Заложник Пламени
Глава 1. Сон
Солнце садилось над городом, когда Ноктис, усталый и немного взволнованный, заканчивал свой последний рабочий день в компании. Если бы кто-то сказал ему, что обычная пятница перед выходными сможет перевернуться вверх тормашками, он бы лишь рассмеялся – да и любой из его коллег поступил бы так же. Но странности, как известно, подкрадываются тихо и неожиданно, особенно когда они прячутся за самыми, казалось бы, обыденными событиями.
— Эй, Нокс, не пойдёшь с нами выпить? — окликнул его один из коллег.
— Прости, но не сегодня, – завтра нужно рано встать.
— А-а, точно, поездка за город?
— Именно…
Он попрощался с коллегами, оставив свой рабочий стол в неидеальном порядке. Выходя из офиса, Ноктис почувствовал что-то неладное: лёгкий озноб пробежал по спине, но он убедил себя, что это лишь вечерний ветерок. Поднимаясь по эскалатору метро, он краем глаза уловил тень – мимолётную, неясную, будто кто-то за ним наблюдал. Не придав этому значения, спустя пару станций он оказался на своей станции, где город уже окутывали сумерки, а фонари зажигались один за другим, освещая пустынные улицы.
Его путь домой проходил через маленький парк. Обычно он не обращал внимания на птиц, но сегодня они сидели странно, словно собрались на важное совещание. Вороны, что густыми чёрными кляксами усеяли деревья, не издавали ни звука, только следили за каждым его шагом.
Вдруг они синхронно взлетели с громким шумом хлопанья сотен крыльев.
«Испугались чего-то?»
Да и не только вороны. Едва ли он успел пройти ещё несколько метров, как его взгляд поймал светящиеся глаза, затаившиеся в кустах. Маленькие, зелёные, немигающие – так могла смотреть только кошка. И всё же её взгляд казался напряжённым, почти тревожным, словно она знала о чём-то, чего не знал он сам.
Ноктис ускорил шаг. Когда он достиг выхода из парка, перед ним словно из ниоткуда возникла собака. Она промчалась мимо, чуть не сбив его с ног. И всё бы ничего, кто не видел пробегающей собаки? Но Нокс снова почувствовал что-то странное. Он шёл дальше, нервно оглядываясь через плечо, подмечая всё новые необычные детали поведения животных.
«Они прячутся?»
Наконец он добрался до своей квартиры, чувствуя себя глупо из-за волнения, вызванного воронами и какой-то бездомной собакой. «Да ладно, может просто совпадение?», — убедил он себя, запирая дверь за спиной. Ему предстояли долгожданные выходные, и все предчувствия и странные взгляды животных – это, скорее всего, просто усталость и долгий рабочий день.
В квартире его ждала пара своих, домашних мерцающих глаз – это рыжая кошка лениво вышла его встречать.
— Ну хоть ты спокойна, как всегда.
У юноши был одна странность, непонятная даже ему самому. Где-то лет с четырнадцати, после необычного случая, он начал чувствовать необъяснимый комфорт в темноте, и, постепенно привыкая к этому состоянию, почти перестал включать свет у себя дома.
Но почему он вообще беспокоился? Сначала это было мимолётным ощущением, лёгкой тенью уюта, когда комнату окутывал вечерний полумрак. Но с каждым годом тяга к темноте усиливалась, превращаясь в привычку и что-то вроде потребности, которую он скрывал от окружающих.
Казалось, что в темноте, скрывающей очертания вещей и стирающей резкие линии, мысли переставали тревожить его. Тьма успокаивала. Возможно, оставаясь наедине с этим чувством, он привык относиться к нему как к своему маленькому секрету. Со временем покров темноты уже почти не мешал ему видеть.
Вот и сейчас он не стал включать свет.
Раздевшись и оставив телефон на тумбочке, Нокс лёг и взял книгу. Но на периферии сознания снова и снова всплывали странные образы: вороны, совещающиеся в сумраке; светящиеся кошачьи глаза, и тень бездомной собаки на дорожке. Сосредоточится не удавалось – хотя он и не знал почему.
— Очередной герой с предназначением спасти мир…
Отложив книгу через пару часов, он устроился поудобней, готовясь ко сну.
В этот раз его не занесло, читал не до утра, вставать всё же рано. Пушистый рыжий комок устроился где-то рядом, мурча на всю комнату и отгоняя любые переживания.
И вот он провалился в глубокий сон, что бывало редко.
Незнакомое, но красивое место предстало перед ним. Во сне он смотрел на мир сверху на дорогу, вившуюся между скал всё выше и выше к величественному храму, точнее к тому, что он него оставили невзгоды.
Храм венчал вершину горы, как корона древнего королевства, утерянного во времени. Его мраморные колонны и статуи, изъеденные веками и поросшие лишайниками, гордо вздымались к небу, чуть ли не касаясь серебристых облаков. Мощные, но изящные, они казались живыми, словно камень впитал дыхание древних богов, когда-то охранявших покой этого места.
Мозаичные полы, скрытые под слоем пыли и грязи, отражали тусклый свет заката, который с каждым мигом окрашивал храм в кроваво-красные тона. Стены украшали потрескавшиеся фрески с изображением героев и чудовищ – сцены битв, пиршеств и священных обрядов, словно пронесённые сквозь тысячелетия.
Лёгкий ветер, пробегая сквозь трещины и арки, создавал печальную мелодию, словно шёпот богини звал на забытый алтарь. Там, в глубине святилища, где мрак сливался с отблесками, покоилась величественная статуя. Её печальный взгляд был устремлен на алтарь, похороненный под обломками, словно она всё ещё ждала тех, кто поднимется к её порогу, чтобы воздать почести и спросить о грядущем.
Но из покорёженной вокруг земли торчали лишь белые человеческие кости.
Вдруг что-то изменилось, – солнце изменило свой путь, покатившись по небосводу в обратную сторону, а ним и луна – река времени изменила своё направление. Течение её всё ускорялось, смывая с храма все признаки разрушений, колонны и статуи вставали на место, камни подпрыгивали с земли вверх, восстанавливая разрушения, и вот, спустя несчётное количество кругов солнца и луны, храм снова засиял своим великолепием.
Вереницей, по извилистой дороге, заканчивающейся где-то далеко внизу, шли паломники и простые люди, дабы погреться снова в лучах сияющего на алтаре Пламени.
«Что происходит?»
Нокс застыл, непонимающе смотря на поток незнакомых людей, идущих вверх и слыша странную для него речь. Только что он читал книгу, затем видение и теперь он стоит на подъёме в гору, а люди обходят его, странно поглядывая. Сон?
Тут перед ним высветились странные символы, которые он, тем не менее, понял:
Имя: Ноктис
Ранг: –
Ядро: Искра (потухшая)
Особенности: [Шутка судьбы], [Отродье божественности].
Ипостась: [Паломник пламени]
Описание ипостаси: [Вы – истинный верующий, желающий омыться в священном огне во славу Пламенной королевы.]
«Дочитался фэнтези…»
На большинстве окружающих было что-то вроде греческих тог или холщевых рубашек, как и на нём.
Пока он растерянно думал, усталые ноги будто сами понесли его вперёд.
Путь к храму змеился по извилистым склонам горы, исчезая в тумане. Ступени были вырублены прямо в камне – древние, гладкие от тысяч ног, но опасные и коварные. Паломники шли по ним медленно, и каждый шаг напоминал борьбу с самой природой.
Сквозь редкие деревца и причудливо скрученные кусты, прорывавшиеся из каменистой почвы, паломники могли мельком видеть снежные пики и тёмные облака, поднимающиеся как грозные охранники древнего святилища. Каждый шорох, каждый треск камней под ногами заставлял насторожиться; здесь и там зияла черной бездной пропасть, напоминая, что единственный неверный шаг – и падение будет долгим и окончательным.
Некоторые паломники шли босиком, оставляя в пыли кровавые следы; другие, поддерживая друг друга, клятвенно молчали, сосредоточенно дыша и раз за разом поднимая взгляд на вершину.
Но с каждым последующим шагом воздух становился тоньше, прохлада чувствовалась сильнее, а тишина глубже. И вот, после долгих часов подъёма, они, наконец, увидели очертания храма – призрачного и далёкого, как сама вечность, – и каждый сделал последний рывок, чувствуя в себе силу, которую даровало им нечто большее, чем просто желание дойти.
Ноктис не совсем понимал этих людей, неужели это путешествие стоило того? Ему, выросшему в век технологий и комфортной жизни, было не понятно зачем и для чего настолько стараться забрать в какую-то гору, но каждому своё. Возможно у них есть причины, о которых он не знал.
Сейчас он чувствовал всю усталость, холод, и мог сказать, что добровольно ни за что не согласился бы на подобное путешествие.
«Что-то управляет мной?»
Шаг за шагом они вместе преодолели оставшееся расстояние до вершины, поспешив в величественный храм.
Скульптуры двух мраморных гигантов поддерживали вход, внутри храм расширялся, два ряда колонн вели к невысокому плоскому алтарю, на котором плясало огромными языками пламя, а за ним стояла прекраснейшая скульптура печальной богини.
Паломники ступили внутрь храма, и их шаги эхом разнеслись под высокими сводами, прерываемым лишь мягким треском божественного огня. Языки его неспешно тянулись вверх, словно стремились достичь мраморного лица богини, и её грустные глаза в отблесках казались более чем живыми.
Несмотря на завороженность зрелищем, внутри Ноктиса зародилось тревожное предчувствие, стоило переступить порог. Он только что видел этот храм разрушенным… хотя какое ему дело, если происходящее вокруг – всего лишь сон? Что бы здесь не произошло, он просто проснётся, возможно, даже не запомнив ничего.
— Приветствую вас всех, вознесем же почести благодатному пламени, — вдруг раздался голос. Рядом стоял служитель храма – высокий, согбенный временем человек с худым лицом, которое скрывала тонкая вуаль. В его руках была чашечка из чернёного серебра, украшенная странными символами. Служитель кивнул вошедшим, жестом приглашая к пламени, прикоснуться к таинству его.
Первый паломник, склонив голову, вынул из-за пазухи пучок засохших трав — скромный дар, собранный из его крохотного сада. С лёгким поклоном он поднес травы к огню, в ответ огонь ярко вспыхнул, наполнив воздух ароматом полыни и диких полевых цветов.
И люди, как по команде, начали что-то вытаскивать из карманов и мешков, начали подходить, бросая в огонь подношения, кто книгу, кто украшение, кто просто что-то незначительное, но дорогое и близкое сердцу.
— Пусть ваши жертвы наполнят вас миром. Пусть горит в ваших душах свет, подобный этому огню. Пламя видит каждого из вас.
Произошло и то, отчего кровь Ноктиса застыла в жилах: люди перестали бросать вещи в огонь, а заходили в него сами… пламя принимало их беззвучно и мягко; их тела словно растворялись в свете, не оставляя ни крика, ни следа боли, будто божественная сила забирала их с собой, забирала не для сожжения, а для слияния с вечностью.
«Всё это походит на странный культ».
Он тоже встал в очередь, но вдруг понял, у него совсем ничего нет, а затем понял, ощутив на себе – те, кто пришёл с пустыми руками, чувствовали невидимый зов, исходящий от огня.
Когда он дошёл до возвышающегося пламени, ему показалось, будто красно-золотые языки легонько качнулись в его сторону, чего-то ожидая, но Ноктис лишь поклонился и собрался уходить, как тут же на его плечо легла рука.
— Пламя требует от почитателей дар, — в какой-то момент служитель храма оказался за его спиной, добрым жестом указывая на пламя, как будто приглашая пройти.
Мысль зайти в пылающий огонь, пусть и не обжигающий, казалась такой безумной… и такой естественной.
[Вы – истинный верующий, желающий омыться в священном огне во славу Пламенной Королевы.] — вспомнил он надпись.
«Но это же сон, да?» — парень вздрогнул, а в реальности сказал, контролируемый странным порывом:
— Как ему угодно.
Шаг – и тёплые языки пламени объяли его, согревая, но не более. Ничего не происходило, всё стихло. Воздух стал плотным, пронизанным невидимыми нитями напряжения, будто само святилище отвергло его жертву.
«Неужели всё так и должно быть?»
Ноктис с недоумением поднял взгляд на статую богини, но тут же застыл. Лицо богини в какой-то момент изменилось, приобрело более мужские черты, а её грусть сменилась безумным маниакальным оскалом.
[Мрак гневается.] – раздался в его голове голос.
Ноктис обернулся на странный звук, встретившись взглядом со служителем храма.
Фигура старика задрожала, лицо исказилось под вуалью, и внезапно с его рук, плеч, отовсюду начали стекать чернильные потоки. Его силуэт словно расплывался, обернувшись вихрем чёрной жидкости, которая скрутилась в густой, пульсирующий шар, зависший в воздухе. Мрак хлынул из этого странного существа, хлестая по стенам и покрывая пол странной чёрной вязью.
Люди вокруг начали судорожно бормотать молитвы, но в следующую секунду раздались первые крики – сгустки тёмного вещества выплёскивались из шара и, как живые, с диким шипением метались по залу, охотясь за людьми, которые в ужасе отступали. Одна из “капель” ударилась в стену, оставив на мраморе едкий след.
Сгустки запрыгивали на людей, с тошнотворными звуками оставляя от них одни лишь белые кости.
— Бегите! — вдруг крикнул Ноктис, сам не до конца понимая, зачем, но происходящее было слишком реалистичным. И люди пришли в себя, начали убегать без оглядки, лишь самые набожные молились до последнего.
[Победите порождение Мрака.]
Начался настоящий кошмар.
«Победить?»
Ноктис заподозрил неладное, когда почувствовал, что с его тела спали какие-то оковы. Он мог теперь действовать по собственной воле, и первым делом захотел отступить, спрятаться, напрочь забыв об окружающем его пламени.
— Боже, спаси и сохрани мою задницу.
Вдруг огонь заплясал, сжался и ринулся огненным потоком юноше в грудь, слившись с ним. Поначалу ничего не изменилось, Ноктис просто растерянно коснулся груди. Странный жар будто согревал его изнутри, добираясь до самого сердца, проникая в душу.
Пока шёл этот странный процесс, он поглядывал на жуткую бескровную расправу над верующими.
Но долго так продолжаться не могло.
В какой-то момент два черных сгустка обратили на него внимание, огонь исчез, оставив Ноктиса совсем беззащитным.
Видя, как погибали другие люди, он отпрыгнул в сторону, но твари были на удивление быстры, и одна со странным звуком отхватила часть его руки, всего лишь коснувшись.
И вот уже Ноктис разуверился в том, что это обычный сон, невыносимая боль атаковала разум, а из культи на алтарь, где до этого горел огонь, полилась кровь.
[Вы принесли себя в жертву.]
[Микхад услышала ваши мольбы.]
«Мои мольбы? Тогда закончи это и дай мне уже проснуться!»
[В вашей душе есть тень божественности.]
[Вы – Паломник Пламени.]
[Пламенная Королева на мгновение сбросила оковы.]
[Она посылает благословение своему почитателю.]
[Вы – отродье ???]
[Священное пламя (неполное) отвергает вас.]
Пламя покрыло Ноктиса с головой, но если раньше оно ощущалось приятно, как будто стоишь у костра, то сейчас его словно окунули в этот костёр, перед этим облив горючим. Он скорчился он боли, напрочь вытесняющей любые мысли, кроме желания поскорее проснуться, чтобы всё это закончилось.
«Если так пойдёт, я ведь не умру во сне, правда?»
Он начал паниковать.
Его кожа обгорела настолько, что теперь он напоминал живой труп, но вместе с ней расплавились и атакующие его сгустки черной жижи. В тот миг он ощутил, как каждая его клетка начинает наполняться незримой, неодолимой силой.
[Победите порождение Мрака].
Снова раздался голос.
«Да, мне надо убить ту тварь». — Промелькнула злая из-за боли мысль.
В следующую секунду горящий человек просто прыгнул с алтаря на чёрный шар, и тот, столкнувшись с пламенем, начал плавиться, как пломбир под солнцем, разливаясь черной бурлящей жидкостью.
Парень лишь молился не сгореть раньше, чем эта тварь, он начал размахивать руками, рвать и метать, чувствуя, как что-то испаряется, касаясь его кожи.
Он этого не видел, но один паломник в отчаянии схватил остаток подношения – скромный обрывок ткани, принесённый его товарищем, – и бросил его в сторону чёрного шара. Один за другим другие паломники тоже бросали свои дары, свои символы надежды, и пламя вокруг Ноктиса разгоралось ещё сильнее.
К сожалению, их самим спастись не удалось, чернота поглотила их, но в последние мгновения они пытались помочь.
Мгновения тянулись долго, но вдруг в голове раздался голос:
[Поздравляем, вы убили Порождение Мрака!]
[Ваше пламя стало сильнее.]
[Поздравляем с пробуждением!]
Последнее, что увидел Ноктис – лицо поглощенного служителя храма. Мужчина не умер, но был без сознания, огонь погас, растворив всю черную субстанцию.
А затем Нокс проснулся.
[Паломник пламени поднялся на вершину Элермана, посетил храм, пролив кровь на алтарь Пламени. Мрак и Пламенная королева вернулись в небытие.]
[Вы победили Зверя (II): Капля Мрака.]
[Вы победили Зверя (II): Капля Мрака.]
[Вы победили Демона (II): Порождение Мрака.]
[Вы получили благословение Пламенной королевы.]
[Вы получили метку Мрака.]
[Вы получили Священное пламя (неполное).]
[Вы получили Чашу из чернёного серебра.]
Глава 2. Пламя
Сразу перед его глазами пронеслись картины из сна: гора, храм, пламя, чудовище, боль… неужели это был не сон? Статус, меню, система, как это не назови, его не слишком удивила. Игры, книги, аниме, фильмы – слишком много где использовалось подобное.
— И всегда появление системы сопровождается неприятными глобальными событиями, — пробормотал он сам себе.
Некоторые особенности и изъяны его насторожили, а стоило о них подумать, как высветилось краткое описание:
[Неумолимое пламя]
Описание изъяна: пламя остаётся пламенем, несмотря на божественную природу. Держите его и себя в руках.
[Тьма таит невзгоды]
Описание изъяна: Мрак оставил на вас метку. В полной темноте есть шанс появления порождений Мрака.
[Шутка судьбы] – Любовь, особенно провидения, опасна. Повышен шанс на неожиданные события.
[Отродье божественности] – в вашем теле или душе есть отголосок божества, но в истории не осталось упоминаний о вашем происхождении. Это может быть как благословением, так и проклятием.
Ничего конкретного. Стоит ли ему ждать, что на дом свалится метеорит? Или в объятия телепортируется принцесса какого-нибудь фентезийного королевства? Или дверь сама отопрётся, впустив существо за ней?
«Нет, бред какой-то».
Отбросив лишние мысли, он сосредоточился внутри себя, почувствовав тепло пламени, прямо как во сне, и попытался зажечь огонь в руке. В груди поднялся жар и перетёк в пальцы.
И у него получилось! На пальцах заиграл красивый золотисто-оранжевый огонёк.
— Как-то слишком просто…
[Получена способность: Контроль огня.]
[Священное пламя (неполное) отвергает вас.]
Но в ту же секунду Ноктис судорожно замахал рукой, а на пальцах, где горело пламя, кожа покраснела, остался ожог. Попробовал ещё раз, аккуратней, но из-за боли сразу погасил огонь и выругался:
— И как мне им пользоваться?!
Неужели каждый раз, при использовании он будет обжигать себя? На секунду перед глазами предстала картина, как он весь покрывается огнём, как было во сне, боль, ожоги… Ни за что.
Печальные мысли он решил оставить на утро, но, снова вспомнив про особенность и изъян, осторожно перевёл взгляд на входную дверь.
— Буди, если что-то случится, хорошо? — прошептал он сверкающим в полумраке кошачьим глазам, больше для себя, чем для самой Маси.
***
Проснулся Нокс от лучей солнца. Будильник заводить он посчитал самоубийством, кто знает, что за существа ждут в городе, кроме того, что дверью? Уши немного зажили. Но ни привычного гула холодильника, ни шума машин на дорогах… у соседей тоже стояла тишина, как будто всё вымерло в этом мире, ни звука, тише, чем даже в посленовогоднее утро. Но реальность была намного суровее.
Рыжая сидела напротив входной двери и дремала, как будто на стрёме.
«Хвала пламени, никто не появился за остаток ночи. Пламени хвала?.. Ну всё, крыша поехала».
Погладив её, Ноктис не стал зацикливаться на странной мысли, не теряя времени, достал сумку и запихал туда еду, какую смог найти в своей холостяцкой квартире. Но вот оружия никакого не нашлось, только молоток, но ни топора, ни худо-бедно боевого ножа, лишь кухонные.
И тогда его взор обратился на кованую меч-ложку для обуви. Неужели пригодится? Де-факто это меч, просто не заточенный…
Прежде чем решить, он решился подойти к входной двери и проверить глазок, про который вчера совсем забыл. К счастью ничего не скрипнуло, не упало, и он на цыпочках, в полной тишине прильнул к двери, но ничего кроме полумрака подъезда не увидел, как бы ни всматривался.
И в ту секунду, когда парень уже хотел вернуться, глазок закрыла черная пелена. От неё шли мурашки по коже, и тут Ноктис понял, что это не пелена, а глаз – полностью черный человеческий глаз. Он отпрянул, даже понимая, что обладатель этих черных провалов не может его видеть с той стороны.
Существо за дверью немного отошло, показав себя во всей красе.
Снаружи стояло нечто, что некогда могло быть человеком, но теперь было неузнаваемо искажено: сморщенная кожа, зрачков нет, глазные яблоки полностью залиты чернотой, из-за чего, смотря в них, любой испытал ужас. Серая кожа неестественно облегала скелет, как будто под ней больше ничего не было, вот про таких надо говорить – кожа да кости.
Тварь принюхивалась, как будто чуяла его, но на дверь не нападала, понимая, что не сможет её выбить. Она обладала разумом? А если подумать... Это же человек, явно девушка. Зомби? Не похоже. Может ли заразить? Вероятно.
А когда он вспомнил, как близко когти подобрались к его руке, то внутри всё похолодело.
Мозг заработал с удвоенной силой. Как выбраться из квартиры? Убить эту тварь? Или найти другой путь? Существовало столько фильмов и книг про зомби, должен быть способ. Хотя, судя по всему, за дверью не ходячий мертвец, которого легко обхитрить, а вполне разумное существо, не на уровне человека, но и не обычное животное.
«Может где-то ходят обычные немёртвые, а мне попалось невесть что?» – мелькнула мысль.
[Контроль огня] – вы научились контролировать огонь.
— Я стану каким-то пиромантом или магом огня? Могу ли я контролировать другой огонь?
Описание навыка как бы намекало на возможности, и Ноктис решил испытать его на деле. Он чиркнул зажигалкой, и, сосредоточившись, наблюдал, как огонёк начинает слегка подрагивать, словно отзываясь на его волю. Не спеша он прислушивался к своим ощущениям, стараясь уловить каждое движение и колебание.
Вдруг пламя начало отделяться от зажигалки и плавно зависло на небольшом от неё расстоянии. Это не вызывало у Ноктиса дискомфорта – лишь лёгкий жар разливался вокруг. Он начал менять форму пламени, получалось с трудом, и через несколько минут ему стало жарко, пот лился со лба, но боль так и не пришла. Получается, что он может управлять некоторым огнём, не опасаясь за себя. Подкралось ощущение опасного, соблазнительного могущества… и созрел план.
— Мя-яу!
Парень от неожиданности чуть не подскочил, невольно выругался, а пламя потолок взметнулось вверх, опалив потолок и достав даже до обоев и мебели.
*Шурх-шурх… бам!*
Подкравшаяся рыжая бестия, испугавшись его резкой реакции и огня, сиганула на кухню так резво, что по дороге снесла табуретку.
Нокс охнул, усилием пытаясь успокоить огонь, но удавалось плохо.
— Рыжий пушистый коврик… Интересно, что опасней в апокалипсисе, монстры, или безбашенная кошка рядом?
Да, начался пожар, говорила мама – не играй с огнём.
***
Планы не поспевали за изменениями. Пришлось экстренно запихивать рыжую истеричку в рюкзак-переноску, хватать сумку и «меч», пока огонь не разгорелся, и было чем дышать. План, который только созрел, пришлось менять на ходу, и не факт, что он вообще сработает.
Но хотя бы розжиг для костра он нашёл.
— Как там говорилось? В пламя битвы, на наковальню войны?..
Сделав глубокий вдох и коснувшись груди, Ноктис снял цепочку с двери, тихонько повернул замок и рывком раскрыл дверь, пока за спиной потрескивала в огне его квартира. Но ожидаемого нападения не произошло, парень тупо смотрел на место, где недавно стояло уродливое нечто. Осторожно выглянув, он осмотрелся, но нигде твари не было видно. И тут ему за шиворот упал кусочек штукатурки...
Далее всё происходило динамичней, чем в боевиках. Существо оказалось настолько быстрым, что парень не успел углядеть, как оно спрыгнуло с потолка, лишь почувствовал как когти чиркнули у шеи… Но ему повезло, он не стал оглядываться, а вместо этого сразу рванул вперёд, когда осознал неладное. Тварь прыгнула за ним.
Немного отступив, Нокс плеснул горючку в существо, выставив перед собой оружие, – вряд ли невкусная жидкость отпугнёт такую красавицу? Девушка оказалась быстрой, но не такой уж сильной, и его подобия оружия хватило, чтобы держать её на расстоянии.
Существо как будто и не спешило нападать, лишь кружило вокруг, издавая странные звуки.
Адреналин в крови бушевал, но вдруг парень ощутил головокружение. Рука сама собой потянулась к шее и тут же обнаружила причину. Порез. В первые секунды он даже не понял, что ранен. Эта тварь, двигаясь с нечеловеческой ловкостью, задела его острыми когтями так, что он не сразу почувствовал боль. Крови было не много, но хуже всего – возможное заражение.
«Если заразился, в любом случае смерть?» – Нокс собрался с духом, на смену страху наступала холодная ярость, которую он вложил в разбег и толчок, когда вход в квартиру оказался позади твари. Правда, об это он немедленно пожалел – удар вышел неуклюжим, болезненным, и ему пришлось зажмуриться, чтобы справиться с пронзительной болью, когда когти твари впились ему в бок.
Но всё же он добился своего. Они оказались рядом с огнём.
Титаническим усилием воли парень сосредоточился, огонь вспыхнул, подчиняясь его мыслям и взвился в сторону твари, обрызганной горючей жидкостью. Нокс сжал зубы и одним рывком оттолкнул горящую тушу, вытолкнув себя за порог, и запер дверь.
А после просто сел, прислонившись к стене подъезда, отчего из рюкзака за спиной раздался негодующий «мяу». Ничего, потерпи немного…
Дыхание эхом отдавалось в висках, раны пульсировали, но он выжил, а значит, ещё мог хотя бы немного отдохнуть, прежде чем решать, как справиться с ранениями.
Да уж, напрягаться он не любил, но когда на кону стоит жизнь, человек способен на что-то невероятное.
«До Креола Разрушителя мне далеко», — подумал он, прежде чем сознание кануло в темноту.
[Вы убили Монстра (I): Гадкая пакость!]
[Вы принесли жертву пламени!]
[Ваше пламя становится сильнее!]
***
Тёмный каменный лес из зданий стоял по обеим сторонам туманной дороги. Недавно пронёсшийся ветер всколыхнул белоснежный покров, но в зданиях ничего не изменилось. Глубокое безмолвие царило вокруг. Весь этот город, лишённый признаков жизни с её движением, был пустынен и холоден, навевая тоску, ужас и меланхолию.
И всё же что-то живое двигалось здесь, бросало происходящему вызов. По городу шли двое.
— Иногда я забываюсь, этот мир слишком странный, всё такое... невозможное? — сказала рыжеволосая девушка, осматривая скопления сломанных машин, дома и улицы каким-то отрешенным взглядом.
Её наряд очень уж выбивался из картины современных зданий, подходя для более тёплых, фентезийных краёв. Лёгкая зелёная туника, такие же лёгкие штаны, а в руках находился лук.
Но и её спутник не отставал – верхнюю часть его огромного тела прикрывала серая шкура невиданного зверя, на поясе висели два огромных топора. Даже шаги его были тяжелые, увесистые, в отличие от лёгкой поступи невысокой девушки рядом.
— Да плевать, главное, что здесь весело! Та тварь мне чуть сердце не вырвала, вот это я понимаю – бой! — довольно рассмеялся рыжий здоровяк. — Вот только здесь почему-то давно никого нет.
— Тихо! Продолжай идти, за нами наблюдают, не подавай виду.
— Сколько? — по голосу настроение мужчины сразу поменялось, хотя внешне он этого никак не показал.
— Один.
— Откуда?
— Слишком далеко, не определить. Не могу понять, кто.
— Мы ведь до сих пор не встречали местных жителей, да? — гигант оскалился медвежьей ухмылкой. — Первых гостей принято встречать с почётом.
— Вообще-то мы здесь гости, не забыл? — пробормотала девушка, средней длины волосы.
— С тобой иногда так не весело.
Пара вошла в продуктовый магазин и свободно «грабить» еду. Никто бы и не подумал, что они в любой момент готовы к нападению, готовы ринуться вперед. Девушка пробовала всë подряд и ахала со словами «как странно-странно». А здоровяк нашёл себе вяленое мясо и колбасу, и тоже уселся уплетать за обе щеки.
— Мя-яу!
И девушка и мужчина одновременно повернули головы, заметив у входа в магазин небольшое рыжее существо.
— Кажется, это оно за нами следило.
— Эх, с таким не подерёшься, — расстроено пробормотал мужчина.
— Мяу! — снова прозвучал требовательный возглас и существо, вильнув хвостом, неспешно пошло прочь, но затем обернулось, как бы проверяя, идут ли они за ним.
— Ну, пойдём? — пожала плечами девушка.
***
Дальнейшее, что происходило, Ноктис не мог как-то описать. Может это и есть смерть? Обычное небытие в бесконечно-чёрном пространстве, без выхода и входа. Не видя ничего, он решил брести хоть куда-нибудь, в самую глубь. Но тут во мраке показалась точка, приближаясь.
«Владычица пламени, госпожа Элермана. Дочь неба, сияние его, повергающая врагов отца своего, извергающая пламенное дыхание на нечестивых...»
Такие слова были вырезаны на дверях храма очень похожего на явившийся ему во сне, но сейчас он находился не на горе, не было паломников. Снова сон? В свете последних событий Нокстис сильно сомневался в этом. Что несёт за собой этот Элерман?
Колеблясь, он толкнул двери, и опять увидел колонны, фрески, алтарь и пламя, пляшущее языками. Статуи печальной богини нигде не было видно, но парень вдруг с холодком по спине вспомнил ту странную жуткую улыбку, сменившую печаль на её мраморном лике.
— Ты слышишь меня, Ноктис? — голос пронзительный, слегка дрожащий, раздался в его голове, стоило переступить порог, отчего он вздрогнул. — Ты задаёшься вопросом, почему я жгу тебя? — продолжило пламя, и его огненные языки затанцевали, будто усмехаясь. — Ты ощущаешь боль, Ноктис, потому что я не из твоего мира. Во мне нет места тьме, а ведь именно тьма прячется внутри тебя – густая, зловещая. И знаешь, что страшнее всего? Ты не знаешь, откуда она взялась. Или, может быть… знаешь, но предпочитаешь не вспоминать?
— Что ты хочешь сказать этим? — пробормотал Ноктис, его собственный голос показался хриплым, едва различимым. Появилось странное желание преклонить колени перед алтарём, непривычное ощущение, которое навязчивой мыслью не выходило из головы и становилось только сильнее, чем больше он смотрел.
Пламя на алтаре разрослось, и вспышки пульсировали так, будто оно смеялось, в каком-то опасном, леденящем восторге, и его тихий голос стал ещё глубже и зловещей. — Ты как ночь, Ноктис, но внутри тебя нет звёзд, нет даже слабого мерцания. Если я зажгу твою Искру, ты вспыхнешь как спичка. Не уверена, что с тобой случится после. Видишь эту тьму вокруг храма? У обычного человека здесь светло, как днём, но не у тебя.
— И что теперь? Прекрати давить...
— Богиня – о, она знала, что делала, когда поселила меня в тебе. Я – твой свет, твоя мука, твоя боль. Я буду сжигать тебя изнутри, пока ты не отречёшься от своей тьмы, до последней капли, до последнего осколка. Потому что там, в самом сердце, прячется нечто, чего боишься даже ты, — голос Пламени был явно довольным.
Верно, Ноктис всегда был… странным. Возможно, это началось в тот день, который он решил навсегда стереть из своей памяти. Тот трагичный момент, что оставил шрамы в душе, выбил его из привычного потока жизни. Он не говорил об этом никому. Никогда. С тех пор тьма, ночи стали его утешением. Он не включал свет дома, сидел в темноте, и она словно обнимала его.
Но никогда и ни за что он больше не позволял выйти наружу тьме внутренней.
— Хочешь сказать, что сможешь выжечь эту тьму? — прорычал вдруг Ноктис, а его глаза вдруг почернели, хотя сам он не замечал этих изменений. — Не боишься, что я просто выпущу её?
Пламя замолкло на пару мгновений, а тьма вокруг зашевелилась, начав сгущаться вокруг храма, собираясь поглотить его.
— Выхода нет.
— Что?..
— Воздай Пламени, — услышал он. — Только так я смогу помочь.
[Ваша Искра зажглась.]
Тёмное пространство сжалось вокруг него, а пламя уже не просто горело – оно прожигало его сознание насквозь, и Ноктису показалось, что эта боль, этот жар, его уже никогда не покинут. И что-то внутри его самого, там, в неведомой глубине, затрепетало.
И затем он очнулся.
*Примечание: нейросеть сделала картинку существа по описанию, получилось даже более жутко, чем я представлял, и немного менее человечно. Но мне понравилось. Как будут выходить главы дальше, пока не знаю, есть наработки на дальнейшие события, на следующие главы, даже на следующие тома (куда я разбежался, это же первая книга в жизни моей), но вот когда это всё будет, сказать точно не могу. Может уже завтра допишу очередную главу, а может через неделю.
Глава 3. Первая встреча
Ноктис стоял на пороге воспоминаний, которые были словно глубокая пропасть без выхода. Всё начиналось с беззаботного дня, который теперь казался далёким миражом.
Лес. Зелень была насыщенной, свежей, почти нереальной. Его друзья смеялись, будто ничего в мире не могло омрачить их. Алина, с её яркой улыбкой, бросала в Ноктиса шишки, будто издеваясь:
— Ну же, Нокс, ты всегда так серьёзен! Расслабься хоть раз!
Кейр, шагал позади и лишь усмехался:
— Давай уже, Ноктис, хватит ломаться. Это всего лишь шутка.
Ему было хорошо. Тепло. Спокойно. Воспоминания о том дне часто всплывали как укрытие, но теперь это стало первым шагом к кошмару.
Они нашли огороженную территорию, старые знаки на ржавой цепи гласили: «Опасно! Вход запрещён». Алина посмотрела на Ноктиса с искрой в глазах.
— Ну что, страшно? Или всё-таки рискнём? — Она уже знала ответ. Они все знали.
Всё случилось слишком быстро. Воспоминания размылись, как старый фильм. Закрытая территория была пропитана странным ощущением, будто сама земля отторгала их присутствие. В воздухе повисло напряжение, которое медленно перерастало в страх.
Люди появились внезапно, но он не помнил их лиц, они тонули в тенях. Они говорили странные вещи, приказывали остановиться. У одного был кинжал, у другого — что-то похожее на посох. Тогда Ноктис не мог понять, что происходит. Алина кричала. Кейр отбивался палкой. Все вокруг стали частью хаоса.
Страх. Боль. Тьма.
Что-то в тот момент сломалось в Ноктисе. Как будто внутри него пробудилась тёмная сущность, запертая глубоко в душе. Он не помнил, как это произошло, но темнота вокруг стала плотной, словно приобрела форму. Он слышал крики, видел тьму, которая вырывалась из его собственных рук, поглощая всё вокруг.
Он не осознавал, что происходило. Не мог контролировать себя.
— Алина? Кейр? Где вы? — его голос растворялся в бурлящем вихре.
Когда он очнулся, всё было кончено. Мёртвая тишина. Воздух был пропитан гарью, земля расколота, а вокруг валялись только останки. Он был один. Единственный, кто выжил. Единственный, кто теперь знал, что произошло. Хотя не понимал, как и почему.
Месяцы спустя, он сидел перед полицейскими, слушал, как незнакомые люди твердят одно и то же:
— Мы не знаем, что произошло. Это был несчастный случай. Он единственный, кто остался жив.
Но Ноктис знал. Он никогда не забудет, как тьма в нём пробудилась, как его сущность разорвала всех на части. Разве это был несчастный случай?
И теперь это прошлое всегда преследовало его, руша каждый новый шанс на покой.
Тёмная энергия и пламя рвали воспоминания на кусочки, события, лица, улыбки, слёзы, крики, смех, не разделяя хорошее и плохое.
Но в какой-то момент всё успокоилось, как будто разрушения поставили на паузу.
***
Мир вокруг был расплывчатым. Сквозь тьму, которая обнимала его разум, пробивались приглушённые звуки: треск, шорох, хрип. Ноктис попытался открыть глаза, но на веки будто налили свинца.
Пробуждение было не из приятных, так как болело буквально всё. Адреналин ушёл и вместе с этим появилось осознание, что он чуть не умер. Никогда до этого парень не задумывался о том, как будет вести себя перед лицом смерти.
Он пошевелился, обнаружив отсутствие одежды, пахло гарью, – что неудивительно, ведь он спалил квартиру, и вместе с ним странное существо, некогда бывшее человеком. Приподнявшись, Нокс закашлялся от дыма, неужели из-за закрытой двери столько налетело?
Перед глазами всё плыло, голова раскалывалась, сердце отбивало бешеный ритм. Он сделал рывок, поднялся, опёрся о стену и поплёлся к лестнице, спотыкаясь и с трудом удерживая равновесие.
Краем глаза заметил странные движущиеся пятна. Монстры? Но сосредоточиться не получалось, разум, как и зрение затянула странная пелена, он лишь чувствовал опасность и страх. А также боль. Не очень сильную, но внутри, в груди, что-то происходило, билось, пытаясь выйти наружу. Одновременно знакомое и чуждое ощущение.
Он простёр руку к одному из пятен.
В голове раздалось уведомление, но Нокс уже не слышал его.
[Появление порождения Мрака.]
***
Айварс шёл вперёд за небольшим рыжим существом, его тяжёлые шаги отдавались гулким эхом в полуразрушенном здании. Топоры были наготове в его руках, казавшись естественным продолжением тела. Город, с тех пор, как они в нём оказались, вызывал у него странное чувство тревоги.
И как бы он ни наслаждался опасностью и битвами, это его напрягало.
Позади осторожно ступала Айрис, её лук был натянут, а взгляд скользил по теням. Она не проронила ни слова, но воин знал, что её нервы натянуты не меньше, чем тетива.
— Чувствуешь? — тихо спросила она, едва слышно.
— Да, — пробормотал он.
В воздухе витал запах гари, но не только. Этот город и так был пропитан смертью, а в его сердце теплилась тьма, казавшаяся живой, но здесь она будто на время отступила, уступив место жару.
Но затем всё снова изменилось и сгустилась тьма.
Вдруг он увидел его.
В тусклом дымном свете коридора стояло нечто. Высокое, худое, искажающее пространство вокруг себя то жаром и огнём, то тьмой. Кожа – обугленная, огонь как будто вырывался из под неё. Человек был лишён одежды, но Айварса это не обмануло: монстры здесь порой напоминали людей.
Его мышцы напряглись, и он поднял топоры.
— Ещё один, — произнёс он сквозь зубы, готовясь атаковать.
— Мя-яу!
— Подожди, это её хозяин, — перевела Айрис возглас маленького существа.
— Человек, значит? — воин остановился на миг, и взгляд его хищных глаз снова упал на Ноктиса. — И что это с ним?
Девушка сосредоточилась и на мгновение и её глаза сменили цвет с изумрудно-зелёного на жёлтый.
— В нём борются две энергии, одна – огонь, вторая мне не известна, но сам видишь, насколько она тёмная. Боя не избежать, он не в себе.
— Разберёмся.
— Подожди! — воскликнула Айрис, но явно не от страха. — Не убивай его…
Но Айварс, явно не слушая, уже бросился вперёд, его шаги сотрясали лестницу. Удар пропитанных энергией топоров вызвал грохот. Несмотря на полубессознательное состояние, Ноктис отпрыгнул, и крошки бетона посыпались вниз, казалось, содрогнулось всё здание.
Но это был лишь отвлекающий манёвр и в Ноктиса полетел удар обухом второго топора, на что он выставил руку и выпустил странную тёмную энергию…
***
Сражение закончилось минут через пять, рыжий здоровяк вышел довольный из разрушенного коридора, с жуткой улыбкой таща за ногу бессознательного Ноктиса. Перед ним встала Айрис, положив руку ему на грудь.
— Стой, он нам нужен.
Но мужчина как будто не слышал её и продолжал переть вперёд. Его безумный взгляд просто смотрел куда-то вдаль. В такие моменты до него достучаться было просто невозможно. Девушка отступила и дала ему пройти.
— Avo caro san. Awartha tin. Ho tham men.* (Не делай это. Оставь его. Он ещё пригодится нам.)
Воин внезапно развернулся и одарил её яростным взглядом, но по её ухмылке понял, что она специально использовала этот язык. Затем девушка подошла и что-то прошептала ему на ухо.
— Maweb sindarin. Fluian. (Грязное серое наречие. Ненавижу.) — Ответил он ей и смачно плюнул на пол.
Айрис тут же присела перед юношей, достав из мешочка травы для мази.
— Мог бы и полегче, ты же знаешь, я не хороша в лечении.
— Не умрёт, он не настолько слаб. Все раны уже были, от меня только синяки и пара переломов.
Айрис многозначительно посмотрела на него, затем на юношу, кожа которого обгорела дочерна, а по венам словно тёк коктейль из огня и тьмы.
Вдруг мимо пронеслась рыжая молния, огласив дом праведным воплем.
— Мя-яу!
*Кусь*
— Ой!
— Чего ты хотел? Она тоже считает, что ты мог бы лучше справиться.
— Объясни ей, что я могу за такое пришибить случайно…
***
Очередное пробуждение, возвращение в мир, на этот раз Ноктис чувствовал себя намного лучше, глаза не застилала пелена, а тело почти не болело. Так ему казалось, пока он не попробовал пошевелиться.
— Пламя мне в курдюк! — почти прокричал он от резко выстрелившей боли.
«Пламя? Ах, точно, храм, апокалипсис, система, монстр… а что потом? Где я?»
Резкий запах трав и чего-то обжигающе-горького ударил в нос. Ноктис понял, что лежит на кровати в чьей-то квартире, его тело было грубо перебинтовано и смазано какой-то густой мазью. Рядом он не увидел привычного комка шерсти (кошки), отчего занервничал даже больше, чем от безумия происходящего за последние часы… или дни?
Неподалёку он услышал шум. Сначала тихий – словно шорохи, а затем тяжёлый топот. Звук стал ближе, и из-за поворота коридора появилось нечто массивное. Ноктис замер.
Мужчина – или скорее великан. Его рыжая грива разметалась по плечам, бронзовая кожа блестела в тусклом свете. Он держал в руках два огромных топора, которые были слишком массивны, чтобы обычный человек мог даже поднять их.
— Очнулся? Живой? — пробасил незнакомец.
Нокс просто легонько кивнул, выпученными глазами переводя взгляд с топоров на незнакомца.
— Эй, Айварс, ты мне проход загородил!
В комнату зашла невысокая девушка, держа в руках… его кошку. Кошка выглядела очень довольна, судя по морде.
«Предательница!»
— С добрым утром, огненный мальчик.
Рыжая девушка села на деревянную табуретку, склонившись над травами и бинтами. Её взгляд, в отличие от гиганта, излучал спокойствие и мягкость.
«Огненный мальчик?»
Нокс невольно засмотрелся на неё, милая девушка создавала сильный контраст на фоне сурового воина. Она выглядела спортивно, и явно умела сражаться, о чем он судил по кинжалу на поясе.
В легкой тунике цвета зелёной листвы она, красивая и нежная, выглядела как эльфийка из сказок. Айварс походил на благородного рыцаря, которому поручено защищать её.
— Он уже больше жив, чем мёртв, Айрис, — хохотнул гигант, скрестив руки. — Хотя в тот момент, когда я увидел его, это был чистый монстр. Клянусь, думал, придётся разрубить его на куски.
Ноктис сглотнул и отвёл взгляд.
— Где... я?
— Пока ты в безопасности, — мягко ответила Айрис, быстро пересаживаясь ближе и наклоняясь к нему. — Мы нашли тебя в руинах того дома. Не без нашей помощи ты потерял сознание, но... сильно обгорел. Это уже не наша вина, мы обработали раны, насколько могли.
— «Сильно обгорел» – это мягко сказано, — снова встрял воин, указывая на Ноктиса своим массивным пальцем. — У тебя даже одежда сгорела, а вместо кожи была сплошная обугленная масса. Ты ещё спасибо скажи, что Айрис смогла тебя привести в чувство.
Ноктис закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Он вспоминал обрывками: огонь, боль, крики... Тьма, заполняющая всё вокруг. Его тело будто разрывали изнутри две неумолимые силы, пока что-то не щёлкнуло, и всё не исчезло.
Он с трудом поднял руку и коснулся странного амулета - маленького кулона из светло-зелёного камня, сиявшего мягким светом.
— Амулет, — ответила на незаданный вопрос Айрис, не отрываясь от проверки его состояния. — Он успокаивает и подавляет энергию.
— Я напал на вас? — юноша снова посмотрел на гиганта, с трудом выдавив из себя вопрос.
— Ха! Напал? Да ты даже толком атаковать не успел, как я тебя вырубил! — громко рассмеялся тот, гордо поглаживая бороду. — С одного попадания, знаешь ли.
— Не слушай Айварса, — мягко добавила Айрис, осторожно поправляя бинт на его руке. — Пока он по тебе попал, весь коридор разрушил. Ты прыгал, как мастер, из-за чего Айварс очень злился, но… он может быть резким, но мы не позволили бы тебе погибнуть.
Ноктис опустил взгляд на свои забинтованные руки. Боль была настоящей, ожоги – тоже. Но тьма и огонь, рвавшие его изнутри, отступили.
— Кто вы? И почему помогли мне? — спросил он наконец, с трудом справляясь с тяжестью своих мыслей. Во всех историях просто так помогали очень редко. А если уж брать какие-нибудь китайские новеллы, там всё ещё хуже.
— Я Айварс, великий воин, если вдруг ты этого не заметил, — с гордостью заявил рыжий здоровяк, постукивая рукой по рукоятке топора. — А это Айрис, лучница и мастер на все руки. Прибыли мы в этот город... ну, считай, по делу.
— Наша миссия никак не связана с тобой. Это твой аколит нас нашёл и попросил помочь, — добавила Айрис, улыбнувшись. — Он буквально вывел нас к тебе, будто понимал, что ты нуждаешься в помощи.
— Мой аколит? — Ноктис нахмурился и задумался, пытаясь понять, кто мог привести этих двоих к нему, и кто такой аколит.
— Да, маленький, рыжий, злющий, как и ты сам, — с усмешкой добавил Айварс. — В иной ситуации я бы просто убил бы тебя.
Нокс тут же недоверчиво посмотрел на рыжую кошку, которая гордо восседала на краю кровати, потом перевёл взгляд обратно на рыжего гиганта и рыжую девушку.
«Почему они все рыжие? Шутка судьбы?»
— Спасибо, — сказал он, погладив Масю, мысленно добавив: «Ты реабилитирована».
Пока он её гладил, Айрис как-то странно ревниво смотрела на кошку...
*Примечание: Аколит лат. acolythus, от др.-греч. ἀκόλουθος — неразлучный спутник, помощник.
***
С Ноктиса сняли часть повязок, и он мог подняться на ноги уже через несколько часов. Кожа, покрытая ожогами выглядела… отвратительно. Но, что удивительно, не саднила. Чудодейственная мазь охлаждала, избавляя от боли.
За время разговора новые знакомые показались ему словно не от мира сего. Да почему словно? Они и оказались не из этого мира. Айрис удивлялась и приходила к нему с вопросами по каждому предмету в квартире, известному даже детям.
А ещё она никогда не называла Масю кошкой. Может, в их мире кошек нет?
В отличие от неё, Айварса интересовало только когда они отправятся в путь и завершат их миссию, что бы это не значило.
Но перед этим у них состоялся разговор о состоянии Ноктиса и к что к этому привело. Он намеренно не упоминал ни о системе, ни о некоторых вещах в своём статусе, но даже так многое сумел выяснить.
— Всё просто, в детстве кто-то открыл портал в этот мир, вы с друзьями случайно оказались поблизости, и энергия из другого мира пробудила что-то в тебе, либо что-то в тебя вселилось. Сейчас ситуация похожа, весь мир подвергся масштабным изменениям, — сказала Айрис, на её лице появилась грустная улыбка. — Причин этих изменений никто не знает, мир рушится, появляются существа, убивающие всё живое, пока мир полностью не опустеет.
«Портал в другой мир??? Что-то пробудилось во мне?»
Имя: Ноктис
Ранг: Пробуждённый
Ипостась: [Заложник пламени]
Ранг ипостаси: Священный
Особенности: [Отродье божественности], [Шутка судьбы].
Изъяны: [Неумолимое пламя], [Тьма таится в вашей душе].
Ядро: Искра (I)
Руны: 25/1000
Предметы: [Чаша из чернёного серебра]
А что, если часть написанного в статусе всегда была с ним? А это подобие системы просто вывело информацию в привычной для его восприятия форме? Он ещё раз посмотрел на определённую строчку.
Особенности: [Отродье божественности], [Шутка судьбы].
Эти две особенности могли быть связаны, но стало ясно одно – раз пламя он получил в странном «сне», способности, связанные с тёмной энергией и больше походящие на проклятие относились либо к Шутке судьбы, либо к Отродью божественности. Причем сами способности никак не были связаны с системой и не отображались.
[Шутка судьбы] – любовь, особенно провидения, опасна. Повышен шанс на неожиданные события.
[Отродье божественности] – в вашем теле или душе есть отголосок божества, но в истории не осталось упоминаний о вашем происхождении. Это может быть как благословением, так и проклятием.
«Нет, виной всему точно второе».
За размышлениями о том, какое божество с ним сделало непонятно что, он и не заметил небольшие изменение в статусе.
— Но твоё пламя способно противостоять тьме, с помощью него ты наверняка сможешь решить проблему, — с улыбкой сказала Айрис, выводя его из мыслей.
— А? Да, думаю оно может, но пока не знаю, как.
«Воздай Пламени».
— Отдыхай пока, мы скоро пойдём дальше, — на этом парочка его оставила, Мася ещё немного посидела с ним, но потом ушла за ними.
***
Он уже говорил, что эти двое не от мира сего?
Ноктиса привёл в себя шум. Вернее, не столько шум, сколько непонятный гул и хлюпающие звуки. Вздохнув, он с трудом встал, надел ботинки и отправился разбираться. У дверей туалета стоял Айварс.
— У нас проблема, — мрачно сообщил гигант, указывая внутрь топором.
Ноктис заглянул и увидел, как Айрис стоит с натянутым луком, целясь в унитаз, из которого доносился мелодичный «б-б-б-бр-ррульк». Айварс тоже был явно готов ринуться в бой.
— Что вы... делаете? — Ноктис не сдержал смешка.
— Тварь появилась, — процедила Айрис, указывая на унитаз, довольно мило испугавшись. — Ты только послушай, как она урчит.
— Вода просто шумит, сливается, — выдохнул Ноктис, прижав пальцы к переносице. — Это туалет. Так устроен.
— Да? — спокойно спросил Айварс, но косясь на унитаз. — А почему он рычит, как злобный дух?
— Потому что кто-то из вас нажал на слив! И трубы старые.
— Убьём, на всякий случай? — предложил воин.
— Никого не надо убивать! — вскрикнул Ноктис. — Это просто сантехника!
Айрис смущённо опустила лук, но смотрела на Ноктиса с явным сомнением.
— Ты уверен? А вода куда текла?
— Да, просто не переживайте, это не опасно. Вода смывает то, что вы туда бросите, — устало ответил Ноктис.
— Чудеса без магии, — пробормотал Айварс, недоверчиво хмыкнув. — Говорил я, что этот мир проклят.
Глава 4. Город
До апокалипсиса это был обычный, безликий город. Он казался Ноктису словно бесконечным – бетонные коробки, которые тянулись до самого горизонта, выстроенные в одну сплошную серую массу, пересечённую прямыми, как линии на школьной тетради, дорогами. От пятиэтажек в центре до унылых многоэтажек, тянущихся к окраинам, изредка перебивающихся зеленью парков – всё было продумано до мелочей, но в этой упорядоченности был оттенок чего-то безумного.
Город был почти как живой организм, поглощающий людей в свои каменные недра и заставляющий их раствориться в серой толпе. Здесь никто не выделялся, никто не был особенным, каждый день протекал по одной и той же схеме: толпа сновала, как муравьи, в строгом, автоматическом порядке, лишь на секунду выходя из этого ритма, чтобы вздохнуть – и тут же снова раствориться в нём.
«Что стало? Где всё те люди? Погибли или стали особенными, получив силы, которые и представить себе не могли?»
Странные мысли преследовали его. Тогда город был ему просто серым и безразличным, но теперь... Теперь пустым, оголённым, невыносимо ужасным. Когда-то эти улицы были полны жизни, но сейчас, пробираясь по ним, Ноктис ощущал странное чувство: как будто каждый уголок и каждый переулок помнили, что здесь было, и теперь нашёптывали ему об этом. Окна домов зловеще глядели на него, пустые и чёрные, словно глазницы черепов.
Троица и кошка были как тени, ползущие по этим улицам. Каждый шаг отзывался громом по пустым проспектам. Хотя Ноктис не мог знать всех людей, он был одним из тысяч живущих здесь, но теперь он чувствовал себя как-то одиноко. Больше не было никаких звуков человеческой жизни.
Проходя мимо разрушенных витрин магазинов и пустых автобусных остановок, Нокс почувствовал, как подступает страх с меланхолией. Ведь он помнил эти улицы совсем другими – освещёнными фонарями, заполненными людьми, усталыми и озабоченными, как все. Город был однообразен, но в его безумной предсказуемости крылась какая-то безопасность. Теперь же Нокс чувствовал себя словно нарушителем, который пробирается по территории, что стала владением мертвецов и тех, кто не сумел умереть.
Снаружи здания выглядели прежними, но всё стало словно тусклым, мёртвым. Те же стены, те же вывески – но каждый объект в этом городе больше не был просто частью урбанистического пейзажа. Он был свидетельством, напоминанием о том, что здесь кто-то когда-то жил, дышал, смеялся, даже любил.
И он не знал, что страшнее: это зловещее напоминание о прошлом или осознание, что города, каким он его знал, больше не существовало.
От депрессивных мыслей и полёта кукухи в никуда отвлекали общение с Айрис, столкновения со странными обитателями города и попытки обуздать Пламя.
Несмотря на раны, причудливые новые знакомые не дали ему долго разлёживаться, вытащив в город. Хотя он очень хотел отдохнуть.
С энергией пришлось действовать ещё осторожнее, чем раньше, но в какую сторону двигаться? У Ноктиса не было идей, что ему делать, он забуксовал на месте, не в силах сдвинуть груз. Да он даже не знал, что «вёз».
Пока на его шее висел амулет, Пламя практически отказывалось его слушать, но и не выходило из-под контроля. Ноктис ещё раз внимательно осмотрел его.
[Умиротворение]
Ранг: Чудотворный
Описание: Как обрести спокойствие, когда мозаике недостаёт одного осколка?
«Просто камешек отвалился от чего-то большего и стал волшебным предметом? Даже описание намекает на это».
Но Айрис так и не сказала, откуда его взяла, но на другие вопросы отвечала охотно. И столь же охотно задавала, всё же вокруг было много ей неизвестного. От неё же он выяснил, что ранги таких предметов они делили на Обычный, Пробужденный, Мастеровой, Чудотворный. Но были и более высокие ранги.
Выходит, ему дали очень дорогой предмет.
Ноктис открыл окно рун и его взгляд снова задержался на общей информации.
Имя: Ноктис Ранг: Пробуждённый Ядро: Искра (I) Руны: [25/1000]
«Что за?..» — Ноктис моргнул, не веря своим глазам.
Там, где должен был значиться ранг ядра, стояло «Искра». И если раньше для него это ничего не значило, то после некоторых объяснений Айрис, стало ясно, что ядра – это основа всего. Но Искра? Это ведь что-то другое.
«Если я зажгу Искру, ты вспыхнешь как спичка...»
Слова Пламени снова эхом отозвались в голове. Значит ли это, что Искра опасна? Для всех, или только в его случае?
Ноктис вздохнул и скользнул взглядом вниз, заметив счётчик рун.
[25/1000]
«Руны...»
Эти двенадцать появились сами собой. Он уже заметил, что каждый раз, убивая монстров, что-то в нём меняется и добавляется. Это «что-то» превращалось в руны – невидимые осколки, которые как будто наполняли пустоту внутри, делая его сильнее.
«Если следовать обычной игровой логике, произойдёт повышение уровня» — Ноктис пробежался пальцем по неосязаемым рунам, что светились в воздухе слабым светом.
Тысяча рун пока казалась чем-то недостижимым, но счётчик уже сдвинулся, причем цифры были немного больше, чем до того, как он вышел из-под контроля. Возможно, он убил каких-то существ, но не помнил об этом.
Неизвестно, награда будет ждать в конце счетчика или ещё одно проклятие. Так со всем, что с ним происходило.
Он перевёл взгляд на строку с Искрой. Раньше его душа – внутренний мир – выглядела пустой и хаотичной. Сейчас же там что-то изменилось. Пламя дрожало где-то глубоко внутри, а тьма вокруг смотрела, не решаясь приблизиться.
«Это из-за Искры или амулета?»
Ответа не было, но, скорее всего из-за всего сразу.
Они прошли уже несколько безжизненных улиц, и, если честно, Нокс пару раз задумывался о том, что в одиночку путешествовать ему было бы легче. Хотя на первый взгляд эта мысль кажется глупой, учитывая что с ним случилось сразу, как только он вышел из квартиры.
Существа в этом городе встречались странно редко, на что уже несколько раз успел пожаловаться Айварс. Ноктис заметил лишь пару теней, быстро скрывшихся с глаз, хотя его в этом плане всё устраивало. Пусть это и было странно, со слов его спутников, но ведь хорошо, когда тебя никто и ничто не хочет убить, да? Напрягало лишь то, что сотни тысяч людей просто испарились, а ведь должны были превратиться в гротескных чудовищ, либо остаться телами на улицах.
Изредка чудовища встречались, и…
— Даже без своего пламени ты должен что-то уметь, — повторил воин. — Поэтому иди и бей.
Айрис лишь очаровательно улыбнулась, молча показала жестами: коли-режь и пожала плечами.
«Ну спасибо».
Зверь. Большой. С четырьмя руками, склизкой кожей и ужасающими, выпученными глазами.
Существа делились на ранги, первого ранга называли «зверями», второго – «монстрами». Третий ранг называли не иначе как «тираны», а после шли «демоны». И существо каждого ранга обладало разным количеством ядер, дарующим определённые способности.
Монстр, которого Ноктис встретил у квартиры, по всей видимости, обладал ультразвуковым криком, ведь у него было одно ядро.
Естественно, у воина хватило благоразумия найти Ноктису слабого противника… Схватив покрепче рукоять уже настоящего меча, который ему любезно одолжили, он пошёл вперёд.
***
Айварс лениво облокотился на рукоять топора, наблюдая, как он в очередной раз падает на землю под атакой существа. И как оно ещё его не убило? Дыхание выходило хриплым, руки дрожали под тяжестью оружия. Он попытался подняться, но земля казалась предательски неустойчивой.
— Ещё раз, — сурово бросил Айварс. — Ты думаешь, что кто-то даст тебе передышку? А ну вставай! Ты ещё жив, потому что тварь слишком слаба!
Ноктис поднял голову, чувствуя, как внутри вспыхивает злость. Даже с учетом усиления от полученных рун у него ничего не выходило. Не хватало техники, навыков, подготовки.
Он и сейчас ещё чувствовал, как зудят ожоги и рана в боку под одеждой, но разве могло это стать оправданием? Они напоминали насколько юноша беспомощен в новом мире.
Всё тело болело, каждый мускул протестовал против дальнейшего движения, но слова Айварса пробудили упрямство, заложенное в самой природе человека. Он сжал зубы, поднялся на ноги и крепче схватил меч.
— Хорошо... — прорычал он, не замечая, как злоба начала окрашивать его голос.
Меч не становился продолжением руки Ноктиса, нет, но медленно он начинал понимать, раз он не знал никаких приёмов, удары должны быть редкими, но точными. У него получалось оставлять на твари раны, но та и не думала умирать.
Вдруг послышался рык с одной из улиц, Нокс даже не успел посмотреть…
— Смотри, как надо!
Айварс рявкнул, его топор взвился в воздух и с размаху обрушился на бесформенное чудовище, вонзившись в мясо, словно нож в масло. Грохот заложил уши, существо тут же затихло, а асфальт под ним покрылся сетью трещин.
И Ноктис и его противник замерли, и если бы эти существа, по словам Айрис, не обладали только желанием уничтожить всё живое, четырёхрукий определенно бы развернулся и убежал.
Но это дало юноше шанс, который он не собирался упустить и неуклюжий замах, наконец, оборвал жизнь твари.
[Вы убили Зверя I!]
[Ваше Пламя становится сильнее!]
[Руны: 26/1000]
Очень маленький, практически незаметный поток энергии пробежался по его телу, сливаясь с Пламенем в груди, делая его сильнее.
«Всего одна руна?»
Значит, до этого в бреду он убил кого-то посильнее.
Айварс с самого начала не скрывал своего отношения к нему, и такая маленькая победа ничего не поменяла. Он смотрел на Ноктиса как на нелепого щенка, который забрёл не туда. Щурился, ухмылялся с тем самым выражением лица, которое заставляет кровь вскипать даже у самых спокойных. Айрис лишь качала головой и вздыхала.
По дороге у них зашёл разговор о целях и тренировках.
— Тренировать его? — фыркнул воин и хлопнул себя по бедру от смеха. — Да он после первого удара сложится! Ты же видела, в нём ни силы, ни стержня. Зачем тратить время?
Ноктис сжал кулаки так, что побелели костяшки. Он знал, что Айварс прав. Это бесило больше всего.
«Даже себя защитить пока что не могу».
— Не все рождаются с топором в руках, — тихо произнесла Айрис, повернувшись к Айварсу. В её голосе сквозило что-то ледяное. — Именно из-за слабости нужно его направить.
— А я что, похож на няньку? — огрызнулся Айварс, вытянув из земли один из своих огромных топоров. Топор был старый, с царапинами и вмятинами, покрытое черной кровью, но лезвие блестело так, как будто только что заточенное. — Если он хочет учиться, пусть докажет, что его стоит учить.
— А как я тебе должен это доказать? — сказал Ноктис, шагнув вперёд. Он не смотрел на Айрис, боясь увидеть в её взгляде жалость. Только на Айварса.
— Как? — Айварс покрутил топор в руках и лениво махнул им в воздухе, затем замер и вдруг хищно усмехнулся. — Похоже, тебе прямо сейчас выпадет отличный шанс.
Айрис тоже изменилась в лице, хотела что-то сказать, но когда они сделали очередной шаг, всё вокруг заволок туман, скрыв очертания многоэтажек. Солнце в небе, ещё мгновение мягко согревающее теплом, вдруг стало кроваво-красным, источая ужас и холод, мурашками пробежавший по телу Ноктиса.
— А передумать ещё не поздно?
Ему никто не ответил, он остался один.
И хоть он так сказал, из-за слов Айварса в нём росла злость на самого себя. На свою слабость. Он не собирался передумывать. Теперь просто плыть по течению, как в современном обществе, недостаточно, он не знал, что будет дальше. Навыки учебы здесь не пригодятся.
Кому хочется быть обузой? Своими словами и силой воин с лучницей прямо намекали, что он умрёт в этом новом мире, тем более ожоги и рана ещё не до конца зажили.
«Выбора в любом случае нет».
Нокс приготовился к чему угодно, прошло мгновение, два, три. Ничего не изменилось. Вокруг было затишье. Туман окутывал улицы города, словно призрачная пелена. Он был густым и плотным, казалось, его можно потрогать рукой. Но Нокса словно потёрли липкими пальцами по коже, холодом по позвоночнику.
В какой-то момент он вышел на городскую площадь, здесь здания были ниже, более старые, но сейчас такие же пустые.
А посреди площади он увидел белое дерево с чёрные прожилками, ползущими по стволу, будто сосуды, его ветки-усики, покачиваясь, смотрели вверх, а белёсые корни уходили в землю… нет, это была не земля. Ноктису стало дурно, когда он осознал, что пригорок, на котором дерево росло, состоит полностью из тел людей и монстров.
И это единственное, на что он успел обратить внимание, – в следующую секунду его охватил животный страх, а вместе с ним и отрезвляющая боль из-за резкого движения пламени и тьмы по телу.
«Беги!»
Одно слово от двух разных голосов отозвалось в его голове, но ноги не слушались. Древо зашевелилось. Сначала ствол, потом ветви. Они издавали звук – скрипучий, хрустящий, как треск ломаемых костей. И тогда из земли полезли корни – длинные, одни чернильно-чёрные, другие бледные, извивающиеся, как змеи. Они ползли к нему, быстрее, чем можно было ожидать от чего-то столь огромного.
Ноктис сделал шаг назад, и сердце сжалось сильнее. Корни резко дёрнулись и ринулись к нему, разрывая асфальт. Он чуть не закричал, но в тот миг внутри него что-то вспыхнуло.
Пламя.
Оно ответило на его ужас. Он не видел его, но чувствовал – жаркий поток пробежался по его венам, невзирая на наличие амулета на шее, и от ноющей боли аж слёзы выступили на глазах.
Тьма внутри него отступила. Она не сопротивлялась, не пыталась остановить этот всплеск силы. Затаилась, наблюдая. Словно знала: если Нокс замрёт, если потеряет этот крошечный шанс на бегство – его жизнь окончится здесь, под белёсыми корнями проклятого древа.
Ощущение не было болезненным или неприятным, но оно не было похоже ни на что, что Ноктис когда-либо испытывал. Как будто его встряхнули, вливая в него новую странную энергию.
Она заполнила всё его существо. Ноктис почувствовал, что его эмоции становятся всё яснее и острее. Затем его тело начало меняться. От сердца, где горело Пламя, исходили волны тепла, которые медленно распространялись по всем уголкам тела, от макушки до стоп.
Под этим теплом его кости, мышцы, органы и кровеносные сосуды восстанавливались и оживали. Он словно заново родился, став сильнее, быстрее, здоровее.
Эйфория.
«Это вот так я должен был себя чувствовать с самого начала?»
Несмотря на боль, в сердце Ноктиса поселилась мимолётная уверенность в своих силах, которая испарилась, стоило ему ещё раз на огромные приближающиеся корни, с лёгкостью откидывающие автомобили и прорывающие асфальт.
Ноги сами сорвались с места. Ноктис прыгнул в сторону, едва увернувшись от хлёсткого удара корня. Земля вздрогнула. Он бежал, не разбирая дороги, не видя ничего вокруг, кроме мелькающего белого тумана. Корни преследовали его – он слышал их. Шуршание, хруст, как топот чудовищных лап.
«Нет, когда встречу этого воина-переростка, кое-что ему выскажу!»
Сколько он бежал? Неизвестно, но туман кончился также резко, как и появился, а Нокс с разбега влетел в появившуюся из ниоткуда скалу, упав.
«Откуда скала посреди города?»
Мысль как появилась, так и исчезла, когда он встретился взглядом с Айварсом, который от их столкновения даже не покачнулся. Энергия в теле Ноктиса пропала в тот же миг, тьма и пламя вернулись на своим места, продолжив молчаливое противостояние.
Удивительно, но воин протянул ему свою огромную ладонь, хотя взгляд его нисколько не изменился.
— Вот теперь ты нам действительно нужен, — проговорил Айварс. В его голосе не было ни уважения, ни пренебрежения. Просто оценивающее любопытство, как у хищника, разглядывающего добычу. — Утром. На рассвете. И чтобы не опоздал.
Айварс развернулся и ушёл к зданию на углу улицы, где они успели за время его отсутствия развести костёр и натащить еды. Айрис осталась стоять, глядя на Ноктиса.
— Это что, Пламя вас сожги, было? Что за дерево?
— Это дерево – наша цель, — сказала она тихо.
— И вы без обучения отправили меня к боссу?! — воскликнул он.
— Туман в этом городе как лабиринт, ты как-то нашёл путь и даже выжил, но мы с Айварсом пока не добрались до него.
— Если честно, не знаю, сможете ли вы справиться с тем существом, и я приближаться к нему больше не собираюсь.
— Придётся, потому что иначе этот город не покинуть, — жутко мило улыбнулась Айрис.
«Очередная рыжая бестия».
— А ещё хорошие новости будут?..
Теперь стало понятно, почему их маршрут шёл по периметру города, или петляя. Парочка иномирцев даже не знала, куда им идти.
После ужина ночь прошла в тишине. Айварс храпел в своём углу, Айрис дежурила у костра, а Ноктис лежал на неудобной твёрдой земле, глядя в чёрное небо. Он не спал, хотя усталость давала о себе знать.
Слишком много событий.
Рыжая бестия, кошка которая, была сама по себе и на ночь куда-то ушла, хотя днём постоянно мелькала неподалёку.
***
Тёмный город. Тишина ночи. Пустые машины стояли брошенными на улицах, будто живые просто испарились.
Айрис молча смотрела вдаль, погрузившись в тревожные мысли. Молчание это было тяжелее любых слов. Айварс подошёл к ней,
— Опять думаешь? — спросил он, глядя на неё исподлобья.
— А ты не думаешь? — Айрис покосилась на него, голос её был спокоен, но в нём проскальзывали острые грани усталости. — Разве ты не видишь, Айварс? Этот мир… Он разрушается. Погибает точно так же, как наш. Хродвальд, Элерман, Ардхей – единственные королевства, что ещё держатся.
— Хродвальд не падёт, — прорычал он. — Пока Брунарг защищает нас.
Королевство у Моря Безумия – Хродвальд, земля Седого Молота. На краю мира, где волны Моря Безумия бились о чёрные скалы и поднимался солёный туман, раскинулось королевство – земля суровых людей и древнего бога, известного как Брунарг, Седой Молот. Здесь не было богато украшенных храмов или мягких молитвенных ковров. Вера в Брунарга была грубой и тяжёлой, как сами волны, как солёный ветер, что резал кожу. Его почитали в кузницах, в каменоломнях, воинами в суровых крепостях на краю мира.
И Айварс был прямым воплощением этого почитания.
— Время ещё есть, — тихо сказала Айрис, но больше для себя, чем для него. Она опустила руку к шее, коснувшись пустого места, где раньше висел её амулет.
Айварс не сразу заметил это, нахмурившись.
— Ты отдала ему кулон, — это прозвучало почти как обвинение. — Айрис, этот камень для тебя был важен…
— Для нас важен, — поправила она, её взгляд вспыхнул. — И именно поэтому я отдала его.
— Он тебе его не вернёт, — буркнул Айварс. — Этот пацан ещё и не понимает, что держит в руках. Да он его потеряет раньше, чем научится пользоваться.
— Может быть, — отрезала Айрис, её голос внезапно стал резким. — Но у него не было бы ни единого шанса без амулета. Тьма внутри него сильнее, чем я думала, Айварс. И пламя тоже.
— Пламя. Тьма. Пха, — Айварс отвернулся и махнул рукой будто смахивая невидимую грязь. — Чего ты в нём нашла, Айрис? Он слаб. Он сломлен. Его страхом можно питать демонов.
— Он похож на него, — внезапно сказала Айрис, и в голосе её зазвучала тихая, почти осторожная печаль.
Айварс обернулся. Взгляд его был тяжёлым и пристальным.
— Я тоже это заметил, — после короткой паузы проговорил он, голосом ниже и тише обычного. — Поэтому мы и таскаемся с ним?
— Потому что всё ещё надеемся, — согласилась Айрис, глядя куда-то за горизонт. — Это всё, что у нас осталось. Надежда.
Айварс громко вздохнул, поправил свой пояс с топорами и двинулся вперёд по склону.
— Надежда — штука опасная. Она чаще губит, чем спасает, — буркнул он на ходу. — Не привязывайся к этому парню. Он не тот человек, Айрис. И если сломается, ты же первая будешь плакать.
— Я никогда не плачу, — тихо возразила она, но голос её был неуверенным.
Они замолчали. Только ветер изредка завывал в зданиях, да где-то далеко что-то скреблось в руинах. Айрис снова посмотрела за тёмный горизонт.
Ноктис осторожно перевернулся на другой бок. Да, он лишь притворялся спящим, но надеялся, что никто этого не заметил.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге