Затерявшийся. Легенды Бендгарии

Пролог

Затерявшийся. Легенды Бендгарии

Пролог

Страна, которую никогда не видели, потому что не хотели увидеть, край, о котором никогда не слышали, потому что не хотели услышать, земля в которой никогда не бывали, потому что не хотели побывать… На границе между миром фантазии и миром реальности, в объятиях океана и бушующих морей, вдали от Континента, земель Орлунгов и острова Лукруаз, расположилась таинственная и овеянная легендами Бендгария.

Многие путешественники сталкивались со слухами об этом крае, исследователи находили обрывки записей старинных рассказов и древних преданий, но никто за последнюю сотню лет не находил берегов этого архипелага. Надежно сокрытая кольцом острых скал и одиноких безжизненных островов, Бендагрия жила своей жизнью, странной, загадочной и наполненной своими легендами.

Известная карта мира насчитывает тысячи небольших каменных островков, хаотично разбросанных среди холодных вод Северова океана и не больше десятка крупных островов, где есть местное население. Единственный Континент настолько обширен и богат, благоприятен для жизни и разнообразен, что местных жителей мало интересуют отдаленные друг от друга архипелаги и слабозаселенные острова. Сложность передвижения по соленым водам еще больше отбивает охоту у исследователей и авантюристов. Даже торговцы предпочитают пешие перемещения, чем поиск таинственных и сомнительных ценностей. Только волшебники рискуют открывать новые земли, ведь чем дальше от людей, тем больше возможностей для экспериментов, чем меньше жителей, тем сильнее магические потоки и больше шансов на встречу с древнейшими и удивительнейшими созданиями, породившими магию – драконами.

Неспокойные волны Северова океана плотным кольцом сковывают Бендгарию. При первом взгляде видятся только громадные отвесные берега, попасть на которые не представляется возможным. Но если пройти мимо одиноких скал, пройти через череду узких бухт и мелководий, можно попасть в край, где бегут сотни рек и речушек, высятся горы, чьи вершины покрыты снегом и теряются в облаках, разливаются глубокие озера, а природа пестрит разнообразием едва ли не больше, чем на известном Континенте. Издревле в этих землях росли деревья настолько огромные, что кажется, будто они держат небосвод, а леса настолько густые и сочные, что самые невероятные и требовательные обитатели находят себе приют.

Долгие годы земля жила в мире и покое. Звери неспешно бродили по роскошным долинам, мотыльки и бабочки с пёстрыми крылышками весело и беззаботно порхали над цветками, сотни струй ароматов которых буквально топили весь окружающий мир в буйстве красок и ароматов. Птицы ловко маневрировали между деревьями, описывая невозможной красоты пируэты. Самые гордые и отважные из них, грифоны, селились на отвесных скалах на востоке.

В центре крупнейшего острова расположилась Небесгора - гора, которая держит небо, ибо так оно и есть, облака служат ей поясом, а заснеженных пик теряется в лазурной дали. С самой вершины горы спускается всего одна речонка, казалось бы, самая обычная и ничем не примечательная, но воды Лирканы могут исцелять любые раны. Умирающие звери добираются до реки, погружаются в воды и покидают склоны уже здоровыми.

Небесгора замкнута плотным Друггорским кольцом. Друггоры – это скалистый массив, проходящий через весь край и почему-то плотными объятиями сжимающий гору-великана.

В древние времена, когда даже звери не осмеливались появиться, земля начала возмущённо вздыматься и опускаться, разрушая одни скалы и рождая другие. Среди ровного плато возник глубокий обрыв, какого-то таинственного розового цвета. Место прекрасное само по себе, но его облюбовали местные речки. Они одна за другой стали стекаться к этой долине и образовав Долина Тысячи Водопадов. Мерцающие розовые скалы сливаются с бурлящими и пенящимися голубыми водами. На дне впадины образуется озеро с неописуемым цветом, где радужные потоки водоворотом следуют за голубыми линиями. А деревья, коснувшиеся этого места, тоже становились особенными, их листья начинали мерцать на свету. Стоило подуть легкому ветерку, как слышались их настоящие живые голоса – они умели говорить.

На востоке же, на самом побережье, морские скалы внезапно вздымались и высоко поднимались вверх, образуя острый утес, названный Верстраж, одиноким стражем, наблюдающим за покоем острова. Именно в тех скалах селились грифоны. Удивительно, но это место всегда было полно сияния и света. Мерцающие лучи прежде всего освещали Верстраж. И сильные ветра, то ли рождающиеся от взмахов мощных крыльев гордых тварей, то ли от морского бриза, поселившегося тут, разносили солнечный свет и дарили этим скалам таинственное свечение.

К западу от Небесгоры, воды океана захватили часть земли и ворвались внутрь острова, образовав Море Забытых Голосов, - место, являющееся самым загадочным в Бендгарии. Воды этого моря всегда поют, но поют таинственные грустные песни. А иногда, когда дневной свет прощается с этой землёй и оборачивается, улыбаясь, вступающей ночи, заливая всё золотисто-лиловым светом, из-под вод виднеется огромный морской город. Откуда он там взялся, как это всё происходит - неизвестно.

В объятиях моря находится древняя роща Фанаян. Все деревья тут огромные, толстые, высокие. Их кроны настолько велики и густы, что заслоняют дневные лучи и служат хорошей защитой для тех, кто решил поселиться здесь. Корни деревьев питаются водой таинственного моря и поэтому светятся ярким голубовато-молочным светом. Тут же, в этой роще, цветут самые редкие цветы Мияраны. Едва прорастает стебелек, на котором сможет удержаться огромный цветок, появляются золотые лепестки, которые не только поразительно пахнут и мерцают в теневом свете, но и, подобно речке с Небесгоры, исцеляют любые раны и, по легенде, дарят бессмертие.

На севере Бендгарии раскинулась Одинокая пустошь. Почему-то все деревья и животные избегают этого места. Одна лишь речонка с сиреневыми водами проходит в этом месте. У её берегов растут смертельные травы Оруилэ. Достаточно всего одной травинки, чтобы убить дракона. Так сохраняется баланс в этом удивительном краю, золотые цветы Мияраны дарят жизнь, стебли же Оруилэ забирают ее.

На юге же, Друггоры услужливо соединяясь с землёй, поднимаются внезапно в небеса. Там находится Снегон, край вечного снега.

Однажды покой и мир края нарушили существа, появившееся неизвестно откуда: эльфы, люди и гномы. Вероятно, они появились из Подводного города, а может сама Жизнь решила заселить Бендгарию потомками своих детищ, бессмертных душ – домолов? Эльфы научились слушать лес и деревья, они стали жить в согласии с ним, не причиняя ему вреда. Поселились они в зарослях древней рощи Фанаян и получили бессмертие. Люди ушли в Пустоши и стали строить каменные города, разрушая леса и расширяя свои границы. Теснимые людьми гномы удалились в Снегон и построили свои города внутри Друггорского кольца.

Земли эльфов стали называть Великим Лесом, край людей Империей, а гномы настолько стали скрытными, что совсем немногие знали об их существовании.

Эльфы очень походили на людей, но были намного выше, стройнее, у них длинные уши и у всех серебристые волосы. Гномы тоже чем-то напоминали людей, только ниже и у всех: и у мужчин, и у женщин, и у детей, - бороды.

Год за годом, эльфы сближались с тенистыми гигантами, и те их приняли и впустили к себе. Выбрав самое крупное дерево, стали обустраивать селение. Внутри ствол дерева был пуст, поэтому, обнаружив вход внутрь, эльфы соорудили винтовую лестницу до самой кроны. На каждую высокую ветвь был выход, и там располагались дома. На ветках, свисавших низко, строили дома с веревочными лестницами. В основном в таких домах жили самые ленивые, поэтому самые бедные эльфы. Эльфы старались жить равно, не выделяли богатых и бедных, но всё-таки обнаруживались и те, кто не хотел ничего делать, таких эльфов лишали всех прав и спускали на нижние ветки, но всегда давали ещё один шанс, чтобы подняться. Если же они ничего не делали, их изгоняли с одним лишь луком.

Люди же варварски валили деревья, добывали камни, меняя русла рек, строили громадные города, огораживая их массивными стенами. Элита жила внутри стен города, простой же люд – за их пределами. Люди дерзко охотились на всё живое, изобретали всё более и более смертоносные оружия. А самым излюбленным их развлечением стала арена. В ней гладиаторы бились не только друг с другом, но и с диковинными зверями. Людям было интересно находить новые экземпляры и устраивать всё более и более страшные бои - кто-то обогащался этим. Собственно, эта страсть и стала причиной начала первой войны между людьми и эльфами.

Могучие орды, закованные в тяжёлые доспехи, с мощными дубинками, клинками, мечами всесокрушающим маршем громили предместья рощи Фанаян. Огнём жгли молодые деревья, но толстые стволы великанов не пускали захватчиков. Много эльфов погибло во время войны Кровавого Леса, многие стали рабами людей. Часть эльфов ушла глубоко, к корням священным деревьев, а другая часть отправилась искать новые земли. Новой родиной для эльфов стала долина поющих водопадов. Остроухие утратили бессмертие, легендарный цветок навсегда покинул эти края.

Народ эльфов утратил былое величие. Те, что укрылись в корнях рощи Фанаян, решили осваивать подземные земли, спасаясь от навязчивых людей. Они обнаружили множество пещер и туннелей, со своей живностью. В подземных пещерах они основали город - Талонгард, который стал их новой столицей.

Эльфы долины первыми открыли тайны магии. Раньше всех они заметили, что весь мир пронизан тонкими, едва заметными нитями волшебства. Тогда остроухие научились покорять эти силы и стали могущественными магами. Кто знает, может, они именно так покорили драконов.

Талонгардцы также смогли открыть для себя глубины магии, но славились ещё и как могущественные воины. Они не владели магией природы, как их светлые собратья, но владели силой разрушения, разбивая целые орды подземных монстров. Талонгардцев стали называть Тёмными эльфами. И, действительно, волосы у них были чёрными или пепельными, кожа, лишённая тёплых дневных лучей стала серой, а длинные уши сверкали какой-то чернью.

Долинников же называли Высокими эльфами. Они были очень высокими, с сверкающими голубыми глазами и мерцающими белыми или цвета коры дерева волосами.

Люди открыли в себе магию значительно позже. Но тут же поняли, что это слишком большая сила и поэтому было решено всех тех, кто замечал в себе тайные знания, отправлять как можно дальше от столицы Империи. Так была создана башня магии Иктур, прямо посреди вод Моря Забытых Голосов. В этой башне магов учили покорять волшебные потоки. Все чародеи должны были находиться в башне и бдительно контролировать свои способности. В любой семье, где был замечен ребёнок, чувствующих притяжение магии, должен был проходить вечное обучение в башне.

Несмотря на все запреты, любой бендгариец все же чувствует притяжение магии, в разной степени ощущая таинственные потоки, те, кто умеет ими пользоваться становятся магами, а те которое соединяют множество потоков в один – самые могущественные среди чародеев - сплетатели.

Маги Иктура вскоре ощутили особую силу, магию Смерти. Притяжение душ ушедших чувствовали все, но нашлись некоторые, отважившиеся призвать к этим силам. Тогда в Империи, начиная с Иктура, начался страшный мор, непредсказуемая битва мира живых и царства мёртвых. Магия вышла из-под контроля и силы значительно превышавшие людские возможности вырвались наружу, уничтожив половину Империи.

Люди обратились за помощью к эльфам, единственный раз со времен Кровавого Леса, когда люди и эльфы смогли объединиться и остановить распространение Смерти. Магию смерти запретили, всех, кто её изучал – убили. Но, по слухам, тайны некромантии сокрыты в недрах холодных гор у подножия Небесгоры. Ирония ли, там, где течет река исцеляющая все болезни, спрятано знание, способное уничтожить мир живых. Все в этом мире должно находиться в гармонии, Жизнь и Смерть постарались сохранить особое равновесие. Но так было далеко не всегда.

В Бендгарии сильна не только магия. Наряду с ней особую власть возымела вера. В те далёкие времена, когда Империя только начинала свое торжественное восхождение, когда эльфы старались жить в единении с природой, а гномы не исчезли в глубинах Снегона, начала твориться история.

Глава 1

Глава 1. Вдали от городских стен

Ночь накрыла черные стены, окружавшие Вышград, город настолько огромный, что всаднику требуется день, чтобы объехать его. Во всех пустошах это единственное поселение, пригодное для жизни, не считая добрый десяток небольших деревушек и одиноких ферм, вблизи редких оазисов, потому все люди стекаются туда в поисках наиболее пригодных условий для жизни.

Те дома, которым не посчастливилось оказаться внутри каменных объятий, вынуждены тесниться вдоль отвесного каменистого берега или на террасах, каскадами спускающимися к бушующим волнам. Тем же, кому повезло еще меньше, приходится строить деревянные хижины на могучих сваях прямо над водой. Именно такие домишки и образуют Большой Рыбацкий Порт, место славное и примечательное, но не красотой, а полным отсутствием покоя.

Вечернюю мглу оглушили пронзительные крики:

- Ааай! Неееет! Я не могу большееее! Аааааааа… Эрмммммммммммм…… Аааааахх…. – стонала женщина.

- Тише, девочка, тише. Береги силы. Напряги мышцы, - спокойным ровным тоном, стерев мокрые капельки со лба, кряхтела старуха.

- Как… как она, - раздался тихий дрожащий голос, где-то за дверью.

- Вон! И не подходить! Всё будет хорошо! - рявкнула старая повитуха, а потом фыркнула себе под нос: - Мужчины, только и знают, как лезть, куда не надо.

- Амммммммммммм…… эээ…. АААААААААА!

- Тише, девочка. Все, что надо, ты уже сделала. Поздно страдать.

И вдруг все звуки: крики роженицы, сиплое дыхание старухи, нервное перестукивание пальцев молодого отца по двери - нарушил звонкий крик, такой яркий и чистый подобный звону ручейка:

- Эааааааа эа эа эа! – ария гордо возвещала о новой жизни.

- Это девочка! – небрежно бросила старуха, а потом аккуратно приложила малышку матери на грудь. – Ишь ты, какая! – малышка сразу успокоилась и пальчиками сжала кожу.

В этот самый миг показалось, что весь мир затих в неподвижном молчании и стал вслушиваться в каждый звук новорождённого создания – тихое и мерное дыхание. Быть может, ничего особенного и не произошло, Бендгария еще не знала, что сейчас появилась новая жизнь, способная изменить судьбу этого края и войти в его историю навсегда. Но это случилось гораздо позже, но именно так и началась новая легенда.

Это были тёмные времена, неспокойные. Население Вышграда росло слишком быстро, а плодородных земель в Пустоши больше не становилось. Даже технологии и магия не сильно помогали решить эту задачу. Империя жаждала новых земель. Правители жаждали богатств для себя и благ для своих подданных, а потому не жалели народ. Городские власти усиливали налоги, забирая у людей все то, что считали мало-мальски пригодным для военных нужд. Не согласных же пороли, публично избивали, а самых дерзких и вовсе на городской площади поили морской водой до тех пор, пока жизнь не покидала тела.

Армии солдат, закованных в тяжелые латы, выдвигались из Вышграда и присоединяли к землям империи новые деревни и даже самые отдаленные фермы. Впрочем, они и не сопротивлялись. Но даже это не могло удовлетворить растущие аппетиты. Появившись в суровых Пустошах, когда-то маленькая Империя, громко заявила о себе. Все земли в округе тряслись лишь от звуков её имени. Жуткие солдатские марши несли одно лишь разорение.

Еще до рождения девочки, которую назвали Лона, ее родители решились на отчаянный поступок, в поисках новой жизни, они покинули Вышград, провели долгие месяцы в пути, чтобы обосноваться вдалеке от границ разрастающейся Империи. Эрудан – маленький и ничем не примечательный городок, расположился на самой границе с зарослями, в глубине которых жили эльфы. Тут протекала небольшая, но бурная река, служившая источником дохода и жизни местного населения. Тут были обширные и богатые поля, мастерские и целые рыбные угодья. Удивительно, но правители Империи слышали про Эрудан, но верили, что это место опасно и таинственно, стараясь обходить его стороной, изредка направляя торговые караваны и с особым трепетом собирая полезные сведения.

Так проходил год за годом, Эрудан спокойно жил вдали от всего мира, находясь под защитой суеверий правителей в Вышграде.

В городе понимали, что рано или поздно их благополучие привлечет внимание Империи и жажда наживы превзойдет народные домыслы, потому вокруг поселения выросла невысокая, но надежная каменная стена, по которой регулярно ходил патруль.

- Рик, как там? – спросил низкорослый стражник, позвякивая своими доспехами.

- Духота стоит эти дни, конечно, - он протер засаленной ладонью взмокшую шею и снял железный шлем, обмахиваясь им.

- На горизонте все спокойно, как всегда, даже как-то скучно, - ответил ещё один охранник, высокий и сутулый, такой же взмокший и усталый. – Мне иногда ужасно надоедает вся эта тишь. Говорят, что Империя беснует.

- Ага, слыхал про такое. Вышградцы жгут деревни. Могут и до нас дойти, - он решил нахлобучить шлем обратно.

- Да враки это все, - отмахнулся страж. - У нас всё время одно и то же. Тот же закат каждый день, те же люди, даже звери все те же в лесу, - совсем уныло проговорил страж и обернулся в сторону заходящей звезды.

- Да, зато у нас всё тихо и спокойно. Нам хорошо, и мы уверены в завтрашнем дне. А чего ещё надо? Я, например, точно уверен, что и завтра мы будем на этой стене встречать такой же закат. И знаешь, что? – он с вызовом посмотрел на напарника.

- Что?

- Я счастлив. У меня - дом, семья, какая-никакая работа. Ты тоже должен быть рад. У тебя – вон, красавица жена, а как она готовит!

- Это верно, аж прям что-то в животе заурчало.

- Да, моя вон обещала сегодня похлебку из кролика.

- Эх, ты прав, - он вздохнул. – Но знаешь, иногда хочется, чтобы и в этой глуши хоть что-нибудь да произошло. Разнообразия нам не хватает. Скука смертная.

- Да ну, тебя! – обиженно махнул рукой страж и отправился прочь осматривать другой край городской стены.

Он шёл медленно, спешить ему было некуда, изредка бросал взгляд под каменные стены, чтобы в очередной раз убедиться, что абсолютно ничего не изменилось. Те же птицы поют те же песни, те же деревья качают те же ветви, даже ветер так же носится над головой.

«А может, и впрямь, случись бы что-нибудь», - подумал про себя охранник. - «А вот! Сегодня какой-то странный закат».

И действительно, закат в этот вечер был необычный. Всё небо залилось кроваво-красной краской. Даже деревья выглядели угрожающе. В какой-то миг зверьё стало насторожено носиться из стороны в сторону. Птицы ошалело кричали и взлетали в небо, точно подгоняемые невидимой рукой. Дул очень жаркий ветер, не принося никакой прохлады.

- Эх, надо бы вернуться к Рику, поболтать, по крайней мере, можно. Зачем вообще в этом захолустье охрана? – размышлял он вслух и уже повернул обратно. – Лорд вообще сдурел. От кого нам тут защищаться? От волка, которого тут уже лет двадцать никто как не видел. Эй, Рик!

- Бенер, что ты там бормочешь? Слушай, а как… - внезапно Рик оборвал свою речь.

- Рик, что случилось? – он насторожился.

- Ничего… - понизив тон, ответил страж. – Ты ничего не слышал?

Бенер опустил свой взгляд под стену.

- Всё как обычно, - заключил он просмотр.

- Мне показалось…

Вдруг что-то пронеслось совсем рядом, над ухом Рика.

- Ты? ТЫ……………….

Из груди Бенера торчали три огромные стрелы с золотыми перьями на конце. Он какое-то время стоял в изумление, а потом бахнулся на пол, заливая всё кровью.

- Т……..

Следующая стрела пронзила Рика. Он не успел дотянуться до горна, который носил на бедре, как-то странно покачнулся и сорвался с высоты.

- АААааааааааа!

- Человека убили! – послышались крики горожан.

- На ПОМОЩЬ!

Оглушительный вопль разнесся по спокойному городку.

- Скорей, скорей приведите Ортена, он в этом разбирается! – звучал разумный вскрик.

- А где второй? – внезапно прозвучало в толпе.

- Убийца!

Группа добровольцев кинулась на стену и вскоре вернулась с ещё одним трупом.

- Нет, этого не может быть! Нет.

- Зовите лорда! Приведи городскую стражу! – наконец изрек еще один разумные голос.

- Это эльфы! – уверенным тоном пробурчал какой-то толстый мужик, только вышедший из таверны. – Совсем обнаглели дылды остроухие. Ик! Кто ещё тут будет стрелять из лука! Ик!

- У эльфов никогда не было таких стрел, - прозвучал звучный и пронзительный голос. – Золотые перья, чёрное древко, один огромный и добавочный тройной наконечник.

Навстречу толпе вышел высокий человек с длинными тёмными волосами. Всё его лицо было изуродовано бесчисленными шрамами, а один глаз и вовсе отсутствовал. Он явно был понимал о чем говорил, ведь был не просто охотником на диких зверей, а славным драконоборцем. Ортен всегда носил лёгкие доспехи, разодранные огромными клыками на груди, за спиной выглядывали два коротких меча, как будто сделанных из клыков гигантского зверя. Никто не знает, откуда он взялся в этом городе, собственно, и как и то, когда он тут появился. Вроде он нездешний, но живет тут так давно, что вроде как и свой. Ортен – советник лорда, главы города по правовым вопросам, блюститель порядка и ответственный за расследования преступлений, если, конечно, они и случались в этом городке.

Ортен уверенной поступью подошёл к трупам и стал быстро длинными пальцами осматривать стрелы. Вдруг под всеобщие крики он извлёк одну стрелу. На ней было четыре наконечника – один основной – большой и крепкий – и три маленьких зазубренных.

- Так-так-так… Интересно. Разрывные стрелы?... Отнесите их ко мне, - Ортен махнул рукой двум бугаям, чьи лысые головы высоко выглядывали над толпой. – Гарк, пригласишь ко мне лорда, поскорей, - обратился он к молодому парнишке. – Уходите домой, здесь не на что глядеть, тем более что легче вам всем от этого не станет.

- Если это не эльфы, то, ик, кто!? – снова спросил человек из трактира.

- Кто? Кто же? Кто может быть хуже эльфов? – по толпе зевак полетели вопросы.

- Люди, - совсем холодно и тихо ответил драконоборец, поспешив прочь.

Глава 2

Глава 2. Закат Эрудана

На другом конце города, в самом тихом районе спокойного города, у берега реки в небольшом и уютном домике обосновалась молодая семья. Анутан и Мелона покинули Вышград в поисках места, где бы смогли мирно наслаждаться жизнью, и они нашли его тут. Антуан построил аккуратный дом, бережно подгоняя бревна друг к другу, Мелона практически задаром раздобыла яркой желтой и красной краски, чтобы добавить своему семейному гнездышку особенного очарования. Мужчина каждое утро, еще до рассвета, сплавлялся по реке, выходя в открытые воды, чтобы выловить стремительного тунца или форели, а по возвращению, до самого заката он ходил с корзинкой по местному рынку предлагаю свой свежий улов. Супруга же его плела надежные сети и ткала удивительные материи в свободное время, которого у нее, с момента появления Лоны в прошлом году, было совсем немного. Они жили тихо и мирно, скрипучими дверями отгородившись от целого мира.

В этот день всё было как обычно, Антуан только что вернулся с рынка и усталый рухнул на кривоногую скамейку, подложив кружевную подушку под голову. Серебристые капельки пота поблёскивали на его молодом, но высушенном ветром, солью и солнцем, лице. Длинные волосы, собранные в пучок, как всегда мокрые, падали на могучие плечи.

- Как сегодня? – поинтересовалась жена.

- Да никак, - грустно ответил муж. – Сегодня и была только Неета, взяла пару рыбёшек. А так… - он шумно фыркнул. - Ха, - вдруг усмехнулся Антуан.

- Что такое?

- Да вспомнил кое-что. Сегодня приходила бабулька, эта как её, на окраине живёт под стеной, ты ее знаешь, она эта, того еще чуть-чуть, - так и не вспомнив ее имя он махнул рукой, - ай! Ну, не важно. Так вот, подходит она сегодня и говорит: «Шыношек, а ты не дашь мне один плавнишок и один хвоштик, я жятьку швоюму ушицу шварить хочу.»

- Я переживаю за зятька, как бы он не объелся, - усмехнувшись, ответила красавица.

- Бедняга! А ещё сегодня…

- Хмык-хмык… Мама! – послышался звонкий голосок, смешанный с плачем.

- Лоночка, малышка, проснулась. Что случилось, моя радость? – Мелона подбежала к кроватке ребёнка. – Знаешь, она какая-то сегодня капризная. Весь день плачет, я никак не могла ее уложить.

- Это потому, что она по мне соскучилась! Да, милая моя? Ух, лапочка, - отец не удержался и тоже поспешил к дочурке. – Может зубки растут? Или…

Внезапно раздался стук в дверь. Мелона и Антуан переглянулись изумленным взглядом. К ним никто не стучался. Если и были захожие гости, то те сразу открывали дверь, а других они не привечали, да и в местной глуши мало кого интересовала их тихая семейная жизнь.

- Я посмотрю, - мгновенно выпрямившись и посуровев ответил Антуан.

Он подошёл к двери, сквозь щели виднелся какой-то незнакомый силуэт, мужчина открыл дверь.

- Срочное приказание лорда: «Всем собраться на площади», - отчеканил солдат в форме лорда Эрудана.

- А… - хотел был уточнить мужчина.

- Ну, хоть ты, давай без вопросов, мне ещё много надо сделать, прямо сейчас! – посланник развернулся и поспешил прочь.

Антуан закрыл дверь и вернулся к своим самым любимым созданиям встревоженный не на шутку.

- Дорогой, кто там?

- Лорд зачем-то собирает всех на площади. Прямо сейчас. И, судя по всему, это срочно. Нужно идти.

Видя суровое выражение лица возлюбленного, Мелона не стала задавать лишних вопросов. Она накинула на плечи цветастый платок, бросила кружевное одеяло в корзину, куда аккуратно переложила дочурку, и спустя пару мгновений была готова идти на площадь.

В центре города, прямо перед самым громадным зданием, замком лорда, собирался народ. Толпа была ужасная. Все что-то шептали, переговаривались, тревожно осматривались по сторонам и делились обрывками слухов. Мелона встала в сторонке, а Антуан решил протолкнуться поближе к помосту, где обычно выступали с обращениями правители Эрудана, демонстрировали мастерство певцы и музыканты, а также проводились публичные наказания.

На деревянном основании стоял Ортен в своих жутких доспехах и размахивал обломком стрелы с окровавленным наконечником.

- Это разрывные стрелы, - дождавшись всеобщего внимания заговорил он, – опасное оружие. Его применяют шпионы Империи. Первое огромное лезвие, - он указал на длинное острие, - прорезает доспех, а три маленьких превращают внутренние органы в кашу, - по толпе пролетел холодок, Антуан почувствовал, как сжимаются кулаки. - Выжить от такого - невозможно. Я понимаю, что, вероятно, зря это сейчас рассказываю. Но знайте, отныне у нас не спокойно. К нам прислали имперских ищеек, которые напали на дозорных на стене.

- Нет, Рик? Беннер? – заговорили голоса в толпе.

- Для начала вводится комендантский час. После заката, все должны быть дома. Далее мы……

Внезапно Ортен замолк. Следом за ним исчезли и голоса людей на площади. Гнетущая тишина тяжелым камнем обвалилась на город, а затем, там, где находились главные ворота в город, показался огонь. Донеслись звонкие и гулкие шаги. Жуткий топот приближался стремительным темпом, что-то рушилось на пути, что-то падало и громыхало.

В толпе началась паника, народ начал ошалело носиться из стороны в сторону, кто-то убегал, кто-то испуганно стоял на месте. Те, кто падал, не имели возможности подняться, несчастным отдавливали руки и ноги, топтали лица. Обезумевшие и испуганные мужчины спотыкались, расталкивали женщин или хватали жен и детей, стараясь покинуть злосчастное собрание. Вдалеке возникали всё новые и новые кострища, горели дома, расположенные вдоль каменных стен. Антуан, едва завидев разрывные стрелы, подбежал к жене с младенцем:

- Быстро уходим, на нас напали! – они успели покинуть площадь за секунду до того, как началась катастрофа.

Ортен, к которому присоединился лорд, пытался что-то сказать, но его никто не слышал, да и не мог услышать. Правители города поспешили покинуть помост, собирая вокруг себя вооружение и надежно запирая все входы к замку. Совсем немногие успели укрыться в тени крепости.

Молодая пара с ребёнком быстро неслась к своему дому, Антуан нес корзинку и крепко сжимал руку любимой. Через мгновение они были уже в лодке и всё дальше и дальше отдалялись от берега.

- Куда м-мы плывём? – дрожащим голосом спросила Мелона и крепче прижала к груди расплакавшуюся малышку.

- В лес вниз по реке. Не знаю, что там, но тут - больше ничего нет. Ты знаешь не хуже меня об имперской армии: они всё сжигают на своём пути. И еще среди них есть волшебники. В лес они не сунутся, уж слишком боятся эльфов.

- Дорогой, я боюсь.

- Всё будет в порядке, всё будет в порядке, - продолжая быстро грести он замолчал на мгновение, а после добавил: - надеюсь, все будет в порядке.

Река была мертвецки неподвижной. Серебряный круг расплывался в зеркальной глади, и, казалось, как-то злобно смеялся. Неподалеку от их лодки проплывало ещё несколько суден, также по направлению к лесу.

Заросший берег виднелся совсем рядом. Вдруг одна из соседних лодок вспыхнула, и раздался злобный хохот из леса. Следом за ней взорвалась еще одна.

- Туда, там есть заводь, нас там не найдут, - скорее себе проговорил опытный рыбак.

Антуан быстро повернул лодку в другую сторону и отплыл дальше. На черном мохнатом берегу виднелся просвет, где была небольшая заводь, когда-то давно тут ставили сети и ловили ценных рыб, но после нескольких странных случаев исчезновения снастей и предупреждающих знаков, рыбаки перестали заходить в это место.

- Быстрее, быстрее.

Они выскочили из лодки и понеслись в лес. Антуан снова держал корзинку и постоянно повторял:

- Тихо, моя малышка. Еще чуть-чуть, и мы в безопасности, - и она молча смотрела сверкающими глазами на своего отца.

Они бежали, не оглядываясь по сторонам. Вдруг впереди возник солдат, вооруженный длинным мечом. На нём был шлем, но даже сквозь него в этой тьме была видна злорадная улыбка.

- Бегите, бегите, - Антуан вручил корзинку с малышкой жене и кинулся на солдата, сурово размахивая кулаками, атакуя стальные доспехи.

- НЕЕЕЕЕТ! НЕЕЕЕЕЕЕТ! – кричала Мелона.

- БЕГИ! – уверено скомандовал муж тем тоном, который одновременно вселяет уверенность и лишает права на сопротивление.

Он подарил ей взгляд, в котором читалась безмерная любовь, обещание сделать все ради безопасности и счастья семьи. Он смотрел на нее будто бы говоря, что всегда будет рядом, будет любить ее и дочь и присоединится к ним, как только разберется с этим солдатом. Но это был лишь мимолетный взгляд.

Мелона, заливаясь слезами, побежала прочь. Она старалась сдержать себя и не повернуться назад. Она подарила мужу взгляд полный любви и надежды, но понимала, хоть и боялась признать, что этого мало. Позади послышались крики. Её сердце бешено забилось и вовсе не от стремительного бега. Девушка прижала Лону к себе покрепче, как вдруг…

- Аааааааа! – по лесной чаще разнесся голос Антуана.

- Милый… Нет… Нет… Я верю, ты справишься. Ты найдешь нас. Да, моя хорошая? Все будет хорошо?

- Папа?

Где-то рядом скрипнула ветка. Мелона прижалась к огромному дереву, и старалась не дышать. Совсем рядом прозвучали тяжёлые шаги. Лона, прислушиваясь к бешеному сердцебиению матери, также не дышала.

- Э-ей! Ты здесь. Я знаю. Аууу!

- Крошка, ты где? Выходи, мы тебя не обидим, - ехидно звучал мерзкий голос, поддерживаемый группой разных смешков.

- Ну, или не сразу обидим, ха-ха, - добавил первый.

- Если будешь хорошей девочкой, хех.

- Да вот же где она! – прозвучал уверенный высокий голос.

Яркая вспышка света осветила тёмный лес, и стало светло как днём. Мелона с малышом на руках почему-то сверкала в лунном свете.

- Не трогайте их! – говорил тот же голос мага. – Такие стоят дорого, я лично ими займусь!

- Но… - кто-то из вояк хотел воспротивиться, но что-то заставило его замолчать, а после послышал звук удара чего-то тяжелого о землю.

- Иди к нам, или мы сами подойдем, - его голос звучал не со стороны, а уже в голове женщины.

Она вышла из своего укрытия и замерла на месте. Перед ней был не просто маг, а один из магистров Империи, женщина узнала его по особенным одеяниям – пурпурно-золотые материи со сверкающими вставками из таинственного металла. Он обладал многими тайными знаниями, и мало ли для чего ему могла понадобиться она. Она или…

- Мы не обидим тебя. Во всяком случае пока, - он поднял сверкающий посох. – Ты пойдешь с нами по-хорошему, или как пленница. Выбор за тобой.

И она склонила голову перед колдуном.

Глава 3

Глава 3. Лес, руины и медведь

Магистры Империи – самые сильные волшебники Бендгарии, известные как маги-сплетатели, наделенные особой властью и силой. Они руководят политикой, их устами говорит закон, их суждения определяют жизнь и смерть. Одного взгляда магистра достаточно, чтобы убедить сурового и непреклонного воителя в том, что он глупая и беззаботная фея. Они видят не то, что открывается обычному взору, но смотрят глубоко в душу, проникая в ее суть и порой извращая ее. И поэтому их боятся. Боятся и уважают.

Владея самыми мощными заклинаниями и знаниями, любой, по древним законам Империи, может свергнуть Верховного Владыки, победив его в одиночном бою. Так случилось и с магистром Сигурдом, он узнал достаточно и выступил против Владыки Рэя, одержав победу над ним и начав чудовищное шествие Империи по землям Пустоши к самым далеким и скрытым границам.

Чародей понимал, что ему нужны сильные помощники и доверенные лица, но не мог позволить кому-либо угрожать своему господству. Империя не может отказаться от традиций, и веру трудно изменить. Но можно поменять отношение к древним устоям и создать иные условия. Магистр Сигурд объявил магию и любое ее проявление величайшей опасностью. Среди людей распространились слухи о том, что колдуны, не способные контролировать свои силы, становятся причинами страшных происшествий – от мелких пожаров, до чудовищных эпидемий.

Всех магов и мало-мальски разбирающихся в магии подданных Империи взяли под контроль и заперли в башне Иктур. В этой древней обители обучались маги с незапамятных времен, когда-то и сам Великий Магистр так же знакомился с азами магии и практиковался в чарах разрушения тут. Теперь же Иктур обрел особый статус.

После Сигурд создал особый орден, который распространял в народе веру в высшие силы, которые направляют всех и предопределяют ход вещей. Люди стали забывать о том, что такое магия, о том, что каждый человек сам является творцом собственной судьбы. Слуги ордена настойчиво и доходчиво объяснили, что на все воля высших сил. А чтобы народ меньше волновался и мог поделиться своими тревогами, Великий Магистр построил часовни, где помогали бедным, голодным, предлагали кровь и делились знаниями, одобренными непосредственного Владыкой. Часовней руководили рыцари ордена.

Главный канон часовни гласил: «Магия опасна и способна уничтожить весь людской род», а исходя из этого ответственность жителей Империи сводилась к тому, чтобы выявлять колдунов и направлять их в обитель Иктур, ставшую центром ордена, охраняемую могучими рыцарями, закаленными в боях и неподвластных простой магии.

Спустя несколько лет после того, как Эрудан был присоединен к Империи, границы государства полностью охватили Пустошь и напрямую угрожали безопасности и спокойствию Великому Лесу.

Лона, маленькая девочка, приковавшая внимание магистра, воспитывалась в его доме, укрытая и невидимая для глаз окружающих в интересах и планах известных одному лишь магистру. Старая кухарка, воспитывавшая добрый десяток детей, любезно согласилась принять на попечение еще одну малышку, добрую и славную, а также проявившую трудолюбие с самых ранних лет.

В три года Лона подтаскивала табуретку к высокой мойке, где брала щетку и усердно намывала тарелки и чашки. К пяти годам она уже стала полноценной помощницей на кухне и возложила на хрупкие плечики ответственную задачу приносить грязную посуду из обеденной. Спустя пару лет Лона стала полноценной чашницей и разливала вино по хрустальным бокалам гостей Великого Магистра.

Маленькая девочка с неопрятными коротенькими чёрными волосами, растрепанными и почти всегда грязными, пронзительными глазами сумеречно-синего цвета с россыпью серебристых звезд, от одного взгляда на которые по телу пробегает дрожь. В этих загадочных глазках можно увидеть целый мир, полный тайн и загадок, а ещё какой-то тёплый свет. Ей всего восемь, но каждый столкнувшийся с ней поражается отзывчивости, искренности и доброте.

- Иди, прибери со стола! – крикнула кухарка, как всегда.

На кухне постоянно царил шум готовящейся еды, кипящего бульона, шинкуемых овощей и снующих по сторонам помощников, и кухарка выработала особый навык громогласного и вкрадчивого донесения информации до каждого подчиненного. Ее боялись и уважали на кухне едва ли не больше Великого Магистра.

Лона взяла с огромной светлой кухни деревянный поднос и направилась в столовую, которая находилась на втором этаже роскошного замка.

За шикарной золоченой аркой находилась просторная комната. С поразительной красоты потолками, множеством статуй и картин. В центре комнаты расположилось цветущее дерево, вокруг которого находился стол. Корни оплетали его ножки, виноградные гроздья рассыпались во все стороны. Комната полнилась светом из высоких витражных проемов, вдоль которых была расставлена стража ордена.

Великий Магистр Сигурд мирно беседовал с супругой. Лона бросила осторожный взгляд на стол, слишком огромный для двоих. За ним спокойно могли уместиться несколько десятков человек! Яствами же можно было накормить небольшой дивизион: десятки разных блюдец полнились всякими вкусностями, от засахаренных фруктов до зажаренных в масле цикад, от припудренных пирогов до аппетитных мясных ломтей, добрая дюжина салатов и такое же количество супов. От одного взгляда на все это великолепие у маленькой девочки что-то булькнуло в пустом животе.

- Прошу прощения, милорд, - подался робкий голосок, - можно ли убирать?

Великий Магистр даже не заметил ее присутствия.

В ответ он лишь властно махнул рукой.

Такой пышный завтрак практически остался нетронутым, собственно, как и всегда. Все эти блюда, конечно, после доставались смотрителям по дому, страже и уже в последнюю очередь – слугам. Но для чего было готовить столько угощений для двух человек – вопрос, который не давал покоя девочке.

Лона с трудом удерживала поднос, он так и норовил выскочить из её рук. Она осторожно поставила его на край стола и стала составлять посуду, на мгновение задержав взгляд на красавице-супруге Великого Магистра. Смуглая кожа с игривым румянцем на щеках, острые скулы и сверкающие ореховые глаза. Но больше всего внимание притягивали ее роскошные волосы. Темные, иссини черные косы с вплетенными в них диковинными цветами и переливающимися цепями были уложены в несколько колец, но при этом практически спадали до пола. В империи по длине волос можно было судить о сословии человека: мужчины и женщины из благородных сословий могли позволить себе ухоженные длинные косы, купцы и мастера гильдий – волосы ниже плеч, простолюдинам же не дозволялось носить волосы длиннее ладони. Собственно, при образе жизни бедняков, длинные волосы доставляли гораздо больше проблем. Но такие роскошные косы могла себе позволить лишь одна женщина – супруга Владыки.

- И зачем ты только её держишь! – в очередной раз возмутилась жена, небрежно бросив взгляд на зачарованное лицо девочки.

- Тогда, в лесу, мне было видение, что ребёнок, спасённый в лесу, изменит мир к лучшему, - спокойным тоном ответил магистр. – Я видел свет, который испускало дитя. И этот свет оставался на каждом, к кому она прикасалась.

- А ты уверен… - жена перестала говорить, поймав взгляд своего мужа.

- Видения у меня бывают часто, но не такие… Я не знаю, что будет дальше и какую роль сыграет эта малышка. Но я хочу, чтобы она была здесь.

- Может ее еще и в палатах разместишь? – брезгливо фыркнула женщина и тряхнула головой.

- Я не хочу, чтобы она была избалована роскошью и бездельем. Если человеку суждено изменить мир, то он должен понимать, как этот мир устроен и всего добиваться своим трудом. А ты впредь не суди о людях по их виду, - пригрозил он супруге.

Лона в очередной раз вернулась с кухни с пустым подносиком, чтобы забрать остальное.

- Кто-нибудь, сделайте хоть что-то с этими волосами! – возмутилась женщина, присмотревшись к лохматой девочке. – Уж опрятность лишней не будет, - бросила она обиженный взгляд на супруга.

- Не имею ничего против. Пускай приведут девочку в порядок. Ибо порядок в себе говорит о порядке в голове.

Девочка краем уха услышала эти слова и тихонько улыбнулась. Эту улыбку поймал стражник, огромный, толстый в прочной броне с гербом, без шлема, потому как на его массивную голову трудно было его подобрать и еще труднее носить в течение дня. Весь заросший щетиной с какими-то противными свиными глазками, уродливым крючковатым носом и какой-то милой беззаботной гримасой. За всей этой страшной внешностью скрывался человек удивительной доброты.

- Привет, Лона, - мягким голосом сказал стражник и подмигнул ей.

- Привет, дядя Серж. А вы меня не замечали, я уже давно тут хожу? – улыбнувшись ещё светлей спросила девочка.

- Только ты тссс. Я спал, - смущенно признался он.

- А меня обещали подстричь! – шёпотом поделилась радостью девочка. И направилась обратно к кухне.

- Очень рад это слышать! Давно пора-ха!

Лона очень любила, когда кто-то подстригал её волосы. Она буквально дрожала от восторга, когда влажные локоны расправляли гребнем, острыми ножницами ровняли концы, а после натирали каким-то ароматным бальзамом, смывали прохладной водой и высушивали объемным полотенцем.

Едва она вернулась в кухню, как в комнату вошёл стражник.

- Лона, к цирюльнику, - и забрал малышку.

С трудом удерживая себя на деревянном стуле, сидя на толстых фолиантах, Лона наслаждалась каждым моментом стрижки, каждым движением мастера и каждым его сердитым возмущением: «Надо же было так себя запустить!». Ей хотелось щебетать, делиться своими мыслями, безумными историями и рассказами, созревающими в голове, но то чувство, которое она испытывала от стрижки, было гораздо сильней. И вот она - новая прическа. Конечно, все без особых изысков, волосы длиной с одну фалангу пальца, но аккуратной и правильной формы с осторожным пробором посередине, без назойливой челки.

- Спасибо! – радостно воскликнула девочка.

Не дождавшись ответа мастера, быстро спрыгнув со стула, она понеслась в маленький дворик для слуг. Слуги жили на территории замка, занимая постройки вдоль укрепленных стен. Маленькие одинаковые домики образовывали практически идеальный квадрат, оставляя внутри достаточно места для уютного общего дворика. Там постоянно играла детвора. Великий магистр с семьёй занят был до самого вечера, постоянно переезжая с одного места на другое, поэтому Лоне задания не давали, и она могла играть с детьми, которые так же слонялись без дела.

- О, смотрите! – воскликнул парнишка в коротеньких штанах, в старой запачканной рубашонке и с огромной выцветшей шапкой на голове. Это был Рин. Он считался предводителем всей малышни, потому что занимался самой сложной задачей – был помощником кузнеца, вернее даже помощником подмастерья кузница, а если еще точнее – подсобным работником на кузне, но это уж если совсем вдаваться в подробности, которым малышне были вовсе не интересны. Вдобавок ко всему прочему Рин слыл потрясающим фантазёром и выдумщиком. Все игры, все шалости, за которые детвора получала наказание, придумывал никто иной, как этот самый мальчуган.

- Привет! – немного робко ответила Лона, она каждый раз смущалась глядя на этого розовощекого, крупного сорванца, и невольно поправляла края своей одежды.

- Пошли в пещеру! – крикнула Марта, девочка с золотистыми волосами, одна из помощниц кухарки.

- Эй! Тише, а то о нас узнают, - шикнул Рин.

- Мы собираемся в лес. Тут в стене есть трещина, пошли с нами, - спокойным ровным тоном сказал маленький мальчик, лет шести, звали которого Леон. – Ты пойдешь с нами? – при виде Лоны же смущался и нервно дергал за штанины себя теперь уже Леон.

Он был помощником конюха и поэтому, чаще всего, находился во дворе. Он был самым серьёзным и, можно сказать, самым взрослым, среди всей этой компании.

- А нас не… - засомневалась Лона.

- Тссс, за мной! – оборвал Рин и возглавил отряд.

Лоне на размышления не осталось ни единого шанса. Шумная детвора, тихо пробралась через двор, к самой стене за домиками слуг. Там в огромной, толстой замковой стене находилась брешь, о которой вряд ли знал кто-нибудь кроме детей, ну и, разумеется, пары дворцовых слуг, делавших вид, что не имеют ни малейшего представления о том, куда пропадают некоторые припасы из замка. Трещина была прикрыта кустарником и плющом, защищая проход от посторонних глаз, но это не помешало любопытному Рину отыскать ее.

Все осторожно, оглядываясь по сторонам, пролезли. Осталась одна Лона, замешкавшаяся в последний момент, будто ощущая что-то, не пускавшее её.

- Ну, что ты там! Застряла?! Что ли? – пропищала Марта, вызывая тихие смешки мальчишек.

- Иду я, иду! – переступив через свои сомнения, ответила девочка. – Просто…

- Просто она трусишка! – заключил Рин, вогнав девчушку в краску.

Дети оказались за стеной замка, там, где его окружал лес. Говорят, что этот лес настолько древний, что никто не сможет сосчитать, сколько лет самому молодому дереву. Быть может, этот лес – остаток чего-то более древнего, наследие времен, когда Пустошь была частью Великого Леса.

И, действительно, едва удалившись от стены, дети оказались в кольце таких огромных и толстых деревьев, что кругом стояла темнота, как вечером.

- Ого! – не сдержался кто-то из малышей.

- Ого – ого – ого… - стало повторяться по лесу.

- А мы не слишком далеко? – переминался с ноги на ногу Леон.

- Слишком далеко, слишком далеко…

- Да сейчас пройдём через эти ветки высокие, вон там опушка, пошли! – голос Рина звучал так уверено, что все сомнения ребятишек развеялись сразу.

Но двигаться дальше становилось всё трудней и трудней. Ветки назойливо жались всё ближе к ребятам, какие-то странные толстые травинки сжимали ноги, становилось всё темнее и темнее. Но вдали мелькал просвет, наверное, это и была опушка.

- Ну, что я говорил! – торжественно объявил первопроходец.

- Говорил, говорил, говорил, - повторяло надоедливое эхо.

В тесных объятиях леса оказалось ровное чистое место, большая и ровная поляна. Дневной свет здесь казался ещё ярче. Сочная зелень сверкала в лучах, те ветки, что выглядывали на опушку, казались добрыми и приветливыми, а не пугающими, как заросли вокруг.

- Смотрите! Какая прелесть! – воскликнула Марта и понеслась к центру полянки, где принялась рвать яркие лиловые цветы, огромные, ни на что не похожие, они так сладко пахли и дурманили всю лужайку!

- Аааа! Что там! – вдруг закричала девочка, роняя букет.

- Стой, сейчас разберёмся! – Рин кинулся к ней. – Ну, что ты там увидела?

- Вон, белое и страшное! – девочка указала на что-то в кустах.

Рин, схватив палку, которая оказалась как раз под его ногами, осторожно, стараясь не шуметь, стал двигаться к предмету, он, как и положено рыцарю, которым себя считал, вытянул левую руку назад, не подпуская других членов отряда. Лона с Леоном подбежали к Марте и крепко схватили друг друга за руки, не отрываясь следя за каждым движением друга. Рин подходил всё ближе и ближе. Он вытянул палку вперёд и почти коснулся странного предмета.

- Ой! Мамочки… - сжала что есть силы глаза перепуганная девочка.

- Ааааааааааааа! – закричал Рин.

- Аааааааа! Ааааааааа! – вторило эхо.

- Ааааааааа! – повторили дети.

- Ха-ха-ха-ха! – заливисто рассмеялся пацан. - Вы что совсем перепугались! – Рин скривил гримасу ужаса, изображая малышей.

- Дурак! – холодно и сурово ответил Леон и топнул ногой.

- Это развалины! Нечего тут бояться, - Рин улыбнулся и поманил их рукой. - Идите сюда, их тут много! Здорово! Давайте скорей!

На краю поляны, где вновь начинался лес, прикрытый тесными ветками деревьев, находилось давно разрушенное белое здание, отдаленно похожее на храм.

- Древнее, - уверенно сказал Леон, приковав внимание к себе.

Это было большое круглое сооружение, окруженное рядами разбитых колонн. Была громадная красивая крыша, сделанная из какого-то красного, не потускневшего, материала, со следами вереницы узоров. Местами крыша была сломана ветками, часть камней рассыпана под ногами.

- О! Смотрите как здорово!

Рин, увлеченный находкой, стал прыгать с одного сломанного основания одной колонны на другое.

- Уху! А тебе так слабо! Леончик!

- Мне не слабо! – насупился мальчуган.

Леон неуклюже влез на первую колонну и, долго готовясь к прыжку, с трудом допрыгнул до друга.

- Видишь?! – улыбаясь заявил он.

- А девчонки не смогут! Бе-бе-бе!

- Да-да, девчонки не смогут!

- Ах так! Да? Ну смотри! – возмутилась Марта.

Раз, и она на первой колонне. Девочка стала размахивать руками вперёд назад, слегка приседать на корточки, готовясь прыгнуть.

- Аааай! Вс-вс-вс… аааааааа! – она не допрыгнула и упала на землю, заливаясь слезами. – Акха-кха-кхааа.

Лона подбежала к подруге.

- К-к-как тебе? Ничего не болит?

- Нееееееет! Не болиииит! – запротестовала та, рыдая еще громче.

- А что тогда плачешь? – вмешался Рин.

- А ты бы вообще помолчал! – отрезала Лона.

- Что я?! Я ничего! Она же сама!

- Марта, что такое? Ты…

- Я не допрыгнула!!!!!!!!!!!!!!!!! – ревела девочка.

- Ну, Рин! Держись! – Лона развернулась и решительно заняла позицию на первой колонне. - Давай, покажем мальчишкам, а поплакать дома успеем.

- Бе-бе-бе! Не достанешь! Бе-бе-бе!

Лона тогда приготовила допрыгнуть до ребят, а Марта стала кидать в них ветками и камушками, которых было вдоволь вокруг.

- Я тебя сейчас поймаю! Ух, мало не покажется! И тебя Леон тоже!

- Прыгай-прыгай, для начала!

Мальчишки спрыгнули с невысокого обломка как раз в тот момент, когда туда запрыгнула Лона.

- Бежим!

Мальчишки понеслись от развалин к опушке, а Марта понеслась в погоню. Лона осталась одна, сидеть на сломанной колонне. Девочка осмотрелась вокруг, на мгновение испугавшись.

- Как же от сюда слезть. Обратно не допрыгну. А туда, высоко. А так!

Лона села на коленки крепко ухватилась руками за края статуи и стала спускаться вниз, ища что-то твёрдое под ногами. И нашла. Странно, это было твёрдым, но немного мягким. Лона с опаской посмотрела под ноги.

- ААААААааааааааааааа! Медведь!!!!!!!

На детский шум к развалинам пришёл медведь, большой и голодный.

Лона спрыгнула с его спины и понеслась, куда глаза глядят. Зверь поспешил за ней. «Куда же, куда же!» думала девочка.

- Туда!

Она залезла в маленькую щель, меж двух завалившихся колонн. Медведь стал яростно бить лапами по камням, те шевелились и могли в любой момент разрушить укрытие. Лона дрожала, зажатая в ловушке. Зверь рычал и отчаянно бил лапами, пытаясь достать до нее, она же пятилась назад, упираясь в каменную преграду. Сердце начало бешено стучать. Маленькие ручки сами собой собрались в кулачки.

Малышка закрыла глаза и стала шептать все молитвы, каким её научила кухарка. Но просила она не о своём спасении, а чтобы дети, её друзья смогли сбежать и спастись. Она отчаянно просила только об этом, не задумываясь о себе.

Внезапно всё вокруг растаяло и превратилось в призрачный туман. Кругом проплывали облака, и на земле, и над головой. Стоял какой-то странный, приятный запах и ничего кроме облаков, тумана и дыма Лона не смогла разглядеть вокруг.

Глава 4

Глава 4. Обитель Создателя

Таинственная тишина окружила малышку. Не видя ничего, девчушка в потрепанном платье с аккуратно уложенными волосами неровным робким шагом ступала по мерцающим розовым облакам. Лона никак не могла осознать, где она и что произошло. Неужели, это тот медведь добрался до нее? Или это не выдержал камень и придавил девочку? Она не знала и боялась признаться себе.

Осторожно ступая и разводя руками туман, Лона натолкнулась на огромный и высокий клуб-скопление облаков. В следующий миг из розового моря вынырнул громадный, величественный Дракон.

Лона встречала изображения драконов в книгах, на гобеленах и блюдцах, слышала много рассказов, песен и легенд о них, и имела представление об этих таинственных созданиях. Но то, что предстало перед ее глазами, было гораздо больше и прекраснее, чем все то, что она могла вообразить прежде.

Дракон не выглядел устрашающе, он, напротив, будто бы улыбался ей и всем своим видом показывал, что хочет познакомиться. Сердце девочки громко стукнуло на мгновение, а затем стало совершенно спокойным. Навстречу маленькому хрупкому созданию надвигался дракон. У него были внушительные розовые крылья, когти и загадочные, удивительно добрые, человеческие глаза. В воображении Лоны представил невероятной красоты закат над Океаном, где две звезды растворялись в тумане горизонта и заполняли весь мир призрачным розово-лиловым сиянием.

Дракон, пытаясь не спугнуть малышку, протянул ей свою величественную чешуйчатую лапу. Раскрыл ее, приглашая к началу беседы. И заговорил поразительно тёплым и нежным голосом, зазвучавши в голове девочки и отражаясь от облаков вокруг.

- Здравствуй, Лона. Все я расскажу тебе, когда придет время. Но прежде ответь на один вопрос. Почему, когда тебе угрожала опасность, ты стала молиться, но молиться не о спасении себя, а тех, кто был с тобой и даже не пришел на подмогу?

- Жизнь одного человека нельзя сравнить с жизнью троих, - не задумываясь, робко ответила она.

- Детская наивность, или врожденная мудрость? Я никогда не ошибаюсь, и в тебе не ошибся, - размышлял вслух дракон.

- Кто Вы? – спросила Лона.

- И это твой первый вопрос. Я – Первый Дракон.

Воцарилась тишина и он продолжил.

- Начнем сначала. Ты хочешь узнать историю возникновения этого мира, всего живого и тебя самой. Я это знаю. Тогда устраивайся поудобней и слушай.

Дракон царственно взмахнул крыльями и предложил девочки присесть на его раскрытую лапу. Лона, почему-то спокойно отнесшаяся к этому, спокойно взобралась на нее, приняла удобную позу и настроилась на долгий и увлекательный рассказ.

- В те времена, когда не было ничего, когда было только огромное светило и бескрайнее море, началось зарождение нашего мира. Звезда, что дарила свет, склонилась к вечно волнующимся водам. От этого соединения в таинственном мерцании появилось существо, которое никогда не видел мир. Это был дракон. Прекрасный, как рассвет и удивительный, как закат. Огромными крыльями он взмахнул и полетел над бескрайними просторами. Несколько раз касался он бескрайних вод, чтобы передохнуть. И там, где он опускался, появлялись бушующие вулканы. Когда извержение прекратилось, появились Континент, архипелаги и острова. Облетев весь мир, дракон нашёл семь семян. Все их он посадил на одном из островов. Лучи грели зёрна, земля их оберегала, а дракон поливал их водами океана.

Из семян появились время, день и ночь, ветер и воздух, а затем - Жизнь. Но рядом с Жизнью появилась и ее сестра - Смерть. Началось все это здесь, в Бендгарии. Жизнь и Смерть создали свои миры, наполнили их своими подобиями, которые однажды повергли все в чудовищный хаос. Дракон наблюдал за всем происходящим и ждал. Когда же закончилась война сестер, дракон сорвал маленькое семечко вишни и положил его на ровное место, где оно встретило трижды закат и рассвет. Затем он опустил семя в самое большое море Бендгарии, где появился город, откуда вышли люди, эльфы и гномы. Все они дети одного семени вишни, все они братья и сестры, все они одной крови. Помни это всегда.

Домолы, дети Жизни, чистые души, и Демоны, дети Смерти, воплощения хаоса, не угрожали этому миру до той самой поры, когда один из них не захотел изменить мир. Домол с черными крыльями возжелал почувствовать себя творцом, и я доверился ему… - дракон сделал паузу и вздохнул.

Чёрный Домол заставил новых обитателей разделиться и забыть о своём происхождении. Люди стали жестокими, гномы - хладнокровными, а эльфы - высокомерными. Все стали строить города и вскоре воевать друг с другом. Мы с Жизнью не могли остановить Черного Домола, ведь он стал соратником и избранником Смерти. Но мы пленили его, не дав довершить начатое. Другие домолы стали стражами, вот уже миллионы лет они безмолвно стерегут Черного Домола, а мы, на земле, можем видеть светящиеся огоньки на небосклоне – это и есть фонари, с которыми домолы бродят вокруг темницы. Они ходят над землёй, охраняют Чёрного Домола и напоминают людям, эльфам и гномам об опасности.

Дракон рассказывал не спеша, своим чарующим голосом. Вокруг в таинственных облаках возникали картины и образы самых таинственных времён…

- Так Вы и есть тот самый Первый дракон? – спросила Лона.

- Твой следующий вопрос, - задумался он. – Так и есть. Магия этого мира появилась со мной…

Долго еще беседовали дракон с девочкой.

- А как мне Вас называть? – спокойно, как будто в гостях у дядюшки, спросила малышка.

- Зови меня Дракор. Мы будем часто видеться с тобой, в час опасности или нужды, в минуты особого желания ты только коснись своего сердца, и я буду рядом…

Облака начали клубиться вокруг девочки. Вокруг засияли водовороты. И стали вырисовываться тени девочки, девушки и ещё кого-то идущего рядом. Малышка смотрела на таких знакомых и похожих на нее людей.

- Твоё будущее. Я не ошибся в тебе. Может, ты вернёшь народ Бендгарии ко мне, и я вернусь к ним, - печально вздохнул дракон. - Я подарю тебе свет, который был утерян. Ты его не увидишь, не сможешь почувствовать и даже понять, но ты понесёшь его по землям и однажды среди боли, мучений, страданий и разрухи зажжешь его.

- И что же это за свет?

- Это будет Надежда…

Они погрузились в торжественное молчание. Казалось, что безмятежные облака сотрясаются от голоса дракона.

- Магистр Сигурд не так уж и плох. С моей помощью он создал часовню, хоть и понял волю мою превратно… Ходи туда почаще и учи всех миру. Делай так, как ты это делаешь всегда… - Дракор взмахнул крыльями и медленно растворился в тумане, а Лона почувствовала, как уносится куда-то из обители Создателя.

Глава 5

Глава 5. Первое явление

Очень быстро приближалась земля, разрушенный храм, сломанные колонны, дети… плачущие дети, суровый страж и огромный медведь. Зажатая между двумя обломками девочка сидела и громко кричала.

- Дядя Серж! – произнесла Лона, полностью осознав, что вернулась.

- Так, вы не показывайтесь! Тут она.

Стражник стал медленно передвигаться по территории храма, пользуясь тем, что медведь был занят выуживанием девочки. Серж выставил наизготовку копьё. Вдруг зверь почуял присутствие постороннего, резко развернулся и кинулся на него.

- Осторожно! Дядя Сеееееерж – надрывным голосом рыдала девочка.

Страж среагировал моментально. С удивительной ловкостью и гибкостью, которые не ожидаешь от человека его габаритов, Серж обошел по касательной, сделал резкий выпад и выбросил вперед копье. Лезвие точно угодило в сердце зверя. И тот, взвыв, бешено блеснул глазами, а затем рухнул под ноги мужчины. Все еще под действием адреналина, он сохранял какое-то время боевую стойку и только после выправился, стукнул металлическим основанием оружия и бросил взгляд в сторону укрытия малышки.

- Выходи, - проговорил он тоном, по которому трудно было определить, сердился он, был обеспокоен или сохранял отстраненное хладнокровие.

- Лона! Лона! Лона! – закричали разом несколько голосов.

- Выходи, - повторил он. - Эти уже получили свое! – страж указал на детей. - А тебе очень повезло, - он протянул ей свою широкую ладонь, помогая выбраться. - Вам вообще всем очень повезло, что вы вообще остались живы! Ну, - он по-отечески отряхнул пыль и грязь с одежды Лоны, бережно провел по заплаканному лицу и ровно подстриженным волосам, - пойдем.

К счастью, детская шалость осталась просто шалостью и не принесла серьёзных последствий. Брешь в стене заделали, или, по крайней мере, замаскировали так, чтобы мелюзге не смогла воспользоваться ей вновь, детей наказали, закрыв их по домам на неделю, и, конечно, ничего не сообщили Великому Магистру, ибо к чему беспокоить Владыку по таким мелочам. Серж приходил навещать Лону каждый день и подарил ей фигурку рыцаря, которую сам вырезал из дерева. Уж очень он беспокоился за малышку и любил.

Лона стала чаще ходить в часовню при замке, где каждый день молилась, стоя на коленях на каменном полу. Усердно смотрела в песенники и молитвенники, пока однажды священник не заприметил малышку и стал в тайне учить ее читать: этот навык не был под запретом, но и не поощрялся среди власть имущих, особенно, если дело казалось слуг и прочего низшего сословия.

Интересно, но вместе с удивительным миролюбием девочка стала проявлять сильный характер и впечатляющую физическую силу. Магистр заприметил это и направил ее на обучение в церковный орден, где она могла стать настоящей защитницей церкви, поборницей веры и быть всегда под рукой Владыки.

К магии у неё не выявилось способностей, и потому орденские мастера приложили немало стараний, чтобы взрастить в ней умения непревзойдённой фехтовальщицы и поразительного тактика.

Всё чаще и чаще она встречалась с Дракором, в минуты покоя или молитвы, он взывал к ней, забирая в свои таинственные чертоги, где рассказывал об истории мира, предостерегал об опасностях и делился наставлениями. Великий дракон раскрыл ей тайны о других мирах, таких же, как этот, но недоступных и неизведанных, о далеких и неизведанных землях, загадочном Континенте, который бендгарийцам еще только предстояло открыть. Поведал Дракон девочке и об эльфах, и о гномах, и о тайне подводного города на озере.

- Из всех семян, родившихся в новом мире самое странное и удивительное – время. Оно ускользает незаметно, несется бешеным галопом, либо напротив замедляется, растягиваясь на целую вечность. И я так и не научился понимать его, - дракон мерно поднимал и опускал хвост, утопая в розовом тумане, а девочка слушала его, не отрывая глаз. – Для меня времени не существует, те понятия, которые привычны для вас – долго, быстро, давно, в будущем – для меня все это существует в неразрывной связи. И я знаю не только о том, что было, но и то, что будет с этим миром.

- И что же нас ждет впереди?

- История повторится, но все произойдет иначе. Древний слуга Смерти пробудится от долгого сна и уничтожит великое королевство.

- Ах! – девочка напугалась.

- На закон мирового баланса пробудит другие могущественные силы, способные противостоять наступающему ужасу.

- И все получится? Мир будет спасен?

- Силы эти коснутся людей. А вот как поведут себя люди – загадка, даже для меня. Я знаю только, что когда-нибудь судьбы этих людей соединяться с Бендгарией, с тобой и со мной.

- Когда же это произойдет?

- Этого я не знаю. Время течет вокруг меня, и я не могу сказать, когда и как это произойдет. И тебе не нужно этого знать.

Девочка нахмурилась.

- Ты добилась больших успехов. То, что ты делаешь в церкви для людей, та забота и помощь, которую ты оказываешь – возвращают мне веру в то, что не все потеряно, в то, что Черный Домол все же не победил.

- А Черный Домол может победить? Он может вернуться?

Облака закружились, и таинственная обитель скрылась из виду. Так происходило каждый раз, когда Лона задавала неправильный вопрос или должна была непременно вернуться к своей земной жизни.

Так шли годы. Лона продолжала заниматься и проявлять заботу о людях просто потому, что ей это было по нраву. Когда девушке исполнилось семнадцать, она уже прославилась как истинный воин и защитник справедливости, смогла заслужить уважение и признание Великого Магистра, который порой внимательно прислушивался к словам юной девы.

***

Через огромную арку, отделяющую главный тронный зал замка от огромных дубовых ворот, со стороны входа для слуг, неслась, снося буквально всё на своём пути, пожилая женщина. Она была когда-то кормилицей и няней для сына Великого Магистра. Пятнадцать лет назад Логхарт, будучи молодым, горячим, амбициозным юношей вызвался присоединиться к экспедиции Империи в северные горы, в Снегон, на поиски знаний и контактов с укрывшимися в недрах народом гномов.

Магистр Сигурд долгое время возражал, но также желал для сына только лучшего. Он надеялся, что экспедиция не затянется надолго, поможет усмирить пыл юнца, научит его особенностям походной жизни и поможет в становлении врожденных лидерских качеств. Но поход затягивался, несколько отрядов вернулось с пустыми руками, но не в одном из них не было Логхарта. Парень регулярно отправлял вести о себе и своей жизни, но с годами сообщения становились более редкими, крайне простыми и отчужденными. Никто не знал, что происходит в горах, и стоит ли ждать возвращения последней флотилии.

И вот, сегодня, няня, пожилая женщина крупных объемов, одной из первых узнала о возвращении своего любимца. Она увидела корабли со старыми имперскими флагами и поняла, что это суда. Она неслась со всех ног, быстрее самых стремительных посланцев к Магистру, чтобы сообщить радостную новость. На пути гувернантки оказалась одна из служанок.

- Ты куда так спешишь?

- Логхарт…сын…приехал!!!

- Правда?! Сообщу всем на кухне.

- Да…да…я…не успела…

- Хозяин в кабинете.

- Как…я и думала.

Пожилая женщина, чуть переведя дух, продолжила свой путь. Пара дверей, повороты, проходы, маленькие садики и вот он - кабинет Великого Магистра Сигурда. Не замедляя шаг, она налетела на дверь и не успела даже постучаться.

- Магистр Сигурд! Он приехал! Логхарт вернулся! – с удивлением для самой себя, выпалила старая гувернантка.

- Что?! – Магистр сидел за столом, погруженный в груды книг и свитков, мгновенно вылетел из-за стола и оказался совсем рядом со старушкой. – Ты уверена? – брови его взлетели вверх.

- Я…я… - начала снова тяжело дышать.

- Успокойтесь, отдышитесь, - он положил ей руки на плечи и поманил к себе. - Мой сын вернулся? Как вы узнали?

- Корабли, старые флаги, те самые, которые мы провожали столько лет назад, - только и сказала женщина, но Магистр уже и так все успел увидеть и прочитать в ее глазах.

- Спасибо. Я… - Магистр погрузился в свои размышления, но довольно быстро вернулся из них. - Думаю, Вам бы передохнуть не помешало, а мы наконец-то увидимся с нашим мальчиком.

Сигурд, абсолютно оторванный от своей работы и не настроенный на решение вопросов касательно строительства плотины близ Эрудана и петиции местных жителей против этого, поспешил сообщить радостную весть супруге, которая непременно так же мечтала о встрече с единственным сыном.

Выйдя из кабинета, он оказался у центральной башни, где по крутым ступеням поднялся на верхнюю террасу, где чаще всего проводила время его супруга. Наверняка, она и сейчас мирно прогуливалась по садам на крыше, либо читала у великолепного фонтана.

Остановившись на мгновение у массивной двери с красивыми узорами и ручкой в виде льва, Сигурд, решительно толкнул ее и вышел в залитый светом сад. Удивительно, как в землях Пустоши, на высоком этаже замка, удалось создать что-то настолько прекрасное и удивительное. Ровные ряды цветущих деревьев обрамляли небольшую площадку в центре, где расположился фонтан. Три прекрасные девы держали сосуды, из которых тоненькой лентой струилась вода. Девы стояли на шикарной поляне, которая светилась. В самом фонтане плавали загадочные цветастые рыбки. От него в разные стороны ветвились, подобно паутине, множество тоненьких ручейков, вокруг которых распускались цветы. Дневной свет беспрепятственно опускался на площадку и заливал жемчужно-золотым светом всё вокруг. Здесь всегда пели птицы, такие красивые и загадочные. Казалось, что сама Магия царила в этом месте.

У фонтана, идеально сочетаясь с окружавшей красотой, сидела женщина с длинными косами, привычно заплетенными в несколько колец и с драгоценностями в них, одетая в невесомое белое платье, поразительно подходящее ей, она казалась призрачным видением. Женщина погрузилась в свои раздумья и, не обращая ни на что кругом внимания, смотрела в кристально чистую воду фонтана, любуясь причудливыми танцами его обитателей.

- Дорогая, - нежным тоном обратился Сигурд, ощущая особую робость, которую испытывал каждый раз, когда смотрел на свою возлюбленную.

Женщина спокойно приподняла головку и ласково посмотрела на мужа. Она изящно поднялась и осторожно приблизилась к нему.

- Милый, - пропела она тихим нежным голоском.

- Логхарт вернулся, - счастливым тоном проговорил Магистр и улыбнулся так широко и радостно, как это только возможно.

- Ты-Ты серьёзно?! Сынок! Сыночек! – она отвернулась от любимого и быстро рукой смахнула слёзы, навернувшиеся на глаза.

- Гувернантка видела сегодня старую флотилию.

- Надо организовать встречу! – она его не слышала, прокручивая целый ворох мыслей. - Быстро, надо все подготовить, это же праздник! Да сегодня будет праздник! Пошли! – она быстро схватила его за руку, и они пошли прочь из сада на вершине башни. – Сынок! Мой мальчик!

В первую очередь надо было предупредить охрану и самых важных её представителей – рыцарей ордена, подготовить слуг и организовать все необходимое для встречи долгожданных странников. В считанные минуты замок стал походить на галдящий улей – все вокруг суетились, бегали и обсуждали внезапную весть.

О возвращении Логхарта, пожалуй, узнали все, кроме двух человек, погруженных в изнурительную тренировку и полностью сосредоточенных на своем поединке.

Молодая, очень привлекательная девушка с короткими тёмными, волнистыми, волосами, восхитительными глазами, бездонными, как океан, и с потрясающей детской улыбкой. Лона. Так выглядела она теперь. На все свои одежды она всегда наносила особенный узор: гордо стоящего человека и крылья дракона позади. В народе и среди знакомых этот символ так и называли – лонийский крест.

За свой талант к стратегии она быстро заняла место рядом с Великим настоятелем, руководителем ордена магистра, и теперь большую часть времени проводила с ним в обсуждениях стратегических вопросов и регулярных тренировках.

Вот и сейчас Лона ловко уворачивалась от мощных ударов, отбивала стремительные атаки и наносила свой грациозный удар. Красным плащом она орудовала как щитом, то и дело подставляя его под удар. И внезапно, точно птица, отрывалась от земли, проносилась над головой своего соперника и уже из-за спины наносила удар по оружию, не раз выбивая его из крепких рук. Настоятель делал грубые, резкие шаги, но Лона плавно и очень изящно отскакивала в сторону, точно танцевала или вовсе имела крылья.

- А если так? – нанося новый удар, говорил наставник.

- А мы вот так! – извернувшись, подставила меч красавица.

- А вот так! – он сделал взмах рукояткой и обманом стал атаковать девушку.

- А я так! – она перемахнула через него и ударила эфесом по стальным доспехам.

К тренировочной площадке прибежал гонец, еще какое-то время изумленно наблюдавший за поединком и парящей девушкой в легких доспехах.

- Прошу прощения, - набравшись сил и попав в перерыв, немного робко заговорил посланник.

- Да, что случилось? - ответил настоятель.

- По случаю прибытия лорда Логхарта организован праздник, - отрапортовал он и смущенно улыбнулся, взглянув на Лону.

- Мы будем на страже Магистра, - ответила девушка и прямо посмотрела в глаза посланца. - спасибо, Леон, - добавила она, загнав юнца в краску.

В мгновение ока, разумеется, не без использования магии, был организован грандиозный приём. Вокруг величественной имперской гавани столпилось множество людей. Те, кому не дозволено было попасть в закрытую гавань, расположились в доках или на террасах высокого берега. Мягким белым ковром устелили дорогу для прибывших до самых подъемников, у которых стояли Великий Магистр и его жена. Рядом с ними расположились рыцари ордена и только позади другие магистры, высокопоставленные чиновники и знать.

По обе стороны от ковра развесили красивые цветастые ленты, на треногах разместили букеты. При помощи волшебства в небе парили голуби с голубыми полосками. Мощный духовой оркестр исполнял торжественные гимны.

И вот к закрытой верфи медленно стали приближаться корабли. Они так грациозно рассекали водную гладь, что завораживали весь столпившийся народ. Путешественников очень ждали, и потому каждое мгновение тянулось долго и вызывало непрекращающуюся дрожь.

К каменному помосту приблизился огромный корабль, с десятками ликующих странников. Затем величественного судна опустился трап. Он медленно, с гулким стуком, не раз отразившимся в сердцах ожидающей толпы, опустился на мраморные плиты. Навстречу горожанам полетели белые птицы. Люди взволнованно заахали, но не отрывали глаз от удивительных путников.

Когда прекрасные создания разлетелись в стороны, на трапе оказался высокий человек. У него были красивые длинные волосы, черные как смоль, стянутые в тугой пучок, большие голубые глаза, острый нос и очень тонкие губы. На человеке были легкие пластинчатые доспехи, роскошные плащ с каким-то дивным мехом. У левой ноги свисал длинный меч с роскошным эфесом, усыпанным драгоценными каменьями. В руках он держал мягкую красную подушечку с золотой каёмкой, на которой лежала тускло мерцающая книга. Подле него - два карлика. Они были очень похожи друг на друга, закованные в толстые доспехи, с тяжёлыми булавами и длинными бородами, заплетенными в невероятное буйство косичек и цветастых лент.

И вот троица, во главе с лордом Логхартом, стала медленно двигаться вперед, сначала по деревянному трапу, потом по мраморным плитам и далее по шикарному ковру. Они шли медленно, гордо подняв головы. Вся толпа стояла в тишине и любовалась великолепным шествием.

Логхарт подошёл к отцу, опустился на колено и чуть поднял над склоненной головой книгу.

- Великий Магистр, прими этот дар от своих верных подданных – произнес тихий звонкий голос.

- С возвращением, сын мой… - едва сдерживал себя Сигурд.

Толпа взорвалась. Крики шум, ликование оглушили всю пристань. С корабля стали спускаться люди, давно потерявшие надежду вернуться домой. Это был настоящий праздник для всех: и для тех, кто столько лет ждал на берегу, не сводя глаз с горизонта, и для тех, кто рисковал жизнью, покоряя неизведанные просторы.

В этот миг Лона, стоявшая совсем рядом и очень радостно смотревшая на всех, вскрикнула. Её глаза закатились и засияли странным полуденным светом. Пространство вокруг нее залилось золотым мерцанием. Лона оторвалась от земли, все её доспехи куда-то растворились, обнажив ее совершенное юное тело. Похожая на призрака девушка протянула руки вперёд, сложив их в молитву, а когда она раскрыла ладони, внутри засиял маленький дракон. Все замерли в молчании. Вдруг над верфью пронесся голос: говорила Лона, но, казалось, что звук идет с небес. Уверенный, немного грубый голос звучал буквально отовсюду.

- Мир погружался в хаос и выходил из него сотни раз, судьбу мира меняли личности, люди, неподвластные никому… Сегодня мир стоит на пороге перемен. Только один человек, и он стоит предо мной, может спасти нас. Но этот же человек может и привести мир к хаосу, уничтожив его.

Молитесь, верьте и помогайте друг другу… Наступит время, когда спокойствие сменит вражда и гражданская война захлестнёт все земли. Когда мир рухнет, останется только надежда. Откройте свои сердца! Верьте, придёт свет и прогонит тьму! Вернитесь к свету! Выберите свой путь! – голос стал исчезать растворяясь в воздухе.

Устами Лоны говорил Дракор, Создатель.

Позже это событие назвали первым явлением.

Глава 6

Глава 6. Испытание

Произошедшее на пристани в миг разнеслось по всей Империи, даже в самые отдаленные ее уголки. И простолюдины, и высокопоставленные правители, и ученые мужи Иктура, и даже самая консервативная часовня верили в то, что юная дева – провидица, а слова, которые она произнесла – ни что иное, как послание Создателя. Но даже спустя год после первого явления, среди всей разросшейся шумихи только один человек продолжал сомневаться и особым подозрением отнесся к происшествию. Человек, который лучше всех знал эту девушку, не верил ни в высшее существо, ни в каноны часовни, ни словам самой Лоны – это всё подрывало его авторитет и его собственную власть, будто что-то не позволяло ему изменить собственному внутреннему голосу. Великий Магистр не мог так просто принять на веру то, что увидел и услышал. Ведь он был не просто Владыкой Империи, он был еще и могущественным магом, знавшим великое множество тайн.

Сигурд, заручившись поддержкой супруги, задумал для девушки испытания. Долго придумывали они сложности, самые невыполнимые поручения, чтобы проверить девушку, или вернее, чтобы погубить её, или сослать в далекие и глухие края, где слухи и разговоры о ней не смогли бы пошатнуть спокойствие Империи и, конечно же, власть Великого Магистра.

А пока они не могли поступить иначе, девушка была под постоянным наблюдением и особой опекой магистра. Пророчица всё своё время проводила не на тренировочном поле, как прежде, а в молитвах, в часовне. Особое же поручение получил и сын Владыки. Логхарт всегда оказывался рядом и, на удивление, быстро нашел общий язык с юной девой, став для нее незаменимым другом и товарищем.

После первого явления, Лона обрела особый дар – она могла одним прикосновением вылечить раны тех, кто был достаточно добр, миролюбив и открыт душой Создателю. Сотни тысяч людей устремились на встречу с девой, каждый со своей просьбой, проблемой и желанием. Но далеко не все получали то, что хотели, ибо только те, кто сердцем чист и открыт Дракору, могли рассчитывать на его благосклонность.

- Верьте в свои силы, надейтесь на лучшее. И всё будет так, как мы захотим, и только тогда, когда мы сами на это решимся, - говорила она своим удивительно нежным и откровенным голосом. – Прикладывайте старания, трудитесь во благо великой цели и с заботой относитесь ко всем вокруг.

В конце дня, Лона уходила в маленькую комнатку в часовне, где когда-то хранили книги и различные приспособления. Сев на колени на пол, она закрывала глаза и обращалась к дракону.

Кругом клубился уже привычный розоватый дымок, таинственно проплывали облака. Дракор лежал посреди своей обители и чуть заметно помахивал хвостом. Лона, сменившая доспехи на простое платье с изображением привычного креста, ровным спокойным шагом подходила к дракону.

- Тебе устроят испытания, - сказал Дракор.

- Чувствую это и боюсь, - девушка склонила голову.

- Не бойся. Я тебя не оставлю. Запомни цифры 3, 6 и 7. Они тебе пригодятся. Лона, дитя моё, Логхарт…

- Он мне очень дорог. Мы… - девушка не решилась произнести, что почувствовала особую связь и сблизилась с этим человеком.

- Не оставляй его. Я не знаю всего смысла будущего, но твоя судьба тесно связано с его судьбой, ваше будущее тесно переплелось, но большего не знаю даже я. Вы, люди, все-таки непредсказуемые и умеете удивлять, - на мгновение девушке показалось, что дракон улыбается, но как понять, что это улыбка? - Не стоит убегать от своей судьбы. Не отвергай его.

- Спасибо. Мне становится легче.

- Любовь… Это самое непонятное чувство, которое появилось в жизни людей. Возможно, это всего лишь шутка, а, возможно, это особый дар, способный сделать жизнь проще.

- Любовь дарит крылья.

- Да, Лона. И я их вижу. Но я боюсь за тебя.

Тут внезапно Дракор закрыл глаза и нахмурился. Он что-то увидел, но постарался прогнать спонтанное видение. Девушка уловила дрожь и поймала печальный взгляд дракона прежде, чем закрыла свои глаза и растворилась в розовом тумане, возвращаясь в реальность.

В маленькой комнатке было тепло и светло. Огромное витражное окно отбрасывало красивый свет. Он то был пурпурным, то золотистым, то лазурным. Служители часовни знали, где находится юная провидица и потому крайне редко её тревожили. Девушку уважали и любили.

Лона уже несколько минут была в реальности и неподвижно сидела в молитве, прося Дракора помочь людям вокруг, знакомым и тех, кого она никогда не встречала, но каждого, кто был достоин внимания дракона. Со стороны библиотеки послышались быстрые и довольно неосторожные шаги. В укромное место ворвалась послушница.

- Извините, если отрываю, - робко заговорила девушка.

- Я же просила… Я такая же, как ты, как все. Я просто человек. Что случилось?

- Великий Магистр просил пригласить тебя к себе. Что-то срочное и важное.

- Я уже иду, - а про себя подумала, что догадывается, о чем пойдет речь.

Быстро сорвавшись с места, девушка побежала к башне Магистра. Главное здание часовни находилось в замковой части, и после заката было доступно только для высокопоставленных людей и её служителей. Совсем неподалёку находилась обитель Владыки Империи.

Лона, по обыкновению, пробежала через вход для слуг и стала подниматься в кабинет Сигурда. У самой двери её остановил Логхарт.

- Постой. Ты уверена, что стоит? – его голос был спокоен, чего нельзя было сказать о глазах, которые точно набат оповещали о тревоге.

- Не бойся, со мной ничего не случится, - она постаралась вложить в голос всю свою уверенность и спокойствие.

Он задержал ее на мгновение, бережно коснувшись запястья, что она позволяла делать только ему одному. Мужчина заглянул в ее сверкающие глаза, а девушка ответила теплым поглаживанием по его щеке.

- Я знаю, что будет. А ты не бойся.

- Удачи, - Логхарт посмотрел на изящную фигуру, скрывающуюся за дверью кабинета, и прошептал вслед: - любимая.

Лона робка вошла в огромную залу. Магистр вместе с женой ждал её. Сейчас кабинет выглядел по-другому: вместо привычных мягких диванчиков, огромных книжных полок, расписного стола и груды листков на нём, была большая пустая полукруглая зала. В центре по кругу стояло восемь кувшинов. Здесь были самые уважаемые Сигурдом магистры и лорды, которые так же, как и Великий Магистр, боялись, а потому сомневались в Лоне.

- Ты пришла… - как-то задумчиво и загадочно проговорил Магистр.

- Дорогой, - что-то хотела сказать жена, но получила вместо ответа суровый взгляд.

- Ты готова? – он пронзил ее своим взглядом, в котором девушка уловила сомнение и тревогу.

- Да, - абсолютно спокойно ответила Лона.

- Да, Великий Магистр! – грубо поправил ее Магистр в пышных одеяниях с воротником, похожим на огромный панцирь черепахи.

- Он такой же человек, как и я. Между простыми людьми не должно быть чинов и различий, - возмутилась девушка, и, пока Магистр находился в замешательстве, добавила, - я готова к испытанию.

- Подойди, - подозвала жена. – Встань тут, в центре.

Лона подошла и оказалась между кувшинами. На равном расстоянии от неё было восемь абсолютно одинаковых, пронумерованных глиняных сосуда.

- Если ты пророчица, и знаешь то, чего не может знать простой человек, то найдёшь те три кувшина, которые не похожи на остальные. Приступай!

В мысли девушки ворвались последние слова Дракора: «Запомни цифры 3, 6, 7…» . Она коснулась сосуда с цифрой один, затем с цифрой два, а потом резко толкнула кувшин с цифрой три. Из обломков выползла огромная чёрная змея, которая было выгнулась в сторону девушки, а потом резко бросилась в сторону совета магистров. Владыка взмахнул рукой, и змея исчезла, будто ее никогда и не было.

- Ты не ошиблась. Продолжай. У тебя хороший слух, ты могла почувтсвовать, что там есть кто-то!

Жена Сигурда, волнуясь, схватила мужа за руку. А Лона также осторожно стала проводить рукой над остальными кувшинами, зная над которым стоит задержаться. Вот она коснулась горшка с цифрой семь. На этот раз она аккуратно толкнула его. Он упал на холодный золотистый пол и разлетелся в осколки. Но ничего не появилось из него. Пророчица внезапно испугалась, но тут все её сомнения развеялись. Из пыли разбитого сосуда выглядывали крылья искусственной золотой бабочки.

- Браво! – Магистр с твёрдым выражением лица начал хлопать в ладоши, лорды так же последовали его примеру.

Все люди продолжали с ужасом стали смотреть то друг на друга, то на Великого Магистра.

Лона стала ещё раз проводить рукой над всеми оставшимися кувшинами. Вот она ещё раз пронесла руку над шестым и, приложив чуть больше усилий, толкнула его. Он с громким треском упал на землю и залил весь пол холодной водной.

- Ты ошиблась! Они все наполнены водой, - холодно улыбнувшись, заговорил Сигурд. – Твоё везение кончилось.

- Я так не думаю. На этот раз ошибаетесь вы, - ответила девушка и достала из осколков три жемчужины.

Она подняла раскрытую ладонь, показав всем в зале три сверкающих сферы.

- Нет! Это какое-то совпадение! Это не может быть правдой! Стража! – Магистр начал кричать и размахивать руками, а его жена упала на колени, завороженно смотря на девушку. – Поднимись ты, ничего тут нет! – он щелкнул пальцами, и тонкие металлические прутья опутали руки девушки.

В кабинет ворвались незнакомые ей охранники и схватили её, больно обхватив за локти.

- В темницу, в самую нижнюю часть! На замок, и заковать всеми цепями!

- Сигу…

- Молчи, женщина! Она - заговорщица! С глаз моих долой!

Стражи ещё крепче сжали девушку, которая даже не сопротивлялась, и потащили её в подземелье. На выходе из кабинета их встретил Логхарт. Лона подняла свои ясные глаза, и с прежней невинной прекрасной улыбкой посмотрела на возлюбленного.

- Дядюшка Серж, запомни, - успела она произнести прежде, чем ее увели прочь.

Логхарт стал что-то нервно бормотать, пытался остановить стражников, потом начал бешено носиться из стороны в сторону и поспешил в кабинет отца. А Лона абсолютно спокойно шла вместе со стражниками. Она не знала, что ее ждет, но что-то подсказывало ей, это верное решение, так должно было произойти.

Чистое лазурное небо стало быстро затягиваться чёрными, возмущенно бурчащими тучами. Яркие дневные лучи скрывались в темноте и не желали пробиваться сквозь завесу. Завыл протяжно ветер. Внезапно огромная, кривая линия разрезало небо. Мрачное полотно, страшно взвыв, точно от удара плетью, грозно прорычало на ошеломлённую землю. Из свежей раны полилась холодная вода. Начался мощный ливень. Он нещадно поливал всё, что встречалось на пути. Ветер яростно обрушивался на деревья, на леса, на поля, с корнем вырывал великие дубы и неистово стонал. Явление довольно частое и обыденное для региона, но факт того, что буря началась с момента исчезновения пророчицы Лоны, вызвал народное беспокойство. Все в ужасе замирали перед окнами своих домов, крепко сжимали себя в свои руки и с трудом подавляли дрожь. Никто не мог остаться равнодушным перед всем этим кошмаром.

Одна только девушка была спокойна в этой непогоде. Она сидела в лёгком и аккуратном платье с изображением креста. Волосы закрывали глаза, но, казалось, они ей совсем не мешают. На её молодом лице светилась таинственная и блаженная улыбка. И хоть руки и ноги её были прикованы тяжёлыми цепями, выглядела она совершенно свободной. Лона не замерзала, сидя на сыром полу, в подземелье, куда свет пробивался через узкое отверстие в крыше башни, высотой в несколько человеческих ростов. Ее сердце билось ровно и безмятежно. Она была уверена в своем будущем и потому спокойно в настоящем. Дракор был рядом, укутывая её незримым крылом. Он что-то чувствовал и, возможно, предвидел, но не знал наверняка, как всегда, теряясь в догадке людской сущности.

- Почему магистр так поступил? – размышлял он вслух. – Неужели он тебя боится?

- Я не знаю ответа. Но гораздо важнее то, что я увидела в его глазах.

- И что же ты увидела?

- Веру. Он верил в то, что видел. И приказал отправить меня в темницу не просто так. Но я не знаю для чего. Он, все же, достойный человек.

- И ты веришь ему? – дракон был удивлен, но голос его был таким же ровным и наполняющим силой, как и всегда.

- Он может многое изменить.

- Ты права. Я вижу то, что предначертано, и магистр сыграет в этом важную роль.

За недолгое время, проведенное в темнице, девушка стала привыкать к смертной тишине, царившей здесь. Редко её нарушал стук дождевых капель и какое-то далёкое позвякивание. Звуки бури практически не доносились сюда.

Вдруг грохот раздался за старой дверью, с крохотным решётчатым окном. Сердце девушки слегка стукнуло. Кто-то явно вскрикнул в коридоре. Что-то совсем рядом опрокинулось. Послышались тяжёлые шаги и сбитое дыхание. А затем были всхлипы и далекие стоны, сменившиеся гулким стуком.

- Не тут! Нет! – прокричал знакомый голос, страшной тысячей звуков повторяясь от стен.

- Смотри в глубине! В самом конце! Быстрее. Давайте же! - звучал ещё один голос, знакомый, но такой далёкий, как из прошлого.

Лона улыбнулась сильнее, и словно засветилась. В двери послышались скрипы. Кто-то стоял за ней и нервно пытался подобрать ключ к замку.

- Сейчас, сейчас, надо разобраться. Тут такой механизм путаный. О, вот, пошла.

Дверь открылась. В камеру ворвался человек в грязном мокром плаще, из-под капюшона выглядывали длинные светлые волосы.

- Логхарт, ты пришёл, - немного таинственно, будто самой себе, проговорила пленница.

- Ох, Лона, милая, что же с тобой они сделали? О Великий Дух! Как же я позволил такое! Прости меня, прости меня, любовь моя. Прости, что заставил так долго ждать! – руки Логхарта ужасно дрожали, он с трудом пытался подобрать ключ от оков любимой. – Я пытался убедить отца, но…

- Все в порядке, - ее глаза сверкали так, что даже далекие звезды могли погаснуть.

В комнатку ворвался огромный страж.

- Лона, девочка моя! Что-то мы тут задержались. Как там медведь?

- Медведь? – Логхарт обернулся в полном недоумении.

- Я знала, дядя Серж… - улыбнулась она, как всегда улыбалась ему при встрече, точно он все та же маленькая девочка с кухни.

- Отойдите, я сейчас сделаю, - Серж подошёл, немного грубо оттолкнул Логхарта, выхватил ключи и быстро выбрал ключ, который легко подошёл к замку. - Думаю так… Вместо того, чтобы поворачивать ключ, он приподнял его вверх, надавил и вытащил. Цепи ослабли и выпустили девушку из своих крепких объятий.

- Я бы не додумался, - признался мужчина.

- Ха, ты просто не работал в страже.

Лорд поднял на руки хрупкую девушку. А Лона внезапно посмотрела куда-то между своими спасителями и плавно кивнула головой. Дракор, все это время наблюдавший за ними, растворился в пустоте. Но его видела только она, Серж и Логхарт ничего не успели заметить.

- Бежим. Мы сегодня будем далеко от этого проклятого города. Надо только добраться до верфи, там ждёт корабль. – говорил взволнованным, сорванным, голосом Логхарт. – Теперь я точно запомню, почему не хочу оставаться в Вышграде.

- Тут твоя семья и дом, - задумчиво промолвила девушка, прижимаясь к мокрой от дождя рубахе, покрывавшей могучую и горячую грудь.

- Поэтому я вернулся. Вернулся, и хочу убежать как можно дальше.

Откуда-то сверху послышались быстрые шаги, тяжёлый звон доспехов и оружия.

- Сюда, тут есть потайной проход, он ведёт к воротам в замок, - крикнул Серж. – Давайте, давайте, не пряники воруем! Еще успеете поворковать.

Стражник стал быстро шарить по голой стене и вдруг надавил на какой-то кирпич. Участок стены внезапно отъехал в сторону и освободил тёмный проход. Беглецы вбежали внутрь. Серж ещё раз надавил, теперь изнутри, на какой-то камень и проход закрылся.

- Никакой фантазии! Как будто никто не додумается про эти кирпичи! – возмущался охранник.

- Да уж… - с ухмылкой сказал мятежник, - никто бы не нашел их тут…

Серж в ответ бросил недвусмысленный взгляд и двинулся вперед, расчищая заросший паутиной туннель. Внутри было совершенно темно. Идти вслепую просто невозможно.

- Нам бы факел… - посетовал стражник.

-А вот тут я смогу помочь. Сейчас. Не зря же я гостил у гномов. Вот.

Логхарт снял с шеи какой-то предмет и сильно сдавил его. Он тихо засветился мягким оранжевым светом, достаточно ярким, чтобы разобрать путь и выбраться из темницы.

- Они называют это «свет во тьме», - ответил он глядя на вопросительные глаза стража, готово прошептать «магия!».

- Те ещё фантазёры, - как-то холодно и недоверчиво взглянув на принца, сказала Лона.

- Поспешим. Они тоже могут знать про этот ход, но им понадобится какое-то время.

Лона настороженно взглянула на своего спутника, но отогнала сомнения. Логхарт немного задержался, кажется, он любовался или наслаждался этим сиянием, как будто только что сотворённой магией, а затем поспешил вперед.

Беглецы быстро передвигались по узкому ходу, который то становился ниже, то уже, то резко взмывал вверх и постоянно петлял, уводя в сторону.

- Откуда взялся этот туннель? – спросил опальный лорд.

- Эээ… Как бы сказать, - Серж смутился и помрачнел.

- Когда Магистр Сигурд одержал победу в поединке и пришёл к власти, он отправил ближайших противников в темницу. Всем известно, что они исчезли, - лёгким голосом, точно рассказывая о весенней погоде, говорила девушка.

- Да, я слышал об этом. Но там так всё сложно… - вопросительно посмотрел на нее Логхарт и замедлил на мгновение шаг. – Что было потом путано и непонятно…

- Всё очень просто. Был создан проход, через который волшебников тайно вывели за пределы Вышграда, посадили на корабль и убили.

Логхарт остановился на месте, оперевшись рукой о каменную стену, сделал пару глубоких вдохов и сжал ладонь в кулак.

- Не знал я этого… Многое изменилось, пока меня не было.

Он хотел еще что-то сказать, но в лицо стал бить холодный ветер и доносить капли.

- Мы почти на месте, - пробасил Серж.

С каждым шагом капель становилось всё больше. В туннеле ужасающе раздавались звуки бури. Где-то вдали сизым светом показался выход. Под покровом темноты и разгула стихии троица быстро добралась до корабля, где команда, год назад вернувшаяся из долгого путешествия в Снегон, была готова вновь отчалить от столичных берегов. Спустя несколько мгновений Лона, Логхарт и старый стражник Серж были за пределами города, вдали от власти Великого Магистра.

Глава 7

Глава 7. Побег

Чистое лазурное небо стало быстро затягиваться чёрными, возмущенно бурчащими тучами. Яркие дневные лучи скрывались в темноте и не желали пробиваться сквозь завесу. Завыл протяжно ветер. Внезапно огромная, кривая линия разрезало небо. Мрачное полотно, страшно взвыв, точно от удара плетью, грозно прорычало на ошеломлённую землю. Из свежей раны полилась холодная вода. Начался мощный ливень. Он нещадно поливал всё, что встречалось на пути. Ветер яростно обрушивался на деревья, на леса, на поля, с корнем вырывал великие дубы и неистово стонал. Явление довольно частое и обыденное для региона, но факт того, что буря началась с момента исчезновения пророчицы Лоны, вызвал народное беспокойство. Все в ужасе замирали перед окнами своих домов, крепко сжимали себя в свои руки и с трудом подавляли дрожь. Никто не мог остаться равнодушным перед всем этим кошмаром.

Одна только девушка была спокойна в этой непогоде. Она сидела в лёгком и аккуратном платье с изображением креста. Волосы закрывали глаза, но, казалось, они ей совсем не мешают. На её молодом лице светилась таинственная и блаженная улыбка. И хоть руки и ноги её были прикованы тяжёлыми цепями, выглядела она совершенно свободной. Лона не замерзала, сидя на сыром полу, в подземелье, куда свет пробивался через узкое отверстие в крыше башни, высотой в несколько человеческих ростов. Ее сердце билось ровно и безмятежно. Она была уверена в своем будущем и потому спокойно в настоящем. Дракор был рядом, укутывая её незримым крылом. Он что-то чувствовал и, возможно, предвидел, но не знал наверняка, как всегда, теряясь в догадке людской сущности.

- Почему магистр так поступил? – размышлял он вслух. – Неужели он тебя боится?

- Я не знаю ответа. Но гораздо важнее то, что я увидела в его глазах.

- И что же ты увидела?

- Веру. Он верил в то, что видел. И приказал отправить меня в темницу не просто так. Но я не знаю для чего. Он, все же, достойный человек.

- И ты веришь ему? – дракон был удивлен, но голос его был таким же ровным и наполняющим силой, как и всегда.

- Он может многое изменить.

- Ты права. Я вижу то, что предначертано, и магистр сыграет в этом важную роль.

За недолгое время, проведенное в темнице, девушка стала привыкать к смертной тишине, царившей здесь. Редко её нарушал стук дождевых капель и какое-то далёкое позвякивание. Звуки бури практически не доносились сюда.

Вдруг грохот раздался за старой дверью, с крохотным решётчатым окном. Сердце девушки слегка стукнуло. Кто-то явно вскрикнул в коридоре. Что-то совсем рядом опрокинулось. Послышались тяжёлые шаги и сбитое дыхание. А затем были всхлипы и далекие стоны, сменившиеся гулким стуком.

- Не тут! Нет! – прокричал знакомый голос, страшной тысячей звуков повторяясь от стен.

- Смотри в глубине! В самом конце! Быстрее. Давайте же! - звучал ещё один голос, знакомый, но такой далёкий, как из прошлого.

Лона улыбнулась сильнее, и словно засветилась. В двери послышались скрипы. Кто-то стоял за ней и нервно пытался подобрать ключ к замку.

- Сейчас, сейчас, надо разобраться. Тут такой механизм путаный. О, вот, пошла.

Дверь открылась. В камеру ворвался человек в грязном мокром плаще, из-под капюшона выглядывали длинные светлые волосы.

- Логхарт, ты пришёл, - немного таинственно, будто самой себе, проговорила пленница.

- Ох, Лона, милая, что же с тобой они сделали? О Великий Дух! Как же я позволил такое! Прости меня, прости меня, любовь моя. Прости, что заставил так долго ждать! – руки Логхарта ужасно дрожали, он с трудом пытался подобрать ключ от оков любимой. – Я пытался убедить отца, но…

- Все в порядке, - ее глаза сверкали так, что даже далекие звезды могли погаснуть.

В комнатку ворвался огромный страж.

- Лона, девочка моя! Что-то мы тут задержались. Как там медведь?

- Медведь? – Логхарт обернулся в полном недоумении.

- Я знала, дядя Серж… - улыбнулась она, как всегда улыбалась ему при встрече, точно он все та же маленькая девочка с кухни.

- Отойдите, я сейчас сделаю, - Серж подошёл, немного грубо оттолкнул Логхарта, выхватил ключи и быстро выбрал ключ, который легко подошёл к замку. - Думаю так… Вместо того, чтобы поворачивать ключ, он приподнял его вверх, надавил и вытащил. Цепи ослабли и выпустили девушку из своих крепких объятий.

- Я бы не додумался, - признался мужчина.

- Ха, ты просто не работал в страже.

Лорд поднял на руки хрупкую девушку. А Лона внезапно посмотрела куда-то между своими спасителями и плавно кивнула головой. Дракор, все это время наблюдавший за ними, растворился в пустоте. Но его видела только она, Серж и Логхарт ничего не успели заметить.

- Бежим. Мы сегодня будем далеко от этого проклятого города. Надо только добраться до верфи, там ждёт корабль. – говорил взволнованным, сорванным, голосом Логхарт. – Теперь я точно запомню, почему не хочу оставаться в Вышграде.

- Тут твоя семья и дом, - задумчиво промолвила девушка, прижимаясь к мокрой от дождя рубахе, покрывавшей могучую и горячую грудь.

- Поэтому я вернулся. Вернулся, и хочу убежать как можно дальше.

Откуда-то сверху послышались быстрые шаги, тяжёлый звон доспехов и оружия.

- Сюда, тут есть потайной проход, он ведёт к воротам в замок, - крикнул Серж. – Давайте, давайте, не пряники воруем! Еще успеете поворковать.

Стражник стал быстро шарить по голой стене и вдруг надавил на какой-то кирпич. Участок стены внезапно отъехал в сторону и освободил тёмный проход. Беглецы вбежали внутрь. Серж ещё раз надавил, теперь изнутри, на какой-то камень и проход закрылся.

- Никакой фантазии! Как будто никто не додумается про эти кирпичи! – возмущался охранник.

- Да уж… - с ухмылкой сказал мятежник, - никто бы не нашел их тут…

Серж в ответ бросил недвусмысленный взгляд и двинулся вперед, расчищая заросший паутиной туннель. Внутри было совершенно темно. Идти вслепую просто невозможно.

- Нам бы факел… - посетовал стражник.

-А вот тут я смогу помочь. Сейчас. Не зря же я гостил у гномов. Вот.

Логхарт снял с шеи какой-то предмет и сильно сдавил его. Он тихо засветился мягким оранжевым светом, достаточно ярким, чтобы разобрать путь и выбраться из темницы.

- Они называют это «свет во тьме», - ответил он глядя на вопросительные глаза стража, готово прошептать «магия!».

- Те ещё фантазёры, - как-то холодно и недоверчиво взглянув на принца, сказала Лона.

- Поспешим. Они тоже могут знать про этот ход, но им понадобится какое-то время.

Лона настороженно взглянула на своего спутника, но отогнала сомнения. Логхарт немного задержался, кажется, он любовался или наслаждался этим сиянием, как будто только что сотворённой магией, а затем поспешил вперед.

Беглецы быстро передвигались по узкому ходу, который то становился ниже, то уже, то резко взмывал вверх и постоянно петлял, уводя в сторону.

- Откуда взялся этот туннель? – спросил опальный лорд.

- Эээ… Как бы сказать, - Серж смутился и помрачнел.

- Когда Магистр Сигурд одержал победу в поединке и пришёл к власти, он отправил ближайших противников в темницу. Всем известно, что они исчезли, - лёгким голосом, точно рассказывая о весенней погоде, говорила девушка.

- Да, я слышал об этом. Но там так всё сложно… - вопросительно посмотрел на нее Логхарт и замедлил на мгновение шаг. – Что было потом путано и непонятно…

- Всё очень просто. Был создан проход, через который волшебников тайно вывели за пределы Вышграда, посадили на корабль и убили.

Логхарт остановился на месте, оперевшись рукой о каменную стену, сделал пару глубоких вдохов и сжал ладонь в кулак.

- Не знал я этого… Многое изменилось, пока меня не было.

Он хотел еще что-то сказать, но в лицо стал бить холодный ветер и доносить капли.

- Мы почти на месте, - пробасил Серж.

С каждым шагом капель становилось всё больше. В туннеле ужасающе раздавались звуки бури. Где-то вдали сизым светом показался выход. Под покровом темноты и разгула стихии троица быстро добралась до корабля, где команда, год назад вернувшаяся из долгого путешествия в Снегон, была готова вновь отчалить от столичных берегов. Спустя несколько мгновений Лона, Логхарт и старый стражник Серж были за пределами города, вдали от власти Великого Магистра.

Глава 8

Глава 8. Одинокая тюрьма волшебников

Она стояла на носу, крепко ухватившись за канат и вытянувшись в направлении восходящей звезды. Корабль резво выпрыгивал из воды и круто опускался вниз, рассыпая брызги. Редкий моряк осмелился бы при таких волнах стоять подобным образом по доброй воле. Но хрупкая девушка будто завороженная смотрела вперед и дышала полной грудью.

- Куда мы отправимся? – спросил капитан, уже какое-то время настороженно наблюдавший за девицей, которая так и не спустилась в каюту.

- Туда, где магистр не подумает нас искать. Мы сначала отправимся в Иктур, - неожиданно для самой себя произнесла она, выгнула спину и с бешено горящими глазами обернулась к побелевшему капитану корабля.

- Что?! Прошу прощения, но вы, спятили! Ливень, заточение, побег… - начал перечислять он. – Для полного безумия нам только магов не хватало!

- Не Вы, а ты. Называйте меня на «ты», - мягко поправила она, будто это была единственная вещь, которая встревожила в речи моряка. - А потом, что там может быть страшного?

- Точно - безумная! – он взмахнул руками. - Иктур - обитель магов, они же…

- Маги не будут подчиняться Сигурду, - спокойно ответила она, сделав пару шагов навстречу. - Там мы укроемся на какое-то время. Магистр сделал из них пленников, к чему же им помогать тюремщику?

- Хорошо, - капитан почесал седую бородку, а потом обреченно вздохнул. - Я оставлю вас в гавани Иктура, но попрошу об одном. Возьмите… - он кашлянул, - возьми моих людей, нам всем так будет спокойнее.

- Не переживай, капитан. Помни, дари мир другим и получишь мир в награду. Я такой же человек, как ты, и не стою ничего больше.

- Но ты же…

- Мы все равны, и должны помнить об этом и стремиться к этому всегда. Те, кто выше, помогают тем, кто внизу, а те, кто ниже – продолжают расти и тянутся вверх, только тогда в мире будет гармония.

- Хотел бы я жить в этом мире.

- Идеальная жизнь начинается с нас самих. Каждый человек волен делать выбор, в каком мире жить и какую жизнь строить.

Она грациозным движением спустилась на корму и бережно прикоснулась к руке моряка.

- Храни в душе тепло и дари его ближним, все люди вокруг не согреются, но тем, кто будет рядом, станет чуточку комфортнее, - она почувствовала, как бьется его сердце, а по лбу пробегают капли пота. – Помоги мне, тут немного качает, - улыбнулась Лона и вручила ему свою руку.

Хорошо скрываемый бурей корабль двигался легко и быстро. Удивительно, шторм всё время следовал позади, оставляя темно-серый шлейф за кораблем, а впереди открывалось чистое и спокойное, бескрайне синее пространство. Спустя несколько дней корабль прибыл в узкую бухту, именуемую в народе Карманом, потому как попасть в нее можно было только пройдя меж двух отвесных скал. Тут располагалась гавань на пути в Иктур. Лона со спутниками распрощалась с капитаном, который заставил-таки взять своих людей, готовых верой и правдой служить благому делу.

Маленькая, но аккуратная верфь, находилась под высокими каменными стенами городка Иктуриана, он был своего рода пропуском в башню Иктур, потому как невозможно было попасть в место заточения волшебников, находившееся прямо в водах Моря Забытых Голосов, минуя Иктуриан. Несколько ровных улочек были окружены массивной стеной, с множеством бастионов и огромным рвом. Если бы стена была длиннее, можно было предположить, что это столица Империи, требующаяся в надёжной защите. Поселение было надежно защищено, с любой точки открывался прекрасный обзор, и вряд ли кто-то мог пройти незамеченным. А потому, едва корабль приблизился к гавани, как приветствовать их вышел закованный в могучие доспехи отряд.

Воин, едва завидев девушку в простых одеяниях с лонийским крестом, прижал кулак к груди и склонил голову:

- Приветствуем в Иктуриане, юная леди. Это честь встречать вас в наших краях.

- Это честь для меня встретить прекрасных людей в замечательном месте, - она склонила голову и чуть крепче прижалась к Логхарту, подставившего свое крепкое плечо.

- Я – капитан Эрих, позвольте сопроводить вас, куда бы вы ни следовали.

- Благодарю, капитан. Но мы тут со своим личным визитом, и хотели бы, чтобы этот визит остался инкогнито, - Логхарт постучал Лону по ладони и сделал два быстрых шага вперед, ударив в грудь так же, как сделал капитан ранее.

- Будем считать, что сегодня никто не заходил в бухту, - он понимающе кивнул и вернулся к своему отряду, отправляя на патруль.

- Проведите нас к башне, пожалуйста, - Лона улыбнулась вернувшемуся капитану, который смущенно отвел взгляд в сторону.

– Не беспокойтесь, я провожу вас. Но не могу обещать, что вас не увидят.

- Этого и не потребуется, - она уверенно прошла вперед, оставив позади Логхарта, капитана и небольшой отряд в разномастных одеждах.

- Она… - капитан хотел что-то спросить, но Логхарт закончил за него.

- Всегда такая. Жизнерадостная и настоящая. Нам всем стоит этому поучиться. Пойдем, - он махнул людям, призывая следовать за Лоной.

Девушку везде узнавали, и все двери были перед ней открыты. Попасть за ворота Иктуриана оказалось очень легко. Затем преодолев длинную центральную улицу, такую узкую, что по ней едва могли разъехаться два всадника и протяженную, что они успели насчитать добрую сотню домов, пока не вышли на миниатюрную площадь с фонтаном в виде девы с лонийским крестом.

Поймав вопросительный взгляд Лоны, капитан Эрих указал на скульптуру:

- Рассказы о первом явлении произвели сильное впечатление на жителей Иктуриана, и они решили построить что-то в знак напоминания о том, что у нас еще есть надежда.

- Надежда есть всегда, нужно только помнить об этом и прикладывать все силы для того, чтобы каждый день был прекрасен.

Путешественники пришли к огромному, величественному мосту. Проход преграждали две высокие башни, за которыми начиналась дорога в Иктур. И тут стражники узнавали пророчицу по её ослепительной и удивительно простой улыбке и необычному кресту на груди. Никто не интересовался, зачем девушка идёт в башню.

Не догадывались об этом и ее спутники. Отчасти, Лона и сама не до конца понимала, для чего они идут в Иктур, но убегая от Магистра и жаждая изменить мир к лучшему, она рассчитывала получить совет или поддержку со сторону мудрецов, ведающих тайны магии и знакомых с древними тайнами Бендгарии. Лона направлялась в башню в поисках помощи, её долгом было вернуть людям свободу, которой их лишил Магистр.

Магистр не желал иметь вблизи от себя людей, одаренных магическими талантами, опасаясь за нерушимость собственной власти. Лона же пыталась его переубедить, даровать всем гражданам Империи равноправие, ослабить давление и снять ограничения с магов. Но это все ограничивало бы его абсолютную власть, чего Магистр никак не мог стерпеть. А когда он решил пленить ее, устранить угрозу, как привык он поступать раньше, Лона решила для себя, что не будет ждать одобрения Владыки, а возьмет все в свои руки.

Дракор настаивал на том, что магия должна быть свободной и доступной каждому жителю Бендгарии. Талант не может быть ограничен законом и страхом, его нужно взращивать, укреплять и восхвалять, а не прятать в отдаленных башнях под замком. Без магии сама суть мира и его стабильность оказывались под угрозой.

Но нельзя было просто объявить войну Великому Магистру Сигурду. Он всегда находился в столице, а значит и весь его гарнизон до последнего был бы готов защищать своего господина. Вся армия Империи в его руках, а народ в страхе и вере не посмеет противиться воле столь могущественного лидера. Дракор и Логхарт советовали Лоне собрать силы, вот только дракон говорил о силе духа, а мятежный принц настаивал на достойной армии.

Преодолев мост, ещё одно препятствие ожидало странников – стража у входа в замок. Вход охранили не имперские стражи, а орденцы, преданные Великому Магистру и часовне элитные воины, способные отразить магию и сразить практически любого противника. Но каждый из них принадлежал часовне, а значит, был человеком глубоко верующим и с почтением относящийся к религии. Лона рассчитывала на то, что сумеет воззвать к их набожности.

Впереди группы странников шла девушка, немного робкой походкой, рядом с ней, крепко сжимая её руку и возложив другую на клинок, шёл Логхарт. Гордо подняв голову, он чеканил каждый свой шаг и сурово смотрел вперед, явно обдумывая действия, в случае если план Лоны не сработает. Позади шли воины с корабля, бестолково разбредшиеся по всему мосту. Капитан Эрих остался по ту сторону моста, не решаясь приближаться к обители магов.

Огромная башня, возвышавшаяся точно маяк, была всё ближе и ближе. Мост заканчивался, и вдалеке уже виднелась дверь. Но не просто дверь – настоящие величественные врата. Толстая металлическая пластина была окружена множеством арок, одна больше другой, и повсюду мерцали таинственные символы – руны. Загадочные и роскошные узоры окружали загадочный проход, охраняемый отрядом орденцов – солдаты носили золоченные доспехи, покрытые защитными рунами, алые плащи и шлемы с изображением пересекающихся молний.

Едва стражи завидели молодую, красивую девушку, на груди которой сверкал лонийский крест, они повалились на колени, уронив всё своё оружие.

Это не понравилось пророчице, остановившейся точно громом пораженная.

- Госпожа, мы… Приветствуем Вас.

- Поднимитесь, быстро, - Лона подбежала и стала насильно подымать охранников башни. – Что вы делаете! Или вы всех людей так встречаете?

- Но Вы ведь не простой…

- Я самый обычный человек. Посмотрите, я такая же как и вы: руки, ноги, голова! Не должен человек склоняться перед другим человеком. Каждого должно почитать и уважать за его заслуги. Я же не успела сделать ничего такого.

- Зачем Вы пришли к нам? – навстречу вышел мужчина такого высокого роста, что Лона с трудом доставала ему до пояса.

- Я должна встретиться с первым чародеем, - ровным, спокойным тоном ответила девушка.

- Мы не сможем Вас пропустить, - так же спокойно ответил великан. – Всех вас пропустить, - добавил он чуть мягче.

- Я - Логхарт, сын Великого Магистра Сигурда, - мужчина сделал шаг вперед и небрежно кивнул головой.

- Проходите, но быстро. Остальные могут вернуться в город, - отрезал великан, пропуская двух путников.

Огромные врата таинственно зашипели, звякнули и стали лениво открывать проход, скрытый за ними. Показались огромные витражные стёкла и загадочный свет от них. Лона с Логхартом сделали несколько шагов, и дверь тут же закрылась за ними. Узкий длинный проход тонул в свете цветных стёкол. В самом конце виднелся облик мага, который освещал дверь в покои башни.

Обычный дневной свет, проходя через призму витражей, казалось, наполнял проход таинственным сиянием, каким-то волшебным. Дверь была не такая крепкая и могущественная, как главная, но способная оказать достойное сопротивление в случае осады или мятежа. Вся она была покрыта изображениями гербов. Герб - это символ каждого родного города, откуда были оторваны ученики. Каждый новый маг, пришедший в Иктур, должен был нанести изображение своего города или поселения, чтобы помнить о своем доме и забыть о дороге обратно. Чаще остальных повторялся герб в виде дневного светила, поднявшегося над Небесгорой – это герб Вышграда, столицы Империи, любимый символ Сигурда.

Глава 9

Глава 9. Пророчество

Логхарт крепко держал за руку Лону, пока они медленно шли по зеркальному коридору. Сотни мерцающих витражей заполняли пространство невероятными цветами. В конце виднелась массивная арка с простой черной дверью. Едва путники приблизились к ней, как та наполнилась загадочным светом и неожиданно просто и плавно растворилась, открывая проход в величественный и торжественный зал. По кругу виднелись ряды колонн, которые крутым изгибом ловко поддерживали высокий потолок, создавая удивительно красивые своды. Было много блеска и света, в воздухе проплывали руны. Пол тонул в загадочном серебристом тумане. Тяжелая и гнетущая тишина заполняла все пространство, которое при обилии предметов мебели, стеллажей с книгами и магическими безделушками, парящих колдовских символов и свечей с лиловыми огнями, казалось практически пустым. Залу опоясывал арочный коридор, ведущий в комнаты учеников. Но там никого не было.

Лона и Логхарт настороженно переходили от одного помещения к другому, так и не встретив ни единой живой души. Когда они возвращались к центральному помещению им послышались какие-то быстрые и неловкие шаги. Из тумана появился человек в тонкой жёлтой мантии, с красными полосами.

- Здравствуйте, что же вы так долго! Все уже потеряли вас! Учитель и вовсе заждался. Идемте, скорее.

- Что простите? - спросил Логхарт. – Кто…

- Хорошая шутка, идемте быстрее!

- Ты, верно, ученик? – спросила Лона, последовавшая за магом. - Но зачем ты нас ждал?

- Вы же должны рассказать нам о теории огненного импульса! – воскликнул ученик, приняв гостей за новых лекторов. – Мы уже изучали реакцию шаровых молний и теперь вот наконец узнаем о принципах построения огненной цепи.

- Проводишь к учителю?

- Туда и идем. Я весь в нетерпении! Как хорошо, что я нашел вас первым!

Ученик быстро побежал по круглым коридорам, зовя спутников за собой. Лона и Логхарт едва поспевали за его быстрым шагом. Они пробежали несколько таких же комнат для учеников, свернули в очередной арочный проем, который они не заметили прежде, прошли через пару лестничных проемов, пока не добрались до огромной библиотеки.

Множество стеллажей поддерживали громадные своды и дурманили запахом бесчисленного множества страниц. Казалось, что мудрость всего мира была собрана здесь, в одной комнате. Некоторые полки были настолько высоки, что верхние ряды скрывались за пределом видимости. Повсюду стояли длинные столы, доверху заваленные ученой литературой и колдовскими свитками.

Вот где таились все ученики и волшебники. Сотни человек в беспорядочном хаосе плутали по лабиринту книжных коридоров. Кто-то залезал на золоченные лестницы и выискивал свитки и трактаты, что были повыше. Кто-то, напротив, на длинных столах зарывался в груды пергаментов и что-то тщательно изучал.

Однако нормально заниматься в этих условиях просто не представлялось возможным. Тут царил истинный творчески-научный беспорядок: толпы людей шныряли туда-сюда, тут же раздавались крики и взрывы заклинаний, вспыхивали яркие всполохи удачных и не очень опытов, голова начинала кружиться от чудовищных запахов зелий и отваров.

Ученик ловко петлял меж высоких полок и звал спутников в какую-то отдельную секцию, отгороженную ажурным забором. Там столпилось несколько юных магов в таких же золотистых мантиях. У стеллажей стояли волшебники в красных одеждах – преподаватели, подле них стоял чародей в зелёной мантии, отделанной чёрным мехом. Это был Первый Чародей Ирвинг.

Лона замешкалась, не зная, как начать разговор, но в дело вмешался Дракор. Внезапно она потеряла равновесие, оторвалась от земли и стала похожа на призрака. Таинственный голос пронесся по колдовским коридорам, приковав внимание к себе:

- Пройдут года, столетий тени

Обо мне забудет свет…

Тень накроет земли эти,

Где уж вере места нет.

Хаос смерти мир засеет,

Восславляя вздор в друзьях.

Ангел чёрный возвратится,

Демонам открыв врата.

Мир большой, в нем нет границ,

Пределы – люди сотворили…

Среди сотен старых лиц

Появятся следы чужие.

И надежды след простынет,

Скроет веру пелена.

Мир привычный в огне сгинет,

Но вернется Магия.

Затерявшийся тогда придёт

Через открывшийся порталы.

Мир в Бендгарию вернёт…

Хоть и мир другой искал он.

Будет хаос, будет тьма

Будут битвы и сраженья,

Смерть вернется в те края,

Где героям ждать спасенья… - голос растворился, все еще эхом отражаясь от стен.

Изумлённые ученики бешено записывали каждое слово, волшебники сомнительно смотрели на гостью, а Первый Чародей шептал какое-то заклинание, поражаясь тому, что оно не действует. Лона повалилась на пол, где ее подхватил Логхарт, крепко прижав к себе.

Она не знала сколько прошло времени, но, когда постепенно пришла в себя, увидела напуганные, прекрасные и пленительные глаза мужчины, которому открыла свое сердце.

- Логхарт… - сдавленно прошептала она своим голосом.

- Я с тобой рядом, я всегда буду с тобой, - уверенно пообещал он, смахнув с ее щеки пробежавшую слезу.

Первый Чародей подошёл и упал на колени перед девой, за ним последовали остальные.

- Прошу прощения за наше недоверие. Мы – маги и привыкли сталкиваться с многим, а потому подвергаем сомнению и критическому анализу все, что угодно. Тем более, что в этой башне больше нечем заняться, - он как-то по-доброму усмехнулся, но во всем его лице читались глубокая грусть, смирение и тревога. - Это было не заклинание, - сказал он громче, - это говорил Дракор, Великой Дракон, которого мы встречаем в снах, в параллельном мире, и, которого простые люди называют - Создатель. Это – Лона, вестница Дракора.

Все люди продолжали стоять на коленях с удивленными лицами наблюдая за картиной.

- Поднимитесь, прошу. Я… - она попыталась подняться, но пошатнулась, оставшись на ногах благодаря Логхарту. - я такая же, как все. Я всего лишь человек, который еще не успел сделать то, что должно.

- Но непременно еще успеет! Поднимитесь, - Ирвинг скомандовал всем подняться. - Хорошо-хорошо, - маг взмахнул руками. – Думаю, нам есть о чем поговорить, - он резко развернулся на каблуках и подозвал женщину почтенного возраста, все это время стоявшую в стороне. – Лейна, мне понадобится твоя помощь, - получив от нее утвердительный кивок голов он вновь обернулся к гостям. – Прошу, в моем кабинете будет спокойнее. Все могут возвращаться к практикам!

Они прошли еще глубже через библиотеку, миновав еще две закрытые секции. После вышли к лестничному проему, поднявшись на несколько этажей, пока не оказались в широком и довольно простом коридоре, где не было ничего кроме одиноко стоявшей двери из красного дерева, будто принесенной сюда из другого мира и совершенно не вписывающейся в обстановку башни.

Ирвинг прикоснулся к золотистой ручке и распахнул дверь, из-за которой открылся вид на сочную зеленую траву и луговые цветы. Семена одуванчиков вырвались из комнаты и пронеслись по коридору.

- Проходите, люблю работать в атмосфере уютного и спокойного сада. Конечно, это всего лишь иллюзии, но напоминают мне о доме… - тихо проговорил он поймав удивление на лицах странников.

Первый чародей вошел в свою цветущую обитель, следом, гордо подняв голову, прошла стройная, как столетняя сосна, и все еще молчаливая Лейна. Чуть замешкавшись, Логхарт и Лона поспешили за ними.

Они шли по мягкой и сочной траве, ощущая дивные ароматы леса, встречая на пути растения и цветы, которые в природе не могли бы расти в одном месте и в одно время – подснежники соседствовали с розами, лаванда с водяными лилиями, орхидеи с незабудками… Посреди холма расположилось семь беседок с белыми колонами – одна в центре, закрытая, и шесть вокруг. Путники разместились в той, где были расставлены диванчики и кресла из плетенного дерева с мягкими подушками и круглым столом.

Первый чародей взмахнул рукой и на столе возникла ваза с фруктами, хрустальный кувшин с золотистым вином и четыре бокала из такого тонкого стекла, что казалось это просто большая капля.

- Здесь мы можем говорить спокойно и открыто, - Ирвинг разлил напиток и подал каждому по бокалу.

- Я… Мне тяжело об этом говорить, - Лона почувствовала растерянность, вдохнула аромат вина и сделала один осторожный глоток.

- Магистр Сигурд – угроза для всей Империи, он нарушает равновесие и покой Бендгарии, - чародей озвучил то, что она не решалась произнести, осушив свой фужер, он наполнил его вновь. – Ты хочешь остановить его.

- Я понимаю, что это может звучать предсказуемо, но я не узнаю своего отца, - Логхарт так же выпил вино одним глотком и громко поставил бокал на стол. – За годы моих странствий многое изменилось, изменился и я. Империя выросла и стала сильной, но люди в ней несчастны.

- И ты знаешь, как это исправить? – голос Лейны был звонким и чистым, но суровым и холодным, точно горный водопад, она взболтнула жидкость в бокале, не отводя глаз от мятежника, и вернула его на стол, так и не притронувшись к напитку.

- Мы должны построить общество, основанное на доверии и взаимовыручке, - с трудом выдерживая натиск ее взгляда ответил он.

- Слишком общие слова, - отрезала чародейка.

- Все люди равны, их души чисты, а сердца открыты друг другу. Но Империя жестока, и вгоняет людей в грубые рамки, - Лона почувствовала прилив сил и говорила смелее. – Многим так и суждено мириться со своим жалким положением, не имея возможности что-то исправить.

- Бедные остаются бедными, а богатые еще богаче. Воинам суждено быть воинами, а прислуга… не сможет стать никем больше, - Логхарт поддержал ее.

- И магия… - Лона поймала вдумчивый взгляд Ирвинга. – Магистр пытается уничтожить магию и все, что с ней связано.

- По его вине мы стали преступниками и сидим в этой башне, – возмутился колдун. – Магия опасна, - внезапно добавил он.

- Неужели волшебникам нравится быть взаперти, подчиняясь воле Магистра?

- Магия опасна, - с досадой проговорила Лейна.

- Но ведь она может быть прекрасна в умелых руках? Как прекрасно это место, где мы находимся! Разве не сможет магия помочь людям, служить им добром?

- В умелых руках человека с добрым сердцем магия может сотворить удивительные вещи, - согласилась с ней Лейна. – Но вряд ли люди добры и открыты магии настолько, чтобы пользоваться ее.

- Магия не может быть доступна каждому, - добавил Ирвинг после паузы. – Слишком много проблем она доставила в свое время, магия, как и власть, извращает сознание и портит человека.

- Так говорит магистр Сигурд, и он отчасти прав, но говорит он так потому что боится за свой трон.

- Когда-то Магистр сам свергнул прежнего правителя, - заговорил Логхарт. – Не думаю, чтобы отец сомневался в своих силах, но вряд ли бы захотел, чтобы кто-то осмелился бросить ему вызов и помериться с ним своими силами.

- Вы знали про совет магистров во времена Владыки Рэя? – спросила девушка, серьезно посмотрев на чародеев.

- Великий Магистр когда-то был членом совета, но после его победы над Владыкой Рэем, все остальные магистры исчезли, - ответил Первый чародей. – Я всю жизнь провел в Иктуре и когда-то обучал здесь.

Лейна сделала шаг вперед и заглянула в глаза Лоне, как будто хотела прочитать послание в книге. А потом, точно прикоснулась к раскаленному железу, отпрянула.

- Я боялась этого…

- Лейна?

- Всех магов заточили в темницу, а после вывели по тайному проходу и убили, - спокойно ответила Лона.

Ирвинг выглядел потрясенным. Он отвернулся от гостей, сделал пару шагов и повалился в кресло, укрыв лицо руками.

- Мальчики мои… - он сжал ладони в кулаки, не отрывая от лица. – Старый, наивный глупец. Я верил до последнего что…

- Мы не можем просто сидеть и ждать, - голос Лейны вновь стал жестким.

- Пока Иктур под контролем и находится далеко от Вышграда, Сигурда не интересуют маги, - Логхарт сделал шаг вперед и оперся рукой о стол. – Вы понимаете, что сидите в темнице и живы, пока это не беспокоит Великого Магистра?

Первый чародей сидел неподвижно, изредка сотрясаемый дрожью. Он разжал пальцы и медленно поднял покрасневшие глаза, взглянув на Логхарта, а затем на Лону. Помолчав какое-то время он произнес:

- Вы правы. Мы живем своим чередом, сидим тихо и боимся побеспокоить магистра. А ведь магия – это не только ужас, о котором говорит Империя, магия – это искусство, это красота… - он тяжело вздохнул и настойчиво предложил гостям присесть. - Маги Иктура помогут вам.

- Нам нужно понять, что делать дальше, - Лейна, не будет чародейкой, могла бы стать настоящим генералом. – У вас есть план?

- Лейна, для этого они и пришли к нам, - Ирвинг посмотрел на нее, а потом обернулся к гостям. – Вы должны собрать союзников. Маги Иктура с вами, убедите графа Кенона, графиню Дюнона и Союз Восьми.

- Магистр вскоре поймет, что происходит, и тоже будет готов. Вам нужно настраиваться на битву.

- Отец наверняка соберет все силы в Вышграде, окружив себя верными подданными. Но и мы придем не одни и будем готовы дать отпор.

- Надеюсь Дракор поможет нам. Ты веришь в это, дитя?

-Мы все дети Дракора. Пусть его свет хранит мир нашей земли. И если дело наше правое, то мы сможем сделать нашу жизнь немного лучше.

Глава 10

Глава 10. Графство Кенон

На стороне мятежников было время и внезапность. Нужно было действовать достаточно быстро. И если посещение магов могло остаться в тайне от магистра, то дальнейшие их шаги скрыть было просто невозможно. Они не задержались в Иктуре, собрав свой отряд, к которому присоединилась чародейка Лейна, они направились в центральную часть Империи в графство Кенон. Земли Кенона были самые тёплые и прекрасные, живые и богатые во всех Империи. Горный край расположился вдоль северных склонов Друггор, открывая жителям и странникам удивительнейшие пейзажи – высокие горы, увитые зеленью остроконечных хвойных лесов, переплетаются с тихим и ровными долинами; спокойные и тёплые низменные речушки и порывистые и холодные горные потоки. В этом краю самая плодородная земля, поэтому в народе его прозвали Кормилицей Империи.

Кенон - небольшой провинциальный городок, который в центральных районах Империи назвали бы большой деревней. Но при этом в городе особая атмосфера и уют, люди добрее и отзывчивее, к тому же намного трудолюбивее. Они живут в стороне от политики и столичных интриг, наслаждаясь своей простой и незамысловатой жизнью. Магистр Сигурд так же бережно относится к графству, полагаясь на ресурсы этих земель, столь необходимых для столицы, но при этом постоянно растущее городское население Вышграда все больше и больше требует от графства и селян, постепенно накаляя обстановку. Люди, желающие уйти от фермерской и сельской деятельности в поисках другой жизни считаются преступниками и караются служителями Магистра. При этом редкие представители столицы стремятся уехать в глушь, чтобы усердно трудиться на благо Империи.

Проблема разобщенности и разницы условий жизни обостряется периодическими неурожаями и стихийными бедствиями. Прежде с природными явлениями справлялись маги, теперь же, жители Кенона могли рассчитывать исключительно на себя.

Стояла ночь. Звёзды холодно поблёскивали в темноте. Высадившись на восточном берегу Моря Забытых Голосов, отряд продолжил путь пешком, обходя мелкие деревушки и поселения, стараясь остаться незамеченными. Они разбили лагерь в укромном месте, где лесок нежно и негромко шумел. Приятно подрагивали и звенели горящие дрова в костре. Пламя носилось в каком-то загадочном танце, рисуя удивительные картины, наверняка волшебники видели в этом отблески далекого будущего. Огненные языки то взмывали вверх, то резко опускались и практически затухали, но лишь для того, чтобы вспыхнуть с новой силой. Логхарт поглаживал волосы пророчицы, а она любовалась отражением пламени в его глубоких глазах. Ей было спокойно, пока он был рядом, но что-то глубоко беспокоило ее. Она чувствовала что-то, сокрытое внутри, но боялась довериться ощущениям.

- Ты бывал в Кеноне прежде?

- Первый раз отец взял меня в свою поездку в Кенон, когда мне было одиннадцать, и я тогда впервые увидел, как быки вспахивают землю, а люди обрезают ветви на плодовых деревьях, - он мечтательно откинулся на спину. – Я никогда не пробовал такого вкусного хлеба!

- Хлеба?

- Да, они пекут его в особых печах, глубоко закопанных в землю. В центре разводят костер, а тесто, в которое добавляют орехи и какие-то особенные травы, формуют в шарик и раскладывают вокруг костра в специальные углубления.

- Звучит очень аппетитно! Я никогда не пробовала такого.

- В Вышграде хлеб пекут по-другому. И совсем не добавляют трав. Их просто нет, а тут, - он сорвал рукой несколько жестких травинок, - они растут повсюду.

- А граф?

- Арчибальд тогда был еще молодым парнем, старше меня на десять лет, весь такой тучный и крупный, как тот самый хлеб, но работящий и сильный. Он тогда помогал в пахотных работах и выезжал с нами на охоту. Помню, как он повалил дикого кабана, который выбил из рук его копье, а он обхватил его руками за шею и практически удушил.

- Голыми руками? – изумилась девушка.

- Почти, у него в сапоге был нож, которым он довершил начатое. Сильный мужчина! Через пару лет он приглашал нас на свою свадьбу, но я ее плохо помню, - он почесал подбородок и задумался. – А нет, помню, - усмехнулся. – Меня тогда впервые напоили.

- Тебя? Серьезно?

- Серьезно, мы с придворными мальчишками раздобыли бочонок вина, слишком большой для пяти парней.

- Наверное, потому и не помнишь свадьбу, - улыбнулась Лона, прикоснувшись к его щеке и нежно проведя рукой по груди.

- Помню только, как гневался отец и отчитывал графа, отца Арчибальда, за то, что не досмотрел. Ха! Последний раз я был в Кеноне несколько лет назад. Наша экспедиция в Снегона грозила закончиться провалом, и мы бродили по Друггорам в поисках гномов, пока не остались практически ни с чем. Тогда мы вернулись в Кенон, чтобы пополнить припасы. Местные рассказали нам о деревеньке, где живут те, кто бывал в землях гномов. С их помощью, мы и сделали наше открытие, - с таинственной грустью договорил Логхарт и закрыл глаза, явно не желавший рассказывать больше.

- Ты меня не оставишь одну? – внезапно задала она давно мучавший ее вопрос.

Лона прислушалась к ровному сердцебиению любимого и услышала гораздо больше, чем он сказал:

- Никогда, - Логхарт сильными и жилистыми руками прижал хрупкую девушку к себе крепче, наполняя всю ее особенным теплом, и заснул.

Лона гуляла в бледно-розовых клубах дыма, наслаждаясь дивным, таинственным ароматом, который чувствовала только она. Дракор тонул в облаках, лениво размахивая крыльями, он тяжело вздыхал и не сводил тревожных глаз с пророчицы.

- Арчибальд, граф Кенонский, человек мягкий и простой, но терпеть не может, когда на него давят и что-то требуют. В такие моменты он начинает нервничать и боится показать, что чего-то не знает. Граф безумно любит свои владения и может наравне с крестьянами копаться в земле и сделать жизнь своего графства лучше. Хороший и добрый человек, - дракон задумался. - Есть у него мечта – получить разрешение на вывод новых сортов растений. Но Магистр Сигурд боится, что это будет связано с колдовством и приведет к неизвестным последствиям и не дает разрешения. Помимо этого, в Кеноне раньше было много волшебников, которые помогали в поливе, отводили грозы, направляли реки и насылали прохладные ветра в жаркие сезоны. Теперь же все эти проблемы решают люди своими силами. Они придумали интересные механические конструкции, которые облегчают их труд, но магистр, во время последнего визита, высказал недовольство, разработку новых механизмов запретили, а мастеров-кузнецов и вовсе забрали в столицу, - Дракор грозно махнул хвостом, точно хлыстом, расплескав пушистую пену. – Найди к нему подход. Такой человек заслуживает большего.

- Таланты должны раскрываться, и тем, кто одарен, следует помогать, - Лона кивнула ему, получив теплую улыбку в ответ.

- Потому и я помогаю тебе, - с любовью проговорил дракон, растворяясь в призрачной дымке.

На следующий день небольшой отряд во главе с Лоной и Логхартом прибыли в Кенон, скромный город без особых изысков. Дома как дома, какие двухэтажные, какие одноэтажные, с обычными деревянными фасадами и практически все с террасами, каждая из которых буквально отражала характер жителей дома – одна была выкрашена ярко-синей краской с изящными пилястрами, чистая и опрятная, другая – ослепительно-белая, вся увитая плющом и мелкими оранжевыми цветами, следующая завешена бельем и до потолка завалена горшками, а за ней сочно-зеленого цвета с невероятным ажурным плетением, настолько тонким и изящным, будто это невесомое кружево. В городе не было мощеных дорог, брусчатки и скульптур с фонтанами, но были фруктовые сады.

В центре города расположилась площадь с красочным рынком - истинная достопримечательность селения. Пространство между домами было расчищено и представляло собой громадный деревянный помост, на котором разместились небольшие деревянные домики и длинные прилавки с треугольными крышами. Идя по городу, они не встречали людей все были заняты работой на полях – сажали растения, поливали их, выращивали животных. Но подходя к торговой аллее, они погрузились в атмосферу настоящей ярмарки. Чего тут только не было: и живность самых разных мастей, и ткани ярких расцветок, и травы с сушенными специями, и даже оружие с доспехами и ювелирными украшениями, - всё и сразу. На этом рынке были поразительные торгаши – покупателей у них было немного, а вот конкурентов – хоть отбавляй, потому владельцам лавок приходилось извиваться, как только можно: кто-то умудрялся на один прилавок с резными фигурками помещать специи и кузнечные изделия, а кто-то, проявляя неудержимую наглость, зазывал клиентов. Стоило только достать мешочек с монетами, как все кругом срывались с мест и неслись к потенциальному покупателю, своей «новой жертве». Предлагались все товары, да так убедительно, что вряд ли кому-то удавалось уйти с пустыми руками.

- Подходи, налетай! – женщина расплылась в улыбке разворачивая расписной платок.

- Девушка, смотрите какие шелка, расцветки! Просто блеск! Такого нигде не найдёте!

- Цветы! Цветы! Купите даме цветы! Красные, синие, нет для неё только белые!

- Стекло, посуда! Такого дома нет, а пригодилось бы! Подходи, выбирай!

- Конская сбруя, мечи, ножи, топоры, подкуйте свою лошадь! Не проходите мимо! Иди, выбирай!

- Будь мужиком, купи мясо! Мясо свежее вкусное, зелень сочная молодая, специи ароматные, книги и путеводители! Выбирай что хочешь!

От цветового разнообразия сверкало в глазах, а от невозможного сочетания запахов щекотало в носу. Странники с трудом проталкивались через армию торговцев, на ходу приобретая кое-какие мелочи, хоть как-то способные пригодиться в пути.

Пройдя площадь, они увидели большое деревянное сооружение со знаменами, изображавшими лонийский крест – местная часовня. Когда оказываешься в таком месте, как Кенон, узнать что-то полезное и найти необходимых людей можно в трех местах – на рынке, в таверне и в часовне. Лона, Логхарт и Лейна отпустили своих людей на сбор полезных сведений, а сами вошли в тихую и спокойную обитель.

В нос сразу ударили привычные для таких мест ароматы благовоний, дыма свечей и особой атмосферы намоленности. Едва они прошли ряды с невысокими столиками, как встретили мать-настоятельницу и самого графа Арчибальда Кенонского, мужчину крупного и грозного, с круглым лицом, живыми глазами и забавной бородавкой в форме сердца на виске. При виде пророчицы, вошедшей в святилище, уважаемая мать склонилась так низко, что почти коснулась земли, а граф и вовсе упал на колени с ловкостью и резвостью, коей могли позавидовать юнцы.

- Пророчица пожаловала к нам. Чем же мы удостоены такой чести? – нервно пробормотал граф.

- Встаньте, - детским голоском сказала девушка, - посмотрите, я – такой же человек, как и все. Нам не нужны титулы. И я уж точно не заслуживаю того, чтобы стоять передо мной на коленях, - вместо этого она сама поклонилась матери-настоятельнице и встала на колени перед графом.

- Вы делаете для Империи и Кенона столько благ и добра, что это мне в пору преклоняться перед вами, - произнесла она тихим и спокойным голосом.

- Но, я… - граф смутился. – Лорд Логхарт, - обратился он к гостю, - рады приветствовать Вас в Кеноне. Позвольте я…

- Арчибальд, это не официальный визит, не стоит так беспокоиться и суетиться – произнес Логхарт со сдержанной улыбкой. – Считай, что мы простые путники. Лона, госпожа Лейна и я, счастливы находиться здесь, - он сдержанно поклонился.

- Вероятно твой визит, дочка, к нам неспроста, - ласково поинтересовалась мать-настоятельница.

- Мать-настоятельница, нам нужна помощь графа и верных подданных.

Граф выпрямился и деловито взглянул на гостей.

- Чем могу быть полезен?

- Знаю, что последние годы сильно изменили жизнь в Кеноне. Людям стало гораздо труднее, а… - начала Лона, но граф перебил ее.

- Народу в Вышграде в разы больше. Как мы должны обеспечивать столицу, себя и другие города Империи, если нам не разрешено делать ничего, - возмутился Арчибальд.

- То есть…

- На прошлой неделе град побил урожай яблок. Мы, конечно, их соберем, но теперь они не доедут до столицы, половина сгниет по дороге, а то, что доедет будет явно меньше, чем требуется городу. Если мы отправим то, что уцелело, то без запасов останемся сами. Ладно яблоки, а зерно? После ливней, вряд ли у нас вырастет что-то достойное. И чем будем питаться? – он развел руками и хлопнул ими по бокам. - Нам запретили магию – хорошо, мы с этим смирились, потом не дали ставить теплицы – и это мы как-то пережили, но увеличить налоги в два раза!

- А как бы ты хотел поступить? – прямо спросила чародейка, по своему обыкновению сохранявшее молчание.

Граф замер, он только сейчас обратил внимание на ее присутствие и быстро оценил взглядом.

- Чародейка… Вы… - он растеряно пробежался взглядом по странникам и наклонил голову в сторону. - Пойдемте, я вам лучше кое-что покажу, но только после того, как вы отобедаете и освежитесь. Уж простите, выглядите вы трое, мягко говоря, помято.

Лона смущенно обвела взглядом чародейку и принца, одежда была измазана и пропитана дорожной грязью, волосы растрепались от долгой езды, и жирными лохмами свисали вниз, руки ее зудели от лопнувших мозолей, так же, как и у ее товарищей. Она улыбнулась искренне и как-то по-детски.

- Это было бы просто замечательно.

- Вот и славно, - граф улыбнулся ей и хлопнул в ладоши так звучно, что затушил в алтаре в углу часовни свечу. - Сначала освежитесь после дороги, затем пообедаем, а уже потом поговорим.

- Арчибальд, это было бы замечательно, - Логхарт склонил голову.

- Да брось, сущие мелочи. И я приготовлю для тебя того самого вишневого эля, - граф забористо подмигнул принцу, который немного неловко улыбнулся в ответ. – А как насчет…- Логхарт прокашлялся, и граф уловил намек, так и не договорив. – Ну, в общем, пойдемте. И как там говорится, чувствуйте себя, как дома!

Глава 11

Глава 11. Великий Магистр

- Великий Магистр? – голос человека, бесшумно вбежавшего в кабинет, звоном дрогнул в ушах, нарушив тишину, так долго царившую в комнате.

Эти слова вырвали Владыку из задумчивости и заставили оторваться от бумаг, которые он изучал последние несколько часов. Он зажмурил глаза, втянул голову в плечи и стряхнул навалившуюся усталость. Лицо сухое и спокойное, не выражавшее никаких эмоций.

- Есть вести? – спросил он и увидел ответ в глазах посланца.

С грацией тигра, прыгнувшего на свою жертву, он в два шага оказался перед молодым парнем, державшим сверток в руке. Он ухватился рукой за его запястье и взглянув в глаза, будто хотел напиться воды после долгой и утомительной езды в седле. Юнец протянул послание Магистру, через мгновение отвернувшегося от него.

- Благодарю, Рин. Ты всегда – лучший в своем деле, - поблагодарил он и махнул рукой.

Парень поклонился и покинул кабинет так же беззвучно, как и появился в нем. Сигурд развернул пергамент и прищурился.

- Хм, давно не видел таких формул, - проговорил он еле слышно и направился к письменному столу, где скинул стопу бумаг, над которыми работал в поисках книги в темно-бордовом переплете, которую всегда держал поблизости. Пролистав несколько страниц, он нашел нужный раздел. Пальцем он провел по бумаге, повторяя сложное заклинание одними губами, а затем повторил движение уже с посланием, которое все время держал в другой руке.

Узор на пергаменте покрылся мерцающим светом, а после преобразовался в текст. Сигурд с удивлением читал и с каждым словом становился мрачнее. Закончив, он щелкнул пальцами, и послание вспыхнуло, пеплом осыпавшись на крышку письменного стола.

Он покинул кабинет, поднялся на верхнюю террасу и, отворив массивную дверь с ручкой в форме льва, оказался в саду. Закатная звезда бордово-красным светом заливала деревья и придавала скульптуре в центре фонтана особенное ощущение подвижности.

Мелоди по своему обыкновению сидела, слушала песни струй воды и любовалась красотой сумеречного света. Услышав шаги, она обернулась и вытянулась, блеснув бесчисленными цепочками в своих роскошных косах.

- Милый? Есть вести?

- Да, - сказал он, слышав, как странно звучит его голос. - Они живы.

- Ох, хорошие новости! – воскликнула она и подбежала к Сигурду, но увидев каменное лицо супруга, отстранилась. – Что такое?

- Лона собирает союзников. Нам предстоит война, - его голос холодными волнами разливался по саду, но женщина явно не разделяла волнений.

- Война? Не думаю. Мы тоже призовем наших подданных. Сколько мятежей мы уже прошли!

- Тут все иначе. Люди верят ей.

- Люди верят в то, что им говорят. Тебе ли это не знать. Мы можем…

- Можем, но это займет слишком много времени. Ты помнишь, что на это уходят годы и десятилетия. Я не хочу взывать к народному сознанию, которого нет.

- Тогда мы просто разобьем мятежников силой.

- Но Логхарт…

- А что Логхарт? Что с ним?

- Он ее любит. И он рядом с ней.

Мелоди подошла и положила руки на его плечи, медленно провела к крепкой шее и посмотрела прямо в его глаза, как делала всегда, когда он сомневался.

- Я люблю тебя, - сказала она тихо и спокойно. - Я верю Логхарту и знаю, что он никогда не пойдет против семьи. Верь мне, как я верю тебе, - не дав ответить, она поцеловала его в губы так страстно, что у магистра подкосились колени, а руки безвольно оплелись вокруг ее тонкой талии. - В нашей семье нет предателей. И нет места сомнениям.

Он посмотрел в ее пленительные глаза, ощущая, как бешено стучит сердце, точно так же, как и столько лет назад.

– Знаю. Я верю тебе.