Затаившийся

Глава 1. Защитник

- Тебе же русским языком сказали, держись от этой машины подальше! А ты к ней всё лезешь и лезешь! Мёдом тебе что-ли возле неё намазано? Если я тебя догоню - ухо откушу,- крикнул я и резко рванул с места.

Мой оппонент испуганно на меня зыркнул, и через ближайшие кусты ломанулся к дереву. Огляделся по сторонам, возможно, чтобы убедиться, что никакого другого варианта у него нет, и полез наверх. Удалось ему это не сразу. Попытки с третьей, а может даже и с четвёртой. А я с гордым видом остался нести вахту под деревом.

А вот наконец из ближайшего к нам подъезда вышла она - девочка-красавица и круглая отличница - Светлана Еремеева. Думаю, сейчас она меня похвалит... Может даже конфетку даст за охрану её имущества от злостного хулигана-рецидивиста.

Света заметила нас сразу. Не заметить было бы трудно, ведь сидящий на самой нижней ветке субъект орал. Орал так, будто его режут. Девочка поспешила к нам.

- Волчёк, ну вот что ты творишь?- вместо ожидаемой конфетки, девочка погрозила мне своим маленьким пальчиком,- и не стыдно тебе, такому большому обижать малыша?

Я ничего ей не ответил, лишь виновато опустил глаза. А она сняла с ветки котёнка, и снова погрозила мне пальцем.

- Не трогай его больше, а ни то я... Я больше играть с тобой не буду! Мне пора. Не хочу в школу опоздать. А тебе вот... Возьми котлетку,- девочка достала завёрнутый в бумагу обед и положила на асфальт, погладила меня по голове и пошла прочь из двора, размахивая сменкой, и что-то подпевая голосу в наушниках.

Я принюхался. Пятьдесят на пятьдесят куриное филе и хлеб, одно яйцо, специи. А мясо, мясо то где? Хочу конфету, а не котлету!

- Эй, блохастый!- позвал я сидящего в нескольких метрах от меня и смотрящего голодными глазами на котлету котёнка,- ты курицу любишь? Тогда иди, пока я не передумал. Да ладно не боись! Ты же слышал, что Лашка сказала, обижу тебя, и она играть со мной не будет.

Кажется, котёнка этот довод вполне устроил, он, сначала медленно, а потом всё быстрее и увереннее стал подкрадываться к столь желанной котлете, и вот уже наконец он осмелел на столько, что сделал первый кусь. Потом второй и третий.

- Вкусно? Да, котлеты - они такие! Особенно, когда мясные. А знаешь что, мелкий? Увижу возле вон той белой машины, я из тебя самого котлету сделаю! А Света об этом даже не узнает!- подождав, пока котёнок доест, я выкинул бумажку в ближайшую урну, и побежал.

Куда? Ну разумеется в школу. Десять минут до звонка, а мне ещё переодеться надо.

Собака идёт в школу? Да ещё и переодеться перед этим собирается? Ну что ж, понимаю ваш скепсис. Только я не совсем обычная собака, вернее совсем необычная. Это на улице меня знают как Волчка, а в обычной жизни я Степан Мелихов, одноклассник Светы и её сосед по парте. Да если хотите знать, я всё это вообще только ради неё и устроил. Жаловалась она мне часто, что этот малолетний хулиган машину её отца каждый день царапает. Ну я и решил с ним разобраться по-мужски. А где благодарность? Нет! Вот и помогай после этого девчонкам... В худшем случае сам ещё виноватым и останешься.

Вещи и рюкзак я заранее припрятал в соседнем подвале, чтобы далеко не бежать. Переоделся, поправил воротник белой рубашки. Да, для меня каждый учебный день словно праздник, ведь на уроке я встречу её.

Нет, не подумайте ничего такого, я вовсе не влюблён в Свету, просто обязан ей. Жизнью обязан. Ведь она меня когда-то, ещё маленького и глупого щенка, спасла от смерти. Буквально из под колёс машины в последний момент вытащила. У собак то зрение чёрно-белое. Не подходят нам ваши светофоры. Посмотрел как положено по сторонам, вроде машин нет. А начал переходить дорогу, и вот она, на полной скорости на меня летит. Попытался я, конечно, в последний момент отпрыгнуть, но собака не столь быстра, как машина. В этот момент Света с мамой на светофоре стояла. Увидев, что происходит, вырвалась из маминых рук, и за мной через дорогу бросилась. Могли бы и оба под колёсами машины сгинуть, но к счастью, та смогла вовремя остановится. Почти вовремя. Правую переднюю лапу мне всё же прижало. Мама Лаши - врач-ветеринар, всё как надо сделала. Буквально неделю похромал, а потом, как на собаке зажило. Родители мои решили после этого случая, что пора мне в школу идти, ума-разума набираться. А я был только за. Ведь мог теперь со своей спасительницей рядом быть, и следить, чтобы её не обижали.

Вы думаете, что я оборотень? А вот и нет. Хотя, кто я такой, ни мои родители, ни я сам не знаю. Просто Стёпа, просто Волчёк. Кличку эту мне Света дала. Хочется верить что не из-за схожести с волком, ведь я их до смерти боюсь. Единственное, что у меня с ними общего - цвет шкуры.

А вот и Света! До звонка на урок пять минут, а она не торопится, идёт себе пританцовывает.

- Привет!- поздоровался я погромче, чтобы перекричать музыку,- чего-то ты сегодня припозднилась.

- Да всё из-за Волчка! Эта глупая собака загнала на дерево маленького беззащитного котёнка,- пожаловаться мне она.

- Глупая?- уточнил я, уже чувствуя, как начинаю злиться,- это чем же Волчёк глупый? Помнится, ты сама жаловалась на наглого котёнка, который каждый день с утра предпочитает подточить коготочки, и не обо что-нибудь, а непосредственно об ваш новый автомобиль. По-моему пёс - молодец. Настоящий охранник, защитил ваше имущество.

- Да-да-да, умный пёс, доказал, кто сильнее котёнку,- продолжала спор Света, но я слушал уже в пол уха, вернее вообще не слушал.

Меня отвлёк новый, незнакомый запах. Странный. Очень странный. Если бы я попробовал описать его словами, то просто сказал бы, что так пахнут неприятности. Нет, неприятностей в своей жизни я видел немало, и запах у них всегда был разным. Хулиган Вовка с рогаткой и неизменным ароматом фруктового бабл гама. Ботинок дяди Андрея, намазанный нафталином, старающийся при каждой нашей встрече побольнее воткнуться мне в бок. Машина, едва не переехавшая меня, с амбре выхлопных газов. Этот запах не имеет с ними ничего общего, но всё равно почему-то заставляет трястись меня от непонятного и необоснованного животного страха.

Я оглядел холл в поисках причины моих волнений. Он стоял возле шкафчика и тоже смотрел на меня. Здоровяк, моего примерно возраста, но на пару голов выше. Если учесть, что мой рост метр с кепкой, то две головы - это много, невосполнимо много. Тут есть чего забояться. Может Светка права, и я обычный трус, которому ничего не стоит загнать на дерево маленького котёнка и спасовать перед верзилой.

- Стёп, ты меня вообще слушаешь?- после нескольких фраз сказанных в пустоту, Света сильно дёрнула меня за руку.

- Слушаю я! Конечно, слушаю. Возможно ты права и Волчёк, просто обычный трусливый щенок,- закивал я девочке, заискивающе глядя прямо в глаза.

- Я говорю тебе, что первый урок отменили, сообщение по ват сапу учитель прислал, нам надо на иностранный идти, а я его плохо выучила. Думала, что за три урока успею ещё повторить,- грустно хмыкнула девочка.

- Перед смертью не надышишься,- тяжело вздохнул я, пытаясь взглядом в толпе найти того парня, но его уже не было ни возле шкафчика, ни даже в холле, он словно испарился.

Двойку Света не получила, у неё как всегда было всё отлично. И зря она беспокоилась. У меня было наоборот, совсем не так радужно и я получил плохую оценку. И вовсе не по тому, что не учил или не выучил. Я вам этот диалог хоть сейчас от начала и до конца расскажу без единой запинки. Просто так случилось, что прежде чем пришла моя очередь отвечать, директор завёл в класс того самого парня из холла. Представил, как нового ученика - Виктора Волкова, и посадил за парту, прямо за моей спиной.

В этот момент, я буквально перестал дышать, моё состояние можно было назвать предобморочным. Разумеется когда меня вызвали отвечать, я ни слова не смог выдавить из себя, буквально ощущая затылком, как его взгляд прожигает во мне дыру.

- Садись Стёпа, два,- грозно проревела учительница, но угроза исходящая от неё для меня казалась теперь пустячком. Отличником я никогда не был, а запах неприятностей, исходящий от нового одноклассника, был на столько сильным, что я на сколько смог задержал дыхание, стараясь побороть страх.

Ссылаясь на плохое самочувствие, сразу после первого урока я отпросился домой. Вид у меня был такой, что меня не только отпустили, но едва не дали провожатого. Парня Лёньку, по кличке Лень, вот уж действительно, тот случай, когда кличка не только созвучна с именем, но и отражает суть человека. Ему было лень сидеть на уроках, по этому, едва услышав, что меня отпускают, сразу начал напрашиваться со мной.

- Не надо! Не хочу никого напрягать,- замотал я головой,- сам дойду, а что бы вы не переживали, сразу пришлю сообщение, как только окажусь дома.

Видели бы вы в этот момент глаза Лёни, в них была вся вселенская печаль. Может в другой раз, увидев подобный взгляд, я бы сдался, но не сегодня. Ведь домой идти я не собирался, наоборот, планировал погулять по улицам родного мне города, обычно меня это успокаивало, так что, Лень, ты меня прости, но не в этот раз.

Оставив вещи в подвале, и написав сообщение классному руководителю с коротким текстом: "Я дома", обернулся Волчком. Сегодня я не буду трусливым щенком, буду обгавкивать всех подряд, идущих мимо прохожих, проезжающие мимо машины, и даже всех встречающихся мне на дороге собак.

Но первым мне на пути попался алкаш из сорок первой квартиры, он то и трезвым не может пройти мимо меня чтобы не споткнуться, что уж говорить о пьяном. Вот и в этот раз, он снова наступил мне на хвост и испытал всю силу моего праведного гнева. Что было сил, я вцепился зубами в его кроссовок.

- Волчёк, отстань!- заскулил он.

- В следующий раз будешь смотреть куда идёшь,- выругался я на чисто человеческом языке. Бедолага моментально протрезвел, и воспользовавшись тем, что я разжал челюсти, дал дёру. И чует моё сердце, что больше к бутылке он не прикоснётся.

Следующим, моя кара настигла хулигана Вовку. Он, как всегда, стрелял из рогатки по птицам около пруда. Едва заметив моё приближение, навёл своё грозное оружие на меня. Раньше бы я с ним даже связываться не стал, но сегодня решил доказать Свете... Не столько Свете, сколько, наверное, самому себе, что я не трус. Разразившись звонким лаем я смело бросился на обидчика. Парень, не ожидая такого, сделал шаг назад, и, не удержавшись на ногах, свалился в пруд. Я шепнул ему на ухо, что-то типа "Надо быть добрее к окружающим". У Вовки даже рогатка выпала из рук. Забрал её и выбросил в урну. И пусть только попробует ещё раз кого-нибудь при мне обидеть, покусаю!

Ботинки дяди Андрея подождут до вечера. По дороге облаяв десяток машин, пару или тройку встреченных гуляющих на поводке собак, и укусив за штанину мимо проезжающего велосипедиста, я вернулся в школу. Переживал я с чего-то за Свету. Я здесь, а она там, один на один с Витей Волковым. Возможно, он ей ничего плохого не сделает. Как знать, может меня подводит чутьё, и он вполне славный малый. Ну в смысле не малый... На сколько я успел заметить, рост его приближался к двум метрам, а ведь мы учимся ещё только в восьмом классе. Может я выдумал себе опасность, но всё же стоит проверить.

Звонок с последнего на сегодня урока. Я даже вовремя, и это не смотря на то, что у меня нет часов. Чувство голода меня ещё ни разу не подводило. Как только заканчивается шестой урок, мой желудок словно сводит судорогой.

Я присел на порожках и стал ждать. Некоторые первоклашки не могли пройти мимо, чтобы не потискать "такого милого щеночка". Я недовольно на них порыкивал, правда, это не всегда помогало. Одна маленькая девочка протянула мне конфету. Но, видимо, на самом деле не на столько мне нравились сами конфеты, сколько то, что получал я их из Светкиных рук. Чтобы не показаться невежливым я даже пару раз лизнул конфету языком, и оставил на ступеньках. Тут же в неё вляпался рыжий пацан из параллельного класса. Куда он так бежал, что даже под ноги не смотрел - не знаю, но теперь он уже никуда не спешит, стоит, трёт кроссовок об ступеньку стараясь соскребсти с подошвы начинку из повидла и громко ругает того, кто ему под ноги бросил конфету. Я уже готов был его укусить, чтобы раз он всё-равно кричит, так хоть чтобы кричал по делу.

Но, в этот момент в дверях школы появилась Света. В миг забыв об этом рыжем, продолжавшем топтать карамельку и бубнить разные ругательства себе под нос, виляя хвостом я направился к ней.

- Волчёк, ты пришёл меня встретить,- Лашка улыбнулась и бросилась меня обнимать.

Я сдержанно лизнул её один раз в лицо. Могло показаться, что я не рад её видеть. Рад, даже очень. Но этот запах опасности, впитанный девочкой от Виктора за целый учебный день, отбил у меня всякое желание на проявление чувств. Да будь это любая другая, а не моя девочка, я бы разразился звонким лаем, и сбежал бы от неё подальше, но со Светкой я так поступить не мог.

- Ну ладно, пойдём домой,- согласилась она, явно не понимая, почему я сегодня такой неласковый,- прости за то что утром я поругала тебя.

Неужели она, да и все остальные не чувствуют этого отвратительного запаха, который исходит от новенького? Видимо нет! Но почему же тогда его чувствую я? И почему запах стал гораздо сильнее? Эта мысль в моей голове успела промелькнуть последней, прежде чем из-за гаража прямо перед нами на дорогу выскочил огромный зубастый серый волк. Все дети, шедшие домой через эту подворотню сразу разбежались кто куда. Мы остались совершенно одни возле этого страшилища.

Я противно визгнул, и едва смог заставить себя устоять на месте, а не сбежать, оставив Светку одну. Чтобы хоть как-то добавить себе храбрости я громко и звонко залаял. Нет, это не напугало и даже не разозлило волка, он продолжал медленно двигаться в нашем направлении. В этот момент девочка сделала самую большую глупость в своей жизни , даже две. Сделав шаг на встречу волку, она подняла вверх свой маленький указательный пальчик и погрозила им.

- Не стыдно тебе такому большому маленьких обижать,- сказала она, дрожащим от страха голосом.

Глаза волка даже на секунду широко открылись от удивления, хотя, возможно это только показалось мне, буквально до смерти напуганному щенку. Дальше всё произошло очень быстро. Он бросился на девочку, я бросился на него. И вдруг ощутил в своём теле такую силу, будто я и не щенок вовсе, а настоящий медведь. Вцепившись в шею волка своими лапами, я принялся его душить. А после, кажется, потерял сознание.

Очнулся я на полу в подвале. В том самом, в котором оставлял обычно вещи. Рядом со мной сидела Света, и громко плакала. Ничего не смог придумать умнее, чем подползти к ней и лизнуть в щёку, мокрую и солёную от слёз.

Она не отреагировала, продолжая трястись в истерики. Но я не унимался, облизал полностью всё её лицо.

- Стёпка, да прекрати ты уже,- оттолкнула она меня от себя,- кто ты такой, чёрт тебя подери? К другу, превращающемуся в собаку, я со временем хоть как-то привыкла. Но медведь! Как мне теперь с тобой общаться? Что мне теперь от тебя ожидать? Вдруг в следующий раз ты обратишься, и набросишься на меня?

- Если ты меня так боишься, тогда зачем притащила меня в этот подвал, зачем осталась со мной? Ведь могла просто уйти,- раздражённо выкрикнул я, нет, меня раздражала не Света, а сама ситуация, ни на один из вопросов девочки у меня не было ответов,- вообще, откуда ты знаешь про этот подвал? И о том, что я это я?

- То что Волчёк, это Стёпа, я догадывалась с самого начала. Уж очень у Степана взгляд был преданный, точно такой же как у Волчка. Да и конфеты. Разве не странно, что щенок и мальчик выбирают один вид конфет из всего многообразия. Пару раз я проследила за Волчком до этого подвала, он заходил сюда, и каждый раз после этого из подвала выходил Стёпа, а щенок при этом подозрительно исчезал, а ведь в подвале нет второго выхода. Тогда я решила познакомить Стёпу с Волчком, но как и ожидала, Волчёк, всегда встречающий меня после школы, довольно виляя хвостом появился только после того, как ушёл Степан,- после этих слов, Света кажется оттаяла, поняла, что для неё я не угроза, а лучший друг, она притянула меня к себе и крепко обняла.

- Раздавишь!- прохрипел я.

- Прости,- произнесла девочка, продолжая всхлипывать.

Не совсем понятно было, за что она извиняется, за то, что сделала мне больно или за те мысли, которые каким-то уму непостижимым образом пришли к ней в голову и заставили её усомниться в моей преданности.

- Забей!- только и смог выговорить я, стараясь скрыть слёзы обиды,- отвернись, мне одеться надо.

На самом деле, обернуться и одеться именно сейчас мне было не на столько необходимо, на сколько необходимо было побыть наедине с собой и со своими мыслями. Промокнув накатившие на глаза слёзы белой рубашкой, я стал не спеша натягивать вещи.

- Странный день выдался,- размышляла вслух Света,- в самом центре города увидеть сразу двух диких зверей. Ну ладно- медведем был ты, а волк то откуда взялся? Из зоопарка что-ли сбежал?

- А волком был Виктор, я учуял его запах,- я сам ещё не до конца верил в реальность происходящего, сколько себя помню, столько я оборачивался щенком, но чтобы в медведя превратиться, да ещё и на волка напасть,- вернее, я ещё с утра учуял запах неприятностей исходящий от Виктора Волкова, и сбежал. Так что ты права - Волчёк трус, который может только котёнка на дерево загнать. Вернее трусы мы оба: он, и Степан Мелихов.

- Стёп, ну ты чего? Ты же защитил меня от огромного серого волка. Даже не знаю, с чего этот Виктор вообще решил на меня напасть. Я же к нему сегодня даже не подходила,- тяжело вздохнула девочка.

- Я сначала и не думал на него нападать. Просто мне как-то неудобно стало, что меня защищает девочка,- честно признался я,- ладно, пойдём, провожу тебя домой, мало ли что на уме у этого Виктора. И в школу без меня завтра не уходи. Я теперь тебя ни на шаг от себя не отпущу, двоим, если что будет легче отбиться.

- Ок,- улыбнулась Света, и поцеловала меня в щёку, я по привычке лизнул её в ответ.

Прошло больше недели. Виктор не появлялся в школе. Видимо, я серьёзно его покалечил. Страх постепенно начал отступать, и я потерял бдительность. Он выловил меня в туалете. Где, как не в нём за концентрированным запахом хлорки можно скрыть другой столь же неприятный, но не столь сильный запах.

- Нам надо поговорить,- услышал я его глухой голос, едва отомкнув защёлку.

Парень выглядел просто ужасно, поперёк шеи проходили три глубокие ровные борозды от медвежьих когтей, лицо всё в ссадинах, видимо на нём всё заживает ни как на собаке, или раньше всё было на много хуже.

- Не тронь меня, а иначе я снова обернусь медведем!- пригрозил я.

- Не обернёшься,- с грустной улыбкой замотал головой он,- максимум в щенка. Который мне на один зуб. Но я не силами пришёл мериться. Мне помощь твоя нужна.

- Моя помощь? Напасть в обличии волка на девочку и щенка, наверно самый странный способ попросить о помощи,- усмехнулся я.

- Согласен,- слегка сконфузился оборотень,- но мне надо было проверить. В любом случае ни ты, ни Света бы не пострадали. Ведь в отличии от меня, неделю проведшего в больнице, ни на одном из вас нет даже царапины.

- Хорошо, я выслушаю тебя, только вот обещать ничего не могу,- задумчиво произнёс я.

- Спасибо и за это. Как ты уже понял - я оборотень, так случилось, что парень моей мамы был оборотнем. Нет, он и сам этого не знал, пока на свидании в полнолуние не обратился, и не напал на неё...

- Ближе к делу, я на пять минут отпросился,- напомнил я Виктору, понимая, что если я не вернусь быстро, Света будет волноваться.

- Отец погиб. Мать, чтобы не покалечить кого-нибудь, каждое полнолуние запирается в подвале. Одна добрая женщина порекомендовала в качестве спасения кровь Харбора...

- А мы со Светой здесь при чём?- снова перебил его я.

- Ты и есть Харбор! Защитник. Забавная зверюшка. Очень милая и безобидная, пока её хозяину не грозит опасность. Но если вдруг грозит - тогда происходит то, что произошло,- парень указал пальцем на ужасные следы на шеи.

- Не правда, у меня нет хозяина, я сам по себе, свой собственный,- вспылил я.

- Факты говорят обратное. И мне нужна твоя кровь, в ней есть антитела, которые помогают укушенному оборотнем человеку снова стать человеком. Моей матери это жизненно необходимо,- Виктор достал из кармана нож.

- Ты меня убьёшь?- пропищал я и попятился назад, стараясь избежать угрозы.

- Вот же ж глупый щенок, мне нужно-то буквально пару капель твоей крови для приготовления вакцины, ради них я убивать тебя не стану. Протяни мне свою руку, и я обещаю, больше ты меня никогда не увидишь!

Я протянул руку и сильно зажмурил глаза. Кожей ощутил холод стали. Когда я снова открыл глаза, в туалете я был уже один. Виктор ушёл. Но не это главное. Теперь я наконец знаю, кто я. Я - Харбор!

Глава 2. Моя другая жизнь

- Ну чего ты там так долго? Я уже волноваться начала!– возмутилась Света, когда я наконец вернулся в класс. - Еремеева! Мелихов! Все разговоры после уроков!– завизжала Клавдия Семёновна, наша учительница по математике, и тяжёлая указка опустилась с характерным громким хлопком в паре миллиметров от моей руки, а моя голова рефлекторно следом за шеей втянулась в плечи. Всю оставшуюся часть урока математичка что-то рассказывала про десятичные дроби, а я делал вид, что внимательно её слушаю, но на самом деле думал. Думал о том, стоит ли рассказывать Свете, что на самом деле произошло в туалете. За эти две недели мы сильно с ней сдружились. Именно я, мальчик Стёпа. Раньше я даже завидовал Волчку, ведь он мог провожать каждый день девочку до дома и играть с ней до позднего вечера. А я всегда был для неё просто соседом по парте, которому иногда она рассказывала о своих проблемах. Теперь, буквально в один момент всё резко изменилось. Стало как-то проще что ли. Света узнала кто я, но вопреки моим ожиданиям стала дружить и со мной настоящим.

У меня никогда не было раньше друзей. Ни дома, ни в школе. Все считали меня странным и предпочитали держаться от меня подальше. Первые три года я вообще провёл один на последней парте. Нет, не то чтобы других мест свободных не было, но никто не хотел меня пускать за свою парту. Я уже почти смирился с участью изгоя.

А потом, в начале четвёртого класса в больнице больше месяца провёл. По иронии судьбы меня снова сбила машина. Врачи были уверены, что я не выкарабкаюсь, но я ведь на половину собака, и чихать хотел на них самих и их прогнозы.

Больше всего тогда я скучал по Свете. А когда после больницы я вернулся в свой класс, обнаружил её сидящей за моей партой. Она почти всё время молчала. И я молчал. Но мне было приятно даже то, что она просто сидела со мной рядом, и лишь иногда просила по-соседски у меня линейку или ластик.

Так мы и просидели с ней почти молча за одной партой следующие три года. А потом снова больница. К счастью хотя бы в этот раз не авария. Падение с высоты. И чего меня тогда вообще на ту крышу понесло? Возможно вы не знали, но многие собаки панически высоты боятся. А я ведь на половину собака. Когда меня выписали, Света пришла ко мне домой, принесла конфет разных разных и предложила чая выпить. А я глупый тогда с радостью согласился. Только сейчас понимаю, что то была обычная проверка. Как она тогда в подвале сказала? «Разве не странно, что щенок и мальчик выбирают один вид конфет из всего многообразия...» В тот же вечер подобной проверке подвергся и Волчок. И как не трудно догадаться, вытянул из целой кучи конфет, несколько в блестящих синих обёртках. Да да, я помню, что собаки – дальтоники, но мальчик Стёпа не дальтоник. И точно знает, что они синие и блестящие, а ещё пахнут белым шоколадом, ванилью, и орехом с едва уловимой ноткой мёда. А ещё через неделю Светка попросила меня проводить её до дома. Вернее - не попросила, а я сам вызвался, когда она якобы подвернула ногу. А я ведь тогда всё ломал голову, чего это она так по сторонам всё озирается. А она оказывается ждала, появится или не появится Волчок. И, разумеется, он не появился. - Степан, выходи к доске. Решай задачу,– Клавдия Семёновна одарила меня таким взглядом, будто знала о чём я сейчас думаю, или знала, что думаю я сейчас о чём угодно, только не об её математике. К счастью для меня в этот самый момент прозвенел звонок. - Садись на место! Класс, записываем домашнее задание,– громко пробасила училка, и я с облегчением выдохнул, ведь получи я сегодня двойку и прощай улица, как минимум на неделю. Родители уже давно поняли, что для меня важнее всего свобода, возможность целый день ошиваться по городу в роли бродячего щенка, и по этому заключили со мной договор. Если будет хоть одна двойка, буду сидеть дома и носу на улицу не покажу пока её не исправлю. Сурово, но справедливо. Только благодаря этому правилу, я ещё и не скатился на тройки и двойки. Записав домашнее задание, я быстро собрал вещи в рюкзак и первым выскочил из кабинета. Обычно я так не делаю, а жду Лашу, чтобы после вместе с ней идти на следующий урок. Сегодня ждать её мне совсем не хотелось. Причина была банальна. Сейчас она спросит о том, что же произошло в туалете. Скажу правду, и отпадёт необходимость каждый день провожать её после школы домой. А я уже к этому начал привыкать. Скажу неправду... Можно ли друзьям врать? Лично мне не хотелось бы, чтобы мне врали. К тому же я и так столько времени врал ей ради дружбы притворяясь щенком. К счастью, у нас теперь наконец нет друг от друга тайн. - Рассказывай, что случилось в туалете?– требовательный голос Светы вывел меня из ступора, а рука её нежно и властно легла на моё плечо, будто давая понять, что в этот раз сбежать мне не удастся. - В туалете меня поджидал Виктор,– словно на автомате выпалил я, теперь будь что будет, не жили богато и нечего начинать. - Виктор? Ты как? В порядке? Этот хулиган тебе ничего не сделал?– испуганно забормотала девочка. - Почти ничего. Только вот это, я перевернул ладонь и уставился на порез. Он проходил почти через всю кисть. Даже странно, что из такой серьёзной раны и крови почти не было. Рана вообще меня не беспокоила, и я, увлечённый своими мыслями, даже не подумал раньше на неё взглянуть. - Что это?– уточнила девочка, широко раскрыв глаза. - Это цена нашей свободы. Виктор пообещал, что больше мы его никогда не увидим. Ему просто нужна была моя кровь. И на самом деле он не хотел причинить нам вреда. - Не хотел? Он же едва не разорвал нас в подворотне на мелкие кусочки. Если бы не ты... - Тогда вообще ничего бы не было. Думаю, он бы просто ушёл обратно в лес. А так, я проявил себя, и теперь он знает, что я не совсем человек. "Лекарство для оборотней",– последнюю фразу я конечно не стал произносить в слух, вместо этого нервно хихикнул.

Ещё утром я был просто непонятно кем, а теперь на мне такая ответственность. - Если он! Нет... Вообще, если хоть кто-то надумает к тебе приблизиться. Обещай, что мы сразу пойдём в полицию!– распалялась Света. - Пойдём! А пока пойдём на информатику. Прохор Никонорович очень не любит, когда к нему на урок опаздывают,- я схватил девочку за руку и потащил на третий этаж в компьютерный класс. Пока я вроде даже не заметил, чтобы что-то в наших отношениях с ней поменялось. Может мне стоило сразу сказать и то, что я её персональный защитник и перевоплотиться в кого-то серьёзней щенка смогу только в её присутствии, и только для того, чтобы её защитить? Ладно, пока промолчу.

На самом деле на Прохора Никоноровича и на его злость в адрес опоздунов мне было абсолютно наплевать, но мне нужен был компьютер. Не люблю я копаться в Интернете с телефона. К тому же как раз сегодня мой телефон остался дома. Мне то и общаться по нему не с кем. Несколько живущих по соседству дворняг и Света - это все мои друзья. Родители мне никогда не звонят. На уроках не положено, а на улице... У собак карманов нет, чтобы телефон с собой везде таскать. В соц. сетях я не значусь. А прогулки для меня гораздо предпочтительнее игр в телефоне. Вбил в поисковик слово "Харбор", и уже на третьей странице понял, что даже великий и всё знающий Интернет в этот раз мне ничем не поможет. Все ссылки из поисковика вели или в переводчик или на страницы посвящённые Перл-Харбору. Что было далеко не только от сегодняшнего дня но и от меня лично.

Тогда, хоть и без особой охоты, я открыл словарь. В переводе с английского это слово имело несколько значений. Более подходящим из них было укрыться и затаиться. Мне даже стало страшно. Ведь само слово «затаиться» могло относиться как ко мне, так и к кому-то использующему моё тело, как укрытие. Даже одна мысль об этом портила моё настроение. Света, словно почувствовав это, старалась как могла вывести меня на разговор, за что на паре уроков едва не схлопотала замечание в дневник. После этого наконец успокоилась. Ненадолго. Едва прозвенел звонок с последнего урока, как она протянула мне свой собранный рюкзак и посмотрела на меня своими синими как небо глазами. - Проводишь домой? Портфель сегодня ну уж очень тяжёлый,– жалобно протянула она. На самом деле, у меня на этот день были совсем другие планы, но отказать «своему человеку» я не мог. - Ну разумеется провожу! Только пойдём быстро. Я кое-что родителям сделать обещал, а это займёт, возможно, всё моё время до самого вечера,– это была ложь, и достаточно неубедительная, ведь родители не доверяли мне ничего. Даже хлеб купить и то старались всегда сами. - Я умею ходить очень быстро,- подмигнула девочка и выскочила в коридор,– рука сильно болит? - Рука? Да она у меня с самого начала совершенно не болела. Если бы не порез, я бы и не вспомнил, что что-то произошло,– перевернул ладонь и очень сильно удивился. Там, где на втором уроке была видна ужасная полоса сейчас уже была обычная кожа. Если бы тот порез не видела Света, то я подумал бы, что встреча с Виктором была лишь галлюцинацией. - Как оно зажило так быстро?– Лаша вцепилась обеими руками в мою ладонь, там ведь ещё утром была на столько ужасная рана, что я думала шрам на всю жизнь останется. - Видимо у меня ускоренная регенерация. Сколько раз врачи мне смерть предрекали, а я всегда выкарабкивался, так что, по сравнению с теми случаями, шрам – пустяк. Сам понимал, что порез был совсем не пустяковым. Виктор полосонул меня от души. Любой нормальный человек уже истёк бы кровью. Пришлось бы ему не один шов наложить. Про это тоже надо будет узнать у Виктора. Да да, вам не послышалось, сегодня я планирую сам найти Виктора. Собака я в конце концов или кто. Наверняка моё обоняние и кое-какие связи в собачьем мире мне в этом помогут. Но это позже, а сейчас мне надо отвести Свету домой и ответить на все её вопросы, ну по крайней мере на те, на которые я знаю ответы. А я и сам почти ничего не знаю. - Значит, Виктор ждал тебя в туалете?– из стольких вопросов, крутившихся в её голове, девочка начала с самого простого и очевидного, я бы даже улыбнулся, если бы не был у неё дома и не видел целую гору книг по психологии. - Да, он ждал меня в туалете. Отличное место для того, кто неприятно пахнет,– я непроизвольно поморщил нос,- да и на уроке мало кто туда пойдёт. Есть возможность поговорить с глазу на глаз. Так сказать без свидетелей. - Без свидетелей? У него между прочим нож был! А что если бы ему надо было больше крови? Всю твою кровь?– Света повысила голос чуть ли не до крика, и несколько школьников идущих перед нами резко обернулись. - Не обращайте внимания, это мы просто обсуждаем вчерашний фильм,– стараясь улыбаться, пояснил я им,– ты можешь чуть тише? - Хорошо,- почти зашептала она,– видимо надо металлоискатели и рентген на входе в школах ставить. Подумать только, любой ученик может пронести с собой нож. А если б он тебя зарезал? - Но не зарезал же,– теперь уже крикнул я, но ни один из окружающих в этот раз даже не оглянулся, видимо подобное кино никого не заинтересовало. - Он что-то тебе ещё сказал?– немного помолчав уточнила Света,– ты весь день сам на себя не похож. Нервный стал. В интернете какие-то непонятные запросы пишешь. Харбор. Что это вообще такое? Оказывается, она сегодня за мной шпионила, а я даже не заметил. - Харбор - это я. По крайней мере Виктор так меня назвал. Не спрашивай. Сам об этом ничего не знаю. Интернет по этому поводу молчит. Так что я знаю только то, что кровь моя для оборотней лечебна. Мы пришли,– в этот раз я даже был рад, что Света живёт совсем недалеко от школы,– до завтра. - Не делай глупостей!– словно догадываясь, что именно их я и собираюсь делать, попросила меня Лаша. - Какие глупости? Я же родителям помогать буду. Для глупостей у меня сегодня просто не будет времени,– снова соврал я, помахал ей рукой и пошёл прочь. Но пошёл я не домой, а к подвалу. Обернувшись Волчком, отправился на поиски Шпульки. Одна из моих подруг. Наверное самая старая из собак, обитающих в этом районе. Если кто и знает, где искать оборотней, то наверняка она. Время обеденное, а это значит, она вместе с остальными собаками караулит возле мясного магазина. Сегодня смена тёти Кати, а она животных любит, косточек залежавшихся кинет, а если будет хорошее настроение, тогда может и ливера добавит. - Здоров, малой,– первым обратил на меня внимание Полкан, взрослый сын Шпульки,– чего пришёл? Неужели дома сегодня покормить забыли? Будешь кости? Или макароны по-флотски? На асфальте лежали наваленные кучей кучерявые макаронины вперемешку с кусочками куриного фарша. Их каждый день для бездомных животных высыпала здесь баба Маня, сердобольная старушка. Дети и внуки её жили далеко, и она чтобы не чувствовать себя совсем одинокой, решила помогать бездомным животным нашего района. В прошлом сотрудник кинологической службы без собак она не представляла жизни даже на пенсии. Пыталась даже как-то и Полкашку научить паре нехитрых трюков, но тот оказался не обучаем. А точнее - очень ленив, и выполнял любой трюк только за «вкусняшку». Да, Полкан - знатный любитель поесть. И то, что сегодня он согласился со мной поделиться, было весьма удивительно. - Спасибо, но я здесь не для этого,– замотал я головой. С чего-то представилось мне сразу недовольное лицо моей мамы, когда она узнает, что я ел сырое мясо, да ещё и прямо с асфальта. - Тогда зачем пришёл сюда в обед? Скучно стало? С Лашкой своей что ли поссорился? О старых друзьях сразу вспомнил?– улыбнулся Шрэк, полу породистый полу бультерьер, до этого загребающий нижней челюстью словно совковой лопатой макароны. - Ни с кем я не ругался, просто хотел спросить кое-что у мамы Шпули,– парировал я, не хватало мне ещё со Светой поругаться, когда у нас только всё на лад пошло. Мама Шпулька едва заметно повела ухом и медленно повернула в мою сторону голову. - Если ты хочешь спросить про пропавший с лавочки чебурек, то к его исчезновению я никакого отношения не имею,– медленно и чётко выговаривая каждое слово произнесла она,– и при том, он уже давно напрашивается, каждый раз кладёт чебуреки на лавку, а от них по всей округе такой аромат разлетается... - Ни про какой чебурек я не знаю, да и если он, хоть и не знаю о ком ты говоришь, их так не к месту бросает, грех этим не воспользоваться. Я к тебе с совсем другим вопросом. Скорее даже как к знатоку нашего района, мне нужно... - Если тебе нужно знать, где девочки симпатичней, тогда тебе на Пролетарскую,– отозвался пудель Артемон, когда-то он был цирковым, до сих пор с ужасом вспоминает тот период своей жизни, но считает себя утончённым ценителем прекрасного. - Ну что за глупости...– грубо перебила его Лора, собака, смутно со стороны напоминающая немецкую овчарку,– он же ещё совсем малыш, рано ему о девочках думать. - Этому малышу лет, больше чем тебе, и пусть его внешний вид тебя не вводит в заблуждение,– оборвала её Шпулька,– так что ты хотел у меня узнать? - Мне бы оборотня одного отыскать. Может знаешь, где они тусуются?– услышав от меня слово оборотень, все собаки кинулись в рассыпную. Рядом остались лишь Шпулька и Полкан. - Зачем тебе нужны оборотни? Они злые, агрессивные и терпеть не могут собак,- Шпулька произнесла эти слова громко, при том дрожа всем телом. Увидел со стороны эту картину паренёк лет семнадцати и видимо решил, что две собаки лают друг на друга, даже передумал в мясной магазин заходить. - Мама Шпуля, ну скажи! Мне это очень надо знать,– заскулил я, словно укушенный ею. - Потому, кстати, что ты меня мамой называешь, да и сам ты мне за столько лет почти родным сыном стал, не скажу я тебе где оборотней искать,– она отвернулась от меня и вцепилась зубами в кость, давая понять, что разговор окончен. Спорить с ней было бесполезно, тяжело вздохнув, я побрёл прочь. - Эй, Мелкий,– догнал меня уже в соседнем дворе Полкан,– думаю, я знаю ответ на твой вопрос, но это тебе будет кое-чего стоить. - Кое-чего, это чего?– я уже давно привык к тому, что этот увалень ничего не сделает просто так. - С тебя завтра котлета. Нет! Две!– старался он подороже продать мне информацию. - Да хоть четыре! Но, это только в том случае, если информация твоя подтвердится,– улыбнулся я. - А давай тогда шесть?– видимо Полкаша решил, что я подпольный олигарх. - Бро, ну ты имей совесть. Четыре. И то, если информация подтвердится,– напомнил я. В прошлый раз информация не подтвердилась, но это не помешало ему стребовать с меня котлеты. В этот раз я не буду таким добреньким. - Информация верная! На набережной каждый вечер тусуются шесть парней. Странные они очень. Лохматые. Злые.

- Ну так, под подобное описание любой человек подойти может. Переходный возраст называется. Может слышал?- улыбнулся я.

- Слышал, разумеется! И даже сам подростком когда-то был. Года четыре назад. Но здесь дело совсем другое. Столкнувшись с ними буквально все псы района от страха столбенеют. Будто...- Полкан замешкался, не зная какое слово подобрать.

- Будто не люди это вовсе, а хищники?- мне живо вспомнилась первая встреча с Виктором, теперь в том что это те самые, кого я ищу у меня не было ни малейших сомнений.

- Слухи, сам знаешь, быстро расползаются. Теперь их все собаки округи стороной оббегают. Боятся. После восьми часов вечера на набережную ни одна не пойдёт. Да и ты бы не ходил туда,– напоследок предупредил меня пёс. - Боишься, совесть после замучает, что вопреки маминому совету и здравому смыслу отправил меня на верную смерть?– усмехнулся я. - Боюсь, что если с тобой что-то случиться, я без котлет завтра останусь,– оскалился в улыбке Полкан,– брат, ну ведь я же серьёзно! Береги себя! - Не переживай, Палкаша. Будут тебе завтра в обед четыре котлеты! Полкан убежал, радостно виляя хвостом, а я вернулся в подвал. Идти на встречу к волкам в виде щенка было сродни самоубийству. Люди куда охотнее становятся на защиту себе подобных, чем братьев наших меньших.

Глава 3. Против стаи

До вечера у меня остаётся ещё достаточно много времени. Чем же мне заняться. Можно было бы, конечно, к Свете зайти. Но, что я ей скажу? Что неожиданно мои срочные дела отменились? Нет, об этом не может быть и речи.

Уточнил у первого встречного мужчины, который сейчас час. Действительно очень рано. Если я сейчас пойду на набережную, то мне их там придётся ещё ждать не меньше четырёх часов. По этому я решил пойти домой и сделать уроки.

Есть мне совсем не хотелось, но для приличия я всё же заглянул в холодильник. Там было всё, как обычно. Борщ в кастрюле, в маленьком ковшике толчёная картошка, и целая сковородка котлет. Это меня особенно порадовало. Ведь завтра, скорее всего, придётся нести четыре из них Полкану. Налив из крана стакан холодной воды, я залпом его выпил. Оставив кружку на обеденном столе, я ушёл в комнату. Нет, я конечно мог поставить её на место, но для чего? Всё равно ведь когда я вечером вернусь на кухню, она снова будет стоять на своём месте.

Зашёл в свою комнату. Ну конечно не царские хоромы, но одному мне в ней вполне просторно. Есть кровать, шкаф и стол для уроков.

Уроки! Первой из портфеля я достал математику. Минут пятнадцать смотрел в книгу, раз сто, если не больше, прочитал условие, но так и не смог понять смысл задачи. Голова была занята абсолютно не тем. Столько мыслей. А что, если это окажутся всё же не те ребята? А что, если они не знают Витю Волкова? А что, если он не захочет со мной говорить? Или Витя сам ничего не знает? Поживём – увидим.

Поняв, что математику я сегодня не сделаю, достал и открыл учебник по русскому языку. Текст назывался «Волк». Прочёл первое предложение: «Волк – санитар леса». Интересно, а оборотни тоже санитары? А если да, то что и от кого они очищают? Вопросы множились в моей голове в геометрической прогрессии. Так что и русский язык я сделать не смог.

Чтобы хоть немного отвлечься, я включил телевизор. И тут же попал на «Сумерки». Вот же ж... Переключил на какой-то новостной канал, там уж точно про волков ни слова не скажут, и минут через пятнадцать задремал под усыпляющий голос диктора. Но даже во сне мне снились волки, которые гнались за мной от самой набережной и до светиного дома, а это ни много ни мало почти пять километров.

Проснулся в холодном поту. За окном уже смеркалось. Я сразу посмотрел на часы. Изначально я планировал пройтись до набережной пешком, но теперь придётся ехать на автобусе.

Я заглянул в рюкзак, там были деньги, отложенные на булочку. Ну что ж видимо придётся обойтись без булочки. Сейчас мне куда важнее разобраться с тем, кто я или что я.

Автобуса пришлось ждать минут двадцать. Всё это время меня обдувал холодный ветер. Знал бы, что так долго общественного транспорта не будет, пошёл бы пешком. А если учесть, что в автобусе было тесно и душно... Благо ехать мне надо было всего три остановки. А потом ещё минут пять идти в сторону реки. Может время было неподходящее, или погода шептала «Сиди дома», но народу в парке ведущем к набережной почти не было.

Эту компанию я приметил почти сразу, ещё издалека. Шесть парней больше похожих на байкеров. Взъерошенные и одетые в натуральную кожу очень громко и нецензурно бранились. С чего-то я решил, что даже если бы здесь было полно народу, ни кто им не сделал бы ни одного замечания, уж очень опасными казались они со стороны. Тут не только глупый трусливый щенок забоится, даже взрослый и серьёзный мужчина предпочтёт обойти их стороной и не ввязываться в конфликт.

Я даже чуть было не передумал к ним подходить, но взял себя в руки и ускорил шаг.

- Дддобрый вечер,– начал я, заплетающимся от страха языком.

- А добрый ли он?– с недоброй улыбкой уточнил тот, у которого не смотря даже на то, что солнца уже час как не было видно, на глазах были тёмные зеркальные очки.

Он подвинулся ко мне поближе. На столько близко, что я даже смог разглядеть в них своё отражение. Знали бы вы, как нелепо я выгляжу, чёлка, не расчёсанная после сна, торчит перпендикулярно вверх, щёки раскраснелись от смущения.

- Пацан, тебе что, жить надоело?– гоготнул другой, слегка оттягивая первого от меня,– тебя мама не учила с незнакомыми не разговаривать? Не предупреждала, что можешь нарваться на неприятности?

- Я просто хотел вас кое о чём спросить...– я сглотнул ком, подступивший к горлу,– вы случайно не знаете Виктора Волкова?

- Виктора Волкова?– кривляясь передразнил меня парень в тёмных очках,– ну разумеется мы знаем Виктора Волкова. Спросил? Узнал? Теперь можешь идти туда куда шёл!

Вся компания громко засмеялась и заулюлюкала. Я почувствовал, как мои ноги наливаются свинцом.

- Чего стоим? Кого ждём?– напустился на меня третий, у него на шее был повязан красный шарф, с чего-то напомнивший мне красный стильный ошейник соседской болонки.

- Я... я... я хотел ещё спросить, где мне его можно найти?– стараясь перебороть страх, продолжил я опрос или допрос, это смотря под каким углом посмотреть на ситуацию.

- И на кой ляд, скажи-ка мне, мой друг разлюбезный, тебе мой братец понадобился?– оскалился парень с красными контактными линзами на глазах, в таком виде он мне сейчас больше не оборотня, а вампира напомнил, хотя, только их мне здесь сейчас и не хватало.

- Возможно он его друг?– самый мелкий из компании, детина не меньше метра восьмидесяти обошёл меня со спины и втянул ноздрями воздух,– не, Витькой не пахнет, пахнет мокрой псиной. Ненавижу противных мелких тявкающих собачек, а собачатников ненавижу вдвойне!

- Я не друг Виктора. Мне просто поговорить с ним надо,– почти шепотом пояснил я.

- Ну как видишь, нет его здесь, но поговорить ты и с нами можешь, давай-ка прогуляемся вон до той подворотни,– хриплым голосом произнёс на вид самый старший и судя по всему самый главный в их компании.

С чего я сделал подобный вывод? Всё очень просто, когда один из моих оппонентов кидал в мою сторону колкость, сам того не замечая он буквально краем глаза смотрел именно на этого оборотня. Как я это заметил? Да сам не знаю. Всегда, когда я нервничаю или боюсь, замечаю такие вещи, как запасной выход, валяющийся рядом камень, которым можно если что успеть ударить нападающего, здесь ничего такого я не обнаружил, видимо только по этой причине я на него внимание и обратил, как знать, может чем-то это мне поможет.

Идти с ними никуда не хотелось, но, можно подумать меня кто-то спросил. Парень в красном шарфе легко подхватил меня под руку и потащил за собой. Я что было сил упирался ногами в асфальт, но это не помогало. Я для него был пушинкой.

- Зря стараешься щенок,– зашипел мне на ухо тот, который представился братом Виктора, именно в этот момент мне стало по настоящему страшно, неужели и они знают мою суть, и им тоже нужна моя кровь.

Метрах в пятистах от набережной был непроходной тупик. Металлические ворота, которые отгораживали кусок кирпичной стены, как не трудно было догадаться именно туда они меня и потащили. Об этом месте ходили недобрые слухи, периодически там находили мёртвых людей. Списывали всё на бродячих собак, даже несколько раз отлов вызывали, к счастью никого они не нашли.

Теперь мне было понятно, какие дикие собаки там людей на части рвут. И видимо завтра там найдут и мой труп. Какие у меня варианты? Обратиться Волчком? А смысл? Любой учёный скажет, что волк гораздо быстрее собаки. Постараться сбежать в человеческом виде? Так ведь и собака и волк быстрее человека. Я сдался. Словно безвольная кукла я переставлял путающиеся ноги. Помощи ждать было не от куда и не от кого. Редкие прохожие провожали меня в последний путь грустным взглядом, ни одному из них не пришло даже в голову постараться что-то сделать или вызвать полицию.

Ворота с визгом распахнулись, вернее, их распахнул перед нами ещё ни слова за сегодня не сказавший парень, по возрасту возможно мой ровесник, кто же их оборотней разберёт, после нас он закрыл ворота и не спеша пошёл следом.

- Твоё последнее желание?– усмехнулся их главарь.

- А просьба отпустить меня за желание сойдёт?– уточнил я, хоть и понимал, что шансов мало.

- Нет, так не пойдёт! Ты упустил свой шанс чего-то пожелать,- замотал головой вожак, и остальные громко засмеялись, но постепенно смех перерос в утробное рычание.

Все шестеро обратились в волков. Самый большой из них обратился в самого большого волка, а мелкий в волка – подростка. В этом не было ничего странного. Брат Вити стал волком с красными глазами, а держащий до этого меня парень с шарфом превратился в волка с красным шарфом. Парня в очках можно было узнать по лежащим возле его ног очкам, они даже не пострадали при падении, но веса волка, двинувшегося в мою сторону выдержать они не смогли. Раздался треск ломающегося на сотни мелких осколков стекла.

Я закрыл глаза, обычно в фильмах в этот момент люди начинают молиться, но я не совсем человек, к тому же, к моему стыду, не знаю ни одной молитвы.

- Ну и что за спектакль вы здесь устроили?– раздался за моей спиной голос Виктора, а может мне просто хотелось, чтобы это оказался он.

Я резко обернулся. Возле самых ворот стоял именно он. Шрамы почти затянулись, только белые отметины на шее напоминали о бойне двухнедельной давности. Видимо и на нём всё неплохо заживает. Но ведь утром всё было намного ужаснее, видимо что-то парень мне не рассказал.

- Ты пришёл выручать друга из беды?– недовольно прорычал красноглазый.

- Он мне не друг, просто одноклассник,– стушевался парень.

- Ну, если он тебе не друг, тогда иди куда шёл и не мешай нам развлекаться. Подумаешь, одним одноклассником больше, одним меньше,– с ехидным смешком продолжил Красный Шарф,– у тебя ведь их ещё не меньше двух десятков останется. Да и вообще, ты же знаешь, мы не одобряем твоё увлечение учением. Сами бы тебя поучили, жаль дядя Ген сказал не трогать. Так что, не доводи до греха.

- Я уйду, но Стёпа уйдёт со мной. Между прочим из всех моих одноклассников мне нравится только он один,– Виктор постарался протиснуться в круг между самым мелким и братом,– пойдём, Стёп.

- Здесь я решаю кто, куда и когда пойдёт!– зло зарычал вожак,– выбрать человека, значит придать стаю! Подобный поступок карается смертью! Взять его.

- Но, отец же просил его не трогать!– вяло возражал брат Виктора.

- Нет тела, нет и дела. Мы просто не станем оставлять этих двоих здесь. Вывезем подальше. К примеру за город, там столько оврагов и диких зверей, их никогда не найдут,- моментально предложил самый мелкий, за что получил от вожака одобрительный кивок

Виктор обернулся волком, и шепнул Стёпе:

- Как только появится возможность, беги и не оглядывайся.

- Ты с ума сошёл? Я не оставлю тебя с ними одного,– замотал я головой, нет это не был приступ храбрости, коленки мои всё так же дрожали, но даже если я побегу, шанс спастись у меня очень маленький, я видел слишком много, чтобы они меня живым отпустили, да и оставлять с ними единственного человека, ну вернее не человека, который может рассказать мне кто я, я не собирался.

- Ты думаешь, что он с ума сошёл? Нет, это не про нашего Витюшу, он ведь с рождения с головой не дружит. Видимо это наследственное. Мать у него такая же сумасшедшая,– засмеялся вожак, а Виктор бросился на него.

Бросок получился крайне неудачным, огромный волк одной лапой, словно щенка отбросил Витю обратно.

- Нет, я видимо ошибся, ты даже более ненормальный, чем твоя мать. Всё никак не свыкнитесь со своей волчьей природой, стараетесь быть поближе к людям. А надо бы держаться поближе к нам, волкам,– серый прямым ходом направился к ещё не успевшему встать на лапы Виктору.

- Никогда! Ты меня слышишь, Дмитрий? Никогда я не стану нападать на людей! Лучше убей меня здесь и сейчас!– парень опустил голову, показывая, что сопротивляться не будет.

Я был готов выскочить между Дмитрием и Виктором, но не успел. В круг ворвалась Света. И откуда она только здесь появилась? Вот же глупая неугомонная девчонка! Опять за своё.

- И не стыдно тебе такому большому маленьких обижать?– выкрикнула она и сунула свой указательный палец чуть ли не в самую морду вожака.

Тот недовольно поморщился. Такие крутые парни как Дмитрий подобной храбрости не прощают никому, даже маленькой глупой девчонке. В следующую секунду он бросился на неё, а я на него. Знакомое чувство. Я ощутил силу. Увидел, как мои руки покрываются шерстью, испуг в глазах волков. Услышал крик Светы:

- Вить, сделай так, чтобы ни один волк не покинул этот загон раньше, чем я не разрешу.

То что Виктор был далеко от меня, было хорошо, ведь я совсем не хотел ему навредить, и уж тем более ненароком убить.

Волки раз за разом все вместе наваливались на меня, а после разлетались в разные стороны. Пара из них уже даже не пытались нападать, просто сидели в стороне и зализывали раны. Остальным понадобилось куда больше времени чтобы понять, что я им не по зубам. Когда последний из них отполз от меня с жалобным визгом, у меня перед глазами всё поплыло и я снова отключился.

Глава 4. Тайна

Очнулся я не на улице. И даже не в своём подвале. По видимому, это была квартира. Этаж третий, а возможно даже и четвёртый. В окно были видны только самые верхушки деревьев. Девчачья комната. На книжной полке напротив меня расставлены по росту куклы. Столько кукол, что у меня зарябило в глазах. Все стены обклеены постерами. На такой поступок ради любимой группы способны только самые безнадёжные фанатки. На самом большом из постеров, в человеческий рост высотой, была подпись Группа «ВЕРМИШЕЛЬ». По всему фону, то тут, то там, в виде спиралек только что запаренной вермишели быстрого приготовления расходились похожие на солнечные лучи прямые. Причёски у парней кстати тоже были не естественно кучерявые. Наверняка, я сейчас у Светы в гостях. Кстати, в первый раз. Обычно, я провожал её ну максимум до двери. Держал рюкзак, пока она открывала замок. Вернее, их было два. Верхний и нижний. Нижний у неё ещё постоянно заедал. Но с чего это она так расщедрилась? Домой к себе принесла. На кровать свою положила. Могла ведь и в подвал, как в прошлый раз принести. Может из чувства благодарности? Ведь я их спас от целой стаи оборотней. Что ни говори, но драться против одного оборотня на много проще. Мог бы я, конечно, тут лежать до тех пор, пока за мной кто-нибудь не придёт. Но только эти розовые мечты так раздражают. Да помню я, что собаки дальтоники, но ведь сейчас я говорю не про цвет, а про наивность девчонок. Вот парень например, никогда не станет обвешивать стены в комнате любимыми музыкантами, не на столько он наивен. Ему лучше повесить где-нибудь несколько фотографий любимой футбольной команды, желательно, со всеми автографами игроков. Сейчас даже у моей любимой команды Нефтянка на много больше шансов дождаться победы в Премьер лиге, чем у этой Лапши, или как там её называют, пробиться в хитпарад. Спрыгнул с кровати на пол. Я решил прогуляться по квартире. Это Степану нос свой никуда совать не стоит, а Волчку всё простительно, ведь он просто маленький любопытный щенок. И не важно, что щенку этому уже семь, а возможно даже немного больше лет. На внешности то это ни как не отражается. Я всё тот же милый забавный щенок, как и раньше. Многие не могут устоять перед таким милахой. Сначала я выглянул за дверь. Длинный узкий коридор расходился в обе стороны. В помещении было очень тихо. На столько тихо, что я решил, здесь вообще никого нет. Казалось, подобная деталь должна была заставить меня остаться в комнате, и ждать, но я наоборот, более уверенно зашагал к первой, прикрытой двери. Спальня родителей Светы. Нет, там ничего интересного нет. В туалет и ванную комнату я тоже не стал заходить. Заглянул в кладовку, ну, естественно, что там я никого не нашёл. В зале было совсем темно. Мало того, что уже был вечер, так ещё и плотные тяжёлые шторы были наглухо задёрнуты. Я ведь ни кошка, чтобы видеть в темноте. Обернулся к выходу и замер. На меня уставились два маленьких ярких огонька. Не припомню, чтобы Света говорила, что у неё кошка есть. - Кыш отсюда, блохастая,– прорычал я, стараясь вспугнуть незваную гостью. Но ответом мне стало лишь её злобное шипение, а что-то очень острое, судя по всему когти, впилось в мою морду. Мне ещё повезло, что я как раз в этот момент моргнул. Иначе вообще мог без глаза остаться. В темноте я был беззащитен словно маленький слепой щенок случайно оказавшийся на МКАДе в самый час-пик. Моё обоняние мне не помогало, воздух пах лекарствами и отчаяньем, такой силы, будто кто-то собирался с минуты на минуту отправится к праотцам. Мне на столько здесь было не комфортно, что я громко залаял и со всех ног бросился обратно в коридор. Я и из квартиры возможно уже сбежал бы, но меня остановил аромат, идущий с кухни. Желудок напомнил мне, что я сегодня толком и не ел. Я толкнул лапой дверь, преграждающую мне дорогу к вкусняшкам. Она поддалась не сразу. Тяжёлая массивная буковая преграда со скрипом миллиметр за миллиметром открывала мне обзор. Халат до самого пола с длинными рукавами был цвета морской волны. А на голове, в цвет халата, шляпа. Остроконечная шляпа. Такие обычно рисуют в мультиках на голове у ведьм. Не удивлюсь, если халат скрывает туфли с серебряными пряжками. Я пока был не замечен. Ведьма была целиком поглощена процессом. Помешивая в небольшом котелке, кипящем на газовой плите, своё приятно пахнущее варево, она бурчала себе под нос, судя по всему, какие-то заклинания, а иногда, сбиваясь, подглядывала в книгу, лежащую на рабочем столе между печкой и мойкой. - Что вообще здесь происходит?– подумал я, но подумал как то вслух. Даже сам от неожиданности испугался, присел и приготовился лаять. Ведьма медленно повернулась ко мне лицом. Это оказалась моя Света. - Волчок? Ты очнулся? Я думала, что ты ещё час проспишь. По крайней мере, в прошлый раз, тебе ровно столько времени понадобилось, чтобы очухаться,– сказав эти слова, она наклонилась, чтобы меня погладить, но я отскочил в сторону. - Это что за маскарад? Что за халат? Почему у тебя на голове такой глупый колпак? До хэллоуина больше месяца ещё...– мои слова звучали словно лай, тонко и надрывно. - Прости, я должна была раньше тебе об этом сказать,– Света плюхнулась рядом со мной на пол,- я ведь не обычная девочка, а потомственная ведьма. Знали бы вы, как мне стало смешно в этот момент. Моя Света, самая милая симпатичная, добрая, и вдруг ведьма... Ведьмы ведь старые, уродливые, с бородавками и со скверным характером. - Ой, не смеши мои подковы! Ведьма она. Твоё варево кстати сбегает.– Словно в подтверждение моих слов, жидкость зашипела и пенной шапкой плюхнулась из котелка на печку, загасив огонь. - Что же теперь делать то?– полным отчаянья голосом зашептала она. - Ну, для начала не реветь, подумаешь, не удался суп. Возьми и свари новый,– предложил я хотя прекрасно понимал, что вовсе в котле варится не суп, аромат некоторых трав был мне знаком, в суп их не кладут, а вот собаки дворовые ими частенько лечатся после драки, хорошо помогают укусы заживлять. - Нет у меня больше ингредиентов. Я все их в котелок положила. Не знала, сколько снадобья понадобится. Магазин уже закрыт, только завтра утром откроется, а он, боюсь, до утра может не дотянуть,– девочка посмотрела в котелок, в надежде на то, что в нём хоть что-то осталось, но он был пуст. Слёзы сами потекли по её щекам. Я старался как мог её успокоить, облизывал солёные ручейки и бодал головой её колени. - Расскажи, что вообще случилось. Я ведь, как обычно вырубился,– в моей голове промелькнула мысль о том, что только бы с Витей всё в порядке было, но спрашивать напрямую я не мог. - После того, как ты вырубился, а волки немного оклемались, они снова попробовали напасть на меня. Виктору пришлось очень постараться, чтобы отбить эту атаку. Шесть против одного. Хорошо ещё, что после боя они слабы были. Только благодаря этому и моей магии мы остались живы. - Магии?- засомневался я. - Да, забывательное заклинание мне гораздо лучше даётся успокоительного,– Света едва заметно улыбнулась,- я их усыпила. Когда они проснуться, то совсем ничего не вспомнят о том вечере, и о нас тоже. А после я перенесла нас ко мне домой. Вам нужен был покой, а мне мой инвентарь. Только теперь что с Виктором делать я не знаю. К тому же уже скоро вернуться домой из театра мои родители. Вот уж им приятно будет застать окоченевшего оборотня на диване в зале. - Рано ты его хоронишь, он мне ещё не всё про харборов рассказал. Я не дам ему сегодня умереть. Возьми нож. И режь мне лапу. - Не буду я этого делать!– уверенно замотала головой Света. - Придётся, по другому тебе его не спасти,– я вытянул вперёд свою лапу и уверенно кивнул головой, подбадривая девочку, в руках которой нож дрожал так сильно, что казалось вот-вот вывалится. - Я ни разу не делала больно никому,– глаза её безумно бегали из стороны в сторону. - Поднеси нож к моей лапе и на выдохе, что есть сил толкай остриё мне в лапу,– понимая, что мы тратим на никому не нужные споры драгоценное время, которое может стоить оборотню жизни. - С чего ты решил, что это поможет,– всё ещё спорила девочка, было заметно на сколько сильно не хочет она этого делать. - Честно скажу, я совсем не уверен, что это поможет. На стороне моей догадки лишь два факта. Виктор назвал меня лекарством для оборотней. И я видел, как за пол дня, прошедшие после нашей с ним встречи зарубцевались его раны. Как знать, может он ещё и жив лишь потому, что моя кровь ещё в нём. Просто доверься мне. Если мы сейчас это не сделаем, возможно будем жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Света вскрикнула, и нож буквально на сантиметр вошёл в мою многострадальную лапу. Кровь не появилась. Только твёрдый красный, словно рубин, кристаллик - Что с ним делать дальше?– уточнила Света, но у меня ответов не было, я и сам не понимал, почему моя кровь так быстро загустела, буквально год назад, она ещё лилась бы из вены, словно вишнёвый компот. Попробуй положить ему это в рот, наподобие таблетки,– предложил я, хотя понимал, шансов у нас совсем мало. Вдруг, это действительно только один из ингредиентов. Света налила в стакан воды, взяла кристалл и пошла в зал. Я бежал за ней следом.

Но, когда включился свет, я даже вскрикнул от удивления. На подушке возле Вити сидел тот самый котёнок, которого я не так давно загнал на дерево. Видимо, это именно он и поцарапал мою морду в темноте. - А ты что здесь делаешь, мелкий?– проревел я, но котёнок сделал вид, что меня не услышал. Оно то и понятно, чует мелочь, что при Свете не могу ничего ему сделать. Вместо него мне ответила сама девочка. - Котлетка теперь живёт у нас. Отец её принёс несколько дней назад. Представляешь, потерял он ключи от машины, а эта малышка их нашла и принесла. Я едва сдержал хохот, ведь видел, как это милое пушистое создание умыкнуло ключи прямо из кармана её отца. В тот момент я решил не вмешиваться, а посмотреть, что дальше будет, а оно вон как всё повернулось. - Пииить,- простонал Виктор, и Света протянула ему стакан. Но парень не мог поднять даже головы. Поняв, что так у неё ничего не выйдет, девочка кивнула на шкаф. - Накинь что-нибудь из отцовских вещей. Мне, вернее Виктору нужна твоя помощь.

Дважды меня просить не пришлось, я подбежал к шкафу купе, но открыть его лапой не слишком простая задача для щенка. - Не поворачивайся, пока я не разрешу!– предупредил я, оборачиваясь человеком. В шкафу вещей на меня не нашлось. Отец Светы - человек высокого роста. Возможно его вещи были бы велики даже Виктору, а я и по сравнению с ним карликом кажусь. Одев брюки и подвернув несколько раз штанины, я оценил результат. Хоть по талии они мне были как раз. - Подержи ему голову и стакан, а я принесу трубочку.

Трубочки, кстати говоря не оказалось, пришлось позаимствовать деталь от шариковой ручки, так кстати оказавшейся на журнальном столике вместе со сканвордом. Виктору стало явно лучше. Сняв бинты, мы увидели не ужасные раны, а начавшие зарубцовываться шрамы.

Глава 5. Не званный ужин

- Надо было его сразу в больницу вести!– возмутился я, понимая, что если бы вовремя не очнулся, парень мог бы умереть.

- Я хотела, но он ни в какую не соглашался,– оправдывалась Света.

- Ну сами посудите, если я две недели назад попал в больницу после встречи с медведем, а сегодня с волчьими укусами бы заявился, что бы они обо мне подумали? А ещё... Я ведь прежде чем в бой ринуться, один рубиновый кристаллик проглотил. Надеялся, что твоя кровь если не даст мне хотя бы на время неуязвимость, то поможет дольше продержаться. Зачем ты к ним вообще полез? Тебе жить надоело?– во взгляде Вити не было ни намёка на шутку.

- А ты зачем полез меня защищать? Если бы ни Света, нас бы обоих уже... Кстати, а ты как там вообще оказалась?– резко переключился я на девочку.

- Не поверила я тебе. Уж очень подозрительной показалась мне твоя отговорка. Стёпа, который ни разу не убрал даже у себя в комнате, и вдруг собрался помогать родителям? Это что-то новенькое. Ты ведь даже тарелки ни одной за всю свою жизнь не помыл,– девочка весело хихикнула,– решила я за тобой проследить. Сначала ты побежал к собакам возле мясного магазина. Я сразу поняла, что не просто так побежал. Они долго с чего-то на тебя лаяли. Особенно, Шпуля, а она ведь самая спокойная в нашем районе. Да и к тебе всегда по доброму относилась, а тут... Тут уж сразу ясно стало, что задумка твоя ей не понравилась. Потом Полкан тебе что-то долго разъяснял. А после ты просто пошёл домой. Я бы возможно даже поверила, что они рассказывали тебе о том, как починить текущий кран, если бы они были хотя бы домашними. Но они дворовые, в домашних делах вряд ли совет толковый дать смогут. Я затаилась и стала ждать. Уже решила, что просто напридумала себе невесть чего. Решила, даже, домой пойти. Но в этот момент ты на улицу вышел. И я проследила за тобой... До самой Набережной. Спряталась. Интересно мне стало, какие у тебя дела с этими громилами могут быть. А когда они тебя за руки потащили, я незаметно проскользнула за забор. К счастью этого ни кто не заметил. Уж очень заняты они были тобой. А потом они вдруг в волков превратились. И тут же Витя появился. Я думала сначала, что он с ними.

- Что? Скорее Земля с орбиты сдвинется, чем я с ними буду. Им человека убить плёвое дело. А моя мама очень расстроится, если я вдруг кого-нибудь даже укушу. Я волк-одиночка и законам стаи не подчиняюсь!– Витя негромко зарычал.

- Тогда что ты там вообще делал?– удивился я, ведь тоже был уверен, что раз там его брат был, то не с проста и он там появился.

- Я мимо проходил. Почуял твой запах. Запах Харбора, как запах цветов в лесу, уж очень сладкий. Даже в носу щекочет. Решил, что знакомый мой немного заплутал и может на неприятности нарваться. А ты мне вроде как помог, я должен был тебе...– я не дал Виктору договорить.

- Теперь мы видимо оба должны Свете,– улыбнулся и посмотрел на покрасневшую от смущения девочку.

- Да ничего вы мне не должны!– отмахнулась она, будто старая соседка давшая взаймы щепотку соли,– просто пообещайте больше в неприятности не попадать.

- Обещаю!- кивнул я.

- Обещаю,- повторил за мной оборотень.

За всеми этими волнениями я на какое-то время даже забыл, что хочу есть. Но теперь мой желудок мне снова об этом напомнил длинным протяжным завыванием.

- В моей квартире оборачиваться не позволю,– Света с серьёзным видом посмотрела сначала на Витю, а после на меня, будто пытаясь понять, кто из нас двоих мог вообще до такого додуматься.

- Прости, но я с утра ничего не ел.– Судя по всему, от подобных откровений я сильно покраснел. По крайней мере щёки мои обдало таким жаром, что на несколько мгновений помутилось в голове.

- Ой! Это вы меня простите. В гости привела, а спросить, не хотите ли поесть, не догадалась,– девушка пожала плечами,– пойдёмте поужинаем что ли.

- Не твоя вина в том, что ты забыла. Просто, вечер уж очень насыщенный выдался. Тут уж не только о еде забыть можно,– поддержал её я.

Все втроём мы пошли на кухню. Котлетка была уже там и из своей миски доедала куриную котлету. Видимо они действительно ей очень нравились, ведь после того, как последний кусок исчез с тарелки, кошка облизала мордочку.

- Котлетка с таким аппетитом ест котлетки... Тут уже каннибализмом попахивает,– пошутил я и засмеялся как можно громче, стараясь заглушить очередную трель в моём желудке.

- Зря ты над ней смеёшься. Она ведь ведьмовская кошка. А такие обидчиков обычно не прощают... Сколько будут жить, столько и мстить будут,– предупредил меня Виктор и уверенно закивал.

- Где же ты был со своими советами пару недель назад, когда я ведьмовскую кошку на дерево загнал да ещё и облаял?– Разумеется с моей стороны это была шутка. Ну чем, сами посудите, мне может угрожать эта малышка.

- А ты, кстати, давно колдуньей стала?– спросил оборотень Свету.

- Колдуньями не становятся, ими родиться надо. Моя бабушка колдуньей была, самой взаправдашней. К ней даже люди за помощью ходили. Но, она давно умерла. И я даже не думала, что когда-нибудь тоже колдовать буду. А в тот день, когда ты Котлетку на дерево загнал, вспомнилось вдруг мне одно её заклинание. А потом я его на Вити испробовала, но не сработало. Как и на этих шестерых оборотнях сегодня,– девочка грустно вздохнула,– другие заклинания у меня уже неплохо получаются. Забывательное к примеру. А вот усмиряющее...

- Значит ты не просто так пальцем перед носом размахиваешь? Усмирить пытаешься,– засмеялся оборотень,- а я то тогда ещё подумал, чего это она передо мной храбрится.

- У бабушки моей это заклинание хорошо получалось, она им и птиц дерущихся и животных усмиряла...

- Вот в этом возможно и твоя проблема,– выразил своё экспертное мнение Виктор,– оборотни – это не птицы и не звери. Это нечто другое. Это люди, душа у которых темнее чем у любого, возможно даже, вора или убийцы.

- Даже ты?– девочка широко открыла глаза, и половник, которым она до этого набирала суп, упал из её рук обратно в кастрюлю.

- И я, и Стёпа, и мой дядя, и те шестеро возле набережной. Кстати, что ты вообще на набережной делал?– наконец, спросил меня Витя.

Я улыбнулся ему в ответ, ведь столько времени мы разбираемся с тем, что они на набережной делали и до сих пор никто не задал этого вопроса мне.

- Я искал тебя. Мне надо было узнать, что ты ещё знаешь о Харборах.

- Вот же глупый щенок! Тебя там чуть не убили из-за этой ерунды! Столько лет жил и даже не задумывался, а тут вдруг задумался... А самое печальное, что погибнуть мог за зря! Я ведь ничего толком и не знаю. Я о них даже никогда раньше и не слышал. Но очень хотел маме помочь. Не по нутру пришлась ей жизнь оборотня. И все говорили, что остаётся лишь смириться. А тут, на рынке ко мне цыганка подошла, погадать предложила. Не хотел я этого. Положил ей в ладонь пару сотен, чтобы от меня отстала. Но вместо того, чтобы уйти, она начала мне предсказывать. Назвала точный адрес двора, где я тебя встречу. Рассказала про волшебные свойства твоей крови. Я не поверил, что обычный человек или странный оборотень может своей кровью возвращать обращённым волкам человеческий облик. Только когда я порезал тебе руку, а кровь не потекла, я начал верить. Прости не удержался и вместо одного взял два кристалла.

- Да мне не жалко! Как мама?– уточнил я скорее из приличия, а не из любопытства.

- Пока нормально. А помогло или нет, узнаем в полнолуние,– с тяжёлым вздохом произнёс Виктор, по его лицу было видно, как он любит свою маму и переживает за неё.

- А ты не мог бы отвести меня к этой женщине?– уточнил я, подвигая тарелку к Свете для добавки, не смотря на то, что я щенок, проголодался я сегодня как волк, или даже как медведь после зимней спячки.

- Прости, но после того, как я из больницы вышел, я старался найти её, чтобы сказать спасибо. Она как сквозь землю провалилась. Да я даже не уверен, что она настоящая цыганка. От цыган обычно костром и жаренным мясом пахнет, а от этой травками какими-то.

- Ещё одна ведьма?– хмыкнул я,– хотелось бы тогда верить, что она, как и Света на моей стороне. Ведь когда против тебя целая стая оборотней, то хочется верить, что и союзники твои сильны.

- Значит одной ведьмы тебе мало?– притворно надула губы Света.

- Ты не так меня поняла. Ты всего пару недель, как начала колдовать. Тебе бы не помешал хороший наставник,– попытался объясниться я, но сам понял, что вышло как-то не особо убедительно.

В замке повернулся ключ, и мы все трое вздрогнули от неожиданности.

- Родители пришли,– тихо прошептала Света.

Откровенно говоря тут было от чего вздрогнуть, когда почти в десять часов вечера на кухне ужинает одна девочка и два её одноклассника. Оба в полураздетом виде. Такое просто так родителям и не объяснишь, особенно ещё более глупой, чем сама ситуация, историей о том, что они оборотни.

Виктор бросился к окну.

- Ты что, с ума сошёл? Четвёртый этаж как-никак!– шикнул я на него, в последний момент хватая за руку.

- Посидите молча, я сама со всем разберусь,– девочка не особо уверенно зашагала в коридор.– Привет! Как отдохнули? Устали? Ну разумеется вы устали! Ничего страшного. До утра поспите, будете чувствовать себя на много лучше.

Светина мама постаралась что-то возразить, но после очередного мысленного посыла от дочери безвольно развернулась и пошла в спальню, следом за отцом, который уже мирно посапывал на кровати.

- Вам тоже пора домой, только для начала уберите всё за собой,– улыбнулась маленькая ведьма, и мы не дожидаясь того момента, когда она вдруг решит применить и к нам магию, поспешили выполнить её просьбу.

Когда в квартире был идеальный порядок, а мы стояли на пороге, Света помахала нам рукой.

- До встречи завтра в школе,– произнесла она елейным голоском.

- Я не уверен, что мне стоит ходить в школу. Слишком уж я от вас отличаюсь,– пожал плечами Витя.

- Как выяснилось сегодня, не особо ты от нас и отличаешься,– тихонечко хихикнул я, превращаясь в Волчка.- Твой секрет не на много отличается от моего или Светиного. Нам - странным людям стоит держаться вместе. Смотри конечно сам, но я буду рад увидеть тебя завтра в школе. Свет, повесишь штаны отца на вешалку, а то у меня лапки коротковаты.

Я сделал как можно более милую мордашку. Такому щенку и пирожок едва надкусанный с грустью в глазах отдадут.

- Ну ладно,– кивнула в ответ мне Света,– но только в этот раз. Ведь возвращаться – плохая примета.

- Хотелось бы верить, что в следующий раз мне не придётся сидеть в чужих штанах посреди чужой кухни,– в шутку возмутился я.

- До завтра,– закивал Витя, буквально силком вытягивая меня из квартиры.

Глава 6. Джули и Аполло

Когда я пришёл домой, родители ещё не спали, но вопросы задавать не стали. Видимо, на моём лице и так было написано на сколько сильно я устал. Пока я был занят вечерними делами, мама разобрала мне кровать. Это было так кстати. Едва моя щека коснулась подушки, как меня тут же обрубило.

Снов в эту ночь я не видел, и это было даже хорошо. Ведь после столь насыщенного дня меня бы наверняка мучили кошмары. А так – хоть выспался. Хорошо, хоть будильник поставил на следующий день заранее. Ещё в обед. Кстати, на пол часа раньше. Ведь перед школой мне надо было отнести обещанные котлеты Полкану.

Полкан парень что надо. Добрый, ласковый, отзывчивый. Как знать, может именно по этому для обучения трюкам из всего множества собак во дворе баба Маня выбрала именно его. Кто же знал, что он такой чревоугодник. Вернее, я то знал это с самого начала. Он рос буквально на моих глазах. Помню его ещё совсем маленьким щенком. И первый заданный им мне вопрос.

«Братиш, а пожрать чего-нибудь не найдётся?»

В тот момент я действительно смахивал на брата. Мы с ним были тогда абсолютно одного роста. Это сейчас он вымахал из Моськи в слона. А я так и остался щенком. Ещё одна загадка, на которую у меня нет ответа.

Родители мои считают, что я щенок потому, что в жизни ребёнок, мол, когда я вырасту как человек, то и как собака я тоже вырасту. И я с ними согласен. Всегда ведь проще соглашаться и надеяться на лучшее.

Знали бы вы, как мне сложно быть маленьким щенком в этом огромном мире. Ни укусить, ни облаять. Мне ещё повезло, что взрослые собаки не воспринимают меня как соперника, скорее как милого щенка. Иногда даже, запамятовав о том, что я домашний, угощают колбасой. Не первой свежести конечно, но на улице и такую найти за счастье. Я вежливо отказываюсь, ведь в колбасе даже меньше мяса, чем в Светиных куриных котлетах. А моему развивающемуся организму жизненно необходимо мясо.

Моя мама об этом знает. По этому, даже не смотря на то, что они с отцом вегетарианцы, у нас в холодильнике всегда найдутся мясные котлеты. Полкан их просто обожает. Грех этим не воспользоваться. После того, как я первый раз попал в больницу, я заключил с ним договор. Если я не появляюсь на улице больше двух дней, то присмотр за Светой на себя берёт он. Не уверен, что он как положено выполняет свою часть договора, но мне всё-таки так спокойней. После того как я возвращаюсь, я кормлю пса котлетами ровно столько дней, сколько отсутствовал.

Родители мои ушли на работу. Это и к лучшему, не стоит им знать, куда котлеты со сковородки деваются.

Я положил в пакет как и обещал четыре котлеты. Нет, разумеется, Палкан не умеет считать до четырёх. Он вообще считать не умеет. Для него, всё что больше одного, это уже много. А если учесть, что котлеты моя мама делает просто огромных размеров, то эти четыре - тянут на пол килограмма чистого мяса, не меньше. Даже такой здоровый пёс не может их все осилить. По этому он наверняка поделится с друзьями.

Именно по этому я и даю ему больше, мне порой бывает совестно, что они живут на улице, пока я живу в доме со всеми удобствами, в тепле и сытости. Вот и стараюсь я хоть как-то облегчить им жизнь.

Одевшись в школьную форму и сунув котлеты в портфель, я отправился к своему подвалу. Обернулся Волчком и отправился на ближайшую стройку. А вернее долгострой. Сколько лет я раз за разом прихожу сюда, чтобы рассчитаться с другом за работу. А третьего этажа там как не было, так и нет. Видимо строители здесь последний раз появлялись очень давно. Не забор а решето. Только на фасаде я насчитал семь дырок, в которые я мог бы пролезть. Полкану с этим немного сложнее. С его богатырским ростом ему не каждая дырка подойдёт. Но есть парочка, в которые при огромном желании и он сможет втиснуться.

- Полкан,- позвал я тихо.

Почему тихо? Чтобы не отвлекать своим лаем прохожих, спешащих мимо стройки на работу. Да и вообще, подельники редко афишируют свои общие дела.

- Сынок, ты никак заблудился?– вместо Полкана на мой зов вышла Шпуля.

- А где Полкан?– спросил я, хотя сам уже прекрасно понимал, что этот здоровяк сейчас где угодно только не здесь.

- Дома, наказанный сидит,– собака залилась беззвучным смехом.

Нет, я конечно юмор её оценил. Какой может быть дом у бездомной собаки. Это скорее был выпад в мою сторону, ведь все во дворе прекрасно знали, что иногда меня на улицу не выпускают в наказание.

- А за что он наказан?– я решил сделать вид, будто искренне удивлён.

- За неумение держать язык за зубами. Что он вчера тебе наговорил такого, что ты сегодня ему несёшь целый пакет котлет?

- Ничего он мне не говорил,– замотал я головой, уже давно усвоил простую истину, даже если тебя поймали с поличным, до конца всё отрицай,– он просто попросил котлет. Надоела ему каша бабы Мани, решил разнообразить меню.

- Я же тебе говорил!– морда Полкана показалась в дырке забора, явно неподходящей его размерам,– мы разговаривали с ним о котлетах а не о странных ребятах, собирающихся каждый вечер на Набережной.

- Мой сын – идиот!– взвыла Шпуля,– не рассказал вчера, так рассказал сегодня. Вот за что мне такое наказание? Не слушай его и на Набережную вечером не ходи. Волки собак просто ненавидят. Считают их предателями, подчинившимися человеку. А оборотни ещё хуже волков, ведь они как два в одном и не покорившееся животное и человек покоривший... В общем, маленьким щенкам подобное знакомство ничего хорошего не сулит.

- Да я то и не собирался с ними знакомиться, просто у тебя из любопытства спросил. А теперь мне любопытно другое, почему ты так печёшься обо мне? Не замечал я за тобой раньше подобного.

Шпуля смерила меня с ног, вернее, лап до головы злым взглядом.

- Ты мне не дерзи. Пожалела на свою голову сиротку, а он мне теперь за это высказывать надумал.

- Я не сирота... У меня мама и папа есть,– заспорил я.

- Мама и папа говоришь? Нет, до чего же домашние собаки глупеют! Искренне начинают верить в то, что люди – их родители. Не бывает в природе такого, чтобы собаки людей а люди собак на свет производили. Посмотри на своё отражение,– Шпуля лапой подвинула мне осколок стекла выпавшего из окна на первом этаже,– кого ты там видишь?

- Себя! Волчка.

- Ты видишь собаку. Одна голова, четыре ноги и куча шерсти. Люди, они совсем другие. У них две ноги, две руки, и нет шерсти. Меня когда-то кошка выкормила, но от этого я не стала считать себя кошкой, а её мамой,– казалось от нахлынувших воспоминаний у собаки на глазах появились слёзы,- вот и ты, выкормленный человеком, человеком не стал.

- Кто же тогда моя настоящая мама?– не ожидал я такого поворота, думал быстро котлеты Полкану отдам и побегу на уроки, а теперь стою с открытым ртом, ловлю сквозняк, а сердце грозиться в любую секунду выскочить из груди.

Даже Полкан широко открыл глаза, хотя может это из-за узости отверстия.

- Твою маму я знала лично. Джули звали. Хорошая была собака, добрая, понимающая. Мы с ней можно сказать даже подругами были, ну на сколько собачья дружба бывает. А потом она с твоим отцом познакомилась. Залётный фраерок. Рассказывал байки о том, что он лётчик. Нет, не лётчик, а космонавт. Глупые конечно сказки, но мать твоя на них купилась. Он так же неожиданно пропал, как и появился. А она всё ждала, вздыхала по нему по ночам. Ах, Аполло. Наверняка и имя его тоже было не настоящие. Кто же таким именем дворнягу бы назвал. Уже скоро был срок рожать, погода была премерзкая. И кто её дёрнул в этот туманный вечер через дорогу бежать. Почудился ей на той стороне дороги Аполло. Летела, вокруг ни на что не смотрела. Так и угодила под машину твоей хозяйки. Женщина совестливой оказалась. Подобрала её и увезла в больницу, а после больницы оставила жить у себя. А потом в вашем доме случился пожар. Джули и все её новорожденные щенки погибли. Мне это после пожарный пёс рассказывал. Но как оказалось, погибли не все. Ты ведь выжил. Как в первый раз в нашем дворе появился, я сразу в тебе Джули узнала, вот и стала тебе чуть по чуть помогать во дворе пообвыкнуться, в память о безвременно ушедшей от меня подруге,– мама Шпуля лизнула меня в нос,– прости, если разрушила твой идеальный мир, но я не могла видеть, как ты называешь мамой совершенно чужую тебе женщину.

- Да нет, всё нормально,– соврал я, едва сдерживая слёзы,– а мой отец случайно после здесь не объявлялся?

- К сожалению или счастью, но не объявлялся,– замотала головой Шпуля.

- Ладно, спасибо за информацию, мне пора. Я ведь сюда забежал только котлеты вам отдать,– я положил пакет перед собой. Полкан потянул носом воздух и прошмыгнул в дыру, видимо не такой уж он и большой просто лохматый,- Приятного аппетита. И не забудьте после пакет в мусорку выкинуть.

- Если захочешь поговорить, то ты знаешь, где меня найти,– на прощанье пролаяла мне собака,– и ещё раз прошу, на Набережную не ходи.

- Хорошо,- многозначительно произнёс я и побежал в сторону подвала.

До звонка оставалось совсем немного времени. А первым уроком сегодня должна была быть контрольная работа. Хотя зачем нужна контрольная работа сыну Джули и Аполло. Но я ведь обещал вчера друзьям, что приду, и не хотел их обманывать.

Когда я зашёл класс, Света и Витя о чём-то спорили, когда я к ним подошёл, девочка с торжествующим видом воскликнула.

- Я же тебе говорила, что он придёт, и даже не опоздает.

- Пришёл... А толку. Я ведь не выучил уроки и к контрольной не готов. Мне сегодня явно двойка обеспечена,– я тяжело вздохнул и пожал плечами.

- Так вот из-за чего ты расстроился? Пара пустяков. Твоя подруга ведь ведьма. Сейчас мы быстро эту ситуацию разрулим,– я не успел ничего сказать, а Света уже шептала что-то на ухо учительнице. И чем дольше она говорила, тем мутнее становился взгляд женщины.

С довольным видом девочка приземлилась на своё место и едва слышно шепнула мне на ухо:

- Дело в шляпе. Сегодня контрольной работы не будет.

В эту секунду прозвенел звонок на урок. И меня сразу же вызвали к доске решать первую задачу.

«Хрен редьки не слаще,– подумал я,- не за контрольную, так за работу у доски я всё же получу пару».

- Читай в слух задачу,– произнесла почти по слогам учительница, и я повинуясь её приказу прочёл, запинаясь почти на каждом слове.

Когда я наконец дочитал условие, моё сердце отстукивало барабанную дробь.

- Что стал как вкопанный, пиши?– поторопила женщина,– мне сорок минут на урок даётся, и я не могу их все на тебя одного потратить.

Я взял мел и медленно повернулся к доске, где уже было написано решение задачи. Но судя по всему, кроме меня его никто не видел. Вот Света, вот умница. Мне оставалось только всё обвести, проговаривая вслух слова.

Когда я поставил в конце ответа точку, у учителя глаза полезли на лоб.

- Молодец. Задачи ты решаешь лучше, чем читаешь.

Я вернулся на своё место и шёпотом поблагодарил Свету, та лишь пожала плечами, будто не понимая, за что я сказал ей спасибо. А на доске появилось лишь одному мне заметное слово «Пожалуйста».

После урока я не смог сдержаться, чтобы не спросить, как же ей удалось зачаровать доску.

- Зачарованная доска? Ты что фильмов про ведьм пересмотрел? Ничего я не зачаровывала. Я только поговорила с учителем о том, чтобы перенести контрольную работу на завтра. А когда тебя вызвали к доске, не меньше твоего испугалась. Кстати, что с тобой? Утром я думала, что ты такой загруженный из-за непонятой темы, но, ты получил пятёрку, а лицо твоё так и осталось мертвецки бледным.

- Дело не в математике. Просто сегодня утром я узнал, что родители мне не родные,– не особо приятно было подобные вещи произносить вслух, но они ведь мои друзья, а друзья должны знать друг о друге всё.

- Родители тебе не родные? Это они тебе сами сказали?– с едва заметной ухмылкой уточнил Витя,– обычно родители не спешат подобные семейные тайны открывать. Моя мать мне до сих пор не говорит, что она оборотень. Да и то что я уже пару лет как оборачиваться начал не знает.

- Нет, мне это уличная собака Шпулька сказала.

- Нашёл кого слушать, что собаки в жизни людей понимают?- Света погладила меня по голове, пытаясь хоть немного успокоить.

- В жизни людей собаки понимают не много, зато в собачьей – достаточно. Она сказала, что родители мои Джули и Аполло,– постарался я уклонится от столь не желательных сейчас ласк.

- Пойми, собаки не воспроизводят людей,– Виктор крепко сжал меня за плечо ограничивая возможность для предпринятого мной манёвра,– с чего-то кажется мне, что всё гораздо сложнее. Думаю прежде чем делать окончательные выводы, тебе стоит всё же поговорить по душам с родителями.

Глава 7. Психо

Уроки тянулись очень долго. И кто вообще придумал, что они должны идти целых 40 минут? Лично мне, чтобы устать хватило бы и двадцатиминутных уроков. А лучше бы сегодня уже был выходной. Сегодня вечером меня ждёт очень серьёзный разговор с родителями, который, кстати говоря, ещё неизвестно во что выльется.

Переживаю ли я? Ну, разумеется переживаю. Я очень хочу узнать правду о своём рождении. Но, в то же время и боюсь этой правды. Вдруг она окажется невыносимой для меня. Как я буду жить дальше после того, как мои родители подтвердят, что мои настоящие родители – собаки. А что если на самом деле те, кого я всю свою жизнь считал родителями, действительно окажутся обычными «хозяевами», как назвала их Шпуля.

Что здесь вообще происходит? Я принюхался. Вокруг меня витал новый незнакомый запах. А ведь до этого момента я считал, что мой нюх уже вычленил все запахи, присутствующие в этой школе. Как частые, так и редкие. К числу редких я отношу к примеру запах сигарет от Жеки. Эти тонкие нотки я уловил всего лишь один раз, так что с полной уверенностью могу сказать, что он пробовал курить, но ему не понравилось. Я даже знаю с кем он курил. Славик, Ира и Егор в тот день тоже пахли этими сигаретами. Но они, в отличии от Евгения, пахли сигаретами неоднократно до и после того раза. Отсюда и первый вывод сам собой напрашивается. Ребята периодически покуривают втихаря от родителей. Но сигареты каждый раз другие. Сегодня с ментолом, а в прошлый раз с клубникой. До этого с зелёным чаем. Фу, какая гадость, не запах а отрава. Каждый раз аромат сигарет ото всех одинаковый. Отсюда и вывод номер два. Видимо эта троица стреляет сигареты, а после скуривает их на троих.

Ещё, при мысли о редких запахах, сразу вспомнился запах ванильных духов Марь Ивановны. Да я от них после целую неделю чихал. Представляете как школа ими за день провоняла, к моему счастью и у самой учительницы на них оказалась аллергия. В общем на второй день такого жестокого эксперимента её и самой не хватило.

Следующий экспонат моей коллекции Директор школы. Ночует он то у себя дома, а то у Марьи Ивановны. Откуда я это знаю? Кошачье-хомячий запах, и запах мятного зубного порошка, точно такой обычно исходит от учительницы. Когда же Николай Андреевич ночует у себя, то пахнет рыбками и фруктовой пастой. Сегодня он снова ночевал у неё. Ну, ничего предосудительного в этом нет. Они оба взрослые и свободные люди.

А наша повариха вчера вынесла из школы... Ладно, я ведь сейчас не доказываю тонкость моего нюха, просто пытаюсь понять, что за новый запах появился в кабинете прямо посреди урока. Ведь за все прошедшие двадцать минут никто не заходил, не выходил и даже не заглядывал.

Несколько раз я дёрнул носом, принюхиваясь. Пока не понял, что этот запах исходит от Виктора. Вы не поверите, но чем дольше я вдыхал этот запах, тем более уверенным и спокойным я становился. При том, эта возвышающаяся сзади меня глыба даже ухом не повела, когда я шепнул ему «Спасибо».

А может это именно он каким-то образом доску зачаровал? Надо будет после урока у него уточнить. Хотя, я абсолютно не уверен, что даже если это сделал он, то сразу в этом мне признается.

«Это не он!»– появилась на доске новая, судя по всему, только мне заметная надпись.

Чтобы убедиться, что её вижу только я, поднял руку и уточнил у учителя (только её экспертному мнению я и мог в этой ситуации доверять, уж она то не потерпит своеволия в трактовке химических формул).

- Простите, а что написано во второй строчке снизу?– я прищурился, притворяясь, что очень плохо вижу и абсолютно ничего не понимаю.

- Стёп, если тебе плохо видно, то давай я пересажу тебя поближе,– произнесла недовольным голосом Майя Германовна, но всё же глянула на доску, а после медленно продиктовала мне целый ряд английских букв перемешанных с цифрами и математическими знаками.

– Спасибо, конечно, за предложение, но уж лучше я здесь останусь. Мне только одна цифра была непонятна,– я, что было сил замотал головой, видимо в этот раз я слегка перестарался притворяясь глуповатым и слегка подслеповатым, но перспектива отсесть от Светы, меня совершенно не радовала.

- Ну ладно, раз только одна цифра, тогда сиди пока там,– согласилась учительница.

- Ну ладно,– подумал я про себя, бросив короткий взгляд на соседку по парте,– не хочешь признаваться, что это ты доску зачаровала, не признавайся, я ведь всё равно сам это рано или поздно выясню.

Надпись на доске так и не исчезла, просто слегка изменилась, вернее стала на одну букву длиннее.

«Это не она!»– доска, словно сама по себе вела со мной беседу, я не успевал ещё подумать, а уже получал готовый ответ.

Краем глаза в этот момент я выхватил Свету, старательно выводящую очередную формулу в своей тетради, по всему её виду было заметно, что думала она сейчас только о химии.

- Ну допустим это не она. Но кто же тогда?– подумал я и огляделся вокруг. Все как один уткнулись носами в свои тетради, и признаваться в содеянном явно не собирались. Может им и не в чем было признаваться... А может, этот тайный помощник хотел пока остаться инкогнито.

Запись снова претерпела некоторые изменения. Теперь на доске было написано:

«Это не она! Это я!»

- А у тебя есть имя?– я уже не просто думал, а вступил в диалог с доской, или с кем-то с помощью этой самой доски со мной общающимся.

«Имя есть. Но тебе его знать пока что не обязательно»,– подобное сообщение меня даже разозлило, я привык знать с кем имею дело.

- Не хочешь признаваться, тогда не мешай мне химию учить,– эта мысль сама по себе проскользнула в моей голове и поставила точку в нашем диалоге.

Последняя запись на доске исчезла, а вместо неё снова появились химические формулы, которые я старался записать в тетрадь, но постоянно путался и сбивался. Это и не удивительно, столько событий для одного, пусть и пятничного дня было слишком много. К тому же и вчерашний день был нелёгким.

На всякий случай я потёр глаза. Формулы так и остались на доске. Только их стало ещё больше. Учительница зря времени не теряла.

Прозвенел спасительный звонок. Света протянула мне свою тетрадь, и грустно улыбнулась.

- Возьми, дома перепишешь и завтра принесёшь.

После этой фразы я снова стал сомневаться в том, что на доске сообщения мне писала не Света. Ведь я хотел попросить у неё тетрадь, но не решался. А она словно мои мысли прочла и сама свою тетрадь мне отдала.

- И чего ты на меня так смотришь?– не выдержала девочка моего тяжёлого взгляда,– не нужна тетрадь, так и не бери, я же не заставляю! Но ведь по этой теме на следующим уроке контрольная работа будет, а ты весь урок в доску смотрел, наверно не записал в тетрадь ни одной формулы. Я тебя понимаю, трудно сосредоточится на учёбе, когда дома такие проблемы. Но твои душевные переживания вряд ли Гетмановну тронут. Так за глаза называли ученики химичку за её скверный характер. Женщина никогда не входила ни в чьё положение. На любые оправдания она отвечала: «Раз ты не умер и на мой урок пришёл, значит, был обязан всё выполнить!»

- А я и не переживаю больше за то, что творится дома! Думаю это всё благодаря Виктору. Ума не приложу, как у него получилось меня успокоить,– я перевёл взгляд на парня, который рассчитывал под шумок ускользнуть из класса, но не успел.

- Оборотни ведь наполовину животные. А животные, как известно, не только пугать, но и успокаивать могут,– еле слышно прошептал он, и только я едва его расслышал своим собачьим слухом.

- Но если ты был абсолютно спокоен, почему тогда ты не слушал учителя? Почему не писал? Почему весь урок на доску смотрел?– тяжело выдохнула Света,– может мне прочесть для тебя забывательное заклинание? Ты всё забудешь и снова станешь весёлым и жизнерадостным Волчком.

- Только рискни, и я с тобой дружить перестану,– нет, я прекрасно понимал, что если я всё забуду, то и причину, по которой сейчас грозил перестать с ней дружит, тоже забуду, но я уже решился и пойду до конца, мне надо знать правду. Что я с ней потом буду делать, я ещё не решил, но в том, что я хочу её узнать я уже не сомневался.

- Это конечно твоё дело. Но учти, я ведь тебе желаю только добра. Да я бы вообще и не спрашивала твоего разрешения, просто молча стёрла бы все воспоминания, но я решила, что без согласия человека не буду ничего делать ему: ни хорошего, ни плохого, а то вдруг потом окажется, что он в моей помощи не нуждался, или ещё хуже, что я всё ему испортила.

- И давно ты так решила?– недовольно скривился я,- дай-ка угадаю. Ты решила это только что. Ведь весь урок до этого ты строчила мне на доске глупые сообщения.

- Видимо у тебя от душевных переживаний совсем крышу снесло! Я тебе уже говорила, что доску я не зачаровывала. Я ведь и не умею. Манипуляции с неживой природой сложны и опасны. Даже если бы умела... На уроке был целый класс. Я не стала бы подвергать тридцать человек опасности. Может тебе это всё просто померещилось? А если нет, то тогда ищи другую ведьму,– Света вырвала у меня из рук свою тетрадь по химии и убежала из класса.

- Зря ты так с ней. Лично я уверен, что она здесь ни при чём,– замотал головой Виктор,– ну, предположим, она помогла тебе с математикой, ты сказал ей за это спасибо. Она кивнула бы головой, сказала бы что-то типа «да не за что!» или «если что, обращайся!» Для чего ей скрывать то, что это сделала она, ведь о её способностях мы и так знаем не понаслышке. А ещё после, словно издеваясь над тобой, писать ещё что-то на доске, пользуясь тем, что это сможешь увидеть только ты. Глупость какая-то!

- То есть и ты хочешь сказать, что у меня крыша едет?– Если второй человек бьёт тебя по лицу, то дело не в человеке а в лице. Может пора мне с друзьями согласиться и признать, что у меня не всё в порядке с головой?

- Всё может быть... Расскажи мне подробнее о тех сообщениях на доске,– Виктор при этих словах посмотрел на доску так, словно пытался сам увидеть одно из сообщений.

- Сейчас там только формулы,– лицо моё вытянулось то ли в улыбке то ли в оскале,– но я видел там слова. При том каждая появляющаяся на доске фраза была ответом на мой незаданный вслух вопрос. Будто кто-то читал мои мысли.

- Ну раз так... Тогда ты подавно зря на Свету напустился,– серьёзно, даже зло зашипел на меня волк.- Ведьмы не умеют мысли читать. Они по большей части на травках специализируются да на заклинаниях.

- Значит, это у меня были просто глюки? Хочешь сказать, что я видел то что хотел увидеть?– я уже был готов обидеться на друга, но он замотал головой.

- Не всё так просто. Наш мир не ограничивается ведьмами, оборотнями и людьми. В нём есть много других существ. Да взять к примеру тебя. Ты – Харбор. Уже не человек, но ещё не оборотень. Но и сами люди порой так удивляют. Описанное тобой больше похоже на психо.

- Психо? Это что за существо то такое?– практически закричал я, но ведь меня понять можно, ещё пару недель назад я сам себе казался вполне нормальным, хоть и слегка необычным, а теперь странный потусторонний мир мне подкидывает всё новых и новых знакомых.

- Ну и чего ты орёшь,– засмеялся Витя,- это всего лишь ЧССС. Хотя название говорит само за себя, своими фокусами он кого угодно доведёт до психоза.

- ЧС... Что?– подобных аббревиатур я не встречал ни в книгах ни в жизни.

- ЧССС, человек со сверх способностями,– пояснил мне оборотень как само собой разумеющееся,– понимаешь, бывают и среди людей очень интересные экземпляры. Одни сквозь стены ходят, другие под водой живут или среди облаков порхают. А у этих способность менее заметная, но более серьёзная. Они могут проникать в мысли и чувства других людей. Всё, что ты видел на доске, на самом деле было в твоей голове. Тебе ещё повезло, что ты не такой как все, а ещё, что ты решил что это всё дело рук Светы. Будь иначе, ты бы уже мог сойти с ума.

- Да уж, перспективка... Из восьмого класса отправиться в дурку. Ладно, бери рюкзак, нам пора идти!– я что было сил вцепился в руку Вити,– нам ведь ещё Свету надо догнать, и попросить у неё прощения...

- Хорошенькое однако дельце... Девочку ведь обидел ты, а прощения теперь надо просить нам обоим?– оборотень громко засмеялся, схватил свой рюкзак и выскочил из кабинета. Я от него даже слегка отстал, но не на долго.

Глава 8. Дурман-трава

Не смотря на то, что мы бежали всю дорогу от школы до дома девочки, но догнать её так и не смогли.

– Ничего удивительного. Света чемпионка по бегу. Её на все городские соревнования отправляют,– переводя дыхание пояснил я Вите.

– Может просто она пошла не домой, а куда-то совсем в другое место? К примеру, когда меня брат обижает, я иду к реке. Вода меня успокаивает,– Виктор мечтательно поднял глаза к небу,– она так приятно журчит и освежает.

– Мне кажется, или ты пытаешься сбежать?– оборвал я его откровения,– не хочешь присутствовать при этом разговоре, тебя ведь никто не держит, можешь гулять на все четыре стороны. Уж как-нибудь и сам справлюсь.

– Стёп, ну ты чего? Конечно я буду присутствовать. Просто... Просто я женские слёзы не люблю. Мама моя так часто плачет. То по отцу, то по своей нелёгкой доле слёзы льёт. А когда ты меня чуть на куски не порвал, так она каждый день в больницу приходила. Я хоть без сознания был, но всё равно слышал её всхлипы. Как знать, может потому я сейчас и жив. Не мог я её одну оставить, нет у неё никого кроме меня.

– Думаешь, что Света сейчас плачет? Тогда подавно, чего мы стоим возле подъезда? А о слезах её не беспокойся, мама самый родной тебе человек, а Светка, так, просто одноклассница. К тому же, если мы с ней помиримся, то и плакать у неё больше не будет причины,– смело набрал номер квартиры на домофоне, но никто не ответил.

– Вот видишь, нет у неё дома никого. Пойдём, вернёмся позже,– Витя потянул меня за руку.

– Не пойду! У меня душа от чего-то не на месте. Надо бы подняться и проверить,– вывернулся, словно змея, из его захвата.

– Ты переживаешь так, просто потому, что никогда до этого со Светой не ругался,– улыбнулся оборотень,– ты в неё влюблён!

– Глупость, она просто мой человек...– с чего-то слова друга меня разозлили.

– Пару дней назад я слышал как двое влюблённых голубков ворковали на лавочке в сквере и угадай, как они друг друга называли. Он ей: «Ты мой человек», она ему: «Нет, это ты мой чело...». А окончание этого милого диалога утонуло в громких чмоках,– оборотень громко засмеялся

– Перестань, ты сам прекрасно понимаешь, что я имел в виду!– к счастью для меня, кодовая дверь открылась, при том сама собой.

Не теряя ни секунды я заскочил в подъезд, Виктор рванул следом, чтобы ничего не пропустить, а возможно если что и остановить меня.

Я и сам остановился, словно вкопанный возле двери.

– Ты ничего не чувствуешь? Кажется здесь газом пахнет.

– Даже если и не газом, то неприятностями здесь пахнет однозначно,– оборотень брезгливо поморщился,– на дурман-траву похоже. В малых количествах помогает забыться, а в больших... Она рискует уснуть и не проснуться.

Я обратился медведем и уже собирался выбить дверь, но волк остановил.

– Вряд ли Светины родители будут рады, если вернувшись вечером домой не обнаружат двери на своём месте. Можно сделать всё тише и аккуратней,– парень достал из кармана связку отмычек.

– Но откуда?– открыв рот, я наблюдал за тем, как профессионально Виктор ими орудует.

– Каждое полнолуние, сколько я себя помню, мама замыкалась в подвале, а ключ выкидывала в окно, и не каждый раз после мне удавалось его найти,– щелчок оповестил ребят о том, что дверь открыта.

Даже не разуваясь, мы вбежали на кухню, где Света, как обычно на полной громкости в наушниках слушала музыку. В руках у неё была полная кружка отвара из дурман-травы. Виктор успел выхватить кружку как раз в тот момент, когда девушка собиралась сделать глоток,

Она полными ужаса глазами посмотрела на Виктора и стоящего за его спиной медведя.

– Что вы тут делаете?– крикнула она.

– Мы? Это ты что удумала? Из-за всякой ерунды отравиться решила?– от греха подальше оборотень вылил содержимое кружки в раковину.

– Ты это о чём? Я просто чая успокоительного выпить захотела,– Света вырвала из его рук пустую посуду.

– Чай с дурман-травой? В таком количестве он успокоил бы тебя навсегда!– не выдержал я,– прости, не думал, что ты на столько расстроишься!

– Да какая дурман-трава? Обычный успокаивающий сбор!– Света взяла в руки банку, из которой накладывала в чайник заварку, и присмотрелась,– а она ведь так похожа на мяту. Видимо, перепутала...

– Ты так спокойно об этом говоришь! А ведь если бы мы не успели...– видимо срок заклинания вышел, или опасность миновала, но после этих слов у меня всё поплыло перед глазами и я рухнул на пол.

Оборотень поднял меня на руки и отнёс в комнату, а после сбегал домой за вещами, ведь прошлые пришли в негодность после такого стремительного перевоплощения.

Когда пришёл в себя, на стуле возле кровати лежал спортивный костюм. Из кухни пахло чем-то вкусным. Желудок предательски заурчал, напоминая, что сегодня не обедал.

– Что сегодня на обед?– крикнул я, заранее предупреждая друзей о своём пробуждении.

Света и Витя пришли по первому зову. В руках у девушки была кружка с каким-то отваром.

– На, выпей, это поможет тебе быстрее восстановить силы,– сказав это, она поставила чай на тумбочку возле кровати.

– Надеюсь это не дурман-трава или что-то пострашнее?– пошутил я.

– Пока ты отдыхал, мы с Витей навели порядок в банках. Теперь на каждой из них есть этикетка. А ещё он научил меня готовить мясо по-французски. Пей чай, и пойдём на кухню,– девочка проследила за тем, чтобы Степан всё выпил, и забрала кружку,– этот чай тоже он меня научил готовить. Им после оборота восполняют силы все члены его рода уже много столетий подряд.

Как хотелось сказать сейчас Свете, что для восстановления сил и мяса будет вполне достаточно, но не захотел начинать новую ссору, когда старая ещё не утихла.

Через пять минут мы все трое сидели на кухне за столом и ели кулинарный шедевр исполненный Виктором.

– Где ты так хорошо готовить научился?– уточнил у него.

– Можно сказать, что я самоучка. С моим тонким нюхом улавливаю не только аромат в целом, но и малейшие его оттенки. Вот и получается всё в меру. В меру поперчённая, в меру пропечённая,– демонстрируя это парень воткнул в кусок мяса нож.

– А это нам поможет вычислить Психо?– пришла в голову мне странная мысль.

– Попросил бы ты найти эльфа или фею, даже их было бы проще найти, чем Психо. Ведь он обычный человек. Это может быть кто угодно. Учитель, любой ученик нашего класса, ну разумеется исключая нас троих, и тех, кого сегодня не было, ведь для того, чтобы читать или внушать мысли необходимо находится в непосредственном зрительном контакте с жертвой. Хотя, нет, на жертву ты совсем не похож,– засмеялся оборотень,– видимо пока он на твоей стороне. Или ему от тебя что-то нужно.

– Да чего с меня взять-то? Я ничего не умею, ничего не знаю. Даже математику наш аноним лучше меня решает, при том в уме,– тяжело вздохнул я,– Свет, ты мне, кстати, тетрадь по химии до завтра дашь?

Света притворилась, что задумалась, а после протянула тетрадь, так кстати оказавшуюся на кухне.

– Я будто знала, что ты её ещё попросишь.

– Не знала, а догадывалась,– поправил её,– наверняка всё знает только Психо, не заставляй меня тебя снова подозревать. В прошлый раз мне чуть не пришлось дверь вышибать, вот бы твой отец обрадовался.

– Хорошо, больше не буду. Но как вы оказались здесь так вовремя? Может Психо один из вас?– перевела Света стрелки на одного из друзей.

– Я здесь абсолютно ни при чём! Я уже между прочим после того как ты не открыла домофон, домой уйти собирался, а этот заладил «На сердце не спокойно»,– замотал головой Виктор.

– Не слышала звонка домофона.

– Ну, ещё бы, так громко музыку слушать, скоро ты совсем оглохнешь. А ты на что намекаешь, серый? Что Психо - я? Тогда для чего было весь этот спектакль с текстом на доске, только мне видимым, разыгрывать. Свету доводить до того состояния, когда она перепутала успокоительное и яд. А может не она перепутала? Может это он её заставил? А после меня заставил бежать её спасать...

– Так можно до чего хочешь договориться. Обвинить его во вчерашней не особо хорошей погоде или в том, что Света на Набережную пришла,– через силу улыбнулся Витя.

– А мне эта идея нравится. По крайней мере все свои ошибки и промахи можно на кого-то списать. Это типа не я... Меня подставили,– девушка звонко засмеялась.

– У тебя есть общая фотография нашего класса?– спросил оборотень, и Света принесла из комнаты несколько альбомов.

– Что мы ищем?- уточнил Степан.

– Ну для начала мы уменьшим список подозреваемых,– достав из кармана ручку, оборотень зачеркнул моё лицо и лицо Светы.

– Ну зачем ты так? Это ведь память,– обиженно надулась хозяйка фотографии.

– Память? И чего ты будешь вспоминать? У тебя ведь кроме Стёпы здесь друзей нет. Лучше вместо того чтобы обижаться, припомни, кого сегодня не было в школе. Учителей мы тоже исключим, ведь сообщения на доске появлялись и на математике и на химии.

– Может, тогда исключим и всех слабо успевающих по математике? Тогда наш список подозреваемых в разы уменьшится,– предложил я Вите.

– Не забывай, что Психо может получить информацию из головы любого так же просто, как и потом отправить её в твою голову. К тому же он может просто притворяться глупым,– оборотень зачеркнул тех, кто отсутствовал сегодня в школе,– итого у нас двадцать подозреваемых. Жаль что твой новый знакомый не обозначил свой пол.

Глава 9. Разговор с матерью

Уже наступил вечер, а ребята всё пытались угадать, кто же из их одноклассников на самом деле является сверхчеловеком. Они припоминали разные случаи, происходящие на переменах, в столовой и даже у доски.

– А помнишь, как Ванька возле доски вместо того, чтобы стих рассказать пропел его? Да таким высоким голосом, будто в оперные певцы заделался?– в очередной раз засмеялась Света,– его потом ещё за это ребята дразнили.

– Зато училка ему не одну, а целых две пятёрки поставила, так на последнем уроке он смог исправить свою четвертную оценку на четвёрку. Как знать, может это и не проделки Психо, а его экспромт? Просто решил, что ему уже нечего терять,– замотал я головой.

– Нечего терять? А репутация в классе? И, кстати, как-то уж быстро все об этой истории забыли. Не кажется тебе это странным,– девочка так смешно округлила глаза, что я еле сдержался, чтобы не улыбнуться.

– Даже мне это с чего-то странным не кажется!– в наш диалог вмешался третий, и разбил вдребезги только начавшую возникать идиллию,– ребята часто забывают всякие глупости, раз или два посмеются, а потом находят новый повод для веселья. А Иван ваш творческий человек, и ему просто хотелось чуточку внимания. Не стал бы Психо до такого опускаться, захотел бы повысить оценку друга, просто дал бы учителю мысленную команду, и она бы сколько надо пятёрок понаставила. А захотел бы проучить врага, мог бы и посильнее его опозорить, или на ровном месте ему такую травлю устроить, что закачаешься.

– А помнишь, как Ленка на уроке призналась информатику в любви?– снова припомнила историю, которую я совершенно не помнил, возможно из-за того, что на том уроке не присутствовал по болезни, или просто мысли были заняты чем-то или кем-то другим, к примеру Светой.

– Это больше похоже на проделки Психо, так что девочку мы из списка подозреваемых тоже удалим. А вот теперь к вам обоим вопрос, кто на столько не любит Лену, что мог так её подставить,– оборотень протянул нам фотографию,– только подумайте хорошо, может вспомните, с кем она перед тем уроком ссорилась.

– Хороший вопрос, кто не любит Лену,– как не старалась Света, но смеха сдержать не смогла, и я прекрасно её понимаю.

– Лену любит только сама Лена. А о ссорах, хоть я даже не помню того дня но с полной уверенностью могу сказать, что она успела сцепиться с каждым, кто не вовремя попался ей на глаза, не так на неё посмотрел, и даже просто открыл рот, чтобы зевнуть в её присутствии. Странно, что она к тебе ещё ни разу не прицепилась,– пояснил я.

– К волку, пришедшему в школу за знаниями прицепиться может только совсем с головой не дружащий тип, а у неё видимо голова на плечах есть,– пожал плечами Виктор, но было ясно, что что-то он не договаривает. Уж очень странно на него реагировали другие ученики. Едва ему стоило выйти в коридор и вся толпа плавно расползалась по стеночкам и по кабинетам, можно было бы принять это за случайность. Но, то что увидев Виктора сразу перехотели есть почти сто человек, до этого толпившихся и толкавшихся возле окошка раздачи в школьной столовой просто так на случайность не спишешь.

– Версия с Леной тоже завела в тупик, но раз вы сами о школе и о знаниях заговорили, думаю пора вам расходиться, а мне за уроки садиться. Стёпе предстоит серьёзный разговор с матерью. У меня кстати есть один волшебный порошочек, добавишь маме в чай, и она тебе всю правду, как на духу, расскажет. Только подумай сначала, нужна ли тебе эта правда,– девочка достала из шкафа две подписанные её рукой баночки (названия на этикетках мне ни о чём ни говорили) и насыпала по ложке в маленькие целлофановые пакеты на zip-застёжке. Белый добавишь ей в чай вместо сахара, а жёлтый дашь потом, если у неё сильно голова разболится. Не часто, но такое бывает. Так сказать, побочное действие, как у любого другого лекарства.

– Спасибо, ты настоящий друг!– я засунул оба пакета в карман спортивных штанов, а после мы все вместе вышли в коридор, где меня ждали мои новые кроссовки, только в выходные мы с мамой (хотя, возможно и не с мамой) были в спортивном магазине, и купили их взамен старых, из которых моя нога уже выросла. Без задней мысли, я сунул ногу в правый кроссовок,и там меня ждал неприятный сюрприз,– Котлетка! Да что я тебе такого сделал-то?

Видимо чутьё Виктора всё же лучше чем моё, едва заметно улыбнувшись, он кивнул мне.

– Я же говорил, что ведьмовскую кошку лучше не обижать. Мстительные они очень, и своенравные, стоит им только не понравиться, так бед не оберёшься,– парень засунул ногу в ботинок, и тут же недовольно скривился,– ну ладно ему, а мне то за что?

– Видимо ты ей просто не понравился, так без причины,– мне даже стало смешно, а от этого не так обидно, ведь нам теперь обоим придётся идти домой в мокрой обуви,– а может она решила устроить матч-реванш Кошки против собак?

– Странно, обычно Котлетка воспитанная кошка, и подобных шалостей себе не позволяет,– пожала плечами Света, возможно в её понимании эти слова должны были стать нам хоть каким-то утешением.

– До завтра,– первым отозвался Витя и в подтверждение своих слов распахнул настежь входную дверь,– пойду я домой. С мокрыми ногами долго ходить вредно.

Я, махнув рукой, выскочил за ним следом. Скоро состоится мой разговор с мамой.

– Ну что, до завтра!– я протянул руку Виктору для рукопожатия.

– Да, увидимся в школе,– слегка помявшись, оборотень всё же её пожал, и придержал слегка дольше чем стоило,– знаешь, я понимаю, что ты хочешь узнать правду. Только не всегда цена, оплаченная за неё стоит этой правды. Света хорошая девочка, но ведьма, откровенно говоря, пока совсем никакая. Вспомнить хотя бы, как она перепутала мяту с дурман-травой. Благо мы вовремя подоспели. Делай, как знаешь, но я на твоём месте не рискнул бы давать маме эти травы.

Я понимающе кивнул.

– До завтра!– И побежал домой.

Ждать маму пришлось совсем не долго. Она появилась ровно через десять минут после того как я зашёл домой. Словно невидимая сила мне сегодня помогала. Женщина разулась и пошла к себе в комнату. Даже странно, обычно первым делом она идёт на кухню, разбирать пакеты с продуктами, а сегодня даже в магазины не зашла. Может что-то случилось? Минут пять я в неуверенности потоптался у двери в её комнату, и только потом решился постучать.

– Мам, мне поговорить с тобой надо,– с как можно более беззаботной улыбкой присел на край её кровати.

– Сегодня ужин будет чуть позже, чем обычно. И поговорим не сейчас. У меня так болит голова... Просто раскалывается. И ни одно лекарство не помогает,– мама грустно вздохнула, и легла, приложив ко лбу холодный компресс,- пришлось даже с работы отпроситься, и в магазин я прости, но не зашла.

Следующие пол часа я ходил под дверью маминой комнаты и прислушивался. У меня было средство от её головной боли и от того, чтобы применить его, меня удерживали лишь слова Вити. И всё же промаявшись пол часа, я решился. Налил в стакан воды и растворил половину пакета жёлтого порошка.

– Вот, держи, хорошее средство от головной боли,– я протянул маме стакан,- а ещё, сегодня ты можешь ничего не готовить, папа всё равно в командировке, а у меня ещё котлеты остались.

Мама постаралась улыбнуться, но видимо голова болела действительно очень сильно, она протяжно застонала.

– Выпей лекарства и отдохни, я сам тебе салат приготовлю,– вызвался добровольцем, хотя откровенно признаться не знал из чего и как этот салат вообще готовится. Я не ем овощи, к слову сказать, вообще. Даже не знаю, какие они на вкус. Но ради спокойствия мамы можно и постараться.

Мама хотела со мной поспорить, но я приложил палец к губам, давая понять, что не в её состоянии со мною спорить. Пока она не передумала, выскользнул из комнаты. Открыл на кухне холодильник, достал всё, что нашёл на полках и начал крошить, вернее рубить, с этим огромным ножом я больше походил на Джека Потрошителя, чем на ученика восьмого класса. Хорошо хоть догадался резать всё в разные тарелки. Когда через пятнадцать минут вошла мама, она не узнала своей кухни.

– Вот так помог,– крикнула она ещё с порога,– кто же картошку режет нечищенной? А бурак? Хорошо хоть помидоры и огурцы можно не чистить.

Она смешала в миске помидоры с огурцами и добавила подсолнечное масло. Думаю для ужина сойдёт.

– Мама!- хотя это ещё не факт. Я нащупал второй пакетик, принесённый от Светы-, а скажи мне, пожалуйста, ты точно моя мама?

– Что за странные вопросы?– женщина так разнервничалась, что с ложки немного не донесённой до рта обратно в тарелку попадали овощи.

– Мне Шпуля сказала, что моя мама Джули, это правда?– я посмотрел на неё взглядом кота из Шрэка,– скажи мне правду, мне это очень надо знать.

– Глупая твоя Шпуля, где это видано, чтобы у собак появлялись люди,– подобный разговор маму явно напрягал и чтобы хоть немного успокоиться, она шумно мешала в чашке ложкой чай.

– Но и что бы у людей собаки появлялись, такого я тоже не слышал!– видимо не особо ей хочется на мой вопрос отвечать, раз юлит и отмалчивается,– значит это правда?

– Правда очень странная вещь. Ведь у неё столько оттенков. Правда, полуправда, недоправда, почти что ложь,– женщина так сильно переживала, что у неё пересохло в горле, несколько раз она откашлялась, а после взяла кружку с чаем и в пару глотков её осушила.

– Я так понимаю, что правды от тебя сегодня не услышу,– в этот момент меня взяла такая досада, почему я не подсыпал ей белый порошок, сейчас бы как миленькая всё рассказала, ударив с раздражением кулаком по столу я уже собирался уйти с кухни, когда она вдруг продолжила.

– Как часто то, что кажется правдой одному, другому кажется неправдой. Даже если я тебе сейчас абсолютно всё расскажу, то наверняка где-нибудь и совру, ведь всей правды я и сама не знаю. Так что не суди меня строга. Ты действительно родился у меня 21 мая 2005 года, об этом как полагается есть куча подтверждающих документов. Могу их все прямо сейчас принести тебе, хотя зачем, ты ведь их и так видел. Родился ты обычным, ну почти обычным. Только вот на внешние раздражители никак не реагировал. Сидел целыми днями в одну точку смотрел. Врачи давали совсем неутешительные прогнозы. А мы всё старались, искали других медиков, надеялись на чудо. В тот вечер мы с тобой ехали от очередного врача, когда перед моей машиной на дорогу выскочила собака. Я в самый последний момент затормозить успела. Она оказалась беременная. Жаль её стало, не бросать же посреди дороги, уложила в машину, в вет.клинику отвезла. С ней и её щенками всё хорошо оказалось, на этом казалось бы можно было отвезти её обратно. Но ты, возможно, в первый раз осмысленно протянул ей на встречу руку, погладил по спине. Не смогла я её обратно на улицу отправить, так она у нас и осталась. Ты только на неё реагировал, а она словно поняв это, помогала как могла. Вместе с ней ты начал ползать и совершил первые осмысленные шаги, вся логика врачей летела к чертям. Я была уверена, что благодаря собаке ты скоро станешь нормальным человеком, но случилось непоправимое. В ночь, когда у Джули родились щенки произошёл пожар. Мы с отцом спали в соседней комнате, а она в твоей. Понимая всю опасность, она вытянула тебя к двери. Ты тогда крикнул «Мам», да так звонко, что я услышала и проснулась. Почувствовала запах дыма. Вытащила тебя из комнаты. К сожалению Джули и щенков спасти не удалось, она поняла, что всех своих детей спасти не успеет, и даже не стала выбирать, кому из них семерых жить, и сама без них спастись не захотела. Легла рядом с ними и закрыла глаза, бьюсь об заклад, я видела в её глазах слёзы, а в следующий момент вся твоя комната всполохнула огнём. Не знаю, что происходило в комнате до того, как я проснулась, но ты стал человеком. Врачи, обследовавшие тебя после пожара, никаких отклонений в развитии относительно твоего возраста не обнаружили. Решили, что это шок на тебя так подействовал. А я уверена, что это чудо, и сотворила его Джули. Ты спрашивал почему своего раннего детства не помнишь, а это потому, что кроме угла в который ты сутками на пролёт смотрел в нём ничего больше и не было. Я родила тебя, но Джули подарила тебе вторую жизнь, жизнь обычного человека. По крайней мере, так я думала, пока ты в первый раз не обернулся,– в первый раз я видел, как мама, открыв бутылку вина и налив полный стакан, залпом опрокинула его в себя.

– Спокойной ночи. Мне завтра вставать рано,– спать после такой истории разумеется совсем не хотелось, но и смотреть на то, как она допивает только что открытую бутылку тоже,– ты б не пила, ведь до этого ты выпила лекарство.

Уже где-то далеко за моей спиной услышал её ответ:

– Мне пофиг.

В комнате первым делом с чего-то я отыскал телефон, он ещё со школы стоял на беззвучном режиме, на дисплее было несколько пропущенных вызовов от Светы и сообщение «Возможно порошка правды надо в два раза меньше».

Глава 10. Баба Маня

С того момента, когда я узнал всю правду прошло уже больше недели. Злость на маму постепенно улетучилась, хотя первые дни было очень тяжело. К счастью Света смогла найти нужные слова, чтобы унять мою обиду.

– Подумай, как тяжело было твоей маме все эти годы, – сказала она, идя со мной после школы домой, – был у неё ребёнок. Непростой, конечно. Но она же не бросила тебя, не отказалась, была с тобой, надеялась, что всё изменится. И изменилось. Только не в лучшую сторону. Был сынок, а стал щенок. И даже после этого она продолжает тебя любить. Не дури, помирись с ней. Говоришь, что она правду от тебя скрывала? А какую конкретно правду? О том, что ты родился больным? Так то было давно, сейчас ты большой и здоровый. Зачем ей о тех тяжёлых днях лишний раз вспоминать. Или правду о том, что когда ты был маленьким, у вас жила собака? Да какого только зверья у нас не было. Мама ведь ветеринар, животных любит, вот и таскает постоянно в дом кого ни поподя. Если она мне о всех живущих в нашей квартире за последние десять, и уж тем более пятнадцать лет рассказывать станет, то целый вечер на это убьёт и всё равно кого-то упомянуть забудет. Да и связь между тобой и Джули научно не обоснована.

– Нууу, – протянул тогда я, понимая, что и крыть то её доводы мне нечем.

– Баранки гнууу, – эхом отозвался Витя, снова оказавшийся неизвестно откуда и для чего за моей спиной, – Света дело говорит. С мамой тебе по-любому помириться надо. У всех родителей от детей секреты есть. Ведь не всё так просто детям расскажешь, они в силу не особо большого ума могут не так воспринять полученную информацию...

– Ты сейчас говоришь о том, что мама твоя умолчала об оборотничестве? Представляю каково тебе было в первый раз обернуться, – с сочувствием произнёс я.

Свой первый раз я уже помню плохо, мы тогда с мамой поругались из-за какой-то ерунды, хорошо ещё произошло это дома, а не на улице или в магазине, где было бы очень тяжело скрыть произошедшее от посторонних людей.

Сначала я спорил с ней вполне цивилизовано, но когда у меня кончились доводы, сначала зарычал, потом залаял и зло вцепился зубами в её тапок. Выше щенок размером с новорожденного котёнка и не достанет. С тех пор прошло десять лет. Я повзрослел, поумнел и научился контролировать свой дар. Вернее думал, что научился, пока в медведя в первый раз не обратился.

– Обращение? Пустяк! – отмахнулся от меня оборотень, - За мной мой дядя всегда приглядывал. Он же меня после первого оборота и отловил. А ещё основным правилам жизни оборотня научил. Но я сейчас совсем не об этом. Моя мама от меня правду о моём отце скрывает. Думаю, не поворачивается у неё язык сказать, что она его убила.

– Так если она до сих пор молчит, то ты тогда откуда об этом знаешь? – уточнил я, не столько из любопытства, сколько стараясь перевести тему с обсуждения моих семейных отношений на любую другую тему.

– Мир не без добрых людей. Точнее зверей. Тебе всю правду Шпулька рассказала, а мне мой братец. Мне тогда лет пять или шесть исполнилось. До сих пор помню. Мы тогда играли с ним в шахматы. Он проиграл, и видимо решил подобными новостями подпортить сладкий вкус моей победы. «Зато у меня папа есть! А твоего отца твоя мать убила!» – громко крикнул он и унёсся в неизвестном направлении, а я так и остался сидеть на кровати. Вокруг валялись вперемежку чёрные и белые шахматы, а я словно девчонка растирал по лицу слёзы. И нет, я не побежал к маме узнавать, действительно ли всё так и произошло. Во-первых, я отлично знал брата, просто так болтать не в его принципах. Во-вторых, я наконец понял ту тоску, которая всегда едва заметным огоньком отсвечивает в маминых глазах. Уже будучи взрослее и умнее я понял, что возможно она просто защищалась, и вопрос в тот момент стоял ребром. Одному из них в тот день пришлось бы умереть. Не выжила бы она, не появился бы на свет я. Так что думаю вы поняли на чьей стороне мои симпатии.

– Да, добрые звери, они такие, никогда не думают о чувствах простых людей. Им лишь-бы показать, что они в этом мире всё знают, – слегка подумав, я добавил, - хотя этим они не отличаются от злых. Как не старайся, не сможешь ты убедить меня в том, что твой брат добрый, после того, как он едва не разорвал меня на куски.

С чего мне вдруг сегодня вспомнился тот разговор недельной давности, да ещё и в таких подробностях? Всё очень просто, тогда мне помогла Света, а сейчас помощь нужна ей самой. И я, как настоящий друг, не могу остаться в стороне. Тем более, что в её ссоре с родителями виноват я. Нет, разумеется ничего такого я не хотел, всё вышло совершенно случайно.

Вчера, прогуливаясь мимо мясного магазина, не надо удивляться, я люблю порой прогуляться мимо магазина и облизнуться на мясной ассортимент. Говядина, свинина, баранина. Любые части, всё что душе угодно. Филейная... Рёбрышки. Нет не подумайте, что я голодаю. Я регулярно ем чисто мясные котлеты, но как же порой хочется почесать зубки о косточку. Вегетарианцу, да даже простому человеку не понять звериных порывов моей души. Но, кажется я немного отвлёкся...

В общем, прогуливаясь в человеческом обличии, возле магазина я наблюдал довольно непривычную картину. Мелкий неизвестно откуда взявшийся в этот час и в этом месте приблудный пёс, размером не больше Волчка, но явно его смелее, а может отчаяннее, постарался выхватить кусок мяса из под самой морды Полкана.

Подобной дерзости мой названый брат разумеется стерпеть не мог. Издав недовольный громкий рык он открыл свою пасть. Нижняя челюсть, всегда ассоциируемая у меня с ковшом экскаватора готова была уже переломить беднягу пополам. Но тут произошло чудо. Окошко на втором этаже над магазином открылось и оттуда высунулось улыбающееся лицо бабы Мани.

– Такой большой, а маленьких обижаешь! – крикнула она грозно, и высунув свою тощую морщинистую руку, погрозила псу кривым пальцем.

Казалось бы, такая глупость, но пёс ещё секунду назад готовый убивать, заскулил и отскочил от наглеца, словно от струи из перцового баллончика. Видимо, это заклинание действительно очень сильное, ведь Полкан своеволен, и просто так подчиняться не приучен. Не убить, но хоть покалечить пса должен был бы. Нет! Сидел, смотрел и не трогал.

Поняв, что расправа отменяется, этот мелюзга совсем обнаглел, вцепился зубами в облюбованный ранее кусок мяса, и медленно жевал, показывая, кто здесь хозяин положения. Здоровяк недовольно рычал, но даже не трогался с места.

Минут через десять, когда незнакомый пёс, не спеша доев обед Полкана, убежал, во двор спустилась баба Маня с куском мяса для пострадавшей стороны.

– Полкаша, ну не дуйся, сила не всегда нужна в решении конфликтов. В споре уступает не тот кто не прав, а тот кто умнее, – старушка трясущейся рукой потрепала пса по загривку.

– Вы, ведьма? – крикнул я бабе Мане и мой названый брат, ощетинившись точно ёжик, зарычал на меня.

– Фу! – баба Маня несильно стукнула его по голове, – что ж ты сегодня такой злой? Иди домой и подумай о своём плохом поведении.

Происходящее далее было вдвойне странно, ведь чревоугодник Полкан никогда не отказывался от мяса, а здесь, не успев ни разу откусить такой аппетитный кусок, развернулся и отправился в сторону гаражей, где они и обитали вместе со Шпулькой.

– Нет, малыш, это не магия, а тренировка, я очень долго проработала дрессировщицей собак. Теперь любую приручить смогу. Даже самую самую упрямую. А это мой последний подопечный – Полкан. Пришлось конечно помучиться. Но оно того стоило.

Нет, разумеется я не поверил не единому её слову. Уж кому как не мне знать этого пса. Поняв, что голыми руками такую женщину, как баба Маня не взять, решился на хитрость.

– Как жаль, что вы не ведьма, – очень грустно, словно был готов расплакаться в следующую секунду, произнёс я, – у меня такие проблемы, что только ведьма их решить наверно сможет. Вопрос жизни и смерти.

– Ну, наверняка ты преувеличиваешь, – постаралась улыбнуться старушка, хотя было заметно, что она занервничала, – ты сейчас в таком возрасте, когда каждая проблема кажется неразрешимой. Психологи это юношеским максимализмом называют. Может с твоими проблемами тебе стоит обратиться к школьному психологу или на горячую линию.

– И что я им скажу? Что у меня есть подруга - начинающая ведьма – недоучка, уже двоих людей, включая себя чуть не убившая по неосторожности и невнимательности. Ей нужна наставница, а не психолог, – что бы не получить от ворот поворот я решил сразу зайти с козырей, ведь потом, если что, можно будет сказать, что я просто пошутил.

– Ведьма, говоришь? - с сомнением в голосе уточнила баба Маня.

Я кивнул.

– Недоучка. Перепутала мяту с дурман-травой, целый чайник себе заварила. А забывательного зелья в двое дозу превысила. К счастью я не напоил им свою мать, а иначе бы...

– Ну да, чем больше забывательного порошка, тем больше забывается, – грубо перебила меня баба Маня, видимо, сказанное мной ей очень не понравилось, – Хочешь, к примеру, чтобы человек забыл о ссоре с тобой, а он вместо этого вообще о тебе забывает. Опасны игры с памятью. Ведь неизвестно, какие воспоминания вместе с необходимым сотрутся. Они словно кольца цепи друг за дружку держаться. Удалишь одно и нескольких метров цепи потом недосчитаешься. Нельзя так бездумно магией пользоваться.

– Значит, вы будете её учить? – обрадовался я, старушка внушала мне доверие, такой не страшно отдать самое дорогое, своего человека.

– Какой ты торопыга! Я ещё не решила. Надо сначала посмотреть, на что она способна. Зелья ведь, как и супы, варить ничего делать, главное, смешивай нужные ингредиенты в нужном порядке и нужных пропорциях. Сейчас даже за травками в лес ходить не нужно. Всё за тебя собрали, высушили и в магазин возле дома принесли, – женщина поморщила нос, – зря они так. Вся романтика пропала. Большинство нынешних ведьм и на кладбище в полночь за всю свою жизнь ни разу не были.

– Моя подруга не только зелья варит, но ещё и владеет даром внушения, – произнёс я и тут же запнулся, ведь если сравнивать с Психо, то это даже не дар, так баловство.

– Ну, это уже поинтереснее... – закивала женщина, – но на словах мы все молодцы, а как до дела доходит, оказывается, что мы явно переоцениваем способности других, да и свои собственные. Ты ведь в неё влюблён?

– Нет. То что я испытываю к ней сложно объяснить обычными человеческими чувствами, скорее это что-то сродни собачьей преданности. Но способности у неё есть, это точно. Я видел своими глазами, как она родителей спать отправила, буквально ведь пару слов сказала и они пошли.

– Хорошо, я посмотрю на твою чудо-девочку и тогда дам ответ, – наконец согласилась женщина, – когда ты её ко мне приведёшь?

– Она живёт недалеко, думаю будет рада пообщаться с более опытной коллегой. В течении часа мы у вас будем, – с нескрываемой радостью пропел я.

– Буду ждать у себя. Моя квартира номер тринадцать, – старушка развернулась и медленно пошла к подъезду.

Знал бы я тогда чем дело обернётся не стал бы во всё это Свету втягивать. Девочка была очень рада, когда рассказал ей что да как, собрала несколько книг в сумку и пританцовывая под музыку пошла вместе со мной к мясному магазину. Вход в подъезд был шагов на десять левее.

Первая и самая большая неожиданность ждала нас внутри. Квартиры номер тринадцать в подъезде не обнаружилось. Рядом с дверью двенадцать была дверь номер четырнадцать, а этажом выше шли двери под номерами пятнадцать, шестнадцать и семнадцать.

– Может она проверяет тебя? – задумчиво почесал я затылок, – хочет узнать есть в тебе колдовство или нет.

– И как я сама не догадалась? – звонко засмеялась Света, вытянула руку вперёд и громко закричала, – всё сокрытое от глаз, предо мной предстань в сей час.

В эту самую минуту случилось странное. Двери с номерами двенадцать и четырнадцать раздвинулись, а между ними предстала ещё одна дверь. Довольно необычная. Ни замочной скважины, ни ручки. И как её открывать.

– Очередное колдовство? – уточнил я, когда ощупал дверь, – ручки нет, замка тоже. Даже невидимых. Зачем дверь, если в неё не входить?

– Возможно, это дверь-загадка или дверь-портал.

– Дверь-загадка? – переспросил я, округлив глаза.

– Да, дверь, которая растворяется, когда ты называешь кодовое слово. Но это вряд ли она. Ведь та реагирует лишь на голос хозяйки. А моя задача, если я правильно поняла, оказаться в квартире без посторонней помощи, – сняв с плеча сумку, Света вытащила из неё книгу с чёрной обложкой. Несколько минут она листала страницы, периодически бросая вопросительные взгляды то на дверь, то на меня, – странно как-то, в книге написано, что не каждая опытная ведьма портал открыть сможет, а я колдую без году неделю.

– В любом случае не попробуешь, не узнаешь, – подбодрил я, разумеется было обидно после всех стараний так и уйти ни с чем.

– Ладно, я попробую. Но, только один раз, – с тяжёлым выдохом согласилась девочка, – отойди подальше, не хочу тебя случайно зацепить.

Сложив руки на груди, она зашептала какие-то заклинания, а на последнем слове резко выкинула руки вперёд. Мне даже показалось, что от них в сторону двери потянулись бледные голубые ниточки. Нет, не показалось, ниточки, сталкиваясь с дверью, разбегались по ней в разные стороны. Постепенно дверь стала на столько прозрачной, что можно было разглядеть обои в прихожей с большими яркими цветами и бантами. И вдруг всё исчезло. Вернее обзор снова закрыла дверь.

– У тебя почти получилось! – я подхватил обессилившую Свету на руки за секунду до того, как она упала на пол.

– Почти, это не получилось, – девочка то ли скривилась, то ли улыбнулась.

– На самом деле , можно сказать, что у тебя всё отлично получилось, – дверь полностью исчезла и в подъезде из проёма показалась голова старушки, – даже очень сильные маги пробовали сломать мою защиту, но так и не смогли открыть эту дверь. А ты...

Глаза старушки и Светы встретились. И что-то было в их взгляде такое... Загадочное.

– Бабушка? – девочка удивлённо распахнула глаза, – разве ты не... Но мне же родители сказали...

– Как видишь, жива и можно даже сказать здорова, если сделать скидку на возраст.

Я отпустил Свету и она повисла на шее у старушки.

– Почему? Почему они меня обманули? – слёзы ручьями текли по щекам маленькой ведьмы.

– Возможно, твои родители решили, что так для тебя будет лучше. Пойдём в дом, чая попьём. Расскажешь, как жизнь твоя молодая. Чего на сквозняке стоять? – предложила баба Маня.

Вот так всё и произошло. После того, как вскрылась вся правда, Света очень сильно на родителей осерчала. Да и оценки совсем перестали её волновать. И я как бы чувствую себя за это виноватым.

Глава 11. Есть контакт

– Твоей вины в этом нет, – одёрнул за плечо меня Витя, и как только у него получается всегда чувствовать настроение людей, – переходный возраст. Подумаешь, она с родителями поругалась, не будь этой причины, Света нашла бы другую, и даже не одну.

– Только ведь это я нашёл бабу Маню, а значит и вина за эту ссору целиком лежит на мне.

– Даже если и нашёл, ты ведь не знал что она на самом деле её якобы покойной бабушкой окажется, а значит, это не считается, – замотал головой оборотень, – да ладно, ведь мои объяснения тебе до фонаря, а мне уже идти надо. Я обещал к русичке перед уроками подскочить,. Времени уже совсем мало осталось, а информатик терпеть не может, когда к нему на урок опаздывают. Пойду, а ты моего совета послушай, не лезь к ней. Всё само наладится.

Я стоял и смотрел вслед уходящему парню, и хотя вестибюль был забит учениками до отказа, за Витей всё ещё сохранялся узкий проход. Умеет же он понагнать страху.

– Ну и куда он так быстро убежал? – неожиданно раздался голос Светы за моей спиной.

– В кабинет русского, говорит у него там есть кое-какие дела, – пожал я плечами.

– Ага, дела... Просто он в училку втюрился, – произнеся эти слова доверительным шопотом мне в ухо девочка так же негромко хихикнула,– Слышала я, как он вчера сам напрашивался помочь ей цветы на подоконник переставить, ещё с таким важным видом ей сказал: «Эти цветы без света жить не могут. Их надо поближе к солнцу поставить». Тоже мне ещё юный натуралист.

– Как знать! Возможно он действительно много знает о цветах, – резко обрубил я эти глупые домыслы, - Он хорошо учится, хорошо разбирается в травах, вкусно готовит, не удивлюсь если в свободное от всего этого время он разводит дома цветы. Кстати о доме... Ты с родителями помирилась?

– Разумеется нет! И даже не собираюсь. Я вчера сложила все свои вещи в сумки и ушла из дома. Теперь живу у бабы Мани.

– А как же твои папа и мама, они ведь тебя любят. Ты хоть поговорила с ними? Узнала, зачем они так поступили? – на сердце у меня было очень тяжело от этого разговора.

Я ведь отлично знаю Светину маму, она частенько гладит меня, встретив на улице. Светиного папу я знаю не хуже. Как часто он старается накормить меня куриными костями, а после долго возмущается, что собаки нынче уже совсем не те, что в его детстве и им теперь только фуагру подавай, каждый раз еле сдерживаюсь, чтобы не поправить его.

– Максимум, что они смогли бы мне сказать, что сделали это всё только для моего спокойствия, но на самом то деле не для моего, а для своего, поэтому я сэкономила наше с ними общее время. Просто поставила их перед фактом и отправила спать. Наверняка они уже проснулись. И точно уверены что дочки у них нет и никогда не было.

– Сурово, – я недовольно сморщился.

– Сурово было моему отцу хоронить свою мать раньше времени. У нас ведь раньше всё было просто замечательно. Я каждое лето ездила к бабушке в деревню. В пруду купалась, перед сном бабушкины сказки слушала. Кстати, это тебе, прочтёшь когда время свободное будет, – Света достала из рюкзака книгу чёрную, как та, с помощью которой девочка училась магии, на обложке золотыми буквами было написано «Сказки».

– Восьмой класс. Кажется из возраста сказок я вырос года три назад, – вежливо отказался я, стараясь вернуть книгу обратно Свете.

– Возьми, возьми. Сказки никогда не надоедают.

Без особого желания я взял книжку и быстро, пока никто не заметил, сунул в портфель.

– Нам пора на урок. Информатик, если мы опоздаем, будет очень злиться, – поторопил её я, хотя на самом деле не столько переживал, что мы можем опоздать на урок, сколько с чего-то чуял сегодня от Светы столь неприятный холодок, что чтобы погреться мне надо было отойти от неё подальше. А на информатике нас буквально на прошлом занятии рассадили. В тот момент я безумно расстроился, а сегодня этому факту я был даже рад.

Весь урок я не отрываясь смотрел на Свету, за что получил пару замечаний от учителя. Девочка тоже старалась улыбаться мне, показывая, что у неё всё в порядке, но обмануть себя, а уж тем более меня невозможно. Она - мой человек, и я отлично чувствую её боль, страх и, выжигающую внутри огромную дыру, обиду.

Если бы я мог хоть что-то сделать. За Свету я готов драться с оборотнями, и с любыми другими тварями в разы крупней и страшнее, но вот с её эмоциями совладать было не в моих силах.

После того, как закончился урок, мы втроём, как обычно пошли в столовую. Я хожу туда просто за компанию.

– Рассказывай, как прошло свидание, – отпив из стакана чай усмехнулась девочка и в упор посмотрела на Виктора.

– О каком свидании ты вообще говоришь? – искренне удивился волк, откровенно признаться я тоже, мы втроём столько времени вместе проводили, что подобный факт друг от друга скрыть бы не смогли.

– Ну с Анной Петровной, перед уроками. Нет, твой выбор я не осуждаю. Я бы даже сказала одобряю. Учительница молодая, сама только недавно из-за парты вышла. Или ты думаешь, что мы в твою историю с цветочками поверили? – усмехнулась девушка.

– Я поверил, если что, – постарался я хоть как-то выправить ситуацию, но она уже абсолютно вышла из-под контроля.

– Да он же когда на русичку смотрит, прям слюнями исходится, – пнув меня в бок локтём с издёвкой продолжила девочка, – или хочешь сказать что ты и этого тоже не заметил.

– Пожалуй я пойду, – прорычал Виктор, и его любимая школьная пицца погрузилась в стакан с не менее любимым им кокакао, – умеешь же ты аппетит испортить.

Оборотень поставил стакан с размокающей внутри него пиццей на стол для грязной посуды и ушёл.

– Ну и чего я сказала не так? – искренне удивилась девушка и обратилась ко мне в поисках хоть какой-то поддержки.

– Прости, но в этот раз я тоже не на твоей стороне. Я понимаю тебе плохо, но вряд ли если ты испортишь настроение своим немногочисленным друзьям тебе самой станет легче.

Оставив Свету в столовой одну, я побежал догонять Витю.

– Не обижайся пожалуйста. Света вчера ушла из дома. На душе у неё очень паршиво. Сделай на это маленькую скидочку, – прокричал я, стараясь перекричать весь тот шум, который создавала в школьном здании перемена.

– Простить? Ты сейчас думаешь о её чувствах? Она о наших чувствах не особо заботится, – Виктор оскалил зубы, – бьюсь об заклад, что она даже не поняла на что я обиделся. Возможно даже считает в этой ситуации неправым меня. Ты, естественно на её стороне, как же, она же твой человек. Знаешь, чем волки от собак отличаются? Они ни к кому не привязываются! И в любой момент, оставив всё, могут уйти. Счастливо оставаться.

Как часто такое бывает, что ты стараешься помирить двух своих лучших друзей, а в итоге остаёшься без обоих. Подобная ситуация не становится критичной, когда у тебя полно друзей, но когда их было всего двое... Витя ушёл с уроков. Света всем своим видом показывала мне на сколько я ей безразличен. Чтобы совсем не замёрзнуть рядом с ней мне пришлось даже пересесть за Витину парту. Вряд ли он будет против, ведь клялся и божился, что в эту школу он больше никогда не придёт.

Когда меня вызвали к доске, я даже не сразу понял, что меня вызывают, а уж тем более не знал, какой я должен решать номер, еле переставляя ноги, медленно я пошёл к доске.

– Перед смертью не надышишься, – оскалилась в улыбке училка, – в этот раз звонок тебя не спасёт. Урок ведь только начался.

Помощи казалось мне ждать было совершенно неоткуда, и по самым оптимистичным прогнозам сегодня за работу у доски меня ждала двойка в журнал. Ещё вчера подобная оценка и наказание за неё меня бы очень огорчили, но не сегодня. Ведь друзей у меня не осталось, а гулять одному мне не особо нравится.

Но... Как часто бывает, что чудо приходит тогда, когда в него абсолютно перестаёшь верить.

На доске появилась короткая надпись:

«Привет, ты позволишь мне тебе помочь?»

Я быстро огляделся по сторонам, стараясь обнаружить Психо, но это мне не удалось, у всех моих одноклассников были или скучающие или совершенно безразличные гримасы на лицах. У всех, кроме Светы. Её лицо освещала премерзкая улыбочка. Она будто предвкушала мой провал. И это было вдвойне обидно, если учесть, что я за неё всё ещё переживал.

Нет, сегодня я не доставлю ей удовольствия лицезреть моё фиаско. Едва заметно я кивнул головой, а мысленно подтвердил своё согласие коротким «Валяй!», а через секунду на доске был написан не только номер задачи, но ещё и условие, решение и ответ. Мне оставалось только написать всё на доске своей рукой, озвучивая каждое слово вслух.

– Молодец, не ожидала, – похвалила меня учительница, – что ж ты так неуверенно к доске шёл.

При этих её словах Света старалась как могла скрыть своё разочарование, пряча нижнюю часть лица в учебнике.

«Спасибо», – подумал я про себя и едва заметно улыбнулся.

«Не за что! Ты же знаешь, что мне это не трудно. Я ведь могу и более серьёзные проблемы чем двойка по геометрии решить. К примеру помирить Свету с родителями. Но только ты мне за это тоже услугу оказать должен будешь. Подумай до конца уроков. Все за и против взвесь. Если это дело не по зубам Психо, то справится ли с ним маленький Харбор? Возможно это будет последним, что ты сделаешь в этой жизни».

Едва я дочитал написанный на доске текст, как вместо него появилась куча восклицательных знаков. Их было не меньше пары сотен. После, на доске появился огромных размеров смайлик.

И всё исчезло. Ирка уже почти дорешала на доске задачу. Но почему она? Если после меня к доске вызвали Дениса. Это я помнил очень хорошо. Неужели так долго продлился наш разговор с Психо?

Три следующих урока прошли в тяжёлых раздумьях, которые, наверняка, благодаря помощи неизвестного собеседника не рискнул прервать не один учитель.

Выбор был прост, и в то же время очень сложен. Мне предстояло возможно даже отдать свою жизнь за Свету. И раньше я бы не усомнился в своём решении. Но сегодня Света меня буквально ненавидела, а какие чувства испытывал я к ней, даже не мог понять.

Глава 12. Примирение

Прошло отмеренное мне на обдумывание время, а я так и не смог решить, стоит ли примирение Светы с её родителями моей жизни, или не стоит. Поэтому после урока решил по-быстрому сбежать, чтобы Психо не успел и опомниться. Едва прозвенел звонок, как я забросал всё с парты в рюкзак, закинул его на плечё и был таков.

Нет, я не собирался сбегать от проблем, просто на уроках не особо удобно думать о том, нужны ли мне проблемы. Чужие проблемы. Они конечно могли быть и моими, если бы утром девочка не поставила в наших отношениях огромную жирную точку. Уверен, что буду готов дать ему ответ завтра утром.

Я уже сделал первый шаг за порог, и тут же растянулся прямо на входе. Будто мне кто-то невидимый подножку подставил. Да я буквально кожей ощутил, как что-то твёрдое ударило меня по ногам ниже коленок. Но только вот ничего твёрдого на входе не было и не могло быть...

– Стёп, ты как? С тобой всё в порядке? – первым подскочил ко мне Лёнька, уж очень странная реакция для парня, которому на всё и на всех плевать, если дело не касается его интересов.

– Неужели это ты – Психо? – шёпотом уточнил у него, хоть разумеется и не ожидал честного ответа, но то, что случилось потом меня буквально обескуражило.

– Пси хто? – громко засмеялся Лень, только как-то не особо это было убедительно, – у тебя видимо снова голова заболела? Ты бледный, как смерть. Перенервничал наверно из-за ссоры со Светой или с Витей? Давай-ка я лучше тебя домой провожу, а то мало ли что по дороге может случиться, а я себя буду потом виноватым чувствовать.

Вот так заманчивое предложение... Особенно, если учесть, что одному мне домой идти сегодня совсем не хотелось. Но, прежде чем согласиться, я посмотрел на доску, на которой появилась короткая надпись.

«хорошо (.) обдумай (.) всё (.) до завтра».

Может я в знаках слегка и запутался, ведь перед глазами у меня всё плыло. Не слабо я при падении приложился лицом об бетонный пол.

– Так что, мне тебя проводить домой? – не унимался Лень, – уж очень не нравится мне твой рассеянный взгляд. Сколько пальцев я тебе сейчас показываю?

После этого глупого вопроса он изобразил ещё более глупый жест. Протянул кулак с одним торчащим вверх (средним) пальцем в мою сторону.

Сначала мне стало даже обидно, а после – смешно. Как я мог предположить, что Лёнька - Психо? Слишком он глупый для этого.

– Хорошо, раз переживаешь, тогда веди меня домой, – после недолгих раздумий согласился, а что мне ещё оставалось делать? Если я в таком состоянии под машину попаду, то не смогу помочь ни себе, ни Свете, ни Психо.

И тут в моей трещащей и болящей голове вдруг собрался весь пазл. Не исключаю, конечно, в виду своего ужасного самочувствия, что он мог собраться как-то не так. Но я вдруг понял! А что, если сам Психо ко мне Лёньку подослал. И что, если он дал мне команду согласиться на Лёнькино предложение. Волнуется видимо за мою жизнь и здоровье.

– Только давай ты не будешь много болтать? А то, каждое твоё слово, как удар молотком по моей башке.

– Обещаю, буду нем как рыба! – кивнул провожатый, и сдержал своё слово.

За всю дорогу он не произнёс ни одного лишнего слова, шёл на шаг сзади меня и готов был просто подхватить, если я вдруг стану падать. Чтобы это проверить я пару раз даже притворился что падаю.

– Мы пришли!– обрадованно произнёс я, когда мы оказались возле подъезда, компания даже молчаливого Лёньки меня тяготила, – по порожкам на второй этаж я думаю сам без посторонней помощи смогу подняться.

Лень согласно кивнул и помахал мне рукой.

Я быстро заскочил в подъезд. Может это мания преследования, а может остаточный эффект от того, что Лень шёл всю дорогу в зоне моего комфорта, но поднимаясь по порожкам, я буквально спиной чувствовал, что за мной кто-то идёт. Я даже несколько раз обернулся, но на лестнице никого не было.

– Вот я и дома, – выдохнул с облегчением, быстро захлопнув за собой дверь, – чем же мне теперь заняться?

Первым делом я зашёл на кухню. Открыл холодильник и тут же закрыл. Вид котлет сегодня с чего-то навивал на меня тоску. Идею посмотреть телевизор или сделать уроки тоже пришлось сразу же отбросить.

Эх, был бы у меня сейчас тот волшебный порошок, который давала мне Света от головной боли. Но к сожалению, он уже давно закончился. А таблетки самому брать мне не разрешала мама.

Намочив свою домашнюю футболку в холодной воде, лёг на диван и положил на лоб импровизированный компресс. Прикрыл глаза и постарался уснуть.

В чувства меня привёл стук в дверь. Бедная моя голова. Кто же пришёл так не вовремя? Я бы вообще предпочёл притвориться, что меня дома нет. Но, этот кто-то даже не думал уходить. Вместо этого наоборот усилил свой натиск на дверь.

Может это соседка за солью пришла? Или торгаши, которым уж очень надо продать мне втридорога самый дешёвый утюг, набор ножей или комплект постельного белья.

– Да не стучите вы так... Иду я уже, – прокричал я, стараясь урезонить нежданного и незваного гостя.

К моему огромному удивлению, когда я открыл дверь, за ней стоял Витя.

– Привет, - как ни в чём небывало произнёс он, хотя мы оба знали, что на самом деле сегодня утром произошло.

– Ну и зачем ты пришёл? – я оскалился, давая понять, что ему тут совершенно не рады.

– Думал прощения у тебя попросить. Но, уже передумал. Ладно, прости за беспокойство, я, пожалуй, пойду, – оборотень резко развернулся в сторону ступеней, намереваясь уйти.

– Ну раз прощения просить пришёл, тогда заходи. А ни то я уж подумал, что ты мне снова нотации читать собираешься, – я подвинулся, освобождая вход в квартиру.

– Прости, я погорячился утром. Просто эта Светка... Похоже, что она действительно ведьма. Знает намного больше, чем должна. Меня это, честно скажу, очень раздражает. Я ведь волк. Свободный, независимый. А совсем не как ты, щенок, бегающий за своим человеком.

– И всё же ты пришёл снова читать мне нотации... – насупился я.

– Нет, просто стараюсь объяснить тебе по доходчивее. Мне ведь действительно русичка нравится. Представь, каково это. Я сам не знаю, как так вышло, но кажется я в первый раз в жизни влюбился. Влюбился в человека.

– Ну, на самом деле между нами не такая уж большая разница. Мы оба на большую половину люди. А людям свойственно влюбляться в людей, – я несколько раз похлопал волка по плечу, – а Светино ведьмовство здесь совершенно не при чём. Она просто девушка, и тоньше нас чувствует перемены в нашем с тобой настроении. Значит, она была права, цветы были только предлогом?

– Предлогом! На самом деле я просто хотел помочь . Сегодня у Натальи Андреевны должен был быть открытый урок, а она очень сильно волновалась. На столько сильно, что руки и ноги дрожали. Мне надо было вселить в неё уверенность, а то представь, ушла бы она потом из школы. А она единственная учительница, у которой я хочу учиться русскому языку, – парень скорчил на столько грустную гримасу, что мне самому захотелось выть.

– Поздравляю, ты наконец тоже нашёл своего человека, – я даже не знал радоваться мне за друга или переживать, ведь влюблённость порой может оказать медвежью услугу.

– А ты как? Со Светой помирился? – уточнил он, – если нет, то пошли, я сам попрошу за нас двоих прощение.

Я был конечно приятно удивлён переменам, произошедшими в Викторе. Видимо любовь действительно страшная сила. Парень вдруг перестал быть эгоистом, и в первый раз за время нашей с ним дружбы сам предложил помощь.

– Звучит заманчиво, но боюсь, что я вынужден буду отказаться от подобного предложения, голова просто раскалывается. Если бы ты не пришёл, я возможно уже спал бы.

– Ну с твоей головной болью мы очень быстро справимся. Не только Света в травах разбирается. Я тоже в них кое-что смыслю, – волк достал из кармана бумажный свёрток, - Я ведь не зря тогда предупреждал тебя, не экспериментировать над своей мамой, знал ведь, что девушка с дозировкой ошиблась, только не мог прямым текстом тебе об этом сказать. Ведь ты мог на меня обидеться.

– Поможет ли твоя микстура? Голова моя болит из-за тяжёлых мыслей. Сегодня Психо на связь со мной снова вышел. Предложил помирить Свету с семьёй в обмен на кое-какое одолжение.

– И ты согласился? – в глазах Вити застыла тревога.

– Я не смог ему сегодня ответить, попросил дать время до завтра.

– Откажись, не делай глупостей, – замотал головой волк, - Свету с родителями можно помирить каким-нибудь другим способом. С Психо заключать сделки очень опасно, ведь он может на много больше чем обычные люди, и если он от тебя чего-то хочет, значит это выше даже его способностей, и соответственно очень опасно.

– Я знаю. Он меня об этом предупредил, но, Света ведь мой человек. Кстати о людях. Возьми мой конспект по русскому языку, попробуй завтра удивить русичку своими познаниями, – я достал из портфеля толстую тетрадь, и видимо, зацепившись за неё из рюкзака выпала книга. Та самая книга сказок, которую отдала мне утром Света.

Она упала на пол и раскрылась. То что мы увидели на открывшейся странице, заставило нас в один голос охнуть. На рисунке было изображено существо очень похожее на Харбора.

Глава 13. Двенадцать гончих псов

– Это то, что я думаю? – спросил меня Витя, будто я больше него знаю.

– Надеюсь, что то. Ведь иначе окажется, что ошиблись мы оба, – пока меня не обогнал оборотень, дрожащими руками я вцепился в книгу.

Картинка была чёрно-белая, будто нарисованная моим ровесником простым карандашом на полях школьной тетради. Неуверенные дёрганные штрихи. Неровные линии. Но, силуэт угадывался чётко. Щенок, находящийся в процессе превращения в кого-то другого, более высокого и мощного, скорее всего в медведя. Шкура вздыбленная, глаза большие и чёрные. Вид откровенно говоря пугающий. Неужели и я так в момент обращения выгляжу?

– Ну и что там в этой книге написано? – не дождавшись ответа друг нетерпеливо дёрнул меня пару раз за рукав.

А ведь действительно, что? Я так увлёкся разглядыванием рисунка, что про текст абсолютно забыл. Глаза мои заметались по странице. И не в том дело, что я не мог найти слова. Слов там было даже очень много. Только вот все они были не на нашем, а на каком-то другом, абсолютно неизвестном мне языке.

– А чёрт его разберёт, что здесь написано. Язык чудной какой-то. Ни слова, а целые узоры.

– Узоры, говоришь? Цветочки и бабочки? Завитушки разные? – уточнил оборотень.

Если он хотел сейчас так пошутить, то вовсе не смешно оказалось, ведь именно цветочки и бабочки в книге и были нарисованы.

– Ты сейчас просто угадал или с самого начала знал, что в этой книге? – демонстративно широко я раскрыл глаза и протянул Вите сказки.

– Не знал, но догадывался. Я ни раз уже видел такие письмена в книгах на полке моего дяди. Так писали жители древнего государства Идрис...

– Никогда о таком государстве ничего не слышал, – покопавшись недолго в архивах своей память возразил я, – а ведь история у меня в школе всегда была самым любимым предметом. Я столько книжек дополнительно про древний мир прочитал.

– Хвалю. Но только государство Идрис вовсе не из истории людей. У нашего народа существуют легенды, что первые оборотни были родом оттуда. Что именно там волки впервые обратились в людей, а после, в процессе так сказать эволюции, научились контролировать свой облик. И только в полнолуние против своей воли всё так же обращаются, полностью теряя всё человеческое и не только в облике, - оборотень пару раз тяжело вздохнул, – можешь мне поверить, терять в себе человека не самое приятное чувство.

– Когда я против своей воли в медведя обращаюсь, думаю испытываю примерно то же самое. В этот момент внутри меня возникает животный страх, мол что, если я натворю такого, за что потом мне, человеку, будет стыдно. Но после сознание отключается и я творю невесть что, – я снова отобрал у друга книгу, – может где-то есть перевод?

– Ага, перевод! Ты такой наивный, если считаешь, что специально для тебя эту книгу кто-то перевёл на наш родной русский язык. Если хочешь знать, то это не просто древний язык, это язык древних жриц бога Ворнуштры. Думаю за столько тысяч лет ни одной из них на этом свете не осталось, – Витя недолго помолчал, – по крайней мере мой дядька почти всю жизнь искал, но так ни одной и не нашёл.

– Если орден священный и тайный, то жрицы на каждом углу о своей к нему принадлежности кричать не станут. По крайней мере, я бы на их месте затаился и никому на глаза не показывался. Тихо продолжал бы исполнять необходимые ритуалы, читать древние книги типа этой и по возможности избегать встречи с оборотнями. Не думай, против тебя я ничего не имею, но после знакомства с твоим братом и его компанией я понял, что ты скорее исключение, чем правило.

– Да, в семье не без урода, – засмеялся оборотень, – так обычно обо мне брат говорит. Если бы не строгий дядькин наказ, меня не трогать, думаю меня бы самого рано или поздно нашли бы под этой странной стеной на набережной.

– Вряд ли они это сделали бы. Максимум, думаю, попугали бы, – едва заметно улыбнулся я, – Ведь каким животным надо быть чтобы убивать себе подобных...

– В том и вся беда. Животные ради развлечения себе подобных не убивают. На такое способен только человек. Видимо в тот момент, когда первый волк стал человеком и началось наше грехопадение.

– Раз мы всё равно не можем прочесть надписи в этой книге, давай хоть картинки посмотрим? – предложил я, не знаю даже для чего, видимо мне просто надо было отвлечься от мыслей в моей голове.

Раньше я думал, что животное начало внутри меня – зло, а теперь Виктор подкинул совершенно другую, противоположную моей версию, о которой я раньше даже не задумывался. Что если действительно убивать людей оборотням велит не животный инстинкт, а человеческая натура.

Первая картинка попалась уже на первой странице. На ней было изображено очень странное существо: четыре лапы и хвост, над которыми возвышалось вполне человеческое тело. Две руки и голова.

– Да, это он самый, Ворнуштра, – пояснил, словно прочитав мои мысли оборотень, - Обычно его ещё с копьём и щитом рисуют. Полуволк, получеловек. И создал он себе подобных. Так и появились волчий род и людской. Только гармонично сочетаясь в боге, эти две части отдельно ужиться и подружиться не смогли. Человек начал охотиться на волков. Часть из них изловил и на цепь посадил. Заставил их себе прислуживать, и гонять других, вольных их собратьев. С тех пор волки буквально ненавидят собак, обзывают их предателями, и при любом удобном случае не против перегрызть им глотку...

– Полегче, – грубо оборвал я его, – между прочим среди моих друзей большинство собаки. И подобные разговоры мне неприятны.

– Мне тоже, ведь у меня нет друзей волков, а вот пёс один есть, и я за него очень переживаю. Откажись от сделки с Психо. Света сама рано или поздно помирится с родителями. Даже самая большая обида со временем забывается, – пошёл Витя на очередной круг.

– А я переживаю за Свету! И теперь я точно знаю, что соглашусь на его предложение, – не желая продолжать спор, я перевернул следующую страницу книги и вскрикнул от ужаса, – смотри сюда. Видимо, всё что тебе рассказывали, на самом деле неправда. Не люди истребляли волков, а волки людей.

– Не может этого быть! – Витя резко дёрнул книгу из моих рук, и несколько листов, видимо недостаточно хорошо в ней закреплённых выпали.

– Что ты наделал? Ты порвал книгу! Как я теперь верну её Свете. Книга ведь древняя и наверняка дорогая, – я бросился собирать по полу листы, после чего выдохнул наконец с облегчением, – это не листы книги, а перевод. И между прочим на наш родной русский язык.

– Жрица здесь? Ладно бы в Англии или в Америке, но откуда жрице в России взяться? Может это Света над нами пошутила. Сама всё это придумала.

– Придумала Ворнуштру? И даже смогла его нарисовать? Нет ей подобное придумать не по силам. Да и для чего? Узнаем где она эту книгу взяла, узнаем где жрицу искать. А пока, не хочешь узнать реальную историю? Я к примеру очень хочу! – не дожидаясь ответа я начал читать историю вслух.

«В давние времена, когда Земля только появились, и была совершенно необитаема, нашёл её великий охотник Ворнуштра, остановился на ночлег после долгой и изнуряющей охоты. Уснул на тёплой и мягкой травке. И приснился ему странный сон, будто населил он планету эту существами точно такими, как он сам. Понравилась ему эта идея, слепил он из глины фигурки, но в последний момент передумал.

– Не стану я создавать себе подобных. Не должны жители планеты быть подобны богам их создавшим, – разделил он фигуры надвое, к четырём ногам он добавил голову, и к человеческому телу добавил две ноги, – теперь всё у меня получилось. Вроде бы и похожи на меня, а в то же время и нет. Вернусь я сюда через сотню лет и посмотрю, что у меня получилось.

Сто лет пролетели для бога почти как один день и он вернулся. Вернулся и за голову схватился. Волки в его отсутствии уничтожили почти всех людей...»

– Враки всё это! Пользуются люди тем, что звери читать не умеют и себя по этой причине оправдать не могут, – зло зашипел волк.

– Лично я верю. Давай сначала историю до конца прочтём, а после уже предъявим друг другу. Скоро должно что-то и про харборов быть.

– Ладно, читай, но после я порву эту лживую книженцию, а лучше сожгу! – зло блеснул глазами Витя.

«Чтобы защитить людей бог создал собак. Теперь стало намного легче им выживать. Люди стали нападать на волков и чуть их всех не истребили...»

– Видимо это и есть тот кусок истории о котором я рассказывал тебе. Всё понемногу становится на свои места. Собаки, конечно, нам выходит не родственники, но многим нашим предкам жизнь изрядно сократили. Так что, видимо всё же есть за что нам на них злиться.

«Бог разозлился на людей, – продолжил я читать книгу, – решил, что зря он разделил две половины одного целого. Приказал он правителю Идриса отдать в жёны вожаку волков свою дочь. К сожалению это уже не исправило ситуацию. Появившиеся в следствии этого брака людоволки возомнили себя богами и однажды ночью напали на Ворнуштру, попытались его убить. К счастью для бога на помощь ему вовремя прибыли двенадцать гончих псов. Их преданность так растрогала бога, что из его глаз вытекли двенадцать кроваво-красных слезинок. Эти слезинки гончие псы получили от бога в дар. Теперь при необходимости они могли обращаться в любого зверя или птицу. А чтобы никто у них не смог их силу отобрать, проглотили они эти кристалики, и только раз за свою жизнь псы могли передать свою способность одному из потомков... Но ведь я не потомок гончих псов.

– Видимо Джули решила, что тебе эта слеза нужна больше чем остальным. Как знать, может для неё ты был самым любимым щенком, а может так она отблагодарила твою мать за доброту.

– Это не весь перевод текста, – я перевернул книгу и как следует потрусил, – видишь, здесь на картинке харбор отдаёт свою кровь оборотню, а в переводе об этом нет ни слова. А ещё на заднем фоне при этом присутствует ведьма, про них ведь тоже нет ни слова, а должно было бы быть. На чьей они стороне. На чьей стороне теперь бог?

– А что если ни на чьей, что, если он уже давно нас покинул, оставив самих разбираться с проблемами? – растерянно развёл руками Витя.

– Значит будем разбираться! Для начала нам надо будет узнать откуда у Светы взялась эта книга. Если мы найдём жрицу, то узнаем что написано в других главах текста. Что-то подсказывает мне, что это очень важно. Важно для нашего будущего и будущего планеты. Будет неплохо если ты позаимствуешь у дяди книги из Идриса, чем больше мы получим информации, тем лучше сможем разобраться во всей этой ситуации. А ещё было бы неплохо найти Аполло и других одиннадцать потомков первых харборов.

– Эко тебя понесло! – похлопал по плечу меня оборотень, - ты сначала со Светой помирись... Ведь иначе, без её помощи твои планы не осуществить.

Глава 14. В доме жрицы бога Ворнуштры

Несколько часов к ряду ребята старались дозвониться до Светы, но она не поднимала трубку.

– Видимо сильно она на тебя обиделась, - после сорокового набора номера заметил Витя.

– Надеюсь, что не очень. Ведь иначе мы не узнаем, откуда у неё взялась эта книжка. А нам сейчас это очень важно... – нет, не книжка меня сейчас на самом деле интересовала, а то, простит ли меня когда-нибудь девочка, я столько лет добивался её дружбы, а теперь буквально одна ссора всё разрушила.

– Откуда появилась эта книга, мы и так можем постараться выяснить. Наши носы ведь на много чутче, чем у обычных людей. Хозяина этой вещи мы сможем найти по запаху. Для этого правда одному из нас придётся обернуться. И видимо тебе. Одно дело – щенок, бегущий по городским улицам, по своим делам, и совсем другое – злой серый волк. Да меня на первом же перекрёстке отловят. Убить не убьют, передадут в руки дяди... Но лучше пусть меня убьют, чем я выслушаю очередную, длинной не меньше чем в час, лекцию об осторожности, – парень наигранно поднял глаза к потолку, давая понять, как ему это уже надоело, – я буду рядом, и чем смогу, тем помогу.

В подтверждение своих слов Витя взял книгу и первым пару раз глубоко вдохнул над ней.

– Чем пахнет? – усмехнулся я, уж слишком неестественно дёрнулся на вдохе его нос.

– Пахнет цыганкой, которая мне дорогу к тебе показала. Ну той, которую ты хотел найти и расспросить. В целом я не удивлён, много ли в наше время людей о харборах знают. Наверняка она должна быть жрицей бога Ворнуштры, – парень сунул книгу мне под самый нос, – нюхай, не стоит нам время зря терять, вдруг Свете опасность грозит... Мы ведь не знаем, какие у этих ведьм ритуалы, вдруг они людей в жертву приносят.

– Ну вот что ты зря воздух сотрясаешь? – огрызнулся я на оборотня, и так ведь мне не по себе, а он ещё страха нагоняет, – за столько времени с ней ничего не случилось, а сейчас, за какой-то час вдруг случится?

Но всё же, подобный аргумент даже меня самого не успокоил. Поэтому, я решил поспешить.

– Оборачивайся! И погнали. Лишний раз со мной не разговаривай, ты ведь щенок и не забывай об этом. Слишком быстро не беги, а иначе в человеческом обличии я тебя не догоню. Ну чего стал, как вкопанный? – распалялся Витя, будто это ему даже больше чем мне надо было.

– Отвернись! Дай мне раздеться, – слегка смущённо произнёс я.

– Ой, прости, всё время забываю, что у тебя нет КПО, – оборотень отвернулся лицом к стене, – комплект противооборотный, полностью искусственное волокно, разработанное в лаборатории моего дяди выдержит даже твоё обращение в медведя или мышь. Примет нужную форму тела, увеличится или уменьшится до нужного размера.

Виктор обернулся волком, я с испугу прижал уши к голове и звонко залаял, дверь была закрыта на ключ, сбежать у меня в случае чего не получится.

– Да не боись ты меня! Мы ведь с тобой друзья, – оборотень снова стал человеком, – и заметь, под шерстью одежда абсолютно незаметна. А главное, нити на столько крепкие, что во время прошлого твоего нападения на меня в образе медведя, ни одной дырки не осталось.

– Моего нападения? Кто ещё на кого напал, – я недовольно зарычал.

– Ладно, после твоей защиты от моего нападения, хотя, единственный, кто в тот раз пострадал был как раз таки я! – парень сделал такое лицо, что в любом другом случае я почувствовал бы себя виноватым, но не в этот, ведь я защищал Свету, а этот серый злодей ей угрожал.

– Хватит болтать. Собери мои вещи в пакет. Возьмём на всякий случай с собой, возможно они нам понадобятся. Сам бы собрал, да только руками это делать в разы удобней, – я постарался сделать глаза как можно жалостливее, одно дело выпросить у первоклассницы пирожок с мясом и совсем другое – заставить подчинятся волка.

Виктор брезгливо поморщился, но спорить не стал, принёс из коридора пакет и сложил в него все снятые мной вещи.

– Вываливай всё из рюкзака на стол, и засовывай туда пакет, школьник с рюкзаком не вызовет никаких подозрений, к тому же у тебя на случай чего будут свободны руки. Сам понимаешь, сейчас их и так две на двоих, и они в любой момент могут пригодиться.

С моими доводами оборотень сразу согласился, кивнув, он перевернул вверх тормашками мой рюкзак прямо над столом. Учебники с грохотом повалились из него, часть книг в целлофановых обложках соскользнула на пол.

– Есть ещё какие-то пожелания? – усмехнулся оборотень обнажая свои не на много, но всё же больше чем у человека зубы.

– Было бы неплохо положить книгу со сказками в рюкзак и почесать мне пузико, – даже от мысли об этом, язык вывалился изо рта, а хвост завилял из стороны в сторону.

– Ещё чего! Ни за что на свете не стану гладить собаку. Кстати, ты тянешь время, которого у нас и так нет, – Виктор накинул на плечи рюкзак и пошёл к входной двери.

– Ключи не забудь, и дверь замкни на два оборота, – давал я ему последние наставления, ведь едва мы выйдем за дверь, не смогу сказать ни слова.

И вот мы вышли из подъезда, высокий восьмиклассник и маленький щенок. Со стороны это наверно выглядело забавно, особенно если учесть, что парень каждые две минуты подзывал меня к ноге. А я послушно на всех парах мчался к нему, а после снова отскакивал и начинал разнюхивать всё вокруг.

– Нашёл что-то? – уточнил он, когда я довольно завилял хвостом, – молодец, мальчик! Хороший пёс! Веди меня к этой ведьме!

После слова «ведьма» маленькая девочка, гуляющая с мамой во дворе, громко заплакала. Нам бы тоже стоило взять с неё пример, вернуться домой, поплакать, но было не до этого.

След, как не трудно догадаться привёл нас к мясному магазину. Это могло значить лишь одно. Искомая нами ведьма – Светина баба Маня. Я с самого начала это знал, хоть до последнего момента надеялся, что ошибся.

Дверь в подъезд распахнулась сама собой, можно было подумать, что это ловушка, уж очень всё удачно складывалось, но думать нам было некогда. Я побежал в подъезд, Витя явно от меня отставал. Когда он наконец поднялся по порожкам, я сидел возле распахнутой двери под номером «13».

– Тебе не кажется, что это ловушка?– уточнил я у Вити, – в прошлый раз Свете пришлось не мало потрудиться, чтобы открыть эту дверь, а сегодня она нараспашку.

– В прошлый раз старуха проверяла её силы. А сегодня ей кого проверять? Волка? А может щенка? Видимо пришло время для серьёзного разговора, – недолго думая, Витя первым зашёл в квартиру.

Я проследовал за ним. Дверь захлопнулась и закрылась на десяток замков от самых примитивных щеколд до ультросовременных кодовых. Этой квартире воры точно не страшны. Хотя не один вор не рискнёт к ведьме в дом сунуться.

– Баба Маня, вы дома? – позвал я её дрожащим, толи от волнения, толи от страха, голосом, – мы вашу книжку принесли.

Ни кто на мой крик так и не вышел.

– Видимо нам здесь не рады. Наверное нам стоит уйти и прейти попозже, когда хозяйка будет дома – пожал плечами Витя и постарался открыть дверь.

Безуспешно, пока он открывал один замок, открытый им ранее замок снова закрывался. Будь я сейчас Стёпой, я конечно помог бы ему, но своими короткими лапками я едва доставал до нижнего замка.

– Если вы не хотите с нами говорить, то для чего пустили нас в дом, почему не отпускаете? Давайте так, мы оставим книгу на тумбочке в коридоре и пойдём, – предложил я, хотя с трудом верил в то, что моё предложение устроит хозяйку.

– Сидеть! – раздался голос бабы Мани, он был громкий и доносился сразу со всех сторон. Хоть меня никогда и не дрессировали, но без лишних слов я плюхнулся на пятую точку.

Виктор, поняв что дело не чисто, без резких движений снял рюкзак и тоже обратился.

Всё то время, пока волк прислушивался, принюхивался и скалил зубы, я, словно послушный щенок, сидел на полу, словно меня всё устраивало, хорошо, хоть, хвостом не вилял.

– Как ты посмел, оборотень, в моё убежище заявится, – очень громко и зло зашептал голос невидимой хозяйки, – я призывала только харбора!

– Он со мной, – постарался разрядить обстановку я, но сделал только хуже...

Со всех сторон в нас полетела золотая пыль и проклятья. Возможно конечно это были не проклятья, а заклятья на непонятном мне языке, но звучали они очень страшно. Тихий рокот в начале каждой строчки переходил к концу строчки в громкий крик.

И вот наконец салюты в нашу честь отгремели, под ногами из золотой пыли образовалась целая дорожка, а перед нашими очами появилась баба Маня. Слово «баба» в этом случае совсем не подходило к её внешнему виду. Женщина неопределённого возраста в очень странной одежде. Золотой, плотно обтягивающий тело комбинезон и такая же золотая полумаска на лице. В руках золотой посох, которым она то и дело тыкала в воздух.

– Да покажись ты уже наконец, человек - невидимка, всё равно я тебя найду... – произносила она при каждом ударе по невидимому врагу.

– Кажется у старушки совсем с головой плохо, – предположил Витя, за что получил посохом по зубам.

– Нас здесь двое... Кого вы вообще найти пытаетесь? – уточнил я, заранее готовясь к удару, но мне повезло, старушка только громко засмеялась, да так громко, что по настоящему страшно стало.

– Невидимка, да ты оказывается шутник! Пытаешься убедить меня в том, что это не ты, а щенок говорит? Лучше покажись, найду – хуже будет, – для острастки она ещё пару раз ударила посохом воздух.

– Так ведь я и есть щенок... – обиженно произнёс я, – если вы буквально на пару минут отвернётесь, то я вам это докажу...

– Докажешь? Или стукнешь бедную старушку по голове и постараешься отсюда удрать. Бежать то вам некуда. А ну признавайся! – женщина, словно боец шаолиня на каких-нибудь соревнованиях показала целую одиночную программу с несколькими кувырками, сальто и ударами руками и ногами в воздух.

– Нет, она точно спятила... – снова отозвался Витя, не сумевший промолчать даже под угрозой физической расправы, – видимо, придётся тебе преодолеть своё смущение, и обернуться прямо так.

– Прямо так? – даже мысль об этом меня пугала.

– Думаю, у тебя нет другого выхода... Обращаемся на счёт три, – оборотень досчитал до трёх, быстро, видимо для того, чтобы я не успел передумать.

«Один, два, три». И вот я стою голый и босой возле самой двери, прикрываясь только рюкзаком с вещами. Что может быть хуже...

– Бабушка! Я вернулась! – портал открылся и прямо за моей спиной появилась Света...

Глава 15. Спиритический сеанс

Вот теперь уже точно хуже быть не может. Неужели она не могла вернуться домой на минуту раньше или позже?

– Степан, а ты что здесь делаешь? Да ещё и в таком виде? – с недовольным видом уточнила девочка.

– Расслабься, мы как бы не к тебе, а к твоей бабушке пришли, – ответил за меня Витя, за что я был ему весьма благодарен, ведь сам и слова произнести не мог, словно проглотил язык.

– Я спрашивала не тебя, а Стёпу! После того, что произошло утром в школе, я с тобой вообще разговаривать не хочу, – Света зло поджала губы.

– А чего такого утром произошло? К тому же ты сама ведь первая начала. Зачем было говорить, что я влюбился в русичку? Я же молчу о том, что ты в Стёпу влюбилась. Как и о том, что Стёпа влюбился в тебя, – волк намеренно делал ударение на каждом слове.

– Вовсе я в неё и не влюбился... – заорал я перекрикивая оборотня, – Света для меня просто подруга.

Видимо, подобный мой ответ не устроил не только Витю, но и Свету. В её глазах заблестели слёзы.

– А ты... Ты мне даже не друг. Сосед по парте. С сегодняшнего дня уже бывший сосед по парте, – после этих слов девушка едва сдержалась, чтобы не разрыдаться в голос.

– Ребята, вы это сейчас серьёзно? Да у вас ведь на лбу написано, что вы друг в друга влюблены. Всё что Стёпа делал на моей памяти сводилось к двум принципам: не обидеть Свету и защитить её ото всех других. Или ты думаешь, что когда он оставил тебя в столовой сегодня утром, он стал на мою сторону? Ага, сейчас прям! Он догнал меня и требовал, чтобы я перед тобой извинился. И ладно, уговорили, если это ещё для тебя актуально, то я извинюсь, – Виктор сделал такое лицо, что было понятно, его гордость в данный момент страдает.

– Дети! Отношения будете выяснять где-нибудь в другом месте. А сейчас я жду от вас ответа, чего вы двое забыли в моём доме? Хотя нет, пусть сначала Степан оденется, не хочу показаться вам не радушной хозяйкой. В таком виде тебе ведь явно не комфортно. Ну чего вы как вкопанные стали? Идите на кухню, а ваш друг оденет штаны и нас догонит, – старушка схватила внучку, всё ещё прибывающую в шоке от слов оборотня, за руку своими костлявыми пальцами и потащила за собой. Витя пошёл сам, хотя то и дело с опаской поглядывал по сторонам.

Когда я зашёл на кухню, электрический чайник уже выдал первую порцию кипятка. В то время, как в микроволновке грелись пирожки. Кухня ведьмы вообще была оснащена по последнему слову техники, и дизайн в ней, судя по всему, был авторский.

– Ну и чего уставился? – огрызнулась на него старушка, – одна благодарная клиентка подгончик барский сделала. Или, по-твоему, если я ведьма, то должна жить в пещере? Доставать каждый раз воду из колодца, кипятить её в большом котелке над открытым огнём? Кстати говоря и метлы у меня тоже нет. Робот-пылесос справляется с уборкой в разы быстрее и эффективнее. Да и летать на метле крайне неудобно, не ровен час, свалишься с верхотуры и костей после не соберёшь.

– А у вас здесь очень уютненько, – единственное, что я смог выдавить из себя, ведь все мои мысли ведьма озвучила, и добавить больше было нечего.

Поняв, что вряд ли от меня чего-то путного дождётся, волк взял инициативу в свои руки.

– А мы принесли вам книгу сказок. Света дала нам её сегодня утром почитать. Скажу я вам, весьма занятная книженция. Жаль только, что полностью прочесть её нам не удалось. Возникли некоторые проблемы с переводом. Далеко не все в наше время владеют идрисским языком. Думаю и о самом Идрисе никто ничего не знает. Вот ты к примеру, Свет, знаешь хоть что-то о таком древнем государстве? – после того как девочка покачала головой из стороны в сторону, Витя усмехнулся, – видите, она не знает. А ты Стёп? Хотя, он уже знает, от меня. А вы знаете?

По лицу старушки было видно, что она много всего знает об Идрисе. Возможно и тексты эти сможет прочитать. Но, по-любому станет отпираться. Здесь совсем другая тактика была нужна. Хитрая. А не лобовая атака, которую выбрал Витя.

– Баб Мань, а почему у вас сегодня дверь была настежь открыта? Вы кого-то ждали? – начал я издалека.

– Свету я ждала, – вполне таки убедительно соврала старушка не моргнув и глазом.

– Бабушка, так я же через дверь не захожу. Только через портал. Ты же так сама меня учила. Свернуть за угол, только прежде убедиться, что нет за мной хвоста. Произнести волшебные слова и смело шагнуть в стену, – совсем растерялась девочка.

– Значит, ждали вы совсем не внучку, – сделал очевидный вывод оборотень, – хотя, возможно у вас проблемы с головой. Со стариками такое иногда бывает. Выйдут мусор вынести, а после дверь закрыть забывают. И находят их соседи убитыми, а иногда – ограбленными.

– Всё у меня в порядке с головой. Просто я прочла призывное заклинание, а вместо того, кого я звала, вы двое ко мне заявились. Ума не приложу, почему система защиты не сработала, – баба Маня окинула нас с Витей задумчивым взглядом, – на оборотней у меня трёхступенчатая защита стоит, ни как он не мог через неё просочиться.

– Видимо всё же старость... – с сочувствием пожал плечами Витя, – слово не то сказали, через плечо не то плюнули, с кем не бывает.

– Или... Он тебя провёл, – взгляд старушки буквально прожигал на мне дыру, – это странное существо. Вроде и оборотень, а не такой страшный, как другие. По глазам вижу, что добрый. Да и Света говорила о нём только хорошее. Совсем на других волков не похож.

– Может это потому, что он не волк? Харбор к примеру... – постарался навести её на правильную мысль оборотень.

– Врёшь, – замотала головой старушка, - хоть я никогда не видела харборов, но я бы их обязательно узнала, к тому же, харборы не люди, а животные, способные менять свою форму.

– Вот и доменялись, что в людей превратились. Эволюция – сила, сила, которая по-страшнее даже атомной бомбы будет – подобная шутка с чего-то показалась Вите смешной и он громко засмеялся.

– Мы сейчас о серьёзных вещах говорим! Возможно даже о предстоящем конце света. А ты тут шутки шутить вздумал? – старушка буквально одним лёгким взмахом руки отправила оборотня через всю кухню в полёт, закончившийся ударом о стену, – я старая, но не немощная.

Оборотень медленно поднялся с пола, потирая ушибленный затылок, судя по выражению лица, смеяться ему уже не хотелось, наоборот, он зло скрипел зубами. Сев на стул, он больше не проронил ни слова, видимо понимая, что силы явно не равны.

– Книгу мою верните. И в следующий раз, прежде чем отдавать кому-то мои вещи, спроси сначала у меня, – старушка недовольно посмотрела на Свету, – в этом доме много дорогих вещей. Дорогих мне, как память об умерших родственниках. Некоторые из них даже опасны, если попадут не в те руки. К примеру к оборотням.

Протянутую ей Витей книгу, старушка буквально вырвала из его рук, а после быстро пролистала. Видимо, чтобы убедиться, что все листы на месте.

– Ну почему вы так оборотней не любите? – не удержался от вопроса волк.

– А за что их любить? Мелочный народец. Вздумали укусить руку того, кто их кормит! И до сих пор думаю вынашивают идею уничтожения Ворнукшатры...

– Вы хотели сказать Ворнуштры? – поправил я старушку.

– По-твоему я не знаю, как зовут Бога, которому я служу? – взгляд бабы Мани метал молнии, чем бы всё закончилось, неизвестно, но вряд ли чем-то хорошим, если бы в дело не вмешалась Света

– Ты говорила, что скоро наступит конец света, – напомнила она, – с чего ты так решила?

– Сон мне снился ночью, двенадцать попавшихся в силки птиц, двенадцать звёзд погасли на небе, часы на башне пробили полдень, кукушка прокуковала ровно двенадцать раз, в окне я рассмотрела двенадцать отражений луны...

– Это был всего лишь сон. Если на все эти мелочи внимание обращать, то можно чокнуться, – не выдержал Витя и снова заговорил.

– Двенадцать гончих псов. Думаю с ними что-то случилось. Мне часто снятся вещие сны. Не всегда точь-в-точь, чаще иносказательно. Вот и решила я кое с кем посоветоваться, отправила Свету подальше, чтобы она меня не отвлекала и провела обряд призыва. Ждала. А появились вы, – старушка с досадой стукнула кулаком по столу.

– Не «ВЫ», а харбор, собственной персоной, разве это не подтверждение того, что с ними всё в порядке? – улыбнулся оборотень.

– И да и нет! – неожиданно для всех, громкий голос раздался сразу отовсюду, и никому из присутствующих он не принадлежал. Свет замигал и погас. Зато на противоположной стене, представляющей собой импровизированный алтарь вспыхнули двенадцать свечей, хотя их там стояло не меньше сотни, – Степан – не харбор, он просто носитель слезы бога, и не смотря на то, что слеза у него, двенадцатым всё ещё остаётся Аполло. Ты должен как можно быстрее вернуть ему слезу.

По моему телу пробежал неприятный холодок. Не каждый день доводится присутствовать на спиритическом сеансе с потусторонним миром. Когда говорят боги, люди с ними не спорят.

– Я с удовольствием верну слезу её владельцу, как только его найду. На сколько мне известно, он очень давно не появлялся в наших местах, – слегка дрожащим голосом уточнил я.

– Он гораздо ближе, чем ты думаешь, – голос загремел с такой силой, что в посудном шкафу задребезжали и полопались бокалы, – найди и верни!

– А что же будет после этого с самим Степаном? – уточнила Света, приятно конечно осознавать, что я ей не безразличен, но спорить из-за меня с Богом - высшая степень глупости, наверняка, узнай она о чём я сейчас думаю, заспорила бы, назвала это не глупостью, а отвагой, – он ведь только благодаря слезе жить начал. Отдаст и снова станет овощем?

– В том, что он проснулся ото сна, нет никакой заслуги кристалла. Это всё стресс, пережитый на пожаре, – будто радио говорило, я даже ещё раз повертел головой вокруг, в надежде найти какой-нибудь спрятанный прибор для передачи голоса, но его нигде не было видно, – что же касается твоего вопроса, сестра Мария, харборы действительно томятся в неволе, и лишь отсутствие кристалла у Аполло мешает волкам полностью завладеть миром.

– Да кому ваш мир нужен? – не выдержал Виктор, – волки и так в нём чувствуют себя вполне свободно и вольготно. Решают, кого миловать, кого убивать. Полицейские отчёты не дадут мне соврать.

– Это ещё цветочки. Кровь одного харбора лечит, кровь всех двенадцати – делает волка бессмертным. А когда ты не боишься смерти – ты не боишься ничего. Долго они подбирались к затаившимся. Следили, вынюхивали. И теперь у них все двенадцать. Они могли бы быть уже на вершине пищевой цепи, если бы не один маленький нюанс. Отсутствие слезы делает кровь затаившегося обычной. Аполло был умным псом, почуяв неладное, отдал слезу на хранение Джули, а она, умирая – тебе. Кто же знал, что мои слёзы так на людей влияет. Оборотни пока не знают, у кого кристалл, но скоро всё поймут. До полнолуния всего два дня осталось. И когда мать Вити не обратиться, они обо всём догадаются и найдут способ заставить парня привести их к тебе...

– Меня защитит мой дядя, – выкрикнул волк, – он не позволит обидеть ни мою мать, ни меня.

– На твоём месте, я бы не был так в этом уверен! – нечто, именующее себя Богом Ворнокшатрой, громко засмеялось, – твоя мать убила его брата. Он просто ждёт удобного момента, чтобы отомстить. К тому же, идея о поисках бессмертия именно в тот момент в голову ему и пришла. Долго он путешествовал, скупал книги и бумаги, имеющие хоть какое-то отношение к государству Идрис, и наконец нашёл то, что искал, рецепт эликсира бессмертия.

– Глупости это! Мой дядя не умеет читать идрисские письмена...

– Зато их умеет читать твоя тётка. Кстати, когда-то она была моей жрицей, но быстро переметнулась в стан врага. В тот день Влади Мир уничтожил последний мой храм. Захватил, разграбил, а после сжёг.

– Я ведь об этом даже не знала, – с чего-то стала оправдываться баба Маня.

– К тебе претензий у меня и нет, не смотря на твой почтенный возраст, ты продолжаешь исправно выполнять все ритуалы, только благодаря этому у меня и остаются силы на борьбу.

– Борьбу? Значит харборы получат свободу? – с надеждой уточнила, долго молчавшая до этого, Света.

– Всё зависит от вас... – многозначительно произнёс голос.

– Но мы ведь дети. И нас всего трое, – напомнил я этому странному богу, который видимо забыл, что в отличии от него, мы просто люди.

– Вас давно не трое. Так что, с божьей, ну то есть разумеется моей, помощью справиться должны...

– Что значит не трое? У нас будет своя армия? – мечтательно произнёс Витя.

– Очень скоро вы всё узнаете. А ты, Мария, не забудь основное правило жриц Ворнокшатры.

Непонятно откуда взявшийся в квартире сквозняк задул свечи, и мы остались в кромешной темноте.

– А свет кто включать будет? – недовольно зарычал Витя.

Хозяйка дома, молча, подняла руки вверх, с её пальцев в разные стороны полетели едва заметные искры, и лампочка в центре кухни зажглась.

– А кстати, почему здесь так темно? – уточнил оборотень, но баба Маня вместо ответа лишь развела руками.

Глава 16. Тайный сад

– Вот его я и ждала с открытыми дверями. А он, видимо, реши призвать на помощь Вас. Не слишком с его стороны предусмотрительно, доверять такое дело оборотню. Оборотни - народец мелочный и подлый, – снова повторилась старушка.

– Ну, подлости во всех хватает. И в ведьмах. Никогда бы не подумал, что моя тётка - настоящая ведьма, – пожал плечами волк.

– Не просто настоящая, но и самая лучшая. Она могла бы остановить Влади Мира даже в одиночку. Не верю я в то, что она сдалась, потому что испугалась волков. Да и в то, что боевые сёстры, наделённые сотнями умений и вооружённые пистолетами с серебряными пулями не смогли им отпора дать, тоже не верю. Наверняка, их всех не оборотни, а Валька убила. Но ради чего? Ради власти или любви? Возможно ради того и другого. В любом случае сестра-отступница должна быть наказана, – баба Маня достала кухонный нож и что было сил метнула его в противоположную стену. В ту самую, где находился алтарь.

Нож срезал с самой высокой свечи сантиметров пять и вошёл в бетон словно в масло. Хороший ножичек, одобряю. А вот старушка уже явно не хороша. После резкого движения рукой сильно прихватило поясницу.

– Ой-ой-ой, – жалобно простонала она, – внуча, подай мне, пожалуйста, настойку болиники.

Света бросилась к полке со снадобьями, перебрала несколько скляночек, внимательно разглядывая их содержимое и после принесла флакон с бледно-розовой жижей, словно в воде растворили кристаллик марганца. Старушка, не мешкая, зубами открыла флакон и в два глотка его опустошила.

– Тебе легче, – уточила девочка и на лице её нарисовалось нешуточное беспокойство за родственницу.

– А что со мной сделается-то? Болиника в старые времена смертельные раны воинам в два счёта залечивала, а это всего-лишь растяжение мышц, – баба Маня попробовала встать и снова плюхнулась на стул.

Хорошо хоть не мимо него прямо на пол, а то ещё к растяжению переломов не хватает. Особенно, если учесть, что настойка кончилась, вместо неё на столе стоял абсолютно пустой флакончик.

– Хватит, навоевалась! – прикрикнула на неё внучка, – пусть теперь другие воюют. А ты - отдохни. Полежи, наконец, на кровати, посмотри, как другие старушки, какой-нибудь сериальчик.

– Не могу. Основное правило жриц бога Ворнукшатры гласит, любая пролитая кровь сестёр должна быть отмщена, – когда старушка произносила эти слова по всему моему телу пробежал холодок, - я просто обязана вступить в бой!

Она сжала кулак, видимо, намереваясь ударить им по столу, но в последний момент передумала, побоялась снова беспокоить только что подлеченную спину.

– Не думаю я, баб Мань, что вы в той форме, чтобы мстить, – откровенно и без какой-либо иронии проговорил Витя, – не в обиду вам будет сказано, но если вас посреди боя защимит, где мы там будем вам болинику искать. Я думаю, это у вас была последняя настойка.

– Мы сделаем ещё! Много! – старалась подбодрить начинающую раскисать бабушку Света.

– Разумеется, сделаем – оскалился в улыбке оборотень, - как только найдём эту волшебную и безумно редкую ягоду. На столько редкую, что о ней и слова нет в Красной книге. Это раньше воины могли сражаться сутками напролёт друг с другом. Отползут в кусты, пару ягодок боленики съедят, и с новыми силами в бой, её потому ещё и боеникой называли. Глупо было последние капли настойки на растяжение переводить. Могли бы просто фастум-гелем намазать, и всё само бы к вечеру прошло.

– Для оборотня ты слишком хорошо в травах разбираешься! – подозрительно прищурилась ведьма, – уж ни Валька ли расстаралась?

– Можно сказать, что я самоучка. Чем ещё волку-одиночке заняться, если не шастать целыми днями по лесам. А когда мне подарили красную книгу, я на радостях за неделю разыскал все растения, которые смог, даже несколько тех, которые считаются исчезнувшими. Но я их никому не показал, так они целее будут. Потом дядька показал мне рисунок с идрисскими символами и растением. Странным растением, у него вместо листьев колючки были, а ягоды по форме напоминали сердечки. Такое, если бы увидел, я бы точно запомнил. Целый год я путешествовал по миру. Бывал в лесах Амазонии, в пустынях Африки, даже в снегах Антарктиды, но нигде не нашёл этого цветка. В тот момент я думал, что мой дядька просто поощряет мою любознательность, сегодня же я наконец понял, что у него были в этом деле свои интересы. Уж очень хотелось ему получить неуязвимость.

По лицу Вити было видно, что он сильно огорчён подобной новостью. Видимо, считал, что дядька его реально любит и балует. В очередной раз я получил доказательство того, что ребёнка безусловно любит только мать, а остальные любят за что-то, или как в случае Витиного дяди отлично притворяются.

– Зря только по миру помотался. Боленика растёт только на территории бывшего государства Идрис. Пойдём, я покажу тебе её, – старушка взяла четыре корзинки небольшого размера, и пошла в сторону входной двери.

Только вот за ней уже был не подъезд, а лес, тёмный и дремучий. Первая мысль, которая пришла мне в голову как не странно была о том, что меня уже наверно мама обыскалась, и только вторая о том, где мы вообще черт её побери находимся.

– Это запретный сад, – словно прочитав мои мысли уточнила баба Маня, - Только у меня есть от него ключи. По этой причине Влади Мир и Валентина раз за разом подсылают ко мне своих людей. Тебя я сегодня за одного из них приняла. Но раз тебя сам Ворнукшатра признал, думаю нет ничего страшного, если я тебе покажу боленику.

Парень замер и кажется даже перестал дышать, заметив в темноте красные, светящиеся ягодки в форме сердечек, размера они были не больше малины.

– А почему ты мне об этом саде не рассказывала? – уточнила Света.

– Рано было ещё. Когда-нибудь я передам этот сад тебе вместе с ключом. Когда-нибудь, когда буду уверена в том, что ты сможешь его защитить. Здесь ведь не только боленика растёт, но и огромное количество растений, необходимых алхимикам и магам для изготовления эликсира бессмертия. Жизнь моя на романтику совсем не похожа. Не проходит и дня, чтобы кто-то не пытался меня убить. Такой как я семью заводить опасно. Ты помнишь последний раз, когда вы приезжали ко мне в гости? – уточнила старушка, и мне с чего-то показалось, что ответ она даже лучше самой Светы знает.

– Смутно, – пожала плечами девочка, – мы ведь буквально на пару часов у тебя задержались, а потом ты поссорилась с отцом, кажется из-за какой-то ерунды, он завёл машину. А через пару дней я узнала, что ты...

– Вы были у меня в тот раз около недели. И всё было прекрасно, мы ходили с тобой в лес собирать грибы. Там тебя и похитил Помор, он хотел получить за тебя выкуп, ключ от сада, но я не имела права отдавать его в любом случае. Твой отец настаивал, требовал. Не думай, что я такой чёрствый сухарь, но если ключ от сада получит кто-то плохой, весь мир перевернётся с ног на голову. Я спасла тебя, для этого мне пришлось отыскать убежище колдуна и убить его энергетическим шаром, при том, я так увлеклась, что едва не попала в тебя. Знаешь, откуда у тебя в волосах эта седая прядь? – старушка ласково намотала светлый, значительно светлее остальных, локон себе на палец.

– Мама говорит, что я с ним родилась, – пожав плечами, сказала Света.

– Ну не говорить же ей тебе, что твоя бабка едва не пробила твою голову плазмой. В тот раз, первый и единственный за всю мою долгую жизнь я поссорилась с сыном. Он клятвенно пообещал, что ноги твоей не будет больше у меня в доме. Расставаться было тяжело. А разжалобить его было невозможно. На прощание я дала ему для тебя забывательное зелье, вот и забыла ты всё, что в те дни произошло. Видимо твой отец правильно рассудил, что моё присутствие рядом с тобой для тебя крайне опасно. Опасно оно и сейчас, но теперь ты взрослая и сама в праве решать чего ты хочешь. Ты сама, без моего воздействия стала ведьмой. У тебя есть отличные задатки, которые я могу в тебе развить, и сделать из обычной ведьмы Светланы отличную ведьму Светлану, но так же я предупреждаю тебя, что ведьмой быть опасно, многие захотят тебя убить.

– Меня и так уже несколько раз едва не убили, да и Стёпа будет всегда рядом, – сказав эти слова, девочка посмотрела на меня.

В ответ я кивнул ей головой будто говоря: «Никаких проблем, можешь всецело на меня положиться».

Она кивнула в ответ и одними губами шепнула: «Спасибо».

– Мы здесь чтобы прошлое вспоминать? Или будем собирать боленику. Думаю нам она в бою понадобится, да и старушке лишней не будет, – оборвал нашу немую сцену Витя.

– Старушке? Щас я тебе покажу старушку! Посмотрим, кто больше ягод за пять минут соберёт?

Мы приняли этот вызов и с громким радостным смехом начали носиться с корзинками по опушке, ягодки светились то там, то тут, и едва мы только подбегали к ним, сразу гасли.

– Так не честно! – недовольно заметил оборотень, когда старушка набрала полную корзинку, в то время как у нас и по трети корзины не было набрано, – наверняка вы заклинание какое-то произнесли.

– Не я, моя предшественница, передавая мне ключи, заворожила этот сад на помощь мне, вот он и помог спор выиграть. Ладно, не обижайся. Этих ягод нам вполне хватит, – старушка звонко засмеялась и пошла обратно к двери, так и оставшейся стоять между двух деревьев и ни на что не опирающейся.

Мы пошли следом за ней, не желая застрять в тёмном ночном лесу, с чего-то, после того как старушка распахнула дверь, ставшим совсем неуютным и даже злым.

– Это был Идрис? – уточнил Витя, снова оказавшись на кухне.

– Ну разумеется нет. Идрис много тысячелетий назад уничтожили оборотни. Камня на камне не оставили, никого, ни старого, ни малого не пожалели. Это место скорее воспоминание о нём. Нет, ты не подумай ничего такого, он был прекрасен, только вот жрицы, которые спаслись каким-то чудом, совсем не прекрасным его запомнили. Весь ужас той ночи заключён в сферу. В ней теперь всегда темно и страшно. Как гласит пророчество, только когда оборотень, ведьма и харбор выступят единым фронтом против общего врага, ночь уступит свои права рассвету.

– Значит, как я понял, – постарался сразу расставить все точки над и оборотень, – кроме как здесь, в этом тёмном и страшном лесу боленики больше нигде не сыскать?

– Нет, – улыбнулась баба Маня.

– И даже старых запасов? – не унимался парень.

– Она храниться не больше получаса, в настойке максимум неделю, – старушка зло оскалилась, – если ты сейчас думаешь, как бы её раздобыть, бесполезно. Как выглядит ключ, и где находится замок, знаю только я, а меня хоть пытайте, ничего не скажу.

– Вот это я и хотел услышать! – усмехнулся волк, – однажды ко мне на рынке подошла цыганка, она мне рассказала про то, как найти харбора и о волшебных качествах его крови. Этот же запах я ощутил на книге. Это не просто запах, а запах боленики. Вы сами подтвердили, кроме вас ей пахнуть никто не может.

– Видимо, ты с запахами что-то напутал, – запротестовала старушка и замахала на него рукой.

– Мы со Светой сортировали её травы, и я ни разу не ошибся, я помню все запахи трав, которые когда-либо нюхал. На рынке были вы. И я не понимаю, для чего вы притворяетесь, говорите что никогда раньше харборов не видели? – парень стиснул зубы и зарычал.

– Я говорю, что никогда не видела харборов потому, что я действительно никогда их не видела. Тебя, собственно говоря, тоже. И вообще, вам уже пора идти. Ягоды портятся, скоро из них даже настойку не сделаешь, – без лишних слов старушка распахнула дверь в подъезд и лёгким движением руки выставила незваных гостей на лестничную клетку.

Дверь захлопнулась и исчезла, будто её никогда здесь и не было.

Глава 17. Лёнька по кличке Лень

- Зачем ты соврал Свете? Такого ведь никогда не было, чтобы я заставлял тебя перед ней извиняться, просто просил простить и помириться. Мне ведь и самому не особо понравилось тогда её поведение. И своим уходом из столовой я чётко обозначил свою позицию, – я тяжело вздохнул, в очередной раз, вспомнив произошедшее. – Позиция, это конечно хорошо. Но только не тогда, когда плачет любимая девочка. И другу моему единственному от этой позиции совсем не хорошо... А я ведь просто притворяюсь таким твердолобым и бессердечным, а на самом деле прекрасно знаю, что тебе надо. Быть рядом со своим человеком... И не потому, что ты харбор, а потому что ты человек. У вас ведь первая любовь. Так что я, как друг, который желает только счастья своему другу, готов тоже слегка поступится принципами и извиниться первым, даже если не я всё это начал. К тому же, как мы уже выяснили немногим раньше, в словах Светки всё же было рациональное зерно. Проехали, – Виктор улыбнулся, и ласково несколько раз похлопал меня по плечу.

Только в этот момент я, наконец, понял, как же мне повезло с другом. – Спасибо, – единственное, что я смог произнести. – Да было бы за что, – улыбнулся Витя, и сразу улыбка его померкла, от грустной мысли, которая неожиданно пришла ему в голову, – как думаешь, этот так называемый Бог, действительно знает будущее? Я за маму свою теперь очень переживаю. Ведь просто хотел ей помочь, но не подумал о последствиях. Если она не обратится, дядька на это в любом случае внимание обратит, и вряд ли очень обрадуется. А если поймёт, что в этом ей помог я, и твоя кровь, тогда под ударом окажемся не только мы, но и ты. – Пусть Ворнукшатра уже стар и слаб, но он никогда не считался глупцом, – отозвался кто-то за нашей спиной. Мы оба резко обернулись. На ступеньках, ведущих на третий этаж стоял Лёнька, тот самый Лень, который и шагу лишнего не ступит, не просчитав для себя всей выгоды от этого. – Иди куда шёл, и не вмешивайся в разговор старших, – огрызнулся Витя, кивком головы указывая дерзкому парню путь на первый этаж. Я тоже недовольно сжал кулаки, готовый в любую секунды броситься на незваного гостя, так бесцеремонно вмешавшегося в разговор о жизни и смерти. И вдруг кулаки бессильно разжались. – Откуда тебе известно, что мы сейчас говорим о Ворнукшатре? – крикнул я, не сдержав эмоций, - мы ведь его имя на лестничной клетке вслух не произносили, а то, о чём мы говорили в квартире бабы Мани, так и осталось в её стенах. – Откуда тебе вообще известно о Ворнукшатре? – в свою очередь проревел оборотень, и меня словно кипятком обдало. – Видимо Лень и есть Психо... – эта догадка словно молотками забилась в моих висках, – мы ведь его с самого начала подозревали, а после... После с чего-то забыли, да и гадать о том перестали. – Да, ты прав я Пси... Хотя нет, не люблю я эту кличку, предпочитаю называться повелителем чужих грёз и снов наяву, – парень, обычно почти незаметный на публике, сегодня решил показаться во всей красе, его облик при последних словах, словно солнце осветило. – И чего ты здесь забыл, Повелитель? – не сдержавшись, засмеялся Витя, – вроде бы, этот обшарпанный подъезд не особо, вернее, совсем не похож на дворец. – Значит, говоришь, не дворец? – усмехнулся Лёнька, а в следующую секунду перед глазами картина поменялась. Обшарпанная лестница, на которой с трудом могли бы пройти не зацепив друг друга два человека, вдруг стала широкой, перила золотыми, а пол хрустальным, словно ваза в серванте мамы, – не место красит человека, а человек место! Но, продлилось это видение совсем не долго, я даже не успел рассмотреть портреты королей, развешанные по обеим сторонам от лестницы. – Это и всё, на что твоего умения хватает? – с издёвкой уточнил у него волк. – Обычно его хватает минут на пять. Но это только с людьми. Звериная природа моему гипнозу поддаётся значительно хуже, возможно из-за хорошо развитого чутья или быстрой переключаемости и неспособности сосредоточиться на одной мысли. Но, откровенно признаюсь, я и сам не думал, что вы так быстро выберетесь из моего дурмана, – Лёнька хоть с виду был слабаком, но по стене жахнул совсем не слабо. С потолка посыпалась штукатурка. Хотя, возможно, в этом ничего удивительного и нет. Всё и так здесь на соплях держалось, ремонта подъезд в этом веке ещё не видел, даже косметического. – Да, Повелитель из тебя никакой, – грустно улыбнулся я, – над воплощением чужих грёз и снов наяву тебе ещё стоит поработать. Так для чего ты здесь и сейчас материализовался? – Я, между прочим, тот помощник, о котором вам Ворнукшатра говорил, – слегка смущённо ответил Психо, видимо он совершенно не ожидал такого конфуза. – Да видимо у божка отличное чувство юмора!.. По его мнению мы должны бросить вызов целому клану оборотней такими малыми силами? Четыре ребёнка практически без способностей, а ещё в нагрузку к этому выжившая из ума ведьма, – Витька расхохотался в голос. – Может, с божьей помощью и одолеем! – постарался я не показать своей обеспокоенности, хотя внутри всё сжималось от животного страха. – Божьей? На Бога, как говорится, надейся, а сам не плошай, – Лень оскалился в улыбке, – Ворнукшатра – бог старого мира. А знаете, от куда берётся сила у Богов? Чем сильнее ты в Бога веришь, тем сильнее он становится. Возможно в Идрисе он и был силён, когда ворнукшатризм был основной государственной религией, и в него свято верил каждый житель государства. Сейчас же в него верят, от силы, баба Маня и несколько сотен оборотней, всё ещё надеющихся его уничтожить. И как только сил у старика хватило вас через барьер протянуть. Возможно, это из-за слез харбора, находящихся внутри тебя, и других, он всё ещё имеет здесь какое-то влияние. Но, всё равно на его помощь я бы не рассчитывал. – Хорошенькое дельце, однако, получается, – замотал головой оборотень, – при таком раскладе нас будет всего четверо против сильнейшей стаи континента. Ты, кстати, можешь прямо сейчас идти домой. Толку от тебя в этом деле совершенно никакого, раз на волков твои силы не действуют. Покалечат ещё ненароком, а нам потом отвечай. – А ты уверен, что вас четверо? – Лёнька выдавил из себя идиотский смешок, а на стене появился маленький, точно из начала двадцатого века, или даже экран Нокии фонарика, телевизор. Изображение было так себе, а вот звук отличный. Баба Маня готовила на электрической плите с грилем и двойной конвекцией настойку из собранных нами ранее ягод. Света не принимала в этом никакого участия. Казалось, что она была полностью погружена в свои мысли. После многозначительного покашливания она, наконец, произнесла: – Зря ты, бабушка, их в запретный сад водила. Ягоды им показывала. Ладно Стёпа, ему я доверяю полностью. Он мне не один раз жизнь спас. Но, этот Витька. Он же оборотень! А ты сама не раз говорила, что оборотням верить нельзя. А что, если он притащит сюда Влади Мира с его шавками? – Птица садиться на ветку, милая моя, не потому, что доверяет ветке, а потому, что верит в свои крылья, – старушка телепортировалась и меньше чем за доли секунды оказалась прямо возле внучки, а её сухая морщинистая рука провела по мягким волосам девочки, – даже, если молодой оборотень кого-то приведёт, пусть попробуют ещё найти моё убежище. К тому же, я всецело верю своему Богу. Раз он провёл их через все барьеры, значит, эти дети наш последний шанс спасти харборов и не дать оборотням захватить наш мир. К тому же, не они меня сейчас пугают. Есть силы страшнее. Но, я ещё не поняла, на чьей они стороне. Надеюсь что на нашей. Они не столь многочисленны, как оборотни Влади Мира, но если не станут нам хорошими союзниками, тогда могут стать опасными врагами. – Не доверяет она мне! Ты это слышал? – зло зарычал Виктор и сжал кулаки, – сами брешут, как дышат, а мне не доверяют! Я ведь на сто процентов, даже на двести, уверен, что на рынке была именно баба Маня. Лень издал протяжный стон, и экран в стене сразу же исчез. – Ну если уж совсем откровенно говорить, то на рынке была не баба Маня, а только её телесная оболочка. Я полностью контролировал её сознание. Всё что она говорила тебе, на самом деле говорил я. С людьми я управляюсь намного лучше, чем с нелюдями, – парень цокнул языком и пожал плечами. – Это ты кого сейчас нелюдями обозвал? – возмутился я, заскрежетал зубами, и попытался обернуться псом, чтобы покусать этого нахала. – Не самая хорошая мысль, – предупредил Витя, и, несмотря на злое выражение его лица, уголки губ потянулись вверх, – перед Светкой ты уже опозорился, неужто теперь без штанов хочешь остаться на лестничной клетке? Я так сильно замотал головой, что казалось она сейчас оторвётся. – То-то же! А раз вы уже не такие злые, то думаю пора нам поговорить о делах. «Силами пострашнее» баба Маня назвала, кстати, нас с Олегом. – Олег? Неужели Олег Таранов тоже обладает какой-то силой? – мне сразу вспомнился наш добряк Олежек, росточком даже меньше меня. Совершенно ничем не примечательная личность, – даже если это действительно так, то вряд ли старушка, ежедневно сражающаяся с магами и демонами, двух школьников забоялась. – Не школьников она боится, а моего ментального воздействия. Последнюю неделю я каждый день разливаю по подъезду атмосферу страха. Для обычных людей она почти незаметна, животные чувствуют её чуть лучше, а ведьма, каждый раз выходя в подъезд, впадает в настоящую панику. Но, думаю, ей всё же больше стоит опасаться не меня, а Олега. Его способность делаться невидимым, впечатляет даже меня, – при этих словах за нашими спинами материализовался детина ростом выше двух метров, на его фоне даже оборотень казался хилым малолеткой, в детстве евшим мало каши, что уж тогда говорить про меня или того хиленького паренька, на которого я ненароком подумал... Странно, что даже мой по-собачьи чуткий нос не уловил присутствия в подъезде четвёртого, жутко воняющего сигаретами мужлана. Видимо, режим невидимости скрывает и запах. – Олег, – пробасил новый знакомый и протянул свою огромную, словно ковш экскаватора, руку для рукопожатия, – могу быть и видимым, но предпочитаю режим невидимости. Невидимым остаюсь до двадцати часов подряд. – Ладно, к делу... – перебил его Лень, – расскажи лучше о лаборатории. И желательно во всех подробностях. – А что рассказывать, лаборатория как лаборатория. Единственное, чем от других отличается – необычностью подопытных. Это не крыски, и даже не кролики. Существа со сверх способностями. В основном, маленькие щенки. Правда, это только с виду они маленькие. А сила в них огромная. Излечивать кровью просто ужасные раны. Сам лично видел, как изодранные до полусмерти медведем оборотни исцелялись за считанные минуты. А ещё, были там и другие сказочные существа. – Разве человека-невидимку можно чем-то удивить? Ты ведь и сам словно из сказки про шапку невидимку сбежал. Захочешь и исчезнешь. Захочешь – появишься, – захохотал Витя. – Я про настоящих сказочных, – слегка обиженно протянул невидимка, – русалок к примеру. Летающих рыб... – Подумаешь, удивил, – улыбнулся я, – про летающих рыб даже в школьных учебниках пишут. – Только вряд ли в учебниках пишут про акул и китов, способных летать на высоте нескольких километров над землёй со скоростью пассажирского самолёта. Ума не приложу откуда они их притащили. А вход в лабораторию охраняет настоящий цербер. Пройти внутрь будет очень сложно. А выйти ещё сложнее, – Олег перешёл на заговорщический шёпот. – Да, такое нам будет не по силам. Видимо придётся отказаться. Оборотни – это одно, а демонические создания преисподней совсем другое, – растерянно осмотревшись по сторонам промямлил Витя, оборотень, которому как мне казалось не страшно абсолютно ничего. – А куда тебе теперь деваться с подводной лодки? – зыркнул на него как-то недобро Лень, – твоей маме сейчас грозит серьёзная опасность, спасти её твоя обязанность. – Маму я и в другой город перевезти смогу, у неё дом от родителей остался недалеко. Пять часов на машине, и мы в глухой деревне, которой даже на картах нет. Дядя нас там никогда не найдёт, – пожал плечами оборотень, – да и тебе Стёп я бы не рекомендовал в это всё вмешиваться. Ты ведь ему ещё своего обещания не давал. – Зато ты мне обещание давал. Тогда, на рынке. Клялся прийти на помощь по первому зову. Даже если формально не мне, а бабе Мане, считай, что она тебя уже позвала. А что будет, если ты нарушишь клятву на крови, ты знаешь. Кто тогда спасёт твою мать от тебя, и от твоего дяди. Он на неё уже давно зуб точит. Хотя, можешь идти. Силой ведь тебя никто не держит. Я просто предупредил. Как и Стёпу хочу предупредить о том, что Света с ним или без него, но нападёт на лабораторию. Для неокрепшей девочки-ведьмы тягаться с оборотнями стопроцентная смерть. Она за бабкой своей не раздумывая пойдёт и в огонь, и в воду, и на тот свет. А единственный, кто сможет её спасти – харбор. – Я ведь даже не харбор. Так, случайный носитель слезы Бога, – отмахнулся я, столько времени мне согревала душу мысль о том, что я особенный, а теперь благодаря Богу Ворнукшатре, я почувствовал себя ошибкой эволюции. – Все случайности не случайны. Ты думаешь, Света случайно оказалась тогда за стеной на набережной? Я её туда в тот день отправил, ведь прекрасно понимал, что без неё ты с этой бандой не совладаешь. Думаешь, что там случайно оказался Витя? Он всегда там несёт свою вахту в надежде спасти кого-нибудь из рук своего недобратца. И то, что он тебя сразу не рассмотрел, и не остановил на подступах, тоже не случайность, я немного подмогнул, иначе бы мы не узнали твою силу, а Света, скрывающаяся за стеной, сама оказалась бы в смертельной опасности. А может ты думаешь, что забывательная трава, которой чуть не отравилась Света, случайность... Я схватил Психо за воротник рубашки и так сильно натянул, что парень не смог продолжать свой рассказ, а громко закашлялся. Как знать, может, если бы не вовремя подоспевший Олег, я задушил бы его на месте. – Успокойся, мы здесь не при чём. После вашей ссоры, девчонка решила свести счёты с жизнью. Лёнька пытался её разубедить, но девчонка не глупа, едва услышав, что в классе есть кто-то, кто умеет навязывать свои мысли и желания, сразу оградилась защитным заклинанием. К счастью, опыта в этих делах у неё маловато, не смогла свои мысли скрыть. Я пошёл за ней, а Лёня за вами. Только вот не так просто вы поддаётесь его гипнозу, а я не мог обнаружить своего присутствия в её квартире, и вообще обнаруживать себя в тот момент нам было ещё рано. Если что, это я вам открыл входную дверь в подъезд, а иначе, дожидаясь пока это сделает кто-то другой, мы могли опоздать, а девочка – погибнуть, – после этих слов Олега, я всё же отпустил, начавшего синеть, Лёньку. – Теперь я понимаю, что каждый мой шаг с момента появления Вити был продуман и скорректирован тобой, но только не понимаю, для чего тебе всё это было надо? – я недовольно сощурил один глаз. – Кроме русалок и рыб, в этой лаборатории есть и люди. К примеру, мой отец. Я столько лет думал, что он погиб, а оказывается что всё это время он был подопытной крысой у оборотней. Я готов на всё, чтобы вызволить его... – И я, – перебил Лёньку невидимка, – он как-никак помог мне сбежать, и спасти его теперь мой долг. Возможно я бы ушёл с чистой совестью, передав парню весточку от отца. Только вот малы вы для роли спасателей. – Он с помощью иллюзий помог Олегу бежать из лаборатории, но попросил его передать мне от него привет. Так я и узнал о харборах, которых не по своей воле помогал ловить мой отец. Пришлось потрудиться, чтобы найти последнюю жрицу Бога Ворнукшатры и выведать побольше об этих щенках. А потом меня осенило, ведь со мной в классе учится один мальчик-щенок, а что, если он имеет какое-то к этому всему отношение... Проверки показали, что самое прямое. Я думал попросить тебя помочь мне, в обмен на примирение Светы с родителями, но кажется ситуация вышла из под контроля, и теперь Света сама рвётся в бой, остаётся лишь надеяться, что ты её в этом бою не бросишь.

Глава 18. Подарок

– Не брошу! – я тяжело вздохнул, – вот для чего Бог создал девчонок? Чтобы нам спокойно не жилось? За всё время нашей дружбы со Светой я её спасал не меньше сони раз. Даже пару раз от двойки...

– Мне кажется, или ты жалуешься? – засмеялся Лень, и не смотря на то, что он стоял далеко и ко мне не прикасался, появилось ощущение что он похлопал меня по плечу, возможно это и называется сила ментальной энергии и у Психо она на уровне.

– Я не жалуюсь, просто порой задаюсь вопросом, девчонки для нас божье благословение или наказание? Без них плохо, а с ними опасно, – я покраснел от смущения, хорошо ещё, что девочка, которая нравится мне, сейчас находится в другом мире. К несчастью, я в очередной раз ошибся и она оказалась гораздо ближе чем мне бы хотелось.

– Разумеется, благословение! Не будь девчонок, перед кем бы вы хвастались своей силой? Не перед друг другом же! И кого бы вы защищали? Не друг друга же! – звонко смеясь, Света спустилась с порожек, ведущих на третий этаж.

– А ты что там... Разве не... Квартира бабы Мани же... – старался я собрать свои мысли в кучу, но получилось это у меня совсем не очень.

– А была ли квартира? – девочка цокнула языком, – на самом деле, квартиры здесь нет и быть не может, за дверью, которую вы приняли за вход в квартиру находится обычная кладовка с инвентарём для уборки, там и одному человеку не разместиться, я уж не говорю про четверых. Но, любая дверь может стать порталом, если знать заклинание. Хотела я незаметно посмотреть ушли вы или нет, но после услышанного, я не могла тихо уйти и не высказать своего мнения...

– Значит Баба Маня здесь не живёт? А как же она тогда каждый день на улице собак кормит? – удивлённо расширил я глаза.

– Она не только здесь собак кормит, если проехать по стране и уточнить у небезразличных граждан крупных или мелких городов, то они обязательно скажут, что неоднократно видели старушку, которая подкармливает собак и зовут её баба Маня, по описанию она будет возможно немного отличаться, но уверяю тебя, это будет одна и та же старушка, – после этой фразы злым взглядом Света окинула с ног до головы Лёньку, – значит это ты, тот самый Психо, наделавший столько шума?

– Я! Всё то время, которое вы старались меня вычислить я ждал момента, когда смогу тебе сказать, что Лёнька не глупый, он просто притворяется. Ту задачу по математике, которую Стёпа вышел тогда решать на доске я решил в уме на пару минут быстрее тебя. Не всегда и не всем стоит показывать своё умственное превосходство, у многих появляется желание доказать что именно они умнее, – потом парень минуты две смотрел с улыбкой в глаза девушки, – вот о чём я и говорил, стоило только сказать, что я быстрее и она уже думает проверить это утверждение. Ок, один раз! Проиграешь, и больше ко мне с этим не приставай. Завтра на математике первая задача. Интересен только ответ. Считаешь, пишешь на бумаге, и поднимаешь её вверх. Кто первый, тот и победил.

– А если ты прочтёшь мои мысли? Получится не честно! – фыркнула девушка.

– Не честно получится, если я не прочту твои мысли, а ты меня в этом после обвинишь. Ты же планировала завтра утром выпить отвар против чтения мыслей.

После этих слов Психо девушка фыркнула ещё раз.

– Ладно, мне пора, увидимся завтра в школе, – произнесла она и торопливо сбежала по ступенькам вниз.

– Зря ты с ней так, – постарался я воззвать к совести Лёньки, – с ней хоть и сложно бывает договориться, но как человек она хорошая.

– Хороших ведьм не бывает, и оборотней тоже, – улыбнулся Психо, – хотя, одно исключение из правил я пожалуй знаю.

Поправился парень, заметив злые глаза Виктора.

– Где есть одно исключение, там и два найдутся, – обрадовался я подвернувшейся мне лазейке, – не ведьмы плохи, а люди с их мелкими страстями. Ведьма - это ведь почти как профессия, одни в ней душу теряют и постепенно выгорают, а другие получают удовольствие от процесса и остаются собой.

– Ладно, пойду я, а то так скоро мы дойдём до идеи что Влади Мир такой злой потому, что у него болит зуб мудрости, – хихикнул Лёнька и Олег поддержал его шутку своим басовитым хохотом, – увидимся завтра в школе. Начнём готовиться к налёту. И чтобы потом не было фраз типа иди домой мальчик и не отсвечивай, сразу скажу - это и моя битва. Она такая же моя, как и ваша. Или я получу то, за чем иду или погибну.

– А он настроен серьёзно! – кивнул головой оборотень, когда Психо скрылся из виду.

– А то ж. У этих гадов его отец. Ладно, пойду, не помню, выключил ли я чайник, – это была скорее отмазка, мне очень надо было побыть одному, столько всего произошло, что у меня даже голова разболелась от мыслей.

Видимо поняв моё единственное на данный момент желание, Витя махнул мне на прощанье рукой и побрёл в противоположную сторону.

Домой я не пошёл, а побежал. Даже не разу не остановился передохнуть, а закрыв за собой входную дверь, рухнул, как подкошенный. Так и пролежал пол часа на коврике в коридоре, потом разумеется пришлось встать, ведь скоро должна была вернуться мама, а что она в этом случае бы мне сказала, я прекрасно знал и сам.

Как я надеялся, что за ночь дурь из головы спорщиков повыветрится. Не тут то было. Оба в школу пришли серьёзные и сосредоточенные, готовые решать поставленную учителем задачу. Взгляды их метали молнии, от чего обстановка становилась крайне напряжённой. Хорошо, что математика была первым предметом, дольше я бы вряд ли выдержал.

Едва учитель назвал первый номер как эти двое ринулись в бой. Мне было прекрасно видно обоих спорщиков. Я видел как Лёня закончил писать. Не меньше чем на минуту раньше Светы, но бумажку в верх поднял в тот момент, когда результат девочки уже был в воздухе. Для чего он так сделал? Решил поддаться? А может избежать следующей дуэли, которую Светка обязательно бы рано или поздно устроила. А может она ему нравится?

Кулаки сжались сами собой. Взрослые бы наверняка сказали, что я ревную. А даже если и ревную, то что с того. У Лёньки ведь шансов заполучить её гораздо больше, а на крайняк, он может подавить её волю своей ментальной силой.

«Думай, что думаешь!» – появилась на доске новая надпись, адресованная наверняка мне.

Объяснять её смысл Лёнька не стал, а на мой очередной взгляд в его сторону просто покрутил пальцем у виска.

– Я выиграла, – шепнула Светка, пнув меня локтём, и глаза её выражали бесконечную радость.

После урока девушка и Психо пожали друг другу руки и снова стали если не друзьями, то по крайней мере не соперниками.

– У меня для тебя небольшой подарок есть, – со смущением Витя протянул мне пакет.

– Что это? – уточнил я не торопясь его открывать, сегодня хоть и не первое апреля, но и не двадцать седьмое ноября, день моего рождения, да и других праздников типа дня защиты собак в ближайшие дни не предвидится.

– Бери смелее, – хохотнул Лёнька, - трусы ведь ещё никого никогда не кусали, в отличии от их хозяина.

– Трусы? – я скорчил брезгливую физиономию.

– А что в этом такого. Да не смущайся, они ведь новые. Запечатанные, я с них только ценник снял, а то боюсь у тебя волосы на голове дыбом встали бы от такого количества нулей, – покраснев от смущения, пояснил Витя.

– Бери, они тебе понадобятся, – с улыбкой закивал головой Психо, порой мне хочется назвать его не Психо, а псих. Именно так он себя обычно ведёт.

– И когда они мне понадобятся? – покраснев, но не от смущения, а от злости уточнил у него сквозь зубы.

– Ещё вчера. Неудобненько ведь перед бабой Маней получилось, да и перед Светой. Пришла в гости к бабушке, а там ты без штанов... А так бы хоть трусы были, – все весело засмеялись, и даже Олег. Неужели он за Лёнькой везде таскается? И даже в школу. А что если это именно он помог решить парню задачу, тогда понятно, почему Лень предпочёл проиграть. Завтра невидимка поможет спасти ему отца и навсегда исчезнет, хотя, можно ли так сказать о том, кого и так не увидеть, не учуять и не считать. Если Светка решит устроить ещё один матч-реванш, он его обязательно проиграет.

– Ты о чём задумался? – уточнила девочка несколько раз дёрнув меня за плечо.

– О том, как может тот, кто создаёт столь удобную одежду, быть злодеем, – чтобы сказать хоть что-то, сказал я.

– Именно такие злодеями обычно и бывают, днём в добрых граждан играют, а по ночам свои злодейства творят, – улыбнулся Психо.

– На самом деле они творят свои злодейства и днём и ночью, под прикрытием, – поправил Олег.

– Мне, честно признаюсь, до сих пор не верится, – тяжело вздохнул оборотень, – с виду то мой дядька вроде любит меня, заботится.

– С виду мы все друг друга любим. Он злодей. И харборы у него. Вспомни, сколько времени ты в больнице провёл после первой встречи со Стёпой. Так это он ещё не в полную силу старался, видимо интуитивно чуял, что настоящей угрозы нет. А твоего брата с компанией харбор-медведь вообще разделал под орех, а на следующий день, ребята, как ни в чём не бывало, снова были на набережной. На такое способны только красные кристаллы. Кстати, не удивлюсь, если и эту безразмерную одежду шьют из кожи или желудков тех самых летающих китов, а иначе зачем они нужны в лаборатории в таком количестве, – заметив моё побледневшее лицо, он сменил тон, – я шучу, это обычная ткань. Хочешь или не хочешь, завтра тебе придётся их одеть, ведь твой рюкзак с вещами нести будет некому. А нам понадобится как Волчок, так и Стёпа.

– Значит всё случиться завтра! – лязгнул зубами Витя.

– Если быть точным, то под словом завтра, я имею ввиду сегодняшнюю полночь,– уточнил Лёня, так что не расслабляемся.

Глава 19. Без плана

Смешной он. Как тут вообще расслабиться? Возможно все мы не доживём до утра. Возможно нас ещё на подступах к лаборатории на куски разорвут оборотни. Казалось, к подобному исходу я уже был готов. Ошибался! Едва стало известно точное время операции и появился мандраж. – Может расскажешь свой план действий. Как-то смутно сейчас всё представляется, – уточнил Витя, и я в предвкушении повернулся к Психо. – Нет. Пусть это пока для вас побудет секретом, – проговорил Лёня, и мне стало всё понятно, нет у него никакого плана. К счастью, не трое нас на это дело идёт, наверняка баба Маня хоть что-нибудь придумает. Только нельзя Психо и Олега к ней вести. Достаточно того, что они уже рассказали, в общих чертах и мы сами сумеем обстановку описать. – Свет, нам бы с Витей с твоей бабушкой встретиться. Помнится, она на сегодня нам встречу назначала, – предупредил я девочку, пока она не решила по-тихому слинять. Лёня не настаивал на встрече со старушкой, но прежде чем мы ушли, одёрнул за плечо. – Отойдём. Буквально на два слова. Я видел, как после этой фразы скривилось лицо Светы, в её глазах я сейчас выглядел наверно предателем, сговаривающимся с врагом за её спиной. Но ведь Лёня нам не враг. Быстро кивнув головой, я последовал за телепатом. Остановился он лишь тогда, когда расстояние между нами и остальными стало метров сорок. – Я умнее, чем вы думаете. Задачу сегодня я решил быстрее, и кстати говоря, сам. Почему тогда не поднял первым вверх бумагу? Всё очень просто. Мы все союзники. Сегодня ночью нам предстоит битва. Смертельная битва, ведь будет полнолуние. А при нём оборотни значительно опасней. Стоило ли мне перед сражением портить отношения с союзником? Света очень обидчива, и может припомнить обиду в самый неподходящий момент. В том что я поддался только холодный расчёт и никаких чувств, – глаза парня в момент этой речи абсолютно ничего не выражали. – А мне то ты для чего это говоришь? – я постарался так же не выдать своих эмоций. – Ты тоже мой союзник. Я предпочитаю расставить все точки над и до начала операции. Не хочу, чтобы ты со стороны наблюдал за тем как меня будут убивать. Что же касается меня, даю тебе слово, если тебе там будет угрожать опасность я сделаю всё от меня зависящее, чтобы тебя спасти, – подобного обещания от Лёньки я точно не ждал. – Я тоже обещаю сделать всё, что будет в моих силах, чтобы тебя спасти, – видимо, растроганный его словами, я не удержал язык за зубами, кажется мне, что я ещё о своём обещании чуть позже пожалею. – Ок. Тогда в одиннадцать мы с Олегом за тобой заедем, – эти слова Лёня специально произнёс как можно громче, чтобы услышали все, – Вить, за тобой заехать? – Я что, на маленького похож? Время-то детское, сам дойду. Я никого не боюсь, ведь я самый страшный, – оборотень громко засмеялся. – А за нами чего не предлагаешь заехать? – обиженно надула губки Света, – мы что, чем-то хуже. Меня бы подобный вопрос сразу поставил в тупик, но не зря Лёнька кичится своим умом, выкрутился. – Хуже? Наоборот, в разы лучше. Вам, чтобы попасть из точки А в точку Б не надо тратить лишнего времени и трястись в неудобном душном транспорте. Достаточно лишь открыть дверь и вы уже на месте... Судя по всему этот ответ девушку вполне устроил, она даже просияла от гордости за то, что ведьма, а не обычная девочка, живущая обычной жизнью. – Нам пора к бабушке. До вечера, Лёнь. Надеюсь ты не передумаешь и не забоишься прийти... – В полночь буду, ну в смысле будем. Я, Олег и Стёпа, – после этих слов парень помахал ручкой и потопал прочь, а мы принялись искать незапертую дверь для портала. Говорят, были раньше времена, когда двери в подъезд не закрывали. Так и были они сутками напролёт нараспашку, а сегодня мы не смогли найти ни одной открытой. Пришлось идти в подвал. Раньше он тоже был постоянно заперт, но кому-то этот замок так сильно мешал, что его срывали раза три, прямо вместе с дверями, наверняка с помощью немалых размеров машины и троса. Так что последние пару лет зайти в подвал может любой желающий. Мы следом за Светой сделали шаг за дверь и оказались на уже знакомой кухне бабы Мани. Она нас ждала. В кружках был горячий травяной чай, а на тарелке пирожки, так сказать с пылу с жару. – Мы нашли тех, о ком вчера ты говорила. Их всего двое. Нивидимка и Психо. Вроде как они даже на нашей стороне. У них свои счёты с оборотнями. Сегодня в полночь они будут нас ждать возле лаборатории Влади Мира. К сожалению, у них есть желание, но нет плана. И ещё, один из них – наш одноклассник, – фыркнула Света. – Я так думаю, что не невидимка? – усмехнулась старушка, – если это он меня столько времени в страхе держал, тогда он весьма талантливый молодой человек. – Не только в страхе, – вступил в разговор Витя, – мы с вами всё же виделись на рынке, только тогда вашим телом управлял именно он. Старушка от возмущения всплеснула руками. – Очень-очень талантлив паршивец. Видимо я начинаю хватку терять. Даже не заметила ментального воздействия. А он силён, хитёр и изворотлив. Хороший друг и опасный враг. – Друг. Однозначно друг. Он ведь Свету от смерти спас. Неужели из-за какой-то глупой ссоры надо было травиться? А если бы мы не успели, – я посмотрел на девочку, ни один мускул не дрогнул на её лице. – Прежде чем спасти, он ведь сам меня до этого и довёл. Может по-твоему он и друг, а по-моему просто пытался втереться в доверие. – Будем разбираться на месте, по обстоятельствам. А то что плана у них нет, то этот факт я бы отнесла не к минусам, а плюсам. Тот у кого нет плана, обычно готов ко всему. У нас тоже плана не будет, будем действовать по обстоятельствам. Свете и Стёпе по пистолету, и паре обойм с серебряными пулями. Витино лучшее оружие – его зубы. Я возьму на себя Вальку, всё равно вы с ней не совладаете. – Но ведь оружие детям не игрушка, – напомнил оборотень, когда старушка достала из деревянного ящика пару револьверов. – Это ты мне завтра скажешь, если жив останешься, – огрызнулась она в ответ, – стреляем в голову или сердце, по другому оборотня не убить. – А как же тогда удалось прикончить Витиной маме Витиного папу? Кто-то что-то видимо не договаривает, – задумчиво произнёс я. – Может ни она его убила, а просто кого-то покрывает? – предположил оборотень. – Или она охотник? – предположила баба Маня, – занятные ребята, сколько оборотни существуют, столько они за ними и охотятся. Но, иногда конечно и влюбляются в своих врагов. Только увы, это путь в никуда. Ведь рано или поздно наступает момент, когда одному придётся убить другого. И тут уж два варианта, или ты, или тебя. Охотники, кстати гораздо чаще погибают. Ведь до последнего отказываются верить, что их возлюбленные их отправят в расход. На столько уверены, что смогут управлять ситуацией. Кстати, сможешь ли ты, Виктор, противостоять полной луне? – Я буду следить за ним внимательно, и если вдруг он потеряет контроль, я выстрелю, – с нескрываемой злостью в голосе произнесла Света, крутя в руках револьвер. Подобная решительность меня покоробила, как до такого вообще могло дойти, где моя милая Света? – Никого мы убивать не будем, - замотала головой старушка, – ненадолго я думаю смогу заблокировать зверя внутри Вити. На шею оборотня, даже не спрашивая его согласия, баба Маня одела амулет. Рисунок на нём смутно напоминал лапы паука. Он поможет лишь один раз, а после станет обычной ничего не стоящей стекляшкой. Смотри не потеряй, а иначе придётся тебя убить. Кстати, вам надо попрактиковаться в стрельбе. Мы снова оказались в саду. Там уже стояли деревянные волки. В том месте где были голова и сердце были начерчены красные круги-мишени. Первый, собственно как и десятый мой выстрел просвистел мимо мишени. Света же буквально со второго раза начала попадать хоть и не в десятку, но в уверенную пятёрку. – Не так резко, – усмехнулась она, заметив, что я стал раздражаться, – медленней надо, будто он хрупкий и от грубого прикосновения может сломаться. После того как я наконец в первый раз попал в двойку, то посчитал тренировку оконченной. Скоро ведь с работы родители вернутся. Я просто обязан провести этот вечер с ними. Ясное дело, что всё последующее время за сегодняшний вечер я не наверстаю, но хоть несколько дней. – Ты ещё можешь передумать и не пойти. Я на тебя не обижусь. Честное слово, – догадавшись о причине моего расстройства, предложила Света. – Вот уж нет! Раз решили все вместе, значит, все вместе и пойдём, – уверенно закивал я, – пойду только с родителями попрощаюсь. Мама была уже дома и, как обычно, жарила для меня котлеты. « Если я не вернусь, кто тогда будет доедать мясо? Я просто обязан вернуться », – подумал так и поцеловал маму в щёку, а после весь вечер просидел в своей комнате. С такой грустной физиономией я бы только испортил всем настроение. Когда на часах было одиннадцать, я, обернувшись щенком, выскользнул из окна. Благо, квартира расположена на первом этаже. Лёнька уже ждал меня на улице и отвёл к машине. Дорогой чёрный внедорожник стоял припаркованный возле соседнего дома. На мой вопрос, где взяли, без какого либо смущения Олег ответил: «Украли! Ну, вернее, одолжили на время». И от этого «на время» стало так грустно. Сразу вспомнилось, что времени у нас почти не осталось. Прежде чем машина дёрнула с места, я ещё раз оглянулся на свой дом. У родителей в спальне не горел свет, хорошо, что они спят, значит меня до утра искать не кинутся.

Глава 20. Охота на волков

И вот все в сборе. Витя зачем-то даже на лицо маску натянул. Неужели думает, что это его спасёт от гнева Светы или от гибели. Света тоже была одета в спортивный костюм, обычно же она ходила исключительно в юбках или платьях. Даже старушка нацепила на себя камуфляж. Думаю, в таком виде мы больше были похожи на клоунов, чем на налётчиков. И нелепее всех буду выглядеть я, одетый, вернее раздетый до трусов. По этой причине я всё ещё оставался в образе щенка. Раздав всем, кроме меня и невидимки, склянки с настойкой, старушка открыла портал. Мы оказались внутри ангара и в ловушке. Нас ждали. Не меньше пяти десятков оборотней рассредоточились по территории, взяв нас в кольцо. – Я так и знала, – Света наставила на Витю револьвер. Парень лишь испуганно вжал голову в плечи. – Это не он, – встал перед ним Психо, вот уж поистине псих, девчонка ведь вооружена и очень опасна, в любой момент может нажать спусковой крючок. – Значит ты? – уточнила она ещё злее и затрясла оружием перед носом Лёни. – И ни я. Невидимка. Он нас сдал. – Значит, из-за твоего неумения выбирать партнёров, мы оказались в ловушке! – закричала Света и что было сил толкнула парня. Странно, но оборотни, даже несмотря на численный перевес не нападали, они, словно, давали нам возможность разобраться в ситуации, прежде чем слопать. Видимо они уже были уверены в своей победе. – На самом деле из-за неумения выбирать партнёров, не мы, а они оказались в ловушке. Я ведь не только в школе глупым притворяюсь. Я притворялся всё это время и в том, что не могу никак влиять на невидимку. Он расслабился, поверив, что я не могу читать его, да и внушать ему свои, мысли. А на самом деле могу! Вот такой троянский конь с ответочкой получился. И что самое прекрасное, оборотни не могут учуять его запах, это я на Вите неоднократно проверил. Олег таскался за ним неделю как приклеенный, а он его даже не заметил. Невидимка, выпусти харборов из клеток, – распорядился парень почти шёпотом, наверняка озвучив эту мысль для нас, ведь исполнителю достаточно было и мысленного приказа. Одна за другой распахнулись двенадцать клеток – И чем же нам помогут двенадцать маленьких щенков? – уточнил я. – Тринадцать! Или ты думаешь, что ты не в счёт? – хихикнул Лёнька, – от вас будет многое зависеть, к примеру то, выберемся ли мы живыми от сюда. Баб Мань, на одной из картинок я видел, как жрица бога Ворнукшатры призывала на помощь харборов. Для этого она подняла вверх медальон и произнесла это заклинание. Парень достал из кармана лист с рисунками, точно такими, как в книге со сказкой, которую мы с Витей читали несколько дней назад. – Значит, говорите, у него нет плана? – старушка закачала головой, глядя на внучку, но та лишь пожала плечами, - видимо он просто не хотел делиться им раньше времени. План отличный, за исключением одного пункта. Амулета у меня нет. Я отдала его Вите. Только так он не превратиться в оборотня. А иначе, кто его знает, что сделают с ним двенадцать харборов. – Я готов рискнуть. Я ведь, идя сюда, не питал никаких иллюзий. Наши шансы остаться живыми и так были равны нулю. А теперь, ваши шансы значительно выросли. И я не могу поступить иначе... – парень снял амулет, – Свет, только у меня к тебе одна просьба будет, не стреляй в меня до тех пор, пока я не угрожаю кому-то из наших. Пока, обезумев от лунного света, не брошусь на людей. – Хорошо, договорились, – девушка постаралась улыбнуться, но накатившие на глаза слёзы ясно дали понять, что после того, что сделал для неё Витя, это будет совсем не просто. – Чего они ждут. Почему не нападают? – постарался я перевести тему, неприятную здесь абсолютно всем. – Они ждут, когда луна их усилит. Без её сил, мы просто люди, способные ради забавы или по другой надобности обращаться волками. Но лишь свет полной луны даёт нам животный дух, – пояснил Витя, как мне показалось несколько грустнее, чем говорил до этого, видимо про ноль процентов он слегка лукавил и раньше у него ещё теплилась хоть какая-то надежда. А теперь её не стало. – И как мы узнаем, что луна вошла в свою полную силу? – не унимался я. Ответом мне стало утробное рычание, больше похожее на хоровое пение. Все пятьдесят волков завыли на одной ноте. Но страшнее всего было то, что Витя, обратившись волком, завыл им в унисон, окинув нас голодным хищным взглядом, он бросился на ближайшего к нам волка. – Чего он творит? – шепнула Света, – он ведь против этого оборотня, как Моська против слона. – Ему надо было вступить в бой хоть с кем-то, иначе бы он набросился на нас. Пока его мысли заняты боем, ему не хочется есть, – пояснил Лёня, в мыслях он у нас спец. Тем временем Виктор кинулся на второго и третьего оборотня. – Вот же ж... – выругался я, – кажется он совсем с головой не дружит. – Или даёт нам время, – снова заговорил Психо, – Баба Маня, думаю пора, призывайте! Старушка подняла вверх амулет, и вдруг он выпал у неё из рук, выбитый вспышкой света, мы даже понять не успели, что это было вообще. – Зря ты старуха сюда пришла! – женский голос был громкий и звонкий. В полупустом помещении он отражался от стен, и казалось будто исходит ото всюду сразу, я даже завертел головой в поисках колонок, но наткнулся взглядом на неё. Женщина явно не экономила на косметике и с первого взгляда напомнила мне куклу барби, длинноногая стройная блондинка в туфлях на каблуке и деловом костюме больше походила на бизнес вумен, чем на ведьму, но всё же оказалась ведьмой, а по совместительству Витиной тёткой. – Валентина, а ты прекрасно выглядишь, несмотря на возраст. Видимо деньги мужа и пластическая хирургия творят настоящие чудеса, – комплиментом на комплимент отозвалась баба Маня. Пришла я не зря. Зря, что так поздно. Чуяло ведь моё сердце подвох. Я с самого начала не доверяла тебе... – Марана, ну что ты сразу так резко? Подумаешь, десяток сестёр убила. Кто старое помянет, тому глаз долой, – улыбка Валентины затмила бы любую голливудскую звезду, но на бабу Маню с чего-то не подействовала. – А кто забудет, тому оба... – вместе с этими словами ведьма вылила на предательницу целый поток огненных стрел. Чем всё закончилось, я не успел досмотреть. Откуда-то слева раздался протяжный крик Светы. Пришлось оглянулся. Её обступили сразу трое оборотней. Уже в следующую секунду, обернувшись медведем, я бросился ей на выручку. Надо сказать, что сражаться с оборотнем, это совсем не то, что драться с волком Витей в подворотне, или молодыми волками на Набережной. Эти были в разы сильнее и быстрее, к тому же нападали куда слаженнее. Едва я уклонялся от клыков одного, как в спину мне впивались зубы кого-то из оставшихся двоих. Стрельба Светы почти не помогала, видимо у неё тряслись руки, а может и от того, что стрелять по стоящим мишеням и по оборотням, находящимся в постоянном движении не одно и то же. Очень скоро мои силы иссякли, перед глазами резко потемнело, и я начал терять сознание. «Это конец!» – подумал я прежде чем со всего маху приложился головой о бетонный пол. Не знаю сколько прошло времени, прежде чем мир вокруг снова начал наполняться звуками. И звуки эти не были похожи на звуки продолжающегося боя. «Мы проиграли!» – от подобной мысли сердце заколотилось быстрее. Что стало с моими друзьями. Со Светой, Витей. За Лёню и бабу Маню переживал, но не так сильно. – Кажется он очнулся, – голос, проговоривший это не принадлежал никому из моих знакомых, тут к гадалке не ходи, меня оставили в живых потому что я харбор. Зря они не связали мне руки. Я резко подсочил и стукнулся лбами с Витей, который нагнулся, что бы проверить, всё ли у меня в порядке. – Ты жив? Но как? – уточнил я, выпучив от удивления глаза. – Вот тебе и здравствуйте, – улыбнулся он, и улыбка его была весёлой, у меня точно камень с души свалился, значит, все живы и здоровы, или... Может не зря Света ему не доверяла. Я вскочил на ноги и огляделся по сторонам. Несколько десятков людей, которых из-за одежды и оружия можно было бы принять за ниндзя суетились то тут, то там, наводя порядок или заметая следы недавней битвы. Оттирали кровь от стен, складывали в огромных размеров мешки, обломки того, что когда-то было мебелью и оборудованием. Женщина лет тридцати обрабатывала Свете разодранное клыками плечо. Баба Маня суетилась рядом, стараясь вручить внучке целебную настойку, но женщина каждый раз её отодвигала со словами: – Это лишнее. Я сама прекрасно знаю, как лечить. Через неделю не останется и следа. Старушка ненадолго отступала, но после шла на новый круг имевший тот же результат. Очередной раз осмотревшись, я понял, что не вижу Лёни. Неужели его больше нет. И кто все эти люди. Что произошло пока я был без сознания. Как много вопросов. Я наконец обратил внимание на Витю, который теперь уже стоял рядом со мной, и всё так же улыбался. – Где Психо? – задал первый из интересующих меня вопросов и тут же получил ответ, резкий как удар. – Его здесь нет. – Моё сердце словно рухнуло в пропасть, никогда бы раньше не подумал, что так отреагирую на подобную новость. На моём лице отразилась великая скорбь, – понимаю, самому жаль, что этот паршивец практически не убиваем, придётся нам с ним ещё помучиться. Я так был расстроен, что даже не сразу понял смысл сказанных Витей слов, а когда понял, то не сразу поверил. – Лёнька жив? – уточнил я, чем вызвал у друга приступ неудержимого и неконтролируемого смеха. – Разумеется жив. Ушёл с отцом домой час назад, попросил, когда очнёшься, передать тебе слова его искренней благодарности. Ему меньше всех досталось, Марина сказала что он может идти. – Марина? – наверняка речь шла о той женщине с аптечкой, но я спросил, хотя бы для того, чтобы Витя понял, что я вообще не в курсе происходящего. – Рановато ты вырубился. Буквально за пару минут до прихода подмоги... – Но кто они, и откуда? – поторопил я рассказчика, из которого каждое слово приходилось тащить клещами. – Тут такое дело... Баба Маня была права, моя мать – охотник на оборотней. Мой отец был её заданием. Только оказалось, что он был таким же пацифистом как и я. Познакомились они поближе и влюбились, решили сбежать. Но Влади Мир, старший брат отца узнал об этом и решил помешать. Отца убил, мать укусил и запугал, вынудил взять вину на себя. Она была тогда уже в положении, к тому же стала оборотнем, дед, не смотря на всю злость, не смог дать распоряжение на её убийство. Так и терпел её в своём доме до самой смерти... – Всё это конечно очень интересно, но я ведь спросил тебя не об этом, а о том, кто эти люди, – вспыхнул я после пяти минут пустых разговоров. – Говорю же, моя мать – охотник на оборотней. А это её команда. Конечно, когда она была оборотнем, то старалась лишний раз на глаза им не попадаться, но сегодня когда благодаря твоей крови она не обратилась, она захотела поделиться этой радостной новостью со мной. Но не найдя меня дома, запилинговала мой сигнал. Поняв куда и для чего я пошёл, отправила за мной команду. Если бы не эти ребята, нас бы уже не было в живых. Баба Маня ведь не смогла завершить обряд по призыву харборов, Света, так ни в одного оборотня и не попала. Олег спрятался в клетке, ты лишился чувств, Лёня отбивался от наступающих волков чем только мог и при этом постоянно твердил: «Ты под моим контролем. Ты не волк. Ты пудель». Возможно я бы с этого даже посмеялся, но был немного другим занят, а вернее другими, братцем и его дружками. Когда раздались первые одиночные выстрелы, и пара оборотней рухнули, я решил, что Света стрелять научилась. Оглянулся, и тут же на меня накинули сеть. Но лучше оказаться спелёнатым по рукам и ногам, чем мёртвым. Кстати о смерти, я практически умер, пришлось одолжить кристалик твоей крови, думаю ты возражать не станешь. Там ведь их много было. Ты мог бы кровью истечь, если бы Баба Маня не извлекла из тебя слезу бога и не напоила боленикой. – Значит, я больше не харбор? – мне вдруг стало так грустно, будто от меня махом половину отрезали, ту, которая мне даже больше оставшейся нравилась. Теперь я больше не смогу разговаривать со своими четвероногими друзьями и резвиться в траве. – Мне жаль, но другого выхода не было. Понимаю, что тебе хотелось попрощаться с друзьями, но кристаллы всё текли и текли из тебя, ни повязка, ни жгут, ни даже боленика не помогали, лучше жить человеком, чем не жить вообще. Двенадцать собак сидели в сторонке и испуганно жались друг к дружке. – И что теперь будет с ними? Оставаться здесь им опасно. Не Влади Мир, так кто-то другой, охочий до их крови продолжит за ними охотиться, – вдруг мне стало так страшно за этих малышей, я ведь человек, у меня есть семья, руки, ноги, и друзья, а этим крохам в случае чего и опереться не на кого. – Баба Маня заберёт их с собой в Идрис, там их никто не найдёт, а значит и не обидит. Она, кстати, и сама там навсегда останется. Позднее раскаянье. Поняла наконец в какую опасную историю внучку втравила. Решила исчезнуть навсегда и больше не быть причиной раздора в семье сына. Так что можно сказать Лёнька свою часть договора тоже выполнил. Свете придётся вернуться к родителям, – оборотень подмигнул мне. – Какой из них Аполло? – я сделал вид, что не слышал последние слова Вити. – Кажется тот, с красным ошейником... В этот момент в помещение ворвалась женщина, она была чем-то очень взволнована, очень громко говорила с человеком, стоящим возле входа, но при том оглядывалась по сторонам будто кого-то или чего-то искала. – А вот и моя мама, прости, но мне действительно лучше подойти к ней самому, чем ждать, пока она меня найдёт, – Витя торопливо зашагал в её сторону, а я отправился к псу, которого он идентифицировал как Аполло. Пёс словно почувствовал, подошёл ко мне и стал на задние лапы. А после мы сидели вдвоём я рассказывал ему о том, что произошло с Джули, его щенками и мной. Вряд ли он конечно хоть слово из моего рассказа поймёт, но это нужно, и в первую очередь мне. После того, как я рассказал до конца историю, Аполло посмотрел мне грустно в глаза и тяжело вздохнул. – А я ведь в тот день пришёл, чтобы забрать слезу. До этого оставил у Джули на хранение, а когда понял, что подверг её опасности, вернулся, но не успел. Меня схватили раньше, чем она успела ко мне подойти. К счастью! Ведь иначе ни нас, ни вас уже было бы не спасти... – Как так? Я тебя понимаю! Но ведь у меня нет слезы, – закричал я от удивления. – Тише, чего ты тут разорался, ничего удивительного, научиться говорить и понимать собачий, это как ездить на велосипеде, один раз научишься и на всю жизнь, – цикнул на меня пёс, – единственное, чего ты лишился, лишившись слезы, способности защищаться в опасный момент, но, как показала практика, оружие в этом случае гораздо эффективней. Время и научно-технический прогресс выигрывают у клыков и когтей. Тебе пора. В эту минуту Витя и его мама подошли ко мне. – Мы домой едем. Может и тебя подвезти, – предложил оборотень, – Лёнькин отец спасён, мой – отомщён, баба Маня свою клятву выполнила, здесь нам больше делать нечего. – А меня домой подвезёте? – отозвалась Света, и после кивка подошла к нам поближе. Через пару минут мы уже сидели на заднем сидении внедорожника и спорили о том, вызовут ли кого-то из нас завтра, а вернее уже сегодня, к доске. Что поделать, дети, они ведь дети, и очень быстро забывают о пережитой опасности. Хорошие у меня друзья, отзывчивые. Но свой секрет я решил пока оставить при себе.