Земли Запада

Глава 1

Надвигалась гроза. Серо-синяя гуща зависла над селением в западных землях и обещала дождь. Народ волновался.

Ньют вышел от цветочника.

– Спасибо! – крикнул он, кряхтя прижал к себе куст южной фуксии и вразвалку пошел по мощеной дороге.

Запахи улицы смешивались в предгрозовом воздухе и играли в прятки. Ньют прошел мимо мастерской керамики, осевшей в облаке краски, гончарной с холодным запахом сырой глины и повернул за угол к лавке булочника, который торопливо убирал ароматные улитки с корицей с улицы. Люди разбегались по домам, захлопывая окна в ожидании дождя.

– Ньют! – окликнул булочник парня, приметив его по копне огненных волос, – красивая дрянь! Юноша повернулся лицом к лавке и пошел по улице задом. – Да, – усмехнулся он. – Думаю, отцу понравится.

Парень нырнул в переулок, чтобы срезать до дома, и запетлял по артериям городка.

Здесь его знали, как сына алхимика и «мага». Магом отец Ньюта, конечно, не был.

Он составлял зелья, писал рецепты и охотился за ингредиентами: голубыми алмазами, искрой пегасовых копыт и крылом лунной стрекозы… но чудодейственной силы рецепты его не имели.

А в некоторых зельях в дело шло все, начиная от рыжих локонов сына, заканчивая южной фуксией, которую Ньют выторговал у цветочника и рассчитывал поставить в доме для красоты. Он пока не знал, что Якоб безжалостно оборвет ее яркие цветы с бахромой, и бросит в бурлящий котелок.

– Я дома! – крикнул Ньют, когда маленький колокольчик звякнул на двери. Парень прошел в лабораторию отца.

Якоб, седовласый старик в круглых черных очках, склонился над тонкой пластинкой. На ее серебряной поверхности что-то дымилось и сыпало голубые искры. – П-а-а-п. Я пришел, – повторил парень. – Да-да, – отмахнулся старик, не отрывая глаз от реакции. – Отец…

Якоб повернулся, и увидел сына, наполовину скрытого плоскими жирно-зелеными листьями тропического растения. – Ах, да! – опомнился мужчина. – Ставь эту красавицу сюда. – Я думал, – начал Ньют, – ты посадишь ее на лужайке. Якоб что-то бормотал себе под нос. – Или хотя бы поставишь у окна, – юноша подул на волнистый чуб, упавший ему на глаза. – Ей точно нужен свет. С Юга ведь привезли. – Да-да, – повторил Якоб, сорвал со стеблей пышные шапки и небрежно бросил в котелок.

Ньют вздохнул: он два часа торговался за эту диковину с цветочником и потратил все деньги, скопленные на выпасе одичавших лошадей и работе подмастерьем. – Ты знаешь, – сказал он, встав в дверях на задний двор, – гроза ведь надвигается, – и вышел на лужайку.

Глава 2

…Он взглядом смерил широкую спину юноши,

который возился с мотней на мешках, и выдал:

– Южанку тебе надо…

Часть 2

Ньют проснулся от криков.

В полусне он ощущал, как прохладный ветерок проникает в открытое окно и играет с занавеской, а теперь подорвался с кровати.

Город, где он жил был тихим. Его было не сравнить с шумным Югом или помпезным эльфийским государством. И за 16 лет Ньют впервые слышал подобный звук.

В ратуше бил колокол.

Юноша накинул на плечи белую рубашку и растеряно поплыл на улицу.

– …Не звонил 78 лет!.. – возглас местного чудака с длинющей бородой заставил Ньюта вздрогнуть, и окончательно его разбудил.

– С чего бы это?..

– Что-то в столицах приключилось… – подслушал он разговор двух женщин в балахонах, торгующих на площади зеленью.

Ньют поднял голову. Отливающий бронзой колокол грозно качался в стройной башенке из белых кирпичей, которая была ему мала. Под ним разбегались дети, игравшие в классики и музыканты, давно превратившие площадь в место для концертов.

Следивший за этим парень, обернулся на крик:

– Люди Запада! Близится страшное время!

На городской сцене стоял глашатай-петух. И красная шапка-волан с белым пером совсем роднила его с этой птицей.

– В ваши края идет война! – крикнул он, и люди замолчали.

– Чтобы защититься от напасти… и сохранить спокойствие вашего городка… – дробил глашатай, – ваши дети…

– Наши дети не воины! – прервали его из толпы.

Глашатай посмотрел сверху вниз на старика, сказавшего это и вздрогнул. В небе ударил гром…

***

– Вы слышали про войну? – бросил Ньют, закинув на спину пыльный мешок проса.

– Врут все, – отмахнулся пекарь, отсыпая в другой мешок пуд муки.

Помолчали.

– Как эта штука, которую ты нес в горшке? Понравилась отцу? – продолжил мистер Митчел.

Не дождавшись ответа, он слюбопытничал: – Где такую раздобыл?

– У цветочника, – отозвался Ньют, сняв и отбросив в сторону рубаху. – Он с Юга привез.

– Ах, да… – протянул булочник. – С Юга…

Митчелл припомнил, как парень носился со всеми безделушками, которые привозили из-за Голубого моря. Он взглядом смерил широкую спину юноши, который возился с мотней на мешках, и выдал:

– Южанку тебе надо…

Ньют даже немного присел, а после поднял глаза. Увидев его растерянный взгляд, пекарь разгоготался:

– Тебя никак на краже яблок поймали?!

Парень усмехнулся, и теперь особенно тщательно пытался завязать мешок муки, который ему дали.

– Я не думаю о женщинах, – бросил он.

– Э-ге-ге! - пуще закатился Митчел.

Ночью разразилась гроза. Ньют с голым торсом бегал из спальни в коридор, хватаясь за тряпки, выжимая одну за другой в исцарапанный таз. Крышу нужно было подлатать давно, но времени на это не хватало.

Можно было бы просить об этом Якоба, но он работал даже сейчас, когда струйка холодной воды бежала по седым прядям на нос, а с него текла на пол.

– Ты слышал, что война началась? – спросил Ньют, наконец присаживаясь на влажный низенький пуфик.

Якоб отмер, приподняв голову:

– Как это… «война»?

– Не знаю…

Ньют сгорбился и наклонился, рассматривая свои босые ноги. Он даже так казался раза в два больше отца. Сложно было поверить, что они с этим высохшим седым человеком были родственниками.

– Мы не воины, - отрезал Якоб.

В доме пахло сыростью. Ньют поднялся, опираясь на колени.

– Завтра надо бы сходить в лавку и заделать дыры в черепице…

***

Когда Ньют проснулся, Якоба в доме не было. Юноша прошел из спальни в маленькую кухню, а оттуда в кабинет, который занимал половину зала. Опершись о косяк двери, он окинул взглядом беспорядок, и вышел в кухню. Ньют хотел выпить кофе перед тем, как снова пойти помогать таскать муку Митчелу.

Вообще-то парень не припомнил, чтобы его отец выбирался в город последние лет пять. Оттого-то он и заработал славу засевшего в алхимическом болоте мага, отринувшего мир к чертям.

Ньют думал об этом, попивая из маленькой цветной чашечки – невероятной находки, выуженной у керамщика.

Он закусил южный кофе, (пристрастие к которому Митчел бы объяснил через отсутствие Южанки в жизни Ньюта) несколькими ложками персикового варенья.

«Может, отец одумался и пошел в лавку, чтобы заделывать крышу?» - Ньют опустил глаза, хлебнул пряной горечи и глянул в окно через занавеску.

В дверь постучали.

Парень нахмурился: Якоб обычно не стучал. Юноша подошел к двери и открыл.

– Что вам угодно? – спросил Ньют, моментально перестав улыбаться: пожаловавший гость был также высок, как юноша.

– Вот чего, – бросил незнакомец и шибанул парню в висок.