Заражённый

Глава 1. Многообещающее утро(переработанная глава)

Раккун-Сити 24 сентября 1998 г.

00:45 пятница

Я был во тьме, мрак словно покрывало укрывал меня, холод пронзал до самых глубин естества, страх тисками сковал сердце, с трудом позволяя сделать вздох. Неизвестность давила похлеще кузнечного пресса, а мысли давно покинули разум, оставив вместо себя пустоту.

Тело же чувствовалось, словно вылитым из чугуна, казалось, каждая клеточка пылала адским пламенем, озноб волнами ходил от макушки до кончиков пальцев ног, вызывая тошноту, хотелось провалиться в небытие, забыться, умереть, лишь бы перестать страдать, но спасительное забвение так и не приходило.

Не могу сказать, сколько же я пребывал в таком состоянии, чувство времени было потеряно мною ещё вначале заболевания свалившего меня с ног. Само понятие времени растянулось, словно резинка от жвачки. Секунды превращались в минуты, минуты в часы, а часы в вечность.

Вечность, наполненная непрекращающимися мучениями, не то, что можешь пожелать даже своему врагу, да и желать такого своему врагу было бессмысленно, ведь эти чудовища, скорее всего не могли ничего чувствовать. Радость, гнев, боль, ненависть полностью испарились из разума существ некогда бывших людьми. Ими правил голод, неумолимое желание отведать человеческой плоти. Глухие к мольбам и страданиям несчастных оказавшихся на их пути, они всё орошали кровью своих жертв, удовлетворяя животные инстинкты, будто в насмешку оставленные кем-то в их мёртвых телах.

Очередная вспышка боли пронзила мой измученный мозг, погружая в спасительную тьму, избавляя от страданий и даря так сильно желаемый покой.

****

Раккун-Сити 23 сентября 1998 г.

06:30 четверг

- Здравствуй прекрасный Раккун-Сити, с вами на связи бессменная ведущая утреннего выпуска новостей Патриция Уильямс, на часах шесть тридцать утра, прекрасное время для приветствия нового дня – из потрепанного временем радио вылетал до тошноты бодрый голос, добавляя в итак скверное настроение особые нотки безнадёжности и разочарования в грядущем дне.

- Вот и настал новый день, позади, надеюсь пролведённый в хорошей компании вечер, а значит, пришло время встряхнуться, принять душ, и за чашечкой свежезаваренного кофе послушать нашу рубрику новостей, которую ведёт наш старый добрый корреспондент Барри Аллен.

- Но перед тем, как мы встретимся с ним в эфире, музыкальная пауза, сегодня мы проиграем треки, что вы выбрали в среду, наслаждайтесь и не забывайте, рубрика новостей начнётся в семь часов.

- И первая песня с названием “Ты словно буррито” за исполнением группы Токийский мексиканец была выбрана нашим постоянным слушателем Роберто Фернандосом, с добрым утром Роберто, удачного дня, и эта песня для тебя, погнали.

Буквально через мгновение после того, как пропал голос ведущей, из радио полилась музыка с бодрыми мексиканскими мотивами. Гармонично переплетаясь с чуть хрипловатым голосом мужчины, создавая непередаваемый дуэт, что должен был зарядить слушателя энергией на весь день.

В моем же случае, казалось, ничто не способно было заставить меня пошевелить даже пальцем правой руки. Желание лежать в уютной постели было столь велико, что закрадывались предательские мысли послать всё к чёртовой матери и притвориться больным, в конце концов, я не был великим инженером, моё отсутствие ни на что не повлияет, кроме моей зарплаты и возможного штрафа за прогул.

Именно мысли о зарплате и скудном бюджете, стали той соломинкой, что переломила хребет верблюду в моём лице. А посему, как не оттягивай момент прощания с утренней негой, пришлось приложить титанические усилия, поднимаясь с кровати, прощальный взгляд на оставшуюся безмолвной подушку и робкие попытки нащупать ногами чудесным образом исчезнувшие тапки окончательно примирили меня с окружающей действительностью.

Потратив на безуспешные поиски пропажи ещё минуту, и не добившись никакого результата, с глубоким вздохом я встал на холодный пол. Мрачно посмотрев на кровать, моментально превратившуюся из надёжного товарища в коварного врага, что бессовестно забрал в плен, так необходимую мне обувь, я не нашёл в себе даже отголоски желания залезть под неё в поисках пропажи. Непроизвольно вздохнув в очередной раз, трусцой направился в туалет.

Святая обитель для связи с небесами и единением с окружающей средой была такой же пошарпанной и убитой, как и весь дом. Плесень на стенах, ржавые трубы, и местами покрывшаяся трещинами плитка в душевой вводили меня в уныние раз за разом. И только цена аренды, была единственным фактором, что мирил меня с подобной ситуацией.

Холодный душ взбодрил моё тело, отогнав остатки сна. Кто-то мог бы подумать, что я спортсмен или любитель здорового образа жизни, раз принимаю по утрам душ, но подобное увлечение было единственной возможностью помыться. Котёл в подвале нашего дома приказал долго жить ещё несколько дней назад, а управляющий, старый хрен, попытался починить его своими силами, как итог, его покусала крыса, и воды, похоже, не видать ещё неопределённое количество дней, благо на дворе тёплая осень и подобное неудобство можно перетерпеть.

Поеживаясь от холода, мною было принято волевое решение приготовить себе завтрак. Два яйца, бекон и завтрак английского джентльмена готов. Пока яичница жарилась, я внимательно следил за минутной стрелкой часов, которая неумолимо приближалась к судной отметке, когда для того чтобы не опоздать на работу пришлось бы использовать истребитель.

И я очень сильно сомневаюсь, что мой начальник был бы доволен моему опозданию, меня, конечно, не уволят, но выслушивать бесконечные нотации и ругань руководителя, уже не молодого отставного военного 48 лет, было одним из моих сущих кошмаров.

Он получил серьёзное ранение ноги в каком-то военном конфликте, и это очень сильно сказалось на его и так не самом добром характере. Вынужденно окончивший военную службу путем отправления в запас на почётную пенсию, мужчина не мог найти себя в роли пенсионера наслаждающегося почётным отдыхом, хотя учитывая его заслуги, государство было более чем щедро в своих выплатах. Поэтому используя свои не малые связи, отставной военный нашёл себе место руководителя городской канализации.

Данная должность не требовала от него каких-то специфических навыков или знаний, нужно было лишь координировать работу и поддерживать дисциплину в коллективе, да не вмешиваться в работу его членов, которые и так хорошо знали, что и как надо делать.

Как вы понимаете, для отставного морского пехотинца не было такой уж проблемой соблюдать вышеназванные пункты. Не знаю, была ли эта задумка Всевышнего, или на него так повлияли тридцать лет службы в морской пехоте, где, судя по всему, на завтрак ел боевые патроны, запивая их напалмом.

Этот человек действительно внушал к себе уважение. Без малого два метра роста, тело, состоящее из одних мышц, руки как стволы деревьев, густые черные волосы по всему телу, в купе с лицом, отдалённо напоминающим морду гориллы, сделали из этого человека истинную машину смерти. Что одним своим видом могла сделать из прожжённого грешника, на котором сам Господь поставил крест, настоящего святого.

И поверьте мне, опаздывать на работу, где руководит такой человек, мне совершенно не хотелось. А посему, мне пришлось быстро употребить свой аристократический завтрак, не получая от процесса приёма пищи никакого удовольствия и готовиться к выходу.

На улице ярко светило солнце, а пение птиц, доносящееся до меня через открытое окно, должно было добавить мне заряда бодрости. Но вместо этого в груди зрело некое тревожное чувство, появившееся у меня с неделю назад.

И я никак не мог взять в толк, что же меня заставляло так беспокоится. Быть может, своё влияние на меня оказал график работы, из которого исчезли выходные, вследствие непрекращающегося неделю дождя, что порядком затопил канализацию. Вследствие чего водой вымыло из стоков и подняло на поверхность горы мусора, принимать участие в уборке которого, как вы можете догадаться пришлось мне.

К утомительной и физически требовательной работе добавилась пропажа нескольких человек из соседней бригады, их не видели уже несколько дней, хотя обычно у нас этим никого не удивишь, всё же приличная часть контингента работающего в нашей сфере не отличается высокими морально-волевыми качествами.

Но в данном случае пропавшие люди пусть и любили приложиться к бутылке, но на работу приходили всегда исправно, пусть порой от них и разило перегаром на всю канализацию, перебивая собой все неприятные запахи в обычное время являвшимися здесь полноправными хозяевами. Но, тем не менее, к работе они относились с должной ответственностью и посему на их заигрывания с алкоголем закрывали глаза, ведь за воротами не было очередей из желающих приобщиться к социально значимой и полезной работе.

На тот момент, указанные сотрудники не выходили на связь несколько дней, дома их не было, приехавшая полиция, поднятая встревоженными родственниками, так же не смогла дать внятных ответов, а непродолжительные поиски по нашим подземным лабиринтам ничего не дали. Сеть тоннелей пролегающих под городом очень разветвлена и одному Богу известно, сколько тут уровней. Мы обслуживали только ту часть, где проходят городские коммуникации, а так же тоннели, ведущие к водоочистным сооружениям.

Я думаю наше обслуживаемое пространство не являлось в совокупности даже половиной того что спрятано под городом. В общем, и к так довольно нагруженному рабочему графику добавилась нехватка людей, и нет, отсутствие нескольких человек не могло сильно сказаться на нашем графике работы, но будто этого мало, вчера от нас ушло ещё 5 человек. Семья мексиканских беженцев, работающая у нас второй год, ребята исполнительные, но, по моему мнению, слишком уж суеверные, кому-то из них почудился бродячий, частично обглоданный труп, что медленно брёл в их сторону, издавая глухие стоны, вследствие чего они покинули место работы с дикими криками, поставив всех на уши.

Естественно, прибежав на то место, которое указал нам один из членов этой, как оказалось безумной семейки, мы никого не нашли. Наверняка если кто-то тут и был, так это очередной наркоман коих тут хватает в избытке, ведь нет места лучше, чем подземные туннели, где есть какая никакая крыша над головой и укрытие от вездесущих полицейских. Никто в здравом уме не собирался соваться во тьму, особенно полицейские, которые, кажется, даже в туалет ходили как минимум с напарником, а как максимум с ещё несколькими группами.

Как не пытался наш босс их уговорить остаться, все его доводы разбивались о стену их религиозности и мнительности, никакой аргумент не смог их переубедить, ни устрашающий внешний вид уговаривающего, ни обещание прибавки к зарплате. Посчитав наши канализации проклятым местом, они поспешили раствориться в лучах заходящего солнца.

В этот момент нам всем стало не до шуток, нас не напугали бредни этих людей, но нас напугали объёмы прибавившейся работы, штат наших сотрудников и так испытывал жутчайший дефицит в кадрах, при необходимых пятнадцати подсобных рабочих должных заниматься круглосуточным обслуживанием городской канализационной системы, нас осталось всего семь человек. И данная потеря серьёзно сказалась на нашем графике, в котором и так выходные являлись редкими гостями.

Тяжело быть не образованными человеком с денежными проблемами, иначе бы я давно сменил место своей работы, и не только место, но даже и город. Меня всегда манила величественность и монументальность Нью-Йорка, эти небоскрёбы пронзающие небеса, уютные парки, где так приятно проводить время с друзьями. Всего этого я был лишён, как не парадоксально из-за денежных проблем в семье, что не смогла потянуть расходы на колледж, так что после школы я был предоставлен сам себе, выкинутый родителями на вольные хлеба. Так, в поисках лучшей жизни я и приехал в Раккун-Сити, но я не бесцельно проживал свои молодые годы. Передо мной была цель, накопить на образование, получить рабочую профессию, и уехать в Нью-Йорк, именно поэтому я скрупулёзно откладывал, каждый цент, с зарплаты отказывая себе во всём.

Глубоко вздохнув от вновь показавшей голову обиды на родителей, я начал допивать чай, заедая своё горе так полюбившимся мне печеньем, которое я смог выхватить на распродаже недавно проходившей в магазине рядом с домом. Мне оставался ещё год для того чтобы накопить необходимую сумму на обучение в колледже, и потом три года обучения, и подающий надежды молодойстарательный электрик готов, нужно было лишь продержать и не опускать руки.

В тоже время финальные аккорды какой-то малоизвестной группы сменились жизнерадостным голосом ведущей.

- И вновь здравствуйте мои любимые жители города, и вновь с вами я, Патриция Уильямс, часы показывают семь, а значит, к нам присоединяется мой коллега Барри Аллен с ежедневной сводкой утренних новостей.

- Здравствуй, Барри!

- С добрым утром, Патриция, с добрым утром, слушатели!

- Ну, Барри, что новенького произошло в нашем городе за прошедшее время , слышала корпорация Амбрелла, открывает новый офис рядом с церковью Рейвенсгейт. Что они хотят продавать на этот раз, неужели они готовы представить нам свои долгожданные разработки в области косметологии, я бы не отказалась ими воспользоваться - слегка хихикнув, закончила свою фразу журналистка.

- Кхм, кха-кха-кха, - закашлялся ведущий, - извините, больше всего ненавижу это время года, жара внезапно сменяющаяся холодом убивает всяческое восхищение столь прекрасной порой.

- Да, твоя информация верна, Патриция – продолжил свою речь, после небольшого отступления Барри - официальный представитель компании заявил, что через месяц, а именно в двадцатых числах октября, компания откроет офис своего подразделения, занимающегося разработками в области косметологии. Компания обещает богатый выбор косметических средств, что покорят сердце даже привередливого покупателя, данная продукция, по словам представителя, обладает высокой эффективностью, и сможет решить большой спектр проблем, испытываемый некоторыми из наших слушателей.

- Думаю, эта информация придётся многим по душе - продолжила диалог ведущая, - скажи мне Барри, какие комментарии даёт компания на счёт недавнего загородного инцидента произошедшего с одним из отрядов С.Т.А.Р.С. Его сотрудники обвинили компанию в проведении незаконных экспериментов и бесчеловечных опытов над людьми.

- Ахахахах, ах-ах-ха - засмеялся ведущий, звук его голоса в тот момент можно было спутать с карканьем вороны - бредни сумасшедших коллега, всего лишь бредни сумасшедших. Компания Амбрелла находится на американском рынке уже более двадцати лет, большинство передовых разработок в области электроники и медицины выходят из недр этой компании, она даёт работу нескольким десяткам, а то и сотням тысяч человек по всей стране, и ещё стольким же по всему миру. Компания зарекомендовала себя надёжным налогоплательщиком, и истинным патриотом своей страны, все обвинения в её сторону выглядят абсурдно, компания позволила всем надзорным органам и журналистам побывать на их объектах, в том числе и якобы секретных, и никаких нарушений не было выявлено.

- Так что это всего лишь очередная чушь, которую с какой-то целью нам стремятся скормить недоброжелатели компании, очевидно подкупившие сотрудников, чей долг стоять на страже жителей этого города. К моему глубочайшему сожалению, даже такие стражи закона, прежде всего, остаются людьми со всеми их пороками и недостатками – с нотками грусти в голосе закончил свою речь мужчина.

Даже у невнимательного слушателя наверняка возникла мысль, что если кто и был подкуплен, так это сам Барри, очень уж сладки были его речи и столь же нелепа игра в сожаление над судьбами оказавшихся не в том месте и не в то время сотрудников отряда.

- Но, сотрудники этого подразделения верой и правдой служат жителям этого города, они являются олицетворением чести и достоинства. Мой дед служил в вооружённых силах нашей страны, так же, как и эти ребята, всецело отдавая себя служению, и я считаю нельзя так просто отмахиваться от их заявлений. По имеющейся у меня информации они поучаствовали в тяжёлом бою, и даже потеряли некоторых своих членов - гневно закончила свою тираду Уильямс.

- Не кипятись Патриция, ты ещё молода, и у меня не вызывает удивления твоё идеализированное отношение к некоторым сторонам нашей жизни, но пойми, не все люди безобидны, и честны. Принадлежность к силовым структурам, что обеспечивают нашу с вами защиту, не делает людей святыми, они могут преследовать свои интересы, идущие в разрез с политикой государства, подвергать наше общество опасности - миролюбивым голосом сказал Барри.

- Да и к тому же Патриция, недаром их отстранили от работы, и посадили под домашний арест на время расследования, а глава полиции всячески опровергает сказанное своими подчинёнными. На прошлой неделе, в среду, на собрании, в котором участвовали представители города во главе с мэром и сотрудниками компании Амбрелла, он заявил, что направит все ресурсы на установление всех деталей происшествия. И он определённо скажет, кому же выгодно было бросить тень на компанию, и честных сотрудников подразделения С.T.А.Р.С. Всё идёт к тому, что выжившим будет предъявлено обвинение в сговоре с неустановленной группой лиц, а так же в умышленном убийстве своих напарников. Ведь группа, отправленная по указанным координатам, не нашла никаких следов боя, а хозяева поместья, в котором якобы проводились ужасающие эксперименты, и вовсе были в шоке увидев на своём пороге отряд полиции.

- Я все же считаю, что здесь что-то не чисто, и искренне надеюсь, что полиция найдёт виновных в данном происшествии - упрямо сказала ведущая.

Девушке потребовалось мгновение, чтобы справиться со своими эмоциями, для продолжения свое выступления, ещё мгновение назад дерзкий и бунтарский, бросающий вызов сложившимся устоям в обществе голос, сменился бодрым и посвежевшим. В нём не осталось ни следа негативных эмоций показанных ранее. Несмотря на свой возраст, она была профессионалом

- О каких событиях ты нам поведаешь ещё, Барри? Может быть, произошло что-нибудь воодушевляющее за эти выходные? – как ни в чём не бывало, продолжила девушка.

- С сожалением, должен отметить, что это не все плохие новости, встряхнувшие общественность нашего города. По данным полиции участились нападения бродячих собак на окраинах нашего города, и в спальных районах, уже более десяти человек пострадало от укусов бродячих животных, все они обратились в больницу, где им оказали первую медицинскую помощь, введя лекарство от бешенства.

Бродячих собак ещё не поймали. В связи с этими событиями хочу предупредить жителей города. Во избежание незапланированных встреч с опасными животными воздержитесь от прогулок в ночное время, не оставляйте своих детей без присмотра, и если вы внезапно увидите подозрительно выглядящую собаку, немедленно свяжитесь с полицией или ветеринарными службами, а сами даже не думайте приближаться к больному животному, доверьте это дело профессионалам. И ещё, если вас всё же укусили, незамедлительно явитесь в больницу, животные не пойманы, и мы не можем точно сказать, заражены ли они бешенством, не занимайтесь самолечением, это может привести к мучительной гибели вас или ваших близки. Повторяю, будьте бдительны и сохраняйте спокойствие!

- Ох, какой ужас, дорогие друзья, я так же призываю вас сохранять бдительность и осторожность - взволнованным голосом произнесла ведущая, - только твердая гражданская позиция и сознательность способны привести к быстрому разрешению этой ужасной проблемы.

После небольшой паузы ведущая продолжила свою речь.

- Давайте поблагодарим Барри за принесённые нам новости, пусть они и были по большей части грустными, и скажем ему до свидания. Пока Барри, встретимся завтра в то же время, ровно в семь часов утра.

- Спасибо и тебе Патриция, до завтра уважаемые друзья.

- Но хватит говорить о грустном. Сегодня как-никак четверг, день обещает быть жарким и солнечным, с умеренным ветром, что позволит не так сильно страдать от жары, и в связи с этим хочу порекомендовать вам крем от компании … - продолжила вещать весёлым голосом ведущая.

Подобная информация была уже мне ни к чему, поэтому поставив грязную посуду в мойку, я с чистой совестью выключил радио, и пошёл чистить зубы, приближалось время отправляться на работу. Услышанные новости, не добавляли мне хорошего настроения, усугубляя и без того паршивые предчувствия о грядущем дне.

****

Раккун-Сити 23 сентября 1998 г.

07:30 четверг

Открыв дверь своей квартиры, я оказался в тёмном, длинном и узком коридоре. Где помимо моей квартиры располагалось ещё пять таких же, из трёх источников света которые должны были освещать коридор, функционировал только один. Он находился рядом с лестницей, озаряя окружающее пространство, тусклым, неровным желтым светом.

Казалось, его свет делал и без того темное пространство, ещё темнее. Единственное окно, имеющееся в конце коридора, выходило на рядом стоявшее здание, которое закрывало собой весь солнечный свет. К тому же проходящая по этой стене пожарная лестница оставила ещё меньше шансов утренним солнечным лучам просочиться в эту обитель тьмы и сырости. Благо моя квартира была рядом с лестницей в начале коридора, и мне хватило света, чтобы разглядеть замочную скважину в двери.

Каждый раз, пытаясь запереть дверь, я благодарил всевышние силы, оставившие рабочей лампочку над моей головой, иначе я бы сжёг эту дверь, вместе с домом. Проведя остаток жизни в камере два на два в лучшем случае, а в худшем, с парочкой мексиканцев, которые вот уже десять лет не видели женщины, и глубоко уверен в том, что мои физиологические отличия от объекта их страстных мечтаний не остановили бы их нерастраченный пыл.

Закончив свои дела с многострадальной дверью и положив ключ в карман, я начал спускаться на первый этаж. Под ногами натужно скрипели ступени деревянной лестницы, тут и там пробегали “любимцы” всех жильцов дома, тараканы. Сколько не трави их, а им всё нипочём, скорее человек помрёт от используемой химии, нежели эти поистине не убиваемые существа решат отойти в мир иной.

Миновав два лестничных пролета, я наконец-то оказался в холле первого этажа, в закутке у лестницы стоял мой верный конь, дешёвый, но добротно сделанный велосипед. Проверяя велосипед, я заметил, что заднее колесо слегка приспустило, и порадовавшись своей предусмотрительности снял насос, прикреплённый к раме велосипеда.

Присев на корточки, открутил колпачок с вентиля колеса, отложив его в сторону, после чего прикрутил на его место шланг насоса, несколько поступательных движений, и дело сделано.

Потратив меньше минуты на то, чтобы вернуть всё в изначальное состояние, я взявшись за ручки велосипеда двинулся на выход. Проходя мимо двери ведущей в квартиру хозяина этого здания и моего арендодателя, я подпрыгнул от внезапно раздавшегося глухого удара в дверь, донёсшегося следом за этим пробирающего до костей стона.

Озноб захватил каждый участок моей кожи, а будь у меня длинные волосы, то уверяю вас, они бы встали дыбом. Тем временем глухие удары и не думали затихать, наоборот, после недолгого затишья, темп их нанесения увеличился, постоянно перемежаясь с заунывными стонами. Я довольно хорошо знал своего домовладельца, поэтому подобная ситуация вызвала у меня оторопь, единственными звуками которые издавал этот пожилой мужчина в обычной жизни был мат, в этом искусстве ему по истине не было равных соперников, он был виртуозом. Тем страннее было происходящее в тот момент.

Прислонив велосипед к стене, я подошёл к двери, не долго думая, грохнув кулаком в ответ по деревянной преграде громко прокричав - Мистер Саливан, с вами всё в порядке, вам нужна помощь?

- Мистер Саливан, вы слышите меня, вам нужна помощь? - вновь закричал я, увлеченно стуча в дверь, старый хрен из-за своего возраста очень плохо слышал, и это была единственная возможность привлечь его внимание.

Шум за дверью затих, простояв некоторое время в молчании и не получив ответа, я наклонился к замочной скважине, поднеся к той своё ухо, в надежде услышать, хоть что-то. Задержав дыхание, я судорожно пытался расслышать хоть какой-то звук, который мог описать происходящее по ту сторону двери. Спустя несколько минут бессмысленного сидения на карачках возле двери так и недожавшись какого-либо ответа от судя по всему, занимающегося какими-то определённо важными делами старика, я собрался подниматься, пока не услышал шаркающие шаги в прихожей квартиры, судя по всему хозяин этих звуков приближался к двери.

- Мистер Саливан! - гаркнул я прямо в замочную скважину, используя всю мощь своих лёгких и напрягая голосовые связки до предела, после чего встал и безуспешно подергал за ручку двери, тишина стала ответом на все мои бесплодные попытки докричаться до своего арендодателя. Ну, судя по всему, с ним всё в порядке, вздорный старикашка, похоже, просто тронулся умом на почве множественных возлияний, игнорируя всех вокруг. Вот бы ещё он так игнорировал получение арендной платы с жильцов, цены бы ему не было.

Махнув рукой на жильца этой квартиры, часики тикали, и моя задница была в опасности, гнев руководства, последнее что я хотел бы в тот день испытать. Вновь подойдя к велосипеду, я крепко сжал его руль, устремив взгляд вперёд, покатил своего двухколёсного друга с четким намерением выйти уже, наконец, на улицу и отправиться на работу.

Но внезапно, меня прервал звук поворота ключа в замочной скважине, доносящий из квартиры, на противоположенной стороне холла. Слегка приоткрывшаяся дверь показала мне жильца, что выглянул в получившуюся щель. Это была Ребекка Смит, студентка местного университета, грезившая стать звездой кинематографа, но так как особой популярности она пока не добилась, на хлеб она себе зарабатывала работой в местном стриптиз клубе, работа, конечно не предел мечтаний, но она позволяла решать свои денежные запросы гораздо легче, чем работая, например в Макдональдсе.

- Джон, какого хрена ты орёшь на весь дом, совсем из ума выжил. К твоему сведению не у всех рабочий день начинается ранним утром, а кое-кто пришёл с ночной смены - показав на себя пальцем, грозным и очень громким голосом начала отчитывать меня это чрезвычайно самоуверенная особа, с очень аппетитной фигуркой и лицом ангела, по ошибке оказавшегося на этой бренной земле.

К сожалению, всё её природное обаяние портил на редкость стервозный характер. И никакая грудь, даже если она была такой аппетитной, вкупе с шикарной задницей не могли это исправить.

- Имей совесть, и дай людям поспать, мне ещё в университет сегодня тащиться, а ты долбанный засранец прервал мой прекрасный сон.Более того, даже сейчас ты молчишь, где твои извинения похотливое животное, и хватит на меня пялиться, если ещё раз ты меня побеспокоишь я вызову копов и обвиню тебя в домогательстве, долбанный извращенец … - продолжила свои словоизлияния эта на голову больная особа.

Гневный ангел, так я её назвал в тот момент. Её голубые глаза так и блестели от злости, а с пухлых, чувственных губ одно за одним срывались ругательства. Словно череда артиллерийских снарядов врезалась в мою душу, оставляя после себя выжженную область в глубинах моей души. Если бы я был чувственным молодым человеком, подобное могло бы навсегда убить во мне веру в женщин, снизим самооценку на расстояние глубже, чем находится Марианская впадина. К счастью, за свою жизнь, я пролистал множество порно журналов, где было множество горячих штучек, гораздо горячее, чем Реббека, а посему мне оставалось сделать одно.

- Реббека, иди в задницу - прервал я сумасбродную девку - Мистер Саливан похоже поехал крышей, и я должен был убедиться, что с ним всё в порядке, поэтому засунь свой гонор куда подальше, а если быть точнее, туда куда засовывают тебе деньги твои любимые клиенты и проваливай спать, пока я не растрезвонил всему району чем занимается столь нежная особа в свободное от учёбы время. Уверен, твоим поклонникам это понравится - ехидно ухмыльнувшись, я посмотрел прямо в её глаза.

- Ах ты … долбанный мудак – после ступора продолжила орать девушка, явно непривыкшая к такому отношению к своей персоне, - сейчас я выйду в коридор и надеру тебе твою тощую задницу, долбанный австралопитек.

Подобное высказывание не могло не задеть мою мужскую гордость, у меня и впрямь были некоторые комплексы из-за моего телосложения, и терпеть такой выпад в свою сторону я не собирался, готовясь высказать ей всё, что думаю о ней и её поведении в частности.

Нашу разгорающуюся перепалку прервал громкий, и неожиданно сильный удар в дверь мистера Саливана. Рык, донесшийся из-за неё, заставил подпрыгнуть меня от испуга, телу стало холодно, в тоже время руки вспотели, как у школьника на первом свидании, взявшего понравившуюся девушку за руку, а табун мурашек, казалось недавно пробежавший по моей спине, вновь решил устроить марафон.

Удары в дверь не прекращались, а рычание становилось всё громче. Посмотрев на Реббеку, я увидел, что её знатно пробрало, а её надменное выражение лица сменилось на испуганное. Бросив на меня мимолётный взгляд, она с громким стуком захлопнула дверь, судя по звукам запирая ей на все замки.

Я остался в гордом одиночестве, и если говорить начистоту, у меня не было ни малейшего желания узнавать, что там происходит, поэтому я выбрал единственно верное решение в данной ситуации.

- Ну, нахер - проговорил я в пустоту, и, подойдя к телефону, висевшему на стене, сделал то, что должен был сделать уже двадцать минут назад, набрал 911.

Объяснив оператору произошедшее событие в доме, я с чистой совестью выбрался на улицу. Я не был злым человеком, но признаю честно, напуган я был до дрожи в коленях. Да и к тому же, для подобных ситуаций были специально подготовленные люди, вот им я и предоставил необходимую информацию, выполнив тем самым свой гражданский долг.

Стоя на крыльце, я вдыхал свежий сентябрьский воздух, всё было как всегда, улица жила своей жизнью, отовсюду доносились гудки автомобилей, крики детей несущихся на автобусную остановку, приветствия от знакомых проходящих мимо моего дома, всё было настолько обычным, что казалось, нет повода для беспокойства.

Но, тем не менее, в воздухе витало, что-то необычное, что-то, что скрывалось за обликом рутины, и привычного образа жизни, и утренние новости вкупе со странными вещами, творившимися в квартире мистера Саливана, казалось, были частью чего-то общего, чего-то, что кардинально изменит нашу жизнь. По крайней мере об этом говорило мне моё чутьё.

Наблюдая за людьми, проходящими мимо, я находил подтверждение своим мыслям, не все люди выглядели спокойными, встречались и те, что с беспокойством оглядывали окружающие их дома и людей, словно ища причину своего беспокойства. Взглянув на обманчиво безоблачное небо, я каким-то шестым чувством понял, что мир неуловимо изменился, и ничто не будет, так как прежде.

Встряхнувшись, я посмотрел на свои часы, у меня оставалось всего двадцать минут на то, чтобы добраться до работы. Поэтому с лёгким кряхтеньем спустив свой велосипед с высокого семи ступенчатого крыльца, и оседлав его, я рванул на работу. Путь от жилого здания, в котором я снимаю небольшую однокомнатную квартирку до моей работы был довольно коротким, для того чтобы достичь пункта назначения мне нужно проехать два квартала. Не такая сложная задача, для человека, который использует велосипед, никаких пробок, и ожиданий, знай себе крути педали, да старайся ни на кого не наехать.

Ветер дул мне в лицо, легко шумели деревья, даже не думая скидывать своё летнее одеяние. Быстрая езда смыла все негативные мысли, заставив поблёкнуть даже недавнее происшествие. Работа ног, скрип педалей и улыбка сама собой наползла на моё лицо.

Мое место жительства, как и работа, находились в западной части города, на окраине рядом с пробегающей мимо рекой. Вообще это был район с дешевым жильем, и соответственно однотипной застройкой, поблизости помимо водоочистных сооружений, и входа в городской канализационный лабиринт находилось множество заводов разной направленности, больших и маленьких, ещё каких-то десять лет и город станет ещё больше, если конечно предприятия не зачахнут.

Я несся на велосипеде словно ветер, виртуозно огибая многочисленных прохожих, мимо проносились всевозможные магазинчики, в избытке находившиеся по обеим сторонам улицы, а в след порой неслась ругань и пожелания мучительной смерти от тех, у кого сегодня было плохое настроение.

Пятнадцать минут пролетели незаметно и вот я уже у точки назначения, поздоровавшись с охранником, я заехал на территорию своей работы.

Оставив велосипед на стоянке, я бодрым шагом направился в офис, возвышавшийся четырёхэтажным колоссом над многочисленными одноэтажными постройками, щедро разбросанными по территории, навстречу мне шли отработавшие свою смену сотрудники, их приветственные возгласы были наполнены искренней радостью людей, что предвкушали великолепный отдых в кровати после тяжёлой смены. Завистливо глянув им вслед, я зашёл в здание, моя смена только начиналась.

- Привет, Мари, ты сегодня, как всегда очаровательна - поздоровался я с молодой девушкой, что не так давно пришла к нам в бухгалтерию.

- Здравствуй, Джон, спасибо - мило улыбнулась мне девушка, сдунув прядку волос, что сползла ей на глаз, - а ты сегодня какой-то помятый, бурные выходные?

- Нет, не выспался, да и к тому же выходных у меня не было неделю, и как минимум месяц их не предвидится - улыбнулся я собеседнице – увидимся - махнув на прощание рукой, я зашёл в раздевалку.

Глава 2. Переполох в канализации( полностью переработанная глава)

****

Раккун Сити 23 сентября 1998 г.

09:00 четверг

Раздевалка встретила меня непередаваемым запахом мужского пота и неделями не мытых носок. От подобного амбре воздух казался плотнее воды, и каждый раз на глазах норовили выступить слёзы.

Мой шкафчик находился в дальнем правом углу помещения, и для того чтобы до него добраться мне пришлось преодолеть море мужских задниц. В тот момент я чувствовал себя реинкарнацией Моисея, разводящего в стороны толщи воды, не забывая то и дело отмахиваться от мокрых полотенец, так и норовящих попасть мне по лицу. Под ногами хлюпала вода, щедро накапавшая с тел сотрудников, не удосужившихся хорошо вытереться вдушевой, и мои дешевые тряпичные кроссовки не преминули сразу же впитать в себя столь щедро разлитую повсюду влагу.

В такие моменты мне хотелось убить гения, в чью светлую голову, пришла идея превратить в раздевалку столь небольшое помещение. На нашей территории находилось несколько пустых строений, что позволило бы всем рабочим спокойно переодеваться, не стоя друг у друга на голове.

Но даже подобная неурядица не могла испортить моё настроение, ведь человеком я был опытным, и всегда держал в шкафчике сменную обувь для работы. Застёгивая последние пуговицы на спецовке, я с упоением вдохнул запах свежести от неё исходящей. В отличие от большинства своих напарников, я предпочитал комфорт в работе, и чистая форма была одним из условий его достижения. Никакие траты на химчистку и порошок не могли поколебать моей уверенности в подобном подходе к рабочему процессу.

Ещё одним элементом моей персональной гордости была обувь, высокие резиновые сапоги для рыбалки с толстой подошвой, одинаково хорошо защищавшей от влаги и острых предметов. Притопнув на месте и поправив свой бейдж, я направился на выход из сильно опустевшего помещения. Моей целью был большой кабинет на третьем этаже, где через десять минут начнётся стандартная утренняя планёрка.

Если бы имелась возможность пропустить подобное мероприятие, я сделал бы это с превеликим удовольствием, ведь весь фронт работ, с которым мне предстоит столкнуться в ближайшие дни, был итак известен, так зачем оттягивать неизбежное, когда можно с головой нырнуть в те кучи дурно пахнущих субстанций, что в народе именуют говном. Но у нашего шефа всегда было своё видение того, как выстраивать отношения с коллективом. Поэтому ровно в девять часов десять минут ежедневно по будним дням, у нас проходило собрание, на котором количество полезной информации зачастую сводилось к нулю и только отнимало время у сотрудников, которым уже были поставлены задачи мастерами участков.

На втором этаже судьба столкнула меня с вышедшими из столовой электриком Майком Томпсоном, и его напарником Эдди Вильямсом.

Их обоих помимо выбранной профессии объединяла склонность к излишней полноте напрямую связанной с их любовью к вкусной и обильной еде, что вкупе с невысоким ростом превратила их в двух братьев пончиков, и хоть родственниками они не являлись, избыточный вес с легкостью сглаживал все различия во внешности. Для меня всё время оставалось загадкой, как стремянки выдерживают их тучные тела, не позволяя гравитации сделать своё дело.

В тоже время я был счастлив крепости изделий произведённых на местной фабрике, ведь я догадывался, кому бы досталась честь тащить наружу воющие от боли туши, даже если бы дело ограничилось одним лёгким ушибом.

- Джон, рад тебя видеть - радостно оскалился Майк, хлопнув своей правой рукой меня по спине, - говорят, сегодня в седьмом секторе скопились просто громадные кучи мусора, которые некому убирать, и что-то мне подсказывает, кое-кому придётся сегодня хорошенько попотеть.

Громогласный хохот, вырвавшийся следом, явственно показал, как мужчина наслаждается своей не хитрой шуткой, а может быть и фактом того, что моей спине сегодня придётся туго. Мерзкий тип людей, наслаждающийся страданиями других, может быть, поэтому я сразу его и невзлюбил, было в его поведении что-то отталкивающее, и заставляющее всегда держать ухо востро.

- Большое спасибо за столь радостную и главное своевременную информацию - кисло ответил я, с каким-то отстранённым интересом наблюдая за тем, как и без того довольное лицо толстяка, становится ещё довольнее.

Приветственно кивнув головой, мимо меня прошествовал его напарник Эдди, увлеченно ковыряясь зубочисткой в зубах. Подтяжки на его штанах опасно натянулись при восхождении наверх, грозя в любой момент лопнуть, давая свободу жировым массам, что они героически удерживали на месте.

В кабинет начальника мы зашли последними, все остальные были уже в сборе, заняв все свободные места в задних рядах. Тихо закрыв за собой дверь, я постарался, насколько это вообще можно было сделать незаметно, проскользнуть между рядами, избегая сурового взгляда руководителя.

Мои усилия были тщетны, и немигающий взгляд машины смерти, по ошибке названной человеком уставился на меня, заставляя корить себя за остановку на втором этаже, а мои подмышки стали обильно выделять влагу. Но к счастью буря миновала и Джордан Макфой, именно так звали это устрашающего вида мужчину, решил перейти к делам насущным.

- Как вы знаете, в связи с недавними проливными дождями, ситуация на вверенной нам территории стала близка критической. Водостоки забиты всевозможным мусором, которым богата наша родная канализация, убирать же его некому, за это вы можете поблагодарить мэра города, если увидите его лично - после недолгого молчания, мужчина продолжил.

- Судя по всему, клятва верности данная его женой была такой же крепкой, как и обещание нашего уважаемого градоправителя о выделении денег на расширение штата сотрудников.

Ответом на монолог босса стали многочисленные смешки, раздавшиеся от слушателей.

- Я говорил вам подобные слова не один раз, но, тем не менее, хочу их повторить. Только слаженная работа и полная самоотдача каждого из вас позволит решить вставшие перед нами вызовы, будьте патриотами, и не дайте городу утонуть в собственном дерьме.

- А теперь к делу, на участке 7 - А, проблема с электроснабжением, вырубило свет не только внутри, но и снаружи, муниципальные электрики не хотят лезть в эту клоаку, поэтому подобная честь предоставлена нам. Для тех, кто не знает, эта линия снабжает энергией полицейский участок и его шеф сегодня утром пытался через трубку залезть в мою задницу, поэтому, Томпсон, Вильямс ваша задача разобраться, в чём там проблема, и как можно скорее её решить. Иначе в ваши задницы залезу уже я, и это совсем не фигура речи – убедившись, что вышеназванные сотрудники серьёзно прониклись ситуацией, мужчина продолжил - в помощники возьмёте Трэвиса и Родригеза, проследите за тем, чтобы они там хорошенько убрались, пока вы работаете.

- Остальным действовать согласно плану, все свободны – демонстрируя, что собрание окончено, шеф сел в такое же огромное, как и он сам кресло, раскрыв газету с утренними новостями.

Выйдя из уютного полумрака, царящего в здании, наша четвёрка оказалась на заполненной шумом и гамом улице. Яркий свет солнца больно резанул по глазам, вызывая слезы, а звук работающего газового погрузчика, словно дрель ввинчивался в уши.

Царившая по всей территории суета могла ввести стороннего наблюдателя в заблуждение, создавая ложное ощущение хаоса и неупорядоченности. Но на самом деле каждый сотрудник строго придерживался своей роли, неукоснительно выполняя назначенные ему обязанности.

Перед офисом находились мастерская по первичной диагностике и мелкому ремонту насосов и прочих механизмов, необходимых для бесперебойной работы такого большого организма, как канализационные системы города.

Слева же, вплотную к ней примыкала автомастерская, где обслуживался, как рабочий транспорт компании, так и сторонний в рамках внеурочных подработок, на которые руководство мудро закрывало глаза, имея с этой деятельности свой гешефт.

Наш путь лежал к подсобным помещениям, находящимся позади нашего мыслительного центра, фасад которого кое-где требовал капитального ремонта, грозя однажды приголубить красным кирпичом, оказавшегося не в том месте и не в то время человека. И, слава Богу, наше руководство решило не тянуть резину до возникновения подобного инцидента, наняв наконец-то бригаду рабочих, довольно быстро устанавливающих леса по периметру здания, полностью перегородив материалами проход между парковкой находившейся слева от офиса.

Гравий под нашими ногами весело хрустел, солнце ещё не превратившееся в полуденный комок ярости, нежно ласкало попавшую под его свет кожу, настроение неуклонно поднималось ввысь, пропорционально тому, как настроение двух тучных мужчин падало вниз, от осознания дороги, которую им предстоит преодолеть до коммуникаций полицейского участка. Распрощались мы с ними у нашей подсобки, получив в ответ едва различимый приказ дождаться их возвращения.

Царство пыли и грязи, ровно так можно было охарактеризовать помещение, в котором хранился наш инструментарий. Удивительное дело, сколько в нём не убирайся, всё одно, за несколько дней это место превращалось в рассадник хаоса. Так получилось и в тот раз, некогда ровные ряды лопат были растормошены и лежали, как попало. Грабли, каски, дождевики и всё остальное так же не миновали участи быть выброшенными из под длани порядка.

Но самым примечательным было лежавшее на кучи грязного тряпья за телегами, рядом со шкафом с касками тело очередного нелегала. Заметить его обычным способом было просто невозможно, несмотря на большой штат электриков, у нас всегда были проблемы со светом в хозяйственных помещениях, в которые не проникал суровый взгляд руководства.

Увидел я его, проверяя работоспособность фонаря на каске, пока Родригез вывозил гружёные инвентарём тележки на улицу. Очередной мексиканец решивший попытать счастья в нашей стране, пережёванный так называемой Американской мечтой и выплюнутый на обочину жизни. Весь бледный, лицо, покрывшееся отвратительного цвета пятнами, словно у разлагающегося трупа, дрожавший от озноба, он даже не приоткрыл глаза от направленного на него луча света. Скривившись от отвращения, я всё же решился потрясти его, благо мои руки были закрыты перчатками, и вот мгновение спустя, я протискиваюсь между четырёх колесными друзьями каждого подсобного рабочего, тихонько ругаясь себе под нос, когда в очередной раз получаю чувствительные тычки от попадающихся на моём пути рукояток тележек.

- Эй, - произнёс я не сильно громко, стараясь не напугать и так находившегося в очевидно плохом состоянии человека. Повторив свой не отличающийся красноречием возглас ещё несколько раз, мне не осталось ничего другого, как попытаться потормошить лежащего передо мной человека.

В тот момент я не думал о том, что могу подхватить от лежащего человека какую-то заразу, молодость и сопутствующий ей максимализм, отвергали даже самую крамольную мысль о каком либо заболевании.

Поэтому осторожно ступая и стараясь нечаянно не задеть мужчину, я вплотную приблизился к его плечу. Легкое потряхивание не привело мужчину в сознание, вызвав лишь болезненный, глухой стон. Ситуация была аховая, мужчину нужно было немедленно вытащить из этого закутка и показать врачам, заодно познакомим его со страховой системой рая на земле.

В быстром темпе, совместно с как нельзя вовремя подошедшим Родригезом, мы освободили приемлемой ширины проход к мужчине. Тут-то нам и пригодились валявшиеся долгое время без дела строительные носилки, оставалось дело за малым, погрузить бесчувственное тело и вытащить его на улицу, при этом, не покалечив при переноске, скорая должна была приехать с минуты на минуту.

Первым и последним препятствием, с которым мы столкнулись, был всепроникающий смрад, забивший наши носы похлеще медицинской ваты, стоило только снять с тела мексиканца мешавшее переноске одеяло.

Оно скрывало не только измождённое тело человека, но и успевшую засохнуть рядом с ним лужу крови. Удручающая картина, сюрреализма которой придавали явно удлинённые, заострившиеся пальцы рук и выпирающая сквозь футболку грудная клетка. Перекрестившись от увиденного, Родригез плавно сместился к ногам пациента, бормоча себе под нас какую-то молитву, всем своим видом он явно дал мне понять, кто будет держать больного за руки, для большей убедительности мужчина схватил пострадавшего за ноги, отрезая мне всяческий путь к отступлению.

Потраченные год назад тридцать баксов на кожаные перчатки в очередной раз доказали насколько правильным это было вложением. Осторожно перевернув его и взяв за подмышки, на раз-два-три безвольное тело со всей аккуратностью было размещено на деревянном поддоне носилок, на котором мы смастерили своеобразное ложе из найденной тут же одежды.

На мгновение мне показалось, что пальцы мужчины ещё чуть заострились, как и наверняка показался донесшийся хруст,исходивший изо рта мужчины, в это, по крайней мере, мне хотелось в это верить. Но судя по ещё больше округлившимся глазам напарника, послышалось и привиделось подобное не мне одному.

Никогда не любил фильмы ужасов, и уж тем более я никогда не хотел оказаться в такой ситуации, когда ещё секунду назад тёплая кровь грозила застыть прямо в моих жилах. Так бы мы и стояли, смотря друг на друга, если бы не крик, донесшийся снаружи оповещающий о приезде скорой.

Медленно, шаг за шагом, мы шли по направлению к свету. На нашу скорость влияло не только самочувствие мужчины, но и инструментарий впопыхах сложенный по краям нашего импровизированного прохода. Особенную перчинку в эвакуацию внесли грабли, на которые я чуть было, не наступил, и только предостерегающий вскрик коллеги уберёг меня от столкновения с крепкой рукоятью инструмента.

Они же и спасли мне жизнь. Ещё недавно закрытые глаза мужчины пристально смотрели на меня, белесой радужкой казалось, проникая в самые глубины моей души. Шипение и резкий рывок к моему горлу были столь внезапны, что мозг успел отдать команду только ногам и голове, отклоняя её назад.

Быстрый шаг назад, с так и удерживаемыми носилками, что придали дополнительное ускорение рукояти граблей. Удар, и громкий хруст, на мгновение заглушивший все остальные звуки вокруг. Голова сошедшего с ума мужчины, безвольно повисла под неестественным углом. Напрягшееся тело медленно расслабилось, возвращаясь в положение которое больше присуще переносимому больному, судя по всему перешедших в разряд покойников.

Безмолвно поставив носилки на пол, мы поправили бездыханное тело, и так же молча вынесли его наружу, к ожидающей неподалёку машине скорой помощи. В тот момент в моей голове было пусто, я ни чувствовал тепла солнца, ни дуновение ветра. В моем теле и душе властвовал холод, пусть на мгновение, но я оказался на той самой кромке, отделяющей жизнь от смерти. Если бы я не сходил утром в туалет, то сходил бы в него несколькими минутами раньше, подвергнувшись нападению, что, судя по всему, сделал мой напарник, ведь ничем иначе обосновать темное пятно на его штанине я не мог.

Социальный статус ныне покойного сыграл нам на руку, никто не хотел разбираться в причинах смерти какого-то мигранта, решившего отправиться на встречу с Всевышним этим прекрасным утром.

- Вы что, не могли сразу понять, что перед вами труп, - яростно сверкая глазами, на нас смотрел врач скорой помощи – только зря потратили время, накройте его чем-нибудь, и ждите транспорт.

Полицейский стоящий рядом так же не проявил хоть капли интереса, молчаливо и без всякого участия смотря на разъярённого врача. В тот момент были нарушены все возможные правила, вердикт – наркоман, ни вскрытия, ни опроса свидетелей. Ни кому не было дело до этого несчастного, что помутился рассудком. Ситуация была решена на месте, все необходимые рапорта по отлаженной схеме отправятся в архив.

Подобное отношение к работе было тем, что спасло меня от разбирательств и скорее всего тюрьмы. Никогда не думал, что буду так рад чужому безразличию. Боялся ли я, что Родригез расскажет о происшествии в каморке - нет. Это был случай, о котором было решено как можно скорее забыть и никогда в своей жизни не вспоминать тем более своей вины я не чувствовал, а грабли убившие человека чувствовать не могли по определению.

Потратив целый час на разбирательства, мы, собрав необходимый инвентарь, отправились делать свою грязную работу, от которой нас никто и не подумал освобождать.

Мерный скрип колес, едва слышное позвякивание запора на боковой решётке телеги и звук ног утопающих в воде и грязи поднятой недавним наводнением, поставившим всю канализацию в одну хорошо известную позу, были теми звуками, что сопровождали нас всю дорогу до нужного сектора.

Длинный тоннель был тускло освещён, вода капала отовсюду, в такие моменты создавалось ощущение, что бетон был больше похож на губку для мытья посуды. С охотой забрав в себя всю влагу, он постепенно отдавал её обратно, доставляя всем огромные неудобства.

Каждый раз оказываясь в этом месте я не мог понять, зачем отстроили столь большой лабиринт тоннелей, суммы затраченные на всё это вызывали у меня головокружение от того количества нулей из которых они состояли.

Согласно истории, желание избежать постоянных раскопок на улицах, помноженное на подготовку войны с Советским союзом породили собой этот лабиринт, состоящий из бесчисленного количества тоннелей, извивающихся в разные стороны туннелей и всевозможных бассейнов, где по задумкам архитекторов должна была скапливаться вода, на случай невозможности выйти на поверхность во время боевых действий.

Глубоко на дне которых были свои коммуникации должные в случае чего отправлять скопившуюся воду на очистку и подготовку к питью. Часть из них и по сей день используется в качестве источника технической воды.

Никто уже точно не может сказать какая протяженность всех помещений, но одно можно сказать точно, это место превратилось влюбимое место для маргиналов всех видов. Наркоманы, хиппи, мелкие преступники, бездомные всех мастей с особым удовольствием пользовались предоставленным им оперативным пространством. И выгнать их всех отсюда не представлялось возможным.

Город был разделён на три секции: А - пригород, Б – центр города, В – окраина. Отдельно располагался так называемый Кедровый район. На востоке, на правом берегу реки, раскинулись многочисленные промышленные предприятия и университет.

Основными путями для доставки материалов к нужной точке служили два крупных тоннеля протянувшимися от пригорода до окраины, горизонтально связанными между собой четырьмя тоннелями поменьше. Каждая секция состояла из семи частей, а всё остальное пространство было заполнено бесчисленными ходами, в которых сам чёрт ногу сломит. Поэтому сотрудникам довольно часто приходилось работать кисточкой и краской, обновляя жизненно необходимые метки, как на стенах, так и на трубах.

Полчаса ходьбы по туннелю, несколько минут игры в змейку, и мы находимся у нужного нам входа. Причина неисправности была понятна даже такому обывателю, как я. Впрочем, простора для фантазии увиденное действительно не оставляло. Металлический желоб, в котором лежали кабели питания, был начисто срезан, состояние самого кабеля прямо намекало на то, что решение проблемы займёт приличное количество времени. Судя по потокам сквернословия, что начали вырываться из всегда немногословного Эдди, я был прав в своих оценочных суждениях.

Пока электрики были заняты медитацией над приборной панелью размещённой в закрытой комнате неподалёку в попытках понять, какой рубильник дёрнуть, чтобы не отрубить питание вообще везде, мы с моим мексиканским товарищем принялись выгружать свою поклажу. Инструменты и мотки кабелей в одну сторону, их доставка к точке назначения стала головной болью двух мужчин. Мы же с Родригезом подготавливали свой инвентарь к работе, веревки, мешки для мусора, ножницы и, конечно же, столь необходимый инструмент, как совковая лопата.

Пожелав мужчинам удачи, и получив в ответ не менее любезное пожелание идти в задницу, мы отправились выполнять свою работу.

Чем хороша физическая работа, так это своей монотонностью, все негативные мысли мгновенно растворялись под напором нагрузки. Взятые с избытком фонари давали достаточное количество света, что бы не бояться случайных растяжений и переломов конечностей.

Работая лопатой попеременно, мы собирали с бетонных полов всю грязь, доставленную сюда водой, метр, за метром отвоёвывая занятую нечистотами территорию. Один мешок с мусором постепенно превратился в гору, которую нам ещё предстояло вывезти. А мышцы на руках уже были забиты от переноски тяжестей.

Единогласным голосованием нашего маленького коллектива было принято решение устроить перерыв, ведь в отличие от наших старших товарищей, рука шефа не грозила пробраться в наши задницы, а значит, небольшой отдых мы заслужили.

Выбрав чистый от труб и плесени участок стены, я перевернул металлическое ведро, используя его в качестве импровизированного стула, с наслаждением прислонившись к прохладному бетону, долго так не посидишь, но так хотелось сбросить излишки тепла, накопленные телом.

Напарник, жестом показав мне своё желание облегчиться, скрылся во тьме переходов в поисках укромного уголка. Так под мерный звук капающей воды и разговоров электриков, занятых делом, моё сознание отключилось, давая отдых натруженному телу.

Сложно сказать, сколько времени я проспал, полчаса, а может быть час. Проснулся я от грубого толчка ногой. Перед моим взглядом предстал довольный жизнью Майк, и, судя по горящим лампам освещения, на то были серьёзные основания.

- Трэвис, нашёл время, где спать, собирай манатки и валим отсюда, так и быть скажу боссу, что потрудились вы на славу – смачно жуя жвачку, произнёс светящийся от радости мужчина, наверняка предвкушающий щедрую премию.

- А где Родригез? – задал я очевидный вопрос, оглядев не тронутый инвентарь, по моим расчётам, напарник должен был разбудить меня по возвращению.

- Хрен его знает, может, решил помолиться, может, отошёл поссать, кто их мексиканцев поймёт – флегматично пожал плечами Майк, развернувшись ко мне спиной.

Разминая порядком затёкшую спину, никак не мог отделаться от мысли, что с Родригезом, что-то случилось. И чем больше об этом я думал, тем тревожней мне становилось. Первоначальное желание убрать инвентарь сменилось желанием начать поиски немедленно, но поборов себя, я закончил наводить порядок в надежде на то, что напарник к этому времени вернётся. Но чуда не произошло, блудный сын так и не вернулся.

За уборкой я прошляпил уход электриков, и теперь увеличил время поиска минимум в три раза в худшем случае. Да и не имело смысла отрицать, что одному находиться в этом месте было страшновато, а после утреннего случая страшнее вдвойне.

Казалось, поблёкшие воспоминания о произошедшем событии вновь захватили мой разум, словно стая стервятников, терзая каждую клеточку моего мозга. Глубоко вздохнув и с силой выдохнув, я отправился по следу исчезнувшего мужчины.

Дополнительную веру в свои силы мне добавляла находящаяся в руках совковая лопата, особую силу ей придавал укороченный размер, позволявший хорошо размахнуться в тесноте бесконечных переходов.

Взмахнув ей на ходу несколько раз в подтверждение своим мыслям и для придания себе большей храбрости, я преисполнился храбрости. Поворот, сменялся поворотом, пока я не оказался перед развилкой. Серьёзное препятствие в обычное время было преодолено по щелчку пальцев. Следы пропажи явственно виднелись на покрытом грязью полу. Единственная проблема заключалась в отсутствии света в месте, куда он ушёл.

- Роооооодригееееееееееез – проорал я во тьму, - я идуууууу.

Ответом мне стало эхо, гуляющее по бетонным помещениям. Страшно, но не так, как если бы в ответ мне прилетел какой-то звук, и упаси Господь, если это было бы шипение изданное нелегалом сегодняшним утром.

И вот, только вздохнув от облегчения, я услышал чей-то протяжный, заунывный стон. От звука которого мурашки решили станцевать ламбаду на моей спине, а храбрость ещё недавно неутомимым огнём горевшая в моём сердце потухла с такой же скоростью, как огонь на газовой плите, стоит только вернуть выключатель в начальное положение.

Я вглядывался во тьму со всей тщательностью и усердием, готовясь встретить источник пробирающего до костей звука. Мысли о Родригезе плавно испарились, оставив вместо себя лишь желание свалить из этого места. Точно так же яркой вспышкой в голове появилась мысль о немедленном увольнении, это всё же не единственная работа в городе, так какой смысл был за неё держаться, особенно в тот момент, когда на ней начали происходить всякие странности, будто в фильмах ужасов.

Опасность пришла оттуда, откуда я её не ждал. Шорох, раздавшийся позади, заставил меня подпрыгнуть от неожиданности, смещая фукус внимания с зияющего тьмой портала на другой проход, куда изначально я не собирался идти.

Тем временем звук шаркающих ног неумолимо приближался, к нему добавлялись еле слышные стоны, будто бы идущий мне на встречу человек страдал многодневным запором. Ещё минута, и передо мной показался создатель довольно пугающих звуков.

Грязные волосы, верёвками свисающие с опущенной вниз головы, потёртая временем и ужасным обращением одежда, и отвратительный запах, идущий от тела, один в один как у утреннего покойника.

Обманчиво рваная походка неизвестного создавала иллюзию безопасности, показывая, что её обладатель просто не имеет сил для какого-либо причинения вреда моей драгоценной тушки.

- Мистер – покрепче перехватив рукоятку лопаты, произнёс я – с вами всё в порядке?

- Я прошу вас остановиться иначе я буду вынужден ударить вас – предостерёг я приближающегося незнакомца.

Подсознательно я был готов к нападению, поэтому смену обманчиво тихой походки на хищный рывок я встретил хорошо поставленным ударом лопаты справа, нивелировав тем самым атакующий потенциал напавшего на меня противника.

Уже после глухого звука столкновения двух объектов в виде головы и ковша лопаты следом вырвался мой ничуть не героический визг, который не выдаст ни одна женщина, как бы она не старалась.

Вновь те же покрытые белесой пеленой глаза, хищно заострившиеся пальцы рук с отчётливо выступающими когтями. Мои дальнейшие действия были закономерны. Не давая возможности подняться вновь зашевелившемуся чудовищу, я наносил один удар за другим, что-то воинственно крича, до тех пор, пока голова этого существа, что не имело права называться человеком, не превратилась в треснувший арбуз.

Тяжело дыша над телом оппонента, я продолжал кричать, выбрасывая наружу весь накопившийся гнев и ужас.

- Ну что, сожрал меня, сука – с ревом раненого орангутанга, разбрасывая во все стороны слюни, я без остановки продолжал орать, напрочь срывая свои голосовые связки. Подобная невнимательность к окружению и неизвестно откуда взявшаяся мысль о том, что подобный монстр тут один сыграла со мной плохую шутку.

Но во всём этом был относительно приятный момент, я наконец-то нашёл Родригеза. Точнее будет сказать, это он меня нашёл, точнее меня нашло то, чем он стал. Подкравшись ко мне незамеченным, некогда добродушный напарник со всей яростью вцепился зубами в моё плечо, с легкостью разрывая ткань моей легкой куртки.

Единственное что я запомнил в тот момент, это бесчисленные удары по голове Родригеза не дающие никакого результата, я рычал, кричал, царапался бы, если бы не перчатки. Ножницы, висящие на моём поясе, сыграли свою важную роль. Левая рука случайно ухватила этой канцелярский предмет, и с минимальным участием мозга, начала бить в голову нападавшего, нередко раня и меня самого. Но в тот момент, раны были последним, о чём я задумывался, я бил, бил и бил, до тех пор, пока напавший на меня не перестал двигаться.

Тело резко охватила слабость, а висящая на мне туша стала тем самым камешком на весах познакомивших меня с необычайно твёрдым бетонным полом. Подобного удара хватило, чтобы вырубить уставший от борьбы организм.

В тот день мне повезло дважды, молодой организм, не смотря на все раны, позволил мне прийти в себя довольно быстро. Издав стон боли, я вылез из под лежащего на мне тела, что казалось, весило целую тонну.

Пострадавшее от укуса плечо пульсировало, превратившись в один комок боли. Опершись на стену, я искал взглядом своей верный инструмент, спасший мне жизнь. Благо лопата лежала недалеко от места моего падения, упав на колени, ползком я добрался до лопаты.

Из последних сил, я встретил близко подошедшего ко мне противника смачным ударом снизу вверх, кроша его челюсть на части.

Кое-как поднявшись, я поторопился по обратному маршруту, не разбирая дороги, плевать на монстров, плевать на всё, единственным моим желанием было выжить, к чёрту этот город, лишь бы выжить и свалить на другой конец страны.

Издаваемые мне в след стоны были лучшим мотиватором для борьбы со слабостью, я был счастлив, что эти чудовища не обладали такой же скоростью на длинной дистанции, иначе бы дни мои были сочтены.

Но в какой-то момент моего побега я свернул не туда, один проход сменял другой, дорога то поднималась, то опускалась, и так получилось, что осознал я себя у одного из наполненных водой бассейнов.

Слабость постепенно отвоевывала себе место, грозя вырубить меня там, где я стоял, на моё счастье, каждое помещение с резервуаром для воды, было снабжено пунктом управления насосами, и дважды мне повезло в том, что от него у меня были ключи. Не отводя своей правой руки от стены, со скоростью раненой улитки я доковылял к лестнице, ведущей в закрытое помещение.

Прислонив лопату к косяку двери, я судорожно сорвал зубами перчатку с пострадавшей руки, ничуть не заботясь о гигиеничности данного процесса. Заветные ключи находились в открытом кармане штанов, чудо, что они не выпали во время схватки.

С трудом подобрав нужный ключ, я зашёл в комнату с затхлым воздухом, спешно забирая с собой свой нехитрый скарб, закрывая за собой дверь, я заметил своих преследователей. Но сегодня был определённо не их день, тяжёлая стальная дверь, была тем препятствием которое им было не преодолеть. Мстительно улыбнувшись напоследок, я закрыл дверь на засов.

Прислонившись к спасительной спиной, я позволил себе тихо съехать на пол, сил хоть как-то обработать рану не было, уставший разум провалился в небытие. Ни беспрестанный стук в дверь, ни душераздирающие завывания не могли вывести меня из пучины забвения.

Интерлюдия 1.Дни минувшие

Интерлюдия 1. Дни минувшие

****

Раккун сити - несколькими днями ранее.

В этот день была по-особому тёмная ночь, бледно жёлтый диск луны почти не показывался из-за тёмно-свинцовых туч затянувших собой всё небо от горизонта до горизонта. В воздухе стоял терпкий запах озона, с листвы ручьями на землю стекала вода, поломанные ветром деревья изредка освещали редкие вспышки молний, грозовой фронт медленно, но верно двигался дальше.

Животные, попрятавшиеся перед бурей не спешили покидать своих убежищ, только вышедшие на охоту хищники безмолвными тенями скользили меж деревьев в поисках добычи, их выдавали глаза, фосфоресцирующие желтым светом.

Обычный человек, оказавшийся в этом месте, был бы напуган до седых волос живущим своей жизнью лесом. Но только не тихо переговаривающаяся группа солдат, забывшая о всякой осторожности. Они были хозяевами на своей земле, и поставленное им задание рассматривали как обычную формальность, и уж тем более их не могли напугать какие-то волки, чья угроза хорошо нивелировалась смертоносным оружием, висящим на их плечах.

Охрана и эвакуация человека, нет ничего проще, если ты не находишься где-то в горах Афганистана, где подкаждым крупным камнем или кустом может притаиться враг. Нет, они были дома, и их было много. Через полчаса спустившаяся под землю группа должна была вернуться, а пока что можно было рассказать друг другу интересные истории, вдоволь посмеяться, отдыхая от изнурительных будней службы на другом конце планеты. Расстёгнутые бронежилеты, вспыхивающие тут и там огоньки сигарет, сыграли с расслабившимисясолдатами, злую шутку. Первыми лишились жизни выставленные дозорные в ста метрах спуска под землю.

Едва слышимый хрип из перерезанных глоток успешно заглушался шумом ветра и капающей воды, а так же крепкими ладонями убийц, зажимающим рты несчастных. Ни сострадания, ни жалости, лишь привычная и монотонная работа. Разделившись на несколько групп, они смыкали кольцо над потерявшими всяческую осторожность жертвами. Быстро и бесшумно охотники, одетые в одинаковую форму без опознавательных знаков приближались к точке назначения. Филигранно ступая по земле покрытой всевозможной листвой и сухими ветками, они не издали ни единого звука, занимая необходимые позиции.

- Начинаем – простая команда, раздавшаяся в гарнитуре каждого из членов отряда, дала старт кровавому побоищу.

Едва слышимые хлопки поставили жирную точку над проявившими роковую беспечность солдатами, так удачно собравшимися в одном месте. Стоны и крики боли не успевали вырываться наружу, подавляемые плотным огнём. Стрельба, как в тире, не заняла и минуты. Дело было сделано, угроза устранена.

Вынырнувшие из тьмы фигуры собрались у спуска под землю. Ничем ни примечательное место, хорошо замаскированное под груду вековых камней исключало возможность проникновения случайных людей, не знавших об этом объекте.

- Нас не предупреждали о солдатах, чудо, что на задание отправили раздолбаев, прерываем миссию или продолжаем? – задал вопрос один из членов отряда Альфа носящего позывной Дрозд.

Никто не обольщался столь лёгкой победой, группа, отправившаяся за их целью, могла быть на порядок лучше своих погибших собратьев, и что гораздо важнее, многочисленнее, вся надежда была на внезапность.

- Действуем по плану, убиваем всех кого видим – оставь троих в охранение, остальные заходим – недолго думая отдал приказ Хэнк. Они должны были выполнить это задание любой ценой. Цель была слишком важна для руководства компании Амбрелла, а значит, у них не было права на провал.

Спустя несколько минут подготовки, вооружённая группа людей начала спуск под землю. Они были на самой окраине города, недалеко от заброшенного завода, под которым располагалась одна из лабораторий корпорации.

Руководство Парижской штаб квартиры было заинтриговано исследованиями Ульяма Биркина, и ещё больше было разгневано дерзостью оного. Отказ делиться столь перспективной разработкой и собрал в итоге всех этих людей в одном месте. Сам по себе ученый был им не интересен, нужен был лишь вирус, который находился в его лаборатории, путь к которой они сейчас и держали.

Бетон, служивший материалом для лестницы ведущей вниз, был очень хорошего качества, несмотря на все десятилетия прошедшие с момента его заливки он ничуть не потерял в своих свойствах. Ступени с многолетним налётом пыли были идеальными, ни единого скола и трещины. Гул шагов отражался от стен, а тени отбрасываемые членами отряда в свете ламп подвешенных по обеим сторонам стен танцевали один им ведомый танец. Хорошо натренированные тела бойцов не испытывали усталости от заданного темпа. К сожалению, изменившаяся ситуация требовала кардинальной смены плана.

Никто не мог дать гарантий того, что убийство солдат осталось незамеченным, члены отряда отталкивались от того, что враг в курсе про их вторжение, и неважно, был ли наблюдатель, которого они упустили или же в установленное время ответственный человек не вышел в эфир, подавая тем самым сигнал об опасности. Вопрос лишь заключался в том, где их ждут и насколько серьёзно воспринимают.

Канализационные тоннели, ведущие к лаборатории, находились глубоко под землёй, изолированные от подведомственной городу части. Где-то здесь, возможно глубже находилась железная дорога, по которой подвозили все необходимые для работы материалы. И Хэнк надеялся, что искать туда проход не придётся, ему за глаза хватало хитросплетений переходов и тупиков, которые его группа преодолевала, подвергая свои жизни серьёзной опасности.

Подошедший к очередному повороту боец осторожно заглянул за угол, оценивая окружающую обстановку, пусто, можно идти. Взмахнув напарникам рукой, боец продолжил движение. Головной дозор, состоящий из трёх человек, исполнял роль, как разведчиков, так и приманки, в случае засады должной раскрыть позицию противника.

Каждая прошедшая минута приближала отряд всё ближе к цели. В их работе самым нервирующим было ожидание столкновения, а не сам бой, ведь в схватке все вещи становятся гораздо проще, чем были до неё, враг известен, режь, стреляй, убивай или же умри сам. Хэнк давно не пытался сблизиться со своими напарниками, если быть точнее, то после расформирования четвёртой группы, когда единственным выжившим остался он один, получив незначительные ранения. Эта группа была седьмой, и честно говоря, он даже не надеялся, что кто-то из них выживет. Не сегодня, так завтра, они умрут, зачем напрягать свою память ненужными фактами об их жизни.

Поднятый к верху кулак разведчика выбил все лишние мысли из головы мужчины. Они пришли. Из их прохода хорошо просматривался огромный зал, по стенам которого змеились трубы разного диаметра. В центре был своеобразный бассейн, куда стекала вода из тоннеля, располагавшегося под потолком. Судя по грязно-зелёному цвету воды, пахло тут явно не фиалками. Слава Богу, противогазы не давали прочувствовать всю вонь царящую в этом месте.

Огромные, толщиной с вытянутую руку стальные ворота были приглашающе разведены в стороны, открывая отличный вид на площадку заставленную контейнерами всевозможных размеров, и стоящие без дела погрузчики ядовито-жёлтого цвета. Ни единого живого человека не показалось за пять минут наблюдения. Вошедшая группа не потрудились закрыть за собой проход. Беспечность или же умысел? Доверяя своему внутреннему чутью, Хэнк был уверен, их ждали.

Отряд находился в невыгодной позиции, несколько тоннелей сходилось в этом зале и, выйдя из него, они все окажутся, как на ладони. Стоять здесь они могли хоть до второго пришествия Христа, но в отличие от своего противника, они торопились. Отходить назад и искать проход в другой тоннель, не имело смысла, только время потеряют, и наверняка заблудятся, об этом со всей тщательностью позаботились архитекторы, отвечавшие за строительство этого муравейника.

Оставался один выход – слезоточивый газ, гранат с которым у них имелось в достатке, и несколько дымовых гранат на сладкое, лучший и единственный способ выкурить врага из своего укрытия и внести сумятицу в его ряды. Отряд разделился на две части, семь и одиннадцать человек соответственно. Первый, пробежит по левой стороне, вдоль глухой стены, прикрываясь стекающей вниз водой, второй же отряд забрасывает всё окружающее пространство гранатами и отвлекая на себя врага, при этом стараясь как можно быстрее его нейтрализовать. Сущее безумие, но именно за него им и платили деньги.

У подобной ситуации была одна приятная новость, сосредоточенно тыкающий в клавиши переносного компьютера мужчина наконец-то разобрался с системой безопасности. Ключи доступа, к которой им заботливо предоставило руководство, что в свою очередь позволило осуществить блокировку механизма отвечающего за закрытие не только ворот ведущих в канализацию, но и всех дверей на электронных замках внутренних помещений.

Три громких хлопка, и последовавшие за ними разрывы снарядов ознаменовали начало операции. Слезоточивый газ мгновенно заполнил собой всё окружающее пространство в радиусе семи метров от каждого взорвавшегося снаряда. Разрывающий воздух кашель, и начавшаяся кое-где беспорядочная стрельба испортили идеальную, как казалось обороняющимся – засаду. Слишком близко к выходу они находились, слишком кучно, поэтому они сполна прочувствовали на себе воздействие эффективного спецсредства. Затруднённое дыхание, застилающие глаза слёзы превратили боеспособную группу людей, в валяющийся и воющий от боли аморфный кусок человеческой массы, лёгкая мишень.

Конечно, не всё прошло гладко, оставшиеся очаги сопротивления, состоящие из преимущественно малого количества людей, навязали бой, не давая нападающим присоединиться к своим коллегам. Звуки выстрелов, многократно отражаясь от бетонных стен, создавали грохот непередаваемой силы, так и норовивший заложить уши. Тем не менее, завязавшаяся схватка выполнила своё основное предназначение, открыв второму отряду беспрепятственный путь к помещению.

Отряду Хэнка повезло не так сильно, как соседнему, первой жертвой вражеского огня стал боец с позывным - Таракан, он поймал пулю прямо у ворот и в отличие от мелких пакостников, в честь которых ему дали прозвище, отсутствие части головы плачевно сказалось на когнитивных способностях мужчины. Заляпав своими мозгами позади идущего члена отряда, он подрезанной куклой упал на пол.

Стрёкот пулемёта заставил Хэнка и сослуживцев спрятаться за контейнерами, создавалось ощущение, что каждый свободный клочок пространства был наполнен смертоносным свинцом. Пули выбивали искры в опасной близости от людей, ситуация была откровенно дерьмовой, враг подавлял их, и был не долог тот миг, когда их начнут забрасывать гранатами вынуждая покинуть укрытие.

Будто в подтверждение его мыслям, к одному из его бойцов подкатилось так к не времени упомянутое взрывное устройство. Прекрасная реакция бойца спасла жизни его товарищей. Отменный удар ногой, который не снился и самому лучшему футболисту, отправил подарок дарителям. Последовавший взрыв и крики раненных врагов снизили интенсивность заградительного огня, позволив бойцам Альфы выдохнуть и активно включиться в перестрелку. К сожалению, сам герой серьёзно пострадал. Нога, успешно совершившая отличную подачу, перестала существовать, познакомившись с крупнокалиберной пулей никак не желающего подохнуть пулемётчика, засевшего на втором ярусе в кабинете руководителя, откуда был хороший обзор на ворота и примыкающую к ним площадку.

Ободрённый кровавыми брызгами и заглушившим все звуки криком боли пострадавшего, он с ещё большим усердием сфокусировал огонь на месте удачной охоты, забыв про всё на свете. И Хэнк не упустил прекрасную возможность повернуть ситуацию в свою пользу. Высунувшись из-за угла и присев на колено, мужчина выполнил стандартный набор действий по уничтожению угрозы.

Совместить мушку с целиком подствольного гранатомёта, зажать приклад оружия подмышкой, задержать дыхание, выстрелить. Вспышка пламени и последовавший за ней громкий взрыв наконец-то отправили на тот свет глубоко засевшую занозу в заднице. Верхняя часть тела оной отброшенная взрывом упала прямиком, на крышу стоявшего под окном погрузчика, окрашивая его стекло бордовой жидкостью.

Додавить сопротивление деморализованного врага было делом техники. Допросив и пустив пулю в лоб раненому вражескому солдату до последнего цеплявшегося за жизнь, мужчина оглядел своих сослуживцев.

Двое из отряда оказывали помощь раненому бойцу, чья карьера, а возможно и жизнь подошла к концу. Бросать его они не собирались в любом случае, но сможет ли он дотянуть до врача после потери такого количества крови, было известно одному лишь Богу. Итог скоротечной схватки внушал оптимизм, четверо погибших, пятеро раненых, один из которых находился в тяжёлом состоянии. При данных вводных могло быть гораздо хуже, вплоть до полного уничтожения отряда. Их спасла недооценка противником, его расхлябанность и самоуверенность, хотя нужно сказать спасибо тому идиоту, что решил оставить проход в лабораторию открытым.

- Подготовьте его к переноске – кивнул головой в сторону калеки командир отряда – Дрозд, Шустрый и Липкий, вы идёте со мной – на мгновение, задумавшись, мужчина продолжил - Всполох, заминируй путь отступления, используй всю взрывчатку, что есть, не будем давать противнику шанса на преследование. Папаша и Лукреций, на вас по-прежнему тоннели, чтобы ни одна мышь не проскочила, остальным занять оборону.

Хэнка радовала одна мысль, Биркин оставался у себя в кабинете, а с ним чемоданчик с образцами вируса. Лифты заблокированы, как и двери к лестничным пролётам, своевольная птичка оказалась заперта в клетке отрезанная от путей к побегу и от помощи, которой необходимо было преодолеть множество препятствий.

Их путь лежал через длинный коридор, ведущий к офисному блоку, и примыкающим к нему лабораториям, по словам допрошенного бойца, вооруженных людей в офисных помещениях не было, но в эту откровенную ложь не верили обе стороны, несмотря на боль, убитый надеялся, подгадить им после своей смерти.

Офис встретил их рядами столов вплотную стоящих друг другу, на некоторых из них лежали поистине гигантские кучи из документов, грозящиеся вот-вот рухнуть. Повсеместно стоящие кофеварки, явственно показывали на любовь сотрудников к переработкам. Растения, размещённые на некоторых столах и вдоль стен помещения, придавали окружающей обстановки свежести.

В этом месте творилась история, в прямом смысле затрагивающая судьбы миллионов людей. Испытывал ли Хэнк терзания, работая на столь жестокую корпорацию? Ответ был простым и лаконичным – нет.

За свою жизнь, мужчина повидал достаточно дерьма и крови, сначала работая на государство, а затем на корпорацию, цели и методы были одними и теми же, только частная компания платила в разы больше, оставляя за бортом всю чушь наподобие долга и чести. Такие как он были убийцами, и он просто выполнял свою работу.

Разделившись, мужчины медленно передвигались меж столами, под ногами то и дело хрустели оброненные ручки и фантики от разных лакомств. Определённо этому месту не помешал бы хорошая уборка. Планировка офисного помещения радовала глаз, всё как на ладони, никаких кабинок и прочих преград, а посему толстая задница спрятавшегося за столом солдата была отличной мишенью, в которую Хэнк не преминул пальнуть.

С громогласным криком – моя жопаааааааа, - афроамериканец с чрезвычайно избыточным весом поспешил вскочить, лишь для того, чтобы получить пулю в свою тупую голову. У него была прекрасная возможность напасть на них при входе в помещение, и он с непередаваемой филигранностью её упустил. И даже испугавшись, он не придумал ничего лучше, чем попытаться спрятаться за столом, выпятив свою пятую точку.

- Если в армии много таких вояк, этой стране настанет крышка, - пробормотал в гарнитуру Шустрый. Даже одетый на лицо противогаз не мог скрыть его удивление бессмысленной гибелью вояки. За всю его карьеру, и множество операций, в которых он участвовал, подобного идиота смог переплюнуть только кретин решивший показать своим сослуживцам, как взрывается снаряд от рпг, шарахнув им со всей дури об землю. Скорее всего, он рассчитывал на защитный колпачок в головной части гранаты, вот только один нюанс подвел учителя года. Колпачок на острие отсутствовал, а посему части тела учителя разнесло на многие метры вокруг. Зато он показал всем выжившим, как не стоит обращаться с боевым оружием.

Подойдя к белой двери, к которой была прикреплена табличка бежевого цвета с надписью Ульям Биркин, Хэнк осторожно потянул ручку вниз, медленно открывая дверь на себя. Подобная неспешность сыграла ему на руку. Череда пистолетных выстрелов выбила крошку из стены в том месте, где должен был бы находиться мужчина, реши он немедленно зайти в кабинет.

- Проваливайте, вы не получите то за чём пришли – донёсся до стоящих снаружи людей, взволнованный голос учёного – Спэнсер, ублюдооок, ненавижууу, - полный ярости крик поначалу похожий рёв животного под конец дал петуха. Последовавший грохот беспорядочных выстрелов был актом отчаяния, а не попыткой кого-то ранить.

Бессвязные крики мужчины ещё несколько минут перемежались выстрелами в направлении двери, им вторил звон разбитого стекла, а за порог двери прямо под ноги мужчинам начала вытекать какая-то бесцветная жидкость из пробитой пулей ёмкости. Очередная попытка выстрелить сменилась глухим щелчком курка, палец учёного тщетно, раз за разом нажимал на спусковой крючок, наведя пистолет на зашедших в кабинет солдат.

Сам кабинет был полноценной лабораторией, нежели помещением, созданным для работы с бумажной корреспонденцией. Заставленный по обеим сторонам оборудованием для проведения опытов он явственно отображал натуру своего хозяина. Стеллажи шкафов были заполнены пробирками разных форм и размеров, одни были заполнены субстанциями всевозможных цветов и плотностей. В других же, ёмкостях, по размерам не уступающих пятилитровым банкам из под оливок, плавали вызывающие отвращение организмы, будто сошедшие прямиком с постеров фильмов ужасов.

Мерное гудение вытяжки находящейся под потолком нарушил голос пришедшего в себя учёного.

- Я не отдам вам творение всей моей жизни, не отдам – прокричал мужчина заметно осипшим голосом – давайте договоримся, я заплачу вам гораздо больше, чем вы получите за задание –попробовал договориться учёный, медленно выдохнув, успокаиваясь, он продолжил.

- С этой разработкой – указал мужчина рукой на кейс – я войду в правление корпорации и вас не забуду, а Спенсер … Спэнсер пусть идёт в жопу, ему не достанутся мои разработки, я клянусь – монолог завершился очередным криком.

- Ну, что вы молчите? – умоляюще обратился Биркин к солдатам, его глаза лихорадочно бегали от одного бойца к другому пытаясь разглядеть сквозь их противогазы подтверждение согласия с его словами. В кабинете было прохладно, но от пережитого стресса и волнения мужчина насквозь промок, белая рубашка прилипшая к телу не добавляла ему хорошего самочувствия. Челка, обычно ниспадающая на правый глаз, всячески закрывая обзор, сейчас же плотно прилипла к его лбу, не мешая разглядывать своих убийц, а то, что его в конечном итоге убьют, у мужчины не вызывало никаких сомнений. Хотелось лишь продать свою жизнь подороже, хотя бы забрать с собой одного, а там, если его не убьют сразу, побоявшись повредить кейс, он найдет, чем удивить пришедших по его душу солдат. Холодный металл дозатора для инъекций с вставленным в него образцом вируса, приятно холодил кожу в месте соприкосновения.

- Отдайте кейс и останетесь в живых – произнёс Хэнк, приближаясь к медленно пятившемуся учёному. В левой руке тот держал кейс с нужными им образцами, промедли они хоть на час, и он бы скрылся, и потом мужчину было бы так просто не достать под крылышком правительства. Там бы его охраняли не потерявшие страх вояки, а матёрые волкодавы, готовые загрызть любого на кого укажут пальцем большие дяди. Главной задачей было не повредить кейс, который учёный прижал к своей груди, плотно обхватив двумя руками.

Упершись ногами в преграду, которой оказался его стол, Ульям решил действовать, пока на него не направлены дула автоматов.

- Только через мой труп – мощный бросок кейса в лицо близко подошедшему мужчине сбил того с ног. Схватив ножницы со стола, Биркин попытался запрыгнуть на поверженного противника, направляяостриё канцелярского предмета прямиком в глаз Хэнка ошеломлённого действиями учёного, от которого никто не ожидал такой прыти.

Он не успел совсем чуть-чуть, напарники Хэнка, мгновенно вскинувшие вверх оружие, открыли огонь. Сила импульса от выстрелов была столь велика, что изрешечённое тело учёного перебросило за стол, скрыв с глаз стрелявших.

- Дерьмо, - ругнулся себе под нос Хэнк, кивком головы поблагодарив спасших его товарищей. Удивил учёный, дрался до последнего, чуть не забрав с собой на тот свет не успевшего среагировать наёмника. Рывком поднявшись с пола, мужчина подошёл к столу, осторожно поставив на него чемодан. Хрипевший на полу ученый, захлёбывающийся своей собственной кровью, его не интересовал. Отщёлкнув защёлки и открыв крышку кейса, глазам мужчины предстала мягкая подложка с лежащими в ней ампулами прозрачного цвета в количестве пяти штук. Убедившись в их целостности, Хэнк отдал своим людям команду на возвращение, на всякий случай, убрав один экземпляр в нагрудный карман, предварительно положив пробирку в металлический бокс тёмного цвета. Перестраховка на случай потери кейса, не более. С чувством выполненного долга мужчина отправился на выход.

Покидающий последним кабинет, Липкий не удержался от позывов своего богатого криминального прошлого, схватив так и манящую взгляд емкость, размещённую в небольшом прозрачном боксе с невероятно красивой окантовкой. На одной из сторон бокса была выгравирована женщина, стоящая на ступенях из человеческих костей и тянущая свою руку по направлению к солнцу.

Красивая безделушка, которую будет не стыдно разместить в гостиной родного дома, мысли же об опасности вещества находящегося внутри ампулы не беспокоили солдата, бокс наверняка был сделан из прочного материала, иначе бы его не оставили на открытом месте, откуда он мог бы упасть.

- Удачных экспериментов, доктор – напоследок бросил в воздух своё пожелание покидающий кабинет мужчина. Увидев убегающих товарищей, мужчина припустил за ними, что есть мочи, стараясь не отстать. Находится в этом месте одному, у него не было никакого желания. На выходе из офиса его догнал чей-то вой.

– Долбанные живодёры, всех бы перестрелял – произнёс Липкий.

- Ты это о чём? – спросил впереди бегущий Дрозд.

- На животных эксперименты ставят уроды, ты не слышал этот вой? Аж мурашки по коже, медведя они, что ли поймали? – задал вопрос больше себе, чем остальным мужчина – бесчеловечное отношение к животным неприемлемо, они являются нашими друзьями – продолжал негодовать Липкий. Его ни капли не волновало количество людей, которых он убил, и количество семей, которые он оставил без добытчиков, но вот судьбы животных его волновали всегда, он был помешан на зелёной повестке. Не будь он на задании, определённо рванул бы спасать попавшего в беду зверя, наплевав на всех окружающих.

- Вот вы знаете … - попытавшегося оседлать свою любимую лошадку на тему защиты окружающей среды мужчину остановил хлёсткий приказ Хэнка.

- Всем заткнуться! – взбесившееся чутье сводило Хэнка с ума, сигнализируя о больших проблемах, что грозили обрушиться на его группу. Такое он испытывал впервые. С трудом погасив неизвестно откуда взявшиеся панические мысли, он запросил доклад. Всё было в порядке, тяжелораненый готов к переноске, пути отхода заминированы, враги больше не показывались.

– В чём же причина? – не переставал задавать себе один и тот же вопрос командир отряда, смотря на свою группу. Угроза явно исходила от объекта, на котором они располагались, а значит, нужно было подстраховаться.

– Дрозд, останься с Папашей и Лукрецием, прикроете нас, выждите пять минут и уходите. Крот, отдай Дрозду гранатомёт и все гранаты, сам же займи позицию в проходе, в случае чего обеспечишь огневую поддержку.

- Что-то пошло не по плану, командир? - невозмутимо поинтересовался Дрозд, заряжая гранатомёт.

- У нас сегодня всё идёт не по плану, будьте внимательнее, у меня плохое предчувствие и я не понима … Хэнк не успел договорить фразу, как его прервал раздавшийся хлопок. Просвистевшая в опасной близости от правого плеча дверь, захватила с собой стоявшего рядом Крота, через секунду размазав оного об бетонную стену шахты грузового лифта.

Резко обернувшись, мужчина увидел фигуру в некогда белом халате стоящую рядом с дырой, что красовалась на месте дверного проёма. Убитый не так давно Биркин, был живее всех живых, и судя по его внешнему виду у всех присутствующих здесь появились не плохие шансы подохнуть особо изощрённым способом.

Правая рука Ульяма раздулась до впечатляющих размеров, обхватом ни в чем, не уступая столетней берёзе, вместо пяти пальцев, огромную ладонь венчали три длинных и острых костяных когтя, на несколько сантиметров погружённых в бетонное покрытие пола. Мутации происходили прямо на глазах свидетелей, плоть существа ещё недавно бывшего учёным ходила волнами, будто под ней ползают огромные черви.

- Убьююююю, - прорычало человекоподобное существо, сохранившее какую-то часть личности учёного.

- Дрозд, стреляй, - прокричал кто-то из бойцов, не выдержав напряжения, так же открывая огонь в сторону неподвижно стоящего мутанта. Спустя мгновение к стрекоту выстрелов одного автомата присоединились и другие образцы вооружения, создавая непередаваемую симфонию звуков боя.

Вопреки ожиданиям солдат, пули не смогли причинить значимого урона неподвижной цели. В одних местах они просто отскакивали от плотной чешуи успевшей покрыть руку и часть живота, в других же бессмысленно терзали плоть, подкидывая всё больше дров в пламя ярости чудовища.

- На, прикури, ублюдок – выкрикнул Дрозд, отправляя сорокамиллиметровый снаряд прямиком в голову Биркина. В этот момент, солдат понадеявшихся на самое мощное оружие в их арсенале постигло огромное разочарование. Большая и казавшаяся неуклюжей туша с лёгкостью избежала столкновения со смертоносным снарядом, резко присев, пропуская гранату над головой. Взрыв за спиной стал спусковым крючком для отрыжки бездны, некогда бывшей человеком.

Биркин оттолкнувшись от пола, придал себе значительное ускорение, побив все мировые рекорды, прямолинейно идя на таран ведущей по нему огонь группы.

- Рассредоточиться – единственная команда, которую успел отдать Хэнк перед тем, как прыгнуть вперёд, пропуская под собой смертоносные когти. Первый рывок существа прошёл без жертв, но теперь стоя по центру огромного помещения, он был гораздо ближе к своим противникам, чем был до этого. Выстрелы всё же причиняли ему боль, вновь зарычав от ярости, он попытался сблизиться с перезаряжающим оружие Дроздом, замахиваясь на того своими когтями. В последние мгновения, не дойдя нескольких метров до жертвы, он был отброшен выстрелами из многозарядного помпового ружья.

Кричащий от избытка адреналина Лукреций бесстрашно приближался вплотную к мутанту, только и успевая водить цевьё оружия вперёд и назад, стреляя и вновь перезаряжая оружие, каждый раз отбрасывая чудовище на несколько метров назад. Расстреливаемый со всех сторон монстр, ослеплённый и рычащий от ярости, не успел ничего предпринять, как, наконец перезарядивший оружие Дрозд, предупредив Лукреция после его слов рубкой прыгнувшего за стоящий слева от него контейнер, произвёл свой выстрел. Начинённая взрывчаткой граната попала прямо в спину Биркина, своей детонацией отбрасывая в стороны не успевших спрятаться бойцов.

Дым и поднявшаяся бетонная крошка ненадолго скрыли учёного от глаз наёмников. Щелчок, громом прозвучавший в опустившийся на помещение тишине стал предвестником нового выстрела, который Хэнк не преминул совершить. Посланная граната в сторону предполагаемого местонахождения мутанта, взрывной волной отбросила решившего показаться в этот момент из-за контейнера Лукреция.

Последовавшие за этим матюги заставили бы покраснеть самого отпетого и опытного матерщинника. Столь красочными были описания того, что Лукреций хотел сделать со своим командиром, выстрелившим без предупреждения. Но Хэнку было откровенно плевать на слова подчинённого, то существо, что вышло против них, чуть не отправило всех на тот свет, на руку им сыграла неопытность данного существа, что не успел разобраться со своими способностями, сразу же бросившись за ними в погоню.

- Не подходить, мы уходим – направив дуло автомата в сторону противника, Хэнк на всякий случай предупредил своих подчинённых и так не горевших желанием познакомится поближе с этой машиной смерти. Рассеявшийся дым открыл вид на разорванное на две части тело, не подающее никаких признаков жизни. Выстрелив пару раз в туловище и недожавшись какой-либо реакции, Хэнк, успокоился.

Члены группы Альфа, побывали во множестве горячих точек, день за днём отстаивая интересы компании, но видеть подобное им доводилось впервые. Нет ничего плохого в страхе, заставляющем поджилки на ногах трястись, иногда следует довериться голосу разума и бежать без оглядки.

- Валим – подобрав отброшенный кейс, Хэнк, побежал к выходу, подавая пример своим подчинённым с удовольствием последовавших за командиром. Никто из них не увидел как две части тела, неподвижно лежащие в воронке, начинают соединяться воедино, но все они услышали холодящий нутро вопль пришедшего в себя хищника. Подобная регенерация ещё больше изменила Биркина, превращая его нижнюю часть тела в нечто неузнаваемое.

Дальнейший побег Хэнку запомнился плохо, слившись в череду перестрелок, взрывов и неудачных попыток оторваться от чудовища с рвением цепного пса продолжавшего погоню. Первым выбыл тяжелораненый, оставленный по его же просьбе за очередным поворотом бесконечных переходов, взрыв выбивший крошку с потолка даже не замедлил монстра, продолжавшего убивать одного члена его отряда за другим.

Лукреций был разрезан на две части, разбрасывая свою требуху по покрытому мхом полу тоннеля, бросившийся ему на помощь Папаша заимел в своём теле отверстие несовместимое с жизнью, а Дрозду попытавшемуся всадить нож в глазное яблоко противника, монстр прост и без затей оторвал голову.

Последнее воспоминанием перед тем, как свет померк, был крик боли Всполоха насаженного бывшим учёным прямо на коготь, отброшенный в боковой тоннель Липкий держащий раскрытый кейс и последовавшая следом ослепляющая вспышка света. Заложенная взрывчатка сделала своё дело обрушивая на голову монстра потолок канализации, погребая того под слоем бетона, камней и земли.

Придя в себя спустя какое-то время, мужчина рассматривал завал, который полностью перегородил дорогу в лабораторию. Посмотрев на пробирку с зажатую в руке, мужчина протяжно вздохнул.

Он вновь единственный выживший, начальство его убьёт.

***

Вездесущие крысы с упоением обгладывали останки Липкого, копошась в еле заметной луже образовавшейся из разбитых пробирок. Маленькие частички смертоносного вируса, вырвавшиеся на свободу, нашли своих первых носителей.

Глава 3.Больше чем человек

Глава 3. Больше чем человек.

Не знаю, сколько точно времени я пробыл без сознания, час, два, может быть три. Но всё хорошее в итоге имеет свойство быстро заканчиваться, так произошло и со мной. Спасительное ничто уступило место адской боли тысячами острых иголок пронзающей моё тело от пяток до макушки головы.

Я метался в бреду, моё тело снедал жар, затем сменяющийся сильным ознобом, раз за разом цикл шёл по кругу. Непрекращающийся заунывный вой, и монотонные удары в дверь делали моё и без того поганое самочувствие ещё хуже, голова в те моменты, когда я пытался осмотреться в поисках хоть какой-то тряпки на которую можно уместить моё многострадальное тело ощущалась словно отлитый из чугуна шар. Только наличие каски на голове, снять которую я не успел, спасло меня от добавления к списку моих недугов ещё и сотрясения головного мозга.

Высокая температура заставляла мой мозг выдавать качественные галлюцинации, в одних я наслаждался видом бесконечных кругов разных расцветок, в других я был на месте водителя автобуса, в те моменты, когда температура моего тела достигала наивысшей отметки, я ощущал себя непосредственно автобусом, который едет по уходящей вдаль дороге.

Находящие волнами рвотные спазмы и кашель вывели из меня все те небольшие остатки жидкости и еды, что не успел переварить организм. К непрекращающейся боли, добавилась и дикая жажда. Место укуса превратилось в пылающий пульсар, в особенно паршивые моменты, когда боль становилось просто невыносимой – я кричал, срывая голос, напрягая связки до того состояния в котором до их разрыва оставалась лишь секунда-две. У меня была надежда, что мои дикие крики услышит кто-то кроме жаждущихчеловеческой плоти чудовищ и придёт мне на помощь.

Но большинство надежд всегда остаются лишь надеждами. Суровая правда жизни в которой нет места для глупых мечтаний. Я хотел жить, несмотря на всё испытания, свалившиеся на меня, несмотря на всю испытываемую боль, я хотел выжить и самое главное хотел остаться человеком. Наивные желания, но именно они и давали необходимые силы для борьбы с самим собой, они позволяли остаться сознанию на плаву и не дать разуму расколоться на миллионы осколков.

В какой-то момент я отключился, проваливаясь в спасительный сон, туда, где нет места боли и страданиям. Ни холодный бетон, ни лужи рвоты, источающие мерзкий запах не могли побеспокоить меня.

Проснулся я впрочем, от холода, и жажды превратившей мой рот в засушливую пустыню, наложив всё это на повреждённое криками горло, мы получаем неприглядную картину. Но, тем не менее, мое состояние стало гораздо лучше, чемранее, и это вселяло в моё сердце уверенность.

С кряхтением приподнявшись с пола, стараясь не тревожить пострадавшую руку, я смог вновь прислониться к стене. Вертеть головой было невозможно, в шею будто вставили штырь, прочно зафиксировавший её на одном месте. И всё же краем глаза я увидел то, что подняло мое настроение на недосягаемую прежде высоту – раковина, и маленький, поржавевший от времени и отсутствия должного ухода кран.

На своей шкуре я осознал, что чувствуют блуждающие по пустыне путники, мучаемые жаждой, сгорающие от дневного зноя и не ведающих пощады солнечных лучей.

Усмехнувшись и тут же зашипев от пронзившей тело боли, я не сдержался, смачно выругавшись. Звука от моего осипшего голоса оказалось достаточно для того, чтобы притихшие на время зомби, именно так я решил называть этих существ, выглядящих и действующих по всем канонам фильмов ужасов, активизировались, включив свои фирменные завывания и начавших вновь неустанно долбить в дверь.

- Идите в задницу долбанные уроды, чтоб вы все сдохли, - попытался проорать я в ответ, подбадривая больше самого себя, нежели стремясь запугать потерявших разум существ. Но даже мой воинственный крик больше походил на шёпот многолетнего курильщика и алкоголика, а не на возглас состоящего из одних мышц и поражающих воображение бицепсов, воина.

- Хотя, вы и так можно сказать сдохли, - медленно сантиметр за сантиметром я поднимался, используя в качестве надёжной опоры стену – вот нет бы тихо и мирно лежать, дождаться криминалистов, полиции, чтобы затем отправиться в крематорий или на кладбище, в конце-то концов - схватившись левой рукой за ручку двери, я сделал последний рывок, сопровождавшийся резкой вспышкой боли в плече. Слезы, поневоле вырвавшиеся из глаз и проявившаяся отдышка, как у старика, были не большой платой за стояние на ногах.

- Нет же, вам отрыжкам бездны понадобилось восстать и начать пожирать добропорядочных граждан Америки, пускай часть из них вела достаточно аморальный образ жизни, но они бы померли и без вашей помощи, не сегодня так завтра, от передозировки или ножа другого дегенерата, – разговор с самим собой успокаивал, позволял отвлечься от боли возникающей при каждом движении и медленно шаг за шагом приближаться к источнику воды – на вас не хватает Брюса Уиллиса, вот он-то объяснил бы ваааААМ - сорвался мой голос крик, когда подкосившиеся ноги чуть не обеспечили моему носу тёплую встречу с краем раковины – что происходит с теми, кто нарушает закон.

Опершись на раковину, я всё больше утверждался во мнении, что произошедшие со мной события походят на начало какого-то многосерийного боевика с крутым мужиком в главной роли. Несомненно у данного персонажа должны отсутствовать волосы, иначе, как он будет пробираться сквозь толпы кровожадных монстров, а ведь всем известно, лысая голова даёт прибавку к силе и ловкости, обостряет ум и привлекает красоток всех мастей, умудрившихся выжить в разыгравшемся апокалипсисе. И самое главное, среди его спутниц однозначно будет азиатка, боевые искусства, загадочная душа и душераздирающее расставание, необходимый комплект для хорошей истории. Да, без азиаток в наше время было никуда, мода на восточную культуру захватила всю страну, тут вам и бесконечные ниндзя, виртуозно машущие катаной и мудрые длиннобородые учителя пробивающими пальцами деревянную доску насквозь.

К сожалению, реальная жизнь мало походит на голливудский боевик. В ней нет места сексапильным и умелым азиаткам, нет лысого мужика, в фильме под названием жизнь осталось место лишь для такого дистрофика, как я, уставшего, покусанного, не знающего ни одного вида боевых искусств, с головой нырнувшего во всё это дерьмо, с почти минимальными шансами всплыть наружу.

Найдя в себе силы, наконец, повернуть вентиль крана, я замер, с надеждой смотря на источник воды. Свист, шум, дрожь трубы и наконец, так ожидаемая мною вода выбралась из плена, получив свободу.

С трудом дождавшись пока вода сменит цвет с тёмно-коричневого на приемлемо светлый, я начал жадно глотать холодную воду, не обращая внимания на вкус и запах. И уж тем более я не задавался мыслями о том, в какую трубу врезались ребята, для того чтобы обеспечить эту комнату водой. Техническая или речная вода, мне было плевать, я пил и не мог напиться.

Утолив жажду, я обрёл способность трезво мыслить, висевшее над раковиной небольшое зеркало в свете излучаемым налобным фонариком открывало мне безрадостную картину происходящего. Организм не смог полностью побороть заразу, если вообще смог побороть её хоть как-то, последствия заражения, судя по всему вирусом, были явственно видны на моём лице. Линии проступивших тёмно-синих вен были хорошо видны под носом и подбородком, от края челюсти по обеим сторонам лица так же тянулись венозные полосы, в купе с испещрённым лбом они создавали непередаваемый антураж безысходности.

С трудом поднеся рабочую руку поближе к лицу, я увидел картину точь в точь повторяющую такую же на лице, всё те же тёмно-синие вены, и начавшие меняться пальцы рук. Паника накрыла меня с головой от осознания изменений происходивших с моим организмом, надежды на то, что мой организм справится, оказались беспочвенными, мне срочно была нужна помощь.

Вернув себе самообладание, первым делом доковылял до окна, вода вернула какую-то часть моих сил, поэтому весь недолгий путь я преодолел без особых сложностей, всё так же упираясь левой рукой в стену во избежание падения.

Зомби значительно прибавилось с момента моего вынужденного затворничества в комнате, пять, семь, десять, пятнадцать. Разного возраста, роста, внешности, всех их объединяло лишь одно, скудный достаток, непомерная тяга к бродяжничеству и употреблению запрещённых веществ. Лица, не отягощённые интеллектом при жизни, окончательно потеряли черты характерные для живых людей. Более того среди этой разношёрстной толпы стремящейся добраться до моего пока ещё живого тела, встречались совсем любопытные экземпляры.

Чего стоит только дамочка бальзаковского возраста, где-то потерявшая свою нижнюю челюсть, и даже в такой щекотливой ситуации она не валялась неподвижной кучей на полу. Пару её составлял мужчина с откусанным носом и рваной щекой, его левая рука безвольно болталась из стороны в сторону при каждом его движении. Что странно, ни у кого из них не текла кровь, и не один из них не высказывал какого либо беспокойства своим незавидным положением.

Везение, ничем иным я не могу объяснить череду событий, находясь в потоке которых я наносил своим противникам удары по голове, а не по рукам, ногам. В таком случае имей я неосторожность ударить зомби по другой части тела, моя песенка была бы спета, и скорее всего я бы присоединился к этой толпе безмозглых болванчиков.

Я находился в ловушке, и из неё нужно было выбираться. Выходов имелось всего два. Первый, подобно древнему герою с лопатой наперевес вырваться навстречу зомби, и бесславно погибнуть погребённым под их телами. Ведь даже будучи полностью здоровым, я не смог бы разобраться с таким количеством противников, чья медлительность была лишь простым фарсом, на ближней дистанции они могли неплохо ускоряться и я чувствовал всем своим нутром, что подобная недооценка противника будет стоить жизни многим несчастным.

Второй способ был самым неочевидным, и составлял небольшую тайну, к которой могли прикоснуться лишь работающие в коммунальных службах города. В каждом таком помещении находился пункт управления позволявший открыть заслонку внизу и выполнить принудительный сброс воды из заполненного бассейна. И самое главное, в этой комнате находился спуск вниз, небольшой люк, на котором по-хозяйски располагался шкафчик со всякой бесполезной в моей ситуации дребеденью. У недоумков изредка проникающих в подобные места не хватит мозгов запустить систему, а вот открыть люк и проникнуть в технические тоннели вполне, даже на моей памяти случались инциденты с залезшими в подобные места детишками, решившими поиграть. По итогу многие из них расстались с жизнью в результате падений с высоты, или же просто пропали без вести в тёмных тоннелях, под многотонными толщами воды которые слили из другого переполненного бассейна.

У меня, судя по всему было не так много времени, сколько продержится моё приемлемое состояние, мог сказать разве что господь Бог. Но связи у меня с ним не было, поэтому рассчитывать я мог лишь на себя и на свою расторопность. С трудом оторвав свою задницу от такой удобной приборной панели находившейся аккурат у окна, я, чуть пошатываясь, как при морской качке подошёл к трёх дверному шкафчику. Его наполнение было скудным, что с одной стороны меня радовало, а с другой огорчало. Всё же я рассчитывал на то, что смогу чем-то поживиться, например печеньем и леденцами, чтобы перебить вкус рвоты во рту, от которого меня не избавила даже вода. Но моими трофеями стали рулон туалетной бумаги, загаженная маслом куртка и стопка пожелтевших журналов, которые я без сожаления скинул на пол. Так же я стал обладателем небольшой отвертки, спрятавшейся за горой макулатуры, предмет, который значительно упрощал мой побег.

Засунув её в карман, я ещё раз окинул взглядом металлический шкаф. Люк располагался в углу, а посему не придумав ничего лучше я схватился за раскрытую дверь крайнего отделения шкафа и потянул её на себя. С легким скрежетом объект, закрывающий мой путь на свободу, поддался прилагаемым мной усилиям.

Резкий противный звук заставил зомби бесноваться ещё сильнее, а частота ударов в дверь увеличилась, твари, будто чувствовали, что я собираюсь свалить с этой негостеприимной вечеринки. Даже столь незначительные усилия, приложенные мной к перетаскиванию шкафа, сказались на мне так же, как если бы я пробежал марафонскую дистанцию для профессионалов.

Вернулась боль, получив вторую жизнь в плече, она довольно быстро захватила мою шею. Сил стоять не было, упав на колени, я из всех сил пополз к люку. Потянув на себя крышку, и просунув под неё пальцы, я всем своим тело дёрнулся вперёд, поднимая её. Резкая боль, пришедшая следом, на мгновение отключила моё сознание. Тем не менее, я быстро пришёл в себя, луч с фонаря прорезал тьму спуска, освещая заполненную мусором пол тоннеля.

В прямом смысле слова моя многострадальная тушка находилась над бездной, соскользни мои руки с крышки, и я рыбкой нырну вниз хороня заживо все свои надежды на спасение. Переставляя свои колени в сторону, и активно работая руками, я отполз от люка. Адреналин, выработанный организмом, как ответную реакцию на мысли о падении, притупил всяческую боль, открывая второе дыхание. Осталось последнее дело, спуск воды. Можно было бы конечно попытаться спуститься и так, но кто мне мог дать гарантию на то, что там во тьме, меня не поджидают товарищи тех, кто осаждает мою комнату.

Для включения панели нужен был ключ, которого естественно у меня не было. Но, к счастью, у меня было знание, как замкнуть цепь без ключа. Для подобных случаев производителем была оставлена лазейка. И вот лёжа под панелью, я смотрел на своих злейших врагов потеснивших с пьедестала зомби.

Четыре винта, открутить которые не стоило и выеденного яйца. Но лёжа на спине, я с трудом смог поднять руки с отвёрткой. И ещё больше усилий пришлось приложить на то, чтобы попасть отвёрткой в паз.

После того, как я открутил первый винт, остальные три пошли гораздо проще. Хотелось поскорее закончить со всем этим, и выбраться к людям, а там уж доктора что-нибудь придумают, и как я надеялся, смогут вытащить меня из лам надвигающейся смерти. Даже если за эту помощь мне придётся платить всю оставшуюся жизнь, в человеколюбие я уже давно не верил и не питал ложных надежд. Но именно стоя на пороге смерти, человек понимает, как сильно он любит жизнь. Все невзгоды, беспокоившие меня до произошедших со мной событий, побледнели, стали такими незначительными и незаслуживающими внимания, что от этого осознания хотелось расплакаться, как ребёнку. Для себя я решил одно, как только выберусь отсюда и встану на ноги, свалю из этого города на первом же автобусе, а если их не будет, пойду пешком.

Цель достигнута, лёгкая алюминиевая крышка снята, и моему взору предстала куча проводов нескольких расцветок переплетённых между собой словно лианы. Впрочем, они меня мало интересовали, моей целью была небольшая зелёная кнопка, ткнув в которую я добился включения панели управления.

Как хорошо, что вся последовательность действий заключалась впереключении трёх переключателей подряд и нажатии одной большой кнопки в конце. Успешность моих действий ознаменовал громкий звук сирены завывшей под потолком, вторили ей загоревшиеся жёлтым светом лампы стоящие по периметру бассейна. Бинго, путь к свободе открыт. Осталось лишь дождаться момента, когда вода уйдёт. Появившаяся воронка на поверхности воды с большой скоростью увеличивала своё вращение, становясь всё больше, плавающий вокруг мусор начал засасываться в неё с невообразимой скоростью. От силы воды вырывающейся сквозь отверстие дрожали стены и мои зубы.

Показав неприличный жест беснующимся снаружи монстрам, я повернулся к люку с чувством выполненного долга. У меня было с десяток минут в запасе на отдых и подготовку к спуску. Хотя буду честен, вся моя подготовка заключалась лишь в очередном поглощении воды из под крана. Но даже эта малая деталь делала мою жизнь чуточку лучше. Рассматривать рану на плече не было никакого желания, кровь не шла, а обработать её всё равно было не чем, да и не разбирался я в том, что нужно делать в подобных ситуациях.

Стараясь сохранять бодрое расположение духа, я насвистывал себе под нос незамысловатую мелодию, гипнотизируя глазами открытый люк, да постукивая забытой кем-то стальной чашкой с засохшими разводами от кофе по корпусу приборной панели. Приступ кровавого кашля напал на меня внезапно, по ощущениям, испытываемым мною в тот момент, лёгкие готовились покинуть моё бренное тело, в поисках дороги на волю отдельно от меня. Особенно сильный приступ кашля заставил меня наклонить голову вперёд, отхаркивая огромных размеров сгусток крови.

Звон разбитого стекла, и поток воздуха чуть не заставивший меня упасть, грохот от столкновения неизвестного гостя с шкафом и последовавший за этим визг не произвели на меня поначалу большого впечатления. Ведь я неотрывно смотрел на кусок каски, в которой лежал кусок моего скальпа. Горячая кровь крупными каплями скатывалась по моему лбу и падала на пол.

Звук сминаемого металла и непрекращающийся визг наконец-то привлекли моё внимание, заставив отвлечься от лежащей передо мной частички моего тела. Существо пытающееся выдернуть свою лапу из плена металла, мало походило на человека и зомби. Это было что-то новенькое, худое жилистое тело, и непропорционально огромные лапы с выделявшимися плечевыми мышцами, венчали их короткие, толстые и, судя по всему очень острые когти, таким позавидовал бы любой динозавр. Но самой изюминкой оказалась голова с незакрытым черепной коробкой мозгом и очень длинным и гибким языком, с силой сминающим стенки шкафа.

Страха не было, удивление было, а страха нет, он остался там, в переходах вместе с моим мексиканским напарником. Верную лопату мне было не удержать, да и как бороться с такой штуковиной не владея крупнокалиберным оружием.

План в голове соткался мгновенно, если уж не могу победить, заберу урода с собой, на тот свет. Забравшись на панель прямиком к тому месту, где было разбито стекло, я встал на самый край окна, носком убрав торчащие стёкла. Дождавшись пока монстр освободится, я сказал самую заезженную сотнями боевиков фразу:

– Ну что ублюдок, потанцуем.

Природа или создатели дали этой твари силу, а вот про разум, похоже, забыли. А может свою роль, сыграли маленькие глаза, видевшие лишь мой силуэт, но не пропасть за моей спиной. Её прыжок был стремителен, передние лапы, выставленные вперёд, должны были нанизать моё тело, как бабочку нанизывают на спичку, а широко открытая пасть, скорее всего, перекусила бы мне горло.

И у монстра почти всё получилось за исключение пункта с горлом. Когти пробили моё тело в области лёгкого и желудка, я визжал как свинья от испытываемой боли, забыл обо всём вокруг, даже о том, как успел впихнуть глубоко в глотку твари металлическую кружку, вызывая у той ответный визг. Наши сцепленные воедино тела грохнулись в воду.

Водный поток понёс нас в неизвестность. Грязная, протухшая от многомесячного застоя вода не собиралась отпускать охотника и его жертву, стремясь прибрать к рукам обоих. Умирая, я слабо ощущал происходящее вокруг, наши тела бросало из стороны в сторону, потоки воды закручивали нас под немыслимыми углами, все острые предметы которые попадались на нашем пути, были должным образом нам представлены. И если после застрявшей кружки у чудовища ещё были шансы выжить, то подводное путешествие их обнулило.

В себя я пришёл лишь под конец путешествия, кровавая пелена, стоящая перед глазами позволила рассмотреть неподвижную тварь с отсутствующим мозгом и застрявший в моей груди бокс с какой-то ампулой внутри. Её корпус был треснут и содержимое, находившееся внутри, беспрепятственно проникало в мой организм. Свет налобного фонаря, который вновь не пострадал, упал на женщину тянущую руки к солнцу.

- Солнце, - прохрипел я напоследок – это хорошо, - с последними словами потухло и моё сознание.

***

На камнях завала лежало два сцепившихся тела, чудовище и человек, оба боролись до конца. Монстр был бесповоротно мёртв, а в человеке ещё теплилась жизнь, хотя был недолог тот миг, когда и так неяркое пламя затухнет, тем самым, как считали верующие, отделяя душу от тела.

Но у мира были свои планы на умирающего человека, что должен был сыграть свою роль в только начинавшей разыгрываться пьесе. Вещество проникающе внутрь организма умирающего молодого человека являлось экспериментальной вирусной разработкой. Одной из десятков забракованных Биркиным. Вирус прародитель, скрещенный с ДНК медузы Turritopsis nutricula и представителями плесневых грибов, долженствующих обеспечить доставку до организма питательных веществ тем самым запуская регенерацию невиданных масштабов. Провальный проект, на который возлагались большие надежды.

И всё же вирус нашёл своего носителя, вступая с ним в симбиоз. Прозрачные жгутики, выходящие из каждой клетки человеческого тела, стремительнопереползали на тело монстра, с все большей скоростью охватывая каждый незанятый участок последнего, окутывая того в прозрачный кокон. Нашедшие пристанище жгутики начали свою работу, растворяя плоть монстра, перерабатывая ту в питательный бульон, что прямиком отправлялся в организм носителя, давая так необходимую для исцеления и эволюции энергию. Процесс поглощения не останавливался ни на секунду, постепенно вокруг двух тел образовался кокон, с каждой минутой всё больше затвердевающий.

Энергии не хватало, а посему прозрачные нити не замедлили своего движения, напротив, они стали расходится во все стороны с поражающей воображение скоростью, покрывая всё окружающее кокон пространство сплошным ковром. В конце концов, часть нитей добралась и до порядком обглоданного крысами Липкого, своим воровством пусть и не спавшего свою жизнь, зато подарив жизнь другому. Пол, стены, потолок, пространство между ними, всё было заполнено невесомыми нитями, в какой-то момент они засветились мягким неярким светом, выбрасывая в воздух привлекающие других существ феромоны. Идеальная ловчая сеть, вскоре принесла результаты. Вездесущие крысы, в огромных количествах снующие по этим тоннелям, на всех парах неслись на выброшенную наживку, сплошным ковром окружая кокон. Ощущаемый ими запах сводил их рецепторы с ума, вводя в экстаз. Белесые нити неустанно опутывали каждую крысу, заботливо укутывая ту в покрывало, ещё какой-то миг и началась жатва, окрашивая всё в оттенки бордового цвета, перерабатывалось и пожиралось всё, от хвоста до костей вездесущих товарок. Меньше получаса потребовалось на набор необходимой массы питательных веществ.

Осталось совсем немного времени до того мига, когда обычный человек станет чем-то большим, выходя за границы отмеренных природой пределов. Каким будет его путь остаётся только догадываться.

***

Мне было очень хорошо, казалось, моё тело было помещено в какую-то субстанцию нежно обволакивающую меня. Боль исчезла без следа, тревоги, сомнения, страхи, всё это растворилось под напором положительных эмоций и ощущений.

Если это рай, то не так уж и плохо провести вечность в подобном месте. Не открывая глаза, я постарался раскинуть руки на максимум, представляя себя морской звездой. И если бы не упругая мягкая преграда, в которую упёрлись мои руки, то я так бы и продолжил расслабляться.

Ощущение неправильности добавила и голова так же уткнувшаяся в преграду, последовавшая за этим попытка вытянуть ноги привела к такому же результату. Умиротворение, наполнявшее мою душу разом исчезло. Открыв глаза, я понял, что плаваю в мутной жидкости и самое главное этой же жидкостью дышу.

В тот момент я понял, что с мыслью о небесах я явно поспешил, и вместо белоснежного облака я оказался в очередной заднице. Визг определённо стал моей визитной карточкой, но что мне оставалось делать в такой ситуации?

Правильно, визжать что есть мочи и пытаться выбраться из кокона, который меня окружал, к счастью это не потребовало значительных усилий, секунды борьбы и моё тело оказалось снаружи. Тоннели канализации, бессменная картина, что услаждает мой взор на протяжении долго времени. Лёгкие скрутил спазм, и жидкость, находящаяся в них вышла наружу.

Шлепок позади спины заставил меня судорожно обернуться. Завал из бетонных плит и покорёженных труб, а так же куча плоти, из которой я только что выбрался, именно она и потеряла свою форму спустя некоторое время после того, как я её покинул, издав напугавший меня звук.

Монстр, насадивший меня на свои когти бесследно исчез, как исчезла и моя одежда. Несмотря на то, что я был без одежды, моё тело не ощущало холод, который был полноправным властителем в этом царстве тьмы, глубоко под землёй. Тем не менее, рядом со мной хватало света, источником которого являлся мох сплошной пеленой облепивший окружающее меня пространство.

Оглядевшись вокруг, я увидел лежащий недалеко от меня скелет военного, он так же был облеплен мхом с ног до головы. Под его ногой виднелосьпокорёженное дуло автомата. Ни оружия, ни одежды, гол, как сокол. Оглянувшись ещё раз в поисках чего-то, что сможет сойти за оружие, я увидел краешек жёлтой каски торчащей из под мха.

Действительно не убиваемое снаряжение, очистив его от растения, я водрузил его себе на голову, щёлкнув на кнопку включения фонарика, так, ради шутки, я обомлел, когда из него вырвался неяркий луч света. Тогда я не знал, что тут произошло, но догадки имелись, скорее всего, свою роль в моём чудесном исцелении сыграла жидкость, попавшая в моё тело, и только благодаря ей, я стоял на своих двоих, живой и здоровый. Посмотрев вниз на гордость каждого мужчины, и не увидев там одной недостающей детали, я судорожно приподнял каску, проведя правой рукой по голове.

ЛЫСЫЙ, я стал полностью лысым, волосы исчезли не только с головы, но и с остальных частей тела тоже. И в тот момент я мог поклясться чем угодно, визуально я стал больше, и к тому же родимое пятно на животе куда-то исчезло. Даже моя гордость изменилась, став мощнее и величественнее.

Показав самому себе большой палец, я решил поскорее выбраться наружу, благо тут определённо должна быть вентиляционная шахта, в которую может залезть человек. Мысли о чудесном спасении не сильно терзали мой разум, живой и ладно, а причины, по которым это произошло, не имели никакого значения, я был здоров и полон сил.

Блуждание по тёмным тоннелям прилично затянулось, но выход всё же был найден, заботливо оторванный кем-то щиток открывал путь на верх. Поржавевшие от времени скобы всё еще были в состояние выдержать вес взрослого человека, поэтому подъём происходил быстро и непринуждённо. Энергия так и распирала меня, ни отдышки, ни чувства холода, даже жажда с голодом и те отступили. Я изменился, и я это чувствовал. Донёсшийся до меня вой из отверстия неподалёку, быстро уничтожил всё самолюбование, заставив активнее работать руками и ногами.

И вот, наконец, я услышал родные, человеческие голоса, в тот миг не было ничего прекраснее на свете, чем услышанные мной прокуренные голоса торчков, смеющихся над одним им ведомой фигнёй. Воодушевлённый человеческой речью, я мало задумывался над стоящим между нами препятствием в виде стены, упершись ногой в противоположенную стену шахты, я со всей дури врезался в преграду, разрушая ту в дребезги.

Ошалевший от своей силы, валяющийся в груде кирпича и бетона я широко раскрыв глаза, смотрел на сидевших полукругом и курящих по очереди косячок, хиппи. Они остались полностью индифферентны к произошедшему.

- Парни, вы видите то же что и я, - обратился смуглый мужчина к своим друзьям, чьих лиц не было видно за клубами дыма.

- Да чувак, голый шахтёр вылез из под земли, - подтвердил увиденное другой участник дружеских посиделок.

- Здравствуйте, у вас не найдётся одежды? Потому что как вы видите … - на мгновение запнулся я, - на мне нет одежды, потерял её там, внизу – неопределенно показав пальцем куда-то вниз, я закончил свой монолог.

- Есть, - ткнув пальцем мне за спину, сказал первый мужчина. Там валялись небрежно сложенные тюки с одеждой - выбирай любую брат, в столь непростое время мы все должны помогать друг другу, тем более галлюцинации строящей из себя Арнольда Шварцнегер.

Раздавшийся смех и начатый разговор показали мне, что меня никто не воспринимал всерьёз, приняв за какую-то галлюцинацию. Не скажу, что я был на это в обиде, наоборот, я со всем рвением стал потрошить тюки с одеждой, которую, судя по всему, недавно спёрли эти молодцы, не потрудившись даже снять бирки или хотя бы лучше спрятать награбленное.

В этом многообразии вещей я без труда отыскал себе пару шлёпанцев, шорты и футболку. Рыться и дальше в вещах, теряя столь драгоценное время, не было никакого желания. Одному Богу известно через сколько зомби и прочие мутанты полезут из канализации на поверхность, к тому моменту лучше свалить из города как можно дальше.

На выходе из подвала меня остановил голос мужчины.

- Ах, да, Арнольд, только не забирай наш мотоцикл, он всё равно тебе не поможет, город оцеплен правительственными войсками, какая-то операция по поимке террористов, так что мой тебе совет, спрячься где-нибудь хорошенько и лишний раз не отсвечивай, пока вояки не закончат свою работу.

- Спасибо, - произнёс я на автомате. Похоже, вечер перестаёт быть томным, стоило выбраться из одной ловушки, как я оказался в другой, размерами несоизмеримо больше. Поднимаясь по ступеням, в моём сердце теплилась надежда, что власти разберутся с проблемой, но в голове упрямо вертелась мысль, что закончится всё определённо дерьмово.

Промчавшиеся по проходящей недалеко от меня улице машины полиции с включёнными маячками лишь укрепили мои сомнения.

Интерлюдия 2. Во власти хаоса. Часть 1

****

Раккун сити 29 сентября 1998 г.

18:00 среда.

Лучи заходящего солнца, пробиваясь сквозь необычайно густую листву многовековых деревьев, преломляясь, окрашивали вставшие на их пути предметы комнаты во всевозможные оттенки оранжевого. Это время суток обладало своей непередаваемой красотой, ушедший дневной зной не успевал смениться пробирающим до костей холодом, даря спешащим домой людям возможность насладиться лёгкой прохладой, нежно ласкающей кожу, что освежала и снимала накопившуюся за день усталость.

Парк, в глубине которого скрывалось большое пятиэтажное здание общежития, утопал в зелени. Множество птиц и насекомых выбравших это место своим домом вело свои, понятные одним им разговоры. Дробный перестук дятла самозабвенно отдающего всего себя попыткам добыть, как можно больше вкусных жуков, его клюв не зная усталости, пробивал в сухой коре дерева одно отверстие за другим.Мелодичный свист жёлтых трясогузок вносил свою лепту в нескончаемую какофонию звуков природы. Любимчики студентов хорошенько расплодились за последние годы на многочисленных подаяниях ищущих удачу молодых людей. Эти миниатюрные птички, были неофициальным символом университета. Маленькие проказники деловито шныряли в ветвях деревьев, распугивая белок, безостановочно пересвистываясь, они, наслаждались жизнью на полную катушку, не беспокоясь ни о чём.

В моменты депрессии ставшей частой гостьей в жизни Бэкки Чендлер, только и успевающей нескончаемым потоком получать болезненные удары от жизни, хотелось стать этой беззаботной птичкой, летая в потоках воздуха. Не зная ни волнений, ни печалей, навсегда избавившись от груза ответственности многотонной гирей висящей на плечах бедной женщины. Тридцать пять лет, не возраст для женщины, а лишь рассвет, та стадия жизни, когда хрупкий цветок, раскрывшись под лучами солнца, достаточно укрепляется, подпитываясь силой земли, являет окружающему миру свою истинную красоту. К большому несчастью, в её жизни всё пошло как-то не так. Против своей воли она присоединилась к когорте тех неудачников, на чью долю выпала судьба страдать.

Невысокого роста женщина, с небольшим количеством лишних килограммов, не уродующих её, а наоборот придающих особый шарм, добавив так любимым мужчинам частям тела плотность и объём. Она составляла достойную конкуренцию набирающей моде на худышек со всем известными параметрами красоты, зачастую достигаемых обильным использованием средств содержащих силикон. Бекки никогда не испытывала недостатка в поклонниках, в своё время выбрав, как ей казалось идеальную партию. Окрылённая любовью она не замечала или не хотела замечать недостатков своего избранника. Ни осуждающий взгляд матери, с высоты своего опыта, раскусившей ушлого паренька, ни сомнения лучшей подруги, не заставили её одуматься, и она связала свою жизнь с пришедшимся ей по сердцу мужчиной. И только спустя годы пелена, застлавшая её взор, спала, открыв всю неприглядную картину сделанного ей выбора.

С хрустом потянувшись в кресле, женщина по привычке оглядела своё временное пристанище. Небольшой потемневший от времени дубовый стол со стоящим на нём монитором, подсоединённым к системному блоку. Дисковод последнего периодически издавал противные звуки, будто пытаясь получить информацию с отсутствующего носителя. Глаза от работы за подобным агрегатом начинали сильно слезиться уже через час работы.

Частым спутником женщины стало ощущение раздражение и сухости в глазах, словно под веки сгрузили самосвал песка. Такими темпами ей придётся носить очки раньше преклонного возраста. Строгий завхоз, тайная мечта всех испытывающих гормональный взрыв, студентов.

Разминая глаза, Бэкки перевела свой взор на большой двухстворчатый шкаф серого цвета, он был таким же старым, как и стол. Сошедшая с ручек позолота была тому отличным доказательством. Большой подоконник со стоящим на нём кактусом, был завален журналами. Несмотря на плотно вошедшую в жизнь электронику, сотрудники университета должны были дублировать информацию и на бумажных носителях. А таковой информации у завхоза было предостаточно, бумажной работы прибавляло и замещение должности коменданта общежития, собственно благодаря чему, она смогла воспользоваться привилегиями, даруемыми этой должностью. Денег на съём жилья не хватало, всё средства были потрачены на врачей и восстанавливающие курсы. Ночевать бы им с дочерью на улице, не отправься старушка Энди повидать своих родственников, а так, заняв на время должность коменданта, она получила в своё распоряжение эту комнату, экономя свои скудные денежные запасы. Мысли о том количестве средств, что ещё предстояло потратить, вызывали у женщины головную боль.

С любовью посмотрев на спящего, на полуторной кровати ребёнка, женщина тихо вздохнула. Дочка, с прекрасным именем, Алиса, названная в честь героини, так полюбившейся ей в детстве книги. Малышка шести лет с заплетёнными в две длинных косички волосами, и огромной заколкой в виде пчёлки, свернувшись калачиком, посасывала палец, привычка от которой она так и не смогла отучить своего ребёнка. Дочь, единственное светлое пятно в её жизни, счастье и гордость. В тоже время малышка не по своей воле являлась причиной многочисленных стрессов и литров пролитых слёз. Быть может, не назови она её таким именем, то и не выпало бы на неё столько страданий и боли.

Рождение Алисы стало переломным моментом разделившей жизнь женщины на “до” и “после”. Не передать словами, как она и её муж радовались рождению дочки. Горячие объятия, пылкие слова благодарности, бесконечные признания в любви. С рождением малышки их союз, казалось, стал ещё крепче, чем был до этого. Но всё это оказалось лишь одной большой иллюзией. Первая радость, вызванная появлением свет чудесного дитя, быстро испарилась от удручающего вида доктора и его пронзающих душу слов. Послеродовое обследование выявило дефект, одна нога была короче другой, и разница была достаточно сильной, для того чтобы исправить эту проблему без хирургического вмешательства. Можно сказать, что вся жизнь женщины и ребёнка превратилась в череду бесконечных путешествий по больницам. Словно в насмешку над всей той болью, что были вынуждены перенести мать с ребёнком, к не простому, но не смертельному заболеванию добавилось ещё одно, генетический сбой, наградивший девочку проблемой с глазами.

Зрение ухудшалось семимильными шагами, и уже в возрасте шести лет, девочка красовалась очками с огромными линзами. Плохое самочувствие, насмешки сверстников, показушная жалость знакомых, не забывающих каждый раз причитать о несправедливости жизни на всю округу, если им доводилось пересекаться на улице. Подобный груз проблем может сломать многих взрослых, не говоря уж о ребёнке. Но к удивлению Бэкки, её дочь справилась, не замкнулась в себе, не озлобилась на весь мир. Наоборот, испытания закалили её характер, боль выплавила волю ребёнка в нечто несокрушимое, а сердце наполнило добротой и любовью к окружающему миру, она любила жизнь, несмотря на всё с ней произошедшее. В таком малом возрасте девочка понимала всё, через что приходилось проходить её матери, надрывающейся на нескольких работах, ради обеспечения дочери необходимым лечением.

Куда же во всей этой череде событий подевался муж, опора и кормилец семьи? Быть может он днями и ночами пропадал на работе, не видя белого света, до кровавого пота зарабатывая деньги? Или быть может, носился по врачам ивсевозможным благотворительным фондам, выбивая лечение для ребёнка?

Нет, нет и нет, её мужчина выбрал самый простой путь – он отстранился. Сделал вид, что это не его проблемы, и даже посмел выразить сомнения в том, что это его ребёнок, обвиняя жену во всех смертных грехах. Его обидные слова были выжжены в её голове столь сильно и глубоко, что не потеряли силы и спустя годы после ссоры.

В нашей семье не было никого с такими заболеваниями – обвиняющее тыкал ей пальцем в грудь, любимый. – Ты нагуляла её, не знаю с кем, соседом или на работе. Кстати, ты помнишь нашего соседа, того толстячка, он оказывал тебе знаки внимания, думал, что я не вижу, а ты, стало быть, поддалась – брызги слюны, разлетающиеся во все стороны изо рта мужчины, грозили затопить весь дом – и ты родила её, а я в свою очередь должен содержать плод твоего греха - кричал мужчина - ни за что, этому не бывать.

В тот день, крики её мужа слышала вся улица, а она, обняв ребёнка, рыдала от обиды и непонимания. Чем она заслужила подобное обращение, весь тот идеальный образ выстроенный в её голове, рухнул в одночасье. Слава науке, тест на отцовство впечатанный в рожу мужа навсегда избавили её от грязных инсинуаций. У женщины, первое время даже мелькали мысли, что после такого доказательства всё вернётся на круги своя, и муж станет вновь тем, кем он был, любящим и заботливым. Увы, но не срослось, холод в отношениях, игнорирование ребёнка обескураженного таким поведением отца, задержки допоздна на работе. Подающий надежды профессор математики, он работал в том же университете, что и она. Естественно, женщине, не составило никакого труда узнать, что ни на какой работе её муж не задерживается, а пропадает вместо этого Бог весть где. Запах женских духов исходящий от его одежды и вскрытая пачка презервативов, найденная в бардачке его машины, красочнее любых слов говорили о том, где он пропадал всё это время.

Денежные поступления в семейный бюджет так же сократились до минимума, видимо мужчина полагал, что она с дочерью питается святым духом, а по утрам заряжается энергией солнца. Бекки жила с ним из последних сил, терпя весь его эгоизм и неуважение ради дочери, которой нужно было внимание отца, пусть оно и было таким холодным. А так же у них была крыша над головой, которой она недавно лишилась, застукав своего благоверного обживавшегося с какой-то студенткой в тёмных переходах университета. Последняя капля, разрушила её терпение, документы на развод были поданы в кратчайший срок. В тайне от всех, женщина лелеяла несбыточную надежду на то, что с этого козла удастся хоть что-нибудь отсудить, но шансов на это было мало, на найм хорошего адвоката были нужны деньги, причём немалые.

И вот теперь, она здесь, в небольшой комнатке студенческого общежития, находящейся в женском крыле здания. Слава Богу, в комнате был свой туалет, совмещённый с душевой. Поправив сползшее с дочки одеяло, женщина ещё раз потянулась, протяжно зевнув. Она слишком устала, и ей хотелось лечь на кровать, обнять своё сокровище и уснуть, мечтая о том, что всё произошедшее с ними лишь кошмар.

В это время общежитие радовало своей неестественной тишиной, большинство студентов находилось на занятиях, а может на уже начавшемся собрании, которое руководство университета решило провести совместно с социальной службой. По мнению женщины, они опоздали с проведением подомного мероприятия на несколько дней, а то и на неделю. Неизвестное заболевание вальяжно разгуливает среди жителей города и вообще, в такое сложное время, она бы отправила всех по домам, и комнатам общежития, сводя шанс распространения заболевания среди студентов к минимуму. Но кто она такая чтобы к её мнению прислушивались, всего лишь обычный завхоз.

Больницы города были переполнены, как заболевшими людьми, так и жертвами нападений каких-то психопатов, которых никто не смог до сих пор поймать. Несколько дней назад власти сообщали, что город выбрали своей целью какие-то террористы, и выезд из оного заблокирован армией до тех пор, пока все преступники не будут пойманы. Время шло, а результатов борьбы с устранением причин и последствий творящегося в городе кошмара, не было, кроме растущего день ото дня количества жертв нападений. У жителей города, и Бэкки в частности, создалось ощущение того, что город бросили, превратив в одну большую карантинную зону, и были ли эти террористы в реальности, большой вопрос, может быть, вся проблема заключалась в неизвестном вирусе.

Очередной раунд ни к чему не приведших размышлений не отогнал сон, как на это надеялась женщина, наоборот, она стала клевать носом всё сильнее. Мысленно дав себе хороший подзатыльник, женщина собралась силами, и вновь взяв в руки ручку, стала вносить в опостылевший журнал информацию, отображаемую на экране монитора. Через полчаса наступала её очередь проверить подхвативших вирус девочек. Разместить студенток в отдельную комнату, оказалось единственной идей пришедшей на ум сотрудникам университета, раз уж больница не собиралась их госпитализировать. Средств защиты не было, не считая тонких масок, которые не спасали даже от пыли. Состояние её подопечных ухудшалось, ещё вчера они могли разговаривать, а уже сегодня лежали без единого движения, от жара источаемого их телами впору было прикуривать, при такой температуре люди просто не живут. Все звонки в больницу, все отчаянные просьбы забрать девушек разбивались об одно короткое, но ёмкое слово – нет места. Штатный медик мог лишь беспомощно разводить руками, в этом случае он был бессилен.

Тиканье миниатюрных часов стоящих на столе, мерный шелест ветвей деревьев за окном, и глухой, монотонный звук скольжения шариковой ручки по листам журнала сделали своё подлое дело, погружая женщину в сон.

Из царства Морфея её вырвали громкие крики, топот десяток ног и оглушительный стук в дверь. Удары были такой силы, что грозили выломать дверь вместе с петлями.

- Мисс Бэкки, откройте дверь, пожалуйста! - кричал студент, стоящий за деревянной преградой. С трудом встав из-за стола, женщина поспешила узнать, что же произошло. На её правой щеке явственно виднелись следы, оставленные не успевшими подсохнуть чернилами, особо пытливый ум при наличии отменного зрения смог бы прочитать цепочку слов, отпечатавшуюся на бледной коже женщины. Столь резкая побудка значительно снизила скорость её реакции, а неудачно выбранная поза для сна сделала всё тело ватным, потому она и не успела среагировать на резко открывшуюся дверь, после поворота защёлки замка, получая болезненный, и достаточно обидный удар дверью прямо в лоб.

- Вы что совсем охренели, придурки малолетние? – шипя от боли и потирая место ушиба, разъярённо крикнула женщина. Избавившись от кругов перед глазами, продолжая держаться за лоб, женщина с гневом посмотрела на своих визитёров. Готовые сорваться нецензурные слова, так и застряли у неё в горле, после того, как она увидела причину подобного поведения студентов.

Двое парней из местной баскетбольной команды бережно удерживали повисшую на их плечах девушку. Её нежно-кремовая блузка потемнела от огромного количества крови вытекшей на неё. Даже сейчас нанесённые ей раны обильно кровоточили. Сделанная наспех повязка поверх травмированной руки грозила вот-вот сорваться вниз, настолько сильно она пропиталась кровью. Стоящий по правую сторону долговязый парень отчаянно зажимал девушке грудь, сквозь его пальцы выступали алые капли, собираясь в небольшие ручейки, они срывались с дробным стуком на пол.

Всё ещё находясь в шоковом состоянии, Бекки, тем не менее, начала раздавать команды окружающим.

- Алиса, садись на стул, вы двое тащите её на кровать, - сама же женщина бросилась к шкафу, доставая оттуда аптечку, обойдя ребёнка, она, ничуть не заботясь о сохранности клавиатуры сдвинутой на угол стола,с грохотом опустила чемоданчик снаклеенным на его верхнюю крышку красным крестом. Отщёлкнув застёжки она начала доставать всё необходимое, неистово благодаря своего предшественника за запасливость и бережливость. Уложенная на кровать девушка не издала и звука, от болевого шока потеряв сознание по дороге к общежитию. Срезав самодельную повязку, сделанную из рукава рубашки, женщина увидела большую рваную рану, судя по всему оставленную, каким-то животным. С такой площадью поражения повязка не справится, и девушка банально истечёт кровью, нужно было закрыть рану, и только затем наложить повязку.

В экстренных ситуациях необученные люди зачастую впадают в ступор, но только не Бэкки Чендлер, вся жизнь, которой была сплошной чрезвычайной ситуацией, а посему выход был найден быстро. Способ далёкий от понятия гуманности, совершенно не медицинский, но единственно возможный в данной ситуации.

- Как можно сильнее совмести края раны, - команда была отдана максимально жёстким голосом, заставив плачущего студента беспрекословно подчиняться, сама же женщина без промедления схватила большой канцелярский степлер из выдвижного ящика стола, предварительно проверив тот на наличие скоб, она чисто символически протёрла их спиртом. Не обращая внимания на ошарашенный взгляд второго студента, стоящего сбоку от кровати, женщина произвела четыре нажатия. Четыре щелчка и края раны надёжно зафиксированы. Критически осмотрев результат своей работы, Бэкки добавила ещё две скобы в получившуюся композицию. При помощи всё того же студента она наложила плотную повязку, окончательно остановив кровотечение.

Подобная манипуляция была проведена и с пострадавшей грудью. Некогда подстёгивающий мужскую фантазию задорный сосок, проступающий сквозь тонкую ткань одежды, был полностью откушен вместе с куском блузки. Несколько щелчков степлером, идущая следом тугая повязка, решили и эту проблему. Последствия её действий всё равно будут устранять врачи. Времени на расшаркивание и политесы не было, тем более сквозь открытую дверь были слышны крики раненых, а значит, её помощь могла понадобиться и другим, в конце концов, поправившаяся девушка, сможет заработать себе на пластического хирурга.

- Скорая? Полиция? Кто-нибудь позвонил им? – вопросительный взгляд, мимоходом брошенный на студентов, сбросил с них оцепенение.

- М-м-мы-ы, не зна-зна-знаем, ббб - большинство преподавателей б-б-было с нами, к-к-когда всё началось, и Яя-яяя-я д-думаю, что … я не знаю – разведя руки в стороны, беспомощно ответил студент.

- Телефон на стене, звони, набирай столько раз, сколько потребуется. Плачь, умоляй, угрожай, но сделай так чтобы помощь приехала, понял меня?

- Да, понял, - бодро отрапортовал студент, крепко схватив телефонную трубку, будто бы она являлась спасательным кругом. Простая и понятная команда наполнила его жизнь смыслом, вытесняя собой пережитый недавно ужас.

- Теперь ты – очередь дошла и до другого студента, недавно ассистирующего ей в проведении полевой операции – иди в коридор, и узнай, кому требуется наша помощь, затем сообщи мне.

Подтверждающий кивок головой и студент вливается в поток снующих по коридору людей в поисках очередной жертвы, которой не посчастливится попасть в цепкие лапки доморощенных медиков.

Посмотрев на неподвижно лежащую девушку, женщина, наконец, подошла к своему ребёнку. Девочка сидела в кресле, обняв свои колени, неотрывно смотря на студентку. Во всей этой суматохе она проявила похвальное самообладание, не отвлекая взрослых от оказания помощи пострадавшей. В силу своего возраста, или же из-за крепкой психики, ребёнок не выглядел сильно взволнованным или напуганным. Доверчиво прильнув к обнявшей её матери, она не задавала вопросов, наслаждаясь объятиями.

- Последишь за бедняжкой, хорошо? – брать дочку с собой в коридор, было глупой затей, в такой напряжённой обстановке она будет только мешаться под ногами, напуганные и раненные студенты могут натворить глупостей, срывая свою злость на беззащитном ребёнке.

– Если она очнётся, дай ей воды и проследи, чтобы она выпила эти таблетки, ты уже взрослая девочка, поэтому вся надежда на тебя, иначе эти увальни-мужчины окончательно её угробят, – прошептала Бэкка, кивнув головой в сторону разговаривающего по телефону студента.

- Я поняла мамуля, я позабочусь о ней – в подтверждение своих слов девочка выдала самое серьёзное выражение лица, которое только смогла изобразить. Это выглядело так умилительно, что женщина вновь не удержалась, начав целовать и тискать свою малышку.

- Всё, я пошла, удачи!

- И тебе!

****

В коридоре царил самый настоящий хаос, отовсюду доносились стоны и крики боли, из комнат вытаскивались кровати, на которых устраивали тяжелораненых. Таким образом, прибывшим медикам, а женщина надеялась на их скорое прибытие, будет проще осматривать и оказывать помощь пострадавшим.

Все собранные в этом месте люди получили целый букет разнообразных, преимущественно рваных ран. Покусанные ноги и руки быстро стали классикой, с подобным типом ранений разбираться было не в пример проще, чем например, с откушенной щекой, или прокушенным горлом. Ребятам с подобными ранами обычно не везло, кто-то раньше, кто-то позже, но все они уходили на незапланированную встречу с Всевышним. Бинты закончились через десять-пятнадцать минут после начала оказания медицинской помощи. В ход шло всё, что имело в своей основе ткань, синтетику, хлопок. У особо обеспеченных студенток встречался даже стопроцентный шёлк. Все люди находящиеся в данный момент в общежитии, стали единым, сплочённым организмом, работающим над общей целью.

Не передать словами, как же тяжело было смотреть на умирающих детей, так и не успевших вкусить самостоятельной, взрослой жизни. На смертном одре из их глаз исчезла надменность, юношеское самомнение, презрение к окружающим, без следа растворилось желание быть как можно дальше от родителей, им необычайно сильно хотелось жить.

- Мама, мамочка, спаси меня – шептали, как мантру мертвенно бледные губы несчастных, они безрезультатно взывали к единственному по настоящему близкому человеку на всём белом свете. В свои последние мгновения, их самым страстным желанием было увидеть её, ту, что подарила им жизнь, на протяжении многих лет оберегая от всевозможных опасностей. Бекка, держала каждого из них за руку до последнего, шепча всевозможные глупости, даруя покой и так необходимое материнское тепло, пусть они и не были её детьми. Раз за разом она ловила последнее дыхание умирающих людей, ласково закрывая им глаза.

Слезы по погибшим, градом катились из глаз не только присутствующих тут женщин. Не миновала участь оплакивать погибших, и сильный пол, даже всегда безэмоциональный уборщик Эван внешний вид которого выдавал в нём ровесника планеты, в любой ситуации не показывающий своих чувств, незаметно стирал выступающие на глазах слёзы.

После того, как с обработкой ран пострадавших было покончено, на многих навалилось опустошение, парни и девушки садились там, где есть место, отсутствующим взглядом смотря себе под ноги. Сев на любезно предоставленный ей стул, Бекки, наконец, смогла выдохнуть, руки чувствовались на несколько десятков килограмм тяжелее, чем они были на самом деле, а кончики пальцев исполняли задорное Па. Перед тем, как пойти к дочери, женщине нужно было передохнуть, иначе она могла присоединиться к своим подопечным, упав в обморок от перенесённого стресса и навалившейся усталости, молодёжь и так была сильно напугана, не стоило пугать их ещё больше.

- Возьми, тебе нужно попить – сильный мужской голос оторвал женщину от мрачных мыслей. Пластиковый стаканчик с горячим кофе в одной руке, и плитка шоколада в другой были заботливо поднесены прямо к её рукам.

– Хорошо помогает от стресса, твоя дочь в порядке, недавно навещал её, передаёт привет, у неё всё под контролем, заботится о Лиззи, как о своей родной дочери, не то, чего можно ожидать от ребёнка в её возрасте.

- Спасибо, Марк,– горячее и очень горькое кофе прекрасно сочеталось со сладким шоколадом, возвращая женщине так необходимые ей силы. Кто бы мог подумать, что такая мелочь, как напиток и дешёвая шоколадка, способны творить настоящие чудеса. К её вящему неудовольствию, бодрящая жидкость закончилась быстрее, чем еда. Посмотрев с сожалением на дно стаканчика, женщина жалобно застонала, хотелось ещё. Небеса, будто в такт её мыслям, предоставили второй такой же стаканчик с горячим напитком. Конечно, в этой ситуации нужно было благодарить не небесную канцелярию, а предприимчивого мужчину, предугадавшего желание сильно нравившейся ему женщины.

Стройное телосложение, гордый профиль лица, мощные надбровные дуги вкупе с густыми тёмными усами делали мужчину мечтой не только сотрудниц университета, но и обычных студенток, страстно одаривающих объект их фантазий многообещающими взглядами. Между работниками ходила шутка, про то, что рядом с мужчиной всегда всё падает, причём по какой-то невообразимой случайности прямо перед ним, и только из рук студенток, не забывающих хорошенько оттопырить свои попки в процессе поднимания уроненных предметов.

Отставной военный, получивший ранение в одном из многочисленных боестолкновений, нашёл своё призвание в обучении студентов физической культуре, со всей отдачей стараясь закалять не только их тела, но и при каждом удобном случае делясь своим богатым опытом. Мужчина искренне надеялся, что подаваемые в шуточной форме истории из его жизни, описание тех ошибок, что он совершил, прочно засядут в головах у молодых людей, избавляя их хотя бы от части проблем, с которыми он был вынужден столкнуться во взрослой жизни.

- Что произошло, откуда столько бешеных зверей, не слышала, чтобы из зоопарка сбегали животные, да и расстояние до университета не малое – раз уж представилась хорошая возможность поболтать, женщине хотелось заполнить информационный вакуум царивший в её голове. Количество жертв ни как не укладывалось в голове женщины, пять, пускай десять пострадавших, но никак не несколько десятков, часть из которых уже отправилась на Божий суд. А ведь многие наверняка не успели добраться до спасительного здания, значит, число жертв было в разы больше.

- Это были не животные, Бекки, это были люди, такие же студенты, как и присутствующие здесь, и я … я никогда не видел такой звериной ярости и даже не представлял, что люди способны действоватьстоль безжалостно – поделился своими впечатлениями Марк.

- Мы были в зале, ректор решил приободрить студентов своей речью – несколько раз согнув указательный и средний палец, мужчина показал, все, что он думает о речах произносимых ректором – а ты знаешь, как старый хрен, любит поболтать,остановить его способна лишь смерть ... впрочем, она его и остановила, собственный заместитель вцепился ему в шею.

- Мы пытались оттащить его, но он вцепился в него словно клещ, и ректор просто захлебнулся своей кровь. Но это ещё не всё, этой твари крови директора показалось мало, и он вцепился в пах твоего мужа, мы даже среагировать не успели, он отгрыз ему яйца, это … это было ужасно, да, он урод ещё тот, но даже он не заслуживал такой смерти, я приношу свои искренние соболезнования – посмотрев на женщину, на лице которой не дрогнул ни единый мускул, мужчина произнёс еле слышно – если это тебя, конечно волнует.

- Будто этого оказалось мало, часть студентов, так же сошла с ума, бросаясь на своих одногруппников.

Немного помолчав, мужчина продолжил – их было не успокоить, поднялся хаос, все кричали, звали на помощь, а мы ничего не могли сделать, даже удары по голове не вырубали их, максимум, что я видел, их падение. Но затем они вновь вставали и продолжали преследование. Один из сошедших с ума упал с балкона, и сломал себе ноги, но, несмотря на полученные ранения, он, как ни в чём не бывало, пополз к ребятам, не показывая какого-либо дискомфорта.

- Я не выдержал, - до хруста сжал свой кулак мужчина – я был вынужден сделать это, они не реагировали на крики, они не хотели останавливаться, один из них чуть не загрыз девочку, и я … я убил его, Бэкки, свернул голову, без всякого сожаления, прошу пойми, у меня не было выбора.

- Ты всё сделал правильно, Марк – женщина взяла мужчину за руку, показывая, что принимает его выбор и никак не порицает совершённый поступок – если бы не ты, девочка могла бы умереть, ты не должен винить себя, ты не убийца, ты защитник, и все эти ребята искренне тебе благодарны, ты смог вытащить их из того кошмара в котором они оказались.

- В это сложно поверить, но хочу сказать, обезумевшие студенты были не единственной нашей проблемой, можешь считать меня психопатом, но я своими глазами видел, как толстая лиана пробило окно, выходящее на ботанический сад и утащила несколько человек за собой, тому парню – мужчина кивнул головой, в сторону недалеко лежащего от них студента – повезло больше, растение лишь оцарапало его, и всё же, посмотри, на его щеке огромный след, как от ожога, его словно кислотой облили.

- Я не знаю, что за хрень тут происходит, но нам срочно нужна помощь, мы забаррикадировали все проходы с первого этажа, если помощь не придёт, мы окажемся в очень большой заднице, я видел, как эти психопаты медленно приближались к нашему зданию. Держись поближе ко мне и не оставляй ребёнка на долго одного, мне очень не нравится происходящее и … – перешёл на шёпот мужчина – не находись слишком близко к раненым, кто знает, чем их умудрились заразить эти твари.

- Мне нужно проведать дочь, - женщина стремительно встала и направилась к своему ребёнку. Слова мужчины посеяли в её душе ростки страха. Зайдя в комнату, она обнаружила тихо сопящую дочку, обнимающую свою любимую плюшевую игрушку. Рядом с кроватью сидел парень девушки, примчавшийся к своей возлюбленной сразу, как только узнал про её местоположение. Сейчас он так же клевал носом, упрямо держа свою девушку за руку. Услышав шаги женщины, парень с мольбой в глазах попросил остаться с возлюбленной.

- Сиди уж, герой любовник, только тихо – усмехнулась Бекки, ей с дочерью хватит и этого кресла. Взяв своё сокровище на руки, женщина чмокнула девочку в макушку, вызвав у той недовольное сопение, уж очень сильно той хотелось спать. Детский организм порядком устал от свалившегося на него стресса.

Убаюканная дыханием дочери, женщина недолго провела время, бодрствуя, налившиеся тяжестью веки закрылись сами по себе, женщина погрузилась в тяжёлый и беспокойный сон. Период спокойствия продлился недолго, их разбудил радостный возглас студента.

- Лиззи, слава Богу, ты очнулась, как ты, раны сильно болят? – тараторил без умолку парень, совершенно не обращая внимания на окружающих. Радость была столь сильна, что молодой человек не сразу заметил метаморфозы, произошедшие с его возлюбленной. Белесый зрачок, потемневшие вены и капилляры, проступающие клыки. Он не успел среагировать, заверещав от боли, когда существо, некогда бывшее его девушкой, с рычанием вцепилось в его нос. Острые когти, отросшие на руках, захватили жертву в капкан, надёжно фиксируя.

Мать и дочь, до этого хранившие молчание, заорали как резанные, будто соревнуясь, кто же кричит громче. Увиденная картина заставила Бекки потерять разум. Испуганная женщина даже не поняла, как оказалась в коридоре, в котором так же начинал твориться сущий ад. Ещё недавно неподвижно лежащие накрытые простынями тела, и часть остающихся ребят с обильными ранениями, превратились в жаждущих плоти монстров, тотчас накинувших на потерявших бдительность людей.

Завязалась борьба, выжившие использовали все подручные предметы, от швабр, до вытащенных откуда-то бит, в попытках отбиться от наседающих на них созданий. В целом ситуацию можно было оценить как приемлемую, отбросившие всяческую жалость и сострадание люди успешно разбирались с ожившими мертвецами, интуитивно поражая тех в самую уязвимую часть тела – голову.

Бекки и её дочери не повезло, слишком далеко они находились от оказывающей сопротивление группы, слишком много мертвых находилось рядом с ними, им просто перекрыли путь отступления. Находящиеся рядом студенты, запаниковали, от вида умирающих одногруппников и восставших мертвецов, поддавшись слабости, они утратили способность трезво мыслить. Не успевая запереть двери своих комнат, ребята прыгали в окна, спасаясь от заходящих следом мертвецов, второй этаж, не такая уж и большая высота, если бы не одно - “НО”.

Здание общежития окружал кованый забор с тянущимися к небу пиками. Прыгающие с разбега в окно студенты, попадали прямиком на них. Даже самому злейшему врагу не пожелаешь тех страданий, что были вынуждены испытать нанизанные как бабочки на иголки ребята, умирающие в жутких мучениях. Тем, кому повезло больше, успешно приземлялись прямиком в алчущую крови и плоти толпу монстров, вплотную подошедшую к стенам общежития. Промораживающие до костей крики заживо съедаемых людей заставили поседеть не одну голову в тот момент.

Но женщине на всё происходящее было глубоко плевать, смотря на подступающую к ней толпу, она медленно пятилась в сторону небольшого окна выходящего на пожарную лестницу. Это был единственный путь отступления, но даже он был заблокирован, ставня поднималась на недостаточную высоту, позволяя пролезть там лишь ребёнку, но никак не взрослому. Разбить стекло так же не представлялось возможным, верхняя часть окна была наглухо заколочена, во избежание проникновения всевозможных асоциальных элементов повадившихся посещать общественные здания. Руководству было плевать на пожарную безопасность, как и на то, что из-за этого им было суждено погибнуть.

Умереть обоим или дать шанс на жизнь маленькому ребёнку? Серьёзная дилемма, женщина понимала, что вероятность выживания дочери снаружи здания стремилась к нулю, если твари заполонили весь парк, но всё же она решила попытаться и рискнуть, делая всё возможное для выживания своей дочери. Подбежав к окну и с натугой подняв ставню на максимально возможную высоту, женщина обратилась к дочери.

- Живо вылезай наружу, спустившись по лестнице, пролезь под забором, и ни в коем случае не пытайся бежать по территории университета, доберись до людей, дорога не далеко, попроси отвезти тебя в полицейский участок, там я найду тебя – не веря своим словам, женщина убеждала плачущую дочку поступить так, как она ей говорит. Видя нерешительность той, и слыша шаги подступающих монстров, она сделала, то, чего никогда не позволяла себе – громкий крик, и лёгкий подзатыльник, придали девочке нужное ускорение.

- Беги, и не останавливайся, беги дочка, я люблю тебя, разрыдалась женщина, ЖИВООООООО, - ещё громче заорала Бекки, отгоняя напуганную девочку прочь. Испуганный ребёнок исчез из её поля зрения. Обернувшись, женщина с первобытной яростью бросилась на чудовищ, громко крича, она схватила стоящий рядом огнетушитель, нанося удары во все стороны, в какой-то момент ей стал вторить мужской крик, звучащий из-за толпы зомби.

****

Раккун сити 29 сентября 1998 г.

20:00 среда.

Рыдающая девочка на всех парах спускалась с поржавевшей от времени пожарной лестнице, запнувшись в самом низу, она что есть силы, ударилась об бетон, раздирая до крови свои колени. Стон, раздавшийся рядом, заставил ребёнка вскрикнуть, а выброшенная доза адреналина позволила телу действовать в обход забуксовавшего мозга, спасая девочку от смерти. Ужом проскользнув под забором, Алиса помчалась вперёд, не разбирая дороги. Ветви разросшихся кустов царапали её лицо, несколько раз она больно ударялась о выступающие корни деревьев, падая, плача от боли, девочка окружённая тьмой, вновь поднималась и бежала вперёд, пока не выбежала на ухоженную дорожку.

Столь маленькое создание, не имевшее своего опыта, просто растерялось от происходящего пиршества смерти воцарившегося на поляне в нескольких метрах от неё. Стая собак разной степени потрёпанности была занята поеданием бедной старушки оказавшейся не в том месте, в столь поздний час, от сопровождавшей её болонки остался лишь один ремешок.

Вскрикнув, девочка поспешила зажать себе рот, но адским тварям хватило и этого звука, чтобы обратить внимание на названного гостя. Оскаленные пасти испачканные в крови, облезлая шерсть, открыли у ребёнка второе дыхание, Алиса припустила вперёд, крича во всё горло, надеясь на то, что придёт спасение. Чувствительный удар лапами в спину сбил ребёнка с ног, разбитые от последнего удара очки больно впились в кожу ребёнка. С утробным рычанием настигнувшая её собака попыталась вцепиться в столь лакомое тело жертвы. Зажмурившись, девочка приготовилась к неминуемой боли, но её не последовало. Раздавшийся свист маленького предмета пролетевшего над её головой, потоком воздуха взлохматил волосы, пробивая собаку насквозь, отбрасывая ту на несколько метров назад.

После этого, Алиса ненадолго услышала грозное рычание спешащих к месту битвы товарок, то что растеряла все свои мозги. Холодящие кровь звуки, быстро сменились жалобным скулежом. Череда методичных чавкающих звуков, похожих на те, что получаются при разминании творога, предваряли собой глухие звуки падения крупных тел. Дрожа от страха, девочка вслушивалась в наступившую тишину.

- Ребёнок, ты как? – раздавшийся мужской голос, заставил девочку разрыдаться от облегчения. Только сейчас она почувствовала всю боль, исходящую от повреждённых частей тела, спина, как и больная нога, горели огнём. Прежде чем потерять сознание, девочка нашла в себе силы взглянуть на спасителя. Отражающая свет лысина и горящие расплавленным золотом радужки глаз мужчины, были последним, что увидела измученная девочка, перед тем, как её сознание поглотила тьма.

Прим автора: Через одну-две главы главному герою будет уделятся значительная часть текста, сейчас же я стремлюсь показать ситуацию разворачивающуюся в городе с разных сторон, задействуя непохожих друг на друга персонажей. Изначально в моём плане, описанные выше события занимали одну треть главы, как вы понимаете, на оставшиеся две трети у меня расписан сюжет, осталось лишь всё написать. Постараюсь выпустить вторую часть как можно быстрее. Спасибо за внимание!

Интерлюдия 3. Во власти хаоса. Часть 2

24 сентября 1998 г.

20:46 пятница

Порывы ветра вздымали вверх опавшую листву, столбик термометра всего за несколько часов опустился до шести градусов тепла. Именно этим вечером, в момент, когда удушающий зной сменился прохладой больше присущей этому времени года, жители города смогли ощутить на себе холодное дыхание осени.

Свет в огромном кабинете отсутствовал, о том, что здесь есть живой человек, свидетельствовал слабо тлеющий кончик сигары. Затяжка, и ярко-красный огонёк ненадолго разгоняет тьму, освещая лицо мужчины сидящего в потрёпанном временем кресле. Протяжный скрип давно несмазанных петель больно резанул по ушам, открытая где-то в коридоре дверь создала сильный сквозняк. Резкий порыв ветра разметал по помещению небрежной стопкой сваленные листы бумаги. Плавно опускаясь исписанные корявым подчерком листы, покрывали успевшие подсохнуть небольшие пятна крови, а некоторые из них, падая, застревали в стыках поваленных стульев, размеренно покачиваясь под потоками гуляющего по комнате ветра.

Ещё одна сильная затяжка, и дым элитной сигары наполняет лёгкие мужчины. Он торопился, каждый вздох был истинным наслаждением, а каждый выдох служил ярким напоминанием о скоротечности отпущенного ему времени. Всё стало неважным, вечно зудящая боль в ноге отошла на второй план под гнётом тяжёлых воспоминаний. Озноб волнами прокатывающийся по телу кидал мужчину то в жар, то в холод. Здоровый и полный сил утром, к вечеру он превратился в развалину. Глоток остывшего кофе смочил успевшее пересохнуть горло. Определённо не зря он оставил сигару про запас, умирать без дыма в лёгких было бы сущим кощунством. Откинувшись на спинку кресла, мужчина вернулся к воспоминаниям о том моменте, когда всё полетело к чертям.

****

Ещё утром, самой большой проблемой для чернокожего мужчины была ярость руководителя полицейского департамента. Столь плотная пелена гнева и ненависти прорывающаяся сквозь трубку грозила сформироваться в метафизическую руку и залезть ему в задницу. Всё это, вкупе с бесконечной чередой звонков из мэрии требующей немедленно вернуть свет доблестным служителям закона вызывали у мужчины не приступы неконтролируемого из-за страха поноса, как того стоило ожидать от звонков высоких чинов, а громкий, злорадный смех. Его всегда забавляла необоснованная напыщенность и чванливость высших чинов относящихся к администрации города.

Раздающие налево и направо нелепые указания люди, больше тешили своё непомерное эго, упиваясь властью, нежели действительно пытались решать проблемы мешающие развитию города. В моменты неприятностей, бравада и презрение к окружающим сменялись бесконтрольными угрозами и жалобами, в глазах белых воротничков, в такие моменты царило искреннее недоумение и растерянность. Всесильное руководство в своих презентациях и отчётах показывающее, как же хорошо обстоят дела в подконтрольном им ведомстве, на практике не могло своим словом или обещаниями починить вышедшие из строя коммуникации, вынужденно обращаясь к нестоящим упоминания в обычной ситуации, работникам.

По-хорошему, ему стоило отправить ремонтную бригаду ранним утром, но мужчина решил хорошенько промариновать напыщенных индюков, выбивая так нужное его организации финансирование. Загнанные в угол, эффективные менеджеры, всегда были на редкость сговорчивыми, с радостью подписывая любые документы, лишь бы обезопасить свою тушку от неудобных вопросов, или упаси господь, от внезапных проверок надзорных органов штата.

Но настоящие неприятности, как это водится, приходят внезапно, не оповещая о себе заранее, нанося удар по всем канонам боёв без правил, а именно врезаясь в лицо несчастного двумя ногами, мгновенно проводя болевой приём, не дожидаясь пока превратившиеся из хозяев в гостей зубы, покинут своё место жительства. Так произошло и с ним, довольным от успешно проведённой операции по вытягиванию финансов, Лютером Квами, руководителем канализационной службы города не вовремя расслабившего свои ягодицы.

Двое разнорабочих ушедших за инвентарём откопали в груде инструментов умирающего нелегала, успевшего помереть за время транспортировки его болезненной туши к машине скорой помощи, и сложно сказать, что было причиной смерти, болезнь, или горе носильщики, умудрившиеся случайно грохнуть несчастного. Мужчина многое повидал за свою жизнь, и склонялся ко второй вероятности, наблюдая за молитвами набожного Родригеза, и выпяченные, словно блюдца глаза Трэвиса, отчаянно дрожащего и обильно потеющего. К счастью неудачников, умерший мужчина выглядел очень плохо, походя больше на какого-то мутанта, нежели человека, к тому же он был нелегалом, а на них всем было глубоко наплевать.

Распрощавшись с полицией и скорой, мужчина вернулся в свой кабинет, с головой погрузившись в чтение газеты, рассчитывая провести за этим занятием некоторое время, дожидаясь обеда. Перипетии звёздной жизни, скандалы и интриги, громкие расследования настолько захватили мужчину, что на смену одной газете пришла другая, а минутная стрелка, за время чтения откровенно жёлтой прессы, успела совершить несколько полных оборотов.

В себя, его привел громко урчащий желудок, решительно требующий обратить на него внимание. Три часа дня, кипа прочитанной макулатуры, и прошедшее время обеда, являлись результатами его “рабочей” деятельности. Куриная грудка со специями, и душистый жасминовый рис, блюдо, ставшее неотъемлемой частью жизни отставного военного. Легкий дымок, подымающийся от еды, проникал в хищно расширившиеся ноздри мужчины, вызывая обильное слюноотделение. Приём пищи и наблюдение за трудящимся подчинёнными доставляли мужчине ни с чем, несравнимое удовольствие. В тот момент ему казалось, что все проблемы остались позади, беспокоила лишь выработавшаяся за годы службы интуиция,непрестанно сигнализирующая о том, что неприятности не закончились. Но что могло пойти не так?

Разомлевшего в кресле мужчину находящегося между сном и явью заставили подскочить женские крики, доносящиеся с улицы. Электрик Эдди валялся в ногах миниатюрой брюнетки, заливая ту кровью. Нежная особа вместо попыток оказать пострадавшему помощь, лишь душераздирающе кричала, сложив ладони домиком поднеся их к своему рту. Коротко выругавшись, Лютер отпрянул от окна, не обращая внимания на упавший горшок с фикусом задетый впопыхах рукой мужчины.

Только бы успеть – мысль, без конца крутящаяся в тот момент в голове мужчины вызвала у последнего ярость на свою неполноценность. До ранения в ногу, ему потребовалось бы меньше минуты на то, чтобы спуститься и оказать помощь пострадавшему, теперь же, сильно прихрамывая на левую ногу, он со скоростью улитки спускался по казавшейся бесконечной лестнице, держа в своей правой руке аптечку, левой же опираясь на широкие перила лестницы. Как назло, по пути ему ни встретилось, ни единой души, которой было бы можно передать чемоданчик, отправив оказывать помощь истекающему кровью мужчине.

Уличная дверь с грохотом слетела с петель не пережив столкновения смассивным телом мужчины не разбирающего дороги. За время, которое он потратил на спуск, рядом с раненым успела собраться приличных размеров толпа, Эдди совсем чуть-чуть не дошёл до здания, упав буквально в пяти метрах от строения, где его и обнаружила вышедшая покурить девушка. Не скупясь на матерные слова и затрещины, Лютер, наконец, смог протиснутся к месту происшествия и взглянуть на пострадавшего, первую помощь которому оказывал уже немолодой мужчина с забранными в длинный хвост седыми волосами.

Обоссавшийся и наложивший знатную кучу прямиком в свои штаны электрик, был плох. Кровь и дерьмо смешались с грязью в одну субстанцию, покрывшую мужчину с ног до головы, все, что мог делать раненый – тихонько подвывать от боли, но даже на это действие у него оставалось всё меньше сил. Пока Лютер открывал аптечку, электрик окончательно затих. Рыбьи глаза пострадавшего неподвижно смотрели в одну точку, создавая у стороннего наблюдателя стойкое ощущение того, что мужчина готовится отойти в мир иной.

Ухо электрика было наполовину откушено, а по шее проходила успевшая налиться объёмом красная полоса оставленная чем-то недостаточно острым чтобы прорезать кожу, но в тоже время способным оставить немалых размеров воспаление. Все открытые участки тела пострадавшего были покрыты множественными следами от укусов, сила которых была столь велика, что в некоторых местах отсутствовали куски плоти.

- Всем отойти, - рыкнул мужчина, - дайте мне доступ к свету, - увиденная картина удручала, но не настолько, чтобы опустить руки. За время, проведённое на войне, отставной солдат видел вещи гораздо страшнее.

- Эдди, не смей мне тут подыхать, - с высокой скоростью разматывая бинт, Лютер не прекращал разговор с раненым

- Мари, вызови скорую, живо!

Кровь никак не желала останавливаться, а огромный вес раненого мешал оказанию помощи. Ухо и рука были единственными местами, которые удалось обработать без особых проблем, плотная повязка на голову, и тугой жгут на руку. А дальше, а дальше мужчина умер от обильной кровопотери, они просто не успели, слишком много ран, слишком поздно начали оказывать помощь.

Вторая смерть за день. И если первым умер ни кому неизвестный человек,то смерть второго оказала сильное влияние на окружающих. В чертоги усопших отправился их коллега, напарник, чей-то друг, человек который являлся частью жизни каждого, даже если до этого инцидента, обмен приветственными кивками, был единственным ритуалом, совершаемым при встрече.

- Кто-нибудь может мне сказать, что здесь происходит? – обвёл вопросительным взглядом окружающих его людей, начальник организации. Не получив ответа на свой вопрос, Лютер горько вздохнул, предстоял тяжёлый разговор с полицией и родственниками погибшего. Но помимо всего этого отставного военного волновало ещё кое-что. Повторно оглядев окружающих его людей, он не обнаружил напарников мёртвого рабочего. Уж эти люди точно могли бы пролить свет на происходящее.

- Льюис, он что-нибудь говорил? Кто на него напал и куда запропастились Томпсон,Трэвис и Родризез? – названный мужчина в этот момент заканчивал короткую молитву над телом усопшего.

- Нет, к моему приходу, он только и делал, что стонал от боли, несколько раз он пытался что-то сказать, но разобрать, что именно, я не смог, - куртка, брошенная на тело усопшего, скрыла застывшую гримасу боли на лице электрика.

- На него напали мертвецы – тихий голос перемежаемый всхлипами, раздался за спиной Лютера – он … он сказал нам всем бежать, ведь они близко и они убьют нас, сожрут как и его напарника ,- разрыдалась отправленная за помощью девушка.

- Мари, тупая ты курица, что я велел тебе делать? – сорвался чернокожий мужчина, видя, что девушка и не подумала исполнять его указание, спрятавшись за спинами других работников.Рациональной частью своего сознания мужчина понимал, что помощь не успела бы приехать вовремя, но в то же время, саботирование приказа поставило крест на жизни Эдди, даже если бы они умудрились стабилизировать его состояние. И подобное отношение к человеческой жизни не на шутку взбесило Лютера, бранные слова нескончаемым потоком вылетали изо рта мужчины, ему хотелось убивать, ужасный день, идиоты подчинённые, у мужчины натурально начинала течь крыша, и весь свой накопленный гнев он вымещал на бедную, испуганную девушку.

Из-за громко кричащего мужчины, плотно стоящие друг к другу люди не заметили приближающуюся опасность.

- Эй, какого … - раздался возглас первого мужчины в спину которого уткнулись холодные конечности чудовища. Он даже не успел развернуться в направлении угрозы, как жёлтые, гнилые зубы впились в его бледную шею. Захлёбывающийся крик, брызги крови, и внезапность нападения поставили собравшихся людей в неприятное положение. Поднявшаяся паника превратила толпу в безмозглое стадо, ринувшееся прочь от угрозы, не замечая препятствий стоящих на его пути.

Крики и беспорядочная давка облегчили зомби их работу, падающие люди становились великолепной добычей, не имеющей возможностей для сопротивления. Чавкающие звуки, создаваемые поглощением свежей плоти, визг пожираемых заживо и заунывные стоны нападающих оказывали огромный деморализующий эффект на окружающих.

- Льюис, уводи людей, - проорал руководитель, - кажется, настало время надрать чьи-то задницы ,- предвкушающее оскалился двухметровый мужчина. Вот уж кого не испугали напавшие монстры. Ярость плотным комком собравшаяся в районе груди требовала выхода, и за все тысячелетия своего существования человечество не придумало способа лучше, чем ультра жестокое насилие.

Пятнадцать существ жаждущих плоти, больше половины заняты поглощением плоти, оставшиеся на ногах противники были лёгкой добычей. В отличие от пронырливых и вездесущих вьетнамцев, умело прячущихся в густых зарослях джунглей и до зубов вооружённых огнестрельным оружием, эти чудовища пока что не показали даже зачатков командной работы.

Никакой борьбы, никаких захватов и тем более никакого бесполезного рукамахательства, только чёткие, выверенные мощные удары, направленные прямиком в скалящиеся пасти монстров. Быстрые рывки, совершаемые чудовищами на ближней дистанции не стали неожиданностью для опытного бойца готового к бою.

Удар в голову, хруст вминаемой в череп переносицы, сломанная кость проникает прямиком в мозг, окончательно выводя противника из строя. Большая площадка, не заваленная хламом, помогала мужчине маневрировать, не давая врагам себя окружить. Первый, второй, третий, монстры отлетали от его ударов словно кегли, сближаясь с противником и взрываясь градом мощных ударов, мужчина повергал одного противника за другим, победа была не за горами. Именно так думал мужчина, пока поверженный противник не вцепился стальной хваткой в его ногу, только чудо и подоспевшая помощь спасли отставному военному жизнь.

За время боя, мужчине удалось окончательно убить только двух противников, остальные соперники, как ни в чём не бывало, начали вставать, будто и не было тех мощных ударов, способных отправить на тот свет обычного человека. К сожалению, против мужчины сражались не люди, а монстры, неспособные чувствовать боль, вся их неуклюжесть с лихвой компенсировалась существенно возросшей силой.

Пот ручьями стекал с лица отставного военного, скоротечная схватка порядком утомила его, отсутствие ежедневных тренировок, а так же берущие своё годы и перенесённая операция не лучшим образом сказывались на самочувствии мужчины. Первоначальная оценка противника показала себя несостоятельной, и в тоже время, назвать его усилия впустую потраченными было бы откровенной ложью. Он выиграл время, и теперь он не один, и у них есть оружие. Вытерев окровавленной рукой солёные капли пота, попадающие на глаза, мужчина поудобнее перехватил кувалду с огромным бойком, отлитым из нержавеющей стали.

- Бейте их в голову, не жалейте ублюдков, если хотите остаться в живых, и помните уроды чрезвычайно сильны, - после короткого инструктажа, схватка разгорелась с новой силой. Размахивая тяжёлой кувалдой, словно пушинкой, Лютер проламывал черепа своих врагов. Мозги, разлетающиеся во все стороны, попадали и на лица защитников. Глаза, пересохшие губы, так или иначе, контактировали с заражёнными частичками монстров.

Безжалостная схватка подходила к концу, насадив последнего монстра на вилы, Льюис дал мужчине с кувалдой возможность широко размахнуться, чтобы затем обрушить сокрушительной силы удар на череп врага. Забрызганные с ног до головы кровью, порядком уставшие, они сумели выйти победителями из схватки, сохранив свои жизни и жизни людей, находившихся за их спинами.

Тяжело дыша, они цепко осматривали неподвижные тела поверженных врагов. Голова каждого монстра уничтожалась, даже если он не подавал признаков жизни, прошедшая схватка явственно показала, чем чревата недооценка противника. Отрубленные конечности и вмятые грудные клетки, замедляли, но не убивали вышедших из канализации существ.

- Чувствую себя настоящим Рембо, - повернувшись лицом к своим коллегам, облегчённо рассмеялся рыжеволосый мужчина в чёрной футболке с изображением вышедшей в тираж группы, название которой, похоже, выцвело в тоже время, как группа покинула шоу-бизнес. Примерный семьянин любым способом старающийся избегать конфликтных ситуаций в этот раз показал себя настоящим мужчиной, ринувшись на помощь своим коллегам. Кто бы мог подумать, что человек с таким добродушным характером сможет на равных сражаться с ветеранами боевых действий. Его радость была понятна, но несвоевременна. Частая ошибка новичков, расслабиться раньше времени. Потеряв бдительность, мужчина не заметил, как из зева тоннеля вышел новый враг.

В отличие от шустрого монстра, полагающегося на внезапную атаку из засады, с которым довелось повстречаться Джону в глубинах канализации, этот тип монстра делал ставку на повышенную защиту. Внешний вид существа очень сильно роднил его с земноводными, а именно с отдельными их представителями, лягушками.

Представьте, что в один миг, главный ингредиент популярного французского блюда, внезапно мутировал, очень сильно раздавшись в габаритах. Прямоходящая, превышающая средний рост человека, чешуйчатая тварь, с пастью полной острых, как кинжалы зубов. Не имея хрупкой шеи, мутант обзавёлся широким защитным капюшоном по контурам схожим с таковым у кобры. Венчал его небольшой гребень, берущий начало чуть выше левого глаза. Верхние лапы монстра имели четыре пальца с небольшими, но чрезвычайно прочными когтями, нижним же конечностям хватало трёх.

Два удара крест-накрест и всё ещё улыбающийся мужчина распадается на несколько больших кусков дёргающейся плоти. Стремительный удар топором, нанесённый подскочившим мужчиной смог лишь высечь несколько искр, бессильно отскочив от прочной чешуи покрывающей лапу мутанта. Ответный удар нашёл свою цель. Когтистая лапа вошла мужчине с золотыми зубами между рёбер, кровь потоком хлынувшая из его рта попала прямиком на морду заурчавшей от удовольствия твари.

Мёртвое тело мужчины всё ещё висящее на вытянутой лапе подалось навстречу твари, насаживаясь прямо до плечевого сустава существа. В этом ему помогли усилия, подобравшегося вплотную белобрысого паренька одетого в длинную толстовку с глубоким капюшоном. Такой внезапный ход частично лишил тварь обзора, значительно замедлив её, чем не преминул воспользоваться водитель погрузчика. Разогнанная многотонная машина на полной скорости протаранила не успевшего избавиться от враз ставшей непосильной ноши мутанта. Вилы, сведенные воедино на манер копья, пробили живот монстра с такой же лёгкостью и небрежностью, как до этого когти мутанта игнорировали сопротивление человеческой плоти. Крича от ужаса, водитель погрузчика до упора вжимал педаль газа в пол, направляя машину прямиком на бетонную стену. Громкий грохот, скрежет сминаемого металла, и раздавшийся следом вой боли гармонично смешались с матюгами умудрившегося не пострадать водителя погрузчика.

Несмотря на полученные ранения, тварь никак не хотела подыхать, если бы погрузчик не вошёл своими вилами глубоко в бетон, благополучно в нём застряв, у неё был бы хороший шанс на спасение, об этом прямо свидетельствовал хруст минуту назад вывернутой под неестественным углом лапы.

- Бесовское отродье, – сплюнул себе под ноги Льюис – видно в аду перенаселение настало раньше, чем у нас, раз эти ублюдки решили показать свои уродливые рожи.

Кувалда раз за разом поднималась и опускалась на крепкую голову монстра, больше десяти ударов потребовалось на то, что размозжить отрыжке бездны, череп. Громко хрипя, Лютер выпустил из рук ставший неподъёмным инструмент. Он был слишком стар для подобных приключений, если бы не находчивость молодого человека, эта тварь отправила бы их всех на тот свет, после принявшись за спрятавшихся в постройках людей.

- Зак – кхе – кхе – крхойте, - показав на вход в тоннель, мужчина разразился диким кашлем.

Заблокировав прицепом фуры, вход в канализацию люди наконец-то спокойно выдохнули, сил на ещё одну схватку ни у кого не было, даже если бы пришлось сражать против обычного хомячка.

Несмотря на близкий рёв полицейских сирен, служители порядка не торопились заезжать на территорию организации. Работник, отправленный посмотреть, куда же запропастилась помощь, очень быстро вернулся назад, трясясь от страха.

- Полиция перекрыла улицы, ведущие к нам, а мне сказали, что если сдвинусь хоть на метр вперёд, они откроют огонь, во что мы вляпались, босс?

- Ну … всё зависит от того, что им сказала Мари?

- Я сказала, что на нас напали мертвецы, и часть из них мы убили, – пролепетала бледная девушка.

- Что ж … , - после активного времяпрепровождения больную ногу будто пропустили через мясорубку, усиленно растирая конечность мужчина зашипел от особо сильной вспышки боли – по крайней мере они серьёзно восприняли ту часть, где упоминалось убийство, не дергайтесь, и сохраняйте спокойствие, у нас есть наглядные доказательства того, что мы не спятили.

Мужчина предпочёл умолчать о том, что государство может сделать со случайными свидетелями, выходящих за рамки обычной жизни событий. Донесшийся спустя некоторое время рёв двигателей армейских грузовиков было невозможно спутать с чем-то другим. Первым на территорию организации заехала БТР с грозно поблёскивающим в лучах полуденного солнца орудием башни. Скрипя тормозами, недалеко от мужчины остановился тентованный грузовик, откинув борт, из него один за другим посыпались солдаты, одетые в форму химической защиты.

Разбившись на небольшие группы, военные начали досконально проверять каждое строение на территории, выгоняя на улицу скрывающихся там сотрудников. Людям, погибшим в результате нападения без всяких затей делали контрольный выстрел в голову. Подобная процедура красноречивее любых слов говорила о том, что государство хорошо осведомлено о существах, с которыми довелось сражаться людям. Не нужно было быть великим мыслителем или учёным, чтобы понять, что судьба находившихся здесь людей была предрешена, никто в здравом уме не выпустит на свободу разносчиков неизвестной заразы, или тех, кто может быть потенциальным носителем неизвестного вируса.

Собрав всех в одном месте, солдаты провели первичную фильтрацию, отделяя раненых или просто покрытых кровью людей в одну группу, а остальных в другую. Оставаясь глухими к просьбам и мольбам людей, солдаты жёстко подавляли любую вспышку неповиновения. Зачастую несговорчивым или слишком дерзким хватало одного удара прикладом автомата. Бесконечная череда анализов и осмотров врачей затронула каждого, создавалось ощущение, что их готовят к полёту в космос. Отдав службе в армии больше двадцати лет, Лютер до сегодняшнего дня не знал о существовании такого количества врачебных специальностей.

- Кровь на вашем лице, чья она? – безэмоциональный вопрос приглушённо донёсся до ушей мужчины.

- Не знаю, скорее всего, усопшего электрика, я оказывал ему первую помощь.

- Как вы себя чувствуете, что-то необычное, слабость, зуд, может быть, поменялись ваши предпочтения, вам не хочется попробовать сырое мясо?

- Нет, у меня ужасно болит нога, но этаболь была со мной на протяжении всего жизни после ранения. И если вы не дадите мне обезболивающее, то мне действительно захочется отведать человеческого мяса, и начну я, пожалуй, с вас – негромкий рык и стальной взгляд мужчины смогли пробить невозмутимость сидящего напротив него человека. Ему было всё равно, что о нём подумают, осколок, засевший в ноге, похоже, сдвинулся во время боя, и причинял невыносимую боль.

- Вколите ему обезболивающее, - приказал стоящий рядом военный. На протяжении всего времени пребывания военных на территории организации, он неустанно следовал за Лютером.

- Мы не можем, результаты исследования очень важны, лекарство может помешать получению достоверных данных – не согласился доктор.

- Либо ты даёшь ему обезболивающее, либо присоединяешься к нему, интересно, что будет, если ты посидишь рядом с ним без защиты или же ты случайно вступишь в контакт с его кровью, как думаешь, твои коллеги согласятся на такой эксперимент?

Последний аргумент военного мгновенно охладил фанатичный пыл врача, явственно показывая, как тот дорожит своей шкурой. После введения лекарства, эскулап продолжил раз за разом задавать одни и те же вопросы, с интервалом в тридцать минут, и в какой-то момент, мужчина осознал, что ему действительно становится хуже. Появилось ощущение, которое испытывает почти каждый человек на начальной стадии простудного заболевания.

Скрывать от врачей подобную информацию он не стал, это было бессмысленно, каждое его слово тщательно проверялось, а кровь брали уже пятый раз. К вящему удивлению Лютера при конвоировании к другим заражённым его перехватил всё тот же мужчина, большую часть времени находившийся не далеко от него.

- Отдохни в своём кабинете, Лютер, ты заслужил.

- Мы знакомы? - благодарно кивнув, мужчина поспешил задать столь очевидный вопрос, хотя и сам знал на него ответ, никто не пошевелит пальцем ради незнакомца, а значит, с этим человеком он как минимум не раз встречался.

- Да, - произнёс отвернувшийся от него военный, неосознанно потерев между собой большой и указательный пальцы, характерный жест для человека из его далёкого прошлого, совсем как …

****

Поступь тяжёлых армейских ботинок прервала неспешные размышления мужчины.

- Давно не виделись, Ричард, - нейтрально произнёс чернокожий мужчина, отслеживая реакцию визитёра.

- Ты всегда был проницательным, мой старый друг – усмехнулся в ответ военный – не хотел я встречаться при таких обстоятельствах, видит Бог, не хотел.

- Всё настолько плохо?

- Ты даже не представляешь насколько.

Поднеся сигару к губам, мужчина попытался сделать затяжку, бесполезно, он и не заметил, как она потухла.

- Окажешь мне честь, старина? – вопросительно посмотрел на старого товарища Лютер, дрожащей рукой протягивая в сторону того, сигару.

- Конечно!

Щелчок кремниевой зажигалки, и маленький подрагивающий огонёк подносится к кончику сигары, затяжка, лёгкий треск разгорающегося табака. Запах пряностей наполнил комнату, выдыхаемый дым закручивался в спираль, поднимаясь к потолку. Что ж, в конце концов, мужчина прожил свою жизнь достойно, и сожалеть ему было не о чем. Умиротворённая улыбка озарила лицо мужчины, закрыв глаза, он спокойно курил, всецело отдавая себя этому делу.

Звук доставаемого из кобуры пистолета.

Щелчок возведённого курка.

Грохот выстрела подобно грому разорвал тишину кабинета.

- Прощай мой старый друг, покойся с миром!

С тихим стуком из потерявших силу рук упала на пол тлеющая сигара.

****

24 сентября 1998 г.

22:00 пятница

- Да, сэр, вирус действительно вырвался на свободу, мы закрываем город на карантин, источник заражения не обнаружен, первые заражённые появились в городе ещё несколько дней назад, сегодня же произошёл самый большой прорыв, мы не можем рисковать.

………….

- Конечно, мы дали сбежать из тюрьмы неподалёку нескольким преступникам, оформим всё как контртеррористическую операцию, связь города с внешним миром будет частично прервана, мы не допустим панику.

………….

- Да, я понял, сделаем всё возможное, сэр, вам не о чем беспокоится.

Положив телефонную трубку на место, губернатор штата Миссисипи позволил себе облегчённо выдохнуть, разговор с вице-президентом, был не самым приятным удовольствием,особенно если его темой является чрезвычайно опасный вирус, выпущенный на свободу.

Кто мешал идиотам военным отправить для эвакуации учёного отряд в несколько раз больше чем они отправили.

- Эти кретины всё никак не могут наиграться в свои шпионские игры, я бы не отказался вставить раскалённый паяльник в задницу тому умнику, что спланировал эту операцию – со стоном поделился своими мыслями мужчина пожилого возраста, поудобнее устраиваясь на диване.

Мягкие женские руки нежно разминали спину мужчины. Новая помощница, пришедшая на смену, ушедшей в декрет секретарши поражала своими умениями. Молодая, красивая девушка была на редкость хороша не только в решении рабочих вопросов. Помимо всего прочего она обладала просто великолепными навыками массажа.

На протяжении всего дня, губернатор с нетерпением ждал наступления вечера, постоянно доставляющая неудобства спина, просто плавилась в умелых руках девушки. Её внешность и аромат покорили сердце женатого мужчины.

Красивая азиатка, судя по всему ставшая плодом интернационального брака, она взяла лучшие черты от своих родителей, особенно внимание мужчины привлекла причёска – ассиметричное каре. Чёлка молодой девушки была разделена на две пряди, самая большая и длинная ниспадала вдоль правой стороны лица, больше чем, наполовину закрывая глаз, её кончики невесомо касались нежной кожи шеи, плотно опоясанной тонкой полосой ожерелья, больше напоминающего ошейник с застывшим посередине топазом тёмного цвета. Вторая прядь подчёркивала контур лица, обходя стороной глаз, она заканчивала свой путь,чуть-чуть не достигая края челюсти, подчёркивая миловидное ушко. Слегка вздёрнутый к верху кончик носа, чуть приоткрытые губы с нанесённым поверх тонером вкупе с причёской делали внешность своей обладательницы хищной и бунтарской. Тёмно-каштановые омуты глаз, казалось, бросали вызов каждому мужчине, пробуждая глубинное желание обладатьстоль загадочной представительницей противоположенного пола.

Каждый раз, смотря на одетую в красное платье фигуру девушки, на чёрные чулки, закрывающие упругие молодые бёдра, мужчина хотел лишь одного, плюнуть на всё и взять объект своего вожделения прямо на офисном столе. Он понимал, что его страсть неправильна, но впервые за долгое время к нему вернулась мужская сила, казалось навсегда покинувшая его.

Для себя мужчина однозначно решил одно, как только разберётся с проблемами, царящими в Раккун-сити. Он бросит свою жену, и сделает девушке предложение, от которого она не сможет отказаться. Деньги, власть, он обеспечит её всем, он бросит целый мир к её ногам, лишь бы она ответила ему взаимностью.

- Вирус достать не получилось, господин? – девушка обожгла своим дыханием ухо мужчины, разом выветрив из его головы даже намёк на связные мысли. Её обращение заставило набухнуть половой орган мужчины. Не задумываясь, желая угодить объекту своего вожделения, мужчина начал рассказывать все, что знал о вирусе, совершенно не заботясь о конфиденциальности информации.

- Неееет, - промычал мужчина, ерзая своими бёдрами – придурки, отправленные за ним бесславно погибли, угробив себя и за компанию потеряв учёного и вирус, теперь придётся проводить долгую работу по выявлению формулы и созданию вакцины.

- Будем надеяться, что нам удастся задержать вирус в границах города, пока мы ищем средство избавления от него.

- Да … продолжай, вот тут … - сбился мужчина с мысли, ощущая тепло в районе своей шеи, мужчина чуть не отправился в нирвану.

- И никто не знает его искать – эротично прошептала азиатка.

- Говорят, в городе есть журналист, копающий под корпорацию Амбрелла, возможно он знает, где вирус, но его ещё надо найти, если он вообще находится в городе. В любом случае, напоминаю, не суйся в тот город, он будет заблокирован. Мне не хотелось бы терять такую помощницу, как ты – эта информация была единственным, что смог сказать мужчина, перед тем как достиг своего пика, оргазм мощной волной накрыл мужчину отправляя его сознание в далёкие дали.

Посмотрев на вырубившегося мужчину, девушка презрительно сморщилась, это самая нелюбимая часть её работы. Хоть бы раз попался красавчик. И всё же, она добилась того, чего хотела, вируса у властей не было, а значит, придётся посетить столь милый город, пока его окончательно не захлестнула опасная пандемия.

P.S Я вас обманул, извиняюсь, из-за работы совсем не было времени на написание главы, поэтому мне вновь пришлось разделить её на две части. Если вам нравится произведение, не забудьте поставить лайк, мне будет очень приятно. Спасибо за внимание!

Глава 4. Демон, что носит Прада.

Раккун сити 29 сентября 1998 г.

18:00 среда.

- Только не забирай наш мотоцикл, - писклявым голосом я передразнил утопающего в клубах дыма, наркомана. Нечто, некогда бывшее мотоциклом, не захотел бы угнать даже приговорённый к смерти террорист. Зелёный цвет, в который были окрашены элементы двухколёсного коня, поблёкли от времени и отсутствия должного ухода. На металле комплектующих царствовала ржавчина, грязно-оранжевые разводы в некоторых местах прогрызли его насквозь, ставя надёжность всей конструкции под большое сомнение.

На улице сгущались сумерки, узкий переулок, находившийся между двумя зданиями, слабо освещался выходящими на него окнами комнат. Можно сказать, что свет окон, переманивая взгляд на себя, делал тьму в переулке гуще и плотнее. Свет фар проезжающих по дороге машин на короткий промежуток времени освещал пространство, удлиняя тени отбрасываемые мусорными контейнерами, и остальным крупногабаритным хламом в избытке, наваленном вдоль стен.

Органы чувств играли со мной одну им ведомую игру, зрение и слух были словно заглушены, поэтому появление неподвижного силуэта недалеко от себя, я позорнейшим образом пропустил. Своим поведением он слишком сильно напоминал встреченных мною зомби, беззвучно открывая рот, силуэт медленно приближался ко мне, протянув в мою сторону руку с зажатым в ней каким-то предметом. Всё ещё находясь под впечатлением от испытанных недавно приключений, я не на миг не задумался о том, что перестал слышать все звуки, зрение вновь ухудшилось, пелена, всё сильнее застилающая мой взор, заставила принимать решение без промедления. Беспомощно оглядевшись и не заметив мало-мальски подходящего оружия, я посильнее сжал ободок каски, до сих пор находившейся в моей руке. Сосредоточившись, я не стал ждать рывка противника, неловко бросившись вперёд на заплетающихся ногах. Вместо боевого клича, издав стон ничем не отличающийся от того, что издают монстры.

****

Обходя свои мусорные угодья, бездомный зашёл в переулок, в котором давно не бывал. Неспешно продвигаясь вперёд, мужчина цепким взглядом разглядывал мусорные кучи, в поисках полезных вещей. Вдали он заприметил огромный зелёный контейнер доверху забитый мусором. Бинго, удовлетворённая улыбка возникла на заросшем лице бездомного, такие же старатели, как он ещё не исследовали это место. Шансы получить богатую добычу были, как никогда высоки.

Показавшийся из-за контейнера силуэт мужчины одетого слишком легко для этого времени суток заставил сердце немолодого бездомного затрепетать от предвкушения. Намётанный взгляд и опыт работы на ткацкой фабрике безошибочно определили дорогой материал одежды. Подслеповато щурящийся молодой парень никак не выдавал своего беспокойства от нахождения в подобном месте.

“Турист” - выдал вердикт мозг мужчины. Только эти сумасшедшие люди не боялись, ни чёрта, ни ангела, засовывая свой нос, куда только можно. Видно ищет сувениры, хотя каска со срезанной макушкой выбор скажем, не любителя. Отпустив ручку тележки со скарбом, мужчина достал из грязного кармана металлическую банку для пожертвований, быстро сдув с неё нитки паутины и пригладив волосы, начал своё сближение, с, как он считал, денежным мешком.

- Мистер, прошу … - постарался сделать свой голос, как можно жалобней, мужчина, это был его звёздный час. Однажды, какой-то богатей, скорее всего, получивший деньги в наследство, и не знавший им цену, дал ему целых сто долларов. Может быть, повезёт и сейчас, главное разжалобить, или припугнуть, если молодой паренёк будет слишком несговорчивым. Мученически закатив глаза, мужчина, еле переставляя ноги, двигался по направлению к цели, показывая, как же ему плохо, в довесок, будто из последних сил протягивая вперёд баночку для милостыни.

Обративший на него внимание парень, напрягся, эмоции на его лице сменяли одна другую, узнавание, страх, решимость. Панически оглядевшись вокруг и не найдя искомого, молодой человек сорвался с места по направлению к бездомному. Шатаясь из стороны в сторону, издавая душераздирающие стоны, юноша, воспользовавшись заминкой мужчины, приблизился почти вплотную к вытянутой вперёд руке.

- Ах, ты ж, кусок говна, - единственное, о чём успел подумать, оседающий в беспамятстве мужчина, получив вместо пожертвования, хлёсткий удар каской по голове.

****

Хороший удар, - пронеслась в моей голове одобрительная мысль, тут же потухнув, от навалившихся ощущений. Желание добить упавшего зомби, растворилось в пучине дикой всепоглощающей боли. До этого момента обходящие меня стороной запахи каскадом обрушились на мой многострадальный нос, все органы в теле пылали огнём, к итак неприятному состоянию добавился нестерпимый зуд под кожей, ненадолго я почувствовал холод, впрочем, быстро отступивший. Повиснув на мусорном контейнере, вдыхая запах протухших овощей и человеческих экскрементов, я не мог отдышаться.

Надежда на то, что на этом всё закончилось, не оправдалась, следующий приступ не заставил себя ждать, резь в глазах, беспорядочная череда звуков разной тональности безжалостно потоптались по моему мозгу. Слезы скатывались ручьями по моим щекам, схваченная судорогой челюсть была той преградой, что отсекала моему крику путь наружу.

- Чувак, посмотри, в стене и правда, дыра, ооооооо …., как же хорошо, не хотелось мочиться в углу – расслабленный голос мужчины донёсся до моих ушей, миновав вставшие на его пути преграды. Хотелось бы мне списать всё это на бред воспалённого сознания, но, клянусь, я слышал шум разбивающейся о стенки воздуховода струи вылетающей из одноглазого змея обкуренного наркомана.

Я был бы искренне счастлив, если бы на этом всё и закончилось, но нет, разговоры людей в окружающих меня домах, шум воды текущей по трубам, скрип деревянных ступеней, курлыканье голубей, я смог услышать даже мягкую поступь кота, приближающегося к неожидающим нападения птицам. Спустя некоторое время, мучения не исчезли, как я надеялся. Вместо этого, вернулись судороги. Не имея сил стоять, я позорно рухнул в грязную лужу, в которой начал барахтаться словно свинья, моля высшие силы об избавлении. Несмотря на всю испытываемою мною боль, я не смог отключиться, падая в спасительное беспамятство, вместо этого вынужденно страдая от охватившей меня агонии.

Я чувствовал, как с громким треском и скрежетом мои зубы крошатся, вытесняемые другими, более длинными, острыми, хищными. Под их размер подстраивалась и челюсть, моё тело полностью видоизменялось, мелькнувшая в поле зрения рука, стала больше, сменив свой цвет на тёмно-багровый. Очередная встряска, и меня вновь выгибает дугой, теперь уже в последний раз. Не двигаясь, я смотрел на безумно красивое вечернее небо. Свет первых звёзд появившихся на небосводе успокаивал, позволяя сконцентрироваться на своих мыслях, боль, ещё недавно терзавшая меня, исчезла без следа, оставив после себя сильную слабость.

Мне было очень страшно, сотни разнообразных картин со всевозможными уродствами проносились в моей голове. Кем я стал? Как мне дальше жить, не попав в руки учёных, с удовольствием бы препарировавших меня, во имя науки, конечно же, а не ради своих амбиций. С каждой секундой прошедшей после исчезновения неприятных ощущений и боли, я всё лучше начинал чувствовать своё тело. Желания встать, хотя бы для того чтобы не валяться в грязи, не появилось. Очень непривычное ощущение, хочу сказать я вам, лежать на холодной земле, и не чувствовать холода.

- По крайней мере, я смогу сэкономить денег на тёплой одежде – невесело усмехнулся я, обращаясь к пустоте. Осталось понять в какую образину я превратился, и нужна ли мне будет в таком случае одежда вообще.

По-детски зажмурив глаза, я поднёс свою левую конечность поближе к лицу, после чего немного помедлив, чуть приподнял веки. Рука, обычная человеческая рука, облегчённый выдох вырвался сам собой, чуть приподнявшись, я осмотрел остальное тело, дурно пахнущее, покрытое не только грязью, но и багровой плёнкой, начавшей опадать, стоило мне только пошевелиться. Мне всё привиделось, от испытанного облегчения я начал громко смеяться, словно последний идиот, но мне было всё равно, что обо мне подумают люди, несмотря на все невзгоды, что мне пришлось перенести, мир стал ярче, воздух в этой помойке, казался необычайно свежим, и я продолжил хохотать, составляя достойную конкуренцию киношным безумцам.

Организм, перенёсший экстремальные нагрузки нуждался в восполнении запаса энергии, и появившийся голод являлся тому хорошим подтверждением. Он был настолько сильным, что я посмотрел с гастрономическим интересом на пробежавшую мимо крысу. Вновь вернулись странные ощущения, будто бы что-то потихоньку расходится от меня во все стороны в поисках пищи. Слабость стала только сильнее, создавалось вполне реально ощущение, что если я в скором времени не поем, то умру. Попытка встать не увенчалась успехом, силы окончательно покинули меня.

- Ты – т-т-ты же д-д-демон, нечисть - заикающимся голосом обратился ко мне вырубленный, как я считал ранее, зомби. Во всем произошедшем со мной был один жирный плюс, я не успел убить обычного бездомного, спутав того, с монстром из канализации.

- Помогите, прошу - слабым голосом я обратился за так необходимой мне помощью, слабо представляя, чем мне может помочь избитый мной же бродяга.Его обидные слова, направленные в мою сторону, я благоразумно пропустил, он имел полное право так меня называть, за всё то, что я с ним сделал. Я бы даже сказал, что его ругательство было очень мягким, по сравнению с многообразием по-настоящему обидных слов. Кое-как я смог приподнять руку, краем глаза замечая тонкие белесые нити оплётшие её.

- Вызовите скорую, мне очень плохо, я отблагодарю, - я совершил поистине титаническое усилие, произнеся свою просьбу. Медленно, опираясь на стену, мужчина поднялся, по его виску скатилась крупная капля крови, приведшая меня в возбуждение, голод, похоже стал ещё сильнее, и это мне очень не понравилось, становиться каннибалом не хотелось, а именно к этому взывал мой организм. Зрение в очередной раз выкинуло фортель, легкая резь в глазах, и смотрящий на меня мужчина превратился в одно огромное, ярко-оранжевое пятно, все остальные объекты потеряли краски, окрашиваясь в некоторых местах в такой же, как и мужчина цвет. Я не успел толком испугаться, как моё зрение вновь вернулось в обычное состояние.

А дальше случилось, то, чего я никак не ожидал.

- Сдохни, нечистый, - с криком бросился на меня бездомный. Его грязные, мозолистые руки, обхватили моё горло, начав душить. Лицо бездомного было искажено гримасой ярости, мужчина прикладывал всю доступную ему силу для того, чтобы перекрыть мне кислород. Усилия прилагаемые им к моему убийству были тщетны, к моему собственному удивлению, я полностью ослабленный, и не имеющий сил сопротивляться не чувствовал никакого дискомфорта, в добавок к тому, что уже испытывал.

- Сдохни, сдохни, сдохниииии,-словно мантру повторял мужчина. В отличие от меня он весь покраснел, вены на его руках, набухли, грозя вот-вот лопнуть от напряжения, таким ходом, он убьёт быстрее себя, нежели меня. Бродяга был так сконцентрирован, что даже не обратил внимания, как всё большее количество невесомых нитей медленно попадают на его одежду, словно вода, просачиваясь дальше, опутывая его, не спеша, словно боясь потревожить попавшую в западню жертву.

Я не желал ему смерти, даже несмотря на его нападение, ведь именно мой поступок послужил первопричиной всего этого. Но некоторые вещи, были выше моих сил, как например, ярко пылающее чувство голода. Когда мужчина сообразил, что здесь что-то не так, и лежащая неподвижно жертва не торопиться умирать, было поздно. Его попытка оттолкнуться от меня, провалилась, он был крепко зафиксирован, его барахтанье было пресечено яркой искрой вышедшей из моего тела. Используя нити как проводник, она добралась до мужчины, лишая его сознания. То, что произошло дальше, будет одним из самых ужасных воспоминаний в моей жизни. Я выпил его, всего без остатка, он растворялся будто облитый едкой кислотой, его кровь и плоть поступали в моё тело, давая ему так необходимый материал для восстановления.

Моё сознание наконец-то погасло, избавляя меня от лицезрения того, что осталось от мужчины.

****

Существо, в которое превратился неподвижно лежащий молодой человек, было по-прежнему голодно, слишком много процессов проходило в изначально хрупком человеческом организме, слишком мало времени было потрачено на его развитие. Он нуждался в материале, и инстинкты, вырвавшиеся на свободу, встали у руля, на некоторое время, подменяя недостаточно подготовленное сознание молодого человека.

Лучшее творение погибшего учёного, умное, безжалостное, нацеленное лишь на один результат, выживание, отправилось на охоту.

Пережидавшим снятие карантина воришкам не повезло, бетонные стены подвала стали для них местом последнего упокоения. Стремительно ворвавшийся монстр, некогда бывший человеком, в одно мгновение ока уничтожил сидящих полукругом людей. Быстрая и легкая смерть без мучений, единственное, что могло подарить несчастным голодное существо.

Хищная пасть рвала тела жертв на части, не замечая сопротивления костей, разгрызая их словно желе. Вырвавшиеся из спины нити, превратились в щупальца, набрасываясь на лежащие тела, оплетая их, словно пылесос, высасывая всё мало-мальски питательное. Не давая даже капле драгоценной крови упасть на потемневший от грязи пол.

Хруст и чавканье сменились тишиной, лишь неровно горящая лампочка, подвешенная под потолком, издавала лёгкий треск. Горящие золотом глаза напоследок обвели пустой помещение, выискивая источник пищи, или угрозу. Удовлетворённое осмотром существо, удовлетворённо зевнуло, уходя вновь в глубины человеческого подсознания.

****

Судя по всему, подобные пробуждения становятся для меня привычкой, подумал я, осмотрев покрытый фосфоресцирующим мхом, подвал. Вновь обнажённый, вновь ничего не понимающий, тело, как и в предыдущий раз, переполняла энергия. Сейчас я в очередной раз оказался в подвале, в который попал из воздуховода. Об этом красноречиво намекала зияющая тьмой дыра в стене, единственный ориентир позволивший понять, где же я нахожусь.

А вот хиппи, куда-то пропали, и я догадывался куда. В этом месте было уютно, мягкий, тёплый ковёр мха, нежно убаюкивал, ненавязчиво склоняя меня ко сну. Это место словно стало вторым домом, ощущения были схожи с теми, что я испытал там, внизу. И это немного пугало, правда, не настолько, как осознание простого факта – я сожрал всех находившихся здесь людей, и на это явственно указывала порванная одежда со следами крови, а так же тяжёлый запах, стоящий в помещении. Я этого не хотел. Становиться убийцей, пусть и далеко не четных людей, мне претило, они этого не заслуживали, я был готов убивать монстров, но вот самому стать чудовищем, пожирающим других людей, мне не хотелось.

Удивительно, что сюда не приехала полиция, криков на улице было предостаточно. А посему, нужно было поторопиться, не хотелось попасть в руки правосудия, не имея на руках документов, быстро разворошив мешки с одеждой, не заботясь о соблюдении, какого либо порядка, я, откопав себе вещи по размеру, поспешил на свежий воздух. Я шёл по переулку без остановок, стремясь побыстрее покинуть место массового убийства. В след мне не неслось ругательств или проклятий, меня не называли демоном, позади меня лишь падало дерьмо перепуганных птиц, и гуляющее между стен разочарованное неудачной охотой мяуканье кота.

Путешествие по канализационным тоннелям завело меня слишком далеко, прямиком на окраину города, в район, где преимущественно селились работники многочисленных фабрик. Неподалёку от меня находилось метро, и если бы у меня были деньги, то уже через полчаса я добрался бы до дома. Желание выйти за пределы города пешком, быстро испарилось, стоило увидеть вдали блуждающие лучи мощного прожектора находящегося на построенной, на скорую руку вышке.

К ней вела огромная вереница гудящих на все лады машин. Люди не теряли надежду покинуть город, но к несчастью, военным было глубоко наплевать на желания стоявших в пробке, они выполняли свой приказ. Правительство было в курсе опасности, которую несли жаждущие плоти монстры, иначе бы не стало выделять столь много ресурсов на блокаду города. Террористов, таким образом, не поймаешь.

Стоя у пешеходного перехода, я исподволь разглядывал окружающих меня людей. Стоящий по правую руку от меня мужчина с огромными наушниками на голове, совершенно не высказывал своего беспокойства, кивая своей головой в такт раздающейся музыке, он был полностью погружён в свои мысли.

В противоположность ему, девушка с бирюзовыми серёжками в ушках, взволнованно поправляла волосы, то и дело, напуганной ланью смотря на стоящих рядом с ней людей, дергаясь, каждый раз, когда кто-то кашлял, закрывая при этом свой точёный носик белым платком.

Загоревшийся зелёным светофор чуть не лишил жизни бодренького старичка несущего на вытянутых руках приличных размеров кипу газет, не успей я схватить его за край рубашки, потянув на себя. Пронесшаяся рядом с носом машина заставила последнего икнуть от неожиданности, выронив из своих рук удерживаемую ношу.

Держась за сердце, старик совершенно позабыл о том куда направлялся, развернувшись на сто восемьдесят градусом, пожилой мужчина поблагодарил меня кивком головы.

- Нахрен этот день, я домой – произнесли старческие губы. Не дав словам разойтись с делом, мужчина бодрой походкой отправился по обратному маршруту, позабыв про лежащие на асфальте газеты. Переходящие дорогу люди не заморачиваясь топтали корреспонденцию своими ногами. Спешащие по одним им ведомым делам, люди, стремились сохранить каждую миллисекунду, которую могли бы потратить на обход препятствия.

Присев я начал собирать упавшие газеты, мне было очень интересно узнать, что я пропустил за время своего отсутствия. У меня не было даже понимания того, сколько дней я провёл в рукотворных лабиринтах, борясь за свою жизнь. Отсортированные по датам заголовки первых страниц показывали всю хронологию происходящих в городе событий:

* Что случилось со звёздным отрядом, молчание выживших, кто понесёт ответственность за гибель людей?

* Жестокое убийство в парке, преступник не найден.

* Теракт в канализации, куда смотрит полиция?

* Вспышка неизвестной болезни, городская больница открывает набор персонала.

* Город закрыт, причины и последствия.

* Куда пропал Мэр?

* Известная радиоведущая убита во время пробежки.

* Бешенство или наркотики, что толкает людей на насилие? Психиатрическое отделение переполнено.

* Будьте осторожны, проявляйте бдительность, безопасность общества в ваших руках.

……….

* Второй Вавилон, да смилостивится над нами Господь. Издательство прекращает свою работу, берегите себя.

Меня не было больше четырёх дней, за это время, город превратился в большой рассадник неизвестного заболевания, превращающего обычных людей в монстров. При этом, полиция и добровольцы умудрялись сдерживать заразу, не давая инфицированным разгуляться на свободе. Я должен был, как можно скорее добраться до дома, забрать документы и придумать, как незаметно покинуть город. Надеюсь, для этого мне не придётся вновь спускаться под землю. У меня были серьёзные основания считать, что там, в безопасности, появилось значительное количество опасных зверюшек, что сожрут меня вместе с оружием. Ну … или же я сожру их, но доводить до подобного мне не хотелось, гарантий, что я вновь вернусь в человеческое обличие и смогу себя контролировать не было от слова совсем.

Совесть, что должна была терзать меня, молчала, оправдывающие меня мысли то и дело появлялись на границе сознания, я не виноват, во всём виноваты обстоятельства. Плохое оправдание, но другого у меня не было.

Чем ближе я приближался к гордости нашего города, где получали знания тысячи студентов, зачастую приезжающих из разных городов, порой находившихся на другом конце побережья, тем лучше и опрятнее становились дома. Какой же силой обладают деньги, если, не смотря на разгорающийся повсюду костёр хаоса, эти милые улочки были вычищены до блеска. Но даже деньги не могли обеспечить этому району безопасность, проезжающие одна за другой полицейские машины, скрывались на улицах, примыкающих к университету.

Улица была пуста, единственными прохожими, находящимися в это время тут, был я и группа молодых людей идущая мне навстречу. Парни, все как один, были покрыты с ног до головы татуировками. Представители местной рэп культуры, лица, не отягощённые интеллектом, огромные позолоченные цепи, и дорогие кроссовки. Никогда не понимал, зачем белые копируют чёрных, ставя во главу социального статуса, мерило в виде дороговизны носимой обуви. Человек мог быть отпетой мразью, дебилом, разносчиком опасного заболевания, но если у него были дорогие кроссовки определённой фирмы, то это факт, нивелировал все его недостатки.

- Эй, йоу, чувак, - двигаясь, как человек, через которого прошёл электрический разряд, обратился ко мне один из членов маленькой группировки, с наверняка крутым названием – ты не с нашего района, йоу, кем ты будешь, йоу?

Его мелькающие перед лицом пальцы, порядком раздражали. Никакой самобытности, даже в обычных движениях они копировали прыгающих по сцене обезьян, полностью уподобляясь им. Дай им время, и они расскажут тебе “увлекательную” историю про то, как они выросли в чёрном районе, в окружении кровожадных банд. Стандартная история, используемая недалёкими идиотами, даже если они были белыми.

Признаю, я даже не знал, что ответить на этот глупый вопрос. И я бы прошёл дальше, если бы эти животные не перегородили мне дорогу.

- Джонни, смотри, они нас испугался, - жеманно произнёс миниатюрный парень с заплетёнными в дреды волосами, судя по всему, он исполнял не совсем мужскую роль в этой компании. – Тебе задали вопрос – попытался провести своим наманикюренным пальцем по моей груди, местный рэпер-содомит.

- Вы что, меня грабануть пытаетесь? – удивлённо спросил я обступивших меня парней. Мы все были белыми, находились в хорошем районе, мимо то и дело проносились полицейские машины, и, несмотря на всё это, меня захотели ограбить.

У меня нет денег, - я вывернул карманы штанов наружу, показывая, что у меня не спрятаны деньги. Но моя попытка решить всё миром, провалилась, в очередной раз из-за проклятой одежды. Она не принесла счастья ворам, и не приносит его мне.

- Не гони, Прада Милано, итальянский бренд, дорогая ткань, мой кореш покупает такую одежду за немалые бабки – возмутился парень с маленьким пушком под носом. За моей спиной раздался щелчок выбрасываемого лезвия. - Нет бабок, гони одежду – взял слово Джонни.

- Пока мы тебя на лоскуты не порезали, - гнусно засмеялся находящийся вне моего поля зрения владелец ножа.

- Что скажешь … - не успел продолжить свою фразу Джонни, как его прервал звук возведённого курка револьвера.

- Я скажу, чтобы вы, шпаньё малолетнее, шли отсюда нахер, пока я вам бошки не с несла к чёртовой матери.

Из открытой настежь двери на нас смотрела высокая старушка, одетая в пижаму с котятами. В любой другой ситуации я бы беззлобно посмеялся над забавно выглядящей бабулькой, но только не сейчас, когда в нашу сторону смотрело огромное дуло револьвера.

- П-простите нас мэм, мы уже уходим – хором произнесли неудавшиеся грабители. Скорость, которую развили улепётывающие ребята, тянула на мировой рекорд, быть может, для них не всё было потеряно, и они найдут себя в мировом спорте.

- Спасибо вам за помощь, - неловкий поклон с моей стороны должен был обозначить моё почтение в сторону старой азиатки. Вроде таким способом выражалась искренняя благодарность в восточной культуре, с которой я был поверхностно знаком, в основном черпая информацию из порно журналов и из редких походов в китайский ресторанчик.

Поднимая свою голову, мне захотелось напоследок запечатлеть в своей памяти женщину, избавившую меня от проблем, а возможно и спасшую мою жизнь. В глазах в очередной раз появилась резь, а смотрящая на меня старушка, мгновенно распрощалась с дружелюбной улыбкой, от страха выронив револьвер.

- Акума, - было последним, что произнесла напуганная женщина, резко закрывшая перед собой дверь. Обострившимся зрением я успел заметить, как губы азиатки зашевелились в беззвучной молитве, свободной рукой женщина не забыла перекреститься. Совсем нетипичный ритуал для азиатки.

В очередной раз меня, судя по всему, назвали демоном, что не так с моими глазами?

****

Оставшаяся часть пути до университета прошла в спокойствии, люди, проходящие мимо меня, не спешили разбегаться в ужасе, осыпая молитвами. Смотреть строго себе под ноги было хорошей стратегией, избавляющей меня от ряда неприятностей.

Уже подходя к входу в парк, прилегающему к университету, мне показалось, что я услышал звук выстрелов, доносящийся аккурат со стороны главного кампуса. Резко обострившийся после моих попыток разобрать доносящиеся до меня звуки, слух, поставил меня перед нелёгким выбором. К звукам выстрелов, и явственно различимому вою зомби, добавился детский голос, взывающий о помощи. Я не был святым, более того, пусть и не по своей воле я стал убийцей, и, тем не менее, во мне всё ещё жила совесть, и пропустить мимо ушей голос просящего о помощи ребёнка, я не смог.

Перед тем как я зашёл в парк, оттуда выбежала окровавленная парочка студентов. Накаченный парень, прихрамывая на заднюю ногу, неё на руках находящуюся без сознания подружку.

- Отвали от нас, - крикнул парень, на мгновение, обернувшись назад. Рычание стало ему ответом, а вылетевшая следом из кустов хорошо погрызенная болонка взявшая след, наглядно показала, чего боялся парень. Вдали, там, где был ребёнок, я услышал хриплое рычание нескольких хвостатых тварей, судя по всему нацелившихся на беззащитную добычу, медли было нельзя.

Поэтому выбежавшее мне на встречу заражённое животное я встретил хорошим ударом ноги, отправляя немёртвую тварь покорять небесные просторы. В этот момент, мир для меня сузился до одной точки, скорость которую я развил спеша на помощь, была немыслимой. Не разбирая дороги, я бежал вперёд, пробив своим телом зелёную изгородь декоративных деревьев. Громкий стук моего сердца, звучал набатом в моих ушах, препятствия которые нельзя было пробить, я перепрыгивал. Только в этом забеге я раскрыл часть своих приобретённых сил. Вставшему на моём пути зомби, я без затей, мощным ударом руки снёс голову, своим левым плечом отбрасывая в сторону дерева его напарника.

Я успел увидеть, как ребёнок сбитый собакой упал на землю, но я не успевал добежать до неё, собака была в воздухе, оскаленная пасть была направлена прямо на беззащитную спину дитя, время замедлилось, мысли, словно ошпаренные носились в моей голове, выход был найден. Играя в футбол, я редко попадал с первой попытки по воротам, и уж тем более, я никогда в жизни не пытался пинать ногой камень.

Моя ставка сыграла, давая мне столь драгоценное время, запущенный ногой камень, со свистом прошёл в опасной близости от головы ребёнка, прошив собаку насквозь. От силы удара тело заражённого пса разорвало на ошмётки. Вылетевшие кишки попали на её товарку выпрыгнувшей из густых кустов, перекрывая той зрение. Максимальная сосредоточенность с моей стороны, чувства обострились сильнее прежнего, я знал, слышал, и чувствовал своих противников. Их скорость была хороша, и могла доставить неприятности обычному человеку, но я обычным человеком уже не был. Сила, координация движений, я доминировал на этом поле боя. Повисшая на моей руке собака не смогла прокусить своими клыками, мою побагровевшую кожу. Чавкающие шлепки, и разлетающиеся во все стороны мозги, были закономерным итогом нашего сражения. Чуть повернув своё тело в бок, пропускаю пса, хватая того за хвост, молниеносно раскручиваюсь встречая прыгнувшие в мою сторону тени, хруст ломимых костей, и предсмертный визг тварей, ознаменовали мою победу.

Всхлипывающая от страха и боли девочка сжалась в маленький дрожащий комочек в ожидании неминуемого конца.

- Ребёнок, ты как? – мой участливый вопрос заставил разрыдаться ребёнка, с трудом приподнявшись, малышка посмотрела на меня, прежде чем окончательно потерять сознание.

- И что мне теперь делать? – риторический вопрос повис в воздухе без ответа.

Глава 5. Познавая себя

Авторское примечание:

Перед прочтением хочу написать пару слов об изменениях произошедших в произведении:

Во-первых, во время написания вчерашней главы, я понял, что мне максимально некомфортно писать про героя от первого лица, поэтому я принял решение писать главу от третьего лица, мне кажется у меня так лучше получается.

Во-вторых, спасибо вам за чтение, добавление книги в библиотеки и за лайки, не забывайте их ставить, если произведение вам понравилось, спасибо.

Раккун сити 29 сентября 1998 г.

21:15 среда.

Не знающее усталости туловище мертвеца перебирая руками, упорно ползло в сторону сладко пахнущей человеческой плоти. Бездонные провалы, находящиеся на месте карих глаз совершено не мешали мертвецу определять местонахождение своей жертвы. Химические вещества, выделяемые зомби, содержали особый маркер, позволяющий им отличать жертву от своих собратьев. Вирус стремился к размножению, и новые жертвы были найдены.

Ещё утром, милая и отзывчивая учительница младших классов, радостно раздавала собственноручно приготовленное печенье, вызывая улыбки на сонных лицах детей. Доброта сыграла с ней злую шутку, бросившись на помощь терзаемой собаками старушке, она сама пополнила когорту мертвецов. Человеческий разум погас, оставив вместо себя пустоту, никаких сомнений и мыслей, лишь стремлениеубивать в попытках утолить причиняющее невыносимые страдания чувство голода. Не обращая внимания на комья земли, прилипшие к рукам, мертвец утробно завыл от близкого присутствия пышущих жизнью людей.

Внезапный порыв ветра, ворвавшийся в кроны деревьев, сделал то, что не доделал выпущенный каменный снаряд. С протяжным скрипом и громким треском пятиметровая липа начала кренится вниз, распугивая находящихся на ней обитателей парка. Повернувший свою голову в сторону источника шума мертвец, даже имей он такое желание, не успел бы избежать встречи с падающим на него гигантом.

Глаза изготовившегося к бою молодого человека расширились от удивления. Разорвавший собаку на части камень, не остановился на одном объекте, пробив в не особо толстом стволе дерева не малых размеров дыру.

- Завидовал героям боевиков, желая стать таким же крутым, пожалуйста, небеса услышали твои желания, кушай, только не подавись - усмехнувшись невеселым мыслям, Джон задумчиво потёр неярко отсвечивающую в свете уличного фонаря, лысину.

- Он успел спасти ребёнка,и теперь передним стояла дилемиа, что же делать дальше? - очередной вопрос заданный в пустоту и оставшийся без ответа. У Джона не было особого опыта взаимодействия с детьми, маленькие вечно плачущие, всего боящиеся человечки были столь хрупки, что и до обретения повышенной силы, юноша боялся с ними рядом находиться, опасаясь ненароком причинить боль.

- Для начала мне стоит поднять её с холодной земли, - простая мысль пришла с запозданием в голову молодого человека, от обуявшего его волнения, он весь вспотел. Склонившись над ребёнком, Джон вытянул в её сторону руки, собираясь взять её на руки, но прежде чем он совершил задуманное, его глаза заметили одно непредвиденное изменение в своём теле.

Правая рука юноши совсем не походила на человеческую конечность. Заляпанная кровью и мозгами убитых собак, она больше напоминала лапу поднявшегося из преисподней демона. От подобной трансформации Джон натурально потерял дар речи, помахав её пару раз в воздухе, он не испытал даже мельчайшего намёка на дискомфорт. Конечность воспринималась и слушалась даже лучше родной. Но вот прикасаться к ребёнку заимев такую мутацию, юноша не захотел.

Слишком свежи были воспоминания об убитом бездомном, бесцеремонно ворвавшись в его разум, липкие мысли вызвали холодную волна страха, пронёсшуюся по позвоночнику парня. Яркие картинки, гуляющие в его голове, во всех подробностях напомнили ему о вырвавшихся из его тела нитях, за несколько мгновений выпивших бездомного досуха. Стоило только подумать о них, как волна жара прошла по изменённой руке, запуская механизм появления непонятного оружия.

Словно маленькие ворсинки они медленно прорастали на поверхности багровой кожи, безобидные, почти невидимые они не несли угрозы своему хозяину, но были опасным оружием против остальных.

Спокойствие и концентрация, - подумал юноша. Его логика была проста и понятна.

- Раз я однажды смог вернуть себя к прежнему виду, значит и сейчас, смогу придать руке изначальную форму - размушлял Джон. Он слышал, как вдалеке, со всех сторон в их с девочкой сторону неспешно двигались товарищи придавленного деревом мертвеца.

Сражаться с ними день и ночь, не зная усталости, словно мастер боевых искусств из древних китайских легенд, он не мог. Джон не обольщался, ничто в этом мире не даётся просто так, а значит и у него были эти пределы, просто про них он не знал. Но вот, что он точно знал, так это опасность выхода за пределы установленные изменённым организмом. Закрыв глаза, Джон попытался успокоиться, отстранившись от недавно произошедшей схватки.

Жужжание, раздавшееся у его уха, мгновенно разбило вдребезги всяческую попытку на вход в медитативное состояние. Надоедливая муха, словно миньон летающая вокруг молодого человека, была по-настоящему беспечной и бесстрашной. Противный звук, издаваемый ею, очень сильно раздражал и нервировал юношу.

Мимолётной вспышки ярости хватило для того, чтобы плавно покачивающиеся под ветерком нити выстрелили с умопомрачительной скоростью в сторону источника раздражения, превращая его в пыль. Удивлённо посмотрев на новое свойство нитей, молодой человек мотнул головой ,- сейчас не время для игр.

Вновь закрыв глаза, глубоко вздыхая и медленно выдыхая, он замедлял своё сердцебиение, отрешаясь от происходящего вокруг. Кипящая в крови боевая смесь из гормонов разного вида теряла свою силу.

Сконцентрировав свои ощущения на руке, Джон смог почувствовать разницу, отделявшую его видоизменённую конечность от остального тела. Эмоции и опасность были первопричинами его стремительной трансформации.

Волевое усилие и прошедший по руке зуд подсказал молодому человеку, что он находится на правильном пути. Кожа на его руке высыхала, скукоживаясь, словно древний папирус под воздействием времени. Резко дернув рукой, Джон сбросил, словно бабочка бардовый кокон скрывающий руку.

Светлая кожа под мерным светом фонаря приобрела желтоватый оттенок. С облегчением сжав несколько раз ладонь в кулак, юноша выдохнул. Он смог вернуться к прежнему состоянию, в качестве бонуса узнав, что использование подобной способности не бесплатный аттракцион. Где-то на задворках сознания проснулось лёгкое чувство голода, намекая своим присутствием, что может произойти, если Джон не сможет контролировать себя.

Наконец-то он смог взять ребёнка на руки. Растрепавшиеся волосы нагло лезли девочке в нос, грозя в скором времени добраться и до её рта. Мягко отведя их назад,Джон зафиксировал их заколкой сорвавшейся с волос девочки, при её падении. Удовлетворённый своей работой молодой человек нежно прижал хрупкое тельце ребёнка к себе, даря ему своё тепло и защиту. Тонкие, нежные ручки обхватили Джона за шею. Потеревшись щекой о его плечо, ребёнок не приходя в себя провалился в глубокий сон.

- Мамочка, - прошептали сухие от недостатка влаги, губы спящего ребёнка.

- Не совсем, - прошептал в ответ Джон, - но обещаю, мы найдём твою маму, - успокаивающе погладил сопящего ребёнка по голове, юноша. – Если, конечно, она всё ещё жива – подумал про себя парень. Логичным ходом было предположить, что мама девочки находилась где-то поблизости, и быть может, это на неё упало дерево, или же её просто сожрали зомби. Джон искренне надеялся, что он не дал невыполнимое обещание, и до момента пробуждения девочки, он каким-то чудом отыщет её маму.

Треск ветвей под ногами мертвецов, их глухой стон вернул Джона в реальность. За всеми переживаниями, молодой человек упустил, как их с девочкой окружили. Зомби, плотной толпой, шли по направлению к нашим героям.

У Джона с Алисой была серьезная проблема. Свободное от монстров пространство находилось только справой стороны от них. Высокий, кованый забор отделял основную территорию университета от парка.

Да, там тоже были мертвецы, и в гораздо большем количестве, чем здесь, но по крайней мере, видимое пространство за забором, было свободно от оживших мертвецов. И если проявить осторожность, держась как можно дальше от главного кампуса, к которому Джон не сунулся бы ни за какие деньги, то у них были бы неплохие шансы без особых проблем покинуть заражённую территорию.

- Может мне попробовать перелезть?- мысленно задал себе вопрос Джон, неуверенно посмотрев на преграду. Живое воображение в мельчайших подробностях показало молодому человеку, что будет с ним, если он неправильно рассчитает силу, срываясь на торчащие к верху пики.

Наступающая толпа была многошерстной. Старики, несмотря на свой артрит, двигались наравне с ещё недавно бывшими живыми, студентами, к ним присоеденились и молодые мамочки с надутыми животами, они так и не успели принести новую жизнь под голубой небосвод этого мира. На их фоне выделялся мертвец, возглавляющий шествие, Джон хорошо его запомнил, он был тем зомби, что встал у него на пути, мужчина средних лет, очень хорошо врезался в память юноши. Его отличительной чертой были золотые зубы и теперь, к ней добавилась ещё одна запоминающаяся черта, в его груди засела толстая, сухая ветка, к сожалению, не причиняющая ему никакого дискомфорта. Слюна, обильно стекающая по его подбородку, оставляла на его бордовой рубашке мокрые пятна, а выснутый наружу распухший синий язык вызывал стойкое омерзение у молодого человека не понимающего, как мертвец смог выломать толстенную ветку, к которой его пригвоздило.

Разглядывая наступающих монстров, Джон судорожно искал просвет в который можно было бы вклиниться, и не находил его, слишком плотно друг к другу стояли зомби.

Сюрреализм, именно так можно было охарактеризовать происходящее. Пение взбудораженных птиц, шум засевших в траве жуков. Мир жил обычной жизнью, никак не реагируя на разыгравшуюся вокруг трагедию.

- Главное не навредить ребёнку, - подумал Джон, пытаясь понять, как воспользоваться своей силой.

- Давай же, ну! - подбадривал себя парень, пытаясь методом тыка нащупать, тот волшебный переключатель, что превратит его в крутого мужика. Все его попытки были тщетны, бессилие и отчаяние накрывшие Джона от череды неудач, и вновь ярким пламенем разгорающаяся в груди ярость, сделали то, чего не смог добиться молодой парень.

Поистине завораживающе зрелище развернулось перед теми, кто не сможет его оценить. Карие радужки глаз, молодого человека, стали в очередной раз менять свой цвет. Цвет поменялся не мгновенно, нет, словно добавленное в молоко кофе, золотой пигмент захватывал свою территорию в такт наливающимся силой ногам молодого человека. Подошва надетых на ноги кроссовок начала с противным треском рваться от оказываемого на неё воздействия.

От места, на котором стоял Джон, начали расходиться небольшие трещины. Грунт не выдержав усилившегося давления, слегка просел, неподвижная человеческая фигура с ребёнком на руках, стала источать физически ощущаемую опасность.

Обострившееся зрение подмечало малейшие детали происходящего, мысли ускорились, время стало вязким словно патока, движения наступающих мертвецов замедлились, создавалось ощущение, что чудовища прекратили движение. Покрепче перехватив ребёнка, Джон приготовился совершить рывок, поставив всё на один большой прыжок, только забор мог стать тем волнорезом, что позволит им пережить цунами.

Звук работающих на полную мощность движков автомобилей, и доносящийся из приоткрытого окна тяжёлый рок летящий впереди колонны, стали полной неожиданностью для молодого человека, автомобильной дороги в парке не было, тем удивительней было слышать, рёв несущихся машин.

Слова песни исполняемой зычным голосом певца, грохот барабанов и визг электрогитары заставили всех остановиться. Неровный свет фар осветил уродливые лица зомби, прежде чем подскочившая на кочке машина с мощным передним бампером влетела в толпу, словно шар для боулинга, сбивая медленных зомби с ног.

Широким шинам, одетым на большие колёса броневика, было без разницы по какому типу поверхности ехать, прочная резина не реагировал на острые камни, или осколки разбитых статуй, безжалостно разбитых головной машиной.

Четыре бронеавтомобиля, были похожи на те, что используют элитные отряды спецназа, выезжающие на захват особо опасных преступников. Большие крупнокалиберные пулемёты слегка подрагивали от устроенного водителями родео.

На боках машин был выгравирован знак корпорации Амбрелла, полностью идентичный тому, что располагался на нашивках сидевших в задней части автомобилей, бойцах. Внутренняя армия корпорации. Радость от появления вооружённых людей мгновенно испарилась, когда автомобили промчались мимо, даже не подумав остановиться.

Лишь сидевший на кресле пассажира короткостриженый седоволосый мужчина с большим носом и мерзкой ухмылкой показал большой палец Джону. – Лёгкой тебе смерти, - сумел прочитать по губам молодой человек.

****

Тяжёлые машины прошили парк насквозь, направляясь к главному кампусу университета, прочный забор не стал серьёзной помехой для набравших скорость машин. Заехав на территорию университета, автомобили попали на широкую лужайку без препятствий, впереди виднелось здание университета, построенное в готическом стиле.

Оно походило больше на дворец могущественного вельможи, нежели на простое учебное заведение. Огромное строение с возвышающимися на несколько метров башнями, раскиданными по зданию в хаотичном порядке.

Многоуровневые крыши, украшенные небольшими статуями горгулий, высокие витражные окна, монолит камня лёгшего в основу стен и венчающая всё это жемчужина, находившаяся в центре здания – невероятных размеров ботанический сад, с множеством разнообразных растений, покрытый огромной стеклянной крышей в форме одной из граней алмаза добавляли зданию непередаваемую ауру величия.

Несмотря на напряжённую обстановку в городе, университет, как одно из лучших учебных заведений в стране не приостановило учебный процесс, сконцентрировав в своих стенах большое количество студентов, и преподавательского состава, что впоследствии привело к ужасающей трагедии.

Мертвые студенты, вышедшие из здания вслед за убегающими людьми, с лёгкостью смяли сопротивление полиции. Сотрудникам органов правопорядка не помогло их вооружение, пули, выпускаемые в разные стороны, лишь бессильно прошивали потерявшие всяческую чувствительность тела мертвецов, не причиняя им никакого урона. В этом месте произошла невосполнимая потеря людей, презревших опасность, поставивших работу превыше своих чувств и привязанностей.

Лужайки так любимые студентами во время перерывов были заполнены бесцельно бродящими мертвецами. Замедлившие скорость машины начали разъезжаться в разные стороны, разделяя толпу на несколько частей, в скором времени им понадобится простор для манёвра, и живые мертвецы в таком случае, будут только мешать, отвлекая солдат корпорации от выполнения их задания.

Остановившись на достаточном расстоянии, друг от друга, водители автомобилей включили сирены, стараясь, привлечь к себе внимание как можно большего числа монстров. Со скрипом открылись люки машин, позволив высунуться наружу бойцам, чьи головы закрывали крепкие каски с непроницаемым стеклом, закрывающим их лица от взгляда посторонних.

****

От ярости готовой кипящей лавой вырваться наружу, у молодого человека могла открыться новая способность, при условии существования в этом мире – магии.

Задница возмущённого Джона, была готова вспыхнуть в любую секунду, как двигатель ракеты, отправляя молодого человека и его ношу далеко в космос. Их просто проигнорировали, даже не подумав остановиться, ребенок, находящийся в его руках, не стал тем аргументом, который позволил бы ему присоединиться к компании вооружённых до зубов мужчин.

- Ты у меня сам сдохнешь, кусок мышиного говна, - прошипел Джон, проскрежетав зубами. – Обещаю, я засуну тебе в задницу самый большой газовый баллон, который только смогу найти в этом чёртовом городе, а ребёнку доверю честь метнуть в тебя горящую спичку, мы ещё отправим тебя полетать, выродок.

Подошедший вплотную зомби, стал отдушиной для парня, резкий разворот, и кулак правой руки врезается в щёку толстобровому борову, одетому в спортивный костюм, ломая шею и заставляя того подлететь в воздух, бешено крутясь вокруг своей оси.

Едва заметный удар ногой придаёт телу мертвеца дополнительный импульс отправляя того в толпу воющих зомби. – Пофиг, - пробормотал Джон, кавалерия проделала им с девочкой удобный путь для отступления, будет грехом им не воспользоваться.

Молодой парень бросился вслед за проехавшими тут несколько минут назад машинами, по заботливо сделанной ими просеке. Оставив позади кровожадных монстров, Джон остановился, осматривая открывшуюся перед ним местность.

Приближаться ещё ближе к броневикам, Джон не рискнул, он очень сильно сомневался, что проигнорировавшие его вояки, внезапно воспылают к нему тёплыми чувствами, позволяя, разместится в безопасном салоне.

Грохот крупнокалиберных пулемётов, яркие вспышки света, вырывающиеся из оружейного дула, и разлетающиеся на части мертвецы, как непривычно быстро погасили мстительные мысли, гуляющие в голове юноши.

Со своей силой Джон с лёгкостью мог представить, как вытаскивает гланды через задницу высокомерного мужика. Но вот представить, что он мог бы сделать с высокомерным мужиком, у которого есть пулемёт, Джон не смог. Молодой человек собирался не спеша прошмыгнуть между хозяйственными постройками и броневиками, затем огибая общежитие, выбираясь на широкий проспект.

Обнявшая его девочка, была столь вымотана, что не пришла в себя, даже от разрезающей пространство канонады. Чему, не кривя душой, молодой человек был очень рад, начинать тяжёлый разговор с ребёнком, для которого он был незнакомцем, было чревато большими проблемами. Джон и сейчас не мог понять, что же сказать девочке, и как убедить её слушаться его указаний. Вспоминая себя в этом возрасте, парень мог сказать одно, он бы перепугался до непрерывных приступов рвоты, загадив все окружающее его пространство.

Так и крался молодой человек, насвистывая для себя успокаивающую мелодию,расставленные повсюду статуи, каких-то поэтов, известных учёных, были хорошей преградой отсекающей его с девочкой от лишнего внимания. Желудок Джона, казалось, прилип к спине от ужаса, который он не испытывал больше суток. – Только бы не заметили, только бы не стали стрелять, - эти мысли по кругу гуляли в голове у юноши.

- Спасите нас, - крича на разный лад, мимо него пробежала группа выживших, вооруженные пожарными топорами и прочими подручными предметами, уставшие, отчаявшиеся люди, бежали к машинам, как мотыльки, летящие на свет. С какой вероятностью солдаты корпорации помогут выжившим? - устроил для себя мини викторину Джон.

В своём воображении он внезапно оказался в полутёмном зале, стоя за стойкой с написанным на её фронтальной стороне его именем. Рядом с ним стояли выжившие люди только что пробежавшие мимо него, судорожно набирающие на клавиатуре ответ. На них с усмешкой взирала худощавая женщина с заплетёнными в пучок волосами, особенно сильно выделялись её очки, делающие женщину похожей на стрекозу.

Посмотрев на ответы, появившиеся на экране, женщина приняла нарочито скорбный вид, наслаждаясь происходящим.

– Поздравляю вас, вы все, самое слабое звено, прощайте!

- Твою мать, - только и успел произнести Джон, ныряя за большой постамент. Луч света на закреплённом на одной из машин прожекторе повернулся, ослепляя светом бегущих на встречу людей.

Лица выживших побелили от ужаса, когда дымящееся дуло пулемёта направилось в их сторону, поскальзываясь от судорожной попытки остановиться, люди цеплялись друг за друга, безуспешно стремясь остаться на ногах. Смертоносное оружие не дало им ни единого шанса, раскалённый свинец прошивал хрупкие тела людей. Крики боли затихали, едва вырывались из широко распахнутых ртов людей.

Убежище Джона так же не осталось обделённым, судя по всему его передвижения заметили. Выстрелы, разбивали в крошево статую, за которой, прильнув к земле, скрывалась выжившая парочка. Молодому человеку осталось лишь закрыть ладонями уши ребенка, снижая нагрузку на её барабанные перепонки.

Через несколько секунд грохот оружия пропал, оставив после себя едкий запах пороха, ненадолго задержавшийся на месте учинённой военными бойни.

- Эй, парнишка, ты там живой, - донёсся до Джона отвратительно бодрый голос седоволосого мужчины. – Только не говори, что вы с этим прелестным ребёнком, так легко подохли, мы ведь ещё не начали нашу игру, - счастливо рассмеялся неизвестный.

- Так и быть, - не дождавшись ответа, продолжил военный, - я дам тебе 10 секунда на то, что бы ты побежал, иначе в твоё несколько потрёпанное укрытие прилетит несколько гранат, - съехидничал седоволосый, - как думаешь, насколько я меткий, а?

- Я начинаю считать – предупредил военный.

- Раз

Приподнялся на руках юноша, спокойно смотря в испуганные глаза боящейся пикнуть девочки. – Не бойся! - раздался уверенный голос парня.

- Два

Вытянувшись во весь рост, Джон бесстрашно посмотрел в сторону угрозы, вызвав неконтролируемый смех мужчины.

- Три

Радужка глаз наливается ярко-золотым цветом, словно пылая изнутри.

- Четыре

Первая за всё время после заражения неизвестным вирусом осознанная команда вызывает цепочку мутаций в организме носителя.

- Пять

Ноги юноши видоизменяются, потрёпанная обувь окончательно перестаёт существовать, удлинённые пальцы трансформируются.

- Шесть

- Закрой глаза, прижмись ко мне посильнее, и ни за что, не отпускай меня, дитя- завороженная цветом глаз незнакомца, девочка послушно кивает, покрепче сжимая сои ручки вокруг шеи Джона.

- Семь

Ноги Джона окончательно потеряли всяческое сходство с таковыми у человека, лапы, единственная верная характеристика плоду мутаций. Все мысли юноши были направлены на скорость, сомнения и страхи покинули его, оставив после себя уверенность.

- Восемь

Мир смазался, мозг вошёл в ускоренный режим.

- Девять

Превращаясь в стремительную тень, парень рванул в сторону общежития, в то место где он стоял, врезаются пули, подняв куски газона в воздух. Военный умудрился обмануть его в малом, дав на одну секунду меньше. Застрекотали пулемёты всех машины, смертельные пули свистели в опасной близости, иногда проходя в миллиметрах от тела юноши. Никогда не занимавшийся акробатикой молодой человек, сейчас показывал высший пилотаж, смазываясь в воздухе, используя статуи как трамплин, Джон укорачивался от пуль.

Пули, летящие с невообразимой скоростью, вот-вот должны были пронзить тело человека нарушающего все немыслимые человеческие пределы. Настало время для ещё одной особенности юноши. Незримые нити, наливаясь голубым светом, рванули навстречу смертоносным кускам свинца, разрезая их, и сбивая с траектории. Едва заметные разряды, мелькавшие между ними, создали сильнейшее магнитное поле, замедляющее пули, давая телу носителя убраться с их траектории.

Разогнавшись словно болид, Джон прыгнул вперёд на одних инстинктах, прошивая насквозь своим телом вынесенный отдельно спортзал, стоящие внизу зомби одетые в баскетбольную форму могли наблюдать,сверкающую синим светом фигуру.

С грохотом, разбивая кирпичную кладку, лётчики-испытатели приземлились на третьем этаже общежития. Зомби, бьющийся головой в стену, был превращён в кашу.

- Шустрый малый, надо было дать ему меньше времени, интересно, откуда сбежала это диковинная зверюшка – задумчиво проговорил военный.

- Будем его преследовать, сэр? – задал вопрос подчинённый.

- Нет, у нас другая задача, что-то мне подсказывает, что мы ещё с ним встретимся – мерзко ухмыльнулся, мужчина – За работу!

Глава 6. Цена человечности

Луч света, проходящий сквозь выломанную замочную скважину двери, попадал прямо на коллекционную фигурку, стоящую на студенческом столе. Закованный в покрытый тёмным напылением технологический доспех с выгравированной на грудной пластине эмблемой ворона персонаж, держал в руках знамя с нанесённым на него девизом – Победа или смерть! Выполненный в форме птичьей головы шлём, загадочно мерцал тёмно-зелёными визорами направленными в сторону сидящей на кровати женщины.

Укутанная пледом особа дрожала от холода, бледные пальцы рук, нервно выдёргивали ворсинки из ткани накинутой поверх её плеч. Светлые волосы женщины, торчащие в разные стороны, больше походили на птичье гнездо, чем аккуратную прическу, обрамлявшую её голову несколько часов назад. Женщина неотрывно смотрела на лежащий на полу носок, потерявший где-то свою пару. По злой иронии судьбы, она была с ним в схожей ситуации. Тяжёлые, ядовитые мысли разъедали её изнутри. Женщина не должна была выжить в том коридоре заполненном мертвецами. Её безумная атака была актом отчаяния, попыткой продать свою жизнь подороже, но никак не попыткой сохранить свою никчёмную жизнь предателя.

Выплёскивая свой гнев и страх, женщина неустанно орудовала тяжёлым огнетушителем, разбивая головы подступающих мертвецов. Схватка, по ощущениям длившаяся целую вечность, внезапно закончилась. Крепкие мужские руки подхватили лишившееся сил тело женщины. Мутная пелена, стоявшая перед глазами, не позволяла адекватно воспринимать происходящие вокруг неё события. Крики и стоны раненых прошли мимо находящегося в прострации разума. Всё что она могла вспомнить, так это свои ощущения. Тепло рук, тяжёлое дыхание мужчины, и покачивание, как при морском путешествии на корабле. Марк, несмотря на тяжёлую схватку, нашёл в себе силы, на то чтобы взять её на руки и вытащить на третий этаж, с трудом втискиваясь со своей ношей мимо спешно возводимых баррикад, в итоге спасших всем жизнь.

Мужчина не церемонился с закрытой дверью, ведущей в студенческую комнату. Один мощный удар ногой, и хлипкий замок со свистом вылетает из паза, открывая вид на комнату, переполненную супер геройской атрибутикой. С того момента, это место стало её временным пристанищем. Находясь в безопасности Бекки, не потребовалось много времени на то, чтобы прийти в себя. Оглянувшись вокруг и не увидев своей дочери поблизости, женщину словно окатило холодным душем от осознания последствий принятого ранее решения. Словно обезумевшая, Бекки металась по комнате из стороны в сторону, раз за разом повторяя имя своего ребёнка.

Она своими руками вытолкнула Алису наружу, в место, где опасность быть убитой была ничуть не меньше, чем в здании. На тот момент, за неимением альтернатив, этот поступок казался самым правильным, дать ребёнку незначительный шанс на спасение, в надежде на появление неравнодушного человека, которому совесть не позволит бросить девочку в беде. Но теперь, выжив, находясь в безопасности, женщина не находила себе места от беспокойства. Робкая надежда всё ещё тлела в её груди, в один момент чуть было, окончательно не погаснув, когда она услышала звон разбитого кровожадными тварями окна ведущего на пожарную лестницу. Лишь хлесткая пощёчина отвешенная Марком, и заверения одной студентки в том, что она видела, как девочка скрылась в глубинах парка, дали ей силы жить, не покончив жизнь самоубийством.

Тихо открытая дверь превратила тонкий луч света в широкую полосу, опухшие от обильных рыданий глаза Бекки с силой зажмурились от резкой смены обстановки.

- Прости, - шёпотом произнёс вошедший мужчина, носком правой ноги закрывая дверь.

– Оооп,- издал невнятный звук Марк. С трудом балансируя на одной ноге, мужчина чуть не стал жертвой глянцевого порно журнала, скрывающегося под кипой одежды, чудом не разлив горячий чай, заботливо налитый в фарфоровую кружку.

- Я подумал, ты, наверное, голодна, - осторожно ступая по полу, сказал мужчина - и я нашёл, чем можно перекусить.

С лёгким звоном мужчина поставил свою ношу на стол, небрежно скинув на пол фигурку гордо стоящего космодесантника. В комнате было слишком темно, а предстоящий разговор требовал зрительного контакта. Нужный ему источник света стоял рядом, небольшой ночник, стойкой которому служила фигурка женщины кошки, осталось только найти переключатель. Мужчина с лёгким кряхтением безуспешно искал кнопку, которая позволит ему включить, наконец, чёртов свет.

- Кто же, делает такие лампы, - бормотал Марк, - на то чтобы разобрать автомат в первый раз, я потратил гораздо меньше времени, чем на попытку включить эту лампу, - после минутного ступора, до мужчины наконец-то дошло.

– Женская фигурка, выпирающая грудь, где же переключатель скажете вы? - Дотронувшись до соска фигурки, мужчина услышал долгожданный щелчок, и приглушённый свет наполнил комнату. Вскинув руку в победном жесте, мужчина обратил пристальное внимание на принесённое им печенье розового цвета.

- Вроде как, это лакомство называют Мочи, - растягивая буквы, мужчина попытался неуклюже сымитировать японский акцент. Видя, что за ним наблюдают поблескивающие любопытством женские глаза, мужчина карикатурно зажмурился, отправив угощение себе в рот.

- Ууумм, - причмокивая губами, Марк закатил глаза, японская сладость так и таяла во рту, - ты обязательно должна попробовать это печенье. Ариса, наша студентка по обмену, привезла его прямиком из Японии.

- Будешь? – насупившееся лицо женщины, и отрицательный кивок головой стали лаконичным ответом Бекки на предложение. За то время, что мужчина находился в комнате, женщина не произнесла ни единого слова. Тяжело вздохнув, мужчина бессильно хлопнул себя по коленям, встав, Марк подошёл к окну с опущенными жалюзи. Белые полоски, отсекающие комнату от мира снаружи, были покрыты толстым слоем пыли, хозяева этой комнаты относились с большим предубеждением к понятию чистоты.

Образцово показательным в этой комнате, были только натёртые до плеска фигурки всевозможных персонажей комиксов, и героев книг. Постер с хорошо известным каждому американцу Человеком Пауком соседствовал с постером изображающим неприглядного вида мужчину. Металл пожрал часть плоти неизвестного воина, рубцы испещрившие лысую голову соседствовали с устрашающе выглядящими проводами, входящими в правую сторону черепа. Механический протез его руки сжимал огромный клинок с гуляющими по нему молниями, в другой же покоился монструозного вида бластер, от дула которого подымался еле заметный дымок.

Да будут твои помыслы чисты.

Искореняй Ересь даже в душе своей.

- Видимо представитель, какого-то радикального религиозного течения, - подумал Марк, рассматривая стоящего на фрагментах тел разнообразных ксеносов инквизитора. Фигура неизвестного, его стать, внушали уважение, такой человек может гнуть подковы голыми руками.

Разноплановые увлечения молодёжи порой вводили мужчину в ступор, как могут храниться рядом порно журналы и мрачное фентези? Сделав двумя пальцами небольшую щель в жалюзи, мужчина окинул взглядом прилегающую к общежитию территорию. Всё осталось по-прежнему, живых людей не наблюдалось, а фигур мертвецов определённо прибавилось. Отбившись от неожиданного нападения, люди загнали себя в ловушку. Без огнестрельного оружия с таким количеством противников сможет справиться лишь изображённый на плакате воин, но никак не отряд из напуганных студентов и нескольких учителей.

“Не волнуйся, всё будет хорошо” – банальная фраза, которую лучше не говорить. Женщине нужно продемонстрировать уверенность. Присев на корточки перед кроватью, Марк поймал взгляд женщины, взяв её за руку.

- Я уверен с Алисой всё в порядке, - большим пальцем руки мужчина нежно погладил ладонь Бекки.

- Я бросила её, – глаза женщины вновь начали наполняться слезами, - где она теперь? А что если она не смогла убежать, у неё же больная нога. Вдруг её … - не сдержав эмоций, женщина разрыдалась.

- Никто не знал, сможем ли мы выжить, ты дала своему ребёнку шанс – успокаивающий голос мужчины нежно обволакивал женщину, - она умная девочка, наверняка уже сидит в полицейском участке, под присмотром взрослых.

Марк старался сделать свой голос твёрдым, успокаивая любимую женщину, при этом сам мужчина в подобное развитие событий не верил, уж очень юна была Алиса, шанс на её спасение был ничтожно мал, лишь чудо могло сохранить её жизнь.

- Ты,правда, так думаешь? – отчаянную надежду в голосе, мог услышать даже глухой.

- Да, в этом у меня нет никаких сомнений – солгал он, сев на кровать рядом с женщиной. Её голова легла на плечо мужчины в поисках защиты и спокойствия, Марку осталось лишь покрепче её обнять. Сидя в маленькой комнате, мужчина и женщина, освещаемые тусклым светом ночника, ждали спасения, чувствуя, как время утекает, словно песок сквозь пальцы.

Громкие автомобильные гудки, раздавшиеся снаружи, нарушили покой обнявшейся парочки.

- Учитель, - следом в комнату ворвались взбудораженные студенты, их лица озаряли широкие улыбки, - помощь пришла, военные – задыхаясь, произнесла полненькая девушка с длинной косой, закинутой на плечо.

- Скорее, пойдёмте, вы должны это увидеть собственными глазами, мы спасены – пританцовывала от избытка чувств, девушка. Её полные груди подпрыгивали в такт, ритмичным движениям ног, грозя вырваться из плена тесной блузки. Стоявшие рядом с девушкой одногруппники грозили заработать косоглазие, любуясь развернувшимся перед ними шоу.

Чуть приподняв левую бровь, мужчина осуждающе посмотрел в сторону позабывших обо всём на свете парней, не обративших внимание даже на тихое покашливание педагога. Громкий хлопок ладоней, наконец, возымел нужный эффект, заставив виновников переполоха

залиться с ног до головы краской. Лишь одна особа, ставшая объектом мужских фантазий недоуменно хлопая своими изумрудными глазами, пыталась понять, что послужило причиной возникновения неловкого молчания между одногруппниками и понимающей ухмылки учителя.

- Ладно, ведите – аккуратно поправив плед на плечах возлюбленной, мужчина поднялся с кровати.

- Набирайся сил, я скоро вернусь, и мы отправимся на поиски Алисы – ободряюще улыбнулся мужчина.

Закрывшаяся за спиной мужчины дверь оставила Бекки наедине со своими мыслями.

- Вы куда? – донёсся до слуха женщины, приглушённый дверью голос мужчины.

- Учитель, нам на пятый этаж, оттуда вид будет гораздо лучше – ломающийся голос худощавого парня был переполнен чуть ли не осязаемым предвкушением – сейчас будет месиво, Томас, как думаешь, сколько времени понадобится военным на то, что разобраться с этими уродам?

- Я думаю, им хватит … - голоса поднимающихся людей окончательно стихли.

От угощения оставленного Марком исходил лёгкий клубничный аромат, её дочери оно определённо понравится. Горько усмехнувшись, женщина положила печенье обратно, мысли о дочери разбередили ноющую глубоко в груди рану.

- Я отдам тебе свою сердце и душу, только спаси моего ребёнка, - тихо прошептали женские губы. Бог отвернулся от них, а значит, настало время просить милости у другого существа, надеясь на его благосклонность.

Слегка мерцающие глаза лежащей на полу фигурки всё так же пристально смотрели на женщину. Тот, кто послужил прототипом фигурки, мог бы многое рассказать о цене подобных обещаний, но он ведь был простой игрушкой, ведь так?

****

Стремительный подъём по лестнице вызвал у мужчины небольшую отдышку. В отличие от двух предыдущих этажей, тут, царило небывалое оживление. Зная об опасности внизу, выжившие стремились забраться, как можно выше, отсекая себя от опасности больше в психологическом плане, нежели физическом.

Гул множества голосов сливался в одну трудноуловимую тарабарщину, от которой у неподготовленного человека непременно возникла бы мигрень. Большинство людей находящихся в коридоре с упоением обсуждали прибывшую помощь.

- Их наверняка сожрут, так же, как и остальных полицейских – нудным голосом произнёс худощавый парень, поправив сломанную дужку очков.

- Себастиан, можешь хоть сейчас не душнить, честное слово от твоего пессимизма хочется найти верёвку покрепче и повеситься – оглядев окружение, однокурсник студента задумался - … да хоть на этих периллах, всяко будет лучше, чем выслушивать твой вечный скептицизм.

- Хорошая идея – не остался в долгу Себастиан, - меньше мучений, подумай об этом.

- Ах ты … - вскинулся задетый за живое парень.

- Успокойтесь – вступил в разговор третий участник, любовно натирая тряпкой гвоздодёр, - мы умрём в бою, как подобает настоящим мужчинам – глаза по-военному стриженого парня фанатично блеснули. Он убил четверых зомби и хотел убить минимум столько же.

- Меня окружают одни психпаты – сокрушённо вздохнул второй студент, бессильно опуская руки.

Несмотря на то, что многие выжившие остались на своих местах, в игровой комнате, что называется, яблоку негде было упасть. По большей части эффект толпы в помещении создавался за счёт беспорядочно расставленной мебели, заставляющей людей держаться друг к другу поближе. Прильнувшие к огромному, во всю стену окну, студенты, безуспешно пытались разглядеть происходящее на улице, но собственные отражения в стекле серьёзно затрудняли воплощение задуманного.

- Да выключите вы уже свет, - не выдержала загорелая блондинка - ничего же не видно и не прижимайся ко мне так, иначе пожалеешь - яростно зашипела девушка на стоящего вплотную к ней толстяка, в подтверждение своих слов, ударив того по плечу своей наманикюренной ладонью.

- Лиза, прости, меня толкнули - начал оправдываться парень без единой капли раскаяния на лице, наоборот, его лицо выглядело так, словно он оказался медведем, наконец-то добравшимся до вкуснейшего мёда.

- Я предупредила - напоследок бросив уничижительный взгляд на довольного толстяка, девушка вновь сфокусировалась на происходящем за окном.

Протискиваясь между студентов, Марк, виновато улыбался в ответ на возмущённые восклицания потревоженных зрителей. Тихо щёлкнул выключатель, погружая комнату во мрак.

Света от уличных фонарей и фар бронемашин хватало для того, чтобы сторонние наблюдатели могли в деталях разглядеть, как вылезшие из люков машин солдаты направляю грозные орудия в сторону приближающихся мертвецов.

- Всем отойти от окна, - скомандовал Марк, видя, как один из солдат повернул дуло своего оружия в сторону монстров медленно бредущих на источник громкого звука со стороны здания в котором находились выжившие.

Видя, что его слова остались без внимания, мужчина повысил голос, добавив в него командных ноток, - Живо, пока я не заставил вас драить сортиры вашим собственным языком!

Грубо, но действенно, именно так, их, зелёных новичков, приводил в чувство сержант, обещая устроить расслабившимся салагам, сладкую жизнь.

В один из дней, выполняя боевое задание, сержант подорвался на мине установленной своими же сапёрами и по роковому стечению обстоятельств не отмеченной на карте. Опытный боец отправился на небеса, даже не успев приступить к выполнению поставленной задачи, оставив после себя лишь небольшое военное пособие и старенький пикап родной семье, а так же яркие воспоминания о том, как надо поддерживать дисциплину в коллективе, своимподчинённым.

С глухим ворчанием, молодые люди начали отходить от окна, всем своим видом выражая несогласие с деспотичным поведением преподавателя.

Громкие выстрелы пулемётов послужили хорошим стимулом придавшим ускорение и должную мотивацию непокорным студентам, пробудив у неискушённых в военном деле людях первобытный страх.

Несколько крупнокалиберных пуль попало по общежитию, выбив из стены здания бетонную крошку, оставив после себя глубокие выбоины. Другая часть снарядов прошила насквозь стекла окон первого этажа, окончательно упокоив стоящих на их пути мертвецов.

- Пошевеливайтесь, вашу мать, ну!!! - Марк торопился, оттаскивая молодых ребят от окон, помогая себе не только криками, но и многочисленными затычинами для убеждения самых упертых личностей. По своему опыту, мужчина прекрасно понимал -пули не делят мир на своих и чужих, убивая всех с одинаковой эффективностью. Злой умысел стрелка или просто дрогнувшая от отдачи рука, могут направить смертоносные кусочки металла прямо в сторону зрителей бесплатного шоу.

К тому времени, как студенты были отогнаны на безопасное расстояние, затихла и стрельба на улице.

Прижавшись к стене, Марк позволил себе слегка выглянуть из своего укрытия, одним глазом осматривая поле боя. Группа выживших людей, появившись из-за здания спортзала, бежала по направлению к машинам военных, громко голося и размахивая руками, лишь для того, чтобы спустя некоторое время превратиться сочащиеся кровью куски мяса.

- Дерьмо ... - только и смог произнести Марк одновременно с раздавшимся неподалёку от него приглушённым вскриком блондинки. Ослушавшись учителя, чрезмерно любопытная особа, теперь, сидела на грязном полу, от ужаса зажимая свой рот двумя руками, боясь издать хоть один громкий звук.

Крамольная мысль об ошибке военных, в горячке боя перепутавших живых с мертвецами, испарилась в ту же минуту, как громкоговоритель исторг из себя надменный мужской голос, обращающийся к неизвестному, выжившему спрятавшемуся за одной из многочисленных статуй.

Дальнейшие события заставили мужчину позабыть обо всём. Смертельная игра с предсказуемым результатом, будь ты хоть мировым рекордсменом по бегу по пересечённой местности, от пули не убежишь. И всё же этот день не переставал удивлять мужчину.

Он увидел вставшего во весь рост незнакомца прижимающего к себе ... ребёнка?!

- Алиса, - на Марка будто вылили холодный ушат с водой. Да он не мог разглядеть ребёнка с такого расстояния, но почему-то он был уверен в том, что на руках неизвестного человека находится потерянная девочка.

Время, словно жвачка, растянулось на целую вечность. Марк мог поклясться под присягой в суде, то что он увидел, не плод его воображения. Мерцающий взгляд горящих золотом глаз незнакомца даже с такого расстояния пробирал до костей. Начав движение за мгновение до конца отсчёта, он словно призрак растворился в воздухе. Вспышки выстрелов, грохот, и едва заметный силуэт перемещающийся между укрытиями по направлению к зданию спортзала, Марк потерял шуструю фигуру из вида в тот момент, когда она скрылась за зданием спортзала.

И на фоне этого, как-то даже буднично, несколько хлестких очередей прошлись по их этажу. Звон разбитого стекла, и левую часть лица мужчины обжигает от острой вспышки боли. Осколки разбитого стекла впились в незащищённую кожу мужчины, разрезая податливую плоть.

- Твою мать, - крикнул Марк, откатившись подальше от окна. Пули просвистели в опасной близости от него, сантиметром левее и его голова взорвалась бы, словно переспелый арбуз. Щека мужчины горела огнём, но к счастью глаз не пострадал. Осторожно ощупав пострадавшее место рукой, Марк вытянул несколько небольших осколков, отбросив их на пол. Небольшая капля крови, выступившая из ранки, быстро скатилась по щеке мужчины, беззвучно упав на пол.

- Лиза! – крик отчаяния разнёсся по комнате. Упомянутая особа неподвижно лежала, не подавая ни единого признака жизни. На белоснежной майке, в районе живота проступало большое, красное пятно. Увлёкшись происходящим на улице, мужчина совершенно позабыл про сидящую перед окном студентку, ставшую жертвой беспорядочной пальбы.

- Ложись на пол, - прикрикнул на толстяка мужчина. Ползком, добравшись до девушки, Марк, начал осторожно осматривать рану, пытаясь оказать пострадавшей помощь. Рык автомобильных движков и продолжившиеся выстрелы, дали ясно понять, военные тут надолго и на глаза им лучше не показываться.

****

Прогуливающаяся по третьему этажу парочка учителей-любовников держалась за руки, окончательно наплевав на всякие рамки приличий. У каждого из них была своя семья, вторые половинки, которым они поклялись в любви и плоды их отношений, дети. На протяжении долгого времени они скрывали свой роман от окружающих, опасаясь нарушить сложившийся хрупкий баланс в их жизни, больше всего боясь увидеть разочарованные лица родных, сокрушённых их предательством.

Сейчас, когда весь мир стал катиться в бездну, мужчина и женщина наплевали на все условности, отдаваясь своей безудержной страсти, желая провести вместе каждое свободное мгновение изменившейся жизни, в пламени плотских утех, словно краски на выцветшей от времени картине поблекли чувства даже к родным детям, да и были ли они живы?

- Нам повезло выжить, - шептал мужчина в маленькое ушко женщины, словно дьявол искуситель – мы будем помнить о них, но нам нужно продолжать жить дальше – горячее дыхание мужчины вызывало дрожь по всему телу женщины, последние сомнения о правильности своего поступка исчезли, уступая место животной страсти. Гарри прав, нужно жить дальше, они ещё смогут стать счастливыми родителями, главное выжить.

Сладкая парочка слилась в чувственном поцелуе, отрешившись от всего происходящего вокруг. Громкие удары в преграду перекрывающую лестницу ничуть не волновали любовников, белесые глаза зомби вызывающие у людей ступор ужаса в этот раз оказались бессильны. Канонада выстрелов звучащая снаружи, так же не возымела должного результата. Весь мир сузился до небольшого пятачка, на котором стояли целующиеся люди. Подобное проявление чувств могло продолжаться вечность, если бы не громкий грохот раздавшийся рядом с ними.

Здание ощутимо тряхнуло, а стену находящейся неподалёку комнаты выгнуло в коридор. Разлетающаяся во все стороны штукатурка вызвала испуганный визг у женщины, напуганной происходящим. Лампы, висящие на потолки со скрипом закачались, грозя погаснуть, сеть мелких трещин испещрила даже напольную плитку, примыкающую к стене.

- Что … - закашлялся от попавшей в горло пыли, мужчина – згхдесь происходит?

Строительная пыль самая противная из всех видов пыли, мелки частички штукатурки так и норовили попасть в нос мужчины, вызывая у того новые приступы кашля.

Откашлявшись и высморкавшись прямо на пол, мужчина осторожно подошёл к забаррикадированной двери комнаты, в которую, влетело что-то огромное. Находившийся за ней зомби, неустанно бьющийся головой о стену, подозрительно затих.

- Гарри не подходи, - сжав в маленьком кулачке рукав кофты мужчины, женщина легонько потянула его на себя.

- Не беспокойся, всё нормально – ответил мужчина, пытаясь на слух определить, что же происходит внутри.

- Вроде тихо, - оторвался от двери мужчина, из-за небольшой баррикады ему пришлось прилично согнуть спину, чтобы голова пролезла между стульев к полотну двери. Со вздохом облегчения, Гарри разогнулся, поворачивая своё туловище в разные стороны, непривычные к таким нагрузкам мышцы стонали от боли.

Детский крик, раздавшийся из-за двери, заставил стоящих неподалёку людей подпрыгнуть от неожиданности. Гарри лично баррикадировал дверь, и наличие в комнате живого ребёнка он не припоминал.

- Мама, мамочка, помоги – разносился по коридору зов маленькой девочки.

- Откуда там взялся ребёнок? - ошарашенно бормотал мужчина, разбирая баррикаду, мысли о прячущемся за дверью зомби были отброшены в сторону, будь там монстр, девочка не смогла бы взывать о помощи.

- А если это ловушка, - остановила Гарри возлюбленная, - откуда там взяться ребёнку, он что просто так взял и прилетел? Не надо спешить, давай позовём остальных – пыталась воззвать к разуму своего любовника, женщина.

- Аманда … - пытавшегося что-то сказать мужчину, бесцеремонно оттолкнули в сторону.

- Алиса, мамочка тут – закричала прибежавшая на голос своей дочери, Бэкки. С недюжинной силой женщина разметала остатки баррикады, рывком открывая на себя дверь.

- Сумасшедшая, - обозвала её Аманда, бросившись на помощь своему любовнику.

Но Бекки подобная оценка её психического состояния мало волновала, женщина неверующе смотрела на свою дочку, такую живую, такую родную.

- Алиса…

- Мамочка…

****

К шуму ветра и шелесту листвы добавился еле слышимый, на грани восприятия, треск. Появившаяся в углу рамы небольшая сеточка трещин, быстро расширялась, словно корни деревьев, отвоёвывая себе всё больше и больше пространства.

Раздавшийся протяжный скрип и треск положили конец и без того державшейся на честном слове оставшейся части стены. Обломки кирпичей и стекла упали на головы бестолково топчущимся на одном месте зомби. Наступившая тишина продержалась недолго, вновь раздались выстрелы пулемётов, окончательно хороня надежды многочисленных насекомых исполнить свою стандартную, ночную песню.

Мертвенно-бледный свет луны едва проникал сквозь плотную пылевую завесу, заполонившую собой всю комнату. Те же лучи, которым повезло отыскать дорожку среди водящих хоровод пылинок, попадали на две неподвижно лежащие фигуры.

Слабо мерцающий кокон, принявший на себя основной удар, плавно распался на десятки тысяч малозаметных, тонких нитей, отмирающих и превращающихся в слегка голубоватую субстанцию, истончающую необычайно терпкий аромат лучше всякого дурмана затуманивающий мозг живых существ. На ней словно грибы после дождя, начал произрастать фосфоресцирующий мох, медленно приступивший к экспансиисвободных участков помещения.

Неподвижно лежащее на сплющенном до кровавого фарша зомби, существо, не так давно бывшее человеком, сделало судорожный вздох. Его вид был крайне необычен, обычно так, некоторые богословы в своих текстах изображают человека, заключившего сделку с Дьяволом. Правая часть человеческая, левая – демоническая. Любой скептик, находись он в этот момент в помещении, справедливо бы заметил, что существо, лежащее в углублении стены обладает до абсурдного малым количеством человеческих черт. Правая часть груди и рука, прижимающая к ней, потерявшего сознание от перегрузок ребёнка, вот и всё, что осталось в Джоне от человека. И даже этот небольшой островоктела начинал постепенно мутировать.

Измотанный скоротечной гонкой на выживание, организм, остро нуждался в энергии для своего восстановления. Существо в своей наилучшей форме способное творить вещи, выходящие за грани разумного, в данный момент представляло собой жалкое зрелище. Нижние конечности почти полностью отсутствовали перебитые крупнокалиберными пулями, а на месте печени находилось сквозное отверстие размером с кулак пережравшего протеина бодибилдера. Поглощенного зомби хватило лишь на то, чтобы организм создал внутри себя дублирующие каналы для циркуляции крови, заставляя внутренние органы продолжать функционировать.

Золотистые глаза, не мигая смотрели на Алису, рядом с которой нетерпеливо извивались вышедшие из тела, уродливые отростки. Приди в себя Джон мгновением позже, и участь девочки была бы предрешена. Лишь прилагая неимоверные усилия, юноша смог взять под контроль взбунтовавшиеся части своего тела. Всепоглощающий голод давил на сознание, требуя одного, пищи. Поддаться на уговоры агонизирующего мозга было так просто, лишь ослабь немного контроль, и организм сделает всё за него. Перед глазами проносились образы убитых людей, каскадом нахлынули чувства внеземного удовольствия от поглощения, теплых, слабо трепыхающихся жертв.

- Уступи, сдайся, ты уже убивал - шептало подсознание, не переставая проецировать перед Джоном доселе закрытые от него воспоминания. Молодой человек стоял на распутье, сдаться и поглотить девочку, тем самым спасая свою жизнь, окончательно превращаясь в чудовище, или же бороться с самим собой, наплевав на последствия.

Тихий стон, раздавшийся на его груди, вернул Джона в реальный мир. Покрытое пылью лицо девочки было обращено в его сторону. В её глазах плескалась надежда, она помнила решительный взгляд своего спасителя, его обещание, видела, как его тело меняется, теряя человеческие черты, и не смотря на это, верила в него, не собираясь отпускать его руку. Её мама часто рассказывала ей истории про прекрасных героев, спасающих от лап коварных драконов, томящихся в многочисленных башнях принцесс. Алиса же не была принцессой, и чудовища заполонившие территорию университета мало походили на драконов, но неизменно приходя в себя, девочку встречал немигающий взгляд горящих золотом глаз. И девочке этого было достаточно, какая разница, как выглядит её спаситель, если каждый раз он спасает её, даря своё тепло и заботу. Мозг ребёнка, гибко перестраивался, меняя сознание девочки под окружающую действительность.

- Добрый вечер, - робко поздоровалась, Алиса, стараясь не обращать внимания на мелькающие в её поле зрения отростки.

Глаза Джона чуть не вылезли из орбит, когда он услышал приветствие от девочки, что по идее должна была визжать от страха.

- Привет, - сказал-прорычал сиплым голосом Джон, пасть полная острейших зубов была слабо заточена на ведение светских разговоров, а посему большинство звуков вышли слегка шепелявыми.

Новая вспышка голода и ярости ударила из глубин подсознания, чуть было, не разрушив хрупкий контроль молодого человека над своим телом. Зрение мигнуло, окрашивая окружающее Джона пространство в смесь синих и оранжевых цветов. Ребёнок превратился в одно сплошное яркое пятно, задвинутые на задний план мысли о пище, нахлынули с ещё большей силой. Молодой человек срочно должен был решить вопрос с ребёнком, пока ещё он мог держать себя в руках.

Единственным выходом из этой комнаты служила дверь, но как понять, кто за ней будет поджидать ребёнка, зомби или люди. Не обращая внимания на вопросительно смотрящую на него девочку не знающую, как себя вести со столь необычно выглядящим спасителем, Джон обратился к своим чувствам. С каждым разом получить требуемое становилось всё проще и проще, прошло совсем немного времени, как Джон, смог услышать громкое сердцебиение лежащего на нём ребёнка. Очередное усилие, и зона восприятия расширяется, открывая для юноши новые источники звука.

До его ушей донёсся разговор мужчины и женщины, прямо тут, за стеной, стояли живые люди. Зашипев от напряжения, Джон в очередной раз отогнал настырные отростки пытающиеся полакомиться ребёнком.

Он не видел лица ребёнка, лишь оранжевое пятно маячило перед его глазами, всё его тело обуяла, дикая слабость, с трудом, Джон приподнял ребёнка, поднося свою руку с хрупким грузом ближе к двери, стараясь избежать контакта девочки и мха, на котором он лежал.

- За дверью люди, стучи что есть сил, - с трудом прохрипел молодой человек, в его горле образовался комок, мешающий проходить воздуху. Его глаза в последний раз ярко вспыхнули, сбрасывая с ребёнка оцепенение, вызванное витающим в воздухе ароматом.

Встав на ноги Алиса нерешительно посмотрела на дверь, обстановка разгромленной комнаты удивительным образом напоминала комнаты студентов, в которые любопытная мордашка девочки иногда заглядывала. Оглянувшись назад, девочка увидела большое здание спортивного зала, так и есть, она вновь вернулась в общежитие, а значит, её мама находится где-то поблизости. Мысли о том, что её мама умерла, даже не появлялись в белокурой головке ребёнка. Для Алисы мама была неизменной переменной всегда присутствующей в её жизни, так почему бы ей не оказаться в этом месте и сейчас.

Начав громко стучать руками по двери, Алиса звала, что есть мочи маму. Раздавшийся за дверью грохот подтвердил правильность её намерений, её услышали, мама скоро придёт и решит все проблемы.

Пока девочка звала на помощь, молодой человек оглядывал то, что осталось от его тела. Увиденная картина удручала. – Не жилец, - против воли пронеслась в его голове мысль. Сосущая пустота за спиной лучше любых слов сказала ему, что убитый зомби был окончательно поглощён. А его раны на теле даже не думали закрываться, не говоря уже об регенерации оторванных конечностей.

- А может так и лучше, - подумал Джон, ведь если бы не эти раны, он бы уже пожирал находящихся за дверью людей. В то, что он сможет остановиться перед таким искушением, молодой человек сомневался. Будьв этой комнате вместо ребёнка другой человек, Джон смог бы договориться со своей совестью.

В его лёгких что-то булькало, дыхание с каждой минутой становилось всё тяжелее, из последних сил, молодой человек сдерживал свой всепожирающий голод, надеясь, что дверь поскорее откроется, даря ребёнку спасение. Его сознание начал поглощать туман забвения, зрение затуманилось, а тело окончательно потеряло всяческую чувствительность.

Всё стало таким не важным, мимо него почти незаметно прошла радостная встреча дочери с мамой, лишь где-то в глубинах мозга загорелась и тут же погасла радостная мысль о том, что он выполнил своё обещание, доставив девочку прямиком к непутевой родительнице. Резкая судорога скрутила его тело, и из горла юноши хлынул большой поток тёмной крови. Ещё десять минут шевелившиеся, словно змеи отростки, безвольно упали на умирающее тело хозяина.

****

Бекки крепко сжала в объятиях свою дочь, без устали осыпая лицо ребёнка поцелуями. Она смотрела на свою девочку и до сих пор не могла поверить, что всё происходящее с ней не иллюзия воспалённого мозга, или мираж. От дальнейшего проявления материнской нежности женщину остановили крепкие детские руки и не по возрасту серьёзный взгляд.

- Ему нужна помощь, он меня спас - прошептала Алиса, на ухо маме, боясь, что их разговор услышат остальные. Хотя девочке было ещё так мало лет, она ясно понимала, что ничем хорошим встреча её спасителя с остальными людьми не закончится.

Вновь прижав к себе дочку, женщина заглянула в комнату, с трудом подавив в себе желание закричать. Демон, самый натуральный демон лежал не так далеко от неё, его радужка тускнела прямо на глазах, а тело усыхало, отдавая последние силы на борьбу за существование. Её молитвы были услышаны, правда не тем, кем бы она хотела.

- Жизнь за жизнь, - сказала Бекки, схватив свободной рукой одежду с покосившейся вешалки, женщина быстро начала кидать её на умирающего, как она считал, демона. Скрыв его под грудами тряпья, женщина приступила к выполнению самой важной части нехитрого плана. Демону нужна кровь, и она ему её предоставит.

- Закрой свои глазки и ушки, мой цветочек – поставив свою дочь у противоположенной стены коридора, Бекки ласково поцеловала в макушку свою дочь. Не стоит ребёнку смотреть на то, что будет происходить дальше.

- Как твоя дочь оказалась в этой комнате? – требовательно спросила подошедшая Аманда. Женщина никак не могла взять в толк, каким образом в комнате с зомби появилась девочка, которая покинула общежитие несколько часов назад, единственной здравым объяснением подобного, был тот факт, что девочка изначально находилась там, а её безутешная мамаша весьма профессионально играла свою роль.

- Посланец Господа спустился на эту грешную землю и спас мою дочь, - без запинки соврала Бекки, постаравшись, как можно убедительней сымитировать фанатичное лицо однажды виденной её сектантки. Идиотская улыбка, и выпученные глаза с ярко горящей в них убежденностью в своей правоте сыграли свою роль.

- Совсем с ума сошла болезная – ехидно ухмыльнулась Аманда, - интересно, что скажет Марк, когда узнает, каким образом ты решила избавиться от своей дочери, чёртова психопатка.

- Вы можете сами посмотреть, если не верите мне, - не меня своего выражения лица, отбила выпад Бекки, вновь указав рукой на комнату – он тут, спит, будьте осторожны.

- Да, да, да, конечно – кивнула Аманада, заходя в комнату. Осмотрев груды кирпича разбросанного по комнате, женщина обратила внимание на лежащую неподалёку от неё кучу одежды.

- Как мило, ты решила скрыть обычного мертвеца под одеждой, выдавая его за ангела, посмотрим, что на это скажет полиция – женщина искренне презирала Беки, видя в той соперницу за внимание своего мужчины. Видя, как её возлюбленный затих в присутствии этой психопатки, Аманда всё больше распалялась, пытаясь унизить самой же выдуманного врага.

- Давай ка посмотрим на посланца Божьего – женщина бесстрашно протянула руку к куртке, закрывающей от неё лицо неизвестного. Будто того и ждав, пасть усыпанная острыми зубами вцепилась в руку заверещавшей от боли женщины.

- Аманда, - бросился ей на помощь Гарри, безуспешно пытаясь вырвать свою женщину из лап урчащего от удовольствия монстра.

Закрыв за собой дверь, Бекки подпёрла её тумбочкой, для надёжности на неё сев. Крики и утробный вой, доносящийся до неё из-за хрупкой преграды, заставляли кровь женщины стынуть от ужаса. Сделала ли она правильный выбор, позволив умирающему чудовищу набраться сил? Не нападёт ли он на них? Вопросы, ответы на которые могло дать лишь время. А пока, обняв свою зажавшую уши дочь, женщина сидела, ожидая пока демон закончит своё пиршество.

****

Стоя голым перед дверью, Джон не придумал ничего лучше, чем просто постучать в деревянное полотно. Вместо бодрости, следующей за кровавой вакханалией, его тело ощущалось, словно отлитое из металла. Он смог вернуть себе человеческий облик, в очередной раз, убив ни в чем, ни повинных людей. И свалить все грехи на кого-то другого не представлялось возможным, в этот раз он был в сознании, пусть и совершенно не управлял своим телом, отдав управление своим инстинктам.

Голоса, скрип тумбочки и дверь неспешно раскрывается, открывая молодому человеку вид на выкрашенные в белый цвет, стены студенческого общежития. Осторожно выглянув в зазор, получившийся между дверью и стеной, Джон наткнулся на пару любопытных глаз пристально на него смотрящих.

- Мне нужны трусы, - подумал Джон, потерянно осматривая заросшее мхом помещение. Искать их в таком месте было нетривиальной задачей, поэтому молодому человеку, пришлось высунуть голову наружу в надежде на получение содействия от взрослой женщины.

- У вас случаем не найдётся каких-нибудь трусов? – неловко улыбнулся юноша, нервно переминаясь с ноги на ногу.

****

Горячие струи воды немного улучшили самочувствие молодого человека. Он по-прежнему не мог поверить, что мама спасённой им девочки столь хладнокровно заманит ничего не подозревающих людей к нему в комнату. В очередной раз молодой человек прошёл по острию хорошо заточенного лезвия, чуть не сев на него задницей.

Джон не хотел думать над тем, какую легенду сочинит его спасительница, оправдывая их с девочкой появление в стенах общежития. Сейчас его единственной задачей было хорошенько вспенить губку и затем до скрипа натереть каждый участок своего тела.

Короткое столкновение с военными, показало его слабость к огнестрельному оружию, попутно уничтожая начавший зарождаться в нём комплекс супергероя. Чистое и незамутнённое везение сопутствовало Джону на всём его пути к общежитию. Если бы солдаты восприняли его в серьёз, то одними пулемётами дело бы не ограничилось. Как избежать серьёзных последствий от столкновения с начинённой взрывчаткой, ракетой, молодой человек не имел ни малейшего понятия.

На чистой, лишённой всяческого загара коже ни осталось и следа от грязи, но Джону этого было мало, с остервенением молодой человек натирал свою руку, которой недавно вырвал кадык сопротивляющегося мужчины. Кровавые воспоминания никак не хотели покидать его голову, раз за разом, он возвращался в ту комнату, наполненную ужасом и кровью, отчаянные крики людей набатом бились в его ушах.

В этот раз голод не отступил, как делал это ранее, теперь всё было по-другому. Джон всё больше склонялся к мысли о том, что для его полного восстановления нужно поглотить минимум четверых, а то и больше человек. Вся надежда была на постепенное восстановление организма от поедания обычных продуктов. Слишком сильно он изменился за столь короткий промежуток времени, слишком сильно сдвинул внутреннюю грань дозволенного. Кто бы мог подумать, что когда-то он будет спокойно рассуждать о том, сколько человек он убил.

- Положительно, с необдуманными трансформациями необходимо завязывать, я и без того силён, нужно использовать подобное преимущество на полную катушку, не доводя себя до очередного пожирания людей – именно такие мысли витали в голове у нежащегося под потоками горячей воды, Джона.

Положив свою руку на гладкую поверхность душевой плитки, Джон начал постепенно усиливать нажим, секунда, две, три и вот уже кажущийся незабвенным монолит поверхности начинает тихонько потрескивать. Очередное усилие, и пальцы молодого человека пробивают плитку насквозь. Вытащив руку назад, молодой человек поднёс пальцы поближе к своим глазам. Ни единой раны, лишь слегка покрасневшие кончики пальцев. Лишь усилившееся чувство голода обозначило цену подобным трюкам.

- Стоит повременить и с этим, - пробурчал себе под нос молодой человек.

Неспешно двигаясь к выходу из душевой, юноша обратил внимание на высокое ростовое зеркало, испещрённое бесчисленным количеством царапин. Первый раз, когда он может хорошенько себя рассмотреть. Вертясь на одном месте словно юла, Джон с упоением разглядывал произошедшие с ним изменения. Куда подевался тот худощавый слабак, которым он был совсем недавно? Теперь его тело набрало необходимый вес, и самое главное, обзавелось даже на вид, крепкими мышцами, словно всю свою сознательную жизнь он провёл в спортзале, не забывая при этом хорошо питаться. Изменения коснулись и его лица. Уродом Джон не был, но и до звания второго Аль Пачино не дотягивал. Сейчас же, он словно сошёл с обложки глянцевого журнала. Описать его лицо можно одним словом – идеальное. Совершенные пропорции лица не оставили и места для изъяна, делая внешность своего носителя внеземной. Для подобного результата нужны столетия направленной селекции, не гарантирующие стопроцентного результата, и всё это Джон получил в нагрузку к своим способностям.

Медовые глаза довольно прищурились, наткнувшись на ещё одну сильно изменившуюся часть тела.

- Неужели у меня в роду были слоны? – задал сам себе риторический вопрос, парень, позабыв обо всём на свете.

Выйдя в коридор, ноздри юноши уловили непередаваемый аромат еды, вызвавший обильное бурчание изголодавшегося желудка.

- Пойдём, я принесла еду в твою комнату - мягкий женский голос раздался слева от него. Мама спасённой девочки безропотно ждала, пока он закончит водные процедуры, попутно озаботившись вопросом поиска еды.

Внутри небольшой комнатки его ждала аппетитно пахнущая тарелка с макаронами, политыми густым мясным соусом. Жизнь удалась, простое, но вкусное блюдо уничтожалось с невероятной скоростью, Джон успел позабыть, когда в последний раз мог позволить себе спокойно перекусить чем-то отличным от бесконечной яичницы с беконом, если не брать в расчёт события последних дней.

- Меня зовут Бекки, - впервые представилась женщина, начав разговор, как только молодой человек отставил пустую тарелку в сторону. – Как ты мог догадаться я мама, спасённой тобой девочки – тяжело вздохнув, женщина вновь посмотрела на молодого человека.

- Джон – коротко ответил юноша, держась за огромную чашку с чаем, как за спасательный круг. Этот разговор наедине доставлял неудобства обоим собеседникам. И всё же, женщина продолжила.

- Не выразить словами, насколько я тебе благодарна за спасение моей дочери, у меня нет денег и драгоценностей, поэтому я могу лишь сказать тебе спасибо, и если … если тебе понадобиться какая-то помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне, даже – в нерешительности замерла женщина – даже если мне придётся привести к тебе ещё людей – последние слова, Бекки с трудом выталкивала наружу, в тайне надеясь, что прибегать к подобному больше не придётся.

- А … - не смог найти подходящих слов, юноша. – Это вам спасибо, за помощь, если бы не вы, то мне пришли бы кранты – раздался со стороны Джона писклявый смешок, он осознавал насколько лицемерно выглядит его благодарность, на фоне погибших людей, своими жизнями оплативших его благополучие. Вновь забурчавший желудок добавил в царящую в комнате атмосферу щедрую порцию неловкости.

- Принести тебе ещё еды? – вопросительно посмотрела на парня, женщина, поспешив уточнить сказанное – я имею ввиду …

- Да, я буду вам очень признателен – прервал свою собеседницу, Джон. В их разговоре, даже обычные слова приобретали двойное дно, доставляя физически ощутимый дискомфорт.

- Тогда я, пожалуй, пойду, не скучай тут, постараюсь не задерживаться – слишком поспешно встала Бекки, поспешив в коридор.

Закрывшаяся дверь оставила Джона наедине со своими мыслями. Собираясь лечь на мягкое покрывало, Джон остановился, почувствовав лёгкую опасность. Биение сердца, доносящееся сквозь преграду, оповестило юношу о новом посетителе.

- Этот день, когда-нибудь закончится, воздев глаза к потолку, - тихо произнёс Джон.

- Входите, - одно простое слово послужило сигналом для незваного гостя. Незнакомец производил достаточно приятное впечатление, пока юноша не присмотрелся к его глазам, в которых плескался холод, так на человека смотрят сквозь прицел винтовки.

- Не хочешь выбраться из этого поганого города? – выложил свой главный козырь, человек с выправкой военного.

- Меня зовут, Марк – крепкая мужская ладонь протянулась вперёд в ожидании рукопожатия.

Глава 7. Сделка

Тик-так, тик-так – размеренно вели отсчёт потемневшие от времени бронзовые часы. Приглушённый свет и огромный пушистый ковер делали комнату по-домашнему уютной. В такой атмосфере Джон невольно вспомнил единственного дорого человека в своей жизни. Прошло больше десяти лет с тех пор, как его любимая бабушка совершила свой последний вздох, забрав с собой у нелюбимого всеми ребёнка последнюю радость в жизни. Вместе с добрейшей женщиной ушла вся любовь, которую она изливала на незнающего родительской ласки ребёнка, исчезли тёплые объятия и запах имбирного печенья, любимого лакомства Джона. Пропало то непередаваемое ощущение нежности даримой старческими руками в те моменты, когда захлёбывающийся слезами малыш жаловался единственному родному человеку на несправедливое отношение других членов семьи.

Почему же собственные родители так невзлюбили ни в чём неповинного ребёнка? Будучи совсем маленьким, Джон не особо задавался подобными философскими вопросами, лишь с возрастом для побитого жизнью паренька открылась неприглядная, постыдная тайна. Он был плодом женской измены, вечным напоминанием “отцу” об ничего незначащей интрижки жены, приведшей к нежеланным последствиям в виде незапланированной беременности. Неприглядное детство, отсутствие достойного образования, тяжёлый труд в надежде вырваться из порочного круга бедности, всё тщетно, из одной выгребной ямы он с высоко поднятой головой попал в другую, гораздо глубже предыдущей.

Больше всего на свете, Джону хотелось почувствовать на своей голове нежные руки бабушки, услышать её голос и ободряющие слова поддержки. А так же получить мудрый совет, как ему поскорее выбраться из царившего в этом городе кошмара.

Грохот армейского пулемёта взбодрил впавшего в меланхолию молодого человека. Сквозь закрытые жалюзи окна пробивался свет мощных прожекторов монтируемых солдатами. Первые бронеавтомобили были лишь ударным кулаком, разобравшимся с толпами мертвецов. Следом приехали инженерные подразделения, начав монтировать освещение в дополнении к нему устанавливая одно им понятное оборудование. Солдаты к чему-то усиленно готовились, огромный фонтан позади университетского здания активно демонтировался, в нескольких местах то и дело вспыхивали огоньки сварочных аппаратов, по контуру огороженной площадипригнанные экскаваторы рыли траншею.

Его таинственный посетитель выглядывал несколько раз в окно, периодически похмыкивая и кивая головой, будто увиденное подтверждало его догадки. После интригующего предложения и крепкого рукопожатия, между мужчинами установилось молчание, которое никто из них не пытался нарушить. Может быть, Марк хотел, чтобы он первым начал разговор в попытках узнать, как покинуть город, а может просто давал время на адаптацию молодому человеку столь эпатажным образом, попавшим в общежитие.

Одно Джон знал, точно, мужчина был в курсе произошедшего в той комнате, получив информацию от матери спасённого им ребёнка. Невооружённым взглядом Джон видел химию между ними двумя, и надеяться на сохранение своей маленькой тайны изначально было самоуверенным желанием.

Лицо сидевшего напротив него мужчины выглядело бесстрастным, но своим, определённо обострившимся чутьём Джон понимал, что это всего лишь маска, он чувствовал интерес направленный в его сторону. Мужчина разглядывал Джона, словно диковинное животное, встреченное им в зоопарке. Учащённое биение сердца мужчины выдавало не страх, как изначально подумал молодой человек, а крайнюю степень возбуждения. Джон был ему нужен гораздо сильнее, чем самому молодому человеку кто-либо в этом здании.

Столь пристальное внимание к своей персоне нервировало, идентичный взгляд в ответ никоим образом не доставлял неудобств мужчине, скорее даже забавляя того потугами молодого человека выглядеть серьёзным. Поддавшись выдуманной им же борьбе взглядов, Джон утратил над собой контроль. Раздавшийся скрежет сминаемого металла лучше всяких слов показал его гостю, на что он способен.

Ещё чуть-чуть и радость мужчины от увиденного представления, излучаемую им наружу можно было-бы потрогать руками. На раздражённый взгляд Джона, он лишь приподнял руки, беззлобно ухмыляясь.

- Туше – произнёс Марк, всем своим видом показывая, что пришло время серьёзного разговора.

- Прошу прощения за доставленные тебе неудобства и причинённое беспокойство, но к моему глубочайшему сожалению, у нас остаётся не так много времени на следование принятым правилам гостеприимства.

Убедившись, в том, что Джон внимательно его слушает, мужчина продолжил, поглаживая начавшее ныть колено.

- Во-первых, я хочу выразить тебе свою огромную благодарность за спасение Алисы, как ты мог догадаться, она дочь моей любимой женщины и твою помощь невозможно оценить, поэтому единственное, что я могу сказать тебе,- спасибо, гххрр … – под конец речи в горле у мужчины запершило, заставив его сделать паузу.

Жестом, показав на недопитую Джоном воду и получив разрешение, мужчина сделал из чашки молодого человека глоток, постаравшись, коснутся той части, с которой имел контакт его собеседник. Незаметно посмотрев на часы, мужчина вернулся к прерванному монологу. Очередная проверка осталась незамеченной, расслабившийся Джон не слишком следил за окружением, предпочитая использовать доступное ему время для очередной схватки с поднявшим голову – голодом. Шепот, с недавних пор появившийся в его голове никак не хотел уходить, склоняя молодого человека к далёким от морали поступкам. Для полного счастья ему не только хватало подцепить быстро прогрессирующую шизофрению или раздвоение личности, в таком случае на его желании выжить можно будет поставить жирный крест.

- Мда, итак, с благодарностями разобрались, хочу перейти к сути моего предложения – очередной глоток воды позволил мужчине избавиться от подступающего кашля - я стал невольным свидетелем твоего столкновения с сотрудниками корпорации Амбрелла, и хочу сказать, твои способности впечатляют. Сила, умопомрачительная скорость, о таких возможностях обычному человеку приходится только мечтать, тем удивительнее видеть кого-то наподобие тебя рядом с собой.

- Ближе к делу – нахмурился Джон, слушать дифирамбы в свою сторону хотелось меньше всего, картинки расчленённого мужчины, появляющиеся в его голове, не настраивали на самолюбование.

Открыв рот чтобы продолжить свою речь, мужчина остановился, почувствовав что-то неладное.

- С тобой точно всё в порядке? – левая рука Марка непринуждённо сместилась в бок, пропадая из поля зрения Джона.

- Определённо нет, со мной происходит лютая хрень – едва слышно пробормотал Джон. Выбросив мужчину из головы, молодой человек начал делать глубокие вдохи и выдохи, стараясь вернуть самообладание и концентрацию. Мысли то и дело ускользали из его головы, оставляя после себя лишь животное желание жрать, и причинять боль всем живым существам находящимся в пределах досягаемости. Откуда в нём взялась такая кровожадность? Неужели гребанные разработки учёных подразумевали под собой такой результат?

Джон пережил слишком много отвратительных моментов за последние дни, чтобы просто так сдаться, единственным его оружием в борьбе с собой было самовнушение. Накатывающие волны безумия, молодой человек встречал мыслями о том, что он справится, лишь уверенность в своих силах и желание остаться самим собой позволили ему отстоять свою личность. Тяжело дыша, Джон обратил внимание на превратившегося в тугую пружину Марка. Его рука сжимающая пистолет побледнела от напряжения, Джон не знал, что же он увидел такого в его облике, но с удовлетворением почувствовал лёгкий, слегка горьковатый запах страха исходящий от мужчины.

- С-спокойно, я пришел в себя, - шипяще произнёс молодой человек, удлинившиеся клыки мешали нормально говорить. Небольшой мысленный импульс, выполненный, как и всё остальное по наитию, и с отчётливо слышимым хрустом выпирающие части его ротовой полости меняют свою форму и размер, оставляя на языке лишь небольшой налёт из костного порошка, тут же поглощаемого организмом.

- Как ты видишь, за способности нужно платить, и плата это мало кому понравится - в глазах Джона плескалась усталость.

- Ты сможешь держать себя в руках и дальше? – Марк очень сильно волновался, от ответа Джона зависел успех планируемой операции, в которой молодой человек был главным звеном.

- Если в меня больше не стрелять из пулемёта, то да, думаю я смогу держать себя в руках – невеселый смешок был заглушён рычанием его живота, недавний приём пищи растворился без следа вненасытной утробе Джона.

- Это не может не радовать – произнёс всё ещё настороженный мужчина, тем не менее, ослабив хватку на своём оружии, наивным было полагать, что малый калибр сможет остановить жертву какого-то секретного эксперимента. Подумав ещё немного, Марк окончательно избавился от пистолета, положив тот на стол поближе к молодому человеку.

- Я работаю преподавателем в этом институте, готовлю великовозрастных детишек к взрослой жизни посредством тяжёлых физических упражнений и долгих философских бесед. Но помимо этой работы, у меня, скажем так, есть небольшая подработка на правительство, по результатам которой я смогу обеспечить себе и своим близким безбедную жизнь. Под патронажем корпорации Амбрелла, часть научных сотрудников этого университета занимается особыми исследованиями в области разработки биологического оружия. В мою задачу входило наблюдение и поиск компромата наобладающих нужными знаниями сотрудников.

- А затем с помощью шантажа вы бы получили интересующую вас информацию? Довольно грязный метод – меньше всего на свете Джон ожидал оказаться в центре шпионского боевика, но стоило только его голове потерять все волосы, как тут же вокруг него начал раскручиваться маховик невероятных событий. Для полноты картины осталось найти преданную только ему азиатку, сбежавшую от богатого и влиятельного отца на другой континент в поисках сладкого глотка свободы.

- Со стороны подобный подход к добыче информации выглядит неприглядно – Марк утвердительно кивнул головой – но зато он самый эффективный, ты не представляешь, сколько всякой мерзости происходило в стенах этого учебного заведения.

- Как я понимаю, ты смог кого-то взять за жабры? – Джон всё ещё не мог осознать своё место в этой истории.

- Да, ты прав, одного я смог крепко посадить на крючок. Ректор университета оказался не таким ужпримерным семьянином иприверженцем традиционных отношений. Кто бы мог подумать, что радеющий за успехи студентов ректор, окажется мерзким геем-извращенцем склоняющим молодых парней к близости прямо в учебных аудиториях – мужчина скривился от отвращения, испытываемого к описываемому им персонажу университетских хроник.

- Я потратил больше года, собирая компромат на пользующегося своим положением старика, и наконец, я смог прижать его к стенке. О, слышал бы ты, как он заливался соловьём, рассказывая про проворачиваемые корпорацией в стенах заведения эксперименты, обязавшись передать результаты всех исследований какого-то g-вируса и разработок основанных на его использовании.

Марк бросил взгляд на часы, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. Было бы забавным окажись у него такие же проблемы, как и у Джона. – Десять минут, без изменений – донёсся до чуткого слуха молодого человека, едва слышимый шёпот мужчины, похоже, Джон в очередной раз умудрился упустить что-то из виду.

- Взамен, противный хрен посмел диктовать условия запросив защиту и … - мужчина поморщился будто испытав острую зубную боль – моё руководство одобрило выставленное условие, слишком многое старик знал и мог нам передать.

- Сделка должна была произойти сегодня, но, к сожалению, ректор подох от зубов собственного заместителя, надеюсь, в аду ему приготовлен отдельный котёл – после небольшой задержки мужчина продолжил - тут-то и возникает большая проблема, его карманы были девственно пусты, не смотря на его склонности, сомневаюсь, что он засунул носитель данных себе в задницу, а значит, с большей долей вероятности данные находятся у него в кабинете.

- Как отставному военному добраться до кабинета в переполненном зомби здании? Как пройти весь путь, не имея за спиной хорошо обученного отряда бойцов, с которыми и в бездну шагнуть не страшно?

- Кажется, я догадываюсь к чему ты клонишь – медленно произнёс скептически настроенный по отношению к вырисовывавшемуся плану действий, Джон – только вот я не могу понять, в чём моя выгода? Какой смысл мне подвергать свою жизнь опасности пробираясь не только между мертвецом, но и недружелюбно настроенных солдат корпорации, гораздо проще попытаться покинуть город в одиночку, сомневаюсь, что на каждом шагу стоят солдаты.

- Не хочу тебя разочаровывать Джон, но в одиночку тебе не выбраться, город надёжно закрыт, ты прав, под каждым кустом солдата не найти, а вот мины наверняка лежат в огромном количестве,в воздухе не протолкнуться от патрулирующих территорию вертолётов. Повсюду стоят блок посты, и поверь мне, может ты и сможешь преодолеть минные заграждения, но рано или поздно ты обязательно наткнёшься на отряд рейнджеров, и если не пулемёты, то ракеты тебя достанут, буухх – Марк сымитировал руками взрыв - бааам, и от тебя останется лишь пепел.

- Хреново, - богатая фантазия отчётливо продемонстрировала Джону, что с ним произойдёт от попадания в его тушку ракеты. Молодой человек был изначально согласен на не прозвучавшее предложение мужчины, ведь у того хотя бы был план и самое главное, средство с помощью которого они могут покинуть город.

- Допустим, я добуду нужную тебе информацию, как мы покинем город?

Услышав вопрос, мужчина широко улыбнулся - по воздуху. В обычной ситуации я никому не нужен, но имея на руках разработки корпорации, моя ценность резко повышается, и за мной пришлют вертолёт. Ты, я, Бекки с дочерью, часть людей находящихся в этом здании, мы все сможем покинуть это место, но при одном условии, если ты добудешь необходимые данные.

Марк сделал Джону заманчивое предложение, безусловно, риск был велик, но способ побега из города был самым лучшим вариантом из всех, какие только можно было представить. Правда молодого человека беспокоила ещё одна проблема.

- Если мы сможем выполнить задуманное, каковы мои шансы не оказаться на операционном столе в качестве подопытного кролика? - молодой человек сомневался, что их высадят в чистом поле, откуда он сможет пойти на все четыре стороны. Определённо они прибудут на военную базу, даже не имея опыта в делах врачебных, Джон прекрасно понимал, что их посадят на карантин, врачи будут брать анализы, и его результаты с большой вероятностью их заинтересуют.

- Город опасное место, Джон – похолодели глаза мужчины – с экипажем может произойти несчастный случай, к примеру, отчаявшиеся бандиты устроили засаду, в ходе перестрелки наши отважные спасители погибнут, но отставной капитан возьмёт всё в свои руки, самоотверженно управляя воздушным судном, он доставит выживших людей до точки назначения.

Скорбно вздохнув, мужчина продолжил – на половине пути к воинской части произойдёт несчастный случай, плохо закрытая дверь откроется под весом облокотившегося на неё молодого человека. Подумать только, храбрый парень, переживший адский кошмар, погибнет от падения с огромной высоты в густых лесах Арклема, в сотнях метров от небольшого охотничьего домика. В небольшом погребе, которого, в дальнем правом углу, под большим камнем, на глубине тридцати-пятидесяти сантиметров будут спрятаны деньги, сумма не сильно большая, но на первое время хватит – мужской голос снизился до трагического шёпота - мы будем скорбеть по тебе Джон.

- Я в деле – резко сказал Джон, боясь передумать, падение с большой высоты с его способностями не такая уж и проблема, к тому же можно ведь снизить вертолёт на приемлемую высоту - а как мне понять, что именно забрать из его кабинета?

- Флэш накопитель наверняка лежит в его сейфе, а у меня есть от него пароль. План действий будет таков …

- Можно вопрос? – перебил собеседника молодой человек.

- Да

- Что такое флэш накопитель?

- Твою мать …

****

В коридоре третьего этажа царил самый настоящий галдёж. Собравшиеся в небольшие группки люди эмоционально делились друг с другом результатами прошедшего собрания. Глобально всех их можно было разделить на две категории – верующие и скептики. Первые, исходя из своего названия, верили в то, что помощь обязательно придёт, нужно лишь немного подождать, вторые, хотели как можно скорее покинуть это место, аргументируя своё решение, как раз таки отсутствующей помощью. К удивлению Джона, большая часть людей решила остаться в общежитии, отказавшись помогать даже в зачистке их убежища.

Ядовито-зелёная труба по форме напоминающая новогоднее угощение, покоящаяся в его руке, заряжала молодого человека неподдельным оптимизмом. Отныне никакой рукопашной схватки, только размеренные, наполненные силой удары. Всё же благородный металл оружия гораздо крепче человеческой плоти.

По итогам их с Марком разговора на Джона ложилась одна из самых значимых задач в этапе зачистки строения. Зомби очень чутко реагируют на звук, чем было грешно не воспользоваться. Пока две группы людей будут производить шум, выманивая на лестничную площадку мертвецов, попутно стараясь их уничтожить примитивными копьями, Джон, зайдёт на третий этаж через шахту лифта, а затем, используя своё преимущество в силе будет вносить опустошение в ряды их туповатого, но чрезвычайно кровожадного противника.

Рабочие приготовления подходили к концу. Пошарпанная от времени дверь лифтовой шахты выглядела не очень прочной, молодой человек не сомневался, приложи он усилия, и эта преграда падёт. Но магическое слово – конспирация, не давала ему возможностей разгуляться так сильно, не стоило лишний раз светить своими способностями, ведь добрые глаза дознавателя, к которым обязательно попадут спасённые люди, обязательно докопаются до таких странностей.

- Отойди, - не слишком вежливо его оттолкнул дурно пахнущий мужчина неопределённого возраста. Ростом он не уступал Джону, а своим весом мог потягаться с годовалым бегемотом. Только в отличие от этого великолепного животного, судя по запаху исходящему от него, мужчина последний раз принимал ванну в первые дни после своего рождения. Вся его одежда была покрыта кровавыми пятнами, и Джон мог бы поклясться, за шиворотом он увидел скукоженный кусочек подсохшего мозга.

Иногда хорошее обоняние приводит к ужасным последствиям. Молодой человек за эти дни испытал многое, бродил по канализации полной нечистот, пожирал людей, но запах изо рта мужчины чуть не отправил его на тот свет.

- Парень ты конечно видный, статный, наверное, жрёшь протеин банками и не вылезаешь из спортзала, - кусочек протухшего мяса, застрявший между зубов мужчины, выскользнул из своего плена, отправляясь прямиком к нему в желудок, если бы организм Джона не переварил всю пищу, то его бы вырвало, - но лифт, это тебе не гриф от штанги, и не гантели, лифт, это целая наука, можно играть мышцами, забрызгивая от натуги всё окружающее пространство дерьмом, а можно сделать так.

Почесав свою огромную задницу, с трудом удерживающую на себе широкие штаны, мужчина достал из кармана отвёртку, абсолютно теряющуюся в его руках. Подойдя к створкам вплотную, он медленно вставил отвёртку в еле заметное отверстие, не спеша, двигая отвертку из стороны в сторону, мужчина, наконец, достиг своей цели, опуская рукоять вниз.

- Ну, чего уставился – посмотрел мужчина на Джона, - думаешь, двери откроются по мановению руки? Сначала сдвинь правую створку, высунь голову в шахту, увидишь направляющую, долбани по ней чем-нибудь и дверь заклинит.

- Я ппонял … - просипел Джон, от резкого запаха ему хотелось прыгнуть в шахту вниз головой, лишь бы не испытывать подобную пытку.

Молодой человек с легкостью отодвинул правую створку в сторону и поднятый отверткой фиксатор значительно облегчил эту работу, сведя к нулю прилагаемые усилия. Наверняка, существовал какой-то способ заблокировать створку без порчи имущества, но он такого не знал, а стоящий рядом мужчина не спешил им делится, порекомендовав старое доброе средство применяемое уважающим себя вандалом. Делать нечего, стремительный удар трубой и направляющую выгибает вверх, тем самым надежно зафиксировав ролики правой створки в своеобразном капкане.

- Мистер Перкинс, вас зовут – стоящий неподалёку от них студент, старающийся дышать ртом, показал пальцем на стоящего в отдалении Марка, что-то втолковывающего задумчиво чешущему голову старику.

- Ничего не могут без меня сделать криворукие черти – грузно переваливаясь с ноги на ногу мужчина, отправился разбираться с очередной проблемой, оставив после себя никак не желающий развеяться смрад.

- Феникс – протянул руку для рукопожатия студент.

- Джон, ты меня спас, я думал, задохнусь – молодой человек был безмерно благодарен своему спасителю, избавившего его от столь проблемного знакомства.

- На самом деле, мистер Перкинс нормальный мужик, всегда поможет, просто у него с гигиеной проблемы, да и нравится ему почему-то бесить людей. Я и ребята, будем тебя страховать, у нас и даже есть верёвка – один из товарищей Феникса и впрямь держал в рукахмоток альпинисткой верёвки.

На вопросительный взгляд Джона, Феникс ответил просто – одна студентка, её имя тебе ничего не скажет, серьёзно подсела на всё, что связано со скалолазанием, уж очень её впечатлил Сильвестр Сталлоне, думаю, занимаясь во всевозможных секциях, она надеялась встретить там такого же горячего красавца. Теперь вот не встретит – Джону показалось, что торчащие во все стороны волосы на голове Феникса опустились в знак солидарности с горем хозяина.

- Только не отпускайте – напутствовал своих помощников Джон. Обмотав вокруг пояса верёвку, он постарался сделать узел как можно крепче.

- Готовы?

Синхронные кивки головами стали ему ответом.

- Тогда поехали – молодой человек бесстрашно шагнул в разверзшуюся под ним тёмную бездну. Всё же его чрезмерное увлечение боевиками чаще вредило делу, чем помогало. Неготовые к подобному фортелю помощники, чуть не отправились следом за ним, с трудом удержавшись на самом краю провала. Их панические вскрики слились воедино с глухим звуком удара головы Джона об кирпичную кладку.

- Ты в порядке?

- Да, со мной все хорошо – выплюнув зуб, ответил Джон, ощущая, как в режиме реального времени на месте пропажи, появляется другой такой же зуб. Из-за несогласованности действий и своей глупости, молодой человек пролетел нужный ему этаж, ударив ногами по створкам, отделяющим шахту от холла первого этажа.

В следующий раз, буду внимательнее – пообещал сам себе Джон. Неравномерные рывки медленно поднимали едва болтающееся тело молодого человека. Донёсшийся до него грохот посуды и бессвязные крики подбадривающих друг друга людей ознаменовали начало операции. Взятый с собой фонарик не пригодился, небольшая резь в глазах, и тьма расступается, позволяя Джону в мельчайших подробностях рассмотреть запорный механизм створок. Поднять фиксатор не имея опоры под ногами, не доставило Джону столько сложностей, как попытка сдвинуть в сторону створку.

Сквозь небольшую щель было хорошо видно медленно передвигающихся на источник шума зомби. Дождавшись пока хорошо погрызенные тела, не исчезнут из его поля зрения, Джон полностью сдвинул в сторону створку, найдя, наконец, ногами точку опоры. Вытащив из-за пояса трубу, молодой человек, стараясь не издаватьшума, надавил на направляющую, легкий скрежет заглушался грохотом, доносившимся с третьего этажа.

Мертвецы успели хорошо попировать в этом месте, густая, красная жидкость, словно лужи после дождя покрывала белую плитку коридора. Стены, и даже потолок оказались заляпаны бордово-красной субстанцией.

По словам Марка на этом этаже осталось множество людей, как заражённых, так и не успевших сбежать. Но количество оживших мертвецов, было значительно меньше того, что ожидал увидеть молодой человек. Происходящее резко перестало ему нравится, покинуть здание мертвецы не могли, а две лестницы просто не способны вместить такое количество тел, тогда куда же все подевались?

Вырвавшиеся из руки нити легко перерезали плотно спрессованные волокна верёвки. Каждый раз, когда Джон собирался свести использование своих способностей к минимуму, происходила какая-то чрезвычайная ситуация. Сжав трубу, молодой человек медленно двинулся в противоположенную от ближайшей лестницы сторону, следуя за хорошо видимыми кровавыми разводами, появившимися, судя по всему от перетаскивания тел.

Под его ногами еле слышно хрустели осколки битого стекла, с тянущим свистом выпустила воздух попавшая под ногу картонная коробочка с изображением купающегося в шоколаде медведя. До обострившегося слуха донеслось интенсивное чавканье прямиком из той комнаты, в которой некое существо устроило себе логово. Шлепок, и нечто, сокрытое от взора Джона прекратило свою трапезу, почувствовав приближающегося гостя.

Первыми показались длинные когти очень похожие на те, что были у его старого знакомого в канализации. Не торопясь, словно красуясь из дверного проема, показалась уродливая голова с высунутым из клыкастой пасти длинным языком. В этот раз Джон имел возможность хорошенько рассмотреть уродца. Увитое мышцами тело, острейшие когти и огромная слабость в виде покрытого слизью мозга. Там глубоко под землёй, его собрат не разменивался на долгие ожидания, предпочтя напасть сразу. Этот же экземпляр нападать не спешил, словно ожидая чего-то.

Для своих немаленьких габаритов, Лизуны, как их окрестил Джон, были довольно проворными, и бесшумными. Наличие у монстра напарника стало довольно неприятным открытием для Джона, благо, несмотря на всю свою сноровку, он не смог подобраться к нему незамеченным, но ещё больше молодого человека огорчил их интеллект, кто знает, сколько таких тварей и подобных им находится в месте, куда он в скором времени отправится. Одна тварь питается, другая же всё это время находится на страже, выискивая очередную жертву, довольно продуманная тактика, даже для людей.

Они сработали синхронно, с двух сторон прыгнув на неподвижно стоящего молодого человека. Стремительные тени закружились в танце обмениваясь ударами. Частично адаптировавшийся к открывшимся возможностям мозг Джона поспевал за мельтешением, царящим вокруг него, острые когти, проворные языки, всё это учитывалось им в процессе схватки. Вчерашний он совершенно точно закончил бы свою жизнь в желудках хитрых тварей, так и не поняв, что произошло, сегодня же он с необычайной лёгкостью избегал смертоносных атак. Мощный удар по когтистой лапе и тварь заходится в болезненном визге, теряя концентрацию. Удар коленом в живот подбрасывает её высоко вверх, последовавший за этим удар трубой с замахом, выполненным в лучших традициях гольфа, превращает в кашу, перешедшую на ультразвук голову.

Увлекшийся Джон вполне закономерно пропустил удар, от второго лизуна залетая в их недавно созданное логово. Повсюду валялись разорванные человеческие тела и погрызенные кости. Обвивший ногу Джона язык, потянул его в сторону занёсшей для удара лапу, твари. К изумлению, промелькнувшему в глаза чудовища Джон, остался на месте, вонзив в стену, отрастившую короткие когти руку. Торжествующе ухмыльнувшись, молодой человек пригвоздил трубой язык лизуна к полу, одновременно с этим высвободив вторую руку, он дёрнул слишком длинный орган твари на себя, встречая оскаленную пасть своим лбом.

Отбросив лом в сторону, Джон покрепче обхватил трепыхающегося монстра, с каждой секундой всё сильнее сжимая того в своих объятьях. Последним что отразилось в маленьких глазах лизуна нарвавшегося на превосходящего его противника, были многочисленные нити, стремительно несущиеся к его голове.

В этот момент одурманенный запахом крови стоящим в комнате и только что закончившейся схваткой, Джон не сдержался, дав волю своему голоду. Его внешний вид почти не изменился, лишь нити, вырывающиеся из каждой клетки его тела, неустанно растворяли и поглощали находившуюся в избытке вокруг молодого человека плоть.

Нет худа без добра, беспокоящий его голод вновь скрылся в глубинах разума, а навязчивые идеи и мысли не спешили заполнять его голову. Значит, для восполнения сил хватит и обычных мертвецов, ему не обязательно становиться кровожадным маньяком, убивая всех на своём пути.

- Какого … хера - произнёс Джон, рассматривая свою левую руку, ни мысленный приказ, ни усилие мысли, не дали нужного результата. Его рука не собиралась возвращаться к прежнему виду.

– Чтоб меня черти драли – тихо ругнулся Джон, чувство бесконечного всемогущества исчезло без следа. Побочный эффект, вызванный поглощением мертвецов или же заложенная программа эволюции, но не желающая возвращаться к нормальному состоянию рука напугала Джона до усрачки.

Тихий писк донёсшийся до него из-за дверей старого шкафа и мутноватая струйка мочи медленно вытекающая на пол добавили молодому человеку головной боли. Открыв дверь на себя, Джон увидел обхватившую свои ноги девушку, боящуюся сделать даже маленький вздох.

- Я никому ничего не скажу, господин – пискнула напуганная девушка то и дело переходя на японский язык.

- Не могу поверить, азиатка, - шокировано произнёс Джон, позабыв о своей проблеме - ну вот теперь нам всем точно кранты.

Глава 8. Добро пожаловать в университет!

Большие двери, разделяющие второй этаж здания на две части содрогались от мощных ударов живых мертвецов. Вся сила Джона пасовала перед жаждущей теплой крови толпой зомби, пытающейся преодолеть последнюю преграду, отделяющую её от еды.

Сантиметр за сантиметром ноги молодого человека сдвигались назад под непрекращающимся давлением с той стороны двери.

Сквозь небольшие стеклянные окна находящиеся чуть выше уровня головы молодого человека, можно было в красках разглядеть оскаленные пасти чудовищ.

“Откуда столько людей оказалось в этой части здания?” – он не переставал задавать себе один и тот же вопрос, борясь со скользким от крови полом. Стоит ему поскользнуться, как двери сметёт бушующим потоком мертвецов.

Молодой человек не сомневался в своей способности пережить такое количество противников. Но цена, которую он заплатит за подобное спасение, будет чрезмерно велика. И изменившаяся рука, сокрытая под кокетливой женской перчаткой была отличным тому примером.

Позади молодого человека раздался громкий скрежет, помощь была близко. Но судя по раздавшемуся следом грохоту и потоку сквернословия, у его помощников возникли некоторые проблемы.

Джон и рад бы был оглянуться назад, но очередной, по-настоящему сильный удар неистовствующей толпы на краткий миг отбросил его от дверей. Хлипкий замок не выдержал подобных издевательств, с едва слышимым треньком язычок механизма раскололся на несколько частей.

Створки дверей успели приоткрыться на несколько сантиметров, прежде чем молодой человек с утроенной силой налёг на двери. Коридор разом наполнился заунывными стонами и утробным воем голодных чудовищ. Наполненная безнадегой звуковая волна вызвала оцепенение у пытающихся поднять тяжеленный металлический шкаф людей.

- Быстрее придурки, быстрееее – изо всех сил прокричал Джон, сбрасывая с остановившихся людей наведённый мертвецами морок. Плитка под ногами Джона превратилась в крошево от прилагаемых им усилий в попытке вернуть створки двери в исходное положение.

Рыча и брызжа во все стороны слюной, он прилагал просто нечеловеческие даже по своим меркам усилия к тому, чтобы выстоять. Зловонное дыхание мертвеца смотрящего на него через щель вызывало у него рвотные позывы и дикую ярость.

Судя по всему, при жизни этот человек серьёзно пренебрегал гигиеной, а после смерти окончательно дал волю своей свинячьей натуре, пожирая всё что движется. И теперь его ротовая полость источала совершено фантастические ароматы, запечатав которые, можно было бы создать совершенное химическое оружие.

К своему ужасу, Джон сдавал позиции, в щель между дверьми проникли пальцы мертвецов, и самый шустрый из них умудрился просунуть в неё свою рукупокрытую кровью. Дурно пахнущий клетчатый рукав рубашки беспрепятственно елозил по лицу молодого человека, не имеющего возможности оторвать эту часть тела у мертвеца и затолкать тому в задницу.

Зомби будто ободрённые своей победой умудрились разбить довольно толстые стёкла дверных окошек, осыпая его голову острым крошевом.

- Да где же вы все, тупые мудаки? – не сдержался Джон, когда одну из верхних петель створки начало выгибать от нагрузки.

Покрасневшие от натуги мужчины с трудом волокли свою тяжёлую ношу. Их лица по цвету могли сравниться со спелым помидором. Кто знает, в силу волнения или природной тупости, но эти ребята не смогли найти ничего лучше, чем огромный, тяжеленный шкаф, к тому же судя по всему доверху заполненный книгами.

Время неумолимо утекало, как утекала в бездну прочность всей конструкции. Минут пять, и закрывать уже будет нечего.

- Держись, мы рядом – задыхающимся голосом прошептал один из выживших.

Судя по приближающемуся скрежету, они и впрямь ускорились. Ему бы он только смог убрать руку мертвеца, тогда у него был бы шанс закрыть эту грёбанную дверь. И где носит эту японку?

Джон не был специалистом в области отношений с женщинами, но, даже пользуясь своим куцым опытом, поведение спасённой им девушки показалось ему чрезвычайно странным.

Страх источаемый студенткой и так хорошо ощущаемый Джоном, почти моментально испарился, стоило только ей осмотреть его руку. Потомок самураев, невероятно быстро изменила свою манеру поведения. Отстранённость и апатичность преобразовались в преклонение.

Глаза девушки горели фанатичным огнём, в те моменты, когда она смотрела на Джона. Молодой человек не знал, что в нём увидела истощённая японка, чьё душевное равновесие было нарушено произошедшим в городе кошмаром, но её поведение пугало молодого человека до дрожи в коленях.

Кто-то может посчитать Джона идиотом, не оценившим внимание, направленное на него спасённой им же девушкой. Чья красота не потускнела под гнётом обстоятельств и результатов физиологических позывов.

Но этот человек просто не был на его месте. Джон не интересовал её как мужчина, она видела в нём божество, запертое в человеческом теле. Кто может дать гарантию того, что в один прекрасный миг в её прекрасной голове что-то не перемкнёт, и она не посчитает, что Джону пора сбросить оковы смертной плоти и воспарить над бренным миром?

Подобные мысли заставили молодого человека поежиться от пробежавшего по телу холодка.

Джон не любил фанатиков, и дал себе зарок, держаться от девицы подальше, как только представится такая возможность.

Но в данный момент времени, когда позади него вновь раздался грохот упавшего шкафа, от её помощи он бы не отказался.

Будто в ответ на свои мысли он услышал топот женских ножек и раздавшийся рядом с его головой свист, поставивший жирную точку в судьбе одного мертвеца. Волнистое лезвие, пронесшееся перед его глазами, с чавкающим звуком вошло в глазницу мертвеца испускающего зловонное дыхание.

Не задержавшись надолго в голове зомби, лезвие, ведомое нежной девичьей ладошкой, продолжило свой путь, перерезая сухожилия мешающей закрыть дверь руки, заставляя ту бессильно повиснуть.

Несколько колющих ударов лезвием в окошко и давление на дверь снизилось, позволяя Джону совершить долгожданный рывок вперед. С громким хлопком створки двери соединились, отбрасывая зомби на несколько шагов назад.

Пока передние ряды мертвецов пытались подняться, образовывая кучу малу, Джон стремительной тенью метнулся к мужчинам, в очередной раз собирающимся уронить шкаф. Крепкие руки молодого человека без особого труда удержали много килограммовый вес спасительной преграды.

Слегка напрягшись, молодой человек буквально вбил шкаф в проём, надёжно фиксируя дверь и на какое-то время снижая к минимуму угрозу вторжения мертвецов на данном участке здания.

Ничего не соображающие от перенапряжения мужики повалились на пол, словно из них разом выдернули стержень, держащий их на ногах. Глядя на их ничего не выражающие лица, можно было легко понять, что им уже нет никакого дела до того, что будет происходить дальше. Не будь рядом с ними Джона, их бы уже несколько раз сожрали в отместку за их медлительность и отсутствие мозгов.

- Господин, - опаляя горячим дыханием, ухо Джона, прошептала японка, вплотную прильнув к спине молодого человека – прошу вас одеть эти очки, пока остальные не увидели ваши глаза.

- С-спасибо, наверное – чуть заикаясь, произнёс Джон, осматривая вложенные ему в руку очки. Круглые с серебристой дужкой, они предназначались для защиты от солнца. Тёмное стекло как нельзя лучше скрывало изменившие свой цвет глаза Джона.

Носить солнцезащитные очки в помещении, вдобавок ко всему ночью … в обычной ситуации было бы определённо странным выбором. Но в его случае затемнённые стёкла отсекали множество лишних вопросов от посторонних. Пусть уж окружающие принимают его за идиота, чем за чудовище, от которого стоит держаться как можно дальше.

- Спасибо за помощь, ты пришла вовремя – поблагодарил девушку Джон.

- Вы всегда можете на меня рассчитывать, мой господин – не отрывая от него своего взгляда, произнесла японка, прижимая к своей груди обнажённый клинок.

- Откуда … впрочем, неважно – молодой человек прервал сам себя, у него совершенно не было времени на то, чтобы выспрашивать, где девушка раздобыла клинок. Некоторые вещи необходимо принимать как данность, наверняка она потомок якудза не брезгающих махать клинком в нынешние времена. Главное, что её умения пригодились как нельзя кстати.

- Укрепите преграду – скомандовал молодой человек разлёгшимся на полу мужчинам. Начавшим подавать небольшие признаки жизни.

- Как тебя зовут?

- Кейко, господин – чуть улыбнулась девушка.

- Есть желание помахать клинком? – задал риторический вопрос Джон. Судя по внешнему виду девушки, рабоать клинком она была готова в любой момент времени. “Может быть не так и плохо иметь таких последователей, даже если у них поехала крыша” - промелькнула в голове Джона крамольная мысль.

- Конечно, мой клинок всегда будет с вами – чуть поклонилась Кейко.

Дальнейшие события можно описать одной фразой – тотальная зачистка. Присоединившись к выжившим людям, спустившимся на первый этаж, они помогли окончательно преломить ход царившего внизу сражения в сторону людей.

Быстрые и наполненные силой удары Джона не оставляли мертвецам ни единого шанса, а державшаяся за спиной молодого человека девушка, проворно добивала падающих на пол зомби, если им повезло выжить после встречи с молодым человеком.

***

Существо, некогда бывшее девушкой, жадно обгладывало руку лежащего рядом с ней трупа. Зубы, покрытые тёмной кровью, безостановочно жевали человеческую плоть. Ему было наплевать, кого оно пожирает. Человек, такой же мертвец или животное, происхождение пищи его не интересовало.

Он отличался от других, его мозг был другим, он был умнее, он мог чувствовать. И он чувствовал приближающуюся точку развязки, с каждым куском плоти, с каждой каплей крови, он менялся.

В какой-то момент времени, его тело забурлило, кости, плоть, всё начало процесс эволюции. Он должен был превратиться в хищника, быстрого и безжалостного. Форма его черепа менялась. С громким хрустом, верхняя половина головы отбросила ставшую ненужной кость, обнажая увеличивающийся прямо на глазах мозг. Нос, глаза, челюсти, менялось всё.

Спустя несколько минут из усеянной острыми клыками пасти показался длинный язык, раздалось первое шипение. Ненужные пальцы рук атрофировались, отпадая, те же что оставались на своих местах, видоизменялись, уплотнялись,становясь больше похожими на лапы древних ящеров, за счёт огромных костяных когтей.

Ещё мгновение и торжествующий вопль должен был бы покинуть оскаленную пасть. Но …

- Охренеть, вот как вы становитесь такими неприятными засранцами – произнёс мужской голос. Сквозь отражения в стекле его очков можно было видеть скрючившееся существо, пытающееся повернуться в его сторону.

- Кейко, одолжи мне, пожалуйста, свой клинок

Чудовищу не хватило совсем немного времени, для того чтобы попытаться оказать сопротивление молодому человеку.

Росчерк клинка, и сталь не встречая сопротивления, отделила голову от тела так не успевшего пошевелиться чудовища.

***

Неожиданная встреча с мутирующим зомби наглядно продемонстрировала Джону опасность долгого пребывания в месте наполненным мертвецами. Кто-то, да и решится начать пожирать своих собратьев, превращаясь в очень опасную зверюшку.

Зачистка подходила к концу, со всех сторон люди заставляли окна и двери мебелью, все, что мало подходило для нужд выживших безжалостно блокировалось и закрывалось. Отовсюду раздавался стук молотков, и сосредоточенные голоса людей.

Хотел бы Джон сказать, что люди меняются к лучшему, но человек всегда остаётся человеком. Пока одни проливали пот, ежесекундно рискуя своей жизнью, другие представители человеческого племени находились в безопасности, ожидая спасателей, и не показывая ни грамма заинтересованности хотя бы в банальной помощи людям, таскающим на своей спине тяжести.

- Как думаешь, эти мутанты ещё здесь остались? – обратился к молодому человеку Марк. Наличие подобной угрозы стало для него настоящей неожиданностью, а судя по его широко раскрытым глазам, смотрящим на длинные сорокасантиметровые когти чудовища, это открытие было для него шокирующим.

- Надеюсь, что нет – задумчиво произнёс Джон, - для эволюции им нужно очень много жрать, по крайней мере, мы с Кейко застали его в процессе преобразования от обычного зомби вот в эту непонятную хренотень.

- Но троих ты смог прикончить – сказал Марк – значит, у группы людей есть шанс.

- Если у группы людей есть огнестрельное оружие, тогда да, смогут – пожал плечами Джон – но если подпустишь поближе, группе придёт крышка, они слишком быстры и сильны, даже я с трудом отбился.

- Перчатки и очки, последствия твоей схватки? – поинтересовался мужчина, легонько пиная ногой покрытый шипами язык твари.

- Ага, можно сказать, прошёл по краю – молодой человек был смурнее тучи. Каждый раз он давал себе обещание использовать свою силу поменьше, не доводя себя до опасной черты, и каждый раз он был вынужден её применять, и теперь у него возникла проблема в виде ни как не желающей возвращаться в исходное состояние руки.

- Нам нужно поторопиться, пока такие монстры, как он не расплодились, держи – Марк протянул Джону небольшую коробочку.

Увидев озадаченный взгляд молодого человека бесцельно крутящего её в руках в попытке понять, что же, это такое, мужчина утомлённо вздохнул. Ему было непривычно иметь дело со столь необразованными в некоторых вопросах, людьми.

- Это телефон, - сказал Марк, забрав из рук молодого человека коробочку. - Делаешь так и так, и получишь вот это - мужчина начал проводить экспресс курс по использованию новых технологий, к его счастью молодой человек обладал отличной памятью и схватывал всё на лету.

- Твоя задача достать носитель с данными, сделать фото и отправить его указанному адресату. После этого у тебя будет около часа на то, чтобы добраться до нас вместе с данными. Вертолёт уже подготовлен, пилоты ждут отмашку. Встречаемся на заброшенной фабрике недалеко от университета, она находится вот тут – ткнул пальцем в карту мужчина.

- Осталось только добраться до кабинета ректора – попытался улыбнуться молодой человек – а что если я не справлюсь, у тебя есть план?

- В таком случае мы все умрём, иного способа покинуть город я не знаю, поэтому ты уж постарайся не оплошать. И ещё … носитель с данными должен быть в целости и сохранности, иначе нас никто никуда не эвакуирует, в случае захвата пилотов, нас собьют, мне об этом прямо сказали – после этих слов мужчина поморщился, будто от зубной боли, всё же он держал в голове и подобный план действий.

- Как вы доберётесь до места назначения?

- Часть людей отправится на автобусную стоянку неподалёку, попытаемся разжиться оружием, а дальше постараемся прорваться до фабрики. И … - мужчина помедлил – если нас там не будет, значит, мы не смогли, улетай один.

- И ещё кое-что, поначалу я думал, мне это привиделось, ну, знаешь от страха – хохотнул мужчина, - но после увиденного хочу тебя предупредить, остерегайся растений, и ни в коем случае не заходи в сад, мне кажется, там творится полная чертовщина.

***

- Присмотри за девочкой – искренне попросил девушку, Джон – где мы встречаемся, ты знаешь, в случае чего … забирай ребёнка и беги.

- Не беспокойтесь, мой господин, с её головы и волос не упадёт.

***

Двери позади молодого человека закрылись с лёгким лязгом и бренчанием. Путь назад был отрезан, впереди простиралась неизвестность.

Окружающее пространство заволокло белой и очень плотной туманной дымкой. Окружающий мир непрестанно подкидывал выжившим людям всё новые и новые испытания. Луч яркого света с возведённой военными вышки прорезал плотную пелену, заставив Джона отступить под сень деревьев.

Военные, чем бы они там не занимались, не зря ели свой хлеб, бдительно осматривая окрестности.

Расстояние между общежитием и спортзалом он преодолел буквально за несколько десятков секунд, стремясь как можно быстрее убраться с открытого пространства, дабы не искушать судьбу. В меткости вооружённой группировки корпорации он убедился на своей собственной шкуре, и получать дополнительные отверстия непредусмотренные природой в его планы не входило.

Огромный спортивный комплекс окружали насаждения из низкорослых, декоративных кустарников. Добавляющих бетонной коробке свежести и гармонично вплетая её в общую композицию.

Скрытность и неспешное перемещение сыграли молодому человеку на руку. Двигайся Джон чуть быстрее, и он не услышал бы легкий хруст гравия под тяжёлыми военными берцами. Тихо прильнув к земле, молодой человек замер без движения, стараясь даже дышать через раз.

Троица патрульных солдат неспешно вышла из тумана. Белые щупальца, будто нехотя отпускали одетых в чёрную форму, бойцов, бессильно соскальзывая с их униформы.

Вооружённые винтовками, они не производили впечатления дилетантов, взявших оружие впервые. А значит, они были очень опасны. Их лица были спрятаны под масками противогазов, а на теле не было ни единого открытого места. Они прекрасно знали куда идут, и с чем им предстоит столкнуться.

- Чисто, - донёсся до Джона глухой голос одного из солдат.

- Этот проклятый туман появился совершенно не вовремя, как мы должны убивать мертвецов, когда я даже свои яйца не могу разглядеть?

- Тебе платят не зато, чтобы ты разглядывал свои яйца, идиот – быстро подавил возмущение своего бойца командир отряда – ещё хоть один звук не по делу, и твои волосатые шары будут висеть на лобовом стекле автомобиля, понятно?

- Так точно, командир … а откуда вы знаете какие у меня яйца? Следите за мной, извращ… - расслабившийся боец не смог закончить свою речь, как его желудок повстречался с кулаком командира выбившего из потерявшего берега подчинённого весь воздух.

- Гкхд, гкхде … - закашлялся шутник, - ягхка погх..шутил, босс, бгхольше не повториться – произнёс упавший на колени солдат.

- Я надеюсь, иначе в следующий раз … тихо! – прислушался к чему-то командир отряда.

Столь резкое завершение диалога заставило Джона покрыться холодным потом. Если его заметили, то времени у него оставалось мало. Постаравшись найти под ногой опору, Джон приготовился к схватке.

“Нужно было брать клинок ” – подумал молодой человек, вооружённый в раз потерявшим всякую привлекательность ломом.

Бренчание оконной рамы и женский голос, просящий о помощи, привели молодого человека в чувство. Люди умудрились выжить не только в здании общежития, но и в спортивном комплексе. И сейчас один или группа людей совершали самую большую ошибку в своей жизни.

Перед повернувшимися на шум солдатами упала самодельная веревка, сделанная из нескольких штор бардового цвета.

- Мы здесь, помогите – крикнули солдатам из окна.

Не дожидаясь ответа, из тёмного проёма показались загорелые ноги. Короткая юбка не только не скрывала девичьи прелести, но и подчёркивала их, показав солдатам во всей красе затянутую в белые трусики, упругую попку одной из черлидерш местной баскетбольной команды.

Девушка без долгих раздумий ловко спустилась по самодельной верёвке. Сбившиеся светлые волосы и глубокая рана на лбу не умаляли её природную красоту, судя по всему она должна была разжалобить бойцов, что в идеале должны были бы выпрыгнуть из трусов в попытках помочь попавшей в беду красотке.

- Не беспокойтесь, мы вам поможем – дружелюбно произнёс командир отряда – вы одни, или с вами есть ещё выжившие?

- Нет, нет – залепетала девушка, - я не одна, девочки спускайтесь, тут безопасно – позвала остальных черлидерша.

Измученные, уставшие, они думали, что их мучения наконец-то закончились. Девушкам пришлось столько всего пережить, столько всего испытать. Балансируя на грани, они чудом, выжили в превратившимся в одну большую ловушку здании, и вот наконец они нашли тех, кто поможет им.

- Милашки, я бы покувыркался с ними – думая, что его никто не слышит, пробормотал пришедший в себя после удара командира, боец, снимая оружие с предохранителя.

Ещё несколько минут назад горевшие огнём глаза выживших девушек потускнели, стоило им только понять, к чему всё идёт.

Откровенно говоря, Джон не стал бы мешать солдатам, если бы все они смотрели на девушек. Он бы просто проскользнул за спинами военных, пока те расстреливают ни в чём не повинных студенток. Но к его большому сожалению, солдаты были профессионалами, и один из них смотрел прямо в ту сторону, где лежал молодой человек.

Солдат успел выстрелить, даже не смотря на то, что его оружие было на предохранителе, он смог увидеть бросившегося на него Джона, но его реакции не хватило для отражения внезапной атаки. Раскалённые пули бессильно прорезали воздух в том месте, где ещё мгновение назад было тело молодого человека.

Глаза солдата расширились в удивлении, когда кулак Джона появился словно из ниоткуда вминая его кадык внутрь горла.

Ещё не успевшие осознать, что произошло, сослуживцы покойника, отпрыгнули друг от друга в разные стороны, накрывая огнём пространство позади себя.

Не успевшее осесть тело солдата задёргалось под пулями, выбивающими из тела маленькие фонтанчики крови.

Джон вновь совершил нечто выходящее за пределы человеческих возможностей. Он мог прикрыться телом от выстрелов, в одного солдата бросить лом, в другого тело, и затем просто добить оглушённого противника, но всё вышло, как обычно нелепо и спонтанно.

Хрипящее тело первого противника всё ещё нажимало на курок автомата, как Джон совершил высокий прыжок прямо на стену здания, пропуская под собой две вражеские очереди, пробежка по вертикальной поверхности стены, и девяносто килограмм мышц приземляются прямиком на не успевшего среагировать солдата, ломая тому позвоночник.

От подобного фокуса с его лица слетели очки, падая прямо на спину сложившегося гармошкой бойца.

- Попался, - торжествующе взревел последний выживший солдат. Дуло его автомата смотрело прямо на Джона.

Он почти успел нажать на курок, в последний момент, остановленный горящим золотом взглядом молодого человека. Его руки налились свинцом, а на голову будто опустили мешок с цементом. Чужая воля мешала ему сделать выстрел, весь его мир сузился до двух приближающихся золотых огоньков, с каждой секундой он словно опускался всё глубже и глубже в глубокий и тёмный водоём. Вода обволакивала его, лишая сил к сопротивлению.

В тот момент он умер, погрузившись в глубины своего сознания. Хлёсткий удар ломом по голове был лишь завершающим штрихом. Дёрнув несколько раз ногами, тело с лопнувшей головой окончательно застыло.

- Я ещё и так могу, - пробормотал про себя Джон, пытаясь отойти от использованной им способности. В его висках постреливали небольшие вспышки боли, а из носа упало несколько капель крови.

Повернувшись к девушкам, он смог сказать лишь одно, прежде чем заняться мародёрством.

- Валите отсюда, быстро.

Молодой человек очень плохо разбирался в вооружении, но наличие винтовки и патронов к ней, было хорошим подспорьем в его ситуации. С убитым мужчиной они были одной комплекции, поэтому Джон без всякого зазрения совести снял с того бронежилет, и всю полезную нагрузку идущую к нему.

Осматривая тела солдат, он совершенно позабыл о девушках не сдвинувшихся с места, увлечённо распихивая обоймы по всем кармашкам, куда они могли влезть. Стрелять он вскоре научится, в этом молодой человек ни капли не сомневался, а для этого ему нужно как можно больше патронов.

Конечно, он проявил беспечность, находясь рядом с трупами бойцов, которых могли хватиться в любое время, но риск стоил того.

- Вы ещё не ушли, - спросил Джон, у девушек одевая очки. Напуганные, черлидерши жались друг к другу, словно маленькие котята, не решаясь сдвинуться с места.

- Мы не знаем куда идти – зажмурившись от страха, произнесла одна из них. Она вновь разминулась со смертью, смогла увидеть поистине невероятные вещи, а ещё она до икоты боялась стоящего перед ней ровесника, что походя, убил троих вооружённых бойцов.

- Точно, - озадаченно почесал голову Джон, - вам прямо и направо, в здании общежития выжившие, и на вашем месте я бы поторопился, пока они не ушли.

Спрятав в ближайших кустах тела убитых им военных, молодой человек собирался уходить, как услышал шум ожившей рации.

Мужской голос, того бесчеловечного урода, который расстрелял бегущую к нему за помощью группу людей, произнёс.

- Всем вернуться в лагерь, мы начинаем.

- Чтоб ты сдох ублюдок,- с чувством произнёс Джон, на секунду представив, как он разряжает в своего противника всю обойму из приобретенного оружия.

Остаток пути до входа в главный кампус университета прошёл в относительной безопасности. В некоторых местах ему пришлось ползти, скрываясь от курсирующих бронеавтомобилей и вездесущих лучей прожекторов.

Иногда молодой человек замирал, когда рядом проходили тихо переговаривающиеся солдаты, но шаг за шагом он приближался к цели.

Дождавшись пока на его участке не останется людей, Джон, отбросив всякую осторожность, забежал за угол здания, оказываясь на площади заваленной телами.

Единственными источниками света в этом месте являлись маячки полицейских машин и изредка выступающая из-за туч луна.

Сотрудники полиции сражались до последнего стараясь выиграть время разбегающимся студентам. Все они погибли в неравной схватке с превосходящим числом противником.

- 1034, 1034, вы меня слышите, - донёсся до молодого человека голос из полицейского приёмника. – Всем пат. ьным не. .нно покинуть з..жённый р..он, - постоянные помехи в радиопередачи превращали речь говорившего в какую-то кашу, в конце превратившись в протяжное шипение.

Из приоткрытого окна кампуса до Джона донёсся душераздирающий крик, словно заживо разделываемого человека.

- Ну, пойдём потихоньку – произнёс молодой человек, смотря на возвышающуюся над ним громаду здания. Остроконечные ажурные башни подпирали собой небосвод. Огромные стрельчатые окна, выполненные из цветной мозаики, фасады, украшенные вьющимся орнаментом, это здание больше напоминало средневековый замок, нежели образовательное учреждение.

Основную пикантность строению и происходящему добавляли фигуры всевозможных горгулий и демонов в избытке расставленных по фасадам и многоуровневым крышам.

Гулкий звон часов, раздавшийся с башни находящейся прямо над входом, заставил Джона вздрогнуть от неожиданности, с каждой минутой нахождения в этом месте, он всё больше и больше склонялся к мысли о том, что нужно было поискать другой способ побега из города.

Почти подойдя вплотную к тёмному зеву портала, в котором еле проглядывались утопающие во тьме открытые настежь двери, Джон ведомый шестым чувством отпрыгнул назад, спасаясь от крупных осколков стекла, упавших прямо на то место где он стоял секундой ранее.

Позади него на статуе архангела с воздетым к небесам мечом болталось тело студента, которым, судя по всему, и разбили простоявшее не тронутым десятилетиями окно над часами.

Смотря в его зев, Джон успел разглядеть мелькнувший кончик языка его старого знакомого.

- Просто зайти и выйти, нет ничего проще – вздохнул Джон, цепляясь взглядом за приветственную вывеску.

Добро пожаловать в университет!

Глава 9. Надёжный план

С негромким хмыком Джон приспустил солнцезащитные очки на нос, разглядывая верхние этажи башни. В кромешной тьме, царившей в огромном холле университета, сильно затемнённые стёкла ранее полезного аксессуара превратили их в бесполезную безделушку, ставшую непреодолимой преградой для глаз Джона.

- Так-то лучше – раздосадовано произнёс Джон, пряча очки в пустой кармашек бронежилета. Чуда не произошло, его зрение, несмотря на все изменения, не стало абсолютной панацеей в месте полностью лишённом любого намёка на источник света.

“Желательно найти мало-мальски захудалый фонарик, на всякий случай ” – подумал Джон, не то, чтобы он планировал оказаться в комнате без окон и дверей, но подстраховаться ему бы не помешало.

“Я стал первым человеком посмотревшим на мир с того же ракурса, что и представители семейства кошачьих ” – промелькнула в голове молодого человека мысль, вызвав у него мимолётную улыбку, погасшую тот же час, стоило ему опустить свой взгляд себе под ноги.

Огромный холл был завален трупами студентов, лежащих вперемешку с преподавателями и пришедшими на выручку полицейскими. Безобидные турникеты, через которые, в обычное время не гнушались перепрыгивать студенты, со смехом убегая от разъярённого охранника, кричащего им вслед проклятия, в этот раз превратили холл в одну большую ловушку, вызвав столпотворение и неразбериху среди паникующих людей.

Почти все они были окончательно мертвы, не делая ни единой попытки пошевелиться. Почти, но не все. Осторожно ступая по полу, словно ковром покрытому автоматными гильзами, так и норовящими вырвать землю из под ног, Джон подошёл к слабо трепыхающемуся мертвецу, застрявшему в турникете.

Несмотря на всю свою спешку, молодой человек не смог пропустить этого зомби, выделяющегося даже в своей не жизни. Сколько он уже здесь висит, пять часов, десять? Он почти не изменился по сравнению с остальными мертвецами успевшими вкусить человеческую кровь. И без того бледная кожа, после превращения стала почти прозрачной, глаза так же изменили свой цвет, в остальном же он был похож на обычного человека.

Чем же он заинтересовал молодого человека?

Джон и сам поначалу не понимал, что же его привлекло в этом зомби. Но постояв рядом с ним несколько минут, он обратил внимание на прелюбопытнейшую странность. Всё это время, мертвец не обращал на него никакого внимания. Тихое порыкивание зомби, больше напоминало жалобное поскуливание бродячей собаки, у которой из под носа забрали аппетитную косточку. Зомби отчаянно тянулся руками к лежащей неподалёку фотографии основательно потрепанной временем и слегка забрызганной кровью.

На фотографии были изображены две улыбающиеся блондинки, похожие друг на друга, словно две капли воды, будь они одного возраста, их можно было бы принять за сестёр. Мама и судя по всему старшая сестра, их любовь к юноше чувствовалась даже через прямоугольный кусок бумаги.

“Желаем тебе успехов в учёбе, ждём и безмерно скучаем.

С любовью от мамы и сестры, Вашингтон, 4 июля 1997г.”

Помимо этой надписи на развороте фотографии, ярко-красной помадой было небрежно нарисовано сердечко, с едва заметной припиской карандашом. Судя по подчеркупожелание, выводилось в спешке, пока никто не видит – “Учись хорошо и заработай много денег, ты обещал мне купить ту сумочку. Люблю тебя мой чрезвычайно умный брат”.

Поводив фотографией перед лицом зомби несколько раз, Джон заметил поразительный факт, по какой-то необъяснимой причине, мертвецу было глубоко наплевать на присутствие молодого человека, он действительно следил за перемещающимся из стороны в сторону, фото.

“В чём же причина? ” – размышлял Джон, с любопытством разглядывая сильно выделяющегося на фоне своих собратьев зомби – “его организм смог оказать сопротивление вирусу, не давая выйти хищным инстинктам на первый план или … ” – молодой человек не успел додумать мысль, как по телу мертвеца прошла еле заметная волна трансформации.

На губах зомби появились первые капли слюны мутной слюны гнойно-зелёного оттенка, а в уголках глаз начали проявляться пока ещё едва заметные тёмные точки набухающих капилляров. С громким хрустом передние клыки пока ещё неагрессивного мертвеца удлинились, а кожный покров рук стал выделять дурно пахнущую слизь, мгновенно затвердевающую стоило ей начать взаимодействие с воздухом.

Дерьмо, – выругался Джон, кажется, ему повезло застать новую мутацию, грозящую породить очередную трудно убиваемую тварь.

- Мне жаль, надеюсь, в следующей жизни ты будешь счастлив - произнёс Джон, смотря в мутные глаза зомби. Глядя на всё ускоряющуюся трансформацию, молодой человек решил больше не тянуть время впустую. Перехватив царапающую воздух руку мертвеца, он вложил в неё фотографию, зафиксировав ту резинкой для волос снятой с ближайшего трупа женщины.

Убедившись, что фотография надёжно зафиксирована, Джон резким движением свернул зомби голову.

Поднявшись и отряхнув руки, Джон осторожно перелез через турникет, внимательно следя за телами мертвых людей. Помещение поражало воображение молодого человека, архитектор, судя по всему, относился с особым пиететом к огромным пространствам и монументальности в целом.

По обе руки молодого человека брали начало широкие коридоры, идущие вдоль наружных стен. Украшенные мозаикой большие стрельчатые окна слабо пропускали свет ночного светила, превращая коридор в бесконечный туннель. Из левого коридора, чьи высокие своды утопали во мраке, доносился глухой вой, многократно отражаясь от каменных стен, он превращался в совершенно чудовищную мелодию, пробирающую до самых костей. В той части, по словам Марка, находился большой актовый зал, совмещённый со столовой, и именно в нём началась кровавая вакханалия.

Решение было принято быстро. В то жуткое место, он не отправится ни при каких обстоятельствах, даже если от этого будет зависеть жизнь всего грёбанного мира.

Прежде чем приступить к выполнению своего на скорую руку составленного плана, Джон решил заглянуть в комнату, располагающуюся неподалёку от широкой мраморной лестницы спиралью уходящей вверх.

Комната охраны

Канцелярским шрифтом была выведена надпись на позолоченной табличке, основательно прибитой к двери.

Медленно повернув ручку, стараясь не издавать лишнего шума, Джон слегка приоткрыл дверь в комнату, в ней, к вящему удивлению молодого человека тускло горела напольная лампа и играла лёгкая музыка, которую, он мог поклясться, мгновение назад не слышал, не смотря на свой обострившийся слух.

Создавалось такой впечатление, что музыка заиграла, только при открытии двери. Её источник находился рядом, небольшой граммофон, стоящий на тумбе по левую сторону от двери. Зайдя в комнату, и закрыв за собой дверь, молодой человек отсёк стоны и завывания нет-нет да гуляющие по помещениям университета.

В этом небольшом помещении было по особому уютно, все чувства кричали Джону о том, что это самое безопасное место во всём городе. Тусклый, но в тоже время теплый свет и успокаивающая мелодия творили самые настоящие чудеса, ослабляя до предела натянутую внутри Джона пружину.

Фонарик, ему всего лишь был нужен фонарик, ну и быть может ключи от дверей, ведущих на крышу, в наличии которых на верхних этажах башни он не сомневался. И всё же, вместо того, чтобы скрупулёзно осматривать ящики шкафов, молодой человек не смог побороть в себе желание осмотреть стол со стоящей на нём письменной машинкой. Рядом с ней валялся журнал охраны, с лежащим на нём погрызенным карандашом, его хозяин был достаточно нервным человеком, раз смог привести канцелярский инструмент в такое плачевное состояние.

На чистом листе бумаги заправленной в машинку не было выведено ни единой строчки текста. Глядя на эту девственную чистоту, молодому человеку очень сильно захотелось написать что-нибудь, поэтому, не придумав ничего лучше, Джон вывел следующую надпись:

Джон, университет города Раккун, комната охраны, 30 сентября 1998 г.

Бросив взгляд на настенные часы с отсутствующей секундной стрелкой, Джон, постучал по клавишам, дописав время – 1:20

С удовлетворением оглядев дело рук своих, молодой человек обратил свой взор на обитый коричневой тканью сундук, на котором стояло два горшка с растениями. Обладая слабыми познаниями в ботанике, единственную характеристику которою мог дать Джон этим растениям, был цвет – красный и зелёный. В остальном они были похожи, стебель высотой около семидесяти сантиметров, и широкие плотные листья.

Поставив растения на пол, молодой человек с нескрываемым предвкушением открыл крышку сундука, словно надеясь найти внутри не обычный фонарик, а как минимум наследие короля Артура.

К сожалению, желания зачастую расходятся с действительностью, и добычей Джона стала помятая, дурно пахнущая форма охраны, с подозрительного вида разводами белого цвета, и проржавевшие гаечные ключи, лежащие на треснувшей от веса ленте для печатной машинки.

- Не густо – брезгливо поморщившись, Джон вернул форму на место, поспешив закрыть крышку сундука, источаемое тканью амбре, вызывало у молодого человека рвотные позывы.

Следующим предметом исследовательского зуда стал двухстворчатый шкаф забитый просто невообразимым количеством пожелтевшей от времени бумажной макулатуры, видимо хранившейся тут со времён постройки столь грандиозного сооружения. Безрезультатно. Пыль и затхлый запах вот и всё что удалось обнаружить в этом шкафу.

Тяжело вздохнув, Джон усилием воли подавил раздражение, стремящееся вылиться в крушение всего и вся, и продолжил прерванное занятие, скрупулёзно исследуя всё, что попадалось на глаза.

В конце концов, тщательные поиски дали положительный результат, трофеями Джона стала огромная связка ключей с разноцветными бирками, надписи на которых превратились в сплошное месиво из чернил разных оттенков синего цвета, а в одном из ящиков письменного стола наконец-то нашёлся маленький карманный фонарик, весь покрытый какой-то липкой дрянью и паутиной.

- Что за неряхи? – не выдержал Джон, какую бы вещь он не взял в этой комнате, она обязательно была измазана в какой-то гадости и дурно пахла, всё это вызывало в голове молодого человека диссонанс на фоне первоначальных ощущений от этой комнаты.

Щелкнув туда-сюда выключателем на рукоятке фонарика и убедившись в том, что он работает, Джон направился на выход из комнаты, в тайне радуясь, что не во всём здании были проблемы со светом. А значит, есть надежда на то, что ему не придётся блуждать в потемках, когда он доберётся до кабинета ректора, полагаясь лишь на свет столь ненадёжного агрегата. Будто в такт его мыслям, где-то на территории университета раздался мощнейший взрыв, хорошенько тряхнувший всё здание, попутно окончательно его обесточив. В один миг молодой человек оказался в кромешной темноте.

“Зачем я вообще об этом подумал, тут уж поневоле задумаешься о проклятии, неужели мисс Моррисон на самом деле оказалась ведьмой, а не спившейся старухой, и всё что со мной происходит результат её проклятия, нужно было помочь ей донести сумку ” – корил себя Джон, выходя в холл.

“ Хотя бы тут без изменений, трупы, как трупы, лежат и не дёргаются и тот студент тоже на ме … ” – прервал сам себя Джон, посмотрев в сторону турникетов. Мертвец со сломанной шей бесследно исчез, вырвав с корнем удерживающий его механизм.

Не веря своим глазам, молодой человек подошёл к месту, где по-прежнему должен был лежать окончательно упокоенный мертвец. Глаза его не обманывали, парень, вызвавший у Джона сочувствие, каким-то образом смог выжить и сбежать.

- Делаааа – задумчиво протянул молодой человек, почёсывая свою голову,

Раздавшийся за спиной глухой шлепок, заставил Джона похолодеть.

- Ты ведь не у меня за спиной, п-п-правда – чуть заикнувшись, произнёс молодой человек. Спустя ещё секунду, не дождавшись ответа, но взбесившимися чувствами ощущая по-настоящему опасное существо, Джон, резко обернувшись, запустил в монстра не раз выручавший его лом. Сила броска была столь велика, что у стоящего в пяти метрах от него существа не было и шанса избежать удара.

Расчёт молодого человека был верен, острый кусок металла должен был прошить насквозь голову существа, если бы она не безвольно болталась, едва удерживаемая позвоночником. Вместо этого лом просвистел над противником, бессильно разрезав воздух, пока вырвавшийся из-за спины неизвестного мутанта отросток, не перехватил его. Инерция от поимки довольно тяжёлого объекта должна была протащить тело за собой, но вместо этого, лом с лёгким звоном остановился, не сдвинув существо даже на миллиметр.

- О-х-р-е-н-е-т-ь – с расширившимися глазами молодой человек смотрел на очень серьёзную проблему, вставшую между ним и лестницей. Сражаться с неизвестным существом не было никакого желания, неизведанная тварь выбивалась за рамки, кого-либо виденного ранее. К тому же ещё не один противник не мог существовать с повреждённой головой.

Но голова этому существу, похоже, уже и не требовалась. Ровно в области груди одежда мёртвого студента с треском порвалась, открывая вид на бугрящуюся плоть, спустя мгновение, кожа потекла, словно горячий воск, обнажая огромный тёмно-оранжевый глаз, который сразу же сфокусировался на неподвижном молодом человеке. С хрустом и чавканьем, из тела монстра вырывались всё новые и новые щупальца, извивающиеся в воздухе словно змеи. В какой-то момент, существо стало опираться лишь на одни щупальца, а ногам и рукам оставалось лишь безвольно повиснуть, словно бесполезным рудиментам.

За всей этой мешаниной гипнотизирующих отростков, Джон чуть не пропустил самый главный удар, и молодой человек воздал должное хитрости своего противника. Чудовище решило повторить тот же приём, что использовал Джон. Резко закрутившись на одном месте, бывший студент с хлопком запустил в него собственный лом. Лишь нечеловеческая реакция и сила уберегли Джона от страшной участи.

Он успел среагировать, убирая свою голову с траектории своего оружия,зачем-то попытавшись схватить оружие левой рукой. И ему это удалось, но в отличие от своего оппонента, погасить силу удара Джон не смог, вследствие чего, он последовал за своим оружием, с громким хрустом, знаменующим сломанный кости, повстречавшись со стеной.

Левая рука молодого человека онемела, не смотря на свою явно не человеческую природу. Безвольной куклой Джон повис на воткнувшемся в стену ломе. Как-то по-будничному с него соскользнул ремень расколотой на две части винтовки. А ведь он даже не успел пусть её в ход, хотя, смотря на вновь стоящего без движения монстра, Джон сомневался, что пули смогли бы ему в чём-то помочь.

Придя в себя, молодой человек упёрся правой ногой в стену. Рывок и молодой человек вытаскивает из стены своё слегка деформированное оружие, мягко приземляясь на пол.

- Знай, ты сам напросился – слегка поведя плечами, произнёс Джон, приготовившись отражать атаку противника, нападать самому на таинственное существо, он посчитал самоубийством. Ответный ход существа в большей степени нанёс удар по самомнению молодого человека, нежели причинил его телу урон. Сломанные кости, с поразительной скоростью восстановили своё изначальное состояние, слегка укрепляясь в месте переломов. В глубине души, Джон считал себя главной лягушкой в этом болоте, и тем сильнее стало откровение, что в этом месте водятся лягушки способные с ним посоперничать.

Их незримую схватку взглядов прервал пронзительный женский крик, и раздавшиеся следом за ним выстрелы крупнокалиберного оружия, возможно помпового ружья. С противным визгом, откуда-то сверху башни, на висящую многотонную люстру, находящуюся прямо над телом мертвеца упала агонизирующая тушка старого знакомого, выбросившего через окно студента. Заливая всё вокруг свой кровью, лизун перерезал толстую цепь, держащую многоуровневую люстру на весу.

Почти бесшумно, гигантская конструкция из стекла и металла упала, вниз погребая под собой не сдвинувшегося с места мертвеца. Грохот, раздавшийся следом, мог посоперничать с уличным взрывом. Мелкие осколки стекла разлетелись во все стороны, впиваясь в мебель и мертвые тела студентов.

- Вот и славненько, - довольно воскликнул Джон, люстра решила упасть вовремя, скорее всего спасая задницу молодого человека от неприятных последствий боестолкновения. Решив не задерживаться в этом месте, Джон направился к лестнице, его путь лежал, судя по всему в то место, откуда донесся женский крик.

В разговорах с Марком, они наметили два маршрута гарантированно позволявших Джону добраться до кабинета ректора.

Первый маршрут пролегал сквозь ботанический сад, располагающийся за тяжёлыми двухстворчатыми дверями в конце холла. Единственный доступный вход в башню, в которой находились кабинеты ректора и высоких чинов администрации университета. Желание пройти коротким и лёгким путём испарилось у Джона в момент инструктажа и подозрений Марка насчёт мутировавших растений. И встреча с новым монстром лишь сильнее убедила молодого человека в правильности своего желания избегать этого места. К тому же, створки дверей и небольшую площадь рядом с ними покрыла отвратительного вида поросль, отбивающая всяческое желание узнать, что находится по ту сторону, по крайней мере, до тех пор, пока в руках не окажется огнемёт.

Второй маршрут, был длиннее, непредсказуем и требовал приложения большого количества усилий. Под зданием университета, в правом крыле располагались лаборатории студентов и преподавателей, и именно там находилось техническое помещение, заставленное современными системами фильтрации и циркуляции воздуха. В заднем кармане штанов Джона находился листок с планом системы вытяжной вентиляции, в которую ему предстояло залезть в случае, если первый маршрут не подойдёт. Именно таким способом молодой человек планировал проникнуть в нужное место, пока в его голове не взорвалась сверхновая озарения.

Зачем столь сильно рисковать своей жизнью, если существует не столь очевидный маршрут по крыше огромного здания. Минимум шансов на встречу с непонятной и сильно мутировавшей тварью, и его путь до нужного места превратится в простую прогулку с минимум рисков.

Быстро взбираясь наверх по широким ступенькам лестницы, Джон совершенно не задумывался о том, куда же подевались все мертвецы, его единственным желанием, было поскорее убраться из этого места. Тварь, на которую упала люстра, очень сильно нервировала, и сталкиваться с ней ещё раз, не было никакого желания.

***

Лежащего на горе из стекла лизуна медленно оплетали сочащиеся зеленоватой слизью отростки. Их кончики начали раскрываться в разные стороны, открывая вид на круглые пасти полные мелких, но острых зубов, больше похожих на загнутые крючки. Впившись в неподвижно лежащее тело, они стали жадно поглощать кровь и плоть, работая словно пылесос, они направляли плот прямиком в ненасытную утробу по-прежнему мутирующего существа, умудрившегося выжить под весом многотонной конструкции.

***

Достигнув четвёртого этажа, Джон оказался перед рукотворной преградой, выполненной из находившейся под руками офисной мебели. Столы, стулья, и несколько шкафов надёжно преграждали путь ведущий наверх. Рядом валялись тела мертвецов с превращёнными в ошмётки головами.

“Интересно, почему они туда лезут, может, я чего-то не знаю? ” – задал себе вопрос молодой человек. Если его цель была понятна, то зачем люди загоняли себя в ловушку, судя по всему стремясь попасть на крышу здания, что они там пытались найти?

Преодолеть преграду не составило никакого труда, прыжок на перила, и с легкостью балансируя на узкой дорожке, Джон оказался на другой стороне. Вышедшим из глубин коридоров мертвецам привлечённых ранним шумом, оставалось лишь бессильно топтаться на одном месте, и смотреть на ускользнувшую добычу голодным взглядом.

- Сегодня не ваш день, ребята – усмехнулся Джон, совсем позабыв о том, что уровнем выше могут до сих пор находиться вооружённые люди. Испуганно зажав себе рот, молодой человек прислушался, молясь про себя, чтобы там никого не было. Он сильно сомневался в своей способности увернуться от заряда дроби в столь ограниченном пространстве. К счастью, сверху доносился лишь звук работы часовых механизмов, скрип открытой двери, и гул гуляющего по крышам ветра.

Соблюдая осторожность, Джон поднимался по последним ступенькам, не забывая ненадолго замирать, прислушиваясь к окружающей обстановке. Чисто. Ни единой живой души, разглядывая выбитую наружу дверь, молодой человек с облегчением выбросил бесполезную связку ключей. Немного подумав, молодой человек решил избавиться от ставших ненужными обойм с патронами. Достав первую обойму и приготовившись отправить её следом за ключами, Джон остановил себя.

“А зачем их выкидывать? ” – задумался молодой человек – “места много не занимают, а оружие в творящемся кавардаке я всегда успею найти, гораздо хуже будет сначала выбросить патроны, а потом найти оружие без обойм”. Признав свои доводы очень убедительными, Джон вернул обойму на место, и впрямь, никто не знает, что его ждёт впереди, и лишний шанс на выживание стоило оставить при себе.

Пять минут, ровно столько потребовалось молодому человеку, чтобы нагнать порядком подуставшую группу выживших, из последних сил с ослиным упрямством движущихся к одной им ведомой цели.

Покатистые крыши здания, были чрезвычайно коварны, несколько раз, то один, то другой член небольшой группы оказывался в шаге от смерти, чудом успевая схватиться за щедро разбросанные по металлическому полотну шпили декоративных башенок.

- Тревис – тихий женский голос обратился к возглавляющему их группу, немолодому мужчине с висящим за спиной помповым ружьём – ты точно уверен, что здесь есть вертолётная площадка?

- Да, я в этом уверен – раздражённо рявкнул мужчина, отвечая на один и тот же вопрос, бесчисленное количество раз.

- И если ты, наконец, заткнёшься, и перестанешь нас всех отвлекать, то мы до неё доберёмся, осталось чуть-чуть. Она вон за той хреновой постройкой – показал мужчина пальцем вперёд – и нам нужно поторопиться слышите меня – обратился он к членам своей группы.

- Среди нас никто не умеет управлять вертолётом – устало пробубнил один из студентов, - как мы взлетим?

- В этом нет ничего сложного - ответил главарь, - почти то же самое, что и управлять машиной, вот увидите, мы в два счёта свалим из этого поганого города и отсудим у ублюдочных властей не хилую компенсацию.

Его слова приободрили потерянных и отчаявшихся людей, заставив совершить последний спасительный рывок к указанному Тревисом месту.

- Марк, грёбанный ты ублюдок, - прошептал себе под нос Джон, пытаясь переварить услышанную информацию. Молодой человек был на сто процентов уверен в том, что мужчина был хорошо осведомлён о находившемся на крыше воздушном судне. Почему он ему об этом не сказал? Побоялся того, что Джон попытается сбежать, нарушив их договорённость, или же просто забыл поделиться этой информацией.

Джон встал перед выбором, поверить малознакомому мужчине или же попробовать присоединиться к группе выживших людей.

Услышав радостные крики людей наконец-то добравшихся до небольшого вертолёта, Джон со всей силы сжал руку в кулак. Ему очень хотелось свалить отсюда, но предупреждение Марка о последствиях, к которым приведёт использование не идентифицируемого военными воздушного судна, охладили пыл молодого человека. Да и чего уж там говорить, ему было что терять. Если на оставленную за спиной фанатичную азиатку с непонятными целями молодому человеку в целом было наплевать, то к ребенку, с которым он столько всего пережил – нет. Он потратил уйму сил, спасая их с девочкой жизни, что дать ей погибнуть было бы сущим кощунством, прежде всего по отношению к затраченным им усилиям.

За всеми душещипательными размышлениям он не заметил никак не желающего его отпускать, противника. Хлёсткий удар отростком от незаметно подобравшегося поближе чудовища, отправил дезориентированного Джона в долгий полёт, окончившийся на одном из стеклянных сегментов купола, возведённого над ботаническим садом.

Хоть толстое стекло выдержало страшный удар, тем не менее, от тела пытавшегося перемогаться молодого человека, во все стороны зазмеились трещины, грозящие низвергнуть Джона в зелёные заросли недружелюбно настроенных растений.

- Сучий ты потрох, это ведь не я сбросил на тебя ту люстру – выругался пытающийся подняться Джон. Недалеко от него приземлился чем-то обиженный на него монстр. С их недавней встречи, он стал ещё больше и противнее, и самое главное определённо сильнее.

Набравший необходимые обороты винт машины, поднял металлическую тушу с сидящими внутри пассажирами в воздух. Мужчина не соврал, умудрившись разобраться с тяжёлым механизмом, пусть машину и кидало из стороны в сторону, она упрямо набирала высоту, давая людям шанс на спасение.

Слегка неуверенно, словно ребенок, делающий первые шаги, винтокрылая птица медленно полетела вперёд, ненадолго зависнув над головой Джона. Он успел заметить радостные улыбки людей, как произошло это.

Молодой человек в очередной раз убедился в том, что жизнь имеет скверное чувство юмора, дав призрачный шанс на спасение, она тут же его отбирает не испытывая к своим игрушкам никакого трепета.

Инверсионный след ракеты разрезал воздух, превращая вертолёт в большой огненный шар, стремительно падающий на головы вновь стоящих друг напротив друга противников. Спасаясь от огня, Джон со всей силы ударил треснувшее под ним стекло, выигрывая для себя драгоценные секунды. Раздался звон разбитого стекла, и молодой человек камнем рухнул вниз, прямо на раскрывший огромную пасть цветок, прямиком в которую влетел матерящийся Джон.

Словно глист он проскользнул по пищеводу растения, крича во всё горло от боли. Его кожа плавилась прямо на глазах, разъедаемая соком растения по своим свойствам не отличимым от сильнейшей кислоты.

Страдания молодого человека можно было считать приемлемой ценой, ведь следом на не успевший сомкнуть свои лепестки цветок, упал раскалённый до невероятных температур остов вертолёта.

Сила удара была страшна, вертолёт пробил в зелёном ковре бритвенно-острой травы, яму, на дне которой оказался верещащий от боли Джон. Помимо кислоты, его многострадальную тушку обожгло горячим паром идущих под полом ботанического сада труб. Изнывая от боли, оставляя позади себя след из крови и мяса, Джон полз вперёд, продираясь сквозь скрученные воедино десятки кабелей, протискиваясь под широкими трубами, лишь бы убраться как можно дальше от источника угрозы.

Последнее что услышал измученный разум молодого человека, перед тем как погаснуть, был крик полный ярости, донёсшийся до него через вентиляционное окно.

- Будь ты проклят, Серхгей Влахдимир – следом за вполне узнаваемыми словами, последовала неразборчивая речь на японском языке.

- Опять азиаты – прошептали покрывшиеся коркой губы Джона.

Глава 10. От колыбели до могилы. Часть 1

Неподвижно лежащее тело охватила кратковременная судорога. Словно дефибриллятор одним мощным толчком она запустила впавший в оцепенение организм. Ещё не до конца пришедший в себя, молодой человек, сделал глубокий, сильный вздох, расправляя лёгкие, едва не сколлапсировавшие от воздействия токсичных паров, которыми успел надышаться молодой человек, путешествуя по загадочному и доселе никем не исследованному пищеводу мутировавшего растения.

Кровавая корка, наросшая поверх закрытых век, активно сопротивлялась желаниям молодого человека осмотреть окружающее пространство. С едва слышимым шипением, Джон, извиваясь подобно дождевому червю, смог высвободить из тесного плена, свою левую руку, до этого лежащую вдоль тела и наконец, сковырнуть причиняющую невыносимый зуд преграду со своих глаз.

“В какой-то степени я всё же следую намеченному плану ” – попытался успокоить себя Джон – “жаль, что с крышей не прокатило, зато … ” – оглядывая серебристые стенки воздуховода, молодой человек удовлетворённо выдохнул, поражаясь своей везучести - “ будем считать, что я просто вовремя сменил маршрут, с легкостью миновав этап блуждания по бесконечным коридорам больной фантазии архитекторов ”

“Зато мне наконец-то пригодится фонарик, не зря потратил время на его поиски ” – всё той же левой рукой, изогнувшись словно гусеница, молодой человек протянул руку к переднему кармашку бронежилета, встречая вместо чуть шероховатой ткани нательной защиты, свою голую грудь.

Водя рукой из стороны в сторону по своей груди, всё ещё надеясь, что это обычный сон, Джон покрылся холодными каплями пота, осознавая, что вовремя своего необычного путешествия, он умудрился уничтожить свою одежду. В принципе, ему было не привыкать, оказываться голым в самых неожиданных местах, но вместе со своей одеждой, молодой человек, кажется, потерял то, что позволит ему сбежать из города – телефон.

“Если бы, я только …” – оборвал сам себя молодой человек, не к месту вспомнив одну пошловатую поговорку, которую когда-то услышал от одного из грузчиков магазина, в котором он подрабатывал в школьные годы.

- Если бы у бабушки был член, то она была бы дедушкой – важно продекларировал на ломаном английском мужчина с густой и очень кудрявой бородой, в ответ на нелепые оправдания Джона стоящего рядом с упавшим ящиком с помидорами.

Так и сейчас, молодой человек мог корить себя сколько угодно, но только прошлое не вернуть, поэтому нужно смотреть в будущее и попытаться придумать, как выйти из столь щекотливой ситуации. По правде говоря, если бы у Джона на заднице росли волосы, то они достали бы до его затылка, примерно так можно было охарактеризовать чувства, царившие в его душе.

Занятый самоуничижением Джон не сразу осознал некое чувство неправильности, исходящее от его правой руки. Почувствовав в ладони некий предмет, молодой человек начал зачитывать про себя все молитвы, какие только смог вспомнить, медленно, проделывая с правой рукой те же манипуляции, что и с левой несколько минут назад.

Осматривая слегка разъеденный черный прямоугольник, покоившийся в его руке, от избытка чувств распирающих его, молодой человек на мгновение забылся, что есть мочи, ударившись головой об стенку воздуховода. Ни один золотоискатель, наткнувшийся на залежи золотой руды, не был так счастлив, как молодой человек, с любовью смотрящий на свой билет из этого кошмара, во истину, ценность вещей познаётся лишь в безвыходный момент.

“Отлично, у меня получилось ” – выдохнул молодой человек, разглядывая светящийся экран раскладного телефона, он не был в хороших отношениях с высокими технологиями, но раз телефон не превратился в безмолвный кусок пластика, значит с ним всё в порядке, и ему удалось защитить его от разрушающего воздействия кислоты.

В свете, источаемом телефоном, Джон смог осмотреть себя, точнее ту часть тела, что попала в зону его видимости. В целом, его внешний вид был приемлемым, не смотря на то, что его сильно потрепало, его руки, грудь, зажили, не напоминая один большой ожог, с противно шипящей и плавящейся кожей. Регенерация сделала своё дело, вытаскивая организм с того света. Конечно, работа была сделана не до конца, всё больше приходя в себя, и уделяя пристальное внимание осмотру своих пострадавших конечностей, Джон замечал воспалённые рубцы, и просто красно-бордовые участки до конца не зажившей кожи.

К несчастью, на этом положительные моменты заканчивались. Восстановление организма от столь серьёзного урона не прошло бесследно. С каждой минутой на него всё сильнее и сильнее наваливалась слабость. Организм, потративший все ресурсы на восстановление, в какой-то момент начал пожирать сам себя в поисках строительного материала для заживления страшных ран. И теперь, он всё настойчивее сигнализировал о желании получить столь необходимую энергию.

Он потерял в объёме и очень сильно хотел ЖРАТЬ. Голод был столь силён, что в очередной раз, Джон почувствовал себя на краю пропасти, откуда на него смотрела вечно голодная бездна, грозящая занять его место.

“Стоит поторопиться ” – подавил зарождающуюся панику молодой человек. Судя по шуму, издаваемому снизу, громким голосам, крикам и переругиваниям, он поневоле попал в некое секретное место, лабораторию, спрятанную под зданием университета и доступ в которое, пытались получить столпившиеся на улице военные.

Медленно, стараясь не шуметь, Джон начал своё движение, вытягивая вперёд руки, он подтягивал к ним своё тело, перемещаясь, таким образом, в тесном пространстве воздуховода. В данный момент, судя по виду, открывающемуся ему сквозь небольшое решётчатое отверстие, он находился над коридором, по которому сновали люди. Многие из них были одеты в белые халаты, и все они были чем-то встревожены, и Джон догадывался чем. В противовес им, до зубов вооружённые люди так же спешно перемещающиеся по артериям лаборатории, были собраны и готовы к бою, готовясь отражать вторжение извне.

“Мне необходимо найти укромное место и … пищу ” – Джону пришлось быть честным с самим собой. В качестве пищи, он рассматривал вовсе не горячий хот-дог с чаем или овсяную кашу, нет, ему была нужна другая пища, более калорийная, и более живая. Уже не первый раз он встаёт перед выбором, в котором, между жизнью и смертью, он выбирал жизнь. И в глубине души, молодой человек понимал, что он всегда будет выбирать свою жизнь. За несколько дней он превратился из обычного рохли в хладнокровного убийцу, прячущегося за маской человека и норм морали, оправдывая каждое своё убийство безысходностью или тем, что не мог себя контролировать.

Продвигаясь, метр за метром, погружённый в свои размышления и борьбу за свой разум, Джон добрался до развилки. “Правило правой руки” – не задумываясь, молодой человек, повернул в правый проход, используя старое как мир правило – всегда иди в одну сторону, куда-нибудь да придёшь. Своеобразный перекрёсток был настолько неудобен, что для того чтобы попасть в нужное ответвление, Джону пришлось принять форму двух полюсного магнита, с покрасневшей от раздражения кожей, он формально походил на всем известный экземпляр из мультфильмов с Томом и Джерри.

Ему повезло, перемещаясь по этой ветке, он наконец-то попал в лабораторные помещения и какие-то кабинеты. “ Всё не то, слишком велик риск быть замеченным, а мне даже руку поднять тяжело, не то чтобы вступать с кем-то вооружённым в схватку ” – молодой человек отбраковывал одно помещение за другим. Некоторые кабинеты были с прозрачным стеклом вместо стены, и вылезть там, означало сказать всем – привет, я тут, убейте меня поскорее. В других кабинетах было слишком много людей, к тому же существовал риск, что в него в любой момент может зайти посторонний. Поэтому, заталкивая свой голод, как можно глубже, Джон с сожалением прошёл мимо кабинета с одиноким мужчиной что-то увлечённо печатающим, и казалось ничего вокруг не замечающим.

Устроив небольшой отдых измученному организму, Джон стал свидетелем, интересного разговора происходящего между двумя солдатами.

- Я не понимаю, почему мы должны с ними воевать, мы же работаем на одну компанию, впустим их, отдадим, все, что они хотят, и эвакуируемся из этого города к чёртовой матери – экспрессивно размахивая сигаретой, чуть ли не кричал молодой мужчина.

- Тише ты, - шикнул на него старший напарник, опасливо поводив головой по сторонам, будто бы опасаясь, что помимо них в курилке может быть, кто-то ещё.

- Идиот, послушай меня внимательно, и больше не перед кем не сморозь подобную чушь, иначе тебя живо отправят к яйцеголовым в качестве материала для опытов, они и так жалуются на нехватку добровольцев и … - ещё раз оглядев окружающее пространство, мужчина шёпотом произнёс, - ты не замечал, что у нас куда-то пропали уборщики.

Судя по растерянному виду внезапно побелевшего военного, о подобном он никогда не задумывался и сейчас, он делал для себя новые и чудные открытия.

- Ты думаешь, что их … того – сдавленно прошептал мужчина.

- Да, того – утвердительно кивнул головой его напарник – поэтому держи рот на замке и будь паинькой. К тому же, стоит этим мудакам снаружи, добраться до нас, то нам настанут кранты, нас всех убьют и хорошо, если просто убьют, а не сделают перед этим с нашими задницами противоестественные деяния.

Сделав по-особому долгую затяжку, словно это была последняя сигарета в его жизни, мужчина продолжил своё наставление.

- Я не говорю, что нам нужно принимать всё как есть, уверен, нас списали, и те и другие, но находясь здесь у нас, есть шанс выбраться отсюда, перед тем, как нас скормят оголодавшим тварям, нам просто нужно выждать момент. Поэтому держись поближе ко мне и пожалуйста, без всякой самодеятельности, мы в этом дерьме замазаны по самую макушку головы.

“Интересные тут происходят дела, как пауки в одной банке, чуть что, так сразу пожирают друг друга ” – Джон продолжил остановленное движение, стараясь отрешиться от воющего желудка и обильного слюноотделения.

– “ Получается, мне и не нужно тащиться в эту грёбанную башню администрации, достаточно найти языка, и с помощью старой доброй угрозы ультра насилия заставить поделиться необходимыми данными, а потом, покинуть это место пока они не превратилось в маленький филиал ада”

Услышав звуки воды, Джон ускорился, если это то о чем он думает, то молодой человек сорвал джек-пот. Да, удаче не покинула его, он находился прямиком над душевой, в которой, кто-то, судя по хриплому голосу и не попадающим в такт словам, принимал душ человек без музыкального слуха и отвратительной манерой пения.

Выждав момент и убедившись в том, что в этом месте больше никого нет, Джон с силой выдавил решётку наружу, из-за общей слабости не сумев её удержать. С грохотом решётка упала на мокрый пол, оборвав поющего мужчину на полуслове.

- Что за нахрен вы тут творите – проорал мужчина, больше смущённый тем, что его застукали за сеансом песнопения, нежели, беспокойством о том, что тут происходит.

Ответом ему стал громкий шлепок выпавшего из воздуховода тела и раздавшееся следом мычание. Незачем было Джону делать вдох перед падением, не рассчитав время на приземление, молодой человек не успел закрыть свой рот, упав лицом прямиком в кем-то забытое на полу мыло. Хорошо смоченный водой мыльный кусок, без всякого труда проскочил в горло Джона, перекрывая доступ к кислороду. Катаясь по полу и синеющий от недостатка кислорода молодой человек, смог встать на карачки, и вызвать рвотный рефлекс, избавляясь от пенящейся, отвратительной на вкус массы, что далось ему чрезвычайно просто, достаточно было подумать о том, где это мыло находилось до попадания на пол,

- Эй, ты там ещё и проблеваться решил, мудила, убирать будешь всё сам, наши уборщики куда-то подевались – со смешком в конце предложения мужчина вновь открыл кран на полную – а не уберёшься, клянусь Богом, я найду тебя,и ты узнаешь, куда же они пропали … ах-ха – ха –ха.

По душевой вновь начало разноситься отвратительное пение мужчины. Сплюнув на пол вязкую массу, Джон подошёл к полке с мыльными принадлежностями, произведенными корпорацией Амбрелла.

“Надо же ”- разглядывал многочисленные шампуни молодой человек – “корпорация заботится о комфорте своих людей, как это мило”. – Полежи пока тут и никуда не убегай, - обратился Джон, к телефону положив его на полку с шампунями.

- Так даже лучше, - произнёс Джон, приближаясь к душевой кабине, из которой доносился мужской голос. Видимо мужчина не понаслышке знал, куда подевались пропавшие уборщики, и тон с которым он это произносил, красноречивее любых слов описал судьбу бедолаг выбравших неудачное место для своей работы. А значит, никаких сожалений, он испытывать не будет, таким уродам не место на этой земле.

Джон не дошёл до двери нескольких метров, как ослабший организм решил продемонстрировать ему своё – фи. Неожиданно закружившаяся голова и предательски подогнувшиеся ноги, заставили Джона вновь оказаться на мокром полу.

- Гавнюк, что ты творишь – заорал мужчина, почувствовав прикосновение человеческой ладони к своей ноге. – Тебе точно пиз… - слова застряли в горле мужчины, стоило ему только посмотреть на того смертника, что посмел побеспокоить его покой. Известный, пусть и в узких кругах, учёный, отрицающий существование всего сверхъестественного, говоря всем и всё, что наука и есть истинный творец всего необычного. Впервые в жизни, он потерял дар речи, смотря в горящие золотом глаза, словно толкая тяжёлую тележку в гору, он смог вымолвить своё последнее слово – Господи.

Какая ирония судьбы, перед своей смертью, учёный отправивший под нож сотни человек, стал верующим, совершенно не осознавая того факта, что именно его коллега, используя научные изыскания породил это ужасающее существо скрывающееся под обличием красивого мужчины. С чавкающими звуками монстр, в которого превратился Джон, пожирал тучно тело мужчины, а вырвавшиеся из тела белесые нети поглощали рекой текущую на пол кровь, стремясь не упустить ни единой питательной молекулы.

Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить”

(Первое послание Петра 5:8)

Джон, как никто другой подходил под описание Петра. Человек снаружи, демон внутри. Довольно слизывающий кровь со своих ладоней монстр, навсегда стал сутью молодого человека. На протяжении всей свой жизни Джон будет вынужден бороться со своим вторым - Я, и в тот момент, когда он ослабит схватку, позволит бездне окончательно поглотить себя, именно тогда его путь будет закончен.

Сидя под тёплыми струями продолжающей течь воды, Джон чувствовал умиротворение, наполнившее его душу, он дал волю внутреннему зверю, но в тоже время, он смог утихомирить его, как только от мужчины не осталось и следа. Ощущать себя беспомощным существом было очень тяжело, и теперь, чувствуя силу, вновь воспылавшую в глубинах его тела, Джон был доволен.

“Может быть, это моё предназначение, карать грешников, обрывать их жизненный путь, призывать к ответу за совершённые ими преступления? ”- задался животрепещущим вопросом, молодой человек. “Нет, это будет уже слишком, так и крышей поехать не долго, я простой убийца, и оправдывать свои поступки религиозной чушью, означает вступить на скользкую дорожку в никуда” – одёрнул себя Джон, медленно поднимаясь с пола. Выходить из под тёплого душа не было никакого желания, хотелось остаться здесь ещё на часик, прийти в себя, собраться с мыслями. Но, с сожалением вздохнув, Джон закрыл вентиль душа, возводя преграду перед потоком воды.

“Время работать” – произнёс молодой человек, забирая с полки телефон. Но для начала, ему была нужна одежда. Осмотрев вещи убитого, Джон с сожалением констатировал, что они ему малы и придётся потратить время на поиски своего размера. Благо раздевалка, к которой примыкала душевая, была совершенно пуста. Большинству людей перед угрозой прорыва было совершенно не до таких мелочей, как гигиена. Помещение занимало внушительный объём, шкафчиков для персонала хватало с избытком.

- Придётся попотеть, - пробормотал себе под нос Джон, подходя к первой дверце. Ящик за ящиком, одна дверца безжалостно открывалась за другой, встроенные замки пасовали перед силой молодого человека, словно и не замечающего результатов человеческого гения в деле защиты собственности.

На подбор одежды у молодого человека ушло много времени, доверяя внутренним ощущениям, он мог утверждать, что на поиск вещей у него ушло минимум полчаса, монотонной работы. Пока, наконец, он не наткнулся на одежду подходящую ему по размеру.

- Джек Саливан, старший уборщик – гласила надпись на шкафчике. – Символично – хмыкнул молодой человек, облачаясь в форму тёмно-синего цвета, с вышитой на левом рукаве эмблемой корпорации Амбрелла. Комбинезон, ботинки чуть большего размера, чем ноги Джона и кепка идущая комплектом, с сильно согнутым козырьком. - То, что нужно, - повеселел молодой человек. Он не сомневался в том, что коридоры и кабинеты подземного сооружения утыканы камерами и головной убор позволит ему частично сохранить своё инкогнито перед теми, кто в дальнейшем сможет получить доступ к камерам.

Отходя от шкафчика, Джон остановился, задумчиво нахмурившись. У него на одежде, в районе груди, была пришита бирка с именем и должностью, а значит необходимо соответствовать, поэтому из недр хранилища были извлечены ведро и швабра, зачем-то спрятанные бывшим хозяином в этом месте. “ Неужели тут и инвентарь кто-то воровал? ” – удивился Джон, разглядывая потёртое от времени ведро и дурно пахнущую тряпку на швабре.

Подойдя к выходу из раздевалки, Джон столкнулся нос к носу с мужчиной в огромных очках, открывшим дверь прямо перед его носом.

- Уб-борщик, - удивленно пробормотал мужчина, поправив указательным пальцем очки на переносице. – Я думал вас всех … впрочем, неважно, ты случаем не видел профессора Стоуна?

- Это … ,- растерялся Джон, не зная, что ответить. Его выражение лица было настолько дурацким, что смотрящий на него мужчина, в глазах которого, мелькали искорки подозрения, успокоился, позволив себе даже немного улыбнуться.

- Жирный, коротышка с высоким самомнением, видел такого? – требовательно задал вопрос мужчина.

- Ам, нет, не видел – ответил Джон.

- Сэр …

- Что? – обескураженно произнёс Джон.

- Не забывай в конце добавлять – сэр, - соединив руки в молитвенном жесте, мужчина обратился к небесам – и откуда понабрали таких идиотов, хрен с ним с профессором, лучше скажи, куда ты направляешься?

- Э… мне

- Ты так и будешь экать и мэкать, как дебил, а ?

- Мне сказали убраться у господина … - взгляд Джона забегал в поисках ответа на вопрос мужчины. – Господина, Штайнмайера, - выкрутился Джон, решив вставить немецкую фамилию, сколько он не смотрел телевизор, в крупных компаниях всегда был мужик с такой фамилией.

- Что-же ты за дебил такой, госпожи Штайнмайер, идиот – чуть ли не проорал ему в лицо, учёный, - тогда пошевеливайся дуболом, она не любит ждать. – сказал мужчина, резко развернувшись на своих пятках, он словно комета устремился в толпу, исчезнув так же мгновенно, как и появился, по видимому потеряв всяческий интерес к Джону.

“Надо же, я оказался прав, фамилия очень популярная у руководящего состава, почти так же популярна, как и не занятые делом уборщики, что во имя всего святого они с ними делают ” – Джон с усталостью посмотрел на дверь, словно она могла дать ему ответ на все его вопросы. А вопросов к слову было не мало, и их всех можно было свести к одному и сформулировать так: - Что делать и куда идти?

“Буду решать проблемы по мере их поступления ”- подумал Джон, выходя в коридор, так ничего путного и не придумав.

Выйдя из уютной раздевалки, молодой человек сразу же попал в человеческую стихию, которая увлекла его за собой. Постоянно с кем-то сталкиваясь, отдавливая чьи-то ноги и получая проклятия в спину Джон пробирался по однообразным коридором, с множеством безликих кабинетов. В один из которых, он и попытался зайти, сразу же столкнувшись с несколькими парами изучающих его бренное тело, глаз – уборщика не вызывали, вали отсюда, - произнёс мужчина похожий на моржа.

- Э… понял, - кивнул головой Джон, покидая кабинет. Такими темпами его поиск ни к чему не приведет. Так бы и мотался Джон по коридорам, если в один момент сама жертва не обнаружила его, остановив требовательным голосом.

- Уборщик, стоять – звонкий женский голос, заставил Джона замереть на месте. Его обладательница, миниатюрная рыжеволосая женщина, в очках с зелёной оправой, крепко ухватила его за рукав, словно боясь его побега.

- Вам же всем сказали, прийти ко мне в кабинет для вакцинации, тебе что, отдельное приглашение нужно – говорившая женщина была очень симпатичной, судя по тому, какие взгляды на неё бросали проходящие мимо них мужчины, она пользовалась в этом месте большой популярностью и спросом.

- Я жду ответа – строгим голосом произнесла женщина – и что с твоими глазами? – она перебила Джона, схватив того за голову и приблизив её как можно ближе к себе.

- Какой необычный цвет – восхищённо произнесла женщина, её полная грудь начала учащённо вздыматься, словно она сильно возбудилась от увиденного – линзы или биологическая аномалия, - обожгла женщина щёку молодого человека своим горячим дыханием с ароматом клубники.

- В любом случае, ты идёшь со мной, и никаких возражений – резко произнесла женщина, потянув Джона за собой.

- Мы ещё посмотрим, что у тебя внутри – прошептала женщина себе под нос, думая, что её никто не слышит.

“Отлично, просто восхитительно ” – молодой человек, еле удерживал себя от того, чтобы захлопать в ладоши. Кто-бы мог подумать, что вивисектор, угробивший можно сказать коллег Джона, сама найдёт его, о таком молодой человек даже мечтать не мог. Осталось дело за малым, выбить из этой стервы, всю информацию и отослать, по сохранённому в телефоне адресу электронной почты.

Следуя за женщиной по этому лабиринту из коридоров и лабораторных комнат, Джон еле успевал водить во все стороны головой. Огромное количество учёных стояло у многочисленных клеток с животными разных видов и размеров. Колбы и склянки, всевозможная высокоточная аппаратура, лабораторный комплекс даже для неискушенного в таких делах взгляда был оснащён по последнему слову техники.

В какой-то момент, к ним, присоединились солдаты, пять человек, пристроившихся позади учёной и идущего за ней Джона. Молодой человек заметил быстрый знак, что подала женщина этим людям, значит, ей нужна будет помощь, скорее всего для того, чтобы его утихомирить, когда он осознает свою участь. Бросив взгляд за спину, и увидев довольные, предвкушающие развлечения лица военных, Джон ещё больше уверился в своих выводах.

Чем ближе они подходили к точке назначения, тем серьёзнее становились исследования в кабинетах, мимо которых шефствовала их группа.

“Даже детей не пожалели, суки ”- с разгорающейся злостью подумал Джона, смотря на маленькие тела плавающие в больших прозрачных колбах. Через множество подсоединённых к их телам трубок, в них поступало какое-то вещество, привносящее в их организм некие изменения. У одной такой колбы молодой человек поневоле остановился, смотря на то, как начинает мутировать ещё секунду назад, обычно выглядящий младенец.

- Чего встал мужик, - ударил его по плечу дружелюбно улыбающийся солдат, несмотря на свою широкую улыбку, его глаза были очень холодны, рассматривая Джона, словно мишень в тире.

- Т-тут ребёнок, ему разве не нужна помощь? – спросил Джон, смотря на подбородок мужчины.

- Нет, всё в порядке, пошевеливайся – потеряв всяческое терпение, мужчина толкнул Джона в плечо.

- Д-да – да, иду – ответил Джон, решив, что этого урода, он грохнет первым.

Наконец, они пришли. В нос Джона ударил запах, который он ни с чем не спутает. Запах больницы, каждый раз, вгоняющий молодого человека в необъяснимый трепет, стоило только ему оказаться на пороге лечебного заведения.

- Тебе туда, - ткнула пальцем женщина в сторону огороженной толстым стеклом от остальной лаборатории, помещения.

- А ты, за мной, - ерзая ногами от нетерпения, сказала она высокому и подтянутому мужчине, с которым частенько развлекалась в горизонтальном положении, и сейчас под воздействием необъяснимой силы, она очень хотела близости, с трудом себя, сдерживая от того, чтобы набросится на своего любовника прямо при свидетелях.

- Помогите парню – приказал, широко ухмыльнувшись, мужчина, наслаждаясь завистливым выражением своих подчинённых, вынужденных искать себе развлечения со своей рукой в душе.

Проводив скрывшуюся на втором этаже парочку, даже не скрывающую то, чем они собираются заняться, солдаты обратили своё внимание на пристально разглядывающего их Джона.

- Чё уставился, урод – набросился на него мужчина с головы до ног покрытый татуировками, между его ноздрей торчал пирсинг в форме пистолета. – Шагай давай на ложе, сейчас тебе сделают прививку – попытался вновь толкнуть его мужчина, у которого один раз это получилось. Тем сильнее было его удивление, когда его ладони не смогли сдвинуть неподвижно стоящего молодого человека с места.

- Парни, - обратился он к своим сослуживцам – мне кажется или он оказывает сопротивление?

- Думаю, стоит его научить вежливости, - утвердительно кивнул здоровяк подбрасывая в руках внушительного вида нож, с тупой стороны клинок украшали меленькие зубцы при вытаскивании ножа они ещё сильнее должны были травмировать жертву.

- Кристина будет недовольна – попытался вразумить своих коллег, один из мужчин.

- Да брось, Шайла, Кристине сейчас очень хорошо, как и нашему боссу, будет справедливо если мы немного развлечёмся, к тому же , мы не будем его убивать, мы просто, слегка, сделаем ему больно- закончив свою речь, мужчина в камуфляжной одежде выбросил в сторону Джона кулак.

- Что за …

- Думаю, ты прав, нам всем стоит повеселиться – цепко держа кулак мужчины у своего носа, произнёс Джон. Сидя в душе, он считал себя воплощением бездны, грозящей пожрать всё вокруг. Но кем же тогда были эти люди, с лёгкостью распоряжавшиеся человеческими жизнями, их совесть молчала, даже тогда, когда они смотрели на скривившегося от боли младенца, не имеющего возможности даже закричать. Только придя в новый мир, он был обречён на страдания под равнодушными взглядами людей.

Мягко говоря, Джон был разъярён, его ярость превращалась в бешенство и маниакальное желание убить всех вокруг, разорвать и уничтожит, даже малейший намёк на это место и людей его населяющих.

Его ответный удар был молниеносен, не успевшие даже произнести хоть один звук люди смотрели на оседающего, на пол сослуживца с вырванным куском шеи. Кровь, с бешеной скоростью качаемая сердцем, вылетела со скорость воды подаваемой из пожарного рукава, орошая всех вокруг. Шокированные подобной силой и скорость расправы, дезориентированные кровью попавшей в глаза, они уже были мертвы, не успевая реагировать на молниеносные удары молодого человека.

Выхватив широкий и чрезвычайно острый клинок из рук здоровяка, Джон одним движением снёс ему голову, в конце движения вгоняя клинок в открытый в попытке закричать рот третьего бойца. Вышедшее из макушки остриё ненадолго задержалось на одном месте. Силы приложенной Джоном оказалось достаточно, чтобы бесчувственная, как души солдат, бритвенно острая сталь, с лёгкостью прорезала черепную кость мертвеца, входя в расширившийся от испуга глаз четвёртого и последнего выжившего солдата.

Меньше десяти секунд потребовалось молодому человеку на то, чтобы убить четверых несомненно опасных бойцов, по не знанию подпустивших к себе настоящего хищника, быстрого и безжалостного.

- Как вам такие игры, ублюдки, весело? – резким движением, Джон достал клинок из глазных ножен, неспешным шагом направившись в сторону развлекающейся в кабинете парочки. Упоённые страстью, они не обращали внимания на громкие шаги молодого человека по металлическим ступеням лестницы. Любовники были настолько поглощены страстью, что не позволили себе остановиться на миг, услышав звук открывшейся двери.

- Исчезни – рыкнул, промокший до нитки мужчина, делая всё новые и новые поступательные движения, вызывающие у женщины громкие, в чём-то животные стоны удовольствия, мгновенно сменившиеся визгом, стоило ей только увидеть остриё ножа, пробившее череп её любовника. Схватив белобрысого солдата удачи за косичку, Джон одним движением выбросил безвольное тело солдата неудачи наружу поближе к своим собратьям неудачникам, завершая тем самым картину смерти.

- Заткнись – скомандовал Джон, брезгливо оглядывая лежащую перед ним на столе женщину. – Если ты не хочешь для себя той же участи, - кивком головы Джон указал в сторону валяющихся мертвецов – ты будешь должна сделать для меня кое-что, поняла? - молодой человек дождался утвердительного кивка головой.

- Меня интересуют ваши исследования, ты должна перенести их на флэшку – сделал паузу Джон, задумчиво водя лезвием ножа в опасной близости от лица женщины – к моему глубочайшему сожалению, у меня его нет, но мы ведь его с тобой найдём, не так ли? – гипнотизируя женщину своим взглядом, задал вопрос Джон.

- К-конечно, пробормотала женщина, я сделаю всё, что вы захотите, м-могу я встать?

- Можешь, - молодой человек тут же остановил, подпрыгнувшую женщину, проникновенным голосом продолжив – забыл кое-что сказать, самую малость, обманешь меня, вызовешь охрану, или не скопируешь данные, буду резать тебя по частям, и начну я с этого милого пальчика – с силой Джон опустил руку женщины на стол, прислонив лезвие вплотную к её мизинцу. Лезвие было настолько хорошо заточено, что хватило малейшего прикосновения для того, чтобы загорелую полоску кожи прочертила ярко-алая капля крови.

- Я поняла – заплакала испуганная женщина, ещё недавно с упоением препарировавшая других людей, - только не убивайте меня п-пожалуйста, я всё сделаю, как вы сказали – слёзы градом катились по утратившему всяческую женскую магию, лицу.

- Начинай – приказал Джон, следя за тем, как женщина заметалась по кабинету. В поисках накопителя, испуганная и слегка отупевшая женщина, позабыла место, в котором находились носители данных. В процессе их поиска на пол летело всё, что только попадалось женщине под руку, бумаги, какие-то диски, зачем-то спрятанные украшения, для боящейся за свою жизнь женщины, всё стало не важным.

После успешного окончания поисков женщина села за компьютер, нерешительно остановившись, стоило ей только занести руку над клавиатурой.

- Тут сотни терабайт данных, я не смогу всё это уместить даже на нескольких носителях – извиняющимся тоном дрожащая женщина обратилась к Джону.

- Мне нужны данные по гуляющему в городе вирусу и вакцине от него, это влезет на флешку?

- Д-да, конечно, в-вы – начавшая заикаться женщина продолжила – с-сможете даже забрать образцы, вируса и антивируса, они находятся у меня в кабинете, н-нужны были для экспериментов. – заискивающе начала заливаться словно соловей женщина в попытках выторговать себе жизнь. Они ни на секунду не сомневалась в том, что стоящий напротив неё мужчина сможет воплотить в жизнь свои угрозы, лёгкость с которой он разобрался с приставленной охраной, настолько напугала женщину, что она опорожнила свой мочевой пузырь.

- Где они? – задал вопрос Джон.

- В-в том контейнере, п-пароль 759350 … контейнер ударопрочный, сможет выжить даже в эпицентре взрыва – зачем-то уточнила женщина.

После того как процесс копирования данных был завершён, Джон заставил женщину продублировать информацию на ещё двух носителях, опасаясь нечаянно повредить информацию.

Пока женщина делала, то, что от неё просили, Джон рыскал в куче документов, пытаясь найти что-то, что можно было сфотографировать, как доказательство. В итоге плюнув на всё, взял первый попавшийся с печатью корпорации, положил на него флэшку и попытался сделать фото, вспомнив о том, что не обращал внимания на действия Марка, занятый своими мыслями.

- Эй, ты, сделай фото, и отправь на эту почту – приказал молодой человек.

- Готово, я всё сделала, как вы просили, прошу отпустите меня, я … я выведу вас отсюда, и никому ничего не скажу.

Раздавшийся взрыв и завывшая сирена, сбили Джона с мысли.

- Детей вы не отпустили – устало произнёс молодой человек.

- Я всё объясню – женщина выставила перед собой руки в защитном жесте. Секунду спустя голова изумлённой женщины покатилась по полу.

- Я прослежу за тем, чтобы вы все сдохли – стоя над обезглавленным телом, сказал Джон.

Примечание автора: Понравилось произведение, не забудь поставить лайк, спасибо!

Глава 11. От колыбели до могилы. Часть 2

- Внимание, внимание, осуществлено несанкционированное проникновение в сектор 3, всем сотрудникам внутренней охраны, действовать согласно инструкции – безэмоциональный женский голос повторял одно и тоже сообщение раз за разом.

При всём при этом, звук сирены норовящей разорвать барабанные перепонки так никуда не исчез. Интересно, кем был человек регулирующий громкость тревожного сигнала? Вариантов было не так много, глухонемой или ленивый идиот не удосужившийся проверить дело рук своих. Столь сильный шум, больше вносил сумятицу в ряды обороняющихся, дезориентируя их в пространстве, нежели хоть как-то отпугивал нападавших, которым было глубоко наплевать на подобный шум.

Подобная мысль, судя по всему, посетила не только голову Джона, так как вскоре, надоедливая сирена затихла. Напоминанием об экстраординарном происшествии остались служить мигающие красным цветом, на манер полицейского проблескового маячка, лампы.

- Уффф, - облегчённо выдохнул Джон, потирая свои виски. Цель его миссии была выполнена, данные скопированы, сообщение отправлено, и как маленький, но приятный бонус, он смог найти контейнер с образцами вируса и, что самое главное, вакцины. У человечества, или точнее сказать, людей, находящихся в городе, появился высокий шанс на выживание, если конечно, он сможет донести свою ношу до точки эвакуации, и если … На самом деле, в подобной ситуации было слишком много “если” зачастую связанных с совершенно диаметрально противоположенными условиями, в совокупности, гарантирующие успех всей операции.

Громкие слова брошенные перед убийством Кристины, оказались лишь громкими словами. Он не собирался бегать по огромному комплексу убивая всех встречных, во-первых, на это потребуется значительное количество времени, во-вторых, люди не будут сидеть сложа руки, наблюдая за тем, как их убивают. Вооружённые солдаты, готовые к бою, были неизвестной переменной в уравнении – “убей всех выродков”, чтобы даже пытаться воплотить его в жизнь.

С верху до низу, одежда Джона была заляпана кровью. Посмотрев в большое ростовое зеркало, у основания которого покоилась голова женщины, Джон увидел в отражении мясника, только что вышедшего с бойни. С таким внешним видом будет проблематично выбраться из многоуровневого подземного комплекса, не нарвавшись на пулю в лоб.

“Мародёрство становится очень вредной привычкой” – Джон внимательно осматривал лежащие рядом друг с другом тела мёртвых бойцов. По счастливой случайности, или воле высших сил, несколько человек было одной с ним комплекции. Грустный вдох, вырвавшийся из чуть приоткрытого рта, сменился старческим кряхтением и едва слышимыми ругательствами. Раздевать неподвижно лежащие тела было ещё тем удовольствием. Если так подумать, то Джона, по количеству переодеваний, можно было сравнить с богатой дамочкой, мающейся от безделья в модных бутиках известных брендов, без устали примеряющую приносимую заботливыми консультантами, одежду. Только в случае Джона, роль консультанта должен был исполнять он же, а в качестве манекенов с одеждой выступали остывающие трупы.

“Наконец-то я закончил” – подумал с облегчением Джон, закрепляя на поясе кобуру с пистолетом. “Брать или не брать” – брошенное им на столе с мензурками, и здоровенным микроскопом, помповое ружье, так и притягивало взгляд. Вероятность того, что он сможет безболезненно сблизится с противником, стремилась к нулю. В ближайшее время, белоснежные коридоры оросятся кровью от стреляющих друг по другу военных, вроде как работающих на одну и ту же компанию, и лучше бы ему иметь при себе оружие дальнобойнее монструозного выглядящего ножа.

Для новичка коим он и являлся, выбор между автоматом и ружьём неуклонно склонялся ко второму. Шанс промазать дробью, был гораздо меньше, чем неизвестно куда летящими пулями. При условии, что он вообще поймёт, как выстрелить из оружия, не отстрелив себе при этом какую ни будь часть тела.

Наконец, очередь дошла и до загадочного контейнера, который хранил в себе, ключ к спасению людских жизней. Осматривая невзрачный металлический корпус с надёжно прикреплённой к нему ручкой, светло-серого цвета под стать хранилищу, Джон не мог понять, куда же вводить полученный от женщины код. Водя пальцами по гладкому корпусу, он корил себя за то, что не уточнил, как обращаться с этой штуковиной. Современные технологии, с которыми в силу возраста он должен был быть на короткой ноге так и норовили вызвать у него истерику.

“ Ну почему нельзя сделать все без каких-либо секретов и заморочек? Установите экран, цифры, и большую кнопку – открыть, за что мне эти мучения?”

‘Щёлк’

Палец Джона на несколько миллиметров утонул в корпусе контейнера, тотчас с фронтальной стороны бесшумно выскочила панель с цифрами и небольшим чёрно-белым экраном.

- Так - так – так, что тут у нас?

В памяти послушно всплыла комбинация цифр. Медленно нажимая на кнопки, боясь сломать хрупко выглядящий механизм, он дошёл до последней цифры.

С тихим шипением и небольшим облачком пара, крышка контейнера открылась, открывая Джону вид на две секции, отделённые друг от друга. Каждая секция включала в себя четыре ячейки, полностью занятые длинными ёмкостями с жидкостями синего и зелёного цветов.

- Хоть бы подписали, - недовольно пробормотал Джон, разглядывая свою добычу. Ориентироваться на цвет, он посчитал глупой затей, почему бы зелёному цвету не быть маркером вируса. Стоило признать, он поторопился с убийством много знающей женщины.

“Может быть её надо было взять с собой, в качестве дополнительного источника информации, кто знает, чтобы она могла рассказать полезного учёным, работающим на государство” – представив сколько трудов пришлось бы затратить на похищение женщины, Джона передернуло от ужаса, тут бы самому выжить, но тем не менее, вывод был сделан правильный - “Нельзя поддаваться гневу, а то беды не оберёшься”

Очередной мощный взрыв раздавшийся вдали хорошенько встряхнул здание, пол чуть было не ушёл из-под ног Джона, висящие над головой лампы закачались от вибрации, часть из них не выдержала не запланированной нагрузки, с грохотом падая на пол.

“Что за на хрен там происходит?” – Джон спешно закрыл крышку контейнера, едва не забыв спрятать внутри накопитель с данными, всё же стоило подстраховаться, поэтому помимо этого оставшиеся накопители с данными были рассованы по разным кармашкам одежды, во избежания полного уничтожения с трудом добытой информации.

Очередной сильный и внезапный толчок добился своего, повалив Джона на пол.

- Неужели пригнали танк?

****

- Ну вот, а ты говорил, ворота невозможно открыть - радостно ухмыльнулся седоволосый мужчина с любовью смотря на слегка дымящийся ствол танкового орудия.

– Для больших калибров нет преград, мой друг – Сергей успокаивающе похлопал по плечу своего бойца, сумевшего открыть им проход в это место, но спасовавшего перед защитным механизмом управляющим огромными воротами.

- Простите, сэр, я облажался – глухо произнёс свои извинения подавленный боец. Если бы его босс не подстраховался, то их операцию можно было бы смело списывать в утиль.

- Подбери сопли парень, - смотря вперёд произнёс мужчина, - начинается самый важный этап всей нашей операции, и завалить его, как ты понимаешь, мы не можем, слишком многое поставлено на кон, грёбаный Мюллер, нашёл время взбрыкнуть.

“Хенк наверняка уже греет свою задницу в тёплом” – Сергея выводил из себя этот наглый выскочка, находящийся на хорошем счету у руководства несмотря на все сопутствующие потери, умудрившись угробить весь свой отряд во время выполнения миссии, он всё же сумел добиться поставленной цели – “долбанный везунчик”.

- Пальни ещё раз и отъезжай – скомандовал Сергей командиру танка.

- Вас понял – прошипела гарнитура.

Произведший выстрел танк, слегка покачнулся от отдачи. Взревев двигателем, грозная машина сдала назад, освобождая место для товарок поменьше.

- Готовность – отдал последнюю команду мужчина, отходя назад.

Спуск в лабораторный комплекс перегородили две БМП, нацелив свои скорострельные пушки на тёмный провал. Согласно полученной информации, в последние недели, сотрудники лаборатории активно работали над созданием разного вида экземпляров биоорганического оружия, вполне осознавая, что корпорация не оставит без внимания их демарш. И сейчас был отличный момент для того, чтобы применить свои разработки, не давая атакующим проникнуть внутрь.

В режиме ожидания напряжённые солдаты простояли уже больше десяти минут, а орда тварей всё никак не хотела выбраться наружу.

- Может данные не достоверны и у них отсутствуют средства для нападения, а мы напрасно теряем время? – поделился размышлениями со своим напарником, солдат.

- Если хочешь, сходи проверь, а я, пожалуй, тут постою – нервно произнёс пристально вглядывающийся вдаль мужчина.

- Нее, я просто высказал своё предположение – открестился от сомнительной участи его собеседник.

- Вот и заткнись тогда, не отвлекай – зашипели ему в ответ

- Да я … - так и не успел закончить фразу боец, завалившись вперёд. В его голове зияло идеально круглое отверстие. Его смерть послужила спусковым крючком для набравших скорость событий. Хотя бойцы, находившиеся под руководством Сергея, были проинструктированы на счёт возможного нападения с внешней стороны охранного периметра, тем не менее внезапная атака стала для всех неожиданностью. Против них воевали такие же профессионалы, как и они сами. И именно их противники взяли первую кровь в начавшейся войне.

Одновременно с начавшейся перестрелкой с противниками, засевшими на верхних этажах учебного учреждения, из входа ведущего в лабораторию, вырвались клубы густого серого дыма, скрывая от наблюдателей происходящее.

Запрыгнувший на башню БМП лизун, вырвавшийся из дымовой завесы, был разорван на две части начавшей собирать кровавую жатву пушки. Разорвавшаяся в опасной близости от боевых машин ракета, упавшая сверху, нисколько не поколебала уверенность людей, находящихся внутри бронированной машины. Сконцентрированные на уничтожении наступающих волн мертвецов и прячущихся за их телами лизунов, бойцы даже не вздрогнули от осознания того, насколько близко от них пронеслась мучительная смерть.

После секундного замешательства, командиры подразделений начали выполнять поставленные задачи, подавляя огнём точки противника. Грохнул танковый выстрел, и в одном из окон с пулемётной точкой расцвел огненный цветок взрыва. К сожалению, второй выстрел экипаж танка совершить на успел, мгновенно сгорая от врезавшихся в башню реактивных снарядов.

- Не оборачиваться – проорал седоволосый мужчина, готовясь к бою с мутантами, вот-вот должными вырваться из густой пелены дыма.

- Контакт -заорал один из его бойцов первым заметив движение противника. Пули, выпущенные из его оружия, отбросили выказавшуюся собаку с пастью полной острых зубов назад, вызвав у последней предсмертное скуление вместо раздававшегося секундой назад грозного рычания. Пространство перед солдатами озарилось вспышками выстрелов, застрекотали пулемёты, пачками, скашивающими умудривших прорваться, свозь машинный заслон, мутантов.

Находящийся со своими бойцами, Сергей, выполнял свою работу монотонно, наводя прицел своего оружия на очередного противника, он без всяких раздумий нажимал на курок, стирая с лица земли решившую попробовать их на зуб, угрозу.

“Вроде справляемся” – краем глаза осмотрев происходящее вокруг него, выдохнул Сергей. Самый сложны этап схватки был преодолён, противник показался, бой начался. Прорвавшиеся сквозь заслон мутанты даже не смогли добраться до первых рядов солдат, зачастую падая замертво не успевая сделать нескольких десятков шагов.

Больше всего профессионального военного радовало затишье за спиной, ураган выстрелов затих, лишь изредка доносились небольшие очереди в сторону основательно разрушенного замка.

Осталось пробраться внутрь и получить необходимое, Сергей невольно коснулся кармашка с пока ещё не заполненным шприцом. Бой они выиграли, но основное безумие ещё впереди.

****

В огромной четырёхметровой колбе доверху заполненной жидкостью, безмятежно парило гуманоидного вида тело мужчины. Глаза почти трёхметрового гиганта были закрыты, по трубкам, подключённым к его телу, безостановочно подавались питательные вещества. На экранах многочисленных мониторов, стоящих полукругом вокруг резервуара с мутантом в режиме реального времени, обновлялись многочисленные графике отражающие состояние созданного учёными образца.

- Танатос, красивое имя, - стоя вплотную к стеклу произнёс Сергей, - у твоих создателей определённо есть чувство прекрасного, жаль, что такой экземпляр придётся уничтожить. Но не беспокойся – улыбнулся мужчина – твоя кровь послужит общему делу.

Внешне особых различий этого образца от модели Т-103 мужчина не наблюдал. Такая же твёрдая даже на вид кожа шоколадного цвета, и такое же сходство с человеком, за исключением роста, острых когтей и второго сердца, находящегося снаружи. Собственно, для создания подобных экземпляров требовался человек, он становился той основой, которая использовалась для начального фундамента при выращивании суперсолдат.

Серии постоянно совершенствовались, и этот процесс происходил бы гораздо быстрее, не требуйся для этого определённый тип людей, чья ДНК подходит для взаимодействия с вирусом. Один нескольких сотен тысяч обладает подобными характеристиками, что значительно усложняет поиск, кратно увеличивая стоимость исследований.

И тут такое, новый вид. поделись Мюллер своими разработками на добровольной основе, и всего этого можно было бы избежать. Но нет, тщеславие и эгоизм, своё видение того какой должна быть корпорация, толкнули видного учёного на путь неподчинения и привели Сергея сюда, в помещение, находящееся под глубоким слоем земли.

Сергей был доволен тем фактом, что этот экземпляр находился там, где ему положено быть. Их натаскивали на сражения с подобными существами, можно сказать, тренировки были постоянной частью их жизни, но вот сражаться с монстром чьи возможности тебе не известны, занятие ещё более опасное и непредсказуемое.

- Что же в тебе такого необычного, мой спящий друг?

- О, ты скоро это узнаешь, пёс – ожили динамики под потолком помещения.

- Доктор Мюллер, какая неожиданная встреча – Сергей приветственно кивнул вышедшему из неприметной двери учёному. Весь его внешний вид говорил о том, что не державший в своей жизни ничего тяжелее медицинских инструментов мужчина проявляет удивительное спокойствие находясь в заваленном трупами помещении. Учёного не смущала кровь, к виду которой он был привычен, не направленные в его сторону дула автоматов, и тем более его не смущала надетая на голову гарнитура с микрофоном, благодаря чему, его речь дублировалась динамиками.

- Вы хотите добровольно поделиться результатами исследований? – попробовал закинуть пробную удочку Сергей. Ледяное спокойствие оппонента несколько напрягало, осмотренное несколько раз помещение лаборатории на первый взгляд не содержало каких-либо сюрпризов, если не брать в расчёт плавающее в растворе тело.

- Конечно же нет, - сняв слегка запотевшие очки, учёный начал протирать их вытащенным из кармана платочком.

- Какой смысл делиться результатами исследований с жалкими шавками возомнивших о себе не весть что, членов правления, которые в скором времени станут мертвецами.

- Не слишком ли самонадеянно профессор, мы ещё можем решить дело миром … эмм – оглядевшись вокруг, Сергей продолжил – ну, имею ввиду, ваших подчинённых, это конечно не вернёт, но вы сохраните себе жизнь и должен заметить, в этом месте именно у меня и моих ребят, находятся пушки в руках, поэтому на вашем месте, я вёл бы себя более вежливо – позволил уточнить себе мужчина.

- У вас пушки, а у меня есть он – учёный ткнул пальцем в резервуар.

- Хорошо прежде, чем мы начнём, позволь спросить – не смог удержаться от очень волнующего его вопроса, Сергей – ты ведь выходец с Кавказа, у тебя в роду нет немцев, так почему фамилия Мюллер, какой-то фетиш?

Вместо ответа учёный произнёс:

- Убей их, Танатос.

Глава 12. От колыбели до могилы. Часть 3

Грохот выстрелов, разносящихся по огромному помещению отданному отделу Разработок и Инноваций, оглушал. Пули, свистящие над головой, не давали Джону даже небольшого мгновения на оценку обстановки. Подгоняемый криками солдат и непрестанной стрельбой, он словно загнанный уличный пёс, укравший у жирного торговца колбасу с прилавка, спасался от загонщиков.

Особо удачный выстрел из винтовки, отбросил прямо ему на голову тяжёлый монитор, стоящий на столе, заваленном до верху бумагами и канцелярскими принадлежностями. Сбившись с устоявшегося ритма, ошеломленный беглец, тут же стал жертвой меткости одного из солдат, додумавшегося выстрелить в висящий на двух анкерных крючках, тридцати килограммовый потолочный светильник.

- Твою мать – только и успел прохрипеть Джон, больно ударившись носом об покрытый бежевой плиткой пол. Не переставая ругаться, он успел сбросить придавившую его ношу ровно до того момента, как высунувшийся из-за несущего столба, боец, решил угостить его новой порцией свинца. Активно работая руками и ногами, Джон, не обращая внимания на свистящие рядом пули, сумел добраться до нового укрытия, надёжно защищающего его от смертоносных гостинцев рассредоточившихся на отдалении противников.

Металлическая платформа с встроенной в неё колбой с каким-то мерзким и без остановки извивающимся червём, стала надёжным щитом, защищающим Джона от агрессии разъярённых солдат. Снаряды бессильно отскакивали от прочного стекла, за которым скрывался чуждый этому миру организм.

Беглеца радовало лишь одно обстоятельство, пока бойцы корпорации вполне обоснованно боялись подойти к нему поближе, несмотря на всю свою огневую мощь, опасаясь нарваться на встречный огонь. К слову, их опасения были напрасны, серьёзно выручившее Джона ружьё, забравшее жизни трёх человек, было утеряно в самом начале схватки, когда он, петляя по коридорам, пытался унести ноги, от неожиданно большой толпы, выбравших его целью, вояк.

Прислонившись головой к холодному металлу и спешно переводя дыхание, Джон во всю проклинал своё решение нацепить этот дурацкий нож, взятый в качестве трофея с убитого им ранее здоровяка. Кто бы мог подумать, что, успешно покинув лабораторию, он поторопился расслабить свои ягодицы. Козыряя фамилией доктора перед каждым, кто изъявлял желание поинтересоваться тем, куда же торопится боец одиночка, идущий прямо в противоположенную сторону от точки вторжения противника, ему не повезло наткнуться на отряд, один из членов которого был близким другом убиенного, умудрившимся опознать любимую игрушку товарища.

Не растерявшись, Джон, вместо ответа совершил несколько выстрелов по направлению начинающих поднимать своё оружие бойцов, после этого сразу же срываясь на бег. Непродолжительная гонка по запутанным коридорам и никак не желающие отставать преследователи, привели его в итоге в это место.

- Рассредоточится, близко не подходить, этот ублюдок вооружён – прокричал один из солдат новоприбывшему подкреплению.

- Сдавайся и будешь жить, - раздалось от одного из солдат неправдоподобное предложение, каждому человеку, находящемуся в этом месте, было понятно, что это явная ложь, произнесённая для того, чтобы потянуть время.

Расшнуровав высоченные берцы, и отбросив их в сторону, один из опытнейших солдат, показал смотрящим на него коллегам, понятную только им распальцовку, требуя продолжать переговоры, пока он, сбросив с себя мешающий при скрытном перемещении автомат, попробует незамеченным пробраться к противнику.

Получив в ответ согласные с его планом кивки, прожжённый жизнь солдат, достав табельное оружие, неслышимой тенью начал неспешно перемещаться от одного укрытия к другому, сближаясь с ничего не подозревающей жертвой.

“Нашли идиота, как же, сейчас подниму руки и пойду сдаваться” – подумал Джон, едя нешуточную борьбу с кобурой, в которой хранилось оружие последнего шанса.

- Я согласен – донёсся до солдат панический крик загнанного в ловушку противника – прошу вас, только не стреляйте, я ранен – мученически застонал Джон, наконец достав оружие. Черный корпус пистолета с золотым напылением на дуле, вызвал на его лице хищную улыбку.

“Одна обойма в стволе и четыре обоймы в кармашка бронежилета, итого у меня … патронов” – Джон был дилетантом во всём, что было связано с оружием. Лишь раз, в далёком детстве, отец позволил ему совершить несколько выстрелов из пневматического ружья, по банкам, выставленным на самодельном постаменте напротив густых зарослей декоративных кустов, на заботу о которых махнули рукой сразу же после посадки. Оставленные без пригляда, растения разрослись до фантастических размеров, став домом для прячущихся от жары, домашних животных.

В тот далёкий день, маминому любимцу, псу Барри, так же захотелось понежится в прохладе, царящей под густыми кронами, оборудовав себе комфортную лёжку в четырёх метрах левее импровизированного лежбища, собака столкнулась с легендарной меткостью будущего сотрудника муниципальной службы города Раккун, почувствовав на своей собачьей заднице каково это ловить тучно летящие друг за другом, металлические шарики. С тех пор, Джон зарёкся даже приближаться к оружию, вспоминая ощущения уже своей горящей, от хлёстких ударов мокрым полотенцем, задницы.

- Один, два, три … шесть, семь, восемь, девять, десять – завершил подсчёты Джон, засовывая обойму обратно в кармашек.

“Итого у меня 50 пуль, а солдат, надеюсь не больше десяти, всё же никто не будет выделять ещё больше бойцов ради одного человека, и по идее, у меня есть все шансы отбиться, главное не попасть выпустить все пули в воздух, иначе мне кранты”

- Поторапливайся мудила и выходи, пока мы тебя не грохнули, не испытывай наше терпение, живее, живее!

- Всё, я иду, только не стреляйте

Взяв пистолет двумя руками, Джон совершил глубокий вздох, отбросив лишние мысли в сторону. Предельная концентрация, заставила весь мир вокруг него замереть. Резко встав на ноги, Джон высунулся из-за угла, наведя дуло своего оружия в сторону противников, двигавшихся словно в замедленной съёмке. Его зрение сузилось, мозг отбрасывал ненужную Джону информацию, позволяя полностью сконцентрироваться на мушке оружия. В его мире остались лишь, он, прицел пистолета и двигавшиеся словно в киселе противники. Напряжённый до предела палец нажимает на курок, вместо грохота выстрелов, до его слуха донеслись совершенно другие звуки.

*Щёлк, щёлк, щёлк, щёлк – прогремела набатом в голове Джона, холостая работа бойка.

“Дерьмо, почему он не стреляет” – пронеслась в голове Джона паническая мысль, после получения совершенно неожиданного результата. Едва осознав произошедшее, он резво нырнул за своё надёжное укрытие, скрываясь от вала огня, выпущенного солдатами в его сторону.

- Ублюдок, тебе хана, я засуну тебе в задницу паяльник и заставлю танцевать танго

Джон был в смятении, пули, выбивающие крошку из стен, и звон разносящихся смертоносным металлом колб с одному Богом известным содержимым, остались незамеченными, впавшем в прострацию человеком.

- Почему нет выстрелов, что за фигня – шептали губы Джона, пока пальцы безуспешно ощупывали оставшийся безмолвным корпус оружия. Только сейчас, Джон понял, что с ружьём ему повезло, если бы он дало такую же осечку, как и пистолет, до этого места он бы не добежал. Из-за своей неопытности и стрессовой ситуации, Джон совершенно не подумал о предохранителе, на котором всегда стоит находящееся в кобуре, оружие.

Более того, паникуя, он совершил ещё одну ошибку новичка, никогда до этого не державшего смертоносное оружие, направив дуло пистолета прямо на своё лицо. Пристально осматривая пистолет, так и оставляя его наведённым на себя, Джон, наконец заметил причину осечки.

- Предохранитель, точно – радостно воскликнул Джон, переводя последний в положение стрельбы. Холодная, липкая капля, попавшая на его оголённую шею из разлетевшейся неподалёку мензурки с жидкостью, заставила Джона дернуться от неожиданности, случайно сжимая большой палец руки, лежащий на курке.

*Выстрел

Раскалённая пуля, вылетевшая из дула пистолета, прочертила бордовую полосу на макушке Джона, заставив того совершить ещё несколько нажатий курка.

*Выстрел, выстрел

Вскрикнув от страха, Джон бросил оружие на пол. На который тут же с глухим грохотом упало тело солдата, выбравшего не самый удачный момент для атаки на засевшего в укрытии нарушителя, весь его опыт и умения спасовали перед откровенной глупостью, граничащей с безумием применённой Джоном.

Остекленевшие глаза упавшего солдата вывели Джона из оцепенения. Оставаться в таком месте и положении дольше необходимого было критически противопоказанно для его здоровья. Никакая регенерация не поможет от очереди, выпущенной в голову. Ему срочно нужен был план, как выйти из этой ловушки, в которую он же себя и загнал.

“Что мне делать?” – мысли, словно загнанные кони метались внутри черепной коробки. Его укрытие было на виду с большинства ракурсов, ни поддерживающие потолок опоры разбросанные по всей площади помещения, ни большие и маленькие столы, ни шкафы, стоящие в хаотичном порядке, не могли дать ему надёжной защиты пока противник хорошо просматривал его укрытие. Он просто не успеет сменить позицию, не попав при этом под перекрёстный огонь солдат.

“Нужно лишить их света, и тогда мы повоюем” – внезапно осенило Джона. “Погасить все лампы в столь раскиданные по столь большому пространству мне никто не даст, значит мне нужен электрический щиток” - продолжая развивать свою мысль Джон, внимательно осматривал доступное его взгляду пространство.

Его поиски были тщетными, ему не удалось обнаружить искомое, а судя по воцарившейся тишине и хорошо слышим в ней шагам, солдаты неспешно приближались к его укрытию. Время поджимало, а решение проблемы так и не было найдено.

“Точно” – Джон по-новому посмотрел на своё укрытие. Повернувшись к платформе с резервуаром, он увидел технический люк, сквозь решётку которого, отлично просматривалось два толстых кабеля питающих это чудо инженерной мысли.

Вытащив из-под мёртвого тела, пистолет, Джон, подняв руку с оружием совершил несколько выстрелов в пустоту, даже не надеясь попасть в кого-либо, вместо этого заставляя приближающихся солдат пригнуться, замедляя своё продвижение.

Судя по раздавшемуся после выстрелов вскрику, он всё же умудрился в кого-то попасть. К сожалению, у него не было времени, на самовосхваление, вырвав крышку клюка, Джон крепко ухватился за два приглянувшихся кабеля, обратив внимание на предупреждение, выгравированное на небольшой табличке прямо над люком.

“Высокое напряжение, опасно для жизни”

- То, что нужно – удовлетворённо улыбнулся Джон, вырывая из пазов заискрившие кабели, не обращая внимания на раздающиеся неподалёку крики бойцов – Да будет свет – заорал Джон, соединяя концы кабелей.

****

- Гилберт, ты что творишь? – закричал темнокожий мужчина, зажимая рану пострадавшего бойца, ровно за несколько секунд до того, как загнанный в угол Джон решил поиграть в электрика.

- Даю ублюдку прикурить – ответил мужчина, срывая чеку с гранаты, и сразу же бросая её в сторону подстрелившего его противника, - граната, всем лечь на пол – успел крикнуть мужчина, закрыв глаза и зажимая уши. Не видя, как во всем помещении и кабинетах близлежащих к нему, от короткого замыкания вырубило свет.

****

- Гра-грантха – только и смог пропищать Джон, после соединения двух разных кабелей, и последовавшему за этим действием громкому треску, несмотря на который он смог услышать предупреждающий крик одного из бойцов. Буд-то этого было мало, его голове посчастливилось поближе познакомится с этим взрывоопасным маленьким металлическим предметом, попавшим прямиком по ничем не защищённой макушке.

Время вновь замедлилось, кратно ускоривший свою работу мозг, дал столь необходимое Джону время, чтобы осознать всю ту глубину задницы, в которую он умудрился попасть. Граната, да ещё в столь замкнутом помещении, была очень грозным оружием, не оставляющим особого простора для фантазии.

Поэтому, Джон принял единственно верное решение в подобной ситуации, схватив за ручку контейнер с образцами и совершив гигантский прыжок с места, постаравшись чтобы между ним и смертоносным предметом была хоть какая-то преграда.

Яркая вспышка и последовавший за ним взрыв выпустили наружу беспощадную волну, сметающую всё на своём пути, она придала Джону ещё большее ускорение. Словно выпущенный из пушки снаряд, Джон пробил своим телом насквозь несколько шкафов с документами, осыпая сжавшихся бойцов килограммами никому ненужной макулатуры.

Свой путь Джон закончил в центре помещения, придавив своим телом одного из бойцов, находившихся в процессе перемещения от одного укрытия к другому, когда их коллега решил уничтожить Джона гранатой. В итоге, двое друзей детства залегли неподалёку от двух офисных принтеров, про себя проклиная придурка Гилберта и его тягу к самоубийству.

Задница Джона горела неугасимым огнём, помимо ускорения, взрывоопасный снаряд одарил его задницу огромной щепкой, выбитой из деревянного стола, находившегося между двумя объектами, гранатой и отрастившим метафизические крылья, Джоном.

Болезненный стон против воли сорвался с его губ, просуществовав недолгий промежуток времени, он тем не менее достиг ушей располагавшегося на расстоянии вытянутой руки, второго бойца.

- Ал, тебя задело? – встревоженно вскинулся боец, ещё ближе придвигаясь к Джону. Слегка оглушённый взрывом, находясь в полнейшей темноте, он не мог и подумать о том, что его друг мёртв, а рядом с ним, находится тот, за кем они охотились всё это время.

Без какого-либо источника света, Джон и не отличался от других солдат, напоминая крота, вылезшего на дневной свет. Ориентируясь на свой обострившийся слух, он вырвал глубоко засевшую в ягодице деревяшку. По-прежнему сжимая её в руке, Джон подался на встречу второму солдату, действуя левой рукой наощупь, он наконец нащупал лицо своего противника, вызвав у того недоумённый возглас.

- Ал, ты чегохщьь – гхр, - захрипело конвульсивно дёргающееся тело с воткнутым в горло куском деревяшки.

Охотники и жертва поменялись местами.

****

- Гилберт, грёбаный урод – отплёвываясь от пыли заорал, капитан отряда. – Ещё раз выкинешь подобный трюк без моего ведома, засуну взрывчатку тебе в задницу и запущу на луну, ты меня понял? – лицо мужчины, сокрытое непроглядной темнотой, ещё больше потемнело от ярости. Не услышав ответа, он нажал на край раны, вызвав у мужчины болезненный стон.

- Ты меня п-о-н-я-л, - растянув последнее слово по буквам, капитан вновь обратился к своему бойцу – Эй, ты что отключился? – так и не дождавшись ответа от подчинённого, мужчина успокоился, с ним он разберётся потом, если они смогут отбить атаку нападающих.

- Все живы? - обратился капитан к остальным. Услышав утвердительные голоса подчинённых, порой не стесняющихся в подборе выражений, капитан Прайс, стёр выступивший пот со лба. Покопавшись за пазухой, темнокожий мужчина, следуя примеру своих подчинённых достал небольшой фонарик, не смотря на свои размеры дающий достаточное количество света.

Направив луч света в то место, где прятался их противник умудрившийся уничтожить четверых опытных бойцов, Прайс, захотел воскресить того недоумка, что обнаружил нож своего друга на поясе незнакомца, и убить своими руками.

Достав табельное оружие, мужчина стараясь не сильно шуметь, начал движение в сторону укрытия их противника. Над ним до сих пор висела, никак не желающая спадать пыль. Прайс знал, что выжить рядом с разорвавшейся гранатой не реально, и всё же, он не хотел спешить, ощущение опасности, поселившееся в глубинах его души, никак не желало растворятся, сигнализируя своему хозяину о том, что здесь что-то не так.

Под ногами тихо хрустело стекло и шелестела бумага, шаг и ещё один шаг, складываясь в цепочку, каждый шаг всё ближе приближал его к укрытию, заглянув в которое он должен увидеть два обезображенных тела.

Прорезав пылевую завесу лучом фонаря, Прайс увидел разорванное на части тело, одно разорванное на части тело, а второго не было на месте.

- Парни, он где-то поблизости, будьте внимательны – тихим голосом прошептал Прайс в гарнитуру.

- Парни? – оторвал взгляд от пола капитан. Только сейчас он обратил внимание на то, что вокруг было подозрительно тихо, а метавшиеся до этого по стенам лучи фонарей его подчинённых, неподвижно застыли.

- Парни? – ещё раз обратился мужчина к своим людям по гарнитуре, выглядывая из-за резервуара, прекрасно понимая, что произошло. Холодная капля пота сбежала по виску капитана.

- Кто ты блять такой? – заорал мужчина, водя фонарём из стороны в сторону, холодный луч света натыкался на безмолвно лежащие тела его людей, не подающие признаков жизни.

Почувствовав лёгкое дуновение ветерка своей промокшей от пота спиной, мужчина резко обернулся, нажимая на курок пистолета. Пусто, его пули прошили пустоту. Липкие лапы ужаса, вцепились в быстро бьющееся сердце мужчины. Он видел мертвецов, всевозможных мутантов в обилие, выращиваемых в этой лаборатории, но он впервые в жизни сталкивался со столь быстрым и бесшумным убийством большого количества людей. Рука держащие пистолет тряслись от испытываемого мужчиной страха. Резко обернувшись на сто восемьдесят градусов, мужчина вновь увидел пустоту.

- Вам нужно было просто пройти мимо меня – раздался спокойный голос за спиной.

Прайс, в очередной раз развернувшись, не успел направить своё оружие в сторону противника, тяжёлая рука, перехватившая его руку, направила ствол оружия вверх. Пули одна за одной вылетающие одна за другой, бесцельно отскакивали от бетонной плиты, не в силах причинить вред стоящему напротив него существу с мерцающими глазами.

А дальше, дальше сознание мужчины растворилось в темноте.

Глава 13. Потеря контроля

Джон бежал, падал, поднимался и вновь начинал бежать. Словно заяц, улепётывающий от голодного хищника, он петлял по бесконечным коридорам подземной лаборатории, боясь оглянутся назад. Преследователи не отставали, не несясь сломя голову, здраво опасаясь неизвестного мутанта, свалившегося им, как снег на голову, но и не замедляясь настолько, чтобы появилась угроза потери цели из виду.

Обильно потея и трясясь от страха, чувствуя жар, пробегающий по телу, и страдая от пронизывающую его с ног до головы боль, только Джон мог считать своё передвижение бегом. Со стороны он больше всего походил на обколотого до самых макушек наркомана, зачем-то влившего в себя лошадиные дозы алкоголя. Его движения были рваными и хаотичными, ноги то и дело переплетались друг с другом, роняя его на хорошо отполированный пол, смотря на который был отчётливо виден потолок.

Оказавшись в столь незавидном положении, Джон искренне надеялся на приступ безумия, которого до этого момента до дрожи опасался. Но внутренний монстр только и ждущий возможности вырваться на волю и вдоволь насладиться тёплой кровью находящихся поблизости существ, молчал. Лишь кровь, булькающая в лёгких и гул в ушах были единственными спутниками Джона. Отчаяние схватило его в свои удушливые объятия, на этот раз не собираясь отпускать.

- Бах – резкий, отрывистый звук выстрела разнёсся по коридору.

Следом раздался мужской вскрик. Пуля впилась Джону в ногу, заставляя последнего совершить невозможное для подобной ситуации усилие. Лишь на краткий миг, желая спастись от угрозы, он совершил нечеловеческий рывок за угол, отстранённо наблюдая за тем, как очередь из пуль разбивает в дребезги напольное покрытие.

- Хррр – гхарр – лёжа на спине ему оставалось только хрипеть от бессилия. Надсадно кашляя, Джон с трудом перевернулся на живот, из последних сил начав передвигать едва слушающимися его команд конечностями. Оставляя за собой кровавые разводы, он упорно полз вперёд, не желая столь бесславно подохнуть после всего им пережитого. Чуть приподняв голову, Джон наткнулся на висящую на потолке едва заметную полусферу, прикрывающую всевидящий глаз камеры.

- Чтоб вы сдохли, уроды – ублизнув окровавленные губы прошептал Джон, уронив голову на свои грязные руки. Очередная судорога, охватившая тело, заставила его замычать от боли.

“Чем же вы в меня пальнули?” – пронеслась мысль в затуманенном от боли мозгу Джона. Разобравшись с отрядом преследователей, он не позволительно расслабился, посчитав, что за ним никто больше не придёт. Не имея никакого опыты в военном деле и уж тем более в проникновении на защищённые военные объекты, Джон и помыслить не мог о том, что за ним могут наблюдать через камеры, на которые он не обращал никакого внимания, вовсю пользуясь своими способностями. Да и обратил он на них своё внимание, только после возгласа одного из его преследователей, громко координирующего действия своих напарников.

Несмотря на тяжёлую ситуацию обороняющихся, среди них всё же оказался тот человек, что пристально наблюдал за происходящим внутри вверенной ему территории. И увидев незнакомого мутанта лихо, расправляющегося с сотрудниками лаборатории, поспешил направить на его устранение, или к чему теперь склонялся Джон, поимку, настоящих профессионалов. Можно сказать, он попал в засаду. Перемещаясь по комплексу в поисках выхода, не встречая людей, в какой-то момент он позволил себе расслабится, дойдя до очередной развилки. Шаг вперёд, и крупнокалиберная пуля, выпущенная из монструозного вида снайперской винтовки, пробивает ему бок, разрывая внутренние органы.

Джон, отброшенный силой удара в сторону, несмотря на полученную рану, смог сгруппироваться в воздухе, приземляясь на ноги, только лишь затем, чтобы получить в свою грудь ещё одну пулю, в оболочке которой располагалась неизвестная жидкость, обрубившая на корню почти все его умения. Изменения в себе он почувствовал не сразу, ужасная рана от первого выстрела, закрылась почти мгновенно. Но солдаты, пришедшие по его душу, этим выстрелом выиграли себе время для на несения главного удара, дезориентировав его, вторым выстрелом они добились необходимого, лишив Джона, пусть и не сразу, главного преимущества, регенерации и нечеловеческой силы.

Лишь осторожность позволила ему избежать мгновенной смерти, которая наверняка бы его настигла, посмей он бросится на своих обидчиков. Хотя, убежав, он лишь продлил свою агонию. Убегая от преследователей, он не сразу прочувствовал изменения, происходящие внутри него. Тело полное сил, даже не смотря на полученные ранее ранения, в один момент отказалось повиноваться хозяину, превратившись в один сплошной комок боли. Ощущения от действия вещества, попавшего в его организм, можно было сравнить с кислотой, разъедающей органы, а спустя некоторое время, к боли добавилось судороги, заставив все его мышцы непроизвольно сокращаться, словно его задницу насадили на многовольтный провод.

Упав, он только и мог, что кататься по полу и выть от боли, тем самым непозволительно близко подпустив к себе преследователей.

- Попалась птичка – спокойно произнёс неспешно подошедший к нему солдат, чьё лицо напоминало один сплошной рубец. – Супермен из тебя не получился, ты уж прости, хотя должен признать, то, что ты вытворял, нас всех впечатлило, мне даже интересно, как ты смог сохранить свой разум, обладая столь неординарными способностями? – задал вопрос мужчина, ничуть не обращая внимания на то, что воющее у его ног тело, не было способно дать ему ответ.

- Мы что, уменьшили дозу, почему он ещё не сдох? – обратился мужчина к одному из своих подчинённых.

- Нет, сэр, судя по всему объект инфицирован нестандартным вариантом известного нам вируса, иначе я ничем иным не могу объяснить его крайнюю степень живучести.

- Оу! – сделав шаг назад, капитан Роджерс, удивлённо воскликнул, успев едва разминутся с выстреливших из тела Джона пучком нитей – вы только посмотрите, бедняга хочет кушать.

- Тц-тц-тц – в коридоре раздалось тихое цоканье - я видел, как ты сожрал того толстячка, наверное, вкусно было, да? Но сегодня не твой день, парень, мы бы рады были оставить тебя в живых, и яйцеголовые наверняка бы были рады, исследовать тебя, но, к сожалению, ситуация в которую мы попали не располагает к глубоким исследованиям, да и не уверен, что ты сможешь выжить – мужчина смотрел на отмирающие прямо на глазах нити, в обычной ситуации с лёгкостью разрезавшие человеческую плоть.

Ничего не соображающий Джон в очередной раз выгнулся от нестерпимых ощущений, заставив стоящего неподалёку от него солдата, сделать несколько выстрелов в напугавшего его незнакомца. Новые источники боли вместо того, чтобы остаться незамеченными, привели Джона в сознание, изогнувшись под немыслимым углом, почти теряя сознание, он смог со всей силы бросить в расположенного ближе всех к нему капитана, контейнер с образцами. Конечно, он не смог, повторить игру в боулинг, роняя на пол всех солдат, к сожалению, они не были идиотами кучкующимися в одном месте, словно неоперившиеся птенцы, но на короткий промежуток времени, он выиграл себе маленькую возможность на побег. Доли секунды спасли его от последовавших за падением капитана выстрелов, ничуть не церемонящиеся с ним военные без всяких размышлений открыли по нему огонь.

Достав из кобуры чудом уцелевший пистолет, Джон совершил несколько неприцельных выстрелов в сторону преследователей, тут же ослабевшей рукой выронив его на пол. Ни в кого не попав, он всё же заставил их быть осторожнее. Но в итоге ему это не помогло, и теперь он снова оказался на полу, упрямо ползя вперёд, скуля, как бездомная собака. Хуже всего, он всё потерял, образцы вируса, даже данные, которые он смог выгрузить с компьютера, и те скорее всего окончательно и бесповоротно повреждены. Все усилия были потрачены впустую. Какой смысл был в его фанатичном цеплянии за жизнь? Ответ на этот вопрос был глубоко прозаичен, истекая кровью, страдая от невыносимой боли, Джону было глубоко плевать на весь окружающий мир, ему просто хотелось жить и даже испытываемые им страдания, не могли поколебать его желание.

С трудом приоткрыв первую попавшуюся дверь, он словно червяк прополз в женский туалет, об этом красноречиво свидетельствовала табличка, прикреплённая к двери, впрочем, никакого пиетета перед этим местом Джон не испытывал.

Оказавшись в женском царстве, в которое в обычной ситуации нет хода мужчине, он оказался лицом к лицу с бардаком и хаосом царившем в этом месте. Пол был усыпан окурками и грязными, использованными прокладками, зачастую жёлтые и дурно пахнущие, они, как назло, располагались прямо на пути Джона, самым отвратительным было его падение лицом в дурно пахнущую лужу, бравшую начало в одной из кабинок.

Джон прекрасно понимал, что прятаться в подобном месте не лучшая затея, особенно в его случае, когда кровавые разводы явно укажут преследователям на укрытие, в котором он решил спрятаться, но и сил продолжать движение у него не было. Ему оставалось лишь надеется на удачу, благодаря которой его преследователям будет не до него.

Попав в самую дальнюю кабинку, Джон из последних сил закрыл за собой дверь, забившись в угол между унитазом и холодной стеной. Да, теперь он хорошо стал ощущать холод, боль, и всё остальное, после попадания в его организм неизвестной дряни, он похоже вновь стал обычным человеком, который подохнет в женском туалете от кровопотери.

“Наверняка, какой-нибудь извращенец с радостью бы выбрал это место для последних мгновений жизни” – невесело подумал Джон, пытаясь проморгаться от никак не желающих оставить его в покое разноцветных точек, стоящих перед глазами. Пострадавшее от вражеского выстрела плечо, в очередной раз резко дёрнуло, заставив Джона яростно зашипеть. Непроизвольно дернув своей рукой, он услышал, звук падения чего-то металлического на пол. В тот же миг, само плечо перестало дёргать, ощущения будто на его руке собирается извергнуться вулкан пропали, оставив после себя лишь ноющую боль.

“Может я всё ещё что-то могу” - холод сливного бачка слегка отгонял боль и жар, позволяя ему немного привести свои мысли в порядок – “в любом случае, у меня нет времени на восстановление, за мной придут раньше”

Минута, сменяла другую, а преследователи по-прежнему не торопились посетить его скромную обитель. Джон глубоко сомневался в том, что солдаты размышляют на тему того, как его выкурить из помещения.

“Так почему они медлят?” – Джон упорно гнал от себя волнительную мысль о том, что и на этот раз ему повезёт выкрутится из довольно-таки серьёзной проблемы. Единственной возможностью избежать встречи с преследователями может стать прорыв штурмовых отрядов на территорию комплекса, и тогда, возможно на него махнут рукой.

Казалось, поутихшая боль вернулась в троекратном размере, заставив Джона закричать что есть мочи, густая кровь, мощными толчками вылетала из его горла забрызгивая всё вокруг, а тело потеряло всяческую чувствительность, парализованный, имеющий возможность только бессильно кричать, Джон не слышал, как снаружи его укрытия начала перестрелка между защитниками и нападающими.

Не слышал он и гневных криков капитана, раздающих указания своим бойцам, не слышал стоны умирающих людей, столкнувшихся с такими же профессионалами, сумевшими получить доступ камерам, лишив противника глаз. Застигнув врага врасплох, находящихся у двери туалета бойцов, они сполна воспользовались своим преимуществом, не потеряв при атаке ни одного человека.

В какой-то степени, Джону благоволила удача, пусть и столь своеобразным способом. Отряд Браво, целью которого являлся законсервированный в следствии заражения отдел генетики и вирусологии, в процессе выполнения задачи получил новый приказ, любой ценой захватить и эвакуировать особо важный объект, не допустив его уничтожения.

****

— На связи отряд Браво, объект у нас, состояние критическое, шансы на выживание – одетый в сегментированную броню чёрного цвета, выглядящую так, словно она вышла прямиком со страниц космической фантастики, её обладатель, вопросительно посмотрел на медика внимательно осматривающего Джона.

— Пятьдесят на пятьдесят – раздался из-под чёрного шлема искажённый голос, в котором невозможно было узнать пол говорившего. – Объект проявляет попытки к самовосстановлению, но в следствии в ведения антивируса, прогнозирование вероятного исхода невозможно, предполагаю, что без оказания специализированной помощи объект умрёт.

После недолгого молчания, рация вновь ожила.

— Постараться доставить объект на точку эвакуации, приоритет низкий, приказываю вернутся к выполнению основной части операции.

— Так точно

Закончив сеанс связи с командованием, командир обратил внимание на своих подчинённых. – Этого, пакуем, ввести несколько доз транквилизатора, и хорошенько связать, в дальнейшим в близкий контакт не вступать. При любой подозрительной активности, объект уничтожить.

- Транквилизатор, может его убить, командир - поспешил предупредить о последствиях доктор, тем не менее, достав из рюкзака, инъектор.

— Было бы прекрасно, у меня нет никакого желания проверять на себе возможности этого мутанта, коли – приказал мужчина, направившись на выход.

— Так точно

С едва слышимым пшиком, янтарное вещество ампулы попало внутрь организма Джона, добавляя его сердцу, и без того работающему на износ, дополнительную нагрузку. Отбросив использованную ампулу в сторону, доктор отошёл от едва дышащего тела объекта, не мешая своим товарищам его связать, крепкой даже на вид, верёвкой.

****

Джон пришёл в себя рывком, стоило его голове повстречаться с очередным углом, столкновение с которым произошло из-за слишком длинной верёвки и наплевательского отношения бойца, который тянул его за собой. Его спасители-похитители, которых несмотря на всю свою благодарность за спасение он бы убил без зазрения совести, своим мастерским владением верёвкой, превратили его в какую-то куколку насекомого, исключив всяческую возможность покинуть столь тесный плен.

Больше всего, Джона пугала возможность слышать происходящее вокруг, при этом не имея возможности пошевелить даже мизинцем правой руки. Более того, он даже не чувствовал мизинец. Попытавшись слегка приоткрыть веки, чтобы оценить происходящее перед ним, он так же с всё возрастающим ужасом констатировал неудачу. Он совершенно не чувствовал своего тела, слух и язык, которым он мог слегка двигать, были единственным чем он мог пользоваться.

“Хорошо же они постарались, даже не укусить” – констатировал Джон, нащупав кончиком языка кляп во рту. Единственной хорошей новостью, точнее двумя хорошими новостями, было его присутствие в этом мире и поутихшая боль, снизившаяся в разы.

Его захватчики были не многословны, но даже из их скупой речи, он смог понять, что они направляются в какую-то заблокированную лабораторию, в котором, безумные ученые доэксперементировались, убив себя и окружающих. И отряду, вместе с поневоле примкнувшим к нему Джону, предстояло выяснить, что же за разработки там находились. А судя по интересу руководства, направившего отряд на эту миссию, исследовали там нечто необычное. И Джона подобное путешествие пугало до дрожи в коленях, конечно, если бы он мог ими пошевелить. Богатая фантазия, и уже увиденное в развернувшемся в городе кошмаре, говорили ему, что их там ничего хорошего не ждёт. И если солдаты смогут себя защитить, то кто защитит Джона, от прячущихся во тьме монстров. А то, что их там будут ждать, он не сомневался, задаваясь одним и тем же вопросом, почему обитатели лабораторного комплекса, не отправили своих людей на зачистку помещений, в которых хранилось множество полезной информации, или же у них и так был доступ к нужным данным, но тогда почему отряд всё равно направляется в это место, а не например, к главному компьютеру в котором наверняка, находятся результаты исследований.

Внезапно всякое движение прекратилось. Тянущий Джона солдат замер на месте, повинуясь команде головного дозора.

— Мы на месте – произнёс командир отряда Браво – Искра и Тайфун, установить наблюдение за коридором – указал мужчина на коридор откуда они пришли. – Очкарик, начинай взлом, у тебя десять минут.

Указанный мужчина, бросился к панели, находящейся неподалёку от огромных створок механизма, перекрывшего дальнейшую дорогу в лабораторию. Остальные члены отряда разбрелись по сторонам, цепко осматривая скудное наполнение круглого, с гладкими стенами зала, в котором было лишь два прохода, один из которого пришёл отряд, и второй, ведущий в отрезанный от остального мира отдел.

— Не нравится мне это место – поделился своими переживаниями один из бойцов, - смахивает всё на одну большую западню, в которую мы сунулись очертя голову. Этот стол и компьютер с цветком, да он даже ни к чему не подключён, - боец отбросил от себя шнур питания.

— Ты прав Гранит, это ловушка, и она сработает, если мы не сможем открыть эту чёртову дверь – утвердительно кивнул головой командир отряда – и к слову, получается ты не читал информацию по нашей миссии?

— А .. э?!? – замычал боец не зная, что и ответить, своему командиру. Прислушавшиеся к разговору бойцы позволили себе едкие смешки в сторону глупо проколовшегося члена команды, это была не первая их миссия, и столь небрежное отношение Гранита к бумажной работе, с лихвой компенсировалась его боевыми навыками, за которые его и терпели, а не например оставили лежать с пулей в тупоголовой башке.

А вот Джон, услышавший эту речь, похолодел от ужаса, ему даже показалось, что от этой отвратительной новости к нему вернулась чувствительность в руках, жаль, что с такой плотной натяжкой, он всё равно не мог этого проверить, да и особого толку от этого не было. Слабость никуда не думала уходить.

“Просто прекрасно, мы можем подохнуть прямо в этом месте” – в подтверждение его слов, путь которым они пришли сюда перегородила толстая заслонка, упавшая сверху. По помещению раздались глухие щелчки откуда с шипением начал выходить неизвестный газ.

— Ахахах, - облегчённо вздохнул Гранит – это всего лишь ядовитый газ, вот почему вы все такие спокойные, костюм нас защитит – он звонко ударил себя по нагрудной пластине – могли бы сразу мне сказать, а то я, признаться, порядком разнервничался, ахахаха – продолжил неловко смеяться мужчина, ощущая себя полнейшим дураком.

— Нет, ты неправ- невозмутимо произнёс командир отряда, — это обычный газ, в течение пяти минут, им наполнится вся комната, а затем, одна искра, и нас разорвёт на кусочки, костюм от этого не защитит.

— Оч-очкарик – Гранит попытался обратится к подключившему к панели переносной компьютер мужчине, за что сразу получил подзатыльник от стоящего рядом с ним коллеги.

— Не отвлекай его!

— Д-да

Если бы на голове Очкарика не было шлема, то все бы увидели, насколько сильно он вспотел от напряжения, прорываясь сквозь многоуровневую защиту створок. Времени оставалось всё меньше и меньше, даже спокойный и невозмутимый командир отряда, начал нервно дёргать своей рукой, нервируя ещё больше своих подчинённых, смотрящих на него, как на единственный островок спокойствия.

— Есть – по помещению раздался громкий писк. Медленно, при этом бесшумно, створки ворот начали расходится в обе стороны. Убедившись, что необходимый для прохождения зазор получен, Очкарик заблокировал дальнейшее движение створок. До активации защитного механизма оставалось меньше минуты.

— Шевелитесь, живо – живо.

“Я спасён” – облегчённо выдохнул, Джон, почувствовав, как его вновь начали тащить. Уходивший последним, Очкарик отдал команду на закрытие створок.

Стоило исчезнуть чрезвычайно узкой полоске света, как за многотонными воротами раздался оглушительный взрыв. Сильно тряхнувший всё вокруг.

Вязкое полотно тьмы прорезали мощные лучи фонариков. Хорошенько рассмотрев происходящее, никто из бойцов отряда не смог остаться равнодушным от увиденного.

— Что … за, откуда здесь паутина?

— Пауки, какие огромные!

— Открыть огонь!

“Ненавижу пауков, лучше бы меня взорвали” – побелел от ужаса Джон.

Глава 14. Долгий день

- Перезаряжаюсь – крикнул солдат, отточенным движением вытаскивая из оружия использованную обойму и отбрасывая её за спину. Не сводя своего взгляда с выбранной цели, он вытащил из нагрудного кармана новую обойму, так же на ощупь, молниеносно вставил её в оружие. Передёрнув затвор, он открыл огонь. Десять секунд, потраченных на перезарядку и мохнатый членистоногий размером с крупного волкодава камнем падает вниз, придавливая своего нерасторопного собрата.

Поначалу вялые и неуверенно двигающиеся, словно недавно вышедшие из спячки, с каждой секундой боя, оставшиеся в живых пауки сбрасывали с себя оцепенение, вопреки своим инстинктам бездумно бросаясь в сторону стоящих полукругом бойцов.

- Очкарик, ну что там? Шевели своими культяпками, пока нас не сожрали – приказал командир группировки. В его обычно спокойном голосе явно угадывались нотки раздражения и нетерпения. Стоя на перекрестке, они не могли так просто отступить. Позади герметично закрытые створки дверей. Коридор слева преграждал им путь преградой из офисной мебели, сваленной в огромную кучу. К его большому неудовольствию для их противников, эта преграда была разве что небольшой помехой, крепкие лапки позволяли своим хозяевам с успехом использовать стены и потолок в качестве поверхности для передвижения.

Значит у них осталось лишь два пути, коридор по середине, из которого наиболее активно выбегали оголодавшие твари или же коридор ведущий направо, оттуда, пусть и в меньшем количестве так же пёрли расплодившиеся членистоногие. Если и отходить, то через него, вопрос заключался лишь в том, смогут ли они затем добраться до сервера, что находился от них в противоположенной части заблокированного на карантин комплекса. Усы уже немолодого мужчины стояли дыбом от перспективы пробиваться через главный коридор, который приведёт стопроцентно их отряд к искомой цели, поэтому он питал особую надежду на то огромное количество взрывчатки, которое они тащили на своих плечах, пожертвовав другим снаряжением, и именно на неё он возлагал своим надежды, она их путь на свободу.

- Нашёл, - воскликнул склонившийся над своим компьютером Очкарик, - части лаборатории изолированы друг от друга, но в одном месте сортиры находятся непозволительно близко друг к другу, нам остаётся только снести разделяющую их преграду.

- Отлично, все слышали, отходим через правый коридор, Бум и Червь, прикрываете спину, Гранит, зажигательную в дрова, Пес и Пророк, осколочные по моей команде в главный коридор, остальные готовность – уверенным голосом командир раздавал своим подчинённым команды.

Дождавшись того, как брошенный Гранитом снаряд с красной маркировкой подожжёт баррикаду, трое людей со всей силы бросили осколочные гранаты в прижимающую их толпу членистоногих.

- БАХ-БАХ-БАХ, - прогремели друг за другом три гранаты. Осколки, вылетевшие из тесной оболочки с легкостью, прошивали скучковавшихся членистоногих, разрывая их тела и отсекая лапы. Казавшаяся несокрушимой волна будто споткнулась о невидимую преграду, разом растеряв весь свой запал.

На некоторое время коридор заволокло дымом.

- Уходим, живо – повторил свой приказ, командир. Поворачивая свою голову в сторону нужного им прохода, краем глаза он успел заметить вылетевшее из завесы нечто, болотного цвета и плотной текстуры, оно пролетело там, где ещё доли секунды назад был Гранит, вовремя заметивший угрозу, он, не раздумывая совершил кувырок в сторону, пропуская над собой неопознанный объект, который на полной скорости врезался в лежащего неподвижно Джона. Плотный комок, при соприкосновении с объектом расплескался во все стороны, намертво прибывая к полу невезучего парня.

- ПАУТИНА, ЭТИ СУКИ КИДАЮТСЯ ПАУТИНОЙ, - заорал Гранит, уперев приклад оружия в плечо он открыл огонь по тому месту откуда вылетела липкая субстанция. Выпущенные пули бессильно выбили бетонную крошку, не встретив на своём пути противника.

– Дерьмо, он ещё и прыгать умеет, - паук, судя по всему, обладающий каким-то зачатком интеллекта оперившись на задние лапки, совершил ловкий прыжок на противоположенную стену. От остальных особей его отличало не только умение прыгать, но и строение тела. Вместо четырёх глаз, он имел восемь, первая пара глаз расположенная прямо над педипальпами особенно сильно выделялась своими размерами, да и сами педипальпы были больше похожи на острые жвала для разрывания плоти, чем на конечности для удержания пищи.

Промазав по врагу, Гранит только и успел вновь крикнуть – БЕРЕГИСЬ!

Брюшко паука дёрнулось, выстреливая вперёд ещё одним комком паутины, покрытой к тому же, каким-то ядом. Не дожидаясь результатов попадания липкой субстанции, паук, споро передвигая своими конечностями, совершил поистине гигантский прыжок вперёд, влетая в построение солдат.

Видя, как удлинённые передние лапы, увенчанные острыми когтями, приближаются к нему, Гранит быстро подался назад. Находясь в падении, он зажал курок, осыпая врага градом свинцовых пуль. Горячие гильзы водопадом падали прямо на лежащего на спине мужчину, с ног до головы, забрызганного прозрачной кровью членистоного. Шустрая тушка членистоного испустившего дух ещё в полёте тем не менее смогла захватить с собой на тот свет одного из солдат. Разрезав на две части зазевавшегося Червя, паук на полной скорости врезался в опутанного паутиной Джона снося его вместе с собой вперёд.

- РЮКЗАК, ВОЗЬМИТЕ ЕГО РЮКЗАК – не склонные к рефлексии солдаты, с безразличием встретили смерть одного из своих, больше занятые отстрелом пауков. Резво вскочив на ноги, Гранит подбежал лежащему в огромной луже крови Червю. Быстро стащив со своего товарища рюкзак, и ничуть не заботясь о судьбе Джона погребённого под тушей паука, он побежал к своей группе. Девять бойцов словно спринтеры рванули вперёд, безжалостно истребляя всё живое что встречалось им по пути, дым, исходящий от огня, начинал уже полноценно властвовать в коридоре, затрудняя обзор.

Во всей этой неразберихе, и стрельбе, судьба одного человека, никого не волновала, к тому же Джон был всего лишь побочной целью, и его потеря могла вызвать лишь краткий миг сожаления у учёных корпорации, лишившихся интересного образца.

***

Джон возвращался из беспамятства с большим трудом, он словно пытался выбраться из глубокой трясины, с каждом шагом желающей засосать его на всё большую глубину. Перед тем как провалиться в беспамятство, он слышал ставшие за последнее время вполне привычные звуки, переговоры солдат, грохот выстрелов, звук падения тел. Сейчас же, стоило ему только прийти в себя, он почувствовал совершенно другое, все звуки перебил треск огня. Будто этого мало, ко всей палитре и без того неприятных ощущений добавилось жжение по всему телу, особенно сильно горело лицо, измазанное какой-то жидкостью по ощущениям больше похожей на слизь. Невольно попытавшись пошевелить своей рукой чтобы стереть едкое вещество со своего лица, Джон заорал от боли, пронзившей его живот. Беспорядочно водя своей рукой по телу, он смог нащупать острый предмет, застрявший в брюшной полости.

Попытавшись сделать глубокий вздох и успокоиться, он закашлялся от попавшего в его лёгкие дыма. Каждый раз, стоило ему кашлянуть, как его тело тут же содрогалась от нового приступа боли, не выдержав мучений, Джон схватился за острый предмет своей рукой, потянул его в сторону, совершенно не задумываясь о последствиях, и не обращая внимания на боль в тотчас порезанной руке. Очередной пронзительный вскрик, и острый коготь, застрявший в его теле, был отброшен прочь. Кровь, получившая путь наружу, не успела покинуть пределы его тела, закупоренная заполонившей рану слизью, вытекшей из тела паука.

“Нужно сваливать, сейчас же” – билась в голове Джона одна и та же мысль. Но что он мог поделать в такой ситуации, его тело было чем-то придавлено, он мог управлять лишь своей правой рукой, да и та постепенно начинала неметь, грозя вот-вот повиснуть безвольной плетью.

Дотянувшись до своего лица, дрожащей, как у старика рукой, он наконец смог снять с век излишки слизи. Открытые глаза резануло болью, все предметы вокруг него были затянуты дымкой, перед глазами будто нависла пелена. Усиленно моргая, он пытался разглядеть, что же его придавило и увиденное заставило его содрогнуться и скривиться от отвращения.

“Паук, ну конечно, огромный паук, кого же я ещё мог встретить в этом месте кроме паука.” - Джон с детства боялся пауков, змей и прочих тварей, чей укус может отправить его к праотцам. И теперь он поближе познакомился с одним из своих кошмаров. “Нет сил” – попытавшись приподнять тело членистоногого он лишь причинил себе боль, бессильно скользнув рукой по отвратительному монстру. В очередной раз на него напал мучительный кашель, стоило ему приподнять голову, как дым, будто ожидая приглашения радостно проник в его лёгкие.

Как бы сильно он хотел, чтобы лежащий на нём паук на самом деле был бы аппетитной палкой сырокопчёной колбасы. Все попытки Джона пробудить механизм, позволяющий ему без особого труда поглощать источники так необходимых ему строительных материалов, разбивались о пустоту. Время очень сильно поджимало его, в буквальном смысле обжигая пятки.

“Придётся по старинке” – проведя языком по зубам и нащупав лишь свои обычные коренные зубы, вместо бритвенной остроты клыков, Джона в который раз передёрнуло от омерзения. Если раньше он был персонажем какой-то компьютерной игры, наблюдая по большей части за процессом поглощения ос стороны, то теперь ему необходимо проявить инициативу в полной мере.

Из последних сил ухватившись рукой за рваную рану а теле паука, Джон, задержав дыхание приподнял свою голову, оказавшись в плотную к плоти сочащейся прозрачной слизью – “приятного аппетита”. Раз за разом вгрызаясь в плоть мёртвого паука, он со всей тщательностью пережёвывал мясо по ощущениям ничем не отличающееся от резины. Представляя в мыслях курицу, Джон заставлял себя активно сжимать и разжимать челюсти, попутно сдирая правую руку в кровь, он с трудом отдирал хитин, расширяя отверстие, в которое, намеривался полностью засунуть свою голову.

В какой-то момент, медленное пожирание паука дало результат, Джон начал ощущать боль во всех конечностях, как будто до этого момента, он их отлежал, а сейчас кровообращение начало восстанавливаться, ослабший организм с радостью и непомерным энтузиазмом принялся расщеплять и поглощать попадающую в ротовую полость пищу, не дожидаясь того момента, когда она полностью попадёт в желудок. Вирус, сделавший его сверхчеловеком, наконец смог выйти победителем из долгой схватки со своим антагонистом, многим пришлось пожертвовать, но в конце концов, он смог эволюционировать, скрывая свои клетки от атакующих, а затем мимикрировав, он расправился со своим противником, вырабатывая иммунитет. И сейчас, получив определённую дозу строительного материала, он начал экстренно приводить организм носителя в приемлемое состояние, излечивая его раны, давая тем самым шанс на спасение.

“Хватит” – спустя десяток минут в голову Джона пришло понимание, что большего он с этого паука не получит, слишком ослабли его возможности, слишком сильно замедлилась скорость поглощения. С лёгким рычанием, Джон приподнял паука, вытаскивая из-под него свою левую руку, затем, уподобившись червю, он стал извиваться, отталкиваясь ногами от пола и тела паука, он смог покинуть крепко держащую его ловушку.

На короткое время, луч лежащего неподалёку от него фонарика, прикреплённого к автомату, ослепил его. Стараясь сильно не поднимать свою голову, Джон пополз в сторону мертвого солдата в надежде поиметь с него хоть что-то, что поможет ему защитить свою жизнь и отбиться от местных обитателей.

Схватив автомат, он подполз к мертвецу, лежащему на расстоянии вытянутой руки. Ему повезло, что перед ним лежала верхняя часть туловища, на которой находились так необходимые ему обоймы с патронами. Не обращая внимание на кишки лежащие прямо перед его носом, он счастливо улыбнулся, держа в руках два наполненных до верху магазина.

Направив луч фонаря перед собой, Джон пополз вперёд, совершенно не заботясь о своём окружении, если бы его кто-то мог и хотел сожрать, то этот кто-то так бы и поступил. В отличии от зомби, пауки всё же являлись живыми организмами, и едкий дым вкупе с раскалённым пламенем были для них очень некомфортной средой обитания, от которой они стремились убраться как можно дальше.

Огонь позади разгорался всё сильнее, пламя добравшись до неподвижно лежащих тел пауков взметнулось высь, окутывая всё пространство перед воротами чёрным дымом. “Если бы не очнулся вовремя, мне бы пришёл конец” – думал Джон, обильно потея от быстрого передвижения ползком, не самый удобный способ, но попробовав передвигаться на четвереньках, он чуть было не потерял сознания надышавшись отравой.

- Вымахали же твари – зло шептали потрескавшиеся губы Джона, пока он старательно петлял между членистоногими, горячо надеясь на то, что они окончательно сдохли. Очень сильно хотелось пить, он бы не отказался даже от самой затхлой воды, лишь бы глотнуть чего-то отличного от крови убитых им врагов. Очень сильно, да невозможности, ему захотелось скушать сэндвич с тунцом, и макароны с горкой, покрытые сыром.

“Съем столько, что из ушей полезет” – дал себе обещание Джон, внимательно следя за гильзами на полу, они были его единственным ориентиром в этом месте. Следовать за группой солдат желавших отправить его на опыты было не самой лучшей идей в обычной ситуации, но сейчас ему необходимо рискнуть, потому что они-то явно имели какой-то план, а его задачей было стать маленькой, незаметной мышкой и тихо прокрасться за солдатами к выходу из этого места, постаравшись не влипнуть в неприятности по пути.

Чем дальше он отодвигался от бушующего пламени, тем чище становился воздух, пока в какой-то момент, Джон не осознал, что его дыханию уже ничто не мешает. Тяжело дыша, он наконец прислонился к стене, выделив себе несколько минут на отдых.

- Фуфф, - выдохнул Джон, положив автомат себе на колени. Дорожка из гильз привела его в короткий коридор, с несколькими дверями на противоположенных сторонах. Недалеко от этого места закончилась схватка, судя по всему, кровожадные пауки закончились быстрее, чем закончились патроны у солдат. А это означает, что в этом месте, относительно безопасно и можно слегка расслабиться.

“Джеймс Килсборн” – Джон прочитал табличку на закрытой двери. С кряхтением поднявшись, он замер на несколько секунд старательно прислушиваясь к происходящему вокруг. Тишина. Ни стонов, ни топота, ничего. Пол уже достаточно пыльный, поэтому на нём отчётливо видны следы солдат, по которым он обязательно проследует, но сейчас ему хотелось решить ещё проблему, связанную с водой. В офисах, кабинетах, зачастую можно увидеть пластиковые баллоны с питьевой водой, и он очень хотел пить, более того, он чувствовал, что ему необходима вода, одна только мысль о ней сводила с ума, заставляя его действовать решительнее.

Повернув ручку двери, он резко потянул её на себя, на всякий случай отпрыгивая назад, наводя при это на проём своё оружие.

Чисто. Луч света выхватил из тьмы лишь обычный деревянный шкаф, и вешалку с висящей на ней халатом. Делая маленькие шажки, Джон неспеша подходил к проёму, опасаясь внезапного нападения затаившегося хозяина кабинета. Тяжёлая отдышка и слабость являются неважным подспорьем в ближнем бою. Капелька пота скатилась по его щеке, повиснув на подбородке. Сжав автомат покрепче, он переступил порог, освещая фонарём оставшуюся в не поля зрения часть кабинета – пусто.

- Уффф, - Джон провёл своей рукой по лицу, стряхивая на пол застилающую глаза жидкость. Было непривычно чувствовать свою слабость вновь. Призраки прошлого решили заявить о себе в очень неудачный момент, наполняя разум Джона неприглядными картинками. От зомби он отобьётся, но что делать если против него выступит лизун, или тот монстр, с которым он столкнулся в холле университета.

“Таак, я не должен думать об этом, всё хорошо, дыши Джон, просто дыши” – он со свистом вдыхал затхлый воздух кабинета, и медленно выпускал его наружу. “Всё будет хорошо, я тут оди… ” – сеанс самоуспокоения прервал едва слышимый цокот, который остался бы им не замечен, если бы этот неизвестный не задел нечто металлическое, издавшее глухой звон. Бросившись к двери, Джон потянул её на себя, стараясь закрыть её как можно тише. Лёгкий щелчок и язычок замка встаёт в паз, не позволяющий открыть дверь не повернув ручку.

“Показалось?” – Джон старался даже не дышать, полностью обратившись в слух. Пропавший было цокот, появился вновь, став гораздо ближе, напряжённо смотря на дверь, Джон вновь начал молиться, прося всемогущее существо на небесах лишь об одном – “Пусть пройдёт мимо, Господи, пожалуйста”.

- Тук – тук – тук – раздалось из-за двери, и всё затихло, будто бы находившееся за дверью существо замерло без единого движения, ожидая пока Джон соизволит открыть дверь. “Не, не, не – я отсюда никуда не выйду урод, можешь даже не надеяться” - подумал Джон, - “интересно, сколько пуль осталось в обойме?” – он, конечно, мог выпустить в дверь очередь, но следом за этим вставал животрепещущий вопрос, а кто стоит за дверью и самое главное, сколько их?

- Тук – тук – тук – раздалось вновь из-за двери, стук чего-то острого об дерево сменился обычным, едва слышимым цокотом, и этот звук вновь начал отдаляться. “Сраные пауки, лазят, где им вздумается, а мне теперь штаны менять” – жалко улыбнулся Джон, опустив оружие. Томительное ожидание вымотало его похлеще предыдущего марафона по перемещению на дальние дистанции ползком.

- Вода, мне нужна вода, - бубнил себе под нос Джон, осматривая кабинет. К его большому сожалению, хозяин кабинета не хранил у себя ёмкость с водой, но, проходя мимо стола к противоположенной стене, нога Джона уперлась во что-то твёрдое, от удара издавшее всплеск. – Надеюсь в аду, куда ты определённо попал, ублюдок, тебе не будут вставлять раскалённые вилы в задницу, а просто сварят в чане с маслом – произнёс Джон, вскрывая небольшую пачку с полулитровыми бутылками с водой. - Шесть штук, шесть литров, то, что надо, идите к папочке – поднеся первую бутылку ко рту, он с наслаждением сделал первый глоток. Тёплая, но такая вкусная вода с невероятной скоростью исчезла из бутылки. Ему показалось что он сделал всего лишь один глоток, как бутылка показала дно.

“Что может быть лучше воды” – Джон удовлетворённо погладил себя по животу, только последняя бутылка смогла потушить пожар жажды, горящий внутри него. Вместе с последней каплей, к нему вернулся оптимизм, да и апатия и вселенская усталость, отошли на второй план, ему наконец-то полегчало.

Большое офисное кресло, стоящее у невзрачного стола, так и манило его. Джон хотелось присесть в него хотя бы на одну минутку, откинуть голову на такой удобный подголовник, и подумать о том, что ему предстоит сделать. Уже подойдя к нему в плотную, он смог найти в себе силы, сделать шаг назад. Неизвестно, как далеко ушли солдаты, и где их ему потом искать, он и так потратил непозволительно много времени на то, чтобы прийти в себя.

“Я должен … “ – с тихим щелчком, потухший давным-давно диод монитора загорелся красным, с легким потрескиванием по всему комплексу начали разгораться осветительные приборы, а по воздуховоду пронёсся протяжный гул и свист.

“Я должен поторопиться”. Солдаты умудрились достичь точки назначения, к тому же разобравшись с отсутствующим питанием. Джон не знал, насколько хватит генератора, но появившимся преимуществом перед местным зверинцем он должен был воспользоваться на полную катушку. Пауки или ещё какие черти, взращенные в этом месте, Джон был готов убить любого, кто встанет между ним и долгожданной свободой.

И всё же, несмотря на свою браваду, к открытию двери он подошёл с большой долей осторожности, несколько минут всматриваясь в приоткрытую щель, он напрягал весь свой слух, для того чтобы не попасть в переплёт на ровном месте.

Насколько же проще становиться делать что-либо при достаточном уровне освещения, избавленный от того, чтобы внимательно обшаривать лучом фонаря каждый угол, Джон споро продвигался вперёд, следуя за отпечатками солдатских сапог. Одни помещения сменяли другие, какие-то кабинеты были подписаны, другие были безликими, заставляя гадать Джона о том, что же находилось за этими дверьми.

Где-то он шёл быстро, почти не обращая ни на что внимание, в других местах, где он встречал тела упокоенных солдатами зомби, он замедлял скорость почти до минимума, внимательно всё осматривая и замирая соляным столбом при каждом подозрительном шуме. Из некоторых место доносились утробные завывания находящихся там постояльцев, и положа руку на сердце, Джон даже не хотел выяснять кто же находится в прикрытых тканью клетках.

В какой-то момент он был вынужден остановиться, с недоумением смотря на отпечатки обуви, скрывающиеся в женском туалете, рядом, конечно, были следы человеческой активности, но все они не имели никакого продолжения, а значит бойцы решили проложить свой путь через эту обитель. Об этом так ярко свидетельствовала огромная трещина на стене, да и сама дверь держалась лишь на одной петле.

“ У них точно есть план” – с удовлетворением отметил Джон, разглядывая дыру в стене. Портал между сортирами, в этом определённо было что-то завораживающее и таинственное, переступая через гору битого кирпича, Джон словно оказался в другом мире. Мире, где женские прокладки и бычки не лежали на полу. “Точно, мужской” – посмотрев на стройный ряд писуаров, он испытал определённую гордость за мужчин, не превративших свой туалет в свалку.

- Твою же мать, - у него вырвался возглас удивления, стоило ему завернуть за угол, как его взору открылась невероятная картина. Огромных размеров бассейн, с растущим на берегу тропическим лесом, такая себе замкнутая экосистема в отдельно взятой лаборатории. Бассейн разделял территорию огромного помещения на две части. От того места, где стоял Джон тянулся длинный, крытый коридор, стоящий огромных бетонных опорах, все окна помимо толстого стекла были обнесены толстой металлической сеткой, даже потолок не избежал этой участи, металл был везде, словно строители опасались того, что будет обитать в этом месте.

Позабыв обо всём, он заворожённо смотрел на воду пытаясь представить, что же может прятаться под толщей воды, а то, что этот огромный резервуар находится здесь не просто так, он ничуть не сомневался. Как-то вполне естественно на гладкой поверхности воды показалось всплывшее с глубины, исполинских размеров дерево, покрытое тиной.

Дерево, которое внезапно посмотрело на Джона своими ярко-жёлтыми глазами с вытянутым зрачком. Этот взгляд огромного ящера приморозил его к полу, и Джон не сомневался, огромный, голодный ящер, прекрасно его видел. Такого громадного мутанта и танк с первого раза не возьмёт, не говоря уж о простом человеке.

Резко мотнув головой, Джон по-новому посмотрел на коридор, по которому ему предстояло пройти вперёд, все эти меры предосторожности, враз показали ему слишком ненадёжными и недостаточными для безопасного нахождения в этом месте. Он ни капли не сомневался, что мощные челюсти этого монстра с одинаковой лёгкостью крошат бетон и гнут металл.

Поборов свой приступ паники, Джон собрался идти вперёд, как его настигла одна очень важная мысль – “А куда денутся солдаты, пойдут обратно или же где-то там есть выход”. На всём этом протяжённом участке, он будет как на ладони, не имея возможности в случае чего скрыться от противника, а со своим нынешним состоянием, он не был уверен в том, что успеет совершить хоть один выстрел перед тем, как его убьёт вражеская пуля.

- БАААААМ – по правой стороне от него раздался мощный взрыв, проделавший в резервуаре с жидкостью огромную дыру. Его сила была столь велика, что ударной волной выбило всё ударопрочные стёкла. Вода с рёвом хлынула в образовавшуюся дыру, громкий гул, издаваемый ей при этом, оглушал, словно на какое-то мгновение, Джон оказался неподалёку от Ниагарского водопада.

- А как вы будете разбираться с крокодилом никчёмные вы мудилы – разнёсся по коридору отчаянный крик, моментально заглушённый яростью водной стихии. Похоже единственным доступным выходом из лаборатории оказался пробой в проходящую неподалёку канализацию, чьи огромные тоннели выдержат и не такой поток воды, как, впрочем, в них себя будет комфортно чувствовать и неспешно плывущий к дыре ящер. Воды было так много, что на её слив понадобилось около двадцати минут, после которых вода перестала засасываться в пробоину.

Встав на ноги, слегка пошатываясь, он всё же решил продолжить движение вперёд, пока отмороженные на всю голову солдаты, не взорвали что-то ещё. Под ногами весело хрустело стекло, с каждым пройденным метром, дверь в местный пункт управления становилась всё ближе. Стараясь сильно не шуметь, он зашёл внутрь помещения. Множество мониторов всевозможных размеров, просто невероятное количество пультов управления, место просто изобиловало новейшей по любым меркам техникой, управляющей огромным комплексом и следящей за состоянием обитателей.

Недалеко от входа обнаружилась и лестница ведущая вниз, прямиком в технические помещения, металлические ступени гулко грохотали, как бы тихо он не старался по ним ступать. Огромное количество труб и кабелей расходилось из этого места во все стороны, извиваясь словно змеи они терялись в стенах и потолке.

Ушли. Солдаты не стали медлить, предпочтя покинуть это место, как только поток воды спадёт. Они подорвали технический проход, тянущийся между канализацией и резервуаром с водой. Интересно, знали ли они об местном обитателе или же нет. Подойдя почти вплотную к огромной дыре, Джон резко нырнул за угол, затаив дыхание.

Медленно словно в фильме ужасов, со стороны резервуара показалась длинная пасть крокодила, неспешно выбирающегося из привычной среды обитания в неизведанную темноту тоннелей городской канализации. Огромный гребень с противными скрежетом прошёлся по потолку оставляя после себя глубокую полосу.

“Их там было двое” – лицо Джона побелело от испуга, ему резко расхотелось соваться в канализацию, только не тогда, когда там обитают такие чудовища.

Выждав для надёжности около получаса, Джон, собрав свою волю в кулак, не забывая постоянно оглядываться на неподвижную гладь воды высунул свою голову в тоннель. Избыток воды ушёл, оставив после себя лишь доверху заполненный желоб, в котором как раз идеально мог спрятаться опасный хищник.

Из хороших новостей, на противоположенной стороне тоннеля, зиял чернотой провал двери, в которую не влезет столь огромная машина смерти. Осталось дело за малым, преодолеть небольшой мостик, и Джон будет находится в относительной безопасности, если не брать в расчёт наверняка ошивающихся во тьме переходов – зомби.

Его руки дрожали, впрочем, всё его тело дрожало, как у болонки, оставшейся без любимой хозяйки. Шажок за шажком, и ещё один маленький шажок, боясь поскользнуться, Джон приближался металлическому мостику, до рези в глазах вглядываясь в мутную воду. Его осторожности и терпения, хватила лишь до этого момента

- В ЖОПУ– Джон сорвался с места подобно ракете, позабыв про сводящую с ума слабость. Можно сказать, это его и спасло, появившаяся из воды пасть, бессильно щёлкнула своими невероятно острыми зубами в том месте, где ещё недавно находилась тощая задница Джона. Крича от ужаса, потеряв власть над своим мочевым пузырём, Джон словно оказавшись в невесомости оторвался от пола пропуская под собой шипастый хвост крокодила, изогнувшегося неведомым образом лишь затем, чтобы оглушить шуструю добычу мощным ударом хвоста.

Медленно появившийся в проходе и сильно погрызенный зомби, был отброшен залетевшим в проход телом Джона. Не растерявшись, парень увернулся от челюсти мертвеца, со всей силы толкая его в тоннель, где его тут же разорвал разъярённый крокодил.

- Больше под землю, ни ногой – заикающимся голосом произнёс Джон, столкнувшись с немигающим взглядом ящера. – Вот тебе урод – показав ему средний палец, он скрылся в подземном переходе.

Освещая себе дорогу фонариком, он медленно пробирался вперёд, в неизвестном направлении, пытаясь увидеть хоть один ориентир, который покажет ему, куда же он попал.

“Похоже я вновь оказался в старых тоннелях, ни одного обозначения, да и трубы все проржавели, и в какую сторону мне идти” – оказавшись на развилке Джон услышал ставшие родными завывания мертвецов.

— Это будет определённо долгий день.

Глава 15. Путь наверх

Яркий луч метался по заплесневелым стенам канализации словно напуганный. Тяжелое дыхание смешивалось с громкими всплесками никогда не высыхающих луж, то и дело оказывающихся под подошвой изношенных ботинок Джона.

*Всплеск, всплеск, всплеск

Маленькие капли воды веером разлетались во все стороны, оседая на потемневших от времени стенах.

[Довольно!]

Резко затормозив, по инерции он продолжил скользить по влажной бетонной поверхности пола. Несмотря на непрекращающееся движение вперёд, Джон, словно фигурист резво обернулся назад, перенеся весь свой вес на левую ногу, при этом использовав правую, как тормоз, безжалостно стирая резину и так на ладан дышащей подошвы.

Всё ещё не до конца остывшее дуло оружия устремило голодный взор в непроглядный зев тоннеля жадно выискивая очередную добычу.

Хоть яркий луч фонаря и не смог полностью разбить покрывало тьмы, клубящейся в длинном коридоре, но полосы света было достаточно для того, чтобы Джон хоть немного успокоился.

[Оторвался …]

Джон продолжал пристально смотреть в то место откуда он только что прибежал. Холодная капля пота сорвалась с его лба с лёгким всплеском разбившись о всё еще дрожащее зеркальное полотно воды, скопившейся в небольшой ямке.

Лёгкий озноб волной пронёсся по его телу на долю секунды вызвав дрожь лежащего на курке пальца. Он до сих пор не мог поверить в то, что хищники, долгое время преследовавшие его, наконец-то отстали, затерявшись в хитросплетениях тоннелей, превративших заброшенную канализацию в непроходимый лабиринт.

Скорость, с которой заражённые вирусом существа мутировали в изолированной от внешнего мира экосистеме, не переставала удивлять, как по началу казалось, уже ко всему привыкшего Джона. И пульсирующее едкой болью бедро, из которого ещё совсем не давно был выдран хороший кусок мяса, было тому прямым доказательством.

[Несколько подобных ранений и меня можно будет брать тёпленьким] – встревоженно подумал Джон, разглядывая жуткую рану, медленно зарастающую прямо на глазах.

Именно сейчас, бегая по бесконечному лабиринту, спасаясь от опасности, изнурённый борьбой с введённым ему в организм антивирусом, он наконец-то полностью прочувствовал цену, которую ему необходимо платить за свои сверхспособности.

[У всего есть цена, и ту, что должен платить я, не назвать чересчур высокой, но и низкой её не назвать]

Поморщившись от боли, он поплотнее затянул ремень, передвинув язычок пряжки на отверстие ниже. Хоть Джон и не мог видеть себя со стороны, но всё же мог вполне отчётливо представить на кого он похож в данный момент.

[Я словно двадцатилетний ботаник-девственник, живущий на десять баксов в неделю]

Не то чтобы, всё это было не правдой, в конце концов с девушками у него всегда были проблемы и пока ещё не одна не допустила его до своего прекрасного тела, поэтому с вымышленным ботаником его роднила не только страшнейшая худоба и висящая словно на спичке одежда.

Улыбнувшись своей нехитрой шутке и напоследок посмотрев в ту сторону откуда он пришёл, Джон медленно побрёл в противоположенную сторону вдоль сухого желоба, забитого всевозможным мусором. Удивительно, каким-бы заброшенным не было место, на какой-бы глубине оно не находилось, в нём всегда можно было найти обёртку от сникерса или использованный презерватив.

Медленно переставляя ноги, Джон тщетно рассматривал стены тоннеля в попытке найти знак или надпись которые могли бы сориентировать его и указать направление выхода. Желудок сводило от голода, его организм, в попытке исцелить себя, был вынужден пожирать сам себя, сжигая накопленные запасы биомассы.

Нескончаемый голод всегда был защитным механизмом его организма, не желающего сидеть на голодном пайке. Разгораясь всё ярче и сильнее с каждым сражением, в котором ему приходилось выходить за грань человеческих возможностей, он затухал по мере восполнения необходимых запасов.

*Брррррурруурр – словно старый сельский трактор затарахтел желудок Джона.

[Чем я слабее, тем больше похожу на обычного человека, даже желудок начинает бурчать от голода … успокойся парень, обещаю я найду тебе еду] – грустно вздохнув Джон погладил себя по животу – [только вот где же эту еду взять, сомневаюсь, что встречу в этом месте людей, готовых угостить меня горячим куриным супом. Будет неплохо если мне попадётся одинокий мертвяк …]

Вспомнив о своей неудачной попытке восполнить запас калорий в своём организме, Джон поморщился, невольно посмотрев на ногу. Ублюдок подкрался к нему незаметно, подобрав идеальный момент, когда Джон сосредоточил своё внимание на неподвижно лежащем теле перед ним. Нападение со спины чуть не поставило жирную точку в жизни Джона. Существо мало чем отличающееся от обычного зомби, в реальности на порядок превосходило своего медлительного собрата.

Сильные удары, скорость, и самое главное – интеллект, эта отрыжка бездны хорошо мимикрировал под тупого мертвеца, до последнего ничем себя не выдавая. И самое главное, эти твари, как и лизуны, охотились стаей. Десять - четырнадцать особей, сначала загоняли свою жертву в ловушку, лишая её всяческих сил к сопротивлению, попутно ломая её волю, а затем разрывали её на куски, жадно поглощая фонтанирующие кровью останки своей жертвы.

Как Джон это понял?

На самом деле очень просто, во время своего перемещения по бесконечным тоннелям он наткнулся на остатки отряда, покинувшего лабораторию перед ним, точнее на ту часть отряда, что смогла пережить встречу с чешуйчатой тварью. Слегка пошатываясь, Джон разглядывал разорванные и обглоданные тела своих бывших тюремщиков, не испытывая к мертвецам особого злорадства, всё же они вытащили его из довольно безысходной ситуации, по неволе дав шанс на жизнь. Парадоксально, солдаты прошли через сущий ад, чтобы бесславно подохнуть в канализации, так и не выполнив своей миссии.

Собирая трофеи с обезображенных тел солдат, Джон на своей шкуре прочувствовал, как новый враг охотится. Легкий свит перемежающийся щёлканьем и стремительные тени понеслись на неподвижно стоящего Джона. Несмотря на своё довольно бедственное положение и голод, сводящий с ума, Джон по скорости своей реакции всё же стоял на ступень выше обычного человека, поэтому попавшие в его поле зрения враги, были срезаны в воздухе несколькими автоматными очередями, давая ему тем самым шанс на побег.

Петляя в попытках сбросить хвост и окончательно потеряв чувство направления, ему не повезло открыть ещё один факт о своём противнике.

Безжалостно расстреляв оторвавшегося от своей стаи монстра, выместив на нём весь свой гнев, Джон упокоил тварь выстрелом в голову. Склонившись над неподвижно лежащим телом, он хотел было перекусить незадачливым ублюдком, как тот решил сделать свой ход, чуть не вцепившись ему в горло. Одно лишь чудо и постоянное ожидание подвоха позволили Джону избежать смертельного ранения. Он откупился от смерти большим куском мяса со своей ноги и неприятными ощущениями, преследующими его до сих пор.

Кто бы мог подумать, что лобная кость у твари стала более плотной и толстой, защитив её мозг от одиночного выстрела.

[А от очереди в упор не защитила] – хищный оскал на мгновение появился на лице молодого мужчины, впрочем, сразу же уступив место уныло поджатым губам. Пытаясь сбросить надоедливый хвост, он использовал последнюю гранату, засунув ту в большую трещину в небольшом, с человеческий рост, проходе между двумя тоннелями. Собственно взрыв и последовавшее за ним обрушение прохода позволили Джону оторваться от преследователей.

*Бултых, всплеск

Звук раздавшийся спереди заставил Джона насторожиться. Луч фонаря на краткий миг высветил едва торчащий над водой гребень его старого знакомого крокодила переростка, который не так давно пытался его сожрать. Радовало одно, чешуйчатый не особо любил далеко отходить от водоёма, коим ему служил широкий, глубиной в несколько метров желоб, доверху наполненный водой. Тварь любила внезапность, нападая на своих жертв из-под толщи воды. К слову, ходячей машине смерти было глубоко наплевать кем закусывать, люди, мертвецы, или ещё какие мутанты, огромный желудок крокодила с превеликим удовольствием переваривал любой вид пищи.

[И куда мне идти?]

И так небольшое количество доступных Джону маршрутов в очередной раз уменьшилось, сократившись до одного. Единственным безопасным вариантом был проход у противоположной стены, находящийся в нескольких метрах от него, в который он и собирался нырнуть, отчаянно надеясь, что в нём он не встретит кого-то столь похожего на своих недавних противников.

Старые трубы, каждый их миллиметр, отлитый из довольно неплохой стали, был покрыт ржавчиной и какой-то дурно выглядящей слизью. Смрад и сырость ударили в ноздри Джона стоило ему только зайти в выбранный проход. Узкий проход был серьёзно затоплен. Он утопал по пояс в воде, а грязь, в избытке скопившаяся на полу, была сродни трясине превращая каждый его шаг в испытание на выносливость. Всевозможный мусор в изобилии, плавающий на поверхности, ещё больше затруднял перемещение.

[Дерьмо собачье, угораздило же меня забраться в это место, надеюсь под водой не скрывается голодная тварь только и ждущая, что на неё наступит какой-нибудь неудачник]

Словно отвечая его мыслям, обнажённую кожу его ноги обвило что-то крупное и склизкое, напоминающее своей консистенцией желе, если бы он могло ещё постоянно сокращаться. Спустя мгновение, неизвестное существо присосалось к ноге Джона, острыми челюстям разрывая его кожу, начав с немыслимым вожделением поглощать вкусную кровь.

Резко опущенная под воду рука смогла ухватить ещё одну извивающуюся тварь намеревающуюся присоединится к пиршеству. Вытащив свою добычу из-под воды, Джон с удивлением узнал в ней огромную пиявку толщиной в половину его ладони.

- Ну просто охренеть, ребята, как сильно вы вымахали – только и смог произнести Джон с удивлением рассматривая свою находку. Он чувствовал, как всё больше число пиявок впивается в его тело не обращая внимание на покрывающую его одежду, их мощные челюсти терзали его тело, их желание поглотить его было столь велико, что стало буквально осязаемым.

Через несколько секунды, будь то этого было мало, неподвижная гладь воды взорвалась изнутри и сотни голодных, жирных тел со всех сторон бросилось на неподвижно стоящего Джона, отталкивая друг друга, пиявки стремились как можно скорее насладится тёплой кровью замершей от страха жертвы.

Правда вместо ужаса на лице Джона впервые за долгое время расцвела яркая улыбка. С превеликой осторожностью, шатаясь под градом ударов вылетающих из-под воды хищников, он закрепил свой автомат между трубами, боясь испортить своё оружие избыточным количеством воды, в которую ему придётся сейчас погрузиться.

Наконец, когда дело было сделано, молодой мужчина, облепленный извивающимися тварями с ног до головы, позволил увлечь себя под непроглядную толщу воды. Единственной мыслью, которая проскочила в его голове, было слово – [ЕДА]

Первой кто почувствовал неладное оказалась, как ни странно, самая первая хищница, дорвавшаяся до теплокровной добычи. Жидкость, которая должна была без всяческий проблем поглощаться и усваиваться её организмом, в какой-то момент стала чрезвычайно вязкой и липкой. Кровь Джона жадно обволакивала каждый миллиметр внутренностей хищницы, чтобы затем накинутся на неё всепожирающей волной.

Изголодавшийся, ослабленный борьбой с антивирусом, и постоянными попытками залечить час от часу множившиеся ранения, организм Джона, внезапно оказался на шведском столе. Кто бы мог подумать, что еда сама, без всяческих понуканий неслась к нему и в отличие от множества других противников, пища всего лишь хотела поглотить его кровь. В беспросветной тьме, что долгое время окружала Джона, наконец, зажегся яркий луч света.

Используя воду, как идеальную среду для охоты, организм Джона словно безумный вырабатывал ярко-красные тельца, затем распространяющиеся вокруг тела носителя с умопомрачительной скоростью. Словно стаи голодных пираний, микроорганизмы набрасывались на всё живое, жадно поглощая каждую питательную клетку, попавшую в поле их зрения. Вне тела Джона они не могли долго существовать, но этого времени хватило чтобы захватить окружающее пространство в плен своих ловчих сетей, и переправить все поглощённые вещества прямиком в организм-носитель. Маленькие трудяги, умирая оставили после себя чарующий багрянец ковра, предназначенный для дальнейшего заманивания в свои сети живых существ, в случае если организму носителю не хватит полученного строительного материала.

Вся схватка заняла не больше десяти минут, как вновь успокоившуюся гладь воды разорвало изнутри. Вынырнувший из-под воды Джон выглядел в разы лучше, чем был до этого. Висевшая на его теле кожа вновь натянулась под набранным объёмом плоти. Его тело вновь обрело силу, и энергию для дальнейших свершений.

Сладко потянувшись, Джон по новой оглядел себя, он бы не сказал, что его прямо распирало от полученной энергии – нет, на самом деле, ему по прежнему было хреново, большая часть поглощённых им веществ потратилась на залечивание внутренних и внешних повреждений организма, и только затем, его тело начало создавать запасы для своего функционирования. Хоть Джон и нарастил жирок, но одежда, надетая на него, по-прежнему была ему великовата, примерно на размер или два, но это уже было не плохим фундаментом, с которым он мог более уверенно смотреть в будущее.

Вытащив своё оружие из плена труб и чихнув от заполонившей воздух ржавой пыли, молодой мужчина неспешно двинулся дальше по коридору, не сильно беспокоясь о том, что из подводы на него сможет напасть кто-то другой. Если подобные сюрпризы и были до этого, то хищные пиявки всех высосали досуха, кроме Джона разумеется.

Достигнув очередной развилки, Джон вздохнул с облегчением – вода доходила до щиколоток, и к тому же, самым волнительным был тот факт, что ему попалась табличка с едва различимой надписью – Убежище №13. Пусть время не пощадило её, но разглядеть общее направление было возможно.

[Рядом с убежищем должна быть дорога наверх, иначе в нём не будет никакого смысла] – думал Джон, неспешно передвигаясь по коридорам в указанном табличкой направлении. Вокруг него царила тишина, разрезаемая редкими воплями существ, с которыми Джону не хотелось сталкиваться ни при каких условиях.

*Уоооу-х, ооооууооо

Тишину разорвали знакомы звуки. Джон никогда бы не мог подумать, что стоны обычных зомби будут вызывать у него ностальгию. Завернув за угол, он увидел источники этих звуков. Погрызенные, с висящими пластами мяса зомби, медленно брели в его сторону.

[Бездомные, сколько же их здесь в этих чёртовых тоннелях?]

Политика, проводимая государством в области экономики и бесконтрольные потоки мигрантов сыграли с городом злую шутку. Обездоленные люди стали первыми жертвами вируса, кто знает, если бы столько людей не находилось под городом, может быть, люди смогли бы отделаться малой кровью. А вместо этого, подземная часть города кишит голодными монстрами, которые не прочь полакомится живыми людьми.

Несмотря на часть вернувшихся возможностей, Джон на себе прочувствовал силу огнестрельного оружия. Неспешно вскинув автомат и прижав приклад к плечу, он сделал всего три выстрела. Пули с лёгкостью пробили черепные коробки мертвецов. Бурая масса, больше не удерживаемая в плену костей, щедро выплеснулась на пол.

Медленно приближаясь к всё ещё дергающимся телам, Джон всматривался в лица мертвецов, стараясь не повторять предыдущих ошибок.

[Вроде сдохли]

Неспешно, ожидая нападения Джон обошёл неподвижно лежащие трупы.

Таблички указывающие на местоположение убежища встречались всё чаще и чаще, позволяя Джону корректировать своё движение. А отсутствие противников самым наилучшим образом сказалось на скорости его передвижения.

*Ааааааааааааа-АААААААА – женский визг и последовавшие за ним выстрели заставили Джона встрепенуться. Впереди были люди, у них было оружие, а ещё они наверняка знали, как выбраться из этого места.

[Нужно ускорится, пока их не сожрали] – молодой мужчина очень сильно опасался, что он не успеет поговорить с людьми, и будет вынужден самостоятельно искать пусть наверх. Чем ближе он приближался к месту схватки, тем отчётливее слышал свит и щёлканье – [дело дрянь]. Времени на то, чтобы проанализировать происходящие события и выработать хоть какую-то тактику дальнейших действий у него не было, впрочем, как и всегда. Поэтому ему пришлось вновь совершить безумный поступок.

***

Небольшая группа людей, состоящая из семи мужчин и двух женщин, отчаянно боролась за свою жизнь. Мертвецы, с которыми они до этого имели дело разительно отличались от тех, кто нападал на них сейчас. Быстрые и безжалостные, эти твари преследовали их уже больше часа, медленно сокращая состав их группы, а сейчас, как назло, к ним присоединились их более слабые товарищи, давя людей массой и полной невосприимчивостью к боли.

Барти Робинс, без устали переводил дуло своего служебного пистолета с одного мертвеца на другого, нажимая на курок.

[Ну зачем я жрал эти долбанные пончики] – его тело сотрясала сильная отдышка, едкий пот покрывал всё лицо, вызывая жжение в глазах. И без того хромающая меткость ещё сильнее упала, и выпущенные им пули всё чаще выбывали бетонную крошку из пола или стен. Лишний вес и его возраст пагубно сказались на его состоянии вести продолжительное сражение. А ещё его непомерно бесил визгливый крик спасённой им женщины, о чём, надо сказать, он очень долгое время жалел.

- Да заткнись ты дура – не выдержав рявкнул мужчина – открывай эту чёртову дверь.

- Не могу, она закрыта, ааааааааа – разревелась уже не молодая женщина, повиснув на штурвале двери. Женщина была столь напугана, что пыталась повернуть колесо в правую сторону, хотя надпись над механизмом гласила, что крутить механизм нужно в левую сторону.

- Налево, идиотка, налево – разрывая свои лёгкие прорычал стоящий по соседству с Барти высокий мужчина. В руках он держал большой пожарный топор, его прорезиненная рукоять была вся покрыта кровью.

- Помогите ей кто-нибудь уже, мы их удержим, быстрее – прорычал Барти, открывая для себя уже которое по счёту второе дыхание. Ещё в самом начале отчаявшись попасть в голову двигающимся целям, мужчина начал стрелять им по ногам в попытке заставить их упасть, а дальше в дело вступали вооружённые холодным оружием напарники.

Слева от него громыхнул обрез, отбрасывая подобравшегося на дистанцию броска – мертвеца. Они могли бы победить, если бы не новый вид мертвецов, прямо на его глазах, на совсем ещё молодого парня, подрабатывающего на почте, набросился щелкунчик, так его прозвал про себя немолодой полицейский. Уставшие люди, занятые борьбой с наседавшим на них врагом, даже не могли прийти парню на помощь, вместо этого готовясь услышать в очередной раз, душераздирающий крик боли. Грубо говоря, они уже смирились с тем, что отсюда им не уйти и может быть даже чувствовали некую зависть к парню, для которого вот-вот всё закончится.

Но вместо крика, люди услышали лишь звук мощного удара и громкий хруст костей, к которому тотчас добавилось ужасное верещание твари. Не успели клыки выбитые ударом ноги упасть на пол, как в какофонию криков, плача, и отборного мата вклинились звук стрельбы из автоматической винтовки. И в отличие от них, дилетантов не способных попасть движущейся цели в голову, новый участник схватки, казалось обращал мало внимания на подобную мелочь, как прицеливание, упреждение и тому подобная чепуха.

Начальные выстрелы напрочь скосили первые ряды наступающего противника. Барти широко открыв рот мог только безмолвно наблюдать за тем, как поголовье их противников сокращается раз за разом.

Их спаситель, одетый в рваную одежду, еле держащуюся на его теле, в глазах выживших был подобен ангелу смерти пришедшим из-за грани, словно все уничтожающий вихрь, лысый мужчина, едва поворачивал свой корпус, сея смерть и опустошение в рядах кровожадных тварей.

В какой-то момент, когда палец неизвестного нажал на курок оружия, вместо привычного выстрела раздался тихий щелчок, показавшийся живым людям сильнее удара грома над головой в летнюю пору.

[Неужели всё?] – обречённо подумал Барти, момент триумфа находящийся на расстоянии вытянутой руки, был прерван опустевшей обоймой оружия. Машинально, вытерев пот с глаз, Барти посчитал количество оставшихся врагов и похолодел от ужаса, семь, одиннадцать и раздающиеся из-за спин простых мертвецов щелчки, казалось, шустрых мертвецов стало ещё больше, чем было до этого.

- Нам пиз … - не успел договорить перезаряжающий обрез сосед мужчины. Как нерастерявшийся незнакомец отбросил автомат в руки всё ещё лежащего парня. В мгновение ока лысый незнакомец, с казалось горящей золотом радужкой глаз, оказался рядом с Генри, без слов выдернув топор из его рук.

Не издав ни единого звука, парень бросился на толпу слегка замедлившихся мертвецов, под конец прыгнув в самую их гущу лишь для того, чтобы взорваться градом молниеносных ударов. Словно рождённый с топором в руках незнакомец превратился во все уничтожающий вихрь. Разогнанная до невероятных скоростей сталь топора издавала ужасающий свист, а мертвецы, попадающие под его удар, взрывались ошмётками плоти, словно их тела были наполнены одной лишь водой.

Одиннадцать зомби прожили немногим дольше чем их убитые пулями собратья.

Пройдя сквозь тела своих врагов словно, нож, проходящий сквозь сливочное масло, лысый незнакомец встал напротив пятерых – щелкунчиков, внимательно изучающих своего противника. Несколько секунд затишья и противники бросились друг на друга. Перед выжившими разыгралась схватка, выходящая за пределы человеческого воображения.

Незнакомец с лёгкостью принимал обрушившиеся на него удары, крутясь во все стороны, он словно парил над землёй, изгибаясь в немыслимых позах, для того чтобы избежать опасных ударов. Всадив топор в грудь одному из противников, ударом правой руки он отправил в долгий полёт напрыгнувшего на него врага. Выпущенное словно из пушки тело с громким хрустом растеклось по стене, отправляя ублюдка в адскую бездну.

С молниеносной скоростью незнакомец вырвал топор из пытающегося встать мертвеца, только лишь затем, чтобы рассечь с одного удара напрыгнувшую на него разом троицу свистящих тварей. Всё было кончено. Остался лишь молчаливый мужчина, методично добивающий своих противников топором, и они, выжившие, в шоке смотрящие на него.

Забрызганный кровью с ног до головы мужчина, закончил свою работу, уставившись на неподвижно стоящую группу людей.

- К-кто вы такой – заикающимся голосом произнесла одна из женщин, не выдержав напряжения.

- Я? – переспросил незнакомец, медленно приближаясь к группе выживших.

- Я будущий электрик – обычным никак не вяжущимся с внешностью голосом, произнёс незнакомец.

- Охренеть – произнёс кто-то из толпы, и Барти был полностью согласен с оценкой ситуации, по-другому и не скажешь

- ОХРЕНЕТЬ

Глава 16. Путь наверх. Часть 2

— Эм … понятно, похвальное стремление — едва слышно произнёс кто-то в толпе выживших. На людей, приготовившихся к неминуемой смерти будто бы, напал паралич, вызванный столь кровавой и быстрой расправой над группой мертвецов. Люди смотрели на Джона, а Джон безмолвно смотрел на людей, думая о чём-то своем.

Его телу, несмотря на прошедшую схватку было по-настоящему хорошо, окутанный с ног до головы теплом и чувствуя внеземную свежесть так не похожую на всё, что он испытывал до этого, Джон никак не мог заставить себя сделать хоть что-то в попытке наладить контакт с настороженно наблюдающими за ним людьми.

Картину всеобщего безмолвия и витающей в воздухе неловкости, разбил заунывный стон и хрипение, донёсшееся до человеческих ушей из прилегающих к овальной площадке тоннелей. Может быть, в подавляющем эффекте была виновата акустика, но у людей сложилось впечатление, что медленно бредущие во тьме запутанных проходов мертвецы на сей раз прибудут в гораздо большем количестве и тогда даже этот загадочный мужчина не сможет им помочь.

— Нужно помочь Лизе, иначе нас определённо сожрут, как я посмотрю, она решила за обнимать дверь до смерти

— Согласен, эй, Лиза, хватит уже висеть на двери, твои огромные сиськи которыми ты упираешься в неё, в этот раз тебе не помогут

— Ахахахха, — засмеялись некоторые люди, сбрасывая скопившееся напряжение, большинство же, наградило бедняжку сочувствующими взглядами, даже если до этого времени она доставляла им значительные неудобства, разжигая своим бесконечным отчаянием и паникой, неуверенность в их сердцах.

— Заткнитесь идиоты, — закатив глаза к потолку произнесла вторая женщина в их отряде по неволе. Медленно подойдя к содрогающейся от рыданий и дрожащей от дикого ужасе, женщине, она нежно обняла её за плечи, успокаивающе шепча на ухо всевозможную чушь.

— Вставай, малышка, всё закончилось, давай отойдём в сторонку и позволим этим шутникам попробовать самим открыть эту дверь – продолжала женщина, помогая Лизе подняться.

— Я … всхлип … всхлип … больше не могу, — пуще прежнего разрыдалась Лиза, увидев неподвижно лежащие тела мертвецов, - хочу домой, пожалуйста, отпустите меня домой, - привыкшая к тихой и благополучной жизни, обласканная вниманием мужчин, эффектная женщина сломалась под гнётом пережитого, тяжело воспринимая реальность.

***

Тем временем, встрепенувшись и прогнав приятную истому прочь, Джон подошёл к высокому мужчине, от которого до сих пор, не смотря на атмосферу, царящую под землёй, исходил приятный запах мускатного ореха. Его зачёсанные назад волосы по-прежнему задорно блестели от падавшего на них света фонарей, похоже мужчина любил использовать большое количество воска для укладки волос.

— Спасибо за оружие, — Джон протянул топор мужчине постаравшись дружелюбно улыбнуться слегка бледному мужчине, несмотря на ощущение неправильности во рту.

— Д-да, обращайся — чуть заикнувшись, пуще прежнего побледнел мужчина, смотря на Джона, как загнанная в угол жертва, разглядывает настигшего её хищника. Не выдержав давления, исходящего от загадочной фигуры, мужчина старался смотреть себе на ноги, что-то его очень сильно напугало во внешнем виде Джона.

— Я, пойду, пожалуй, помогу ребятам, что-то они больно долго возятся с дверью — прохрипел мужчина, по-прежнему не поднимая своей головы. Взяв топор из рук Джона, он молниеносно развернулся, отправившись к галдящей толпе, стараясь не сорваться на бег.

— Не обращай на него внимания парень, — вступил в разговор седоволосый мужчина, стоящий рядом с всё ещё тяжело дышащим офицером, ни делающим ни единой попытки подняться с холодного пола.

— Сегодня, не самый лучший день – продолжил старик, с громким щелчком перезарядив обрез — он, да и мы все устали от этого кошмара, что творится вокруг нас, воистину, кажется, что господь Бог, покинул это место, оставив нас на едине с дьявольскими порождениями адской бездны, рыскающих повсюду в поисках горячей человеческой крови.

— И … я веду это всё к тому, что … во-первых, спасибо тебе за твою помощь, она была как-нельзя кстати, а во-вторых, пожалуйста, ради спокойствия всех остальных, постарайся не улыбаться. Множество людей может смириться с тем, как кто-то с лёгкостью разрубает топором на части тела мертвецов, но мало кто останется спокойным, если их недавний спаситель покажет им свои значительно выпирающие словно у вампира клыки … — шумно почесал свою шевелюру старик, при этом не выглядя сильно напуганным, могло показаться, что мужчина наслаждался увиденным, иначе ничем другим было не объяснить его лёгкую ухмылку и смеющиеся глаза.

— Пошнял — внезапно прошепелявил Джон, пытаясь языком ощупать своё старое-новое приобретение, он уже начал забывать, что способен на такие трюки. Зажмурив глаза, Джон сконцентрировался на своих ощущения, попытавшись убрать дискредитирующую его в глазах окружающих, пикантную особенность его организма. И всё же, Джон наконец, почувствовал облегчение, кто-бы мог подумать, что он будет рад столь устрашающим способностям, но в конце концов, подобное означало, что его организм постепенно приходит к нужной кондиции.

— Так нормально? — фальшиво улыбнувшись спросил Джон.

— Вот теперь в самый раз, — увидев преображение молодого человека, старик выглядел так, словно собирался запрыгать от удовольствия, — конечно, сложно выбросить из головы, как кровь убитых тобою тварей впиталась в твой организм, но, сделаем скидку на освещение, яркий фонарь, отбрасываемые стенами тени, всякое может почудится, не беспокойся, мы с Барти, могила.

Неожиданно невысокий старичок обнадеживающе подмигнул, стараясь продемонстрировать крепость сказанного обещания. Столь непринуждённое поведение, по неволе вызвало у Джона небольшую, но искреннюю улыбку.

- К слову, забыл представится, меня зовут Фредерик, я владелец самого лучшего ресторанчика итальянской кухни, если не в мире, то уж в этом городе точно – гордо выпятил свою грудь Фредерик, стараясь не обращать внимания на скептически смотрящего на него Барти – скажи, ты на самом деле, какой-то супер секретный агент работающий на правительство или же жертва бесчеловечных экспериментов, которые и превратили тебя в … - мужчина никак не мог подобрать слов описывающих способности Джона - … в тебя - извернулся старик.

- Впрочем, - не дав Джону вставить и слова в его монолог, Фредерик продолжил - ничего не говори, когда мы выберемся из этого города, не хочу, чтобы правительственные агенты залезли в мою дряхлую задницу стараясь узнать, сколь глубоки мои знания.

- И ещё, я хот…

- Да заткнись ты уже, голова болит от твоей болтовни, тебе уже седьмой десяток пошёл, старый хрен, а ты всё так же любишь поболтать, - не выдержал Барти – лучше помоги мне встать, пока я не отморозил свои яйца.

— Мне-то может и седьмой десяток, — словно филин вскинулся Фредерик — но я по крайней мере, стройный как молодая берёза, а ты, моложе меня на двадцать лет, больше походишь на огромный мясной шар, а всё почему? — искренне возмущаясь, старый мужчина ухватился за протянутую руку, помогая товарищу подняться — всё потому что, ты жрёшь слишком много фастфуда, а ел бы в моём ресторане, и не превратился бы в увальня, поверь моим словам, с твоим образом жизни, ты сыграешь в ящик раньше меня, Богом клянусь

— Знаешь, что … — не остался в долгу Барти, начав самозабвенно перепираться со своим другом.

Двое мужчин получали истинное удовольствие от пикировки, найдя способ сбросить стресс и хоть на краткий промежуток времени вернуться к старой жизни.

— Ваше оружие, сэр … — осторожно обратился к Джону, считай его ровесник. Молодой парень, крепко держал автомат, словно это была величайшая ценность, которую ему доверили на хранение. Подумать только, разница в их возрасте была минимальной, но как же сильно они отличались друг от друга. Может быть, Джон когда-то также открыто смотрел на окружающий мир, доверяя всем и каждому, теперь же, вдоволь наплескавшись в дерьме, он ко всему относился с большой долей подозрения и опаски, постоянно ожидая подвоха.

У него не было времени основательно проанализировать произошедшие с ним события, но теперь, пережив последние события, Джон был стопроцентно уверен в том, что Марк его наебал, оправив в подземную лабораторию, этот ублюдок, не мог не знать, что в том месте, из Джона выбьют всё дерьмо. Такая осведомлённость о происходящем в университете и лаборатории, скрывающейся под ним, была подозрительна. Можно было не сомневаться в том, что он работал на правительство, и использовав его, решил избавиться от потенциальной угрозы для человечества, ещё бы, монстр, скрывающийся под оболочкой молодого парня, слишком опасно. Джон понимал это, но всё же был оскорблён до глубины души, подобный предательством.

— Спасибо, — взяв оружие из рук парня, Джон отстегнул использованную обойму, заменив ту на последний оставшийся у него источник благородного свинца.

[Идти с группой или в одиночку] — задался вопросом Джон, разглядывая сильно шумящих людей. Против первого варианта было неудобство перемещения с большой группой людей, уж слишком много внимания они привлекали, против второго варианта, было незнание Джоном пути наружу, а соответственно был высок риск надолго застрять в этом месте, в конце, нарвавшись на противника, который будет ему не по зубам.

— Скажите, выход на поверхность далеко от сюда? — он прервал никак не утихающий спор двух мужчин.

— Достаточно далеко, чтобы с уверенностью заявить, что он не досягаем, — уверенно произнёс Барти, очевидно догадавшись о причине, которая побудила Джона задать этот вопрос - и даже с твоими выдающимися умениями, поверь мне, ты завязнешь в той толпе монстров что бродит там и на поверхности, поэтому я предлагаю тебе идти с нами, в этом убежище — Барти кивнул в сторону до сих пор закрытой двери, — если я правильно помню слова моего товарища, есть проход на другую сторону реки, в ту часть города, что всё ещё контролируется властями.

— Город ещё держится? — удивленно переспросил Джон.

— Да, — усмехнулся Барти, — несколько отрядов военных, ещё в самом начале заехало в город, плюс сотрудники полиции и те, кого удалось выдернуть с заслуженной пенсии, большая часть города под нашим контролем, всё же, каким бы крутым ты ни был, крупнокалиберные пулемёты и гранатомёты способны уравнять человека с монстрами.

Глубоко вздохнув, мужчина продолжил — конечно, судя по переговорам ситуация, критическая, но ребята ещё держатся, да и нет у них другого выбора, правительство организовало карантин, отстреливая всех, кто пытается покинуть город, у нас осталась одна надежда, добраться до наших и дождаться момента, когда власти страны найдут выход из сложившейся ситуации, уверен они найдут вакцину от этой заразы …

— Или сбросят на нас парочку ядерных бомб, выжигая всё дотла — невозмутимо продолжил речь за своего товарища Фредерик – выхода у нас нет, поэтому мы будем рады, если ты присоединишься к нам, твоя помощь нам не помешает, а в этом чертовом лабиринте ты сгинешь в одиночку, потому что сколь бы крутым ты не был, тебя задавят толпой, лишат сил и сожрут, ведь иначе, ты бы уже давно сбежал из этого места и города, мы нужны тебе, так же, как ты нужен нам, считай это взаимным использованием друг друга, если тебе будет от этого легче.

Старый мужчина был достаточно серьёзен продвигая свои аргументы, и Джон вновь встал перед выбором.

[Заманчиво, но они балласт, проход ведущий на другую сторону реки, слишком всё туманно, и Барти полагается на слова своего знакомого ни разу не побывав в этом месте самостоятельно, лучше одному, а толпу, я смогу избежать] – принял решение Джон, бесчеловечно, но слишком часто он попадал в неприятные ситуации помогая другим, в этот раз может и не повезти.

— Простите, но я, пожалуй … — речь Джона перебил громкий крик ярости.

— ОТКРЫВАЙСЯ СУКА, ОТКРЫВАЙСЯ ТВОЮ МАТЬ — во всю мощь лёгких кричал толстый мужчина с огромной залысиной на голове.

— ДА ЧТО НЕ ТАК С ЭТОЙ ДВЕРЬЮ — со злости ударив ногой по оставшейся глухой к его крикам двери, мужчина, и все остальные отшатнулись от внезапно раздавшегося скрежета за дверью, и последовавшего за ним, мягкого, слегка взволнованного женского голоса, звучащего приглушённо, из-за чего общий смысл ею сказанного угадывался с трудом.

Наконец, механизм, продолжая громко скрежетать, начал поворачиваться, отпирая дверь. Перед взором измученных людей предстала симпатичная женщина, кутающаяся в длинную, вязанную кофту бардового цвета. Позади неё стояло несколько крупных мужчин, вооружённых вытянутыми на изготовку помповыми ружьями. Их хмурые лица не оставляли ни капли сомнений в том, что произойдёт если кто-то из людей стоящих снаружи вздумает совершить глупый поступок.

— Люди, в этом месте — удивлённо воскликнула женщина, прижав руки к своему рту, её глаза неверующе расширились, будто бы она была глубоко шокирована увиденным. К слову, люди до этого яростно стремившиеся попасть внутрь безопасного убежища, замялись, с надеждой смотря на встречавших их незнакомцев, вновь потеря дар речи.

— Господи, да что с вами ребята? — не выдержала женщина, всё ещё обнимающая Лизу, — здравствуйте, меня зовут Джулия, и как вы можете видеть, мы попали в незавидную ситуацию, поэтому мы надеемся на вашу помощь, потому что нас преследуют … — женщина слегка запнулась, услышав чей-то душераздирающий вопль, донёсшийся до людей из глубокой тьмы позади них — … мертвецов.

— Ох, конечно – конечно, — всполошилась, женщина — проходите, меня зовут сестрой Моника, можете называть меня сестрой, мы рады приветствовать наших новых гостей и окажем вам подобающее приветствие, у нас вы найдёте тёплый кров, еду, и спокойствие, заходите, не стесняетесь и не обращайте внимание на моих братьев, они хоть и выглядят суровыми, на самом деле, очень мягкие и добродушнее.

Теплота и интонация, которую истончала Моника, покорили сердца измученных людей, одновременно бросившихся к спасительному проёму.

— Не толкайтесь, вы все в безопасности и все пройдёте, — звонко засмеялась Моника, помогая входящим внутрь убежища, людям. Словно яркий мотылек в густой темноте ночи, женщина вернула людям надежду на благополучное будущее.

***

— Удачи тебе парень, постарайся выжить, — Барти всё понял по глазам стоящего напротив него — – на само деле, войдя в этот тоннель, тебе будет достаточно следовать за указателями, они идут непрерывно до выхода на поверхность, так что ты не заблудишь.

— И вам удачи, будьте осторожны, слишком уж это подозрительно — в знак благодарности кивнул Джон, без раздумий отправившись в указанный тоннель. Он едва поборол своё желание присоединится к этим людям, когда увидел, что убежище не пустует, но внутреннее предчувствие было неумолимо, находящиеся внутри убежища люди, представляли опасность, возможно даже большую, чем представляли обитатели подземелья.

[Указатель, не обманули] — подумал Джон, разглядывая ярко-красную стрелку, намалёванную на стене, за этим местом, ухаживали люди, более того, хоть ему могло и показать, но проведя рукой по нарисованной стрелке, он увидел отпечаток краски на кончиках своих пальцев, словно её обновили не так давно. Людей словно заманивали в подготовленные сети, а убежище, словно было обычной местом, где с жаждущими спасения людьми сделают что-то очень нехорошее.

[А может быть я окончательно спятил, ожидая от всего какого-то подвоха] — не мог не признать очевидных вещей Джон. Услышав чей-то топот впереди, Джон приготовился стрелять, когда из-за угла словно снаряд вылетел лизун, беспомощно размахивающий своими лапами. Грузно съехав по стене, монстр не успел ничего предпринять, как его тело молниеносно прошил каскад антрацитово-тёмных щупалец, покрытых плотной чешуёй, пронзивших его тело насквозь словно вовсе не встречая сопротивления, чрезвычайно плотного покрова.

[Вот и узнаю, подводит меня моё чутье или нет]

Только увидев произошедшее, Джон рванул к спасительной двери, позабыв обо всех своих сомнениях. Существо, идущее ему на встречу, было хорошо ему знакомо, и у него не было желания сталкиваться с очевидно ещё сильнее мутировавшей тварью.

Он успел в последнюю секунду, пронесшись словно ветер на д недавним полем боя. Когда зазор между дверью и коробкой составлял всего несколько сантиметров, он успел просунуть в него свои пальцы, намертво её зафиксировав.

— Здравствуйте, я Джон, рад знакомству, — не обращая никакого внимания на дуло ружья смотрящего прямо в его лицо, он без видимых усилий открыл дверь пошире, проскользнув за неё, словно на мгновение превратившись в желе.

— С вашего позволения, я закрою её сам.

Резко захлопнув тяжёлую дверь, Джон со всей силы начал поворачивать штурвал, не обращая внимания на удивлённые взгляды окружающих. Облегчённо вздохнув, он посмотрел на стоящего за его спиной мужчину - советую её хорошенько заблокировать, потому что, я уверяю вас, то, что за ней находится, вас не порадует.

Отведя одним пальцем дуло оружия, чуть ли не упирающееся ему в лицо, Джон с лёгкостью обогнул мужчину, приветливо улыбнувшись Монике. — сестра, рад вас видеть, благодарю вас за вашу добродетель.

— Всё же решил присоединится к нам, парень? — с улыбкой спросил Фредерик.

— Да, с вами веселее

[Секта, относящаяся к корпорации, что может быть лучше …]

Увидев, татуировку на руке охранника этого места, Джон был рад, ведь он знал с чем ему предстоит столкнуться.

— А нас скоро будут кормить?

— Да, скоро, вы будете довольны — загадочно улыбнулась Моника.

Глава 17. Путь наверх. Часть третья

- АПЧХИ … – чернокожий полицейский в очередной раз громко чихнул, вызвав у некоторых из спускающихся по пыльной лестнице людей приступ неконтролируемой дрожи.

- Иикк … пре… икк … те нас так пугать – заикаясь произнёс мужской голос.

- Да, Барти, завязывай уже разносить свои бациллы в столь замкнутом пространстве, ашшш … - Фредерик с шипением отдёрнул свою руку от неровной поверхности стены, - не хочу сдохнуть микробов раньше, чем получу заражение крови от это поганой арматуры, всюду выпирающей из этих надёжных стен.

Жирная капля крови выступившая на повреждённой ладони пожилого итальянца осталась незамеченной пострадавшим в силу плохого освещения и зрения, ухудшившегося в последние годы. Впрочем, манящий запах свежей крови пьянящим ароматом ворвался в ноздри двух существ только внешне похожих на людей.

[Спокойствие, только спокойствие …] – повторяя про себя одно и то же слово, словно мантру, Джон с трудом отвёл взгляд от в раз ставшей аппетитной фигуры старика. Борясь с собой и неудобными ступенями, молодой человек, пропустил мимо ушей вздох разочарования, раздавшийся за его спиной.

- Я тут не причём … СЛЮРП … СЛЮРП – устав без конца шмыгать носом, Барти достал из кармана штанов, сильно смятый, покрытый чёрными ворсинками носовой платок, оставленный там, судя по всему, до лучших времён и не достававшийся оттуда даже на время стирки.

- АПЧХИ … - протяжный звук, больше похожий на вопль гориллы, вошедший в брачный период, вновь разошёлся во все стороны многократно отражаясь от стен. Мощь и внезапность чиха была столь велика, что грузная фигура мужчины потеряла равновесие, опасно закачавшись на краю потрескавшейся ступеньки, грозя устроить на лестнице самый настоящий коллапс.

Лишь рука Джона, находящегося позади тучного мужчины собирающегося превратиться в шар для боулинга, спасла многих людей от травм. Крепко схватив Барти за рубашку, Джон легонько потянул его на себя, позволяя мужчине вновь найти точку для опоры.

Пользуясь тем, что его придерживают, мужчина наконец-то решил высморкаться, вложив в это всю свою душу.

- Спасибо парень, - чуть приглушённо ответил мужчина, - ты меня спас, эта долбанная пыль, и паутина, просто сводят меня с ума.

- Эй, долго ещё стоять будете, поторапливайтесь, вы нас задерживаете – хриплый голос раздражённого охранника не позволил Барти насладиться эйфорией от пусть и временного избавления засевший глубоко в носу, пыли.

- Идём мы, идём, сопляк бесчувственный - огрызнулся в ответ мужчина, и не удостоив внимания крепко сжавшего оружие охранника, продолжил спуск в неизвестность – надеюсь хотя бы в бункере у них прибрано, иначе я умру от удушья – тихо пробормотал мужчина, - и куда подевалась эта старая развалина, ты посмотри Джон, он даже не стал нас ждать, бросил своего старого товарища на верную смерть, тебе нет прощения, СЛЫШИШЬ – проорал мужчина ушедшему далеко вперед Фредерику – и когда закончится эта чёртова лестница, мы что, спускаемся к ядру Земли?

В конце спуска их ждала небольшая площадка, скудно освещаемая висящей на проводе лампой. Перед дверью в убежище стояло пять вооружённых человек, рядом с ними стояла ничем не примечательный стол, к которому была прислонена обычная тележка, ничем не отличимая от таких же находящихся в каждом мало-мальски большом супермаркете.

- Раздевайтесь, оружие в тележку – раздалась короткая фраза-приказ. Увидев растерянность в глазах столпившихся перед ним людей, мужчина, что, судя по всему, был главным среди встречающих их людей, терпеливо повторил приказ, не позволив проскользнуть в своём голосе и нотке раздражения – раздевайтесь, оружие в тележку, мы должны убедиться в том, что вы не заражены и не несёте опасности людям, находящимся за этой дверью.

- Не стоит доставлять таких неудобств девушкам, Роберт – из-за спин, выживших плывущей походкой, вышла Моника – в том углу я специально положила небольшое одеяло – девушка дружелюбно улыбнулась обнявшимся женщинам – оно хоть и неказисто выглядит, но зато скроет вас от любопытных глаз и позволит нам всем избежать неловкости, ну же, пойдёмте.

Нежно подтолкнув женщин в нужную сторону, Моника обратилась к мужчинам прислонив ладонь с правой щеке, она перешла на загадочный шёпот – не беспокойтесь, я не буду подсматривать, клянусь! – в её глазах гуляли чёртики, а с губ не сходила задорная улыбка.

Притяжение, исходящее от этой девушки, было столь сильно, что все мужчины, кроме Джона и Барти, не взирая на усталость и обязанности, едва заметно покраснели, провожая голодными взглядами взглядами покачивающую бёдрами точёную фигурку девушки.

Медленно снимая с себя одежду, Джон размышлял о чудовище, бродящем по канализационным тоннелям, неистово надеясь, что оно не сможет сюда пробраться, а точнее, что у него не хватит мозгов на то, чтобы попытаться открыть дверь на верху.

Барти же растерял всю свою весёлость, задумчиво хмуря свои начинающие седеть брови. В его глазах вновь поселилась тревога, исчезнувшая без следа, стоило им оказаться в безопасности. Невооружённым взглядом было заметно, что, оказавшись на этом небольшом пятачке и получше рассмотрев стоящую перед ним женщину, одаривающую всех бесконечно нежной и доброй улыбкой, он был чем-то сильно озадачен. Как и многие, он бросал свой взгляд в след отдаляющейся от них Монике, но в отличие от других, в его взгляде проявлялось узнавание и смятение. Она была той, кого он никак не ожидал встретить в этом месте.

- Ох, чувствую себя вновь молодым – улыбаясь пробормотал Фредерик, - словно я вновь в армии, стою среди таких же пускающих слюни сопляков, запавших на очаровательную медсестричку, участвовавшую в предстоящем медосмотре.

- А вы словно два старых пня, готовых отправиться в мир иной, никакого интереса к противоположенному полу, и ладно Барти, с его лишним весом, я не удивлюсь если у него проблемы, но ты-то Джон, молодой, здоровый парень, я бы даже сказал слишком здоровый, или аномально здоровый, возьми себя в руки и подкати к этой красотке, а не веди себя, как старый пень, из нас двоих мне семьдесят лет, а не тебе ! – не дождавшись реакции от своих спутников, Фредерик раздражённо цыкнул – вот и мне настроение испортили засранцы, чего вы такие хмурые, мы живы и в безопасности … ай, ну вас.

— Вот смотри, целый и невредимый – подойдя к охраннику Фредерик покрутился перед ним – на задницу не обращай внимания, в моём возрасте геморрой вполне обычное явление – скаламбурил старикан.

- Всё в порядке, одевайся, следующий …

На удивление, стоя рядом со столькими вооружёнными людьми, обступившими их со всех сторон, и направив в их сторону своё оружие, Джон чувствовал себя спокойно, его тело, внешне, успело восстановиться и избавиться от ран, полученных ранее, на их месте находились лишь довольно неприглядно выглядящие шрамы, которые должны были со временем исчезнуть.

[Надеюсь нас не собираются сразу же отправить на опыты и дадут немного времени на отдых … мне бы так этого хотелось, хорошо покушать и поспать, а потом, тот хрен с щупальцами, пришельцы и хоть демоны из ада, могут напасть одновременно, хотя … с первым я лучше бы больше никогда не встречался]

Джон был честен с собой, даже мутировавший крокодил не пугал его так сильно, как-то существо, с которым он сразился в здании университета, с их последней встречи, тварь успела отожраться и сильно поменяться, и он не хотел проверять, кто же выйдет победителем из их схватки. К тому же, хоть он и чувствовал, что силы к нему возвращаются, его настораживали моменты, когда некоторые части его организма начинали сбоить, вот уже несколько раз он замечал, как его зрение, и обоняние, ни с того ни с сего начинают то обостряться, то наоборот, ухудшаться. Антидот, который в него всадили во время его храброй и совершенно идиотской попытки проникновения на отлично защищённый объект, сбил с него комплекс Бога.

Их не такая уж и большая группа людей, справилась с процессом раздевания-одевания довольно быстро, все были чисты, ни укусов, ни страшных, рваных ран, которые можно было бы отнести к встрече к мутировавшим тварям. Никому из них не хотелось проверять, что будет с теми, кого посчитают разносчиками заразы.

- Гхм – прочистив горло, мужчина отдавший приказ на осмотр, решил-таки представиться самостоятельно – как вы слышали, меня зовут Роберт, я являюсь начальником охраны, занимающейся контролем правопорядка в нашем небольшом поселении, а также его защиты от мертвецов. Многие из вас потеряны и подавлены, и в этом нет ничего удивительного, здесь, за этой дверью и крепкими стенами вы найдёте покой и защиту, но для этого, вам необходимо соблюдать несколько простых правил, которые помогут нам с вами подружиться и создать крепкую связь.

Подняв руку, мужчина сжал два пальца, наглядно показав, что правил действительно не так и много.

- Всего три буквы и, как вы можете догадаться, три правила: П - послушание, Т - трудолюбие, В – взаимовыручка – чётко и доходчиво Роберт донёс до выживших генеральную линию поведения, которую от них ожидали за толстой, металлической дверью.

- Тот, кто выполняет все указания старейших членов нашей общины, тот, кто честно и усердно трудится, помогая окружающим и не доставляя при этом никаких неприятностей, получит право называться полноценным членом общины. От вашего вклада зависит и место в нашей иерархии, и количество благ, что вы будете получать, также …

- Дорогой брат, - Моника прервала мужчину на полуслове – люди устали, и хотят отдохнуть, предлагаю не задерживать бедолаг более, этого объяснения вполне достаточно.

- К-конечно М … сестра – ответил мужчина, всем своим видом показывая, что ничего родственного в девушке, стоящей напротив него, он не видит. Набухший, едва заметный бугорок в области паха, красноречивее всех слов, говорил об истинных чувствах мужчины к Монике.

[Вертит всеми, как ей нравится, неплохо] – Джон восхищался способностью девушки манипулировать окружающими, никакой магии, лишь грамотное использование своей внешности и голоса.

[Что-то с ней не так, слишком идеальна … раздражает] – по какой-то неведомой причине, девушка начинала вызывать у Джона, едва заметные приступы тревоги, её движения, отточенная пластика, внешность и её взгляд на других людей, пробуждали внутри него ничем необъяснимое раздражение, словно она посягала на то, что принадлежит Джону.

Мотнув несколько раз головой, Джон попытался успокоиться, он вновь начал слышать сердцебиение стоящих рядом людей, и почувствовал притягательный запах крови.

[Держи себя в руках Джон] – сделав глубокий вздох, он на мгновение прикрыл глаза, тем самым постаравшись привести свой разум в порядок.

- Напоследок, должен кое-что вам сказать – Роберт не обратил внимание на девушку, закатившую к верху глаза, всем видом показывающей измученным людям, как её утомила речь начальника охраны – наказание за серьёзный проступок одно – пуля в лоб, никто не будет рисковать своей жизнью выкидывая вас наружу, тем самым стопроцентно пополняя армию мертвецов, хорошенько это запомните.

- А теперь открывайте дверь – мужчина отдал приказание своим подчинённым, но прежде чем те успели сделать хоть одно движение, людей заставил подпрыгнуть громкий чих от проигравшего борьбу с собой Барти, и последовавшая за ним волна вибрации от невероятно сильного удара по двери отделяющей их от ужасов канализации, к которой мгновением позже добавился протяжный вой бессильной злобы и разочарования.

Обернувшись назад, Джон с тревогой посмотрел в ту сторону откуда они пришли.

[Только бы дверь выдержала]

— Это не я … СЛЮРП – шмыгнул носом Барти, постаравшись разрядить обстановку, - давайте уже побыстрее зайдём внутрь, что-то мне здесь неспокойно.

- Эта тварь тебя спугнула, парень? - под скрежет отпираемой двери, слова старого итальянца смог расслышать только Джон.

- Да, она … - сильно сжав губы, промычал Джон, его колотила непрекращающаяся дрожь, словно в каждую клетку его тела воткнули несколько раскалённых до красна игл - и я надеюсь мы с ней больше не встретимся

[По крайней мере, пока мне так плохо, да что со мной вообще происходит?]

***

На заваленной трупами площадке уместилась огромная груда плоти. Множество щупалец бессильно скользили по неприступной металлической двери в поисках места, за которое можно уцепиться, дабы затем снести раздражающую преграду, отделяющую чудовище от лакомой пищи, которую он учуял вовремя патрулирования своей территории.

Слишком лакомая и желанная, чтобы так просто отступить. Десятки прочных щупалец пошли волной начав сокращаться, сосредоточившись на двери, тварь приготовилась к сокрушающему удару, совершенно не замечая тёмно-зелёный гребень, неспешно приближающийся к месту событий. Небольшие волны, расходящиеся от костяного гребня с едва слышимым всплеском, разбивались о позеленевший от времени бетонный бортик желоба.

Желтые глаза хищника внимательно следили за добычей, все мышцы его тела превратились в одну большую сжатую пружину, готовясь бросить гигантское тело вперёд.

Нападение крокодила произошло одновременно с ударом щупалец по двери. С громким всплеском многотонная туша вылетала из воды, впившись своей гигантской пастью с сотней острейших клыков в зазевавшуюся жертву, вызывав у той дикий вопль ярости и боли.

Канализация была слишком мала для хищников, находящихся на вершине пищевой цепочки.

***

- Приятного аппетита!

С характерным чавкающим звуком, в миску Джона упал не аппетитно выглядящий и плотно слипшийся шмат пищи, в котором с трудом угадывался рис и что-то отдалённо напоминающее бобы, может быть фасоль или же, Джон, серьёзно это допускал, фасоль была не более чем галлюцинацией.

От еды тянуло стойким и неприятным ароматом дешёвой рыбы, долго простоявшей в тридцатиградусном тепле. Хотя Джон сильно расширил свой гастрономический горизонт, пожирая людей, мертвецов, пауков-переростков, от которых зачастую несло всяким, но даже он, поморщился от стойкого амбре, вовсю распространяющегося по небольшой столовой.

- Мой особый рецепт, я назвал блюдо – “Веганский ковчег” – повар гордо выпятил свою грудь вперёд, совершенно не стесняясь уничижительного взгляда Джона.

- Только представь, никакого мяса, лишь белый рис, брокколи, красная фасоль, перемолотая в кашицу спаржа и мой фирменный соус – получив молчаливого слушателя, мужчина знатно распалился – между прочим, рецептом соуса поделилась моя бабушка, можно сказать, это семейный секрет имеющий историческую ценность, на твоём месте я бы гордился возможностью приобщиться к высокой кухне, там – мужчина посмотрел на потолок – меня ждала известность, а в этой дыре, даже спасибо не услышишь – его раскосые глаза требовательно уставились на Джона.

- Да, спасибо, я действительно очень тронут, и чувствую себя причастным к чему-то поистине великому – стараясь не дышать носом, с неприкрытой иронией в голосе ответил Джон.

- Правда? – расцвёл азиат, пропустив издевку в словах Джона мимо ушей – тогда, возьми ещё добавки – воровато оглянувшись, мужчина зачерпнул целый половник дурно пахнущей бурды, и закинул её в тарелку Джона, прежде чем тот успел сделать шаг назад.

- Иди быстрее, пока другие не заметили, еда у нас в дефиците, брысь – брысь

- Смотрю, ты ему понравился парень, - улыбнулся Фредерик севшему напротив него молодому человеку. Примечательным было то, что его миска, в отличие от других уже была очищена дочиста, когда остальные, судя по всему, даже не пытались попробовать это замечательное блюдо, вместо этого зажимая свой нос и корча разнообразные гримасы отвращения.

- На вкус, очень даже неплохо, хотя внешний вид и запах определённо подкачали – поделился своими ощущениями старик.

- Не … бгхб … я … бгхб … пас – прошептал Барти борясь с тошнотой.

- И я тоже …

- И я … лучше уж сдохнуть с голоду

Сидящие за столом люди проявили невероятную солидарность по отношению к стоящему напротив них блюду.

Джон же, смело запустил ложку в пищу, затем отправив её в свой рот под удивлёнными взглядами окружающих и одобрительным кивком Фредерика. Как старик и сказал, на вкус, еда разительно отличалась от внешнего вида. И даже если бы слегка подгоревшая пища была на вкус, как собачье дерьмо, он бы всё равно продолжил есть её, ложку за ложкой.

События, разыгравшиеся вокруг них, не оставляли места для брезгливости, и Джон, как никто другой знал, что пища залог выживания и самый лучший источник энергии. Прикончив свою порцию, он вопросительно посмотрел на людей, не притронувшихся к своей еде.

- Если никто не будет, то я с радостью избавлю вас от этой ноши – даже вид аппетитно уплетающего свою порцию молодого человека не смог поколебать сердца и желудки людей, и те, с радостью начали передавать свои порции Джон активно работающему ложкой, после этого спешно покидая столовую.

Пока он уплетал одну порцию за другой, Фредерик успел пообщаться со старожилами этого места, пришедших не так давно с обязательных работ. Несмотря на то, что все они были покрыты тёмно-серой коркой пыли, а их руки дрожали, каждый раз стоило им попытаться поднять ложку, их лица, в противовес всему остальному излучали спокойствие и умиротворение. Даже такая нелёгкая жизнь в разы лучше, чем скитание по поверхности, наполненное всевозможными ужасами и монстрами только и желающими тобой полакомиться.

- В общем, я немного прояснил текущую ситуацию – старик с каким-то отческим умилением посмотрел на жующего Джона, - если говорить коротко - мы в дерьме.

- О, спасибо, а я-то думал, у нас всё хорошо – прогнусавил Барти по-прежнему зажимая свой нос.

- Не ёрничай, никто и не слышал про тоннель под рекой, хотя я более чем уверен, что мы на одном с ним уровне, единственный выход в канализацию перекрыт толстенной решёткой, и судя по слою пыли, там давно никто не ходил, а всё разбирают какой-то проход, там якобы произошёл обвал – тихим голосом продолжил старик – и говорят, место куда он ведёт доверху забито запасами провианта, хорошая мотивация чтобы выложиться на полную и избавиться наконец от этой бурды, говорят еды столько, что хватит до второго пришествия Христа.

Тяжело выдохнув, старик помассировал свой люб.

- Но в это мне с трудом верится, как и в то, что мы попали в какую-то общину, эти люди больше похожи на надзирателей, чем на благочестивых братьев и сестер, иначе с чего бы им ухмыляться, когда они так обращаются друг к другу?

- Потому что это никакая не община – Джон ненадолго отвлёкся от последней миски с едой, поглощение семи порций ровным счётом никак не сказалась на размерах его живота – скорее всего, это очередной лабораторный комплекс, работающий на корпорацию Амбрелла и одному Богу известно, что за эксперименты они проводят, а всё это – Джон обвёл окружающую их обстановку взглядом – не более чем декорации.

- Интересно, что же они собираются со всеми нами делать? – безэмоционально спросил чернокожий мужчина, которого не очень-то и беспокоили открывающие перед ним перспективы, он уже вовсю клевал носом, и мечтал только об одном, о мягкой подушке и тёплом одеяле.

- О, завтра, мы это с лёгкостью узнаем – возбуждённо улыбнулся Фредерик, - пока ты воротил свою рожу от еды, я не только поговорил с местными, но и успел записать нас в поисковый отряд, местный бригадир с большим удовольствием пошёл нам на встречу, нам даже дадут возможность принять душ вне очереди и выспаться на кровати, неплохо же, а?

— Вот так просто записал и нас взяли? – Барти со скепсисом посмотрел на старика – скажи ещё, что нам выдадут оружие, они же не идиоты.

- А я и не говорил, что нам выдадут оружие, вовсе нет, нам выдадут рюкзаки, и вооружённых до зубов ребят, с которыми мы отправимся на поверхность в поисках выживших и припасов. А ещё, я забыл сказать, что две последние экспедиции закончились полным провалом, и наши доблестные вояки вернулись без носильщиков, удивительно правда? Думается мне, по пути на поверхность потеряемся и мы – громко хлопнул в ладоши старик, привлекая к себе внимание немногих людей, находящихся в столовой – извините старика за несдержанность – повинился мужчина перед присутствующими.

- Неужели так вкусно, Джон? – взгляд чернокожего мужчины словно рентгеновский луч пронзал сидящего рядом с ним молодого человека.

- Отменное блюдо, действительно, бабушкин рецепт соуса не подвёл – из его горла вырвалась небольшая отрыжка.

- А дальше, в дело вступит Джон, отберёт оружие у этих мудаков, и мы узнаем, где же находится этот чёртов тоннель, я надеюсь он всё же существует не только в твоей голове, Барти – прошептал старик.

- Я людей не брошу, понятно – нахмурился полицейский, в глубине души он боролся с долгом и желанием сбежать в безопасное место.

- А тебя и не просят никого бросать, - жарко зашептал Фредерик – найдем дорогу, и вернёмся за ними, вместе с подкреплением, и тогда ты сможешь даже речь произнести – Во имя закона и справедливости – или что вы там обычно говорите, согласен?

- Да …

- Тогда предлагаю разведать, где здесь находится душевая и наши койки, мне не терпится хорошенько выспаться.

***

Местная душевая не поражала воображение. Такой же низкой потолок, небрежно пробитое отверстие вентиляции в стене и затхлый запах воды, вырывающейся из душевой лейки. Джона ничуть не волновал вопрос того, откуда течёт эта вода, каким образом она греется, главное, что она была горячей.

Всё дерьмо, в котором он успел измазаться, бурным, грязно-коричневым с редкими вкраплениями чёрной слизи, бурным потоком стекало с его тела, жадно поглощаемое сливным отверстием.

Рядом протяжно ухал Барти, яростно натирающий своё жирное тело зелёной мочалкой, словно пытаясь соскрести с себя кожу. В противовес ему, совершенно безмолвно, и неподвижно, наслаждаясь горячей водой, стоял Фредерик, щедро покрытое морщинами лицо старика выражало несвойственную его поведению грусть и обречённость. Мужчина серьёзно устал, его возраст и сопутствующие болячки сильно изматывали пожилого итальянца, лишь твёрдость духа и желание хоть чуть-чуть облегчить душевные терзания небезразличных ему людей, держали старика на ногах.

Решив последовать примеру чернокожего мужчины, Джон начал растирать своё тело потрёпанной жизнью мочалкой, которая прошла через множество людских тел, запах обычного, дешёвого хозяйственного мыла, был в тысячу раз приятнее канализационного воздуха. Заурчав от наслаждения, он начал напевать себе под нос, какую-то незамысловатую песенку, полностью отрешившись от терзающих его разум проблем, решив довериться судьбе.

- Нехило тебя жизнь потрепала, Джон – грустно вздохнул чернокожий мужчина, разглядывая уродливый шрам на его спине – надо же, по тебе ещё и стреляли, живучий ты засранец, парень, тебе бы вовсю с девчонками гулять да занятия в универе прогуливать, а не вот это вот всё … однажды я ногу подвернул, так до сих пор о себе напоминает, что уж говорить про твои ранения, сильно беспокоят?

- Терпимо – слабо ухмыльнулся Джон, - раньше вообще не болели, пока меня не накачали чем-то интересным.

- Фьююю, да ты зря беспокоишься о нём Барти – восхищённо произнёс подошедший старик, - гляди-ка, - ткнул он пальцем в блекнущий прямо на глазах шрам на бедре парня, о таком читал только в книгах, фантастических преимущественно – добавил старик на вопросительный взгляд Барти.

- И впрямь, регенерация, да?

- Вроде как – ответил Джон, ничуть не смущаясь, всё же они были в одной лодке – правда пока что она сильно сбоит.

— Значит она такая же, как и ты – задумчиво произнёс чернокожий мужчина – это многое объясняет.

- Та девчонка, на которую ты смотрел, словно на воскресшего Христа - проявил проницательность Фредерик – и что же с ней не так?

В душевой мужчины были одни, а струи воды создавали достаточно сильный шум, чтобы не бояться быть услышанными.

- Семь лет назад, в небольшом городке в двадцати милях отсюда, произошёл необычный случай, про него не писали в газетах, не говорили по радио, а про телевидение я вообще молчу – мужчина неосознанно поводил рукой рядом с собой, будто бы ища карман штанов, в котором находились сигареты - одна девушка, несогласная с чем-то или просто больная на голову, решила устроить акт самосожжения, и я должен вам с уверенностью заявить, у неё это получилось, её дикий визг и запах палёной плоти до сих пор снится моему другу в кошмарах. Сам я свидетелем этого, конечно, не был, но видел дело, в котором была фотография, молодой, красивой девушки, уверен у неё отбоя в парнях не было.

Почесав свой живот, мужчина продолжил – скандал тогда был знатный, девчонка была дочерью, какой-то важной шишки, и моему товарищу, работающего в том отделении полиции, чуть глаз через задницу не вытащили, будто бы они могли как-то ей помешать.

- Самое интересное заключается в том, что когда её потушили, она была ещё жива, обугленная, как деревяшка, она тем не менее, держалась за жизнь, и её привезли в нашу больницу, откуда она таинственным образом исчезла, как и исчезло её дело, а всем нам было приказано забыть об этом случае, если мы хотел дослужить до пенсии.

- Кто бы мог подумать, что я встречу её здесь, целую и невредимую, словно она только что сошла с фотографии, я не говорю уже о том, что на ней места живого не было, но ведь прошло семь лет, а она всё такая же, да и этот её взгляд – словно от зубной боли скривился мужчина, силясь подобрать аналогию.

- И какой же у неё взгляд? - не выдержал Фредерик

- Как у Джона – Барти кивнул в его сторону головой, чем заставил Джона удивлённо приподнять брови.

- Что не так с моим взглядом?

- Ты, да и она, когда задумаетесь о чём-то и потеряете над собой контроль, смотрите на окружающих, как на еду. Так на меня смотрел взрослый медведь, когда мы с моим покойным отцом ходили в лес поохотиться на лося и чуть сами не стали едой. Ваши движения, поведение, вы оба уверены в своём превосходстве, может просто не замечаете этого. Поэтому, я надеюсь, что ты Джон не сорвёшься, и не устроишь побоище, и … сможешь прикрыть нас от этой коварной суки.

- Да не смотрю я так на вас, - возмутился Джон, внутренне похолодев, он мог отрицать это, но сам он прекрасно понимал, что на его счёт темнокожий мужчина прав, на всё сто процентов. Единственным открытием для него стало предположительное наличие схожих способностей у это милой девушки. Всё же он больше привык сталкиваться с монстрами, разительно отличающимися от людей.

- Не обижайся, но что есть, то есть, нам нужно будет свалить отсюда как можно быстрее и прихватить с собой остальных людей, потому что с помощью мы можем и не успеть вернуться.

- Да-да-да, не пугай парня, засранец, со своими пончиками и гамбургерами, ты тронулся крышей, мало ли похожих друг на друга девушек на белом свете, просто давайте обходить её стороной до утра, а дальше будем решать проблемы по мере их поступления.

***

Тонкий матрас, сквозь который отлично чувствовался рельеф и жёсткость металлической сетки, покрытое подозрительными разводами жёлтого цвета одеяло и провонявшая потом, грязная подушка, настоящее богатство по нынешним временам. В тёмной комнате без двери было десять двухярусных кроватей, тусклый свет коридорной лампы едва отгонял тьму у порога, совершенно не мешая отдыхающим людям. Место здесь нужно было заслужить, помещений на всех не хватало, поэтому многие из выживших лежали на холодном, бетонном полу, кутаясь в доступную им ткань, а им троим оно досталось считай за просто так, по меркам Джона за сущий пустяк.

Когда он последний раз нормально спал, Джон и не помнил, каждый раз его сознание накрывало непроглядная пелена в следствии всевозможных неприятностей, серьёзных ранений, но не по причине обычного отдыха на кровати.

Подъём был назначен на шесть часов утра, восемь часов отдыха, считай вечность. Над его головой раздалось мерное посапывание старика, а на кровати справа, всё никак не мог устроиться Барти, его грузное тело своим весом вминалось в крупную сетку кровати, доставляя толстяку неприятные ощущения. Но даже он, спустя десять-пятнадцать минут отправился в царство снов, а за ним, ещё раз внимательно оглядев окружающих, и прислушавшись к звукам, гуляющим вокруг него, отправился Джон.

***

Над головой учёного раздражающе жужжала лампа. Прошло три дня с тех пор, как он подал заявку на замену источника раздражения, беспощадно вгрызающегося в его мозг, но их инженеры были заняты чем-то другим, признаться мужчина их не видел уже долгое время. Глаза мужчины, покрасневшие от долгого недосыпа, готовы были закрыться в любую секунду, он уже подумывал опробовать метод со спичками, который видел неоднократно в мультфильмах, от которых была без ума его маленькая дочка.

С ненавистью взглянув на остывшую чашку кофе, мужчина решил сделать зарядку для глаз, осматривая помещение, в котором он находился. Но перед этим, он заразительно зевнул, чуть не свернув себе челюсть. Отрезвляющая вспышка боли и судорожные потирания пострадавшего места, помогли ненадолго избавиться от липких пальцев Морфея.

За соседним столом сидел, наверное, самый странный из сотрудников их лаборатории. Таких, как он, называют сталкерами, извращенцами и психопатами. Гениальность зачастую идёт рука об руку с безумием.

При первом знакомстве, этот мужчина, в данный момент, что-то жарко шепчущий маленькой фотографии, лежащей перед ним, производил приятное впечатление. Отпущенные до плеч, слегка кудрявые волосы цвета вороного крыла, стильные очки в тонкой оправе, гордый профиль лица, всё портила экстремальная худоба и маниакальные огоньки в глубине его глаз. До встречи с Моникой, он был вполне адекватным мужиком, но затем, он поддался страсти, его пылкие взгляды, которые, как он думал никто не замечал, неуклюжие попытки завести разговор, и щенячья преданность отталкивали не только объект его преклонения, но и остальных окружающих.

Чувствуя к себе предвзятое отношение, мужчина с каждым днём, всё сильнее замыкался в себе, односложно отвечая даже на рабочие вопросы, собственно, по другой теме вопросов ему никто не задавал.

И вот теперь они остались наедине, остальные сотрудники разошлись с большой долей вероятности по своим комнатам. Не потрудившись даже убрать оставленный беспорядок на своих столах. Чего тут только не было, отчёты об экспериментах мирно соседствовали с комиксами и плюшевыми игрушками, использованная канцелярия валялась на полу, грозя особо невнимательной личности близким знакомством с полом.

Три дня, осталось всего три дня, и все они наконец-то покинут это опостылевшее место. Находится здесь с каждым днём становилось всё не безопаснее, события разыгравшиеся наверху подарили им не только бесценный опыт, но и кучу геморроя. Начать хотя бы нужно с того, что большая часть безопасных путей безвозвратно перекрыта алчущими крови мертвецами и просто так мимо них не пройти.

И быть может, если бы не их новейшая разработка, им бы пришлось пойти на гораздо более высокий риск, но сейчас испытания завершены, безусловный миг триумфа. Корпорация вознаградит их за труды, ведь армия послушных, не чувствующих боли существ, отличных от бродящих по поверхности мертвецов позволит свергать правительства перекраивая устоявшиеся правила и ограничения.

Поистине их творение было чем-то невообразимым. Паразиты, их связь и влияние на носителя. Как бы горько не было признавать, Т-вирус, вырвавшийся на свободу, помог им завершить работу до конца.

Их лаборатория смогла вывести долгие годы тому назад два типа паразитов – раб и погонщик, звучит конечно немного высокопарно, но как нельзя лучше отражает их суть.

Вводя паразита внутрь заражённого тела, необязательно мёртвого, они получили инструмент, которым можно было управлять посредством звуковых колебаний низкой частоты. Паразит произрастал неподалёку от спинного мозга, подключаясь к мозгу посредством микроскопических волокон, произрастающих из него. По сути, он становился истинным хозяином захваченного тела. Побочным эффектом паразитизма было усиление организма носителя, его тело становилось крепче, сильнее и быстрее, а голосовой аппарат сильно видоизменялся, но большинство обычных людей, на его памяти, не смогли пережить столь грубого вмешательства, погибая в жутких мучениях, конечно, были и выжившие, именно на них они отработали технологию, упираясь лишь в слабость человеческого тела.

И тут, как гром среди ясного неба, начинается самая настоящая эпидемия, вызванная разработкой их коллег, которой они не захотели с ними поделиться, мужчину радовало, что эти заносчивые ублюдки уже стали чьей-то трапезой. Миг триумфа был близок, и люди, находящиеся над ним, в бункере, который они прозвали убежищем, станут той силой, что выведет их сквозь ужасные недра подземного мира.

Похрустев своей шеей, мужчина вновь бросил взгляд на своего странного напарника.

[Куда это он делся, на него не похоже, уйти раньше меня, нонсенс, хотя … ну и пусть, без него мне будет работать поспокойнее, допишу отчёт и баиньки, скоро настанут тяжёлые деньки хе-хе-хе]

Довольно улыбнувшись, мужчина приступил к написанию отчёта, бодро застучав пальцами по клавиатуре. Весело насвистывая себе под нос, мужчина решил полюбоваться своей красавицей дочкой. Очаровательная малышка восьми лет, с красивым красным бантом на голове, махала своей маленькой ручкой в сторону объектива камеры. Каждый раз, когда он смотрел на фотографию в красивой рамке, мужчина хотел пустить слезу умиления и в этот раз, его привычка любоваться своей дочуркой, буквально спасла ему жизнь.

В стекле закрывавшем фото, отразился долговязый силуэт с высоко поднятыми ножницами, свист, и холодный метал входит в плечо недостаточно проворно отодвинувшегося мужчины. Острая вспышка боли, и с коротким воплем, он отталкивает своего неудавшегося убийцу, заставляя последнего потерять равновесие.

- Джошуа, ублюдок, какого хера ты творишь, долбанная тварь – яростно закричал учёный, зажимая кровоточащее плечо. Его белый халат быстро пропитывался кровью.

[Только бы не задел артерию, тогда мне настанут кранты] – молился про себя мужчина. Постанывая от боли, он пропустил момент, когда упавший мужчина, молчаливо начал подниматься, бесстрастно смотря на него. Его бледное лицо было покрыто каплями крови, попавшими на него с лезвия ножниц.

- Я ##кому не п##о#лю мне по#####ть, т# до##ен ###ть - бессвязно прошептав предложение, в котором учёный несмотря на шипение и хрипы осознал готовящуюся для него участь, Джошуа с не свойственной для его тела проворностью прыгнул вперёд.

- ПОЛУЧАЙ СУКАААА – ударив ногой по стулу, заверещал загнанный в угол учёный, - Я ТУТ НЕ СДОХНУ, ТВАРЬ, НИ ЗА ЧТО!!!

Почти не имея возможности двигать своей рукой, он бросился на нападавшего, неуклюже отбив его руку с ножницами в сторону. С рычанием, больше подходящим дикому псу, чем человеку, он впился зубами Джошуа в подбородок, вызвав у того ответный крик боли.

Толкаясь и рыча, двое мужчин сражались не на жизнь, а насмерть, словно болванчики отлетая от одного стола к другому. Ещё несколько кровавых уколов отметилось на теле учёного, пока тот не решил сравнять счёт, наконец-то наткнувшись своей рукой на канцелярский нож. Режа друг друга с неистовой яростью мужчины забыли обо всём вокруг. Настал тот миг, когда они уже не смогли стоять, пинаясь, кусаясь, они катались по полу забыв про своё оружие, он не знал, что за чертовщина творилась в голове у его противника, но сам он без конца повторял лишь одно

[Дочка, дочка, я …] – кгх – [клянусь, я убью эту тварь и вернусь к тебе, клянусь]

- Аргх, ааааа, - срывая голос, мужчина заорал, когда ему в руку впился осколок от стеклянной бутылки, которую два дня назад разбила их коллега, из последних сил, он схватил окровавленной рукой этот осколок и беспорядочно начал вонзать его в тело своего противника. Он бил и бил, потеряв счёт времени, в какой-то момент, хватка его оппонента ослабла, и он обмяк. Тяжело дыша, мужчина не услышал, как дверь помещения открылась.

- Боже, что здесь произошло? – донёсся до его ушей ласковый голос.

- Моника, мэм, это не я – сипло прошептал мужчина. С трудом приподняв левую руку, он протёр свои глаза от попавшей в них крови, наконец возвращая себе возможность ясно видеть окружающую обстановку.

Во всем его теле поселилась слабость, окровавленный и измождённый, нуждающийся в срочной помощи, первым делом он решил успокоить девушку, стоящую перед ним.

- Не беспокойтесь, всё в порядке, я с ним разобрался – аргх – кровавый сгусток, вылетевший из его рта запачкав бежевые туфли девушки. – Мне нужен врач, иначе я могу умереть – отталкивая лежащее на нём тело, произнёс мужчина.

- Ты так прекрасен Кен – возбуждённо произнесла девушка, тяжело дыша.

- Ч-что? – прохрипел мужчина из последних сил, он с трудом смог поднять голову, дабы посмотреть на Монику. Он ожидал услышать и увидеть многое, испуганную девушку, побелевшую от страха, или визжащую от ужаса, Господи, он мог даже смириться с падением нежного цветка в обморок от увиденного, но вот чего он не ожидал увидеть, так это печати вожделения проступившего на лице девушки. Её прекрасное лицо, приобрело какие-то животные черты, её ноздри хищно раздувались, а язык то и дело облизывал ярко-алые губы.

- Помогите мне, позовите на помощь – обречённо прошептал мужчина. Его внутренности сковал холод и животный страх, гораздо больший чем, он испытал во время схватки с обезумевшим соперником. Он никогда не видел Монику такой, она словно наслаждалась увиденным, получая удовольствие вдыхая металлический запах крови.

- Такой прекрасный запах, такой чарующий, словно я выбралась из этой тюрьмы и вдохнула каплю свежего воздуха, так освежающе – в сладкой истоме Моника закатила глаза, её тело сотрясали невидимые удары оргазма, который она умудрилась получить от наблюдения за последствиями схватки.

- Помоги….

- Скажи мне, Кен … - она бесцеремонно прервала его зов о помощи - … что ты почувствовал, когда выпустил внутреннего зверя, радость, наслаждение? Какого это отбросить сковывающие тебя оковы, принять себя, того, кто живёт глубоко внутри тебя? Ты доволен, Кен?

Моника медленно наклонилась над лежащим мужчиной, не обращая внимания на одежду она уселась с улыбкой в лужу крови, положив голову мужчины себе на колени. Её рука дрожала, когда она начала водит ей по окровавленному лицу Кена. Замерев на секунду, она встрепенулась не в силах противиться зову внутри её головы. Не обращая внимания на мужчину выпучившего в шоке глаза, она с упоением стала облизывать свою окровавленную руку, жмурясь словно кото добравшийся до валерианы.

- Я больше не могу ждать, не могу сопротивляться, - с тихим стоном наслаждения, девушка надавила на плечо Кена вызывая у того бурное кровотечение, - так восхитительно … прости отец … я … ахххх … больше не могу себя сдерживать.

На глаза умирающего мужчины, лицо девушки поплыло, с громким хрустом превращаясь в оскаленную пасть.

- ААААААААААААААААААААААААААААААААААА … – высокий тональности крик прервался так же быстро, как и появился, стоило существу некогда бывшей красивой девушки впиться в его шею. Брызги крови, выплёскивающиеся из агонизирующего тела, покрыли Монику с ног до головы.

Она продолжала впиваться в безвольное тело, не обращая внимания ни на что, даже на раздавшийся сигнал тревоги, даже топот десятков пар ног спешащих к месту происшествия солдат не смог её поколебать.

До вооружённых людей беспечно зашедших внутрь донеслись тихие щелчки …

Путь наверх. Часть 4.

Исследовательский комплекс:

Маленькие разноцветные бабочки беззаботно кружили хоровод вокруг мерцающей настольной лампы. Их тельца вздымались и опускались в такт её свету, закручиваясь спиралью - всё ближе и ближе подлетали они к источнику света, приближались… и, обжёгшись о раскалённое стекло, погибали, камнем падая на начавшую синеть руку мёртвого мужчины.

Разорванный на несколько частей, мужчина, лишился шанса стать частью зарождающейся семьи. Её матриарх, с садистским упоением, копался в груде тел, заботливо сложенных её новорождёнными отпрысками.

По длинным изогнутым коридорам разносились звуки выстрелов, крики боли и отчаяния - и голоса её детей, понятные лишь ей одной. Они жадно познавали мир, вновь ставший для них чуждым. Обрывки их прежних личностей возвышали их над обычными зомби, делая послушными и безгранично преданными своей создательнице.

Существо, некогда бывшее женщиной, склонилось над едва дышащим солдатом. Её длинный палец, покрытый полупрозрачной чешуёй не встречая сопротивления защитного снаряжения полностью погрузился в человеческую плоть. Небрежный взмах левой руки, и с легким хрустом часть её плоти остаётся внутри умирающего. Боль в искалеченной конечности терялась в вихре эмоций, обуревавших её. Этот ребёнок будет особенным: сильным, быстрым, несокрушимым - её совершенным оружием.

Холодные ярко-зелёные змеиные глаза с неестественной нежностью скользнули по лицу человека. Остался последний шаг. Разжав сведённый судорогой рот умирающего, она слилась с ним в поцелуе. В этот миг единения, из глубины её гортани, показался паразит - уродливая, лоснящаяся слизью тварь, отдаленно напоминающая гусеницу. Раздвоенный язык подтолкнул её, и юркое создание с лёгкостью проскользнуло в рот носителя, запуская финальную стадию изменений.

Бережно подняв дитя, она перенесла его в угол, положив на груду тел с неестественно свернутыми шеями. Инстинкты твердили: для идеальной трансформации нужна чистая, не тронутая вирусами пища. Хотела бы она остаться, дождаться пробуждения… но дела не ждали.

С лёгким шипением, она оглядела оставшиеся тела. Мало. Их слишком мало. Чешуя на её теле пришла в движение издавая низкий, вибрирующий звук. Безмолвные приспешники, стоявшие неподалёку, встрепенулись. Череда коротких щелчков-команд и они ринулись в хитросплетения коридоров и помещений в поисках новых тел.

Пока дети искали новый материал, она вернулась к отработанному ритуалу: взять тело, ввести паразита, отбросить в сторону. Но в этот раз ритуал был нарушен. Её будущее дитя с неестественно выгнутыми в разные стороны ногами, стоило лишить его маски и приблизится к лицу - неожиданно открыло карие глаза, вспыхнувшие ненавистью, и остро заточенный клинок ударил её прямо в сердце, бессильно отскочив от чешуи.

Нанося удар за ударом, рыча от ярости, мужчина не сдавался, пытаясь пронзить сердце монстра, пока наконец её ладонь не сомкнулась на его запястье с тихим хрустом. Прошло не более нескольких часов, как милое женское личико так и притягивающее взгляды мужчин превратилось в ужасную маску вызывающую лишь отвращение и животный ужас.

- Девочка, а ты … сильно изменилась, - прошипел он, пуская кровавые пузыри. - Не могу поверить, что хотел тебя трахнуть … с такой-то рожей, тебе самое место в кошмарах.

Он не был уверен, что она его поймёт, но боль свободно гуляющая по его телу и страх скорой смерти, требовали выхода.

- Мне нужно чтобы ты приподнялся - прошелестела внезапно ожившая гарнитура. Хриплый голос, принадлежащий, если ему не изменяла память - Роберту, местному шутнику и балагуру, заставил его сердце биться сильнее. Кратковременная эйфория, сменилась мрачным осознанием неизбежного конца.

Приподняться? Хорошая шутка над человеком, который не чувствует своих ног. Впрочем, Роберт всегда был отъявленным говнюком.

Не обращая внимания на ноющие рёбра, мужчина изо всех сил втянул в себя воздух, набирая в рот кровавую слизь и сопли. Смачный плевок - и густая смесь попадает твари прямо в щёку, слегка не достав до глаза с вытянутым зрачком.

Разъярённо зашипев, она резко вывернула его руку, вызвав у мужчины болезненный вопль. В следующее мгновение она схватила его за шею подняв воздух словно тряпичную куклу

- Над меткостью мне стоит поработать - скрипя зубами, процедил мужчина, чувствуя, как его руку превращают в фарш. - Но в аду у нас будет куча времени, сука.

Сгинуть в пасти монстра или же разлететься на куски от взрывчатки хранящейся в его подсумке. Выбор был очевиден.

- Стреляй же, ну!

Глухой звук автоматной очереди, заставил солдата улыбнутся, перед тем, как клыки сомкнулись на его горле. Зажигательные пули прошили их насквозь поджигая тварь изнутри. Последние снаряды достигли цели попав в подсумок с взрывчаткой - и комнату поглотил взрыв

Ударная волна превратила мебель в щепки. Находящиеся рядом с эпицентром взрыва тела превратились в кровавую взвесь. Разорванное на части тело чудовища разлетелось словно шрапнель. Обгоревшее туловище пролетело через всю комнату закончив свой путь в объятьях гигантского аквариума под грохот разбившегося стекла - тут же смытое хлынувшими потоками воды.

***

Тьму помещения прорезал яркий луч фонаря. Стоящий на четвереньках мужчина, в противоположенной от аквариума стороне, яростно тряс своей головой, пытаясь избавится от свистящего гула в ушах. Не обращая внимания, на несколько деревянных щепок пробивших его тело, он, борясь с тошнотой, полз в сторону своего врага.

У него было чертовски мало времени. Пусть он оглушён и не слышит ничего вокруг , он не сомневался, сюда на всех парах мчатся питомцы этой стервы, и перед тем, как сдохнуть, он намеревался пустить контрольную пулю в башку это твари.

Быстрее. БЫСТРЕЕ.

Но прежде чем, он успел добраться до барной стойки - её разнесло мощным ударом.

Огромный, змеиный хвост схватил не успевшего даже дёрнуться мужчину, и комната наполнилась дикими криками пожираемого заживо человека.

Отряда гамма:

- Джейкоб, не стесняйся, признайся, ты обосрался и завёл нас хрен знает куда - Маркус ожесточённо потёр трёхдневную рыжую щетину, задумчиво осматривая паутину ржавых труб.

- Клянусь, я не буду бить тебя ногами, ты просто купишь мне выпивку, возможно много выпивки, и мы останемся с тобой лучшими друзьями.

- Маркус, заткнись и не отвлекай его - раздражённо бросил широкоплечий командир отряда - лучше смотри в оба, мне бы не хотелось стать закуской в зубах очередной ошибки природы.

- Я бы природу не винил, босс, она здесь не причём - вставил свои два цента один из бойцов.

Не обращая внимания на нервную болтовню своих бойцов, командир отряда подошёл к Джейкобу - их технарю и гуру электроники. Тот копался за трубой проходящей почти на уровне пола, будто пытался найти какой-то скрытый рычаг или иной механизм.

- Джейкоб, может, мы мы всё же не туда пришли?

Он редко испытывал страх, но сейчас его сердце было окутано непроницаемой пеленой липкого страха за свою супругу. Каждый раз он задавал себе один и тот же вопрос. Зачем они вообще во всё это ввязались? Прочему променяли спокойную, беззаботную жизнь на Гавайях, на всё это?

- Не парься, босс. Мы там где нужно. Просто этим ходом долгое время не пользовались и тут всё порядком заросло пылью и прочим дерьмом - он аварийный и …

Рука мужчины провалилась вглубь стены не встречая никакого сопротивления, но он не высказал ни грамма страха, без тени сомнения набирая числовой код, едва слышно бормоча себе под нос комбинацию - четыре… восемь… семь… два … готово.

Несколько кирпичей на уровне глаз сдвинулось в сторону. С небольшим скрежетом из образовавшегося портала выдвинулась сенсорная панель с небольшим пазом для пальца в правом нижнем углу.

- Так-с, попробуем.

Джейкоб, сплюнул на грязный палец, и вытер его об свои штаны, прежде чем поднести к сканеру.

«В доступе отказано»

- Дела … - протянул мужчина, попытавшись почесать затылок, но рука уткнулась в гладкую поверхность шлема.

- Попробуй ты, босс, возможно я не того полёта птица, но твои данные должны быть внесены в систему.

Удача наконец улыбнулась им - биометрия командира оказалась в системе охраны исследовательского комплекса.

- Маркус, будь другом, встань вот сюда - Джейкоб указал на небольшую плиту в паре метров от себя. - Датчик барахлит, не могу открыть проход - он виновато развёл руками.

- Какой ещё датчик, хренов умник, не держи меня за идиота - пробурчал мужчина, тем не менее, покорно занимая указанную позицию - и что теперь, заработал?

- Да, спасибо за помощь дружище! Увидимся внизу! - улыбка Джейкоба была дружелюбной, но глаза вспыхнули злорадным огнём.

- Чего, сук…?! А-а-а-а-а! - обескураженный мужчина заорал исчезнув в тёмном зеве открывшегося под ногами провала.

- Он там ничего себе не сломает? - абсолютно спокойно поинтересовался командир, одновременно с этим сбрасывая в провал тяжёлые сумки со снаряжением.

- Это же труба, как в аквапарке! Уверен, ему понравится. Потом ещё спасибо скажет.

Где-то недалеко от них, за углом, раздался громкий всплеск, а в нос повеяло смрадом. Командир зябко передёрнул плечами.

- Собрались! За мной!

Пять бойцов один за другим без колебаний шагнули в темноту. С тихим щелчком плита вернулась на место. Сенсорная панель, прежде чем беззвучно растворится в стене, на мгновение выхватила из мрака огромную тушу ящера в дальнем конце тоннеля. Они вновь разминулись со смертью.

***

- Выберемся от сюда - и я убью тебя! Клянусь! - шёпот Маркуса был настолько злобным, что, обладай он сверхъестественно силой, Джейкоб уже превратился бы в горстку пепла.

Отряд находился в небольшом квадратном помещении, стены были испещрены трещинами, а под ногами хлюпала дурно пахнущая вода. Её мерзкий запах оседал на языке, вызывая тошноту. Всё было покрыто плесенью и деловито снующими колониями мелких насекомых.

Джейкоб помахал в объектив камеры взирающей на них из под потолка. Дверь не открылась ни через минуту, ни через пять. Отсутствие реакции на их прибытие говорило само за себя - в исследовательском комплексе творилось что-то неладное.

- Разгильдяи! Совсем мышей не ловят! - фальшиво-весёлым тоном бросил Джейкоб, с тревогой взглянув на командира.

- Моника… - сердце командира сжалось. Меньше всего мужчина хотел верить в худшее, но если охрана комплекса не отвечает, то что стало с учёными?

Ответ был очевиден.

- Открой эту чертову дверь! - процедил командир, напрягшись, как туго натянутая тетива.

Кивнув головой, Джейкоб принялся колдовать над панелью управления. Он быстро разобрал её, откинув в сторону “мёртвый” сенсорный экран. Затем, он подключил свой наручный компьютер к резервному порту управления спрятанного под фальшивой микросхемой.

Несколько минут занял процесс подбора кодов доступа, пальцы инженера порхали над небольшим экраном наручного компьютера. Отказы в доступе, сменялись разрешениями, это было его поле боя, на котором ему никто не мог помочь. Но он справился. Раздавшийся скрежет запорных механизмов служил тому отличным подтверждением.

Вглядываясь в загруженную карту, Джейкоб чуть прищурился.

- Мы находимся под пунктом управления, за этой дверью лестница ведущая прямиком туда, перед нами будет ещё две двери, с первой я справлюсь без проблем, а вот у второй, протоколы защиты гораздо серьёзнее, мне потребуется больше времени на то, чтобы их обойти. Если ошибусь - нам не поздоровится.

- Ты можешь сказать, что там происходит?

- Не знаю, данных недостаточно - мрачно ответил мужчина, - на территории комплекса введен карантин, высокий риск биологической угрозы.

- Проверить снаряжение! Держать оружие наготове! Алан, Боб - замыкающие, сумки на вас. Маркус - идёшь первым, Тайлер за ним, Джейкоб - со мной.

С глухим стуком зомби с изуродованным лицом ударился в прозрачную преграду отделяющую его от желанной добычи. Его форма была измазана кровью, и хорошо опознаваемыми кусочками мозга, когда-то принадлежавшими неподвижно лежащему на полу мужчине в разорванном халате.

Ещё один зомби неподвижно стоял центру помещения. Уткнувшись в небольшой стол, он невидящим взглядом уставился в потолок.

- Джейкоб, а что будет, если ты ошибёшься? - не удержался Маркус. Бездействие и зависимость от действий одного человека - тяготили. Зомби его не пугали - вызывая скуку, покрайней мере, пока в его руках было оружие.

Техник хмыкнул не отвлекаясь от работы:

- Может сгорим, или легкие превратятся в желе. А может с наших тел слезет кожа и мы сдохнем испытывая жуткие мучения перед смертью. Вариантов безграничное количество, особенно когда имеешь дело с умными психопатами-садистами.

- Мило - кривая усмешка сделала покрытое шрамами лицо Тайлера ещё уродливее, обнажив металлические скобы на его верхней десне.

- Готово! Открываю?

- Стой! - резко выпалил обычно немногословный Тайлер.

- А этот мертвяк, вам не кажется подозрительным? - указал он на третьего мертвеца стоящего к ним в полоборота - он слишком пристально за нами наблюдает и …

- Он… следит за нами. И губы шевелятся - нахмурился командир.

- Где? - один из бойцов приблизился к перегородке с желанием посмотреть на необычного зомби.

- Отставить! - прозвучала резкая команда, - Тайлер, кончаешь его первым. Пока что к двери не подходи, незачем заставлять его нервничать.

- Понял!

Командир опустил правую руку с тремя растопыренными пальцами. Сгибая их, он вёл отсчёт. С последним согнутым пальцем, Джейкоб открыл дверь.

Тайлер рванул вперёд, начиная стрелять на ходу. Но его глаза вдруг расширились от удивления - подозрительный мертвец, использовал своего собрата, как метательный снаряд. Тело безвольного зомби погребло под собой не успевшего среагировать бойца. Сам же мертвец, издав вопль, напоминающий треск сломанного радио, резво прыгнул следом, широко раскрыв свою пасть.

Ему оставалось преодолеть меньше метра, как крупнокалиберная пуля превратила его голову в кровавые ошмётки. Обезглавленное тело содрогаясь в конвульсиях врезалось в ботинок Тайлера. Второй выстрел поставил точку в не-жизни второго мертвеца. Третьего пристрелил Маркус.

- Чёрт - раздался совместный возглас Боба и Алана, помогающих Тайлеру подняться.

На его запястье красовался кровоточащий укус.

- Ещё один шрам, - невесело прохрипел старый вояка - похоже последний в моей жизни, - он медленно повернул дуло револьвера в столону своей головы, завороженно смотря в отверстие, пуля из которого прервёт его жизнь.

Мотнув головой из стороны в сторону, он задал вопрос:

- Сколько у меня времени?

- Часа два, может три, не больше - ответил командир, тут же уточнив - если мы не найдём сыворотку, то у тебя будут все шансы закончить свою жизнь в окружении социальных работников. Не торопись пускать себе пулю в лоб, старина.

- Обнадёжил, ничего не скажешь, задумываясь о таком будущем, проще сдохнуть прямо сейчас - Тайлер присел на рядом стоящий стул, положив руку на стол, давая возможность напарнику её перевязать.

Тем временем Джейкоб вовсю разбирался с оборудованием осуществляющим управление лабораторным комплексом. Подключившись к базе данных сотрудников он искал местоположение Моники Андерсон, младшего научного сотрудника корпорации Амбрелла.

- Сможешь найти её? - коротко спросил командир.

- Да, в бейдж каждого сотрудника встроен трекер. Координаты местоположения обновляются каждые десять минут. По ним мы определим помещение в котором она находится и вытащим её.

Он намеренно оставил за скобками вариант, что сигнал мог исходить и от мёртвого человека. Пока техник копался в системе. Маркус с интересом переключал камеры наблюдения, демонстрирующие весь ужас происходящего в исследовательском комплексе.

- Срань Господня! - поражённо воскликнул мужчина, чуть ли не носом прильнув к монитору выводившему изображение. Где огромный змееподобный мутант с антропоморфными чертами скользил по коридору в окружении проворных мертвецов - точь-в-точь как тот, что едва не прикончил Тайлера.

- Командир, я её нашёл! - Джейкоб не скрывал торжества - Жива! Находится в отделе хранения и первичной сортировки.

- Слава Богу… - командир не сдержал вздоха облегчения, его плечи слегка вздрогнули, когда на экране мелькнула его жена - целая и невредимая. Она стояла поодаль от яростно спорящей группы учёных.

- Как нам добраться до них? Желательно не пересекаясь, с той тварью - он кивнул в сторону монитора с изображением их главной проблемы.

Сверив названия камер, с их местоположением, Джейкоб устало откинулся на спинку стула, ненадолго прикрыв лицо руками.

- Она недалеко от них, в конце коридора, и самое поганое, он единственный ведущий в ту сторону. Есть технические проходы между отделами, но… . - он сделал многозначительную паузу, - каждая дверь, отдельный квест, который я не факт, что смогу решить. И я хочу вам напомнить господа, мертвецов здесь до задницы и без той процессии.

- Почему ты не сможешь открыть двери отсюда?

- Карантин и тридцати-значный код доступа, который хранился в голове, кого-то из этих трупов, двери между отделами можно открыть либо изнутри, либо же при непосредственном подключении к управляющему устройству.

- Вот дерьмо!

В этот момент, огромная змея, остановилась перед большой двух-створчатой дверью. Её взгляд бесцельно блуждал по металлической поверхности, пока не остановился на панели управления. Обычно, все обратившиеся, за некоторым исключением, теряют свои человеческие воспоминания. Но этот случай был один из исключений.

Неуверенно, будто вспоминая давно забытый жест, мутант приложила свою ладонь к сканеру. Нежно синий цвет контура руки, сменился багровым.

- Активация системы защиты - Джейкоб впился в экран.

Из небольшие сопел выдвинувшиеся из потолка, вырвалось облако сверхпроводящего аэрозоля. За ним последовал ослепительный разряд, испепеливший множество мертвецов у дверей, заставив биться огромную тушу в судорогах.

Последним, что успела передать камера была разъяренная змея с раздувшимся капюшоном, яростно бьющуюся о неприступную дверь .

- Живучая, паскуда! Чего она так рвётся туда?

- Там хранилище биоматериала, который используют в экспериментах,- пояснил Джейкоб, сверясь с обозначениями на карте - а эта тварь, заражает тела своими личинками, превращая их вот в таких шустрых уродцев. Нам нужно торопиться - не уверен что та дверь долго продержится.

- Нам поможет только чудо! - пробормотал командир судорожно пытаясь придумать рабочий план действий.

Словно в ответ на его запрос, замолчавшая система оповещения вновь ожила, сообщая о прибытии нового материала. Изображение на мониторе сменилось: в камере медленно поднималась фигура нарушителя - того самого, кто не так давно перебил множество их товарищей .

- Лысый ублюдок, да как он, блять, выжил?!

- Вы просили чудо? Вот и оно - довольный Джейкоб, застучал по клавишам, - я обеспечу вам связь.

- Да ведь из человеческого у него только внешность - возмутился один из солдат.

- Но с ним можно договорится, - парировал техник, переводя взгляд на командира, - босс?

Джон, немногим ранее:

Сны бывают разные. Некоторые появляются лишь на миг и так же быстро исчезают, на утро оставляя после себя смутное ощущение тревоги или необъяснимое чувство радости. В некоторых случаях человек просто закрывает глаза и тут же их открывает, будто и не было восьми часов сна, он просто хорошо поспал, без сновидений, плывя в безграничной темноте.

Бывают сны, длящиеся целую вечность, в них, можно прожить ещё один день, сотканный из воспоминаний и фантазий, или же, стать кем-то иным - пиратом, королём, или многотонной машиной мчащейся по бескрайней дороге. В каждом случае, ты остаёшься наблюдателем, даже участвуя в развернувшемся действии.

А бывают осознанные сны. И хуже всего, когда такой сон превращается в кошмар.

Джон сидел на берегу небольшой весело журчащей речушки. Вода играла сотнями бликов под лучами яркого, тёплого солнца. Ласковый ветерок нежно трепетал его короткие волосы, раз за разом игриво их взлохмачивая. Пухлая пчела с большим брюшком деловито сновала вокруг слегка покачивающихся цветков.

Запах свежескошенной травы наполнял его тело лёгкостью и свежестью. Но где-то в глубине сознания настойчиво скреблось чувство неправильности происходящего. Мысли, сначала ленивые, начали крутиться всё быстрее, пока наконец, Джон не осознал себя полностью.

Он бы с радостью насладился заслуженным отдыхом и окружающей его идиллией, пусть она и была только в его сне. Если бы взгляд не упал на правую руку. Тонкая женская кисть с простым маникюром явно не принадлежала ему. Поднеся её поближе к своему лицу, Джон едва удержался от вскрика. Форма вновь изменилась - теперь рука стала мужской, выделяясь повышенной волосатостью и приметной татуировкой на запястье. Чужая.

По позвоночнику пробежал электрический разряд. В памяти всплыло чудовищное по своей жестокости, воспоминание - как он жадно пожирал убитого человека. Вернее, не он, а монстр внутри… Хотя было ли это оправданием?

Это воспоминание стало спусковым крючком для дальнейшего изменения мира вокруг него. Чужие воспоминания лавиной хлынули в его мозг, пытаясь изменить его, насытить чуждыми желаниями и сожалениями. Он видел детей, тянущих к нему свои маленькие ручки, разными голосами произносящие одни и те же слова - мама, папа. Их лица мелькали, сливаясь в бесконечный калейдоскоп. Мгновения тишины. И он вспомнил жаркий ветер Афганистана, настигший его вместе с десятком молодых парней у подножия гор.

Он помнил вечера похожие один на другой, начинавшиеся с бутылки дешевого пойла и заканчивающиеся в постели с очередной потаскухой возомнившей себя королевой, но с радостью отдающейся за двадцать пять баксов. Он помнил то, чего с ним никогда не происходило.

Силуэты людей обступили его со всех сторон. Их ступни безжалостно уничтожали нежную траву, а их лица… Боже их лица, были искажены яростью и желанием возмездия. Голова разрывалась от пульсирующей боли, дыхание сбилось, Джон изо всех сил цеплялся за своё Я, пытаясь сохранить личность.

Прозрачная вкусно пахнущая вода, как-то незаметно окрасилась в багровые тона. Как и весь окружающей мир. В нос ударил непередаваемый коктейль из смрада мёртвых тел и стального запаха крови.

Налившиеся объёмом силуэты развеял предупреждающий рык, наполненный животным превосходством. За спиной раздались мягкие шаги, тихие, но от этого не менее уверенные, наполненные смертоносной грацией.

Горячее дыхание опалило шею. Даже не оборачиваясь. Джон знал что увидит. Но стоять спиной к врагу было ниже его достоинства - даже когда страх сковывал его тело.

Монстр возвышался над ним: на голову выше, вдове шире в плечах, сплошь покрытый буграми стальных мышц под плотной кожей. Это была совершенная машина смерти, наслаждающаяся вниманием. Чудовище чуть ли не урчало от удовольствия. С радостью и собачей преданностью показывая себя во всей красе. Ярко-жёлтые глаза обещали:

Признай меня - и всё это твоё. Сила. Живучесть. Избавление от боли…

Но какого цена такого предложения? Джон отчётливо её осознал и…

Внезапно он почувствовал, как что-то потянуло его за собой. Глаза монстра расширились в удивлении, вспыхнув словно автомобильные фары - чудовище попыталось схватить его, но было поздно - когтистая лапа схватила лишь воздух.

Джон рывком проснулся. Сердце колотилось, как загнанный в угол бык бешено, яростно, с гулкимстуком рогов о стенки грудной клетки. Все мышцы свело судорогой, парализовав тело. Каждая его клетка будто кричала в панике, пытаясь сбросить нерушимые оковы, казалось, подавлявшие саму суть Джона. Конечности, веки, губы - были ему неподвластны. Боль яростным пламенем захватывала каждый миллиметр его тела, заставляя сознание биться в агонии. Он не мог позвать на помощь: горло надёжно блокировало любой звук. Джон задыхался. Сознание помутнело, а перед глазами начали появляться беззвучно кричащие лица убитых им людей.

“Может стоило принять предложение?” - мелькнула мысль в голове за доли секунды перед тем, как грудь поглотило взрывом сверхновой. Сердце буквально разорвало от чудовищной боли. Но именно она разрушила оковы, сдерживавшие Джона. Заливаясь слезами, он сделал первый вздох.

Вместе с глотком воздуха в его тело, казалось, вонзилось бесконечное множество тончайших игл. Они пронзили каждую клеточку в его теле, чтобы затем растаять, словно мираж. Чёрная жижа начала сочиться из пор, наполняя воздух смрадом.

Хрипя от натуги, Джон попытался встать с кровати. Руки тряслись без остановки, а ноги чувствовались деревянными и непослушными, готовыми подвести своего хозяина в любой момент. Тянущий позыв внизу живота, такой непривычный и забытый за эти насыщенные дни, заставил Джона отвлечься от контроля над координацией движений.

Расплата последовала мгновенно. Влажные ступни вступили в сговор с коварным напольным покрытием, и Джон, нелепо взмахнув руками в поисках опоры, свалился на пол. Удар головой об пол выбил искры из глаз обескураженного мужчины. Лишь невероятная сила воли, закалённая множеством испытаний, удержала запретные врата от открытия.

- Хватит шуметь, парень - сонным голосом прошептал мужчина на соседней койке. Сладко зевнув, он перевернулся на другой бок, тотчас начав тихо посапывать.

Удивительно, как столь сильный шум и вскрики Джона не разбудили других людей в помещении. Смертельно уставший человеческий организм с лёгкостью игнорирует окружающий мир, отчаянно восстанавливая силы.

Тщательно вытерев свои ноги об простыню, он попытался натянуть на них ботинки. Перед глазами всё плыло; любая попытка совладать с собой и своенравной обувью оканчивалась неудачей.

Мощный удар в закрытые створки священных врат и звук боевого горна, протрубившего из глубин его живота, подбросил Джона вверх. Расшнурованному ботинку оставалось лишь наблюдать за тем, как человеческая фигура движется к дверному проёму.

Герои не срут, но и Джон не был героем!

В бункере было слишком много людей, настолько, что помещений с кроватями всем не хватало. Побросав всевозможное тряпьё на пол, люди жались друг к другу устроив себе ночлег вдоль холодных стен коридора. В обычной, мирной жизни люди, лежащие чуть ли не в обнимку, при встрече даже не посмотрели бы друг на друга. Слишком разными они были, слишком разным было их благосостояние, должности, знакомства.

Но перед лицом катастрофы они оказались равны: сумочка от “Шанель” ничем не отличалась от дешевого аналога, модный костюм за несколько тысяч долларов уступал невзрачной тёплой одежде за пятьдесят баксов. Многие вещи обесценились, потеряли своё значение. Отбросив напускной налёт дружелюбия, скинув маски, место во главе всего заняла сила. Законы, мораль - всё перестало иметь значение. Прав был тот, у кого было оружие и люди.

Единственным источником света в длинном коридоре была тускло горящая лампа у дверей туалета. Именно к этому маяку шёл Джон, медленно переставляя ноги. Ему приходилось бороться не только с желанием сходить в туалет прямо там, где он стоял, но и слабостью, пришедшей вслед за болью. К звукам постоянного кашля замёрзших людей, едва слышной ругани, всхлипам детей и женщин добавлялись болезненные вскрики людей, на чьи конечности наступала дурно пахнущая ступня шатающегося человека.

Чем ближе Джон подходил к дверям туалета, тем больше свободного пространства было по обеим сторонам коридора. Едкая ненависть, источаемая бедолагами, располагающимися здесь, была ощутима физически. Её топливом были свет, холод и громкие стоны. Женский вздохи смешивались с хриплым мужским рычанием. С каждым шагом звук становился всё громче. Либо дело подходило к своей кульминации, либо в этом была виновата увеличившаяся щель в дверном проёме, к которой приник здоровый, широкоплечий мужчина с длинными волосами цвета вороного крыла, собранными в толстую косу.

Рука с золотыми перстнями сжимала дверное полотно так, что деревянная поверхность начала потрескивать от применяемой к ней силы. Животная страсть, исходящая от парочки, будоражила воображение, пробуждая похоть, скрытую глубоко внутри . Тяжело дышащий охранник не сводивший восторженного взгляда от открывшейся ему сцены дал волю своей левой руке что-то усиленно ищущей в штанах. Ни стыда, ни совести, ни внимательности.

Мужчина поглощенный своем занятием не заметил, как за его спиной оказалась высокая фигура, требовательно сверлящая его спину взглядом.

- Дай пройти - требовательным тоном попросил Джон, держась из последних сил. Помимо физиологических потребностей, у него возникли и другие проблемы. Как и в недавнем сне, пусть и изрядно ослабшие перед его глазами начали появляться образы прошлого - не его прошлого. Чужие, холодные обрывки мыслей и желаний подменяли его собственные, временами заставляя его вставать в ступоре - вертя головой по сторонам.

- Дай мне пройти!

- А…?! Ты чё только что вякнул, мудила?! - обернулся мужчина недовольный тем, что его отвлекли от приятного занятия. Двух метровая гора мышц смотрела на Джона с плохо скрываемым презрением и разгорающимся в глубине глаз безумием. Кто посмел его отвлечь от созерцания такого прекрасного зрелища. Мысленно он представлял себя на месте босса, трахающим известную модель и ведущую на телевидении. Всех красивых баб уже давно разобрали и славно с ними повеселились, и теперь, ему, как долбанному сталкеру приходилось успокаивать свою похоть подглядыванием.

- Вали отсюда, пока тебе глаз на жопу не натянули! - сказав это, телохранитель вернулся к прерванному занятию ничуть не смущаясь наблюдателя, лишь напоследок бросив - Утром останешься без жратвы, desgraciado!

Джон не обладал глубокими познаниями испанского языка, но даже ему было понятно, что его либо послали, либо оскорбили. Опасно балансируя на одной ноге, сделав замах второй, он без всякой жалости и сожаления вложил всю свою истерзанную душу в удар, подбросивший телохранителя до не столь высоко расположенного потолка. Удар лишил не успевшего вскрикнуть мужчину не только сознания, но и будущего, при условии, что раздавшийся хруст при встрече головы с потолком не был последним в его жизни.

Парочка сношалась прямо на грязном, покрытом разводами полу. Грозные рыки вопреки воображению исходили от худосочного мужчины с татуировкой набитой на всю спину. На неё была изображена женщина с макияжем стилизованным под череп в своей костяной ладони она сжимала оружие с выгравированной надписью на испанском языке.

Не обращая внимания на любовников, Джон рванул к кабинке с унитазом располагавшейся как раз на уровне их лиц. Ни чуть не заботясь о вопросах гигиены и наличия туалетной бумаги он стал с унитазом единым целым. Джон никогда не слышал какой звук издаёт гаубица при выстреле, но сейчас можно было быть на сто процентов уверенным, что тональность изданного им звука была на одном уровне с гаубицей.

Звук и невероятное зловоние вырвавшееся наружу мгновенно уничтожили романтическую атмосферу царящую в святая всех святых. Мужское и женское начало потеряв гармонию вернулись с небес на землю, в до ужаса засранный туалет.

- Матерь Божья, ублюдок! Я прочту тебе молитву пулей, грешник ебанный! - яростный крик уродливого бандита забавно шевелящего своими мышиными усиками смешался с визгом женщины пытавшейся прикрыть свою наготу и зажать свой нос.

Джон прекрасно понимал их недовольство и возмущение, да и сам был не рад оказаться в такой ситуации. Если бы не волна облегчения прокатившаяся по его телу, он бы даже зарделся от смущения и возможно попросил прощения. Но… ему было совершенно наплевать на окружающих.

Он с ужасом уставился на свои почерневшие руки. Вены на них набухли, а ощущения были такими, будто бы в них вместо крови находится кислота. Отступившая на время слабость вновь накатила на приливной волной. Что с ним происходит?

Джон не обращал внимания на мексиканца наконец совладавшего со своими штанами. Не видел он и расширившихся от ужаса глаз женщины, увидевшей происходящие с ним изменения.

- Красотка, беги и позови, Лучеса… А я покажу этому ублюдку, как разделывать мясо!

С диким воем усилившимся при столкновении с бездыханным телом телохранителя, женщина побежала за помощью, вырывая людей из тревожной дремоты.

Мигель клял себя последними словами за забывчивость, будь с ним пистолет и этот мутировавший прямо на глазах человек, прервавший их уединение, сдох бы за доли секунды. Но посмотрев на длинное волнистое лезвие своего мачете с которым он не расставался ни на миг, мужчина предвкушающе улыбнулся. Резать людей он любил, даже очень.

- Я впишу твоё имя в книгу мёртвых… паскуда!

Замах был кинематографичен и отточен долгими годами насилия. Этот клинок пустил много крови, отрезал множество конечностей. И сейчас он вновь выполнял предначертанное.

Джон, до этого неподвижно сидящий взорвался серией быстрых ударов. Стремительный выпад под яростный хруст костей раздробил ладонь сжимающую рукоять холодного оружия, подбрасывая остро заточенный клинок в воздух. Спустя мгновение - второй удар пришёлся в грудь воющего от боли латиноса. С влажным хрустом грудная клетка треснула на несколько частей. Раздробленные ребра превратившиеся в пики безжалостно вспороли человеческие лёгкие. Полученная телом инерция была остановлена молниеносным ударом мачете обращенного против своего хозяина. Полоса стали с лёгкостью пробила человеческое тело пригвоздив его к стенке кабины.

Кровь тонкими извилистыми ручейками стекала к ногам Джона вновь усевшегося на унитаз. Алая жидкость стоило ей коснуться оголенной стопы начала стремительно поглощаться оголодавшим телом. По телу пробежали ледяные мурашки - освежающие волны прохлады поднимались по его телу, отгоняя слабость и боль. Ему было очень хорошо, но хотелось большего. Повинуясь мимолетному желанию едва заметные нити стремительно рванули к висящему телу соединяя мёртвое и живое. Ощущения были сродни высасыванию сока через трубочку в жаркий летний день. Кайф.

В коридоре становилось всё шумнее. Топот десятков ног приближался, крики и бряцанье оружия предупреждали Джона о грядущих неприятностях. Сознание подёрнулось пеленой, изображение в голове поменялось. Галлюцинация так не вовремя перехватившая контроль над окружением поместила его в другое место. Теперь он не сидел со спущенными штанами на унитазе обосранный и заляпанный кровью. Он оказался во вражеском плену, смерть дышала ему прямо в лицо, нужно было сражаться.

Вооружённые люди неосмотрительно забежавшие в туалет пали жертвой своей самодеятельности.

Солдатам обступившим кабинку открылся вид на мёртвого латиноса сидящего на унитазе. Не отличаясь особой комплекцией при жизни сейчас он больше походил на высушенный сухофрукт.

- Лучес, твой брат мёртв! - констатировал очевидное один из солдат. Люди оглядывались по сторонам в поисках нарушителя, но не находили его.

- Пропустите вы! О Боже, брат… - мужчина как две капли воды похожий на своего брата растерянно склонился над мёртвым телом.

- Где он?! - бешено вращая головой он вглядывался в лица людей стоящих поблизости - кто посмел?!

Тишина. Всё молчали не решаясь заговорить.

- Я в последний раз спрашиваю, где эта тварь?

И вновь ответа не последовало.

- ГДЕЕЕЕЕЕЕ???

В воздухе стоял густой запах дерьма смешанный с кровью. Но вот самой крови не было.

- А куда пропала кровь? - без всякого почтения вояка ткнул дулом автомата в тело мертвеца.

- Ах ты сука?! Как ты посмел тронуть моего брата?!

Лучес грубо схватил мужчину за грудки и без замаха ударил по лицу.

- Я тебя спрашиваю, ублюдок, как ты посмел?!

Латиноамериканец не обращая внимания на попытки его остановить с ненавистью бил своего оппонента вымещая на том весь свой гнев. Несмотря на свою комплекцию он успешно отбивался от попыток его остановить. Кричащая куча-мала закатилась в большую душевую. И только там, трем солдатам удалось оттащить тяжело дышащего латиноса от его жертвы.

- Всем успокоится, Лучес, мать твою, что на тебя нашло?

Один из солдат, с красным платком повязанном на его горле, с усмешкой взирал на разворачивающуюся перед ним драму. Алая капля под действием гравитации сорвалась с кончика лезвия мачете упала ему на щёку. Быстрым движением смахнув со щеки чуть тёплую жидкость он почувствовал неладное. Подсознание не раз выручавшее его, забило тревогу.

Шлёп. Шлёп. Шлёп.

Кровавые капли выбивали тихую дробь по кафелю.

Следом за ними упал и Джон, наискось рассекая на две части платок вместе с горлом. Ещё двое пали, прежде чем остальные смогли осознать происходящее. Первые пули завыли, неудачно вспоров воздух, они выбили густую каменную крошку из стен. Трое в туалете и семь в душевой.

Джон рывками перемещался по мокрому от воды полу стараясь не попасть под выстрелы. Его клинок со свистом рассекал воздух собирая кровавую жатву. Воткнув клинок в грудь очередному солдату, он стремительно прикрылся им от автоматной очереди превратившей тело ещё дышащей преграды в решето.

Он резал и колол, уворачиваясь от ответных ударов и пуль. Кровь лилась рекой щедро окропляя окружающих. Отсечь руку, поднырнуть под дуло автомата на доли секунды разминаясь со свинцовой смертью, жаром выхлопных газов опаляющей его голову. Удар в челюсть, кончик откушенного языка пролетает мимо его глаза. Перехватив выпавшее из рук оружие, прикрывшись потерявшим сознание солдатом, он посылает смертоносную очередь в троицу идиотов и не подумавших спрятаться за стеной.

Бок обжигает болью, грозно взревев, он с силой отталкивается от пола, спиной влетая в солдата продолжающего по нему стрелять. Зажатый между молотом и наковальней, с чавкающим звуком он превратился в кровавую кашу из плоти и костей. Всё тело Джона напоминало дуршлаг, но ускорившаяся регенерация щедро потребляющая невеликие запасы его тела работала - раны затягивались с жадным шипением.

Остался последний. Брат того любвеобильного латиноса, сжавшись на полу зажимал свой живот. Рывок к нему прервал хлопок и кровавая роза расцветшая на груди Джона. Мощный отбросил его обратно к стене словно пушинку.

Ублюдок его провёл. Хрипя и кашляя кровью, Джон наблюдал за медленно приближающимся мужчиной.

- Ты будешь вечно страдать в чертогах госпожи, отрыжка бездны и никакая регенерация тебя не спасёт?!

Иногда жизнь ничему не учит людей, что его брат, что он сам. Они допустили одну большую ошибку - подошли слишком близко, недооценив его возможности. Правда Джон и сам не знал, что способность его задницы находить неприятности, сможет найти очередную, в буквальном смысле.

Небольшой пульт вывалившийся из разгрузки мертвого солдата находился как-раз под левой ягодицей Джона. Невольное движение, и небольшая зелёная кнопка оказывается нажатой. Скрип. И двое людей стремительно падают вниз.