Зараза-3 Мульт

Глава 1

Новый день вновь начался для меня далеко не в восемь, но я не позволила себе лениться сверх меры, а встала четко по будильнику.

В десять.

Да, я позволила себе немного вольности, всё ж таки суббота, да и начальство вроде как разрешило. Так почему бы и нет? При этом вчера я сумела совершить подвиг и не только разделась, но и умылась, смыв прежде всего макияж, так что сейчас не напоминала жертву разгульного образа жизни, и в зеркале отражалась чистенькая, хотя и немного сонная мордашка.

Всё-таки служба на износ - не моё. Ладно раз, ладно два… Но “Витязи” зачищают разломы регулярно. Я бы не смогла. Всё-таки мужчины и женщины в этом плане разные. И неудивительно! Именно мужчинам даны мускулы в гораздо большем объеме, чем женщинам, вот пусть они ими и пользуются по назначению!

Кстати, о мужчинах.

Спустившись вниз и позавтракав фаршированными блинчиками, я без труда разговорила Дарью и выяснила, что Валентин с Варей уже заселились в одну комнатку рядом с кухней. Ульяна выделила им две, но девочка оказалась больно уж нервной, шугливой, так что комнаты хоть и две, но обе кровати поставили пока в одну. Да и ладно, на первое время не страшно, девочка ещё не особо взрослая, а там видно будет. Сейчас Варю забрала наверх Светлана Прокопьевна, как и остальных ребятишек, присматривая за всеми безо всяких просьб, а Валентин с Ириной отправились за продуктами.

Узнала я и насчет помощницы на кухню. Дарья нехотя, но согласилась, что на чистку овощей, да на посуду нужна работница, так что я дала ей персональное задание подобрать такую, кто будет ей по душе. Всё-таки именно ей с ней работать в первую очередь. Можно с проживанием, можно с маленьким ребенком. Как ни крути, а именно эти люди нуждаются в работе в первую очередь и при этом крайне редко её находят.

Заверив меня, что справится с делом на пять с плюсом, Дарья вдруг засмущалась и выпалила:

– Полиночка, а меня Савелий замуж зовет.

– Здорово! - Я не стала делать вид, что для меня это совсем-совсем неожиданная новость. - Я так за вас рада, честно! Когда свадьба?

– Да вот не знаю, - вздохнула женщина и отвернулась к мойке. - Стоит ли?

– В смысле?! - Я аж опешила. - Ты его не любишь?

– Люблю… - Судя по тону, она очень сильно смутилась, но продолжала стоять ко мне спиной, старательно намывая пенной губкой и без того чистую раковину. - Только куда мне в моём возрасте в невесты-то? Людей смешить? Да и Савушка - мужчина видный, военный. Целитель. А я?

Она тяжко вздохнула.

Мда.

– Знаешь, советник из меня аховый, но я вот что тебе скажу, - заявила я, одним махом допивая свой чай. - Любишь - не дури. Жизнь - она одна. Потом локти кусать будешь. Савелий тот ещё балабол, но если настолько серьезный разговор завел - значит уверен в себе. А кто уж из вас целитель, а кто повар от бога - дело десятое. Поверь, любят не за профессию и высшее образование, а за то, что человек хороший. А ты у нас золото.

– Правда? - Женщина обернулась ко мне и я увидела в её глазах слезы. - И вы… Не против?

– А я тут при чем? - озадачилась. - Даш, у нас не крепостничество, ты вольный человек. Женитесь, съезжайтесь, рожайте детишек… Будьте счастливы! Я тебя не выгоняю, ни в коем разе, даже не подумай. Наоборот, буду уговаривать остаться. Но тут уж сама реши. Если захочешь быть вольной замужней дамой…

– Чтобы вы чем попало питались?! - возмутилась Дарья сквозь смех, смахивая слезы. - Да ни в жись! У нас детей полон дом, вон вчера еще одного воробушка кое-как накормила. Варюшу. А если меня не будет, кто о вас позаботится?! Так что нет! Не выгоните!

Вот и хорошо.

Мы поболтали ещё немного, расставшись на позитиве, и я отправилась наверх - знакомиться с новым воробушком.

Девочка Варя была… милой. Худенькая, светленькая (точно не в отца), складная. Она тихонько сидела в уголочке с раскраской, которую ей подсунула Светлана Прокопьевна, и аккуратно раскрашивала зайчика красным.

Красным было всё. Зайчик, травка, солнышко…

Озадаченно дернув бровью и прекрасно понимая, что ничего не берется из ниоткуда, я села на диван неподалеку и сначала пообщалась со Светланой Прокопьевной. Женщина переживала, что ничем толком не занимается, а я сама ей ничего не поручаю, вот и приходится ей самой искать себе занятие. Не привыкла она бездельничать!

Я в свою очередь напомнила, что центр мы откроем не раньше, чем через месяц, а у нас сейчас вообще-то идет процесс лечения, то есть она на полноценном больничном. Заодно извинилась за вчерашний день, который нам пришлось пропустить, и сразу предупредила, что сегодня все процедуры проведу после обеда - вечер у меня опять будет занят и в котором часу вернусь - не знаю.

Подошла Машенька, хвастаясь новой куклой, ко мне залез на руки Павлик, тут же закапризничала Юляша - в общем спокойно никому не сиделось. Но я не удивлялась и тем более не сердилась. Дети же! Как на них вообще можно сердиться?

К тому же так мне было гораздо удобнее проводить диагностику - держа их на руках и незаметно для всех.

При этом стоило мне начать, как притихший воробушек Варя, до этой минуты успешно сливающийся с окружающей средой, тут же подняла голову и пристально взглянула в мою сторону. Хм, неужели… Интуит?

Не торопясь смотреть на девочку прямо, чтобы не спугнуть, тем не менее отслеживала её поведение краем глаза, а потом уделила внимание и её телу. И то, что я увидела… Было странным.

Сам ребенок, судя по реакции (она вздрогнула), ощутила моё невидимое касание сначала к ауре, а затем и к сути, причем я сразу поняла, что она боится. Дико боится!

Но не меня, а…

Закончив с малышами и прикинув, что буду делать в случае чего, я спокойно подошла к ней, присела на соседний маленький стульчик и первым делом представилась:

– Меня зовут Полина. Я графиня. Маг. У меня есть дар… точнее несколько. Ты ведь знаешь, что ты одаренная?

Глянув на меня нервным волчонком, девочка едва заметно кивнула, а в её глазах плескался уже не страх, а самый настоящий ужас. При этом внутри у неё зарождалась полноценная буря, которую она, судя по всему, не контролировала. И суть её, в отличие от самой Вари, была хищной. Голодной! Жила собственной жизнью.

А потом она меня атаковала.

Из детского тела в мою сторону рванули невидимые человеческому глазу тончайшие алые нити, но не смогли пробиться сквозь мой личный энергетический щит. Сама девочка при этом испуганно всхлипнула, словно видела то же, что и я, и наоборот - подалась назад, будто хотела избежать контакта.

Глупая… это так не работает.

Видя, как неугомонные нити атакуют снова и снова, словно комарье, почуявшее добычу, я специально ослабила щит в одном месте и пропустила в своё тело одну нить. Мне надо было понять, что это такое.

Ни разу ни о чем подобном не читала и даже не слышала!

Стоило нити почуять, что преграды больше нет, как она жадной пиявкой вонзилась в широкий магический канал рядом с сердцем, а я ощутила легкий укол. Едва уловимый. Впрочем, боль была скорее фантомной и моментально прошла - “укус” оказался с анестетиком и место прокола онемело.

А потом она начала меня… кхм, как бы выразиться правильнее?

Ребенок от меня запитался. Энергетически.

Любопытно…

Не шевелясь и полностью сосредоточившись на этом любопытном процессе, я констатировала, что напротив меня сидит самый настоящий энергетический вампир. Юный. Очень юный! Совершенно необученный и боящийся сам себя.

Подозреваю, мама с бабушкой умерли не сами… И ребенок в ужасе. В ужасе от того, что всё осознает, но ничего поделать не может.

– Варя, - я обратилась к ней спокойно и максимально доброжелательно, но ребенок вздрогнул и поднял на меня глаза, полные слез, - мне не больно. И не страшно. Я очень сильная. Намного сильнее и здоровее тебя. Ты не причинишь мне вреда. Я серьезно. Скажи, ты подпитываешься от других?

И указала одним подбородком на Светлану Прокопьевну и детей.

Потому что, если да, то ребенка придется изолировать от всех, кому она может причинить вред. То есть от всех, кроме меня и “Витязей”.

– Нет, - на грани слышимости прошептала Варя, потупившись и судорожно стискивая прозрачные пальчики. - Только от тех, кто сияет. Как вы.

– От тех, у кого есть дар?

– Наверно. Не знаю. Я… не понимаю. Мне… - она молча заплакала и крупные соленые капли закапали на раскраску, - страшно… Я чудовище, да?

– Глупости, - фыркнула и, поддавшись порыву, распахнулась перед ней вся, как делал Стужев, пуская меня под свою многослойную броню. В тот же момент все её нити набросились на меня изголодавшимися змеями, облепив ауру так плотно, что это стало даже немного неприятно, но я перетерпела, догадываясь, что это банальный инстинкт самосохранения и ребенок просто тупо голоден. Затем встала со стульчика, взяла девочку на руки и прошла с нею на диван, садясь сама и оставляя её у себя на коленях. - Расслабься. Это лечение. Ты ведь понимаешь, что если не будешь этого делать, то умрешь?

– Знаю, - едва слышно выдохнула Варя. - Как мама.

Не собираясь ничего комментировать, но сделав любопытные выводы (дар передался от матери или дело в другом?), я просто погладила ребенка по голове, обняв обеими руками, и какое-то время мы просидели в расслабленной тишине.

Ребенок жадно ел, а я думала.

Думала… И думала…

А потом почувствовала, что одна маленькая испуганная пиявочка наелась до отвала и уснула. Тут же проверила своё состояние, отмечая, что забрала она совсем немного, отток сил незначителен и даже голова не кружится (но горячего чайку с сахаром выпить стоит), после чего запустила в её теле процесс более глубокого сна, чтобы не разбудить даже случайно, перехватила поудобнее и отправилась вниз.

За консультацией.

Дока я нашла в общей гостиной, где сидели не только наши “Витязи”, но и чужие, явно забежавшие к нам в гости, но стоило войти, как все разговоры мигом стихли, и я улыбнувшись и приветственно кивнув всем присутствующим, обратилась к Савелию:

– Коллега, уделите нам пару минут внимания? Очень интересный случай.

– Бегу!

Вместе мы прошли в пустующий лазарет, где я уложила ребенка на кровать, сама сев рядом и, пока Док диагностировал девочку, аккуратно выдрала из себя её каналы подпитки один за другим, отмечая, что это тончайшие трубочки с крючьями на концах, и рассказывая, что вообще произошло.

– Фантастика! - покачал головой мужчина. - Полноценный энергетический вампир! Сколько ей?

– Девять.

– Бедняжка… Не представляю, в каком возрасте и как могла пройти инициация. А ведь это наследственный дар! Редчайший, я сам о таком только читал, но не встречал ни разу. Кто её родители?

– Отец обычный разнорабочий, а мать умерла три года назад.

– Нда… - Покачав головой, потому что явно не мог подобрать подходящих слов, Док предельно серьезно взглянул на меня. - Что делать будете? По уму девочку необходимо поставить на учет в особом специнтернате. Более того, отправить туда на обучение и постоянное проживание. Дар редкий и безумно опасный для окружающих, думаю, вы и сами это понимаете. Но девять лет… Это ужасно. В таком возрасте детей рекомендуют запечатывать. Скажу сразу: я категорически против такого вандализма. Даже если дар опасен. Но ребенок-то в чем виноват?

– Ни в чем, - согласилась моментально. - К тому же для обычных людей она не опасна, только для магов. Из всех нас маги только я и “Витязи”. Ульяна совсем немного, но, уверена, мы договоримся, чтобы Варя к ней лишний раз не подходила, особенно если будет голодна. Ну а мне совсем не трудно помогать ребенку расти и питаться полноценно. С какого возраста обычно начинают обучать настолько редким способностям? Может, стоит нанять приходящего наставника?

– Полина, я даже не знаю, есть ли специалисты, которые сами в этом разбираются, - покачал головой Док. - Безусловно, случай уникальный и безумно интересный, я бы взялся за него сам, но, боюсь, я немного… не того профиля маг. У девочки явные проблемы с психикой. Не из-за дара, а в целом. Но дар усугубляет, однозначно. Тут необходим комплексный подход. И мы… - посмотрел на меня с пытливым прищуром, под конец усмехаясь, - принимаем вызов?

– Принимаем, - кивнула, даже не раздумывая, потому что сама уже всё для себя решила.

После этого мы обсудили ряд нюансов и я согласилась, что Ульяне лучше сделать амулет, экранирующий ауру, который защитит её даже от случайной атаки юного вампира, да и в принципе всем тем, кто живет в особняке, не помешают подобные амулеты. На всякий случай!

При этом Варю мы будем наблюдать ежедневно, по крайней мере ближайшие недели, чтобы понять, чем помочь и сколько энергии ей необходимо для нормальной жизни. И как станет развиваться её дар в дальнейшем. В любом случае контроль был нужен и я этого не отрицала.

Проговорив всё самое важное, я не стала оставлять ребенка в лазарете, а отнесла в её комнату отца, встретив по дороге самого Валентина. Мужчина уже вернулся с рынка и, нигде не найдя дочь, был откровенно встревожен, но я успокоила его, сообщив, что уже осмотрела девочку и берусь за её лечение. Для начала витаминами.

Говорить о том, что у ребенка есть дар, ещё и такой неоднозначный, не стала. Не хотелось, чтобы собственный отец испугался или того хуже, начал обвинять малышку в смерти своей жены. Ещё непонятно, была ли там вообще её вина, а то может совпадение и именно смерть матери стала причиной раннего пробуждения дара.

А вот самого Валентина я продиагностировала от и до, найдя кучу мелких болячек, следом букет средней тяжести “мужских” заболеваний, включая намек на раннюю стадию цирроза, простатита, язвы и прочей гадости, изучила криво сросшийся перелом, который по уму стоило сломать снова (но мы пока делать этого не будем), так что сходу выписала ему тьму лекарств и в приказном порядке отправила к Ульяне, чтобы та выдала Валентину аванс. Её же назначила куратором, понимая, что на мужчин в плане самолечения надежды никакой. Пусть проконтролирует всё от и до!

Сама же, точно помня, что к полудню от меня ждут отчет по зачистке разлома, заглянула на кухню, где налила себе чаю и прихватила к нему свежую плюшку, затем поднялась наверх и постаралась вспомнить всё, что делала вчера. Текст набирала на ноутбуке, периодически задумываясь над формулировками и правильностью построения фраз, но в целом минут за сорок справилась.

Перечитала, распечатала и отправилась вниз на поиски Стужева.

Мой то ли командир, то ли наставник, то ли вовсе без пяти минут любовник нашелся всё там же, но когда я дала понять, что пришла с отчетом, ловко завершил беседу с Трояном и Олегом, до этого обсуждая некий комбинированный щит с непонятным мне названием, и махнул рукой на выход. Возражать не стала, всё-таки моя информация не предназначалась для чужих ушей.

И мы прошли в его комнату.

Против воли ощутила определенную скованность, когда Егор, пропустив меня первой, следом закрыл дверь за моей спиной со щелчком, но заставила себя не думать глупости. И не делать их тем более!

– Присаживайся.

Стужев указал мне на диван, но я предпочла кресло, не рискуя больше необходимого. Сам командир “Витязей” на первый взгляд никак не отреагировав на мой выбор, спокойно сел на диван и вчитался в текст отчета, периодически хмыкая и потирая подбородок.

– Полина, это поразительно, - в итоге заявил он. - Это как исцеление, только наоборот. Твои силы растут. Док, исследуя мертвую тварь, честно признался, что не смог пробиться сканирующим импульсом сквозь броню даже чтобы просто проверить их на наличие внутренних органов. А ведь, если подумать, ваши силы схожи… Но не абсолютно.

– Силы различны, - покачала я головой, - абсолютно. Схож результат и только в том случае, если я берусь за лечение. И то не всегда. Целители “оживляют” клетки, напитывают их внутренней энергией, помогают “вспомнить” правильное положение и состояние, в какой-то мере придают регенерационный импульс. Я же воздействую точечно и именно на то, что меня интересует. В своё время я неплохо изучила человеческий организм и его слабости. Знаю, из-за чего могут случиться судороги, образоваться тромбы, сузиться сосуды и всё такое прочее. И вызываю причину.

– А как насчет бактерий? - прищурился. - Откуда они берутся? Или ты создаешь их с нуля?

– Знаешь, я тоже много об этом думала, - призналась честно. - Мне кажется, они просто есть где-то рядом. В воздухе, на одежде, в чужом организме. Я просто активирую их бешеный рост. Я, конечно, могу ошибаться… Это могут быть и чисто магические бактерии. Как огненный пульсар. Создание чистой силы. Я знаю об их строении и свойствах всё, так что мне не нужны ни рунные формулы, ни многокомпонентные печати и заклинания. Я не знаю, какой ответ верный. Но так ли это принципиально?

– В глобальном смысле - нет, - качнул головой Стужев. - Но в стерильном пространстве - да. Впрочем, вряд ли ты очутишься в подобных условиях. Это исключительно научный интерес, не более. Что ж…

Он взглянул на лист в своей руке, аккуратно сложил его вчетверо и убрал в нагрудный карман.

– Ещё один момент. Как ты вскрыла чужой доспех? Это важно. Не для меня. Для других целителей, не способных оказать помощь бойцам, потерявшим сознание. Как, Полина?

– Хочешь сказать, что Док не догадался? - удивилась, а Егор отрицательно качнул головой. - Но это же элементарно!

– Расскажи, - попросил снова.

А я решила провести небольшой эксперимент.

– Надень доспех. Со шлемом.

Моментально догадавшись, что я хочу показать на примере, Стужев поднялся на ноги и мгновенно облачился в боевой доспех, а я невольно задержала дыхание, в очередной раз любуясь совершенной мощью его тела и возможностей в целом.

Абсолютный идеал. Безупречный!

Пропорции, мощь, сила, стать… И почему я не скульптор? На худой конец - художник!

Прикусив губу, поддалась порыву и, достав из заднего кармана телефон, сделала себе снимок.

На память.

Глава 2

Стужев озадаченно хмыкнул, но ничего не сказал, продолжая стоять и ждать моих дальнейших действий. Стало даже капельку неловко (ну как девчонка, ей богу!), так что я поспешила отложить телефон и приблизилась.

Прикоснулась. Пробежалась пальчиками по грудным пластинам, прислушиваясь к своим ощущениям. Констатировала, что безупречная не только его броня, но и энергетический щит, который можно исследовать хоть целый час, но щели я не найду, и призналась:

– Этап первый - проникновение под энергетический щит. Если боец слабее или очень сильно ранен, либо есть контакт кожа к коже - это относительно легко. Пятнадцать, тридцать, сорок минут - но у меня это получалось. Тебя я… наверное, никогда не смогу взломать. Многослойный мультистихийный щит мне не по зубам. И ты снова стал сильнее…

Пока я говорила, Стужев просто стоял и молча слушал, но вместе с тем я ощущала, как его щит… менялся. Как будто становился проще. Истончался.

– Стоп! - произнесла торопливо, почувствовав, что он стал чуть ли не на порядок слабее. - Не представляю, как ты это сделал, но сейчас я могу…

Замолчав и юркой струйкой чистой воли проскользнув в образовавшиеся микрощели, больше не заполненные чем-то жидким, я не удержалась и промчалась по организму Стужева, восхитившись его идеальной физической и духовной формой.

Не человек! Существо высшего порядка!

А следом, специально акцентируя своё присутствие рядом с пространственным артефактом, ответственным именно за активацию доспеха, произнесла:

– Чувствуешь меня? Я рядом с артефактом. Не перехватывай контроль. Не мешай. Я просто покажу.

И отправила один единственный энергетический импульс по нужному пучку нейронов.

Доспех моментально сложился внутрь и Стужев с расширенными от изумления глазами уставился на меня.

Уже без доспеха.

– Фантастика!

– Элементарно, - усмехнулась, качая головой.

– Нет, ты не понимаешь!

От переизбытка эмоций Стужев схватил меня за плечи. Его зрачки были расширены, губы приоткрыты, да и в целом он выглядел взбудораженным. Приятно взбудораженным.

– Целители не умеют проникать под энергетические щиты! По крайней мере подавляющее большинство. Ультры не в счет, их способности уникальны в любом случае. Плюс ко всему именно целители в наших отрядах не самого высокого ранга. Более того, обычно слабее большинства бойцов. Про точечное воздействие на нейроны вообще молчу! Это полноценная магическая нейрохирургия! А ведь наши целители в большинстве своём классические полевые хирурги, травматологи и реаниматологи. Узкие специалисты. Понимаешь?

– Понимаю, - кивнула. - Но ведь можно их научить. Это не так сложно на самом деле.

– Сложно, Поль, очень сложно, - вздохнул Стужев и только после этого меня отпустил, потирая лоб и возвращаясь на диван, куда не просто сел, а практически рухнул. - У большинства из нас есть некий… личный потолок. Границы возможного. Я уже понял, что у тебя их нет, но ты в этом плане уникум. А вот остальные - нет. Они самые обычные люди… Со своими понятиями возможного, способностями и даже страхами. Ты не боишься рисковать, это хорошая черта. Но до определенного момента. - Он посмотрел на меня. - Тебе везет. Безумно везет. А ещё это… Наверное, интуиция. Наверняка подкрепленная знаниями. Многими знаниями! Но многих ли ты терапевтов знаешь, которые вот так сходу возьмутся оперировать мозг?

Я поняла, о чем он хочет сказать, и покачала головой.

Да, не каждый терапевт захочет рисковать пациентом. И ещё меньше - собой.

А вот патологоанатом…

– Что ж, проблема ясна, - произнесла бодро и обманчиво легкомысленно. - Предлагаю следующее: если в будущем появятся такие пациенты, везти их ко мне. Помогу всем, кому смогу. Правительство ведь раскошелится на медицинский борт в случае чего?

– Раскошелится, - с каким-то особым злорадством произнёс Стужев, в этот момент явно подумав о чем-то своём. Затем сфокусировал взгляд на мне и предупредил: - Но мне придется подать развернутый рапорт именно об этой твоей способности. Чтобы обосновать прошение.

– Чем мне это грозит? - уточнила сразу.

Мужчина задумался.

– Глобально - ничем. Разве что парой подписанных бумаг государственного значения. О неразглашении и неприченении намеренного вреда. Ты не мужчина и не военнообязанная. Это большой плюс. Для тебя. В остальном решать тебе, на что соглашаться. Но рекомендую ни на что. Ты - частное лицо, готовое оказать медицинскую помощь по заявке, не более. С остальным будет больше проблем, чем пользы.

– Например?

– Если подпишешь госконтракт - выдернут из постели в любое время ночи и отправят на точку. Лично. Сомневаюсь, что ты будешь этому рада.

– Не буду, ты прав, - покачала головой со смешком. - Я желаю людям добра, но не за свой счет.

– Вот именно. Если будут давить на то, что у тебя нет условий, требуй, чтобы предоставили. Ты в своём праве. Ты аристократка, причем глава рода, а не девочка на побегушках. Твои способности уникальны и, грубо говоря, ты имеешь полное право выкручивать руки всем, кто наивно думает, что сможет тебя прогнуть.

– И не стыдно? - прищурилась.

– В смысле?

– Тебе не стыдно? - усмехнулась. - Ты ведь верный боец империи. Не стыдно советовать такое?

– Полина, - качнул головой, - я боец, но не предатель. И если сейчас я не предостерегу тебя от возможных ошибок, которыми охотно воспользуются ушлые чинуши, прикрывая свой зад, ты возненавидишь меня первым. Поверь, с них не убудет. Разломы открываются всё чаще, ресурсов с них добывается всё больше. Уверен, государство не обеднеет, доставляя пострадавших бойцов именно к тебе, а не бросая в горячие точки тебя.

Хм-м…

– Хорошо. Ты прав. Как думаешь, я смогу взять Алещугова советчиком, когда военные поднимут этот вопрос?

– Конечно. Он опытный юрист и в курсе разломов. Кстати, он из аристократов, младший сын барона, так что имеет определенный вес в обществе.

Кивком поблагодарив за информацию, которая точно не будет лишней, я старательно обдумала всё прозвучавшее, а затем, ощущая определенную долю неловкости, произнесла:

– Ты, наверное, знаешь, мы с Доком идем вечером на прием…

– Да, он сказал, - спокойно кивнул Стужев и даже улыбнулся. - Уверен, там будет пафосно и дико скучно, но точно не рядом с Доком, так что выбор спутника идеальный. На мероприятия, посвященные определенной профессии, обычно собираются одни старики, любящие предаваться воспоминаниям о том, какой зеленой была раньше трава. Не то что сейчас. Ну и аристократы. Они везде. По любому поводу. Лишь бы не работать. - Фыркнул с нескрываемым пренебрежением и бросил на меня ироничный взгляд. - Ну и княжич будет… Сама слышала.

– Ха. Ха. - Скривившись, посмотрела на Стужева, как на предателя. - Это ты сейчас на что намекаешь?

– Не намекаю, - качнул головой и чуть посерьезнел. - Прошу воздержаться от вредительства.

– Тебе его жаль? - удивилась.

– Его? - Стужев закатил глаза и мотнул головой. - При чем тут он? Я о тебе. Если тебя поймают за руку - проблем не оберешься. Я вступлюсь, это даже не обсуждается. Остальные “Витязи” тоже в стороне не останутся. Но зачем искать проблемы там, где их можно избежать? Ну и совсем уж нежелательный поворот - его смерть. У князя больше нет сыновей, только три дочери. И если ему вдруг втемяшится назвать своим наследником именно меня, я тебе точно спасибо не скажу.

– Вот это ты сейчас меня озадачил, - пробормотала, внимательно изучая сидящего на диване мужчину. - Всё продумал, всё прикинул, все возможные выводы сделал… Ладно, не буду трогать этого остолопа. Первой.

– Спасибо, - очень серьезно поблагодарил Стужев. - А сейчас о нас. Помнится, я обещал отдать тебе морфизм… Давай завтра? Можно даже с самого утра. Я проконсультировался с Доком, дело это не быстрое, может даже довольно болезненное для обоих. Не хочу рисковать. Не против?

– Не поверишь, уже и забыла, - цокнула, после чего кивнула. - Да, давай завтра. Не хочу торопиться. Это будет очень любопытный эксперимент - вырастить дар самой, а не поглотить его извне. Как думаешь, будут отличия?

– Не представляю, - покачал головой. - Я только раз встречал чистые энергетические ядра морфизма, и это было давно. Они очень редкие и весьма дорогие. Думаю твоё основное умение регенерации и способность ускорять рост клеток смогут помочь развить этот дар даже без вливания дополнительных ядер именно этой стихии. Узнаем завтра.

Мы поболтали ещё немного, касаясь исключительно бытовых тем. Я рассказала Стужеву о том, что у меня новый работник, не став скрывать, что его дочь - одаренная с опасным, редким, но очень любопытным для меня даром. И мы с Доком намерены помочь девочке.

Затем вроде как в шутку поинтересовалась, хранят ли мужчины в фургоне запасную одежду и обувь, а когда узнала, что да, уже всерьез уточнила, могу ли я сделать то же самое. Егор согласился, что это будет разумно, и предложил собрать всё в небольшую сумку и передать Борису - тот проконтролирует всё остальное.

Мы обсудили наши дальнейшие тренировки и мои перспективы в целом, Стужев подтвердил, что после морфизма даст мне природу и воздух, которые ему привезли со склада вместе с камнем и песком. Эти дары относительно нейтральны по отношению к тем, какие я уже освоила, так что особых сложностей возникнуть не должно. Наоборот, все они достаточно гармонично дополнят друг друга, особенно, если у нас получится развить морфизм из почки в полноценный дар. Пускай даже самого мизерного, двенадцатого уровня.

Ну а потом незаметно подкралось время обеда и мы разделились - Стужев ушел к своим, а я предпочла пообедать на кухне, больно уж шумно до сих пор было в гостиной и слышно - гости ещё не ушли.

После обеда я сосредоточилась на своих пациентах, первым делом уделив максимум внимания Светлане Прокопьевне и Машеньке, затем Ирине и Алевтине, следом не поленилась проверить всех остальных, включая Ульяну, Дарью и Прохора, радуясь тому, что мои усилия не прошли даром и женщины здоровы, а Прохор почти не хромает и даже немного помолодел.

Под конец сосредоточилась на Валентине, подробно рассказав ему обо всём, что у него нашла, для надежности запугав последствиями, если не будет лечиться и вести хотя бы относительно здоровый образ жизни (мужчина проникся, ведь я была убедительна), ну и завершающим аккордом задала вопрос:

– Хочешь, привью отвращение к алкоголю?

– Закодируете что ли?

– Не совсем. У тебя просто появится личная непереносимость к спирту. Запах будет казаться отвратителен, а от первого же глотка стошнит. Ты просто сам не сможешь пить.

– А знаете… - Валентин думал недолго, от силы секунд пять, - давайте. Столько раз меня это дело подводило! Лучше вовсе не пить, да силы воли не всегда хватает. Я готов!

Прекрасно.

Залепив мужчине витаминный укол и подправив кое-что в организме, чтобы тот действительно обрел отвращение к алкоголю, я поздравила работника с новой эпохой в его жизни. Варюша ещё спала и я посоветовала её не будить - ребенок в кои веки был сыт и, подозреваю, с легкостью проспит полноценные сутки. Ей надо.

Время близилось к четырем и стоило уделить внимание себе. Уйдя в свои комнаты наверх, я наконец изучила платье, которое вчера стянула с себя кое-как, расстроилась, увидев, что подол порван в нескольких местах - видимо доспехом, так что починке вещь не подлежала. Пришлось выкидывать.

Для себя решив, что в самое ближайшее время стоит приобрести как минимум дюжину красивых платьев, чтобы не жалеть о каждом (благо деньги есть!), я прошла в гардеробную и перебрала плечики. Новой одежды у меня было немного, так что я быстро определилась с нарядом - это было красивое зеленое платье из непрозрачного шифона длиной в пол. Строгое и элегантное, всё, как я люблю. Пуговка под ключицами украшает вырез-капельку, отсутствие рукавов делает его немного легкомысленным, но ситуацию легко исправить жакетом. Тем самым - белым, похожим на гусарский мундир. Пускай на улице полноценное лето, но я надела его специально. Под медаль. Если вдруг князь решит украсить мою грудь железкой, пусть лучше вешает её на жакет, чем на тонкий шифон платья, которое может не выдержать нагрузки.

Из украшений надела только серьги с изумрудами в тон к платью, волосы подвила и убрала в прическу, оставив пару локонов, и уделила должное внимание макияжу, сделав его по вечернему ярким. Если моё фото попадет в газеты, не хочу выглядеть на снимках бледной молью.

Уже заканчивая собираться, чуть подумала… и положила в сумочку перчатку. Дай бог, не понадобится, но учитывая тенденцию последних дней - лучше перестраховаться. “Сменку” я тоже собрала, сунув в сумку, с которой обычно посещала спортзал, брючки, футболку, носки и кеды, после чего спустилась вниз, где меня уже с некоторым нетерпением ждал Савелий, извинилась за задержку и занесла сумку в гостиную, где вручила её Борису, объяснив, что это и зачем.

Мужчина не выглядел удивленным, наоборот - с одобрением кивнул и пообещал положить мои вещи в фургон чуть ли не прямо сейчас.

– Полиночка, время! - поторопил меня Док и я поспешила обратно, время и впрямь неумолимо близилось к пяти.

При этом в администрацию нас вез Тимур, который тоже приоделся в деловой костюм с белой рубашкой и строгим черным галстуком, на мой прямой вопрос подтвердив, что будет сопровождать меня даже на мероприятии. Имеет полное право. И вообще, это его работа.

Более того, четвертым пассажиром с нами ехал Ржевский, причем видела и слышала его только я, но не торопилась заявлять о его присутствии, да и сам поручик сидел с загадочным лицом, в самом начале попросив не обращать на него внимания. Мол, хочется ему немного развеяться, так почему бы и не рядом с нами? Всё равно в княжеский особняк ему больше не попасть, а я рядом со мной в сотни раз увлекательнее, чем во всём городе.

Возражать смысла не было, да я и сама это ощущала на своей шкуре несколько последних недель, так что решила поинтересоваться у Дока:

– Савелий, как думаете, разлом на территории княжеского особняка - случайность или закономерность?

– Сложно сказать, - качнул головой “Витязь”. - У меня нет статистических данных, простите. Но, если честно, мне всё чаще кажется, что катализатор вы, Полина. Согласитесь, как минимум в трех случаях разломы появлялись неподалеку от мест, где находились именно вы. И это я не считаю ваш особняк. Возможно эти места, как нарывы - зрели определенное время и однажды всё равно бы созрели, но ваше присутствие ускорило процесс. А может я просто старый параноик.

– Интересная версия на самом деле, - не стала отмахиваться я. - Любопытная. И есть о чем подумать. Что во мне такого особенного, чего нет в других людях?

– Как минимум сильный дар регенерации, - тут же отозвался Ржевский. - Очень сильный. И мне тоже кажется, что в этом собака зарыта. Но надо ещё кое-что проверить.

– Думаю, дело в вашем даре, - вторил ему Док. И пускай Савелий не слышал слова Ржевского, но выводы сделал те же самые. - Он довольно редок сам по себе и его мало кто развивает. Вы же уже маг четвертого ранга и пройдет совсем немного времени, как подниметесь выше. Многим выше. Но как это связано с нестабильностью пространства - ума не приложу. В этом я пас, увы. Думаю, что-то увидеть сможет как минимум опытный менталист, особенно в момент разрыва. Но, если честно, всегда опасался таких магов, да и нет их тут у вас в Твери. Их на всю империю от силы дюжина и все на службе у государя, а остальные так - мелкота, как мы со Стужей.

А вот это отличная новость! С кем я точно не хочу оказаться по разные стороны баррикад, так это с сильным менталистом. Во-первых, потому что не так давно начиталась об их возможностях, которым совершенно не способна противостоять, ну и во-вторых, потому что личных тайн у меня - воз и тележка. И нет, не маленькая!

Лучше я сначала сама менталистом стану. Ну или ультрой. А там уже будем поглядеть.

Глава 3

Тем временем мы добрались до симпатичного здания по улице Дарвина, где проходило мероприятие. Это был один из тверских домов культуры в центральной части города. Насколько я знала, они принадлежали администрации и там частенько проходили различные мероприятия: концерты известных певцов и комиков, выступали театралы и танцевальные коллективы, в том числе городские. Были в них и фуршетные залы, и выставочные, в будние дни в кабинетах занимались ребятишки - в империи была достаточно развита сфера детской занятости. Юные техники, аквариумисты, поклонники народного творчества - при желании можно было найти себе кружок на любой вкус.

Сегодня же был выходной и к дому культуры то и дело подъезжали автомобили с нарядно одетыми гостями. Как и предрекал Стужев - это были преимущественно пожилые мужчины, полные внутреннего достоинства, но хватало и дам. Тоже преимущественно пожилых.

Впрочем, увидела я и молодежь, особенно когда мы с Савелием и Тимуром вошли внутрь, миновали холл и прошли дальше, в центральный гостинный зал. Насколько я поняла, мероприятие планировалось не особо продолжительное, преимущественно фуршетного типа. Да и неудивительно!

Дедушки и бабушки, которые тут собрались, вряд ли были расположены танцевать до упаду, да и организаторы делали ставку прежде всего на почтительное отношение к старшему поколению, чем на развлечение молодых.

Впрочем, сильно молодых и дерзких я не заметила, все старательно делали умные и степенные лица, изображая максимум достоинства, хотя чистейших целителей среди гостей я насчитала процентов двадцать. Ещё пятьдесят были обычным медиками, без дара, а остальные тридцать - кто кем. Кто-то спутником медика, кто-то обслуживающим персоналом, а кто-то просто аристократом. Как во-он та смутно знакомая девица, которую я видела не так давно во дворе дома Долгоруких.

Что мне понравилось сразу, так это ненавязчивая приглушенная музыка, множество диванчиков, обильное озеленение зала, уютная атмосфера и расторопные официанты, разносящие сок наравне с легким алкоголем.

Моментально завладев бокалом с яблочным соком и с нескрываемым удовольствием прислушиваясь к Савелию, который решил рассказать некую забавную байку из своей медицинской практики, я улыбалась и присматривалась к людям, прекрасно видя, что они тоже присматриваются к нам.

Кто-то узнавал Савелия и подходил, чтобы поприветствовать его и познакомиться со мной. Кто-то умудрялся узнавать меня, причем именно как графиню, хотя ума не приложу, где моё лицо умудрилось засветиться, но всё равно вежливо кивала в ответ. Один мужчина, представившись ректором медуниверситета, прямо спросил, зачем я подала документы на обучение, ну а я так же прямо ответила:

– Хочу повышать уровень своего мастерства, господин Румянцев. В своё время я окончила лишь медколледж, но сейчас понимаю, что переросла этот уровень, и готова двигаться дальше.

– Похвально, похвально, ваше сиятельство, - уважительно покивал ещё совсем не старый мужчина лет сорока пяти, причем именно маг и целитель. - Слышал, вы планируете открыть центр реабилитации для бойцов империи… Думаете, справитесь? Осилите?

– Я это точно знаю, - произнесла твердо. - Пускай я не дипломированный целитель и реального опыта у меня не так много, как хотелось бы, я не безразлична к тем, кто не может получить всю необходимую помощь своевременно и вынужден ожидать её долгие месяцы, а то и годы. К тому же это дело не одного энтузиаста в моём лице, а команды. И она у меня есть.

И с улыбкой взглянула на Дока, который тут же мне подмигнул.

– Наслышан, наслышан, - заявил Румянцев. - Савелий Павлович - легенда в определенных кругах. Что ж, искренне надеюсь, что у вас всё получится. Знайте, со своей стороны я окажу вам всю необходимую поддержку в том числе перспективными выпускниками и стажерами. Я уже не раз поднимал вопрос необходимости развития именно реабилитационного направления в нашем городе, но министерство… - он покачал головой, - неумолимо. То денег нет, то зданий, то иных ресурсов… А годы идут и ничего не меняется. Всё ж мы не Москва, однако люди тут живут ничуть не хуже.

Мы мило побеседовали ещё немного, причем я охотно удивляла ректора своей эрудированностью в многих “лечебных” вопросах, которые он вроде как невзначай поднимал, раз за разом показывая ему, что уровень моих знаний гораздо выше уровня процедурной медсестры.

Ну, ещё бы! Столько книг прочитано уже в этом мире и столько опыта нажито в том…

В итоге ректор убедился, что я не выскочка и не дурочка, не чудачка, решившая “хайпануть” на остросоциальной теме, так что ещё раз заверил меня в своей поддержке и дал понять, что уже в понедельник на мою почту придет ответ с одобрительной резолюцией на зачисление на лечебный факультет общего магического профиля.

Вот и славно.

Прошло ещё немного времени и зазвучала чуть более громкая и торжественная музыка, а распорядитель мероприятия, которого я со своего места не видела, но отлично услышала, попросил освободить центр зала для проведения церемонии награждения медиков, проявивших себя в этом году.

Не став ни бежать занимать сидячие места (пусть пожилым больше достанется), ни протискиваться вперед, чтобы увидеть происходящее из первых рядов, я предпочла лишь допить свой сок, чтобы освободить руки, да улыбнулась Савелию, который выразительно поиграл бровями, под конец тихо произнеся:

– Первая медаль - всегда так волнительно, Полиночка. Кажется, переживаю сильнее вас, м?

– Бросьте, - усмехнулась. - Вы и переживания? Глупости. А у вас много медалей?

– Хм, дайте подумать, - Док изобразил усердную работу мысли. - Десятка два, может три… Честно скажу, в последнее время не считал. Складываю к остальным да и только. Смысла в них? Ходить, народ пугать?

– Ну почему сразу пугать? - рассмеялась приглушенно и одним взглядом указала на дедулю, который занял диванчик неподалеку от нас. - Гордиться. Хвастаться. Выгуливать, наконец.

– Нда… Медали я ещё не выгуливал, - хохотнул Док, а когда на нас зашикали рядом стоящие люди, которым мы мешали своей болтовней, поспешил извиниться и притихнуть.

Пришлось вытягивать шею и смотреть, кто и что там вещает. О, князь!

Князь Олег Павлович Долгорукий выглядел очень импозантно в своем белом военном кителе с аксельбантами и эполетами. Форма подчеркивала его стать и даже молодила. И пускай я не любила усатых и бородатых мужчин, именно этому растительность шла, придавая ему особую аристократичную солидность.

Русоволосый и сероглазый, он обладал прекрасно поставленным голосом с приятным тембром, так что в какой-то момент я даже заслушалась, пропуская смысл мимо ушей, но наслаждаясь тональностью.

Сначала князь поздравил всех присутствующих с профессиональным праздником, упомянув то, что именно медики как никто другой понимают ценность человеческой жизни и стоят на страже их здоровья. Упомянул ряд значимых для города показателей: низкую смертность беременных и новорожденных, прекрасный показатель выписных эпикризов и прочие, именно медицинские нюансы. Обозначил высокий интерес молодежи именно к этой профессии и даже похвалил частные медорганизации за то, что они в принципе существуют, тем самым снижая нагрузку на государственные учреждения.

А потом начался этап награждения.

Сначала поздравили почетных работников городских больниц и поликлиник, чей непрерывный стаж преодолел рубеж в сорок, а то и пятьдесят лет. Они получили звание заслуженных медработников и соответствующую медаль “Отличник здравоохранения”. Следом наградили троих хирургов и одного профессора за заслуги в развитии медицины и здравоохранения. А потом начались награждения тех, кто в этом году спасал человеческие жизни в катастрофических и просто неподходящих условиях. Так наградили медалью сотрудников бригады скорой помощи, которые по зиме в лютую метель выехали в пригородный поселок на вызов к роженице и мало того, что добрались, так ещё и приняли невероятно сложные роды прямо на дому, сохранив жизнь и матери, и малыша, родившегося недоношенным. Ещё одна бригада одаренных медиков проявила себя в спасении сразу трех людей, пострадавших в жуткой автокатастрофе - их тела зажало в искореженном автомобиле и всё то время, пока их вырезали из металла сотрудники МЧС, они умудрялись поддерживать их жизни удаленно.

– И наконец впервые на моей памяти награды “За заслуги в военной медицине” удостаивается не профессиональный врач и даже не военный, а молодая женщина…

Савелий с приглушенным смешком пихнул меня в бок, а я выразительно закатила глаза.

– По образованию медик, но в душе - настоящий боец, за последние недели она проявила себя неоднократно в ситуациях, граничащих с катастрофой. Если бы не её своевременная помощь, знания, способности и воля к победе, мы бы не досчитались многих бойцов, в этот час снова сражающихся за правое дело и нашу с вами безопасность.

Говоря красиво, но в то же время достаточно обтекаемо, чтобы не сказать ничего, князь, наконец, разродился:

– Я приглашаю на вручение награды Полину Дмитриевну, графиню Ржевскую.

Успев изобразить “красивое лицо”, я с легкой полуулыбкой вышла в центр зала и под приглушенное обсуждение присутствующих и редкие вспышки фотокамер журналистов дошла до князя. Я прекрасно понимала, что окружающие недоумевают: что именно я сделала, где и когда, но в то же время наверняка догадываются, что раз не прозвучало никакой конкретики, то информация либо засекречена, либо… Медаль не заслужена.

Уверена, были и те, кто считал именно так. Но какое мне до них дело?

– Добрый вечер, ваша светлость, - поприветствовала я князя, присев в легком реверансе, и продолжив говорить то, что от меня хотели услышать: - Для меня огромная честь заслужить эту награду и принять её из ваших рук.

– Рад знакомству, ваше сиятельство, - в свою очередь любезно ответил князь, но я чувствовала, что он изучает меня гораздо пристальнее, чем мне бы самой хотелось. - Отрадно видеть, что на наших землях проживают настолько красивые и неравнодушные к чужим жизням женщины. Эта награда ваша по праву.

И ловко приколол медаль к левой стороне груди.

– Благодарю.

После этого мне пожали руку, задержав достаточно, чтобы нас сфотографировали в этой позе, вручили коробочку и документ, прилагающийся к награде, и я вернулась к сияющему Савелию, который ждал меня с распростертыми объятиями и в итоге обнял так крепко, что я не удержалась и пискнула.

– Медведь! Мои ребра…

– Шутить изволите, ваше сиятельство? - хохотнул “Витязь”. - Да они у вас крепче титана и надежнее слова аристократа! Уж мне-то не заливайте, я вас как облупленную знаю. Кстати, проставляться дома будете?

– А надо? - засомневалась, потому что сама об этом даже не думала.

– Ваше право, - беспечно пожал плечами Док и, пользуясь тем, что церемония завершена, фуршет продолжается и снова можно общаться, не понижая голос. - Но у нас принято обмывать. Особенно первую награду. Особенно заслуженную.

Подумав, поняла, что действительно стоит устроить домашним праздник. В самом деле, мы даже завершение ремонта не праздновали! Все в трудах, все в непрекращающихся трудовых заботах.

Хватит. Мы заслужили праздник!

– Уговорили. - Я широко и беспечно улыбнулась. - Попрошу завтра Дарью продумать праздничное меню на вечер и закажем вкусностей в ресторане. Может даже в том же “Айсберге”. Устроим себе заслуженный выходной. Чур, не напиваться!

– Ха! Да вы за кого меня принимаете, Полиночка? - шутливо возмутился Савелий. - Целители моего уровня в принципе напиваться не способны.

– Ваше сиятельство…

Пока мы болтали, потихоньку двигаясь к столам, где обновили закуски, на этот раз принеся и сладкие десерты, нам навстречу шагнул князь Долгорукий и, вежливо кивнув, протянул руку.

– Позвольте пригласить самую прекрасную и загадочную даму вечера на танец. Савелий Павлович, позволите?

– Конечно, ваша светлость. Конечно.

Забрав из моих рук сумочку и одним взглядом дав понять, что будет неподалеку, Док отступил, ну а я, вручив князю руку, позволила мужчине увести себя ближе к центру зала. Сама я танцевать не сильно любила, особенно вычурные вальсы, но прекрасно помнила, как это делается, ещё со времен обучения в лицее. Пускай та память изначально была не моей, это не отменяло того факта, что я освоила её от и до.

Наверное, со стороны мы выглядели настоящей парой - оба светловолосые, в белых пиджаках военного кроя, но мне на ум почему-то шло сравнение с отцом и дочерью. Всё-таки по возрасту это определение подходило больше, ведь князь был старше меня почти в три раза.

И помнится жена у него вполне себе есть… Почему он здесь без неё? Да и княжича я почему-то не видела. Хм, странно.

– А вы немногословны, Полина Дмитриевна, - отметил князь где-то минуту спустя.

– Это вы меня пригласили, - заметила справедливо.

– И впрямь, - усмехнулся, иронично сверкая глазами, которые были более темного оттенка, чем у Стужева, ближе к стальному. - Но мне простительно, я элементарно не нахожу слов. Утонченная, элегантная, женственная и в то же время решительная и безжалостная. Вы очень интересная личность, Полина Дмитриевна, особенно вживую. Отчеты не передают и сотой доли вашего обаяния и харизмы. Искренне удивлен тому, что ваш отец не вывел вас в свет при жизни. Впрочем, он был тем ещё разгильдяем…

– Вы пригласили меня, чтобы оскорблять отца? - мой тон похолодел. И пускай я сама считала папашу бестолочью, это не значило, что буду покорно выслушивать данную информацию из чужих уст.

– Прошу прощения, не хотел обидеть вас, - поспешил заявить князь, чем откровенно насторожил. - Совсем наоборот, я хотел извиниться.

Тут я уже удивилась.

– За что?

– Слышал, Игорь имел глупость вам угрожать… - говоря это, Долгорукий не сводил с меня внимательного взгляда. - И сейчас в городском особняке творится полноценная чертовщина.

Я несколько раз сморгнула, всем своим видом выражая недоумение.

– Да-да, понимаю, звучит, как бред, - усмехнулся князь. - Но я уже вызывал и медиумов, и менталистов, и даже батюшку из Борисоглебского монастыря, который специализируется на очистке территорий от потустороннего, но всё, что они могли мне сказать, так это то, что прослеживается некая связь между моим сыном и незамужней девой, которой покровительствуют могущественные предки рода. Рода, с которым наш связан незримыми узами, тянущимися сквозь века и поныне. Знаете, это было непросто… - усмехнулся снова, - выяснить у сына, кому он успел… кхм, навредить своими необдуманными словами и поступками. Выяснилось, что вам, Полина Дмитриевна. Или я ошибаюсь?

Подумав, перебрала в памяти всё, что было связано с княжичем, и неопределенно качнула головой.

– Он не успел мне навредить, ваша светлость. Но вы правы, планировал. Он оскорблял меня из-за происхождения, собирался лишить дома. Писал унизительные сообщения… Это не делает ему чести. - Спокойно перечислив прегрешения княжича, о которых князь наверняка уже и сам всё выяснил, иначе бы не стал даже начинать этот разговор, я скупо усмехнулась. - К счастью, его подлость не удалась, а своего происхождения я не стыжусь.

– И готовы его простить? - пытливо прищурился князь.

Я же, небрежно поведя плечом, заявила:

– Я не из тех, кто годами лелеет обиды, ваша светлость. Но я, честно говоря, удивлена, что со мной об этом говорите вы… А не он.

– Что поделать, - усмехнулся Долгорукий. - Иногда приходится вмешиваться в жизни даже выросших детей, когда они не справляются сами. Ведь именно так поступают ваши предки. Да, Полина Дмитриевна?

Тц. Уел…

– Как бы то ни было, - снова заговорил мужчина после небольшой паузы, когда я так и не ответила, - я искренне прошу прощения за всё, что нагородил Игорь. Мы обсудили с ним сложившуюся ситуацию и он обещал мне, что впредь будет благоразумен и не позволит себе в вашем отношении грубостей и глупостей. Более того, со своей стороны обещаю оказать всяческое содействие вашим благородным начинаниям, особенно касательно реабилитационного центра. Здание, оборудование, персонал, свои люди в ведомстве - чем могу, помогу.

Ну просто аттракцион невиданной щедрости! Это как же их припекло? И что Ржевский там учудил на самом деле? Надо будет расспросить.

– Вы так добры, - улыбнулась, изо всех сил стараясь делать это без ехидства, ведь прекрасно понимала, что он был вынужден. И это не веление души, а элементарная политика. - Отрадно слышать, что в нашей губернии есть люди, неравнодушные к острым социальным проблемам населения. А можно личный вопрос?

Князь удивился, но кивнул.

– Вчерашний разлом - он первый, открывшийся на вашей территории? Или очередной?

Поколебавшись и явно не желая отвечать, князь задал свой вопрос:

– Вами движет праздное любопытство или исследовательский интерес?

– Второе. Исключительно второе, ваша светлость.

– Не первый. Второй за этот год, третий за пять лет и примерно двадцатый за последние два века. В последнее время, как вы уже сами наверняка знаете, разломы стали появляться чаще.

О, да. Я знаю.

В любом случае всё равно ничего не понятно, но дико интересно.

Танец завершился, князь, проявляя положенную ему вежливость, вернул меня Савелию, снова заверив, что безумно рад знакомству, ну а я вдруг резко оказалась всем нужна. Особенно молодежи.

К нам подходили молодые врачи и бароны, любопытные профессора и другие награжденные в этот вечер, и всем было безумно приятно со мной познакомиться и спросить лично: кого я спасла и как именно.

Честно признаваясь, что бойцов нашей великой империи, причем из числа элитных спецподразделений, остальное нагло умалчивала, не стесняясь лгать, что давала подписку о неразглашении. И рассказывать об этом не имею права. Кто-то верил, кто-то нет, меня это волновало мало и где-то через час, окончательно устав от этого хоровода лицемерия, я утащила Дока в закуток между монстерой и драценой и потребовала:

– Савелий, а давайте мы меня уже эвакуируем? Я устала. Медальку получили, глаза помозолили, пироженку съели - пора и честь знать.

– Желание дамы - закон, Полиночка, - добродушно рассмеялся Док и, махнув рукой Тимуру, который всё это время приглядывал за мной издали, повел на выход.

Время близилось к девяти, когда мы подъехали к дому. Потихоньку смеркалось, Док всю дорогу балагурил, не прекращая, так что в дом мы вошли вместе и я смеялась, не заподозрив подвоха, когда переступала порог.

А потом было уже поздно.

Глава 4

Вокруг засияло, заискрило, взорвалось фейерверком и раздались многочисленные радостные возгласы, в первый миг дезориентировав так сильно, что я едва не облачилась в доспех. Спас Док, крепко держащий меня за руку, а потом я поняла, что это не нападение, а поздравления и неуверенно улыбнулась, пытаясь понять, кто эти все нарядные люди. Ну, Ульяну узнаю… А Олега тоже. Дениса, Айдара, Борю… Хм, а Дарья-то у нас красотка. А это неужели Ирина? Зефир, Борей, Дуб, Троян… Красавица Алевтина. Элегантная Светлана Прокопьевна… А этих ребят я вообще впервые вижу!

– Обычно по традиции мы купаем награжденного в брызгах шампанского и он пьет до дна из литрового кубка, - ко мне подошел иронично улыбающийся Егор с вычурным старинным кубком в руках, - но учитывая твои вкусы, решили сделать небольшое исключение. Здесь сок. Мультифруктовый. До дна, Полина.

– С ума сошли? - Я прикинула объем кубка, в котором было навскидку не меньше заявленного литра, но Стужев улыбался слишком загадочно и я вытянула шею, чтобы заглянуть внутрь. Хм, а налито-то на донышке. Фух, ладно. - Ваше здоровье, дорогие мои! Пусть оно вас никогда не подводит!

И залпом выпила все, что мне предложили, почти сразу ощутив, что это не просто сок, а с энергетическими добавками, которые мигом вернули мне силы, а потом мы дружно поднялись на второй этаж в ту самую гостиную, которую обставили на всякий случай, и я увидела, что у окон накрыты фуршетные столы, подоконники и высокие напольные вазы украшены цветами, а в самой комнате звучит игривая музыка.

И праздник начался!

Савелий, взяв на себя роль массовика затейника, то и дело предлагал тосты, перед которыми следовали юмористические зарисовки из его обширной практики (без жутких подробностей, ведь в гостиной были дамы), мужчины следили, чтобы у всех было налито, дамы купались во внимании, ведь на каждую из нас приходилось как минимум по три кавалера, и всегда кто-нибудь с кем-нибудь танцевал, благо места для танцев хватало, как и диванов.

И не знаю, как остальным, а мне эти спонтанные посиделки понравились намного больше, чем предыдущие!

При этом я умудрилась перетанцевать, кажется, со всеми присутствующими мужчинами, а с некоторыми и не по одному разу, но, что примечательно, ни один из них не позволил себе чего-то лишнего или неприличного - все до единого бойцы вели себя максимально корректно, причем не только по отношению ко мне.

Ближе к полуночи, когда стало ясно, что большая часть угощений съедена, а женщины зевают чаще, чем смеются, на правах хозяйки я объявила завершение вечера, поблагодарив всех за чудесный праздник, и заверила, что в случае чего за мной дело не станет - вылечу!

– Даже если будете сопротивляться!

Дружный хохот стал мне ответом, после чего я пошла провожать гостей, а Док лихо организовал “Витязей” в помощь Ирине и Алевтине - следовало убрать грязные тарелки и еду со столов, чтобы не испортилось.

Спускаясь вниз, я беспечно улыбалась, пребывая просто в чудесном настроении, и совершенно не ожидая подвоха, но он случился.

– Полина, а вы прямо всё-всё вылечить можете? - вроде как всё ещё в шутку полюбопытствовал Дуб, но я распознала в его тоне напряжение.

– Всё-всё я могу только диагностировать и то не сразу, - усмехнулась, качая головой. - У вас что-то болит, Роман?

– Да не у меня… - Мужчина отвел взгляд и потер подбородок. - У тестя. Он у меня из вояк, бывший СОБРовец, антитеррор. Уже десять лет на пенсии, но до недавнего времени возглавлял должность одну административную, в министерстве. Тот ещё живчик, молодые позавидуют. А вот месяц назад по здоровью так резко просел, что думали всё - не выкарабкается. Мы его уже и профессорам возили, и академикам, и в столице не одного целителя приглашали - без толку. Ничего найти не могут, а лучше не становится. Может, глянете? Хотя б просто… Я заплачу!

Тихонько хмыкнув, качнула головой. Это же как надо в меня верить, чтобы такое предлагать?

– Где он сейчас?

– В реанимации, город Зеленоград. Это рядом с Москвой, там военный госпиталь. Для наших.

Ещё и в реанимации…

– Я вас отвезу-привезу, всё сделаю!

Да уж…

– Хорошо, - согласилась, уже видя, что меня собираются уговаривать до победного, а я не из тех, кто это любит. - Договорились. Завтра в восемь утра. Но вы ведь понимаете, что я не всесильна?

– Я понимаю, - предельно серьезно заявил Роман, в глазах которого появился особый блеск искреннего облегчения. - Всё понимаю. Спокойной ночи, Полина.

– До свидания.

Распрощавшись и с остальными гостями, которые после этой короткой беседы смотрели на меня с каким-то особым уважением, словно я уже всех спасла и вылечила, я закрыла за последним бойцом дверь (Прохор помогал носить блюда с едой, которую мы не съели), обернулась и увидела Стужева, который вроде бы не подслушивал и не подглядывал, но всё равно всё контролировал.

Весь вечер. Всех, включая меня.

– Прости, кажется, завтра позаниматься снова не получится, - покачала головой с немного виноватым выражением лица.

– Ерунда, не извиняйся. Я всё понимаю. Если и впрямь получится помочь Михалычу, это будет лучше и эффективнее любой тренировки, а если подумать на перспективу, то и вовсе ход конем. - Неожиданно он подмигнул мне и указал одними глазами на грудь. - А медали тебе к лицу. Кто знает, может совсем скоро и меня по ним обгонишь?

– Шутишь? - хмыкнула немного нервно. - Хотя… А сколько их у тебя?

– Восемнадцать. И три ордена.

У-у…

– Я буду стараться, - заверила его с самым что ни на есть серьезным видом и с трудом прошла мимо. Именно мимо, а не в его объятия. - Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Полина. Спокойной ночи…

Уйдя наверх и не поленившись аккуратно отцепить медаль от жакета, я убрала её в коробочку, а саму коробочку в комод, затем умылась-ополоснулась и, чувствуя, что зачем-то чрезмерно волнуюсь, приказала себе успокоиться, отрегулировала организм и для разнообразия погрузилась в получасовую медитацию, уделяя максимум внимания своему богатому внутреннему миру. Какая же всё-таки красота!

Сполна налюбовавшись магическим ядром, которое переливалось несколькими цветами, но все с оттенком перламутра, я приказала себе спать и уснула практически мгновенно, умудрившись забрать с собой медитацию и в сон. Правда, во сне я не только медитировала, но и умудрялась магичить, причем безо всяких особых жестов, слов-активаторов и прочего. Буквально силой желания! Чистой энергией, которая вырывалась из меня настолько легко и естественно, словно внутри меня находился бездонный генератор по своей мощности равный солнцу.

А ещё я видела мир… Уставший, больной. Зараженный неведомой дрянью, которая разъедала его пространство год за годом. Но в последнее время всё стремительнее. Это не было похоже ни на что и в то же время я чувствовала, что понимаю суть происходящего. Она мне знакома! Но… Недостаточно.

Чего-то в ней не хватало.

Некоего последнего штриха. Завершающего аккорда. Центральной фигуры.

А потом я проснулась четко по будильнику в семь утра и поспешила в кабинет, чтобы зарисовать то, что увидела во сне. Почему-то это показалось мне просто дико важным! Но…

Нет, не понимаю. Просто не понимаю.

Изучив рисунок и так, и эдак, но не увидев в нём смысла, я не стала выбрасывать листок, предпочтя отложить разгадку до лучших времен. Уверена, когда я стану сильнее, она найдется. Обязательно найдется!

Ну а пока стоит умыться, одеться и позавтракать.

Чем и занялась, выбрав для поездки удобные брючки цвета кофе с молоком и к ним кремовую блузку с короткими рукавчиками и воротничком-стоечкой. На прохладное утро прихватила жакет в тон к брючкам, не забыла взять сумочку с перчаткой, а на ноги отлично сели классические туфли-лодочки на пятисантиметровом каблуке.

На завтрак спустилась пораньше, чтобы быть готовой выйти из дома в восемь, но Дарья уже не спала, доваривая кашу детям и допекая омлет с колбасками в духовке для остальных. Я согласилась на кашу, больно вкусно она получалась у нашей кухонной феи, и в итоге одной из первых узнала, что они с Савелием пришли к согласию и даже определились с датой свадьбы. Ровно через четыре недели и тоже в субботу, как раз ближайшая свободная дата в ЗАГСе на торжественную регистрацию.

При этом сама Дарья была согласна и на обычную, но, по её собственному признанию, Савелий хотел торжество и она позволила себя уговорить.

– Представляете, паразит какой? - распалялась она, то и дело смущенно краснея. - Клятву с меня взял, что я позволю ему оплатить все свои покупки! И платье, и прическу, и, чтоб его, маникюр! И девичник потребовал организовать! Ну какой мне девичник? Я ж не девочка!

– Даш, - я смотрела на неё и улыбалась. Подошедшая пару минут назад Ульяна тоже. - Я так тебе завидую… Ты просто не представляешь. А детям имена вы уже выбрали?

Дарья окончательно стала пунцовой, сначала пробурчав что-то вроде “какие дети, старая я уже”, но потом всё же тихонько вздохнула и призналась:

– Савушка сына хочет, Мирона. Но если дочка получится, то я хочу Анной назвать.

– Красивые имена, - улыбнулась я ещё шире. - И детки у вас будут просто загляденье, я уверена. Вы, главное, долго с этим не тяните. А лучше сразу двоих!

– Вот не была б графиней, я б… сказала!

– А ты скажи, - расхохоталась, подмигивая Ульяне. - Тут все свои. Кого стесняться?

– А вот и скажу, - подбоченилась Дарья. - Прежде чем другим советы давать, с себя начните, сиятельство. И замуж, и девичник, и детишек! А то ишь, завидует она! Не завидуй! Бери и делай! Егор за ней как хвостик ходит, а она нос воротит! Бессовестная!

Нда… Ну, что сказать? Сама напросилась.

И ведь сказать-то толком нечего, чтобы вежливо…

– Да, Даш, - улыбнулась криво. - Бессовестная я. А ты не будь, как я. Будь счастлива.

– Полина… - мигом спав с лица, Дарья виновато прикусила губу, но я вскинула руку.

– Не бери в голову. Всё в порядке. Я правда за вас рада и искренне завидую. По доброму. Сама так не могу, не моё это. - После чего бодро поднялась, убедилась, что время к восьми, и подытожила: - Ладно, побегу я. Когда вернусь - не знаю, надеюсь сегодня. Если что - позвоню. Дарья, с тебя помощница на кухню, такая же толковая и доброжелательная. Уля, на тебе пациенты. Если к ужину не вернусь, пусть Савелий проведет процедуры, лекарства всё равно у тебя. Если проснется Варенька, сразу говори Доку, пусть посмотрит её, он в курсе. Всё, я ушла.

В холле я была без пяти восемь, но Тимур меня уже ждал, приветственно кивнув и дав понять, что в курсе нашей поездки. Более того, сразу обозначил, что в госпиталь мы поедем на моей машине, за руль которой он сядет сам. Я ничего против не имела, уже успев убедиться, что водит мужчина получше многих, а Романа я видела всего два раза. Что он за человек? Я пока не могу сказать.

При этом сам Роман уже ждал нас на улице в своём внедорожнике умеренно военной модели, но не самого свежего года. Увидев меня, торопливо вышел, поздоровался, зазывая к себе, но узнав, что я еду не одна и более того, на своей машине, возражать не стал, быстро показав Тимуру конечную точку на карте, и договорившись в случае чего держать связь по телефону. Номерами мы обменялись все трое.

Ну а потом сели по машинам и поехали.

Ржевский буквально в последний момент юркнул на заднее сидение, выразительно прислоняя палец к губам и шепча, словно завзятый партизан, что присмотрит за мной в оба глаза. Мало ли куда мы на самом деле едем?

Я его опасений не разделяла, но спорить не стала, просто не хотелось. Примерно представляя маршрут и то, что ехать будем чуть больше часа, я снова предпочла погрузиться в легкую медитацию, приводя в порядок нервы, растревоженные заявлением Дарьи. И вроде всё она правильно сказала, а я сама нарвалась на выговор, но… Было неприятно. Просто неприятно.

Я же не прошу ходить за мной хвостиком! Это его собственный выбор! А я сразу сказала, что не могу дать ему то, что он хочет! Сказала? Сказала!

И не моя вина, что он не хочет этого понимать. Не моя и всё тут!

– Полина Дмитриевна, - Тимур тронул меня за руку спустя где-то час десять, - подъезжаем.

Открыв глаза и с интересом осмотревшись, ничего особенного не увидела. Дорога, как дорога. Здания, как здания.

Мы проехали ещё немного и свернули с главной дороги на второстепенную, притормаживая - путь дальше был перегорожен шлагбаумом и едущий впереди Роман вышел из своего автомобиля. Ненадолго скрылся в будке охранника, затем вышел, махнул нам рукой, показывая, чтобы мы ехали за ним, и когда шлагбаум поднялся, мы спокойно проехали дальше.

Территория госпиталя была довольно большой - несколько корпусов в три и четыре этажа, но мы подъехали к центральному. Выйдя из своей машины, Роман приблизился к нам и, немного нервно суетясь, произнес:

– Полина Дмитриевна, я уже обо всём договорился, нас ждут. Тесть лежит в отдельной палате, в сознании, но никого не узнает, реакции вялые. Не агрессивен. Лечащий врач расскажет всё о проведенных обследованиях и взятых анализах. Четкий диагноз ему так и не поставили, грешат на повреждения мозга, аневризму и прочую чушь, но в том-то и дело, что МРТ ничего не показало.

– Роман, успокойтесь, - попросила мужчину. - Если что-то есть, мы это найдем. И разберемся. Идемте. Надеюсь, халат мне дадут?

– Конечно. Конечно, дадут. Идемте!

Пройдя через центральный вход, где нам действительно выдали и халаты, и бахилы, и шапочки на головы, чтобы максимально обезопасить пациентов от грязи, которую мы могли занести с улицы, мы в сопровождении дежурной медсестры поднялись на третий этаж, в отделение реанимации, где прошли через пост и заблокированные чипом двери, там нас встретил обещанный лечащий врач, который представился Тимофеем Сергеевичем, и, не задавая лишних вопросов, но поглядывая с отчетливым сомнением, тем не менее ввел меня в курс дела.

Слушала его вполуха, прекрасно понимая, что смотреть буду сама, и та же кровь в моче может быть никак не связана с глухотой, а скачки давления с варикозом в икрах обеих ног, но набор отклонений и впрямь впечатлял. Такое ощущение, что организм просто резко вышел из строя, словно выработал свой ресурс и решил угробить сам себя.

А вот и пациент…

– Прошу всех выйти, - произнесла строго, когда поняла, что Роман нервничает так, что едва контролирует свою магию, а лечащий врач смотрит на меня с каждой минутой всё скептичнее. Один Тимур не отсвечивает у стены, но тоже тут ни к чему. - Вы мешаете мне сосредоточиться.

Было видно, моего авторитета, пола и возраста явно маловато, чтобы меня слушались беспрекословно, но всё же профессионализм в мужчинах взял верх и они один за другим покинули палату, оставив меня с пациентом наедине. Остался лишь Ржевский, но он не мешал, с интересом (а самое главное - молча!) осматриваясь и изучая бесчисленную аппаратуру, к которой был подключен полковник Карышев.

Шестьдесят один год, опытный маг металла, четвертый ранг. В прошлом оперативник, до полковника дослужился уже в министерстве, возглавляя отдел “Антитеррор”. Не знаю, как он выглядел раньше, но сейчас передо мной лежал худой, откровенно изможденный мужчина с отсутствующим взглядом. Он был в сознании, но даже не повернул ко мне голову, бездумно разглядывая пространство перед собой. При этом его тело, руки и ноги были зафиксированы ремнями, доктор признался, что пару раз пациент ловил приступ эпилепсии и выдирал катетеры из вен, так что персонал подстраховался.

Что ж… Приступим.

Не доверяя никому, особенно медперсоналу, первым делом я проверила состав лекарств, который поступал пациенту через капельницу. Так, тут всё в норме, обычный физраствор с долей питательных веществ.

Теперь организм…

Неприятно удивившись полному отсутствию личного энергетического щита, я с поразительной легкостью пробежалась по ключевыми параметрам мужского тела. Кожа, мышцы, нервы, сосуды, кости… отклонений от нормы была тьма, но это были лишь результаты проблемы, а не его причины. Но в чем сама проблема? Чем он болен?

Сердце, печень, селезенка, почки, желудок, мозг… нет, ничего критичного. Ничего, похожего на очаг заразы.

Хм, а если…

Подойдя ближе, чтобы коснуться, я положила пальцы левой руки на впалую грудь мужчины и сосредоточилась на изучении магического ядра. На первый взгляд оно было нормальным. Крупным. Стальным. Непроницаемым.

Но я уже знала, что способна проникнуть под оболочку и взглянуть на него изнутри. Вот и сейчас… Ащ-щ!

Раздраженно прошипев, когда полковник, ощутив моё проникновение, вдруг решил, что я враг, и ударил по мне чистой энергией металла, проткнув ладонь дюжиной металлических игл, выросших прямо из кожи, в отместку я отключила его сознание, отправив в элементарный обморок.

Вот дура! Сразу надо было сделать! Повелась на обманчиво безучастный вид. Нет, дедуля! Я тебя вылечу, даже не сопротивляйся!

Уже догадавшись, что я на верном пути, следующие десять минут я изучала чужое ядро, которое покрылось непроницаемой стальной коркой. Врешь, не обманешь! Я только Стужева взломать не могла, ты же гораздо его слабее. Гораздо!

И я не ошиблась. Карышев, ослабленный не одним днем неведомой болезни, не смог противостоять моей настырности, и вскоре я нашла крошечные щели в его стальном ядре, которое было покрыто броней не сплошь, а внахлест, словно листья капусты. Вот между парочкой таких листов я и проскользнула, наконец оказавшись внутри чужого магического средоточия и увидев истинную причину неполадок в организме мага.

Второй дар.

Ага… Ну и как его изъять?

Прекрасно видя, что всего одна капелька воды, которая является серьезным врагом металла, серьезно дестабилизирует мужчину, причем эта капелька не его, а явно подкинутая извне, какое-то время я перебирала в уме всё, что знала об операциях.

Не магических, нет. Обычных.

Ампутация, реплантация, трансплантация… Эксцизия? Ой, нет. Сомневаюсь, что мне скажут спасибо, если я вырежу деду ядро. Скорее всего и вовсе помрет, в его-то возрасте.

Хм-м, а если сделать ему лапароскопию?

Проткнуть грудину, проткнуть ядро, дотянуться до крупицы воды и изъять… Да, пожалуй. Но чем? Логичный ответ: магией. Логичный, да.

Но как это провернуть?

И тут я вспомнила про Вареньку. О-о, да-а…

Глава 5

– Дима, - позвала Ржевского, который любовался видами из окна, откуда было видно внутренний парк госпиталя.

– Да, Полиночка?

– Я сейчас буду творить дичь. Если отключусь - вызовешь врача.

– Уверена, что стоит? - нахмурился поручик.

– Уверена. Это очень интересный случай. Очень. И мне надо понять, могу ли я такому противостоять. Всё, замерли.

Радуясь, что моя ладонь уже лежит на груди почти добровольного пациента и моя кровь уже окропила ему кожу, тем самым позволяя мне нагло влезть в его иммунную систему и стать “своей”, а ещё во мне есть необходимый дар, я предельно аккуратно проколола грудину полковника своим металлом, но превратив его не в шип, а в иглу с полостью внутри, и подобралась к ядру.

А теперь самое сложное!

Не меньше тридцати минут мне понадобилось, чтобы синхронизировать наши металлы, и пускай я так и не стала до конца “своей”, у меня получилось проколоть и чужое ядро без видимого вреда для пациента, после чего я дотянулась иглой до крупицы воды и жадно всосала её в себя, мгновенно закупоривая входное отверстие, как только увидела, что она внутри меня.

А теперь аккуратненько, аккуратненько…

Быстро и вместе с тем не мгновенно, чтобы ничего не порвать, я вытянула из мужчины свой металл, попутно запуская второй рукой регенерацию, чтобы ни в коем случае не подвергнуть и без того ослабленный организм полковника лишней опасности, затем быстро-быстро дошла до кресла у окна, уже там втянула шип в себя и позволила крупице воды стать частью себя.

Было неприятно. Очень!

Не смертельно, всё-таки кислота и лед ощущались гораздо болезненнее, но и не песок с камнем. Далеко не песок…

– М-м… - простонала, когда неприятно забулькало в желудке, а затем почему-то в легких, я враз ощутила себя опухшей и дико захотелось в туалет, хотя я точно знала, что мочевой в норме. - Гадство…

– Полина? Мне звать на помощь?

– Нет. Я в норме, - качнула головой, в самом конце ощутив крошечный всплеск облегчения и даже мизерный прилив сил. - Фух… Всё, справилась.

– И что это было? - с напряжением поинтересовался призрак.

– Его отравили даром воды.

– О как? - Ржевский выглядел озадаченным. - А так можно?

– Видимо, да, - хмыкнула. - Он сильный маг металла, вода для него яд. При этом он оказался слишком сильным, чтобы не умереть сразу и закапсулировать крупицу дара в своём ядре, но недостаточно, чтобы с ней справиться. В итоге этот дар разрушал его изнутри, дестабилизируя организм. Ну, по крайней мере я так поняла происходящее. Кстати, надо бы подлечить дядьку. Заслужил. Безумно интересный случай и ещё один уникальный опыт в мою копилку возможностей. Даже не думала, что я так умею.

Следующие полчаса, не забыв вымыть руки (в палате был свой санузел) и стереть с груди полковника свою кровь, я предельно аккуратно правила всё, что было в моих силах. Тут бляшки убрать, тут язву ликвидировать, сосуды расслабить, песочек из почек вывести, печень приободрить…

Фух, устала!

И почему я не попросила у Дока витаминку в дорогу? Непростительное упущение!

Снова пробежавшись по организму Карышева придирчивым взглядом и констатировав, что с остальным точно справятся местные эскулапы, всё ж профессионалы как никак, я аккуратно пустила в полковника энергетический импульс пробуждения, дождалась, когда он очнется, и посмотрела ему в глаза. Тело в порядке. А что насчет сознания?

Отмечая неплохую реакцию зрачков и наличие мимики, доброжелательно произнесла:

– Здравствуйте, Илья Михайлович. Меня зовут Полина. Вы меня слышите? Если сложно говорить - кивните.

– Слышу… - пробормотал полковник и попытался дернуть рукой. Очень удивился тому, что ему это не удалось, и покосился вниз. - Какого…

– Пожалуйста, не волнуйтесь, - успокоила его. - Вы в больнице. В отделении реанимации. Вам было плохо, случился приступ эпилепсии. Вас зафиксировали, чтобы вы не причинили себе вред. Я позову вашего лечащего врача и он всё вам расскажет. Хорошо?

– Да, конечно… - всё ещё медленно и словно недоверчиво произнёс мужчина и вдруг глянул на меня так остро, что я невольно напряглась. - А вы, собственно, кто, девушка? Медсестра? Или врач?

– Медсестра, - улыбнулась. - Всего лишь медсестра. Выздоравливайте, Илья Михайлович. Всего хорошего.

После чего просто вышла из палаты, плотно закрывая за собой дверь, и тут же оказалась под прицелом нервно бегающих глаз Романа, который вместе с Тимуром дожидался меня у стены напротив. Доктора видно не было, видимо ушел, но сначала пришлось уделять внимание дико нервничающему “Беркуту”.

– Всё в порядке, - улыбнулась ему. - Мне удалось найти причину болезни и ликвидировать. Думаю, Илья Михайлович быстро пойдет на поправку, потенциал у него отличный и сердце работает, как часы.

– Я могу его увидеть? - Роман моментально загорелся взглядом.

Однако, я покачала головой.

– Не сейчас. Пусть придет в себя, дождитесь хотя бы вечера. Пусть его сначала осмотрят врачи и пропишут интенсивную восстанавливающую терапию. Как минимум. Его организм серьезно ослаб, борясь с заразой. Он в сознании, но растерян, сейчас не лучшее время для визита. Где сейчас Тимофей Сергеевич? Мне нужно рассказать ему кое-что о пациенте. И вам тоже. Скажите, если есть подозрение на злой умысел третьих лиц, кто будет организовывать расследование?

– Это покушение на убийство? - Роман моментально посуровел и даже нахмурился. - Почему вы так думаете?

– Есть причины, - ответила уклончиво. - Но давайте пройдем к врачу, не хочу рассказывать дважды.

– Да, конечно.

Мы прошли по коридору налево и Дубравин постучал в дверь с табличкой ординаторская. Было видно, что его ощутимо потряхивает, причем, подозреваю, от обеих новостей разом, так что просто взяла мужчину за руку, частично блокируя нервную проводимость, а потом так же спокойно отпустила и первая вошла в кабинет. В этот час из пяти столов было занято два, так что я лишь с улыбкой кивнула незнакомому врачу и подошла к знакомому, присаживаясь на ближайший свободный стул, тогда как Роман и Тимур остались стоять за моей спиной.

И первым делом кратко изложила суть.

– Думаю, вам известно о том, что опаснее всего для мага металла. На самом деле довольно много чего, если подходить к делу с должной изобретательностью, но сейчас я говорю о даре воды. Его крупицу мне удалось обнаружить внутри энергетического ядра пациента. Более того, удалось изъять. Позвольте не рассказывать, каким именно образом, это секрет рода. - Нагло мешая ложь с правдой, но исключительно ради собственного спокойствия, а не во вред пациенту, я так же спокойно продолжила, не позволяя присутствующим вставить ни слова. - Сейчас Карышев пришел в себя и вам стоит уделить ему максимум внимания - его организм серьезно ослаблен дестабилизирующим даром. Но опасность миновала и если он не подцепит никакую случайную заразу, то быстро пойдет на поправку. У меня же к вам вопрос и вместе с тем намек: как он мог поглотить эту крупицу? Явно не сам и не по доброй воле, верно? Разберитесь, пожалуйста. Если будут нужны показания, я готова их дать, но сейчас мне нужно ехать домой, моего внимания ждут не менее важные пациенты.

– Да… Да, - откровенно растерянно покивал Тимофей Сергеевич и немного суетливо поднялся из-за стола. - Простите, такая шокирующая информация… С вашего позволения!

Взяв низкий старт, реаниматолог выбежал из кабинета, ну а я, догадываясь, что быстро не будет, а мне самой тут по большому счету больше делать нечего, переключилась на хмурого Дубравина.

– Роман, я, наверное, поеду, а вот вам лучше остаться. Вы слишком напряжены, а дорога не самая близкая. Пообщайтесь со следователем, что ли. Я, правда, не знаю, как это происходит…

– Я знаю. Разберусь, - отрывисто пообещал мне мужчина и вдруг крепко схватил за руку. - Ваше сиятельство, я… Ваш должник! Сколько?

Если б я знала…

– Просто найдите виновных, - попросила его. - И продолжайте спасать этот мир, это наилучшая плата. И не болейте, - добавила с легкой улыбкой, под конец пригрозив: - А то вылечу.

Нервно хохотнув, Роман покачал головой. Затем крепко сжал мою руку и с чувством произнес:

– Спасибо. Спасибо вам, Полина. Будет нужна моя помощь - обращайтесь. Всегда помогу.

– Договорились.

Распрощавшись с Романом и попросив второго доктора позвать нам медсестру, чтобы вывела через все двери и посты, мы с Тимуром и крайне задумчивым Ржевским, которого никто кроме меня не видел, спустились вниз, сели в машину и отправились обратно. В Тверь.

В городе были уже к полудню, причем последние сорок минут я с досадой кусала губы, только сейчас сообразив, что в очередной раз нарушила нашу с Егором договоренность.

Не поглощать ядра не по графику.

Вот черт!

И почему я вспомнила об этом только сейчас? Зачем я вообще об этом вспомнила?!

Прекрасно понимая, что скрыть вряд ли получится, но если сказать в лоб, то он точно будет злиться и может даже ругаться, я пыталась сообразить, как сделать так, чтобы этого не произошло. На ум как назло ничего не шло и я… Не придумала ничего умнее, чем дать взятку. Подкупить. Задобрить. Подлизаться.

Но чем? Деньгами глупо, даже пытаться не стоит. Умаслить сексом? Ну-у-у… Ещё глупее. Я тупо не смогу сделать это естественно и непринужденно, да и он сразу заподозрит. Может даже будет презирать. Хм-м… Сладости, еда, алкоголь? Пригласить в кино или ресторан? Нет, глупо. Всё глупо!

А если… Просто сказать? Мол, так и так, было надо. Ну вот кровь из носу надо! И вообще, сам туда отправил. На практику, ага! Звучит?

Как-то… не очень.

Хм-м…

Мы уже подъезжали к дому, когда мой взгляд зацепился за девочку, выгуливающую собаку, и у меня в голове словно лампочка зажглась. А почему бы, собственно, и нет? Да, это… цинично. Бессовестно. Эгоистично, наконец. И вообще, животных не дарят, но… Не понравится - себе оставлю!

Решено!

– Тимур, притормози, - попросила своего телохранителя буквально в ста метрах от дома и полезла в телефонный интернет, чтобы найти поблизости какой-нибудь питомник.

Так, это не то, не то… Нет, овчарка будет перебор… А чихуа-хуа - издевка. Ротвейлер точно не для дома, как и борзая - не для города. Хм… О! Золотистый ретривер. Милая внешне и по характеру собака. Средние размеры, максимальная лояльность к детям и гостям. Охранник не особо хороший, но у нас и без собаки охраны достаточно. Терпимость, общительность, устойчивая психика… Решено!

Тут же набрав номер питомника, в два счета выяснила, что у них есть несколько щенков подходящего возраста, и я могу подъехать посмотреть их прямо сейчас. И пускай ехать не сильно близко, аж в Селижарово (почти сто сорок километров), на самом деле это не так уж и далеко. Особенно если цель достойная!

Да и Тимур не был против.

В итоге мы были в питомнике уже через полтора часа и всё это время я запоем читала подходящую информацию в сети, выясняя всё про породу, щенков и их воспитание-содержание. По уму выходило, что ничего сложного (особенно если есть прислуга, ха-ха!), главное сразу проверить здоровье щенка на возможные генетические отклонения, которые, увы, иногда встречаются даже у внешне здоровых собак. Дисплазия суставов, атрофия сетчатки глаз и ихтиоз - это самое элементарное, но не единственное, что может встречаться у собак.

И лучше диагностировать это сразу, до приобретения.

Когда мы приехали на место, мне очень понравилось, как там всё было устроено. Да и сама хозяйка тоже. Уже не очень молодая женщина, за пятьдесят, тем не менее она прекрасно выглядела и чувствовалось, что не просто обожает своих собак и дело, которым занимается, а действительно разбирается в этом от и до. Помимо золотистых ретриверов, в её питомнике проживали лабрадоры и забавные кучерявые псы породы голдендудль. Этакая помесь лабрадора и пуделя.

При этом Ржевского собаки чуяли не так хорошо, как коты, но всё равно настороженно обнюхивали воздух и дыбили шерсть, так что в итоге призрак предпочел остаться в машине, чтобы, по его словам, не испортить мне покупку.

Ну а мы с Тимуром смело отправились знакомиться.

Узнав, что я из Твери и более того, ещё не обедала, Марина Степановна чуть ли не силой утащила меня (и Тимура) к себе в дом, где сначала накормила и расспросила, что я такая и почему мне нужен именно золотистый ретривер, а не кто-либо другой, а когда узнала, что я вообще-то графиня и медик, специализирующийся преимущественно на диагностике редких заболеваний (и в планах у меня реабилитационный центр!), а собаку я хочу не себе, а другу… Забросала вопросами о друге.

Отвечала аккуратно, чтобы не сказать лишнего, но, подозреваю, женщина умела читать между строк, потому что нагло задавала новые и новые вопросы, под конец недоверчиво прищурившись и заявив:

– Полина Дмитриевна, вот вижу, что вы человек хороший, но не скажу, что одобряю ваше желание приобрести другу пса без его ведома. Собака - это прежде всего личный выбор. Осознанное решение. Вы ведь не подарите мужчине ребенка, просто потому, что он у него когда-то был?

Я растерянно сморгнула.

– Вот и собака - это не просто зверь, а член семьи. Скажите честно, ваш друг, он вам… Просто друг или близкий друг?

И так выразительно посмотрела, что я начала уже злиться. Ну что за женщина?! Я за собакой приехала, а не к психиатру на приём!

– Близкий, - произнесла с легким недовольством. - И, пожалуй, хватит расспросов. Просто скажите, продадите вы мне щенка или я зря приехала?

Довольно странно усмехнувшись, Марина Степановна поднялась из-за стола и махнула рукой, зовя за собой. Мы вышли из её дома через второй выход и оказались во дворе, который был огорожен высоким забором. Дошли до вольера, расположенного справа, и хозяйка открыла калитку, снова молча зовя меня дальше.

А там…

Боже мой, ну что за чудесные золотые комочки?! Какое чудо!

– Два мальчика и девочка, - произнесла Марина Степановна, пока я, присев перед неуклюжими толстопопиками в разноцветных простеньких ошейниках, с улыбкой изучала, как они азартно к нам бегут, чтобы поприветствовать и поиграть. - Хм, а вы им понравились…

Ха! Они мне тоже!

Со смехом наглаживая шустрых и невероятно активных щенков, которые были готовы зализать меня до смерти, особенно если я присяду ещё ниже, попутно провела им поверхностную диагностику и на первый взгляд не выявила никаких отклонений. Вот и хорошо.

Сразу выяснив, кто из них девочка, а кто мальчики, уже через пару минут знала, кого именно заберу. Конечно, мальчика! Вот этого умницу, который смотрит на меня невероятно осознанно, словно точно знает, что сегодня мы уедем отсюда вместе. В итоге я взяла на руки именно его и с легким вызовом в глазах повернулась к хозяйке питомника, не мешая шалуну лизать меня в подбородок.

– Я так понимаю, это любовь с первого взгляда? - по доброму улыбнулась Марина Степановна и махнула рукой, предлагая пройти на выход. - Быть посему.

Так как щенок был дитем ну очень титулованных и образцовых родителей, то у него был не только вживлен чип под кожу, но и имелся полноценный паспорт с первыми прививками. Фамилия тоже имелась, как и официальное имя, но женщина сразу сказала, что я могу назвать щенка так, как будет удобнее мне, тем более ни на какие выставки я его водить не планировала, так что можно забыть, что моего толстопопика зовут Арчибальд Спенсер Генуар Золотое Солнце Империи, и назвать его хоть Бобиком, хоть Шариком.

Но я не стала дурить и решила, что малыш достоин быть именно Арчибальдом. Ну или коротко - Арчи. Отличное имя для пса.

Выкупив себе нового члена семьи аж за двадцать пять тысяч рублей, я спокойно докупила прямо там же переноску, чтобы малыш ехал в машине именно в ней, не обтошнившись в салоне и не напрудив (в переноску посетили пеленок), а уже в Твери мы заехали в зоомагазин и я приобрела для него лежанку на вырост, миски, игрушки, пачку сухого корма и немного мягкого паштета на первое время.

Заодно вспомнила, что давно не видела в доме своего Парамона, который окончательно про меня забыл, променяв на детей, а я сама, видно, недостаточно хорошая хозяйка, раз столько времени о нём почти не вспоминала. Нда… Боюсь, детей мне в таком случае точно заводить не стоит. Не дай бог, забуду и о них!

Но шутки шутками, а когда мы вернулись домой, время было уже к пяти, и я, поудобнее перехватив переноску, которую не доверила Тимуру (он взял пакеты с кормом и мисками), занесла её в дом, непосредственно в холле вынула на свободу Арчи и, вновь ощущая очередной мандраж, заглянула в гостиную правого крыла.

Увы, Стужева там не было.

Зато нашелся Борис, который мигом рассказал, что начальство в спортзале.

Ага.

Несколько раз вдохнув и выдохнув, словно перед прыжком в полноценную бездну, я отправилась в спортзал и немного замешкалась, найдя там не только Егора, но и Дока, а ещё Дениса. Увы, они тоже увидели меня сразу и не только меня.

– Полиночка, а что это у вас такое в руках? - моментально загорелся взглядом Савелий, так что пришлось подходить и изображать безграничное счастье, а не легкий тремор рук.

– Это Арчи. И он будет жить с нами, - заявила я, глядя прежде всего на Стужева, который отпустил перекладины своего тренажера и подошел к нам.

– Полина, когда я просил блондинку, я немного другое имел в виду, - рассмеялся Денис, уже нагло протягивая руки к щенку. - Но черт возьми, это тоже вариант!

– Арчи, твой родственник дальтоник, - доверительно сообщила я щенку. - Ты у меня никакая не блондинка, а золотистый ретривер. И вообще, я тебя для другого мужчины приобрела.

И вручила собаку опешившему Стужеву, тут же спрашивая:

– Нравится?

– Э-э… - Аккуратно поддерживая малыша под пузо и даже погладив, Егор внимательно изучил его, затем меня… Снова собаку, а потом с подозрительным прищуром меня. - Спасибо, конечно. Отказаться, я так понимаю, нельзя?

– Можно, - пожала плечами обманчиво легко, сама ощущая просто дикое напряжение. - Оставлю его себе.

– М-м… Пожалуй…

Пауза затягивалась, напряжение росло, я уже прикусила губу, когда Стужев наконец разродился.

– Нет. Не отдам. Спасибо.

Фух!

А потом вроде как небрежно сообщил:

– Дуб звонил. Поведал кое-что любопытное… Ничего мне рассказать не хочешь?

Вот черт!

Моментально скиснув, я покосилась на Дока, который резко заинтересовался гантелями, затем на Дениса, который уже отошел к штанге и поправлял гриф, и без того лежащий безупречно, потом с тяжким вздохом посмотрела на Стужева и поняла, что зря тратила время и ездила покупать собаку.

Эх, Рома-Рома… И чего тебе не молчалось?

– Можешь меня поздравить, - улыбнулась откровенно натянуто, но зато широко. - Мне удалось выяснить причину недомогания полковника Карышева и ликвидировать. Осталась сущая ерунда: выяснить, кто ему подгадил, и наказать.

– Молодец, - даже похвалил меня Стужев, продолжая словно бессознательно поглаживать щенка. - Что это было и как ты с этим справилась? Напишешь отчет? У тебя хорошо получается излагать свои мысли на бумаге.

– Конечно. - Улыбка буквально прилипла к моим губам. - После ужина, ладно? Я немного устала, хотела отдохнуть.

– Само собой.

Черт! И почему я ощущаю себя так двояко? Лучше б уже вспылил, а? Я бы гордо вздернула нос и удалилась в закат! А так… Словно ребенка обидела… Хуже того. Разочаровала!

Дерьмо!

В общем, выдавив из себя ещё пару фраз о щенке и том, что корм и миски я ему купила, пакеты со всем этим добром у Тимура, я ретировалась из спортзала, ушла наверх… И со стоном рухнула поперек кровати прямо в одежде.

И почему у меня вечно всё наперекосяк?

***

– Такая юная, а уже такая сообразительная, - иронично хмыкнул Док, но знающие его люди разглядели бы нехилое напряжение в его глазах, да и фигуре в целом. - И бессовестная-я…

А сам уже не в первый раз попытался забрать щенка у командира.

Стужев заблокировал его попытку плечом, не прекращая поглаживать щенка, но, судя по хмурой складке на лбу, в этот момент думал совсем о другом.

– Ну, ей хотя бы стыдно, - немного невпопад продолжил говорить Савелий и снова покосился на друга. - Или всё равно будешь отчитывать?

– Буду, - коротко кивнул Егор. - Зачем разочаровывать стажера? Иначе и дальше все правила будут по боку. Нет, ну догадалась же…

В углу, делая на тренажере обратную тягу, страдальчески вздохнул Денис, которому снова не досталось ни блондинки, ни собаки… Прям злой рок какой-то!

– Да, дочь полка у нас уже есть, - по доброму рассмеялся Савелий, всё-таки сумев дотянуться и потрепать мягкую шерстку щенка, отчего блаженно прищурился. - Вот и сын полка появился. Да дай уже! Не жадничай!

– Своего заводи, - ухмыльнулся Егор и снова заблокировал Дока плечом, прижимая к себе щенка ещё ближе. - Это наш пес.

– Вот ты… жадина! А ещё командир!

– О, да. О, да!