Зараза-4 Графиня

Пролог

Четырехклеточный эмбрион. Это много или мало?

Я не могла ответить себе на этот вопрос, битый час рассматривая “опухоль”, своими размерами не превышающую половину миллиметра.

Это было ужасно. И вместе с тем…

Я не могла решиться.

Это ведь так просто - уничтожить. Это ещё не ребенок. Это четыре клетки зародыша.

Но…

Я не могла. Не могла!

Не могла убить это чудо. Действительно чудо…

Я ведь не хотела. Не планировала. Не собиралась! Даже мысленно!

Это ведь такая ответственность! Особенно сейчас! Особенно когда миру осталось всего ничего… И я… Что я? Рожу ребенка, чтобы он умер?

Боже мой…

Знает ли Стужев? А может и вовсе всё подстроил? Хотя… Как? Он не регенерат и не целитель. Менталист разве что, но…

Боже мой, я с ума сойду от этих мыслей!

Но…

Рожать?

Или не рожать?

А если рожать, то замужем или нет? Обречь ребенка на клеймо ублюдка… Нет. Никогда. С ним справилась я, потому что мне плевать. Но люди жестоки… Очень жестоки!

А мир? Миру осталось несколько лет! А потом всё. Я помню про точку невозврата. Отлично помню. И помню, что лекарства нет.

Но искали ли его? Знают ли вообще люди о том, что мир болен? Хотя… Должны знать. Хотя бы менталисты. Те, кто сильный. А значит знает и император. Вряд ли он желает миру гибели…

Но предпринимает ли хоть какие-то меры? Или надеется, что даже после точки невозврата мир проживет ещё какие-то время?

По идее да. Проживет. Но выживут ли люди? Когда разломы вылезут из порталов целиком, захватив территории Земли… Когда тварей больше не будет сдерживать аномалия. Когда аномалии станут обыденностью…

Останется ли на этой планете место для людей?

И для моего ребенка…

Так и не придя ни к какому решению, а ещё не сомкнув глаз до самого утра, в районе семи я с затаенным дыханием увидела, как четыре клетки превращаются в восемь, и поняла, что по моим щекам текут слезы.

Счастья? Или отчаяния?

Я не могла сказать.

Это было потрясение. Самое настоящее потрясение, ввергшее меня в ступор, и я не могла с ним справиться. Боже мой, я беременна. Ещё не окончательно, ещё точно, но… Вот оно. Маленькое. Хрупкое. Ещё не произошла имплантация. Ещё не образовалась даже морула. Следующие четыре дня станут решающими. Как и последующие девять месяцев.

Но имею ли я право давать жизнь ребенку, которого ждет лишь смерть?

Это так страшно…

Страшно понимать, что будущего у нас нет! Уже нет!

Но, быть может…

Если попробовать? Попытаться? Для начала просто понять, а?

Время ещё есть.

Есть ведь, верно?

Глава 1

Понимая, что желаю невозможного, но в то же время осознавая, что иначе никогда себе не прощу, следующие двадцать минут я возвращала себе видимость спокойствия.

Никто не должен ничего понять.

Никто!

Никаких потрясений ближайшую неделю. Никаких прыжков выше головы. Никаких разломов.

Я у себя одна!

Где бы это записать, чтобы запомнить?

Приняв утренний контрастный душ, чтобы взбодриться, и немного запоздало вспомнив про витаминки Дока, я сунула одну под язык и следующие двадцать минут придирчиво изучала её действие на организм, готовая в любой момент купировать её воздействие в опасном районе. Но нет, не понадобилось. Действие именно витаминок было мягким, особенно “там”. Никакого стресса, сплошная польза.

Вот и хорошо. Но ядра точно под запретом. Обидно… Да и черт с ними. Я уже давно не бездарность, до единицы остались считанные крупицы усилий. Уверена, дар иллюзии я тоже выращу без проблем. Но позже. Чуть позже…

А пока стоит сузить сосуды в глазах, чтобы не выдали бессонную ночь, да одеться в платье. Физкультурой я точно сегодня заниматься не смогу, не осилю.

Не пришлось.

Стоило мне спуститься вниз на завтрак, как Даша сразу объявила, что наши “Витязи” были вызваны по ночи аж в Череповец тамошним бойцам в усиление. Что-то там у них совсем жуткое открылось, сами не справляются. В случае чего Савелий велел ей звонить Банщикову, мол, тот найдет, кого отправить к дому, если у нас вдруг тоже откроется портал, пока их не будет. Телефон оставил.

– У меня есть, - заверила её, когда мне протянули номер на бумажке. - Не волнуйся, я не дам вас в обиду.

Никого не дам!

И пускай саму потряхивает от волнения, ведь не будут звать настолько издалека на закрытие разлома первого уровня, тем не менее я сумела справиться с ненужными эмоциями и засела за книги.

До обеда сумела прочесть от корки до корки томик по менталистике, найдя сразу несколько дельных практик для освоения этого непростого дара, и до самого вечера изучала мир через призму золотой сети, которую сумела создать.

Пока совсем маленькую, нестабильную. Для поддержания её работы требовалась нешуточная концентрация и я, прекрасно понимая, что перенапрягаться ни в коем случае нельзя, делала довольно частые перерывы и просто размышляла о всяком.

Пообщалась с Ренатой и Аллой, Ярославом и Сергеем Анатольевичем.

Я изо всех сил старалась не думать о том, что все наши усилия зря…

Но не думать не получалось.

Понятно, что нельзя складывать ручки и начинать заранее ползти в сторону кладбища. Нельзя! Надо понять, изучить, разобраться. Вылечить, вырезать, уничтожить чертову заразу! К тому же время ещё есть. Если подумать, много времени! Я даже успею родить и с легкостью стать ультрой! Поглотить ещё десяток ментальных ядер и наконец увидеть мир из космоса. Вдумчиво, осознанно. Понять, что именно с ним не так.

Магический паразит? Рак? Бактерия, оккупировавшая невидимый слой бытия и рвущая реальность? Иная неведомая бацилла?

Я найду лекарство для этого мира. Найду и вылечу.

Всех вылечу!

Ближе к девяти вечера позвонил Потапов и я, выждав три секунды, чтобы унять бешено забившееся сердце, ответила на звонок:

– Алло.

– Здравствуйте, Полина Дмитриевна, - деловито произнёс майор. - Четверо пострадавших из Череповца. В течение часа. Примете?

– Кто? - спросила тихо.

– Не ваши, - поспешил заверить меня вояка, словно знал больше, чем бы мне хотелось. - Держим руку на пульсе, не волнуйтесь. Савелий Павлович отчитывается каждый час. Кого-то латает прямо на месте, справляется. У него в помощниках трое толковых ребят. Дело к закрытию. Семь команд с тремя ультрами - это вам не шутки! Подробности на почте.

И отключился.

Семь команд? Семь?! Он правда думает, что успокоил меня этим?!

Дело к закрытию, значит, почти добрались до босса… Боже мой, как, оказывается, страшно пребывать в неведении! Намного страшнее, чем участвовать в зачистке и подвергаться опасности самой. Намного!

Отложив телефон в сторону, я закрыла лицо ладонями и просидела так минут десять, просто прогоняя через себя всё лишнее. Позволяя себе пережить и отпустить.

Да, я чуть-чуть беременна.

Да, Егор закрывает очередной разлом.

Да, миру кирдык…

Но это не точно!

Так чего я расселась, как клуша, да ещё и раскудахталась? Дел невпроворот!

Хватит сопли на кулак наматывать! Достаточно!

Выдохнув последние глупые мысли и бестолковые переживания, я переоделась в футболку и брючки, убрала волосы в шишку, распечатала пришедшие на почту от Потапова документы и спустилась вниз, в гостиную правого крыла. Все до единого целители и даже будущий главный врач госпиталя были там, коротая вечер в заумных беседах, и даже обрадовались, что совсем скоро прибудет работа прямо на дом.

Бедолаги… Заскучали!

Всё-таки медики весьма циничны и это невозможно отрицать. Я сама уже не прочь отвлечься. Главное, не забывать, что увлекаться мне ни в коем случае нельзя. Зато можно (и нужно!) больше доверять окружающим. Вон, у Ярослава глаза горят, Семен чуть ли копытом не бьет, а Матвей заранее потирает руки.

Один Сергей Анатольевич безмятежен, аки египетский сфинкс, но для него это привычное состояние.

Уделила я внимание и документам, по которым значилось, что работа предстоит не сильно сложная и уже нам знакомая: парни четвертого-пятого уровней, в основном переломы, но есть и один с ледяным осколком в груди.

Лед, значит… Неприятная вещица. Думаю, оставим его напоследок. К тому времени, дай бог, наши “Витязи” вернутся и Док поможет своими чудо-порошками и витаминами. Да и в целом торопиться не будем.

Главное, чтобы вдогонку никого ещё не прислали!

За время, оставшееся до прибытия медицинского борта, успела я провести и ревизию операционной, где Док ещё перед последней операцией заботливо расставил флаконы с ядрами, энергетиками и витаминками в специальный шкафчик для медикаментов. Как знал!

Прикинула, что нам может понадобиться, не поленилась обсудить этот момент с остальными и приятно удивилась, узнав, что Ярослав во всем этом отменно разбирается, проводя всё свободное время именно в изучении весьма специфичных методов лечения Савелия, которые в совокупности с традиционными целительскими манипуляциями давали гораздо более выраженный эффект.

Мне вообще всё больше импонировала идея сделать из Ярослава целителя-универсала. Замену мне. Почему нет? Он умный, он ответственный. Опытный! А ещё он мужчина. Прокачаем ему с Доком регенерацию, потом выкупим ядрышко морфизма и будет новый чудо-доктор.

Интересно, что думает об этом сам Ярослав?

Усмехнувшись себе под нос, пока не стала спрашивать. Сначала вырастим мужчине вторую ногу, а уже потом обрадуем дальнейшими перспективами. Пусть постепенно привыкает к тому, что у него вся жизнь (и слава!) ещё впереди.

В итоге, когда прибыл медборт “Ярило”, мы все были собраны, деловиты и готовы к работе.

Капитан Синельников, сопровождающий раненых бойцов, удивил тем, что отдал мне честь, словно я тоже имела звание, передал сопроводительные документы, которые мало чем отличались от тех, что прислал Потапов, а потом расстроил, что пока они летели к нам, им уже поступил сигнал, что из разлома вынесли ещё двоих пострадавших, которых тоже определили в мой госпиталь.

– Кого?

– Простите, об этом мне неизвестно. Обернемся за три часа, если нигде не задержат. Разрешите идти?

А я могу запретить?

Удивленно взглянула на вояку, который был старше меня как минимум лет на пятнадцать, но он даже бровью не повел, и пришлось “разрешать”.

Ну а потом мы приступили к первой операции. На место Дока, как мы и договаривались, встал Ярослав. Матвей рядом, чтобы помогать подавать и замешивать. Семен уже привычно отвечал за сердце. Сергей Анатольевич взял на себя основную задачу по исцелению бойца, ну а я, вскрыв доспех, что далось мне уже гораздо легче, чем в прошлый раз, послушно встала ассистенткой, действуя уже не только регенерацией, но и даром исцеления.

Первого пострадавшего мы собрали за полтора часа и только потому, что привыкали друг к другу заново. Второго уже чуть быстрее, но на этом решили прерваться. Время приближалось к полуночи и никто не хотел ошибиться из-за банальной усталости.

Ещё через двадцать минут послышался стрекот вертолетных винтов - это снова прилетел медборт, но не с двумя, а с тремя пострадавшими, но вместе с тем и с Савелием, который напросился в вертушку для скорости прибытия.

Нет, не для того, чтобы сходу приступить к очередной операции. Нет.

А для того, чтобы сообщить радостную новость:

– Полиночка, танцуйте и пойте! Разлом закрыт, наши не пострадали. Часика через три уже приползут, если Молчун расстарается. Ну-с, не вижу радости на вашем милом личике, сиятельство! Что за дела? Почему такой кислый вид?

– Я рада, честно, - улыбнулась скорее вымученно, чувствуя, как внутри становится хорошо-хорошо, но в то же время слегка истерично. - Переволновалась. Много тварей было, да?

– Много, - не стал скрывать мужчина. - Очень. И локация дюже неудобная, арктическая с ледяными торосами и водяными ямами, где сопли отморозить - раз плюнуть. Но мы справились, а Стужа так и вовсе отличился. Первый ранг взял, сам видел!

– Здорово. - Чувствуя, как неприлично щиплет в носу, я заставила себя собраться и улыбнулась снова. - Я так рада… Правда. Вы пока отвезите ребят по палатам, завтра продолжим. Хорошо? Я так устала…

– Витаминку?

Поколебавшись, мотнула головой.

– Нет. Давайте не сегодня. Я слишком переволновалась. Продолжим завтра с утра.

– Полина, вы точно в порядке? - Док нахмурился и сделал шаг ко мне, его руки засветились, но я инстинктивно отпрянула назад, не желая рассекречивать своё ещё не очень беременное состояние раньше времени, но этим озадачила мужчину лишь сильнее. - Полина?

– Я в порядке. Нервы. Простите. До завтра!

У буквально убежала наверх.

***

– Нервы, значит…

– Знаем мы эти нервы, - по-доброму усмехнулся Сергей Анатольевич. - “Любовь” называются. Эх, помню, было мне лет тридцать… Тоже одно время нервами страдал.

– А потом?

– А потом привык. Нервы нервами, а работе чувства мешать не должны. Но то ж мы, мужчины. Женщины в этом плане более… тонкие натуры. К тому же Полина Дмитриевна ещё совсем молода. Ей простительно. Так что, говорите? Многих на месте штопать пришлось?

– Да едва ли не всех, - помрачнел Док, вспомнив те адские часы, когда пошло движение торосов, едва не угробившее половину бойцов. - Повезло, что из Череповца бригаду опытных целителей прислали, иначе б и за неделю не управились. И твари, что черти! Мелкие, прыткие, насквозь ледяные! Мерзота та ещё. Десятками иглы из бойцов вытаскивать пришлось!

– Ну, слава богу, справились.

– Эт да. Справились. Завтра с утреца ещё пацанов починим и вообще красота будет.

– Починим. Обязательно починим. Кстати, есть у меня на примете один нейрохирург достойный… Руку почините - с потрохами ваш будет. Интересует?

– А то! Имя, адрес?

***

Позорно сбежав, уже на подходе к своей спальне я понимала, что веду себя неправильно. Неадекватно. А значит, окружающие очень быстро заподозрят меня в измененном состоянии. Не обязательно в беременности, нет. Но всё равно заподозрят.

А там недалеко и до поимки и принудительного сканирования.

Нет. Нельзя.

И нет, мне не стыдно!

Я просто… Не хочу огласки.

Моё!

Моё маленькое тайное чудо. Только моё!

Ну и Стужева… Немного.

Уже дойдя до спальни и сев на кровать, поймала себя на том, что думаю о Егоре. Без негатива. Но не словами, нет. Чувствами. Всплеском нежности и беспокойства. Тоской.

Люблю. Люблю гада! Ну вот как так, а? Зачем?

Тяжело вздохнув, сходила и умылась, затем легла в кровать и приказала себе спать. Двое суток на ногах никому не идут на пользу, беременным тем более. Спать, Полина. Ты должна спать.

А с проблемами разберешься утром. Ты сможешь. Ты умеешь.

В итоге уснула я достаточно быстро, пускай и пришлось помогать организму мелатонином, но совсем немного, а дальше он справился сам.

Правда сны мне снились… Провокационные.

Беременность. Стужев. Дети… Без четких лиц, имен и пола, но я точно знала, что у нас семья. Большая. Дружная. Крепкая!

И я так счастлива! Просто невозможно счастлива!

А потом я проснулась… и разревелась.

Умом я понимала, что так нельзя. Это всего лишь сон. Игры подсознания. Тайное. Желаемое. Переплетенные мечты и страхи… Не явь.

Но как же мне в этот момент было тоскливо…

– Полина? Полиночка, в чем дело? Кто мою кровиночку обидел?! - засуетился-запричитал Ржевский, ну очень некстати ворвавшийся в мою комнату подобно урагану. - Я твою тоску на другом конце города почуял, маленькая моя! В чем дело?

– Ни… в чем… - пробормотала я кое-как, жесточайшим усилием воли приказывая себе собраться. - Я просто… сон дурной…

– Моя ты милая… - Поручик нервно стискивал призрачные пальцы, но обниматься не лез, да и просто дотрагиваться не спешил. - Позвать Савелия? Или Егора? Они уже вернулись.

– Не надо, - мотнула головой. - Я в порядке. Устала просто. Всё это напряжение, ответственность, разломы… Как спокойно мне жилось без них, а? Семь лет…

– Почему семь? - напряженно уточнил гусар.

– Семь лет назад я умерла… - усмехнулась криво, садясь на кровати. - Тогда пробудился дар. Точнее дары. У меня началась новая жизнь. Где-то скучная, где-то интересная. Безопасная! А потом умер папаша и всё пошло наперекосяк… Дим, вот скажи. Ты чуешь новое напряжение пространства? Я имею в виду в нашем особняке.

– Хм, знаешь… Нет. Последний разлом, если не путаю, открывался в пятницу у парадного крыльца, но совсем простой. Вот именно рядом с особняком пока всё чисто.

– Совсем чисто? - озадачилась, аж слезы окончательно высохли.

– Хм-м… - Ржевский прошелся вдоль окна, старательно морща лоб. - А знаешь, да! Я по медицине выражусь, да? Как будто все гнойники вскрылись и очистились, и больше ни одного не осталось. Пошла… регенерация, вот!

– А вот это интересно, - пробормотала. - Значит, есть лекарство?

– Ты о чем?

– О том, что мир болен, - усмехнулась невесело. - Все эти разломы - это результат глобального заражения. Как ты сейчас выразился - гнойники. Но они не возникают сами по себе. Они не причина, они результат. Но если гнойники на этой территории все вскрыты и вычищены… То зародятся ли снова? Или уже нет?

Поручик молча развел руками.

Вот и я не знаю. Но наблюдение любопытное!

Как бы пообщаться с теми, кто в принципе изучает разломы и пытается хоть немного разобраться в том, что это такое и почему происходит?

Вдруг всё-таки есть лекарство?

Вдруг это лекарство - я?

Глава 2

Даже рассмеялась на эту мысль, но слишком далеко отбрасывать не стала. В самом деле, вдруг так и есть? Я регенерат. Очень сильный регенерат! К чему скромничать? Может именно это влияет на принудительное досрочное созревание аномалий и эффективную чистку пространства? Потому что, если остальные сотни тысяч аномалий созреют только через пару лет, все одним махом и раскроются снаружи, то одной команды “Витязей” уже не хватит. Точно не хватит.

Хм… А ведь версия-то годная!

Вырезать воспаленный аппендикс до того, как он стал перитонитом! И я - катализатор.

Надо только снова посмотреть на мир свысока… Обдумать, понять, проанализировать. Собрать анамнез пациенту по имени Земля!

А потом я спросила:

– Дима, а ты в курсе, что Стужев меня замуж звал?

– М-м, допустим, - последовал весьма уклончивый ответ.

Я аж присмотрелась к гусару повнимательнее, больно уж тон мне показался подозрителен.

– Димочка? Что тайны от своей внученьки? Ты с ним спелся?

– Ты за кого меня принимаешь?! - возмутился поручик и даже грудь колесом надул. - Мы, Ржевские, всегда только за своих!

– А он для тебя свой или нет? - продолжала я допытываться.

– Для меня “свой” - ты!

– А он?

– А он… - Призрак снова решил пройтись, причем в дальний конец комнаты, словно не желал отвечать сразу. - А он… Что ты там спросила? В курсе ли я? Да, в курсе. Он обсуждал со мной свои желания на твой счет. Кстати говоря, самые честные и порядочные! Так вот, я считаю, что если ты сама захочешь, то кандидат он хороший. Достойный.

Ответ был на диво развернут, да только не на тот вопрос. Хм-м… Точно спелся. Ох, не нравится мне это!

Но пока поговорим о другом.

– А как это будет выглядеть? - Посильнее закутавшись в одеяло, чтобы ничем не сверкнуть даже случайно, я подперла подбородок кулаком. - Он ведь по фамилии Стужев. И не аристократ. А у нас в империи по закону жена берет фамилию мужа. И, выходя замуж за простолюдина, теряет титул. Получается, если я выйду замуж, род Ржевских прервется?

– Да? - Поручик снова прошелся по комнате и почесал затылок. - Знаешь, я как-то не думал в данном ключе. Но графиней может стать Юленька…

– Которая тоже однажды выйдет замуж, - возразила ему.

– Нда, незадача. И почему ты не мужчина? Стала бы вторым великим Ржевским в нашем роду! Или… Хм… А может ну его? Замуж этот? Родишь мне наследника, мальчика с фамилией Ржевский, а потом уже замуж, а?

– Серьезно? - Я аж опешила.

– Нет, - тут же строго припечатал гусар, возражая себе сам. - Это я так, бред несу. Извини, Полиночка. Я просто слегка растерян. А ты с чего вообще этот разговор завела? Уже подумываешь о замужестве?

Ох, какой неудобный вопрос!

– Поклянись, что никому не расскажешь о нашем разговоре, - попросила его.

– Клянусь! Да чтоб мне окончательно сдохнуть! - тут же выпалил Ржевский, моментально загоревшись взглядом, словно почуял, что стоит на пороге великой тайны.

– Подумываю, - вздохнула. - Егор уже два раза предлагал… Вот, подумываю.

– И как?

– Не знаю, - вздохнула еще выразительнее. - Тянет меня к нему… Но я столько раз обжигалась, Дим! Это так больно, когда по-настоящему… Я боюсь. Боюсь поверить и ошибиться.

– Полина. - Ржевский приблизился ко мне и присел на корточки, чтобы заглянуть мне в лицо снизу вверх. - Я не лучший советчик в делах сердечных, да и сам тот ещё бабник, скрывать не стану. Но твой Стужев - он отличный мужик. И что точно не сделает, так это не предаст. Ни в чем. Есть в нём стержень и черта, которая этого не допустит. Многих я людей за два века повидал, знаю, о чем говорю. Таким, как он, можно не только спину доверить, но и сердце. Так что если любишь, дерзай. Черт с ним, с титулом. Я без него родился, и, как видишь, сделал себя сам и без высокопоставленных родителей. А Стужев твой уж на что герой, так кто знает, может император ему новый титул даст? На вас обоих, а?

Я даже рассмеялась.

– Смешной ты. Как будто императору делать больше нечего, чем титулы раздавать направо и налево. Если подумать, у нас все “Витязи” герои. И что? Каждому титул?

– А что? - Ржевский фыркнул. - Вот в моё время именно так и делали. А нынешние герои чем хуже? Неужто отчизну не защищают? Защищают, я тебе скажу! Ещё как защищают! Так что давай, радость моя - не плачь. Будет снова замуж звать - соглашайся. Моё родительское благословение ты получила, так и знай.

Это было так мило… Что я аж губу прикусила, чувствуя, как снова защипало в носу.

– Спасибо, - шепнула, расчувствовавшись. - Но я ещё подумаю, ладно?

– Женщины… - Гусар выразительно закатил глаза, а я хихикнула. - Мне ему намекнуть, чтоб цветы дарил почаще? Или ты в театр хочешь? В ресторан, на выставку? Конную прогулку в парке? По реке на теплоходе? Любой твой каприз, милая моя!

Я не удержалась и расхохоталась в голос.

– Спасибо, конечно, но ни о чем ему намекать не надо. Мы сами. Хорошо? Он мне книги привез, очень интересные.

– Книги? - Ржевский скептично скривился. - Полиночка, когда ухаживают, дарят обычно не книги. Цветы, конфеты, украшения! Но точно не книги. Вот даже ты ему собаку подарила! А он?

– Ну, допустим, собаку я ему не дарила, - я смутилась. - Это была взятка.

– Да-да, - поручик выразительно закатил глаза и ухмыльнулся. - Да-да… В общем, понял я тебя, краса моя. О разговоре молчок, в этом я кремень. Пойду прошвырнусь по округе. Больно заинтересовали меня твои слова насчет чистки пространства… Есть тут неподалеку одно напряженное место, глянуть его хочу. Всё, не скучай.

Не дожидаясь ответа, Ржевский стремительно покинул мою спальню, а я, посидев ещё немного, не удержалась и заглянула внутрь себя. Четвертые сутки… Моя ты крошечка! Эмбрион уже вырос до стадии “морула”, став похожим на крошечную ягоду малины, состоящей из десяток клеток. Он ещё путешествовал по моему телу, не прикрепившись к стенке матки. Ещё не добрался до неё. Но всего через два-три дня… Через два-три дня он определится с местом, где запитается от моего тела и будет расти следующие девять месяцев.

Какое же это чудо! Наблюдать себя изнутри! Наблюдать за тем, как зарождается жизнь.

Это так волнительно…

Растроганно шмыгнув, я поспешила вынырнуть из самосозерцания и успокоиться. Хватит сырость разводить. Хватит. Впереди рабочий день и пациенты, которым нужна моя помощь. Я не имею права всех подвести! Особенно сейчас, когда миру важен каждый боец.

Договорившись сама с собой, я сходила в ванную и хорошенько умылась, придирчиво изучила свою внешность от и до, после чего обстоятельно умылась ещё раз, попутно съев заветную витаминку, чтобы вернуть опухшему от слез лицу свежий и здоровый вид. Вот так уже намного лучше!

Хватит уже реветь, так и проколоться недолго. И вообще, рано мне ещё до гормональных качелей, которые так популярны у беременных. Я даже толком ещё не того. Не беременна! А уже такая плакса! Позорище!

Пофыркав на себя и убедившись, что душевное равновесие возвращено и закреплено, я оделась в привычно спортивное, убрала волосы и отправилась на завтрак. Как раз время к восьми.

Как я и подозревала, обитательницы особняка были сегодня особенно веселы, но вот с бодростью были некоторые проблемы. Поймав себя на мысли, что завидую им, особенно обсуждению фасонов свадебных платьев, которым Савелий уже озадачил Дарью, ведь до свадьбы осталось всего ничего, каких-то три с хвостиком недели, и сама задумалась о свадьбе.

Замуж. Мне придется выйти замуж.

Придется…

Неприятное слово. Но выбора нет. Ребенок должен родиться в браке, причем как можно позднее церемонии. Но вот так? Завтра? Послезавтра?

М-м… нет.

Слишком быстро и впопыхах точно не хочу. Хочу красиво! Я женщина, в конце концов! Хочу торжество и роскошное платье! Хочу ресторан! Друзей! Подарки, поздравления!

Хочу праздник!

Интересно, что хочет Егор?

И хочет ли?

Печально вздохнув, вдруг поймала на себе чересчур пристальный взгляд Ульяны и заметила, как притихла Дарья.

– Что?

– Ничего-ничего, - засуетилась наша кухонная фея, двигая в мою сторону блюдо с пончиками. - Кушайте, Полиночка. Совсем исхудали со всеми этими передрягами. Одни глаза и остались. Ну где это видано, а? Кушайте!

Улыбнувшись, качнула головой.

– Спасибо. Даш, а вы уже выбрали ресторан? Где будете праздновать?

– Выбрали, - почему-то застеснялась Дарья. - Неподалеку, кафе “Лазурное”. Мы уже посчитали гостей, не больше тридцати будет. Куда нам ресторан? Родни у меня кроме вас нет, у Савелия тоже. Он ребят позовет, друзей, а я вас. Кстати, - она немного неловко облизнула губы, - Савушка предлагает тематическую свадьбу. Что б, значит, все женщины в одном стиле и цвете оделись. Что думаете?

– Это будет красиво, - согласилась с ней. - А вы уже выбрали стиль и цвет? Это ведь надо будет, наверное, в ателье платья заказывать? И лучше не тянуть, времени осталось всего ничего.

– Ваша правда, - вздохнула она. - Но вот с цветом у меня как раз затык. В белое всех одевать как-то странно. Розовое не всем идет, как и зеленое. Я уже всю голову сломала!

Следующие полчаса мы ломали головы вместе. К нам присоединилась Лиля и даже Алевтина подошла, мы полезли в интернет за примерами, рассматривая и активно обсуждая фотографии. Серый уныло, синий и бордовый мрачно, алый вызывающе, зеленый портит цвет лица, бежевый блекло…

– Золотой. - Мы вместе с Ульяной ткнули пальцем в очередную подборку ярких фотографий. - Цвета шампанского, в персиковый подтон и прочее. Не чистое желтое золото, а с переливами. Можно подобрать оттенок каждой из нас, чтобы подошло идеально, но в то же время это будет именно золотой. Что думаешь?

– Ну, как-то… богато, - засомневалась Дарья. - Слишком.

– Дашенька, это свадьба! - возмутилась Ульяна. - Твоя долгожданная свадьба с любимым мужчиной! Она не может быть слишком!

– Думаете?

– Да! - ответили мы хором, переглянулись и засмеялись.

В общем, с цветом было решено, осталось дело за малым - найти ателье и мастериц, которые сошьют всем нам наряды. Это я поручила Ульяне, точно зная, что она справится с делом на отлично, ну а сама поторопилась в операционную. И так уже время к девяти, дольше тянуть просто неприлично.

Как я и думала, мужчины ждали только меня, уже собравшись в гостиной правого крыла, но когда я объявила, что готова, Док первым делом спросил:

– Полиночка, могу я пригласить в ваш особняк инструктора? Помните, был у меня кандидат в Новокузнецке?

– Да, конечно.

– Так вот, согласная она. Только ей прямо сейчас переехать надобно.

– Она? - удивилась.

– Да, она, - невозмутимо кивнул Савелий. - Беляева Жанна Александровна, тридцать два года, в разводе. Есть сын пяти лет, Николаша. Бывший муж неадекват, угрожает, преследует. Прямо об этом сказано не было, но я навел справки. Выручать даму надо. А специалист она отменный. К тому же Ярославу уже не сегодня, так завтра помощь в реабилитации понадобится, да некоторым бойцам после ранения тоже не помешает, вот этим она как раз и займется.

– Хм, ну раз так… Хорошо, - я кивнула. - Выписывайте даму. Только где мы её поселим? Боюсь, комнат для женщины с ребенком у нас больше нет.

– Мы уже всё прикинули, - заверил меня Док. - Если вы против не будете, парням поставим две кровати наверху, у вас там как раз каморка свободная, им хватит. Всё равно они основное время проводят в нашей компании, а их комнату как раз Жанна займет. Ненадолго, буквально на пару недель. Евгеньич уже выдал мне основной расклад по жилому дому, там капитального ремонта минимум, буквально одно отопление и канализация, а окна вставить вообще неделя делов. Косметика - пара дней, но это всё можно совместить. Ну а потом расселяться будем, даже не вопрос. Ну как?

– Добро, - кивнула, радуясь, что решение есть и не надо ломать над ним голову. - Попросите Ульяну заняться мебелью, она знает, куда звонить. Да и Ирина пусть влажную уборку проведет. А сейчас давайте уже к делу. Кто у нас самый легкий? Начнем с них.

Всего пациентов у нас было пятеро, но совсем уж легких - ни одного. Последние трое так и вовсе живы лишь благодаря стазису - у каждого в теле по глыбе льда, да ещё и с переломами ног. Савелий не стал скрывать, что это всё из-за босса локации и движущихся торосов. К сожалению, в том разломе погибли двое - товарищи не успели вытащить их до того, как их раздавило неумолимой стихией всмятку.

Тут же… Было сложно. Но не невозможно.

В итоге начали со вчерашних, причем толикой внимания я сразу поселилась в районе своего живота, чтобы контролировать безопасность своей крошечки. К счастью, чрезмерно напрягаться не пришлось ни разу, невероятно своевременно привитый мне дар целительства существенно облегчил взаимодействие с чужими организмами, а там, где возникала заминка, я без сомнений пользовалась своим мультистихийным даром, в самых разных пропорциях комбинируя регенерацию, стихии и морфизм. Последний дар вообще был настоящей находкой, позволяя с поразительной легкостью объединять даже лед и огонь, что по идее было невозможно. А я могла!

Как бы то ни было, ведущим специалистом был Синельников, я лишь на подхвате, за скоростью мы не гнались, особенно я, и после двух первых ребят прервались на обед и полноценный отдых. Тем более Семен и Матвей, со своими не самыми высокими уровнями едва успевающие за нами, уставали намного быстрее. Зато оба уже скакнули на уровень выше!

Не сегодня, нет. Подозреваю, что ещё на прошлой неделе, когда мы латали бойцов в авральном режиме, но только сегодня я сама обратила на это внимание. Как увидела и то, что целители полны решимости развиваться и дальше, причем именно в нашей команде.

Люблю целеустремленных людей! С ними так приятно сотрудничать.

Если это не княжич Долгорукий.

Я не брала с собой телефон в операционную, но мне его сразу вручила Ульяна, как только я дошла до нашей гостиной, где присела на диван, чтобы дать отдых ногам и не мешать накрывать на стол к обеду.

Три пропущенных от Игоря. И неймется же человеку!

А нет, почти четыре…

Не став игнорировать его и дальше, ответила:

– Алло?

– Здравствуй, Полина, - начал он с с легким намеком на претензию.

– Здравствуй, Игорь, - вздохнула, уже заранее зная, что ничего хорошего не услышу, но лучше быть в курсе его новых желаний. - Ты что-то хотел? Только давай быстро, у меня операция.

– Да, конечно, - удивил княжич уже гораздо более деловым тоном. - Полина, я понимаю, у нас были некоторые разногласия в прошлом, но я предлагаю зарыть топор войны и начать наши отношения с чистого листа.

Точно биполярка. Сто процентов.

– Ты понравилась мне с первого взгляда, там в ресторане. Я… понимаю, да. Вел себя некрасиво, оскорблял, но не потому, что так думаю, нет. Прости. Я был взвинчен, хотел тебя уязвить. Причинить боль, но… Только затем, чтобы ты обратила на меня внимание! Пожалуйста, Полина… Позволь мне всё исправить. Пожалуйста. Я люблю тебя.

Я медленно убрала трубку от уха и внимательно её изучила.

Серьезно?

– Полина? Ты меня слышишь?

– Да.

– Полина, - продолжил он с жаром, словно искренне верил, что я приму весь этот двуличный бред за чистую монету, - я приглашаю тебя на свидание. В субботу. Прошу, не отталкивай меня. Я сделаю всё, что ты захочешь. Весь мир будет у твоих ног, клянусь! Украшения, наряды, путешествия… Всё, что только ни пожелаешь! Просто дай мне шанс. Полина?

Интересно, кто вообще на это ведется?

– Знаешь… - протянула задумчиво, отходя к окну, - ты меня удивил. Очень. Не знала, что бывают настолько двуличные и бессовестные люди. Но ты доказал, что бывают. Я, наверное, кажусь тебе глупой, да? Доверчивой? А может наивной? Я просто не понимаю, на что ты рассчитываешь, если действительно думаешь, что я куплюсь на эту ложь.

– Это не ложь!

– Тогда мне жаль тебя вдвойне, Игорь, - усмехнулась и решила, что пора завершать этот фарс. - Прости, если разочарую, но мой ответ - нет. Я люблю Егора и у нас всё замечательно. На свадьбу не приглашу, прости. На ней будут присутствовать только друзья. Прощай. И не звони больше, ты мне неприятен.

Положив трубку и безо всяких колебаний занеся номер княжича в черный список, я улыбнулась сама себе и положила ладонь на живот. Всё правильно. Только так.

– Прости, если тороплю события, но… Когда, говоришь, свадьба?

Вздрогнув всем телом, я резко обернулась и во все глаза уставилась на Егора, который стоял в центре гостиной и очень внимательно меня рассматривал. Чувствуя, как заполошно заколотилось сердце, а к щекам приливает краска, я не могла ничего сказать, застигнутая врасплох.

Черт…

Черт-черт!!!

В голове метался паникующий мотылек, орущий “всё пропало!”, пересохло в горле, во всём теле зарождалась паника, требующая срочную эвакуацию за пределы Российской империи, а я стояла на месте столбом и не могла пошевелиться.

Что он слышал? Что именно? Боже мой…

Глава 3

Не знаю, что именно Егор умудрился рассмотреть на моём лице, но вдруг стремительно приблизился и так крепко обнял, что я уткнулась носом в его грудь, обтянутую черной футболкой, и жадно задышала, понимая, что не дышала слишком долго.

– Ну всё, всё… - произнёс, словно успокаивал ребенка, ко всему прочему обняв за талию одной рукой, а второй начав поглаживать по спине. - Что за паника на ровном месте? Хорошо, сделаю вид, что ничего не слышал. Что этот упырь снова хотел? Это ведь был Игорь?

– Угу.

Я не спешила говорить что-то ещё, а Егор не настаивал. Я же… Не могла им надышаться. Мой личный наркотик. Моя слабость. Мужчина, от которого я не могу отказаться. Не могу!

– Иди сюда, присядем.

Стужев довел меня до дивана, усадил на него, а сам… Не отпуская моей руки, опустился на одно колено с самым что ни на есть загадочным видом и коварной усмешкой, отчего меня снова бросило в жар, и спросил:

– Полина, ты выйдешь за меня замуж?

Бо-о-оже…

Мой ответ откровенно запаздывал, я ощущала себя мотыльком, замершим на последней границе, за которой лишь губительное пламя, но Егор не торопил.

Ждал. Улыбался. Смотрел так, что в теле происходило такое…

В какой-то момент мне стало резко не хватать кислорода и я поторопилась вдохнуть глубже, а потом выпалила:

– Я беременна.

Лицо Стужева медленно вытянулось. Он сморгнул. Часто-часто. Чуть наклонил голову.

Приподнял брови.

А потом просиял и почему-то шепотом уточнил:

– Правда?

Прикусив губу, судорожно кивнула, но зачем-то добавила:

– Почти.

– В смысле? - Он снова сморгнул, но уже с оторопью. - Это как?

– Это чуть-чуть. - С моих губ сорвался откровенно нервный смешок. - Ещё не до конца. В смысле… Я покажу?

Стужев кивнул, явно пребывая в ещё большем замешательстве. Мне тоже было не до смеха, аж руки подрагивали, но я взяла его ладонь, прижала к низу своего живота и нырнула внутрь себя, одним взглядом давая понять, чтобы следовал за мной.

– Смотри. Вот тут. Справа. Крошечка. Это оплодотворенный зародыш. Ему четыре дня. Завтра или послезавтра он доберется до матки, прикрепится к стенке и начнет развиваться. Вот…

– Поразительно…

Прижав ладонь к моему животу ещё крепче, Стужев поднял голову и посмотрел на меня таким восторженным взглядом, что я снова дико смутилась и отвела свой.

– Поль… Полинка… - Он подскочил, сел рядом, схватил меня и пересадил к себе на колени, обнимая так крепко и вместе с тем аккуратно, что у меня снова против воли захлюпало в носу. - Девочка моя, как же я тебя люблю. Слышишь? Люблю. Выходи за меня. Пожалуйста. Поль…

Он шептал и целовал, обнимал и гладил, заглядывал в глаза, снова целовал и говорил. Говорил и говорил…

Что любит. Что никогда не бросит. Не предаст. Не оставит. Сделает самой счастливой!

– Поль, соглашайся. Скажи “да”. По-о-оль…

– Да! Да-да-да! - не удержалась и расхохоталась, чувствуя, что ещё немного и снова позорно разревусь, но уже от счастья. - Хватит, Егор! Выйду, да! Всё, отстань!

– О, нет, - мне досталась коварная улыбка и такой жаркий поцелуй, что реальность пошатнулась и перевернулась. И если бы не надежные мужские руки, в которых я нежилась, то перевернулась бы вместе с ней. - Не отстану. Никогда. Моя, слышишь? Вот теперь точно моя! Когда, кстати, свадьба?

Э-э…

– Я не знаю, - вздохнула. - Я хочу праздник.

Я посмотрела на него без особой надежды на понимание, но неожиданно увидела решительный кивок.

– Да, обязательно. Так, давай прикинем… Недель через пять, м? Что думаешь?

– Почему через пять?

– Потому что через три свадьба у Савелия, и мы не будем им мешать. - Егор бросил на меня вопросительный взгляд и я кивнула. - Раньше не успеем. А сильно позже не стоит. Разрыв в две недели будет оптимален, заодно успеем подготовить всё, что нужно. Ресторан, платье, родителей. Ты ведь не против?

Я неуверенно дернула плечом, но возражений у меня и впрямь не было. Так что, почему бы и нет?

– Полина. - Стужев обнял моё лицо ладонью и чуть приподнял, заглядывая мне в глаза. - Если не хочешь - не будет ничего. Ты только скажи. Это твой праздник. Только твой.

– А ты? - удивилась.

– А мне хватит и твоего “да”, - солнечно улыбнулся Егор, а я снова им залюбовалась, не в силах отвести взгляд. - Мне хватит твоей улыбки. Хватит знания, что счастлива именно ты. Понимаешь?

Заморгав часто-часто, судорожно кивнула и, пересиливая страх, который мешал мне так долго, тихонько шепнула:

– Я так тебя люблю…

И разревелась.

– Поль, ну что ты…

Кажется, Стужев растерялся, не понимая, что со мной происходит и почему я плачу, когда всё так хорошо, но я и сама не могла бы объяснить своё поведение. Для гормонов рано, для “тонко чувствующей натуры” поздно. Да я и в принципе никогда не была ни плаксой, ни нюней. Просто…

– У вас всё в порядке? - К нам в гостиную заглянул взволнованный Савелий, а за ним я увидела не менее взволнованную Дарью, которая наверняка его и позвала. - Никто не умер, надеюсь? Полиночка, что болит?

Я мотнула головой, нервно хихикнув сквозь слезы, и дико смущаясь того, в каком виде предстала перед всеми. Ещё и на коленях у Егора!

Ну а он, бросив на меня косой и чуть встревоженный взгляд, убедился, что я уже успокаиваюсь и в целом выгляжу больше смущенной, чем расстроенной, поцеловал меня в уголок губ, а всем присутствующим объявил:

– Полина приняла моё предложение. Свадьба через пять недель.

– Правда? - Савелий выглядел растерянным, словно для него эта новость стала полноценным шоком, но потом так просиял, словно я ему “да” сказала, а не Стужеву. - Господи, дети мои! Как же я за вас рад! Дашенька, иди ко мне, фея моя. Радость-то какая!

В итоге Док хохотал и громогласно поздравлял, словно мы уже стояли в ЗАГСе, Дарья смущенно улыбалась и прижималась к нему, ведь он сам схватил её в охапку и обнимал, то и дело целуя, Егор улыбался, посмеиваясь, а я сидела пунцовая, смущенно шмыгала и тихонько радовалась тому, что Егор не сказал о главном. И правильно. Это только моё дело. Точнее наше. Да, теперь уже точно наше.

– Что ж, это благое дело нельзя не отметить, дорогие мои! - возбужденно хлопнул в ладони самый главный массовик затейник этого дома. - Предлагаю организовать праздничный ужин! С обильными возлияниями… - глянул на меня с хитринкой, - соком и прочими полезными напитками. А ещё с тортом и как минимум пятью килограммами мороженого! Кто за?

Я со смехом подняла руку, к этому моменту успокоившись окончательно, Егор повторил за мной, Дарья тоже воздерживаться не стала, рассмеявшись следом за мной, ну а Док широко улыбнулся и провозгласил:

– Единогласно. Отлично. Душа моя, идем, помогу тебе составить меню… - Он обнял Дарью, уводя прочь, но на выходе глянул на нас и подмигнул, заявляя: - Народ приглашайте сами, ну а на нас, так и быть, самое сложное. Думаю, на семь вечера будет всем удобно, ага?

Я кивнула, Егор тоже согласился, после чего Док и Дарья ушли, а я, примерно представляя, как ужасно снова выгляжу, попросила у Стужева пару минут на то, чтобы привести себя в порядок, но одну он меня не отпустил. Наверх поднимались вместе. В гостиную он тоже прошел со мной, как и в мою спальню, а когда я с некоторым удивлением на него покосилась, увидев легкую задумчивость в его глазах, то услышала вопрос:

– Полина, насчет беременности…

Его тон насторожил меня сразу и не зря.

– Нам нужно как можно раньше найти тебе врача.

– Зачем?

– Чтобы вел твою беременность, - объяснили мне, как маленькой.

– Ты мне не доверяешь? - удивилась. - Я сам себе врач.

Егор с едва уловимой досадой поморщился.

– Не в этом дело. И да, доверяю. Но я… - Он глубоко вздохнул, посмотрел мне в глаза, шагнул, обнял и нехотя признался: - Боюсь. Я понимаю, что не вправе требовать, но хочу попросить тебя… О многом.

Я нахмурилась, начиная догадываться, что эти просьбы могут мне не понравиться, но Стужев потер лоб, вздохнул и снова внимательно посмотрел мне в лицо. Потом мотнул головой и криво усмехнулся.

– Извини, не стоит вот так в лоб. Давай, ты сейчас умоешься и мы всё детально обговорим. Хорошо? Уверяю тебя, я не буду ничего требовать. Только просить и только выполнимое. Просто… Обсудим. Всё. Хорошо?

Настороженно кивнув и чувствуя, как меня снова начинает нервно потряхивать, тем не менее я ушла в ванную, где хорошенько умылась и высморкалась, затем умылась ещё, приказала себе быть сильной, а не вот это вот всё, и вышла обратно.

Егор стоял у окна и смотрел на улицу, но стоило мне выйти, как обернулся, улыбнулся и подошел, сам отводя к кровати, на которую нагло сел, усаживая меня к себе на колени. Сопротивляться не стала. Всё-таки сама сказала “да”. К тому же… Зачем лгать? Мне самой этого хотелось.

Касаться, прижиматься, дышать им.

С полным правом!

И не лгать самой себе…

– Итак, начну с главного, - решительно произнёс Стужев, снова невольно заставляя меня напрячься. - Твоя безопасность. И разломы. Понимаю твоё негодование, но давай договоримся. Больше ты в них без острой нужды не ходишь. Да?

Поколебавшись, кивнула. Всё правильно. Рисковать собой я могла хоть до посинения, но только не ребенком.

– Да. Ты прав.

– Фух… - Стужев нервно усмехнулся и мне тут же достался сочный поцелуй в губы. - Спасибо. Дальше. Ядра. Перерыв как минимум до родов. Договорились?

– Да, я понимаю. Я уже думала об этом. Во мне достаточно самых разных стихий, да и сам уровень достаточно велик, чтобы ни в чем остро не нуждаться. Я понимаю, правда. И я очень… - мой голос невольно сорвался, - очень хочу малыша. Очень. Я не буду им рисковать.

– Спасибо.

Снова искренняя благодарность. Снова поцелуй. Нежный. Сладкий.

Если бы поцелуи умели говорить, думаю, именно сейчас я бы услышала его признание. Искреннее. Пылкое.

Впрочем, я всё равно его услышала… И сама призналась тоже.

Люблю. Люблю!

– М-м, если ты меня сейчас не остановишь, то мы останемся как минимум без обеда, - срывающимся голосом пробормотал Егор, заставляя снова краснеть и хихикать, как какую-то девчонку. Девчонку, получившую безграничную власть над командиром “Витязей”! - Но мы ещё не договорили…

– Да, прости, - выдохнула тоже и попыталась сесть ровнее, однако мне не позволили. А потом и вовсе уронили поближе к подушкам и улеглись рядом, зарываясь носом в район груди. - Егор?

– Идеально… - выдохнул он, а потом и вовсе спустился ниже, прижимаясь носом к моему пупку, чем поверг меня в легкий ступор. - Итак, продолжим. Твоя медицинская деятельность. Она безусловно важна. Безумно важна! Но пообещай мне, что не будешь выкладываться на триста процентов. Ста хватит. И не в ущерб себе.

– Я… - прикусив губу, поморщилась, но кивнула, - постараюсь. Правда. Я буду предельно аккуратна. Я умею, честно.

– Я верю. Знаю. Ты у меня умница. Гений. Самая лучшая…

Просто завалив меня комплиментами, под конец Егор задрал футболку на моём животе и поцеловал чуть ниже пупка, заставляя сочно покраснеть. Боже мой, ну почему я веду себя рядом с ним, как… Как девчонка?

– Ещё вопрос.

– М-м?

– Остальным говорить будешь? Я сейчас о ребенке.

– Нет, - выпалила сразу и потянулась к животу, словно хотела прикрыться, причем от всего мира. - Нет… Это… Не сейчас, хорошо?

– Хорошо, - не стал ни возражать, ни спрашивать “почему?”. А потом и вовсе с обманчивой легкостью подтянулся выше, лег рядом и заглянул мне в глаза: - Спасибо, что сказала мне.

И снова поцелуй. Нежный. Сладкий…

– Обедать идем?

Обедать? Даже не знаю… Это ведь надо встать, оторваться, очутиться вне его объятий…

– Да, идем, - заявила так решительно, словно и впрямь так думала.

Но так и осталась лежать, обнимая его не только руками, но и ногами.

И когда только успела?

– Идем, - рассмеялся Стужев, словно отлично понимал, какие мысли сейчас бродят в моей голове. - Обещаю, я буду обнимать тебя всё ночь. С этого дня и навсегда.

Запрещая себе краснеть, всё равно ощутила жар, приливший к щекам. Боже, я неисправима!

И ведь ничего такого не прозвучало! Ну вот почему я так остро на него реагирую, а?

– Идем, моя маленькая пандочка. Идем.

– Пандочка? - рассмеялась, всё-таки отпуская его и садясь на кровати. - Почему пандочка?

– Мартышка звучит не так ласково, - усмехнулся Стужев. - Но обняла ты меня, прямо как панда свой бамбук.

– О, а ты, значит, бамбук? - поддержала его шутку.

– А то! - Стужев стал на ноги, расправил плечи и выразительно задрал подбородок. - Неужели не похож?

Расхохотавшись, покачала головой и поднялась тоже.

– Не похож, - произнесла всё ещё с улыбкой и, не удержавшись, снова обняла его за талию, прижимаясь щекой к груди. - Ты лучше.

– Нет, мы так точно никуда не дойдем, - вздохнул Егор и поцеловал меня в висок. - Поль, я конечно тот ещё эгоист, но у тебя ещё три пациента. И лучше закончить с ними сегодня. В идеале до семи.

– Да. - Резко оторвавшись от Стужева, потому что с ужасом осознала, что я просто-напросто о них забыла (как?!), я нервно пригладила торчащие в разные стороны волосы и кивнула. - Да, прости. Я… забыла. Секунду!

Уйдя в гардеробную, где заново причесалась и уложила волосы в идеальный пучок, я вернулась в спальню, сама подхватила Егора за руку и мы отправились вниз. При этом обедать мы свернули на нашу кухню, где остальные уже давно поели, но нам было накрыто. Не откладывая дело в долгий ящик, прямо с порога я объявила всем присутствующим (а собрались почти все, не считая “Витязей” и целителей, которые столовались на правой половине), что Егор сделал мне предложение и я ответила согласием. Сегодня празднуем помолвку. В семь. Приглашены все.

Ульяна, коротко взвизгнув, кинулась обниматься, остальные просто начали улыбаться и поздравлять, причем нас обоих и абсолютно искренне, так что обедать мы сели только минут через десять.

Мы уже допивали чай, когда к нам заглянул Савелий, но торопить не стал, махнув рукой “сидите-сидите!”, а затем и сам присев на свободный стул.

– Полина, я как всегда по делу. Жанне я позвонил, вылетает уже вечером, удалось билет взять. Парни наверх уже перебрались, с этим тоже проблем не возникло. Я бы хотел обговорить приобретение оборудования для Ярослава. Тренажеры для разработки голеностопа и коленных суставов. Мы их потом в центр поставим. Что скажете?

Мне протянули буклет и к нему сразу счет на два тренажера. И цена такая приятная… “Всего” сто пятьдесят тысяч за оба.

– Да, конечно. Нужна предоплата?

– Нет, по факту, - заверил меня Док. - Отлично, тогда заказываю. Привезут уже завтра к полудню. Места они занимают немного, поставим в комнате, где сейчас живет Демидов. Как раз место у центрального окна свободно. Так-с… - Он совершил звонок, с кем-то коротко переговорил и удовлетворенно кивнул, завершая беседу. - Вот и всё. Ну-с, как настрой, Полиночка? Готовы ещё немного побыть богом? За дело?

– За дело.

Как никогда радуясь тому, что Савелий настолько открытый, говорливый и просто активный мужчина, способный зарядить окружающих позитивом в считанные секунды, я одним махом допила свой чай, улыбнулась Егору, который мне подмигнул, и, чувствуя, как за спиной вырастают самые настоящие крылья, отправилась творить добро и учинять здоровье.

Пациенты были сложными. Все трое. Но не безнадежными.

На каждого ушло часа по полтора, особенно попотеть пришлось с последним - пошло жесткое заражение огненного ядра враждебной стихией, но я, до сих пор пребывая на душевном подъеме, умудрилась объединить свой лед и ментал, и выпустив в ядро бойца сразу сотню золотисто-ледяных нитей-щупов, просто нацепляла на них крупицы чужеродной магии, словно рыбак с кучей удочек, вытянула через рану и… нет, не стала впитывать, а побросала в подставленный Доком лоток. Травить себя я не собиралась. Мне больше нельзя.

Ну а дальше осталось лишь дело техники: восстановить, срастить, заштопать.

К семи мы, правда, не управились, лишь к половине восьмого, зато никто не выбился из сил, даже я. Да, устала, но это была не та выматывающая усталость, как в первые дни, а умеренная и очень приятная. Усталость от успешно проведенной операции и удачно завершенного рабочего дня.

– Приглашаю всех на праздник в честь моей помолвки, - объявила я под конец, когда Сидоренко провел пациенту контрольную диагностику и подтвердил, что мы большие молодцы. - Егор Стужев сделал мне предложение и я ответила согласием. Буду рада видеть вас на праздничном ужине наверху.

– Поздравляю, - первым сориентировался Сергей Анатольевич, улыбаясь так доброжелательно, словно я его чем-то одарила. - Вы замечательная пара, Полина. На какой месяц планируете свадьбу?

– На конец июля, - не стала скрывать. - Не хочу тянуть, а раньше, боюсь, просто не успеем.

– И правильно. Тянуть с этим делом не стоит, - загадочно улыбнулся целитель, словно мы с ним говорили о разных вещах.

Либо… Он знает?

Но как?!

Немного смешавшись, тем не менее не стала ничего уточнять (а вдруг мне показалось?), после чего выслушала поздравления от других целителей, поймала на себе задумчивый взгляд Ярослава, и поспешила наверх. Стоило как минимум ополоснуть лицо и переодеться.

Глава 4

Когда я вышла из операционной, то тут же попала под прицел внимания сразу трех женщин: Ульяны, Дарьи и Аллы, которые, как оказалось, ждали последней отмашки на нулевую готовность, со смехом сообщила, что мне нужно буквально десять минут - и праздник можно начинать.

– Ну, наконец-то!

В общем, все тут же бодро разбежались кто куда: Дарья на кухню вынимать из духовки горячее, Ульяна за ребятишками, Алла за остальными, кто был внизу, ну а я отправилась наверх, ещё не зная, что вообще надену.

Но точно не спортивные штаны!

И, в принципе… Вот это легкомысленное голубое платье вполне подойдет. В пол, из шифона с подкладом, короткие рукава-крылышки, целомудренный вырез и лента сразу под грудью, а не на талии, так что можно есть столько, сколько хочется. Ресницы мазнуть тушью, в уши серьги с аквамаринами, волосы распустить и на этом всё.

Румянец на щеках лежал сам собой, стоило только подумать о Егоре, алеющие губы тоже не нуждались в помаде, а ноги я сунула в удобные домашние туфли.

Когда я вошла в наш большой зал, то сразу увидела длинный, празднично накрытый стол. Приятно удивилась тому, что Уля догадалась украсить помещение цветами, прислушалась к приглушенной романтичной музыке, играющей из переносной колонки, поискала взглядом Стужева…

Хм, и где он?

В тот же миг словно в ответ на безмолвный вопрос на мою талию легла широкая ладонь Егора, которого я опознала моментально, ведь он сразу же пустил меня под свою броню, растянув её на нас обоих, а когда я повернула голову, то заполучила и поцелуй в губы.

– Отставить целовать невесту до слов “горько”! - на весь зал загрохотал Савелий, пронося мимо нас огромное блюдо с запеченным поросенком. - Гости дорогие, рассаживаемся, не стесняемся. Полиночка, вам сюда.

– Подожди, - Стужев придержал меня за талию и я подняла к нему вопросительный взгляд. - Сначала главное.

Интереса в моих глазах стало больше, домочадцы притихли, музыку тоже кто-то приглушил, а Егор, поражая своими действиями до глубины души, развернул меня к себе лицом, отступил на шаг, медленно опустился на одно колено, не прекращая безотрывно глядеть мне в лицо и улыбаться…

А потом буквально из воздуха вынул золотистую бархатную коробочку, с приглушенным щелчком её открыл и произнёс:

– Полина, в знак моей любви и самых искренних намерений прими это кольцо. И пускай сейчас не свадьба, но я хочу, чтобы ты знала: я сделаю всё, чтобы рядом со мной ты была счастлива. Согласна?

– Согласна, - шепнула такое короткое и до ужаса банальное слово, на самом деле ощущая просто бурю эмоций, которые невозможно было выразить лишь словами.

Искреннюю благодарность, щемящую нежность, безудержный восторг маленькой девочки, для которой сказку сделали былью… И любовь. Настоящую. Яркую. Безграничную!

Моя рука дрожала, пока Егор надевал на нужный палец изящное колечко с крупным, но не громоздким сапфиром в обрамлении бриллиантов. Как раз под новый цвет моих глаз и стихий. Колечко село, как влитое, а Стужев, плавно поднявшись, поднес моё запястье к губам и поцеловал. Да так чувственно, не прекращая смотреть мне в глаза, что я снова стала пунцовой, а Док, словно специально подливая масла в огонь, заявил:

– Вот теперь “горько”!

Его поддержали все присутствующие, начав смеяться, скандировать и даже аплодировать, а Егор, притянув меня к себе, приобнял за талию и поцеловал. Нежно, ласково, но уверенно, не сомневаясь больше ни в чем.

При этом он действовал достаточно тактично, не затягивая и не превращая поцелуй в то, что окружающим видеть не стоило, и отстранился уже через пару секунд, одним взглядом обещая, что это далеко не конец. Но уже не здесь. И точно не сейчас.

Сам ужин прошел для меня в легкой дымке предвкушения. Я что-то ела, пила сок, затем чай с безумно вкусным тортом, смеялась и смущалась над тостами, танцевала, веселилась… Снова танцевала и беззастенчиво подставляла губы под поцелуи, когда разошедшиеся гости снова и снова кричали “горько”, словно у нас была не помолвка, а свадьба.

Хотя… Может и так?

Как бы то ни было, застолье продолжалось почти до полуночи, причем детей уложили намного раньше, а потом потянулись на выход и остальные. Потихоньку, в основном парами, но бывало и по одному. Первой мы отправили домой Ренату, причем Егор проследил, чтобы к ней приехало такси и она сама отзвонилась мне уже из дома. Алла, загадочно улыбаясь, ушла вместе с Тимуром. Олег увел Ульяну, а Айдар Алевтину. Покинули застолье и остальные, причем меня Егор увел далеко не самую последнюю, но я даже и не думала сопротивляться. Слишком уж предвкушающим был его взгляд, да и я от него не отставала, точно зная, что выспаться нам сегодня не грозит.

Не сегодня точно!

А потом он увел меня к себе и целовал так нежно, что я млела в его объятиях, ощущая себя бесценным сокровищем. Шептал ласковые слова, от которых горели уши и алели щеки, но я слушала их так жадно, что не простила бы, если б перестал.

Раздевал. Сам…

Никуда не торопясь, словно впереди у нас вечность. Лаская не только кончиками пальцев, но и взглядом. Обнимая не только ладонями, но и аурой.

Раскрываясь навстречу и не пряча ничего. Не таясь. Не стесняясь. Не боясь.

Это было волшебно!

Совершенно иной уровень доверия, нежности и страсти!

Это была уже не любовь.

Это было… Нечто большее! Чему я просто не знала названия!

А может… Наоборот? Может именно это и была любовь?

Та самая. Правильная. Настоящая!

***

– С-с-сука!

Бокал с недопитым виски отправился в стену и разлетелся вдребезги.

– Тварь!

Туда же отправилась и бутылка с остатками алкоголя, которого он выпил сегодня неприлично много, но облегчения это не приносило.

– Мразь!

Гневный взгляд достался нервно сжавшейся в углу элитной шлюхе, которая битый час старательно вертела перед ним задницей и другими элитным прелестями стоимостью сотка в час.

Сотка тысяч, если что!

И всё без толку!

Мало того, что он не ощутил даже толику возбуждения, что бесило уже не на шутку, так и слова этой мелкой дряни всё не шли из головы. Он старался… Видят стихии, он старался! Унижался. Выполнял волю отца!

Но это уже за гранью. Предпочесть его… Этому… выродку…

– Ты у меня в ногах ползать будешь, маленькая дрянь… пятки лизать… умолять о снисхождении и том, чтобы я тебя трахнул! - прошипел, пребывая в своих мечтах и не замечая, как проститутка, не выдержав энергетического напряжения, сгустившегося в комнате, закатив глаза, теряет сознание.

Как из её носа течет кровь. Как её покидает жизнь…

Его это не интересует.

У него другая цель.

– Барам? Приветствую. Как дела, дружище? Есть для тебя работа…

***

Это утро отличалось от многих прочих совсем не тем, что началось для меня ближе к одиннадцати.

И не тем, что я встретила его в кровати не одна.

И даже не тем, что началось с поцелуя.

Сладкого. Томного. Многообещающего…

Это утро едва ли не впервые в обеих жизнях было качественно иным. Я была счастлива!

Уверена в себе. В своём мужчине. В том, что это наше первое, но далеко не последнее утро. Одно из многих!

– Доброе утро, - с улыбкой произнёс Егор, ласково целуя в губы примерно час спустя, когда мир перестал кружиться и я смогла нормально дышать, вернувшись из путешествия в страну наслаждений.

– Доброе утро, мой любимый почти муж, - пробормотала я, со смаком пробуя каждое слово на вкус и находя их великолепными.

– М-м… повтори.

– Любимый. М-м, пока ещё жених, - рассмеялась я и коротко чмокнула его в губы.

– Тоже неплохо, - расплылся в хитрой ухмылке Стужев и по очереди поцеловал сначала одну грудь, затем вторую, после этого плавно скользнув ниже и поцеловав живот. - Как у нас дела?

– Ты разговаривает со мной или с моим пупком? - рассмеялась снова.

– С вами обоими, - с умным видом заявил Егор. - С тобой и нашим ребенком, дорогая моя почти жена. Итак?

– Хм, давай посмотрим… - Прикусив губу, я нырнула в себя, вместе с тем кладя руку на мужскую ладонь и раскрываясь перед Егором, чтобы он тоже всё увидел, и моментально разулыбалась. - Поздравляю, папочка, наша крошечка добралась до центральной станции. Думаю, завтра утром определится с местом, где закрепится и будет расти следующие девять месяцев.

– Фантастика…

Егор гулко сглотнул и поднял на меня сияющий взгляд.

– Поль, это так… здорово! Просто нереально! Видеть всё буквально с первых дней! Это так… Черт, у меня слов нет! Я просто дико счастлив! А ты?

– И я, - улыбнулась, когда он вернулся ко мне на подушки и прижалась крепко-крепко, стараясь в этот момент не думать о том, как на самом деле мне тревожно и страшно.

Но это другое. С этим мы справимся. Вместе точно!

– По-оль?

– М-м?

– Мне кажется, ты не договариваешь.

– О, да ты въедливый зануда, оказывается? - фыркнула, щурясь, когда Егор отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Да, есть грешок, - хмыкнул, не прекращая пытливо высматривать в моих глазах ответ на свой вопрос. - Так что? Расскажи. Я пойму, честно. И всё исправлю. Всё решу. Я серьезно.

– Я знаю, - улыбнулась, но с долей грусти. - Но… Ладно. Давай только оденемся и позавтракаем, есть хочу. А коротким разговор не получится.

– Завтрак, точно! Завтраком тебе пренебрегать нельзя, моя чуть-чуть беременная почти жена, - предельно серьезно заявил Стужев, но я всё равно хрюкнула над тем, как забавно это прозвучало. - Давай, умывайся, одевайся, а я пока принесу завтрак.

– Принесешь? - удивилась.

– Да, сюда, - кивнул и хитро улыбнулся. - Хочу позавтракать с тобой. Всё, давай.

И, коротко чмокнув меня в губы, в два счета натянул футболку-штаны и умчался прочь. Ну просто Супермен с моторчиком в одном месте! Карлсон практически!

Хихикнув на забавную ассоциацию, тоже не стала разлеживаться, собрав с пола свою одежду и перейдя сначала в свою спальню, а затем и гардеробную, минуя санузел. Там, поцокав над размазавшейся тушью (ну точно панда!), привела себя в порядок и выбрала на этот день простое домашнее платье. Удобное, трикотажное. Кстати, новое и не самое дешевое, так что если кто и нагрянет нежданно-негаданно в гости, то лицом в грязь не ударю.

Сняла серьги, волосы убрала в хвост, полюбовалась новым колечком, счастливо щурясь, и вернулась в спальню Егора. Он уже был там, накрывая чайный столик самым разным. Тут была и каша, и бутерброды с ветчиной, и оладьи с вареньем в отдельной мисочке, и чайничек с ароматным чаем. И даже нежно розовая роза в узкой вазочке.

– М-м, да ты романтик, - не удержалась от замечания, счастливо щурясь, когда меня перехватили за талию и сладко поцеловали.

– Да. И что?

– Ничего. Мне нравится. Продолжай.

– С радостью.

Рассмеявшись, я позволила усадить себя в кресло и мы с аппетитом позавтракали, то и дело хитро переглядываясь и улыбаясь друг другу. Но когда поели и я вспомнила, о чем мы хотели поговорить, то резко посерьезнела, вздохнула и начала с главного.

– Егор, помнишь, ты говорил, что умеешь сканировать пространство?

– Да, конечно.

– Я… тоже смогла. Ненадолго. Когда впитала третье ментальное ядро. В тот миг меня выкинуло из тела и я увидела мир. Ему плохо. Очень плохо. Зараза уже везде. Это как… - я пыталась подобрать нужные слова и меня вдруг осенило, - как грибница! Её споры уже опутали весь мир, сильнее всего разросшись в тех местах, где живут люди. Думаю, она питается магией. Либо чем-то, что окружает людей. Не знаю, пока не знаю. Но важно другое! Разломы - это грибы. Итог роста грибницы. Чем дольше зреет гриб, тем мощнее разлом. Проблема в том, что этих грибов всё больше и они зреют уже давно. И совсем скоро… Совсем скоро! - Я тоном выделила эту фразу. - Они начнут открываться в нашем мире. Одновременно. Все разом! Уже не разломами, уже не внутри аномалий, а снаружи. Понимаешь? Тысячи. Десятки тысяч! Всего через несколько лет. Я… - судорожно облизнув губы, невольно прикрыла живот рукой, - я этого боюсь. Это будет конец всему. Понимаешь?

– Уверена? - Стужев нахмурился и потер пальцами висок.

– Да. Абсолютно. Но это не всё. Мы вчера разговаривали с Димой, он… - я неуверенно дернула плечом, - тоже чует. Не знаю, как, но чует. Разломы и их готовность открыться. Он говорит, что рядом с особняком больше нет напряжения. Как будто все разломы, какие тут были, уже открылись, и пространство очистилось. И я подумала, - от волнения пересохли губы и я судорожно их облизнула, - что если я не только катализатор их открытия, но и нечто другое? Что если мое присутствие не только вынуждает появляться разломы, но и чистит пространство? Да, я понимаю, - произнесла торопливо, - что это предположение наобум, и пока я никак не могу это подтвердить, но мне это важно! Понимаешь? Я не хочу, чтобы мой ребенок погиб, только родившись!

– Понимаю, спокойно. - Егор вскинул руку, а затем протянул ладонь. - Иди ко мне. Давай.

Я охотно пересела из своего кресла к нему на колени и обняла за шею, а Егор - меня за талию.

– Если всё так, как ты говоришь, то нам действительно необходимо действовать и действовать быстро. И не только нам. Есть у меня один… знакомый. Энтузиаст. Он немного… кхм, скажем так, с придурью. Как считают окружающие. Но глобально он ученый и как раз изучает аномалии, и всё, что с ними связано. Он мульт и отчасти менталист, так что тоже умеет сканировать пространство. И его гипотезы в чем-то схожи с твоими. Он тоже утверждал, что это магическая грибница, и уже не первый год изобретает некий.. кмх, пестицид. Пока безуспешно. Я свяжусь с ним. Сегодня же. Узнаю, как обстоят дела с исследованием, как далеко он продвинулся и что понял ещё. Есть целые институты, которые этим занимаются, но я… - Егор поморщился, - не уверен, что стоит связываться с ними на этом этапе. Во-первых, они все засекречены и просто так нам ничего никто не расскажет, а во-вторых, если они узнают, что ты можешь стать ключевым звеном не только в активации разломов, но и в очистке пространства, то, боюсь, тебя просто заберут на изучение. И это в лучшем случае. Не хочу. Понимаешь?

– Понимаю, - кивнула чуть судорожно. - Сама не хочу. Я очень люблю свою страну и желаю ей всяческого процветания, но не за свой счет и точно не ценой своей жизни. Время есть. Несколько лет точно есть. Просто…

– Просто чем раньше мы решим проблему, тем лучше. Понимаю.

Мы посидели в обнимку ещё немного. Посидели бы и дольше, но в дверь со стороны моей спальни раздался на диво деликатный стук, а затем и покашливание, которое я мигом узнала.

– Да, Дим, входи!

Поручик, являя нам безупречное знание манер, вошел и учтиво поклонился.

– Добрый день. Полина, Егор. Поздравляю с помолвкой. Знайте, я искренне счастлив видеть вас вместе. - Он улыбнулся нам обоим, но сразу посерьезнел. - А теперь о деле. Полиночка, ты рассказала жениху о нашем разговоре об аномалиях?

– Да, уже, - кивнула и попыталась встать с колен Стужева, чтобы пересесть в своё кресло, но он не пустил, лишь крепче прижав к себе. Выпутываться с боем не стала, мимолетно улыбнувшись, но, глядя в предельно серьезное лицо Ржевского, с беспокойством уточнила: - Что случилось?

– Ещё ничего, краса моя, - успокоил меня предок. - Но я… Думаю, нашел аномалию, которая откроется совсем скоро. Мне кажется, я начал чувствовать их лучше. Возможно, из-за нашей с тобой связи. Возможно, из-за того, что ты сама с каждым днем становишься сильнее. Я хотел бы предложить проверить нашу с тобой версию. Что скажете?

– Активировать её принудительное открытие и посмотреть, очистится ли пространство? - конкретизировал Стужев.

– Да, - кивнул поручик и взглянул на меня. - Я понимаю, что во время активации разлома тебе снова станет плохо, но… Можно ведь подстраховаться амулетами?

Ох, черт! Как я могла забыть? А ведь мне точно станет плохо…

Я с тревогой уставилась на Егора, он тоже помрачнел, сильно нахмурился и с некоторым напряжением произнёс:

– Нам нужно посоветоваться с Савелием. Сказать ему, чтобы подобрал оптимальный амулет и остальное. И лучше сейчас, когда мы знаем, где именно находится аномалия, чем ты напорешься на неё случайно. Согласна?

Поколебавшись, я с неохотой кивнула. Правильно, всё правильно. Безопасность ребенка превыше всего. Тем более сейчас, когда он такая крошечка.

– Я схожу за ним. Пять минут.

Глава 5

Я всё-таки вернулась в своё кресло, Егор ушел, а я, посмотрев на Ржевского, решилась:

– Дим, я могу доверить тебе ещё один секрет?

– Конечно, Полиночка. Что случилось?

– Я беременна. - Прикусив губу от смущения, я смотрела на то, как постепенно озаряется восторгом лицо призрака, а он сам, изобразив нечто странное, но лихое, завершает пируэт восторженным воплем.

– Да! Да!!! Радость моя, я так за вас рад! Боги, ты даже не представляешь! Так вот, что я чувствую! А я уже всю голову сломал, что с тобой творится!

– Что? - растерялась.

– Да последние пару дней, - он нервно рассмеялся, - ты у меня как будто двоишься. И чувствую я тебя не в пример острее чем раньше. Да и сам… Не знаю. Сложно объяснить. Как будто могущественнее стал! Знаешь, такое бывало… Давненько. Когда род Ржевских состоял из нескольких мужчин. Словно каждый из них делился со мной толикой энергии. Значит… Ты беременна. Полиночка, мои поздравления. Давно?

Оценил уровень моего смущения и сам хлопнул себя по лбу.

– Всё-всё, вопрос снят. Конечно, недавно. А свадьба когда? Надеюсь, до родов?

– Через пять недель, - проворчала, но с улыбкой, а затем подняла палец. - Но это секрет! Слышишь? Моя беременность. Не хочу, чтобы о ней судачили посторонние. Егор знает, я сказала ему вчера, но другим говорить пока не хотела. Ты же знаешь, я сама всю жизнь росла с клеймом незаконнорожденной, не хочу, чтобы мой ребенок через это прошел.

– Понимаю, Полина. Всё понимаю, - предельно серьезно заверил меня Ржевский. - Я могила! Но теперь, получается, тебе ничем таким заниматься нельзя? Самоубийственным, я имею в виду.

– Нельзя, - вздохнула. - Но мы уже договорились с Егором, что я постараюсь беречься по максимуму. Уровень у меня высокий, стихий хватает. После того, как освоила целительство, так и вообще…

Я оборвала себя на середине фразы, когда в спальню вошли сразу двое мужчин: Егор и Савелий, причем последний нес свой чудо-кейс и выглядел взволнованным. Судя по всему, Егор ему ничего конкретного не сказал, просто позвав с собой, и я невольно улыбнулась.

– Полиночка, вы меня пугаете, - сходу заявил Док, подойдя ближе. - Доброе утро, кстати. Что болит?

– Ничего, - улыбнулась ему. - Чувствую себя как никогда прекрасно.

– В чем подвох? - Савелий посмотрел на меня, на Егора, на Ржевского, который ему учтиво кивнул, и снова на меня.

– Я чуть-чуть беременна.

– О-о…

Стоит отдать мужчине должное - он быстро взял себя в руки, после чего улыбнулся, распахнул свои медвежьи объятия, в которые я со смехом шагнула, и на диво бережно приобнял.

– Поздравляю, ваше сиятельство. Искренне и от души. А меня зачем позвали? Если что, я не акушер. Я с этим делом малость того… Не очень.

– Спасибо, но с акушерством я точно сама разберусь, - рассмеялась снова и глянула на Егора.

Слово взял он. При поддержке Ржевского рассказал обо всем, что мы уже успели обсудить. И свои мысли, и доводы своего знакомого, и мои догадки, и даже предположения призрака. И под конец резюмировал:

– Нам нужно, чтобы ты подобрал Полине оптимальный амулет, может даже артефакт. Он не должен экранировать её суть, но должен сразу начать подпитывать, если пойдет резкий отток сил, чтобы раскрытие аномалии не шло ей во вред.

– Ага… Ага… - С умным видом потерев подбородок, Док распахнул свой кейс и заглянул в его волшебное нутро. - Хм, ну вот так сходу могу предложить только вот эту вещицу. А вообще задача любопытная. Что б ещё и не экранировал… Да, это надо покумекать и с одним человечком обсудить. А пока вот. Неказисто, но действенно. Полина, примерьте и скажите, что чувствуете.

Мне протянули грубовато выполненную довольно крупную “восьмерку” из магически насыщенного металла с разноцветным напылением. Причем к цепочке артефакт был прицеплен не за одно ушко, а сразу за два, так что на мою грудь “восьмерка” легла на стоя, а лежа.

– Бесконечность? - задумчиво хмыкнул Стужев. - Да, неплохо. Должно сработать. Полина, что чувствуешь?

Прислушавшись к себе, пожала плечами.

– Принципиально нового ничего. Вижу, что магически насыщенный металл с напылением разных стихий. Чувствую, что внутри полно энергии.

– Так и есть, - подтвердил Савелий. - Отторжения или тяжести нет?

– Нет.

– Отлично. Так где, говорите, разлом зреет? - обратился он уже к Ржевскому. - А уровень и оттенок случайно не видите?

– Нет, - поручик развел руками. - Я и сам разлом не вижу, скорее ощущаю место, где пространство особенно напряженно и даже слегка подрагивает. Как… - он задумался и щелкнул пальцами, - похоже на нечеткое биение пульса. Неровное, прерывистое. Такое… мерзковатое, если честно. Тревожное.

– Очень интересно! Очень! - с нескрываемым энтузиазмом воскликнул Савелий и переглянулся с Егором. - Голубчик, а покажите нам его сейчас, а? Мне и командиру. Может и мы что почуем? Это будет настоящий прорыв в ликвидации аномалий! - Док обернулся ко мне. - Полиночка, вы ведь не против пока обождать нас здесь? Мы быстро обернемся. Буквально за пару часов.

Хмыкнув, с улыбкой покачала головой.

– Да, конечно. Мне есть чем себя занять. - И взглянула Егору в глаза. - Будьте осторожны.

– Всегда, - заверил он меня и, поцеловав в губы, кивнул Доку. - Собирай наших, пусть будут готовы заранее. И ещё, - взгляд на меня, мимолетная улыбка и просьба, но снова к Савелию: - О том, что Полина беременна, никому. Сам понимаешь, нам сейчас лишняя огласка не нужна.

– Само собой, - предельно серьезно заверил нас “Витязь”, улыбнулся мне, еще раз поздравил и поспешил на выход.

Ржевский увязался за ним, а Егор начал собираться, первым делом поцеловав меня снова, но на этот раз гораздо крепче и слаще, а затем ушел в ванную.

Я тоже не стала маяться без дела, предпочтя уйти вниз и сразу узнав, что там только меня и ждали - буквально с минуты на минуту должна подойти швея с помощницами, чтобы снять с нас мерки для платьев на свадьбу Дарьи, ну а Уля, добрая душа, сходу поинтересовалась:

– А вы уже думали, где и как будете праздновать свою?

– Неа, - улыбнулась я. - Ни единой мысли! Но если подумать…

Вчера, пока мы искали “тот самый” цвет, в котором будет исполнено торжество Даши и Савелия, мне понравился ещё один вариант. Не самый яркий и “богатый”, скорее нежный и летящий, но сейчас я в первую очередь вспомнила о нём и подумала: а почему бы и нет? Тем более швея сейчас подойдет, озадачим её сразу двумя платьями для каждой!

– Мне вот этот вариант понравился.

Быстро найдя в своём телефоне нужные картинки с разноцветными шифоновыми платьями, которых объединял в первую очередь крой, а во вторую - пудровый оттенок цвета (розового, голубого сиреневого, желтого и других), я увидела в глазах присутствующих одобрение и поддержку. Им моя задумка тоже понравилась. Решено!

Осталось всего ничего: понять, где мы будем праздновать, кого именно звать и как будет выглядеть платье невесты, то есть моё. Но с этим можно будет разобраться и позже.

Пока же я дождалась швею, попросила снять с меня мерки сразу после Дарьи, предупредив, что у меня намечены кое-какие срочные дела, проговорила со швеей и её помощницей второй комплект платьев уже на мою свадьбу, убедилась, что мы друг друга поняли и проблем не возникнет, дала Уле полный карт бланш на использование счета рода (но потом чтобы отчиталась), и с удивлением узнала, что приобретение нарядов для подружек невесты оплачивает Док.

Разумно. Это мы с Улей можем спокойно позволить себе купить платье на один раз даже за десять-пятнадцать тысяч (а то и дороже), но та же Ирина или Аля позволить себе такое не могут. Тем более для детей платья и костюмчики тоже решили шить. Не пойдут же они в чем попало? А на праздник приглашены все.

В общем, я тоже жмотиться не стала и сразу объявила, что все до единого наряды на мою свадьбу будут оплачены со счета рода, включая костюмы для Прохора, Валентина и мальчиков. И никак иначе! Кстати, нам нужно заранее иметь в виду даже Жанну и её сына. Если сработаемся, она тоже будет приглашена на обе свадьбы.

Дарья согласилась, Уля записала себе в блокнот этот пункт, а ещё через десять минут подошла и сама Жанна, за которой сходила Алевтина.

Женщина прилетела ночью, её ездил встречать Тимур, но уже с утра она перезнакомилась со всеми домочадцами и даже провела первое занятие с Ярославом. Довольно высокая, стройная, с короткой мальчишеской стрижкой каштановых волос, умными карими глазами и довольно привлекательная, но какая-то… грустно замученная, она понравилась мне сразу.

Своим спокойствием, рассудительностью, основательностью. Она говорила неторопливо и только по делу, улыбалась очень мало, но вела себя доброжелательно и даже предупредительно. В гостиную она пришла с сыном, однако тот сразу убежал играть с Машенькой, охотно поделившись с ней машинкой, но я видела, как Жанна постоянно отслеживает его перемещение взглядом. Тревожным, настороженным.

Какие же мужчины всё-таки мрази… Не все, нет. Но я знаю этот взгляд. И мне знакома подобная грусть и замученность.

Но пусть только попробует её бывший сюда сунуться! Я ему устрою “сладкую” жизнь!

Как бы то ни было, Жанна согласилась снять мерки, немного настороженно, но поблагодарив за приглашение сразу на две свадьбы, а потом к нам заглянул невидимый Ржевский и поманил меня на выход.

– Да? Что? - разволновалась сразу, стоило только выйти в холл подальше от лишних ушей.

– Спокойствие, Полина, только спокойствие! - моментально осадил меня призрак. - У нас всё в порядке, но без тебя никак. Вообще никак. Хотя Стужев и почуял напряжение, но меньше, чем я. Разлом на бойцов никак не реагирует, как и они на него. Меня послали за тобой спросить: пойдешь?

– Конечно! - Я даже возмутилась. - Какие разговоры? Если есть шанс открыть не созревший разлом и ликвидировать угрозу до того, как она обрушилась на окружающих сама, я конечно же это сделаю!

– Хорошо-хорошо. Тогда переоденься.

И то верно.

На это ушло от силы пять минут, причем пока переодевалась, вспомнила, что в фургоне у меня больше нет запасной одежды и обуви (но сумка осталась там), так что сунула новую “запаску” в первый попавшийся пакет и, поправив на груди артефакт, отправилась следом за поручиком.

Идти было совсем недалеко, буквально метров триста вниз по реке в сторону “Водоканала”, но сам разлом, по словам Ржевского, находился не на территории предприятия, а с этой стороны забора, причем довольно удачно - в лесочке из семи берез и одной сосны, в стороне от дороги.

При этом дороги, как таковой, тут тоже не было - это были задворки жилого дома. Вообще прекрасно! В идеале, наверное, стоило вообще дождаться сумерек, но призрак уже намекнул, что “Витязи” перекрыли территорию, разложив в ключевых точках артефакты, искажающие пространство, а потом я увидела это и сама.

Просто лесочек. Даже не лесочек - рощица. Рощица, как рощица… Пока из ниоткуда ко мне не шагнул Стужев и не взял за руку, лично переведя через невидимую границу.

А потом…

– Началось! - выпалила я, всего через несколько секунд ощутив легкое головокружение, так что даже не пошатнулась, начав озираться. - Там!

– Есть! Есть открытие! - с восторженным азартом завопил Док, когда в пятнадцати метрах от нас с Егором образовался блекло-серый разлом. - Полина, как самочувствие?

Ощущая прежде всего руки Стужева, который прижимал меня к себе так крепко, как только мог, до кучи умудрившись окутать и своим энергетическим щитом, я с удивлением и облегчением констатировала, что второго энергетического удара не было вовсе. Только ли из-за артефакта? Или из-за близости Егора?

Пришлось говорить, как есть:

– Все прекрасно, но эксперимент не чистый. Егор прикрыл меня своей аурой.

– Извини, инстинктивно, - с легкой досадой поморщился Стужев и всмотрелся в непривычно серый цвет разлома. - Хм, странно… Никогда такого не видел. Что за стихия? Это точно не металл и не туман…

– Я гляну, - вызвался Ржевский, пока остальные лишь активировали броню, встав полукругом, чтобы успеть отразить первую атаку монстров, если те пожелают выбраться наружу.

Не было призрака всего секунд десять, после чего он вышел с весьма озадаченным выражением лица и произнес:

– Я не знаю, что это. Это надо видеть. Мне показалось, что это… зародыш. Чего-то. Ни одного чудовища, ни толком пространства. Серо-белая бесконечность и в центре трехметровое яйцо, внутри которого что-то есть.

– Странно, - нахмурился Стужев. - Разлом ведь не мог не созреть? Он бы тогда просто не открылся. Даже минимальный, первого уровня содержит в себе десяток тварей и босса. Полина, активируй доспех и стой здесь. Док, прикрываешь. Остальные за мной, максимум внимания!

И хотела бы возразить (ох уж это моё любопытство!), но силой заставила себя промолчать и остаться на месте. Мужчины ушли, а я, послушно активировав доспех, прижалась спиной к ближайшей березке и попыталась проанализировать свои ощущения, заодно блеснув дедукцией.

– Савелий, какие стихии вы знаете? С какими уже встречались? Точно ничего похожего?

– Не припомню, - качнул головой “Витязь”. - Давайте методом исключения, я и сам в растерянности. Это точно не огонь, вода, земля, природа, камень, песок, яд, кислота, регенерация…

Он перечислял и перечислял, я кивала, соглашаясь, и в итоге у нас осталось всего несколько вариантов: воздух, иллюзии, интуиция, целительство и кровь. После некоторых раздумий, мы исключили кровь и целительство. Интуиция тоже была скорее не даром, а свойством.

– Воздух или иллюзии? - нахмурилась я. - Опасно…

И бросила недовольный взгляд на овал портала, увидев, что он начал слегка пульсировать и наливаться алым цветом. И мне это ой как не понравилось!

– Док…

– Вижу. Идем.

Даже не подумав отказываться и оставаться на месте в мнимой безопасности, я оставила пакет со сменкой на травке, вошла в разлом следом за Савелием, который предусмотрительно прихватил свой чудо-кейс с собой, и почти сразу увидела примерно в ста метрах от выхода и “Витязей”, и единственный условно живой объект в этом действительно жутковатой серой бесконечности.

Это было похоже на огромную комнату без стен и потолка - лишь ровный серый пол и серый свет из ниоткуда. И серое, отчетливо пульсирующее яйцо, внутри которого что-то точно зреет и даже шевелится…

– Это энергетический вампир! - моментально поняла я, стоило подбежать ближе и увидеть, как трое из четверых бойцов проткнуты тысячами тончайших пульсирующих нитей и подвешены в метре над полом, и лишь четвертый - Стужев - отбивается от них мечом, испепеляя в одно касание, но не может подойти ближе чем на пару метров.

Кстати, Ржевский тоже был пленен этими жгутиками и не подавал признаков жизни, что испугало меня намного больше. “Витязи” хотя бы светились, давая понять, что ещё живы…

– Полина, назад! - рявкнул Стужев, увидев нас с Доком. - Савелий, нужен яд. Думай! Эта тварь перерабатывает стихии без ущерба. Она их просто поглощает. Нужна немагическая отрава. Срочно!

Док, кивнув, закопался в свой кейс, а я, видя, как постепенно тускнеют доспехи ребят, прикусила губу и тоже задумалась, как быть. А если…

Подойдя ещё немного ближе, но так, чтобы точно остаться вне досягаемости энергетических щупов яйца, я расставила руки для удобства концентрации, сформировала золотистую сеть ментала и, понимая, что действовать необходимо резко и жестко, чтобы тварь не успела среагировать, метнула её вперед, приказывая подчиниться.

И…

Нет. Увы. Она просто её поглотила.

Вот тварь!

А если бактерию? Гнилостную, а?

Пошарив глазами вокруг себя, но не увидев ничего, что можно было бы заразить отравой, я не придумала ничего умнее, чем порезать себе палец и выдавить немного крови в ладонь другой руки, где сформировала обычный каменный дротик. Уже эти капли я заразила всем, что только пришло на ум, и метнула снова.

Яйцо со смачным “хлюп” поглотило и этот презент, но я не мешкала и в самый последний момент пустила по зараженному снаряду просто бешеную регенерацию, которая, в случае удачи и попадания в благотворную питательную среду, позволит гнили расплодиться в считанные секунды.

И?

Да!

Эффект был виден сразу. Сначала дернулись и свернулись внутрь щупы, которые атаковали Стужева. Затем я увидела, как нутро яйца начало отчетливо темнеть, а по скорлупе пошли трещины. Попадали на пол бойцы и Ржевский, больше не удерживаемые жгутиками.

– Назад! - снова выкрикнул Егор, подбегая ко мне и прикрывая своим энергетическим щитом за секунду до того, как оно взорвалось ошметками гнили, и пространство тут же дико завоняло сероводородом и прочей дрянью.

– Фу-у-у… - не удержалась, прикрывая нос ладонями, хотя прекрасно знала, что это бесполезно, ведь и так лицо закрывал шлем доспеха, по идее предотвращая попадание вредных веществ в легкие.

Это как же тогда оно воняет на самом деле?! Полноценная газовая атака!

– Мда… - крякнул Савелий, все ещё сидящий рядом с кейсом, а потом тяжко вздохнул: - Стужа, прости старика, но у меня нет ничего не магического. Пожалуй, надо исправляться. Полина, вы как всегда на высоте. Что с ядром? Тоже всмятку?

– Я гляну, - тут же предупредительно вскинул руку Егор, снова одним жестом приказывая мне оставаться на месте.

Дошел до места, где возвышалось яйцо, разгреб воняющую кучу руками, озадаченно хмыкнул и поднял с пола относительно небольшой серый шар размером примерно с мужской кулак.

– Есть. Целое. Да уж, дрянь та ещё… - поспешив убрать добычу в сумку, командир махнул нам рукой. - Док, давай за носилками. Поспешим. Не нравится мне этот разлом…