Зельда Хаотичная. Книга вторая

Путь в королевство эльфов

Понедельник. Люминарская Академия государства Арканы провожала своих студентов.

Главные ворота были открыты настежь. Двадцать студентов, прошедших эльфийские зачёты, стояли у трёх больших карет, украшенных эльфийскими узорами и гербами. Рядом — их друзья, преподаватели, декан.

Зельда обнимала Лиру и Элару в последний раз.

— Месяц пролетит быстро, — сказала Лира, вытирая слёзы.

— Обещаю писать каждую неделю, — ответила Зельда, сжимая подруг в объятиях. — И привезу столько историй!

— И вкусняшек, — напомнила Элара.

— И вкусняшек, — рассмеялась Зельда.

Декан Варилий подошёл, положил руку на плечо внучки.

— Будь осторожна. Учись. И помни — ты всегда можешь вернуться, если что-то пойдёт не так.

— Спасибо, дедушка, — улыбнулась Зельда.

Дракончик сидел на плече декана под пологом отвлечения внимания, мощным и сложным заклинанием, грустно пищал.

— Пии... Пии...

— Я скоро вернусь, малыш, — Зельда погладила его. — Будь хорошим мальчиком.

Мармелад уже сидел в карете, ожидая, переругиваясь с Селерионом, который оставался следить за палочками и учить студентов их использованию.

Талорин Звёздный стоял у первой кареты, проверяя список студентов.

— Все здесь. Пора ехать.

Студенты начали садиться в кареты. Зельда, Томас и Дрейвен оказались в одной. С ними ещё трое старшекурсников.

Бориус Валторн сел во вторую карету, тихий и задумчивый.

Кареты тронулись. Академия осталась позади.

Зельда смотрела в окно, махая друзьям, пока ворота не скрылись за поворотом.

— Началось, — прошептала она.

— Да, — Томас кивнул. — Новое приключение.

* * *

Первый день путь шёл через леса и равнины.

Кареты двигались плавно, магия смягчала удары от камней и ям. Внутри было удобно — мягкие сиденья, подушки, небольшой стол с едой и напитками.

Эльфы старались быть дружелюбными. Талорин несколько раз заглядывал в кареты, проверял, всё ли в порядке, разговаривал со студентами на равных.

— Как вам путешествие? — спросил он у Зельды.

— Красиво, — уклончиво ответила Зельда, глядя в окно на проплывающий лес, разительно отличающийся от её родного. — Я никогда не была так далеко от дома.

— Эльфийское королевство ещё красивее, — Талорин улыбнулся. — Леса, которые живут больше тысячи лет. Реки с кристально чистой водой. Магия, которая пронизывает всё.

— Звучит как сказка, — заметил Томас.

— Для многих так и есть, — кивнул Талорин.

Он посмотрел на Зельду внимательнее.

— Мисс Зельда, могу я задать личный вопрос?

Зельда насторожилась.

— Конечно.

— Ваша фамилия Нонцет-Клавдий. Значит ваша бабушка... её звали Агата?

Зельда моргнула, удивлённо.

— Да. Откуда вы знаете?

Талорин улыбнулся мягко.

—О, она была известна среди эльфов. Великая воительница, маг, защитница. Мы многим обязаны ей. Когда я увидел ваш стиль магии и узнал вашу фамилию, я понял — вы её внучка.

Зельда покраснела.

— Я... не знала, что она была так известна.

— Очень, — Талорин кивнул. — Но не волнуйтесь. Я не буду вдаваться в подробности. Просто хотел знать. И... я рад, что вы с нами.

Он вышел из кареты, оставив Зельду в смятении.

— Твоя бабушка была героем для эльфов? — спросил тихо Томас.

— Похоже на то, — прошептала Зельда. — Но я, получается, почти ничего о ней не знаю. Дедушка говорил только, что она получила от эльфов прозвище Вейверн.

Мармелад, лежавший на её коленях, мурлыкнул.

— Агата была... особенной. Когда-нибудь ты узнаешь всю историю.

***

Тронный зал Бога Хаоса и Разрушений мягко светился постоянно меняющимися элементами стихий.

Ка'азерот наблюдал за каретами и играл в карты с Мармеладом и Хрустом, который был вылечен от удара щупальцами бездны, когда Гарольд напал на культ Чёрной Бездны.

Его дочь сидела, задумчивая, после разговора с Талорином.

— Они знают, — прошептал напряжённо Ка'азерот, сбрасывая карты после удачного хода. — Эльфы знают, что она внучка Агаты.

Мармелад, сидевший рядом, вздохнул, проиграв.

— Это было неизбежно, босс. Агата была слишком известна среди них.

— Но зачем им эта информация? — Ка'азерот сжал подлокотник трона. — Что они планируют? Почему так важно знать её родословную?

— Может, просто уважение, — предположил Мармелад. — Агата спасла их королевство. Они благодарны.

— Или они хотят использовать Зельду, — Ка'азерот нахмурился. — Эльфы хитры. Они не делают ничего без причины.

— Вы слишком параноидальны, босс, — заметил Мармелад.

— Я отец, — возразил Ка'азерот. — Это моя обязанность — быть параноидальным.

Он посмотрел на окно, где Зельда гладила Мармелада на коленях.

— Я буду наблюдать. Внимательно. И если эльфы попытаются что-то... я вмешаюсь.

— Конечно, босс, — Мармелад насмешливо мурлыкнул. — Как всегда.

***

На второй день они достигли границы королевства.

Кареты быстро и без задержек пересекли границу Эльфийского королевства.

Пейзаж изменился почти мгновенно.

Леса стали гуще, деревья выше. Их стволы были серебристыми, листья — изумрудными с золотыми прожилками. Магия буквально висела в воздухе — лёгкое покалывание на коже, запах цветов и свежести.

Студенты прильнули к окнам, восхищённо.

— Это невероятно, — прошептала Зельда.

— Добро пожаловать в Эльфийское королевство, — сказал с гордостью Талорин, проезжая мимо на коне.

Дорога вела через арки из живых деревьев, чьи ветви сплетались в сложные узоры. Мимо проплывали эльфийские деревни — дома, построенные в стволах гигантских деревьев, мосты из лиан, фонтаны с магической водой.

Эльфы, видевшие кареты, махали руками, приветствовали студентов.

— Они дружелюбные, — Томас заметил удивлённо.

— Здесь, на своей земле, они более открыты, — хмыкнул Дрейвен. — Вдали от дома эльфы всегда пытаются показать, что превосходят других.

Зельда улыбнулась, глядя на детей-эльфов, бегающих по мостам.

***

На третий день кареты прибыли в столицу королевства — город Синдаро́ст.

Зельда не могла оторвать взгляд от окна. Город был... невероятным.

Башни из белого камня, покрытые живыми растениями, тянулись к небу. Мосты из хрусталя соединяли здания. Фонтаны били струями переливающейся воды. Магические огни парили в воздухе, создавая радугу цветов.

И в центре города, на холме, возвышалась Магическая академия эльфов.

Это была вершина изящной архитектуры.

Главное здание напоминало гигантское дерево, выросшее из белого мрамора. Его ветви -башни тянулись во все стороны, покрытые золотыми листьями. Окна были из цветного стекла, изображающего сцены древней магии. Вход украшали колонны, обвитые живыми лианами.

Вокруг академии простирались сады — цветы всех видов, деревья, пруды с лебедями, аллеи из светящихся камней.

Единственное, что выбивалось из картины, это храм с огромной ямой в середине двора.

— Боги, — Томас вдохнул. — Это...

— Красиво, — тихо закончила Зельда, поняв, что яма — это место, где росло одно из священных эльфийских деревьев, что привезли в академию.

Кареты остановились у главного входа.

Талорин открыл дверь, помог студентам выйти.

— Добро пожаловать в Академию Эльдали́нде Виняма́р, — сказал он торжественно название на эльфийском языке. — Здесь вы проведёте месяц. Здесь вы научитесь магии, которой нигде больше нет.

Студенты стояли, восхищённо глядя на здание.

Из дверей вышла высокая эльфийка в белоснежной мантии, расшитой серебром. Её волосы были цвета лунного света, глаза — ярко-голубые. На лбу — диадема из хрусталя.

— Я — архимаг Элирия Звёздный Свет, — её голос был мелодичным. — Ректор этой академии. Приветствую вас, студенты Арканы. Мы рады принять вас.

Она обвела их взглядом, остановившись на Зельде чуть дольше.

— Пройдёмте. Я покажу вам общежитие.

***

Общежитие было отдельным зданием рядом с академией.

Внутри — длинные коридоры, двери с табличками, магические светильники на стенах.

Элирия повела студентов по коридору.

— Комнаты распределены заранее. Каждый получит свой магический ключ и карту академии. Ужин начинается в семь вечера в главной столовой и заканчивается в полночь, ведь занятия идут неравномерно. Ваши занятия начинаются завтра утром.

Она мелодично начала называть имена и номера комнат.

Томас и Дрейвен получили комнату 47. Бориус и ещё один старшеклассник — 52.

Зельда ждала, волнуясь.

— Зельда, — Элирия внимательно посмотрела на неё. — Комната 12. Первый этаж, отдельное крыло.

Зельда моргнула. — Отдельное крыло?

— Да, — Элирия кивнула. — Пройдёмте, я провожу вас.

Зельда взяла ключ, последовала за ректором.

Томас и Дрейвен переглянулись, удивлённо.

***

Комната 12 была в конце коридора, за двойной дверью из резного дерева.

Элирия открыла её, впустила Зельду.

Зельда вошла — и замерла.

Это была не просто комната. Это были двухэтажные апартаменты для короля.

Большая гостиная с мягкими диванами, камином, книжными полками. Спальня с огромной кроватью, украшенной шёлковыми подушками и покрывалом. Ванная из мрамора и магическими зеркалами. Балкон с видом на сады.

Везде — цветы в вазах, магические светильники, ковры с эльфийскими узорами.

— Это... слишком роскошно, — прошептала Зельда.

— Это комната для почётных гостей, — объяснила Элирия. — Внучка Агаты Вейверн заслуживает особого уважения.

Зельда покраснела.

— Но я...

— Не спорьте, — Элирия улыбнулась. — Наслаждайтесь. Если что-то понадобится — позовите слугу. Колокольчик на столе.

Она вышла, закрыв дверь.

Зельда осталась одна, стоя посреди роскоши.

Мармелад вошёл через открытое окно, осмотрелся.

— Ого, — присвистнул он, удивив Зельду. — Это не комната. Это дворец. Эльфы явно уважают твою бабушку.

Зельда села на диван, растерянно.

— Почему мне? Другие студенты в обычных комнатах...

— Потому что ты особенная, — Мармелад мурлыкнул. — И эльфы это явно знают.

***

Ка'азерот и Мармелад смотрели на роскошную комнату Зельды.

— Это... немного подозрительно, — Ка'азерот нахмурился.

— Очень подозрительно, — Мармелад возмущённо согласился. — Почему ей дали лучшую комнату, но без питания для котов в комнате? Почему такой низкий сервис? Где магическое массажное кресло?

— Они что-то задумали, — Ка'азерот сжал кулаки, не слушая кота. — Эльфы не делают ничего просто так.

Он посмотрел на окно, где остальные студенты распаковывали вещи в скромных комнатах.

— Томас, Дрейвен, даже Бориус — у всех обычные комнаты. Только Зельде дали апартаменты.

— Может, действительно из уважения к Агате? — предположил Мармелад.

— Или они хотят выделить её. Сделать центром внимания. Использовать, — Ка'азерот расплавил подлокотники своего трона из застывшего времени.

Он встал с трона, начал ходить взад-вперёд.

— Я буду наблюдать ещё внимательнее. Каждый их шаг. Каждое слово. Если они посмеют обидеть мою дочь...

— Вы разрушите их королевство, — Мармелад закончил, закатив глаза. — Знаю, босс. Знаю.

***

Гарольд Железный Коготь сидел у костра, изучая карту.

Дорога к замку барона была довольно спокойной.

За последние три дня армия зачистила две подозрительные локации, которые нашли разведчики. Первая — логово разбойников в пещерах. Быстрая атака, десяток убитых, пара спасённых, награбленное конфисковано. Вторая — секта некромантов в заброшенной церкви у старого кладбища. Более сложный бой. Некроманты использовали скелетов и зомби. Но армия справилась. Пять некромантов мертвы, один схвачен живым.

Гарольд допросил его.

Некромант признался — они не были связаны с культом Пламени Хаоса. Просто отдельная группа глупцов, практикующая запрещённую магию.

Ещё одно разочарование.

Но люди, спасённые из церкви — три жертвы, готовящиеся к ритуалу — восхваляли Гарольда как героя. И слухи множились.

Когда армия проходила через деревни, жители выбегали на дороги, кричали:

— Святой оборотень! Благословенный защитник!

— Его армия — паладины света!

— Боги послали его, чтобы очистить земли от зла!

Гарольд сидел у костра, держа голову в руках.

— Святой оборотень, — он застонал. — Боги, это становится хуже.

Тень сидела рядом, точила кинжалы, усмехаясь.

— Слухи распространяются быстрее, чем огонь. Ты теперь легенда.

— Я не хочу быть легендой! — Гарольд взревел. — Я просто хочу найти культистов и отомстить за семью!

Клык, сидевший у другого костра, рассмеялся.

— Слишком поздно, оборотень. Ты святой. Смирись.

Гарольд зарычал, швырнул камень в огонь.

Один из воинов подошёл, поклонился.

— Командир, в ближайшей деревне просят вашего благословения. Говорят, что ваше прикосновение лечит болезни.

Гарольд замер.

— ЧТО?!

— Они говорят, что святой оборотень может исцелять, — воин повторил серьёзно, пытаясь спрятать улыбку.

Гарольд закрыл лицо руками.

— Я не могу исцелять! Я оборотень! Я рву врагов когтями! Мой укус в полнолуние передаёт проклятие ликантропии. Я годами учился контролировать себя!

Тень рассмеялась.

— Может, попробуешь? Вдруг получится.

— НЕТ! — заорал Гарольд.

Он встал, пошёл к своей палатке, бормоча:

— Святой оборотень. Исцеление. Боги, что дальше? Скажут, что я хожу по воде?

Тень и Клык переглянулись, сдерживая смех.

***

Комната Зельды. Ночь.

Зельда лежала на огромной кровати, глядя в потолок.

Мармелад спал у её ног.

Она думала о прошедшем дне. О путешествии. О разговоре с Талорином. О роскошной комнате. Всё было так странно.

Почему эльфы так заботятся о ней? Почему дали лучшую комнату? Что они знают о её бабушке, чего не знает она сама?

Зельда вздохнула, закрыла глаза. Завтра начнутся занятия. Завтра она узнает больше.

Но сейчас — сейчас она просто устала.

Она повернулась на бок, обняла подушку.

И вдруг подушка пискнула.

— ПИ!

Зельда подпрыгнула, отшвырнула подушку.

Подушка встала на лапки, тряхнулась.

— ПИ! ПИ!

Зельда уставилась на постель.

Боевая подушка. Пушинка.

— Как ты здесь оказалась?! — прошептала Зельда, потрясенно.

Пушинка запрыгнула на кровать, уткнулась в Зельду, мурлыча.

— Пи... пи...

Мармелад открыл один глаз.

— О. Подушка. Она, видимо, пробралась в твой багаж.

— Но как?! И зачем? — Зельда взяла Пушинку на руки. — И почему она научилась пищать?

— Она магическая, — Мармелад зевнул. — Магические создания делают странные вещи.

Зельда посмотрела на Пушинку, которая довольно мурлыкала.

— Ладно. Раз ты здесь... оставайся. Но веди себя хорошо!

— Пи! — Пушинка согласилась.

Зельда легла обратно, Пушинка свернулась рядом.

— Что ещё может пойти не так? — прошептала Зельда.

Мармелад хмыкнул. — Не спрашивай, хозяйка. Судьба любит вызовы.

Зельда закрыла глаза, улыбаясь.

Несмотря на всю странность, она была рада.

Новое приключение началось.

Первый день в академии

Утром Зельда проснулась от мягкого стука в дверь.

Она села на кровати, растерянно. Пушинка рядом сонно пискнула.

— Пи?

Мармелад открыл один глаз, зевнул.

— Кто-то пришёл.

— Входите? — неуверенно позвала Зельда.

Дверь открылась.

В комнату вошли три эльфийки в изящных светлых платьях. Все три поклонились синхронно.

— Доброе утро, госпожа Зельда, — сказала старшая, эльфийка с серебристыми волосами. — Меня зовут Лиана. Это Эларис и Сильвара. Мы — ваши слуги на время пребывания в академии.

Зельда моргнула.

— Слуги?

— Да, — Лиана улыбнулась. — Мы будем помогать вам с одеждой, едой, уборкой. Всё, что вам понадобится.

— Но... я могу сама, — Зельда начала.

— Госпожа, — Лиана мягко прервала её. — Это честь для нас — служить внучке Агаты Вейверн. Пожалуйста, позвольте нам выполнять нашу работу.

Зельда растерянно кивнула.

— Хорошо...

Эларис и Сильвара тут же принялись за дело. Одна открыла шкаф, начала выбирать одежду. Другая расправила постель, взбила подушки.

Лиана подошла к Зельде, помогла ей встать.

— Позвольте помочь вам одеться, госпожа.

— Я правда могу сама... — Зельда попыталась возразить.

Но эльфийки уже окружили её, быстро и ловко помогая снять ночную рубашку, надеть свежее бельё, платье.

Зельда стояла, чувствуя себя куклой.

Через пять минут она была одета в элегантное платье цвета утреннего неба, волосы заплетены в сложную косу с вплетёнными лентами.

— Вы прекрасны, госпожа, — улыбнулась Лиана.

— Спасибо, — Зельда покраснела.

Сильвара вкатила в комнату тележку с завтраком.

На ней — серебряные блюда, накрытые крышками. Ароматы заставили живот Зельды предательски заурчать.

Лиана сняла крышки.

Свежий хлеб, масло, мёд, фрукты, сыры, пироги, соки, чай.

И отдельная тарелка для Мармелада.

Мармелад подошёл, понюхал.

На тарелке лежали кусочки копчёного лосося, икра трёх видов — красная, чёрная и золотистая, тонко нарезанный тунец, креветки.

Мармелад замер.

— Это... для меня?

— Конечно, господин Мармелад, — Эларис поклонилась. — Мы знаем, что вы фамильяр госпожи. Ваш комфорт так же важен.

Мармелад сел, глядя на еду с благоговением.

— Я... я влюблён.

Зельда фыркнула.

Она села за стол, начала есть. Всё было невероятно вкусным.

Пушинка запрыгнула на стол, ткнула лапкой в хлеб.

— Пи!

— И для вас есть, госпожа Пушинка, — Сильвара поставила маленькую тарелку с медовыми пирожными.

Пушинка счастливо замурлыкала, вызвав у Зельды еще один вопрос — а как ест подушка?

Зельда ела, чувствуя себя совершенно сбитой с толку.

Что происходит? Почему такое внимание? Слуги, роскошная комната, завтрак как для королевы...

— Госпожа, — Лиана подошла. — Занятия начинаются через час. Мы проводим вас.

— Спасибо, — Зельда задумчиво кивнула.

***

Зельда вошла в класс эльфийской истории вместе с Томасом и Дрейвеном.

Остальные студенты уже сидели за партами.

Бориус сидел в углу, тихий и сдержанный.

Зельда села рядом с Томасом, который выглядел уставшим.

— Как ночь? — шепотом спросила она.

— Нормально, — Томас зевнул. — Кровать жёстковата, но терпимо. У тебя как?

Зельда помолчала, потом наклонилась ближе.

— У меня... слуги.

Томас моргнул.

— Что?

— Слуги, — повторила Зельда тихо. — Три эльфийки. Они одели меня, принесли завтрак, убрали комнату. Мармеладу подали икру и лосося.

Томас уставился на неё.

— Шутишь?

— Нет, — Зельда покачала головой. — Я в шоке. Я не понимаю, что происходит. Почему мне такое внимание?

Дрейвен, сидевший рядом, усмехнулся.

— Потому что ты внучка героя. Эльфы помнят добро.

— Но это слишком, — прошептала Зельда. — У меня двухэтажные апартаменты! У вас обычные комнаты, а у меня — дворец!

— Завидую, — Томас вздохнул. — У нас с Дрейвеном одна комната на двоих. Тесно.

— Извини, — Зельда виновато сжала его руку.

— Не твоя вина, — Томас улыбнулся. — Наслаждайся. Ты заслужила.

Зельда не была уверена, что заслужила, но промолчала.

Преподаватель вошёл в класс — высокий эльф с длинными белыми волосами и мудрыми глазами.

— Приветствую вас, студенты, — его голос был спокойным. — Меня зовут Элронд Лунный Путь. Я буду вашим наставником по истории эльфийской магии.

Урок начался.

***

Ка'азерот видевший сцену завтрака очень удивился.

— Слуги, — он пробормотал. — Они дали ей слуг.

Мармелад, довольно мурлыкавший рядом, облизывал усы. — Икра была великолепна, босс.

Ка'азерот повернулся к нему.

— Тебе всё равно?!

— Нет, — Мармелад зевнул. — Мне очень хорошо. Я доволен.

— А я в недоумении! — Ка'азерот взревел. — Почему ей дали слуг?! Почему такое внимание?! Что эльфы задумали?!

— Может, просто уважение, — Мармелад предположил в сотый раз.

— Или заговор! — Ка'азерот начал ходить взад - вперёд. — Они хотят что-то от неё! Хотят использовать! Может, узнали, что она моя дочь?!

— Босс, — Мармелад вздохнул. — Вы параноик.

— Я отец! — Ка'азерот гаркнул.

Хруст, сидевший в углу и перебиравший карты, хихикнул.

— Босс, может, они просто добрые?

Ка'азерот посмотрел на него убийственно.

Хруст замолчал.

— Я буду наблюдать, — прошептал Ка'азерот. — Каждую секунду.

***

Люминарская Академия Арканы встречала день под топот сапог.

Главные ворота распахнулись.

В академию вошла когорта паладинов.

Шестьсот воинов в белых с золотом доспехах, с символом солнца на груди. Они шли строем, их шаги гремели по мощёной дороге.

Во главе — командор Альрик Светлый Меч, высокий мужчина с седыми волосами и жёсткими чертами лица.

Декан Варилий встретил их у входа в главное здание.

Его лицо было непроницаемым, но глаза выдавали раздражение.

— Командор Альрик, — Варилий кивнул. — Добро пожаловать в академию.

— Декан Варилий, — Альрик поклонился. — Мы прибыли по вашему запросу. Готовы к зачистке лабиринта.

— Понимаю, — Варилий поджал губы. — Но шестьсот человек — это слишком много. Академия не рассчитана на такое количество гостей.

— Лабиринт огромен, — возразил Альрик. — Нам нужна сила.

— Я не спорю, — Варилий вздохнул. — Просто... постарайтесь не разрушить академию в процессе.

Альрик усмехнулся. — Постараемся.

Паладины расположились в нескольких зданиях, отведённых для них. Они заполнили тренировочные площадки, коридоры, столовую.

Профессор Элдрик, наблюдавший за ними с балкона, вздохнул.

— Это будет... интересно.

Рядом с ним материализовалась Мирелла.

— Они уже чуть не снесли три двери, пытаясь пройти строем, — она пожаловалась. — И один паладин попытался благословить меня. Я призрак! Меня чуть не развеяло?!

— Они воины, — Элдрик усмехнулся. — Не самые тонкие люди.

В этот момент внизу раздался грохот.

Группа паладинов, проходя по коридору, случайно задела стену. Камень треснул.

— Осторожнее! — закричал один из преподавателей.

— Простите! — паладины хором ответили.

Элдрик и Мирелла переглянулись.

— Мы еле спасаемся от их поспешных действий, — прошептала Мирелла.

— Да, — согласился Элдрик. — Это будет долгая неделя.

***

В это время гремлин Григорий пробирался на кухню.

Он хихикал зловеще.

— Паладины. Столько паладинов. Такие серьёзные. Такие важные. — Его глаза горели безумным смехом. — Пора показать им, кто здесь хозяин.

Он нашёл большой чан с супом, который готовили для паладинов. Огляделся. Никого.

Вытащил из кармана мешочек с сушёными цветами. Слабительные цветы. Очень эффективные.

Григорий высыпал их в чан, размешал.

— Хи-хи-хи, — он захихикал. — Это будет весело.

Убежал, оставляя хаос позади.

***

Через два часа академия превратилась в сумасшедший дом.

Паладины бегали в туалеты, держась за животы.

— Что было в этом супе?! — кричал один.

— Я умираю! — стонал другой.

Командор Альрик сидел в своей комнате, бледный.

— Кто... кто это сделал?

Декан Варилий, узнав о происшествии, закрыл лицо руками.

— Григорий, — он прошептал. — Это явно был Григорий.

Солариус, стоявший рядом, сдерживал смех.

— Гремлин?

— Да, — Варилий вздохнул. — Наш резидент - диверсант.

— Хотя бы занятно, — заметил Солариус.

Варилий посмотрел поднял удивлённо бровь.

***

Эльфийская академия. Зельда пришла на урок боевой магии.

Преподаватель — эльф по имени Галадриэль Серебряная Стрела — демонстрировал заклинание.

— Смотрите внимательно, — он поднял руку.

Магия закружилась вокруг его пальцев — сложные узоры, переплетения, спирали. Свет переливался всеми цветами радуги.

Наконец, из его руки вылетел огненный шар.

Но не просто шар. Он был украшен узорами, искрами, следами магии. Красиво. Изящно.

Студенты ахнули.

— Видите? — Галадриэль улыбнулся. — Эльфийская магия — это искусство. Каждое заклинание должно быть не только эффективным, но и красивым.

Зельда слушала, нахмурившись. Она видела плетение заклинания. Сложное. Очень сложное. Слишком сложное.

Половина энергии ушла на создание узоров, искр, эффектов.

А сам огненный шар? Обычный. Средней мощности. Если убрать все украшения, можно было бы сделать шар в три раза сильнее. Или потратить в три раза меньше энергии.

Зельда подняла руку.

— Да, мисс Зельда? — кивнул Галадриэль.

— Простите, но... зачем тратить столько энергии на красоту? — спросила она. — Разве эффективность не важнее?

Класс замолчал.

Галадриэль посмотрел на неё с лёгким удивлением.

— Красота — это часть магии, мисс Зельда. Эльфы верят, что магия должна возвышать дух, радовать глаз. Мы не просто воины. Мы художники.

— Понимаю, — кивнула Зельда. — Но если вы в бою, разве не важнее победить, чем выглядеть красиво?

— Можно делать и то, и другое, — возразил Галадриэль.

— Но это требует больше энергии, — настаивала Зельда. — Если убрать узоры, можно сделать шар сильнее. Или сэкономить силы для следующего заклинания.

Галадриэль нахмурился.

— Вы предлагаете упростить нашу магию?

— Нет, — Зельда покачала головой. — Я предлагаю... адаптировать её. Красота прекрасна. Но эффективность спасает жизни.

Класс зашумел. Некоторые студенты-эльфы переглядывались, оскорблённо. Другие задумались.

Томас шепнул Зельде:

— Ты только что назвала их магию расточительной.

— Я не хотела обидеть, — прошептала Зельда. — Просто... это правда.

Галадриэль поднял руку, призывая к тишине.

— Интересная точка зрения, мисс Зельда. Мы обсудим это позже. А сейчас — практика.

Урок продолжился.

Но Зельда чувствовала взгляды эльфов на себе.

***

Гарольд ехал во главе колонны, задумчиво.

Утром, разбирая трофеи с прошлых зачисток, он нашёл пару кожаных перчаток.

Простых. Прочных. Удобных. Без украшений.

Решил примерить. Идеально сидели.

Оставил на руках.

Сейчас армия проезжала через очередную деревню.

Жители выбежали на дорогу, как обычно.

— Святой оборотень! — кричали они. — Благослови нас!

Гарольд закатил глаза, но остановил коня.

Старуха подбежала, схватила его за руку в перчатке.

— Мой внук! — она зарыдала. — Он умирает! Лихорадка! Целители не могут помочь! Пожалуйста, благослови его!

Гарольд вздохнул.

— Я не могу...

Но старуха уже тащила его к дому.

Гарольд сдался, последовал за ней.

В доме, на кровати, лежал мальчик лет десяти. Бледный. Горячий. Дышал тяжело.

Гарольд подошёл, присел рядом.

— Я не целитель, — сказал он мягко.

— Пожалуйста, — старуха умоляла. — Просто... коснитесь его. Ваше прикосновение святое.

Гарольд вздохнул, положил руку в перчатке на лоб мальчика.

И вдруг перчатка вспыхнула мягким золотым светом.

Гарольд вскочил, отдёрнув руку.

— Что?!

Но свет уже перешёл на мальчика, окутал его целиком. Лихорадка спала. Цвет вернулся на лицо. Дыхание выровнялось.

Мальчик открыл глаза, сел.

— Бабушка?

Старуха зарыдала, обняла его. Гарольд стоял, уставившись на свои руки.

Перчатки светились, затем погасли.

— Что... что это было? — прошептал он.

Тень и Клык вбежали в дом.

— Мы видели магический свет! — выдохнула Тень. — Что случилось?!

Гарольд молча показал на мальчика.

— Он был при смерти. А теперь...

Клык уставился на перчатки.

— Покажи.

Гарольд снял перчатки, передал ему. Клык изучил их внимательно. Повернул. Понюхал.

— Это... это не просто перчатки, — он прошептал. — Это артефакт. Редчайший. Я видел описание в древних книгах.

— Что за артефакт? — спросил Гарольд.

— Перчатки Великого Целителя Эларона, — Клык ответил благоговейно. — Созданы тысячи лет назад. Считались утерянными. Они усиливают любую целительную магию. Или даже создают её, если носитель достоин.

— Достоин? — Гарольд моргнул. — Я оборотень! Я проклят!

— Но у тебя доброе сердце, — Тень сказала тихо. — Ты спасаешь людей. Артефакт это чувствует.

Гарольд сел на пол, держась за голову.

— Боги... теперь слухи станут ещё хуже.

— Гораздо хуже, — Клык усмехнулся. — Святой оборотень - целитель. Легенда на века.

Гарольд застонал.

***

К вечеру новость распространилась по всем деревням в радиусе ста километров.

Святой оборотень исцелил безнадёжно больного мальчика!

Его прикосновение творит чудеса!

Боги даровали ему силу!

Гарольд сидел в палатке, пытаясь игнорировать толпу паломников за пределами лагеря.

Они хотели исцеления. Благословения. Прикосновения.

— Я ненавижу свою жизнь, — он пробормотал.

Тень и Клык переглянулись, сдерживая смех.

***

Ка'азерот смотрел на сцену исцеления, потрясённо.

— Перчатки Эларона, — он прошептал. — Я думал, они были уничтожены, а они оказались в этом мире.

Мармелад, сытый и довольный после ужина с устрицами, зевнул.

— Судьба любит сюрпризы, босс.

— Гарольд теперь святой оборотень - целитель, — Ка'азерот покачал головой. — Это... абсурдно.

— Но забавно, — Мармелад мурлыкнул.

Ка'азерот усмехнулся, несмотря на беспокойство.

— Да. Забавно.

***

Поздним вечером Зельда лежала на кровати, держа в руках волшебную палочку.

Пушинка спала рядом. Мармелад дремал у ног.

— Палочка, — прошептала Зельда. — Можно изменить плетение эльфийских заклинаний? Убрать лишнее, оставить эффективность?

Палочка мягко засветилась.

«Можно, девочка. Но суть ты не уловила. Украшение огненного шара это тренировка контроля. Для них красота — часть магии, но уметь сплести огненный шар и умение сделать его красивым, это, то чтоценят эльфы в своих заклинаниях. Плюс, по-настоящему мощные заклинания эльфов состоят чисто из этих украшений.»

— Но если это перегружает структуру? — настаивала Зельда. — Если можно сделать лучше?

«Тогда ты покажешь им новый путь. Но будь готова к сопротивлению. Эльфы консервативны, хуже гномов.»

Зельда задумалась.

— Я не хочу обижать их. Просто... хочу понять. Хочу учиться. Но их методы кажутся... расточительными.

«Потому что ты иногда слишком практична. Ты видишь короткий путь и не задумываясь идешь по нему. Ты ищешь эффективность, а не красоту. Это не плохо. Это просто другой подход.»

— Думаешь, я смогу найти баланс? — спросила Зельда.

«Конечно.Ты вроде умная девочка. Учись у них красоте. Но не забывай о силе.»

Зельда улыбнулась.

— Спасибо.

Палочка потеплела в её руке.

«Спокойной ночи, девочка.»

Зельда положила палочку на тумбочку, закрыла глаза.

Завтра будет новый день.

Новые уроки. Новые открытия.

Она была готова.

Узоры и смыслы

Утром в комнате Зельды снова раздался стук в дверь.

Зельда открыла глаза, вздохнула.

Опять.

— Входите, — позвала она, садясь на кровати.

Дверь открылась. Те же три эльфийки — Лиана, Эларис, Сильвара.

— Доброе утро, госпожа Зельда, — Лиана поклонилась. — Мы принесли завтрак и готовы помочь вам одеться.

Зельда покраснела. — Спасибо, но я правда могу сама…

— Госпожа, — Лиана мягко улыбнулась. — Это наша честь. Пожалуйста, не лишайте нас её.

Зельда сдалась.

Через десять минут она была одета в другое элегантное платье — на этот раз цвета лесной зелени с золотыми вышивками. Волосы заплетены в высокую причёску с жемчужными шпильками.

Завтрак был таким же роскошным. Свежая выпечка, фрукты, сыры, мёд.

Мармелад получил свою порцию деликатесов — на этот раз копчёный угорь, икра морского ежа и нарезка из редких рыб.

Он ел с блаженным выражением морды.

— Я мог бы привыкнуть к этому, — мурлыкнул он.

— Ты уже привык, — заметила Зельда.

Пушинка получила свои медовые булочки, довольно пищала.

Зельда ела, думая о предстоящем дне. Новые уроки. Новые заклинания. И новые попытки понять эльфийскую магию.

Лиана подошла, поклонилась.

— Госпожа, сегодня после занятий для вас назначена встреча с ректором Элирией. Она хочет обсудить ваш прогресс.

Зельда замерла, держа чашку чая.

— Встреча? С ректором?

— Да, госпожа, — Лиана улыбнулась. — Не волнуйтесь. Это обычная практика для выдающихся студентов.

— Я не выдающаяся, — пробормотала Зельда.

Мармелад фыркнул.

— Не скромничай, хозяйка. Ты внучка Агаты. Для них это много значит.

Зельда вздохнула.

— Хорошо. Когда встреча?

— В шесть вечера, в кабинете ректора, — ответила Лиана.

Зельда кивнула, чувствуя нарастающее беспокойство. Что ректор хочет обсудить? Её магию? Её происхождение? Что-то другое?

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

***

Академия эльфов. Класс рунной магии.

Преподаватель — эльфийка по имени Арвен Утренняя Роса — писала на доске сложные руны.

— Эльфийская руническая магия отличается от человеческой, — объясняла она. — Наши руны живые. Они дышат. Они поют.

Она провела рукой по руне на доске.

Руна засветилась, начала пульсировать, издавая тихий мелодичный звук.

Студенты смотрели завороженно.

Зельда наблюдала внимательно.

Руна была красивой. Сложной. Многослойной.

Но… зачем столько слоёв?

Основная функция руны — защита. Но вокруг неё были дополнительные линии, узоры, завитки. Они не усиливали защиту. Они просто украшали.

Зельда записала руну в тетрадь, начала анализировать.

Убрать завитки. Оставить основу.

Нет, подождите. Завитки не просто украшение. Они… стабилизируют?

Зельда нахмурилась. Присмотрелась ближе.

Да. Завитки распределяют энергию равномерно. Без них руна была бы мощнее, но нестабильнее.

То есть красота здесь — не только эстетика. Это баланс.

Зельда задумалась.

Может, эльфы не просто расточительны. Может, их подход имеет смысл. Но тогда… можно ли найти другой способ стабилизации?

Менее энергозатратный?

Она начала рисовать варианты в тетради. Упрощённые завитки. Другие узоры. Новые линии.

Томас, сидевший рядом, заглянул в её тетрадь.

— Ты меняешь руну? — прошептал он.

— Пытаюсь понять, — прошептала Зельда. — Ищу смысл.

— Ну, тогда ты ошиблась в пяти местах, если рассчитывать напряжение, то руна просто взорвется. — Томас указал на точки нестабильности. — Тут надо не просто рисовать, а считать. И много считать. Боюсь математики тут больше, чем магии.

— Да, ты прав. — задумчиво кивнула Зельда.

***

В Люминарской Академии Арканы декан Варилий сидел за столом в своем кабинете, выглядя уставшим.

На его плече сидел дракончик, тихо попискивая.

— Пии… пии…

Варилий погладил его, вздохнув.

Дракончик не насыщался его маной.

Варилий давал ему энергию каждый день. Много энергии. Больше, чем обычно требуется фамильярам и защитным заклинаниям академии вместе взятым.

Но дракончик всё равно выглядел голодным.

— Ты скучаешь по Зельде, — сказал Варилий. — Её мана тебе нужна. Её энергия.

Дракончик прижался к его щеке.

— Пии…

Варилий встал.

— Пойдём. Поговорим с её подругами. Может, они знают что-то, чего я не заметил?

Он вышел из кабинета, направился в общежитие.

По пути встретил группу паладинов, которые шли строем по коридору.

Они чуть не снесли студентов вместе с дверью, из которой те выходили, поворачивая.

— Осторожнее! — заорал Варилий.

Паладины остановились, виновато.

— Простите, декан!

— Вы пугаете студентов! — Варилий указал на группу первокурсников, прижавшихся к стене. — Наносите ущерб академии! Вчера вы чуть не развоплотили профессора Элдрика, пытаясь благословить его!

— Мы не знали, что он призрак, — один из паладинов оправдывался.

— Он прозрачный! — Варилий взревел. — Как вы могли не заметить?!

— Мы думали, это иллюзия…

Варилий закрыл лицо рукой.

— Идите. Просто идите. И старайтесь ничего не разрушить. Надеюсь вы завтра войдете уже в лабиринт?

— Да, все уже готово, сегодня последние приготовления!

Паладины поспешно ушли.

Варилий продолжил путь, бормоча себе под нос:

— Шестьсот паладинов. Что я делал, когда согласился? Что я делал?

***

Подойдя к комнате Лиры, Элары и Зельды Варилий постучал.

— Войдите! — позвала Лира.

Он вошёл.

Лира и Элара сидели на кроватях, обсуждая домашнее задание.

— Декан! — они вскочили, удивлённо.

— Простите за вторжение, — Варилий кивнул. — Мне нужна ваша помощь.

Он показал дракончика на плече.

— Он не насыщается моей маной. Я отдаю ему очень много энергии каждый день, но ему всё равно недостаточно. Вы знаете, как Зельда кормила его?

Лира и Элара переглянулись.

— Она просто гладила его и вливала в него ману, — сказала Лира. — И он был счастлив.

— Она делала что-то особенное? — спросил Варилий.

— Нет, — Элара покачала головой. — Просто… любила его. Заботилась. Он был с ней всегда.

Варилий нахмурился.

— Любовь. Забота.

Он посмотрел на дракончика.

— Ты скучаешь по ней, — предположил он. — Моей маны достаточно для жизни. Но не для счастья.

Дракончик прижался к нему, грустно.

— Пии…

Варилий вздохнул.

— Месяц. Потерпи месяц. Она вернётся.

Он поблагодарил девочек, вышел.

***

Дорога привела армию Гарольда в город Светлая Гавань.

Гарольд остановил армию у ворот города. Он не хотел заезжать. Совсем не хотел.

Но припасы заканчивались. Воинам нужна еда, вода, снаряжение.

— Заедем ненадолго, — сказал он солдатам, Тени и Клыку. — Купим припасы и уйдём.

— Ты боишься встречи с церковниками? — заметила Тень.

— Ещё бы не бояться, — Гарольд фыркнул. — Слухи наверняка дошли до церкви. Они захотят проверить, действительно ли я святой.

— А ты не святой, — усмехнулся Клык.

— Именно! — Гарольд по волчьи зарычал.

Армия вошла в город.

Как и ожидалось, у главной площади их ждала делегация.

Священники в белых рясах. Инквизиторы в чёрных плащах с символом пылающего меча.

Во главе — епископ Маркус, высокий седовласый мужчина с проницательными глазами.

Гарольд напрягся.

— Командор Гарольд Железный Коготь, — епископ шагнул вперёд. — Мы слышали о ваших подвигах. О святом оборотне, что спасает людей и исцеляет больных.

— Я не святой, — Гарольд быстро сказал. — Просто делаю свою работу.

— Смирение — добродетель, — епископ улыбнулся. — Волею нашего патриарха и святого синода, мы должны убедиться в в том, что присуждают вам слухи и молва народа. Инквизиция поможет проверить вас.

Гарольд сжал кулаки.

— Проверить?

— Да, — один из инквизиторов шагнул вперёд. — Заклинание — молитва об обнаружения святости. Обычно мы проверяем ей тех, кого обвиняют в ереси. Если вы действительно благословлены богами, оно покажет.

Гарольд хотел отказаться. Но отказ выглядел бы подозрительно.

— Хорошо, — он процедил.

Инквизитор вытянул руку, начал читать заклинание.

Магия окутала Гарольда, просканировала его ауру.

Инквизитор замер.

— Это… это невозможно.

— Что? — епископ нахмурился.

— Он проклят, — инквизитор прошептал. — Ликантропия. Но в то же время… он имеет благословение бога и носит артефакт святости. Перчатки Эларона.

Епископ уставился на перчатки Гарольда.

— Перчатки Великого Целителя? Но они были утеряны!

— Я нашёл их в трофеях после уничтожения разбойников, — пояснил Гарольд. — Случайно.

— Случайно, — епископ повторил медленно. — Артефакт святости, считавшийся утерянным, находит проклятого оборотня под благословением бога и его принимает. Исцеляет через него.

Он посмотрел на Гарольда внимательно.

— Это не случайность. Это божественная воля.

— Нет, — Гарольд возразил. — Это просто…

— Боги выбирают странных героев, — епископ перебил. — Проклятый, ставший святым. Оборотень, несущий свет. Вы — знак надежды для всех нас.

Гарольд застонал.

— Я просто стремлюсь найти культистов и отомстить за семью.

— И вы найдёте, — епископ кивнул. — С благословением бога, церкви. Мы поддерживаем вас, командор. Отныне вы получаете сан святого паладина. Святой оборотень — паладин, целитель и защитник. Да будет с вами свет.

Священники и инквизиторы преклонили колени.

Гарольд стоял, чувствуя, как его жизнь окончательно выходит из-под контроля.

Тень и Клык и воины сдерживали смех.

***

Тем временем в Академии эльфов в классе боевой магии Зельда практиковала заклинание огненного копья.

Галадриэль показал эльфийскую версию — копьё с узорами пламени, искрами, следами света вдоль всего огненного деревка.

Красиво. Но энергозатратно, по мнению девочки.

Зельда попробовала повторить. Копьё получилось. Узоры тоже.

Но она чувствовала, сколько энергии ушло впустую. Она остановилась, задумалась.

Она уже поняла, что эльфы плетут так не только ради красоты. Узоры стабилизируют заклинание. Делают его управляемым.

Но можно ли создать другие узоры? Более эффективные? Задать другие настройки?

Зельда взяла палочку, начала экспериментировать.

Упростила завитки. Заменила некоторые линии другими.

Новое копьё получилось… другим.

Узоры были проще, но логичнее. Энергии требовалось меньше. Мощность та же. Копье контролировалось проще.

Зельда улыбнулась.

— Получилось, — прошептала она.

Томас, наблюдавший, присвистнул.

— Ты создала свою версию?

— Да, — Зельда кивнула. — Я начинаю понимать, зачем эльфам их плетения. Но ищу свои узоры. Более эффективные.

Галадриэль подошёл, изучил её копьё.

— Интересно, — он признал. — Менее изящно. Но более экономично.

— Можно и изящно, и экономично? — спросила Зельда.

Галадриэль задумался.

— Не буду врать — да. Но это потребует времени. Экспериментов. Мы эльфы консервативны, новые заклинания обычно создаются при высокой надобности.

— Я готова экспериментировать, если можно! — сказала решительно Зельда.

Галадриэль улыбнулся.

— Тогда продолжайте, мисс Зельда. Покажите нам новый путь.

***

Ка’азерот в тронном зале весь день наблюдал за дочерью, как она экспериментирует с магией.

— Она учится, — прошептал он с гордостью. — Не просто копирует. Создаёт своё.

Мармелад, лежавший рядом после обеда с трюфелями, мурлыкнул.

— Она ваша дочь, босс. Хаос всегда создает новое.

— Да, — Ка’азерот улыбнулся. — Моя умная девочка.

Он посмотрел на другую часть окна, где эльфийские преподаватели обсуждали Зельду.

— Но я всё ещё не понимаю их отношения к ней, — нахмурился он. — Слуги, апартаменты, особое внимание. Почему?

— Может, действительно уважение к Агате? — предположил Мармелад.

— Или что-то большее, — Ка’азерот сжал подлокотники трона. — Я буду наблюдать.

***

Кабинет ректора. Шесть вечера.

Зельда стояла перед массивной дверью из белого дерева, украшенной золотыми рунами.

Она глубоко вдохнула, постучала.

— Войдите, — мелодичный голос Элирии донёсся изнутри.

Зельда открыла дверь.

Кабинет ректора был просторным и светлым. Высокие окна от пола до потолка выходили на сады. Книжные полки, заполненные древними томами. Стол из светлого живого дерева, за которым сидела Элирия.

Ректор поднялась, приветствуя Зельду улыбкой.

— Мисс Зельда. Благодарю, что пришли. Присаживайтесь, пожалуйста.

Зельда села на указанное кресло, волнуясь.

Элирия села напротив, её голубые глаза изучали Зельду с любопытством и теплотой.

— Не волнуйтесь, — сказала она мягко. — Это не дисциплинарная беседа. Просто хочу узнать, как вы адаптируетесь.

— Всё хорошо, — ответила Зельда. — Спасибо за… за комнату. И за слуг. Это очень щедро, но…

— Но вы чувствуете себя некомфортно, — Элирия закончила. — Понимаю. Это большое внимание для студентки.

— Почему? — Зельда не выдержала. — Почему мне такое внимание? Другие студенты в обычных комнатах. А я… я получила апартаменты. Слуг. Особое отношение. Почему?

Элирия помолчала, затем встала, подошла к окну.

— Одна из причин — ваша бабушка, Агата Вейверн, — начала она тихо. — Спасла наше королевство двести лет назад.

Зельда слушала, затаив дыхание.

— Тогда на нас напали силы… Назовем их силами Тьмы, — продолжила Элирия. — Среди всех врагов реально были армия нежити, некроманты, демоны. Мы отступали. Гибли. Королевство было на грани уничтожения.

Она повернулась к Зельде.

— И тогда пришла Агата. Молодая маг-воительница. Она принесла нам магию, с помощью которой мы уничтожили некромантов. Запечатали демонов. Спасли тысячи жизней.

Зельда слушала, потрясённо.

— Мой прадед, тогдашний король, предложил ей всё, что она пожелает. Земли, титул, богатство. Но она отказалась. Сказала только одно — чтобы эльфы помнили, что дружба важнее гордыни.

Элирия улыбнулась.

— С тех пор эльфы хранят память о ней. Она пыталась научить нас смирению. Показала, что сила без доброты — ничто.

— Я не знала, — прошептала Зельда. — Дедушка говорил только, что она получила прозвище Вейверн.

— Вейверн, — Элирия кивнула. — Виверна, дух воздуха. Она была быстрой, яростной и неукротимой в бою. Но доброй и мудрой вне его.

Ректор вернулась к столу, села.

— Когда мы узнали, что её внучка учится в человеческой академии и прошла наши зачёты, мы были… счастливы. Возможность отплатить долг. Показать уважение к её памяти через заботу о вас.

— Но я не она, — Зельда сказала тихо. — Я просто студентка. Я не спасала королевства.

— Пока нет, — Элирия улыбнулась. — Но в вас течёт её кровь. Её сила. Её дух. Мы видим это. Видим, как вы думаете, как анализируете, как ищете свой путь.

Она наклонилась вперёд.

— Мисс Зельда, мы не ждём от вас подвигов. Просто хотим, чтобы вы знали — вы всегда будете желанным гостем в нашем королевстве. Вы — часть нашей истории. Часть того, что сделало нас лучше.

Зельда почувствовала тепло в груди.

— Спасибо, — прошептала она. — Это… это много значит для меня.

— И для нас, — Элирия встала. — Наслаждайтесь вашим пребыванием, мисс Зельда. Учитесь. Растите. И знайте — мы здесь, чтобы помочь.

Зельда поднялась, поклонилась.

— Благодарю вас, ректор.

Элирия проводила её к двери.

— И, мисс Зельда, — добавила она. — Ваш подход к магии… нестандартный. Некоторые преподаватели обсуждали это. Не останавливайтесь. Продолжайте искать. Иногда свежий взгляд — это именно то, что нужно древней традиции.

Зельда улыбнулась.

— Постараюсь.

Она вышла из кабинета, чувствуя облегчение и понимание.

Теперь всё стало ясно. Эльфы не задумывали ничего плохого. Они просто благодарны. Просто помнят.

И Зельда чувствовала гордость за бабушку, про жизнь которой ничего не знала, но чьё наследие продолжало жить.

***

Зельда вечером пригласила Томаса, Дрейвена и ещё троих студентов из их группы, Седвика, Ариану и Лидию к себе.

Они вошли, ахнули.

— Это… это дворец, — выдохнул Седвик.

— Проходите, — Зельда улыбнулась. — Я подумала, что мы могли бы поужинать вместе. Здесь места много.

Она позвонила в колокольчик.

Через минуту вошли Лиана, Эларис и Сильвара.

— Госпожа? — Лиана поклонилась.

— Не могли бы вы принести ужин на шестерых? — попросила Зельда.

— Конечно, госпожа, — Лиана улыбнулась. — Сейчас принесём.

Слуги ушли.

Студенты переглянулись, потрясённо.

— Ты… у тебя слуги? — прошептал Томас.

— Да, — Зельда покраснела. — Эльфы дали мне их. Я не просила.

— Это невероятно, — Дрейвен сел на диван. — У нас тесная комната на двоих. А у тебя дворец.

— Извините, — виновато сказала Зельда.

— Не извиняйся, — Томас похлопал её по плечу. — Это не твоя вина. Просто… странно.

Через десять минут слуги вернулись с тележками.

На них — роскошный ужин. Жареное мясо, овощи, пироги, супы, десерты, напитки.

Студенты уставились.

— Это… для нас? — прошептала Лидия.

— Да, — Зельда кивнула. — Угощайтесь.

Они сели за стол, начали молча есть.

Еда была невероятной. Лучше, чем в столовой академии.

Студенты были одновременно в шоке и рады.

— Я мог бы привыкнуть к этому, — сказал Томас, откусывая от пирога.

— Я тоже, — Дрейвен согласился.

Зельда улыбнулась.

Пусть ситуация странная. Пусть она всё еще не до конца понимает, почему эльфы так к ней относятся.

Но она могла поделиться этим с друзьями. И это было важно.

Мармелад лежал на диване, довольно мурлыкая после своей порции деликатесов.

— Хорошие друзья, хозяйка, — сказал он.

— Лучшие, — согласилась Зельда.

Пушинка, свернувшись рядом, тихо пикнула.

— Пи…

Вечер прошёл в тепле, смехе и дружбе.

И Зельда, несмотря на всю странность происходящего, чувствовала себя счастливой.

После ужина друзья разошлись, благодаря Зельду за гостеприимство.

Зельда осталась одна, сидя у окна и глядя на звёздное небо над Эльфийским королевством.

Мармелад запрыгнул на подоконник, свернулся рядом.

— Хороший вечер, хозяйка.

— Да, — Зельда улыбнулась. — Очень хороший.

— Ты беспокоишься о завтрашнем дне? — спросил Мармелад.

Зельда кивнула.

— Немного.

— Просто будь собой, — Мармелад мурлыкнул. — Ты умная, добрая и сильная. Этого достаточно.

— Спасибо, — Зельда погладила его.

Пушинка подскочила, уткнулась в неё.

— Пи!

— И ты тоже молодец, — Зельда рассмеялась, обнимая подушку.

Она легла в кровать, закрыла глаза.

Завтра будет важный день. Новые уроки. Новые открытия.

Но сейчас — сейчас она просто отдыхала, окружённая теплом и уютом.

В тронном зале Ка’азерот смотрел на спящую дочь, улыбаясь.

— Спокойной ночи, малышка, — прошептал он. — Я горжусь тобой.

Магия и Тайны

Ка'азерот пил вино наблюдая через магическое окно за дочерью.

Хруст стоял рядом, ожидая указаний.

— Босс, вы вызывали? — спросил он.

— Да, — Ка'азерот кивнул, не отрывая взгляда от окна. — Отправляйся к Гарольду. Помоги ему.

Хруст моргнул.

— К святому оборотню? Зачем?

— Потому что я сказал, — Ка'азерот повернулся к нему. — Он охотится на культистов. Ему нужна помощь. Ты хорош в штурме укреплений и крепостей. Помоги ему найти то, что он ищет.

Хруст склонил голову.

— Как скажете, босс.

Он растворился в тени, отправляясь выполнять приказ.

Ка'азерот вернулся к наблюдению.

***

Зельда сидела за столом в своей роскошной комнате. Вокруг неё — Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и даже Бориус Валторн.

Она пригласила их на завтрак.

Слуги принесли очередной шикарный завтрак — свежие круассаны, фрукты, сыры, мёд, яйца, соки.

Мармелад получил свою порцию — на этот раз тонко нарезанная сёмга, икра белуги и креветки в соусе.

Он ел медленно, с наслаждением, урча от удовольствия.

— Хозяйка, — сказал он между кусочками. — Может, тебе стоит остаться здесь подольше? Ну, знаешь... продлить обучение?

Зельда рассмеялась.

— Мармелад, ты просто хочешь больше деликатесов.

— Не только, — Мармелад облизал усы. — Но да, в основном деликатесы.

Студенты засмеялись.

Бориус, сидевший тихо в углу, неожиданно заговорил:

— Спасибо, что пригласила меня, Зельда. Я... я знаю, что вёл себя не лучшим образом в академии.

Зельда улыбнулась.

— Все заслуживают второго шанса, Бориус.

Бориус кивнул благодарно.

Пушинка, сидевшая на краю стола, вдруг спрыгнула и потрусила к двери, где слуги выходили с пустыми подносами.

Зельда не заметила, увлечённая разговором с друзьями.

Пушинка втихую убежала вслед за служанками.

Ка'азерот наблюдал, улыбаясь.

— Она счастлива, — прошептал он. — У неё есть друзья. Даже Бориус изменился.

Мармелад, лежавший рядом, мурлыкнул.

— Да, она умеет находить хорошее в людях, босс. Это её дар.

***

Утром Гарольд стоял на площади перед церковью городад Светлая Гавань.

Епископ Маркус и два инквизитора вышли к нему, торжественно неся свёрнутый плащ и что-то, что светилось мягким золотым светом.

— Командор Гарольд, — епископ торжественно сказал. — Отныне вы — святой паладин. Это огромная честь и ответственность. Церковь дарует вам символы вашего сана.

Инквизиторы развернули плащ — белый с золотыми вышивками, символом солнца на спине.

— Плащ святого паладина, — епископ объявил. — Защита от тьмы, знак вашего служения.

Они накинули плащ на плечи Гарольда.

Плащ был удивительно лёгким и тёплым.

Затем епископ поднял светящийся объект.

Нимб.

Тонкий золотой обруч, парящий в воздухе.

— Нимб святости, — епископ сказал благоговейно. — Дар богов. Он будет следовать за вами, как символ и знак вашего благословения.

Он поднял руку, и нимб медленно поплыл к Гарольду, остановившись над его головой.

Гарольд застыл.

— Это... это шутка?

— Нет, командор, — епископ улыбнулся. — Это честь.

Нимб завис над головой Гарольда, мягко светясь.

Гарольд посмотрел вверх, пытаясь увидеть его. Нимб двинулся вместе с ним. Он попытался снять его, но нимб уклонился

— Он следует за мной?

— Да, — инквизитор подтвердил. — Всегда. Это знак вашего сана.

Гарольд закрыл лицо руками.

— Боги... теперь я светящийся маяк. О каких скрытных операциях может идти речь?

Тень и Клык, стоявшие в стороне, давились от смеха.

— Святой оборотень-паладин с нимбом, — Тень выдохнула. — Это... это шедевр.

Клык кивнул, вытирая слёзы.

— Ты теперь легенда, Гарольд. Живая легенда. Представляю тебя в образе оборотня на охоте.

Гарольд зарычал по волчьи.

— Ненавижу вас всех.

***

А в академии эльфов шел третий день занятий.

Зельда провела весь день в экспериментах.

После утреннего завтрака она отправилась в библиотеку, где изучала древние эльфийские тексты о плетении заклинаний.

Потом — на урок практической магии, где продолжала работать над своими узорами.

Она поняла нечто важное.

Её сил и восприятия магии хватало не просто для копирования. Она могла создавать новое.

Эльфийская магия давала красоту и стабильность. Человеческая — эффективность и мощь.

А она... она могла соединить оба подхода.

К вечеру, на последнем занятии по боевой магии, Зельда подняла руку.

— Профессор Галадриэль, могу я попробовать показать что-то?

Галадриэль кивнул с любопытством.

— Конечно, мисс Зельда.

Зельда встала, вышла в центр класса.

Взяла волшебную палочку. Глубоко вдохнула.

И начала плести заклинание.

Узоры формировались в воздухе — сложные, но логичные. Красивые, но эффективные. Эльфийские завитки переплетались с человеческими логическими линиями, создавая нечто новое.

Магия засветилась ярко.

И из спины Зельды выросли крылья.

Не физические. Магические.

Крылья из чистого света, переливающиеся всеми цветами радуги. Они были прозрачными, изящными, с узорами, напоминающими перья и лепестки одновременно.

Зельда взмахнула крыльями. И поднялась в воздух.

Класс ахнул.

Зельда парила под потолком, легко маневрируя. Крылья двигались плавно, без усилий.

— Это... это заклинание полёта, — прошептал Галадриэль, потрясённо. — Но я никогда не видел такого исполнения.

Зельда опустилась обратно, крылья медленно растворились.

Она повернулась к Галадриэлю.

— Я объединила эльфийскую стабилизацию с человеческой эффективностью. Крылья не просто красивы. Они функциональны. Дают полный контроль, минимальный расход энергии и... красоту.

Галадриэль молчал, глядя на неё. Затем начал аплодировать.

Класс присоединился.

— Мисс Зельда, — сказал Галадриэль торжественно. — Вы только что создали новое заклинание. Синтез двух традиций. Это... это прорыв.

Зельда покраснела.

— Спасибо.

Томас подбежал, обнял её.

— Ты гений!

Дрейвен улыбался.

— Я знал, что ты удивишь нас всех.

Даже эльфы-студенты смотрели на неё с уважением, пытаясь повторить ее заклинание.

***

Ка'азерот стоя аплодировал, вытирая слезы.

— Она создала новое заклинание! — он закричал восторженно. — Моя дочь создала новую магию!

Мармелад гордо распушил усы.

— Селерион, — мурлыкнул он в пространство самодовольно. — Теперь я утру тебе нос! И мне даже не понадобится облик дракона.

Он представил, как расскажет Селериону о достижении Зельды и устроит с ним полет на перегонки.

Пижон будет в шоке.

***

В Люминарской Академии Арканы паладины вошли в лабиринт через три входа одновременно.

Шестьсот воинов в сверкающих доспехах, с мечами и щитами, с заклинаниями света и защиты.

Командор Альрик вёл центральную группу. Лабиринт встретил их темнотой и тишиной.

Но не надолго.

Первая группа наткнулась на скелетов — дюжина костяных воинов с ржавыми мечами.

Паладины уничтожили их за минуту.

Вторая группа столкнулась с зомби — медленными, но живучими.

Святая магия испепелила их.

Третья группа нашла ловушки — ямы, стрелы, огненные руны.

Паладины обезвредили их. Всё шло по плану.

До тех пор, пока один из паладинов не увидел сундук.

Старый, потрёпанный деревянный сундук, стоявший в углу коридора.

— Эй! — паладин позвал товарищей. — Сундук! Может, там что-то ценное?

— Осторожно, — предупредил другой. — Может быть ловушка.

— Я проверю, — первый подошёл, наклонился.

Открыл сундук.

Сундук открыл рот.

Огромная пасть с острыми зубами захлопнулась на паладине.

— Аааа!

Мимик - сундук-монстр, притворяющийся обычным сундуком.

Паладин исчез внутри пасти с зубами, способными пережевывать любую сталь. Хруст костей. Крик оборвался.

Остальные паладины бросились на мимика, но тот уже съел добычу и попытался убежать на своих коротких ножках.

Его разрубили на куски.

Но было поздно. Первая потеря.

Командор Альрик, узнав о случившемся, сжал кулаки.

— Будьте осторожнее, братья! Проверяйте всё! Лучше разрубить хорошую вещь, чем потерять жизнь!

Паладины продолжили зачистку, теперь более настороженные.

Декан Варилий, получив доклад о первой потере, вздохнул тяжело.

— Мимик. Конечно. В древнем лабиринте обязательно должны быть мимики. А еще зомби, скелеты и где-нибудь обязательно заблудиться минотавр.

Солариус, стоявший рядом, кивнул.

— По крайней мере, теперь они знают. Будут проверять каждый сундук.

— Надеюсь, потерь больше не будет, — Варилий посмотрел в сторону входа в лабиринт. — Хотя это маловероятно. Готовьте ка лазарет к наплыву раненых.

***

Лира и Элара сидели на кровати, держа конверт.

Письмо пришло утром. От Зельды.

На конверте — изящная печать с эльфийским узором.

Лира осторожно открыла его, вытащила письмо и... маленькую коробочку.

— Что это? — Элара заглянула.

Лира открыла коробочку.

Внутри — эльфийские конфеты. Маленькие, переливающиеся разными цветами, с тонким ароматом цветов и мёда.

— Ух ты, — Лира взяла одну, попробовала.

Конфета растаяла на языке, оставляя сладкое послевкусие и лёгкое покалывание магии.

— Вкусно! — она протянула коробку Эларе.

Элара тоже попробовала, улыбнулась.

— Эльфы умеют делать конфеты.

Они развернули письмо, начали читать вслух по очереди.

***

«Дорогие Лира и Элара!

Пишу вам из Эльфийского королевства. Прошло всего три дня, а кажется, будто целая вечность. Я так скучаю по вам!

Королевство невероятно красивое. Деревья серебристые, с золотыми листьями. Академия эльфов выглядит как дворец из сказки. Везде магия, которая просто висит в воздухе.

Но самое странное — это отношение ко мне. Эльфы дали мне огромные апартаменты. У меня есть слуги! Трое эльфиек помогают мне одеваться и приносят завтрак. Мармелад в восторге — ему подают икру и лосося каждый день. Он уже не хочет уезжать.

Ректор Элирия объяснила мне, почему такое внимание. Оказывается, бабушка Агата спасла Эльфийское королевство двести лет назад! Она уничтожила армию нежити и запечатала демонов. Эльфы помнят её и благодарны. Для них я — внучка героя.

Это... странно. Я не привыкла к такому вниманию. Но стараюсь не обидеть их. Вчера я даже пригласила друзей на ужин к себе. Томас и Дрейвен были в шоке от роскоши.

Занятия здесь сложные. Эльфийская магия очень красивая, но энергозатратная. Я пытаюсь понять, как она работает. Томас помогает с математикой (оказывается, в магии её больше, чем я думала!).

Как у вас дела? Как дедушка? Как дракончик? Передайте ему, что я очень скучаю и скоро вернусь.

Конфеты в коробочке — эльфийские. Очень вкусные. Угощайтесь!

P.S. Пушинка убежала со мной, так что не переживайте!

С любовью, Зельда»

***

Лира и Элара закончили читать, посмотрели друг на друга.

— Она живёт как принцесса, — улыбнулась Элара. — Слуги, апартаменты, конфеты...

— Но она скучает по нам, — кивнула Лира. — Это главное.

Элара взяла ещё одну конфету, задумчиво.

— Надо написать ответ. Что скажем?

Лира достала бумагу, перо, начала записывать.

— Сначала — сказать, что мы хоть и завидуем, но любим её.

— Да, — Элара кивнула. — И рассказать про академию. Про паладинов.

— Про дракончика обязательно, — Лира добавила. — Декан говорил, что он скучает.

Они писали, обсуждая каждое слово.

***

«Дорогая Зельда!

Твоё письмо пришло сегодня утром, и мы сразу бросились читать! Конфеты невероятно вкусные, спасибо! Мы уже съели половину коробочки.

Ты всегда была особенной, но эльфы видят это по-своему!

У нас тут тоже много событий. В академию приехали паладины. ШЕСТЬСОТ человек! Они огромные, шумные и постоянно что-то ломают. Вчера они чуть не развоплотили профессора Элдрика, пытаясь его благословить. Декан в ярости.

Паладины вошли в лабиринт под академией сегодня утром. Началась зачистка. Уже есть первая потеря — кого-то съел мимик-сундук. Это такой монстр, который мимикрирует под предметы. Страшно даже думать, что творится там, глубже.

Дракончик скучает по тебе. Декан говорит, что он не насыщается его маной. Ему нужна твоя любовь и забота. Мы стараемся уделять ему внимание, но это не то же самое. Он часто грустно пищит и смотрит на дверь, будто ждёт, что ты войдёшь.

Селерион продолжает учить первокурсников работать с палочками. Он очень гордится тобой. Постоянно рассказывает всем, что ты его лучшая ученица.

Мы тоже очень скучаем по тебе. Комната кажется пустой без тебя. Но мы рады, что у тебя всё хорошо и что эльфы так тебя ценят. Ты этого заслуживаешь, Зельда. Ты внучка героя и сама становишься героем.

Пиши нам чаще! Мы будем отвечать на каждое письмо.

P.S. Пожалуйста, присмотри за Пушинкой. Не хватало, чтобы она создала какой-нибудь дипломатический инцидент!

С любовью и нетерпеливым ожиданием, Лира и Элара»

***

Они закончили письмо, перечитали.

— Хорошо? — спросила Лира.

— Отлично, — Элара кивнула. — Отправим завтра утром.

Лира запечатала конверт, положила на стол.

Элара взяла последнюю конфету из коробки.

— Жаль, что их так мало.

— Зельда пришлёт ещё, — улыбнулась Лира. — Уверена.

Они сели на кровать, глядя в окно на академию.

— Думаешь, она правда вернётся через месяц? — спросила Элара тихо.

— Конечно, — Лира сжала её руку. — Она обещала. А Зельда всегда держит слово.

***

Гарольд и его армия подошли к замку барона вечером.

Старая каменная крепость на холме, окружённая стеной. Ворота закрыты. На башнях — стражники.

Гарольд изучил укрепления.

— Нужна осада, — сказал он Тени и Клыку. — Мы окружим замок. Никто не выходит, никто не входит. Ждём, пока они сдадутся или попытаются прорваться.

— А если они не сдадутся? — спросила Тень.

— Тогда штурмуем, — Гарольд ответил. — Но сначала попробуем переговоры.

Он приказал армии окружить замок, установить лагерь.

Затем подошёл к воротам, поднял голову.

Нимб над его головой светился ярко в сумерках, что очень раздражало его.

— Барон! — закричал Гарольд. — Я — святой паладин Гарольд Железный Коготь! Откройте ворота! Мы хотим только поговорить!

Тишина.

Затем на стене появилась фигура в тёмном плаще.

— Святой паладин? — голос был насмешливым. — С нимбом и всем прочим? Впечатляюще.

— Откройте ворота, — Гарольд повторил. — Или мы возьмём замок силой.

Фигура рассмеялась.

— Попробуйте.

И исчезла.

Гарольд зарычал.

— Значит, штурм. Завтра утром. Готовьтесь.

Клык кивнул.

— Утром хорошо. За два часа до рассвета, когда спит даже самый стойкий из стражников.

***

Зельда вернулась в свою комнату после ужина, уставшая, но счастливая.

Мармелад встретил её, мурлыкая.

— Хозяйка, ты была великолепна!

— Спасибо, — Зельда улыбнулась, садясь на диван.

Она огляделась.

— Где Пушинка?

Мармелад нахмурился.

— Не знаю. Она убежала утром и ещё не вернулась.

Зельда забеспокоилась.

— Надо её найти.

Она позвонила в колокольчик.

Лиана вошла.

— Госпожа?

— Вы не видели мою подушку? Маленькую, с лапками?

Лиана задумалась.

— А... да. Она следовала за нами сегодня утром. Мы думали, это ваше поручение. Она вроде пошла в сторону библиотеки ректора.

Зельда вскочила.

— Библиотека ректора?!

— Да, госпожа. Мы пытались её поймать, но она очень быстрая.

Зельда схватила Мармелада, побежала к кабинету ректора.

***

Кабинет ректора был закрыт. Элирия уже ушла.

Но дверь в библиотеку была приоткрыта.

Зельда вошла.

Библиотека была огромной — стеллажи до потолка, тысячи книг, свитков, артефактов.

И в углу, на полу, сидела Пушинка.

Рядом с ней лежал старый портрет в раме.

— Пушинка! — Зельда подбежала. — Что ты натворила?!

Пушинка довольно пикнула.

— Пи!

Зельда подняла портрет, посмотрела.

Замерла.

На портрете была изображена девочка. Примерно её возраста. С длинными тёмными волосами, серыми глазами, в элегантном платье.

Под портретом — надпись на древнем языке.

Мармелад прочитал:

— «Лариэль Нонцет. Дочь императора Гая Нонцета. 1024 год».

Зельда уставилась на портрет.

Девочка на портрете... была очень похожа на неё.

Очень.

— Гай Нонцет, — прошептал Мармелад. — Император, правивший как эльфами, так и людьми и гномами. Единственный, кто объединил смог объединить народы. Тысячу лет назад.

Зельда не могла оторвать взгляд от портрета.

— Она... она похожа на меня.

— Да, — Мармелад кивнул. — Очень похожа.

Зельда осторожно вернула портрет на место.

— Мы не должны были его трогать.

Она взяла Пушинку на руки.

— Больше никаких краж, — строго сказала она.

Пушинка виновато пикнула.

— Пи...

Зельда вышла из библиотеки, чувствуя смятение.

Кто такая Лариэль Нонцет? И почему она так похожа на Зельду?

***

Ка'азерот наблюдал за сценой в библиотеке.

Когда Зельда увидела портрет, он замер.

Когда Мармелад прочитал надпись, он медленно откинулся на троне.

— Так вот в чём дело, — прошептал он.

Мармелад, сидевший рядом, посмотрел на него.

— Что, босс?

Ка'азерот промолчал.

Затем тихо хмыкнул.

— Ничего, Мармелад. Ничего важного.

Но его глаза говорили об обратном.

Он понял.

Понял, почему эльфы так относятся к Зельде.

Почему апартаменты. Почему слуги. Почему особое внимание.

И улыбнулся загадочно.

Но он ничего не сказал.

Просто смотрел на дочь, которая возвращалась в свою комнату, держа Пушинку.

— Интересно, — прошептал он. — Очень интересно.

Тени прошлого

Зельда бежала по коридорам дворца.

Огонь облизывал стены. Крики разрывали ночь. Где-то звенели мечи.

Но бежала не она.

Это была Лариэль.

Зельда видела всё её глазами — чувствовала страх, сжимающий горло, отчаяние, заставляющее ноги двигаться быстрее. Воздух пах дымом и кровью.

За спиной грохотали тяжёлые шаги. Монстры рычали, приближаясь.

Лариэль оглянулась.

Огры. Огромные серокожие туши с выпирающими клыками и дубинами размером с бревно. За ними — тролли, ещё крупнее, с зелёной кожей и вонью гниющего мяса.

Они ломали всё на своём пути. Стены. Двери. Людей.

— Папа! — закричала Лариэль, голос срывался от ужаса. — Они прорвались!

Она побежала быстрее, пытаясь добраться до тронного зала.

Коридоры горели. Повсюду звон мечей, крики стражников, предсмертные стоны. Тела лежали там, где их настигла смерть — стражники в доспехах, слуги в изорванных одеждах, придворные дамы с пустыми глазами.

Лариэль перепрыгивала через них, задыхаясь от дыма и ужаса, зажимая рот ладонью.

Наконец — двери тронного зала. Массивные, украшенные золотом.

Она ворвалась внутрь.

Зал был разгромлен. Колонны расколоты, окна разбиты, огонь пожирал древние гобелены с историей империи.

И на троне…

Император Гай Нонцет.

Высокий седовласый мужчина в золотых доспехах, со скипетром в ослабевшей руке и мечом на коленях.

Но он не двигался.

Потому что сквозь его грудь, сквозь доспехи, сквозь спинку трона, торчал огромный чёрный меч. Кровь стекала по лезвию, капая на мраморный пол.

А перед троном стоял демон.

Огромный, с красной кожей и чёрными рогами, с перепончатыми крыльями, сложенными за спиной. Глаза горели адским пламенем. Из пасти капала кровь.

— Папа! — Лариэль закричала, бросаясь вперёд, спотыкаясь о ступени.

Демон повернулся к ней и улыбнулся. Медленно. Довольно.

— Ещё одна.

Лариэль попыталась сотворить заклинание, но магия не слушалась. Руки дрожали. Слёзы застилали глаза. Слова заклятия рассыпались на губах.

Демон шагнул к ней.

И тут сзади её схватили.

Чьи-то руки обхватили её, потащили назад.

Лариэль закричала.

— Папа! — она кричала последний раз, глядя на неподвижное тело отца, когда её тащили в темноту тронного зала. — Папа!!!

***

Зельда проснулась с резким выдохом, вскинулась в кровати.

Сердце колотилось. Руки дрожали. Всё тело покрыто холодным потом. Воздух застревал в горле.

— Хозяйка! — Мармелад вскочил рядом, обеспокоенно глядя на неё. — Ты в порядке?!

Зельда прижала руки к груди, пытаясь успокоить дыхание.

— Кошмар, — прошептала она, голос дрожал. — Это был просто кошмар.

— Ты дёргалась, — Мармелад сказал серьёзно, подходя ближе. — И что-то шептала. На древнем языке.

Зельда замерла.

— На древнем языке?

— Да, — Мармелад кивнул. — Я едва расслышал. Ты кричала: «Папа, они прорвались!»

Зельда побледнела.

Она всё помнила. Коридоры. Огров. Троллей. Демона. Отца на троне с мечом, пронзившим грудь.

— Это была Лариэль, — прошептала она. — Я видела её глазами. Видела, как её отца убили. Видела монстров. Чувствовала её страх.

Мармелад нахмурился, его взгляд стал серьёзным.

— Хозяйка, это был просто сон. Твой разум обрабатывает то, что ты увидела вчера. Портрет. Историю.

— Но это было так реально, — Зельда сжала одеяло. — Я чувствовала её страх. Её боль. Запах дыма. Тепло огня. Я чувствовала всё.

Мармелад замолчал, изучая её лицо.

Затем запрыгнул на кровать, уткнулся пушистой мордой в её ладонь.

— Хозяйка, это прошлое. Тысячу лет назад. Ты здесь. Ты в безопасности.

Зельда погладила его по голове, медленно успокаиваясь.

— Да. Ты прав. Это просто сон.

Но она не могла отделаться от ощущения, что это было нечто большее. Что-то важное. Что-то, что пыталось достучаться до неё через века.

Утром Зельда сидела за столом, не притрагиваясь к завтраку.

Слуги принесли обычное изобилие — свежие круассаны, фрукты, сыры, яичницу с травами, соки.

Мармелад получил свою порцию — на этот раз икру осетра, тонко нарезанный тунец и креветки в сливочном соусе. Он ел медленно, но поглядывал на Зельду.

Она сидела неподвижно, глядя в окно на раннее утро.

— Хозяйка, — мягко сказал Мармелад. — Ты должна поесть.

— Не голодна, — тихо ответила Зельда.

— Ты не спала всю ночь, — заметил Мармелад. — После того кошмара. Я видел, как ты лежала с открытыми глазами.

Зельда вздохнула.

— Не могу перестать думать о них. О Лариэль. О её отце. Что с ними случилось? Почему дворец горел? Кто были те монстры? Почему я это видела?

Мармелад замолчал, облизывая лапу.

— Хозяйка, это было тысячу лет назад. Это уже история.

— Но я хочу знать, — Зельда повернулась к нему. — Мне нужно понять, что произошло. Почему я видела этот сон. Почему я так похожа на неё.

Мармелад кивнул медленно.

— Тогда ты знаешь, что делать.

— Да, — Зельда встала. — Мне нужно в библиотеку. Изучить историю Гая Нонцета. Узнать правду.

***

Лагерь Гарольда встречал раннее утро.

Гарольд стоял перед картой замка, разложенной на столе в командной палатке. Тень, Клык, Хруст и несколько генералов окружали его.

— Осада займёт слишком много времени, — сказал Гарольд, водя пальцем по карте. — У них есть запасы. Колодец. Они могут продержаться месяцами.

— Штурм? — предложила Тень, скрестив руки.

— Потери будут огромными, — Гарольд покачал головой. — Стены высокие. Ворота крепкие. Лучники на башнях. Я не хочу жертвовать людьми впустую.

Хруст, стоявший в стороне и изучавший карту, вдруг заговорил:

— Есть третий вариант.

Все повернулись к нему.

— Подкоп, — Хруст сказал спокойно. — С последующим подрывом.

Гарольд поднял бровь.

— Подкоп?

— Да, — Хруст кивнул. — Я не просто мастер разрушений, я специалист по осадам. Мы пророем туннель под стеной. Доходим до фундамента башни или стены. Закладываем пару бочек с селитрой. Поджигаем. Башня или стена рушится. Вход открыт.

Гарольд задумался, снова посмотрев на карту.

— Сколько времени?

— От пяти часов до двух дней, — Хруст задумался. — Всё зависит от почвы и основания стены. У меня есть опыт. Я руководил такими операциями не раз.

Тень и Клык переглянулись.

— Это может сработать, — сказала Тень.

— И потерь будет меньше, — добавил Клык.

Гарольд кивнул.

— Хорошо. Хруст, ты отвечаешь за подкоп. Выбери людей. Начинай не откладывая.

Хруст склонил голову.

— Будет исполнено.

Он повернулся и вышел из палатки, жестом подзывая своих людей.

Гарольд посмотрел на карту, нахмурившись.

— Надеюсь, это сработает. Иначе придётся идти на штурм.

***

В лабиринте Люминарской Академии паладины топтались на месте.

Командор Альрик стоял перед очередной развилкой, глядя на три одинаковых коридора.

— Который выбрать? — спросил один из паладинов.

— Не знаю, — Альрик признался, потирая лоб. — Карты нет. Магия здесь не работает. Мы блуждаем вслепую.

Позади них — десятки паладинов, ожидающих решения. Все выглядели уставшими.

Они уже зачистили несколько коридоров. Уничтожили десятки скелетов, зомби, гулей. Но лабиринт был огромным. Запутанным. Логики в его устройстве не было.

— Может, разделиться? — предложил другой паладин.

— Нет, — Альрик покачал головой. — Слишком опасно. Мы держимся вместе.

Он выбрал левый коридор наугад.

— Идём туда.

Паладины двинулись.

Через десять минут они наткнулись на тупик.

— Возвращаемся, — Альрик вздохнул.

Паладины развернулись, пошли обратно.

В своём логове некроманты наблюдали через магическое зеркало.

— Они застряли, — сказал один из них, усмехаясь. — Бродят кругами.

— Но они сдерживают нашу нежить, брат Фолий, — другой нахмурился. — Перекрыли все проходы. Уничтожают скелетов и зомби. Нам не хватает материала для работы и сдерживания.

— Надо отвлечь их, — предложил третий. — Создать ловушку. Завести в тупик и обрушить потолок.

— Или натравить на них что-то более опасное, брат Ливий, — улыбнулся Дариус. — У нас ещё остались в запасе рыцари смерти.

— Хорошая идея, брат Дариус, — согласился второй. — Отправим одного. Пусть повеселятся.

Они засмеялись, планируя следующий ход.

***

Зельда вошла в огромную библиотеку вместе с Томасом, Дрейвеном, Седвиком, Арианой и Лидией.

Мармелад сидел у неё на плече, оглядывая бесконечные стеллажи с книгами.

— Мы ищем информацию об императоре Гае Нонцете, — объяснила Зельда библиотекарю, пожилому эльфу с длинной седой бородой и проницательными глазами.

Библиотекарь, представившийся как Финрод, кивнул.

— Гай Нонцет. Великий император. Объединитель, законотворец, изобретатель и маг. Есть целый раздел, посвящённый ему и его эпохе.

Он провёл их к огромному стеллажу, где стояли десятки книг, свитков, документов.

— Здесь всё, что мы знаем о нём, — Финрод сказал. — Его правление. Войны. Реформы. Семья.

Зельда начала доставать книги, раскладывая их на столе. Томас и Дрейвен помогали.

Ариана, Лидия и Седвик тоже взяли несколько книг, начав читать.

— Что именно мы ищем? — спросил Томас тихо.

— Информацию о его дочери, — ответила Зельда. — Лариэль. И о том, что случилось в конце его правления.

Она открыла первую книгу — «История Объединённой Империи».

Начала читать.

***

Император Гай Нонцет правил с 1010 по 1024 год. Он был единственным правителем, сумевшим объединить эльфов, людей и гномов под одним знаменем. Его империя простиралась от Ледяных Пустошей до Южных Морей.

Гай был мудрым и справедливым правителем. Он установил законы, защищавшие права всех рас. Создал торговые пути. Построил множество великих городов.

Но в 1024 году случилось Великое Падение.

Считается, что демонические силы, долго копившие силы в тени, нанесли удар. Армия демонов, огров, троллей и других тёмных существ вторглась в столицу империи — город Нонцетрум.

Гай Нонцет сражался до последнего. Но был убит, предположительно, демоном по имени Азазрон Проклятый.

Его дочь, Лариэль Нонцет, исчезла в ту ночь. Её тело так и не нашли. Многие считали, что она погибла вместе с отцом.

После смерти Гая империя распалась. Эльфы, люди и гномы, победив демонов с огромными потерями, разошлись, создав собственные королевства.

***

Зельда закончила читать, медленно закрыла книгу.

— Она исчезла, — прошептала она. — Лариэль исчезла в ту ночь.

— Может быть, — Томас сказал осторожно. — Но её тело не нашли. Значит, есть шанс, что она выжила.

— Или её утащили монстры, — Дрейвен добавил мрачно.

Зельда вздрогнула, вспоминая сон. Зелёные лапы тролля, хватающие её.

— Я хочу узнать больше, — сказала она, доставая следующую книгу.

Они продолжили изучать материалы.

Через час Зельда наткнулась на что-то интересное.

Портрет. Старый, нарисованный тысячу лет назад.

На портрете был изображён молодой эльф. Высокий, с длинными серебристыми волосами, серыми глазами, в королевских одеждах.

Под портретом — надпись: «Принц Элиарон Сильвериус. Наследник Эльфийского Королевства. 1030 год».

Зельда уставилась на портрет. Что-то в нём было знакомое.

Очень знакомое.

— Томас, — позвала она. — Посмотри на это.

Томас подошёл, взглянул на портрет.

— Принц эльфов? Что с ним?

— Не знаю, — Зельда нахмурилась. — Но мне кажется, что я его где-то видела.

Мармелад, сидевший на столе, посмотрел на портрет.

Его глаза сузились.

— Хозяйка, — тихо сказал он. — Это интересно.

— Что? — Зельда повернулась к нему.

— Ничего, — Мармелад быстро ответил. — Просто… интересное совпадение.

Зельда не поверила, но не стала настаивать.

Она запечатлела портрет магическим кристаллом, чтобы изучить позже.

— Идём дальше, — сказала она друзьям. — Нужно найти больше информации.

***

Хруст закончил подкоп за четыре часа.

Туннель прошёл под стеной, вышел прямо к фундаменту восточной башни.

Было заложено десять бочек с селитрой. Фитиль протянут наружу.

Гарольд стоял у входа в туннель, глядя на Хруста.

— Готово? Сработает?

— Да, — Хруст кивнул. — Когда подожжём, у нас будет две минуты, чтобы уйти подальше. Потом — взрыв.

Гарольд кивнул.

— Хорошо. Поджигай.

Хруст зажёг фитиль. Огонь побежал по верёвке, смазанной смолой, уходя в глубину туннеля.

— Бежим! — крикнул Хруст.

Они выбежали из туннеля, отбежали на безопасное расстояние.

Армия была готова. Солдаты стояли в строю, держа щиты и мечи наготове.

Гарольд поднял руку, отсчитывая секунды.

— Десять… девять… восемь…

Взрыв.

Земля содрогнулась под ногами. Огромный столб пламени и дыма взметнулся в небо.

Восточная башня рухнула, увлекая за собой часть стены.

— Вперёд! — Гарольд закричал, поднимая меч.

Армия ринулась в пролом.

Гарольд, Тень, Клык и Хруст вели атаку. Они ворвались в замок.

И замерли.

Внутренний двор был полон… пленников.

Десятки людей, закованных в цепи, худых, измождённых, с укусами на шеях. Бледные, дрожащие, с пустыми глазами.

А вокруг них — вампиры.

Бледные существа с клыками, в тёмных плащах. Глаза горели голодом.

Гарольд застыл, понимая.

— Барон — вампир, — прошептал он. — И он использовал этих людей как еду.

Вампиры, увидев армию, зашипели, бросились в атаку.

— Атакуйте! — Гарольд зарычал. — Спасите пленников!

Битва началась. Вампиры были быстрыми, сильными, опасными.

Но мечи, благословлённые церковью, резали их плоть, словно раскалённый нож — масло.

И нимб над головой Гарольда сиял так ярко, что вампиры не могли к нему приблизиться.

Один из вампиров, самый старый, в дорогих одеждах, попытался атаковать Гарольда.

Барон. Он был быстр, силён, его когти были как лезвия.

Но когда он приблизился к Гарольду, нимб вспыхнул ослепительно. Барон закричал, его кожа задымилась, загорелась. Он попытался отступить, но было поздно.

Святой свет испепелил его. Барон рассыпался в прах.

Гарольд стоял, тяжело дыша, глядя на пепел.

— Вампиры, — прошептал он. — Они использовали людей как скот.

Ярость вскипела в нём.

— Уничтожьте их всех! — закричал он. — Ни одного не оставить живым!

Армия ринулась вперёд. Вампиров истребили за полчаса.

Пленников освободили.

Гарольд стоял в центре двора, глядя на измождённых людей, которых уводили к лазарету.

— Сколько? — спросил он Тень тихо.

— Тридцать человек, — ответила она. — Все живы. Но им нужно лечение. Кровопотеря. Травмы.

Гарольд кивнул.

— Позаботьтесь о них. Всё, что нужно.

Он повернулся к Хрусту.

— Спасибо. Твой план сработал.

Хруст кивнул.

— Я выполнял приказ босса.

Гарольд усмехнулся.

— Передай ему мою благодарность.

***

Ка'азерот наблюдал за штурмом через магическое окно.

Когда барон рассыпался в прах, он засмеялся.

— Вампиры! Конечно! Я должен был догадаться!

Мармелад, сидевший рядом, мурлыкал.

— Ещё одна победа для святого оборотня.

Ка'азерот повернулся к нему, улыбаясь.

— Мармелад, делаем ставки. Следующее место, куда отправится Гарольд. Что там будет?

Мармелад задумался.

— Гильдия убийц.

Ка'азерот покачал головой.

— Нет. Подпольная лаборатория алхимиков.

Мармелад фыркнул.

— Ставка принята. Что на кону?

— Твоя порция икры на неделю, — Ка'азерот усмехнулся.

— Идёт, — Мармелад кивнул. — Готовьтесь проигрывать, босс.

Они рассмеялись, возвращаясь к наблюдению.

***

Зельда снова пригласила друзей на ужин.

Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и даже смущённый Бориус сидели за столом.

Слуги принесли изысканный ужин — жареное мясо, овощи, супы, десерты.

Мармелад получил свою порцию — на этот раз целую рыбу, запечённую с травами.

Он ел медленно, наслаждаясь.

— Итак, — сказала Зельда, когда все поели. — Выходные начинаются завтра. Какие планы?

Томас откинулся на спинку стула.

— Я хочу посетить эльфийские сады. Слышал, там невероятные растения.

Дрейвен кивнул.

— Я тоже. Может, найдём что-то интересное для зельеварения.

Ариана улыбнулась.

— Я хочу на рынок. Эльфы делают потрясающие украшения.

Лидия согласилась.

— И я. Они делают вкусные конфеты. А ещё, может, найдём подарки для друзей.

Седвик пожал плечами.

— А я просто хочу отдохнуть. Может, пойду на озеро. Порыбачу.

Бориус тихо сказал:

— Я… я хочу посетить храм. Помолиться.

Все посмотрели на него с удивлением.

Бориус покраснел.

— Я… я давно хотел совершить паломничество. Религия эльфов мне по душе.

Зельда улыбнулась.

— Это хорошая идея, Бориус.

Бориус благодарно кивнул.

Зельда задумалась.

— Я хочу больше узнать о Гае Нонцете. Может, посещу музей. Или поговорю с ректором Элирией.

Томас посмотрел на неё.

— Ты правда так заинтересовалась этой историей?

— Да, — Зельда кивнула. — Мне нужно понять, что случилось. Почему я видела тот сон. Почему я так похожа на Лариэль.

Дрейвен нахмурился.

— Думаешь, это что-то значит?

— Не знаю, — Зельда призналась. — Но я хочу выяснить. Ведь не зря я Нонцет-Клавдий.

Мармелад, доедавший рыбу, посмотрел на неё.

— Хозяйка, иногда прошлое лучше оставить в прошлом.

— Может быть, — Зельда кивнула. — Но иногда прошлое может объяснить настоящее.

Мармелад промолчал, вернувшись к еде.

Друзья продолжили обсуждать планы, смеясь и шутя.

Зельда улыбалась, но в глубине души чувствовала беспокойство.

Кошмар не отпускал её.

Образ Лариэль, бегущей по горящим коридорам.Образ её отца, пригвождённого к трону.

Образ демона с горящими глазами.

Что всё это значит?

И почему она это видела?

Прогулка по городу эльфов

Студенты Арканы дружной толпой вышли из академии, чтобы погулять по городу. Зельда вышла вместе с Томасом, Дрейвеном, Седвиком, Арианой, Лидией и Бориусом, который стал всё чаще общаться с ними и даже признался, что очень переживал за Дрейвена, когда на него напали — ведь тот показал себя настоящим аристократом, чем удивил Бориуса.

Первые выходные в эльфийском городе обещали быть очень интересными.

Город был невероятным — высокие белые здания с изящными арками и колоннами, улицы, вымощенные серебристым камнем, деревья с золотыми листьями, растущие прямо посреди площадей, их ветви переплетались над головами, создавая живые навесы. Фонтаны пели мелодичные песни, магические огоньки парили в воздухе, меняя цвета, а повсюду звучала тихая музыка — эльфы играли на арфах, флейтах, лирах.

— Это… невероятно, — прошептала Зельда, глядя по сторонам.

Мармелад, сидевший у неё на плече, тоже оглядывался с любопытством.

— Да, эльфы умеют строить, — согласился он. — Хотя мне всё равно больше нравится лосось.

Зельда рассмеялась.

Томас шёл рядом, держа карту города. — Куда сначала? Сады? Рынок? Музей?

— Давайте начнём с рынка, — предложила Ариана. — Потом сады, а музей оставим на потом.

— А я хочу в храм, — тихо сказал Бориус.

Все повернулись к нему.

— Храм? — переспросил Дрейвен.

— Да, — Бориус кивнул, покраснев. — Я… я хочу помолиться, попросить прощения за прошлые поступки. Ну и… моя бабушка была эльфийкой, так что хочется прикоснуться к религии и культуре предков во всех сферах.

Зельда улыбнулась.

— Мы можем пойти с тобой.

Бориус благодарно посмотрел на неё.

— Спасибо.

— Тогда сначала рынок, потом храм, потом сады, — решил Томас. — Идём.

Они двинулись по улице, наслаждаясь атмосферой города. Эльфы вокруг улыбались им, кивали приветственно, некоторые узнавали Зельду и кланялись с уважением.

Зельда смущалась, но отвечала на поклоны.

— К этому не привыкнуть, — прошептала она Томасу.

— Ты внучка героя, — Томас пожал плечами. — Придётся привыкать.

Рынок был огромным — десятки палаток и лавок, где продавали всё: от тканей до оружия, от украшений до книг. Ариана и Лидия сразу нырнули в лавку с украшениями, восхищённо ахая, Седвик отправился к торговцу магическими удочками, а Дрейвен и Томас остановились у лавки сингредиентами для зельеварения.

Зельда бродила между палатками, разглядывая товары.

— Хозяйка, — Мармелад мурлыкнул. — Вон там продают рыбу. Свежую. Я чувствую запах.

— Мармелад, ты только что ел, — Зельда рассмеялась.

— Это было три часа назад, — Мармелад обиделся. — Я кот, и я голоден.

— Ладно, — Зельда сдалась. — Посмотрим.

Они подошли к лавке с рыбой, где продавец, пожилой эльф, улыбнулся им.

— Добро пожаловать! Самая свежая рыба в городе! Только сегодня утром поймана!

Мармелад принюхался.

— Хозяйка, вон та форель — она идеальна.

Зельда купила форель, и продавец, поторговавшись пятнадцать минут с Мармеладом, завернул её в бумагу. Мармелад урчал от предвкушения.

— Я съем её позже, в комнате, с удовольствием.

Зельда продолжила бродить по рынку и вдруг увидела лавку со сладостями — эльфийские конфеты, печенье, пирожные, всё выглядело невероятно. Зельда вспомнила Лиру и Элару.

— Я куплю им подарок, — сказала она Мармеладу. — Отправлю с письмом.

Она зашла в лавку, выбрала коробку с разными конфетами — шоколадные с орехами, фруктовые, медовые, цветочные. Продавщица, молодая эльфийка, улыбнулась ей.

— Для друзей?

— Да, — Зельда кивнула. — Они далеко. Скучаю по ним.

— Эти конфеты сохранятся долго, — продавщица заверила её. — Магия свежести. Они будут как новые даже через месяц.

Зельда заплатила, не дав Мармеладу сказать ни слова, и взяла коробку.

— Спасибо.

Через час все собрались у входа на рынок, показывая друг другу покупки. Ариана купила изящный серебряный браслет, Лидия — ожерелье с голубым камнем, Седвик — новую магическую удочку, а Дрейвен и Томас — редкие ингредиенты и инструменты для зельеварения и рунической магии. Бориус ничего не купил, но выглядел довольным.

— Теперь в храм? — спросил он.

— Да, — Зельда кивнула. — Идём.

Храм эльфов был величественным — высокое здание из белого мрамора с золотыми куполами, колонны, украшенные резьбой, и огромные витражи, через которые лился разноцветный свет. Внутри было тихо и спокойно: высокие потолки, ряды скамей, в центре — алтарь с горящими свечами и изображением древа жизни. Эльфы-жрецы в белых одеждах ходили между скамьями, тихо молясь.

Бориус прошёл вперёд, встал на колени перед алтарём и закрыл глаза. Зельда и друзья остались позади, давая ему уединение.

Зельда огляделась — храм был красивым, спокойным, здесь ощущалось присутствие чего-то большего. Она подошла к одной из колонн, рассматривая резьбу с изображениями битв, героев, богов. И вдруг заметила боковую дверь — маленькую, неприметную, почти скрытую в тени.

Над дверью — надпись на древнем всеобщем языке.

Зельда прочитала: «Архив. Только для жрецов».

Любопытство вспыхнуло в ней. Она оглянулась — друзья сидели на скамьях, разговаривая шёпотом, Бориус всё ещё молился. Зельда тихо подошла к двери и попробовала открыть.

Дверь поддалась. Внутри — узкая лестница, ведущая вниз.

Зельда колебалась.

— Хозяйка, — Мармелад прошептал. — Это закрытая зона.

— Я знаю, — Зельда прошептала в ответ. — Но мне нужно посмотреть. Вдруг там есть информация о Гае Нонцете.

— Хозяйка, это уже ни в какие ворота!

— Пять минут, — Зельда пообещала. — Просто посмотрю. А потом куплю тебе ещё форели!

Мармелад грустно вздохнул, и она спустилась по лестнице.

Внизу была небольшая, но высокая комната, заполненная полками с книгами и свитками. Зельда начала осматривать полки — большинство книг были на древнем эльфийском языке, но некоторые — на общем. Она нашла раздел с датой: «1010-1030 годы» — эпоха Гая Нонцета.

Зельда достала несколько книг, начала пролистывать — хроники, записи, договоры. И вдруг, неожиданная вещь для архива храма — дневник. Старый, потрёпанный, с обложкой из коры.

На обложке — имя: «Элиарон Сильвериус. Младший жрец. Личный дневник».

Зельда замерла. Принц Элиарон.

Тот самый, чей портрет она видела вчера.

Она открыла дневник и начала читать.

***

1022 год. Весна.

«Сегодня отец объявил о моей помолвке. Я женюсь на принцессе Лариэль Нонцет, дочери императора Гая.

Это политический союз, конечно. Укрепление связей между эльфами и людьми.

Но я не против.

Я встретил Лариэль на торжественном приёме месяц назад. Она умна, красива, добра.

Мы разговаривали всю ночь — о магии, о книгах, о мечтах.

Я думаю, что смогу полюбить её.»

***

Зельда перевернула страницу.

***

1023 год. Лето.

«Лариэль приехала к нам во дворец. Свадьба назначена на следующую весну.

Мы проводим много времени вместе — она учит меня человеческой магии, я учу её эльфийской.

Она смеётся над моими шутками, я восхищаюсь её умом.

Отец, который сначала был не очень доволен, улыбается и говорит, что мы идеальная пара.

Я начинаю думать, что он прав.»

***

Зельда продолжила читать, переворачивая страницы.

***

1024 год. Зима.

«Случилась катастрофа.

Мы были дома у Лариэль, когда демоны напали на столицу империи. Нонцетрум пал.

Император Гай погиб.

Я смог спасти Лариэль в последний момент.

Мы отправили армию на помощь, но было поздно.

Отец в ярости. Я в отчаянии.

Лариэль в прострации — ничего не говорит и не ест. Я боюсь потерять её.»

***

1024 год. Весна.

«Я ухаживаю за своей невестой.

В руинах её сердца, среди горя и пепла по утрате отца, я смог снова возродить огонёк любви к жизни.

Я бы сказал, что это упорный труд и забота, но отец назвал это чудом, когда увидел, что она улыбается.

Я привёз её в храм. Жрецы пытаются вылечить её душевные травмы, но бесполезно.

Она смотрит на меня испуганными глазами каждый раз, как садится солнце.

Моё сердце болит, словно в него вонзили нож.»

***

Зельда остановилась, сжимая дневник.

Лариэль выжила. Элиарон спас её.

Зельда продолжила читать.

***

1025 год. Осень.

«Лариэль смеётся. Да, она смеётся над моими шутками.

Я рассказываю ей смешные случаи в нашем королевстве, и она улыбается.

Мой отец напомнил ей о помолвке и о свадьбе.

Она слушает, но не чувствует того, что чувствовала раньше.

Я всё ещё люблю её, но потеря отца делает вопрос о свадьбе, травмирующим её.

Это больно и для меня.»

***

1030 год. Лето.

«Прошло шесть лет.

Лариэль уже не просыпается с криками по ночам.

Она счастлива — создаёт новые заклинания, учит студентов, помогает жрецам.

Я же решил отпустить её.

Она больше не моя невеста. Не моя любовь.

Она просто Лариэль.

И я приму это.»

***

Дневник заканчивался.

Зельда медленно закрыла его, чувствуя комок в горле. Лариэль выжила, но потеряла всё — свою страну, свою семью, свою любовь. И Элиарон отпустил её, потому что любил.

— Хозяйка, — тихо сказал Мармелад. — Нужно возвращаться. Друзья ищут тебя.

Зельда кивнула, вытирая слёзы. Она положила дневник обратно на полку, поднялась по лестнице, снимая заклинанием припухлость от слёз с лица.

Наверху её ждал Томас, обеспокоенно глядя на неё.

— Зельда! Где ты была?

— Прости, — Зельда улыбнулась. — Заблудилась. Храм большой.

Томас кивнул, не поверил до конца.

— Идём. Бориус закончил. Теперь в сады?

— Да, — Зельда кивнула. — В сады.

Но в глубине души она думала о Лариэль — о принцессе, которая выжила.

***

Гарольд ехал верхом во главе армии — позади тысяча солдат, двести паладинов, присоединившихся после разгрома вампиров, и десятки магов. Впереди — горный массив, где, по слухам, находился последний оплот культистов: город, спрятанный в горах, защищённый магией и укреплениями.

Гарольд получал донесения от разведчиков — культы паниковали. Слухи о святом оборотне-паладине распространялись быстро: о его нимбе, который сжигал нежить и вампиров, о его армии, которая не знала поражений. Культисты бежали разрозненно, без организации.

Гарольд усмехнулся.

— Страх — отличное оружие.

Тень ехала рядом.

— Мы приближаемся к городу. Там нас ждут силы короля.

— Хорошо, — Гарольд кивнул. — Чем больше, тем лучше. Город в горах — это крепость. Штурм будет сложным.

Клык подъехал с другой стороны.

— Разведка донесла. Город называется Каменное Сердце, население — около пятнадцати тысяч. Большинство — обычные жители, но есть группа культистов, которая контролирует городской совет.

— Значит, нужно быть осторожными, — Гарольд нахмурился. — Не хочу навредить невинным.

Хруст, ехавший позади, добавил:

— Город построен в скале. Единственный вход — через ворота в каньоне. Легко защищать.

— И сложно брать, — Гарольд вздохнул. — Придётся думать.

***

В тронном зале Ка'азерот сидел на троне, слушая молитвы. Они приходили к нему постоянно — тихие, отчаянные, злобные. Культисты молились своему богу, не зная, что он их ненавидит.

Но сегодня одна молитва привлекла его внимание — голос паникующий, задыхающийся.

«Великий Владыка Хаоса! Спаси нас! Святой паладин идёт к Каменному Сердцу! Мы под городом! В катакомбах! Он найдёт нас! Помоги!»

Ка'азерот усмехнулся.

— Под городом. В катакомбах.

Мармелад поднял голову. — Босс?

— Я знаю, где они, — Ка'азерот сказал. — Культисты прячутся под городом Каменное Сердце, в катакомбах.

— Сообщите Гарольду?

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Пусть знает, где искать.

Он сконцентрировался и отправил сообщение Гарольду через магическую связь.

***

В Люминарской Академии паладины продвигались вглубь, уничтожая нежить. Командор Альрик вёл группу через очередной коридор, и вдруг впереди раздался грохот.

Паладины остановились, подняв щиты.

Из темноты вышел рыцарь — огромный, под четыре метра ростом, в чёрных доспехах, с огромным, под стать себе, мечом. Но это был не живой рыцарь — его глаза горели зелёным пламенем, из-под шлема виднелась гниющая плоть, от него исходил холод смерти.

Рыцарь смерти.

— Защищайтесь! — закричал Альрик.

Рыцарь смерти взмахнул мечом, и волна тёмной магии ударила в паладинов. Щиты засветились, отражая удар, но волна была мощной — несколько паладинов упали на колени, задыхаясь.

Рыцарь смерти шагнул вперёд, атакуя. Его меч был быстрым, сильным, смертоносным. Паладины сражались, но не могли пробить его доспехи — святая магия не действовала, поскольку рыцаря защищали не только чары некромантов, но и качественные доспехи. Мечи отскакивали.

— Отступаем! — приказал Альрик. — Мы не можем его убить!

Паладины начали отступать, прикрывая друг друга. Рыцарь смерти преследовал их, но медленно. Они выбежали из коридора, захлопнули за собой дверь и запечатали её магией.

Альрик тяжело дышал, глядя на дверь.

— Что это было?

— Рыцарь смерти, — ответил один из паладинов. — Относится к элитной нежити. Невероятно силён, обладает отличными навыками боя, и главное — их доспехи пропитаны магией света, что нивелирует наши заклинания и святую силу.

— Мы не можем его победить, — Альрик признал. — Нужна помощь.

Он приказал гонцу:

— Доложи декану. Срочно. Нам нужны маги.

***

Декан, получив доклад, нахмурился.

— Рыцарь смерти. Значит, некроманты всё ещё активны.

Солариус стоял рядом.

— Паладины не справятся. Рыцари смерти устойчивы к святой магии.

— Нужны маги, — Варилий кивнул. — Боевые маги, специалисты по нежити.

— Я свяжусь с гильдией магов, — Солариус сказал. — Попрошу прислать помощь.

— Делай, — Варилий приказал. — Быстро. Посылать своих преподавателей туда я не хочу — это опасно для жизни.

Солариус вышел.

Варилий вернулся к окну, глядя на академию.

— Лабиринт оказался опаснее, чем мы думали. Но, с другой стороны, это отличный полигон для будущих выпускников.

***

Эльфийские сады были чудом. Друзья гуляли по садам, восхищаясь — огромные деревья с серебристой корой, цветы всех цветов радуги, ручьи, поющие мелодии, птицы, которые разговаривали на эльфийском, всеобщем и даже на языке гоблинов.

— Это невероятно, — прошептала Ариана, фотографируя магическим кристаллом.

Дрейвен украдкой собирал образцы растений для зельеварения, Томас записывал магические руны, которые поддерживали сады. Седвик сел у пруда, закинув удочку, под удивлённые взгляды жителей, но на вопрос, не запрещено ли это, ему ответили, что нет, просто никто не задумывался об этом.

Бориус молча шёл рядом с Зельдой, выглядя умиротворённым и рассказывая о своей бабушке друзьям.

Зельда думала о дневнике Элиарона, о Лариэль, о том, что она тоже осталась одна.

— Томас, — тихо сказала она. — Я нашла кое-что в храме.

Томас повернулся к ней.

— Что?

— Дневник принца Элиарона, — Зельда прошептала. — Он писал о Лариэль. Она была его невестой.

Томас замер.

— Невестой?

— Да, — Зельда кивнула. — Они должны были пожениться, но после Падения… Элиарон спас её, но она сломалась, потеряв отца и родных.

Томас медленно кивнул.

— Да, это тяжёлая потеря для любого.

— Да, — Зельда подтвердила. — Она шесть лет была замкнута и ничего не хотела.

Томас замолчал, обдумывая.

— Значит, она выжила.

— Да, — Зельда прошептала. — Она выжила, но я не знаю, что с ней случилось дальше. Дневник заканчивается на 1030 году.

— Может, она всё ещё здесь? — предположил Томас. — В эльфийском королевстве?

— Не знаю, — Зельда вздохнула. — Она всё же человек, а столько мы не живём. Но мне нужно выяснить, что было дальше.

Они продолжили прогулку, обдумывая открытие.

***

К вечеру друзья вернулись в академию, уставшие, но довольные. Зельда попрощалась с ними и вернулась в свою комнату.

Мармелад сразу набросился на форель.

Зельда села за стол, достала пергамент и перо. Пора писать письмо в родную Академию.

«Дорогие Лира и Элара!

Прошла уже неделя с момента моего приезда в Эльфийское королевство. Кажется, прошла целая вечность, но в то же время — всего мгновение. Я так скучаю по вам!

Сегодня мы гуляли по городу — он невероятно красивый! Белые здания, золотые листья, поющие фонтаны. Эльфы очень дружелюбны.

Мы посетили храм с Бориусом — он молился. Кажется, он правда меняется. А ещё я узнала, что его бабушка — эльф. Я горжусь им.

В храме я нашла старый архив, где был дневник принца Элиарона Сильвериуса. Помните, я писала о Лариэль Нонцет, дочери императора Гая? Оказывается, она была невестой Элиарона!

Они должны были пожениться, но после Великого Падения Лариэль, спасённая Элиароном, замкнулась в себе и почти ни с кем не общалась.

Это так грустно. Но это значит, что она выжила!

Я купила вам сладости на рынке — эльфийские конфеты невероятно вкусные! Отправлю с этим письмом. Угощайтесь!

Ещё я поняла кое-что важное.

Моя фамилия — Нонцет-Клавдий: Нонцет от Гая Нонцета, моего предка, а Клавдий от декана Варилия, моего прапрапрадедушки.

Но если Лариэль вышла замуж за Элиарона… или хотя бы осталась жить в эльфийском королевстве… это значит, что я могу быть родственницей правителей эльфов.

Это… странно, и пугающе, и интересно одновременно.

А ещё я создала новое заклинание! Крылья из света, которые дают полёт. Преподаватель сказал, что это синтез двух традиций — эльфийской и человеческой. Класс аплодировал. Я до сих пор не могу поверить.

Как дела у вас? Как дракончик? Как паладины в лабиринте? Пишите мне! Я жду ваших писем!

С любовью и тоской, Зельда

P.S. Мармелад до сих пор в восторге от еды. Он уже не хочет возвращаться! И кажется, он потолстел!»

Зельда закончила письмо, запечатала конверт и положила внутрь коробку с конфетами. Завтра отправит его с магической почтой.

Она откинулась на спинку стула, глядя в окно. Ночь опустилась на город, звёзды сияли ярко.

Зельда снова думала о Лариэль — о принцессе, которая потеряла всё, но выжила, о принце, который любил её, но отпустил, о себе, которая каким-то образом связана с ними.

— Хозяйка, — Мармелад запрыгнул на стол, облизывая усы. — Ты в порядке?

— Да, — Зельда кивнула. — Просто думаю.

— О чём?

— О прошлом, — Зельда вздохнула. — О том, как оно связано с настоящим, и о том, что я — часть этой истории.

Мармелад промолчал, глядя на неё жёлтыми глазами.

— Хозяйка, прошлое важно, но настоящее важнее. Ты здесь, сейчас — это главное.

Зельда улыбнулась, погладив его.

— Спасибо, Мармелад.

Она встала и подошла к окну. Внизу город спал, огоньки гасли один за другим.

Где-то там, в глубине истории, жила Лариэль.

И Зельда чувствовала, что их судьбы переплетены. Но как? И почему?

Она пока не знала.

Но собиралась выяснить.

***

Утро следующего дня. Горный массив. Встреча с армией короля

Гарольд подъехал к лагерю королевской армии — огромный лагерь, раскинувшийся у подножия гор, тысячи палаток, знамёна королевства Арканы развевались на ветру.

Навстречу Гарольду вышел генерал Маркус Стальной Щит — высокий мужчина в тяжёлых доспехах, с седой бородой и шрамом через всё лицо.

— Командор Гарольд, — генерал поклонился. — Король прислал нас в помощь: три тысячи солдат, пятьсот конных рыцарей, сотня боевых магов.

Гарольд кивнул.

— Благодарю. Нам понадобится вся помощь.

Они прошли в командную палатку, где на столе лежала карта горного массива.

— Город Каменное Сердце, — генерал Маркус указал на карту. — Построен магами в скале. Единственный вход — через каньон. Узкий проход, легко защищать.

Гарольд изучал карту.

— Население?

— Около пятнадцати тысяч, — ответил Маркус. — Большинство — простые жители: шахтёры, торговцы, ремесленники. Но городом управляет совет, который, по нашим данным, контролируется культистами.

— Значит, нужен точечный удар, — Гарольд нахмурился. — Не хочу навредить невинным.

— Мы тоже, — Маркус кивнул. — Но как найти культистов? Они прячутся среди населения.

Тень и Клык подошли ближе.

— Может, осада? — предложила Тень. — Перекрыть поставки, подождать, пока они не сдадутся.

— Слишком долго, — Гарольд покачал головой. — Культисты могут использовать это время, чтобы укрепиться, принося людей в жертву.

Клык задумался.

— А если попробовать переговоры? Предложить амнистию тем, кто сдастся добровольно?

— Культисты не сдаются, — Гарольд сказал мрачно. — Они фанатики. Если и сдадутся, то чтобы уничтожить вместе с собой побольше врагов.

И тут Гарольд почувствовал вибрацию амулета — магическая связь. Голос Ка'азерота зазвучал в его голове.

«Гарольд. Культисты под городом, в катакомбах. Они молились мне, сказав, где они. Ищи вход в катакомбы — там их логово.»

Гарольд замер.

— Точно? — тихо спросил он вслух.

«Да. Под городом. Катакомбы. Найди вход, и ты найдёшь их всех.»

— Спасибо, — Гарольд улыбнулся.

Связь оборвалась.

Гарольд повернулся к генералу Маркусу.

— Культисты под городом, в катакомбах.

Маркус поднял бровь.

— Откуда ты знаешь?

— Надёжный источник, — Гарольд усмехнулся. — Очень надёжный.

Маркус не стал спрашивать дальше.

— Хорошо. Если они под городом, нужно найти вход. Катакомбы обычно имеют несколько выходов: один — в городе, другие — за пределами.

— Отправим разведчиков, — Гарольд приказал. — Пусть ищут скрытые входы в горах. А мы подготовим штурм.

— А город? — спросил Маркус. — Как поступим с ним?

— Попробуем переговоры, — Гарольд решил. — Предложим жителям сдаться без боя, обещаем защиту. Но если откажутся… пригрозим штурмом.

Маркус кивнул.

— Согласен. Начнём завтра на рассвете.

Гарольд посмотрел на карту. Культисты прятались под землёй, как крысы.

Но он их найдёт.

И уничтожит.

***

Ка'азерот сидел на троне, наблюдая через магическое окно за Гарольдом. Мармелад лежал рядом, доедая последний кусочек форели.

— Босс, вы помогли ему, — Мармелад заметил.

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Культисты молятся мне. Это раздражает. Пусть Гарольд их уничтожит.

— А ставка? — Мармелад напомнил. — Гильдия убийц или лаборатория алхимиков?

Ка'азерот рассмеялся.

— Катакомбы с культистами. Мы оба проиграли.

Мармелад фыркнул.

— Значит, ничья. Икра остаётся на месте.

— На этот раз, — Ка'азерот усмехнулся. — но будут ещё ставки.

Мармелад мурлыкнул.

— Согласен, босс.

Они вернулись к наблюдению.

Ка'азерот перенёс взор на Зельду. Она спала в своей роскошной постели, укрывшись одеялом. Пушинка свернулась у её ног, а на ней спал Мармелад.

— Она счастлива, — прошептал Ка'азерот. — У неё есть друзья. Она учится и узнаёт историю своей семьи.

— Да, босс, — Мармелад кивнул. — Она растёт.

— И я горжусь ею, — Ка'азерот улыбнулся.

Он откинулся на троне, глядя на дочь.

Где-то в глубине его разума крутилась мысль: Лариэль, Элиарон, Зельда — связь между ними.

Ка'азерот знал правду. Но молчал. Время ещё не пришло. Зельда должна узнать сама.

И когда это случится… Всё изменится.

Сны и откровения

Зельда снова бежала. Коридоры дворца. Огонь. Крики.

Кошмар возвращался.Она снова видела глазами Лариэль. Чувствовала её страх. Её отчаяние.За спиной — рёв монстров. Грохот шагов.

— Папа! — закричала Лариэль. — Они прорвались!

Зельда бежала к тронному залу.

Двери. Разгром. Огонь.

И отец на троне. С мечом в груди.

Демон повернулся к ней.

— Ещё одна.

Он шагнул вперёд.

И вдруг...

Всё замерло.

Огонь застыл в воздухе. Демон застыл на месте. Время остановилось.

Зельда почувствовала присутствие.

Огромное. Древнее. Могущественное.

Но не страшное. Тёплое.

Она обернулась.

Позади неё стоял... кто-то.

Фигура, окутанная тьмой и светом одновременно. Высокая. Величественная.

Глаза горели красным, но в них не было злобы. Только забота. Любовь. Тревога.

Рога. Крылья. Когти.

Но Зельда не боялась. Она чувствовала... тепло. Радость. Безопасность.

— Кто ты? — прошептала она.

Фигура не ответила. Но протянула руку.

Зельда шагнула вперёд, потянулась к ней.

И вдруг фигура дрогнула.

Глаза расширились. Эмоции переполнили её.

— Я... я не могу...

Голос был глубоким. Мощным. Но дрожащим.

И связь оборвалась.

***

Ка'азерот резко отпрянул от магического окна, тяжело дыша.

Слёзы текли по его лицу.

Он только что был в сне дочери. Впервые. Прогнал кошмар. Остановил время в её сновидении.

И она увидела его. Его истинный облик. Владыку Первозданного Хаоса и Разрушений.

Но она не испугалась. Она чувствовала тепло. Радость. Она потянулась к нему.

И Ка'азерот не выдержал.

Переполненные чувства разорвали связь.

Он опустился на трон, закрыв лицо руками.

— А что... так можно было? — прошептал он в пустоту тронного зала.

Он мог общаться с ней. Всё это время. Через сны. Он мог быть рядом. Разговаривать. Утешать. Но он не знал. Не думал. Не пытался. Столько лет упущено. Столько времени потеряно.

— Я идиот, — Ка'азерот прошептал. — Я потерял столько времени.

Мармелад материализовался рядом, обеспокоенно глядя на него.

— Босс? Что случилось?

— Я был в её сне, — Ка'азерот поднял голову, глядя на Мармелада красными от слёз глазами. — Впервые. Я прогнал её кошмар. Она увидела меня. И она... она не испугалась. Она чувствовала радость.

Мармелад замер.

— Босс...

— Я мог делать это всё время! — Ка'азерот закричал, вскакивая. — Я мог быть с ней! Разговаривать! Быть рядом! Но я даже не подумал! Четырнадцать лет, Мармелад! Четырнадцать лет я упустил!

Мармелад молчал, глядя на него.

Ка'азерот опустился обратно на трон, закрыв лицо.

— Я такой идиот.

— Босс, — тихо сказал Мармелад. — Вы не знали. Никто не знал. Боги не общаются через сны с простыми смертными. Это не просто табу, это запрет мироздания.

— Но она моя дочь! — Ка'азерот прошептал. — Она не просто смертная. Она часть меня.

— Да, — Мармелад кивнул, понимая. — И теперь мы знаем. Теперь вы можете.

Ка'азерот медленно кивнул.

— Да. Теперь я могу.

Он посмотрел на магическое окно, где Зельда спала, улыбаясь во сне.

— Я буду приходить к ней. Каждую ночь. Прогонять кошмары. Разговаривать. Быть рядом.

— Хорошо, босс, — Мармелад мурлыкнул. — Это хорошо.

Ка'азерот улыбнулся сквозь слёзы.

— Моя дочь. Моя маленькая девочка. Наконец-то я смогу поговорить с тобой!

***

Этим утром Зельда проснулась с улыбкой.

Ощущение счастья переполняло её. Тепло. Радость.

Она не помнила деталей сна. Только чувство.

Кто-то был рядом. Кто-то очень близкий. Важный.

Она чувствовала любовь. Заботу. Защиту.

Мармелад сидел у окна, умывался.

— Хозяйка, доброе утро. Ты улыбаешься.

— Да, — Зельда села в кровати, потягиваясь. — Мне приснился странный сон.

— Кошмар? — Мармелад повернулся к ней.

— Нет, — Зельда покачала головой. — Ну, сначала да, кошмар. Но потом... кто-то пришёл. Прогнал кошмар. Я видела... фигуру. Величественную. Тёплую.

Мармелад замер.

— Фигуру?

— Да, — Зельда нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Я не помню деталей. Только ощущение. Кто-то очень близкий. Родной. Я чувствовала... любовь.

Мармелад медленно кивнул.

— Ты говорила с ней?

Зельда замерла.

— Нет, он сказал «я не могу», кажется.

— Ну, надеюсь, ты в следующий раз сможешь узнать, кто это, — сказал осторожно Мармелад и продолжил шёпотом: — Очень надеюсь.

Зельда медленно улыбнулась.

— Да, я тоже очень надеюсь.

— Я рад что у тебя хорошее настроение, — Мармелад мурлыкнул. — День явно будет хорошим.

Зельда встала, подошла к окну, глядя на просыпающийся город.

Счастье переполняло её.

Даже если она не могла его видеть, кто это был, она знала, этот кто-то очень любит её.

***

Воскресенье в эльфийской академии оказалось обычным учебным днём, что очень удивило студентов-людей. Эльфы не понимали концепции выходных — для них, живущих тысячи лет, каждый день был одинаково ценен для познания. Зельда, Томас и остальные приняли это как культурную особенность, хотя втайне мечтали хоть об одном дне отдыха.

Зельда сегодня пришла в общую столовую, уговорив служанок принести еду туда же. Она улыбнулась друзьям.

Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус смотрели на неё с удивлением.

— Ты выглядишь... счастливой, — заметил Томас.

— Да, я и вправду счастлива, — Зельда улыбнулась. — Мне приснился хороший сон.

— Расскажешь? — спросила Ариана.

— Не помню деталей, — Зельда пожала плечами. — Но мне кажется, это как-то связано с моей семьёй.

Они продолжили завтракать, обсуждая предстоящие занятия.

Мармелад получил свою порцию — на этот раз копчёный лосось с икрой и креветками в чесночном соусе.

Он ел медленно, но поглядывал на Зельду.

Она правда светилась изнутри.

Босс наконец-то смог сделать шаг. И это было прекрасно.

***

На практических занятиях профессор Галадриэль вёл урок по продвинутой трансфигурации.

— Сегодня мы будем работать над восстановлением, — объявил он. — Восстановление повреждённых предметов — сложное искусство. Требует точности и контроля.

— А почему вы не отдыхаете в воскресенье, как другие народы? — споосил Бориус.

— Это помогает плавно перейти от отдыха к труду, — объяснил, на мгновение задумавшись, преподаватель Галадриэль. — Резкая смена ритма нарушает гармонию.

Он достал несколько сломанных предметов — чашки, вазы, книги.

— Продолжим. Обычное восстановление просто склеивает части. Но микротрещины остаются. Предмет будет слабее, более хрупким. Мы же будем учиться восстанавливать полностью. Без следов повреждения. Это более сложный процесс. Ведь надо магией найти швы, скрепить и усилить их.

Студенты начали работать.

Зельда взяла сломанную чашку, сосредоточилась.

Заклинание формировалось легко. Плавно. Она чувствовала магию как никогда раньше.

Чашка засветилась.

Трещины исчезли. Части срослись. Чашка стала как новая.

— Отлично, мисс Зельда, — Галадриэль кивнул, осматривая чашку. — Идеальная работа. Следы швов практически отсутствуют, этой чашкой теперь можно пользоваться еще очень долго.

Зельда улыбнулась.

— Спасибо.

Рядом один из эльфов-студентов, молодой парень по имени Фаэлон, вздохнул разочарованно.

— Моя чашка всё ещё треснута.

Зельда посмотрела на него.

— Может, попробуешь ещё раз?

— Нет смысла, — Фаэлон покачал головой. — Что бы починить еще раз. надо разбить чашку. А значит, сделать ее еще более хрупкой в последствии. У меня есть сломаный фамильный браслет. Пытался восстановить, но не получилось. Уже несколько раз ремонтировал. Каждый раз — всё хуже.

Он достал из кармана браслет.

Серебряный, с гравировкой. Но покрытый трещинами. Потускневший. Видно, что его чинили много раз, но неудачно. Следы в районе застёжки, швы у соединительной петельки, даже след от удара мечом.

— Это семейная реликвия, — Фаэлон сказал грустно. — Передаётся из поколения в поколение. Но я сломал его недавно в поединке. Пытался восстановить, но... безнадёжно. Слишком много попыток ремонта.

Зельда взяла браслет, осматривая.

Магия защиты ещё оставалась в нём. Слабая. Но живая.

— Могу я попробовать? — спросила она.

Фаэлон пожал плечами. — Конечно. Хуже уже не будет.

Зельда сосредоточилась.

Она чувствовала магию браслета. Его историю. Поколения, которые носили его.

Она захотела не просто починить его. Она хотела вернуть ему первозданный вид.

Как будто его только что сделали.

Заклинание формировалось в её разуме. Новое. Непохожее на обычное восстановление. Она, наученная Томасом, быстро рассчитывала структуру и узор заклинания, балансировала поток магии, создавая новый, красивый и изящный узор, который был похож и на змею, и на часовую стрелку.

Она вложила в него всю свою силу. Всё своё намерение.

— Абсолютное восстановление.

Браслет вспыхнул ярким светом.

Змея схватила себя за хвост и начала вращаться по кругу против часовой стрелки.

Весь класс замер, глядя.

Свет становился всё ярче, а змея вращалась все быстрее.

А когда свет погас...Браслет лежал на её ладони.Серебряный. Блестящий. Без единой трещины. Без следов ремонта.Гравировка была чёткой. Магия в нём пульсировала мощно.

Как будто его только что создали.

Класс ахнул.

Фаэлон взял браслет дрожащими руками.

— Это... это невозможно. Он как новый. Даже лучше, чем был, когда я его получил! Магия в нём сильнее!

Профессор Галадриэль подошёл, осматривая браслет.

Его глаза расширились.

— Мисс Зельда, — медленно сказал он. — Вы только что создали новое заклинание. Абсолютное восстановление. Это... это не просто ремонт. Это возвращение к первозданному состоянию. Даже внутренние повреждения структуры исчезли и восстановился уровень маны в браслете.

Зельда моргнула.

— Я... я не знала, что это новое заклинание. Просто... хотела вернуть браслету его изначальный вид.

Галадриэль рассмеялся.

— И вы это сделали. Причём создали заклинание, которое не ремонтирует, а откатывает время предмета в прошлое. Фактически, этот браслет снова новый.

Класс разразился аплодисментами.

Фаэлон надел браслет, глядя на него с благоговением.

— Спасибо, Зельда. Ты вернула мне семейную реликвию. Я в долгу перед тобой.

Зельда покраснела.

— Рада помочь.

Галадриэль похлопал её по плечу.

— Вы продолжаете удивлять нас, мисс Зельда. Это уже второе новое заклинание за неделю. И очень изящное. Вы наконец-то поняли, что красота в магии так же важна, как и сила.

Зельда улыбнулась.

Сегодня был хороший день.

***

Гарольд вёл армию вглубь катакомб под Каменным Сердцем .

Разведчики нашли несколько скрытых ходов в горах. Туннели, ведущие под город.

Армия входила осторожно, в стандартном построении.

Впереди — паладины с щитами. За ними — солдаты. Сзади — маги и прикрывающие их со спины солдаты с щитами.

Катакомбы были огромными. Туннели переплетались, уходили вглубь, к самому сердцу горы.

— Будьте осторожны, — Гарольд приказал. — Культисты наверняка устроили засаду.

Они продвигались очень медленно.

И вдруг...

Стрела пролетела из темноты, вонзилась в щит паладина.

— Засада! — закричал кто-то.

Из темноты выскочили фигуры в чёрных плащах. С кинжалами. С арбалетами.

— К бою! — Гарольд взмахнул мечом.

Битва началась.

Атакующие были быстрыми и опасными бойцами. Хорошо прятались в тенях катакомб.

Они атаковали из темноты отравленным оружием, исчезали, атаковали снова.

Но армия Гарольда была готова. Паладины держали строй щитов. Маги освещали туннели и атаковали магией. Солдаты прикрывали фланги и прикрывали спины магов.

Противники отступали, но не сдавались.

Они заманивали армию глубже. В ловушки.

Ямы с кольями. Обрушивающиеся потолки. Ядовитые газы.

Несколько солдат и магов погибли, десятки ранены, включая паладинов.

Но армия продолжала двигаться. Гарольд был неумолим.

— Вперёд! Не останавливаться!

Тень и Клык шли рядом, уничтожая противников в плащах одного за другим.

Хруст обезвреживал ловушки.

Армия пробивалась сквозь катакомбы.

И вдруг впереди раздался взрыв.

Облако зелёного газа заполнило туннель.

— Ядовитый газ! — закричал маг. — Отступайте!

Но Гарольд не отступил.

Его нимб вспыхнул ярко, словно чувствуя несокрушимую волю своего носителя.

Святой свет развеял газ.

— Вперёд!

Армия пошла вперед под своды огромной пещеры.

Столы с колбами. Котлы. Печи. Повсюду — склянки с жидкостями. Лаборатория. Алхимики.

Десятки фигур в халатах бегали по пещере, хватая склянки, пытаясь спасти свои запасы.

— Это лаборатория запрещённых веществ! — крикнул один из магов. — Здесь варят яды, наркотики, зелья подчинения!

Гарольд зарычал.

— Захватить их всех!

Солдаты ринулись вперёд. Алхимики пытались бежать, но солдаты заполонили пещеру.

Их ловили, связывали, выводили.

Некоторые пытались сопротивляться, бросая склянки с ядами. Но маги защищали армию щитами.

Через час лаборатория была зачищена.

Алхимики связаны. Запасы конфискованы.

Гарольд осматривал пещеру.

— Уничтожить всё опасные вещества. Сжечь. Ничего, что вне закона не должно остаться. Остальное вынести.

Солдаты начали уничтожать лабораторию.

***

Через пару часов, когда солдаты разграбили и уничтожили лабораторию, заодно отдохнув, армия двинулась глубже.

Люди в черных плащах всё ещё атаковали, но реже. Их силы таяли.

Наконец, в одном из туннелей, оставшиеся бросили оружие.

— Сдаёмся! — крикнул их лидер, высокий мужчина с шрамом через всё лицо. — Мы сдаёмся!

Гарольд остановился.

— Почему?

— Мы убийцы, а не идиоты, — лидер сказал устало. — Мы работаем на магистрат, но если против него вышли такие силы, то нет смысла сражаться, теряя своих людей.

Гарольд нахмурился.

— Гильдия убийц?

— Да, — лидер кивнул. — Катакомбы большие. Мы арендовали часть у города. Для... нашей работы, в обмен на услуги главам города. Они думают, вы пришли уничтожить их власть.

— А алхимики? — спросил Гарольд.

— Тоже арендаторы, — лидер пожал плечами. — Они варили свои зелья. Мы не вмешивались. А город четко получал процент с прибылей.

Гарольд вздохнул.

— Где культисты?

Лидер моргнул.

— Культисты? Какие культисты?

— Культ Пламени Хаоса, — Гарольд сказал медленно. — Они молились Владыке Хаоса. Здесь. В катакомбах.

Лидер покачал головой.

— Мы не знаем ни о каких культистах. Здесь только мы и алхимики.

Гарольд замер.

— Что?

— Что? — лидер повторил. — Мы здесь уже двадцать лет. Никого больше тут никогда не было.

Гарольд повернулся к Тени и Клыку и солдатам.

— Обыщите катакомбы. — У него дергался глаз. — Полностью. Найдите культистов.

Солдаты разошлись, обыскивая каждый туннель.

Через два часа они вернулись.

— Никого, командор, — доложил один из капитанов. — Только убийцы и алхимики. Никаких культистов.

Гарольд стоял неподвижно, пытаясь понять.

И тут один из солдат крикнул:

— Командор! Здесь что-то есть!

Гарольд подбежал.

В дальнем углу катакомб, в маленькой пещере, сидела группа существ.

Гоблины. Около двадцати. Маленькие, зелёные, с большими ушами и носами.

Они сидели в кругу, окружённом грубо нарисованными рунами.

На полу — книга. Старая, потрёпанная.

Один из гоблинов, самый старый, с седой бородой, держал вторую книгу, бормоча что-то.

— Великий Владыка Хаоса! Спаси нас! Святой паладин в Каменном Сердце! Мы под городом! В катакомбах! Он найдёт нас! Нас будут опять обижать! Помоги!

Гарольд замер. Гоблины. Это были гоблины.

Они молились Ка'азероту.

— Что вы делаете? — подойдя к ним, спросил Гарольд.

Гоблины вскочили, испуганно пища.

Старый гоблин выступил вперёд.

— М-мы молимся! Мы хотим благословения Владыки Хаоса!

— Почему? — Гарольд нахмурился.

— Потому что нас все презирают! — старый гоблин закричал, вытирая слезы. — Нас обижают! Бьют! Унижают! Мы нашли эту книгу! Она говорит, что Владыка Хаоса помогает отверженным! Мы хотим его помощи!

Гарольд медленно опустил меч.

— Вы... вы не культисты?

— Мы уборщики! — гоблин затопал ногами. — Мы убираем город, канализацию и катакомбы! За еду! Иначе бы нас просто выгнали! Мы нашли эту книгу в мусоре! Решили, что это наш шанс!

Гарольд закрыл лицо руками.

— Гоблины-уборщики.

— Да! — гоблин кивнул. — Мы хорошие гоблины! Мы работаем! Не воруем!

Гарольд повернулся к Тени, Хрусту и Клыку.

Они давились от смеха.

— Гоблины, — Тень выдохнула. — Мы искали культ. А нашли гоблинов-уборщиков.

Клык уткнулся лицом в стену, плечи тряслись. Хруст флегматично что-то жевал.

Гарольд вздохнул.

— Соберите их. Мы возвращаемся на поверхность.

***

Ка'азерот и Мармелад смотрели на сцену через магическое окно.

Молчание.

Долгое молчание.

Затем Мармелад тихо сказал:

— Босс... это гоблины.

— Я вижу, — Ка'азерот ответил ровным голосом.

— Гоблины-уборщики.

— Вижу.

— Которые молились вам.

— Да.

Пауза. И они оба разразились смехом.

Ка'азерот хохотал так, что слёзы текли по лицу, а в одном из мертвых миров зародилась жизнь.

Мармелад катался по полу, мяукая и хрюкая от смеха.

— Гоблины! — Ка'азерот выдохнул. — Весь этот поход! Вся эта армия! Святой оборотень в святом походе! И вместо культа — гоблины-уборщики!

— Которые нашли книгу в мусоре! — Мармелад добавил, задыхаясь от смеха.

Они смеялись ещё минут пять.

Наконец Ка'азерот вытер слёзы.

— Ладно. По пари мы и так признали ничью. Не гильдия убийц. Не лаборатория алхимиков. Хотя они тоже были.

— Может просто съедим эту икру? — спросил, облизывая усы, Мармелад.

— Что делать с гоблинами? — Ка'азерот задумался, материализуя бочку с икрой.

— Они хотят уважения, — выгребая икру лапой, сказал Мармелад. — Может, отправить их в академию Арканы? Там к ним будут относиться с уважением. Тем более, что они смогли прочесть книгу, которая написана на древнем всеобщем.

Ка'азерот кивнул.

— Хорошая идея. Они заслужили поощрения. Скажу Гарольду.

Он отправил сообщение через магическую связь.

Гарольд получил сообщение, моргнул. — Босс говорит... отправить гоблинов в академию Арканы.

Тень подняла бровь.

— В академию?

— Да, — Гарольд кивнул. — Там к ним будут относиться с уважением. Они смогут работать. Учиться. Жить нормально.

Старый гоблин услышал это, заплакал.

— Правда? Мы пойдём в академию? Нас не будут бить?

— Правда, ваши молитвы услышаны, — кивнул Гарольд. — Я, так и быть, сам вас сопровожу, что бы вас не обидел кто-нибудь.

Гоблины закричали от радости, обнимая друг друга.

Гарольд вздохнул.

— Ладно. Собирайте вещи. Войско! Возвращаемся домой, наш поход пока что закончен!

***

В Люминарской Академии Арканы декан Варилий стоял у ворот, ожидая прибытия представителей гильдии магов.

Солариус стоял рядом.

— Они уже близко, — сказал он. — Двадцать боевых магов. Специалисты по боям с нежитью и тварям подземелий.

— Хорошо. Надеюсь, они помогут этим... — Варилий посмотрел на проходящих мимо воинов. — Благородным паладинам.

Ворота открылись. Въехала карета. Роскошная, украшенная золотом и рунами.

Из кареты первой вышла женщина.

Высокая, около пятидесяти лет, с тёмными волосами, собранными в строгий пучок. В элегантном тёмно-синем платье. С посохом в руке.

Её взгляд был острыми, внимательным. Она осмотрела академию, нахмурилась.

— Декан Варилий, — она подошла, протягивая руку. — Моргана Сертий, верховная чародейка гильдии магов.

Варилий пожал ей руку.

— Благодарю за то, что откликнулись. Рыцарь смерти в лабиринте — серьёзная угроза.

Моргана кивнула, но её взгляд метался по территории.

— Где дети? Они в безопасности?

— Да, — Варилий заверил. — Студенты находятся в учебных корпусах. Лабиринт полностью изолирован.

— Изолирован? — Моргана подняла бровь. — Полностью? А если рыцарь смерти прорвётся? А если некроманты выйдут наружу? Дети будут в опасности!

Солариус кашлянул.

— Мы приняли все меры предосторожности...

— Все меры? — Моргана повернулась к нему. — Вы вообще понимаете, насколько опасна нежить? Особенно рыцари смерти?

— Понимаем, — Варилий сказал терпеливо. — Именно поэтому мы вызвали вас.

Моргана вздохнула, успокаиваясь.

— Извините. Я просто... нервничаю. Мой племянник учится здесь. Бориус Валторн. Он... он сейчас у эльфов, по обмену. Но всё равно. Я переживаю.

Варилий кивнул с пониманием. — Бориус в безопасности. Эльфийское королевство — одно из самых защищённых мест.

— Я знаю, — Моргана вздохнула. — Но я всё равно переживаю. Он такой... неопытный. Наивный. Может попасть в беду.

Солариус прикрыл рот, скрывая улыбку.

Бориус, который давил студентов высокомерием и самоуверенностью, теперь описывался как наивный.

— Покажите мне лабиринт, —сказала Моргана. — Хочу оценить ситуацию.

— Конечно, — Варилий кивнул. — Следуйте за мной.

Они направились к входу в лабиринт.

За ними следовали девятнадцать боевых магов — суровые мужчины и женщины в тёмных мантиях, с посохами и жезлами, которые не несли никакой магической нагрузки с кроме как для солидности.

Моргана шла впереди, непрерывно оглядываясь.

— А кормят детей хорошо? Не отравятся случайно? А вдруг повара используют просроченные продукты?

Варилий вздохнул.

Это будет долгий день.

***

Паладины встретили их у запечатанной двери.

Командор Альрик доложил ситуацию.

— Рыцарь смерти за этой дверью. Мы запечатали проход. Он не может выйти. Но мы тоже не можем войти.

Моргана осмотрела дверь, кивнула.

— Хорошо. Мои маги войдут первыми. Паладины — поддержка.

Она повернулась к своей команде.

— Группа один — щиты. Группа два — атака. Группа три — контроль. Рыцарь смерти устойчив к святой магии, но уязвим к чистой стихийной. Используйте огонь, лёд, молнии. Целимся в стыки доспехов.

Маги кивнули, расходясь по позициям.

Моргана подняла посох.

— Снять печать!

Паладины сняли магические печати.

Дверь медленно открылась.

Из темноты вышел рыцарь смерти.

Огромный. Четыре метра ростом. В чёрных доспехах. Глаза горели зелёным пламенем.

Он взмахнул мечом.

— Щиты! — крикнула Моргана.

Маги первой группы выставили магические барьеры.

Удар рыцаря смерти обрушился на барьеры.

Они задрожали, зазвенели как хрусталь, но выдержали.

— Атака!

Вторая группа обрушила шквал заклинаний.

Огненные шары. Ледяные копья. Молнии.

Заклинания били в рыцаря смерти, пробивая стыки доспехов.

Он зарычал, отступая.

— Контроль!

Третья группа наложила заклинания замедления, ослабления, подавления магии.

Рыцарь смерти замедлился. Его движения стали неуклюжими.

— Паладины! Добивайте!

Командор Альрик и его люди ринулись вперёд.

Благословлённые мечи с наложенными заклинаниями стихий вонзились в стыки доспехов.

Рыцарь смерти зарычал, пытаясь сопротивляться. Но магия магов подавила его силу.

Паладины методично разбирали его доспехи. Наконец меч Альрика пронзил щель в шлеме.

Зелёное пламя в глазах рыцаря смерти погасло. Он рухнул на пол, рассыпаясь в прах.

Тишина. Только тяжелое дыхание магов и паладинов.

— Готово, — Моргана выдохнула, вытирая платочком пот со лба. — Один рыцарь смерти уничтожен.

Варилий выдохнул с облегчением.

— Благодарю. Вы невероятно эффективны.

Моргана кивнула.

— Теперь нужно найти некромантов. Они где-то в глубине лабиринта. И уничтожить их, пока они не создали ещё рыцарей смерти.

— Согласен, — Варилий сказал. — Начнём зачистку завтра. Сегодня все устали.

Моргана колебалась.

— Вы уверены? А вдруг некроманты нападут ночью? А дети?

— Дети в безопасности, — Варилий заверил. — Лабиринт под постоянной охраной а входы и выходы опечатаны магией и святыми печатями.

Моргана нехотя кивнула. — Хорошо. Но завтра же начинаем.

Они вышли из лабиринта.

Варилий проводил Моргану и ее людей в гостевые покои.

— Отдохните. Завтра начнём зачистку.

— Спасибо, — Моргана кивнула. — И, декан... извините за излишнее беспокойство. Я просто... очень забочусь о детях. О племяннике. О всех студентах.

Варилий улыбнулся.

— Это понятно. Мы тоже заботимся о них.

Моргана ушла в свои покои.

Солариус подошёл к Варилию, усмехаясь.

— Нервная дама.

— Да, — Варилий кивнул. — Но эффективная. Её команда уничтожила рыцаря смерти за минуты. Паладины бились с ним час и не смогли.

— Это правда, — Солариус согласился. — Надеюсь, некромантов уничтожат так же быстро.

— Я тоже на это надеюсь, — Варилий вздохнул. — Но мой жизненный опыт говорит об обратном. Так что готовь-ка ты лазарет к усиленной работе.

***

Когда закончились занятия, Зельда направилась к кабинету ректора Элирии.

Она хотела узнать больше о Лариэль. О том, что случилось после 1030 года.

Она постучала в дверь.

— Войдите, — прозвучал голос Элирии.

Зельда вошла.

Ректор сидела за столом, читая книгу. Она подняла глаза, улыбнулась.

— Мисс Зельда. Чем могу помочь?

— Я... я хотела бы узнать больше о Лариэль Нонцет, — Зельда сказала осторожно. — Я прочитала в нескольких источниках, что она выжила после Падения.

Элирия медленно кивнула.

— Да. Присаживайся.

Зельда села.

Элирия закрыла книгу, откинулась на спинку кресла.

— Лариэль прожила здесь долгую жизнь. Около ста двадцати лет. Это много для человека, но достаточно мало для эльфа.

— Сто двадцать? — Зельда удивилась.

— Эльфийская магия продлевает жизнь, — объяснила Элирия. — Не до бессмертия. Но человек, живущий среди эльфов, может прожить дольше обычного, особенно маг.

Зельда кивнула.

— А что с ней случилось? После того, как Элиарон отпустил её?

Элирия удивлённо подняла бровь.

— Ты и это знаешь? Хорошо. Лариэль нашла себя. Она стала преподавателем магии. Учила студентов. Создавала новые заклинания. Помогала жрецам исцелять раненых.

— Она была счастлива?

— Не сразу, — Элирия призналась. — Первые годы были трудными. Она не могла смириться с потерей родных, чувствовала пустоту. Боль от потери, которую не могла подавить магия целителей.

Зельда сжала руки.

— Но постепенно она начала улыбаться. Смеяться. Жить, — Элирия продолжила. — И однажды, спустя пятнадцать лет после Великого Падения... она снова встретила Элиарона.

— Снова? — Зельда наклонилась вперёд.

— Да, — Элирия улыбнулась. — Элиарон всё это время был рядом. Наблюдал. Заботился. Не навязывался. Просто... был и делал своё дело.

— И что случилось?

— Они влюбились заново, — сказала Элирия мягко. — Не как раньше. По-другому. Они начали с нуля. Создали новое. Новую любовь. Новую историю. Без династий, без договорённостей. Чистая незамутненная любовь.

У Зельды подступили слёзы.

— Они поженились?

— Да, — Элирия кивнула. — В 1040 году. Тихая свадьба. Только близкие. Лариэль не хотела пышности. Просто хотела быть с ним.

— И у них были дети?

— Да, — Элирия улыбнулась. — Эларион. Полуэльф. Прекрасный мальчик. Он унаследовал лучшее от обоих родителей. Ум матери. Магию отца. Доброту обоих.

Зельда улыбнулась сквозь слёзы.

— И Лариэль была счастлива?

— Очень, — Элирия подтвердила. — Она жила полной жизнью. Учила. Любила. Создавала. Она больше не была принцессой, которая потеряла всё. Она была просто Лариэль. Женой. Матерью. Учителем.

— А как она умерла?

Элирия замолчала на мгновение.

— От старости. К сожалению, психологическая травма подорвала ее здоровье очень сильно. Но ушла она мирно. В окружении семьи. Элиарон держал её за руку. Дети сидели рядом. Она улыбалась до конца.

Зельда вытерла слёзы.

— Это... это прекрасно.

— Да, — Элирия кивнула. — Её история началась с трагедии. Но закончилась счастьем. Она нашла себя. Нашла любовь. Нашла семью.

Зельда медленно встала.

— Спасибо. За то, что рассказали.

— Всегда пожалуйста, — Элирия улыбнулась. — Ты её потомок, Зельда Нонцет-Клавдий. Ты имеешь право знать её историю.

Зельда кивнула, вышла из кабинета.

Коридор был пуст. Она прислонилась к стене, закрыв глаза.

Лариэль была счастлива. После всего, что случилось. После потери. Боли. Страданий.

Она нашла счастье.

И это давало Зельде надежду. Что бы ни случилось в жизни. Всегда есть шанс найти счастье.

***

Мармелад сидел у окна в комнате Зельды, когда она вернулась.

— Хозяйка, ты плакала.

— Да, — Зельда кивнула, садясь рядом. — Но это счастливые слёзы.

— Что узнала?

— Лариэль была счастлива, — Зельда улыбнулась. — Она вышла замуж за Элиарона. У них были дети. Она прожила долгую, полную любви и счастья жизнь. И умерла в окружении семьи.

Мармелад мурлыкнул.

— Это хорошо. Значит, хотя бы её история закончилась хорошо.

— Да, — Зельда погладила его. — И это даёт мне надежду.

Мармелад уткнулся мордой в её руку.

— Хозяйка, ты тоже будешь счастлива. У тебя есть друзья. Люди, которые любят тебя.

Зельда улыбнулась.

— Спасибо, Мармелад.

Они сидели в тишине, глядя на закат.

Город эльфов светился в лучах заходящего солнца. Золотые листья деревьев переливались. Мир был прекрасен.

И Зельда чувствовала покой.

***

Ка'азерот наблюдал за дочерью через магическое окно.

Она сидела у окна, улыбаясь, гладя Мармелада.

Счастливая. Спокойная.

— Она узнала о Лариэль, — Мармелад сказал, сидя рядом.

— Да, — Ка'азерот кивнул. — И это хорошо. Она должна знать свою историю.

— А вы расскажете ей свою? — Мармелад спросил осторожно.

Ка'азерот замолчал. — Когда придёт время.

— Она сильная, босс, — Мармелад сказал. — Она справится с правдой.

— Я знаю, — Ка'азерот улыбнулся. — Но пока... пусть просто живёт. Учится. Радуется. Времени ещё много. Пока просто постараюсь познакомиться с ней во сне.

Мармелад кивнул.

Они продолжили наблюдение.

А где-то далеко, на дороге к Люминарской Академии, Гарольд вёл караван с двадцатью гоблинами-уборщиками, которые пели песни о Владыке Хаоса и мечтали об академии, где их будут уважать.

Жизнь продолжалась. Странная. Непредсказуемая. Полная неожиданностей.

Но прекрасная.

Обычный день и неловкие моменты

Зельда спала спокойно.

Никаких кошмаров. Только тёплые сны о городе эльфов, о друзьях, о магии.

Она улыбалась во сне.

***

Ка'азерот сидел на троне, нервно сжимая подлокотники.

Мармелад лежал рядом, наблюдая.

— Босс, вы уже час смотрите на окно и ничего не делаете.

— Я готовлюсь, — Ка'азерот ответил напряжённо.

— К чему?

— К разговору с дочерью, — Ка'азерот вздохнул. — Я хочу представиться. Познакомиться. Но... я не знаю, как.

Мармелад поднял голову.

— Просто скажите: Привет, я твой отец!

— Это слишком просто! — Ка'азерот вскочил. — Я Владыка Первозданного Хаоса и Разрушений! Я не могу просто сказать «привет»!

— Почему нет?

— Потому что... потому что... — Ка'азерот замолчал. — Не знаю. Это звучит странно.

Мармелад вздохнул.

— Босс, вы переживаете.

— Конечно переживаю! — Ка'азерот зарычал. — Я четырнадцать лет не общался с ней! Она не знает меня! Что если я скажу что-то не то? Что если она испугается? Что если...

— Босс, — Мармелад перебил. — Просто попробуйте. Если не получится, попробуете снова, стерев ей воспоминания о сне.

Ка'азерот медленно кивнул.

— Да. Ты прав. Просто... попробую.

Он сосредоточился на магическом окне, где Зельда спала.

И вошёл в её сон.

***

Зельда гуляла по саду.

Красивому, залитому солнечным светом. Цветы росли повсюду. Птицы пели. Она улыбалась, наслаждаясь покоем.

И вдруг небо потемнело. Облака закрыли солнце.

Зельда остановилась, глядя вверх.

Из облаков спустилась фигура. Огромная. Величественная. В доспехах из тёмного металла. С крыльями. С красивыми изогнутыми рогами.

Ка'азерот приземлился перед ней, встав в величественную позу.

— Приветствую тебя, дитя моё! — его голос прозвучал громом. — Я — Ка'азерот, Владыка Первозданного Хаоса и Разрушений, Повелитель Искаженных, Разрушитель Миров, Повелитель Именений, Владыка...

Он замолчал.

Зельда смотрела на него с огромными глазами.

Испуганно.

— Э... — Ка'азерот осознал, что перебарщивает. — То есть... я...

Он взмахнул рукой, и сон рассеялся.

Ка'азерот откинулся на трон, закрывая лицо руками.

— Это было ужасно.

Мармелад сдерживал смех.

— Вы... вы действительно перечислили все свои титулы?

— Я запаниковал! — Ка'азерот застонал. — Я просто... начал говорить, и не мог остановиться!

— Босс, она испугалась.

— Я знаю! — Ка'азерот вскочил. — Ладно. Попробую снова. По-другому.

***

Зельда снова гуляла по саду. Всё было спокойно. И вдруг рядом материализовалась фигура.

На этот раз Ка'азерот выглядел по-другому.

Он принял форму молодого человека. В простой одежде. С дружелюбной улыбкой.

— Йоу, малышка! — он сказал, пытаясь звучать непринуждённо. — Как дела? Чё по чём?

Зельда моргнула.

— Что?

— Ну, типа, всё ровно? — Ка'азерот продолжил, используя фразы, которые он услышал от каких-то смертных в другом мире. — Тусим нормально? Чилим?

Зельда нахмурилась.

— Вы... странно говорите.

— Э... да? — Ка'азерот осознал, что сленг не подходит к этому миру. — Я имею в виду...

Он замолчал, понимая, что это тоже провал.

И снова рассеял сон.

***

Мармелад уже не сдерживался.

Он катался по полу, мяукая от смеха.

— «Йоу, малышка»?! — он задыхался. — «Чё по чём»?! Босс, откуда вы это взяли?!

— Из другого мира! — Ка'азерот рявкнул, краснея. — Там так общаются молодые люди!

— Но не в этом мире! — Мармелад хрюкал от смеха. — Вы звучали как... как...

— Заткнись, — Ка'азерот буркнул. — Попробую снова.

***

На этот раз Ка'азерот решил действовать незаметно.

Он принял форму обычного человека и просто стоял в саду, делая вид, что тоже гуляет.

Зельда прошла мимо.

— О, привет, — Ка'азерот сказал небрежно. — Ты тоже тут гуляешь?

Зельда остановилась, посмотрела на него.

— Да... а вы кто?

— Я? — Ка'азерот запаниковал. — Я... э... просто... человек. Да. Обычный человек. Гуляю. В саду. Как и ты. Потому что... это сад. И здесь гуляют.

Зельда медленно кивнула.

— Ясно...

— Да! — Ка'азерот слишком громко засмеялся. — Ха-ха! Сад! Цветы! Красиво!

Зельда начала отходить.

— Мне пора...

— Подожди! — Ка'азерот протянул руку. — Я хотел... то есть...

Он замолчал, понимая, что ведёт себя как идиот. И снова рассеял сон.

***

Мармелад уже не мог дышать от смеха.

— «Обычный человек»! — он вопил. — «Гуляю в саду, как и ты, потому что это сад»!

— Я знаю! — Ка'азерот закрыл лицо руками. — Я знаю, что это было ужасно!

— Босс, вы звучали как подозрительный незнакомец!

— Я и есть незнакомец для неё! — Ка'азерот застонал. — Вот в чём проблема!

Он глубоко вздохнул.

— Ладно. Попробую ещё раз. Более... мудро.

***

Ка'азерот материализовался в форме старого мудреца.

С длинной седой бородой. В мантии. С посохом.

Он выглядел как классический наставник из легенд.

Зельда увидела его, остановилась.

— Приветствую тебя, юная волшебница, — Ка'азерот сказал глубоким мудрым голосом. — Я — древний мудрец, пришедший, дабы даровать тебе знания и мудрость веков.

Зельда моргнула.

— Э... спасибо?

— Да! — Ка'азерот продолжил пафосно. — Ибо путь твой труден, и судьба твоя велика! И посему я, в своей бесконечной мудрости, решил...

Он замолчал, понимая, что снова перебарщивает.

Зельда смотрела на него с недоумением.

— Вы... нормально себя чувствуете?

— Я... — Ка'азерот вздохнул. — Нет. Прости.

И снова рассеял сон.

***

Мармелад лежал на полу, не в силах встать.

— Босс... остановитесь... я умираю от смеха...

— Это не смешно! — Ка'азерот закричал. — Я не могу нормально поговорить с собственной дочерью!

— Потому что вы слишком сильно стараетесь! — Мармелад выдохнул. — Просто будьте собой!

— Я Владыка Хаоса! — Ка'азерот возразил. — Если я буду собой, она точно испугается!

— Тогда будьте... частично собой, — Мармелад предложил. — Просто скажите: «Привет, я твой отец». Без титулов. Без сленга. Без «древнего мудреца». Просто вы.

Ка'азерот медленно кивнул.

— Да. Ты прав. Просто... я. Просто отец.

Он снова сосредоточился.

***

Ка'азерот появился в своей обычной, привычной форме.

Высокий. Мощный. Но без доспехов. Без пафоса.

Просто он.

Зельда увидела его, остановилась.

Он глубоко вздохнул.

— Привет, — он сказал просто. — Я...

Зельда посмотрела на него, ожидая.

— Я... я... — Ка'азерот запнулся. Эмоции нахлынули на него.

Страх. Любовь. Радость. Тревога.

Он хотел сказать так много. Но не мог.

Слова застряли в горле.

— Я... — он прошептал. — Прости.

И разорвал связь.

***

Ка'азерот опустился на трон, тяжело дыша.

Слёзы текли по его лицу.

— Я не могу, — прошептал он. — Я просто... не могу.

Мармелад подошёл, положил лапу на его руку.

— Босс, это нормально. Вы переживаете. Это важный момент. Дайте себе время.

— Но сколько времени мне нужно? — Ка'азерот посмотрел на него. — Я уже потерял четырнадцать лет.

— Тогда не теряйте ещё, — Мармелад сказал мягко. — Попробуйте завтра. И послезавтра. И каждую ночь. Пока не получится.

Ка'азерот медленно кивнул.

— Да. Ты прав. Я буду пробовать. Снова и снова.

***

Зельда проснулась, нахмурившись.

— Странный сон, — пробормотала она.

Мармелад, сидевший на подоконнике, повернулся.

— Что приснилось?

— Не знаю, — Зельда потёрла глаза. — Будто кто-то пытался со мной познакомится, но точно не помню ничего.

— Может, просто смешалось несколько снов? — Мармелад предположил осторожно.

— Наверное, — Зельда встала, потягиваясь. — Но это было... странно.

Она подошла к окну, глядя на город.

Новый день начинался.

***

Гарольд ехал верхом во главе войска.

Позади — тысяча солдат, двести паладинов, маги.

И карета с двадцатью гоблинами.

Гоблины пели песни. Громко. Фальшиво. Но от всего сердца.

— «Владыка Хаоса, великий и мудрый! Помог нам, маленьким и слабым! Теперь мы едем в академию! Где нас будут уважать!»

Тень ехала рядом с Гарольдом, затыкая уши.

— Они не умолкают.

— Они счастливы, — Гарольд усмехнулся. — Оставь их.

— Но они поют уже три часа!

— И будут петь ещё долго, — Гарольд вздохнул. — Потерпи.

Клык подъехал с другой стороны.

— Мы приближаемся к развилке. Слева — к графству. Справа — к академии Арканы.

— Заедем в академию по пути, — Гарольд решил. — Высадим гоблинов. Потом продолжим к графству.

— Декан будет в восторге, — сказала саркастично Тень.

— Декан справится, — Гарольд усмехнулся. — Он наверняка видел и не такое.

Армия продолжила путь.

Гоблины продолжили петь.

***

Зельда прилежно училась.

Утром — теория магии. Профессор Элронд объяснял сложные концепции эльфийского плетения заклинаний.

Зельда записывала каждое слово.

После обеда — самостоятельная практика. Она работала над новыми заклинаниями, совершенствовала те, что уже знала.

Её друзья учились рядом.

Томас практиковал руническую магию. Дрейвен варил зелья.

Седвик спорил о магических удочках с парой эльфов, которые тоже увлеклись рыбалкой.

Ариана и Лидия работали над иллюзиями и косметической магией.

Бориус изучал эльфийский язык и историю родов.

Зельда чувствовала себя счастливой.

Она училась. Росла. Развивалась.

Магия текла через неё легко. Естественно.

Каждый день она становилась сильнее.

И это было прекрасно.

***

Моргана стояла перед запечатанным проходом в лабиринте, нахмурившись.

— Они запечатали половину туннелей, — сказал один из её магов.

— Вижу, — Моргана осмотрела печать. — Печать смерти. Очень мощная магия.

Декан Варилий стоял рядом.

— Можете снять?

— Можем, — Моргана кивнула. — Но это займёт время. И опасно. Печати могут быть заминированы.

Солариус подошёл.

— Некроманты загнали себя в угол. Они запечатали проходы, чтобы мы не могли добраться до них.

— Но это же ловушка, — Моргана сказала. — Они ждут, когда мы попытаемся снять печати. И тогда атакуют.

Варилий вздохнул.

— Тупиковая ситуация.

— Не совсем, — Моргана задумалась. — Мы можем действовать медленно. Осторожно. Снимать печати одну за другой. Проверять каждый туннель.

— Это займёт недели, а то и месяцы, — возразил Солариус.

— Но это безопаснее, чем врываться напролом, — отрезала Моргана. — Некроманты опасны своими ловушками. Спешка приведёт к жертвам.

Варилий кивнул.

— Согласен. Действуем медленно. Безопасность студентов — приоритет.

Моргана начала отдавать приказы своим магам.

Зачистка лабиринта продолжится. Но медленно.

***

Ка'азерот ходил взад-вперёд по залу.

— Ладно. Попробуем ещё раз. Мармелад, помоги мне.

Мармелад поднял голову.

— Помочь? Как?

— Представь, что ты — Зельда, — Ка'азерот сказал. — Я буду практиковаться. Репетировать. Чтобы не облажаться снова.

Мармелад вздохнул.

— Босс, это глупо.

— Мне всё равно! — Ка'азерот возразил. — Я должен подготовиться!

— Ладно, — Мармелад сел, попытавшись принять «серьёзное» выражение морды. — Я Зельда. Что вы хотите сказать?

Ка'азерот глубоко вздохнул.

— Привет. Я твой отец.

— Папа, а почему у тебя такие большие рога? — спросил ехидно Мармелад.

— Кто-то хочет, чтобы ему хвост узлом завязали?

— Ладно, ладно, но босс, будьте естественней, вы же не на родительском собрании.

Ка’азерот выдохнул и выдохнул несуществующий воздух из несуществующих легких.

— Привет. Меня зовут Ка'азерот. Я… твой отец.

— Лучше, — Мармелад кивнул. — Но вы звучите напряжённо.

— Потому что я напряжён! — заскрежетал Ка'азерот так, что в одном из миров материки раскололись на тысячи островов.

— Босс, расслабьтесь.

— Я не могу расслабиться! — Ка'азерот встал и начал ходить вокруг трона. — Это моя дочь! Моя единственная дочь! Я не могу просто... расслабиться!

Мармелад вздохнул.

— Тогда попробуйте по-другому. Не говорите сразу, что вы её отец. Просто... поговорите. Познакомьтесь. Пусть она привыкнет к вам.

Ка'азерот остановился.

— Ты прав. Мне не нужно сразу всё говорить. Просто... поговорить.

— Да, — Мармелад кивнул. — Начните с малого. Представьтесь. Спросите, как её дела. Будьте... обычным.

— Обычным, — Ка'азерот повторил. — Я Владыка Хаоса. Как я могу быть обычным?

— Притворитесь, — Мармелад предложил.

Ка'азерот засмеялся.

— Хорошо. Попробую. Завтра ночью.

***

Зельда и её друзья сидели в столовой, ужиная.

И вдруг один из эльфов-студентов подошёл к их столу.

— Вы слышали новости? — спросил он.

— Какие? — Томас поднял голову.

— На следующей неделе будет большой праздник! — эльф сказал восторженно. — В честь коронации!

Зельда наклонилась вперёд.

— Коронации? Кого?

— Не знаю, — эльф пожал плечами. — Это секрет. Но говорят, это будет грандиозно! Весь город будет праздновать! Приглашены все, даже гоблинов позвали!

Ариана заинтересовалась.

— Когда именно?

— Через неделю. В субботу, — ответил эльф. — Будет парад, фейерверки, пир! Всех студентов тоже пригласят!

Лидия засияла.

— Это же здорово!

Бориус задумался.

— Интересно, кого короную то...

— Не знаю, — Дрейвен пожал плечами. — Но это точно будет интересно.

Зельда улыбнулась.

Праздник. Коронация. Что-то важное.

Она с нетерпением ждала следующей недели.

***

Зельда лежала в кровати, глядя в потолок.

День был хорошим. Легким.

Она училась. Узнала о празднике. Провела время с друзьями.

Мармелад спал у её ног, мурлыкая.

Пушинка свернулась рядом, днём нашкодив в саду — перекопала все клумбы в охоте за мышью. Зачем ей мышь не понял даже Мармелад, который уже сносно понимал ее язык жестов и писк.

Зельда же чувствовала покой.

Умиротворение.

Она закрыла глаза, улыбнулась.

— Спокойной ночи, Мармелад, — прошептала она.

И погрузилась в сон.

***

Ка'азерот наблюдал, как дочь засыпает.

— Сегодня, когда она увидит первый крепкий сон, — прошептал он. — Я попробую снова.

Мармелад лежал рядом.

— Вы справитесь, босс.

— Надеюсь, — Ка'азерот вздохнул. — Очень надеюсь.

Он продолжил наблюдать за дочерью.

Она спала спокойно. Счастливо.

И Ка'азерот чувствовал любовь, переполняющую его сердце.

— Моя дочь, — прошептал он. — Скоро. Скоро мы поговорим.

Признание

Зельда снова видела кошмар. Но на этот раз всё было по-другому.

Она смотрела глазами не Лариэль, нет.

Высокими. Взрослыми. Мужскими.

Руки, которыми она двигала, были сильными. Покрытыми шрамами. В доспехах.

В правой руке — меч. Тяжёлый. Смутно знакомый.

Она была Гаем Нонцетом.

***

Дворец горел.

Крики эхом разносились по коридорам.

— Демоны! — кричал кто-то впереди. — Они прорвались из лабораторий!

Гай бежал по коридору, сжимая меч. Позади — его личные гвардейцы. Десять воинов. Лучшие из лучших.

Впереди — толпа слуг, придворных, гражданских. Они бежали к выходу, паникуя, спотыкаясь.

— К воротам! — крикнул Гай. — Быстрее! Мы прикроем!

Из-за угла выскочил демон.

Огромный. С горящими глазами. С когтями, способными разорвать сталь.

Гай не остановился.

Он на ходу ударил мечом, вкладывая всю силу и магию.

Клинок прошёл через шею демона. Голова упала на пол.

— Вперёд! — крикнул он стражникам. Они продолжили бежать, защищая отступающих.

Ещё один демон. Ещё два.

Гай рубил их, не останавливаясь.Его воины сражались рядом.

Один упал. Демон разорвал его грудь когтями.

Гай зарычал, убивая демона одним ударом.

— Держитесь! — крикнул он оставшимся. — Почти у цели!

Они достигли главного зала.

Огромного. Пустого.

Слуги и граждане убежали в безопасность.

Но демоны продолжали идти.Десятки. Сотни.Из коридоров, из комнат, из трещин в стенах.

Гай остановился в центре зала.

— Здесь держим оборону! — приказал он. — Не пропустим их к воротам! Не дадим им выйти в город!

Его воины встали рядом. Восемь человек. Всё, что осталось.

Демоны атаковали.

Гай сражался яростно. Безжалостно. Меч двигался быстро. Точно. Смертоносно.

Он убивал демона за демоном. Но их было слишком много.

Один из воинов упал. Потом второй. Третий.

Гай продолжал сражаться.

Его доспехи были в рваных пробоинах. Его меч тяжелел. Но он не отступал.

Он защищал своих людей. Свою дочь. Своё королевство.

***

Особо крупный демон вышел вперёд.

Его глаза горели ярче остальных. Его когти были длиннее. Его тело — больше.

Он зарычал, глядя на Гая.

— Нонцет, — демон прохрипел. — Великий полководец. Защитник королевства. Император.

Гай поднял меч.

— Убирайся из моего дворца, жалкая тварь!

Демон засмеялся.

— Твой дворец? Теперь он наш.

Он атаковал. Гай встретил его ударом.

Мечи столкнулись. Искры полетели в стороны.

Демон был сильным. Быстрым. Но Гай был опытнее.

Он уклонился от удара, контратаковал, ударил в бок.

Демон зарычал, отступив. Гай не дал ему передышки.

Он атаковал снова. И снова. И снова.

Меч резал плоть демона. Кровь брызнула на пол.

Демон упал на колено.

Гай поднял меч для финального удара.

И в этот момент что-то ударило его в ногу.

Стрела. Серебристая, с тонким оперением, стрела.

Боль пронзила все его тело. Он упал на одно колено, зарычав.

Откуда-то из-за колонн вышел ухмыляющийся лучник-демон.

Гай попытался встать, но нога не слушалась, а по телу разливалась слабость и боль.

Крупный демон перед ним поднялся, ухмыляясь.

— Конец, генерал.

Он поднял свой клинок, отшвырнув Гая на трон. Император судорожно схватил лежащий на троне скипетр.

И направил острие прямо в грудь Гая.

Клинок полетел вниз.

Зельда попыталась закрыть глаза, но Нонцет не боялся смерти.

И вдруг — сон прервался.

Зельда резко выдохнула, когда в обстановка во сне сменилась пустотой.

Она стояла в темноте, а вокруг не было ничего.

Сердце колотилось. Руки дрожали.

— Нет... нет... — шептала она. — Это было... это было...

И вдруг перед ней появилась фигура.

Высокая. Мощная. Знакомая.

Зельда не думала.

Она бросилась к нему, обнимая его.

— Спасибо! — закричала она сквозь слёзы. — Спасибо, что остановил! Спасибо!

Она прижалась к нему, дрожа.

Ка'азерот застыл.

Его дочь обнимала его. Впервые за четырнадцать лет.

Он медленно поднял руки, неуверенно обнимая её в ответ.

— Тише, — прошептал он. — Всё в порядке. Ты в безопасности.

— Это было ужасно! — Зельда всхлипнула. — Я видела... я была им... я чувствовала всё!

— Я знаю, — Ка'азерот сказал тихо. — Прости. Я не мог остановить кошмар раньше. Он был слишком сильным.

Зельда продолжала дрожать.

Ка'азерот не знал, что делать. Как успокоить дочь?

Он никогда не делал этого раньше.

И вдруг он вспомнил её прошлый сон.

Сад.

Он сосредоточился. Вокруг них начал формироваться сад. Зелёный. Тихий. Залитый мягким солнечным светом. Цветы росли повсюду. Птицы пели. Ветерок колыхал листья.

Ка'азерот медленно опустился на траву, держа дочь в объятиях.

Зельда прижалась к нему. Она дрожала. Плакала.

Но постепенно начала успокаиваться.

Ка'азерот гладил её по волосам. Неловко. Неуверенно.

Но искренне.

— Здесь ты в безопасности, — шептал он. — Никто не причинит тебе вреда. Я обещаю.

Зельда кивнула, всё ещё прижимаясь к нему.

— Кто ты? — прошептала она.

Ка'азерот задумался.

— Друг, — сказал он наконец. — Тот, кто заботится о тебе.

— Спасибо, — Зельда прошептала. — За то, что остановил кошмар. За то, что здесь.

— Пожалуйста, — Ка'азерот ответил тихо. Зельда умудрилась заснуть во сне.

Он сидел с ней так до утра.

Ка'азерот, улыбаясь, держал спящую дочь в объятиях, пока она не начала просыпаться.

Он осторожно отпустил её, позволяя сну рассеяться.

***

Зельда открыла глаза. Солнце светило через окно.

Мармелад сидел на подоконнике, а Пушинка спала у её ног.

Кошмар всё ещё был у неё в голове.

Демоны. Кровь. Смерть.

Но было и что-то ещё.

Тепло. Объятия. Забота. Как будто кто-то держал её на руках всю ночь. Как будто кто-то защищал её.

Как...

Как бабушка. Зельда прижала руку к груди, чувствуя странные эмоции.

Страх от пережитого кошмара. Но и что-то другое.

Утешение.

Мармелад повернулся к ней.

— Хозяйка, ты в порядке?

— Да, — Зельда кивнула медленно. — Просто... странный сон.

— Снова кошмар?

— Да, — Зельда призналась. — Но потом... кто-то остановил его. И остался со мной до утра.

Мармелад промолчал.

Он знал, кто это был, но ничего не сказал.

***

Декан Варилий стоял у входа в академию, нахмурившись.

Перед ним — огромное войско.

Тысяча солдат. Двести паладинов. Маги. И двадцать гоблинов в карете.

Гарольд Железный Коготь спешился, подойдя к декану.

— Декан Варилий, — он поклонился.

— Командор Гарольд, наслышан о вас, — Варилий кивнул. — Что вы здесь делаете? И зачем привезли... Уборщиков?

Он указал на гоблинов.

Гоблины выглядывали из кареты, испуганно.

Гарольд вздохнул.

— Благодетель, который прислал священные деревья, просит позаботиться об этих гоблинах.

Варилий моргнул.

— Зачем?

— Они хорошие уборщики, — Гарольд ответил. — И умеют читать.

Варилий уставился на него.

— Вы шутите.

— Нет, — Гарольд покачал головой. — Это серьёзно. Благодетель решил позаботиться о них. И просит вас сделать то же самое.

Варилий долго смотрел на гоблинов. Гоблины смотрели на него большими глазами.

Один из них робко помахал рукой.

Варилий вздохнул.

— Хорошо. Академия примет их. Найдём им работу.

Гарольд облегчённо выдохнул.

— Спасибо, декан.

Варилий кивнул, но затем нахмурился.

— Кстати, раз вы здесь... у нас есть проблема.

— Какая?

— Некроманты, — Варилий ответил мрачно. — Они засели в подземном лабиринте. Запечатали половину туннелей. Мы пытаемся их выкурить, но это медленно и опасно.

Гарольд задумался. — Вам нужна помощь?

— Да, — Варилий кивнул. — Ваше войско может ускорить процесс. Особенно паладины. Их святая магия эффективна против нежити, за исключением рыцарей смерти и проклятых палачей.

Гарольд посмотрел на своих людей.

— Мы поможем. Но после этого мы должны продолжить путь к графству.

— Конечно, — Варилий согласился. — Я не задержу вас надолго.

Гарольд кивнул.

— Тогда начнём завтра. Моим людям нужен отдых после долгого марша.

— Разумно, — Варилий согласился. — Академия предоставит вам жильё.

Чуть позже к Гарольду подошел Клык.

— Ну что, святой оборотень-целитель. На этом мы покидаем тебя. Босс отправляет нас на другие задания. — Он протянул руку Гарольду. — Рады были поработать вместе.

— Взаимно. Берегите себя! — Искренне улыбнулся Гарольд.

— Ты тоже, друг мой, ты тоже! — Улыбнулся Клык и растворился в воздухе.

***

Эльфийское королевство. Урок магии равновесия и порядка.

Зельда сидела за партой, слушая лекцию.

Профессор — пожилая эльфийка с серебряными волосами — объясняла основы магии порядка.

— Магия порядка, — говорила она, — это искусство структурирования реальности. Вы берёте хаос и превращаете его в форму. В смысл. В баланс.

Зельда записывала, пытаясь понять.

— А теперь практика, — профессор сказала. — Вы попытаетесь упорядочить объект перед вами. Превратить беспорядок в порядок.

Перед каждым студентом появилась куча разноцветных кристаллов.

— Ваша задача, — профессор продолжила, — выстроить их в правильную форму. Используя магию равновесия.

Студенты начали работать.

Зельда сосредоточилась. Она протянула руку, направляя магию. Кристаллы начали двигаться. Но что-то пошло не так. Её магия словно не хотела упорядочивать.

Она хотела изменять.

Зельда старалась вернуть контроль, вспоминая все уроки, ей даже удалось что-то проконтролировать, но магия вырвалась.

Ярчайшая вспышка и грохот обрушились на аудиторию.

Волны магии потекли по классу, все что смогла сделать Зельда — направить их на мебель. Все парты и стулья в классе внезапно превратились в овечек.

С шерстью разного вида и цвета.

Колючая розовая. Кристальная голубая. Зеленая, словно мох. Фиолетовая, тонкая, как паутина.

Овечки заблеяли, сбрасывая студентов и учебные принадлежности и запрыгав по классу, бодая студентов.

Профессор уставилась на хаос. — Что... что за...

Зельда сидела посреди этого, бледная. Её руки дрожали.

— Я... я не хотела... — прошептала она.

Все смотрели на неё.

Некоторые засмеялись. Некоторые смотрели с удивление, кто то даже с осуждением.

Зельде стало стыдно. Настолько, что соало трудно дышать, а лицо горело от жара.

Она вскочила и выбежала из класса.

***

Зельда ворвалась в комнату, захлопнув дверь и закрыв замок.

Она упала на кровать, зарывшись лицом в подушку.

— Я идиотка! — закричала она. — Полная бездарность!

Мармелад спрыгнул с подоконника.

— Хозяйка...

— Все видели! — Зельда всхлипнула. — Все! Я превратила класс в... в овечек! Разноцветных овечек!

— Боже, всех студентов? — испугался Мармелад.

— Нет, всю мебель! Это было позором! — Зельда закричала в подушку.

Мармелад подошёл, запрыгнув на кровать.

— Хозяйка, это была просто ошибка.

— Ошибка? — Зельда повернулась к нему, её глаза были красными, а по щекам текли крупные слёзы. — Мармелад, я не могу контролировать свою магию! Я не могу даже простое упражнение сделать! Столько сил и занятий, а я снова устроила катастрофу! Я... я бесполезная!

— Ты не бесполезная, — Мармелад возразил твёрдо. — Ты просто... другая.

— Другая, — Зельда повторила горько. — Да. Я всегда другая. Всегда что-то делаю не так.

Она снова зарылась в подушку, рыдая.

Мармелад лёг рядом, положив лапу на неё лапу. — Всё будет хорошо, хозяйка. Обещаю.

Зельда не ответила. Она просто лежала, плача в подушку.

***

Гарольд Железный Коготь стоял перед запечатанным проходом, изучая тёмную магию.

Рядом — Моргана, декан Варилий, командор паладинов Альрик и десять лучших воинов света.

Факелы освещали туннель. Каменные стены покрывала плесень. Воздух был тяжёлым, пропитанным смертью.

— Это печать смерти, — Моргана сказала, прищурившись. — Мощная. Древняя магия.

Гарольд подошёл ближе, принюхиваясь.

Его обострённое обоняние оборотня уловило что-то ещё.

— За печатью кто-то есть, — он сказал тихо. — Нежить. Сильная.

Варилий нахмурился.

— Рыцарь смерти?

— Похоже на то, — Гарольд кивнул. — Стоит на страже. Ждёт, когда мы попытаемся снять печать.

Моргана осмотрела руны.

— Печать заминирована. Если снимать её обычным способом, она взорвётся. Убьёт всех в радиусе десяти метров.

Альрик шагнул вперёд.

— Святая магия может нейтрализовать проклятие.

— Может, — Моргана согласилась. — Но это займёт часы. Некроманты могут отреагировать. Прислать подкрепление.

Гарольд повернулся к ней.

— Есть другой способ?

Моргана задумалась.

— Сорвать печать силой. Быстро. Одним ударом. Но для этого нужна огромная концентрация энергии. Но ни у кого столько нет. А артефакт с таким объёмом будет одноразовым и стоить столько, что проще обрушить всю академию, чем тратить артефакт.

Альрик покачал головой.

— Даже у церквей нет таких артефактов...

— Я могу, — Гарольд перебил.

Все повернулись к нему.

Варилий нахмурился.

— Гарольд, ты не маг, не паладин и не священник. Ты оборотень.

— Святой оборотень, — Гарольд поправил с усмешкой. — Благословлённый оборотень-паладин. Я смог полностью взять под контроль, натренировавшись, нимб, который мне вручили инквизиторы, пока ехал сюда.

Моргана посмотрела на него.

— Нимб? Но это артефакт божественного уровня, с какой радости церковь вручила тебе такую ценную вещь?

— Не знаю. Все началось, когда я спас людей от культа Черной Бездны, — Гарольд вздохнул. — Меня стали называть героем, а потом святым.

Варилий задумался.

— Если ты сорвёшь печать... рыцарь смерти атакует немедленно.

— Я знаю, — Гарольд сказал спокойно. — Поэтому нужна поддержка. Альрик, твои паладины готовы?

Альрик кивнул.

— Всегда, ваша Светлость.

Гарольд поморщился, но промолчал, повернувшись к Моргане.

— Надеюсь маги прикроют нас, если что-то пойдёт не так.

Моргана кивнула, призывая магический щит.

Гарольд глубоко вздохнул.

— Тогда начнём.

Он шагнул к печати, закрывая глаза, шепча стандартную молитву.

Над его головой начал разгораться нимб.

Сила поднималась изнутри. Святая. Чистая. Яркая.

Гарольд чувствовал, как свет течёт через него. Для оборотня это было очень некомфортно, но он терпел. Его тело начало светиться. Сначала тускло. Потом ярче. Ярче.

Серебристый свет окутал его, создавая ауру. А потом над ним появился Нимб Святости.

Паладины отступили, прикрывая глаза. Свет был ослепительным.

Гарольд открыл глаза. Они горели серебром.

Он поднял руку, направив её на печать.

— Свет, что защищает слабых, даруй мне силу, — прошептал он. — Разгони тьму, что скрывает истину! уничтожь скверну, что марает этот мир!

Нимб вспыхнул ярче.

И Гарольд ударил со всей силы. Поток святой энергии обрушился на печать.

Руны загорелись. Задымились. Раскололись. Печать коротко вспыхнула, рассыпаясь в пыль.

Проход открылся.

И из темноты выскочил рыцарь смерти.

Огромный. Два с половиной метра ростом. В чёрных доспехах, покрытых рунами. Двуручный меч в руках, источающий холод.

Его глаза горели зелёным пламенем.

— Живые, — прохрипел он голосом, от которого стыла кровь. — Вы вторглись в наше царство.

Он поднял меч, готовясь ударить.

Поток света, что Гарольд обрушил на печать ударил в рыцаря.

Нимб вспыхнул, чувствуя злую энергию. Святая энергия бурлила, стремясь уничтожить пародию на жизнь.

Рыцарь смерти закричал, рассыпаясь в прах.

Гарольд поднял руку, окружённую святым светом, чтобы отдать честь павшему врагу.

Нимб угас, а Гарольд опустился на колени, чувствуя слабость.

Альрик подбежал к нему.

— Командор Гарольд! Вы в порядке?

— Да, — Гарольд выдохнул. — Просто... устал.

Моргана подошла, осматривая проход.

— Печать снята. Рыцарь уничтожен. Путь открыт.

Варилий кивнул, глядя на Гарольда с уважением.

— Впечатляюще. Я не знал, что святые оборотни обладают такой силой.

— Я вообще не знал, что оборотни бывают святыми, — Гарольд слабо усмехнулся . — И это, оказывается, жутко истощает. Мне нужно восстановиться. Я очень хочу есть,

Альрик помог ему встать.

— Мои паладины продолжат зачистку. Вы отдохните.

Гарольд кивнул.

— Спасибо.

Он посмотрел в открытый проход. Темнота простиралась дальше. Глубже.

— Сколько ещё печатей? — спросил он.

Моргана вздохнула.

— Десятки. Некроманты запечатали весь лабиринт.

— Тогда это будет долго, — Гарольд сказал мрачно. — Капитан, отправьте войско в графство, их ждут жены и дети.

— Есть, сэр!

Варилий положил руку ему на плечо.

— Благодаря вам мы сможем снять печати. Паладины продолжат работу.

Гарольд кивнул.

Они начали отступать, оставляя паладинов охранять проход.

Работа только начиналась. Но первый шаг был сделан.

***

Зельда лежала в кровати несколько часов, уставившись в потолок.

Она чувствовала себя никчёмной, глупой и бесполезной. Постепенно усталость взяла своё.

Она не заметила, как закрыла глаза и заснула.

***

Зельда стояла в том же саду. Тихом и Спокойном.

И перед ней снова появилась та фигура.

Высокая. Мощная. Тот, кто остановил кошмар прошлой ночью.

Зельда посмотрела на него.

— Ты снова здесь.

— Да, — он ответил тихо. — Я пришёл проверить, как ты.

Зельда опустила голову.

— Ужасно. Я облажалась сегодня. Превратила класс в овечек.

Фигура присела перед ней.

— Я знаю.

Зельда подняла голову.

— Откуда?

— Я… наблюдаю за тобой, — он признался. — Иногда.

Зельда нахмурилась.

— Это странно.

— Да, — он согласился. — Прости.

Он помолчал гемного, затем продолжил:

— Зельда, то, что произошло сегодня... это не твоя вина.

— Как это не моя вина? — Зельда возразила. — Я не смогла выполнить задание!

— Потому что задание было для тебя неправильным, — он сказал спокойно. — Твой источник магии противоположен магии порядка.

Зельда моргнула.

— Что?

— Твоя стихия, — он объяснил, — это магия хаоса. Изменений. Трансформаций. Она не создана для упорядочивания. Она создана для **творения**.

Зельда уставилась на него.

— Откуда ты это знаешь?

Он замолчал.

Затем медленно поднялся.

— Потому что... — он глубоко вздохнул, — ну... я твой отец.

Зельда замерла.

— Что?

— Я твой отец, — он сказал тихо. — Владыка Первозданного Хаоса, Ка'азерот. И... твой отец.

Зельда стояла, не в силах пошевелиться. Не в силах дышать.

Её разум не мог обработать эти слова.

— Ты... — прошептала она. — Ты... мой...

И она проснулась.

***

Зельда резко села в кровати, ее сердце колотилось, как птица в клетке.

Руки дрожали.

— Он... он сказал... — прошептала она.

Мармелад сидел под кроватью, молча.

Он знал, что произошло, но не знал, что делать. Его пятитысячелетний опыт общения с людьми в данном случае забуксовал.

Зельда встала с кровати и начала ходить по комнате.

— Он сказал, что он мой отец, — прошептала она. — Мой... отец.

Она остановилась.

— Но как? Почему? Почему он появился только сейчас?

Она схватила подушку и швырнула её через комнату.

— Четырнадцать лет! — закричала она. — Четырнадцать лет я жила одна с бабушкой! Где он был?!

Она схватила книгу и швырнула её в стену.

— Почему он не пришёл раньше?! Почему он оставил меня?!

Пушинка, которая спала на подоконнике, попыталась убежать.

Но Зельда схватила её, прижав к груди.

— Он мой папа, — прошептала она, и вдруг улыбнулась. — Мой... папа!

Она начала прыгать по комнате, обнимая Пушинку.

— У меня есть отец! Настоящий отец! Который... который останавливает кошмары! Который утешает меня!

Пушинка пищала, пытаясь вырваться.

Но Зельда держала её крепко.

— Но почему он оставил меня? — она снова нахмурилась. — Почему он не пришёл раньше?

Она опустилась на пол, всё ещё держа Пушинку, которая судорожно пыталась вырваться из стальной хватки хозяйки.

— Что мне делать? — прошептала она. — Как мне реагировать?

Мармелад молча сидел под кроватью, наблюдая и ожидая.

Зельда сидела на полу, обнимая Пушинку, пытаясь понять свои эмоции.

Радость. Гнев. Смятение. Любовь. Всё вместе.

И она не знала, какое чувство сильнее. Ее душила жажда крушить комнату от злости, и она хотела бегать по академии эльфов, обнимая всех.

— У меня есть папа! — сказала она громким шёпотом, вытирая слезы Пушинкой.

Семья, друзья и тайны

Зельда сидела на кровати, обнимая колени и глядя в окно, где рассвет окрашивал небо в оттенки розового и золотого. Пушинка спала рядом, всё ещё восстанавливаясь после бурных «объятий» хозяйки. Мармелад сидел на подоконнике, наблюдая за девочкой с мудрым спокойствием пятитысячелетнего существа, которое видело слишком много, чтобы удивляться человеческим эмоциям.

— Мармелад, — Зельда нарушила тишину, её голос был тихим, но твёрдым. — Мне нужно кое-что рассказать. Вчера ночью... во сне... я разговаривала с ним. С моим отцом. Он сказал, что он Владыка Первозданного Хаоса. Ка'азерот.

Мармелад не шевельнулся, только его хвост медленно качнулся из стороны в сторону. Молчание длилось достаточно долго, чтобы Зельда почувствовала, как напряжение нарастает в груди.

— Ты знал? — она наконец спросила, глядя прямо на него. — Всё это время ты знал?

— Да, — Мармелад кивнул, его голос был осторожным, но честным. — Я служу ему почти с тех пор, как пришел в ваш дом. Но это не значит, что всё это время я следил за тобой. Я и вправду был счастлив стать частью твоей семьи.

Зельда медленно выдохнула, её руки сжались сильнее вокруг коленей.

— Значит, всё это время ты знал. Наблюдал за мной, докладывал о каждом моём шаге?

— Нет, — Мармелад спрыгнул с подоконника и подошёл к ней, его янтарные глаза смотрели прямо в её. — Я заботился о тебе, потому что люблю тебя, хозяйка. Ты дала мне имя, когда тебе было три года. Ты заботилась обо мне, кормила, играла со мной, обнимала, когда тебе было страшно или грустно. Ты стала моей семьёй. И я выбрал остаться с тобой не потому, что мне приказали, а потому что не смог бы уйти, даже если бы хотел. Ка'азерот связался со мной в тот день, когда... Когда умерла Агата.

Зельда почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза, но она улыбнулась сквозь них.

— Спасибо, Мармелад. Спасибо за честность.

Мармелад тихо мурлыкнул, ткнувшись головой в её руку.

— Что ты чувствуешь сейчас, хозяйка? После того, как узнала правду?

Зельда задумалась, пытаясь разобраться в водовороте эмоций, бушующем внутри.

— Я не знаю. Радость, что у меня есть отец. Гнев, что он оставил меня одну с бабушкой на четырнадцать лет. Смятение от того, что он Владыка Хаоса — существо, о котором я читала в книгах академии, как о чём-то страшном и непостижимом, хотя призывала его генералов на день рождения... Всё это вместе, и я не знаю, какое чувство сильнее.

— Это нормально, — сказал мягко Мармелад, запрыгивая на кровать и устраиваясь рядом. — Ты узнала нечто фундаментальное о себе и своём прошлом. Дай себе время обработать это. Не торопись с выводами. А генералы хотят посетить твой следующий день рождения.

Зельда кивнула, вытирая слёзы. Затем её лицо стало решительным.

— Я хочу рассказать друзьям. Томасу, Дрейвену, всем остальным. Я не могу держать это в себе, Мармелад. Они мои друзья, и я доверяю им.

Мармелад нахмурился, его усы дёрнулись.

— Хозяйка, это опасно. Если хоть кто-то узнает, что ты дочь Ка'азерота, последствия могут быть непредсказуемыми. Церкви, охотники за магией, те, кто боится или ненавидит твоего отца... они все станут угрозой.

— Я знаю, — Зельда перебила его, но не грубо, а с пониманием серьёзности ситуации. — Именно поэтому я прошу тебя о совете. Как мне это сделать безопасно?

Мармелад вздохнул, явно взвешивая варианты.

— Пожалуй самый лучший вариант — взять с них магическую клятву молчания. Пусть поклянутся не разглашать твой секрет никому и никогда. Клятва свяжет их, и даже под пытками или заклинаниями правды они не смогут сказать правды.

Зельда кивнула, её решение окрепло.

— Хорошая идея. Я сделаю так. — Она встала, подходя к зеркалу и видя своё отражение с красными от слёз глазами и растрёпанными волосами. Но несмотря на это, она улыбнулась. — Позови пожалуйста эльфиек. И попроси их пригласить моих друзей на завтрак. Томаса, Дрейвена, Седвика, Ариану, Лидию... и Бориуса тоже.

Мармелад направился к двери, но обернулся на секунду.

— Хозяйка, ты уверена?

Зельда посмотрела на него задумчиво.

— Да... Нет. Не знаю! — Девочка провела рукой по лицу. — Они мои друзья, и я хочу, чтобы они знали, кто я на самом деле. Хочу разделить с ними свои радость и смятение.

***

Друзья пришли через полчаса, явно озадаченные приглашением. Слуги привычно накрыли стол в комнате Зельды. На столе красовались круассаны с миндальной начинкой, свежие фрукты трёх континентов, эльфийские соки и ароматный чай. Мармелад получил свою порцию лосося и икры на отдельном блюдце и устроился на подоконнике, наблюдая за происходящим.

Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус расселись за столом, обмениваясь озадаченными взглядами. Атмосфера была странной, тяжёлой. Зельда молчала, смотрела в окно, её пальцы нервно теребили край платья. Обычно такая весёлая и разговорчивая, сейчас она казалась отсутствующей, словно её мысли были где-то далеко.

— Зельда, — Лидия первой нарушила молчание, её голос был осторожным и заботливым. — Ты в порядке? После того, что случилось на уроке... с овечками... мы все волновались за тебя.

Зельда вздрогнула, словно очнувшись от транса, и повернулась к друзьям. Её глаза были полны невысказанных эмоций.

— Я... Я не знаю. — Она глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Мне нужно вам кое-что рассказать. Но сначала... я попрошу вас дать магическую клятву молчания. Это очень важно, пожалуйста!

Воздух в комнате словно сгустился. Друзья замерли, их лица выразили удивление и даже лёгкую тревогу.

— Клятву? — Ариана медленно произнесла, откладывая круассан. — Зельда, это очень серьёзно. Магические клятвы не шутка.

— Я знаю, — Зельда кивнула, её голос был твёрдым несмотря на дрожь в руках. — Но то, что я скажу вам... это очень большой секрет. Очень важный и опасный секрет. Если он выйдет наружу, последствия будут катастрофическими не только для меня, но и для всех, кто рядом со мной. Я не хочу рисковать. Но я также не могу держать это в себе и врать вам. Вы мои друзья, и вы заслуживаете знать правду.

Наступила долгая пауза, в которой каждый из присутствующих обдумывал услышанное. Томас первым встал, его лицо было серьёзным, но в глазах читалась решимость.

— Я дам клятву. Ты моя подруга, Зельда. Я доверяю тебе, и ты можешь доверять мне.

Дрейвен встал следом, положив руку на сердце.

— И я. Мы прошли через многое вместе. Я не предам тебя.

Седвик, Ариана, Лидия и даже Бориус, на лице которого было видно сомнение, поднялись один за другим, образуя круг вокруг стола.

Бориус, решившись, кивнул с серьёзным выражением лица.

— Я знаю, что мое отношение ко многим из вас было отвратительным, но вы почему-то решили дать мне шанс стать вашим другом. А мой род друзей не бросает!

Зельда почувствовала, как слёзы снова наворачиваются на глаза, но на этот раз от благодарности и облегчения.

— Спасибо. Спасибо вам всем. — Она протянула руку, и магия начала собираться вокруг неё, формируя светящийся круг, который охватил всех присутствующих. — Повторяйте за мной. Я клянусь хранить тайну, которую услышу здесь и сейчас. Не разглашать её никому и никогда, ни словом, ни делом, ни намёком. Под страхом магического наказания от этой клятвы.

Друзья повторили слова, их голоса сливались в единое заклинание. Магия вспыхнула ярким светом, опоясывая каждого тонкими нитями серебристой энергии, которые впились в их запястья, оставив едва заметные метки, прежде чем раствориться.

Клятва была дана. Теперь назад пути не было.

Зельда опустила руку и глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Вчера ночью... Во сне. Я разговаривала с моим отцом. Я узнала, кто он. — Она подняла глаза и посмотрела на каждого из друзей по очереди. — Мой отец — Ка'азерот, Владыка Первозданного Хаоса и Разрушений.

Тишина.

Абсолютная, оглушающая тишина, в которой можно было услышать даже собственное сердцебиение.

Дрейвен открыл рот, закрыл его, снова открыл, но не смог произнести ни слова. Ариана опустилась на стул, её лицо побледнело. Седвик потёр лицо обеими руками, словно пытаясь проснуться от странного сна. Лидия прошептала что-то неразборчивое, глядя на Зельду широко раскрытыми глазами. Томас замер, его взгляд был прикован к подруге, словно видел её впервые.

— Ты... уверена? — Дрейвен наконец выдавил из себя, его голос был хриплым. — Зельда, ты только что сказала...

— Что мой отец — Бог Хаоса, — Зельда повторила, её голос дрожал, но она не отводила взгляд. — Он пришёл ко мне во сне и рассказал правду. Я дочь Ка'азерота.

— Зельда говорит правду. — Подтвердил Мармелад. — Ее отец и вправду Владыка Ка'азерот.

— Вот почему моя магия такая... непредсказуемая. — Продолжила Зельда. — Вот почему я превращаю парты в овечек вместо того, чтобы упорядочить кристаллы. Моя стихия — хаос, творение, изменение.

Седвик медленно выдохнул, откидываясь на спинку стула.

— Это объясняет очень многое. Твоя сила, твоя способность к неожиданным трансформациям, то, как магия реагирует на тебя...

— Овечки, — Лидия прошептала, словно это слово было ключом ко всему. — Ты создала нестандартных живых существ. Это магия творения и трансформации, они близки к силам хаоса.

Томас медленно подошёл к Зельде, его шаги были осторожными, словно он боялся спугнуть её. Но когда он оказался рядом, он просто обнял её, крепко и тепло.

— Ты всё та же Зельда. Добрая, смешная, заботливая. Наша подруга. То, кто твой отец, не меняет того, кто ты.

Эти слова словно прорвали плотину. Остальные подошли, окружая Зельду, обнимая её по очереди и все вместе. Зельда разрыдалась, но это были слёзы облегчения и благодарности.

— Спасибо, — она всхлипывала. — Спасибо, что не отвернулись от меня. Спасибо, что приняли.

— Плохо же ты о нас думаешь, Зельда, — Дрейвен сказал твёрдо, его голос не оставлял сомнений. — Мы друзья. Настоящие друзья. И настоящая дружба не ломается от таких вещей.

Они вернулись за стол, атмосфера стала легче, хотя напряжение полностью не исчезло. Седвик откусил круассан, явно пытаясь переварить информацию.

— Так, давай по порядку. Твой отец — Бог Хаоса. Он опасен?

— Нет, — Зельда покачала головой, вытирая слёзы. — Он Владыка Хаоса, а хаос не опаснее открытого огня, если соблюдать правила и помнить об осторожности.

— А почему он не пришёл раньше? — Ариана спросила мягко. — Почему оставил тебя одну?

Зельда глубоко вздохнула.

— Я ещё не знаю всех причин. Надеюсь узнать со временем, когда мы снова поговорим. Но я думаю... он боялся. Боялся навредить мне своим присутствием. Владыка Хаоса — это ведь не просто титул. Это сила, которая может разрушить всё вокруг.

Томас кивнул задумчиво.

— Если тебе нужна поддержка, любая помощь — мы здесь. Всегда.

Зельда улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди.

— Спасибо. Мне так повезло с вами.

***

Ка'азерот наблюдал через магическое окно, его несуществующее сердце трепетало от противоречивых эмоций. Его дочь только что рассказала друзьям о нём, и хотя клятва защищала секрет, он не мог избавиться от беспокойства. Мармелад сидел рядом на троне, его хвост медленно качался.

— Босс, они дали клятву, — Мармелад сказал спокойно, словно читая мысли Владыки. — Магическую клятву. Они физически не смогут рассказать никому, даже если захотят. Это надёжно.

— Я знаю, — Ка'азерот кивнул, но его голос был напряжённым. — Но она так открыта, так доверчива. Что если кто-то догадается? Что если церкви почувствуют мою энергию в ней? Что если...

— Босс, — Мармелад перебил мягко, но твёрдо. — Вы забываете главное. Она доверяет им, и это хорошо. Ей нужны друзья, поддержка, люди, которым она может довериться. Вы же не хотите, чтобы она была одинока? А церковь Хаоса, кстати, существует на территории орков.

Ка'азерот замолчал, глядя на дочь, которая смеялась с друзьями, впервые за долгое время выглядя по-настоящему счастливой. Он медленно выдохнул, его напряжение немного ослабло.

— Ты прав. Просто... я боюсь за неё, Мармелад. Боюсь больше, чем когда-либо боялся за что-либо в своей вечности.

— Вы всегда боитесь, — Мармелад усмехнулся, его усы дрогнули. — Это называется родительством, босс. Я тоже боялся, когда был человеком. Особенно выдавать дочек замуж.

Ка'азерот не смог сдержать тихого смеха. — Да. Наверное, так. Но я готов платить эту цену. Ради неё — любую цену.

***

Гарольд Железный Коготь стоял перед огромной картой лабиринта, расстеленной на магическом столе, установленном прямо в одном из безопасных коридоров. Рядом склонились декан Варилий и Моргана Сертий, их лица освещались факелами и магическими огнями бросавшими танцующие тени на каменные стены.

— Вот, — Гарольд указал когтистым пальцем (один из признаков ликантропа со стажем) на участок карты. — Здесь печать смерти блокирует сразу три коридора. Разведка подтвердила, что за ней стоит ещё один рыцарь смерти. Он ждёт, пока кто-то попытается снять печать, и тогда атакует.

Моргана внимательно изучила карту, её глаза сузились. — Мои маги могут прикрыть, пока ты снимаешь печать, но это потребует времени. Там стоит ловушка для магов. Одно неверное движение — и она взорвётся, убив всех в радиусе десяти метров.

— Сколько времени? — Варилий спросил, его голос был напряжённым.

— Час, может быть два, — Моргана ответила, не отрывая взгляда от карты. — Это кропотливая работа. Нужна абсолютная концентрация и точность. Любая ошибка может стоить жизней.

Гарольд кивнул, его лицо было серьёзным. — Пока ваши маги работают над ловушкой, мои воины и паладины выстроят защитный периметр. Если некроманты попытаются помешать или прислать подкрепление — мы их остановим.

Варилий посмотрел на Гарольда с уважением.

— А после снятия печати? Рыцарь смерти атакует немедленно.

— Я возьму его на себя, — Гарольд сказал без колебаний. — У меня есть нимб, его энергия уничтожит его. Паладины прикроют меня, если что-то пойдёт не так. Главное приготовьте мне побольше еды.

Моргана нахмурилась, её пальцы постукивали по столу.

— Рыцари смерти чрезвычайно опасны, Гарольд. Даже для святого. Вы уверены?

— Я должен быть уверен, — Гарольд ответил спокойно. — У нас нет выбора. Некроманты угрожают студентам, академии, городу, стране. Мы обязаны остановить их, любой ценой.

Варилий глубоко вздохнул и выпрямился.

— Хорошо, я понимаю, почему вас признали святым. Начнём завтра на рассвете. Моргана, подготовьте, пожалуйста магов. Гарольд, соберите всех паладинов, не только ваших, и проинструктируйте их. Я хочу, чтобы все знали свои роли и действовали слаженно. Одна ошибка и мы можем умыться кровью.

— Будет сделано, — Моргана кивнула, сворачивая карту.

Они продолжили обсуждать детали операции — позиции, резервные планы, сигналы отступления. Лабиринт был огромным, опасным, полным ловушек и нежити. Но они справятся.

Должны справиться.

***

Зельда сидела на уроке трансмутации, пытаясь сосредоточиться на словах профессора о превращении металлов, но не могла не замечать взглядов, направленных на неё со всех сторон. Студенты-эльфы шептались, кидая на неё любопытные и иногда даже восхищённые взгляды. Слухи о вчерашнем инциденте с овечками явно распространились по всей академии со скоростью лесного пожара.

Когда урок закончился, к ней подошли сразу несколько эльфов, их лица выражали смесь любопытства и уважения. Один из них, высокий юноша с длинными серебристыми волосами, заговорил первым.

— Мисс Зельда, это правда, что вчера вы превратили всю классную мебель в живых овечек?

Зельда покраснела до кончиков ушей.

— Да, это была... серьёзная ошибка с моей стороны.

— Но как? — другая эльфийка спросила с неподдельным интересом. — Магия порядка предназначена для структурирования, а не для создания жизни! Это невозможно по всем известным законам!

— Я не смогла использовать магию порядка, — Зельда призналась тихо. — Поэтому моя мана вышла из под контроля.

Профессор трансмутации, пожилой эльф с мудрыми глазами, подошёл к группе студентов.

— Мисс Зельда продемонстрировала редчайшую способность, — он сказал спокойно, но его голос привлёк внимание всех присутствующих. — Магию творения. Это массовая трансформация неживой материи в живые существа. Это искусство, которым владели только пара архимагов древности.

Студенты загалдели, их голоса смешались в восторженном гуле.

— Магия творения?! Я даже не слышал про такую способность!

— Всего пара архимагов в древности!

— Значит, она действительно особенная!

Зельда чувствовала себя крайне неловко под таким пристальным вниманием.

— Я правда не хотела... это было случайно. Я просто потеряла контроль. Тут нет моей заслуги!

Профессор улыбнулся ей доброжелательно.

— Не переживайте, юная леди. Магия творения — это великий дар, но и великая ответственность. Вам просто нужно научиться её контролировать, направлять правильно. Великий архимаг Ливандрэ мог сотворить тысячу голов скота из поля покрытого камнями. Это спасло его народ от голода. Я уверен, что со временем вы станете мастером своего искусства.

Зельда кивнула, благодарная за его понимание и поддержку. Остаток дня прошёл относительно спокойно — уроки, практика, обеды с друзьями. Но вечером к ней подошёл эльф-слуга с посланием от ректора.

— Ректор Элирия просит вас посетить её кабинет после ужина, — слуга сообщил вежливо, поклонившись.

Зельда почувствовала лёгкое беспокойство, но кивнула.

— Скажите, что я приду.

***

Кабинет ректора Элирии встретил Зельду мягким светом магических кристаллов и запахом древних книг. Ректор сидела за своим резным столом из серебристого дерева, её лицо было спокойным и доброжелательным. Она подняла глаза, когда Зельда вошла, и улыбнулась.

— Мисс Зельда, присаживайся, пожалуйста, — она указала на кресло напротив.

Зельда села, её руки нервно сжались на коленях.

— Вы хотели меня видеть, ваше высочество?

— Да, — Элирия кивнула, её голос был мягким, но в нём чувствовалась сила. — Я услышала о произошедшем вчера. Овечки на уроке магии порядка. — Зельда хотела что-то сказать, но Элирия подняла руку, останавливая её. — Не извиняйся. Ты не виновата. Магия порядка фундаментально сложна даже для эльфов. То, что произошло, было неизбежным результатом попытки заставить твою природу действовать против себя. Ведь люди ближе к хаосу, чем эльфы, а значит, контролировать себя вам сложнее.

Зельда медленно выдохнула.

— Эльфы... ближе к порядку?

— Конечно, — Элирия улыбнулась. — Именно поэтому нам, эльфам, так легко даётся создание сложных плетений и узоров в магии. Но там, где мы имеем стабильность, вы, люди, получаете мощность. Я завтра. прочитаю вам лекцию поподробнее.

Зельда кивнула, не зная, что сказать. Элирия встала и подошла к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу.

— Зельда, я хочу отдельно пригласить тебя на коронацию на следующей неделе. Ты будешь особым гостем.

Зельда моргнула, явно не ожидая такого.

— Что? Почему я?

Элирия повернулась к ней, её глаза были полны загадочного знания.

— Потому что ты дочь Агаты, Зельда Нонцет-Клавдий. Ты часть нашей истории. Твоё присутствие на коронации будет великой честью для нас. Ты связываешь людей и эльфов, напоминаешь нам о прошлом.

Зельда не знала, что сказать, её мысли путались.

— Но я даже не знаю, кого коронуют...

Элирия загадочно улыбнулась, в её глазах плясали огоньки.

— Узнаешь в день праздника. Но поверь мне, это будет важно для тебя лично. Очень важно. — Она вернулась к столу и села. — Ты будешь сидеть на почётном месте, рядом с королевской семьёй. Для тебя приготовят специальное платье, достойное твоего статуса.

Зельда медленно кивнула, чувствуя, как беспокойство нарастает внутри. Что-то было не так в этом приглашении, что-то недосказанное.

— Я... я благодарна за честь, ваше высочество. Но почему всё это так важно?

— Всё объяснится в своё время, — Элирия сказала мягко, но твёрдо, давая понять, что дальнейшие вопросы бессмысленны. — Просто доверься мне, дитя. Мы желаем тебе только добра.

Зельда встала, поклонилась и вышла из кабинета, её голова была полна вопросов и смутных подозрений. Что хотят от неё эльфы? Почему они так заинтересованы в ней? И что за коронация, которая будет «важна для неё лично»?

***

Тронный зал Ка'азерота погрузился в напряжённую тишину. Владыка Хаоса сидел на своём троне, его могучие пальцы сжимали подлокотники с такой силой, что в каком-то из потоков времени все старики стали младенцами. Его глаза горели ярче обычного, а вокруг него воздух дрожал от едва сдерживаемой силы. Мармелад сидел рядом, его хвост нервно подёргивался.

— Мне это не нравится, — Мармелад нарушил молчание, его голос был осторожным. — Совсем не нравится, босс. Особый гость на коронации? Почётное место рядом с королевской семьёй? Что они задумали?

— Я тоже не знаю, — Ка'азерот прорычал, его голос был низким и опасным. — Но если эльфы думают, что могут использовать мою дочь для своих целей, для политических игр или каких-то планов...

— Вы разрушите их королевство? — Мармелад закончил фразу с лёгкой усмешкой.

— Нет, — Ка'азерот покачал головой, его глаза сузились. — Разрушение было бы слишком милосердно. Я устрою им такой хаос, такой водоворот безумия и изменений, что они будут молить своего бога о простом уничтожении. Они пожалеют о дне, когда решили втянуть мою дочь в свои интриги.

Мармелад кивнул, понимая серьёзность намерений своего господина.

— Но, босс, возможно, они действительно желают ей добра? Она потомок их принца. Может, это просто дань уважения?

— Возможно, — Ка'азерот согласился, но его голос оставался подозрительным. — Но я не верю в простые совпадения. Эльфы живут тысячи лет, они мастера долгих планов и скрытых игр. Я буду наблюдать. Внимательно. И если хоть что-то пойдёт не так...

Он не закончил фразу, но Мармелад понял и без слов. Ка'азерот будет защищать свою дочь любой ценой. Даже если придётся уничтожить целое королевство. А значит, ему надо приложить все усилия, что бы Зельда не увидела эту сторону своего отца.

***

Ночь окутала эльфийский город, принеся с собой прохладу и тишину. Зельда лежала в своей роскошной постели, глядя в потолок, где магические кристаллы создавали имитацию звёздного неба. Её мысли метались между откровениями последних дней — отец, который оказался Богом Хаоса, друзья, которые приняли её несмотря ни на что, и загадочное приглашение на коронацию. Всё это было слишком много для одного дня, но она чувствовала странное спокойствие, словно буря внутри неё наконец утихла.

Мармелад спал у её ног, его тихое мурлыканье успокаивало. Пушинка устроилась на подушке рядом. Зельда закрыла глаза, чувствуя, как усталость наконец берёт своё, и медленно погрузилась в сон.

И оказалась в саду.

Знакомом, уютном месте, которое её отец создал специально для неё. Солнце светило мягко, не обжигая, цветы источали нежный аромат, а где-то вдали пели птицы. Зельда улыбнулась, чувствуя себя дома. И перед ней, как и ожидалось, появился он. Ка'азерот. Её отец.

На этот раз он не пытался выглядеть величественно или страшно. Просто высокая фигура с добрыми глазами, которые смотрели на неё с такой любовью, что у Зельды защемило сердце.

— Привет, папа, — она сказала, и это слово прозвучало так естественно, словно она говорила его всю жизнь.

Ка'азерот замер, его могучие плечи задрожали. Он опустился на колени перед ней, его глаза наполнились слезами — зрелище невероятное для Владыки Хаоса.

— Ты назвала меня... папой.

— А как ещё мне тебя называть? — Зельда улыбнулась, подходя и обнимая его. — Ты же мой отец. Мой папа.

Ка'азерот обнял её в ответ, крепко, но осторожно, словно боялся раздавить драгоценный хрупкий цветок. Они стояли так долго, просто обнимаясь, не нуждаясь в словах. Наконец он отпустил её и улыбнулся — настоящей, тёплой улыбкой.

— Присядем? Поговорим?

Они сели на мягкую траву под большим деревом, его ветви создавали уютную тень. Зельда повернулась к отцу, её глаза были полны вопросов.

— Мне нужно спросить тебя о многом. О том, что я не понимаю.

— Спрашивай, — Ка'азерот кивнул, его голос был мягким и терпеливым. — Я отвечу на всё, что захочешь узнать. Обещаю быть честным.

Зельда глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Почему ты оставил меня? Почему не пришёл раньше, когда мне было три года, пять лет, десять? Почему только сейчас?

Ка'азерот замолчал, его взгляд стал далёким, словно он смотрел в прошлое.

— Потому, что есть запреты для богов. Нам нельзя вмешиваться в дела смертных без особой необходимости. Есть пара исключений и методов обходить эти запреты, но они очень затратны даже для нас. А еще, потому что я боялся, Зельда. Боялся больше, чем когда-либо в своей вечной жизни. — Он повернулся к ней, его глаза были полны боли и сожаления. — Я Владыка Первозданного Хаоса и Разрушений. Моё присутствие... оно опасно. Особенно для ребёнка, для маленькой девочки, которая ещё не понимала, что такое сила и как её контролировать. Одно моё прикосновение могло изменить тебя, исказить твою природу, превратить в нечто... не человеческое. Я мог навредить тебе, просто находясь рядом.

Зельда слушала молча, её сердце сжималось от его слов.

— Но ты же мой отец...

— Именно поэтому, — Ка'азерот перебил мягко, но твёрдо. — Именно потому, что я твой отец, я хотел дать тебе нормальное детство. Без страха, без чудовищ под кроватью, без опасности, которая преследует каждого, кто связан со мной. Твоя бабушка, Агата... она была мудрой женщиной. Когда ты родилась, она не стала говорить тебе правду обо мне.

Он провёл рукой по траве, и цветы вокруг него начали меняться, принимая невероятные формы и цвета.

— Я не стал вмешиваться. Это было самое трудное решение в моей жизни. Я остался в стороне. Наблюдал издалека. Защищал тайно, когда нужно было. Посылал помощь через Мармелада. Но не вмешивался напрямую.

Зельда почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Ты наблюдал за мной всё это время?

— Каждый день, — Ка'азерот кивнул, его голос дрожал от эмоций. — Каждый час. Я видел, как ты делаешь первые шаги, говоришь первые слова. Как ты даёшь имя Мармеладу, когда тебе было три года. Как ты учишься магии с бабушкой. Как ты смеёшься, плачешь, растёшь. И каждый раз, когда ты улыбалась, моё сердце переполнялось гордостью и любовью. Ты была моей радостью, моим светом в темноте. Особенно я гордился, когда ты смогла призвать моих сильнейших генералов на день рождения. Они до сих пор вспоминают твой морковный торт. Жалко я так и не смог тебя тогда поздравить...

Зельда обняла его снова, теперь уже она утешала его.

— Я понимаю, папа. Я понимаю, почему ты это сделал. И я прощаю тебя.

Ка'азерот обнял её крепче, его слёзы падали на траву, где каждая капля превращалась в крошечный светящийся цветок.

— Спасибо, моя дочь. Спасибо.

Они сидели так ещё некоторое время, просто наслаждаясь близостью. Затем Зельда отстранилась и улыбнулась.

— А теперь расскажи мне о себе. Кто ты на самом деле? Что ты делаешь? Как выглядит твой мир?

Ка'азерот засмеялся, его смех был тёплым и искренним.

— О, это долгая история. С чего начать... — Он откинулся на траву, глядя в искусственное небо. — Я правлю множеством миров. Миров хаоса, где изменение и трансформация — это естественный порядок вещей. Там живут существа, которых смертные называют порождениями хаоса. Но они не злые,, а как ты написала недавно — своеобразные и непонятые. Просто другие.

Зельда легла рядом, слушая завороженно.

— А что ты делаешь каждый день?

— Разное, — Ка'азерот улыбнулся. — Иногда создаю новые миры, иногда разрушаю старые, мертвые миры. Иногда помогаю тем, кто просит о помощи. А иногда просто отдыхаю, наблюдая за тобой через магическое окно.

— Ты всё время наблюдал за мной? — Зельда покраснела. — Даже когда я делала что-то глупое?

— Особенно тогда, — Ка'азерот рассмеялся. — Ты была такой смешной. Помню, как ты в пять лет пыталась сварить зелье и случайно перекрасила весь дом в розовый цвет. Агата смеялась неделю.

Зельда застонала от смущения.

— Папа!

— Что? — он улыбался. — Это были прекрасные воспоминания.

Они проговорили всю ночь, переходя от темы к теме. Ка'азерот рассказывал истории о своих мирах, о порождениях хаоса, о Мармеладе и его пятитысячелетней жизни. Зельда рассказывала о своей жизни в академии, о друзьях, о магии. Они смеялись, шутили, просто наслаждались обществом друг друга.

Ка'азерот чувствовал себя счастливым как никогда. Четырнадцать лет он ждал этого момента. Четырнадцать лет наблюдал издалека, не смея приблизиться. И теперь, наконец, он разговаривал с дочерью. Слышал её голос, видел её улыбку, чувствовал её тепло.

— Папа, — Зельда вдруг сказала серьёзно. — Ты сказал, что можешь учить меня магии хаоса. Ты правда это сделаешь?

— Конечно, — Ка'азерот кивнул. — Каждую ночь, если захочешь. Я научу тебя контролировать свою силу, направлять её правильно, создавать чудеса вместо случайных овечек.

Зельда рассмеялась.

— Ты знаешь про овечек?

— Я знаю всё, — Ка'азерот подмигнул. — Я твой отец. Это моя обязанность — знать о твоих приключениях.

Они снова засмеялись, и сад вокруг них засиял ярче, словно отражая их радость. Время шло, но ни один из них не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Просто отец и дочь, которые наконец нашли друг друга после долгих лет разлуки.

И для Ка'азерота, Владыки Первозданного Хаоса и Разрушений, существа, которое видело рождение и гибель бесчисленных миров, это был самый счастливый момент в его вечной жизни.

***

Зельда проснулась с улыбкой на лице, когда первые лучи солнца пробились сквозь окно. Мармелад уже не спал, он сидел на подоконнике и смотрел на неё с довольной мордой.

— Хозяйка, ты светишься счастьем, — он сказал тепло.

— Я всю ночь разговаривала с папой, — Зельда призналась, садясь в кровати. — Он рассказывал мне о себе, о своих мирах. О том, почему не пришёл раньше. И я поняла его. Я простила его, Мармелад.

— Я рад за вас обоих, — Мармелад мурлыкнул, спрыгивая на кровать. — Босс долго ждал этого момента. Он очень любит тебя, хозяйка.

— Я знаю, — Зельда улыбнулась, гладя кота. — И я люблю его.Она встала, потянулась и подошла к окну. Эльфийский город просыпался, начиная новый день.

Где-то там, далеко в катакомбах под Академией Арканы, готовилась операция против некромантов.

Где-то её друзья просыпались, зная теперь её секрет и принимая её такой, какая она есть. А где-то, в недосягаемых глубинах реальности, её отец наблюдал за ней с любовью и гордостью.

Зельда улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди. Впереди её ждала коронация, тайны которой ещё предстояло раскрыть. Впереди были уроки магии с отцом каждую ночь. Впереди была целая жизнь, полная приключений, открытий и, что самое важное, любви.

У неё есть отец. Есть друзья. Есть будущее.

И это было всё, что ей нужно.

Вторник, смех и тени прошлого

Зельда расчесывала волосы, улыбаясь. Солнечный свет пробивался сквозь тонкие занавески, окрашивая комнату в тёплые золотистые тона. Мармелад сидел на подоконнике и умывался, методично вылизывая лапу. Пушинка спала свернувшись калачиком на краю кровати, её маленькое тельце выделялось среди подушек только лапками.

Зельда встала, положив расчёску, подбежала к шкафу и достала свою обычную студенческую форму — простую, удобную, без всяких эльфийских изысков и украшений. Служанки наверняка уже готовили ей очередной роскошный наряд, но сегодня ей хотелось быть собой, обычной студенткой, а не «особым гостем» или «потомком героя». Она быстро переоделась, накинула тёплый шарфик — тот самый, что подарил ей отец через Мармелада, — и тихонько выскользнула из комнаты, стараясь не привлекать внимания эльфиек-служанок, которые наверняка уже слонялись где-то поблизости с кучей планов на её утро.

Коридоры академии были ещё полупусты, только несколько ранних студентов шли по своим делам. Зельда почти бежала к столовой, её сердце билось от предвкушения. Она хотела увидеть друзей, поболтать о чём-то обычном, посмеяться. После всех откровений последних дней ей отчаянно нужна была простая, обычная жизнь.

В столовой уже сидели Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана и Лидия за их обычным столом у окна. Завтрак был традиционно богатым — эльфийские повара не экономили ни на чём. Круассаны, свежие фрукты, сыры, мёд, яйца, соки. Мармелад увидел своё блюдце с лососем и икрой, устроился рядом с Зельдой и принялся за еду с довольным мурчанием.

— Зельда! — Лидия первой заметила её и помахала рукой. — Мы думали, ты будешь завтракать в своих императорских апартаментах с королевским сервизом!

Зельда рассмеялась, плюхаясь на скамейку рядом с Томасом и сразу же хватая круассан.

— Ни за что! Я соскучилась по нормальной еде и нормальной компании! — Она была так голодна, что откусила большой кусок, её щеки раздулись, и когда она попыталась что-то сказать, получилось только невнятное бормотание.

Друзья засмеялись. Томас похлопал её по спине.

— Не торопись, у нас есть время.

Зельда прожевала, проглотила и снова улыбнулась.

— Извините! Просто так голодна! И так рада вас видеть! — Она схватила ещё один круассан, макнула его в мёд и снова начала говорить с набитым ртом. — Вы не поверите, какой был вчера вечер! Я разговаривала с папой, и он рассказывал мне столько всего! О своих мирах, о том, как он...

— Зельда, — Ариана перебила с улыбкой. — Может, сначала доешь?

— Нет-нет, это так интересно! — Зельда замахала руками, всё ещё жуя. — Он сказал, что в некоторых его мирах время течёт по-другому! И что там живут существа, которые могут менять форму по желанию! И ещё он...

Дрейвен рассмеялся.

— Зельда, ты вся в крошках.

Зельда смахнула крошки с подбородка, не переставая болтать.

— А ещё он сказал, что научит меня создавать новые миры, когда я подрасту! Настоящие, живые миры! Представляете?

Седвик улыбнулся, наливая ей сок.

— Мы рады, что ты счастлива. Правда.

Томас кивнул.

— Ты буквально светишься изнутри. Это приятно видеть.

Зельда почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза от благодарности, но быстро моргнула их.

— Спасибо. Спасибо, что вы рядом. — Она снова откусила круассан и продолжила с набитым ртом. — А вы знаете, что на следующей неделе коронация? Меня пригласили как особого гостя! Не знаю, кого коронуют, но...

Друзья слушали, смеялись, подкалывали её, и Зельда чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Это было именно то, что ей нужно — простая дружба, простой завтрак, простые шутки.

***

Ка'азерот наблюдал через магическое окно, его лицо было искажено беспокойством.

— Она говорит с набитым ртом! — он воскликнул, вскакивая с трона. — Она подавится! Она...

Мармелад, сидевший рядом с собственной тарелкой лосося, поднял голову и с набитым ртом невнятно проговорил.

— Вофф фффо нофффмально, вофффс.

Ка'азерот уставился на него.

— Что?!

Мармелад прожевал, проглотил и повторил с достоинством.

— Босс, это нормально. Она весела, счастливая. Пусть наслаждается жизнью.

— Но она может подавиться! — Ка'азерот запротестовал, его руки сжались в кулаки. — Крошки могут попасть не в то горло! Она может...

Мармелад снова набил рот икрой и ответил, брызгая крошечными икринками.

— Вофффс фффефффеживаффффте.

— Не разговаривай с набитым ртом! — рявкнул Ка'азерот.

Мармелад невозмутимо проглотил. — Видите? Я жив. Ваша дочь тоже будет жива. Это просто завтрак, босс. Обычный завтрак с друзьями.

Ка'азерот опустился обратно на трон, но его взгляд не отрывался от окна.

— Но что если...

— Босс, — Мармелад перебил твёрдо. — Дышите, хотя бы метафорически. Она в безопасности. Друзья рядом. Всё хорошо.

Ка'азерот медленно выдохнул, но беспокойство не покидало его. — Хорошо. Хорошо. Просто... я волнуюсь.

— В первый раз, что ли? — Мармелад усмехнулся, возвращаясь к своему лососю.

***

После завтрака студенты направились в большой лекционный зал, где должно было пройти особое занятие. Слухи об этом уроке распространялись по академии с утра — сама ректор Элирия будет вести лекцию о различиях в магии людей и эльфов. Это было редкостью, обычно ректор занималась административными делами и не преподавала напрямую.

Зал был огромным, с высокими потолками, украшенными магическими кристаллами, которые мягко светились, создавая идеальное освещение. Ряды скамеек были заполнены студентами — и людьми, и эльфами, все с нетерпением ждали начала. Зельда села рядом с друзьями в третьем ряду, её сердце беспокойно билось от любопытства.

Ректор Элирия вошла величественно, её серебристые волосы были собраны в сложную причёску, а мантия переливалась всеми оттенками лунного света. Она встала перед аудиторией, окинула всех взглядом и улыбнулась.

— Добро пожаловать, — её голос был мягким, но каждое слово звучало чётко и ясно. — На фоне недавних событий, сегодня мы поговорим о фундаментальных различиях между магией людей и магией эльфов. Это важная тема, которая поможет вам лучше понять не только друг друга, но и самих себя.

Она взмахнула рукой, и в воздухе появились две светящиеся фигуры — одна напоминала человека, другая эльфа. Вокруг них вились потоки магии, но они двигались по-разному.

— Люди, — Элирия начала, указывая на человеческую фигуру, — ближе к хаосу по своей природе. Это не означает, что их заклинания опасны или неконтролируемы. Это означает, что их магия течёт иначе. Она более мощная, более спонтанная, более... своенравная. — Магия вокруг человеческой фигуры вспыхнула ярко, создавая невероятные формы и цвета. — Человеческие маги способны на невероятные всплески силы, на трансформации, на творение. Но эта сила требует строгого контроля, иначе она может выйти из-под управления.

Студенты-люди переглянулись с гордостью, некоторые поглядывали на Зельду, которая почувствовала, как её щёки горят — она вспомнила случай с овечками. Её собственная магия была именно такой — мощной, непредсказуемой, живой. Это обсуждала с ней ректор в прошлый раз.

— Эльфы, — Элирия продолжила, указывая на вторую фигуру, — ближе к порядку. Наша магия течёт плавно, стабильно, точно. Мы можем создавать сложнейшие плетения, узоры, структуры, которые держатся веками. — Магия вокруг эльфийской фигуры образовала идеальные геометрические узоры, переплетающиеся в невероятной красоте. — Но мы жертвуем мощностью ради стабильности. Наши заклинания редко бывают сильнее средних человеческих, но они надёжны и долговечны.

Она развела руками, и обе фигуры слились в одну, их магия переплелась.

— Ни один подход не лучше другого. Они просто разные. И понимание этих различий — ключ к сотрудничеству и взаимному уважению.

Всё это время Элирия то и дело бросала взгляды на Зельду. Не откровенно, не навязчиво, но достаточно часто, чтобы Зельда это заметила. Каждый раз, когда ректор говорила о силе хаоса, о мощи человеческой магии, о непредсказуемости — она смотрела на Зельду. Не осуждающе, а скорее... с интересом? С ожиданием?

Зельда съёжилась на своём месте, чувствуя себя неловко. Томас заметил это и шепнул.

— Она всё время смотрит на тебя.

— Я знаю, — Зельда прошептала в ответ. — И это странно. Почему?

Лидия наклонилась. — Может, потому что ты продемонстрировала магию творения? Это редкость.

— Или потому что ты особый гость на коронации, — добавил Седвик тихо.

Зельда не знала, что думать. Ректор продолжала лекцию, показывая примеры заклинаний как в человеческом варианте плетения, так и в эльфиском, объясняя теорию, но её взгляд снова и снова возвращался к Зельде. К концу урока девочка чувствовала себя как под микроскопом.

Когда лекция закончилась и студенты начали расходиться, Элирия окликнула.

— Мисс Зельда, останьтесь на минутку, пожалуйста.

Друзья переглянулись. Томас сжал её плечо ободряюще.

— Мы подождём тебя снаружи.

Зельда кивнула и подошла к ректору, её сердце забилось быстрее. Элирия улыбнулась тепло.

— Не волнуйся, дитя. Я просто хотела попросить тебя не убегать от слуг. Они подготовили тебе сегодня очень хорошее платье, которое помогло бы тебе в контроле твоей магии.

Зельда медленно кивнула.

— Я... я постараюсь

— Спасибо, — Элирия положила руку ей на плечо. — Ты достойная внучка... Агаты. У тебя есть её сила и характер. Просто позволь нам отдать должное потомку нашего героя.

Зельда поблагодарила, задумавшись, очему ректор запнулась? Словно хотела сказать что-то другое... Почему ректор так пристально на неё смотрела? Что она имела в виду под «должное»? И почему это всё кажется таким значимым? С этими мыслями она вышла из зала.

***

Тем временем, далеко от эльфийского города, в подземных катакомбах Люминарской Академии Арканы, разворачивалась совсем другая история.

Гарольд Железный Коготь стоял посреди разрушенного коридора, тяжело дыша. Его доспехи были покрыты царапинами и вмятинами, но святой нимб над его головой всё ещё слабо светился. Вокруг него лежали останки последнего рыцаря смерти — груда праха и осколков доспехов. Паладины за его спиной опустили оружие, их лица выражали облегчение и усталость.

— Кажется всё, — выдохнул командор Альрик, вытирая пот со лба. — Мы уничтожили последнего рыцаря смерти за этими воротами.

Моргана подошла, осматривая останки.

— Три рыцаря за три часа. Это впечатляющий результат. — Она посмотрела на Гарольда с уважением. — Вы сделали хорошую работу, командор.

Гарольд кивнул устало.

— Но некроманты всё ещё здесь. Где-то глубже. Мы должны найти их.

Варилий, стоявший позади с группой магов, нахмурился.

— Согласен. Но мои маги истощены. Ваши паладины тоже. Нам нужен отдых.

— Тогда мы отдохнём, — Гарольд согласился. — Но завтра продолжим. Не остановимся, пока не зачистим весь лабиринт.

Они начали отступать, оставляя охрану у входа в глубинные туннели. Но никто из них не заметил, что в самых дальних, тёмных коридорах, куда не доходил свет их факелов, что-то шевелилось.

***

В логове некромантов царила паника.

Дариус с горящими от страха глазами, метался по каменной комнате, его руки дрожали.

— Они уничтожили всех рыцарей! Всех! Как это возможно?! Мы буквально потеряли бюджет целого королевства!

Старший некромант, помощник Дариуса, худой человек с мертвенно-бледной кожей по имени Морвен, сидел за столом, заваленным свитками и артефактами.

— Святой нимб. Я не ожидал, что церковь пришлёт такого бойца. — Его голос был холодным, но в нём чувствовалась тревога.

— Что мы будем делать?! — Дариус схватил его за плечо. — Они доберутся до нас! Они...

— Успокойся, — Морвен оттолкнул его руку. — У нас ещё есть время. Ритуал почти готов. Это будет хороший удар по всем.

— Но если они найдут нас раньше...

— Они не найдут, — Морвен встал, его глаза горели зелёным светом. — Потому что у нас есть защита. Ты забыл?

Дариус замолчал, его взгляд метнулся к дальней стене логова, где висел тяжёлый занавес. За ним что-то двигалось. Что-то большое. Что-то древнее.

— Оно проснулось? — прошептал Дариус.

— Да, — Морвен улыбнулся холодно, поднимая ржавую табличку на цепочке. — Древний страж лабиринта. Он защитит нас, пока у нас эта табличка. И если паладины попытаются сюда войти... они пожалеют об этом.

Из-за занавеса донеслось низкое рычание, от которого задрожали стены. Дариус отступил, холодный пот струился по его спине. Что бы это ни было, оно было чем-то ужасным. Чем-то, что не должно было пробуждаться.

Но некроманты были отчаянными людьми. И отчаянные люди идут на отчаянные меры.

***

После обеда Зельда и её друзья направились на урок зоологии, который проходил на специальном огороженном лугу за пределами основного здания академии. Это был один из любимых уроков всех студентов — возможность увидеть и поработать с магическими существами живьём.

Сегодня профессор, пожилой эльф с добрыми глазами по имени Талариан, привёл настоящих единорогов и пегаса. Студенты ахнули хором, когда увидели этих величественных созданий.

Три единорога паслись на траве, их белоснежные шкуры переливались на солнце, а спиральные рога блестели как серебро. Они были грациозными, изящными, и от них исходило ощущение чистоты и магии. Пегас, огромный крылатый конь с белоснежными перьями, стоял чуть поодаль, его крылья были сложены, но время от времени он расправлял их, демонстрируя невероятный размах.

— Единороги, — профессор Талариан начал лекцию, — существа порядка и чистоты. Они не переносят зло или ложь. Подходить к ним могут только те, у кого чистое сердце и добрые намерения.

Зельда слушала завороженно. Она медленно подошла к одному из единорогов, протянув руку. Единорог повернул голову, его огромные тёмные глаза посмотрели прямо в её душу. На мгновение Зельда испугалась — а вдруг он почувствует хаос в её магии и отвернётся?

Но единорог мягко ткнулся мордой в её ладонь, позволяя себя погладить. Зельда улыбнулась, чувствуя тёплую, успокаивающую энергию, исходящую от него.

— Он принял тебя, — Томас сказал тихо, стоя рядом. — Это хороший знак.

Зельда кивнула, гладя шелковистую шерсть единорога. — Он такой красивый.

Пегас же оказался более строптивым. Он не подпускал к себе большинство студентов, только фыркал и отходил. Но когда подошла Ариана, он позволил ей прикоснуться к своим крыльям. Профессор объяснил, что пегасы чаще всего выбирают тех, кто мечтает о небе, о свободе.

Урок прошёл в атмосфере радости и удивления. Студенты гладили единорогов, наблюдали за пегасом, задавали вопросы. Зельда чувствовала себя счастливой среди магических существ и друзей.

***

Вечер в тронном зале Ка'азерота был совсем не таким беззаботным.

Ка'азерот сидел на троне, его лицо было мрачным. Мармелад лежал рядом, но его обычное спокойствие было нарушено. Они молчали долго, оба погружённые в тяжёлые мысли.

— Босс, — Мармелад наконец нарушил тишину. — Она рано или поздно спросит. О своей матери.

Ка'азерот сжал подлокотники трона.

— Я понимаю.

— И что вы ей скажете?

Ка'азерот закрыл глаза.

— Не знаю, Мармелад. Как мне сказать ей, что я не знаю, где её мать? Что Атрисия исчезла в момент рождения Зельды? Что я искал четырнадцать лет и не нашёл ни следа?

Мармелад поднял голову.

— Вы думаете, она жива?

— Я не знаю, — Ка'азерот признался, его голос был полон боли. — Я обыскал все миры хаоса и порядка. Все параллельные реальности, до которых мог дотянуться. Ничего. Будто она... исчезла из существования.

— Может, другие боги вмешались? — Мармелад предположил осторожно.

— Возможно, — Ка'азерот кивнул. — Но тогда почему они не скажут мне? Почему скрывают? Для чего им мать моей дочки?

Мармелад вздохнул.

— Что вы скажете Зельде, когда она спросит?

Ка'азерот открыл глаза, в них читалась решимость.

— Правду. Что её мать исчезла. Что я ищу её до сих пор. Что я не остановлюсь, пока не найду ответы.

— Я знаю, босс, — сказал мягко Мармелад, успокаивая Ка'азерота.

Ка'азерот опустился обратно на трон, его плечи поникли.

— Я скучаю по Атрисии и мне очень больно без неё. — Он посмотрел на магическое окно, где Зельда смеялась с друзьями. — Моя девочка заслуживает быть счастливой.

— Но правда всплывёт, — Мармелад сказал тихо. — Рано или поздно.

— Тогда я буду рядом, — Ка'азерот пообещал. — Чтобы поддержать её. Чтобы сказать, что я люблю её. Что она не одна.

Они снова замолчали, каждый погружённый в свои мысли. Тайна исчезновения Атрисии висела над ними тяжёлым грузом. И оба знали, что рано или поздно Зельда спросит об этом.

Какой бы болезненной правда ни была, но им придётся открыть её Зельде.

***

Ночь опустилась на эльфийский город, и Зельда легла спать с предвкушением. Сегодня будет её первый настоящий урок магии с отцом. Не просто разговор, а реальное обучение. Она закрыла глаза и почти мгновенно оказалась в саду.

Ка'азерот уже ждал её, но Зельда не сразу его узнала. Он выглядел... мягче? Его обычно острые рога были... странными? Буквально выглядели как часть какой-то мягкой, пушистой игрушки, как будто кто-то пришил к его голове часть плюшевой игрушки. Его когти тоже были обёрнуты мягкими повязками.

Зельда моргнула.

— Папа? Что с твоими рогами?

Ка'азерот покраснел — зрелище невероятное для Владыки Хаоса.

— Я... э... не хотел случайно тебя поранить. Во время урока. Знаешь, магия может быть непредсказуемой, и если ты вдруг потеряешь равновесие и упадёшь на меня, то мои рога... э...

Зельда засмеялась.

— Папа, ты сделал свои рога ватными?

— Это не вата! — Ка'азерот запротестовал с достоинством. — Это специальный магически усиленный защитный материал!

— Который выглядит как плюшевая игрушка, — Зельда хихикала.

Ка'азерот вздохнул, но улыбнулся.

— Хорошо, да, это вата. Но я волнуюсь! Это твой первый урок со мной, и я не хочу, чтобы что-то пошло не так!

Зельда подошла и обняла его.

— Ты лучший папа на свете. Даже с ватными рогами.

Ка'азерот обнял её в ответ, чувствуя, как тепло разливается в его груди.

— Ладно, начнём урок. Сегодня мы будем работать над базовым контролем. Ты должна научиться чувствовать свою магию, направлять её, останавливать по желанию. Да, тебя учили многому, но для твоего источника это не совсем верный подход.

Они сели на траву лицом друг к другу. Ка'азерот взял её руки в свои.

— Закрой глаза. Почувствуй магию внутри себя. Она там, как но не как река, ведь река ограничена руслом. Твоя магия течёт, движется, живёт, она не имеет границ, попытки удержать ее — попытка для простого смертного удержать гору одним мизинцем.

Зельда закрыла глаза и сосредоточилась. И правда, она почувствовала это — бушующую энергию, бурлящий вулкан внутри, готовый вырваться наружу в любой момент.

— Хорошо, — Ка'азерот продолжал мягко. — Теперь попробуй направить её. Но не кран и не труба, это не для нас. Позови ее, попроси помочь. Она никогда не откажет тебе.

Зельда попыталась. Магия потекла, но слишком быстро, по её мнению, слишком мощно. Она попыталась остановить ее и трава вокруг них внезапно взорвалась цветами — розами, лилиями, ромашками, одуванчиками, всё вперемешку в хаотичном буйстве красок.

— Ой! — Зельда открыла глаза, испуганно. — Прости! Я не хотела!

Ка'азерот засмеялся, но это был не смех разочарования, а тёплый, гордый смех.

— Не извиняйся! Это прекрасно! Ты создала жизнь! Во сне. — Он сорвал одну розу и понюхал. — Настоящая роза. С запахом. С шипами. Ты молодец.

— Но я не контролировала, — Зельда возразила расстроенно.

— Не пытайся контролировать свою магию. Просто дай ей тот образ, который ты хочешь получить. Понимание придёт с практикой, — Ка'азерот успокоил её. — А то, что ты сделала — это основа магии творения. Ты взяла свою силу и дала ей форму. Это первый шаг. — Он погладил её по голове. — Давай попробуем снова. На этот раз просто представь, чего ты хочешь. И дай силе выполнить твою волю. Не ограничивай ее, она стремится воплотить твое желание как можно скорее.

Зельда кивнула, снова закрыв глаза. Она сосредоточилась, представляя овечку с золотой шерстью. Магия потекла бурно, словно цунами. Один из цветков в траве резко стал меняться, увеличиваясь в размере. Зельде стоило больших усилий не начать тормозить свою Ману, боясь вспышки магии.

— Да! — Ка'азерот воскликнул тихо, стараясь не спугнуть её концентрацию. — Именно так! Продолжай!

Зельда отпустила поток магии, цветок рос, покрываясь золотой шерстью. Когда он полностью покрылся золотым руном, у него появилась голова овечки, ножки и хвостик. И вот, на поляне стояла овечка, флегматично жующая травку.

— Я сделала это, — она прошептала с восторгом. — Я правда это сделала!

— Ты сделала, — Ка'азерот подтвердил, его голос дрожал от гордости. — Моя умница. Моя талантливая дочь.

Зельда бросилась к нему в объятия, смеясь от радости.

— Спасибо, папа! Спасибо, что учишь меня!

Ка'азерот крепко обнял её , его ватные рога мягко ткнулись в её щёку, заставив обоих рассмеяться.

— Я всегда буду рядом, чтобы учить, поддерживать и защищать тебя. Всегда.

Они продолжили урок, меняя заклинания снова и снова. Иногда получалось хорошо, иногда Зельда пугалась, начиная ограничивать магию и создавала что-то неожиданное — один раз Зельда снова испугалась собственного порыва магии и инстинктивно попыталась его «заглушить». Вместо четкого образа она послала смешанный сигнал: «что-то маленькое, типа мышки, чтобы могло защищаться и искать защиту (на ум ей пришел краб) и чтобы могло улететь. Хаос воплотил это буквально, превратив камень в маленькую взъерошенную мышь-краба, которая тут же улетела, используя мушиные крылья, которые заменяли ей уши. Ка'азерот засмеялся,он не ругал, не критиковал. Он просто мягко направлял, подбадривал, хвалил каждый маленький прогресс.

К концу урока Зельда была усталой, но невероятно счастливой. Она лежала на траве рядом с отцом, окружённая созданными ею цветами, и смотрела в искусственное небо сада.

— Папа, — она сказала тихо. — Ты лучший учитель.

— А ты лучшая ученица, — Ка'азерот ответил, гладя её волосы. — И лучшая дочь. Хотя твои учителя не виноваты, с твоим источником почти никто не сталкивался.

Зельда повернулась к нему, её глаза блестели.

— Я так рада, что ты в моей жизни. Что ты нашёл способ быть со мной.

Ка'азерот почувствовал, как комок подступает к горлу.

— Я тоже, солнышко. Я тоже.

Они лежали так ещё долго, просто наслаждаясь присутствием друг друга. Сад вокруг них цвёл от магии Зельды, воздух был наполнен ароматом цветов. И в этот момент Ка'азерот понял, что несмотря на все свои страхи, на всё беспокойство, на все тысячелетия одиночества — он нашёл то, что искал.

Он нашёл счастье. В улыбке своей дочери. В её смехе. В том, как она смотрела на него с доверием и любовью.

И никакие силы во вселенной не смогут отнять это у него.

***

Зельда проснулась с улыбкой. Мармелад, наблюдавший за ней, мурлыкал довольно.

— Хозяйка, урок прошёл хорошо?

— Прекрасно! — Зельда призналась, обнимая подушку. — Папа такой терпеливый! И заботливый! И он сделал свои рога ватными, чтобы случайно меня не поранить!

Мармелад фыркнул от смеха. — Это очень похоже на босса.

— Он волнуется обо мне, — Зельда сказала мягко. — Так сильно волнуется. Но это... это приятно. Знать, что кому-то не всё равно.

— Ему не просто не всё равно, — Мармелад поправил. — Он любит тебя больше жизни, хозяйка. Больше собственной силы.

Зельда почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Я тоже поняла, что люблю его, Мармелад. Я так скучала по бабушке, думая что я последняя в своей семье. Даже дедушка Варилий не дал мне столько теплоты и спокойствия, как папа.

— Я знаю, — Мармелад мурлыкнул, прыгая к ней на кровать и устраиваясь рядом. — И он знает. И это всё, что имеет значение.

Зельда обняла кота, прижимая его к груди. Впереди была среда, новый день занятий, новые приключения. Но теперь она чувствовала себя увереннее. Сильнее. Потому что у неё был отец, который верил в неё. Который учил её. Который любил её несмотря ни на что. И этого было достаточно, чтобы справиться с чем угодно.

Клятва и похищение

Зельда решила сегодня не убегать от служанок. Солнце уже поднялось над горизонтом, заливая комнату золотистым светом, но что-то внутри неё шептало, что сегодняшний день будет непростым.

Мармелад умывался на подоконнике, свернувшись клубком, его рыжая шерсть переливалась на солнце. Пушинка копошилась на кровати, пытаясь свить что-то типа гнезда-крепости из подушек. Зельда улыбнулась, глядя на них, и на мгновение тревога отступила.

Она посмотрела на свои фиолетовые волосы, которые стали такими еще в четыре года, когда она в тайне от бабушки попыталась сварить мыло для волос. Только вот эффект превзошёл все ожидания. Волосы с тех пор всегда были чистыми, но цвет навсегда стал фиолетовым.

Внезапно раздавшийся стук в дверь удивил ее. Это бы не мягкий стук слуг и не решительные удары Томаса или Дрейвена. Что-то заискивающее и при этом требовательное.

Зельда одела мантию поверх ночнушки и подошла к двери.

— Кто там?

— Госпожа, прошу вас, откройте, я скромный слуга бога Эллувиара Сильвэриона.

Зельда удивлённо открыла дверь, под неодобрительный взгляд Мармелада.

— Я принес древний свиток с речью, которую вы должны будете произнести во время коронации, — жрец поклонился и протянул ей свиток в потрескавшемся тубусе, после чего развернулся и бесшумно ушёл.

Зельда развернула свиток и снова попыталась прочитать.

Буквы были красивыми, изящными, но совершенно непонятными. Язык был древним, архаичным, ничего общего с современным эльфийским, который она немного изучала в академии. Зельда вздохнула, отложив свиток.

— Как я должна выучить то, чего не понимаю? — пробормотала она себе под нос.

Мармелад подошедший поближе, сказал:

— Хозяйка, не пытайся читать свитки, чье содержимое тебе не понятно.

Зельда молча кивнула, бросила свиток в одежду на кресле. В этот же момент в дверь постучали служанки. Они одели Зельду в роскошное, но не сильно броское бирюзовое платье, завили ее волосы и вдели в них диадему из серебра. Поверх платья Зельда одела папин шарф. Тёплый, мягкий с переливающимся узором, он всегда успокаивал её, напоминая о том, что отец где-то рядом, наблюдает, заботится.

— Пойдём завтракать, — сказала она Мармеладу. — Мы будем есть в общей столовой.

Мармелад спрыгнул с подоконника, потянулся и последовал за ней к двери, а служанки молча, улыбаясь, поклонились.

***

Столовая была полна студентов, шум разговоров и звон посуды наполняли пространство. Зельда огляделась и увидела своих друзей за их обычным столом у окна. Дрейвен, Томас, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус уже завтракали, что-то оживлённо обсуждая.

— Зельда! — Лидия помахала рукой. — Иди к нам!

Зельда улыбнулась и направилась к ним, Мармелад семенил следом. На столе их уже ждали тарелки с круассанами, фруктами, сыром и мёдом. Для Мармелада, как всегда, стояло блюдце с лососем и икрой — эльфийские повара, похоже, запомнили его предпочтения.

Зельда плюхнулась на скамейку рядом с Томасом. — А вы не поверите, что мне сегодня дали!

— Что? — Ариана наклонилась с интересом.

— Свиток с каким-то текстом, — ответила Зельда кусая круасан. — На древнеэльфийском! Я должна выучить его наизусть для коронации!

— Древнеэльфийском? — Бориус нахмурился. — Это очень редкий язык. Даже моя бабушка его знает не полностью.

— Вот именно! — Зельда воскликнула, снова жуя. — Я не понимаю ни слова! Как я должна это учить?!

Мармелад, устроившийся рядом с блюдцем лосося, поднял голову.

— Хозяйка, я могу поискать информацию в архиве. Древнеэльфийский — это конечно не мой профиль. Но тут наверняка есть переводы этого свитка.

Зельда повернулась к нему с благодарностью.

— Правда? Ты поможешь?

— Конечно, — Мармелад кивнул, облизывая лапу. — Пойду после завтрака. В королевском архиве должны быть словари, тексты и переводы.

— Спасибо, Мармелад! — Зельда обняла его, не обращая внимания на то, что он был весь в икре и рыбе.

Кот фыркнул, но позволил себя обнять.

***

Ка'азерот беседовал с Мармеладом:

— Ты точно не знаешь перевод?

— Единственный язык, который я не знаю в письменном виде, — фыркнул Мармелад. — Столь причудливое плетение слов и смыслов в одной строчке, верх издевательства от эльфов.

— Хорошо, но будь осторожен.

— Да, босс.

***

После завтрака студенты направились на первый урок дня — лекцию по магической теории в большом зале. Преподаватель, пожилой эльф по имени Талиндор, был известен своей справедливостью и спокойным нравом. Но сегодня в зале присутствовали не только обычные студенты.

В задних рядах сидела группа молодых эльфов-аристократов из знатных семей. Их учитель уехал по просьбе ректора и их оставили с обычным студентами. Эти эльфы были похожи на тех, которые приезжали в Люминарскую Академию Арканы — одежда была слишком роскошной, манеры слишком высокомерными.

Зельда заметила их сразу, как только вошла в зал, и почувствовала, как их взгляды следуют за ней.

Она села рядом с Дрейвеном, Томасом, Седвиком и остальными друзьями в третьем ряду. Профессор Талиндор начал лекцию о различиях в подходах к плетению заклинаний исцеления, но Зельда чувствовала, как аристократы за её спиной перешёптываются.

— Слышали? — донёсся громкий шёпот, явно рассчитанный на то, чтобы его услышали. — Обычная человеческая девочка получила статус особого гостя коронации.

— Да, невероятно, — ответил другой голос с показной вежливостью. — Такую честь обычно дают героям, королям, великим магам...

— А её дали... кому? Человеку? Без каких-либо заслуг? — третий голос добавил с насмешкой.

Зельда почувствовала, как краска заливает её щёки. Томас рядом сжал кулаки, его челюсть напряглась. Дрейвен положил руку на рукоятку меча.

— Это позор для королевства, — первый голос продолжил. — Наши предки должны проклинать нас из вечного леса.

Зельда попыталась сосредоточиться на лекции, но слова аристократов жгли как огонь. Профессор Талиндор, похоже, тоже слышал перешёптывания, но продолжал говорить, делая вид, что ничего не замечает.

— Простите, — один из аристократов встал, обращаясь к профессору. — Могу я задать вопрос мисс Зельде?

Талиндор нахмурился, но нехотя кивнул.

— Если вопрос относится к теме урока.

Аристократ повернулся к Зельде с улыбкой, которая не достигала глаз.

— Мисс Зельда, скажите, пожалуйста, какие ваши заслуги принесли вам столь высокую честь?

Зал замер. Все студенты повернулись к Зельде.

Зельда медленно встала, её сердце билось быстро, но она заставила себя говорить спокойно.

— Я не знаю, почему меня выбрали. Это решение вашего государства, не моё.

— Конечно, вы не знаете, — аристократ кивнул с показным сочувствием. — Потому что заслуг нет. Может, это политика? Жалость к людям? Или кто-то решил опозорить нашу корону?

Смешки раздались среди других аристократов.

Зельда почувствовала, как гнев поднимается внутри неё. Её магия начала пульсировать, реагируя на эмоции.

— Хватит, — Томас встал рядом с ней. — Зельда не должна оправдываться перед вами.

— О, защитничек, судя по всему из простолюдинов, — другой аристократ усмехнулся. — Как трогательно. Скажите, друзья, вы тоже считаете, что люди заслуживают таких почестей?

— Я считаю, что вы грубы и невоспитанны, как болотный гоблин! — парировал холодно Томас.

Аристократ побледнел от оскорбления, но прежде чем он успел ответить, Зельда заговорила. Её голос был тихим, но каждый в зале услышал его отчётливо.

— Вы говорите, что эльфы благородны. Что вы не можете лгать.

Аристократ выпрямился.

— Именно. Эльфы говорят только правду.

— Тогда, — Зельда подняла руку, и её магия вспыхнула — мягкая, но ощутимая волна силы прокатилась по залу, — говорите честно.

Она не знала точно, что делает. Магия текла инстинктивно, находя естественную особенность эльфов не врать и усиливая её. Аристократы вздрогнули, почувствовав, как невидимые нити обвили их, заставляя говорить только правду, не позволяя недоговаривать или уклоняться.

— Вы действительно считаете меня недостойной этой чести? — Зельда спросила, глядя прямо в глаза первому аристократу.

Тот попытался промолчать, но слова вырвались помимо его воли.

— Да. Считаю.

— Или вы просто завидуете? — Зельда продолжила. — Вы сами хотели быть особыми гостями?

Второй аристократ покраснел, его рот открылся, и он не смог остановить слова.

— Мы... да. Мы должны были быть там. Не какая-то человеческая девчонка с героической бабушкой!

— Вы считаете себя лучше меня только потому, что вы эльфы? — Зельда спросила холодно.

Третий аристократ попытался сдержаться, но магия была сильнее.

— Да! Мы высшая раса! Мы перворожденные! Мы живём сотни лет! Мы совершенны!

Класс замер в шоке. Профессор Талиндор встал, его лицо побелело.

— Довольно!

Но Зельда ещё не закончила.

— Значит, всё, что вы говорили про благородство, про честь, про уважение — это ложь? Вы просто высокомерные, завистливые дети, которые обижаются, когда им не достаётся игрушка?

Первый аристократ попытался возразить, но слова продолжали литься.

— Мы не хотим это говорить! Мы не... да! Да, мы завидуем! Мы злимся! Мы считаем людей низшими! Остановите это!

Зельда села, выдохнув воздух, магия спала. Аристократы тяжело дышали, их лица горели от стыда и ярости. Заклинание кончилось, но последствия остались — в течение всего дня они не смогут врать или недоговаривать. Каждое слово будет правдой, хотят они того или нет.

— Идите, — сказал тихо Талиндор. — И в следующий раз подумайте, прежде чем судить других по происхождению.

Аристократы, красные от унижения, поспешно покинули зал. Остальные студенты смотрели на Зельду с изумлением и уважением.

Профессор Талиндор подошёл к ней. Его лицо было строгим, но в глазах читалось нечто похожее на одобрение.

— Мисс Зельда, я не могу одобрить ваших методов. Использование магии против других студентов...

— Во-первых, они сами начали оскорблять меня, — Зельда перебила тихо. — Во-вторых, они оскорбили вашу корону.

Талиндор вздохнул.

— Тем не менее... — Он помолчал, потом добавил мягче. — Вы защитили свою честь. И честь своих друзей и короны. Я... понимаю, почему вы так поступили. — Он посмотрел на класс. — Урок окончен. Все свободны.

Студенты начали расходиться, многие студенты Арканы подходили к Зельде, чтобы пожать руку или похлопать по плечу. Бориус подошёл с улыбкой.

— Это было потрясающе. Они заслужили каждое слово.

Ариана кивнула.

— Спасибо, Зельда. Они позорят всех эльфов своим поведением.

Томас обнял её за плечи.

— Ты была великолепна.

Дрейвен просто молча ее обнял.

Зельда улыбнулась слабо, но внутри всё ещё кипел гнев. И тревога. Что если это создаст ей ещё больше проблем?

***

В тронном зале Ка'азерот наблюдал за всей сценой, и его лицо выражало смесь гордости и беспокойства.

— Моя девочка постояла за себя, — он сказал с восхищением. — Заставила их говорить правду. Умно. Эффективно.

Мармелад кивнул, облизывая лапу.

— Хозяйка учится быстро. Но это привлечёт внимание.

— Да, — Ка'азерот нахмурился. — Аристократы не простят такого унижения. Они будут мстить.

— Или попытаются, — Мармелад усмехнулся. — Но я сомневаюсь, что у них получится.

Ка'азерот посмотрел на кота.

— Ты собираешься в архив?

— Да, — Мармелад встал, потягиваясь. — Нужно узнать, что за свиток дали хозяйке. Древнеэльфийский — это серьёзно. Если это не просто традиционная клятва гостя...

— Будь осторожен, — Ка'азерот предупредил. — Если они дали ей свиток, значит, у них есть причина.

— Буду, босс, — Мармелад лениво кивнул.

***

Королевский архив был огромным — многоярусная библиотека с бесконечными рядами полок, заполненных древними свитками, книгами в кожаных переплётах и магическими артефактами. Свет проникал через высокие окна, создавая игру теней между стеллажами.

Мармелад крался в одном из дальних углов, где хранились самые старые тексты. Он был рад своему виду рыжего кота, на него мало кто обращал внимание. Дойдя до подходящих шкафов он начал обнюхивать и осматривать полки, ища нужный раздел.

— Древнеэльфийский... ритуальные тексты... церемонии коронации... — он бормотал себе под нос.

Наконец, он нашёл толстый том в потрескавшемся кожаном переплёте с золотым тиснением: «Церемонии и Клятвы Древних». Мармелад прыгнул на стол, открыл книгу лапой и начал листать страницы.

Его глаза пробежались по строкам, и чем больше он читал, тем шире становились его глаза. — Не может быть, — он прошептал. — Это же...

Он нашёл описание клятвы коронации. Текст был написан на древнеэльфийском с переводом на современный язык. Мармелад читал, и его шерсть начала подниматься дыбом.

«Я, [имя], клянусь служить престолу Эльфийского королевства. Отречься от моих прежних связей и обязательств. Принять волю страны как свою собственную. Отдать мою силу, мою кровь, мою магию на службу королевству и его народу. Навечно, пока течёт моя кровь.»

— Это же клятва вассала, — Мармелад прошипел. — Они хотят заставить ее присягнуть на верность!

Он продолжил читать примечания под текстом:

«Данная клятва создаёт нерушимую магическую связь между говорящим и престолом. Тот, кто произносит эти слова, становится привязанным навечно. Разорвать связь невозможно, кроме как смертью»

Мармелад почувствовал холод, пробегающий по спине.

— Они хотят подчинить хозяйку, — он прошептал.

Он перевернул страницу и увидел ещё одну запись, которая заставила его сердце остановиться, хотя они даже не понял этого.

«Для усиления связи может быть использована силу убитого фамильяра.»

— Фамильяра... — Мармелад замер. — Неужели они...

Но не успел он договорить, как свет в архиве внезапно погас. Окна затянуло тьмой, словно кто-то накинул на них чёрное покрывало.

Мармелад замер, его ночное зрение мгновенно активировалось. Он огляделся и увидел фигуры, появляющиеся из теней.

Эльфы. Трое. Все в тёмных одеждах, лица скрыты капюшонами. В руках у них были магические артефакты — один держал светящуюся сеть, другой — кристалл, пульсирующий тёмной энергией.

— Котик, кис, кис, кис, — сказал тихо первый эльф. — Мы знали, что ты придёшь.

Мармелад выгнул спину, зашипел.

— Какой строптивый фамильяр, — засмеялся второй эльф. — Ты слишком много знаешь.

Они начали окружать стол. Мармелад оценил ситуацию — трое против одного, магическая сеть, блокирующие артефакты.

— Вы не посмеете, — Мармелад прорычал. — Вы знаете, кому я служу?

— Именно поэтому ты нужен нам, — третий эльф сказал и взмахнул рукой.

Сеть полетела через воздух, раскрываясь как паутина. Мармелад попытался прыгнуть, трансформироваться в дракона, но сеть настигла его в прыжке, обвивая и стягивая. Он упал на стол, запутавшись в светящихся нитях.

Магия в сети блокировала его способности. Он не мог трансформироваться, не мог использовать заклинания, не мог даже послать сигнал Гарольду через амулет.

— Ты нужен нам живым, — сказал улыбаясь первый эльф, приближаясь. — Для ритуала.

— Какого ритуала?! — Мармелад извивался, пытаясь освободиться.

— Узнаешь скоро, — эльф поднял кристалл, и тот вспыхнул. Портал начал открываться прямо в воздухе, закручиваясь тёмной воронкой.

Мармелад попытался перегрызть путы, но один из эльфов произнёс заклинание, и невидимая сила заткнула ему рот. Его затащили в портал, и последнее, что он увидел в архиве — стол с открытой книгой, страницы которой медленно переворачивались от сквозняка.

Портал захлопнулся. Архив снова залило светом. Всё выглядело так, будто ничего не произошло.

Но книга на столе лежала открытой, и любой, кто прочитал бы её, узнал бы о ритуалах.

***

В тронном зале Ка'азерот наблюдал за Зельдой, когда сидящий рядом с ним Мармелад внезапно и очень нецензурно выругался на древнеобщем языке — языке, который помнили только боги и существа старше времени.

Ка'азерот моргнул, поворачиваясь к коту.

— Что случилось?

Мармелад спрыгнул с подушки, его хвост взметнулся от возмущения.

— Босс, меня похитили в архивах эльфов! — он фыркнул, явно оскорблённый самим фактом. — Хотят меня в жертву принести!

Ка'азерот уставился на него. Потом медленно поднял бровь, и на его лице появилась ироничная улыбка.

— В жертву? — он переспросил с плохо скрытым весельем. — Кто? Эльфы?

— Да! — Мармелад возмущённо замахал лапой. — Набросили на меня сеть, заблокировали магию и затащили в какой-то храм!

— Интересно, — Ка'азерот откинулся на спинку трона, его улыбка стала шире. — Как они собираются принести в жертву того, кто буквально бессмертен? Я помню как тебя пытался сожрать тигр, сломав себе челюсть.

Мармелад фыркнул, его усы дрогнули от раздражения.

— Вот и я о том же! Идиоты! — Он сел, поджав хвост, но его возмущение быстро сменилось серьёзностью. — Но дело не в этом, босс. Они ДУМАЮТ, что могут меня убить. А значит, у них есть какой-то план. Или они настолько глупы, что не знают, с кем связались.

Ка'азерот мгновенно посерьёзнел, ирония исчезла из его голоса. — Какой ритуал они собираются провести?

— Связанный с коронацией, — Мармелад нахмурился, его уши прижались к голове. — Я слышал обрывки разговора, пока они тащили меня. Что-то о «крови фамильяра», о «силе фамильяра», о «усилении клятвы».

— Крови фамильяра? — Ка'азерот повторил задумчиво, его пальцы сжали подлокотники трона. — Они думают, что ты фамильяр?

— Похоже, да, — Мармелад кивнул. — Назвали меня именно «фамильяром».

— Странно, твои магические характеристики не показывают что ты сильный фамильяр, скорее говорящий кот, — Ка'азерот почесал подбородок. — Для истинного фамильяра ты не обладаешь многими качествами.

— Им достаточно того, что я разговариваю с Зельдой, — Мармелад нервно фыркнул. — Вопрос: зачем им нужна Зельда?

Ка'азерот задумался, его глаза сузились. — Коронация, говоришь? А текст клятвы запомнил?

— Полностью.

— Что там сказано? — спросил Ка'азерот, подавшись вперёд.

— Босс, клятва звучит так, — Мармелад сказал медленно, каждое слово звучало как удар. — «Я, [имя], клянусь служить престолу Эльфийского королевства. Отречься от моих прежних связей и обязательств. Принять волю страны как свою собственную. Отдать мою силу, мою кровь, мою магию на службу королевству и его народу. Навечно, пока течёт моя кровь.»

Ка'азерот замер. На мгновение в тронном зале стало так тихо, что можно было услышать, как течет время.

— Они хотят использовать твою кровь, чтобы усилить эту клятву? — его голос был тихим, но в нём звучала опасная нота.

— Ну, в принципе, да,— Мармелад кивнул.

— Так, клятва, магия усиления с жертвенным алтарём? — Ка'азерот встал, и тронный зал задрожал от едва сдерживаемой ярости. — Эльфы слишком много себе позволяют.

Ка'азерот был в ярости — зрелище не для слабонервных. — Они хотят подчинить мою дочь.

— Ну, вероятнее всего, — Мармелад кивнул. — Но что это им даст?

Ка'азерот начал ходить взад-вперёд, каждый его шаг отдавался громом в стенах тронного зала. — Клятва свяжет Зельду королевством. Твоя кровь усилит клятву. Вместе... — он остановился, его лицо исказилось от ярости. — Усиление клятвы даст шанс короновать ее. Это клятва не вассала, а наследного ребенка.

Тишина повисла в тронном зале.

— Что будем делать, босс? — Мармелад спросил тихо.

Ка'азерот выпрямился. Его глаза вспыхнули красным.

— Я дам Зельде амулет, — он сказал, и его голос стал холодным, как лёд. — Он защитит её от любых попыток навязать ей магические контракты и клятвы. Никакая клятва не сможет связать её, пока она носит мой амулет.

— А я? — Мармелад спросил. — Моё тело в их руках.

— Ты продолжай следить, — Ка'азерот приказал. — Узнай, когда они планируют провести ритуал. Где они держат тебя. Что им нужно. Все равно тебя может убить только уничтожение всех вселенных разом.

— Ладно, босс, — обреченно вздохнул Мармелад.

— У нас есть время, — Ка'азерот кивнул. — Зельда должна найти тебя до коронации.

— А если не успеет? — Мармелад спросил, хотя уже знал ответ.

Ка'азерот усмехнулся — холодно, опасно, обещающе.

— Тогда я пришлю своих генералов. И эльфы пожалеют, что вообще затеяли этот план. Я сотру их храм. Их заговор. Всех, кто посмел прикоснуться к моей девочке.

Мармелад мурлыкнул одобрительно, несмотря на серьёзность ситуации.

— Вот это мне нравится, босс.

— Но сначала, — Ка'азерот посмотрел на магическое окно, где Зельда шла на следующий урок, — Вечером... вечером я скажу ей правду.

— Согласен, — Мармелад кивнул. — Хозяйка и так нервничает. Не стоит добавлять ей стресса раньше времени.

Ка'азерот вернулся к трону и начал плести заклинание, создавая амулет. Его пальцы двигались в воздухе, оставляя светящиеся руны, которые сплетались в сложный узор. Постепенно в его ладони материализовался кулон — простой на вид, серебряный, с символом хаоса в центре, окружённым защитными рунами.

— Это часть моей силы, — Ка'азерот сказал, рассматривая амулет. — Он защитит её от любого магического контроля. Свяжет её со мной напрямую. И если будет опасность... — его голос стал тише, — я смогу защитить ее мгновенно.

— Хорошо, — Мармелад кивнул. — Я буду слушать, что говорят похитители. Узнаю больше.

***

День прошёл в напряжении. Зельда посетила ещё несколько уроков, но мысли её постоянно возвращались к инциденту с аристократами. Друзья пытались поддержать её, но она чувствовала, как взгляды следуют за ней по коридорам.

К вечеру она вернулась в свою комнату, уставшая и измотанная. Мармелад, как ни странно, ещё не вернулся из архива. — Где он? — Зельда пробормотала, глядя на пустой подоконник. — Обычно он не задерживается так долго.

Пушинка пискнула тревожно, забираясь к ней на колени.

Зельда погладила её, чувствуя, как тревога нарастает. Что-то было не так. Она чувствовала это всем нутром.

Стук в дверь заставил её вздрогнуть.

— Зельда? — голос Томаса. — Можно войти?

— Да, конечно, — она ответила.

Дверь открылась, и в комнату вошли все её друзья — Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус. Все выглядели обеспокоенными.

— Мы волнуемся, — Томас сказал без предисловий. — Ты весь день была напряжённой.

— Я в порядке, — Зельда попыталась улыбнуться. — Просто... устала.

— А где Мармелад? — Седвик спросил, оглядываясь. — Он вернулся из архива?

Зельда покачала головой.

— Нет. Его нет уже несколько часов. Это странно.

Друзья переглянулись.

— Может, он застрял там? — Ариана предположила. — Архив большой, легко заблудиться.

— Мармелад найдет иголку в стоге сена, — Зельда возразила. — Он всегда знает, где находится.

— Тогда что? — Лидия нахмурилась.

Прежде чем кто-то успел ответить, в углу комнаты воздух задрожал, и из тени вышел Мармелад.

— Мармелад! — Зельда бросилась к нему. — Где ты был? Я волновалась!

Кот посмотрел на неё, потом на друзей. Его голос был серьёзным.

— Хозяйка, нам нужно поговорить. И тебе это не понравится.

Зельда замерла.

— Что случилось?

Мармелад запрыгнул на кровать и сел, обернув хвост вокруг лап.

— Я нашёл информацию о тексте. И она хуже, чем я думал.

Все замерли, слушая.

— Это клятва вассала, — продолжил Мармелад. — Магический контракт. Если ты произнесёшь эти слова на коронации, ты станешь магически связанной с королевством. Навечно.

Зельда побледнела.

— Что?!

— Это ловушка, — Томас прошептал. — Они хотят подчинить тебя.

— Но почему? — Зельда спросила, её голос дрожал. — Зачем им это?

— Потому что ты потомок Агаты? — предположил Мармелад, вдруг став прозрачным.

— Мармелад! — Зельда присела перед ним. — Что с тобой?

Кот вздохнул.

— Меня похитили в архиве.

Все ахнули.

— Что?! — Зельда схватила его. — Как?! Ты же здесь!

— Я создал магическую проекцию. — ответил Мармелад. — Моё физическое тело было схвачено. Меня держат в каком-то храме. Хотят использовать в ритуале.

— Какой ритуал?! — Седвик воскликнул.

— Связанный с коронацией, — объяснил Мармелад. — Им нужна моя кровь. Кровь фамильяра.

Зельда уставилась на него.

— Но ты же не фамильяр!

Кот кивнул медленно.

— Да, хозяйка. Я не фамильяр. Но это они даже слушать не желают.

Тишина повисла в комнате, все студенты смотрели на Мармелада с изумлением.

— Но почему ты тогда говоришь? — спросил тихо Томас.

— Потому что я бывший человек. А живу я с Зельдой по своему желанию .

— Мы должны спасти Мармелада, — Ариана сказала решительно.

— Да, — Зельда кивнула, её страх сменился решимостью. — И разобраться, что происходит.

— Но как? — спросила Лидия. — Мы даже не знаем, где тебя держат.

— Я знаю, — Бориус вдруг заговорил. Все повернулись к нему. — Моя бабушка приехала в столицу на коронацию. Она... она учёная, историк. Знает древнеэльфийский. Я могу спросить у неё про клятву. И, может быть, она знает о каких-то тайных храмах.

— Отлично, — Томас кивнул. — Тогда план такой: мы идём к бабушке Бориуса, узнаём всё, что можем. Потом ищем Мармелада.

— Ночью, — добавил Седвик . — Меньше народа, меньше вопросов.

Зельда посмотрела на Мармелада.

— Ты будешь с нами?

— Я здесь, — кот кивнул. — И я буду направлять вас. Я чувствую, где моё тело. Смутно, но чувствую.

— Тогда решено, — Зельда встала. — Мы идём спасать Мармелада. Чего бы это ни стоило.

Пушинка запищала решительно, забираясь ей на плечо.

— И ты тоже идёшь? — Зельда улыбнулась ей.

Пушинка кивнула своими лапками.

***

Пока студенты строили планы, в комнату Элары и Лиры, далеко в Академии Арканы, влетела фея-почтальон с письмом. Девушки сидели за столом, допоздна готовясь к экзаменам.

— Это от Зельды? — Лира подскочила, хватая письмо.

Но, открыв конверт, она нахмурилась.

— Нет, это от администрации. — Она прочитала и вздохнула. — Просто напоминание о сроках сдачи работ.

Элара отложила перо. — Мы уже неделю ничего не слышали от Зельды. Может, напишем ей сами?

— Хорошая идея, — Лира согласилась. — Я скучаю по ней.

Они достали чистый пергамент и начали писать вместе, передавая перо друг другу.

«Дорогая Зельда! Как ты? Как эльфийское королевство? Мы ужасно по тебе скучаем! Комната кажется такой пустой без тебя. У нас тут много новостей. Гарольд и паладины продолжают зачищать подземелья. Говорят, они уничтожили пять рыцарей смерти! Декан очень доволен. Академия стала намного безопаснее. Но есть и странности. В глубинах лабиринта что-то движется. Профессор Солариус говорит, что чувствует древнюю магию, но не может определить, что именно. Декан усилил охрану на входах. Мы все немного нервничаем, но стараемся не думать об этом.

Томас передавал привет через зеркало связи позавчера, правда это обошлось ему в пятнадцать серебряных и были жуткие помехи. Говорит, что ты там молодец и все тебя уважают. Мы гордимся тобой!

Зельда, как твои дела? Ты счастлива там? Эльфы к тебе хорошо относятся? Мы надеемся, что у тебя всё хорошо и ты не слишком скучаешь по дому.

Напиши нам, пожалуйста, когда будет время. Мы очень волнуемся и хотим знать, как у тебя дела. С любовью и объятиями, Элара и Лира.

P.S. Селерион просил передать: «Скажите этому ворчуну Мармеладу, что я скучаю по нашим спорам! И пусть он не забывает, что я всё равно лучше!»

P.P.S. Мы отправляем тебе посылку со сладостями из кухни академии. Повара испекли твои любимые печенья с шоколадом. Наслаждайся!»

Они запечатали письмо, прикрепили к нему небольшую коробку с печеньями и отправили всё через фею, дав той в оплату баночку нектара и десять серебряных монет.

— Думаешь, она получит? — Лира спросила, глядя, как фея исчезает в ночном небе.

— Конечно, — Элара обняла её за плечи. — Магическая почта всегда доставляет сообщения. Зельда обрадуется.

— Надеюсь, у неё там всё хорошо, — Лира вздохнула.

— Я уверена, что да, — Элара улыбнулась. — Это же Зельда. Она справится с чем угодно.

***

Вечер в эльфийском городе опустился быстро. Зельда легла спать раньше обычного, надеясь увидеть отца во сне. Друзья разошлись по комнатам, договорившись встретиться позже, когда стемнеет.

Зельда закрыла глаза, и почти мгновенно оказалась в знакомом саду.

Ка'азерот ждал её, но его обычная улыбка сменилась серьёзным выражением лица. Он стоял у фонтана, в руках что-то поблёскивало.

— Папа, — Зельда подбежала к нему. — Мармелада похитили! Я должна спасти его!

Ка'азерот обнял её, прижимая к себе.

— Я знаю, солнышко. Я знаю всё.

Зельда отстранилась, глядя на него.

— Ты знал? И не сказал мне?

— Я не мог связаться с тобой, ведь ты не спала, — объяснил Ка'азерот.

— Но теперь я должна идти, — Зельда сказала решительно. — Я должна спасти его!

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Но не одна. И не беззащитная.

Он открыл ладонь, показывая амулет — серебряный кулон с символом хаоса в центре, окружённым светящимися рунами.

— Это крупинка моей силы, — он сказал тихо. — Амулет защитит тебя от любого магического контроля. Никакая клятва, никакой ритуал не смогут связать тебя, пока ты носишь его.

Зельда смотрела на амулет с благоговением.

— Это... это твоя магия?

— Да, — Ка'азерот надел кулон ей на шею. — Он также позволит мне чувствовать, где ты находишься, общаться с тобой. Если будет опасность — я пошлю своих генералов. Мгновенно. Никто не сможет остановить их. Он появится у тебя на шее, когда ты проснешься.

Зельда коснулась амулета. Он был тёплым, пульсирующим, словно живым. Она чувствовала прилив сил, уверенности.

— Спасибо, папа.

Ка'азерот присел перед ней, взяв её лицо в ладони.

— Слушай меня внимательно. Те, кто похитил Мармелада, опасны. Они хотят использовать вас обоих.

— Я не дам им, — Зельда сказала твёрдо.

— Я знаю, — Ка'азерот улыбнулся с гордостью. — Ты сильная. Ты умная. И ты моя дочь. — Он поцеловал её в лоб. — Иди. Спаси Мармелада. Но будь осторожна. Твои друзья с тобой — это хорошо. Но если почувствуешь, что не справляешься...

— Я позову тебя или твоих генералов, — Зельда пообещала.

— Хорошая девочка, — Ка'азерот обнял её ещё раз. — Я верю в тебя.

Зельда крепко обняла его в ответ, чувствуя тепло, любовь, защиту.

— Я не подведу тебя, папа.

— Ты никогда не подводила, —прошептал Ка'азерот . — И никогда не подведёшь.

***

Зельда проснулась с ощущением решимости. Амулет на её шее был реальным, тёплым, слабо светящимся в темноте комнаты. Она коснулась его, чувствуя связь с отцом, и улыбнулась.

Стук в дверь. Тихий, осторожный.

Зельда открыла. На пороге стояли все её друзья — Томас, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус. Все одеты в тёмную одежду, вооружены палочками и артефактами.

— Готова? — Томас спросил тихо.

— Готова, — Зельда кивнула, показывая амулет. — И защищена.

— Что это? — Седвик присмотрелся к кулону.

— Подарок от отца, — Зельда ответила просто. — Защита.

Мармелад выскользнул из комнаты, пройдя сквозь дверь. Пушинка тут же забралась в карман куртки Зельды, высовывая только лапку.

— Тогда идём, — Бориус сказал. — Бабушка ждёт нас. Её дом недалеко.

Группа тихо выскользнула из академии, пользуясь боковыми выходами, которые знал Бориус. Город спал, только редкие фонари освещали улицы. Луна висела в небе, почти полная, бросая серебристый свет на мощёные дороги.

Они шли быстро, стараясь не шуметь. Зельда сжимала амулет, чувствуя, как тепло отца придаёт ей сил. Мармелад на её плече был напряжён, его уши насторожены.

— Я чувствую своё тело, — он прошептал. — Где-то на окраине города. Старый храм, заброшенный. Но защищённый магией.

— Мы найдём его, — Зельда пообещала тихо. — Обещаю.

Впереди показался дом — небольшой, уютный, с резными ставнями и садом. Бориус постучал в дверь особым стуком — три коротких, два длинных.

Дверь открылась почти сразу. На пороге стояла пожилая эльфийка с серебристыми волосами, собранными в косу. Её глаза были добрыми и проницательными.

— Бориус, — она обняла внука. — И твои друзья. Проходите быстро.

Они вошли, и дверь закрылась за ними. Дом был тёплым, пахло травяным чаем и старыми книгами.

— Бабушка, это Зельда, — Бориус представил. — Та, о которой я говорил.

Эльфийка посмотрела на Зельду, и её глаза расширились.

— Ты... ты внучка Агаты, — она прошептала. — Я вижу её в тебе. Её силу. Её дух.

— Вы знали мою бабушку? — Зельда спросила с надеждой.

— Знала, — эльфийка кивнула. — Давно. Мы были... подругами. Меня зовут Эларанна. Садитесь, дети.

Они сели за большой деревянный стол. Эларанна налила всем чай и села напротив.

— Бориус рассказал мне по зеркалу связи про свиток, — она начала серьёзно. — Покажи мне текст.

Зельда достала свиток. Эларанна развернула его, и её лицо потемнело.

— Это... — она прошептала. — Это не клятва гостя. Это древний ритуал коронации.

— Так это правда? — спросил Томас. — Мармелад нашёл информацию в архиве.

Эларанна посмотрела на проекцию кота, сидящего на столе.

— Мармелад, — она сказала тихо. — Ты ведь не фамильяр?

Кот кивнул.

— Да.

— Тогда это ещё хуже, чем я думала, — Эларанна вздохнула. — Если нарушить течение ритуала может произойти что угодно, вплоть до прорыва Инферно.

— Вы знаете, где могут держать Мармелада? — спросила Зельда.

Эларанна задумалась.

— Есть один храм. Старый, заброшенный. Раньше там проводили ритуалы связывания. Он на окраине города, в лесу. Никто туда не ходит уже сотни лет.

— Это там, — Мармелад подтвердил. — Я чувствую.

— Тогда мы идём туда, — решила Зельда.

— Подождите, — Эларанна остановила их. — Храм защищён. Древняя магия. Вы не сможете просто войти.

— Тогда как? — спросил Седвик.

Эларанна встала и подошла к шкафу. Достала старый ключ, покрытый рунами.

— Это ключ от храмов. Я использую его во время раскопок. — Она протянула ключ Зельде. — Используй его. Но будьте осторожны.

Зельда взяла ключ, и он потеплел в её руке.

— Спасибо.

Эларанна положила руку ей на плечо.

— Агата была моей подругой. К сожалению я не могу пойти с вами, ко мне должны прийти несколько профессоров, которые могут помешать вам. — Она посмотрела на всех. — Идите. Спасите кота. Остановите ритуал. И будьте осторожны.

Студенты встали, проверили снаряжение. Зельда спрятала ключ, сжала амулет.

— Мы справимся, — она сказала уверенно.

Они вышли в ночь. Луна светила ярко, освещая путь. Впереди был лес, тёмный и древний. Где-то там, в заброшенном храме, физическое тело Мармелада ждало спасения.

Зельда посмотрела на друзей. Дрейвена, Томас, Седвик, Ариана, Лидия, Бориус. Все решительные, готовые.

— Спасибо, — она сказала тихо. — За то, что идёте со мной.

— Мы друзья, — улыбнулся Дрейвен. — Мы всегда вместе.

— До конца, — Седвик добавил.

— За Мармелада! — Ариана подняла кулак.

Пушинка запищала ободряюще из кармана.

Они двинулись к лесу. К храму. К спасению.

Ночь была полна опасностей, но они шли вперёд. Потому что они были вместе. И вместе они могли всё.

Храм теней и старые знакомые

В тронном зале царила напряжённая тишина. Ка'азерот сидел на троне, его глаза были прикованы к Зельде и её друзьям, крадущимся через ночной лес. Его пальцы нервно впивались в подлокотники трона, сотканного из самого времени. Волны его беспокойства расходились по мирам, неся хаос и разрушение. В одном из задетых миров затонул остров, опережавший все другие государства на века.

— Им четырнадцать лет, — пробормотал он себе под нос, не обращая внимания на последствия своего волнения. — Четырнадцать. Они должны учиться, играть, смеяться... а не пробираться в древний храм спасать кота из рук непонятных личностей.

Мармелад, сидевший рядом на подушке, поднял взгляд.

— Хозяйка справится, босс.

— Она ребёнок, — Ка'азерот возразил, его голос был напряжённым. — Они все дети. Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия, Бориус... самому старшему шестнадцать. Что я делаю, позволяя им идти туда?

— Вы доверяете ей, — Мармелад сказал спокойно. — И вы дали ей защиту. Амулет. Генералы наготове.

— Генералы, — Ка'азерот повторил, его взгляд переместился к трём фигурам, стоящим в тени зала.

Кх'аргут — массивное, многоглазое существо в тяжёлой броне. Его костяные конечности покоились на рукояти огромного молота.

Шепчущая Бездна — высокая, стройная туманоподобная фигура в развевающемся плаще из теней, безликая голова которой покрыта капюшоном, только светящиеся глаза видны во тьме.

И'ктар — арахнид, существо с шестью руками, покрытое мощной естественной броней, с множеством глаз на голове, держащее различное оружие в каждой руке.

— Вы готовы? — спросил Ка'азерот.

— Ради неё мы пойдём на смерть, господин, — ответил Кх'аргут низким, грохочущим голосом.

— Мы ждём вашего сигнала, — добавила Шепчущая Бездна, её голос был мягким, но пугающим.

— Дочь Владыки будет защищена, — И'ктар проговорил на нескольких языках одновременно.

Ка'азерот кивнул, возвращаясь к магическому окну. Зельда и её друзья приближались к храму. Старое, полуразрушенное здание возвышалось среди деревьев, покрытое мхом и плющом. Тёмные окна смотрели как пустые глазницы.

— Они там, — прошептал Ка'азерот. — Моя девочка идёт в опасность. И я не могу просто забрать её оттуда, потому что она должна учиться. Должна вырасти.

— Именно, — Мармелад согласился. — Хозяйка сильная. Вы видели, как она справилась с аристократами. Как она защищала своих друзей.

— Я знаю, — Ка'азерот вздохнул. — Но это не делает легче наблюдать, как твой ребёнок идёт навстречу опасности... это пытка.

Он сжал подлокотник так сильно, что ткань реальности одного из случайных миров треснула.

— Если хоть один волос упадёт с её головы...

— Тогда весь этот храм, все похитители, все эльфы, причастные к этому, пожалеют, что не перестали существовать, — Кх'аргут закончил с мрачным удовольствием.

Ка'азерот посмотрел на него и кивнул.

— Именно.

***

Зельда остановилась перед массивными каменными дверями храма. Луна освещала древние руны, вырезанные в камне. Рядом с ней стояли друзья, все напряжённые, готовые.

— Ключ, — Бориус прошептал. — Попробуй ключ.

Зельда достала ключ, который дала ей Эларанна. Он потеплел в её руке, руны на нём засветились. Она вставила ключ в замочную скважину, которая появилась на двери, словно материализовавшись из воздуха.

Щелчок. Двери медленно открылись с протяжным скрипом.

— Входим, — Дрейвен сказал тихо, положив руку на рукоять меча.

Но Зельда остановила его.

— Подождите. Нам нужна защита.

— Какая? — Томас спросил, шагнув ближе к Зельде. Дрейвен заметил это движение и тоже придвинулся, оказавшись с другой стороны от неё.

— Дедушка учил меня заклинанию, — Зельда объяснила, не замечая того, как двое её друзей обменялись быстрым взглядом. — Когда он провожал нас в эльфийское королевство с дракончиком, ему нужно было, чтобы эльфы не обращали внимания на дракончика. Он использовал заклинание отвлечения внимания.

— Покажи, — Ариана попросила.

Зельда закрыла глаза, вспоминая слова дедушки.

«Заклинание по структуре простое, но мощное,» — объяснял Варилий, показывая ей плетение. — «Оно заставляет разумных существ не замечать тебя, отводить взгляд, думать о чём-то другом, находить тысячи причин отвернуться. Но проблема в том, что оно спадает через пять минут, о чём забывают девяносто девять магов из ста. Всегда помни: пять минут. Не больше. Лучше наложи его повторно раньше, чем забыть про него.»

Зельда открыла глаза и начала плести заклинание. Её руки двигались в воздухе, оставляя светящиеся следы. Она чувствовала, как магия течёт через неё, формируясь в сложный узор.

— Повторяйте за мной, — она сказала друзьям. — Я не смогу наложить его на всех.

Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус окружили её, начав повторять заклинание. Светящийся узор стелился на них, обволакивая каждого по отдельности.

Зельда произнесла последнее слово, и заклинание вспыхнуло, затем погасло, впитавшись в неё. То же произошло со всеми её товарищами.

— Готово, — Зельда сказала с облегчением. — Теперь нас не заметят. По крайней мере, на пять минут.

— Пять минут? — Седвик переспросил. — Это немного.

— Этого должно хватить, чтобы найти Мармелада и выбраться, — Зельда ответила уверенно. — А ещё, заклинание можно обновлять.

Мармелад, сидевший на её плече как призрачная проекция, кивнул.

— Я чувствую своё тело. Оно где-то внизу, в подземелье. Идите прямо, потом налево, потом вниз по лестнице.

— Запомнили? — Зельда спросила друзей.

Все кивнули.

— Тогда пошли, — Дрейвен сказал. — И помним: пять минут, потом обновляем заклинание.

Они вошли в храм.

***

Храм внутри был тёмным и холодным. Каменные колонны поднимались к высокому потолку, покрытому паутиной. На стенах висели старые гобелены, изображающие тёмных эльфийских богов и древние ритуалы. Пол был покрыт пылью, но видны были следы — кто-то недавно здесь ходил.

— Тихо, — прошептал Томас, инстинктивно взяв Зельду за руку в темноте.

Зельда почувствовала тепло его ладони и на секунду замерла. Рядом Дрейвен напрягся, заметив этот жест, и тоже протянул руку, касаясь плеча Зельды.

— Держитесь ближе, — он пробормотал. — Не разделяйтесь.

Группа двигалась осторожно, держась близко друг к другу. Пушинка в кармане Зельды дрожала от страха, высовывая лапку и прижимаясь к ней.

— Всё будет хорошо, — Зельда прошептала, поглаживая её лапку.

Они прошли через большой зал, миновали алтарь с потухшими свечами, спустились по узкому коридору. Впереди показалась лестница, ведущая вниз.

— Туда, — Мармелад указал хвостом.

Лестница была крутой и скользкой. Они спускались медленно, стараясь не шуметь. Внизу послышались голоса.

— ...ритуал должен быть готов к полнолунию...

— ...кот всё ещё связан?...

— ...да, в клетке. Магия держит его...

— ...точно фамильяр?

— ...фонит магией, как от артефакта!

Зельда обменялась взглядами с друзьями. Они приближались.

Лестница закончилась в длинном коридоре, освещённом факелами. В конце коридора была дверь, из-под которой пробивался свет. Группа подкралась ближе.

Зельда осторожно заглянула в щель.

Внутри была комната, похожая на темницу. В центре стояла клетка из светящихся прутьев, а внутри неё — Мармелад. Настоящий, физический Мармелад, связанный магическими цепями, выглядел недовольным, голодным, но живым.

Рядом с клеткой стояли трое эльфов в тёмных одеждах, обсуждающих что-то.

— Вот он, — прошептала Зельда. — Нужно освободить его.

— Как? — спросила Лидия. — Там трое.

— Заклинание отвлечения ещё действует, — напомнил Бориус, поглядывая на песочные часы, которые он достал. — Но прошло уже три минуты.

— Тогда действуем быстро, — Дрейвен сказал, вытаскивая меч. Его взгляд был решительным. — Я пойду первым. Если что-то пойдёт не так — прикрою вас.

— Не геройствуй, — Томас возразил, его тон был резче обычного. — Мы все вместе.

Дрейвен повернулся к нему, их взгляды встретились. На секунду повисло напряжение.

— Я не геройствую, — Дрейвен ответил тихо. — Я защищаю тех, кто мне важен.

Томас открыл рот, чтобы ответить, но Зельда прервала их:

— Хватит! Сейчас не время. Мармелад в опасности.

Оба юноши замолчали, хотя напряжение между ними осталось.

Зельда толкнула дверь, и группа ворвалась внутрь.

Эльфы, как и предсказывал Варилий, отвели взгляды, словно не замечая детей. Один повернулся к стене, другой начал рассматривать свиток, третий почесал затылок, задумавшись о чём-то.

Зельда подбежала к клетке.

— Мармелад!

Кот открыл глаза и посмотрел на неё.

— Тише, хозяйка, — пробурчал он.

— Конечно, прости, — Зельда начала искать способ открыть клетку. — Как её открыть?

— Руны, — Мармелад указал на светящиеся символы на замке. — Нужно разрушить их. Но осторожно, иначе...

Но Зельда уже протянула руку к рунам. Она попросила их прекратить работать, её магия вспыхнула, и замок щёлкнул, открываясь.

— Получилось! — она радостно воскликнула.

Дверца клетки распахнулась. Мармелад выпрыгнул, и магические цепи рассыпались.

— Спасибо, хозяйка, — кот потёрся об её ногу.

— Зельда, заклинание! — вдруг крикнул Бориус, глядя на часы. — Пять минут!

— Сейчас, только... — Зельда начала, но не успела.

Один из эльфов резко повернулся, его взгляд прояснился.

— Что?! Как вы... — он замер, потом закричал. — Тревога! Здесь посторонние!

Заклинание спало.

— Нет! — Зельда ахнула, осознавая свою ошибку. — Я забыла!

— Бежим! — Дрейвен крикнул, хватая Зельду за руку и толкая к выходу.

Группа бросилась к двери, но эльфы уже блокировали выход. Из коридора послышались шаги — приближались ещё.

— Назад! — Седвик указал на другую дверь в дальнем конце комнаты.

Они побежали туда, эльфы за ними. Дверь привела их в узкий коридор, который извивался вглубь храма. Они бежали, крики позади подстегивали их.

— Держите их! Не дайте им уйти!

Коридор закончился ещё одной дверью. Зельда толкнула её, и они ворвались в большой зал. Стены были покрыты древними фресками, а в центре стоял каменный алтарь.

Но дальше хода не было. Это был тупик.

— Нет! — Лидия воскликнула. — Тут нет другого выхода!

Эльфы ворвались в зал следом за ними. Теперь их было больше — не меньше десятка, все вооружённые посохами и магическими артефактами.

— Конец игры, дети, — один из эльфов, похоже, их лидер, сказал холодно. — Вы не должны были сюда приходить.

Дрейвен выставил меч вперёд, его клинок засветился магией. Он встал перед Зельдой, загораживая её собой.

— Через меня не пройдёте, — его голос был твёрдым.

Томас занял позицию с другой стороны от Зельды, его руки светились готовностью к заклинанию.

— И через меня тоже.

***

Эльфы атаковали первыми, запуская заклинания. Молнии, огненные шары, ледяные копья полетели в сторону детей.

— Щит! — Зельда крикнула, и вокруг группы вспыхнул барьер, отражающий атаки.

— Я не смогу держать его долго! — она предупредила, напрягаясь от усилия.

Дрейвен рванулся вперёд, его заколдованный меч рассёк воздух. Он двигался быстро, точно, как учил его отец. Клинок прошёл через защитное заклинание первого эльфа, оставив глубокую рану на плече.

— А-а-а! — эльф упал, хватаясь за рану, из которой текла кровь.

— Дрейвен! — закричала Зельда, но он уже атаковал следующего.

Его меч разрубил посох второго эльфа пополам, затем развернулся и ударил ещё одного рукоятью в живот. Эльф согнулся, задыхаясь.

— Я говорил, что прикрою, — Дрейвен бросил через плечо, отражая очередное заклинание.

Томас не остался в стороне. Он поднял руки, его магия обрушилась на группу эльфов слева.

— Петрификация!

Ноги трёх эльфов начали каменеть, поднимаясь вверх. Они попытались двигаться, но камень уже достиг колен, обездвиживая их.

— Хорошо! — Ариана крикнула, запуская свои заклинания.

— Продолжайте! — Зельда крикнула, видя, что они могут сражаться.

Но лидер эльфов поднял руку, и из его ладони вырвался тёмный луч, ударивший в алтарь. Камень треснул, и из трещины начало просачиваться тёмное свечение.

— Активируйте антимагическое поле! — выкрикнул он.

Несколько эльфов начали читать заклинание хором. Воздух в зале задрожал, и невидимая волна прокатилась по комнате.

Зельда почувствовала, как её магия внезапно пропала, словно её отрезали от источника силы. Рядом Томас и Ариана вскрикнули, их заклинания развеялись.

— Что?! — Седвик попытался сотворить заклинание, но ничего не произошло. — Магия не работает!

— Антимагическое поле! — Бориус прошептал с ужасом. — Оно подавляет всю неподготовленную магию! Работают только артефакты и ритуальная магия эльфов!

Эльфы начали приближаться, их посохи — подготовленные артефакты — всё ещё светились.

— Теперь вы беззащитны, — лидер усмехнулся. — Сдавайтесь, и мы не причиним вам вреда. Может быть.

Дрейвен всё ещё держал меч, но без магического усиления это был просто кусок, пусть и качественного, металла. Томас сжал кулаки, его лицо исказилось от ярости и беспомощности. Ариана, Лидия, Седвик и Бориус прижались друг к другу.

Зельда чувствовала панику, поднимающуюся в груди.

«Что делать? Магия не работает. Они в ловушке. Это моя вина. Я забыла про заклинание. Я подвела всех.»

Но потом она вспомнила. Амулет. Амулет отца на её шее.

Она коснулась его, и он вспыхнул теплом. Через кулон она почувствовала присутствие отца. Его любовь, его силу, его готовность прийти на помощь. «Ты не одна,» — словно шептал амулет. — «Я всегда с тобой.»

Сила начала возвращаться, но это была не её обычная магия. Это было что-то другое. Что-то древнее. Что-то... родное.

Амулет защищал её от любого магического контроля. И антимагическое поле тоже было формой контроля, попыткой отрезать её от силы. Амулет отца прорвал это ограничение.

— Отойдите от моих друзей, — Зельда сказала тихо, но её голос эхом разнёсся по залу.

Эльфы остановились, глядя на неё.

— Что ты...

Зельда подняла руку. Сила хаоса бурлила в ней, готовая стереть врагов в прах. Но Зельда не хотела убивать. Она не была убийцей. Она представила кукол — безобидных, деревянных, беспомощных. И сила подчинилась её воле.

Магия хаоса вырвалась наружу, текущая через амулет от отца.

Трое ближайших эльфов вскрикнули, когда их тела начали меняться. Кожа стала твёрдой, суставы щёлкнули, размеры уменьшились. Через несколько секунд вместо эльфов стояли три говорящие куклы — деревянные, с нарисованными лицами, но сохранившие способность двигаться и говорить.

— Что... что ты сделала?! — одна из кукол закричала голосом эльфа, но звучало это пискляво и жутко.

— Мы... мы куклы! — другая попыталась дотронуться до своего деревянного лица.

— Верните нас обратно! — третья упала на колени, её деревянные части стучали друг о друга.

Зельда смотрела на них, и её сердце сжалось. «Я превратила людей. Живых существ. Одним движением руки. Как легко это было... и как страшно.»

«Я могу делать такое,» — подумала она, дрожь пробежала по телу. — «А что, если однажды я не смогу остановиться? Что, если в следующий раз я не успею подумать о куклах?»

Остальные эльфы отшатнулись в ужасе.

— Это... это невозможно! — лидер прошептал, его бледная кожа стала почти серой от страха. — Она... она не должна...

— Отступаем! — один из эльфов закричал в панике. — Призовите демона! Немедленно!

Лидер колебался, но страх был сильнее. Он поднял руку и начал читать заклинание на тёмном языке. Алтарь в центре зала треснул полностью, и из трещины вырвалось пламя.

Фигура материализовалась из огня — высокая, мускулистая, с рогами и крыльями. Кожа была красной, глаза горели жёлтым огнём. В руке он держал огромный меч, покрытый пламенем.

Демон.

Он осмотрел зал, его взгляд остановился на эльфах, затем на детях.

— Культисты эльфийской короны, — он произнёс презрительно, его голос был низким и раскатистым. — Неужели вы настолько отчаялись, что призвали меня?

— Азграл'Ог, — лидер эльфов поклонился. — Мы нуждаемся в твоей силе. Эти дети...

— Дети? — демон усмехнулся, глядя на Зельду и её друзей. — Вы призвали меня ради детей? Жалкие твари.

Зельда узнала его. Лицо. Голос. Ауру. Воспоминания нахлынули — сон о смерти Гая, о Лариэль, что бежала к отцу.

— Это ты, — она выдохнула, её голос дрожал от гнева. — Ты убил Гая Нонцета.

Азграл'Ог повернулся к ней, его глаза сузились.

— О? Ты знаешь того слабака? — он рассмеялся. — Да, я убил его. Это было так забавно. Он пытался защищать свое королевство.

Ярость вспыхнула в Зельде, но она заставила себя думать.

— Так это эльфы призвали тебя тогда? — она прошептала.

Азграл'Ог засмеялся ещё громче.

— О, маленькая девочка играет в детектива? Попробуй ещё раз, малявка. Если выживешь.

Он начал приближаться, его меч поднялся.

Дрейвен бросился вперёд, его меч встретил клинок демона. Металл зазвенел, но Дрейвен устоял, его ноги вдавились в каменный пол от удара.

— Я сказал, — Дрейвен прорычал, его глаза горели, — через меня не пройдёте!

Азграл'Ог усмехнулся и ударил снова, на этот раз сильнее. Дрейвен отлетел, ударившись о стену.

— Дрейвен! — закричала Зельда, бросившись к нему.

Томас и Седвик попытались атаковать, но антимагическое поле всё ещё действовало, их магия не работала. Азграл'Ог отбросил их в сторону одним взмахом руки.

Демон подошёл к Зельде, его меч взлетел вверх для удара.

— Прощай, девочка.

Раздался свист воздуха.

***

Меч остановился в воздухе.

Огромная костяная рука, покрытая броней, схватила клинок Азграл'Ога, останавливая его. Демон попытался дёрнуть меч, но рука не двигалась.

— Что?! — Азграл'Ог повернул голову и замер.

За ним стояли три фигуры.

Кх'аргут в тяжёлой броне, держащий меч Азграл'Ога одной рукой. Его другая рука покоилась на рукояти огромного молота на спине. Рога на его голове были больше, чем у Азграл'Ога, глаза горели ярче.

Шепчущая Бездна, чья туманная фигура в плаще из теней парила над землёй. Её лицо было скрыто капюшоном, но из-под него исходил мертвенный холод.

И'ктар арахнид, чьи шесть рук держали оружие: меч, копьё, топор, кинжал, посох и цепь. Его множество глаз горели яростью, видя всё одновременно.

Азграл'Ог замер, его уверенность испарилась.

— Генералы... — он прошептал. — Генералы Владыки Хаоса.

Кх'аргут усмехнулся, его зубы сверкнули в полумраке.

— О, Азграл'Ог, — он сказал с фальшивой радостью. — Рад тебя видеть! Сколько лет прошло? Тысяча? Две?

Азграл'Ог попытался отступить, но Кх'аргут не отпускал меч.

— Я... я не знал... дети... они...

— Дети, — Шепчущая Бездна прошептала, её голос был мягким, но леденящим. — Ты хотел убить дочь нашего господина.

— Дочь? — Азграл'Ог посмотрел на Зельду, его глаза расширились от ужаса. — Это... это дочь Владыки Хаоса?!

— Именно, — И'ктар проговорил на нескольких языках одновременно. — И ты поднял на неё оружие.

Азграл'Ог начал дрожать.

— Я не знал! Клянусь, я не знал! Эльфы... они призвали меня... я просто...

— Просто собирался убить ребёнка? — Кх'аргут усмехнулся шире. — Интересная защита.

Он резко дёрнул меч, вырывая его из рук Азграл'Ога, и отбросил в сторону. Потом схватил демона за шею, поднимая в воздух.

— Знаешь, Азграл'Ог, — Кх'аргут сказал задумчиво, — я думал провести сегодняшний вечер скучно. Почитать отчёты, проверить войска, выпить энергии парочки миров. Но ты подарил мне развлечение.

— Пожалуйста... — Азграл'Ог захрипел. — Я не хотел...

— О, не волнуйся, — Кх'аргут похлопал его по щеке. — Я не убью тебя. Нет. Для начала я хочу показать тебе кое-что.

Он повернулся к Зельде, его выражение лица стало мягче.

— Привет, Зельда! Прости за вторжение. Надеюсь на следующий день рождения ты приготовишь свой морковный пирог? Мне он очень понравился!

Зельда, всё ещё в шоке, кивнула.

— Да, конечно... Спасибо.

— Не за что, — Кх'аргут улыбнулся. — А теперь, если позволите, мы займёмся этим... недоразумением.

Он снова повернулся к Азграл'Огу, и его улыбка стала жестокой.

— Итак, Азграл'Ог, позволь мне провести для тебя экскурсию в мир боли и страданий, о которых ты даже не слышал.

Азграл'Ог закричал, но Кх'аргут уже начал. Его свободная рука светилась тёмной энергией, открывая портал. Демон начал корчиться, его крики эхом разносились по залу, пока портал не поглотил его, и голос оборвался.

Шепчущая Бездна подошла к эльфам, которые пытались сбежать. Её тени обвили их, останавливая.

— Культисты, — она прошептала. — Вы пытались использовать дочь Владыки для своих целей. Вы призвали демона. Вы угрожали детям.

Эльфы упали на колени, дрожа.

— Мы... мы просто следовали приказам!

— Чьим? — И'ктар спросил, все его оружия направились на эльфов.

— Кто-то из Совета! Эльфийского Совета! Они хотели... хотели связать девочку с королевством через ритуал коронации!

— Какого ритуала? — Кх'аргут переспросил.

Лидер эльфов, дрожа, залепетал:

— Ритуал должен был связать её с эльфийской короной! Она стала бы подданной королевства, вынуждена подчиняться приказам Совета! Мы не знали, кто она! Клянусь!

Тишина повисла в зале.

Кх'аргут медленно повернулся к генералам.

— Они хотели поработить дочь господина, не зная, что делают?

Шепчущая Бездна кивнула, её голос стал ещё холоднее.

— Так кажется.

И'ктар зашипел на всех языках одновременно.

— Это... оскорбление.

Кх'аргут усмехнулся.

— Эльфийский Совет, — он сказал медленно. — Вы говорите, что кто-то из Совета стоит за этим?

Эльфы кивнули, не в силах лгать под давлением генералов.

— Интересно. Очень интересно.

Он повернулся к Зельде.

— Принцесса, ваш отец будет рад узнать об этом. И о том, что вы в безопасности!

Зельда, всё ещё обрабатывающая всё происходящее, кивнула.

— Что... что будет с ними?

Кх'аргут посмотрел на эльфов.

— Их доставят в тронный зал. Владыка Хаоса решит их судьбу. Что касается демона... — он кивнул в сторону места, где исчез Азграл'Ог, — ему уготована особая участь.

— О, да, — И'ктар усмехнулся. — Определённо особая.

Шепчущая Бездна создала портал, и тени начали затаскивать эльфов внутрь. Крики и мольбы эхом разносились, пока они не исчезли.

Когда портал закрылся, генералы повернулись к детям.

— Вы все в порядке? — И'ктар спросил, его голоса стали мягче.

Дрейвен стонал, держась за рёбра. Томас и Седвик помогли ему подняться. Ариана, Лидия и Бориус выглядели потрясёнными, но невредимыми.

— Мы... мы живы, — Зельда сказала, её голос дрожал.

Мармелад подбежал к ней, потёршись о её ногу.

— Хозяйка, ты в порядке?

— Да, — Зельда подняла его, прижимая к груди. — Да, Мармелад. Мы в порядке.

Но внутри она всё ещё чувствовала холод. «Я превратила людей в кукол. Я могла убить. Так легко. Одно движение руки. Что, если я стану как... как те, кто злоупотребляет силой?»

Шепчущая Бездна словно почувствовала её мысли. Она плавно подплыла к Зельде, её голос стал ещё мягче.

— Не бойся своей силы, принцесса. Ты защищала своих друзей. Это было правильно. Сила — это инструмент. Важно, как ты её используешь.

Зельда подняла глаза на неё.

— Но я могла их убить. Так легко.

— Но не убила, — Шепчущая Бездна прошептала. — Ты выбрала милосердие, даже в гневе. Это делает тебя достойной твоей силы.

Кх'аргут кивнул.

— Хорошо. Ваш отец будет рад. Теперь позвольте нам проводить вас обратно в безопасное место.

— А как же Дрейвен? — спросил Седвик. — У него явно сломаны рёбра!

И'ктар взмахнул одним из своих оружий, и антимагическое поле развеялось. Магия вернулась, и дети почувствовали облегчение.

Шепчущая Бездна подошла к Дрейвену, её тени мягко обвили его. Через секунду он вздохнул с облегчением.

— Спасибо, — он пробормотал, осторожно двигая плечами. — Больше не болит.

Она кивнула и осмотрела остальных детей, убеждаясь, что все целы.

— Пошли, — сказала мягко Шепчущая Бездна. — Ваши приключения на сегодня окончены.

Генералы окружили детей, создавая защитный круг, и повели их к выходу из храма. Зельда оглянулась на алтарь, на говорящих кукол, которые всё ещё стояли в углу, стуча своими деревянными частями.

— Что с ними будет? — она спросила, указывая на кукол.

Кх'аргут усмехнулся.

— О, они останутся куклами. Пока ты не решишь снять заклинание. Хороший урок для других, кто осмелится угрожать дочери Ка'азерота.

Зельда почувствовала смесь удовлетворения и вины. «Они угрожали нам. Но они всё ещё... были эльфами.»

Пушинка высунула лапку из кармана, потрогав её щёку, словно успокаивая.

— Спасибо, Пушинка, — Зельда улыбнулась слабо.

Они вышли из храма в ночной лес. Луна всё ещё светила ярко, но теперь всё казалось спокойнее. Генералы шли с ними, их присутствие было успокаивающим и защитным.

— Ваш отец гордится вами, — Кх'аргут сказал, глядя на Зельду. — Вы смелая, умная и сильная.

Зельда почувствовала тепло в груди, амулет на её шее пульсировал в ответ.

— Спасибо, — она прошептала.

Они шли через лес, возвращаясь к дому Эларанны, а затем обратно в академию. Генералы шли с ними, обеспечивая безопасность.

Когда они наконец добрались до академии, Кх'аргут остановился у входа.

— Здесь мы вас оставим, принцесса. Но знайте: мы всегда рядом. Если вам понадобится помощь, коснитесь амулета и позовите нас.

Зельда кивнула.

— Я запомню. Спасибо.

Генералы исчезли в тенях, и дети остались одни.

Они медленно вошли в академию, уставшие, но живые. В коридорах было тихо, все спали.

— Мы сделали это, — Томас прошептал с недоверием. — Мы действительно спасли Мармелада.

— И выжили, — Седвик добавил.

— И встретили генералов Владыки Хаоса, — Лидия прошептала с благоговейным ужасом.

Дрейвен улыбнулся.

— Это была... невероятная ночь.

Томас посмотрел на Дрейвена, потом на Зельду. Что-то промелькнуло в его глазах — беспокойство? Ревность?

— Ты хорошо дрался, — он сказал Дрейвену, но голос был немного натянутым.

Дрейвен кивнул, его взгляд задержался на Зельде.

— Я обещал защищать тех, кто мне важен.

Зельда почувствовала странное напряжение между ними, но была слишком уставшей, чтобы разбираться.

— Спасибо, — она сказала тихо. — За то, что были со мной. За то, что рискнули. Все вы.

Друзья обняли её, и они стояли так несколько минут, просто наслаждаясь тем, что они живы, вместе, и что всё закончилось хорошо.

***

Зельда остановилась у двери своей комнаты, всё ещё держа Мармелада на руках. Её руки слегка дрожали — адреналин отступал, оставляя после себя только усталость и осознание того, насколько близко они были к смерти.

— Мы могли погибнуть, — она прошептала. — Все мы.

— Но не погибли, — Томас положил руку ей на плечо. — Потому что мы были вместе.

Дрейвен встал с другой стороны.

— И потому что ты сильная, Зельда. Сильнее, чем думаешь.

Она посмотрела на них обоих — на Томаса с его заботливым взглядом, на Дрейвена с его решительностью. Что-то изменилось сегодня. Что-то между ними. Но она была слишком уставшей, чтобы понять, что именно.

— Спокойной ночи, — она прошептала, входя в комнату.

— Спокойной ночи, Зельда, — ответили они почти одновременно.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней, медленно сползая на пол. Мармелад спрыгнул с её рук и сел рядом.

— Хозяйка, ты в порядке?

— Я... не знаю, — Зельда прошептала. — Я превратила людей в кукол, Мармелад. Живых людей. Одним движением руки. Это было так легко. Слишком легко.

Мармелад мурлыкнул, потёршись о её руку.

— Ты защищала своих друзей. Это не зло.

— Но я могла убить, — она посмотрела на свои руки. — Сила хотела убить. Я почувствовала это. Если бы я не успела подумать о куклах... я бы убила их.

— Но успела, — Мармелад сказал мягко. — И это главное. Сила — это инструмент, хозяйка. Ты выбираешь, как её использовать.

Зельда закрыла глаза, прижимая колени к груди.

— Я боюсь, Мармелад. Боюсь, что однажды не смогу остановиться.

— Знаешь, что отличает добрых людей от злых? — Мармелад прыгнул ей на колени. — Не сила. Не способности. А выбор. Злые люди не боятся своей силы. Они наслаждаются ею. А ты боишься. Значит, ты не станешь как они.

Зельда открыла глаза, глядя на кота.

— Откуда ты знаешь?

— Я прожил пять тысяч лет, хозяйка, — Мармелад мурлыкнул. — Видел много людей. Хороших и плохих. Ты... ты хорошая. Не сомневайся в этом.

Она обняла его, чувствуя, как напряжение медленно уходит.

— Спасибо.

Пушинка вылезла из кармана и забралась на подушку, приглашая Зельду лечь.

— Спи, хозяйка, — Мармелад сказал. — Завтра новый день.

Зельда встала и легла на кровать, не снимая одежды. Мармелад свернулся рядом, Пушинка укрылась под одеялом. Она коснулась амулета на шее, чувствуя тепло отца.

«Спасибо, папа,» — подумала она. — «За то, что защищаешь меня. Всегда.»

И закрыла глаза, проваливаясь в сон.

***

Ка'азерот сидел на троне, наблюдая, как эльфов затащили в зал. Его лицо было холодным, но глаза горели яростью.

— Итак, — он сказал тихо, но его голос заполнил весь зал. — Вы осмелились напасть на мою дочь. Пытались связать её. Угрожали ей и её друзьям.

Эльфы дрожали, не в силах говорить.

— Господин, мы не знали! — один из них залепетал. — Мы просто следовали приказам!

— Чьим приказам? — Ка'азерот спросил, его голос стал ещё тише — что было гораздо страшнее крика.

— Кто-то из Эльфийского Совета! Они не назвали имён! Просто сказали связать девочку через ритуал коронации!

Ка'азерот медленно встал, и тронный зал задрожал.

— Ритуал коронации. Чтобы сделать мою дочь подданной эльфийской короны. Чтобы она подчинялась вашим приказам.

Тишина.

— Вы пытались поработить дочь Владыки Хаоса, — Ка'азерот сказал, и его глаза вспыхнули. — Вы не представляете, какую ошибку совершили.

Он взмахнул рукой, и эльфы закричали, когда их начала окутывать тёмная энергия.

— Ваша судьба решена. Вы проведёте остаток ваших дней в мире трансфигурации, постоянно меняя форму, никогда не зная покоя. Пусть это будет уроком для всех, кто осмелится угрожать моей семье.

Эльфов затащили в портал, их крики эхом разнеслись по залу, пока не стихли.

Ка'азерот опустился обратно на трон. Мармелад прыгнул на подлокотник.

— Хозяйка в безопасности, босс. Всё закончилось хорошо.

Ка'азерот вздохнул, его напряжение наконец спало.

— Да. Она в безопасности. Но это было... слишком близко.

— Она справилась, — Мармелад напомнил. — И её друзья тоже. Они сильнее, чем вы думаете.

Ка'азерот кивнул.

— Да. Моя девочка сильная. Как и её мать. Как и Агата.

Он посмотрел на магическое окно, где Зельда спала в своей комнате, Мармелад свернулся клубком рядом, Пушинка спряталась под одеялом.

— Но Эльфийский Совет, — его голос стал холодным. — Кто-то из них стоит за этим. Кто-то пытался использовать мою дочь.

— Что вы будете делать, босс? — Мармелад спросил.

Ка'азерот усмехнулся, но в этой улыбке не было тепла.

— Я узнаю, кто это был. И они пожалеют о том дне, когда решили использовать моё имя и мою дочь в своих интригах.

Он повернулся к генералам, которые всё ещё стояли в тени.

— Кх'аргут, Шепчущая Бездна, И'ктар. Начните расследование. Тихо. Осторожно. Узнайте, кто в Эльфийском Совете стоит за этим.

— Будет сделано, господин, — Кх'аргут поклонился.

— С удовольствием, — Шепчущая Бездна прошептала.

— Они не скроются, — И'ктар пообещал на всех языках.

Генералы исчезли, оставив Ка'азерота наедине с Мармеладом.

— Никто не тронет мою дочь, — Ка'азерот прошептал, глядя на спящую Зельду. — Никто. Или пожалеет об этом до конца своих дней.

И тронный зал погрузился в тишину, освещённый только мягким светом магического окна.

Советы и наказание

Зельду разбудил пронзительный визг.

— А-а-а-а! Демон!

Она резко села в кровати, её сердце забилось быстрее. Мармелад вскочил, шерсть встала дыбом. Пушинка спряталась под подушкой, высунув только одну дрожащую лапку.

В дверном проёме стояли Эларис, Сильвара и Лиана — с ужасом на лицах, указывая дрожащими пальцами на угол комнаты.

Зельда медленно повернула голову, следуя за их взглядами.

И замерла.

В углу комнаты, держа в массивной когтистой руке ярко-розовый пипидастр для уборки пыли, стоял Азграл'Ог. Огромный, красный, с изогнутыми рогами и перепончатыми крыльями демон. В розовом костюме горничной с белоснежным кружевным фартуком, украшенным оборками, и чепчиком на голове, из-под которого торчали рога.

Его лицо выражало смесь глубочайшего раздражения, унижения и такого безграничного уныния, что казалось, сама вселенная оплакивала его судьбу.

— Доброе утро, госпожа, — проговорил он сквозь стиснутые зубы, его голос был низким, раскатистым и полным сдерживаемой ярости. — Ваша... комната убрана. Пыль вытерта. Бельё сложено. Цветы в вазе освежены.

Зельда моргнула. Потом ещё раз. Потом медленно перевела взгляд на Мармелада.

Мармелад посмотрел на неё, его жёлтые глаза расширились.

Они оба одновременно фыркнули, пытаясь изо всех сил сдержать смех. Зельда зажала рот рукой, её плечи начали трястись. Мармелад отвернулся, его хвост дёргался.

— Вы... вы в порядке, госпожа? — Эларис дрожащим голосом спросила, всё ещё не отрывая испуганного взгляда от демона. — Этот... этот...

— Да, да, — Зельда быстро сказала, голос дрожал от подавленного смеха. — Всё... всё совершенно хорошо. Это... э... мой новый слуга. Личный помощник.

— Слуга?! — Сильвара переспросила, её глаза стали ещё шире, если это вообще было возможно. — Но это же демон!

— Да, — Зельда кивнула, изо всех сил стараясь сохранять серьёзное выражение лица. — Он... э... фамильный слуга рода.

Азграл'Ог издал звук, похожий на низкое рычание разъярённого зверя, но быстро превратил его в приступ кашля.

— Служу с величайшей радостью вашему роду, госпожа, — он процедил, его левый глаз начал дёргаться. — Нет большей чести, чем быть... горничной.

Последние слова он произнёс так, словно они причиняли ему физическую боль.

Служанки переглянулись, явно не зная, что делать с этой информацией.

— Мы... мы пришли разбудить вас на завтрак, — Лиана пробормотала, не отрывая взгляда от пипидастра в руках демона. — Но вы не ответили на наш стук... мы постучали трижды...

— О, да, прошу прощения, — Зельда встала с кровати, её ноги слегка подкашивались от подавляемого смеха. — Я очень, очень крепко спала. Вчера был... очень насыщенный день.

— Понятно, — Эларис медленно кивнула, всё ещё не в силах оторвать взгляд от демона в розовом. — Тогда... мы пойдём? Завтрак будет через двадцать минут.

— Да, спасибо большое, — Зельда улыбнулась максимально невинно. — Мы скоро спустимся в общий зал.

Служанки поспешно вышли, практически выбежали из комнаты, закрыв дверь так быстро, что она хлопнула. За дверью послышались их приглушённые голоса:

— Ты это видела?!

— Демон! В розовом!

— С пипидастром!

— Надо срочно рассказать ректору!

Как только их голоса затихли вдалеке, Зельда и Мармелад одновременно расхохотались.

— Розовый костюм! — Зельда задыхалась от смеха, держась за живот. — С кружевным фартуком! И чепчик! Чепчик на рогах!

— И пипидастр! — Мармелад катался по кровати, молотя хвостом по подушке. — Розовый пипидастр! Кх'аргут — гений! Абсолютный гений!

— «Служу с величайшей радостью»! — Зельда повторила его слова, изображая его голос.

Азграл'Ог стоял неподвижно, сжимая в руке пипидастр так сильно, что казалось, он сейчас сломает его пополам, благо он был неразрушим. Его крылья дрожали от подавляемой ярости.

— Очень... забавно, — он прорычал низким, опасным голосом. — Владыка Хаоса имеет... весьма специфическое чувство юмора. Изысканное. Утончённое. И абсолютно садистское.

Зельда вытерла слёзы смеха, пытаясь успокоиться и отдышаться.

— Прости, прости, — она вздохнула, всё ещё улыбаясь. — Просто... это так неожиданно. Я не думала, что отец может быть настолько... креативным в наказаниях.

— О, поверьте мне, госпожа, — Азграл'Ог буркнул мрачно, — я тоже не ожидал. Я тоже совершенно, абсолютно не ожидал провести следующие десять тысяч лет в услужении четырнадцатилетней девочке, одетым как... как...

Он не смог закончить, слишком охваченный возмущением.

— Как фея-крёстная? — подсказал Мармелад невинно.

Азграл'Ог повернулся к нему, его глаза вспыхнули.

— Кот...

— Или как принцесса на балу? — продолжил Мармелад, явно наслаждаясь моментом.

— Кот! — Азграл'Ог рыкнул.

— Хорошо, хорошо, — Зельда подняла руки примирительно, хотя всё ещё улыбалась. — Мармелад, не дразни его. Азграл'Ог... спасибо за уборку. Правда. Комната выглядит великолепно.

И это была правда. Комната блестела чистотой. Каждая вещь была на своём месте. Даже воздух пах свежестью и лавандой.

Азграл'Ог немного расслабился, хотя его лицо всё ещё выражало глубокое недовольство.

— Благодарю за признание, госпожа. Я... стараюсь выполнять свои обязанности наилучшим образом. Даже если эти обязанности унизительны и оскорбительны для древнего демона войны, который уничтожал целые миры.

Он развернулся, его крылья задели штору, и подошёл к шкафу.

— Вам нужно одеться. Завтрак через восемнадцать минут. Позвольте мне помочь вам подобрать наряд.

— Помочь? — Зельда переспросила неуверенно.

— Я обязан служить вам во всех аспектах, — Азграл'Ог ответил с тяжёлым вздохом, открывая шкаф. — Включая помощь в одевании, причёсывании, подборе украшений и прочих... девичьих делах. Это часть моего наказания.

Он достал из шкафа элегантное светло-зелёное платье с серебряной вышивкой и положил его на кровать.

— Это подойдёт. Простое, но элегантное. Соответствует эльфийским канонам красоты и при этом не выглядит излишне формальным. — Демон на удивление менторским тоном объяснял свой выбор Жельде. — Эльфы любят красоту, но баланс между красотой и практичностью я считаю наиболее важным в выборе наряда.

Зельда взяла платье, рассматривая его. Оно действительно было красивым.

— Ты... разбираешься в моде?

— Госпожа, — Азграл'Ог повернулся к ней, его голос стал немного менее раздражённым, — я прожил больше полумиллиарда лет. Я был свидетелем возвышения и падения цивилизаций. Я видел моды, которые приходили и уходили. Я наблюдал за эволюцией искусства одевания в десятках культур. Да, я разбираюсь в моде. К моему величайшему сожалению и несчастью.

Зельда моргнула, немного впечатлённая.

— Ого.

— «Ого» не начинает описывать глубину моих знаний, — Азграл'Ог продолжал, доставая туфли и аксессуары. — Я также умею готовить блюда из семидесяти триллионов различных кухонь, знаю триста тысяч способов укладки волос у людей, могу дать советы по декорированию интерьера и... — он замолчал, его лицо исказилось от боли, — с недавних пор могу вышивать крестиком.

Мармелад заинтересовано спросил.

— Вышивать крестиком?

— Да, — Азграл'Ог процедил. — Владыка Хаоса счёл необходимым снабдить меня всеми навыками идеальной горничной. ВСЕМИ.

Зельда прикусила губу, чтобы не рассмеяться снова.

— Это... очень практично.

— Это унизительно, — поправил Азграл'Ог. — Но что поделаешь. Судьба горька, а наказание справедливо. Я поднял руку на дочь Владыки Хаоса. Я заслужил это.

Он вздохнул глубоко, по-настоящему измученно.

— Теперь идите за ширму и переоденьтесь. Я подожду здесь и подготовлю все для причёски.

Зельда взяла платье и пошла за ширму. Когда она переоделась и вернулась, Азграл'Ог уже приготовил инструменты для причёски — расчёски, ножнички, заколки, ленты.

— Садитесь, госпожа, — он указал на стул перед зеркалом.

Зельда села, всё ещё немного не веря в происходящее. Азграл'Ог встал позади неё, взял расчёску своими когтистыми руками.

— Не бойтесь, — он сказал, заметив её напряжение. — Я не причиню вам вреда. Магия Владыки не позволит мне. Даже если бы я хотел. А я не хочу. Вы — невинная девочка. Я не воюю с детьми, если меня не заставляет магия. Именно по этому я жив, хоть и унижен.

И он начал расчёсывать её волосы.

Зельда удивилась, насколько аккуратно и нежно он это делал. Его движения были плавными, профессиональными. Когтистые пальцы двигались быстро и точно, разделяя пряди, заплетая косу, добавляя ленты, создавая сложную, красивую причёску. Демонинастолько увлекся, что даже прикусил язык, создавая свой шедевр из её волос.

Она наблюдала в зеркало, завороженная. Коса превращалась в произведение искусства — сложное переплетение, украшенное серебряными лентами, которые блестели в утреннем свете.

— Как ты научился этому? — она спросила тихо.

Азграл'Ог усмехнулся горько.

— Потодному из своих вынужденных контрактов я служил при дворе императрицы Тёмного Континента. Она требовала от своих слуг совершенства во всём. Включая причёски. Я научился многому, прежде чем смог разорвать контракт и вернулся к привычным войне и разрушению.

— Ты сожалеешь? О том, что вернулся к войне?

Азграл'Ог замолчал на секунду, его руки остановились.

— Иногда, — он признал тихо. — Война проста и скучна. Убей или будь убитым. Служение... служение сложнее. Оно требует терпения. Смирения. Принятия своего места. С другой стороны, кто я такой, что бы оспаривать свою природу?

Он продолжил работу, добавляя последние штрихи.

— Готово, — он сказал довольно через несколько минут, отступая.

Зельда посмотрела в зеркало и ахнула.

Причёска была великолепной — сложная коса, обвивающая голову как корона, переплетённая с серебряными лентами, которые ловили свет и блестели. Несколько тонких прядей обрамляли лицо, смягчая образ. Это выглядело так, словно над ней работал профессиональный стилист из королевского двора.

— Это... это потрясающе! — она воскликнула, поворачивая голову и любуясь причёской со всех сторон. — Азграл'Ог, это просто невероятно!

Демон позволил себе маленькую, почти незаметную улыбку.

— Спасибо, госпожа. Приятно слышать, что мои умения ценятся.

— Они точно ценятся, — Зельда встала, всё ещё любуясь своим отражением. — Спасибо. Правда.

Азграл'Ог кивнул.

— Теперь идите завтракать, госпожа. И пожалуйста... — он замялся, — не упоминайте меня эльфам. Моя репутация как древнего демона войны уже достаточно пострадала. Если слухи о розовом костюме распространятся по мирам... я никогда не смогу показаться в приличном обществе демонов.

Зельда кивнула, стараясь выглядеть серьёзной.

— Обещаю. Твой секрет в безопасности.

— Благодарю, — Азграл'Ог поклонился. — Теперь идите. Я приберусь здесь и подготовлю комнату к вашему возвращению.

Зельда подхватила Мармелада, который всё ещё посмеивался, и направилась к двери.

— Пушинка, идём, — она позвала.

Боевая подушка вылезла из-под одеяла и последовала за ней, её маленькие лапки цокали по полу.

Когда дверь закрылась за ними, Мармелад фыркнул:

— Розовый костюм. Твой отец — настоящий художник мести.

Зельда улыбнулась.

— Да. И я его за это люблю.

— А про вышивку я с ним поговорю отдельно. — Сказал Мармелад, мечтательно задумавшись.

***

Гарольд Стальной Коготь шёл по коридору Академии Арканы с твёрдой, военной поступью, его доспехи тихо позвякивали при каждом шаге. Его разведчики ещё не вернулись из глубин лабиринта и он решил провести время за изучением карт и схем в библиотеке.

Но, проходя мимо одной из пустых аудиторий на втором этаже, он услышал знакомые голоса и характерный звук — шелест карт.

— Три короля, — сказал первый голос, высокий, хитрый и явно довольный собой.

— Ха! Каре! — ответил второй, более солидный и уверенный.

— Как? Это шулерство!

Гарольд остановился, нахмурившись. Игра в карты в учебное время? Он заглянул в приоткрытую дверь.

За столом, заваленным картами и стопками медных, серебряных и даже нескольких золотых монет, сидели гремлин Григорий и профессор Клатокин — преподаватель по изучению магических существ. Оба были полностью поглощены игрой.

Григорий с хитрыми глазками, сидел на стопке книг, чтобы достать до стола. Профессор Клатокин, высокий, с седыми волосами и моноклем, выглядел на удивление расслабленным для человека, который должен преподавать.

— Ещё раунд? — Клатокин спросил, тасуя карты ловкими движениями.

— С удовольствием, — Григорий кивнул, доставая ещё несколько монет из кармашков. — Но на этот раз я верну свои деньги.

— Говоришь это каждый раз, гремлин, — Клатокин ухмыльнулся, профессионально раздавая карты.

Гарольд собирался развернуться и уйти — это не его дело, как преподаватели проводят свободное время — но гремлин заметил его.

— О! Генерал Стальной Коготь! — Григорий подпрыгнул на стопке книг, размахивая лапкой. — Заходите, заходите! Не стойте в дверях как привидение! Составите нам компанию? Сыграем партейку?

Гарольд вошёл в аудиторию, его лицо оставалось серьёзным.

— Я не играю на деньги, — он ответил твёрдо и непреклонно. — Это противоречит моим принципам.

Григорий наклонил голову набок, его уши подёргивались.

— А кто говорил про деньги? — он спрыгнул со стопки книг и подбежал к генералу, карабкаясь по его доспехам и оказываясь на плече. — Есть вещи поинтереснее денег, генерал. Гораздо поинтереснее.

Гарольд повернул голову, глядя на гремлина одним глазом.

— Что именно?

Григорий наклонился ближе, его голос стал тише, конспиративнее.

— Желания, генерал. Играем на желания. Я выигрываю — ты выполняешь моё желание. Ты выигрываешь — я выполняю твоё. Просто, честно, интересно.

Гарольд нахмурился сильнее.

— Какого рода желания?

— Разумные, — Григорий поднял лапку. — Никаких «отдай мне душу» или «стань моим рабом». Практичные вещи. Например...

Он замолчал, его глаза сверкнули хитростью.

— Например, я знаю, что у тебя есть зависимостб от полнолуния. Теряешь контроль, превращаешься даже когда не хочешь. Проблема, да?

Гарольд напрягся. Гремлин ударил в больное место.

— Продолжай.

— У меня есть кое-что, — Григорий достал из кармана небольшое серебряное кольцо с тёмным камнем. — Кольцо подавления зверя. Древний артефакт. Надеваешь его — и зверь внутри успокаивается. Полнолуние всё ещё влияет, но не контролирует. Оборотень может сохранять разум, контролировать трансформацию. Полезная штука, правда?

Гарольд посмотрел на кольцо, его глаза расширились.

— Откуда у тебя это?

— Гремлины собирают вещи, — Григорий пожал плечами. — Это наша природа. Я нашёл его в подвалах академии. В одной из старинных комнат для преподавателей. Хозяин умер, кольцо лежало без дела. Теперь оно у меня. И оно может стать твоим... если выиграешь.

Гарольд молчал, взвешивая. Каждое полнолуние было пыткой для него. Такое кольцо могло изменить его жизнь.

— А что ты хочешь взамен? Если я проиграю?

Григорий почесал подбородок, задумавшись.

— Хммм... Знаешь, я всегда хотел поездить верхом, — он быстро добавил, видя суровый взгляд генерала. — У меня есть только метла, но ведь ты поможешь мне разнообразить мой транспорт на один день?

Гарольд усмехнулся.

— Ты хочешь, чтобы я прокатал тебя верхом?

— Абсолютно точно! — Григорий кивнул энергично.

— Гремлины не имеют чести, — заметил профессор Клатокин с улыбкой.

— Эй! — Григорий обернулся. — У нас есть своя честь! Просто она... специфическая.

Гарольд долго смотрел на гремлина, потом на кольцо, потом снова на гремлина.

— Одна партия. Если я выиграю — кольцо моё.

Григорий ухмыльнулся шире.

— Сделка! Садись, генерал. Профессор, раздавай карты!

Гарольд сел за стол, снимая перчатки. Он не играл в карты много лет, не с тех пор как служил простым солдатом. Но он помнил правила. И он помнил, как читать противника.

Клатокин раздал карты. Гарольд поднял свою руку — неплохо. Пара валетов, туз и две случайные карты.

Григорий посмотрел на свои карты, его лицо не выражала ничего. Идеальное покерное лицо.

Игра началась.

Они обменивались картами, повышали ставки, блефовали. Профессор Клатокин комментировал игру, явно наслаждаясь зрелищем.

Гарольд играл осторожно, стратегически. Григорий играл хитро, непредсказуемо.

Наконец, после нескольких раундов, пришло время показать карты.

— Три дамы, — Григорий выложил карты на стол с довольным видом.

Гарольд медленно выложил свои.

— Стрит.

Тишина.

Григорий уставился на карты, его уши опустились.

— Стрит. У тебя стрит.

— Да, — Гарольд кивнул, собирая кольцо со стола. — Полагаю, кольцо моё.

Григорий вздохнул драматически, падая на спину на столе.

— Проиграл. Гремлин опять проиграл.

— Не драматизируй, — Клатокин усмехнулся. — У тебя наверняка ещё сотня таких колец в запасе.

— Это не главное! — Григорий сел, указывая лапкой на профессора. — Главное — принцип! Я проиграл! Генералу! Который не играл в карты годами!

Гарольд встал, надевая перчатки и пряча кольцо в карман.

— Благодарю за игру. И за кольцо.

Григорий вскочил на ноги, его хвост забил по столу.

— Эй, эй! Генерал! Реванш! Давай сыграем ещё раз! Двойная ставка!

Гарольд остановился у двери, оборачиваясь.

— Что ты поставишь?

Григорий задумался, почесывая подбородок.

— Информацию. Я знаю много интересного о лабиринте.

Гарольд развернулся полностью, его взгляд стал острым.

— Говори.

— Ну уж нет! — Григорий помотал головой. — Сначала игра. Информация — если выиграешь. Если проиграешь — забираю кольцо обратно и я ничего не скажу.

Гарольд посмотрел на кольцо в кармане, потом на гремлина.

— У тебя действительно есть информация?

— Клянусь мамочкой, — Григорий поднял лапку. — Я знаю что в подземелье стали шевелится тени. Но вот проверитьчто будет, если остаться во тьме вы не решаетесь.

Гарольд нахмурился. Это было правдой.

— Хорошо. Одна партия. Но на этот раз — другие ставки. Если я выиграю — ты даёшь мне всю информацию, которая у тебя есть. Если ты выиграешь...

— Я забираю кольцо и я получаю себе новый транспорт на весь день, — улыбнулся Григорий.

Гарольд вздохнул.

— Договорились.

Он сел обратно за стол.

Игра началась снова.

***

Зельда вошла в столовую эльфийской академии и сразу почувствовала взгляды. Студенты поворачивались, глядя на её причёску, перешёптываясь между собой.

— Какая красивая коса...

— Откуда у неё такое мастерство?

— Я впервые вижу такую прическу!

Зельда проигнорировала шёпот и направилась к столу, где уже сидели её друзья — Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус.

— Зельда! — Лидия воскликнула, когда она подошла. — Твоя причёска... она потрясающая!

— Спасибо, — Зельда села рядом с ней, кладя Мармелада на стол. Пушинка устроилась у её ног.

Томас, сидевший слева от неё, наклонился ближе, рассматривая переплетения.

— Это правда искусная работа. Кто тебе помог?

Зельда обменялась взглядом с Мармеладом, который еле сдерживал смешок.

— Мой... новый помощник.

— Новый помощник? — Дрейвен, сидевший справа, поднял бровь. — У тебя теперь есть еще одна служанка?

— Можно сказать и так, — Зельда взяла тарелку с фруктами. — Это... долгая история.

— Мы никуда не спешим, — усмехнулся Седвик. — Рассказывай.

Зельда наклонилась ближе к центру стола, понижая голос. Друзья тоже придвинулись, создавая маленький конспиративный круг.

— Помните демона из прошлой ночи? Азграл'Ога?

Все кивнули.

— Отец наказал его. Теперь он должен служить мне... в качестве горничной.

— Горничной? — Ариана переспросила, её глаза расширились.

— В розовом костюме, — добавил Мармелад с едва сдерживаемым смехом. — С кружевным фартуком и чепчиком. И розовым пипидастром.

На секунду повисла тишина.

Потом Бориус фыркнул. Потом Седвик. Потом все разом начали сдерживать смех, закрывая рты руками и пытаясь не привлекать внимание других студентов.

— Это... это гениально, — Томас выдохнул, вытирая слёзы. — Владыка Хаоса — настоящий мастер мести.

— Демон в розовом! — Лидия прошептала, задыхаясь от смеха. — Боги, я бы заплатила, чтобы увидеть это!

— Поверь мне, — Зельда усмехнулась, — это стоит того. Он так недоволен. Но работает безупречно. Вы бы видели, как он складывал бельё — с таким возмущённым лицом, но идеально ровно.

— И он сделал тебе причёску? — Ариана всё ещё рассматривала косу.

— Да. Оказывается, он мастер в этом деле. И в готовке. И в вышивке крестиком.

— Вышивке крестиком?! — Дрейвен повторил, не веря. — Демон войны вышивает крестиком?

— По его словам, отец снабдил его всеми навыками идеальной горничной, — Зельда объяснила. — Всеми.

Друзья снова захихикали, пытаясь держать себя в руках.

— Твой отец — легенда, — Седвик покачал головой. — Абсолютная легенда.

Разговор перешёл на более серьёзную тему — прошлую ночь.

— Как ты себя чувствуешь? — Ариана спросила тихо. — После всего, что случилось?

Зельда замолчала, задумавшись.

— Честно? Не знаю. Я еле проснулась. А всё ещё думаю о том, как превратила тех эльфов в кукол. Это было... легко. Слишком легко.

Дрейвен положил руку ей на плечо.

— Ты защищала нас. Ты сделала правильно.

Томас, заметив руку Дрейвена, тоже протянул свою, касаясь другого плеча Зельды.

— Да. Без тебя мы бы не выжили. Ты была невероятной.

Зельда почувствовала странное напряжение между двумя юношами. Они смотрели друг на друга через неё, их взгляды были... конкурирующими?

— Спасибо, — она сказала, не понимая, что происходит. — Вы оба были храбрыми. Все вы.

Дрейвен и Томас одновременно отдёрнули руки, но напряжение осталось.

Лидия и Ариана обменялись многозначительными взглядами. Они явно видели то, чего не замечала Зельда.

— Кстати, — Бориус сменил тему, явно чувствуя неловкость момента, — что будет с теми куклами?

Зельда вздохнула.

— Генералы сказали, что они останутся куклами, пока я не решу снять заклинание. Честно говоря, я не знаю, что делать. С одной стороны, они угрожали нам. С другой... они всё ещё живые существа.

— Они пытались поработить тебя, — Дрейвен сказал твёрдо. — Через какой-то ритуал. Они заслужили наказание.

— Но вечное наказание? — Зельда нахмурилась. — Это кажется... жестоким.

— Может, оставь их куклами на некоторое время, — предложила Ариана. — Пусть подумают о своих действиях. А потом, если они раскаются, верни их обратно.

Зельда кивнула медленно.

— Это звучит разумно. Спасибо.

Томас наклонился ближе.

— Ты слишком добра, Зельда. Это одновременно твоя сила и слабость.

— Доброта — не слабость, — возразил Дрейвен, тоже наклоняясь. — Это сила характера.

Они снова обменялись взглядами через Зельду. Напряжение росло.

Зельда почувствовала себя неловко, зажатой между двумя юношами, которые по какой-то причине соревновались.

— Ладно, — она встала резко, — мне нужно... в туалет. Сейчас вернусь.

Она взяла Мармелада и быстро ушла от стола.

Когда они отошли на безопасное расстояние, Мармелад фыркнул:

— Они ревнуют.

— Что? — Зельда остановилась. — Кто ревнует?

— Томас и Дрейвен. К тебе. Друг друга.

Зельда моргнула.

— Это глупо.

— Это не глупо, хозяйка, — Мармелад покачал головой. — Это подростки. Это нормально.

Зельда покраснела.

— Но я... я не... мы просто друзья!

— Ты так думаешь, — Мармелад усмехнулся. — Они думают иначе. Будет интересно посмотреть, как это развернётся.

Зельда застонала, закрывая лицо руками.

— Можно мне вернуться в мир, где единственная проблема — это демоны и культисты? Это проще.

***

Ка'азерот сидел на троне, перед ним парили несколько магических свитков с подробной информацией об эльфийском королевстве и его политической структуре. Он изучал их уже третий час, и его лицо становилось всё более мрачным.

— Магический Совет, — он пробормотал вслух, читая очередной свиток. — Отвечает за регулирование использования магии, лицензирование магов и надзор за магическими артефактами.

Мармелад, сидевший рядом на мягкой подушке, кивнул.

— Да, босс. Очень влиятельная организация.

— Королевский Совет, — Ка'азерот продолжал, разворачивая следующий свиток. — Советники короля, решают вопросы государственного управления.

— Тоже важны.

— Храмовый Совет. Духовное руководство, религиозные вопросы.

— Естественно.

— Кладбищенский Совет, — Ка'азерот поднял глаза, его лицо выражало недоумение. — Кладбищенский?!

— Да, босс. У эльфов очень серьёзное отношение к смерти и захоронениям. Есть целый совет, который регулирует похороны, уход за могилами, общение с духами предков.

Ка'азерот покачал головой и продолжил читать.

— Совет Ремесленников. Регулирует производство и качество товаров. Совет Торговцев. Контролирует торговые пути и таможни. Совет Лесников. Управляет лесными ресурсами. Совет Садовников. Следит за парками и садами...

Он остановился, перечитывая.

— Совет Садовников. У них есть отдельный совет для садов?

— Эльфы очень любят природу, босс.

— Совет Виноделов, — Ка'азерот продолжал, его голос становился всё более недоумённым. — Регулирует производство вина, контролирует качество винограда, устанавливает стандарты брожения и разрешение степени опьянения...

Он отложил свитки и посмотрел на Мармелада.

— Разрешённые степени опьянения?

— Эльфы очень, очень серьёзно относятся к вину, босс. И напиваться вином можно только средней степени опьянения, а вот пивом можно до тяжелой.

Ка'азерот встал с трона и начал ходить взад-вперёд, его плащ развевался за ним.

— Это не королевство, — он проговорил, размахивая руками. — Это не государство. Это... Это Страна Советов! Как можно вообще управлять государством, где каждое малейшее решение должно пройти через дюжину разных советов?!

— Совет Пекарей, — Мармелад добавил услужливо. — Регулирует хлебопечение от помола муки до цвета корочки хлеба, пересекается с советом Мельников и советом Кондитеров. Совет Музыкантов. Контролирует концерты и...

— ХВАТИТ! — Ка'азерот остановился, подняв руку. — Я понял. У них есть совет буквально для всего.

— Практически, босс. Только канализацией управляет департамент жилищных услуг.

Ка'азерот вернулся к трону и упал на него, потирая переносицу.

— И теперь кто-то из одного из этих бесчисленных советов решил похитить тебя и связать мою дочь магическим ритуалом. Вопрос — из какого именно совета? И кто конкретно стоит за этим?

— Генералы работают над этим, босс, — Мармелад напомнил. — Кх'аргут, Шепчущая Бездна и И'ктар уже в эльфийском королевстве. Они внедряются в различные советы, собирают информацию, допрашивают тех культистов, которых вы отправили в мир трансфигурации.

— Хорошо, — Ка'азерот кивнул. — Но я хочу знать скорее. Кто-то посмел использовать мою дочь как инструмент. Попытался сделать её своей марионеткой. Они ответят за это. Каждый из них.

Он посмотрел на магическое окно, где Зельда сидела со своими друзьями за завтраком, смеялась над чем-то, что сказал Седвик.

— Она так молода, — Ка'азерот прошептал. — Так невинна. И они пытались украсть её свободу.

— Но она сильная, босс, — Мармелад сказал. — Вы видели, как она справилась. Превратила эльфов в кукол, не убив их. Это требует огромной силы воли и контроля.

— Да, — Ка'азерот улыбнулся слабо. — Моя девочка сильная. Хотя и не понимает природы своей силы до конца.

Он встал снова, его решимость вернулась.

— А пока генералы ищут виновных, я должен быть готов защитить её. Всегда. И я должен понять королевство эльфов. Страна Советов. Их политику, их интриги, их игры. Как у них вообще король правит?

Он взмахнул рукой, и ещё десяток свитков материализовались в воздухе.

— Принеси мне информацию обо всех советах. Их лидерах. Их целях. Их конфликтах между собой. Если кто-то из них пытался использовать Зельду, у них должна быть причина. Мотив.

— Будет сделано, босс, — Мармелад спрыгнул с подушки. — Я попрошу архивариусов подготовить полный отчёт.

— Хорошо. И ещё...

Ка'азерот повернулся к окну, его взгляд стал острым.

— Пусть генералы действуют осторожно. Эльфы очень чувствительный народ. Разоблачить создание хаоса для них не проблема.

— Понял, босс. Передам генералам.

Мармелад вышел из зала, оставив Ка'азерота наедине с бесконечными свитками и его мыслями о «Стране Советов».

***

Обед в Академии Арканы проходил в обычном режиме. Студенты сидели за длинными столами, ели, болтали, обсуждали предстоящие зачёты. Декан Варилий сидел за учительским столом вместе с профессорами, спокойно беседуя о последних новостях и успехах учеников.

Всё было мирно и размеренно.

А потом двери столовой распахнулись с таким грохотом, что все разговоры мгновенно прекратились.

В зал влетел гремлин Григорий верхом на огромном сером волке-оборотне. Волк был размером с небольшую лошадь, его шерсть была взъерошенной, глаза горели золотым огнём. Гремлин держался за шерсть волка одной лапкой, а другой размахивал маленьким чёрным пиратским флагом с черепом и костями.

— А вот пришёл волчок! — заорал Григорий во всё горло, его голос эхом разнёсся по всей столовой. — Щас укусит за бочок!

Столовая замерла в шокированном молчании.

Волк пронёсся между столами с невероятной скоростью, опрокидывая стулья, задевая край скатерти и отправляя тарелки в полёт. Студенты бросались в стороны с криками, кто-то прыгал на столы, кто-то падал на пол.

— Бегите, смертные! — Григорий хохотал маниакально, размахивая флагом как безумный пират. — Волчок голоден! Волчок хочет жареной курицы!

— Григорий! — декан Варилий вскочил со своего места, его лицо было смесью изумления, гнева и какой-то усталой обречённости. — Что ты творишь?!

— Развлекаюсь, декан! — гремлин ответил весело, проносясь мимо учительского стола. — Жизнь коротка! Надо веселиться!

— Да ты же бессмертный, тебе даже старость не грозит!

— Ой, это детали!

Волк подбежал к столу, где стояли блюда с жареной едой. Одним движением морды он схватил целую жареную курицу, затем ветчину, затем ещё какие-то куски мяса.

— Спасибо за вкусный обед! — Григорий помахал лапкой, его рот был набит украденными печеньками. — Вы очень гостеприимны!

Волк развернулся и помчался обратно к выходу, сшибая ещё несколько стульев. Григорий продолжал размахивать флагом и кричать:

— Йохохо и бутылка рому! Свобода гремлинам и оборотням!

Они вылетели из столовой так же быстро и хаотично, как и ворвались, оставив за собой разгром, опрокинутые столы и полное недоумение.

Тишина.

Медленно, очень медленно, студенты начали подниматься, оглядываться, проверять, целы ли они.

Один первокурсник тихо спросил, его голос дрожал:

— Это... это было по-настоящему? Или я схожу с ума?

— К сожалению, это было реально, — профессор Клатокин вздохнул тяжело, поправляя монокль. — Гремлины. Никогда не знаешь, чего от них ожидать. Абсолютно непредсказуемые существа.

Декан Варилий медленно опустился обратно на свой стул, его лицо выражало глубокую усталость.

— Мне нужен отпуск, — он пробормотал, потирая виски. — Длинный отпуск. На необитаемый остров. Без гремлинов. И без оборотней. И без магии.

Профессор Элдрик, призрак в серебристой мантии, усмехнулся.

— Декан, вы же знаете, что как только вы уедете, что-то ещё более безумное случится. Это закон академии.

— Не напоминай мне, — Варилий застонал.

Студенты постепенно успокаивались, начали убирать беспорядок, поднимать стулья, собирать разбитую посуду.

А где-то в коридорах академии раздавался далёкий смех гремлина и вой довольного волка.

***

После обеда, когда эмоции немного улеглись, Зельда вернулась в свою комнату в эльфийской академии. Комната была идеально убрана — Азграл'Ог поработал на славу. Всё блестело, всё было на своих местах.

Самого демона нигде не было видно. Наверное, прятался где-то, чтобы не привлекать внимание.

Зельда села на кровать и достала свою палочку.

— Палочка? — она позвала тихо.

«Да, девочка? Наконец-то вспомнила про мое существование или опять превратила кого-нибудь в кроликов?» — откликнулся голос в её голове, женский, мудрый, язвительный и ехидный.

— Я хочу спросить тебя кое о чём. О моей магии.

«Слушаю внимательно.»

Зельда задумалась, подбирая слова.

— Когда я использую магию... я чувствую, что она не любит ограничений. Я поняла, что она сопротивляется, когда я пытаюсь её контролировать. Отец показал мне, как надо работать с ней. Магия течет через меня свободно, и я не останавливаю её. Я просто... направляю. Как будто мы работаем вместе.

«А-а-а,» — палочка протянула задумчиво. — «Ты говоришь о технике свободного потока. Это очень древняя и сложная техника, девочка. Большинство современных магов даже не слышали о ней.»

— Почему?

«Потому что она опасна. Потому что её трудно освоить. И потому что она требует полного доверия между магом и магией.»

Зельда нахмурилась.

— Не понимаю. Разве магия — это не просто инструмент?

«О, девочка,» — палочка вздохнула. «Магия — это намного больше, чем просто инструмент. Магия — это живая сила. Она имеет свою волю, свои желания, свой характер. Она самая живая из всех материй.»

— Живая?

«Да. Подумай о магии как о диком животном. Большинство магов пытаются приручить её, заставить подчиниться, запереть в клетку правил и ограничений. Это работает для простой магии. Но есть еще магия творения и изменения. Вот она слишком дика. Слишком сильна. Она будет сопротивляться клетке. Она будет ломать решётки.»

Зельда кивнула медленно, начиная понимать.

— А свободный поток?

«Свободный поток — это другой подход. Ты не приручаешь животное. Ты становишься его партнёром. Ты бежишь рядом с ним на равне, а не пытаешься его остановить. Ты направляешь его, но не контролируешь. Понимаешь разницу?»

— Кажется, да... Но как это сделать практически?

«Это требует трёх вещей, девочка. Слушай внимательно.»

Зельда наклонилась вперёд, сосредоточенно слушая.

«Первое — доверие. Ты должна доверять своей магии. Перестать бояться её. Перестать думать, что она навредит тебе или твоим друзьям. Магия чувствует твой страх, и страх создаёт блоки, препятствия. Доверие открывает пути.»

— Но я превратила людей в кукол, — Зельда прошептала. — Так легко. Я могла их убить.

«Но не убила,» — палочка ответила твёрдо. — «Ты выбрала милосердие. Даже в гневе, даже в страхе за своих друзей, ты выбрала не убивать. Это показывает, что ты уже доверяешь себе больше, чем думаешь.»

Зельда задумалась над этими словами.

— А второе?

«Второе — понимание. Ты должна понять свою магию. Что она хочет? Что она любит? Что её раздражает? Магия любит свободу, творчество, изменения. Она ненавидит застой, скуку, жёсткие рамки. Когда ты даёшь ей то, что она любит, она работает с тобой охотно.»

— Как дружба, — Зельда сказала тихо.

«Именно! Хорошая аналогия. Это как дружба. Ты не командуешь другом. Ты просишь. Ты работаешь вместе. Ты уважаешь его желания.»

— И третье?

«Третье — практика. Много практики. Свободный поток не освоить за день или даже за год. Это требует времени, терпения, множества ошибок. Ты будешь падать, пытаться создать рамки, ограничения. Магия будет вырываться из-под контроля. Но каждый раз ты будешь учиться, становиться лучше, понимать глубже.»

Зельда кивнула, впитывая информацию.

— Как мне начать практиковаться?

«Медитация,» — палочка ответила. «Каждый день, хотя бы пятнадцать минут. Сядь тихо, закрой глаза, почувствуй свою магию внутри. Не пытайся её использовать. Просто почувствуй. Познакомься с ней. Пусть она познакомится с тобой.»

— Это звучит... спокойно.

«Оно так и есть. Свободный поток — это не битва. Это танец. Медленный, красивый танец между тобой и магией.»

Зельда улыбнулась слабо.

— Спасибо, палочка. Это очень помогает.

«Всегда пожалуйста, девочка. Но помни — будь осторожна. Свободный поток мощный, но и опасный. Если потеряешь концентрацию в неправильный момент...»

— Понимаю, — Зельда кивнула серьёзно. — Буду осторожна.

Она положила палочку на стол и легла на кровать, глядя в потолок.

Мармелад запрыгнул к ней на живот, свернувшись клубком.

— Свободный поток, — он пробормотал. — Звучит как что-то, что идеально подходит для тебя, хозяйка.

— Да, — Зельда погладила его. — Я чувствую, что это правильный путь. Мне просто нужно научиться.

— И научишься, — Мармелад замурлыкал. — Твой отец поможет тебе, в я и твои друзья поддержим.

Зельда улыбнулась, закрывая глаза.

— Спасибо, Мармелад.

***

Той ночью, когда Зельда заснула, она снова оказалась в саду.

Ка'азерот хмурый сидел на траве и задумчиво изучал свиток, но его лицо сразу же смягчилось, глаза наполнились теплом.

— Привет, солнышко.

— Папа! — Зельда бросилась к нему, обнимая крепко.

Ка'азерот обнял её, гладя по волосам, вдыхая запах её волос.

— Как ты? Как прошёл день?

— Странно, — Зельда рассмеялась слабо. — Томас и Дрейвен ведут себя как-то... конкурирующе. Мармелад говорит, они ревнуют. Но это глупо, правда?

Ка'азерот усмехнулся.

— Не так уж и глупо. Ты красивая, умная, сильная девочка. Конечно они будут интересоваться тобой.

Зельда покраснела.

— Папа!

— Что? Это правда, — Ка'азерот похлопал её по голове. — Но не волнуйся. Если кто-то из них обидит тебя, я превращу его в что-то забавное. Может, в жабу. Или садовый гном тебе больше понравится?

— Пожалуйста, не надо, — Зельда застонала.

Они посмеялись вместе, потом Ка'азерот стал серьёзнее.

— Ну что, продолжим занятия?

— Да!

— Но сначала, я хочу кое-что сделать.

Ка'азерот коснулся её шеи, где висел амулет.

— Мне нужно забрать амулет на несколько дней.

Зельда нахмурилась, инстинктивно коснувшись кулона.

— Почему?

— Его эманации хаоса стали слишком заметными, — Ка'азерот объяснил. — Ректор эльфийской академии и несколько преподавателей начали чувствовать их. Они пока не понимают, что это, но они задают вопросы. Скоро они могут догадаться. Мне нужно скрыть ауру амулета, сделать его незаметным. Но это требует времени и сложной магии.

Зельда колебалась. Амулет был её защитой, её связью с отцом. Без него она чувствовала себя... уязвимой.

— Но без него я...

— Я знаю, солнышко, — Ка'азерот прервал её мягко, обнимая снова. — Ты уже чувствуешь себя в безопасности с ним. Но сейчас он привлекает внимание, которое нам не нужно. Эльфы начнут копать, задавать вопросы. Это может создать проблемы.

Зельда прижалась к нему.

— Сколько дней?

— Три, может четыре. Не больше. Я работаю над специальным заклинанием, которое полностью скроет его магическую сигнатуру. После этого его можно будет носить безопасно и даже полезно, он поможет твоему ядру раскачаться и увеличит его потенциал в сотни раз.

Зельда вздохнула.

— Хорошо. Я доверяю тебе.

Ка'азерот коснулся амулета, и тот начал светиться мягким фиолетовым светом. Через секунду он исчез, растворившись в воздухе.

— Спасибо, моя девочка, — Ка'азерот поцеловал её в лоб. — Я обещаю вернуть его скоро.

Зельда кивнула, хотя чувствовала пустоту там, где раньше висел амулет.

— А теперь, — Ка'азерот улыбнулся, — пора продолжить твоё обучение.

— Ура!

— Начнем с повтора. Использованию твоей силы. Правильно. Безопасно. И эффективно.

Он взмахнул рукой, и пространство вокруг них изменилось, превратившись в полигон.

— Здесь ты можешь практиковаться, словно в родной академии, — объяснил Ка'азерот. — Привыкнешь работать вотсгн, сможешь работать так же на яву

Зельда посмотрела вокруг, впечатлённая.

— Это невероятно.

— Теперь, — Ка'азерот встал рядом с ней. — Вспомни чему я тебя учил — закрой глаза и почувствуй свою магию.

Зельда закрыла глаза, сосредотачиваясь. Она почувствовала знакомое тепло внутри — магию хаоса, бурлящую, живую, нетерпеливую.

— Хорошо, — Ка'азерот кивнул, его голос был спокойным и направляющим. — Теперь, преврати ближайший камень в кошечку.

Зельда подняла руку, и магия отозвалась. Она почувствовала, как поток начинается глубоко внутри, поднимается, течёт по ней и обрушивается на камень, меняя его природу.

«Котика рыженького или черного делать будем?»

Зельда сначала испугалась, а потом поняла, что этот вопрос задает ее магия.

— Рыжая девочка.

— Отлично! — Ка'азерот воскликнул, его голос был полон гордости, наблюдая за трансформацией камня.

Зельда открыла глаза, глядя на рыженькую кошечку, что терлась о её ногу.

— Да... Это совсем другое. Легче. Магия сама хочет сделать это. Словно она... рада помочь.

— Именно! — Ка'азерот улыбнулся широко. — Потому что ты работаешь с ней, а не против неё. Магия хаоса не любит ограничений, но она любит цель. Дай ей цель — и она будет служить тебе верно.

Они провели следующие часы (или то, что казалось часами во сне) практикуясь. Зельда создавала различные формы из магии — шары, спирали, волны, даже небольшие фигурки животных. Училась направлять поток, чувствовать его ритм, работать в гармонии с магией.

Ка'азерот давал советы, поправлял, показывал примеры.

— Хорошо, теперь попробуй что-то сложнее, — он сказал. — Что-то, что обычно создают силами порядка. Создай кристалл огня.

Зельда сосредоточилась. Представила стену из магии, твёрдую, но гибкую. Поток откликнулся, магия хаоса сформировала перед ней полупрозрачный кусок застывшего огня. от которого исходил жар.

— Отлично! — Ка'азерот взял кристал в руки. — Чистое инфернальное пламя.

Зельда улыбнулась, чувствуя гордость.

Но постепенно усталость начала накапливаться. Даже во сне, даже в магическом пространстве, её разум и тело уставали.

— Папа, — она зевнула, опуская руку, — я... устала.

Ка'азерот сразу же подошёл к ней, обнимая.

— Конечно, солнышко. Ты проделала огромную работу. Отдыхай.

Зельда прислонилась к нему, её глаза закрывались сами собой.

— Спасибо... за урок... за всё...

— Всегда, моя девочка, — Ка'азерот прошептал, целуя её в лоб и поглаживая волосы. — Спи. Я буду охранять твой сон. Никто не побеспокоит тебя.

Зельда погрузилась в глубокий, спокойный сон, всё ещё обнимая отца, чувствуя его защиту, его любовь.

Ка'азерот держал её, стоя посреди бескрайнего поля под звёздами. Его лицо было мягким, любящим.

— Ты так быстро растёшь, — он прошептал в темноту. — Так быстро становишься сильной. Скоро ты не будешь нуждаться во мне. Но пока... пока ты нуждаешься... я буду здесь. Всегда.

Он посмотрел на звёздное небо, его взгляд стал холоднее, опаснее.

— И горе тому, кто попытается причинить тебе вред. Я найду их. Всех. И они пожалеют о дне своего рождения.

Пространство сна начало медленно растворяться, превращаясь в обычную темноту ночи. Зельда спала в своей постели, обнимая подушку. Мармелад лежал рядом, Пушинка пристроилась у её ног.

И где-то далеко, в тронном зале, Ка'азерот вернулся на свой трон, держа амулет дочери в руке, окутывая его сложными заклинаниями защиты и сокрытия.

— Несколько дней, — он пробормотал себе под нос, — и ты будешь готов. И никто не сможет отследить её через тебя. Никто.

И тронный зал погрузился в тишину, освещённый только мягким светом магии Владыки Хаоса.

Взрывные последствия

Следующим утром Зельду снова разбудил стук в дверь. На этот раз он был более настойчивым и официальным.

— Леди Зельда? — послышался голос Эларис. — Архимаг Элирия желает видеть вас. Она... э... она хочет встретиться с вашим... слугой.

Зельда быстро оделась и открыла дверь. На пороге стояли три служанки и сама ректор — высокая эльфийка в белоснежной мантии, расшитой серебром. Ярко-голубые глаза пристально смотрели на Зельду. Диадема из хрусталя словно светилась изнутри, передавая напряжение ректора. Её лицо выражало смесь озабоченности и любопытства.

— Доброе утро, леди Зельда, — архимаг Элирия поклонилась. — Прошу прощения за столь ранний визит, но мои служанки вчера сообщили о... необычном госте в ваших покоях.

— Доброе утро, архимаг Элирия, — Зельда ответила вежливо, отступая и впуская её. — Да, это мой... фамильный слуга. Азграл'Ог.

Демон стоял в углу комнаты, всё ещё в розовом костюме горничной, держа в руках розовую тряпку для пыли. При виде архимага он выпрямился и поклонился с достоинством, которое странно контрастировало с его нарядом.

— Архимаг, — он произнёс низким голосом.

Архимаг Элирия остановилась, её глаза расширились. Несколько секунд она просто смотрела на демона, явно пытаясь совместить в голове образ древнего демона войны и розовый костюм с оборками.

— Азграл'Ог, — она наконец произнесла. — Демон войны. Разрушитель миров. В... в костюме горничной.

— К моему глубочайшему сожалению, да, — Азграл'Ог подтвердил с каменным лицом.

Архимаг Элирия прочистила горло, явно пытаясь сохранить профессиональное спокойствие.

— Я пришла, чтобы установить некоторые правила. Демон в академии — это... необычная ситуация. Я должна быть уверена, что студенты в безопасности.

— Разумно, — Азграл'Ог кивнул. — Предлагаю следующее: я не покидаю покои леди Зельды без её явного разрешения. Я не вступаю в контакт с другими студентами. Я выполняю только обязанности слуги и не применяю магию или силу без крайней необходимости.

Архимаг медленно кивнула.

— Это приемлемо. Вы даёте своё слово?

— Моё слово не имеет значения. — ответил Азграл'Ог. — Магия, которой я связан с госпожой, не позволит мне нарушить условия моего наказания или причинить вред леди Зельде и тем, кого она считает важными.

Архимаг расслабилась немного, явно успокоенная этой информацией.

— Хорошо. Тогда мы имеем взаимопонимание.

Она обернулась к Зельде.

— Леди Зельда, я надеюсь, вы понимаете ответственность...

Но её слова прервал Азграл'Ог, который вдруг фыркнул, глядя на одежду архимага.

— Простите, но я не могу больше молчать.

Архимаг Элирия повернулась к нему, её бровь поднялась.

— Да?

— Ваша мантия, — Азграл'Ог указал когтистым пальцем. — Серебряная вышивка на белоснежном. Классический эльфийский стиль, да. Но исполнение... посредственное.

Тишина.

Архимаг моргнула.

— Простите?

— Серебряные нити слишком однообразны для такой роскошной ткани, — Азграл'Ог продолжал, явно входя в раж. — Они создают предсказуемость, монотонность. Вышивка должна играть, удивлять, вести взгляд. И узор! Прямые геометрические линии — это скучно. Эльфы не используют эту композицию уже полторы тысячи лет! Где известная эльфийская изысканость? Где индивидуальность?

Архимаг Элирия выглядела ошарашенной.

— Это... традиционный стиль академии...

— Традиция не должна быть оправданием для отсутствия вкуса! — Азграл'Ог перебил её. — Посмотрите на крой мантии! Она слишком прямая, слишком тяжёлая! Это было модно пятьсот лет назад, но современные эльфийские мастера давно перешли на более лёгкие ткани с изящной драпировкой, которая подчёркивает фигуру, не теряя величественности!

Ректор открыл рот, но Азграл'Ог уже развернулся к Зельде.

— А вот платье леди Зельды, — он указал на неё, — простое, но элегантное. Светло-зелёный цвет подчёркивает её молодость и свежесть. Серебряная вышивка тонкая, изящная, не перегружает образ. Покрой современный, но не вызывающий. Вот это правильный баланс между традицией и стилем!

Зельда покраснела, не зная, что сказать.

Архимаг Элирия стояла, явно не веря своим ушам. Её лицо прошло через несколько стадий — шок, возмущение, задумчивость.

— Вы... критикуете мою мантию?

— Я констатирую факты, — Азграл'Ог поправил, скрестив руки на груди. — За полмиллиарда лет я видел достаточно моды, чтобы отличить настоящий стиль от ленивого следования традициям.

Архимаг нахмурилась, но в её глазах промелькнуло что-то вроде интереса.

— И что бы вы предложили?

— Белоснежное оставить, но сменить однообразную серебряную вышивку на переливчатую, — Азграл'Ог сразу ответил. — Использовать разные техники — гладь, объёмная вышивка, вплетение тончайших хрустальных нитей. Они будут играть на свету, создавая эффект звёздной пыли. Узор сделать более органичным — не геометрию, а стилизованные растения, как бы прорастающие от подола к плечам. И — это самое важное — облегчить ткань. Использовать многослойность вместо тяжести. Три слоя тончайшего шёлка создадут больше величия, чем один слой парчи.

Архимаг молчала несколько секунд, её лицо было задумчивым.

— Вы... разбираетесь в моде.

— Я разбираюсь в эстетике, — Азграл'Ог поправил. — Мода приходит и уходит. Эстетика вечна.

Архимаг Элирия медленно кивнула.

— Интересная точка зрения. Возможно... возможно, вы правы насчёт многослойности.

— Я прав насчёт всего, — Азграл'Ог ответил с абсолютной уверенностью.

Зельда наблюдала за этим обменом с плохо скрываемым изумлением. Древний демон войны спорит с архимагом эльфийской академии о моде. И, похоже, выигрывает.

Архимаг прочистила горло, явно пытаясь вернуться к официальному тону.

— В любом случае... я рада, что мы достигли понимания насчёт вашего присутствия. Леди Зельда, если возникнут какие-либо проблемы, немедленно сообщите мне.

— Конечно, архимаг, — Зельда кивнула.

Элирия направилась к двери, но остановилась на пороге, оборачиваясь к Азграл'Огу.

— Вы сказали... хрустальные нити?

— И многослойность, — Азграл'Ог добавил. — Не забудьте про органичный узор.

Архимаг кивнула медленно и вышла, закрыв дверь за собой.

Как только она ушла, Зельда повернулась к демону.

— Ты только что дал модные советы архимагу академии.

— Кто-то должен был, — Азграл'Ог пожал плечами. — Та мантия была преступлением против хорошего вкуса и статуса ректора академии.

Мармелад фыркнул с кровати.

— Демон войны, критикующий эльфийскую моду. Теперь я видел всё.

— Не всё, — Азграл'Ог возразил. — Ты ещё не видел мою вышивку крестиком.

— О, тут мы можем подискутировать!

***

Утро в академии началось спокойно. Зельда завтракала со своими друзьями, обсуждая предстоящие занятия. Дрейвен что-то рассказывал о новом заклинании защиты, которое они будут изучать, Томас рассуждал о вкусах блюд, Лидия планировала вечернее чаепитие.

Всё было мирно.

А потом, посреди завтрака, земля содрогнулась.

Взрыв прогремел где-то в городе — далеко, но достаточно мощно, чтобы его почувствовали даже в академии. Окна задребезжали, посуда подпрыгнула на столах, многие студенты вскрикнули от неожиданности.

— Что это было?! — Ариана вскочила, хватаясь за стол.

— Взрыв, — Бориус флегматично подошёл к окну, выглядывая. — В городе. Вижу дым. Посильнее, чем когда взорвали восточную башню в Люминарской Академии.

Преподаватели начали успокаивать студентов, но сами выглядели обеспокоенными. Ректор быстро покинул зал, явно направляясь выяснять, что произошло.

Зельда обменялась встревоженными взглядами с друзьями.

— Думаете, это серьёзно? — Лидия спросила тихо.

— Достаточно мощный взрыв, чтобы его почувствовали здесь, — Дрейвен нахмурился. — Это определённо серьёзно.

Все продолжили завтрак, обсуждали взрыв, строили теории. Кто-то говорил о несчастном случае в алхимической лаборатории, кто-то — о теракте гоблинов-ассенизаторов.

Мармелад, сидевший у ног Зельды, был необычно тихим.

— Хозяйка, — прошептал он, — у меня плохое предчувствие.

— У меня тоже, — ответила тихо она.

***

День приближался к полудню. Зельда и её друзья сидели на уроке истории магии, когда двери аудитории распахнулись с грохотом.

В класс вошли четверо эльфов в тяжёлых доспехах королевской стражи, их лица были суровыми и непреклонными. За ними следовал офицер в чёрно-серебристом плаще — капитан стражи.

Профессор Эленис, преподававший историю, замер у доски.

— Капитан Валториан? Что...

— Дрейвен Редмонд, — капитан произнёс холодным, официальным голосом, его взгляд остановился на Дрейвене. — Вы арестованы по подозрению в убийстве члена королевской семьи и разрушении священного храма. Именем короля, встаньте и следуйте за нами.

Тишина.

Абсолютная, звенящая тишина.

Зельда почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она повернулась к Дрейвену, который сидел рядом, его лицо побледнело, глаза расширились от шока.

— Что? — он прошептал. — Я... я не...

— Встаньте, — капитан повторил, его рука легла на рукоять меча. — Немедленно.

— Это ошибка! — Томас вскочил со своего места, его лицо покраснело от гнева. — Дрейвен не мог убить никого! Он был здесь! С нами!

— Это должно быть недоразумение, — Ариана добавила, её голос дрожал. — Дрейвен не способен на убийство!

— Доказательства говорят об обратном, — капитан ответил холодно. — На месте взрыва обнаружен его меч и труп члена королевской семьи. Этого достаточно для ареста.

Зельда встала, её руки сжались в кулаки.

— Его меч мог быть украден! Подброшен! Это не доказательство!

Капитан повернулся к ней, его взгляд стал острым.

— Леди Зельда, я понимаю, что вы друг обвиняемого, но прошу вас не вмешиваться в дело королевской стражи. Барон Редмонд будет иметь возможность защищаться на суде.

— Барон? — Седвик переспросил, его брови поднялись.

— Дрейвен Редмонд — один из наследников баронства Редмонд, — капитан объяснил. — В нашем королевстве это равнозначно тому, что он барон. Что делает это дело ещё более серьёзным.

Дрейвен медленно встал, его лицо было бледным, но решительным.

— Я пойду с вами, — он сказал тихо. — Но я клянусь — я не совершал этого преступления.

— Это будет определено судом, — капитан кивнул стражникам, которые подошли к Дрейвену и надели на его запястья магические оковы — тонкие серебряные браслеты, которые начали светиться, подавляя магию.

— Дрейвен! — Лидия вскрикнула, её глаза наполнились слезами.

— Всё будет хорошо, — Дрейвен обернулся к друзьям, пытаясь улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Это ошибка. Она разрешится.

Томас шагнул вперёд, преграждая путь стражникам. — Я не дам вам забрать его!

— Томас, отойди, — Дрейвен сказал твёрдо. — Не усугубляй ситуацию.

— Но...

— Прошу, — Дрейвен посмотрел на него, его глаза были полны тихой решимости. — Доверься мне.

Томас медленно отступил, его кулаки были сжаты так сильно, что побелели костяшки.

Стражники повели Дрейвена к двери. Весь класс смотрел в молчании, студенты были в шоке, кто-то шептался, кто-то плакал.

Зельда чувствовала, как гнев и беспомощность кипят внутри неё. Это неправильно. Это несправедливо. Дрейвен не убийца.

Когда двери закрылись за стражей, класс взорвался разговорами.

— Дрейвен Редмонд? Убийца?

— Это невозможно!

— Но его меч нашли на месте преступления!

— Может, это подстава?

Элронд Лунный Путь попытался восстановить порядок, но его голос тонул в шуме.

Зельда схватила Мармелада, развернулась к своим друзьям.

— Нам нужно что-то делать.

— Но что? — спросила Ариана, вытирая слёзы. — Это королевская стража. Это обвинение в убийстве члена королевской семьи!

— Нужно найти настоящего виновного, — сказал твёрдо Томас. — Доказать, что Дрейвена подставили.

— Но как? — Бориус нахмурился. — Мы даже не знаем, что произошло!

Зельда думала быстро. Взрыв в храме. Меч Дрейвена. Труп члена королевской семьи. Это не случайность. Это тщательно спланированная подстава. Но кто? И зачем?

— Мне нужно написать письмо, — она сказала внезапно. — Декану Варилию. Он может помочь.

Лидия кивнула.

— И мы должны попытаться узнать больше о том, что произошло. Поговорить с кем-то из стражи, может быть.

— Я пойду к своему отцу, — добавил Седвик. — Он приехал недавно, торговать, у него много связей в городе. Может, он что-то слышал.

— А я попробую найти адвоката для Дрейвена, — сказал Томас. — Он не должен предстать перед судом без защиты.

Зельда посмотрела на своих друзей, её сердце наполнилось благодарностью. Они все готовы помочь.

— Спасибо, — она прошептала. — Всем вам.

— Мы друзья, — Ариана обняла её. — Мы не бросим Дрейвена.

***

Зельда вернулась в свою комнату сразу после занятий. Её руки дрожали, когда она доставала перо и пергамент. Нужно было написать дедушке, объяснить ситуацию, попросить помощи.

Она сосредоточенно писала, тщательно подбирая слова:

«Дорогой дедушка,

Пишу тебе из эльфийской академии с тяжёлым сердцем. Сегодня произошло нечто ужасное.

Утром в городе взорвался старый храм. Дрейвена Редмонда арестовали прямо на занятиях — обвиняют в убийстве члена королевской семьи и разрушении храма. На месте взрыва нашли его меч и труп с королевским кольцом.

Но это неправда! Дрейвен не мог этого сделать! Он был с нами, на занятиях! Это подстава, я уверена.

Дедушка, прошу тебя, помоги. Может быть, ты знаешь хорошего адвоката? Или можешь связаться с бароном Редмондом? Дрейвен мой друг, и я не могу просто смотреть, как его обвиняют в преступлении, которого он не совершал.

Пожалуйста, ответь как можно скорее. С любовью, твоя Зельда»

Она запечатала письмо и подошла к окну, высунувшись наружу.

— Курьер! — позвала она, используя магическую метку почты. — Нужен курьер!

Через несколько минут к окну подлетела маленькая фея — ярко-синяя, с прозрачными крылышками и любопытными глазами.

— Доставка? — пропищала она. — Куда отправляем?

— В Академию Арканы, — Зельда протянула письмо. — Декану Варилию Клавдию Стальному. Это срочно.

Фея взяла письмо, осмотрела его со всех сторон.

— Академия Арканы... через два портала, плюс защитные барьеры... — она почесала подбородок крошечной ручкой. — Это будет стоить одну золотую монету.

— Одну золотую?! — Зельда ахнула. — Это же...

— Срочная доставка через охраняемые территории, — фея пожала плечами. — Стандартный тариф. Плюс, конечно, пачка печенек. Мы, феи, любим печеньки.

Зельда колебалась, но что она могла сделать? Дрейвену нужна была помощь.

— Хорошо, — она достала из кошелька золотую монету и пачку печенек из своих запасов. — Вот.

Фея довольно подхватила оплату, спрятала в маленькую сумочку и взмахнула крылышками.

— Доставим в течение дня! — и исчезла в воздухе.

Зельда закрыла окно и повернулась к Мармеладу, который наблюдал за всем происходящим с кровати.

— Ну вот, — она вздохнула. — Теперь остаётся только ждать.

Мармелад фыркнул.

— Хозяйка, ты знаешь, сколько обычно стоит доставка письма в Академию Арканы?

Зельда моргнула.

— Сколько?

— Десять серебряных монет, — Мармелад покачал головой. — Ты заплатила в десять раз дороже.

Зельда застыла.

— Что?! Но она сказала...

— Она взяла цену, как за опасную работу, — Мармелад зевнул. — Что, кстати, может быть оправдано. Если вспомнить мое похищение, то доставка твоего письма — это риск для курьера. Возможно, фея знала об опасности и взяла соответствующую плату.

Зельда задумалась, её возмущение сменилось беспокойством.

— То есть... она не обманула меня? Просто взяла справедливую цену за риск?

— Возможно, — Мармелад уткнулся носом в её ладонь. — Или возможно, просто увидела нервную девочку и решила заработать. Сложно сказать. Но если она действительно доставит письмо через все возможные барьеры и слежку — то золотая монета будет заслуженной платой.

Зельда погладила его, вздыхая.

— Надеюсь, она донесёт письмо. И надеюсь, дедушка сможет помочь.

— Поможет, — Мармелад замурлыкал. — Декан Варилий — могущественный маг и влиятельный человек. Если кто и может что-то сделать, так это он.

***

В это же время, в Академии Арканы, Элара и Лира сидели в своей комнате, глядя на письмо, которое только что вернула им фея-курьер.

Маленькая зелёная фея с потрёпанными крылышками выглядела измождённой и напуганной.

— Простите, девочки, — она пропищала, протягивая запечатанное письмо обратно. — Я не могу доставить это в эльфийское королевство.

— Почему?! — Элара вскочила со стула. — Мы заплатили!

— Я знаю, я знаю, — фея замахала ручками. — И вот ваши деньги обратно. Но я не могу. За адресатом ведется слежка!

Лира нахмурилась.

— Что ты имеешь в виду?

Фея опустилась на стол, её крылышки дрожали.

— Я фея-курьер уже триста лет. У меня дипломатический иммунитет. Обычно никто не трогает курьеров — это закон магического сообщества. Но за последние два дня на меня напали ШЕСТЬ раз, пытаясь перехватить письмо к вашей подруге!

— Шесть раз?! — Элара и Лира переглянулись.

— Да! — фея кивнула энергично. — Три раза — какой-то магический совет, с официальным запросом, но без соответствующего заявления в нашу службу. Дважды — королевская разведка, тут мне пришлось хорошенько подраться. В последний раз — храмовая инквизиция эльфов, о существовании которой я даже не слышала! За триста лет работы я НИКОГДА не видела такой плотной слежки за адресатом!

Лира медленно взяла письмо обратно.

— То есть кто-то очень сильно не хочет, чтобы Зельда получала письма?

— Именно! — фея взлетела. — Они ставят магические ловушки на порталах. Следят за всеми курьерами. Пытаются перехватить любую корреспонденцию. Это не просто слежка — это настоящая охота!

Элара сжала кулаки. — Значит надо обратиться к декану, это все очень серьёзно!

— Дельная мысль, — фея кивнула. — Слушайте, девочки, я могу попробовать доставить письмо обходными путями — через другие измерения, через нейтральные территории. Но это будет опасно. И дорого. В десять раз дороже обычного.

Лира и Элара переглянулись.

— Мы заплатим, — Лира сказала твёрдо. — Зельда наша подруга. Она должна знать, что мы её не забыли.

— И она должна знать о том, что за ней следят, — Элара добавила. — Это важно.

Фея вздохнула.

— Хорошо. Один золотой и я донесу ваше письмо. Но если они поймают меня... я уничтожу письмо и отступлю. Договорились?

— Договорились, — девочки кивнули.

Фея взяла деньги, съела печеньку, спрятала письмо и исчезла через окно.

Элара опустилась на кровать.

— Что там происходит с Зельдой?

— Не знаю, — Лира нахмурилась. — Но если за ней охотятся целые службы эльфийского королевства... это серьёзно. Очень серьёзно.

— Надо точно сказать декану, — Элара встала решительно. — Он должен знать.

— Да, — Лира согласилась. — Пойдём прямо сейчас.

Они выбежали из комнаты, направляясь к кабинету декана.

***

Гарольд Стальной Коготь шёл по тёмным коридорам лабиринта, его меч был обнажён, глаза горели золотым светом.

Он всё ещё сгорал от стыда за вчерашнее унижение — скакать по столовой с гремлином на спине, орущим про "

«волчок укусит за бочок»...

Ему нужно было выпустить пар. И лабиринт был идеальным местом.

Нежить появилась из-за угла — скелеты, их кости лязгали, пустые глазницы светились зелёным огнём.

Гарольд даже не замедлился.

Он превратился на бегу — кости хрустнули, мышцы вздулись, шерсть прорвалась сквозь кожу. Через секунду на месте человека стоял огромный серебристый волк с нимбом святого света над головой.

Скелеты даже не успели атаковать.

Гарольд прыгнул, его клыки вспыхнули святым огнём. Один укус — и скелет рассыпался в пыль. Второй. Третий. Когти резали кости как масло. Святой свет от нимба жёг нежить, заставляя её корчиться и разваливаться.

Через тридцать секунд от десяти скелетов осталась только груда пепла.

Гарольд остановился, выдохнув.

Слишком легко. Слишком быстро.

Он пошёл дальше, и монстры продолжали появляться. Гули. Призраки. Зомби. Даже несколько големов.

Все они пали.

Гарольд сражался с яростью, которая удивляла даже его самого. Он был быстрее, сильнее, смертоноснее, чем когда-либо. Святой свет его нимба пылал ярче, проникая в каждый уголок лабиринта, выжигая тьму.

Через час он остановился в центре большого зала, окружённый телами поверженных врагов. Это был десяток пещерных троллей, которых поодиночке уничтожали группой из пяти магов и двадцати воинов.

Его шерсть была в крови, но сам он был невредим.

Что-то не так.

Он превратился обратно в человека, глядя на свои руки. Бой был по сложности как с рыцарем смерти, и он должен был бы быть измотан, его сила святого света должна была бы быть на исходе.

Но сейчас... он чувствовал себя почти свежим. Как будто мог продолжать ещё часами.

— Что со мной происходит? — он прошептал.

Он задумался, вспоминая предыдущие сражения. Когда он был с отрядом, его сила рассеивалась между всеми союзниками, защищая их, поддерживая.

Это было естественно для святого воина — делиться своей силой с теми, кто рядом.

Но сейчас, один... вся его сила была сконцентрирована только на нём. Не рассеивалась. Не делилась.

— Мой нимб, — он пробормотал, касаясь головы, где светился круг святого света. — Вся его сила... только для меня.

Это объясняло многое. Почему он так эффективен в одиночку. Почему святой свет горит ярче. Почему он чувствует себя почти непобедимым.

Он был сильнее один.

Это... это было странное осознание. Святые воины обычно действовали в группах, поддерживая друг друга. Сила через единство. Но он...

Он был исключением.

Гарольд сел на обломки разрушенной колонны, задумавшись.

— Я волк, — прошептал он. — Я волк одиночка. Это значит, что я всегда охотился в одиночку.

Мысль была одновременно освобождающей и пугающей.

Он встал, оглядывая зал. Нужно было идти дальше, глубже в лабиринт. Проверить свои пределы. Понять свою силу.

И, может быть, найти ответы на вопросы, которые начали формироваться в его голове.

***

Зельда была так измотана эмоционально, что пропустила обед после занятий. Она вернулась в комнату, легла на кровать, просто чтобы полежать минуту.

И заснула.

Сон пришёл быстро, и она снова оказалась в саду, где её ждал Ка'азерот.

Он сидел на скамейке под деревом, его лицо было задумчивым. Когда Зельда подошла, он поднял взгляд и улыбнулся, но улыбка была грустной.

— Привет, солнышко. Я уже знаю, что случилось.

Зельда бросилась к нему, обнимая крепко.

— Папа, это ужасно! Дрейвена арестовали! Обвиняют в убийстве! Но он не мог! Я знаю, что не мог!

Ка'азерот гладил её волосы, его голос был успокаивающим.

— Я знаю, девочка. Это подстава. Очень тщательная подстава.

Зельда отстранилась, глядя на него.

— Ты знаешь, кто за этим стоит?

Ка'азерот покачал головой.

— Пока нет. Мои генералы работают над этим. Но эльфийское королевство — это сложная паутина интриг и заговоров. Тут все управляется советами. Каждый совет имеет свои цели, своих врагов, свои секреты. Страна советов, ей-богу...

— Что мне делать? — Зельда спросила отчаянно. — Я не могу просто сидеть и ждать! Дрейвен мой друг!

Ка'азерот взял её руки в свои и улыбнулся.

— Ты поддалась панике и не видишь многое из своих возможностей. Выдохни и вспомни — у тебя есть ресурс, о котором ты забыла.

— Какой?

— Азграл'Ог.

Зельда моргнула.

— Демон?

— Очень древний демон, — Ка'азерот поправил. — Который прожил полмиллиарда лет. Который видел возвышение и падение цивилизаций. Который знает законы, правовые системы, лазейки и тонкости фемиды десятков тысяч рас, а может и больше.

Зельда медленно кивнула, начиная понимать.

— Ты хочешь, чтобы я использовала его как... адвоката?

— Именно, — Ка'азерот улыбнулся. — Азграл'Ог ненавидит своё наказание, но он связан магией служить тебе. И одна из его обязанностей — защищать твои интересы. А твой друг — это твой интерес.

Зельда задумалась. Демон-адвокат. Это... это могло сработать.

— Но он согласится?

— Он обязан согласиться, — Ка'азерот ответил. — Магия не даст ему отказать. Но я думаю, он даже обрадуется. Это гораздо более достойная работа, чем уборка пыли розовым пипидастром.

Зельда не смогла сдержать слабую улыбку. — Ты прав.

Ка'азерот поцеловал её в лоб.

— Иди, солнышко. Поговори с ним. И помни — Азграл'Ог может быть грубым, саркастичным и высокомерным, но он профессионал. Если он возьмётся за дело, он сделает всё возможное.

Зельда кивнула, чувствуя, как надежда возвращается.

— Спасибо, папа.

— Всегда счастлив помочь, моя девочка.

Сон начал растворяться, и Зельда проснулась в своей постели, солнечный свет проникал через окно.

Она решительно встала.

Пора поговорить с демоном.

***

Азграл'Ог стоял у окна, глядя на город, когда Зельда проснулась. Он всё ещё был в розовом костюме горничной, и это выглядело абсурдно на фоне его серьёзного выражения лица.

— Азграл'Ог, — Зельда позвала.

Он обернулся.

— Да, госпожа?

— Мне нужна твоя помощь. Не как горничной. Как... адвоката.

Брови демона поползли вверх.

— Адвоката?

Зельда быстро объяснила ситуацию — арест Дрейвена, обвинения, подставу.

Азграл'Ог слушал молча, его лицо постепенно становилось всё более заинтересованным.

— Убийство члена королевской семьи, — он пробормотал, когда она закончила. — Разрушение священного храма. Подброшенное оружие. Классическая подстава. Примитивная, но эффективная, если жертва не имеет достойной защиты.

Он повернулся к Зельде, его глаза блеснули.

— И вы хотите, чтобы я защищал вашего друга на суде?

— Да, — Зельда кивнула. — Отец сказал, что ты знаешь законы. Все законы. И все лазейки.

Азграл'Ог усмехнулся, и впервые с момента наказания его улыбка была искренней.

— Ваш отец прав. Я изучал правовые системы сотен цивилизаций. Эльфийское право особенно интересно — оно древнее, сложное, полное противоречий и лазеек, которыми можно воспользоваться, если знаешь, где искать.

Он сделал шаг к ней.

— Я соглашусь защищать вашего друга. Но у меня есть условие.

— Какое?

— Разрешите мне одеться соответственно, — он указал на свой розовый костюм. — Этот наряд совершенно не подходит для судебного зала.

Зельда быстро кивнула.

— Конечно! Оденься во что угодно! Делай всё, что нужно, чтобы помочь Дрейвену!

Азграл'Ог улыбнулся шире.

— Спасибо, госпожа.

Он закрыл глаза, и его тело начало светиться тёмно-красным светом.

Розовый костюм горничной начал трансформироваться — ткань менялась, форма изменялась, цвет... остался розовым.

Но это был другой розовый. Более глубокий, более благородный. Цвет увядшей розы.

Когда свет погас, перед Зельдой стоял Азграл'Ог в строгом эльфийском костюме — длинный сюртук с высоким воротником, приталенный жилет, узкие брюки, начищенные ботинки. Всё в том самом розовом цвете увядшей розы, с тонкими чёрными полосками на манжетах и воротнике. На груди — небольшая серебряная брошь в форме весов правосудия.

Его рога остались — их невозможно было скрыть — но теперь они выглядели не угрожающе, а скорее... элегантно. Как часть образа.

Его лицо... изменилось. Черты стали мягче, более эльфийскими, но всё ещё узнаваемо демоническими. Красная кожа стала бледнее, почти цвета слоновой кости с лёгким красноватым оттенком.

Он выглядел как эльф. Очень необычный эльф с рогами и в розовом костюме, но всё же эльф.

— Лучше? — он спросил, его голос стал чуть выше, более мелодичным, но всё ещё сохранял демонический отголосок.

Зельда моргнула.

— Ты... ты выглядишь потрясающе. Но костюм всё ещё розовый.

Азграл'Ог вздохнул.

— Магия вашего отца не позволяет мне полностью избавиться от розового цвета. Это часть наказания. Но, — он провёл рукой по лацкану, — покрой, стиль, качество ткани — всё это я могу контролировать. И должен признать, этот костюм великолепен.

Он подошёл к зеркалу, рассматривая себя.

— Розовый цвет увядшей розы на самом деле весьма элегантен. Благородный, строгий, но с лёгким оттенком меланхолии. Идеально для адвоката, защищающего невинного. Вызывает сочувствие, но не выглядит слабым.

Зельда не могла не улыбнуться.

— Ты действительно превратил недостаток в преимущество.

— Это искусство, госпожа, — Азграл'Ог повернулся к ней, его глаза блеснули. — А теперь расскажите мне всё, что знаете о вашем друге, об обстоятельствах дела, о свидетелях. Мне нужна каждая деталь, чтобы построить защиту.

Зельда села, и они начали разговор.

***

В тронном зале Владыки Хаоса Ка'азерот сидел в окружении своих генералов — Кх'аргута, Шепчущей Бездны и И'ктара. Перед ними парили несколько магических проекций, показывающих различные части эльфийского королевства.

— Итак, — Ка'азерот произнёс, его голос был холодным и сосредоточенным, — что мы знаем?

Кх'аргут шагнул вперёд, его четыре руки жестикулировали, указывая на проекции.

— Взрыв произошёл в старом храме на окраине столицы. Этот храм был запечатан двести лет назад после какого-то инцидента. Официально — из-за структурных повреждений.

Неофициально — там что-то держали.

— Мармелада, — Ка'азерот сказал.

— Вероятно, — Кх'аргут кивнул. — Взрыв уничтожил большую часть храма, но в подвале нашли две вещи: меч Дрейвена Редмонда и труп.

— Расскажите о трупе, — Ка'азерот наклонился вперёд.

Шепчущая Бездна заговорила, её голос был множественным, эхом отражающимся в зале.

— Труп сильно обезображен. Невозможно определить личность по лицу. Но на руке — кольцо королевской семьи. Специфический дизайн, магическая печать. Только члены королевской крови могут носить такие кольца.

— Удобно, — И'ктар усмехнулся, его змеиный язык высунулся. — Слишком удобно. Труп не опознать, но кольцо цело и на месте.

— Подстава, — Ка'азерот согласился. — Вопрос — кто жертва на самом деле? И кто выиграет от обвинения Дрейвена?

Кх'аргут развернул ещё одну проекцию, показывающую генеалогическое древо.

— Дрейвен Редмонд — один из наследников баронства Редмонд. Если его признают виновным, земли и титул перейдут короне, как штраф за деяние кровного родственника. Но это небольшое баронство, не особо ценное и ни эльфам, ни Аркане они не особо важны.

— Тогда дело не в землях, — Ка'азерот задумался. — Дело в другом. В самом Дрейвене. Или в его связи с Зельдой.

Шепчущая Бездна кивнула.

— Мы рассматривали эту версию. Дрейвен — друг вашей дочери. Близкий друг. Его арест причиняет ей боль, заставляет её отвлечься, ослабляет её эмоционально.

— И изолирует её, — И'ктар добавил. — Феи-курьеры сообщают о массированной слежке. Кто-то пытается отрезать Зельду от внешнего мира.

Ка'азерот встал, начиная ходить взад-вперёд.

— Это часть более крупного плана. Похищение Мармелада. Попытка ритуала. Теперь подстава друга. Кто-то пытается сломить мою дочь. Изолировать её. Сделать уязвимой.

— Но зачем? — Кх'аргут спросил. — Что им нужно от неё?

— Не знаю, — Ка'азерот остановился, его взгляд стал острым. — Но я это выясню. Кх'аргут, продолжай копать в истории баронства Редмонд. Есть ли что-то, что делает Дрейвена особенным, ценным, опасным для кого-то?

— Будет сделано, — Кх'аргут поклонился.

— Шепчущая Бездна, изучи труп. Я хочу знать, кто это на самом деле. Магическая экспертиза, некромантия, что угодно. Найди личность.

— Я уже начала, — Бездна прошептала. — Результаты будут через два дня.

— И'ктар, — Ка'азерот повернулся к змеиному генералу, — проследи за судом. Я хочу знать каждого, кто присутствует, каждое слово, каждый взгляд. Кто-то будет наблюдать за процессом, оценивать результат. Этот кто-то приведёт нас к заказчику.

— С удовольствием, — И'ктар улыбнулся, показывая острые клыки.

Ка'азерот вернулся к трону, его лицо было мрачным.

— Моя дочь страдает. Её друг в опасности. Кто-то играет в опасную игру, думая, что может манипулировать семьёй Владыки Хаоса.

Он сел, его глаза вспыхнули фиолетовым огнём.

— Они ошибаются. И очень скоро пожалеют об этом.

Генералы поклонились и исчезли через порталы, оставив Ка'азерота одного.

Он посмотрел на магическое окно, где Зельда разговаривала с Азграл'Огом, планируя защиту Дрейвена.

— Держись, солнышко, — он прошептал. — Мы найдём виновных. Обещаю.

И тронный зал погрузился в тишину, нарушаемую только тихим гулом хаоса.

Расследование и тьма

Королевская тюрьма эльфийской столицы была построена три тысячи лет назад и с тех пор ни разу не нуждалась в ремонте. Высокие стены из белого камня, покрытые защитными рунами, магические барьеры на каждом этаже, стража из лучших воинов королевства.

Азграл'Ог шёл по коридору, его розовый костюм цвета увядшей розы выглядел неожиданно уместно в этих мрачных стенах. Эльфийская форма делала его почти неотличимым от местных аристократов — если не считать рогов, которые он не удосужился скрыть.

Капитан стражи, сопровождавший его, бросал на демона настороженные взгляды.

— Вы... действительно адвокат? — он спросил наконец.

— Я действительно многое, — Азграл'Ог ответил с едва заметной улыбкой. — Адвокат — лишь одна из моих ролей. Хотя должен признать, довольно увлекательная.

Они остановились перед массивной дверью. Капитан открыл её, впуская Азграл'Ога внутрь.

Камера была небольшой, но чистой. Каменные стены, узкое окно под потолком, простая кровать и стол. За столом сидел Дрейвен Редмонд, его лицо было бледным, под глазами — тёмные круги.

При виде Азграл'Ога он замер.

— Вы... вы демон?

— Азграл'Ог, к вашим услугам, — демон поклонился изящно. — Я здесь как ваш адвокат. Леди Зельда попросила меня защитить вас.

Дрейвен медленно встал.

— Зельда... она прислала вас?

— Именно, — Азграл'Ог сел напротив, достав из кармана блокнот и перо. — Теперь, барон Редмонд, расскажите мне всё. С самого начала. Не упускайте ни одной детали, даже если она кажется незначительной.

Дрейвен опустился обратно на стул.

— Я... я не знаю, с чего начать.

— Начните с утра в день взрыва, — Азграл'Ог открыл блокнот. — Когда вы в последний раз видели свой меч?

Дрейвен задумался.

— Утром. Я оставил его в своей комнате перед завтраком. Академия не разрешает носить оружие в столовой.

— И вы уверены, что дверь была заперта?

— Да. Я всегда запираю комнату.

— Кто имеет доступ к вашей комнате, кроме вас?

— Служанки академии. Архимаг. Но они не стали бы...

— Продолжайте, — Азграл'Ог писал быстро и аккуратно. — После завтрака?

— Занятия. Весь день. Я был на виду у всех — преподавателей, студентов. Взрыв произошёл во время завтрака, я сидел в столовой.

Азграл'Ог кивнул, его глаза блеснули.

— Значит, у вас есть алиби. Это хорошо.

Он сделал паузу, изучая лицо Дрейвена.

— А теперь важный вопрос, барон Редмонд. Вы когда-нибудь были в том храме? До взрыва?

Дрейвен замер. Его лицо побледнело ещё сильнее.

Азграл'Ог поднял руку.

— Не отвечайте. Я вижу по вашему лицу, оно было таким же когда я вас отшвырнул там. — Его голос стал тише, серьёзнее. — Что бы там ни происходило, какими бы ни были обстоятельства — не упоминайте это на суде. Ни слова. Ни намёка. Это ловушка. И если твою подругу защищает отец, способный заставить меня служить Зельде, то ты такой защиты не имеешь.

— Ты...

— Нет, — Азграл'Ог перебил его, снова переходят на официальный тон. — Послушайте меня внимательно. Если вы признаетесь, что были в том храме, обвинение немедленно использует это как доказательство вашего знакомства с местом преступления. Они спросят, зачем вы туда ходили. И любой ответ сделает ситуацию хуже.

Дрейвен сжал кулаки.

— Я не могу лгать.

— Я не прошу вас лгать, — Азграл'Ог ответил спокойно. — Я прошу вас молчать. Если вас спросят напрямую — скажите, что отвечаете только на вопросы, связанные с обвинением и только в присутствии адвоката. Это ваше право.

Он наклонился вперёд.

— Барон Редмонд, кто-то очень тщательно всё спланировал. Они знали о вашем визите в храм. Именно поэтому выбрали вас. У вас был контакт с местом преступления, и это делает произошедшее более убедительным.

Дрейвен выдохнул медленно.

— Вы думаете... они знали?

— Я уверен, — Азграл'Ог выпрямился. — Этот заговор идёт глубже, чем кажется. И моя задача — найти настоящих виновных, не раскрывая того, что может навредить вам и Зельде.

Он вернулся к блокноту. — Теперь о мече. Опишите его.

— Это фамильное оружие, — Дрейвен сказал. — Передаётся в нашей семье из поколения в поколение. Клинок из серебристой стали, рукоять с гербом Редмондов — чёрный орёл на красном щите. На лезвии выгравированы руны защиты.

Азграл'Ог поднял взгляд.

— Руны? Какие именно?

— Древние защитные руны. Они светятся, когда меч используется в бою. Точно не помню, но две руны назову — Зилор и Арганд.

— Интересно, честь и праведность, — демон постучал пером по губам. — Очень интересно. Скажите, барон, ваш меч обладает какими-либо особыми магическими свойствами?

— Да. Он резонирует с магией владельца. Только член семьи Редмонд может использовать его в полную силу.

Азграл'Ог записал это, его выражение лица стало задумчивым.

— Значит, если кто-то другой попытался бы использовать ваш меч... это было бы неэффективно?

— Да. Меч бы не откликнулся.

— Превосходно, — Азграл'Ог закрыл блокнот и встал. — Мне нужно осмотреть ваш меч. Где он сейчас?

— В хранилище улик, наверное, — Дрейвен ответил. — Капитан Валториан должен знать.

Азграл'Ог направился к двери, но остановился.

— Ещё один вопрос, барон. Вы знали о том, что мечи с такими символами носят короли или герцоги?

Дрейвен удивлённо покачал головой.

— Нет. Я думал это просто усиление магией.

— Как я и думал, — Азграл'Ог улыбнулся холодно. — Не волнуйтесь, барон Редмонд. Это подстава настолько примитивная, что даже оскорбляет мой интеллект. Скоро вы будете свободны.

***

Хранилище улик находилось в подвале тюрьмы. Азграл'Ог спустился туда в сопровождении капитана Валториана, который явно не был рад присутствию демона.

— Меч Редмонда здесь, — капитан указал на стол, где лежал клинок в прозрачном магическом футляре.

Азграл'Ог подошёл ближе, его глаза сузились.

Меч был именно таким, как описал Дрейвен — серебристая сталь, чёрный орёл на рукояти, руны на лезвии. Но что-то было не так.

Демон наклонился, изучая клинок с расстояния нескольких сантиметров.

— Капитан, могу я осмотреть меч? — он спросил.

— Прикасаться к уликам запрещено.

— Я не буду прикасаться, — Азграл'Ог ответил. — Просто использую магию для анализа. Это в пределах моих прав как защитника.

Капитан колебался, но кивнул.

Азграл'Ог протянул руку, его пальцы начали светиться тёмно-красным светом. Магия потекла к мечу, обволакивая его, проникая в каждую руну, каждую царапину.

И через несколько секунд демон усмехнулся.

— Как я и думал.

— Что? — капитан нахмурился.

— Этот меч использовался в убийстве, — Азграл'Ог выпрямился. — Но не бароном Редмондом.

— Что вы имеете в виду?

— На лезвии остались следы чужой магии, — демон объяснил. — Очень слабые, почти незаметные. Но они есть. Кто-то использовал иллюзорную магию, чтобы заставить меч резонировать, имитируя связь с владельцем.

Капитан скрестил руки на груди.

— Это ваше предположение.

— Это факт, — Азграл'Ог ответил холодно. — И я могу доказать это на суде. Более того, я могу определить тип магии, который использовался. Это была эльфийская иллюзорная школа, уровень мастера. Не каждый маг способен на такое.

Капитан молчал, его лицо было непроницаемым.

— Я передам эту информацию обвинению.

— Прошу, — Азграл'Ог улыбнулся. — Чем больше они знают о моих аргументах, тем интереснее будет суд.

Он развернулся и направился к выходу, его розовый костюм был подобен факелу правосудия.

План начинал формироваться в его голове. Примитивная подстава, да. Но за ней стояли профессионалы. И ему предстояло выяснить, кто именно. А еще его заинтересовал клинок, который говорил, что его владелец наследник престола Арканы.

***

Варилий Клавдий Стальной сидел за своим массивным столом из тёмного дуба, читая письмо от внучки. Его лицо — обычно спокойное и даже суровое — было напряжённым.

Пергамент дрожал в его руках.

«Дрейвена Редмонда арестовали... обвиняют в убийстве члена королевской семьи...»

Декан медленно опустил письмо и закрыл глаза.

Дрейвен Редмонд. Хороший мальчик. И друг его внучки. А что важнее — студент Люминарской Академии Арканы.

В дверь постучали.

— Войдите, — позвал Варилий.

Дверь открылась, и внутрь вошли две девочки — Элара и Лира, подруги Зельды. Их лица были встревоженными.

— Декан Варилий, — начала Элара, — нам нужно поговорить. О Зельде.

Варилий кивнул, указывая на стулья.

— Садитесь. Я только что получил от неё письмо.

Девочки сели, и Лира достала своё письмо.

— Мы тоже пытались написать ей. Но фея-курьер вернулась, отказавшись доставлять. Она сказала, что за Зельдой ведётся слежка. Шесть нападений за два дня. Магический совет, королевская разведка, даже храмовая инквизиция.

Варилий нахмурился, его глаза стали острыми.

— Слежка? Кому могла понадобилась моя внучка?

— Не знаю, — пожала плечами Элара. — Мы заплатили втрое больше, чтобы фея попыталась доставить письмо обходными путями. Но...

Она не закончила, но Варилий понял.

Заговор. Это был заговор.

Декан встал, подошёл к окну. Его руки сжались за спиной.

— Дрейвена арестовали, Зельду, похоже, изолируют, — он пробормотал. — Это не случайность. Кто-то пытается манипулировать ситуацией.

— Что нам делать? — Лира спросила тихо.

Варилий повернулся к ним, его лицо было решительным.

— Я свяжусь с семьёй Редмондов. Барон Эдвард Редмонд — старый друг. Он должен знать о ситуации. И я напишу старшим братьям Дрейвена.

Он вернулся к столу, достал несколько чистых пергаментов.

— Элара, Лира, — он посмотрел на девочек, — спасибо что сообщили. Любую дополнительную информацию сообщайте так же, незамедлительно. Мы должны понять, что происходит.

— Да. профессор! — девочки кивнули и вышли.

Варилий сел за стол и начал писать. Первое письмо — барону Эдварду Редмонду. Второе — Маркусу Редмонду, старшему брату Дрейвена, капитану королевской армии. Третье...

Он задумался, потом написал ещё одно имя.

Дариус Редмонд.

Средний брат. Авантюрист. Бывший студент Академии Арканы, отчисленный за некромантию.

Варилий знал, что Дариус сейчас где-то в лабиринте. Но магическая весточка найдёт его, где бы он ни был.

И если жизнь Дрейвена в опасности — а эльфы действительно очень любили казнить людей за преступления против королевства — Дариусу нужно знать.

Декан закончил письма, запечатал их и вызвал курьеров.

— Срочная доставка, — он сказал. — Высший приоритет.

Феи взяли письма, деньги, печеньки и исчезли.

Варилий вернулся к окну, глядя на академический двор, где студенты занимались своими делами.

Зельда. Его любимая внучка. Она была в опасности. И он не мог просто сидеть и ждать.

— Держись, девочка, — он прошептал, магией создавая саквояж. — Помощь уже в пути.

***

В лаборатории Шепчущей Бездны пахло смертью и магией. Стены были покрыты рунами некромантии, на столах лежали инструменты для вскрытия и анализа.

На центральном столе находился труп — тот самый, что нашли в храме. Его изъятие потребовало немалых усилий и создание копии из глины.

Бездна склонилась над ним, её множественные голоса шептали заклинания. Тёмная магия обволакивала тело, проникая в каждую клетку, в каждую кость.

— Интересно, — она прошептала. — Очень интересно.

Её помощник — маленькая тень с записной книжкой — ждала у стены.

— Что вы нашли, госпожа?

— Обман, — Бездна выпрямилась, её глаза светились зелёным. — Искусный, но обман. Этот труп принадлежал члену королевской семьи эльфов. Кольцо настоящее. Магическая печать подлинная.

— Тогда в чём проблема?

— В возрасте, — Бездна указала на тело. — Этому эльфу было около тысячи лет на момент смерти. Но нынешний король эльфов правит всего двести лет. И самому старшему члену королевской семьи — пятьсот лет.

Помощник моргнул.

— То есть этот труп старше любого живого члена королевской семьи?

— Именно, — Бездна улыбнулась, показывая острые зубы. — Кто-то выкопал тело умершего родственника. Или убил кого-то из старшего поколения, кого считали мёртвым. Надел на него кольцо. И использовал как приманку.

— Нужно сообщить Владыке?

— Немедленно, — Бездна кивнула. — Это меняет всё. Тут идет уже игра на нескольких уровнях.

***

В архивах Хаоса Кх'аргут перебирал древние свитки и документы, которые выкрали тени Шепчущей Бездны.

Баронство Редмонд. История семьи. Земли. Титулы.

И странности.

— Вот, — он пробормотал, разворачивая старый пергамент. — Вот оно.

Двести лет назад баронство Редмонд владело не только своими нынешними землями, но и участком на границе с эльфийским королевством. Маленький участок, ничем не примечательный.

Но потом произошёл инцидент. Граница была пересмотрена. Участок отошёл эльфам. А бароны Редмонды получили компенсацию в виде других земель.

Официальная версия — дипломатический компромисс.

Но Кх'аргут видел закономерность.

Земли Редмондов имеют скрытый ресурс, о котором не знают ни эльфы, ни люди. Но символ этого ресурса есть на гербе Редмондов. Орел держал в руках мифриловый жезл.

— Совпадение? — он усмехнулся. — Не думаю.

Он развернул карту, наложил на неё старую границу. Столица эльфов, та часть, где был взорванный храм, оказалась на отторгнутой территории Редмондов.

— Умно, — Кх'аргут признал. — Но недостаточно умно.

Он продолжил копать и нашёл ещё один документ. Более свежий.

Отчёт эльфийской стражи. Три дня назад. Среда.

«Зафиксировано проникновение в запечатанный храм на окраине столицы. Магические печати были нарушены, но затем восстановлены. Следы указывают на группу из 5-7 человек. Личности не установлены. Расследование в процессе.»

Кх'аргут замер.

Проникновение. Три дня назад. В среду.

Это был визит Зельды и её друзей. Когда они спасали Мармелада.

Стража зафиксировала проникновение. Начала расследование.

И через два дня... взрыв. И меч Дрейвена на месте преступления.

— Слишком быстро, — Кх'аргут прошептал. — Слишком профессионально.

Кто-то узнал о проникновении почти сразу. За два дня подготовил подставу. Украл меч. Подготовил или сделал труп. Взорвал храм.

Это была не спонтанная месть. Это была тщательно спланированная операция, выполненная с невероятной скоростью.

— Они ждали повода, — Кх'аргут понял. — Или проникновение было частью их плана с самого начала. Но это сомнительно. Возможно заметали следы предыдущего провала и организовали новую схему.

Он собрал документы и направился к тронному залу.

Владыке нужна была эта информация. Срочно.

***

Генерал И'ктар, сидел в своих покоях на паутине, которую сплёл сам, как арахнид, перед ним парили несколько магических проекций.

Его шпионы, маленькие, вездесущие паучки, уже были на месте. В эльфийской столице. В суде. В тюрьме. Среди стражи и советников.

— Докладывайте, — приказал он, создавая связь с ними.

Первый шпион заговорил:

— Суд назначен на воскресенье. Судья — архимаг Тариэль Лунная Тень, известная своей строгостью. Обвинение ведёт прокурор Валиндор, один из лучших юристов королевства.

Второй шпион добавил:

— Защиту ведёт... демон. Азграл'Ог. Он уже осмотрел улики и встретился с обвиняемым.

И'ктар усмехнулся.

— Зельда нашла идеального юриста. Который расшибется, но выполнит ее просьбу.

Третий шпион прошептал:

— В зале суда будут наблюдатели от нескольких советов. Магический совет, королевский совет, храмовый совет. Все хотят видеть исход.

— Значит, кто-то из этих советов заинтересован в результате, — И'ктар задумался. — Продолжайте наблюдение. Я хочу знать про каждого, кто придёт на суд. Про каждого, кто проявит особый интерес.

Он оборвал связь со шпионами.

И'ктар откинулся на паутине, создавая новую прядь — это помогало ему думать.

Заговор разворачивался. И очень скоро они узнают, кто за ним стоит.

***

Томас шёл по улицам эльфийской столицы, направляясь к конторе адвокатов. Ему нужно было найти защитника для Дрейвена, и быстро.

Он вошёл в здание, подошёл к стойке.

— Мне нужен адвокат, — он сказал. — Для дела об убийстве члена королевской семьи.

Секретарь — пожилой эльф с очками — поднял взгляд.

— Для барона Редмонда?

— Да.

— У него уже есть защитник, как нам сообщили.

Томас замер.

— Что? Кто?

Секретарь пролистал бумаги.

— Некто Азграл'Ог. Зарегистрирован сегодня утром. Демон, адвокат, специализация — сложные дела с политическим подтекстом.

Томас моргнул.

— Демон? В розовом?

Секретарь кивнул.

— Именно. Весьма... примечательная личность.

Томас развернулся и вышел, его голова кружилась.

Демон-адвокат. Значит, Зельда уже действовала. И не просто действовала — она отправила своего собственного демона защищать Дрейвена.

Он усмехнулся.

— Молодец, Зельда.

***

Седвик сидел в таверне на рыночной площади, слушая разговоры за соседними столиками. Его отец научил его, что лучший способ собрать информацию — просто сидеть и слушать.

И люди говорили.

— Слышал про взрыв?

— Конечно. Старый храм разнесло в клочья.

— Говорят, там был член королевской семьи.

— Кого убили? Никто не знает имени.

— Странно, правда? Обычно такие вещи сразу объявляют.

— Может, это кто-то важный?

— Или кто-то, кого не хотят называть.

Седвик записывал всё в блокнот, исписанный школьными формулами.

Имя жертвы не объявлено. Это странно. Очень странно.

Он допил сок и направился к следующей таверне.

Информации нужно было больше.

***

Вечером друзья Зельды собрались в её комнате. Томас, Седвик, Ариана, Лидия, Бориус.

— Итак, — начал Томас, — что мы знаем?

Седвик открыл блокнот.

— Имя жертвы не объявлено. Все говорят «член королевской семьи», но никто не знает, кто именно. Это необычно.

— У Дрейвена уже есть адвокат, — добавил Томас. — Демон в розовом. Азграл'Ог.

Зельда кивнула.

— Это мой слуга. Папа предложил использовать его как адвоката.

Ариана выдохнула с облегчением.

— Слава богам. Значит, у него есть шанс.

— Суд назначен на послезавтра, — сказала Лидия. — Я слышала от служанок. Судья — архимаг Тариэль Лунная Тень.

— Строгая, — пробормотал Бориус. — Очень строгая. Но справедливая.

Томас нахмурился, глядя на Зельду.

— Слушай... а мы ведь были в том храме. Когда спасали Мармелада. Это может помочь Дрейвену, правда? Мы можем подтвердить, что...

— Нет, — перебила его резко Зельда.

Все посмотрели на неё.

— Что? — Томас моргнул. — Но почему?

Зельда обменялась взглядом с Азграл'Огом, который стоял у окна.

Демон повернулся к группе.

— Потому что это ловушка, — сказал спокойно он. — Если вы упомянете, что были в храме, обвинение немедленно спросит: зачем? И что вы там делали?

Томас открыл рот, но Азграл'Ог продолжил:

— Вы сражались с культистами-эльфами. Спасали фамильяра. Это создаст мотив. «Дрейвен Редмонд и вы напали на эльфов в их собственном храме, а затем взорвал его, чтобы замести следы.» И тогда уже под судом окажетесь все вы.

Ариана побледнела.

— Но... но мы не можем просто молчать!

— Вы обязаны молчать, — ответил твёрдо Азграл'Ог. — Любое упоминание о том визите сделает ситуацию хуже. Намного хуже.

Седвик нахмурился.

— Значит, кто-то знал, что мы были там. И использовал это.

— Именно, — кивнул Азграл'Ог. — Поэтому выбрали барона Редмонда. У его меча бы контакт с местом преступления и кровью эльфов. Это делает подставу более убедительной.

Бориус скрестил руки на груди.

— Тогда как мы докажем его невиновность?

— Найдя настоящего виновного, — ответил Азграл'Ог. — Или хотя бы доказав, что меч был подброшен. У меня есть магические улики — след иллюзорной магии на клинке. Этого достаточно для начала.

Зельда сжала кулаки.

— Нам нужно найти того, кому это выгодно. Не упоминая наш визит в храм.

— Именно, — кивнул медленно Томас. — Хорошо. Мы будем осторожны.

— Завтра на рассвете, — сказал Седвик, — мы пойдём к месту взрыва. Может быть, найдём что-то, что следствие упустило. Но ни слова о том, что мы уже были там раньше.

— Будьте очень осторожны, — предупредил Азграл'Ог. — Если кто-то следит за вами, любое неосторожное действие может быть использовано против барона Редмонда. Лучше вообще не подходить к тому храму, ведь вас могут там ждать.

Друзья переглянулись и кивнули.

Ариана обняла Зельду.

— Мы спасём его. Обещаю.

Зельда посмотрела на своих друзей, её сердце наполнилось благодарностью.

— Спасибо, — прошептала она.

Мармелад мурлыкнул у её ног.

— Мы спасём Дрейвена, хозяйка. Обещаю.

***

Гарольд Стальной Коготь шел всё глубже и глубже в лабиринт. Он останавливался лишь ненадолго, чтобы отдохнуть и поесть, а потом продолжал путь.

Монстры становились сильнее с каждым шагом. Но он тоже становился сильнее, его святой свет пылал ярче, его клыки и когти были острее.

И вот, он остановился перед лестницей.

Не обычной лестницей — эта была вырезана из чёрного камня, который поглощал свет. Ступени уходили вниз, в абсолютную темноту, настолько глубокую, что даже его зрение оборотня не могло пробить её.

От лестницы тянуло зловещей аурой. Холодом. Смертью. Чем-то древним и забытым.

Гарольд превратился обратно в человека, его нимб светился ярко, отбрасывая золотые блики на стены.

Он подошёл ближе и увидел надпись.

Она была вырезана на каменной арке над лестницей, буквы светились тусклым серебряным светом.

«Кх'атар нел'ванис тор'гаран — Сердце тьмы, врата забытых, путь, что не имеет конца.»

Древнеобщий язык. Гарольд узнал его — этот язык был старше любого королевства, любой расы. Его использовали в эпоху, когда боги ещё ходили по земле.

Он прочитал надпись вслух, и его голос эхом отразился в темноте.

— Врата забытых. Путь, что не имеет конца.

Он посмотрел вниз, на лестницу.

Это была лестница в загробный мир.

Древний артефакт. Потерянный. Считавшийся мифом.

Гарольд знал легенды. Лестница, которая соединяла мир живых и мир мёртвых. Построенная в эпоху первых магов, когда границы между мирами были тоньше.

И она была здесь. В лабиринте под Академией Арканы.

Гарольд сделал шаг назад, его сердце билось быстрее.

Зловещая аура усилилась, словно что-то внизу почувствовало его присутствие.

Он услышал звук.

Тихий. Едва различимый.

Мяуканье.

Гарольд замер.

Мяуканье?

Здесь?

Он наклонился, вглядываясь в темноту.

Ничего. Только черная пустота.

Звук повторился, чуть громче.

Мяу.

Гарольд нахмурился.

— Что за...

Но инстинкт подсказал ему не спускаться. Не сейчас. Не один.

Он сделал ещё шаг назад, его рука легла на рукоять меча.

— Потом, — он прошептал. — Я вернусь сюда. Но сначала нужно сообщить декану.

Он развернулся и побежал обратно, вверх по лестницам, прочь от зловещей ауры.

Но мяуканье преследовало его, эхом отражаясь в коридорах.

Милое. Невинное.

И абсолютно неуместное в этом месте смерти и тьмы.

***

Зельда лежала на кровати, глядя в потолок. Азграл'Ог ушёл в тюрьму несколько часов назад и ещё не вернулся.

Она волновалась. О Дрейвене. О суде. О том, что случится, если они проиграют.

Мармелад свернулся клубочком на её груди, мурлыкая успокаивающе.

— Хозяйка, не переживай так сильно. Азграл'Ог знает, что делает.

— Я знаю, — Зельда прошептала. — Но я не могу не волноваться. Дрейвен мой друг.

— И мы его спасём, — Мармелад поднял голову, глядя на неё зелёными глазами. — Твой отец работает над этим. Генералы работают. Декан наверняка работает. Всё будет хорошо.

Зельда погладила его.

— Надеюсь, ты прав.

Дверь открылась, и вошёл Азграл'Ог. Его розовый костюм был безупречен, лицо спокойно, но в глазах светился огонёк удовлетворения.

— Новости? — Зельда села.

— Хорошие, — демон сел в кресло, скрестив ноги. — Очень хорошие. Я уже рассказывал тебе, что осмотрел меч и нашёл следы иллюзорной магии, что кто-то использовал заклинание, чтобы заставить меч резонировать, имитируя связь с владельцем.

Зельда кивнула

— Так ты сможешь доказать, что Дрейвен невиновен?

— Не только это, — Азграл'Ог улыбнулся. — Я могу доказать, что это была профессиональная подстава. Иллюзорная магия такого уровня требует мастерства. Список магов, способных на такое, очень короток, и именно это я проверял после того, как объяснил вашим друзьям на счет храма.

— И кто в этом списке?

— Члены магического совета. Некоторые архимаги. И несколько частных магов, работающих на богатых заказчиков.

Зельда кивнула медленно.

— Значит, кто-то из них стоит за этим.

— Именно, — Азграл'Ог встал, но его лицо стало серьёзным. — Но есть кое-что, о чём вам нужно знать, госпожа.

Он подошёл к окну, глядя на город.

Зельда замерла.

— Что ты узнал?

— Род Редмондов древнее и могущественнее, чем кажется, — Азграл'Ог повернулся к ней. — Я бы сказал, Дрейвен в полное может претендовать на трон Арканы.

Он вернулся к креслу, сел.

— Эта ловушка, госпожа, очень хитрая и многоуровневая. Если барон Редмонд будет обвинен, то королевство Арканы легко может конфисковать имущество его семьи. То есть — устранить конкурентов.

Зельда почувствовала холодок в животе.

— Значит, тут могут участвовать не только эльфы?

— В политике участвуют все, — улыбнулся Азграл'Ог. — Даже неверно брошенная лопата ассенизатора может стать поводом для войны.

Мармелад поднял голову с колен Зельды.

— Да был такой случай. Три тысячи назад.

— Да, тогда повоевать пришлось всем, — кивнул Азграл'Ог. — Сейчас наша задача защитить Дрейвена и не дать делу коснуться вас и политического пространства.

Зельда сжала кулаки.

— Что нам делать?

— Вам? Ничего, — Азграл'Ог ответил твёрдо. — Не упоминайте тот визит. Никому. Даже своим друзьям, если они ещё не знают. Не пытайтесь написать сильным мира сего, ведь это тут же перерастёт в международный конфликт. Я знаю что вы писали Варилию, но он опытный интриган, и я думаю, дальше отца Дрейвена дело не дошло.

Зельда кивнула медленно.

— Спасибо, Азграл'Ог. За... за всё.

— Благодарите меня после суда, госпожа, — демон улыбнулся. — Когда барон Редмонд будет свободен. А теперь, госпожа, позвольте мне подготовиться к суду. У меня впереди два дня, чтобы построить непробиваемую защиту.

Он направился к своей комнате, но остановился у двери.

— О, и ещё кое-что. Ваш друг, барон Редмонд, очень храбрый юноша. Он держится достойно, несмотря на обстоятельства. Вы выбрали хороших друзей, госпожа.

Зельда улыбнулась слабо.

— Спасибо, Азграл'Ог.

Демон кивнул и исчез за дверью.

Зельда легла обратно, её сердце немного успокоилось.

Всё будет хорошо. Должно быть хорошо.

***

Ка'азерот сидел на троне, слушая доклады своих генералов.

— Труп был старше короля, — он повторил слова Шепчущей Бездны. — Значит тут идут внутренние разборки. Кх'аргут, что ты нашёл?

— Две вещи, — Кх'аргут развернул карту. — Первое: храм построен на участке, который принадлежал баронству Редмонд. Кто-то хочет, чтобы эта связь всплыла.

— Мотив, — Ка'азерот кивнул. — Месть за потерянные земли? Не очень оригинально.

— Второе, — Кх'аргут развернул ещё один документ, — три дня назад, в среду, эльфийская стража зафиксировала проникновение в этот храм. Группа из 5-7 человек. Личности не установлены, но...

Он посмотрел на Владыку.

— Это был визит вашей дочери и её друзей. Когда они спасали Мармелада.

Тишина.

Ка'азерот медленно встал.

— Три дня назад. Взрыв сегодня утром, — его голос был холодным. — У них было два дня, чтобы подготовить подставу.

— Именно, — Кх'аргут кивнул. — Украсть меч. Подготовить труп. Заложить взрывчатку или взрывное заклинание. Всё это за сорок восемь часов. Это профессиональная работа, Владыка. Очень профессиональная.

Шепчущая Бездна прошептала:

— Либо они ждали повода. Либо само проникновение было частью их плана с самого начала.

— Ловушка в ловушке, — предположил И'ктар. — Культисты в храме были приманкой. Похищение Мармелада — провокацией. Они хотели, чтобы кто-то проник туда.

Ка'азерот сжал кулаки.

— И когда моя дочь и её друзья спасли Мармелада, они получили идеальную жертву для подставы. Дрейвена Редмонда. Человека. Наследника баронства с историей земельного конфликта. Друга моей дочери.

Он начал ходить взад-вперёд.

— Если он признается в визите — это может стать доказательством его виновности. «Он проник в храм в среду, сразился с нашими людьми, а в пятницу вернулся и взорвал место, чтобы замести следы.»

— Классическая юридическая ловушка, — Бездна согласилась. — Любое действие работает против жертвы.

— И'ктар?

— Суд через два дня, — змеиный генерал продолжил. — Наблюдатели от трёх советов будут присутствовать. Я установил шпионов среди них.

Ка'азерот начал ходить взад-вперёд.

— Итак. У нас есть подставленный меч с иллюзорной магией. Фальшивая жертва — труп старше короля. Мотив, указывающий на семью Редмонд через историю земель. И ловушка с визитом в храм, которая делает обвинение более убедительным. Ну и на закуску — статус владельца меча. Этот меч могут держать только герцоги или наследники престола.

Он остановился.

— Это не просто подстава. Это многоуровневая операция. Кто-то очень тщательно всё спланировал.

Он сжал кулаки.

— Боюсь, что настоящая цель всё та же — моя дочь. Её изолируют, её друга обвиняют, используя информацию о её собственных действиях против неё. Кто-то пытается сломить Зельду. Сделать её уязвимой.

Его глаза вспыхнули фиолетовым огнём.

— Но зачем? Что им нужно от неё?

— Не знаю, — поклонился Кх'аргут. — Но я продолжу копать. Узнаю, кто именно расследовал то проникновение. Кто имел доступ к этой информации.

— И я продолжу наблюдение за судом, — добавил И'ктар.

— А я изучу магию, использованную на мече, — прошептала Бездна. — Возможно, найду уникальный след мага.

Ка'азерот кивнул.

— Хорошо. Продолжайте работать. А я... я навещу свою дочь сегодня ночью. Ей нужна поддержка.

Генералы исчезли, и тронный зал опустел.

Ка'азерот посмотрел на магическое окно, где Зельда спала, обнимая Мармелада.

— Держись, солнышко, — он прошептал. — Скоро всё закончится. Обещаю.

И тронный зал погрузился в тишину.

Но в глубине лабиринта, под Академией Арканы, на чёрной лестнице, ведущей в никуда, раздавалось тихое мяуканье.

Милое.

Невинное.

И абсолютно зловещее.

Суббота — день перед судом

Зельда проснулась от тихого шороха.

Не резкого, не тревожного — скорее... элегантного. Словно кто-то очень осторожно и профессионально передвигал вещи, не желая её потревожить.

Она открыла глаза и увидела Азграл'Ога.

Демон стоял у её шкафа, держа в руках фтри платья — изумрудное, серебристое и цвета морской волны. Его розовый костюм сегодня был другим: не строгий эльфийский фрак, а классический наряд дворецкого — с жилеткой, идеально отглаженными брюками и белыми перчатками. Цвет увядшей розы делал его одновременно элегантным и... немного абсурдным.

Рога стали более утончёнными.

— Доброе утро, госпожа, — Азграл'Ог повернулся, поклонился. — Прошу прощения за беспокойство. Я взял на себя смелость подготовить несколько вариантов одежды для сегодняшнего дня.

Зельда села на кровати, потирая глаза.

— Азграл'Ог? Ты... дворецкий?

— Временно, госпожа, — демон улыбнулся. — Поскольку сегодня важный день перед судом, я решил, что моё присутствие в качестве личного помощника будет уместным. К тому же... — он посмотрел на платья, — выбор гардероба — это часть стратегии. И служение вам — моя основная работа.

Мармелад, дремавший на подоконнике, открыл один глаз.

— Стратегия выбора платья?

— Разумеется, — Азграл'Ог развернул изумрудное платье. — Цвета влияют на восприятие. Изумрудный — уверенность и спокойствие. Серебристый — благородство и невинность. Морская волна — мудрость и глубина. Что госпожа предпочитает сегодня показать миру?

Зельда моргнула, потом усмехнулась.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — демон кивнул торжественно. — Я провёл пятьсот миллионов лет, наблюдая за тысячами цивилизаций. Поверьте, госпожа, психология одежды — это наука.

Зельда встала, подошла ближе. Её фиолетовые волосы растрепались за ночь, падая на плечи мягкими волнами. Она провела рукой по изумрудному платью.

— Это красиво. Но... — она взяла морское, — это мне больше нравится.

— Превосходный выбор, — Азграл'Ог аккуратно повесил остальные платья обратно. — Морская волна подчёркивает вашу магическую природу и создаёт впечатление глубины мысли. Именно то, что нужно перед важными решениями.

Он повернулся к туалетному столику.

— А теперь, госпожа, позвольте мне помочь с причёской.

— С... причёской? — Зельда удивлённо подняла бровь.

— Естественно, — демон жестом указал на стул. — Садитесь, пожалуйста.

Зельда обменялась взглядом с Мармеладом. Кот пожал плечами — насколько это возможно для кота.

Она села.

Азграл'Ог встал позади неё, его движения были удивительно мягкими и точными. Он взял гребень, начал аккуратно расчёсывать её длинные фиолетовые волосы.

— Ваши волосы, госпожа, весьма необычны, — заметил он. — Постоянная чистота и этот оттенок... результат детского эксперимента с мылом, если я правильно понимаю?

— Откуда ты знаешь? — Зельда повернула голову.

— Госпожа, я демон, — Азграл'Ог мягко вернул её голову в исходное положение. — Магические следы читаются легко. Очень изобретательное заклинание для четырёхлетнего ребёнка, должен заметить.

Его пальцы ловко заплетали волосы в сложную, но элегантную косу. Не тугую, не стягивающую — свободную, естественную, но красивую.

— Вы были любопытным ребёнком, — продолжил демон. — Эта черта сохранилась. Именно она позволяет вам задавать правильные вопросы. Редкий дар, госпожа.

Зельда смотрела на него в зеркало. Его лицо было сосредоточенным, профессиональным. Движения — абсолютно точными.

— Ты... действительно умеешь это делать.

— Пятьсот миллионов лет опыта, госпожа, — Азграл'Ог закрепил последнюю прядь маленькой заколкой с морским камнем. — Я был слугой архидемонов, королей, императоров, архимагов и полководцев. Некоторые из них требовали... весьма специфических навыков.

Он отступил, оценивая результат.

— Готово. Теперь позвольте помочь вам одеться.

— Я могу сама! — Зельда быстро встала.

— Разумеется, госпожа, — демон поклонился. — Я буду ждать за дверью. Позовите, когда будете готовы.

Он элегантно вышел.

Мармелад спрыгнул с подоконника, подошёл к Зельде.

— Он действительно хорош в этом.

— Странно видеть древнего демона войны в роли дворецкого, — Зельда усмехнулась, снимая ночную рубашку.

— Твой отец наказал его правильно, — Мармелад мурлыкнул. — Азграл'Ог был гордым воином. Да, иногда он служил по контракту, но контракт это дело прибыли. Теперь же он учится смирению через служение. И, похоже, учится хорошо.

***

Ка'азерот наблюдал за утренней сценой через магическое окно, его фиолетовые глаза светились мягко.

— Актёр, — он пробормотал, улыбаясь. — Прирождённый актёр и лицедей.

Мармелад, свернувшийся у его ног (одновременно здесь и в комнате Зельды), поднял голову.

— Босс, ему пятьсот миллионов лет. За это время можно научиться играть любую роль.

— Это не просто игра, — Ка'азерот наклонился вперёд. — Он живёт эту роль. Настоящий профессионал. Смотри, как он держит спину. Как двигается. Ни единого лишнего жеста. Идеальный дворецкий.

— Возраст и опыт позволяют ему чувствовать себя легко в любой роли, — Мармелад согласился. — Воин, адвокат, дворецкий. Он адаптируется мгновенно.

Ка'азерот откинулся на троне.

— И это делает его опасным. Такой демон может притвориться кем угодно. Может обмануть кого угодно.

— Но он служит Зельде, — Мармелад напомнил. — Твоя магия связала его. Он не может навредить ей.

— Знаю, — Ка'азерот кивнул. — И всё равно впечатляет. Азграл'Ог легенда. Полководец, которого боятся даже некоторые боги. А теперь он заплетает косички моей дочери.

Он усмехнулся.

— Ирония судьбы.

***

Зельда вошла в столовую в своём морском платье, коса элегантно спускалась по спине. Азграл'Ог шёл рядом, его розовый костюм дворецкого привлекал любопытные взгляды.

Студенты оборачивались, шептались.

Друзья уже сидели за их обычным столом у окна — Томас, Ариана, Лидия, Седвик, Бориус. На столе их ждали тарелки с круассанами, фруктами, сыром и мёдом.

— Зельда! — Лидия помахала рукой. — Иди к нам!

Зельда улыбнулась и направилась к ним. Азграл'Ог изящно отодвинул для неё стул, помог сесть, потом отступил, встав рядом как настоящий дворецкий.

Томас моргнул.

— Это... это демон-дворецкий?

— Азграл'Ог временно исполняет обязанности личного помощника, — демон поклонился. — Приятно видеть вас всех в добром здравии.

Бориус прыснул в чай.

— Я тебя не узнал, если честно. Демон войны в розовом костюме дворецкого. Я кажется теперь видел всё.

— Цвет не выбирают, молодой Валторн, — Азграл'Ог ответил невозмутимо. — Его носят с достоинством.

Зельда взяла круассан, откусила. Вкусно. Эльфийские повара умели готовить.

— Как настроение? — Ариана спросила тихо.

— Лучше, — Зельда кивнула. — Я выспалась. И... — она улыбнулась, — у меня появилась идея.

Седвик наклонился ближе.

— Какая?

— Расскажу после завтрака, — Зельда понизила голос. — Не здесь.

Друзья переглянулись, но кивнули.

Они ели, обсуждая разные мелочи — погоду, уроки, планы на день. Зельда смеялась над шутками Томаса, слушала рассказы Лидии о новом рецепте чая, кивала на комментарии Бориуса о политике.

Атмосфера была лёгкой, почти беззаботной.

Но под этой лёгкостью чувствовалось напряжение.

Завтра суд.

Завтра решится судьба Дрейвена.

***

Гарольд Стальной Коготь ворвался в главное здание академии, его серебристые волосы были растрепаны, доспехи покрыты пылью лабиринта. Золотой нимб над головой пульсировал ярко — святой свет всё ещё горел после последней битвы.

Он поднялся по лестнице к кабинету декана, постучал.

Тишина.

Гарольд нахмурился, толкнул дверь. Кабинет был пуст.

На столе лежала записка.

«Гарольд, я если ты это читаешь, значит я уехал раньше, чем ты вернулся. Срочные дела. Вернусь через два дня. Продолжайте зачистку. Будьте осторожны.

— Варилий»

Гарольд сжал записку в кулаке.

— Два дня, — он пробормотал. — Какие срочные дела важнее безопасности академии?

Он развернулся, вышел из кабинета. В коридоре его ждали несколько паладинов и Моргана.

— Декан уехал, — Гарольд сообщил коротко. — Мы продолжаем без него. Усильте посты у всех известных выходов из лабиринта. Патрули каждые два часа. Если некроманты попытаются сбежать — я хочу знать немедленно.

— Сэр, — один из паладинов шагнул вперёд, — а что с... той лестницей, которую вы обнаружили?

Гарольд замер.

Лестница в загробный мир. Чёрный камень, зловещая аура, странное мяуканье снизу.

— Запечатайте вход, — он решил. — Тройная печать. Никто не должен туда спускаться без моего приказа. Я доложу декану о ней после того, как закончим с некромантами.

Паладины кивнули, разошлись выполнять приказы.

Моргана подошла ближе.

— Гарольд, ты выглядишь измотанным. Отдохни.

— После, — он покачал головой. — Когда Дариус будет пойман и его орден будет уничтожен.

— Ты сражаешься три дня без сна, — Моргана настаивала. — Даже святой воин имеет пределы.

Гарольд посмотрел на неё, его глаза были усталыми, но решительными.

— Некроманты загнаны в угол. Это самое опасное время. Они могут попытаться что-то отчаянное. Я не могу позволить им сбежать.

Моргана вздохнула.

— Хотя бы поешь. И вздремни пару часов.

Гарольд колебался, потом кивнул.

— Два часа. Не больше.

Он направился к своим покоям, его нимб медленно тускнел, уходя в режим покоя.

***

Дариус Редмонд сидел на каменном выступе, держа в руках два письма.

Бумага первого была мятой, почерк — знакомым. Почерк отца.

«Дариус. Твой брат Дрейвен арестован в эльфийском королевстве. Обвиняют в убийстве члена королевской семьи. Суд завтра. Я еду туда с деканом Варилием. Если ты читаешь это... пожалуйста, будь осторожен. Что бы ты ни делал, где бы ни был — ты всё ещё мой сын.

— твой отец, барон Редмонд»

Второе письмо было строгое и пахло печеньками. Почерк был ровным и мелким.

«Мистер Дариус, не смотря на наши разногласия, я сообщаю вам, что ваш младший брат , которого вы имели неприятность избить недавно, был арестован эльфами. Я и Ваш отец примем меры по его спасению. Будьте осторожны и не пытайтесь атаковать паладинов, ведь без меня, вас просто казнят, чеготочень не хочет ваш брат Дрейвен.

— с уважением, декан Люминарской Академии Арканы Варилий Клавдий»

Дариус медленно сжал письма в кулаке.

Дрейвен.

Младший брат.

Идеалист. Правильный. Отказавшийся присоединиться к ордену.

Дариус избил его тогда. Жестоко. Оставил синяки и сломанное ребро.

Но это было...

Это было наказанием. Уроком. Не убийством.

А теперь Дрейвена обвиняют в убийстве.

Казнь.

Дариус почувствовал что-то странное в груди. Гнев? Тревогу? Страх?

Он ненавидел брата за отказ. За то, что тот выбрал «правильный» путь. За то, что отец всегда любил Дрейвена больше — младшего, идеального в мнерах, благородного и идеалиста до мозга костей.

Но казнь...

Казнь — это другое.

— Дариус, — раздался голос позади.

Он обернулся. Один из некромантов — худой мужчина средних лет с нервным взглядом — подошёл ближе.

— Мы должны поговорить.

Дариус встал, спрятал письмо.

— О чём?

— Об этих письмах. О нас, — некромант огляделся. — О том, что мы делаем. О... семьях.

Дариус нахмурился.

— Семьях?

— У меня есть жена, — некромант сказал тихо. — Двое детей. Им восемь и десять лет. Если паладины поймают меня здесь... если меня казнят... что с ними будет?

Другой некромант вышел из тени — пожилой мужчина с седой бородой.

— У меня внуки. Трое. Я не видел их два года. Я думал... я думал, что мы делаем правильное дело. Что некромантия — это путь к истинной магии. Но теперь...

Он замолчал, глядя в пол.

Третий некромант — молодая женщина — шагнула вперёд.

— Мы загнаны. Все рыцари смерти уничтожены. Паладины усилили печати. У нас нет ресурсов, нет выхода. И если мы попытаемся завершить ритуал... — она посмотрела на Дариуса, — нас всех убьёт наша же сила.

Дариус молчал.

— Что ты хочешь? — он спросил наконец.

— Сдаться, — женщина ответила прямо. — Признать вину. Попросить пощады. Может быть, нас не казнят. Может быть, просто заключат в тюрьму и лишат магии. А что вероятнее, нас заставят служить в армии или спецслужбах, что не так уж и плохо. У наших семей будет шанс.

Худой мужчина кивнул.

— Мои дети не должны страдать за мои ошибки.

Дариус сжал кулаки.

— Сдаться? После всего, что мы сделали?

— А что мы сделали? — пожилой некромант спросил горько. — Прятались в лабиринте. Проводили ритуалы, которые ни к чему не привели. Создали нежить, которую уничтожили за три дня. Мы не революция. Мы не освободители некромантии. Мы не смогли совершить великих открытий, что нам сулили гримуары древности. Мы... неудачники и беглецы.

Тишина.

С другой стороны комнаты вышли ещё три некроманта — один древний старик, и два молодых все с фанатичными глазами.

— Предатели, — один из них прошипел. — Вы хотите предать дело наших братьев!

— Какое дело?! — женщина повернулась к нему. — Какое дело, скажи мне! Мы застряли в подземелье, нас осаждают, и у нас нет ресурсов!

— План есть, — фанатик указал на Дариуса. — Ритуал. Мы завершим ритуал, призовём силу из глубины, и тогда...

— И тогда что? — пожилой некромант перебил. — Мы все умрём. Это всё, что произойдёт. Нам нечем платить за призыв.

Группа раскололась.

Некроманты с семьями стояли с одной стороны, фанатики — с другой.

А Дариус стоял посередине.

Он смотрел на письма в своей руке.

Дрейвен под судом.

Семьи некромантов в опасности.

Его собственная семья — отец, Маркус — наверное, тоже страдают.

Дариус медленно поднял голову.

— Я... — он начал, но голос застрял в горле.

Власть ускользала из его рук. Орден разваливался.

Но авторитет...

Авторитет оставался.

Все смотрели на него, ждали решения.

Но что бы он ни выбрал — раскол уже произошёл.

***

Варилий Клавдий стоял в центре магического круга, начертанного на полу своего кабинета. Руны вспыхивали одна за другой, портал формировался — мерцающая дверь в пространстве, ведущая за сотни километров.

Декан шагнул в портал и исчез.

Через мгновение он появился в другом месте.

Баронское поместье Редмонд.

Большой дом из серого камня, окружённый садами. Вдали виднелись поля, деревни, горы. Земля семьи Редмонд была не самой богатой, но ухоженной, плодородной.

Варилий подошёл к входной двери, постучал.

Дверь открыл сам барон Эдвард Редмонд.

Высокий мужчина с тёмными волосами, слегка тронутыми сединой. Лицо — усталое, но решительное. Глаза — серые, как у его сыновей.

— Варилий, — барон кивнул. — Я получил твоё письмо. Входи.

Они прошли в кабинет — просторную комнату с книжными полками, картами на стенах и большим столом из дуба. На столе уже лежали документы, печати, письма.

Барон сел, указал на стул напротив.

— Дрейвен арестован. За убийство. — Его голос дрожал от сдерживаемого гнева. — Мой сын не убийца.

— Знаю, — Варилий сел. — Это всё очень странно. Похоже, что это профессиональная подстава. Как вариант, кто-то хочет уничтожить твою семью.

Барон сжал кулаки.

— Земли. Всегда земли. Двести лет назад эльфы отобрали наш участок. Политическая необходимость. Тьфу. Теперь они наверняка используют эту историю как мотив.

— Не только эльфы, — Варилий достал свой блокнот. — Я проанализировал ситуацию. Ты же знаешь, что меч Дрейвена... он помечен королевскими рунами. Символы, которые носят только наследники престола или герцоги. Если Дрейвен будет осуждён, Аркана сможет конфисковать ваше имущество под предлогом нарушения «условий вассальной присяги и международного соглашения». Банально устранить претендентов.

Барон замер.

— Претендентов? Мы баронская семья, не королевская!

— Твой меч говорит обратное, — Варилий ответил спокойно. — Руны Зилор и Арганд. Честь и праведность. Это не баронские символы. Это символы высшей знати.

Барон медленно встал, подошёл к стене, где висел ещё один меч — старый, покрытый пылью веков.

— Это меч моего прапрадеда, — он сказал тихо. — Он получил его от короля Арканы триста лет назад. За службу. За спасение принца.

Он снял меч, положил на стол.

— Нам разрешили использовать королевские руны как награду. Но мы никогда не претендовали на трон. Никогда!

— Но кто-то боится, что ты можешь, — Варилий коснулся меча. — Или твои сыновья. Дариус исчез. Маркус — капитан армии, популярный среди солдат. Дрейвен — студент академии, друг моей внучки, которая... — он замолчал, — обладает, как я полагаю, огромной силой.

Барон посмотрел на него.

— Заговор. Это заговор против моей семьи.

— Возможно, — Варилий кивнул. — Многоуровневый. И нам нужно действовать быстро. Суд завтра. Я еду в эльфийское королевство. Ты едешь со мной.

Барон взял меч, вернул его на стену.

— Дай мне десять минут собраться.

Он вышел из кабинета.

Варилий остался один, глядя на карту на стене. Отторгнутые земли Редмондов. Эльфийская столица. Взорванный храм.

Всё связано.

***

Зельда и Азграл'Ог сидели в её комнате за небольшим столиком. Обед был лёгким — салат с фруктами, рыба, травяной чай.

Азграл'Ог ел изящно, как и всё, что делал. Зельда жевала задумчиво, её фиолетовые волосы блестели в солнечном свете из окна.

— Азграл'Ог, — она начала, — можно задать вопрос?

— Разумеется, госпожа.

— Ты был в храме, — Зельда сказала медленно. — В среду. Когда мы спасали Мармелада.

Демон кивнул.

— Да. Я, по приказу культистов , напал на вас и вашего друга барона Редмонда, когда вы начали драться.

— Значит, твои магические эманации остались там, — Зельда продолжила. — В руинах храма. И если кто-то их засечёт... если кто-то проведёт анализ...

Она посмотрела на него.

— Они поймут, что демон был там. А потом увидят тебя на суде. Адвоката. Тоже демона. И сопоставят.

Азграл'Ог замер, вилка застыла на полпути ко рту.

Его лицо побледнело — насколько это возможно для демона.

— Я... — он медленно опустил вилку. — Я, честно скажу, как-то не подумал об этом.

Он встал, начал ходить взад-вперёд, его розовый костюм шелестел.

— Это серьёзное упущение. Очень серьёзное. Если обвинение обнаружит демоническую магию в руинах и свяжет её со мной... это разрушит всю защиту. Они скажут, что я был сообщником. Что я помогал подготовить взрыв.

Зельда кивнула.

— Именно. Что нам делать?

Азграл'Ог продолжал ходить, его рога слегка покачивались. Лицо было сосредоточенным, мысли работали с невероятной скоростью.

— Варианты... — он пробормотал. — Первое: я могу утверждать, что эманации не мои. Но это слабо. Второе: я могу сказать, что был там по другому делу. Но какому? Третье...

Зельда подняла руку.

— Подожди. У меня есть идея лучше.

Демон остановился, посмотрел на неё.

— Говорите, госпожа.

— А что если, — Зельда наклонилась вперёд, её глаза блестели, — мы используем магию зала суда?

Азграл'Ог нахмурился.

— Магию зала суда?

— Ты говорил, что там есть заклинание, которое заставляет всех говорить правду, — Зельда продолжила. — Даже демонов. Правильно?

— Да. Печать Правды. Древнее заклинание эльфов. Абсолютное. Никто не может лгать в зале суда, пока печать активна.

— Тогда, — Зельда улыбнулась, — задай вопрос под этой печатью. Прямо на суде. «Кто именно призвал демона в храм?» И «Кому этот демон служил на тот момент?»

Азграл'Ог замер.

Его глаза расширились.

— Госпожа...

— Если они найдут твои эманации и обвинят тебя, — Зельда продолжила, — ты ответишь под Печатью Правды. Скажешь, что служил сейчас мне. А вот тогда ты служил другому. Эльфу. И назовёшь имя. Сейчас не говори, пусть я останусь в неведении.

Азграл'Ог медленно сел обратно.

Его лицо выражало чистое восхищение.

— Это... — он прошептал, — это гениально.

Он наклонился вперёд.

— Вы превращаете их собственное оружие против них. Печать Правды. Они не смогут оспорить показания под печатью. Если я скажу, что служил эльфу, что дал приказ об атаке, что Дрейвен не имеет отношения к взрыву и никого из эльфов там не убивал — это станет неопровержимым фактом.

Зельда кивнула.

— Более того. Это докажет, что кто-то другой готовил взрыв. Кто-то, кто знал о нашем визите. Кто использовал эту информацию.

Азграл'Ог откинулся на спинку стула, его рога блестели в свете.

— Госпожа Зельда, — он сказал торжественно, — вы демонстрируете стратегическое мышление, достойное величайших полководцев. Я... я глубоко впечатлён.

Он встал, поклонился низко — не формально, а с искренним уважением.

— Будет честью служить такому разуму.

Зельда покраснела.

— Я просто подумала логически.

— Логика — это инструмент, — Азграл'Ог выпрямился. — Но применять её в стрессовой ситуации, видеть ловушки, которые упустил пятьсотмиллионолетний демон — это талант. Редкий талант.

Он вернулся к столу, налил ей чай.

— Мы используем эту стратегию. Я подготовлю вопросы. Если обвинение попытается использовать эманации против нас — мы контратакуем через Печать Правды.

Зельда взяла чашку, сделала глоток.

— Завтра будет долгий день.

— Да, — Азграл'Ог кивнул. — Но мы готовы. Барон Редмонд будет свободен. Обещаю.

***

Ка'азерот сидел на троне, его фиолетовые глаза горели ярко.

Рядом с ним стояли генералы — Кх'аргут, И'ктар, Шепчущая Бездна.

— Моя дочь, — Ка'азерот сказал, его голос звучал с гордостью, — только что переиграла пятьсотмиллионолетнего демона.

Кх'аргут усмехнулся, все четыре руки скрестились на груди.

— Вопрос о Печати Правды. Умно. Но я ставлю на то, что он специально не стал акцентировать внимание на эманациях, чтобы проверить ее логическое мышление.

И'ктар, паукообразный генерал, зашуршал конечностями.

— Она видит ловушки. Превращает их в оружие. Это инстинкт интригана, а ты умаляешь ее достоинство?

Шепчущая Бездна прошептала множеством голосов:

— Она несёт кровь Владыки. Хаос течёт в её жилах. Она рождена рождена видеть такие вещи!

Ка'азерот встал, подошёл к магическому окну. Зельда сидела в своей комнате, читала книгу, Мармелад дремал у её ног.

— Она умна, — он сказал тихо. — Но соглашусь, против демона с таким огромным опытом она как песчинка против звезды. Но демон молодец, заставил ее думать.

Он повернулся к генералам.

— Завтра суд. Продолжайте наблюдение. Если что-то пойдёт не так — вмешиваемся.

— Да, Владыка, — генералы поклонились и исчезли.

Ка'азерот вернулся к окну, смотрел на дочь.

— Держись, солнышко, — прошептал он. — Завтра ты покажешь им, из какого ты теста.

И тронный зал погрузился в тишину.

Суд

Зал суда эльфийской столицы был величественным.

Высокие потолки, украшенные фресками с изображениями древних королей. Колонны из белого мрамора, увитые золотыми лозами. Огромные окна пропускали утренний свет, создавая атмосферу торжественности и справедливости.

В центре — возвышение судьи. Архимаг Тариэль Лунная Тень сидела на резном троне, её седые волосы ниспадали до пояса, а глаза — острые и проницательные — изучали всех присутствующих.

Слева, перед судьей — скамья обвинения. Трое эльфов в тёмных мантиях, их лица суровы, на столе перед ними — свитки с доказательствами.

Справа — скамья защиты. Азграл'Ог сидел в своём розовом костюме цвета увядшей розы, безупречно элегантный, его рога блестели в свете. Рядом с ним — Дрейвен Редмонд, бледный, но сдержанный.

За ними — скамья для свидетелей и наблюдателей. Зельда сидела между Варилием и бароном Редмондом, что прибыли порталом прямо перед заседанием суда. Её руки были сжаты на коленях, сердце билось часто.

Томас, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус сидели чуть поодаль, напряжённо наблюдая.

В зале также присутствовали наблюдатели от нескольких советов — эльфы в разноцветных мантиях, записывающие каждое слово.

Печать Правды светилась над залом — огромная руна, парящая под потолком. Её свет был холодным, абсолютным. Никто не мог лгать в её присутствии.

Судья Тариэль подняла руку.

— Суд начинается. Дело о взрыве священного храма Серебряного Источника и убийстве члена королевской семьи. Обвиняемый — Дрейвен Редмонд, наследник баронства Редмонд, королевства Аркана. Для начала, под Печатью Правды, подсудимый, ответьте, атаковали ли вы когда-нибудь своим мечом эльфа?

— Да. — тихо ответил, не имея возможности соврать, Дрейвен. — Но я не убивал никого!

— Хорошо. — Кивнула судья. — А теперь…

Её голос эхом отразился в зале.

— Обвинение, изложите вашу позицию.

***

Главный обвинитель — высокий эльф с ледяными глазами по имени Аэрион Холодный Ветер — встал.

— Ваша честь, — он начал, его голос был чётким и безэмоциональным. — Факты просты. В пятницу утром старый священный храм Серебряного Источника был полностью уничтожен взрывом. На месте обнаружен труп с кольцом члена королевской семьи. Рядом с телом — меч обвиняемого, Дрейвена Редмонда.

Он поднял меч, завёрнутый в магическую ткань.

— Этот меч принадлежит обвиняемому. Он помечен рунами его рода. Магическая связь с владельцем подтверждена экспертизой.

Он положил меч на стол судьи.

— Более того, на мече обнаружены следы крови жертвы. Обвиняемый находился в эльфийском королевстве в день взрыва. У него был доступ к храму. Есть и мотив — его семья потеряла земли в пользу короны двести лет назад.

Аэрион повернулся к залу.

— Мы требуем признать Дрейвена Редмонда виновным в убийстве и разрушении древнего храма. Наказание — смертная казнь.

Зал погрузился в тишину.

Зельда сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Судья Тариэль посмотрела на Азграл'Ога.

— Защита, ваше слово.

***

Азграл'Ог медленно поднялся.

Его движения были плавными, изящными. Он поправил воротник своего розового костюма, взял блокнот и подошёл к центру зала.

— Ваша честь, — его голос был спокойным, но в нём чувствовалась сила. — Обвинение представило факты. Но факты без контекста — лишь иллюзия правды.

Он повернулся к обвинителю.

— Меч действительно принадлежит моему подзащитному. Но это не доказывает, что он использовал его для убийства.

Аэрион нахмурился.

— Меч был на месте преступления!

— Да, — Азграл'Ог кивнул. — Но как он туда попал? Мой подзащитный утверждает, что меч был украден из его комнаты в день взрыва. Дверь была заперта, но магия может обойти замки.

Он достал свиток.

— Я провёл анализ меча. На нём обнаружены следы иллюзорной магии высокого уровня. Кто-то использовал заклинание, чтобы имитировать магическую связь с владельцем.

Аэрион скрестил руки.

— Это предположение.

— Нет, — Азграл'Ог поднял свиток. — Это факт, подтверждённый экспертизой. Иллюзорная магия оставляет след. И этот след присутствует на мече.

Он положил свиток официальной экспертизы на стол судьи.

— Кто-то очень умело подставил моего подзащитного. Украл меч, использовал его в преступлении, оставил на месте. Банальная, я бы даже сказал, классическая подстава.

Судья Тариэль взяла свиток, изучила.

— Иллюзорная магия действительно присутствует, — она подтвердила. — Но это не снимает вину с обвиняемого. Возможно, он сам использовал иллюзию, чтобы скрыть следы.

Азграл'Ог улыбнулся.

— Ваша честь, мой подзащитный — студент первого курса. Иллюзорная магия такого уровня требует десятилетий обучения. Список магов, способных на это, очень короток. И мой подзащитный не входит даже в список отличников курса.

— Вот сейчас обидно было… — Буркун Дрейвен, покраснев.

Он повернулся к залу.

— Более того, у моего подзащитного нет мотива. Земли были потеряны двести лет назад. Его семья получила компенсацию и давно смирилась с этим. Зачем ему мстить сейчас?

Аэрион вмешался:

— Возможно, он действовал по приказу своего отца!

Барон Редмонд вскочил со скамьи.

— Чушь! Ни земли, ни, тем более, жизни эльфов нам не нужны!

Судья Тариэль подняла руку.

— Барон Редмонд, успокойтесь. Вы дадите показания позже.

Барон медленно сел, его лицо было красным от гнева.

Азграл'Ог продолжил:

— Ваша честь, обвинение строится на косвенных уликах. Меч — подброшен. Мотив — надуман. Доказательств прямой вины нет.

Он сделал паузу.

— Но есть кое-что ещё. Труп, найденный на месте преступления.

Аэрион нахмурился.

— Что с ним?

— А то, что этому трупу около тысячи лет, — Азграл'Ог сказал спокойно.

Зал взорвался шёпотом.

Судья Тариэль подалась вперёд.

— Объясните.

***

Азграл'Ог достал ещё один свиток.

— Я провёл независимую экспертизу трупа. Некромантический анализ показал, что эльфу, найденному в храме, около тысячи лет. Но нынешний король правит всего двести лет.

Он положил свиток на стол.

— Это означает, что жертва умерла задолго до взрыва. Кто-то сохранил тело, использовал магию для его консервации, а затем подложил на место преступления.

Аэрион побледнел.

— Это... это невозможно!

— Возможно, — Азграл'Ог повернулся к нему. — И вы это знаете. Кольцо на пальце жертвы — подлинное. Магическая печать королевской семьи — подлинная. Но тело — древнее.

Он сделал шаг вперёд.

— Кто-то очень тщательно спланировал эту подставу. Использовал древний труп, чтобы обвинить живого человека. Это не просто убийство. Это заговор.

Зал погрузился в напряжённую тишину.

Судья Тариэль смотрела на Азграл'Ога, её глаза были холодными.

— Защита, вы утверждаете, что это заговор. Но против кого? И кто за этим стоит?

— Пока не знаю, — Азграл'Ог признался. — Но я намерен выяснить. А сейчас я прошу суд признать, что доказательства обвинения недостаточны для вынесения приговора.

Аэрион вскочил.

— Ваша честь! Это абсурд! Меч обвиняемого был на месте преступления!

— Подброшенный меч, — Азграл'Ог поправил. — С иллюзорной магией.

— Это ваше предположение!

— Нет, — Азграл'Ог повернулся к нему. — Это факт, подтверждённый под Печатью Правды.

Он поднял взгляд на светящуюся руну над залом.

— Я утверждаю под Печатью: меч был подброшен. Иллюзорная магия присутствует. Труп древний. Это заговор.

Печать вспыхнула ярче, подтверждая истинность слов.

Аэрион сжал кулаки, его лицо исказилось от ярости.

— А я утверждаю, что эльф хоть и древний, но убит именно мечом подозреваемого!

Печать снова вспыхнула на слова правды.

***

Судья Тариэль задумалась.

— Защита представила серьёзные аргументы. Теперь у нас три вопроса: кто этот эльф, кто организовал заговор и виновен ли Дрейвен, хозяин меча.

Азграл'Ог собирался ответить, когда Аэрион внезапно произнёс:

— Ваша честь, у обвинения есть ещё одно доказательство!

Все повернулись к нему.

— В среду, за два дня до взрыва, группа людей проникла в храм. Эльфийская тайная стража зафиксировала это. Люди сражались с эльфами в храме и через какое-то время скрылись.

Он достал документ.

— Среди нападавших был Дрейвен Редмонд, его меч опознали по рунам. Согласно нашим закона, не доверять показаниям тайной стражи у нас нет основания! ОЛбвиняемый уже был в храме! Он знал его расположение! Это даёт ему возможность вернуться и совершить взрыв!

Зельда замерла.

Варилий сжал её плечо.

Азграл'Ог нахмурился.

— Ваша честь, это новое обвинение. Мне нужно время на подготовку защиты.

— Нет, — Аэрион улыбнулся холодно. — Это не новое обвинение. Это дополнительное доказательство. Обвиняемый признает, что был в храме?

Все посмотрели на Дрейвена.

Дрейвен медленно встал, его лицо было бледным.

— Я... я был там. В среду. Но не для того, чтобы совершить преступление!

— Тогда зачем? — Аэрион спросил острым голосом.

Дрейвен колебался.

Азграл'Ог быстро вмешался:

— Мой подзащитный отказывается отвечать на этот вопрос без предварительной консультации с защитой.

— Почему? — Аэрион шагнул вперёд. — Что он скрывает?

— Он не обязан объяснять свои действия, не связанные с обвинением, — Азграл'Ог ответил твёрдо.

Судья Тариэль подняла руку.

— Обвиняемый, вы были в храме в среду?

Дрейвен посмотрел на Азграл'Ога, потом кивнул.

— Да, ваша честь.

— Зачем?

Дрейвен замолчал.

Печать Правды пульсировала, ожидая ответа.

***

Азграл'Ог понял, что ситуация становится опасной.

Если Дрейвен признается в визите, это может быть использовано против него. Но если он откажется отвечать под Печатью Правды, это будет выглядеть как признание вины.

Демон быстро думал.

Он решил использовать карту предложенную Зельдой.

«А что если использовать магию зала суда, что заставляет всех говорить правду, и задать вопрос: кто именно призвал демона в храм и кому он служил на тот момент?»

Да. Это сработает.

— Ваша честь, — Азграл'Ог заговорил. — Я хочу задать вопрос, связанный с событиями в храме.

Судья нахмурилась.

— Какой вопрос?

— В среду, когда мой подзащитный был в храме, там присутствовал демон. Его вызвали культисты. Он напал на моего подзащитного.

Аэрион скрестил руки.

— И что это доказывает?

— То, что культисты контролировали храм, — Азграл'Ог ответил. — И возможно, они же организовали взрыв, чтобы замести следы.

Он сделал паузу.

— Но есть способ это проверить. Демонические эманации остаются на месте призыва. Если провести анализ руин храма, мы найдём следы демонической магии.

Аэрион усмехнулся.

— Демонические следы могли остаться от любого демона. Это не доказательство.

— Верно, — Азграл'Ог кивнул. — Но есть ещё одна деталь. Я и есть тот демон.

Зал замер.

— И если мои эманации совпадут с теми, что остались в храме, это докажет, что я был там. А под Печатью Правды я могу ответить на вопрос: кому я служил в тот момент, и кто отдал приказ напасть.

Судья Тариэль наклонилась вперёд.

— Вы хотите дать показания под Печатью?

— Да, — Азграл'Ог выпрямился. — И я готов ответить на любые вопросы о событиях в храме.

Аэрион нахмурился, чувствуя ловушку.

— Ваша честь, это не относится к делу!

— Относится, — Азграл'Ог возразил. — Если культисты контролировали храм и вызывали демонов, то взрыв и убийство могут быть их работой. Мой подзащитный — жертва обстоятельств, а не преступник.

Судья задумалась, потом кивнула.

— Хорошо. Защита, задавайте свой вопрос. Но помните — под Печатью Правды ложь невозможна.

Азграл'Ог повернулся к залу.

— Я, Азграл'Ог, древнейший демон войны, утверждаю под Печатью Правды: в среду я был призван в храм Серебряного Источника. Меня призвали культисты-эльфы которым я служил по приказу.

Печать вспыхнула, подтверждая истину.

— Ими мне было приказано напасть на группу людей, проникших в храм для спасения своего друга. Я выполнил приказ. Но затем был побеждён и изгнан.

Печать снова подтвердила.

— Кому я служил в тот момент? Эльфу лорду по имени Аэлитор Тёмная Звезда, главе королевского совета и лидеру культа Забытых Эльфийских Богов.

Зал взорвался шёпотом.

Аэрион побледнел.

Судья Тариэль подалась вперёд.

— Аэлитор Тёмная Звезда? Но это же самый уважаемый эльф, защитник короля и королевства!

— Да, — Азграл'Ог кивнул. — Но его способы защиты сомнительны. И его люди контролировали храм, который официально был закрыт по его приказу. Мой подзащитный и его друзья спасали пленника — фамильяра, похищенного культистами.

Он повернулся к Аэриону.

— Взрыв храма, скорее всего, работа культистов, пытавшихся замести следы. Они подложили труп или убили ненужного свидетеля, украли меч, создали иллюзию. Всё это — чтобы отвести подозрения от себя.

Аэрион сжал кулаки.

— Это... это спекуляция!

— Нет, — Азграл'Ог ответил спокойно. — Это логический вывод из фактов, подтверждённых под Печатью Правды.

Судья Тариэль задумалась.

— Есть ли у нас доказательства причастности культа к взрыву?

Аэрион ухмыльнулся. Его лицо было мрачным, но довольным.

— Нет, ваша честь.

— Тогда я склоняюсь к тому, чтобы отклонить довод, — начала судья.

***

И в этот момент двери зала суда распахнулись с грохотом.

Все обернулись.

В зал ворвалась королевская гвардия — двадцать эльфов в серебряных доспехах, с копьями и мечами. Они выстроились по обе стороны от входа, создавая коридор.

За ними вошёл король.

Высокий эльф с золотыми волосами и короной из лунного камня. Его лицо было суровым, глаза — холодными. Он шёл с достоинством, излучая власть.

Рядом с ним — ректор Элирия в белоснежном платье, её диадема сияла.

И позади — молодой эльф, около двадцати пяти лет. Высокий, стройный, с серебряными волосами и изумрудными глазами. Он был одет в королевский камзол цвета ночного неба, расшитый звёздами.

Принц.

Все в зале встали, кланяясь.

Судья Тариэль поднялась, её лицо выражало шок.

— Ваше величество! Ваше высочество! Что...

Король поднял руку, останавливая её.

Его голос громом прокатился по залу:

— Что здесь происходит?! Почему друг невесты моего сына находится под судом?!

Тишина.

Абсолютная, оглушительная тишина.

Судья Тариэль медленно опустилась на трон, её глаза были широко раскрыты.

— Какой... какой невесты, ваше величество?

Ректор Элирия вышла вперёд, её голос был твёрдым:

— Зельды Нонций-Клавдий, конечно же!

***

Зельда замерла.

Её мозг отказывался обрабатывать слова.

Невеста?

Какая невеста?

— Что? — она прошептала.

Томас, сидевший рядом, повернулся к ней с открытым ртом.

— Что?!

Седвик, Ариана, Лидия — все смотрели на неё в шоке.

Судья Тариэль переспросила, её голос дрожал:

— Что?

Барон Редмонд повернулся к Варилию, его лицо выражало полное недоумение.

Варилий сидел неподвижно, его глаза были прикованы к королю.

Азграл'Ог, стоявший в центре зала, моргнул.

Даже он — древний демон, переживший полмиллиарда лет — был сбит с толку.

***

А в тронном зале Ка'азерота раздался рык.

— ЧТО?!

Мармелад отскочил, прижав уши.

Ка'азерот вскочил с трона, его глаза вспыхнули фиолетовым огнём.

— КАКАЯ НЕВЕСТА?! КТО ПОСМЕЛ?!

Вспышка ярости вырвалась из него, волна чистой энергии Хаоса прокатилась через измерения.

В одном из миров, за которым Ка'азерот давно не следил, Легионы Света и Порядка только что начали наступление.

Легионы бога Фотэна — тысячи ангелов в сияющих доспехах, ведомые аватаром самого бога — маршировали по выжженной земле, неся "очищение".

И в этот момент их накрыла волна.

Хаос.

Чистый, первозданный, абсолютный.

Ангелы вскрикнули, их тела начали мутировать. Крылья превращались в щупальца, лица — в маски ужаса, доспехи — в органические наросты.

Аватар Фотэна попытался сопротивляться, его свет вспыхнул ярко.

Но Хаос был сильнее.

Аватар рассыпался в пепел.

Легионы исчезли, не оставив следа.

Мир расцвел новыми красками и в нем зародилась новая жизнь.

***

Ка'азерот тяжело дышал, его руки дрожали.

— Моя дочь... невеста... эльфа?!

Мармелад осторожно подошёл.

— Босс... может, это недоразумение?

— НЕДОРАЗУМЕНИЕ?! — Ка'азерот развернулся к нему. — ОНИ НАЗЫВАЮТ ЕЁ НЕВЕСТОЙ! БЕЗ МОЕГО РАЗРЕШЕНИЯ! БЕЗ ЕЁ СОГЛАСИЯ!

Он сжал кулаки, магия бурлила вокруг него.

— Я уничтожу их королевство. Сотру с лица земли. Превращу в пустыню, где даже камни будут кричать от ужаса!

— Босс, подождите! — Мармелад запрыгнул на трон. — Давайте сначала послушаем, что они скажут!

Ка'азерот замер, его дыхание было тяжёлым.

Медленно он повернулся к магическому окну, где в зале суда разворачивалась сцена.

— Хорошо, — он прорычал. — Послушаю. Но если они обидят мою дочь... если хоть один волос упадёт с её головы... я сотру эльфов из истории этого мира.

***

В зале суда король медленно прошёл к центру.

Все расступились, кланяясь.

Он остановился перед скамьёй наблюдателей, его взгляд остановился на Зельде.

— Мисс Зельда Нонций-Клавдий, — его голос был мягче. — Прошу простить за столь драматичное появление. Но когда мы узнали, что друг невесты моего сына находится под судом, я не мог не вмешаться.

Зельда медленно встала, её ноги дрожали.

— Ваше величество... я не понимаю. Какая невеста? Я ни за кого не помолвлена!

Король нахмурился, потом посмотрел на ректора Элирию.

Элирия вышла вперёд.

— Мисс Зельда, вы не знали?

— Знала что?! — голос Зельды был близок к панике.

Элирия вздохнула.

— Двести лет назад ваша бабушка, Агата Вейверн, спасла наше королевство. В благодарность король предложил ей любую награду. Она отказалась от земель, титулов, богатств. Но согласилась на отсроченную награду.

Элирия достала свиток — древний, с золотыми печатями.

— Она согласилась, чтобы её наследник в любом поколении стал членом королевской семьи. Чтобы кровь людей и эльфов соединилась, укрепляя союз между нашими народами.

Она развернула свиток.

— Это письменное обещание, подписанное тогдашним королём и самой Агатой. «Мой наследник станет членом королевской семьи.»

Зельда смотрела на свиток, её мозг отказывался работать.

— Но... но это не значит...

— Это значит брак, — король сказал спокойно. — Ваша бабушка знала, что делала. Она этим согласием создала политический альянс, который должен был длиться века.

Он повернулся к принцу.

— Мой сын, Финрод Звёздный Свет, ждал этого момента с тех пор, как мы узнали о вашем существовании.

Принц Финрод шагнул вперёд.

Его глаза — изумрудно-зелёные — смотрели на Зельду с теплотой и... восхищением?

— Мисс Зельда, — его голос был мягким, мелодичным. — Прошу простить за такое неожиданное объявление. Я надеялся встретить вас в более подходящих обстоятельствах. Но когда я узнал, что ваш друг под судом, я не мог молчать.

Он подошёл ближе.

— Я наблюдал за вами всё это время. Видел, как вы учитесь, как думаете, как решаете проблемы. Вы... удивительны.

Зельда отступила на шаг.

— Я... я не согласилась на это! Никто не спрашивал меня!

Король кивнул.

— Понимаю ваше смятение. Но обещание было дано. И оно обязывает обе стороны.

Варилий встал.

— Ваше величество, с уважением, но моя внучка — несовершеннолетняя. Ей четырнадцать лет. Любая помолвка требует согласия опекуна.

Король повернулся к нему.

— Декан Варилий Клавдий. Я рад видеть вас. И вы правы — согласие опекуна необходимо. Вы даёте его?

Варилий колебался.

Все смотрели на него.

Зельда смотрела на деда, её глаза умоляли: Не соглашайся. Пожалуйста.

Варилий медленно выдохнул.

— Ваше величество... это решение должна принять сама Зельда. Когда она будет готова. Но не сейчас.

Король нахмурился.

— Обещание было дано.

— Обещание касается наследника Агаты, — Варилий ответил твёрдо. — Но не уточняет сроков и наследников. Зельда — ещё ребёнок. Дайте ей время вырасти, узнать мир, принять решение самостоятельно.

Элирия вмешалась:

— Декан Варилий прав, ваше величество. Помолвка может подождать. Но обещание должно быть исполнено в будущем.

Король задумался, потом кивнул.

— Хорошо. Зельда Нонций-Клавдий, я признаю ваше право на выбор. Но знайте — обещание вашей бабушки связывает нас. Когда вы достигнете совершеннолетия, мы ожидаем, что вы его исполните.

Зельда не знала, что сказать.

Принц Финрод подошёл к ней, опустился на одно колено.

— Мисс Зельда, я не прошу вас любить меня сейчас. Прошу только шанса узнать вас. Доказать, что я достоин вашего внимания.

Он протянул руку.

— Позвольте мне быть вашим другом. Сейчас. А остальное... решим позже.

Зельда смотрела на его руку, её сердце билось как бешеное.

Она не хотела этого. Не просила. Не соглашалась.

Но...

Она посмотрела на Дрейвена, всё ещё стоявшего на скамье подсудимых.

Она боялась, что, если она откажет принцу прямо сейчас, это может повредить Дрейвену.

Эльфы могут разозлиться. Суд может повернуться против них.

Она сжала кулаки.

Потом медленно протянула руку.

— Я... я согласна быть вашим другом, ваше высочество. Пока.

Финрод улыбнулся, взял её руку, поцеловал тыльную сторону ладони.

— Благодарю вас, мисс Зельда. Уважаемый Варилий, я прошу у вас официально принять меня в Люминарскую Академию Арканы!

— Это мы обсудим позже, юный принц. — Задумчиво ответил декан.

***

Король повернулся к судье.

— А теперь, судья Тариэль, объясните мне: почему друг моей будущей невестки находится под судом по ложному обвинению?

Судья вздрогнула.

— Ваше величество, обвинение основано на доказательствах...

— Которые защита опровергла, — король перебил. — Я слушал последнюю часть процесса. Меч подброшен. Труп не опознан. Демон подтвердил причастность культа. Где доказательства вины этого молодого человека?

Аэрион попытался возразить:

— Ваше величество, он был в храме...

— Спасая пленника от культистов! — король повысил голос. — Это не преступление! Это героизм!

Он шагнул к скамье обвинения.

— Я требую немедленно снять все обвинения с Дрейвена Редмонда. И начать расследование деятельности культа Забытых Эльфиских Богов. И приведите ко мне Аэлитора во дворец, немедленно!

Судья Тариэль поклонилась.

— Будет исполнено, ваше величество.

Она подняла руку, и магический молот ударил по столу.

— Суд постановляет: Дрейвен Редмонд признан невиновным. Все обвинения сняты. Дело передано в королевскую стражу для расследования культовой деятельности.

Дрейвен медленно опустился на скамью, его лицо выражало облегчение и шок одновременно.

Барон Редмонд бросился к сыну, обнимая его.

Азграл'Ог спокойно собрал свои бумаги, его лицо было невозмутимым.

Хотя внутри он думал: "Что это было?"

***

Зельда стояла неподвижно, её рука всё ещё была в руке принца Финрода.

Её друзья смотрели на неё с открытыми ртами.

Томас, еле сдерживая раздражение и отчаяние, прошептал Седвику:

— Она... невеста принца?

— Похоже на то, — Седвик ответил, его голос был полон недоумения.

Ариана и Лидия переглянулись, их глаза были полны вопросов.

Бориус сидел, потрясённо качая головой.

Варилий положил руку на плечо Зельды.

— Всё будет хорошо, — он прошептал. — Обещаю.

Зельда посмотрела на него, её глаза наполнились слезами.

— Дедушка... я не хочу...

— Знаю, — Варилий обнял её. — Знаю, солнышко. Мы всё решим. Вместе.

***

А в тронном зале Ка'азерота царила зловещая тишина.

Ка'азерот сидел на троне, его глаза горели фиолетовым огнём.

Мармелад осторожно подошёл.

— Босс?

— Они объявили мою дочь невестой, — голос Ка'азерота был опасно спокойным. — Без её согласия. Без моего разрешения.

— Но король согласился подождать...

— ПОДОЖДАТЬ?! — Ка'азерот вскочил. — Они думают, что могут ЖДАТЬ, пока она вырастет, а потом ЗАСТАВИТЬ её выйти замуж?!

Он начал ходить взад-вперёд, магия бурлила вокруг него.

— Обещание Агаты. Письменное. Подписанное.

Он остановился.

— Я уважал Агату. Она была мудрой женщиной. Но это... это...

Мармелад тихо сказал:

— Может, Агата хотела лучшего для своих потомков? Союз с королевской семьёй — это защита, статус, будущее...

— Это КЛЕТКА! — Ка'азерот зарычал. — Золотая клетка, но всё равно клетка!

Он сжал кулаки.

— Моя дочь не будет пешкой в чужих играх. Даже если эти игры начала Агата.

Он повернулся к окну, где Зельда стояла, обнимая деда.

— Я найду способ разорвать это обещание. Или... или я заставлю эльфов пожалеть о том, что они его вспомнили.

Мармелад вздохнул.

Это будет интересно.

Очень интересно.

Чай, лабиринт и любовь

Карета была произведением искусства.

Высокая, элегантная, резная из белого дерева с золотыми инкрустациями, где каждый завиток рассказывал историю древних эльфийских королей, каждый узор хранил память о великих битвах и славных победах. Колёса были обиты серебром, и при движении они издавали тихий мелодичный звон, словно далёкие колокольчики. Четыре белоснежных единорога везли карету, их гривы развевались на ветру, копыта едва касались земли, оставляя за собой лёгкое свечение магии.

Внутри карета была не менее роскошной. Мягкие бархатные сидения цвета ночного неба, расшитые серебряными звёздами. Стены обиты шёлком с эльфийскими рунами, светящимися мягким голубым светом. Маленький столик из резного хрусталя стоял посередине, на нём — кувшин с прохладной водой, настоянной на лунных травах, и два хрустальных бокала.

Зельда сидела у окна, наблюдая, как эльфийская столица проплывает мимо.

Величественные белые башни с золотыми куполами, парящие сады на балконах, фонтаны, бьющие из центров площадей, эльфы в разноцветных мантиях, останавливающиеся и кланяющиеся при виде королевской кареты.

Варилий сидел напротив, его руки были сложены на коленях, лицо спокойное, но глаза... глаза деда были полны беспокойства.

— Дедушка, — тихо спросила Зельда, — кто он? Король?

Варилий медленно выдохнул.

— Его зовут Финарфин Златокрылый, — мягко ответил он. — Король эльфов уже двести лет. Мудрый правитель, справедливый судья, могущественный маг. Его уважают не только эльфы, но и все соседние королевства.

Зельда кивнула, её пальцы сжимали край платья.

— А принц... Финрод?

— Единственный сын Финарфина, — продолжил Варилий. — Наследник престола. Ему двадцать лет, для эльфов он ещё подросток. Он обучается магии у лучших архимагов, принимал участие в войне на границах с тёмными силами, известен своей честью и благородством.

Он сделал паузу.

— И теперь... он считает тебя своей невестой.

Зельда закрыла глаза, её сердце сжалось.

— Я не хочу этого, дедушка.

— Знаю, солнышко, — Варилий протянул руку, взял её ладонь в свою. — Знаю. Но обещание Агаты... оно связывает нас. Политический долг, союз двух народов, будущее королевства...

— А моё будущее? — голос Зельды дрогнул. — Моё желание?

Варилий сжал её руку.

— Твоё желание важнее всего. И я сделаю всё, чтобы защитить твой выбор. Но... нам нужно время. Нужно найти способ аннулировать обещание или хотя бы отсрочить его исполнение до твоего совершеннолетия.

Зельда посмотрела на деда, в её глазах блестели слёзы.

— А если не получится?

Варилий не ответил сразу.

Потом тихо сказал:

— Тогда мы найдём другой путь. Всегда есть другой путь.

Карета мягко покачивалась на поворотах, единороги бежали плавно, их копыта почти не издавали звука.

За окном показался дворец.

Огромный, белоснежный, с высокими шпилями, устремлёнными в небо, балконами, увитыми цветущими лозами, огромными воротами из серебра и золота. Вокруг дворца простирались сады — бесконечные аллеи деревьев, фонтаны, статуи древних героев, клумбы с цветами всех цветов радуги.

Зельда смотрела на дворец, и в её груди поднималось странное чувство.

Не восхищение. Не радость.

Страх.

Этот прекрасный дворец казался ей золотой клеткой.

* * *

В другой карете — чуть меньше, но всё ещё роскошной — ехали друзья Зельды.

Томас сидел у окна, его лицо было мрачным, руки сжаты в кулаки.

Дрейвен сидел напротив, бледный, но облегчённый после снятия обвинений.

Седвик, Ариана, Лидия и Бориус разместились на боковых сидениях, все молчали, погружённые в свои мысли.

— Невеста принца, — Томас наконец прорвал тишину, его голос был глухим. — Она... невеста принца.

Дрейвен посмотрел на него, его серые глаза были понимающими.

— Обещание было дано двести лет назад, — тихо сказал он. — Никто не ожидал, что оно будет исполнено.

— Но оно исполняется, — Томас стукнул кулаком по подлокотнику. — И теперь... теперь принц считает Зельду своей.

Седвик вмешался:

— Зельда не соглашалась. Она сказала, что согласна быть только другом. Это ещё не помолвка.

— Пока, — мрачно ответил Томас. — Но король ждёт. Принц ждёт. Они дадут ей время вырасти, а потом...

Он не закончил, но все поняли.

Ариана тихо спросила:

— Томас... ты... ты любишь Зельду?

Томас замер.

Его щёки покраснели, челюсть сжалась.

— Я... — он начал, потом осёкся. — Неважно. Принц — наследник престола. Союз с ним даст Зельде защиту, статус, будущее. Что я могу предложить? Я простой студент, сын обычного рыцаря.

Дрейвен медленно сказал:

— А я сын барона, да еще и был высокомерен с ней и её подругой. Но всё равно... я не хочу, чтобы её заставляли.

Томас резко повернулся к нему.

— Ты тоже?

Дрейвен молчал, но его взгляд был ответом.

Тишина повисла в карете.

Два молодых человека смотрели друг на друга, оба понимая, что у них появился не просто соперник.

Противник.

* * *

Принц. Наследник престола. Красивый, благородный, могущественный.

Как им с ним тягаться?

А в тронном зале Ка'азерота царила напряжённая тишина.

Ка'азерот сидел на троне, его пальцы были переплетены, глаза закрыты. Перед ним парило магическое окно — огромное, прозрачное, показывающее две кареты, едущие к эльфийскому дворцу.

Мармелад сидел на краю трона, его хвост нервно подёргивался.

— Босс, — осторожно начал он, — вы уже час молчите.

Ка'азерот открыл глаза.

— Думаю, — его голос был спокойным, но в нём чувствовалась опасность. — Анализирую ситуацию.

Он поднял руку, и окно увеличилось, показывая карету с Зельдой и Варилием.

— Моя дочь в эльфийском королевстве. Её объявили невестой принца. Без её согласия. Без моего благословения.

Мармелад кивнул.

— Да, босс. Но король согласился подождать. И Зельда не дала официального согласия.

— Подождать, — Ка'азерот повторил, его голос был ледяным. — Они ждут, пока она вырастет. А потом надавят. Политика, долг, союз народов. Золотая клетка.

Он сжал кулак, и в воздухе вспыхнула искра фиолетового огня.

— Я мог бы уничтожить их. Прямо сейчас. Королевство превратить в пепел, дворец — в руины. Забрать дочь и увести в место, где никто не найдёт.

Мармелад замер.

— Но... вы не сделаете этого?

Ка'азерот медленно разжал кулак, огонь погас.

— Нет. Потому что это разрушит её жизнь. Она любит этот мир. Любит учиться, любит друзей, любит приключения. Если я заберу её силой, то чем я лучше эльфов?

Он посмотрел на окно, где Зельда сидела в карете, держась за руку деда.

— Мне нужно найти другой способ. Законный. Политический. Магический.

— Какой? — спросил Мармелад.

Ка'азерот задумался.

— Обещание Агаты. Письменное, подписанное. Магически связанное. Аннулировать его сложно, но возможно.

Он начал перечислять:

— Первый вариант: найти лазейку в формулировке. «Мой наследник станет членом королевской семьи.» Член семьи — не обязательно невеста. Может быть приёмная дочь, может быть почётная гостья, может быть...

— Советница? — предложил Мармелад.

— Возможно, — Ка'азерот кивнул. — Второй вариант: доказать, что обещание было дано под принуждением. Но двести лет прошло, свидетелей нет.

— Третий вариант?

— Найти другого наследника Агаты. Если у Зельды есть дальние родственники, они могут исполнить обещание вместо неё.

Мармелад почесал ухо.

— А если таких нет?

Ка'азерот усмехнулся холодно.

— Тогда создам. Магия позволяет многое.

Он переключил окно на вторую карету, где сидели друзья Зельды.

— А пока... посмотрим на её окружение.

Окно увеличило изображение, показывая Томаса и Дрейвена, сидящих напротив друг друга.

Ка'азерот прищурился.

— Интересно. Эти двое... они оба смотрят на мою дочь не как на друга.

Мармелад подошёл ближе, изучая изображение.

— Томас Эшфорд. Сын рыцаря и деревенской знахарки. Студент первого курса. Специализация не определена, но силён в исцелении. Храбрый, упрямый, идеалист. Немного неуверенный в себе.

— И влюблённый, — добавил Ка'азерот. — Смотри на его лицо. Ревность, отчаяние, решимость.

Он переключился на Дрейвена.

— Дрейвен Редмонд. Сын барона. Обвинялся в убийстве, но оправдан. Спокойный, умный, осторожный.

— И тоже влюблённый, — заметил Мармелад.

Ка'азерот откинулся на спинку трона.

— Два молодых человека влюблены в мою дочь. И теперь у них появился третий соперник — принц эльфов.

Он усмехнулся.

— Это будет интересно. Очень интересно.

Мармелад нахмурился.

— Босс, вы не думаете, что это... опасно? Любовный треугольник может привести к конфликтам.

— К конфликтам? — Ка'азерот рассмеялся. — Мармелад, это не треугольник. Это уже четырёхугольник. И если учесть, что моя дочь даже не подозревает о чувствах этих молодых людей...

Он покачал головой.

— Драма обеспечена.

Мармелад вздохнул.

— Иногда мне кажется, что вы слишком наслаждаетесь этим хаосом.

Ка'азерот посмотрел на него, в его глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Я бог Хаоса, Мармелад. Это моя природа. Но я также отец. И если кто-то посмеет обидеть мою дочь...

Фиолетовый огонь вспыхнул вокруг трона.

— Я покажу им, что такое настоящий хаос.

***

Люминарская Академия Арканы. Воскресенье. Полдень.

Без декана академия погрузилась в лёгкий, но ощутимый беспорядок.

Студенты слонялись по коридорам, отдыхая. Преподаватели собирались в учительской, обсуждая последние события. Паладины патрулировали территорию и лабиринт, готовясь к возможным угрозам.

И посреди всего этого...

Гремлин Григорий.

Маленький, нхилный, с огромными ушами и острыми зубами, он носился по коридорам, издавая пронзительный хихиканье и выкрикивая обидные шутки про каждого встречного и Зуя печеньки.

— Профессор Бальдрик! — он завизжал, видя лысого преподавателя по высшей магии стихий, что обучает старшекурсников. — Ваша голова так блестит, что её можно использовать как сигнальный маяк для заблудившихся драконов!

Профессор Бальдрик покраснел, попытался схватить гремлина, но тот уже умчался дальше.

— Мисс Элейн! — Григорий остановился перед юной студенткой с прыщами на лице, после небольшой аварии на зельеварении. — Созвездие на вашем лице сегодня особенно яркое! Может, назовёте его в честь себя? «Созвездие Неудачного Зельеварения»!

Девушка всхлипнула и убежала, закрывая лицо руками.

— Сэр Роланд! — гремлин запрыгнул на подоконник перед молодым паладином. — Как ваша тайная переписка с танцовщицей из таверны «Золотая Кружка»? Слышал, вы пишете ей любовные стихи! Я тут накидал пару строчек: «Твои очи, как звёзды ночи, твои губки, как клювик утки...» Ха-ха-ха!

Паладин выхватил меч, но Григорий уже спрыгнул и умчался по коридору.

— ГРИГОРИЙ! — раздался громовой голос.

Гремлин замер.

Из-за угла вышел Гарольд Железный Коготь, его лицо было суровым, глаза горели праведным гневом, огромная рука тянулась к мечу на поясе.

— Ты... — Гарольд начал, его голос был как раскат грома, — ...нарушаешь порядок академии!

Григорий ухмыльнулся.

— Что, не дал выспаться бедному святому волчку? Небось бочок чей-то снился?

Лицо Гарольда стало пунцовым.

— Сам напросился!

Погоня началась.

Григорий метнулся по коридору, его маленькие лапки цокали по мраморному полу, хихиканье эхом отдавалось от стен. Гарольд грохотал следом, его тяжёлые сапоги сотрясали пол, мантия развевалась как знамя.

Поворот налево. Рывок за колонну. Прыжок через скамейку. Григорий уворачивался, петлял, исчезал в узких проходах, куда Гарольд не мог пролезть.

Но оборотень был упорен, а обоняние позволяло находить проказника везде.

Он преследовал гремлина через библиотеку, где тот опрокинул стопку книг. Через лабораторию зельеварения, где гремлин столкнул котёл с кипящим зельем. Через тренировочный зал, где он запрыгнул на манекен и скорчил рожу Гарольду.

И наконец...

Григорий забежал в тупик...

Длинный коридор, заканчивающийся массивной дверью.

Гарольд медленно шёл к нему, тяжело дыша, его рука протянулась вперёд.

— Попался, — он произнёс с удовлетворением.

Григорий попятился к двери, его хихиканье стихло.

— Ой.

Гарольд шагнул вперёд, схватил гремлина за шкирку, поднял в воздух.

— Теперь я сделаю из тебя...

И в этот момент дверь за спиной Григория послышался топот.

Бежал молодой паладин, его лицо было бледным, в глазах — паника.

— Командор Гарольд! — закричал он. — Прорыв в лабиринте! монстры! Много монстров!

Гарольд замер.

Григорий, всё ещё висевший в его руке, ухмыльнулся.

— Похоже, у тебя дела поважнее, чем ловить меня.

Гарольд медленно опустил гремлина на пол, его лицо стало серьёзным.

— Сколько?

— Около двадцати тварей! — выпалил паладин. — Тролли, гноллы, троглодиты! Они прорвались через западные тоннели лабиринта!

Гарольд выругался.

Потом посмотрел на Григория.

— Беги. Но когда я вернусь, мы продолжим этот разговор.

Григорий салютовал.

— Удачи, волчок!

И умчался, его хихиканье эхом разносилось по коридору.

Гарольд развернулся к паладину.

— Собери всех. Боевые маги, паладины.

— Слушаюсь!

***

В лабиринте было шумно. Врота — массивные двери из зачарованной стали — были взломаны.

Нет, не взломаны. Вырваны изнутри.

Куски металла валялись на полу, магические руны потускнели, через проём лился зловонный воздух подземелий.

И оттуда выходили монстры.

Первым вышел тролль. Огромный, трёхметровый, с серо-зелёной кожей, покрытой бородавками. Его руки были длинными, мускулистыми, заканчивались когтями размером с кинжал. Лицо — тупое, злое, с маленькими глазками и огромным ртом, полным жёлтых клыков. Он нюхал воздух, рычал, слюна капала на пол.

За ним — гноллы. Гиеноподобные гуманоиды с пятнистой шерстью, вытянутыми мордами, острыми клыками. Они держали ржавые мечи и топоры, двигались скрюченно, но быстро. Их хихиканье было похоже на смех безумца.

И троглодиты. Рептилоидные существа с чешуйчатой кожей, длинными хвостами, острыми когтями. Они шипели, ползли по стенам, их почти слепые глаза светились в темноте.

Всего около двадцати тварей. Может, больше.

Они двигались к коридору, ведущему в академию.

И тут появился Гарольд.

Он вышел из бокового прохода, его меч был обнажён, сиял белым светом. За ним — десять паладинов в серебряных доспехах, пять боевых магов в красных мантиях.

Гарольд остановился, поднял меч.

— Если хотите жить, остановитесь! — его голос прогремел, эхом отразившись от стен. — Или мы уничтожим вас!

Тролль повернул голову. Посмотрел на Гарольда. Зарычал.

Паладины выстроились в линию, щиты подняты, копья направлены вперёд.

Маги начали плести заклинания, их руки светились огнём, льдом, молниями.

Студенты, дрожа, но собранно, подняли палочки и посохи.

Тишина.

Напряжённая, тяжёлая.

И потом...

Тролль взревел.

Монстры бросились вперёд.

Битва началась.

Гарольд встретил тролля первым. Удар. Блок. Откат. Над головой засветился нимб. Меч вспыхнул святым светом, рассёк воздух, ударил в плечо тролля. Тот взревел, отшатнулся, но не упал. Кожа тролля была толстой, регенерировала быстро, очень быстро.

Паладины сомкнули ряды. Копья вонзились в гноллов. Щиты отразили удары топоров. Один гнолл прорвался, но паладин ударил его рукоятью копья, сбил с ног.

Маги выпустили заклинания. Огненный шар взорвался посреди троглодитов. Ледяные стрелы пронзили гнолла. Молния ударила в тролля, тот задрожал, но не остановился.

Часть магов создавала магию защиты. Барьеры. Исцеление раненым.

Хаос.

Крики. Рычание. Лязг металла. Запах крови и серы.

Гарольд сражался с троллем, его меч описывал круги, рубил, резал. Тролль отбивался, бил кулаками, выбивая осколки из камней, пытался схватить. Гарольд уклонился, перекатился, вскочил, ударил снова.

Тролль рухнул на колени. Гарольд вложил всю силу в последний удар. Меч пронзил череп тролля. Тот затих. Упал.

Но монстров было больше.

Гноллы окружили двух паладинов, били топорами, кусали. Один паладин упал, щит выпал из руки.

Гарольд рванул к нему. Отбросил гнолла ударом меча. Схватил паладина, оттащил назад.

Маги выпустили вторую волну заклинаний. Огонь. Лёд. Молнии. Гноллы визжали, отступали.

Троглодиты карабкались по стенам, прыгали на магов. Один впился когтями в плечо мага. Студент метнул заклинание света, ослепил троглодита. Тот упал, извиваясь.

Битва длилась минут десять. Может, пятнадцать. Казалось — вечность.

И наконец... последний монстр пал.

Тишина.

Тяжёлое дыхание. Стоны раненых. Запах гари.

Гарольд осмотрелся. Двое паладинов ранены. Один маг — тоже.

Монстры мертвы.

Он вытер меч, вложил в ножны.

— Исцелите раненых, — приказал он. — И отведите наверх.

Паладины кивнули.

Гарольд подошёл к разрушенным воротам, заглянул в темноту лабиринта. Его обостренный волчий слух уловил много звуков.

Откуда-то из глубины доносился шум. Рычание. Топот.

Он нахмурился.

— Это только первая волна, — прорычал он.

И в этот момент из темноты вышли фигуры.

Не монстры.

Люди. Некроманты.

Трое. В чёрных мантиях с капюшонами. Лица скрыты в тени. В руках — посохи с черепами на верхушках.

Гарольд выхватил меч.

— Стойте! Кто вы?!

Первый некромант поднял руку, жест мирный.

— Мы сейчас не враги, паладин, — его голос был сухим, надменным. — Мы пришли с предложением.

— Каким?

— Перемирие.

Гарольд нахмурился.

— Объясните. Быстро.

Некромант откинул капюшон. Это был Дариус.

— Мы... Мы сейчас не готовы ни сдаться ни продолжить сопротивление. Волны монстров будут идти одна за одной в течении недели.

Он сделал паузу.

— Кто-то украл наш артефакт. Он контролирует Стража лабиринта — древнее существо, охраняющее центральный узел управления.

Гарольд прищурился.

— И?

— Без таблички Страж вышел из-под контроля. Он направил всех на защиту рубежей.

Гарольд сжал рукоять меча.

— Что вы предлагаете?

— Помогите нам найти табличку. Она вернёт контроль над Стражем. Остановит монстров. Без неё... академия обречена.

Гарольд задумался.

Некроманты — враги. Но если они говорят правду...

— Кто украл табличку?

Некромант вздохнул.

— Мы точно не знаем. Вроде гоблин. Похож на одного из тех, что сейчас работают в академии.

Гарольд моргнул.

— Гоблин?

— Да. Маленький, зелёный, с большими ушами. Он спустился в лабиринт, чтобы убрать мусор. Увидел табличку. Подумал, что это мусор. Забрал.

Гарольд закрыл глаза, медленно выдохнул.

— Гоблин-уборщик украл артефакт, контролирующий Стража лабиринта, потому что подумал, что это мусор.

— Да. Он выглядит как ржавая табличка.

— И теперь монстры прорываются наружу.

— Да.

Гарольд открыл глаза.

— Мне нужно выпить. Много.

* * *

Малый зал эльфийского дворца утопал в золотом свете закатного солнца, проникающего через высокие витражные окна, где искусно вырезанные узоры переплетались с изображениями древних героев, а хрустальные люстры, свисающие с расписного потолка, мягко позвякивали от лёгкого сквозняка, разносящего аромат жасминового чая, свежей выпечки и цветов из королевских садов.

Стены были украшены гобеленами, изображающими великие битвы эльфийской истории. Пол — мраморный, с золотыми инкрустациями в виде звёзд и лун. Мебель — резная, элегантная, из белого дерева с бархатными подушками.

В центре зала стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, на котором располагались серебряные подносы с пирожными, фруктами, сырами, орехами. Хрустальные кувшины с водой, вином и соками. Фарфоровые чашки для чая.

Зельда сидела на мягком кресле возле окна, в руках — чашка жасминового чая, который она почти не пила, её взгляд был устремлён в окно, на сады дворца, где фонтаны мерцали на солнце.

Варилий сидел рядом, разговаривал с королём Финарфином о политике, магии, академических делах. Их беседа была вежливой, но формальной.

Ректор Элирия беседовала с бароном Редмондом о торговле между эльфийским королевством и человеческими землями.

Друзья Зельды сидели чуть поодаль, вокруг другого столика, пили чай, ели пирожные, но все выглядели напряжёнными.

И рядом с Зельдой...

Принц Финрод.

Томас.

Дрейвен.

Она не поняла, как это произошло. Вроде бы все сидели отдельно, но потом принц подошёл, предложил показать ей сады, Томас тут же встал, сказал, что тоже хочет пойти, Дрейвен присоединился, и теперь все трое сидели вокруг неё, улыбались, разговаривали, но в воздухе витало какое-то странное напряжение.

— Мисс Зельда, — начал Финрод, его голос был мягким, мелодичным, — вы когда-нибудь видели Сады Вечной Весны? Это место, где цветы никогда не вянут, а деревья плодоносят круглый год. Магия поддерживает их жизнь столетиями.

Зельда покачала головой.

— Нет, ваше высочество. Я впервые в вашем королевстве.

Финрод улыбнулся, его изумрудные глаза сияли.

— Тогда я с радостью покажу вам их после чая. Там есть одно место — Поляна Серебряных Лилий. Легенда гласит, что тот, кто увидит цветение лилий на рассвете, обретёт счастье.

— Звучит красиво, — ответила вежливо Зельда.

Томас вмешался, его голос был чуть резче обычного:

— Зельда, а помнишь, как мы с тобой изучали контроля? Когда познакомились с Селерионом.

Зельда улыбнулась, вспоминая.

— Да, это было необычное приключение.

— Это было впечатляюще, — настаивал Томас . — Ты смогла убедить декана, что палочки и Селерион будут очень полезны для академии!

Дрейвен тихо добавил:

— А помнишь, Зельда, как мы пробирались через подвалы, когда нас затянуло в нестабильный портал Томаса? Когда ты попросила ту ловушку с рунами? Без тебя мы бы не выбрались.

Зельда кивнула.

— Да, это было... страшно, но мы справились.

Финрод поднял бровь, его голос стал чуть холоднее:

— Подвалы? Ловушки? Это звучит опасно. Вы часто подвергаете мисс Зельду таким рискам?

Томас напрягся.

— Мы не подвергаем. Мы работаем командой! Зельда не беспомощная принцесса в башне. Она сильная волшебница.

— Я не говорил, что она беспомощна, — ответил спокойно Финрод. — Но храбрость не должна означать безрассудство. Настоящая защита — это предотвращение опасности, а не бросание в неё.

Дрейвен вмешался, его голос был мягким, но твёрдым:

— Иногда опасность неизбежна. И тогда важно быть рядом, чтобы защитить друзей.

— Согласен, — кивнул Финрод. — Но ещё важнее создать такие условия, где опасность не коснётся тех, кого ты любишь. Например, жизнь во дворце, под защитой королевской гвардии, в окружении лучших магов...

Томас сжал кулак под столом.

— Звучит как золотая клетка.

Финрод посмотрел на него, в его глазах мелькнуло что-то острое.

— Клетка? Это звучит как осуждение. Вы считаете, что безопасность и комфорт — это плохо?

— Я считаю, что свобода выбора важнее, — ответил Томас.

— Свобода выбора? — Финрод усмехнулся. — А ваш выбор включает бросать мисс Зельду в опасные приключения?

Томас покраснел.

— Я никогда не бросал Зельду! Я всегда...

— Хватит, — Зельда тихо сказала.

Все трое замолчали, повернулись к ней.

Зельда смотрела на них, её глаза были растерянными.

— Что происходит? Вам не кажется, что обсуждать меня в моем присутствии невежливо?

Тишина.

Финрод, Томас и Дрейвен переглянулись.

Потом Финрод улыбнулся, его голос стал мягким:

— Простите, мисс Зельда. Мы просто... увлеклись дискуссией. Не хотели вас беспокоить.

Томас кивнул, но его челюсть была сжата.

Дрейвен просто смотрел в свою чашку чая.

Зельда чувствовала, что происходит что-то ещё. Что-то, что она не понимала.

Но она не стала спрашивать.

Вместо этого она встала.

— Извините, мне нужно... освежиться.

Она быстро вышла из зала, оставив троих молодых людей сидеть в неловком молчании.

Как только дверь закрылась за Зельдой, Финрод повернулся к Томасу и Дрейвену.

Его улыбка исчезла.

— Джентльмены, — тихо сказал он, но в его голосе была сталь. — Я понимаю, что вы друзья мисс Зельды. И я уважаю это. Но давайте будем честны.

Он сделал паузу.

— Вы оба влюблены в неё. И я тоже.

Томас и Дрейвен замерли.

Финрод продолжил:

— Но я имею преимущество. Обещание, данное её бабушкой. Благословение моего отца. Статус наследника престола. Ресурсы целого королевства.

Он откинулся на спинку кресла.

— Вы можете предложить ей дружбу. Приключения. Опасность. Но я могу предложить ей будущее. Защиту. Корону.

Томас встал, его лицо было красным.

— Зельда не вещь, которую можно купить статусом!

— Согласен, — спокойно ответил Финрод. — Она личность. С собственными желаниями. И я намерен заслужить её сердце. Честно. Благородно.

Он посмотрел на Томаса.

— Но вы должны понять: я не отступлю. Обещание будет исполнено. Так или иначе.

Дрейвен тихо спросил:

— А если она выберет кого-то другого?

Финрод задумался.

— Тогда я приму её выбор. Но до тех пор... я буду бороться.

Он встал, поправил камзол.

— Джентльмены, соревнование, назовем это так, началось. Пусть лучший победит.

И он вышел из зала, оставив Томаса и Дрейвена сидеть в ошеломлённой тишине.

Томас медленно сел обратно.

— Он... он объявил нам войну.

Дрейвен кивнул.

— Похоже на то.

Они посмотрели друг на друга.

— Значит, — сказал медленно Томас, — теперь мы соперники.

— Похоже на то, — повторил Дрейвен .

Тишина.

Потом Томас протянул руку.

— Пусть лучший победит. Честно.

Дрейвен пожал руку.

— Честно.

Они понимали: впереди их ждёт долгая, сложная борьба.

За сердце Зельды

Память и род

Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в оттенки золота, розового и пурпурного, когда Зельда вышла из малого зала, оставив позади неловкие разговоры, напряжённые взгляды трёх молодых людей и вежливую, но душную атмосферу дворцовых приёмов.

Её голова была полна смутных мыслей, чувств, которые она не могла ни назвать, ни понять.

Принц. Обещание. Невеста.

Слова вращались в её сознании, как осенние листья в вихре ветра, не давая успокоиться.

Она не хотела этого. Не просила. Не соглашалась.

Но обещание было дано двести лет назад, и теперь оно связывало её, словно невидимые цепи, красивые, но тяжёлые.

Зельда шла по дворцовым садам, не замечая, куда идут её ноги.

Аллеи были вымощены белым мрамором с золотыми прожилками, по бокам росли деревья с серебристой корой и листьями, переливающимися всеми цветами заката. Фонтаны журчали тихо, их вода искрилась в лучах уходящего солнца. Статуи древних героев стояли на постаментах, их каменные лица были суровыми и мудрыми.

Но Зельда ничего этого не видела.

Она думала.

О бабушке Агате, которую никогда не знала. О том, как великая волшебница могла дать такое обещание, не подумав о своих потомках. О том, что значит быть частью древнего рода — корона, ответственность... и золотая клетка.

Мармелад шёл рядом молча, его зелёные глаза внимательно следили за хозяйкой.

— Хозяйка, — тихо сказал он наконец. — Ты уже час гуляешь кругами.

Зельда остановилась, посмотрела вокруг.

Она не заметила, как зашла в дальнюю часть садов. Здесь было тише, спокойнее. Меньше людей. Больше тени.

И впереди, на небольшой площади, стоял памятник.

Огромный. Величественный.

Статуя из белого мрамора — воин в доспехах, с мечом в одной руке и скипетром в другой. Его лицо было спокойным, мудрым, сильным. Плащ развевался за спиной, застывший в камне.

Зельда медленно подошла ближе.

У основания постамента была надпись золотыми буквами на древнем языке.

Мармелад прочитал вслух:

— «Гай Нонцет. Величайший воин, полководец, Император. Тот, кто объединил народы. От благодарных народов и семьи».

Зельда замерла, глядя на статую.

Гай Нонцет.

Её предок.

Она обошла памятник, рассматривая детали. Доспехи были вырезаны с невероятной точностью — каждая чешуйка, каждая руна. Меч выглядел настоящим, словно сейчас воин оживёт и поднимет его.

И тут она заметила вторую надпись.

Маленькую, почти незаметную, у самого края постамента.

Другим почерком. Проще. Теплее.

— «Спасибо, папа и дедушка».

Зельда почувствовала комок в горле.

— Лариэль, — прошептала она. — Это написала Лариэль.

Мармелад промолчал, глядя на надпись.

Зельда присела на колени, провела пальцами по буквам.

Холодный мрамор. Тысячу лет назад эти слова были вырезаны чьей-то рукой. Рукой девочки, потерявшей отца.

И вдруг её накрыло видение.

***

Тёмное поле битвы. Дым. Огонь. Крики умирающих.

Мужчина в доспехах с гербом орла стоит впереди войска, окружённого врагами. Его меч сияет, разрезая тьму. Он сражается отчаянно, яростно, не отступая ни на шаг.

Эльфы, гномы, люди с поднятыми знамёнами Нонцетов стояли спокойно, словно это не они были окружены.

Армии десяти королевств — сотни тысяч воинов — окружили жалкие двадцать тысяч легионеров.

Но когда прозвучал горн, Гай поднял скипетр, произнося заклинание на древнем языке драконов.

Слова вырывались из его груди подобно раскалённому металлу, каждый слог эхом отзывался в земле. Скипетр вспыхнул багровым светом, и небо над полем битвы разорвалось. Огненные столпы обрушились на передовые ряды врага, превращая воинов в пепел прежде, чем те успевали закричать. Земля под ногами противника трескалась, поглощая целые отряды в пылающие расселины.

Командиры десяти королевств замерли в ужасе. Половина их армии — двести пятьдесят тысяч человек — исчезла за считанные мгновения. Пламя пожирало знамёна, плавило доспехи, обращало в прах боевые колесницы. Крики ужаса заглушали даже рёв магического огня.

Когда последний столп пламени угас, Гай опустил скипетр. Его лицо было бледным, но взгляд оставался твёрдым.

— Теперь, — произнёс он хрипло.

За его спиной двадцать тысяч легионеров пришли в движение.

Это не был хаотичный натиск. Не было боевых кличей, безумной храбрости или жажды славы. Нонцеты двигались как единый организм, как части огромного механизма, где каждый знал своё место и своё предназначение.

Первая линия — гномы в тяжёлых доспехах — выдвинулась вперёд сплошной стеной. Их щиты смыкались без единой щели, образуя непробиваемый частокол. За ними эльфийские лучники уже натягивали тетиву. Стрелы взмывали в воздух плотным облаком, падая на деморализованного врага с безжалостной точностью.

Фланги двинулись одновременно. Конница Нонцетов — люди на чёрных жеребцах — обошла остатки вражеской армии с двух сторон. Они не скакали галопом, не стремились к быстрой атаке. Они шли размеренной рысью, сжимая кольцо окружения, отрезая пути к отступлению.

Враг пытался сопротивляться. Отдельные отряды ещё сохраняли строй, командиры выкрикивали приказы, но страх уже въелся в сердца воинов. Они видели, как половина их товарищей обратилась в пепел. Они видели, как легионеры Нонцетов движутся с механической безжалостностью, не оставляя надежды.

Гай наблюдал за битвой с небольшого холма. Его меч всё ещё был обагрён кровью, скипетр тускло мерцал в руке. Рядом стоял знаменосец с алым орлом на древке.

Гномья стена достигла первых рядов противника. Удар был одновременным — тысяча молотов и топоров обрушилась на вражеские копья. Враги ломались, как пшеница под серпом. За гномами шла пехота — люди с длинными копьями, методично добивающие раненых, не давая врагу перегруппироваться.

Эльфы переместились на возвышенность, откуда могли контролировать всё поле. Их стрелы находили командиров, знаменосцев, тех, кто пытался восстановить порядок в хаосе. Один за другим падали вражеские офицеры, и армия десяти королевств окончательно рассыпалась.

Конница замкнула кольцо. Чёрные всадники Нонцетов не атаковали — они просто стояли, непроницаемой стеной отрезая любую возможность бегства.

К закату всё было кончено. Поле битвы представляло собой кошмар: тысячи тел, догорающие костры, разбитое оружие. Но среди легионеров Нонцетов не было ликования. Они молча собирались под знамёнами, проверяли снаряжение, помогали раненым. Машина выполнила свою работу.

Гай вонзил меч в землю и опёрся на эфес. Победа не принесла радости — только усталость и горечь. Скипетр в его руке потускнел окончательно, израсходовав свою силу.

Но враг был повержен.

***

Зельда резко выдохнула, отшатнулась от памятника.

Сердце колотилось. Руки дрожали. По лицу текли слёзы.

— Хозяйка! — Мармелад прыгнул к ней. — Что случилось?!

Зельда опустилась на колени, прижимая руки к груди. Дыхание было прерывистым, перед глазами всё ещё стояли образы битвы.

— Я... я видела его, — прошептала она сквозь слёзы. — Гая Нонцета. Битву. Скипетр Дракона. Он... он уничтожил половину вражеской армии одним заклинанием. Двести пятьдесят тысяч человек... в пепел...

Она закрыла лицо руками, всё тело дрожало.

— Это была резня. Такая мощь... такая страшная мощь... И легионеры, они двигались как машина, как единый организм. Без жалости. Без колебаний. Победа без радости. Только... только усталость и горечь в его глазах...

Мармелад прижался к ней, мурлыкая успокаивающе.

— Магия родовой памяти, — тихо сказал он. — Памятник пробудил её. Ты увидела то, что видел он. Почувствовала то, что чувствовал он.

Зельда медленно опустила руки, смотря на памятник сквозь слёзы.

— Родовая память? — Зельда не понимала.

— Магия родовой памяти, — тихо поправил он. — Воспоминания предков, передающиеся через кровь. Великие маги иногда записывают образы прошлого в свою кровь. Особенно важных событиях, связанных с их родом. Иногда эти видения записываются автоматически, если маги наложили заклинание раньше.

Зельда медленно встала, всё ещё дрожа. Вытерла слёзы.

— Он уничтожил двести пятьдесят тысяч человек за минуты, — прошептала она, глядя на статую. — Скипетр Дракона... я видела, как небо разорвалось, как огненные столпы обрушились на врагов... Это было... это было ужасно.

Она прижала руку ко рту, борясь с тошнотой.

— И после этого легионеры атаковали. Двадцать тысяч против трёхсот тысяч. Они двигались как машина. Гномы впереди, эльфы на возвышенности, конница замыкала кольцо. Никакой пощады. Никаких колебаний.

Мармелад молчал, давая ей время прийти в себя.

— К закату всё было кончено, — Зельда продолжила тише. — И среди победителей не было радости. Только... пустота. Гай стоял на холме, опираясь на меч. Скипетр в его руке потускнел. Он смотрел на поле битвы, полное тел, и в его глазах была такая... такая усталость...

Она посмотрела на Мармелада.

— Это была необходимость, правда? Десять королевств хотели его уничтожить. Он должен был защитить свой народ.

— Да, — Мармелад кивнул. — Но цена победы всегда тяжела. Особенно для тех, кто понимает её истинную цену.

Зельда снова прочитала вторую надпись.

«Спасибо, папа и дедушка».

Слёзы подступили к глазам.

— Она любила его. Очень любила.

— Зельда? — раздался знакомый голос.

Она обернулась.

Варилий стоял у края аллеи, его лицо было обеспокоенным.

— Дедушка, — она поспешно вытерла слёзы. — Откуда ты здесь?

— Я искал тебя, — Варилий подошёл ближе. — После приёма ты исчезла, и слуги сказали, что ты вышла гулять с молодыми людьми, а они сказали, что ты ушла освежиться. Я забеспокоился.

Он посмотрел на памятник, его лицо стало грустным и задумчивым.

— Гай Нонцет. Твой предок.

Зельда кивнула, глядя на статую.

— Я видела битву, когда он и двадцать тысяч легионеров уничтожили огромную армию десяти королевств... — она замолчала, подбирая слова. — Дедушка, я начинаю понимать, почему эльфы так ко мне относятся.

Варилий подошёл к памятнику, коснулся каменного постамента.

— Гай Нонцет был величайшим правителем, какого когда-либо видел этот мир, — он сказал тихо. — Он объединил эльфов, людей и гномов. Создал империю, которая принесла мир на тысячу лет, даже когда империя распалась после его недолгого правления. Просто три народа помнили уроки своего учителя.

Он повернулся к Зельде.

— Эльфы, люди, гномы — все разошлись, создав собственные королевства, но сохранили главное — союз сердец и народов. Выжившая в атаке демонов Лариэль, выйдя за эльфийского принца, дала эльфам легитимное право на трон всей империи. Но сейчас его занимают правители, которые не связаны с Лариэль по крови.

Зельда замерла.

— То есть... нынешняя династия...

— Не потомки Лариэль, — Варилий кивнул. — Её род продолжился в морганатическом браке Агаты и твоего дедушки. Через тебя.

Он посмотрел на Зельду внимательно.

— Ты — прямой потомок императора Гая Нонцета и его дочери Лариэль. Через тебя течёт кровь прежних королей. Кровь, которую эльфийский трон потерял много лет назад, когда последний носитель крови Нонцетов выбрал любовь вместо власти.

Зельда почувствовала, как холод пробежал по спине.

— Они хотят вернуть кровь прежних королей на трон, — прошептала она. — Через меня. Через брак с принцем.

— Да, — Варилий сказал мягко. — Обещание твоей бабушки Агаты было не просто о браке. Оно было о восстановлении династии. О возвращении легитимности эльфийскому трону. Возможности претендовать на наследие Нонцетов.

Зельда села на край постамента, пытаясь осмыслить всё это.

— Но почему? Почему им так важно это наследие?

Варилий помолчал, выбирая слова.

— Потому что возможность возродить империю — это главный козырь эльфов. Они даже название своему королевству не дают, надеясь получить право называться именем павшей империи. Но чтобы получить это право, нужно найти главное — скипетр императора.

Он сел рядом с ней.

— Твоя бабушка Агата дала им то, чего они жаждали больше всего. Шанс исправить прошлое. Шанс вернуть законную династию. Но зачем это самой Агате, я не знаю.

Зельда посмотрела на дедушку.

— А муж бабушки... он был потомком Лариэль?

Варилий кивнул.

— Да. А мой отец был потомком его главного генерала Юстова Клавдия, который был двоюродным племянником Гая.

Зельда задумалась.

— Значит, во мне две ветви рода Нонцетов соединились.

— Именно, — Варилий улыбнулся грустно. — Ты — живое воплощение династии и имеешь очень сильные права на многие земли.

Тишина.

Зельда смотрела на памятник, на лицо Гая Нонцета.

— Дедушка, — она наконец спросила. — Если у королевства эльфов нет названия, то как эльфы называют его между собой? Мы говорим «эльфийское королевство», но эльфы же не говорят так?

Варилий улыбнулся печально и посмотрел на памятник.

— Они называют его просто... Дом.

— Дом, — прошептала Зельда.

— Да, — Варилий кивнул. — Дом без имени. Дом в ожидании возвращения истинных наследников.

Зельда почувствовала тяжесть этих слов.

— И я должна вернуть им это имя?

— Если ты выйдешь замуж за принца, — Варилий сказал осторожно, — твои дети станут законными наследниками трона. Королевство вновь обретёт имя. Династия Нонцетов вернётся.

Он положил руку на плечо внучки.

— Но это твой выбор, Зельда. Не бабушки. Не эльфов. Твой.

Зельда кивнула медленно, не зная, что сказать.

***

Они сидели в тишине несколько минут, когда послышались шаги.

Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия и Бориус вышли из-за деревьев, явно искавшие их.

— Зельда! — Томас помахал. — Мы тебя искали!

Они подошли, и Ариана заметила памятник.

— Это... это же Гай Нонцет, — она прошептала благоговейно, прижав руки к груди.

— Да, — Варилий встал. — Величайший император в истории. Пусть его империя и продержалась не так много.

Бориус подошёл ближе, читая надпись.

— «От благодарных народов и семьи». Он действительно объединил всех.

Лидия заметила вторую надпись, наклонилась.

— «Спасибо, папа и дедушка», — она прочитала вслух, её голос задрожал. — Это так трогательно...

Седвик посмотрел на Зельду.

— Ты его потомок, верно?

Зельда кивнула.

— Да. Через Лариэль Нонцет. Его дочь.

Дрейвен присвистнул тихо.

— Императорская кровь. Вот почему эльфы так к тебе относятся.

— Не только поэтому, — вмешался Варилий. — Но это одна из причин.

Томас нахмурился.

— Но если Лариэль была дочерью императора, и она должна была стать королевой эльфов... почему сейчас правит другая династия?

— Потому что последний из её потомков выбрал любовь бабушки Зельды вместо трона, — объяснил Варилий. — На трон пришлось сажать другой род. Который отдалённо связан с мужем Лариэль.

— Но они не законные наследники, — Ариана поняла. — Они узурпаторы.

— Технически — да, — Варилий кивнул. — Хотя они правят с согласия народа. Справедливо и мудро. Но кровь Лариэль не течёт в их жилах.

Бориус посмотрел на Зельду.

— Значит, ты... ты можешь претендовать на трон?

— Нет, — Зельда покачала головой. — Я не хочу трона. Но... — она вздохнула, — похоже, эльфы хотят, чтобы мои дети стали наследниками. Через брак с принцем.

Друзья переглянулись.

— Вот оно что, — Томас пробормотал. — Обещание твоей бабушки...

— Да, — Зельда кивнула. — Всё сложнее, чем казалось.

Варилий посмотрел на часы на башне дворца.

— Нам пора возвращаться, — он сказал. — Скоро начнётся вечерний приём. Король хочет поговорить со мной и с вами, дети.

— О чём? — спросила Лидия.

— О празднике Коронации, — Варилий ответил загадочно. — Он через две недели. И, кажется, эльфы хотят объявить что-то важное.

— Кого будут короновать? — спросил Седвик.

Варилий покачал головой.

— Не знаю. Эльфы хранят это в тайне. Они говорят только, что это Обновление Короны — церемония, которая проводится каждые двести лет.

— Но вы же декан, — удивилась Ариана. — Вы должны знать!

— Даже я не знаю, — Варилий улыбнулся. — Эльфы очень скрытны, когда дело касается их традиций или политики. Мы узнаем в день праздника.

Дрейвен нахмурился.

— Это странно. Обычно такие события объявляются заранее.

— У эльфов свои правила, — Варилий пожал плечами. — Пойдёмте. Король ждёт.

Они пошли обратно к дворцу, оставляя памятник Гая Нонцета за спиной.

Зельда обернулась напоследок, посмотрела на статую.

На сильное лицо. На меч и скипетр. На плащ, застывший в камне.

«Спасибо, папа и дедушка», — она прочитала ещё раз маленькую надпись.

И почему-то почувствовала связь. Тонкую, но крепкую нить, соединяющую её с этим человеком, жившим тысячу лет назад.

Её предком.

Её кровью.

***

Малый тронный зал дворца был освещён магическими кристаллами, отбрасывающими мягкий серебристый свет. Король эльфов Финарфин сидел на троне, рядом стояла его жена, королева Мирэллиэль. Принц Финрод и его младшие братья — Галадор и Элладан — стояли чуть поодаль.

Варилий вошёл, за ним студенты.

— Ваше величество, — Варилий поклонился.

— Декан Варилий, — король кивнул. — Мы рады снова видеть вас и ваших учеников. Присаживайтесь.

Слуги принесли стулья. Все сели.

Король окинул взглядом студентов, его взгляд задержался на Зельде.

— Мисс Зельда, — он сказал мягко. — Вы нашли памятник.

Зельда вздрогнула.

— Да, ваше величество. Я... я не знала, что он там.

— Немногие знают, — король улыбнулся. — Это особое место. Мы храним память о Гае Нонцете с великим почтением.

Он встал, подошёл к окну.

— Через две недели мы проведём праздник Коронации. Обновление Короны — древняя церемония, которая проводится раз в двести лет. В этот день мы обновляем клятвы, укрепляем связи с нашими предками и... — он помолчал, — объявляем важные решения.

Варилий наклонился вперёд.

— Какие решения, ваше величество?

Король повернулся, его лицо было непроницаемым.

— Это сюрприз, декан Варилий. Вы узнаете в день праздника. Как и все остальные.

— Но, ваше величество, — Варилий настаивал, — если это касается моей внучки...

— Это касается всех нас, — король перебил мягко, но твёрдо. — И я не могу сказать больше. Традиция запрещает.

Варилий откинулся на спинку стула, явно недовольный.

Принц Финрод шагнул вперёд.

— Отец, может быть...

— Нет, Финрод, — король покачал головой. — Молчание — часть церемонии. Никто не должен знать заранее.

Зельда посмотрела на принца. Тот встретил её взгляд, и в его глазах было... что-то. Извинение? Сочувствие? Решимость?

Она не могла понять.

Королева Мирэллиэль подошла к Зельде, улыбнулась.

— Не волнуйтесь, дитя. Всё будет хорошо. Праздник будет прекрасным. Вы увидите.

— Спасибо, ваше величество, — Зельда прошептала.

Следующий час прошёл в вежливых, но напряжённых разговорах.

Король отвечал на вопросы уклончиво. Королева меняла тему, когда разговор заходил о коронации. Принц Финрод молчал, глядя в окно.

Варилий пытался выяснить хоть что-то, но безуспешно.

Наконец король встал.

— Время позднее. Вам пора отдыхать. Завтра будет новый день.

Варилий поднялся, поклонился.

— Благодарю за приём, ваше величество.

Студенты тоже встали, поклонились.

Когда они выходили, Зельда почувствовала взгляд на себе.

Обернулась.

Принц Финрод смотрел на неё. Его лицо было серьёзным, почти печальным.

Зельда отвернулась, поспешила за друзьями.

***

Они вышли из дворца, где их ждала карета, чтобы отвезти обратно в эльфийскую академию.

Варилий остановился у входа.

— Я не поеду с вами, — он сказал. — У меня есть дела.

— Какие дела, дедушка? — Зельда спросила.

— Академия, — Варилий улыбнулся. — Не волнуйся. Я скоро вернусь, как только обеспечу сохранность академии.

Он обнял её.

— Будь осторожна, внучка. И помни — что бы ни случилось, я на твоей стороне.

— Спасибо, дедушка, — Зельда прошептала, обнимая его в ответ.

Варилий отпустил её, кивнул остальным студентам.

— Берегите её. И берегите друг друга.

Он развернулся, начал чертить руны в воздухе. Портал открылся — мерцающий проход в пространстве.

Из портала вышел мужчина в дорожном плаще. Высокий, с тёмными волосами, тронутыми сединой. Лицо усталое, но решительное.

— Барон Редмонд, — Варилий кивнул.

— Варилий, — барон ответил. — Я готов.

Дрейвен замер.

— Отец...

Барон Эдвард Редмонд повернулся, увидел сына.

— Дрейвен, — его голос смягчился. — Сын.

Дрейвен бросился к нему, обнял.

— Отец, спасибо что пришёл!

— Ты мой сын, — барон похлопал его по спине. — Я отдам все свои земли и богатства за твоё благополучие!

— Спасибо, — Дрейвен всхлипнул, не удержав нахлынувших чувств. — С мамой всё хорошо?

— Да, сынок, я не стал ей говорить о суде.

Барон посмотрел на остальных студентов, его взгляд задержался на Зельде.

— Значит, ты внучка Варилия. Агата Вейверн была твоей бабушкой.

Зельда кивнула.

— Да, сэр.

Барон улыбнулся.

— Она была великой женщиной. Я встречал её однажды, когда был молод. Она спасла мою жизнь.

— Правда? — Зельда удивилась.

— Да, — барон кивнул. — Но это история для другого раза. Берегите моего сына. И берегите себя.

Он повернулся к Варилию.

— Идём?

— Да, — Варилий кивнул. — Пора.

Они шагнули в портал. Мерцание. Вспышка света.

Портал закрылся.

***

Зельда стояла, глядя на место, где только что был портал.

Рядом с ней стояли друзья — Томас, Дрейвен, Седвик, Ариана, Лидия, Бориус.

Все молчали.

Потом Томас тихо сказал:

— Что-то они задумали.

— Да, — Дрейвен согласился. — И это что-то большое.

Седвик нахмурился.

— Праздник Коронации. Обновление Короны. Звучит торжественно, но...

— Но подозрительно, — закончила Ариана.

Лидия посмотрела на Зельду.

— Зельда, ты в порядке?

Зельда медленно выдохнула.

— Нет. Но буду.

Бориус хмыкнул.

— Мы все будем. Вместе.

Зельда слабо улыбнулась.

— Спасибо.

Через десять минут к ним подошла ректор Элирия.

— Дети, пора. Карета ждёт. Я провожу вас в академию.

Они последовали за ней к карете, которая должна была отвезти их обратно в эльфийскую академию, где они жили уже месяц.

Зельда села у окна, посмотрела на дворец, освещённый вечерними огнями.

Где-то там, в одной из башен, принц Финрод смотрел на неё.

Она чувствовала его взгляд.

И почему-то внутри всё сжалось от предчувствия.

Что-то грядёт.

Что-то большое.

Что-то, что изменит всё.

Карета тронулась, увозя их прочь от дворца.

Но Зельда знала — это ещё не конец.

Это только начало.

Будни Хаоса

Понедельник начался спокойно.

Тронный зал Владыки Первозданного Хаоса и Разрушений был залит мягким фиолетовым свечением. Ка'азерот сидел на троне из застывшего времени, держа в руке чашку с дымящимся кофе, которое он утащил из подноса декана Варилия. Перед ним парило огромное магическое окно, показывающее эльфийскую академию.

Мармелад лежал на подлокотнике, лениво помахивая хвостом.

— Доброе утро, босс, — зевнул он. — Как спалось?

— Не спалось, — Ка'азерот усмехнулся. — Боги не спят. Но я медитировал. Очень продуктивно.

— Медитировали или подглядывали за дочкой всю ночь?

— Это была медитация с визуальным сопровождением, — парировал Ка'азерот, не отрывая взгляда от окна.

В академии начиналось утро. Зельда просыпалась в своих роскошных апартаментах, потягиваясь и зевая. Мармелад уже сидел у окна, греясь на солнце.

— Она выспалась, — удовлетворённо отметил Ка'азерот. — Никаких кошмаров. Хорошо.

— Вы каждое утро это проверяете, — заметил Мармелад. — Хотя в последнее время стали с ней встречаться во сне.

— Пусть отдохнёт. Я отец. Это моя обязанность — понимать когда я нужен, а когда лучше дать отдохнуть.

Слуги принесли Зельде завтрак — лёгкий, но изысканный. Эльфы явно старались угодить. Зельда ела задумчиво, листая книгу по эльфийской магии.

— Готовится к занятиям, — Ка'азерот кивнул одобрительно. — Прилежная девочка.

— Как её бабушка, — Мармелад мурлыкнул. — Агата тоже была трудоголиком. Помню она умудрялась вязать Зельде носки, готовя завтрак и стирая вещи.

Ка'азерот помолчал, глядя на дочь.

— Сегодня понедельник. Новая неделя. Интересно, чему их будут учить? И какие неожиданности принесет эта злополучная коронация?

***

Зельда вошла в аудиторию вместе с Томасом, Дрейвеном и остальными друзьями. Просторный зал был украшен живыми растениями, вьющимися по стенам. В центре — круглый стол из серебристого дерева, вокруг которого стояли кресла.

Преподаватель — эльф с длинными белыми волосами и мудрыми глазами — уже ждал.

— Доброе утро, — он поклонился. — Меня зовут Элронд Лунный Свет. Сегодня мы изучим основы эльфийской иллюзорной магии.

Студенты расселись. Зельда достала палочку, блокнот.

— Иллюзорная магия эльфов отличается от человеческой, — начал Элронд, поднимая руку.

Воздух заколебался, и перед ним материализовалась бабочка и яблоко. Они были настолько реалистичными, что Лидия ахнула.

— Человеческие иллюзии обманывают зрение, обоняние и слух, — продолжал эльф. — Наши обманывают все чувства одновременно. Эта бабочка не только выглядит настоящей. Если вы дотронетесь до бабочки, вы почувствуете текстуру крыльев. Если вы укусите яблоко, то почувствуете вкус и как сок струится по вашим губам и пищеводу. Хотя голод и не утолите.

Бабочка порхнула к Зельде, села на её руку.

Зельда осторожно коснулась крыла. Мягкое. Тёплое. Живое.

— Невероятно, — прошептала она.

***

В тронном зале Ка'азерот наклонился вперёд, заинтересованно.

— Полная сенсорная иллюзия, — пробормотал он. — Впечатляет. Они вплетают магию во все слои восприятия одновременно.

— Эльфы мастера иллюзий, — согласился Мармелад. — Хотя их магия всё равно не сравнится с вашими творениями, босс.

— Естественно, я творю живую материю, — Ка'азерот усмехнулся. — Но для смертных это достойная работа — обмануть все органы чувств, заставив поверить что воздух имеет плотность яблока, вкус яблока и хрустит как яблоко.

***

— Теперь попробуйте сами, — Элронд махнул рукой, и перед каждым студентом появился маленький светящийся шар. — Это базовая форма. Представьте что-то простое. Цветок, камень, перо. Вложите в форму свою магию, свои воспоминания о предмете. Чем детальнее образ в вашей голове, тем реалистичнее иллюзия.

Зельда закрыла глаза, сосредоточилась.

Роза. Красная роза из сада академии Арканы. Она помнила её запах, мягкость лепестков, острые шипы на стебле.

Магия потекла через палочку, не сдерживаемая, а как учил папа — подталкиваемая просьбой помочь. Светящийся шар заколебался, начал менять форму.

Когда Зельда открыла глаза, перед ней лежала роза. Почти идеальная.

— Превосходно, мисс Зельда! — Элронд подошёл, внимательно рассматривая иллюзию. — Очень детальная работа. Особенно шипы — вы не забыли о них. Многие начинающие концентрируются только на красивом, забывая о деталях, которые делают вещь настоящей.

Зельда польщенно кивнула, покраснев и вспоминая, как исколола всю руку, пытаясь утащить одну розу с клумбы.

Томас создал маленький огонёк — реалистичный, тёплый, даже слегка потрескивающий.

Дрейвен — рубин, гладкий, прекрасно огранённый и сверкающий холодным огнём.

Ариана — бабочку, похожую на ту, что создал преподаватель.

Лидия — снежинку, медленно тающую в воздухе.

Седвик — крупную щуку, плавающую в невидимой воде.

Бориус долго мучился, но наконец создал... книгу. Маленькую, потрёпанную, с закладкой.

— Интересный выбор, мистер Валторн, — заметил Элронд.

— Я... я люблю книги, — смущённо ответил Бориус. — А это книжка, которую часто читала мне бабушка в детстве, пока не уехала домой.

***

Ка'азерот наблюдал, как дочь старательно совершенствует свою иллюзию, добавляя капли росы на лепестки.

— Она любит совершенствоваться, — он сказал с гордостью. — Схватывает суть сразу.

— Как и вы, босс, — Мармелад мурлыкнул. — Помните, как вы учились вязать ее шарфик? Правда, тогда я впервые увидел вашу кровь, когда вы прокололи руку раз двадцать.

Ка'азерот смутился.

— Да, это было сложно. Хотя и мои первые миры были... экспериментальными. Помнишь я показывал тебе планету с двумя солнцами и гравитацией, меняющейся каждые три часа?

— Я пытаюсь забыть, — Мармелад поёжился. — Жители там все морские существа, и постоянно летают в небо во время приливов.

— Зато красиво.

— До тех пор, пока все не вымерли три года назад от вспышки на обеих звездах одновременно.

— Детали, — Ка'азерот махнул рукой. — Все равно этот мир был обречён, его потом метеоритом раскрошило.

***

Занятие продолжалось. Элронд показывал всё более сложные техники — иллюзии которые обманывали настолько, что даже могли поранить. Так иллюзорный нож смог оставить неглубокий порез на куске хлеба.

К концу урока Зельда устала, но была довольна. Она создала маленького котёнка — пушистого, мурлыкающего, который тёрся о её ногу.

— На сегодня достаточно, — Элронд хлопнул в ладоши, и все иллюзии растворились. — Домашнее задание: создайте иллюзию живого существа. Размер не важен. Важна детализация. Чтобы кто-то, не знающий, что это иллюзия, поверил в её реальность. На отлично - существо должно есть, спать и вести себя естественно.

Студенты закивали, собирая вещи.

***

На перемене друзья собрались в саду академии.

— Это было потрясающе! — Лидия крутилась от восторга. — Я никогда не думала, что иллюзии могут быть такими реальными!

— Эльфы практикуют это веками, — заметил Дрейвен. — У них есть время довести технику до совершенства.

— Интересно, что нам покажут на других занятиях? — Томас задумался.

— Сегодня ещё лечебная магия и работа с природной энергией, — Зельда проверила расписание. — Завтра — руническая магия и артефакты.

Ариана присела на скамейку.

— Знаете, я начинаю понимать, почему эльфы считаются величайшими магами. Их подход... он другой. Более тонкий. Более... гармоничный.

— Но не обязательно лучший, — возразила Зельда. — Помните, что говорила ректор? У людей есть мощь, а эльфы имеют стабильность. Мы дополняем друг друга. Я, например, до сих пор считаю что их магия местами слишком расточительна.

Бориус кивнул.

— Объединение знаний. Вот что важно. Вот в чем расчет декана Варилия и ректора Элирии.

Зельда улыбнулась, слушая друзей.

— Кстати, — Лидия спохватилась, — через неделю мы возвращаемся в Люминарскую Академию! Скучаю по дому.

— Я тоже, — согласился Томас. — Хотя здесь прекрасно, но...

— Но дом есть дом, — закончила Зельда. — А тут слишком много приключений.

Они помолчали, глядя на серебристые деревья вокруг.

— А ещё на этой неделе коронация, — тихо сказала Ариана. — Интересно, что там будет?

— Эльфы до сих пор держат всё в секрете, — нахмурился Дрейвен. — Даже ректор Элирия ничего не говорит.

— Может, это действительно просто церемония? — предположил Седвик. — Обновление клятв, традиции?

— Или что-то большее, — Зельда прошептала, вспоминая слова дедушки о династии и крови.

Бориус посмотрел на неё.

— Ты беспокоишься?

— Немного, — призналась Зельда. — У меня такое чувство, что после коронации всё изменится.

Томас положил руку ей на плечо. — Что бы ни случилось, мы с тобой.

Остальные закивали.

— Всегда, — добавил Дрейвен, взяв Зельду за руку.

Зельда улыбнулась, чувствуя тепло в груди.

— Спасибо.

***

Ка'азерот откинулся на троне, удовлетворённо вздохнув.

— У неё хорошие друзья.

— Да, босс, — Мармелад согласился. — Они её поддерживают.

— Хоть что-то хорошее, — Ка'азерот потёр переносицу. — Эта история с коронацией меня беспокоит. Эльфы что-то задумали, и мне это не нравится.

— Вы сможете вмешаться?

— Нет конечно, — Ка'азерот покачал головой. — Я готов эльфов в порошок стереть, но мироздание мне этого не позволит.

Он встал, потянулся, разгоняя энергию и собираясь с мыслями.

— Хорошо. Дочь в порядке. Занятия идут. Теперь пора заняться работой.

— Создание новых миров? — Мармелад спрыгнул с трона.

— И уничтожение старых, — Ка'азерот кивнул. — У меня сегодня плотный график. И так отлынивал сколько мог. Три мира на создание, три на уничтожение, одна встреча с Фотэном...

— Фотэн? — Мармелад насторожился. — Что он натворил?

— Его легионы вторглись в мир под моей опекой, — Ка'азерот усмехнулся хищно. — Я вовремя суда уничтожил его армию вторжения и аватар. Он пришёл жаловаться.

— О, это будет весело, — Мармелад хмыкнул.

***

Ка'азерот шагнул через портал в свою мастерскую — огромное пространство за пределами обычной реальности, где парили сотни светящихся сфер. Каждая сфера — мир. Некоторые только зарождались, другие процветали, третьи умирали.

Мармелад рысью побежал рядом, его форма расширилась до размеров крупного тигра.

— С чего начнём, босс?

— С нового мира для водных существ, по заказу бога морей и океанов, — Ка'азерот подошёл к пустой области, где ещё не было ни одной сферы. — Морская планета. Три луны. Приливы регулярные. Океаны богатые минералами.

Он поднял руки, и из ничего начала формироваться новая сфера. Сначала ядро — раскалённое, пульсирующее. Затем мантия, кора, океаны.

— Какую жизнь планируете? — Мармелад наблюдал за процессом.

— Разумных осьминогов, — Ка'азерот улыбнулся. — С пси-способностями. И ещё... русалок.

— Босс, — Мармелад предостерегающе поднял лапу. — Только давайте не будем создавать русалок как на планете с вулканами и кислотными океанами!

Ка'азерот замер.

— А что, хорошая идея. Адаптивные русалки, устойчивые к кислотам...

— НЕТ, — Мармелад категорично перебил. — Помните последний раз? Они все вымерли за сто лет, потому что упавший метеорит превратил кислоту в океанах в воду!

— Но они были красивыми, — запротестовал Ка'азерот.

— Они стали МЁРТВЫМИ.

— ...точка зрения.

Мармелад вздохнул.

— Хорошо. Никаких вулканов на этой планете. Океаны обычные, богатые жизнью. Подводные леса из водорослей. Коралловые рифы. Пещеры.

— Скучно, — пробормотал Ка'азерот, но согласился.

Планета росла. Океаны наполнялись водой. Первые микроорганизмы начали появляться, ускоренные божественной магией.

— Хорошо, — Ка'азерот кивнул. — Этот мир будет готов через... пять тысяч лет их времени.

— Быстро, — заметил Мармелад.

— Я ускорил время внутри, — Ка'азерот усмехнулся. — Здесь пройдёт день, там — тысячелетие.

Он повернулся к следующему проекту.

— Теперь лесная планета. Для разумных растений.

— Растений? — Мармелад моргнул.

— Да. Дриады попросили. Деревья-мыслители. Они будут общаться через корневую систему. Медленные, мудрые, вдумчивые.

— Звучит мирно.

— Пока не добавим хищные лианы, — Ка'азерот ухмыльнулся.

— Босс...

— Экосистема должна быть сбалансированной! — защищался Ка'азерот. — Если все будут мирными, это будет скучно. А без питания и удобрения они вымрут через тысячу лет. Так что полный цикл — травоядные, хищники, падальщики.

Он начал создавать новую планету. Густые леса, тёплый климат, две звезды на небе для круглосуточного света...

— Стоп, — Мармелад перебил. — Если свет круглосуточный, как растения будут отдыхать?

Ка'азерот задумался.

— ...хороший вопрос.

— Может, сделать день-ночь?

— Но мне нравится идея двух солнц!

— Тогда пусть они заходят по очереди, — предложил Мармелад. — Одно светит двенадцать часов, второе — следующие двенадцать. Всегда день, но разный по спектру и силе освещения. И сделайте сильное магнитное поле, иначе опять все живое магнитными бурями убьет.

— Гениально! — Ка'азерот щёлкнул пальцами. — Одно солнце будет синеватым, холодным. Второе — красноватым, тёплым. Растения адаптируются к разным спектрам света.

— И получат два цикла роста, — кивнул Мармелад. — Синий день — фотосинтез типа А. Красный день — фотосинтез типа Б.

— Ты молодец, Мармелад.

— Спасибо, босс. Я учусь у лучшего.

Они работали часами — по меркам тронного зала. В мастерской время текло иначе.

Третья планета создавалась для рептилоидов. Жаркая, с большими пустынями и оазисами.

— А чем плохо, что у змей будут ноги? — спросил Ка'азерот, создавая прототип существа.

Мармелад посмотрел на змею с шестью лапами.

— Босс. Это не змея. Это ящерица.

— Но она ползает!

— Она БЕГАЕТ на шести ногах.

— ...так даже лучше.

— Нет, — Мармелад покачал головой. — Змеи ползают, потому что у них НЕТ ног. Это их фишка. Если вы дадите им ноги, они перестанут быть змеями.

Ка'азерот задумался, глядя на своё творение.

— А если я дам им ноги, но они всё равно будут ползать?

— ЗАЧЕМ тогда ноги?!

— Для красоты!

Мармелад уткнулся мордой в лапы.

— Босс, я вас умоляю. Либо змеи без ног, либо ящерицы с ногами. Не надо гибридов, которые не имеют смысла.

Ка'азерот вздохнул.

— Ладно. Змеи без ног. Но я добавлю им способность гипнотизировать взглядом.

— Это приемлемо, — согласился Мармелад.

— И два пальца на хвосте. Что бы могли использовать инструменты. - Не дав возразить коту, вставил Ка'азерот.

***

После создания пришло время разрушения.

Ка'азерот подошёл к серии потускневших сфер — миры, которые умерли или были обречены.

— Первый, — он коснулся одной сферы.

Внутри был мёртвый мир. Звезда давно погасла. Планета замёрзла. Никакой жизни.

— Этот мир прожил двенадцать миллиардов лет, — Ка'азерот сказал тихо. — Достойная жизнь. Время отпустить.

Он сжал кулак. Сфера треснула, рассыпалась в пыль.

Энергия мёртвого мира вернулась в изначальный хаос, откуда когда-нибудь родятся новые миры.

— Второй.

Этот мир был разрушен войной. Разумные существа уничтожили сами себя ядерным огнём. Поверхность была радиоактивной пустошью.

— Когда это случилось? — спросил Мармелад.

— Тысячу лет назад их времени, — Ка'азерот покачал головой. — Я надеялся, что жизнь восстановится. Но радиация слишком сильная. Даже бактерии не выживают.

— Печально.

— Да. Но таков их выбор.

Сфера рассыпалась.

— Третий.

Ка'азерот коснулся следующей сферы — и застыл.

Внутри бушевал хаос. Чистый, неконтролируемый хаос. Всё было разрушено, искажено, перекручено. Материя и энергия смешались в безумном вихре.

— Культисты, — прошипел он. — Кто-то призвал силу хаоса напрямую.

Мармелад заглянул в сферу, поморщился.

— Босс, это же живой мир...

— Да, — Ка'азерот сжал челюсти. — Только вот живых в нём уже нет. Хаос в чистом виде уничтожил всё. Он живой иначе. И эта жизнь неподвластна даже мне.

Он провёл рукой перед сферой, проверяя.

— Население: ноль. Биосфера: уничтожена. Структура реальности: разрушена. Этот мир нельзя спасти.

— Что с ним делать?

— То, что нужно делать с такими мирами, — Ка'азерот поднял руку.

Сфера взорвалась в ослепительной вспышке.

Но в отличие от предыдущих, энергия этого мира не вернулась в хаос. Вместо этого Ка'азерот запечатал её, изолировал.

— Эту энергию нельзя использовать повторно, — объяснил он. — Она заражена безумием. Если я верну её в цикл, она может испортить новые миры.

— Что вы с ней сделаете?

— Запечатаю в пустоте, — Ка'азерот создал маленький чёрный куб, внутри которого билась испорченная энергия. — Через миллиард лет она очистится. Тогда я её освобожу.

Мармелад кивнул.

— А культистов?

— Я бы их отправил к демонам, но, — Ка'азерот усмехнулся мрачно. — Хаос уничтожил в том мире всё. Даже души. Теперь там только безумие, боль и вечно меняющееся пространство.

***

Ка'азерот вернулся в тронный зал как раз вовремя. В воздухе открылся портал, и из него вышел...

Фотэн.

Бог Света и Порядка. Высокий, золотоволосый, в сияющих белых доспехах. Его аура была ослепительно яркой, излучающей праведность и справедливость.

И он выглядел ОЧЕНЬ злым.

— КА'АЗЕРОТ! — его голос прогремел по залу. — Как ты посмел?!

Ка'азерот неторопливо сделал глоток кофе.

— Доброе утро, Фотэн. Кофе?

— НЕ СМЕЙ! — Фотэн указал на него пальцем. — Ты уничтожил мой аватар! Напал исподтишка!

Ка'азерот поставил чашку, поднял бровь.

— Исподтишка? ИСПОДТИШКА?!

Он встал, его голос стал ледяным.

— Твои легионы ВТОРГЛИСЬ в мир под моей опекой. ВТИХУЮ. Без объявления войны. Без предупреждения. Они начали «обращать» местное население в твою веру, сжигая храмы других богов.

— Это были еретики! — возразил Фотэн. — Они поклонялись демонам!

— Они поклонялись СВОИМ богам! — Ка'азерот шагнул вперёд. — Мир был под НЕЙТРАЛЬНЫМ статусом! Никакой активной экспансии!

— Я нёс им свет!

— Ты нёс им МЕЧ И ОГОНЬ!

Они стояли лицом к лицу, аура хаоса против ауры света.

Мармелад, наблюдавший со стороны, тихо прокомментировал:

— Сейчас подерутся.

— Твой аватар убил триста тысяч разумных существ, — Ка'азерот процедил сквозь зубы. — За ОДНУ неделю. Я молчал. Дал тебе шанс вспомнить общие для всех богов законы. Ну а потом ты попал под горячую руку.

Фотэн сжал кулаки.

— Ты...

— Я ЧТО? — Ка'азерот шагнул ещё ближе. — Я защитил невинных? Я остановил агрессора? Я выполнил свою работу как Страж Равновесия?

— Ты Владыка ХАОСА! — выкрикнул Фаэтон. — У тебя нет права говорить о равновесии!

— У меня есть ВСЕ права, — Ка'азерот усмехнулся. — Потому что я, в отличие от тебя, ПОНИМАЮ, что такое равновесие. Хаос и порядок должны существовать вместе. Я не пытаюсь уничтожить порядок. Но ты, похоже, не можешь жить, не пытаясь уничтожить хаос.

Фотэн молчал, его аура пульсировала.

Ка'азерот сел обратно на трон.

— Если ты пришёл просить компенсацию за аватар — забудь. Ты нарушил договор о невмешательстве и закон о божественном вмешательстве. Ты получил по заслугам. Если ты пришёл угрожать — можешь попробовать. Посмотрим, как твой следующий аватар переживёт встречу со мной.

Фотэн стоял, тяжело дыша.

Наконец, он развернулся.

— Это ещё не конец, Ка'азерот.

— Никогда и не было, — Ка'азерот усмехнулся. — Увидимся на следующем Совете Богов. Не опаздывай.

Фотэн шагнул в портал и исчез.

Тронный зал погрузился в тишину.

Мармелад спрыгнул на пол, подошёл к трону.

— Босс, вы его разозлили.

— Он разозлил МЕНЯ, — Ка'азерот потёр переносицу. — Думает, что может творить что угодно, прикрываясь своей «праведностью». Я терпел это две тысячи лет. Хватит.

— Он попытается отомстить?

— Попытается, — Ка'азерот кивнул. — Но не напрямую. Фотэн слишком осторожен. Даже вторжение он проводил, когда убедился что я особо не обращаю внимание на тот мир. Он будет действовать через смертных.

— Это опасно?

— Для меня? Нет. Для Зельды? Этот мир мне не принадлежит, но...

Ка'азерот замолчал, его взгляд стал жёстким.

— Я не дам ему прикоснуться к моей дочери.

***

Ка'азерот вернулся к наблюдению за Зельдой.

Она сидела в своей комнате, окружённая друзьями. Они обсуждали прошедший день, показывали друг другу иллюзии, смеялись.

Зельда создала маленькую иллюзию дракона — детальную, с чешуйками, крыльями, даже дымком из ноздрей. Дракон сидел на её ладони, помахивая хвостом.

Томас аплодировал. Дрейвен улыбался. Лидия пищала от восторга.

Ка'азерот смотрел на это, и его сердце наполнилось теплом.

— Она счастлива, — тихо сказал он.

— Да, босс, — Мармелад мурлыкнул, свернувшись на подлокотнике. — Она в безопасности, у неё есть друзья, она учится.

— Скоро они вернутся в свою академию.

— Да. Через неделю.

— Но перед этим коронация.

— Да.

Ка'азерот помолчал.

— Что бы ни случилось на этой коронации, Мармелад... я буду готов.

— Я знаю, босс.

— Если эльфы попытаются навредить ей...

— Вы разнесёте их королевство в пыль, — закончил Мармелад, улыбнувшись. — Я знаю, босс. Но я не думаю, что они попытаются навредить. Они слишком нуждаются в ней.

— Надеюсь, ты прав.

Они смотрели, как Зельда смеётся, окружённая друзьями.

Где-то далеко, в эльфийском дворце, готовилась церемония, которая изменит всё.

Но сейчас, в этот момент, Зельда была просто счастливой девочкой, изучающей магию и наслаждающейся обществом друзей.

И для Ка'азерота, Владыки Первозданного Хаоса и Разрушений, создателя и уничтожителя миров, бога бесчисленных измерений...

Это было всё, что имело значение.

Магия, почта и тайны

Зельда открыла глаза и оказалась в знакомом саду.

Теплое солнце, мягкая трава под ногами, золотые яблоки на деревьях. Сад, который её отец создал специально для их встреч.

Ка'азерот сидел на скамейке под огромным древом, его фиолетовые глаза светились мягко.

— Папа! — Зельда побежала к нему, обнимая.

— Привет, солнышко, — он обнял её, целуя в макушку. — Как прошёл день?

— Устала, но хорошо, — Зельда села рядом. — Мне понравилось учить иллюзорную магию. Это так сложно, но так интересно!

— Я видел, — Ка'азерот улыбнулся. — Ты создала прекрасную розу.

Зельда покраснела от гордости.

— Спасибо. А ты... ты действительно всегда наблюдаешь?

— Не всегда, — признался Ка'азерот. — Иногда у меня есть другие дела. Миры не создают и не разрушают себя сами. Но я проверяю тебя регулярно. Чтобы убедиться, что ты в безопасности и счастлива.

Зельда прижалась к нему.

— Я рада, что ты... что ты мой отец.

Ка'азерот обнял её крепче.

— Я тоже, солнышко. Я тоже.

Они помолчали, наслаждаясь тишиной сада.

— Папа, — Зельда наконец нарушила молчание. — Я хотела спросить... о магии.

— О какой именно? — Ка'азерот повернулся к ней.

— О... моей магии, — Зельда сжала кулаки. — Я примерно поняла, что она отличается от магии других людей. От эльфов. Я это чувствую . Она... больше. Сильнее. Но и страшнее.

Ка'азерот кивнул серьёзно.

— Ты права. Твоя магия отличается. И пришло время тебе это объяснить более наглядно.

Он встал, сделал жест рукой, и перед ними возникли три светящиеся сферы.

Первая — маленькая, но яркая, бело-золотая.

Вторая — чуть больше, серебристая, спокойная.

Третья — огромная, бурлящая, фиолетово-чёрная с искрами.

— Это источники магии, — начал Ка'азерот. — Ты наверняка знаешь, что у каждого разумного существа есть магическое ядро. У людей — вот такое.

Он указал на первую сферу.

— Маленькое, но очень яркое. Люди живут коротко, но ярко. Их магия взрывная, мощная, но ограниченная. Когда человек использует магию, он черпает из своего ядра. Когда ядро истощается — он устаёт, не может колдовать. Ему нужен отдых, еда, сон, чтобы восстановиться и тренировки, что бы развить его и увеличить запас магии.

Зельда кивнула, внимательно слушая.

— У эльфов — вот такое, — он указал на вторую сферу. — Больше, стабильнее, спокойнее. Они живут тысячи лет. Их магия гармоничная, плавная. У них больше маны, больше выносливости. Они могут колдовать дольше, создавать более сложные заклинания. Но их магия тоже ограничена ядром.

— Понятно, — Зельда смотрела на сферы. — А моя?

Ка'азерот указал на третью сферу.

— А твоя... совсем другая.

Зельда уставилась на огромную, бурлящую массу энергии.

— Ты — моя дочь, — Ка'азерот сказал тихо. — Дочь Владыки Первозданного Хаоса. В твоих жилах течёт божественная кровь. И это значит, что ты имеешь доступ к неограниченной силе.

— Неограниченной? — Зельда прошептала, её глаза расширились.

— Да, — Ка'азерот кивнул. — У тебя нет ядра, которое истощается. Ты не черпаешь магию из себя. Ты черпаешь её из Хаоса — из изначальной силы, из которой состоит всё мироздание. Эта сила бесконечна.

Зельда смотрела на бурлящую сферу, завороженная и испуганная одновременно.

— Но... это же невероятно!

— Да. Но и невероятно опасно, — Ка'азерот присел перед ней, глядя в глаза. — Видишь, как эта сила бурлит? Как она движется, меняется, живёт своей жизнью?

Зельда кивнула.

— Хаос — живой, — объяснил Ка'азерот. — Он не просто энергия. Он имеет волю. Слабую, неосознанную, но волю. И чем больше силы ты берёшь, тем своевольнее она становится.

— Именно поэтому ты советовал договорится с моей магией? — Зельда нахмурилась.

— Да, именно поэтому. Когда обычный человек колдует, он просто использует свою ману, — Ка'азерот создал маленький огонёк над ладонью. — Его магия послушна, потому что это ЕГО энергия. Его ядро. Он контролирует её полностью.

Огонёк покорно танцевал на его ладони.

— Но когда ТЫ колдуешь, ты не используешь свою энергию. Ты призываешь силу Хаоса, — он создал другой огонёк, фиолетовый, бурлящий. — И эта сила... она не твоя. Она дикая. Первозданная. Она хочет менять, разрушать, создавать. Она живёт.

Фиолетовый огонёк задрожал, начал расти, пытаясь вырваться из-под контроля.

— Вот почему тебе так сложно контролировать магию порядка, — Ка'азерот сжал кулак, и огонёк исчез. — Магия порядка требует абсолютного контроля, строгих правил, жёсткой структуры. Но Хаос не любит правила. Он сопротивляется им.

Зельда вспомнила овечек, которых создала на уроке.

— Вот почему он... создал овечек?

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Ты попыталась заставить Хаос подчиниться строгим правилам магии порядка. Хаос не подчинился. Он взбунтовался. И сорвал заклинание. Когда я научил тебя договариваться с ним, ты чувствовала его волю? Как он хотел творить и менять все вокруг?

Зельда опустила голову.

— Значит, я никогда не смогу использовать магию порядка?

— Неправда, — Ка'азерот поднял её подбородок. — Ты сможешь. Но не так, как эльфы. Ты должна научиться договариваться с Хаосом. Не командовать им, а просить. Не приказывать, а общаться.

— Общаться? — Зельда моргнула. — С силой?

— Да, — Ка'азерот улыбнулся. — Хаос — живой. Он может слушать. Понимать. Если ты научишься говорить с ним, объяснять, что ты хочешь, почему ты хочешь — он поможет тебе. Охотно.

Зельда задумалась.

— Как... как с ним говорить?

— Вот этому я хочу тебя научить, — Ка'азерот встал, протягивая ей руку. — Пойдём. Попробуем.

***

Они встали на открытой поляне.

— Сначала простое упражнение, — Ка'азерот сказал. — Почувствуй Хаос внутри себя.

Зельда закрыла глаза, сосредоточилась.

Сразу же она ощутила его — огромный, бурлящий поток силы, текущий где-то глубоко внутри. Он был тёплым, живым, постоянно меняющимся.

— Чувствую, — прошептала она.

— Хорошо. Помнишь предыдущие занятия, не пытайся его контролировать. Просто... поговори с ним. Поздоровайся.

— Поздороваться? — Зельда удивилась, но попыталась.

«Привет», — она мысленно обратилась к потоку.

Поток дрогнул. Замер. А потом... ответил.

Не словами. Но ощущением. Любопытством. Интересом.

Зельда ахнула.

— Он... он ответил!

— Конечно, — Ка'азерот улыбнулся. — Хаос — часть тебя. Он узнаёт тебя. Ты — моя дочь, дочь того, кто властвует над ним. Он тебя уважает.

«Помоги мне», — Зельда попросила. — «Я хочу создать свет. Тёплый, мягкий свет».

Поток откликнулся мгновенно. Радостно. Он потёк вверх, через её тело, через руку.

Зельда открыла глаза — и над её ладонью парил шар мягкого золотого света.

— Я сделала! — она засмеялась. — Без палочки! Без слов!

— Потому что ты попросила, — Ка'азерот подошёл, рассматривая свет. — Ты не приказала. Ты объяснила, что хочешь. И Хаос помог тебе.

Зельда смотрела на свет, завороженная.

— Это... удивительно.

— Это только начало, — Ка'азерот сказал серьёзно. — Чем сложнее заклинание, чем больше силы тебе нужно, тем сложнее будет общаться с Хаосом. Тем своевольнее он станет. Ты должна научиться убеждать его, объяснять, иногда даже уговаривать.

— Как с другом? — Зельда предположила.

— Именно, — Ка'азерот улыбнулся. — Хаос — твой союзник. Твой партнёр. Не инструмент, не слуга. Партнёр.

Зельда кивнула, сжимая свет в кулаке.

— Я понимаю.

— Хорошо. Теперь попробуй что-то сложнее, — Ка'азерот указал на поле. — Создай стену из камня. Настоящего, твёрдого камня.

Зельда сосредоточилась.

«Хаос, мне нужна твоя помощь. Я хочу создать стену. Крепкую, каменную. Чтобы она защищала».

Поток откликнулся, но на этот раз... он был любопытен. Заинтересован.

Зельда почувствовала вопрос: «Почему? Зачем защита?»

«Чтобы быть сильной. Чтобы защитить тех, кого люблю», — она ответила честно.

Поток... одобрил. Он понял. И потёк, но уже мощнее, сильнее.

Перед Зельдой выросла стена — три метра в высоту, из серого базальта, прочная и твёрдая. С узорами и барельефами.

«Так красивее !» — ответил Хаос.

— Отлично! — Ка'азерот постучал по стене. — Настоящий камень. Ты всё делаешь правильно.

Зельда улыбнулась, но уже чувствовала усталость. Не физическую, а ментальную. Общение с Хаосом требовало концентрации.

— Устала? — Ка'азерот заметил.

— Немного, — призналась Зельда.

— Это нормально, — он обнял её. — Общение с Хаосом утомляет разум. Но чем больше ты тренируешься, тем легче будет.

Зельда прислонилась к нему.

— Спасибо, папа, за урок.

— Всегда, солнышко, — Ка'азерот поцеловал её в макушку. — Мы продолжим завтра. А сейчас отдыхай.

Сад начал медленно растворяться, превращаясь в обычную темноту сна.

— Папа? — Зельда прошептала, уже засыпая.

— Да?

— Я люблю тебя.

— Я тоже, моя девочка. Я тоже.

И Зельда погрузилась в глубокий, спокойный сон, чувствуя защиту отца и силу, текущую внутри неё.

***

Зельда проснулась медленно, открывая глаза.

Первое, что она увидела — Мармелад, сидящий на подушке рядом с её головой.

— Доброе утро, соня, — мурлыкнул он.

— Доброе утро, — Зельда потянулась, зевая. — Который час?

— Восьмой. Завтрак скоро принесут.

Зельда села, потирая глаза. Воспоминания о ночном уроке с отцом всплыли в памяти, и она улыбнулась.

«Хаос — мой партнёр», — подумала она.

«И друг.» — Услышала она его ответ.

Дверь в спальню открылась, и вошёл Азграл'Ог.

Высокий, рогатый, в элегантном розовом костюме. Он держал в руках поднос с бумагами.

— Доброе утро, госпожа, — он поклонился. — Как изволили спать?

— Хорошо, спасибо, — Зельда улыбнулась. — Азграл'Ог, а ты... ты где был весь понедельник? Я тебя почти не видела.

Демон поставил поднос, его глаза вспыхнули довольным огнём.

— О, госпожа! Я занимался ОЧЕНЬ важным делом! — он выпрямился с гордостью. — Я выбивал все официальные бумаги о помиловании лорда Дрейвена у эльфийской администрации!

Зельда моргнула.

— Правда?

— Абсолютно! — Азграл'Ог взял с подноса толстую папку с печатями и лентами. — Вот! Официальное помилование, подписанное архимагом Элирией, главой Совета старейшин, и даже самим королём! Теперь никаких претензий от эльфов Дрейвену не грозит.

Он развернул один из документов, где золотыми чернилами было написано:

«Настоящим документом подтверждается полное помилование Дрейвена Редмонда, от всех претензий Эльфийского королевства. Все обвинения сняты. Все возможные долги — прощены.

Подписано: Финарфин Златокрылый, Король Эльфов».

Зельда взяла документ, её глаза наполнились слезами.

— Азграл'Ог... это... это невероятно! Спасибо!

Демон польщённо кивнул.

— Пожалуйста, госпожа. Хотя, признаюсь, это было нелегко. Эльфийская бюрократия — хуже девяти кругов ада. Пришлось обойти семнадцать чиновников, заполнить сорок три формы и дважды угрожать гневом короля, если они не поставят печати.

Мармелад фыркнул.

— Ты всегда такой драматичный.

— Это называется эффективность, кот, — гордо ответил Азграл'Ог.

Зельда засмеялась, вытирая слёзы.

— Дрейвен будет так рад! Спасибо, Азграл'Ог. Правда.

— Всегда к вашим услугам, госпожа, — демон поклонился. — А теперь позвольте мне помочь вам одеться. Сегодня вторник, и у вас занятия по рунической магии эльфов.

Он открыл огромный гардероб, и Зельда ахнула.

Там висели новые платья — три штуки, каждое прекраснее предыдущего.

Первое — тёмно-синее, с серебристой вышивкой в виде звёзд.

Второе — зелёное, с золотыми листьями по подолу.

Третье — фиолетовое, с чёрными узорами, напоминающими языки пламени.

— Это... откуда? — Зельда встала, подходя к платьям.

— Мы с Мармеладом сшили, — Азграл'Ог сказал скромно. — Вчера вечером, пока вы спали.

Зельда повернулась к Мармеладу.

— Ты умеешь шить?!

— Я многое умею, — Мармелад мурлыкнул, гордо подняв хвост. — Шить, вязать, готовить. Просто обычно мне лень.

— Но для госпожи он сделал исключение, — добавил Азграл'Ог. — Вы заслуживаете самого лучшего.

Зельда не знала, что сказать. Её сердце наполнилось теплом.

— Спасибо... спасибо вам обоим.

— Пожалуйста, — демон и кот сказали хором.

***

Азграл'Ог помог Зельде одеться в фиолетовое платье — оно идеально сидело, подчёркивая её фигуру, но оставаясь скромным и элегантным.

Затем он принялся за волосы.

— Госпожа, позвольте, — он взял гребень и начал аккуратно расчёсывать её длинные фиолетовые волосы.

Зельда сидела перед зеркалом, наблюдая за работой демона.

Азграл'Ог был как всегда удивительно ловок. Его когтистые руки двигались быстро, но нежно, заплетая сложную причёску — половина волос была уложена в элегантный пучок, украшенный серебряной заколкой, остальные свободно спадали на плечи.

— Ты всегда так сосредоточен, когда это делаешь, — заметила Зельда.

— Я предпочитаю делать все хорошо, госпожа, — Азграл'Ог улыбнулся, его клыки блеснули. — Война не терпит полумер, если что-нибудь может дать сбой, то оно обязательно это сделает.

— А ты когда-нибудь был кем-нибудь еще, кроме воина? — Спросила Зельда. — Тем же ворецким?

— Управляющим, — поправил демон. — Я заведовал всеми делами замка архидемона Ба'ала. Прислуга, банкеты, дипломатические приёмы. Работа была интересная, но... однообразная. На войне бывают более неожиданные моменты. Например, теперь я служу дочери самого Владыки Хаоса.

Мармелад спрыгнул на туалетный столик, наблюдая.

— Ты всегда был подлизой, Аз?

— Это называется профессионализм, кот.

— Это называется лизоблюдство.

— Ну, я хотя бы не вылизываю себя.

— Шерсть требует ухода! Знаешь как тяжело избавляться от колтунов?

— Могу подстричь тебя налысо.

— Не раньше, чем ты откажешься от рогов!

Зельда рассмеялась, слушая их перепалку.

***

В дверь постучали.

— Завтрак, госпожа, — послышался голос эльфийского слуги.

Азграл'Ог открыл дверь, и несколько эльфов внесли накрытый стол — фрукты, выпечка, соки, горячий чай.

Зельда села за стол, и к ней почти сразу присоединились друзья.

Томас вошёл первым, улыбаясь.

— Доброе утро, Зельда! Ого, новое платье? Красиво!

— Спасибо, — Зельда покраснела.

Дрейвен вошёл следом, его взгляд задержался на ней чуть дольше.

— Ты... прекрасно выглядишь, — он сказал тихо.

Зельда улыбнулась ему.

— Спасибо. Кстати, Дрейвен, у меня для тебя новость!

Она протянула ему документы о помиловании.

Дрейвен взял их, начал читать — и замер.

На его лице появилась гамма чувств, от воспоминаний об аресте, до внезапного оправдания .

— Эти документы должны были дать мне после суда, правда?

— Правда, — Зельда кивнула, её глаза сияли. — Ты свободен, Дрейвен. Полностью. Никаких обвинений, никаких долгов, если они были.

Дрейвен опустился на стул, всё ещё держа документы.

— Но мне сказали , что я их получу не раньше месяца ожидания.

— Скажи спасибо Азграл'Огу, — Зельда указала на демона. — Он весь вчерашний день провёл, выбивая эти бумаги.

Дрейвен повернулся к демону, его глаза были полны слёз.

— Спасибо, — он сказал хрипло. — Спасибо вам... спасибо, Зельда.

Азграл'Ог поклонился.

— Пожалуйста, лорд Дрейвен. Рад был помочь.

Томас хлопнул Дрейвена по плечу.

— Поздравляю, друг! Теперь ты действительно свободен!

Лидия, Ариана, Седвик и Бориус, также пришедшие на завтрак, присоединились к поздравлениям.

Дрейвен вытирал слёзы, улыбаясь.

— Спасибо... всем. Я так счастлив.

***

Завтрак проходил весело, друзья болтали, смеялись, строили планы на день.

И вдруг в окно влетела маленькая фея.

Она была размером с ладонь, с прозрачными крылышками, светящимся телом и растрёпанными волосами. Её одежда — крошечное зелёное платьице — была порвана, испачкана.

Фея тяжело дышала, опускаясь на стол.

— Письмо... для... для Зельды Нонцет-Клавдий! — она выдохнула, протягивая крошечный конверт.

Зельда осторожно взяла конверт — он был маленьким, но вдруг вырос до нормального размера в её руках.

— Спасибо! — она сказала фее. — Ты в порядке?

Фея села на стол, обмахиваясь крыльями.

— Еле... еле добралась! — она запищала. — Вы представляете, сколько препятствий на пути из Люминарской Академии в Эльфийское королевство?!

— Препятствий? — Томас нахмурился.

— ДА! — фея возмущённо замахала ручками. — Сначала меня чуть не съела ворона! Потом я попала в бурю! Потом заблудилась в горах! Потом меня пытались поймать гномы, которые думали, что я — редкая бабочка! А потом я столкнулась с границей королевства — там столько защитных чар, что я два дня пробиралась сквозь них! Но это нормальные проблемы. Но когда меня пытались поймать все службы королевства, то это уже было через чур .

Все уставились на фею с сочувствием.

— Бедная, — прошептала Лидия.

— Вот поэтому я ненавижу международную доставку, — фея фыркнула. — Быстро доставить или вернуться? Ха! Я еле живая! Последний раз беру на себя чужую работу.

Зельда открыла конверт. Внутри было письмо — знакомым почерком Элары и Лиры.

А ещё там была маленькая коробочка.

Зельда открыла её — внутри лежали конфеты, которые она любила.

— Это от Элары и Лиры! — Зельда обрадовалась.

Она начала читать письмо вслух, но сначала дала фее чашку с нектаром и несколько крошек печенья.

Фея набросилась на еду, жадно глотая.

***

Элара и Лира сидели в своей комнате, когда в окно постучала фея.

Другая фея — покрупнее, с золотистыми крыльями и уставшим видом.

Лира открыла окно, впуская её.

— Письмо для Элары Фаервинд и Лиры Суонсон! — фея выдохнула, протягивая конверт. — От Зельды Нонцет-Клавдий!

— Зельда! — Лира подпрыгнула от радости.

Элара взяла конверт, открывая его.

Внутри было письмо и коробочка с конфетами.

— Она прислала сладости! — Элара улыбнулась.

Фея села на подоконник, тяжело дыша.

— Я... я еле добралась, — она пожаловалась. — Столько препятствий! Вороны, бури, горы, защитные чары эльфов, пограничные патрули и агенты эльфов, которые почему-то охотятся за письмами вашей подруги.

Лира посмотрела на фею с сочувствием.

— Бедная! Вот, держи, — она протянула фее чашку с нектаром.

Фея жадно выпила, её крылья задрожали от удовольствия.

— Ммм, спасибо! Это помогает.

Элара достала десять серебряных монет.

— Вот, возьми. Компенсация за трудности.

Фея взяла монеты, её лицо просветлело.

— Ох, спасибо! Это очень щедро!

Хотя, честно говоря, фея всё ещё выглядела недовольной — её платье было порвано, крылья помяты, волосы растрёпаны. Но нектар явно помог.

— Хорошо, я полетела, — фея сказала, допивая нектар. — Удачи вам!

Она вспорхнула и вылетела в окно.

Лира и Элара переглянулись и начали читать письмо.

«Дорогие Лира и Элара!

Прошла уже неделя с момента моего приезда в Эльфийское королевство. Кажется, прошла целая вечность, но в то же время — всего мгновение. Я так скучаю по вам!»

— Ну и долго же письмо добиралось до нас! — удивилась Лира. — Она скучает по нам

— Мы тоже по ней, — Элара кивнула.

Они продолжили читать.

«Сегодня мы гуляли по городу — он невероятно красивый! Белые здания, золотые листья, поющие фонтаны. Эльфы очень дружелюбны.»

— Поющие фонтаны? — Лира мечтательно вздохнула. — Как это звучит?

— Наверное, волшебно, — Элара улыбнулась.

«Мы посетили храм с Бориусом — он молился. Кажется, он правда меняется. А ещё я узнала, что его бабушка — эльф. Я горжусь им.»

— Бориус меняется? — Лира удивлённо подняла бровь. — Не может быть!

— Зельда всегда видела в людях хорошее, — Элара заметила. — Может, она права.

«В храме я нашла старый архив, где был дневник принца Элиарона Сильвериуса. Помните, я писала о Лариэль Нонцет, дочери императора Гая? Оказывается, она была невестой Элиарона!»

— Невестой?! — обе девочки воскликнули хором.

— Это же... это романтично! — Лира прижала письмо к груди.

— И грустно, — Элара нахмурилась. — После Великого Падения...

«Они должны были пожениться, но после Великого Падения Лариэль, спасённая Элиароном, замкнулась в себе и почти ни с кем не общалась.

Это так грустно. Но это значит, что она выжила!»

— Она выжила, — Элара повторила тихо. — Значит, Зельда... правда потомок принцессы.

— И эльфийского принца, если они всё-таки поженились, — Лира добавила.

«Я купила вам сладости на рынке — эльфийские конфеты невероятно вкусные! Отправлю с этим письмом. Угощайтесь!»

Лира открыла коробочку с конфетами, взяла одну. Элара последовала её примеру.

Обе откусили — и их глаза расширились.

— О боги, — Лира прошептала. — Это... это НЕВЕРОЯТНО!

— Вкус... он такой насыщенный, — Элара кивнула. — Сладкий, но не приторный. С нотками фруктов, мёда, цветов...

— Я хочу ещё! — Лира потянулась за второй конфетой.

Они продолжили читать, жуя конфеты.

«Ещё я поняла кое-что важное.

Моя фамилия — Нонцет-Клавдий: Нонцет от Гая Нонцета, моего предка, а Клавдий от декана Варилия, моего прапрапрадедушки.

Но если Лариэль вышла замуж за Элиарона… или хотя бы осталась жить в эльфийском королевстве… это значит, что я могу быть родственницей правителей эльфов.

Это… странно, и пугающе, и интересно одновременно.»

Лира и Элара переглянулись.

— Родственница правителей эльфов, — Лира прошептала. — Зельда... она же практически принцесса!

— Не удивительно, что эльфы так к ней относятся, — Элара кивнула. — Роскошные апартаменты, особое внимание...

— Думаешь, они знают? — Лира спросила.

— Конечно знают, — Элара ответила. — Эльфы хранят записи о своих родословных веками. Они точно проверили её происхождение.

«А ещё я создала новое заклинание! Крылья из света, которые дают полёт. Преподаватель сказал, что это синтез двух традиций — эльфийской и человеческой. Класс аплодировал. Я до сих пор не могу поверить.»

— Она создала НОВОЕ заклинание?! — Лира подпрыгнула. — Зельда гений!

— Крылья из света, — Элара мечтательно повторила. — Как это, наверное, красиво.

«Как дела у вас? Как дракончик? Как паладины в лабиринте? Пишите мне! Я жду ваших писем!

С любовью и тоской, Зельда

P.S. Мармелад до сих пор в восторге от еды. Он уже не хочет возвращаться! И кажется, он потолстел!»

Лира и Элара засмеялись.

— Мармелад толстеет, — Лира хихикнула. — Бедный кот.

— Эльфийская еда, видимо, действительно хороша, — Элара улыбнулась.

Они сидели, доедая конфеты и перечитывая письмо.

— Надо написать ответ, — Лира наконец сказала.

— Да, — Элара кивнула. — Только боюсь, наше письмо тоже будет очень долго идти.

— Феи правы, — Лира вздохнула. — Международная доставка — кошмар.

— Но мы всё равно напишем, — Элара решительно встала. — Зельда скучает по нам. Мы должны ответить.

— Согласна, — Лира кивнула. — Но может потратимся на прямую связь? Гномьи зеркала удобнее для общения, чем ждать, пока фея преодолеет все препятствия.

Они достали перо, чернила и бумагу и начали писать ответ.

***

Декан Люминрской Академии Арканы Варилий сидел за своим столом, когда в дверь постучали.

— Войдите.

Гарольд вошёл, его доспехи звякнули.

— Добрый день, декан.

— Гарольд, — Варилий кивнул. — Садитесь. Как расследование?

Гарольд сел, его лицо было серьёзным.

— Я опросил гоблинов, декан. Всех, кто работал в этой части лабиринта.

— И?

— Они утверждают, что не трогали табличку, — Гарольд нахмурился. — Более того, они боялись ходить дальше охраняемых паладинами мест. Плюс, они сказали, что брать магические артефакты опасно.

Варилий задумался.

— Но кто тогда мог взять артефакт у некромантов под носом?

— Трудно сказать, но некроманты в панике.

— Кто-нибудь из преподавателей или паладинов мог найти её? — Варилий предположил.

— Навряд ли, — Гарольд подал плечами. — Декан, я думаю, нам нужно искать глубже в лабиринте. Ведь в нем есть хранитель и разумные монстры?

Варилий кивнул.

— Хорошая мысль. Но экспедиция при непрерывных волнах монстров невозможна.

— Ещё один момент, — Гарольд добавил. — Гоблины упомянули, что видели странного человека в чёрном плаще около внешнего входа в лабиринт несколько недель назад. Он не входил в академию, но стоял рядом, словно ждал кого-то.

Варилий насторожился.

— Описание?

— Высокий, в чёрном плаще с капюшоном. Лица не видели. Но гоблины утверждают, что от него исходила... тёмная энергия.

Варилий сжал кулаки.

— Слишком общее описание.

— Согласен , — Гарольд кивнул. — Декан, я думаю, кто-то намеренно пытается что-то скрыть. Или, наоборот, что-то раскрыть.

Варилий встал, подошёл к окну.

— Продолжайте поиски, Гарольд. Узнайте всё, что сможете. Эта история становится всё более тревожной.

— Конечно, Варилий, я помогу всем, чем могу.

Гарольд вышел, закрыв дверь за собой.

Варилий остался один, глядя в окно.

— Что происходит? — прошептал он. — Кто этот человек в чёрном? И зачем ему табличка?

***

В соседнем кабинете Моргана нервно расхаживала взад-вперед.

— Нет, нет, нет! — она бормотала. — Это неприемлемо!

Варилий вошёл, закрывая за собой дверь.

— Моргана, что случилось?

Моргана повернулась к нему, её глаза горели.

— Ты хочешь отправить старшекурсников на практику? В лабиринт? К паладинам? Во время волн чудовищ?!

— Да, — Варилий кивнул спокойно. — Это хорошая возможность для них. Реальный боевой опыт под присмотром профессионалов.

— Это ОПАСНО! — Моргана воскликнула. — Они могут погибнуть! Пострадать! Они ещё дети!

— Они старшекурсники, — Варилий возразил. — Через год они закончат академию и пойдут в мир. Они должны быть готовы.

— Но не ТАК! — Моргана замахала руками. — Не в реальной битве! Это слишком рано!

Варилий вздохнул.

— Моргана...

— И ещё! — она не дала ему договорить. — Я узнала, что в столовой в салаты кладут СЫРУЮ морковку! Сырую! Вдруг её плохо помыли? Вдруг на ней бактерии? Дети заболеют!

Варилий моргнул.

— Моргана, морковь моют...

— А если недостаточно хорошо?! — Моргана настаивала. — Я требую, чтобы всю морковь варили! Или, лучше, вообще убрали из меню!

Варилий потёр переносицу.

— Моргана, ты слишком беспокоишься.

— Я МАМА! — Моргана выкрикнула. — Я ОБЯЗАНА беспокоиться! Эти дети — моя ответственность!

Варилий подошёл к ней, положил руки на плечи.

— Моргана. Дети в безопасности. Старшекурсники будут под присмотром Гарольда и его паладинов. Никто не пострадает. А морковь... морковь действительно моют. Хорошо. клянусь.

Моргана вздохнула, её плечи опустились.

— Я... я просто волнуюсь.

— Я знаю, — Варилий мягко сказал. — Ты заботишься о них. Это похвально. Но ты не можешь защитить их от всего. Они должны учиться, расти, сталкиваться с трудностями.

Моргана кивнула, вытирая слёзы.

— Ты прав. Прости. Я иногда... перебарщиваю.

— Немного, — Варилий улыбнулся. — Но это часть твоего обаяния.

Моргана слабо улыбнулась в ответ.

***

Зельда сидела в своей комнате, готовясь к очередному занятию с отцом.

Она перечитывала записи о Хаосе, о том, как с ним общаться, как просить помощи.

Мармелад лежал рядом, свернувшись калачиком.

— Готова к новому уроку? — он мурлыкнул.

— Да, — Зельда кивнула. — Папа обещал научить меня чему-то новому.

— Он хороший учитель, — Мармелад зевнул. — Строгий, но справедливый.

Зельда улыбнулась, гладя кота.

— Да. Я рада, что он мой отец.

— И он рад, что ты его дочь, — Мармелад мурлыкнул. — Поверь мне, босс очень гордится тобой.

Зельда покраснела от удовольствия.

Она легла в постель, закрывая глаза.

— Спокойной ночи, Мармелад.

— Спокойной ночи, Зельда.

И Зельда погрузилась в сон, где её уже ждал отец — готовый к новому уроку, новым открытиям, новым тайнам Хаоса.

***

В тронном зале Ка'азерот улыбнулся, наблюдая как дочь засыпает.

— Она готова, — он сказал Мармеладу.

— Да, босс, — кот кивнул. — Она быстро учится.

— Как и её мать, — Ка'азерот прошептал. — Упрямая, умная, сильная.

Он встал, готовясь войти в сон дочери.

— Пора продолжить урок.

И тронный зал погрузился в тишину, освещённый только мягким светом магии Владыки Хаоса.

Имя и наследие

Зельда открыла глаза в знакомом саду.

На этот раз сад был другим — ночным. Тёмное небо усыпано звёздами, луна светила мягко, серебристо. Цветы светились изнутри, излучая тихое сияние.

Ка'азерот сидел на скамейке, его фиолетовые глаза отражали звёзды.

— Папа, — Зельда подошла, села рядом. — Почему сад ночной?

— Потому что сегодняшний урок особенный, — Ка'азерот улыбнулся. — Ночь — время тайн, открытий. Время узнать что-то важное.

Зельда заинтригованно наклонила голову.

— Что-то важное?

— Да, — Ка'азерот встал, протянул ей руку. — Пойдём. Пора познакомить тебя с твоей силой по-настоящему.

Они прошли через сад к поляне, где парила огромная фиолетовая сфера — Хаос, источник силы Зельды.

— Ты уже научилась общаться с ним, — Ка'азерот начал. — Просить, договариваться. Он тебя слушает, помогает. Но есть ещё кое-что, что сделает вашу связь сильнее.

— Что? — Зельда смотрела на бурлящую сферу.

— Имя, — Ка'азерот просто сказал.

Зельда моргнула.

— Имя?

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Хаос живой. У него есть воля, характер. Он как... как дитя. Чистое, любопытное, радостное. Он любит творить, менять, играть. И ему нужно имя.

Зельда посмотрела на сферу по-новому.

— Он... как ребёнок?

— В каком-то смысле, — Ка'азерот улыбнулся. — Первозданный, невинный, полный энергии. Он не знает зла или добра. Он просто ЕСТЬ. И он привязан к тебе. Ты — его проводник в мир. Ты даёшь ему форму, смысл, цель.

Зельда протянула руку к сфере. Та дрогнула, потянулась к ней, как щенок к хозяину.

— Если я дам ему имя... что изменится?

— Всё, — Ка'азерот сказал серьёзно. — Имя — это связь. Когда ты называешь что-то по имени, ты признаёшь его существование, его индивидуальность. Хаос станет не просто силой. Он станет твоим спутником. Твоим другом. Частью тебя, которая имеет своё лицо.

Зельда задумалась, глядя на бурлящую энергию.

— Как... как выбрать имя?

— Почувствуй его, — Ка'азерот подтолкнул её ближе. — Поговори с ним. Спроси, как он хочет называться.

Зельда закрыла глаза, протянула руку, коснулась сферы.

Тепло. Живое, пульсирующее тепло. Любопытство. Радость.

«Привет», — она мысленно обратилась.

Сфера откликнулась мгновенно — волной восторга, как будто ребёнок увидел родителя после долгой разлуки.

«Ты хочешь имя?» — Зельда спросила.

Ответ был ясным, восторженным: ДА!

Зельда улыбнулась.

«Тогда... как ты хочешь называться?»

Сфера замерла. Задумалась.

А потом Зельда почувствовала... образ. Не слово, а ощущение. Смесь света и тьмы, порядка и хаоса, тепла и холода. Баланс. Гармония в противоречии.

И слово всплыло в её разуме само: «Эолис».

— Эолис, — Зельда прошептала вслух.

Сфера ВСПЫХНУЛА.

Фиолетовый свет залил всю поляну. Сфера задрожала, начала менять форму.

Ка'азерот отступил, улыбаясь.

Сфера сжалась, уменьшилась, приняла форму... маленького существа.

Зельда ахнула.

Перед ней парил... дух. Размером с кошку, похожий на маленького лисёнка, но сделанный из чистой фиолетовой энергии. У него были большие любопытные глаза, маленькие рожки, крылышки, длинный пушистый хвост.

Он смотрел на Зельду с обожанием.

— Эолис, — Зельда прошептала, протягивая руки.

Лисёнок радостно пискнул и бросился к ней, обвиваясь вокруг её шеи, мурлыкая как котёнок.

Зельда засмеялась, обнимая его.

— Ты... ты настоящий!

— Он всегда был настоящим, — Ка'азерот подошёл, гладя лисенка по голове. — Просто теперь у него есть имя. И форма. Он часть тебя, Зельда. Твоя сила, твоя магия. Но теперь — с лицом. Точнее — с мордой.

Эолис повернулся к Ка'азероту, пискнул уважительно, поклонился маленькой головой.

Ка'азерот рассмеялся.

— Умный мальчик. Знает, кто его дедушка.

Зельда прижала Эолиса к груди.

— Он... он как ребёнок. Я чувствую его эмоции. Радость, любопытство, восторг.

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Он молод. Первозданен. Но он будет расти вместе с тобой. Учиться. Взрослеть. Вы — одно целое.

Эолис обвился вокруг руки Зельды, его хвост игриво качался.

— Что теперь? — Зельда спросила.

— Теперь колдуй с ним, — Ка'азерот улыбнулся. — Попроси его помочь. Он будет счастлив.

Зельда сосредоточилась.

«Эолис, можешь создать свет?»

Лисёнок пискнул восторженно и вспыхнул. Из его рта вырвался маленький шар золотого света, парящий в воздухе.

Зельда засмеялась.

«А огонь?»

Эолис радостно создал маленький огонёк.

«А воду?»

Струйка воды.

«А цветок?»

Из воздуха вырос маленький фиолетовый цветок.

— Он так радуется! — Зельда смеялась, чувствуя восторг Эолиса. — Ему нравится творить!

— Конечно, — Ка'азерот обнял её за плечи. — Это его природа. Творить, менять, создавать. И теперь он делает это с тобой. Вместе.

Эолис свернулся на плече Зельды, довольно мурлыкая.

— Спасибо, папа, — Зельда прижалась к отцу. — Это... это лучший подарок.

— Всегда, солнышко, — Ка'азерот поцеловал её в макушку. — Теперь ты никогда не будешь одна. Эолис всегда с тобой.

Сад начал медленно растворяться.

— Папа? — Зельда прошептала.

— Да?

— Эолис останется со мной? Даже когда я проснусь?

— Да, — Ка'азерот улыбнулся. — Он часть тебя. Он всегда будет рядом. Просто позови.

И Зельда погрузилась в глубокий сон, чувствуя тепло Эолиса, свернувшегося в её душе.

***

Зельда проснулась с улыбкой.

Первое, что она сделала — мысленно позвала:

«Эолис?»

Ответ пришёл мгновенно — радостное тепло, игривое мурлыканье где-то внутри.

«Доброе утро!» — пискнул он.

Зельда засмеялась. — Ты правда со мной!

Мармелад, лежащий на подушке, открыл один глаз.

— С кем ты разговариваешь?

— С Эолисом, — Зельда села, улыбаясь. — Мой источник. Я дала ему имя.

Мармелад моргнул, потом прищурился, словно всматриваясь.

— О. Вижу. Маленький фиолетовый дух, свернувшийся в твоей ауре. Милый.

— Ты его видишь?!

— Я буквально творение твоего отца, — Мармелад зевнул и начал умываться. — Конечно вижу. Привет, малыш.

Эолис пискнул в ответ, радостно.

Дверь открылась, и вошёл Азграл'Ог в элегантном костюме цвета «весёлая вдова».

— Доброе утро, госпожа! — он остановился, уставившись на Зельду. — О. У вас... появился дух-спутник.

— Ты тоже видишь? — Зельда удивилась.

— Естественно, — Азграл'Ог подошёл, внимательно рассматривая ауру. — Дух первозданного хаоса. Впечатляет. Он очень сильный. И очень молодой.

Эолис пискнул, словно представляясь.

— Его зовут Эолис, — Зельда гордо сказала.

— Прекрасное имя, — Азграл'Ог поклонился духу. — Честь познакомиться, мастер Эолис.

Эолис восторженно закружился в ауре Зельды.

— А теперь позвольте одеть вас, госпожа, — демон открыл гардероб. — Сегодня у вас важные занятия.

Азграл'Ог помог Зельде одеться в зелёное платье с золотыми листьями — элегантное, но удобное.

Затем он принялся за волосы, искусно заплетая их в сложную косу с вплетёнными золотыми лентами.

— Госпожа, — он сказал, работая гребнем, — я слышал, сегодня после обеда будет особенное мероприятие.

— Какое? — Зельда спросила.

— Посещение Великого Храма, —ответил Азграл'Ог . — Все студенты приглашены. Жрецы проведут лекцию о власти и наследии.

— Звучит... торжественно, — Зельда нахмурилась.

— Да, — демон кивнул. — Эльфы готовят что-то важное. Я чувствую магию в воздухе. Старую, могущественную магию.

Мармелад поднял голову.

— Думаешь, это связано с коронацией?

— Возможно, — Азграл'Ог закончил причёску. — Будьте осторожны, госпожа.

Зельда кивнула.

***

Завтрак прошёл весело.

Друзья собрались в комнате Зельды — Томас, Дрейвен, Лидия, Ариана, Седвик, Бориус.

— Ты сегодня светишься, — заметила Лидия. — Что-то случилось?

Зельда улыбнулась.

— Я... я дала имя своей магии.

— Имя? — Томас моргнул.

— Эолис, — Зельда сказала тихо. — Мой внутренний источник. Теперь он... он как друг. Как часть меня, но со своим характером.

Дрейвен посмотрел на неё внимательно.

— Я чувствую... что-то изменилось. Твоя аура стала... теплее. Радостнее.

— Да, — Зельда кивнула. — Эолис счастлив. И я тоже.

Ариана улыбнулась.

— Это прекрасно, Зельда.

Они поели, обсуждая предстоящий день.

— Слышали о походе в храм? — Седвик спросил.

— Да, — Бориус кивнул. — Жрецы будут говорить о власти. Интересно.

— А ещё там будет король и принц, —добавила Лидия . — Я слышала от слуг.

Зельда нахмурилась.

— Король?

— Да, — Томас подтвердил. — Финарфин Златокрылый и его сын, принц Финрод. Говорят, они лично проведут церемонию.

Дрейвен сжал руку Зельды.

— Что бы ни случилось, мы с тобой.

Зельда улыбнулась ему.

— Спасибо.

***

После еды были занятия по зачарованию предметов.

Аудитория была просторной, с высокими потолками и магическими кристаллами, излучающими мягкий свет.

Преподаватель — эльф с зелеными волосами и добрыми глазами — стоял у стола, уставленного различными предметами.

— Доброе утро, — он поклонился. — Меня зовут Галадриэль Звёздный Ветер. Сегодня мы изучим зачарование предметов.

Студенты расселись, достав палочки и блокноты.

— Зачарование — это искусство вплетения магии в материю, — Галадриэль начал. — Эльфы практикуют это тысячелетиями. Это не просто создания артефактов с помощью магии, которыми могут пользоваться только маги, а использование подручных предметов, которые не содержат в себе ни крупинки магических связей. Мы создаём артефакты, которые служат веками.

Он поднял кольцо — простое, серебряное.

— Это кольцо. Обычное. Но если я вплету в него заклинание...

Он провёл рукой, прошептал слова. Кольцо вспыхнуло, засияло.

— Теперь оно защищает от огня. Любой, кто носит его, не боится пламени, пока не иссякнет мана, что вплетена в это кольцо.

Студенты восхищённо ахнули.

— Попробуйте сами, — Галадриэль раздал каждому по простому предмету — кольцу, браслету, кулону. — Выберите простое заклинание. Свет, тепло, защиту. Вплетите его в предмет.

Зельда взяла кулон — серебряный, в форме листа.

Она закрыла глаза, позвала:

«Эолис?»

Лисёнок откликнулся мгновенно, радостно.

«Можем зачаровать кулон? Чтобы он... Отталкивал грязь?»

Эолис восторженно согласился.

Зельда почувствовала, как он потёк через её руку, в кулон. Не силой, а мягко, игриво, как ребёнок, играющий с игрушкой.

«А еще будет свет! Тёплый, мягкий свет!» — пропищал Эолис в её голове.

Кулон вспыхнул золотым сиянием.

Зельда открыла глаза — кулон светился, излучая мягкое, приятное тепло.

— Отлично, мисс Зельда! — Галадриэль подошёл, восхищённо разглядывая кулон. — Очень чистая работа! И... необычная. Я чувствую в вашей магии... радость. Словно она играет.

Зельда улыбнулась.

— Она и правда играет.

Галадриэль озадаченно посмотрел на неё, но кивнул.

Вокруг другие студенты тоже работали.

Тариана зачаровала кольцо — оно начало излучать тепло.

Дрейвен — браслет, отталкивающий воду.

Лидия — кольцо с лёгким щитом.

Седвик — браслет, усиливающий силу.

Бориус создал кулон, светящийся при опасности.

Томас пытался создать кулон, успокаивающий разум, но кулон просто стал петь колыбельные песни. Вторая попытка была попроще, он создал кольцо которое лечило порезы.

— Превосходно! — Галадриэль аплодировал. — Вы все справились! Теперь попробуем что-то сложнее.

Он достал меч — простой, тренировочный.

— Оружие. Зачаровать оружие сложнее, чем украшение. Металл оружия грубее, а площадь больше. Это требует больших затрат магии. Но если вы сможете...

Зельда подняла руку.

— Можно попробовать?

Галадриэль удивлённо кивнул.

— Конечно, мисс Зельда.

Зельда взяла меч, закрыла глаза.

«Эолис, можем зачаровать меч?»

Лисёнок задумался.

«Меч... острый. Опасный. Но... Мы можем сделать его СИЛЬНЕЕ!»

Зельда улыбнулась.

«Давай».

Эолис с восторгом нырнул в меч.

Зельда почувствовала сопротивление металла — твёрдого, холодного, чужого.

Но Эолис не сдавался. Он играл с металлом, уговаривал, ласкал, пока тот не поддался.

И вдруг меч вспыхнул.

Фиолетовые руны побежали по лезвию. Меч стал легче, острее, сильнее.

Зельда открыла глаза.

Меч в её руке сверкал, излучая силу.

— Невероятно, — прошептал Галадриэль, беря меч. — Это... это работа уровня мастера! Вы вплели в него усиление остроты, лёгкости, прочности! Одновременно!

Зельда покраснела.

— Эолис помог.

— Эолис? — Галадриэль моргнул.

— Моя магия, — Зельда тихо объяснила. — Я дала ей имя.

Галадриэль замер, потом медленно улыбнулся.

— Понимаю. Вы... необычная девочка, мисс Зельда. Очень необычная.

Урок продолжался. Зельда работала легко, радостно. Эолис был счастлив — он творил, играл, помогал.

«Это весело!» — пищал он в её голове.

«Да!» — Зельда смеялась мысленно.

Другие студенты замечали — Зельда была спокойна, уверенна, улыбалась. Словно магия стала для неё не работой, а игрой.

— Ты сегодня особенная, — прошептал Дрейвен на перемене.

— Я счастлива, — Зельда призналась. — Эолис делает магию... радостной.

Дрейвен поцеловал её в щёку, заставив Томаса поперхнуться водой.

— Я рад.

***

Все студенты собрались во дворе академии после обеда.

Там стояли элегантные кареты — белые, украшенные золотом и серебром, запряжённые белыми единорогами.

Архимаг Элирия ждала, её лицо было торжественным.

— Студенты, — она начала, — сегодня вы посетите Великий Храм Светлых Небес. Там вас ждут жрецы и сам король.

Студенты переглянулись, взволнованно.

— Это большая честь, — Элирия продолжила. — Ведите себя достойно. Слушайте внимательно. То, что вы сегодня узнаете, важно.

Зельда почувствовала, как внутри забеспокоился Эолис.

«Что-то не так?» — она спросила.

«Магия... много магии. Старая. Сильная», — пискнул дракончик.

Зельда сжала руку Томаса, который стоял рядом с ней.

— Всё будет хорошо, — прошептал он ей на ухо, под гневный взгляд Дрейвена.

Они сели в кареты и поехали через город.

***

Город был украшен — флаги, цветы, гирлянды. Эльфы готовились к празднику.

Кареты проехали мимо центральной площади, где Зельда снова увидела...

Яму.

Огромную, пустую яму, где раньше росло священное дерево эльфов.

Зельда вспомнила — несколько деревьев привезённых в Академию Арканы и одно дерево потом перевезли в человеческий город. Декан Варилий отдал его людям как символ мира.

Эльфы стояли вокруг ямы, молча, с грустью.

— Они до сих пор скорбят, — прошептала Ариана.

— Дерево было для них священным, — ответил Бориус.

Зельда опустила глаза, чувствуя вину.

«Не твоя вина, ведь в играх богов ты не участвовала», — пискнул Эолис. — «Дерево живо. Счастливо. Растёт».

«Спасибо», — Зельда мысленно обняла его.

***

Кареты остановились у Великого Храма.

Это было грандиозное здание — белоснежное, с высокими колоннами, золотыми куполами, витражами, изображающими историю эльфов.

Студенты вышли, восхищённо глядя.

Жрецы в белых одеждах ждали у входа.

— Добро пожаловать, — старший жрец поклонился. — Пройдёмте внутрь.

Внутри храма было ещё прекраснее.

Высокие своды, магические светильники, мраморный пол, стены, расписанные сценами из мифов.

В центре — огромный алтарь из зелёного камня, украшенный золотом и кристаллами.

Студенты расселись на скамьях.

Жрецы встали перед алтарём.

— Сегодня мы поговорим о власти, — начал старший жрец. — О том, что значит быть правителем. Наследником. Носителем королевской крови.

Он обвёл студентов взглядом.

— Власть — это не привилегия. Это ответственность. Король служит народу, а не народ королю. Он защищает, направляет, жертвует собой ради своих людей.

Жрец поднял руку, и над алтарём возникло изображение — король, стоящий перед армией врагов, защищая свой народ.

— Наследник короля несёт тяжесть этой ответственности с рождения, — жрец продолжил. — Он готовится всю жизнь. Учится мудрости, справедливости, силе. Он — будущее королевства.

Изображение сменилось — юный принц, изучающий магию, тренирующийся с мечом, помогающий народу.

— Но кровь короля — не просто происхождение, — жрец сказал торжественно. — Это связь. Магическая, древняя связь с землёй, с народом, с самой судьбой королевства.

Он повернулся к алтарю, где лежали два предмета, накрытые белой тканью.

— Носитель королевской крови может призывать силу предков. Управлять артефактами власти. Быть мостом между прошлым и будущим.

Студенты слушали, затаив дыхание.

Двери храма открылись.

Вошли две фигуры.

Король Финарфин Златокрылый — высокий,с мудрыми глазами, величественный, в золото короне.

Принц Финрод — молодой, красивый, в серебряных доспехах, с мечом на боку.

Все встали, кланяясь.

Король поднял руку.

— Сядьте, юные маги.

Студенты сели.

Король подошёл к алтарю.

— Я, Финарфин Златокрылый, король Эльфийского королевства, приветствую вас, — его голос был глубоким, властным. — Сегодня вы станете свидетелями важной церемонии. Церемонии признания.

Он обвёл студентов взглядом, остановившись на Зельде.

— Зельда Нонцет-Клавдий. Подойди к алтарю.

Зельда замерла.

Все повернулись к ней.

Дрейвен сжал её руку, а Томас положил руку на ее плечо.

— Иди, — он прошептал Дрейвен. — Мы с тобой.

Зельда встала, её сердце билось быстро.

Она медленно пошла к алтарю, чувствуя взгляды всех на себе.

Король смотрел на неё с тёплой улыбкой.

— Не бойся, дитя.

Зельда остановилась перед алтарём.

Жрецы окружили её.

— Зельда Нонцет-Клавдий, — начал старший жрец торжественно. — Дочь Агаты Вейверн. Потомок Лариэль Нонцет, дочери императора Гая Нонцета. Наследница крови древней империи.

Зельда моргнула.

— Да?

Король шагнул вперёд.

— Твоя бабушка, Агата, была потомком Лариэль Нонцет — последней принцессы Империи Нонцетов. Лариэль вышла замуж за моего предка, принца Элиарона Сильвериуса. Их кровь течёт в тебе.

Зельда почувствовала, как земля уходит из-под ног.

— Вы хотите признать меня наследницей?

— Да, — король кивнул. — Сегодня мы признаём это. Официально.

Жрецы подняли руки, начали петь древнюю мелодию.

Магия наполнила храм — золотая, тёплая, древняя.

Король подошёл к алтарю, снял ткань с предметов.

Под тканью лежали:

Скипетр — золотой, украшенный драгоценными камнями, излучающий силу.

Меч — длинный, элегантный, с рукоятью в форме орла, лезвие сверкало как звезда.

— Скипетр Дракона и меч Гая Нонцета, — торжественно король сказал. — Регалии императора. Они хранились в нашем королевстве две тысячи лет, ожидая достойного наследника.

Он взял скипетр, протянул Зельде.

— Возьми.

Зельда дрожащей рукой взяла скипетр. Тот самый, которым Гай Нонцет уничтожил двести пятьдесят тысяч воинов.

В тот момент, когда её пальцы коснулись золота, скипетр ВСПЫХНУЛ.

Золотой свет залил храм.

Скипетр задрожал, ожил, начал петь — тихую, древнюю песню на драконьем языке.

Зельда ахнула, чувствуя, как сила потекла через скипетр в неё.

Не чужая. Не враждебная. СВОЯ.

Скипетр узнал её. Признал.

— Он принял тебя, — король прошептал, его глаза блестели.

Принц Финрод взял меч, протянул Зельде.

— Меч Гая Нонцета. Возьми.

Зельда свободной рукой взяла меч.

Меч тоже вспыхнул.

Серебряный свет смешался с золотым.

Меч запел боевую песнь гномов, его лезвие засверкало, руны побежали по металлу.

Зельда почувствовала силу — огромную, древнюю, но... добрую. Защитную.

Меч тоже признал её.

Жрецы пали на колени.

— Наследница! — они провозгласили хором. — Наследница Империи Гая Нонцета!

Король и принц поклонились.

Студенты в шоке смотрели на происходящее.

Зельда стояла, держа скипетр и меч, окружённая золотым и серебряным сиянием, и не знала, что сказать.

***

В тронном зале Ка'азерот наблюдал за церемонией через магическое окно.

Его губы растянулись в довольной ухмылке.

Мармелад сидел рядом, его хвост дёргался от удивления.

— Ты знал? — он спросил.

Ка'азерот откинулся на трон.

— Что эльфы хотят короновать её? Да. Но что они сами дадут ей ключ к свободе от обещания Агаты — нет.

— Ключ? — Мармелад нахмурился.

Ка'азерот усмехнулся.

— Регалии императора. Она теперь выше королевской семьи, а значит, договорённость без одобрения императора — недействительна.

Мармелад моргнул, осознавая.

— То есть... обещание Агаты...

— Требует одобрения императора, — Ка'азерот закончил. — А императрица — это Зельда. Она может отменить обещание. Или изменить условия. Или вообще проигнорировать.

Мармелад засмеялся.

— Эльфы сами развязали ей руки!

— Именно, — Ка'азерот довольно кивнул. — Они думали, что делают её своей. Связывают обязательствами. Но вместо этого дали ей полную свободу. И власть.

Он посмотрел на дочь, стоящую с регалиями, и его глаза потеплели.

— Моя умная девочка. Теперь ты правишь своей судьбой.

Мармелад мурлыкнул.

— Босс, вы же сами подкинули эльфам эти регалии, отправив на их поиски Тень и Клыка?

— Да, я думал они пригодятся Зельде позже.

— Вы гений.

— Я знаю, — Ка'азерот усмехнулся.

***

В храме Зельда медленно опустила регалии.

Король поднялся.

— Зельда Нонцет-Клавдий, — он сказал торжественно. — Мы, Эльфийское королевство, признаём тебя наследницей Империи Нонцетов. Эти регалии — твои по праву крови.

Зельда посмотрела на скипетр и меч в своих руках.

Они были тяжёлыми. Но не от веса.

От ответственности.

— Что... что это значит? — она прошептала.

Король мягко улыбнулся.

— Это значит, что ты — больше, чем просто девочка. Ты — символ. Связь между прошлым и будущим. Между людьми и эльфами.

Он положил руку ей на плечо.

— Носи эти регалии с честью, дитя. И помни: власть — это не право командовать. Это обязанность служить.

Зельда кивнула, не зная, что ещё сказать.

Церемония закончилась.

Студенты медленно встали, всё ещё в шоке.

Зельда вернулась к друзьям, держа регалии.

Дрейвен обнял её.

— Ты... императрица?

— Похоже, — Зельда слабо улыбнулась. — Я до сих пор не верю.

Томас поцеловал её руку.

— Поздравляю, ваше величество!

Все засмеялись, снимая напряжение.

Но Зельда чувствовала — что-то изменилось.

Навсегда.

Выбор пути

В храме повисла тишина.

Зельда стояла, держа регалии, всё ещё не веря в произошедшее. Золотой свет от Скипетра Дракона и серебряное сияние меча Гая Нонцета медленно угасали, но их сила всё ещё пульсировала в её руках, живая и древняя.

Дрейвен и Томас стояли рядом, сверля друг друга глазами.

Студенты продолжали смотреть на неё с изумлением и благоговением. Жрецы всё ещё стояли на коленях. Король и принц застыли, словно статуи, давая ей осознать все произошедшее .

И вдруг тишину разорвал звук аплодисментов.

Азграл'Ог, стоящий у стены храма, хлопал в ладоши, его лицо сияло от восторга. Его аплодисменты эхом разносились по мраморным сводам, громкие, торжественные, почти издевательские в своей театральности.

— БРАВО! — демон воскликнул, его голос прозвучал как гром. — БРАВО, ГОСПОЖА! БРАВО!

Все повернулись к нему, изумлённо. Несколько жрецов возмущённо зашипели — демон в храме было неслыханным нарушением.

Но Азграл'Ог не обращал внимания. Он шёл к Зельде, его шаги отдавались по полу, его глаза горели ликованием.

— Поздравляю, ваше величество, — он остановился перед ней, поклонился низко, театрально, одна рука на груди, другая отведена в сторону. — Поздравляю с освобождением!

Зельда моргнула, не понимая.

— Что?

Азграл'Ог выпрямился, его улыбка была такой широкой, что показывала все клыки.

— Вы — императрица! — он объяснил восторженно, его голос звенел от радости. — Императрица Империи Нонцетов! Это выше любого королевского титула! Выше любого договора! Выше любых обязательств!

Он сделал широкий жест руками, словно обнимая весь храм.

— Знаете, что это значит?!

Зельда всё ещё не понимала, её голова кружилась от событий.

— Азграл'Ог, о чём ты говоришь?

Демон подошёл ближе, взял её за руки — осторожно, чтобы не задеть регалии. Его голос стал серьёзным, но в глазах всё ещё плясали весёлые искры.

— Обещание вашей бабушки, Агаты Вейверн, связать вас с семьей эльфийского королевства, — он начал медленно, чётко. — Это обещание было дано королю эльфов. Верно?

Зельда кивнула, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Да...

— Но теперь, — Азграл'Ог усмехнулся, — вы — императрица. Императрица стоит выше короля в иерархии власти. Это древний закон, признанный всеми королевствами со времён Империи Нонцетов.

Он сжал её руки.

— А это значит, что любой договор, любое соглашение, любое обещание, касающееся особы императорской крови, требует одобрения самого императора. Без одобрения императора такие договоры — недействительны.

Зельда почувствовала, как дыхание перехватывает.

— То есть...

— То есть, — Азграл'Ог наклонился ближе, его глаза смотрели прямо в её, — обещание Агаты больше не связывает вас. Потому что оно было дано без одобрения императора. А императрица — это ВЫ, госпожа.

Он отпустил её руки, выпрямился, раскинул руки в стороны.

— Вы можете отменить обещание! Вы можете изменить условия! Вы можете вообще проигнорировать его! По закону, по праву крови, по воле регалий — вы СВОБОДНЫ от этих оков!

Зельда почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло.

Свободна.

Она свободна.

Не нужно выходить замуж за незнакомого эльфа. Не нужно жертвовать своим счастьем ради обещания, данного столетия назад. Не нужно выбирать между долгом и любовью.

Она СВОБОДНА.

Зельда почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Облегчение волной накрыло её, такое сильное, что колени подкосились.

Азграл'Ог мгновенно подхватил её, поддержал.

— Спокойно, госпожа, — он прошептал. — Дышите. Всё хорошо.

Зельда дышала глубоко, пытаясь совладать с эмоциями.

Свобода.

Но...

Зельда подняла глаза, посмотрела на короля, на принца, на жрецов.

На их лица.

Король Финарфин стоял, его лицо стало бледным, глаза широко раскрыты. Он явно был в шоке. Рот приоткрыт, руки сжаты в кулаки. Он не ожидал этого поворота. Совсем не ожидал.

Рядом с ним принц Финрод выглядел совершенно иначе. Он улыбался — тепло, искренне. Его голубые глаза светились одобрением. Он поймал взгляд Зельды и подмигнул — быстро, незаметно для других, заговорщически.

Потом он наклонился к отцу, прикрыл рот рукой и прошептал что-то на эльфийском языке. Зельда не поняла слов, но тон был успокаивающим, убеждающим.

Король слушал, его лицо постепенно менялось. Шок сменился задумчивостью, потом — пониманием. Он медленно закрыл рот, кивнул сыну.

Финрод выпрямился, улыбка не сходила с его лица.

Зельда почувствовала смесь эмоций, бурлящих внутри.

С одной стороны — невероятное облегчение. Радость. Свобода, которую она даже не надеялась получить.

С другой стороны — вина. Тяжёлая, давящая вина.

Бабушка дала обещание. Агата была героем эльфов, ее слово было чуть ли не святым для них. И теперь Зельда просто... откажется от обещания, сделает слово бабушки пустым звуком?

Это честно?

Это правильно?

Это не предательство?

«Эолис?» — она мысленно позвала, отчаянно нуждаясь в поддержке.

Лисёнок откликнулся мгновенно, его присутствие было тёплым, успокаивающим, как объятие.

«Ты не обязана жертвовать своим счастьем», — он пискнул мягко. — «Бабушка любила тебя. Она хотела, чтобы ты была счастлива. Не в клетке. Не связанная обещаниями. Счастлива».

Зельда мысленно обняла его, чувствуя, как напряжение немного отступает.

«Но обещание...»

«Было дано задолго до рождения твоей мамы, — ответил Эолис. — Но любовь не требует жертв, которые делают тебя несчастной. Бабушка поняла бы. Она бы хотела, чтобы ты была свободна».

Зельда глубоко вздохнула, сжимая регалии сильнее.

— Я... я не знаю, что думать, — она прошептала, глядя на Азграл'Ога. — Это так внезапно. Так... сложно.

Азграл'Ог положил руку ей на плечо, его прикосновение было удивительно нежным для демона.

— Не нужно решать сейчас, госпожа, — он сказал мягко. — У вас есть время. Время подумать, взвесить, понять, что вы хотите. Но знайте одно — юридически, по всем законам и правилам, вы свободны. Выбор за вами. Только за вами.

Зельда кивнула, не зная, что ещё сказать.

***

Король Финарфин медленно, с достоинством, подошёл к Зельде.

Его лицо теперь было непроницаемым, королевская маска вернулась на место. Но в глазах всё ещё читалась смесь эмоций — разочарование, удивление, и что-то ещё... уважение?

— Зельда Нонцет-Клавдий, — он сказал торжественно, его голос наполнил храм. — Императрица Империи Нонцетов. Наследница крови Гая Нонцета и Лариэль, дочери императора.

Он остановился перед ней, его золотая корона сверкала в свете магических светильников.

— Мы... Я не ожидал такого поворота событий, — он признался, и в его голосе прозвучала искренность. — Регалии нашли относительно недавно, в одном из наших древних храмов. Идея передать их принадлежала Финроду. И вот... Вы получили свое наследство.

Принц Финрод встал рядом с отцом, его улыбка была загадочной, но тёплой.

— Мы уважаем волю регалий, — продолжил король, его голос стал мягче. — Скипетр Дракона и меч Гая Нонцета признали тебя. Они ожили в твоих руках. Это знак. Знак того, что ты — достойна носить титул императрицы.

Он поднял руку, и все в храме затихли.

— От имени Эльфийского королевства, от имени нашего народа, я, Финарфин Златокрылый, король эльфов, признаю Зельду Нонцет-Клавдий законной императрицей Империи Нонцетов.

Он поклонился — глубоко, от сердца. Это был поклон равного равному, а не подчинённого правителю.

Жрецы и студенты последовали его примеру, кланяясь.

Зельда стояла, ошеломлённая, не зная, как реагировать. Она просто кивнула, чувствуя, как тяжесть момента давит на плечи.

Принц Финрод шагнул вперёд, его движения были грациозными, как у танцора. Он взял руку Зельды — ту, что не держала меч — и поцеловал её галантно, по-эльфийски, едва касаясь губами кожи.

— Поздравляю, ваше величество, — он сказал, его голос был низким, бархатным. — Вы удивительная, поистине удивительная девушка.

Его голубые глаза смотрели прямо в её фиолетовые, и в них читалось восхищение.

Потом он наклонился ближе, так, чтобы его слова слышала только она, и прошептал:

— Не волнуйтесь о последствиях. Отец поймёт. А обещание... — он улыбнулся загадочно, — обещание можно выполнить по-разному. Всё будет хорошо. Обещаю.

Зельда моргнула, удивлённо и озадаченно, но принц уже отступил, его улыбка стала официальной, публичной.

Что он имел в виду?

***

Город гулял.

Новость о том, что человеческую девочку признали императрицей Империи Нонцетов, разлетелась по столице со скоростью ветра.

Эльфы высыпали на улицы, уже украшенные к предстоящей коронации короля, и теперь празднование удвоилось.

Флаги развевались на ветру — эльфийские зелёно-золотые и старые имперские пурпурно-золотые, которые кто-то быстро достал из архивов.

Музыка играла на каждом углу — арфы, флейты, барабаны. Менестрели пели песни о былом величии Империи Нонцетов, о Гае Нонцете, о единстве людей и эльфов.

Люди танцевали на площадях, смеялись, пили вино и эльфийский медовый нектар.

Магические фейерверки взрывались в небе, рисуя узоры — драконов, орлов, императорскую корону.

Зельду поздравляли на каждом шагу.

Эльфы подходили, кланялись, прикладывали руки к сердцу.

— Императрица! Да здравствует императрица!

— Благословение Света и Луны с вами!

— Слава возрождённой Империи!

— Пусть боги хранят вас, дитя предков!

Дети бросали под её ноги цветы — белые лилии, золотые розы, фиолетовые ирисы.

Старые эльфы, помнившие времена Империи, плакали от радости и ностальгии.

Зельда шла по улицам в окружении друзей, всё ещё держа регалии — слуги предложили нести их, но регалии отказались покидать её руки, словно приросли к ней.

Она чувствовала себя странно. Нереально.

С одной стороны — это был праздник. Радость. Эльфы были счастливы.

С другой — она чувствовала огромную, давящую тяжесть ответственности.

Все эти люди смотрели на неё с надеждой. С ожиданием. Словно она могла изменить их жизни, вернуть былое величие, объединить королевства.

Но она была просто девочкой. Четырнадцатилетней девочкой, которая ещё даже академию не закончила.Как она может нести такую ответственность?

Дрейвен держал её за одну руку, меч был вдет в ножны, которые теперь висели на ее спине, ведь на бедре они просто волоклись по полу.

Томас шёл с другой стороны, его рука лежала на её плече.

Они оба были напряжены, защитно смотрели по сторонам, словно ожидая опасности.

— Зельда, тебе не тяжело? — Дрейвен спросил обеспокоенно, наклонившись к ней. — Регалии... они же весят немало. Может, присядем где-нибудь? Отдохнём?

— Или поедим! — Томас быстро предложил, его голос звучал слишком бодро. — Я видел отличное кафе на прошлой улице! С теми эльфийскими пирожными, что ты любишь!

— Она не голодна, — Дрейвен сразу возразил, бросив на Томаса раздражённый взгляд. — И вообще, после такого стресса нужен покой, а не еда.

— Откуда ты знаешь, что она не голодна? — Томас нахмурился. — Ты что, телепат?

— Нет, но я её знаю лучше, чем ты! — Дрейвен огрызнулся.

— Ха! — Томас фыркнул. — Я её друг с самого первого дня в академии! С ПЕРВОГО дня!

— А я... — Дрейвен осёкся, его щёки покраснели. — Я её... я забочусь о ней больше!

— С чего ты взял?!

— Потому что я...

Зельда вздохнула, чувствуя, как головная боль нарастает.

— Мальчики, — она сказала устало, — пожалуйста. Я ценю вашу заботу, но... прекратите спорить. У меня и так голова кругом идёт.

Они оба мгновенно замолчали, их лица стали виноватыми.

— Прости, — Дрейвен прошептал, сжав её руку нежнее. — Я не хотел...

— Прости, — Томас эхом повторил, убирая руку с её плеча. — Мы просто волнуемся.

Зельда посмотрела на них обоих, и несмотря на усталость, слабо улыбнулась .

— Я знаю. И я благодарна. Правда. Просто... дайте мне немного времени, ладно? Мне нужно подумать. Переварить всё это.

Они кивнули, отступив на шаг, но всё равно оставаясь рядом, настороженно оглядывая толпу, словно телохранители.

Лидия подошла с другой стороны, взяв Зельду под руку и игриво оттеснив мальчиков.

— Не обращай на них внимания, — она шепнула заговорщически, но достаточно громко, чтобы они слышали. — Они просто самцы, меряющиеся... эго. Типичное поведение.

Ариана хихикнула, присоединяясь.

— Точно. Видела бы ты их лица, когда принц поцеловал тебе руку. Дрейвен чуть меч не выхватил.

Зельда застонала, закрывая лицо свободной рукой.

— Не напоминайте.

Седвик, шедший позади с Бориусом, усмехнулся.

— Знаешь, Зельда, я начинаю думать, что быть императрицей — меньшая из твоих проблем. Вот разобраться с этим любовным... как это называется... многоугольником? Вот это будет настоящим вызовом.

Бориус кивнул серьёзно.

— Треугольник уже был сложным. Теперь это квадрат. Скоро будет пентакль. А там глядишь и октаэдр образуется.

— Заткнитесь, — Зельда простонала, но не могла сдержать улыбку.

Её друзья смеялись, и это помогало. Хоть немного снимало напряжение.

***

В тронном зале, за пределами материального мира, Ка'азерот и Мармелад наблюдали за празднованием через магическое окно.

— Эльфы приняли это спокойнее, чем я ожидал, — Мармелад заметил, его хвост лениво покачивался. — Думал, будет скандал. Или хотя бы протесты.

— Слишком спокойно, — Ка'азерот нахмурился, его фиолетовые глаза прищурились. — Король был в шоке. Настоящем шоке. Но принц... принц улыбался с самого начала.

Он откинулся на трон, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику.

— Думаешь, они что-то планируют? — Мармелад спросил.

— Конечно планируют, — Ка'азерот усмехнулся без юмора. — Эльфы ВСЕГДА планируют. Они живут тысячелетиями. Для них десятилетия — как для людей недели. Они мыслят долгосрочно. Терпеливо. Вопрос не в том, планируют ли они. Вопрос — что именно.

Он указал на окно, где принц Финрод что-то шептал королю.

— Смотри. Принц шепнул что-то королю. Что-то важное. После чего король полностью успокоился. Изменил отношение. Принял ситуацию.

Мармелад всмотрелся.

— Думаешь, принц знал? Заранее?

— Возможно, — Ка'азерот медленно кивнул. — Или придумал план на ходу. Эльфы мастера импровизации. Особенно королевская семья. Не зря же они узурпировали власть под аплодисменты других эльфов.

— Может, попытаются другим способом связать Зельду? — Мармелад предположил, его уши насторожённо подёргались. — Не юридически, а... эмоционально? Или политически?

— Вероятно, — Ка'азерот согласился, его голос стал холоднее. — Но теперь у неё есть власть. Титул. Регалии. Они не могут просто приказать ей. Не могут заставить.

— Но могут убедить, — Мармелад заметил.

— Да, — Ка'азерот кивнул. — Могут попытаться убедить. Уговорить. Манипулировать. Эльфы — мастера дипломатии. Мастера тонкой игры. Они могут сделать так, что Зельда сама ЗАХОЧЕТ выполнить обещание. Из чувства долга. Или вины. Или ещё чего-то.

Мармелад поморщился.

— Подло.

— Эффективно, — Ка'азерот поправил. — Но моя девочка умная. Она разберётся. Она научилась видеть глубже поверхности. Думать самостоятельно.

Он посмотрел на дочь, идущую по улицам города, окружённую друзьями.

— Но я буду наблюдать. Внимательно. И если эльфы переступят черту...

Он не закончил фразу, но Мармелад понял и без слов. Когтистая лапа бога сжалась, и в воздухе на мгновение появились трещины реальности, через которые просочилась первозданная энергия хаоса.

— Если эльфы переступят черту, — Ка'азерот повторил тихо, но в его голосе звучала сталь, — они пожалеют о дне, когда решили играть в интриги с дочерью Владыки Первозданного Хаоса.

Мармелад мурлыкнул, довольно.

— Вот это я люблю, босс. Беспокойный отец в действии. Правда, геноцид целого народа из-за дочки еще никто не устраивал.

Ка'азерот усмехнулся, но его глаза не смеялись.

***

Зельда и её друзья свернули с главной улицы в более тихий квартал.

Здесь было меньше эльфов, меньше шума. Музыка доносилась издалека, приглушенно.

Они зашли в исторический квартал — старую часть города, которую эльфы тщательно сохраняли как культурное наследие.

И Зельда ахнула.

Здания здесь были совершенно другими.

Они не были построены — они были ВЫРАЩЕНЫ.

Дома росли прямо из деревьев. Огромные, древние стволы переплетались друг с другом, образуя стены, крыши, арки. Живое дерево формировало структуру, и оно всё ещё жило — листья шелестели, ветви качались, кора дышала.

Камень был вплетён в дерево — не грубо, а органично. Гладкий, отполированный мрамор и гранит были частью стволов, словно дерево и камень сроднились, стали единым целым. Мох и лишайник покрывали некоторые участки, добавляя зелёные и золотистые акценты.

Рунические узоры были выгравированы прямо в древесину и камень — светящиеся, пульсирующие, дышащие вместе с деревьями.

Это было прекрасно. Органично. Живо. Гармонично.

— Вау, — Лидия прошептала. — Это невероятно.

Ариана провела рукой по стволу дерева-дома, её пальцы скользили по тёплой коре.

— Оно живое, — она прошептала благоговейно. — Дерево живое. Я чувствую его пульс.

Бориус подошёл к табличке, установленной рядом с одним из зданий, и начал читать вслух:

— «Исторический квартал Сильвариона. Основан три тысячи лет назад. Эти здания представляют исконный эльфийский стиль архитектуры — симбиоз природы и цивилизации, где жильё растёт вместе с лесом, а не вместо него».

Он поднял глаза.

— Когда-то весь город был таким. Но после заключения союза с Империей Нонцетов, около двух тысяч лет назад, эльфы начали строить в имперском стиле. Мрамор, золото, величественные колонны, широкие проспекты. Чтобы показать единство с Империей. Чтобы быть частью её могущества и славы.

— Но это вытеснило их собственный стиль, — Седвик добавил печально, рассматривая переплетённые ветви. — Эльфы отказались от части себя ради политического союза.

Ариана погладила дерево снова, словно утешая его.

— Жаль. Этот стиль... он живой. Дышащий. Тёплый. Имперский стиль красив, да, но он холоден. Мёртв. Камень не дышит.

Зельда стояла посреди древних деревьев-домов, глядя вверх, где ветви образовывали живой купол, пропуская солнечный свет сквозь листья.

— Интересно, — она сказала задумчиво, — вернутся ли эльфы к своим корням когда-нибудь? Восстановят ли свою идентичность?

— Может быть, — Томас пожал плечами. — Если Империя возродится. Если люди и эльфы снова объединятся, но уже... по-другому. На равных. Уважая различия друг друга.

Все посмотрели на Зельду.

Она почувствовала их взгляды и вздохнула, качая головой.

— Не смотрите на меня так. Пожалуйста. Я... я не собираюсь возрождать Империю.

— Но ты императрица, — Лидия заметила мягко.

— Титул, — Зельда повторила упрямо. — Просто титул. Слово. У меня нет армии. Нет земель. Нет подданных. Нет казны. Нет правительства. Я просто девочка с древними регалиями.

Дрейвен обнял её за плечи, его прикосновение было тёплым, поддерживающим.

— Ты не просто девочка, Зельда. Титул — это не просто слово. Ты — символ. Надежда. Люди, эльфы и другие существа будут тянуться к тебе. Они уже тянутся.

Зельда посмотрела на него, в её глазах читалась растерянность.

— И что мне с этим делать, Дрейвен? Я не знаю, как быть императрицей. Я не знаю, как управлять. Как вести людей. Как принимать решения, от которых зависят жизни. Я даже академию ещё не закончила!

Томас подошёл поближе, взял её за руку.

— Тогда закончи, — сказал он просто. — Учись. Расти. Набирайся опыта. Мудрости. А потом, когда будешь готова, решишь, что делать с титулом. С наследием. С ответственностью.

Зельда посмотрела на него благодарно.

— Ты прав. Да. Сначала — учёба. Потом — всё остальное.

Они присели на широкую скамейку, выросшую прямо из корней огромного дерева, его ветви образовывали над ними зелёный навес.

Зельда положила регалии рядом — они наконец согласились покинуть её, но остались близко, их сияние приглушилось до тихого, довольного свечения.

— Так что дальше? — Бориус спросил, устраиваясь на скамейке. — Ты вернёшься в академию?

— Конечно, — Зельда кивнула без колебаний. — Через несколько дней программа обмена закончится. Мы все вернёмся в Люминарскую Академию Арканы. Продолжим учиться.

— А титул? — Ариана спросила осторожно. — Что будет с ним?

Зельда пожала плечами, глядя на регалии.

— Пока ничего. Я буду учиться. Как обычная студентка. Ну, насколько это возможно. Титул... он никуда не денется. Он подождёт, пока я не буду готова разобраться с ним.

Седвик усмехнулся, его глаза блеснули весельем.

— Обычная студентка-императрица. Звучит как название плохого романа.

Все засмеялись, и напряжение немного отступило.

— По крайней мере, — Лидия сказала, улыбаясь, — обещание бабушки теперь не проблема. Ты свободна выбирать, за кого хочешь выходить замуж. Или не выходить вообще. Твой выбор.

Зельда покраснела, намеренно не глядя на Дрейвена или Томаса.

— Да. Свободна. Это... хорошо.

Эолис пискнул в её голове, игриво.

«Свобода — это прекрасно!»

Зельда мысленно улыбнулась ему.

***

К ним приближалась фигура.

Принц Финрод, сменивший церемониальные одежды на более простые — светлую тунику и мягкие сапоги, накидку цвета осеннего леса. Меч всё ещё висел на боку. Его длинные золотые волосы были распущены, развевались на ветру.

Он шёл уверенно, грациозно, с улыбкой на губах.

— Добрый вечер, императрица Зельда, — он остановился перед скамейкой, поклонился элегантно, рука на сердце.

Зельда встала, кивнув вежливо.

— Добрый вечер, принц Финрод.

Финрод выпрямился, его голубые глаза оглядели собравшихся друзей. Взгляд задержался на Дрейвене и Томасе чуть дольше, и его улыбка стала чуть более насмешливой, чуть более вызывающей.

— Вижу, у вас прекрасная компания, —заметил он , его тон был лёгким, но с едва уловимой издёвкой. — Много... преданных друзей.

Дрейвен выпрямился, его челюсть напряглась.

— Мы её друзья, — он сказал холодно, подчёркивая последнее слово.

Томас тоже встал, скрестив руки на груди.

— Друзья, которые были с ней с самого начала.

Финрод усмехнулся, явно наслаждаясь их реакцией.

— Конечно, конечно, — он махнул рукой небрежно. — Просто друзья. Какая благородная... дружба.

Зельда почувствовала, как напряжение нарастает, и поспешила вмешаться.

— Принц Финрод, вы что-то хотели?

Финрод повернулся к ней, его лицо стало серьёзнее, но улыбка не исчезла.

— Да, ваше величество. У меня для вас новость. Весьма интересная новость.

Зельда наклонила голову, заинтригованно.

— Какая?

Финрод сделал паузу, явно для драматического эффекта, потом объявил:

— Я еду учиться в Люминарскую Академию Арканы.

Повисла тишина.

Зельда моргнула.

— Что?

Финрод улыбнулся шире, его глаза заблестели торжеством.

— Да, ваше величество. Мой отец, король Финарфин, и декан Варилий достигли соглашения. Программа обмена будет продолжена и расширена. Я и ещё несколько представителей эльфийской молодёжи присоединимся к вашей академии на следующий семестр.

Он сделал шаг ближе, его голос стал мягче, интимнее.

— Я буду учиться вместе с вами. Рядом с вами. Я с нетерпением жду этой возможности, императрица.

Зельда не знала, что сказать. Её мысли путались.

С одной стороны — это было... хорошо? Культурный обмен. Укрепление связей между народами.

С другой стороны — она видела выражение лица Финрода. То, как он смотрел на неё. И она подозревала, что его интерес не был чисто академическим.

Дрейвен и Томас выглядели так, словно их ударили.

Дрейвен сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.

Томас побледнел, его рот открылся, но слова не выходили.

Финрод повернулся к ним, его улыбка стала ещё более насмешливой, почти издевательской. Он смотрел на них сверху вниз — не в буквальном смысле, он был примерно того же роста, но в его взгляде читалось превосходство.

— Надеюсь, — он сказал, голос звенел от сдержанного триумфа, — мы станем хорошими... друзьями. Все вместе. В академии.

Пауза была многозначительной.

Потом он снова повернулся к Зельде, его выражение смягчилось.

— До скорой встречи, ваше величество. Я уверен, следующий семестр будет... незабываемым.

Он поклонился в последний раз, развернулся и ушёл, его накидка развевалась за ним, как у героя из старых легенд.

Тишина затянулась.

Наконец, Дрейвен выдохнул сквозь зубы:

— Мне он не нравится.

— Мне тоже, — Томас согласился немедленно, его голос звучал напряжённо. — Совсем не нравится.

Лидия хихикнула, прикрывая рот рукой.

— Ну, Зельда. Ты популярна. Очень популярна.

Ариана улыбнулась, её глаза ссмеялись .

— Любовный квадрат. А если учесть ее популярность , то может быть в академии есть еще кто-нибудь, кто вздыхает по тебе.

Седвик покачал головой, усмехаясь.

— Следующий семестр будет интересным. Очень интересным.

Зельда застонала, снова закрыв лицо руками.

— Я хочу спокойствия. Просто немного спокойствия.

Эолис пискнул в её голове, утешающе.

«Всё будет хорошо. Мы справимся. Вместе».

Зельда мысленно обняла его.

«Надеюсь, ты прав».

***

Вечер опустился на город.

Празднование продолжалось, огни зажглись по всему городу, магические фонари осветили улицы тёплым золотым светом.

Но Зельда и её друзья вернулись в академию, уставшие, переполненные эмоциями.

Зельда лежала в своей роскошной постели, регалии покоились на специальной подставке рядом, тихо светясь в темноте. Кто и когда принес её , она не знала, но чувствовала , что тут как-то замешан Финрод.

Скипетр Дракона и меч Гая Нонцета.

Её наследие. Её ответственность.

Мармелад свернулся рядом с ней, его мурлыканье было успокаивающим.

— Тяжёлый день? — он спросил тихо.

— Самый тяжёлый в моей жизни, — Зельда прошептала. — Всё изменилось. За один день. Всё.

— Что будешь делать?

Зельда помолчала, глядя в потолок.

— Не знаю точно. Учиться, определённо. Расти. Понимать, кто я. Что я хочу.

— А титул?

— Титул подождёт, — Зельда повторила слова, сказанные друзьям. — Сначала мне нужно стать тем человеком, который достоин его носить. Потом — разберусь, что с ним делать.

Мармелад мурлыкнул одобрительно.

— Мудрое решение.

Эолис свернулся в её душе, тёплый шарик света и любви.

«Спокойной ночи», — он пискнул сонно.

«Спокойной ночи, Эолис. Спасибо, что ты со мной».

«Всегда. Навсегда».

И Зельда погрузилась в сон, чувствуя тепло верного спутника, силу древних регалий и странную, пугающую, но в то же время волнующую неопределённость будущего.

Будущего, которое теперь принадлежало только ей.

Её выбору.

Её воле.

Но также — надежду.

Надежду, что как-нибудь, когда-нибудь, всё будет хорошо.

***

В тронном зале Ка'азерот смотрел на спящую дочь.

— Она справится, — Мармелад сказал тихо, его голос был полон уверенности.

— Да, — Ка'азерот кивнул, его глаза светились гордостью. — Она сильная. Умная. Упрямая. И теперь — свободная.

Он усмехнулся, откидываясь на трон.

— Эльфы думали, что контролируют ситуацию. Что направляют события. Но моя девочка перевернула всё с ног на голову.

Мармелад мурлыкнул, довольно.

— Если бы не вы, то ей было бы сложнее. Азграл'Ог отлично сыграл, вовремя поняв что случилось.

Ка'азерот засмеялся — искренне, тепло.

— Да. Именно так. Правда мне пришлось шепнуть ему, что пора бы и слово сказать.

Он встал, потягиваясь, его форма на мгновение стала размытой, показывая истинную природу бога хаоса.

— Ну что ж. Посмотрим, что эльфы придумают дальше. Какие интриги сплетут. И как Зельда справится с этим принцем-выскочкой.

Мармелад фыркнул.

— Думаешь, он опасен? Для Зельды?

— Не знаю, — Ка'азерот признался, его глаза стали задумчивыми. — Но он определённо заинтересован в ней. Очень заинтересован. Вопрос — почему. Искренне ли? Или это часть плана?

— Будете вмешиваться?

Ка'азерот покачал головой.

— Пока нет. Пусть сама разбирается. Это часть взросления. Учиться читать людей. Понимать мотивы. Принимать решения. Может быть это любовь. А значит, не мне мешать им.

Он посмотрел на дочь последний раз, его взгляд стал мягче.

— Но если он обидит её... если он попытается использовать её, манипулировать ею...

Он не закончил, но угроза висела в воздухе, ощутимая, как грозовая туча.

— Тогда принц Финрод узнает, что значит разозлить Владыку Первозданного Хаоса, — Мармелад закончил за него.

Ка'азерот усмехнулся, холодно.

— Именно.

И тронный зал погрузился в тишину, освещённый только мягким, но опасным светом магии бога, который защищал свою дочь.

Всегда.

Сны, уроки и Император

Зельда спала беспокойно.

Сны приходили и уходили волнами — обрывки воспоминаний дня, лица друзей, регалии, светящиеся в темноте...

А потом всё изменилось.

***

Зельда открыла глаза и обнаружила себя в просторной комнате.

Нет — не просто комнате. В комнате, которую можно было бы назвать военным штабом и классом одновременно.

Большой деревянный стол в центре, доска у стены и на ней — огромная карта. Современная карта мира. Королевства, которые она знала. Границы, города, торговые пути.

На стенах висели флаги, оружие, портреты правителей.

И у доски стоял... мужчина.

Высокий. Широкоплечий. В простой тунике серого цвета, без доспехов или регалий. Седые волосы были собраны на затылке. Лицо изборождено шрамами — один через бровь, другой от уха до подбородка. Сильные руки, покрытые старыми боевыми отметинами.

Но глаза...

Глаза были живыми. Умными. Насмешливыми даже. Серо-стального цвета, пронзительные.

Он держал деревянную указку и показывал на карту, объясняя что-то.

— ...таким образом, — говорил мужчина, его голос был глубоким, с лёгкой хрипотцой, — Эльфийское королевство контролирует западные леса и прибрежные города. Их флот силён, но сухопутная армия... — он усмехнулся, — скажем так, избалована мирной жизнью. За две тысячи лет без серьёзных войн воины становятся церемониальными украшениями.

Зельда моргнула, не понимая, что происходит.

— Эм...

Мужчина повернулся к ней, улыбнулся.

— А, ты проснулась. Хорошо. Я как раз дошёл до важной части.

Он постучал указкой по карте, показывая на человеческое королевство Альдрих.

— Вот это — основная человеческая держава. Сильная армия, хорошая экономика. Но раздроблена внутренними интригами. Каждый герцог тянет одеяло на себя. Король слаб. Долго не протянет.

Зельда медленно поднялась... с кресла? Она сидела в кресле? Хотя, это скорее был трон.

— Извините, но... кто вы? И что происходит?

Мужчина посмотрел на неё, его брови поднялись удивлённо.

— Серьёзно? — он покачал головой, усмехаясь. — Ну, молодёжь. Совсем не учат историю. Я — Гай Нонцет. Император. Ну, бывший император, если быть точным. А сейчас — душа, запечатанная в магическом артефакте и дающая уроки своей правнучке во многих поколениях.

Зельда замерла.

— Что?

— Ты держала Скипетр Дракона вчера, — объяснил Гай терпеливо, словно разговаривал с ребёнком. — Он признал тебя. А вместе с этим признанием ты получила... доступ ко мне. К моим знаниям. К моему опыту.

Он развёл руки в стороны.

— Добро пожаловать в мой мир, девочка. Пока ты спишь — я могу учить тебя. Показывать. Объяснять. Всё, что я знал о политике, военной стратегии, дипломатии, управлении королевством или империей.

Зельда открыла рот, закрыла, снова открыла.

— Это... это сон?

— Сон, но не совсем, — Гай пожал плечами. — Скажем так, магически усиленный обучающий сон. Скипетр создаёт это пространство, используя твою ману как топливо. Ну а я могу учить тебя, пока ты спишь.

Он снова повернулся к карте, продолжил объяснять, словно всё это было совершенно нормально.

— Так вот, где мы остановились? Ах да, королевство Альдрих. Слабый король, сильные герцоги. Классическая ситуация перед гражданской войной или переворотом...

— Подождите! — Зельда подошла ближе. — Вы... вы правда Гай Нонцет? Император? Тот, кто правил тысячу лет назад?

Гай повернулся, его взгляд стал серьёзнее.

— Да, девочка. Я тот самый. Основатель Империи. Объединитель народов. Победитель в третьей Великой Магической войне. — Он усмехнулся горько. — И тот, кто потерял всё за одну ночь.

Зельда увидела боль в его глазах. Старую. Глубокую.

— Лариэль... — прошептала она. — Ваша дочь...

Гай замер. Его лицо потемнело.

— Откуда ты знаешь это имя?

— Я видела сны, — Зельда сказала тихо. — Видела, как пал дворец. Как демоны напали. Как вы... — она не смогла закончить.

Гай медленно опустил указку, отвернулся к окну. За окном не было ничего — просто белая пустота.

— Значит магия памяти рода проснулась в тебе, — он сказал глухо. — Включая мои последние моменты.

— Мне жаль...

— Не надо жалости, — Гай перебил её, его голос стал резким. — Прошлого не изменишь. Это мне надо жалеть тебя, что ты видела этот кошмар. Но теперь я могу убедиться, что ты не повторишь моих ошибок.

Он повернулся обратно, и в его глазах снова была сталь.

— Я был слишком доверчивым. Слишком идеалистичным. Думал, что мир и дружба между народами продлятся вечно. Что демоны побеждены навсегда. Что предательство невозможно.

Он горько усмехнулся.

— Я ошибался. И заплатил за это всем.

Зельда почувствовала комок в горле.

— Но вы... вы создали великую империю. Объединили всех. Эльфы до сих пор помнят вас. Чтят.

— Помнят руины, — Гай поправил. — Империя рухнула, как только меня не стало. Союзы распались. Народы разошлись. Всё, что я строил... Превратилось в пыль.

Он подошёл к карте, провёл рукой по границам.

— Но это не значит, что нельзя попытаться снова. Ты — моя кровь. Моя наследница. Регалии признали тебя. У тебя есть шанс сделать то, что не удалось мне.

Зельда покачала головой.

— Я не хочу возрождать империю. Я просто хочу...

— Что? — Гай повернулся к ней. — Жить спокойно? Учиться магии? Быть обычной девочкой?

Он шагнул ближе, его взгляд был пронзительным.

— Девочка, ты держала Скипетр Дракона и меч Гая Нонцета. Ты ИМПЕРАТРИЦА. Спокойная жизнь осталась в прошлом. Хочешь ты того или нет — люди, эльфы, гномы и другие существа будут смотреть на тебя, ждать от тебя, тянуться к тебе.

Зельда почувствовала тяжесть его слов.

— Я не готова...

— Никто никогда не готов, — Гай перебил. — Думаешь, я был готов, когда в девятнадцать лет стал королём? Когда в двадцать казнил заговорщиков, которым не понравились мои реформы на благо народа? Когда в двадцать пять объединял народы, что бы не было вечных войн? Когда в тридцать сражался с демоническими ордами, что призвали наши соседи, которым не понравилось наше процветание?

Он положил тяжёлую руку ей на плечо.

— Готовность приходит с опытом. А опыт — с обучением. Поэтому я здесь. Чтобы научить тебя тому, что я знаю. Чтобы ты не повторила моих ошибок.

Зельда посмотрела на карту, потом на него.

— А если я не хочу быть императрицей?

Гай усмехнулся.

— Тогда зачем ты взяла регалии? Они не стали бы активны, не будь ты согласна на их дар — право назвать себя императрицей.

Зельда открыла рот, но слов не нашлось.

Гай развернулся обратно к карте.

— Хватит философии. У нас мало времени. Сон длится не вечно. Начнём урок. Сегодня — политическая карта современного мира. Кто кем правит. Какие союзы. Какие конфликты. Какие возможности.

Он постучал указкой по Эльфийскому королевству.

— Слушай внимательно. Я буду говорить быстро. И не перебивай — вопросы в конце.

И Гай начал объяснять.

Быстро. Чётко. Профессионально.

Он показывал королевства, называл правителей, описывал их характеры, слабости, сильные стороны.

— Король Финарфин Златокрылый. Умный, но консервативный. Держится за старые традиции. Сын его, Финрод, более прогрессивный, но слишком импульсивный...

— Королевство Альдрих. Король Альдрих III, слабый правитель. Герцог Моргейн контролирует половину армии, Герцогиня Селестия — торговлю...

— Гномы Железных Гор. Верховный кузнец Торгрим Каменная Борода. Упрямый старик, но честный. Ненавидит долги...

Зельда слушала, голова кружилась от информации.

Гай говорил не останавливаясь, словно боялся, что времени не хватит.

— ...торговые пути через Серебряный перевал контролируются бандитами. Их лидер, Алая Лиса, на самом деле агент герцога Моргейна...

— ...морские эльфы Коралловых островов нейтральны, но их флот сильнейший. Адмирал Таласса может быть союзницей, если предложить ей...

— ...драконы Огненных пиков не вмешиваются в дела смертных уже сто лет, но древний договор с домом Нонцет всё ещё действует. Если ты...

И вдруг — всё замерло.

Гай остановился посреди фразы. Карта перестала двигаться. Воздух загустел.

И в комнату шагнул кто-то ещё.

***

Фигура появилась из ниоткуда.

Высокая. Тёмная. Окружённая фиолетовым свечением.

Ка'азерот.

И рядом с Зельдой мгновенно материализовался Эолис — фиолетовый лисёнок забрался ей на плечо, его глаза светились мягким светом.

Гай медленно повернулся, его рука инстинктивно потянулась к поясу, где должен был висеть меч. Но здесь его не было.

Его глаза расширились.

— Владыка Первозданного Хаоса?

Голос был удивлённым. Даже уважительным

Ка'азерот остановился в нескольких шагах, все шесть его фиолетовых глаз изучали императора с любопытством.

— Гай Нонцет. Легендарный император. Объединитель. Полководец. — Пауза. — И мёртвый человек, который почему-то бомбардирует мою дочь информацией во сне без перерыва.

Зельда улыбнулась.

— Привет, папа!

Гай посмотрел на неё, потом на Ка'азерота, его брови поползли вверх.

— Папа? — он повторил медленно. — Ты хочешь сказать, что Владыка...

— Мой отец, — Зельда быстро сказала. — Ка'азерот. И он не причинит тебе вреда.

Гай медленно выдохнул, его поза расслабилась.

— Ну что ж. Неожиданно, но... честь познакомиться, милорд. — Он слегка поклонился. — Хотя обстоятельства... необычные.

Ка'азерот кивнул, его губы дёрнулись в подобии улыбки.

— Взаимно, император. Твоя репутация дошла даже до меня. — Он подошёл ближе, его голос стал мягче, но в нём читалось беспокойство. — Но у меня вопрос: почему ты обрушиваешь на четырнадцатилетнюю девочку такой объём информации за один раз?

Гай моргнул, явно не ожидая такого вопроса.

— Я... учу её. Политике. Стратегии. Она императрица, ей нужны эти знания.

— Она ребёнок, — Ка'азерот возразил спокойно, но твёрдо. — Ребёнок, который ещё даже академию не закончил. Который только начинает изучать магию. Который имеет право на детство, а не на интенсивные военные курсы каждую ночь.

Эолис пискнул согласно с плеча Зельды.

«Владыка прав! Ты устала, хозяйка. Я чувствую».

Зельда погладила лисёнка, понимая, что они оба правы.

Гай посмотрел на неё, его взгляд смягчился.

— Я... не подумал об этом. Прости. — Он потёр переносицу. — Я так долго был заперт в Скипетре, один, без возможности говорить, учить, передавать знания... Когда ты появилась, я просто... увлёкся.

Ка'азерот кивнул с пониманием.

— Я понимаю твоё желание помочь. Но моя дочь не солдат на ускоренном курсе подготовки. Она учится в академии. У неё есть друзья, хобби, жизнь. Ей нужно время переварить информацию, отдохнуть, быть просто девочкой.

Он посмотрел на Гая серьёзно.

— К тому же, ты не единственный, кто должен её учить. У неё есть магия Хаоса, которую она только начинает понимать. Ей нужно учиться контролировать огромную силу, которой она обладает. Ей нужно развивать связь с Эолисом.

Эолис пискнул, выпрямляясь на плече Зельды.

«Да! Я её источник силы! Мы одно целое! Без меня её магия не работает так, как должна!»

Зельда погладила его, чувствуя тепло их связи.

— Эолис прав. Мы связаны. Он моя магия. Мой источник. И мне нужно время, чтобы развивать эту связь, учиться работать вместе.

Гай медленно кивнул, понимание появилось в его глазах.

— Я... вижу. Прости, я был эгоистичен. Думал только о том, что могу дать, не задумываясь о том, что тебе ещё нужно изучить. — Он посмотрел на Ка'азерота. — Ты прав. Она не может учиться всему сразу. Ей нужен баланс.

Ка'азерот расслабился, его голос стал мягче.

— Я не против твоего обучения, Гай. Твои знания ценны. Опыт бесценен. Но давай договоримся о разумном подходе.

Гай выпрямился.

— Я слушаю.

Ка'азерот начал считать на пальцах.

— Во-первых, не каждую ночь. Зельде нужен нормальный сон. Раз или два в неделю — максимум. И только когда она сама захочет, позвав тебя через Скипетр.

Гай кивнул.

— Согласен.

— Во-вторых, — продолжил Ка'азерот, — урок должен быть разумной длины. Час, максимум полтора. Не перегружай её. Она не военный курсант, она студентка академии.

— Понял. Согласен.

— В-третьих, — Ка'азерот посмотрел на дочь, — я буду учить её магии Хаоса. Контролю силы. Это требует времени и практики. Много практики. Поэтому твои уроки не должны мешать её магической подготовке.

Эолис пискнул важно.

«И я буду помогать! Я всегда с ней! Мы тренируемся каждый день!»

Ка'азерот улыбнулся лисёнку.

— Именно. Эолис — её постоянный партнёр. Он часть её магии. Их связь критически важна. Сильнее связь — сильнее магия.

Гай посмотрел на лисёнка с интересом.

— Фамильяр? Или нечто большее?

— Большее, — Зельда ответила мягко. — Эолис — это часть моей души. Моя магия приняла форму. Мы думаем вместе, чувствуем вместе, действуем вместе.

Эолис прижался к её щеке, мурлыкая.

«Навсегда вместе!»

Гай кивнул медленно, уважение появилось в его взгляде.

— Понимаю. Такая связь редка. Драгоценна. Я не буду мешать её развитию.

Зельда почувствовала облегчение.

— Спасибо, Гай.

Ка'азерот подошёл ближе, его голос стал более дружелюбным.

— Значит, договорились? Ты учишь её политике, стратегии, управлению — раз или два в неделю, когда она сама позовёт. Я учу её магии Хаоса, контролю силы. Эолис развивает с ней связь. Академия даёт базовые знания магии. Всё в балансе.

Гай протянул руку.

— Договорились.

Ка'азерот пожал её — крепко, с уважением.

— Хорошо. Я рад, что мы нашли общий язык, император.

Гай усмехнулся.

— Я тоже. Хотя должен признать, я не ожидал, что буду договариваться с богом о расписании уроков для правнучки.

Ка'азерот засмеялся — искренне, тепло.

— Жизнь полна сюрпризов. Даже для богов.

Зельда почувствовала, как напряжение полностью спало. Они договорились. Нашли баланс.

— Отлично. Значит, все счастливы? — она спросила с улыбкой.

— Достаточно счастлив, — Гай кивнул.

— Вполне, — Ка'азерот согласился.

Эолис пискнул весело.

«Я счастлив! Теперь хозяйка не будет перегружена!»

Зельда обняла их всех мысленно.

— Спасибо. Вам всем.

Ка'азерот улыбнулся, но потом его лицо стало более серьёзным, хотя в глазах всё ещё плясали весёлые искры.

— И ещё одно условие, Гай.

Гай насторожился.

— Какое?

Ка'азерот наклонился ближе, его голос стал тише, но в нём читалась стальная решимость.

— Если она хоть раз пожалуется, что ты был слишком груб, слишком требователен или перегрузил её информацией... — он сделал паузу, улыбка стала более хищной, — я лично вырву твою душу из Скипетра и скормлю её моим пушистым крабам.

Повисла тишина.

Гай моргнул.

— ...пушистым крабам?

Ка'азерот кивнул серьёзно.

— Пушистым крабам. Я недавно создал целый мир с ними. Очень милые создания. Но голодные.

Гай посмотрел на Зельду, ища подтверждения.

Зельда пожала плечами, сдерживая смех.

— Он серьёзно. У папы... специфическое хобби.

Эолис захихикал.

«Пушистые крабы! Я их видел! Они действительно милые! Но зубастые!»

Гай медленно выдохнул, его губы дёрнулись в усмешке.

— Хорошо. Я понял. Никакой перегрузки. Никакой грубости. Иначе... пушистые крабы.

Ка'азерот похлопал его по плечу — дружелюбно, но с намёком на силу.

— Рад, что мы понимаем друг друга, император.

Гай усмехнулся, качая головой.

— Должен признать, твоя угроза... креативна. Я встречал много врагов, но никто никогда не угрожал скормить меня пушистым крабам.

— У меня тысячелетия практики в креативных угрозах, — Ка'азерот ответил с гордостью.

Все засмеялись, и атмосфера стала лёгкой, дружелюбной.

Зельда вытерла слёзы, которые предательски подступили к глазам, и задала вопрос, который мучил её с утра:

— Гай... что с тобой случилось? Как ты... как твоя душа оказалась в Скипетре?

Гай замер.

Его лицо стало непроницаемым, но в глазах мелькнула боль.

Он медленно опустился на край стола, сложил руки.

— Скипетр Дракона — не просто артефакт, — он начал тихо. — Это древняя магия. Очень древняя. Её создали драконы тысячелетия назад, чтобы защитить души правителей от демонов.

Зельда села напротив, слушая внимательно.

— В ту ночь, когда демоны напали, я сражался до конца. Защищал своих людей. Свою дочь. — Его голос дрогнул. — Но я знал, что проиграю. Их было слишком много.

Он сжал кулаки.

— Стрела с ядом лишила меня магических сил. Демон, который убил меня, пронзил мне грудь, но я держал в руке скипетр. Когда моя душа начала покидать тело, артефакт засосал её, спасая меня от демона.

Гай поднял глаза, посмотрел на Зельду.

— Скипетр стал моим спасением. Он запечатал меня внутри. Защитил от окончательного уничтожения.

Зельда почувствовала комок в горле.

— Значит, ты... ты жив? В каком-то смысле?

Гай горько усмехнулся.

— Жив? Нет. Моё тело мертво. Сожжено. Развеяно. Но моя душа... душа застряла. В артефакте. В подвешенном состоянии. Не живой, не мёртвой. Просто... существующей.

Он посмотрел на свои руки.

— Я не чувствую боли. Не чувствую голода, жажды, усталости. Время для меня бессмысленно. Я просто жду. Жду, пока кто-то возьмёт Скипетр. Жду, пока смогу передать свои знания. Свой опыт. Своё наследие. И даже это не высвободит меня отсюда. Я буду жить в Скипетре до тех пор, пока он существует.

Зельда вытерла слёзы, которые предательски подступили к глазам.

— Мне так жаль...

— Не надо, — Гай покачал головой. — Это лучше, чем то, что могло случится. Скипетр спас меня от демона, который хотел поглотить мою душу и использовать мою силу. Я рад, что был запечатан, а не отдал врагу свою силу и власть.

Ка'азерот, который молчал всё это время, вдруг заговорил:

— Демон, который убил тебя. Как его звали?

Гай повернулся к нему, его глаза сузились.

— Я не знал его имени. Он был огромным. Красная кожа. Рога. Крылья. Глаза как угли.

Ка'азерот кивнул медленно.

— Это был древний демон войны. Возможно, Азграл'Ог. Сейчас он служит мне.

Гай вскочил, его лицо исказилось яростью.

— Он служит ТЕБЕ?!

— Служит, — Ка'азерот ответил спокойно. — Наказанный за дерзость — он напал на мою дочку. Теперь он прислуживает Зельде как слуга. И исключительно в розовых тонах одежды.

Напряжение ушло мгновенно. Гай рассмеялся.

— Мой убийца, повелитель легионов демонов служит моему потомку и носит только розовое? Судьба умеет шутить.

Зельда улыбнулась.

— А еще он хорошо шьет и заплетает волосы.

Ка'азерот посмотрел на дочь и улыбнулся.

— Думаю вопрос касающийся нападения на Гая лучше задать самому Азграл'Огу. Ведь он явно не сам решил вторгнуться в этот мир. Ему кто-то приказал это сделать.

Гай медленно опустился обратно, его лицо стало задумчивым.

— Кто?

Ка'азерот покачал головой.

— Не знаю. Это может сказать только исполнитель.

Гай смотрел на него долго, потом кивнул.

— Понятно. — Пауза. — Странно получать эту информацию от бога.

Ка'азерот усмехнулся.

— Я тоже нахожу странным разговаривать с призраком императора в снах моей дочери. Но бывает и такое.

Эолис пискнул весело.

«Мне нравится этот император! Он смелый!»