Завоевательница

Глава 1

Вселенных и мультивселенных - бесконечное множество, они могут отличаться друг от друга сильно, до неузнаваемости, а могут отличаться лишь тем, что ты выбрал есть на завтрак…это знает любой из Новых Богов. Экспериментировать же никто не решается. Даже для Новых Богов это опасно. Последний, кто так сделал - расщепился на ионы, да так, что собрать обратно его не смог никто. Очевидное правило, не так ли? "Не лезь тыкать мультивселенную". Не так уж сложно. Что ж...я его нарушила? Вроде бы даже не пыталась тянуть загребущие ручки к другим реальностям.

Голова буквально раскалывалась от боли, а в глазах плыли темные пятна и разноцветные мушки. В первые минуты я даже не поняла, где я вообще нахожусь. Комната была выполнена в аскетичном спартанском стиле, потолок и стены представляли из себя простой полированный камень темно-серого цвета. Еще и кровать жесткая и неудобная. Переведя взгляд на окно, я увидела пейзаж черного города под алым небом, воздух дрожал от жара и смога, поднимающегося с самых нижних ярусов и клубящегося где-то в верхних слоях атмосферы, собираясь в уродливые черные жирные облака.

Я медленно села, потирая глаза. Прямо в середине комнаты левитировал куб. Что? Ладно, это не самое странное за сегодня.

А, нет…это МОЙ куб. Что-то вроде ассистента, не совсем живой, но разумный. Мне как-то пытались объяснить, что это такое. Называется эта штука Отцовская Коробка. Забавно, на Новом Генезисе есть что-то похожее, но под названием Материнская Коробка…и поразговорчивей.

— Время, — пробормотала я, вставая и пытаясь сцепить жесткие как проволока и черные как сажа волосы в хвост.

В ответ на мое требование куб спроецировал круг с горизонтальной линией ровно по центру и точкой, обозначающей положение светила. Моя бедная больная голова подсказала, что сейчас примерно два пальца до рассвета, или минус двадцать семь градусов оборота от Дворца Дарксайда, или, если уж совсем для тупиц, то примерно четыре утра.

Итак. Надо придать каше в голове хоть какое-то подобие порядка. Кто я? Хаотичные воспоминания и образы медленно, со скрипом, начали выстраиваться в цепочки и занимать нужные места. В голове прояснилось. Я – Шинайна, самая младшая, а следовательно самая слабая, из детей Дарксайда, темного бога, правителя Апоколипса.

А что же с теми двадцатью годами на планете с голубым небом и обилием зеленого? Прикрыв глаза, я попыталась вызвать в памяти этот прекрасный сон. Планета, на которой еще осталась живая природа, на которой небо голубое, а облака легкие и белые, на которой смех не запрещен под страхом смерти...странное место. А еще перед глазами вставали мутные картинки каких-то страниц с рисунками, там был Отец, парадемоны…и еще много кто. Что интересно, меня не было ни на одной из страниц этих странных книг с картинками.

Из задумчивых воспоминаний меня вырвал оглушительный грохот и распахнувшаяся в мою комнату дверь. Уже схватившись за оружие, увидела знакомую здоровенную сутулую фигуру. Калибак, чтоб ему просраться в тронном зале.

— Шина, ну ты представь себе! — сразу с порога начал возмущаться брат, ставя, выломанную им же, тяжелую каменную дверь на место, — Он доверил уничтожение этого надутого засранца наемнику! Ты меня слышишь? НА-ЕМ-НИ-КУ!

Я похлопала по своей не очень уж мягкой кроватке, приглашая дорогого родственника присесть. Ему просто нужно выговориться кому-то, кто не побежит жаловаться Дарксайду. Калибак со вздохом примостил себя на край кровати.

— Ну вот скажи мне, я недостаточно стараюсь? — продолжил он.

— Ему никто из его детей не нравится, ты же знаешь? — я слегка ткнула его кулаком в плечо, — Мне казалось, ты, как самый старший из нас всех, знаешь отца достаточно долго, чтобы заметить.

— Знаю…

Посидели, помолчали. Все-таки Апоколипс - это место, полное соперничества и ненависти, тут либо убиваешь ты, либо убивают тебя. Мне в этом плане невероятно повезло, почему-то Калибак решил, что его маленькая сопливая сестричка, то есть я, заслуживает его заступничества и защиты.

— Так, я чего пришел то, — наконец подал голос брат, — Отец сегодня примет у себя дипломатов из Генезиса, что-то насчет обновления пакта о ненападении.

— Нам всем обязательно присутствовать?

— Да…

***

Апоколипс в своей культуре, на самом деле, не имеет какой-то специальной одежды для важных и торжественных поводов. Поэтому, что я, что Калибак, оба щеголяли в броне. Да, он - в зеленой, я - в темно-синей. На самом деле, мне невероятно нравится тот факт, что для меня сборы на светскую вечеринку и на войну по времени одинаковы. К тому же, ты всегда готов к тому, что придется драться. Обожаю броню.

Тронный зал был огромным. В принципе, как и все во Дворце Дарксайда. Темно-серый камень, тяжелые, громоздкие колонны, угловатый и монументальный стиль вообще был отличительной чертой любой архитектуры на Апоколипсе. Это не только из-за текущего правителя, насколько знаю, так было вообще всегда, еще с самого начала цивилизации. Может быть это вообще общая черта всех урожденных апоколиптианцев, ведь я тоже люблю этот стиль. Знаете за крепкими и толстыми стенами с окнами шириной примерно в пальца два появляется ощущение относительной безопасности. Ну ладно, что-то я думаю не туда. Волнуюсь, однако.

Гладкие, почти зеркально отполированные, плиты пола отзывались почти мелодичным звоном под ботинками моего бронекостюма. Куб же с тихим гудением летел за мной. Я, на правах самой младшей, и в отсутствии других братьев и сестер, следовала на два шага позади Калибака. Не то чтобы у меня не было больше братьев, просто они в данный момент были не на планете.

Калибак шагал широкими злыми шагами, вынуждая меня шагать быстрее. Правила этикета напоминают правила построения войск. Отец стоит ровно в центре. Калибак, на правах старшего, на одну клетку сзади и на три правее. Я же обязана встать на двенадцать клеток левее и на четырнадцать сзади. Почему? Ну, во-первых, это показывает, кто тут главный, и, во-вторых, если случится нападение, самые сильные и опытные воины будут спереди, в то время как неопытный и слабый молодняк будет прикрывать.

Делегация дипломатов из Нового Генезиса не вписывалась абсолютно. Их пестрые наряды, сделанные из тонких и летящих тканей, выделялись, как пятна зеленой сочной травы выделялись бы на фоне выжженой пустоши. А построение? Не улавливаю никакой системы. Дипломаты мужского пола потели и нервно косились на застывших у стен парадемонов с жужжащими энергетическими копьями, женщины же бледнели и бродили взглядом по колоннам и вообще всему залу. Правда, среди них был один готовый к бою. Настолько готовый, что даже в шлеме.

— О, честь лицезреть сияние мощи, Дарксайд правитель Апокалипса, — шагнул вперед шлемоносец.

Мне кажется, от этой фразы отец чуть напряг нижнее веко и приподнял уголок рта. Не берусь ничего утверждать, он стоит ко мне спиной, однако же есть у меня такое ощущение, что этот дипломат в шлеме вызывает у отца легкое раздражение. За мои ничтожные восемьдесят было время изучить малейшие изменения в его настроении, чтобы не попасть случайно под горячую руку. Восемьдесят это совсем немного для Нового Бога...

— Переговоры с Новым Генезисом были ожидаемы, — холодно прогудел отец, не меняя позы.

— Наконец решили избавиться от Десаада? Честно скажу, замена вышла не лучше, — усмехнулся шлемоносец, останавливая взгляд на мне.

— Ор-р-р-р-рион...— прорычал Калибак, капая слюной на пол.

Отец же выдохнул чуть громче через нос. У меня же по спине пробежали холодные панические мурашки от узнавания этого звука. Калибак в бешенстве, отец медленно, но верно начинает закипать. Надо что-то сделать, а то порешат этих дипломатов прямо здесь, в этом зале. Неловко выйдет.

— Громкие слова для того, кто носит оранжевые колготки, — ощерившись, выдала я первое, что пришло в голову.

— Что? — неверяще округлил глаза дипломат, названый Орионом.

— В краю изобилия Новом Генезисе не нашлось штанов для лидера дипломатической делегации? — продолжила я.

Медленно отец втянул в себя воздух, так же медленно и шумно выдохнул. Мне конец...Отец меня просто испепелит, воскресит, а потом еще раз испепелит.

Красные, диаметром примерно с глаз каждый, омега-лучи, делая не меньше девяти изгибов под прямым углом, устремились ко мне. Будет больно.