Земля драконов

Предисловие

Было время, когда люди жили в мире с драконами. Никто ни на кого не охотился, и всем хватало места. Жили они так на протяжении многих веков. Со временем человечество начало развиваться, а соответственно численность людей на земле увеличилась. Но ещё несколько веков люди и драконы продолжали существовать в добрососедстве и помогать друг другу.

По мере того как человеческие поселения начали расти, драконов оттесняли всё дальше и дальше в горы, леса и болота. Драконы хоть и нехотя, но уступали людям. Охотничьи угодья драконов резко сократились. И тогда они небольшими группами начали переселяться туда, где не ступала нога человека, и куда человеку было бы очень трудно добраться.

Драконы расселились по необжитым местам и чувствовали себя там превосходно. Они могли охотиться сколько, хотели и когда хотели. Жили они небольшими группами. Кто-то из драконов поселился в горах, кто-то в лесах, кто-то предпочёл скалистые берега морей и океанов, кто-то выбрал для себя гладь и тишину озёр.

И вот уже не одно поколение драконов сменилось с тех пор, как они последний раз видели человека. Да, и для людей драконы стали просто легендой, в которую верили очень немногие. Так люди и драконы, сами того не ведая, разделились на два лагеря. Получилось так, что люди начали считать драконов выдумкой, а драконы перестали верить в существование людей. И эти два мира - мир людей и мир драконов развивались независимо друг от друга.

Введение

Все драконы независимо от того где они жили в лесах, в горах, рядом с морями океанами или в самих морях и океанах ну в общем в любой точке мира, все они подчинялись одному дракону. Это был король драконов, звали его Тайфун. Даже в сравнении с другими драконами он казался огромным. По драконьим меркам, он был, достаточно молод, ему было всего сто лет.

Весь, от носа до хвоста, Тайфун был покрыт ярко-зелёной, невероятно прочной чешуёй. На голове у него было отросток в виде перевёрнутого гребня, этот отросток был похож на корону. На спине дракона были блестящие тёмно-зелёные, можно даже сказать, изумрудные зубцы. Его мощный хвост заканчивался тёмно-красным костяным треугольником острым как бритва. Морда Тайфуна имела полукруглую слегка вытянутую форму. Глаза отливали золотом. А его зубы и когти были невероятно острыми и цепкими. Огромные крылья сверху были зелёными покрытыми более мелкой чешуёй, а снизу тёмно-красными. Когда дракон летел высоко в небе, его тень закрывала собой поле. Тайфун был невероятно сильным, смелым, умным и очень добрым.

А королём он стал совсем недавно. Случилось это пять лет назад, когда в его отца короля всех драконов попала молния и он погиб. У Тайфуна был младший брат, звали его Буян. Буян был злым и завистливым, не таким сильным, как старший брат, несколько трусливым, менее умным, но при этом обладал невероятной хитростью. И вот когда не стала их отца, Буян решил избавиться от Тайфуна и занять его место. Он боялся прямого столкновения с Тайфуном, поэтому решил заманить его в ловушку. Буян собрал нескольких своих друзей, очень похожих на него характером, они вместе составили план действий.

Недалеко от того места, где жил Тайфун вместе с небольшой группой драконов, примерно в нескольких сотнях километров, возвышались горы. Буян решил заманить туда старшего брата и в одном из ущелий его друзья должны были сбросить на Тайфуна огромные каменные валуны. После чего Буян собирался объявить себя королём. По силе и ловкости он, конечно, уступал Тайфуну, но был сильнее других драконов. Внешне он также походил на старшего брата, только его глаза были не золотистыми, а жёлтыми, как у ящерицы. А еще его крылья и хвост были абсолютно зелёными.

Он не боялся того, что другие драконы не примут его, как короля. Он боялся, что Тайфун сможет выбраться из-под завала. Тогда Буян решил, что после обрушения каменных булыжников на Тайфуна, он расплавит камни и тогда его старший брат, наверняка не сможет выбраться из ловушки.

Но планом Буяна не суждено было осуществиться. Потому, что даже самый кровожадный дракон, никогда не убивал себе подобных. В окружении Буяна были не самые умные драконы, но даже среди них нашёлся один, который, понял, что их план грозит смертью Тайфуну. А убить дракона тем более короля драконов, это тягчайшее преступление. Поэтому он предупредил Тайфуна, чем спас ему жизнь, а себя избавил от изгнания. Остальные же драконы, участвовавшие в заговоре, включай Буяна, были изгнаны и, ни одна группа драконов не принимала их к себе, вынуждая их лететь дальше на север и селиться в болотах.

Глава 1

Место, в котором жил Тайфун вместе со своей группой драконов, было, поистине, сказочным. Там были покрытые зеленью холмы и овраги, в которых драконы устраивали себе жилища. Неподалёку текла широкая река, в которой, водилось множество всякой рыбы, также были небольшие, но очень рыбные озёра. Со всех сторон это место на десятки километров окружал смешанный почти непроходимый лес. За лесом расстилалась бескрайняя степь, где паслись буйволы, бизоны, многочисленные стада более мелких травоядных животных. С другой стороны лес простирался на сотни километров, а за ним начинались почти неприступные горы, чьи вершины были всегда покрыты льдом и снегом. Если стоять лицом к горам — то по правую руку от того места, километрах примерно в трёхстах шумело одно из древних морей.

Жизнь драконов текла спокойно и размеренно. Проблем с пропитанием у них не возникало. Как в самом лесу, так и за лесом в степи было множество разных животных, на которых охотились драконы, а река и озёра кормили их рыбой.

Но всему хорошему, когда-то приходит конец. Так случилось и в этот раз. Ночью несколько драконов отправились на охоту в степь ту, что располагалась перед лесом. Там они с удивлением заметили огни. Запах был, как во время степного пожара, Но огонь оставался на месте, не расползаясь по траве. Языки пламени плясали в огненных кругах, не имея возможности вылезти наружу. Драконам это показалось настолько странным, что они даже забыли об охоте. Они спрятались и начали наблюдать. К запахам сгоревшей травы и древесины примешивался ещё и запах жареного мяса. А вокруг этого огня ходили странные двуногие существа, подкармливая пламя сухими ветками и переворачивая туши убитых животных, которые, были подвешены над ним.

Рядом с двуногими существами ходили лошади, но не те дикие на которых часто охотились драконы, а прирученные. Эти лошади совсем не боялись двуногих, их морды были перетянуты ремнями, а на их спинах было странное сооружение и на некоторых из них верхом сидели двуногие существа.

— Это люди, — сказал один из драконов.

Драконы переглянулись, до конца не веря собственным глазам, но, всё же, вспомнив старые легенды, вынуждены были согласиться с собратом. Тогда они тихо, совсем бесшумно, как могут только совы и драконы, поднялись в небо. Скрытые от глаз людей ночной темнотой они пролетели над лагерем. Драконы заметили, что к расположенному внизу стойбищу продолжают прибывать люди. И тогда они решили полететь в ту сторону, откуда они идут.

Под собой внизу драконы увидели широкую реку из лошадей и повозок, которая растянулась километра на три. Рядом с повозками управляемыми людьми, шли лошади, которые несли на себе всадников. Вслед за повозками и всадниками шли ещё люди и несли в руках вещи. Некоторые из идущих гнали коров, овец и поросят. Покружив какое-то время над этой процессией, драконы решили доложить обо всем своему королю. Так драконы через много столетий, вновь увидели людей.

Глава 2

После того как драконы увидели людей прошла неделя. Король драконов собрал всех старейшин разных групп. В каждой группе было не более пятидесяти драконов. Всего таких групп было девяносто пять. Самым многочисленной являлась та, которую возглавлял сам король. В ней насчитывалось сто тридцать драконов. И вот на огромной поляне перед жилищами драконов, был устроен совет.

Там можно было увидеть драконов разных форм, расцветок, размеров у каждой группы были свои уникальные способности. Драконы, которые жили в воде или рядом умели вызывать дождь. Драконы, прилетевшие с гор, умели управлять ветром. Равнинные драконы и те, что жили в лесах, умели становиться невидимыми. Правда, ненадолго, большинство из них могли оставаться невидимыми не более пяти минут. У Тайфуна это способность была развита лучше, чем остальных. Он мог быть невидимым несколько часов.

Редкими были красные драконы. Они не умели дышать огнём, но зато могли выдыхать молнии. А сам король драконов мог выдыхать огонь и молнии. Самыми малочисленными являлись серебристые драконы, которые жили в озерах.

И сейчас все они собрались для того, чтобы решить, что делать дальше. Кто-то предлагал выгнать людей, кто-то хотел заключить с ними мир, а некоторые драконы предлагали пока не обнаруживать себя.

Совет длился неделю. За это время посылались многочисленные разведчики к лагерю людей. Их задача была следить за поведением незваных гостей и никак себя не обнаруживать. Каждые четыре часа разведчики докладывали об увиденном. Поведение людей не казалось агрессивным. Драконы решили пока ничего не предпринимать и посмотреть, что будет дальше. А король драконов принял решение отправиться в дальние земли, чтобы самому посмотреть на поведение других представителей человеческого рода.

Он хотел заключить мир с поселившимися на его земле пришельцами. И для этого ему нужно было узнать как можно больше о людях, их законах, и обычаях.

Как только старейшины разлетелись к местам обитания своих групп, Тайфун отправился на поиски поселений людей.

Он пролетел ни одну тысячу километров, прежде чем обнаружить первые поселения. В основном это были маленькие деревушки. Жизнь в них казалась мирной и спокойной, Тайфун не стал у них долго задерживаться. Он летел дальше в поисках более крупных поселений. И вот на его пути начали возникать маленькие городишки, и чем дальше Тайфун летел вглубь материка, тем крупнее становились города.

Но жизнь в городах оказалось уже не такой мирной как в деревеньках. Маленькие и большие города часто воевали между собой. Их правители заключали договора, тут же нарушали их и заключали другие.

И вот наткнувшись на очередной относительно спокойный город, Тайфун решил задержаться, чтобы понаблюдать за жителями. Он прилетал туда по ночам, но ночью там ничего не происходило. Только кое-где слышались смех, крики и пьяные голоса. Тогда Тайфун решил посмотреть на город днём.

Днём, став невидимым, он сел на одну из крыш городских домов располагавшуюся ближе всех к центру города. С крыши, на которой сидел Тайфун, он прекрасно видел центральную площадь. В самом ее центре полукругом стояли каменные изваяния, напоминающие одновременно людей и животных. Перед ними лежал плоский камень, как позже выяснил Тайфун, это, был алтарь.

Когда солнце взошло достаточно высоко, на площадь торжественно вышли странно одетые люди. За ними шли простые горожане. Некоторые из них были в дорогих одеждах украшенных драгоценными камнями, часть горожан была в простых, но чистых одеждах, также, там можно было увидеть людей в грязных лохмотьях. Все они столпились перед идолами, образовав полукруг, и лишь место перед алтарём оставалось свободным. Когда толпа успокоилась, и каждый нашёл своё место, на площадь вывели десять человек, пять женщин и пять мужчин все они были очень молоды. Одеты они были в белые холщовые рубахи, доходящие до земли, а головы этих людей были обвязаны красными лентами.

Люди в странных одеждах — жрецы, начали петь гимны, выкрикивая некоторые слова, словно выделяя их, и трясти вверх поднятыми руками. А затем, служители культа и все люди, которые были на площади, встали на колени и начали кланяться истуканам. И только те десять человек, чьи головы были обвязаны красными лентами, оставались стоять на ногах. Они стояли недалеко от алтаря, прижавшись друг к другу и, озирались по сторонам, словно ища помощи. Но всем остальным, казалось, нет до них дела. Они продолжали "молиться" истуканам, не замечая страха и отчаяния на лицах десяти человек.

Когда старший жрец закончил свою "молитву", толпа поднялась на ноги. И теперь все взгляды были устремлены на жрецов и десять несчастных, которые стояли возле алтаря. Старший служитель поднял руку и указал на одного из мужчин. Несчастного сразу схватили и положили спиной на алтарь. Старший жрец взял нож и перерезал мужчине вены на руках. Кровь из рам потекла на каменный пол возле алтаря. Двое младших служителей взяли чаши и подставили их под кровавые струи. Когда чаши были почти наполнены, старший жрец вонзил нож мужчине в сердце. Бездыханное тело сбросили с алтаря под ликующие крикитолпы. Жрец вновь поднял руку, и теперь его жертвой стала одна из женщин. С ней произошло всё, то же самое, что до этого было с мужчиной. Толпа визжала от радости, смотря на кровавое представление.

Тайфун сидел на крыше с замиранием сердца смотрел на происходящее внизу. Когда кровожадный служитель культа в очередной раз поднял руку, Тайфун не выдержал, оставаясь невидимым, он сорвался с крыши и полетел к площади. Схватив оставшихся в живых восемь человек, король драконов поднял их над идолами. И громовым голосом произнес:

—Вашим богам, больше не нужны человеческие жертвы. Единственную жертву, которую мы хотим, это старший жрец, — Тайфун видел, как схватили верховного жреца и положили на алтарь. Он наблюдал, как остальные служители сначала перерезали ему вены, а затем вонзили нож в сердце. Король драконов смотрел на то, как человеческой кровью жрецы смазывали каменных истуканов.

—Больше никаких жертв, — сказал Тайфун и опустил людей, которых, держал в своих лапах на землю, — если еще кто-нибудь из вас посмеет принести в жертву человека, умрет!- и в доказательство своих слов, ударил молнией в алтарь и расколол его.

Задерживаться там он больше не собирался, и как только ноги людей коснулись земли, он

взмыл в небо. Он слышал испуганные крики толпы объятой суеверным ужасом, но смотреть на них больше не хотел.

К себе домой Тайфун возвращался тем же маршрутом. И пролетая над казавшимися ему мирными деревнями, видел, как в одной из них волочили по земле привязанного к коню мужчину. А в одном маленьком с виду мирном городке сжигали привязанную к столбу женщину.

Тайфун не мог понять, что заставляет людей быть настолько жестокими, и почему,

они, забыв о Боге, кланяются каменным идолам. Король драконов больше не

хотел задерживаться в землях людей. Он как можно скорее стремился

вернуться домой, почти не оставляя себе времени на отдых в пути.

Глава 3

Люди на Земле драконов стали потихоньку обживаться. Первым делом они срубили в лесу несколько высоких деревьев, привязали их к лошадям и притащили в свой лагерь. Там из этих деревьев они сделали столбы, вырезав на них морды мифических чудовищ. Эти столбы они поставили в центре лагеря, а из остатков срубленных деревьев, соорудили алтарь, расположив его перед идолами.

Закончив с алтарем, люди начали строить дома. Для этого они рубили деревья, а значит, были частыми гостями в лесу, что драконам совсем не нравилось. Подданным Тайфуна не жалко было деревьев, им не хотелось, чтобы люди продвигались дальше в лес. Потому что, чем дальше в лес заходили переселенцы, тем больше была вероятность встречи драконов с ними.

Драконы продолжали наблюдать и прятаться в ожидании возвращения своего короля. Но и совсем бездействовать они уже не могли. Посовещавшись, они решили вызвать дождь. Этим занялись водные драконы и вызвали сильнейший ливень.

Неприятности с погодой остановили людей на несколько дней, но так как дождь не прекращался, люди решили продолжить строительство в непогоду. Дождь и грязь препятствовали строительству, но не могли остановить его полностью.

Незваные гости продолжали строиться и обживать новые территории. Пропитание они себе добывали охотой и рыбалкой. Костры, которые горели раньше под открытым небом, теперь были защищены навесами. Можно было подумать, что дождь не препятствует людям, а наоборот подталкивает их к обустройству.

Поняв, что непогода людям не помеха, драконы решили прекратить дождь. Установилась солнечная тёплая погода. Как только погода улучшилась, Дети переселенцев пошли в лес, собирать грибы. Они шли по лесу, смеялись, устраивали игры и совсем забыли о том, что в лесу их могут подстерегать опасности.

И вот когда они зашли уже достаточно далеко в лес, их окружила стая волков. Один из разведчиков Тайфуна, находился поблизости. Он не мог видеть то, что там происходит, но прекрасно слышал перепуганные крики детей и рычание волков. Этот дракон мог становиться невидимым не более чем на полчаса, но этого времени ему вполне хватило, чтобы отогнать хищников от детей. Почуяв дракона, волки разбежались, а напуганные дети не могли понять, что случилось. Дракона они не видели, но чувствовали ветер, поднятый его крыльями. Вернувшись, домой к своим родителям, дети рассказывали о странном ветре, который прогнал волков.

Вожак племени Добромысл — на вид ему было лет пятьдесят, в честь чудесного возвращения детей домой и избавление от волков, приказал принести жертву богам. Жертвой оказалась овца, которую зарезали на алтаре и её кровью смазали деревянных идолов. Старшим жрецом был Борислав—второй сын вождя.

Добромысл довольно крепкий мужчина с почти посидевшей головой и седой коротко подстриженный густой бородой вместе со своим племенем наблюдал за жертвоприношением. За его спиной мельтешил сгорбленный, старик на вид ему было лет семьдесят, хотя на самом деле ему не было ещё и пятидесяти. На плечах старика была накинута козлиная шкура. Это был колдун, звали его Урий, он пытался уговорить вождя принять его культ.

На самом деле колдуну было всё равно, каким богам поклоняется вождь. Он хотел власти, а, для того чтобы достичь своей цели, ему нужно было стать главным жрецом племени. Урий понимал, что ему будет трудно склонить вождя на свою сторону, тем более, что старшим жрецом племени был один из сыновей Добромысла. Тогда колдун подружился с Касьяном старшим сыном вождя, а сыновей, к слову сказать, у вождя было пятеро. Старшему сыну было за тридцать, и он мечтал занять место своего отца. Но так как вождь умирать не собирался, а старший сын не решался ему в этом помочь, колдуну сейчас приходилось уговаривать Добромысла (хоть он и осознавал тщетность своих попыток) принять его культ и соответственно, сделать его главным жрецом.

Культ колдуна был очень кровавым с человеческими жертвоприношениями, а вождь и всё его племя давно отказались от убийства людей на алтаре. Отказ от жертвоприношений был основной причиной, по которой эти люди искали себе новые места для жизни. Все кто находился в лагере, не хотели видеть своих детей на алтаре. Поэтому колдуна в племени не любили и боялись.

***

Когда люди из разных мест и сословий начали собираться в деревни Добромысла, где он был старейшиной, колдун примкнул к ним. Первое время, он просто наблюдал и не предпринимал никаких действий, не плел интриг, ни с кем не сближался и старался держаться в тени. Он решал для себя, стоит ли остаться с ними или попытать счастье в другом месте.

Урий, конечно, понимал, что люди вряд ли добровольно примут его культ, так как его верование предполагало принесение людей в жертву. Но, заметив однажды зависть, в глазах старшего сына и наследника вождя с которой, тот смотрел на Борислава, уже несколько лет обладавшего властью верховного жреца (власть верховного жреца была почти равной власти вождя), колдун понял, что у него есть шанс добиться своей цели. Для этого ему надо было подружиться с Касьяном. И старик начал действовать. В ход шло все — подкуп, лесть, интриги, наветы и постепенно старик завоевал доверие Касьяна. Колдун потихоньку начал настраивать его против братьев и отца.

Люди, собравшиеся под предводительством Добромысла, в своих селениях либо сами должны были быть принесены в жертву кровавым богам, либо их дети приговорены были проститься с жизнью на алтаре. Поэтому они и решили покинуть насиженные места.

Деревня вождя потихоньку росла и строилась, превращаясь в небольшой город. Слух о селение распространялся по городам и деревням, и все больше людей присоединялось к Добромыслу. Когда слух дошел до служителей кровавых культов, они подговорили правителей и те решили уничтожить отступников. Так как силы были не равны, Вождю и его людям пришлось искать убежище вдали от родных мест. Так они и оказались на земле драконов.

Колдун же, являясь ярым сторонником человеческих жертвоприношений, не смог стать верховным жрецом в родном городе и теперь решил добиться своего здесь. В племени его никто не слушал, а некоторые даже отворачивались от него, делая вид, что не заметили, Урий не обращал на это внимания, сейчас он был сосредоточен на Касьяне и вожде.

Наследник вождя, в отличие от соплеменников, прислушивался к советам старика, надеясь с его помощью быстрее стать во главе племени. И сейчас, глядя на то, как приносят в жертву овцу, он мечтал о том, чтобы на месте этой овцы был один из его братьев, а лучше все. Даже Мала — самого младшего, которому было всего пять лет, Касьян считал угрозой и не пощадил бы окажись он в его руках. Тогда его будущей власти, по его мнению, ничего бы не мешало.

Братья не оспаривали его первенства и не были заинтересованы во власти, все они жили своей жизнью и их это вполне устраивало. Третий сын вождя — Пырей был кузнецом и любил свое дело, четвертый — Мстислав разводил лошадей, мечтая вывести самую быструю и выносливую породу. Все они относились к Касьяну не только, как к брату, но и как к будущему правителю. Да и он до встречи с колдуном никогда не сомневался в них, и таких мыслей у него не было. Он любил своих братьев, но старик посеял сомнения в его сердце, и теперь эти сомнения переросли в ненависть. В братьях он начал видеть врагов.

Глава 4

К возвращению короля драконов в степи стояла уже маленькая деревенька, а новые жители, освоившись, чувствовали себя хозяевами этих земель и продолжали строить новые жилища. Часть земли рядом с поселением людей была распахана и засеяна. Переселенцы сажали саженцы плодовых деревьев рядом со своими домами. Эти саженцы они принесли с собой. В степи пасся домашний скот под присмотром пастухов. В общем, жизнь людей на новом месте налаживалась.

Тайфун понял, что люди уходить не собираются. До постройки деревни, у него еще была слабая надежда на то, что незваные гости оставят его землю, но сейчас надеяться было не на что. Нужно было что-то делать и делать срочно. Драконы не могли все время прятаться, да, и с их размерами это было сложно. Соответственно встречи с людьми им было не избежать.

Король драконов собрал новый совет. На совете он рассказал старейшинам о том, что видел и слышал в землях людей. Этот рассказ никому из собравшихся не внушал оптимизма. Некоторые предлагали прогнать людей, но большинство было за то, чтобы наладить контакт с переселенцами. В итоге совет принял решение наладить контакт с людьми.

Утром следующего дня Тайфун с двумя представителями совета отправились к поселению людей. Им нужен был вождь. Драконы хотели заключить мир с людьми. Утро было ранним и жители деревни еще не проснулись, только дозорные бодрствовали, но они были на другой стороне деревни со стороны степи. Люди не ждали нападений из леса, пологая, что там никто не живет. Драконы не знали, как переселенцы отнесутся к их появлению, но другого пути не было.

- Драконы! Драконы! Просыпайтесь! На нас напали драконы!- Закричал мальчишка и побежал по деревни, колотя в двери. Люди стали выбегать на улицу. В поселении началась самая настоящая паника. Мужчины стали хвататься за вилы, топоры, колья, а те, у кого было оружие, в основном воины и охотники, схватили луки и копья. И вот, вооружившись кто чем мог, люди двинулись к краю деревни, где стояли драконы.

Тайфун предполагал, что-то такое может быть и стоял не шевелясь, спокойно смотря на приближающихся к нему людей. Два других дракона встали по обе стороны от короля, готовясь принять бой. Когда люди были совсем близко, Тайфун заговорил с ними. От неожиданности люди замерли.

- Мне нужен ваш вождь, – сказал Тайфун, обращаясь к вооруженной толпе.

- Нет! — крикнул кто-то из собравшихся. И тут же в драконов полетели стрелы. Драконы стояли не шевелясь. Стрелы не могли причинить им вред, их чешуя была надежной защитой от стрел. А вот копья вполне могли ранить. Поэтому, когда кто-то из толпы метнул в Тайфуна копье, король драконов выдохнул молнию и копье превратилось в золу. Затем он отвернулся в сторону и дыхнул огнем, его пламя выжгло траву в радиусе ста метров от него.

- Хватит!- прорычал Тайфун, — мы пришли с миром, но если кто-нибудь из вас еще посмеет напасть на нас, я выжгу всю деревню.

Мужчины замерли. Несколько минут была абсолютная тишина. Люди и драконы молча смотрели друг на друга. Когда шок прошел, из толпы вышел человек.

- Я вождь, – произнес он. Несмотря на необычность ситуации, голос его не дрогнул.

- Хорошо, вождь, я Тайфун-король драконов пришел говорить с тобой. А это – указывая крылом на своих собратьев, сказал он – члены королевского совета. Назови свое имя, вождь, – потребовал Тайфун.

- Добромысл, — ответил вождь, — Добромысл мое имя.

- И так, Добромысл, я пришел заключить с вами мир. Вы находитесь на земле драконов. И я предлагаю вам жить с нами в мире или покинуть наши земли. Если вы выберете мир, то я Тайфун-король драконов гарантирую тебе, что ни я, ни один из моих подданных ни когда не нападем ни на кого из твоих людей. Ты тоже должен будешь обещать мне, не нападать на драконов. Если кто-то из твоих людей причинит вред дракону, умрет.

Не успел вождь ответить, как из-за его спины показался старик в козлиной шкуре. Это был Урий.

- Как мы можем верить тебе? — спросил колдун короля драконов, — может, ты собираешься переловить нас по одному?- не унимался колдун.

- Драконы не нарушают договоров, — ответил Тайфун, – а теперь оставь нас, старик. Урий отошел, не сказав больше ни слова, но себе поклялся, что отомстит и вождю, и дракону. Колдун воспринял слова Тайфуна, как оскорбление, а оскорблений он никому не прощал.

Вождь повернулся к своим людям.

- Все слышали, что сказал король драконов?- обратился он к ним. Толпа закивала.

- Тогда скажите ваше слово, – потребовал вождь.

- Мы согласны. Мы хотим остаться здесь. Пусть будет мир, – ответили они.

Добромысл повернулся к королю драконов.

- Мы согласны заключить мир с вами, — сказал он уверенно.

- Хорошо. Тогда с этого момента, вы можете безбоязненно жить на нашей земле. Да будет наша дружба вечной!- торжественно произнес Тайфун.

- Да будет наша дружба вечной! — так же торжественно повторил вождь. А за ним повторили эти слова все собравшиеся там люди и драконы, кроме колдуна и старшего сына вождя, но этого никто не заметил.

Так был заключен мир между драконами и людьми.

Глава 5

Жизнь в деревне людей шла своим чередом. Единственным изменением было то, что, теперь в небе над деревней можно было увидеть летящего дракона. Поначалу люди с опаской относились к этому явлению, но вскоре все привыкли и перестали обращать внимания.

Некоторые люди, включая четвёртого сына вождя, подружились с драконами. Другом Мстиславу стал один из воздушных драконов по имени Сумрак. Да и у самого вождя появились друзья среди драконов.

Урий использовал эту дружбу, для того чтобы окончательно настроить Касьяна против отца и братьев.

— Ты что совсем ничего не видишь? — нашёптывал колдун Касьяну, — чем ближе твой брат сходится с драконами, тем больше у него влияние на людей и отца. У них теперь с твоим отцом больше общего, чем у тебя. Если так пойдёт и дальше, то его наследником станет Мстислав, а не ты.

— А что я могу сделать? — говорил Касьян, — я же не могу отцу запретить общаться с этими ящерицами. И как я могу помешать дружбе Мстислава с ними? Ты видишь тут полдеревни помешалось на этих летающих уродах.

— Что ты можешь сделать? — вкрадчиво спросил Урий, — да много чего. Во-первых, нужно развязать войну между драконами и людьми. А во время войны мало ли что может быть. Может с отцом что случится, да и братья не бессмертные. Да, и если поможешь, кому из них, встретиться с праотцами, во время войны тебя никто не заподозрит.

— Я не пойду против отца, — сказал Касьян.

— Хорошо. Против отца ты не пойдёшь, но зато сможешь избавиться от братьев.

— И как, по-твоему, я должен развязать эту войну? — спросил Касьян.

— Поживём, увидим, — отозвался Урий.

Урий был в доме Касьяна, он сидел у окна и, заметив Яромилу, жену Касьяна начал собираться восвояси. Она с двумя дочерьми возвращалась домой из леса, куда ходила собирать целебные травы. Яромила была небольшого роста худощавого телосложения, из-за чего ее фигура казалась угловатой. Если переодеть ее в мужской костюм, то вряд ли кто-нибудь отличил бы ее от мальчика. Светлые длинные волосы женщины были заплетены в косу и собраны в тугой узел на затылке, на ее голове был венок из трав и лесных цветов. Широкий коричневый сарафан с длинными рукавами и цветочной вышивкой по подолу висел на ее тощей фигуре. Казалось, что она тонет в этом сарафане. А вот лицо Яромилы было почти красивым, ему немного недоставало мягкости черт, но голубые глаза обрамленные черными длинными ресницами компенсировали этот недостаток. Небольшой слегка вздернутый нос делал ее похожей на ребенка. А ее не очень полные губы почти всегда улыбались. Характер у Яромилы был мягким, что и привлекло, в свое время, к ней Касьяна.

Рядом с Яромилой шли две девочки, одной было десять лет, второй семь. Девочки были уменьшенной копией своей матери. Правда и от Касьяна кое- что в них было. От отца старшей дочери досталась родинка под правым уголком губ. А младшая унаследовала от него упрямство.

Колдун не любил Яромилу, она мешала ему. Если бы не ее вмешательство, Касьян давно бы избавился от всех своих родственников, включая отца. Но Урий не мог навредить этой женщине, хоть и рад был бы избавиться от нее. Яромила была беременна, и Касьян надеялся, что в этот раз родиться мальчик. Рождение ребенка мужского пола, укрепило бы его положение, по крайней мере, он так считал. Колдуну наоборот рождение мальчика казалось угрозой его планам. Но вредить Яромиле он не решался, так как не мог предугадать реакцию Касьяна на потерю ребенка.

Урий не мог понять, как наследник вождя мог жениться на ней. Касьян был по-настоящему красив. Он был чуть выше среднего роста, крепкого телосложения широкоплечий с хорошо развитой мускулатурой, постоянные тренировки с оружием не давали ему потерять форму. Иссиня-черные слегка вьющиеся волосы доходили ему до плеч, а его серые глаза излучали холодный металлический свет. Что выдавала твердость характера.

Характер Касьяна был сложным. Он был скрытен, упрям, расчетлив, иногда жесток из-за чего друзей у него было немного. При необходимости Касьян мог быть совершенно бесстрастен. Но иногда, когда его что-то сильно выводило из себя, он мог вспылить, в такие минуты он был совершенно неуправляемым. Но, несмотря на все это, до встречи с колдуном его можно было назвать добрым и справедливым, но только не теперь. Старику удалось пробудить темные стороны души Касьяна, а именно, зависть и ненависть. Из-за этого он стал злым агрессивным и недоверчивым. И только Яромила могла сдерживать его темную сторону.

Красавицей ее назвать было трудно, а мягкость характера, колдун считал слабостью. Ну, а то влияние, что оказывала Яромила на мужа, по мнению старика, было вообще необъяснимым. Она сводила на ноль почти все старания Урия. Когда ему казалось, что цель близка, и Касьян готов убить своего отца, чтобы занять его место, Яромила умудрялась все испортить. Каким-то чудом она смягчала гнев мужа, направленный на отца и колдуну приходилось начинать все почти с самого начала. Правда разожженная им ненависть к братьям не утихала даже под влиянием Яромилы. С вождем было сложней, Касьян и так не хотел ему смерти, а под влиянием своей жены, начал даже защищать его. Это колдуну не нравилось больше всего, так как замедляло осуществление его планов.

Урий не хотел встречаться с Яромилой, но слишком замешкался, и их встреча стала неизбежной. Она тоже недолюбливала колдуна и тоже не горела желанием видетьего. Они столкнулись на крыльце, колдун выходил от Касьяна, а Яромила и девочки поднимались по ступеням. Колдун бросил злой взгляд в сторону женщины, но как только она подняла на него глаза, губы старика сразу же растянулись в приветливой улыбки, хотя взгляд оставался по-прежнему колючим. (Эту его улыбку Яромила называла змеиной). Она тоже улыбнулась ему, но задерживаться для беседы с ним не стала. После короткого приветствия, женщина поспешила войти в дом, позвав с собой детей.

В это время в степи за деревней на траве, растянувшись в полный рост, лежал дракон. Это был Сумрак. Рядом с ним сидели молодой человек лет двадцати и девушка, ей было семнадцать. Это был Мстислав и его невеста Милена. Они должны были пожениться еще год назад, но в связи с постоянными нападениями на их селение и переездом, если это можно так назвать, на земли драконов, свадьба была перенесена. Новая дата была назначена на начало осени, а сейчас шел только первый месяц лета.

Милена была единственной дочерью мельника. И когда вождь попросил Милену в жены своему сыну, мельник с радостью согласился отдать свою дочь за Мстислава. Мстислав был добрым и отзывчивым молодым человеком и отец девушки был уверен, что с ним она будет счастлива. Тем более что привязанность молодых людей друг к другу давно перестала быть секретом для окружающих. Теперь, когда все знали, что они жених и невеста, молодые люди могли встречаться открыто, но при встречах должен был обязательно присутствовать кто-то третий.

Обычно это была одна из подруг Милены, но сегодня роль дуэньи выполнял Сумрак. Ему были непонятны все эти заморочки со свадьбой и присутствием кого-то третьего на свиданьях. У драконов все было проще, если дракон находил себе пару, он, с согласия избранницы, просто объявлял об этом, и этого было достаточно.

Сейчас молодые люди старались объяснить дракону, насколько это позволяли приличия, зачем нужна свадьба и почему до нее они не могут встречаться наедине. Их забавляло его непонимание, как им казалось, вполне простых вещей. Правда каждый из них и Мстислав, и Милена, в тайне друг от друга мечтали хоть раз побыть наедине. И если Милене хотелось поговорить с женихом без свидетелей, то у него были несколько иные мечты. Он хотел хоть раз поцеловать девушку не украдкой в щеку, пока никто не видит, а по-настоящему в губы, о большем он не мечтал. Но за один такой поцелуй, он был готов отдать все.

—Что-то я проголодался, — сказал Сумрак, — вы не будете против если я не на долго вас оставлю? — спросил он, словно прочитав их мысли.

— Но, как же так? — растерялась Милена, — а если кто узнает. Нам тогда до свадьбы не разрешат видеться.

— Если мы никому не скажем, то никто и не узнает, — успокоил ее дракон. — а мы никому не скажем. Верно? – Обратился он к Мстиславу.

- Верно, — с готовностью подтвердил его слова молодой человек.

Девушка немного успокоилась, но все же была смущена. За всю свою жизнь она никогда не оставалась наедине ни с одним мужчиной. Мстислав казался абсолютно спокойным, хоть и нервничал не меньше Милены.

Сумрак взмахнул крыльями и улетел. Молодые люди остались вдвоем. Девушка отвернулась в сторону, делая вид, что рассматривает травинку. Мстислав тоже чувствовал себя неуверенно. Между ними повисло неловкое молчание. Тишина стала невыносимой, только пение птиц и жужжание насекомых в траве нарушали ее.

— Может пройдемся? — спросил он, нарушив затянувшееся молчание.

— Да, давай погуляем, — согласилась она.

Мстислав взял Милену за руку, и они медленно пошли по лугу. Сейчас, когда они шли, тишина уже не казалась такой гнетущей. Через некоторое время у молодых людей завязался разговор. Милена постепенно успокоилась. Мстислав в отличие от нее, продолжал нервничать, хоть и не показывал этого. Он очень хотел поцеловать девушку, но не знал, как это сделать. Молодой человек боялся обидеть ее.

Все, что он мог, это смотреть на девушку, на ее нежную мягкую улыбку, играющую сейчас на ее пухлых губах. А серые большие глаза Милены обрамленные густыми длинными ресницами излучали тепло и в этих глазах Мстислав тонул. Ему казалось, что он может смотреть в них вечность. Красоту глаз подчеркивали черные слегка изогнутые брови. Густые темно-каштановые волосы девушки были заплетены в косу, которая спускалась до середины бедра.

Ростом Милена была ниже его почти на голову. А ее фигуру стройную с округлыми формами не мог скрыть даже темно-серый сарафан. Сарафан был с широкими длинными рукавами. Все женщины в деревне насилии такие одежды, которые закрывали их от шеи до пят. Отличались эти наряды друг от друга только цветом и узорами, вышитыми на них.

Характер у Милены был мягким и гибким, но при необходимости она могла проявить твердость. Она была веселой и доброй из-за чего некоторым, казалась легкомысленной, на самом деле девушка была умной и в меру осторожной. Несмотря на всю гибкость и веселость характера, она была смелой и гордой. Не всякий мужчина мог сравниться с ней в этом. Мстислава восхищали эти ее качества. Она могла проявить настойчивость и храбрость там, где многие мужчины отступали.

Милена о чем - то говорила, но Мстислав почти не слышал ее. Он неотрывно смотрел на губы девушки. И вот, улучив момент, он схватил ее и прижал к себе. Милена испуганно вскрикнула и попыталась вырваться из его объятий. Но он только сильней прижал ее к себе.

- Отпусти, — прошептала девушка. Больше она не успела ничего сказать. Мстислав закрыл ее рот поцелуем. Как только их губы встретились, Милена перестала сопротивляться и нежно обвила шею Мстислава руками. Так они и стояли, обнявшись, осыпая друг друга поцелуями.

Никто из них не знал когда вернется Сумрак. Да, они уже и забыли о нем. Им казалось, что в целом мире они остались вдвоем. Но через некоторое время, которое им показалось мгновением, откуда-то сверху они услышали тихое покашливание. Молодые люди только сейчас заметили, что их накрыла тень от крыльев дракона. Милена смущенно уткнулась лицом в плечо Мстислава, желая спрятаться от понимающего взгляда дракона.

- Не хотел мешать, – как бы извиняясь, сказал Сумрак. Правда в его голосе ощущалась легкая насмешка, – но нам пора возвращаться.

С этого дня Сумрак часто сопровождал влюбленную пару. Правда, к своим обязанностям дуэньи относился очень легкомысленно, что в свою очередь очень нравилась Мстиславу. Милене это тоже нравилось, но она, ни за что бы в этом не призналась.

Глава 6

Урий пришел к центру деревни, туда, где стоял алтарь. Колдун мечтал, что когда-нибудь его идолы займут место возле алтаря, а сам он станет главным жрецом и его власть будет почти такой же, как у вождя. Но пока Урий вынужден был наблюдать, как Борислав проводит службы, принося в жертву животных и птиц. Вспомнив об этом, колдун с отвращением сплюнул. Как же он ненавидел Борислава и завидовал ему. И вот сейчас, стоя неподалеку от алтаря, старик размышлял о том, как осуществить свой план.

Драконы были существенной помехой, так как в случае чего, они без сомнения примут сторону вождя. От них, во что бы то ни стало, нужно было избавиться. Но как это сделать, Урий пока не знал. Открытое столкновение с драконами было слишком опасным, колдун это понимал. Но разрушить мир между людьми и драконами было необходимо. Старик думал об этом уже много дней, отметая план за планом. Он прекрасно понимал, что ему нужно привлечь на свою сторону, как можно больше сторонников. Только была одна проблема, в деревни его боялись и не любили. Доверить все Касьяну старик не решался, слишком уж тот был непредсказуем.

Урий наблюдал, как два помощника Борислава украшают алтарь живыми цветами. Так они готовились к вечернему жертвоприношению. Колдун постоял еще немного, размышляя о своих планах, и пошел к реке, понаблюдать за драконами. Он пока точно не знал, зачем ему это, но решил, что информация лишней не бывает.

Старик медленно шел к выходу из деревни. Погруженный в свои мысли он все же замечал на себе косые взгляды людей. Никто из тех, кого он видел на улице, не приветствовал его и не отвечал на его приветствия. Только те люди, которые сталкивались с ним лицом к лицу, были вынуждены заговаривать с ним. Урий понимал, что ситуацию надо менять, ему были нужны сторонники, но как это сделать старик пока не знал. Сейчас его интересовали драконы. Так, погруженный в свои мысли он добрел до реки.

Колдун сел на берегу и стал смотреть за драконами. Некоторые из них ловили рыбу, некоторые плавали, кто-то просто лежал на берегу, греясь в солнечных лучах. А молодые драконы периодически взлетали в небо, затем складывали свои крылья и ныряли с высоты в воду, поднимая столбы брызг и вызывая недовольство других драконов, особенно тех, кто ловил рыбу. В целом картина напоминала обычный пляж, если не брать во внимание то, что отдыхающими были драконы.

Некоторое время, Урий наблюдал за драконами, но ничего полезного для себя не видел. Когда он уже собрался уходить, его внимание привлек один дракон. По виду дракон был взрослым, но его поведение говорило о обратном. Он сидел под высоким деревом и пытался ловить мелких птиц, когда это ему удавалось, он радовался как ребенок. Птиц дракон не ел, ему нравился сам процесс ловли. Как только птичка оказывалась в его лапах, он ее отпускал и начинал «охоту» заново. Другие драконы приносили рыбу и кормили его. А он делал вид, что дышит огнем. Когда кто-нибудь из его друзей подыгрывал ему, странный дракон был счастлив.

Урия заинтересовал этот дракон и он стал повнимательней к нему приглядываться, а за одно прислушиваться к разговору других драконов. Так он выяснил, что дракона зовут Зев и он отставал в развитии. Зев не мог дышать огнем или проделывать другие драконьи штучки, он даже говорил с трудом. Его родители умерли пятьдесят лет назад и с тех пор за ним присматривали все драконы, живущие за лесом. Единственное, что умел Зев, летать, ни так хорошо, как другие драконы, но все же. Урий решил, что с помощью этого дракона, он сможет разрушить мир между людьми и летающими ящерицами.

С этого дня, старик каждый день начал приходить к реке и заговаривать то с одним, то с другим драконом. Они в отличие от людей относились к нему более дружелюбно, но старику их дружба была не нужна. Ему был нужен Зев. Урий часто говорил драконам, о том, как ему жаль Зева, и что он хотел бы помочь ухаживать за ним. Через некоторое время драконы начали полностью доверять колдуну и даже позволяли оставаться наедине с Зевом. Зев был послушным и хлопот старику не доставлял. Колдун часто приносил ему мяса и подкармливал его. Со временем Урий полностью приручил дракона, заслужив его полное доверие. Кстати сказать, заслужить доверие Зева было несложно, он был как ребенок и любой, кто заговорит с ним ласково или поиграет, автоматически становился его другом. Урий потратил на это чуть больше месяца, но зато теперь его план, казался вполне реальным, оставалось уговорить Касьяна убить дракона.

Глава 7

Почти в самом конце второго летнего месяца Яромила родила мальчика. Ребенок появился на свет раньше срока на полтора месяца. Он родился слабым и Касьян не надеялся, что он выживет. Яромила после родов тоже была слаба, она почти не вставала с кровати и без посторонней помощи не могла заботиться о ребенке.После родов прошла уже неделя, а женщине так и не стало лучше. Касьян все время находился с ней и ребенком, чем сильно раздражал колдуна.

Иногда Касьяна заменяла жена Пырея. У нее самой было трое детей, двое из них -мальчики. Раньше это вызывало зависть у Касьяна и подогревало его ненависть. Сейчас он перестал завидовать брату и его ненависть почти исчезла. После рождения сына, наследник вождя заметно потеплел к братьям и их отношения начали налаживаться.

Урий поняв, что его планы могут не осуществиться, решил избавиться от ребенка, а заодно и от его матери. Рано утром, когда солнце показало свои первые лучи, разлив по небу алые краски зари, колдун пошел в лес. Серая мгла полупрозрачной дымкой все еще окутывал землю, не спеша повиноваться солнечному свету. Фигура старика казалась зловещей темной тенью пробирающейся, через завитки медленно отступающего утреннего тумана. И если кто-нибудь видел бы колдуна в этот час, то вполне мог принять его за злого духа или демона.

Старику нужна была особая травка, за ней он и отправился. Колдуну нужно было найти ее до того, как высохнет роса. Отвар из этой травы способен медленно убить человека. Этот отвар не имел ни запаха, ни вкуса, а при постоянном применении, мог убить в течение двух недель. Более быстрым ядом старик боялся воспользоваться. А этот вариант еще и гарантировал смерть младенца, так как Яромила, несмотря на свою слабость, кормила сына сама и обходилась без кормилицы. Это значило, что яд выпитый женщиной убьет и ее грудного ребенка.

Урий понимал, что действовать надо быстро, пока и мать, и дитя не окрепли, тогда их смерть будет выглядеть естественной. У этой травы была еще одна особенность, первое время после приема отвара, человек чувствовал себя лучше, но этот эффект был не долгим, всего несколько дней, а процесс запущенный приемом яда был почти необратим.

Для детей, а уж тем более для младенца, пусть даже он получил совсем небольшую дозу яда с молоком матери, шансов выжить не оставалось. Все, что было нужно, чтобы избавиться от ребенка, это один раз покормить его отравленным молоком. Для колдуна идеальным вариантом было бы, если смерть забрала вместе с ребенком и его мать. Но даже если женщина выживет, то после того, как Касьян потеряет сына, избавиться от нее будет несложно. Нужно будет просто убедить его, что в смерти младенца виновата Яромила и Касьян сам от нее избавится.

Добравшись до леса, Урий довольно быстро нашел нужное ему растение, но возвращаться в деревню не спешил. Он решил заодно пополнить запас целебных трав и корений. Особенно его интересовали растения способные останавливать кровь и исцелять ожоги. Кроме этого ему было нужно средство способное ослабить дракона. То, что он задумал, было рискованно и могло спровоцировать драконов напасть. Но другого способа добиться своего он не видел.

В этот день в деревни тоже кое-что происходило. Вождь собрал своих сыновей и объявил им, что собирается жениться на вдове своего друга Рогнеде. Жена Добромысла умерла при переходе в земли драконов, а его друг погиб, когда на их старую деревню напали воины правителя. У женщины было две дочери и вождь решил таким способом позаботиться о них. Рогнеда долго не соглашалась, но в итоге поддалась на уговоры вождя.

Все сыновья Добромысла восприняли эту новость спокойно. Даже Касьян был искренне рад за отца и поздравил его с предстоящей свадьбой. В честь этого события на закате Борислав решил принести в жертву богам овцу. Мстислав подарил отцу одного из лучших скакунов из своего табуна. Пырей принес в подарок кольчугу верхняя часть, которой, была сплетена из мелких золотых колец, а Касьян вручил ему меч с украшенной серебром рукоятью и вставленным в нее большим изумрудом.Вождь видел, как изменился Касьян с рождением сына, и был этому очень рад.

Колдун вернулся как раз к началу жертвоприношения. Он с трудом пробился сквозь толпу окружившую алтарь и с удивлением наблюдал за происходящим. Урий не помнил никакого праздника в этот день и поэтому решил остаться до конца, чтобы выяснить причину торжества. После того как жертва была принесена, к алтарю подошли вождь и Рогнеда. Борислав помазал их руки кровью убитого животного и объявил об их помолвки. Из толпы раздались одобрительные крики и пару со всех сторон окружили желающие поздравить их люди.

Колдун, ели скрывая злобу, тоже подошел к вождю и его избраннице с пожеланиями счастья и процветания. Взглядом Урий нашел Касьяна и по его лицу понял, что тот искренне радуется предстоящему событию.

– «Ну, ничего» – думал колдун, глядя на Касьяна – «скоро твоя радость поубавиться и ты снова будешь меня слушать».

На самом деле свадьба Добромысла никак не влияла на планы старика. Тем более, что она должна была состояться только в начале зимы. А вот нежелательные перемены в Касьяне и его вновь проснувшаяся любовь к родственникам, несколько осложняли задачу. Правда, теперь у колдуна было надежное средство, чтобы исправить это.

Урий сейчас был зол, но не расстроен.Злился он скорее по привычке, чем из-за предстоящего события. Не теряя больше времени, колдун отправился домой, у него было еще одно важное дело. Старику нужно было готовить отвар. Завтра с утра он собирался навестить Яромилу с младенцем.

Глава 8

По улице шла высокая черноволосая женщина лет тридцати. Она была не худой, но и не очень полной. Волосы женщины были заплетены в косу и закручены в пучок. Ее карие глаза обычно озорно сверкали, но сегодня в них застыла грусть, обычно улыбчивая, веселая женщина выглядела расстроенной и встревоженной. Небольшие тонкие губы были плотно сжаты.

Утро выдалось прохладным, поэтому женщина оделась теплее обычного. Поверх серого сарафана с широкими белыми рукавами, она надела вязаную безрукавку из белой овечий шерсти. На ногах у женщины были коричневые кожаные башмаки. В руках она несла глиняный кувшин.

Это была жена Пырея Дарина. Она умела лечить травами и сейчас направлялась к дому Касьяна. Женщина несла целебное снадобье для Яромилы. Женщина очень надеялась, что снадобье поможет ее подруге встать на ноги.

Недалеко от дома Касьяна, на противоположной стороне улицы, за одним из строений прятался седовласый мужчина. Одной рукой он прижимал к груди маленького щенка, а второй опирался на угол сарая. Он часто выглядывал из своего укрытия и смотрел на дорогу. В какой-то момент мужчина попятился назад и прижался спиной к стене. По дороге шла Дарина, ее - то он и поджидал. Ему нужно было знать, когда женщина зайдет в дом Касьяна. Как только дверь дома за ней закрылась, мужчина вышел на дорогу и не торопясь пошел вслед за Дариной.

Яромила сегодня первый раз после родов вышла к столу, до этого дня еду ей приносили в кровать, так как она почти не вставала. Еду готовил Касьян. Дочери помогали ему по дому. Завтрак уже закончился, но семья все еще оставалась за столом. Они радовались тому, что Яромиле стало лучше. Все за нее очень переживали. Через некоторое время, женщина почувствовала усталость, Касьян проводил ее в спальню и помоглечь. Он подложил ей под голову еще две подушки и теперь, Яромила почти сидела на постели, так ей было гораздо удобней. Легким поцелуем она поблагодарила мужа за заботу, а он улыбнулся ей в ответ. Как раз в этот момент в дом вошла Дарина. Она поставила кувшин, на массивный стол, сколоченный из хорошо обработанных дубовых досок и начала расспрашивать девочек о здоровье их матери.

Касьян услышал голос женщины и вышел в прихожую. Дарина каждый день приносила снадобье для его жены, от которого Яромила чувствовала себя лучше.

–Здравствуй, Дарина, – поприветствовал он женщину.

– Здравствуй. Как Яромила? – с тревогой спросила она.

–Сегодня ей лучше. Она даже к столу выходила, – ответил Касьян.

– Я принесла ей еще лекарство, – сказала Дарина, указывая рукой на кувшин.

– Хорошо, я рад, что ты нам помогаешь, – сказал он, чуть дрогнувшим голосом.

– О чем ты? Мы одна семья и должны помогать друг другу, – ласково сказала женщина, – скажи лучше, как там малыш?- И в ее голосе прозвучала тревога.

– Без изменений, все так же слаб. Скажи, а ты можешь ему как-то помочь? – с надеждой спросил Касьян.

– Тут я бессильна. Если и есть такие травы, то я их не знаю. Он сам должен окрепнуть. Будем надеяться, что все будет хорошо, – Ответила она.

– Прости, Дарина, я знаю, что ты делаешь все, чтобы помочь нам. Пойдем к Яромиле, я думаю, она будет рада тебя видеть, – сказал Касьян и жестом показал в сторону другой комнаты.

В этот момент открылась входная дверь, и в прихожую вошел Урий. К груди он прижимал маленький пушистый серо-коричневый комочек с блестящими глазками-пуговками. Это был совсем маленький щенок. Днем ранее колдун обменял его у какого-то мальчишки на амулет. Щенка он принес дочкам Касьяна. Он и раньше делал им подарки, чтобы расположить к себе Яромилу, но это ему не помогало, женщина все равно относилась к нему настороженно. Сегодня старику нужно было чем-то отвлечь девочек, а еще лучше выманить их на улицу, чтобы они не мешали ему осуществить задуманное. Щенок для этой цели подходил идеально.

Колдун протянул щенка старшей девочке. Она с невероятным трепетом взяла у старика этот драгоценный дар и поднесла его к младшей сестре. Счастью девочек не было предела. Урий глядя на девочек, изобразил на лице самую добрую улыбку, на какую только был способен. Поздоровался с Дариной и протянул руку Касьяну. Тот пожал руку колдуна и улыбнулся дочерям.

–Идите, поиграйте с ним на улице, – сказал он, погладив младшую дочь по голове. Девочек уговаривать не пришлось. Они с радостью выбежали из дома, им не терпелось поиграть с их новым другом.

– Ты слишком балуешь их, – сказал он Урию.

– Пусть дети порадуются. Им тоже нелегко сейчас, – ответил старик с сочувствием.

– Спасибо тебе, друг, – ответил Касьян и импульсивно обнял колдуна.

– Ну, будет тебе, – ответил Урий и похлопал «друга» по спине.

В это время из комнаты донесся плач ребенка. Касьян и Дарина пошли посмотреть в чем дело. Колдун остался один на один с заветным кувшином. Он сегодня еще до рассвета занял место за сараем, чтобы точно знать, когда Дарина принесет свое зелье Яромиле. Его план был прост. От девочек он собирался избавиться с помощью щенка, а в остальном по обстоятельствам. Боги сегодня явно были на стороне колдуна. Воспользовавшись моментом, он быстро достал из кармана маленькую глиняную бутылочку и вылил ее содержимое в кувшин.

Как заметил Урий, снадобья принесенного Дариной хватит только на день. Старику нравилась Дарина и он невольно испытывал к нет уважение. Ему и сейчас было почти жаль, что все ее старания сойдут на нет. Но другого выхода он не видел. Урий все же немного сомневался, что этого, теперь уже, приправленного ядом настоя, будет достаточно, для того чтобы убить сразу и мать, и ребенка, но рисковать больше не собирался. Если его застанут за этим занятием, то смерть для него станет не минуемым наказанием. А это в планы старика совсем не входило. Конечно, если Яромила выживет, это добавит лишней возни, но главная цель все равно будет достигнута. Через минуту в комнату вернулся Касьян.

– Прости, друг, что заставил тебя ждать. Ты, наверное, по делу? – спросил он.

– Нет. Я пришел, чтобы узнать как здоровье Яромилы и младенца. Заодно порадовать твоих дочек новой игрушкой, – ответил колдун.

Глава 9

Больше недели старик подкармливал Зева мясом. Делал он это не по доброте душевной, а чтобы узнать отвар какой травы способен усыпить или хотя бы замедлить дракона. В общем, Урий выяснял, как ослабить дракона. Мясо он не покупал. Колдун воровал овец и коз на пастбище. Кража домашнего скота тоже была частью плана. Когда люди обнаруживали пропажу, то думали на волков. Разговоров об этом в деревни было много, при каждом удобном случае, когда кто-то при нем говорил о пропажи домашнего скота, колдун намекал на драконов. Большинство не верили в виновность своих огромных соседей, но некоторые хоть и нехотя, соглашались с ним. Так, постепенно Урий начал обретать сторонников.

Сегодня, выйдя от Касьяна, старик сначала отправился домой за очередной порцией угощения для своего нового «друга»- дракона. В этот раз к отвару из успокоительных трав, он добавил еще и немного той травы, что принес для Яромилы и ребенка. Колдун не знал, как подействует яд на дракона, но все же решил рискнуть. Все его предыдущие попытки были тщетны.

Урий был больше травником, чем колдуном. Колдуном его считали в основном из-за его внешнего вида. Но кое-что он все-таки мог. Допустим, если человек ему чем-то насолил, то Урий вполне мог наложить на него небольшую порчу. Тогда обидчику приходилось мучиться с животом или с головной болью несколько дней. Еще он мог заговаривать болезни, но свои способности он скрывал. В этой деревне, несмотря на все подозрения людей, он не прибегал к колдовству, по крайней мере, открыто. Никому из жителей он ни разу не вредил магией, хоть порой и очень хотел.

Дома у старика хранились древние свитки со всевозможными заклинаниями, и он тщательно изучал их. Урий надеялся с помощью заключенных в них знаний победить драконов. Испытывать заклинания ему приходилось на тех же овцах и козах. Но, тем не менее, сила старика росла, это он видел. Заклятием у него получалось ненадолго обездвижить небольшое животное. Колдун пробовал сделать тоже - самое с Зевом, но у него ничего не вышло. Для магического воздействия на дракона, у старика было слишком мало сил. Единственной его надеждой оставались травы.

Теперь, усовершенствовав свое зелье, Урий пошел на «драконий пляж», так он про себя называл берег реки, где обычно собирались драконы. Там он без труда нашел Зева. Тот, как обычно, сидел поддеревом и развлекался ловлей птиц.

Убедившись в том, что на них никто не смотрит, колдун достал из холщевого мешка большой обернутый в несколько раз тряпкой кусок мяса. Развернул его и отдал дракону. Зев сразу проглотил угощение. Все это время Урий наблюдал за ним, с нетерпением ожидая результата. Мясо было хорошо пропитано отваром с ядовитой травой.

Примерно в течение получаса ничего не происходило. Зев все так же ловил птиц и выглядел очень бодрым. Но вдруг он начал мотать своей огромной коричневой головой из стороны в сторону, словно пытаясь освободиться от чего-то видимого только ему. Затем он пошатнулся и упал на землю.

Сначала старик испугался, он подумал, что дракон отравился и умер. Но подойдя ближе, Урий понял, что Зев уснул. Колдун продолжал наблюдать, ему нужно было знать, как долго дракон будет под воздействием его усовершенствованного снотворного.

Другие драконы привыкли к странной дружбе между стариком и Зевом, и не обращали на них никакого внимания. Колдуну это было на руку. Урию никто не мешал проводить его страшный эксперимент.

***

В доме Касьяна план Урия тоже работал. Как только колдун ушел. Касьян налил в кружку снадобье принесенное Дариной и отнес жене. Яромила немедля выпила настой и с благодарностью посмотрела на подругу, которая держала на руках ее сына. Ребенок капризничал, его пора было кормить. Как только Яромила допила содержимое кружки, Дарина передала ей младенца.

Касьян в это время принес кувшин со снадобьем и поставил его возле кровати на табурет. Чтобы когда понадобится, Яромила могла без труда добраться до лекарства.

Покормив ребенка, женщина почувствовала легкую усталость. Ее начало клонить в сон. Мужчина взял сына из рук жены и положил его в колыбель. Касьян и Дарина вышли, и как только за ними закрылась дверь, Яромила уснула.

Дарина в сотый раз рассказала Касьяну, как правильно заботиться о ребенке, и что делать, если вдруг Яромиле станет плохо. Он знал все это наизусть и старался выполнять все ее инструкции, но все равно выслушал женщину до конца. Дарина ушла.

Касьян налил молока в миску, покрошил тута хлеба, и вышел с ней на улицу. Там он подозвал девочек, передав им миску с едой, сказал покормить щенка. Сам вернулся в дом. Таким уставшим мужчина никогда себя не чувствовал. Ему казалось, что вся тяжесть мира обрушилась ему на плечи. Единственное, что его сейчас немного радовало – это то, что Яромиле становилось лучше. На то, что его единственный сын выживет, Касьян почти не надеялся. Он даже готовил себя к его потери. Но мысль о возможной смерти ребенка приносила ему нестерпимую почти физическую боль.

Глава 10

Яромила проспала несколько часов. Она спала бы и дольше, но ее разбудил плач ребенка. Рядом сидя на полу и положив голову на кровать, спал Касьян. Бессонные ночи и постоянное нервное напряжение сказались на нем. Он выглядел изможденным и постаревшим лет на десять. Женщина после сна чувствовала себя намного лучше. Стараясь не разбудить спящего мужа, она осторожно встала с кровати. Яромила подошла к колыбели и взяла на руки сына. Почувствовав мать, младенец успокоился. Перепеленав и покормив ребенка, она положила его обратно, и он сразу заснул.

Еще некоторое время, женщина продолжала стоять у колыбели. Яромила смотрела на своего спящего сына, а ее сердце сжимала тревога. Ребенок был слишком бледен. Казалось, что силы покидают его.

– Зачем ты встала? – с тревогой спросил Касьян. Он только что проснулся.

– Не хотела тебя будить. Ты слишком устал за эти дни, а я чувствую себя уже лучше,– ответила Яромила и улыбнулась.

– Не помню, как уснул, – сказал он, рассеяно озираясь по сторонам.

– Вот видишь, тебе нужно отдохнуть, а я сама позабочусь о детях, – отозвалась женщина, с любовью глядя на мужа.

– Нет. Я хочу, чтобы ты еще несколько дней оставалась в постели. Мы с девочками сами со всем справимся. Они мне помогают по дому, – сказал он, с нежностью глядя на жену.

Касьян встал и подошел к Яромиле. Он осторожно обнял ее за плечи и притянул к себе. Яромила улыбнулась и положила голову на плечо мужа. Так они стояли возле колыбели, глядя на спящего сына.

– Я так боюсь за него, – тихо сказала Яромила, и ее голос дрогнул.

– Все будет хорошо, вот увидишь, – ответил Касьян с уверенность, которую, не чувствовал, - пойдем, тебе надо лечь.

Он увел Яромилу от колыбели и проводил к кровати. Касьян помог жене лечь и налил ей снадобье из кувшина.

На следующий день снова пришла Дарина и принесла снадобье. Она сильно удивилась, увидев подругу ходящей по комнате с ребенком на руках. Женщина была рада, что Яромиле стало намного лучше, но выздоровление, казалось, слишком быстрым. Это настораживало.

– С тобой все в порядке? – спросила Дарина подругу. Ее голос был встревоженным.

– Да. Не волнуйся,- ответила Яромила и улыбнулась подруге, – Касьян настаивал, чтобы я оставалась в постели еще несколько дней, но мне так надоело лежать…

– И все же побереги себя,– посоветовала Дарина, с тревогой глядя на подругу.

– Не волнуйся, со мной все в порядке, – ответила Яромила и снова улыбнулась.

– А как малыш? – спросила женщина, и в ее голосе слышалась надежда.

– Слаб. Мне кажется, что он с каждым днем становится все слабее и слабее… – Яромила вздохнула и из ее глаз полились слезы. Ребенок, почувствовав настроение матери, заплакал. Обе женщины принялись его успокаивать.

***

Колдун в это время был на «драконьем пляже». Он принес Зеву очередное угощение. Правда, в этот раз без яда. Урий проводил с драконом много времени. Сначала он сидел с ним под деревом и наблюдал за ловлей птиц. Потом начал прогуливаться с Зевом по пляжу. Когда драконы привыкли к их прогулкам, старик начал уводить его все дальше и дальше от пляжа. Сегодня был первый день, когда Урий и Зев, совсем исчезли из поля зрения драконов.

Старик присмотрел одну уединенную рощицу, где не бывает ни людей, ни драконов. Он хотел приучить к ней Зева. Эта роща идеально подходила для осуществления одного из этапов его кровавого плана. Но об этом говорить было пока рано. Сегодня Урий не собирался так далеко уводить своего нового «друга». Колдун не хотел вызывать недоверие драконов. Он боялся, что его планы могут нарушить и осторожничал.

Глава 11

Прошло четыре дня. Урий вновь пришел в гости к Касьяну. Он хотел знать, как продвигается его план, и как настроение Касьяна. Колдуну нужно было подчинить его себе. В гости он пришел не с пустыми руками. В этот раз старик принес девочкам выструганных из дерева кукол, чем сильно их порадовал. Без вмешательства Яромилы, дети стали больше ему доверять. Это колуну было сейчас нужно для укрепления дружбы с Касьяном.

Яромиле за эти дни стало хуже. Она снова почти не вставала. Если бы не снадобье, которое ей приносила Дарина, у женщины не было бы сил даже лежать. С младенцем дела обстояли не лучше, он почти совсем перестал есть и почти не плакал. Сам Касьян стал больше похож на тень, чем на человека. Его плечи опустились, взгляд потух, лицо вытянулось, а под глазами залегли черные круги. Казалось, что сама жизнь покидает его. Увидев колдуна, Касьян немного приободрился.

– Хорошо, что ты пришел, – сказал хозяин дома и протянул колдуну руку для приветствия.

– Я хотел узнать, как твой сын? – ответил старик, пожимая протянутую ему руку.

– Плохо, – ответил Касьян, – может, ты своим колдовством сможешь помочь ему? – с надеждой спросил он.

– Не знаю. Не могу обещать, но если хочешь, могу попробовать, – сказал Урий, ему очень хотелось самому взглянуть на ребенка.

– Пойдем, – сказал Касьян и повел колдуна в комнату, где была Яромила и ребенок.

Урий подошел к колыбели. Младенец был бледным, его кожа приобрела голубоватый оттенок. Старик решил, что ребенок не проживет и нескольких дней. Колдун провел рукой над младенцем и покачал головой. Затем, он поднял руки вверх и начал что-то бормотать. Так он простоял минуты две, после чего, коснулся двумя пальцами щеки ребенка. Щека была холодной. Урий был доволен, что его план действует.

– Я не могу ничего сделать, – сказал он сочувственно, глядя на Касьяна, – боги гневаются и не хотят помогать, – пояснил Урий.

– И, что мне делать? – растерянно спросил Касьян.

– Ждать, – ответил колдун и покачал головой.

– Чего ждать? – спросил Касьян поникшим голосом.

–Не буду юлить, скорее всего, ребенок не выживет, – ответил колдун шепотом так, чтобы не слышала Яромила.

Касьян кивнул, он и сам это понимал, но продолжал надеяться: – скажи, а она? – показывая взглядом на жену, спросил мужчина.

Колдун подошел к женщине, ее глаза были закрыты, спала она или нет – определить было сложно. В отличие от младенца, она не казалась умирающей. Ее дыхание было ровным, цвет лица нормальным. Яд действовал на нее слабее, чем на ребенка. Он поднял руки и что-то прошептал. Затем повернулся к мужчине и, с трудом скрывая разочарование, произнес: – Яромила выживет, Касьян с облегчением вздохнул – это была единственная хорошая новость за последние две недели, а колдун продолжил: – но, думаю, родить она больше не сможет, – наверняка колдун этого не знал, но ему нужно было заставить Касьяна от нее отказаться.

Касьян, после слов старика, помрачнел. Урий был доволен, он добился нужного ему эффекта. Теперь осталось убедить Касьяна в необходимости человеческих жертвоприношений. Но сначала драконы и вождь – от них тоже нужно было избавиться. С драконами было все относительно понятно, а вот Добромысл являлся серьезной преградой.

Глава 12

Утро Касьяну принесло беду. Его сын не пережил ночь. Яромилу смерть младенца почти лишила рассудка. Женщина, собрав последние силы, сидела на кровати и прижимала к себе мертвое тело ребенка. Она то плакала, то пела ему колыбельные, иногда ее плач напоминал вой. Касьян пытался забрать у нее тело младенца, но она только крепче прижимала его к себе. Ни на какие уговоры Яромила не поддавалась. Казалось, что она даже не слышала слов мужа. Касьян ждал, что болезнь и слабость заставят ее разжать руки, но горе придавало ей сил. И все попытки забрать ребенка ни к чему не приводили. Сердце Касьяна разрывалось от боли, но сделать он ничего не мог.

В дом пришел Добромысл, с ним были Рогнеда, Дарина и еще несколько женщин. Рогнеда пришла забрать девочек. Дарина принесла успокоительный настой и целебное снадобье для Яромилы. Женщины пришли, чтобы подготовить тело ребенка к погребению. Все они сейчас стояли в комнате и смотрели на Яромилу с младенцем на руках. Но она не замечала их присутствия, продолжая укачивать мертвого сына.

– Она не отдает, – беспомощно и немного по-детски сказал Касьян, переводя растерянный взгляд с жены на присутствующих.

– Заставь ее это выпить, – Сказала Дарина и протянула Касьяну небольшой глиняный сосуд, – это успокоительное, – пояснила она, заметив вопросительный взгляд мужчины.

Он взял сосуд и, обняв Яромилу за плечи, поднес его к губам жены. Она на удивление послушно выпила успокоительное. Затем обвела всех невидящим взглядом и еще сильней прижала ребенка к себе. Женщина понимала, что прощается с сыном навсегда и ей было невероятно тяжело отдать его сейчас в чужие руки. Она знала, что должна это сделать, но не могла себя заставить. По ее щекам непрерывной рекой текли слезы.

Оставив Яромилу на женщин, Касьян с отцом вышли в другую комнату. Им нужно было позаботиться о похоронах, которые должны состоятся этим же вечером, на закате. Добромысл сказал, что организует все сам. Яромилу нельзя было оставлять одну, поэтому они решили, что Касьян останется дома и будет за ней присматривать.

Братья Касьяна уже занимались подготовкой погребального костра. За деревней, с восточной ее стороны, они складывали сухие дрова. Несмотря на то, что тело ребенка было совсем маленьким,дров было много. Будущий костер представлял собой куб примерно два метра высотой и столько же шириной. Верх дровяногокуба был накрыт досками, на которых стояла детская кроватка. С боку к дровам была приставлена лестница.

Урий тоже не остался в стороне, он стоял в толпе возле дома Касьяна. Старик с большим трудом скрывал свою радость. Колдун ждал, когда уйдет вождь. Ему предстояло разыгрывать сочувствующего друга перед хозяином дома и его женой. А Добромысл мог нарушить его планы. В отличие от Касьяна, вождь был проницательным и очень рассудительным человеком, он почти никогда не терял хладнокровие. Урий рисковать не хотел и сейчас старался затеряться среди собравшихся людей.

Добромысл ушел. Касьян вернулся в комнату к жене. Она все еще держала сына на руках, но уже не укачивала его и почти не плакала. Слезы продолжали течь из ее глаз, но взгляд стал отрешенным. Дарина сидела рядом с ней и что-то ей тихо говорила, женщины стояли перед ними полукругом. Никто не решался забрать ребенка.

Касьян подошел к Яромиле и она сама протянула ему тело малыша: – наш сын, он умер, – тихо сказала женщина.

– Я знаю, – забирая у нее ребенка, мягко сказал он, – тебе надо отдохнуть, а я о нем позабочусь. Касьян старался, чтобы его голос не дрогнул. Он не хотел еще сильней волновать жену.

– Пообещай, что возьмешь меня к погребальному костру. Я хочу попрощаться с сыном, – почти шепотом попросила Яромила.

– Обещаю, – тихо ответил он.

Глаза Яромилы начали закрываться, ее помимо воли клонило в сон. Сначала женщина сопротивлялась действию снотворного, но потом все же сдалась. Она легла и тут же заснула. Сон – это единственное, что могло принести ей сейчас облегчение.

После того как вождь покинул дом,колдун выждал еще немого времени и зашел. Касьян как раз выходил из спальни с ребенком на руках. Вслед за ним шли женщины, пришедшие подготовить тело к погребению. Касьян еще раз прижал к груди бездыханное тело сына и передал его одной из них. Забрав ребенка, женщины поспешили покинуть дом. Им предстояло провести несколько обрядов, а времени до заката оставалось совсем мало.

– Скорблю вместе с тобой, – вместо приветствия сказал колдун, протягивая руку Касьяну.

– Спасибо, друг, – ответил тот и пожал протянутую руку.

– Как Яромила? – осведомился старик.

– Плохо. Дарина напоила ее успокоительным, только после этого удалось забрать ребенка,- ответил Касьян – скажи, Урий, почему боги не захотели помочь моему сыну? Зачем им его смерть? Чем мы провинились? Что мы сделали ни так?- продолжил он с мукой в голосе.

– Этой ночью я проводил обряд, – соврал колдун, – и боги мне открыли, что это только начало. Им не нравится, что люди водят дружбу с ящерами. Если бы ты разрушил эту дружбу, твой сын был бы жив, а жена здорова. Нам нужно что-то делать, иначе вымрут все. Это кара.

– Какая мне теперь разница? – вздохнул Касьян – сына я уже не верну, а другого у меня не будет. Тогда для чего все это?

– Сейчас ты ослеплен горем и не видишь всех возможностей, – ответил колдун, – но скоро ты поймешь, как ошибался. Доверься мне.

– Какие возможности? Ты что не понимаешь? У меня нет наследника, и уже не будет, ты сам сказал, что Яромила не сможет родить, – раздражаясь, сказал Касьян.

– Ты расстроен, давай поговорим через пару дней, – сказал старик, стараясь успокоить Касьяна.

– Тут не о чем говорить, – отрезал Касьян.

– Поверь, не все потеряно, – отозвался колдун, – пусть твое горе немного уляжется, и я все тебе объясню, – сказал он, собираясь уходить, – сейчас я приходил только, чтобы выразить тебе соболезнование.

После ухода колдуна, Касьян невольно почувствовал слабую надежду. И ухватившись за это чувство, он готов был слушать колдуна во всем. Но об этом мужчина решил подумать позже, сейчас нужно сосредоточиться на похоронах. Ему предстояло доставить Яромилу к погребальному костру с меньшим вредом для нее.

Вечером, перед закатом, Дарина принесла еще успокоительного отвара для Яромилы. Касьян запряг лошадей – одна стояла под седлом, а вторая была впряжена в телегу. На телеге лежали две перины и гора подушек. Он проводил Яромилу к приготовленному для нее передвижному ложу и помог ей устроиться поудобней. С ней села Дарина. Взяв под уздцы лошадь Яромилы, Касьян вскочил в седло и они медленно тронулись.

Для последнего прощания все было готово. Тело младенца, одетое в погребальные одежды, лежало на небольшом алтаре, поставленном здесь братьями Касьяна для церемонии. Ждали только родителей ребенка. Все жители деревни, а их было около десяти тысяч и это только взрослых, пришли попрощаться с младенцем и выразить соболезнования будущему вождю и его жене.

Как только Касьян и Яромила приехали, Борислав начал погребальный обряд. Когда церемония была закончена, Касьян взял ребенка на руки и поднес к жене. Она поцеловала сына в последний раз. Все это время слезы катились из ее глаз, но вела она себя на удивление спокойно. Ее спокойствие объяснялось просто – Дарина напоила ее своим отваром, и все время была рядом.

Урий тоже крутился возле Яромилы. Он принес яд и теперь ждал подходящего случая напоить им жену Касьяна. Колдун подумал, что если ослабленная болезнью женщина умрет от горя после потери ребенка, то вопросов ни у кого не будет. И поэтому он решил рискнуть. Но Дарина нарушила его планы – она все время была с Яромилой.

Как только женщина попрощалась с младенцем, Касьян понес его к сложенным в куб дровам. Мужчина поднялся по приставной лестнице и поцеловав сына положил его в стоявшую посередине кроватку. Он немного постоял и спустился вниз. Касьян взял у Добромысла зажженный факел и, обходя куб со всех сторон, поджог дрова.

Когда языки пламени погребального костра поднялись совсем высоко и обхватили детскую кроватку, Яромила потеряла сознание.

Глава 13

Буян вместе с остальными изгнанниками продолжал жить на дальних болотах. Он не оставлял надежды вернуться на земли драконов. Вместе с теми, кто был изгнан, отправились их подруги и теперь у многих из них, включая Буяна, появилось потомство. Младший брат Тайфуна не собирался растить своего наследника на таких скудных землях.

Хоть он и объявил себя королем изгнанников, и все они ему подчинялись, этого было недостаточно. В его подчинении было всего восемнадцать взрослых драконов. Этого было мало для открытого нападения на Тайфуна. У короля в одной группе было больше драконов, чем у Буяна в его «болотном королевстве».

На болотах зависть Буяна к старшему брату только возрастала, а с ней росла и ненависть. Он начал посылать разведчиков туда, где раньше был его дом. Сначала в донесениях не было ничего интересного, но потом разведчики стали рассказывать о странных двуногих существах, поселившихся рядом с драконами. Позже они выяснили, что это были люди. Тогда он по примеру своего брата, отправился в дальние земли. Он, как и Тайфун когда-то наблюдал за жизнью людей. Но в отличие от брата, разочарован не был. Буян видел, как люди с легкостью предают, обманывают, убивают друг друга. Он решил заключить сделку с переселенцами.

Для этого ему нужен был человек не довольный властью или сам мечтающий стать главным. Теперь в обязанности разведчиков входило присматриваться к людям. Задача была не из легких, так как драконы короля полностью контролировали территорию. Если кто-то из них заметил бы изгнанника, то для последнего – это могло закончиться плохо.

Драконы Буяна подбирались к деревне по ночам, стараясь оставаться незамеченными. Так мало что можно было узнать о людях, но другого способа не было. Обычно, когда в деревне все засыпали и подслушивать было нечего, разведчики улетали к себе на болото. В этот раз, один из шпионов задремал за домом Урия. Он всю ночь слушал странное бормотание колдуна. Было похоже, что хозяин дома читает заклинания и злится, если у него что-то не получается. Гор, так звали шпионившего дракона, решил, что этот старик может пригодиться. Поэтому он всю ночь не отходил от дома Урия. Под утро Гор задремал.

Разбудили шпиона первые лучи солнца. Возвращаться к себе было поздно, его могли заметить. Тогда Гор решил отсидеться в роще, в которую, как он помнил, драконы заглядывали крайне редко.

Урий не спал почти всю ночь, но утром, вопреки всем ожиданиям, чувствовал себя бодро. У колдуна получилось обездвижить овцу заклинанием на целый час. Ему не терпелось проверить свою силу на драконе. Он с трудом дождался полудня и отправился на «драконий пляж».

Угостив Зева очередной порцией баранины, он повел его на прогулку. Сегодня Урий собирался заманить дракона в рощу, которую присмотрел некоторое время назад. Старик хотел испробовать на нем заклинание обездвиживания.

Гор дремал в высоких зарослях колючего кустарника, над этим местом возвышались лиственные деревья. Их кроны в вышине цеплялись ветками друг за друга и сплетались в причудливый узор, образуя почти непроницаемую крышу. Дракон был вполне доволен своим убежищем, но все же крепко заснуть себе не позволял. Недалеко от этого места была небольшая поляна, на которой рос раскидистый столетний дуб. Сначала разведчик хотел расположиться под ним, но потом передумал и укрылся в кустарнике под деревьями. Сейчас он был вполне доволен выбранным местом. Гор был темно-зеленым, и окружающая зелень прекрасно скрывала его от случайных глаз.

Из полудремы его вывели голоса, которые показались знакомыми. Говорили двое – дракон и человек. Драконом был Зев, голос человека шпион тоже узнал – это был старик, за которым Гор шпионил всю ночь. Они расположились под дубом, и разведчик мог их не только слышать, но и видеть.

Старик рассказывал Зеву какие-то сказки, а тот переспрашивал по нескольку раз одно и тоже. Колдун повторял, никак не выказывая раздражения. Гора заинтересовала эта странная парочка, и он решил повнимательней к ним присмотреться. Зев был добрым, только терпеть его общество долго…

Но, как ни странно, старик казался довольным. Разведчик пригляделся лучше, ему был непонятным такой неподдельный интерес человека к этому дракону. Гор наблюдал за ними около часа и ,наконец, понял в чем дело. Колдун испытывал на Зеве заклинание, которое обездвиживало дракона. Заклятие действовало недолго, всего секунд пять, но старик был все равно доволен. Он почти прыгал от счастья.

Разведчик не сомневался, что нашел именно то, что нужно. Теперь осталось дождаться ночи. Гор был уверен, что Буян оценит такую находку.

Глава 14

Касьян занес жену в дом и положил на кровать. Яромила пришла в себя. Оставив с ней Дарину, мужчина вышел на улицу. Из комнаты он забрал колыбель, на которою ему было невыносимо смотреть, и отнес в сарай. В дом возвращаться он тоже не хотел. Ему было слишком тяжело видеть Яромилу и ощущать свою беспомощность. Он сел на ступеньку крыльца и обхватил голову руками. Касьян думал об умершем сыне, но больше его волновало не смерть ребенка, а то, что он остался без наследника. Мужчина не надеялся на рождение еще одного сына, и теперь его захлестнуло отчаяние. Неожиданно в его голове всплыли слова колдуна, что не все еще потеряно. Касьян ухватился за эту мысль. Он был готов на все лишь бы укрепить свое положение.

Как только Касьян вернулся в комнату, Дарина ушла. Перед уходом она оставила снадобья для Яромилы и сказала Касьяну, когда давать их больной. Он был слишком рассеян, и женщине пришлось повторить все еще раз. Как только за ней закрылась дверь, Касьян сел на кровать рядом с женой.

– Как ты себя чувствуешь? –спросил он, не глядя на жену.

– Лучше, – ответила женщина без всякого выражения, – ты злишься на меня? – в свою очередь спросила она.

– Нет, конечно, – удивился он, – я просто устал.

– Лучше бы я умерла, – сказала Яромила. В ее голосе слышались боль и тоска.

–Не говори так, – произнес Касьян с жаром. А сам подумал, что, может, так и было бы лучше. Ему было жаль Яромилу, но сейчас он рассматривал ее как помеху.

Он не винил жену в смерти ребенка. Но то, что она, по словам колдуна, не сможет родить лишало Касьяна сил. Он налил ей успокоительного отвара, принесенного Дариной. Яромила выпила успокоительное и вскоре уснула. Мужчина был рад этому, говорить с женой ему не хотелось.

Утро никому из них облегчения не принесло. Чувство утраты за ночь стало только сильней. Убитая горем Яромила стала похожа на тень, Касьян выглядел не лучше. Весь последующий день женщина отказывалась от еды. Все, что она делала – это пила успокоительный отвар и воду. На следующий день все повторилось снова, и Касьян был вынужден позвать Дарину. Ей удалось заставить Яромилу поесть. Так продолжалось еще несколько дней, Яромилу кормили почти насильно. До тех пор, пока она не услышала крик младшей дочери. Крик раздавался с улицы, и Яромила, испугавшись за девочку, преодолела слабость и пошла посмотреть в чем дело. Оказалось, щенок заигравшись, больно укусил ребенка. Женщина вздохнула с облегчением, еще одну потерю она бы не пережила.

Касьян не находил себе места, он ждал колдуна. Ему нужно было знать, что придумал старик. Урий же приходить не спешил. У него были еще дела. Колдуну нужно было подготовить все для выполнения следующей части плана. Он по древним свиткам учился управлять погодой. Пока у него получалось только создавать маленькое облако, которое рассеивалось почти сразу. Урий как мог, готовился к схватке с драконами.

Пусть пока его мастерства хватало только на то, чтобы обездвижить дракона секунд на пять, и создать нестойкое облако, но это было уже что-то. Только сначала все-таки нужно было избавиться от Яромилы. Колдун знал, что женщина поправиться, но беспокоило его не это. Он боялся, что она снова сможет забеременеть. Если Яромила вновь родит мальчика, то ее влияние на мужа будет безграничным, а все планы старика пойдут прахом. Этого допустить он не мог.

Урий не спешил в гости к Касьяну, давая ему тем самым совсем впасть в отчаяние. Он хорошо знал характер наследника. Терпением тот не отличался, а иногда был слишком импульсивен. Вот этими качествами и собирался воспользоваться старик. Но сначала нужно было выждать, чтобы Касьян сам довел себя до белого каленья, тогда его воля будет сломлена, и он сделает все, что от него требуется. Колдун успел хорошо изучить Касьяна, и теперь был уверен, что поступает верно.

Спустя несколько дней Яромила начала вставать и даже выполняла некоторую работу по дому. Касьян же мрачнел с каждым днем. Раньше он часто играл с дочерьми, теперь же почти не обращал на них внимания. Однажды мужчина поймал себя на мысли, что отдал бы любую из них за сына. Эта мысль привела его в ужас. Несмотря на то, что Касьян любил своих дочек, он понимал, что это правда. И эта правда пугала его, но врать себе он не мог и не хотел.

Еще через пару дней Касьян не выдержал и сам отправился к колдуну. Было утро, и Урий еще не ушел на «драконий пляж». Как же он был доволен, когда Касьян сам пришел к нему. Старику понадобилось все его самообладание чтобы не выдать себя.

– Рад тебя видеть, друг, – протягивая руку, сказал старик, в его голосе слышалось сочувствие, – как ты, как Яромила? – спрашивал он участливо.

– Привыкаем, – ответил Касьян, но в его голосе явно слышалась боль, он пожал протянутую руку колдуна.

– Ничего, скоро все пройдет, – поддержал его старик.

– Ты сказал, что, не все потеряно, скажи, что ты имел в виду? Ты говорил с богами? Яромила сможет родить мне сына? – спросил мужчина с надеждой.

– Послушай, Касьян, – замялся колдун, – тут вот какое дело…

–Не тяни, говори, – потребовал гость.

– Даже не знаю, как сказать… – мялся старик.

– Говори, как есть, – теряя терпение, сказал Касьян.

– Хорошо, только помни, что это не мое мнение, так хотят боги, – произнес Урий мрачно.

– Говори, не бойся, – ответил Касьян.

– Я говорил с богами, – сказал колдун и, выдержав многозначительную паузу, продолжил, – Яромила больше не сможет родить, но у тебя вполне может родиться сын.

– Как это?! – удивился мужчина.

– Боги сказали, что тебе нужна другая жена, – продолжил старик.

–Нет. Что ты такое говоришь? Я не могу… – растерянно глядя на старика, сказал Касьян.

– Тебе решать, – вздохнул Урий, – я только передаю тебе волю богов.

– Это все? – спросил мужчина.

– Нет. Есть еще кое-что, – сказал колдун, – если ты готов слушать, расскажу.

– Говори, я хочу знать, – мрачно произнес гость.

– Еще ты должен убить дракона, с этим я тебе помогу, если решишься. Боги наказывают за дружбу с ящерицами и твой сын тому доказательство. А по поводу жены, подумай. Яромила слишком слаба для того, чтобы родить сына, она и этого не смогла выносить положенный срок, а тебе нужно подумать о наследнике. Или ты уже передумал становиться вождем? – говорил колдун, стараясь задеть собеседника. Он знал, что жажда власти у Касьяна сильней любых человеческих чувств, и сейчас старался сыграть на этом.

– Я должен подумать, – сказал Касьян и вышел из дома колдуна.

Когда дверь за гостем закрылась, Урий усмехнулся: – «думай, думай, никуда ты не денешься» – произнес старик, глядя на дверь. Колдун был уверен, что Касьян сделает все, чтобы укрепить свое положение. А значит, будет слушаться. Старик был вполне доволен собой.

Глава 15

Буян был в восторге от доклада Гора. Сначала Гор заставил всех поволноваться, когда утром не вернулся с задания. Буян думал, что его шпион попал в лапы короля драконов и готовился к последствиям. Но в этот раз все обошлось. Сейчас он уже забыл о своих переживаниях, ему хотелось узнать как можно больше о старике.

Колдуна вождь изгнанников считал подарком судьбы. Ему было любопытно, зачем этот человек возится с Зевом, толку от него никакого. Зев был большим ребенком, и использовать его для чего-то серьезного было нельзя. Поэтому Гор был отправлен снова в земли драконов, но его единственной задачей в этот раз была слежка за стариком. Буян хотел знать об этом человеке все, а особенно, зачем ему нужен Зев.

То, что старик готовит какой-то заговор, сомнений не оставляло нужно было выяснить против кого этот заговор. Отношение колдуна к драконам и в частности к Тайфуну, тоже оставалось загадкой. В обязанности Гора входило наблюдать, но не вмешиваться. Разведчик должен был провести на «земле драконов» трое суток.

Гор решил на это время поселиться в роще, в которой до этого видел колдуна и Зева. Каждый день, после полудня, старик приводил дракона на одно и то же место. Гор знал, что колдун тренирует на Зеве заклинания, то есть просто использует его. Он не мог понять, зачем человеку обездвиживать дракона. Единственное, что приходило в голову – это убийство. Но зачем колдуну убивать Зева?

Чтобы разобраться во всем этом, шпион каждую ночь пробирался к жилищу старика. Но ничего интересного не происходило. Колдун читал заклинания, а иногда вслух ругал себя за то, что раньше не интересовался свитками. Но в одну из ночей кое-что изменилось. К старику пришел гость.

– Ну, что, надумал? – спросил колдун.

– Не знаю, – ответил гость с сомнением.

– Касьян, пойми, я не буду тебя уговаривать, решение ты должен принять сам. – В голосе старика Гору никакой заинтересованности уловить не удалось, и этот разговор показался шпиону не важным. Он уже собирался лететь обратно в рощу, но ответ гостя все же заставил его передумать.

– Урий, – с жаром произнес мужчина, – Я готов сделать все, что ты скажешь, но куда я дену Яромилу?

– Решать тебе, – снова повторил колдун, – но пока она рядом, все твои планы под угрозой, если хочешь стать вождем, тебе придется избавиться от нее.

– Дай мне еще время, – попросил Касьян.

– Сегодня я снова говорил с богами, их решенье неизменно, но выбор делаешь ты, – сказал Урий.

Гор, который все это время подслушивал, был удивлен хитростью старика. Он прекрасно знал, что ни с какими богами колдун не говорил. Теперь шпион решил выяснить – кто такой Касьян и зачем он колдуну. Цель старика тоже была не до конца понятна. Раньше Гор считал, что Урий хочет стать главой деревни, но с появлением Касьяна шпион засомневался.

Дракон хотел понаблюдать еще и за Касьяном, но времени не хватало, ему нужно было возвращаться к изгнанникам. Буян ждал доклад. Еще один день Гор провел в роще, наблюдая за уже привычной картиной. Он еще раз посмотрел, как колдун обездвиживает дракона. Про себя шпион отметил, что продвижений у колдуна нет, Зев, как и в первый раз, замирал секунд на пять не более. Как только ночь накрыла землю, Гор полетел домой на болота.

Глава 16

С каждым днем Касьян становился все более угрюмым. Он замкнулся в себе и почти не участвовал в жизни семьи. Яромила его раздражала, он воспринимал ее теперь только, как помеху. Дочерей мужчина почти не замечал. Касьян все чаще думал о словах колдуна. Но принять какое-нибудь решение не мог.

Он не знал, так поступить с Яромилой. Касьян не хотел ее смерти, но как по-другому избавиться от нее он не знал. Где-то в глубине души мужчина был против всего этого, но слова старика не давали ему покоя. Чем больше он думал об них, тем сильней верил Урию. С одной стороны Касьян не хотел зла женщине, с которой прожил много лет, а с другой стороны ему нужно было укрепить свое положение. Эта раздвоенность его угнетала.

Если бы старик твердо сказал, что ему делать, Касьян не колебался бы, но Урий предоставил ему выбор. Это значило, что ответственность за все ложилась только на Касьяна. Он еще несколько раз пытался добиться от колдуна более четких указаний, но ответ оставался прежним.

Касьян начал обдумывать возможные варианты. Сначала он хотел отказаться от планов колдуна и будь что будет. Но желание стать вождем перевешивало все остальное. Касьян даже не допускал мысли, что Урий может ошибаться, и уж конечно, он ни за что не поверил бы, что колдун действует только в своих интересах.

Так постепенно Касьян пришел к решению, которое не сулило Яромиле ничего хорошего. Убивать он ее не собирался, не мог себя заставить. Развестись было невозможно, тогда бы он точно не стал вождем. От большого мира их отделяли тысячи километров, и отдать или продать ее заезжим торговцам, не получиться.

После долгих размышлений, Касьян решил отвести ее далеко в степь и оставить на волю богов. Яромила была слишком слаба, чтобы выжить там или вернуться домой. Мужчину это устраивало. Он считал, что если женщина умрет в степи, то его совесть будет чиста, значит такова воля богов. Если все-таки выживет, то побоится вернуться, об этом он позаботится. Касьян не знал, насколько далеко в степь залетают драконы. Но так как дикие стада ходили рядом с деревней и лесом, он предположил, что и ящеры далеко не залетают. Мужчина думал об этом всю ночь.

Утром Касьян начал действовать. Он отвел дочерей к отцу и попросил оставить их на ночь, объяснив это плохим самочувствием Яромилы. Добромысл не возражал, он очень любил внучек. А так как он был вождем, времени у него почти не было. В этот день он решил отложить все свои дела, и провести время с внучками и младшим сыном.

Как только стемнело, Касьян приступил к выполнению другой части плана. Он пошел в конюшню, зажег масленую лампу, оседлал коня и привязал к седлу бурдюки с водой и сумку с хлебом. Бурдюки и хлеб он спрятал там днем. Хлеба и воды должно было хватить на неделю. Взял заранее приготовленные веревки и пошел в дом.

Веревки он оставил за дверью. Касьян вошел в дом, Яромила возилась у плиты и стояла спиной к нему. Услышав скрип входной двери, она повернулась.

- А где девочки? – спросила она, глядя на мужа, – Я думала, что ты пошел за ними.

- Они захотели остаться у деда, им с Малом там весело, я не стал возражать, – ответил он, глядя в сторону.

Яромила вновь повернулась к плите. Касьян бесшумно, как кошка, подошел сзади к жене и оглушил ее. Женщина начала падать. Он подхватил ее не давая упасть, аккуратно положил на пол и вышел за веревками. В этот момент мужчина не чувствовал ни жалости, ни раскаяния, он вообще сейчас ничего не чувствовал.

Абсолютно хладнокровно, словно это была не его жена, Касьян связал ее. Из другой комнаты он принес одеяло и какую-то небольшую тряпку. Тряпка была нужна, чтобы сделать кляп, если понадобится. Завернув Яромилу в одеяло, он отнес ее в конюшню и закинул на коня перед седлом, так что ноги женщины оказались с одной стороны лошади, а голова с другой. Касьян сел в седло и выехал из конюшни. Ночь была пасмурной и темной, так что мужчина полностью поверил в слова колдуна. Он решил, что боги помогают ему, скрывая от чужих глаз.

Глава 17

Выслушав доклад Гора, Буян отправил его следить за Касьяном. Шпион должен было выяснить, кто такой Касьян и чего он хочет. Этот человек и старик сильно интересовали Буяна. Он видел в них возможных союзников.

Гор приземлился за домом Касьяна, как раз в тот момент, когда тот на лошади выезжал из конюшни. Дракон видел, что перед мужчиной лежал перекинутый через холку коня тюк, а к седлу были привязаны бурдюки и сумка больше похожая на небольшой мешок.

-«Интересно, куда он собрался?» – подумал Гор и как только Касьян отъехал на достаточное расстояние, полетел за ним. Ночь была пасмурной и темной, но шпиону это не мешало. В отличие от людей, драконы прекрасно ориентировались в темноте, полагаясь не только на зрение и слух, но еще и обоняние. Хотя слух и зрение были прекрасно у них развиты, как и у других хищников.

Касьян гнал лошадь в галоп. Ему нужно было как можно дальше ускакать от деревни и до рассвета успеть вернуться домой. Мужчина понимал, что лучше было бы увести Яромилу дальше, но тогда, из-за его отсутствия, могли возникнуть подозрения. Риск был слишком большим, кто-нибудь мог догадаться.

От тряски Яромила пришла в себя. Голова ее сильно болела и кружилась, дышать женщине было трудно из-за тряпки, в которую она была завернута. Яромила не помнила, что произошло, и как она оказалась в такой ситуации. Ей было страшно, но она не шевелилась. Женщина пыталась понять, кто и зачем ее украл, и куда ее везут. Во рту все пересохло и ей очень сильно хотелось пить. Еще она волновалась за Касьяна: – «если меня похитили то, что стало с ним? Неужели его убили?» – от этих мыслей на ее глазах выступили слезы, – «этого не может быть» – мысленно сказала она себе. Яромила заставила себя успокоиться. Все ее тело болело, руки и ноги затекли, боль от веревок становилась невыносимой.

Женщина попыталась пошевелиться, но чья-то сильная рука прижала ее к лошади. Яромила хотела закричать, но из пересохшего горла вырвался только хрип. Эта бешеная скачка продолжалась еще несколько часов. Сопротивляться женщина больше не пыталась -это было бессмысленно. Она решила сэкономить силы.

Наконец, лошадь перешла на шаг, а затем и вовсе остановилась. Яромила почувствовала, как похититель спешился. Через мгновение ее кто-то стащил с лошади и грубо швырнул на землю. Женщина не шевелилась. Тряпка, в которую она была замотана, смягчила падение. Только потом Яромила узнала, что это было одеяло из ее дома.

Касьян не спешил освобождать жену. Он подошел к коню, не торопясь отвязал от него бурдюки с водой и сумку с хлебом. Бросил их рядом с Яромилой и немного постояв, протянул руку к краю одеяла. Руки у него дрожали, но он твердо решил завершить начатое. Касьян потянул за край, и завернутая в одеяло женщина выкатилась на траву. Она лежала лицом вниз. Касьян достал нож и перерезал веревку, которой за спиной были связаны ее руки, затем он так же освободил ноги жены. Яромила застонала от боли, когда к ее кистям и ступням начала поступать кровь. Касьян отступил на шаг и молча наблюдал за ней. Женщина медленно повернулась и села. Она боялась смотреть на похитителя и опустив глаза вниз, растирала затекшие запястья.

- Здесь вода и хлеб, – сказал знакомый голос, – этого тебе должно хватить на неделю.

- Касьян, что происходит? – встревожено спросила Яромила.

- Молчи и слушай, – потребовал он, – ты больше мне не нужна, я не хочу тебя видеть. Ты мне мешаешь.

- Это из-за ребенка? – Заплакав, спросила она.

- Мне нужен наследник, а ты не можешь мне его дать, – сказал он жестко.

- С чего ты взял, что я не смогу еще раз родить сына? – Спросила она сквозь слезы.

- Все, заткнись и слушай, – прошипел Касьян, – если не хочешь, чтобы я убил тебя, то не попытаешься вернуться в деревню.

- А как же девочки? – захлебываясь от рыданий, спросила она.

- О детях я позабочусь и без тебя, – ответил Касьян, – но если ты объявишься, им тоже не поздоровится, – в голосе мужчины звучала угроза.

- Ты убьешь собственных детей? – не веря собственным ушам, переспросила Яромила.

- Мне нужен наследник, – повторил он холодно.

- И что мне теперь делать? Как я могу здесь выжить?- вскрикнула женщина.

- Молись, чтобы тебя нашла стая волков и прекратила твои мучения, – холодно ответил Касьян.

- Ты чудовище, – прошептала Яромила сквозь слезы.

Касьян ничего не сказал. Он молча подошел к коню и вскочил в седло. Мужчина дернул поводья и развернул лошадь.

- Надеюсь, ты меня поняла, – бросил он через плечо, его тон был абсолютно безразличным.

Коня Касьян сразу пустил в галоп. Он хотел как можно скорей покинуть место, где оставалась его жена. Мужчине было уже все равно, что с ней произойдет, но где-то в глубине души совесть давала о себе знать.

Все это время, высоко в небе над ними кружил дракон. Это был Гор. Он слышал все, что говорили люди внизу и поражался человеческой жестокости. Гор твердо решил присмотреть за женщиной. Сначала разведчик хотел отнести ее к Буяну, но потом передумал, с Буяна будет вполне достаточно того, что Гор смог узнать о Касьяне. К женщине, он решил привести одного из драконов Тайфуна.

Дело было рискованным, но бросить ее здесь одну шпион не мог. Конечно, проще было отнести ее на болота, но Гор не знал, как поступит с ней Буян. То, что король драконов защитит женщину, сомнений у разведчика не было. Осталось придумать, как привести туда одного из подданных Тайфуна и не засветиться.

Глава 18

Касьян ускакал, Яромила осталась одна в кромешной темноте. Обуявший ее ужас мешал думать. Все, что она сейчас могла – это плакать. Женщина понимала, что должна успокоиться и все обдумать, но страх мешал ей. К страху за собственную жизнь примешивался страх за детей. Вдалеке слышался вой волков – это тоже не внушало оптимизма. Над головой пролетали ночные птицы. Ночь была холодной и настолько темной, что Яромила не видела дальше метра. Рядом в траве раздался шорох, у женщины началась паника. Она уже не надеялась дожить до утра.

Гор нарушив приказ Буяна, не полетел следить за Касьяном. Он продолжал кружить над женщиной. Дракон думал, как защитить ее и остаться незамеченным. В паре километров от них росло несколько деревьев, рощей это назвать было нельзя, но можно было найти убежище от хищников на одном из деревьев. Шпион решил заманить туда жену Касьяна.

В небе сверкнула молния, но раската грома за ней не последовало. Гор был этому рад. У него тут же созрел план. Разведчик полетел к деревьям. Он нашел среди них несколько сухих и, вырвав засохшие деревья с корнем, сложил их в кучу. Дракон хотел поджечь их, но крик женщины отвлек его. Бросив свое занятие Гор, поспешил к Яромиле.

Он успел как раз вовремя. Женщина все так же сидела на земле, а напротив нее оскалив зубы, стоял волк. Зверь угрожающе рычал в любой момент готовый напасть. Шпиону пришлось подлететь совсем близко, чтобы нацеленный на легкую добычу хищник, почувствовал его. Но даже присутствие дракона не пугало волка. Он продолжал медленно приближаться к женщине готовый в любую минуту броситься на нее. Гор подлетел еще ближе, надеясь, что предполагаемая жертва волка, не обратит внимания на ветер поднятый его крыльями. Зверь заметил дракона, но отступать не собирался.

Нацелившись на горло женщины, волк прыгнул. В то же время, Гор пролетел над головой Яромилы, и, схватив лапой хищника, поднял его высоко в небо. В небе дракон отпустил зверя и тот с визгом полетел вниз.

Яромила услышала глухой удар о землю и закричала. Волк упал в ста метрах от нее. Хищник больше не шевелился, но женщина этого не знала. Не состоявшаяся жертва понимала, что волка, скорее всего, схватил дракон, но то, что нежданный защитник не показывался, ее пугало.

У женщины началась истерика. Что делать с этим Гор не знал. Он готов был взять и отнести ее к Тайфуну и пусть делают с ним что хотят, лишь бы не слышать больше этих криков. Но в последний момент дракон передумал. Разведчик решил показаться женщине.

– «Почему я все время попадаю в такие дурацкие ситуации?» – думал он, продолжая кружить над Яромилой, – «если она расскажет обо мне кому-нибудь, мне не жить».

Недалеко от этого места, километрах в десяти, находились «Серебряные озера», там жили очень редкие драконы. От прочих водных драконов их отличал цвет. Они полностью были серебристого цвета. Из-за них и озера получили свое название. Эти драконы не смешивали свою кровь с другими, исключением была королевская семья. Иногда члены династии искали себе пару среди драконов «Серебряных озер». Можно было заманить женщину к ним, но в этом плане были свои минусы.

Осенью одна из представительниц этой группы, должна отправиться к Тайфуну и стать королевой драконов. Это была дочь старейшины Роска. Гор дружил с Роской с детства и сначала хотел обратиться за помощью к ней. В том, что она поможет шпион не сомневался, но для нее это было слишком рискованно, и Гор передумал. Общение с изгнанником вряд ли пошло бы будущей королеве на пользу.

Еще одним вариантом был приближенный короля Сумрак. Этот дракон не принадлежал к водным, а тем более серебристым драконам, и искать его надо было в другом месте, а именно в группе Тайфуна, разведчик готов был рискнуть. Хоть друзьями они никогда небыли, Гор уважал Сумрака. Эти двое вечно соперничали между собой, но в критической ситуации вполне могли рассчитывать друг на друга. Но и эту мысль шпион тоже отмел. Он не знал, как Сумрак отнесется к его появлению. Скорее всего, между ними завязалась бы драка. Когда Гор уходил с изгнанниками, его оппонент обозвал его предателем и отвернулся, не сказав больше ни слова. Но, несмотря на это, Гор был уверен, что Сумрак поможет, если не ему, то женщине точно. Однако, подставлять своего вечного «противника» Гор не хотел.

Надо сказать, что Гор не участвовал в заговоре против Тайфуна. И, более того, другом Буяну он тоже не был. Но в числе заговорщиков оказалась Яхана, к которой Гор был неравнодушен. Она была красным драконом и, как позже узнал Гор, рассчитывала стать королевой, но Тайфуна больше интересовала Роска, и он всеми силами добивался ее. Когда Яхана узнала об этом, то вступила в сговор с братом короля. После того как заговор был раскрыт, ее вместе с другими заговорщиками отправили в изгнание, а Гор последовал за ней.

Буян решил, что Гор считает его более достойным королевского титула и приблизил его. Буян начал доверять ему самые ответственные задания и делиться с ним планами. Гор вскоре пожалел о своем решении уйти с изгнанниками. Он уважал Тайфуна и никогда не ставил под сомнение его власть. Но увлекшись Яханой, оказался предателем. Как исправить сложившуюся ситуацию Гор не знал. Дракон понимал, что вряд ли Тайфун примет его обратно, а служить «королю» изгнанников он больше не мог и не хотел. Яхана же напротив, стала подругой Буяна, и теперь у них появилось потомство. Титул королевы болот или королевы изгнанников ее мало устраивал, и теперь они на пару с Буяном думали, как захватить власть над всеми драконами.

И вот, теперь Гор в степи, далеко от Тайфуна и Буяна кружил в темном небе над женщиной и решал, что делать дальше. Он понимал, что если не вернется на болота, то станет не просто изгнанником, он станет отшельником. Дракон подумал, что лучше жить одному, чем служить Буяну. Тем более, что компания у него все же была. Женщине, судя по тому, что он слышал, идти тоже было некуда.

Гор начал медленно спускаться. Он не хотел еще больше напугать подругу по несчастью. Ей и так сегодня досталось. Дракон осторожно приземлился, стараясь не издавать шума, но ветер от крыльев все же выдал его присутствие.

– Кто здесь? – спросилавстревожено женщина.

– Друг, – ответил Гор, – тебе нечего бояться, я хочу помочь.

– Ты дракон? – спросила она сквозь слезы.

– Да, – ответил он, ожидая очередного приступа паники, но женщина начала успокаиваться.

– Меня зовут Яромила, – представилась женщина.

– А я Гор, – назвал свое имя дракон после минутного колебания, – недалеко отсюда есть деревья, нам лучше отправиться туда, – сказал он.

– Хорошо, – согласилась Яромила, ей было все равно куда идти, лишь бы не оставаться одной в этой кромешной тьме.

Женщина встала с земли и пошатываясь начала собирать в одеяло бурдюки с водой. Затем она бросила туда сумку с хлебом и крест-накрест связала углы. Гор в отличие от Яромилы в темноте видел хорошо. Он понимал, что такая поклажа слишком тяжела для женщины.

– Сделаем так, – сказал он, – твои запасы возьму я, а ты садись ко мне на спину и мы полетим, так будет быстрей.

– Мне страшно, – призналась женщина, – я раньше никогда не летала.

– Не бойся, не уроню, – сказал дракон и протянул крыло так, чтобы она могла забраться.

Как только Яромила оказалась у него на спине, дракон взял ее пожитки в лапы и начал постепенно подниматься. Он летел медленно и низко, чтобы не пугать женщину. Когда цель путешествия была достигнута и Яромила спустилась на землю, Гор поджег сваленные им сухие деревья.

У костра его новая знакомая рассказала свою историю, часть которой Гор уже знал. Дракон тоже многое рассказал женщине о себе, правда утаил, что следил за ее мужем и колдуном. Он пока не знал насколько можно ей доверять.

Глава 19

— Яромила у тебя? — спросил он, — не могу её найти.

— Нет, я её не видел, — встревожился Добромысл.

— Я надеялся, что она здесь, — расстроено сказал Касьян.

— Нет, я её не видел, — ещё более встревожился вождь, — а что случилось? — спросил он.

— Не знаю, я проснулся, а её нет, — сокрушенно ответил Касьян, — она вчера говорила, что пойдёт в лес за травами, я был против, она ещё слишком слаба, но она, наверное, не послушалась.

— Может она где-то у дома? — спросил Добромысл, желая как-то успокоить сына. Касьян казался совершенно расстроенным.

— Нет, я всё обыскал, — поникшим голосом ответил Касьян, я подумал вдруг она пошла к тебе за девочками...

— Нет, она не приходила, а девчонки ещё спят. Разбудить? — спросил Добромысл.

— Нет, не нужно, пусть спят, — ответил Касьян, — ты не будешь против, если они побудут у тебя ещё немного?

— Пусть останутся, я буду только рад, — ответил вождь.

— Я пойду к Пырею, — сказал Касьян, — вдруг Яромила пошла к Дарине? — с надеждой спросил он.

— Возможно, — ответил отец, — а если её там нет, что будешь делать?

— Не знаю, — ответил Касьян, — пойду искать в лес.

— Подожди, — сказал Добромысл, — поступим так, если у Дарины её не окажется, то ты вернёшься сюда, и мы организуем людей на поиски. Только зайди на обратном пути к Рогнеде, пусть она придёт и присмотрит за детьми. Если Яромила не явится до полудня, то будем её искать.

— А если ей станет плохо? Или уже с ней что-нибудь случилось? Что тогда? Мы не можем так долго ждать, — говорил Касьян, — всем своим видом демонстрируя обеспокоенность.

— Яромила женщина умная, если бы ей было плохо, она бы не пошла в лес, — сказал Добромысл стараясь успокоить взволнованного сына.

— Хорошо если так, — вздохнув, ответил Касьян и вышел.

Касьян действительно переживал и боялся, только не так как думал его отец. Он боялся, что кто-нибудь решит искать её в степи, и тогда всё пропало...

Касьян, как и говорил, пошёл к Пырею. По дороге он у каждого встречного спрашивал о Яромиле. Так новость о пропажи Яромилы разнеслась по поселению со скоростью степного пожара. Пока информация передавала из уст в уста, она обросла новыми подробностями.

Часть людей думала, что женщину украли духи, часть думала, что на неё напали волки, находились и такие, кто говорил, что она умерла.

Касьян побывал у Пырея, там, конечно, Яромилу никто не видел. Затем зашёл к Рогнеде как велел ему отец и попросил её присмотреть за детьми. Она согласилась и, как только Касьян вышел, начала собираться.

Урий узнал о пропажи Яромилы из сплетен. Эта новость стала главной в поселении. Колдун был доволен и решил принять участие в поиске. Ему было интересно, что стало с женщиной, но идти к Касьяну сейчас он не хотел. Старик решил выяснить всё позже.

Касьян хотел зайти к колдуну, но решил, что это может вызвать подозрения. Ему не терпелось поговорить со стариком, но он отложил это до вечера.

Глава 20

К полудню на главной площади собрался народ. Добромысл и Касьян стояли на возвышенности рядом с алтарем. Борислав принёс в жертву овцу, чтобы боги помогли найти пропавшую женщину. В толпе шнырял колдун, стараясь пробиться ближе к Касьяну.

Как только жертва была принесена, люди двинулись на поиски. Во главе шёл вождь, чуть сзади держался Касьян. Искать Яромилу вышла почти вся деревня. Им предстояло прочесть лес.

Урий выбрав удачный момент подошёл к Касьяну.

— Что ты с ней сделал? — оглядываясь по сторонам, шёпотом спросил старик.

— Потом, — так же шепотом ответил Касьян.

— Она жива? — спросил колдун, косясь по сторонам.

— Да, — ответил Касьян, — нам главное не пустить людей в степь, — добавил он оглядываясь.

— Так значит жива? — повторил свой вопрос Урий.

— Да. Она в степи, — сказал Касьян и повернувшись в сторону выкрикнул приказ людям, — выстройтесь в цепь!

Урий был разочарован, он надеялся, что Касьян убьёт Яромилу. Колдун даже не пытался скрыть разочарованная, но этого никто не заметил.

Поиски продолжались до вечера. Когда солнце начало уклониться к закату, поиск было решено приостановить до утра. Следов женщины обнаружить не удалось. Но люди были настроены вернуться в лес на рассвете. Касьян разыгрывал из себя несчастного мужа. Этот спектакль ему удавался на славу. "Горем убитому мужу " сочувствовали все и женщины и мужчины.

Урий тоже не терял времени даром, он ходил от одного человека к другому и говорил, что Яромилу могли похитить драконы, чтобы через неё влиять на вождя и его наследника. Некоторые люди были склонны поверить ему, но большинство отмахивались от него, как от назойливой мухи. Никто из них, включая самого Урия, не подозревал насколько близок колдун был к истине.

***

В степи среди небольшой группы деревьев возле костра сидела женщина. На её плечи было накинуто одеяло. Она сидела одна, не смотря на день и костёр ей было страшно. Женщина все время оглядывалась по сторонам, опасаясь нападения хищников.

Дракон улутел утром на поиски более подходящего жилья. В сотни километрах от серебряных озер, можно было без опасения быть обнаруженных, соорудить себе жилище. Там ближе к горам протекала река питавшая серебряные озера. Но в том месте куда направлял я Гор, она становилась очень мелкой. Поэтому драконы там не селились и не летали туда. Берега реки заросшие лесом, были высокими и коменистыми. Место идеально подходило для двух изгнанников.

Гор давно бы уже вернулся за женщиной, но сначала он решил выкопать пещеру под одним из обрывистых берегов. Так как копать, а лучше сказать, вырубать пещеру приходилось из камня, работы там было ни на один день. Ближе к вечеру дракон вернулся к Яромиле.

***

Люди из леса начали возвращаться в поселение. Поиски не дали никаких результатов. Все шли молча. Даже встречаюшие их замолкали, видя угрюмые лица поисковиков. Проходя мимо дома Касьяна, одна из женщин предложила осмотреть ещё раз дом и все строения. Касьян без колебаний согласия.

В дом пошёл Добромысл и Касьян. Несколько человек принялись искать в сараях и конюшне, ещё несколько стали обходить дом и огород. Вдруг один мужчина увидел за домом на грядке драконий след.

Этот след случайно оставил Гор, когда следил за Касьяном. Он и предположить не мог, к чему это приведёт. Дракон торопился и не заметил своей оплошности. Теперь, возле его следа толпились люди, среди которых был Урий. Колдун ликовал в душе, но вид у него был очень озабоченный. Такого подарка судьбы он точно не ожидал. Старик послал в дом за вождём и Касьяном.

— Вот, что я вам говорил? — обращаясь к собравшихся спрашивал Урий, — вы мне всё ещё не верите?

— Погоди, старик, — крикнул кто-то из толпы, — ещё нужно разобраться...

— В чем тут разбираться?! — удивился колдун, — по моему и так всё ясно. Яромилу украл дракон!

— Не спеши с обвинениями, — сказал вождь, подходя к следу.

— Если не дракон, то куда она делась? — спросил старик, глядя на вождя.

— Не знаю, — ответил Добромысл, угрюмо, — но только обвинять никого в её исчезновение я пока не собираюсь, — многозначительно добавил он глядя на старика.

— Как скажешь, вождь, — ответил колдун и замолчал. Поставленной цели он добился. Несмотря на слова Добромысла, у людей появились сомнения относительно честности драконов.

— Утром продолжим поиски, — сказал вождь, обращаясь к собравшимся людям, — а сейчас расходитесь по домам.

Люди разошлись, а Касьян и Добромысл ещё какое-то время стояли у следа,шодая,что могло понадобится дракону в огороде Касьяна.

Глава 21

Рано утром когда солнце только показало первые лучи и окрасило небо в багряный цвет, люди вновь отправились на поиски пропавшей женщины.

Трава и листья деревьев были покрыты холодной прозрачной росой. В ветвях щебетали птицы. Лес наполнялся тысячами голосов. Лесные жители — пернатые и четвероногие — устраивали утреннюю перекличку. Пауки, развесившие свои сети между травинками, ветками кустарников и деревьев, наблюдали как серебряные капли росы стекали по их паутине, превращая её из смертельной ловушки в невероятно прекрасный сказочный узор, украшающий растительность своим волшебным видом.

Лес жил своей неповторимой жизнью. На поляне под первыми лучами солнца паслись олени. Они то и дело поднимали головы и озирались по сторонам, высматривая хищников в лесных зарослях. Вдруг все они пришли в движение. В лес вошли люди.

Нежданные гости растянулись в очень длинную цепь. Люди заглядывал буквально под каждый куст. Их не интересовали лесные обитатели, которые разбегались от них в разные стороны. Люди искали пропавшую женщину.

Сегодняшний день отличался от предыдущего тем, что люди почти потеряли надежду найти Яромилу живой. Часть из них считала, что женщину украл дракон и искать её дальше бесполезно. След дракона за домом Касьяна и высказывания колдуна убедили их в этом. Большинство не верили в виновность драконов, а некоторые не знали чему верить. Все они сходились в одном, что Яромилу живой им вряд ли удастся найти. Были и такие, кто вообще сомневаюсь, что её можно найти.

Такое скопление людей не могло не привлечь внимание драконов. Когда поисковики выходили из леса, над ними кружил Тайфун шестью своими подданными среди которых был и Сумрак . Король высматривал вождя. Как только Добромысл показался из гущи деревьев, драконы приземлились перед ним.

— Приветствую тебя, вождь, и твоих людей, — сказал король драконов.

— И я приветствую тебя, Тайфун, и прибывших с тобой,— ответил вождь.

— Скажи, что происходит? Почему вы все дальше заходите в лес? Вы хотите нарушить мир? — спрашивал Тайфун, глядя в глаза вождю.

— Нет, — ответил Добромысл, — пропала жена Касьяна моего сына, она сказала, что пойдёт в лес за травами и больше её никто не видел.

Король драконов перевёл взгляд на Касьяна. Тайфун почти минуту рассматривал его молча. Затем сказал: — мы поможем вам в поисках, драконы будут летать над окрестностями, она обязательно найдётся.

— Благодарю тебя, Тайфун, я буду рад такой помощи, но мне не хотелось бы обременять драконов своими проблемами, — ответил Касьян, не зная как отделаться от внезапных помощников.

— Ничего, им полезно размяться, — ответил король.

— Вы уверены, что женщина в лесу? — спросил Тайфун, — может, она пошла в степь?

— Нет, она точно пошла в лес, — ответил Касьян слегка дрогнувшим голосом.

— Не переживай, мои драконы днём и ночью будут кружить над лесом, мы обязательно найдём её, — поддержал мужчину Тайфун, он принял его волнение за переживания за жену.

— Можно мы с Сумраком всё-таки поищем её в степи? — вмешался в разговор Мстислав.

— Да, это разумное решение, — сказал король драконов и посмотрел на Сумрака. Тот в знак согласия кивнул головой.

Тайфун отправил трёх драконов передать его приказ остальным. Он приказывал своим подданным немедленно начать поиски пропавшей женщины.

— Тут вот ещё что, — нерешительно начал Касьян, — за моим домом, как раз в день исчезновения моей жены, мы нашли драконий след.

— Никто из моих драконов не мог украсть твою жену, — мягко, но решительно сказал король драконов. Он понимал, что Касьян не хотел его обидеть, а просто сильно переживает за близкого человека, но пресечь подобные разговоры стоило на корню.

Чуть в стороне стоял колдун, он прятался в толпе окружившей вождя и драконов. Люди ловили каждое произнесенное слово Добромыслом, Касьяном и Тайфуном, но самым внимательным слушателем был Урий. Он не вмешивался в разговор, но запоминаю все вплоть до интонации. Вмешательство Мстислава ему совсем не понравилось, и колдун решил подавить ему проблем. Пока он не знал, как это сделать, но был уверен, что найдёт способ. Касьяна он считал дураком. — "Это, каким ослом надо быть, чтобы оставить Яромилу в живых? Если бы этот олух сделал все как надо, сейчас не пришлось бы переживать из-за Мстислава," — думал старик.

— Покажи мне след, — потребовал король драконов.

— Он за моим домом. Пойдём, — ответил Касьян.

Тайфун, Сумрак, вождь, Касьян, Мстислав и ещё несколько человек включая колдуна, пошли смотреть след. Остальные люди разошлись по домам, а два других дракона из свиты короля стояли напротив дома Касьяна.

Тайфун и Сумрак долго рассматривали след. На конец, король драконов пообещал выяснить, кто из его подданных был за домом и с какой целью.

Глава 22

Драконы вместе с людьми начали искать Яромилу. Всё их внимание было приковано к лесу. Только Мстислав и Сумрак отправились в степь.

Они летели низко над землёй. Мстислав сидел на спине дракона. Каждый из них внимательно всматривался в простор расстилающийся под ними, но следов женщины обнаружить не удалось.

До того места, где Касьян оставил жену Сумрак и Мстислав не долетели. Они кружили не очень далеко от деревни. Но на таком расстоянии, что поселение людей видно не было.

Вечером они вернулись домой чуть позже тех, кто искал в лесу. Поиски не приносили результата. Касьян сильно нервничал. Он казался совсем разбитым. Колдун, к удивлению многих, тоже был расстроен и не отходил от Касьяна.

На самом деле, Касьян и Урий боялись, что Мстислав найдёт женщину живой и она расскажет правду. Тогда им обоим пришлось бы туго. Но, несмотря на все переживания, старик уговаривал Касьяна убить дракона.

— Нам нужно избавиться от ящериц, — говорил колдун, — если они перестанут помогать, то Яромилу точно ни кто не найдёт.

— А если Мстислав её уже нашёл? Тогда что? Ты хоть понимаешь, что будет, если она заговорит? — зло спрашивал Касьян.

—Надо было довести дело до конца, — спокойно отвечал старик.

—Не мог я! — воскликнул Касьян, — не мог я её убить, — уже шёпотом продолжил он.

—Вот теперь и расхлебывай, — раздражённо ответил Урий.

—Что делать? — спросил Касьян более спокойно.

—Я уже сказал, нужно убить дракона, — невозмутимо ответил колдун.

— Но как?! — снова воскликнул мужчина.

—Тише, — цыкнул на него колдун, — я уже всё обдумал, — продолжил старик шёпотом, — завтра ты пойдёшь в дальнюю рощу, там никого не бывает, а я заманю туда дракона.

—Но как я с ним справлюсь? — спросил Касьян.

—Я об этом позабочусь, — уверенно произнёс Урий.

—А как быть с поисками? Если меня не будет, возникнут вопросы, — озадаченно сказал Касьян.

—Скажешь отцу, что мы с тобой хотим поискать её в другом месте, если он предложит помощь, откажись, скажи, что присоединишься к остальным позже, — учил его колдун, — да, вот ещё что, дай мне сегодня какую-нибудь вещь Яромилы.

—Зачем?! — удивился Касьян.

— Завтра узнаешь, — ответил старик, — только не испортить ничего, — предупредил он.

—А если Мстислав найдёт её сегодня? Что если он уже притащил её обратно? — спросил Касьян.

— Если бы твой брат вместе с этой ящерицей нашли Яромилу, мы уже знали бы об этом, — успокаивал его колдун, — будем надеяться, что волки сделали своё дело...

Касьян ничего не ответил, только кивнул головой. Он уже сто раз пожалел, что оставил Яромилу в живых. Но исправить этого теперь он не мог.

Когда Мстислав и Сумрак вернулись без женщины, Касьян вздохнул с облегчением. Правда, радость его была не долгой. Мстислав сказал, что утром они с драконом полетят дальше в степь.

Несмотря на усталость, Касьян не ложился спать, он ждал, когда ночь полностью вступит в свои права и её темнота станет надёжным укрытием. Он был рад тому, что девочки сейчас жили у Рогнеды. Она забрала их до тех пор, пока не найдётся Яромила или пока поиски не прекратятся.

Теперь Касьяну никто не мешал и он спокойно взял один из сарафанов жены и, скрываясь как вор, отнёс его колдуну. Потом так же крадучись вернулся домой и не раздеваясь лёг спать.

Глава 23

Гор выдолбил пещеру в скалистом береге реки примерно метрах в двух над водой. От пещеры вниз шли естественные выступы. Дракон специально искал такое место для жилья, чтобы женщина могла спокойно передвигаться. Растущие возле самой воды деревья своими кронами закрывали от посторонних глаз вход в пещеру и часть берега, по которой шли уступы. Таким образом, убежище получилось вполне надежным.

В степи он набрал сухой травы, его когтистые лапы работали как грабли. Этой травой Гор застелил пол в пещере, теперь ни ему, ни его подруге по несчастью не придется спать на голом камне. Только у одной из стен не положил ни травинки, эту стену он решил использовать как печку. Дракон несколько раз дыхнул на нее огнем, нагревая до нужной температуры. Теперь в пещере стало тепло, так как нагретая каменная стена начала отдавать тепло. Примерно так были устроены все драконьи жилища.

Обустроив драконий дом, Гор вернулся за Яромилой. Дракон забрал женщину, а со следами их пребывания во временном убежище решил разобраться позже. Яромила забрала с собой почти опустевшие бурдюки с водой и сумку с остатками хлеба. Гор приносил ей все это время уже зажаренные туши животных, так что хлеба у нее осталось больше чем воды. Когда Гор сказал, что пещера готова, Яромила была по-настоящему счастлива, так как крыша над головой и близость воды давали надежду на выживание.

Дракон перенес женщину с ее нехитрым скарбом в пещеру. Там было тепло и сухо. Яромила заняла один из дальних углов импровизированного жилища. В пещере было темно. Женщина попросила Гора принести сухой сук, чтобы сделать из него светильник. Но Гор вместо этого принес огромный плоский камень, предварительно выплавив его середину так, что получилась глубокая чаша. В эту каменную чашу он накидал сухих веток и поджег их. Едкий дым заполнил пещеру, тогда дракон передвинул чашу ближе к выходу. Теперь дым выходил наружу, а в пещере было достаточно света.

Оставив Яромилу обустраиваться на новом месте, дракон полетел на охоту. Теперь ему приходилось скрываться не только от подданных Тайфуна, но и от шпионов Буяна. Людей Гор не боялся, он справедливо полагал, что ни один человек не отличит его от драконов короля. Да и так далеко от деревни вряд ли можно встретить представителей человечества.

Он летел над степью в поисках добычи и уже не в первый раз размышлял о том, что случилось с Яромилой. Гора искренне удивляла жестокость Касьяна. Он не понимал, как можно бросить кого-то в беде, точнее, обречь на страшную смерть в степи. Дракон часто думал об этом, но придумать оправдания такой жестокости не мог.

Через час поисков добычи, дракон заметил стадо косуль. Животные паслись недалеко от того места, где Касьян бросил Яромилу. Добыча для него была мелковата, но Гор все же решил не продолжать поиски, а воспользоваться тем, что есть. Он поймал двух косуль и съел их, не забыв часть оставить для Яромилы. Гор оторвал заднюю ногу от убитой косули и, содрав с нее шкуру, зажарил.

Гор собирался вернуться в пещеру, как вдруг вдалеке он заметил дракона, на спине которого сидел человек. Спрятаться Гору было негде и он решил затаиться, готовый при необходимости вступить в бой. Но дракон с всадником на спине полетели в другую сторону и не заметили его.

В том, что это был кто-то из подданных Тайфуна, Гор не сомневался, но кто именно с такого расстояния он не понял. Еще было странно видеть человека верхом на драконе. Конечно, он и сам переносил так Яромилу, но это была необходимость, а вот что заставило того, другого дракона посадить себе на спину человека, Гору было очень интересно. Он решил ночью проникнуть в поселение людей и по возможности узнать, что там происходит. Затея была опасной, так как можно было наткнуться на кого-то из драконов.

Гор вернулся в пещеру. Он принес Яромиле зажаренную ногу косули. Когтем он содрал с кости мясо и отдал женщине. Она, как всегда, оставив себе небольшой кусок, протянула остальное дракону, но в этот раз он отказался разделить с ней трапезу.

Этого мяса женщине хватило бы на несколько дней, но так как сохранить его свежим было невозможно, большую часть принесенной добычи он съедал сам, после того как она брала себе часть. В этот раз дракон собирался оставить все Яромиле, надеясь, что пару дней мясо все же останется съедобным. Дракон сказал ей, что ночью улетит на пару дней. Яромила испугалась, что останется одна так надолго, Гор попытался ее успокоит, объяснив, что ни один хищник не сможет забраться в пещеру.

Дракон дал ей подробные инструкции, что делать в случае, если он не вернется в течение трех дней. Он сказал, что ей нужно будет идти вдоль берега до озер, где живут серебристые драконы. Там Яромила должна найти Роску и та ей обязательно поможет. Так же Гор объяснил, как выжить в этом путешествии. Женщину это не успокоило, скорее наоборот встревожило. Тогда дракон пообещал вернуться как можно скорей. Но все же настоял, что бы она повторила все, что должна сделать, если он не вернется вовремя.

Ночью Гор улетел. Он летел высоко в небе, скрываясь за облаками. Но даже скрытый под пологом ночи и окутанный туманом облаков, он не смог подлететь близко к деревне. В небе повсюду кружили драконы Тайфуна. Их головы были опущены вниз, драконы искали что-то или кого-то на земле. Большая их часть кружила над лесом, но и над степью возле деревни их было немало. Гор решил, что кто-то из шпионов Буяна обнаружил себя и теперь его ищут. Мысль, что драконы ищут Яромилу, тоже посещала его, но это казалось маловероятным и, он отмел ее. — «Тайфун, конечно, мог послать пару драконов на поиски женщины, но ни столько же…» — думал он.

Дракон решил отправиться в рощу, в которой видел колдуна и Зева. Гор сделал огромный крюк, стараясь облететь драконов короля и незамеченным попасть в рощу. Но и это ему не удалось. Подлететь к цели не привлекая внимания, было невозможно. Драконы Тайфуна были повсюду. Пожалуй, единственным местом, где они не летали, являлась та самая роща. Над ней, насколько он мог видеть, небо было чистым. Гору ничего не оставалось, как только вернуться восвояси.

— Кто здесь? — услышал он встревоженный голос Яромилы.

— Это я, — ответил Гор, — не бойся, — в его голосе слышалось разочарование.

— Что-то случилось? — настороженно спросила женщина.

— Я хотел выяснить, что происходит в деревни, но не смог даже близко подлететь, — ответил Гор с досадой.

— Почему? — удивилась она.

— В небе повсюду драконы короля, похоже, они кого-то ищут, — ответил он.

— Может меня? — с надеждой спросила Яромила.

— Возможно, — ответил дракон, ему не хотелось расстраивать женщину и все свои мысли о шпионах Буяна, Гор оставил при себе.

— Я так боюсь за дочек, — сказала Яромила и ее голос дрогнул, а взгляд затуманился от подступивших слез.

— Все будет хорошо, — успокаивал ее Гор, — твой муж, их отец, он не причинит им вреда, — уверенно произнес дракон.

— Он помешался, я не знаю, что от него ждать, — с грустью произнесла женщина, — до встречи с этим проклятым колдуном, Касьян был другим, он был добрым и хорошим, а сейчас он превратился в монстра.

Глава 24

Колдун уже два дня не приходил на «драконий пляж». Зев скучал по своему новому другу человеку. Он искал его в роще, куда они с Урием ходили последнее время и даже подходил к деревни, но старика нигде не было. Этим утром Зев снова пошел в рощу. Он твердо решил дождаться там Урия. Дракон лег под деревом, где обычно колдун рассказывал ему сказки, а он ловил птиц. Сегодня Зев не обращал внимания на пернатых. Он просто лежал и ждал, прислушиваясь к каждому шороху.

Несколькими часами ранее, Урий пришел к Касьяну - это было еще до рассвета. Старик всю ночь не спал, он упражнялся в колдовстве, кроме этого, он готовил сарафан Яромилы к сегодняшнему представлению. Когда было все готово, колдун отправился к Касьяну. Он решил, что лучше не дожидаться когда соберется народ для поисков Яромилы.

Старик разбудил Касьяна и, приказав ему взять с собой меч, отправил в рощу, где часто бывал с драконом. Урий велел мужчине затаиться в чаще и ждать, когда он приведет туда дракона.

— А если спросят где я? — поинтересовался Касьян.

— Скажу, что ты сильно переживаешь и ушел искать жену, не дожидаясь остальных,— ответил колдун.

— Хорошо, будь, по-твоему, — сказал Касьян, — но помни, мы в одной лодке…

— И ты об этом не забывай, — ответил старик, — будешь слушать, что я говорю, станешь вождем. Касьян ничего не ответил.

Урий пошел на «драконий пляж». Он думал о том, как выманить дракона и остаться незамеченным. Но в обычное врем Зев не появился и колдун начал беспокоиться. Он боялся, что план сорвется. Тогда он решил рискнуть и спросил у одного из драконов о Зеве. Тот ответил, что не видел его сегодня. Тогда старик спросил еще у нескольких драконов, все они сказали, что Зев не появлялся на пляже, а кто-то сказал, что и в драконьем поселении его нет.

— Где же он? — взволнованно спросил старик одного из драконов.

— Мы думали он с тобой, — не мене взволнованно ответил дракон. Первый раз в жизни Зев куда-то ушел, никому не сказав.

— Передайте ему, что я искал его. Завтра приду снова, надеюсь, он будет здесь, — скрывая злость, попросил Урий. — «Не хватало еще, чтобы эта тупая недоящерица испортила мои планы» — думал он про себя.

Колдун пошел в рощу. Он собирался сказать Касьяну, что все отменяется. Старик был зол. В душе он уже тысячу раз проклял Зева, а вместе с ним и вех драконов (что, впрочем, было не ново). Он возненавидел драконов сразу, как только увидел. И вот теперь, один из них, надо сказать, не самый умный, портил его планы. Внутри у Урия сейчас кипела такая злость, такая ненависть, что если бы он только мог, он не задумываясь, уничтожил бы всех драконов, а вместе с ними и Добромысла и всех, кто стоял у него на пути.

После того как Касьян оставил в живых Яромилу, Урий начал считать его слабохарактерным дураком. Он всерьез опасался, что Касьян все испортит. Старик думал о том, чтобы избавиться и от наследника вождя, но понимал, что люди за ним не пойдут, а значит, ему нужна марионетка. Только это и не давало колдуну избавиться от подельника.

Урий решил, во что бы то ни стало, в самое ближайшее время, сделать Касьяна вождем. Колдун не собирался посвящать будущего вождя в тонкости своего плана. Он собирался сделать из него простого исполнителя. В будущем старик планировал управлять Касьяном, а через него и всем поселением. Он уже понял, как подчинить себе наследника. Все остальное было вопросом времени и точности выполнения плана. Колдун больше не собирался допускать таких промашек как сегодня.

Пришло время действовать наверняка. Любая оплошность могла привести к катастрофе. Урий думал, что если драконы найдут Яромилу живой, то полетит голова не только Касьяна, но и его собственная. В этом случае изгнание будет самым мягким наказанием. Время терять больше было нельзя. Сегодняшняя заминка в плане уже могла привести их к печальному финалу.

С такими мыслями колдун дошел до рощи. Даже не убедившись в том, что его никто не видит он вошел под смыкающиеся кроны деревьев. Колдун медленно брел к дубу, под которым последнее время он часто сидел с Зевом. Недалеко от этого места должен был прятаться Касьян.

Какого же было удивление Урия, когда он под дубом увидел спящего дракона. Радость колдуна не имела границ. Он еле сдерживался, чтобы не засмеяться вслух. Такой удачи он не ожидал. Теперь оставалось найти Касьяна и до нужного момента не разбудить Зева.

— Урий, Урий… — услышал колдун знакомый голос справа от себя.

— Касьян? — шепотом спросил старик.

— Я здесь, — Так же шепотом отозвался Касьян. Он прятался в зарослях кустарника. Колдун пошел на голос.

— Ты, что хочешь, чтобы я убил этого дракона? — удивленно спросил мужчина.

— Ну, извини, другого нет, — раздраженно ответил Урий.

— Он же, как ребенок, — возмутился Касьян, чуть громче, чем следовало.

— Ну, уж какой есть, но если хочешь, можешь вызвать Тайфуна, посмотрим, надолго ли тебя хватит, — зло ответил старик.

— Ты думаешь, что я трус? — нависая над колдуном, спросил Касьян. В его душе закипал гнев.

—Нет, я не считаю тебя трусом, и мне самому неприятно, что придется убить Зева, но так надо, просто поверь мне; — стараясь успокоить разозлившегося Касьяна, произнес Урий, а про себя подумал; — «Нет, я не считаю тебя трусом, я считаю тебя идиотом».

— Ладно, давай уже покончим с этим, — Успокоившись, произнес Касьян.

—Не спеши, — удерживая мужчину за рукав, сказал колдун, — еще не все готово, пока постарайся подобраться ближе, но только не разбуди дракона.

— Как я узнаю, что пора? — спросил Касьян.

— Смотри внимательно, когда он замрет, у тебя будет секунд семь, чтобы нанести удар, не промахнись, — ответил колдун.

— Не промахнусь, — угрюмо произнес Касьян, ему не нравилась затея старика, но после промаха с Яромилой, он готов был подчиниться.

Глава 25

Старик подошел к спящему дракону. Зев не проснулся, тогда колдун махнул рукой Касьяну. Будущий вождь медленно направился к дубу. Он встал за огромный ствол дерева и затаился.

Урий встал перед самой мордой дракона и тихо позвал его по имени. Зев открыл глаза и тут же вскочил на лапы. Его радости не было предела. Дракон скучал по своему другу и теперь радовался ему как ребенок. Старик, как это уже ни раз бывало, достал из заплечной сумки с которой никогда не расставался, завернутый в тряпки кусок мяса и протянул Зеву. Тот с удовольствием проглотил предложенное угощение.

— Вот и умница, — похвалил его колдун, — а теперь давай поиграем в одну игру, — предложил он дракону.

— Давай, — с восторгом согласился дракон.

Колдун достал из сумки часть подола от сарафана Яромилы и положил на влажную землю. Старик потратил полночи на то, чтобы превратить принесенную Касьяном вещь в бесформенную рваную заляпанную кровью тряпку. Большую часть сарафана Урий сжег, а оставшуюся часть пропитал кровью овцы, мясо которой и принес дракону. Чтобы кровь не казалась свежей, он высушил тряпку. К кровавому спектаклю все было готово.

— Ну, так что, будем играть? — спросил старик.

— Булем, будем! — радовался Зев.

— Тогда я сейчас встану ногой на тряпку, а ты зубами попробуешь ее у меня вырвать. Только смотри не откуси мне ногу, тянуть нужно за край тряпки. Понял? — Спросил старик и встал одной ногой на лоскут.

— Я понял! Я осторожно буду играть! — радовался дракон.

— Вот и хорошо, тогда тяни, — мягко приказал колдун. Зев потянул лоскут, и ткань затрещала. Как только стало понятно, что тряпка порвана, старик поднял ногу и Зев завладел желанным трофеем.

— Я победил! Я победил! — с восторгом говорил дракон.

— Да, ты выиграл, молодец. Ты очень сильный, — похвалил его колдун.

— Я сильный, я очень сильный, — обрадовался Зев.

— А теперь, давай я у тебя попробую отнять тряпку, — забирая изодранный клочок ткани, сказал Урий.

— Не отнимешь, не отнимешь, я сильный не отнимешь, — веселился Зев.

— Посмотрим, посмотрим, — улыбаясь, поддразнил его колдун, — Ну, давай, наступай.

Дракон наступил на тряпку пальцами передней лапы. Он впился в нее когтями, вдавливая в землю и оставляя на многострадальном лоскуте еще дыры. Старик потянул за край тряпки и ткань начала расползаться. Тогда Урий сделал вид, что сдается.

— Не отнял, я сильней, не отнял, — радовался Зев.

— Да, ты самый сильный, — поддержал его колдун, — а теперь давай посмотрим, что у нас осталось от лоскута, подними лапу, — попросил он.

— А еще поиграем? — спросил с надеждой дракон.

— Конечно, поиграем, а сейчас дай мне посмотреть на тряпочку, — мягко произнес Урий.

Как только Зев поднял лапу и освободил доступ к остаткам сарафана, колдун произнес заклинание. Дракон замер. В этот момент, из-за дуба выбежал Касьян и вонзил меч в горло обездвиженного Зева. Кровь жаркими струями брызнула во все стороны. Несколько ее капель попали на лицо старика. Он брезгливо стер ее тыльной стороной ладони. В этот момент, дракон освободился от заклятия, но, тут же, упал на землю. Вместе с кровью силы покидали его.

Из последних сил дракон повернул голову так, чтобы видеть старика. Взгляд Зева был умоляющим и напуганным. Из огромных желтых драконьих глаз текли слезы. Он искал у колдуна помощи и защиты. Урий отвернулся и снова произнес заклинание. Теперь Зев не мог шевелиться, только из его горла продолжали вырываться хрипы, с этим колдун ничего сделать не мог. Чем слабее становился дракон, тем сильнее на него действовало заклинание. Так обездвиженный преданный своим другом умирал Зев.

Касьян отошел в сторону. Травой он вытер окровавленный меч и сунул его в ножны. К умирающему дракону и колдуну он стоял спиной. Ему было жаль Зева, но мужчина был уверен, что поступил правильно. Минут через пять, когда дракон умер, к нему подошел колдун.

—Вот, возьми, — протягивая порванный лоскут, сказал Урий.

— Зачем?! — удивился Касьян.

— Это будет доказательством того, что Зев убил Яромилу, — ответил старик.

—И что мне делать с этим доказательством? — Спросил Касьян, забирая у колдуна порванную тряпку.

— Сегодня ты предъявишь это Тайфуну, — сказал Урий, — точнее, мы предъявим это ему.

Глава 26

Касьян и Урий зашли в деревню. Оба имели скорбный вид. Они казались измученными и выглядели расстроенными. На приветствие встречавшихся людей Касьян ели заметно кивал головой, а колдун и вовсе всех игнорировал. Наконец, остановившись у небольшой группы мужчин, наследник вождя послал их в лес за Добромыслом и остальными поисковиками. Мужчины хотели спросить о причине остановки поисков, но не решились. Слишком уж Касьян казался расстроенным, а колдун и вовсе бормотал что-то себе под нос.

Дойдя до дома, Касьян сел на ступеньку крыльца, а Урий стоял рядом, слегка склонившись к сидевшему мужчине. Он полушепотом давал Касьяну дальнейшие инструкции, тот в ответ лишь кивал головой. Со стороны это выглядело так, как будто старик старается утешить друга.

— Беда… беда… — закричал колдун и побежал на встречу Добромыслу, как только тот появился в поле его зрения.

— Что случилось? Где Касьян? — встревожено спросил вождь, он не видел сегодня сына, тот почему-то не участвовал в поиске пропавшей жены.

— Дома, — ответил старик, — пойдем скорее, сейчас сам все увидишь, — торопил он вождя.

— Ты можешь сказать, что случилось? — раздраженно спросил Добромысл, ускоряя шаг.

— Без посторонних, — взволнованно ответил колдун, — все очень серьезно, пойдем.

Добромысл отпустил людей по домам, с ним остался только Пырей. Мстислав вместе с драконом продолжали искать Яромилу в степи. Послав пробегающего мимо мальчишку за Бориславом, вождь помчался к дому Касьяна. Урий бежал за ним, изо всех сил стараясь не отставать.

Касьян сидел на ступеньке крыльца. Он прижимал к груди изодранную тряпку с засохшей на ней кровью. Казалось, что мужчина потерял связь с реальностью. Он никак не отреагировал на приближение Добрамысла и остальных. Было похоже, что он даже не замечает их присутствия.

— Что случилось? — спросил Добромысл старшего сына, — что с тобой?

— Вот, — сказал Касьян и протянул отцу тряпку, которую до этого прижимал к груди.

— Что это? — растерянно переводя взгляд с Касьяна на Урия, спросил вождь, взяв из рук сына грязный лоскут.

— Это часть сарафана Яромилы я нашел его в дальней роще, — убитым голосом произнес Касьян.

— Он убил дракона, — вмешался в разговор Урий.

— Что?! — ошалело уставившись на сына, переспросил Добромысл.

— Я сейчас все объясню, — произнес старик.

— Ну, попробуй, — грозно произнес вождь, глядя на колдуна.

— Утром я пришел к Касьяну, он сказал, что хочет поискать Яромилу в дальней роще, так как ее следов не обнаружили ни в лесу, ни в степи, в роще он нашел окровавленный лоскут и Зева, — начал рассказывать колдун.

— Кого? — перебил его вождь.

— Зева, — повторил старик, — так звали дракона, — пояснил он.

— Ладно, продолжай, — приказал Добромысл.

— Ну, так вот, когда Касьян поднял остатки сарафана, Зев угрожающе зашипел и двинулся на него, твоему сыну пришлось защищаться, — закончил свой рассказ Урий.

— А ты где был все это время? — спросил вождь с угрозой в голосе.

— Как раз искал Зева, — ответил старик.

— Зачем?! — удивился Добромысл.

— Мы с этим драконом были друзьями, — не моргнув глазом, солгал колдун, — я хотел навестить его и пошел на реку, где Зев обычно бывает, там собираются драконы, но на «драконьем пляже» его не оказалось, тогда я отправился в рощу, но было поздно…

— То есть ты не видел, как все произошло? — задал вопрос Добромысл.

— Видел и слышал, — ответил колдун, — я видел, как Касьян поднял тряпку, а Зев напал на него, твой сын пытался успокоить дракона, но тот не слушал, тогда Касьяну пришлось его убить.

— Если дракон был твоим другом, почему ты не вмешался? — продолжал спрашивать вождь.

— Они были слишком далеко от меня, чтобы я мог остановить их, я кричал им, но из-за шипения дракона меня никто не слышал, — вновь соврал колдун.

— Ну, а ты что скажешь? — обращаясь к Касьяну, спросил Добромысл.

— Все было так, как сказал Урий, — солгал Касьян.

— Ты думаешь, что Зев убил Яромилу, — спросил до этого молчавший Пырей.

— Да, — не колеблясь ответил Касьян, и из его груди вырвался великолепно разыгранный стон отчаяния. В этот момент Урий почувствовал что – то вроде гордости за него.

Подошедший примерно в середине разговора Борислав, стоял молча. Он с интересом рассматривал тряпку в руке отца и внимательно слушал. Что-то в этой истории у него вызывало недоверие, но что именно он понять не мог. Борислав решил не высказывать свои сомнения вслух.

— Мы немедленно должны найти короля драконов, — сказал вождь.

Глава 27

Ближе к полудню за деревней стояли семь драконов во главе с Тайфуном. Напротив них расположилось около сотни людей. Между драконами и людьми встали Добромысл, Касьян, Борислав и колдун. Мстислав и Сумрак ничего не знали и продолжали искать в степи пропавшую женщину.

Касьян и колдун уже в сотый раз рассказывали свою, заранее подготовленную, версию событий. Тайфун внимательно слушал каждое сказанное ими слово. Он старался найти лож в их речах, но история казалась вполне правдивой. Тогда он велел Касьяну отвести его в рощу.

К месту преступления за королем драконов и Касьяном последовали Добромысл с сыновьями, колдун и два дракона. Под огромны раскидистым дубом росшим почти в центре рощи, они увидели тело Зева. Оно лежало в лужи запекшейся крови. Вокруг были видны драконьи следы, отпечатавшиеся во влажной земле. Один след привлек внимание короля драконов. Он отличался от остальных тем, что когти были сильно вдавлены в землю. Значит, Зев кого-то или что-то удерживал. В отпечатке одного из когтей Тайфун заметил небольшой кусочек ткани. В том, что ткань была от сарафана Яромилы, сомнений не возникало.

— Не понимаю, — тихо сказал Тайфун, — он не мог этого сделать.

К нему подошел Добромысл и его сыновья. Касьян приблизился к следу. Сначала он стоял моча и не двигался. Борислав тронул его за плечо и Касьян, издав крик отчаяния, упал на колени перед следом. Его горе казалось неподдельным. Братья пытались успокоить его, но он только отмахивался от них. Ни у кого из собравшихся не возникало сомнений в искренности горя Касьяна. Добромысл положил руку на плечо убитого горем сына.

— Ну, все, Касьян, успокойся, — мягко сказал вождь, он был настолько шокирован происходящим, что даже не мог найти подходящих слов утешения.

— Ну, что, Тайфун, так твои драконы не трогают людей? Или моя жена не считается? А может я не человек и поэтому это чудовище напало на меня? — игнорируя попытки отца успокоить его, голосом полным гнева и отчаяния спрашивал Касьян короля драконов.

— Он не мог, — ответил Тайфун, но обычной уверенности в его голосе не было.

— Да, неужели?! — удивленно переспросил мужчина, — а это тогда что?

— Я не могу этого объяснить, Зев был самым добрым из нас, — подавленным голосом ответил король драконов.

— Если он был самым добрым, тогда чего ожидать от других? — вновь спросил Касьян.

— Он был не совсем обычным драконом, — сказал Тайфун, — но больше вам никто не причинит вреда.

— Куда уж больше? — отвернувшись, спросил Касьян.

Тайфун не знал, что на это сказать. Король драконов не мог поверить в то, что Зев убил человека, но и игнорировать факты, он тоже не мог. Что-то в этой истории его настораживало, но что именно тайфун понять не мог.

Колдун и два прибывших с королем дракона, рассматривали труп Зева. В мертвых глазах дракона, в его раскрытой пасти и в ране на шее копошились мухи и муравьи. Под чешуйкой на одной из лап застряла небольшая едва заметная нитка.

— Ох, Зев, что же ты наделал? — причитал колдун, изображая горе, — бедный мой друг, ну как же ты мог? — обращался он к мертвому дракону.

— Твой друг?! — удивился Тайфун.

— Да, — ответил старик, — мой друг, мы часто бывали с ним в этой роще, я рассказывал ему сказки, а он ловил птиц.

— А в тот день вы тоже здесь были? — с неподдельным интересом спросил Тайфун.

— Нет, я не смог в тот день прийти за ним, — ответил Урий, стараясь не вызвать подозрений.

— А без тебя он здесь бывал? — вновь спросил Тайфун.

— Не знаю, — озабоченно ответил старик, — может, он пошел искать меня, а наткнулся на Яромилу?

— Возможно, — сдержанно ответил король драконов, эта история настораживала его все больше и больше.

— Ты дружишь, то есть, дружил с драконом?! — удивленно спросил подошедший Добромысл.

— Да, — горестно вздохнул колдун, — дружил…

— Во всем этом надо разобраться, — сказал Тайфун и приказал двум другим драконам закопать тело убитого собрата.

Глава 28

Поиски Яромилы прекратились. С момента ее исчезновения прошло две недели. Жизнь в деревни стала почти прежней. Но кое-что, все же, изменилось, люди, уже вроде бы, привыкшие к драконам, стали относиться к ним настороженно. Урий делал все возможное, чтобы недоверие к Тайфуну и его подданным росло. Касьян изо всех сил изображал убитого горем мужа. Эта роль эму прекрасно удавалась, даже колдун был в восторге от его игры.

Как-то вечером к Касьяну пришел Добромысл. В это время у Касьяна в гостях был старик. Присутствие колдуна не входило в планы вождя, он хотел поговорить с сыном наедине. Но поразмыслив минуту, прогонять его не стал.

— Тебе надо жениться, — сказал вождь сыну.

— Что?! — воскликнул Касьян, — как ты можешь мне такое говорить? Яромила погибла совсем недавно, а ты хочешь, чтобы я вот так просто взял и забыл ее?

— Нет, конечно, нет, — успокоил его отец, — но девочкам нужна мать, а тебе жена.

— Даже думать об этом не хочу, — ответил наследник.

— А надо бы подумать, — возразил вождь, — я не говорю, что ты должен жениться немедленно, но выбрать будущую жену, ты можешь и сейчас.

— Пойми, отец, Яромила для меня была всем, как я могу заменить ее? — говорил Касьян.

— Касьян, — вмешался в разговор колдун, — я понимаю, что это не мое дело, но твой отец прав, ты должен найти себе другую жену. В комнате повисла пауза.

— Ладно, пусть будет по-вашему, — согласился наследник после непродолжительного молчания. Перед приходом Добрамысла Колдун и Касьян как раз обсуждали возможных кандидаток. Приход вождя был как нельзя кстати. Наследник продолжал разыгрывать из себя горем убитого вдовца, но «поддавшись» уговором, нехотя согласился на повторный брак. Теперь, когда отец сам настаивал на его женитьбе, Касьян чувствовал себя более уверено.

Урий радовался, все шло по плану. Поиски Яромилы прекратились, Касьян слушал его во всем, дружба между людьми и драконами дала трещину. Но, все же, кое-что омрачало счастье колдуна. Мстислав задавал очень много вопросов. Старику это не нравилось, и он думал, как нейтрализовать назойливого братца Касьяна. Совсем избавиться от Мстислава колдун пока не мог. Урию нужно было отвлечь его от поисков ответов, но как это сделать старик не знал.

Через пару дней после того, как вождь уговаривал наследника вновь жениться, Касьян и Урий шли по базару. Деревянные крытые соломой ряды были завалены товаром. Кто-то продавал мясо диких животных, кто-то продавал рыбу, некоторые торговали выпечкой и самодельными сладостями, рядом с ними располагались ремесленники со своим товаром. Ткачи разложили свои ткани от самых дешевых и грубых до легких и дорогих. Сапожники продавали готовую обувь (она обычно была недорогой) и брали заказы на более дорогую. Гончары с расписной утварью занимали почти целый ряд. В общем, продавали все от муки до мечей и копий.

Колдун со спутником остановились возле торговца лесными птицами. Касьян хотел купить дочерям скворца. Он день назад забрал их у Рогнеды. Девочки были расстроены смертью матери, а он иногда чувствовал свою вину перед ними. Теперь, чтобы немного успокоить свою совесть, Касьян выбирал им подарок.

— Вон, смотри… — сказал старик, ткнув локтем Касьяна в бок.

— Что? — спросил Касьян.

— Вон, рядом со сладостями, — сказал колдун, указывая взглядом на Милену.

— Что там? — не поняв, переспросил мужчина.

— Там Милена, — раздраженно пояснил Урий, — она могла бы стать тебе идеальной женой.

— Ты с ума сошел?! — удивленно глядя на собеседника, спросил Касьян.

— Я то, как раз в своем уме… — обиженно сказал колдун.

— Она невеста моего брата, все давно решено между ее родителями и моим отцом, — сказал старший сын вождя таким тоном, словно говорил с ребенком, — если бы не обстоятельства, они давно бы поженились.

— Или боги не хотят их свадьбы… — многозначительно произнес старик.

— Что ты имеешь ввиду? — заинтересовавшись, спросил Касьян.

— Ну, смотри сам, не всегда же обстоятельства были против них, у твоего брата и девушки была масса возможностей заключить брак, но свадьба все время откладывалась, — говорил колдун, — посмотри, молодая красивая здоровая она сможет нарожать тебе сыновей.

— Отец ни за что не согласиться, — возразил Касьян.

— Любого человека можно заставить передумать, — с видом знатока произнес Урий.

— Я против отца не пойду, — сказал Касьян.

— А, и не надо, — ответил колдун, — сделай так, что бы она в тебя влюбилась, тогда их свадьба с Мстиславом отмениться.

— А если нет? — спросил наследник.

— Найдем другой способ расстроить свадьбу, — ответил старик.

— Мне надо подумать, — сказал Касьян.

Урий был доволен собой. Ему было все равно жениться Касьян или нет, главное, что братья окончательно поссорятся. Помехой его плану был Добромысл. Вмешательство вождя могло все испортить. Колдун пока не мог ему навредить, это было слишком рискованно, нужно было ждать удобного случая. В этом старику пришлось полностью довериться случаю, чего он не любил. Но так как последнее время ему везло, Урий не расстроился. Касьян заинтересовался его предложением, в этом колдун не сомневался. Теперь Мстиславу придется заниматься своими делами, а не совать свой нос в чужие.

Глава 29

Буян ждал возвращения Гора. Он каждый день посылал шпионов на его поиски, но те возвращались ни с чем. Так как драконы Тайфуна день и ночь кружили над лесом и деревней, подлететь близко у шпионов не получалось. Соответственно никакой мало-мальски ценной информации Буян получить не мог.

Так продолжалось несколько дней. Когда активность королевских драконов спала, Буян отправил одного из своих с особым поручением. В этот раз шпиону было приказано поймать Касьяна или колдуна и доставить на болота. Буяну было все равно, кто именно это будет. Для каждого из них он приготовил предложение. В том, что его предложение будет принято, он не сомневался. Буян хотел заключить союз против Тайфуна. В обмен на это, он собирался предложить помочь захватить власть над людьми.

Украсть человека и остаться незамеченным, было ни так-то просто. Шпион Буяна, как когда-то Гор решил проследить за колдуном. Дом колдуна стоял на окраине деревни отдельно от других.Подобраться к нему было проще, чем к дому Касьяна.

Дракон дождался темноты и никем не замеченный подлетел к жилищу колдуна. Приземлился шпион у задней глухой стены дома. Он думал, как выманить старика на улицу.

Неожиданно дверь дома открылась и на пороге появился Урий. Он собирался пойти к Касьяну. Старик хотел продолжить разговор, который днем на базаре вел с ним. Казалось, Касьяна заинтересовала возможность жениться на невесте брата, но колдун хотел быть уверен, что в последний момент будущий вождь не передумает. Настроение у Урия было прекрасным, он даже позволил себе улыбнуться.

Как только колдун отошел от дома на несколько шагов, кто-то схватил его и поднял в небо. Ночь была темной. Урий ничего не видел и не мог понять насколько высоко над землей оказался. Он был настолько поглощен своими мыслями, что не заметил приближающейся опасности. Старик закричал, пытаясь позвать на помощь, но на его крик никто не ответил.

— Мы слишком высоко, тебя никто не услышит, — услышал колдун голос дракона у себя над головой.

— Кто ты? Что тебе надо? — спросил Урий.

— Скоро узнаешь, — надменно ответил похититель.

— Отпусти меня немедленно! — потребовал старик.

— А ты что, умеешь летать? — усмехнулся дракон.

— Нет, — гневно ответил колдун, но в его голосе слышался страх.

— А я думал, ты сам полетишь, — вновь усмехнулся похититель и слегка ослабил хватку так, что колдуну пришлось вцепиться в лапу дракона, — хочешь жить, заткнись, — приказал он старику, — а то, ведь я могу и уронить тебя ненароком, ну, или сжать чуть сильнее когти…

Весь оставшийся путь они проделали молча. У колдуна было много вопросов, но задать их, он так и не решился. Дракон тоже молчал, он думал о том, куда подевались подданные Тайфуна? И кого они искали несколько дней? Шпион подозревал, что искали Гора, но спрашивать колдуна об этом не стал.

Полет был долгим. Непривыкшему к таким приключениям колдуну, он показался вечностью. Они летели несколько часов, сейчас был уже рассвет. Когда ноги старика коснулись земли, он почувствовал такую радость, какой не испытывал никогда в жизни. Немного придя в себя, Урий начал осматриваться. Местность была ему не знакома. Вокруг, насколько хватало глаз, были болота. Над ними стаями кружили насекомые, в воде ужи и гадюки охотились на лягушек. Гнилые пни, торчащие из воды, напоминали чудовищ. Зрелище было не из приятных.

Похитивший колдуна дракон улетел, оставив его одного на небольшом клочке суши. Урий хотел сбежать, но вспомнив про змей и топь, передумал. Минут через десять на его островок приземлился другой дракон.

— Рад видеть тебя у себя в гостях, — произнес дракон без всякой насмешки.

— Разве так приглашают в гости? — спросил старик.

— По-другому было нельзя, — ответил дракон.

— Кто ты? — спросил Урий.

— Об этом позже, — ответил хозяин болот.

— Зачем я здесь? — задал вопрос колдун.

— Я хочу предложить тебе сделку, если ты на нее согласишься, у тебя будет все, что пожелаешь, — сказал дракон.

— Ты что, волшебник? — усмехнулся старик.

— Нет, но кое-что могу, — ответил дракон.

— Я не доверяю драконам, — серьезно сказал колдун.

— А я людям, — сказал хозяин болот, — но у нас одна цель, достигнуть которой, мы можем, только объединив усилия.

— И что это за цель?! — удивился старик.

— Тайфун, — коротко ответил дракон.

— Тай-фун, — произнес по слогам Урий, — мне надо подумать, — сказал он.

— Некогда думать, — возразил хозяин болот, — решай сейчас.

— Хорошо, только один вопрос, — сказал старик, — Почему?

— Ты думаешь, я по своей воле здесь живу? — окидывая взглядом болота, вместо ответа спросил дракон.

— Хорошо, я согласен, — отозвался колдун после минутной паузы. Такой союзник ему был нужен.

— Расскажи мне, что происходит между людьми и драконами, почему ты хочешь избавиться от Тайфуна? — спросил дракон.

— Раз мы теперь союзники, скажи, кто ты? — в свою очередь спросил старик.

— Я младший брат Тайфуна, Буян, — ответил он.

— Получается, ты хочешь убить своего брата? — после непродолжительной паузы спросил Урий.

— Я хочу стать королем, — ответил Буян, — если ты мне поможешь, я сделаю тебя вожаком, люди будут подчиняться тебе.

— Вождем, — поправил его колдун, — только вождем, в лучшем случае, станет Касьян, а в худшем, один из его братьев…

— Поживем, увидим, — сказал дракон.

Буян и Урий проговорили весь день. Они строили планы, обсуждали возможные варианты развития событий. Колдун в подробностях рассказал дракону все, что произошло на земле драконов с момента заселения людей.

Ночью похитивший старика дракон, вернул его в деревню. Этот дракон теперь стал связным между колдуном и хозяином болот. Каждые три дня он будет прилетать к колдуну за новостями, и приносить ему вести от Буяна.

Глава 30

— Отец, ты знаешь, что король драконов проводит расследование? Он не верит Касьяну, — сказал Мстислав.

— Ты тоже ему не веришь? — спросил Добромысл с горечью в голосе.

— Не знаю, он сильно изменился после того, как связался с этим колдуном, — последние слова Мстислав произнес с явным отвращением.

— Да, я тоже заметил, но не думаешь же ты, что он сам причинил вред Яромиле? — спросил вождь и продолжил, — он был так расстроен ее исчезновением…

— Не знаю, отец, но если выяснится, что Зев невиноват… — Мстислав не договорил.

— Да, я понимаю, — сказал вождь, — Интересно, что думают люди об исчезновении Яромилы?

— За всех не скажу, а Пырей и Борислав тоже не верят в безгрешность Касьяна, — ответил Мстислав.

— Что будем делать? — спросил Добромысл скорее себя самого, чем сына.

— Надо все выяснить, — ответил Мстислав, — иначе мы не сможем ему помочь.

Этот разговор проходил в доме Мстислава. Добромысл пришел к нему вечером. Днем он услышал, о чем говорили мужики возле кабака. Они спорили о виновности Касьяна. Никто не обвинял его в убийстве жены, но в историю с нападением дракона мало кто верил. Кто-то видел этого дракона на реке, кто-то просто слышал о нем, но все они считали его очень добрым и неспособным на жестокость.

Добромысл и сам не до конца верил колдуну и Касьяну. Он знал об их отношении к драконам, но не хотел верить, что его сын способен на подлость. Никем незамеченный вождь отошел в сторону. Он думал об этом весь день, а вечером, не выдержав, пошел к Мстиславу. Ему хотелось знать, как другие его сыновья относятся к происшедшему.

— Да, вот еще что, — сказал Мстислав, — колдун куда-то пропал, его никто не видел со вчерашнего вечера, дома тоже его нет.

— Ты у Касьяна спрашивал? — поинтересовался отец.

— Спрашивал, он сказал, что сам его ищет, — ответил сын.

— А зачем тебе колдун? — встревожено спросил Добромысл.

— Хотел уточнить у него кое-что, — уклончиво ответил Мстислав.

В это время Касьян решил прогуляться по деревни. Ему нужно было поговорить с колдуном, но того нигде не было. Мужчина сам не заметил, как добрел до мельнице. Он хотел, уж было, развернуться и уйти, как вдруг заметил Милену. Она вышла из дома с корзиной белья. Волосы девушки были заплетены в косу. Темно коричневый сарафан с вышитым на нем цветочным узором едва приоткрывал стопы ее босых ног.

Милена шла к реке, чтобы постирать белье. Никем не замеченный Касьян отправился за ней. Река находилась недалеко, ее пологий заросший ивой берег вполне подходил для тайных свиданий. Как только девушка прошла по петлявшей сквозь заросли ивы тропинке, мужчина отправился следом за ней. Он не собирался подходить к девушке. Касьян хотел просто понаблюдать за ней.

Ничего неподозревающая девушка поставила корзину на песчаный берег и прошла по мостику к воде. Этот мостик специально для Милены сделал ее отец. Обычно здесь никого не было, только иногда она приходила сюда с подружками. Эта часть реки была близко к мельнице, а вот остальным жителям деревни добираться было неудобно. Так что, можно было сказать, что это место принадлежало целиком Милене.

Девушка наклонилась и потрогала воду рукой. Затем вернулась за корзиной и перенесла ее на мостик ближе к воде. Касьян не хотел, чтобы его заметили и собирался уйти, но Милена сняла сарафан. Она осталась в одной белой нижней рубашке. Ткань была настолько тонкой, что почти ничего не скрывала. Сквозь полупрозрачный материал можно было видеть изгибы стройного девичьего тела. Рубашка доходила только до колен, неприлично открывая ее красивые ноги.

Касьян смотрел на нее, не отрывая глаз. Ему хотелось увидеть гораздо больше, но девушка осталась в рубашке. Встав на самый край мостика, она подвинула корзину ближе к себе. Милена опустилась на колени и достала из корзины какую-то вещь и начала стирать. Какую именно вещь она достала, Касьян не смог бы сказать даже под пытками. Все его внимание было сосредоточено на девушке.

Во время стирки Милена что-то тихонько напевала. Касьян не разбирал слов, он как завороженный слушал ее мелодичный голос. Если бы она его сейчас назвала дураком, он не заметил бы этого. Мужчина замер боясь пошевелиться, казалось, что он даже перестал дышать.

Ничего неподозревающая девушка, закончив стирку, решила искупаться. Милена прямо в рубашке прыгнула в воду. Река на несколько секунд скрыла ее в своих глубинах. Вынырнув, она немного поплавала, потом перевернулась на спину, и раскинувшись звездочкой, просто лежала на воде. Касьяну с того места где он стоял, было почти невидно девушку. Он решил уйти, но ноги будто приросли к земле и мужчина не сдвинулся с места.

В воде Милена провела почти час. Наполовину скрытая камышом, растущим вдоль берега, она напоминала русалку. Мужчина не раз хотел уйти, но ноги не слушались его. И вот теперь, когда девушка вышла на берег, Касьян не пожалел, что остался. Мокрая ткань рубашки плотно облегала тело девушки, скорее подчеркивая ее формы, чем скрывая. Касьян надеялся, что девушка снимет мокрую рубашку. Но Милена встала на берегу, расплела косу, завела руки за голову и повернулась лицом к реке. Предоставив заходящему солнцу высушить ее мокрое одеяние и волосы, которые разметавшись по спине, скрывали от взгляда Касьяна все самое интересное.

Постояв еще несколько минут, мужчина решил уйти. Он не хотел, чтобы его увидели подсматривающим за невестой брата. Касьян осторожно, как кошка выскользнул из своего укрытия и быстро поднялся по извилистой тропинке. Мужчина решил вернуться домой другим путем. Вместо того, чтобы идти через поселение, он медленно пошел вдоль берега. Не доходя до «драконьего пляжа», он свернул к деревне.

Касьян сегодня искал колдуна, чтобы сказать ему, что не будет уводить невесту у брата. Но после того, как он увидел Милену на реке, передумал. Мужчина решил, во что бы то ни стало, добиться расположения девушки. Всю дорогу до дома он думал только о ней. Мечты увели его так далеко, что он совсем забыл о реальности. Касьян не замечал никого на пути. Он не смог бы сказать, кого видел по дороге домой. Мужчина был словно во сне. Он не помнил, как дошел до дома. Из этого состояния его вывел голос отца, раздавшийся за спиной в тот момент, когда он встал одной ногой на ступеньку крыльца.

— Касьян! — окликнул его Добромысл.

— Да, отец, — оборачиваясь, отозвался он.

— Нам надо поговорить, — тоном не терпящим возражений, сказал Добромысл.

— Хорошо, давай поговорим, — отозвался Касьян, на самом деле говорить ему совсем не хотелось, но отцу он этого сказать не мог.

— Ты знаешь, что Тайфун продолжает расследование гибели Зева? — спросил отец.

— Ну, и что? — спросил Касьян.

— Расскажи мне, что произошло на самом деле, — потребовал Добромысл.

— Я уже все рассказал, — ответил сын на удивление спокойно, — а Урий может подтвердить каждое мое слово, — добавил он. При упоминании колдуна, вождь передернулся от отвращения.

— Тебе не кажется, что ты слишком увлекся дружбой с ним? Он оказывает на тебя слишком большое влияние, — сказал отец.

— Мне что, пять лет?! — возмутился Касьян.

— В том то и дело что, нет, — горестно произнес вождь, — и ты должен понимать, что ты мой наследник, а значит, и люди спросят с тебя больше, чем с других.

— Отец, почему ты не веришь мне? — спросил Касьян.

— Мы сегодня с Мстиславом… — начал говорить Добромысл.

— Ах, вот оно в чем дело! — взвился Касьян, — С Мстиславом значит? Он продолжает рыть мне яму?

— Он не роет тебе яму, твой брат пытается помочь, — возразил вождь.

— Открой глаза, отец, Мстислав просто пытается избавиться от меня, а ты ему в этом помогаешь, — продолжал гнуть свою линию наследник.

— Вижу, говорить с тобой бесполезно, — с горечью сказал отец, — но знай, что мы всегда готовы помочь тебе. — Сказав это, Добромысл ушел не в лучшем настроении. Он надеялся повлиять на сына, но разговор, ни к чему не привел.

Настроение Касьяна тоже было испорчено, но воспоминания о Милене вскоре вытеснили все остальное. Он снова погрузился в мечты о невесте своего брата. От Мстислава Касьян решил избавиться раз и навсегда. Но думать о том, как это сделать не стал, отложив эти размышления на завтра. А пока его занимали более приятные мысли. Перед его мысленным взором все еще стояла вышедшая из воды девушка в полупрозрачной прилипшей к телу рубашке.

Глава 31

Рано утром к Касьяну пришел колдун. Ночью, когда дракон вернул его домой, Урий все обдумал и решил рассказать Касьяну о своем приключении. Единственное, о чем он не собирался говорить, это о предложении Буяна стать вождем. Старик еще не решил, как поступить. Оставить все как есть, и пусть наследник вступит в права или все же самому стать главным. Он понимал, что люди не захотят принять его как вождя, но при поддержке драконов их вполне можно было заставить подчиняться. У Касьяна таких проблем не возникнет, он станет вождем по праву наследования и люди пойдут за ним. Теперь у колдуна был выбор, остаться на вторых ролях или стать первым. Но в любом случае Касьяну незачем об этом знать.

В тот момент, когда Урий поднялся на крыльцо, дверь дома отворилась и из нее вышел хозяин дома. Касьян улыбался каким-то своим мыслям, его глаза светились, мужчина казался счастливым. Старик видел его таким только раз, когда Яромила родила сына. Что могло так обрадовать Касьяна в этот раз, Урий не знал и это его напрягало.

— Урий! Друг! Я так рад тебя видеть, — сказал хозяин дома, протягивая гостю руку.

— Я тоже рад тебя видеть, — настороженно произнес колдун, такое настроение сообщника его пугало.

— Хорошо, что ты пришел, — не обращая внимания на настороженность колдуна, сказал Касьян, — где ты был? Мне нужно было поговорить с тобой, и я искал тебя вчера весь день, даже подумал, что тебя драконы съели, — пошутил он.

— Почти, — усмехнулся колдун.

— В смысле «почти»? — встревожился хозяин дома.

— Об этом позже, — ответил старик, — лучше скажи, зачем ты меня искал? — Урий боялся, что наследник сделал какую-нибудь глупость и испортил план.

— А, да так, ерунда, хотел сказать тебе, что согласен жениться на Милене, — солгал Касьян. На самом деле он как раз наоборот собирался сказать, что не хочет на ней жениться, но то, что он видел на реке, заставило его передумать. Колдуну рассказывать о том, что видел, он не собирался, это было только его личное.

— Хорошо, — выдохнул старик, эта новость его порадовала, все складывалось лучше, чем он мог надеяться, — Как собираешься действовать? — спросил он.

— Пока не знаю, — ответил Касьян, — но тянуть с этим не буду, — добавил он.

— У меня тоже есть новости, — сказал колдун и рассказал Касьяну о встрече с Буяном.

Милена в этот день везде натыкалась на Касьяна. Можно было подумать, что он преследует ее. Девушку сначала это удивляло, но вскоре она перестала обращать на него внимание. Мужчина же делал все, чтобы она его заметила.

До свадьбы Мстислава и Милены оставался месяц. Времени на ухаживания не было и Касьян решил действовать открыто. Убить брата он сейчас не мог, а значит, нужно было заставить Милену отказаться от Мстислава. Но как это сделать он не знал. Наконец обдумав все «за» и «против», мужчина решил открыто поговорить с избранницей.

Дорога от деревни до мельницы пешком занимала минут пятнадцать. В основном она была прямой, а по ее краям росла невысокая трава, но в одном месте дорога резко поворачивала, огибая заросли высоких кустарников. Вот в этом самом месте Касьян и подкараулил Милену. Девушка каждый день ходила по этой дороге в деревню и только во время дождя оставалась дома. Он знал об этом и решил, что лучшего места для разговора ему не найти. Касьян скрывался за одним из разросшихся кустов, когда девушка подошла совсем близко, он вышел ей навстречу.

— Касьян?! — удивилась она, — что ты здесь делаешь?

— Здравствуй, Милена, — мягко произнес мужчина, — мне нужно поговорить с тобой.

— Здесь?! — удивленно спросила девушка, так и не поздоровавшись.

— Ну, здесь нам никто не помешает, — ответил он и подошел к Милене так близко, что ей пришлось отступить.

— Что-то случилось с Мстиславом? — встревожилась она.

— Мстислав… Мстислав… Что ты нашла в этом щенке? Ты такая умная и красивая могла бы найти себе пару и получше, — сказал он и сделал шаг к девушке.

— Что с тобой, Касьян? Вы снова поссорились? — спросила Милена.

— Ни с кем я не ссорился, — ответил он и продолжил, — Сама подумай, ну кто такой Мстислав? Конюх. Подумаешь, разводит лошадей, как по мне конюх и есть.

— Что тебе надо? — теряя терпение, спросила она.

— Выходи за меня замуж, после смерти отца, я стану вождем, подумай, кто больше тебе подходит будущий вождь или обычный конюх, — сказал Касьян, выделив последнее слово.

— Нет, — твердо ответила девушка и попыталась пройти мимо него. Касьян схватил ее за руку чуть ниже локтя.

— Ты все равно будешь моей, — сказал он, притягивая Милену ближе.

— Нет, — все так же твердо ответила она и вырвала свою руку из цепких пальцев мужчины. Как только ее рука освободилась, девушка бросилась бежать к деревне.

— Ты все равно будешь моей, — повторил Касьян, но Милена его уже не слышала.

После неудачного разговора с Миленой Касьян отправился к ее отцу. Он решил, что убедить мельника будет проще. «Влас, так звали мельника, разумный человек и должен понимать выгоду», — так думал Касьян, уверенный в своей победе. Если мельник разорвет помолвку своей дочери с Мстиславом, то Милена вынуждена будет подчиниться воле отца.

Глава 32

Добежав до поселения, Милена думала, что ей делать дальше. Она понимала, что надо рассказать все Мстиславу, но быть причиной его очередного конфликта с братом девушка не хотела. Оставить все как есть, и постараться избегать встреч с Касьяном, тоже не было выходом. Касьян не на шутку напугал ее сегодня. Чего ждать от него дальше, Милена не знала.

Девушка решила, что ей надо успокоиться и все хорошо обдумать. А еще лучше с кем-нибудь посоветоваться. Вмешивать сюда посторонних она не хотела и поэтому, вместо того, чтобы пойти к подруге, как собиралась изначально, отправилась к Дарине.

Дарина внимательно выслушала взволнованную девушку, но давать советы побоялась. Вместо этого она позвала Пырея.

— Это его братья, в конце-то концов, пусть он и решает, — сказала она, растерянной девушке.

— Нужно все рассказать Мстиславу, — сказал Пырей, выслушав Милену, — отцу пока говорить не будем, попробуем сами усмирить Касьяна.

— А если они вновь поссорятся? — встревожилась она.

— Другого выхода я не вижу, — ответил Пырей, — я, конечно, могу поговорить с Касьяном сам, но, думаю, это ничего не изменит.

— Попробуй сам, — вмешалась в разговор Дарина, — Мстислава он вряд ли послушает.

— Они, скорее всего, подерутся, — сказала Милена. Пырей не стал с этим спорить. Судя по последним событиям, Касьян совсем слетел с катушек.

В это время мельник принимал у себя старшего сына вождя. Касьян заметно нервничал. Казалось, что его что-то тревожит, но что он не говорил. Неожиданный визит наследника сам по себе был странным, Касьян обычно приходил только по каким-нибудь делам и никогда просто так. Сегодня он тоже говорил о делах, но как бы вскользь, гостя явно что-то тревожило, но спрашивать об этом напрямую Влас не стал.

Касьян уже почти час находился в доме мельника. Он сидел за столом на длинной широкой скамейке спиной к окнам, напротив него с другой стороны стола расположился хозяин дома. Гость внимательно рассматривал комнату, которая одновременно служила и кухней и прихожей, как впрочем, и первая комната его собственного дома. В одном углу стоял стол и скамейки, в другом сундук, а возле глухой стены была сложена печь рядом с которой, стоял еще один стол, но намного меньше того, за которым они сидели. Дверь в другую комнату была закрыта.

— Влас, отдай за меня Милену, — после продолжительного молчания, — выпалил Касьян. Мельник какое-то время молчал, не зная, что сказать. Он не ожидал такого поворота событий.

— Я бы с радостью, но ты же знаешь, она помолвлена с твоим братом, — наконец произнес он, после продолжительной паузы.

— Так разорви помолвку, — сказал Касьян.

— Не могу, я дал слово твоему отцу и Мстиславу, — ответил Влас, — да, и дочь моя сама вольна выбирать себе мужа.

— Так, значит, нет? — спросил гость.

— Нет, — ответил отец Милены.

— Хорошо, я понимаю, — сказал Касьян, — но ты, все же подумай.

— Подумаю, — пообещал мельник.

Мужчины попрощались, и Касьян ушел. Он не ожидал отказа и сейчас чувствовал себя оскорбленным. Его уязвленное самолюбие требовало отмщения. Он лихорадочно перебирал в уме все возможные варианты, как заставить Милену принять его предложение. Но ни один из вариантов ему не нравился, кроме, пожалуй, одного - убить брата, но это было пока невозможно. Тогда он решил пойти за советом к колдуну.

Мельник, как и обещал Касьяну, думал. Правда думал он о том, как огородить свою дочь и будущего зятя, от нападок старшего сына вождя. Влас понимал, что просто так Касьян не отступиться. Тогда он решил поговорить об этом с Добромыслом. Посчитав, что время терпит, мельник отложил разговор до вечера.

В тот же день, после полудня, к деревне подлетел красный дракон. Он требовал вождя и Касьяна. Это был посланник короля драконов. Он прилетел, чтобы доставить одного из них к Тайфуну.

Вместе с вождем и его сыном, который только что вернулся от мельника и еще не успел побывать у колдуна, к посланнику вышли еще несколько человек.

— Один из вас должен полететь со мной к королю, — обратился он к Добромыслу и Касьяну.

— Я полечу, — сказал Добромысл.

— Нет, отец, все это из-за меня, так что полечу я, — возразил Касьян.

— Вождь пока еще я, а значит, и решать мне, — сказал Добромысл, — полечу я.

— Но ты даже не знаешь, как надолго летишь, — снова возразил Касьян.

— На неделю, может чуть больше, — вмешался в разговор дракон, — собран совет и один из вас должен там присутствовать, — пояснил он.

— Лететь должен я, ты не можешь оставить деревню так надолго, — сказал Касьян.

— Пока меня не будет, ты присмотришь за деревней, — ответил вождь. С этими словами он подошел к посланнику. Дракон протянул крыло так, чтобы Добромысл мог забраться к нему на спину. Через минуту они взмыли ввысь.

Касьян не горел желанием оказаться в логове драконов, но и отпускать тута отца он тоже не хотел. С другой стороны, в этом был один плюс - теперь он мог действовать свободней. До возвращения отца у него было достаточно времени, чтобы расстроить свадьбу Мстислава и Милены, а если повезет, то и вовсе избавиться от брата. Размышляя о том, что произошло и о планах на эту неделю, Касьян добрел до дома колдуна.

Вечером того же дня Влас, как и собирался, отправился к вождю. Но по дороге ему встретилась его дочь. Она сказала, что Добромысла на неделю, а может и больше, забрали драконы. А самой плохой новостью оказалось то, что вместо себя на это время, он оставил Касьяна. Мельник пожалел о том, что не пошел к вождю сразу.

Глава 33

Дракон с Добромыслом на спине поднимался все выше и выше. Когда облака стали ближе, а земля дальше, вождь сильней прижался к дракону и пригнул голову, ему казалось, что они сейчас врежутся в облака и произойдет катастрофа. Посланец почувствовал, как тело седока напряглось, но не понял причину и поднялся еще. Их окутал густой холодный туман. Добромысл продолжал ждать столкновения, но когда дракон поднял его над облаками, вождь не смог скрыть восхищения.

Над головой, насколько хватало глаз, простиралось чистое голубое небо, а под ногами был целый океан из белого тумана подсвеченный лучами заходящего солнца. Солнечные лучи окрашивали пенящиеся облака в оранжевые розовые и пурпурные цвета. Там, где просветы между клубящимся облачным океаном становились больше, Добромысл видел покрытую зелеными лугами и лесами землю с проблесками зеркальных озер и серебристой, извивающейся, словно огромная мифическая змея, рекой. Ничего прекрасней вождь не видел за всю свою жизнь.

Поняв настроение седока, дракон пролетел над лесом и полетел в сторону гор. Вскоре над облаками, бут-то острова, появились покрытые льдом и снегом горные вершины. Холод пробирал Добромысла до костей, но он не обращал на него внимания. Вождь старался запомнить всю красоту природы открывшуюся его глазам. Он не ждал от встречи с королем драконов ничего хорошего и был готов защищать своего сына до последнего, но сейчас Добромысл, пожалуй, первый раз за много лет чувствовал себя по-настоящему свободным. Эта свобода казалась ему странной, но в то же время она была приятно волнующей. На время полета вождь забыл о проблемах. Он думал лишь об окружающей его чарующей нереальной красоте окружающего его мира.

— Замерз? — спросил дракон, повернув голову к Добромыслу.

— Есть немного, — ответил тот, отвлекаясь от своих, впервые за долгое время приятных мыслей.

—Летим к Тайфуну, — вновь повернувшись к седоку, сказал посланник, — если обратно понесу тебя я, еще полетаем.

— Думаю, мне будет не до полетов, — вздохнул вождь.

— Не бойся, все будет хорошо, — подбодрил его дракон, — наш король строг, но справедлив.

Красному дракону нравился вождь, как и многим другим драконом. Добрамысл сумел заслужить уважение многих драконов, поэтому посланник Тайфуна и устроил ему эту экскурсию. Он хотел поддержать Добрамысла, и дать ему время подготовиться к встрече с советом. Для Касьяна, если бы полетел он, дракон не стал бы делать ничего. Старший сын вождя не внушал доверия ни кому из драконов.

Обогнув одну из горных вершин, дракон полетел обратно к лесу. Когда горы остались позади, дракон начал плавно спускаться вниз. Через некоторое время, внизу показались небольшие холмы, к ним-то посланник короля и направил свой полет.

Осторожно приземлившись перед одним из таких холмов, дракон протянул крыло так, чтобы Добромысл мог легко спуститься. Не успел еще вождь коснуться земли, как их с посланником окружили драконы. Никто из собравшихся не проявлял никакой неприязни или агрессии по отношению к Добромыслу. Все мирно приветствовали его. Вождь решил, что это добрый знак, но сомнения все же остались в его душе. Он пытался понять, на самом ли деле драконы относятся к нему лояльно или просто выполняют приказ короля.

Размышления вождя были прерваны появлением Тайфуна.

— Приветствую тебя, вождь, — произнес король драконов, — ты уже знаешь зачем ты тут?

— Да, — поздоровавшись, ответил Добромысл.

— Хорошо, совет начнется завтра, не знаю, как долго он продлится, но тебе придется быть здесь до конца, — начал объяснять Тайфун.

— Я знаю, твой посланник предупредил меня об этом, — сказал вождь, ничем не выдавая охватившей его тревоги.

— Ну, тогда пойдем, я тебе покажу, где ты будешь жить, — предложил король драконов.

Не дожидаясь ответа, король повел Добромысла между холмами. Только теперь вождь понял, что это непросто холмы, а самые настоящие жилища. Остановившись, по предположению Добромысла, в центре поселения.

— Это мой дом, — сказал Тайфун, указывая на самый высокий холм, — здесь тебе предстоит провести несколько дней или недель.

— В твоем доме?! — удивился вождь.

— Да, так будет лучше всем, — ответил он, — есть еще дом Зева, но я не думаю, что ты захочешь там жить, — с грустью добавил король и указал крылом на вход в свое жилище.

Добромысл зашел в дом или лучше сказать, в самодельную пещеру. Она состояла из нескольких огромных залов. Изнутри вся пещера была выложена из камня. Огромные каменные перегородки отделяли одно помещение от другого, они же поддерживали каменный потолок. Весь камень внутри пещеры был подплавлен и как бы спаян между собой. Пол в доме дракона был почти полностью застелен толстым слоем сухой травы, но в каждом помещении была одна стена, возле которой травы не было, там был голый каменный пол. Позже король драконов объяснил вождю, что эти стены служили своеобразными печами, которые нагревались от огненного дыхания драконов.

— Здесь живу я, — сказал Тайфун, указывая на дальний зал пещеры, — ты можешь выбрать любое другое помещение.

— Ты один здесь живешь?! — удивился Добромысл.

— Да, раньше здесь жили мои родители и мы с братом, теперь я один, — вздохнул Тайфун, — но скоро я собираюсь это исправить.

— А где они? — не удержался от вопроса вождь.

— Родители погибли, а брат предал, — с грустью ответил Тайфун.

— Мне жаль, — сказал Добромысл.

— Верю, — ответил король драконов, и продолжил меняя тему, — ты можешь свободно передвигаться по поселению, никто из драконов тебя не тронет, можешь уйти домой, никто не удержит, если хочешь, я могу приказать одному из моих подданных и тебя отнесут в твою деревню, ты не пленник, но, думаю, будет лучше, если ты останешься на совет, решай.

— Я остаюсь, — твердо ответил вождь. Добромысл был удивлен отношением Тайфуна к себе. Он ожидал обвинений, угроз или даже требований расправы над Касьяном, и уж точно считал себя пленником. Но оказаться гостем в доме короля драконов, стало для него полной неожиданностью.

Глава 34

Старший сын вождя решил не терять времени даром и воспользоваться отсутствием отца. На следующий день, после того, как вождь улетел с драконом, Касьян вновь пошел к мельнице. Он надеялся снова встретить Милену. С момента, как он увидел ее у реки, девушка не шла у него из головы.

Касьян спрятался за деревьями возле мельницы и стал ждать, когда выйдет девушка. Вдруг он услышал голоса, которые раздавались с другой стороны мельницы. Голоса принадлежали Милене, её подруге и Мстиславу. Касьян не ожидал обнаружить здесь своего брата — это стало для него неприятным сюрпризом. Никем не замеченный он вернулся в деревню. Встреча с Мстиславом не входила в его планы.

Кроме уже привычный ненависти к брату, Касьян испытывал ещё и жгучую ревность. Не зная, что с этим делать, мужчина, по обыкновению, хотел пойти к колдуну, но затем передумал. Вместо этого Касьян отправился домой. Он решил покончить с братом раз и навсегда. Мужчина шёл по центральной улице деревни и был мрачнее тучи. Касьян не отвечал на приветствие прохожих, а тех несчастных, кто оказывался у него на пути, просто отшвыривал в сторону. Люди со страхом оглядывались ему вслед.

Только одного человека не пугала ярость Касьяна. Этим человеком был Урий. Он наблюдал грозное шествие старшего сына вождя стоя в тени одного из домов. Колдун подождал, когда мужчина отойдёт достаточно далеко, и не торопясь пошёл за ним. Урия сильно раздражали постоянные вспышки гнева у Касьяна. В таком состоянии " будущий вождь" мог испортить всё дело.

Касьян зашёл домой и с силой захлопнул за собой дверь. Он ожидал, что на шум прибегут его дочери, но девочек дома не оказалось, что немало порадовала мужчину. Последнее время они его только раздражали, а сейчас Касьян и подавно не хотел их видеть. Немного успокоившись, мужчина надел лёгкую кольчугу и пристегнул к поясу меч. Он уже собирался идти в конюшню за конём, как дверь неожиданно открылась, и на пороге появился колдун.

От неожиданности оба замерли. Хозяин дома не ожидал увидеть колдуна, а тот, в свою очередь, не ожидал увидеть Касьяна в полной боевой готовности.

— Ты что, на войну собрался? — немного отойдя от шока, спросил колдун.

— Не твоё дело, — огрызнулся Касьян.

— Да нет, как раз моё, — спокойно ответил Урий.

— Ну, хорошо, — хладнокровно произнёс Касьян, — я собираюсь убить Мстислава.

— Нет, — твёрдо произнес колдун.

— Да что ты себе позволяешь? — взревел Касьян, нависая над Урием, — это моё личное дело и тебя оно не касается.

— Ошибаешься, — также твёрдо произнёс Урий.

— Я убью его, чтобы ты мне не говорил, — прорычал Касьян.

— Еще не время, — спокойно возразил ему колдун.

— А когда, по-твоему, настанет это время? — продолжал злиться Касьян.

— Я тебе обязательно скажу об этом, — спокойно произнёс колдун, в этот раз он не чувствовал страха перед разъярённым Касьяном.

— Нет! Это я тебе говорю, что время настало, — бушевал Касьян.

— Сядь! — повысив голос, сказал колдун и махнул рукой в сторону стола, где стояли скамейки, в этот момент из пальцев колдуна вылетела молния и разбила стоящий на столе кувшин с квасом, кувшин разлетелся вдребезги, брызги и осколки разлетелись по всей комнате.

— Что?! — удивлённо спросил Касьян, оглядываясь по сторонам.

— Сядь, успокойся, — мягко сказал колдун, он был удивлён не меньше Касьяна то, что произошло, напугала его, но пока Касьян не отрываясь смотрел на разбитый кувшин, Урий смог взять себя в руки.

— Ты что угрожаешь мне? — возмутился Касьян.

— Нет, я лишь хочу, чтобы ты стал вождём, ты мой друг и я желаю тебе добра, — мягко сказал Урий, сейчас вместо того, чтобы возиться с Касьяном, он хотел бы оказаться дома и просмотреть древние свитки, неожиданно обретённая сила завораживала и пугала его одновременно.

— Хорошо, — ответил Касьян спокойно, — я сделаю, как ты хочешь.

— Вот и славно, — сказал колдун так, как будто говорил с ребёнком.

Касьян отошёл в сторону и отстегнул меч. Бросив меч на стол, мужчина тяжело опустился на скамейку. Вспышка ярости прошла, осталось тяжесть, как уже бывало не раз.

Убедившись в том, что Касьян не кинется убивать своего брата, колдун пошёл домой. Ему предстояло перекопать целую гору свитков. Он был готов плясать от радости, но при Касьяне делал вид, что ничего необычного не произошло.

Глава 35

Урий шел по деревни и просто светился от радости. Он был на редкость любезен со всеми кого встречал. Люди не привыкли к такому поведению, обычно мрачного и угрюмого колдуна. Плохо скрываемое удивление, а порой и страх на лицах прохожих, веселили колдуна еще больше.

Когда старик вышел от Касьяна, то хотел сразу отправиться домой и заняться свитками, но сейчас передумал. Урий решил устроить себе небольшой праздник, а заодно и проверить свою новую силу. Он хотел знать насколько могущественным он стал. Никто из известных ему колдунов и магов не мог вызывать молнии и этот факт, вызывал немалую гордость в душе старика.

Колдун зашел на рынок, собираясь приобрести какую-нибудь живность для экспериментов, а за одно, и отпраздновать день приобретения силы. Его выбор пал на здорового жирного гуся. Которого он с радостью приобрел не торгуясь, чем нимало порадовал и удивил продавца. Но одной этой птицы ему показалось недостаточно, и Урий купил еще несколько лесных певчих птиц. Купил он их у мальчишек, которые ловили пичуг в силки, а затем продавали.

Теперь с гусем подмышкой и клеткой набитой небольшими птичками в другой руке, он почти бежал к дому. Представляя собой довольно необычное зрелище. Старику было все равно, какое впечатление он производит на окружающих. Ему не терпелось попасть домой и добраться, наконец, до заветных свитков. Он надеялся, нет, он был почти уверен, что сможет найти там ответы на интересующие его вопросы.

Урий стрелой влетел в дом. Поставил клетку с птицами на грязный, давно не метеный пол и посадил гуся в большую корзину, которая стояла в углу комнаты у двери. Накрыв корзину тряпкой, чтобы гусь не мог выбраться, старик запер дверь и прикрыл ставни на окнах. В воцарившейся темноте, он нащупал на столе свечу и поджег ее. Теперь в комнате был полумрак. Дрожащее потрескивающее пламя свечи, отбрасывало на стены причудливые пляшущие похожие на демонов тени, придавая этому месту поистине зловещий вид.

Теперь, глядя на безумную пляску теней, старик немного успокоился и почувствовал голод, на который до этого не обращал внимания. Решив перед предстоящей многочасовой работой немного перекусить. Урий достал из-под стола крынку с квасом. Затем взял лежащий в середине стола хлеб. Сбросил с него на пол полотенце, служившее своеобразной хлебницей. Старик отломил большой кусок, от уже начинающего черстветь каравая и приступил к трапезе. На другом столе, который стоял рядом с печкой, он заметил большую луковицу. Посчитав, что она станет прекрасным дополнением к обеду, колдун, отложив хлеб, пошел за луковицей. Наспех почистив лук, Урий вернулся к оставленному хлебу и квасу. Колдун начал есть хлеб вприкуску с луком и запивая все это квасом. Не желая тратить время на разрезание луковицы, он просто откусывал от нее.

Утолив голод, старик перешел к главному. Он достал из клетки одну из лесных птиц, связал ниткой ей крылья и лапы. После обездвиженную пичугу положил на стол. Колдун взмахнул рукой, словно указывая кому-то невидимому на свою жертву, но ничего не произошло. Старик попытался снова, но результат был прежним. Тогда он направил свою руку на крынку с остатками кваса и снова ничего. Урия охватило разочарование граничащее с отчаянием. Он пробовал снова и снова, но ничего не происходило. В душ колдуна нарастала паника, он был готов кричать от бессилия. И наконец, место разочарования заняла злость.

Колдун был готов крушить все вокруг. Гнев, поднимающийся в его душе, мешал думать. Тогда Урий протянул руку к оставшейся после трапезы на столе крынке с квасом. Старик надеялся, что кислый освежающий напиток поможет ему успокоиться. Но не успел колдун коснуться сосуда, как тот разлетелся вдребезги от вылетевшей из его пальцев молнии. Урий ошарашено уставился на осколки. Некоторое время он не мог шевелиться от удивления, а только растерянно моргал. Когда оцепенение прошло, он направил руку на лежащую на краю стола птицу. Сорвавшаяся с его пальцев молния, не просто убила пичугу, а превратила ее в горстку пепла.

Тогда, окончательно успокоившись, колдун достал из клетки новую жертву. Связав ее, как и первую, ниткой, Урий положил птицу на стол. Старик протянул руку в сторону жертвы, но ничего не случилось. Он снова направил руку на связанную птицу, но молния так и не сверкнула. Ничего не понимая, колдун сел на скамью, стоящую рядом со столом и опустил голову на руки. Так он просидел минут десять и совсем опустошенный и расстроенный достал из сундука свитки.

Колдун до самой ночи перебирал и перечитывал древние рукописи, с каждым прочитанным и отложенным в стону свитком, он все больше терял надежду на разгадку тайны его новой силы. Но вот ближе к ночи в одном из старых текстов он нашел ответ на свой вопрос. Там говорилось следующее:

— «Любой человек, обладающий магическими способностями, будь то маг, колдун или ведьма, может в сотню раз увеличить свою силу, искупавшись в крови дракона, а тот, кто выпьет этой крови и останется жив, приобретет небывалое могущество и весь мир подчиниться ему. Но если колдун, который уже контактировал с кровью дракона, захочет получить больше силы и коснется крови другого дракона, умрет в страшных муках. Для обычного же человека кровь дракона все равно, что кровь курицы, не вреда—пользы.»

Далее шли инструкции как управлять силой не впадая в гнев и не вызывая у себя других сильных чувств и эмоций. Так же там были советы, как получить кровь дракона не убивая его. Колдун ограничился описанием и инструкцией, советы ему были ни к чему. Сейчас он страшно жалел о том, что не знал всего этого раньше. Если бы он прочел этот свиток до того, как они с Касьяном убили Зева, колдун непременно искупался бы в крови дракона, а может быть, и выпил бы его крови. Сейчас он сидел и с сожалением вспоминал, как стирал немногочисленные брызги крови Зева со своего лица и своих рук: — «ах, если бы знать…» — думал Урий, — «если бы знать…»

Взяв себя в руки, колдун еще раз перечитал инструкцию. Окончательно успокоившись, старик вернулся к своим экспериментам над птицами. Он превратил в пепел еще пару птиц, пока не научился контролировать силу. Остальных птах он так же убил при помощи новой силы, но не изжарил их и не превратил в пепел. Теперь он был готов к более серьезному испытанию. На очереди был гусь. Урий хотел приготовить его себе на ужин, а не превратить в золу. Колдун поставил на стол глиняную кружку и, вытянув руку, пустил в нее молнию. Кружка осталась цела. Довольный результатом Урий подошел к корзине с гусем. Через минуту все было кончено, птица была аккуратно убита, только на голове, куда попал разряд, опалились перья.

В свитке старик прочел, что кроме молний, теперь он может вызывать ветер и концентрировать его на любом участке, от сантиметра до десятка километров. Так же он может контролировать силу воздушной стихии и если понадобиться, может запереть торнадо в кувшине. А если бы он искупался в крови дракона, то мог бы управлять землетрясениями и вулканами, но так как крови было немного, колдун был вынужден ограничиться атмосферными явлениями, включая вызов северного сияния, что, впрочем, было самым бесполезным умением.

Глава 36

Всю ночь и все утро следующего дня колдун учился пользоваться своей новой силой. В его доме почти не осталось целой посуды, а на столе черными дырами зияли пробоины от молний. Вся комната была в гусином пухе и перьях. Старик решил ощипать гуся с помощью ветра. Он создал в комнате небольшое, но мощное торнадо и поместил его над столом. У него получилась своеобразная «центрифуга». В эту «центрифугу» он забросил убитую птицу.

Поначалу все шло хорошо. Гусь был ощипан. Теперь пух, перья, ощипанная птица и осколки посуды лежавшие до этого на столе, все кружилось в бешеном вальсе. Урий опустил руку, которую до этого держал поднятой, словно указывая кому-то дорогу. Он рассчитывал, что торнадо прекратит свой безумный танец и развеется, но вместо этого вращающаяся с невероятной скоростью и силой воронка переместилась на пол, повинуясь жесту колдуна. Тогда старик поднял обе руки на уровень плеч и вытянул их перед собой. «Центрифуга» подчиняясь жестам Урия, оторвалась от пола и зависла в воздухе. Торнадо производило гудящие воющие звуки, заставляя сердце колдуна трепетать от страха и радости.

Полюбовавшись еще минуту на завывающую воронку, колдун сделал разрывающее движение руками. Торнадо сначала съежилось, затем расширилось и, наконец, исчезло, разбросав по комнате пух, перья, осколки глиняной посуды и зашвырнув гуся в угол под лавку.

Теперь стоя в гусином пуху посреди разгрома учиненного торнадо, он чувствовал невероятное облегчение. В какой-то момент колдуну показалось, что он не справиться с воющей воронкой, и она выйдет из - под контроля. Но сейчас, убедившись в своих возможностях, старик был по- настоящему счастлив.

Урий окинул взглядом комнату в поисках пропавшего гуся и обнаружил его на полу под лавкой. Старик поднял изрядно потрепанную торнадо птицу и положил на стол, предварительно смахнув со столешницы на пол перья и осколки. Он решил приготовить обед с помощью молний. Выпотрошив гуся, старик порубил его на несколько частей. Части он положил на большое глиняное блюдо и, добавив соли и измельченных пряных трав, приступил к главному.

Колдун поднял руку, указывая ей на блюдо с гусем. Из его пальцев вылетел слабый электрический разряд. Старик посмотрел на то, что получилось, и продолжил метать молнии в свой будущий обед. Все время после каждого удара молнии, он проверял результат. Через двадцать минут гусь был готов. Довольный результатом Урий приступил к обеду.

Касьян тоже не тратил время даром. Он вновь выслеживал Милену. В этот раз удача ему улыбнулась. Он заметил девушку на рынке возле прилавка кондитера. Рядом с ней никого не было, если не считать толпы народа пришедшего в этот день на рыночную площадь. Убедившись в том, что ее подруг и Мстислава рядом нет, Касьян направился к ней.

Его кто-то отвлек, и он на пару минут потерял девушку из вида. Но вскоре он заметил ее, она неторопливо шла вдоль ряда с товарами. Касьян пошел следом за ней. Милена свернула в сторону. Она миновала торговцев овцами и пошла к домам. Касьян знал, что в том направлении живет одна из ее подруг. Он без труда догадался, что девушка идет к ней. Немного выждав, Касьян продолжил преследование.

Он медленно, стараясь не привлекать внимания, следовал за Миленой. Но как только девушка скрылась за одним из домов, зайдя в переулок, Касьян прибавил шагу. Она шла, задумавшись о чем-то своем, и не обратила внимания на торопливые шаги сзади. Вдруг кто-то схватил ее за руку. Милена вскрикнула от неожиданности.

— Касьян?! — не смогла скрыть удивления девушка.

— А ты кого хотела увидеть? — насмешливо спросил мужчина.

— Отпусти, — потребовала Милена, поняв, что он до сих пор держит ее руку.

— Нет, не отпущу, — вдруг севшим голосом произнес Касьян и притянул девушку к себе.

— Что ты делаешь? Отпусти, — чуть не плача просила Милена.

— Отпущу, если ты меня поцелуешь, — сказал он и добавил, — неужели мой брат такой слюнтяй, что ни разу не поцеловал тебя до сих пор?

Отвечать ей не пришлось. За спиной Касьяна раздался спокойный, но твердый голос. Это был Пырей. Он увидел Касьяна на рынке и хотел подойти, но заметив, что тот следит за Миленой, решил проследить за ним.

— Отпусти ее, — не терпящим возражений тоном, произнес Пырей.

— Ты забываешься, брат, — притворно мягко сказал Касьян, но девушку отпустил.

— Нет, это ты забываешься, брат, — ответил Пырей и добавил, — она уже почти жена Мстислава и ты не имеешь права трогать ее.

— Почти не считается, — ухмыльнулся Касьян, — как же она поймет, что я лучше, если мне нельзя трогать ее? — продолжил он насмехаться.

— Иди домой, Милена, — мягко произнес Пырей, обращаясь к девушке и игнорируя слова брата.

Милену долго уговаривать не пришлось. Обойдя мужчин, девушка бросилась бежать. Такого позора Милена не испытывала никогда в жизни. Как же она сейчас ненавидела Касьяна. Она даже представить себе не могла, что прикосновение мужчины может вызывать такое отвращение. Мстислав много раз обнимал и целовал ее, но его прикосновения были ей приятны и вызывали тепло и трепет, чего не скажешь о его брате. От прикосновений Касьяна по телу разливался леденящий холод, вызывая омерзение и желание помыться.

— Не стой у меня на пути, — угрожающе произнес Касьян, когда девушка скрылась из виду.

— А ты прекрати преследовать Милену, — спокойно парировал Пырей.

—Это тебя не касается, — прошипел Касьян.

— Это касается Мстислава, а он мой брат, да и твой тоже, если ты не забыл, — чуть повысив голос, ответил Пырей.

— Может я влюбился, тогда что?— с усмешкой спросил Касьян.

— Подумай лучше, что будет, когда об этом узнает отец, — ответил Пырей.

— Не забывай, пока его нет, я власть, — угрожающе произнес Касьян и добавил, — так что лучше не мешай мне.

— Отец скоро вернется, — парировал Пырей, — и как ты объяснишь ему все это? — Пырей развернулся и, не дожидаясь ответа, ушел. Он надеялся, что Касьян примет правильное решение и оставит девушку в покое.

Касьян стоял посреди безлюдного переулка и смотрел в след брату. Слова Пырея разбудили страх в его душе. А вместе со страхом проснулась и дремавшая до этого ненависть к Пырею. Последнее время, внимание Касьяна было сосредоточено на Милене и Мстиславе. Девушку он хотел видеть своей женой, а Мстислава покойником. Теперь Пырей напомнил ему о существовании и других братьев, от которых предстояло избавиться. Мстислав и сам Пырей разделили первое место в этом списке.

Глава 37

Ночью к колдуну прилетел дракон от Буяна. Он хотел знать последние новости и как идет подготовка к свержению власти Тайфуна, а заодно и смене вождя у людей. Старик же настаивал на личной встрече с Буяном. Дракону ничего не оставалось, как только отнести Урия на болото.

— Зачем я тебе понадобился? — спросил Буян.

— Рассказывать долго, лучше покажу, — ответил колдун.

Урий поднял руку и указал ей на сухую ольху. Из его пальцев вылетела молния. Дерево раскололось и вспыхнуло. Затем он вызвал ветер. Который через минуту превратил в торнадо и сжал его в маленькую воющую воронку. Воронку он поместил у себя на ладони. Потом сбросил ее в болото. Торнадо начало расти и вбирать в себя воду. Колдун отвел руку в сторону и стоявшее до этого на одном месте торнадо, переместилось в указанном направлении. Оно вырвало с корнем росший у берега камыш и втянуло его в себя.

Следующим взмахом руки старик перевел успевшую стать внушительных размеров воронку на горящее дерево. Как только воющее чудовище накрыло дерево собой, огонь погас, оставив после себя обугленные остатки ольхи. Колдун снова переместил торнадо. Теперь оно высоко зависло над тем, что когда-то было ольхой. Затем, повинуясь взмаху руки старика, воронка опустилась на упавший обугленный ствол, едва касаясь его поверхности. Мгновение спустя, Урий поднял обе руки, заставив торнадо, зависнуть в воздухе перед собой и сделал разрывающее движение руками. Воронка съежилась, расширилась и наконец, взорвалась, забрызгав грязью колдуна и Буяна. В завершение этого шоу старик вызвал северное сияние.

— Да, это стоило увидеть! — восхищенно произнес Буян.

— Эту силу я обрел недавно, — скромно произнес колдун.

— Это хорошо, что она у тебя есть, нам не помешает сильная магия, мой брат очень силен, — сказал Буян.

— Есть еще кое—что, о чем тебе надо знать, — произнес старик почти шепотом.

— Что? — встревожился Буян.

Урий рассказал ему о Милене и попытках Касьяна увести ее у брата. О вспыльчивости будущего вождя, о том, что Добромысл находится у Тайфуна, о ненависти, которую Касьян испытывает к братьям. В этот раз колдун рассказывал все более подробно.

— А ты молодец, — с уважением произнес Буян, — это же надо так убедить наследника в том, что он не совсем наследник.

— У меня не было особо выбора… — ухмыльнувшись, ответил Урий.

— Думаю, пора поторопить события, сейчас для этого самое время, — серьезно сказал дракон.

— Согласен, — ответил колдун.

— С чего начнем? — спросил Буян, он начал доверять мнению колдуна.

— Сначала я окончательно стравлю братьев, — ответил Урий.

— Как ты собираешься это сделать? — вновь задал вопрос дракон, он восхищался хитростью старика.

— Это мое дело, — уклончиво ответил колдун, — посмотрю по обстоятельствам, главное ты со своими драконами будь готов к битве и не опоздай.

— На меня можешь твердо рассчитывать, я заинтересован в этом не меньше твоего, — с легкой обидой произнес дракон.

— Хорошо, тогда мне пора возвращаться, через три дня у тебя уже будут новости… — сказал колдун и направился к ожидавшему его на другом конце большой поляны дракону.

— Подожди, — окликнул его Буян, — объясни, почему ты сам не хочешь возглавить деревню, а делаешь вождем неуравновешенного Касьяна?

— Им легко управлять, — ответил Урий, игнорируя первую часть вопроса.

— Ты уверен, что он будет тебя слушаться, когда станет вождем? — спросил Буян.

— Абсолютно, — уверенно ответил колдун.

— Почему? — спросил дракон, — ведь он добьется своей цели, и ты будешь ему не нужен.

— У него много страхов, — уклончиво ответил старик, — всегда есть способ подчинить себе таких, как Касьян.

— Например? — спросил Буян.

Вместо ответа колдун усмехнувшись, протянул руку в направлении пня, торчавшего посреди поляны, и из его пальцев вылетела ослепительная голубая молния. Пень разлетелся в щепки. Буян разразился смехом, поняв мысль старика.

Глава 38

Урий проспал почти весь день. У него на сегодня было всего одно дело. Колдуну нужно было убедить Касьяна похитить девушку. Старик придумал целый спектакль. Он начертил на полу пентаграмму, расставил по ее углам свечи, а в центре положил нож и перья. Перьев в его доме было с избытком. После его экспериментов с торнадо, они валялись повсюду. Но сейчас ему это было даже на руку.

Для встречи единственного зрителя было все готово, оставалось дождаться вечера. Вечер был одной из главных декораций этого спектакля. На фоне сгущающихся сумерек, все спецэффекты подготовленные колдуном должны были выглядеть эффектней.

Касьян с утра был на взводе. Его раздражало все, особенно дочери. Они были живым напоминанием о Яромиле. Все его мысли были заняты Миленой. Касьяну было приятно думать о ней, но стоило появиться рядом одной из дочерей, как перед его мысленным взором, словно призрак, вставала Яромила. И от этого видения холодок пробегал у него по спине. Касьян видел ее, то умирающей от ран в когтях хищного зверя, то умершей от голода и жажды. В эти минуты он жалел, что не избавил ее от страданий и не убил сам.

Ближе к полудню мужчина не выдержал и отвел девочек к Рогнеде. Сославшись на то, что он сейчас выполняет обязанности вождя и у него совсем нет времени, Касьян попросил женщину присмотреть за девочками до возвращения Добромысла. Рогнеда с радостью согласилась. Она любила девочек и они не были ей в тягость.

Оставшуюся часть дня, Касьян бродил по деревне, надеясь увидеть Милену. Несколько раз он выходил на дорогу, ведущую к мельнице, но всякий раз возвращался. Мужчина знал, что встреча на мельнице ни к чему не приведет. Ближе к вечеру он направился домой.

Когда Касьян подошел к дому, то увидел, что на крыльце его поджидает колдун. Урий казался взволнованным. Он нервно расхаживал по крыльцу и периодически дергал за концы свисающей с плеч козлиной шкуры. Было трудно понять, поправляет он ее или пытается стащить с себя.

— Урий! Друг! Рад тебя видеть! — воскликнул Касьян, подходя к дому.

— Пойдем скорей, — не ответив на приветствие, торопливо сказал старик.

— Куда?! — удивился Касьян.

— Ко мне, — ответил колдун, — духи хотят говорить с тобой, — не дожидаясь очередного вопроса, сказал колдун.

— Ну, раз духи, то конечно пойдем, — усмехнулся Касьян.

Всю дорогу пока они шли к его дому, Урий что-то бормотал о могуществе духов, но Касьян его не слушал. Все, что сейчас волновало будущего вождя — это Милена. Он стал одержим девушкой.

— Соберись, — строго сказал колдун, когда они вошли в его дом, — духи не потерпят несерьезного отношения к себе.

— Я серьезен как никогда, — стараясь скрыть улыбку, произнес Касьян.

— Оно и видно, — укоризненно произнес старик.

— Ну, и где твои духи? — надменно спросил гость.

— Терпение, — ответил Урий, указывая на скамью, — сядь и молчи.

Когда Касьян сел, колдун зажег свечи и вошел в центр освещаемой со всех сторон пентаграммы. Он воздел руки к небу и начал нараспев произносить какие-то непонятные слова, больше похожие на мычание, чем на человеческую речь. Через минуту этих нечленораздельных звуков, по комнате пробежал легкий ветерок, поднимая в воздух гусиный пух, валявшийся повсюду. Пламя свечей дрогнуло, и зловещие тени заплясали вокруг. Колдун мысленно похвалил себя за этот трюк.

Затем на глазах изумленного, и надо сказать единственного, зрителя потолок комнаты озарило северное сияние, окрашивая невзрачную комнату в разные цвета. Старик украдкой взглянул на Касьяна, тот сидел бледный как полотно: — «А не такое уж и бесполезное это умение» — усмехнулся про себя Урий, глядя на северное сияние. Его небольшой фокус произвел на Касьяна неизгладимое впечатление, а заодно продемонстрировал будущему вождю силу и могущество колдуна.

— Духи будут говорить с тобой через меня, — буднично, словно говоря о погоде, сказал старик.

— Хорошо, — шепотом произнес гость. Касьян побывал во многих сражениях, видел много смертей и его не пугала ни его смерть — ни чужая, но это…

— Касьян, слушай нас, — загробным голосом произнес колдун, — мы великие духи потустороннего мира взываем к тебе, — продолжал говорить Урий, усмехаясь про себя. Конечно, можно было попробовать уговорить Касьяна и без этого спектакля, но так было надежней. Из-за своего увлечения девушкой, он мог отказаться сделать то, что от него требуется.

— Слушаю, — благоговейным шепотом произнес Касьян, от прежней веселости не осталось и следа. Колдун был доволен произведенным эффектом.

— Мы говорим тебе, Касьян, ты должен в течение трех дней жениться на Милене иначе время будет упущено и у тебя никогда не родится наследник, — немного подвывая, говорил колдун.

— Но она и слышать обо мне не хочет, — робко возразил Касьян, — Как же мне переубедить ее за такое короткое время?

— Укради ее, — раздался ответ.

— Что?! — удивленно переспросил Касьян.

— Мы все тебе сказали, — услышал он ответ.

Как только голос стих, северное сияние исчезло, а колдун все это время стоявший на коленях, упал лицом вниз. Так он пролежал несколько минут, изображая страшную усталость. Касьян хотел помочь ему подняться, но побоялся войти в пентаграмму.

— Урий, — тихо позвал Касьян, — с тобой все в порядке?

— Да, — ели слышно отозвался тот, — расскажи, что они тебе сказали, — умирающим голосом попросил он. Колдун хотел убедиться, что Касьян точно понял, что нужно делать.

— Они хотят, чтобы я похитил Милену, — дрогнувшим голосом ответил гость.

Глава 39

Урий уже не лежал на полу. Он сидел на лавке рядом с Касьяном. Представление, разыгранное колдуном, было впечатляющим. Даже сам старик почти поверил, что через него говорили духи.

— Я не могу с ней так поступить, — уже в сотый раз говорил Касьян.

— Ты ослушаешься духов?! — удивленно спросил Урий, — ты хоть представляешь себе последствия?

— Она ни за что меня не простит, — продолжал упорствовать Касьян.

— Простит, куда она денется? — мрачно сказал колдун, ему начинало надоедать упорство гостя.

— А если нет? — снова спросил Касьян, — Что тогда?

— Послушай, если даже вначале она и будет злиться на тебя, то со временем все пройдет, она привыкнет.

— Я хочу, чтобы она не просто привыкла, я хочу, чтобы она любила меня по- настоящему, — сказал Касьян.

— Полюбит, — твердо ответил колдун, — раз духи сказали, что ты должен ее украсть, значит, все будет хорошо.

— Да, ты прав, — наконец сдался Касьян, — я все равно собираюсь убить Мстислава, вряд ли Милена мне будет благодарна за это, а так у нее останусь я, и она ни так тяжело переживет его смерть.

— Правильно, так она переживет это намного легче, — согласился старик, иногда глупость Касьяна просто поражала его, но сейчас она играла колдуну на руку, будущий вождь не был дураком, но иногда, когда ему требовалось оправдать свои поступки, он, как и сейчас, мог искренне поверить в любой бред.

— У тебя мало времени действовать нужно быстро, — деловито сказал колдун.

— Я постараюсь сделать все завтра, — ответил Касьян, все его страхи улеглись и он уже мечтал о том, чтобы девушка оказалась в его руках. Мужчина представлял себе, что она сначала разозлиться на него, а потом оценит его смелый поступок и согласится стать его женой.

— Хорошо, куда ты собираешься ее увезти? — спросил Урий.

— Домой, конечно, — немного удивившись вопросу, ответил Касьян.

— Ты с ума сошел?! — искренне удивился колдун, — ты хочешь, чтобы ей на помощь сбежалась вся деревня? Или ты думаешь, что она покорно пойдет за тобой и не поднимет крик?

— Я не подумал об этом, а куда тогда, в степь? — растерялся будущий похититель.

— Вези ее в драконью рощу (после убийства Зева так начали называть отдаленную рощицу), — посоветовал Урий.

— Но, там нас быстро найдут, — возразил Касьян.

— В смысле, «быстро найдут»? — спросил старик, — тебе надо сделать так, чтобы у нее не осталось выбора, как только стать твоей женой. Сколько для этого нужно времени? — раздраженно спросил старик.

— Как это? — не до конца понимая, о чем говорит колдун, спросил Касьян.

— Мне что, всему тебя учить надо или боишься с девкой не справиться? — зло спросил Урий.

— Я не насильник, должен быть другой способ, — наконец, поняв, что от него хочет Урий, твердо ответил Касьян.

— Другого способа нет, если хочешь чтобы она стала твоей, делай, что говорю, — не терпящим возражений тоном сказал колдун, — и помни, сына родить тебе сможет только она.

— Ладно, я сделаю по-твоему, — после минутной паузы угрюмо произнес Касьян. Мужчина и правда не хотел причинять Милене вреда, но слово «сын» имело на него поистине магическое воздействие.

Утро следующего дня для Касьяна было напряженным. Он готовился к похищению невесты брата и старался продумать все до мельчайших деталей. Касьян не мог позволить себе ошибиться и все испортить. Это был его единственный шанс. Мужчина понимал, что если что-то пойдет ни так и похищение не состоится, другой возможности у него не будет. Милена станет более осторожной, или того хуже, ее свадьба с Мстиславом состоится раньше.

Касьян надел на себя тонкую черную льняную рубаху с v- образным вырезом на груди и черные плотные штаны. Поверх рубахи надел тонкую кожаную безрукавку того же цвета. Не зная, как долго ему предстоит просидеть в засаде, решил взять с собой некоторые припасы. Бросив в сумку бурдюк с водой и кусок хлеба, мужчина почти уже вышел из комнаты, но тут его взгляд упал на меч. Немного поколебавшись, Касьян взял оружие с собой.

Он вошел в конюшню и оседлал самого быстрого коня. Этот конь был подарен ему когда-то Мстиславом. Теперь, по иронии судьбы, он послужит средством похищения его невесты. Подумав об этом, Касьян немного развеселился: — «Если бы мой братец только мог предположить, для каких целей послужит его подарок…» — ухмыльнулся он, похлопав вороного коня по загривку.

Касьян устроил засаду за деревьями у дороги, в том месте, где однажды ему уже удалось подкараулить Милену. Он привязал коня на небольшом расстоянии от дороги, спрятав его, а сам притаился в придорожных кустах. А черная одежда помогала ему быть более незаметным.

Долго ему ждать не пришлось. Где-то через час на дороге появилась Милена. Она не торопясь шла в сторону деревни. В ее руках была небольшая корзинка. Касьян решил, что девушка идет на рынок. Он внимательно наблюдал за ее приближением, стараясь выбрать более удачный момент для нападения.

Как только Милена миновала то место, где прятался Касьян, он напал на нее. От неожиданности девушка выронила корзину и закричала. Она старалась вырваться из рук нападавшего, но силы были не равны. Рука неизвестного закрыла ей рот, обрывая крик о помощи. Но Милена не растерялась и вцепилась зубами в ладонь, прокусывая кожу до крови. Напавший на нее мужчина вскрикнул от боли и отдернул руку.

Только теперь девушка поняла, кто напал на нее. Голос Касьяна в ее ушах прозвучал как приговор. Она не видела его, так как он прижимал ее спиной к себе, но это было и неважно. Девушка понимала, что если не сможет сбежать, то она погибла. Руки ее оказались плотно прижатыми к телу, и все что она могла — это ущипнуть его за ногу, но плотные штаны не позволяли сделать и этого. Она склонила голову вперед, а затем, что было сил, резко откинула ее назад. Затылком Милена ударила Касьяна в грудь. Но это было все равно, что биться о скалу.

— Отпусти меня! — закричала девушка, стараясь не поддаваться панике. Касьян ничего не ответил. Он сорвал с плеч девушки платок и связал им ей руки за спиной. Милена продолжала кричать и звать на помощь. Но место было глухим, и кроме Касьяна ее криков никто не слышал. Тогда девушка начала умолять его отпустить, но тоже безрезультатно.

Касьян подтащил сопротивляющуюся девушку к лошади и перекинул через седло. Милена плакала и просила ее отпустить. Сердце похитителя сжималось от жалости, но он верил, что поступает правильно.

Глава 40

Мальчишка лет двенадцати шел на рыбалку. Рыбачить он любил недалеко от мельницы, там водился очень крупный лещ. За ним-то и шел юный рыбак. Он знал, где на реке находиться место Милены и никогда туда не ходил, чтобы случайно не потревожить девушку. Его рыбное место находилось чуть ближе к деревне и драконьей рощи.

Мальчик шел, мечтая о большом улове. Удочка была закинута на плечо и на ней висела небольшая корзина для рыбы. Босые ноги оставляли следы на пыльной дороге. Рыжие кучерявые волосы, доходящие почти до плеч, весело подпрыгивали в такт шагам. Конопатое лицо с огромными карьими глазами улыбалось солнечным лучам.

Вдруг он услышал женский крик за деревьями у дороги. Бросив удочку, мальчишка осторожно пошел в том направлении. Он увидел Милену, а рядом с ней мужчину. Сначала подросток подумал, что это Мстислав, так как братья были очень похожи, но присмотревшись, узнал Касьяна.

Он увидел связанные руки девушки. Первым, что пришло на ум мальчика, было броситься на помощь, но поразмыслив, подросток понял, что не справиться сам. Мальчишка видел , как Касьян перекинул девушку через седло, слышал, как она плакала, как пыталась звать на помощь, но не мог ничего сделать. Еще он видел меч за спиной у похитителя.

Он понимал, что если вмешается, Касьян попросту убьет его. А мертвый он вряд ли сможет помочь Милене. Тогда он решил выяснить, куда Касьян ее повезет, и как только конь с двойной ношей тронулся в путь, мальчик осторожно пошел за ним. Поняв, что Касьян направляется в драконью рощу, подросток со всех ног бросился в деревню.

Утро Мстислава начиналось как обычно. Сначала он проверял все ли в порядке с его лошадьми, затем ехал к Пырею и учил его сыновей стрелять из лука и драться на мечах. Ему нравилось возиться с племянниками, и он тратил на мальчишек много времени.

Сей час Мстислав только вернулся от табуна домой. Он переоделся и собрался ехать к Пырею. Его конь был привязан у крыльца и ждал хозяина. Мужчина открыл входную дверь и нос к носу столкнулся с рыжим мальчишкой.

— Скорее! Скорее! — кричал запыхавшийся подросток, показывая рукой куда-то вдаль.

— Что скорее?! — спросил удивленно Мстислав, мальчика он знал, тот иногда подрабатывал у него на конюшне, — что-то с лошадьми? — встревожился он.

— Там, там Милена! — полу-кричал, полу-хрипел запыхавшийся мальчик.

— Что с ней?! — не на шутку испугался Мстислав.

— Касьян увез ее, — наконец, справившись с дыханием, ответил подросток.

— Куда? — побелев, спросил мужчина.

— В «драконью рощу» — быстро ответил мальчик.

Мстислав оттолкнул подростка, стараясь как можно быстрей добраться до коня, но тот ухватил его за рукав.

— Что? — нетерпеливо спросил Мстислав.

— У него меч, — предупредил подросток и отпустил рукав.

Мстислав опрометью бросился в дом, схватил свой меч. Не теряя времени на кольчугу, он выбежал из дома с мечом, перекинутым за спину и, вскочив в седло, стрелой помчался в указанном мальчишкой направлении. А подросток побежал к Пырею, он подумал, что Мстиславу может понадобиться помощь.

Конь Касьяна был быстр и вынослив, но двойная ноша все же замедляла его бег. Да и мужчина не мог гнать его во весь опор, боясь уронить девушку. Достигнув рощи, Касьян придержал коня, пуская его шагом. Скакать галопом меж деревьев было опасно. Милена могла пострадать.

Долго не думая он отвез девушку на место убийства дракона. Как только конь остановился, Касьян спешился и снял с лошади Милену. Он развязал ей руки и попытался погладить покрасневшие следы от платка на ее запястьях. Девушка с силой оттолкнула его и бросилась бежать. Не ожидавший нападения мужчина пошатнулся, но удержал равновесие и бросился за ней.

Далеко Милене убежать не удалось. Похититель быстро поймал ее. Он развернул девушку лицом к себе и, прижав к груди, попытался поцеловать. Она изо всех сил старалась освободиться из ненавистных ей рук.

— Я не хотел, чтобы так, — говорил Касьян, словно оправдываясь — я хотел по-хорошему.

— Отпусти меня! — кричала девушка не оставляя попыток освободиться. Но мужчина лишь сильней прижал ее к себе.

В этот момент на плечо Касьяна легла чья-то сильная рука.

— Ты что, не слышал? — спросил вовремя подоспевший Мстислав, — тебе же сказали, отпусти.

— Ты? — удивился Касьян.

— Я, а ты что, не рад меня видеть? — спросил Мстислав, в руке он сжимал меч. Несмотря на полушутливый тон, лицо казалось каменным и только, обычно добрые и веселые, глаза сверкали холодной сталью, выдавая в каменном изваянии живого человека.

— Я убью тебя, — прошипел Касьян, все еще прижимая девушку к себе.

— Ну, для этого тебе, по крайней мере, придется отпустить ее, — ответил Мстислав и в его голосе послышались угрожающие нотки.

Касьян отпустил девушку и вытащил из-за спины меч. Братья сошлись в смертельной схватке. При ударах мечей друг о друга от них летели искры. Касьян был крупней и сильней брата, но Мстислав зато был хитрей и изворотливей. Бой продолжался минут десять, наконец, Мстислав изловчился и ударил Касьяна рукоятью меча в висок. Потеряв сознание, Касьян упал на землю. В этот момент на поляне появился Пырей.

— Жив? — спросил он, указывая на старшего брата.

— Жив, — сплюнув, ответил Мстислав и обнял перепуганную девушку.

— Ты отвези Милену домой, а с ним я разберусь сам, — сказал Пырей и показал на Касьяна.

— Как ты меня нашел? — всхлипнув, спросила Милена.

— Позже я тебе все расскажу, а теперь нужно уходить, — ответил он и повел девушку к коню.

Когда Мстислав узнал о том, что Касьян похитил Милену, он гнал коня как сумасшедший. Мстислав видел, как его брат свернул в рощу, но в отличие от Касьяна, придерживать лошадь не стал. Он летел меж деревьями галопом, уклоняясь от нависающих веток.

Глава 41

Пырею с трудом удалось погрузить Касьяна на его же вороного. Он привязал старшего брата к седлу, чтобы тот не свалился. Сел на свою лошадь и взял поводья коня Касьяна. Как только все было готово, Пырей тронулся в путь, стараясь объезжать все опасные участки пути, где ветви и сучья деревьев грозили выбить Касьяна из седла. Когда роща осталась позади, кони, не видя больше препятствий, прибавили шаг.

Пырей слегка придержал лошадей готовых перейти на рысь. Он опасался, что Касьян свалиться на дорогу. Он старался подъехать к своему дому незаметно, чтобы не вызывать лишних слухов. Так, сделав большой крюк, он добрался до дома. Дом Пырея стоял на окраине деревни рядом с его кузницей, но на противоположной стороне от рощи.

— Пырей, ты в порядке? — встревожено спросила Дарина, которая все время его отсутствия ходила кругами возле дома, часто глядя на дорогу.

— Все хорошо, — ответил уставший мужчина.

— Почему так долго? А с ним что? Где Милена? А Мстислав? — засыпала вопросами мужа Дарина.

Пырей спешился и обнял взволнованную жену, стараясь остановить поток вопросов. Болтушкой ее назвать было нельзя, но если она за кого-то переживала, то могла тараторить без умолку. Он притянул ее ближе и уткнулся лицом в ее волосы.

— Все потом расскажу, — сказал Пырей и прижал ее к себе сильнее, — а сейчас помоги мне, надо Касьяна затащить в дом.

— Хорошо, — сказала Дарина и отстранилась от мужа, — он ранен?

— Мстислав приложил его по голове рукоятью меча, — ответил он.

Пырей и Дарина стащили еще не пришедшего в себя Касьяна с коня и поволокли в дом. Как только мужчину уложили на кровать, Дарина осмотрела его голову.

— Ну, что там? — взволнованно спросил Пырей.

— Жить будет, — буркнула Дарина, — прости, Пырей, но я правда не знаю хорошо это или плохо, мы все еще натерпимся от него.

— Я знаю, но он мой брат, — ответил Пырей, — мне жаль, что он стал таким…

— Обещаю, что позабочусь о нем, — вздохнув, ответила она.

Пырей остался присматривать за Касьяном, а Дарина пошла готовить лекарство. Женщина не жалела трав от бессонницы. Она решила, что будет лучше, если ее пациент проспит как можно дольше.

Часом ранее Мстислав привез Милену на мельницу к ее родителям. Влас — отец Милены как раз впрягал лошадь в телегу, он собирался съездить в лес за слежками. Мельник хотел поставить забор вокруг дома. Вдруг, он услышал приближающийся чуть приглушенный травой стук копыт. Через мгновение Влас увидел всадника, в котором без труда узнал Мстислава, за его спиной он разглядел еще одного седока. Мельник не сразу понял, что это его дочь.

От самой рощи Мстислав гнал коня в галоп и только, когда до мельницы осталось не более двухсот метров, он придержал скакуна и перешел на рысь, а затем и на шаг. Удивленный мельник наблюдал за их приближением. В его голове за это время успел пронестись рой мыслей.

Во-первых, было недопустимо, чтобы парень и девушка до свадьбы оставались наедине. Во-вторых, девушка не должна была так сильно прижиматься к мужчине не являющимся ее мужем. И еще много всего, что Мстислав и Милена нарушили. Теперь Влас подозревал, что молодые люди не дождались свадьбы, а это был позор, и если Мстислав откажется жениться, девушка проведет всю жизнь одна. От этой мысли мельник похолодел, на его лице выступила испарина, лицо побледнело, а губы сжались в тонкую полоску.

Мстислав остановил коня почти перед дверью дома, спешился и протянул руки к Милене, чтобы помочь ей слезть с лошади. Девушка сидела боком перекинув одну ногу через луку седла, в общем ее посадка была как в женском седле прилично, но неудобно. Если бы Мстислав не поддерживал ее во время скачки, она обязательно свалилась бы с лошади.

Милена наклонилась вперед и положила свои руки на плечи молодому человеку. Мстислав взял ее за талию и осторожно снял с коня. Но вместо того, чтобы отпустить девушку, он обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Что все это значит? — спросил мельник — его взгляд был прикован к дочери, чей внешний вид оставлял желать лучшего. Волосы были растрепаны и выбивались из косы, темно-синий сарафан превратился в помятую тряпку.

— Не здесь, — сказал Мстислав, и, не дожидаясь приглашения, повел девушку в дом.

Только сейчас мельник внимательней взглянул на Мстислава. На щеке у молодого человека красовалась небольшая ссадина, левый рукав был разорван, а за спиной у него висел меч.

Не дожидаясь хозяина, молодые люди вошли в дом. Власу ничего не оставалось, как только молча пойти за ними.

— Милена! — воскликнула взволнованно женщина, когда Мстислав с девушкой вошли в дом.

Это была мать Милены. Собранные в пучок начинающие седеть каштановые волосы прикрывал немного сбившийся платок. Когда-то стройную, а теперь немного располневшую фигуру закрывал длинный широкий темно-коричневый сарафан, поверх которого был надет черный фартук.

— Мама! — вскрикнула Милена и бросилась в объятья женщины.

— Что с тобой? Что случилось? — спрашивала она дочь, — пойдем в другую комнату, и ты мне все расскажешь, — говорила она, подозрительно глядя на молодого человека.

— Нет, я никуда не пойду, — сказала девушка и, освободившись из объятий матери, бросилась к Мстиславу. Он тут же обнял ее за плечи и притянул ближе к себе.

За всей этой сценой наблюдал Влас. В другой ситуации его бы позабавило растерянное выражение лица у жены, но сейчас ему было не до смеха.

— И так, что все это значит? — повторил свой вопрос мельник.

— Касьян напал на Милену, — ответил Мстислав.

— Что? — ошарашенно спросил Влас. Ему показалась, что земля ушла у него из-под ног.

— Все в порядке, я успел вовремя, — поспешил успокоить будущих родственников Мстислав.

— Я убью его, — прорычал мельник, и его лицо стало пунцовым от злости.

— Нет, — спокойно возразил Мстислав.

— Это еще почему? — уставившись на будущего зятя, как на врага спросил Влас.

— Если начнется разбирательство, Милена будет опозорена, — ответил Мстислав, не обращая внимания на враждебность мельника. При этих словах девушка сильней прижалась к Мстиславу.

— Не бойся, я не откажусь от тебя ни при каких обстоятельствах, — сказал молодой человек, обращаясь к Милене. И в доказательство своих слов прижал ее к себе чуть сильней.

— Он не даст вам покоя, — мрачно произнес Влас, — вы должны бежать и до возвращения Добромысла не возвращаться.

— Ты, что, с ума сошел? — спросила его жена, — они не женаты, куда бежать?

— А ты хочешь, чтобы твоим зятем стал Касьян? — зло спросил Влас жену.

— Нет, но и бежать они не могут, подумай, что скажут люди? — настаивала женщина.

— Значит, мы сегодня же женимся, — вмешался в разговор Мстислав.

— Что?! — в один голос спросили родитель девушки.

— Свадьба состоится сегодня, отцу я потом все объясню, — твердо сказал молодой человек.

Мстислав уехал договариваться с Бориславом о церемонии, а Милена с родителями начали готовиться к свадьбе, насколько это было возможно в таких обстоятельствах.

Глава 42

Возле алтаря стаял высокий молодой человек. На вид ему было лет двадцать семь – двадцать восемь. Одет он был в белый балахон с капюшоном, который, впрочем, не мог скрыть его широких плеч и могучей фигуры. За одеждой жреца легко угадывался воин. Темно-русые волосы спускались до середины лопаток, а в карих глазах плясал озорной огонек.

— Борислав! — окликнул его Мстислав.

— Брат?! Что ты тут делаешь?! — удивился жрец — я думал ты у Пырея.

— Борислав, мне нужна твоя помощь, — сказал Мстислав немного взволнованно.

— Что случилось? — встревожился Борислав.

— Ты должен немедленно поженить нас с Миленой, — торопливо сказал Мстислав.

— Что, все-таки не дождались свадьбы? — усмехнулся жрец.

— Не в этом дело — на нее напал Касьян и если бы я не успел… — не смог договорить Мстислав.

— Хорошо, я проведу церемонию, как только вы будете готовы, — ответил Борислав, и в его голосе не осталось и тени веселья.

— Спасибо, брат, — радостно сказал Мстислав и собирался уйти, ему еще нужно было собрать кое-какие вещи в дорогу.

— Стой! — окликнул его Борислав, — ты помнишь о том, что ты сын вождя, и на твоей свадьбе недостаточно двух — трех свидетелей, их должно быть не менее десяти.

— Главное ты будь готов, с остальным разберемся, — после минутной паузы ответил Мстислав.

Борислав в ответ лишь усмехнулся. Его всегда поражала решительность младшего брата. Тот был внешне очень похож на Касьяна, но по характеру они отличались друг от друга как день и ночь. Если Касьян был всегда в чем-то не уверен, то Мстислав действовал решительно без колебаний. Вот и сейчас младший брат нисколько не сомневался в правильности своего решения.

Мстислав отвязал коня, который был привязан чуть в стороне от алтаря и, вскочив в седло, помчался домой. Все сборы заняли у него минут десять. Еще минут пять ему потребовалось на то, чтобы переодеться и привести себя в порядок, насколько это было возможно. Привязав сумку с вещами к седлу, он пошел за лошадьми для Милены и вещей, которых, как он подозревал, будет немало.

Примерно через два часа на площади, где стоял алтарь в окружении идолов, появился Мстислав на своем коне. Следом за ним, так же верхом на лошадях, на площадь выехали Милена и ее родители. Девушка была одета в широкий белый сарафан с вышитыми на нем красными нитками узорами. Голову Милены покрывал красный узорчатый платок, под который была спрятана коса. На обычно босых ногах, красовались низенькие красные кожаные сапожки.

Влас спешился, и помог жене и дочери слезть с коней. После взял Милену за руку и подвел к Мстиславу, на глазах отца блестели слезы, которые он отчаянно пытался скрыть. Мать девушки тоже украдкой смахивала слезы.

— Вот, береги ее, — стараясь справиться с волнением, сказал Влас, вкладывая руку дочери в ладонь Мстислава.

— Я не обижу ее, — ответил молодой человек. Отец невесты смог только кивнуть, и молча отошел в сторону.

На площади перед алтарем начал скапливаться народ, привлеченный происходящим. Мстислав и Милена прошли к алтарю. Там их ждал в ярко-красный балахон жрец. Окинув взглядом парочку стоящую перед ним, Борислав усмехнулся.

— Ты жениться собрался или в поход? — насмешливо глядя на брата, спросил жрец.

При этих словах Милена нервно захихикала. Мстислав был одет в черные штаны и белую льняную рубаху, перехваченную на поясе широким кожаным черным ремнем. Высокие сапоги такого же цвета, что и ремень, доходили ему почти до колен. Внешний вид жениха девушку вполне устраивал, а вот шутки Борислава слегка выводили из равновесия, но зато разряжали обстановку. Милена и сама хотела одеться проще, но мать настояла на свадебном наряде.

— Ты похож на бандита с большой дороги, а не на жениха, меча только не хватает, — продолжал поддразнивать брата Борислав.

— Ты будешь издеваться или дело делать? — мрачно просил Мстислав и добавил, — тебе шутом надо было быть, а не жрецом.

— Ладно, ладно молчу, — засмеявшись, ответил Борислав, — ты свидетелей нашел? — спросил он, успокоившись.

Мстислав повернулся к собравшимся на площади людям.

— Кто из вас согласен быть свидетелем на моей свадьбе? — крикнул он так, чтобы его слышали все.

Толпа на площади загудела. К этому моменту там собралось более сотни человек. И каждый хотел быть свидетелем на свадьбе сына вождя. Мстислав помолчал минуту, давая людям возможность согласиться или отказаться. Но отказываться никто не собирался.

— Хорошо, — крикнул он, — вы все будете свидетелями!

В толпе раздались одобрительные крики.

— Выкрутился, молодец, — усмехнулся Борислав.

— Ну, я же сын вождя, если ты помнишь? — хитро подмигнув жрецу, ответил Мстислав.

— Ну, что приступим? — улыбнувшись, спросил Борислав.

— Да, — сказал жених, — начинай.

Жрец повернулся к алтарю, где лежал острый как бритва ритуальный кинжал с прямым клинком. Произнеся слова молитвы, Борислав взял кинжал и повернулся к молодой паре. Мстислав снял с головы девушки платок и передал жрецу. Тот обмотал им рукоятку кинжала и взял Милену за правую руку. Борислав сделал неглубокий надрез на ее руке чуть выше запястья. Девушка как завороженная смотрела на струйку крови, стекающую из ранки, и каплями падающую на землю. Все церемонию девушка была как в тумане. И только боль от пореза и шутки Борислава возвращали ее в реальность. Жрец вытер платком кровь с ее руки и повернулся к жениху.

Мстислав был спокоен. Когда Борислав сделал надрез на его руке, он улыбнулся и подмигнул Милене. Она смутилась и отвела взгляд, из-за чего улыбка Мстислава стала еще шире. Жрец вытер кровь с руки счастливого жениха и повернулся к алтарю. Он поднял платок над головой и произнес слова молитвы. Затем он скомкал его и положил на алтарь. Плеснув на красную узорчатую ткань немного масла, он сжег его, принося таким образам жертву за молодых.

— Все видели, что здесь и сейчас произошло? — спросил жрец, обращаясь к собравшимся на площади людям.

— Да! — да раздались голоса из толпы.

— Все ли было по закону? — снова спросил жрец.

— Да! — ответили собравшиеся.

— Готовы ли вы засвидетельствовать законность заключенного только что брака? — обратился жрец к людям.

— Да! — дружным хором ответила ему толпа.

— С этого момента брачный союз Мстислава и Милены заключен, — объявил жрец.

Люди бросились к молодоженам, каждый хотел лично пожать руку сыну вождя, и поздравить Милену. Позже всех к ним подошли Пырей и Дарина, они пришли на площадь, когда церемония подходила к концу.

— Я знаю, что вы сразу хотели уехать, — хитро покосившись на молодоженов, сказала Дарина, — но вам не обязательно так торопиться, — добавила она, подмигнув Мстиславу. От ее слов Милена покраснела, а Мстислав улыбнулся.

— А если Касьян…? — запинаясь, спросила Милена.

— Об этом не беспокойтесь, — усмехнулась Дарина, — я дала ему лошадиную дозу снотворного настоя, думаю, сутки проспит.

За всеобщим ликованием, один человек все же остался незамеченным. Он стоял в тени одного из строений и наблюдал. Это был Урий. Он видел все с самого начала, но не вмешивался. При желании колдун мог бы расстроить свадьбу или хотя бы задержать, но он не стал этого делать. Старик злился на Касьяна и не собирался помогать ему, да и самому подставляться не хотелось.

— «Где этот идиот? Как можно было все испортить? Это не человек — это баран! С девкой не справиться! Это же надо быть таким ослом!» — думал колдун о Касьяне, — «конечно, можно было бы обвинить Милену в том, что она не девственница и тогда Мстислав не смог бы на ней жениться, по крайней мере, свадьбу пришлось бы отложить до тех пор, пока не нашли повитуху для проверки девушки. А повитухе можно было бы заплатить, чтобы она сказала то, что требуется, то есть подтвердить, что девушка не невинна. Но тогда вмешалась бы Дарина, а еще мог возникнуть вопрос — откуда ему это известно... А, ладно, может так и лучше», — думал он с досадой. — «Если бы этот баран появился здесь до церемонии, он мог бы заявить свои права на девку, и тогда братья сцепились бы, а там и народ можно было бы подтолкнуть…» — продолжал свои размышления колдун, — «да, что теперь об этом…»

Мстислав привез Милену домой. Всю дорогу девушка нервничала, стоило взглянуть на нее, как ее щеки покрывались румянцем, и она отводила взгляд. Мстислав проводил ее в дом, а сам вернулся к лошадям, давая Милене время освоиться. Он не торопясь распряг коней, дал им воды и овса и, стреножив, пустил пастись.

Сзади дома за высоким дощатым забором стояла согретая солнцем бочка воды, предназначенная для лошадей. Но сегодня Мстислав использовал эту воду для того, чтобы помыться. После сегодняшней драки с Касьяном, он успел только переодеться. Да и запах лошадиного пота не прибавлял шарма.

Окончив водные процедуры, молодой человек вошел в дом. Милена сидела на лавке спиной к столу, ее руки были сложены на коленях. Девушка заметно нервничала. Мстислав присел перед ней на корточки и взял ее руки в свои переворачивая их ладонями вверх. Он нежно поцеловал ее ладони, и, встав в полный рост, аккуратно потянул девушку к себе. Милена повиновалась. Он прижал ее к себе и осторожно поцеловал в губы. Она робко ответила на поцелуй.

Мстислав начал ласкать ее руки, шею и плечи, и его поцелуи становились все более требовательными и страстными. Девушка нерешительно отвечала на ласку, но когда рука Мстислава скользнула с ее плеча ниже, Милена перехватила руку мужчины, не позволяя ему коснуться груди. Прикосновение ее пальцев к руке было нежным и осторожным. Мстислав не стал торопить ее, он продолжал ласкать Милену до тех пор, пока она не сдалась.

Глава 43

Солнечные лучи еще только окрасили горизонт в пурпурные цвета, и ночь не торопилась уступать свои права свету, цепляясь за тени, как за последнюю возможность сохранить свою власть над миром. В предрассветном холодном полумраке первые росинки расплавленным серебром опустились на траву и деревья. Тишина плотным покрывалом окутывала все вокруг, и ее иногда нарушали только птицы, перекликаясь между собой, да разносившийся топот пары коней уносивших Мстислава и Милену прочь от деревни.

Высоко в небе летел черный дракон. Он возвращался после удачной ночной охоты. Внизу его внимание привлекли два человека скачущие на лошадях вглубь степи. Дракон начал медленно спускаться, присматриваясь к всадникам.

— Мстислав?! Милена?! Что вы тут делаете?! — удивленно спросил дракон, подлетая к ним. К этому времени молодые люди были уже километрах в четырех от поселения людей.

— Сумрак! — воскликнул Мстислав, — как же я рад тебя видеть!

Мстислав и Милена остановили коней. Дракон приземлился рядом с ними. Лошади испуганно заржали, но остались на месте удерживаемые седоками.

— Так что вы здесь делаете? — повторил свой вопрос Сумрак.

— Мы ищем место, где можно спокойно прожить несколько дней, — ответил Мстислав.

— Зачем? — насторожился дракон.

— Нам нужно убежище, — вмешалась в разговор Милена, — ты сможешь нам помочь?

— Да, думаю, да, — неуверенно ответил Сумрак, — есть тут одно место… — уже не сомневаясь, добавил он.

— Ты покажешь нам это место? — спросил Мстислав.

— Да, но на лошадях вы будете добираться до него слишком долго, — сказал дракон, — но, я могу вас туда отнести.

— Мы не можем их здесь бросить, — возразил Мстислав.

— Я мог бы отогнать их к деревне, если вы подождете меня здесь, — предложил Сумрак.

Не дожидаясь, что скажет Мстислав, Милена соскочила со спины лошади и принялась отвязывать сумки от своего седла. Глядя на нее, Мстислав улыбнулся. Хоть девушка и не жаловалась, но он понимал, что после проведенной вместе ночи, ей некомфортно сидеть верхом.Если бы не обстоятельства, он ни за что не подверг бы ее такому испытанию. Мстислав искренне сочувствовал ей, но поспешность, с которой Милена старалась избавиться от ненавистного ей седла, забавляла его.

— Хорошо, — ответил он дракону, — мы подождем здесь.

— Ты, скажешь, что случилось? — спросил Сумрак.

— Долго рассказывать, — спешиваясь, сказал Мстислав, — позже я все объясню.

В это время Гор и Яромила летели в рощицу в степи, в которой жили раньше. Гор давно хотел уничтожить все следы их пребывания там, а женщина захотела полететь с ним. Дракон не возражал. Риск встретить кого-нибудь на таком расстоянии от поселений был минимальным.

Гор разобрал шалаш, в котором во время пребывания в рощице спала Яромила, и раскидал его по росшим там кустам. А вот давно остывшее место костра и обугленные вырванные с корнем деревья оказались проблемой. Дракон из-за них даже хотел выжечь рощицу полностью, но подумал, что так будет только хуже. Тогда Гор решил закопать остатки недогоревшей древесины, а сверху закидать сухими ветками. Он принялся рыть яму на том месте, где раньше был костер, думая о том, насколько глубокой она должна быть.

— Дракон! — закричала Яромила. Гор оторвался от своего занятия и непонимающе уставился на женщину, — там, — показывая рукой в небо, объяснила она.

Гор посмотрел в направлении указанном женщиной. Он узнал нежданного гостя — это был Сумрак. Гор хотел скрыться вместе с женщиной, но было поздно, «гость» заметил его.

— Прячься, — сказал он Яромиле.

Спрятаться там было особо негде. Только в одном месте под деревьями было что-то вроде насыпи. За этой насыпью и спряталась Яромила. Гор приготовился встречать «гостя», он понимал, что драки не избежать. Но все же решил попытаться договориться с ним.

— Там кто-то есть, — немного удивленно сказал Сумрак сидящей у него на спине парочке, — поищем другое место, — добавил он и стал набирать высоту и разворачиваться.

— Хорошо, — ответил Мстислав, — а кто там? — спросил он.

— Там женщина! — удивленно произнес Сумрак, напрочь забыв о драконе.

— Женщина?! Здесь?! — удивилась Милена.

— Этого не может быть, — сказал Мстислав.

— Я хорошо ее видел, — возмутился дракон.

— Давай выясним, кто это?— предложил Мстислав.

Милена тоже хотела это знать, и Сумрак начал спускаться. Так любопытство взяло верх над осторожностью.

Глава 44

Милена сидела впереди мужа, прижимаясь к нему спиной. Мстислав крепко держал ее за талию. Они сидели на спине летящего дракона и вглядывались в заросли внизу. Но никто из них не мог увидеть женщину, о которой говорил Сумрак.

— Там дракон, — прошептала Милена, почему-то, испугавшись.

— А, это предатель – Гор, — небрежно, словно говоря о погоде, сказал Сумрак. Его больше занимала женщина, которую он видел с высоты. Он точно знал, что ему не померещилось. А сейчас дракон думал о том, куда она могла подеваться.

— В смысле предатель? — прервал его размышления Мстислав.

— Он предал короля, но давай об этом потом, — ответил Сумрак, описывая круг над рощицей и постепенно снижаясь.

— Что будем делать? — спросил Мстислав, жалея, что его меч вместе с другими вещами сейчас находится в лапах Сумрака.

— Я разберусь с ним, а вы поищите женщину, — уверенно ответил дракон.

Милену пугала встреча с этим драконом, но почему-то больше ее волновала женщина – призрак, которую видел только Сумрак. Девушка сама не понимала, почему ее так страшила встреча с этой незнакомкой. Сердце Милены то стучало, как бешеное, то замирало в предчувствии чего-то неизбежного. Мстислав, почувствовав нервозность жены, прижал ее к себе сильнее, желая успокоить.

Его в отличие от Милены больше занимал огромный темно-зеленый дракон, который ждал их внизу. Мстислав жалел о том, что с ним сейчас нет его меча. Меч и остальные вещи в своих лапах нес Сумрак, который сейчас вместо того, чтобы сосредоточиться на драконе, вертел головой по сторонам, высматривая женщину. Мужчина не сомневался в том, что его друг видел ее. Но наблюдающий за ними с земли дракон, был большей угрозой, чем она.

Обычно болтливый, как сорока, Сумрак молчал. Он высматривал затаившуюся незнакомку, но и Гора не выпускал из вида. Черный дракон решал как поступить. Говорить с предателем не хотелось, но и затевать драку, подвергая людей опасности, тоже. Сумрак не испытывал ненависти к Гору, скорее был обижен на него. Друзьями они не были, но уважали друг друга, так было до того, как Гор ушел с Буяном. Сейчас черный дракон кружил над рощицей, медленно спускаясь, словно осенний лист в безветренную погоду. Ему нужно было время, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию.

Сумрак был уверен, что если он решит улететь, Гор не станет его преследовать, но отступать было не в правилах черного дракона. На конец, сделав еще один полный круг над рощицей, Сумрак осторожно, чтобы не уронить людей, приземлился на небольшом расстоянии от Гора. Он осторожно перешагнул вещи, которые до этого нес в лапах и протянул крыло, чтобы люди могли спуститься.

Мстислав оказался на земле первым и помог спуститься Милене. Как только ноги девушки коснулись земли, мужчина бросился за мечом. Схватив оружие, он сразу освободил его от ножен. Через мгновение Мстислав уже стоял чуть впереди девушки, закрывая ее собой. Сумрак раскрыл крылья, образуя своеобразный навес над головами людей, готовый в любую минуту защитить их.

Гор с любопытством наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. Нападать он ни на кого не собирался. Единственной его целью сейчас было защитить Яромилу. Гор не сомневался, что Сумрак не причинит ей вреда, а вот людей он не знал.

— Где женщина? — нарушил молчание Сумрак.

— Какая женщина?! — удивленно спросил Гор.

—Та, которую я видел с высоты, — угрожающе произнес черный дракон.

— Тебе показалось, я здесь один, — невозмутимо ответил Гор.

— Ищите женщину, — повернувшись к Мстиславу и Милене, сказал Сумрак, — а я пока разберусь с ним.

Мстислав повернулся к девушке и взял ее за руку. Как только они сделали шаг в направление деревьев, Гор преградил им путь.

— Не трогай их! — прорычал Сумрак.

— Я не причиню никому вреда, просто улетайте, — твердо сказал Гор.

Сумрак набросился на Гора. Зеленый дракон успел отскочить в сторону, и зубастая пасть его противника захлопнулась, не достигнув цели. Мстислав и Милена вновь попробовали пройти к рощице, но Гор, рискуя, быть укушенным другим драконом, вновь преградил им путь. В этот раз Сумрак не промахнулся. И драконы начали драться. Каждый из них пытался зубами вцепиться в шею противника. В ход шли и когти, которыми Сумрак и Гор пытались пробить чешую на груди друг друга.

Схватка была не долгой. Хоть силы драконов были равны, Сумрак оказался изворотливей и хитрей противника. Одним мощным ударом головы снизу в челюсть, он опрокинул Гора на землю. Передними лапами Сумрак встал ему на грудь. Задние лапы черного дракона, как на коврике, расположились на распластанном крале противника. Передними лапами Гор уперся в грудь победившего соперника. Он старался не допустить, чтобы зубы Сумрака вонзились ему в шею.

— Яромила! Беги! — из последних сил крикнул Гор, он понимал, что Сумрак скоро убьет его.

— Нет! — закричала Милена и когда раскрытая пасть Сумрака почти дотянулась до горла противника, она бросилась на шею Гора, прикрывая его от смертельного укуса.

— Убери ее, — мрачно произнес Сумрак, обращаясь к Мстиславу, и обдавая девушку своим горячим дыханием.

— Нет, — повторила она, — подожди, не убивай его, — попросила она черного дракона.

— Милена… — начал было Мстислав, но она не обратила на него внимания.

— Яромила? Ты сказал Яромила? Так она жива? — начала засыпать вопросами Гора девушка.

— Жива, — настороженно ответил Гор.

— Ты слышал? Мстислав, ты это слышал? Яромила жива! — обрадовалась Милена.

— Так ты теперь еще и людей крадешь? — угрожающе прорычал Сумрак, обращаясь к Гору.

— Да, не крал я никого!

— Отпустите его! — откуда-то из кустов раздался голос Яромилы, — он не виноват.

Когда началась драка, Яромила пряталась за насыпью под деревом в глубине рощи. Ей было невыносимо страшно, но она все же, решилась выйти из укрытия и помочь другу. Ноги ее почти не слушались, женщина несколько раз упала, споткнувшись о корни деревьев. К месту схватки она подошла как раз в тот момент, когда Милена закрыла собой горло дракона. Внимание Яромилы привлек мужчина. Который стоял к ней спиной, она испугалась, подумав, что это Касьян. И на мгновение замерла в нерешительности на краю рощицы. Но так как Гору грозила смерть, женщина вышла из своего укрытия. Она знала, что Касьян обязательно убьет ее, если увидит, но выбора не было. Яромила надеялась, что выдав себя, она спасет жизнь Гору. Только после того, как мужчина повернулся на ее голос, она поняла, что это Мстислав. Женщина, сама не зная почему, заплакала.

Ошарашенный неожиданно разыгравшейся сценой, Сумрак отпустил Гора. Тот продолжил лежать на спине, не веря, что так легко отделался. Правда, отдавленное Сумраком крыло немного болело, да и множественные царапины давали о себе знать, но Гор был счастлив. Он сам не мог сказать, чему радовался.

Милена бросилась на встречу Яромиле, Мстислав, не веря собственным глазам, последовал за ней. Они помогли Яромиле дойти до драконов, которые делали вид, что не замечают друг друга.

— Почему ты здесь?! — спросил Мстислав, так и не справившись с удивлением.

— Касьян бросил меня в степи, но на мое счастье Гор все видел и спас меня, — горестно ответила женщина.

— А почему ты не вернулась? — спросила Милена.

— Он угрожал навредить дочерям, — и слезы снова потекли из глаз Яромилы.

— Что будем делать? — обращаясь к Мстиславу, спросила Милена.

— Пока не знаю, — угрюмо ответил он, все мысли мужчины были заняты старшим братом.

— Есть одно надежное место, — вмешался в разговор Гор, — могу отвести вас туда.

— А мы должны тебе доверять? — ощетинился Сумрак.

— А что есть выбор? — поддразнил его Гор, он прекрасно понимал, насколько сильно его недавний противник не хочет принимать его помощь.

Сумрак вопросительно посмотрел на Мстислава, предоставляя решать ему. Мстислав помолчал немного, но в итоге согласился лететь.

— Ты сможешь нести Яромилу? — нехотя спросил Сумрак Гора.

— Да, — ответил тот, словно не замечая недовольства в голосе черного дракона. Затем он поднял крылья вверх, словно потягиваясь, и медленно опустил их.

— Хорошо, тогда летим, — сказал Сумрак и протянул крыло так, чтобы Мстислав и Милена могли забраться ему на спину.

Глава 45

Утром возле деревни обнаружили двух оседланных коней, кому они принадлежали, догадаться было несложно. Таких лошадей даже в большом мире людей найти было сложно, если вообще существовали подобные им. То, что кони принадлежали Мстиславу, сомнений не возникало.

Среди людей нашедших лошадей был Гришка — это он тогда предупредил Мстислава о том, что Милена похищена. Отсутствие рядом с животными наездников, сильно встревожило его. Мужики посмеивались и отпускали сальные шутки по поводу брачной ночи Мстислава и Милены, считая,что пара где-то рядом. Но Гришка был уверен, что, что-то случилось. Мстислав ни за что не бросил бы так коней. Тем более, что это были лучшие скакуны в его табуне. Рыжий мальчишка побежал за Пыреем, не посмев взять одну из лошадей.

Пырей знал, что Мстислав должен был бежать из деревни вместе с девушкой, но вряд ли бы они бросили коней и пошли пешком. Встревоженный новостью о пропажи брата, он собрал небольшой отряд для поисков. Если бы Касьян все еще не спал у него дома, то Пырей подумал бы, что исчезновение Мстислава его рук дело.

Отряд поисковиков прочесал все вокруг деревни, в этот раз не оставляя без внимания «драконью рощу», но все было безрезультатно. Пырей побывал дома у Мстислава и на мельнице, но и это оказалось пустой тратой времени, брат и невестка бесследно исчезли. Поиски продолжались до вечера, людей в отряде прибавилось, но результата не был.

За всей этой суматохой Дарина забыла дать Касьяну снотворное. И ближе к вечеру он проснулся. Голова болела и немного кружилась, это было последствием удара, который нанес ему Мстислав. Вспомнив о драке, Касьян скрипнул зубами. Злость и ненависть вспыхнули в нем с новой силой. Чуть пошатываясь, он вышел на улицу.

— Давно я здесь? — спросил он у Дарины, которая, закончив доить корову, возвращалась в дом. В одной руке она несла ведро с молоком. Женщина выглядела, как всегда, аккуратно. На ней был чистый коричневый сарафан и черный фартук, край которого с одного угла был подоткнут под пояс. Волосы были спрятаны под тонкий серый платок. Дарина выглядела расстроенной и задумчивой, на лбу меж бровей у нее залегла глубокая складка.

— Со вчерашнего утра, — ответила нехотя женщина, не глядя на Касьяна.

— Что с тобой? С Пыреем поссорились? — полушутя спросил Касьян.

— Мстислав пропал, — недобро смотря на него, ответила Дарина.

— Как пропал?! — удивленно с плохо скрываемой радостью спросил он.

— Лошадей нашли сегодня у деревни, а рядом никого, — вздохнула женщина.

— Каких лошадей? Он что, там был не один? — насторожился Касьян.

— С Миленой, — не задумываясь, ответила Дарина.

— Милена была с ним? — севшим от дурных предчувствий голосом спросил мужчина.

— А где ж ей быть?! — удивилась женщина, — она теперь его жена.

— Что? Как жена? Ты мне врешь! — заорал Касьян и, подбежав к Дарине, схватил ее за плечи.

— Соври ты, — зло прошипела женщина и свободной рукой оттолкнула его от себя.

Касьян отпустил женщину и побежал в сторону деревни, забыв про головную боль. Ему срочно был нужен колдун. Только он, по мнению Касьяна, мог помочь.

— Куда ты?! — крикнула ему в след Дарина, — тебе нужно лежать!

Но Касьян не ответил. Все его мысли были заняты Мстиславом и Миленой.

Колдун не терял времени даром, ситуация складывалась вполне подходящая для того, чтобы поднять народ против драконов. С утра старик побывал в доме Касьяна, но никого там не нашел. Он надеялся заручиться поддержкой наследника. Но так как его нигде не было, Урий решил действовать самостоятельно.

Старик, сразу от дома Касьяна, пошел на площадь, в это время там всегда было много народа. Осмотревшись, он не заметил там никого из сыновей вождя и их приближенных. Тогда он встал посреди площади и начал созывать людей.

— Люди добрые, вы посмотрите, что делается, — голосил колдун, — сначала Яромила, потом вождь, а сейчас вообще двое, — причитал он, — кто следующий? Я? А может кто-то из вас или ваших близких? Как долго мы еще будем это терпеть? Если мы не остановим драконов, они всех нас уничтожат! Вспомните, что стало с Яромилой, ее сожрал дракон!

— Что ты предлагаешь? — спросил кто-то из собравшейся вокруг него толпы.

— Нам нужно прогнать драконов, — ответил Урий.

— Ты что ли будешь их прогонять? — спросил все тот же голос насмешливо.

— Да, я тоже буду воевать с ними, — твердо ответил колдун.

— А вождь знает? — осведомился все тот же насмешливый голос.

— Вождя может, давно нет в живых, сейчас вместо него Касьян, а он согласен со мной. Если вы нас поддержите, мы прогоним проклятых ящеров с этой земли, — торжественно произнесстарик.

— Что-то наследника здесь не видно, — не унимался голос из толпы.

— Скоро увидите, — пообещал Урий и продолжил агитировать людей поддержать его и Касьяна в борьбе с драконами. Вокруг него собиралось все больше и больше народа. Никто больше не перебивал его, и даже насмешник из толпы теперь молчал.

Люди молча слушали слова старика, как бы решая верить ему или нет, но потом толпа начала одобрительно гудеть, признавая правоту колдуна.

Чуть в стороне от них, стоял Гришка. Он не любил колдуна и не верил ни одному его слову. Мальчишку удивляло, как взрослые люди могут слушать бред, который несет старик. Гришка не был трусом, да и умом его природа не обидела. Он понимал, что колдун опасен. Его неожиданное влияние на людей могло привести к бунту. Если бы Мстислав не пропал, Гришка побежал бы к нему, но Мстислава не было и мальчик начал думать, что Урий причастен к его исчезновению. Немного подумав, Гриня решил проследить за стариком. Надеясь, заодно выведать, что-нибудь о судьбе Мстислава и Милены.

Кроме Гришки, за представлением устроенным колдуном наблюдал Касьян, укрывшись за одним из строений. Он не вмешивался. Ему было интересно, что задумал старик, и он не стал мешать. Ждать, когда освободиться колдун, пришлось долго. Люди, до этого всегда настороженно относящиеся к старику, теперь ловили каждое его слово. Воодушевленный своим успехом, Урий говорил почти два часа размахивая руками и бурно жестикулируя. Из-за его такой несвойственной ему активности, козлиная шкура с его плеч постоянно сползла, и Колдун сбросил ее себе под ноги. Тут же от толпы отделилось несколько человек, желая помочь своему новому кумиру. Они схватили шкуру и от чрез мерного усердия, чуть не порвали ее. Через минуту, они все же смогли совладать со своими восторженными эмоциями и водрузили шкуру на плечи старика.

За время своего выступления колдуну удалось собрать небольшую армию сторонников. Он предложил им собраться возле его дома после захода солнца, возражений не было. Довольный собой Урий распустил людей, пообещав вечером им встречу с наследником.

Касьян был недоволен, что старик раздает обещания от его имени, но не вмешался, предпочитая пока оставаться в тени. Подождав, когда народ начнет расходиться, он никем не замеченный ушел с площади.

Глава 46

У дома колдуна ждал Касьян. Внешне наследник выглядел спокойным, но Урий догадывался, что это ни так. Старик готовился к встрече, но не рассчитывал так скоро его увидеть.

— Что ты там устроил? — спросил Касьян подозрительно спокойно.

— Ты о чем? — вместо ответа осведомился Урий.

— Что ты устроил на площади? — потерял терпение наследник.

— Пришло время действовать, — спокойно ответил колдун.

— Как действовать? Ты что, с ума сошел? — взревел Касьян, — Милена и мой братец твоих рук дело?

— Если ты об их свадьбе, я тут не причем, — ответил колдун, не дрогнув, — ты сам виноват, не смог справиться с девчонкой.

— Мстислав помешал, — оправдываясь, начал Касьян, — я подкараулил ее в кустах у дроги и как ты мне сказал, отвез в рощу…

— Ты что идиот?! — изумился старик, — тебя чем те кусты не устраивали?

— Ну, ты же сказал… — продолжал оправдываться неудачливый похититель.

— У тебя своих мозгов нет? — спросил колдун и, не дожидаясь ответа, продолжил, — хватит об этом, уже ничего не исправишь.

— И что мне теперь делать? — поникшим голосом спросил Касьян.

— То, что скажу, — холодно ответил старик, — сейчас есть дела поважнее. Нам надо поднять людей против драконов. Ты должен убедить их присоединиться к нам. Я все, что мог для этого сделать — сделал, теперь твоя очередь.

— Хорошо, — согласился Касьян, — только скажи, ты помог Мстиславу и Милене исчезнуть?

— Нет, я не знаю, куда они делись, их ищут и вроде нашли следы в степи, но это все, — ответил старик.

— Мне надо взглянуть на эти следы, — сказал Касьян.

— Зачем?! — удивился старик, — твоя месть может подождать.

— Дело не в мести, мне нужна Милена и я ее получу, — твердо, словно произнося клятву, сказал наследник.

— Зачем она тебе теперь? — с интересом взглянув на Касьяна, спросил старик.

— Я убью Мстислава, а ей предложу стать моей женой. Если не согласится, станет моей игрушкой, а когда надоест, отдам ее любому, кто пожелает, — с нездоровым блеском в глазах ответил Касьян.

— Достойная месть, — усмехнулся колдун. Теперь он сомневался в правильности своего решения сделать вождем Касьяна. Старику было все равно, как он поступит с братьями и с девчонкой, но одержимость, мелькнувшая в глазах наследника, настораживала его.

— Ладно, говори что делать? — придя в себя, спросил Касьян.

— Давай зайдем в дом, там я все тебе расскажу, — ответил старик, настороженно оглядываясь по сторонам. Ему казалось, что за ними кто-то следит.

Как только дверь за колдуном и его гостем закрылась, из высокой придорожной травы вылез Гришка. Он был слишком далеко, но часть разговора ему все же удалось подслушать. Теперь он хотел подобраться ближе к дому. Мальчишке очень хотелось знать, что задумали эти двое. Но подходить к дому днем было очень опасно, его могли заметить. Минуту поколебавшись, решил идти к Пырею. Борислава он побаивался, хоть тотникогда не обижал его. Но обращаться к старшему жрецу Гришка не решался, слишком уж важная птица. Вот Пырей или Мстислав — совсем другое дело. Вспомнив о Мстиславе, мальчик загрустил, но заплакать себе не позволил. Он вообще считал, что плачут только девчонки, и если кто-то из его друзей распускал при нем нюни, Гришка нещадно его дразнил.

В это время в пещере драконаМилена делилась одеждой с Яромилой, сарафан которой, был безнадежно испорчен. Дни проведенные в степи и пещере не пощадили его. Один рукав был сильно порван, это был результат сегодняшних пряток под деревом. Снизу по подолу торчали нитки, грозясь зацепиться за любую травинку. Платок превратился в грязную тряпку. Конечно, Яромила стирала вещи в реке, но надевать их приходилось сырыми, так как сменной одежды у нее не было, а ходить в чем мать родила, пусть и перед драконом, женщина не могла.

Мстислав и драконы находились внизу на берегу реки, ожидая, когда женщины разрешат им войти. Гор и Сумрак почти прекратили свои словесные перепалки и смотрели друг на друга уже менее враждебно. Точнее Сумрак сменил гнев на милость, и перестал нападать на зеленого дракона. Гор был этому только рад. Он хотел мира с черным драконом.

Мстислав наблюдал за ними со стороны. Несмотря на антипатию Сумрака, которую тот демонстрировал Гору, зеленый дракон вызывал уважение у Мстислава. Гор уже успел рассказать ему о своем предательстве и о том, что успел раскаяться в этом. Зеленый дракон сказал, что не может и не хочет вернуться на болото. Его рассказ прерывался едкими замечаниями Сумрака, но Гор не поддавался на провокации, терпеливо выслушивая все, что говорил ему черный дракон. Теперь, кажется, и Сумрак проникся историей зеленого дракона и молчал.

Наконец, женщины закончили свои дела и позвали всех в пещеру. День был для всех тяжелым. Мстислав и Милена, измотанные событиями последних дней, уснули на сухой траве в углу. Сумраку пора было улетать. Черный дракон должен был вернуться в пещеру завтра в середине дня.

Королю драконов и вождю было решено ничего не говорить, по крайней мере, пока. Драконы первый раз за сегодняшний день пришли к соглашению без споров. Они хотели, чтобы Мстислав сам решил, говорить ли им вообще. Сумрак обязан был доложить обо всем Тайфуну, но ради друга решил рискнуть.

Глава 47

Вечером возле дома колдуна собрался народ. Людей было ничуть не меньше, чем утром на площади. Все не сговариваясь, стояли молча. Каждый боялся, что их могут подслушать драконы. Тишина была такой, что можно было услышать мышь, шуршащую в траве. Урий начал говорить. Никто из собравшихся его не перебивал.

Старик не причитал, как это было ранее на площади. Он говорил твердо и уверенно. За спиной колдуна, как подтверждение правильности его слов, стоял Касьян. Наследник ничего не говорил, но само его присутствие, воодушевляло людей объединяться против драконов, а каждое слово Урия делало непреложной истиной.

Когда старик закончил свою речь, по толпе пронесся одобрительный шепот. Говорить вслух, люди боялись сильней, чем когда пришли к старику. Его слова убедили их в том, что каждый дракон — убийца.

— Друзья мои, братья, вы сами видите, что творится, — заговорил Касьян, — сначала дракон убил мою жену, потом эти ящеры забрали моего отца, теперь пропали Мстислав и Милена. Не удивлюсь, если и в этом замешаны наши соседи. Мне тяжело об этом говорить,но я должен предостеречь вас и защитить от этих чудовищ. Нам необходимо объединиться и выступить против этих тварей, тогда мы сможем защитить наши семьи, наших близких людей и наши дома, а эта земля будет полностью принадлежать нам. Друзья мои, я скорблю о потере моих близких и знаю, что вы скорбите вместе со мной. Так давайте же, не допустим, чтобы и ваши семьи постигло такое горе, — Касьян умолк.

В толпе раздались одобрительные крики. Первый раз за весь вечер тишина была нарушена ни шепотом, а возгласами людей. Колдун и наследник были довольны результатом. Теперь, чтобы не собирать толпы, присутствующих нужно было разделить на отряды, человек по сорок. Из каждого такого отряда, предстояло выбрать по одному человеку и назначить их командирами, и через них управлять остальными. Этим занялся Касьян, а колдун скромно стоял в стороне, обдумывая дальнейший план действий.

—Что здесь происходит? — справа от Касьяна раздался голос Борислава.

— Не лезь, не твое дело, — огрызнулся Касьян, он никак не ожидал увидеть здесь кого-нибудь из своих братьев, а уж тем более, сразу двоих.

— Что ты творишь? Я тебя спрашиваю, — угрожающе спросил Борислав.

— Я не обязан отчитываться ни перед кем, — прошипел Касьян, — теперь я тут вождь.

— Ты не вождь, вождь наш отец, который на время его отсутствия, назначил тебя старшим, а ты, вместо того, чтобы поддерживать мир, хочешь развязать войну, — вмешался в разговор, до этого молчавший Пырей.

— Вы что, учить меня пришли? — повысил голос Касьян, — вернется отец или нет, нам это неизвестно, а пока я тут власть!

— Нет, я старший жрец, не забывай об этом, а ты всего лишь оставлен присмотреть за деревней, — сухо сказал Борислав, он никогда не кичился своей властью, но сейчас обстоятельства вынуждали его напомнить брату кто есть кто.

— Скоро я напомню тебе эти слова, — угрожающе произнес Касьян.

— Буду ждать с нетерпением, — спокойно ответил Борислав и повернулся к собравшимся людям.

— Послушайте меня! Расходитесь по домам! Никакой войны с драконами не будет! Тот, кто попробует спровоцировать конфликт, будет иметь дело со мной или с вождем, как только он вернется, — обратился он к немного притихшей толпе.

— Кем ты себя возомнил?! — зарычал Касьян и угрожающе надвинулся на брата.

— Я уже сказал. Я старший жрец, и только я могу принимать решения в отсутствии вождя, — словно не замечая угрозы, ответил Борислав.

Пунцовый от злости Касьян потянулся к мечу. Пырей, который до этого почти не вмешивался, схватился за свой меч и немного вытащил его из ножен, демонстрируя старшему брату холодную сталь клинка. Касьян окинул братьев злобным взглядом, но отступил. Даже в гневе он понимал, что с двумя хорошо подготовленными воинами ему не справиться, тем более наследник знал немалую силу каждого из них.

За всем этим с любопытством наблюдал колдун. Он надеялся, что между братьями завяжется драка. Тогда можно было бы обвинить Борислава в сговоре с драконами и подтолкнуть людей к мятежу. Но сыновья вождя разошлись относительно мирно.

— Прекращай этот балаган, — приказал Борислав Касьяну.

Касьян ничего не ответил. Его руки были сжаты в кулаки, а глаза светились ненавистью. Если бы наследникбыл уверен, что люди его поддержат, он без колебаний набросился бы на Борислава. И даже присутствие Пырея не остановило бы его. Но он не знал, как сильно могло измениться настроение толпы после речи жреца.

Борислав постоял еще минуту, ожидая нападения брата, но Касьян не двигался. Тогда жрец развернулся и не торопясь пошел в сторону притихшей толпы. За ним следовал Пырей, рука которого так и лежала на рукояти меча. Заметно поредевшая толпа, молча, расступилась перед Бориславом. Взбешенный Касьян, молча, провожал братьев яростным взглядом.

Несколькими часами ранее. Гришка прибежал к Пырею, чтобы рассказать о том, что задумали колдун и Касьян. В это время в это время у Пырея в гостях был Борислав. Увидев старшего жреца, мальчишка испугался. Но страх за Мстислава и Милену был сильней. Покосившись на жреца, Гриня нерешительно заговорил, стараясь смотреть только на Пырея.

— Там, ну, это, — его взгляд невольно устремился на жреца, — ну, в общем, там…

— Говори, Гриня, не бойся, — подбодрил его Пырей.

— Там, — и мальчик снова бросил нерешительный взгляд на Борислава, — там, Касьян и колдун хотят развязать войну с драконами, — выпалил он на одно дыхании.

— Почему ты так думаешь? — мягко, стараясь напугать мальчика еще сильнее, спросил Борислав.

— Я слышал, что говорил старик на площади. Он подговаривал людей напасть на драконов и решил проследить за ним, — запинаясь, начал объяснять Гришка, — и шел за ним до самого его дома.

— А причем здесь Касьян?! — удивленно спросил Пырей.

— Он ждал его у дома, они начали говорить, а я все слышал, а еще Касьян хочет убить Мстислава, — при этих словах голос мальчика дрогнул, — чтобы жениться на Милене, а если она не захочет… — он не смог договорить и покраснел.

— Что будет тогда? — спросил Пырей, догадываясь об ответе.

— Тогда… тогда, Касьян ее опозорит, — еще сильней покраснев, ответил мальчик.

— Этого не может быть, — чуть резче, чем хотел, сказал Борислав.

— Может, — сказал Пырей и похлопал напуганного мальчика по плечу, — Гринька уже раз спасал Милену от него.

— Не я, а Мстислав, — смутившись, поправил Пырея Гришка.

— Ты сможешь рассказать нам более подробно все, что слышал? — спросил жрец мальчика, решив про себя позже расспросить брата об истории с Миленой. Он уже слышал от Мстислава о том, что Касьян напал на девушку, но не думал, что это может повториться.

Гришка рассказал им все, что видел и слышал.

Глава 48

Те, кто остался у дома колдуна после ухода Борислава и Пырея, начали записываться в отряды. Их осталось намного меньше, чем было до прихода братьев, но начало было положено. Колдун был уверен, что удастся набрать еще людей. Касьян формировал отряды и назначал командиров. Отступать он не собирался, не в этот раз. За эту ночь ему удалось собрать девять отрядов по сорок пять человек.

Когда все разошлись, Касьян и колдун зашли в дом. А из высокой травы окружавшей хижину колдуна поднялся рыжий мальчишка и осторожно подкрался к окну. Хоть Пырей и Борислав запретили ему приближаться к Касьяну и старику, Гришка все равно решил следить за ними, тем более, что о судьбе Мстислава и Милены он так толком ничего и не узнал.

Мстислав часто помогал ему, разрешая подрабатывать на конюшне или пасти лошадей, и платил ему за это, как и своим постоянным работникам. Еще он иногда, когда для мальчика не было работы, кормил его. Мстислав и Пырей постоянно помогали его семье, не давая погибнуть с голоду.

Работы у Пырея для Гришки не было, но он отдавал его семье старую одежду и часто приносил продукты. А Дарина заказывала у его матери новые вещи и щедро платила за них. Еще мельник иногда подбрасывал мальчишке работенку. В основном это были мелкие поручения, за которые Влас не скупясь, расплачивался мукой. Таскать тяжелые мишки с зерном мельник ему не позволял.

Кроме Гришки в семье было еще двое детей мальчик пяти лет и девочка, которой исполнилось два года. Отца у Гриньки можно сказать, что не было. Точнее он был, но трезвым его уже много лет никто не видел. Мать мальчика была швеей и, когда они жили в большом мире людей, у нее было много заказов, и она могла обеспечивать семью, но с переездом на «земли драконов» все изменилось. Заказов почти не стало, а другой работы для нее не было. Поэтому мальчик в свои двенадцать лет принял всю ответственность за семью на себя.

Теперь Гришка был до смерти рад отплатить им за добро. Он был готов рискнуть собственной жизнью, если понадобиться. А слежку за колдуном и Касьяном Гринька считал развлечением и не придавал этому делу большого значения.

Теперь стоя у окна дома Урия, Гришка старался не пропустить ни одного слова, сказанного Касьяном и колдуном. Даже назойливые комары не могли отвлечь его, мальчик словно не замечал пищащих и жалящих насекомых. Он даже не отмахивался от них, боясь привлечь к себе внимание заговорщиков.

— Если бы твои братья нам все не подпортили, мы смогли бы набрать больше людей, — скал колдун.

— Скоро я избавлюсь от них, — сквозь зубы произнес Касьян, — а Борислав здохнет на своем же алтаре…

— Не спеши, — говорил колдун, — сначала нужно настроить людей против них.

— И как ты собираешься это сделать? — ухмыльнулся наследник. Он знал, что люди тепло и с уважением относятся к его братьям.

— Мы обвиним их в сговоре с драконами, — ответил колдун.

— Нам не поверят, — усомнился Касьян.

— Поверят, еще как поверят, — улыбнулся старик своей змеиной улыбкой, — у меня есть кое какой план.

— Поделишься? — спросил Касьян.

— Ты хочешь отомстить девчонке и Мстиславу? — вместо ответа с усмешкой спросил колдун.

— Спрашиваешь! — воодушевленно произнес наследник. Казалось, что место этой парочке его занимала больше, чем все остальное.

— Мы сожжем дом мельника вместе с ним и его женой и обвиним в этом драконов, — зло усмехнувшись, сказал колдун, а сам внимательно наблюдал за реакцией Касьяна. Он думал, что наследника, как всегда придется уговаривать.

— Когда? — с нетерпение спросил Касьян, чем немало удивил собеседника.

— Думаю, завтра ночью, — решительно сказал старик, — когда мельник с женой уснут, мы с наружи подопрем ставни и двери и я подожгу их дом молнией.

— Жаль, то не увижу лица Власа перед его смертью, — зло прошипел наследник, — но ничего, отыграюсь на его дочери, попади она мне в руки.

— А если она уже беременна? — спросил колдун.

— От ублюдка можно будет легко избавиться, например ты, можешь принести его в жертву, — цинично ответил Касьян.

— А если она будет против? — осведомился Урий, просто из праздного любопытства, на самом деле его мало волновал этот вопрос.

— Кто ее будет спрашивать? Ребенка можно забрать силой, а ее заставить смотреть на то, как жертвенный нож разрубает его грудную клетку, — с нездоровым блеском в глазах ответил наследник.

Колдуну не нравилось, что Касьян теряет голову всякий раз при упоминании девчонки. И Урий решил убить ее при первой возможности. Он начал видеть в ней угрозу, ни такую как в Яромиле, но не менее серьезную. Утешало одно, от этой избавиться было проще.

За окном Гришка слушал их с содроганием сердца. Там, в большом мире людей, его самого хотели принести в жертву и поэтому, его мать приняла решение бежать в деревню к Добромыслу. А когда жрецы кровавых культов и не менее кровавые правители начали преследовать отступников и нападать на поселение, последовала вместе с детьми за Добромыслом в «земли драконов». Отцу было все равно куда идти и идти ли вообще. Поэтому его мнения никто не спрашивал.

Сейчас Гриня слушал о готовящемся поджоге, об убийстве еще возможно не зачатого ребенка, о страшной судьбе, которую Касьян готовил Милене, о готовящейся расправе над Бориславом и его сердце замирало от ужаса и отвращения.Гришка решил, во что бы то ни стало,помешать чудовищным планам заговорщиков.

Наконец, разговоры стихли, и Гришка отступил в траву. Не успел он спрятаться, как дверь открылась, и на пороге появился Касьян. Мальчик торопливо присел, скрываясь в зарослях высокой травы и бурьяна. Но случайно наступил на сухой полынь, раздался предательский хруст сломанного растения.

— Кто здесь! — крикнул Касьян и пошел в направлении звука.

Гришка замер, боясь даже дышать. Он понимал, что если его найдут, живым он отсюда не уйдет. Касьян прошел в метре от него, внимательно вглядываясь в темноту, но никого не заметил.

— Кто там? — спросил, высунувшись из двери колдун.

— Никого, показалось, — уверенно ответил Касьян.

Колдун вернулся внутрь и закрыл за собой дверь. Касьян постоял еще минуту, прислушиваясь к тишине и вновь, шагнул в направлении мальчишки. Но ему наперерез высочила непонятно откуда появившаяся кошка. Мужчина выругался и, развернувшись, пошел к тропинке, ведущей к его дому.

Глава 49

Гришка еще полчаса не выходил из своего укрытия. Только окончательно убедившись в том, что Касьян ушел, мальчик вышел из зарослей травы и бурьяна. Время было поздним, и мальчик хотел пойти домой, отложив до утра визит к Пырею. Он медленно шел по тропинке, раздумывая над тем, что услышал. Так он добрел до своего дома, и уж было хотел войти, но передумал. Резко развернувшись, Гринька побежал к Бориславу. Решив, что жрец сможет быстрей утихомирить колдуна и Касьяна, чем Пырей.

Высоко в небе начала зарождаться луна. Она тонким серебристым серпом показывалась из-за плывших под ней облаков, то снова пряталась за ними. Ночь была теплой и относительно светлой. Гришка старался держаться ближе к деревьям и строениям, скрываясь в их тени от посторонних глаз. Он понимал насколько опасно вмешиваться в планы старика и Касьяна, но поступить по-другому не мог.

Огня в доме старшего жреца было не видно. Окна незакрытые ставнями, обеспечивали свободную циркуляцию воздуха. Гришка подобрался к одному из окон, которое закрывала тень от сарая. Мальчик осторожно поскреб по подоконнику ногтем.

— Кто здесь? — услышал он зычный голос Борислава.

— Это я, Гришка, — отозвался мальчик шепотом, оглядываясь по сторонам.

— Заходи, дверь открыта, — сказал жрец.

— Можно, я в окно? — нерешительно спросил Гришка.

—Ну, лезь, — усмехнулся Борислав.

Гришка ловко бесшумно, как кошка влез в окно. Борислав зажег свечу, и взглянул на ночного гостя. Мальчишка выглядел взволнованным. К его одежде прилипло несколько травинок.

— Что случилось? — спросил жрец.

— Я следил за колдуном и Касьяном, — чуть с вызовом сказал гость.

— Мы же с Пыреем запретили тебе к ним приближаться, — грозно произнес Борислав, — ты понимаешь, что это очень опасно?

—Да, — виновато ответил мальчик, — но я хочу помочь.

— Ладно, — сдался жрец, — выкладывай, что там у тебя?

— После вашего ухода, у дома колдуна оставалось еще много людей, — начал свой рассказ мальчик, — Касьяну удалось собрать девять отрядов человек по сорок — сорок пять, точнее сказать не могу.

— Значит, все-таки он нарушил приказ, — как бы размышляя вслух, произнес Борислав, — это плохо.

— А еще, они… они… собрались сжечь мельника с женой в их собственном доме, — срывающимся голосом говорил Гришка, — они хотят обвинить в этом драконов.

— Я этого не допущу, — ответил жрец и положил руку на плечо мальчика, чтобы хоть как-то успокоить и приободрить его.

— Можно, я буду вам помогать? — чуть осмелев от прикосновения руки жреца к его к плечу, спросил Гришка.

— Да, — поняв, что Гришка им необходим для борьбы с колдуном, ответил Борислав, — только будь очень осторожен, не рискуй, — предостерег он.

— Хорошо, — пообещал Гришка, — постараюсь.

— Тогда договорились, — ответил, улыбнувшись жрец.

— Я могу кое - что спросить? — смутился мальчик.

—Да, конечно, спрашивай, — внимательно посмотрев на гостя, ответил жрец.

— Мстислав и Милена, с ними все в порядке? — дрогнувшим голосом спросил Гришка.

— Думаю, да, — ответил жрец, — они скрылись до возвращения вождя.

—А как же брошенные лошади? Мстислав ни за что бы не оставил их, — возразил Гриня.

— Понимаешь, Гриня, в жизни бывают вещи важней лошадей, — задумчиво произнес Борислав. Перед его мысленным взором, словно призрак, появился образ любимой им женщины.

— А как же они пешком-то?! — удивился мальчик.

— Не знаю, возможно, им помог кто-то из драконов, — улыбнувшись, ответил жрец, — никакой поклажи на лошадях не было, а значит, Мстислав и Милена забрали все с собой.

— А как же поиски? — не унимался Гришка.

— Так надо, пусть все думают, что они пропали, — ответил жрец, — так безопасней, и ты никому ничего не говори.

— Я могила, — заверил мальчик Борислава и, попрощавшись, вылез в окно.

Гришка мгновенно растворился в темноте, скрытый тенями домов и деревьев. А Борислав подошел к открытым ставням. Он долго вглядывался в ночной полумрак, надеясь, что никто не видел мальчика. Если Касьян узнает о ночном визите Гришки к нему, мальчишка будет в опасности.

Никем не замеченный Гришка добрался до дома. Но в дом не пошел. Вместо этого, он забрался в сарай с сеном и уснул. В хозяйстве у Гришкиной семьи была корова и несколько кур. Поэтому сено приходилось запасать. Теперь высушенная на солнце трава, послужила для мальчика постелью.

Глава 50

Борислав еще некоторое время стоял у окна, решая, что делать дальше. Просто пойти поговорить с Касьяном он не мог, это неизбежно привело бы к конфликту. Идти сейчас к Пырею, тоже было бессмысленно. Но и оставлять все как есть, не представлялось возможным. Действовать нужно было немедленно.

Можно было бы арестовать колдуна и Касьяна, до возвращения отца, но жрец опасался, что их сторонники поднимут вооруженный мятеж. А резни, как раз, и старался избежать старший жрец. Мир в поселении нужно было сохранить, во что бы то ни стало. А главное, нельзя допустить войны с драконами. В отличие от своего старшего брата и колдуна, Борислав прекрасно представлял себе последствия такого столкновения.

Наконец, жрец отошел от раскрытого окна и, одевшись во все черное, вышел из дома. Немного помедлив, он направился в сторону мельницы. Борислав старался держаться в тени, прячась от лунного света. Так, крадучись словно вор, стараясь быть незамеченным, служитель культа вышел из деревни. Там, на безлюдной дороге, можно было не опасаться чужих глаз.

Тонкий полумесяц освещал путь. Идти было легко. Каждый камешек и каждая ямка были видны как на ладони. Только тяжелые мысли заставляли замедлить шаг. Борислав ни как не мог представить себе, как скажет мельнику о планах Касьяна. О том, что тот собирается сжечь его заживо вместе с женой. Да и мысли о самом Касьяне не давали покоя. Жрец злился на него, но ненавидеть не мог. А вот к колдуну ненависть была. Он понимал, что винить во всем лишь старика, было неправильно, но желание оправдать, хотя бы в собственных глазах, своего старшего брата было сильней справедливости.

Так размышляя о последних событиях и о том, к чему они могут привести, Борислав добрел до дома мельника. Он постоял какое-то время возле порога, не решаясь постучать. За все время пути мужчина так и не придумал как помягче сказать Власу о грозящей ему опасности. Собравшись с духом, жрец ударил кулаком в дверь.

— Кто там? — Послышался через полуоткрытое окно заспанный голос мельника.

— Влас, это я, Борислав, — отозвался нежданный гость, — выходи, надо поговорить.

— Что, что-то с Миленой, — всполошилась его жена.

— С Миленой все в порядке,— заверил ее жрец, — мне нужно поговорить с твоим мужем.

— Иду, — сказал мельник, его голос был встревоженным. Не каждый день, а уж тем более ночь к тебе в гости приходит старший жрец, пусть даже теперь он твой родственник.

Борислав отошел немного от дома мельника и встал скрытый в тени одной из построек. Пусть Влас и жил за деревней, но в этом случае лучше было проявить осторожность.

— Где ты?! — удивленно спросил мельник, не увидев на крыльце жреца.

— Иди сюда, — откуда-то из тени почти шепотом позвал его гость.

— Что случилось? — подходя и всматриваясь в темноту, спросил Влас.

Борислав некоторое время молча рассматривал хозяина дома. Вид у мельника был немного комичным. Поверх ночной рубахи обтягивающей немаленький живот и доходящей до колен, был наброшен серый плащ с капюшоном. Капюшон закрывал голову мельника, а отбрасываемая им тень скрывала лицо. Видавшие виды башмаки с дырками в области больших пальцев были надеты на босую ногу.

— Ну, так что случилось? — повторил он свой вопрос.

— Не знаю даже, как тебе сказать, — начал жрец, отрываясь от созерцания выглядывающих из дыр на башмаках,больших пальцев ног мельника. Которые, чем-то напоминали ему гномов.

— Говори как есть, — предложил Влас, внутренне понимая, что ничего хорошего не услышит.

— Какое-то время тебе и твоей жене придется пожить в другом месте, — сказал жрец.

— В каком это, в другом?! — удивился мельник.

— А это, как раз, нам с тобой и предстоит сейчас решить, — вздохнув, ответил Борислав, он понимал, что от разговора о колдуне и Касьяне уму не уйти, но старался оттянуть этот момент как можно дольше.

— Нам некуда больше пойти, — растерянно разведя руками, ответил Влас.

— Мы что-нибудь придумаем, — пообещал жрец и начал рассказывать о том, что узнал этой ночью, правда, о Гришке он умолчал, не желая подвергать мальчишку лишней опасности.

Мельник слушал молча. Казалось, что он даже перестал дышать. Он, конечно, ожидал мести со стороны Касьяна, но чтобы так…

— И что ты предлагаешь? — спросил угрюмо мельник.

— Вы поживете пару дней в моем доме, — ответил гость.

— Нет, мы не можем вот так взять и поселиться в доме старшего жреца, — ужаснулся мельник.

— Сейчас это самое безопасное место, — возразил Борислав, — а мы с Пыреем пока по охраняем твой дом.

— Что люди скажут? Виданное ли дело занять дом жреца, ведь это почти что святилище, — взволнованно запричитал Влас.

— Никто не должен знать, где вы, это важно для вашей безопасности, — твердо произнес гость.

— И когда мы должны переселяться? — поникшим голосом осведомился мельник.

— Сегодня, сейчас, — ответил жрец, — нельзя терять ни минуты, возьмите с собой все самое необходимое не несколько дней и пойдем.

Влас вздохнул и пошел говорить жене об их неожиданном переселении. На удивление, женщина восприняла все спокойно и уже через двадцать минут, по дороге в деревню шли три человека. Они шли молча, стараясь держаться в тени. Влас нес небольшой узелок с вещами и свободной рукой придерживал жену за локоть. Борислав шел немного впереди, надеясь на то, что их маленькая компания, останется никем не замеченной.

У колдуна в эту ночь был еще один гость. Это был один из драконов Буяна. Он прилетел узнать о подготовке к восстанию и если надо, поучаствовать. Урий рассказал ему о том, что уже удалось сделать. И попросил помощи в их непростом деле. От дракона требовалось, конечно, после согласования с Буяном, напасть на стадо на глазах у людей. Напасть нужно было на следующий день после поджога дома мельника.

Этот крылатый гость, прилетел к старику через час после ухода Касьяна. Урий пока не хотел, чтобы наследник напрямую общался с их союзниками. Поэтому назначал обычно самое позднее время, для визитов шпиона. Кроме Касьяна, об этой встрече не знал и Гришка. Он ушел от дома колдуна за полчаса до того, как лапы дракона коснулись земли за домом Урия.

Попрощавшись с колдуном, дракон стрелой взмыл в небо и скрылся за облаками. Он сделал круг над деревней, внимательно вглядываясь в пустые темные улочки. Шпион и сам не знал, зачем он это сделал. Не заметив на земле ничего подозрительного, он улетел на болота.

Минут через пять, после того как дракон сделал свой облет, на одной из улиц прячась в тени появились три человека. Они торопливо, но осторожно передвигались от тени к тени, направлялись к дому старшего жреца.

Глава 51

— Я не понимаю, как это сожжет молнией? — спросил Пырей.

— Не знаю, может Гриня что-то ни так понял, — ответил Борислав, — но в любом случае мы не можем допустить поджег.

— Согласен, но выяснить насчет молний, не помешает, — сказал Пырей.

— И, как это сделать? — спросил жрец.

— Пока не знаю, — задумчиво произнес Пырей.

Было раннее утро. Борислав стоял посреди кузницы брата, и смотрел, как тот мехами раздувает огонь в печи. Он редко бывал здесь, предпочитая общаться дома или на свежем воздухе, где не пахло дымом, маслом для закаливания и углем. Пырей же наоборот чувствовал себя здесь, как рыба в воде. И вообще считал свою кузницу лучшим местом в мире. Здесь он проводил большую часть своего времени.

— Нужно, чтобы отец вернулся как можно скорей, — сказал жрец, — иначе Касьян развяжет войну.

— Ты веришь, что дракон убил Яромилу? — неожиданно спросил Пырей, внимательно посмотрев на брата.

— Не хочешь же ты сказать… — начал говорить Борислав, но так и не смог заставить себя задать вопрос полностью. Его руки непроизвольно сжались в кулаки.

— Сам подумай, Яромила пропала, Касьян обвинил в этом дракона и убил его, что заметь, не способствует укреплению дружбы между людьми и драконами, а сейчас, они с колдуном открыто призывают к бунту, — начал размышлять вслух Пырей.

— То есть, ты думаешь, что отец сейчас в опасности? — спросил жрец.

— В меньшей чем мы, но все же, — подтвердил Пырей, — а особенно ты, после того, как указал Касьяну его место.

— Об этом я не подумал, — задумчиво произнес Борислав, — надо срочно перепрятать родителей Милены, они у меня дома, — добавил он.

— Ничего себе, — присвистнул Пырей, — в доме старшего жреца, вот это да-а-а!

— Хоть ты-то не начинай, — отмахнулся Борислав, — и так вчера ели уговорил Власа пожить пока у меня.

— Оно и понятно, даже я бы не решился принять такое приглашение, хоть ты мне и брат, — усмехнулся Пырей.

— Рад, что тебе весело, — нахмурившись, сказал Борислав, — делать-то что будем?

— Не знаю, нужно придумать способ предупредить отца, — ответил Пырей.

— Давай пока решим, как помешать Касьяну, — сказал жрец.

В это время, на другом конце деревни, колдун вновь собрал людей. В этот раз он говорил о людях подвергшихся влиянию драконов. В число таких людей, конечно же, попали Борислав, Мстислав и Пырей. Вождь тоже был упомянут, но вскользь, открыто обвинять вождя в сговоре с драконами, старик не решался. После его непродолжительной речи, число сторонников Касьяна заметно выросло. К заговорщикам примкнуло еще сто человек.

Вечером того же дня Борислав и Пырей отправились к дому мельника. Спрятавшись в одном из сараев, они ждали наступления ночи. Оба были в легких кольчугах и с мечами.

Ближе к полуночи, возле дома Власа появились Касьян и старик. Колдун что-то бормотал, а Касьян запер дверь с наружи и подпер слежками ставни на окнах. Если бы в это время внутри находились люди, то выбраться наружу у них не получилось бы.

— Пора, — шепотомсказал Борислав, и попытался встать с мешка с зерном, на котором сидел.

— Я не могу пошевелиться, — удивленно произнес Пырей.

— Я тоже, — в тон ему ответил жрец.

Пока братья пытались понять, что с ними происходит, Касьян закончил свое дело и отошел в сторону. Пырей и Борислав видели, как колдун протянул руку, и из его пальцев вылетела молния. Дом мельника остался невредим. Тогда колдун повторил снова свой фокус с молнией. Жилище Власа загорелось. Огнь расползался сначала медленно, постепенно набирая силу, потом яростно заревел и захватил все строение целиком.

Как только пламя разбушевалось, колдун и Касьян поспешили уйти. Только после их ухода Пырей и жрец смогли пошевелиться. Старик не знал о присутствии двух свидетелей их с наследником преступления. Он хотел наложить заклятье обездвижения на мельника и его жену, чтобы не оставить тем ни единого шанса на спасение. Урий не знал, как заклятие будет действовать на человека находящегося в смертельной опасности, и поэтому заставил Касьяна заблокировать дверь и окна. После убийства Зева колдун усовершенствовал это заклинание. Теперь под его воздействия не попадали люди, чьи имена он произносил, в данном случае Касьян. Но был в этом и один минус, жертвы не могли двигаться, но способность мыслить и говорить у них оставалась.

К дому мельника, а точнее к тому, что от него осталось, начал собираться народ. Люди пытались погасить обезумевшее пламя. Все кто пришел, выстроились в цепочку, растянувшуюся до самой реки, и начали передавать друг другу ведра с водой. Но пожар потушить было уже невозможно.

Спрятав в сарае за мешками мечи и кольчуги, Борислав и Пырей незаметно покинули место своей засады. На их появление никто не обратил внимания, все были заняты тушением пожара. Братья присоединились к остальным. К утру от дома остались лишь головешки, да куча пепла. Когда люди не смогли обнаружить их тел, решили, что мельник с женой сгорели дотла.

Глава 52

— Как думаешь, нас никто не видел? — уже в сотый раз спросил Касьян.

— Никто, успокойся, — в очередной раз ответил колдун таким тоном, словно успокаивал напуганного ребенка.

— Почему не нашли останков? Не могли же они полностью сгореть? Хоть что-то должно было остаться. Ты уверен, что они были там? — усомнился Касьян, его что-то тревожило, но что он понять не мог.

— Уверен. А что касается останков, так найдут еще, — ответил старик, — а не найдут беды не будет, ты пойми, если бы мельник или его жена выжили, то уже объявились бы.

— Да, ты прав, — успокоившись, ответил наследник.

Сегодня ему первый раз предстояло публично обвинить драконов в нападении, и из-за этого Касьян сильно нервничал. Обвинить не так, как в случае с Зевом, а прилюдно на площади. Он уже разослал мальчишек оповестить народ о предстоящем собрании, которое должно состояться на площади, как только солнце коснется горизонта.

Вскоре до Касьяна долетела весть, что утром дракон напал на стадо и утащил теленка. Несколько человек готовы были поклясться жизнью, что видели это. Для Касьяна новость была неожиданной. Урий не сказал ему о сговоре с драконом Буяна. Теперь он был рад, что союзник не подвел его. Единственное, чего опасался колдун, что на фоне разговоров о пожаре, это событие останется незаметным для большинства населения.

— Как ты это проделал? Ну, с драконом, — поинтересовался Касьян.

— Я тут не причем, это и правда был дракон, но только не Тайфуна, а Буяна, — ответил Урий, — я же говорил тебе, что у нас есть союзники. Помнишь?

— Да, — мрачно ответил наследник. Ему не нравился сговор колдуна с драконами, он не доверял им.

Во время разговора старик и Касьян шли на рыночную площадь, чтобы послушать, о чем говорят люди и понять их настрой. Но основные новости они узнали еще в пути. Люди, шедшие им на встречу, рассказывали им о трагедии, произошедшей с мельником и его женой, и вопреки ожиданиям колдуна, вспоминали и о нападении дракона на стадо. Теперь, каждый винил в пожаре дракона.

На рыночной площади люди возмущенно обсуждали последние события. Многие из них вспоминали недавнюю речь колдуна. Теперь каждый был готов согласиться с любым его словом. Да и Касьян не остался без внимания, некоторые высказывали мысль, что это он должен быть вождем, а не Добромысл. Урий был доволен, все шло как нельзя лучше. Оставалось только чуть-чуть подогреть обстановку. Колдун надеялся, что с этой задачей справиться сегодняшняя речь Касьяна.

До вечера, а точней до собрания, было еще далеко. Касьян решил использовать это время для того, чтобы как следует подготовиться к предстоящему выступлению. Но люди, окружившие его и колдуна, требовали ответов на свои вопросы. Наследнику ничего не оставалось, как провести собрание немедленно.

Среди тех, кто слушал речь Касьяна, был и Гришка. В отличие от своих соплеменников мальчик не верил ни одному слову наследника. Сегодня с утра он успел поговорить с Пыреем. Пырей рассказал ему о том, что мельник жив и находится в надежном месте. В каком именно месте не сказал, но Гришка и не спрашивал. Единственное, чего он не понимал — это истории с драконом.

Мальчик был уверен, что и там не обошлось без колдуна. Позже, он собирался вновь сходить к Пырею и расспросить его об этом. Пока Гришка размышлял, на площади появился Борислав. Жрец попытался успокоить людей, но в этот раз ему это не удалось. Только небольшая группа людей, послушав старшего жреца, отделилась от толпы, внезапно воспылавшей любовью к колдуну и Касьяну, и отошла в сторону. Остальные начали требовать от него мести за мельника. А когда он не согласился с тем, что драконы виновны в пожаре, в толпе послышались возмущенные крики и свист. Борислав вынужден был отступить.

Утро у Борислава было тоже не легким. Ему пришлось сообщить мельнику о том, что дом спасти не удалось. Но Влас к возвращению жреца уже и сам знал об этом. Он не винил его и Пырея в потере дома, а даже был благодарен за спасение жизни его и жены. Но Борислав все равно чувствовал свою вину. Теперь, увидев торжествующую надменную улыбку на лице, вконец обезумевшего брата, он чувствовал себя совершенно обессилевшим. Жрец медленно брел к своему дому. Ему казалось, что со вчерашнего вечера он постарел лет на двадцать.

Гришка дождался окончания стихийного собрания. Он видел, что большинство из присутствующих записалось в отряды Касьяна, увеличив их численность втрое. Мальчик понимал, что это на предел. Больше всего в этой ситуации его пугало разделение между жителями деревни. Он за свою короткую жизнь уже видел такое, когда жил в большом мире людей. Тогда все закончилось междоусобицей. Было пролито много крови. Его семья чудом спаслась. Теперь мальчик не хотел повторения тех событий уже на новой земле.

Пока Касьян записывал новых людей в отряды, колдун незаметно исчез, оставив наследника разбираться с рутиной. У старика было более важное дело. Он собирался избавиться от Пырея. Урий знал, что Пырей в это время всегда в своей кузнице. Этим он и собирался воспользоваться.

Глава 53

Сумрак, как и обещал, прилетел на следующий день, точнее — на следующее утро. Дракон не доверял Гору и хотел убедиться, что с Мстиславом и Миленой все в порядке. Но не только это волновало его. Нужно было решить, что им делать дальше. Стоит ли скрывать все от короля драконов и Доромысла? Этот вопрос, пожалуй, волновал его больше всего.

Гор к этому времени уже успел побывать на охоте. Теперь ему приходилось кормить трех людей. Правда, разницы он не ощущал, по драконьим меркам, его подопечные ели не больше воробьев. Так что большую часть принесенной добычи, его гости вернули ему. Единственной неприятностью было то, что крыло после того как Сумрак на нем потоптался начало болеть. Если вчера сразу после драки Гор не чувствовал боли, то теперь она была вполне ощутимой. Это несильно, но все же осложняло охоту. Из-за поврежденного крыла, полет стал неровным, и бесшумно подлететь к жертве не получалось.

Сумрак прилетел как раз после завтрака. Первым он встретил Гора, бросив в его сторону презрительный взгляд, черный дракон прошел вглубь пещеры.

— Я тоже рад тебя видеть, — усмехнулся Гор. Сумрак сделал вид, что не слышит.

— Вам не пора успокоиться? — спросил Мстислав у драконов, — ведете себя как дети.

— Это Сумрак не хочет мира, — ответил зеленый дракон.

— Вот еще, размечтался, я не заключаю мир с предателями, — проворчал Сумрак.

— Согласись хоть на перемирие, — предложил Гор, — в друзья к тебе я не набиваюсь, а цель у нас теперь одна, и хочешь ты того или нет, а общаться со мной придется.

— И без тебя обойдемся, — ответил Сумрак.

— Нет, Гор прав, мы должны объединить усилия, — вмешался в разговор Мстислав, — так что для начала перестаньте собачиться между собой.

— Ладно, — уступил Сумрак, — я согласен терпеть его до конца нашего дела, но доверять ему не собираюсь, — с вызовом добавил черный дракон.

— Нужно мне было твое доверие… — немного обиженно произнес Гор.

— Какие новости ты нам принес? — спросил Мстислав, меняя тему.

— Да, почти никаких, — ответил Сумрак, — Касьяну пока ничего не грозит, Тайфун защищает его, но думаю, что он это делает из уважения к Добромыслу.

— Как думаешь, совет долго продлиться? — спросил Мстислав.

— Не меньше недели, решение еще не принято, — ответил черный дракон.

— То есть Касьяна могут убить? — дрогнувшим голосом спросила, до этого молчавшая Яромила.

— Нет, но если узнают, что ты жива… — Сумрак не договорил.

— Что тогда? — спросила женщина, зная ответ заранее. Голос ее предательски дрогнул.

— Тогда его казнят, — ответил черный дракон.

После его слов в пещере повисла тишина. Никто из присутствующих не желал смерти Касьяну, но и держать Яромилу вдали от людей тоже никто не собирался. Милена обняла Яромилу за плечи.

— Мы что-нибудь придумаем, —пообещала она расстроенной женщине.

— Что тут придумаешь? — горестно спросила Яромила.

— Мы не бросим тебя здесь, — пообещал Мстислав.

— Но тогда твой брат погибнет, — обреченно произнесла Яромила.

— Он сам сделал свой выбор, — твердо ответил Мстислав.

— Мы можем не говорить ничего Тайфуну до завтра? — спросила Милена у черного дракона.

— Можем, но долго скрывать это я не могу, иначе окажусь здесь, вместе с этим, — кивнув в сторону Гора, ответил Сумрак.

— Что этот день изменит? — спросил Мстислав.

— Пока не знаю, по крайней мере, у нас будет время все обдумать, — ответила Милена, — было бы неплохо поговорить с Добромыслом, — добавила она.

— Это сделать вряд ли получится, — ответил Сумрак, — с ним все время Тайфун.

— То есть мой отец под арестом? — возмущенно спросил Мстислав.

— Нет, он волен покинуть совет, когда пожелает, — ответил черный дракон, — так Тайфун защищает твоего отца от лишних вопросов.

— Нам нужно знать, что происходит в поселении людей, — вмешался в разговор Гор.

— Я попробую что-нибудь разузнать, — ответил Сумрак без ехидства, с которым обычно говорил с зеленым драконом.

— Найди Борислава или Пырея, — сказал Мстислав, — Пырея найти, пожалуй, будет проще, он почти все время проводит в кузнице.

— И что мне ему сказать? — спросил Сумрак.

— Скажешь что со мной и Миленой все в порядке, о Яромиле пока молчи, и спросишь о Касьяне и колдуне, — ответил Мстислав.

Бледная, как мел, Яромила стояла, прислонившись к стене. Женщина думала о дочерях. Она боялась за их жизнь. Доверять Касьяну она не могла. Но и объявиться в деревне тоже. Похищать внучек вождя было безумием. Оставить их и дальше на попечении отца, казалось еще большим безумием. Как ей, находясь здесь защитить своих детей, она не знала.

— Ты можешь что-нибудь узнать о моих дочерях, — не решительно дрогнувшим голосом спросила она Сумрака.

— Я постараюсь, — ответил он.

— Не волнуйся, за ними присматривает Рогнеда, — попыталась успокоить ее Милена.

— Я знаю, но не могу не беспокоиться о них, — ответила Яромила и по ее щекам потекли давно сдерживаемые слезы.

— Я все узнаю, — твердо пообещал Сумрак.

Глава 54

Гришка не пошел прямиком к Пырею. Он прошел по деревни в сторону «драконьей рощи», дошел до берега реки, обогнул мельницу и сгоревший дом, а оттуда по безлюдным лугам он направился к кузнице. Почти всю дорогу мальчик бежал, только по деревни шел прогулочным шагом, делая вид, что слоняется без дела. За деревней Гринька прибавил шаг, а уж когда понял, что здесь его никто не увидит, пустился бегом, только иногда позволяя себе минуту отдыха.

Когда кузница была уже совсем рядом, Гришка заметил приближающегося к ней человека, присмотревшись, он узнал колдуна. Мальчишка побежал быстрей. Он успел спрятаться за углом кузницы прежде, чем его мог заметить колдун.

Урий шел, все время оглядываясь назад, словно ожидая погони. Он уже пожалел, что не стал дожидаться вечера, когда сумерки превращают людей в размытые силуэты, а тени от редких кустов и деревьев становятся гуще и длинней, становясь на сторону тех, кто хочет укрыться от посторонних глаз.

Колдун стороной обошел дом Пырея, который от кузницы стоял примерно в километре, а небольшой холм скрывал строения друг от друга. И вот, когда цель была совсем близко, старик вдруг остановился. Ему показалось, что возле кузницы мелькнула какая-то тень. С того места где стоял Урий, было прекрасно видно открытую настежь дверь, но он не видел, чтобы оттуда кто-то выходил. Немного подумав, колдун решил, что ему показалось, и он продолжил свой путь.

Старик шел медленно и больше не смотрел назад, он внимательно оглядывал территорию возле кузницы. Свидетелей быть не должно. Но так как больше ничего не происходило, Урий совсем успокоился.

Гришка стоял за углом и боялся пошевелиться. Когда он услышал шаркающие шаги колдуна рядом с кузницей, в самой кузнице было тихо, только труба на крыше выпускала клубы черного угольного дыма, мальчик осторожно выглянул из своего укрытия. Он увидел, как старик добрел до двери и замер на месте во что-то вглядываясь. Саму дверь Гринька не видел, а вот Урий был как на ладони.

— Пырей! — услышал Гришка голос колдуна, — Пырей, ты здесь?

— Ну, здесь, — угрюмо ответил голос из нутрии кузницы.

Гриня не видел, что там происходит, но понял, что кузнец подошел к двери. Дальше произошло необъяснимое, с Гришкиной точки зрения событие, колдун поднял руку, словно указывая ей на Пырея и из его пальцев вылетела молния. Потом раздался грохот, будто что-то тяжелое упало на пол. Мальчик с ужасом понял, что это кузнец. Дальше все происходило как во сне. Старик развернулся и с завидной для его возраста скоростью пустился бежать.

Как только Урий отбежал достаточно далеко, рыжий мальчишка прошмыгнул к двери. Там, возле порога на спине лежал Пырей, недалеко от него валялась слегка оплавленная кувалда. Казалось, что кузнец не дышит. Мальчик подбежал к нему, упал на колени и приложил ухо к груди. Сердце Пырея слабо билось. Гришка вскочил на ноги.

— Сейчас, сейчас, я приведу помощь, ты только не умирай, — сквозь слезы пробормотал мальчишка и бросился бежать.

Гришка бежал к дому кузнеца, молясь всем известным ему богам, чтобы Дарина оказалась дома. Мальчик не замечал слез, он вообще не осознавал, что плачет. Только когда споткнулся и упал в дорожную пыль, разбив себе коленку, он провел руками по лицу, пытаясь понять, что мешает ему нормально видеть. Почувствовав влагу на тыльной стороне ладони, он с недоумением уставился на руку, словно видел ее в первый раз. Гришка снова провел рукой по лицу, и вновь почувствовал предательскую сырость, только тогда он понял, что плачет. Грязным рукавом потрепанной рубахи он стер с лица слезы. Несколько раз глубоко вздохнув, он заставил себя перестать плакать. Опомнившись, Гринька вскочил на ноги и, несмотря на боль в разбитой коленке, побежал еще быстрее.

— Дарина! Дарина! — закричал мальчишка, подбегая к дому кузнеца.

— Что с тобой? — взволнованно спросила вышедшая из дома женщина.

— Скорей, Дарина, там Пырей умирает, его колдун ударил молнией, — сказал запыхавшийся мальчишка.

— Как это молнией ударил?! — изумилась женщина.

— Пойдем быстрей, сама все увидишь, — нетерпеливо потребовал Гришка.

— Сейчас, — ответила встревоженная женщина и скрылась в доме, через минуту она появилась снова, в ее руке был узелок со снадобьями.

— Пойдем, — торопил ее Гришка, жестом показывая в сторону кузницы.

Когда Гришка с Дариной зашли в кузницу, Пырей уже сидел на табуретке, в руках он держал ковш с водой. Его взгляд был немного рассеянным, но в целом мужчина выглядел здоровым.

— Что случилось? — спросила бросившаяся к нему Дарина.

— Колдун ударил меня молнией, — как бы, не веря собственным словам, ответил Пырей.

— Как это ударил молнией? — повторила Дарина вопрос, который недавно задавала Гришке.

— Сам не знаю, старик поднял руку, и из его пальцев вылетела молния, но основной удар на себя приняла кувалда, которую я держал в руке, а меня швырнуло на пол, я ударился головой и больше ничего не помню, — ответил Пырей. — Он уже видел как колдун управляет молнией, но говорить об этом не стал. Да, и поверить в такую способность колдуна да конца не мог.

— Ничего не понимаю, — недоуменно пробормотала женщина, — никогда не замечала за ним таких способностей.

— Думаю, никто не замечал, — успокоил ее Пырей, — но это объясняет внезапную смелость Касьяна, теперь становиться понятно, почему он не боится войны с драконами, а наоборот стремится к ней.

— Ох, — только и сказала Дарина.

— Беги к Бориславу и расскажи ему все, — сказал Пырей Гришке.

Мальчик кивнул и стрелой вылетел из кузницы. В этот раз, Гришка выбирал самый короткий путь, боясь, что колдун может навредить жрецу. Он боялся догнать по дороге старика, но тот уже успел свернуть на дорогу ведущую к его дому. Мальчик беспрепятственно добежал до центра деревни и только там пошел шагом, думая, как не привлекая внимания добраться до дома жреца.

На рыночной площади собрание давно закончилось и все разошлись по своим делам. Только несколько человек продолжали обсуждать услышанную от Касьяна речь. Прислушавшись к разговору, Гришка понял, что вечером состоится еще одно собрание. Мальчик решил обязательно посетить это сборище. Пройдя по рыночной площади, Гринька свернул в переулок и направился к дому Борислава, думая, как можно днем незаметно подобраться к нему. Но на его счастье жрец сам шел ему навстречу.

— Гринька! Что ты тут делаешь?! — радостно спросил жрец.

— Пырей послал меня за тобой, — ответил Гришка и оглянулся по сторонам.

— Зачем? — Встревожился Борислав.

— На него напал колдун, — ответил мальчик.

— Как это напал?! — удивился жрец.

— Иди к пырею, он сам тебе все расскажет, только остерегайся старика, — предостерег Гришка, — он правда опасен.

— Ладно, не переживай, — сказал жрец и растрепал волосы на голове мальчика, — а теперь беги, не надо чтоб тебя видели со мной или Пыреем. Гришка кивнул и побежал дальше по переулку.

Борислав быстрым шагом миновал рыночную площадь, пересек несколько улиц и оказался за деревней. Там, отойдя чуть от последних домов, он уже не шел, а бежал к брату в кузницу. Но не только он хотел увидеть Пырея. В небе над ним пролетел Черный дракон в сторону кузницы, затем развернулся и приземлился перед ним.

— Ты же Борислав? — спросил дракон.

— Да, — ответил жрец.

— Хорошо, тогда садись, — сказал дракон и вытянул крыло так, чтобы мужчина мог легко забраться ему на спину, — меня послал Мстислав, — пояснил дракон, увидев замешательство жреца.

— Мне нужно срочно попасть к Пырею, — сказал Борислав.

— Я как раз к нему и лечу, — сказал дракон и кивнул в сторону протянутого крыла.

Борислав мигом забрался на спину дракона, летать жрецу еще не приходилось, но страха он не чувствовал. Через несколько минут полета, они уже стояли перед кузницей.

В это время колдун, уверенный в том, что Пырей мертв, строил планы, как убедить Дарину стать его женой и союзницей в войне с драконами. Старик решил убедить ее в том, что только он может защитить ее детей и ее саму от Касьяна, а значит от смерти. Для этого Урий хотел пока оставить в живых наследников Пырея, а позже он собирался избавиться от них по одному. Но перед этим, ему предстояло еще одно дело. Сначала он должен был стать старшим жрецом.

Глава 55

Сумрак вернулся в пещеру Гора. То, что он узнал от братьев Мстислава, не могло ждать до следующего дня. Нужно было что-то делать и немедленно. Ситуация в людском поселении стала опасной. Несмотря на умение колдуна управлять молниями, достаточно было пары драконов, чтобы уничтожить деревню вместе с жителями. Сумрак знал, что Тайфун так не поступит, а значит, стычки не избежать. А это неизбежно приведет к жертвам с обеих сторон. То, что задумали Касьян и старик, черному дракону казалось безумием.

Чтобы выстоять против драконов, Урий должен быть не просто деревенским колдуном, а величайшим магом. Который способен защитить не только себя, но и воинов принявших его сторону. Или старик должен иметь сильного союзника, например другого дракона. Пока Сумрак летел до пещеры, он размышлял над этим и теперь был готов поделиться своими догадками с другими.

— Смотрю, ты без меня скучаешь, — ехидно произнес Гор, увидев Сумрака.

— Не до тебя сейчас, — огрызнулся черный дракон, — где Мстислав.

— В лесу с Миленой, — ответил Гор, — ему не до тебя сейчас, — передразнил он черного дракона.

— Они скоро вернутся, — вмешалась в разговор Яромила, прекращая словесную перепалку двух драконов.

— Хорошо, я подожду — сказал Сумрак.

— Ты узнал что-нибудь о моих детях? — спросила Яромила.

— Только – то, что они с Рогнедой, — ответил дракон.

— Сумрак? Что ты здесь делаешь? — удивленно спросил, появившийся у входа в пещеру Мстислав, из-за его плеча выглядывала Милена.

— Он по мне соскучился, — усмехнулся Гор.

— Ты затыкаешься когда-нибудь? — угрожающе спросил Сумрак зеленого дракона.

— Ну, так что случилось? — спросил Мстислав.

— Много всего, — ответил черный дракон, — колдун напал на Пырея, Касьян поднимает людей на войну с драконами и еще много чего, о чем стоит узнать Тайфуну и вождю.

Все, кто был в пещере, внимательно слушали рассказ Сумрака. Даже Гор не перебивал его. Когда черный дракон рассказал о том, что колдун и Касьян пытались сжечь мельника, Милена вскрикнула и прижалась к плечу Мстислава. Яромила опустилась на расстеленную по полу траву, не в силах поверить в подлость человека, с которым прожила много лет. Мстислав прижал жену к себе стараясь успокоить.

— Что будем делать? — спросил Сумрак.

— Я должен вернуться в деревню и помощь братьям, — ответил Мстислав.

— Касьян убьет тебя, — всхлипнула Милена и прижалась к нему еще сильней, словно пытаясь удержать.

— Это мы еще посмотрим, — успокаивающе произнес Мстислав и поцеловал ее в лоб.

— Когда ты хочешь вернуться в деревню? — спросил Сумрак.

— Сегодня вечером, — ответил Мстислав. — Но сначала, я должен увидеть отца и Тайфуна.

— С этим могут быть проблемы, — задумчиво сказал Сумрак, — ладно, что-нибудь придумаем.

— Некогда думать, летим немедленно, — отрезал Мстислав.

— Хорошо, — ответил черный дракон.

— Я мне что делать? — спросил Гор.

— Ты летишь с нами, — твердо сказал Сумрак, — это твой шанс вернуться к Тайфуну.

— Да, если его драконы не разорвут меня раньше, — угрюмо произнес Гор.

— Об этом не беспокойся, я смогу защитить тебя, — ответил Сумрак.

— Ты сможешь нести троих человек? — спросил Гор и, увидев удивление в глазах Сумрака, добавил, — ты отдавил мне крыло и теперь я как хромая лошадь.

— Смогу, — усмехнулся Сумрак, представив себе летящего по небу коня.

В этот раз Сумрак летел с тремя пассажирами, а Гор летел рядом, изо всех сил стараясь не отставать. Вдруг в небе появился коричневый дракон, который приближался к ним. Через минуту стало ясно, что это один из подручных Буяна, и он собирается атаковать.

— Это Дор, мозгов мало — силы много, — сказал Гор.

— Вижу, — ответил Сумрак.

— Что будем делать? — спросил Гор.

— Возьми людей, а я займусь им, — ответил Сумрак.

— Спусти людей на землю и я помогу тебе, — предложил Гор.

— Нет, ты со своим крылом будешь только мешать, — не терпящим возражений тоном, произнес Сумрак.

Гор подлетел ближе к Сумраку и нырнул под его крыло, готовый принять пассажиров.

— Давай, я готов, — сказал он Сумраку.

— Мстислав, вы сможете перебраться ему на спину в воздухе? — спросил черный дракон.

— Думаю, да, — ответил Мстислав и посмотрел на женщин. Милена согласно кивнула.

— Нет, я не смогу, — судорожно вцепившись в руку Милены, произнесла Яромила.

— Сможешь, — уверенно произнесла Милена.

— Нет! — истерически вскрикнула Яромила.

— Ты хочешь снова увидеть своих детей? — безжалостно спросила Милена.

— Да, — ответила перепуганная женщина.

— Тогда сейчас, Мстислав переберется на спину Гора и поможет тебе, а я подстрахую тебя здесь, — успокаивающе сказала Милена.

Как только люди перебрались на спину Гора, Дор попытался напасть. Он решил, что люди могут понадобиться Буяну и захотел добыть столь ценный трофей. Сумрак преградил ему путь, принимая удар на себя. Сцепившись лапами, драконы пытались дотянуться клыкастыми мордами до шеи друг друга. Коричневый дракон был намного сильней и на земле он бы уже одолел противника, но в воздухе Сумраку не было равных. Он вырвался из лап Дора и, взлетев вверх, дыхнул огнем, обжигая спину и крылья коричневого дракона.

Но несмотря на боль от ожога, Дор не сдавался. Он попытался вновь атаковать черного дракона. В этот раз он хотел ударить его снизу головой в живот, но черный дракон с легкостью увернулся, умудрившись хвостом с костяным острым наростом ударить коричневого дракона между глаз. Кровь из образовавшейся раны красным дождем хлынула вниз, устремляясь к земле.

Сумрак внимательно следил за соперником. Дор справившись с болью и, как казалось, удивлением, снова ринулся в бой. Он был больше и тяжелее Сумрака, а соответственно менее маневренным. Черный дракон с легкостью ушел от раскрытой пасти противника и схватив его когтями за крыло резко дернул.

Дор взвыл от боли, но извернувшись, смог толкнуть Сумрака в грудь когтистой лапой, оставляя на черной блестящей чешуе багровые полосы. Кровь выступила на груди Сумрака. Он отпустил крыло коричневого дракона и тот, кружась как осенний лист, стал опускаться на землю. Дор мог бы продолжить бой, но только на земле, раненое крыло не позволяло сражаться в воздухе. Но у черного дракона были другие планы. Он проводил взглядом поверженного противника и полетел догонять Гора.

Глава 56

Гор летел, стараясь держаться как можно ровней. Крыло все еще немного болело, но полету это уже почти не мешало. Драконы довольно быстро восстанавливаются. Зеленый дракон, неся на себе Мстислава и двух женщин, подлетел к лесу, за которым находилось поселение драконов и сам Тайфун.

Каждое мгновение он ожидал нападения со стороны драконов короля. Гор внимательно всматривался в расстилающийся под ним лес. Дракон был уверен, что за ним уже следят, очевидно, ожидая, что он сам повернет обратно. Сейчас зеленый дракон жалел, что рядом нет Сумрака. Чем дальше он углублялся в запретные для него земли, тем тревожней ему становилось. Он даже хотел оставить людей на земле и лететь к Тайфуну один. Но Мстислав был против. Теперь Гор надеялся, что когда королевские драконы решат напасть, а что так будет, он не сомневался, они разрешат ему оставить пассажиров в безопасном месте.

От леса отделились четыре темные огромные фигуры. Они начали стремительно набирать высоту, превращаясь в драконов. Кто это, Гор пока сказать не мог, но в любом случае встреча с ними не сулила ничего хорошего. Внимание его пассажиров тоже было приковано к приближающимся к ним драконам.

— Я попробую вас ссадить на землю, — сказал Гор сидевшим у него на спине людям, и начал медленно снижаться.

— Нет, — ответил Мстислав, — пока мы с тобой, вряд ли они нападут.

— Слишком рискованно, — отозвался Гор.

— Делай как я говорю, — сказал Мстислав, — держи высоту и лети спокойно.

— Ладно, будь, по-твоему, — согласился Гор, удивляясь про себя смелости Мстислава. Он первый раз сталкивался с людьми так близко, не считая Яромилы, конечно.

Через несколько минут их окружили красные драконы. Гор прекрасно знал их всех. Дракон был уверен, что договориться с ними не получится. Это была королевская стража, то есть не простые драконы дежурившие на границах поселения, а настоящие цепные псы Тайфуна. А значит, действовать они будут строго по приказу. Если им приказано уничтожить любого нарушителя, то стражники не задумываясь, поступят именно так. С одним красным драконом или, в крайнем случае, с двумя, еще можно было помериться силами, но с четырьмя…

— Возвращайся туда, откуда прилетел, изгнанник, — обратился к Гору старший стражник, — или будешь уничтожен.

— У меня есть новости для короля, — ответил Гор.

— Какие могут быть новости у предателя? — спросил старший страж.

— Видишь этих людей у меня на спине? — спросил Гор, и не дожидаясь ответа продолжил, — это сын вождя — Мстислав с женой и жена Касьяна.

— Можешь опустить их на землю и убираться, дальше мы сами разберемся, — сказал старший стражник.

— Нет, — твердо ответил Гор.

— Тогда вы все будете уничтожены, — мрачно произнес страж и красные драконы выстроились для атаки.

— Вряд ли Тайфун похвалит тебя за это, — вмешался в разговор Мстислав.

Старший стражник подал знак, и красные драконы заняли свои прежние места. Сейчас старший страж летел наравне с Гором справа, еще один слева, а два других тучей нависли сверху. Задача поменялась, им теперь нужно было заставить Гора приземлиться.

— Немедленно пропустите его, — раздался сзади голос Сумрака.

— Но у нас приказ… — начал было возражать старший стражник.

— Я с этим разберусь, а вы свободны, — ответил Сумрак.

Гор с изумлением наблюдал, как красные драконы развернулись, и снижаясь полетели обратно в лес.

— А ты хорош! — восхищенно произнес Гор.

— Пару дней назад, я бы приказал им разорвать тебя, — не поддаваясь на лесть, ответил Сумрак.

— Пару дней назад я бы сюда не сунулся, — усмехнувшись, сказал Гор.

— Готовься, — сочувственно сказал черный дракон и начал снижаться.

— Готов, — ответил Гор, смирившись с неминуемой смертью ожидавшей его на земле, и последовал за Сумраком. До поселения драконов оставалось несколько минут лету.

Глава 57

Как только лапы Гора коснулись земли, его сразу же окружили драконы короля. Агрессии они не проявляли, но и радости от встречи тоже не выказывали. Он осторожно начал опускать крыло, чтобы люди могли спуститься. Никто из окруживших его не стал препятствовать этому, все молча наблюдали.

— Ты жди здесь, — сказал ему Сумрак, — а люди могут пойти со мной.

— А у меня есть выбор? — иронично спросил Гор, окидывая многозначительным взглядом взявших его в кольцо драконов.

— Нет, — усмехнулся Сумрак, — но не бойся, пока ты ведешь себя хорошо, они тебя не тронут.

— Я останусь с ним, — сказала Яромила, не пожелав спускаться на землю вместе с остальными.

— Иди, со мной все будет в порядке, — сказал ей Гор.

— Нет, так мне будет спокойней, — ответила она.

— Мы скоро вернемся, — пообещал Сумрак.

Черный дракон вел Мстислава и Милену через поселение драконов к месту совета. По дороге он рассказывал им о драконьих домах, которые, впрочем, напоминали убежище Гора и Яромилы.

— Сумрак?! — удивился Тайфун, — где ты был?

— Мстислав?! Милена?! Что все это значит? — в одно время с королем заговорил Добромысл.

— Есть очень важные новости, — ответил за всех Сумрак, — если можно, хотелось бы поговорить без членов совета, — добавил он, обращаясь к Тайфуну.

— Совет окончен, Касьян оправдан, правда не все с этим согласились, но ему ничего не грозит, — сказал Тайфун, думая, что люди прилетели из-за этого.

— Это ненадолго, — мрачно произнес Мстислав.

— Что случилось? — настороженно спросил вождь.

— Сейчас мы все расскажем, но только позволь мне пригласить еще одного гостя, точнее двух, — сказал Сумрак, обращаясь к Тайфуну.

— Какого гостя? — удивился король.

— Гора, — ответил Сумрак.

— Ты притащил сюда предателя? — возмутился Тайфун.

— Он не совсем предатель, — ответил черный дракон, — если позволишь, я его позову, и он сам все расскажет.

— Ты ему веришь? — настороженно спросил король.

— Да, — без колебаний ответил Сумрак.

Тайфун кивнул, и черный дракон взлетел, так было быстрее всего добраться до Гора и Яромилы. Через несколько минут бывший дракон Буяна и пропавшая невестка вождя предстали пред королем и Добромыслом. Удивлению вождя и Тайфуна не было предела.

В это время в деревне людей, на рыночной площади начал собираться народ. Всем хотелось послушать Касьяна. В этот раз собралась почти вся деревня. Люди хотели знать, что будет дальше. Страх перед драконами стал паническим. Правда, не все поддались панике, пара тысяч человек, все же сохранили способность думать. Они тоже присутствовали на собрании, но не для того, чтобы поддержать безумные планы колдуна и наследника, а чтобы решить, как жить дальше и защитить свои семьи до возвращения настоящего вождя.

Среди собравшихся на площади был и Гришка. Он ходил меж людей, слушая их разговоры, и пытаясь понять настроение толпы. Для своих лет мальчик был очень умен. А пережитые в прошлом неприятности, научили его быть внимательным и осторожным. В пол-уха он слушал и речь Касьяна, который говорил о новых порядках. Одна фраза наследника заставила Гришку вздрогнуть. Колдун и Касьян говорили о необходимости человеческих жертвоприношений. Толпа восприняла это «новшество» негативно, ведь все эти люди покинули большой мир людей как раз из-за этого. Но наследник говорил, что необходимо умилостивить древних богов. Что только они способны даровать им победу над драконами и защитить в будущем от любых врагов.

— Я не дам ни одного из моих детей! — крикнул кто-то из толпы.

— Своих детей ты вряд ли положишь на алтарь! — послышался другой голос.

— Мы не будем проливать кровь своих близких! — выкрикнул кто-то еще.

— Успокойтесь! Успокойтесь, братья мои! — обращаясь к толпе, крикнул Касьян, и поднял руки вверх, стараясь утихомирить людей, — всего одна жертва в год по жребию, а в этом году, я принесу в жертву свою дочь.

Толпа стихла. Все что происходило, казалось безумием. Даже колдун, не ожидавший ничего подобного, уставился на Касьяна глазами полными удивления и недоверия.

— Ты с ума сошел? — спросил шепотом старик наследника, повернувшись спиной к толпе.

— Нет, я знаю, что делаю, — так же шепотом ответил Касьян, — мои дочери — это все, что осталось у меня в память о моей горячо любимой жене, — говорил он, обращаясь уже к толпе, и в его голосе слышалась боль, которая, казалась подлинной, — но я готов, ради всех нас пожертвовать одной из них. Согласитесь, всего одна жертва в год, разве это много для спасения всех нас? Тем боле, семья принесшая жертву, больше не будет участвовать в жеребьевке, а так же те, у кого один ребенок, тоже не будут приносить его в жертву, — говорил Касьян.

— Одна жертва в год? — шепотом переспросил колдун, все так же стоя спиной к людям, в его голосе четко слышалось недовольство.

— Потом разберемся, не мешай, — прошипел Касьян в ответ и продолжил, обращаясь к толпе, — Мой брат Борислав больше не будет старшим жрецом, он продался драконам, и его боги не защищают нас, теперь жрецом будет Урий.

Голоса в толпе разделились. Не все хотели видеть колдуна у власти. Да, и кровавый культ был не всем по душе.

— Я знаю, что не все доверяют Урию, но я сам видел мощь его богов, и говорю вам, с ними мы победим драконов, — воодушевленно говорил Касьян, — принять новый культ вас никто не заставляет, это дело добровольное, но учтите, те из вас, кто останется с Бориславом будут изгнаны из деревни, нам не нужны здесь пособники драконов!

— Пусть докажет! — крикнул кто-то из толпы, и его поддержали одобрительные возгласы остальных слушателей.

— Хорошо, я попрошу богов ответить вам! — крикнул колдун и поднял руки вверх, через мгновение сильный порыв ветра пролетел над площадью, срывая головные уборы и ероша волосы собравшихся людей, затем снова установилась тихая безветренная погода, — этого вам достаточно? — спросил колдун, обращаясь к собравшимся.

— Да, — в едином порыве, благоговейно выдохнула толпа, и часть ее встала на колени.

— Ну, раз основной вопрос улажен, — сказал Касьян, — тогда объявляю вам, с этой минуты, считайте войну драконам объявленной! У меня все, теперь Урий расскажет вам о завтрашнем утреннем жертвоприношении.

Колдун начал что-то говорить, а Гришка выбравшись из толпы бросился бежать к дому Рогнеды. Он хотел спасти девочек от неминуемой гибели. Мальчик не знал, которая из них должна завтра умереть на алтаре, но это было и неважно. Спасать нужно было обеих.

Глава 58

Гришка бежал к дому Рогнеды. На улицах почти никого не было, только дети бегали и играли, не подозревая о нависшей над ними угрозе, да две женщин — соседки с младенцами на руках сидели возле одного из домов в ожидании своих мужей.

Недалеко от своей цели мальчик с бега перешёл на шаг. Он думал о том, что скажет Рогнеди и можно ли ей доверять. Главным для него было забрать девочек, и отвести их к Пырею.

Рядом с домом женщины он заметил трёх здоровенных мужиков в кольчугах. Гришка узнал их — это были друзья Касьяна. Мальчишка нырнул в растущие неподалёку кусты. Его сердце бешено билось, отдаваясь в ушах гулким эхом. Из своего укрытия Гриня прекрасно видел и слышал всё, что происходит возле дома. Он видел, как входная дверь открылась и из неё выглянула женщина, но один из воинов стороживших дом приказал ей вернуться обратно.

Гришка слышал, как женщина послала проклятие в адрес своих тюремщиков. Воин, который, заставил ее зайти в дом, грязно выругался и сплюнул на ступени крыльца. Затем верзила вернулся к остальным, сидевшим на пеньках напротив дома Рогнеды. Из-за угла высунулся ещё один громила в кольчуге. Он хотел узнать, что случилось, но один из мужчин, явно бывший у них старшим, послал его обратно, сопровождая приказ грязной бранью.

На улице уже почти совсем стемнело и люди караулившие дом, начали разводить костёр. Гришка осторожно стараюсь не привлекать к себе внимание, начал отходить назад. Крадучись, словно кошка, мальчик обогнул соседский дом, и, оказавшись на другой улице, бросился бежать.

Добравшись до края деревни, мальчишка столкнулась с группой подростков примерно одного с ним возраста. Это были его друзья, они возвращались с вечерней рыбалки.

— Гринька! Ты куда так несёшься? — спросил один из его друзей.

— Мамка послала за травами к Дарине, — соврал Гришка, останавливаясь.

— Глянь, сколько мы наловили! — предложил ему всё тот же друг, указывая на плетеную корзину в руках другого мальчишки.

— Некогда мне с вами болтать, мамка ждёт, — снова соврал Гришка, и не дожидаясь ответа, побежал дальше.

К кузнице Гришка прибежала уже затемно. Он почти не надеялся застать там Пырея и собирался идти к нему домой, но заметил слабый свет выбивавшийся из-под двери, мальчик обрадовался. Только он собирался постучать, как рядом с кузницей приземлился огромный чёрный дракон. Гришка так и замер возле двери с поднятой рукой.

— Пырей здесь? — спросил дракон, не замечая растерянности мальчика.

— Д-да, — ответил неуверенно мальчишка.

— Гринька, это ты? — услышал он голос Мстислава, раздавшийся откуда-то сверху, — что ты делаешь тут в такое время?

— Я? — переспросил Гришка, озираясь по сторонам. Ответом ему был смех Мстислава.

— Конечно, ты, ты же Гришка, — потешался Мстислав над растерянностью мальчишки.

Чёрный дракон протянул крыло и коснулся им земли. И Гринька увидел, как по крылу спустился Мстислав, а следом за ним вождь.

— Что здесь за шум? Кто здесь? — распахнув дверь, спросил Пырей, за его плечом стоял Борислав.

— Свои, — ответил Мстислав.

Пырей и Борислав вышли на улицу.

— Отец! Мстислав! — воскликнули братья в один голос и бросились обнимать отца.

В это время Гришка подошёл к Мстиславу и дёрнул его за рукав, привлекая к себе внимание. Мальчишка думал, стоит ли говорить при драконе, и все время на него косился. Сумрак заметил недоверчивый взгляд мальчика, и подмигнул ему. Приободренный Гриня, начал с главного.

— Они хотят убить девчонок, — сказал Гришка, когда Мстислав посмотрел на него.

— Каких девчонок?! — удивился Мстислав.

— Дочек Касьяна, — сказал Гришка.

— Кто хочет их убить? — спросил вождь, высвобождаюсь из объятий сыновей.

— Касьян и колдун, — смутившись, ответил Гринька.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — угрюмо сказал вождь, после того, как увидел Яромилу живой и услышал рассказы ее и Милены, он уже ничему не удивлялся.

— Они заперты у Рогнеды в доме, — протараторил Гришка.

— В смысле заперты? — настороженно спросил вождь.

— Их стерегут громилы Касьяна, — ответил Гришка, — я видел четверых, но за домом есть еще люди, сколько, не знаю, не смог подойти ближе.

— Не переживай, Гринька, разберемся мы с этими громилами, — растрепав волосы на голове мальчишки, ответил Мстислав.

— Знать бы, что за обстановка в деревне, — как бы размышляя в слух, произнес Борислав.

— Когда я бежал сюда, на площади еще шло собрание, там колдун показывал свои фокусы, — сказал Гришка.

— А люди? — спросил Борислав.

— Большинство за них, — потупившись, ответил мальчик.

— Что за фокусы? — вмешался в разговор Мстислав.

— Он управляет молниями, — ответил Пырей, — на себе испытал.

— И ветром, — добавил Гришка.

— Чем он управляет?! — удивленно спросил Мстислав.

— Погодой, друг мой, погодой, — мрачно ответил за всех Сумрак, который, до этого молча слушал, о чем говорят люди.

— Ладно, с колдуном потом, — сказал вождь, — сейчас нужно спасти моих внучек.

— Было бы неплох, если бы ты поговорил с людьми, — сказал Борислав, — всем остальным займемся мы.

— Не стоит вождю идти туда одному, — сказал Сумрак, — я отнесу его, а заодно и смогу защитить, если понадобится.

— Это не самая хорошая идея, — задумчиво произнес Мстислав, — увидев дракона, они еще больше взбесятся.

— Других вариантов у нас все равно нет, — сказал Пырей, — нам надо спасти детей, а если мы все явимся на площадь, то не факт, что выберемся оттуда живыми, а с драконом шансов больше.

— Тут нечего обсуждать, — сказал вождь, — мы с Сумраком летим на площадь, а вы займитесь домом Рогнеды.

— Интересно, а за моим домом следят? — спросил Борислав.

— А ты что, хотел зайти переодеться? — усмехнулся Мстислав, глядя на брата, у которого под плащом жреца была кольчуга, а на поясе красовался меч.

— Там родители Милены, — ответил Борислав.

— Где?! — в один голос с отцом спросил Мстислав.

— У меня в доме, — ответил жрец, ожидая волну вопросов, и не ошибся.

— Где?! Как это у тебя в доме?! — переспросил Мстислав.

— Ты же старший жрец, и пока у тебя нет жены, в твоем доме никто не может ночевать, — с не малой долей удивления сказал Добромысл сыну.

— Куда я по-вашему должен был их деть? Оставить на растерзание Касьяну? — разозлившись, спросил Борислав.

— Почему ты не женишься? — расстроившись, спросил вождь.

— Не начинай, отец, да и не время сейчас, — ответил Борислав.

— У тебя всегда «не время», — буркнул Добромысл и пошел к дракону.

— Гришка! — позвал Мстислав мальчишку, — беги к Дарине, пусть она берет свих детей и бежит с ними в лес, потом забирай родителей, брата и сестру, и тоже прячьтесь в лесу, мы придем за вами, когда все кончится. Ты все понял?

— Да, — ответил Гришка, и не дожидаясь дальнейших указаний, помчался в направлении дома Пырея.

— Ну что, братцы? И нам пора, — сказал Мстислав, наблюдая за тем, как отец взбирается на дракона.

— Да, без шума не получится, их больше чем нас, — размышлял вслух Пырей, — надо постараться все сделать быстро, чтобы у них помощники не объявились.

— За шум не беспокойся, — усмехнулся Борислав, — как только отец на драконе появится на площади, такой ор поднимется, что на нашу небольшую стычку, даже внимания не обратят.

— Возможно, ты и прав, но осторожность не помещает, от нас зависит жизнь детей, — серьезно сказал Мстислав.

— Вот и командуй, — предложил ему Борислав.

— Почему я?! — удивился Мстислав, — ты же у нас старший жрец.

— Так я ж тебя не заставляю ритуалы проводить, ты у нас мастер на всякие там хитрости, вот тебе и карты в руки, — ответил жрец.

Мстислав взглянул на Пырея, который все это время молчал. Тот кивнул, соглашаясь с Бориславом. Вождь, сидя на драконе, внимательно слушал их разговор, но не вмешивался, предоставляя сыновьям возможность решить все самим.

— Хорошо, тогда делаем так, — сказал Мстислав братьям, — Сумрак нас отнесет на другую сторону деревни, нам будет проще подобраться к дому Рогнеды со стороны леса, потом дракон с отцом пролетят над деревней и заодно посмотрят, есть ли кто у дома Борислава, все это займет минут тридцать. Если там никого нет, то отец свистнет три раза, а если есть – то два. Затем они отправятся на площадь, а мы за это время доберемся до цели. Пока мы осмотримся, это займет еще минут десять, на площади уже поднимется переполох. На стычку с людьми Касьяна у нас будет не более получаса. Вряд ли отец сможет дольше сдерживать толпу, да и нам ни к чему медлить. До того как люди хлынут на улицы, нам надо увести Рогнеду и детей и забрать родителей Милены. Через полтора часа, все мы должны встретиться у драконьей рощи.

— Всем все понятно? — спросил Мстислав.

— Как долго нужно удерживать людей? — спросил Добромысл, признавая Мстислава главным.

— Как можно дольше, но сильно не рискуй, — ответил Мстислав, словно говорил не с вождем, а с одним из своих работников.

Добромысл оценил смелость сына и уверенность, с которой тот говорил. Мстислав не перед кем не заискивал, не спрашивал совета даже у него, полностью уверенный в правильности своего решения. Вождь уже не раз тайно жалел, что Касьян был его наследником, а не Мстислав. И сейчас сидя на драконе, он с гордостью смотрел на сына.

— Ну, что? Все готовы? — спросил Мстислав, и не дожидаясь ответа, направился к дракону, братья молча пошли за ним.

Глава 59

До дома Рогнеды Мстислав с братьями добрались быстро. На улицах никого не было, а значит, собрание все еще продолжалось. Они обошли дом сзади. Там горел костер, возле которого сидели три человека, рядом с ними лежали мечи, вынутые из ножен. Казалось, что эти люди в любой момент готовы к схватке, но вслушавшись в их разговор, Мстислав понял, что они пьяны. Всех этих людей он знал да и его братья тоже.

Где-то вдалеке кто-то засвистел. Братья прислушались. Свист раздался еще один раз и затих, из этого следовало, что у дома Борислава тоже кто-то был. Мстислав подумал, что было бы неплохо знать, сколько их там. Вдруг сигнал повторился еще дважды, но с небольшим интервалом.

— Двое, — прошептал Мстислав братьям, — их там двое.

У костра тоже слышали свист. Но не придали ему особого значения. Только один из воинов — Лесьяр насторожился.

— Похоже на свист вождя, — сказал он.

— Какого вождя, его давно уж драконы слопали, — рассмеялся Ратогор.

— Расслабься, это мальчишки балуют, — успокаивал его Лад.

— А я говорю вам, это вождь, может, и с того света, но это он, — упорствовал воин.

— Ладно, мне надо отойти, — сказал третий воин и встал.

— Куда ты? — встревожился Лесьяр.

— Скоро вернусь, а ты выкинь всю дурь из головы, вождь теперь Касьян, а Добромысл если и жив, то тут его нет, — ответил Лад, и шатаясь пошел в направлении Мстислава и братьев.

— Приготовьтесь, — прошептал Мстислав.

Братья осторожно вытащили мечи из ножен и отошли друг от друга на несколько шагов и скрылись в темноте. Мужчина, пошатываясь, прошел мимо них, не замечая опасности. Ближе всех к нему оказался Борислав. Как только воин оказался спиной к жрецу, тот со всего маху ударил его рукоятью меча по голове. Громила взмахнул руками, повернулся и молча начал оседать, Борислав схватил его за плечи, не давая упасть на землю. Подоспевший во время Пырей помог брату аккуратно положить тело на землю.

— Готов, — прошептал Пырей, пытаясь нащупать пульс на шее поверженного врага.

— Лад! Лад! Где ты? — раздался от костра голос второго воина, — кончай свои шутки, — говорил он вставая. Не получил ответа и тоже шагнул в темноту. Через минуту он уже лежал бездыханным рядом с другом.

Пока Пырей и Борислав разбирались с первым воином, Мстислав успел обогнуть освещенное костром место и оказался за спиной оставшегося у костра верзилы. Когда второй воин скрылся в темноте, мужик взял меч и, позвякивая кольчугой, неловко встал на ноги.

— Вы что там, провалились? — крикнул он в темноту, — я не… , но удар сзади рукояткой меча по голове не дал ему закончить фразу. Мужик обмяк и начал заваливаться на бок. Мстислав придержал его и аккуратно положил на землю.

— Вы что тут разорались? — услышал он голос еще одного стражника из-за угла.

Мстислав в один прыжок оказался у угла дома, откуда раздавался голос. Заметив краем глаза братьев шедших к нему на помощь, он знаком остановил их, показывая, что нужно обойти дом с другой стороны. Шаги за углом приближались. Мстислав больше не смотрел на братьев, надеясь, что они поняли его задумку. Все его внимание было сосредоточено на незваном госте.

Мстислав рассчитывал вырубить воина ударом по голове, как и его товарищей, но мужчина заметил его и схватился за оружие. Мстислав не стал ждать, когда меч противника освободится от ножен. Он резко развернулся и своим мечом снес стражнику голову.

Уже не заботясь о шуме, с окровавленным мечом в руке Мстислав обогнул угол дома и оказался у костра, который горел переддомом. Там он увидел двух вооруженных мечами мужчин, стоящих спина к спине. Одновременно с ним с другой стороны вышли его братья. Не дожидаясь их, Мстислав напал на стоявшего к нему лицом воина. Пырей и Борислав не дали второму вступить в бой с Мстиславом и тоже атаковали. Через пару минут, все было кончено. Три брата стояли над телами поверженных врагов.

— Пырей, забери детей и Рогнеду, Борислав со мной, встречаемся у «драконьей рощи», — скомандовалМстислав, братья без вопросов подчинились.

Проводив взглядом братьев, Пырей поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Через минуту за дверью послышались шаги.

— Кто здесь? — спросил напуганный женский голос. Рогнеда слышала шум и лязг оружия за окном и теперь не знала чего ждать.

— Рогнеда, это я — Пырей, — отозвался он. Дверь распахнулась и на шею Пырею кинулась перепуганная женщина.

— Пырей, как я рада тебя видеть, — и до этого сдерживаемые слезы хлынули нескончаемым потоком.

— Все уже позади, — успокаивал Пырей будущею мачеху, — собирай детей, нам надо уходить.

— А эти? — спросила она, кивнув в сторону костра.

— Они не против, — ответил Пырей.

Рогнеда первый раз с того момента, как открыла дверь, взглянула в сторону костра. Там лежали два трупа ее тюремщиков. Чтобы не закричать, женщина зажала себе рот рукой. Через мгновение справившись с собой, она вопросительно посмотрела на Пырея.

— Что, началось? — задала она вопрос.

— Да, — ответил Пырей.

— А остальные? — спросила она, кивнув в сторону костра.

— Они тоже не против, — ответил он, — иди за детьми, надо спешить.

Рогнеда зашла в дом, а Пырей вернулся к костру. Он решил перетащить тела за угол дома, чтобы не пугать детей. Как только дело было сделано, он затоптан начинавший и без того угасать костер. Теперь все следы кровопролития были скрыты ночной мглой.

Борислав вел Мстислава к своему дому тропинками известными только ему. Да и тропинками назвать это было сложно. Они шли через огороды, пролезая в щели между сараев и заборов. Жрец иногда ходил этим путем, если не хотел ни с кем встречаться на дороге. Минуя последнее препятствие в виде густо растущего кустарника, братья оказались напротив жилища Борислава.

Они долго всматривались в темноту, пытаясь увидеть шпионов Касьяна, но ничего не происходило. Никаких движений возле дома не было. Борислав уже собирался подойти ближе, но Мстислав удержал его. В этот момент от боковой стены дома отделилась темная фигура, к ней от дерева двинулась другая.

Теперь Мстислав увидел все, что хотел. Больше не заботясь о тишине, братья двинулись к дому. Завязался бой. Противник Борислава оказался совсем молодым и неопытным. От первого же удара жреца он выронил меч, а когда наклонился, чтобы поднять, Борислав ударил его сверху по голове, стараясь не убить, а только оглушить парня.

Пока Мстислав разбирался со своим противником, жрец постучал в закрытые ставни.

— Влас! — позвал он, — собирайтесь, нам надо уходить.

— Борислав это ты? — переспросил мельник.

— Да, торопитесь, — ответил жрец.

Услышав голос, как он считал, покойника, противник Мстислава запаниковал. Мстислав, воспользовавшись этим, нанес ему смертельный удар мечом в плечо рядом с шеей, рассекая артерию и ключицу. Пинком отшвырнув уже мертвого противника, Мстислав выдернул меч из безжизненного тела.

В это время на площади вождь, стоя на спине черного дракона, обращался к людям с призывом одуматься.

— Касьян и колдун вас обманывают, — говорил он, — это они хотели убить Яромилу, но драконы спасли ее и теперь она у них.

— Люди, вы только послушайте, что он говорит, — прерывая Добромысла, сказал колдун, — вождь обезумел, его околдовали эти проклятые ящеры! Если Яромила жива, то почему же ты тогда не представишь ее в качестве доказательств? — спросил он, обращаясь уже к вождю.

— Потому, что не хочу рисковать ее жизнью, — невозмутимо ответил Добромысл.

Увидев вождя, многие сторонники войны переменили свое мнение. Толпа разделилась на две равные части. На тех, кто поддерживал колдуна и на тех, кто был рад возвращению вождя.

Спор колдуна с Добромыслом продолжался довольно долго. Касьян тоже иногда вставлял пару слов, и люди его слушали. Урий мог бы прекратить все это, просто метнув в дракона молнию. Но он был уверен в том, что об этой его способности никто не знает. Старик решил оставить ее в секрете до битвы с драконами.

— Вы слушаете предателей! — обратился вождь к толпе, — они сделают из вас рабов, одумайтесь пока не поздно.

Сторонников вождя с каждым его словом, становилось все больше. Не на шутку встревоженный этим колдун, решил прибегнуть к хитрости.

— Люди! — крикнул он, — давайте обратимся к богам, и если они нам не ответят, можете побить меня камнями!

После его слов по толпе пронесся одобрительный ропот. Старик поднял руки к верху и взмолился, прося знака свыше. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. На самом же деле, он решил воспользоваться умением, которое раньше считал бесполезным. Но которое уже не раз выручало его. Он вызвал северное сияние. Толпа загудела и многие упали на колени, выражая покорность богам.

— Послушайте меня! — крикнул Добромысл так, чтобы его все слышали, — тех из вас, кто не поддался на фокусы колдуна и еще способен мыслить трезво, я буду ждать на краю деревни там, где раньше стоял дом мельника, который сожгли Касьян и колдун.

Как только вождь закончил говорить, Сумрак взмыл в небо.

— Как думаешь, Мстислав уже всех собрал у «драконьей рощи»? — спросил он вождя.

— Надеюсь, что, да, — ответил вождь, сохраняя завидное самообладание.

У рощи собрались уже все, ждали только возвращения вождя и дракона. Никто не разговаривал все стояли молча. Даже дети, почувствовав напряжение взрослых, вели себя тихо. Всего вместе с дочерьми Рогнеды набралось одиннадцать человек, не считая вождя. Вождь был десятым.

Как только Сумрак приземлился, Мстислав оправил к нему Рогнеду и детей. Дракон опустил крыло, чтобы его новые пассажиры могли подняться ему на спину. Как только все уселись, Сумрак взлетел. Мстислав с братьями остался дожидаться его возвращения.

Ждать им пришлось не долго, через полчаса Сумрак вернулся, но не один, а с Гором. Зеленый дракон забрал Борислава и Пырея. Мстислав и черный дракон полетели к лесу за женой Пырея и его детьми. Там же они собирались подобрать Гришку с его родней.

Глава 60

Ярамила стояла рядом со своими дочерьми. Она то плакала, то смеялась, обнимая их. Чуть в стороне от неё стоял Борислав. Он не отрывая глаз, смотрел на неё. Заметив его взгляд, женщина робко улыбнулась ему. Борислав как заворожённый подошёл к ней. Он всё ещё не мог поверить, что Яромила жива.— Борислав, как ты думаешь, вождь разведёт меня с Касьяном? — спросила она.

— Думаю, да, но это могу сделать и я, — ответил Борислав.

— Но я не отдам Касьяну детей, — вдруг испугавшись, сказала она.

— Не бойся, твои дети останутся с тобой, — успокоил он Яромилу, — я об этом позабочусь, никто кроме тебя не сможет распоряжаться их судьбами.

— Спасибо, — вдруг смутившись, ответила Яромила.

— Борислав! Борислав! — раздался голос Мстислава, — подойди к нам, — позвал он.

Вождь с Тайфуном обсуждали дальнейший план действий. В итоге было решено, что вождь соберёт верных ему людей, а их семьи драконы заберут в своё поселение. Мстислав не хотел отпускать отца одного обратно в деревню. Он решил лететь с ним. Пырей тоже не собирался отсиживаться у драконов. Борислава решили оставить старшим. Но и жрец не собирался сидеть с женщинами, когда его братья и отец рисковали своими жизнями. Мельник, тоже недолго думая, присоединился к вождю.

Окинув взглядом оставшихся женщин, старшей Добромысл ставил Милену. Она единственная изо всех, кто вёл себя более-менее адекватно. Милена тоже нервничала, и сильно переживала за Мстислава, но среди всех присутствующих, она, казалась, более собранной. Это, конечно, было не обязательно, в поселении драконов женщинам ничего не угрожало. Но на случай непредвиденных обстоятельств, кто-то должен был позаботиться о женщинах и детях.

Сумрак, Гор, а с ними ещё три дракона забрали мужчин и полетели к мельнице. Там уже собралось приличное количество народа, и люди ещё продолжали подходить, принося с собой щиты, мечи, копия, луки и стрелы. В итоге оружия и щитов оказалось с избытком.

Колдун тоже не сидел без дела. Этой ночью ему нужно было встретиться с драконом Буяна. В этот раз на встрече с ним должен был присутствовать и Касьян. Но дело осложняли драконы Тайфуна, Они то и дело летали от мельницы к поселению драконов, перенося на себе женщин и детей. Это были семьи тех, кто остался с вождём. Наконец, когда было уже чуть за полночь, полёты прекратились.

В заднюю стенку дома колдуна постучали. Старик и Касьян вышли на улицу. Там их ждал шпион Буяна. Колдун потребовал, чтобы дракон отвез их на болото. Ему было нужно познакомить Буяна с Касьяном и разработать план совместных действий. Урий не хотел откладывать сражение надолго. Он рассчитывал по-быстрому разделаться с вождём и его людьми, не давая им возможность, как следует подготовиться к бою. Колдун понимал, что расправиться с драконами, быстро не получится. Но если избавиться от Добромысла, то к вечеру следующего дня, Касьян станет вождём, а он старшим жильцом. А там, глядишь, и с Тайфуном что-нибудь случится…

Пока Касьян и старик гостили на болотах, Добромысл разделил людей на две группы. Одну группу во главе с Мстиславом и Пыреем, он отправил к драконьей роще, вторую, которую возглавил сам вместе с Бориславом к кузнице. Для того чтобы драконы могли отличить их от предателей, да и сами люди понимали кто свой, кто чужой, кольчуги воинов сохранивших верность вождю, обмакнули и белила найденные в сарайчике мельника.

Все ждали утра и готовились к бою. Никто не сомневался, что Касьян нападёт сразу, как только рассветёт. По плану, первыми в бой должны были вступить драконы, а затем, по сигналу короля, если в этом будет необходимость, люди.

Глава 61

Касьян и колдун на болотах пробыли недолго. Все их путешествие заняло не больше часа. Теперь они шли к дому Рогнеды. Касьян собирался запереть ее и детей в подвале своего дома. Он хотел, чтобы люди, охраняющие будущую жертву, приняли участие в сражении. Жертвоприношение решено было провести после боя.

В деревни стояла тишина, только над головой иногда пролетали драконы, но заметить их было сложно. Наследник со спутником быстро добрались до цели. Возле дома Рогнеды не слышалось никаких звуков, кроме, стрекотания цикад. Костры не горели, никого из стражи не было видно.

— Эй, вы там! Уснули что ли? — крикнул Касьян, но ответом ему была тишина. Присмотревшись, он понял, что здесь была драка. Касьян забежал за угол дома, и сразу же наткнулся на два труппа, наследник без труда узнал своих людей. Выругавшись, он побежал к входной двери. Она была открыта, мужчина вбежал в дом, но там никого не оказалось. Касьян вылетел на улицу.

— Там никого нет! Они сбежали! — крикнул он колдуну, который и так его прекрасно слышал.

— Не паникуй, найдем, — ответил старик, спокойно.

— Это все мои братцы, — сказал Касьян с ненавистью, — но ничего, я кое-что придумал, — зло сказал он, — если мы не найдем моих дочерей, значит сгодятся племянники, пойдем.

— Куда?! — удивился старик.

— В дом Пырея, — ответил Касьян, — по дороге захватим с собой еще пару человек, для поддержки.

— Твои племянники мне нужны живыми, — возразил колдун.

— Ничего, от тебя не убудет, если ты лишишься одного из них, — уверенно произнес Касьян.

— Ты думаешь, что Пырей не отправил своих детей к драконам?! — удивился старик.

— Сейчас увидим, — ответил наследник.

Колдун лихорадочно соображал, как спасти детей Дарины от Касьяна. Убийство одного из них не входило в планы Урия, по крайней мере, сейчас.

— Послушай, один из твоих братьев вполне годится для жертвоприношения, это будет даже лучше, чем принести в жертву кого-то из детей, — сказал колдун.

Касьян остановился и задумался. Жертвоприношение должно состояться после боя, а пленить одного из братьев, а потом убить на алтаре было не такой уж плохой идеей. Наследник мечтал о том, чтобы это был Мстислав.

— Хорошо, — наконец, согласился Касьян, — тогда до утра.

Люди собрались за деревней напротив леса к восьми утра. Поверивших фокусам колдуна было в два раз больше, чем тех, кто остался верен вождю. Касьян понимал, что пройти через лес и найти поселение драконов у них не получится. Он решил, что если в течение часа драконы не объявятся, поджечь лес.

Задачей небольшого войска Касьяна было втянуть драконов короля в бой, а дальше в дело вступал Буян со своими. Он должен был напасть сзади, и пробиться к Тайфуну. Основной задачей было убить правителя этих земель. Но не Тайфуна с его подданными, не вождя с его людьми видно не было. Уже не только Касьян, но и колдун занервничал.

Правда, колдун, в отличие от Касьяна войну начал на несколько часов раньше. Он вызвал смерч и отправил его к мельнице. Старик надеялся, что все люди вождя, да и сам вождь погибнут. Ну, или, в крайнем случае, армия Добромысла окажется изрядно потрепанной и не годной к бою. Урий не мог подойти близко к лагерю вождя и не видел, насколько действенным было его «оружие». Колдун мог только издалека наблюдать, как в небе над мельницей кружила огромная черная туча. Ему хотелось бы видеть все своими глазами, но он боялся нарваться на дозор Добромысла.

Теперь, будучи уверенным в том, что войску вождя нанесен серьезный урон, колдун готовился к схватке с драконами. Но долгое их отсутствие на предполагаемом поле сражений, заставляло старика нервничать.

Наконец, над лесом появились драконы. Первым летел Тайфун. За ним около сотни драконов. Часть его подданных, включая Гора, были оставлены в поселение для охраны еще совсем молодых и только вылупившихся драконов, а так же женщин и детей.

— Я предлагаю вам одуматься и разойтись по домам! — обратился Тайфун к собравшимся воевать людям.

— Не для того мы здесь собрались! — прокричал ему в ответ Касьян.

Колдун же, воспользовавшись, случаем, метнул молнию в короля драконов. Тайфун вовремя увернулся, и разряд прошел рядом с его крылом. Старик вновь швырнул молнию в него, но в этот раз цель была слишком далеко, и колдун ранил другого дракона, повредив ему крыло. Раненый боец Тайфуна был вынужден приземлиться.

Касьян, обнажив меч, кинулся на раненого врага. В это же время с земли в драконов полетели копья и стрелы. Копья, которые достигали цели, ранили драконов. Раны были хоть и несерьезными, но болезненными. Стрелы же отскакивали от чешуи драконов, причиняя последним лишь легкий дискомфорт.

Урий без устали продолжал метать молнии, и вот, на земле появился первый убитый дракон. За ним тяжелораненый, но живой еще один. Люди бросились добивать раненого противника. С неба на них обрушился шквал огня. Теперь и среди людей появились раненные и убитые. Битва разгоралась все сильней и сильней, унося жизни с обеих сторон.

Колдун старался подобраться к Тайфуну, но того все время окружали драконы. Один, из которых, заметив колдуна, выдохнул струю огня в его направлении. Старик инстинктивно поднял согнутую в локте руку в попытке защититься от пламени и над ним образовался невидимый щит, который отразил огонь. Урий не знал о такой своей способности, но сейчас был неимоверно рад, что обладает ей. Он попробовал распространить защиту на людей. Теперь пламя не могло причинить никому вреда, но и копья со стрелами не пробивали невидимый барьер. Урий был вынужден снять защиту. Еще одним неприятным для него сюрпризом оказалось то, что держать защиту и метать молнии одновременно не получалось.

В самый разгар битвы, заходя в тыл драконам короля, появились отступники во главе с Буяном. Их было всего девять, но внезапность их появления, пусть ненадолго, давала им некоторое преимущество. Драконы Буяна были вымазаны болотной грязью, чтобы отличаться от остальных и не стать жертвами колдуна. Теперь бой был не только людей с драконами, но и между самими представителями древних ящеров.

— Пора появиться вождю с его людьми, — сказал Тайфун, находящемуся с ним рядом Сумраку.

Черный дракон, стараясь избегать копий людей, а так же когтей и зубов отступников, полетел к кузнице.

Смерч, вызванный колдуном, не причинил никакого вреда немногочисленному войску Добромысла. К тому моменту, когда смерч достиг мельницы, часть войска была уже у кузнеце, а вторая в «драконьей рощи». Ожидания колдуна не оправдались, скорее наоборот.

Ночью люди вождя разжились лошадьми, часть которых была из табуна Мстислава. Да и сам Мстислав со своей группой не остались пешими. Те, кто был возле кузнецы, и те, кто был в роще драконов, давно уже сидели в седлах, ожидая сигнала от Тайфуна. Они слышали шум битвы и видели вспышки пламени и молний. А почти перед самым появлением Сумрака, небо застлал густой черный дым пожарищ. Это загорелись дома и постройки находящиеся рядом с местом сражения.

Как только сообщение от Тайфуна было получено, обе группы выдвинулись к месту сражения. Вождьи Мстислав со своими воинами с двух сторон врезались в толпу обезумевших от жажды крови людей. Сторонники Касьяна падали под мечами своих односельчан.Стоны раненых раздавались со всех сторон. Даже шум битвы не мог перекрыть их. В самой гуще сражения стоял Касьян с обнаженным мечом. Он разил противников, не зная пощады и устали. В стороне от него, чередуя защиту с метанием молний, стоя колдун. Над ним в небе кружил зеленый, похожий на короля дракон.

Этот дракон вместе с колдуном пытался подобраться к Тайфуну. И когда у них это почти получилось, Мстислав метнул копье, пронзая крыло зеленого дракона. В это самое время, Касьян окинул взглядом поле боя. Вид убитых и раненых людей возымел на него странное действие. Касьян воткнул меч в землю, встал перед ним на колени, обхватил рукоять двумя руками, и склонил голову, касаясь лбом сжатых на мече рук. Он не раз за свою жизнь побывал в битвах и многие из них уносили куда больше жизней, но то, что происходило сейчас, казалось, теперь Касьяну чем-то отвратительным и противоестественным. Он вдруг со всей остротой, осознал свою вину перед отцом и погибшими товарищами. Неожиданно до него дошел весь ужас того, что он натворил, слушая советы колдуна. Касьян повернул голову в сторону старика, отыскивая его взглядом, что, впрочем, было несложно.

В этот момент, один из драконов Тайфуна решил атаковать Касьяна. Но громовой голос короля остановил его.

— Не трогать! — взревел Тайфун, — пусть теперь живет с этим, — уже тише добавил он.

Раненый Буян, старался вытащить из крыла копье Мстислава. Он кружил в небе, прилагая не малые усилия, чтобы не сесть на землю. В какой-то момент, он оказался над колдуном, который метнув, в очередной раз, молнию в короля, собирался использовать защиту. Не успел старик поднять руку так, чтобы невидимый глазу барьер появился, как из раны Буяна ему на голову упала большая капля крови. Урий сначала замер, потом истошно закричал, и поднял вверх лицо.

— Идиот! — выкрикнул колдун Буяну.

Это было последнее, чтосказал колдун. Через мгновение его тело раздуло, кожа начала лопаться. Затем над полем боя раздался жуткий крик, заглушающий все остальные звуки. А еще через мгновение колдуна разорвало на части. Сила, пришедшая с кровью дракона, убила его.

— Все, хватит! — закричал король драконов, — я предлагаю всем сторонникам колдуна и драконам Буяна сдаться! Взамен, я гарантирую всем жизнь.

Люди Касьяна молча, побросали оружие, драконы Буяна сели на землю и склонили головы. Только сам Буян еще какое-то время кружил над затихшей битвой. Но вскоре и он подчинился требованиям короля.

Глава 62

Люди Касьяна одной большой группой собрались чуть в стороне. Кто-то из них стоял, опустив голову, кто-то сидел на траве. Воины вождя и драконы Тайфуна собирали убитых и раненых. Раненых сносили ближе к деревне в независимости от того, за кого они сражались. Тайфун в этой битве потерял десять драконов, а из девяти отступников осталось семь включай Буяна. Люди с обеих сторон потеряли сотню человек убитыми, почти полтысячи воинов были ранены.

Сыновья вождя тоже не обошлись без травм. У Пырея, пусть и несильно, но всё же, была обожжена рука. Бориславу повезло больше всех, у него был подбит глаз и разбитых губа. Сейчас он помогал Мстиславу, у которого из руки чуть выше локтя, торчала стрела.

Сумрак, из поселения драконов принёс Дарину и ещё несколько женщин. Женщины под ее руководством сразу же начали помогать раненым. Через некоторое время к ним присоединились жёны тех, кто воевал за Касьяна. Тем временем, драконы потихоньку переносили из своего поселения женщин и детей обратно в деревню. Только родственники вождя за исключением Дарины остались в гостях у драконов. Мстислав и Пырей тоже были отправлены в деревню Тайфуна.

Касьян же, был заперт в собственном доме. Там он дожидался суда, который, должен был состояться через три дня, сразу же после погребения погибших. Он не пытался как-то связаться с вождём или своими братьями, а просто молча ждал решения своей участи. Касьян понимал, что за то, что он натворил, ему грозит смертная казнь. И, казалось, даже был рад этому. Все кто воевал за колдуна и Касьяна, были распущены по домам.

Люди оплакивали погибших, лечили раненых. Драконы, закопав своих убитых собратьев прямо на месте сражения, кружили над деревней, высматривая нарушения порядка. Их главной задачей было не допустить повторения бунта. Буян с отступниками были отправлены вновь на болота. За ними теперь тоже велось наблюдение. Сама деревня людей пострадала не сильно, сгорело только несколько домов и построек располагавшихся в непосредственной близости от поля боя.

На следующий день вечером за деревней заполыхали погребальные костры, отдавая последнюю дань погибшим. К этому времени все, включая Яромилу и её дочерей, вернулись в свои дома. Касьян же был переведён в дом колдуна, где находился под стражей.

Утром состоялся суд над Касьяном и его сторонниками. Суд был на рыночной площади, там присутствовали все жители деревни и король драконов. Касьян и несколько ярых его сторонников были изгнаны с Земли драконов на десять лет. Вместе с ними пожелали уйти ещё полторы сотни человек, частью из которых были жёны и дети тех, кто погиб сражаясь за Касьяна.

Как только приговор был оглашён, вождь объявил о разводе Яромилы и Касьяна. Также, по настоянию Борислава, он сказал, что с этого момента только Яромила может распоряжаться судьбами своих дочерей, а Касьян лишается всех прав на этих детей.

Касьян спокойно воспринял приговор, но когда речь зашла о детях, и его лишили всех прав, по его щекам потекли слёзы. Теперь, не одурманенный байками колдуна, он всё видел по-другому. Мужчина надеялся, что Яромила сможет простить его. Но теперь надежды рухнули.

Далее вождь перешёл к разговору о наследнике. Касьян лишался права когда-либо стать вождём в этой деревне. Преемником вождя назначался Борислав, если тот откажется от должности старшего жреца. Но Борислава всё в его жизни устраивало, и он отказался в будущем становиться вождём. Следующим по старшинству был Пырей, но и он отказался становиться правителем. Мстислав тоже попытался отказаться в пользу Мала, но братья и отец при поддержке народа, уговорили его. С этого момента Мстислав официально становился преемником вождя. На этом собрание было окончено.

Касьян, который, последнее время, так рьяно боролся за то, что и так принадлежала ему по праву, был удивлён не желанию братьев становиться правителями. Он только теперь осознал, что колдун манипулировал им, пользуюсь его страхами, и внушая ненависть к братьям.

Ещё до захода солнца Касьян и те, кто пожелал идти с ним, покинули Землю драконов. На протяжении нескольких дней пути, в небе над ними кружили крылатые ящеры, желая убедиться в том, что предатели покинули их землю.

Прошло пару лет, и слух о Земле драконов распространился в большом мире людей. Кто-то считал это выдумкой, кто-то вполне серьёзно верил в существование драконов. Те, кто вернулся в большой мир, рассказывали о свирепости и кровожадности огнедышащих ящеров. И только Касьян никому ничего не говорила о своих бывших соседях.

Когда слух о чудо – землях, дошёл до правителей разных городов и государств, они объявили охоту на драконов. Обещая баснословные награды тем, кто принесёт голову огнедышащего ящера. Несмотря на огромное вознаграждение, желающих было немного. Но через некоторое время, на Земле драконов, начали появляться охотники. Это были хорошо вооружённые люди, привыкшие к сражениям. Поначалу таких людей было немного, но с течением времени, их количество возросло. Некоторым из них, пусть и без трофеев, удавалось вернуться домой живыми.

Когда один из правителей послал целую армию, чтобы уничтожить деревню Добромысла и убить драконов, Тайфун, после того как вражеское войско было уничтожено, решил поискать более спокойное место для жизни драконов. Деревню Добромысла тоже было решено перенести в другое, более защищённое место. В этот раз переезд для людей был не таким тяжёлым. Им во всём, включая постройку новых домов, помогали драконы. Теперь, когда люди вождя были защищены, драконы начали искать место для себя.

Тайфун посылал своих подданных во все концы земли, но подходящее место так и не находилось. Там где ходили стадо диких животных, поблизости оказывались люди, там, где поселений людей не было, не хватало места и добычи. Тайфун уже отчаялся найти для себя и своих подданных новый дом и был готов сражаться за землю, на которой живёт до последнего дракона.

– Смотри, что это там? – спросил Сумрак у Гора.

– Не знаю, давай посмотрим, – ответил зелёный дракон.

Они летели над океаном, рассматривая острова в поисках нового жилища, но острова для драконов, были слишком малы, а запас добычи на них был ограничен. И вот сейчас, над водными просторами, драконы заметили свечение воздуха в радиусе примерно двадцати метров. Воздух там словно мерцал и струился. Драконы подлетели ближе.

– Как думаешь, что это?- спросил Гор.

– Представления не имею, никогда такого раньше не видел, – ответил Сумрак.

– Сейчас выясним, – пообещал зелёный дракон и сунул голову в воду.

– Что ты делаешь?! – удивился чёрный дракон.

Вместо ответа Гор вытащил голову из воды. В его зубах извивалась большая акула, которую он держал за хвост. Не успел Сумрак что-либо сказать, как Гор засунул акулу головой в мерцающее воздушное марево. Часть акулы, которая, была засунута в необычное воздушное окно, исчезла. Словно акулу разделили надвое. Зелёный дракон вытащил рыбину обратно, не надеясь увидеть её целый. Но хищница была жива и здорова. Тогда Горб повторил свой эксперимент ещё раз. И в этот раз подопытная осталась жива. Недолго думая, зелёный дракон швырнул акулу через плечо обратно в океан, чуть не задев чёрного дракона.

– Аккуратней, – буркнул Сумрак.

– Что рыбки испугался? – усмехнулся зелёный дракон, – держи меня за хвост, только смотри не отпусти, – сказал он.

– Что ты задумал? – насторожился Сумрак.

– Хочу узнать что там, – ответил Гор.

– Ты что с ума сошёл? – поинтересовался чёрный дракон.

– Да ладно тебе, всё будет в порядке, – ответил Гор и не дожидаясь, когда Сумрак возьмёт его за хвост, сунул голову в мерцающий сгусток воздуха.

– Там земля! – восторженно объявил зелёный дракон, высунув голову обратно, – мы нашли портал, нужно посмотреть что там, я полечу туда, а ты подожди меня здесь.

– А если ты не сможешь вернуться? – встревожился Сумрак, – ты же не знаешь, что там.

– А вдруг там то, что мы ищем, – ответил Гор и нырнул в портал.

Через полчаса зелёный дракон вернулся.

– Там где я успел побывать, необыкновенно красиво и повсюду стада диких животных, – восторженно рассказывал Гор.

– Давай попробуем слетать туда вместе, – предложил чёрный дракон.

– Хорошо, полетели, – ответил зелёный дракон.

Пролетев через портал, драконы оказались в параллельном мире. Там было великое множество разных животных пригодных в пищу драконам и нигде не было заметно следов людей или других разумных существ. Почти неделю Гор и Сумрак исследовали новый мир. И наконец, решив, что этот мир вполне подходит для жизни, отправились с докладом к королю драконов.

Послесловие

Драконы, оставили свою землю и улетели в параллельный мир. Но прежде чем покинуть свой дом навсегда, Тайфун слетал к своему брату на болото. Король драконов звал его с собой, предлагая забыть о разногласиях, но Буян отказался. Теперь, когда Тайфун и его драконы покидали эти края, Буян чувствовал себя полновластным хозяином Земли драконов.

Правда, надо отдать ему должное, он пообещал королю охранять людей Добромысла и не нарушил своего слова. Также, он поклялся не препятствовать, драконам короля, если те захотят прилететь в гости в деревню людей или просто побывать в родных местах.

Тайфун был немало удивлен, когда еще двадцать драконов из разных групп не захотели улетать, и остались с Буяном. Король не возражал, понимая их нежелание покидать свой родной край. Тайфун и сам не хотел улетать, но нужно было обеспечить безопасность подданным. Перед самым отлетом он объявил Роску королевой.

У людей тоже были перемены. Яромила после долгих уговоров, согласилась выйти замуж за Борислава. У Мстислава и Милены подрастали близнецы мальчик и девочка. У Добромысла и Рогнеды тоже все складывалось хорошо.

С момента изгнания Касьяна прошло десять лет. За это время он успел сильно измениться. Его больше не волновала власть. Теперь он часто думал о своих дочерях, об отце и братьях. Касьян не знал, простили они его или нет. Но в любом случае он хотел увидеть их еще хоть раз в жизни. Кроме изменений в характере было еще кое-что. В одном из городишек большого мира, семь лет назад, он встретил женщину, точнее не встретил, а купил на невольничьем рынке.

На вид ей было за тридцать. Но о возрасте судить было сложно. Лицо женщины было покрыто грязью, а длинные черные засаленные волосы давно скатались в один огромный колтун. Одежда на ней была похожа на лохмотья. Один рукав ее платья был оторван. А на обнаженной руке красовались синяки. Касьян мог бы поклясться, что и все тело несчастной покрыто такими же «узорами». Продавал ее мерзкий похожий на жабу старикашка. Как позже выяснилось – ее муж. Звали женщину – Купава.

Два года она была замужем за этим стариком. Детей за это время у них так и не появилось. Старик был купцом и требовал родить ему наследника. До Купавы у него было три жены, и всех их он извел. Одну заморил голодом, двух других убил. Родственники женщин обращались к властям, но он откупался. Купаве, можно сказать, повезло. Ее он решил продать.

До того как стать женой злобного старика, она была жрицей в храме одной древней богини. Ни о каком замужестве даже не помышляла. Но когда умерла старшая жрица, ее наместниц, побоявшись конкуренции со стороны Купавы, продала ее этому мерзкому старику, который, теперь тоже продавал ее, как последнюю рабыню.

Касьян случайно оказался на невольничьем рынке. Он не собирался никого покупать, но его внимание привлек хриплый старческий голос, который выкрикивал совсем мизерную цену за женщину. Касьян решил, что старик продает свою старую жену и решил взглянуть. Вокруг толпились люди, не проявляя особого внимания к его «товару», они подошли, как и Касьян ради любопытства.

Касьян взглянул на женщину, и хотел отойти, но увидев ее карие, испуганные, как у затравленного зверя глаза, остановился. Старик сбавил еще цену. Тогда один из зрителей решил купить ее. Касьян заметил, как взгляд женщины потух, и из ее глаз потекли слезы.

– Я покупаю ее за прежнюю цену! – выкрикнул Касьян, сам не зная, для чего это делает.

– Продано! – крикнул старик, усмехнувшись.

Касьян привел женщину домой. К этому времени у него был небольшой дом, за которым присматривала нанятая им старуха. Купава была напугана. Руки ее дрожали, было видно, что она старается справиться с дрожью, но ее попытки были четны.

– Не бойся, тебя тут никто не обидит, – сказал Касьян как можно мягче, – ты свободна, и можешь уйти отсюда в любой момент. Женщина встрепенулась, к ней снова возвращалась жизнь, но через миг заплакала.

– Мне некуда идти, – сквозь слезы сказала она.

– Тогда оставайся гостьей в моем доме, – предложил он.

– Я так не могу, – ответила она, – но если ты дашь мне какую-нибудь работу, тогда я смогу остаться.

Так, прожив под одной крышей несколько месяцев, они решили стать семьей. Местный жрец провел ритуал. Еще через год у них родилась дочка. Теперь, Касьян со своей новой семьей возвращался в Землю драконов. Купава была единственным человеком, которому, он рассказал о драконах и о том, что он сделал. Этот разговор произошел перед их свадьбой. Он считал, что женщина должна знать с кем связывает свою судьбу.

Сейчас он стоял посреди заброшенной деревни. Рядом с ним была Купава, а их маленькая дочь спала в кибитке. Деревня, представляла собой, жалкое, а порой и пугающее зрелище. Некоторые дома были разрушены, некоторые сгорели, а кое-где валялись человеческие кости.

– Что здесь произошло? – шепотом спросила Купава, страх сковал ее и мешал говорить.

– Не знаю, – ответил Касьян.

– Кто вы? – раздался откуда-то сверху грозный голос.

– Я сын Добромысла, а это моя жена, – ответил Касьян, поднимая голову.

– Касьян? – спросил нависший над ними дракон.

– Да, а что тут случилось? Где все люди? Где мой отец? – спросил Касьян.

– Переехали, – ответил дракон, – подожди здесь, я сейчас узнаю можно ли тебя проводить к ним, – не дожидаясь ответа, дракон улетел.

Все это время, пока огромный коричневый ящер висел у них над головой, перепуганная женщина жалась к мужу. Купава первый раз в жизни видела дракона.

Это был один из дозорных Буяна. Он увидел людей и сначала хотел уничтожить их, но заметив женщину, решил выяснить кто они.

Добромысл принял Касьяна и его новую семью с радостью. Братья тоже были не против его присутствия, а вот Яромила была не в восторге. Она запретила ему приближаться к дочерям, хоть те были уже замужем и у них самих родились дети.

Но через некоторое время все наладилось. Борислав смог убедить Яромилу в том, что Касьян изменился, да и сам Касьян больше не казался самовлюбленным фанатиком, помешенным на власти.

Касьян построил себе дом на краю деревни, где и поселился со своей семьей.

Что касается драконов короля, то они иногда прилетали на старые места, но надолго не задерживались. Исключением были Сумрак и Гор, они часто гостили в деревне.

Драконы Буяна постепенно расселились по всей территории. Кто-то из них старался избегать встреч с людьми, кто-то наоборот, забавлялся, разбойничая в людских поселениях. Буян не запрещал своим драконам такие развлечения. Люди тоже не оставались в долгу и старались уничтожить драконов. Иногда им удавалось ранить или даже убить одного из них. Так продолжалось века, пока последний дракон из оставшихся на земле, не пал от руки человека.