Здесь будет моя империя! Том 2

Глава 1

Дорогие читатели, не забывайте добавлять книгу в библиотеку, чтобы она не потерялась, и если история вам нравится, то нажимайте сердечко – это очень способствует продвижению книги и радует автора.

И самое важное! Это второй том серии!

Первый том можно прочитать тут: https://author.today/work/464155

И последнее, новые главы будут выходить пока через день.

Глава 1

Соня вытягивала из меня и из князя энергию, и я ничего не мог с этим поделать. Как и сама Соня – она абсолютно не управляла этим процессом. Слёзы текли по её щекам, но энергия впитывалась в оба её ядра, которые раскручивались всё сильнее вокруг общего центра.

Надо ли говорить, что ничего подобного в моей предыдущей жизни не случалось, и ни о чём подобном я не читал и не слышал.

Нужно было срочно что-то делать, потому что энергия утекала не только из нас с князем, но и из Камня Перехода. Лишившись энергии он может разрушиться. И к чему это приведёт, даже подумать страшно. Это будет катастрофа! Причём, в обоих мирах, потому как Камень Перехода напрямую связывает наш мир с миром титанов.

В этот момент я очень пожалел, что не открыл магию призыва – можно было бы призвать какое-нибудь существо, и оно помогло бы разорвать связь. А так получалось, что я не мог сдвинуться с места. Да и Соня тоже…

Мысль о магии призыва напомнила мне об одном заклинании.

Хотя для этого заклинания нужна некротическая магия. А я открыл стихийную, магию сознания и магию пространства и времени. И открывать сейчас что-то ещё у меня не выйдет, потому как звезда загорелась.

Так, стоп! Я же теперь полноценный звёздный маг! Пусть и с одной звездой, тем не менее! А что, если рискнуть и призвать дух артефакта? Другого способа оборвать поток энергии я просто не вижу.

Я взял Камень Перехода в обе руки и, глядя в его центр, приказал:

– Выходи!

Ничего не произошло.

Я сжал костяной артефакт что есть силы и снова приказал:

– Выходи!

И снова ничего не произошло.

Вложив в свои слова остатки духовной силы, я приказал в третий раз:

– Выходи!

Сила приказа была такова, что кости, из которых был сделан артефакт, затрещали. И только тогда из него потянулась призрачная дымка. Она уплотнилась и приняла облик дракона. Он был очень маленький, легко уместился бы на ладони.

Моё сознание плыло, и я, понимая, что могу сейчас лишиться чувств, приказал:

– Прерви это!

Дракончик рванул к Соне и со всей скорости врезался ей в грудь. И исчез. Словно проник в тело девочки.

Поток энергии прервался, стало легче дышать.

Через миг ничего в пещере не напоминало о том, что мы только что пережили. Кроме нашего состояния, конечно.

Собравшись с силами, я оставил артефакт и поспешил к Соне.

В этот момент вспыхнула звезда и у неё. Да так полыхнуло, что я аж отшатнулся. Потому как звезда загорелась двойная! А сама девочка обессиленно опустилась на свою сумку, где вот только сидела спокойно и рисовала.

Соня была бледна, по её лицу текли капли пота, а выглядела она так, словно весь день без отдыха занималась тяжёлым физическим трудом.

– Братик, – прошептала она.

И я поспешил обнять её и успокоить.

– Всё хорошо, малышка, всё хорошо! Теперь уже всё позади! Мы справились!

– Как папа? – спросила она, выглядывая из-за моего плеча.

Я обернулся и увидел князя. Он как упал, так и лежал на том же месте.

Поднявшись, я пошёл к нему.

Князь был жив, но находился в глубоком обмороке.

Для начала я перевернул его на спину, и приподнял ему ноги, чтобы кровь притекла к голове. А потом похлопал его по щекам.

Это не помогло. И тогда я призвал стихию воды, чтобы побрызгать его лицо.

Однако с появлением первой звезды, моя магия сильно увеличилась. И теперь это был не маленький водяной шарик, а хороший такой ковш, который обрушился на голову князя.

Зато глава рода закашлялся и пришёл в себя. Хотя явно ещё плохо соображал, где он и что происходит. Пришлось призвать ветер и обдуть немного князя, давая ему продышаться.

Но вот его сиятельство попытался подняться.

Я помог ему.

Он встал. Всё так же держась за алтарный камень, начал осматриваться. И первый взгляд его был не на артефакт, а на Соню, за что он получил от меня плюсик.

– Ты как, доченька? – спросил он.

– Я всё испортила? – расстроенно спросила в ответ девочка.

– Что ты, солнышко! Нет, конечно! Просто так случилось. Ты ни в чём не виновата! – ответил князь и шагнул к дочери. Пришлось поддержать его, чтобы не грохнулся.

Но тут Соня сама подскочила и бросилась к отцу.

Он обнял её и вдруг расплылся в улыбке:

– Ты стала настоящим магом! – с гордостью произнёс он. И повернувшись ко мне уже со слезами на глазах добавил: – И ты, сынок! Ты тоже теперь звёздный маг! Какие же вы молодцы! Надежда рода! Теперь у нашего рода есть шанс…

– Конечно, есть, – проворчал я, поддерживая качающегося князя.

Казалось, радость отняла у него последние силы, и он сел, увлекая нас за собой.

Вскоре мы сидели, опираясь спинами об алтарный камень. Князь посередине. Соня прильнула к нему, а я… Я просто сидел рядом.

– Как всё прошло? – спросил у меня князь. – Удалось завершить привязку?

Вместо ответа я поднял руку и мысленно направил на артефакт немного духовной энергии, отчего артефакт засветился.

– Как ярко! – проговорил князь. И больше ничего не стал спрашивать.

Я-то думал, что он сейчас начнёт говорить про силу предка, а он молчал.

А я и не знал, что сказать. Я так и не понял, что такое сила предка. Потому что дух артефакта – это точно не она. У артефактов такого уровня всегда есть дух. И владелец может призвать его. Это в общем-то все знают.

Хотя, о чём это я? В этом мире скорее всего о том, что высокоуровневые артефакты могут иметь свой дух, не знает никто.

Ну и раз дух откликнулся, значит он признал меня своим хозяином. А это в свою очередь значит, что мне будут доступны все функции, зашитые в артефакте. Кстати, нужно будет поизучать его, чтобы знать, чем я теперь владею.

– Вы, наверное, голодны? – проговорил князь, избегая смотреть на меня, видимо, боялся услышать, что я потерпел неудачу. В том смысле, что у меня тоже не полная привязка, как и у него.

– Голодные, – ответила Соня, однако не пошевелилась.

Князь тоже остался сидеть, как и я.

Некоторое время я рассматривал стену перед собой. Но потом всё-таки спросил:

– Ты не хочешь узнать, смогу ли я призвать силу предка?

– Хочу, – чуть слышно ответил князь.

– И как это сделать? Что это за сила? – продолжал я расспросы.

Князь только плечами пожал и ничего не ответил.

Ну да, он же этой силой не владел. Правда я надеялся, что ему рассказывали, но его отец тоже не владел силой предка, как и дед. Так что, информация затерялась.

Хотя, надо бы почитать деяния рода Третьяковых, желательно от самого основания. Там наверняка что-нибудь описано. Понятно, что не про саму силу, но я смогу понять, где родная сила мага, а где привнесённая из-за того, что тот стал хранителем Камня Перехода. Просто почитать и проанализировать. А это я умею делать хорошо.

Снова некоторое время помолчали.

Князь был всё ещё мокрый и взъерошенный. Соня тоже выглядела не лучшим образом. Думаю, и я не сильно отличался от них. Надо было бы привести себя в порядок. И да, поесть тоже не мешало бы. Мы и так с Соней были голодными, так ещё вся эта магия окончательно лишила нас сил.

Эх, сейчас бы что-нибудь с духовной энергией! Звезда требовала пищи! И если раньше я мог обходиться малым, то теперь мне нужно больше духовной энергии. И потихоньку начинать работать со второй звездой.

Но это всё потом. А сейчас умыться, а лучше принять душ, переодеться, хорошенько поесть и ложиться спать. Это будет лучшим для всех троих. В том смысле, что всем троим требуется еда и отдых.

Видимо, подобные мысли пришли в голову и князю, потому что он, вздохнув, начал вставать.

Когда поднялся, взгляд его упал на артефакт и князь замер. И было из-за чего.

Сверху на Камне Перехода сидел маленький духовный дракон. Я же не отпустил его, хоть он и выполнил мой приказ.

Я протянул руку, и духовный дракон перепорхнул на мою ладонь, устроился поудобнее, сложил крылья, обвил руку длинным хвостом и потёрся о большой палец, выпрашивая ласку.

Я, конечно же не стал отказывать духу артефакта в такой малости и почесал ему нежную шейку. Хоть он был и духовным, но, чтобы насладиться лаской, стал плотным.

– Ой, я тоже хочу! – воскликнула Соня.

И дракончик, не дожидаясь моей команды, чего в принципе не должно было быть, перепорхнул Соне на плечо и потёрся о её щёку.

Но когда князь протянул к нему руку, дракончик зашипел и забил крыльями, не позволяя князю к себе прикоснуться.

– Что это? – спросил князь. – Или кто это?

Мне показалось, что и руку он протягивал с единственной целью – убедиться, что глаза его не подводят.

– Дракончик, – ответила Соня. – Хорошенький, правда?

Она уже успокоила духа, и он снова тёрся о её щёку.

Я сначала хотел возмутиться, почему это дух моего артефакта сидит на плече у постороннего человека. Но потом передумал.

Получалось, что из-за того, что Соня впитала часть энергии артефакта, к ней тоже произошла привязка. Не на крови, а на энергии. И теперь дух артефакта чувствует эту энергию, и воспринимает Соню, как второго хозяина. Или как часть артефакта, что тоже возможно.

Это нужно было срочно проверить. И я попросил:

– Соня, направь духовную энергию на Камень Перехода, пожалуйста.

– А как? – удивилась девочка. Мы с ней никогда не тренировались над тем, чтобы направлять энергию наружу.

– Сделай так, как ты притягивала в ядро, только направь на артефакт.

Соня кивнула с самым серьёзным видом и передала дракончика мне. Потом сосредоточилась и попыталась сделать, как я просил.

Получилось у неё не сразу. Но когда получилось, мы с князем застыли в недоумении. Потому что Камень Перехода засиял. Точно так же, как засиял, когда энергию в него отправлял я.

– Как это возможно? – пробормотал князь и посмотрел на меня. – Ты знаешь?

Я лишь пожал плечами. И сказал совершенно серьёзно:

– Об этом никто не должен знать. Иначе Соне будет грозить опасность.

– Да-да! – согласился князь. – Никогда никому не говорите о том, что вы оба стали хранителями Камня Перехода. – И помолчав, добавил: – А вот что это за тварь, я понятия не имею. Ты знаешь? – снова спросил князь.

И я снова пожал плечами. Тайна о духе артефакта, пожалуй, ещё важнее, и хранить её надо ещё серьёзнее.

Глава 2

Появление дракончика князю нужно было как-то объяснить, и я сказал:

– Может, это сила предка так проявилась? И раз мы с Соней оба стали хранителями, то дракончик нас двоих и слушается.

– Возможно, – с каким-то облегчением проговорил князь. – А что он может?

– Видимо, пока только летать и шипеть, – с улыбкой ответил я.

– Папа, ну ты чего? Он же ещё маленький! – возмутилась Соня.

– А, ну да, – согласился князь.

Я видел, что он хочет погладить дракончика, но не решается. Всё-таки в прошлый раз тот неоднозначно дал понять, что не потерпит такого панибратства.

Соня снова забрала у меня дракончика и, похоже, не собиралась с ним расставаться.

И я, глядя на неё, предложил:

– А может, мы скажем всем, что у Сони магия призыва, и это её призывной зверь? Не хотелось бы, чтобы все знали, что Соня прорицательница. Дракончик вот принимает её, так что вполне можем всех обмануть.

Князь согласно кивнул:

– Ну да, звезду не скроешь, и вопросы о том, какой магией владеет Соня, обязательно возникнут. Можно попробовать, конечно. Но тогда в академии она попадёт на факультет призывателей. А ей нужно будет обучаться совсем другому.

– Ничего, мы смогли сами зажечь звёзды, сможем и сами развиваться дальше. Базовые вещи-то всё равно одинаковые для всех видов магии, – возразил я.

– Хорошо, давайте так и сделаем. Ты уже не раз доказал, что… – князь задумался, видимо, пытаясь сформулировать. – Доказал, что тебе в руки попали интересные свитки, вот бы в них заглянуть.

Князь испытующе глянул на меня, а я лишь пожал плечами:

– У меня была возможность только прочитать. И запомнить.

Князь кивнул, принимая ответ. Поверил или не поверил – меня это не волновало. Главное, что перестал задавать вопросы. Так-то я нашёл бы что ответить, но врать не хотелось.

Тем временем князь открыл портал обратно в библиотеку.

По-хорошему нам с Соней нужно было потренироваться открывать портал к Камню Перехода, тем более что третья специализация у меня – магия пространства и времени, но я дал возможность князю в последний раз выступить в роли хранителя, хотя, хранителем он уже не являлся. А мы с Соней потренируемся в другой раз.

Когда мы вышли из библиотеки, то первая, кого увидели, это была мачеха, и она была в бешенстве. Такое ощущение, что она стояла под дверью и ждала нас, а мы сильно задержались. Да ещё и вышли все взъерошенные, а князь так и вовсе мокрый.

Она уже набрала в лёгкие воздуха, чтобы обрушиться на нас со всеми мыслимыми и немыслимыми ругательствами и обвинениями, но слова застряли у неё в глотке – она поняла, что мы с Соней зажгли звёзды.

Потом она увидела дракончика на руке у Сони, и это видимо окончательно выбило её из колеи. Ведь она была уверена, что Соня маг сознания. А тут духовный зверь…

Кстати, я опасался, что дракончик не сможет переместиться вместе с нами через портал. Всё-таки он дух артефакта, и должен оставаться с артефактом. И то, что он переместился в Сониных руках, показало мне, что он всё-таки воспринимает Соню как часть артефакта, а не как хранителя. Забавная ситуация. И… одна на миллион. Такое совпадение обстоятельств точно не частое явление.

У этого явления был один огромный плюс – дракончик теперь будет защищать не только артефакт, но и Соню. Жалко, что он мелкий, и пока ничего не может. Надо бы его как-то напитать.

А заодно вспомнить всё, что я в мою бытность ректором читал о духах артефактов. И так как я специально этим вопросом не занимался, то придётся использовать магию сознания. Благо при зажжённой звезде у меня возможностей будет побольше.

– Лена? – князь тем временем невозмутимо окликнул супругу. – Ты что-то хотела?

Я не стал слушать, что ответит мачеха, взял Соню за руку, и мы пошли умываться и переодеваться. Не идти же в столовую в таком виде.

Проводив сестрёнку в её комнату, я ушёл в свою. И прежде, чем отправиться в душ, я проверил, как теперь работает моя магия. Призвал все стихии одну за другой – они стали значительно податливее и явно мощнее. Но сильно не стал увлекаться, чтобы не разрушить дом. Попробовал открыть портал – пока не вышло, но получилось телепортировать предметы. Причём не только сдвигать лёгкие предметы на пару сантиметров, но и вполне объёмные и на большее расстояние. Активировал магию сознания, и прям ощутил, как включилась концентрация. Потом дал команду мозгу расслабиться, и почувствовал, что засыпаю. Пришлось дать команду взбодриться. Потому как впереди ещё ужин. Поздний, правда, но голодным спать точно не годится.

Естественно, я попробовал, как изменились руны. Всё-таки это моё тайное оружие, спасибо нянюшке за него.

Руны стали рисоваться легче и быстрее наполняться энергией. И, что интересно, я смог чётче увидеть линии рун. Когда я их рисовал, то это были просто линии, но когда они наполнялись энергией, то структура линии менялась. Мне это показалось интересным, и я попробовал одновременно рисовать и подавать энергию. Потому что это могло бы сильно ускорить процесс создания рун в боевой обстановке.

Пока не вышло – не получалось синхронизировать рисование и энергию. Но понял, что в принципе это возможно. Нужно просто больше тренироваться.

Добавил мысленно в свои каждодневные тренировки пункт: совмещение рисования, точнее, написание рун, с одновременным наполнением их энергией.

Пока проверял, как изменилась моя магия, времени прошло прилично. Поэтому бегом привёл себя в порядок и поспешил за Соней – она ждала меня в своей комнате.

Соня давно уже подготовилась к ужину и теперь сидела, играла с дракончиком.

Я порадовался, что дух артефакта не исчез – будет лишняя возможность продемонстрировать мачехе Сонину «магию призыва».

А потому, переместив дракончика Соне на плечо, мы отправились с ней в столовую.

Князя и мачехи пока не было, поэтому нам пришлось подождать.

Сидеть за накрытым столом, когда ты голоден, та ещё пытка. Но самоконтроль вещь очень полезная и нужная для мага. К тому же у нас был Гоша – так Соня назвала духа Камня Перехода.

Гоша проявил большой интерес к пустым тарелкам, как будто понимал, что там что-то должно находиться. Он обнюхал все тарелки и столовые приборы, что очень веселило Соню. Да и я пару раз улыбнулся. Особенно, когда Гоша фыркнул и замотал головой, обнюхав тарелку мачехи.

И надо же было именно в этот момент князю и мачехе войти в столовую.

– Гоша! – тут же испуганно крикнула Соня.

И дракончик рванул к ней напрямую через весь стол. Естественно, наступая на все тарелки, запинаясь о салфетки и перелезая через закрытые колпаками блюда, которые стояли на столе.

Мачеха побледнела, и служанка Нина, которая незаметно стояла в сторонке, кинулась убирать посуду мачехи и князя, и менять всё на чистое.

На помощь нам пришёл улыбающийся князь.

– Лена, – произнёс он снисходительно. – Это духовный зверь, он не настоящий, так что…

– Как это не настоящий! Топал он вполне по-настоящему! И фыркал по-настоящему! – возмутилась мачеха. – Я что теперь буду жить в одном доме с этим? – и она обвиняюще ткнула пальцем в Соню, которая прижала к груди испуганного дракончика.

– Он просто проголодался, – жалобно пробормотала Соня.

– Не настоящий?! – теперь обвиняющий палец уткнулся в князя. – Как ненастоящий зверь может проголодаться?

– Дети хотят есть вот и придумывают, – с мягкой укоризной проговорил князь и, аккуратно обойдя мачеху, сел за стол. И кивнул Нине: – Подавайте!

Нина, оглядываясь на мачеху, понесла с тележки блюда на стол.

Что касается мачехи, она некоторое время ещё стояла, но потом всё же села. И раздражённо расправляя салфетку спросила у князя.

– Откуда здесь взялась эта тварь!

– Соня призвала, – легкомысленно ответил князь и с некоторым вызовом посмотрел на супругу: – Если ты не заметила, Соня теперь звёздный маг призыва.

– Призыва? – опешила мачеха. – Но почему призыва? Она же…

На лице у князя появилось удивление:

– Что она?

– Ну… она… – залепетала мачеха, но потом разозлилась: – Да какая разница! Просто я думала, что эти дети никогда не смогут стать магами.

– Как видишь, стали, – довольно холодно ответил князь.

Я слушал их и душа радовалась. Получалось, князь не совсем прогнулся под эту мегеру и может ей противостоять. Хотя, судя по её реакции он обычно ведёт себя иначе. Видимо, пробуждение магии у нас с Соней придало ему силы сопротивляться обстоятельствам.

Вот только на душе стало тревожно. Эта тварь сожрёт князя с потрохами и не подавится. Слишком уж она уверена в себе и в своём положении.

И не только князя сожрёт, но и нас с Соней. Хотя, уверен, я встану у неё поперёк горла.

– Чего хмыкаешь?! – тут же напустилась на меня мачеха.

– Что, пытаешься понять, где твой план дал маху? – ещё шире усмехнулся я. – Не старайся, всё равно не поймёшь! Ума не хватит!

Мачеха вскочила, а князь хлопнул ладонью по столу:

– А ну-ка успокоились! Оба! – и добавил: – Виктор, извинись перед Еленой!

– За что? – я исподлобья посмотрел на князя. – За то, что ей не удалось разрушить наше развитие и теперь она бесится?

– Виктор! – прикрикнул князь.

Я откинулся на спинку стула и спросил:

– А если не извинюсь, то что?

– Ты! – начал князь.

Но тут дракончик громко чихнул. Потом ещё раз. И ещё.

Все переключили внимание на Гошу.

А мачеха закатила глаза:

– О боже! Он ещё и чихает!

– Он хочет есть, – жалобно проговорила Соня.

– Ну так накорми его! – сказал князь.

Соня тут же протянула духу артефакта – духовному зверю на минуточку – виноградину.

Но он жалобно посмотрел на девочку и заскулил. Вот прям как щеночек.

– Мяса ему дай! – с презрением произнесла мачеха.

Соня, наткнув на вилку, отрезала кусочек от отбивной, и посмотрела куда его положить.

Тут же к столу подбежала служанка Нина и, сторонясь дракончика, просунула на стол чистую тарелку.

Гоша внимательно следил за девушкой, и когда она только коснулась тарелкой стола, зевнул во всю пасть, как будто специально, чтобы напугать бедную девушку.

Нина взвизгнула и отскочила.

Довольный дракончик потёрся о руку Сони. Соня погладила его и положила кусочек мяса на тарелку.

Гоша, расправив крылья, перепорхнул на стол. С деловым видом рассмотрел предложенное ему мясо. Потом с недоумением посмотрел на Соню, типа хозяйка, это что за подстава?

– Ну что опять не так? – чуть не плача спросила Соня.

– Ты отрезала сильно большой кусок, – с улыбкой произнёс князь. – Как твой дракончик сможет проглотить его? Он же маленький ещё.

Соня отрезала кусочек поменьше, но и его Гоша проигнорировал.

Я всё время с интересом наблюдал за развитием событий. Но тут не выдержал и вмешался.

– Сонечка, он же духовный зверь! Ешь сама, и он будет питаться от твоей энергии.

Уже глотая слёзы, Соня положила мясо себе в рот. И Гоша сделал глотательное движение, как будто проглотил слюнки.

Глава 3

Весь оставшийся ужин дракончик Гоша метался по столу, останавливаясь то у одного блюда, то у другого. Внимательно следил, чтобы Соня непременно это блюдо попробовала. И всякий раз «глотал слюнки».

Это было забавно и здорово бесило мачеху. Особенно, когда Гоша решительно направился к её тарелке. Мне даже на миг показалось, что у мачехи раскрылся капюшон, как у королевской кобры. Но всё обошлось, увидев реакцию мачехи, Гоша внезапно развернулся на девяносто градусов, и сделал вид, что мачехина тарелка его абсолютно не интересует и никогда не интересовала.

У меня создалось впечатление, что он таким образом издевается над женщиной, мне даже показалось, что я слышу его довольное хихиканье.

Хотя, может, и не показалось, может, я действительно услышал. У меня же с Гошей тоже есть духовная связь, как и у Сони.

Но вот наконец ужин закончился.

Точнее, он закончился ровно в тот момент, когда Гоша тяжело опустился на задницу и сыто отрыгнул. Как будто это именно он самостоятельно в одну глотку сожрал почти всё, что было на столе из съестного.

Как бы там ни было, но сонная Соня буквально сползла со стула.

И мы с ней и Гошей, попрощавшись с князем, отправились отдыхать.

Что касается князя и мачехи, они остались в столовой. И судя по тому, каким взглядом нас проводила мачеха, ничего хорошего князя не ждало.

Но меня это не касалось. Он сам женился на этой женщине, вот пусть и расхлёбывает.

Проводив Соню и нарисовав на её двери защитную руну, я отправился к себе.

Очень хотелось спать, но нужно было ещё внимательнее поизучать, как изменилось ядро, проверить меридианы и наметить дальнейшее развитие. Потому как я прекрасно понимал, что стоит мне прийти в школу, как я окажусь в центре внимания.

И оно бы ладно! Как ректор я привык быть всегда на виду. Но ведь и те, кто желает мне смерти, тоже пересмотрят подход.

Конечно, у меня ещё остаются тузы в рукаве в виде тех же рун или дополнительных специализаций, но этого мало. Нужно постоянно развиваться, постоянно быть на шаг впереди врагов. Да и просто – сильным быть приятнее.

И если я правильно понимаю ситуацию, то враги о нашем с Соней развитии узнают ещё до того, как мы придём в школу.

А потому перед тем, как лечь спать, я ещё некоторое время посвятил медитации.

Ночь прошла спокойно. Завтракали мы с Соней одни – ни князь, ни мачеха в столовую не пришли.

Забивать себе голову в чём причина, я не стал.

Быстренько перекусив, причём, Гоша так же, как вчера за ужином, требовал у Сони съесть то или иное блюдо, мы отправились в колледж.

Отцовский магомобиль ждал нас у входа, поэтому добрались до колледжа мы быстро и без приключений. И раньше, чем многие одноклассники.

– Что делать с ним? – ещё в магомобиле спросила Соня, поглаживая дракончика.

– Ты можешь его отправить обратно к артефакту? – спросил я.

Соня закрыла глаза и сосредоточилась. Но потом растеряно посмотрела на меня:

– Он не хочет.

Я усмехнулся – я бы на его месте тоже не захотел бы возвращаться в артефакт. Тут столько всего интересного.

Но сестрёнка ждала не этого. И я посоветовал:

– Тогда держи себя естественно. Ты стала звёздным магом, Гоша – твой призывной зверь. Ты теперь самая крутая девочка в вашем классе. Да что там в классе? В школе! Только у тебя есть ручной дракон! Пусть даже и духовный. Так что пускай твои одноклассники теперь живут с этим. Заявим о своей магии громко!

– А ты как? – спросила Соня и уточнила: – Как ты будешь заявлять о своей магии?

– Что-нибудь придумаю, – успокоил я девочку.

К этому моменту магомобиль подъехал к стоянке перед колледжем.

Надо ли говорить, что Соня сразу же привлекла внимание, едва покинула магомобиль!

А этот паршивец Гоша как будто всю жизнь мечтал покрасоваться на людях! Он, сидя у Соне на плече, гордо выпятил грудь и взирал на всех окружающих, как на самое отстойное говно.

Вспомнив, как он вчера вечером на ужине издевался над мачехой, я подумал о том, что уроки в колледже сегодня будут сорваны. Но меня это не заботило – Соне полезно побыть в центре внимания.

Я проводил сестрёнку к её классу и, прежде чем расстаться, сказал дракончику:

– Если что, сразу же сообщай мне!

Гоша скосил на меня один глаз. Ну не наглость ли?!

– Не понял… – угрожающе проговорил я.

Гоша тут же засуетился и закивал. Вот так бы сразу! Но на всякий случай я решил закрепить:

– Смотри! – пообещал я. – Не дай боги что-то случится, я тебе башку откручу! Ты у меня в артефакте тыщу лет безвылазно сидеть будешь!

Я ещё не договорил, а Гоша уже юркнул в волосы Сони и осторожно выглянул.

Потрепав сестрёнку по голове, я отправился в свой класс.

Перед тем, как завернуть за угол, я оглянулся. Эта духовная ящерица уже снова гордо восседала на Сонином плече. Но перехватив мой взгляд, чуть не сверзлась на пол.

Хоть с Соней и остался дух артефакта, я всё равно немного за неё переживал. Одно было хорошо – я моментально узнаю, если с ней что-то случится или если ей будет угрожать беда. Так что, можно немного расслабиться.

К классу я подходил, прикидывая, как лучше использовать открытие первой звезды. Проблема заключалась в том, что я не успел расспросить как тут заведено в подобных ситуациях. Ну, когда кто-то вдруг пробуждает магию. Понятно, что такое бывает не часто, в нашем колледже во всяком случае. Но всё равно какой-то протокол на этот случай существовать должен.

Так-то мне было пофиг на все эти протоколы, но у меня была школа магии. И несколько учеников из моих одноклассников находились в шаге от того, чтобы тоже зажечь первые звёзды. И мне совершенно не хотелось, чтобы хоть что-то мешало нашему дальнейшему развитию.

Понятно, что инженерный турнир и обещанная директором подготовка нас немного защищают, но я прекрасно понимал, что с открытием звёзд защита эта становится очень условной.

Вот с такими мыслями я и подошёл к своему классу. И кто бы сомневался, что меня в дверях будут ждать!

Нет, это не были ни братья Кирьяновы, ни братья Ростовы, ни Ивлев. Это были три взрослых парня, явно уже не школьники. Они стояли около двери. Один – совершенно лысый – опёрся спиной о стену, скрестив руки на груди, а два других – со сломанным носом и лопоухий – стояли напротив него и оценивающе рассматривали всех приходящих. Ну и комментировали каждого школьника. Понятно, что комментарии были далеко не лестными.

Хоть эта троица и не сорвалась с места при виде меня, я всё равно сразу же понял, что они по мою душу. Видимо, родственники или друзья-покровители Романа Ивлева либо братьев Кирьяновых. Эта троица вчера пострадала от меня больше всех. Настолько, что теперь им будет трудно тут учиться, потому как я полностью разрушил их репутацию.

Возможно ещё, что их послала мачеха. Хотя, это вряд ли. Мачехины убийцы вряд ли припёрлись бы в школу, где полно свидетелей, они скорее будут искать укромное место. Ну либо подстраивать ситуацию так, чтобы для всех самим остаться в стороне.

Так что, скорее всего это друганы моих одноклассников.

В любом случае скоро узнаю.

Я как шёл, так и продолжил идти. И уже собрался войти в класс, как один из стоящих, тот который со сломанным носом, окликнул меня:

– Эй, ты! А ну быстро иди сюда!

Я смерил его взглядом, и спокойно прошёл мимо… Хотел пройти, но тут дёрнулся второй стоящий – лопоухий. И перекрыл мне дорогу.

– Кому сказано стоять! – рявкнул он и протянул ко мне руку.

Я перехватил руку и от души тряхнул электричеством. А чего изобретать новое, если этот приём уже отработан и даёт хороший результат.

Если честно, меня эти поджидания около дверей начали утомлять. Придумали бы уже что-то новенькое, а то постоянно одно и то же. Пора бы уже понять, что на мне это не работает.

Тем временем, парень, который опирался на стену, лениво оттолкнулся от неё и ласково поинтересовался:

– Ты чего такой борзый?

– А ты чего в школу припёрся? Не доучился в своё время? – ответил я ему в том же тоне.

– Действительно, борзый! – как-то с удивлением проговорил лысый и посмотрел на лопоухого, на то, как он потирает руку, пытаясь убрать онемение. Зря пытается, его ещё не скоро отпустит. Я ведь не просто саданул, а постарался так перехватить его руку, чтобы удар пришёлся по нервам. Вот руку ему и отсушило.

– Ты знаешь, что ты нам теперь очень много должен? – всё так же ласково спросил лысый.

– Да ты что! – ухмыльнулся я. – А я думал, это вы мне должны. Каждый! За беспокойство… С процентами!

Я ещё на подходе автоматически посмотрел эту троицу на наличие магии.

Так вот, лысый был однозвёздным магом, как и я. Лопоухий тоже владел магией, но у него она была на самом начальном уровне. То есть, его ядро едва-едва начало вращаться. Ну а тот, у которого сломан нос, у него без вариантов – не бывать ему магом. Даже в зачатке не было.

Это было первый раз, когда по мою душу пришли маги. И мне стало интересно, они знают про мою магию или нет?

Так-то я сейчас немного глушил ядро. Глушил, несмотря на то что маги этого мира, во всяком случае из тех, кого я уже встречал, не могли видеть ядро другого человека так, как я. Звёздных, конечно, видели, но столько сколько я, информации собрать не могли. И узнавали, что человек пробудился, только по проявлениям. Я же видел непосредственно ядро. Иногда даже по тому, как текла энергия, мог определить специализацию. Но не всегда.

Так вот, лысый был полноценным однозвёздным магом. Поэтому он держался так нагло и так уверенно. Что ж, вполне объяснимо. Пришли наказать завравшегося школьника. Кто ж от школьников ждёт подвоха?

Вот только они просчитались. Потому что я теперь тоже однозвёздный маг. И энергии у меня было побольше, чем у лысого.

Единственное, я никак не мог определить, какая специализация открыта у лысого, но вряд ли что-то редкое. Иначе его не отправили бы на разборки. Редкие специализации берегут и лелеют. И развивают! Потому что они как правило приносят деньги.

Я, например, планировал зарабатывать на своих артефакторах, лекарях, портальщиках и алхимиках. Но сначала, конечно, нужно чтобы талант моих ребят раскрылся.

А вот с боевой специализацией вполне можно отправить наказывать и ставить на счётчик. Так что, скорее всего лысый стихийник так же, как и я.

Ну что ж, думаю, скоро у меня будет возможность проверить, прав ли я.

В том, что лысый не является главным в их банде или группировке, я был уверен. Как и в том, что он занимал не последнее место в их иерархии. Всё-таки в мире, где мало магии, отправить на разборки однозвёздного мага…

С другой стороны, получается, меня начали воспринимать всерьёз? Значит, в верхушке не полные дураки.

Эх, их бы энергию да в мирных целях!

Лысый ничего не ответил на мои слова о том, что они теперь должны мне с процентами. Вместо этого он поднял руку и открыл ладонь.

В следующий момент у него на ладони появилось ледяное копьё.

– Значит всё-так стихийник, – пробормотал я и хищно улыбнулся. – Ну давай, померяемся!

В следующий момент у меня на ладони заискрила ветвистая молния.

Что ж, пришло время заявить всем о том, что я теперь тоже полноценный маг.

Глава 4

Я решил демонстрировать всем стихийную магию. Однако, то, что у меня открыто несколько направлений, я решил пока не показывать. Мои ребята, конечно, знали об этом, но они болтать не будут. Это, само собой, не значит, что я не буду пользоваться другими стихиями, не говоря уже про другие специализации, но пусть для кого-то это станет сюрпризом.

Что касается моего выбора молнии, то я не раз выбивал местных придурков именно молнией, так пусть она и будет у меня основной, официальной так сказать. А вся остальная доступная мне магия – мои козыри в рукаве. Потому как сюрпризы в жизни вещь не всегда приятная. И лучше будет, если эти сюрпризы для своих недругов буду организовывать я.

Лысый, как и его товарищи уставился на мою молнию широко открытыми глазами.

– Это как? – пробормотал он.

– Вот так! – усмехнулся я и покрутил кистью, отчего молния загудела и затрещала ещё громче.

– А ну прекратить! – послышался за спиной голос директора.

Услышав голос, лысый развоплотил ледяное копьё и пообещал, глядя на меня:

– Встретимся ещё!

После чего махнул товарищам, и они быстро пошли прочь.

– Кто такие? Кто вам разрешил? – потребовал у парней ответа директор, но те не стали объясняться, буркнули что-то и прошли мимо.

Директор проводил их взглядом и поспешил ко мне.

– Виктор! Третьяков! Что здесь происходит?

– Что происходит? – усмехнулся я. – Это я у вас хочу спросить, что происходит? Почему в школе посторонние? Почему какие-то ублюдки наезжают на княжича? Кто их пустил? Где ваша охрана? Как вы вообще допустили такое на вверенной вам территории?

По мере того, как я задавал вопросы, директор терял свой пыл. А через минуту уже забыл, с каким вопросом он шёл ко мне.

Но ненадолго. В коридоре показалась полная учительница в строгом сером костюме и очках. Она едва не бежала, что выдавало её крайнюю взволнованность.

– Валерий Сергеевич! Валерий Сергеевич! Там… Там…

Учительница подбежала к нам и как-то зашуганно посмотрела на меня.

Она ещё ничего не сказала, но я уже знал, кто её так взволновал. Соня. Точнее, Гоша.

– Успокойтесь, – строго и с некоторым облегчением отдёрнул подчинённую директор.

Мне даже показалось, он обрадовался, что нашёлся повод отвлечь меня от моих наездов. Но если он так думал, то зря. Я забывать об этом не собирался. И если раньше директор мог спустить на тормозах, то теперь я звёздный маг! Как и Соня. Наш статус изменился, и я не собирался отказываться от него.

И я ждал, что скажет учительница, чтобы посмотреть, как изменится лицо директора.

– Что случилось? – спросил директор, дав женщине возможность отдышаться.

И та наконец выпалила:

– Там дракон!

– Какой дракон? Что вы несёте? – рассердился директор.

А учительница, повернувшись ко мне, ткнула в меня пальцем:

– Это всё Третьяковы! Его сестра припёрла в школу дракона!

Надо сказать, что вокруг нас уже собралась приличная толпа учеников. Среди них были и те, кто видел молнию, которую я демонстрировал лысому. Они шёпотом делились этой информацией со своими товарищами. И вот новая сенсация – дракон в школе!

– Огромный! Еле поместился в класс! Учительнице места не хватило… – шептали диванные эксперты.

Я не выдержал и заржал.

– Да как ты смеешь! – взвизгнула учительница.

Директор же был сдержаннее.

– Виктор, объяснись!

– Простите, но это очень смешно, – отсмеявшись, сказал я. – Гоша милый и совершенно безобидный маленький дракончик. Духовный зверь.

– Какой Гоша? – подозрительно прищурился директор.

– Сонин призывной зверь, – как бы между прочим сообщил я.

Лицо директора вытянулось.

– Призывной кто? – прошептал он. Потом его взгляд опустился на мою руку, в которой я вот только держал молнию. И лишь после этого он обратил внимание на моё ядро.

– Полноценный маг, – выдохнул директор.

– Ага, – хищно улыбнулся я. – И Соня тоже.

Учительница собиралась что-то прокричать мне. Но после моих слов ей, похоже стало плохо. Пришлось поддержать, чтобы она не грохнулась прямо тут, в школьном коридоре.

Естественно, среди учеников как лавина покатилось:

– Третьяков с сестрой полноценные маги! Они привели с собой в колледж драконов. Капец Ивлеву, Кирияновым и Ростовым! Вы видели какую он молнию создал?! Настоящую стихийную! Всё, теперь они уйдут из нашего колледжа, теперь они будут учиться в академии магии! Повезло же этим Третьяковым!

Я бы расспросил подробнее про «уйдут в академию магии», но не у диванных экспертов. А директор всё ещё стоял и хлопал глазами.

Представляю его реакцию, когда ребята из моей школы магии начнут зажигать свои первые звёзды. Сейчас можно сказать всего лишь тренировка.

Надо отдать должное директору, он довольно-таки быстро взял себя в руки и, обернувшись к бледной учительнице, попросил её:

– Пожалуйста, пригласите Софью Максимовну вместе с её призывным зверем в мой кабинет.

Получив простой и понятный приказ, учительница отправилась восвояси.

Проводив её взглядом, директор повернулся ко мне:

– Виктор Максимович, от имени всего колледжа я приношу извинения за то, что посторонние проникли на территорию и доставили вам неудобство. Я обязательно найду виновных, и обещаю вам, они будут жестоко наказаны.

На последних словах он возвысил голос так, чтобы его хорошо услышали столпившиеся в коридоре ученики.

Я кивнул, принимая обещание директора, и понимая, что не будь я полноценным магом, вряд ли услышал бы сейчас то, что услышал. Но тут можно гадать сколько угодно – уже не проверишь. Хотя, что проверять? Сколько раз меня подкарауливали и в коридоре, и во дворе. Правда, раньше это были ученики колледжа. Посторонние на моей памяти действительно были в первый раз.

Директор же продолжил:

– Думаю, нам есть что обсудить. Не могли бы вы пройти в мой кабинет, чтобы нам никто не мешал.

Что ж, мне тоже было что обсудить с директором. Поэтому я, помахав своим одноклассникам, отправился туда, куда меня пригласили.

Мы вошли в директорский кабинет. По пути Валерий Сергеевич попросил секретаршу, чтобы она принесла нам чаю.

– Садитесь, пожалуйста, – показал он мне на диван.

– Не часто ученики сидят на этом диване, – заметил я, присаживаясь.

– Не часто ученикам нашего колледжа удаётся стать полноценными магами, – в тон мне ответил директор.

Ну да, с тем, как тут устроено образование, в этом нет ничего странного.

Но говорить об этом я, конечно же ничего не стал. Вместо этого просто улыбнулся. Тем более, что вошла секретарша с небольшим подносом, на котором стояли две чайные чашки и вазочка с печеньем.

– Ещё одну чашку принесите, – попросил директор. – Сейчас к нам присоединится юная барышня.

Секретарша склонила голову в знак того, что всё поняла, и вышла.

– Угощайтесь, – сказал директор и пододвинул чашку с чаем ко мне поближе.

– Мне бы хотелось побыстрее перейти к делу, – остановил его я. – Скоро урок начнётся, не хотелось бы пропускать.

Так-то на урок мне было плевать. Более того, я даже не знал, какой предмет будет первым. Но мне нужно было увидеть своих ребят, узнать, как у них дела, нет ли проблем. Потому что, как не крути, а проникшие на территорию колледжа отморозки могли причинить вред и им.

– Всё успеете, Виктор Максимович! Всё успеете! Тем более, что вам теперь нет необходимости посещать наши занятия. Я сегодня же распоряжусь подготовить переводные документы для вас с Софьей Максимовной.

– Подождите! – остановил я разошедшегося директора. – Мы же готовимся к инженерному турниру. Как же я перейду, если у нас подготовка идёт полным ходом. Вы же нас даже от занятий освободили, помните?

Директор сразу же посмурнел.

– Как не помнить, конечно, помню. Я и заявку на участие уже подал! – вздохнул он. – Но есть протокол… По идее, мы должны были отправить вас в академию ещё когда магия только пробудилась. А вы уже и звезду зажгли… За промедление наш колледж ждут штрафы. Так что, задержаться вам тут никак нельзя.

В голосе директора было такое искреннее сожаление, что мне его даже стало жалко в какой-то момент.

А ещё пришла в голову мысль, что магов как будто нарочно изолируют от обычных учеников, чтобы они не смогли поделиться своими знаниями. И это было странно.

***

Лысый сидел в приёмной и ждал, когда князь Олег Евгеньевич Ростов освободится и примет его. Он одинаково и хотел доложить князю о сегодняшнем инциденте, и хотел убраться отсюда подальше. Потому что так пока и не понял – то, что сегодня произошло, это провал? Или ему удалось получить ценную информацию, причём, не по слухам, а верную, от самого, если можно так сказать, источника?

Разве думал он, когда получал приказ покалечить школьника, что этот школьник окажется полноценным магом? Причём, судя по той скорости, с которой он сформировал молнию и по силе этой молнии, магом далеко не слабым!

Но как? Как такое могло случиться, что полноценный маг всё ещё учится в колледже, а не в академии магии, где ему самое место.

Там, в академии у лысого было больше возможностей испортить жизнь Третьякову, но сейчас он смог только погрозить, что расправа будет. Вот только лысый видел, что Третьяков чихать хотел на его угрозы! Ну да, с таким уровнем силы и с таким уровнем владения стихией лысый бы тоже чихал на угрозы.

Лысый был сыном личного слуги ещё отца Олега Евгеньевича – Евгения Юрьевича. И когда он смог пробудить магию, то считал, что ему неимоверно повезло. Особенно, когда Евгений Юрьевич по поддельным документам отправил лысого учиться в академию магии. И лысый учился, он впитывал знания, как губка. До тех пор, пока внезапно Евгений Юрьевич не умер, и на смену ему не пришёл его сын Олег Евгеньевич.

С тех пор у лысого не было времени заниматься учёбой. Вместо этого он выполнял задания. И всегда успешно.

Но теперь вот сидит, ждёт, когда князь примет его. И не знает, как князь отреагирует на новости, которые он принёс.

Наконец дверь в кабинет князя открылась, и лысый увидел в кабинете кроме князя ещё и баронов Ивлева и Кирьянова. Оба были в бешенстве.

– Заходи! – приказал лысому князь Ростов.

Лысый вошёл и поклонился сначала князю, потом баронам.

– Ну? – поторопил барон Ивлев. – Ты сделал, что тебя просили? Я надеюсь, этот придурок страдал?

Лысый наклонил голову ещё сильнее.

– Ты заставил его молить о прощении?! – подключился барон Кирьянов.

Лысый бухнулся на колени и обратился к князю:

– Ваше сиятельство! Я не смог наказать Виктора Третьякова. Но у меня есть новости, которые будут вам интересны.

Глава 5

Директор колледжа с интересом рассматривал Гошу. А тот с неменьшим интересом изучал то, что лежало на журнальном столике, рядом с которым сидела Соня. Дракончик внимательно рассматривал чайные чашки, вазочку с печеньем, блокнот, ручку, лупу, статуэтку толстой жабы, сидящей на горе монет, журналы по образованию, стопку книг. В общем, всё подряд и очень внимательно. И не просто рассматривал, но и обнюхивал. А иногда даже казалось, что дракончик сейчас попробует очередной предмет на зуб.

Но, покосившись на директора, Гоша переходил к следующему предмету.

Далеко от Сони Гоша не отходил. Не больше чем на метр. Я отметил для себя длину привязки. Но вслух говорить об этом не стал.

– Как вам удалось призвать именно дракона? – спросил у Сони директор.

Сестрёнка пожала плечами и ответила:

– Не знаю. Он как-то сам призвался.

– Просто появился и всё? – уточнил директор.

Соня задумалась, видимо, вспоминая, как всё произошло.

Я даже немного напрягся, вдруг она сейчас проговорится об артефакте.

Но Соня не разочаровала меня. Она ответила:

– У меня загорелась звезда, мне стало нехорошо и тогда пришёл Гоша, и мне сразу стало легче.

Умная всё же у меня сестрёнка. Ни словом не соврала и правды не сказала. Но как официальная версия её рассказ вполне годится. Тем более, что с призывными зверьми так бывает.

Не совсем так, правда. Призывные звери не появляются в тот момент, когда загорается звезда. Обычно магу нужно накопить сил, потом создать призывной круг, и уже в этом круге появляется зверь. Не всегда духовный, бывает, что и вполне физический. Даже чаще физический, чем духовный.

Ну и маг-призыватель может отменить призыв, и тогда зверь исчезнет.

Именно это директор и предложил Соне:

– А ты пробовала отменить призыв?

– Пробовала, – честно призналась Соня. – Но Гоша не хочет уходить. Ему тут нравится. Ему всё очень интересно.

– Не хочет уходить… – директор нахмурился. Потому что, когда призывной зверь ставит свои желания выше воли хозяина, то это означает, что хозяин не имеет полной власти над призывным зверем. Такие случаи считаются потенциально опасными, ведь зверь может выйти из-под контроля и натворить делов.

Но Гоша агрессии не проявлял. Он просто с интересом изучал мир.

Так-то я его понимаю. Просидеть тысячу лет в артефакте… Понятно, что его интересует абсолютно всё, до чего он может дотянуться. А если ещё учесть его любознательный и активный характер, так и вовсе. Так что в том, что дракончик не сидел на месте, не было ничего удивительного.

Но директора сейчас волновало не это.

– Вы же понимаете, что я не могу пустить Соню на уроки? – спросил он у меня.

– Вы боитесь, что Гоша нападёт на кого-нибудь? – задал я тот вопрос, который ждал от меня директор. Я его и задал, хотя прекрасно понимал, что дело не в этом. Точнее, не только в этом. Я, как бывший ректор, понимал, так сказать, коллегу – его волновало, что из-за Гоши весь колледж будет стоять на ушах.

И действительно, тяжело вздохнув, директор объяснил:

– Я опасаюсь, что ваш Гоша сорвёт уроки.

– Думаю, он уже это сделал, – ответил я.

Директор задумался на минутку, но потом кивнул.

– Думаю, вы правы. Но всё равно я не могу пустить Соню на уроки.

Понятно, что одна Соня домой не пойдёт – я этого не допущу. А я домой пойти не могу, потому что магобус, который отвезёт нас на завод Прохоровых, придёт в определённое время. Сидеть в ожидании нужного часа тоже не вариант. Нужно было как-то скоротать время. И самое простое – отправиться на занятия, тем более что у меня в колледже ещё есть дела. А для этого нужно было убедить директора. Чем я и занялся.

– Вы не правы. Наоборот, нужно отправить Соню с Гошей на уроки. Сейчас ученики изнывают от неизвестности, ситуация с Гошей обрастает слухами, они множатся, как снежный ком. В результате, дети не могут думать ни о чём другом, кроме как о драконе. Поэтому нужно показать им дракона, показать, какой он любопытный, с каким удовольствием изучает мир. Да ещё и сказать, что Соня добилась таких успехов, потому что она хорошо учится. Представляете, как начнут стараться остальные ученики! Ведь каждый из них мечтает стать магом! Да вам выпал шанс поднять успеваемость! Такой шанс один на миллион!

Чем дольше я говорил, тем заинтересованнее был директор. Но всё равно чего-то не хватало, чтобы он принял окончательное решение и отстал от нас с Соней.

Решил дело Гоша. Всё время, пока я говорил, он внимательно слушал, склонив голову набок. И когда я закончил, он подошёл к директору, сел на задницу напротив него и с такой мольбой посмотрел на хозяина этого кабинета, что тот не выдержал и растаял.

– Хорошо. Виктор Максимович, вы идите на занятия. А Софью Максимовну я сам отведу в её класс.

В душе я возликовал. Но внешне оставался спокойным и равнодушным.

Из кабинета директора мы вышли вместе.

Так как урок уже начался, вместе дошли до кабинета, где находился мой класс.

Директор, приоткрыв дверь, кивнул учителю и пропустил меня, чтобы я вошёл. Потом закрыл за мной дверь, и я услышал удаляющиеся шаги.

Я не сразу сообразил, что удаляющиеся шаги я услышал, потому что в классе повисла абсолютная тишина. Как будто даже дышать все перестали, включая и учителя.

Кстати, был урок основ магии. Забавное совпадение.

Ростислав Иванович задумчиво смотрел на меня и молчал. Он был однозвёздочным магом стихийником и владел магией земли. Я прекрасно помнил, как на прошлом уроке он показывал свою магию, превращая камень в песок.

И вот теперь в класс заявляюсь я, такой же однозвёздочный маг-стихийник, как и он. И при этом всего лишь ученик.

Понятно, что учитель не знал, как реагировать. Всё-таки магия в этом мире не такое уж распространённое явление.

– Можно пройти на своё место? – спросил я, чтобы как-то сдвинуть ситуацию с мёртвой точки.

Это словно стало спусковым крючком, и от моих одноклассников со всех сторон посыпались вопросы:

– А это правда, что ты стал магом?

– А покажи молнию?

– А где ты научился?

– Ты только молнию можешь?

– А правда, что у твоей сестры личный дракон?

– А как вам с сестрой удалось стать магами?

– Ты научишь нас?

Я посмотрел на преподавателя, всё-таки, он тут главный, не дело это – перетягивать внимание на себя. Хотя, если он не возражает…

Ростислав Иванович не возражал. Более того, у меня создалось ощущение, что он с удовольствием задал бы все те же вопросы, просто положение не позволяет. Вот и ждёт, что я отвечу.

А потому, не дождавшись от преподавателя каких-то слов, я призвал молнию. Я постарался сделать её достаточно мощной и ветвистой, чтобы получилось наглядно.

В классе снова повисла тишина. Но теперь она прерывалась электрическим гудением и потрескиванием.

Понимая, какие изменения в самом ближайшем времени ждут колледж… Я имею ввиду свою школу магии, которую я планировал официально представить чуть позже, перед самым турниром. Хотя, после общения с директором я подумывал, что представить моих учеников нужно будет пораньше. В любом случае, это произойдёт довольно-таки скоро. А потому я решил провести мини-презентацию своей школы магии. Тем более, что Ростислав Иванович молчал.

– Как вы все знаете, ещё совсем недавно считалось, что ни у меня, ни у моей сестры Сони нет абсолютно никаких перспектив, как у магов. Не знаю, почему члены высокой комиссии не разглядели, что мы с сестрой на самом деле обладаем неплохим потенциалом. То ли были недостаточно компетентны, то ли недостаточно заинтересованы, то ли заинтересованы, но в другом, не в том, чтобы раскрыть наш с Соней потенциал. Пусть это останется на их совести, – начал рассказывать я, обводя взглядом притихших одноклассников.

А они все притихли. Потому что каждый примерял ситуацию на себя. Даже Егор Ростов. Он сидел, нахмурившись, видимо догадался, каким именно образом я его вырубал. И осознал, насколько щадящими были мои удары, ведь если бы я ударил той молнией, что была сейчас у меня в руке, он бы сейчас тут не сидел…

Понятно, что раньше создать такую молнию я бы не смог, но Егор-то об этом не знает. Поэтому на его лице читалось именно такое осознание.

Ладно, мне это только на руку.

Весь класс был потрясён. Даже мои ученики. Они хоть и знали уже, что я маг, и что могу призывать разные стихии, однако я до сих пор показывал слабенькую магию и ничего не рассказывал о том, через что нам с Соней пришлось пройти. А теперь у меня в руке была молния. И она была достаточно сильной. Причём, я продолжал её удерживать уже довольно-продолжительное время, и энергии на это мне вполне хватало.

– А как ты смог пробудить магию? – спросил кто-то из одноклассников. – Что делал для этого?

– Не так давно мне в руки попали старинные летописи, где описывалось, как пробудить и развить магию. Я решил попробовать и вот… – я поднял молнию повыше.

Да, я решил придерживаться именно этой версии. Её принял князь Третьяков, мой биологический отец, так что, и остальные примут, никуда не денутся.

У парня, который спрашивал, загорелись глаза:

– А где эти летописи сейчас? Я тоже хочу их почитать!

– К сожалению, как только я их прочитал, они исчезли, – развёл я руками. – Но я запомнил, что там было. Всё-всё-всё запомнил! До последнего слова!

Я с усмешкой обвёл класс взглядом и с удовольствием увидел, как несколько лиц вытянулись. Вот она карма в действии.

Теперь мне не нужно спрашивать кто как относился ко мне. По вытянутым лицам было понятно, кто делал мне пакости. Ну что ж, вот и расплата. Теперь они не смогут подойти ко мне и попросить, чтобы я научил – им совесть не позволит. Ну или я не соглашусь.

– А ты можешь рассказать нам, что делать, чтобы пробудить магию? – спросил всё тот же парень.

Но я, погасив молнию, глянул на нахмуренного учителя и ответил:

– Сейчас у нас урок. Я и так отнял слишком много времени. Так что, Ростислав Иванович, можно я пройду на своё место?

Учитель кивнул и махнул рукой, мол, проходи.

Но не успел я дойти до своего стула, как тот же парень спросил, на этот раз у учителя:

– Ростислав Иванович, так выходит, нас неправильно учат? Раз Третьяков смог пробудить магию методиками из старинных летописей.

Так-то да, учат неправильно. Но вслух я конечно же говорить это не буду. Достаточно тех намёков, которые уже сделал. Умные поймут, а остальным и не нужно.

– Так выходит там на заводе вы все учились магии? – проговорил Егор.

Он сказал это негромко. Но судя по установившейся уже в третий раз тишине, его все услышали.

Глава 6

После того, как Егор озвучил свои мысли, все ученики в классе уставились на меня.

Что ж, я всё равно планировал в самом ближайшем будущем представить свою школу магии. Правда, я думал сделать это немного иначе. Но раз всё разворачивается так, то почему бы не сделать это сейчас? Очень подходящий момент.

Я выделил взглядом своих учеников и едва заметно кивнул, давая добро.

Первым поднялся Семён.

– Да, под руководством Виктора я стал техномагом, – заявил он. – Направление энергетическая магия.

– И я тоже, – улыбнулся поднявшийся Николай. – Я тоже теперь техномаг. Направление артефактор!

– А я стал стихийником! – похвастался Михаил и создал на ладони небольшое торнадо. – Моя стихия – воздух.

– Я могу перемещать предметы, – сообщил Фрол и тут же продемонстрировал это на своём учебнике, переместив его с помощью телекинеза с одного края стола на другой. – Специализация, как вы понимаете, магия пространства и времени.

– А я тоже стихийник, – смущённо вклинилась Зоя и призвала воду. Естественно, горячую. Но Зоя продемонстрировала и быстренько развеяла начавший парить водяной шар. – Моя стихия вода.

Про то, что не просто вода, а горячая, Зоя умолчала. Зря на мой взгляд. Но если ей так комфортнее, то и ладно. Главное, чтобы ребята не показали больше, чем нужно. Но мы этот вопрос с ними уже обсуждали, так что, я был спокоен.

– Я владею лекарской магией, – покраснев и довольно улыбаясь, сказал Кирилл.

Послышались восторженные и завистливые выкрики. Как я и говорил Кириллу, с лекарской магией он сможет построить неплохую карьеру, если захочет, конечно. И именно об этом сейчас шептались наши одноклассники.

Наконец, все взгляды повернулись к Свете, которая сидела и молчала. Потому что она осталась одна из тех, кто ездил с нами на завод к Прохоровым и пока ещё ничего не сказал о своей магии.

– Чего вылупились? – довольно-таки агрессивно спросила Света. – Я теперь алхимик, довольны?

Никто не удивился, услышав это от Светы. Думаю, если бы она официальной специализацией выбрала некромантию, реакция была бы совсем другой.

– Получается, ты всех можешь сделать магами, – завистливо спросил у меня парень, который задавал больше всех вопросов.

– Не всех, – покачал я головой. – Люди, которым магия недоступна, действительно существуют. Их сильно меньше, чем принято считать, но они есть. И сделать их магами я не смогу. Да и никто не сможет. А вот остальных без проблем. Если этот человек захочет и, если я захочу. Вы же понимаете, что я не буду делиться знаниями со всеми подряд?

Что началось после этих моих слов! Класс буквально взорвался!

Ростислав Иванович попытался успокоить учеников, но на него никто не обращал внимания. Каждый хотел срочно узнать, есть ли у него талант к магии и как его пробудить.

Пришлось рявкнуть:

– Тихо! Если вы не замолчите, то я больше ничего не скажу!

Мои слова возымели действие, и в классе в очередной раз повисла тишина. Только в этот раз она была нетерпеливой, готовой в любой момент взорваться, разбиться на тысячи осколков – такое нетерпение было в глазах моих одноклассников.

Как бывший ректор, я понимал, что нельзя разрушать репутацию учителя, это просто недопустимо. Но сейчас я сделал именно это.

Будь это какой-нибудь другой предмет, было бы проще, но основы магии… И я во всеуслышанье заявил, что магия – это не то, чему всех нас столько времени учили. Причём, не просто заявил, а с доказательствами от других людей.

И будто этого в разрушении репутации колледжа и его учителей было мало. В повисшей тишине снова раздался голос Егора:

– А ведь прошло совсем немного времени с тех пор, как вы стали ездить на завод… Получается вы… за сколько, за неделю пробудили магию? А Света и того меньше. Она ведь на старый завод с вами не ходила.

Вот теперь репутация и учителя, и колледжа была не просто уронена на пол, она была засунута ниже плинтуса.

Нужно было срочно что-то делать, чтобы спасти её. Потому что худо-бедно, но в колледже всё-таки давали знания, которые помогут этим молодым людям жить в их мире. И если я подскажу Ростиславу Ивановичу, на что нужно обратить внимание при преподавании основ магии, то магов в Российской империи станет значительно больше.

Оставалось решить: мне это нужно или нет? Выгодно ли мне, чтобы колледж действительно готовил магов? Денег ведь мне за мою науку никто не отсыпет. А конкурентов я создам…

Получается, делиться знаниями с колледжем мне не выгодно.

Но поднять репутацию преподавателя нужно. У меня к людям этой профессии уважительное отношение ещё с прошлой жизни. А потому я сказал:

– Вот вы на уроках болтаете вместо того, чтобы учиться. А если бы внимательно слушали преподавателей, то возможно… Возможно! И сами нашли бы способ пробудить магию. Ростислав Иванович на своих уроках давал достаточно полезной информации.

Все взгляды тут же переместились на преподавателя. А он, совершенно разбитый, с разрушенным миром, в котором он жил до сих пор, просто посмотрел на меня с благодарностью.

А мир его рухнул, да. Он ведь никогда на своих уроках и мысли не допускал, что кто-то из его учеников может пробудить магию. Он рассматривал нас как бездарностей и просто выдавал необходимый объём информации, не заботясь особо, усвоим мы хоть что-нибудь или нет.

Но ничего, думаю, теперь он пересмотрит подход к преподаванию. Потому как такие потрясения, какое он испытал сейчас, просто так не проходят.

Завершив речь, я сел на своё место и приготовился слушать учителя.

Во всяком случае, со стороны это выглядело именно так.

И остальные ребята потихоньку тоже переключились на урок.

***

Ростислав Иванович растерянно смотрел на учеников. Никогда ещё на его занятиях те не сидели с такими внимательными лицами. А он совершенно не знал, о чём теперь им рассказывать. О чём вообще можно говорить после того, как этот выскочка Виктор Третьяков продемонстрировал на весь класс свою магию. Мало того, ещё и других учеников научил!

Был бы он один, было бы проще. Да пусть даже и с сестрой! Всё равно это дела рода. И не простого рода, а древнего княжеского! Мало ли какие у них там секреты в роду скопились.

Но ведь этот Третьяков смог пробудить магию у простолюдинов!

Хорошо, что до учеников пока этот факт не дошёл, но ведь он дойдёт! А это уже посягательство на основы!

Но и стоять столбом перед ожидающими учениками тоже не годилось. Нужно было что-то срочно начать рассказывать…

Ростислав Иванович много лет проработал в школе. Он знал свой предмет от и до.

До этого урока считал, что знал… А теперь всё иначе.

Сколько труда он приложил и сколько времени потратил для того, чтобы стать полноценным магом. А этот выскочка обрёл силу походя, мимоходом. Просто прочитал какие-то старинные свитки.

Врёт, конечно. Не было никаких свитков!

Но где-то он эти знания взял? Наверняка родовые архивы перетряс и теперь зарабатывает дешёвую популярность. Да ещё и туману напускает! Мол, есть те, кому магия недоступна…

Да всем в этом классе недоступна!

Была, до сегодняшнего дня.

Что же теперь делать?

А сила какая у Третьякова?! Не сила – силища! Столько удерживать такую мощную молнию! Да ещё и контролировать её, управлять! А ведь у него только одна звезда! А он по силе уже равен трёхзвёздочным магам!

Ростислав Иванович вспомнил, как Третьяков поднял руку с молнией и покрутил кистью, чтобы все могли получше разглядеть…

Самому Ростиславу Ивановичу приходится прилагать огромные усилия, чтобы использовать простенькое заклинание. А потом в состоянии полного бессилия мучиться головной болью. А Третьяков легко призвал стихию и даже не вспотел. И теперь вон сидит, как огурчик!

Это просто вопиющая несправедливость!

***

Егор смотрел на Виктора Третьякова, на того, кого он с товарищами столько времени гнобил, кого неоднократно избивал, и кто не так давно вдруг кардинально изменился, словно в теле знакомого одноклассника доходяги вдруг оказался сильный уверенный человек. Смотрел, и понимал, что наконец-то все пазлы сложились.

Да, в тот день, когда Третьякова крепко избили, Егор даже думал, что убили, во всяком случае люди Ивлева именно так доложили о той драке. Так вот, в тот день после избиения в класс пришёл совсем другой человек. Более того, в класс тогда пришёл маг. Ведь именно тогда Виктор в первый раз ударил Егора магией.

Получается, оказавшись на грани жизни и смерти, Виктор смог что-то понять.

Егор не верил в старинные рукописи. И чем больше деталей он вспоминал, тем больше был уверен, что никаких рукописей не было. Было что-то другое. Что-то, что перевернуло жизнь одноклассника.

Вот этого Виктора, какой сейчас стоял посреди класса и демонстрировал трещащую и норовящую вырваться на свободу молнию, Егор ни за что бить не стал бы. И дело совсем не в магии! Даже если бы её не было, с этим человеком Егор хотел дружить.

Его не устраивали ни братья Кирьяновы, ни Роман Ивлев. Они тупые и злобные. С ними не интересно. Но Егор вынужден с ними общаться, потому что их отцы дружат.

И если раньше в душе Егора просто зрело недовольство, то теперь, после того как мозаика в отношении Третьякова, заводов и всего остального сложилась, Егор осознал, что Ивлев и Кирьяновы его раздражают. Ему с ними скучно. Он не может с ними открыто поговорить о том, что ему по-настоящему интересно, не может поделиться тем, что его по-настоящему волнует.

С Виктором мог бы. Но обстоятельства сложились так, что теперь это невозможно.

И это, а не то, что несколько одноклассников пробудили магию, делало его по-настоящему несчастным.

***

Директор колледжа граф Валерий Сергеевич Долгорукий, двухзвёздочный маг, проводив Соню Третьякову в класс, не спеша возвращался в свой кабинет. Он шёл по пустому коридору, и его шаги гулко отражались от стен.

Скоро закончится урок, и ученики заполнят все коридоры, в колледже станет очень громко. И сегодня, возможно, громче, чем обычно. Но что поделаешь, слишком неординарное событие произошло, и решить всё тихо не представлялось возможным.

Но Валерий Сергеевич знал: пройдёт несколько дней, и всё забудется. На смену этому громкому событию придёт другое. Так было не раз. И не раз ещё будет. В этом глубинная суть существования колледжа. Главное, пережить бурю. А потом перекрыть её другими событиями – помельче.

Ну подумаешь, сразу двое учеников пробудили магию. Ничего в этом такого нет. Они же из одной семьи. Вот уйдут в академию магии, и в колледже снова всё станет спокойно.

Глава 7

Как мы дожили до конца уроков, не знаю. Учителям приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы добиться хотя бы подобия дисциплины. И это при том, что я был на их стороне и помогал чем мог. Но слушать учителей никто не хотел.

Самым мудрым оказался учитель алхимии, ему я всё-таки помогу в развитии за его адекватность. Жаль, что это был последний урок. Был бы он первым, всё обошлось бы малой кровью.

В общем, Лаврентий Иванович начал урок с того, что спросил, действительно ли мы смогли открыть магию?

Теряющие к этому моменту терпение, мы были несколько грубоваты, и в этом сложно нас винить. Потому как отвечать на этот и подобные вопросы пришлось не меньше тысячи раз.

Но Лаврентий Иванович отнёсся к нашей грубости с пониманием.

А когда Света сказала, что она теперь алхимик, Лаврентий Иванович и вовсе расплылся в счастливой улыбке.

Его радость за наши успехи подкупила. Поэтому, когда он сказал:

– Я думаю, вас уже достали вопросами, а отвечать каждому отдельно это утомительно и нервно.

У ребят невольно вырвалось:

– Да…

– Это точно…

– Знал бы, промолчал…

Лаврентий Иванович согласно покивал и предложил:

– Как вы смотрите на то, чтобы провести что-то типа пресс-конференции? Ваши одноклассники смогут задать интересующие их вопросы, и ваши ответы услышат все. Причём, не переданные через десятые руки и обросшие невероятными подробностями, а непосредственно от вас? Не доставая вас в коридорах, а цивилизованно, по порядку, давая высказаться и объяснить.

– А как же алхимия? – выкрикнул кто-то из моих недоброжелателей. Хотя я уверен, спросивший хотел знать о магии не меньше, чем остальные.

– Алхимия никуда не денется, – отмахнулся Лаврентий Иванович. – К тому же я сам с удовольствием послушаю. А может и вопросы позадаю… Согласны?

Я посмотрел на своих учеников. Они были не против. Даже Света. Она после того, как Лаврентий Иванович похвалил её, вообще оттаяла.

– Мы не против, – сказал я.

– Тогда выходите к доске. Давайте, со стульями, чтобы не стоять, в ногах правды нет.

– А на уроках вы не позволяете отвечать сидя, – снова влез кто-то умный.

Лаврентий Иванович нашёл взглядом умника и пообещал:

– На следующем уроке будешь отвечать у доски. Так уж и быть – сидя. Устраивает?

Умник отчего-то шутить больше не захотел.

Мы быстро переместились к доске, нам помогли установить стулья и стол перед нами – пресс-конференция же? Хоть и без прессы.

И начался самый странный в моей жизни урок.

И да, это несомненно был урок. И главный его посыл был: не сдаваться! Верить в себя и идти несмотря ни на что. Если упал, то вставать и идти дальше. Ну и конечно же учиться. Потому что если не понимаешь, куда идёшь, то легко можно свернуть себе шею. И это в лучшем случае.

Я воспользовался ситуацией, чтобы очень тонко, не пугая, намекнуть, что впереди этот мир ждёт встреча со скверной, и что хотят они того или нет, но им придётся вступить в бой. Поэтому нужно развиваться.

Понятно, что всё это я подал под соусом конкуренции.

И если в прошлый раз во дворе я говорил о том же, но меня не слушали, то теперь слушали внимательно. И это хорошо. Глядишь, мои слова помогут кому-то сохранить жизнь и не поддаться скверне.

И конечно же, моя учительская натура не удержалась от того, чтобы дать несколько общих советов по развитию магии. Но самых общих, какие в принципе можно было бы получить и на уроках, если отсеять всё лишнее.

Лаврентий Иванович слушал внимательно, и у меня создалось впечатление, что он понял чуть больше, чем мои одноклассники. Хотя, ничего странного в этом нет. Всё-таки он уже маг, хоть и очень слабенький.

Ребята тоже отвечали на вопросы. Но их в основном спрашивали, каково это – быть магом? И применяют ли они свою магию в жизни?

И тут Кирилл был несомненным лидером – он больше всех вызвал восторгов, когда рассказал, как помогал своей старенькой бабушке справиться с головными болями, как поначалу ему удавалось только ослабить боль, и что вот уже две ночи она спит нормально, хорошо высыпается и утром полна бодрости.

А ещё Кирилл рассказал, что у него не сразу получилось запустить ядро.

– Но он… – Кирилл ткнул в меня пальцем, – использовал шоковую терапию, точнее, шоковую методику и буквально заставил меня активировать магию.

Понятно, что одноклассникам захотелось узнать, как именно мне это удалось, но Кирилл смутился и не стал рассказывать. Сказал лишь:

– Это очень важно, чтобы рядом с вами был опытный учитель, который верит в вас и который знает, с какими проблемами вы можете столкнуться, ну и конечно же знает, как эти проблемы предотвратить или разрешить.

– Ну всё-таки, как он смог заставить тебя пробудить магию? – попробовали настоять любопытные одноклассники.

– Без обид, но я не хочу, чтобы вы начали повторять, – ответил Кирилл. – Я, как лекарь, представляю, к чему может привести бездумное повторение. Скажу одно, Виктор точно знал, что делал. Ребята не дадут соврать.

Все, кто тогда присутствовал на заброшенном заводе и видел, как я ржавым гвоздём проткнул себе руку и приказал Кириллу: «Лечи!», согласно закивали.

Вопросы сыпались, и ребята, вдохновлённые вниманием, отвечали. А я следил, чтобы они не сказали лишнего. Например, что у каждого из них теперь открыто по две специализации. Эту информацию я собирался сохранить в тайне от всех. Кроме тех, конечно, кто на сегодняшний момент уже в курсе.

Поэтому, как только разговор приблизился к опасной теме, я забрал внимание на себя. Вот тогда-то и поделился советами по развитию. Так нужно было, чтобы отвлечь одноклассников, переключить их внимание.

Прозвенел звонок с урока, но ни один человек в классе даже не пошевелился. Пришлось сказать:

– Нам пора. Сейчас придёт автобус, и мы поедем на завод.

– А вы будете использовать магию на инженерном турнире? – спросил всё тот же самый активный одноклассник.

Я пожал плечами:

– Конечно! Это же наше преимущество! Глупо было бы отказываться.

– А другие колледжи? – спросил неугомонный. – Это же будет не честно, у них же нет магии.

Вместо меня ответил Семён:

– А ты для разнообразия поизучай, кто с чем участвовал в турнире в прошлые годы. Очень отрезвляющая информация!

Эти слова подвели итог нашей внезапной пресс-конференции без прессы, и Лаврентий Иванович поднялся.

– Я думаю, мы все должны поблагодарить наших одноклассников за то, что они поделились с нами информацией, – и подавая пример, захлопал в ладоши.

Присоединились к нему не все, но подавляющее большинство. Не хлопали те, кто понимал: им не светит попасть в мою школу магии ни при каких условиях.

Одноклассники потянулись на выход только тогда, когда мои ребята вышли из класса.

Я же задержался. Подошёл к учителю и негромко сказал:

– Лаврентий Иванович, хотелось бы поговорить с вами. Уделите мне несколько минут?

– Это я должен просить вас уделить мне несколько минут, – с улыбкой ответил учитель.

И дождавшись, когда все ученики выйдут из кабинета, закрыл дверь.

– О чём вы хотели поговорить, Виктор? – спросил он, когда мы остались одни.

– Лаврентий Иванович, вы не сочтёте за наглость, если я поделюсь с вами некоторыми рекомендациями по развитию магии? – аккуратно начал я.

Всё-таки ситуация не рядовая – приходит ученик к учителю и говорит, что будет этого учителя учить.

Но способность учиться даже у учеников говорит о развитом интеллекте. Это я заметил у преподавателя алхимии ещё на уроках. И я видел, как он старается дать полезной информации по максимуму, хотя не верит, что это поможет, и искренне радуется, когда помогает.

Собственно, поэтому я и решил предложить свою помощь. И готов был сразу же прекратить разговор и уйти, если почувствую даже тень высокомерия.

Но Лаврентий Иванович искренне обрадовался, и тут же загрустил.

– Было бы это лет тридцать назад, – с сожалением проговорил он. – А сейчас, ну какое может быть развитие? Моё время ушло.

– Вы не правы, – успокоил я учителя. – У вас есть способности, но вам никто не показал, как правильно развивать магию. Ваше ядро и стронулось с места только благодаря тому, что вы преподаёте алхимию. А если бы вы ещё и занимались ядром, то давно уже зажгли бы свою звезду.

– Ядро стронулось? – ошарашенно проговорил алхимик.

– А вы не знали? – удивился я.

Лаврентий Иванович лишь покачал головой.

– Вы не знали, что пробудили магию? Как можно это не заметить?

Учитель задумчиво проговорил:

– Я просто люблю алхимию и всегда считал, что и алхимия тоже меня любит.

– Любит… – засмеялся я. – Настолько, что вы пробудили природную магию, направление алхимия. Что касается вашего развития, то вот…

И я набросал план тренировок. Рассказал, на что обязательно нужно обратить внимание и чего следует опасаться.

Лаврентий Иванович слушал внимательно, хотя сомнения всё ещё одолевали его.

Поделившись знаниями, я попрощался с загруженным учителем и поспешил к ожидающему магобусу.

Надо ли говорить, что вокруг него собралась огромная толпа. Возможно даже пришли все ученики колледжа. Я едва пробился сквозь толпу.

Хотя нет, как только ученики видели, что это я, они расступались, пропуская.

И всё равно пришлось буквально пробираться.

И только когда я вышел к магобусу, то увидел причину столпотворения.

Кто бы сомневался, что это будет Гоша!

У входа в магобус стояла Соня, вокруг неё мои ребята. А этот паршивец перепархивал с плеча одного моего ученика на плечо другого, причём, делал это так, чтобы его было хорошо видно зрителям. И не просто перепархивал, а устроил настоящее цирковое представление! Он кувыркался, делал вид, что вот-вот упадёт, планировал, показывал фигуры высшего пилотажа. И при этом не удалялся от Сони больше чем на метр.

И что интересно, зрители тоже держались на расстоянии. Потому как если кто-то неосторожно приближался, то Гоша страшно шипел и бил крыльями.

Кстати, те, кто был на расстоянии, воспринимали это как часть аттракциона. Чего не скажешь о тех, кто был неосторожен и сильно приблизился. Эти пугались не на шутку. Однако от автобуса не уходили, продолжали смотреть представление.

– Всё! Концерт окончен! Поехали! – скомандовал я, и ребята поспешили занять места в магобусе.

Закрыв дверь, я спросил:

– Что это такое только что было?

На что Соня виновато ответила:

– Гоша понравился всем, его не хотели отпускать.

Я глянул на дракончика, и он тут же юркнул Соне в волосы, зарылся в них, и только потом высунул мордочку и виновато посмотрел на меня.

Глава 8

Отец Семёна всё ещё не объявлялся. И это уже начинало тревожить.

Я попытался у Семёна аккуратно расспросить, но он сказал, что всё в порядке, отец работает. Скоро приедет. Но на вопрос: «Когда?», лишь пожал плечами.

Я уговорил себя, что всё в порядке и после обеда, который как обычно, был накрыт для нас, отправился в учебный зал, где нас уже ждали рабочие завода.

Те, кто сумел зажечь звёзды в прошлый раз, ещё вчера получили от меня рекомендации о дальнейшем развитии и отправились работать. Вместо них пришли новые люди – три человека, у которых я должен был проверить, способны ли они к магии. Ну и те рабочие были, кто магию пробудил, но звёзд пока не зажёг.

С них я и начал. Проверил развитие и, скорректировав программу, отправил тренироваться. Потом посмотрел новеньких. В этот раз подошли все.

Агитировать их было не нужно – они видели результаты своих товарищей. Поэтому, дав им задание, я занялся своими одноклассниками.

Соня с Гошей пошли рисовать, не дожидаясь, пока до них дойдёт очередь. Хоть Соню я и представил, как призывателя, всё равно к её «увлечению рисованием» все отнеслись с пониманием и о том, что она прорицательница, никто не упоминал, словно и не было такого. Ну приезжает девочка с ручным дракончиком, рисует, пока старший брат делом занят, ну и ладно. И меня, и её это устраивало.

Что касается Гоши, он с огромным интересом наблюдал, как Соня рисует. Создавалось ощущение, что вот сейчас он заберёт у неё карандаш и примется рисовать самостоятельно.

Я не стал лезть, пусть Соня сама разбирается с ним. Я вмешаюсь, только если Соне будет угрожать опасность или если Гоша начнёт творить откровенную дичь.

Что касается остальных ребят, то за столом они бурно обсуждали сегодняшние события. Обсуждение продолжилось и когда мы пришли в учебный зал.

Нужно было как-то настроить их на рабочий лад, и я спросил:

– Вы понимаете, что после сегодняшнего нас всех отправят в академию магии?

– Я уже думал об этом, – сказал Семён. – В связи с этим вопрос, тот усилитель, над которым мы с Николаем работаем, нам продолжать над ним работать? Ведь мы скорее всего в инженерном турнире участвовать не будем.

– Будем, – кивнул я. – Но не с усилителем магии. Но работу с ним нужно ускорить. Сейчас откладываете все другие дела и занимаетесь только усилителем магии. А потом уже я дам другую схему – для турнира.

– А почему?.. – хотел расспросить Семён, но я прервал его:

– У нас договорённость с твоим отцом. И время поджимает. Поэтому я и волнуюсь, что он отсутствует.

Семён покивал, и они с Николаем отправились в свою комнату, где уже были все необходимые ресурсы для изготовления усилителя магии.

В принципе у ребят достаточно развита магия, чтобы попробовать. Понятно что если бы они зажгли звёзды, дело пошло бы лучше, но время действительно поджимает. А нужно ещё иметь небольшой запас времени на то, что первые усилители могут не получиться. Всё-таки ребята только начинают работу артефакторами, опыта у них ещё никакого нет. И попытки создания артефакта связи – это просто тренировки. К тому же та работа так и не была закончена.

– А нам обязательно переходить в академию магии? – спросила Света.

– Таковы правила, – ответил я. – Директор сказал, что как только ученик пробуждает магию, его сразу же должны перевести в академию.

– То есть, нас давно уже должны были перевести? – уточнил Михаил.

– Получается, что так. Но у нас впереди инженерный турнир. И мы уже заявлены на него. Поэтому думаю мы пока ещё побудем в колледже.

– Тяжко же нам придётся, – вздохнул Кирилл.

– Что поделаешь, – засмеялся Фрол. – Это обратная сторона славы.

– Так, ладно, колледж обсудим потом, в конце занятий, – прервал я разговоры. – А сейчас давайте-ка показывайте, кто как продвинулся.

А продвинулись все довольно-таки неплохо. Только Зоя что-то застопорилась. Пришлось уделить ей побольше внимания.

– Ты дома не тренировалась что ли? – спросил я.

– Тренировалась, – ответила Зоя и густо покраснела.

– Ну тогда показывай, что делала и как. Буду смотреть, почему нет прогресса.

Зоя и показала. Совсем не то, что я говорил.

Создавалось ощущение, что она тренирует что-то своё, а что именно – говорить не хочет.

Хотел поругать её, но увидел глаза полные слёз, и начал, наоборот, успокаивать.

Ну и потихоньку выуживать, чего она там намудрила. И когда выяснил, не знал, плакать или смеяться.

Зоя очень хотела, чтобы я её похвалил, чтобы обратил на неё внимание. И почему-то решила, что если она самостоятельно откроет ещё одну специализацию, то я буду восхищаться ей. Вот она и занялась магией пространства и времени, не открыв как следует природную и стихийную магию.

Пришлось рассказать ей, в чём она ошибается, и объяснить, чем рискует.

Зоя густо покраснела, что с её рыжими волосами смотрелось очень мило.

Мне было понятно почему она это делает, но принять её чувства я не мог. Поэтому как мог деликатно сказал ей, что нас ждут трудные времена. И если она действительно хочет овладеть магией, то ей нужно не изобретать новое, а прислушаться к советам. Тем более, что она заходит на неизведанную территорию. Ну и пообещал, что если она за три дня овладеет природной и стихийной магией, то я помогу ей с магией пространства и времени. Если понадобится, будем работать дополнительно.

Конечно же Зоя вдохновилась и отправилась заниматься.

Глядя ей вслед, я был абсолютно уверен, что у неё всё получится. Главное, чтобы не перестаралась. Но тут уже я пригляжу.

Ещё из интересного во время тренировок была попытка Гоши сжечь мою школу магии. Этот паршивец так старательно совал нос в Сонино рисование, что в какой-то момент начал чихать. И не просто чихать, а чихать пламенем.

Он сел на задницу и начал трясти и крутить головой из-за чихания. А ошмётки пламени разлетались во все стороны. И тут же всё вокруг начинало гореть.

Соня ничего не могла поделать ни с Гошей, ни с пламенем, что лишний раз доказало мне, что для Гоши Соня продолжение артефакта. Пришлось вмешаться мне. Я, как хранитель артефакта, втянул излишки Гошиной энергии в себя.

В результате Гоша перестал чихать, но вместо этого начал зевать. А потом из последних сил забрался Соне на плечо, зарылся в волосы и уснул.

А я сделал себе отметку – дракончик-то у нас огнедышащий! И несмотря на то, что сам он духовный, пламя у него вполне себе материальное! Точнее магическое. Но оно может воздействовать на материальные объекты.

А это значит, что и у Сони должно быть что-то связанное с огнём. Возможно, это способность второго ядра.

Раньше у Сони ничего огненного не было, и если у неё появилась такая склонность, то это только после ритуала с Камнем Перехода.

Значит, огненная способность напрямую связана с Камнем Перехода. И проявилась она в тот момент, когда Соня вытягивала энергию из артефакта и из нас с князем.

Можно, конечно, предположить, что огонь Соня получила от князя или от меня, но это мало вероятно. Потому что тогда огонь не передался бы дракончику. Ведь Гоша – дух артефакта.

Интересные мысли. Пока ещё сумбурные и требуют внимательного изучения. Но здесь изучать Сонины ядра и их возможности я не стал, решил сделать это дома. Там свидетелей не будет. Особенно, если мы уйдём в пещеру, где хранится Камень Перехода. Ну или к порталу, лестница в который есть в Сониной комнате.

Можем уйти и отсюда, тем более что моя третья специализация – это магия пространства и времени, плюс, как хранитель Камня Перехода, я могу в любой момент перенестись к нему.

Но опять же отсюда я этого делать не буду. Ни к чему мне лишние вопросы. Тем более, что я не знаю, перенесётся ли со мной Соня. По идее должна, ведь благодаря поглощённой энергии она как бы стала частью артефакта, но кто его знает. Теории можно любые строить, а вот как оно будет на практике – заранее не выяснишь, только этой самой практикой.

Всё время, пока я проверял и корректировал работу своих учеников, я думал про Соню. Однако, мне это не мешало видеть все недочёты и давать точные советы. В результате прогресс был виден у всех – у кого-то больше, у кого-то меньше, но каждый так или иначе продвинулся в своём развитии.

Несмотря на то, что Соня с Гошей занимали мои мысли, больше всего времени я уделил Семёну и Николаю. Более того, я включился в их работу. И хоть у меня не было с ними синергии, но я активировал концентрацию и смог поддерживать парней энергией.

Как я и предполагал, первый экземпляр усилителя магии вышел не работающий.

Парни расстроились, и я отправил их медитировать. А усилитель решил забрать домой, чтобы дома проанализировать под концентрацией и понять, что мы сделали не так.

Наконец, время вышло. Проверив в конце работу у всех своих учеников – и одноклассников, и заводчан – я дал рекомендации, и мы отправились в автобус, чтобы ехать домой.

Но прежде, чем отправиться, обсудили завтрашний день. Прикинули все варианты развития событий. Точнее, не все, а самые на наш взгляд вероятные. Обсудили, как нам действовать в том или ином случае.

Понятно, что скорее всего всё пойдёт не так, как мы думаем. Но продуманные возможные варианты дали ребятам чуток спокойствия.

Эх, если бы отец Семёна был тут, мы смогли бы поселиться где-то или на территории завода, или в другом каком месте, чтобы иметь возможность заниматься и не ходить в колледж, как предлагал директор. Но Аристарха Петровича не было, а у Семёна не хватало полномочий.

– Может, попросишь дедушку? – спросил я у Семёна, когда мы уже развезли всех и остались в магобусе втроём, не считая водителя и Гошу.

– Я спрашивал уже, – вздохнул мой товарищ. – Дедушка сказал ждать и действовать пока так, как было обговорено.

– А вообще отец так надолго раньше уезжал?

– Уезжал, но… – Семён замялся. – Так как сейчас, в первый раз. Но может просто возникли проблемы? И он скоро приедет? – Семён посмотрел на меня с надеждой, как будто именно от меня зависело, когда его отец будет дома.

– Возможно так и есть, – успокоил я товарища.

А для себя решил, что нужно на всякий случай продумать запасной вариант, как быть с императором. Вдруг Аристарх Петрович не успеет решить свои дела. Или вдруг он попал в какие-то неприятности, или с ним случилось что-то. Но вполне может статься так, что он не сможет презентовать императору усилитель магии. Тогда нужно, чтобы его представил кто-то другой.

Встаёт вопрос: кто?

Ни князь, ни я не можем по известным причинам. Семён мал ещё представлять такие серьёзные разработки. Дедушка Семёна… С дедушкой тоже ничего не выйдет. Я уже знал, что он не выходит из дома, даже на первый этаж не спускается. А тут поездка в столицу. Так что, от него помощи мы не получим. Во всяком случае, помощи в представлении усилителя магии его величеству.

А представить нужно уже через три дня. Иначе наш род уничтожат.

И что теперь делать?

Глава 9

Князя дома не было. Скорее всего он уехал в столицу, чтобы сообщить императору о том, что мы нашли замену Камню Перехода. Равноценную замену.

То, что князя нет, я понял сразу, как только мы с Соней вошли в дом и увидели мачеху. Эта мегера по своему обыкновению стояла на лестнице и смотрела на нас с таким торжеством и злорадством, как будто уже победила.

Самым разумным в этой ситуации, возможно, было развернуться и уйти.

Но уйти означало оставить дом ей, сдать позиции. Допустить этого я не мог.

Да, этот дом не был моим родным в полной мере. Но я принял не только тело Виктора Третьякова, но и его жизнь, его дом, семью.

Понятно, что я с высоты своего опыта внёс коррективы, а местами и существенные. Но не настолько чтобы отказаться от дома.

Да и вообще, как можно отказаться от дома? Я скорее сделаю так, чтобы Елена свалила куда подальше!

Поэтому, взяв сестрёнку за руку, я решительно направился к лестнице, чтобы пройти в наши с ней комнаты.

Я шёл прямо на мачеху, стоящую посреди лестницы. Я не собирался сворачивать или как-то обходить её. В конце концов, это наш с Соней дом, я наследник, и не важно, что до моего совершеннолетия ещё несколько дней. Точнее, чуть больше двух недель. А две недели – это не годы.

Я шагал, глядя в глаза мегере, которая сделала всё, чтобы загубить наше с Соней развитие. Более того, которая попыталась убить нас, пусть и чужими руками.

И прощать ей это я не собирался.

Мачеха стояла на лестнице, пытаясь испепелить меня взглядом, но ей это, естественно, не удавалось. Я вообще не знаю, что должно произойти, чтобы я свернул или отступил. И я видел: мачеха это понимает, чувствует мою силу, и это её бесит.

Естественно, я ждал подвоха. Ждал, что она выкинет какую-нибудь подлость, с неё станется.

Поэтому, когда она попыталась столкнуть меня с лестницы, я слегка повернул тело, пропуская её удар. В результате вместо того, чтобы сбросить меня, она сама чуть не полетела вниз.

Но не полетела. А изогнувшись под неестественным углом, оказалась у нас с Соней за спиной.

Я знал, что мачеха маг третьего уровня. Но я не знал её специализации. До сих пор не знал. И если бы не мои ежедневные тренировки не только в магии, но и физического тела, следующую атаку мачехи мы бы с Соней не пережили.

Эта мегера оказалась оборотнем. И в тот момент, когда она промахнулась и пролетела мимо меня вниз, она превратилась в огромную змею и, развернувшись на ступенях, атаковала нас с Соней.

Атака мачехи была стремительной, и я едва успел отскочить и выдернуть Соню из-под удара.

Путь вниз был нам отрезан, и я принял единственное возможное в этой ситуации решение. Я крикнул Соне:

– Быстро в свою комнату!

Два раза повторять было не нужно. Я ещё не успел договорить, а сестрёнка уже бежала по ступеням вверх. Причём, впервые за всё время она не спрашивала, а как же я, не спорила, что где я, там и она, что мы вместе… Видимо, поняла, что сейчас всё серьёзно.

К счастью, мачеха не стала преследовать Соню, давая тем самым нам шанс на спасение. Скорее всего, решила сначала разобраться со мной, а потом уже добить девочку. Мол, из своей комнаты она никуда не денется. Два раза ха! Я научил Соню открывать вход на лестницу к порталу, и, если прижмёт, сестрёнка уйдёт туда. Но я был уверен на сто процентов, что она до последнего будет ждать меня.

Впрочем, думать об этом мне было некогда. Потому что мачеха в образе огромной змеюки, что очень ей соответствовало, в очередной раз кинулась на меня.

И снова я отскочил, но, отступая, успел садануть мачеху молнией.

Получилось не сильно. Но мне сейчас сильно и не было нужно. Для меня было достаточно, чтобы мачеха окончательно оставила все мысли о Соне и полностью переключилась на меня.

И у меня всё получилась. Потому что в следующий момент мне пришлось не просто сбегать с лестницы, а буквально скатываться по перилам, чтобы уйти от атаки.

В результате я едва не пропустил удар мощным хвостом. Удар, который снёс часть перил. Но я успел вовремя соскочить и пригнуться, чуть ли не лечь на ступени. А в следующий момент я уже стоял на полу холла и держал в руке шар, внутри которого металась молния.

Можно было, конечно, не запирать молнию в шар, но… Ветвистая молния в руках – это эффектно. Однако, во время боя молния, заключённая в шар, – эффективнее. Шар проще кидать, точность выше, да и вложенную силу контролировать проще.

– Ненавишшу! – прошипела мачеха. – Вссю вашшу ссемейку ненавишшу!

– А кому сейчас легко? – усмехнулся я и призвал во вторую руку водный шар.

Огненный, возможно, был бы лучше, но я не хотел сжечь весь дом, нам ещё тут жить.

– Двухссстихийник… – с ненавистью выплюнула мачеха.

Я усмехнулся и швырнул в змеюку водный шар.

Уклоняться от него мачеха не стала – что змее немного воды?

Собственно, на это и был расчёт. Потому что следом за водным шаром полетел шар с молнией. А вода с молнией очень хорошо сочетаются.

Змеюку хорошенько так тряхнуло, но ощутимого вреда не принесло, только разозлило ещё сильнее. И эта тварь бросилась с лестницы прямо на меня.

Уклониться я не успевал, поэтому пришлось задействовать один из козырей – использовать магию пространства и времени – переместить от стены кресло и бросить его прямо перед змеюкой.

Если бы я не зажёг звезду, то переместить такой крупный предмет мне не удалось бы. Но благодаря звезде и тому, что я теперь имел постоянную связь с Камнем Перехода, я мог орудовать чуть большими объёмами энергии. Не такими большими пока, как мне хотелось бы, но всё-таки.

Кресло мачеху задержало ненадолго, но подарило мне секунду, за которую я, используя стихию земли поднял в воздух всю пыль, а потом, используя стихию воздуха, швырнул эту пыль в лицо мегере. Да не просто швырнул, а предварительно насытил пыль электричеством, используя молнию. Было бы рядом земли больше, получилось бы лучше, но как вышло, так и вышло. И небольшой урон, который я смог нанести этой твари, был мне на руку. Так понемногу, но я добью её.

Этот сюрприз понравился змеюке меньше. Но снова я не смог остановить её, и снова мне пришлось уворачиваться от её бросков.

Всё-таки три звезды против одной – это существенное преимущество.

Правда с моей стороны – многолетний опыт сражений и знание о магии. И в случае малых объёмов энергии умение комбинировать виды магии сложно переоценить.

А потому – отводящая взгляд руна, смещение в сторону и удар ветвистой молнией прямо по глазам, и снова быстрое смещение.

Змеюка закричала и затрясла головой.

Чтобы улучшить своё положение, вслед за молнией я отправил в глаза твари огонь – небольшие огненные шары. И благодаря выигранному с помощью молнии времени, я смог направить их точечно.

От рёва змеи у меня заложило уши и сознание немного поплыло. Оказывается, у этой твари есть дополнительная техника – акустический удар. И я оказался к этому не готов.

Скорее интуитивно я рванул в сторону, и это спасло мне жизнь. Зато пол в том месте, где меня застиг акустический удар, был проломлен, потому что змеюка саданула хвостом, не жалея сил.

Вообще, мы потихоньку разносили дом, но змеюку нужно было убить, иначе она жизни нам не даст.

Не знаю в какой момент боя до меня дошло, что за всё время ни разу не выскочил и даже не показался никто из слуг. Даже швейцара в дверях не было, когда мы пришли. Я сразу не обратил на это внимание, а сейчас вот вспомнил. К тому же нас никто не встречал, кроме мачехи.

Едва я это осознал, моё сердце заныло в тревоге. Во-первых, Соня там наверху одна – дракончик не в счёт, он ещё маленький и мало что может. И если слуги на стороне мачехи, то Соне сейчас не просто.

Но тут меня успокаивало то, как быстро Соня побежала наверх, когда я послал её в её комнату. Это значит, что её дар не видел опасности.

Мне оставалось лишь надеяться, что дар не почувствовал опасности, а не то, что дар не сработал. Всё-таки, дар сестрёнки ещё плохо развит.

Но со слугами мог быть и другой вариант. Если они не перешли на сторону мачехи, то она могла и поубивать их. Раз уж она решилась открыто напасть на нас с Соней, то наверняка позаботилась, чтобы свидетелей не было. И этот вариант был более вероятным.

Следующая мысль, которая накрыла меня – действительно ли князь уехал? Может, эта тварь и его убила, со змеюки станется.

Забавно, я не воспринимал его, как отца. Однако мысль о том, что змеюка могла убить князя, была мне категорически неприятна. Но думать об этом я буду потом. А сейчас нужно выжить.

Вопросов было больше, чем ответов. Но самый главный – как убить эту тварь? Да, у меня опыта было много. Я не раз участвовал в сражениях, и с мощными тварями в том числе. Но сейчас мне катастрофически не хватало сил. Хотя, кое-что я сделать всё-таки мог. И для змеюки это будет очень неприятным сюрпризом.

Сейчас, когда змея ослепла, я начал телепортировать ей в морду разные предметы, которые находились в холле. Некоторые – по два-три раза, пока они не разбивались в щепки. Но потом и щепки летели ей в морду.

Между предметами в змею летели шары с молниями, с водой, били воздушные порывы, огненные точечные атаки.

Змеюка же в ответ била хвостом везде, куда могла попасть. И не только хвостом, но и башкой. Пыталась схватить меня пастью, ну или захватить и удушить кольцами своего тела. И мне приходилось совершать чудеса акробатики, чтобы избежать смерти. Но нужно было подгадать момент.

Осознав, что не может достать меня, змеюка перестала наносить удары хаотически. Наоборот, она обуздала свою ярость и начала методично разрушать всё вокруг, загоняя меня в угол.

Я это сразу увидел, и позволил ей это сделать, пусть думает, что победила. Я ждал подходящего момента.

Руны нянюшки сейчас были бессмысленны. Зачем отводить взгляд, если змея и так ослеплена. А атакующие руны нянюшка мне не показала, только защитные. И что в результате я имею? Для традиционной магии у меня не хватало энергии. Точнее, её хватало только на то, чтобы избегать текущих ударов. А вот чтобы атаковать и тем самым выйти из блокады – на это сил уже не хватало.

Мне хватит сил только на одну хорошую атаку, потому как я начал уставать. Всё-таки ещё слишком мало времени я провёл в этом теле. Ещё не успел развить его как следует.

И тем не менее, я не собирался сдаваться. И всякий раз уклоняясь от очередной атаки, я искал возможность для спасения. А лучше – для победы. Полной и безоговорочной победы.