутина. Эмоциональный шум, который для кого-то мог быть подобен маяку. По которому хищник или враг с легкостью обнаружит свою добычу.

— Три недели… — пробормотал я, вспоминая слова Вейлы. — Плюсом время, которое я пробыл тут до этого… получается порядка трёх месяцев, так? За это время, как посмотрю, они неплохо успели так окопаться.

— Это же логично, Алекс. — флегматично вклинилась девушка. — Почти любое живое существо хорошо умеет адаптироваться. А когда их прижимают к стенке… ну ты сам понимаешь. — философски добавила она в конце. — Но я бы на твоем месте не стояла столбом посреди улицы. То, что ты чувствуешь людей внизу, не означает, что наверху безопасно. Мало ли глумера встретишь.

Она была права. Тишина на поверхности была обманчивой. Даже мое чувство пространства – не панацея. Более того, пока сюда добирался, в зону видимости восприятия регулярно попадали холодные и голодные тени. Монстры никуда не делись. Они просто выжидали удобного момента.

— Ищем вход. — скомандовал я сам себе, срываясь с места.

Ближайший вестибюль метро должен был находиться метрах в ста от меня. Знакомая буква “М”, теперь перекошенная и покрытая копотью, торчала над руинами павильона, как надгробие прошлой жизни.

Добраться до него не заняло много времени, не больше пары секунд. Перепрыгивая через остовы сгоревших машин и груды битого кирпича, мои ноги словно обрели крылья. Энергия, бурлящая в каналах, делала тело легким и послушным. Я почти не чувствовал веса рюкзака, внутри которого был спрятан контейнер хранилища. С ним уж надо разбираться будет после.

Но у входа меня ждало разочарование.

Не только стеклянные двери были разбиты, но вообще, весь спуск был завален обломками и камнями. В общем, тут явно хода не было. Судя по всему это не было результатом бомбежки или обрушения здания.

Об этом лучше всего говорили огромные бетонные блоки, сваренные между собой арматурой. Они перекрывали лестницу наглухо. Сверху на них водрузили мешки с песком, уже успевшие затвердеть от прошедших дождей. А чуть поодаль виднелся капот какой-то легковушки, очень удачно сюда замурованной.

— Они очень умело огородились. — констатировал я, проводя рукой по шершавому бетону.

Пустив несколько импульсов сканирования сквозь завал, ждал какого-то чуда. Однак пси-энергия просочилась через щели, и тут же наткнулась на пустоту. За баррикадой никого не было. Тишина. Видимо, этот выход забросили. Не исключаю, что его вообще заминировали изнутри.

— Умные мысли посещают тебя, мой ученик… — оценила Вейла ехидным голосом. — С поверхности не войти, да и твари просто так не прокопают.

— И мне не войти. — с досадой пнул кусок кирпича. — Ломать это, значит шуметь на весь район. Да и энергии уйдет много. Сначала стоит поискать другой путь.

— Может вентиляция? — предложила наставница.

— Ты опять в моей памяти кино пересмотрела? — не удержался уже от шпильки я. — Там слишком узко для моей тушки, да и наверняка они с фильтрами, которые загораживают проходы. — я покачал головой в стороны и добавил. — И вообще, я тебе не крыса, чтобы по трубам лазить. Должен быть другой вход. Уверен, что они ходят наверх.

Развернувшись побежал вдоль проспекта, сверяясь с картой на телефоне, который к моему удивлению, очень хорошо пережил наше путешествие на ту сторону.

Мир вокруг выглядел так, словно его прожевал гигант, и не удовлетворившись вкусом, выплюнул обратно. Фасады домов зияли черными дырами, асфальт вздыбился рваными ранами, как если бы под ним ползали гигантские черви. А в воздухе висел тяжелый запах мокрой пыли и гниения.

Запах мертвого города.

Однако, под этим слоем смерти все ещё продолжал чувствовать пульсацию множества жизней. Они то затихали, то становились многократно отчетливее. Я шел на этот зов, как моряк на свет далекого маяка.

Спустя минут пять быстрого бега на глаза попалось то, что могло помочь попасть внутрь.

Огороженная покосившимся синим забором территория. Над ней возвышался накренившийся остов башенного крана, застывшего в немом поклоне и готового упасть окончательно. Табличка “Метрострой” валялась в песке, перееханная и пережеванная гусеницами какой-то тяжелой техники.

— Здесь. — остановился я, быстро восстанавливая дыхание.

Импульс от сферы вернул мне четкую картинку.

В самом центре строительной площадки, среди нагромождения бытовок и куч щебня, находился ствол шахты. Клеть, предназначенная для спуска рабочих и оборудования. К моей несказанной радости, в отличие от парадного входа, этот путь был свободным.

Однако, при этом, он не был открыт.

— Охрана. — сообщил зачем-то Вейле, хотя она, конечно, и так это видела.

Отклик был четким. Четыре силуэта. Они находились не на поверхности, а чуть ниже, буквально на метр, в предбаннике шахты, за каким-то подобием ворот.

Люди. Живые.

Их ауры фонили энергией. Раньше я такого не наблюдал. Неужели мои способности эволюционировали?

— С оружием, сто процентов. — шепотом сообщил наставнице.

— Да ладно, что тебе тот примитивный огнестрел. — выдала свой неоднозначный вердикт Вейла. — Кажется, ваши, так называемые, автоматы. И какая-то кустарная электроника. Возможно, сигнализация или датчики движения.

Я подошел к забору и быстро нашел прореху в профнастиле, проскальзывая внутрь. Теперь мои движения были другие, нет, больше я не бежал. Скорее протекал, как вязкая жидкость, используя тени для собственного укрытия. Плащ, который удалось добыть у той группы, отлично скрывал объем моего силуэта. Для обычного глаза наблюдателя он походил на простое пятно в сумерках.

Территория стройки была завалена мусором. Покосившиеся трубы, бухты кабеля, опрокинутая бетономешалка. Пробираясь между ними, старался не задеть ничего, что могло бы звякнуть и потенциально выдать мое присутствие.

В центре площадки возвышался бетонный оголовок шахты. Массивные стальные ворота были закрыты, но в них была врезана дверь поменьше. И вот оттуда тянуло теплым, спертым воздухом подземелья.

Подобравшись к стене оголовка, прижался к бетону в попытке слиться с ним полностью.

Мои силы работали на полную мощность, что позволяло видеть людей сквозь стену. Точнее чувствовать.

Двое сидели за каким-то подобием стола, по их движениям можно было сказать, что они резались в карты или нечто похожее. Третий ходил из угла в угол, кажется, он нервничал. А может у него просто затекли ноги. Четвертый… четвертый то ли спал, то ли дремал, прислонившись к стене.

— Неплохо устроились. — хмыкнула Вейла. — Для постапокалипсиса просто курорт.

— Может это единственные их радости жизни. — мысленно ответил ей. — И вообще, надо быть довольными, что мы на месте. Впереди осталась только шлюзовая камера, а дальше спуск. Вот только если я начну ломиться, они поднимут тревогу. А мне не нужно, чтобы меня встречали огнем и мечом…

— И что ты предлагаешь?

Окинув взглядом собственные руки, я потянулся к силам. Мой аспект отзывался откуда-то изнутри, из самых глубин. А в кончиках пальцев ощущалось легкое покалывание.

Казалось, что легким вариантом будет заморозить замок. Или просто взять да и выжечь петли. С другой стороны, ещё проще было их всех вырубить, запустив туда свою силу. Ну, на крайний случай взять, да и придавить блокировкой.

Но это люди. Я был уверен, что они не бандиты и не мародеры. Обычные работяги, раньше просто офисные рабочие или солдаты, охраняющие свой новый дом. Убивать и калечить их просто так мне не хотелось.

— Попробуем вежливо. — констатировал я. — Но с небольшой подстраховкой.

Сконцентрировал энергию, создавая перед собой небольшой, но очень плотный щит. Чисто на всякий случай. Затем чуть сместил спектр восприятия, пытаясь уловить их обрывки разговоров.

Сквозь бетон и металл пробивались приглушенные голоса.

— ...слышал, на красной опять прорыв был? — бубнил тот, который ходил из стороны в сторону. — Говорят, твари прогрызли кабельный коллектор.

— Брехня. — отозвался один из картежников. — Там гермоворота еще с советских времен, хрен прогрызешь. Это наши просто панику разводят, чтобы довольствие урезать. Типа, тяжелая обстановка, все дела.

— Ну не скажи, Паш. Вчера смену с улицы привезли... Двоих не досчитались. А те, кто вернулся, кажется, все седые.

— Хорош трепаться. — лениво бросил второй картежник. — Ходи давай.

Обычный треп. Никакой паники, но даже так, напряжение в воздухе можно было резать ножом. Они знают, что там, снаружи, смерть. И они боятся того, что это с легкостью может прийти к ним.

Я подошел к двери. Она была металлической, с маленьким, заваренным решеткой окошком. Заперта изнутри, судя по всему, на мощный засов.

— Вейла, я сейчас пущу энергию, подсвети мне механизм замка. — попросил я.

— Легко. — Перед глазами тут же возникла схема: толстый стальной ригель, входящий в пазы.

Открыть снаружи без шума невозможно. Значит, придется стучать.

Глубоко вдохнув воздух, проверил, как сидит рюкзак, и как легко отзываются мои руки. На всякий случай сгустил за спиной энергию, превращая ту в небольшой набор игл.

Смертоносных игл.

Три удара. Громких, уверенных.

Разговоры за дверью мгновенно стихли. Я почувствовал, как их ауры вспыхнули тревогой. Тот, что спал, подскочил, хватаясь за личное оружие. Картежники так вообще побросали карты.

— Кто? — голос из-за двери был напряженным, но старался казаться грозным. — Это закрытая территория! Пароль!

— Свои. — громко ответил им. Голос после молчания звучал хрипловато, но вполне твердо. — Я отстал от группы. Мне нужно обратно. — продолжил нести чушь, в надежде, что они поведутся. Но с другой стороны, что мешало представиться обычным беженцем?

— Хорошие мысли, как всегда… — вмешалась Вейла. Но тут же была отправлена есть виноград.

Повисла пауза. Даже без своих сил, чувствовал кожей, как они переглядываются.

— Какой группы? Ты кто такой? Назови позывной и своего командира.

— Меня зовут Алекс. — назвал свое имя, чисто в надежде, что у них есть такой человек. — Пришел со стороны спальника.

— Со стороны спальника? — за дверью послышался нервный смешок. — Там же сплошь и рядом чудища. Ты гонишь, парень. Вали отсюда, пока мы дырок в тебе не наделали!

— Я не гоню. — добавил в голос немного силы. Не ментального давления, а просто уверенности, от которой у людей обычно пропадает желание спорить с собеседником. — Я просто шел через город. Ищу убежище. Разве вы не должны помогать нуждающимся? Разве вы не помогаете мирному населению? А ответил что пришло в голову, страшно просто… — начал давить им на жалость.

За дверью тихо зашептались.

— Может не врет?

— Какой мирный, их всех уже либо эвакуировали сюда, либо к соседям! Врет он все! — вторил ему голос. Кажется, один из картежников.

— А может это одна из тех тварей, что меняют облик? Слышали байки?

— Да ну, бред. Твари не разговаривают. — отвечал первый.

Наконец, кто-то подошел к двери вплотную. Я увидел через щель в окошке глаза. Они были испуганные и немного злые.

— Отойди от двери на три шага! И это… — замешкался тот. — Руки в гору, и повернись.

Я послушно отступил, поднимая пустые ладони вверх.

— Чисто. — медленно произнес, но в любой момент был готов поднять рядом с собой барьер. Крутиться перед маленьким окошком… было странно. И, чтобы разбавить наше молчание, добавил. — Оружие было, но потерял когда давал деру от чудищ.

Лязгнул засов. Тяжело, со скрежетом. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в щель просунулся ствол автомата.

— Подходи медленно. Без резких движений, руки держать перед собой.

Я шагнул в проем, окунувшись в тепло и свет дежурной лампы.

На меня одновременно смотрели четыре ствола.

Охрана была разношерстной. Двое в полицейской форме, один в горке, четвертый вообще в каком-то обычном рабочем комбинезоне с нацепленной поверх разгрузкой. Оружие тоже сборное: пара классических автоматов, у другого какой-то охотничий карабин. А последний довольствовался помповым ружьем.

Но смотрели они на меня так, будто я был призраком.

— Ты... — старший смены, пожилой мужик с седыми усами, опустил автомат, глядя на мой стильный плащ, покрытый пылью, и на рюкзак, который торчал за спиной. — Ты откуда такой нарисовался, путник? Давай подробнее.

— Я же сказал. — спокойно опустил руки, но контроль над энергией не ослаблял. — Из спальника. Бежал от монстров, искал людей.

— Из спальника... — повторил он, словно не веря услышанному. — Там же ад. Никто оттуда не приходит уже месяца два как.

— Ну, значит, буду первым. — улыбнулся мужикам, хотя по их реакции, улыбка вышла, наверное, не самой дружелюбной. — С кем тут можно поговорить о моем легитимном присутствие?

— Леги… чего? — сплюнул в сторону один из бойцов. — Ты давай, того, по-человечески говори, умник нашелся!

— Алекс, кажется, они не знают значения слова “легитимный”. — захихикала наставница.

— Кто у вас главный? — повторил я, но изменил формулировку на понятную моим встречающим.

Старший переглянулся с бойцами. В его взгляде читалось сомнение. Очень может быть, что вся эта ситуация была для него очень подозрительной. Как-никак, но в новом мире, любой, кто выжил снаружи, был либо монстром, либо ценным ресурсом.

— Ладно. — кивнул он наконец. — Только ты давай, это, сначала покажешь нам…

— Танец? — вздорно выдала Вейла.

И я, точно так же, не подумав, повторил за ней.

— Танец?

— Ты че, идиот? — говорил тот, кто до этого спал. — Содержимое твоего рюкзака!

— Хорошо. — твердо ответил им. — Но вам же надо подойти, чтобы посмотреть, правильно?

Бойцы напряглись ещё сильнее. Палец на курке у молодого парня с карабином задрожал.

— Вейла. — мысленно позвал девушку. — Ты с твоими танцами… я весь виноград твой съем. — попробовал угрожать ей, в надежде, что хоть это её проймет.

В голове только мелькнуло её присутствие, которое так же быстро скрылось где-то внутри.

— Ковбой… — отозвалась она. — Может не надо?

— Надо, Вейла, надо. — добавил с мысленной улыбкой.

— Кидай нам, мы и сами посмотрим. — вдруг сказал усатый старик. — Ну и это, плащик то распахни, на личико твое посмотрим.

— Нет. — ответил им с мягкостью. — Поймите, время такое. Я вам не доверяю, вы мне. Это нормально. Давать вам свои вещи в руки, это, потенциально, потерять их полностью. Можем просто пройти к начальству. Там разберутся.

Усатый посмотрел мне в глаза. Долго, изучающе. Потом сплюнул на пол.

— Я сказал давай сюда рюкзак, или тебе что, дырок в организме мало? — дернув затвором, он намекнул мне на возможные последствия.

— Понял я, понял. — кивнул ему и медленно потянулся за лямкой своего рюкзака, ощущая, как их стволы ведут каждое мое движение.

Вот только вместо того, чтобы подцепить ношу, я выставил пару пальцев вперед, и тихо произнес.

— Блокировка.

Глава 2

Воздух в тесном предбаннике шахты сгустился, став вязким, словно кисель. Моя команда прозвучала тихо, почти шепотом, но эффект от неё был оглушительным.

Усатый мужик, который мгновение назад дергал затвором автомата, так и застыл в кривой позе, похожий издалека на античную статую. Его палец побелел на спусковом крючке, но нажать его он не мог. Мышцы отказывались ему подчиняться. Тело, верой и правдой служившее десятки лет, вдруг превратилось в каменную ловушку.

Со своего места я прекрасно видел, как у того расширяются зрачки. В них плескалось не просто удивление, скорее там зарождался первобытный, липкий ужас. Это страх человека, которого замуровали заживо в собственной шкуре.

Трое остальных бойцов точно так же застыли в нелепых позах. Один тянулся к рации, другой начал вскидывать ружье, третий просто открыл рот, чтобы что-то крикнуть. Теперь они напоминали гротескные статуи в музее восковых фигур, где экспонаты забыли предупредить, что шоу уже началось.

— Я ведь просил по-хорошему. — выдохнул я, медленно опуская руку.

Рюкзак так и остался висеть на одном плече. Поправил лямку, стараясь не делать резких движений, хотя сейчас мне ничего не угрожало. Ощущение власти было пьянящим, и по какой-то причине его приходилось тут же давить в корне. Как не крути, но это все не игра.

Это выживание.

Подошел вплотную к их старшему. Его глаза метались из стороны в сторону, единственное, что ему оставалось сейчас подвластно. Взгляд был бешеным, умоляющим и ненавидящим одновременно. На лбу выступили крупные капли пота, скатываясь по вискам в седые усы, но он не мог их смахнуть.

— Дыши глубже, и не нервничай. — спокойно посоветовал, глядя ему прямо в переносицу. — Легкие работают, сердце бьется. Я просто отключил твою моторику. Это временно.

Аккуратно, стараясь не касаться пальцами спускового крючка, вынул автомат из его окаменевших рук. Оружие легко выскользнуло из захвата. Положил его на стол, подальше от греха. То же самое проделал и с остальными.

— А теперь послушайте меня внимательно. — не удержался и обвел взглядом застывшую четверку. — Мне не нужны ваши жизни. Мне не нужно ваше оружие. Мне просто нужно попасть внутрь, понимаете? Вы же решили… эх. — так и не закончил собственную мысль. Не знаю почему, но казалось, что это все бессмысленно.

Я наклонился к усатому, понизив голос. — Как мне связаться с командованием, не устраивая переполох? Есть код? Частота? Условный стук?

Он молчал.

Разумеется, он молчал. Язык тоже мышца, и она была блокирована. Я мысленно хлопнул себя по лбу.

— Вейла, я идиот, да?

— Ну, скажем так, гением тактики тебя сейчас назвать сложно. — лениво отозвалась наставница. — Ты же их парализовал. Полностью. Они даже моргают с трудом, Алекс. Опять силы не рассчитал. Как они тебе ответят? Азбукой Морзе, меняя размер зрачков?

— Могла бы и напомнить, прежде чем я начал допрос. — буркнул про себя. Можно, конечно, попробовать ослабить давление сил, но из-за того, как уходит энергия… я был уверен, что парочка из них либо владеют силами, либо очень к этому предрасположены. И из-за этого, стоит снизить давление, кто знает, вдруг вообще сорвут мою способность?

Ситуация складывалась паршиво. Но, как говорится, попытка не пытка. И слегка снизив поток, который накрывал их главного, меня тут же оглушило.

Этот придурок, по другому его не назвать, стоило только получить доступ к своему языку, заорал дурниной. Из-за чего мне моментально пришлось увеличивать воздействие пси.

Судя по их глазам, они сейчас в таком состоянии, что начнут палить во все стороны, как только смогут пошевелить пальцем. Страх делает людей непредсказуемыми. А страх перед неизвестным ещё и опасными.

— Ладно, будем использовать план “Б”. — вздохнул я. — Извини, батя. Разговора не выйдет. Но ты помни, что виноват в этом сам.

Обошел того сзади, и одним ударом на короткое время перекрыл ему кровообращение в шеи. Интересно, а можно будет такое же сделать точечным импульсом силы? Надо попробовать как-нибудь.

Глаза усатого закатились, и он мягко, как мешок с песком, начал заваливаться на меня. Подхватил его под руки, аккуратно усадил на пол, прислонив спиной к стене. Теперь он просто спал. Крепко, и очень надеюсь, что без сновидений.

То же самое проделал с остальными тремя. Через минуту в комнате царила тишина, нарушаемая лишь сопением четверых спящих охранников.

— Гуманно. — прокомментировала Вейла. — Но абсолютно непрактично. Ты понимаешь, что они очнутся через пару часов и поднимут на уши всё подземелье? Тебя будут искать. И делать это будут с собаками и пулеметами.

— К тому времени я уже буду далеко. — парировал в ответ, хоть в глубине души понимал, она опять была права. Но направляясь к массивным створкам грузового лифта, добавил. — Или найду того, кто сможет меня выслушать, не тыкая стволом в лицо.

— Оптимист. — хмыкнула девушка. — Знаешь, у вас есть такое чудесное выражение: “Слон в посудной лавке”.

Её выпад пришлось проигнорировать, потому что все внимание сейчас было приковано к панели, которая управляла клетью. Та была новой, явно не пережиток прошлого. Что-то из современных разработок. Но даже так, кнопки были большими и слегка испачканными маслом. Зато радовало, что весь функционал выглядел надежно как кувалда.

Проблема была в другом.

Этот лифт, когда поедет, скорее всего будет греметь так, что звук достигнет самого центра земли. Все скрытное проникновение накрывалось медным тазом. Да и не исключено, что внизу тоже будут люди. И как они отреагируют я не знал.

— Вейла, понимаю, наглость, но можно как-то заглушить звук с помощью наших сил?

— О, так значит теперь я тебе понадобилась? — в голосе проскользнуло ехидство. — Попробовать можно, но я и сама не уверен. Надо как бы укрыть весь механизм и трос барьерами, чтобы те не пропускали звук. — изнутри черепушки доносилось нечто, словно та почесала голову, после чего продолжила. — Или вариант преобразовать звук, как энергию, во что-то другое. Только аккуратно, тут надо не перегреть трос. А не то полетим вниз быстрее, чем планировали изначально.

— Короче, могла бы и прямо сказать, что я не потяну. — недовольно буркнул на её объяснения.

В любом случае попробовать стоило. Преобразовать одну энергию в другую, уверен, что сейчас мне не под силу. Уж больно там контроль нужен тонкий.

Значит окружим все небольшими и замкнутыми барьерами. А это что? Правильно, первым делом, требуем максимальной сосредоточенности. Энергия привычно потекла по каналам, концентрируясь на кончиках пальцев и за пределами тела.

Воображение, как там говорила Вейла, чуть ли не лучшее оружие. Представил, как барьеры окутывают все гремящие части, обволакивая те подобно смоле.

Те, материализовались сизым цветом, обернув собой механизм и тросы. Вот только чтобы не тратить силы попусту и растягивать барьер на всю длину, как бы ограничил его локально, в пределах шести-семи метров в разные стороны.

Рука с легкостью легла на рычаг, толкая тот вниз.

Двигатель натужно заревел, шестерни лязгнули, клеть дернулась… К моему счастью, звук тут же увяз в плотной пелене моей силы. Вместо оглушительного грохота раздалось лишь глухое, ватное жужжание, словно механизм работал под толстым слоем ваты и ткани.

Клеть поползла вниз.

Стены шахты, покрытые плесенью и влагой, медленно поплыли вверх. Воздух менялся с каждым метром спуска. Свежесть поверхности уходила, уступая место запахам сырости, смазки и креозота которым тут что-то пропитывали ранее. А чуть дальше поступал едва уловимый запах множества людей. Запах жилья, еды, отхожих мест и чего-то смолянистого.

Я стоял в самом центре клети, удерживая звукопоглощающий кокон. Если обычный барьер не требовал постоянного внимания, то вот эта… конструкция, увы, но постоянно сжирала мою концентрацию.

— Экономишь силы? — заметила Вейла. — Молодец. Тебе они явно могут понадобиться.

— Помню. — ответил ей, обращаясь к сканированию, который то и дело возвращал в мой мозг схему местных переходов.

Шахта заканчивалась просторным залом. Это либо недостроенная станция, либо технический блок, куда спускали материалы. И там было людно. Очень людно.

Десятки светящихся точек похожих на людей. А помимо этого, были ещё какие-то укрепленные места, откуда легко вести огонь по прибывающим. Вот правда, к моей радости, большая часть из них была направлена в другие стороны. В ответвления тоннелей.

— Придется действовать скрытно. — скомандовал сам себе.

Как только клеть коснулась дна, я, не дожидаясь полной её остановки, перемахнул через борт, моментально соскальзывая в густую тень за штабелем бетонных шпал.

Поддерживать силы, чтобы гасить звук, больше не требовалось. Поэтому весь механизм лифта издал последний, едва слышный скрип и безмолвно замер.

Никто не прибежал. Никто не закричал. Значит, мой спуск прошел незамеченным.

Пока что.

Прижавшись спиной к холодному бетону, весь силуэт сливался с окружающей темнотой. Мой плащ, который спер у того мужика, отлично сохранял тепло и делал всю фигуру бесформенной. Но даже так, этого было мало. Здесь, в замкнутом пространстве, любой шорох, любой блик мог меня выдать.

— Видимо придется вспомнить чему ты меня учила. — мысленно произнес, обращаясь к своей наставнице.

Пока мы блуждали по лабиринту, у меня в один из дней, но получилось допытать Вейлу на предмет сокрытия себя в окружающем мире. Звучало оно, конечно, странно. Но это больше моя личная интерпретация того, чему удалось научиться.

Я как бы свернул собственную ауру внутрь, убирая любое энергетическое проявления в реальности, которое могли бы почувствовать другие псионы. И одновременно с этим начал выставлять рядом с собой небольшие барьеры, которые преломляли и искажали свет, падающий на меня. Нет, не невидимость, конечно, но в полумраке метро я становился практически неотличим от куска стены.

— Неплохо. — одобрила Вейла. — Только ты это, хоть дыши чуть потише. И смотри под ноги, а то тут везде строительный мусор.

Я выглянул из-за укрытия.

Передо мной открывалась картина, от которой внутри разливалось приятное тепло.

Огромный зал недостроенной станции был превращен в подобие какого-то форпоста. Вдоль стен тянулись ряды палаток, сколоченных из фанеры лачуг и просто спальных мест, огороженных тряпками. В разных точках виднелись буржуйки, а где-то вообще в бочках виднелись горящие костры, дым от которых уходил в вентиляционные короба под потолком.

В основном тут были мужчины, реже виднелись женщины. Кто-то из них стирал белье в тазах. Другие чистили оружие или играли во что-то, детей тут не было. Скорее всего, их содержали в главной части этой станции, где защита на максимуме. Либо мне просто не повезло их увидеть.

В нос бил запах вареной каши, от которого в животе что-то упрямо заурчало. С таким упрямством и намеками, мол, хозяин, не засиделись ли мы на одной воде?

Но во всем этом островке жизни, к сожалению, была и другая сторона. Оборотная.

Периметр зала был оцеплен. Мешки с песком, бетонные блоки, ежи из сваренной арматуры. На возвышениях стояли пулеметные гнезда. А прожекторы шарили по темным углам прилегающих тоннелей, уходящих вглубь сети метро.

Охрана здесь была многократно серьезнее, чем наверху. Бойцы в полном обмундировании, бронежилеты, каски, современные автоматы. Они не спали и не играли в карты, как та четверка. Скорее смотрели в темноту с напряжением людей, которые знают, что оттуда в любой момент может прийти смерть.

— Я так понимаю, Алекс, тебе нужно пройти через этот зал. — констатировала факт Вейла, материализуясь в желтый смайлик со звёздочками капитана на плечах. Вот уж не ожидал от неё такой иронии.

— Спасибо, капитан очевидность. — ответил ей. — Гарантированно это не основное их убежище. Особенно, если вспоминать то, что видел с поверхности. — я медленно почесал подбородок, наблюдая за парой патрульных, вглядывающихся в один из коридоров. — Так что да, надо двигать к основной станции. Вот только чтобы туда попасть, нужно пересечь открытое пространство.

— Легко сказать. — прошептала девушка.

Свет прожекторов скользил по залу хаотично, но даже так, в этом хаосе виднелась некая система. В которой отдельное место занимали патрульные двойки и тройки бойцов. То и дело прохаживающихся между палатками, между костров.

— Какие у меня варианты? — спросил у наставницы. Мало ли предложит что-то дельное, иногда у неё такое выходило.

— В первом варианте ты берешь, и выходишь с поднятыми руками, надеясь, что тебя не пристрелят до того, как ты откроешь рот. — предложила Вейла. — Во втором случае, ты можешь устроить какую-нибудь диверсию. Взрываешь что-нибудь в дальнем конце, отвлекаешь внимание и проскакиваешь. Ну а третий, просто берешь и ползешь как уж на сковородке, используя собственные навыки и силы, чтобы удачно скрываться от патрулей и так далее.

— Первый вариант – не вариант. — буркнул я. — Мы уже пробовали его наверху. Мне как-то не понравилось. — моментально отрезал. — Диверсия… ну они же нам не враги, да и нет цели их ликвидировать. Откуда в тебе вообще столько злости? — поинтересовался с искренностью у девушки. — Такое точно исключено.

— Значит ползи. — подытожила та. — Как всегда, Алекс, самый сложный и муторный путь, это для нас!

— Зато нам не бывает скучно, верно?

— Верно. — кивнула она внутри меня.

— Это был риторический вопрос. — не удержался от шпильки и широкой улыбки.

Выждав момент, когда луч прожектора скользнул по моему укрытию и ушел дальше, что было сил рванул вперед.

Всё что получилось, так это переметнуться к следующей куче мусора. Металлической вагонетке, перевернутой на бок. Из которой вываливались мешки с чем-то непонятным.

Мои движения были плавными, текучими. Старался не наступать на пятки, просто перекатываясь с носка на внешнюю сторону стопы. Это позволяло гасить звуки.

Патруль прошел в нескольких метрах от меня. Так близко, что до ушей доносился их разговор.

— ...говорили, что на юге какие-то бандиты захватили станции у правительственных. А ещё тем твари помогли, лезущие с коллекторов.

— Да когда ж это все закончится... Если так пойдет, скоро и сюда доберутся… уроды…

Вжимаясь в вагонетку, старался стать её частью. А ещё лучше, если бы получилось вообще утонуть в её тени. Сердце билось ровно, замедленное усилием собственной воли. Моя "маскировка" работала, но она не спасла бы, если бы кто-то посветил фонариком прямо на меня.

Как только шаги стихли, нужно было двигаться дальше.

Путь лежал через локальную жилую зону. Это было сложнее. Казалось, что тут не было четких маршрутов патрулей. Тем более, что в любой момент из палатки мог выйти человек.

Приходилось импровизировать.

Проскользнув между двумя рядами брезентовых навесов, почувствовал, как здесь вкусно пахло жареным луком. У меня продолжало невольно сводить желудок. И правда, нормальной горячей еды не видел давно.

— Сосредоточься. — шикнула Вейла. — Ещё успеешь поесть, потом. А вот если поймают, то кто знает, когда вообще получится поесть.

Впереди, прямо на моем пути, сидела группа мужиков у костра. Они перегораживали проход. Обходить – значит выйти на освещенную территорию перед ближним блокпостом.

— Черт. — замер за штабелем ящиков.

— Может все ж таки отвлечешь? — подсказала наставница. — Но тихо.

Я огляделся. Справа, метрах в десяти, стояла пирамида из пустых металлических бочек. Видимо, запас воды или топлива. Сконцентрировав энергию в небольшую иглу с тупыми концами, щелкнул пальцами в ту сторону.

Едва уловимая пуля ударила в нижнюю бочку. После чего вся пирамида с грохотом поехала вниз. Одна из них вообще упала, быстро покатившись в сторону и следом за собой задевала другие.

Грохот в тишине станции прозвучал как взрыв.

Мужики у костра повскакивали, матерясь.

— Что за херня?! Кто там?! — раздалось от одного из них.

Они ломанулись в сторону разлетающихся емкостей, чем невольно порадовали меня. Получалось, что теперь проход освободился, пусть только на несколько секунд.

Мне этого хватило. Тенью метнулся через просеку, прыгая прямо под натянутыми веревками, и наконец нырнул в темноту технического коридора, ведущего вглубь станции, туда, где должна быть основная часть местных убежищ. Включая их штаб.

За спиной слышалась ругань и лязг бочек, которые пытались поставить на место.

— Пронесло. — выдохнул, оказавшись в относительной безопасности темного коридора.

— Грязно сработал. — тут же пришла критика от Вейлы. — Слишком много шума. Мог бы просто камешек кинуть рукой. Зачем тратить энергию?

— А ты уверена, что помогло бы? Так всяко надежнее.

Коридор, в который я попал, был узким. Здесь не было людей. По крайней мере на дистанции десятка метров. Ближайшие двери были увешены табличками. На одних значилось, что там “склад”. На других были ещё какие-то надписи.

Но тут удача решила, что с меня хватит.

Из двери с надписью “склад”, прямо передо мной, вышел боец. Крепкий парень в полной выкладке, с какой-то нашивкой на рукаве. И как я только его пропустил? Черт побери, слишком сильно задумался, слишком сильно обращал внимание на “внешние” проявления.

Мы столкнулись с ним нос к носу. Расстояние было не больше метра.

Его глаза расширились. Кажется, он моментально понял, что я не отсюда. Но как? Охранники сверху не должны были очнуться. Да и не видел, чтобы с той стороны кто-то приходил. И все вокруг, тоже, не были насторожены. Это-то и пугало.

У меня не было времени на уговоры. Одни рефлексы возобладали над другими, и я выкинул руку вперед в ударе.

Короткий, резкий апперкот в челюсть. Усиленное тело и физические способности творили чудеса. Голова бойца мотнулась назад, его шлем звякнул о стену. А сам человек обмяк, не успев издать ни звука.

Подхватил его тело под руки, не давая тому упасть и наделать шума, затаскивая обратно на склад, откуда он вышел.

Внутри было темно и тихо. Я аккуратно положил бессознательного бойца между ящиками с тушенкой. Проверил пульс – живой, просто в глубоком нокауте.

— Ну вот. — вздохнул с каким-то разочарованием. — Опять насилие. А я ведь хотел вежливо.

Вот только мое внимание привлекли новенькие маскхалаты, которые стопкой лежали на ящике.

— Это мы удачно зашли. — пришел образ от Вейлы. Желтый смайлик, в черной шапке и маски вора.

— Ты вместо своих шуточек, лучше скажи, как думаешь, через сколько его хватятся?

— У тебя есть не больше пяти минут. — сказала наставница, аппетитно хрумкнув виноградиной.

Что ж, видимо, надо сменить образ. И желательно стать точно таким же, как они.

Подхватив обновку, опасливо озирался по сторонам. Сейчас надо сменить образ, и решить, как быть дальше.

Глава 3

— Т-ты уверен? — с некой опаской проговорила девушка, плотнее натягивая капюшон на лицо, словно пытаясь спрятаться от назойливого и холодного света мигающих ламп.

Странная парочка людей сидела в одном из самых темных углов заведения, которое местные с гордостью называли баром, хотя на деле, как и многие помещения под землей, оно было просто огороженным куском перехода между несколькими станциями. Вокруг можно было видеть наспех сколоченные столы и стулья, судя по виду которых, их собрали со всех окрестных офисов.

Хотя, как ей говорили, раньше тут и такого не было. Большинство посетителей сидели просто на остатках от деревянных паллетов. А иной раз вообще на полу. Так что сейчас, пусть место было не совершенным, но вполне комфортным.

— Да. Это сто процентов. — кивнул в ответ мужчина, и его ноздри хищно раздулись, втягивая отфильтрованный воздух помещения. Он ещё раз посмотрел в сторону девушки, стоящей за барной стойкой. Среднего роста, стройной, с волосами, собранными в небрежный, но чистый пучок. — От неё идет точно такой же запах, как и от Алекса.

Нюхач потер переносицу. Его силы, которые проснулись в этом новом, сломанном мире, ни разу пока не давали сбоев. Для него люди теперь делились не только по именам или лицам, но ещё и по сложным ароматическим картам, которые он воспринимал многократно лучше многих зверей.

— Это не просто запах. — пояснил он, понизив голос до шепота, чтобы их не услышали соседи – группа угрюмых рабочих в замасленных комбинезонах, которые пришли с рабочей смены. — Это как отпечаток энергии. Однако, если у твоего учителя он бездонный, то у неё… многократно слабее и гораздо тоньше. Но суть одна, как и основа. Они точно родная кровь.

— Значит, на-ам не соврал-ли. — протянула Аня, сжимая в ладонях жестяную кружку с горячим, но отвратительным на вкус чаем. — Думаю, у-учитель будет доволен. — она улыбнулась собственным мыслям, представляя, как отреагирует её наставник, когда узнает, что у них получилось найти его семью. И не просто найти, но сделать это в кратчайшие сроки. Не иначе, как сама судьба вела их сквозь коридоры к искомой цели.

Но даже так, вся последняя неделя выдалась для них непростой. Вжиться в местное общество, где каждый встречный был выжившим в том ужасе, увы, было задачей не из легких.

Они до сих пор продолжали прикидываться отцом и дочерью, беженцами с другой ветки метро, потерявшими дом. Нюхач исправно ходил на разгрузку возвращающихся конвоев и групп разведки. Изображая из себя простого работягу, тянущего лямку. На него то и дело засматривались дамочки в возрасте. А Аня помогала в медицинском блоке, стараясь вообще лишний раз не отсвечивать.

И это несмотря на предложение, которое сделал им Марков в самом начале. Они обещали подумать над тем, чтобы возглавить одну из групп. Но никаких гарантий не давали по понятным причинам.

Тем более, что все это время их занимал поиск семьи наставника. Да и помимо этого, они ждали, когда сюда придет сам Алекс. К счастью, спустя недолгое время, удача улыбнулась им там, где они уже её и не надеялись увидеть.

Сначала они думали, что запах, который уловил Нюхач, принадлежит учителю. Что он, каким-то чудом, добрался сюда в обход всех, и теперь по каким-то причинам скрывается. Сердце Ани тогда забилось с невероятной силой, такой, что готово было выпрыгнуть из груди в любой момент. Но реальность оказалась прозаичнее, хоть и не менее ценной.

Когда мужчина указал на девушку, снующую между местным баром и жилыми блоками, где ту встречала женщина за сорок пять, пазл сложился. Как они успели узнать, молодую особу звали Алиса Вишневская. Судя по всему, она была сестрой Александра. А та женщина, Вероника Павловна, их мать.

Одни из тех, ради кого Алекс готов был перевернуть весь мир.

— Она выглядит… у-уставшей. — заметила Аня, наблюдая, как Алиса ставит перед очередным клиентом тарелку с серой и мутной кашей.

— Здесь все выглядят уставшими, девочка. — философски заметил Нюхач, сверля собственным взглядом дальний конец бара. — Но даже так, она продолжает улыбаться. Как не крути, а стержень у неё есть. Видишь, как спину держит? Не гнется. Видать, вся семья одной породы.

Атмосфера в баре была тяжелой. Воздух здесь можно было потрогать руками. И при желании, вообще скомкать клубком, да выбросил в урну. Особенно выделялся густой коктейль из дешевого табака, перегара, запаха немытых тел и жаренного на прогорклом масле лука.

Гул голосов сливался в монотонный шум, внутри которого тонули звон посуды и редкие выкрики парочки забулдыг. Это было место, где люди пытались забыть, что над их головами лежат миллионы тонн бетона и руины мертвого города.

Алиса работала быстро, почти механически. На ней была однотонная кофта, под которой виднелась цветастая футболка. А поверх накинут фартук, тот, казалось, видел лучшие времена еще до всей катастрофы.

Девушка постоянно улыбалась клиентам, пусть и слегка вымученно. Но даже так, всегда старалась быть предельно вежливой и обходительной с посетителями. Получалось так, что она просто делала свою работу, чем-то издалека напоминая робота. Однако, Аня видела в её глазах ту же тень, что иногда мелькала у её учителя. Такую, в которой легко угадывается потеря и постоянное ожидание удара.

— Н-надо подойти. Поговорить. — решительно сказала девушка, допивая остывший чай и смахивая упавшую на лицо прядь волос. — С-сказать им.

— Но не здесь же. — Нюхач покачал головой, накрыв её ладонь своей широкой, мозолистой рукой. — Слишком людно. Слишком много ушей. И этот… посмотри на барную стойку. С правого края.

Аня скосила глаза. Там, вальяжно развалившись на высоком стуле, сидел молодой мужчина в армейской форме. Его офицерские погоны блестели лейтенантскими звездами. В свете местного освещения это выглядело неестественно, ярко, словно владелец полировал их каждые полчаса, постоянно пытаясь выделиться. Лицо у того было гладкое, сытое, с неприятной, липкой ухмылкой, которая бывает у людей, получивших власть, но не заслуживших её.

— Кто э-это? — спросила Аня.

— Не знаю. — скривился Нюхач. — Но мне он очень не нравится. У него плохой взгляд. И многократно хуже запах. — мужчина дернул крыльями носа, после чего добавил. — Кажется, видел его с недавней группой, которая пришла сюда с захваченных станций. Он с Алисы глаз не сводит уже битый час.

Аня присмотрелась.

Действительно, этот странный лейтенант следил за каждым движением молодой девушки. Когда она проходила мимо, он то пытался схватить её за руку, то что-то шептал, от чего Алиса лишь сильнее сжимала губы и ускоряла собственный шаг.

— Ур-род. — тихо констатировала Аня. Её рука сама собой потянулась за спину, где под просторной кофтой был спрятан клинок, с которым девушка не собиралась расставаться.

— Спокойно, воительница. — осадил её Нюхач. — Ты же помнишь, о чем просил местный начальник. — махнул мужчина рукой за спину, напоминая ей о договоренностях. — Да и не время для сцен. Дождемся пока она закончит смену, а потом уже поговорим в тишине.

Ждать пришлось долго. Часы на стене, которые кто-то принес с поверхности, были с треснувшим стеклом. Сейчас они показывали полночь. Это чем-то походило на отсечку, когда один поток посетителей начал иссякать. А другой, наоборот, прибывать.

Алиса в это время протирала столы, сдав выручку местному владельцу. У того почему-то была свежая повязка на руке, пропитанная каким-то раствором. Со своего места Нюхач чувствовал запах горелой плоти. Видимо, не так давно, тот получил ожог.

Что-то сказав новому бармену, девушка сняла фартук и направилась к выходу. Очень похоже, что сестра Александра сегодня работала в дневную смену.

— Нам пора. — махнул фальшивый отец, точно такой же фальшивой дочери.

Они выскользнули из-за стола, оставляя на нем оплату в виде местной валюты, которую Нюхач успел заработать на разгрузке. И двинулись следом за целью.

Коридоры станции в это время пустели. Основное освещение приглушали, чтобы не тратить много топлива, и создавать впечатление ночи для местных жителей. Лишь дежурные лампы бросали на стены длинные, дерганые тени. Шум людского муравейника стихал, уступая место другим звукам: капающей воде, далекому гулу вентиляции, и чеканным шагам патрульных двоек.

Алиса шла быстро, обхватив себя руками за плечи, словно её мучил озноб вместе с температурой. Девушка явно спешила домой, в жилой сектор, где её ждала мать.

Аня и Нюхач держались на почтительном расстоянии. Они не хотели напугать её, выскочив из полумрака. План был максимально прост: догнать в более освещенном переходе, окликнуть, объяснить, кто они. И по возможности поговорить с ней и с её матерью.

Однако у судьбы, как всегда, были собственные планы.

В одном из боковых ответвлений, там, где коридор делал резкий поворот к складским помещениям, неожиданно отделилась от стены грузная тень.

— Далеко собралась, красавица?

Голос был знакомым. Тягучим, неприятным, с нотками плохо скрываемой агрессии.

Алиса вздрогнула всем телом, резко остановившись на месте. Путь ей преградил тот самый лейтенант из бара. Он стоял, широко расставив ноги, заложив руки за ремень портупеи. Кепка была сдвинута на затылок, а на лице играла самая мерзкая улыбка, которую Ане только приходилось видеть.

— Лейтенант Поляков. — голос Алисы звучал устало, но даже так он был твердым. — Дайте пройти. Я иду домой с работы. И я очень устала.

— Домой всегда успеешь, малышка. — хмыкнул собеседник, делая пару шагов навстречу. — А вот поговорить с хорошим человеком… это возможность редкая. Ты чего такая недотрога, а? Я к тебе со всей душой, а ты нос воротишь изо дня в день. Думаешь, раз братец служит у нас, так теперь королева? Или ты хочешь ему проблем организовать? Так это я легко. — протараторил молодой офицер. Одновременно вкладывая в свои слова и угрозы и претензии.

— Мой брат здесь ни при чем. — отрезала Алиса, делая пару шагов назад, чтобы всегда быть на дистанции от неожиданного гостя. — Уйдите с дороги, Поляков. Или мне придется закричать.

— Да кричи сколько тебе хочется. — рассмеялся он. Смех отразился от бетонных стен, исказившись в нечто зловещее. — Кто тебя услышит? Патруль? Так сегодня тут все мои друзья. Остальные далеко отсюда, да и спят уже. Или думаешь, твой Артемка прибежит? — хитро протянул тот. — Он сейчас где-то в командной зоне, видимо, занят важными делами. Ему не до тебя. А мы с тобой тут… одни.

Мужчина шагнул ещё раз, приближаясь к девушке вплотную, загоняя её в угол между стеной и штабелем пустых ящиков. Алиса попыталась увернуться, но не успела. Он перехватил её руку. Грубо, сильно сжимая собственными ладонями.

— Пусти! — дернулась та, но его пальцы сжимались как клещи.

— Не дергайся, дура. — раздалось шипение в ответ. Моментально, вся маска вежливости слетела с его лица, обнажив дикий, звериный оскал. — Я к тебе по-хорошему пытался. Цветы таскал, еду лишнюю подкидывать был готов. А ты всё нет да нет. Может, хватит ломаться? В этом мире, детка, чистоплюйство не в цене. Тебе нужен защитник. А мне нужно… немного тепла. Взаимовыгодный обмен.

Он потянул её на себя, прижимая между собственным телом и стеной. Ему доставляло удовольствие, что его жертва дрожала. Сейчас она походила на осиновый листу, качающийся в северных ветрах. Но даже так, мужчина не учел боевой настрой девушки. Алиса пару раз попыталась ударить противника свободной рукой, попадая ему то в грудь, то в плечо. Такая внезапность оказалась для лейтенанта неожиданностью. От чего тот на секунду остановился. Вот только при их разнице в весе, это было все равно что бить стену.

— Отвали от меня! — сдавленно закричала девушка.

— Тихо! — рявкнул Поляков, и его ладонь метнулась к лицу жертвы, чтобы закрыть той рот.

Но удара не последовало.

Из темноты, словно призрак, соткалась фигура. Небольшая, закутанная в странный маскхалат, казавшийся в полумраке почти черным.

В воздухе свистнула сталь.

Поляков взвыл, резко отдергивая руку. На его запястье, там, где только что была рукав кителя, расплывался тонкий красный порез. Неглубокий, но достаточный, чтобы привести это животное в чувство.

Он отскочил от Алисы, хватаясь за личное оружие. Вот только в суматохе, спешными движениями, у него ничего не вышло. Кажется, что пистолет насмешливо застрял в кобуре, оставляя человека беззащитным перед неизвестной угрозой. Потому что прямо рядом с его носом, буквально в миллиметре от глаза, замерло острие китайского меча.

— Н-не советую. — раздался тихий, немного вибрирующий голос.

Поляков замер, скашивая глаза на клинок. Перед ним явно стояла девушка. Лицо скрыто капюшоном, видны только губы, сжатые в тонкую линию, и прядь огненных волос.

— Ты кто такая, мать твою?! — взвизгнул лейтенант, пытаясь вернуть самообладание. — Убери железку, пока я тебя в решето не превратил! Я офицер!

Аня чуть наклонила голову. Её рука, державшая меч, не дрогнула ни на миллиметр.

— Оф-фицер? — переспросила она. В её голосе не было страха. Только холодное презрение, которому она научилась у своего учителя. — Офицеры защищают с-слабых. А ты… т-ты просто м-мусор.

Алиса, прижавшаяся к стене и растирающая ушибленное запястье, смотрела на свою спасительницу широко раскрытыми глазами. Она не понимала, что происходит, но чувствовала – эта незнакомка опасна. Опаснее чем сам Поляков.

Лейтенант, понимая, что человек перед ним не впечатлялся его тирадой, просто попытался сменить тактику.

— Слышь, ты… убери меч. Ты не знаешь, с кем связалась. Я тебя под трибунал отдам. Расстреляют за нападение на…

— Е-если ты еще раз к ней п-подойдешь. — перебила его Аня, и её заикание вдруг сделало угрозу еще более жуткой. — Или п-посмотришь в её с-сторону… Я не буду тебя убивать. Нет. Я п-просто отрежу т-тебе всё, ч-чем ты так г-гордишься. По к-кусочкам.

Она слегка надавила мечом в его сторону. Острие уперлось в переносицу лейтенанта, пустив тонкую каплю крови.

— И п-поверь мне. — прошептала она. — Рука у меня н-не дрогнет. Учитель х-хорошо меня н-натаскал на разделку с-скота.

Из темноты, за спиной Ани, беззвучно выступил Нюхач. Он просто встал рядом. Его массивная фигура перекрывала путь к отступлению. В руках у него ничего не было, но даже так, одного его вида – угрюмого, спокойного, как скала, хватало, чтобы Поляков окончательно понял: он в меньшинстве.

И не только численно.

Лейтенант побледнел. Вся его спесь слетела, как шелуха от орехов. Он сглотнул, глядя то на меч, то на мрачного мужика за спиной девушки.

— Вы… вы пожалеете. — просипел он, но это была уже не угроза, а жалкая попытка сохранить собственное лицо. — Я доложу…

— Вали давай, мы тоже доложим, только свою версию. — бросил Нюхач басом. — Пока ноги носят, лучше уходи.

Аня убрала меч. Резким, неуловимым движением вернула его в ножны за спиной.

Поляков попятился, держась за кровоточащий порез. Он бросил на Алису взгляд, наполненный ненавистью, потом перевел его на Аню, пытаясь запомнить лицо под капюшоном, и, наконец, развернулся, быстро шагая прочь, растворяясь в темноте коридора.

Только когда его шаги стихли, напряжение немного отпустило присутствующих.

Алиса медленно сползла по стене, ноги её не держали.

— С-спасибо… — выдохнула она, глядя на странную пару. — Кто вы?

Аня скинула капюшон. Её волосы рассыпались по плечам, похожие на струящееся пламя. Она посмотрела на девушку, так похожую на Алекса, и в то же время совсем другую. И улыбнулась ей, с долей неуверенности, робко, совсем не так, как минуту назад смотрела на лейтенанта.

— М-мы… друзья. — сказала она. — Мы пришли… от А-александра.

При упоминании имени брата Алиса замерла. Она не понимала, правда ли это, и тот ли это Александр, о котором она подумала? Без её воли и без её решения, зеленые глаза стремительно наполнялись влагой. Девушка боялась надежды, мимолетно вспыхнувшей внутри. Она боялась слов и собственного голоса.

— От Саши? — прошептала она. — Неуж-жели от него? О-он… он жив?

— Жив-жив. — подтвердил Нюхач, подходя ближе и протягивая ей руку, чтобы помочь встать с холодного пола. — И он очень хочет с вами встретиться. Но сейчас нам нужно поговорить. Где-то, где нет лишних ушей. Веди к матери, девочка. Разговор будет долгим.

Алиса кивнула, вытирая слезы рукавом.

— Идемте. Мама… она не поверит. Идемте скорее.

Они двинулись по коридору – трое людей, связанных одной невидимой нитью. Нитью, которая тянулась через разрушенный город, через Изнанку, через боль и смерть, прямо к сердцу человека, который стал для каждого из них надеждой.

Вслед им смотрели лишь мигающие лампы и темные провалы технических ниш, хранящие молчание этого бесконечного подземного мира.

Глава 4

Мое перевоплощение удалось на славу. По крайней мере внешнее. Да и сделал его очень уж своевременно, потому что буквально спустя пятнадцать минут местный эфир взорвался всевозможными ориентировками. Все искали “неизвестного в пыльном плаще”, который, по слухам, проник через технический шлюз.

Вот о чем они думают, поднимая такой шум? Неужели у них не было мыслей, что это может перепугать кучу народа.

Ну, удачи им. Пусть ищут призрака. Потому что сейчас на мне был стильный зеленый маскхалат, грамотно реквизированный со склада, откуда выходил тот бедолага. Сидел он немного мешковато, но мне так даже нравилось больше. Ну и как не крути, а всяко практичнее – силуэт размывало. Я бы ещё с удовольствием натянул капюшон по самые брови, чтобы спрятать лицо, но не в этом месте.

Здесь, в замкнутом пространстве подземки, где каждый сантиметр просматривается десятками глаз, человек, прячущий лицо, вызывает подозрение быстрее, чем крыса с гранатой в своих маленьких лапках. Тут, скорее всего, дежурная смена знает друг друга как в деревне, и любая фигура, косящая под анонима, будет похож на красную тряпку для быка.

А откуда я все это знаю?

Правильно, у того неудачливого бойца, которого я так невежливо уложил спать между ящиками с тушенкой, была неплохая рация. Местные же ребята, к моему счастью, сделали весьма качественную сеть ретрансляторов в подземке.

Это позволяло заиметь стабильный сигнал и слушать все переговоры местных бойцов. Но, к сожалению, частоту их командования я не знал. Поэтому приходилось довольствоваться малым.

— ...проверьте сектор “Б”, и не забудьте про вентиляцию у третьего выхода. Он не мог испариться! — хрипел кто-то в наушнике, который позаимствовал вместе с рацией.

— …ял, выдвигаемся. Но у нас тихо, как в могиле. Отбой.

Вейла, так вообще, предлагала придушить этого молодого, чтобы целиком и полностью украсть его личность. Мол, мертвые не болтают, а перед этим делом выпытать все, что тот знал. Ну и прикинуться им. Совсем бедняга озверела на своем винограде и отсутствии нормальных развлечений.

— Сам ты озверел, Алекс! — раздалось недовольно изнутри, после чего кто-то сильно жахнул в нечто похожее на колокол.

Звон в голове стоял такой, что я чуть не споткнулся на ровном месте.

— Ай! — недовольно поморщился, потирая гудящие виски. — Вейла, убавь громкость своих спецэффектов. Мне, вообще-то, слух ещё нужен! Как минимум, он может пригодиться, чтобы услышать, как нас будут окружать.

— Это тебе за “озверела”. — фыркнула девушка. Но звон все равно начал утихать, сменившись привычным фоновым присутствием. — И вообще, я мыслю стратегически. Меньше свидетелей, значит, меньше проблем. А ты всё в рыцаря играешь. Смотри, доиграешься. — погрозил мне большой желтый палец смайлика.

Я проигнорировал её ворчание и шагнул из технического коридора в общую зону.

Передо мной открылся вид, от которого на пару секунд перехватило дыхание. Сейчас это была не просто станция. Скорее, она походила на полноценный подземный город, выстроенный какими-то фантастическими существами.

Массивные своды гигантского зала, когда-то задуманного как место под пересадку, теперь укрывали тысячи людей, если не десятки тысяч. Любое свободное пространство использовалось с пользой. И сейчас оно было плотно застроено. Палатки всех цветов и размеров, фанерные лачуги, перегородки из простыней и пластика. Всё это лепилось друг к другу, образуя запутанные улочки, а местами вообще целые кварталы.

Воздух здесь был тяжелым, влажным и теплым. Он приносил с собой запахи немытых тел, какого-то ядреного варева и дешевого табака, скрывающего едва уловимый страх. Но даже так, казалось, что тот въелся в поры присутствующих, став полноценной частью их кожи.

— Сними капюшон. — подсказала Вейла. — Очень выделяешься. Здесь никто не прячется. А так ты похож на тех, кому явно есть что скрывать.

Прислушавшись к совету, стянул тонкую ткань с головы, взъерошив свои волосы. Поправил рюкзак, внутри которого болталось треугольное инопланетное хранилище.

Тот выглядел чужеродно, и, к счастью, в полумраке станции, где каждый тащил на себе всё свое имущество, на кривые выпирающие углы, вряд ли обратят пристальное внимание.

Я двинулся в толпу.

Люди расступались неохотно. Здесь царила своя жизнь, свои правила. От чего в глаза сразу бросилась группа женщин, которые стирали белье в пластиковых тазах прямо у опорных колонн. Рядом с ними бегали небольшие стайки детей. Сейчас они играли во что-то, похожее на “классики”, расчерченные мелом на полу. Некоторые из них использовали вместо бит стреляные гильзы. Неподалеку сидели мужики, собираясь группами, курили, обсуждая новости или просто молча глядели в одну точку.

Я шел, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, но и не прятать собственных глаз. Моя походка была уверенная, но даже так, в ней чувствовалась усталость. Как у человека, который только что вернулся с тяжелой рабочей смены. Такая маскировка работала лучше, чем можно было ожидать в самом начале.

Мысленно потянувшись к силе, раскинул в стороны свою сферу восприятия.

Импульс пси-энергии разошелся вокруг меня невидимой волной. Биоритмы, эмоции, энергетические всплески. Всё это хлынуло в мозг потоком откликающейся информации.

Большинство людей здесь были… пустыми, что ли. Самые обычные гражданские, истощенные, напуганные. Но местами встречались и яркие пятна. При этом никакой логики в распределение не было. Кто-то из них относился к детям, кто-то к женщинам. Бывали оные и среди бойцов охраны, которые решили сейчас отдохнуть. Все это выглядело, как слабые, едва заметные искры потенциала. Те, кого коснулось изменение, но кто еще этого не понял.

— Алекс, будь осторожнее, патруль на двенадцать часов. — внезапно предупредила Вейла. — Тройка. Идут целенаправленно, и, кажется, проверяют документы.

Подняв взгляд в сторону, о которой говорила наставница, увидел этот самый “патруль”. Действительно, навстречу мне, расталкивая зевак, шли бойцы. Одеты они были в камуфляж, с красными повязками на рукавах и автоматами наперевес. Выглядели слишком уж серьезно. Не те расслабленные охранники на входе в шахту. И вот не понятно, они просто были раньше военными, или банально бравируют своим новым положением?

Сворачивать было поздно. Тем более, сейчас любое резкое движение, и я гарантированно привлеку к себе ненужное внимание.

— Спокойно. — проговорил про себя. — Я просто иду по своим делам. Я местный, и очень уставший. Мне все равно на то, что меня окружает.

Патрульные приблизились. Самый старший среди них, коренастый мужик с рябым лицом, цепко оглядел мой фигуру. Его взгляд задержался на моем маскхалате. Тот был чистым, и слишком уж новым для обычного бродяги.

Этого я не учел.

— Стоять. — поднял он руку, и командным тоном добавил. — Документы.

Двое других бойцов чуть разошлись в стороны, оглядывая местных беженцев, и одновременно брали меня в клещи. Их пальцы с ленцой, но очень уж привычно, легли на скобы спусковых крючков.

Сердце не ускоряло своего ритма. Благодаря моей наставнице, к собственной радости, я давно уж научился контролировать такие случайные выбросы адреналина.

— Какие документы, командир? — добавил своему голосу хрипотцы и легкого налета раздраженности. — Я со смены иду, только вернулся из технички…

— Из технички? — прищурился коренастый, и несколько скептически посмотрел на мой внешний вид. — А чего чистый такой? И вообще, откуда военный маскхалат, а?

— Что за вопрос, дружище-е. — протянул в конце. — У седого выменял, он мне в карты проиграл, а я… кх… получил выигрыш одеждой. — соврал ему не глядя, для пущей убедительности покашляв с довольной улыбкой, и изобразил усталые покачивания. — Вот решил выгулять, чтоб голым не ходить.

В такое откровенное вранье, добавлять немного правды – это лучший из вариантов.

— У седого говоришь? — вмешался второй патрульный. — А где ты говоришь, работаешь?

— Сектор “Б”, в промзоне. — ляпнул первое, что пришло в голову, вспомнив приблизительную карту, висевшую в той комнатке, заточенной под склад. — Там сейчас должны новые ребята заступать на смену. Если не веришь, так сходи сам и проверь. — вся моя надежда была на то, что они просто не в курсе, как и я, о правилах работы в других зонах.

Старший хмыкнул. Казалось, что он сомневается. Его рука потянулась к рации на плече.

— Сейчас проверим. Назови позывной и номер смены.

Ситуация стремительно продолжила накаляться. Если он реально может связаться с техниками, то мне конец. Да и не знаю я, есть ли у них вообще позывные или что-то в таком духе.

— О-о-о, старый. — растягивал звук удивления. — Неужто ты думаешь, что наши радисты всех поименно помнят? Да и не было у нас никогда позывных, меня просто Сашкой кличут, вот и всё. — выливал я из себя всё, что приходил мне в голову. Если не угадал, то все пропало. А вот если угадал… то будут варианты.

— Хм… — хмыкнул старик, кивнув собственным бойцам. — Ладно уж, шлепай куда шел. И в следующий раз не борзей так, сам же знаешь, мы просто делаем свою работу.

— И за это вам огромное спасибо. — изобразил небольшой поклон головой, как бы шуточный, но одновременно с тем и скрывающий мое неподдельное состояния шока на лице. Если говорить цензурно. — Благодаря вам тут нет монстров. — подсластил в конце свою речь, чтобы уж наверняка.

— Вейла, твою то за ногу! — выдал мысленно. — Мне обязательно нужен курс менталистики, хотя бы какой-то минимум, как у того олуха. — изобразил ей воспоминания ушлепка, который лупил меня на протяжении недели.

— Сделаем, Алекс. — её голос был сосредоточенным. — Вообще я тебе давно это предлагала. Тем более с твоими то силами, сама Изнанка велела, как говорится.

Только сейчас обратил внимание на бойцов, которые уходили дальше и продолжили в случайном порядке проверять документы. Третий, шедший самым последним, был несколько щуплым. Он махнул рукой, и крикнул мне в след.

— Ты это, в следующий раз вешай жетон то на грудь, чтоб было понятно, откуда идешь.

— Есть! — козырнул лениво и побрел дальше, сквозь стройные ряды людей, так и не обративших внимание на происходящее.

Спину слегка обжигало, но даже так, я не стал ускорять собственного шага. Вот только завернув за угол, где стояли какие-то странные баки, позволил себе облегченно выдохнуть.

— Вот оно как тебе повезло. — оценила Вейла. — Но это было рискованно. А что, если бы ты ошибся, или, наоборот, заинтересовал того ещё больше?

— Сама же знаешь. — хмыкнул в ответ. — Риск это мое второе имя. — медленно пробормотал в слух, от чего какой-то подросток, стоявший в паре метрах от меня, посмотрел с некоторой долей понимания, мол, друже, я тоже с кукухой общаюсь. — Куда дальше, о мудрейшая? — не обратил я на взгляд подростка внимания, продолжая. — Нам нужна информация.

— Значит надо то место, где языки развязываются сами собой. — посоветовала наставница. — Что-то похожее на такой же бар, как и в том убежище, надежда вроде?

Я повторно обратился к своим силам, в попытках найти специфические скопления людей. Увы, но конкретных мест рядом со мной не было. Поэтому пришлось бродить по старинке, одновременно с этим пытаясь не привлекать внимание к своей скромной персоне.

И нашел.

Пусть не сразу, а спустя час времени и пару подслушанных диалогов.

Как оказалось, в дальнем конце станции, у заваленного тоннеля, ведущего в тупиковую ветку, было искомое место. При приближении вообще доносились звуки музыки, тихой, но вполне себе бодрой. Она звучала хрипло, с легким шипением. Как будто шла из очень старых колонок.

Перед входом красовалась кривая вывеска, с кричащим названием, “Тупик”. Ту намалевали краской на рваном куске жести, и водрузили прямо над входом в бывшее техническое помещение. Внутри стояла легкая дымка, хотя легкая – слабо сказано. Накурено было так, что хоть топор вешай.

Десятки столов, сделанных из кабельных катушек. Разношерстные стулья. Одни были из бочек, другие походили на офисные кресла. В общем, полноценная солянка из мебели.

И люди.

Чертовски много людей.

Здесь сидели не только обычные беженцы с работягами. Здесь сидели местные бойцы, те, кто ходит наверх. Как у них мелькало в диалогах, они себя называли не то сталкеры, не то скауты. Хрен поймешь в общем. В любом случае, оружие у большинства лежало прямо на столах, рядом с кружками, в которых виднелось мутное пойло.

Вот тоже интересный момент. Неужели местное командование это не смущает? Столь легкая доступность к огнестрелу. А вдруг идиот какой-то палить начнет? По-хорошему, изучить бы этот феномен.

Я протиснулся к подобию барной стойки. Мужик, скорее всего который и был барменом, светил на всю округу своей сияющей лысиной. Эта детина, с татуировкой на шее из семи цифр, протирал стакан вафельным полотенцем.

— Чего тебе? — буркнул он, не поднимая глаз от собственного занятия.

— Есть чего попить? — положил на стойку жетон, который, каюсь, украл у людей, пока сюда добирался. Кажется, именно это и было местной валютой. Если я правильно понял разговор пары стариков около жилых помещений.

Глаза бармена не изменились. Только массивная ладонь, с несвойственной ей скоростью, накрыла предмет, сгребая тот куда-то под прилавок.

— Серьезное дело. — просипел он. — Чего пить будешь?

— На твой выбор. — я сел на высокий табурет. — Да и расскажи, что у нас тут происходит вообще. — сделал паузу. — А то давненько не интересовался новостями.

Бармен на это тихо хмыкнул, и вытер руки о грязный фартук. Он спешно налил мне в кружку что-то темное, пахнущее хвоей и чем-то медовым. Не уверен, но мне казалось, что именно так пахнет патока.

— Да какие новости, брат. — протянул здоровяк. — Наверху как всегда жопа. Скауты говорят, что твари начали лезть и с окраин. Одна из команд вернулась, так вообще глаза были с арбузы размером. Говорили, мол, мигрируют те куда-то. Видели больше, но не сказали что.

Он наклонился ближе ко мне, и полушепотом продолжил.

— А ещё, помнишь, ходил слух про одаренных. — лицо мужика приняло заговорщицкий вид, как если бы он выдавал самую страшную тайну. — Так вот, оказывается, вообще не слух. На главной видели какую-то новую команду. Так там все, эти, одаренные.

— Одаренные? — переспросил я. Слово не было новым, но кто знает, какое значение оно принимает тут?

— Ага, по слухам, личная команда самого Маркова. Правда тот как сидел на главной станции, так и сидит. А это без малого пару перегонов отсюда. — мужик сделал небольшую паузу, очень уж драматичную. В которой было заметно, что в нем пропадает театральный актер. — Говорят ещё, собирают всех, кто чем-то странным владеет.

У меня проскользнуло чувство, что Вейла, внутри головы, несколько насторожилась.

— Странным? — переспросил так же равнодушно, сделав большой глоток чудного варева. Жидкость обжигала горло, но по телу все равно разливалось приятное тепло.

— Ну да. — почесал мой собеседник затылок. — Типо огнем плюнуть, или тварь взглядом остановить. Болтают всякое. Я сам не видел, но говорят, у Маркова такие живут в королевских условиях.

— И как к нему попасть? — не смог сдержать собственного любопытства.

— Просто так не придешь. — усмехнулся бармен. — Туда только по приглашению или через очень большое количество трупов. Да и вообще, только при условии, если ты из тех самых. — хмыкнул мужик.

— А если очень надо и я не из тех?

— Если очень надо... — бармен задумался. — Через тоннель будут послезавтра отправлять конвой. Что там не знаю, сразу говорю. — поднял он руки. — Но могу сказать, что командует лейтенант Скворцов. Если сможешь убедить его. — показал он пальцами движением, которым пересчитывают деньги. — То он может взять с собой. Они сейчас на третьей грузятся.

— Скворцов... — запомнил я.

— Но учти. — голос бармена сейчас стал едва слышимым. — Там ищут бойцов. Так что ты тысячу раз подумай, надо оно тебе.

— Бойцов? — в какой-то прострации процедил я.

— Ага. — коротко рубанул бармен, продолжая натирать стакан.

Я допил пойло одним глотком. Картинка складывалась. Опять Марков. Или я появился где-то рядом с местом, куда собирался изначально. Или это два однофамильца. Что, конечно, немного напрягало. Ну не может быть таких совпадений.

— Спасибо, брат. — встал я со своего места. — Ты мне очень помог.

— Заходи еще. За щедрую оплату – что угодно. — хитро хмыкнул бармен, уже потеряв ко мне интерес.

Я вышел из “Тупика”. Шум и гам остались позади. В голове прояснилось, несмотря на всю запутанность ситуации.

— Вейла, ты слышала? — спросил я.

— Слышала.

— Кажется, что мы рядом. — с улыбкой произнес, обращаясь в пустоту. — Ну что, пойдем посмотрим на Скворцова.

Глава 5

Железный ритм колес отбивал по истерзанным нервам медленную и монотонную дробь.

Ту-дух. Ту-дух.

Ту-дух. Ту-дух.

В этом звуке не было романтики дальних странствий, как когда-то в детстве, когда мы ездили на море или меня отправляли в лагерь. Скорее в нем был только скрежет металла о металл, скрип несмазанных подшипников и тяжелое, натужное дыхание дизельных двигателей, которые тянули нашу импровизированную колымагу сквозь кишку подземного мира.

Я сидел, прижавшись спиной к холодному, слабо вибрирующему борту состава, и смотрел в ползущую темноту. Здесь, в туннеле, она была почти осязаемой. Густой и чем-то напоминающей мазут. Казалось достаточно протянуть руку, и она окунется в самые непроглядные недра.

Свет единственной пары прожекторов, установленных на головной платформе, выхватывал из мрака лишь короткие отрезки пути. Свисающие гирлянды оборванных кабелей и лужи черной, маслянистой воды между серыми шпалами.

Пахло сыростью, сгоревшей соляркой и чем-то соленым.

— Алекс, у тебя слишком сильно участился пульс. — прокомментировала Вейла. Её голос в голове звучал чище, чем грохот нашего состава. — Ты нервничаешь или просто наслаждаешься комфортом местного бизнес-класса?

— Наслаждаюсь. — мысленно спарировал я, поправляя кривую повязку на голове. — Особенно тем, как эта железяка пытается вытрясти из меня душу на каждом стыке.

Глаза сами по себе прикрылись, позволяя памяти отмотать пленку на несколько часов назад.

Попасть в этот конвой оказалось чуть-чуть сложнее, чем мне виделось в самом начале. Да и бармен, конечно же, преувеличил. Но даже так, оно стоило усилий. Потому что сейчас было всяко лучше, чем если бы я мыкался в слепую и топал по поверхности, постоянно в ожидании нападений.

Лейтенант Скворцов, командир этого скоростного поезда, оказался мужиком тертым, подозрительным и злым, как цепной пес, которого любящий хозяин забыл покормить.

— Мест нет. — отрезал он, даже не глядя на меня, когда я подошел к нему на погрузочной платформе. — Вали давай отсюда. У нас тут не такси.

Вокруг суетились бойцы, грузили какие-то ящики с кривой маркировкой. А на те закидывали тюки, замотанные толстым слоем брезента. Вот уж интересно, что там было? Даже с помощью силы, увы, но не удавалось рассмотреть. Слишком много намешано.

Окружающая нас атмосфера была нервной. Все знали, куда они едут. Однако, даже так, по их лицам легко можно было сказать, что те не особо горят покидать относительно безопасный периметр.

В общем, из-за всего этого, мне пришлось импровизировать. Было досадно, но я почему-то не озаботился тем, чтобы узнать, а что нынче вообще в цене у людей? Поэтому, исходя из банальной логики, решил рискнуть.

— У меня есть то, что может быть интересным. — сказал ему, понизив голос, и незаметно, так, чтобы видел только он, ткнул рукой внутрь рюкзака. Там, прямо на свертке с едой, лежал кристалл с одного из Форсунов. Ну кто знает, может эти штуки им нужны?

Я не ошибся.

Глаза лейтенанта жадно блеснули, молнией освещая тьму. Значит, в этом мире, где раньше всем нужны были деньги, валюта стремительно изменилась.

— И да, я ранен. — добавил, чуть ссутулившись, припадая на левую ногу. — Контузия и осколочное. Сам не смогу дойти, да и ждать следующего пассажирского конвоя, увы, нет сил и времени.

Это была наглая ложь. Обычно её хоть немного приправляют правдой. Но в моем случае, скорее вывалили просто двойную порцию. Однако, стоило заметить, что я действительно был ранен. Из-за усталости, даже моя скоростная регенерация не справлялась полностью с общим истощением. Поэтому надеялся, что в пути получится как следует отдохнуть. Хотя бы пол часа.

Но для Скворцова пришлось разыграть спектакль умирающего лебедя. Вейла, конечно, не упустила шанс прокомментировать мои актерские способности.

— Станиславский бы застрелился, Алекс. Ты очень переигрываешь. Не верю. — буркнула наставница. — И вообще, хромота слишком уж театральная.

— Вейла, знаешь, ты в последнее время начинаешь меня подбешивать. — ответил девушке, мысленно представляя самую хитрую улыбку, на которую был только способен.

Тем временем, Скворцов колебался. Алчность боролась с инструкциями и правилами. Но вышло так, что алчность победила. Его даже не смутило, откуда у гражданского может быть кристалл. Да и вообще, что это за гражданский такой.

— Прыгай в замыкающую. — буркнул он, выхватывая кристалл из моей руки с ловкостью фокусника. — И сиди тихо. Если начнется замес, увы, будешь сам по себе. Ещё такие есть? — показал он глазами на кристалл, который покоился в его рюкзаке.

— Нет. — вроде как соврал и одновременно сказал правду. Ну а что? Как там говорила Вейла, они все отличаются. Так что точно такого не было. А что там в хранилище, так это пес его знает. Туда пока не заглядывал. Да и мало ли какие мысли у того возникнут, узнай он, что у меня есть ещё. — Этот и то случайно достал…

— Ну и хрен с тобой. — пожевал он губы, смахивая с волос пыль. — Просто не лезь под ноги, наши ребята все сделают, если начнется бой. И следуй командам, иначе можешь попасть под раздачу. — зло бросил в конце Скворцов.

И теперь я здесь. Трясусь на открытой платформе, зажатый между ящиками с провизией, парой десятков раненых, и пятеркой хмурых бойцов, стреляющих глазами в разные стороны.

— Как думаете, долго ещё? — не выдержал я общего гнетущего молчания, открывая глаза и выныривая из воспоминаний.

Вопрос был адресован моему соседу – старику с морщинистым лицом, и недельной щетиной. Он сидел, обнимая винтовку как родную дочь.

Тот медленно повернул голову. В полумраке блеснули усталые глаза.

— Куда торопишься, парень? — проскрипел как старая дверь мужик. — На тот свет всегда успеешь. А пока наслаждайся дорогой. Или не любитель поездов? — хмыкнул в конце явно что-то вспомнив.

— Да мы уже часа два как едем. — парировал в ответ. Я старался говорить тихо, надо же поддерживать легенду о том, что я ранен. — Раньше этот перегон поезд пролетал максимум минут за пять, максимум семь. А мы ползем, как черепаха в коме. Пешком можно дойти быстрее.

— Раньше... — усмехнулся солдат, сплевывая за борт. — Раньше здесь люди ездили, на работу, к девкам, в кино.

Он похлопал по прикладу винтовки.

— Ты думаешь, почему мы так крадемся? Думаешь, солярку экономим?

— Не знаю. — честно ответил тому, хотя кое-какие мысли у меня на этот счет были. — Потому и спрашиваю.

Старик наклонился ближе. И мне в нос ударил запах махорки и легкие оттенки медицинского спирта.

— Шум, сынок. Шум – это смерть. Здесь, внизу, акустика такая, что если пернуть громко на юге, то на кольце услышат через секунду. А твари... они знаешь как на шум сбегаются? Ого-го как…

Пожилой воин кивнул в сторону черного зева тоннеля, который проплывал мимо нас. Мол, посмотри, и все поймешь.

— Стены здесь узкие. Если мы разгонимся и начнем грохотать на стыках, то привлечем внимание. А в узком тоннеле, если на тебя попрет волна мяса, сманеврировать будет некуда. — он кинул рукой в сторону, как бы очерчивая нашу металлическую гусеницу. — Тем более в охранении у нас сплошняком пехота, тут с тяжелым оружием не побалуешься. Вдруг обвал?

Я посмотрел на проплывающие мимо нас стены. Они были покрыты какой-то слизью, которая тускло поблескивала в свете прожекторов и налобных фонариков. Иногда мне казалось, что внутри них что-то шевелится.

— Поэтому и ползем. — продолжил дед, заметив мой взгляд. — Ты не переживай, молодой, Скворцов знает свое дело. Лучше три часа трястись и приехать живыми, чем пролететь с ветерком и остаться в тоннеле навсегда. Здесь есть участки... — он приблизился к моему лицу, облокотившись на низкий борт. — Где иногда даже мотор глушат и чуть ли не тянут вручную.

— И много тут таких мест? — напрягся от его слов. Очень уж не хотелось, чтобы сегодня меня запрягли на незапланированную физическую активность. У меня все ещё было в планах отдохнуть.

— Ну как сказать… — протянул старик. — Раньше было много. Сейчас, после зачисток, парочка осталась. Но рядом стоят смены скаутов, которые предупреждают. Прошлых ты проспал, как я видел.

— Вейла, мы разве мимо кого-то проезжали? — спросил у наставницы, потому что не мог припомнить таких событий.

— Ага. — коротко кинула та в ответ. — Где-то час назад, что-то мелькнуло с правой стороны. Видимо тогда сигнал и подавали.

Я обратился к силе, чтобы осмотреть ближайшую местность. К нашей общей радости, было очень тихо. Это, конечно, при условии, что тут нигде не прячется пара глумеров.

Вот с кем пока точно не хотелось встречаться.

Металлическая змея внезапно замедлилась, а потом и вовсе встала на месте. Лязгнули сцепки. Головной двигатель пару раз глухо чихнул, и перешел на холостые обороты. С моего места они походили на едва слышимое урчание.

Урчание. Интересно, а где все кошки?

— Приехали? — спросил я, отвлекаясь от мыслей про пушистых друзей.

— Тише. — шикнул на меня ещё один боец, с длинной, черной бородой, мгновенно подобравшись. Его расслабленность исчезла, сменившись хищной концентрацией.

По рации передали команду. — Гасите свет. Оружие к бою. Всем сохранять тишину.

Прожектора на головной машине пару раз мигнули и погасли. Мы погрузились в абсолютную, вязкую тьму. Только где-то вдалеке, впереди, мерцал тусклый красный огонек. Очень может быть, что это один из рабочих стоп-сигналов или аварийная лампа.

В наступившей тишине стали слышны звуки, которые раньше скрывал шум движения.

Кап-кап-кап. Вода. Шорох осыпающейся штукатурки. Далекий, на грани слышимости, скрежет. И дыхание. Тяжелое дыхание десятков людей вокруг меня.

Раскинув в стороны сферу, я пытался понять, от чего так насторожились военные. Мир, внутри моей головы, преобразился. Перед глазами раскинулась монохромная карта. На ней, теплым светом мигали сигнатуры бойцов. И казалось, что я мог услышать даже стук их сердец.

— Как-то на экранах тихо, а все напряглись. Не люблю такое. — мысленно обратился к Вейле.

— Кто знает, может просто попали в пробку? — отозвалась девушка. — Но если прислушаться чуть внимательнее, то там, в глубине, действительно что-то есть.

— Где именно? — не удержался от вопроса, и подобравшись, старался приготовиться к любой неожиданности.

— Спроси что полегче, я тебе не палочка-выручалочка! — недовольно пробубнила она в ответ.

Медленно, стараясь не издать ни звука, потянул руки к рюкзаку. Если вдруг начнется заварушка, то я моментально смогу закинуть его себе на плечи. Главное сделать так, чтобы раньше времени никто не понял, что у меня есть силы. Палиться очень не хотелось.

Дальнейшие минуты тянулись словно резина. В темноте время теряло всякий смысл. А воображение рисовало страшные, иногда вообще кровавые картины.

Однако, все это мгновенно перешло на второй план. Впереди раздался звук.

Щелчок.

Как будто кто-то сломал сухую ветку. Или полую кость.

Бородач рядом со мной резко передернул затвор. От чего этот звук показался мне оглушительным.

— Идиоты. — прошипел кто-то слева.

Следом за этим началось.

Сначала вибрации. Они пошли по полу платформы, отдаваясь в подошвах ботинок. А вот после уже донесся и звук. Шелест. Словно тысячи сухих листьев погнал ветер.

Но вот незадача.

Здесь не было листьев.

Это были лапы. Много лап. В зону моего восприятия уже попали первые особи.

Мелкие, те самые, скоростные уродцы.

— Свет! — заорал Скворцов где-то в голове колонны. — Свет, мать вашу! Нас уже обнаружили! Огонь по готовности!

Прожектора вспыхнули, разрезая тьму кинжалами света. Сейчас перед глазами была жуткая картина.

Стены и потолок тоннеля шевелились.

Это были не привычные Ашениты или Сиархи. А те самые твари, размером с крупную собаку. Они частично прикрывались хитиновыми наростами болотных цветов, что мешало стрелкам быстро их ликвидировать.

И, чёрт побери, их было много! Маленькие ушлепки неслись по стенам, по потолку, свисая целыми гроздьями.

— Гремлины! — выдохнул бородач, нажимая на спусковой крючок.

Значит не у одного меня были мысли их так обозвать, походу оно прижилось в обществе.

Грохот выстрелов ударил по ушам. В замкнутом пространстве тоннеля он не просто звучал, а скорее бил по перепонкам. Вспышки дульного пламени озарили платформу стробоскопическим светом, выхватывая из темноты оскаленные морды тварей, брызги какой-то жижи и перекошенные лица солдат.

Мелкие гады посыпались на нас с потолка, как дождь из камней.

Одна из них шлепнулась прямо на ящик передо мной. Кривоватые конечности, острые когти, с которых капали капли воды и маленькие глазки-бусинки.

Она зашипела, моментально прыгая в мою сторону, с надеждой вцепиться мне в шею.

Вот только я долго думать не стал. Рефлексы, вбитые тренировками с Вейлой, сработали быстрее. Левая рука метнулась вперед, а с неё сорвались тонкие иглы, прошивающие уродца на вылет.

Хруст хитина был слышен даже сквозь стрельбу. Гремлина разорвало на куски, отбрасывая обратно в темноту. Он во что-то врезался и начал стекать, растворяясь, как и другие низшие.

— Слева идут! — гаркнул бородач, не переставая поливать огнем потолок.

Кажется никто не заметил моего выпада, потому что все были заняты попытками выжить.

— Сзади! — крикнул я, почувствовав отклики из пространства.

Две твари запрыгнули на платформу с тыла, пытаясь утащить в темноту того самого старика.

Крутанувшись на месте, оттолкнулся ногами в его сторону. Промедление могло стоить ему жизни. Потому что он совсем не обращал внимания на приближающуюся опасность.

Первая тварь, уже вцепившаяся в его ногу, желала отведать человеческого мяска. Но я вовремя успел. Всё ж таки нога, напитанная силой, и мои физические способности – вещь. Кто бы мог подумать, что у монстра голова лопнет как арбуз от одного удара?

Этих мгновений старику хватило с запасом, он ушел перекатом в сторону, держась рукой за раненую ногу. И уже оперативно накладывал тугую повязку.

Следующим движением припечатал второго, попадая стопой ему точно в сочленение панциря на шее. Кинетическое воздействие было мощным, потому что плоть разорвало с хлестким лопающимся звуком.

— Отходим! — заорал откуда-то Скворцов. — Давайте ход назад! Их больше, чем нам докладывали скауты!

Наш состав дернулся, двигатели моментально взревели, и мы начали медленно, мучительно медленно пятиться обратно.

Но твари от нас не отставали. Они продолжали сыпаться на платформы, с визгом кидаясь на ближайших к ним людей. Сейчас до меня тоже доходило, что их как-то действительно многовато. Мои чувства выли от десятков откликов.

Единственное, что пока радовало, так это отсутствие врагов большего размера.

— Вейла! — позвал наставницу. — Кажется, нам не удастся пройти туда скрытно. Боюсь, мы либо откатимся, либо их всех порешают.

— Ты уверен? — отозвалась она мгновенно. — Вдруг они того, как и остальные…

— Для этого я к тебе и обратился. — скороговоркой выдал ей. — Следи за окружением, боюсь, что меня на все сразу не хватит.

Вскинув обе руки вверх, обратился к энергии. Пси хлынула потоком, одновременно формируя несколько барьеров рядом с ранеными, и превращаясь в смертельные лезвия, выкашивающие противников.

По каналам прошел горячий поток. Такое у меня было не в первый раз, но каждый из таких эпизодов оказывался малоприятным.

Несколько бойцов, увидев, как из ниоткуда появились полупрозрачные пленки, отшатнулись в стороны, и даже сделали несколько выстрелов по ним.

— Идиоты, не стреляйте! — кинул в их сторону с раздражением. Вот ещё не хватало тратить силы, чтобы поддерживать барьер от атаки своих.

Твари, падающие с потолка, бились о защиту, с шипением отскакивая обратно. Первым делом они напомнили мне град, отлетающий от стекла.

Военные, наконец обратив на это внимание, даже прекратили стрельбу, ошарашенно вращая своими глазами по сторонам.

— Какого хрена вы встали?! — заорал на них, ощущая, что внутри все кипит от напряжения. — Стреляйте по тем, кто сбоку! Я уберу тех, кто сверху!

Шквал огня возобновился с удвоенной силой. Люди поняли, что у них появился шанс.

Мы пятились метров сорок. Сейчас казалось, что на нашей платформе собрались все люди, которые были в конвое. А это без малого человек пятьдесят. Вот только больше полутора десятков мы уже успели потерять.

Мои щиты нещадно трещали, а иглы, только формируясь, сразу срывались вперед, в атаку, к ближайшим противникам. Я чувствовал каждый удар и каждое попадание в цель.

Наконец, спустя минут пять, мы выкатились из зоны “дождя”. Твари остались в темноте, не решаясь преследовать добычу, которая оказалась им не по зубам. Да и кроме того, я прекрасно чувствовал, что их осталось не больше пары десятков. И те уже забиваются в щели.

Опустив руки, развеял побитые щиты. Ноги слегка подкашивались. По моим ощущениям, я потратил за считанные минуты больше половины своего резерва. Кажется, что я так напрягался только в бою с глумерами.

— Ты... это... — бородач смотрел на меня круглыми глазами. Его винтовка дымилась. — Ты кто такой вообще, парень?

Скворцов уже бежал к нам с переднего края, перепрыгивая через мешки и лежащих людей. Его лицо было перемазано копотью, а на боку болтался пробитый шлем.

— Кто это сделал?! — рявкнул он.

Бойцы расступились, и я сразу оказался под прицелом его взгляда.

— Я это, я. — хрипло ответил в его сторону, так и не понимая, чего ждать дальше. — Раненый, помнишь?

Скворцов моментально замер. В его глазах мелькнуло понимание. Он смотрел на меня, потом на мои руки, и на сотни камней, лежащих подле наших ног.

Выражение его лица несколько раз поменялось: гнев, удивление, страх. И, наконец, осознание.

— Значит это не байки… — пробормотал мужик, словно вспоминая что-то. — Одаренный.

Он сплюнул под ноги и убрал руки с оружия.

— Так ты не раненый, ты одаренный. — констатировал уже известный факт. — Что ж ты сразу не сказал, что в спецотряд едешь?

— Да как-то к слову не пришлось. — не стал вдаваться в подробности, как и пытаться объяснять ему что-либо. — Доедем теперь? Или еще потанцуем?

Скворцов хмыкнул. Впервые за всю поездку в его взгляде появилось уважение.

— Доедем. Теперь точно доедем. Если ты еще пару таких фокусов выкинешь, мы тебя всем взводом до кабинета начальника донесем.

Он развернулся и гаркнул своим людям.

— Собрать добычу, проверить потери! Перевязать раненых! Двигаемся малым ходом, и без остановок!

Состав снова дернулся, и набирая ход, покатился дальше.

Я устало прислонился затылком к ящику. В голове немного шумело, но это было терпимо. Вейла ворчала, что нам надо больше тренировок, и о том, что я безрассудный примат.

Мы отбились. Помимо того, к счастью, в меня не целились с автоматов. Зато то и дело стреляли глаза, наполненные интересом. Значит не все так плохо. Да и вроде как репутация появилась.

— Ну что, моя дрожащая наставница. — подумал, глядя, как тьма тоннеля снова смыкается за нами. — Кажется, в этот раз нас не будут пытаться убить.

— Зато нас будут пытаться использовать. — вздохнула она.

— Это да. — не мог с ней не согласиться.

Впереди, сквозь мрак и грохот колес, чувствовалось приближение чего-то огромного. Даже фон энергии тут менялся. Мы приближались к главной станции этого подземного мира.

Глава 6

Кабинет местного руководителя станции, меньше всего напоминал хоть что-то благопристойное. Скорее, он походил на маленькую бетонную коробку, в которую кто-то по ошибке засунул офисную мебель.

Стены, покрытые облупившейся синей краской, давили своей монументальностью, а воздух был пропитан запахом перегоревшей проводки и жженого кофе. Помимо этого, сейчас чувствовался неприятный и липкий страх. Он исходил от четверых мужчин, стоявших у массивного железного стола, опустив головы, словно нашкодившие школьники.

— Что?! — воскликнула женщина, ее голос, обычно спокойный и властный, сорвался на низкочастотный визг, от которого, казалось, мигнула тусклая лампа под потолком.

Она в гневе тряхнула черной, как сама тьма подземных туннелей, копной волос. Глаза ее метали молнии, и в этом взгляде читалось обещание медленной и мучительной расправы над этой четверкой.

— Как вы его умудрились упустить? — женщина ударила ладонью по столешнице так, что пепельница, полная окурков, подпрыгнула вверх. — У нас тут людей не больше пяти тысяч! Из которых половина солдаты, а вторая половина рабочие! Здесь все друг друга знают в лицо, по именам и по размеру обуви! А вы мне говорите, что неизвестный просто растворился в воздухе?

— Капитан… — поднял ладонь старик с седыми усами. Тот самый, что еще пару часов назад дергал затвором и чувствовал себя хозяином положения. Сейчас он выглядел жалко: лицо серое, руки предательски дрожат, а взгляд бегает по полу, боясь встретиться с глазами начальства.

— Молчать! — рявкнула она, и старик втянул голову в плечи.

Женщина без сил рухнула обратно на скрипучий стул. Адреналин схлынул, оставив после себя свинцовую усталость. Она устало потерла переносицу, пытаясь унять пульсирующую боль в висках. Эти идиоты не просто упустили беженца или гражданского. Они упустили нечто куда более важное, и она это чувствовала. Интуиция, полученная в новом мире, выла сиреной.

Взгляд медленно прошелся по подчиненным. Четверо здоровых мужиков. Вооружены, экипированы. И их обезвредили, как детей в песочнице. Без единого выстрела.

— Вы хоть записи сняли с предбанника? — спросила она. Голос стал тише на пару полутонов, но от этого он был не менее угрожающим. — Или камеры тоже решили отдохнуть, пока вы валялись в отключке?

— Так точно! Сняли! — хором раздалось со всех сторон. Усатый торопливо, путаясь в карманах разгрузки, вытащил флеш-накопитель и положил его на край стола, словно это была ядовитая змея.

Капитан, которую звали Елена Викторовна, но за глаза все говорили просто “Мамба” за черный цвет волос и ядовитый характер, брезгливо взяла накопитель, втыкая его в разъем потертого, гудящего как трактор ноутбука.

Экран мигнул, после чего появилась зернистая картинка.

Она подалась вперед, впиваясь взглядом в монитор.

Вот они стоят. Четверо. Расслабленные, вальяжные. Усатый что-то говорит, сплевывает. Типичное поведение царьков на пропускном пункте. Елена скрипнула зубами. Она сотню раз говорила им: “Не расслабляться”. Но дисциплина… понятие, которое выветривается первым, когда исчезает прямая угроза.

А вот и он. Незнакомец.

Елена нажала на паузу.

Фигура в плаще. Лица не видно, капюшон скрывает всё, что могло бы сказать о том хоть что-то конкретное. Но поза… Она профессиональным взглядом оценила положение его тела. Он явно не боялся. Ни капли. И это несмотря на тот факт, что пытался наоборот, внушить собеседникам чувство, что он слаб.

Вот только его с головой выдавали плечи, которые для такой ситуации были слишком расслаблены. Руки опущены, но в этой расслабленности чувствовалась пружина, готовая распрямиться в любую долю секунды. Рюкзак висит на одном плече – признак либо глупости, либо абсолютной уверенности в собственных силах.

Она нажала кнопку воспроизведения.

Диалог на записи слышно было плохо, но жесты говорили громче любых слов. Усатый что-то требовал, и судя по рваным движениям, вообще, угрожал. Особенно об этом кричало то, как он передернул затвор.

И тут начинаются неожиданности.

Незнакомец поднимает руку. Буквально пара пальцев.

На экране не было видно спецэффектов, если те и существовали, скорее всего, камера не могла передать потоки энергии или то, о чем они тут толковали добрые пятнадцать минут. Но результат был налицо. Бойцы застыли как вкопанные статуи.

Елена перемотала этот момент назад, вновь просматривая от начала до конца.

Ещё раз.

И еще раз.

Была бы возможность, так она точно засмотрела бы запись до “дыр”.

— Блокировка… — прошептала она слово, сорвавшееся с губ неизвестного. Как тут же холодок пробежал по ее спине. — Полный паралич на дистанции, без какого-то прямого контакта.

Женщина медленно перевела взгляд на понурых охранников. Теперь в ее глазах не было ярости, только презрение к идиотам, умудрившимся нарушить все правила и регламенты.

— Вы хоть понимаете, что очередной раз учудили? — тихо озвучила свой вопрос.

Охранники молчали.

— Это был одаренный. — чеканила каждое слово. — И не простой, как те, кто умеют поджигать спички взглядом или просто тянут на пару сотен килограмм больше. Этот. — ткнула она пальцем в монитор. — Явно умеет пользоваться собственными силами.

Она снова уставилась в экран. Там незнакомец аккуратно укладывал тела на пол. Бережно, чтобы не ударились и не повредили себе чего-то.

— Он вас пожалел. — констатировала та. — А вы? Как всегда?

Елена резко встала, опрокинув стул. Тот обиженно упал навзничь, и слегка проскрипел по полу. Она подошла к усатому вплотную. Тот был выше нее на голову, но сейчас казалось, что капитан возвышается над ним как гора.

— Рассказывай. — потребовала хозяйка кабинета. — Дословно. Что вы ему сказали? Что вы хотели? И почему нарушили правила при контакте с одаренными.

— Да мы… это… — замялся старик, вытирая пот со лба. — Просто хотели проверить. Подозрительный он. В плаще, лицо прячет. Рюкзак странный… оттуда выпирало что-то треугольное. Думали бомба. Мы попросили показать вещи, чтобы досмотреть.

— Досмотр? — переспросила Елена, прищурившись. — Или ты, старый стервятник, решил, что очередной раз нашел легкую добычу? Решил тряхнуть одиночку на предмет чего-то полезного? — женщина усмехнулась и добавила. — Думаете, я не знаю, как вы работаете?

Мужчины покраснели, то ли от страха, то ли от стыда. Но по их шее пошли красные пятна.

— Время такое, капитан… — пробурчал старик в попытке выгородить остальных. — Сами же знаете…

— Молчать! — ее крик хлестнул по ушам. — Вы идиоты! Клинические, безнадежные идиоты!

Она отошла к карте сектора, висевшей на стене, и ударила по ней кулаком.

— У нас есть правила! У нас есть устав! — Елена ткнула ладонью в сторону своего ноутбука. — Вы все проходили инструктаж, в котором четко говорили, что при встрече с одаренными, категорически запрещается их провоцировать и угрожать. После чего надо немедленно, повторюсь, немедленно докладывать командованию! — женщина шумно выдохнула, и резко втянула в себя воздух, чтобы продолжить отчитывать подчиненных. — Вы должны были вызвать меня! Мы могли бы договориться! Нам нужны такие люди! Нам нужны бойцы! А вы? Вы решили его ограбить?

Повернувшись к ним, ее лицо выражало крайнюю степень отвращения. Как собеседниками, так и всей ситуацией.

— Из-за вашей жадности мы не просто упустили потенциального союзника. Мы, возможно, нажили себе врага. Или вы не в курсе, как получилось на юге?

Елена снова посмотрела на экран. Незнакомец уже скрылся в стороне клети, ведущей вниз, предварительно сделав какие-то странные жесты руками. Звука на видео тут не было, но она прекрасно могла разобрать момент, как он положил руку на рычаг. И вся конструкция двинулась.

— Он ещё и звук заглушил. — шепотом пробормотала она, догадавшись по паре движений о том, что происходило на видео. — Он спустился вниз, в сектор охраны, и никто даже не услышал, как работает эта чертова громыхающая клеть.

Дальше их мучить смысла не было, и та вернулась за стол, доставая откуда-то рацию, моментально переходя на общий канал.

— Внимание всем постам! Объявляется “Желтый” код. Ориентировка: мужчина, рост около метра восьмидесяти, спортивное телосложение. Одет в песочный плащ с капюшоном, при себе имеет потертый рюкзак с треугольным содержимым. Особые приметы: одаренный.

Она сделала паузу, давая информации улечься в головах дежурных.

— При обнаружении не вступать в контакт, избегать агрессии. Оружие не применять! Только наблюдение и немедленный доклад в штаб.

Елена отложила рацию и посмотрела на сегодняшнюю команду, стоящую в карауле у входа.

— А теперь о вас.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь гудением вентиляции.

— Я, конечно, не отдам вас под трибунал. — сказала она неожиданно спокойно. — Это слишком много волокиты. Да и к тому же придется докладывать на главную.

Охранники несмело подняли головы, в их глазах затеплилась надежда.

— Но. — продолжила она, и надежда умерла, так и не родившись. — Если я узнаю, что вы еще хоть раз попытаетесь “досмотреть” кого-то с целью личной наживы… Если хоть одна жалоба поступит от гражданских, что у них пропали часы, консервы, вода или ещё что-то…

Женщина подошла к ним вплотную и прошептала на ухо старику, но так, чтобы слышали все.

— Я вас лично, своими руками, свяжу и вышвырну за внешний периметр. Прямо в спальник, где, как вы знаете, бродит очень много альф. Говорят, они любят живое мясо, особенно с душком гнили, которым от вас разит за версту.

У бойцов после этих слов кровь отхлынула от лица, и их кожа приобрела меловой оттенок.

— Я ясно выразилась?

— Т-так точно, капитан! — выдохнули те вместе.

— Вон отсюда. Идите в медицинский блок. И чтобы глаза протерли. После чего отправляйтесь искать неизвестного. Свободны.

Когда дверь за незадачливыми вымогателями закрылась, Елена устало подняла упавший стул, и плюхнулась в него с каким-то разочарованием.

Она закрыла глаза.

Картинка на мониторе застыла.

Фигура в капюшоне.

— Кто же ты такой? — улетел вопрос в пустоту. — И почему не дошел до меня? Мне бы очень хотелось знать, что делать, чтобы заиметь такие же силы…

Ее чутье подсказывало, что визит не был случайным. И более того, что он, посетитель, вполне мог дать ей ответы, которых не было сейчас у ученых. Сколько они уже успели провести опытов и экспериментов? Не счесть. Но за исключением парочки удачных эпизодов, увы, никто не мог приблизиться к силам этого одиночки.

Одаренные такого уровня не бродят по метро просто так. У них всегда есть цель. А если его цель – станция. И тот же план, что был на юге… дела плохи.

Она ещё раз посмотрела на запись. Момент, когда он укладывал старика.

Бережно.

— Нет, не похож на убийцу. — решила та для себя. — Это хорошо.

Елена потянулась к рации, настроенной на внутреннюю связь. Нужно было связаться с сектором наблюдения. Если вдруг он спустился в основную часть жилой зоны, то гарантированно засветится по пути.

— Найдите мне его. — прошептала она, глядя на застывший кадр. — Найдите, пока он не натворил дел.

К сожалению, женщина еще не знала, что опоздала. Молодой человек давно сменил свой плащ, растворяясь в толпе людей. А треугольный рюкзак перекочевал в обычный вещмешок..

***

В то время, пока на поверхности царил переполох, в сердце подземного мира, в кабинете, куда сейчас мечтали и боялись попасть многие, стояла звенящая, стерильная тишина.

Майор Марков, человек, чье имя уже успело разнестись среди убежищ, стоял у огромной карты метрополитена, занимавшей всю дальнюю стену. Карта была новой, её не так давно принесли из запасников. Напечатанной на плотной бумаге, но от безумного количества меток, сейчас она напоминала лоскутное одеяло, исчерканное цветными маркерами.

Красные зоны – опасные территории. Черные кресты – гибельно опасные, места, где находились гнезда тварей. А вот редкие зеленые круги, наоборот, были островками безопасности, которые то появлялись, то сжимались, словно шагреневая кожа.

Марков медленно провел пальцем по паре толстых линий, уходящих далеко на юг. Его палец был сухим, узловатым, с аккуратно подстриженным ногтем. Многие могли сказать, что это пальцы пианиста, но никак не военного, хотя Артем Артемович ни разу не садился за музыкальный инструмент.

— Южный блок… — пробормотал он голосом, полностью лишенным эмоций. Сухой, как песок в песочных часах.

Он отошел от карты и сел в глубокое офисное кресло за потертым столом. Это кресло, как и некоторую часть убранства, не так давно принесли с верхушки группы скаутов. После чего их продали на местном рынке, а к нему они уже попали в виде подарков.

На столе, в идеальном порядке, лежали папки с докладами. Слева по снабжению. Справа – разведданные. А вот в центре, на планшете, основная информация по их проекту, связанному с одаренными.

Марков взял его в руки, ощущая привычную, гладкую поверхность металла.

Его мысли вернулись к решению, принятому полторы недели назад. Решение отправить новое подразделение, новую группу на разведку южных станций многим казалось безумием и преждевременным действием. Даже его ближайшие командиры задавались вопросами, стоило им только выйти из кабинета после совещаний.

“Там смерть” — говорили они. “Там заправляют фанатики, такие, что стоит попасть в эту зону, как и сам начнешь сходить с ума”.

Но Марков знал чуточку больше.

У него были свои источники. Всё ж таки первые группы и засланные шпионы кое-что да приносили. Пусть и не все возвращались обратно.

Именно с южной стороны он чувствовал дуновение ветра перемен. Там, в глубоких коллекторах подземки, зарождалось новое общество. По крайней мере, если верить докладам.

— Неделя... — он постучал пальцами по планшету. — Контрольный срок выйдет сегодня.

Группа состояла не из простых солдат. Можно сказать, это были лучшие выходцы из программы по улучшению способностей, и те, кого им удалось привлечь со стороны.

Люди, которых он отбирал лично. А кого-то за эти месяцы, вообще, выкормил с рук, давая цель и ощущение избранности. Они умели гнуть металл руками, быстро реагировать, чуять то, что обывателям не под силу. А иной раз и вообще кидать огненные шары.

Вот только сейчас они молчали.

Это могло означать две вещи. Либо они мертвы, и их черепа теперь раскиданы по подземелью. Либо они нашли то, что искали, и теперь соблюдают режим радиомолчания, чтобы не выдать себя.

Марков склонялся ко второму варианту. Хоть он и не был оптимистом. Но даже со стороны циничного прагматизма, его интуиция говорила, что те ещё живы.

Мужчина откинулся в кресле, глядя в потолок, где вокруг лампы кружили комары. Которые не пропали даже в новом мире. Вот откуда они тут взялись?

Время идет, а некоторые вещи остаются прежними. Мы прячемся в норах, как крысы, строим баррикады из мешков с песком, но всё это временные меры. Песок не остановит эволюцию. Чтобы выжить, нужно стать её частью. А лучше вообще возглавить.

Именно для этого он собирал одаренных. Не только для того, чтобы защищать гражданских и старые порядки, как думают некоторые идиоты. А для того, чтобы родилось нечто новое, на руинах старого мира. Можно сказать расу, способную выйти на поверхность и заявить свои права на планету.

Снова. Ещё раз.

Но ему не хватало знаний. У них был минимум информации. Более того, за все время у них так и не появилось понимание, по какому принципу люди получают те или иные силы.

Большинство тех, у кого открывался дар, были слабы. Ну вот какой прок в том, что человек может управлять ростом волос на кончиках пальцев? По крайней мере пока что применения этому найти не смогли.

Дверь кабинета была обита звукоизоляционным материалом, поэтому стук прозвучал глухо, словно из-под воды.

Марков поморщился.

У него не так часто было время, когда он мог спокойно поразмышлять. И вот сейчас его прерывали, что было не очень приятно. Но в это время к нему мог прийти только помощник, и только по важному делу.

— Войдите. — негромко произнес он. В абсолютной тишине кабинета это прозвучало как приказ.

Дверь бесшумно отворилась. На пороге возник боец, который и был его личным помощником. Молодой, подтянутый, с папкой под мышкой. Идеальный исполнитель. Глаза умные, не лишенные собственной воли.

Марков любил таких.

— Товарищ майор. — вытянулся солдат в струнку, но в кабинет проходить не спешил, оставшись у порога. — Разрешите доложить?

— Докладывай. — майор вернул планшет на место, выровняв его строго по центру стола.

— Пол часа назад прибыл конвой. Ведущий группы охранения, лейтенант Скворцов.

Марков едва заметно кивнул. Это была рутина, которой он уже не занимался, делегируя другим ответственным. Как не крути, но такой вопрос не требовал личного внимания.

— И что? Там забыли где склад? Или кто-то внезапно захотел медаль за то, что проехал по прямой кишке без происшествий?

— Никак нет! — в голосе помощника проскользнула нотка неуверенности, что заставило Маркова насторожиться. Тот не так часто колебался. — Скворцов просит... настаивает на личной аудиенции. Да и было там происшествие…

— Настаивает? Происшествие? — Марков медленно поднял бровь.

— Он только сообщил, что у них есть особый груз.

Майор замер. Пальцы левой руки сжались в кулак. Что ещё за особый груз? Неужели какой-то новый труп монстра, который не растворяется жижей.

— Продолжай.

— С ними прибыл человек. Скворцов утверждает, что подобрал его на погрузке. Сначала перевозили как раненого, но в пути... — парень сглотнул, словно ему было трудно говорить, — ...в пути на конвой напали. Свора гремлинов в узком перегоне.

Марков подался вперед. Гремлины в узком перегоне, зачастую, это почти гарантированная смерть для открытых платформ с одной лишь пехотой. Но как? Если скауты докладывали, что те ушли в сторону центра.

— И?

— Они отбились. Не без потерь, конечно. Но Скворцов утверждает, что этот человек в одиночку поставил энергетический щит над своей платформой. И мало того, что удерживал его, так умудрялся ещё ликвидировать противников.

В кабинете повисла тишина. На этот раз она была не стерильной, а наэлектризованной.

Одаренный.

Марков прекрасно знал возможности большинства из них. И лучшие, едва ли были способны на такое. Хотя, дед, пожалуй, мог.

— Где они сейчас? — Голос Маркова стал вкрадчивым, мягким.

— Ждут у административного блока.

— Молодцы. — усмехнулся майор.

Он встал из-за стола, поправив свою одежду.

— Кто он? Имя? Документы? Ещё что-то известно?

— Ничего не говорит, сказал, что будет разговаривать только с главным. По протоколу мы не идем на конфликт. — отчеканил помощник.

— Хорошо, ведите. Поговорим. — рубанул Артем Артемович.

— Так точно! — козырнул молодой боец, и развернувшись, вышел в коридор.

Глава 7

— Волнуешься? — спросил Скворцов, скрестив свои руки на груди и окидывая меня оценивающим взглядом, словно заводчик, прикидывающий шансы любимой лошади на скачках. — Ты не переживай, все будет отлично. Люди должны держаться вместе. А не то нас всех изведут со свету… и без того уже загнали под землю. — покивал он головой, в попытках убедить в этом себя больше, чем меня.

Вот с чего он вообще взял, что я волнуюсь? Неужели мое лицо, озабоченное внутренней перепалкой с Вейлой, похоже на маску переживаний? Что ж, это даже на руку. Пусть думает, что мне просто повезло. А теперь мои поджилки трясутся перед большими начальниками. Хотя с другой стороны, как-то быстро поменялось его отношение ко мне. Если в самом начале он был настроен явно негативно, то сейчас настрой кардинально сменился.

Мы сидели в так называемой зоне администрации на главной станции, куда прибыли чуть меньше часа назад. И, надо признать, контраст с предыдущим местом был разительный.

Мало того что людей здесь было на порядок больше. Так ещё за герметичными дверями и усиленными блокпостами, пахло не безысходностью, а ярким ароматом надежды.

Да и в остальном, убранство, тоже отличалось. Стены свежевыкрашенны, пусть и хаотично, разной краской и в случайном порядке. Но это на мой, сугубо субъективный взгляд. А лампы мигали не так часто, заливая пространство ровным, почти дневным светом. Что в общем формировало положительное впечатление.

Но мне пришлось приглушить свои чувства, сжимая сферу восприятия до минимума. Буквально до нескольких метров. А иной раз вообще отключать. Потому что вокруг было слишком много людей и других точек, то и дело генерирующих бесконечные отклики. Ментальные вспышки, эмоциональный фон – всё это перегружало мой мозг, как хакерская атака на старый сервер.

— Да я и не переживал особо. — наконец ответил Скворцову, лениво потягиваясь на мягком диване. А мысленно, одновременно с тем, обратился к наставнице. — Вейла, как ляжем сегодня спать, вытяни меня принудительно к себе. Надо бы потренироваться.

— Хорошо, Алекс! — донесся бодрый ответ девушки. Судя по тону и характерному чавканью, моя внутренняя квартирантка опять что-то аппетитно жевала. — Хочешь в менталистике попрактиковаться? Или будут другие пожелания, например, поспаринговать с глумером?

— В менталистике. — кивнул про себя. — Хотя как тренироваться... Сначала бы вообще разобраться, с чем её едят. Но, с другой стороны, я не могу ни о чем думать, кроме как о встрече с Марковым. Так что давай этот вопрос оставим до лучших времен.

Имя местного руководителя висело в воздухе тяжелой грозовой тучей. Я помнил того индюка, который прижал меня к стенке. Начиная от звонка по телефону, заканчивая тем, что он меня спас.

Да и вообще, всё наше прошлое взаимодействие было... специфическим. Тогда, в самом начале всего безумия, он казался мне типичным служакой, готовым перемолоть все что угодно ради выполнения приказа. С какой-то стороны мягкий, с какой-то наоборот, жесткий, прагматичный и опасный.

Интересно, если это именно он, то получится ли у него узнать меня? Как не крути, но за это время я всё же изменился. Так и сидел, погрузившись в размышления, особенно в голове крутились мысли о том, какой вопрос задать первым.

Например, как я вообще оказался в тех руинах один, и что наконец вообще произошло.

В этот момент дверь в наше помещение бесшумно отворилась. На пороге возник молодой помощник, тот самый, который уходил с докладом минут десять назад. Он выглядел очень напряженным, словно перед ним положили бомбу и требовали её обезвредить.

— Лейтенант Скворцов. — произнес молодой человек голосом, слегка срывающимся на высокие ноты. — Вас ожидают. И... — он перевел взгляд на меня. В юношеских глазах мелькнуло любопытство, смешанное с опаской. — Сопровождающего тоже.

Скворцов расплылся в довольной, удовлетворенной улыбке. Он явно рассчитывал на жирный кусок пирога за то что притащил одаренного. Не исключено, что им за это вообще доплачивают местной валютой. Ну либо так еды добавляют.

— Вставай, герой. Пойдем на ковер. — хлопнул он меня по плечу. — Не дрейфь. Марков мужик суровый, но справедливый. Если все то, что я увидел в тоннеле – не сон. То ты будешь в шоколаде.

Мы направились в длинный коридор, внутри которого витал запах кофе, и к моему удивлению, свежезаваренной лапши. Вот уж что не ожидал тут почувствовать, так это её. Иногда в боковых проходах встречались бойцы, которые причудливо водили носами. Видимо, этот запах им не просто нравился, а вообще манил за собой. Более того, как оказалось, мои чувства отлично улавливали от них потоки струящейся энергии.

— Псионы. — шепнула Вейла. — Правда… не самые сильные. А вот один из них, тот что стоит справа. — намекнула она на человека, стоящего у самого края, в дверном проеме одного из помещений. — Явный пирокинетик.

Я скосил глаза.

Бойцы стояли, и бодро жестикулировали руками о чем-то общаясь. Их лица было тяжело рассмотреть, потому что они полностью скрывались шлемами, но даже так, чувствовалось, что там сплошная возрастная солянка.

Перед массивной двустворчатой дверью стояла еще одна пара людей. Один – огромный, как шкаф, второй – тощий, но при этом жилистый. Что было заметно по его рельефным рукам, выглядывающим из под короткого жилета.

— Проходите. — буркнул здоровяк, открывая дверь. — Вас ждут.

Особо стесняться мы не стали, и просто прошагали мимо этого спонтанного караула.

Кабинет оказался не самым большим. Можно даже сказать средним. Однако, даже так, погружённый в полумрак, он выглядел просторно и свободно. Единственным источником света была настольная лампа, выхватывающая из темноты стройные стопки папок, планшет и руки человека, сидящего за столом.

Марков.

Это был тот самый ведомственный, с которым мне довелось поработать.

Он почти не изменился. Разве что седины стало больше, да около рта появились морщины, глубокие, похожие на порезы ножом. Он сидел, не поднимая головы, изучая какой-то документ на паре страниц. На нас он так и не взглянул. Скорее всего, это был один из его очередных психологических приемов, чтобы собеседник почувствовал важность собеседника. Или что-то в этом духе.

— Лейтенант Скворцов. — голос хозяина кабинета был тихим, но от этого не менее властным. — Докладывайте. Кратко.

Скворцов вытянулся в струнку, набрав в грудь воздуха, и начал тараторить. — Товарищ майор! Во время следования по маршруту “ Третья – Главная.”, колонна подверглась нападению целого роя гремлинов. В критический момент данный гражданин. — он указал на меня рукой. — Проявил сверхъестественные способности. Создал защитный периметр, уничтожил противника бесконтактным способом. По личному составу, имеем пять трупов, и ещё восемь человек раненых. Груз доставлен в целости и сохранности. Никаких повреждений.

Марков медленно отложил документы, одновременно с тем поднимая от них свою голову. Его взгляд, холодный, сверлящий, привыкший видеть людей насквозь, скользнул по Скворцову и камнем уперся в меня.

Судя по всему, он ожидал увидеть кого угодно. Вплоть до Форсуна, которых, как я помню, называют Альфами. Но явно не меня.

Я позволил губам растянуться в кривой усмешке. Сделал шаг вперед, игнорируя протестующий жест молодого адъютанта, и, глядя прямо в глаза хозяину этого подземелья, произнес.

— Привет, майор. Давно не виделись. Как там поживает твоя совесть? Все так же, в бронежилете, на пару с идиотским чувством юмора?

В кабинете повисла такая тишина, что было слышно, как в лампе бегают электрический ток. Скворцов от такого моментально принял белый цвет, и походу не только лицом, но и всем телом. Потому что кровь отхлынула даже от его трясущихся пальцев. А рот открылся в безмолвном шоке.

Вот только сам Артем Артемович не пошевелился. За исключением его зрачков, расширяющихся в прямом эфире. А рука, лежавшая на столе, едва заметно дрогнула.

— Ты... — выдохнул он. В этом коротком слове было больше эмоций, чем во всем его предыдущем облике. Шок. Неверие. И что-то еще... Неужели облегчение?

Он медленно встал из-за стола.

— Оставьте нас. — приказал мужчина, не сводя с меня глаз.

— Но, товарищ майор... — начал было молодой помощник, который до этого тянулся к своей кобуре.

— Всем выйти. — несколько на повышенном тоне добавил Марков. — И Скворцова тоже заберите. Дверь закрыть с той стороны. Выполняйте.

Когда за моей спиной щелкнул замок, отрезая нас от мира, старый знакомый обошел стол и подошел ко мне почти вплотную. Он всматривался в мое лицо, будто искал какой-то подвох.

— Александр. — произнес майор, словно пробуя мое имя на вкус. — Я был уверен, что ты погиб тогда… почти четыре месяца.

— Мысли о моей смерти очень преждевременные. — хмыкнул в ответ, присаживаясь на край гостевого кресла без приглашения. — Хотя, стоит признать, что пару раз было близко. Очень.

Марков покачал головой, возвращаясь к собственному месту. Он быстро взял себя в руки. Его маска железного руководителя вернулась на место со скоростью света, вот только в глазах загорелся совершенно новый огонь. Огонь игрока, которому в руки сдали козырной туз.

— Значит, ты выжил. И не просто выжил, а стал... — он сделал неопределенный жест рукой, описывая вокруг меня дугу. — Чем-то большим.

— Жить хотелось, сам понимаешь. В таких условиях, как там. — показал пальцем наверх. — Придется и не так раскорячиться. — попробовал отшутиться, чтобы пока не развивать эту тему. — Но к тебе пришел за разговором… и за информацией. Я кое-что ищу. Точнее, кое-кого.

— Семью. — перебил он меня спокойным, даже будничным голосом.

Я замер.

Улыбка, до этого появившееся на моем лице, так же скоротечно с него сползла, сменяясь на ледяную маску.

— Что ты сказал?

Марков откинулся в кресле, сцепив пальцы в замок.

— Да ладно, ты чего так удивляешься? — наклонил мужчина голову в сторону. — Я же прекрасно знаю о твоей семье, ещё с тех самых пор, как ты попал в нашу разработку. И про Алису Вишневскую, и про Артема Вишневского, моего тезку. И про маму твою, Веронику Павловну с отцом Евгением Викторовичем.

Мое сердце пропустило несколько ударов, когда я услышал эти имена.

— Да, действительно…

— А ещё, поверь, я знаю всё, что происходит в ближайших тридцати-сорока километрах отсюда. — его голос внезапно стал мягче, вкрадчивее.

Я не смог себя удержать, моментально вскакивая с насиженного места. Столешница скрипнула под физическим давлением от моих пальцев.

— Где они?! Ты знаешь? Они приходили?!

— Что ж так вскакивать. — немного отшатнулся майор. Показалось, что я его напугал своим криком. — Сядь и успокойся. Они живы. Более того, они здесь.

Из моего рта непроизвольно вырвался вздох облегчения, на пару с которым я быстро опустился обратно, ощущая, как адреналин в крови требует скорейшего действия.

— Слушаю.

— Твоя семья живет тут, на этой станции. — сделал тот жест рукой, как бы показывая вокруг себя. — Адрес жилого блока возьмешь у помощника моего. Того, молодого. — решил он зачем-то уточнить о ком он конкретно говорит.

Тут же в голове резко возник голос наставницы, обеспокоенный и удивленный.

— Алекс, не кажется странным, что у его помощника есть адрес твоей семьи? Он же не мог знать заранее, что придешь именно ты

А ведь она права, такая ситуация выглядит действительно странной. И я вполне мог бы пропустить это мимо ушей. Вот только благодаря девушке получилось обратить на это внимание.

— Артем Артемович, а откуда у вас адрес моих родственников, что за пристальное внимание к ним?

Мужчина хмыкнул, от чего на губах пролетела мимолетная улыбка.

— Все просто. Врать не буду. Дело в том, что твой брат, Артем, вступил к нам в специальный отряд. А их данные всегда у меня на столе. — постучал он пальцами по одной из папок. — Но давай об этом чуть позже.

— Хорошо. — медленно кивнул в ответ. Уверен, что не сорвался сейчас только из-за помощи Вейлы. Которая, с большой долей вероятности, корректирует что-то на химических уровнях.

— Ты держишь их как заложников? — решил прямо задать тот самый вопрос, ответ на который было страшно услышать.

— Нет. Конечно, нет. — показалось, что Марков даже обиделся на такое предположение. — Они ведь тоже граждане нашей страны, те, кто нуждается в помощи, в убежище, в спасении. Да и в остальном, они работают, как и все здесь. Так что не переживай, тут нет никакого бесплатного сыра в мышеловке. — майор глубоко вдохнул, после чего добавил. — Вот от чего ты вообще такой подозрительный?

— А как тут не быть подозрительным? — откинулся на своем кресле. — Сам же видишь, как оно все происходит. Да и вообще, я всегда таким был.

— Это да. — ехидно покивал головой майор, наклоняясь над столом. — Может теперь мы поговорим?

— Нет. — сам удивившись своей сухости, отрицательно отреагировал на его вопрос. — Сначала семья, а поговорить ещё успеем. Никуда отсюда пока уходить не собираюсь.

Как бы мне не хотелось узнать подробности случившегося, но, стоило мне узнать о семья. Да ещё и подумать о том, что где-то тут Аня вместе с Нюхачом, как я начинаю думать только об этом.

— Хорошо. Тогда задерживать тебя не буду, поговорим попозже. Если потребуется отдельное жилье, обращайся, выделим. — без каких-либо эмоций сказал Марков.

Это меня очень удивило. Тот факт, что он не стал со мной спорить и чего-то требовать – говорил о многом.

Из кабинета я выходил как в тумане. Параллельно с этим, Скворцов что-то бубнил мне на ухо, поздравлял, жал руку, но ни одного слова не доходило до моего разума. Звуки долетали до меня словно сквозь толстый слой ваты.

Они здесь. Они живы. Эта мысль билась в голове единственным набатом, заглушая всё остальное.

Папа. Мама. Алиса. Артем. Аня. Нюхач.

Все те, кто был мне безумно близок. Те, кого я и не надеялся так быстро найти. Они были рядом. По сути стоило только протянуть руку, и я мог бы их коснуться.

Продолжая идти по коридорам главной станции, каждое свое действие отдал на откуп организму. От чего тот, помогая, механически переставлял мои ноги.

Скворцов уже отстал, передав меня на поруки какому-то дежурному, ведущему меня в сторону жилых блоков. Бумажка с адресом, которую мне всучил помощник, покоилась у меня в разгрузке.

Мир вокруг ощущался нереальным. Люди, снующие туда-сюда с озабоченными лицами, ящики, оружие, запах еды – всё это было лишь декорацией.

— Алекс, дыши ровнее. — голос Вейлы прозвучал непривычно мягко. — А не то твой пульс сейчас пробьет потолок. Успокойся. Все ведь отлично, ты их нашел.

— Вейла, немного не так. — улыбнулся на её попытки меня успокоить. — Не я нашел, а мы нашли. Но это… это слишком... слишком хорошо. Знаешь, всегда когда все идет отлично, потом бывает многократно хуже. Не может же быть так, что совсем нет никаких подвохов? Да и сам Марков… он слишком хитрый, чтобы все было просто.

— Алекс, все сложности будут завтра. Я уверена, что он ещё что-то попросит, не исключено, что информацию. А может и гораздо больше. — добавила справедливую ложку дегтя наставница.

Следом за своим сопровождающим, свернул в жилой сектор. Здесь было гораздо более шумно, чем в аналогичном месте, но на предыдущей станции.

Узкие проходы, переделанные технические ниши, двухъярусные кровати, закрытые простынями. Но следующий блок, куда меня привели, был ещё лучше. Скорее всего, его возвели не так давно. И делали по каким-то новым местным стандартам.

— Нужная вам комната находится в той стороне, третья слева. По поводу душа, и остальных удобств вас уже консультировали? — спросил проводник.

Я кивнул, так и не вслушавшись в вопросы, которые мне были адресованы. После чего побрел в сторону необходимого места. Одновременно хотелось использовать свои силы, чтобы просканировать всю округу. А с другой… С другой стороны было страшно, что я там смогу увидеть?

Но как не крути, я продолжал нестись вперед, пока не поравнялся с нужной дверью. Встав рядом с ней, прислонился спиной к стене, сползая вниз. Ноги, которые носили меня по поверхности, помогали в сражениях за жизнь. Сейчас они просто отказывались даже держать меня.

Руки, одновременно с тем, потянулись к лицу, прикрывая глаза. Эмоции, которые пришлось запихнуть в самый дальний угол сознания, прорвали плотину. Страх, отчаяние, надежда, дикая, безумная радость – все смешалось в один ком, застрявший в горле. Он мешал дышать.

— Живы... — прошептал в пустоту перед собой.

Перед глазами всплывали лица брата с сестрой. Алиса... моя маленькая сестра, которую обещал защищать. Лицо Отца. Лицо Матери. Лицо Ани. Её вечное заикание, которое девушка пыталась скрыть за бравадой. Нюхач с его вечно недовольной физиономией.

Кулаки сами собой сильно сжались, от чего наружу рванули легкие волны силы. Пси разошлась в стороны, захватывая собой ближайшие помещения. Включая то, где должна была находиться моя семья.

Оттуда моментально вернулся отклик. Один единственный.

Матушка.

— Ну что, Вейла. — прохрипел мысленно девушке. — Кажется, пора перестать бояться, верно?

— Верно. — легко согласилась она. — Тем более, я уверена, что они по тебе скучают. Алекс, пора идти.

Встав с грязного пола, опустил капюшон маскхалата вниз. Хотя с другой стороны, почему-то думал, что и он не станет помехой. И в нем меня матушка смогла бы узнать.

Сделав глубокий вдох, следом за тем точно такой же выдох. Решился и постучал в край узкой двери.