Заточи свой клинок и Вперед! - 12

Глава 1

Мир смазался, желудок остался где-то у купола.

Я выпал у ворот, в шаге от принца. Кристиан шарахнулся: секунду назад меня тут не было.

Шагнув вперёд, между Кристианом и вышкой, я вскинул левую ладонь заслоняя наследника от магического удара.

БУУМ!!

Столб белой молнии рухнул наискось, толщиной с колонну, и пришёлся через ладонь всей мощью, тараном. Белым залило всё вокруг. Корка у моих ног пошла трещинами и поплыла, створка ворот рядом задымилась и почернела. Кирпич проглотил удар целиком, до последней крохи веса. Я стоял как стоял.

«Эхо Удара» поползло вверх. Мимо отметки, до которой его разгоняли бивни мамонтов, мимо удара сверху, что шёл за двоих, и всё выше. Жар потёк от ладони к локтю изнутри, по самым костям, и дальше к плечу.

Свет иссяк. Туча над вышкой расползлась клочьями.

Заряд ушёл под рёбра и засел там горячим комом. Перебор жёг. Сбросить бы всё в вышку, и дело с концом, только за куполом пасётся стадо покрупнее, и вожаку там этот заряд как раз по росту. Пусть сидит. Охоту мне высочество оплатил отцовским свитком, грех отказываться.

На вышке Ансель так и стоял с вытянутой рукой и открытым ртом. Ну что, высочество, ещё свиток найдётся?

Кристиан за моей спиной не шевелился.

— Он в меня, — сказал принц.

С ответом пришлось погодить. Эгида Небесного Рыцаря нагнала меня в два удара сердца и зависла у плеча. Руны на ней налились белым, щит развернулся ребром к вышке. «Небесная молния» уже просилась наружу.

— Стоять, — сказал я.

Руны обиженно мигнули и погасли.

Лаэрта её молния уложила сквозь семь пластов щитов, уложит и этого. А принц нужен мне живым: медальон и на нём висит, и лицо, которое тот покажет отцу, будет моё.

— В тебя, — согласился я, не оборачиваясь. — Вот у него и спросим зачем.

Ансель опомнился. Сорвал с пояса что-то блестящее и грохнул об перила. Вокруг принца встал купол, гладкий и золотистый, и накрыл почти весь настил. У лестницы осталась свободная полоса шага в два.

Ну-ну.

От ворот до вышки было метров десять. Один «Шаг», и я стоял на этой полосе, вплотную к куполу. Дозорный забился в угол и закрыл голову руками.

Вблизи второй принц оказался моложе, чем казался снизу. Позолота на кирасе в копоти от собственных магов, плащ с грифоном съехал на одно плечо, а пальцы всё тискали фамильный медальон.

— Не подходи! — Ансель вжался спиной в перила. — Это королевская защита! Её ни магия не берёт, ни сталь!

— Сейчас и проверим.

Я раскрыл боевую ауру «Заточенное разрушение». Девять фантомов развернулись кольцом вокруг вышки, пять стихийных мечей встали в разрывы между ними. Ансель за золотистой стенкой побелел.

Магию купол держит. Сталь, если принц не врёт, тоже. Только Пространство режет само место, где купол стоит. На склоне у заслона оно уже раскололо воздушную волну Ульфа вместе с каменными стенками его щитовика.

Меч Пространства пошёл вперёд остриём. До золотой стенки он так и не дотронулся. Воздух перед остриём сложился прямо как сгиб на листе бумаги, и купол, стоявший в этом воздухе, раскололся по шву сверху донизу. Половинки сползли на настил и растаяли.

— Королевская же… — прошептал Ансель, глядя на то место, где только что был купол.

Ага, королевская. Ни магия, ни сталь.

Мы с принцем стояли на расстоянии вытянутой руки.

Ансель схватился за меч. Клинок вышел из ножен до половины.

Вот зачем? Четырнадцать клинков висят вокруг вышки, а он за свой хватается. Королевское воспитание, не иначе.

Ауру Императора я включил без звука и без вспышки. Пока я молчу, её никто и не заметит. Своих она уже ставила на колено, а на чужих я её ещё не пробовал. Вот и попробуем.

— На колени, — сказал я.

Ансель опустился первым. Меч выскользнул у него из пальцев и звякнул о доски. Под вышкой на колени рухнул старший маг, а Морд за его спиной преклонил колено следом, так и не убрав ятагана от горла. Дальше по лагерю опускались гвардейцы у шатров и маги на валу. Телохранители у обоза бухнулись в груду собственных пластин.

А следом и свои.

Кристиан упал на одно колено, снова помимо воли, и уставился на это колено с явным осуждением. От лязга на валу дрогнули доски под ногами: Рыцари встали на колено все разом. Виктория спланировала с неба и опустилась на одно колено посреди лагеря, раскинув крылья во всю ширь. Красиво.

Князь бухнулся на колени, не выпуская шпаги, и озирался, кого бы ещё положить. Зена у вала склонилась, не проронив ни слова. Зверь упёр колено в иней у своих вмороженных расчётов. Дядюшка у обоза опустился степенно, придерживая корзинку, чтобы не рассыпать дольки.

— Аве, император! — грянуло над лагерем.

Гвардейцы Анселя вздрогнули. Сами они стояли на коленях молча.

Над лагерем стало тихо. Только вдали поскрипывала крышка Матери: огненный шар всё ещё переваривался.

Сопротивляться больше было некому. Ауру Императора я погасил. Рыцари поднялись с лязгом, Кристиан торопливо отряхнул колено.

Ансель остался на коленях. Вставать, когда вокруг висят четырнадцать клинков, дураков нет.

Под рёбрами всё ещё ворочался горячий ком. Терпимо. До стада дотерплю.

Я присел перед Анселем на корточки.

— Сорок тысяч, высочество, — сказал я. — На тебя столько не понадобилось... И что мы теперь с тобой будем делать?