Зелёный пёс Такс и Три мертвеца на один сундук. Часть 2

Глава 14. Поход по местам боевой славы

Часть 2 (часть 1 https://author.today/work/91814)

ТАКС

Сказать, что я опешил, это ничего не сказать!

Мой хозяин сидел под пожелтевшим кустом с желтыми от остаточной магии хаоса глазами и негромко завывал, подскуливая и подвизгивая.

Сначала я подумал, что, может быть, мне это только кажется. Ведь прошло всего несколько мгновений! Попытка прийти на помощь Монбазору, стазисная ловушка, краткая темнота – и вот я опять лечу по воздуху, теперь уже вслед за хозяином, и влетаю в рощу с ее твердыми и хлестучими ветвями!.. Бред же?! Полный! Однако неприятные ощущения в левом боку и голове, которой мне пришлось тормозить, и, главное, обычные здешние запахи недвусмысленно продемонстрировали мне: увы, все происходило в действительности.

Так что же стряслось с хозяином?! Голова у меня по-прежнему кружилась, и в нее на каком-то круге залетела страшная мысль: а вдруг из-за жесткой посадки он забыл человеческий язык и перешел на собачий?! Я с замиранием сердца прислушался к его завываниям.

– Оу-у-у, пробле-е-емы!.. Ай-яй-яй-яй, пробле-е-емы!.. – с трудом разобрал я.

Вот теперь мне стало совсем не хорошо. Голова перестала кружиться, но теперь она куда-то летела, волоча меня за собой как на привязи. Значит, вот оно, как улетает крыша!

Как нам жить дальше?! Конечно, я всегда смогу выступить переводчиком для хозяина, но это будет так неудобно! Особенно, с обычными людьми, не знакомыми с мысленной речью.

Монбазор еще и воет с таким жутким акцентом, что я едва его понимаю! А что, если он и говорить будет так же непонятно?!

Не в силах представить себе эту ужасную перспективу, я присоединился к хозяину вторым голосом. Получилось печально и душевно, только Монбазор время от времени фальшивил, переходя на более высокую ноту. Это немного уязвляло мой тонкий слух.

Вот такими, громко выражающими грусть и тоску от несправедливости нашего мира, и отыскал нас Юхук.

– Ох ти, страсти какие! – уважительно покачал он головой. – Это что же с вами стряслось?

– Проблемы, – коротко произнес мой хозяин, прерывая подвывание.

Ура! Он не утратил человеческую речь! Самая большое из моих огорчений улетучилось, махнув на прощание хвостом. А жизнь-то налаживается!

Монбазор попытался встать, но не смог. Ноги у него подогнулись, и он свалился навзничь головой в желтый куст. Я бросился вылизывать ему лицо. Так и есть – серьезный упадок сил после применения магии хаоса!

– Э, да вам к доктору надо… то есть, к знахарке! – определил Юхук. – Вы полежите пока тут, ваша милость, а я насчет транспорта определюсь!

Коротышка в шляпе убежал. А Монбазор начал энергично отталкивать мою морду от своего лица, показывая, что с ним уже все в порядке.

– Фу! Хватит! Такс, я сегодня уже умывался!... И даже не один раз!

«Хозяин, так что произошло?» – с облегчением спросил я, присаживаясь рядом.

И получил от него короткий рассказ, после которого мне захотелось снова завыть – еще пуще прежнего. Но я подавил это малодушное собачье желание. Более того, голова у меня окончательно вернулась на место, и я вспомнил кое-какую интересную информацию:

«Возможно, в город приехал судья Хаймепок, – сообщил торопливо. – Архимаг Стэнниоль говорил, что он должен проверить сигнал о Сякусе. Что тот прячет у себя артефакты из темных кладов».

– Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой, – зевнул Монбазор.

«Но все равно, надо проверить!»

– Только где бы найти силы?..

Тут, к моему величайшему облегчению, появился Юхук. Да не один, а с каким-то мужиком, от которого сильно пахло лошадьми. Вдвоем они приподняли моего хозяина и погрузили в пролетку. Я тяжело запрыгнул внутрь, и мы поехали.

И вот опять перед нами знакомый забор и полосатая кошатина, срывающаяся с его во двор с ополоумевшим мявом. Странно, и чего она так пугается?! Ведь должна была к нам уже привыкнуть!

Впрочем, сейчас мне не до всякой там мелкой вредной фауны! Хозяина с пролетки сгрузили и в дом заносят! Надо же все проконтролировать!

Заскочив в дом, я снова столкнулся с этой пушистой заразой. Проскочив мимо меня, она взлетела на верхнюю перекладину лестницы, ведущей на чердак, и устроилась там с мстительным выражением на морде. Быстрый взгляд на угол с кошачьей миской подтвердил мои опасения. Посуда оказалась не просто пустой, а прямо вылизанной до блеска. Грм!.. Да не очень-то и хотелось!

Тем временем из кармана моего хозяина случайно выпала золотая монета из утренней добычи, и народ забегал вокруг него с удвоенным вниманием. Знахарка бросилась мешать какой-то травяной эликсир, в чьем запахе я уловил нотки шалфея, зверобоя и корня лопуха. А румяная молодая хозяйка присела возле кровати, на которой устроили Монбазора, с полной миской блинчиков с начинкой.

Это она молодец, правильно! Знает, что хозяину нужно силы восполнить! Я благодарно лизнул ей руку и был премирован блинчиком со свежей печенкой.

Грм-м! Хорошо, хоть и безобразно мало! А как насчет второго?!.. Ну, пожа-а-алуйста!..

«Такс! – услышал я слабый зов хозяина. – Ты можешь сейчас связаться с Натацией или Сальешишем?»

«С Сальешишем смогу».

«Передай ему… Если Натация и Эрьза снова поедут в город, пусть возьмут еще одну копию разрешения на Первоконницу. В карманах моей одежды можно найти… Мне еще понадобятся тапочки – те самые, с огоньками! И, наверное, детектор магии, который зовется Лографом».

«Все понял! Передам!»

«И я, и я пригожусь!» – раздался чей-то придавленный голосок откуда-то из-под Монбазора.

«Ах, да! Извини, совсем забыл!»

Мой хозяин повернулся и вытащил из заднего кармана штанов немного помятого Перочинного. Мелким ножиком сразу же завладела молодая хозяйка, к тому времени как раз закончившая кормить Монбазора блинчиками.

– Какой красивый! И острый, наверное!

«Как лучший райзор! Настоящий Золинген! – важно похвастался ножик, хотя женщина вряд ли могла его услышать. – А еще я кожуру умею одним движением счищать и глазки фигурно вырезать!..»

Стараясь не отвлекаться на его болтовню, я сосредоточился и начал искать Сальешиша. Поначалу мне почему-то попался сыскной вожак, который командовал: «Поддерживай, поддерживай правую сторону!.. А ты заноси слева!» Меня он не ощущал, и я постарался поскорее ретироваться, чтобы не отвлекать его. Очевидно, архимаг был занять чем-то важным.

Зато со второй попытки оказалось как-то очень легко достучаться до Сальешиша.

«Они еще не вернулись, но скоро будут, – сообщил он. – Я видел, как Ферак на том берегу к мосту поворачивает. Все передам! А что у вас случилось?!»

Пришлось коротко ввести его в курс дела.

«А может, этого Сякуся… ну… того? – предложил Сальешиш, выслушав мой рассказ. – Я сумею!»

«Нет! Все должно быть сделано по закону!»

Завершив разговор, я отчитался хозяину о выполнении его поручения. Монбазор поблагодарил меня и завозился на кровати, пытаясь встать, но постоянно проваливался в чересчур мягкую перину.

– Да что вы, лежите-лежите! – перепугано захлопотала вокруг него молодая хозяйка.

– Нет, нет! – Монбазор схватился обеими руками за ошейник, блокирующий его магию. – Нам надо уходить! Мы сейчас опасные гости. Меня, возможно, ищут.

– Еще чего! – фыркнула знахарка, замешивающая для моего хозяина очередную микстуру. – У меня к Сякусю свои претензии. Этот жирнохвостый заставил меня купить лицензию на магическую практику, хотя колдовства в моих настоях и эликсирах – ни на полстолечка! Ничего он не получит! И соседи не выдадут – я об этом позабочусь! Отдыхайте и набирайтесь сил! Скоро будет обед!

Обед, обед, обед! Ура! Это хорошая идея! Я с надеждой взглянул на обеих хозяек.

Увы, приготовления отложило возвращение Юхука, уходившего в разведку. Посмеиваясь, он сообщил, что возле полицейского участка действительно стоит чужая роскошная карета. «Красных мантий» на улице не видно и не слышно, зато в участок заказали много еды из лучшего городского трактира и большую банку вазелина из аптеки мастера Борджиана. Так что, версия о прибытии начальства из Департамента, похоже, подтверждалась.

Так, а теперь нужно, чтобы они снова вспомнили об обеде!..

– Какой красивый! А можно погладить?..

Я слегка отвлекся и потерял бдительность. Меня захватили в плен два мелких пацана, просочившиеся в комнату через неплотно прикрытую дверь.

Бежать было поздно и, наверное, бесполезно. Грм, похоже, только Монбазору здесь предоставляют заботу и кормежку за золото. Остальным придется отрабатывать. Осознав, что дети меня не отпустят, я позволил им увлечь себя во двор. А уже уходя заметил боковым зрением, как молодая хозяйка унесла Перочинного оказывать шефскую помощь на кухню.

Уф-ф-ф! А может, немного лишних калорий – это не так уж и плохо?! Я лежал под столом не в силах даже пошевелить хвостом, и печально смотрел на последний недоеденный кусочек в отведенной мне мисочке. Может отдать его кошатине?! Пусть давится, зараза!..

Никогда не думал, что в совсем небольших по размеру детях помещается столько энергии! Каждый из них был, по меньшей мере, равен Сальешишу, а ведь тот намного крупнее! Вот уж на ком калории точно не задерживаются!

Сытный обед после физической нагрузки меня окончательно разморил. Сейчас бы поспать!..

«Такс! Вы где?!»

Внезапный вызов от Сальешиша превратил мой зевок в разочарованный клац.

«У знахарки, – передал я. – А вы где?»

«Подъезжаем к городу. Взяли с собой все, что нужно».

«Ждем».

Я с усилием перевернулся на другой бок и таки дотянулся до миски. Дополнительные силы мне точно лишними не будут! А с калориями разберусь в рабочем порядке!

Прибытие Натации можно было сравнить с обрушившимся на дом маленьким черноволосым ураганчиком. Ее сопровождали Сальешиш и госпожа Клэпп, но они совершенно потерялись на фоне юной магички.

В мгновение ока чернохвостая перевернула весь дом вверх дном. Полосатая кошатина оказалась умнее всех, бросившись спасаться на крышу. После она лишь свысока поглядывала на весь шум и гам из-за края.

Я был затискан и обласкан. А когда ведьмочка разглядела блокирующий магию ошейник на Монбазоре, мне даже стало немного (совсем немного) жаль коменданта Сякуся. Ведь если я до него не достану, так чернохвостая точно доберется и покусает!

– Нам нужен свидетель! – заявил мой хозяин на собравшемся вскоре «военном совете». – Тот самый солдат Феромойлен. Но мы не можем просто так пойти за ним в крепость. Возможно, меня уже объявили в розыск.

– Я могу! – одновременно предложили Сальешиш и Юхук.

– Нет, вы для него недостаточно авторитетны. И вас он не знает.

– Тогда нам нужна маскировка!

Мне не совсем понравился тот азартный огонек, что зажегся в глазах чернохвостой. Но лучших вариантов никто не предложил, и я не стал возражать.

Может быть и, зря. Потому как Натация развернулась во всю ширь своего таланта и творческой фантазии. На моего хозяина она набросила иллюзию чуть смугловатого смазливого брюнета со слегка волнистыми волосами и аккуратными черными усиками. Учитель Мерлин называл таких мужчин как-то коротко и странно – то ли чмо, то ли мачо. Не помню точно…

Меня выкрасили в рыжий цвет, немного изменили телосложение и сделали чуть короче мордочку. На молодую хозяйку мой новый вид почему-то оказал странное воздействие. Она завизжала от восторга и назвала меня милым коржиком (еще бы сказала, с салом!), а Натация посмотрела на меня с такой гордостью, словно она была сама архимагом Мерлином!

Саму себя чернохвостая превратила в белохвостую и немного увеличила в размерах, особенно, спереди. Госпожа Клэпп, ставшая шустрой седенькой старушкой в жесткой широкополой шляпе и с ридикюлем, строго заметила, что молодой девушке не приличествует ходить по городу с таким декольте. Натация поначалу возмутилась, заявив, что они все равно не настоящие, но в конечном итоге была вынуждена согласиться и поменять фасон платья.

Сальешиша решили никак не маскировать. Он и так был самым незаметным из всех нас. Мы с ним сбегали на разведку к участку магполицию и подтвердили, что карета до сих пор там. И тогда Монбазор дал команду выдвигаться.

Из соображений конспирации Ферака с его приметным зеленым шарабаном мы оставили на месте и отправились в крепость пешком.

Впереди шествовала блондинистая девица в сопровождении сухонькой шустрой бабушки с ридикюлем и клюкой, в которой скрывался стек. Сама Натация несла корзинку, где под чистой тряпицей был спрятан Граф Ло. Время от времени оттуда доносилось еле слышное тиканье и снова замолкало.

На расстоянии примерно сотни шагов за женщинами двигался жгучий брюнет в сопровождении мальчишки с собакой, то есть, мной. На поясе у хозяина висел страшно гордый Перочинный в великоватых для него ножнах, наскоро сварганенных Юхуком из дерева и обрезков кожи.

Кстати, сам коротышка с нами не пошел, хотя и порывался. Его не пустили хозяйки, нашедшие для него какие-то срочные дела по дому.

Все бы хорошо, но на полдороге у нас в тылу появились две кареты.

«Опасность!» – сигнализировал я, и обе наши пары (плюс единственный и неповторимый я) дружно свернули… на старое кладбище. Просто некуда больше было.

Замаскировавшись в зарослях под оградой, я проследил, как мимо нас, не торопясь, проезжают два экипажа. Из переднего исходил ни с чем не сравнимый запах коменданта Сякуся, а во втором мне удалось мельком заметить торчащую голову с тщательно прилизанной прической.

– Что будем делать? – почему-то шепотом спросила Натация.

– Конечно, идти в крепость! – не сомневаясь, ответил мой хозяин. – Там найти свидетеля и предъявить его Хаймепоку!

Возвращаться на основную дорогу уже не было смысла, и мы отправились к задней калитке, откуда начиналась короткая тропинка, ведущая вверх по склону к самому входу в крепость. Само собой, на ходу мы с интересом оглядывались по сторонам на место давнего происшествия.

Как выразилась Натация, при свете дня кладбище напрочь утратило свою таинственную романтичность, став просто скучным и очень захламленным. Вокруг не было ни души, только у самого забора кто-то ставил новую оградку, самозабвенно стуча молотком как токующий… или тоскующий (?) дятел.

Участок, на который когда-то обрушился гнев моего хозяина, до сих пор был обнесен красно-белой лентой с защитными рунами. Эта штука могла работать и как сигналка, поэтому пришлось обойти огороженное место стороной. Но огненный след, оставленный разозленным Монбазором, нам удалось рассмотреть во всех подробностях. Я даже немного загордился хозяином. Настоящий дракон сработал бы ничуть не хуже!

Дальше такой же лентой был обнесен памятник с развороченным цоколем, покрытый ярко-зелеными пятнами – такими кислотными, что под ними, кажется, начал растворяться даже камень. По крайней мере, трава вокруг точно пожухла.

– Хм, а тот склеп, где мы спрятали покрывало, не огорожен, – задумчиво заметил Монбазор. – Может быть, его так и не нашли? Посмотрим?

Мы посмотрели. И, что удивительно, таки обнаружили там то самое покрывало. Кстати, на свету оно оказалось светло-синим, украшенным ярко голубыми цветами с нежно-розовыми сердцевинками.

Это было бы красиво, но в самом центре данного великолепия нагло дрых балахонистый в своем собачьем обличье.

– Мухтар, ты ли это?! – удивился мой хозяин. – Что это тебя снова на кладбище потянуло?

– Ы-ы-ы-а! – песообразный проснулся, выгнув в стороны передние лапы, как это не смогла бы сделать чисто физически ни одна нормальная собака. – А чего бы и нет? В городе все вокруг суетятся, бегают, что-то ищут, кого-то ловят! А на кладбище все спокойненько, все культурненько, все пристойненько!.. А вы-то сами что здесь делаете, да еще и под прикрытием? Хоронить кого собрались… или выкапывать?!

Хозяин коротко объяснил.

– Тогда и я с вами! – оживился балахонистый. – Этот Сявкинусь и мне вот так – под самый воротник надоел!.. И ты, зеленый… ну, сейчас не совсем зеленый… классно выглядишь! Таким созревшим…

Я гордо проигнорировал его болтовню. Пусть его! Если случится какая заварушка, то и он лишним не будет. Например, дыру им какую-нибудь затыкать…

По тропинке мы поднялись наверх, и там нас ждал суровый облом. Ворота в крепость оказались заперты, а перед калиткой стоял насмерть караульный.

– Не могу вас пустить! – уныло повторял он, с тоской поглядывая на Натацию в ее новом облике. – Не велено! Ин-спэкцыя!

Видя, что спорить бесполезно, мой хозяин повернул на тропинку, идущую вдоль крепостной стены. Обогнув угол, он остановился, поджидая Натацию и госпожу Клэпп.

– И что же нам теперь делать? – обиженно спросила черно… белохвостая. – Подземный ход рыть?

– Своего Ханшери у меня для вас нет! – почему-то начал открещиваться балахонистый.

– Ната, посмотри, пожалуйста. Над нами часовые на стене стоят? – спросил Монбазор.

Ведьмочка сосредоточилась.

– Вроде бы, нет, – сообщила она после длительной паузы. – На той стороне, возле донжона, кто-то ходит, а здесь я никого не обнаружила.

– Очень хорошо, – устало вздохнул хозяин. – Вы мои тапочки захватили?

– Да, – старушка-воительница расстегнула ридикюль. – Как вы и просили. Но зачем…

– Сейчас увидите.

Сняв обувь, Монбазор надел тапочки, приветствовавшие его белыми и красными огоньками. Осторожно ступил на стену. Сделал пару шагов вверх и вернулся обратно.

– Вот в таком аспекте, – скромно заявил он.

– Вау! – захлопала в ладоши Натация. – А мы так сможем?!

– Попробуйте.

Попробовали все. Кроме балахонистого и меня, конечно. Мне волшебные тапочки были все-таки слишком велики. К тому же, их было всего два, а не четыре. Я, конечно, могу немного походить на задних лапах, но взбираться в таком положении на стену – увольте!

– Ура! – у ведьмочки снова разгорелись глаза. – Тогда лезем?!

– Прямо сейчас, средь бела дня? – усомнилась госпожа Клэпп. – Конечно, мы будем подниматься не со стороны города, но кто-то все равно может заметить.

– Новая маскировка! – азартно выпалила бело-чернохвостая. – Давайте станем растениями!

– Например, кактусами? – хмыкнул мой хозяин. – А почему?

– Ну, одно дело, когда человек поднимается по стене. И совсем другое, когда на ней, например, кустик вырос!

– Давно не слышал такой безумной идеи! – вдруг лающе расхохотался балахонистый. – Люди, я от вас в восторге! Пожалуй, она настолько безумная, что тянет на гениальную!

– А ты-то сам что будешь делать?! Хочешь, чтобы тебя кто-то надел? – агрессивно напустилась на него ведьмочка.

– Зачем? Я, в отличие от некоторых, летать умею!

– Тогда возьми с собой Такса! – вдруг предложил Сальешиш. – Вы же оба волшебные, должны держаться друг за друга.

Я мрачно переглянулся с балахонистым. Отвертеться было невозможно. Да и нужно ли?

«Ладно, незеленый, подброшу, – проворчал Мухтар. – Тебя, надеюсь, в воздухе не укачивает?»

«Вроде бы, нет», – я помотал головой.

«Тогда так и быть, прошу на борт».

Большой пес растянулся на траве и развернулся изнутри, превращаясь в доху. На меня пахнуло бараньей шерстью.

«Чего разнюхался, залезай!»

Я осторожно пробрался в центр мохнатого ковра-самолета и прилег. Балахонистый взмахнул рукавами и слегка приподнялся над землей. А вот я так и остался на ней.

«Тяжелый. Наел пузо!» – недовольно проскрипело в мысленном диапазоне.

«Могу немного попрыгать», – предложил я.

«Это еще зачем? Если даже уплотнится, так легче не станет».

«Лишние калории с себя стряхну».

«Долго бы тебе пришлось прыгать! – проворчал балахонистый. – Ладно, держись крепче... Только не за меня, за воздух! А если вздумаешь травить, лучше сразу спрыгивай!»

«Давай, тяни уже», – слегка подрыкнул я.

«Я-то тяну. А ты меня не растягивай!»

Дохастый наконец оторвался от земли вместе со мной и, часто взмахивая рукавами, плавно пошел вверх вдоль крепостной стены. Сальешиш даже засвистел от радости, но сразу же замолк: госпожа Клэпп ткнула его сухим кулачком в бок, чтобы не поднимал лишнего шума.

Наверху действительно никого не оказалось. Помост, ведущий вдоль края стены, был завален всякой всячиной, однако людей поблизости не было видно. Спрыгнув с балахонистого, я осторожно заглянул вниз, во внутренний двор. Обе кареты, обогнавшие нас по дороге, стояли там, но выглядели пустыми и покинутыми. Очевидно, Сякусь и Хаймепок уже прошли в донжон.

«Чисто, можно подниматься», – сигнализировал я хозяину.

«Понял, иду».

Просунув голову между зубцами, я глянул на стену. Натация и в самом деле еще раз замаскировала Монбазора. Вверх по отвесной стене медленно поднимался раскидистый кактус в тапочках, покрытый мелкими желтыми цветочками. Это было ярковато, но красиво. Внешний вид слегка портила пара туфель, болтавшихся у него где-то в районе «пуза», но лишь слегка.

МОНБАЗОР

Волшебные тапочки сработали, как подобает, подняв меня на высокую стену. Какую все-таки ценную вещь я себе, не думая, отхватил!

Теперь пора было подниматься остальным. Я разулся и надел обратно туфли, которые поднял наверх, связав шнурками и надев на шею. Осталась одна мелочь, о которой никто не подумал: как теперь спустить вниз чудесную обувку, чтобы передать ее следующему ходоку? Магия – штука точная, и испытывать, как она переживет сбрасывание с крепостной стены, мне не хотелось.

«Тут у нас кое-кто летать умеет», – ненавязчиво намекнул мне Такс.

«Не-не-не! – доха протестующе замахала рукавами. – Я вам не ломовой фургончик! Вы представляете, сколько сил надо потратить, чтобы вот так порхать вверх и вниз, да еще с грузом?! Вам что, веревок мало?!»

Что же, резонно. Я оглянулся по сторонам. Вот эта бухта тонкого канатика, думаю, не выполняет никакой важной задачи.

Вынув из ножен Перочинного, жутко гордого от доверенной ему миссии, я отрезал весь кусок. Длины его почти хватило, чтобы надежно обвязать оба тапочка, а затем спустить их вниз. В конце концов, мне, правда, пришлось отпустить веревку, но ее подхватила вместе с драгоценным грузом госпожа Клэпп.

Следующим по стене поднялся терновый кустик с корзинкой в ветвях. Это оказался Сальешиш, доставивший нам Графа Ло. Приборчик даже онемел от такого крутого восхождения и лишь слабо потикивал. Я оставил его в корзинке – приходить в норму. Тем временем по проторенному пути к нам присоединилась госпожа Клэпп в образе невысокого корявого деревца – то ли саксаула, то ли какого еще самшита.

Последней пошла на штурм стены Натация, избравшая для себя маскировку под большой раскидистый цветущий куст сирени. Конечно, наша ведьмочка шелестела немного не по сезону, но кого это волновало?! Только не меня!

«Внимание, кто-то идет!» – вдруг дал сигнал тревоги Такс.

– Замрите! – прошептал я.

Не знаю, что подумал стражник, увидев внезапно выросшие на стене кактус, кустик и деревце. Но рот он раззявил, как изящно выразился бы архимаг Сюбникус, на всю хлеборезку.

Как всегда при сильном стрессе, на меня обрушилась лавина информации. Теперь я знал, как можно обезвредить этого некстати появившегося стражника десятью возможными способами – от самых щадящих до весьма… гм… жестких. Но, вот беда, все они требовали применения магии, которой в данный момент я был лишен! У меня не было даже Первоконницы! Не лезть же на него с Перочинным!

«Чик – и солдат на небесах!» – напомнил о себе ножик.

«Нет, насилие – это не наш метод!»

В этот миг я совершенно забыл, что рядом со мной стоят Сальешиш и госпожа Клэпп, способные решить проблему и без моего участия. Замешкался даже Такс. Не растерялась только доха.

– Ну почему я опять должен за всеми подтирать?!..

Возмущенный Мухтар взмыл вверх прямо за спиной у стражника и с размаху хлопнул его рукавами по ушам. Тот рухнул на помост, так и не успев поднять тревогу.

– Я что-то пропустила?! – через край стены перешагнул миленький сиреневый кустик в тапочках. – Ой, а кто это?! Сейчас я погружу его в сон без сновидений!

– Не надо! – остановил ее саксаулистый самшитик… то есть, госпожа Клэпп. – Достаточно будет его связать.

– Да-да! – поддержал ее я. – По возможности, обойдемся без лишних магических воздействий. Самое главное – не поднимать шума!

Я оглянулся в поисках подходящей веревки. Да, вот, например… Достав Перочинного, я резанул в нужном месте. В тот же миг раздался громкий хлопок, и веревка буквально вырвалась из моих рук!

Треск и свист извивающихся, словно бешеные змеи, канатов заставили нас всех испуганно замереть. Большой ящик, вроде бы, устойчиво стоявший на краю помоста, без предупреждения накренился и кувыркнулся вниз во двор.

Рухнув на каменные плиты, он буквально взорвался. Во все стороны брызнули обломки досок, звонко защелкали, разлетаясь и рикошетя во все стороны, свинцовые пули. Снизу раздалось испуганное ржание лошадей, перемежаемое громкими ругательствами, а затем заполошно зазвонил тревожный колокол.

– Бежим!

– Да не туда! – госпожа Клэпп поймала за ветку сиреневый кустик, готовый шагнуть вниз за стену. – В донжон!

И мы помчались, пытаясь скорее уйти с открытого всем взглядам помоста, пока нас не засекли и не начали ловить. Крепость уже гудела как растревоженное осиное гнездо, но мы успели проскочить в башню. Однако и она вскоре наполнилась тревожным топотом подкованных сапог.

Я бежал вслед за Таксом, рассчитывая, что мой друг разминется с любой погоней и выберет самое безопасное убежище. Но неожиданно мы заскочили в тупик.

Небольшой зал был освещен ярким солнечным светом, прорывавшимся через забранные решетками окошки под потолком. На полу было расставлено с пару десятков кадок и вазонов, из которых торчала всякая декоративная растительность. Среди нее попадались даже небольшие деревца. Вниз отсюда вела лестница, но по ней, судя по издаваемому шуму, уже поднимался целый отряд. Назад же хода не было: в коридоре, из которого мы только что выскочили, раздавались чьи-то команды, сопровождаемые звонким стуком латной печатки по шлемам и доспехам.

– Рассредоточтесь и замрите! – негромко, но очень решительно приказала госпожа Клэпп.

– Маскировка! – послышался азартный шепот Натации.

Искать другие решения было некогда. Мы замерли среди цветов. Даже Мухтар, устроившись под стенкой, зазеленел и попытался заколоситься. Я встал за пальмой в горшке, изображая кактус. За за мою спину торопливо прошмыгнул Такс, но тут же отпрянул, издав короткий скулящий звук.

«Что случилось?!» – всполошился я.

«Колючки!»

«Так они же иллюзорные!»

«Все равно колются…»

Это заявление меня несколько обеспокоило. Конечно, так не бывает, но не превратила ли меня Натация и в самом деле в кактус?! Она девушка сильная и талантливая, только ей еще не успели объяснить, что можно сделать, а что – теоретически нет…

Но тут мне стало не до посторонних мыслей… и вообще не до каких. Мимо нас протопала сплоченная группа стражников, торопящихся на стену. Удивительно, но никто из них не поднял тревогу. Не заметили, что зеленых насаждений прибавилось, или просто не придали этому значения?!

Ура! Опасность миновала! Терновый куст обрадованно замахал веточками, качая в них корзинку с беднягой Ло, но мудрый саксаул шикнул на него:

– Стоять! Сюда еще кто-то идет!

На лестнице снова послышались шаги. На этот раз сюда шли именно те, кого мы искали. Впереди важно шествовал выездной судья Хаймепок. За ним следовали надутый и мрачный как туча Сякусь и незнакомый немолодой дворянин в кожаном колете с наклепанными на него металлическими пластинами и с черно-коричнево-зеленой перевязью – очевидно, комендант крепости. Их сопровождали пятидесятник в высоком шлеме с пером и пара стражников в кольчугах, а также двое магополицейских в красных мантиях.

– Да, ваши люди весьма расторопны, боевую тревогу вы отработали отменно, - одобрительно кивал Хаймепок. – А это что у вас? зимний сад?

– Можно сказать и так, - подтвердил комендант крепости, окинув зал с растениями равнодушным взглядом. – Моя супруга весьма неравнодушна к цветам.

– Похвально…

Признаться, я слегка растерялся. С одной стороны, наверное, здорово, что у нас такая качественная маскировка. А с другой, мы же специально пробрались сюда, чтобы встретиться с Хаймепоком, а он проходит мимо. Но с третьей, у нас пока нет свидетеля…

Впрочем, все мои сомнения разрешились самым естественным образом. Из корзинки, чуть колыхавшейся в терновых ветвях, громко икнуло, а затем щелкнуло и хрюкнуло. Выездной судья, услыхав странные звуки, тот час обернулся и резко остановился. Сякусю пришлось подпрыгнуть до потолка, чтобы не налететь на него.

– Чую-чую, где-то магией потянуло! – повел носом маг-инспектор. Глаза его зажглись красным, и я почувствовал, как меня буквально просвечивает насквозь. – Покажитесь!

С нас одним рывком сорвали маскировочный покров.

Хаймепок медленно обвел нас холодным немигающим взглядом, особо отметив ошейник на мне, икающую корзинку в руке Сальешиша, мигающие огоньками тапочки и легкую растрепанность прически Натации. Внезапно его лицо нахмурилось. Мое горло под блокиратором нехорошо зачесалось.

– А это еще кто?! – громыхнул Хаймепок. – Немедленно выходите и перестаньте прятаться от меня за этой дурацкой шубой!

– Кхе-кхе! – внятно прокашлялся Мухтар, выплывая из-за горшков с цветами и принимая свой обычный окрас. – Позвольте заметить, что во мне никто не прячется. Дурацкая шуба – это я и есть!

– Снова эти волшебные вещи! – с заметной досадой произнес маг из Департамента. – Чья она?! Ваша?!

Вопрос был обращен ко мне, но я не спешил с ответом. Да, по документам ответственность за Мухтара нес я. Но, во-первых, бумаги остались в Вольтанутене, а, во-вторых, мне совершенно не хотелось признавать себя хозяином дохи. Во всех смыслах.

Впрочем, мои страхи оказались напрасными – Мухтар и не спешил прятаться за мою спину. Наоборот, приосанился, развернув воротник.

– В данный конкретный момент я представляю интересы высокородного графа Ханшери, – заявил он, изобразив поклон и взметнув невидимой шляпой по полу.

– Ханшери?!! – от неожиданности Сякусь поперхнулся и начал плеваться огнем. Да, так, что Натации пришлось спешно кастовать водяной щит, чтобы защитить растения в горшках и кадках. – Даже не скрывается, матерый вражина! Взять его!

– Эй, а меня за что?! – доха проворно укрылась за нашими спинами. – Это правовой беспредел! Требую адвоката! Свободу тулупам, пингвинам и попугаям!

– Отставить! – негромко, но очень внушительно… или внушающе приказал Хаймепок.

«Красные мантии» с явным облегчением вернулись обратно.

– Господин судья! Я настаиваю!..

– Благородный, – игнорируя пылающего от гнева Сякуся, маг-инспектор повернулся к коменданту крепости. – Сейчас тут будут обсуждаться чисто магические вопросы, и я больше не считаю необходимым злоупотреблять вашим вниманием. Проводите, пожалуйста, вашу учебную тревогу, не буду вам больше мешать. Только оставьте для связи вашего офицера.

Комендант обрадованно сбежал вместе со стражниками. С нами остался только пятидесятник, обреченно нахлобучивший шлем по самые глаза.

– Так, а теперь продолжим, – Хаймепок небрежным жестом погасил пышущего жаром толстяка, вытащил прямо из воздуха стул с высокой прямой спинкой и уселся на него. – Господин комендант, какие обвинения вы выдвигаете против этого волшебного предмета?

– Никаких! – злобно пыхнул Сякусь. – Зато у меня есть масса претензий к его хозяину!

– Вы снова за свое?!

– Ваша честь! Но он сам признался в убийстве! Я слышал это вот этими ушами!

В подтверждении магополицейский отрастил на своей голове целые лопухи, которые интенсивно задергались, словно кивая, а затем вернулись к обычным размерам.

– Неубедительно. Мы уже давно ушли от того, чтобы считать признание некой универсальной царицей доказательств. Тем более, учитывая обстоятельства. Мы с вами уже разбирали тот день. Ханшери с самого утра и до примерного момента убийства находился под вашим наблюдением. А если вы неверно оценили время, и оно было совершено позже, у него все равно осталось на него не более получаса. Я считаю маловероятным, что он уходил из-под слежки специально для того, чтобы разыскать в совсем не маленьком городе, заманить в укромное место и убить человека, с которым ранее даже не встречался. Поэтому никак не могу поддержать вашу версию… без веских доказательств!

– Господин судья! Я приводил вам доводы в ее поддержку! – Сякусь, похоже, настолько вышел из себя, что был готов спорить даже при нас. – Ханшери – шпион и темный маг! Эта черная душа способна на любое злодейство!

– Послушайте, комендант! Перестаньте вмешивать свою личную неприязнь в служебные дела! Мне прекрасно известно о вашем героическом деде, убитом Темными магистрами. А также о том, что ваш отец, лишенный магического дара, не унаследовал его положения, в связи с чем вам пришлось совершать карьеру без поддержки и протекции. Но и мне, и вам прекрасно известно, с какой целью сюда прибыл Ханшери! Не отвлекайте меня попусту! Кто эти маги и люди?! Кто этот молодой человек?! Если на нем блокиратор, то почему он находится здесь и в таком виде?!

– Да сбежал он из-под стражи! – рявкнул Сякусь, прежде чем я успел вставить хоть слово. – Это молодой Пампука, тоже сообщник проклятого тускуланца! Сам гаденыш, и мать его гадюка!

На пару мгновений в зале наступила тишина. Мне, наверное, следовало что-то сказать, но магия застряла у меня в ошейнике. Внезапно где-то поблизости раздался некий неприятный звякающий звук, словно кто-то колотил треснутым металлическим предметом о камень.

– Это еще что? – недовольно повернулся Хаймепок к пятидесятнику.

– Да барабашка у нас по ходу завелся, – стражник сдвинул шлем на затылок. – Стучит и стучит, спасу нет. И повар жалуется: с кухни продукты пропадают.

– Призраки еду тырить не могут! – авторитетно заявил выездной судья. – Непорядок! Почему в крепости некомплект средств магической сигнализации?!

– Виноват! – оторопело мотнул головой Сякусь. – Исправлюсь!

«А ведь это, между прочим, стучит наш свидетель», – потихоньку сообщил мне Такс.

«Тот самый солдат? Ты его видишь?»

«Чую».

Его слова заставили меня задуматься. Неужели тогда я навесил на него слишком сильное заклинание незаметности? Проклятый ошейник! Как же он мешает – сейчас я никого не замечаю и ничего не ощущаю.

«Такс, а когда я скажу, ты сможешь цапнуть его за ногу, чтобы проявить?»

«Смогу».

Почему я отвлекся в такой важный момент? Да по очень простой причине: за меня решила вступиться Натация.

– Монбазор ниоткуда не удирал! И вообще, он ни в чем не виновен! – отважно заявила она, подаваясь вперед. Я мимоходом отметил про себя, что в своей прежней блондинистой личине она бы смотрелась еще выигрышнее. – Комендант Сякусь его нарочно подставил, чтобы Монбазор ему не мешал! Он его разрешение специально уничтожил!

– Стоп! – Хаймепок предостерегающе поднял руку, призывая юную ведьмочку к молчанию. – Когда мне понадобится ваше свидетельство, я сам вас допрошу. Пусть говорит господин Пампука. Вы имеете, что сказать?!

О да, я имел. И даже предъявил магу-инспектору копию разрешения на Первоконницу, которую мне привезла Натация взамен утраченной.

– Вы оформили административный арест господина Пампуки? – строго спросил Хаймепок у Сякуся, когда я выдохся. – Нет?.. Очень плохо. Порядок должен быть прежде всего. Однако я не считаю отсутствие носимого с собой разрешения на магическое оружие нарушением, соответствующим объявленному наказанию. Или господин Пампука нанес им какие-либо травмы окружающим?

– Господин Пампука кое о чем умалчивает, – мстительно ухмыльнулся Сякусь, и у меня все упало. Неужели он сейчас заявит о нашем кладоискательстве?! – Да, мне просто был нужен повод, чтобы его упечь на три руки. Но на самом деле я подверг его аресту за злостное хулиганство. Вы представляете, господин судья, что учинил этот молодой человек?! Это именно он поднял переполох с так называемым драконом, из-за чего весь город оказался на осадном положении! Можно сказать, временно изолируя господина Пампуку от общества, я спасал его от гнева общественности, который наверняка обрушился бы на него, как только все раскрылось!

– Ваша милость, не слушайте его! – внезапно подал голос Сальешиш. – Дракон раньше начал безобразничать! Дня за три, а то и за целую руку, как господин Пампука приехал!

– Я же говорила, комендант просто хочет убрать Монбазора с дороги, чтобы тот ему не мешал! – снова воскликнула Натация.

– В чем не мешал? – иронично изогнул бровь Хаймепок. – В охоте на дракона?

– Нет, ваша честь, – я глубоко вздохнул, набираясь духу. – Комендант Сякусь обвинил в убийстве стряпчего Кергедая мою мать. Но у меня есть основания предполагать, что он сам мог быть к нему причастен. У него был мотив и были возможности.

– Это поклеп! – совершенно по-драконьи рявкнул толстяк, пыхнув огнем, а пятидесятник на всякий случай проворно отступил за спину Хаймепоку и вновь натянул шлеп по самые глаза. – Дрянной мальчишка пытается выгородить свою мамашу, вот и треплет языком! Что он может знать?!

– Он знает достаточно много! – повысил я голос, чувствуя, как меня буквально распирает изнутри от возмущения. – У меня есть лицензия частного детектива и есть опыт в проведении магических расследований в Вольтанутене! Кроме того, у меня есть свидетель! Если с меня снимут ошейник, я готов его предъявить!

– Снимите с него блокиратор, комендант, – спокойно приказал Хаймепок.

Пылая от злости, Сякусь исполнил приказ.

– Придержи язык, мальчишка! А не то я крепко пожму твою мужественную шею! – донесся до меня его жаркий шепот.

Я проигнорировал его. Эйфория от возвращенной магии буквально заполнила меня до краев. С большим трудом я смог заткнуть прорывающийся фонтан и вернул себе способность рассуждать здраво. Итак, свидетель… Но где же он?! Ушел… или неужели я спрятал его даже от самого себя?! Наконец, в дальнем углу мне померещилась некая долговязая тень.

«Такс, цапни его за ногу!» – распорядился я.

Мой друг немедленно выполнил приказание. Раздался возмущенный визг, а затем я с силой дернул, срывая покров серой вуали. Перед нами появилась нескладная фигура солдата в широкой треснувшей каске.

– Вот! – выдохнул я. – Это и есть мой свидетель.

Признаться, в этот момент я ощущал себя шариком, из которого выпустили весь воздух. Резкая отповедь Сякусю, удивившая меня самого, словно вычерпала все мои силы.

– Феромойлен! – первым сориентировался пятидесятник. – Ты где скрывался, мерзавец?!

– Я не скрывался, я прятался!..

Жутко обрадованный, что его, наконец, заметили, незадачливый стражник без всякого принуждения с моей стороны начал вываливать, как он, польстившись на предложенную плату, водил покойного стряпчего по крепости и дал ему запасной ключ от подвала. А затем, убоявшись гнева коменданта Сякуся, стал прятаться и в итоге спрятался слишком хорошо.

Выслушав Феромойлена и задав ему с десяток уточняющих вопросов, Хаймепок сухо кивнул.

– Достаточно. Можете быть свободны, свидетель!

– Десять нарядов вне очереди и до конца полного – без увольнений! – высунулся из-за его спины пятидесятник. – Марш на кухню!

– Слушаюсь!

Счастливый Феромойлен, орошая кольчугу слезами радости, пошатываясь и время от времени стукаясь треснутой каской о стены, сполз вниз по лестнице. А выездной судья повернулся к странно молчаливому Сякусю.

– Как вы это объясните, комендант?!

– Очень просто, – огненный толстяк на этот раз излучал прямо таки ледяное спокойствие. – Само собой, я был крайне недоволен присутствием какого-то подозрительного штатского на военном объекте. И найдя при убитом ключ, немедленно занялся поиском сообщника. Это сейчас все прояснилось, а тогда я имел полное право подозревать, что потерпевший мог исполнять какую-то тайную шпионскую или диверсионную миссию. Либо, на худой конец, готовилась банальная кража.

– И за артефакты, спрятанные в подвале, стало боязно, – съязвила Натация.

Она почему-то совсем не боялась грозного коменданта, и это внезапно придало мне сил.

– А может, Кергедай действительно нашел спрятанные вами артефакты из темного клада и этим вас шантажировал, господин Сякусь?! – громко спросил я. – Не для расплаты ли с ним вы взяли в банке в день убийства вексель на сто золотых, который потом нашли при покойнике?! А может такое быть, вы не убивали его сами, но знаете, кто преступник, и прикрываете его?! Это, случайно, не маг Симбуян, с чьим нанимателем у вас сложились самые нежные отношения?!

– Я должен отвечать на все это? – брезгливо хмыкнул Сякусь.

– Попробуйте.

– Как скажете, господин судья. Мой ответ будет таким. Молодой человек придумал версию и сейчас старательно подгоняет под нее факты. Вы лучше спросите его самого о темных кладах! Или о том, что он делал в том подвале, да еще вместе с незамужней барышней!

– О, какой интересный вопрос! – внезапно высунулась доха. – Вы там случайно, не того?..

– Попрошу без пошлых намеков!

Зардевшаяся Натация развернулась и, сжав пальцы в кулак, выпустила в Мухтара тонкую острую струйку воды, от которой тот, хекнув, согнулся пополам. Следующая порция была направлена прямо в лицо Сякусю, но комендант, выставив ладонь, испарил ее на полпути.

– Хватит! – повысил голос Хаймепок. – Я задаю те вопросы, которые считаю необходимым в данный момент! И сначала я хочу взглянуть на сам подвал.

– Пожалуйста, – толстяк снова сделался спокойным словно бомба с неподожженным фитилем. – Прошу следовать за мной.

– Пройдемте, – обратился к нам выездной судья, вставая со стула и небрежным жестом отправляя его обратно в межмировое пространство.

Я даже позавидовал, как ловко и эффектно удается ему проворачивать такие трюки.

Подвал был тот же самый. Я узнал стеллажи вдоль стен, а из-под одного из них Такс даже выкатил слегка помятую консервную банку. Вот только дверь в него была не заперта, а никаких артефактов там не было и в помине.

«Очень чисто убрано, – сообщил мне мой друг. – Никакой магией ниоткуда не пахнет, ни малейшего следочка».

– Но они были! – Натация растерянно разглядывала пустую полку. – Вот на этом самом месте!

– Были, – уныло подтвердил я, понимая, что этот раунд мы безнадежно проиграли. – Может, вы просмотрите наши воспоминания?

Оба департаментских мага синхронно хмыкнули. Менталист достаточно высокого уровня, а меня можно смело признавать таковым, может редактировать свои воспоминания как угодно, да еще и делать нужные ему внушения окружающим. Чтобы подтвердить или опровергнуть мою правоту, понадобится пара специалистов уровня маг-капитана Синехюнса, начальника вольтанутенского полицейского отделения. Кто их будет собирать ради какого-то занюханного (извини, Такс) подвала?!

– Господин Пампука, а вы запротоколировали вашу находку? – строго обратился ко мне Хаймепок.

– Н-нет…

– Это серьезное упущение. Как частный детектив, вы обязаны были составить протокол по установленной форме и заверить его подписями не менее двух заслуживающих доверия свидетелей. У вас были такие свидетели?

– В общем, да. Почти…

Я представил себе, как Такс подписывает документ, прикладывая отпечаток лапы, и мне стало совсем грустно.

– Тогда ваше упущение тем более непростительно. Не забывайте, что улика, не оформленная надлежащим образом, не является уликой вообще.

– Ваша честь, о каких уликах вы говорите? – недовольно спросил Сякусь. – Здесь нет и не было никаких улик. Никаких следов, все чисто! Молодым людям просто не хочется отказываться от своей красивой версии.

– Гражданин начальник! – вдруг замахала рукавом доха. – Следов, говорите, нет?! А как вам эти?!

Мы дружно подняли головы и обозрели четко проступающие на потолке следы подошв.

– Это сапожки-скороходы оставили, – сообщил Мухтар. – Резвые, но норовистые. И тяжеловатые слегка, да…

«А Сякусь голову в плечи втянул, – доложил мне Такс. – Вспо-омнил!..»

Я бросил быстрый взгляд на коменданта. Тот уже справился с мимолетно слабостью и сейчас выглядел совершенно невозмутимым. Еще бы! Очевидно, сапоги, как и все прочие компрометирующие артефакты, надежно перепрятаны. Интересно только, где?.. Скорее всего, это не может быть какое-то тайное место, ведь в маленьком городке трудно что-то спрятать. К тому же, у надрайонного начальника есть подчиненные, которые не обязательно будут молчать. И отвозить находки тому же Симбуяну или барону Сякусь не станет, чтобы не попасть от них в зависимость. Значит, место должно, с одной стороны, не вызывать подозрений, а, с другой, комендант должен там распоряжаться и чувствовать себя полностью уверенно.

Догадка пришла ко мне внезапно. Словно где-то в мозгу засветилась яркая надпись.

Конечно же, я сразу засомневался. Ведь мы совсем не знаем Дарменталь и его окрестности, и если мне пришло в голову одно такое место, это не значит, что не может быть и другие. Я словно ищу потерянную вещь под фонарем, потому что только там светло.

– Вам больше нечего сказать? – тем временем холодно спросил Хаймепок у Натации, все еще пытавшейся что-то объяснить. – Не отнимайте мое время, оно дорого! Комендант, мы возвращаемся в участок. Остальные могут быть свободны. Когда вы понадобитесь, вас вызовут.

Выездной судья повернулся к выходу, и тогда я решился.

– Ваша честь! – бросился к нему. – Прошу вас, умоляю, помогите мне! Господин комендант отобрал у меня оружие, мою шашку! Пусть он ее вернет! Она совсем недалеко отсюда, в ресторане «Белый Гузь»! Я очень прошу вас заехать туда по дороге, чтобы он мне ее вернул!

– Господин Пампука! – недовольно… очень недовольно повысил голос Сякусь. – Вам же было сказано, время господина судьи дорого! Приходите в участок завтра с утра, и я с радостью верну вам вашу драгоценную зубочистку!

«А глазки-то забегали!» – сообщил мне Такс.

«Что-то скрывает, мерзавец!» – подтвердил Мухтар.

Сякусь бросил за меня злобный острый взгляд, но он бессильно соскользнул по моему «покрову хаоса», который я навострился поддерживать постоянно.

– Господин Пампука, вас устроит такой вариант? – осведомился у меня Хаймепок.

Это был последний шанс, и я очертя голову пустился в атаку.

– Ваша честь, а вдруг он без вашего присутствия не захочет ее отдать?! А я не смогу, не смогу с ней расставаться! И он не может! – я вытащил из кармана и продемонстрировал судье Перочинного. – Это совсем маленький ножик, но у него тоже есть чувства! Он не перенесет, не выдержит без нее! Загнется!..

– Войдите в положение! – неожиданно пришла мне на помощь госпожа Клэпп. – Личное оружие, это не только продолжение руки! Это продолжение души! Они должны быть вместе!

– И я должен! Душа разлуки не вынесет! – доха распахнула во всю ширь свое мохнатое нутро, а по обвисшему воротнику одна за другой скатились две крупные капли. – Пожалейте два любящих клинка!..

Мухтар мощно всхлипнул. Перочинный пустил по лезвию розовый блик и часто завибрировал, словно действительно был готов загнуться. Сальешиш пал на колени перед судьей, а Натация, наклонив голову набок, посмотрела на него самым умильным взглядом. Мое сердце от такого бы точно дрогнуло!.. Или вздрогнуло…

– Гр-р-р! – вдруг предостерегающе сказал Такс.

Комендант Сякусь проворно спрятал руки за спину, стряхивая с них мелкие искры поспешно развеянного заклинания. Хаймепок смерил его мрачным взглядом.

– Хорошо, – выдержав паузу, милостиво согласился он. – Мы заедем за вашей шашкой, а вы, комендант, ее вернете. Но действительно не будем терять времени.

Во внутреннем дворе крепости уже было тихо. Обломки разбившегося ящика убрали, лошадей успокоили.

– Выделите им какую-нибудь повозку! – сердито бросил Сякусь пятидесятнику, показывая на нас толстым пальцем.

– В этом нет нужды, – остановил стражника Хаймепок. – Комендант, я приглашаю вас и ваших людей в свою карету. Остальные без труда разместятся в вашей. Любезный, доставьте их к ресторану «Белый Гузь», а мой экипаж поедет за вами.

– Да, ваша честь, – поклонился кучер департаментской кареты.

После непродолжительной утруски, вызванной тем, что Натация непременно хотела устроиться рядом со мной, а Такс – держаться подальше от дохи (не удалось ни, то ни другое), мы пустились в путь.

«Слушайте все, – начал я на мысленной волне, предварительно окружив экипаж щитами. – Мне кажется, артефакты, которые раньше находились в подвале, могут быть перепрятаны именно в ресторане! То, что Сякусь допрашивал меня там, а не в участке, а затем оставил под охраной своих големов, говорит о том, что это место он как-то контролирует. Времени у нас будет мало, хотя я постараюсь его потянуть. Поэтому Такс, Ло, Перочинный! Ваша задача – найти тайники! Все понятно?!»

«А залезать куда-то наверх больше не понадобится?» – раздался слабый голос из корзинки.

«Нет, не понадобится, – заверил я. – Разве что только в подвал спускаться».

«Не дрейфи, круглый! – послышался грубоватый хмык дохи, покровительственно обхватившей меня рукавом. – Не один будешь. Всей бригадой на такое дело пойдем! Надо только диспозицию прикинуть»

Однако, как следует проработать план поисков мы не успели. Ресторан и в самом деле оказался совсем близко. Мы только спустились с крепостного холма и свернули в сторону, как тут же перед нами открылись знакомые ворота.

Я возвращался в то место, которое совсем недавно был вынужден покинуть в большой спешке. Как сообщил мне Такс, здесь еще не успел полностью выветриться запах моей магии хаоса.

Что же, посмотрим, будет ли успешным мой повторный визит?!..

​ Глава 15. Темные силы не дремлют и злобно… Но и светлые не зевают

ТАКС

Здесь нас явно не ждали. Появление во дворе двух карет, в одной из которых находились мы с хозяином и прочие, а во второй – Сякусь с Хаймепоком и двумя магополицейскими вызвало настоящее бурление.

По двору в разных направлениях засновали слуги. Большой черный пес, учуяв мой запах, рыбкой влетел в конуру и тихо там заныкался. Некоторое время из проема торчал подергивающийся кончик хвоста, но затем и он исчез из вида. Судя по сравнительным размерам пса и будки, местный Барбоскин с перепугу научился складываться, как минимум, вдвое или создавать пространственные карманы.

Так или иначе, двор мигом очистился от посторонних. А затем дверь распахнулась, и на пороге появился колоритный типаж, от которого так и пахло жареным. На его длинном лице выделялись здоровенная, тяжелая и небритая нижняя челюсть, большой вислый нос, под которым топорщилась щетка черных усов, и оттопыренные уши под низкой шляпой с прямыми жесткими полями. Одет незнакомец был в длинный белый махровый халат, из которого слегка выпирало кругленькое брюшко, и широкие грязно-оранжевые штаны, волочащиеся по огромным растоптанным тапкам.

В одном наборе это могло выглядеть забавно, но я насторожился. От здешнего хозяина слабо пахло еще и магией. Но не своей, так как сам он магом не был, а словно заемной. Непонятно, а значит, опасно.

– Прошу, прошу, – странный человек склонился в радушном поклоне, помахав шляпой и снова водрузив ее на свою плешивую голову. – Я Джулико Деляфрако Гузьман, хозяин этого славного заведения. Вы не ошиблись, господа, что завернули ко мне. У меня лучший ресторан в этом маленьком городке! Самое свежее пиво, самое сочное мясо, самая горячая баня!.. Все, что будет угодно господам гостям!

– Нет, мы здесь только проездом, – решительно отказался Хаймепок.

– Конечно, конечно, только проездом, – хозяин распахнул перед нами дверь. – Но и самый короткий миг можно провести с очень большим комфортом! Прошу, не обижайте отказом старого гостеприимца!

– Всем лучшего вина из Арехады, за мой счет! – распорядился Сякусь, отправляясь к какому-то боковому входу. – Я скоро буду.

– Прошу, прошу вас, господа! – засуетился ресторатор. – Что может быть лучше в такую жару, чем прохладное вино, теплый прием и… горячая баня?!

Он подмигнул темным выпуклым глазом, а усы и шляпа многозначительно зашевелились.

– Никакой бани! – отрезал Хаймепок. – И никаких угощений за чужой счет! Я всегда расплачиваюсь за себя сам!

«Ну и гусь! – негромко хмыкнул балахонистый, медленно заползая на крышу кареты и распластываясь там словно забытый меховой полог. – Вы идите, а я лучше отсюда присмотрюсь».

– Прошу прощения, – Натация сделал легкий реверанс. – Вы не подскажете, где у вас дамская комната?

Хозяин ресторана громко щелкнул пальцами два раза, и подскочившая служаночка пригласила ведьмочку за собой. С ней пошла и госпожа Клэпп, по дороге как бы невзначай забравшая у Сальешиша корзинку.

Самого парня куда-то повел другой слуга. Я вначале последовал за своим хозяином, которого Белый Гузьман уже заводил в какой-то кабинет вместе с Хаймепоком, но затем, предупредив Монбазора, побежал за рыжиком. С ним у меня точно будет большая степень свободы.

Я догнал Сальешиша и его провожатого у кухонного окна. Смутно знакомый запах, даже два запаха, доносившиеся из него заставили меня насторожиться. Где-то рядом совсем недавно проходил один из тех бандитов, которые несколько дней подряд пытались захватить наше имение под командованием барона. А среди кухонных ароматов я уверенно различил слабую нотку шизогрибочков. Мой хозяин говорил, что здесь мы можем напасть на след, и вот они, следы!

Я даже остановился на мгновение. Здесь нам наверняка готовят ловушку. Но, похоже, они еще не до конца уразумели, с кем связались!

Тем временем нас провели по короткому узкому коридору и завели в небольшую комнатку. Другой слуга молчаливо поставил перед Сальешишем тарелку с кашей, обильно политой духовитым мясным соусом, а мне принесли плошку, из которой торчал здоровый мосол. Затем замок вдруг щелкнул с обратной стороны, и я услышал, как снаружи проворачивается ключ.

«Они решили, что нас заперли, – сказал я Сальешишу, с сожалением отворачиваясь от ароматной косточки. – Пора показать им, как они ошибаются!»

«Ага!..»

Скорчив гримасу, которая, очевидно, должна была означать зловещую ухмылку, рыжик осторожно вытянул из полы своей грубой рубахи тонкую загнутую железку и начал вдохновленно копаться ею в замочной скважине.

Что ж, пусть молодой специалист пока трудится, а я использую паузу, чтобы связаться с хозяином.

«…Ничего здесь не ешь и не пей!» – предупредил я его после короткого отчета.

«Поздно!»

Я почувствовал испуг Монбазора, а затем до меня донеслось видение: зловредный Белый Гузьман, коварно улыбаясь в усы, чокается массивной серебряной фляжкой с Хаймепоком и моим хозяином, поднявшими бокалы с чем-то золотистым.

«Только не пей!» – отчаянно заскулил я.

«Сейчас постараюсь что-то придумать!» – донесся до меня нервный голос Монбазора.

Чуть помедлив, мой хозяин под взглядами ресторатора и Хаймепока, уже выпившего свое вино, отчаянно опрокинул в себя полбокала. Связь дрогнула и прервалась, но я не терял надежды и присутствия духа. Хозяин – он умный, он наверняка что-нибудь придумает!

«Готово!» – уловил я деловитую мысль Сальешиша.

Замок тихо щелкнул, и дверь приотворилась, выпуская нас в коридор. Там никого не было – никто нас не сторожил и не караулил. Растяпы!..

Так, направо – это к выходу, нам туда не надо. Значит, идем налево. Завернув за угол, мы оказались перед лестницей, ведущей наверх, на второй этаж, и вниз, в подвал. Дальше я почти не колебался. Люди обычно устраивают тайники под землей. Как когда-то говорил Учитель Мерлин, только самые умные злодеи вершат свои темные дела при ярком свете. Так что, нам вниз!

Спустившись на половину пролета, я понял, что мой нюх не ошибся. Небольшой подвальчик, в котором мы очутились, был заполнен восхитительными ароматами. Под низким потолком гроздями висели колбасы, окорока и копченые птичьи тушки, а на полках дозревали большущие круги восхитительного сыра. Даже от бочек, расставленных вдоль стен, приятно пахло чем-то насыщенно-ядреным. Грм-м!.. Я непроизвольно облизнулся, поведя носом.

Хотя, конечно, не ради копчушки я сюда прибежал! Возле большого ларя с крупой нерешительно топталась Натация, светя на весь подвал огоньками в волшебных тапочках. В руке она держала Графа Ло, неуверенно водящего стрелкой из стороны в сторону, словно принюхиваясь. Рядом настороженно озиралась воительница, уже развернувшая стек в короткое копье.

– Такс! – обрадовалась мне чернохвостая. – Может, ты нам поможешь?! Граф говорит, что тайник где-то здесь, но никак не угадает правильную точку. А я не вижу!

Да, глаза тут – не помощники. Я даже прикрыл их, чтобы лучше сосредоточиться на запахах. Среди восхитительно симфонии кулинарных ароматов мое обоняние раздражала фальшивая тухлая нотка, оставленная комендантом Сякусем. Совсем недавно, пару часов назад, он прикасался к этому месту…

Встав на задние лапы, я сильно надавил передними на край ящика. Из стены выскочил стерженек, и Натация, радостно ойкнув, с помощью Сальешиша подцепила и выдвинула его во всю длину. Чуть-чуть магии, и крышка ларя медленно растаяла, открыв перед нами неширокий проем, освещенный пробивающимся снизу тусклым синеватым светом. Оттуда сильно тянуло магией – темной, таинственной и непонятной.

– Я иду первая!

Натация, сложив руки в защитном жесте, решительно вступила на крутой деревянный трап, уходивший в синюю полутьму.

– Здесь чисто, ловушек нет, но магия неприятная, все прямо чешется, – послышался снизу ее голос. – Давайте сюда!

Следующей ушла вниз воительница с копьем наготове. Потом Сальешиш помог спуститься мне.

Подпольный схрон, вернее, пространственный карман напоминал что-то среднее между кладовкой и тюрьмой… для волшебных вещей. Моя шерсть поднялась дыбом – не только от ощущения чужой зловредной магии, но и от возмущения. Три из четырех стен полностью занимали клетки различных размеров. И они отнюдь не пустовали. Я насчитал свыше десятка артефактов. Все они издавали запах стазиса, значит, были взяты из кладов.

Прямо передо мной лежали прикованные цепями к стене сапоги-скороходы. Оковы проходили у них под каблуками и охватывали голенища. Повернув голову вправо, я наткнулся на мрачный взгляд красных глаз. Белый зайчик, сбежавший от нас этим утром, сидел в клетке и сосредоточенно грыз толстый прут решетки. В следующей клетке лежал пук арбалетных болтов, от которых тянуло знакомым черноватым запахом, еще дальше – какая-то книга, над ней – неизвестный артефакт в форме большого яйца с вмятиной на боку. Он пустил в мою сторону желтоватый луч света, бессильно завязший и погасший в частой сетке из зачарованной проволоки.

От продолжения знакомства со здешними узниками меня отвлек горячий шепот Натации.

– Какой милый пусеночек! Бедняжка! Что они с тобой сделали?!

Черноволосая ведьмочка, забыв обо всем, гладила плотные вытянутые глянцевые листочки какого-то понурого кустика, тянущиеся к ней сквозь прутья клетки.

– Что это? – полюбопытствовал Сальешиш, глядящий на все с горящими от возбуждения глазами.

– Анчар, совсем малышонок, – Натация продолжала поглаживать листики, с удовольствием расправлявшиеся под ее пальцами. – Такой милашка!

Сальешиш, вздрогнув, отступил на шаг. Мне тоже стало не по себе. В анчаре ядовито все – от кончика корня до цветочной пыльцы. Причем, содержащиеся в этом растении алкалоиды даже у меня могут вызвать недомогание, не только у людей.

– Ната, – невозмутимая госпожа Клэпп прикоснулась к плечу чернохвостой. – У нас нет времени.

– Да, наставница!

Натация оторвалась от клетки с заключенным в ней опасным кустиком и оглянулась по сторонам. Помимо камер, в пространственном кармане находились походный алтарь с ремнями для фиксации жертв, массивный деревянный стол с изрядно поцарапанной столешницей и здоровенный сундук с позолоченными уголками. От него пахло магией сильнее всего.

– Ой, крышка подрагивает! – воскликнула ведьмочка. – Внутри точно что-то есть!

И прежде, чем госпожа Клэпп успела удержать ее, она приоткрыла массивную крышку.

– Ах!..

Изнутри прямо ей в лицо ринулась целая гроздь гладких светло-серых шаров. Мелькнуло копье, что-то с громким шпуком лопнуло, и весь подвал заполнился отвратительной тухлой вонью!

Я – крепкое существо, но меня едва не вывернуло наизнанку. С утра меркаптаны, а теперь еще и сероводород! Да я себе так совершенно чутье посажу!

– Ф-фу!!!

Зажав нос, Натация отпустила крышку сундука, но та не упала с громким стуком, а плавно опустилась, заталкивая обратно внутрь целую гору небольших воздушных… точнее, совсем не воздушных шариков. Несколько из них задумчиво опустились на пол. Один повис под крышкой сундука мятой вонюченькой тряпочкой.

От смрада у меня кружилась голова. Сероводород тяжелее воздуха! Я поспешно заскочил на лестницу, одолев сходу пару ступенек. Да, так дышится намного лучше!

– Я, кафется, понява, фто это за фундук, – прогнусавила Натация, продолжая держаться за нос и интенсивно разгоняя вонь свободной рукой. – Это дублифактор, артефакт-умножитель, я про них читала! Там два отделения, в одно кладут артефакт, который нужно сдублировать, а во второе – копию, которая принимает нужные свойства. Потому он так и тянет магию отовсюду! Но почему вдруг эта мерзость?!

– Потом! – госпожа Клэпп энергично толкнула ее к лестнице. – Нет времени! Сейчас поднимут тревогу! Надо срочно предупредить Монбазора!

И верно! Все на выход!!!

Я даже без помощи Сальешиша выскочил наверх. Увы, но даже здесь к аромату копчений активно подмешивалась тухлая вонь. Впрочем, как бы я ни спешил, а все-таки немного задержался, чтобы аккуратно перекусить одну хитро скрученную магическую ниточку. Теперь тайник будет не так-то просто закрыть снова!

«Хозяин! – начал вызывать я на бегу. – Мы нашли ухоронку с темными артефактами!»

«Молодцы, – услышал я в ответ какой-то вялый и растерянный голос Монбазора. – Только что Сякусь принес Первоконницу. Но она… молчит!..»

МОНБАЗОР

Как я устал! Кладоискательство с утра, побег с помощью магии хаоса – после обеда, а на десерт – проникновение в крепость и допрос! Ужасный день, а ведь и в предыдущие я отнюдь не отдыхал. И это называется отпуск?! Хочу обратно на работу!

На какое-то время меня даже охватило малодушное желание оставить все, как есть.

Но Первоконница! Я не мог понять, что с ней случилось. Или вместо моей шашки мне принесли пустую копию?! В ней совершенно не чувствовалось души!

– Что вы мне принесли? Что вы с ней сделали? – слабо запротестовал я.

– Поверьте, я с ней не делал совершенно ничего, – слегка усмехнулся мне в лицо Сякусь. – Или вы считаете, у меня было время, чтобы портить заточку или, скажем, обламывать острие вашего огрызка? Вы ее берете или отказываетесь?!

– Хи-хи-хи, – вдруг издал дурацкий смешок Хаймепок. – Не вставайте в позу, Пампука! Берите, что дают!

Что это с ним?!

Я с ужасом покосился на выездного судью. Строгие черты его лица разгладились, размякли, расплылись. Из идеальной прически выбилось сразу несколько прядей, одна из них вообще торчала вертикально вверх.

«Вино!» – всплыло в памяти предупреждение Такса.

Кажется, в прошлый раз я его даже не пригубил, сразу пошел громить големов. Однако, как оно действует?! В нем нет никакой магии, никакого яда, в этом я был полностью уверен. И какая доза является критической?! Я ведь тоже проглотил немного этого коварного напитка, прежде чем придумал, куда его деть! Вдруг, он и на меня повлияло?! Я чувствовал, как меня обволакивает сонная апатия. Или это просто усталость?!

– Успокойтесь, голубчик! – подскочил ко мне подсуетившийся ресторатор. – Никто здесь не хочет вас обмануть. Выпейте, и все дурное забудется как плохой сон!

Он буквально вложил мне в руку недопитый мною бокал и стукнул по его краешку своей фляжкой. Хаймепок вяло отсалютовал нам и поник в своем кресле. Через пару мгновений оттуда послышался чуть присвистывающий храп.

«Хозяин! – взвыл у меня в голове Такс. – Мы скоро! Поможем! Разметаем!..»

«Лучше пока спрячьтесь где-нибудь поблизости, зайдите в какой-нибудь пустой кабинет, – вяло посоветовал я. Мне совершенно не хотелось лезть в драку. В таком состоянии Сякусь размажет меня по стенкам даже без помощи своих големов. – Я попытаюсь изобразить, будто тоже засыпаю, иначе они от меня не отстанут».

Еще раз оглядев бокал немигающим гипнотическим взглядом, я недрогнувшей рукой поднес его к губам и осушил в несколько глотков. Конечно, большая часть дурманящего вина отправилась в пространственный кармашек, который я разместил у себя под поясом, но что-то задержалось во рту, оставив там сладкое убаюкивающее послевкусие.

– С-скажит-те, ком-м-мендант, – произнес я заплетающимся языком, борясь с охватывающей меня дремотой. – Какую отраву вы подмешал-ли в эту др-рянь?

– Уважаемый, а я ведь могу и обидеться! – Забавный кругленький и усатый Белый Гузьман вдруг показался мне совсем не смешным. – Это вино отдохновения, фирменный товар. Можно сказать, семейный секрет. А вы его так обозвали!

– А почему… вы так легко… признались? Тайна же!

– Да потому, дорогой, что забудешь ты обо всем. Сейчас заснешь, а проснешься уже без всяких неприятных воспоминаний!

– Все-т-таки от-трав-ва!..

– Вы несправедливы ко мне, господин Пампука, – покровительственно усмехнулся Сякусь. – Как вы могли посчитать меня отравителем?

– В-вы не отрав-витель…

Слова выходили из меня с какой-то задержкой, а вот голова неожиданно прояснилась. Я буквально чувствовал, как в ней загудели шарики и ролики, выводя мыслительный механизм на полную мощность. То ли убитая, то ли подмененная Первоконница, странный сундук, который нашли в подвале Такс и компания, артефакты в клетках… Все это вдруг выстроилось в четкую версию.

– В-вы не от-травитель! – не сдержавшись, повторил я вслух. – Вы – темный артефактор! Вернее, не он сам, а его крыша! И это вы убили Кергедая, чтобы не проник в вашу тайну!

– Господин Пампука, вы по-прежнему слишком плохо обо мне думаете! – холодно засмеялся комендант. – Я лично позабочусь, чтобы, проснувшись, вы изменили отношение ко мне. Ну сами подумайте, пока еще способны думать, зачем мне, штатному сотруднику Департамента, мараться о темные артефакты?! Мне что, обычных не хватает?! Чтобы вы не беспокоились, обещаю, что найду этого мерзавца, который так нагло гадит в моей песочнице, и сверну ему шею!

Это прозвучало с такой искренней экспрессией, что я сразу поверил: Сякусь действительно не имеет ничего общего с черным умельцем и сам заинтересован в его скорейшей поимке. Просто он тоже еще не напал на след.

– А как ж-же Кер-р-гед-дай?! – с усилием выговорил я заплетающимся языком.

– Нет, его я тоже не убивал. И стены крепости не рушил, – хмыкнул Сякусь, откровенно забавляясь. – Зачем трогать этого сморчка, за которого подписывались серьезные люди? Он только прикоснулся к самым мелким моим секретам, и ему было достаточно сотни золотых, чтобы забыть о них и не копать глубже. Вы были правы – я в самом деле снял те деньги с банковского счета, чтобы расплатиться с ним, но они так и не понадобились. Кто-то успел пристукнуть его раньше, хе-хе!..

«Как вы дошли до жизни такой, магополицейский с девяностолетним стажем?!» – этот новый вопрос словно забросил в мою голову кто-то со стороны. Но я так привык к подобным подсказкам от Такса, что, не раздумывая, повторил его вслух.

– Вот неймется же вам, – покачал головой Сякусь. – Ладно, любопытный вы наш, отвечу. Служил я долго и почти честно, но не вышел что-то не чинами, не заслугами. Не оценило начальство мой беспорочной службы! И когда мне здесь представилась возможность немного заработать на после отставки, я ею воспользовался!.. Но хватит, господин Пампука, забудьте! Спите!

Спать так спать. Я опустился лицом на стол рядом с мирно похрапывающим Хаймепоком. Хорошо, что к вину нам не подали салат…

Спать по-настоящему не слишком тянуло – перехотелось, да и доставшаяся доза оказалась недостаточно велика. Но я намеренно вгонял себя в дремотное состояние, чтобы правдоподобно изображать спящего.

Скрипнула дверь, и мне стоило большого труда не пошевелиться в тот момент. Взволнованный женский голос протараторил нечто невразумительное. Мне удалось разобрать только то, что кого-то потеряли в туалете, а из подвала со страшной силой несет тухлыми яйцами.

– Тутта барисеа! – взревел раненым зверем Белый Гузьман. – Немедленно спасайте припасы! Выносите и проветривайте! Сантамария ле кикоцца ованьяда! Идиото, болвано, кретино!

– Совершенно с вами согласен, – судя по звуку треснувшей материи Сякусь зацепил несущегося спасать свое имущество от некой грозной опасности ресторатора за халат. – Но сейчас ваша главная задача – немедленно найти потеряшек и угостить их вашим винцом! Всех, включая зеленую собаку, я заплачу! Разберусь с ними потом. Прежде всего, мне надо будет куда-то отправить своих подчиненных!

Дверь хлопнула. Они оба, похоже, убрались, и я осторожно поднял голову. Да, никого, один лишь Хаймепок смотрит сны. И со мной, вроде бы, все в порядке, если не считать какого-то странного свербения, пардон, в пятой точке.

Ах, да! Я вытащил из заднего кармана тревожно вибрирующего Перочинного. Конечно же, я совсем забыл о Первоконнице!

«Она есть жива, не есть тот, – сразу же обнадежил меня маленький ножик. – Просто парализована!»

Значит, шашку мне все-таки не подменили на пустую копию, это уже радует. Но как ей помочь?! Даже смазку не поменяешь – весь набор по уходу за оружием остался на вилле.

«Йа попробуй! – отважно заявил ножик. – Раздубить… то есть, разбудить госпожу Дорнрешен! Поднесите меня к ней!»

Я вынул Первоконницу из ножен и положил ее на стол. Рядом разместил Перочинного, так чтобы они касались друг друга клинками.

Оставив их там, я подкрался к двери и прислушался. Похоже, переполох поднялся знатный. Зато так, возможно, меньше обратят внимания на нас?!

«Такс, где вы?» – начал вызывать я и сразу же получил ворчливый ответ.

«Тут мы, через две двери с левой стороны. Поторопись, хозяин! Этот гусь Натацию на брудершафт охмуряет!»

Ну, братец гусик, погоди!

И что я здесь вижу?! Картина маслом, как выражается Первоконница. От внезапно нахлынувших мыслей о том, что они сделали с моей любимой шашкой, в глазах у меня окончательно потемнело.

Ресторатор-отравитель, галантно изогнувшись… насколько позволяла его шаровидная комплекция, подступал к Натации с бокалом в одной руке и фляжкой в другой, осыпая ее цветистыми комплиментами. А рядом с подносом наготове суетился кто-то мелкий в полосатой рубашке и такой же, как у шефа, маленькой шляпе. Вообще несмотря на разницу в габаритах Полосатый Гузьман сильно напоминал Белого носатостью, усатостью и небритостью.

– Вы?! – негодяй обернулся ко мне, стремительно бледнея.

Даже не знаю, что на него так подействовало: то ли огненный шарик, подскакивающий на моей левой ладони, то ли подергивающаяся правая щека, но напугал я его знатно. Обе руки Белого Гузьмана оказались в этот момент заняты, поэтому он лишь разинул рот, очевидно, собираясь проорать какой-то приказ. И прямо в эту раззявленную пасть я и выпустил струю вина из пространственного кармана. Мне давно хотелось избавиться от этой жидкости, начавшей неприятно давить на мой организм.

– Аф-ф!.. Р-раф!.. Гаф-ф!..

Мерзавец пытался отфыркиваться и отплевываться, но я был неумолим. Угостись, аспид, своей отравой! Глаза Белого Гузьмана закатились, взгляд расфокусировался. Внезапно он схватился за бокал, который держал в руке, в три глотка осушил его и рухнул без чувств на пол. Его усы зашевелились от мощного храпа.

«Вот так и будет с каждым отравителем!» – наставительно произнес Такс.

Грозно зарычав, мой друг стал наступать на Полосатого Гузьмана. Тот было дернулся по направлению к двери, но там уже стояла госпожа Клэпп с копьем наготове, а ее страховали Сальешиш с плевательной трубочкой и Натация с чем-то напоминающим зеленую веревку в ладонях.

– Не надо! – заверещал мелкий гаденыш, загораживаясь подносом, на котором чудом удерживались три наполненных бокала. – Я сам!

Поставив свою ношу на стол, он под нашими напряженными взглядами начал пить коварное вино, спеша, проливая и дергая кадыком. Одна порция, вторая… Поставив последний пустой бокал на место, Полосатый Гузьман снял шляпу и, прижав ее обеими руками к груди, с умильной улыбкой на лице повалился рядом со своим боссом. Вместо храпа из-под его усов вырывалось тоненькое: м-м-м… м-м-м…

– Готовчики! – азартно выдохнула Натация, развеивая свой конструкт. – Давайте следующих!

– Уходим! Надо прорываться отсюда! – трезво оборвала ее госпожа Клэпп.

– Правильно! – поддержал я ее. – Надо выносить отсюда Хаймепока и звать магополицейских – не все же они здесь коррумпированы!

Выскочив в коридор, я рывком открыл нужную дверь. Ой, неужели перепутал?! Вот эта?.. Нет, закрыта… Эта?.. Внутри вообще никого…

«Хозяин, сюда!» – позвал меня Такс.

Нет, я и в первый раз не ошибся. Однако пока я разбирался с двумя Гузьманами, мирно спавший в кресле одурманенный Хаймепок исчез. Только на столе стояли два пустых бокала, между которых протянулись Первоконница и Перочинный.

Что это?.. Я слышал их разговор!

«…Парень, хватит комплексовать! – с огромным облегчением уловил я голос Первоконницы, хрипловатый, словно со сна. – Когда мы здесь лежим рядом, размер не имеет значения. Главное – ты меня вытащил, а остальное нарежь кружочками и выброси!..»

–Ты жива! – обрадованно воскликнул я вслух.

«Вытянули меня, шеф, – смущенно брякнула Первоконница. – Тот гад толстый, как и говорил, запер меня в холодную. Чуть душу из клинка не вынул, сволочь золотопогонная! Хорошо, наш мир не без героев!»

Перочинный скромно призвякнул.

– А где этот, Хаймепок? – спохватившись, спросил я.

«Не знаю. Встал и ушел».

«К-куда? Он проснулся?!»

«Не обратили внимания, – призналась Первоконница. – Не до того нам тогда было».

Лезвие маленького ножика внезапно приняло малиновый оттенок.

– Не потеряется, так найдется! – подтолкнула меня к выходу госпожа Клэпп, бесцеремонно засовывая шашку в ножны и вручая мне Перочинного. – Скорее отсюда, пока им не до нас!

Ресторан и в самом деле напоминал растревоженный муравейник. Слуги опрометью носились взад и вперед, вынося наружу и выкладывая на разложенные в тени полотнища колбасы, сыры и копчености, а целая бригада отгоняла от них мух и ос свежесорванными зелеными ветками. Где-то изнутри здания слышалась мерная работа огромных мехов, а из открытых настежь окон и дверей тянуло слабым, но отчетливым запашком тухлых яиц. За всей это суетой наблюдали несколько посетителей, по виду – купчиков средней руки. Один из них то и дело вытирал пестрым платком потный лоб и прикладывался к громадной пивной кружке.

Карета Хаймепока стояла на месте, а вот экипажа с эмблемой Департамента нигде не было видно. Зато от ворот шел назад к ресторану комендант Сякусь, злющий и пышущий недобрым жаром, что твой дракон.

Увидев нашу компанию, высыпавшую во двор, он, конечно, все понял. И немедленно атаковал – первым и без малейших раздумий.

В мою сторону устремился мощный огненный поток. Я успел только отправить против него «встречный пал». Две наши пламенные струи столкнулись на полдороге и срикошетировали вверх, образовав небольшое грибообразное облако с длинной тонкой дрожащей ножкой.

Секундной паузы мне хватило, чтобы выхватить из ножен зашипевшую от ярости Первоконницу. Увы, следующей такой передышки Сякусь мне не дал. Моментально поняв, что так просто нас не возьмешь, он обрушил на нас массу мелких, но неприятных заклинаний, целя в Натацию как более слабое звено.

Я скакал ополоумевшим зайчиком, отбивая его конструкты с помощью отчаянно ругающейся Первоконницы. Натация пыталась под моим прикрытием нападать на нашего противника, однако ее сильные, но беспорядочные атаки глохли в защите коменданта. Тянущиеся к нему зеленые плети просто сгорали, разбрасываемые семена жгучей крапивницы и прибейника не долетали, превращаясь в мелкие искорки, а из водных заклинаний получался один только громкий «Пш-шик». Такс обернулся в боевую форму, но толку от него было мало. Он не мог ни приблизиться к Сякусю с его огненной защитой, ни прикрыть нас.

Какая-то часть меня при этом оставалась хладнокровным сторонним наблюдателем, выдавая мне экспресс-анализ схватки. И сделанные выводы мне совсем не нравились. Я был сильнее Сякуся как маг, но комендант с его многократно большим боевым опытом сразу навязал нам невыгодный характер дуэли. По-хорошему, это Натации следовало прикрывать меня водными щитами, чтобы я смог скастовать что-нибудь по-настоящему мощное. Но для такой перестройки нам было необходимо хотя бы несколько мгновений, а их нам как раз и не давали.

Умения нашего противника начинали меня откровенно страшить. Я сам способен применять в магическом поединке связки из пяти-шести заклинаний, но комендант легко выдавал цепочки из более чем дюжины звеньев, причем комбинации становились все более и более неудобными для нас. Мне уже приходилось отбивать его удары на чистой силе, просаживая резерв.

Только мысленная связь с Таксом и Натацией пока позволяла нам избегать повреждений. Но на сколько нас хватит?! Надо было срочно что-то менять!

«Ната! – мысленно воззвал я, отбивая очередной сноп огненной дроби. – Не мельтеши! Остановись и скастуй что-нибудь мощное ему под ноги! Я прикрою!»

«Волчью яму толстому кабану! – с усилием присвистнула Первоконница, рассекая плеть черного пламени, тянущуюся к девушке. – Копай глубже, кидай дальше!»

Ведьмочка понятливо кивнула, сосредотачиваясь. Сякусь, заметив это, направил против нас огненных мурашек, но их развеял, клацнув пастью, высоко подпрыгнувший вверх Такс. Мой друг наконец изыскал возможность стать нам полезным!

Это позволило мне слегка перевести дух, и краем глаза я заметил, как вдоль стены здания, пригибаясь, крадется в обход Сальешиш, а с другой стороны по-пластунски ползет к зловредному огненному толстяку доха. И она поспевает раньше.

– Гра-а-а!!!

Мухтар самую чуточку поторопился со своим боевым кличем. Сякусь успел обернуться, отреагировав на чистой силе. Пылающий меховой ком, тут же окутавшийся паром, – это Натация выстроила мощную водную завесу, – с воплем пролетел мимо меня куда-то за спину. Оттуда раздался оглушительный треск, а к вою прибавился панический визг в верхней октаве.

И тут во мне что-то перемкнуло. Магия хаоса во второй раз за сегодняшний день развернулась во всю ширь. И я мог ей управлять! Она коснулась огненных хлыстов, которыми Сякусь попытался подцепить Такса за ноги, и они превратились в ярко оранжевые шелковые ленты. А вихрь всепрожигающих искр обернулся красочным, но безвредным фейерверком.

Получи, гад! А теперь попробуй атаку хаоса!

Но комендант был слишком опытным бойцом. Я уловил исходящую от него мысленную команду, и нас с фланга внезапно атаковали четыре голема. Выпачканные в саже, в обрывках красных мантий, но по-прежнему мощные, стремительные и опасные. Один из них полетел на землю, пропустив выпад копья Эрьзы, но тут же снова вскочил на ноги.

Я на мгновение отвлекся на новую угрозу, едва не пропустив простейший огненный плевок. Он отскочил от моего покрова хаоса и влетел прямо в открытое окно ресторанной кухни. И в тот же миг ярким всполохом оттуда выплеснулось пламя.

Только пожара нам не хватало!

Тем временем Сякусь решил спешно покинуть поле боя, загородившись стихийным барьером. По земле протянулась длинная огненная лента, извергшая из себя целое полотнище угольно-черного густого дыма. Под влиянием хаоса дым застыл странными стеклянными выростами, сразу же опавшими серым крошевом, но коменданта я упустил. Тот был уже почти в воротах, однако почему-то сразу же шарахнулся обратно.

В открытом проеме появились новые фигуры, среди которых я различил тройку «красных мантий». Пропавший Хаймепок таки вернулся, и не один, а с подмогой!

Я пустил новую волну хаоса, пытаясь зацепить ею толстяка, бросившегося бежать куда-то в сад. Но она натолкнулась на остатки барьера, преобразовав тлеющий вал в канаву, из которой с истошным кваканьем ринулись в сторону ядовито-лиловые лягушки.

Зато не сплоховала Натация. Ветка раскидистого дерева, под которым как раз пробегал Сякусь, со всей силы хлестнула плетью, сбив его с ног.

– Даешь! – азартно зазвенела закопченным клинком Первоконница. – Не уйдешь, гад!

Однако, комендант, не вставая на ноги, с неожиданной прытью бросился на четвереньках к стоявшей между деревьями будочке из грубо сколоченных досок и маленькой прорезью в виде сердечка в верхней части дверцы. Прежде чем мы успели достать его, он влетел внутрь.

Через канализацию решил просочиться, паскуда?!

Молодецким ударом я обвел вокруг сортирного убежища круг, глубоко разрезавший землю, чтобы завалить возможные подземные ходы. А вызванный Натацией толстый стебель обвил его словно удав с корявым серо-коричневым туловищем.

Мощный раскат грома внезапно ударил нас по ушам. Все сооружением заволокло дымом, а затем деревянная будочка рванула ввысь, оставляя за собой толстый огненный хвост. Разорванный напополам древесный удав вытянулся ей вслед, но тут же рухнул обратно во всю длину.

В следующее мгновение раздался мощный хлопок, магическое поле так и пошло волнами, сообщая нам о свершившемся межмировом переходе, и будочка исчезла. От нее лишь остался стоять вертикальный дымный столб, который уже начал постепенно разносить по клочкам поднявшийся ветер, да на земле истекала серыми вонючими клубами огромная яма.

Несколькими минутами раньше

Окраина Дарменталя

– Что это?! – воскликнула Селия, показывая свободной рукой поднявшийся над крышами далекий огненный столб. – Монбазор наверняка там! Ему нужна помощь!

Девушка пригнулась к рулю, словно гонщик, выжимая всю оставшуюся мощность из магического двигателя. Самокат поскакал по неровной дороге наращивая скорость.

– Тише, что ты делаешь?! – завопил Швендзибек, пытаясь за что-то ухватиться на прыгающей бочке. – Завалишь!

– Так держите! – рявкнула на него Селия, не оборачиваясь. – А не то ваш прицеп отстегну!

– Ай!.. Ой-ей-ей!.. Взлетаю!..

Распугивая прохожих, магический самокат с бочкой на прицепе, за которую отчаянно цеплялся маг в гофрированном колпаке, мчался к месту разгорающегося магического пожара.

ТАКС

Гр-р! Не люблю големов! Особенно, таких хитровыделанных. С обычными глиняными я бы справился, даже не принимая боевой формы. А у этих уродов накопители спрятаны где-то в глубине тулова, ни одной магической ниточки наружу не торчит – и не ухватишь!

От отчаяния я даже вцепился одному из них в ногу, но мои великолепные зубы, способные разгрызать металлические прутья, застряли в вязкой пластмассе. Меня спас Сальешиш, вовремя заваливший зловредного истукана ударом лопаты.

Увы, для боя с такими созданиями я слишком легковесный. И, боюсь, даже усиленное разведение калорий здесь не поможет. Поэтому мне оставалось лишь наскакивать на не слишком поворотливых противников, заставлять их отвлекаться на меня и пропускать удары.

Впрочем, и это не слишком помогало. Големы падали, отлетали назад, но неизменно вставали, затягивали дырки в своих телах и снова топали вперед. Размахивая твердыми и тяжелыми руками, они пытались прорваться к моему хозяину и напасть на него с тыла. Даже когда воительница удачным ударом в горло почти оторвала голову одному из них, тот даже не пошатнулся и продолжал наседать, скрежеща пластмассовыми зубами из-за плеча.

Големы не унялись, даже когда их мерзкий хозяин подло сбежал от неминуемой расправы, бросив их. В конце концов, с ними удалось справиться только Монбазору и чернохвостой. Натация оплела им ноги какой-то лианой, а мой хозяин подхватил их воздушным щупальцем и подвесил на большую ветку самого высокого дерева. Големы отчаянно дергались, но ничего не могли сделать.

«Ишь, как ножками задрыгали, – мстительно звякнула Первоконница. – Прямо как те полицаи в сорок четвертом!..»

Протяжный стон заставил нас поспешно обернуться. Балахонистый, пропустив в бою с Сякусем разящий удар, финишировал, врезавшись в собачью будку, и теперь ворочался там среди обломков, выискивая на себе подпалины и причитая. Добренький Монбазор помог ему выбраться, а затем осторожно вытянул из груды щепок черного пса. Физически тот, кажется, не слишком пострадал, но лишь скулил и слабо повизгивал, подергивая странно побелевшим хвостом.

«Ну ты, силен! – присвистнула Первоконница. – Какого волкодава завалил! Слушай, Мухтар, а давай, мы тебя будем звать теперь Кабыздохом?!»

«А что, мне подходит, – убедившись в отсутствии серьезных повреждений, кожух пришел в благодушное настроение. – Звучит внушительно, и слог нужный присутствует!»

«Оч-чень, знаете ли, характерный слог!..»

Ш-шухх!

Первоконницу заглушили треск и шипение. Из окна второго этажа здания ресторана вырвался мощный язык пламени, от которого начала заниматься крыша.

Дом было уже не спасти. Ни у моего хозяина, ни у Натации раньше не было времени заняться борьбой с пожаром, а теперь уже стало поздно. Да и туда ему и дорога, разбойничьему гнезду! Все крыло, где располагались кухня и прочие хозяйственные помещения, жарко пылало. Слуги суетились, вытаскивая из еще не затронутой огнем части здания различные вещи, которые еще можно было спасти. Им помогали посетители и магополицейские, которым пока удавалось замедлить распространение пламени.

Обоих Гузьманов тоже вынесли. Они так и не проснулись и продолжали похрапывать и постанывать, лежа на полотнище среди разбросанных птичьих тушек и прочей снеди. Мелкий полосатый подгреб себе под голову словно подушку большой круг сыра.

– Анчарчик! – отчаянно вскрикнула чернохвостая. – Он же там погибнет!

Наколдовав на себя защитную водную сферу, она отважно бросилась в распахнутую дверь, из которой уже вовсю валил серый дым.

– Куда ты, сумасшедшая?!

Мой хозяин помчался за ней, набрасывая на себя и на меня по головному воздушному пузырю. Я без колебаний последовал за ним – разве могло быть иначе?

Огня в подвале еще не было, но откуда-то сочились струйки дыма, свиваясь в потоки и спирали, а балки перекрытия подозрительно потрескивали. Вход в пространственный карман оставался открытым. Оттуда тянуло тухлыми яйцами. Я ощущал этот мерзкий запах невзирая на головной пузырь.

«А ведь сероводород горюч и взрывоопасен!» – внезапно пронзила меня жутковатая мысль.

– Базз, помоги!

Натация, чуть не плача, пыталась водяной пилой перепилить решетку клетки, в которой был заключен тянущий к ней листочки кустик. Подходящего абразива у нее не было, поэтому металл поддавался плохо.

Мой хозяин, не тратя зря ни мига, сплеча рубанул Первоконницей. Зачарованный металл легко перерезал прутья, которые от удара разлетелись как стеклянные. Чернохвостая со счастливым писком выхватила горшок с растеньицем и буквально взлетела вверх по трапу.

– Другие артефакты! Их тоже надо забрать отсюда!

Монбазор снова рубанул наотмашь, разбивая решетку, за которой находились сапоги-скороходы, и занялся их освобождением.

На обратном замахе он вскрыл и соседнюю клетку. Белый зайчик с красными глазами выплюнул недогрызенный прут, протиснулся в пролом и проворно заскакал к выходу. Я не мешал ему спасаться. Понадобится – разыщу.

Вместо этого я сосредоточился на других узниках. Большинство из них – самые простые предметы, просто с магическим наполнением. На них не стоит терять времени. Вон то примятое яйцо пусть здесь и остается – не нужна нам с хозяином эта миниатюрная звезда смерти со скверным характером и черной душой!.. А вот…

«Хватай книгу, и бежим отсюда!» – воскликнул я.

Хозяин разрубил еще одну решетку, выхватил из клетки «источник знаний» в солидном кожаном переплете и прижал ее к спасенным сапогам.

«Такс, за мной!»

Мне не надо было отдавать приказ дважды. Я буквально чувствовал, как над нами подгорает. Подвал уже был заполнен дымом, сверху накатывали волны жара, хотя лестница наверх все еще оставалась свободной.

На бегу я едва не запнулся обо что-то. На меня взирал с немой надеждой круг копченой колбасы, очевидно, оброненный слугами во время эвакуации.

Значит, и я хоть что-то смогу спасти!

Внезапно я почувствовал прикосновение к левой задней лапе. Да это же наш тапочек! А дальше, под самой лестницей, второй! Растяпа чернохвостая обронила их во время бегства!

Сердце мое обливалось кровью. Я знал, что колбаса, которую я был вынужден оставить здесь на верную гибель, будет еще не раз являться мне в кошмарных снах. Но бросить тапочки никак нельзя! Подхватив зубами сначала один, потом второй, я помчался к выходу, не теряя зря ни мгновения.

Мне удалось вылететь наружу, прежде чем в коридор прорвались жадные ручейки пламени.

Ф-фух, теперь можно передохнуть! Надеюсь, с моим хозяином все нормально?!.. Ох-х!

Мой хозяин выглядел очень мужественно с Первоконницей в устало опущенной руке. Другой он прижимал к себе книгу и сапоги. На нем буквально висела босая и растрепанная Натация, судорожно прижимавшая к себе горшок со своим драгоценным кустиком.

– Базз, я тебя обожаю! – в уголок губ Монбазора впечатался звучный поцелуй.

Интуиция заставила меня взглянуть в другую сторону…и уронить от неожиданности мигнувшие красными и белыми огоньками тапочки. В воротах, опираясь на странное рогатое транспортное средство, стояла девушка в ярком блестящем шлеме, закрывающем почти все ее лицо. Я безошибочно опознал в ней нашу Селию!

Она, не отрываясь, смотрела на хозяина и чернохвостую. В ее руке что-то подозрительно сверкнуло, буквально само собой выдернувшись прямо из воздуха, – то ли шумовка, то ли целая сковородка.

Немного дальше, на какой-то бочке, лежал плашмя Швендзибек с совершенно очумелым видом и в съехавшем набок колпаке. Одной ладонью он вяло помахивал перед лицом, словно веером.

Ой, что теперь будет?!..

Магичка сняла шлем, повесила его на рога… точнее, руль своего транспортного средства и двинулась к нам. Легкой танцующей походкой… с шумовкой наперевес.

– Селия! – ошеломленно выдохнул Монбазор.

Неловко отстранив от себя Натацию, он шагнул вперед. Сапоги и книга вывалились у него из-под руки. Следующей воткнулась в землю Первоконница, проворчав: «Вот не желаю я участвовать в этих семейных сценах!» Что-то пискнул забытый в заднем кармане Перочинный, но на этот раз его просто проигнорили.

Вокруг царила суматоха, но ни мой хозяин, ни темноволосая девушка не обращали на пожар и беготню ни малейшего внимания.

– Я так рад тебя видеть! – слегка нервным тоном воскликнул Монбазор, остановившись, немного не доходя до Селии.

Предусмотрительно! На таком расстоянии его нельзя достать шумовкой без предварительного подшагивания.

– П-прости, что ничего не рассказывал… Просто знал, что у тебя диплом, поэтому не хотел, чтобы ты лишний раз беспокоилась…

– А я совершенно спокойна! – с преувеличенно доброй улыбкой кивнула магичка, взмахнув своим оружием. – О том, что на город куда ты уехал, напал дракон, я узнаю из вечерней газеты. О том, что твою маму арестовали по обвинению в убийстве, – от какой-то полоумной тетки. А приехав сюда, я замечаю, что к тебе снова цепляются всякие посторонние барышни. Мне абсолютно не о чем беспокоиться!

Последнюю фразу она произнесла с такой выразительной интонацией, что у меня шерсть на загривке поднялась дыбом, а хвост, наоборот, опустился и поджался.

– Э-э-э… Это не совсем посторонняя барышня, – неуверенно проблеял Монбазор. – П-пожалуйста, я хочу представить тебе Н-натацию, воспитанницу моей мамы. Меня попросили подтянуть Натацию по магическим наукам перед поступлением… У нас просто был н-небольшой инцидент, и я…

– Вижу, – лаконично бросила Селия. – Значит, воспитанница твоей матушки?!

– Да, госпожа Пампука – моя наставница! – передав горшок с анчарчиком возгордившемуся от оказанного доверия Сальешишу, Натация тоже шагнула вперед, тряхнув своей черной гривой. – А с кем я имею честь?!

– Д-да, познакомься, п-пожалуйста… Это Ариселия Лаурентин, послушница ордена Бездонной Чаши, дипломированный маг и… э-э-э…

– Невеста Монбазора! – твердым уверенным голосом заявила Селия, еще раз воинственно взмахнув шумовкой.

«И горе тому, кто попробует на него покуситься!»

Эта фраза не была произнесена вслух и даже не подумана, но она буквально витала в воздухе.

Однако чернохвостую было невозможно смутить.

– Пфе! – высокомерно произнесла она, повиснув у Монбазора на плече, да еще и небрежно забрасывая на него свою ножку. – Может быть, где-то там вы его невеста, но здесь – он мой крутой Бзз!

Мой хозяин никак не среагировал на ее заявление. Думаю, он вообще ничего не слышал, взирая на Селию абсолютно счастливыми глазами. Мало ли кто за него цепляется!

Его грозная магичка, его любимая Селия, конечно, это прекрасно заметила.

– А, мелкая озабоченная жизнючка, – презрительно махнула она рукой в сторону соперницы.

– Не озабоченная, а с активной жизненной позицией, – невозмутимо поправила Натация, и не думая отцепляться от Монбазора. – И на мой взгляд, это гораздо завлекательное, чем изображать в постели жизнерадостный трупег!

По-моему, даже огонь за нашими спинами начал трещать как-то тише. А мне вдруг вспомнился один давний эпизод, из тех времен, когда я еще щенком жил у Учителя Мерлина.

«Магички жизни очень темпераментны», – объяснял он, как-то явившись домой поздно ночью.

Когда Учитель переодевался, я не мог не заметить свежие царапины на его плечах и спине, и он поспешил меня успокоить.

«Но у школы магии смерти тоже есть свои плюсы. Она дает возможность растягивать процесс…»

Вот уж не знаю, что именно он тогда имел в виду, но сейчас нас, похоже, ждало столкновение двух противоположных магических школ. Шумовка в руке Селии приподнялась, набирая разгон. А Натация, не отлипая от Монбазора, сделала свободной рукой неприличный жест, вырастив на ногте вытянутого пальца крючковатый зеленый росток.

– Госпожа Лаурентева, вы все-таки здесь?! Я же говорил, вам не следовало приезжать сюда!

Это между двумя прекрасными поединщицами бесстрашно вклинился выездной судья Хаймепок с совершенно безукоризненной прической и недовольным выражением на холеном лице.

– Вы мою ассистентку не обижайте! – возмутился как раз приковылявший к нам Швендзибек. – И вообще, по какому праву вы тут распоряжаетесь?!

– А вы, позвольте узнать, на каком основании задаете подобные вопросы?!

Нашего «суперархимага» просветили профессиональным полицейским взглядом, но это ни чуточки не сбило его воинственный настрой.

– Как, вы меня еще не знаете?! Я Швендзибек, магический консультант из столицы! Прибыл сюда по важному делу!

– А я – старший инспектор Департамента магического правопорядка выездной следователь и судья Хаймепок! – сказано было в ответ самым внушительным тоном. – И я не считаю, что у вас и вашей ассистентки здесь могут быть важные дела!

«Ну, прямо павлин и мавлин! – донесся до меня голос Первоконницы. – Щас как запоют дуэтом!..»

Ага, плохо знает она Швендзибека!

– Вы из Департамента?! – даже обрадовался он. – Значит, вот кому я должен принести протест по поводу ничем не обоснованного ареста высокоуважаемой госпожи Пампуки! Э-э-э… Где же он?..

Суетливо порывшись в своем одеянии, «супер-архимаг» достал свернутый в трубочку помятый свиток с висящей под ним на шпагатике печатью и протянул его Хаймепоку.

– Ваш протест подан не по форме и отклоняется! – немедленно отреагировал выездной судья. – И вообще, ваша госпожа Папмука подвергнута аресту за неуважение к суду. И будет сидеть, потому что я так решил!

Ба-бах!!!

Огонь наконец добрался до резервуара сероводорода в погребе.

– О, сила! Спасайте женщин! – взвизгнул Швендзибек.

Проворно окружив себя земляным бруствером высотой чуть выше пояса, супер-архимаг сам же за ним и спрятался, прикрыв голову руками.

Натация, наконец, отскочив от хозяина, отважно пустила струйку воды, но на фоне того огнедышащего вулкана, в который превратилось здание ресторана, она смотрелась весьма жалко.

Лишь Монбазор сделал все правильно. Мигом сориентировавшись, он с помощью поддержавших его Селии и Хаймепока поставил мощный защитный купол, которого хватило не только на всех нас, но и на госпожу Клэпп с Сальешишем, Первоконницу и даже балахонистого Кабыздоха.

Взрыв словно стал сигналом. Во двор, едва не опрокинув по дороге бочку, на которой приехал Швендзибек, влетела пожарная команда. Правда, ей осталось только заливать пенистой водой тлеющие обломки.

На двух тарантасах и одной черной карете приехала городская стража. Она погрузила в «воронок» обоих спящих Гузьманов, добавив к ним десяток копченых птичьих тушек – для комплекта, что ли?..

Последним длинным шагом прибыл еще один запыхавшийся магополицейский.

– Маг-лейтенант Ухись! – по-деловому обратился к нему Хаймепок. – В связи с выбытием в иной мир коменданта Сякуся назначаю вас временно исполняющим обязанности начальника надрайонного отделения по городу Дарменталю и окрестностям…

Пока оторопевший от свалившейся на него ответственности молодой маг (уж не родственник ли он сбежавшему Сякусю с такой фамилией?) получал ценные указания, остальные тоже зря времени не теряли.

Селия, подойдя к Монбазору, сначала легонько постучала его шумовкой по голове, но затем все-таки поцеловала, а после приветственно потрепала меня по холке. Мир в семье был восстановлен.

Натация, бросавшая на них ревнивые взгляды, срочно приводила себя в порядок. Первым делом она попыталась обуться, но тапочки встретили ее с таким укоризненным видом, что даже чернохвостую проняло. Взяв у госпожи Клэпп свою сумочку, она достала из нее сандалии, а потом вытащила зеркальце, расческу и косметичку и полностью ушла в себя.

Швендзибек в это время старательно затаптывал свой бруствер, но продолжал зорко следить за Хаймепоком. И как только выездной судья завершил инструктаж молодого магополицейского, немедленно насел на него.

– Ваша честность! Если все дело в неуважении к суду, я готов взять госпожу Пампуку на поруки! Не хорошо держать за решеткой невиновного человека, даже… особенно, если это она!

– Вы ведь сами теперь, наверное, убедились, что моя мама никого не убивала!

Монбазор вынул из земли Первоконницу и присоединился к Швендзибеку, будто готовый защищать честь родительницы с оружием в руках. Взявшая его под руку Селия согласно кивнула.

– Освободите мою наставницу, ну пож-жалуйста! – потребовала Натация.

Оставив косметичку так и висеть в воздухе, она немедленно прилепилась к моему хозяину с другой стороны, прямо с цилиндриком губной помады в руке.

- Что вы себе позволяете?! – возмущенно повысил голос Хаймепок. – Основание?!

– Во имя господа! – опередив всех, внушительно брякнула Первоконница.

Увы, выездной судья, похоже, не знал правильного отзыва.

– Немедленно прекратите этот балаган! – строго заявил он. – Если вы желаете поднять данный вопрос, подавайте ходатайство в установленной форме. Оно будет рассмотрено в надлежащем порядке, и на него будет дан ответ. Очевидно, отрицательный.

– Но почему?! – взвился Швендзибек.

– Потому что еще никто не предъявил заслуживающих внимания доказательств, подтверждающих невиновность госпожи Пампуки в инкриминируемом ей преступном деянии – убийстве стряпчего Кергедая магическим способом.

– А разве у нас уже стало принято доказывать невиновность? – звонко спросила Селия. – Насколько мне известно, доказывают обычно вину!

– Вы недостаточно хорошо знакомы с процессуальным кодексом, госпожа Лаурентева, – высокомерно осадил ее Хаймепок. – Если против госпожи Пампуки будет выдвинуто официальное обвинение, тогда следственным органам действительно придется предоставить доказательства ее вины. А в ходе судебного процесса, если до него дойдет дело, все сомнения будут трактоваться в пользу подсудимой. Однако, пока что госпожа Пампука не обвиняемая, а задержанная по подозрению. И в данный момент нет никаких оснований эти подозрения с нее снимать. Напомню, у госпожи Пампуки есть мотивы и нет алиби на время совершения убийства. А предоставлять она отказалась в самой хамской форме!

– А если мы соберем доказательства ее невиновности? – спросил мой хозяин. – Например, найдем настоящего убийцу?

– Тогда действительно не будет никаких оснований держать ее под стражей, – согласился департаментский маг. – Вы имеете право на частное расследование, господин Пампука. Однако ваши методы вопиюще некомпетентны!

– Почему? – даже обиделся Монбазор. – Я же смог разоблачить Сякуся! Правда, он оказался непричастным ни к убийству, ни к темным артефактам… Хотя вы, наверное, не слышали…

– Все я прекрасно слышал, – покровительственно хмыкнул Хаймепок. – Вы что, думаете, меня может свалить какой-то простенький дурман? Но у вас опять нет никаких доказательств, которые можно предъявить суду, кроме признаний самого коменданта. А этого совершенно недостаточно.

– Мы нашли артефакты в подвале! – выкрикнула чернохвостая.

– И где они?! Вам надо было запротоколировать находки. А вы мало того, что не смогли оформить изъятие в надлежащем порядке, так еще и допустили их уничтожение.

– Обижаете, гражданин начальник! – хриплым басом заявил кожух, протискиваясь сбоку от Натации и невзначай приобнимая пригорюнившуюся ведьмочку рукавом. – Вот они – сапожки! Те самые, что хранились в подвале крепости!

– Да, гм, сапоги, – признал Хаймепок. – Но это еще ничего не значит.

– А вы их наденьте и сличите отпечатки, – предложил балахонистый.

– Что же, уместное предложение.

Выездной судья обул волшебные сапоги и немного потоптался по куче земли, еще не заровненной Швендзибеком.

– Хорошо, сходство присутствует. Хотя здесь все равно следует провести официальную экспертизу. Но на этом ваша банда дилетантов должна прекратить всякую самодеятельность! Я готов принять ваше содействие, господин Пампука, но вначале вы должны дать мне отчет по причинам вашего проникновения в крепость в непристойном виде кактуса, а также объяснения о незаконном вскрытии хранилища темномагических артефактов!

– Э-э-э… – неуверенно протянул мой хозяин, бледнея на глазах.

Необходимость составлять какие-то официальные бумаги определенно привело его в состояние, близкое к панике.

«Можно, я его укушу?!» – у меня как-то характерно зачесались ядовитые зубы.

«Не стоит. Еще клыки сломаешь или отравишься», – попыталась меня отговорить Первоконница.

– Что касается вас, госпожа Лаурентева, то вы должны немедленно покинуть Дарментальский район и больше в него не возвращаться!

– Но почему?! – вспыхнула Селия. – И вообще, моя фамилия Лаурентин!

– Не знаете?! Тогда вам лучше и не знать. И не смейте со мной спорить!

– Да куда уж мне, ваше мудрейшество? – девушка покорно склонила голову, хотя мне почудились в ее голосе иронические нотки. – Вы здесь самый главный и самый умный, поэтому все должны вам подчиняться.

– Наконец я слышу разумные речи, – кажется, Хаймепок принял все за чистую монету. – Вы совершенно правильно высказались. Вот хочется мне оказаться на том месте, которое я заслуживаю занимать!

Забывшись, выездной судья щелкнул каблуками, и все еще надетые на нем сапоги-скороходы отреагировали. Молодецки притопнув, они подскочили в воздух и понеслись куда-то прочь громадными шагами вместе с застрявшим в них Хаймепоком.

– Стоять!.. Куда?!.. Остановите, я слезу!.. По-мо-ги-и-те!!!..

Истошные крики становились все тише, а затем и вовсе пропали где-то вдали.

«Тронулся поезд, мужик побежал, долго я взглядом его провожал, – задумчиво подытожила Первоконница. – Интересно, в каком месте он заслуживает оказаться?!»

Забегая вперед, скажу, что ответа на этот вопрос мы не получили. Выездной судья Хаймепок так и не вернулся в город Дарменталь, пропав где-то в неизвестности.

Глава 16. Дела наши хреновые

МОНБАЗОР

– Так где вы собрались приманивать дракона?

– Что?!!

Швендзибек нетерпеливо повторил вопрос, и я словно проснулся. Честно признаюсь, что события, которые происходили после неожиданного исчезновения господина Хаймепока, прошли мимо меня. Все заслонила огромная и, прости, Такс, щенячья радость.

Селия впервые во всеуслышание назвала себя моей невестой! Теперь она не отвертится! А то некоторая недосказанность наших отношений и сугубо дистанционный характер нашего общения в последнее время начали меня беспокоить.

Поэтому, когда мои сомнения внезапно разрешились, да еще и самым лучшим образом, я слегка выпал из реальности. Помню, что Швендзибек о чем-то переговорил с госпожой Клэпп и что-то ей передал. После чего она предложила ему погостить в имении – естественно, вместе с ассистенткой, как бы ни шипела Натация.

Вот, честно говоря, не понимаю я ее! Нет, она талантливая магичка и вообще очень красивая девушка. Из нее наверняка получится сильная природная ведьма. Только я ей зачем?!

Таких целеустремленных и энергичных барышень я неоднократно встречал, когда сам учился в МАВМИ. А некоторым из них даже помогал в занятиях – как и Натации сейчас. Но почему-то свою личную жизнь они всегда обделывали в других местах!

Сначала меня это обижало, но потом я привык и смирился. А вот моя матушка, как мне теперь кажется, была этим изрядно огорчена. По-моему, ей вообще хотелось, чтобы я задержался в том благоустроенном техномагическом мире, а может, и вовсе переселился в него. А мне хотелось, наоборот, вернуться обратно…

Уж не тогда ли маман решила подсунуть мне свою воспитанницу?! И не потому ли она не хочет принимать Селию?!..

Спорить с матушкой бесполезно и даже вредно для душевного здоровья, но, может, мне получится объяснить все Натации?! Ведь у нас не может быть никаких длительных отношений. Особенно, если она собирается поступать в академию в другом мире!

Я даже привстал, но Натация подремывала, прислонившись к плечу госпожи Клэпп и крепко удерживая горшок с анчарчиком. Похоже, она позволила себе отдохнуть, убедившись, что Селия сейчас не со мной. Моя невеста ехала за нами на самокате, везя за собой на прицепе тележку с бочкой, на которой восседал Сальешиш с корзинкой в руках.

Кстати, а что находится в бочке? И почему Швендзибек с Селией вообще притащили ее с собой?

– Так я же вам об этом битый час толкую! – шепотом закричал «супер-архимаг», повернувшись ко мне так экспрессивно, что сиденье под ним отчаянно заскрипело, а Такс недовольно заворчал из-под него. – Вы же сами попросили ее привезти!

– Я?!!

Порывшись в своем одеянии, Швендзибек протянул мне мятый листок с типографским текстом.

– Вот это вы мне сами отправили вестником. Не далее как вчера!

«Он же что только удумал! Солод в бочке развел, да и накидал туда всякого! И тыкв квашеных позапрошлогодних, и яблок моченых, забродивших, и обрезков свеклы сахарной, подгнившей. Еще и на солнце выставил!» – ошеломленно прочитал я, чувствуя, как погружаюсь в какую-то фантасмагорию.

– Но это же литературное произведение! Вымысел!

– Э-э-э! Не скажите! – с хитрой усмешкой возразил Швендзибек. – Вот где вы взяли этот листок?

– Н-не помню, – помотал я головой, пытаясь сосредоточиться. Вообще-то у меня на коленях лежала целая книга, но я буквально только что вытащил ее из сероводородного подвала, так что она наверняка не при чем. – Кажется, мне срочно понадобился листок, чтобы написать и отправить вам послание, вот я его и вынул… откуда-то.

– Вот именно, откуда-то! – непонятно чему обрадовался мой собеседник. – Значит, мысленно вы уже решали проблему и неосознанно нашли подходящий способ!

«Это ж-ж-ж неспроста», – поддакнула Первоконнница.

– Но послушайте! – я еще раз перечитал злополучный листок. – Разве можно воспринимать это всерьез?! Из того, что эта взрывоопасная смесь называется здесь «Драконье лакомство», еще не следует, что герои этого опуса собираются угощать им настоящего дракона! К тому же, у нас-то драконы не водятся!

– Не водятся, но погащивают. А иногда случайно попадают из других миров. Иначе как бы у нас появлялось такое ценное и, я бы сказал, нежно любимое цветоводами удобрение как драконий навоз?!

«Драконы – это не только ценный навоз, но и три, четыре центнера диетического, легко усваиваемого мяса!» – авторитетно добавила моя шашка.

– Вот, уважаемая, вы зрите в корень!..

«Проницательная», м вставил свое хриплое слово дох-Кабыздох, устроившийся на запятках шарабана.

– Да-да! Именно проницаете вглубь! Поэтому, раз я и так сюда к вам собрался, я поспешил воспользоваться оказией. Правда, выяснилось, что в Сэрендине просто нет нужных ингредиентов! Или мне не хватило времени их найти. Я рассчитывал на ярмарку в Дарментале, но, боюсь, это уже не реально!..

– А что вам нужно? – спросила с заднего сиденья госпожа Клэпп. – У нас в имении все есть.

«Как в Грэции!» – сразу же дополнила Первоконница.

– Например, тыквочки…

– А втыквочки вам подойдут? – сонно поинтересовалась Натация. – Нет, на грядках они еще зеленые. Но надо посмотреть в подвале. Может, там с прошлого года что-то завалялось.

– А яблочки? – с надеждой в голосе спросил Швендзибек.

– Это – к мастеру Шеру. Он у нас – главный спец по яблочкам.

– Превосходно! Я немедленно познакомлюсь с этим замечательным человеком!

– Подождите! – я помотал головой, остро чувствуя, что разговор зашел куда-то совсем не туда. – Хватит о яблоках… то есть, конечно, драконах… нет, все же яблоках!.. Вы мое послание прочитали? То, что я написал на оборотной чистой стороне листа?!

– Само собой! К прекрасной госпоже Парлимсеппете была проявлена вопиющая несправедливость! Да тех, кто в этом повинен, надо просто закопать в землю и сверху притопнуть!

При этом Швендзибек так топнул ногой, что весь шарабан закачался из стороны в сторону.

«Держите его семеро!» – прозвенела Первоконница.

«Только трудновато будет теперь добраться до виновных», – ехидно сообщил из-под сиденья Такс, а я попытался тонко намекнуть разошедшемуся «супер-архимагу» на это прискорбное обстоятельство.

– Да?! Они трусливо сбежали, чтобы избежать моего праведного гнева?! – Швендзибек воинственно выпятил свою впалую грудь. – Тогда у меня к вам будет другое дело!

– М-м-м… Какое? – осторожно протянул я.

– Одни… э-э-э… весьма серьезные люди поручили… то есть, конечно, попросили меня выяснить, что же такое нехорошего случилось с покойным господином Кергедаем, и кто в этом виноват. У меня, знаете ли, был небольшой должок… Надеюсь, вы мне поможете?

Я только вздохнул. Швендзибек не меняется. Поручение дали ему, а заниматься им придется мне. Впрочем, я и так им, можно сказать, занимаюсь.

– Скажите, а госпожу Ланицию вы поставили в известность о том, что имение хотят отсудить, и надо срочно подать апелляцию? – вспомнил я еще об одном крайне неприятном вопросе.

– Прошу прощения, на это мне уже не хватило времени. В первую очередь я попытался решить вопрос с приманкой для дракона. Правда, оказалось, что нужные ингредиенты в столице слишком редкие, а организовать их перевозку до Сэрендина чересчур дорого… Но вы не беспокойтесь. Думаю, ее известят.

У меня опустились руки. Все надежды на то, что кто-то снимет с меня хоть одну заботу, улетучились как дым. Хорошо еще, что время пока есть. Насколько я помню, на подачу апелляции отводятся десять дней, то есть, две руки, а прошло меньше одной. Получается, надо скорее продолжать поиски настоящего убийцы!

Ой, кажется, последнюю фразу я брякнул вслух.

– Безусловно, коллега! – с энтузиазмом подхватил Швендзибек. – У меня уже есть план! Завтра мы нанесем визит барону Бамбарбия, у которого проживал Кергедай, и спросим с него и его подручного мага Симбуяна по всей строгости!

Моя рука, оказавшаяся под сиденьем, вдруг онемела, и я поспешно вытащил ее… с трофеем. Им оказалась слегка помятая металлическая каска.

Если допустить, что вещи, которые я вытаскиваю из межмирового пространства, имеют некий скрытый смысл, не значит ли это, что мне надо срочно побиться обо что-то твердое головой?!..

ТАКС

Пока мы приехали, пока разместили транспорт Селии вместе с бочкой в каретном сарае, пока устроили новых гостей, наступил вечер. А вместе с ним – ужин.

Я был не слишком голоден – уже успел побывать на кухне, куда хозяин вернул Перочинного. Мне даже удалось искупаться в лучах славы, рассказывая о наших сегодняшних похождениях большим ножам и явно зацепившимся рукоятками друг с другом Изауре и фройляйн Жевунье. А между делом я продегустировал все предназначенные для подачи на стол блюда. Как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть.

Так что, в столовую я направлялся лениво и вальяжно, с отменным чувством собственного достоинства. Однако донесшийся оттуда запах мигом вывел меня из благодушного настроения. Шерсть на загривке приподнялась, из глотки вырвалось сдавленное рычание.

«Что-то случилось? – немедленно насторожился хозяин, схватившись за пустое место на поясе, где обычно висела Первоконница.

«Снова этот кладокопатель случился!»

Чутье меня не обмануло. На почетном гостевом месте сидел не кто иной как наш беловолосый сосед. Вид у него был точно как у знахаркиной полосатой кошатины, когда она уже сожрала миску сметаны, а хочется еще.

«Не волнуйся, – тихо передал мне Монбазор. – Я больше не собираюсь лезть ни в какие авантюры с кладами!»

Вначале гость вел себя прилично. Он приветствовал госпожу Клэпп, поцеловал ручку Натации, затем долго и цветисто знакомился со Швендзибеком.

Под его прикрытием Селия незаметно проскочила в зал и присела слева от Монбазора. Тут же место справа от него оккупировала чернохвостая. Обе девушки, демонстративно игнорируя друг друга, начали заботливо подкладывать в тарелку хозяина вкусные кусочки. За какую-то минуту на ней выросла горка из всех представленных на столе блюд, политая тремя различными соусами. Монбазор даже немного отодвинулся от стола, будто боялся, что это изобилие рассыпется прямо на него. Сам он при этом нервно жевал мелкие помидорчики, обильно посыпая их сахаром вместо соли.

Солировал за столом Швендзибек. Он необычайно живо рассказывал о поединке с Сякусем, последующем бегстве коменданта и исчезновении инспектора Хаймепока, приводя такие смачные подробности, будто сам принимал во всем этом самое активно и непосредственное участие. Госпожа Клэпп устало помалкивала. Мой хозяин тоже не спешил вступать в беседу – было заметно, что он чувствует себя не в своей тарелке между двумя соперницами.

Бедняга Мурмуль весь извертелся на своем почетном месте. Ему удалось оборвать монолог Швендзибека, только когда тот решил перейти к нашим трофеям. Увы, рассказывать оказалось практически не о чем. Сапоги пропали вместе с Хаймепоком, а книга, которую Монбазор вынес из подвала по моей наводке, так и осталась валяться в комнате на кровати. Никто ее даже не удосужился открыть.

Получив свой шанс, беловолосый тут же перевел разговор на разбросанные по здешним лесочкам и оврагам темные клады с несметными сокровищами, но получил полный отлуп от моего хозяина.

– Нет, господин Мурмуль, нет и нет! – сосредоточенно произнес он, стукнув ножом по тарелке. – Сейчас у нас совершенно нет на это времени. Пока моя мать томится в заключении, а настоящий убийца гуляет на свободе, все наши силы будут направлены на поиск и изобличение преступника! И когда я его найду, он пожалеет, что родился на свет!

– Тем более, что вы и так не остались с пустыми руками, – намекнула воительница.

– О да, спасибо вам! Но цены на сахар сейчас такие низкие…

– Вы занимаетесь сахаром? – внезапно заинтересовался Швендзибек. – Но это же настоящее золотое дно!..

Не давая Мурмулю вставить и словечка, он начал взахлеб рассказывать, как его покровитель лорд Хламбердым обожает леденцы, которые как раз вошли в моду в столице. Распалившись и войдя в раж, наш «суперархимаг» широким жестом предложил беловолосому в кредит «за совсем небольшие комиссионные» иномирянскую линию по изготовлению леденцов различных форм и расцветок.

– А еще можно делать зеленые леденцы со вкусом хрена! – подскочила Натация. – Могу поспособствовать! И волшебные конфеты с пыльцой одуваночки!..

Перегруженный добрыми советами, Мурмуль не стал покорно идти ко дну и поспешно удрал, преследуемый Швенздибеком. Он даже оставил на тарелке недоеденный пирог с яблочным повидлом.

Кстати, мастер Шер на ужине так и не появился. Это несколько беспокоило меня. Уж не завалил ли он Кергедая, как предполагал Сякусь, а потом сбежал с концами?! Я даже начал прикидывать, как найти его по следу, и надо ли привлекать для этого Штучку.

– Уф-ф!..

Оказывается, между делом мой хозяин съел все, что ему накладывали девушки, и теперь выглядел отяжелевшим.

– Базз, тебе надо обязательно сходить на прогулку, чтобы немного растрястись! – захлопотала над ним Натация. – У нас такие красивые закаты!.. А вы, дорогая, наверное, устали и захотите отдохнуть?!

– О нет, я в полном порядке, – чарующе улыбнулась Селия, и я определенно услышал лязг скрестившихся клинков. – Обожаю прогулки на заходе солнца!.. И даже после захода…

Еще раз обменявшись воинственными взглядами, девушки помчались переодеваться. Монбазор с тяжелым вздохом выбрался из-за стола. Похоже, он был бы не прочь спокойно полежать с книжкой после сытного ужина, но его мнения никто не спрашивал. А значит, и меня ждала вечерняя прогулка.

Собираясь на улицу, Монбазор нацепил на пояс Первоконницу. Вот уж не знаю, зачем она ему понадобилась, — то ли комаров распугивать, то ли от милых барышень отмахиваться.

«Ничего ты не понимаешь, молодой ишшо, – важно заметила шашка. – Девушкам положено делать предложение при полном параде».

Я с сомнением покрутил хвостом. Глядя на Монбазора, можно было подумать, что единственное предложение, на которое он был сейчас способен, это оставить его в покое и дать полежать.

А я бы тогда рядышком прилег. На уютной подстилочке… Р-р-э-эх!..

Медленно и с достоинством я прошествовал вслед за хозяином на улицу. Может, нам повезет и далеко идти не придется?

Ой!!! Вафф!

Мохнатый черный смерч, взявшийся неизвестно откуда, буквально налетел на меня, пытаясь опрокинуть и вывалять в пыли. Явно изголодавшаяся по моему обществу Штучка скакнула прямо мне на спину. Сегодня от нее пахло более резко и как-то загадочно. Чем-то, что таинственно щекотало мое подсознание и будило дремучие инстинкты.

Черная собачка пыталась развести меня на новую игру — отбегала подальше, призывно крутила хвостиком и смотрела искоса, последую я за ней или нет. Пока что я не слишком поддавался на ее заигрывания, поскольку не желал надолго покидать хозяина. А вдруг ему понадобится моя помощь?! Однако Штучка все более настойчиво требовала уделить ей внимание, и я колебался.

Но тут дверь медленно распахнулась, и перед нами предстала Натация. Я аж недоуменно тявкнул: юная ведьмочка почему-то показалась мне очень похожей на Штучку, только большую, без шерсти и на двух ногах. А так, можно сказать, один запах!

На прогулку она надела черное платье — узкое и открытое сверху, но с пышной юбкой, едва доходящей до колен. На руки нацепила длинные, до локтя, перчатки без пальцев из мелкой черной сетки. Ее поблескивающие в лучах заходящего солнца волосы спускались за спину изящным хвостиком из-под маленькой шляпки с высокой тульей.

От этого зрелища даже у меня отвисла челюсть. Эмоции хозяина были просто неописуемые.

«Ой, не могу! Готик-лоли!» – сильно развеселилась Первоконница.

Не знаю, что она имела в виду, но ее смех лишил облик Штучной ведьмочки или Ведьминской штучки изрядной доли загадочности. Хотя, судя по перепутанным мыслям хозяина, придал ему легкую порочность. Впрочем, может, Натация и рассчитывала на такой эффект?!

– Привет, Такс! Монбазор, как ты себя чувствуешь?

Из дома к нам вышла Селия. Выглядела она слегка зажато, с отчаянно розовыми ушками, но при взгляде на соперницу почему-то резко расслабилась. С дерзкой улыбкой на лице юная магичка широко шагнула к нам, из-за чего длинная накидка, в которую она куталась, распахнулась.

Я услышал, как Монбазор нервно сглотнул, глядя на длинные изящные ножки в черных шортиках. Помню-помню, как он лично достал их год назад, когда мы пытались проникнуть в императорский дворец в Вольтанутене. А сам хозяин, наверное, уже и забыл об этом наряде.

Дополняла ее образ нежно-зеленая блузка с кружевами на груди, пущенная поверх иномирянских коротких штанишек. Взглянув на тончайший узор, Монбазор так и прикипел к нему взором, забыв о чернохвостой ведьмочке.

– Ножки-козерожки! – недовольно прошипела Натация, поняв, что ее переиграли.

– Пфе!

Расправив плечи, от чего накидка совсем разошлась в стороны, Селия величественным жестом протянула руку Монбазору. Тот принял ее и низко наклонился, коснувшись тыльной стороны ладони девушки губами

– Базз, мы же идем гулять!

Второй рукой моего хозяина без промедления овладела Натация, властно потянув ее на себя. Монбазор обреченно кивнул, и все трое медленно двинулись в сторону аллеи.

Пришлось и мне следовать за честной компанией.

Штучка, обиженно тявкнув, что я совсем не обращаю на нее внимания, затрусила следом, на всякий случай держась подальше от обеих барышень.

Какое-то время все молча выгуливались с какой-то мрачноватой целеустремленностью. Монбазор несколько раз пытался начать разговор, но кроме стартового «Э-э-э...» у него ничего не выходило. Девушки, напряженно обменивались недовольными взглядами из-за моего хозяина.

– А давайте хоть песню затянем! – наконец не выдержала Первоконница. – Мы на вечерней прогулке или где?! Я как раз знаю одну, подходящую!.. Если б я был султан, я б имел трех жен!..

– Что?! – перебила ее Натация, рывком пытаясь развернуть Монбазора к себе лицом. – Каких еще трех жен?!..

– У тебя уже и третья объявилась?! – не менее решительно дернула моего хозяина Селия, а в ее руке внезапно материализовалась шумовка. – Вообще-то, я и вторую терпеть не собираюсь!

– Девочки, девочки, что вы тут себе напридумывали?! – попробовала урезонить их Первоконница. – Это же песня такая. Можно сказать, народное творчество!.. Чем дальше в лес, тем третий лишний… Шеф, ходу!..

Приказ был разумный и мой хозяин сразу его послушался.

– Провокаторша! – воскликнула Натация, пускаясь в погоню.

– Поймаю — заломаю! – вторила ей Селия, присоединяясь.

– От дороги, от дороги его оттесняй!..

– Заходи слева!..

Штучка, решив, что с ней, наконец, собрались поиграть, залилась радостным лаем. Хотя на меня по-прежнему смотрела обиженно.

Вечерняя пробежка вместо вечерней прогулки все-таки сделала доброе дело, сломав стену отчуждения между двумя магичками. Дружными усилиями они загнали моего хозяина в лес и запутали его в зарослях. Потом они вместе попинали коварную шашку, завладели каждая своей половинкой Монбазора и уселись рядышком на покрывале — том самом, мягком и с цветочками. Улучив момент, мой хозяин достал его из-под ближайшего куста.

Наступила новая пауза. Девушки поглядывали то на друг на друга, то на Монбазора, но ни одна не решалась что-то сделать или сказать. Внезапно Штучка зарычала и бросилась прочь. Я пружинисто вскочил на ноги… но затем снова опустился.

«У нас гости. Но опасности пока нет».

Первым к нам шел один из хозяйских дублей. За ним, смущенно опустив взгляд, шагал мастер Шер, дальше вел под узцы коня Ханшери. Последним скользил над травой балахонистый. В наступивших сумерках он казался одной темной массой.

– Вот, босс! – заявил дубль, подвешивая над головой «светляка» и отходя в сторону. – Привел, значит. Хотят с вами пообщаться.

– Господин Пампука, – тускуланский граф церемонно поклонился.

– Ваша светлость, – мой хозяин, поднявшись, ответил ему таким же поклоном. – Позвольте представить вам моих спутниц. Натация, воспитанница моей матери, и… моя невеста Ариселия Лаурентин, послушница ордена Бездонной Чаши.

– Очень, очень достойный выбор, – Ханшери, изящно согнувшись, поцеловал ручку Селии, смущенно закутавшейся в накидку. – С прекрасной Натацией мы уже немного знакомы… Господин Пампука, я бы хотел обсудить с вами кое-какие вопросы. У вас есть время для делового разговора?

– Да, – коротко ответил мой хозяин.

– Тогда, если вы не против, я позабочусь о себе и остальных.

Одним движением Ханшери поднял из земли столбик и набросил на него поводья. Потом вырастил по креслу для себя и мастера Шера, а так же персональную вешалку для Мухтара-Кабыздоха. Мой хозяин уселся обратно на покрывало.

Мне не понравилось, что тускуланский маг смотрит на него сверху вниз, но с этим трудно было что-то поделать. Вот здесь пригодилось бы кресло-качалка, которое мы сегодня утром нашли в захоронке внутри Старого Вяза, но его присвоил себе Мурмуль.

И пирожки съел, жадина! Гр-р-р...

Впрочем, пока граф вел себя подчеркнуто скромно.

– Господин Пампука, я ваш должник, – еще раз наклонив голову, начал он. – Вы избавили меня от излишне назойливого внимания коменданта Сякуся, которое, признаться, начало мне сильно досаждать. Чем я могу отплатить вам за эту услугу?

– Честными и полными ответами на вопросы, – не растерялся мой хозяин.

– Хорошо. Постараюсь быть максимально откровенным, если это не будет нарушать жизненные интересы и личные тайны других лиц. Вас устроит такой уровень доверительности?

– Более чем, – Монбазор взял за руку Селию, словно ища у нее поддержку. – Скажите, это вы убили Кергедая или все-таки нет?!

– Нет, все-таки не я, – слегка усмехнулся Ханшери, покачав головой.

– Так почему же вы кричали об этом на всех углах?

– Понимаете, – граф слегка запнулся. – Тогда мне хотелось… м-м-м… немного припугнуть вас. Я полагал, что в тех делах, которыми занимаюсь, мне не нужны ни компаньоны, ни, тем более, соглядатаи. А позже, объявляя о своей причастности к убийству, я отвлекал внимание коменданта от моего сына.

– Спасибо, отец, – мастер Шер смущенно наклонил голову. – Вы… подозревали меня?

– Да, подозревал. И согласись, для этого были причины.

– Были… – молодой агроном развел руками, виновато поглядывая то на Ханшери, то на моего хозяина. – Я и в самом деле был готов прикончить этого мерзавца! Кергедай пытался меня шантажировать. Он знал, кто я такой, и угрожал рассказать обо всем Сякусю… Хотя, по-видимому, коменданту уже тогда было все известно… Проныра, кажется, считал, что госпожа Пампука занимается изготовлением темных артефактов и требовал, чтобы я дал на нее компромат…

– Но это же совершенная чушь! – воскликнул Монбазор. – Или… у него и в самом деле были причины так думать?!

– Нет, нет, ваша матушка точно не при чем! – заверил его Шер. – Но от этого Кергедая не было спасения! Он кружил вокруг имения, вынюхивал. Думаю, он засек одну из моих встреч с отцом. И в то самое утро, когда я приехал в город с госпожой Пампукой, я снова его увидел!..

– При встрече со мной сын был настолько расстроен, что я не успокоился, пока не вытянул из него эту дурнопахнущую историю, – добавил Ханшери. – Мы расстались, а вскоре я увидел труп стряпчего, и у меня, естественно, возникли подозрения. Я-то ведь точно знал, концентраторы с какими заклинаниями дал сыну, когда отправлял его сюда. И мясокрутка среди них имелась…

– Ну да, я же не говорил, что потратил ее еще прошлой осенью на долгоносиков!

– Но на самом деле вы не убивали? – уточнил Монбазор.

– Нет. После разговора с отцом я заглянул в лавку насчет поставок нужной подкормки, это можно будет легко проверить, а потом отправился на станцию дилижанса, где познакомился с вашими дамами. А потом у нас просто больше не нашлось времени встретиться снова…

– Да, Сякусь крепко обложил меня, – кивнул Ханшери. – Не знаю, верил ли он в мою вину или просто использовал ее как повод… Так или иначе, мои дела полностью встали.

– Э-э-э… – неуверенно начал Монбазор и смущенно умолк.

– Хорошо, я отвечу и на этот вопрос. Вы его не задали вслух, но очень громко подумали, – усмехнулся тускуланец. – Да, я ищу Эстеллу Оскору, Темную Звезду. И у меня есть основания полагать, что она до сих пор где-то здесь.

– Но зачем она вам? – не сдержал любопытства мой хозяин. – Для чего вы хотите ее использовать?

– По самому прямому назначению. Эта штука дает возможность пообщаться с умершими, а у меня есть вопросы к моему покойному папаше!

«Свои страшные тайны он унес в могилу!» – изобразила мрачное подвывание Первоконница.

– Да, как-то так. Старик был жуткий параноик, ничего не доверял бумаге и держал абсолютно все в голове – связи, пароли, банковские счета. А потом взял и скоропостижно скончался, и я остался совершенно ни с чем! А я ведь унаследовал графский титул, значит, должен поддерживать соответствующий образ жизни. Кроме того, от отца мне досталась куча обязанностей и обязательств. Что-то мне удалось восстановить, но самая важная информация так и осталась похороненной вместе с любимым папочкой! А он, кстати, позаботился, чтобы его нельзя было допросить после смерти!

«И концы в воду!» – сформулировала шашка.

– Хуже – в землю! Темная Звезда возникла в моих планах лишь от лютого отчаяния. Я отправил в ваши края Шуттинзона. Он был кое-чем обязан нашей семье и имел возможность свободно посещать Империю. В последнем письме он писал, что напал на след, а потом взял и пропал без вести! Меня гложет мысль, что он таки нашел Звезду, и она до сих пор лежит в кармане его шубы в какой-то безымянной могиле!

– Эх, Шубыч! – взгрустнул балахонистый.

– А скажите, ведь артефакт могли забрать… с его тела? – предположил Монбазор.

– Не думаю. У меня… скажем так, есть возможность примерно определять ее расположение, – задумчиво произнес Ханшери. – И за последние два года оно не изменилось. Кроме того, если артефакт такого уровня кто-то возьмет в руки, это вызовет… что-то вроде эха…

– Да-да, я знаю, – понимающе кивнул мой хозяин.

– Шуттинзона так и не нашли, а я принял меры, чтобы его не начал искать кто-то посторонний, – продолжил граф. – Но мне самому было сложно провести здесь поиски. Поэтому я сначала отправил в Империю сына. К сожалению, он не унаследовал мой дар, но с мозгами у него все в полном порядке…

Мастер Шер покраснел. При свете тусклого светляка это было сложно уловить, но запах его немного изменился.

– …Ему удалось закрепиться в этих краях и провести предварительные изыскания. Я, в свою очередь, пытался решить вопрос лично с имперским министром безопасности Илле Такка. Увы, после его ареста все застопорилось. Пришлось изображать самодеятельного археолога и бегать… от всяких Сякусей!.. А сейчас я прошу вашей помощи, господин Пампука! Вашей и, особенно, вашей прелестной невесты!

– А моей? – ревниво взмахнула хвостом чернохвостая.

– Увы, прекрасная госпожа Натация, урочище Повешенного Зайца — не то место, куда я пригласил бы вас на прогулку. С вашей магией жизни вам будет там очень некомфортно. Да вы просто и не сможете туда пройти. Для этого требуются некоторые специфические умения, присущие школе смерти, которой владеет другая леди.

– Боюсь, вы преувеличиваете мои способности, – Селия теснее прижалась к моему хозяину.

Я предостерегающе заворчал на Ханшери. Вот не нужны нам никакие повешенные зайцы! Небось, давно уже протухли!

– Действительно, это может быть опасно, – мрачно взглянул снизу вверх на мага-аристократа Монбазор. – Я так понимаю, там стоит селективный барьер, зачарованный силами смерти?

– Вы совершенно правы, – согласился ничуть не смутившийся тускуланец. – Но именно вам, госпожа Лаурентин, он не причинит никакого вреда.

– Почему?! – в упор спросил мой хозяин, а я заворчал еще громче.

Селия нам нужна самим! Не позволим превратить ее в магическую отмычку!

– Дело в том, что у вашей невесты к нему явное сродство, – терпеливо пояснил Ханшери. – Я хорошо изучил это место, когда пытался туда пройти. И могу с уверенностью сказать, что магия госпожи Лаурентин очень похожа на ту, что применялась автором барьера. Не скрою, господин Пампука, я поначалу хотел искать вашего содействия в силовом снятии преграды. Вдвоем, полагаю, мы бы смогли сделать то, что оказалось не под силу мне одному. Но появление здесь вас, леди, меняет все! Это особый знак! Не побоюсь этого слова, судьба!

– Вы хотите сказать, что я — потомок одного из Темных магистров? – не поверила Селия.

– А насколько хорошо вам известна ваша родословная?!

– Не очень хорошо. Мои родители не имеют магического дара. А про бабушек и дедушек я почти ничего не знаю. Слышала только как-то раз, что моя мама была… очень поздним ребенком.

– Когда вернетесь домой, советую расспросить вашу уважаемую матушку получше. Полагаю, вы узнаете много нового и интересного, – усмехнулся граф.

«Хаймепок знал! – вспомнил я. – Помнится, он требовал, чтобы Селия немедленно уехала отсюда!»

– Он называл меня Лаурентева, а не Лаурентин, – задумчиво произнесла вслух наша магичка. – И еще сердился, когда я его поправляла.

– Ничего не могу сказать, – развел руками Ханшери. – Сюда бы моего папашу! Он знал всех своих коллег наперечет!.. Впрочем, может быть, благодаря вашей помощи я смогу его расспросить… Так как, госпожа Лаурентин, будете знакомиться с семейным наследием?!

– Буду! – отважно тряхнула головой Селия. – Не отказываться же?!

«Это сладкое слово халява», – негромко хмыкнула Первоконница.

– Нет, нет, это будет серьезная работа! – возразил тускуланец. – Очень вам признателен, леди! И поверьте, я умею быть благодарным!

«Выкопаю для вас самую удобную могилку, – проворчала шашка, но так тихо, что услышал ее только я. – Ох, не доверяю я всякому графью!»

– Но я обязательно пойду с вами! – Монбазору тоже не нравилась идея с открытием темных барьеров.

– Безусловно! Ваша помощь тоже ни в коем случае не будет лишней! – приветливо улыбнулся Ханшери. – Я могу рассчитывать на завтрашнее утро?

– Наверное, нет, – покачал головой мой хозяин. – С утра у меня могут быть дела.

– Тогда в любое удобное для вас время! Я дам вам амулет для связи, – граф протянул Монбазору медальон на массивной подвеске. – Сообщите мне, когда будете готовы! Договорились?

– Договорились, – обреченно вздохнул мой хозяин. – Тогда… э-э-э… до встречи?

– Один момент, – Ханшери слегка замялся. – Госпожа Натация, не будете ли вы так добры снять ваше проклятие?

– Проклятие? – брови чернохвостой недоуменно подпрыгнули к полям шляпки.

– Да. Если вы помните, когда мы в первый раз встретились в крепости я, прошу прощения, позволил себе некоторую вольность в ваш адрес. Вы чем-то бросили в меня, и часть этого «что-то» проникла сквозь мою защиту. С тех пор что я ни ем, все приобретает привкус хрена! Поймите правильно, я люблю острые блюда, но в некоторых сочетаниях данная приправа становится… несколько неуместной!

– Я и не знала, что так крута! – не удержалась от смеха юная ведьмочка. – Извините… Тогда я сильно разозлилась на вас...

«Не злите Натацию, а то хреново будет!» – присвистнула Первоконница.

– Но вы сможете снять?!

– А вы сначала скажите, откуда взяли мой эликсир, которым без моего ведома расплатились с долгоносиком из цирка!

– Простите, это я дал, – покаянно признался мастер Шер, непроизвольно сглотнув. – Я показал его отцу, и он очень заинтересовался его свойствами.

– Совершенно верно, – подтвердил Ханшери. – Честное слово, я использовал его лишь для одной сделки. Тот урод не хотел брать у меня деньги, но на ваш эликсир сокрытия он клюнул!

– Как вы его назвали? – удивилась чернохвостая. – А мы решили, что у меня получился магический закрепитель!

– У него есть и такие свойства. Однако ваша, извините за выражение, хреновина настолько въедлива и вездесуща, что совершенно скрывает любую прочую магию! У вас несомненный талант, госпожа Натация, но талант опасный. И прежде всего, лично для вас. Ваш состав — настоящий клад для тех, кто занимается незаконными поставками магических артефактов. С его помощью они могут спрятать все, что угодно!

«Огуречник! – снова вспомнил я. – Вот для чего ему, наверное, понадобилась полихрения!»

«Да, весьма вероятно, – согласился мой хозяин. – По-видимому, придется и с ним разбираться. Но не сейчас».

«Оставить на закуску!» – вставила Первоконница.

– Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство, госпожа, – осведомился тем временем Ханшери.

– Э-э-э… да… - Натация, встав, обошла тускуланского мага по кругу. – Базз, ты мне поможешь? А то я не вижу, с чего начать…

– Эх, молодежь! – балахонистый слетел с вешалки и наделся на плечи Ханшери. – Смотри вот сюда, за пазуху! Зеленый, подскажешь?

«Подскажу».

Подбежав к Ханшери, я встал на задние лапы, начав обнюхивать его живот — куда дотянулся. А от вредного кожуха таки есть польза. Без него хрен бы он дал мне добраться до своего тела! А так я смог разглядеть все, что мне было нужно, и даже поставить небольшую меточку.

«Вон там нужная ниточка, торчит из горла!»

– Да, тогда мне хотелось вас задушить, – очаровательно улыбнулась ведьмочка. – Стойте смирно, я сейчас ухвачу...

«Шеф, а вы все-таки подумайте насчет мамзели, – конспиративным шепотом посоветовала моему хозяину Первоконница. – Она ведь совсем как вы! Сначала делает, а потом пытается понять, как это ей удалось!»

«Перекушу!» – зловеще пообещал я, и шашка торопливо спряталась поглубже в ножны.

Меня тоже не надо злить! У Монбазора одна невеста уже есть, и точка!

– М-да, в дальнейшем постараюсь быть осторожнее, – граф, помассировав горло, вынул из кармана большое яблоко и хрустко откусил. – О, вы спасли меня! Никакого хрена! Я ваш должник! До завтра!

Скормив остаток яблока своему коню, Ханшери запрыгнул в седло и ускакал, вскоре исчезнув в сгустившихся сумерках. Построенные им земляные кресла распались, и мастер Шер едва успел соскочить с развалившегося под ним сиденья.

– Теперь, надо понимать, вы нас покинете? – обратилась к нему Натация.

– Если не выгоните, госпожа, то я хотел бы остаться, – слабо улыбнулся молодой агроном. – Мне здесь у вас очень нравится. А какая практика!

– А что скажет ваш отец? Он не потребует вашего возвращения в Тускулан?

– На что я ему там сдался?! – хмуро бросил Шер. – У него там есть мои сводные братья-маги, наследники… А я один такой… позор семьи…

– Зато здесь мы вам очень рады! – искренне воскликнула Натация, заставив агронома-немага несмело улыбнуться.

Мы медленно шли к дому. Штучка так и не вернулась. Возможно, ее напугал Мухтар-Кабыздох, сопровождавший нас в своем собачьем облике. Ко мне он, к счастью, тоже не цеплялся, поэтому я без помех принюхивался к Селии. Нет, никакой темной магией от нее не пахло. А вот чем-то волнующим и возбуждающим — очень даже. Наверное, надо будет сказать хозяину, а то он, как всегда, ничего не замечает.

Однако, вернувшись в комнату, Монбазор сразу рухнул на постель и отрубился. Я лизнул ему руку, свесившуюся вниз, и сам начал устраиваться поудобнее на своей подстилке.

Внезапно меня осветило белыми и красными огоньками. Тапочки, оставленные под кроватью, выдали мне целую фразу из длинных и коротких разноцветных вспышек. Я понял, что меня благодарят.

«Все в порядке, – вздохнул я, с грустью вспомнил брошенную в пламени пожара колбасу. – На моем месте так поступил бы каждый!..»

Тапочки еще раз шевельнулись, словно кивая мне. Неожиданно каждый из них раздвоился. Теперь передо мною их оказалось целых четыре — два совсем маленьких и два побольше. На передние и задние лапы?! Не веря в такую удачу, я примерил их, и они пришлись мне впору!

Я прошелся по стене, затем перебрался с нее на шкаф. Тапочки не жали и не соскальзывали с лап. Более того, в них я мог передвигаться совсем бесшумно, не клацая когтями! Это было необычное ощущение, но, не скрою, весьма приятное.

«Спасибо!..»

Я осторожно снял тапочки лапами и зубами и поставил их под кровать. Там они снова слились в пару под размер моему хозяину. Они выглядели совсем как раньше, но теперь я знал, что нас объединяет с ними общая тайна.

Снова устроившись на подстилке, я погрузился в чуткий сон, продолжая оберегать покой Монбазора. А снилась мне… Тузька, почему-то игравшая в догонялки со Штучкой!

Станция Дзендерод, 199 км железной дороги «Вольтанутен — Сэрендин»

Примерно в то же время

Негромкий стук в дверь в этот поздний час не удивил Сабретона. Старший ремонтник на железной дороге — что сельский врач: беда может случиться в любое время дня и ночи, а не срочных вызовов у них не бывает.

Странным было только одно: стучали куда-то в нижнюю часть двери. И это были явно не гайдуки здешнего барона — у тех имелась дурная привычка шарахать с носка сапогом со всей дури. Звук же был не громким и, можно сказать, деликатным. От него Сабретону привиделся образ бригады гномиков, принесших ему сломанный отбойный молоток. Может быть, навеяло сказками, которые жена рассказывала перед сном детям.

Как бы там ни было, посетители со срочным вызовом не должны ждать. Подхватив со стола лампу, Сабретон распахнул дверь и обомлел. Перед ним стояла, переминаясь с ножки на ножку, невысокая изящная шестиугольная табуреточка с бархатной подушечкой с кистями на сиденье. За ней белели в темноте плоские профилированные панели иномирянских обогревателей.

Да, пожалуй, это будет почище бригады гномиков!

– Чем могу быть вам полезен? – машинально спросил Сабретон, справившись с изумлением. – Что у вас сломалось?

Один из обогревателей катнулся вперед. Он словно прихрамывал на одну ногу. Правое переднее колесико совсем разболталось и грозило вот-вот отвалиться.

Не совсем обычная работа, но вполне посильная.

– Пройдемте, пациент.

Прикрыв за собой дверь, Сабретон двинулся к сараю, где у него было оборудовано рабочее место. Обогреватели покатились за ним всей толпой. По дороге он постучал в окно спальни. Пусть жена разбудит детей, иначе они утром сильно огорчатся, узнав, что проспали таких необычных гостей.

Действительно, мальчики смотрели на сказочных посетителей во все глазенки. Старший, пятилетний Ворсин, усердно помогал папе, протягивая ему гаечные ключи и отвертки. А младший Балак зачарованно играл кисточкой на подушке табуретки, которая терлась возле него, как мелкая собачонка.

При таких зрителях и помощниках Сабретон не имел права схалтурить. Он починил обогревателю колесико, а затем устроил для остальных небольшой техосмотр. Похоже, компания уже давненько пустилась в путь. Нижние части обогревателей покрылись пылью и засохшей грязью, гайки и крепления подрасшатались. Он постарался подтянуть и поправить все, что мог.

– И куда же это вы собрались? – покачал он головой, покончив с ремонтом.

Сабретон не ждал ответа, спросил для порядка. У магов, распоряжавшихся волшебными вещами, были свои резоны, не всегда понятные простым людям. Но сам бы он не отправил хрупкую иномирянскую технику в такое длинное и сложное путешествие.

Шестиногая табуретка как-то по-особому прошлась между своих подопечных, взмахнула кистями, и Сабретон вдруг понял, что они отправились в дорогу по собственной воле, чтобы помочь другу. Но до конца их пути еще далеко.

– Вы бы попробовали в какой-нибудь поезд попроситься, – предложил ремонтник. – А то ведь не дойдете же!

Табуретка склонила ножки. Да, они думали о такой возможности, но пока не представилось благоприятного случая.

– Что же, тогда — в добрый путь!

Дети на прощание поиграли с кисточками на подушке и погладили по очереди все обогреватели по гладким металлическим спинам. А табуретка в это время, выбежав за калитку, сосредоточенно ковырялась ножкой в земле, будто что-то там раскапывала.

Проводив необычных гостей, Сабретон мельком глянул на дырку, оставленную табуреткой на обочине дороги, и вдруг заметил в ней кое-что интересное. Нагнувшись, он поднял тяжелый кругляшок, очистил грязь с краешка, а потом поскоблил ножом. Из-под черной патины блеснул металл большой старинной серебряной монеты.

– Папа! – Ворсин подбежал к нему, вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть. – Это она с тобой расплатилась за работу?

– Да, – Сабретон посмотрел в сторону железной дороги, где уже скрылись табуретка и ее обогреватели. – И надо сказать, весьма щедро.

– Но папа, они же волшебные! Значит, добрые!

– Да, сынок, – мастер взлохматил Ворсину волосы. – Видишь, бывает на свете и добрая магия. Только, к сожалению, не слишком часто...

МОНБАЗОР

Сон только что был и вдруг пропал, словно его и не было. Я немного покрутился, пытаясь принять самое удобное положение. Но какая-то сила словно гнала меня прочь из постели.

Повинуясь этой неведомой тяге, я встал и, прошлепав босыми ногами по полу, вышел на балкон. Широко распахнул окно и полной грудью вдохнул чуть прохладный свежий ночной воздух, пропитанный ароматом неведомых пряных цветов. А сверху на меня светила почти полная луна.

Ну как в такую ночь усидеть дома?! Вернувшись в комнату, я натянул штаны и набросил на себя рубаху. Ах, да, еще обувь… Мне не хотелось брать с собой волшебные тапочки. Их и так вчера потаскали то по крепостной стене, то по самой крепости, то по вонючим подвалам. Но и спускаться вниз и там обуваться мне было лень.

Впрочем, хороший маг сам обеспечит себя всем необходимым. Засунув руку под кровать, я вскоре вытащил ее обратно с добычей. Мне попались мягкие туфли без каблуков со странными загнутыми вверх длинными носами. Ночью все кажется серым, но при лунном свете они отливали голубым, а узоры на них сияли чистым серебром.

Что же, какая ночь, такие и башмачки…

«Хозяин, ты куда-то идешь?» – сонно поднял голову с подстилки Такс.

«Просто пройдусь прогуляюсь. Оставайся дома. Спи».

«Какой уж тут сон...» – Такс широко зевнул, показав зубы.

«Лежи отдыхай. Если что, будем на связи. Это приказ».

Даже не знаю, почему, но мне надо было выйти непременно в одиночку. Словно компания обязательно в чем-то помешала бы.

Мой друг недовольно заворчал, но не стал возражать. Он снова свернулся на подстилке, но я чувствовал на себе его обиженный взгляд.

«Извини, просто так надо».

Уходить обычным путем по коридору и лестнице на первый этаж мне почему-то не хотелось. Но я все-таки подошел к двери и сбросил щеколду. Вдруг пригодится при возвращении, да и Такс в случае чего сможет выйти! Так что, дверь в комнату будет закрыта, но не заперта.

Закрыта, но не заперта! Эта мысль привела меня в восторг.

«А я контролера обманул — купил билет, а не поехал», – сонно звякнула Первоконница.

Нет, ее я тоже с собой не возьму. И вообще, маг я или не маг?! Активировав левитацию, я вылетел в открытое окно балкона и мягко приземлился за огородом.

Внизу оказалось еще лучше, чем наверху. Ночные цветы оглушительно пахли, и даже запах свежего навоза, доносившийся из коровника, не нарушал общего чарующего впечатления и гармонично вписывался в общую ароматную палитру.

Какая душистая сегодня ночь! Наверное, Таксу бы здесь понравилось. Я даже остановился. Еще не поздно вернуться за моим другом, чтобы погулять вместе. Но что-то продолжало тянуть меня вперед, и я не стал возвращаться.

Медленно двигаясь в сторону яблоневого сада, я вдруг услышал голоса. Ночной хмель мигом слетел с меня. А вдруг подсознание не зря подхватило меня с постели?! Два моих дубля — не самая лучшая защита для большого поместья. Я подготовил хорошее связывающее заклинание, набросил на себя частичную невидимость и начал осторожно подкрадываться поближе к предполагаемым диверсантам. В новых мягких туфлях мне удавалось передвигаться совершенно бесшумно. Таки не зря я именно их вытянул из межмирового пространства!

– ...О, нежный цветок моих очей! – наконец разобрал я смутно знакомый мужской голос. – Разверзни свои уста сахарные и изогни свой стан лебединый!

– Вот уж загнул – лебединый! – фыркнул в ответ женский голос. – Скажи уж прямо — коровушка! А как до уст моих, то где же тебе до них добраться, сквозь заросли-то?!

– Так что, борода мешает? – в той стороне послышался тихий, но очень характерный скрип. Кажется, кто-то задумчиво скреб затылок.

Да это же дядька Мумак, его голос! И он здесь самый бороддатый!

– Не то, чтобы совсем мешает… Но для некоторых случаев она точно лишняя!

Какие знакомые интонации, однако… Менузея?!!

– Для тебя мне ничего не жалко, лебедушка моя светлая!

Ай да бородач! Упорно ищет путь к сердцу нашей экономки!..

Стараясь не поднимать абсолютно никакого шума, я осторожно вернулся назад. Менузея, судя по голосу, вовсе не казалась недовольной. Так пусть им этой ночью никто не помешает!

Меня между тем тянуло дальше. Я шел по тропинке вдоль кромки сада, машинально ускоряя шаг. И почти перешел на бег, когда разглядел сбоку между деревьями огонь костра.

Хм, а это, пожалуй, где-то возле нашего полигона или вообще на нем самом!.. И запахи оттуда идут какие-то очень интересные!

Свернув, я, крадучись, пошел на свет. Вскоре передо мной предстала донельзя странная картина. Я даже протер глаза в изумлении, а потом ущипнул себя за руку. Может, мне только снится эта ночная прогулка?! Или я брежу наяву?!

Над костром тянулись прутики, на которых поджаривались, испуская вкусные запахи, три немаленькие птичьи тушки. Возле огня устроились на обрубках древесных стволов, на которых после тренировок сиживали мы с Натацией, Швендзибек, возница Ферак и мастер Шер. Рядом суетился Сальешиш. А у открытой бочки с брагой, из которой торчал здоровенный черпак, возлежал небольшой зеленый с желтизной дракончик. В лапе он держал кадушку, из которой отхлебывал как из кружки.

«...Нет, никаких втыковок туда добавлять не надо, – вдруг прорезалась у меня его мысленная речь, отрывистая и ломкая, как у подростка. – И свекла там точно будет лишняя, у нее привкус грубый. Я вообще-то сладенькое люблю...»

– Так какие проблемы? – хмыкнул мастер Шер. – Сальешиш, тащи сюда еще горошочек с повидлом!

«Два горшочка», – облизнулся дракончик.

– Тогда лучше три!

Сальешиш метнулся куда-то под дерево и загремел посудой. Он вернулся к костру, держа в охапке три пузатеньких горшочка. Швендзибек с важным видом вскрыл крышечки из пергамента, орудуя длинным ногтем на правом мизинце как ножом.

– Отлично!

Мастер Шер с помощью длинной ложки переместил содержимое двух горшочков в бочку и как следует пошуровал в ней черпаком. Запах браги усилился. Третий горшочек заграбастал свободной лапой дракончик и тут же погрузил в него свой длинный язык.

«М-м-м… Сладко!»

Зачерпнув кадушкой из бочки, он сделал большой глоток и мощно рыгнул. Костер ярко вспыхнул, выпустив язык пламени чуть ли не до верхушек деревьев.

– Сгорит же! – Швензибек поспешно сыпанул в огонь кучку песка.

«Не, только прижарится».

Дракончик, положив на землю пустой горшочек, снял с импровизированного мангала все три прутика с подкоптившимися птичьими тушками и зубами стянул их себе в пасть. Раздался интенсивный хруст.

«Хорошо пропеклись. Вку-усно! Но мало!»

– Понадобится, еще наловим! – махнул рукой Ферак.

– Старшая птичница ругаться будет, – напомнил Сальешиш, немного втянув голову в плечи.

– Я госпожу Натацию попрошу, она размножит, – пообещал мастер Шер.

– Так у нее опять получатся цыплята деревянные, – хмыкнул возница.

– А это даже интересно. Готовая курица с бамбуковыми ростками!

– Не знаю, – покачал головой Ферак. – Народу бы попроще, без премудростей.

Сальешиш вынул из-за пазухи сирингу и извлек из нее незатейливую мелодию.

«Смешной, – дракончик слегка провел по его голове и плечу краешком крыла. – На Фельку похож, каким он раньше был… Хорошо тут у вас, но мне, наверное, домой бы… Старшие уже точно беспокоятся. И Фелька с Сопат Ванычем тоже...»

– А может, пусть они к нам? – предложил Швендзибек. – Тогда мы втрое больше навоза запасем!..

«Нет, это, наверное, уже в следующий раз».

– Тогда придется Монбазора попросить, – вздохнул «супер-архимаг». – Он в таких делах хорошо разбирается.

Я начал осторожно пятиться, возвращаясь по своим следам. Не знаю, заметили ли они меня или нет, но решать драконьи проблемы именно сейчас мне сильно не хотелось. Какая-то сила продолжала тянуть меня вперед, к виднеющейся впереди темной полоске леса.

«Хозяин, – вдруг раздался у меня в голове смущенный зов Такса. – К тебе Селия пришла».

«Ко мне? Ночью?»

«Да. За дверью стоит, скребется».

«Так передай ей, чтобы заходила. Я сейчас вернусь!»

Меня по-прежнему тянуло в лес, но я мигом подавил этот несвоевременный исследовательский зуд. Ко мне ночью пришла Селия! Сама!

Глазами моего друга я даже видел ее милый образ — стройная фигурка, закутанная в накидку, из-под которой выглядывали очаровательные ножки в клетчатых тапочках.

Иду я, иду!

Перейдя на бег, я почти сразу же сменил его на магический длинный шаг.

До дома осталось совсем немного. Только взмыть над огородом, влететь в окно и, наконец, обнять мою Селию!..

Ой-ой-ой!

Зацепившись обо что-то длинным носком туфли, я неожиданно кубарем полетел с тропинки в высокую, мокрую и холодную от росы, но при этом почему-то колючую траву.

А когда, отплевавшись, поднял голову, обомлел. Из одного из окон второго этажа вылетело белое привидение.

Я замер, не зная, то ли затаиться, то ли отползти в сторону под защиту стены каретного сарая, то ли, наоборот, хватать и ловить.

Белый призрак медленно двинулся вдоль стены в мою сторону, и я неожиданно узнал в нем Натацию! Юная ведьмочка, одетая лишь в короткую ночную рубашку, летела, оседлав швабру, словно метлу. Ветерок слабо шевелил ее распущенные черные волосы и чуть поигрывал подолом.

Сделав изящный пируэт в воздухе и издав тихий смешок, ведьмочка направила свой летательный инструмент… прямо в распахнутое окно на моем балконе.

Через три секунды оттуда ударила мощная сдвоенная магическая волна, от которой тревожно зашумели деревья в саду, а какой-то особо нервный помидорный куст попытался закопаться в грядку. Еще через пару мгновений из окна вылетела швабра с цепляющейся за нее Натацией и, вихляясь в воздухе, тем же путем вернулась обратно в свою комнату.

«Такс, ты там живой?» – осторожно позвал я.

«Кажется...»

«Где ты?»

«Мы с тапочками прячемся под кроватью!»

«А Селия?»

«Она убежала! Даже дверь за собой не закрыла!»

Я со стоном схватился за голову.

«Вот это я называю «муки выбора», – от сарая на меня надвинулась, воняя бараньей шерстью напополам с собачатиной, доха. – Я бы даже сказал, попадос!»

Да кто бы спорил?!..

Глава 17. Добрым словом и магией (часть 1)

ТАКС

А дверь-то хозяин так и не закрыл!

Монбазор все еще спал. Стараясь не шуметь, я тихо просочился в коридор, а затем отправился в самое важное место любого дома – на кухню.

Несмотря на ранний час, оттуда доносились вкусные запахи и громкие голоса. Точнее, голос. Менузея пела! А ей аккомпанировали посвистывание пара из кофеварки и носика кальяна, ритмичный лязг мясорубки и характерные скрежеты ножа по точилу. Я даже остановился на пороге, наблюдая за этим необыкновенным концертом.

– Привет, Таксик! – допев, промурлыкала мне наша экономка.

Щедро наваливая в мою мисочку, она вновь взяла высокую ноту:

– Ранней пташке достается червячо-ок!

– Как я рад услышать этот голосо-ок! – в тон ей подхватил мужской бас.

С улицы в кухню вошел дядька Мумак, несущий большой бак с водой.

«Какой он сегодня жевой!» – мечтательно вздохнула мясорубка.

«И как он изменился! Его совершенно не узнать! – добавила Изаура, шевельнув рычагом и выпустив из краника струйку пара. – Правда, Такс?»

«Изменился? – я внимательно принюхался. – Не знаю. Запах тот же, разве что более яркий».

«Он же сбрил бороду!» – лязгнул большой нож Профи.

Декоративный столик Туту издал из своего угла переливчатый свист.

«Чего вы смеетесь?! – обиделся я, наконец, заметив разницу. – Его лицо слишком высоко, приглядываться надо. Я людей больше на нюх воспринимаю!»

«Такс, не кисни! – сразу же вильнула шнуром Изаура. – Ты лучше вот что расскажи. Правда, что у нашего Монбазора невеста объявилась?!»

«Правда, – подтвердил я. Хорошо, что мысленная речь позволяет одновременно жевать и говорить, а то точно остался бы голодным. – Это Селия, ты ее должна помнить. Она у нас в Вольтанутене была, пару раз со Швендзибеком приходила. И вместе с хозяином год назад, когда возник тот переполох с убийством, и прошлой зимой, на каникулах».

«Вот, а вы не хотели мне верить!» – гордо заявил мелкий Перочинный.

«Ой, а я ее совсем не помню! – с панической ноткой в голосе воскликнула кофеварка, а из ее краника застучали мелкие частые капельки. – Что же ей на завтрак подать?! Эспрессо, капучино, латте, айскафе, мокко, с молоком, со сливками, без сахара?!.. Или она вообще кофе не пьет?!»

Из краника вырвалась пульсирующая струйка пара, заставившая Менузею успокаивающе погладить свою любимицу по корпусу.

«Не пережевай так, подруга! – с шумом провернула механизм госпожа Жевунья. – Все девушки любят сладкое!.. По крайней мере, мне так говорили».

Кальян, закрепленный на столике, слегка изогнул шланг и утвердительно пыхнул ароматным дымом. Безбородый дядька Мумак от неожиданности даже вздрогнул.

«Если не знаешь как, спроси у специалиста!» – авторитетно заметил средний нож Умный Пингвин.

«Ах, и правда же! – Изаура перестала капать и с надеждой нацелила шнур на меня. – Такс, спроси, пожалуйста, что ей нравится!»

«Хорошо».

В конце концов, мой первый завтрак уже практически доеден.

Забравшись поглубже под стол, чтобы порхающая по кухне и напевающая Менузея не наступила случайно на хвост, я сосредоточился.

Так, Селия уже проснулась. Вот и хорошо, не надо ее будить.

«С добрым утром, Такс!» – обрадовалась мне она.

Но в тот же миг я ощутил ее тревогу и какую-то непонятную эмоцию. Больше всего это было похоже на смущение.

«Монбазор с тобой?!.. Он хочет поговорить?!..»

«Нет, он еще спит. Разбудить?»

«Не надо!.. Этой… ночью… сама не знаю, что на меня нашло… Так получилось…»

Ой! Наверное, я зря ее вызвал. И что мне теперь говорить?

Не зная, что сказать, я молчал, вслушиваясь в мысленный эфир. Селия не выдержала первой:

«Скажи, а эта девица действительно так просто залетает ему в окно?!»

«Нет! Такое она учудила в первый раз! – поспешил я развеять ее подозрения. – Обычно Натация лишь бегает за хозяином. А он – от нее».

«То есть, между ними ничего нет?!»

«Ну, насколько мне известно…»

Или неизвестно?

Я вдруг вспомнил, что ранее неоднократно оставлял их двоих без должного пригляда, и поспешил уйти от скользкой темы:

«Скажи, тебе нравится кофе по утрам? А если да, то какой?»

«М-м, боюсь, я слишком редко его пробовала, чтобы в нем разбираться, – задумчиво произнесла Селия. – Помню, Монбазор однажды угощал меня в кафе таким горячим густым темно-коричневым сладким напитком…»

«Шоколадом?!»

«Да, наверное… А что, уже завтрак? Ой, а я совсем не одета…»

«Нет, он будет позже. Сейчас – утренняя пробежка и разминка».

«Монбазор в ней участвует? И эта… Натация – тоже?!..»

Селия не успокоилась, пока не вытянула из меня все подробности. Ее беспокойство чувствовалось все сильнее, вот-вот – и перерастет в панику.

«У меня здесь нет подходящей одежды для занятий! Но не могу же я оставить его одного… с этой!..»

«Сейчас подниму хозяина, а он что-нибудь придумает», – я постарался приободрить расстроенную девушку.

Передав воспрянувшей духом Изауре про шоколад, я покинул кухню и бросился обратно, наверх. Тапочки, вновь собравшиеся под лестницей в беспорядочную кучу, даже не удостоили меня вниманием. Р-р-р! Видят, что мне не до них! Ничего, я ими еще займусь, строем сидеть будут!

«Хозяин! – проскользнув обратно в комнату, я бросился к кровати. – Селии нужна помощь!»

Монбазор не отвечал – слишком крепко спал.

Так, где его голова? Гррр… не дотянусь! Не запрыгивать же на кровать, уподобляясь всяким кошатинам.

А это что свисает? Рука! Годится…

Интенсивный массаж конечности оказался весьма эффективным. Монбазор пошевелил пальцами, чуть было не ухватив меня за язык.

– О-о, Селия!.. – мечтательно протянул он.

«Ее здесь нет. Но ей нужна помощь»

Рука тут же исчезла – хозяин рывком сел на кровати.

«С ней что-то случилось?!»

– Кто-то вздумал ее обижать?! Безумный! – с угрозой прозвенела с вешалки Первоконница.

«Нет! Она просто тоже хочет пойти на разминку, но у нее нет нужной одежды!»

– М-да?.. Разве нет?.. – мечтательно переспросил Монбазор.

Похоже, шорты, которые вчера вечером надела Селия, произвели на моего хозяина неизгладимое впечатление.

– Хорошо, я попробую.

Соскочив с постели, он присел на мою подстилку и запустил руку под кровать. Его лицо приняло отстраненное выражение.

– Есть!

«Красные революционные шаровары!» – одобрительно звякнула Первоконница.

Действительно, хозяин вытащил из межмирового пространства что-то ярко-алого цвета. Этим «что-то» оказались штаны из какой-то гладкой и слегка шелестящей ткани с завязочками у пояса и манжетами в нижней части. К ним прилагалась сложенная в несколько раз белая с каким-то непонятным рисунком нижняя одежда.

– Спортивные штаны и футболка. Надеюсь, придутся ей впору, – задумчиво заметил он – Такс, отнеси, пожалуйста. А я пока умоюсь.

Я осторожно прихватил зубами стопку одежды. Ткань штанов оказалась скользкой на ощупь и слегка поскрипывала на зубах.

Нужную мне комнату я нашел самым простым способом – по запаху.

«Селия, – мысленно позвал я. – Тут Монбазор тебе спортивную одежду прислал».

Дверь приоткрылась. Селия, кутавшаяся в накидку, присела, взяв у меня штаны и футболку.

– Спасибо, – меня погладили по голове и потрепали за ухом. – Ой!

Я поспешно отпрянул в сторону от захлопнувшейся прямо перед моим носом двери. По лестнице поднялись и целеустремленно направились к комнате Монбазора Натация в спортивном костюме и госпожа Клэпп со стеком.

– Базз! – требовательно прозвенел голосок чернохвостой. – Пора вставать!.. Или ты не один?!.. А если проверю?!..

– Так проверяй, – дверь широко распахнулась, на пороге появился уже вполне одетый Монбазор с Первоконницей в руке. – Один я дома, один. Даже Такс куда-то делся.

– Ничего, догонит! – Натация с удовольствием крутнулась, демонстрируя себя со всех сторон и заодно осматривая двери комнат в другом крыле здания. – Побежали!

По-моему, мой хозяин специально долго переобувался под лестницей, чтобы дать Селии время собраться. И его расчет оправдался.

– К вам можно присоединиться? – послышался голос девушки, когда мы уже вышли из дома, готовясь к утренней пробежке.

– Присоединяйтесь, – усмехнулась госпожа Клэпп, оглядев Селию с ног до головы – от завязанных в хвостик волос до ножек, обутых в удобные туфельки. – Вы знаете, чем мы занимаемся по утрам?

– Знаю.

– Тогда вперед!

Натация сразу же припустила с места в карьер. За ней устремилась Селия, сверкая своими красными штанами.

– Кто тут задержался на старте?!

Воительница легонько шлепнула моего хозяина стеком чуть ниже спины, отправляя его на дистанцию.

Думаю, я понял, почему Монбазор прозевал и не услышал сигнал. Признаться, я и сам оторопел.

Увидев Селию со спины, хозяин словно остолбенел. На груди ее футболка была чисто белой, ну, может быть, лишь слегка туговато натянутой. А вот заднюю часть занимал очень выразительный рисунок – оскалившийся череп в черной шляпе набекрень, зажимающий в зубах метательную стрелу. Внизу ярко-красными буквами – под цвет штанам – выделялась затейливая надпись: «Хочешь сдохнуть – спроси меня, как!»

Разозленная чернохвостая сразу же взяла высокий темп. Я мчался вровень с ней, чувствуя, как при каждом скачке с меня градом сыплются вредные калории. Мой хозяин, кажется, начал помогать себе длинным шагом, а вот Селии, не очень сведущей в этом колдовстве, приходилось нелегко. Дыхание ее стало прерывистым, на футболке проступили темные пятна, но она держалась на чистом упрямстве и магических силах.

– Малый круг! – выкрикнула сзади госпожа Клэпп.

Натация недовольно тряхнула головой, но послушно свернула с дороги на тропинку, петляющую между плантаций. Занятые на одной из делянок работники (думаю, они специально выбирают с утра участок поближе к нашей трассе) встретили нас свистом и приветственными возгласами.

– У-ух! Раз – цве-точек! Два – цве-точек!..

– Ура Пампука! Там держать, Пампука!..

– Ух, трюх, не лопух!..

Воительница по очереди погрозила им стеком и Первоконницей, а Натация, на мгновение обернувшись на бегу, бросила мелкое проклятие. Зловеще просвистев, оно скосило, как косой, траву на обочине тропинки и, задрожав, воткнулось в землю.

– У-ух! – нестройно раздалось в ответ, после чего бригада потеряла к нам интерес. Вернее, перестала его громко выражать.

Селия смогла продержаться до полигона, но там ее окончательно оставили силы. Перейдя с бега на шаг, бедняжка зашаталась и даже, наверное, упала бы, не подхвати ее Монбазор.

– Не стой, не стой, восстанавливай дыхание! Делай вот так!..

Похоже, упорство Селии произвело впечатление на суровую воительницу, и та пришла ей на помощь. Помрачневшей чернохвостой пришлось выполнять свои упражнения самостоятельно, без направляющих команд наставницы.

Затем, оказав помощь Селии и усадив ее на один из стволов поваленных деревьев, к привычной разминке с Первоконницей приступил Монбазор. Я прилег на травке, возле вчерашнего кострища, оставленного, судя по запахам, очень необычной компанией. Возле меня как-то неожиданно очутилась Натация.

«Послушай, Такс, – обратилась она ко мне мысленным шепотом. – Расскажи, откуда взялась эта…?»

«Из Сэрендина», – честно ответил я.

«А почему она раньше сюда не приперлась?!»

«Она диплом сдавала. Монбазор ей ничего не рассказывал, чтобы не тревожить, а она сама обо всем узнала. Или ей Швендзибек рассказал».

«Тот самый чудик? А она действительно его ассистентка?»

«Нет, только пару раз исполняла обязанности. Впрочем, может быть, он и в этот раз решил ее привлечь».

«Быстрая она, зараза! – прошипела Натация. – А с Баззом… у нее серьезно? Она действительно его невеста?»

«По крайней мере, моему хозяину этого очень хотелось», – не стал я темнить, хотя чувствовал, что за такой ответ мне может не поздоровиться.

Как говорил когда-то Учитель Мерлин, собаке больше всего не нравится, когда у нее отнимают кость, а человеку – иллюзию. Однако чернохвостая лишь угрюмо качнула хвостом.

«Проклятие! А наставница мне о ней ничего не говорила! Ну вот зачем она вдруг вылезла?! С Баззом было так интересно! Я почти его заполучила! И часто она к нему в комнату бегает?!»

«Этой ночью было в первый раз», – снова дал я честный ответ.

«Ага! – Натация немного оживилась. – Значит, не только у меня облом получился! Ну, я его так просто не отдам! Его мне пообещали!»

Р-р-р! Вот не было заботы! Теперь и за ней нужен глаз да глаз!

На обратном пути я постоянно старался занимать позицию между хозяином и чернохвостой и от этого едва не пропустил атаку на самого себя. На меня обрадованно налетела Штучка, радостно гавкнула в ухо, отскочила и припала к земле, крутя хвостиком.

Грм-м… Очаровательна!.. И этот запах!.. Меня как магнитом потянуло в ее сторону, но мелкая собачоночка и в этот раз успела отбежать. Призывно поглядывая на меня, она была готова в то же миг сорваться на бег.

«Отощавший мартовский кот одну лишь кашу манную ест, а тут еще и любовь!» – с чувством продекламировала Первоконница.

А-гр-р! Причем тут кот?! Разве я похож на кота?! И почему вдруг мартовский?! Если я правильно помню календарь родного мира Первоконницы, нынешнее время соответствует концу июня. Ничего не понимаю!.. И вообще, у меня…

У меня – хозяин, а у него – Селия и чернохвостая, за которой нужен пригляд. А еще Штучка!.. Вот теперь я понимал, что чувствуют люди, когда говорят, что их разрывает на части!

Внезапно черная собачка принюхалась, мило смутилась, поджала хвостик и обратилась в бегство. Из-за сарая показался балахонистый в своем собачьем облике.

«Что, зеленый, испортил я тебе клубничку? – фамильярно хохотнул он. – Извини, срочное дело. Тут я прошвырнулся по округе. И нашел неподалеку одно поганое местечко, словно его порчей накрыло. И очень такой… нехороший запашок. Чую, там бедняга Шубыч и упокоился».

«Знаю такое место, – без присутствия Штучки с ее призывными ароматами мои умные мозги словно встали обратно на место. – Нехорошее».

«Гиблое. Я туда сунулся, так меня какие-то мелкие черные крысючки едва на лоскутки не порвали!»

Гр-р-р! Снова клятые долгоносики! Размножаются как калории! Шерсть на моем загривке встала дыбом.

«Ага, знаешь! Я тут с одним дракошей скорешился, но он туда не полезет. Тесно там ему. Крылья не развернуть, да и застрять можно легче легкого. И граф в те места не рвется. Вот запал ему в душу тот повешенный заяц! Ты бы хозяину подсказал бы, а? Буду должен…»

«Прямо сейчас не обещаю, – я немного сместился, чтобы не упускать из вида чернохвостую. – Но твою просьбу понял. Место и в самом деле плохое, чистить надо. Сейчас завтрак. Может, на нем хозяин будет планы обсуждать. Тогда расскажу».

«Завтрак – это, говорят, дело хорошее, – оскалился Мухтар-Кабыздох. – Тогда давай, значит, приятного аппетита! Не блекни!»

В зале нас встретил Швендзибек. Он ел менузеины булочки и запивал их из большой кружки травяным отваром, который обычно подавали моему хозяину.

– Присоединяйтесь! – увидев нас, приветственно замахал он. – Ваша кухня выше всяких похвал!

– Спасибо Менузее, – хмыкнул мой хозяин.

– Вы взяли ее сюда с собой?! Как предусмотрительно! Когда моему лорду понадобится по делам съездить на рудники, я обязательно посоветую ему оформить командировку своему повару!

«Ох, как неудобно! – смущенно поведал мне хозяин. – Надо же выручать здешнюю кухарку, которую мы вчера засекли на складе у Огурчинелло!»

– У вас есть какие-то планы на сегодня? – обратился он вслух к Швендзибеку, присаживаясь за стол.

– Есть ли у меня планы?! Конечно, у меня есть план! – «супер-архимаг» аж подскочил. Будь у него усы, точно встопорщились бы и поднялись вверх. – Мы сейчас немедленно отправимся к барону Бамбарбии и потребуем от него отчета!

– Прямо сейчас? – чуть не поперхнулся мой хозяин.

– Непременно! – Швендзибек так смачно отхлебнул из кружки, что мне показалось, будто у него над головой приоткрылась крышка, из-под которой повалил пар. – Прекрасная госпожа Парлимсеппета томится в узилище, и нам надо немедленно найти настоящего преступника, чтобы освободить ее!

– Ура, я с вами! – азартно воскликнула Натация. – Пойдем бить морду барону!

– Н-нет, прекраснейшая госпожа! – неугомонный столичный маг как-то беспокойно заерзал на стуле. – Прошу прощения, но мы отправимся к нему без вас… и без вас, дражайшая Ариселия! Это будет чисто мужской разговор!

Первоконница очень выразительно промолчала.

МОНБАЗОР

– …Мой юный друг, но вы же должны…

И он туда же! Да я уже столько всем должен, что вот-вот в долговую яму угожу, на отработку! Нет уж! Кому должен, всем прощаю!

Сформировав воздушные затычки, я приладил их себе в уши. Надоедливый бубнеж Швендзибека сразу как отрезало. Какое блаженство, тишина-а-а!

«Супер-архимаг» с подозрением взглянул на меня, произнес, судя по мимике, что-то вопросительное, убедился в отсутствии моей реакции и, ничуть не смутившись, перегнулся через спинку переднего сиденья. В такой позе он начал что-то задвигать Сальешишу. Надеюсь, юному ученику убийцы хватит терпения и такта, чтобы не прикончить его прямо на месте.

Мы недавно свернули, и дорога шла между рекой, с одной стороны, и полоской леса, с другой. Впереди уже виднелся поворот на мост, но сегодня нам туда не надо. Нас ждет… точнее, надеюсь, не ждет барон, при котором подвизается маг Симбуян – один из главных подозреваемых и пока неизвестная величина.

Сальешиш почтительно внимал монологу Швендзибека, и я откровенно порадовался, что мы взяли его с собой. Связка парнишки с Таксом вчера неплохо проявила себя в «Белом Гузе». Хорошо бы и в гостях у барона им наткнуться на что-нибудь интересное!

Затычки в ушах надежно ограждали меня от внешних раздражителей, так что наконец у меня появилась возможность обдумать ситуацию. Которая, надо сказать, сложилась непростая.

Пока мы ждали Швендзибека, я успел расспросить Ферака о сгоревшем вчера ресторане. Данное заведение, как выяснилось, появилось в здешних краях лет десять назад, когда Белый Гузьман выкупил старое здание, ранее принадлежавшее разорившемуся помещику. Вскоре после этого ресторан по качеству кухни и уровню обслуживания заткнул за пояс все трактиры, кафаны и прочие забегаловки в Дарментале и его окрестностях. А проезжие купцы и лучшие люди города приняли его как наилучшее место для деловых встреч и дружеских попоек.

С другой стороны, у заведения сложилась неоднозначная репутация. Его хозяина всерьез считали темным колдуном, хотя магом он определенно не был. К тому же, здесь частенько принимали каких-то таинственных нездешних посетителей. Однако неудобных вопросов никто не задавал – ресторан взял под свое крылышко некий влиятельный покровитель.

Как я понял, комендант Сякусь, появившийся в Дарментале сравнительно недавно, просто примазался к уже действующему налаженному бизнесу, на роль крышевателя которого так и просился милейший барон.

Оснований для такого вывода было предостаточно. Во-первых, о том, что комендант ест из рук Бамбарбии, мне говорил Пукис. Да и то, что он хотел убрать из имения сначала мою матушку, а потом меня, свидетельствовало в пользу этой версии. Во-вторых, Такс учуял в ресторане одного из баронских налетчиков. А в-третьих, среди артефактов в подвале, по его словам, присутствовала и связка арбалетных болтов с какой-то темной магией на наконечниках. Увы, вещественные доказательства безвозвратно сгорели в пламени пожара, прежде чем я успел их заметить, но на слова моего друга всегда можно было положиться. Из этого источника могли появиться и болты с заклинанием острой боли, которые мы конфисковали у бандитов. Сам Симбуян мог бы и не марать руки чернотой, но к его услугам был дублификатор.

Жаль, что я так и не смог внимательно осмотреть этот интереснейший прибор. Я, конечно, не слишком разбираюсь в артефактах, но отличить новодел от творения полуторавековой давности сумел бы. Кстати, сама по себе эта вещь редкая и дорогая. Да и зачем она магу провинциального барона с лошадиной специализацией?! Скорее всего, в подвал «Белого Гузя» аппарат попал напрямую из какого-то клада.

Так, может, и нет никакого темного умельца, а есть дублификатор и парочка небрезгливых магов, размножающих удачные находки?! Такие копии и в самом деле можно принять за новую работу.

Однако на этот вопрос придется ответить однозначным «Нет!». Небывалое, конечно, бывает, но… не до такой же степени! Дублификатор – это не волшебный сундук, из которого можно достать все, что угодно. Это весьма и весьма сложный в использовании прибор. Для копирования всякой мелочевки наподобие тех же болтов он вполне подходит, но чтобы сдублировать на нем более сложную вещь, не говоря уже об авторском артефакте, нужно очень терпеливо и кропотливо возиться с настройками и режимами.

Помню, в МАВМИ, где я столько лет грыз гранит науки, дублификатор был только один. Он стоял на кафедре артефакторики, и допускались к нему даже не всякие преподаватели. А уж студентам запрещено было даже дышать на уникальный агрегат, не говоря уже о том, чтобы прикасаться к нему своими кривыми руками. Так что, если Симбуян – никакой не темный артефактор, а простой недоучка, то шарики с вонючим газом меня совсем не удивляют. Сбить настройки дублификатора – раз пальцем ткнуть, а расплата, как правило, приходит быстрая и неотвратимая.

Поэтому источник новеньких темных артефактов, скорее всего, надо искать в другом месте. А вот Кергедая Симбуян вполне мог бы пришить. Дублификатор – это такая коварная штука, что из-за нее и убить можно! Вопрос только, бывал ли вообще стряпчий в «Белом Гузе»? Интересно, оба Гузьмана уже проснулись? Тогда их можно было бы допросить…

Шарабан внезапно остановился, и я поднял голову, вынимая затычки из ушей. Оказывается, мы уже приехали. Или же «приехали».

Дорога, зажатая с двух сторон высоченными и непроглядно густыми живыми изгородями, привела нас к массивным закрытым воротам. Над ними между двумя железными столбами протянулась кованая решетка со вписанным в нее названием: «Вилла Погибель». Нигде не было видно ни души, но один из столбов увенчивал лошадиный череп, а второй – человеческий, насаженный на штырь. На самих воротах было написано большими буквами: «Вас сюда не звали! Убирайтесь прочь!». Чуть ниже и менее крупным шрифтом – «Штраф за повреждение ворот и другого имущества взимается на месте».

– Барон не отличается гостеприимством, – заметил я.

На какое-то мгновение у меня даже появилась безумная надежда на то, что мы сейчас развернемся и отправимся домой.

– Ерунда! – задиристо хмыкнул Швендзибек. – Они еще не знают, кто к ним явился. И к тому же, мы даже еще не позвонили, чтобы делать какие-то выводы.

Действительно, к одному из столбов был прикреплен колокольчик. Из-под него тянулась веревка с разлохмаченным концом, похожая на длинный хвост с кисточкой на конце.

«От него исходит магическая нить. Идет куда-то за ворота», – на всякий случай сообщил мне Такс.

Швендзибек тем временем выбрался из экипажа, подошел к воротам и пару раз дернул за веревочку. Раздалось противное звяканье, потом снова наступила тишина, нарушаемая только жужжанием насекомых и птичьим щебетом.

– Гм…

Швендзибек снова позвонил. И с тем же обескураживающим результатом.

– Да что они там, заснули, что ли?!

На этот раз колокольчик затренькал так интенсивно, что из живой изгороди вылетела целая стайка мелких птичек и понеслась куда-то прочь с заполошным чириканьем. Но из-за ворот не раздавалось ни звука.

Покрасневший от возмущения Швендзибек снова схватился за шнурок.

«Сейчас чихнет и оторвет хвост напрочь», – предвкушающе пробормотала Первоконница.

Однако хозяева таки проснулись раньше.

– Чиво хочиш? – проскрипело откуда-то сверху.

При этом создавалось такое впечатление, словно говорит лошадиный череп. У него даже двигалась нижняя челюсть, привязанная за веревочку.

– Мы к господину барону! – заорал, запрокинув голову, Швендзибек.

– Кто вы такие? – осведомился череп.

– Гладиолус!

– Да хоть кустистые розочки! Вы по предварительной записи?

– Н-нет, – немного стушевался «супер-архимаг».

– Тогда разворачивайтесь. Его милость сегодня не принимает.

– Нас примет! – запальчиво выкрикнул Швендзибек.

– Почему?

– Потому что гладиолус!

– Какой еще гладиолус? – не понял привратник. – Это вы гладиолус?

– Нет! Я Швендзибек! Магический консультант из столицы! А со мной молодой магистр Пампука!

– Вот уж Пампук нам точно не надобно, ни в каком виде, – глубокомысленно заключил череп. – Проваливайте!

– Так ведь гладиолус!..

– А вы читать умеете? – с ехидцей поинтересовались сверху.

– Ну да…

– Так прочитайте, что там написано для таких, как вы. Обратный путь — вон там. И не ошибитесь с направлением!

– Вы чего-то не поняли!.. Я — Швендзибек!

– И что? Видали мы тут всяких швендзибеков!.. И имели их в виду! Его милость барон сегодня никого не принимает. И не подает! Так что больше можете не трезвонить.

– А если мы постучим? – с недоброй интонацией поинтересовался «супер-архимаг».

– Гы-гы-гы, не советую! – прозвучало в ответ. – Здесь частная собственность!

Ворота чуть скрипнули, и из чуть приоткрывшихся створок вылезла новая табличка с надписью иномирянскими буквами: «No trespassing! Violators will be prosecuted»

– Вы все поняли? – уточнил «привратник». – Тогда разворачивайтесь. Предварительно записаться на прием к его милости барону можно через его поверенного господина Инсисторниса в Дарментале. Покедова!

Лошадиный череп на столбе со скрежетом повернулся к нам затылком.

– Какой наглец! – Швендзибек, пылая гневом, повернулся ко мне. – А вы знаете, как можно открыть эти проклятые ворота?!

Я знал. Но заниматься взломом с извращениями мне решительно не хотелось. Особенно, учитывая страсть барона к сутяжничеству.

Это я и передал Швендзибеку.

– Какой негодяй! – возмутился он. – Прямо жаль, что у нас в упряжке лошади, а не индюки!

– Почему индюки? – удивился я.

– Вы ведь помните? Год назад, в Вольтанутене, когда я представлял вас покойному императору Венизелосу! Вы тогда создали такого замечательно летучего индюка!

– Ах, да!

Теперь и я вспомнил ту давнюю историю. И не только. К индюкам у меня вообще особое отношение. В детстве маман несколько раз возила меня к бабке, у которой жило целое стадо этих замечательных птиц. Сначала я их боялся, но однажды при встрече с очередным индюком у меня впервые прорезались магические способности. После чего уже у меня пробудился к ним исследовательский интерес, а они от меня удирали… Ах, милое детство!..

– Так вы сможете повторить? – Швендзибек нетерпеливо переминался с ноги на ногу, бросая алчные взгляды то на меня, то на нашу упряжку.

– Не надо, ваша милость! – запротестовал Ферак. – Я индюками править не умею!

Я покачал головой. В тот раз, насколько я помню, речь шла об овеществленной иллюзии, у которой была кое-какая основа, пусть даже из полотна и палок. Так что, ломать изгородь и делать чучело? Лениво… Да и за прошедший год я кое-чему научился.

Спустившись из шарабана на землю и отойдя подальше на свободное место, я сосредоточился. Когда умеешь создавать дублей, сотворить еще одного совсем не трудно. А облик ему можно придать любой. Даже такой…

– Это что?! – Швендзибек, вздрогнув, отшатнулся в сторону. – Настоящий индюк?! Не иллюзия?! И он… это… летает?!

– Для того его и делали, – гордо заявил я, погладив свое творение по крылу… ну, куда дотянулся.

Индюк и в самом деле получился на славу. Пышный, со светло-красной шеей и крепкими ногами. С полосатым хвостом и кончиками крыльев, а на плечах перья отливали благородной синевой. И да, рост у него, пожалуй, был повыше, чем у самого высокого страуса.

– На нем мы и полетим, – сообщил я.

– Босс, – индюшачья голова вдруг повернулась в мою сторону. – Ты эта, урежь осетра. Я четверых не выдержу.

– Ферак, возвращайся к дороге и жди нас там, – скомандовал я. – Если ворота рухнут, спеши к нам на помощь! Так что, нас будет только трое, а Такса я возьму на руки.

Мой друг как-то странно посмотрел на меня и несколько раз подпрыгнул на месте.

«Это он так калории сбрасывает», – загадочно пояснила Первоконница.

– Тогда ладно, – вздохнул индюк, опускаясь на землю. – Залезайте, что ли…

Я первым устроился на жестких перьях, поудобнее расположил перед собой Такса и осторожно обхватил руками голую индюшиную шею. За мной уселся Швендзибек, уцепившись за меня, а позади всех пристроился Сальешиш.

– На шею не дави, – прохрипел индюк, вставая и слегка подпрыгивая на месте, от чего у меня лязгнули зубы. – Теперь держитесь крепче! Беру разбег!

«Летающая индюлерия!» - не преминула съязвить Первоконница.

Такс на всякий случай слегка взвыл. Я почувствовал, как его когти впились мне в ноги. Неожиданно они стали длинными и острыми словно у кота.

– От винта! – скомандовал индюк моим голосом. – То есть, от крыла!

Мой пернатый дубль, как и я сам, был магом воздуха, так что взлет получился прямо на загляденье. Земля просто ушла куда-то вниз, под нами проскочили ворота с вылупившимся на нас лошадиным черепом, а дальше развернулось обширное пространство, расчерченное на большие прямоугольники изгородями. На некоторых из них виднелись кони и люди, с изумлением следившие за нашим полетом.

Дорога, над которой мы мчались, вела к большому двухэтажному зданию. Оно напоминало нашу виллу «Красавица», но вдоль всего второго этажа тянулся широкий балкон, к которому вела с земли отдельная беломраморная лестница, украшенная статуями в виде лошадиных морд.

На балконе стоял стол, а за ним важно сидели, что-то потягивая из больших чашек, два коня… точнее, магические стражи, которым придали вид коней.

– Чаби! – сказал один из них, вылупившись на нашего индюка, идущего на посадку.

– Чараби, – заметил второй, постучав по блюдцу ложкой.

Реакции не последовало.

– Чаби! Чараби! Чараби, чаби, чаби! – загалдели они наперебой, вероятно, поднимая тревогу.

Захлопав крыльями, индюк коснулся земли и остановился после недолгой пробежки прямо напротив лестницы на балкон. Тормозя, он поднял клубы пыли, и Такс громко чихнул, от чего ближайшая к нам конемордая статуя раскололась напополам, а у другой появилась щербинка на носу.

– Это еще кто такие?! – раздался недовольный рык.

Входные двери на первом этаже широко распахнулись, и перед нами появился барон в расшитом золотыми павлинами красном халате. Из-за его плеча высовывался унылый Симбуян, а дальше валила целая толпа подозрительных молодчиков. Среди них я вдруг заметил Белого Гузьмана, который в этот раз надел цветастую фуфайку с поперечными полосами.

– Это он, поджигатель! – вскричал он, направив в нашу сторону громадный пистолет с двумя стволами, заканчивающимися раструбами. – Прикажите задержать, ваша милость!

Никогда, никогда не угрожайте магу огнестрельным оружием! Особенно, таким примитивным. Я моментально вбил в оба ствола воздушные затычки. Если он попробует выстрелить, его ждет большой сюрпри-из, хе-хе!..

Барон громко прочистил горло.

– Задержать? На кой ляд они мне тут нужны?! Прикажу выкинуть, вместе с их дурацким птицем!

– Ко-ко-ко, – прогнусавил мой индюшачий дубль, встопорщив перья и вытянув шею. – И кок… тьфу, то есть, как вы себе это представляете?!

«А я приручил боевых индюков!» – тихонько звякнула у меня на поясе Первоконница, а под ногами клыкасто улыбнулся Такс.

– Ваша грозность, а может, вы с ними сначала потолкуете? – предложил Симбуян. – Я с говорящими индюками управляться не умею, это же не лошадь!

– Очень, очень своевременное предложение! – расправил плечи «супер-архимаг». – Вы меня еще не знаете?! Швендзибек, магический консультант из столицы!

– Ну и что? – недовольно буркнул барон. – Что вам от меня надо?

– Гладиолус! – повторил свой странный пароль мой говорливый спутник.

– Чего-о?! – Бамбарбия начал надуматься гневом, словно сероводородный шарик во вчерашнем подвале. – Что за хрень он несет?!

– Может, вы хотели сказать: «Гладиус»? – осторожно высунулся из-за его спины Симбуян.

– Ну да, конечно же, гладиус! – облегченно воскликнул Швендзибек. – Я что, сказал что-то не то? Да какая разница?!

– Кто вас сюда послал? – из шарика барона немного выпустили воздух… пока только воздух.

– Уважаемые господа Проныра, Гамбуза и Землеройка. Они желают выяснить, что произошло с господином Кергедаем, которому поручили одно деликатное дело, кто в этом виноват, и когда будут конкретные результаты.

– Эм-м-м… – а теперь барон окончательно сдулся. Похоже, эти странные прозвища говорили ему о чем-то… неприятном и даже опасном. – Тогда… э-э-э… прошу… Только без всяких Пампук!

– Господин Бамбарбия, прошу вас, не нарушайте законов гостеприимства, – вступился за меня Швендзибек. – К тому же, Монбазор Пампука – мой ассистент и свидетель, прошу любить и жаловать!

– Хорошо, – барон обреченно махнул рукой. – Пусть тоже заходит. Но индюков в гости я не приглашал!

Да не больно то и хотелось! Мой дубль демонстративно отвернулся и поточил клюв о край мраморной лестницы, оставив на нем небольшую бороздку. У Симбуяна дернулась щека, но он промолчал.

«Я тоже пока останусь снаружи, – сообщил мне Такс. – Вместе с Сальешишем».

«Идет, – согласился я. – Будь на связи».

Баронская кодла расступилась и пропустила нас со Швендзибеком внутрь.

Что я могу сказать про этот интерьер? Какое-то немыслимое количество позолоты на кубическую сажень пространства! На редкость вопиющее торжество дурноблещущей безвкусицы. По-моему, проняло даже такого любителя дешевой популярности как Швендзибек. Во всяком случае, всю дорогу он молчал.

Комната, в которую нас провели, на этом фоне отличалась просто показной скромностью. Позолота там была только на гардинах и на обивке кресел… и да, еще немного на обоях, но там она просто терялась в сложных узорах.

Положив Первоконницу на позолоченную подставку для оружия, я сел за большой овальный стол рядом со Швендзибеком. Напротив нас устроились барон, Симбуян и бело-полосатый Гузьман. Пистолет он спрятал, но его глаза смотрели на меня словно два дула.

Я непринужденно зажег на ладони огонек и снова погасил его. Дула исчезли.

Зато теперь на меня очень нехорошо смотрел сам барон.

– Претензии у меня к вашему ассистенту, – заявил он Швендзибеку. – Моему человеку нанесена обида, у него сожжен ресторан, уничтожен доходный бизнес. Как компенсировать будете?! Здесь, на месте, договоримся или в суд дело подадим?

У меня потемнело в глазах. Да за сгоревшего «Гузя» мне вовек не расплатиться! И чем закончится судебное разбирательство здесь, на баронской территории, где у Бамбарбии будут все возможности протолкнуть нужное ему решение?! Конечно, я смогу подать апелляцию через того же Пукиса, но тогда я утону в тяжбах на несколько полных и все равно растрачу все деньги на поверенного, да еще, небось, и залезу в долги! Причем, орден мне не поможет, потому что в эту историю я попал сам, во время отпуска! Отдохнул от работы, что называется!..

«Хозяин, не скули! – внезапно прозвучал у меня в голове отрезвляющий голос Такса. – Сыскной вожак… то есть, архимаг Стэнниоль говорит, чтобы ты посылал барона вместе с его претензиями… ты должен помнить, куда».

«А для этого есть основания?» – слегка приободрился я.

«Сколько угодно. Во-первых, ты как частный детектив в тот момент выполнял служебные обязанности и пытался задержать преступника – мага, представляющего большую общественную опасность. В этом случае применяется закон о меньшем вреде, а ущерб покрывает страховка Магической гильдии. Вот не верит Стэнниоль, что у них ее не было. Во-вторых, огнем бросался не ты, а бывший комендант Сякусь, с него и весь спрос. В-третьих, тебя самого в том ресторане пытались напоить снотворным вином. Вот есть у Гузьмана на него лицензия?! И, наконец, если барон объявил Гуся полосатого своим человеком, значит, он и несет за него ответственность. И за темные артефакты в подвале ресторана – тоже!»

– Итак, господин Пампука, вы уже подумали? – выждав паузу, обратился уже ко мне барон. – Я человек скромный, меня три тысячи золотых устроят. Оплата немедленно. За каждый день просрочки – десять процентов пени. Вы же подтвердите, господин Швендзибек, что все по понятиям, и я свои права не превысил?

– Э-э-э… – кажется, «супер-архимаг» совсем не был готов к такому повороту.

Зато я, воспользовавшись паузой, немного пришел в себя и повторил то, что передал мне Такс, почти слово в слово. А что, память у меня хорошая.

– …И в-пятых, – добавил я уже от себя. – Тут разговор, вообще-то идет об убийстве стряпчего Кергедая. И не вы ли, господа, его угробили?! Покойный искал умельца, автора темных артефактов, но додумался ли он поискать его прямо в месте своего временного пристанища? Или как раз додумался и от того преставился, мир его праху?! Или, может быть, он случайно проник в какие-то ваши опасные секреты? Не было ли такого, господин Симбуян?! А вы что на это скажете, ваша милость?!

Вообще-то, я всего лишь хотел немного сбить спесь с барона и его мага. Но, как частенько со мной бывает, перестарался.

– Ты это, что, меня обвинять вздумал?! – Бамбарбия, тяжело, опираясь на сжавшиеся кулаки, встал из-за стола, грозно надвигаясь на меня, пылая гневом и наводя страх и ужас. – Да ты на кого хвост подымаешь, мальчишка?! На кого предъяву кидаешь?! Да я тебя разорву! Запорю! Язык поганый вырву и проглотить заставлю!..

Когда на меня с упреками налетает маман, я всегда молчу в тряпочку, прикидываюсь ветошью и дышу через трубочку. Но барон, пытаясь нагнать на меня страху, перегнул палку. Реакция оказалась вполне предсказуемой – меня охватил вихрь хаоса.

Даже не знаю, какими усилиями мне удалось взять его под контроль и осторожно развеять. Надеюсь, весь дом при этом не развалился?! Я осторожно оглянулся. Вроде бы, потолок на месте, пол и стены – тоже… Правда, вместо окна зияет открытый проем, через который ветер слегка шевелит полинявшие гардины.

Свежий воздух помог мне остыть, и я наконец смог взглянуть на дела рук… то есть, магии своей. Массивный стол скрутило восьмеркой и снесло к противоположной стене, к которой прижало барона и Гузьмана. Оба были определенно живы и даже в сознании, но лишь открывали и закрывали рты в состоянии глубокого шока.

Так, а куда подевался Симбуян?! Баронский маг висел под потолком, слабо дрыгая руками будто крылышками. Был он весь голубой словно кусочек неба. Принял маскировочную окраску, но не успел улететь?!..

– Пампука стра-а-ашный, – жалобно промяукал приспешник барона, встретившись со мной взглядом.

Теперь Швендзибек… Оглянувшись, я увидел в углу комнаты прикрытый креслами блиндаж с бетонными балками в три наката. Из амбразуры на меня испуганно моргали глаза «супер-архимага». Кстати, кресла выглядели приятно однотонными. Хаос сорвал раздражавшую меня мишуру. Зато на стене за моей спиной горела золотом огромная надпись: «Достали!»

– Босс!..

Дверь в комнату распахнулась, и туда вломилась толпа баронских молодчиков с холодным и огнестрельным оружием наголо. Я с шелестом выхватил из ножен Первоконницу, которая будто сама материализовалась у меня в руке.

«Бас-ста, карапузики! – просвистела она клинком. – Кончилис-ся танцы!»

Силы были не равны, но тут с треском разошлись гардины, и в оконный проем просунулась голова рассерженного гигантского индюка, а на подоконник вскочил Такс в боевой форме. В свободное пространство под крылом боевого птица просунулся Сальешиш, приложивший ко рту трубочку.

– Ах!

Один из громил, икнув, свалился в обморок.

– Хлипак! Убрать! – бледный барон со скрежетом отодвинул от стены стол. – Господин Пампука, наверное, мы с вами немного погорячились. Отзовите, пожалуйста, свою… гм… живность, и мы вернемся к деловому разговору.

Глава 17. Добрым словом и магией (часть 2)

Что ж, если ко мне обращаются с добрым словом, то и я могу по-хорошему. Такс принял свою обычную форму и спрыгнул с подоконника наружу, уводя за собой остальных. А я вставил в окно, взамен разрушенной рамы, слой уплотненного воздуха, запитав его от общей магической защиты дома. Потом помог Швендзибеку выбраться из его укрытия, приподняв крышу. Протянув воздушное щупальце, снял с потолка Симбуяна. Он к тому времени уже немного просветлел, но его унылое лицо все еще было покрыто неправильной формы пятнами всех оттенков голубого и светло-синего.

– Да пусть таким и остается! – вдруг захохотал барон, оглядев своего «придворного» мага. – Будет у меня колдун-зомбак, гы-гы! И вообще, не надо здесь больше ничего менять! Такая у меня появилась комната для переговоров с несговорчивыми клиентами, хе-хе!..

– А ресторан? – негромко напомнил помятый, но не успокоившийся… или неупокоенный… Гузьман.

– Амагазин! Слышал, что господин Пампука сказал?! Все разрушил злобный Сякусь, так что сдерем с гильдии страховку и отгрохаем лучше прежнего!

«Ага, значит, зайца вычеркиваем», – загадочно заметила Первоконница, вернувшаяся на подставку.

– И вообще, радоваться надо, что мы избавились от этого пиявица хищного! – продолжил барон.

– Вы имеете в виду коменданта? – уточнил я. – Но говорили, вы его…

– Купил? – усмехнулся Бамбарбия. – Было дело. Но вот в том-то и беда с этими продажными грызами. Ты их покупаешь раз, другой, а потом не успел оглянуться, а он уже навязывает тебе свои услуги, тянет из тебя деньги и командует через твою голову твоими людьми. Ты, гусь полосатый, по чьему приказу господина мага винишком поил?!

Гузьман виновато опустил взгляд.

– Так что, брысь с глаз моих! Сейчас серьезный разговор пойдет!

Когда за ресторатором захлопнулась дверь, я, не сдержав любопытства, повернулся к Симбуяну.

– Скажите, а дублифактор в подвале был ваш или Сякуся?

– Мой он! – вскинулся Симбуян, а самое большое пятно у него на лбу приняло грязно-лиловый оттенок. – Я, может быть, тоже умею нычки потрошить… не хуже прочих!.. Конечно, не ухоронки под защитой, куда ни один нормальный маг не сунется, а так, по-простому… где просто стазис отключился.

– Это вы на нем дублировали темные артефакты? – строгим голосом спросил я.

– Нет, что вы! – допрашиваемый одновременно посинел и пожелтел. – И вообще, какие есть ваши доказательства?!

– Мои доказательства у нас в подвале лежат, – усмехнулся я, вовремя получив подсказку от Такса. – Одинаковые арбалетные болты с нанесенным на костяные наконечники заклинанием острой боли. Или это не дублифактор, а вы сами их снарядили?

«Зажал в угол, теперь загоняй в бутылку! – посоветовала Первоконница. – Пусть, гад, полностью расчехляется перед партией!»

И Симбуян расчехлился. Или раскололся. Или просто потек. Каясь и виновато посматривая на барона, он поведал, что случайно доставшийся ему мудреный аппарат так и не стал источником славы и богатства.

– ...Даже Сякусю он не дался! – с унылым торжеством завил он. – Тот его и сяк, и так крутил, а не справился! Арбалетные болты размножать – это эксперимент такой был, удачный, промежду прочим!

– Единственный, – проворчал барон.

– Уж очень хитрая магия попалась! Вот точно его какой-то темный магистр сделал, что одни страдания от того колдовства! Недавно так вообще совсем испортился, одна гадость из него полезла вонючая, да в хозяйстве ненадобная.

– Значит, туда ему и дорога! – махнул рукой Бамбарбия, смиряясь с потерей.

– Теперь-то оно так, конечно. Только тот ключик настроечный вы зря выбросили!

– Куда выбросили? – вспомнил я рассказ Юхука. – В речку? А как?

– Да вот так! – вдруг взвился барон.

Вскочив с места, он выхватил что-то из кармана халата и что есть силы запустил в окно. Раздался громкий чмяк. Большой кусок морковки завяз, как в клею, в поставленной мною линзе уплотненного воздуха. Вдруг он начал таять, уменьшаться по кусочкам с отчетливым хрустом. Когда исчез последний, от окна донесся звук довольной отрыжки.

И чего это все так на меня смотрят?! Сгущенный воздух – конструкт прожорливый и энергию для своей поддержки достает всеми способами, в том числе, из доступной органики. А звуковые эффекты – так это у нас в МАВМИ так шутить любили.

– Э-э-э… В общем, есть у меня привычка, – слегка побледневший и сильно присмиревший Бамбарбия опустился обратно в кресло, покрепче ухватившись за подлокотники. – Если разозлюсь, хватаю, что попало, и вышвыриваю в окно. А дело как раз на мосту было…

– И это случилось в день, когда был убит Кергедай? – строго уточнил я.

В комнате наступила тишина.

– Не убивали мы его! – уныло протянул Симбуян.

«Мамой клянус!» – добавила Первоконница со странным акцентом.

– Расскажите, пожалуйста, о том, что произошло в тот день, – очень своевременно подал голос Швендзибек.

Барон и его маг обреченно переглянулись. Очевидно, они не решались противоречить посланцу грозных господ Проныры, Гамбузы и Землеройки.

Прямо интересно, кто же это такие?!.. Хотя, нет, мне это совершенно не интересно!

– Кергедай поехал в Дарменталь ранним утром, один, – наконец вздохнул Симбуян. – Ни я, ни его милость его в тот день больше не видели… живым.

– Когда ключ был выброшен в реку – до того, как вы приехали на ярмарку, или после? – немного ускорил я события.

– До… Я попытался сразу его найти, но не получилось. И потом не получилось… А теперь он и вовсе стал без надобности…

– Вы искали его под мостом? Рядом с тем местом, где было найдено тело убитого?

Симбуян молча кивнул. Пятна на его лице совсем посинели.

– И что дальше? Что вы видели, что слышали?..

Не зная, куда девать руки, я опустил их под стол и внезапно почувствовал онемение. Что же такого интересного я нащупал в межмировом пространстве?! Что-то металлическое, тяжеловатое… Да это же… зубоврачебные щипцы!

Допрашиваемые синхронно вздрогнули и посмотрели на меня с неприкрытой опаской. Даже Швендзибек как-то посторонился.

– Господа, мне что, из вас слова этими клещами вытаскивать?! – потряс я своей находкой. – Рассказывайте!

– О чем рассказывать?! – снова посинел Симбуян.

– Если вы находились недалеко от места убийства, вы должны были что-то увидеть, услышать, уловить выброс магии, наконец!

– Ничего я не видел и не слышал! Пока под мостом шарил и в камышах лазил, точно никого там не было! А потом дальше прошел, по бережку, так там и сидел в холодке, пока вы сигнал не подвесили!

– Ага, отдыхали в одиночестве, – кивнул я. – И ваш работодатель спокойно смотрел, как вы отлыниваете от поисков!

– Послушайте, ну не врите вы так примитивно! – не выдержал «супер-архимаг». – Таких, как вы, не возьмут в Швендзибеки!

– Прятался он где-то, – раздраженно заявил барон. – Но недолго. От меня он бы все равно не скрылся!

– Хорошо, хорошо, был какой-то выплеск магии! – замахал руками Симбуян. – Но я ничего не видел! Там, знаете ли, камыши! И не слышал! Потому что не прислушивался!

– А после всплеска магии тоже не прислушивались?!

– Не к чему там было прислушиваться! Через камыши точно никто не ломился!

– Когда это было? В какое время?

– Не знаю! Я уже долго искал, устал! Вроде бы, вскоре после этого вы тело и обнаружили. Но сколько времени прошло, не берусь сказать! Может, четверть часа, может, больше. Или меньше!

– Послушайте, но вы же маг! Вы можете просмотреть воспоминания и точно определить время!

– Не могу! Я, может быть, немного дремал!.. Вдруг тот всплеск мне приснился?! Это вы меня разбудили!.. Оставьте меня в покое!.. Я вообще, маленький, слабый и совсем безобидный, не надо меня обижать!..

«Наша Таня громко плачет, утопила в речке мячик», – задумчиво выдала Первоконница.

Я внимательно оглядел Симбуяна и даже привстал, чтобы посмотреть на него сверху вниз. Кажется, на этот раз он действительно не врал. И совсем не выглядел опасным противником. Неуверенность, страх, бегающие глазки полностью соответствовали образу мелкого пакостника-недоучки, пригретого провинциальным хамоватым бароном.

Пожалуй, версию о том, что под такой личиной может скрываться могущественный темный магистр, следует отбросить. Так сыграть униженность мог бы только великий артист, которому по какой-то причине было очень важно проживать именно в этом месте. Да и сам Бамбарбия не выглядит как человек, которым помыкает его магический помощник.

А вот мог ли сам барон отдать Симбуяну приказ на убийство Кергедая?! Этот вариант я по-прежнему считал достаточно вероятным. Не знаю, насколько верны Бамбарбии его громилы, а вот маг-подручный будет молчать.

– Вы не проясните мне один момент? – спросил я, непроизвольно клацнув клещами. – Какие отношения у вас были с покойным? Есть свидетели, утверждающие, что у вас были с ним серьезные противоречия.

– Вот именно! – внушительно поднял палец Швендзибек.

– Господин Пампука, – неожиданно тихо и вежливо произнес барон. – Разрешите, я вам объясню. Да, я не любил покойного. Это был наглый паскудный мерзавец, вечно лезущий не в свое дело. Он жил в моем доме, объедал и опивал меня, всюду подсматривал, подслушивал и вынюхивал и злостно злоупотреблял моим терпением! Но не желал и пальцем о палец ударить, чтобы выполнить мои просьбы!..

– Бесплатно, – для порядка вставил Симбуян.

– Но даже когда этот паразит, этот клещ, этот прыщ медицинский выманил у меня деньги, он их так и не отработал! Позволил себя пристукнуть раньше, чем собрал прочный, действенный и убойный компромат на Сякуся и на… вашу мать! Так что, если бы я задумал его пристукнуть, то, по крайней мере, подождал бы, когда он принесет нужные сведения.

– Но Кергедай мог угрожать лично вам…

– Угрожать?! Мне?! Этот мозгляк?! – барон выставил на стол тяжелые кулачищи. – Да что он мог вызнать про меня такого опасного?! Да, мои дела не всегда хорошо пахнут, при лошадях, как говорится, не без навоза, но они все на виду! Я не плету тайных козней!

«Ага, а дурманящее вино ему надо было только для развлечения», – услышал я голос Такса.

– А, это мелочи! От него никто не умер, – отмахнулся Бамбарбия. – К тому же, по большей части, я применяю это средство против мытарей, ветеринарных инспекторов и прочих врагов рода человеческого! Видите, я ничего не скрываю. А если кому-то что-то не нравится, он может прийти сюда и лично высказать мне все претензии! Как вы это сделали, например… И теперь я понимаю, что, скорее всего, не заполучу именьице. Хотя мне оно нужнее, чем той столичной вертихвостке!.. Вот не понимаю, чего вы так за нее вписались!

– Госпожа Пампука неприкосновенна! – пафосно заявил Швендзибек.

– Да к ней самой я бы и длинной палкой не притронулся! Ну, уволил бы, так что, с ней случилось бы нечто ужасное?! Разве вы бы ее у себя не приютили?

Зубоврачебные клещи в моей руке непроизвольно клацнули, а Швендзибек втянул голову в плечи.

– Госпожа Пампука – очень восхитительная женщина и большой человек, – дипломатично произнес он. – Но большое, так сказать, лучше видится на расстоянии.

– Ага, то есть мне вы оставляете наблюдать ее вблизи! – хохотнул барон.

– Мы вообще-то пока говорим о Кергедае, – сухо напомнил я. – И о тех неприятностях, которые он мог бы вам доставить.

– А, ерунда! Что бы он мне сделал? Кому выдал? Я – не последний человек в здешних местах. С районным префектом мы неоднократно выпивали в «Белом Гузе» и еще выпьем, когда его отстроят. Губернатор провинции меня знает. Столица… до нее далеко. И я знаю свои границы. Нет, никакая огласка мне не была страшна. От мертвого Кергедая мне по всему вышло больше хлопот, чем от живого.

– То есть, его смерть вам скорее повредила? – вопросительно кивнул я.

– Еще бы! Какая-то сволочная сволочь завалила его магией, от чего вся ваша колдунская гильдия пришла в нездоровое возбуждение, а вокруг начало твориться всякое непотребство! Если бы у меня вдруг возникла необходимость его прихлопнуть, он бы тихо свалился в овраг, утоп в речке или попал под лошадь, и ни у кого бы не возникло дурацких вопросов. Но, понятно, я сам никогда бы не стал его трогать. Какой бы вонючкой ни был этот несвежий покойник, но его направили сюда серьезные люди с важным поручением, а я не идиот, чтобы с ними ссориться. Вы удовлетворены моими объяснениями?

– Пожалуй, да, – важно наклонил голову Швендзибек.

– Скажите, а у вас есть какие-либо предположения или подозрения? Кто, по вашему мнению, мог бы оказаться убийцей Кергедая? – спросил я. – Насколько он продвинулся в своих поисках?

– Мне он не докладывался, – пожал плечами барон. – Я распоряжусь, вам передадут всю его аппаратуру и все записи с подслушивающих мошек или как их там… Но где-то за руку с небольшим до смерти мы договорились, что разыграем ссору, и я его выброшу вон. Что бы я и сделал с превеликим удовольствием: как стряпчий он полностью провалился и к имению меня ни вот на столечко не приблизил! Стало быть, он что-то вынюхал и собирался вернуться к нанимателям с добытыми сведениями.

– И он даже ни о чем не намекал?! – в отчаянии воскликнул я.

– Меня его дела не интересовали. Меньше знаешь, крепче спишь. Но мне известно, что в последние дни он либо шастал в крепости, либо крутился между вашей «Красавицей» и огуречными владениями Гурвикена.

– А вы что-то знаете о его делах? – поинтересовался я.

– Только то, что они любят тишину. У нас здесь не принято лезть в чужой бизнес, – жестко усмехнулся барон. – Поэтому копайте сами, если сможете.

Он замолчал, ожидая моей реплики, но я не успел даже рта раскрыть. Вдруг по нашим ушам ударил гром, а оконный проем озарился ослепительной вспышкой.

«Что случилось? – вскочил я с места. – Такс, что там произошло?.. Такс?!.. Та-а-а-акс!!!»

ТАКС

Он подкрался почти незаметно. Только что его не было, и вот – здравствуйте! Очень опасный тип!

Однако я его все-таки учуял. И даже, отвлекшись на пару мгновений от поддержания связи с хозяином, успел предупредить Сальешиша.

«Вантерштуль идет!»

Рыжик дернулся, но бежать было поздно. Тогда он схватился за футляр с палочкой-концентратром, которую дал ему Монбазор. Но был остановлен повелительным голосом беглого эконома.

– Сальешиш! Стой и повинуйся!

– Да, хозяин!

Не видимый доселе рисунок магических нитей вдруг вспыхнул в ауре рыжика. С ужасом я наблюдал, как живой, симпатичный парнишка прямо на глазах гаснет, затухает, превращаясь в куклу-марионетку. Я едва не взвыл от ужаса, но долг заставил меня страдать молча.

– Что это у тебя? Дай сюда!

– Да, хозяин.

Сальешиш, почтительно поклонившись, протянул Вантерштулю футляр. Тот раскрыл его и глянул внутрь.

– Палочка с заклинанием? Откуда она у тебя?

– Монбазор Пампука дал.

– Это с ним ты сюда прибыл?

– Да.

– Значит, втерся в доверие ведьминскому сынку? – хмыкнул эконом. – А вот я, дурак, поставил не на ту лошадь… Хм, но это меняет расклад, пожалуй. Вдове Сорбент придется немного подождать нового управляющего, пока я не закончу все дела здесь… В общем, повинуйся, я приказываю!

– Да, хозяин.

– Этой ночью ровно в два часа пополуночи ты должен будешь подойти к реке на точку шесть. Не позволяй проследить за собой, отрывайся от любого наблюдения, разрешаю применить занозы. На месте получишь от меня новые инструкции. Если меня не будет на точке встречи, жди один час, потом скрытно возвращайся обратно. Все понял?

– Да, хозяин.

– До исполнения о приказе забыть! Внимание: отпускаю!

Сальешиш оттаял, но магический рисунок еще некоторое время держался на нем, словно впитываясь. Я с сожалением следил за тем, как он тает. Слишком сложная схема: не знаешь, какую нить нужно перекусывать.

Вантерштуль развернулся, намереваясь уходить, но не тут-то было! Я не собирался дать ему уйти просто так. Мало того, что он превратил моего друга Сальешиша во что-то неприятное, так еще чем-то угрожает моему хозяину!

К тому же, у меня был союзник. Он тоже увидел Вантерштуля и, конечно, узнал его общей памятью с моим хозяином.

– Ко-ко-ко, постойте-ко! – заступил дорогу мастеру-рабовладельцу громадный индюк, выставив грудь и расправляя перья. – Куд-куда собрался, вориш-ко?!

Вантерштуль шарахнулся в сторону, но там был грозный я. Да, рост у меня невысокий, но зубки острые. И рычать я умею, может, не слишком громко, но очень выразительно.

Впрочем, и эконом оказался парень не промах. Не пытаясь нам противостоять, он бросился бежать в сторону посадки из молодых деревьев, где индюк не смог бы преследовать его. Он думал, что уйдет от меня!

В прыжке я достал беглеца, располосовав ему штаны и задев клыком кожу. Вантерштуль взвизгнул, подскочил, споткнулся и кубарем покатился по земле. Улетел в сторону распахнувшийся пустой футляр.

А где…

Бум! Бум! Шаррах!!!

Эконом словно подорвался на мине, которую закрыл своим телом. Его буквально подбросило в воздух. На меня обрушился чудовищный гром, по глазам ударило ослепительной вспышкой. Я еще успел заметь, как лопается и разлетается в клочья не успевший ни затормозить, ни повернуть индюк, а затем наступила темнота.

И тишина-а…

Глава 17. Добрым словом и магией (часть 3)

– Такс!.. Та-а-акс!.. Очнись!

Прямо на мой нос упала горячая соленая капля, и я разлепил глаза. Надо мной склонился, стоя на коленях, Монбазор. В руке у него была зажата маленькая стеклянная трубочка с резиновым набалдашником.

Кап!.. На этот раз мне попало по усам. Так это были не слезы?!

«Хозяин!.. Я очнулся»

«Как ты себя чувствуешь?!» – перешел Монбазор на мысленную речь, снова капнув мне по носу.

«Не дождетесь!» – подсказала с его пояса Первоконница.

Если бы я был человеком, то, наверное, ощупал бы себя. Но мой организм справился с внутренним осмотром и так. Голова гудела, все тело побаливало после мощной встряски, но, вроде бы, ничего не было сломано или побито. Даже зрение и слух вполне восстановились. Впрочем, я как-то уже говорил, что меня очень сложно повредить.

«Все будет в порядке, хозяин! Я легкий, но сильный!»

Недовольно фыркнув от попадания очередной капли точно по кончику носа, я встал. Лапы попытались сказать мне, что еще не совсем готовы к подобным подвигам, но все-таки устоять мне удалось. Раздались аплодисменты и приветственные возгласы. Оказывается, вокруг меня собралась целая куча народа. Среди них я увидел Швендзибека, барона, Симбуяна и обоих Гузьманов.

– Что это вообще была за хрень?! – эмоционально поинтересовался Бамбарбия. – Кто видел?

– Я видел, – поднял руку Сальешиш. Опутывавшие его нити совсем пропали, и он выглядел и говорил, как обычно. – Он забрал у меня палочку… с заклинанием. А когда Таксу это не понравилось, стал от него убегать, упал и на ней же подорвался.

– Сломалась, очевидно, при падении, – авторитетно разъяснил мой хозяин.

Симбуян пожал плечами и уныло почесал синее пятно на подбородке.

– Он хоть жив?

– Да, ваша милость, – откликнулся кто-то невидимый. – Только сомлевший.

– Вантерштуль украл у нас деньги, – заметил Монбазор, вставая с колен.

– Так забирайте его с собой, – недовольно распорядился барон. – Мне он больше без надобности. И вообще, нечего тут глазеть!..

Толпа вокруг поспешно рассосалась. Кто-то привел под узцы лошадку, запряженную в кабриолет. В него и погрузили бесчувственного Вантерштуля.

– Посторожишь его? – шепнул Монбазор, поднимая меня на руки и укладывая на свободное место.

В ответ я молча лизнул руку хозяина. Да уж, прогулки и пробежки придется временно отложить. Интересно, можно ли упросить калории, чтобы они не забирались на меня, пока я в таком состоянии?!

Индюка у нас уже не было, а создавать нового мой хозяин не стал. Поэтому все двинулись в обратный путь пешком. Сальешил вел лошадку с Вантерштулем и мной.

По дороге нас нагнали Симбуян и еще кто-то из баронских людей. С ними была еще одна лошадь с небольшой тележкой, на которую сложили что-то металлическое и пластмассовое, с большим количеством проводочков. Впрочем, большую часть тележки занимал сундук, от которого малость попахивало лавандой, а сверху к нему были привязаны немного истоптанные сапоги.

– Вот, все вещи покойного, – сообщил Симбуян. – Как его милость приказывал.

– Да, спасибо, – рассеянно кивнул Монбазор, даже не притрагиваясь к технической аппаратуре.

– Ну, тогда я пошел.

– Подождите, – внезапно остановил его мой хозяин. – Здесь точно все вещи Кергедая?

– Не извольте беспокоиться. Все выгребли, ничего не оставили.

– А пролазной амулет?

– Какой? – натурально изумился баронский маг, но от него пахнуло чем-то таким…

Я издал короткий рык.

– Тот самый, с помощью которого Кергедай мог преодолевать магическую сигнализацию, не поднимая шума, – объяснил Монбазор. – По крайней мере, без него он не мог бы незаметно лазить вокруг нашего имения. И мне кажется, что именно этим устройством воспользовались вы, когда решили нанести нам визит без приглашения на днях. Я прав?

«Или проверить?!» – выразительно призвякнула Первоконница.

Симбуян лишь скривился, словно надкусил что-то очень невкусное. Вздохнув, он безропотно снял с шеи большой медальон на длинном шнуре, уныло повесил голову и, не говоря ни слова, побрел обратно, оставив нам своего напарника с тележкой.

Поспешили в свою сторону и мы. Теперь во владениях барона нас больше ничего не удерживало.

Глава 18. Свободен!

МОНБАЗОР

– И-и-и-и!!!

По ушам внезапно ударил истошный визг, лошади занервничали и остановились.

– Наших бьют! – завопил баронский слуга. – Ворота ломают! Помогите!

Маги, никогда не отказывают в помощи. Бросив упряжки на Швендзибека и Сальешиша, мы вдвоем поспешили вперед.

Визжал лошадиный череп. Он крутился во все стороны на верхушке столба, но налетающая сверху шумовка раз за разом метко била его по кумполу – бац, бац!

– Так его, так его, нахалюгу! – подзадоривала доха, устроившись прямо на кованой вывеске над воротами.

– Ой, мамочки! – баронский слуга, схватившись за голову, помчался к будочке у входа. – Открывать надо, а то сломают! Вы уж их задержите, ваша милость!

А почему он решил, что я буду кого-то задерживать? О том, кто штурмовал ворота, я уже догадывался. Непонятной оставалась только причина нашествия.

Однако тут меня, наконец, заметила доха.

– Отставить! – раздался сверху ее трубный глас. – Отбой тревоги! Вот он, уже идет, наш герой! Наш орел!

«Наш индюк», – пробормотала из ножен Первоконница.

Интересно, а если смазать ее вместо оружейного масла касторовым, это будет суровое наказание?!

Тем временем призыв был услышан. Шумовка, выдав на прощание завершающий подзатыльник, покинула поле брани. Лошадиный череп перестал крутиться и затих, безвольно поникнув на столбе с отвисшей челюстью.

Слуга прозвонил в колокольчик и в бешеном темпе закрутил рукоятку. Ворота дрогнули, после чего стали медленно открываться, издавая прерывистый протестующий скрип. И тогда я заметил их… всех!

Прямо перед воротами стояла госпожа Клэпп со стеком наготове. За ее правым плечом поигрывала шумовкой Селия, а за левым недобро щурилась, подбрасывая на ладони зеленый шарик, Натация в спортивном костюме. За ними, в тылу, виднелись легкая двухколесная коляска-тильбери, к которой был прислонен самокат, и шарабан с Фераком на козлах, поигрывающим длинным кнутом.

– Монбазор!

– Уи-и-и! Базз-з-з!!!

Не скрою, когда тебе на шею бросаются сразу две красивые девушки, это очень приятно. Но почему-то сложно устоять на ногах. Я бы, наверное, позорно завалился, устроив кучу-малу, но меня вовремя подперла сзади слетевшая вниз доха.

– И почему я опять должен быть единственной надеждой и опорой? – пропыхтело у меня над ухом. – Чур, потом услугу за услугу?

Я не ответил. Потому как был немного занят, целуясь с Селией. А потом с Натацией. А потом девушки машинально потянулись друг к дружке, но, не успев даже соприкоснуться, со смущенным писком и фырком отпрянули в стороны, оставив меня одного.

Ух! – наконец можно выпрямить ноги. И почему я не додумался сразу применить к ним заклинание левитации?!

– С вами все в порядке, Монбазор? – осведомилась госпожа Клэпп, взиравшая на всю сцену с философским спокойствием. – Мы о вас очень беспокоились.

– Все нормально, – я посмотрел на нее с легким удивлением. – А почему вы вдруг решили, что обо мне надо было беспокоиться?

В ответ меня едва не оглушили в три голоса, причем самый громкий из них принадлежал дохе. Как оказалось, две милые ведьмочки, проводив меня со Швендзибеком к коварному барону, чья зловещая репутация не вызывала сомнения, подрядили Мухтара-Кабыздоха, чтобы тот приглядел за нами издалека. И когда он принес весть о вспышках магии в баронском поместье да еще со световыми и звуковыми эффектами, немедленно рванули на выручку.

– Да, это вам не «вспышка слева!» – уважительно заметила Первоконница. – Ну, прямо две матери-героини!

– Что?!! – прозвучало на два голоса.

– Э-э-э… Я имела в виду, будущие…

– Чего???

Мою шашку всерьез ожидало непредвиденно близкое знакомство с шумовкой, если не с чем похуже, но ее спасли Швендзибек и Сальешиш, вышедшие из ворот с нашими трофеями.

– Вантерштуль! – воскликнула госпожа Клэпп. – Вы поймали его!

– Получил фашист гранату, – с гордостью заявила Первоконница.

– Теперь никуда не уйдет! – азартно потерла руки Натация. – Разбудите его, я ему сейчас все выскажу!

«Хозяин! – подал мысленный голос Такс. – Это опасный человек! Он Сальешиша в куклу на ниточках превратил и приказы ему отдавал! Чтобы сейчас забыл, а потом выполнил!»

Рассказ моего друга мне очень не понравился. А наскоро проведенный осмотр парнишки, которого я не далее как вчера утром обещал выкупить у эконома, вообще привел меня в мрачное настроение.

Увы, но покупка детей в бедных семьях и превращение их в кабальных слуг, фактически в рабов, в Империи не редкость, особенно, в такой глубинке. И то, что их заклинают на верность хозяину, чтобы не воровали, не доносили и не сбегали, в порядке вещей. Однако такие ментальные конструкты не стойкие, их надо время от времени обновлять. Причем это делают только в отделениях Департамента магического правопорядка, что дает хоть какую-то гарантию нормального обращения с кабальниками.

А вот у Сальешиша под этим верхним слоем ощущалось что-то мощное, фундаментальное, глубоко вплетенное в его сущность. Никогда не сталкивался с такой пакостью и даже не слышал о ней! Информационный пакет, некогда переданный мне архимагом Сюбникусом, отозвался на мой запрос, но тоже ничем не мог помочь. Насколько я понял, заклинание подчинения, наложенное на мальчика в раннем детстве, снять уже невозможно. Единственный способ избавить объект от его воздействия – убить «кукловода», управляющего своим рабом с помощью вербальной компоненты.

М-да, это, пожалуй, слишком радикально. Но пока достаточно будет отдалить их друг от друга, чтобы Вантерштуль, очнувшись, не смог отдать Сальешишу новый приказ.

Поэтому парнишка получил задание доставить тележку с вещами и техникой покойного Кергедая в наше имение. Баронский слуга, выслушав меня, согласно кивнул и закрыл за нами ворота. Госпожа Клэпп пересела в кабриолет, слегка подвинув до сих пор не пришедшего в себя эконома. Швендзибек с удовольствием уселся в изящную тильбери, а Натация, призывно улыбаясь, радостно помахала мне из шарабана. Селия нахмурилась, но ее неожиданно выручил Мухтар-Кабыздох.

– Присаживайтесь, барышня, – заявил он, согнувшись почти пополам в поклоне. – А я уж сам, эх, прокачусь!

Выезжали мы довольно необычной кавалькадой. Впереди в шарабане, которым правил Ферак, между двумя прелестными девицами сидел я. Каждая из них держала меня за ближайшую руку, свирепо поглядывая на соперницу. Правда, боюсь, Натации здесь ничего не светило, но мне как-то не хватало духу сказать ей об этом.

За нами катил кабриолет, груженый Вантерштулем. В нем, помимо леди воительницы, сидел и Такс, сторожа нашего пленного. Еще дальше ехал важный «супер-архимаг», а замыкала шествие огромная мохнатая доха на самокате.

И почему это попавшийся нам по дороге возчик вдруг побледнел, перекосился, повернул свою телегу и помчался обратно на мост, изо всех сил нахлестывая лошаденку?! Неужели мы такие страшные? Или он за кого-то нас принял?

Уже после поворота в сторону имения Ферак остановил шарабан в подходящем месте. Он остался приглядывать за лошадьми, а мы вчетвером с помощью телекинеза перенесли Вантерштуля на небольшую тенистую полянку в глубине леса, скрытую густыми зарослями от внешних наблюдателей.

Эконом оказался ужасно тяжелым и неповоротливым, я весь упарился, пока мы его тащили. Как только мне удалось избавиться от ноши, уложив его прямо на траву, я занялся магическим арсеналом эконома.

Вместе с Таксом мы обнаружили целую коллекцию очень любопытных амулетов. Одним из них оказался обычный антимагический, только очень мощный и недавно заряженный под завязку. Именно он защитил своего хозяина от воздействия моей «светошумовой гранаты» – по крайней мере, никаких повреждений организма мы не выявили. Даже зрение и слух у него, судя по всему, не пострадали. И эта же штука, подозреваю, препятствовала транспортировке его тела с помощью магии.

Также на Вантерштуле нашлась весьма нестандартная защита от ментальной магии. Данный амулет не только предохранял хозяина от внешнего воздействия, но и давал ему возможность самому незаметно влиять на собеседника, например, повышая его доверие к себе. При длительном общении это могло бы сработать даже на маге. Подозреваю, что моя матушка не просто так оставила при себе столь подозрительного типа вместо того, чтобы сразу его уволить.

Парочка вещичек была попросту вмонтировала в кончики пальцев Вантерштуля. Чтобы добраться до них, требовалась хирургическая операция, и поэтому я временно нейтрализовал их точечными выбросами магии. Кстати, наличие таких конструктов исчерпывающе доказывало, что сам Вантерштуль с почти стопроцентной вероятностью магом не является, иначе рано или поздно сжег бы их своей аурой. А жаль, я уже почти поверил в то, что мы поймали темного артефактора!

Ну что ж, настало время задать господину эконому несколько вопросов. На всякий случай связав тело магическими путами по рукам и ногам, я сильно потянул его за нос. Вантерштуль чихнул и приоткрыл глаза.

– Вы?!

Он тут же дернулся, но мои путы держали крепко, а от амулетов я его только что освободил. Однако, к его чести, он не испугался и сразу же попытался покачать права.

– Немедленно освободите меня! Это незаконно! Вы не имеете права надо мной колдовать!

– Почему? – спокойно осведомилась госпожа Клэпп, поигрывая стеком. – Вы украли у нас деньги, мы поймали вора. И имеем полное право покарать его, поставив в известность власти лишь постфактум.

– Постмортем, – вставила Первоконница.

– Я не крал! – запротестовал эконом. – Я бы потом все вернул обратно! Это все барон! Он хотел, чтобы рабочие взбунтовались, не получив платы за полный, и покинули вас! И если дело только в деньгах, я готов возместить! Только развяжите!

– Дело не только в деньгах, господин Вантерштуль, – произнес я, собираясь с силами. – Я – частный детектив, расследующий убийство стряпчего Кергедая, которое, скорее всего, совершил темный маг, балующийся созданием очень любопытных артефактов. Похожие артефакты были найдены при вас. А на вашего слугу наложено крайне интересное и при этом абсолютно незаконное заклятие. Вы можете что-то сказать по данному поводу?

Моя интонация была вполне спокойной, но сам я был напряжен как струна. И ощущал точно такое же состояние у Такса. Если Вантерштуль все-таки был очень хорошо замаскированным темным магистром, именно сейчас он должен был атаковать.

Ну, по крайней мере, звуковая атака у него вышла мощная. Я даже отвлекся на пару мгновений, чтобы закрыть нас пологом молчания. А то еще, глядишь, вся округа сбежится посмотреть, кого это мы злодейски бьем и пытаем в лесной чаще.

– Почему вы меня в этом обвиняете?! Это нечестно, все на одного, да!.. – эконом вопил и вертелся как червяк на крючке.

Его возмущенные крики действительно смутили нас, поэтому никто не успел помешать Вантерштулю, извернувшись, схватить себя за мизинец левой руки.

– На топоры! – проорал он, дергая за палец так интенсивно, будто собирался его оторвать.

Впрочем, в каком-то роде так оно и было.

Но… ничего не произошло. Об этом, как вы помните, я позаботился заранее. Поэтому на несколько секунд вопли и крики сменились блаженной тишиной, которую опять оборвало болезненное подвывание. И это был, нет, не Такс. Подвывал и всхлипывал Вантерштуль, тряся в воздухе пострадавшей рукой с опухающим на глазах пальцем.

– Эк вас угораздило, – слегка посочувствовал Швендзибек. – Что, больно, корешочек?! Сорвался-то топорик, а?

– А ты, маг, не злорадствуй! – взвился эконом, в этот момент напоминавший, скорее, уголовника со стажем. – Лучше меня освободите немедленно! А то вас всех на куски порубят! Мне не удалось, так у братвы на вас топоры найдутся!

«Сберкассу ограбила банда из кулинарного техникума!» – звенящим тоном выдала Первоконница, ничуть не испугавшись.

Глава 18. Свободен! (часть 2)

– Увы, уважаемый, – усмехнулся Швендзибек. – Отстали вы здесь в провинции от столичных новостей. Чтоб вы знали, ночную гильдию дровосеков уже три полных, как повязали. А три руки назад суд завершился.

– Не может быть! – Вантерштуль даже забыл о пальце. – Вы с кем-то путаете!

– Ничего не путает, – вдруг заявила Селия. – Об этом даже в газетах писали. Главаря и еще пятерых – на виселицу, остальным – каторга. Мага-ренегата Тюльбамбино по прозвищу Занавеска – пожизненно в «Черную дыру».

Хм, интересно, а откуда у моей невесты такие странные интересы? Когда мы с ней общались, она никогда не обнаруживала столь глубоких знаний столичного преступного мира. Или это я просто не спрашивал…

– Так что, пустышка ты, братец, а не дровосек, – тем временем припечатала госпожа Клэпп. – Ну что, будем еще комедию ломать?

– Никакой я не пустышка! – надулся Вантерштуль. – Я, может, самому дядюшке Чувырло родной племянник!

– Решил в глуши, значит, пересидеть? – хмыкнула воительница. – Так пойдешь прицепчиком.

«Погибли юность и талант! – без всякого сочувствия звякнула шашка. – Помню, в двадцатом брали мы под Гуляй-Полем одну банду…»

– Э-э-э… господа маги, я… это… погорячился, – с пленного эконома как-то слетел весь апломб. – Я… это… совсем не по тем делам!

– Как не по тем?! – сурово наставила на него стек госпожа Клэпп. – В дровосеках был?!

– Э-э-э… Был… Но меня оттуда выгнали!

– За излишнюю жестокость?!

– За невезу-учесть!

Вантерштуль неожиданно взвизгнул и попытался побиться головой о землю. Пришлось даже поднимать его левитацией. Вроде бы, солидный человек, заметно старше меня, крепкий хозяйственник и глубокий профессионал неожиданно полностью развалился.

– Я неудачник! – громко стенал он. – Ничего у меня не получается!

Как ни странно, с его истерикой лучше всех справилась Натация. Не долго думая, она заткнула ему рот каким-то толстым светло-коричневым корешком. Глаза у Вантерштуля вылезли на лоб, из носа полезли пузырьки соплей, и он замолчал. А потом, немного успокоившись и продышавшись, поведал нам свою печальную историю.

Наш эконом действительно приходился родным племянником бандитскому главарю, так что его с детства ждала уважаемая профессия наемного убийцы. Юноша обучился всем премудростям этого хитрого ремесла, но своеобразный «выпускной экзамен» в ночной гильдии позорно провалил, как и все прочие дела, к которым его пытались привлечь. В нужный момент молодой человек напрочь терял выдержку и хладнокровие. Стрелки из духовой трубки запутывались в невесть каким ветром принесенных простынях и занавесках, под ногами подламывались ступеньки, подворачивались кошки, кончики стилетов вязли в пуговицах и оберегах.

Посовещавшись, братва привлекла косорукого убийцу к хозяйственным делам, к которым тот имел несомненный талант. На какое-то время этот выбор казался правильным. Новоиспеченный помощник казначея прекрасно управлял чужим имуществом и отменно распоряжался чужими деньгами. Однако, став во главе гильдейских финансов, решил заняться их преумножением, и тут фортуна снова проявила себя с самой подлой стороны.

После того, как неудачливый делец едва не пустил по миру честных тружеников топора и удавки, у грозного дядюшки лопнуло терпение. Племянника, снабдив кое-какими рекомендациями, отослали в предгорную глушь, пообещав помиловать и принять обратно в семью, если тот подготовит для ночной гильдии хотя бы одного полезного специалиста.

Вантерштуль честно купил в горной деревушке Сальешиша, обработал его у дядюшкиного мага и начал готовить убийцу. Однако так и не смог перетянуть паренька на «темную сторону». («Экономил печеньки», – задумчиво выдала Первоконница). А когда за дело взялся Такс, рыжик окончательно оказался потерянным для преступного мира.

– Так что, отпускайте паренька по добру по здорову, – предложил я, когда Вантерштуль, наконец, выговорился и успокоился.

– Как это отпускайте? За бесплатно?! – в бывшем дровосеке снова некстати проснулся эконом. – Я же на него столько потратился! Нет-нет, давайте оговорим компенсацию!

– Мой дорогой, – Швендзибек приобнял незадачливого хозяйственника за плечи. – Да не гоняйтесь вы за дешевизной! Вам же не деньги предлагают, а нечто гораздо более ценное!

– И что же?

– Вашу свободу убраться отсюда на все четыре стороны. Естественно, когда вы полностью вернете своро… ах, да, временно позаимствованные из кассы деньги.

«Не заработал он еще на свободу! – проворчал Такс. – Пусть сначала расскажет все, что знает, о Кергедае, темных артефактах и о том, где он достал нашего графа Ло!»

Действительно, и как же я забыл о самом важном деле? Увы, но со стряпчим Вантерштуль почти не пересекался и даже не смог продать ему никакого компромата на мою матушку, а магическими артефактами не интересовался, понимая, что это – предметы не его уровня. Зато по последнему вопросу он все-таки смог рассказать нечто полезное.

– Давно-о это было! – начал свой рассказ бывший эконом. – Позапрошлой зимой, если точно. Есть в нашем лесу… только не здесь, а чуть подальше, одно плохое место…

– Знаю, – нахмурилась Натация.

Доха тоже утвердительно закивала воротником, и даже Такс добавил что-то о своем, собачьем.

– Проходил я там поблизости по своим делам, и вдруг слышу, лошадь ржет, словно зовет, только слабо так… Свернул я в ту сторону, глянул, а там коняшка, в кабриолет запряженная. Давненько так стоит – голодная, бока впалые, а траву вокруг выгрызла до земли. И уйти не может – к дереву привязана. У кабриолета верх слегка сдвинут, так там воды внутрь натекло, хотя дождь только ночью был…

– А шубы, шубы большой и мохнатой внутри не было?! – так и взвился Мухтар.

– Нет, шубы не было. И вообще пусто там было. Я в имение сбегал, потом назад вернулся, лошадку приобиходил и ее, не распрягая, прямо с кабриолетом на дорогу вывел.

– А вниз, в овраг, вы не заглядывали?! – нетерпеливо перебила Вантерштуля доха.

– Нет уж! Место там плохое, гиблое, так что не с моим везением туда соваться. Да и чего бы я полез! Кабриолет-то я сразу узнал. Если уж маг, который везде клады искал, там сгинул, простому человеку пропасть проще простого!

– Почему вы не сообщили о своей находке, когда начались поиски профессора Шуттинзона? – строго спросила госпожа Клэпп.

– Так я же корешок, хоть и бывший! Сроду такого не было, чтобы я грызам что-то рассказал! Да и поздновато они искать начали. К тому времени я лошадку в хорошие руки пристроил. Да и кабриолет уже подкрасили, верх ему поменяли. Полезная же вещь в хозяйстве!

«Про Графа Ло спроси», – посоветовал Такс.

– Приборчик круглый? Да, он в ларе под сиденьем валялся. Продать никому не получилось: ничего та штука не мерила и мерить не хотела. А выкидывать жалко, небось, хороших денег стоит. Так я ее оставил в каретном сарае… А она что, пригодилась?

Я махнул рукой. По крайней мере, на одну загадку нашелся ответ.

– Шеф! – толкнул меня рукавом Мухтар, у которого как-то странно подергивались полы и воротник. – Там ведь не только профессор, там же и Шубыч лежит, больше негде! Пробовал я в то место сам сунуться да не прошел! Богом-Скорняком прошу, помогите туда попасть! Не корысти ради, друга ищу, старинного! Я же вам помогал, помогите и вы, окажите милость!

Мне все-таки не удалось сдержать слабый стон. Сегодня у нас был уже один подвиг, сколько можно? И вообще, я в отпуске!

– Базз?! – на меня умоляюще посмотрели ясные голубые глаза под черной челкой.

Селия ничего не сказала, но я почувствовал, что она просто верит в меня и даже мысли не держит, что я могу отказаться.

– Хорошо, – сдался я. – Помогу. Но вначале надо сообщить Ханшери. Ведь это он ищет Шуттинзона.

Под напряженными взглядами всех собравшихся я взялся за амулет связи. Он долго не отвечал, и у меня возникла слабая надежда. Может, поисковую операцию удастся отложить хотя бы до завтра?

– Прошу прощения, господин Пампука, – вдруг ожил амулет. – В связи со вчерашними событиями немного поменялись планы. Вы не обидитесь, если я попрошу перенести операцию ближе к вечеру, скажем, на пять часов пополудни?

Я не обиделся. И все-таки рассказал тускуланскому магу о давней находке.

– О, огромная вам благодарность! – откликнулся он. – Господин Пампука, я снова у вас в долгу! Конечно же, мы начнем именно с того места! Я очень постараюсь закончить с делами пораньше, чтобы присоединиться к вам хотя бы в половине пятого! Буду на связи!

Амулет замолчал. Что же, это не худший вариант. От нового подвига мне, конечно, отвертеться не удалось. Зато до него достаточно времени, чтобы подкрепиться, а также решить вопрос с Сальешишем, пока Вантерштуль сломлен неудачей и готов к сотрудничеству.

ТАКС

– Как кончилось?!

Швендзибек вскочил с места, шумно двинув стулом, из-под которого выкатился под стол небольшой крепенький огурчик. Я приподнял голову. Раздосадованный «супер-архимаг» тряс над своим кубком пустым кувшином, с носика которого срывались только отдельные капли с отчетливым травяным запахом.

– Так и кончилось, – виновато опустила взгляд служанка. – Нету больше. Не приготовили.

– А из чего его готовят? Можно распорядиться, чтобы сделали еще?!

– Сейчас узнаю, ваша милость, – служанка приняла у Швендзибека кувшин. – Кипа, откуда это у нас?

– Особый травяной сбор, – отозвалась ее напарница, расставляя на столе тарелочки с десертом. – Его госпожа управительница принесла, в тот самый день, когда молодой господин приехал. Распорядилась настаивать и ему к столу подавать. Эту порцию еще Баллареха приготовила, третьего дня. Вот оно и кончилось.

– О, прекраснейшая госпожа Парлимсеппета! – Швендзибек, опустившись на место, еще более активно задвигал стулом. Огурчик, словно спасаясь от его ног, торопливо откатился подальше. – А можно ли заказать на кухне еще одну порцию этого замечательного напитка? Хотя бы к ужину?

– Всенепременно передам, ваша милость, – пообещала служанка Кипа. – Только надо будет сначала выяснить, осталась ли эта травка, или нет. Раньше у нас ничего подобного не готовили.

Гр-р! Я ощутил легкую тревогу…

Это ведь как получается? Моего хозяина уже целую руку поют неизвестно чем, а я только ушами хлопаю?! Да еще и готовила напиток Баллареха-отравительница! Конечно, если траву принесла специально для Монбазора госпожа Пампука, прямой опасности, вроде бы, нет и быть не должно. Но вот какая в ней должна быть польза?

Я поднялся, немного покрутился на месте, раздумывая, сейчас ли бежать на кухню или немного погодить, но вдруг замер. Что-то в окружающем меня мире было неправильно…

Да вот же!

Прямо перед моим носом лежал на полу тот самый мелкий огурчик, который совсем недавно укатился от Швендзибека. Но ведь только что я видел его в другом месте!

Странный овощ не шевелился. Я осторожно подтолкнул его лапой, принюхался. Нет, запах вроде бы нормальный, огуречный. Но что-то в нем было не то! Пожалуй, надо бы отнести к хозяину: он умный, разберется.

Я приоткрыл пасть и примерился, чтобы осторожно взять зеленец, но мои зубы клацнули вхолостую. Не выдержав напряжения, огурчик рванулся с места и, подпрыгивая на неровностях пола, проворно покатился к выходу из обеденного зала.

Убегающего – поймать!

Разум и охотничьи инстинкты слились воедино, и я с азартным лаем погнался за беглецом.

Где он?!

Выскочив в коридор, я оглянулся. Найти в большом доме маленький огурчик по запаху – не простая задача, во всяком случае, для меня. Боковое зрение не подвело – я увидел, как что-то мелькнуло на лестнице, ведущей на первый этаж.

Не уйдешь!!!

Я заскакал вслед за беглецом, проклиная свои короткие лапы и неудобные ступеньки. Он снова опередил меня и на этот раз затаился где-то в большом заставленном мебелью холле. Однако входная дверь была закрыта, и это вселяло в меня уверенность. Никто никуда отсюда не денется!

Заняв господствующую высоту на дверном пороге, я начал внимательно оглядывать холл со своего наблюдательного пункта. Рано или поздно он себя выдаст. А если нет, привлеку в качестве загонщиков тапочки! Несколько из них уже шевельнулись, поворачиваясь ко мне носками в ожидании приказаний.

– Тяф! Тяф-тяфф! Р-ряф! – раздал я распоряжения.

Хл-лоп!

Темно-синий в серую крапинку тапочек изо всех сил шлепнул подошвой по полу. Из его нутра вылетел огурец, помчавшись в единственном доступном направлении – по коридору, ведущему на кухню.

«Не пускайте его обратно!» – выкрикнул я, пускаясь в погоню.

Г-гав!

На короткой дистанции мне снова не удалось догнать проклятого овоща. Опередил всего лишь на каких-то два прыжка! Зато, ворвавшись в кухню, я вовремя затормозил, а вот он, панически удирая от меня, не разглядел вовремя препятствия и вкатился прямо в ногу Менузее.

– Ишь ты! Обронила, что ли?

И, прежде чем я успел что-либо сделать или сказать, наша экономка подняла огурчик с пола, сунула его в ведро с водой, а затем моментально покрошила ножом на разделочной доске и стряхнула в большую миску с зеленым салатом. При этом я ощутил очень слабый выброс магии. Или только показалось?..

– Привет, Такс, – покончив с мелким паршивцем, Менузея наклонилась, чтобы потрепать меня по холке. – С чем пожаловал? Еще слегка подкрепиться после обеда?

Я отрицательно взмахнул ушами, будучи в некотором затруднении. Не признаваться же, что гнался за огурцом-беглецом?! Еще как-то неправильно поймут…

Но тут очень кстати мне вспомнился травяной напиток, который должны были подавать моему хозяину, а по вкусу он пришелся Швендзибеку.

«Изаура, – попросил я заинтересованно повернувшую ко мне шнур кофеварку. – Передай, пожалуйста, Менузее…»

– Травки? – наша экономка задумчиво почесала в затылке. – Вроде бы, они хранятся в этом шкафчике…

Грм, именно здесь я нашел упаковку от шизогрибочков!..

Меня охватили дурные предчувствия. Я сунул нос в приоткрытую дверцу и, чуть покопавшись, подцепил зубами сильно похудевший сверток из грубой серой бумаги. Да, запах тот самый, нет никакой ошибки.

– Вот это? – Менузея приняла сверток у меня, тоже понюхала, загадочно улыбнулась и положила его на разделочный стол. – Выходит, сама мадам его принесла?.. Ай да мамаша!

– Травяной сбор номер десять! – мечтательно пропела Изаура, поворошив бумагу вилкой шнура.

Ее золотистый корпус слегка порозовел. Кальян на столике Туту, скромно устроившемся в дальнем уголке, издал некий причмокивающий звук.

«Вас ист эс, что есть это? – заинтересованно прокрутила механизм мясорубка. – Подруга, скажи же мне! Я пережеваю!»

– Видишь ли, Такс, – Менузея села на стул, положив нож на разделочную доску. – Эта травка мне знакома. Она – от знахарки из Дарменталя, у которой мы недавно гостили. Такой сбор мужскую силу придает да энергию повышает.

«О, йа! В этом доме молодой человек должен быть очень сильным и энергичным!» – авторитетно подтвердил средний нож Умный Пингвин.

«Неутомимым!» – кокетливо лязгнула мясорубка.

– Цыть вам! Да что вы Таксика в краску вгоняете?! – замахала на них Менузея. – Смотрите, он и так весь зеленый! Скажи-ка лучше, как хозяин себя чувствует?

«Нормально, – неопределенно повел я хвостом. – Он этот напиток почти и не пил в последние дни. Швендзибек почти весь кувшин в одиночку и выдул».

– Швендзибек? – засмеялась экономка. – А он-то теперь как?

«В город хочет поехать вместе с хозяином. Свидания с госпожой Пампукой добиваться».

– Да, это ему сейчас страсть как надобно!

«Вы собираетесь в город? – внезапно повернулся ко мне острием самый маленький ножик. – Возьмите меня с собой! Надо проверить, на прежнем ли месте наша хозяйка!»

Согласен, надо. Я взял Перочинного и, попрощавшись со всеми, пошел обратно в холл. Подожду хозяина там, чтобы лишний раз не подниматься.

Однако Монбазор еще не спустился. Зато я увидел в холле Вантерштуля, который стоял в окружении тапочек и что-то втирал Натации.

– …Я же ведь теперь совсем безвредный, – послышался его голос с бархатными вкрадчивыми интонациями. – Дозвольте остаться, прекраснейшая госпожа! Да, я ошибся, страшно ошибся, но я исправлюсь! Буду впредь служить верно, экономить буду...

Я недовольно заворчал. Он что, хочет, чтобы его взяли обратно? Да не бывать тому!

Призывая своих союзников, я коротко рявкнул. Тапочки собрались в клин и начали наступать на неверного эконома, грозно топая по полу. Вантерштуль от неожиданности присел, потом охнул, увидел мрачного меня с Перочинным в зубах и вылетел на улицу, хлопнув за собой дверью. Тапочки немного постучали ему вслед, а затем выстроились перед лестницей в две шеренги.

«Благодарю за службу!» – я и сам вытянулся в струнку, держа хвост параллельно полу.

Глава 18. Свободен! (часть 3)

Натация весело засмеялась, после чего присела, чтобы меня погладить, немного нарушив торжественность момента.

– Так его, молодец, Такс! – похвалила она меня. – Догадался, что все тапочки в доме волшебные? Это я их когда-то заколдовала, а сейчас не додумалась позвать. Все правильно, никто и не собирался принимать Вантерштуля обратно. А ты чего с ножом ходишь? Давай сюда, я Баззу передам!

– Не сейчас, – строго оборвала ее госпожа Клэпп, спускаясь по лестнице. – Монбазор и господин Швендзибек поедут в город вдвоем. А тебе не мешает налечь на тренировки!

– Как это меня не берут? – возмутилась чернохвостая. – А…

– Она тоже не едет, – усмехнулась воительница, к чему-то прислушиваясь. – Господин Швендзибек поручил ей разобраться с аппаратурой, что от покойника осталась. Мол, раз она умеет с техническими предметами обращаться, пусть и делает.

– Да? – Натация заметно повеселела. – Тогда я готова к занятиям, наставница!

Они вышли на улицу, а по лестнице скатился Швендзибек, буквально тащивший с собой моего хозяина. Монбазор не упирался, но все время оглядывался и никуда не хотел спешить.

Зато «супер-архимаг» прямо прыгал – так торопился в город. Энергии из него изливалось, пожалуй, не меньше, чем из госпожи Пампуки, когда она что-то организовывала. Поэтому нам не понадобилось и пяти минут, чтобы отправиться в путь. Впереди в шарабане ехали мой хозяин, Швенздибек и конвоируемый ими Вантерштуль, а позади, на достаточном расстоянии, двигалась тильбери с Сальешишем.

Наверное, в другое время я бы составил ему компанию. Рыжик очень волновался, буквально места себе не находил. Даже его лошадь нервничала и мотала головой. Но мне в первую очередь надо было отчитаться перед хозяином.

Однако я сделал досадную ошибку, начав доклад с напитка, который подготовила для него госпожа Пампука. Монбазор, выслушав меня без единого вопроса, сразу же помрачнел, надулся, насупился, набурмосился и погрузился в какие-то глубокие размышления. Я даже не решился их прервать, поэтому пришлось отложить на потом и мою погоню за шустрым огурчиком, и другие, не менее важные, соображения.

Хозяин немного пришел в себя только перед въездом в город. Перочинный снова учуял свою хозяйку на том же складе, который, как мы точно выяснили у Ферака, принадлежал огуречному королю. Это уже позволяло сделать кое-какие выводы и наводило на определенные мысли.

«Ударим дихлофосом по огородному королю!», – как всегда, кратко и емко высказалась по этому поводу Первоконница.

Монбазор кивнул и снова погрузился в меланхолию.

В банк мой хозяин, Швендзибек и Вантерштуль отправились втроем. Меня же попросили подождать на улице в компании Сальешиша и Ферака. Возница сразу занялся техосмотром шарабана. Точнее, бродил вокруг него, пиная колеса и освобождая лошадиные гривы от запутавшихся в них шальных пчел, а вот рыжик мне не понравился. Какой-то он был слишком молчаливый и безучастный – похоже, перегорел от волнения.

Чем бы его встряхнуть? Я принюхался, оглянулся по сторонам… Вдруг шерсть у меня на холке так и поднялась дыбом, а хвост развернулся по ветру. Возле кафе, в котором мой хозяин вчера беседовал с Пукисом и Юхуком, стояла знакомая мне зеленая карета, а перед террасой скучали два лакея или телохранителя в ливреях с пупырышками.

Огуречный здесь! И с кем это он разговаривает? Я должен это узнать!

Но как пройти мимо сторожей, которые так и косятся в мою сторону?!

«Сальешиш! – позвал я. – Ты можешь немного отвлечь чем-нибудь этих типов, чтобы я смог проскользнуть мимо них?»

«Смогу! – паренек поднял голову, и я с радостью снова увидел в нем прежнего рыжика, веселого и озорного. – Ты подкрадись к ним поближе, а я что-нибудь придумаю!»

Я спрятался за колесом тильбери, а Сальешиш начал старательно изображать скуку. Попинал ногой большую деревянную урну, достал и засунул обратно сирингу, а затем сорвал с растущего поблизости невысокого деревца несколько твердых зеленых яблочек и, присев на ступеньки банковского крыльца, начал подбрасывать их воздух. Сначала одно, потом два, потом три…

Телохранители в зеленых ливреях вначале как-то странно посмотрели на него, а затем втянулись и стали следить за юным жонглером. А тот, сидя со скучающим видом, подбрасывал яблоки – одно за другим, одним и тем же движением, в одинаковом ритме. Они словно зависали на мгновенье в воздухе и падали на подставленную ладонь парнишки, снова отправляясь вверх по вытянутой траектории. В этом было что-то магнетическое… или гипно… тическое…

Признаться, я и сам едва не был заворожен этим представлением. Но, вовремя встряхнувшись, проскочил мимо застывших охранников, пробрался на террасу и спрятался в тамошних зеленых насаждениях. Замаскировался, можно сказать.

С этого места мне, наконец, удалось увидеть собеседника огуречного короля и почувствовал его запах. Это оказался долгоносый урод из цирка! И, конечно, я отчетливо слышал их разговор.

– …Ну пожалуйста, будьте так любезны, хотя бы пару бочоночков! – упрашивал долгоносик.

– А с чего это я должен вам доверять? – фыркнул Огурчинелло, с хрустом зажевав очередной огурчик.

– Но мои рекомендации... Они качественные!

– Да можете их хоть посолить, раз они вам так нравятся! Я своими бочонками не разбрасываюсь и в чужие руки их не отдаю!

– Господин Гурвикен, – понизил голос цирковой. – У меня ведь не только нос, но и руки длинные!

– Вы мне угрожаете?

– Ни в коем случае! Только хочу подтолкнуть к сотрудничеству…

– А вы не думали, что я тоже могу… потолкаться в ответ? Был здесь один такой, тоже усиленно искал сотрудничества… на базе взаимности. Даже выманил у меня сотню золотых, настойчивый такой… Так его потом с той же сотней и похоронили. Я человек щедрый, за мной никогда не пропадет!

Долгоносик замялся и приумолк, а вот я задумался. Так это огуречный, а не Сякусь заплатил Кергедаю векселем на предъявителя? И потом он же его и убил?!

– Сделки не будет, вы свободны! – зеленый монарх громко хрустнул новым огурцом и встал, шумно отодвигая стул. – Возвращайтесь в свой цирк, там вам и место! Кстати, не слишком ли задержался ваш вертеп в этом городе? Пора и честь знать!

«Такс, ты где?» – вдруг послышался зов хозяина.

Я осторожно выглянул. Монбазор уже вышел из банка и стоял на крыльце с небольшим саквояжиком в руке, нерешительно оглядываясь по сторонам. Его спутники уже спустились – оба стояли возле шарабана, ожидая нас.

Огуречные телохранители как раз в этот момент отвлеклись на своего босса, последовавшего прямо к карете. Так что я смог незамеченным соскочить с террасы и прокрасться обратно по стеночке.

– Вот вы где! А я вас с утра ищу!

Хозяин, уже ухватившийся за дверцу нашего экипажа, снова остановился. По направлению к нам быстро шел, почти бежал коротышка в шляпе. И в руке у него был… огурец! Я предостерегающе зарычал, преграждая ему путь к хозяину.

– Да ты что, Такс? – обиженно отпрянул Юхук. – Ну, поспала Хрыська в моей кровати, так что, меня за это надо уже во враги записывать? Вот, возьми, я извиняюсь.

Засунув огурец в рот словно громадную сигару, он достал из кармана чистую тряпицу, присел на корточки, развернул и протянул мне. Я осторожно принюхался. Огурец, еще один огурец! Но, вроде бы, самый обычный, не подозрительный. А еще краюшка хлеба и… грм-м… несколько кусочков сыра. Вот его, пожалуй, стоит проверить – не испортился ли там, в кармане?

Нет, не испортился! А вот этот кусочек? Грм-м… прекрасный вкус. Я довольно облизнулся. Юхук подмигнул мне и сам взял светло-желтый ломтик. Спрятав оставшийся запас, он отправил сыр в рот и хрустко закусил огурцом.

В этот момент мимо нас медленно проехала зеленая карета. За занавесками мелькнуло и пропало недовольное лицо огуречного короля. Пупырчатые лакеи на запятках окинули нас подозрительными взглядами. Я сразу же насторожился. Но экипаж продолжил движение без остановки и вскоре исчез, свернув на главную улицу.

– Мир восстановлен! – жизнерадостный коротышка, потрепав меня, встал, отряхивая руки. – А вы не хотите угоститься, ваша милость? Сплошной натуральный продукт! Хлебушек утренней выпечки, сыр свежий и огурчик с нашего огорода – прямо с грядки. И ко всему настоечка на травках – ух, забористая!

Юхук вытащил из заднего кармана плоскую баклажку и потряс ее с булькающим звуком. Лицо моего хозяина аж перекосилось.

– Нет, спасибо, – отказался он каким-то вялым, безучастным тоном. – Вы хотели мне что-то сказать? Только коротко. Меня ждут.

– Эх, могу и коротко! – Юхук сдвинул на затылок шляпу. – В общем, просили вы про вашу матушку узнать. Моя хозяйка, вишь ты, ничего не выведала, так копошата помогли! Они у меня еще мелкие, но глядкие! И представляете, где она оказалась?

– К вам приходила, – таким же мертвенным голосом сообщил Монбазор. – То есть, к знахарке.

– Э-эх! – коротышка сорвал с себя шляпу и разочарованно хлопнул ей по колену. – Не успел! Сказал вам уже кто?

– Нет, сам догадался.

– Да, вы, колдуны, шустрые, – Юхук почесал затылок и снова водрузил на него слегка помятую шляпу.

– Вы закончили? – терпеливо осведомился мой хозяин.

– Э-э-э… Вызывает интерес вот такой еще разрез. Вы все ищете, кто стряпчего убил. А можете вы мне его самого как-нибудь про-демон-стрировать?

– Пожалуйста.

Монбазор взмахнул рукой и щелкнул пальцами, наскоро создавая фантом с лицом Кергедая.

– Ух ты, и в самом деле демон! – поразился умениям хозяина Юхук. – Похож! Только просвечивает. Так-таки я его видел!

– Когда? И где?

– Да в тот самый день, когда его укокошили. И, это, часа два уже, наверное, было. Кажись, часы на башне как раз отбили. Я сначала на ярмарку заглянул. Смотрю, там хозяйка моя с покупателями, не стал ее отрывать. Вот и пошел домой, через мост, конечно. Пукиса вашего по дороге встретил, законника. Только он словно меня не узнал. Прошел мимо, даже на «здрасьте» не ответил. Я на него обернулся и как раз того типчика и приметил.

Увлекшись, Юхук ткнул фантома пальцем в живот, от чего тот с легким хлопком развеялся.

– Ох, батюшки, неладно вышло!

– Да ничего, ничего, продолжайте, – рассеянно кивнул Монбазор. – Или вам нового создать?

– Не, демон не нужен… Да, о чем я?.. Видел я тогда у моста вот этого… который исчез. Смешной.

– Почему?

– Пугался он сильно. Руками махал. Кричал так: пчелы, опять проклятые пчелы! Только никаких пчел там поблизости не было. А если бы и были, разве можно на них руками махать? И он машет, машет, да и прямо в кусты!

– А дальше?!

По-моему, это одновременно спросили я, Сальешиш и примкнувший к нам Швендзибек.

– А дальше все. Он в кусты убежал, а я на мост пошел. Еще раз потом обернулся, но его больше не видел. Только Пукис ваш торчал. Стоял, за перила держался и в воду глядел.

«Хозяин! – не выдержал я. – Вот, значит, как Кергедай в то место попал, где его убили!»

«Позже, Такс, – услышал я в ответ усталый голос Монбазора. – Не сейчас. Что-то я плохо соображаю. Сначала с другими делами разберемся».

Что ж, хозяину виднее… Мы попрощались с коротышкой в шляпе, Монбазор помог мне забраться в шарабан, и наша компания отправилась в магистрат, оформлять документы на Сальешиша, а дальше – в местное отделение магического правопорядка.

– …Подозреваю, меня назначили сюда из-за фамилии, – маг-лейтенант был очень молод и заметно стеснялся своего начальственного положения, от чего много говорил. – Комендант – Сякусь, я – Ухись, а сотрудники – Таскинс, Реденс, Гриппенс и Крампенс.

– Элегантно, но ни одного Швендзибека, – заметил наш «супер-архимаг».

Первоконница еле слышно хихикнула. Наверное, она почуяла в этой фразе какой-то второй смысл.

– Да, прошу прощения, – магополицейский слегка откашлялся. – Вы по какому делу?

– Снятие ментальных закладок, – мой хозяин протянул ему документы, которые оформили на нашего рыжика в магистрате.

– Ага… Контрактный слуга, имя – Сальешиш, возраст – пятнадцать полных лет… Передача контракта за символическую сумму в один талер… Простите, вам только снимать или вы будете потом свои ставить? Для этого вы должны иметь лицензию на ментальные воздействия первого класса.

– Не надо ничего ставить, – устало мотнул головой Монбазор. – Контракт аннулируется.

– Да? Очень, очень достойный поступок! – маг-лейтенант прямо просиял. – Реденс!

– Здесь, командир.

В кабинет заглянул уже немолодой магополицейский, внимательно оглядевший по очереди каждого из нас, не исключая меня.

– Нужно снять закладки с этого молодого человека, – Ухись кивнул в сторону бледного от волнения Сальешиша. – Полное аннулирование контракта!

– Значит, на свободу? – магополицейский Реденс протянул рыжику свою мощную лапищу. – Пойдем, прочистим тебе мозги!.. Кто-то желает быть свидетелем?

– Я желаю, – сразу же кивнул мой хозяин. – Посмотрю.

– Менталист? – остро глянул на него Реденс.

– Немного…

Само собой, вместе с хозяином и Сальешишем отправился и я. Магополицейский бросил на меня еще один оценивающий взгляд, но ничего не сказал. Понимает!

Нас провели в подвал в небольшую комнату с магоизоляцией. Причем, весьма качественной: у меня аж вся шерсть поднялась дыбом, когда мы проходили защитный контур. Монбазору предложили лавку для посетителей, а Сальешиша, раздевшегося до портков, Реденс усадил в большое кресло с магозаземлением и фиксаторами для рук и ног.

«Не бойся! – на всякий случай, приободрил я паренька. – Мы с тобой!»

«А я и не боюсь!»

Мой хозяин придирчиво осмотрел аппаратуру, что-то проворчал про «прошлый век», но в итоге все-таки дал отмашку. Магополицейский надел на голову Сальешишу специальный шлем, проверил все контакты и схемы, погрузил рыжика в сон и запитал заклинательный контур от большого старинного накопителя. Потом дал инициирующий импульс и поставил стационарный щит, отсекающий помехи.

Я следил за процессом во все глаза и, конечно, активно принюхивался. Эта процедура была для меня новой, незнакомой, а щит здорово искажал восприятие магических потоков. Приходилось во всем сверяться с хозяином, но он проявлял полное спокойствие, думая о чем-то своем.

Ждать нам пришлось не очень долго. Через четверть часа заклинательный контур завершил работу и погас. Магополицейский снял щит, освободил Сальешиша от шлема и фиксаторов, после чего разбудил его.

– Вот и все, – удовлетворенно кивнул он. – Голова кружится?

– Немного…

– К завтрашнему утру пройдет. Позаботьтесь, чтобы парню дали сегодня нормально выспаться и не будили.

– Хорошо, – кивнул Монбазор, поднимаясь с места. – Спасибо вам!

– Такая у нас работа, – Реденс спрятал усмешку в пышные усы.

Наверху мы разделились.

«Подождите меня на улице, я еще загляну к начальнику, – распорядился мой хозяин. – Такс, присмотри немного за Сальешишем».

«Обязательно, – заверил я. – Со мной его никто не обидит!»

Рыжик весело улыбнулся. После завершения всех процедур ему словно лапы развязали, а с души свалилась целая куча камней. Было заметно, что он едва сдерживает себя, чтобы прямо здесь не закричать что-то радостное и не пойти в пляс.

Однако, выйдя вместе со мной наружу, Сальешиш вдруг посерьезнел. Присев на скамейку у входа, он вынул из-за пазухи сирингу и начал медленно выдувать из нее какую-то тихую минорную мелодию.

«Такс, – вдруг мысленно обратился он ко мне, опуская руку с инструментом. – Знаешь, я даже не сильно мечтал, что когда-нибудь стану свободным. Разве что, словно сказку сочинял: мол, сделаю тогда что-то, куда-то поеду, к кому-то пойду… И вот все случилось, точно по волшебству, а я… не знаю, что теперь делать».

Я запрыгнул к нему на скамейку.

«Поначалу можно ничего особенного и не делать, – сказал я ему. – Я слышал, как мой хозяин и госпожа Клэпп о тебе говорили. Ты можешь продолжать работать в имении, как и раньше, только получать за это плату. А осенью пойти куда-нибудь учиться. Ты же грамотный, а деньги у тебя есть – доля за клад. Вантерштуль вернул те деньги, что украл, вот тебе из них выделят».

«Да, учиться – это, наверное, здорово», – вздохнул рыжик.

«Не знаешь, что выбрать?» – посочувствовал я ему.

«Да я как бы выбрал… А можно мне с вами остаться? С тобой, теткой Менузеей, Монбазором?! С вами классно! И я ведь кое-что умею, могу вам пригодиться...»

«Грм, а хорошая идея! – опершись на него, я приподнялся и лизнул Сальешиша в щеку. – Я предложу хозяину».

А действительно, мне все больше нравилась мысль о том, чтобы взять Сальешиша в Вольтанутен. В последнее время часто возникали ситуации, когда Монбазору был нужен человек-помощник. Да и рядовой Дрымба должен нас скоро покинуть. Как однажды выразилась Изаура, жениться задумал, охламон.

Дверь участка отворилась. Я радостно вскочил, но это оказался Вантерштуль. Оглянувшись по сторонам, он проследовал к шарабану, в котором скучал Ферак. Покопавшись внутри, бывший эконом вытянул оттуда чемодан со своими вещами и небольшой саквояж, который моему хозяину дали в банке.

– Гр-р?! – спросил я его, показывая зубы, а Сальешиш сменил сирингу на плевательную трубочку.

Вантерштуль опасливо втянул голову в плечи, положил маленькой саквояжик обратно и наконец отвалил. Я внимательно следил, как он идет по улице в сторону центра. Внезапно из бокового переулка прямо перед ним выехала зеленая карета, преграждая дорогу. Два пупырчатых лакея соскочили на землю и, подхватив Вантерштуля под руки, проворно запихнули его в экипаж вместе с чемоданом. Кучер тряхнул вожжами, карета тронулась – лакеям пришлось заскакивать на запятки уже на ходу. Несколько мгновений, и она исчезла за поворотом.

Грм, сразу сообщить хозяину или погодить? Нет, лучше я подожду, все равно, он сейчас освободится. Но Монбазор все никак не выходил.

Глава 18. Свободен! (часть 4)

МОНБАЗОР

– Господин Пампука, признаться, я в некотором затруднении, – обратился ко мне маг –лейтенант Ухись, когда за Вантерштулем, наконец, закрылась дверь.

Я вздохнул про себя. Эта интонация и это слегка виноватое выражение лица были мне хорошо известны. В МАВМИ, где я когда-то учился, так порой смотрели сокурсники, когда у них что-то не ладилось с курсовой, или коллеги-аспиранты, налажавшие с заданием, полученным от научного руководителя.

Ну и сколько еще призраки прошлого будут меня преследовать?!

Толчок в бок, полученный от нетерпеливого Швендзибека, вывел меня из мрачных раздумий. Может, сказать ему?.. Нет, не стоит, он только обидится. Причем, что характерно, на меня.

– Чем я могу вам помочь? – спросил я, пока пауза не слишком затянулась, а тишина не успела стать гнетущей.

– Понимаете… – маг-лейтенанту было неловко ко мне обращаться с такой просьбой, но, тем не менее, он без колебаний собирался припрячь меня к решению каких-то своих проблем. – Сегодня я получил из Сэрендина сообщение… На меня возложено временное исполнение обязанностей надрайонного начальника…

– Поздравляю! – Швендзибек оживленно затряс ему руку.

– Да не с чем поздравлять… – Ухись с усилием выдернул свою кисть из дружеского захвата. – Как это ни печально признавать, я могу не справиться. Основная проблема в том, что я служу в этом районе всего полгода и не успел обзавестись здесь личными надежными источниками информации. Комендант Сякусь… бывший комендант все замыкал на себя.

– А ваши сотрудники?

– Они тоже новички в этих краях. С тех пор, как отсюда ушел прежний начальник, здесь полностью поменялся весь состав. Одного он забрал с собой, когда его перевели в столицу. Остальные: кто ушел на повышение, кто – перешел в другое место… Мне не к кому обратиться.

– Э-э-э… По сравнению с нами вы можете считаться местным старожилом, – тонко намекнул я. – Мой стаж пребывания в Дарментале не насчитывает и двух рук.

– Да, но вот какой нюанс… У меня самого – подготовка оперативника. Я могу найти тайник, провести задержание, проследить за подозрительным… Но у меня, к сожалению, нет никакого опыта проведения самостоятельного расследования, да еще и убийства с помощью магии. Тогда как вы, господин Пампука, насколько мне известно, не только имеете лицензию частного детектива, но и соответствующий опыт!

– Это, пожалуй, слишком сильно сказано…

– Не надо ложной скромности! – с жаром перебил меня Швендзибек. – Мой молодой друг – прекраснейший специалист в области розыска и сыска! Этой зимой он раскрыл кражу уникального артефакта, предотвратил скандал межмирового масштаба, спас от разрушения дворец в Вольтанутене и предотвратил покушение на Великого магистра ордена… э-э-э… одного славного и известного магического ордена!

«Народ должен знать своих героев!» – наставительно заметила Первоконница.

Да уж… Что называется, удружили!

– Так вы мне поможете, господин Пампука? – с надеждой во взоре поднял на меня умоляющие глаза маг-лейтенант. – Оформим вас как консультанта, я проведу смету через Гильдию…

– Хорошо, – я безнадежно махнул рукой: все равно, он с меня не слезет, а расследованием я и так занимаюсь. Ну, будет у меня еще один заказчик. – Чем вы располагаете?

– К сожалению, немногим, – развел руками Ухись. – Всем занимался прежний начальник. В деле есть протоколы допросов лицензиата Гарбендухера, баронского мага Симбуяна, ваш и вашей матушки…

– Госпожа Пампука ни в чем не виновата! – воскликнул Швендзибек. – Ее надо немедленно освободить!

– Простите, не могу, – с неприкрытым сожалением в голосе заявил маг-лейтенант. – Ее задержал комендант Сякусь, но наложил арест господин Хаймепок, который так неожиданно и скоропостижно нас покинул… Я не могу принять такое ответственное решение сам, поэтому должен запросить Сэрендин. Кроме того, из материалов дела следует, что у госпожи Пампуки был мотив, была возможность и совсем нет алиби.

М-да, алиби-то у моей матушки как раз есть. Но не уверен, что мне хочется его оглашать…

– Позвольте, – сказал я, чтобы немного успокоить разволновавшегося Швендзибека. А то он тут, гляди, стену проломает… или новую выстроит. – Разве конфликт вокруг имения – это единственная причина для убийства? Вам известно, что Кергедай прибыл сюда с поручением от некоторых влиятельных лиц? Он должен был найти автора темных артефактов-новоделов, которые некоторое время назад были выявлены в столице. Есть основания предполагать, что их источник находится где-то здесь.

– Подтверждаю! – торжественно заявил Швендзибек.

– Дело о темном артефакторе? – удивленно вскинулся Ухись. – Но разве они связаны между собой?! Хотя и в том, и в другом фигурирует некий иностранный граф…

– Он не имеет отношения ни к тому, ни к другому делу, – вступился я за Ханшери. – У него были некоторые разногласия с Сякусем по… личным мотивам. Сегодня я буду с ним встречаться и попрошу его зайти к вам, чтобы дать исчерпывающие объяснения.

– Да, будьте так любезны… И, если можно, приходите тоже. К завтрашнему дню я еще раз внимательно изучу оба дела. Вы мне поможете?

– Помогу, – вздохнул я.

Увы, я совершенно не умею отказывать. И не знаю, смогу ли когда-нибудь научиться.

– Но что с госпожой Пампукой?! – снова заволновался Швендзибек.

– Если она не виновна, я завтра отправлю ходатайство о ее освобождении из-под стражи, – пообещал маг-лейтенант. – Но пока могу предложить лишь разрешение на свидание для господина Пампуки.

– О дайте, дайте нам это разрешение! – вскричал мой компаньон, в возбуждении бегая по кабинету.

– Хорошо, – Ухись заполнил бланк, поставил на него магическую печать и протянул мне. – Там сейчас на дежурстве Гриппенс. Свяжусь с ним по амулету связи, предупрежу.

– Спасибо, спасибо!

Не дав вымолвить ни слова, Швендзибек вцепился в меня и потащил из кабинета. Я только успел услышать неуверенное: «Так мне ждать вас завтра, да?» от маг-лейтенанта и что-то вякнуть в ответ, но тут дверь хлопнула, отсекая все посторонние звуки.

На улице ко мне бросился с докладом Такс, что-то сообщая о Вантерштуле, но я остановил его. Не сейчас, потом! Мы едем к маман, и я должен быть готов к этой встрече! Мне, черт побери, есть, что сказать дражайшей родительнице, чтоб ее ведьмаки прибрали с ее материнской заботой!

Нельзя сказать, что рассказ Такса о том снадобье, которое сварганили для меня по заказу любимой мамочки, меня расстроил. Он просто привел меня в бешенство!!!

Моя матушка всегда считала, что знает гораздо лучше меня самого, что мне в данный момент нужно. И добро бы только считала! Она еще и действовала, причем самым активным и зачастую совершенно беспардонным образом!

Нет, за многие вещи, которые она сделала для меня, не потрудившись узнать моего мнения на этот счет, я ей совершенно искренне благодарен. Именно матушка запихнула меня в МАВМИ, хотя все проекты и рефераты, необходимые для получения гранта, готовил я сам. Абсолютно уверен, что в этом заведении, расположенном в высокоразвитом техномагическом мире, я приобрел более широкий кругозор и глубокие знания, чем получил бы даже в самой престижной столичной Магической академии. Матушка взяла на себя мое обустройство в Вольтанутене. Вывалившись из портала со своими одиннадцатью чемоданами, я был встречен и отвезен в уже снятый для меня дом с полным штатом нанятых слуг. Наконец, если бы не мамин животворящий пинок, я бы до сих пор корпел над расчетами, строгал на токарном станке ножки для табуреток и не познакомился бы с Селией! Одна мысль об этом вгоняет меня в мелкую дрожь!

Так или иначе, я давно привык, что, если маман от меня чего-то хочет, проще это сделать или хотя бы обозначить попытку. А если она желает меня чем-либо облагодетельствовать, главное – ей не перечить и не мешать, а уже потом потихоньку разбираться с последствиями. Однако, до сих пор она ни разу не пыталась устраивать за меня мою личную жизнь!

Хорошо, пусть она считает свою воспитанницу походящей партией для меня. Натация – очень талантливая магичка и симпатичная девушка. Но зачем накачивать меня допингом, да еще такого сомнительного свойства?!

Самое интересное, что я знаю ответ. Хотя у меня мало… или, скажем так, крайне мало опыта общения с реальными девушками, теоретически я очень даже подкован. Женская магия тесно и самым непосредственным образом связана с сексуальностью. Особенно важен этот аспект для магичек школы жизни, к которой как раз и относится Натация.

Матушка не знает, я никогда ей об этом не рассказывал. В МАВМИ я самым несчастным образом влюбился в одну жизнючку. Красавица, умница, немного меня старше и много опытнее – я был от нее без ума. И вот однажды, когда меня в очередной раз продинамили… э-э-э… с тем самым, она и сказала, что в качестве первого возлюбленного я был бы для нее идеальным вариантом, но увы, для нее этот вопрос уже не актуален.

Превращение из девушки в женщину – весьма ответственный момент для любой юной ведьмочки, а для магички жизни – ответственный вдвойне. Во время первой близости она очень уязвима, поэтому крайне важно, чтобы этот опыт происходил с честным и доброжелательным человеком, который не воспользуется ее слабостью. А если этот человек С маг, да еще и полный тютя по характеру, то его самого в процессе можно немного повампирить, чтобы стать сильнее, а то и получить над ним определенную власть.

Вероятно, если бы та девица познакомилась со мной годом ранее, она бы воспользовалась такой возможностью. Но она успела решить эту проблему другим способом, так что теперь ей были нужны не мальчики – мужи. А я получил настоящую психологическую травму, которую пришлось лечить полным закапыванием в учебу.

Неужели маме так хочется свести меня именно с Натацией, что она готова провести столь сомнительный опыт?! Извините, но на это я никак не могу пойти! Не говоря уже о том, что я люблю Селию. А теперь, когда она сама назвала себя моей невестой, я никогда и ни за что от нее не откажусь!

Нет, я сейчас приду и прямо заявлю: «Мама, ты не имеешь право распоряжаться моей личной жизнью! Я сделал свой выбор, и не тебе его менять! Если уж Селия согласилась терпеть мой несносный характер и прощать мне все мои глупости и ошибки, я хочу видеть ее и только ее своей спутницей жизни! Я был всегда почтительным сыном и никогда не бунтовал против тебя, но сейчас я восстану, и тебе придется выслушать мое мнение и примириться с ним! Да!!!»

– Монбазор, Монбазор! Вы же так совершенно расколотите экипаж! – Швендзибек настойчиво дергал меня за рукав. – Выходите, ведь разрешение выдано на ваше имя!

М-да, оказывается, мы уже приехали, шарабан стоит посреди крепостного двора, а на меня с удивлением и опаской смотрят несколько стражников.

«Хозяин, ты в порядке?» – осторожно поинтересовался Такс, которого успокаивающе поглаживал Сальешиш.

«В порядке, сейчас пойдем».

Да-да, я сейчас встречусь с маман и выскажу ей все прямо в лицо!

Комната для свиданий в крепости походила на номер в не самом худшем отеле. Удобные кресла, диванчик, столик, на котором были расставлены кувшинчики, кубки, блюда с вялеными фруктами, полосками сыра и прочей закуской. Единственное неудобство – помещение было полностью изолировано от внешнего мира. Мы могли выйти наружу по индивидуальным двусторонним «поводкам», а мама, подозреваю, могла только вернуться в свою камеру.

Но сначала она должна сюда попасть. И тогда я ей все, все выскажу! Я начал еще раз прогонять в уме основные тезисы своей речи и, конечно же, пропустил нужный момент. Первым появление маман заметил Швендзибек.

– Рыбка моя! – бросился он ее обнимать, счастливо уткнувшись лицом в… ну, куда дотянулся. – Я так по тебе скучал!

– Ершик, погоди елозить!

Маман отстранила его царственным жестом и окинула меня долгим оценивающим взглядом, который, судя по моему опыту, с высокой степенью вероятности означал последующий разнос.

– Мама, мне нужно сказать тебе кое-что! – собравшись с духом выпалил я первую фразу заранее заготовленного выступления. – И тебе придется меня выслушать!

– Потом! – одним словом осадила меня матушка. – Ты добавишь, если захочешь, но сначала я должна поговорить с единственным среди вас серьезным человеком. Такс, обеспечь конфиденциальность!

И этот зеленый предатель ей подчинился. Вдвоем они о чем-то мысленно беседовали, но до меня не доносилось ни единого слова!

Я как дурак стоял посреди комнаты, лишь беззвучно раскрывая и закрывая рот.

Швендзибек поступил проще. Он присел за стол, налил себе из кувшина и начал нервно опустошать блюдо с курагой и черносливом, бросая фрукты в рот через равные промежутки времени и интенсивно работая челюстями.

Безмолвный разговор закончился неожиданно. Такс, виновато взглянув на меня, смущенно отвалил куда-то в сторону, а матушка внезапно сделала три шага вперед и заключила меня в крепкие объятия.

– Сын мой, я горжусь тобой! – торжественно произнесла она, и я изумлением увидел на ее глазах слезы. – Теперь ты стал по-настоящему взрослым и заслужил право на самостоятельные решения! Поступай, как считаешь нужным. Ты имеешь право на меня обижаться, но помни: все, что я совершала, я делала для твоего же блага. Потом ты это поймешь. А теперь оставь нас одних. У меня с Бекушкой сейчас будет долгий разговор двух взрослых людей!

Кажется, меня вытащил из комнаты Такс, как следует дернув за «поводок». Последним, что я услышал, был трубный глас моей матушки:

– И-и-и! Я тоже по тебе соскучилась, мой вьюночек!..

Очнулся я уже в коридоре. Стоял, уставившись в стену с облупившейся фреской, на которой рыцарь в доспехах и с лицом, закрытым забралом, вытягивал в мою сторону палец в латной перчатке. Надпись, исполненная старинными буквами немного непривычных очертаний, гласила: «Будь на стреме!».

И скажите мне, вот что это было?!

Глава 19. Сундук мертвецов

ТАКС

Во дворе мы погрузились в шарабан, оставив тильбери Швендзибеку. Когда-то же его освободят, надо думать. Мой хозяин мрачно молчал, и мне это совсем не нравилось. Как говорит госпожа Пампука, Монбазор иногда бывает слишком впечатлительный. Его бы отвлечь чем-нибудь…

«Шеф, ну чего вы гнетесь?! Набейте кому-то морду и успокойтесь!» – брякнула в тон моим мыслям Первоконница.

«Да, это хорошая идея, – слегка оживился хозяин. – И кому же?»

«А давайте Пукису, – предложил я. – А то он, оказывается, был на мосту во время убийства Кергедая, а нам ничего об этом не сказал».

– Или то был совсем не Пукис, – задумчиво произнес мой хозяин вслух. – Ферак, давай, сейчас заедем к поверенному!

Однако дверь конторы на улице Морг оказалась запертой. Хозяин с Сальешишем разочарованно развели руками, а я с подозрением принюхался.

Все на первый взгляд казалось таким обычным и мирным. Хотя…

Из соседней лавки мастеров Шапаша и Кепиша вышла какая-то женщина и, бросив на нас опасливый взгляд из-под широкополой шляпки с вуалью, поспешила прочь. Странная дама…

Вдруг на меня пахнуло чем-то знакомым. Да это же лавочник Гарбендухер! Он поменял свой внешний вид и спрятал ауру, но мой нос не проведешь! Подозрительно!!!

– Гав! Ваф-ф!!!

Со всех лап я помчался следом за дамой. Через несколько мгновений ко мне присоединились друзья.

– Дэвушка, а дэвушка! – требовательно прозвенела Первоконница.

– На помощь, насилуют! – почему-то шепотом взвизгнула «дама» и… упала в обморок.

Мой хозяин, ускорившись, едва успел подхватить оседающее тело.

– Такс, и во что ты меня втравил?! – сердито спросил он.

На нас уже начали нехорошо поглядывать прохожие, а кто-то вообще перешел на другую сторону улицы, чтобы тихонько, по стеночке, проскочить мимо.

«Барышень принято приводить в чувство поцелуем», – наставительно заметила шашка.

Похоже, в нашей компании только ее откровенно забавляло это происшествие.

«Под шляпой – Гарбендухер!» – сообщил я.

«Упз-з!»

Первоконница издала короткий брякающий звук, словно поперхнулась, и пристыженно замолкла.

– Гарбенду-ухер? – раздраженно протянул мой хозяин.

Глава 19. Сундук мертвецов (часть 2)

Прислонив «даму» к какой-то оградке, из-за которой свисали любопытные лопухи, он сделал резкое движение рукой, словно срывая покровы, и перед нами предстал господин лицензиат в своем обычном одеянии. Только на голове у него осталась женская шляпка с вуалью.

– И чего вы ко мне пристали? – немедленно заскулил он. – Я ведь вам все сказал!

– А что вы здесь делали?! – агрессивно спросил Монбазор.

«Щас морду бить будет!» – определила Первоконница.

– Э-э-э… Приходил проконсультироваться по одному деликатному вопросу, – до лавочника как-то быстро дошло, что в данной ситуации лучше сразу признаться.

– В шляпном магазине?!

– Нет, само собой! Но его почему-то не оказалось на месте.

«Это он к Пукису ходил!» – догадался я.

– Вы имеете в виду поверенного? – уточнил Монбазор.

– Естественно! Вы разве не знали, что в его контору можно войти и через соседние заведения? Очень удобно. Надеюсь, я удовлетворил ваше неуемное любопытство?

– Отчасти… – кажется, моему хозяину пришла в голову новая мысль. – А скажите, хорошо ли вы знаете Пукиса? У него хорошая репутация?

– Пукис?! Да он один из здешних старожилов! В детстве мы, правда, сидели по разным песочницам, но я хорошо помню, как лет двадцать тому назад он вернулся в город после учебы и унаследовал контору у своего уважаемого батюшки. Мать его умерла раньше, я ее почти не знал. Правда, ему понадобилось чуть ли не полгода, чтобы войти в дело, но теперь Пукис – заслуженно лучший юрист в Дарментале и окрестностях. Причем, он хорошо разбирается даже в магическом праве, что в этих местах редкость. Вы довольны?

– Да, спасибо…

– Я наконец-то могу идти?!

– Конечно…

– Тогда вам небольшой совет напоследок. С Пукисом можно иметь дело, но всегда держите с ним ухо востро. Он очень ловкий и очень, очень хорошо информированный человек!

Гарбендухер дернул головой, отчего шляпка, зацепившись за лопух, сползла на его затылок. Сняв ее и прижав к груди, лавочник вскочил и помчался прочь, с ходу перейдя на длинный шаг. С трудом разминувшись с фонарным столбом, он вскоре исчез за углом.

– Странно, – мой хозяин потер лоб. – Раньше мы допускали, что Симбуян – не тот, за кого он себя выдает. А не может ли таким двойником оказаться Пукис?! Отсутствовал несколько лет, вернулся после смерти родителей, разбирается в магическом праве… Да еще и находился возле места убийства Кергедая. Не может ли он оказаться нашим артефактором?

«Пукис? – переспросил я. – Вряд ли».

«Почему?»

«Да когда бы он этим занимался? И где? В конторе?»

«Да, здесь не слишком удобно, – нехотя согласился Монбазор. – Хотя, если он темный магистр, мог бы и обеспечить защиту. Мы, по крайней мере, когда были у него, ничего не почувствовали».

«Сложно найти кошку в темной комнате, особенно, если ее там нет. Такс, если что, я не про тебя», – скептично заметила Первоконница.

«Ну, может, у него за городом дача есть!»

«Огородик! – мечтательно прозвенела шашка. – Картошечка! Самогоночка!.. Цирли… То есть, артефакточки!»

«Нет, спиртным от него не пахнет, – вступился я за Пукиса. – Он, может, немного подозрительный, но запах у него хороший».

«Интересный критерий! – признал мой хозяин. – А у кого тогда запах плохой?»

«У Гарбендухера! – сразу же фыркнул я. – Приторный, аж липнет. У Мурмуля – пока вы с кладом разбирались, он все пирожки сожрал! У Симбуяна – от него дохлой лошадью несет. А особенно, у Гузьмана – бр-р!»

«Пукис – скользковатый. Знает, но помалкивает. И столом скрипит», – включился в разговор Сальешиш.

«А госпожа Пампука говорила, что ему можно доверять, – судя по тому, как скривилось лицо хозяина, я понял, что это – не лучший аргумент. – И он же нам помогал, информировал!»

«Да, но продвигал только версию о том, что Кергедая убили из-за шантажа. О темном артефакторе даже не заикнулся, – похоже, моему хозяину очень не хотелось расставаться с этой версией. – Все наводки, которые он нам дал, оказались тупиковыми. Мы только потеряли время…»

«Зато не влезли ни во что по-настоящему опасное», – захотелось сказать мне, но я промолчал. По двум причинам. Во-первых, мы все-таки влезли – и неоднократно. Как вспомнишь поиск клада, «Белый Гузь» и поединок с Сякусем, так не только шерсть дыбом поднимается!

«…Причем, сведений по самому подозрительному, Огурчинелло, Пукис так и не дал», – закончил Монбазор.

«Так он, скорее всего, не убивал».

«Почему?»

«Потому что Юхук видел Кергедая еще живым после двух часов дня. В это время Огуречный уже был на ярмарке».

«Хм, что же тогда получается? – Монбазор начал было двигаться к шарабану, где терпеливо ждал Ферак, но снова остановился. – Гурвикен нам не нужен?!»

«Он держит в плену нашу хозяйку!» – возмущенно звякнул позабытый Перочинный.

«Да, извини, – Монбазор погладил по заднему карману, где прятался маленький ножик. – Мы обязательно нанесем ему визит. Но к убийству он, выходит, не причастен? А остальных магов мы исключили еще раньше. Значит… Кергедая точно убил темный артефактор, который может скрываться под любой личиной! Такс, а что говорил по этому поводу архимаг Стэнниоль?»

Я замялся. Момент был щекотливый. Сегодня я уже общался с вожаком сыскного войска после визита к барону. И он попросил меня пока не посвящать хозяина в некоторые вещи и не оглашать вслух кое-какие выводы.

В неловкой ситуации меня выручил сигнал артефакта связи: Монбазора вызвал Ханшери.

– Он уже закончил со своими делами и спрашивает, где мы, – сообщил хозяин по итогам разговора. – Мы договорились встретиться на выезде из города.

МОНБАЗОР

Слов нет, тускуланский маг умел и, очевидно, любил производить впечатление. Одетый весь в черное, на вороном коне, он выглядел загадочно и романтично. Может, и мне стоит взять несколько уроков верховой езды?!

«Только маски не хватает, – оценила графа Первоконница. – Вылитый Зорро!»

Мы поздоровались.

– Вы умеете подбирать спутников, – сделал мне комплимент Ханшери, пустив коня шагом сбоку от нашего шарабана. – Вас окружают незаурядные люди и необычные вещи. Например, ваша сабля…

– Шашка, – важно поправила Первоконница. – Образца одна тысяча девятьсот третьего года, между прочим!

– Прошу прощения, – извинился граф. – Не признал… Или, скажем, доха. Вы знаете, что она – танатоген?

– Что? – не сразу понял я.

– Одухотворенная, – использовал Ханшери более привычный для меня термин. – Предмет, запечатлевший отпечаток души умершего человека – скорее всего, мага. А потом над ней еще потрудился некий излишне творческий артефактор…

– Вот оно что!

Я едва не хлопнул себя по лбу. Теперь-то понятно, почему у дохи такая странная магическая структура! Выходит, для нашего проекта по созданию защитной спецодежды она бесполезна?

Не удержавшись, я поделился этим печальным открытием с Ханшери и неожиданно нашел в нем весьма знающего и приятного собеседника. Так что остаток дороги мы посвятили актуальной теме создания магических артефактов. Граф натолкнул меня на несколько интересных идей. Мне даже захотелось побыстрее вернуться в орденскую лабораторию, чтобы поэкспериментировать.

Встретив на повороте дороги одного из своих сторожевых дублей, я отправил его в имение за Селией. Тем временем Ферак подвез нас к нужному месту – так, по крайней мере, определил Такс. Ханшери спешился, я вылез из экипажа, и мы продолжили научный диспут. Теперь больше спрашивал тускуланский маг – его весьма заинтересовали мои выкладки по комплексным заклинаниям.

«Идут», – прервал наш разговор бдительный Такс.

Подняв голову, я увидел, что к нам торопится целая делегация, с дохой во главе. Неугомонная Натация, конечно же, не смогла усидеть на месте, когда поблизости происходит нечто интересное. Ее, как обычно, сопровождала серьезная и собранная госпожа Клэпп со стеком. Впрочем, им я уделил только самую малую толику внимания.

Самое главное, сюда шла Селия. Моя Селия! Готовясь к походу через лес, она надела вместо платья утренние спортивные штаны и блузку. В этом наряде моя девушка была особенно хороша!

Ханшери приветствовал дам, поклонившись и поцеловав ручку каждой по очереди. Селия скромно опустила глаза, а вот у Натации они, наоборот, оживленно заблестели. Может, нам повезет и она увлечется благородным мстителем? Увы, появившаяся было надежда тут же пропала, потому как граф был явно не в восторге от появления юной ведьмочки.

– Прошу прощения, но вам туда не стоит идти, – строго произнес он.

– Ну, Базз!.. Ну, пожалуйста! Я издали, одним глазком!..

«Любопытной Варваре нос оторвали, – как бы между прочим заметила Первоконница. – Хотя каждый человек – сама себе злобная буратина!»

Я пожал плечами, а Такс пробормотал что-то насчет естественного отбора. Иногда мой пес бывает просто слишком умным.

– Мне известно, что такое техника безопасности, – поспешила успокоить всех госпожа Клэпп. – Близко мы не будем подходить.

– Хорошо.

Слушая перепалку, я весьма кстати вспомнил о Перочинном. Мирный кухонный ножик совсем не обязан сопровождать меня в опасных приключениях. Пришлось передать его Натации, приказав о нем позаботиться. Разочарованный звяк я предпочел не услышать.

Оставив Сальешиша с лошадьми, мы втроем вошли в лес… конечно, если считать только людей. На самом деле, вместе с Таксом, дохой и Первоконницей нас было целых шестеро. «Словно маленький отряд, готовый к тяжелому бою», – промелькнуло у меня в голове тревожное сравнение.

Лес вокруг нас стал меняться. В нем появилось что-то чужое, враждебное, давящее. С деревьев свисали то ли какие-то неопрятные пряди, то ли лохмы застарелой паутины. Стволы покрылись пятнами плесени и серо-желтоватых лишайников.

Магу жизни Ханшери приходилось совсем плохо. Его лицо покрылось мелкими капельками пота, он тяжело дышал. Я сменил его в авангарде, получив в ответ благодарственный кивок. Доха уже постоянно держалась за нашими спинами. Такс поскуливал, но упорно не отставал от меня.

Только Селия, кажется, не испытывала никаких неприятных ощущений. Магичка лишь хмурилась и качала головой.

– Как здесь неуютно! – наконец промолвила она. – Не прибрано!

Я слегка хихикнул. Мне вдруг представилась маман во главе своей прежней команды из ордена Электровеника. Да уж, вот кого надо отправить сюда на уборку! По нашей мысленной связи я отправил ее образ в этом интерьере Таксу и получил в ответ сдержанный фырк. Кажется, мне удалось немного поднять ему настроение.

– Как вы себя здесь ощущаете? – прохрипел Ханшери, обращаясь к Селии.

– Как в старом, очень запущенном доме, – без колебаний выдала моя невеста. – Хозяева ушли, без них все разладилось. Грустно.

– Удивительно! – тускуланец прокашлялся. – Но для вас это похоже на дом?

– В общем, да…

– Очень интересно! – Ханшери остановился, чтобы перевести дух. – Вы чувствуете сродство со здешней магией?

– Пожалуй, так.

– А ведь она, между прочим, совсем другая, чем на Повешенном Зайце! Поздравляю, леди! Похоже, в этих местах потрудились ваши предки сразу по двум линиям.

– Не самое приятное открытие.

Селия вцепилась в мою руку, ища поддержки. Я приобнял ее в ответ.

– Не волнуйтесь, – граф через силу усмехнулся. – Темный маг – не состояние души, а профессия, поверьте моему опыту! Вас никто не обязывает принимать наследство и брать на себя управление этим домом.

«Гр-р, а вот и здешние слуги!» – неприязненно заметил Такс.

Я и раньше слышал поблизости тревожный писк и копошение в лесной подстилке. Но когда мы остановились, местные обитатели все-таки решили показаться нам на глаза. Близко они не подбирались, очевидно, боялись Такса. Но из-под корней деревьев, из кустов и ворохов прошлогодней листвы на нас взирали десятки глаз-бусинок. Долгоносые мордочки высовывались и исчезали.

– Бр-р! – брезгливо повела плечами доха, встопорщив воротник. – Вот тут они меня едва не разорвали!

«Так ты же летать умеешь», – бросил Такс, не ослабляя бдительного внимания.

«Да где тут полетаешь?! Разве что низко-низко. А они, гады мелкие, высоко прыгают…»

Такс даже головы не повернул, а я, оглянувшись по сторонам, согласился с Мухтаром. Места для полетов и в самом деле было маловато. Низко над нами сплелись скрюченные ветви деревьев, а дорогу в обход преграждали густые и очень колючие кусты. Дальше проход еще сильнее сужался, превращаясь в какой-то лаз. И хотя я не ощущал впереди никаких магических ловушек, впечатление было неприятное.

– Они сами нас боятся, – Селия, отпустив мою руку, вышла вперед. – Раньше их было больше, но они голодали, поэтому половина куда-то ушла.

Я промолчал. Мне почему-то не хотелось признаваться в том, что я сотворил с той половиной.

– Чувствую здешнего старшого, но он очень устал, почти спит.

Моя замечательная девушка под тревожный писк долгоносиков подошла вплотную к слегка наклонному толстому стволу старого корявого дерева. Мощные наплывы и бугры образовали в его нижней части что-то наподобие гротескного лица с широким свернутым набок носом и мощными надбровьями. Нагнувшись, Селия наложила на них ладони, и я ощутил ток какой-то могучей, но очень старой и словно замшелой магии. Ее поле колебалось, из-за чего казалось, что дерево подает сигналы непонятным шифром. Этот странный монолог длился, наверное, минут пять и внезапно прервался.

– Нас пропустят, – Селия выпрямилась и отряхнула запачканные руки. – Я мало, что разобрала, но он, кажется, признал меня своей хозяйкой и обрадовался, что можно кому-то пожаловаться. Говорил, что осталось мало сил, из-за чего сторожа активны только днем, а зимой вообще впадают в спячку. Поэтому и ходют тут всякие…

«Тиха украинская ночь. Вот, когда сало надо прятать, – заметила Первоконница. – Что же ты, Кабыздох наш, средь бела дня сюда полез?»

«Дык, ночью ничего не видно», – доха смущенно развела рукавами.

– Как бы нам потом не пришлось восстанавливать защиту, – задумчиво произнес Ханшери. – Но, как мне кажется, стало меньше давить. Идем дальше?

Такс коротко тявкнул в знак согласия и первым продолжил движение.

Пробравшись гуськом через узкий проход, в котором и в самом деле не нашлось ни одной ловушки, мы спустились примерно до середины склона оврага по извилистой, но вполне проходимой тропинке. И оказались перед скрытым в зарослях нешироким проемом, из которого куда-то вглубь вел подземный ход.

– Здесь открыто, – определил я.

«Смертью воняет, – проворчал Такс. – И стазисом застарелым. Плохое место».

Да кто бы спорил?! Почему-то в хорошие места меня никто не зовет…

Я зажег «светлячка» и первым переступил порог. В этот момент темный проход осветился. Прямо на покатом потолке вспыхнула цепочка тусклых синеватых огоньков. Я слегка поежился, почувствовав, как они слегка подсасывают из нас магию.

Медленно и осторожно, проверяя дорогу на каждом шагу, мы двинулись вперед. Естественно, свой свет я при этом не гасил. Надеюсь, про болотные огни все слышали? А эти потолочные лампочки – их прямой аналог. Заведут еще в какой-нибудь тупик, а там погаснут! Читал я про такие штуки.

Однако здешний давно покойный хозяин, похоже, не разменивался на мелочи и примитивные западни. Или те, кто проходили здесь до нас, не только обезвредили, но и зачистили все ловушки. Проход не преподнес нам никаких пакостных сюрпризов и вывел в довольно большой подземный зал, освещенный теми же болотными гнилушками.

Там стоял большой овальный стол, окруженный старинными стульями с потемневшей обивкой. Вдоль стен выстроились пустые шкафы с распахнутыми настежь дверцами. Может, я пропустил что-то еще, но в наше внимание сразу же привлек огромный сундук, установленный прямо посреди помещения, да еще и поднятый на небольшой пьедестал.

Перед ним, словно жертвы, принесенные темному богу алчности, или перебившие друг друга кладоискатели, лежали три тела. Первое – высохшая древняя мумия в перетянутой ремнями кожаной куртке с металлическими заклепками, скорчилось, будто пытаясь подобрать несколько раскатившихся по полу монеток, отливающих тяжелой желтизной. Второе лежало на боку, прогнувшись назад, со странно закинутым за спину руками. Чуть ближе к нам находилось третье, представлявшее собой просто ворох темного меха. Хотя, нет!.. Это был не человек, а сброшенная на пол большая мохнатая шуба, один из рукавов которой был протянут по направлению к нам.

– Шубыч! – возопил Мухтар, бросаясь вперед.

Глава 19. Сундук мертвецов (часть 3)

– Стоять! – отчаянно выкрикнула Селия, мертвой хваткой вцепляясь в полу дохи. – Он не спит! Сосуд еще не полон!

Мою невесту била крупная дрожь. Я обнял ее, одновременно прихватив обмякшую в наших руках доху.

– Ф-фу-у! – неприязненно фыркнул Такс. Его шерсть встала дыбом, а хвост поднялся вверх и равномерно крутился, развеивая вредоносный фон.

«От этого ящика так и разит самой черной магией!»

И верно! Я вгляделся. Сундуки – вообще опасные ребята. Сей факт я уяснил еще прошлой зимой, познакомившись с парочкой впечатляющих экземпляров. Но этот был настоящий убийца! Чувствовалось, он только и ждет подходящий момент, чтобы вцепиться в нас своими зубами… или чем похуже. Мне даже показалось, что деревянный монстр предвкушающе облизывается. Из-под чуть приоткрытой крышки брякнулась на пол и тут же откатилась, наткнувшись на ногу трупа, большая монета. Приманивает!

– Какой он жуткий! – Селия продолжала одной рукой удерживать доху, а второй цеплялась за меня словно за спасательный круг. – Он жаждет!

– Заклят на смерти! – хрипло произнес Ханшери. – Его голод утолят только души трех магов. Две он уже заполучил, и, изнывая, ждет третью!

– А хозяин смолчал, ведь его сундуку нужен третий, последний мертвец, – вызвонила Первоконница пару строчек из не известного мне стихотворения. – Там, небось, сам Великий Общак!

Такс заворчал, как-то внезапно оказавшись между мной и тускуланским магом. Даже Мухтар сделал вид, что закатывает рукава. Мы с Ханшери испытывающе посмотрели друг на друга… и облегченно рассмеялись. Ни я, ни он не собирались убивать друг друга, чтобы выживший смог получить сундук с сокровищами. В зале будто даже стало светлее. Как говорится, никакая темная магия не может устоять перед зарождающейся магией дружбы.

– Крепко шибает по голове, зараза, – покачал головой граф. – Старайтесь не приближаться к сундуку, а лучше – даже не смотреть в его сторону. Боюсь, беднягу Шутта мы вообще не сможем вытащить. Слишком опасно, может притянуть зовом. Разве что, может, вы, леди?

«Еще чего придумал!» – Такс недовольно оскалил зубы.

Я, кажется, тоже.

– Нет, – решительно отказалась Селия. – Очень сильная магия. Сундук подчинится только тому, кто ее наложил. Он слишком долго ждал.

– А Шубыча, Шубыча мы, что, тут бросим?! – горестно взвыл Мухтар. – Чую, не мертвый он! Смог от погибшего высвободиться, только сил уйти не хватило…

– Только вы сами туда не лезьте, – предупредил его Ханшери. – Насколько я понимаю, вас эта гадость выпьет еще быстрее, чем человека. И совершенно не насытится.

– Можно попробовать дотянуться до него длинной палкой.

Оглянувшись по сторонам, я вдруг заметил прислоненный к одному из шкафов загнутый крюком посох с массивным четырехгранным клинком, выдвинутым из подтока. От него тоже тянуло темной магией, но лучшего варианта не было. Не стулья же ломать!

– Подождите, коллега, – Ханшери забрал у меня посох, внимательно осмотрел его и даже обследовал с помощью своей магии. – На острие клинка кровь! Причем, это кровь Шуттинзона!

– Вы уверены? – удивился я такой чувствительности.

– Да уж, будьте спокойны. Определять подобные вещи я умею очень хорошо. Так что шуба может оказаться уликой. Подстрахуйте, я попробую ее достать.

Вытащив из кармана черные перчатки, граф надел их, взял посох за четырехгранный клинок и, вытянув руку, начал осторожно подкрадываться к лежащему на полу Шубычу. Крюк на вершине посоха опустился, зацепился за торчащий вперед рукав, потянул…

– Держите меня!!! – испуганно крикнул Ханшери. – Он зовет!

Посох словно вытянулся в длину, пытаясь дотянуться до сундука и увлечь за собой тускуланского мага. Тот сделал неуверенный шажок вперед, поддаваясь давлению, но я ухватил его поперек туловища и попытался оттащить обратно. Однако это было не так легко. Более того, мои ноги заскользили по гладкому полу, и меня самого потащило вперед вместе с тускуланцем. Сундук мощно притягивал к себе, его зову было очень трудно сопротивляться.

– Базик!!!

Селия что было сил вцепилась в мою руку, а штанину потянул на себя Такс. Как ни странно, им удалось остановить нас, двух больших мужчин, но девушке и псу не хватало силы оттянуть нас подальше. На несколько томительно долгих секунд наступило шаткое равновесие.

– Бросай дрын, балбес!

Проскользнувший мимо нас Мухтар с размаху ударил тяжелым рукавом по руке Ханшери. Посох выпал из нее, раздался странный негромкий звук – будто лопнула струна, жуткое тянущее ощущение исчезло. Мы дружно покатились по полу в обратную от опасности сторону. Сундук недовольно клацнул крышкой и чем-то разочарованно скрежетнул.

– А его нельзя уничтожить? – спросила Селия, принимая мою руку, чтобы встать на ноги.

– Сейчас – нет, – бледный Ханшери покачал головой. – В нем заключена энергия двух смертей. Если ее разом высвободить, не поздоровится даже вам, леди.

– Эх, дайте я все-таки попытаюсь Шубыча вытащить! Если что не так, тащите меня назад за хвост!

Обернувшись псом, Мухтар лег на пол и пополз по направлению к шубе. Мы с замиранием сердца следили, как он все ближе подбирается к неподвижному другу, вцепляется зубами ему в рукав, начинает тянуть к себе… И тут сундук нанес удар – коварно и подло, словно он был хитрым живым существом. Мухтара спасло только то, что он успел обратиться и уже в виде дохи рухнул сверху на Шубыча.

«Ну вот, теперь придется их двоих вытаскивать», – проворчал мой пес.

«А дистанционно их нельзя как-то подцепить?» – предложила Первоконница.

– Поднять-то мы их поднимем… – я сделал паузу, производя в уме необходимые вычисления. – А вот притянуть их к себе магией будет сложно. Слишком близко они от сундука. Он свою добычу не выпустит…

– Подтолкнуть можно не только магией! – нетерпеливо перебила меня Селия. – Нужно использовать обычный предмет, чтобы было материальное воздействие! Если не будет магии, сундук не сможет на него влиять.

– А что, это идея!

Я обернулся к стене и внимательно посмотрел на шкафы, призывно зияющие распахнутыми дверцами. Повинуясь внутреннему порыву, подошел к одному из них и запустил руку в темное нутро. Есть!

Через секунду я с недоумением рассматривал странный металлический предмет, зажатый в своей руке. Думаю, это была швабра, но какая-то странная, с мягким пористым основанием и с большим крючком на конце ручки.

– Молодец! Это то, что надо!

Селия, звонко чмокнув меня в щеку, отобрала инструмент и деловито покрутила ярко-синие гайки, расположенные на черенке. Одно неуловимое движение – и прямо на моих глазах достаточно короткая ручка удлинилась раза в три, не меньше.

– Все-таки магическая… – разочарованно протянул я.

Лишний раз магичить в этом страшном месте, разыскивая обычную простую вещь в межмировом пространстве, мне никак не хотелось.

– Базз, все-таки в техническом плане ты безнадежен!

Чтобы смягчить свои слова, Селия снова чмокнула меня, но как-то поспешно, промежду прочим. Ее взгляд был все время прикован к новой игрушке – она откровенно любовалась моим подарком.

– Это обычное механическое устройство, швабра для мытья окон. Нам в училище такие показывали. Правда, только на картинке. Нашла!

Моя невеста щелкнула какой-то очередной гайкой, и швабра согнулась в одном из узлов.

– Готово! Можем, начинать.

Мы с Ханшери безропотно подчинились ее приказу. А кто бы не подчинился? С горящими глазами, со шваброй в вытянутой руке, моя невеста выглядела очень… гм!.. вдохновляюще.

Подняв левитацией доху и шубу, мы с графом продолжали удерживать их в воздухе, на одном месте. Селия, прикинув расстояние до цели, деловито пощелкала какими-то гаечками и рычажками, изогнув швабру особо извращенным образом. Еще раз посмотрела на темную массу, зависшую в воздухе, и ловко перехватила инструмент за основание. Держа его в правой руке, магичка начала аккуратно подводить крючок к добыче.

«К карману подводи. У него там дыра по шву – сразу зацепится», – послышался деловитый голос Такса.

Мне показалось или я услышал в мысленном эфире недовольное сопение дохи?

Зацепив доху крючком, Селия начала подтаскивать ее в нашу сторону. За ней потянулся и Шубыч – Мухтар, похоже, успел вцепиться в своего друга мертвой хваткой.

Конечно, сундуку это сильно не понравилось. Он скрипел, хлопал крышкой и даже пытался подчинить себе брошенный посох, но на чудо-швабру воздействовать никак не смог.

Несколько секунд изматывающего напряжения – и обе волшебные вещи оказались достаточно далеко от источника опасности, чтобы и Такс смог ухватиться за них зубами. Все вместе мы смогли оттащить их поближе к выходу.

Сразу же после этого я перегородил зал силовым барьером, отсекая за ним сундук с его зловредными эманациями. Конечно, долго эта преграда не продержится. Даже если не сможет злодей, магию из него потихоньку вытянут «болотные огоньки». Но на пару рук уж точно хватит.

Теперь нам с Ханшери ничего не мешало снова поднять в воздух товарищей по несчастью и отлевитировать к выходу. Уже при свете дня мы внимательно осмотрели Шубыча.

– Убийца ударил беднягу Шутта в спину посохом, – Ханшери продемонстрировал нам прореху, где со стороны подкладки виднелись темные пятна. – Надо понимать, удар бросил его вперед, и Шутт, очевидно, налетел на сундук, отдав ему душу. По крайней мере, только при таком раскладе у разумного артефакта был хоть какой-то шанс уцелеть.

– Каким образом? – спросила Селия.

– Если Шутт расстегнул шубу в зале, она могла избежать гибельного касания. А пока сундук, извините, за подробности, переваривал захваченную душу, шуба смогла сняться с мертвого тела и попыталась отползти. Не удалось. Пришлось срочно впадать в кому, чтобы сундуку было не за что ухватиться.

«Какая-то магия в нем чувствуется, – определил Такс, обнюхав Шубыча. – Правда, очень-очень слабо».

– Так оно и должно быть, – согласился Ханшери, когда я повторил эти слова вслух. – Хорошо сделанные волшебные вещи вообще-то покрепче людей. Вот эта смогла выдержать полтора года в полном оцепенении и имеет неплохие шансы ожить. Хотя ваша доха вовремя взялась за поиски. Еще несколько полных, и, возможно, было бы поздно.

– А что будет с ней? – Селия осторожно приподняла свисающий рукав дохи.

– Надеюсь, ничего страшного. Отлежится.

«Этого балахонистого даже моль не берет!» – фыркнул Такс.

– Что вы собираетесь делать дальше? – спросил я у Ханшери. – Вашего друга убили. Скорее всего, это сделал то же человек, который прикончил Кергедая, в смерти которого обвиняют мою мать.

– Понимаю, о чем вы. Вы хотите знать, буду ли я мстить за беднягу Шутта? – в упор взглянул на меня граф. – Наверное, нет. Но не спешите осуждать меня. Прежде всего, у меня здесь есть основная миссия, и я не имею права ставить ее под угрозу. К тому же, не забывайте, что в ваших краях я – не уважаемый член магического сообщества с немалыми связями и возможностями, а подозрительный иностранец. Поэтому пусть справедливое возмездие возьмут на себя те, кому это положено по должности.

– А-а…

– И вот еще, – Ханшери бросил на меня, а затем на Селию еще один внимательный взгляд. – Господин Пампука, госпожа Лаурентин, скажу откровенно, вы мне симпатичны. А вашим умением управляться с хитромудрыми иномирянскими инструментами я просто сражен наповал! Поэтому прислушайтесь, пожалуйста, к моему доброму совету: не рвитесь в герои! Старина Шутт был парень не промах, он не дал бы так просто захватить себя врасплох первому встречному. Его убийца – очень, очень опасный человек, поэтому даже думать о нем забудьте! Я даже не уверен, что с ним справится ваша магическая полиция. Шутт был одиноким человеком и никогда не мечтал умереть в своей постели. Благодаря нам с вами он не канул в неизвестность. Поверьте, это тоже немало.

– Все равно, это как-то неправильно, – поежилась Селия, с опаской глянув на разверзнутый зев подземного хода.

– Может, хотя бы похоронить его там? Вместе с этим проклятым сундуком?! – предложил я.

Ханшери задумался, но все-таки отрицательно покачал головой.

– Неплохая идея, но не сейчас. Не будем тратить силы. Если вы не против, я бы очень хотел все же навестить сегодня урочище Повешенного Зайца. Понимаю, что уже очень много вам задолжал, но… у меня есть некое предчувствие – лучше не откладывать.

– Хорошо, – сказала Селия, коснувшись моей руки. – Мы поможем.

ТАКС

Возле дороги нас встретили только трое – Ферак, Сальешиш и один из дублей моего хозяина.

– А где… – начал Монбазор.

– Приехал господин Мурмуль, и они отправились его встречать, – сообщил страж. – Пообещали вас не выдавать.

Я слегка заворчал. Что-то зачастил сюда в последнее время беловолосый кладоискатель. Не к добру это… Селия, нагнувшись, потрепала меня по холке, успокаивая.

«Вы с трофеями вернулись?» – тихонько полюбопытствовал рыжик.

«Нет. Мы там не клад искали, а занимались спасательной операцией. Сальешиш, познакомься, это Шубыч».

«Здравствуйте, – неуверенно произнес на мысленной волне парнишка. – Он не отвечает…»

«Да и не ответит пока. С позапрошлой зимы пролежал рядом с мертвым хозяином и сундуком-убийцей, вот и оцепенел».

«Ой, а что с Мухтаром? Тоже что-то случилось?!» – Сальешиш обратил внимание на балахонистого.

«Приложило немного… – проворчал я. – С-спасатель! Самого потом спасать пришлось. Хотя он молодец, смелый! Глядишь, настоящим псом станет. Придет он в себя, что ему сделается?»

Тем временем хозяин завершил разговор с дублем.

– Хорошо, – кивнул напоследок Монбазор. – Забери, пожалуйста, этих страдальцев и отнеси их… да хотя бы в каретный сарай, пусть там оживают. Потом возвращайся на пост.

– Есть, шеф!

Дубль подхватил сваленных в одну кучу доху и шубу и, покряхтывая, потащил их по направлению к имению. Хозяин, не выдержав, немного поделился с ним магией. Его двойник, благодарно кивнув, прибавил шаг, а кряхтенье перешло в веселый мотивчик.

– Теперь можем отправляться? – Ханшери вскочил в седло. – Надо торопиться, пока Мурмуль гостит у вас. Урочище находится на границе его земель. Ничего он нам, конечно, не сделает, но неудобно было бы объясняться.

Ехали мы довольно долго. Позади остался Старый Вяз, затем полоска леса отодвинулась вправо, а дорога пошла через поля. Внезапно впереди справа, над зарослями сахарной свеклы, появились верхушки деревьев – словно кто-то гигантским ковшом вынул огромный шмат земли, а в образовавшейся выемке вырос молодой лесок. Это и была цель нашей поездки.

Не доходя до урочища, дорога заворачивала налево, обходя его по широкой дуге. С той стороны поле сменилось заросшим лугом, словно людям не хотелось ни самим приближаться к этому месту, ни даже выпасать там скот. И я, пожалуй, мог их понять. Время от времени ветерок доносил до меня слабый отталкивающий запах, которым тянуло со стороны урочища. Да и лошади забеспокоились.

Тем не менее, мы добрались через луг до самой опушки. Только там мы оставили лошадей на Ферака и Сальешиша, после чего спустились в котловину. Мне с моим ростом приходилось тяжело в густой поросли, и хозяину пришлось взять меня на руки.

Сверху я хорошо видел примятую траву и сломанные ветки кустов, да и запах чувствовался все отчетливее. Ханшери уверенно вел нас по своему старому следу и вскоре мы оказались в одном весьма примечательном месте.

Деревья расступились, разойдясь в стороны, и перед нами вырос невысокий круглый бугор, увенчанный какими-то странными конструкциями. Больше всего они напоминали два огромных гриба, выросшие на лысой макушке. Однако их формы были слишком правильные для того, чтобы оказаться творениями природы. В одном месте к бугру вела постепенно углубляющаяся в землю выемка, в конце которой виднелась темно-зеленая дверь, утопленная в грунт.

При этом и склоны бугра, и вообще все вокруг него поросло низкой стелющейся травой отчетливо красноватого оттенка. Ее отделяла от нормальных зарослей граница – ровная, словно проведенная циркулем, полоска голой земли.

– Какое интересное решение! – восхитился мой хозяин, спуская меня вниз. – Спрятать убежище в кусочке чужого мира!

Глава 19. Сундук мертвецов (часть 4)

– А такое возможно?! – удивилась Селия.

– Да, как видишь. И это очень надежная защита, потому что граница между мирами закрывает его словно куполом. Проломить извне такой купол очень тяжело – это то же самое, словно пытаться раздавить яйцо, только еще сложнее. И то большая вероятность, что в этом случае разрыв в пространстве просто затянется, и мы останемся ни с чем. Чтобы попасть к той двери, можно попытаться пробить туда туннель или же надо найти лазейку-прокол, который оставил для себя автор этого конструкта.

– Поэтому попробуйте прогуляться вокруг, осмотреться, – посоветовал Селии Ханшери. – Прибегнуть к грубой силе мы всегда успеем. Ведь здешняя магия сродни вашей, не правда ли?

– Да…

Селия неуверенно кивнула и шагнула вперед, вытянув руки, словно пытаясь нащупать границы невидимого купола. Я пристроился рядом с ней. Это место мне активно не нравилось, из него хотелось поскорее убраться. Кроме того, я могу учуять то, что не смогут увидеть люди.

В моем обострившемся восприятии купол начал постепенно проявляться. Можно было даже различить на его поверхности сложную структуру из силовых нитей каркаса и шестиугольников, напоминающих соты.

Мы обошли его больше, чем на пол-оборота, двигаясь против часовой стрелки. Вдруг я уловил в нем какую-то аномалию. Точно! У самой земли силовая решетка раздвигалась, образуя арку двери. А вот этот клубок магических завихрений – очевидно, «замок».

«Нашел!» – сообщил я Селии и залаял, привлекая внимание хозяина.

«Такс, мне плохо видно, – девушка присела возле меня на корточки. – Как это можно открыть?»

Я всмотрелся еще раз.

«Вот тут торчит какая-то ниточка, – сосредоточившись, я передал ей схему. – Кажется, за нее надо потянуть».

«Дерни за веревочку, дверь и откроется», – каким-то старушечьим голосом прошамкала Первоконница.

– Дергать? – спросила Селия, поднимаясь и оборачиваясь к моему хозяину.

– Да, вне всякого сомнения! – Ханшери достал из-за пояса и активировал магический жезл, верхушка которого слабо засветилась темно-оранжевым. – Я страхую!

– Хорошо.

Селия протянула руку и, нащупав нужную нить, резко потянула ее на себя. Купол внезапно вспыхнул, налившись молочной белизной. В этой мутно-белой покатой стене образовался проход, из которого потянуло странными запахами. Среди них мой чуткий нос различил мокрый бетон, нагретый металл, смазочные масла, выхлопные газы и даже сгоревший кордит. Не очень приятная смесь, но непосредственной угрозы она не несла.

Селия первой переступила через порог. Магическое поле этого места дрогнуло, но свободно пропустило ее, очевидно, ощутив несомненное сродство. Затем сразу же проскочил я, заняв позицию перед магичкой. С боков девушку поддерживали Монбазор с Первоконницей и Ханшери с жезлом.

Мы уже успели сделать несколько шагов по направлению к выемке, когда я почувствовал чужое враждебное присутствие. Зеленая дверь шевельнулась, пошла волнами, и прямо сквозь нее нам навстречу вышла женская фигура.

Я тревожно залаял, предупреждая об опасности, и перешел в боевую форму, остро чувствуя недостаточность своих сил. Мне никогда ранее не приходилось видеть наяву это магическое создание, но я знал, что, увы, не ошибся с его определением.

Тень-демон, она же хренотень. Боевая дрянь на класс выше того скелета, с которым мы сражались у Старого Вяза. Основной тактический прием при встрече с подобным противником, если под рукой нет небольшой атомной бомбы, – паническое бегство.

Проход за нашими спинами с лязгом схлопнулся. Значит, с отступлением будут проблемы. Я подготовился к неравному бою.

Однако хренотень не торопилась нападать, разглядывая нас. А мы, понятное дело, глядели на нее – тем более, что там было, на что посмотреть.

Она выглядела как женщина лет тридцати по человеческому счету… Красивая женщина, а согласно восприятию моего хозяина, даже очень. Одета в мужское. Высокие сапоги, темные облегающие штаны для верховой езды, на поясе ножны со шпагой или рапирой. Белая рубашка, две верхние пуговицы расстегнуты. Непокорная копна темно-каштановых волос. Верная смерть в красивой упаковке…

– Леони? – вдруг неуверенно спросила она чуть хрипловатым низким голосом, глядя на Селию. – Нет, ты не Леони… Ты кто такая? Ее дочка?!

– Скорее, внучка, – наша магичка почтительно поклонилась.

А я только сейчас разглядел то, что наверняка сразу заметили люди. У них с Селией не только магия близка, но и сами они похожи! Стражница выглядела заметно старше, ее черты были более резкими, но между ними было несомненное сходство!

– Правнучка, значит… – хренотень еще раз внимательно осмотрела Селию буквально с ног до головы. – А Леони, выходит, так и не захотела прийти… Сколько же лет прошло?

– Сто пятьдесят.

– Полтораста… – задумчиво повторила стражница. – Долгонько… Выходит, проигрались мы тогда в пух и прах… Я так и думала, что этот придурок гранд-магистр Тримелвен нас погубит! Если уж решил сыграть в Темную Империю, так надо было сразу идти на столицу, а не полгода волынку тянуть!.. Ладно, это дело прошлое, давно прошедшее… С чем пожаловала, правнученька? Богатства захотелось? Иль силы? Или того и другого, а?!

– Нет, госпожа, – покачала головой Селия. – Мы только ищем одну вещь…

– Вы ищете?! – хмыкнула хренотень, а я зарычал, ощутив ее совсем не благосклонное внимание. – Кто это с тобой?

– Монбазор Пампука, мой жених…

Мой хозяин вежливо поклонился. Но Первоконницу продолжал держать наготове.

– Пампука, значит?.. Небось, Гуридария родственничек, этого Хрюна Пампукского?! Та еще была хитрая сволочь! Его сам гранд-магистр приглашал, а он так и не пошел, чистоплюй этакий! Хотя, похоже, правильно сделал… В общем, одобряю твой выбор, правнучка. Серьезный молодой человек, и собачка у него непростая… Так, а это кто такой черненький?

– Граф Ханшери Карниворн, – представился тускуланский маг, прижимая кулак свободной руки к груди. – Возможно, вы знали моего отца, магистра Шеррихаана.

– А-а, тигреночек! – кивнула стражница. – Помню, милый парнишка. Значит, уцелел и даже в графья выбился?

– Так точно, – снова поклонился Ханшери. – Только не в Империи, а в Тускулане. А вы, надо понимать, несравненная Зара Гранджер?

– Верно, – по лицу тени промелькнула хищная улыбка. – Вот и познакомились. А тебя, правнучка, как зовут?

– Ариселия… Лаурентин.

– Ну да, ну да. Дар у нас по женской линии передается, – понятливо закивала стражница. – Что, малышка, желаешь к родовой магии приобщиться? Я пока была жива, много чего умела! Хочешь получить мою силу ведьминскую? Бери же, пока дают!

Признаться, в этот момент меня непроизвольно чуть не выкинуло в обычную собачью форму. Хренотень и сама по себе – крайне опасная тварь, но от этой красивой женщины сейчас шибануло самой настоящей жутью!

– Нет, спасибо, – отважно покачала головой Селия, и даже голос ее не дрогнул. – Сила у меня своя, а до остального как-нибудь своим умом дойду!

Наступила короткая напряженная пауза, а затем хренотень расхохоталась.

– Молодец, девчонка! Узнаю нашу породу… Клюнула бы на халяву, я бы тебе мозги выжгла! Говори теперь, зачем явилась.

– Мы ищем Эстеллу Оскуру, Темную Звезду…

– Да, была у меня эта безделушка, – кивнула Зара, выслушав Селию. – Только вот ведь беда, проиграла я ее Ненетте, козлихе драной… Вообще-то, оригинальная я собралась ее себе вернуть и даже кое-какие меры для этого приняла, но удалось ли ей, не знаю. Меня раньше создали и здесь сторожить оставили… Ну, зайдите, наверное, в бункер, поищите. И ты, это, правнучка, не стесняйся. Что понравится, себе забирай. Я разрешаю!

– А обратно с этим выйти разрешите? – спросила Селия.

– Ха-ха-ха! Умница! – совсем развеселилась хренотень. – Ушки на макушке, да? Прямо жаль, что настоящая я до твоего рождения не дожила. На, вот тебе обратный пропуск, на всю твою компанию. Давай руку! И покеда!..

Тень-Зара хлопнула своей призрачной пятерней по подставленной ладони Селии. Я ощутил, как магия стражницы ярко вспыхнула, на мгновение проявив какую-то невероятно сложную структуру, и пропала вместе с ней самой. Теперь уже ничто не мешало нам идти дальше.

Спустившись по выемке, Ханшери с усилием потянул на себя ручку. Тяжелая толстая металлическая дверь медленно отворилась. Из темной щели на нас пахнуло затхлостью и сыростью, в которые неожиданно вплелась легкая цветочная нотка.

Именно этот аромат помог мне сориентироваться в мрачном и неприветливом бетонном лабиринте. Мы спустились на один уровень, потом на второй, прошли через коридор с толстыми трубами, тянущимися под потолком, и, наконец, очутились в небольшом помещении, которое Первоконница почему-то назвала будуарием.

Там было ощутимо теплее, чем в остальном бункере. Голый бетон скрылся под пушистыми коврами и тканевыми драпировками. Я уловил целый набор бытовых заклинаний против сырости, пыли и почему-то насекомых. Благодаря повышенному магическому фону в этом мире они так и не разрядились за полтораста лет, продолжая поддерживать комнату в полной порядке. Казалось, хозяйка только что покинула ее. А громадная кровать с разбросанными по ней подушками и небрежно скомканными простынями радикально черного цвета еще хранила тень живых запахов, почему-то смешанных с отголосками магии школы смерти.

Впрочем, кровать моих спутников не заинтересовала. Первым делом они принялись увлеченно обшаривать многочисленные ящики большущего комода, стоявшего у ближней стены, а затем перешли к трюмо с целой выставкой разнообразных флакончиков и шкатулок.

Я тоже присоединился к этому захватывающему занятию. Совместными усилиями мы обнаружили много шелкового женского белья, от вида которого Селия интенсивно покраснела, а ее запах слегка изменился. Также мы просмотрели коллекцию косметики с давным-давно истекшим сроком годности, отыскав множество мелких… и не очень мелких сувениров. В одном ящике были навалены грудой драгоценные и полудрагоценные камни, превращенные в магические накопители. А в нижнем ящике комода были заботливо упакованы в мягкую ткань всевозможные кинжальчики и стилеты. Среди них мы нашли странно миниатюрную косу с тремя лезвиями. Ее можно было бы принять за некую игрушку, если бы не бритвенная острота заточки. К тому же, именно от нее несло самой чернушной-пречернушной магией, к которой почему-то примешивался запашок дохлой канарейки.

– Вы не хотите взять что-то из этого себе? За труды? – Ханшери опрокинул перед Селией на изящный туалетный столик содержимое большой шкатулки, доверху наполненной драгоценностями.

– Нет, спасибо, – девушка зябко повела плечами. – Они… чужие. За ними – смерти, кровь…

– Так положите их в проточную воду на пару суток, – хмыкнул практичный тускуланец. – Весь негативный фон смоет.

– Нет, – Селия покачала головой. – Ссыпайте обратно.

– Как хотите.

Приставив шкатулку к краю столешницы, Ханшери начал сгребать в нее украшения. Вдруг один предмет проскочил мимо и упал на пол.

– Ой! – Селия машинально нагнулась и подняла небольшой браслет из простеньких на вид гладких белых камушков, образующих кольцевую мозаику, напоминающую панцирь черепахи. – А он… совсем другой, без черноты… Такс, а ты что скажешь?

Я внимательно обнюхал и осмотрел находку. От браслета не пахло магией, но ощутимо веяло чем-то приятным, успокаивающим, надежным. Даже чистый белый цвет камешков ощущался не как холодный, снежный, а как теплый. Браслет украшала серебряная подвеска в виде маленького якорька.

«Опасности нет», – просигнализировал я.

– Тогда, если вы не против, я возьму его себе, можно? – неуверенно спросила Селия, глядя куда-то в верхний угол. – Он… словно сам нашел меня… Я чувствую…

Никто не ответил, и девушка надела браслет на правую руку. Он не имел застежки, но растягивался, от чего плотно прилегающие друг к другу камешки расходились в стороны.

Чем дольше шли поиски, тем более расстроенным и разочарованным выглядел Ханшери. Он осмотрел все, даже залез под кровать, долго там возился, подсвечивая себе магически светлячком. Выбрался оттуда совсем приунывшим.

– Темной звезды здесь нет, – мрачно сообщил он. – Или же она полностью потеряла силу и поэтому не обнаруживается. Но тогда артефакт уже бесполезн. Больше нет смысла здесь шарить.

Понурые, раздосадованные, мы выбрались наружу и покинули купол. Проход затянуло, но он сразу же раскрылся перед нами, как только Селия коснулась пальцами двери.

– Благодарю! – громко сказала она, обернувшись на пороге. Никто ей не ответил.

Тем временем Ханшери немного пришел в себя.

– Это серьезный удар, но, по крайней мере, у меня появился новый след, – говорил он. – Здесь мне больше делать нечего – я возвращаюсь домой, в Тускулан. А там начну поиски этой Ненетты в архивах, спишусь с коллегами… Мы еще поборемся!

– Тш! – вдруг шикнула на него Селия.

В кустах сбоку от нас появилось белое пятнышко. Я принюхался. Ба! Да это же магический бегающий зайчик! Только почему он от нас не удирает?

– Такс, вернись к Монбазору, – попросила меня магичка. – Кажется, ты его пугаешь.

Я послушался, отступив. Селия сделала несколько осторожных шажков вперед и присела. Белый заяц выбрался из-под куста и медленно, мелкими скачками, двинулся по направлению к ней. Вспомнив, как эта милая зверюшка грызла железные прутья, я насторожился, но пока не ощущал опасности.

– Какой милый! – Селия протянула руку.

Зайчик обнюхал ее. Затем то ли выплюнул, то ли отрыгнул что-то мелкое и внезапно замер, превратившись в неподвижную мягкую игрушку.

– Посмотрите, что это?

Селия удивленно подняла раскрытую ладонь, на которой лежала слегка выпуклая темная костяная восьмиугольная пластинка. На ее поверхности я различил какие-то линии, а всю ее покрывал сложный узор магических нитей.

– Эстелла Оскура! – хрипло каркнул Ханшери.

Мне показалось, что он готов рухнуть на колени перед девушкой.

– Молю вас! Даю любые деньги! Все, что угодно!

– Не надо, – Селия покачала головой. – Я просто дарю ее вам.

«От чистого сердца! – растроганно всхлипнула Первоконница. – И торг здесь неуместен!»

– Благодарю вас, леди! – Ханшери встал на одно колено и церемонно поцеловал руку зардевшейся от смущения магичке. – У меня сейчас нет возможности сделать вам равноценный подарок, но примите хотя бы это.

Граф снял с пальца и протянул девушке перстень с крупным черным камнем, в котором я уловил некую магическую структуру.

– Берегите эту вещицу. В ней находится ключ, который откроет вам в Тускулане многие замки. Если вы, скажем, захотите получить углубленное образование или занять причитающееся место, вам с радостью пойдут навстречу. Вы можете прийти в тускуланское посольство в столице Империи, предъявить перстень, и вам окажут любую помощь.

– Спасибо, – Селия поклонилась, принимая ответный дар. – Пусть у вас все получится!

– И у вас, и у вас тоже! Леди, господин Пампука, я рад, что познакомился с вами! Передайте мои извинения и наилучшие пожелания моему сыну. Я собирался навестить его еще раз, но не получится. Я срочно возвращаюсь в Тускулан!

Гр-р! И чего это он так торопится?!

МОНБАЗОР

– Ты не сердишься, что я просто так подарила ему Звезду? – тихо спросила меня Селия.

– А?

Признаться, я не сразу понял, о чем она меня спрашивает. Уставший после очередного тяжелого дня, я просто млел от близости своей девушки, сидя с ней на одном сиденье шарабана, весело катящего к дому. Сальешиш с белым зайцем устроился впереди. Там же находился и Такс, похоже, рассказывавший нашему юному другу о сегодняшних приключениях. По крайней мере, пару раз оттуда до меня доносилось восхищенное «Ух, ты!».

– Так ты не сердишься? – спросила Селия.

– Ах, да. Нет, конечно! – пользуясь тем, что нас не видит никто посторонний, я крепче обнял свою нареченную и, повернув голову, коснулся губами ее мочки уха. – На самом деле, от этих Великих артефактов одни неприятности. Нам с тобой она не нужна, а так ее никуда не пристроишь и не продашь. Стоит только заикнуться о том, что у нас есть такая штучка, так сразу налетят всякие архимаги, чиновники, коллекционеры и просто мошенники! Придется держать ее в прочном сейфе, да еще постоянно дергаться, чтобы не конфисковали и не украли. Так что ты, на мой взгляд, совершенно правильно поступила!

– Спасибо, – Селия плотнее прижалась ко мне. – С этим ты меня успокоил.

– С этим? – я почувствовал в ее словах некую недосказанность. – А есть и другое?