Обложка Зелёный, сильный, злой: жестокая сущность войны

Зелёный, сильный, злой: жестокая сущность войны

JustError

0% прочитано
Стандартный
JustError

Зелёный, сильный, злой: жестокая сущность войны

3.

Бег, казалось, был бессмысленным.

Вернее…

Я просто скользил по бетону, как по ебаному льду, пытаясь осознать происходящее. Осёл подходил всё ближе, нарочито медленными шагами.

Что я должен был сделать?

На миг голова словно отключилась, предаваясь панике и… какому-то первобытному ужасу. Ужасу, что пожирал изнутри меня самого, и вообще…

Изнутри?

Я вдруг усёк, что это так-то иллюзия. То есть, этот Осёл – нереальный.

Именно в этот момент его фигура стала расплываться. Теряла связь с реальностью, эм… такое ощущение, что мигала на месте.

Я услышал отчётливый щелчок.

Эта тварь вернулась в нормальную форму, продолжая идти ко мне.

Единственное, что пришло мне в голову – увеличить между нами расстояние. Не в смысле бега, а в смысле представления.

Я вообразил, что это существо находится на какой-то горе.

Первое, что пришло в голову.

И тут же я скатился по этой горе вниз. Ландшафт изменялся, как будто состоял из самого податливого материала.

Это… сон? Я сплю?

Тогда какая моя задача? Проснуться?

Моргнув, я осмотрелся. Новая локация. Это…

Париж. Знакомые мне улицы, очень характерный типаж людей.

Рядом стояла бабушка за прилавком, торговала пирожками.

И… той тарелкой с супом, бортики и основа которой состоят из высушенного хлеба.

А секундой после я…

Уловил этот характерный запах трав, лёгкого женского пота, что смешивались воедино и дарили девушке неповторимое присутствие.

Эсмеральда.

Нет, это не Эсмеральда.

Никогда ею не будет.

Холодок прошёл по спине. Она… Оно. Оно повело пальцем вдоль позвоночника. Но я не двигался. Не хотел…

Ощущал это исходящее давление.

Я не представляю, какого чёрта происходит, но очень хотел, чтобы это закончилось.

Только вот голова предательски подсовывала не те мысли.

Совсем не те!

Я не мог сопротивляться возбуждению, нарастающему прямо из недр разума. Оно…

Как будто гипертрофированное. Я чувствовал маниакальное желание. Откуда это взялось вообще?

— Огрееее, — она вышла из-за спины, привычно мне ухмыльнувшись и хлопнув меня по пузу. — Чего застыл? Я чуть в тебя не врезалась. А если бы лоб ушибла, как проблему решали бы, а? — уголки её губ, казалось, ещё сильнее поднялись. — Идём, нам тут до ближайшего кафе недалеко. Белль сказала, что оно за углом.

Она развернулась и посмотрела вперёд.

А затем качнулась, впечатавшись затылком мне в грудь.

— А где мы? Что… Какого хрена? Мы сейчас шли по чёртовому переулку Фар-Фар-Эвея. Какого хрена… Париж?! — она была неподдельно удивлена.

Я сглотнул. Сейчас она казалась невероятно пленительной.

Да что ж, сука, происходит!?

Ещё и сама цыганочка…

— Огре, мать твою, не молчи! У тебя твой зелёный мозг перестал ловить связь с реальностью? Что происходит?! — девушка развела руками с лёгким страхом на лице.

— Эсмеральда?

— Нет, чёрт возьми, Фея-Крёстная. Какого чёрта?!

— Нет, подожди… т-ты реальная?

— Огре, у тебя чемпионат по тупым вопросам?! Не лучшее время выбрал.

Она развернулась, смотря вперёд.

— Это ж этот… Отвратительный мужик. Он опять на меня пялится и…

Я машинально одёрнул её в сторону, уберегая от выстрела из арбалета.

Что вообще тут творится?

Ещё и мозг в пелене, которая всё больше и больше мозг засоряет. Тряхнув головой, я попытался вообразить себе, что не возбуждён. Этого нихрена не хватило, но, по крайней мере, не дало мне нахрен потеряться за следующие два вдоха.

Перестав пытаться анализировать, я взял цыганочку на руки, буквально перекинул на плечо и побежал.

— Схватить их! Не дайте уйти этому монстру! Смерть цыганскому роду! Да благословит наш путь Великий Бог!

Я рванул в переулок, тормозя своей огромной тушей на повороте, оставляя при этом след.

Мы оторвались за… десять секунд. Нас перестали преследовать.

Или… эм… я не знаю, что вообще тут происходит?

— Огре, прекрати ловить сверчков, что тут происходит?!

— Да я сам нихрена не понимаю!

Стоп. Стоп. Либо я в грандиозной ловушке собственного разума, либо…

А как это проверить? Я примерно представляю, как Эсмеральда должна отреагировать на конкретное действие.

Я…

Буквально могу представлять то, что хочу услышать. А эта тварь, которая всё происходящее устроила, управляя сном, может это использовать.

Или нет?

Если я смог сопротивляться, значит, тут многое не учтено?

— О, чёртов огр, я тебя нашёл! Лови подарочек! — с дальнего конца переулка появился…

Джек. Появился Джек. Живой, абсолютно нетронутый.

Он выстрелил из своего арбалета рогом единорога.

Первое, что пришло в голову – опрокинуть доски рядом, которые… в жизни не смогут спасти от взрыва.

Потому, закрыв цыганочку собой, чувствуя, как в спину вонзаются эти блядские бенгальские огни, я с болью кашлянул в макушку девушки.

Нас засыпало камнями. Они ощущались неподъёмными, я едва держался. Но там веса всего ничего!

На Эсмеральде не было лица.

Но через секунду вернулась серьёзность, которая сменилась решительностью.

Извернувшись в моих руках, девушка эффектно перепрыгнула через мои плечи и давай скидывать с меня эти камни.

— Мы в иллюзии какой-то, да?! Иллюзии же?!

— Да! Это похоже на… сон.

Сморозив что-то матерное на цыганском, она вдруг…

Смогла меня вытащить из-под завала.

Подожди…

— Прямо сейчас подумай о том, что у меня в руках появился щит! — она нахмурила брови, напрягаясь лицом, и несколько раз моргнула своими очаровательными глазками.

В тот же момент у меня в руках появился заветный объект.

Он был похож на щит Капитана Америки с одной стороны и на какой-то железный, стандартный для рыцарей, с другой.

Я понял. Это сдвоенный сон.

Просто у меня первая мысль о щите – как раз о подобном, красно-синем. Смутьянка же дитя своего времени, потому он стандартный.

Мы происходящим управляем вместе, потому я полноценно не смог избавиться от своего возбуждения.

Как только я это смекнул, эта пелена в голове пропала.

Эсмеральда, вероятно, потеряла всякий повод к возбуждению.

Ясно, она желает меня так же, как и я её.

Следующий выстрел я принял на щит.

К удивлению, физика мира работала здесь так же.

Оно… зависит от свойств, которые ты себе воображаешь.

Потому у меня просто одна половина, которая обычная, тупо разлетелась от взрыва, а вторая – была на месте – точнее сказать, я её удержал за прочную половину ручки, отчего она съехала вниз, ударив меня по руке.

Вопрос только…

— Думай о том, что Джек мёртв. Сейчас!

И толстый мужчина вдруг схватился за горло, падая на колени.

Его голова налилась красным и взорвалась, разлетаясь по всему переулку.

Эсмеральда скривилась, уткнувшись мне в руку, пряча взгляд от этого… не очень приятного зрелища.

— Господи, Огре, что здесь нахрен происходит?.. — прозвучало усталым голосом с лёгкой дрожью. — Мы же шли в кафешку… Или…

Девушка схватилась за голову, а её лицо исказила гримаса боли.

Я нежно её удержал, помогая присесть.

— Ты как?..

— Мы ведь… спали на постоялом дворе, да? Какая кафешка… — она издала несколько нечленораздельных звуков, смешанных с попытками вдохнуть.

— Я тоже нихрена не понимаю. Ясно только одно – я проснулся на своём болоте, а вас рядом нет. Смерть мне сказала, чтобы я не пытался вас искать, а потом это оказалось… вот этим! Каким-то непонятным сном, смешанным с галлюцинациями и слишком абсурдной реальностью.

— Что? — Эсмеральда подняла на меня свои изумрудные глаза, и в них я заметил скорбь. — Ты проснулся один?..

— Это… сейчас это неважно, — девушка прикусила губу, но кивнула.

— Хорошо. Что мы должны сейчас делать? Пытаться проснуться?

— Я тоже так считаю. Только вот непонятно, как это сделать.

— А Белль? Где Белль?!

— Если бы знал, — ответил я с лёгким рычанием. — Совет Белль тоже был наваждением?

— Я… не уверена. Просто стойкое ощущение, что я её чмокнула в щёку и ушла с тобой флиртовать. Вот что у меня в голове, — мы синхронно друг на друга посмотрели.

И, вероятно, оба подумали о том, чтобы встретить Белль.

Однако ничего не поменялось.

И вообще…

Стало тихо. Так было в прошлый раз.

Небо опять треснуло, но в этот раз не чернотой, а словно рассыпалось.

Оно приоткрывало завесу… белую такую, как будто на тебя светят огромным прожектором, а ты всё это время был в темноте.

— Огре… Огр…

Эсмеральду… перестало быть слышно!

Я держал её за руки, но… сам исчезал. Испарялся.

Твою мать, я что, просыпаа…

— КХА, КХА… — я сделал такой глубокий вдох, будто до этого запрещал себе дышать последние пару месяцев.

Глаза ничего не видели. Я несколько раз моргал, смотря куда-то вперёд, но ничего толком не мог понять. Вещи, кажется какая-то ровная поверхность – всё не просто расплывалось, а буквально отсвечивало и бликовало. Чисто смотрю на солнце и даже не думаю взгляд убирать, сжигая к чертям глаза.

— Очнулся, маленький огр, — знакомый надменный тон.

— Что… — На большее меня не хватило. В горле пересохло.

Я почувствовал, как в руку мне всучили кувшин или кружку – неважно, я опустошил её залпом, попросив добавки.

Ещё. И ещё. Сухость не спадала вообще.

Иронично сравнить с алкоголем, только вот…

Это было хуже. Гораздо. Меня выворачивало, я просто хотел оставить желудок на земле, потом его растоптать и снова выблевать.

— Блять, да что же происходит… — речь уже давалась значительно легче.

— Это называется тяжёлый эффект зловещего сна. Поганая штука. Посиди ровно и не вставай в ближайшие полчаса.

— Смерть…

— Она самая, — он кивнул. — Ты знаешь, крайне не люблю, когда посреди диалога со мной кто-то отрубается. И ещё больше этого ненавижу сам факт того, что кто-то смеет вырывать моего… — он злостно усмехнулся, — собеседника куда-то в свой мир.

— Мир… Сон, да? Чёрт…

— Это не совсем сон. Это кошмар, который присущ одному бессмертному существу в мире. Долгое время он не показывался – а тут проявился, поразительно. Ненавижу бессмертных ублюдков, они должны полыхать в моём жерле из душ целую вечность, с запретом на перерождение. — Даже сквозь своё состояние я вздрогнул.

— Так и…

— Когда я объявлял тебе три условия, мало того, что ты просто упал лицом в землю, так ещё и эта жалкая чёрная тварь решила, что может мои слова искажать.

Искажать…

Искажать?

— Подожди, так а что ты в итоге сказал-то?

— Вы посмотрите, ха-ха-ха, — Волк с лёгкой иронией, казалось, смотрел на меня. — Как быстро ты мотивацию поймал. К твоему счастью, повод на это есть. Что именно ты услышал?

Я пересказал ему всё, что было… в начале этой иллюзии. Он задумчиво хмыкнул.

— Я не говорил тебе «не ищи их». Я сказал, что в этом ответвлении искать их бессмысленно, — Волк раздражённо фыркнул. — Та Белль, та Эсмеральда, которых ты мог бы здесь встретить – лишь жалкие подобия, манекены. Даже их тела ненастоящие, они сотканы из ткани мира, чтобы закрыть дыры в этом спектакле. А эта чёрная тварь извратила мои слова, зная твою привязанность, чтобы сломать тебя через отчаяние. — Я как будто с плеч снял огромный груз.

— Так и где же мои девушки? Нет… Нет-нет-нет…

— Нет, они не в кошмарах, к твоему счастью, — я услышал, как он тоже что-то отпил. — Иначе были бы давно мертвы или свихнулись. Они в мире духов.

Духов…

Мир духов… где я это слышал? Где?

Что-то связанное с духовностью. На ум приходят только блядские новеллы о всяких сянься.

Китай… блять, ну конечно!

— Панда, да? Неистовая пятёрка, та чокнутая черепаха и мышь.

— Как быстро ты соображаешь.

— Но… как этот мир может существовать одновременно с тобой?

— У души тоже есть своё ограничение, — я даже сквозь пелену увидел, как глаза Волка сверкнули алым.

…

Я, наверное, секунд десять обрабатывал эту информацию.

То есть, по естественному течению времени долгая жизнь этих мастеров кунг-фу в чёртовом хрен пойми каком измерении – норма?

Впрочем, плевать, что там.

— Я должен в Китай идти, да?..

— Как хочешь, огр-Шрек. Дело твоё. Однако я бы хотел разместить заказ на… форуме, кажется, это так зовётся в более продвинутых мирах, где находятся твои услуги. Убей Кромешника.

— Кромешника?..

— Ту тварь, что тебя в сон и заточила, — Смерть сдвинулась с места, шагая… куда-то в сторону. — А я взамен подскажу тебе, когда придёт время.

— Опять… с таким же исходом?..

— Ты вправе жаловаться? — сейчас я прям всем нутром ощутил, что он меня держит за дерьмо, которое просто… плюётся грязью более эффективно.

Только я хотел ответить, как вдруг… услышал треск.

Это… треск дерева от огня. Он, похоже, разжёг камин Шрека.

Потому что я узнаю эту кровать. Здесь не самая удобная подушка и блядский камень под… эм, матрасом.

— Хорошо, я понял. Я могу хотя бы что-то уточнить?..

— Вполне, огр. Если хочешь спросить, почему Эсмеральда появилась в твоём сне, то это уже плохие новости. Кромешник их отыскал из-за того, что в мире вновь появился ты.

Вот баг с Рапунцель. Когда из вселенной её тупо «вырезало», заменив целой аркой. У меня схожая ситуация.

Оказывается, Кромешник искал меня. Он убивал абсолютно всех огров. Никого в живых не осталось. И тут появился я, просто «появившись» в местности из-за необычности своей души и…

Явно других планов на это развитие. И этот, насколько я понимаю, управленец кошмаров решил и меня укокошить, пока ничего не случилось излишнего. И Смерть меня… спасла, как бы это парадоксально ни звучало.

А вот из-за своих мыслей и связей Кромешник смог выйти на мир духов.

— Но как… Как они в мире духов?

— Представь себе идеальную деревню. В ней есть староста, кузнец, пахарь и прочие личности. Это буквально статичный сосуд, — у меня стало зрение «прорисовываться», я увидел, как волк взял пустую банку с полки. — В нём всё на своих местах. Белль – с Чудовищем. Эсмеральда – с Фебом. А теперь возьмём и вернём им… личности из прошлой ветки, занося их в фальшивые тела из начала сказки. Что сделает первой твоя хитрая цыганка? Правильно, устроит переворот. Она самолично всё устроит, распланирует и убьёт Фролло. А потом пойдёт искать тебя на болото. Но самое интересное не это.

Он слегка злобно захихикал.

— Если Эсмеральде понадобится много времени для этого, то вот Белль – буквально в полкилометре от тебя. После пробуждения она свиделась с живым и полностью адекватным отцом, а потом попросила его отвести её к болоту. Что, ты думаешь, произойдёт?

— Она… наткнулась там на огра, но не на меня?.. — я напрягся. Это было бы… отвратительным исходом.

— Да, она наткнулась именно на настоящего Шрека. И, представляешь, своим характером умудрилась его влюбить в себя. Но сама… никогда его не любила, потому что это был не ты. За этим было забавно наблюдать. Она в какой-то момент потерялась от того, что Шрек положил свою ладонь ей на плечо, думая, что это сделал ты. После – резко его от себя откинула, отшатнувшись.

— А Эсмеральда?

— Ох, тебе ли не знать, какова она нравом?

— Кхм… Она же его с ног до головы не обматерила? — я невольно улыбнулся.

— Хуже. Она ему сказала, что от её огра… не воняло. А ещё он за собой следил и не имел такого большого пуза.

Я рассмеялся. Впервые за столько времени, унимая дрожь в руках и ногах.

Каноничного Шрека было бы жаль. Именно «было бы». Ведь если так судить, то даже сам Шрек являлся пустышкой, ведь новая версия исключает его наличие в целом.

— В итоге они вместе оставили бедного зелёного огра в одиночестве.

— Спасибо…

— Брось, маленький огр. Мне нужно поддерживать психику исполнителей в чистоте, — он издал прямо-таки горделивый смешок.

Я выдохнул.

Сейчас мне мало чего хотелось. В том смысле, что… я бы предпочёл осознать происходящее.

А ещё мне до жути было противно от своей реакции, когда я был во сне. Уж теперь – точно. Я думал…

Господи, я думал, она иллюзия, воссозданная этим…

Кромешником. Блять, я должен был просто хотя бы… обнять её. Прошептать ей что-нибудь в волосы, послушать, как она меня опять на цыганском отчитывает и закидывает ещё один дерзкий панчлайн.

И тут до меня дошёл один факт.

— Подожди, а почему Эсмеральда так легко меня встретила, если знала, что оригинальный Шрек – не я?..

На моём бусти дополнительные главы. Ссылка в описании книги или профиле

4.

— Ха-ха-ха, додумался, что спросить. Ты давно, когда спал, вообще понимал происходящее? Её это застало врасплох не меньше, чем тебя. А когда до неё дошло, вероятно, она уже поняла, что это ты, — он пожал плечами, будто это ничего не значило. — Ты можешь не пытаться меня спросить об этом, я хотя и во многом сведущ, но не всемогущий.

— Странно слышать такое от Смерти…

— Закономерно, маленький огр, — Волк поправил меня с лёгким рыком. — Я – то, что пожнёт всех.

— А Бог существует?..

— Какие у тебя интересные вопросы. Мы вроде обсуждали совсем другое, — снисходительный… хохот.

— Кхм… Понял, не лезу. Но жизнь облегчил ты мне знатно. Однако… я перестал вообще что-либо понимать. Разве Румпель не переписал вселенную?

— Переписал. Только вот мир отреагировал иначе. Он увидел в этом шанс вернуть всё на круги своя. Только души людей не учитывал. А мир у нас глупый, — Волк издал это нарочито насмешливо, — и ему плевать, как оно работает. Когда Румпель вновь, со своими знаниями, добрался до Фар-Фар-Эвей и переписал мир во второй раз, это сработало как триггер. Мир решил: не могу уничтожить – запру. А так как существует одна из веток с переписыванием, где оригинальный Шрек должен был спасти Фиону своим «поцелуем любви», мир счёл, что правление этого рыжего карлика – это хорошо. Только вот он Кромешника не учитывал, а контракт между ним и Румпелем нерушим даже сквозь миры, время и пространство.

Охуеть.

— Подожди… есть ответвление, где Шрек спасал Фиону поцелуем любви при правлении Румпеля? — у меня скоро глаза на лоб полезут от обилия информации.

— Да, есть. Это ровно… хм, если приводить знакомое тебе слово – ровно каноничный сюжет.

— О…

И Волк мне рассказал примерные точки этого сюжета. Здесь не было… в прямом смысле чего-то чёрного от происходящего. Просто кризис среднего возраста, который карлик эффективно использовал против Шрека, организовав огромную петлю.

— Но… У меня появилось ещё больше вопросов.

— Задавай, огр. У тебя всё равно зрения до сих пор нет, так что спешить ты физически не сможешь, — он меня троллит!

— Эм… Ты говоришь – организовал петлю. Но мультики… эм, ну для меня, по крайней мере, мультики должны заканчиваться победой протагониста?..

— Да, всё верно. Тот Шрек сломал контракт рыжего, — я услышал, как он потёр подбородок. Эдакое… шуршание шерсти. — Только вот произошло это всего за жалкий день. Здесь прошло десять лет.

— Но как?! Как это могло произойти? Не понимаю, к чему его контракт вообще обязывал? И с кем он его мог заключить? Фея и Чарминг, как и Фиона в знакомом мне мире, не такие глупые.

— Ты сам ответил на свой вопрос.

— Гарольд и Лилиан?..

Блядь, а ведь и правда.

— Это ведь потому, что формально они являлись правителями, да? Так работают любые, сука, контракты…

Как же тупо это осознавать.

Власть может быть хоть у третьего лица. Но пока она по «закону» у того-то, её можно переписать.

Получается, всё это из-за…

Я могу их понять. Всё это именно из-за произошедшего с Фионой.

Однако от злости зубы у меня знатно сводит. Я самолично эту ебаную лягушку втоптал бы в землю.

— Так и… контракт теперь не разорвать, да?

— Истёк срок, — буднично ответил он. — А также вторая сторона была устранена за ненадобностью после него.

У меня челюсть отвисла.

И… как-то не по себе стало от своих же мыслей буквально полминуты назад.

Я мысленно сосредоточился и задумался.

А что тогда может решить проблему? Если разрыв контракта попросту невозможен, то что я могу сделать?.. Такое ощущение, что можно поискать лампу Аладдина. Просто спонтанная мысль.

Но она, вроде бы… эм, была уничтожена? Не уверен. Зеркало тогда говорило, что воин дракона и…

— Подожди, но панда, Неистовая Пятёрка и вообще вся эта пиздобратия должна быть мертва, нет? В смысле, не знаю, как они ушли из жизни, но в прошлом таймлайне…

— Прошлый таймлайн рассказывал другую, искажённую историю, — довольно резко и весьма строго прервал меня он. — Здесь мы вернулись на круги своя.

А ведь и правда…

Если предположить, что ощущение сюрреалистичности было из-за сна, ведь сейчас я чувствую себя нормально, то всё становится на свои места.

Хотя Волк сказал, что и пустышки тут есть. Получается, некоторые пробелы «вынужденно-сказочные».

— А вообще, неужели все истории существуют в одно и то же время?..

— В точку. Слушай, время с Белль тебе определённо прибавило критического мышления.

Сейчас создавалось ощущение, что Волк – мой забавный кореш, который вдруг решил оригинально шутить. Он отчасти объяснил цель своего поведения, но… это как-то чересчур. Возможно, я просто много об этом думаю.

— Вообще ничего не изменилось? — продолжил я свою мысль.

— Нет. Кое-чем мир не может пренебрегать, когда прописывает в себя такие аномалии, как ты. Время. Здесь всё становится на круги своя сквозь нормальный цикл. Нет никаких волшебных обучений за пару дней, резких переходов в неделях, где герой становится сильным за пару мгновений. А ещё – знакомая тебе реалистичность событий.

— То есть сказки по своему основному сюжету, но с ответвлениями… адекватности, так? Это ведь не по прошлому таймлайну, а именно искажение «нормального»?

— Да, всё верно. Сказки просто подчиняются реальным законам плоти и крови. Из-за тебя, аномалия.

— А почему я… аномалия?

— Частично разгадка тут и в том, что огры все мертвы из-за Кромешника, а они должны существовать в обычной ветке. Мир не понимает, что должен делать. Но рождает тебя, ведь без тебя существовать сама вселенная Шрека вообще не может. Поэтому ты – аномалия. Как всё забавно кольцуется, правда? Ах, бедный огр, тебе опять всё разруливать. За этим забавно наблюдать.

— А тебя это… не смущает?.. — Я присел. Тело перестало ощущаться как тяжёлый мешок с дерьмом.

— Смущает? О, разумеется, это меня смущает. Просто, с моей точки зрения, всё вернулось на круги своя, без ответвлений и большого геноцида людей, как было с Джеком. Румпель, к твоему сведению, нормальный правитель. Лишь смерти огров меня беспокоили, однако баланс восстановился таким образом, что компенсировал их жизнями тех, кто не должен был умирать. Неприятно, но приемлемо, — в его голосе мелькнуло жуткое недовольство.

Пиздец… У меня просто нет слов.

Однако, вообще-то, Волк, судя по текущему положению дел, нихуёво так скован законами мира. Если не перейдена определённая черта, то он, похоже, вообще вмешаться не может.

Ага, стал я апостолом Смерти, короче.

— Так… — я задумчиво помассировал лоб. — А что с остальными? И ты делал акцент на Рапунцель же, нет?

— Ооо, эта девочка – целая аномалия. Ваша встреча определённо будет весёлой.

— Ты больше ничего не расскажешь?.. — заметил я изменение в его тоне.

— Я и без того тебе дал огромную наводку. По крайней мере, ты теперь имеешь цель, не развалился на одном месте из-за жалкой депрессии, собрал свои прошлые нюни в кулак и вполне… похож на мужика, а не на вафельку, — кажется, Смерть забывает, насколько смертные слабы телом и душой! И мыслями!

— Я, вообще-то, человек, — констатирую для галочки. — Просто человек в личине огра.

— Конечно-конечно, кто тут спорит, — его речь потеряла всякий интерес, и создавалось ощущение, что он стал… каким-то строгим менеджером, который смеётся над корпоративными шутками. И это, если честно, напрягало. — И ты не находишь, что забыл кое о чём спросить?

— Кромешник… Как ему противостоять?..

— Такому смертному, как ты, – никак. Это просто невозможно. Сколько бы ты ни сопротивлялся, сколько бы ни пытался убедить себя в конечности сна, ты всё равно умрёшь в нём, а тело просто останется без разума.

— Это… не звучит обнадёживающе, — я с некоторой усталостью посмотрел вперёд. Блики спали ещё сильнее, так что теперь я хотя бы мог фокусироваться.

— По-моему, я тебе дал достаточно надежд, огр, — Смерть развёл руками. — Но так просто я тебя не оставлю. Неделя. У тебя есть неделя, чтобы понять, что тебе нужно делать.

— Ты, блин, неправильно как-то приоритеты расставляешь…

— Всё, что я тебе рассказал, огр – это лишь отголоски прошлого. Мир духов и без меня существует, а уж про Кромешника любая собака в этом мире знает. Я не дал тебе ответов, я лишь смахнул пыль с книг, что лежали в библиотеке последние десять лет. Так что правила я не нарушил, — его глаза снова сверкнули в тени.

Кажется, он играл… в свою игру. Которая, блядь, меня только сильнее озадачивала.

— Общеизвестный факт? Смерть, какого хрена…

Свист. А он… как испарился.

— Маленький огр, надеюсь, ты покажешь мне интересную пьесу, — прозвучало в отголоске… его ухода, наверное?

Я это представлял себе как… коридор, в котором воет ветер и постоянно холодно.

Ну просто охуенно.

Нет, правда. Я не хочу иронизировать. Это просто охуенно. Всё происходящее, даже несмотря на огромную угрозу, кучу всяких условностей и всю историю, звучит просто прекрасно.

Из-за одного лишь факта – девочки в порядке. Они здесь, они живые. Пускай и… эм, формально нематериальные.

Но одновременно с этим… столько проблем появилось.

И первая – когда ко мне зрение окончательно вернётся. Это первостепенная задача, ибо я опять грязный, как чёртова чушка. И как только Волк не кривился на мою вонь… Может быть, он и вовсе не вдыхал. Хрен его знает, как там Смерть существует.

Но это ладно. Я просто утрирую.

Если прикидывать, что все… эм, существующие фэндомы действуют именно по своей изначальной задумке, то получается, путь в нужный мне Китай, а с ним и в мир духов, по времени займёт очень много. И каким-то образом мне всё это время нужно будет бороться с Кромешником.

Это ж ведь надо – создать настолько правдоподобную иллюзию… Я столько опустошения не чувствовал, наверное, никогда.

Хорошо то, что хорошо кончается, да?

Только вот сам Волк сказал, что этот хрен вышел на мир духов, что автоматически вгоняет меня в куда меньшие рамки, чем можно себе представить.

К тому же… я не знаю, что он вообще может.

В плане, понятное дело – создавать из снов кошмары.

А в материальном мире? С чем я сражаюсь? Должен ли я прямо сейчас бежать в Китай?

Хочется. Там, вроде, черепаха за мир духов отвечала. Или нет… В общем, там будет понятно.

Также неясно, что с телами-то девушек. А если в мире вдруг появятся две Эсмеральды и две Белль? Кхм. Ладно, чуть-чуть можно о всяком разврате подумать.

Но… всё это меркнет. Я пытаюсь себя просто отвлечь.

Волк дал неделю. Не знаю, что она значит, – но, скорее всего, именно столько он меня… будет защищать. Или не даст сдохнуть. Варианты, если быть честным, равносильны. Просто второй более в характере этой Смерти.

К слову… Я его и бояться-то меньше стал. Но на самом деле, это вина стресса. Голова тоже едва варит, спать хочу неимоверно.

Но в этом дерьме я не усну.

Встав с кровати, я побрёл к реке. Эта злополучная речка скоро у меня все силы вытянет. Моральные – точно. Сидеть и драить себя чёртовым песком – это не самое интересное занятие.

Зрения хватало ровно настолько, чтобы смотреть ровно под ноги и просто так не падать. К счастью, была ночь. Так что проблем быть не должно, да и не от кого их ждать – деревни-то внизу нет.

Кстати, теперь мне реально интересно, почему. Все мои прошлые доводы, да даже смелые теории, можно отмести, пускай я и не высказывался на этот счёт.

Вот уж дожился. Выясняю причину геноцида деревни, отмывая себя от слоёв грязи. Звучит как ирония. А это я, знакомьтесь. Зелёный, сильный и… сейчас вот невероятно злой!

Ладно, шутки – это дело десятое.

Причину я пойму позже.

А вот насчёт своей жизни…

Мне не понравилась реакция Смерти на Рапунцель.

Да и её слова о нём как о тёмной сущности удивительны. Плюс, её сила весьма… светлая. Нетрудно, как бы, сделать самый простой и очевидный вывод – она и есть ключ к моему выживанию.

Звучит всё складно, на деле является пыткой. Я в жизни не успею дойти до Короны за эту неделю, мне только до Фар-Фар-Эвей идти... ну, учитывая, что я один, – две-три недели как максимальный результат, чисто на своей физухе.

И жирных бочках. С пузиком. Ну скуф, ёпта.

А что ещё у меня есть? И мысли вновь возвращаются к зеркалу. Оно всезнающее, в плане возможностей своих. Но в вариации, известной мне, – лишь знающее уже произошедшее, а также «сюжетно грядущее».

Какая здесь версия? Не уверен.

Согласно сказкам – именно читерная. Согласно здравому смыслу…

Я могу просто пойти и задать вопрос – скажи мне, как убить Кромешника. И оно должно выдать полный список и маршрут с оптимальными вещами. В теории.

Значит, первая точка маршрута – всё равно Дюлок.

Второй вопрос…

Что означает всеобщая известность?..

Волк сказал, что ничего нового мне не рассказал. То есть буквально собрал последние новости.

— Не может же быть… — прошептал я себе под нос, обдумывая.

А в чём исток силы этой твари? Кошмары? Вероятнее – страх.

И если последнее, то чем больше в него верят, тем сильнее он. Мне нужна встреча с зеркалом. Физическая, метасознательная, или как там это вообще называется.

Дотерев себя до адекватного состояния, я ещё раз сполоснул глаза. Со зрением пока беда.

Как вдруг…

Откуда этот звук?..

Такой «весомый» шаг, будто что-то тяжёлое ходит.

Я оглянулся. Для меня окружение всё ещё как сборник чего-то невразумительного.

Рык. Ёбаный в рот, рык медведя.

Я сориентировался по звуку. Огромная туша, выглядящая для меня как какой-то сгусток, рванула вперёд.

Я принял его лапы на плечи, ведь был сосредоточен на пасти. Он мне чуть лицо не откусил.

Чувствую, как под ногами земля продавливается, но, напрягая скелет, откидываю его.

Он мне все плечи ободрал.

Медведь снова пытается атаковать, буквально напрыгивая.

Резко уйти из-под удара у меня вышло, да вот только зверь и дальше атаковал размашистыми движениями лап, словно имел идеальный микс движений.

Вообще, весь бой напоминал сражение не с монстром, а с чёртовым человеком в форме монстра. Он буквально наносил мне точные удары, бьющие в разные места.

И… начало боя теперь мне показалось странным.

Я поймал обе его лапы и зарядил прямо в живот, не сдерживаясь ни на йоту.

Со звуком булыжника, катящегося по прямой через лесные ухабы, медведь пролетел по камням, траве и впечатался в дерево.

Я видел, как…

Нет, не зверь. Что-то внутри зверя пыталось сохранить баланс, но было почти беспомощным из-за неуклюжести туши.

Тем не менее он поднялся.

— Кто ты, нахер?

— …

Я лишь на секунду увидел приоткрытую пасть, которая тут же сменилась медвежьим оскалом.

Он неуверенно зарычал, глядя на меня, и…

— Что я… здесь делаю?

— Какого вообще хуя? — спросил уже я, вглядываясь в неуверенное выражение… медведя, которое постепенно перерастало в панику.

— Ох, ёшкин кот! Огр!

Как я и сказал, от начала и до конца бой вёл не сам медведь.

— Так, хорошо. Ты кто?

— Папа-медведь.

Пиздец. Папа-медведь. Охуеть не встать, и никак иначе.

— Мм, приятно познакомиться. Я огр-людоед. Люблю есть суши из детей, а из взрослых делаю рагу.

— Оу… Я, кажется, не туда забрёл в своём лунатизме…

Я себе фейспалм захотел сделать.

— Имя у тебя есть, папа-медведь? Я имел в виду, что мне твой «титул» нихрена не дал.

— Михаил Иванович.

ДА ИДИ ТЫ НАХУЙ! Это что, блядь, пародия на Льва Толстого?! Или что?! Как оно работает?! Я, блядь, в ДримВорксе!

А потом в голову как хуйнуло осознание: тут же тоже три медведя были…

— Эм… Подожди, у тебя есть мама-медведь, вернее, жена-медведь и сын-медведь?

— Да, всё так, — он мудро кивнул. — Мы вместе – семья медведей.

Нет, подожди.

Что тут вообще творится?

— А твоего мелкого зовут, случаем, не Мишутка?

— Как это ты угадал? Тск, я говорил ему не гулять возле болота – он не слушал. Чаго уже успел нашкодить? Этот проходимец никогда меня не слушает, его Настасьюшка моя разбаловала.

Он что, акцент сейчас переделал?..

Я вздохнул. Тяжело эдак вздохнул, со вселенским масштабом.

Это изменение вполне может быть связано со мной. Насколько я помню, в оригинале истории, которую перевёл на нашенский Лев Толстой, имён не было. А так как они перекликаются – получилось вот такое искажение.

Обрели… российские имена. Это просто пиздец, у меня уже голова кипит.

— Не переживай ты, Михаил Иванович. Он просто мимо проходил, мою табличку «берегись огра» заметил, засмотрелся. Ну, я его и отчитал. Ты ему не говори, мы обещали в секрете это держать, чего уж там – просто случайно зашёл. Меня Шреком зовут, хозяин этих болот.

Я протянул руку. Пиздец. Здороваюсь с медведем…

На моём бусти дополнительные главы. Ссылка в описании книги или профиле

5.

В любом случае, он… потянул лапу в ответ.

И сейчас она мне казалась… очень слабой. Куда слабее, чем были удары. Ситуация уже давно пахнет неприятно, но теперь туда ещё и шестерых «меня» в грязной форме завели, чтобы неповадно было. Как говорил Шрек: «Будь это я, Осёл, ты бы сдох».

— Полно, Шрек. Забыли тогда, друже. Я это, пойду к своей. Она в берлоге, наверное, уже в ужасе. Надобно мне успокоить свою барыню-боярыню.

— Да… Давай. И больше не лунатить.

— Шо ж это со мной, в первый раз такое. Но ладно-ладно, мы берлогу камнем закроем – а там, коли попытаюсь, мордою стукнусь, и дело с концом.

Пока я глядел в спину уходящему медведю, на уме крутилось только одно – это охуенно тревожный звоночек.

Волк защитил только меня. И если это так, то… сны других спокойно могут быть захвачены. М-да.

Зрение полностью вернулось только на следующий день. Искать кожу, а затем ждать её сушки для маски было некогда, потому накинул оставшуюся после стирки ткань и хоть как-то стёр следы своего… зелёного черепа.

Я вдруг понял, что смысла, допустим, в ожидании сказочных тварей, нет вообще. А вот Осёл может пригодиться, потому что иметь артиллерию в лице драконихи – отличная идея.

Отличная, и довольно несбыточная. Просто из-за того, что Румпель организовал своё правление десять лет назад. Она, как и Фиона, собственно, уже давно может быть мертва.

Но вопрос – а как вообще могло так получиться? Если судить по словам волка, то Фиона не может быть мертва, ибо это нарушает каноничную ветку.

Пока непонятно. Но моя цель – забрать Осла абсолютно так же, как и в прошлый раз, с одним лишь изменением.

Я не буду тратить время на различные… очень мрачные мысли. Теперь у меня хотя бы есть цель. А ещё неплохо было бы похудеть, но это дело времени…

Пошёл я прямо после завтрака из кроличьего рагу. И…

Никого, бляха, там не обнаружил. Я рано?.. Оказалось, да.

Во-первых, пришедшие сюда стражники сначала разведывали территорию. Они организовали небольшой перевалочный пункт с полевой кухней, расставили людей по периметру.

Это уже осложнило мне наблюдение, потому что пришлось отойти на расстояние. Хотя даже меня можно легко заметить, к счастью, этого не случилось именно потому, что…

Зелёная голова на удивление хорошо с травой сочетается. Поэтому маску пришлось снять.

Лагерь организовали. А за ним – и большой строй на сдачу сказочных существ. Здесь было всё ещё хуже, чем я себе представлял – составляли акт о сдаче, отдавали бабки.

Только вот…

— Г-господин, но вы сказали – пять серебренников.

— Ну да, пять. А ты что у нас, читать и писать умеешь? Кто за тебя всё это будет делать? Я считаю справедливым забрать себе шестьдесят процентов, то есть – три монеты. Или у тебя есть какие-то претензии?

Я сидел гораздо ближе, чем могло показаться, потому что одного из стражников вырубил – тот едва меня не спалил.

В общем, здесь… я даже думаю, их можно назвать – мудачьё обыкновенное. Что озадачивало – это ведь люди Фаркуада, и таким образом вы подстрекаете бунт именно против него.

Но затем…

— Как я могу жить на столько монет! Я мастер! Мастер кукол! Только у такого могла зародиться жизнь в неживом объекте! Мой Пиноккио – произведение искусства, а вы, за то, что я не умею оформлять документы, меня обдираете!

— Мастер Джеппетто, мы и сами не рады этому, — натянул на себя самую лицемерную ухмылку, видимо, главный здесь. — Но, к сожалению, таков указ Адама Бисте.

Я в озадаченности приоткрыл рот.

Это чего вообще происходит тут? Они реально подчиняются ему или пытаются очернить его имя?

К тому же даже если мы расцениваем мою Книжницу как… куклу, вернее, вот то существо, что заняло её место в мире, чтобы тот не сломался, то она не могла дать ему тиранствовать.

Я просто в это не поверю.

И ещё одно, уже более странное. Если все сказки существуют одновременно, то…

Какого хрена он вообще упоминает Адама Бисте? Тот же должен быть ещё зверем, судя по тому, что сказка, полагаю, базируется на его «исправлении».

Нет…

Не может же быть такого, что мой канон обосрался и запоздал из-за того, что я очнулся гораздо позже?

Это сколько уже прошло тогда? И какого хрена Волк мне, блять, ничего не сказал?!

Погоди, но он сказал. Румпель ведь правит десять лет.

Или…

А почему «канон» Шрека, то есть моего текущего положения, стартует сейчас, а не на момент его первого года правления?

Блять, меня эта херня успела озадачить сразу несколькими проблемами.

Надо выяснить точное положение дел. И поможет в этом…

— Я Осёл, я говорю! Я болтливейшее создание! — нет, не бабка, которая пытается заставить Осла говорить, а тот не хочет, поэтому она… говорит за него.

А сам Осёл. Который всё так же ни капли не изменился.

— Гнать её в клетку! Она со своей безумной головой похожа на сказочную тварь, — стражники заржали.

— Нет, стойте, он говорящий! Говорящииий!

Она столкнула ногой, пока брыкалась, клетку с Динь-Динь, и та рассыпала на Осла пыльцу.

Я думал, что сейчас он спалится и заговорит. Но…

Он поразительно умно молчал, просто плюхнувшись на задницу.

Люди повздыхали на это, взяли его за поводок и повели к телеге:

— Хер с ним, чё скотине пропадать. Эдарт, накорми его! А то эта сумасшедшая бедного осла без грошинки в пасти оставила!

И его реально начали кормить. Я уже стал сомневаться в происходящем.

Пока он абсолютно спокойно не приподнял голову, смотря на стражников словно исподлобья, почти не палясь.

Не, он точно сказочный. Вопрос только в том… как вообще так получилось?..

Дальнейшее развитие событий было ещё более стремительным – заметив, что никто на него не смотрит, Осёл достал зубами лежащий нож (которым ему срезали кору с дерева, не знал, кстати, что его порода такое ест), натянул верёвку копытом и стремительно её перерезал, сбежав.

Пошёл он, кстати, ровно в мою сторону.

Поэтому сразу заметил мою зелёную голову, остановившись.

И он явно напрягся.

— Если ты будешь так тупо стоять, то спалишь нас двоих, — шикнул на него я, отчего парнокопытный быстро сориентировался и пошёл… в мою сторону.

Что меня слегка удивило, но всё же.

Мы так же тихо отошли от той каторги, буквально на пару метров. И что в итоге?..

— Эм… Осёл?

— Ооо, нет, с ограми не вожусь! Особенно с тобой… эм, то есть, вообще! — странная оговорка, но…

— Осёл, я Шрек.

— Я знаю, что ты Шрек! Чёртов неотёсанный огр!

— Я… эм, тот Шрек, который был до этого.

Секунда, вторая, и…

— ШРЕЕЕК, ЭТО ТЫ!

— Да я ж так и сказал! — поймал я эту животину чуть ли не на руки.

— Я думал, мы больше не встретимся, я столько времени страдал, и вообще бу-бу-бу…

Я заткнул ему рот рукой.

— Тише, тише, Осёл. Давай-ка отойдём ещё дальше, на болото, — он…

Кивнул, блять. Многострадальный мозгоклюй, который своими речами мозг обычно выносит, спокойно кивнул! Да уж. Хотя, вероятно, дни с Драконихой в том цикле его всё же подусмирили. Но пиздёж из него окончательно не ушёл, и уже через половину тропинки от дома он мне рассказывал, как трудно бороться, когда у тебя четыре ноги, и все – с копытами.

— Так-так, это всё хорошо. Давай по делу. Ты… помнишь цикл?

— Да, я помню цикл! Помню, как к нам с моей Ненаглядненькой прибежал посыльный, которого она чуть не сожгла, кстати, а ты знаешь, что у неё очень завораживающее дыхание?

— По делу, Осёл.

— Кхм, да-да! Вот, я в точности помню, как мы тащили тебя, Белль и Эсмеральду, и тех двух шерстяных Котов в Шрелок! А потом проснулся наутро – и ничего! Пусто! А я, представляешь, опять в чёртовом плену у той не очень крутой старухи! А потом…

А потом он мне рассказал, что было. Во-первых, этот его цикл – не первый, а второй. Также, насколько я могу понять, и для девочек сработало. То есть сделка Румпеля изначально хреново переписала вселенную, как уже понятно. И ничего толкового не произошло, и, похоже, если учитывать канон, он снова заключил сделку с королём и королевой, уничтожив их, а также Фиону.

Вопрос – а где здесь Кромешник? Сейчас выглядит так, будто он просто «сбоку» от всего.

— А ты знаком с таким, эм… чёрным существом?

— Оу, — у него резко упали уши, будто я спросил его что-то не очень хорошее. — Это…

Затем он сглотнул, а в его глазах прочитался страх.

Не страх – ужас. Я за всю жизнь не видел в нём, ультрапозитивном существе, такой эмоции.

— Прости, мне нужно это спросить. Расскажи мне. Я тоже попал в начале в его кошмар, и он… просто ужасен.

— Я… — он качнул мордой и посмотрел на меня более решительно. — Я Осёл! Я – настоящий благородный рысак! Меня не сломят жалкие иллюзии! Слушай, Шрек, как я бесстрашно рассказываю свою историю!

Тем не менее он всё равно несколько секунд собирался с мыслями. Я его дружелюбно по боку потрепал, на что он мне зубы показал, смешно голову наклонив.

— В общем… Я, как истинный джентльмен и мужчина, отправился снова искать свою Ненаглядную! Мы планировали с ней завести милых осло-дракончиков или драконо-ослов, так и не решили, но это не важно! — Осёл гордо расставил ноги в разные стороны.

А я отметил… несоответствие размеров. Которое, тем не менее, в мультике игнорировалось. А в изобретательность этого серого «гения» я верил.

— Однако… сам я немного побаивался туда идти. И отправился за тобой, Шрек. Я сбежал слишком рано, но не видел в этом проблемы.

И там он наткнулся на обычного огра-Шрека, который… ну, в смысле, истинный огр. Тот его напугал до жути, но все мы знаем, что в душе всё-таки этот зелёный – реально уставший мужик и скуф.

Поэтому, чуть скиснув, он решил не терять времени и пойти в сторону замка самостоятельно.

Правда, его остановила Белль.

— Так вы встретились.

— Да… — он поджал губы, насколько это вообще для животного его типа было возможно. — И она… очень расстроилась…

***

От третьего лица.

— Б-белль, тебе не стоит идти на болото!

— Осёл! О Господи, как я рада тебя видеть! — девушка подошла к нему, потрепав по загривку. — Ты же помнишь, да?

— Я… эм, да, я помню. Не понимаю, что произошло, но помню всё от начала и до конца, — Осёл горделиво встал, показывая свою, как он думал, крутость.

— Да-да, благородный рысак. Ну… учитывая, что ты дракона усмирил – оно неудивительно, — Книжница задумчиво огладила подбородок. — Папа, видишь? Я говорила, что не сошла с ума.

— Ох, доченька, я вижу перед собой говорящего осла.

Она лишь хихикнула.

— Ты скоро увидишь большого огра. И он, на удивление, очень чуткий.

В тоне девушки скользнула любовь. И… страх.

Белль врала себе. Она услышала слова Осла. Но должна была увидеть сама. Дрожь её не оставляла до самого последнего момента.

Ей подумалось, что её бы Шрек, тот, кто спас от всего, стал ей опорой и мужем, за это серьёзно отчитал бы. Разум кричал, что тут уже всё по-другому.

Девушка заметила различия сразу. Гастон не был по-настоящему гордым и тщеславным ублюдком.

Он запевал какие-то странные песни о своём благородстве.

А деревня от него хотя и зависела, но не настолько, чтобы легко отдать ему в распоряжение кого угодно. Самое здесь важное – он не умер, как было в прошлый раз. Как было на случайной охоте. Их не обвинили в его смерти. Деревня не потеряла кормильца.

И даже… папа был жив. Его считали чудаковатым, но не сумасшедшим…

В очередной раз, сидя за книгой на крыше дома, она наблюдала. Если бы Шрек был её – он бы уже пришёл сюда. А значит, это другая реальность. Реальность без него.

Но для чёткого убеждения нужно было сюда прийти.

Отца она попросила довести её лишь до леса. Осла – тоже хотела оставить, но… тот напросился вместе с ней, потому что не даст в обиду девушку Шрека. Вернее… Шрека-не-Шрека.

Даже болото выглядело менее… обхоженным. Именно для человека обхоженным, не для огра.

— Тск, тупой ишак, — прозвучал до боли знакомый голос у неё со спины. — Тебе пары моих слов не хватило, так ещё сюда какую-то бабу притащил? Что это за выступление? Дамочка, вы читать умеете? «Остерегайтесь Огра». Что там непонятного? Это МОЁ БОЛОТО! Почему тут проходной двор?!

Белль замерла.

У неё покатилась горькая слеза по лицу. Она даже не рискнула повернуться.

— Эй, ты меня слышишь? Ай, как меня это всё заколебало! Эти местные вечно бегают с вилами! Я ОГР, я съем вас.

Нет ответа.

Он коснулся её плеча, и я на секунду… вдруг ощутил, что она расслабилась.

Но тут же развернулась и скинула его громоздкую руку с себя. Правильнее сказать – сам Шрек разрешил это сделать, но это и не важно.

— Прошу меня простить, огр. Я действительно обозналась и зашла не на ту территорию, — в её голосе почувствовалось пренебрежение.

Будто она смотрела на шумный объект, бегающий возле её телеги и мешающий ей читать.

— Теперь ты меня съешь?

— Эм… — Шрек несколько раз моргнул. — Нет, дамочка, — он скрючил рожу. — Я тебя не съем. У меня уже ужин готов, тоже мне. От таких, как ты, у меня изжога, пф.

Она по нему резанула взглядом в последний раз и… развернулась в сторону тропинки, откуда пришла.

Единственное, что смутило огра – то, что…

Девушка вообще его не боялась. Даже не вздрогнула. Не обозвала и никак не прокомментировала его сарказм.

Осёл остался стоять на месте с грустной миной. А Шрек неверящим тоном поинтересовался:

— Слушай, ишак. А эта девка… она меня не боится совсем? Обычно деревенские меня убить пытаются. Ну… Я вроде как огр?..

Осёл посмотрел на огра и просто покачал головой:

— Прости, Шрек. Мы не должны были к тебе заходить.

***

А дальше вышло так, что… Шрек заинтересовался Белль. Она никуда пока не уходила, ведь идти в одиночестве по чёртовому лесу, пускай и с «благородным» рысаком – бесполезно.

Парнокопытный горевал оттого, что не может увидеть свою Дракониху. Поэтому надо было что-то срочно делать.

К удивлению, подошёл канон. И получилось так, что Белль, Осёл и тот Шрек отправились вместе в замок.

Сугубо говоря, это чистый и заразный прагматизм Белль. Она просто купила этого зелёного тем, что, во-первых, знает, куда идти. А во-вторых, прекрасно понимает, что взаимодействовать с людьми огру… не особенно возможно.

Именно тогда он в неё по уши втюрился. Даже пытался там знаки внимания оказывать. Сука.

Тем не менее дошли они в целости и сохранности до замка Фионы.

— А там… Не было моей Ненаглядной. И самой Фионы – тоже. Никого. Пустые каменные стены. И даже… золота. Там как будто всё опустошили.

— Румпель постарался? — вопрос был скорее риторический.

Осёл опять вздрогнул.

И продолжил рассказ.

Никаких проблем в путешествии они не испытали. Шрек вернул болото себе, а там и решил признаться.

Скорее даже…

— Он… хотел. Но потом пришла Эсмеральда.

И опустила его нахер. Я её не осуждаю – и не могу, потому что гордость берёт.

К тому же ясно видно, что любить они спокойно могут не самого красивого, но весьма накачанного огра, который просто им приятен. Дело было в характере Шрека. А цыганочка остра на язык.

Где-то через месяц… вселенная вновь переписалась.

И у Осла вроде бы ничего не изменилось. Всё та же история, соответствующие реакции. Но всё это время его не покидало сюрреалистичное чувство.

— Вот представь себе, ешь ты мороженое «Парфе», а оно… тает с какой-то задержкой. И вкус ощущается точно так же…

В общем, он испытал такой же трип, как и я.

В его видении Дракониха нашлась. Только вот…

Нашлась она мёртвая. С огромным копьём прямо в шее.

Я… к сожалению, представляю, что испытал Осёл в тот момент. Его бы так и сожрали кошмары, если бы…

— А потом я увидел свет. Свет, который избавлял меня от тьмы. Я лежал на чём-то мягком, а сверху шептал очень тихий, девичий голос. Долгое время я пытался собраться. Но был полностью разбитым. Я даже не понял, что это был сон, Шрек. Я…

У него из глаз полились слёзы. Это очень тяжело видеть.

В итоге, к счастью, он понял, что происходящее ненормально, но чуть позже. Он находился всё ещё под надзором той бабки, что его повела позже на сдачу как магического зверя.

И она там обмолвилась, что, мол, Бисте кого-то замуж взял.

А потом оказалось – это Белль.

А вот девушки-спасительницы с ним не было. Он даже не успел разглядеть её лицо. Она сбежала от…

— Кажется, он представился как Флинн Райдер. Якобы заядлый красавчик. Ты знаешь, он мне Чарминга напоминает! Этот чёртов пуховичок со светлыми волосами умудрился мне надоесть за пару секунд, и этот – тоже! Они оба блестящие какие-то! Ещё и перебивают!

Рапунцель.

Что ж, зеркало мне понадобится только для её поиска.

И, судя по тому, что здесь происходит… её, похоже, кто-то преследует.

— Вспоминай-ка давай, где ты в последний раз её видел…

На моём бусти дополнительные главы. Ссылка в описании книги или профиле

Спасибо за чтение

Вернуться к книге