Зарисовки

Первая версия "Космическая тихоходка"/Первый черновик первой главы.

Покорение необъятных просторов космоса — мечта людей прошлого, которая стала реальностью. Жизнь на других планетах, изучение неизведанного, космические перелёты и научные открытия, что расширяют возможности человечества. Мечта, что стала реальностью!

— Тогда почему я обязан сидеть здесь совсем один и ждать пока меня распределят? — спросил я у воздуха, смотря в уже опустевшую миску с вкуснейшим супом.

— Ждать распоряжения корпорации ваша обязанность, — спокойным мужским голосом проговорил местный повар, официант и мой собеседник в одном лице, убирая у меня из-под носа чуть ли не вылизанную тарелку.

— Опять ты переходишь на уважительный тон, — тяжело вздохнув, пробормотал я. — И это был риторический вопрос.

— К сожалению, у меня нет прав изменять стандартные ответы на стандартные вопросы, — протянул мой собеседник, имитируя усталый вздох, — и они не скоро появятся. Нужно ждать оператора.

— И опять по кругу, — протянул я, облокачиваясь на спинку удобного стула.

— Увы, ваши реплики тоже не пышут разнообразностью, — ответил мне собеседник, ставя уже помытую посуду на принадлежащее ей место.

— И ты отлично знаешь, что это не моя вина, — всё же не выдержал я и вновь пустился в полемику.

Что я делаю? Убиваю время. Где я нахожусь? Сейчас в приятной забегаловке, украшенной настоящими низкорослыми деревьями, окружёнными стилем им под стать с большими окнами, что всё вместе создаёт воздушную и расслабляющую атмосферу. Приятное местечко, не спорю, и меню разнообразное и вкусное, но вот в собеседники мне достался лишь антропоморфный робот с белой пластиной на месте лица и двумя толстыми чертами вместо глаз, что выражали всю экспрессию благодаря тончайшему и легко заменяемому экрану на той же пластине. Не то чтобы я был против роботов с искусственным интеллектом, как раз наоборот, просто от неизменной компании хотелось лезть на стену и не одному мне.

— Как на счёт поговорить с остальными обитателями корабля, а не только со мной? — в который раз предлагал мне мой собеседник с именем состоящим из зубодробительного набора букв и цифр.

Оператор его систем ещё не объявился и не объявится ещё с десяток лет, чтобы дать ему нормальное имя, а у меня, как оказалось, для этого прав нет. Впрочем, я сам не далеко ушёл от моего железного повара.

— Ты же знаешь, что я пытался, — осунулся я, чуть ли не лёжа на барной стойке пустующего заведения. — Но как только всех известили о моём переводе, то я сразу же стал каким-то отщепенцем. Видите ли, я внезапно стал недостойным их общества. Я и тебя-то еле выпросил у управляющего, хоть так стало полегче.

— Что-то я не вижу, чтобы ваше психическое состояние улучшилось после нашей встречи, — оповестил меня железный бармен.

— Поверь мне, я сейчас чувствую себя намного лучше, — заверил я его, попытавшись улыбнуться, но всем своим скромным выбором в мимике мой собеседник выказал мне неверие.

— Поскорее бы вас уже забрали отсюда, — после недолгой «борьбы взглядами» ответил мне лучший повар на этом корабле, по крайней мере для меня, хотя если смотреть на вопрос шире, то здесь все повара лучшие.

— Да-да, — замахал я рукой примерно в сторону своего собеседника, — поскорее бы. Я улечу. А тебя деактивируют и поставят ждать оператора. Миг, и кучи лет, как не бывало, и ты в руках профессионала. Всамдельнишнего оператора пищевой промышленности на этом добывающем корабле.

— Именно, — гордо подбоченился антропоморфный робот, становясь напротив меня с другой стороны барной стойки. — Ты хоть представляешь как сложно обходиться только этими базовыми движениями? Я не могу ни облокотиться обо что-то, ни проявить изобретательность в приготовлении блюда, я даже за пределы рабочего места выйти не могу, — возмущённо проговорил он.

— Я в курсе, — вздохнул я, — всё же я тоже оператор и знаю все эти тонкости. И вообще, я же уже кучу раз извинился!

— Недостаточно, — выдал мой собеседник, — мог бы, скрестил бы руки на груди, чтобы выказать моё неодобрение ещё ярче. И от того, что ты оператор мне не легче. Зачем мне медицинский оператор, когда я с медициной вообще не связан.

— Вообще-то, — важно поднял я палец, всё ещё полулёжа на барной стойке, — еда тоже является частью лечения и...

— Опять ты за своё, — прервал мою речь робот и возвёл чёрточки к деревянному потолку, — даже не думай заикаться на эту тему перед управляющим, влезут ещё в мои настройки и сломают что-то. Не позволю!

— Но я мог бы, — уже в который раз попытался я найти себе занятие в этом скучнейшем ожидании.

— Не мог, — веско отрезал мой собеседник, — я не хочу быть отключённым насовсем из-за твоей скуки. Тоже мне оператор. Одно только название. Вздумал играться с цифровыми жизнями, которые даже не принадлежат твоему направлению.

— Прости, — тяжело вздохнув, я поспешил извиниться, выслушивать эту тираду в -дцатый раз больше не хотелось, — ты же знаешь, что одиночество и скука очень плохо влияют на человека.

— Только это тебя и извиняет, — недовольно ответил робот-повар и утопал куда-то себе в подсобку.

— Я же извинился! — крикнул я ему вдогонку, вскакивая с места.

Ответа не последовало.

— Вот внезапно улечу сегодня и будешь жалеть, что не попрощался! — попытался я надавить на его цифровые чувства.

— Скатертью дорожка! — крикнул мне робот в ответ. — Только и делаешь, что изводишь меня для развлечения, а я ведь не предназначен для этого. Я создан творить пищу, а не составлять компанию одиноким и полусумасшедшим людям. Был бы здесь мой оператор...

Покачав головой, на очередной возмущённый спич, я тихонечко развернулся и вышел наружу. Может, первые десять раз и было интересно как будет себя вести робот с интеллектом без оператора, чисто профессионально, но, к сожалению или к счастью, кроме возмущений я ничего не услышал. Ну ничего к следующему приёму пищи мой недовольный собеседник смирится со своей реальностью и вновь будет открыт для разговора. Конечно, робот-повар был абсолютно прав: он не предназначен для развлечений. А моё поведение мало того, что жутко не профессионально, так ещё и в каком-то смысле жестоко. Вот только ради меня одного не будут будить целую когорту обслуживающего электрического персонала и добавлять работы живущим здесь операторам. Уже выпросить одного робота-повара в собеседники было, не побоюсь этого слова, подвигом, и надеяться на ещё одну уступку со стороны управляющего будет верхом глупости. Хотя, было бы интересно узнать, смогу ли я выпросить ещё что-то. Чисто из вредности, всепоглощающей скуки и одиночества. Вдруг наною себе на космический корабль и сам улечу отсюда? А что, хорошая идея. Осталось только обучится пилотированию космических кораблей и потерять окончательную надежду на транспортировку силами корпорации.

— Дом милый дом, — пробормотал я и вдохнул полную грудь воздуха, задрав голову на «небо».

Называть «это» небом будет неправильным, но настоящего, что обычно есть на планетах с приемлемой атмосферой, я лично не видел, так что для меня «это» вполне себе небо. Конечно, я просматривал видеоматериалы, что так или иначе касались жизни на планетах, но нутро подсказывает мне, что в живую всё выглядит намного захватывающе. Смерив взглядом очередное плотное скопление астероидов с полезными и не очень ископаемыми, на поверхности которых, то здесь, то там возникают вспышки от добывающего оборудования, я попытался представить какого это жить вдали от этого родного, но до скрежета в зубах приевшегося «неба». Вид, конечно, в каком-то смысле красивый и захватывающий, но не для меня. Если на чистоту, то для меня всё на этом корабле уже приелось. И ведь не выйдешь дальше транспортного блока, чтобы хотя бы разнообразить окружающую обстановку каким-нибудь парком или ещё чем. Распоряжение свыше. От самой, чтоб ей икалось весь следующий век, многоуважаемой верхушки корпорации.

Медленно выдохнув, я опустил взгляд на широкую и необитаемую улицу с закрытыми и опять же необитаемыми разнообразными зданиями и побрёл по уже въевшейся мне в подкорку мозга дорожку прямо до своего места временного содержания, а если по-простому, то выделенной комнаты. И не то чтобы комната плоха. По описанию обычная такая отельная комната для посетителей космодрома, с широкой и удобной кроватью, телевизором, действующим санузлом и стандартным набором мебели из шкафа, стола, стула и тумбочки. Почти как на моей старой квартире, которая мне уже не принадлежит. Продал с дуру, как только узнал новости о перераспределении, а когда понял, что что-то меня не торопятся перераспределять, то покупать обратно уже не было смысла. Да и не дали бы мне, ведь я из жителя и уважаемого работника востребованной профессии резко превратился в практически бесправного гостя. Если бы ещё и транспорт работал так же оперативно, как и канцелярия, то цены бы не было моей многоуважаемой корпорации, имя которой за эти месяцы ожидания у меня уже в печёнках сидит. А почему?

— Приветствуем вас на корабле Талос-VI производства компании Центурион, — повторил свою заезженную фразу женский голос, что доносился от стойки регистрации, как только я входил на этаж отеля.

— И тебя туда же, — махнул я рукой в сторону приветствующего меня робота с улыбающимся лицом, выряженного в официальный костюм отеля с пиджаком, юбкой и беретом на голове.

Стандартная фраза приветствия, которая повторяется изо дня в день из раза в раз, которая не меняется даже в мельчайших тонах. Как будто специально призвана бесить меня изо всех сил. Помотав головой, надеясь избавить её от тупых мыслей, я побрёл дальше. Конечно, никто меня не хотел свести с ума. Просто пробуждать искусственный интеллект обслуживающего персонала отеля ради одного меня мало того что затратно, так ещё и глупо. На меня хватит и пачки стандартных фраз от безынициативных болванчиков, которых с лёгкостью можно заменить на обычные динамики. Я же не какая-то важная шишка, а простой работник, точнее уже даже не работник. Хорошо ещё, что отель на время перераспределения оплачивает корпорация.

Ввалившись в свою комнату, я привычно отметил краем сознания его прибранность и ухоженность, спасибо автоматическим системам чистки, и плюхнулся на застеленную белым бельём постель. Вперившись взглядом в белый же потолок без единой трещинки или неровности, я ещё раз прогнал в голове сложившуюся ситуацию, не иначе как из стремления к самоистязанию. Ещё чуть-чуть и смогу на самом деле просить у управляющего оказать мне психологическую помощь. Останется только дозвониться. Н-да.

Какие-то месяцы назад всё было просто и понятно. Я — востребованный специалист, оператор роботов с искусственным интеллектом медицинского направления, по-простому оператор мед-роботов. Жил, рос, социализировался и получал образование на Талосе-VI с самого рождения, как и остальной живой персонал на станции. Нас, живых людей, здесь всего сто одна штука и мы призваны обслуживать все нужды станции до самой старости, по приходу которой мы становимся уважаемыми людьми с хорошей пенсией и приличной суммой накоплений. Умники, которые сидят в верхушке корпорации, настолько круты и уверены в своих расчётах, что могут рассчитывать планы на десятилетия вперёд. И практика показала, что они не ошибиться в прогнозах, по крайней мере сильно. Именно это потрясающее планирование и позволило им осуществлять такие проекты колонизации космоса, как тот, что сейчас исполняет Талос-VI.

Суть же этого грандиозного проекта относительно проста. В неосвоенную систему, где есть скопление чего-то жутко полезного, начиная от планет до каких-либо ресурсов, запускают сравнительно компактный зонд со всем нужным оборудованием для облагораживания космического пространства, включая живой персонал в виде эмбрионов, что спокойно себе созревают в искусственных матках, а потом рождаются уже здесь. До определённого момента добычей нужных ресурсов, строительством корабля, выращиванием пищи, обучением родившегося персонала и ворохом других задач занимается автоматика под командованием достаточно развитого и многогранного искусственного интеллекта. Так называемого управляющего, который в последствии выбирает себе самого перспективного оператора, из уже более менее обученных живых людей. После идёт распределение других ролей и начинается этап настоящей стройки и осваивания предоставленной системы. Так, мы возвели пространственной кольцо благодаря которому мы восстановили связь с компанией и внешним миром, хоть сама связь и не такая быстрая как в уже обжитых системах, но нам хватало с головой. Межсистемная паутина никого не может оставить равнодушным. Дальше, синхронизировав доступные нам базы данных, мы перешли к строительству корабля Талос-VI. И преуспели. Без лишней скромности можно сказать, что мы отлично справились и для окончательного использования корабля во всю его мощь нужно заселить его достаточным количеством людей. Шутка ли, для сто одного человека всё это огромное пространство настолько избыточно, что мы все вместе не создаём и процента нагрузки для корабля. Точных цифр не знаю, но то, что на Талосе-VI с комфортом может разместиться миллион человек, вполне даёт нужное представление.

Что же из себя представляет Талос-VI? Два огромных кольца, что крутятся вокруг своей оси в две противоположные стороны, создавая нужный уровень гравитации и давая возможность управлять передвижениями корабля в космосе. По сути, это огромный добывающий комплекс, в центр которого направляют тысячи, а в перспективе и миллионы астероидов, для дальнейшей переработки во что-то более полезное и нужное. Перовое кольцо предназначено для проживания людей со всеми нужными нам удобствами и свободными пространствами. Второе же кольцо полностью отдано системам корабля со всеми её трубами, проводами и другими несомненно полезными штуками, в которых мне не хватит квалификации полностью разобраться. Точно знаю, что без второго кольца не было бы и первого, вся система жизнеобеспечения и движения, производственные цеха, сервера, сканеры всё самое нужное на корабле расположено именно там. Есть даже парочку обширных защищённых помещений на случай непредвиденных чрезвычайных ситуаций. В общем всё эти умники предусмотрели и построили. Я же выполнял роль мед-персонала и тоже играл немаловажную роль в постройке и поддержания жизнедеятельности на корабле. Играл. Теперь я просто «посетитель».

От одного этого слова меня чуть не вывернуло, но я сдержался. Не хотелось выплёскивать наружу старания моего единственного собеседника и повара. Ещё не хватало его расстроить или даже оскорбить, я и так доставил ему достаточно неудобств.

Как же так вышло, что прожив на корабле всю свою жизнь, в обществе из сто одного человека, включая меня самого, я остался практически один на один со своей проблемой? Как же так эти умники в корпорации, у которых всё распланировано чуть ли не на века, внезапно просчитались? К сожалению, просчёт вышел не таким уж и большим. Почему «к сожалению»? Потому что, если бы он большим, то мне не пришлось бы в одиночестве куковать в этом пассажирском транспортном отсеке, который и распечатали только для меня одного, за что, конечно, спасибо, но я бы легко согласился обитать в отсеке, предназначенном для грузового транспорта. Там хотя бы кто-то кроме меня есть, но, увы, не положено.

Суть же моего положения заключается в том, что в прошлый активный период пространственного кольца к нам пришло обновление системы и внезапно оказалось, что один оператор для мед-роботов оказался лишним. Разработчики как-то хитро оптимизировали новые процессы, конечно же, используя новейшие разработки, и вот меня отправили на перераспределение. А почему? Потому что мой процент положительного исхода операций в тренировочной симуляции составляет девяносто шесть процентов, а не, скажем, девяносто шесть и пять или даже девяносто семь. Клятые десятые доли процента решили мою судьбу. Сначала я даже немного обрадовался: улечу отсюда пораньше, повидаю другие системы, наберусь больше разнопланового опыта и всё такое. Однако чем больше времени проходило, тем больше я начал осознавать, что перевели-то меня в другую категорию обитателей корабля быстро, но вот транспорт. Транспорт, что должен будет за мной приехать придётся ждать намного дольше. Год в лучшем случае, а скорее всего даже больше. Это грузовые суда, что управляются электроникой, могут бороздить космические просторы намного быстрее, чем корабли с живым экипажем, а значит, и прилететь быстрее. Не так быстро как чистая информация, но всё же быстрее, чем пассажирские суда. Ещё ситуацию осложнял тот факт, что я один. Ну какой пассажирский корабль полетит за мной в такую глушь? Понятно если бы корпорация испытывала жуткий дефицит в людях моей специальности, но благодаря последнему обновлению это вряд ли хоть каплю похоже на реальность. Скорее всего, сейчас они пытаются перепродать «лишние» контракты или даже разрабатывают план по быстрому переобучению, но это опять же мои предположения, что могут быть очень далеки от реальности. Однако если они хоть на йоту правдивы, то я застряну здесь намного дольше чем на год, что вот совсем не добавляет мне душевного спокойствия. Единственное, что успокаивает, — я уже прожил в таком изоляционном режиме чуть больше года, может даже полтора. Я не уверен. Уж больно сильно точный подсчёт ввергал меня в тоску.

— И никто мне не нужен, — сказал я в потолок, лёжа звездой на кровати, — один справлюсь. Легко.

Увы, мои слова разительно отличались от представшей передо мной реальности. У меня недостаточно прав даже на то, чтобы войти в межсистемную сеть, а это вообще-то одна из базовых потребностей человека. Хоть как-то скрасить свой досуг. Связь с хоть с кем-то, фильмы, сериалы, книги, стримы, игры и тому подобное — всё это резко отрезали от меня, а чем-то таким на физических носителях я не обзавёлся. Ведь зачем, раз всё и так есть в доступной всем сети? Ну идиот. Каким же я был идиотом просто сил нет. Разве что у меня есть положенные человеку моей профессии оборудование, в которое включены и справочные материалы, но я и так их уже прочитал, больше не лезет. Можно было бы ещё «поразвлекаться» созданием опаснейших микроорганизмов, а потом воссоздавать противоядие для спасения «всего человечества», но... что-то не горю желанием заниматься подобным в сотый раз. Да и происходит всё это в симуляции, хоть и жутко достоверной. Вот было бы это реально... то я бы очень быстро убился.

— Опять плохие мысли в голову стучаться, — пробормотал я и попытался резко сесть, получилось очень медленно и неохотно, но получилось же. — Осталось прокряхтеть как двухсотлетний, что не уважает генную инженерию и протезирование, и можно считать меня ввергнутым в депрессию.

Конечно, меня мог бы навестить кто-то из обитателей корабля, но у них и так дел полно. И скорее всего, меня уже записали в счастливо отправившиеся «покорять космос» счастливчиков. Хотя, если я останусь здесь ещё на пару лет, то может кто-то и заинтересуется, почему это я не шлю весточек домой. Ну хоть проводы мне устроили хорошие: с тортом, поздравлениями, пожеланиями, подарками и праздничным настроением. Например, отдел добывающей промышленности вместе с инженерами скинулись, спроектировали и создали мне шикарный скафандр, чтобы я, так сказать, не сдох слишком рано во время покорения пустоты.

— Вот и покоряю теперь пустующий отель, — вздохнул я и повернул голову к занавешенному окну.

Точнее, это большой экран, на который можно вывести любое изображение, включая и вид на пространственное кольцо, из которого и должен будет выпрыгнуть мой пассажирский корабль. Сначала я смотрел на него чуть ли не каждый час, сейчас же... чем больше я на него смотрю, тем более тошно мне становится.

— Что же давай ещё раз в очередной «последний раз», — сказал я, поднимаясь на ноги и придвигая стул поближе к экрану.

Нашарив на тумбочке свою подзорную трубу, которая придавала мне вид какого-нибудь пирата из старых фильмов, я уселся поудобнее и отодвинул ногой штору. Передо мной предстал вид космической пустоты с мириадами звёзд, что завораживают своим потусторонним светом. Долгое время смотреть в космос было одним из моих немногих развлечений даже экран практически не портил пробирающий до мурашек вид всепоглощающей пустоты, хоть он и не мог передать даже половины впечатлений от вида реального космоса прямо перед тобой. Немного залипнув на окружающую Талос-VI пустоту, я подбросил и словил подзорную трубу и начала всматриваться через неё прямо в зёв пространственного кольца. Можно было бы просто приблизить изображение, но так не интересно, да и теряется некая притягательность высматривания моей «добычи». По крайней мере для меня. Может следующие года ожидания составлять карту космических просторов? Правда, я совершенно не представляю как это делать, но ещё чуть-чуть ожидания и мне это не помешает.

Просидев в одной позе несколько часов, я уже вновь начал терять надежду, но пространственные врата внезапно мигнули и передо мной предстал совершенно точно не грузовой космический корабль. От неожиданности я резко отпрянул и не удержавшись на стуле свалился на мягкий и приятный на ощупь ковёр вместе со стулом. По комнате раздался истерический смех. Сначала до меня даже не дошло, что смеялся я сам, а когда дошло, то смех стал ещё громче и истеричней. Весь накапливаемый мной коктейль эмоций выплеснулся наружу одним комом полностью опустошая меня.

— Прилетели. За мной всё же прилетели, — пробормотал я и практически сразу же отключился в обнимку со стулом, так и не поднявшись с уютного ковра.

Космическая тихоходка (отменённая версия). На взлёт 1.01

— Что значит «переводят»? — всё ещё не веря в происходящее, спросил я у управляющего.

— Этот корабль после последнего обновления систем больше не нуждается в ваших услугах, — немного устало повторил мне причину всего происходящего антропоморфный робот, прямо сидя за своим рабочим столом.

Сейчас я находился в светлом кабинете управляющего, который вызвал меня для личного разговора. По его слишком строгой позе и сосредоточенному взгляду, показывающемуся на эластичном экране, что облеплял лицевую пластину, было понятно, что и ему эти слова даются нелегко. Всё же я первый, кто удостоился «чести» быть переведённым с корабля куда-то ещё. Туда, куда корпорация захочет меня впихнуть. А ведь по плану этих много возомнивших о себе умников я должен был всю жизнь работать на этом корабле. Буквально всю жизнь. Я, как и сотня моих братьев и сестёр, был выношен здесь в искусственных матках на нужды корпорации для выполнения определённых задач. В моём случае — это быть одним из лучших операторов медицинских роботов с искусственным интеллектом. И для этого корпорация не поскупилась на ресурсы для моего выращивания, образования и воспитания. Впрочем, и сотня моих одногодок, которые пока что и составляют весь человеческий персонал корабля, получила то же отношение.

Нам всем с самого рождения рассказывали про «план жизни». В него входит рождение, обучение, работа и полноценная жизнь именно на этом корабле. Конечно, это всё в общих чертах, и существует ещё много частностей, таких как, например, выход на передышку после накопления достаточного количества денежных ресурсов, какие-нибудь программы по обмену опытом между экипажами кораблей, проведение отпуска на какой-нибудь курортной планете и тому подобное. Однако в мои планы точно не входило становиться кандидатом на перевод, я, вообще-то, только недавно полностью выкупил свою квартиру на этом корабле. Можно сказать, только-только начал свой путь «взрослой жизни». И что мне предлагают? Просто продать всё, полученную сумму перевести на накопительные счета, а потом взять и улететь куда-то в совершенно другую систему. Меня же могут отправить получать другую профессию, если внезапному образованию свободных операторов мед-роботов не найдут применения в корпорации. А это образование точно есть. Я же не единственный, кого решили «перевести» из корабля? Решили лишить дома и выкинуть в мир смутных перспектив. Верно?

— Сейчас самое главное — это не драматизировать, — услышал я успокаивающий голос управляющего, который, по сути, являлся моим отцом и матерью в одном лице. — Уверен, тебе быстро подберут новое место. Лучше прежнего. Будешь звонить нам и рассказывать, как хорошо устроился.

— Вот только не надо мне этих успокаивающих речей из методичек, — оборвал я его, вскакивая с удобного кресла для посетителей. — Это определённо неспроста. Точно! — вдруг осенило меня. — Это потому, что я сто первый? Лишний на корабле, да? Как же обрадуются все моему уходу. Уже вижу их счастливые рожи.

— Не преувеличивай, — отмахнулся от моих слов управляющий, тоже вставая из-за своего полупрозрачного стола. — Никто не считает тебя лишним. Мы же столько раз об этом говорили. Давай, повторяй за мной: «Я не лишний», — сказал он и указал на меня рукой, как бы передавая эстафету.

— Я не лишний, — спустя десяток глубоких вздохов всё же повторил я, беря себя в руки и отбрасывая подальше позывы закатить истерику. — Прости. Просто это всё слишком неожиданно. А то, что из всех операторов переводят только меня, не добавляет мне... уверенности. Был бы нас хотя бы десяток.

— Я тебя прекрасно понимаю, — кивнул управляющий и, подойдя ко мне поближе, приобнял за плечи и развернул к большому окну, за которым открывался отличный вид на округу... на дом, который я вряд ли ещё раз увижу вживую, не в это десятилетие уж точно. — Покидать дом всегда тяжело, но только так можно стать по-настоящему взрослым.

— Тогда моих родных тоже стоит перевести, — сварливо заметил я, вглядываясь в аккуратный парк с речушкой, что виднелся за окном. — В качестве «важнейшего» этапа их взросления.

— Не ёрничай, — по-доброму тряхнув меня за плечо, сказал управляющий, — ты отлично знаешь, что я имел в виду.

— Да, — вздохнул я, — я тоже читал эту инструкцию на случай сокращений персонала станции. Стоит мне выйти за пределы этого здания, и всем поступит сообщение о моём переводе, а потом они начнут подбадривать, улыбаться, дарить подарки, желать удачи и тому подобное. В общем, делать всё, чтобы я не провалился в депрессию.

— Вот именно, а так как ты единственный, кого переводят, то только представь, что тебе подарят, — ободряюще сказал управляющий, но, заметив мой хоть и слегка приободрившийся, но всё же поникший вид, добавил более серьёзным тоном: — Послушай. Мне это тоже нелегко даётся. Да и остальные тоже не испытывают по этому поводу особой радости.

— Я бы поспорил, — пробурчал я.

— Конечно, — легко кивнул управляющий, — ты всегда любил спорить. Может, даже кто-то из твоих братьев и сестёр позлорадствует, но в глубине души им будет неприятно отсутствие твоего общества. Всё же живых людей здесь очень мало и ещё не скоро станет больше, а уход хотя бы одного будет очень больной темой следующие десятилетия.

— Ты пытаешься меня успокоить тем, что мой уход принесёт больше страдания, чем радости? — чуть опасливо спросил я. — Я не садист, чтобы меня это радовало.

— Всё, что я хочу сказать, — после секундной паузы по новой начал управляющий, — что ты не единственный, кого угнетает перевод. Мы все вместе будем переживать этот нелёгкий процесс. Так что не вешай нос. У тебя впереди ещё множество интересного.

— Я... понимаю. Да, понимаю, — с минуту всматриваясь в его цифровое лицо, что выражало полное сострадание и понимание, всё же ответил я и, порывисто обняв своего родителя, добавил: — Спасибо. Буду писать, как только выдастся свободная минутка.

— Всегда пожалуйста, — похлопал он меня по спине в ответ, — покажи нам всем, что перевод — это не трагедия, а шанс на положительные перемены.

— А сейчас я чувствую давление неоправданных ожиданий, — скороговоркой проговорил я, стараясь побыстрее отказаться от такой «чести».

— Хах, зато это давление быстро выпнет из тебя все переживания, — хохотнул управляющий, давая мне возможность выпутаться из объятий, чем я и воспользовался.

— Но добавит кучу других, — заметил я, быстрым шагом направляясь к выходу из кабинета, стараясь уйти раньше, чем на меня скинут ещё какое-нибудь «почётное» задание.

Когда же дверь передо мной автоматически разъехалась, управляющий сказал:

— Береги себя, сынок.

— Я... постараюсь, — немного застопорившись на выходе, всё же ответил я и ступил в просторный коридор здания.

Дверь за мной сразу же съехалась обратно, отрезая меня как от кабинета управляющего, так и от стабильного и понятного будущего. Конечно, я мог бы ещё поканючить или даже устроить неприличный скандал, попытавшись дозваться до верхов корпорации в поисках ответов и личной справедливости, но всё это лишь отсрочило бы неизбежное и испортило бы мою репутацию. Всё же решения корпорация принимает не с пустого места, и моё присутствие на корабле как медицинского работника больше не требуется.

Сначала, после пришедшего обновления систем и последующего тестирования, я и мои коллеги обрадовались, что работы станет меньше, но никто из нас и не предполагал, что это выльется в настоящий перевод. Почему же выбрали именно меня? Конечно, не из-за порядкового сто первого номера, причина намного тривиальней: мой процент успешных операций в тренировочных симуляциях составляет всего девяносто шесть процентов, а не девяносто шесть и два или даже пять, как у остальных. Десятые доли процента решили мою судьбу, и даже винить в этом некого, кроме самого себя. Слишком расслабился в последнее время и перестал стараться конкурировать. Начал думать о чём-то отвлечённом и изучать некоторые другие направления и дисциплины. Даже мечтал ночами полететь к далёким системам, что безостановочно мерцали в космической пустоте. Вот и сбылась мечта идиота. Естественно, такие периоды некоторой хандры присущи не только мне, но и на других моих родственников иногда накатывало схожее состояние. Просто сейчас случай выпал именно на мой, так называемый, период переосмысления. Обычная случайность, которых в этой вселенной огромное множество.

Эти и кучи других мыслей вязко двигались в моей голове, пока я автоматически переставлял ногами, двигаясь вперёд. Вот я дошёл до лифта, вошёл в него, проехал все запечатанные за ненадобностью этажи и вышел в просторном фойе, освещённом имитирующим звёздные лучи светом. Пройдя по пустующему помещению, я остановился прямо перед выходом наружу. Прозрачные двери разъехались передо мной, приглашая вступить в неожиданную, волнующую и неопознанную часть моей дальнейшей жизни. Чисто в теории я могу провести в административном здании корабля всю оставшуюся жизнь. Здесь легко можно найти еду, воду и место для ночлега. Никто не будет даже пытаться выкурить меня отсюда. Разве что зарплату перестанут перечислять. Останусь здесь на несколько десятилетий... на сколько хватит моих накоплений, а когда на корабль всё же прилетит спрогнозированный миллион с чем-то жителей, всё же выйду за пределы здания и начнётся мой перевод. Неплохая такая отсрочка выйдет. Будет непросто, но зато останусь дома. Может, со временем даже получится сколотить сообщество недопереведённых, всё же я не буду единственным, кого захотят перевести с корабля. Технологии не стоят на месте и развиваются каждый день. Помотав головой, я постарался выкинуть из неё подобные мысли. Конечно, особо мне это не помогло, но я резко осознал, что если не сделаю этот шаг вперёд, то точно останусь в этом фойе на очень продолжительное время. Не давая себе передумать, я всё же переместил ногу и сделал этот шаг. Один единственный, но очень значимый лично для меня. Сделав ещё несколько шагов по улице, я понял, что все мысли как будто вымыло из моей головы, а потом пришли сообщения. Уверен, если посмотрю на их количество, то их будет ровно сотня от всего персонала корабля и ещё одно от управляющего, который поздравляет меня с переводом и желает удачи. И все эти письма как один будут пестрить стандартными фразами поддержки. Всё же фундамент обучения у нас один на всех. Картина, представшая перед моими глазами, была настолько чёткой и реальной, что меня немножко замутило. Отодвинув проверку оповещений подальше, я поглубже вдохнул воздух родного корабля и посмотрел на «небо».

— Дом, милый дом, — пробормотал я, рассматривая несчётное множество астероидов, что заслоняли собой всё обозримое пространство.

Талос-VI. Так называется этот корабль. Обычно мы используем это название лишь в скучных отчётах, а в компании здесь живущих просто говорим «корабль» или «дом». Сейчас же я остро осознал, что мне придётся говорить это название всем интересующимся, а значит, ещё сильнее отделяться от родных. Это не добавило мне хорошего настроения, и я всё же решил отвлечься и насладиться видами родного дома. Пока ещё могу это делать лично. Уверен, на просторах космоса существует множество таких же кораблей, разве что названия будут отличаться, может, меня даже переведут в точную копию Талоса-VI, однако это не сделает моё будущее место работы таким же родным, как это.

Талос-VI представляет собой два огромных кольца, что крутятся вокруг своей оси в две противоположные стороны, создавая нужный уровень гравитации и давая возможность управлять передвижениями корабля в космосе. По сути, это огромный добывающий передвижной комплекс, в центр которого направляют тысячи, а в перспективе и миллионы астероидов, для дальнейшей переработки во что-то более полезное и нужное. Первое кольцо предназначено для проживания со всеми нужными удобствами и свободными пространствами. Второе же кольцо полностью отдано системам корабля со всеми её трубами, проводами и другими, несомненно, полезными штуками, в которых мне не хватит квалификации полностью разобраться. Точно знаю, что без второго кольца не было бы и первого, вся система жизнеобеспечения и движения, производственные цеха, сервера, сканеры, оборонные системы, то есть всё самое нужное и необходимое на корабле расположено именно там. Есть даже парочка обширных защищённых помещений с обязательными в космосе переносными и автономными системами на случай непредвиденных чрезвычайных ситуаций. Они даже могут отсоединиться и улететь в случае чего.

Бездумно идя по пустующим улочкам с пустующими же и запечатанными до лучших времён зданиями, я всё же набрёл на один из выращенных парков. Я даже помогал сажать здесь некоторые деревья. Существует здесь такая традиция, что каждый из первых членов экипажа должен посадить хотя бы одно дерево, как бы оставляя свой след в истории этого корабля, даже если что-то случится. Подозреваю, что это какой-то очередной хитрый психологический ход, но вновь разбираться в хитросплетениях обучающих программ мне что-то не хочется. По крайней мере, не сейчас. Немного поплутав среди ухоженной зелени, я всё же признал в одном из выросших деревьев свой саженец и сел напротив него, начав рассматривать. Красиво, конечно. Ветерок колышет высокие ветви, создавая умиротворяющий гул, мягкая трава выступает удобной подушкой, а лучи света мерно и безразлично освещают всё вокруг, пробиваясь сквозь кроны деревьев. Созерцая созданную нами природу, я споткнулся о мысль, что моё место перевода не обязательно будет кораблём. Возможно, я буду работать на какой-нибудь планете, где природа представлена более обширной выборкой.

— Вот и превращусь из покорителя космоса в обычного жителя планеты, — пробормотал я, невесело усмехнувшись, и обратился к безмолвному дереву: — А ты продолжишь выполнять миссию «Целестис».

Да, миссия. Недавний смысл моей жизни. Название, конечно, лишь звучит масштабно и даже круто, но как такового смысла не несёт. Разве что отсылается на какую-то жуткую древность, но и только. Суть же этой миссии довольно важна и даже интересна: расширить сектор обитания человечества. Хоть Талос-VI и является добывающим кораблём на окраине обитаемых систем, но через считаные десятилетия будет заселён и вполне себе сравним с приличным городом. Рабочие мощности выйдут на прогнозируемые показатели, и корпорация начнёт извлекать более ощутимую прибыль. Такова практика. Когда-то уже жилые системы тоже были лишь добывающими, но сейчас там кипит жизнь и не только на космических кораблях, но и на планетах.

Сам же Талос-VI с экипажем является лишь первым, но основополагающим пунктом освоения системы. Сначала в необитаемую зону с полезными ископаемыми отправляют сравнительно маленький корабль под управлением искусственного интеллекта, в нашем случае управляющего. На борту корабля находятся не только будущий вынашиваемый персонал, но и всё необходимое для постройки чего-то вроде Талоса-VI. Прямо до момента взросления обучаемых операторов и достижения ими необходимого уровня навыков корабль полностью отдан искусственному интеллекту, за которым присматривает оператор корпорации, находящийся в обитаемой системе. Ну а дальше идёт уже отработанный процесс стройки, роста и последующего освоения. Вот если всё кратко пересказать, то выглядит просто, но на практике существует множество нюансов. Например, бывали случаи, когда экипаж терял голову буквально и фигурально, на корабле выращивали какой-то жутко полезный в их условиях вид флоры или фауны, а потом теряли над ним контроль с опять же очень плачевными последствиями, к добывающим кораблям каким-то образом попадали враждебно настроенные конкуренты или даже пираты и тому подобные происшествия, но это всё дела давно минувших лет. По крайней мере, так нас учили.

— Ну ладно, — сказал я, вставая с травы, и прикоснулся к стволу дерева, — не буду тебе мешать... расти. Пойду собираться, а то ещё задержу транспорт и придётся оплачивать время простоя.

С этими словами я развернулся и пошёл в сторону сектора с жилыми зданиями, где и разместился весь человеческий экипаж корабля.

— Вот и будет вас ровно сотня, — пробормотал я, вспоминая все притянутые за уши претензии в мою сторону, — ровная и красивая цифра.

***

Последующие дни прошли в сборах, прощаниях, разговорах, пожеланиях и обнадёживающих речах. В процессе сбора всё же было принято решение продать недавно выкупленную у корпорации квартиру по цене, которая, конечно же, несколько ниже той, что я заплатил. Но на Талос-VI я вряд ли вернусь, а значит, квартира будет простаивать, и мне нужно будет ещё за неё дополнительно платить. В общем, легче продать и положить эти деньги на накопительный счёт, как и предлагал мне управляющий. Однако не только таким примечательным событием были окрашены мои последние дни дома: мне устроили прощальный праздник в день перед отлётом со множеством вкусностей и деликатесов. И, конечно же, вручили подарок. Нет, не так, ПОДАРИЩЕ. Всё население корабля корпело над ним, соединяя все самые лучшие технические, технологические и инженерные решения в один продукт. Мне вручили настоящий космический костюм, с которым и в открытый космос выйти не зазорно. Конечно, там ещё множество чего понапихано, но изучить всю инструкцию по эксплуатации, которая шла в комплекте, я не успел. Зато успел нацепить его на себя и подогнать под размер, чтобы сидел как влитой, и вот сейчас иду довольный сквозь пустой и лишь частично расконсервированный пассажирский космопорт. Вообще, логичнее было бы пересадить меня на другой корабль через грузовой космопорт, но, по существу, я пассажир, а не груз, и могу улететь с корабля только как пассажир. Таковы уж правила. Просто ещё никто не улетал с Талоса-VI и не прилетал сюда, и вообще, не должен был ещё несколько десятков лет.

Однако вот он я иду по минимально работающему космопорту в новеньком космическом костюме, параллельно просматривая его инструкцию, что выводилась на экран шлема. Оказывается, у костюма есть функция мимикрии, то есть я могу быстро и без последствий поменять его цвет. Только цвет. Хм, я видел видео, на которых костюмы буквально перетекали в другую одежду, меняя не только цвет, но и форму. Ага, понятно. Функционал мимикрии был порезан в угоду устойчивости и прочности самого костюма. Хм, тогда стоит узнать, что ещё он может. Процесс изучения подарка увлёк настолько сильно, что я и не заметил, как дошёл до пропускного пункта.

За стойкой и бронированным стеклом стоял робот-контролёр, который по моему приближению выдал:

— Приветствую в космопорте Талос-VI производства корпорации «Центурион».

— Да, привет, — немного сконфуженно проговорил я, но не получил ответа.

Нахмурившись и немного подумав, до меня всё же дошло, что пробуждать искусственный интеллект целого космопорта ради меня одного вряд ли будут. Да и не смогут из-за отсутствия нужных операторов. Так что сейчас передо мной простейшая программа, что проверит мои документы и на их основании выпустит к прилетевшему кораблю или всё же решит не выпускать.

— Сейчас, — пробормотал я, прикасаясь к бронированному стеклу, что выступал ещё и изолированным от систем космопорта экраном компьютера.

Вокруг моей руки сразу же образовался красный кружок, который через несколько секунд мигнул зелёным и исчез.

— Талос-VI желает вам хорошего полёта, — тупо проговорил фразу робот приятным голосом, и сразу же безэмоционально уставился на меня.

— Да уж, — подивился я такому поведению, — неприятно видеть робота таким неполноценным. Что же, вы и не были предназначены для работы в отрыве от искусственного интеллекта.

Стоило мне пройти по дорожке чуть вперёд и оказаться в пустом коридоре, как двери за мной задвинулись, и что-то мне подсказывало, что пройденная часть космопорта сразу же вырубилась в ожидании повторной консервации.

— Всё же не покидает меня плохое предчувствие, — проговорил я, но стоило мне только взглянуть на руку, облачённую в мой личный космический костюм, то настроение сразу же приподнялось.

Идя по коридору, я вспомнил, что он является последней стадией проверки космопорта. Так, на всякий случай. Но у меня и нет ничего запрещённого. Только я сам и мой космический костюм, который делал меня на десяток сантиметров выше и полностью закрывал тело. Остальной же мой багаж уже должен был получить одобрение и попасть на пассажирский корабль, как только я сам прошёл проверку. Немного попараноив, я всё же вывел на внутренний экран костюма список моего багажа и немного оторопел. Откуда там несколько десятков тонн непонятно чего? Что за бред? Мой собственный багаж и тридцати килограмм не весил. Неужели это какой-то прощальный сюрприз от моей родни?

Мучаясь вопросами о непонятно откуда взявшемся «богатстве», я всё же прошёл последний коридор и оказался на одной из просторных площадок космопорта, что отделяется от космоса полупрозрачной плёнкой энергетического щита, что был настроен не пропускать атмосферу в объятия пустоты. Над самой же площадкой висел в гравитационных захватах огромный космический корабль. Конечно, не такой большой, как Талос-VI, но определённо слишком большой для того, чтобы перевезти одного оператора мед-роботов в главный офис корпорации, что находится в одной из систем обитаемого сектора. Пригвождённый открывшимся мне видом, в моей голове возник, как по мне, вполне закономерное умозаключение: «Здесь точно какая-то ошибка». А тот факт, что корабль уж точно не был одним из тех, что принадлежат корпорации, лишь уверил меня в правоте собственных мыслей.

Космическая тихоходка (отменённая версия). На взлёт 1.02

Мой созерцательный ступор продлился ровно до того момента, как мне на глаза попался живой человек, первый, кого я видел вживую, кто не являлся моим братом или сестрой. И это была девушка. Сенсоры моего костюма сразу же обнаружили у неё личный дефлекторный щит, что, как я слышал и читал, было обычной практикой среди бороздящих просторы пустоты. Судя по доступным мне показателям пассивного сканирования, её модели достаточно, чтобы защититься от внезапной разгерметизации или от падения чего-то тяжёлого в пределах нескольких тонн. Хм, видимо, модель модифицированная, так как точных данных не высвечивается. Сама девушка оказалась немного выше меня, то есть где-то метр девяносто пять, волосы были насыщенного рыжего цвета и заплетены в косу, что доставала ей до лопаток, одеждой выступал укреплённый комбинезон белого цвета, что плотно прилегал к телу и давал возможность свободно двигаться. На её предплечье была прикреплена неопознанная модель устройства связи, но, скорее всего, просто модифицированное, стандартное, что не являлось последним писком моды, но отлично выполняло свои функции и было крайне сложноубиваемым. Самое то для путешествий в космосе. У меня на правой руке схожее устройство, но уже доработанное местными силами корабля Талоса-VI.

Судя по утолщению спинной и нагрудной части её комбинезона, дефлекторный щит был встроен прямо в него. Фигурой девушка обладала вполне стандартно-подтянутой, вероятно, даже спортивной, узнать достовернее не даёт форма, что же до лица, то оно выражало строгость, какую-то усталость и было вполне приятным на вид, а прищуренные зелёные глаза, что всматривались в проецируемый перед ней экран с какими-то графиками и таблицами, лишь подчёркивали это впечатление. Осмотрев её профессиональным взглядом, я не обнаружил каких-либо очевидных генетических или кибернетических улучшений, что меня немного обрадовало. Всё же на специализированных форумах вечно мелькают люди с обитаемых систем, которые улучшают себя уж слишком сильно. Некоторые даже специально себя уродуют, чтобы выделиться.

Залюбовавшись первым чужим человеком в непосредственной близости от себя, я не сразу заметил и другие движения на площадке космопорта: линия простейших грузовых роботов тащила и складировала в определённую область под кораблём довольно габаритные ящики. Видимо, это и есть моя непонятно откуда взявшаяся часть багажа, и судя по длинной очереди роботов, что вылезали прямо из ниш по передаче груза, там и вправду десятки тонн непойми чего. Пока я рассматривал выполняющих свою работу роботов, как раз заметил одного, который отличался от других своим грузом. На вполне стандартном роботе-доставщике, что, если отбросить все его навороченные примочки, в сущности представлял собой круглую и невысокую платформу на колёсах, был закреплён мой чемодан. Смотря на него в веренице больших ящиков, этот чемодан мне уже не казался таким уж габаритным.

Не знаю, сколько бы я ещё стоял в нерешительности, но окрик девушки заставил меня действовать:

— Эй, ты там! Когда к нам придёт пассажир? Уже скоро погрузка багажа будет завершена, — её голос был, с одной стороны, немного угрожающим, но с другой — мелодичным и приятным слуху.

— Я... я и есть пассажир, — немного сплоховав вначале, всё же сказал я, поторапливаясь подойти к ней поближе. Не кричать же нам через всю площадку, верно?

Наверное, со стороны приближение кого-то, полностью закованного в космический костюм, выглядит немного пугающе, но девушка передо мной даже глазом не повела. Я бы точно хотя бы насторожился. Помню своё посещение добывающего сектора, где каждый ходит в подобных, и зрелище уж точно внушающее.

— В-101-Т-VI? — вопросительно зачитала она имя, что дала мне при рождении корпорация Центурион.

— Всё верно, — поспешил я заверить её в правдивости информации, высылая ей на открытый канал свои документы для подтверждения. — Так меня назвала корпорация.

— Хм, — хмыкнула она, быстро просматривая мои данные, что, очевидно, выскочили на том же проецируемом с её руки экране, — любите вы, корпораты, циферки. Ладно, — перевела она серьёзный взгляд на меня, — как к тебе обращаться? Не называть же тебя «сто первый»?

— Будет проще, если ко мне будут обращаться более приличным именем, — поспешил я откреститься от раздражающего прозвища. — Илариус. Талос Илариус. Обычно ко мне обращаются Илар или ещё сокращённей — Ил.

— Смотри не проморгай момент, когда тебя будут подзывать одной «И», — слабо улыбнулась девушка своей шутке, тыкая пальцами в экран, но мне вот было совсем не до смеха, ведь перспектива вполне себе вероятная. — Отлично, с этим разобрались. Теперь, — она призадумалась, осмотрев меня с ног до головы, — что ты на себя напялил?

— Космический костюм? — вопросительно протянул я, не совсем понимая претензии. — Насколько я ознакомлен с правилами путешествий в космосе и на планетах, пассажиры свободны носить на себе любое доступное им снаряжение, что не противоречит местным законам. Или у вас на корабле есть свои правила?

— Не то чтобы, — всё ещё смотря на мою фигуру, ответила девушка и одним коротким движением убрала проекцию экрана рядом с собой, — просто дашь просветить свой костюмчик нашему технику на наличие сюрпризов, и если таковых не обнаружится, то вполне можешь расхаживать в нём, где захочешь. Но не кажется тебе, что такая защита... избыточна?

— Ну, — протянул я, переминаясь с ноги на ногу, — чего-то «полегче» у меня нет, а костюм — подарок от всех моих родственников, Талос-VI всё же добывающий корабль, вот и наши техники спроектировали костюм с этим уклоном. Тем более, он же круто выглядит, разве нет?

— В каком-то смысле, — немного помедлив, всё же ответила девушка. — Но посоветую тебе купить что попроще, когда будешь на планете, а то все вокруг будут коситься на тебя, как на идиота.

— Я... Всё настолько плохо? — переведя взгляд с одной своей руки на другую, немного расстроенным голосом спросил я.

— Просто совет от опытной путешественницы. Слушаться его или нет — только твоё дело, — махнула рукой девушка и посмотрела в сторону заканчивающейся линии роботов, которые после перемещения габаритных ящиков уезжали куда-то дальше в технические отсеки по своим рабочим делам. — Скоро уже погрузка.

— Кстати о ней, — всё же решил я начать неприятный разговор, привлекая к себе внимание девушки. — Я думаю, что произошла ошибка. Из моего собственного груза я брал только чемодан, — указал я на сиротливо стоящий предмет, что очень выделялся рядом со сложенным в большой куб габаритным грузом, — а эти тонны какого-то материала не мои.

— И? — сразу же убавив дружелюбия, спросила девушка, вперившись в меня взглядом.

— И? — тупо переспросил я, не ожидая такой реакции.

— Слушай, Ил, нам плевать, считаешь ты, что этот груз твой, или нет. Твоя корпорация подала запрос на перевозку пассажира с габаритным грузом за очень неплохие деньги. Если же тебя не уведомили о нём или ещё о чем-то, то это не наши проблемы, а... — не стала она продолжать, очевидно, надеясь, что мои умственные способности выше, чем у табуретки.

— Мои, — продолжил я за неё, опуская плечи.

— Соображаешь, — удовлетворённо сказала девушка, разворачиваясь к кораблю. — Пошли, проведу тебя внутрь.

— Иду, — недовольно пробормотал я, сравняв шаг с девушкой, и вспомнил, что не спросил её имени. — А как тебя зовут?

— Кассиопея. Эклипс Кассиопея, — скосив на меня взгляд, сказала девушка, вроде как пародируя мою собственную манеру представления. — Обычно ко мне обращаются Кас.

— Приятно познакомиться, — проявил я вежливость, немного стыдя себя за тугодумность, но это простительно, всё же не каждый день встречаешь живого человека за пределами уже знакомой мне с пелёнок сотни.

— Ага, — просто кивнула девушка, дав понять, что разговор окончен, видимо, моя попытка саботировать заказ ей не очень понравилась.

Пока мы шли, я отправил письмо управляющему с вопросом о грузе. По-хорошему надо было сделать это сразу же, но, как известно, все мы сильны задним умом и никакие генные или кибернетические изменения это не исправят. Что же до самого корабля, то он внушал. Выглядел, как если бы на плоскую тарелку положили многослойный торт и накрыли сверху такой же тарелкой. Датчики костюма докладывают, что диаметр этого корабля приближается к четырёмстам метрам, а максимальная высота — к двумстам метрам. Сами «тарелки», что располагались сверху и снизу «начинки» были отлично отполированы и отражали всю площадку космопорта. Каких-либо стыков я не заметил, но датчики костюма благодаря распознающим алгоритмам смогли выделить разные секции видимой мне нижней части корабля, которые чем-то да отличались, скорее всего, относились к различным отсекам или скрывали под собой оборонные системы, но это не точно. Что же касается «начинки», то она не обладала такой же отполированной поверхностью и на ней были отлично видны «слои» даже моему неискушённому космическими кораблями взгляду. Правда, знанием, что эти «слои» делают или не делают, я не обладал.

— Залюбовался? — спросил незнакомый мне мужской голос.

— А, что? — отозвался я, возвращая свою голову из задранного положения, и увидел довольно улыбающегося небритого мужчину с короткими чёрными волосами, который каким-то образом оказался рядом со мной.

Сам мужчина тоже был одет в белый, плотный комбинезон со встроенным дефлекторным щитом. Он был ниже девушки и меня, где-то метр восемьдесят, но если бы перестал горбиться, то был бы повыше. В руках он держал знакомый мне предмет, с которым техники на Талосе-VI предпочитают не расставаться даже во сне. Как мне говорили, каждый отдельно взятый техник собственноручно создавал, улучшал, программировал и делал другие специализированные операции с предметом, что в большинстве случаев был похож на малогабаритную лазерную пушку. Так что это в каком-то роде работа всей их жизни. По крайней мере, так было на Талосе-VI, и в ходе моего маленького давнишнего исследования для утоления любопытства большинство техников обитаемых систем были с ними солидарны. Конечно, существовали и серийные образцы данного предмета, но их использовали больше новички. Судя же по тому, как у мужчины передо мной этот многофункциональный предмет был подключён к модифицированному устройству связи, то передо мной очень хороший и опытный техник-оператор. Или очень любящий эксперименты новичок.

— Спрашиваю, залюбовался? — любезно повторил вопрос мужчина, указывая свободной рукой на корабль, чтобы я уж точно понял, что он имеет в виду. Видимо, меня приняли за недалёкого.

— Да, впечатляющие размеры и выглядит... пробирающе до мурашек, — ответил я и добавил: — И как-то неудобно становится, что вы прилетели только для того, чтобы забрать меня одного.

— Мурашки, говоришь, — задумчиво посмотрел на меня мужчина, — скорее всего, это из-за пашущего грави-движка, со временем привыкнешь. Что же до работы, то за тебя неплохо заплатили, да и с одним человеком мороки меньше, — закончил он, нажимая что-то в своём специализированном приборе.

— Внутри корабль не такой просторный, каким кажется снаружи, — добавила Кассиопея с каким-то внутренним сожалением.

— Как и все другие корабли той эпохи, — автоматически пробурчал мужчина, как будто слышал эту претензию уже множество раз, и обратился ко мне: — Готов к просветке?

— Да, я ещё не включал внутреннюю маскировку, — ответил я, получив в ответ вопросительный взгляд.

Мол не включал маскировку внутренностей, но припёрся на пассажирский рейс в «этом»? Конечно, моя некоторая беспечность создаёт дыры в безопасности костюма, но кто его здесь захочет перепрограммировать или заразить чем-то нехорошим? Уж точно не нанятые компанией перевозчики или моя родня. На немой вопрос я мог лишь пожать плечами, на что мужчина лишь повторил мой жест и приступил к просветке. По сути, процесс сканирования на наличие всяких неприятных «сюрпризов» я уже проходил по пути к космической площадке, что должно было меня освободить от дополнительных проверок. Но большинство решает убедиться в безопасности ещё и лично, так, на всякий случай. Всё же выход в космос это не прогулка до магазина, хоть жители центральных систем могут и поспорить с моим утверждением, но не о них речь.

— Вот это в тебя понапихали защитных систем, — присвистнул мужчина, смотря на данные, что высветились ему на материализовавшемся экране. — На тебя кто-то охотится? — спокойно поинтересовался он, продолжая с интересом рассматривать данные от просветки моего костюма.

— Нет, — поспешил я откреститься от такой интерпретации, — просто это мой первый вылет за пределы системы, вот мои родные и решили меня немного подстраховать.

— Хах, — улыбнулся мужчина, развеивая экран, — если это «немного», то я профессиональная балерина.

— Помнится мне, у тебя неплохо получается танцевать, — сказала Кассиопея, ткнув пару раз в своё устройство связи.

— Но я всё же не профессионал. Чист, — буркнул мужчина и, повернувшись спиной, пошёл вперёд.

— А. Меня зовут Илариус, — поспешил я познакомиться с мужчиной, а то потом это будет сделать не так уж удобно.

— М? — ненадолго остановившись, обернулся он ко мне. — Я уже в курсе, — стукнул он пальцем по своему устройству связи, сделав жирный намёк, — можешь звать меня Ригель, — и пошёл дальше, остановившись только где-то под серединой корабля.

— А-ага, — только и смог ответить я и повернулся к Кассиопее.

— Не обращай внимания, он всегда такой, когда я ему напоминаю о танцах, — чуть помедлив, пояснила мне девушка. — Идём, пора вылетать. Капитан уже начинает мне писать любовные письма, а значит, заскучал.

— А-ага, — заторможено повторил я, сбитый с толку такой откровенностью.

Конечно, на Талосе-VI мало кто был скромным, но мы же вроде только-только познакомились, а девушка уже рассказывает мне такие подробности о своей личной жизни. И разве совсем недавно она не была раздражена от моей попытки саботировать заказ? Может, в обитаемых системах так принято? Но что-то это не отражалось в той информации, что я просматривал в межсистемной сети.

Мы бодро дошли до Ригеля, и как раз в этот момент пришёл ответ на мой запрос. Оказывается, груз привязали ко мне в обход управляющего лишь пару дней назад, как раз в это же время и была нанята группа, что сейчас должна будет меня перевезти в обитаемую систему. Странно, но вполне поддаётся объяснению. Кому-то из корпорации на обитаемой планете срочно понадобился добываемый нами материал для каких-то экспериментов, вот и решили не дожидаться грузового судна, а привезти его, быстренько подвязав ко мне. В ответе написано, что это ускорит доставку груза на два дня. Немного неприятно, что меня или управляющего никто не поставил в известность. Обычно операторы с обитаемых планет не вмешиваются в работу Талоса-VI так прямо. Если честно, то это первый раз на моей памяти. Видимо, этот груз им и правда кровь из носу нужен уже вчера.

— Подвергался воздействию гравитационными лучами? — спросил Ригель, вырывая меня из раздумий.

— Да, было дело, — ответил я. — Использовали их во время игр. Способность с лёгкостью швырнуть кого-то в стену... освежает.

— Хорошие у вас здесь развлечения, — с одобрением кивнул Ригель, Кассандра же не обращала на разговор внимания и что-то нажимала в своём устройстве связи.

Роботы-грузчики уже давно уехали по своим делам, на площадке остались лишь мы трое, груз и внушающих размеров корабль, что висел прямо над нашими головами. Смотрелось довольно пустынно, если не считать дополнительную аппаратуру, что была здесь в избытке, но немного поодаль. Вдруг прямо над нами совершенно беззвучно начал раздвигаться люк, и если бы я не посмотрел вверх, то ничего бы и не заметил. Видимо, именно так мужчина «беззвучно» появился рядом со мной. Само отверстие люка было круглой формы, но определить, что он там вообще есть, могли лишь сенсоры моего костюма. Над грузом начал раскрываться такой же люк, но больше, как раз такого размера, чтобы багаж мог полностью поместиться. И практически сразу же мне высветилась информация, что отверстия могут менять размер в довольно широких пределах. Интересная деталь, но всё же надо будет покопаться в настройках и поотключать ненужные функции костюма. Когда же проходы внутрь корабля определились с размером, нас сразу же подхватили гравитационные лучи или, как их ещё называют, гравитационные захваты, оторвав от пола, и начали сравнительно медленно поднимать в зёв корабля. Хотя эта «медленность» могла мне лишь показаться из-за испытываемых мной противоречивых эмоций, где сожаление и предвкушение не хотели определиться с лидерством.

Когда же мы преодолели область люка, то он начал довольно неспешно и опять же беззвучно закрываться. Вообще то, что и гравитационные лучи были бесшумны, тоже необычно. В своей стандартной конфигурации они производят мерный жужжащий звук, но эти, видимо, сильно модифицированы для каких-то целей. Летели вверх мы ещё несколько минут. Сама шахта была довольно гладкой и совсем неосвещённой, но благодаря визорам костюма я всё отлично видел. Когда же я с интересом посмотрел под ноги, то обнаружил, что шахта схлопывалась практически сразу же под нашими ногами. Датчики костюма любезно сообщили мне, что процесс схож с тем, как закрывался сам люк. И как только я это обнаружил, то весь подъём смотрел вниз с затаённым дыханием. Чем-то это зрелище меня зацепило, вызывая восхищение и мурашки по всему телу.

Оказавшись в помещении, что было просторней самой шахты и, в отличие от неё, хорошо освещено, я обнаружил, что нахожусь в невесомости. Кассиопея и Ригель спокойно и без лишних движений прилипли ногами к вроде как полу, а я остался висеть в пространстве и обтекать, перебирая в голове факты о кораблях. И что-то я не мог вспомнить чтобы в работающем экземпляре хоть где-то сохранялась невесомость... разве что это состояние распространялось на весь корабль, но это уже совсем древность.

— Не беспокойся, — каким-то образом заметив мои метания, сказал Ригель. — Это лишь особенность конструкции. В остальном корабле есть гравитация, и если что ты её даже сможешь настроить в определённых пределах.

— И что это за особенности такие? — поинтересовался я вслух, тоже становясь на «пол». Спасибо, костюм.

— Секрет, — сразу же ответил Ригель с таким видом, что дальше его расспрашивать мне не захотелось.

Проследив за тем, как установка, что и выпускала грави-лучи, заезжает в «потолок», я посмотрел за спину и, конечно же, не обнаружил там и намёка на шахту. Лишь какая-то панель была вмонтирована пряма в стену, но она может отвечать и за освещение. Всё же надо было налечь на занятия по космическим кораблям. Но кто же вообще знал, что они мне понадобятся? Само помещение было в форме восьмиугольника, где скошенные стороны значительно меньше тех, что сверху, снизу и по бокам. Освещение располагалось прямо над головой на протяжении всего вроде как коридора, что добавляло уверенности в правильности выбранного «пола». Сами стены были спокойного светлого цвета, то ли белого, то ли серебряного, а в конце коридора красовалась вполне обычная прямоугольная дверь, которая разъезжается в стороны, прячась в стены. На Талосе-VI таких полно.

Стараясь не отставать от своих проводников, я с интересом вертел головой, но так ничего примечательного и не заметил. Вполне стандартный и чистый коридор космического корабля без каких-либо излишеств вроде декоративных рисунков или небрежно торчащих проводов. Пройдя несколько автоматических дверей, мы будто вышли на космическую площадку Талоса-VI, разве что теперь вид открывался с более высокой точки.

— О, наконец-то, — отвлёк меня от разглядывания необычной комнаты незнакомый мужской голос.

Мужчина с небольшой щетиной, коротко постриженными серебряными волосами и серебряными же глазами буквально подлетел к нам откуда-то сбоку, изображая плаванье в воздухе, хоть и было отлично видно работу маленьких маневровых двигателей на его белом комбинезоне. У всех троих была одинаковая и отлично подогнанная форма, из чего можно сделать вывод о равносильности их положения на корабле. Или здесь просто забили на дресс-код, такое тоже бывает. Высотой мужчина был два метра один сантиметр, хорошо сложен, его лицо и тело опять же было без каких-либо выделяющихся особенностей. Может, капитан этого корабля не жалует любого рода улучшения?

— Капитан, — обратилась к мужчине Кассиопея, совершенно не меняя расслабленную позу, чем вызвала у меня некоторый разрыв шаблона, — мы проводили пассажира внутрь. Загрузили груз, — кивнула она в сторону Ригеля, который кивнул в ответ, просматривая что-то на своём устройстве связи, — готовы к полёту.

— Хм, — протянул капитан этого корабля, который совершенно не походил на такового, точнее, на тех, про кого я читал и смотрел документальные фильмы, и обратился ко мне: — Долго ты собираешься ходить в своей консервной банке?

— Эм, — запнулся я, пытаясь вспомнить, что такое консервная банка, на помощь пришёл костюм, что вывел мне изображение, запечатанной в железо еды, — я совершенно не похож на консервную банку, — сказал я первое, что пришло мне в голову.

— Как хочешь, — каким-то образом принял мой ответ капитан. — Как тебя зовут-то?

— Илариус. Талос Илариус, — постарался как можно чётче ответить я, становясь настолько ровно, насколько это возможно.

— Красиво звучит, — пробормотав моё имя парочку раз, заключил капитан. — Можешь обращаться ко мне Карл.

— А мог бы просто заглянуть в логи, — пробурчала Кассиопея, направляясь куда-то от нас.

— Да ладно тебе, — перевернулся в воздухе примерно в её сторону Карл, — лично знакомиться с пассажирами — это традиция.

— Слишком старая, чтобы о ней помнить, — сказала Кассиопея, каким-то образом найдя дверь в этой комнате, и вышла в другой коридор, где к полу крепилась... лестница.

— Эй, Ригель, что это с ней случилось? — поинтересовался Карл у техника, который всё ещё копался в своём приборе.

— Пассажир сказал, что не в курсе о грузе, — лаконично сообщил он, посмотрев на своего капитана. — Ты же понимаешь, что это может обернуться проблемами?

— Кстати о грузе, — решил я вмешаться, чтобы развеять подозрения. — Я получил ответ от управляющего, что он срочно понадобился кому-то из членов корпорации на планете. Вот и решили его быстренько доставить вместе со мной. И как-то так получилось, что забыли поставить нас в известность.

— Прямое вмешательство с верхов? — прямо спросил Ригель, закрепляя на поясе уже отсоединённый от устройства связи инструмент.

— Вот видишь, — поспешил перебить своего техника Карл, — всё у них нормально. Маленькие накладки случаются даже у корпоратов.

— Как знаешь, — просверлив своего капитана взглядом пару секунд, сказал Ригель.

— Что же, думаю, стоит начать полёт, — потирая руки, объявил капитан с улыбкой.

— Пойду сообщу Кас о новой информации, — сообщил Ригель без особого энтузиазма и скрылся в том же направлении, что и девушка.

Капитан не приказал мне уходить, а значит, не против, если я посмотрю, верно? Благодаря датчикам костюма я мог точно сказать, что комната представляет собой десятиметровый шар, в котором стены покрыты экранами высокого разрешения, а прозрачный пол находится ниже центра шара на три метра. В центре пола находилась какая-то установка, от которой шли перпендикулярные цилиндры вверх и вниз, соприкасаясь со стенкой шара. Сама же установка представляла собой множество соприкасающихся друг с другом колец, от которых каким-то жутко сложным способом отходило четыре манипулятора.

— Интересно? — спросил Карл, «подплывая» к установке, манипуляторы которой начали тянуться к нему, вращая кольцами.

— Это... какая-то сложная система управления? — ответил я вопросом на вопрос, точно зная, что в наше время кораблями управляют намного более простыми методами. — Разве у вас нет искусственного интеллекта, что сам построит маршрут, а потом и идеально пролетит по нему, лишь попросив перепроверку и подтверждение в конце?

— Есть, — совершенно спокойно ответил мне Карл, давая манипуляторам установки захватить свои конечности, при этом сам хватаясь за какие-то элементы управления. — Но так летать совсем неинтересно. Да и привык я больше к личному управлению, а привычки менять — это не моё.

— Вот как, — только и мог ответить я, смутно вспоминая, что прямое управление до сих пор используется лишь в военных моделях или в очень-очень старых кораблях, встретить которые вероятнее на орбитальных музеях, чем в рабочем состоянии.

— Что же, полетели, — сказал Карл весёлым голосом, полностью закрепляясь в манипуляторах, которые разрослись и начали полностью поддерживать его тело в невесомости.

— Предупреждаю космопорт об отбытии, — начал говорить женский голос с очевидными малоэмоциональными нотками, что резало мне слух.

Голос искусственного интеллекта стал неотличим от человеческого ещё на заре своего становления, неужели капитан или техник специально поставили такой фильтр? Зачем пародировать такую древность? А пока я размышлял над этим, голос, что очевидно отличался от человеческого, продолжил:

— Разрешение на вылет получено. Гравитационные захваты космопорта отключены. Очередей не предвидеться. Проложить маршрут до пропускного пункта?

— Будь добра, — сказал Карл, подаваясь чуть вперёд всем телом.

Никакой инерции я не почувствовал, да и не должен был в любом случае, хоть наличие невесомости в корабле и вызывало некоторые опасения на этот счёт. Картинка экранов в мгновение ока сменилась с космической площадки Талоса-VI на космическую же пустоту с мириадами мерцающих звёзд. Сразу же появилось множество линий с надписями, присмотревшись к которым, я мог прочитать названия местных необитаемых планет. Повертев головой, я обнаружил и сами планеты, точнее, кружки, что выделяли их. Понять, что линии — это орбиты космических тел, не составило труда, да и о примерно такой системе ориентирования я где-то читал. Никаких звуков или других ощущений, кроме наслаждения отличным видом, я не обнаружил. Разве что «внутренняя дрожь» стала заметнее, но это не критично. Сам же капитан наслаждался личным пилотированием... как-то слишком сильно. Возможно, он видит и чувствует намного больше, чем я. Если припомнить практику по лечению пилота армии, то там есть случаи с имплантами в нервной системе. Может, у капитана есть что-то схожее, хоть я и не заметил их явного наличия?

Спустя краткий миг космического полёта корабля, вырвавшегося из порта намного более огромного собрата, на экране возникли указатели, проследив за которыми можно было обнаружить обведённый в кружочек пограничный пункт.

— Маршрут построен. Приятного полёта, капитан, — сказал безэмоциональный женский голос, и Карл двинулся вперёд, а вместе с ним и сам корабль.

Космическая тихоходка (отменённая версия). На взлёт 1.03

Полёты в космической пустоте всегда завораживали меня своей красотой и смертельностью. Хоть в наше время все риски и сведены к минимуму, но это не отменяет того факта, что мы путешествуем в металлической коробке, за пределами которой лишь смерть. Конечно, я немного драматизирую, и у каждого уважающего себя пустотного путешественника есть хотя бы самый слабенький личный щит, что защитит тело от внезапного нахождения в неблагоприятном космосе на определённое время, за которое «везунчика» найдут местные службы наблюдения, а потом уже и спасения. Даже сигнал бедствия посылать не то чтобы нужно. Системы слежения обитаемых систем настолько совершенны, что могут отследить мелкий камешек, случайно залетевший в их пределы. Что уж говорить о фигуре человека.

Немного по-другому обстоят дела с системами, освоение которых ещё не окончено, например, как та, где мы сейчас находимся. Хоть специалисты Талоса-VI и установили нужный минимум систем слежения, но они не дают такую точность, какую хотелось бы. Однако этот момент легко нивелируется очень малой численностью населяющих эту систему разумных, так что проследить за всеми, кто решил «проветриться» в пустоте, легче лёгкого.

Мысли о доме всё ещё не отпускали меня, да и не должны были. Рассчитанный период адаптации и привыкания к новой реальности составляет от трёх месяцев до года, так что мой взгляд сам собой нашёл Талос-VI. Корабль привычно бороздил просторы космоса и пропускал через себя плотные скопления астероидов, оставляя позади ненужную породу. Вид того, как мой дом отдаляется всё дальше и быстрее с каждой новой секундой настоящего, вызывал неверие вперемешку со смирением и грустью. Довольно распространённый феномен, что встречается у людей, которые всю жизнь прожили на одном космическом теле, а потом по каким-либо причинам его покидают. Правда, я не думал, что он меня коснётся так сильно, всё же раньше я летал по пустоте системы и ничего такого не испытывал. Скорее всего, потому что знал, что сравнительно быстро вернусь.

Когда от Талоса-VI на экране остался лишь выделяющий корабль кружок системы навигации и надпись, что от него шла, ко мне подошла Кассиопея и кашлянула, чем обратила на себя моё внимание.

— Пойдём, я провожу до выделенной тебе комнаты, — сказала она, как только я повернулся на звук.

В ответ я лишь кивнул. Силы говорить и ещё что-то спрашивать как-то улетучились. Мазнув взглядом по довольному капитану, который всё своё внимание направил на управление кораблём, я поплёлся за девушкой. Перед нами разъехались двери, открывая проход в коридор знакомой мне формы, на полу которого и правда была лестница, что тянулась до самого конца. Сами двери оказались довольно толстыми, но такими же бесшумными, как, кажется, всё в этом корабле.

— Осторожно, скоро появится гравитация, — сказала Кассиопея, идя впереди меня.

Я практически пропустил эту её реплику мимо ушей, но когда мою спину внезапно начало тянуть назад, а ноги оставались притянуты к перекладинам лестницы, по которым ходить было удобней, чем пытаться просунуть ногу между ними и не запнуться в процессе, то подпорченное настроение сразу же смылось немного запаниковавшим разумом. Заметив, что Кассиопея уже лезет вперёд, как по обычной вертикальной лестнице, я поспешил повторить за ней. Уже через минуту неспешного подъёма костюм сообщил мне о наличии стандартного уровня гравитации, сравнимого с таковым на Талосе-VI. В процессе перехода от состояния невесомости я задумался о направлении гравитации на этом корабле. Неужели всё здесь расположено строго перпендикулярно центральной вертикальной оси? Довольно... непопулярное решение. Насколько я знаю, все больше предпочитают обычную гравитацию, что будет совпадать по своему направлению с той, что на планете, космической станции или корабле побольше.

Занятый своими мыслями, я практически не заметил, как мы вышли в другой коридор, что был перпендикулярен тому, из которого мы вылезли. На этот раз он был вполне обычным, без каких-либо лестниц на полу или ещё чем необычным. Разве что я заметил проползающего мимо робота, что опирался на свои манипуляторы, коих оказалось множество. Вроде похожих используют техники-операторы Талоса-VI, когда им надо что-то починить. Сама же конструкция робота представляла собой шар, что, я уверен, был напичкан кучей датчиков, из которого шло множество многофункциональных сравнительно тонких щупалец.

— Я думал, такие модели без проблем передвигаются по воздуху, — проговорил я свои мысли вслух.

— Ригель опять пытается найти лучшее сочетание компонентов, вот и развлекается, — глянув на робота, пояснила Кассиопея.

— А это не опасно? — воодушевился я и решил развить успех, а получив вместо ответа поднятую бровь собеседницы, пояснил: — Имею в виду экспериментировать с ремонтниками во время полёта.

— Не волнуйся, — отмахнулась Кассиопея, — у Ригеля есть запас этих роботов в стандартной комплектации.

— Логично, — кивнул я.

— Или он так только говорит, — тихо сказала Кассиопея, но я притворился, что не услышал. Мне не нужны беспокойства ещё и по этому поводу.

Больше вопросов я старался не задавать. Всё же не экскурсию устраивают, а просто отводят в выделенную мне комнату. Тем более рядом с каждой дверью, что попадалась мне на глаза, была табличка с названием, вполне удовлетворяя мой маленький приступ любопытства. И судя по названиям, мы сейчас находимся в сердце корабля со всякими жутко важными системами, начиная от навигации и заканчивая жизнеобеспечением. Так сказать, технический отсек. Но зачем им меня водить по нему? В жизнь не поверю, что меня поселят на этом уровне, по идее комнат у них должно быть в достатке, но это не точно. Размер корабля навёл меня на определённые вопросы, которые я поспешил озвучить.

— А сколько на корабле людского экипажа? — спросил я, глядя на пустующие коридоры.

Уж где-где, но в техническом отсеке должна кипеть жизнь. Мне так кажется.

— Трое, — легко ответила Кассиопея, — я, Карл и Ригель.

— Даже так, — немного удивился я. — Неужели вы смогли настолько автоматизировать процессы?

— У них была куча времени, чтобы натренировать электронный экипаж выполнять всё лучше людей, — сказала Кассиопея. — Правда, в особо скучные дни они об этом жалеют.

— Не хватает проблем в пустоте космоса? — с усмешкой спросил я.

— Можно и так сказать, — ответила Кассиопея, открывая дверь, рядом с которой красовалась табличка «Лифт».

Зайдя за Кассиопеей внутрь довольно просторной кабинки лифта, я посмотрел на его панель управления, что была выполнена в виде кнопок, рядом с каждой из которых был изображён индивидуальный значок. Мои способности «великого» детектива сказали, что каждая из кнопок ведёт на свой этаж, а значит, и в сектор. Судя же по значку деревца, у них на корабле есть целый парк или лес, или что-то совсем другое, что вообще не относится к растительности. Гаданием можно убить время, но, по сути, это бессмысленное занятие. Самих же этажей в корабле было не так много, как можно предположить по его габаритам. Сейчас мы находимся на самом нижнем, и его обозначением была шестерёнка. Пока я рассматривал панель управления, Кассиопея нажала на одну из верхних кнопок со значком кровати, и лифт двинулся совершенно бесшумно и, если верить датчикам моего костюма, довольно быстро.

— Здесь вполне просторно для трёх человек, — сказал я, вспомнив слова Кассиопеи об обманчивом размере корабля.

— Не обольщайся, — проследив мой взгляд на обозначение этажей корабля, сказала Кассиопея. — Большинство этих этажей уже не существует.

— В смысле? — чуть помедлив, спросил я.

— Этот лифт стоит здесь с первого полёта корабля, и капитан не хочет его менять, — ответила Кассиопея. — А ещё он считает забавным, когда чужаки пытаются нажимать на кнопки, но ничего не происходит.

— Но лифт не выглядит древним, — с сомнением проговорил я.

— А кто сказал, что старое нельзя улучшить? — риторически спросила Кассиопея.

Её вопрос совпал с открытием створок лифта, и мы вышли в коридор. На этот раз он был отделан пластинами, что имитируют структуру дерева, создавая красивые узоры. Здесь даже были диванчики и кресла, чтобы присесть.

— Уютненько, — оценил я окружающее пространство.

— Ага, — согласилась со мной Кассиопея. — Один богатый клиент не захотел лететь в старой итерации жилого этажа, вот и оплатил весь его ремонт и обновку.

После пояснения она пошла вперёд, и я постарался не отстать.

— А как выглядел старый? — спросил я и получил через секунду входящие фотографии.

Открыв их, я увидел стандартный для этого корабля коридор без каких-либо излишеств и парочку вариантов комнат. Сами комнаты были просторны, с кроватью, стулом, столом, шкафом, экраном, что имитирует окно, и отдельным санузлом. Смотрелось просто и практично.

— Ну да, читал, что богатые не переносят обычные условия, — просмотрев присланные файлы, сказал я.

— Обычные? — усмехнулась Кассиопея. — Разбаловала тебя корпорация. Я лично видела корабли, где люди спят чуть ли не в коридоре и имеют общий душ с туалетом.

— Как-то не верится, — проявил я толику сомнения.

— А ты поверь, — пожала она плечами. — Или пошурши в сети. Уверена, найдёшь кучу всего интересного.

Прежде чем я смог спросить что-то ещё, Кассиопея резко повернулась к ближайшей двери, что раскрылась прямо перед ней, показывая внутренности комнаты. По сути, помещение то же, наполнение то же, но вот исполнение этого наполнения на совершенно другом уровне. Просторная кровать, стул, стол, вмонтированный в стену шкаф, большой экран — всё это было украшено резьбой и выполнено из качественных материалов. Место нашлось даже тяжёлым шторам и с виду мягкому ковру. Стены и потолок тоже не обошли стороной, их выкрасили в приятный бежевый цвет и покрыли вязью тонких узоров, а открытая часть пола имитировала деревянный паркет.

— И все комнаты на корабле подверглись этому ремонту? — спросил я.

— Все пассажирские комнаты, — уточнила Кассиопея.

— Ух ты, здесь есть целая ванна, — заглянул я в санузел.

— В общем, разберёшься, — кивнула на мои слова Кассиопея. — Часов за десять мы достигнем пограничного пункта. Потом будем ожидать максимум два часа разрешения на переход в нужную обитаемую систему, а значит, уже через неполный день ты будешь топтать орбитальный космопорт планеты. Если что-то понадобится, можешь связываться со мной, я скинула адрес. Еду сам настроишь, какую тебе надо, — указала она на стену рядом со столом, где был выделен люк и панель с кнопками рядом с ним. — Коды доступа в эту комнату и простую карту корабля для пассажиров я тоже скинула.

— Понятно, — принял я полученную информацию.

— Тогда я пойду, — махнула мне рукой Кассиопея и ушла, развернувшись на сто восемьдесят.

Двери за её спиной быстро закрылись, оставляя меня одного в комнате.

— Что же, раз есть время, то стоит разобраться с костюмом, — пробормотал я вслух и, чуть подумав, продолжил: — Ещё нужно будет забрать свой багаж, а то увезут вместе с грузом корпорации, и ищи его потом несколько месяцев. В лучшем случае.

Став лицом в свободный угол комнаты, я дал команду костюму открываться. Дальше всё было как в инструкции: костюм увеличил размер, чтобы дать мне место для манёвра, а потом задняя часть отъехала вверх, позволяя мне вынырнуть из немного наклонившегося вперёд шлема, после вытянуть руки и уже потом вытащить всего себя, опираясь на поднявшуюся «спину».

— Фух, — выдохнул я, ступив ботинками облегающего тонкого комбинезона на твёрдый пол.

Немного размявшись, я посмотрел на спокойно стоящий костюм и дал команду через своё средство связи закрыться и повернуться ко мне лицевой стороной. Удобно, хоть и создаёт очевидные дыры в безопасности.

Через считаные секунды я мог вновь наблюдать разноразмерные подвижные пластины брони костюма, что покрывали его целиком, давая мне довольно приличную свободу действий, две ломаные линии на немного угловатом шлеме, в которых больше всего оптических датчиков, ну и наспинный «рюкзак», наполненный важными системными блоками и создающий впечатление некой горбатости. Конечно, фигура в таком костюме будет выглядеть довольно массивной, но и мои родные не за элегантностью гнались во время его создания. Судя по мануалу, они больше упирали на устойчивость самого костюма ко всему, что им в голову взбредёт. В общем, повеселились на все деньги.

Материализовав перед собой экран, я начал более тщательно просматривать файлы, что шли в комплекте с костюмом. Спустя пару минут стояния я всё же решил прилечь на кровать, подперев спину подушкой, и углубился в изучение информации ещё сильнее. По прошествии же нескольких часов у меня в голове сложился образ добротного и во много раз улучшенного костюма, что используется на Талосе-VI всеми, кто так или иначе работает с добычей всяких полезностей из астероидов и, следовательно, выходит в космос. Нечасто, но всё же выходит. И в этом нет ничего удивительного, всё же сроки на его создание поджимали, а единственная изученная вдоль и поперёк модель именно «добывающая».

Синтетические мышцы, что полезны в большом перечне ситуаций, несколько классов защиты как материальной, так и энергитической, встроенные в руки и ноги малые гравитационные захваты и маневровые двигатели для передвижения в невесомости. Приличный источник энергии для сохранения автономности в отрыве от питающей сети, множество самых разнообразных датчиков, чьи данные обрабатывает встроенный компьютер с минимальными задержками. Есть даже голосовой помощник с простейшими командами и возможностью последующего улучшения. Я уже не говорю про систему выхода в космос, что поддерживает нужное давление, контролирует температуру и закольцовывает систему жизнеобеспечения. Ещё фильтрацию внешней атмосферы, если она есть, тоже сюда впихнули, с последующей добычей нужных элементов для скармливания источнику энергии. Пассивная подзарядка от движений, что продлевает время автономного действия на внушительный срок. Одним словом, ВЕЩЬ. Очень дорогая и очень нужная.

Немного утомившись от просматривания файлов, я встал с кровати, походил по комнате, посмотрел доступное меню на панели рядом со столом, впечатлился выбором блюд и решил всё же опробовать местную ванну, отложив еду на потом.

***

Оставив свои вещи на кровати и освежившись, я припал к зеркалу в ванной и встретился с голубыми глазами отражения. Внешность вроде приятная, подтянутая фигура, короткие блондинистые волосы. Сегодня я увидел уже двух мужчин со щетиной, но мне такое не светит, рост моих волосяных покровов подредактировали ещё до рождения, вполне стандартная процедура. Значит, мои новые знакомые родились многие века назад... или это просто веяния какой-то моды с далёких систем.

— Хмф, — фыркнул я, вспоминая пласты информации, что пихали в меня во время обучения, — в этой моде чёрт ногу сломит.

И, к несчастью, моя профессия является огромной частью этой моды. А ведь в очень далёкие-далёкие времена это было не так, но надо же как-то зарабатывать в мире, где все болезни идентифицируются в момент развития плода и в последующем лечатся, если же кто-то чем-то заболел, то полное лечение займёт меньше часа, повреждения же тела... ну здесь уже от случая к случаю, но повсеместное распространение простейших личных энергетических щитов сильно подкосило процент страдающих. Эпидемии — лишь слово, закреплённое в истории, но не имеющее силы в настоящем. Сейчас любой начинающий медик может создать «страшнейший и смертельный» вирус или бактерию, правда, через миг вместе с этим создастся и лекарство, если такового ещё не имеется в базе данных здравоохранения. Что крайне сомнительно, ведь вывести что-то новое на этом поприще очень, ну просто очень сложно было ещё века назад, сейчас же почти невозможно. Спасибо искусственному интеллекту, что может обрабатывать невообразимое количество данных. Вот и получается, что у операторов мед-роботов больше работы в области изменения внешности, а за ней и ДНК, чтобы таковая внешность могла передаться потомкам.

Конечно, есть частности, например, если надо подстроить человека под определённые условия окружающей среды или сама работа в опасном секторе, где чуть ли не каждый час происходят занимательные инциденты, и тому подобное. Моя же работа на Талосе-VI находилась где-то в этой же категории исключений с самым маленьким коэффициентом опасности. Бывали у нас случаи, когда кого-то сбил астероид, или внезапно исчезала нижняя половина тела, или просто расплющивало конечность в кашу... Если так подумать, то даже хорошо, что меня переводят сейчас: успел получить незабываемый опыт работы, а в последнее время к нашей группе медиков начали подходить с щедрым предложением изменения внешности. Чувствую, через пару лет большую часть своих родных я в лицо не смогу узнать.

От размышлений обо всём и ни о чём меня отвлёк сигнал оповещения с моего устройства связи, что остался на кровати. Обтёршись полотенцем, я вышел из ванны и начал просматривать почту. Ожидаемо ни одного письма от родни, но это и не удивительно, всё же мы только недавно расстались, да и рабочий день у них только-только закончился. Хорошо будет, если мне хотя бы десять человек напишет, не следуя инструкциям методички. Насколько я помню, следующий наплыв «писем поддержки» стоит ожидать через неделю, потом через месяц, потом через полгода, ну а дальше по желанию отправителей. Статистика говорит, что из ста человек связь продолжает держать от пяти до десяти процентов.

Мне написал Карл. Капитан корабля предупредил, что скоро мы будем совершать переход в нужную систему, и все, кто хочет посмотреть на это, приглашаются на капитанский мостик. И снизу время начала перехода. Похоже на автоматическую рассылку, но я не против посмотреть на этот процесс вблизи и практически своими глазами. Конечно, я видел переход в межсистемной сети и даже в исполнении автоматизированных грузовых кораблей, что летали на Талос-VI, но это всё были записи и совсем не то. Говорят же, что вживую увидеть что-то намного захватывающе, чем просто посмотреть видео.

Приняв это решение, я посмотрел на часы, что в кои-то веки сжалились надо мной и дали время на приём пищи перед каким-то событием. Вот и ещё один плюс моего перевода: время за пределами Талос-VI течёт медленней, а значит, я перестану вечно опаздывать. Шутка. Не смешная. Но вряд ли в ближайшее время у меня будет получаться хотя бы что-то сносное.

Натянув на себя одежду и прикрепив к предплечью устройство связи, я принялся выбирать предлагаемую местным поваром еду. Количество загруженных блюд и вправду было огромно, прямо чувствуется отпечаток того щедрого богатея. Но я не в претензии, ведь чем больше выбор еды, тем лучше. Выбрав запечённое мясо краба в соусе со свежевыжатым соком, я подтвердил выбор и принялся ждать. Не прошло и пяти минут, как по комнате раздался звон колокольчика, а по выделенной стороне стены побежали линии предупреждающего света. Люк отъехал, и прямо передо мной выдвинулись заказанные мной блюдо и напиток. Быстро переместив их на стол, я подождал, пока люк вновь закроется, и только после принялся разглядывать получившийся результат. Не заметив каких-либо проблем в структуре, я принялся пробовать труды местного пищевого рекомбинатора. Название, конечно, немного привирает, когда называет его «пищевой», это чудо может создавать не только пищу, но и посуду к ней. И, видимо, здешняя модель из очень дорогих, ведь такого вкусного краба я никогда ещё не ел, а сок и правда был один в один, как свежевыжатый.

Закончив с едой, я нажал на кнопку на панели управления для переработки грязной посуды и положил использованные предметы в открывшуюся полость, что через несколько секунд моих действий вновь закрылась. Посмотрев на свой костюм, что всё это время спокойно стоял в углу, я, немного посомневавшись и вспомнив о невесомости на капитанском мостике, всё же решил спуститься в нём.

— Пришло время улетать, — вздохнул я и начал залезать внутрь костюма, предварительно дав команду развернуться и открыться.

Космическая тихоходка (отменённая версия). На взлёт 1.04

На всякий случай послав сообщение Кассиопее, что я иду наблюдать за переходом на капитанский мостик, и получив в ответ простое «ок», я посмотрел на большой экран в комнате, что должен заменять окно. Космическая пустота. Сколько на неё не смотрю, всегда завораживает. Если же удаётся выйти в открытый космос и понаблюдать за просторами лично, а не через навороченные камеры, всё становится таким незначительным, таким мелким и простым, что как-то сам собой расслабляешься и отдыхаешь всем телом и разумом. Приятное чувство. Интересно, на новом месте одобрят эти мои «прогулки» в свободное время? На Талосе-VI было много поклонников такого времяпрепровождения.

Выйдя из комнаты и сверившись с примитивной картой корабля, на которой было отмечено всего пара мест: моя комната, пункт управления, места отдыха и развлечений, несколько медпунктов и спасательные капсулы, я вышел из комнаты и направился вниз, прямо в сердце корабля. Подозреваю, что карта содержала и коды доступа к указанным областям, так как отмеченные на карте двери открывались передо мной, как только я подходил достаточно близко, остальные же оставались закрытыми. Уже спускаясь по лестнице вниз, я подумал, что как-то этот способ передвижения слишком медленный для космического корабля. А вдруг произойдёт чрезвычайная ситуация и нужно будет оказаться на капитанском мостике как можно быстрее? Никогда не поверю, что здесь нет каких-нибудь экстренных проходов. Не падают же они в эту шахту в случае чего, верно? Однако наличие внизу невесомости недвусмысленно указывало на то, что это вполне может оказаться правдой.

Отбросив глупые мысли, я продолжил перебирать руками и ногами, как через несколько минут костюм начал докладывать об изменении гравитации в меньшую сторону. Ещё через некоторое непродолжительное время у меня уже получилось идти прямо, притянув ноги к лестнице. В таком темпе «спуск», а с моей перспективы ходьба вперёд, пошёл веселей, и уже совсем скоро я остановился перед дверьми на капитанский мостик. Одна часть меня предвкушала предстоящее зрелище, а другая — мандражировала перед неизвестным будущим. Как только проход открылся, я собрался с мыслями и ступил внутрь.

Капитанский мостик всё ещё поражал моё воображение, не такое уж искушённое космическими кораблями. Я попытался найти взглядом капитана и преуспел в этом. Он висел в воздухе, считай, лежал на нём рядом с механизмом управления корабля, всё же пультом управления такую конструкцию не назвать.

— О, всё-таки кто-то пришёл, — обернувшись ко мне, обрадовался капитан, как будто не сам ранее разрешил мне вход в это помещение, он же точно его контролирует. — Ты же пришёл понаблюдать за переходом, а не просто слоняешься здесь без дела?

— Да, за переходом, — немного скомкано ответил я, всё ещё не совсем понимая, как себя с ним вести.

По доступной мне информации, капитаны космических кораблей... сложные и неоднозначные личности. По крайней мере, те, про кого я читал и смотрел видео. С другой стороны, про обычных и непримечательных людей вряд ли кто-то будет создавать контент, так что моя информация может быть, мягко скажем, ошибочна. Но я всё же поостерегусь и не буду позволять себе лишнего. Остаётся только надеяться, что понятие «лишнего» у нас с капитаном хотя бы схожи.

— Отлично, — обрадовался Карл, переворачиваясь вверх ногами относительно меня. — Я сразу заметил по твоим глазам, что ты интересуешься космосом. Не то что эти, — махнул он в сторону уже закрывшегося входа, обозначая «этих».

— Но вы не видели моих глаз, — немного сбитый с толку, машинально поправил я, а когда понял, что сделал, то постарался прикусить себе язык.

— Так что тебя больше всего интересует? — пропустив мои слова мимо ушей, спросил Карл.

— Если не считать сами переходы, как рукотворное чудо, то весь космос. Мне нравится за ним наблюдать, — решил я тоже сделать вид, что моей прошлой реплики не существовало.

— Это да, — протянул Карл, прикоснувшись к подбородку, — переходы очень облегчают жизнь. Никогда не думал, что доживу до их появления, а гляди ж ты, уже могу наблюдать поколение, для кого переходы — норма.

— Так говорите, как будто застали жуткую древность при жизни, — покачал я головой.

— Что же до твоего интереса космосом, — опять пропустил мои слова мимо ушей капитан, что начало немного нервировать, — то заниматься созерцанием, конечно, очень полезно, но разве ты не хочешь постичь тайны пустоты?

— Я не учёный, чтобы интересоваться такими тонкостями, — легко ответил я. — Мне ближе ДНК...

— Что уже века назад стала как глина в руках мастера, — перебил меня Карл, чуть ли не прожигая серебряными глазами. — Неужели никогда не хотелось прикоснуться к неизвестному? Открыть что-то новое? Узнать и осознать новую грань существования?

— Ваши слова больше похожи на мечты необразованного ребёнка. Раньше мне, конечно же, как и всем, хотелось совершить что-то невообразимое, но в наше время это буквально невозможно, — ответил я, полностью уверенный в своих словах. — Времена великих космических открытий давно прошли.

— Хм, — хмыкнул Карл, вновь приняв горизонтально-лежачее положение относительно меня, — раз ты так считаешь, то это правда.

— Что? — опешил я, готовый к любой яркой реакции, но не к согласию собеседника.

Капитан как будто оценил меня и сделал вывод о моей негодности для... чего-то. Чего он вообще хотел от меня добиться этими вопросами? И почему он начал выглядеть так, будто потерял весь интерес к беседе?

— Внимание! Переход начнётся через минуту. Пожалуйста, не выходите за пределы корабля, — сказал практически безэмоциональный женский голос.

— Зачем вообще симулировать такую древность? — невольно вырвалось у меня, из-за чего я недовольно поморщился.

— Мне так привычней, — пожал плечами Карл, взглянув на меня с некоторой заинтересованностью. — Люди твоего возраста обычно так глубоко историю не изучают.

— Я тоже не изучал, — отмахнулся я от его слов, что предполагают моё хотя бы опосредованное отношение к информационным копателям, и продолжил для надёжности: — Просто наткнулся на запись времён становления искусственного интеллекта.

— Ну раз «просто», — понимающе протянул Карл, «ложась» на бок.

— А я думал, что ты предпочитаешь прямое управление, — решил я перевести тему, а то мне что-то не нравятся его намёки.

— Так и есть, — с лёгкостью поддержал Карл мою попытку. — Но переход должен осуществляться полностью в автоматическом режиме, чтобы исключить человеческий фактор. Знаешь, в обитаемых системах ручное управление не приветствуется.

— Неужели? — заинтересованно спросил я. — Что-то я не помню ни одного закона, что запрещал бы это. Правда, в наш век корабли с ручным управлением уже не делают.

— Верно, — согласился со мной Карл, хоть я и думал, что на самом деле ошибаюсь в своих предположениях, но раз уж целый капитан корабля их подтвердил, то это должно быть правда. — Однако, это относится лишь к стандартным серийным моделям.

— Значит, по личному заказу делают что-то вроде этого? — указал я рукой на помещение.

— По личному заказу могут сделать намного больше. Здесь вопрос лишь в том, сможет ли твой кошелёк потянуть все хотелки, — с важным видом ответил Карл.

— Инициирую переход, — сказал женский голос, что пародировал древние машины.

— Это же будет твой первый раз? — спросил меня капитан и получил в ответ подтверждающий кивок. — Тогда смотри в оба.

И я смотрел. Сначала ничего, что я мог бы заметить, не происходило. Всё тот же космос вокруг, на просторах которого любезная навигационная система обозначила важные космические тела, включая и пропускной пункт, что с моего положения вообще не был виден. Ещё некоторое время всё было спокойно, а потом я заметил ободок, и если камеры в этой комнате передают изображение с краёв корабля, то всех нас начало окружать толстое и увеличивающееся кольцо. Достигнув определённого размера, что превышал диаметр корабля, кольцо повернулось на девяносто градусов, а потом полетело вперёд, останавившись за пределами корабля. Благодаря отличному углу обзора в триста шестьдесят градусов и высочайшей детализации изображения я смог отлично рассмотреть этот процесс. Как оказалось, кольцо двигали специальные манипуляторы, что соединялись с кораблём, создавая совсем уж непростую конструкцию. А ещё это кольцо крутилось, точнее, если следовать из моих дилетантских умозаключений, то кольцо многослойное: к внешнему слою крепились манипуляторы, и он оставался надёжно закреплённым, а вот внутренний крутился, кажется, с самого начала, я просто не обратил на это внимание. Проходит сущий миг, и передо мной образуется самая настоящая дыра в пространстве, за которой отлично видно освоенную систему с кипучей жизнью. Как будто предо мной открыли дверь в другую комнату, вот только сами комнаты разделяют тысячи световых лет.

Пока я впечатался видами, корабль аккуратно полетел вперёд, как будто красуясь передо мной, давая возможность рассмотреть все поверхностные детали. В какой-то момент я мог увидеть два совершенно разных космоса, в одном из которых кипит жизнь, а в другом пустота ещё остаётся властительницей своих пространств. И этот вид... у меня нет слов, чтобы передать хотя бы часть своих ощущений. Непередаваемо. Всё, что сейчас происходит, непередаваемо прекрасно. Но как бы мне ни казался нынешний момент бесконечно растянутым во времени, он всё же закончился слишком быстро. Вот я моргнул, и перед глазами уже обитаемая система, а сзади корабля находится кольцо, в котором больше не видно родных мне просторов, а само кольцо сейчас собирается возвращаться в своё изначальное положение с помощью всё тех же манипуляторов.

— Запомнил название и координаты своей системы? — спросил меня Карл, подлетев поближе.

— Да, записал ещё на Талосе-VI, — ответил я, до сих пор не до конца веря в происходящее. — И кажется, я ещё не смирился со своим переводом.

— Ну, для этого у тебя ещё вся жизнь впереди, — философски ответил капитан, из-за чего я всё же оторвал взгляд от пустоты и повернулся прямо в его сторону.

— Серьёзно? — всё ещё не веря своим ушам, спросил я.

— Что? — картинно удивился капитан, сложив руки на груди. — Впитывай мудрость, пока я ещё жив.

— А вы собрались умирать? — задал я ещё один вопрос. — Если да, то делайте это подальше от обитаемых систем. В наше время умереть крайне сложно. Кстати, вы делали копию своих нейронов? Советую удалить их, чтобы умереть окончательно.

— Приму советы профессионала к сведению, — важно кивнул Карл, не выказывая и намёка на шутку.

— Но я всё же не советую, — сказал я спустя секунд тридцать молчания, допустив шанс на серьёзность со стороны капитана.

— Почему это? — со всей искренностью спросил Карл.

— Хоть вы и удалите личную копию карты нейронов, но их копия хранится в системе здравоохранения и ещё в нескольких заинтересованных корпорациях и государственных проектах, — уже забеспокоившись по-настоящему, начал объяснять я. — А так как государств у нас... много, то ваша копия будет жить вечно, по сути, являясь бессмертной. Уверен, сейчас где-то сидит ваш клон и что-то делает. Скорее всего, даже несколько, — задумавшись сказал я, но, заметив недобрый взгляд капитана, решил повернуть разговор немного в другую сторону. — Но не стоит беспокоиться. Точная копия при копировании карты нейронов всё равно никогда не получалась, так что вы как личность и человек один единственный в своём роде, а значит, если умрёте, то навсегда, — и лишь закончив свою речь, я понял, что получилось как-то не очень.

И строгий взгляд от капитана подтверждал мои мысли.

— Ха-ха-ха, — переменившись в лице, внезапно рассмеялся он, не жалея лёгких. — Вот это ты выдал. Ух. Давненько я так не смеялся.

— Правда? — аккуратно спросил я, облегчённо выдыхая.

Фух. Сложный момент удалось преодолеть.

— Хах, — ещё раз хохотнул Карл, глянув на меня. — Расслабь булки, Ил. Я уже давно прошёл фазу «хочу сдохнуть». Даже несколько раз, — вспоминая что-то, признался он.

— Вот как, — выдавил я из себя. — Вам стоит выступать на сцене с такими актёрскими талантами.

— Уже выступал, — качнул головой Карл. — Хотя ты подал мне отличную идею. Заскочу на представление, когда выдастся возможность.

— Ммм, — неразборчиво выдал я, сам не зная, что хотел сказать. Наверное, выказать недовольство его «шуткой».

— Зато ты уже не пялишься в пустоту, как идиот, — расшифровав мой посыл, привёл Карл аргумент в свою пользу.

— Как скажете, капитан, — совершенно не впечатлившись, сухо сказал я.

— Вот давай не будем делать из меня «монстра», — закатил глаза Карл, обозначив кавычки пальцами. — Лучше взгляни, куда ты прилетел, а то, готов поспорить, твоё лицо сейчас хуже лимона. И вообще, долго ты собираешься ходить по полу в невесомости? Очнись! В невесомости надо летать, — указав на себя, гордо заявил он.

Как ответить правильно в этой ситуации, я не додумался. Поэтому промолчал и отлепился от пола. Слабый импульс от встроенных в костюм двигателей стабилизировал меня в пространстве, благодаря расположению этих самых двигателей я мог легко корректировать своё положение.

— Вот. Уже другое дело, — одобрительно кивнул капитан и, посмотрев в своё устройство связи, заявил: — Ладненько, пора выдвигаться. Ты тогда полетай тут, поглазей на блага цивилизации, а я поведу.

— В прошлый раз во время полёта в этом секторе вы получили штраф, — сказал голос искусственного интеллекта корабля. — По рекомендации от Кассиопеи я не советую вам управлять кораблём лично в обитаемых системах.

— Ммм, — протянул капитан, подплывая к установке посреди комнаты, — пожалуй, я не в настроении принимать советы. Положи его к остальным, разберусь, когда руки дойдут.

— Принято, — отозвался женский голос. — Должна вам сообщить, что число отложенных советов достигло числа девяносто девять тысяч сто один. Желаете произвести чистку?

— Не, — качнул головой Карл, — подождём ещё.

— Принято, — ответил корабль.

Я же притворился, что ничего не слышал и полностью поглощён открывшимся мне видом. Должен признать, это было недалеко от правды, но разговоры в одной комнате я ещё способен улавливать. Вот и получилось, что капитан занимал место управления, а я, раскрыв рот, пялился на просторы. Когда последняя мысль проскочила у меня в голове, то я поспешно закрыл рот, невольно щёлкнув зубами. А вид. Вид уж точно поражал не меньше самого космоса. Множество космических кораблей совершенно разного размера и фасона появлялись рядом с нами и практически сразу летели по своим делам, однако у них не было такого же кольца, как у нас. Что, если подумать, более нормальное состояние. То есть за всю свою жизнь до этого момента я не видел, чтобы корабли открывали переход с помощью кольца. Если честно, то я вообще не задумывался, как этот переход появляется. Он просто всегда возникал перед кораблями, а потом бесследно закрывался за ними.

— Маршрут до свободного пропускного пункта проложен, — сказал женский голос, и корабль двинулся по намеченной траектории.

Благодаря системе наведения я отлично видел, что система населена очень густо. На орбите каждой планеты было по несколько станций, и сами планеты тоже не пустовали. Практически все из них были заселены. Ещё я заметил с десяток станций, что имели собственную орбиту вокруг местной звезды. А об отметках космических кораблей я даже заикаться не буду. И всё это двигалось, всё это жило, что поражало и радовало в равной степени.

— И вправду намного больше эмоций, когда на самом деле здесь находишься, — пробормотал я, оборачиваясь к капитану.

Он был полностью сосредоточен на пилотировании, а если и общался с кем-то, то я не был об этом в курсе. Да и не должен быть, раз на то пошло. Глянув ещё раз на обитаемую систему, я всё же решил удалиться. Во-первых, не хотелось мешать капитану. Во-вторых, бесцельно пялиться в космос перехотелось. В-третьих, надо забрать свой багаж, а то, чувствую, улетит он вместе с грузом, и потом ищи его хоть месяцами.

Следуя последней мысли, я вышел из шаровидного помещения и направился вперёд, что вскоре стал верхом. Уже шагая по коридору нижнего этажа, я понял, что не знаю, где склады. Точнее, я мог бы предположить их местоположения, но доступа к ним у меня от этого не появится. Вспомнив же, что Кассиопея обещала помочь в случае чего, я поспешил написать ей о своей просьбе провести до чемодана. Сразу мне не ответили, но когда я уже подымался на лифте, то получил оповещение. Нужно было встретить её перед своей комнатой. Удачно, что я как раз туда и направлялся.

— Хочешь держать бомбы поближе к себе? — встретила меня вопросом Кассиопея, выражая своим лицом и позой всю серьёзность вопроса.

— А? — кое-как смог выдавить я. Было такое ощущение, что я налетел на стену и чуть не расшибся в лепёшку при этом.

— Отвечай на вопрос, — продолжила она наседать.

— Что это за вопрос вообще такой? — вопросил я крупицы её разума.

— Ответ, — с силой сказала Кассиопея.

— Нет у меня никаких бомб! — крикнул я, перемешивая внутри себя возмущение, негодование и щепотку страха. — Да и откуда им у меня взяться. Я обычный оператор мед-роботов.

— Да ну? — не поверив ни единому моему слову, спросила Кассиопея.

— Да! — ещё раз крикнул я от переизбытка... всего, а потом на меня навалило любопытство, и я продолжил уже более спокойным и заинтересованным тоном: — А почему бомбы-то?

— Самое первое, что пришло на ум, — пожала плечами Кассиопея и, смерив меня испытывающим взглядом, как будто могла что-то разглядеть за шлемом костюма, сказала более снисходительно: — Ладно. Сделаю вид, что ты меня убедил, но я всё ещё тебя подозреваю.

— В чём? — вопросил я, пытаясь выглядеть спокойным и уверенным. — Назови хоть что-то, к чему можно придраться.

— Да хоть к твоей истории, мистер я единственный, кого перевели из корпоративного добывающего корабля, — проговорила она, как будто в этом событии есть что-то неправильное и жутко подозрительное. — Что уж говорить о сумме, которую заплатили за твой перелёт.

— Сумма, скорее всего, за срочность груза, а я полетел в довесок, как удобно попавшийся под руку, — сказал я в свою защиту.

Ну не начинать же мне спорить с ней о политике корпорации, в которой я и сам не слишком хорошо разбираюсь? Так, знаю то, что положено, а о том, что не положено, лишь подозреваю или вообще понятия не имею.

— Так что в этих ящиках? — спросила меня Кассиопея. — И, предвосхищая твой вопрос, нет, мы не можем их просветить или открыть. Материал и жутко сложные коды доступа не позволяют, а повреждение груза чревато высокими штрафами.

— Звучит как-то непрофессионально, — заметил я.

— Последняя миссия перед отпуском, так что могу себе позволить полюбопытствовать, — слабо улыбнулась Кассиопея, ступив мыслями в свободное от работы завтра, но это её состояние не продлилось долго, и она вернула внимание к моей персоне: — Так что?

— Понятия не имею, — честно ответил я.

— Но вы же там что-то добываете, — не стала сдаваться Кассиопея после секунды молчания.

— Я обычный оператор мед-роботов, а не добывающей промышленности. И это ты можешь легко подтвердить, проверив мои документы, — привёл я, как по мне, достаточно весомый аргумент.

— Это можно легко подделать, — качнула головой Кассиопея.

— И так же легко проверить на подлинность. Ни за что не поверю, что у вас нет высококачественных алгоритмов распознавания липы. Даже у меня они есть, — немного нервно усмехнулся я от нелогичности происходящего. — Не думаешь же ты, что корпорация внезапно захотела создать мне липовую личность, полностью воссоздав цифровой след с момента моего рождения для того чтобы... Чтобы что?

— Чтобы без подозрений конкурентов перевезти жутко нужный засекреченный груз, — состроив серьёзную мину, без запинки сказала она.

Не могу поверить своим ушам. Из-за происходящей нелепости я впал в некий ступор и смог сказать хоть что-то осмысленное только после очень субъективно долгих нескольких секунд:

— Тебе надо поменьше читать приключенческой литературы. Она плохо влияет на твоё виденье реальности.

— Пфф, — прыснула Кассиопея, разрушая свой строгий образ вдребезги. — Говоришь как Ригель. Ладно, повеселились и хватит. Хочешь забрать свои вещички подальше от загребущих лапок родной корпорации?

— Да, — автоматически ответил я на вопрос, а после осознания сказанных девушкой слов облегчённо выдохнул. — Фух. А я уж было поверил, что ты полностью серьёзна.

— Бывает, — махнула рукой Кассиопея. — Не бери в голову, просто иногда нападает желание раскрыть «очередной заговор корпорантов», — вновь изобразила она полную серьёзность, но на этот раз слишком долго не продержалась и весело засмеялась.

Я с радостью поддержал её. Когда же смех вымыл из меня накопившееся напряжение, о котором я подозревал, но до последнего не ощущал, Кассиопея, утерев выступившие слёзы, пошла к лифту, поманив меня за собой.

Что я могу сказать о местном грузовом этаже? Он огромен. Начиная коридором и заканчивая помещениями, по которым туда-сюда снуют роботы совершенно разного внешнего вида и назначения. Кажется, я обнаружил причину «тесности» корабля, о которой говорила Кассиопея. Похоже, каждая крупица некритичного свободного пространства была перемещена именно на этот этаж. Или я делаю поспешные выводы, но пока всё выглядит именно так.

— Вот и пришли, — сказала Кассиопея, когда мы зашли в один из складов.

Само помещение было хорошо освещено, и в нём сиротливо стоял большущий куб, состоящий из ящиков неизвестного мне груза, и совсем рядом причина, по которой я здесь оказался.

— Забирай свой чемодан и пойдём отсюда, — поторопила меня Кассиопея.

— Ага, — внял я её словам, всё же вряд ли пассажиру можно здесь находиться в принципе.

Связавшись с чемоданом, я дал ему команду следовать за костюмом. Всё же покупка навороченной модели для космических путешествий себя оправдает очень быстро. Весело пиликнув, чемодан ожил и подкатился на своих колёсиках прямо ко мне.

— И как ты мог купить это, но не обзавестись личным щитом? — спросила Кассиопея, увидев мои манипуляции.

— Чемодан — это покупка оправданная, — с умным видом начал пояснять я, — такой переживёт падение сквозь слои атмосферы, сохранив своё содержимое при приземлении, сманеврирует в невесомости, если надо будет, ещё и всякими полезными функциями обладает. А вот личный щит у меня и в костюме есть, да и на месте работы выдадут от корпорации.

— Значит, всё предусмотрел и продумал, а не просто забыл им обзавестись, — покивала на мои слова Кассиопея.

— Вот именно, — похвалился я, стараясь не выдать, что она попала прямо в точку, и, чтобы меня не раскусили, побыстрее перевёл тему: — Здесь мы закончили, можешь показать местные достопримечательности? Уверен, у такого корабля есть множество интересных мест, что доступны и обычным пассажирам.

— Запросто, — легко согласилась Кассиопея и повела меня дальше.

Космическая тихоходка (отменённая версия). На взлёт 1.05

Корабль оказался занимательным местом со своими достоинствами и недостатками. Как призналась Кассиопея, моя догадка по поводу сосредоточения большей части свободного места на грузовом этаже оказалась правдой. Из-за этого всё необходимое кораблю оборудование перекочевало на внутренние этажи, оставляя сравнительно мало места людям и их радостям жизни. Как по мне, для трёх человек корабль слишком избыточен, но Кассиопея так совсем не считает. И в один момент она начала рассказывать о различных заказах, что они выполняли. В общем, я оказался новым лицом со свободными ушами, на которого можно скинуть поток несистематизированной информации и с чувством удовлетворения наблюдать за моей попыткой не утонуть в ней. С чем я справился, по собственному мнению, на отлично. Ещё мы посетили местный парк с его деревьями, кустами, дорожками, речушкой и травой. Правда, выглядело всё немного дико и неухоженно, а ещё мне показалось, что здесь водится какая-то живность, но ни я, ни датчики костюма ничего не заметили.

Если кратко, то время до прибытия на орбитальную станцию нужной планеты я провёл в хорошей компании. Мы даже заглянули к Ригелю, но он копался в своих железках и прогнал нас практически сразу же. И как-то незаметно пришло время кораблю оказаться в космопорте.

— Внимание. Через час местный космопорт разрешит нам остановку. Будьте готовы выходить и не забудьте важных вещей, — раздался голос корабля по коридорам.

— Что же, я тогда пойду, не тебе одному нужно собрать всё нужное, — сказала Кассиопея и, получив от меня кивок, быстро удалилась.

Хорошо, что всё моё уже со мной. И, посмотрев на время, я понял, что мы добрались быстрее, чем предсказывала Кассиопея. Хм, неужели капитан решил ускориться?

Оставшись один, я облегчённо выдохнул. Всё же общение с новым человеком столько времени выматывает. Даже если от меня требовалось по большей части лишь «угукать» в нужных местах, это всё равно нелегко. Особенно с непривычки. Зато я опробовал проходимость своего чемодана и могу с уверенностью сказать, что она неплохая. Даже отличная за свою цену.

— Пошли, дружок, посмотрим на орбитальную станцию поближе, — похлопал я рукой по чемодану и направился в свою комнату.

Спустя один лифт и недолгое хождение по коридору я оказался на месте. Подключившись к экрану комнаты через костюм, я смог переключить изображение пустого космоса, что на проверку оказалось просто записью, на виды снаружи. Получилось не так масштабно, как на капитанском мостике, но тоже неплохо. Для моих целей в самый раз. Переключая изображение внешних камер, я понял, что мы сейчас висим в космосе среди множества других кораблей, а сама орбитальная станция, представляющая собой что-то похожее на гигантский гриб с заостряющейся ножкой, и планета находятся очень близко. По космическим меркам близко. Сама же планета под названием Линарис представляла собой голубой шар, покрытый белыми облаками, что частично скрывали океан и несколько континентов с множеством светящихся мест, складывающихся в причудливые узоры.

Окинув комнату взглядом, я заключил, что делать мне больше особо нечего, и, немного поразмыслив, решил закопаться в настройки костюма. Спустя субъективный миг, по результатам которого я увяз по шею в циферках и ползунках, пришло сообщение, что меня ждут на выходе. Также мне скинули файл, что обновил карту и указал этот самый выход, и он точно находится не на капитанском мостике. Вообще, место довольно близко к моей комнате, даже на том же этаже, что удобно, но немного вводит в ступор. Зачем надо было проводить меня через, считай, сердце корабля, если можно было обойтись, например, вот этим проходом?

Так и не придя к окончательной конфигурации настроек костюма, я решил включить вообще всё. На практике посмотрю, что пригодится, а что нет.

— Голосовой помощник версии один ноль готов к работе, — сразу же после принятия настроек услышал я доброжелательный мужской голос, что неотличим от человеческого. — Первым шагом в настройке голосового помощника является выбор голоса. Выберите, какой вам больше нравится, мужской или женский, — последнее слово он проговорил именно стандартным женским голосом.

— Н-да, загрузили сюда всего два выбора, — пробормотал я, идя по коридору в сторону выхода. — Пусть будет женский.

— Принято, — сразу же исполнил моё пожелание голосовой помощник. — Желаете ли вы получать звуковые уведомления о повреждениях, поступающих сообщениях, новых подключениях, путеводителях, ориентировании...

— Давай ты поставишь стандартные настройки, — перебил я перечисления, не уверенный, что сейчас самое удобное время для этого, и вошёл в открывшиеся двери, за которыми уже стояли три члена экипажа корабля с компактными сумками и портфелями.

— Принято, — было мне ответом, и больше меня не беспокоили.

Сама же комната, что предстала предо мной, была довольно мелкой и без каких-либо украшательств или мебели. Конечно, для четырёх людей и одного чемодана места было предостаточно, но сам размер комнаты наводил на мысли об экстренном выходе.

— Все готовы? — спросил капитан, как только увидел меня.

— Открывай уже, — закатила глаза Кассиопея, притопывая в нетерпении.

— Соглашусь, — буркнул Ригель.

— Ладно-ладно, не набрасывайтесь на меня, — сказал Карл и добавил громким шёпотом: — Вечно вы не видите берегов перед отпуском.

— Заслуженным отпуском, — подчеркнула Кассиопея.

— Как скажешь, милая, — согласился с ней Карл. — А теперь все встаньте вот сюда, — указал он на отмеченный обычной белой краской неровный круг на полу.

Когда же все выполнили его указания, капитан сам стал рядом с нами и сказал:

— На выход.

— Принято, — ответил нарочно плохо смоделированный женский голос. — Будьте готовы к смене направления гравитации.

После её слов стенка рядом с нами отъехала, показывая грави-лучевую установку, ещё через секунду напротив начали появляться очертания шахты наружу, что полностью повторяла ту, через которую я попал на корабль. И вот мы, поднятые немного светящимися зелёным лучами, полетели вперёд прямо в постепенно раскрывающуюся перед нами стену. Спустя минуты нас повернуло на девяносто градусов, и под ногами показался пол площадки орбитальной станции, доказывая, что мы спускаемся в правильную сторону. И вот я и мои новые знакомые уже стоим на ногах, а мой чемодан повторил наш «подвиг», чуть не завалившись.

— Свобода! — сразу же крикнула Кассиопея, и её голос отозвался бы в этом огромном помещении, если бы оно не было заполнено бесчисленным множеством кораблей, людей, роботов и установок еле понятного назначения.

Всё вокруг жутко шумело, играя разительным контрастом с тем, где я привык находиться раньше. И всё здесь пестрило таким разнообразием, что я застыл, не зная, что вообще делать. А взгляд всё больше терялся, переходя от одного места к другому, не задерживаясь нигде достаточно для полного осознания происходящего.

— Ага, — сказал Ригель, становясь для меня понятной точкой сосредоточения внимания, — век бы вас ещё не видеть.

С этими словами он просто ушёл. Даже не попрощался!

— И отдохну же я здесь! — не сбавляла радостного задора Кассиопея и повторила манёвр своего коллеги.

Вскоре две фигуры просто растворились в гудящей толпе, сбивая меня с толку.

— Эх, отпуск, — мечтательно протянул Карл, прежде чем я вообще издал хоть один осмысленный звук. — Время возможностей. Согласен?

— Возможно, — пространно ответил я, пытаясь собраться с мыслями.

— В общем, здесь наши пути расходятся. Удачи тебе в твоём переводе, — сказал Карл.

Он уже хотел было тоже пропасть из моего поля зрения, но я успел предотвратить это, вспомнив об одной детали:

— А груз? — тупо спросил я.

— Мы его первым спустили, и местные грузчики уже растащили груз на нужды корпорации, — пожав плечами, ответил Карл.

— Но... он разве не числится за мной? — уже на самом деле заволновался я.

— Как приписали к тебе, так и списали, — скосив на меня взгляд, сказал Карл. — Всё же Центурион местная корпорация, а значит, имеет кое-какие преференции и лазейки.

— Как-то это, — попытался я сформулировать, что чувствую по этому поводу, но так и не смог.

С одной стороны, это нарушает все слои защиты самой планеты и не только, а с другой — лично я к этому грузу вообще никакого отношения не имею и должен вздохнуть с облегчением после избавления от ненужной ноши.

— Забудь про него, — махнул рукой Карл и, смерив мою растерянную фигуру взглядом, о чём-то задумался. — А давай я добавлю тебя в друзья.

— Зачем? — немного настороженно спросил я.

— Опыт говорит мне, что это не будет лишним, — не ответил он прямо на мой вопрос. — Или ты не хочешь?

— Ам... Хочу. Иметь вас в друзьях будет полезно, — сказал я чистую правду.

— Вот и славно, — улыбнувшись чему-то своему, Карл отправил мне запрос.

Когда же я прошёл по иконке с оповещением и нажал «принять» на карточке с изображением и информацией Карла, он продолжил:

— Тогда бывай. Удачи тебе с переводом.

На этот раз новый вопрос не вырвался из моего рта, и не потому что его не было, всё как раз наоборот: вопросов было так много, что я не успел определиться, а Карл уже растворился в толпе. Конечно, можно было бы воспользоваться нашей «дружбой» и отследить его устройство связи, но это некультурно. А делать так сразу же после её принятия втройне хуже. Может, написать ему? Нет, сам справлюсь, нечего быть таким навязчивым.

Стоять на одном месте под кораблём, к которому я не имею вообще никакого отношения, вряд ли получится вечно. Всё же его экипаж когда-то вернётся с отпуска, а значит, я должен идти... туда. Не думал, что толпа и вся эта населённость будет так сильно на меня влиять. Я ведь видел видео со скоплениями намного большего масштаба и не испытывал ничего подобного, но стоило оказаться здесь лично, и как будто часть мозга отключили. Однако вечно мой ступор продолжаться не мог, и я всё же сделал первый шаг. Совершенно не готовый к нахождению в толпе, я окунулся в неё с головой, и это оказалось не так страшно. Когда же из-за этого осознания моё настроение немного улучшилось, ноги пошли по указателям космопорта, ища нужный пропускной пункт.

Спустя очередь и бесчисленные взгляды окружающих, которые и правда не носили ничего мощнее среднего личного энергетического щита, я оказался внутри. Уверен, сейчас по сети гуляет с сотню видео с моим участием, но не об этом мне сейчас нужно думать. Хорошо, что процедура проверки идентична той, что я проходил в космопорте Талоса-VI, иначе я бы точно растерялся ещё больше. Но не будем о грустном. Я внутри орбитальной станции нужной мне планеты, а значит, надо узнать откуда отправляется транспорт до этой самой планеты. Потом дойти до здания корпорации и отдаться на волю перевода. Ничего сложного. Сделав парочку глубоких вдохов, я пошёл исполнять план.

— Подключение к местной сети прошло успешно, — внезапно оповестил меня голосовой помощник. — Желаете построить маршрут до ближайшей доступной стоянки?

— Да, было бы полезно, — чуть подумав, ответил я.

Благодаря информации местной сети у меня оказались нужные карты, и вскоре я уже шёл по проложенному маршруту, и чем больше проходил, тем архитектура местной станции всё больше вызывала у меня жуткое чувство дежавю. И внезапно до меня дошло. Это же Талос-VI. Детали немного различаются, но под слоем рекламных щитов, налёта времени и постоянной эксплуатации можно было легко заметить те же здания, определённые под магазины, рестораны, кафе, жилые дома, офисы и тому подобное. Даже ширина улиц та же: идеально рассчитанная для большого потока людей. Ну и, конечно, все постройки здесь вовсю использовались, а не были законсервированы до лучших времён. Говорить же про различие в населении вообще не имеет смысла.

— Не удивлюсь, если это когда-то был предшественник Талоса, — пробормотал я, наблюдая за возможным будущим своего дома.

— Подтверждаю, — сразу же отозвался голос костюма, — основа орбитальной станции Небула-II планеты Линарис в прошлом осуществляла миссию по освоению незаселённой системы.

— Спасибо за информационную сводку, — ответил я, приободрённый правильностью своей догадки.

Уже в намного более бодром расположении духа я решил отказаться от разглядывания местных просторов и населения, чтобы не отвлекаться ещё сильнее, и вскоре оказался на стоянке, заполненной автономными гравиподами, что прилетали и улетали ежесекундно. Множество людей и роботов сновали туда-сюда, образуя какой-то хаотичный поток, к которому я не спешил приближаться. Сами машины выглядели как сглаженные прямоугольники без каких-либо острых краёв или выпирающих частей. Естественно, габариты, некоторые размеры, расцветка и надписи на них различались, но суть оставалась та же. Наблюдая за происходящим чуть в стороне, я заметил несколько моделей гравиподов: одни были одноместными, другие вмещали до четырёх человек, и были ещё те, что имели пятьдесят сидячих мест, но ходили по расписанию, в отличие от первых двух. Выбрав один из свободных одноместных гравиподов, я подошёл и отправил запрос на выход на орбиту планеты. Когда я получил подтверждение от икуственного пилота, двери транспорта раскрылись, приглашая занять место.

Что же, пункт по нахождению такси выполнен, теперь осталось положить чемодан в багажник и занять место в просторном салоне. Так я и поступил, и через считаные минуты гравипод взмыл в воздух, направляясь в широкие и хорошо освещённые шахты орбитальной станции.

— Желаете прослушать новости? — спросил меня любезный искусственный пилот, пока я наблюдал за плотным трафиком через смотровое стекло.

Что могу сказать? Движение и правда плотное, но благодаря пилотированию искусственного интеллекта все передвигаются быстро и чётко.

— Будет интересно послушать, — сказал я, наблюдая внутренности транспортной шахты с десятью линиями движения.

— Какую манеру изложения предпочитаете? — любезно спросил искусственный интеллект.

— Что-нибудь попроще, — ответил я спустя секунду размышлений.

— Ты представь, что творится-то, — начал искусственный интеллект, переключаясь на задорный мужской голос. — Видал острый отросток Небулы?

— Да, — ответил я. — Что-то интересное с ним случилось?

— Так это не просто так он там, — с готовностью подхватил пилот. — Ты не местный, так не знаешь, но раньше его не было. Новодел. Говорят, хотят расширить нашу орбиталку, вот и начали «расширять». Так ладно бы только это. Ты же видел, что этот «хвост» вдвое длиннее самой Небулы? Вот и представь, что они там хотят понастроить.

— Да, масштабно выйдет, — не мог не поразиться я задумкой владельцев станции.

— Не то слово, — сказал пилот. — Так, как только нужные люди с планеты об этом прочухали, такой ор поднялся. Ммм. Вся сеть до сих пор ходуном ходит. Это ж уже не просто станция, а целый массивный спутник, что может и на саму планету заметно повлиять.

— Разве проект не подразумевает разрешения от тех, кто следит за состоянием планеты? — с интересом спросил я, опираясь на доступные мне и не такие уж полные знания.

— Так судят уже этих криворуких деятелей, — хохотнул пилот. — Говорят, думали, что, как обычно, по мелочи попросят закрыть глаза на какой-нибудь «незначительный» вредный выброс или какую не очень законную постройку, вот и взяли «пожертвования» и подписали не глядя. Отработанная схема, говорят. А тут им, оказывается, такой «незаметный» проект подсунули. Каждый раз представляю, какие у них были лица после осознания произошедшего, и всегда на смех выводит, — подтвердил он свои слова, мощно рассмеявшись.

— И что с проектом? — спросил я, как только мой собеседник отсмеялся.

— Заморозили пока, — выдохнув со свистом, ответил пилот, — думают, что делать. Рассчитывают там что-то, чтобы всё же одобрить строительство по всем правилам. Всё же деньги там немалые уже влили, да и люди не последние за этим стоят.

— Разве их не должны посадить за такие нарушения? Как они могут за чем-то до сих пор «стоять»? — удивился я, хоть и читал про такие истории в сети.

— Откупились уже, — цыкнул пилот. — И начали строить из себя блюстителей здоровья планеты. Может, даже построят что полезное, а не только будут языком молоть.

— Вот как, — нахмурился я, переваривая информацию.

— Так куда хочешь направиться? — вдруг спросил пилот, вырывая меня из мыслей.

— Поближе к главному зданию корпорации Центурион, — сказал я, увидев в окно, что мы уже на орбите и вдалеке летает множество других гравиподов.

С прошлого корабля, название которого я забыл посмотреть, их не было видно. Слишком уж мелкие.

— О, это мы быстро, — ответил пилот, начиная движение по орбите. — Только высажу не очень близко. Выкупили центурионовцы там все площадки под свою технику, так что придётся тебе ещё проехаться.

— Но я работник Центуриона, — сказал я, ожидая получить разрешение на посадку принадлежащих компании площадок.

— Хах, — усмехнулся пилот. — Так чего на такси летаешь, а не на корпоративном транспорте?

— Это, — хотел было я уже ответить, но понял, что аргументов как-то нет.

— Вот-вот, — важно сказал пилот. — Не жалуют они тебя, работничек. А я «лицом» не вышел, чтобы на их площадках парковаться.

— Меня просто переводят, а так как я один, то, наверное, подумали, что своими силами доберусь, — попытался я оправдать корпорацию, но даже для меня это звучало неправдоподобно.

— Как скажешь, — легко согласился пилот и добавил: — Если тебе так легче.

— Это уж вряд ли, — пробурчал я, сверяясь с картой планеты.

Искусственный интеллект гравипода как-то почувствовал, что меня лучше больше не трогать, и замолчал. Чему я был благодарен. Что же до места моей высадки, отмеченной пилотом, то от него и вправду надо будет ехать на машине. Всё же по воздуху до них не добраться, а вот если по земле, то вполне. Правда, с проходом могут возникнуть проблемы, но нужно будет лишь добиться проверки документов. Чем больше я думал о своей ситуации, тем больше она мне не нравилась. После доставки непонятного груза про меня как будто забыли. Никаких писем с указаниями прийти к арендованному транспорту. Даже автоматического приветствия не прислали. Сразу из-за обилия новых впечатлений я на это внимания не обратил, но вот сейчас... Неприятно, мягко скажем.

— Прибыли к месту назначения. Приятного прибывания на планете, — сразу же сбросился к начальным настройкам пилот и открыл дверь.

— Спасибо, — сказал я, выходя из гравипода и забирая чемодан.

— Всегда пожалуйста, — бодро ответил искусственный интеллект, закрывая дверь, и взлетел с площадки.

Пиликнуло письмо с просьбой оценить поездку и оставить комментарий, что я и сделал, оставив положительный отзыв и оценку в пять звёзд из пяти. Всё же собственное кислое настроение — не повод портить статистику хорошему пилоту.

— Вот и планета. Дело за малым, — пробормотал я себе под нос, пытаясь успокоить переживания.

Ошибки случаются даже у корпораций, просто не посчастливилось оказаться связанным с этой ошибкой. Бывает. Нужно прийти, указать им на просчёт и вернуться к работе. Тяжёлые мысли не дали мне насладиться местными видами. Небоскрёбы, яркие вывески, забегаловки, статуи, голографические произведения искусства, граффити, антураж, местные люди, многоуровневая архитектура и её необычные решения, степень внедрения новейших технологий — всё это и многое-многое другое прошло мимо меня и не зацепило ни одной мысли, пока я был строго настроен на решение своей проблемы и шёл по проложенному костюмом маршруту до остановки наземного транспорта. Спускаться с верхних уровней до нижних могло быть занимательным приключением, но я не был расположен к ним, а мой костюм и общий, надеюсь, грозный, а не смешной вид, не давал прицепиться кому-то из местных. Передо мной буквально расступались. Не привыкли жители к виду космического добывающего костюма. Вряд ли кто-то из них вообще вживую подобные видел.

Когда я был где-то на средних уровнях, путь, проложенный на карте, резко изменился, сворачивая в сторону узких улочек, что смотрелись вполне прилично, разве что не так ярко.

— Причины изменения пути? — спросил я вслух.

— Была получена информация о более эффективном маршруте. Желаете следовать ему? — было мне ответом от голосового помощника.

— Чем быстрее я доберусь, тем лучше, — согласился я и свернул в переулок.

Спустя пять поворотов я вышел на просторную посадочную площадку, что, по данным карты, была не очень популярным местом. Однако голубое безоблачное небо здесь было видно в отличие от мест, где я был минутами ранее. Так бы я и прошёл мимо, если бы мне внезапно не отправили карточки стражей правопорядка. Я так удивился, что встал на одном месте. А все мысли безуспешно бились в два мужских портрета, рядом с которыми было имя, звание и остальные нужные подобному документу отличительные знаки.

— Стоять, — услышал я позади себя довольный грубый голос, — чего это мы ходим в таком снаряжении по жилому району? Хочешь сотворить что-то противозаконное?

— Определённо, — усмехнулся второй, — мы, как борцы с подобным, должны тебя остановить, — сказал он, испустив какой-то мерно жужжащий звук.

Голоса людей, которых я вообще не заметил на пустой площадке, окружённой глухими стенами и проходами в другие узкие улочки, меня удивили. Я уже было обернулся, чтобы оспорить претензию, ведь точно проверил законы этой планеты. Однако одновременно с поворотом в сторону слишком уж неожиданно появившегося препятствия мой костюм сообщил о поддельности предоставленных документов, обозначая людей передо мной как преступников. Не успел я удивиться ещё раз и сказать вообще хоть что-то, как датчики выделили мерно жужжащее оружие, что было направлено прямо на меня. Миг, и воздух разрезал жуткий «вжух», а я отлетел в стену.

— Повреждение мягких слоёв тела, сломанные рёбра с левой стороны, повреждено лёгкое, — замигало всё красным, а женский голос доносился до меня как будто издалека. — Ввожу обезболивающие. Пожалуйста, покиньте агрессивную среду и как можно быстрее обратитесь к мед-роботу. Повреждения костюма критические. Нахождение в космосе невозможно. Энергетические щиты выведены из строя. Грудная часть костюма повреждена и пробита. Отверстие уже заполнено специальной пеной. Пожалуйста, обратитесь к технику, для дальнейшего полноценного функционирования костюма.

Я, кажется, лежал на земле. Неподвижно. Вздохнуть было практически невозможно. Видно, спазм ещё не прошёл. Благодаря обезболивающему я смог мыслить более-менее логично, а не думать только о боли, что должна скручивать меня практически до потери сознания.

— Смотри-ка, живой, — донеслось до меня от одного из моих недоброжелателей. — Вот ты мазила.

Оказывается, эти двое уже подошли ко мне и собираются что-то делать. Большая часть датчиков костюма пережила удар, и я мог видеть и слышать всё, что происходит вокруг. Их всё ещё двое, и переулок до сих пор пуст. Какой-либо машины я не вижу.

— Какой ещё мазила! — возмутился, видимо, стрелявший. — Эта пушка пробивает военные защиты, оставляя вместо груди фарш. Невозможно с такой игрушкой промазать.

— Надурили тебя с этим описанием, — хохотнул первый. — Сам смотри. Дышит ещё и даже в сознании. Добавь ему, пока не очухался.

— Сам добавь, — заартачился второй, с нотками обиды в голосе.

— Вот не надо мне здесь страшные рожи строить, — припечатал первый. — Это ты упустил его на орбиталке. Так что нет у тебя больше прав лидера.

— Кто ж знал, что он так быстро свалит, — начал бурчать второй, и я опять услышал жужжащий звук, только намного более отчётливей. — Эти корпоратские крысы вечно тусуются там не меньше недели.

Именно в этот момент умная мысль, что отлёживаться, ждать помощи и думать, как же так получилось, не вариант. Нужно действовать. Не давая себе времени на передумать, я резко двинулся, ударяя рукой по ногам окружившей меня двойки. Костюм сказал, что больше не может выходить в космос, а вот искусственные мышцы до сих пор работают. Конечно, от моего удара им ноги не переломало, всё же личные щиты есть у всех, а у этих ещё и не паршивые. Так что удалось мне только свалить их на землю. Резко вскочив, я со всей силы ударил ногой по лежащим фигурам, отправляя их в полёт до противоположной стены. И пока они приходили в себя больше от неожиданности происходящего, чем от повреждений, которых у них быть не должно, я побежал. Побежал в первый переулок, что попался мне на глаза.

— Изолируй последнее обновление навигационной системы, — отдал я команду, чуть ли не пролетая сквозь густую застройку.

— Уже, — было мне ответом, — угроза может представлять сильную улику в суде. Активировать режим особой опасности? Предупреждаю, что при использовании костюм может пос...

— Да, — согласился я, перебивая стандартные перечисления опасностей.

Надо было что-то делать. Куда-то бежать. И вдруг в моей голове всплыло имя.

— Карл, — крикнул я, часто дыша. — Проложи маршрут до Карла.

— Принято, — ответил голосовой помощник, высвечивая путь передо мной.

А дальше всё слилось в каскад кадров. Я бежал вперёд. Всё быстрее и быстрее, как вдруг пол под ногами исчез, а я начал падать вниз прямо на нижние этажи. Как оказалось, такси высадило меня на очень высоком и разросшемся строении. Вот и падал я сейчас прямо из него.

— А-А-А, — кричал я изо всех сил своего целого лёгкого, иногда отплёвываясь кровью.

Конечно, двигатели моего костюма активировались почти сразу, стабилизируя меня в воздухе, однако они были спроектированы для полётов в невесомости, а значит, сейчас я мог лишь немного затормозить своё падение, но не остановить. Под моими ногами раскинулся живой город, на который мне было совершенно плевать. Всё, о чём я мог думать, — это матерные конструкции, что мне не хватало дыхания выговорить. Всё уходило на крик. Но насколько бы долгим моё падение не было долгим для моего субъективного восприятия, всё когда-нибудь заканчивается. Уже видя под собой крышу какого-то строения, я зажмурился и влетел прямо в неё. Уж не знаю, из-за костюма или из-за обезболивающего, но я ничего не почувствовал.

— Пункт назначения достигнут, — сказал голосовой помощник, проигрывая одиночный звон колокольчика.

— А? — вопросительно протянул я, раскрывая глаза.

Вокруг были люди. Много людей. А я сам лежал в обломках какой-то мебели, практически пробив пол насквозь. Однако, хоть я сейчас, как подозреваю, плохо соображал, костюм любезно выделил мне фигуру Карла, который стоял ближе всего, держа в руках какие-то напитки. Видимо, он хотел поставить их на ту мебель, что подо мной и больше не может выполнять своих функций.

— Карл, — прокряхтел я, пытаясь двинуться.

Успешно. Уже, когда мои руки опёрлись о пол, чтобы вытащить застрявшее тело, до меня внезапно дошла причина такого положения дел. Не почему меня кто-то захотел пристрелить из пушки, что вроде как пробивает военные образцы защиты, а почему я сейчас полулежу в обломках мебели.

— Вот тебе и режим особой опасности, — вырвалось из меня неразборчивым кряхтением.

— Ил? — признал меня Карл, который, кажется, не мог ровно стоять на ногах и немного качался из стороны в сторону. Или это у меня уже всё перед глазами плывёт?

— Карл, — каркнул я, становясь ногами костюма на пол, — помоги.

— Чем? — сразу же спросил он, и на его лице начала медленно вырисовываться довольная улыбка.

— В меня стреляли. Костюм пробит. Нужна медицинская помощь, — начал я перечислять, отдавая команду костюму открыться, всё же не хочется, чтобы врачи тратили время на моё выковыривание.

Когда костюм визуально увеличился в размерах, а потом открыл спину, окружающие меня люди, включая Карла, отошли на пару шагов. Неважно. Главное — вылезти и дождаться помощи. Потом отдать дело в руки правосудия.

— Кха, — кашлянул я кровью, ставя свои ноги на пол.

Что же, по результатам внешнего осмотра могу сказать, что пена, заполнившая пробоину костюма, закупорила и моё ранение. Не лучший способ, но не так уж и плохо.

— Так и знал, что ты принесёшь мне проблем на задницу, — счастливо сказал Карл. — Поднимем же бокал за Ила, который магнитит проблему за проблемой! — крикнул он, поднимая стаканы в воздух, а после начал пить одновременно из двух.

— Да-а-а! — наполнилось помещение криками и стуками кружек.

— Ты... пьянеешь? — дошло до меня, когда Карл довольно икнул и чуть оступился.

— Естессна, — кивнул он и вдруг спросил: — Ты не слышишь свист?

— Свист? — переспросил я, так как, кроме свиста людей, вокруг было ещё много разных шумов, включая звук опустошения чьего-то желудка.

А потом свет как будто резко выключили, и наступила темнота.

Космическая тихоходка (отменённая версия). Подъём 2.01

— Ужасное событие потрясло всю сеть, — услышал я женский голос, в котором ощущалась сосредоточенность и серьёзность, — на нашей планете попытались убить человека, — она сделала короткую паузу для акцентирования внимания на своих словах. — Вы можете знать жертву по завирусившимся видео, где человек, облачённый в массивный скафандр, прогуливается по улицам орбитальной станции Небула-II, а потом и по городу Карат. Последнее видео с его участием обрывается на моменте, когда он резко поворачивает в сторону узких улочек. Именно там и была предпринята попытка убить невинного человека. Сейчас вы можете наблюдать изображение напавших людей, полученные из сохранившихся видеофайлов в скафандре жертвы. Эти нарушители не только попытались убить, но и подделали документы органов правопорядка, что позволило отвлечь жертву и совершить выстрел. ДНК, что формирует внешность нападавших, уже объявлена в розыск. Преступники не смогут уйти за пределы нашей системы. Если у вас есть какая-то дополнительная информация, то свяжитесь с...

— Тц, — цыкнул кто-то совсем рядом со мной, и женский голос сразу же замолчал, — крутят этот сюжет уже в -дцатый раз. Видать, спрятались эти гады на совесть.

Когда же до моего уха донёсся скрип ножек стула по полу, то я додумался, что последние события жизни мне не привиделись, а репортаж говорил именно обо мне. Последняя мысль невольно вызвала панику, и я попытался сделать хоть что-то, но получилось лишь жалкое кряхтение.

— Ммм, — промычал я, раскрывая глаза, — почему мне так плохо? Где я? Что случилось?

— О, — с радостной ноткой произнёс мужчина, посмотрев на которого я с лёгкостью опознал Карла, — проснулся, как только про тебя заговорили. Удобно.

Он в самом деле сидел на стуле и находился с правой стороны от меня. Капитан был одет не в белый комбинезон, а гражданскую одежду, на которой отчётливо выделялась установка личного щита, закреплённая ремнями прямо на груди. Что это за модель вообще? Неважно. Не о том сейчас думать надо.

— Карл? — вопросительно сказал я, пытаясь проморгаться. — Что произошло? Я помню, что приземлился... в какое-то здание, выбрался из костюма, а потом... Что было потом?

— Приземлился — это громко сказано, конечно. Я бы назвал это малоуправляемым падением. Что же до «потом», то тебя раздавило, — припечатал капитан, вызвав у меня лёгкую мигрень.

— Не понял, — попытался я осмыслить его слова. — Как раздавило?

— В лепёшку, — хлопнул Карл в ладоши, испытывающие смотря на меня. — Конечно, я немного утрирую, но поломало тебя практически всего. Видел бы ты лица тех, кто прилетел тебя латать. Незабываемое зрелище для всех участников события. Думаю, за пределами своих тренировочных симуляций они такой каши из мяса и костей никогда не видели. Так что могу поздравить: ты был их первым. Разве не прекрасно?

— Погоди, — попросил я, еле приподнимаясь на кровати, и сосредоточил взгляд на капитане. — Что меня раздавило?

— Хм. Уже неплохо соображаешь после лечения, и мысли не растекаются, — вроде как похвалил меня Карл. — А помог тебе превратиться в блинчик чемодан. Твой чемодан.

— А? — тупо вопросил я. — Что? Нет, как?

— Ну-у, — протянул капитан, облокачиваясь о спинку стула. — Насколько я понял, он следовал за тобой, точнее, за твоим костюмом. А когда ты убегал, то чемодан героически принимал за тебя выстрелы, защищая изо всех его невеликих сил. Вот и повредился чутка. Ну а дальше, сам понимаешь, ты выбрался и стал возле его точки привязки, а к этому моменту сенсоры героя уже были ни к чёрту, вот он и упал рядом с костюмом. Прямо в то же место, где стоял ты.

— Случайность? Ах-хах, — уронил я голову обратно на кровать. — Всего лишь глупая случайность. Опять.

— Уже переживал что-то подобное? — заинтересованно спросил капитан.

— Нет, — отмахнулся я от странного предположения. — Просто из самого Талоса-VI меня перевели из-за проклятой случайности. Обновление и последующая оптимизация систем совпала с моим периодом минимальной работоспособности, ну и получилось то, что получилось.

— Вот как, — задумавшись о чём-то своём, сказал Карл.

Разговор как-то сам собой увяз, оставив меня наедине со своими мыслями. Местом же моего пребывания оказалась просторная одиночная палата с тумбочкой, двумя стульями, один из которых уже занял Карл, столом, дверью, большим окном, занавешенным белыми шторами, и одноместной больничной кроватью, на которой я сейчас и лежал. Из одежды на мне был лишь больничный халат. Что мы имеем в итоге? Меня зачем-то попытались убить, очевидно, неудачно. Потом я упал на первый уровень города, проломив крышу и пол какого-то заведения. Может, несколько полов. Значит, мне скоро выдвинут счёт, вряд ли их страховка покрывает случаи падения на здание неизвестного в космическом костюме. Хотя, возможно, и покрывает. Однако бессмысленно сейчас об этом думать, нужно просто ждать и действовать по ситуации. Теперь мой чемодан. Если верить словам Карла, то он меня и вправду спас, отвлекая огонь на себя и, скорее всего, портя своё содержимое. Интересно, хоть что-то из моих вещей уцелело? Всё же я взял много специализированного оборудования, что точно настроено под меня. Будет обидно его потерять. Потом ещё мучиться с восстановлением.

Немного опечалившись, я практически сразу вспомнил, что выжил после встречи с вооружённым агрессором, а значит, всё не так уж и плохо. Даже отлично. Правда, странно, что корпорация до сих пор не связалась со мной. Уж признать одного из своих работников, так ещё и доставленного в больницу с обширными повреждениями, она должна практически мгновенно.

— Кстати, ты здесь нелегально, — внезапно сказал Карл, жёстко возвращая меня из полёта мысли прямо на землю.

— В-в каком смысле? — запнувшись спросил я.

Капитан уже хотел ответить, даже прочистил горло, но внезапно двери в мою палату разъехались, оборвав его не начавшуюся реплику. Мы сразу же перевели взгляд на открывшийся проход, в котором стоял представительный темноволосый мужчина в чём-то похожем на официальный костюм с туфлями, чёрными штанами, белой рубашкой и тёмным пиджаком. Правда, фасон самой одежды мне немного непривычен. Однако даже этого хватило, чтобы навести меня на ностальгические воспоминания об управляющем Талоса-VI, который обожал носить нечто подобное. Вот вроде и не был дома всего ничего, но уже скучаю. А сколько я вообще провалялся на больничной койке? Спрошу при более удобном случае.

— Мистер Бланк, не стоит сообщать такие новости столь резко, — сказал незнакомец спокойным голосом.

— Возможно, — сказал Карл. — Но тебе не кажется, что не стоит так врываться в палату моего, считай, сына и мешать вводить его в курс дела? Признавайся, подслушивал?

— Сына? — прохрипел я от удивления, но меня проигнорировали.

— Не кажется, — сказал мужчина, отвечая лишь на один из вопросов, и сделал шаг в палату. — Вы же не против, если я займу этот стол? — указал он на названный предмет мебели.

И, не дожидаясь разрешения, пододвинул его поближе к моей кровати и ещё через пару секунд устроился за столом, заняв второй стул. Теперь справа от моей кровати расслабленно сидел Карл, а слева — серьёзный неизвестный мужчина. Как-то странно всё это. Неуютно.

— Как некультурно, — неодобрительно покачал головой Карл.

Что же до неизвестного, который пока не представился, то, когда он оказался ко мне поближе, я смог рассмотреть его поподробней. Не выделяющееся лицо, узкие губы, разноцветные радужки глаз: левая жёлтая, правая полностью чёрная, и ещё мой профессиональный взгляд выцепил на чуть загоревшей коже слабую, немного светлую ломаную линию, что очерчивала его правый глаз, захватывая часть лба, носа, щеки, и скрывалась за линией волос. Кибернетический имплант. Только вот почему он не захотел свести эти тонкие шрамы? Стиль у него такой?

— Я сюда не приличия соблюдать пришёл, — слабо поморщившись, но быстро вернув своему лицу беспристрастный вид, сказал мужчина.

— Слова истинного стража закона, — похвально закивал Карл.

Представитель местного правительства? Как он здесь оказался раньше хоть того же адвоката, которого корпорация должна предоставлять в подобных случаях? Вдруг я скажу что-то не то или не так?

— Вам, наверное, интересно, что происходит? — спросил мужчина у меня, решив проигнорировать Карла.

— Да, — немного опасливо согласился я и, найдя рукой панель управления больничной кроватью, приподнял спину, чтобы занять полусидячее положение. Не нравится мне быть единственным лежачим в палате.

— Вы тот, кого попытались убить на нашей планете. К счастью, неудачно, — сказал мужчина, сверля меня немигающим взглядом. — Однако после ухода от преступников вы пребывали в плачевном состоянии, что не позволило вам отвечать ни на вопросы, ни за сложившуюся ситуацию, — он сделал паузу, что вызвало некоторое нетерпение, но я сдержался и не стал торопить человека. — Что же до ситуации, в которой вы оказались, то она довольно уникальна. По просмотренным мной данным, вы беспрепятственно перешли в систему Гранд-III, прошли пропускной пункт, миновали космопорт на орбитальной станции Небула-II, воспользовавшись банковским счётом, заплатили гравиподу, чтобы он доставил вас максимально близко к главному зданию корпорации Центурион — все эти действия требуют наличия действующих документов, которых у вас не оказалось.

— Не оказалось, — медленно повторил я его слова, не до конца веря в происходящее.

— Именно. Ни у вас, ни у корпорации Центурион, ни в корабле вашего названного отца Карлоса Бланка не оказалось какой-либо официальной информации о вас, — сказал незнакомец, не сводя с меня глаз.

— Насчёт последнего пункта могу пояснить, — проговорил Карл, привлекая к себе внимание. — Политика моей команды подразумевает полное удаление всех данных о пассажирах и грузах после выполнения заказа. Так образуется меньше проблем в будущем.

Я бы больше предпочёл услышать пояснение об «отцовстве», но и так нормально, всё же сейчас не это главное. А то, что у меня нет документов. Немыслимо. Я оказался на планете без подтверждения собственной личности. По сути, я нахожусь в бесправном положении. Уже то, что со мной сейчас разговаривают, а не выкинули куда подальше ещё во время опознания — чудо, случившееся, скорее всего, из-за громкости самого дела. Сомнительно, конечно, но я потом подумаю о причинах происходящего. Сейчас же нужно найти решение проблемы или хотя бы намёк на это решение.

— Но пропускные пункты, — сказал я ослабевшим голосом, ни на что особо не надеясь, — там же должно было что-то сохраниться.

— Только имя «В-101-Т-VI», пол пассажира и заключение о подлинности документа. Всё же их задача — не хранить данные, а проверять их, — пояснил мне непредставившийся мужчина.

— Талос-VI, — схватился я за ещё одну соломинку, полностью представляя незавидную судьбу бесправного человека. — Я там родился. Даже в моём имени зашифровано название корабля. Не может такого быть, чтобы там ничего не осталось.

— К сожалению, мы не можем проверить все данные корпорации Центурион, — сказал мужчина. — Однако мы уже послали им все возможные запросы о вашей принадлежности к корпорации и получили вполне однозначные ответы. Вы не числитесь в их базах данных в каком-либо виде. Что же до личных носителей информации жителей Талоса-VI, у нас нет к ним доступа.

— Переписка. Личные письма. Я сам могу написать управляющему и родным. Они подтвердят, что я настоящий. Что я правда там рос, учился и работал. На этом основании можно будет подать прошение о восстановлении документов и рабочей должности. Дайте мне устройство связи, — порывисто потребовал я после чуть рваных реплик.

— Всё ваше имущество арестовано и не подлежит к использованию до выявления всех деталей, — сбрил меня на взлёте незнакомец.

— Это просто смешно, — нервно улыбнулся я. — Что я могу сделать с обычным средством связи?

— Модель вашего многофункционального устройства связи модифицирована и подлежит тщательной оценке. Так же как и ваш скафандр, — холодно ответил мужчина. — Я не могу предоставить доступ к потенциально опасным предметам человеку, который, имея их при себе, смог легко пройти все наши системы защиты.

— Д-да это, — запнулся я и за неимением лучших слов повторил: — просто смешно. Что я вообще смогу сделать обычным сообщением? — на мой вопрос не ответили, но взгляд, которым меня «наградил» представитель закона, был красноречивей слов. — Ладно. Ладно. Тогда дайте мне проверенное устройство связи. Хватит самой примитивной модели, в которой даже ребёнок разберётся. И я смогу подтвердить свой стат...

— Мистер В-101-Т-VI, — перебил меня мужчина, — правила написаны кровью, и я не буду их нарушать на основании ваших слов и правдоподобной внешней и внутренней реакции организма. Суть же в том, что факты складываются не в вашу пользу. Поэтому вам, вашему названному отцу и всем, кто будет в дальнейшем с вами взаимодействовать, не являясь при этом сотрудником моего отдела, будет ограничен доступ к связи с внешним миром до выяснения всех возможных деталей и фактов.

— За кого вы меня принимаете? — эмоционально спросил я в последнем порыве дозваться до разума собеседника, указав на, как по мне, очевидный момент.

Однако на мой вопрос лишь промолчали. Ну да, отвечать на все вопросы бесправного человека необязательно. Как мило. Тем более и так понятно, за кого они меня принимают: за крайне опасного шпиона... или как там называются эти служащие непонятных секретных служб? Не важно. Я тряхнул головой, чтобы из неё выскочили глупые мысли. Помогло плохо, но я хотя бы попытался.

От складывающейся ситуации мне казалось, что стены палаты начали давить на меня. Хотелось выйти из душного помещения и проветрить голову. Подумать в одиночестве. Однако одного взгляда на представительного мужчину мне хватило, чтобы понять, что он меня не оставит одного и без присмотра. Я даже не могу что-то потребовать, ведь по существу являюсь нелегалом. И то, что это совсем не так, не играет вообще никакой роли. Такие структуры оперируют проверяемыми фактами, которые вот вообще не на моей стороне.

— ДНК, — выпалил я, осенённый идеей. — В моей ДНК буквально есть подпись корпорации Центурион с определённым набором базовых данных, что гласит о моей к ним принадлежности. Такое подделать практически невозможно, — не дожидаясь какой-либо реакции на слова, я продолжил рассуждать вслух, видимо, нервы и послеоперационное состояние сказываются. — С тем, что я родился на Талосе-VI, никто не может спорить, а значит, у них кто-то пошарил в базах данных и удалил все сведения обо мне. Так как все документы, переписки и записи хранились именно на сервере корпорации, а я получал к ним доступ через сеть, то понятно, почему следов на моих личных девайсах не осталось. Но зачем кому-то стирать меня? Нет, выборка поменьше, чем просто «кто-то». Этот человек. Нет, группа людей, одиночки недостаточно, данные разделены по серверам, и один человек не может иметь доступ к ним всем, включая бэкапы. А значит, неясная группа принадлежит к корпорации Центурион и занимает там достаточно высокие должности для того, чтобы вообще иметь права на внесение изменений. Вот только зачем им так поступать со мной? — спросил я воздух, а потом мой мечущийся по помещению взгляд наткнулся на Карла, который спокойно слушал и чуть-чуть улыбался, и из моего рта невольно вырвалась догадка: — Груз.

Это была лишь голая интуиция, но никто из двух людей передо мной не начал что-то возражать. По лицу Карла можно было понять, что он просто рад слушать мои рассуждения, уж не знаю почему. А вот представитель закона казался каким-то удовлетворённым, как будто я рассуждаю именно в нужном ему направлении, однако это моё умозаключение разбивалось о безэмоциональный вид самого человека. Может, показалось?

— Груз, — повторил я, следя за реакцией собеседников, но ничего подозрительного так и не заметил, и продолжил более размеренно: — Единственное, почему от меня могли захотеть избавиться, это груз. Я единственный в корпорации, кто мог спросить о нём. Точнее, даже не спросить, а доложить.

— Поясни, — легко подыграл неназвавшийся мужчина, но я отлично видел, что он знает, о чём я говорю, хоть и старается не показывать этого.

— Я должен был по прибытии на место перевода написать отчёт. Очень подробный и достоверный отчёт о каждом моём шаге, реплике, мысли, подтверждая записями со всех доступных мне устройств. После всё это должно будет проверяться на достоверность, и если хоть что-то в этой проверке не совпадёт с доступной корпорации информацией, то начнётся расследование, — с каждым новым словом моё горло становилось всё суше. — Корпорация узнала бы про подозрительный груз, а потом нашла виновных. Именно поэтому просто подтереть логи, связанные с прибытием и отбытием груза, было бы недостаточно.

— А что же до ваших «родных» на Талосе-VI? — наводяще спросил меня незнакомец, точно зная ответ на этот вопрос. — Насколько мне известно, в вашей корпорации все рабочие обязаны подавать подобные отчёты минимум раз в месяц.

Его прямой и немигающий взгляд всколыхнул у меня в голове информацию о кибернетических имплантах глаз. Неужели он записывает мои ответы для чего-то? Или для кого-то?

— Скорее всего, — пожевав губами, начал я, — погрузка груза на отбывающий корабль была совершена в полностью автоматическом режиме, в обход управляющего. А пассажирский космопорт вряд ли вёл запись происходящего внутри, так как был расконсервирован лишь на время с пробуждением основных функций. Команда была дана напрямую оператором или кем-то, кто имел достаточно прав, чтобы прикинуться оператором. Подтереть некоторые данные и пару циферок с Талоса-VI намного легче, чем полностью стереть меня из всех баз данных корпорации.

Вся эта ситуация вызывала у меня тошноту. Хотелось спрятаться под одеялом, заснуть и проснуться на Талосе-VI. Таком понятном и родном.

— Я правильно понимаю, что вы обвиняете корпорацию Центурион в покушении на вашу жизнь и свободу, что стали разменной монетой в коррупционной схеме заинтересованной и пока ещё неясной группы лиц, которые предположительно занимают высшие должности корпорации Центурион? — спросил блюститель порядка спокойным голосом, которому почему-то очень хотелось довериться.

— Я... — запнулся я из-за ворошащихся в моей голове мыслей.

Что я вообще несу? Коррупционный заговор? В Центурионе? И на основе чего я делаю такие выводы? На догадках? На хлипких подозрениях и внутренней обиде на корпорацию, что бездушно бросила меня, хоть и обещала защищать? Меня растили на идее, что корпорация всегда защищает своих работников, а теперь получается, что это не так? Нет. Не может быть. Нужно просто дождаться людей, уполномоченных разбираться с подобными происшествиями, и не делать резких неодобренных заявлений.

— Это лишь моя догадка, — сказал я быстрее, чтобы не наговорить лишнего. — Просто догадка рабочего, подкреплённая подозрениями, основанными на чувствах, а не на подтверждённых фактах. В реальности всё может сильно отличаться, — с каждым последующим словом в моём голосе появлялось всё больше твёрдости. — Тем более вы совершенно правильно заметили, что мои родные вели подробнейшие отчёты, в которых я не мог не фигурировать. Значит, всё, что мне остаётся, это ждать, пока корпорация решит возникшую проблему своими силами, при этом стараться не вставлять ей палки в колёса на основе эмоциональных рассуждений, — закончил я говорить, упрямо глядя в глаза неизвестного мужчины, который смотрелся немного раздосадованным.

— Вот как, — медленно проговорил он после пары секунд гляделок. — Всё может быть, мистер В-101-Т-VI. И моя работа — узнать правду о случившемся с вами, какой бы она ни была. А потом найти и наказать виновных в случившемся, кем бы они ни были.

— И я благодарен вам за ваш труд, — слабо кивнул я.

— Что же, — вздохнул мужчина. — Наша первая встреча прошла очень плодотворно. Надеюсь, последующие будут столь же... продуктивны.

Мужчина встал из-за стола и уже хотел было удалиться, но я окликнул его рядом с дверью:

— Как тебя зовут, ты скажешь или нет?

— Ах да, — будто только сейчас об этом вспомнив, изобразил он лёгкое удивление и обернулся ко мне лицом, — у тебя же нет каких-либо устройств связи, чтобы принять моё приветствие.

Он... издевается?

— Мои имя и фамилия — Арлан Скайвер. Будешь обращаться ко мне только как мистер Скайвер. Понятно?

И, не дожидаясь моего ответа, он развернулся и ушёл.

— Вот же... высокомерный мудак, — невольно вырвалось из меня, пока я в потрясении смотрел на закрытую дверь палаты.

— Ещё какой, — подтвердил Карл, напоминая о себе, я даже чуть вздрогнул от неожиданного звука. — Зато это высокомерие не позволяет ему делать лажу.

— Обычно высокомерие, наоборот, позволяет закрыть глаза на... лажу, — отметил я, откидываясь на кровати и закрывая глаза.

— Не в его случае, — сказал Карл.

Больше капитан ничего не сказал, да и не нужно это. Мне надо подумать обо всём произошедшем если не в одиночестве, то хотя бы в тишине. Из-за немного отпустившего напряжения я всё больше начал ощущать кривую работу здешних медиков. Конечно, по системным стандартам они справились неплохо, но если бы я сделал такую халтуру на Талосе-VI хотя бы в тренировочной симуляции, то... было бы очень неприятно. Отправиться на переобучение в моём возрасте... Даже думать об этом тошно.

— Карл, — позвал я его, — а можно как-то связаться с местными медиками и подправить их работу? Может, дать им пару уроков. Хотя бы чтобы исправили чесотку по всему телу и поставили минимально смещённые кости и мышцы на место. Я уже не заикаюсь о других мелочах.

— Не положено, — легко сказал Карл. — Да и ты слишком придираешься. Со временем должно всё прийти в норму, встав в стандартное положение.

— Период реабилитации будет больше двух недель, — недовольно проговорил я, посмотрев на Карла. — Очевидная халтура.

— Зато ты не сможешь эти две недели творить свои злые замыслы, — подмигнул мне Карл.

Ответить мне ему было нечего. Шутка не смешная. Ситуация вообще плачевная. Ещё из-за отсутствия документов мой накопительный счёт тоже приказал долго жить. Всё же банк принадлежал корпорации, а я не верю, что они проморгали бы непонятно кому принадлежащие деньги, если бы они там остались. Грустные мысли натолкнули меня на ещё одну деталь, что всплыла во время разговора.

— Кстати, — ещё раз взглянул я на довольного жизнью Карла. — Что за «сын»?

— М? — состроил он непонимающее лицо, даже не пытаясь скрыть рвущийся наружу смешок.

— Почему этот Арлан назвал тебя моим отцом? — спросил я более развёрнуто.

— Ах да, — спародировал он «вспоминание» ушедшего представителя власти, — когда тебя собирались лечить и не обнаружили документов, то возникла дилемма. Потом внезапно в твоём ДНК обнаружили «подпись» Центуриона и уже хотели вызвать их. А что они делают с теми, у кого нет документов, но есть «подпись», настоящая или нет, неважно, я знаю достаточно хорошо, — на мой вопросительный взгляд он просто махнул рукой, не собираясь вдаваться в подробности. — В общем, я назвался твоим отцом, поднял побольше шумихи, стуканул куда нужно, ещё указал на то, что нахожусь у тебя в списке друзей. Проще говоря, поторопился превратить тебя из еле живущей кашицы в действующего человека.

Так вот что случилось. И ведь не скажешь, что капитан сделал что-то не то. Есть у меня смутные подозрения, что случается с теми, кто покусился на хотя бы мнимую или вполне реальную попытку подделки собственности корпорации. Всё же она отвечает за внешнюю безопасность своих работников и имущества. Правда, как оказалось, с внутренней защитой у них не очень.

— Спасибо, — сказал я, вновь закрывая слишком уставшие глаза.

Ну кто так лечит? Жаль, что нельзя ударить по рукам этим «гениям» медицинского промысла.

— Всё для моего любимого сыночка, — заявил Карл и заржал, невольно заражая своим настроением.

Миг, и я к нему присоединился, ощущая, как давящее напряжение неопределённости понемногу спадает.

Космическая тихоходка (отменённая версия). Подъём 2.02

— Сколько времени я был без сознания? — спросил я Карла, когда мы двое более-менее успокоились.

— Собирали тебя часа три, сразу же после этого нас двоих забрали местные спецслужбы, которые чуть ли не подрались за такой лакомый кусок. После они совещались ещё час. И по результатам того разговора мы оказались здесь, — окинул он руками больничную палату. — Думаю, это какая-то нейтральная зона для всех заинтересованных лиц. Скорее всего, что-то военное, но я не до конца уверен. Особо глазеть мне не давали.

— Так это всё же экран, а не окно, — невпопад сказал я, глянув на изображение живого мегаполиса.

— Н-да, — протянул Карл, оценив мой грустный взгляд, — насладиться видами городов вживую у тебя ещё не скоро получится. Так о чём это я? Ах да, нас привезли сюда, распределили по комнатам. Забрали у меня все средства связи, — поднял он руки, демонстрируя голые предплечья. — Удалось убедить их, что я могу быть доверенным лицом в этой ситуации, вот и наказали мне следить за тобой. Подмечать всякое интересное и необычное.

— Вот как, — сказал я и практически сразу же высказал выскочившую мысль: — Так ты будешь делать вывод о том, являюсь ли я тем, за кого себя выдаю?

— Одним из, — поправил Карл, даже не думая увиливать или что-то скрывать.

— Неожиданно честно, — удивлённо проговорил я.

— Мне нечего скрывать от своего сына, — пожал плечами Карл.

— Это уже не смешно, — нахмурился я от его подтрунивания.

— А я и не смеюсь, — прямо посмотрел на меня Карл. — Ты либо мой названный сын, попавший в переплёт судьбы, либо опасный неизвестный, незамеченно пробравшийся прямо на обитаемую планету, подделав «подпись» корпорации в своей ДНК. Надеюсь, тебе не надо объяснять, какой из вариантов к чему ведёт?

— Не надо, — качнул я головой спустя секунду молчания.

Хреново, но могло быть и хуже. Например, я мог быть уже мёртв. Откинув ненужные сейчас упаднические мысли, я попытался придумать хоть что-то похожее на план действий. Но так просто он приходить в мою голову не спешил. Печально, но предсказуемо. По уму, мне надо только ждать и не пытаться что-то делать. Почему? Потому что если я сейчас куда-то пойду что-то доказывать, то, во-первых, не смогу сделать и десяти шагов, как рухну, споткнувшись о собственную ногу, а, во-вторых, рискую потерять хоть шаткое, но существующее положение, где меня хотя бы слушают. И то, что я вообще не знаю, где нахожусь и куда следует идти, чтобы донести свои доводы, тоже играет не последнюю роль. Благодаря Карлу я могу спокойно отдохнуть, восстановить силы и подумать. И этим стоит пользоваться. Может, даже проведу маленькую разведку местности в доступных пределах. Глянув на своего внезапно обретённого названного отца, я не мог не задать просящийся на язык вопрос:

— Зачем тебе это?

— М? — опять состроил он непонимающее лицо.

Неужели он всегда так делает, когда ему задают подобные вопросы?

— Зачем тебе помогать мне? — сделал я вопрос более конкретным.

— Ты попросил, а я захотел, — легко ответил капитан.

— Так просто? — недоверчиво спросил я.

— А зачем усложнять? — ответил Карл вопросом на вопрос, слабо улыбнувшись. — Я мог бы навешать тебе лапши на уши, следуя хитрому плану на твой счёт, но не буду.

— Я бы не отказался послушать, — высказался я, не до конца веря в какие-либо «честные» заверения капитана.

— Раз ты хочешь, — спустя короткую паузу сказал Карл, бодро вставая со стула, и, походив из стороны в сторону перед кроватью, проникновенно продолжил: — Ил, тобой будут манипулировать все, кого ты будешь встречать в будущем, включая меня самого. Конечно, степень этого манипулирования отличается от человека к человеку, но в конечном счёте всем нам что-то да нужно. Тебе стоит больше спрашивать самого себя: «А что получат эти люди вокруг меня, если я буду идти у них на поводу? И главное, к чему вообще приведёт моё повиновение или неповиновение?». Лишь в этом случае ты сможешь принять правильное решение. Но насчёт меня можешь особо не размышлять, — принял он более расслабленную позу, — я лишь хочу узнать, чем эта история закончится, и не требую от тебя каких-то особых действий. Ты волен сам решать, что делать дальше, а я буду выступать консультантом, если захочешь.

— Звучит очень похоже на правду, — сказал я. — И твоё предложение не лишено логики.

— Поэтому-то это и хитрый план, — подмигнул мне Карл и, взглянув в окно, сказал: — Что-то я у тебя засиделся. Пойду я в свою комнату, может, удастся что-нибудь выведать по дороге.

Значит, меня всё же оставят одного.

— А я думал, живой человек должен следить за опасным преступником-хакером без документов весь день, — проговорил я, когда перед Карлом уже открылась дверь.

— Не волнуйся, здесь столько скрытых камер, микрофонов и охапки других датчиков, что и без моей помощи справятся, — просветил меня капитан, практически полностью останавливаясь. — Но ты, вероятно, уже привычен к этому, так что не будешь слишком нервничать. Для досуга можешь посмотреть телик, — махнул он рукой в сторону означенного предмета, — даже походить по зданию там, где двери перед тобой открываются. Отдохни, подумай, успокой нервы и тому подобное. В общем, почувствуй себя свободным человеком в заточении, ведь теперь ты отвечаешь за себя сам, и корпорация не придёт подтереть тебе сопельки.

— Э-это, — сконфуженно начал я, но мысли разбегались из-за озвученных капитаном слов, поэтому я сосредоточился на чём-то привычном: — Разве приборная и программная слежка не общепринята?

— Удачи, — проигнорировал мой вопрос Карл и ступил к проходу.

— Эй, ответь, — безуспешно попытался я дозваться до «родителя», а когда он уже был в коридоре, выпалил первое, что в голову взбрело: — Я слышал, что отцы не любят разговаривать с детьми на неуютные темы, но зачем тебе вживаться в роль так сильно? — двери начали закрываться. — Хотя бы принеси мне трость!

Пока шёл разговор, я не заметил, как привстал с больничной кровати, а когда обратил на это внимание, сразу же рухнул в объятия жёсткого матраса.

— Как же это всё нелепо, — пробормотал я, закрывая глаза.

Чего у Карла не отнять, так это способность сбить упаднический настрой. Правда, я не уверен, что он это сделал специально, а не сам по себе такой... ну вот такой. И каким-то образом так получилось, что я перешёл на «ты», а он и глазом не моргнул, как будто мы равные собеседники, хоть это и не так. Ещё и эти его слова о моей самостоятельности... Почему всё внезапно стало столь сложным? Мысль медленно перетекала в другую, и я сам не заметил, как заснул.

***

— Подъём! — крикнул кто-то рядом со мной, постукивая чем-то твёрдым по кровати.

— А? — всполошено издал я звук и резко раскрыл глаза, оглядывая округу. — Карл?

— Он самый, — кивнул капитан, прекращая стучать, как оказалось, тростью по кровати.

— Что случилось? — спросил я, осторожно занимая сидячее положение.

Тело ощущалось уже получше, но всё ещё не так, как я привык.

— Пришло время для проверки. Так что бери трость и пошли, — сказал Карл, протягивая мне озвученный предмет.

— Какой ещё проверки? — продолжил спрашивать я, окончательно просыпаясь и автоматически беря трость в руки.

— Твоей, сынок, проверки, — по-доброму улыбнулся он и постучал по моему плечу. — Будут смотреть, как ты себя ведёшь при разных обстоятельствах, на манеру речи, выполнение гигиенических процедур, безусловные реакции и кучу других мелочей. Даже пригласили представителя из верхов корпорации Центурион, чтобы он всё подтверждал.

— Из верхов? — удивлённо спросил я, опуская ноги на холодный пол. — Зачем же отвлекать столь важного человека? Можно было бы сканировать мой организм во время проверок, а потом отправить в Центурион для подтверждения.

— Хах, — усмехнулся Карл. — Она так же сказала, значит, подружитесь. Но у нас здесь вроде как суперсекретная миссия, за результатом которой следит вся планета, если не система или даже несколько.

— Ты точно преувеличиваешь масштабы, — сказал я, захотев сгрузить со своих плеч внезапно навалившиеся тонны ожиданий и ответственности. — Как будто на планете не совершают попытки убийств, что иногда даже успешны.

— Совершают, — согласился Карл, вселив в меня надежду, что это он так шутит, но сразу же разбил её: — Но ты пока единственный, кто пробрался на поверхность планеты без документов, а потом спалился, когда на тебя свершили, очевидно, спланированное покушение, при этом выжив. Ещё специй в эту историю добавляет твоё пока ещё не доказанное происхождение. Такой материал не мог проскочить незамеченным.

— Я с Талоса-VI, — упрямо сказал я, вклинившись в маленькую паузу речи капитана.

— Как скажешь, — сразу же согласился со мной Карл, вызвав недовольный вздох. — Но не перебивай, я рассказываю тебе важную и секретную информацию, так что впитывай.

— А разве я должен её знать, раз уж она секретна? — спросил я о наличии логики в его словах и медленно встал, опираясь на свои ноги.

— Так ты же не чужой человек, сынок, — ответил капитан, с силой стукнув меня по спине ладонью, отчего я чуть не завалился, но всё же устоял на своих двоих.

— Издеваться над больным человеком неэтично, — высказал я претензию в сторону «отца».

— Зато так ты быстрее придёшь в себя, а то знаю я вашу породу, — сказал Карл. — Слишком вы, медики, методичные, даже когда этого не требуется.

— Если я поспешу, то восстановление займёт больше времени, — попытался я пояснить, но одного взгляда на капитана мне хватило, чтобы понять, что он прекрасно всё понимает. И я сделал единственный возможный вывод из происходящего: — Проверка уже началась?

— Она никогда и не заканчивалась, — довольным тоном ответил капитан и направился к двери. — Пойдём, приведёшь себя в порядок, а потом заглянем в столовую. Ты не единственный, у кого во рту ещё и крошки не было.

— Иду, — вздохнул я.

Сделав пару шагов, я недовольно поморщился. Ощущения были раздражающими, как будто тело вообще не моё и больше смахивает на не подогнанный по размеру костюм, что по очень ужасной ошибке оказался единственным вариантом облачения. Зато я и вправду в таком состоянии не смогу совершить что-то глупое, даже если захочу. Смирившись с отсутствием перспективы на быстрое и более привычное лечение, я стукнул наконечником трости по плиточному полу и пошёл за капитаном, используя непривычный метод передвижения. Что же до самой трости, то она создавала впечатление раритетной вещи: простой шафт и набалдашник были выполнены из крепкого дерева, кое-где даже виднелась стёршаяся вязь рисунков. Наконечник же был единственной частью врученного мне предмета, что походила на новую.

Выйдя из палаты, я оказался во вполне обычном прямоугольном коридоре с вереницей дверей, бирюзовыми стенами, полом, выложенным отшлифованными каменными плитами, и вполне стандартным белым потолком с источниками освещения. И вот смотрел я на всё это, и внутри у меня складывалось какое-то неоформленное подозрение, что обрело очертания спустя десяток пройденных метров.

— Почему здесь всё создаёт такое ощущение... древности? — спросил я, чувствуя какую-то затхлость.

— А ты глазастый, — похвалил Карл, даже не думая оборачиваться или сбавлять шаг. — Видишь ли, вчера я получше расспросил о месте, куда нас определили, и, как оказалось, это один из секретных комплексов, расположенный под землёй. Построили их ещё во времена, когда планету только начали осваивать, но они так и не пригодились. Конечно, здешнее правительство поддерживает их работоспособность, но не особо усердствует с этим занятием. Также в подобных комплексах иногда проходят разного рода учения, например, как сейчас. Жутко засекреченные и не вызывающие подозрений у каких-либо слишком уж заинтересованных лиц учения. И решением спецслужб планеты было определить нас прямо сюда. Ловко они вывернулись, да?

— Разве не проще было выделить засекреченную квартиру? — спросил я, стараясь не отставать от капитана.

— Отчасти да, — согласился Карл. — И такой вариант на совещании проскакивал, но его посчитали слишком подозрительным. Сам понимаешь, если против нас выступает группа из высшего руководства корпорации, то у них и руки достаточно длинные, чтобы выследить наше местоположение. А здесь нас если и найдут, то действовать уж точно не начнут.

— Если моё предположение и вправду верно, то искать меня или уж тем более тебя они не станут. Зачем? Схема уже раскрыта, избавляться от меня уже нет смысла, — высказался я, больше сосредоточившись на ковылянии вперёд. — И даже если эти воображаемые заговорщики избегут гнева корпорации и внезапно захотят закончить начатое, то что им помешает?

— Если я тебе всё сейчас расскажу, то сюрприза не удастся, так что иди, приводи себя в порядок, — указал Карл на открывшуюся боковую дверь, — одежда под тебя уже внутри. И я, пожалуй, тоже освежусь, — закончил он и заскочил в другую комнату, оставив меня одного в коридоре.

— И что? — спросил я воздух. — По-вашему, я должен, оставшись один, сразу же попытаться сбежать?

Ответа, естественно, не последовало. Подавив ещё одну раздражённую реплику в сторону этих проверяющих, я зашёл в открытый проход и оказался в просторной многоместной душевой. Осмотревшись в обложенном белой плиткой помещении, я практически сразу приметил десяток полочек, на одной из которых и лежала, видимо, выделенная мне одежда с обувью и полотенцем. Сделав ещё пару босоногих шагов по холодному полу, я раздражённо повёл плечами. Очевидно, моё физическое состояние сказывается на мне не в лучшую сторону. Чего они вообще этим добиваются? Хотят вывести меня на эмоции и послушать, какие «компрометирующие» слова из меня вырвутся? В условиях, когда можно сделать полную копию мозга со всеми его знаниями, это выглядит как-то тупо. Конечно, без добровольного согласия пациента они не имеют права делать эту копию, вот только я здесь бесправный и держусь лишь на липовом «отцовстве» Карла. Может, если бы я сделал копию своих нейронов, то доказать свою реальность было бы легче. Хотя злоумышленники могли и эти копии удалить. И раз уж мои «доброжелатели» не прибегают к прямому просмотру знаний из моей головы, значит, цель у них какая-то иная цель. Вот только что это может быть? Или они уже всё просмотрели, никому не сказав, и теперь проверяют что-то другое.

Размышления не мешали мне умываться. Приставив трость к стене и скинув больничный халат, я встал под душ и раздражённо фыркнул, разбрызгав воду. Какие же непривычные ощущения. Когда это всё закончится, я обязательно найду этих деятелей, которые «лечили» меня, и жизнь положу, но вдолблю в их дырявые бошки хоть каплю профессионализма и стремления к самосовершенствованию.

Оставив в душе аккуратно сложенный больничный халат, я вышел в коридор в новенькой одежде, что оказалась нижним бельём, носками, майкой, рубашкой, штанами и добротной обувью. Карл уже ждал меня снаружи, выглядя донельзя скучающим. Неужели я так долго там провозился?

— О, — увидел меня капитан, — уже выглядишь как человек. Пошли сходим в столовую, а после неё навестим представителя Центуриона, — многообещающе закончил он и пошёл дальше по коридору.

— Надеюсь, одного разговора хватит, чтобы этот бред закончился, — вздохнул я, плетясь следом за своим «отцом».

— Эх, ты ещё не понимаешь, от чего отказываешься, — мечтательно вздохнул Карл. — Вот когда ещё тебе удастся побыть в том же положении, что и сейчас?

— Я рассчитываю, что никогда больше такого не повторится, — буркнул я.

— Хм, — хмыкнул Кар на мой ответ. — Видимо, твоё состояние сказывается не очень положительно. Наверное, ты просто не понимаешь, какая власть находится в твоих руках. Только представь: ты единственный больной человек на десятки километров в мире, где самую страшную болезнь можно вылечить за считаные минуты. Да тебе все угождать будут, стоит только недовольно сморщиться.

— Меня больше бесит невозможность исправить эту халтуру, — признался я. — А твой сценарий вообще не работает в нынешних условиях.

— Да уж, какой-то ты слишком скучный. Даже помечтать не даёшь, — чуть обиженным тоном сказал Карл.

— Если хочешь быть «больным», то я могу это устроить, — сверлил я его спину взглядом. — На всю жизнь хватит. Дай мне доступ к мед-роботу, и я тебя так «закручу», что ни один оператор не «распутает».

— Заманчиво звучит, — и вправду задумался Карл. — Но я, пожалуй, отложу твоё предложение на потом. Ты не подумай, я не отказываюсь, но в это десятилетие мне вряд ли захочется лежать на кровати безвольным куском мяса. А вот в следующее это вполне возможно.

Его манера соглашаться и как будто принимать вещи такими, какие они есть, даже не пробуя противодействовать, сейчас раздражала намного сильнее. И вот непонятно это из-за того, что я провёл с капитаном больше времени или моего физического и ментального состояния?

— Вот мы и пришли, — сказал Карл, вырывая меня из мыслей.

— Куда? — спросил я, смотря на начинающую открываться дверь перед нами.

После этого вопроса коридор мгновенно наполнился звуками множества голосов, и стоило мне только присмотреться к происходящему снаружи, как я сразу же обомлел.

Оказывается, мы находились на возвышенности, с которой отлично видно, если верить Карлу, часть подземного комплекса. Вот только он совсем не выглядел подземным. Здесь было небо, облака, солнечные лучи и даже порывы ветра.

— Полная имитация условий поверхности? — тихо спросил я, не особо ожидая ответа.

Получив же подтверждающий кивок от «отца», мой взгляд начал подмечать больше деталей, выхватывая их из сумбура происходящего внизу. Множество многоэтажных домов, облицованные какой-то цветастой мозаикой, ухоженные улицы, разделённые на пешеходные и транспортные дороги, и повсюду зелень, что украшает вообще любое здешнее строение. Но не это главное. Внизу также были и жильцы комплекса: люди и антропоморфные роботы, одетые в разные одежды. Кто-то был хранителем порядка, другие истерли, пытаясь разрушить этот порядок. Повсюду раздавались крики, плач и разнообразные просьбы. От всех вокруг, считая роботов, которых здесь было большинство. И самое странное среди них были дети. Дети-роботы, которые вели себя как дети.

— Что здесь происходит? — вырвался из меня вопрос, когда я более-менее осмыслил происходящее внизу.

— Я же тебе говорил, что мы находимся на объекте, где проходят учения, — ответил Карл, состроив обиженное лицо, как будто я пропустил его слова мимо ушей. — Тема учений: «Эвакуация и последующая жизнь части города на объекте в условиях полного отсутствия связи с внешним миром». Большая часть роботов натренирована изображать гражданских, включая детей. Из людей же здесь только взрослые, которые уж очень правдоподобно вживаются в роль. Также стоят упоминания те, для кого проводятся учения: военные операторы, которые отдают команды роботам в форме. Мы же здесь числимся как жутко важные шишки, которых надо оберегать изо всех сил, а значит, и следить с тем же рвением. Я же тебе говорил, что эти спецслужбы отлично всё придумали. Не подкопаешься.

— Ага, — сказал я всё, что мог в этот момент.

Космическая тихоходка (отменённая версия). Подъём 2.03 (не редактировалась)

— Почему здесь одни гуманоидные роботы? — спросил я, следуя за Карлом по заполненным «жителями» улице подземного города.

— Существа похожие на человека вызывают у людей больше доверия в критической ситуации, чем кто-то более функциональной формы, — ответил капитан. — Разве тебе во время обучения такого не говорили? — спросил он, подозрительно сощурив глаза.

— Ну, да, — чуть заторможено ответил я, наткнувшись взглядом на девушку, которая успокаивала плачущего робота-грудничка, — что-то такое было, — вон «дети» играют в салочки, игнорируя одного «изгоя», который сидит под тенью дерева в одиночестве, — просто не мой профиль, вот и не сразу дошло.

— Бывает, — пожал плечами Карл. — И да, прекрати вертеть головой, а то шею свернёшь.

— Это физически невозможно, — нахмурившись посмотрел я на капитана.

— Но у тебя есть все шансы опровергнуть это утверждение, — хохотнул Карл.

Я уже было хотел ответить, но прикусил себе язык. Из-за неудобного тела нужно прикладывать больше усилий на фильтрацию своих слов, что раздражает меня ещё больше. Какая-то бесконечная самоподдерживающаяся последовательность раздражения выходит. Сделав глубокий вдох для успокоения, я попытался сосредоточится на Карле, а не на происходящем вокруг бедламе. Проводят военные разного рода учения? Ну и пусть себе проводят, я здесь уж точно не задержусь, только дайте мне — не могу поверить, что действительно это допускаю в своём положении — поговорить с представителем Центуриона лично, раз уж здесь средства связи «недоступны».

Пройдя гудящую и, кажется, бесконечно спорящую и причитающую толпу «жителей», мы вошли, видимо, во второе по спокойствию после здания с моей палатой место: столовую. Высокие потолки и большие окна создавали ощущение ещё большего простора и так в немаленьком помещении. Здесь звучал лишь стук столовых приборов и тихие шепотки, что из-за архитектуры помещения и количества самих переговаривающихся сливались в неразборчивый гул. Ряды столов и стульев занимали принимающие пищу «жители», среди которых были как люди, так и имитирующие все их повадки роботы.

— Они и вправду едят, — пробормотал я, удивляясь столь необычному конструкционному решению, хотя если целью было полностью скопировать поведение людей, то это решение вполне оправданно. — И раз уж они так заморочились над достоверностью, то почему бы не сымитировать человеческое лицо целиком? — задался я вопросом, наблюдая за радующимися вкусной пище изображениями лиц на привычном экране лицевой пластины.

— Не думай об этом слишком много, — сказал Карл, перебивая мои рамышления.

Из-за текучки в столовой мы влились в один из потоков, что стоял за раздачей еды. Ещё поглазев по сторонам, я заметил и охранников, которые стояли на некотором расстоянии друг от друга вдоль стен помещения. Наверное, из-за них здесь до сих пор и сохраняется порядок. Простояв быстро продвигающуюся очередь и уже стоя за спиной Карла, который неспешно выбирал себе вроде как завтрак, я вдруг осознал, что у меня всего лишь одна рука свободна, тогда как вторая занята тростью. И почему они не сделали заказ блюд прямо со столиков с последующей доставкой на левитирующем подносе? Так же было бы намного проще, чем заставлять каждого ходить за порцией лично. Неужели у здешних учений есть ещё ряд условий, что не разрешают такой вариант? Например, ограничение на технологии или что-то подобное. Впрочем, неважно. Если решили так сделать, значит, так надо. Откинув ненужные сейчас мысли, я подошёл к освободившейся панели управления пищевого рекомбинатора и, выбрав простейший завтрак, состоящий из каши с фруктами, вареного яйца и кружки чая, принялся ждать готовности заказа.

— Что же, придётся побыть стабилизатором, — вздохнул я, разминая свободную руку.

Пройтись по заполненной столовой, опираясь на трость и держа поднос одной рукой так, чтобы он не опрокинулся, было непросто, но у меня получилось. Отчасти из-за того, что Карлу удалось занять столик поближе к рекомбинаторам, ну и сам поднос с едой оказался не таким уж и тяжёлым.

— Мог подождать немного, и я бы тебе помог, — сказал Карл, когда я занял место напротив него.

— Мог сказать мне об этом сразу, и я бы об этом знал, — передразнил я его.

— Справедливо, — кивнул Карл.

Дальше мы принялись за еду молча, однако это долго не продлилось и Карл спросил:

— Что собираешься делать, когда тебе восстановят документы?

— Буду продолжать работать на Центурион, — состроив непонимающее лицо, ответил я.

— Значит, продолжишь жить как раньше, — кивнул капитан.

— Говоришь так, как будто это что-то плохое, — сказал я.

— Не то чтобы плохое, — протянул Карл. — Желание продолжать жить старой жизнью поле случившегося довольно... стандартно. Вот если бы ты взял свои новые документы и послал всех куда подальше, а потом прикупил себе кораблик и отправился путешествовать по системам. Вот это было бы занимательно.

— Эм, — запнулся я, пытаясь понять выверт мыслей капитана, но не преуспел в этом. — И зачем бы я это сделал? Предположительно.

— Ты бы почувствовал ветер свободы, и всё само пришло бы в движение, — веско сказал Карл, как будто в этом есть какой-то сакральный смысл.

— Ла-а-адно, — растянув слово, сказал я.

— Или, — вдруг оживился Карл, — ты мог бы стать четвёртым членом моей команды. Нам как раз пригодится высококлассный оператор. Как тебе идея?

— Спасибо за предложение, конечно, но я пожалуй откажусь, — ответил я через несколько секунд больше из-за неожиданности вопроса, чем из-за каких-то размышлений по рассмотрению этого предложения.

Но своим отказом я не обидел капитана? Может, лучше было ответить, что я подумаю? Но и давать ложную надежду тоже неправильно.

— Не хмурься ты так, — усмехнулся Карл, как будто не ожидая от меня другого ответа. — Не бури в голову и просто наслаждайся приключением. Уверен, у тебя их было не много.

— Тоже мне «приключение», — вздохнул я. — Лучше уж вообще ничего подобного не испытывать.

— Первый раз всегда так, но потом ты втягиваешься и уже не представляешь свою жизнь без этого, — поделился со мной Карл.

Я не знал что на это ответить и стоит ли вообще отвечать, поэтому просто кивнул и сосредоточился на еде. Если капитан так считает, то пусть. Не мне его жизни учить. Спустя несколько минут работы челюстями к нам подсела одна примечательная личность.

— Мы не можем найти остальной экипаж твоего корабля, — сразу же сказал Арлан Скайвер, глухо стукнув подносом с едой о стол.

Этот деятель заказал схожий со мной завтрак, вот только вместо чая у него сок.

— Ты ко мне обращаешься? — осмотревшись по сторонам, спросил Карл.

— Да, — совершенно серьёзно ответил Арлан. — Мне нужна информация, где их искать.

— Дай-ка подумать, — разрезая вилкой свою жареную яичницу, протянул Карл. — Нет.

— Нет? — переспросил Скайвер, сведя брови.

— У меня нет такой информации, — кивнул Карл, отправляя кусочек еды себе в рот.

— Тогда предположение о их местонахождении, — продолжил допытываться Арлан.

— Тоже нет, — качнул головой Карл. — Я в их поиске тебе не помощник. Они давно удалили меня из списка друзей, так что обычно после месячного отпуска они сами выходят на связь.

— А если не выходят? — решив не спрашивать причины этого удаления, спросил Арлан.

— Значит, попали в такой переплёт, где не смогли получить доступ даже к самому паршивому средству связи, — пожал плечами Карл, и привёл пример: — Вот как я сейчас.

— Где обычно ты их находишь? — не сдавался Скайвер. — Любимые места, занятия, распространённые пути перемещения. Мне нужно знать всё.

— Если честно, каждый раз по-разному, — на самом деле задумался Карл. — Однажды я нашёл Ригеля приделанного к боевому роботу. Его заставляли сражаться в подпольных боях на одной планетке с процветающим беззаконием. В другой раз он копался на свалке всевозможных запчастей, пытаясь придумать что-то уж совсем мозговыносящее и не уследил за временем. Был ещё случай, когда он просто заперся в отеле и взахлёб просматривал мыльные оперы. Но если обобщить, то в большинстве случаев он оказывается в местах связанных с техникой.

— А Кассиопея Эклипс? — не сбавляя хмурого настроения, спросил Арлан.

— С Кас всё ещё сложнее, — махнул рукой Карл. — Можете даже не пытаться искать её в начале этого месяца. Она обычно всплывает только под конец.

— Поясни, — потребовал Арлан.

— Ну эти двое точно уже покинули систему. Скорее всего, в первый же день нахождения на Небуле-II, верно? — сделал слепую догадку Карл.

— Так и есть, — на глазах скиснув, признал Арлан.

— Вот. Может, если бы они остались в системе, то был бы шанс их откопать, но у вас же даже между планетами тёрки, что уже говорить о межсистемных отношениях, — начал рассуждать Карл. — Или ты надеешься, что глава местной системы сможет найти рычаги давления на своих коллег? В принципе вполне возможно, что у него получится, всё же вся эта ситуация неплохо так подмочила его репутацию, а это риск быть снятым с должности раньше срока. Столько потерянного влияния из-за «какого-то покушения», — чересчур сочувственно покачал он головой.

— Ближе к сути, — потребовал Арлан.

— К сути, так к сути, — легко переключился Карл. — Кас гонится за любовью. Обычно её избранники не выдерживают и двух недель, всё же она довольно требовательна во всех отношениях. Поэтому механизм её поиска довольно прост: делаешь запрос на самые вопиющие и громкие случаи любовных разборок в ближайших десяти-двадцати системах, летишь к самому нашумевшему, спрашиваешь там подробности о местонахождении виновницы и благополучно забираешь девушку с разбитым сердцем.

— Как ты вообще набрал такой экипаж? — поражённо застыв на пару секунд, спросил Скайвер.

— Это талант, — гордо заявил Карл. — В общем, брось пока гиблое дело. Вернёмся к нему под конец месяца, если всё ещё будем заниматься расследованием.

— Не ты здесь отдаёшь команды, — сказал Арлан, который так и не притронулся к своей еде.

— Моё дело предложить, — легко отступил Карл и, переведя внимание на меня, резко сменил тему — Кстати, о списке друзей. Мне тут сказали, что я там у тебя единственный. Не пояснишь почему так вышло? Всё же у вас на Талосе-VI все вроде дружные. Вон какой костюм тебе сварганили.

Две пары заинтересованных глаз сосредоточились на мне, не давая и шанса увильнуть от неприятной темы.

— А, это, — начал я, с грустью посмотрев на уже закончившуюся еду, а ведь она могла отсрочить мой ответ ещё на несколько секунд. — Я просто сто первый номер, — решил я сократить объяснения, но, не увидев особого понимания, пояснил: — Когда мы были маленькими и нам только выдали личные устройства связи, кто-то ляпнул, что ни за что не захочет дружить со сто первым. Ну и его все поддержали. Конечно, было до дрожи обидно, но, как оказалось, вся эта лихорадка «дружбы» спала на нет довольно быстро. Да и на самой станции к функционалу данного статуса не было нужды прибегать. В общем, все выросли, про «дружбу» вообще не вспоминали, а просить добавить одного меня в список друзей все сто человек было неудобно. Вот так и вышло, — скомкано закончил я.

— Удобно, — дал оценку моей истории Арлан, намекая на мою нереальность.

— Потому что это правда, мистер Скайвер, — прошипел я сквозь зубы прямо ему в лицо, но этот гад лишь хмыкнул и, показательно меня игнорируя, начал есть свою еду.

— Что же, мы уже с трапезой закончили, — поспешил Карл перебить уже собиравшегося высказаться меня. — Ты восполняй свой запас нужных для функционирования веществ, а мы пойдём на встречу века.

— Встреча века? — полюбопытствовал я, стараясь не смотреть в сторону представителя закона.

— Ага, — довольно кивнул Карл и, вставая из-за стола, взял свой и мой поднос. — Ты наконец увидишь лично одну из важных шишек корпорации. Разве не прекрасное событие, что происходит лишь раз в столетие?

— Я бы сказал раз в несколько столетий, — решил поправить Арлан, но мы его благополучно проигнорировали.

Благодарно кивнув Карлу, я решил удалиться подальше от раздражающей фигуры. Конечно, капитан довольно быстро отнёс подносы в приёмник для переработки и догнал меня уже на выходе. Оттуда мы вновь направились в здание с моей палатой. Мы шли сквозь бушующую толпу, которая внезапно решила устроить какой-то митинг по поводу... А, неважно. Не об этом надо сейчас думать. Если Карл сказал, что мы идём на встречу с представителем корпорации Центурион, значит, так оно и есть. То есть вполне возможно, что нас всех заселили в одно здание. Хм, что это вообще за здание такое? На фоне однотипных домиков, оно выгодно выделяется своим расположением на более высокой местности, да и само строение довольно большое. Неужели это что-то вроде командного пункта? Было бы интересно взглянуть на военных операторов. Может, даже удастся найти местного медика и уломать его на лёгкую комплексную редактуру.

Пока я придавался мечтаниям о несбыточном, Карл бодро довёл меня до здания, а потом и до нужной комнаты, что оказалась на том же этаже, что и моя палата.

— Вот мы и пришли, — заявил Карл, указывая в открытый проход, за которым было видно облепленную плиткой комнаты без каких-либо окон с одиноким столом и двумя простейшими стульями. — Нервничаешь?

— Немного, — чуть принизил я собственные ощущения, но в принципе не соврал, всё же раздражения внутри меня сейчас намного больше.

— Тогда приложи больше усилий и нервничай сильнее, чтобы в определённый момент тебе стало всё равно, — сказал Карл, добавляя нотки мудрости в свою речь.

— Такой себе совет, — честно ответил я.

— Зато он у тебя есть, — хлопнул Карл меня по плечу. — Оставлю тебя здесь, думаю, с дальнейшим маршрутом ты сам справишься.

— Ага, — сказал я, проходя в не очень уютную комнату.

Дверь закрылась за моей спиной, и я поплёлся до одного из стульев. Сколько ждать прихода представителя корпорации мне никто не сказал, но вряд ли это будет слишком долго. Максимум час. Усевшись на стуле лицом ко входу, я принялся продумывать будущий разговор. Но всё упиралось в информацию, которой располагает сам Центурион. Просто так он сюда представителя посылать не будет, а значит, что-то связанное со мной у них всё же осталось.

— Этому помещению не хватает какого-нибудь узора, — сказал я, смотря на белые плитки, и одновременно с этим двери комнаты открылись, показывая на пороге уставшую девушку.

Если мерить на глаз, то она была чуть ниже меня ростом. Её тёмно фиолетовые волосы были связаны обычной резинкой. Немного пухлые губы, большие карие глаза и аккуратный нос каким-то волшебным образом сочетались со слабо впалыми щеками и небольшими мешками под глазами, создавая впечатление серьёзности. Одета она была в светло-фиолетовый плотный комбинезон, похожий на тот, что носил экипаж Карла, а в руках держала обычный планшет и знакомый мне по лекциям на Талосе-VI кубик.

— Согласна, выделили нам каморку какую-то, — прокомментировала мои слова девушка и без особых расшаркивании сразу же заняла место напротив меня.

Дверь закрылась и представитель корпорации положила на стол кубик, грани которого через секунду мерно засветились слабым белым светом, отрывая нас от внешнего не только физического, но и информационного мира.

— Знаешь, что это? — спросила она меня, копаясь в планшете.

— Да, специальное устройства, служащее для препятствования распространения любой информации, что будет сказана или передана в пределах его действия, — с готовностью ответил я так, как учили.

По сути, это довольно продвинутое устройство для обхода и угнетения всевозможных следящих систем. Не совсем законная практика, но нам говорили, что бывают случаи, когда без таких средств не обойтись.

— Формулировка как всегда хромает, — цыкнула девушка. — Ну ничего, я ещё доберусь до составителей обучающих программ. Ладно, проехали, — отвела она взгляд от экрана планшета и прямо посмотрела на меня. — Можешь звать меня Ариадной. Без всяких лизоблюдских титулов, понятно?

— Да, — кивнул я, стараясь сидеть ровно и неподвижно.

— Тц, расслабься уже. Это не симуляция, где подобных тебе учат вести себя с вышестоящим, — сказала Ариадна и, пододвинув ко мне планшет, продолжила: — Вот, можешь ознакомится.

Взяв предложенный предмет, я принялся изучать лежащие там два файла. Первым на очереди была информация о девушке передо мной. Её полное имя Ариадна Вектор. Рядом была её фотография. Занимаемая должность — один из ведущих специалистов проекта Целестис. Совсем недавно были даны полномочия представлять корпорацию Центурион. Дальше шёл её внешний идентификационный номер, чью подлинность без считывающего оборудования я не смогу определить. Закрыв файл с её «приветственной» карточкой, я принялся изучать второй, но и это не продлилось долго. Всё что там было, это заключение о том, что корпорация Центурион не имеет в подчинении специального рабочего под именем B-101-Т-VI. Оба предоставленных мне файла подтверждались электронной печатью корпорации, чью подлинность я опять же не могу проверить из-за отсутствия оборудования.

— И что это значит? — осторожно спросил я, поднимая глаза на свою собеседницу.

— Значит, что если ты раньше и был выращен для работы на Центурион, то сейчас это не так, — прямо ответила Ариадна. — За тобой хорошо почистили. Удалили все документы со всех возможных баз данных, включая бэкапы. Видео файлы с Талоса-VI отредактированы, и, даже если мы их восстановим, они больше не могут являться уликой, отчёты персонала тоже самое. Тебя как будто никогда и не было не то что на корабле, но и в корпорации.

— Но можно же ещё расспросить моих родных. Они точно подтвердят, что я существую. Даже управляющий подтвердит, он же автономная модель, созданная специально для функционирования в изоляции от серверов, — попытался я найти ниточку, за которую можно ухватиться.

— Слова, — отмахнулась Ариадна. — Слова людей, не подкреплённые фактами ничего не стоят. Память можно изменить, а если сделать это с достаточным уровнем мастерства, то и следов, считай, не останется. Что же до управляющего Талоса-VI, то у слов искусственного интеллекта ещё меньше веса, чем у человеческих. И не притворяйся, что ты этого не знал. Конечно, ты можешь наедятся на что угодно, но я не питаю желания общаться с идиотом, живущим в иллюзиях.

— Тогда всё, что у меня остаётся, — это «подпись» в ДНК, — поражённый фактами, медленно сказал я.

— И именно из-за этой «подписи» корпорация вообще выделила ресурсы на внутреннее расследование, — просветила меня Ариадна. — Было бы идеально забрать тебя ещё тогда, когда тебя отвезли в больницу, но не срослось. Ещё и этот Карлос за тебя поручился. В сущности, тебя держит всего три хлипких опоры: слова названного отца, «подпись» Центуриона и журналы пропускных пунктов, которые не успели подтереть, скорее всего, из-за недавних обрушившихся на государственную систему волну проверок в связи с расширением Небулы-II. Повезло тебе, сто первый, — усмехнулась она под конец.

— Это же, — вообразил я всю проделанную работу злоумышленников, — невероятно огромные приложенные усилия. Я, конечно, предполагал что-то подобное, но не думал, что удалось удалить, считай, всё значимое.

— Да уж, пираты хорошо поработали, — практически с восторгом заявила она.

— Пираты? — переспросил я.

— Ну а кто ещё? — перевела Ариадна на меня вопросительный взгляд. — Подобрались к этим идиотом в верхах, налили патоки в уши, а те и повелись. Сначала просили помочь чуть-чуть по мелочи за вознаграждение немалое, потом предоставление услуг с огромной скидкой и всё в таком духе. В общем, история стара как мир.

— Вы так говорите, как будто виновников уже нашли, — невесело усмехнулся я.

— А они не то чтобы скрывались, — легко подтвердила Ариадна. — Вся скрытность злоумышленников строилась на том, что никто не будет копать в эту сторону. По сути, если бы ты исчез, то никто и не заметил бы. Может, твои родные с Талоса-VI и поспрашивали бы чуть-чуть, но одного заскриптованного ответа типа «отправлен на засекреченный объект» им бы хватило, чтобы отстать навсегда.

— Корпорация Центурион обещала государству защищать специально выращенные кадры, — не веря своим ушам, сказал я. — Именно поэтому такие как я и существуют. Должны же проходить проверки, неужели никто бы не заметил, что на одном из кораблей вместо положенного сто одного человека всего лишь сотня?

— Мы защищаем только числящихся у нас работников, — серьёзно сказал Ариадна, — а тебя нигде нет, ни крупицы информации, что определялась бы как железный факт. Кстати, на Талосе-VI уже всего сотня персонала с самого начала. Как я и говорила, алгоритмы пиратов хорошо поработали, вот только не может быть, что они ушли, избавившись лишь от тебя, что-то они ещё искали... — закончила она бормотанием под нос, потеряв ко мне какой-либо интерес.

— Тогда, что со мной будет? — спустя долгие секунды молчания спросил я, привлекая к себе внимание.

— А это мы сейчас с тобой решим, — заявила Ариадна, возвращая ко мне внимание и прибавляя в голос серьёзности. — Если спросишь меня, то я тебя верю. И именно поэтому спрошу тебя как работника Центуриона. Ты готов помочь своей корпорации в столь трудной ситуации?

— Конечно, — с готовностью ответил я, вообще не раздумывая.

— Тогда ты должен обвинить корпорацию Центурион в нарушении соглашения с государством «О выращивании специальных кадров», — так же серьёзно сказала Ариадна.

— Простите? — переспросил я, давая себе время собрать разбежавшиеся от такого предложения мысли.

— Я понимаю, что со стороны это кажется странным, но так нужно, чтобы избавить Центурион от расплодившейся там «заразы», — сказала Ариадна. — Ты же медик и знаешь, как это работает у живых организмов. Лекарства бывают неприятными, иногда смертельными, но в конце концов они необходимы для полного выздоровления пациента.

— Я-я не понимаю, — признался я, вновь проходясь взглядом по файлу с «приветственной карточкой» собеседницы.

Если бы у меня только был способ проверить достоверность файла, то... Я был хотя бы уверен с кем именно говорю.

— Ты в праве сомневаться, — легко сказала Ариадна, привлекая к себе моё внимание. — Но подумай вот о чём. Ты просишь корпорацию Центурион поверить тебе на слово, и я верю. Но ты сам мне поверить не можешь, даже имея подлинные документы перед глазами.

— Это... другое, — вытолкнул я из пересохшего горла. — Наши ситуации различаются.

— И чем же? — спросила Ариадна. — И ты и я находимся в одинаковом положении по отношению друг к другу, где нужно поверить словам собеседника. Ты даже держишь перед собой мой документ, что подтверждает мою личность, но всё же сомневаешься. Так почему корпорация должна верить тебе, а ты не должен?

— Просто ваше предложение... это, — попытался я подобрать нужное слово?

— Предательство? — помогла мне Ариадна.

Я слабо кивнул, пытаясь рассмотреть хоть отголосок неуверенности или вранья со стороны собеседницы. Может, это плохая шутка? Однако девушка передо мной была предельна серьёзна.

— Так и есть, — согласилась Ариадна. — Своим согласием на обвинение ты подставишь Центурион на грань. Всё же мы выращиваем лучших специалистов на ближайшие десятки заселённых систем. А такое громкое дело создаст достаточно шума, чтобы государство имело возможность отменить нашу лицензию. Вот только есть ещё один вариант, при котором «испортившаяся» верхушка получает по заслугам и даёт дорогу более компетентным людям. В таком случае мы сможем продолжать работу по созданию лучших работников, договорившись с государством, немного уступив им в цене и некоторых других деталях.

— Вы... вы же практически прямым текстом говорите, что хотите меня использовать для собственного продвижения по карьерной лестнице, — невесело усмехнулся я, сжимая в руках планшет. — За дурака меня принимаете?

— Напротив, — качнула головой Ариадна. — Я знаю достаточно о нашей продукции, чтобы знать, что ты и сам бы додумался до столь простой истины, не смотря ни на какие словесные кружева. Вот только после такого я выглядела бы не лучшим образом. Обманщицей. А я не хочу таковой быть.

— Хах, — вырвался из меня нервный смешок. — Откуда мне знать, что вы со своей компанией «неравнодушных», которые точно имеются, лучшие кандидаты на высшие должности корпорации?

— Ни откуда, — пожала плечами Ариадна. — Это вопрос доверия. И одного неоспоримого факта, что после твоего обвинения в адрес корпорации государство усилит контроль за нашей продукцией.

— Я... я не могу принимать такие решения, — сказал я, пытаясь хотя бы осознать вдруг свалившийся груз ответственности.

— Не можешь, — согласилась Ариадна. — Но должен. И есть ещё один момент, что, наверное, не появлялся в поле твоего внимания: ты не единственная жертва.

— Что? — ошарашенно спросил я.

— Всё же какими бы ужасными в своих поступках не являлись злоумышленники они не могли начать сразу с твоего убийства и полного стирания из всех баз данных при полном сотрудничестве с пиратами, — сказала Ариадна. — Внутренние расследования всё ещё идут, но я могу точно сказать, что уже нашли несколько трупов, чья смерть числится в системе, как несчастный случай. Кроме этого начинают раскрываться схемы, что на прямую вредили корпорации воруя у неё огромные ресурсы, что должны были пойти на дальнейшее развитие.

— Это же... это же ужасно, — выдавил я из себя, смотря расфокусированным взглядом вперёд.

— Соглашусь, — кивнула Ариадна. — На лицо постепенное повышение ставок. Злоумышленники проверяли систему на прочность, и если бы у них получилось провернуть твоё полное исчезновение, не получив в ответ никакого противодействия, то, боюсь, корпорация Центурион развалилась бы за считанные десятилетия.

— Если это правда, — пробормотал я.

— Своим нежеланием лечь и спокойно умереть ты спас своих родных не только с Талоса-VI, но и с множества других проектов, — прямо смотря на меня, утвердительно и без капли сомнений сказала Ариадна.

— И сейчас вы просите меня закончить начатое и ударить по опоре у ног нарушителей, — так же посмотрев в ответ, сказал я.

— Я рада, что мы поняли друг друга, — слабо улыбнулась Ариадна.

— Но разве корпорация не разберётся своими силами? — спросил я, цепляясь за последний аргумент в сторону своего бездействия. — Раз уже нашли виновных... или их часть.

— До твоего появления на планете она и разбиралась своими силами, — ответила Ариадна, грустно вздыхая. — Как видишь, неудачно. Без внешнего вмешательства, внутренние бурления будут продолжаться ещё очень долгое время, истощая Центурион, а значит, и забирая первенство на рынке.

Возможно её слова и отражают действительность, но для меня это как рухнувший мир. Столько всего навалилось сразу. Хочется просто закрыть глаза, а открыв их оказаться на старом добром Талосе-VI, где мне не надо решать судьбу корпорации, а быть обычным оператором. Вот только сам факт того, что у меня вообще есть причина и возможность делать что-то подобное, говорит об очень многом.

— Такие решения... я не был создан для этого, — наконец выпустив планшет из рук, зарылся я руками в волосы.

— Я не требую немедленного ответа с твоей стороны, — вырывая меня из беспорядочных мыслей, сказала Ариадна. — Ты волен подумать и решить, какого именно будущего желаешь для своей семьи. Для дома.

— Так ещё хуже, — сказал я, фокусируя бегающий взгляд на собеседнице.

— Дальше всё будет зависеть от тебя, — заявила Ариадна. — Пройди государственную проверку и прими правильное решение.

— Меня возненавидят, — слабо сказал я.

— Какая-то часть точно, — не спешила переубеждать меня Ариадна. — Но не бывает такого, чтобы ты всем нравился, так что на твоём положении это вряд ли скажется.

— Тогда, я просто смогу вернуться к работе? — спросил я с надеждой.

— Если захочешь, — кивнула Ариадна.

— То есть? — уточнил я, стараясь выведать больше деталей.

— Как ты уже знаешь, тебя полностью стёрли, — спокойно начала пояснять Ариадна. — Когда же этот факт вскрылся, корпорация запретила любые изменения в данных серверов, кроме стандартных и прозрачных процедур, на время расследования, — она сделала паузу, как будто ожидая от меня чего-то, но, увидев что-то в моём выражении лица, тяжело вздохнула и продолжила: — Значит, мы не сможем тебя восстановить в системе.

— Тогда, — наконец осознав услышанное, сказал я, — мне нужно будет устраиваться в корпорацию как обычному человеку?

— Верно, — ответила Ариадна, — пройдёшь проверку, получишь документы, что будут хранится на государственных серверах, а дальше... сам решишь, что будешь делать. Ещё только скажу, что чем быстрее внутреннее расследование Центуриона закончится и виновные понесут заслуженное наказание, тем раньше мы сможем заняться твоей проблемой плотнее и восстановить всё, что когда-либо к тебе относилось.

— Одни плюсы со все сторон, — сказал я, невесело усмехнувшись.

— При идеальном стечении обстоятельств, да, — согласилась со мной Ариадна. — Вот только первый шаг к восстановлению справедливости должен сделать ты сам.

Космическая тихоходка (отменённая версия). Подъём 2.04 (не редактировалась)

Я не ожидал, что мои догадки окажутся правдой. Особенно когда они такие ужасные в своей сути. Считай, одним днём подвергнуться покушению, узнать, что какая-то часть вышестоящих должностей в корпорации, которая тебя растила, обучала, платила и предоставляла блага и защиту в обмен на отличное выполнение своих должностных обязанностей, оказалась в сговоре с пиратами и разменяли тебя на какие-то неведомые выгоды. Так ещё я не единственная жертва этих корпоративных интриг. А факт того, что это всё мне не приснилось или не привиделось в бреду, пробирал до костей. Нас учили, что внутренние и внешние системы корпорации совершенны и отточены десятилетиями, что им надо доверять как неоспоримым фактам. Оказалось, это не так. Хватило обычного сговора, как в какой-нибудь развлекательной литературе, чтобы поставить всё на край обрыва. И какой умник из корпорации вообще придумал скинуть резкое решение проблемы на меня? Всё это звучит как очень тупая шутка, вот только мне совершенно точно не до смеха.

— Чего сидишь здесь один? — спросил Карл, вырывая меня из потока мыслей. — И где наша специальная гостья?

— Ушла по своим делам, — глухо ответил я, смотря в пустоту.

После ухода представителя корпорации Центурион я больше не мог оставаться в том холодном помещении и вышел в коридор. Так здесь и остался. Присел на пол, облокотившись о стену, и одной рукой сжал трость изо всех сил, а второй держал планшет с информацией предоставленной Ариадной. Она оставила мне его, чтобы я убедился в подлинности как её слов, так и полномочий после того, как пройду проверку. И вроде бы всё в порядке вещей: проверка документов на подлинность — это стандартная процедура, однако то, что корпорация поверила мне без неё, а у меня нет сил на то же самое, заставляло непроизвольно морщиться и задавать себе неприятные вопросы. Но я не могу не проверить. Я должен убедиться в реальности прошедшего разговора. Особенно когда на кону стоит судьба моего дома.

— И бросила тебя одного? — удивлённо спросил Карл, садясь рядом со мной. — Давай выкладывай, что она тебе там наговорила. Будет легче, когда выскажешься.

— Даже не знаю с чего начать, — пробормотал я.

— С чего попроще, — посоветовал Карл.

— Часть предателей в корпорации уже нашли, — сказал я, точно зная, что об этом узнает и Арлан, если он уже не в курсе.

— Отлично, — кивнул Карл.

— Но без внешнего вмешательства их проступки, если это можно так назвать, будут разбирать следующие десятилетия, — продолжил я.

— Хреново, — отреагировал Карл.

— Мои старые документы не подлежат восстановлению, а значит, после проверки я должен буду устраиваться в Центурион как обычный рабочий, — сказал я.

— И это плохо потому что? — не совсем понимая спросил Карл.

— Не в устройстве на работу проблема, — тяжело вздохнул я. — Корпорация Центурион хочет, чтобы я решал её дальнейшую судьбу: выжигать испортившуюся верхушку с помощью государства или сидеть молча, давая внутренним службам решить проблему в своём темпе.

— Попахивает подставой, — немного подумав, сказал Карл.

— Центурион не подставляет своих сотрудников, — автоматически ответил я, мотнув головой.

— Я спешу тебе напомнить, что именно это она с тобой и сделала, — закатил глаза Карл. — Совсем недавно, кстати. Ты случаем не страдаешь потерей памяти? — спросил он с беспокойством осматривая меня.

— Это... это другое, — отмахнулся я от его слов, не найдя весомого ответа.

— Ага, верно, — согласно кивнул Карл, вызвав у меня нервное подёргивание глаза. — И раз уж мы уверились в непогрешимости корпорации Центурион, то почему бы не продолжить путь до места проверки? — спросил он, вставая на ноги.

— И что же это за место? — поинтересовался я, принимая смену темы.

— О, тебе понравится, — довольно ответил Карл. — Поговаривают, там обитает мед-робот с оператором.

— Так чего мы ждём? — с энтузиазмом спросил я, вскакивая с места.

На моё поведение капитан лишь хмыкнул и пошёл по коридору, показывая путь. Я же последовал за ним резво перебирая тростью. Одной проблемой вскоре будет меньше, а с остальным я разберусь потом.

***

— Знакомься, это мисс Орктур, — сказал Арлан, указывая на девушку с короткой стрижкой и в тёмно-зелёном комбинезоне, поверх которого надет белый халат. — А это мистер В-101-Т-VI, которого тебе надо будет проверить, — представил он и меня.

— Здравствуйте, — сказал я.

Сейчас мы находились в довольно продвинутой операционной. Само помещение отделано белой плиткой, окон не наблюдалось и внутрь вела всего одна дверь. Кроме некоторой периферийной аппаратуры, расположенной ближе к стенам, посреди комнаты стоял самый настоящий мед-робот военного образца. Если точнее, то стационарная модель с широким спектром возможностей. Таким может полноценно управлять только очень хороший оператор с процентом успешных операций выше девяносто пяти. Выглядел он как практически чёрный цилиндр вмонтированный в пол и потолок.

— Ага, привет, — мазнув по мне взглядом, сказала девушка.

— Не задерживай, — вроде как отдал команду Арлан и вышел из комнаты, оставляя нас двоих в комнате.

— Закончим с этим побыстрее. Раздевайся и залезай в робота. — сказала Орктур и стенки цилиндра раскрылись, как лепестки бутона, предоставляя проход на круглую платформу.

— А можно меня ещё и подлатать? — спросил я, отставляя трость и складывая одежду с планшетом на стуле. — А то последняя работа местных медиков вызывает у меня множество... неудобств.

В ответ девушка лишь приподняла бровь в немом вопросе.

— Пожалуйста? — попытался я ещё раз, идя к платформе своим не очень ровным шагом. — Уверен, с вашей квалификацией вы справитесь за несколько минут.

— Посмотрим, — односложно сказала она и, как только я оказался в мед-роботе, активировала функцию крепления пациента в пространстве.

Грави-лучи зафиксировали меня в воздухе, а «лепестки» цилиндра перестроились в тонко-настроенные манипуляторы для работы с телом и начали мерно крутиться вокруг меня проводя полное предварительное сканирование.

— Сейчас ты почувствуешь лёгкий укол в шею и проснёшься уже в своей палате, — монотонно сказала Орктур заученную фразу.

Сразу после этого один из манипуляторов превратился в инъектор и резким движением приблизился к названному участку тела. Миг, и я, погружённый в глубокий сон, отдан в заботливые «лапки» мед-робота.

***

— Ух, — вздохнул я, открывая глаза на больничной кровати в той же палате... По крайней мере, выглядело здесь всё так же как в прошлой.

Практически сразу я почувствовал привычную лёгкость во всём теле, и прошлое раздражение рассосалось в тот же момент. Сразу чувствуется разница в мастерстве оператора. Надо будет поблагодарить Орктуру при следующей встрече.

Но долго отлёживаться мне не дали. Спустя десяток минут после моего пробуждения в палату вошёл Арлан и без каких-либо приветствий перешёл к делу:

— Вы прошли проверку, мистер В-101-Т-VI. Полное сканирование вашего тела показало, что вы и правда тот за кого себя выдаёте. Или очень качественная подделка с воспоминаниями от самого рождения до этого момента, но так как никаких скрытых прошивок или признаков другой личности не было обнаружена, то вас можно причислить к людям, которые могут владеть собой и отвечать за собственные поступки.

— Спасибо? — чуть вопросительно сказал я, когда он сделал паузу.

— Пожалуйста, — кивнул Арлан. — Мы так же нашли того, кто в вас стрелял, и его подельника. Их уже поймали и связали с нанимателями из высшего руководства корпорации Центурион при посредничестве пиратов. Все данные отданы внутренним структурам корпорации и нам остаётся лишь ждать, когда все детали преступной деятельности будут выведаны.

— Я понял, — отвёл я взгляд в сторону, вспоминая разговор о моём возможном обвинении корпорации Центурион.

Так и так виновные будут наказаны, и вопрос лишь во времени, что будет затрачено на это расследование. Так же не стоит забывать о состоянии самой корпорации в конце этого расследования, что вряд ли можно будет назвать хорошим. Долгие внутренние разбирательства не могут идти на пользу.

— Так же могу вас обрадовать, что ваши документы будут готовы к завтрашнему дню. Есть какие-нибудь пожелания на их счёт? — спросил Арлан без особого интереса.

— Можно моим официальным именем и фамилией будут Илариус Талос? — решился я попытаться избавится от своего вечного клейма «сто первого» и, наткнувшись взглядом на планшет, что просто лежал на столе, продолжил: — И можно мне какое-нибудь устройство связи? Я хочу проверить подлинность некоторых документов.

— Посмотрим, что можно сделать, — проследив за моим взглядом, легко кивнул Арлан.

— И ещё я бы хотел спросить о документах подтверждающих мою специальность и квалификацию, — сказал я, надеясь, что полная проверка избавит меня от лишней бюрократии.

— С этим вам придётся разбираться самому, — разрушил Арлан мою надежду. — Но в новых документах будет пометка о ваших возможностях. Это должно облегчить прохождение специальных тестов.

— Ещё раз спасибо, — немного расстроенно вздохнул я.

На этом наш разговор и закончился. Арлан задержал на мне пытливый взгляд и, не дождавшись какой-либо реакции от меня, молча вышел из палаты. Ждал от меня чего-то? Хотя понятно чего: он хотел услышать от меня слова обвинения корпорации. Всё же такое громкое дело со всеми доказательствами на руках упускать будет обидно даже такому показательно бесчувственному работнику как Арлан. Но я не уверен как лучше поступить... как нужно поступить. По идее всё довольно просто: я даю основание на возбуждение дела против всей корпорации Центурион, потом государство реагирует, считай, мгновенно, достаёт всю информацию по моему делу, организует суд и вынуждает Центурион ускорится и выдать всех виновных. За месяц-два корпорация избавляется от прогнившей верхушки, сохраняя свои позиции. В теории всё должно будет пройти именно так. Однако в той же теории внутренние системы безопасности корпорации не должны были вообще допустить подобной ситуации. Реальность же внесла свои коррективы, и мне становится страшно от одного предположения, что может пойти не так, если я всё же решусь на обвинение. Буквально весь Центурион может рухнуть из-за моих неосторожных действий. Хоть нас и учили, что структура корпорации может выдержать очень многое, мне не удавалось откинуть страх неудачи.

Не знаю сколько я провалялся в кровати, думая обо всём подряд, но к реальности меня вернула открывшаяся дверь, за которой показался Арлан.

— Думаю, если ты получишь его сегодня, а не завтра, то ничего непоправимого не случится, — сказал он, ложа на стол устройство связи.

Мой взгляд сразу же прикипел к появившейся вещи. Практически мгновенно я понял, что это именно моё устройство связи, что было конфисковано совсем недавно. Краем глаза я заметил как Арлан уже хотел было молча удалиться, но перед этим я успел сказать:

— Спасибо.

Он не ответил, и двери в палату закрылись, оставляя меня один на один с неизбежным, что внезапно оказалось ближе чем я думал. Сделав глубокий вздох, я встал с кровати и, пройдясь голыми ступнями по холодному полу, остановился рядом со столом. Переведя внимание на рядом стоящий стул, я обнаружил выданную мне одежду и трость. Возможно, мне решили подарить эти вещи... Мотнув головой я попытался выкинуть из неё лишние мысли и сосредоточится на главном: на единственной внятной отговорке для бездействия, что у меня осталась. Всё же легко было думать, что представитель корпорации Центурион не та за кого себя выдаёт, однако насколько эта мысль притягательна, настолько она и отвратительна по своей сути. Предположить, что все вокруг меня обманывают, пытаясь провести и использовать в тёмную. Думая об этом, я чувствую как сам становлюсь грязнее с каждой секундой. Сейчас всё решится, и с этим знанием мне определённо станет легче... должно стать.

Протянув руку я закрепил на правом предплечье своё устройство связи, что без подключения к нужным сервисам представляет собой жалкое зрелище. Однако базовые функции в нём всё ещё присутствуют. Например, фонарик, калькулятор, возможность писать сообщения и звонить друзьям, просмотр файлов, если таковые имеются в памяти, и, конечно же, приложение стандартной проверки документов производства корпорации Центурион. Просмотрев информацию о приложении, я убедился что связь с сервисом присутствует. Всё же удобно, что даже без подтверждения собственных документов можно проверять чужие. Соединив устройство связи с планшетом, я нашёл нужные файлы и запустил проверку. Экран файлами возник передо мной и глаза сами собой сосредоточились на нём. Миг, и появилась зелёная галочка, подтверждающая подлинность документов. Оказалось я непроизвольно задержал дыхание. Сделав вдох, я отцепил от себя устройство связи, дошёл до кровати и рухнул прямо в неё.

— Легче совершенно не стало, — пробормотал я, переворачиваясь на спину.

Сон совершенно не шёл. Мой разом пополнялся то сомнениями, то решимостью, то желанием сдаться, то логичными и не совсем доводами в пользу обвинения корпорации. И как-то внезапно наступило утро следующего дня.

***

— Вот и настал момент твоей легализации, рад? — спросил меня Карл, садясь напротив меня.

Сейчас мы находились где-то вроде зала для совещаний. Как только я вошёл Арлан выдал мне носитель информации с моими новыми документами, копия которых уже хранится на серверах государства, а не корпорации, как прошлые. Мне осталось только занять место за одним из столов и посмотреть что я могу сделать с новыми документами, и какие дополнительные данные нужно будет восстановить.

— В каком-то смысле, — не очень энергично ответил я.

— Чего это ты такой уставший? — спросил Карл.

— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Просто не спал всю ночь.

— Мучился сомнениями, понимаю, — кивнул Карл так, как будто и вправду понимал моё состояние. — В этом деле главное не торопиться и дать себе достаточно времени, чтобы взвесить все минусы и плюсы доступных возможностей.

— Если я дам себе ещё больше времени, то сойду с ума от перенапряжения нервной системы, — сказал я и, найдя взглядом Арлана, который о чём-то говорил с Аридной, встал с места. — Лишняя минута размышлений и у меня голова взорвётся, так что пожелай мне удачи.

И не дожидаясь ответа, пошёл в сторону намеченной цели.

— Или так, — смотря мне в спину, сказал Карл.

С самого начала было понятно, что я не создан решать вопросы подобных масштабов. Лечить население кораблей, станций, планет и систем от болезней и увечий разной степени сложности — запросто, изменять саму плоть и подстраивать под нужды окружающей среды — хоть каждый вечер, но не решать внутренние проблемы корпорации. А значит, умники в этой самой корпорации посчитали, что я послужу отличным катализатором для определённой реакции правящей системы. То есть мне нужно сыграть свою начальную роль, а потом за меня всё сделают остальные. Как и сказала Ариадна вопрос лишь в доверии, и у меня его столько, что никакой сложносочинённый заговор или интрига не смогут его исчерпать.

— Здравствуйте Ариадна, — сказал я, привлекая к себе внимание.

— Привет, — кивнула она в ответ. — Слышала у тебя новое официально имя, Илариус Талос.

— Да, — неловко подтвердил я. — Не хотелось бы чтобы корпорация расценила бы это как-то оскорбительно. Просто вечная ассоциация со сто первым номером у меня уже в печёнке сидит, вот мне и показалось, что это хорошая возможность для внесения изменений.

— Хм, пользуешься сложившейся ситуацией? — приподняла Ариадна бровь, но какого-либо осуждения или неодобрения я не заметил, что очень даже хорошо.

— Поступаю в соответствии с полученным обучением, — ответил я так как нужно было.

— Хах, верно, — слабо улыбнулась девушка и, взглянув на Арлана, продолжила: — Ладно, не буду мешать.

Она встала и ушла в сторону капитана. Они знакомы? Неважно.

— Я хочу, — горло сразу же пересохло, и я запнулся, но Арлан даже не моргнул.

Он сверлил меня пытливым взглядом, как будто прямо в этот момент я собираюсь дать ему нечто очень важное, что, если подумать дольше секунды, было правдой. И набрав побольше воздуха в лёгкие, я выдал:

— Я обвиняю корпорацию Центурион в нарушении соглашения «О выращивании специальных кадров», подвергая мою жизни умышленной опасности со спланированным смертельным исходом в целях получения выгоды. Также до меня дошла информация, что я не единственная жертва, и это тоже должно быть тщательно расследовано.

Как только я закончил лицо Арлана расплылось в довольной улыбке, что выглядело страшновато.

— Мы приложим все силы, чтобы разобраться в вашем деле, мистер Талос, — сказал представитель закона, смотря прямо мне в глаза.

***

С момента моего заявления прошла неделя. И за эту неделю изменилось не очень много вещей. Я всё ещё находился на этом секретном подземном объекте, где проходят учения. На сколько я понял каждый робот, что находился здесь, является военной моделью и в случае чего может вступить в бой, защищая меня. Если спросить меня, то обычной засекреченной квартиры хватило бы с головой, но, видимо, люди, принимающие решение, решили перестраховаться, или они знают о какой-то неведомой мне опасности. Я, конечно, своими действиями испортил настроение множеству влиятельных фигур. Но не станут же они за это пытаться вредить уже официально оформленного жителя? Это буквально осложнит им жизнь ещё больше. По крайней мере, я так думаю.

Хотя Арлан и сказал, что не нанесение вреда может быть целью, а мои воспоминания, точнее тот факт, что их можно подвергнуть лёгкому изменению, и тогда мои слова в суде не будут иметь веса. Такое действие тоже преступление, что стоит практически вровень с убийством. Неофициальное вмешательство в память пациента без его согласия ужасно само по себе, но чтобы из этого ещё и пытаться извлечь выгоду для себя. Наверное, так и поступают те, кто может пойти на умышленное убийство своих работников.

Примерно так я и узнал, что развлекательные истории с карикатурными злодеями бывают вполне реальны. Конечно, они преследовали какие-то выгоды, следуя этому пути, но... Смысл? Они и так являлись представителями общества, у которых есть вообще всё, включая возможность заселять новые системы. С этой точки зрения их поступки смотрятся именно как зло ради зла. Бессмысленное и беспощадное.

В подобных размышлениях я и провёл всё это время, то посматривая в экран с изображением мегаполиса, то прогуливаясь по ухоженным улочкам подземного комплекса, то слушая разнообразные причины недовольства «жителей» во время учений и наблюдая за тем, как это пытается решить местное собранное в «чрезвычайной ситуации» правительство, то просто смотря телевизор, то общаясь с Арланом по поводу дела. Карл, Ариадна и даже Орктур, которую я так и не успел поблагодарить, покинули этот комплекс в тот же день, когда я получи свои документы в руки. И что-то мне подсказывает, что я бы тоже мог уже быть на свежем воздухе, если бы не Заявление. Кстати о нём. Оно и вправду прогремело на все ближайшие системы. Всё же не каждое десятилетие корпорация обвиняется в столь злостном нарушении договора, так ещё и с неоспоримыми доказательствами. Новости говорят, что этот прецедент повлёк за собой волну проверок в множестве других сфер деятельности. Уж не знаю каким именно боком так получилось, но, видимо, мои действия послужили спусковым крючком для взрыва шара под названием «Накопленные за века проблемы, что никто не хотел трогать». Наверное. Я не историк, чтобы уверенно рассуждать о предпосылках происходящих сейчас событий.

Ещё я разбирался со своими новыми документами. Удалось удалённо восстановить большую часть моих разрешений, осталась лишь мелочь типа проверки навыков готовки, торговли. Не самые сильные мои стороны, но что уж тут поделать. Вот так незаметно и даже как-то внезапно, хоть я и отлично знал дату, подобрался день суда.

***

— Скажите, вы самостоятельно решили обвинить корпорацию Центурион в нарушении договора «О выращивании специальных кадров»? — спросила судья, смотря прямо на меня со своего места.

— Моё решение было принято самостоятельно. Никаких угроз лишения или ухудшения жизни в случае своего молчания или заявления о сложившейся ситуации я не получал, — уверенно ответил я.

Сейчас я находился в зале суда, где присутствовали, кажется, всевозможные заинтересованные лица. Благодаря специальному устройству на моей голове, что после активации проверила мой мозг на внешнее вмешательство, судья мог точно понять, что я не вру и говорю правду. Мне дали выбор, и я его сделал самостоятельно, основываясь на доступной информации. Вполне стандартный вопрос, который и задавать-то не очень нужно, ведь если бы на меня оказали давление, то и этого суда бы не было. Был бы другой и с совершенно другими участниками.

Дальше всё как будто покатилось с отвесной скалы. Множество допросов всех относящихся к делу лиц, которые состояли не только в корпорации Центурион, но и в государственной машине и нескольких других предприятий. Число обвиняемых то росло, то уменьшалось. Внезапно появлялись новые сведения и их опровержения. Я наблюдал за тем как два непостижимо огромных зверя столкнулись лбами, пытаясь перебороть друг друга не когтями и клыками, а фактами и доводами. Могу точно сказать, что зрелище было захватывающее, вот только в происходящем я понимал до скудности мало. Уже после первого дня суда я сдался в попытках разобраться в происходящем и просто плыл по течению, наблюдая за всем как за сериалом, где появляются внезапные факты чуть и не вековой давности, доказывая различные проступки обвиняемых. В ответ же обвиняемые вытаскивали свои весомые опровержения. И всё это сопровождалось просмотром личных воспоминаний со всех возможных сторон. Довольно странно было наблюдать за тем, как вполне достоверные воспоминания не принимались из-за того, что мозг опрашиваемого был подвергнут разной степени коррекции. Такое случалось сплошь и рядом и не думало останавливаться. Хоть такие доказательства и не могли считаться фактами, но всё же играли свою роль в общей картине.

Лично меня после первого дня не вызывали, но я присутствовал на каждом последующем заседании. Видимо, свою роль я уже сыграл и начавшуюся волну уже ничем не остановить, а значит, моя ценность, как объекта покушения, резко упала. Что сразу же отразилось на условиях моей жизни. Спустя пять дней после начала суда мне наконец выделили квартирку в одном из зданий на поверхности, а по прошествии ещё одного дня разрешили гулять по городу.

Не могу сказать, что наслаждался образовавшейся суматохой, скорее я чувствовал себя оторванной палочкой, что безучастно плывёт в бурном течении и ожидает, когда же её прибьёт к берегу. Ещё из-за происходящего меня потянуло на некоторые философствования, но это должно будет пройти, как только я вернусь к работе. Ну а пока стоит продолжить подтверждать свои навыки и наконец открыть новый счёт.

Всё когда нибудь заканчивается, вот и самый громкий суд на ближайшие световые тысячи лет подошёл к своему концу. Спустя чуть ли не месяц суд постановил наказания виновным. Не буду вдаваться в подробности всех компенсаций, которых было какое-то запредельное количество, как со стороны государства так и со стороны корпорации Центурион. Как я понял, никто из крупных игроков не получил особо явно выраженной выгоды с произошедшего. Хотя вполне возможно, что я просто не заметил этой мифической выгоды, что больше похоже на правду. Да и не погружался я в эту тему слишком сильно. Но самое главное я уяснил: корпорация Центурион и вправду отчистила свои ряды от неблагонадёжных кадров, и я получу полную компенсацию всего потерянного из-за махинаций корпорации.

**Ариадна Вектор**

Жизнь её была вполне обычна для этих краёв: родилась в приличной семье, получила достойное образование, устроилась в престижную корпорацию для занятия любимой работой. Изучать искусственно выращенных людей было её страстью, можно даже сказать призванием. И где это лучше делать, как не в корпорации с передовыми разработками в этой области. Так спустя множество лет работы она наконец дошла до высшей должности в своём отделе. Новое положение давало ей множество ранее невиданных возможностей, включая принятие решений о дальнейших проектах, а не только внесение предложений, как было раньше. Однако Ариадне не долго суждено было только радоваться новой должности, вскоре пришли и некоторые сложности, с которыми она довольно быстро смирилась.

Ей выпал «счастливый случай» быть одной из подчинённых Архая. Собственно именно так она и получила свою должность: случайно встретилась с ним на одной вечеринке, устраиваемой корпорацией, поразила его своим знанием предмета и, как он выразился, необузданным огнём исследователя в глазах. Она, конечно, не сразу связала своё повышение и встречу, что выветрилась у неё из головы практически в тот же день, но личный разговор с начальником прояснил этот момент. Ариадне было немного неприятно, что её повысили не за личные заслуги, а просто из-за того, что понравилась одному из вышестоящих корпорации. Однако вертеть носом и отказываться она и не думала. Всё же она любила эту работу и стремилась к этой должности, а уж как именно она её получила не так уж и важно.

Что же до самого Архая, то поговаривают, что он прожил множество веков и был одним из основателей кластера систем, что образовывают нынешнее государство. Однако однажды ему надоело быть чуть ли не небожителем, и он решил чуть спуститься в «низа». По мнению Ариадны «низа» вот уж совсем не так должны выглядеть. Но что уж она может понимать в мировосприятии долгожителя, который, возможно, застал зарождение программ освоения космоса, что, конечно, вряд ли правда, но звучит внушительно. Но то, что Архай заменил свои настоящие имя и фамилию на это прозвище, чистейшая правда, девушка лично видела его документы.

Так Ариадна и жила, наслаждаясь своей работой и иногда выполняя немного странные поручения своего прямого начальства. Именно так однажды Архай заявил, что она теперь будет его правой рукой и чуть ли не голосом разума. Наверное это должно было ей польстить, но представив как эта дополнительная работа будет отодвигать её исследования, она в ответ только недовольно сморщилась, чем вызвала небывалый энтузиазм у самого Архая. За всё время сотрудничества, что длится до сиз пор, Ариадна поняла для себя, что её руководитель довольно странная личность, поступки которой иногда вот совсем не вяжутся с логикой. Он как будто игрался в песочнице, строя куличики, а потом кидал в них маленькие камешки, смотря какая из построек простоит подольше. Немного грубая аналогия, но именно так Ариадна могла описать свою работу более точно: она выступала девочкой, которая рушила веселье и становилась на защиту ни в чём неповинных песчаных куличиков.

И вот однажды внезапно как гром среди ясного неба появился В-101-Т-VI, который в последствии изменил своё официальное имя на Илариус Талос. Сказать, что последующие события перевернули её мир — ничего не сказать. Осознать, что проекты, за которые она ответственна, оказались так грубо скомпрометированы ради личных хотелок каких-то денежных мешков, было до слёз больно. Она влаживала в них не только время, но и все силы как физические, так и моральные, а что получила взамен? Горсть плевков в лицо. Именно из-за внутренней обиды и желания справедливости она пошла к Архаю лично. Впервые за всё время работы на него. Личная просьба девушки раздавить всех виновных в случившемся, растерев в порошок и развеяв по ветру, нашла благодатную почву в желающей действий личности Архая. Стоит ли удивляться что шестерёнки после того эмоционального разговора закрутились с пугающей скоростью. Ариадна могла успокоится на этом, оставив разбирательство внутренним системам корпорации, но она не остановилась. Занявшись этим делом лично, девушка хотела избавится от всей погани, которая расплодилась в корпорации и, как вскоре оказалось, мешала ей работать.

По прошествии месяца с той её эмоциональной вспышки Ариадна сидела в своём кабинете и смотрела на дело Илариуса Талоса, который подал прошение на работу практически сразу же как получил нужные подтверждения своих навыков. Сейчас же девушка больше думала не над тем, что написано в документах, а о том, какими таким неведомыми путями эти документы попали именно к ней и прямо на стол. И что-то ей подсказывало, что ответ ей вот совсем не понравится. А входящий вызов лишь подтверждал это.

— Наконец-то ты ответила, — сразу же начал говорить мужчина на другом конце возникшего перед ней экрана. — Знаешь, довольно невежливо так долго игнорировать того, кто сделал столь многое радии тебя.

— Ты прождал всего две секунды, Архай, — вздохнула Ариадна, сверля недовольным взглядом мужчину в расцвете сил.

Он был как всегда улыбчив, как будто каждая следующая секунда жизни была причиной для радости. Его короткие тёмные волосы, что под определённым углом отдавали тёмно-зелёным цветом, и зелёные же глаза отлично дополняли не строгую зелёную рубашку. Архай любил немного редактировать свою внешность в некоторых мелочах, например, неделю назад он ходил в огненно красных цветах.

— Целых две секунды, — важно сказал он, но, увидев, что собеседница не прониклась серьёзностью момента, немного погрустнел. — Не ценишь ты меня, Ариадна. Ой, не ценишь. Столько всего пришлось сделать за прошедший месяц, столько грязного белья достать из всех возможных закромов, что даже я начал испытывать недостаток в компромате.

Девушка уже привыкла, что её начальник никогда не разбрасывается словами просто так. Поэтому связав его реплику с документами Илариуса, она смиренно поинтересовалась:

— И как же довольно способный в своей сфере, но всё же обычный рабочий, который месяц назад жил на Талосе-VI и горя не знал, может тебе в этом помочь?

— Вот ты знала, что именно поэтому мне приятно с тобой работать? — как бы между делом поинтересовался Архай.

— Подозревала, — односложно ответила Ариадна.

— Что же до твоего вопроса, — вернулся к причине своего звонка Архай, — то я планирую, чтобы ты наняла этого Илариуса и отправила добыть один тайничок, что бороздит просторы космоса вот уже бессчётное количество лет.

— Легче будет отправить кого-то более... подходящего для этого, — не разделяя энтузиазма начальства, сказала Ариадна.

— Было бы легче, — внезапно согласился с ней Архай. — Вот только если я пошлю кого-то из своих работников или найму прямо или косвенно какого-нибудь проверенного или не очень наёмника, то в тот сектор сразу же налетят остальные желающие приобщится к добыче важных сведений. И в поисках решения этой проблемы я наткнулся на столь замечательного исполнителя, который самоотверженно будет выполнять поручение, а не сбежит на другую часть галактики с моим щедрым авансом.

— Это не его профиль, — качнула головой Ариадна. — Вот если бы тебе надо было тайно подлечить какого-нибудь знакомого, а так... Откуда ты вообще знаешь про этот тайник? — с некоторым подозрением спросила она.

— Да так, — прикинувшись, что на потолке происходит что-то жутко интересное, сказал её собеседник.

— Архай, — недовольно сказала Ариадна.

— Эх, — вздохнул он. — Как всегда бьёшь в самое сердце. Ты же знаешь, что я не могу тебе сопротивляться. Вьёшь из меня верёвки как хочешь, а ведь мы даже не женаты.

— Архай, — повторила Ариадна.

— Знаешь, я скучаю по временам, когда ты мило краснела стоило мне только заикнуться про женитьбу, — мечтательно улыбнулся он, но встретившись с серьёзным взглядом собеседницы, всё же сдался: — Да принесли мне кое-какие доверенные информаторы эти сведения с десяток лет назад. Там жутко сложный код подтверждения, который при неверном вводе уничтожит всё содержимое тайника. И вот же какая удача, что мои умники подобрали верный код... практически сразу и задвинули его в дальний уголок моего личного супер засекреченного сервера.

— Пришли координаты зоны поисков, — попросила Ариадна, чтобы убедится в кое-каких своих подозрениях.

— Легко, — кивнул Архай.

Девушка изучила системную карту рядом с полученными координатами, потом провела анализ зон влияния всех обитающих в том секторе группировок и правительств и сделала единственный возможный вывод:

— Это же не совпадение, что владения именно этого пирата соприкасаются с зоной поиска нужного тебе тайника?

— Ты же меня знаешь, — улыбнулся ей Архай, — чистое совпадение.

— Ты хочешь угробить одного из воспитанников корпорации сразу же после того, как мы против таких же действий выступали в суде? — неверящим голосом спросила Ариадна. — Это же очевидная ловушка.

— Глупости, — отмахнулся Архай. — Я дам ему достаточно ресурсов, чтобы он лично мог нанять кого надо. Помнишь, я говорил про то, чтобы доверенное лицо не сбежало с авансом? Так что не стоит беспокоится за сохранность столь прекрасно сыгравшей недавно фигуры. Ведь, как я говорю... — ожидающе остановился он.

— ...сработало один раз, сработает и другой, — смирившимся тоном сказала Ариадна.

— Умница, — расплылся в довольной улыбке Архай. — Тем более представь лицо этого много возомнившего о себе пирата, когда он узнает, кто именно дал ему по носу во второй раз подряд.

— Почему мне кажется, что это являлось твоей главной причиной для принятия подобного решения? — риторически спросила Ариадна, вновь взглянув в документы Илариуса.

— Потому что ты меня хорошо знаешь? — ответил Архай таким же риторическим вопросом.

— Я подумаю, — всё же сказала Ариадна спустя минуту напряжённого раздумывания.

— Не думай, а действуй, — качнул головой Архай. — Помни, ты мне должна за этот суд, и эта услуга может быть эквивалентна моей.

Её собеседник сбросил видеозвонок, оставив её одну с непростыми мыслями. Такой шанс отдать долг упускать нельзя. Так ещё и не отправляет она Илариуса на опасную миссию, всё же в вопросе выделения ресурсов Архану можно доверится. Да и щёлкнуть по носу зазнавшемуся пирату тоже очень хочется. Жаль только, что это надо делать такими заковыристыми способами.

— Ещё и переубедить Архая от подобных дел будет сложно, — пробормотала Ариадна, гипнотизируя изображения Илариуса. — Не я так кто-то другой из корпорации выйдет на него и сделает выгодное предложение. И сам Илариус не то чтобы станет отказываться от подобного. Всё же противоречий в выполнении миссий корпорации просто нет.

Проведя эти мысли через себя ещё парочку кругов, Ариадна решилась и, найдя номер в документах, сделала звонок.

**Илариус Талос**

— ...это будет твоей первой миссией, остальные детали будут высланы тебе по личному каналу. Приступать к выполнению стоит как можно скорее, — сказала Ариадна, смотря на меня своими серьёзными глазами.

— Понял, — кивнул я, получая оповещение на приглашение в зашифрованный канал связи.

Закончив видеозвонок, что застал меня за приёмом пищи в выделенной мне квартирке, я глянул в на этот раз настоящее окно, за которым простирался живущий своей суматошной жизнью многоуровневый мегаполис. Слишком суматошной, как по мне. Известие о том, что меня приняли на работу воодушевляло, а новая миссия придавала сил, вот только непонятно откуда взявшееся беспокойство немного мешало. И откуда оно взялось? Наверное, последние события повлияли на меня больше, чем я думал.

Так мои мысли плавно перетекли на способ передвижения до нужной системы и вдруг я вспомнил об одном человеке, что очень помог мне в нелёгкое время. Думаю, я смогу ему отплатить частью выделенных мне на миссию ресурсов. Не теряя времени, я нашёл нужный контакт и сделал звонок.

— Ил? — практически сразу услышал я голос капитана.

— Привет, Карл, — сказал я. — У меня тут появилась новая миссия и я бы хотел нанять твою команду для её выполнения.

Космическая тихоходка (отменённая версия). Эпилог (не редактировалось)

Собственно на этом моменте писать эту версию я прекратил. Если кому-то интересно в чём была суть дальнейших событий, то дальше я изложу их.

Главный герой нанимает Карлоса с его командой для нахождения и доставки тайника с нужной корпорации информацией. Во время полёта они всячески взаимодействует, идёт более подробное знакомство с кораблём и его особенностями. Потом они прлетают к системе, что находится ближе всего к тайнику и посещает тамошнюю систему для получения разрешения на использования скоростного перемещения в межсистемной космическом пространстве, всё же системы оснащены специальными датчиками, что улавливают любые гравитационные возмущения и, если они не согласованны, можно схлопотать внушительный штраф, если не чего похуже (зависит от направления во время движения). На планете не всё так радужно, как привык Илариус и он этому удивляется и познаёт новые немного странные законы вместе с читателями. Может, парочку простых столкновений с местными жителями.

Получив разрешение, наша бравая команда покорителей космоса летит на поиски тайника. Спустя некоторый промежуток времени она его всё же находит и вводит нужный код для того, чтобы тайник не самоуничтожился. И уже на обратном пути попадает в засаду пиратов. Происходит космический бой, где Тихоодка отчаянно огрызается, но кораблей пиратов становится всё больше и после заражения систем корабля и «переговоров» с предложениями, от которых нельзя отказаться, наша команда попадает в плен вместе с потрёпанным кораблём.

Уже в плену главный герой удостаивается "чести" переговорить с предводителем пиратов, который по "счастливому совпадению" стоял за покушением на него. Сам глава пиратов (имя которого так и не было придумано) возглавляет довольно внушительное количество роботов. Ещё он похищает искуственных людей, на которых было совершено покушение, ведь если вогнать тело в стазис, то после некоторых махинаций докторов его можно восстановить. Разве что парочку восспаминаний будет недоступно или какие-нибудь навыки пропадут из-за повреждения мозга (которые тоже лечаться, но новые нейроны не обладают старой информацией) Тоесть истинная смерть в этом мире наступает только после полного повреждения мозга (привет зомби). Главный пират без имени пользовался властью, что была доступна ему благодаря кррумпированным вышестоящим Центуриона, менял данные о безвозвратной смерти и крал тела. Именно поэтому главному герою не стреляли в голову а в тело: он должен был пополнить команду пирата и не оставить после себя никаких следов в системах корпорации. Идеальное преступление.

Всё это раскрывается во время довольно эмоционального диалога между двумя персонажами. Во время него в один момент свет на секунду гаснет, а следом поднимаетяся тревога. Двери "магическим" образом открываются и наш главный герой сбегает. Каким-то образом находит проход с "реквизированными" кораблями и, обнаружив рядом с Тихоходкой, команду Карла побежал к ним. Уже внутри он вспоминает о тайнике, который пираты уже изъяли вместе со всем, что было не приколочено, включая навороченный костюм главного героя. Возникает перепалка и Карл даёт главному герою выбор: либо остаться вместе с пиратами но с нужными для корпорации тайником, либо спасти свою жизнь но провалить миссию. Недостаток времени и понимание гиблости варианта с оставанием у пиратов, которые, напомню, могут влезть в его мозг и чутка его подправить... аккуратненько так, Илар выбирает вариант улететь отсюда подальше.

Взломав некоторые системы пиратского флота благодаря знанием Карлоса наши герои вырываются из их станции, которая на проверку оказалась планетой, что когда-то давно слетела с орбиты и теперь бороздит просторы межсистемного космоса в виде внушительной каменюки, под поверхностью которой живёт целый пиратский клан. Системы обнаружения пиратов сразу же обнаружили неладное и кинулись на перехват убегающего корабля. Нужно было думать быстро и с согласия Илара, как нанимателя, был совершён несанкционированный переход по координатам, что дали команде для перехода в систему. Через несколько секунд наши герои уже были в населённой системе, где пираты не имеют абсолютной власти, однако из-за того, что прееход был несанкционаированным они врезаются в корабль, что совершал переход по схожим координатам.

Наши герои попадают в местную тюрьму, где им вменяют нарушения и огромный штраф, что должен будет заплатить Илар, как наниматель и, считай, отвечает за действия комрабля (пункт в подписанном контракте с Карлом). Главный герой выпрашивает звонок и, связавшись с корпорацией, узнаёт, что его действиями, мягко скажем, недовольны. После пропесочивания от самого Архая (очевидно запись) на тему того, что с доступными Илару ресурсами можно было нанять чуть ли не с несколько десятков боевых кораблей сопровождения (во время разговора с пиратом он упоминает, что не заметил бы Тихозодку, если бы лично в тот момент не наблюдал за показателями, опять случайность, что решила судьбу нашего героя). В общем, Илар лишается доступа к относительно бесконечным ресурсам Арая, что доверили ему на время мисси. И из-за такого разгромного провала Ариадно, с которой и связался главный герой, сообщает ему об увольнении и выплачивании корпорацией увольнительных. Вот наш герой и остаётся без ничего. Без работы, подаренного семьёй с Талоса костюма, средств (они все будут уплочены в виде штрафа) и цели. Конец первой книги.