Закулисье: Служба доставки

Пролог. Грань междумирья так эфемерна и тонка

Вы бывали здесь раньше.

Автор неизвестен

Тяжело дыша, мы поднимались по лестнице. Вокруг лишь кусок бетона, освещаемый фонарем, и непроглядная тьма. Воздух становился все холоднее и холоднее. Мы подбирались к открытым пространствам, где воющие сквозняки могли разгуляться на славу.

— И на кой черт мы поперлись искать Библиотеку? — недовольно пробормотал Старик. — О чем ты только думал, когда согласился на это?

— Я? Это была не моя идея! Кто ж знал, что мы окажемся в такой заднице?

— М-да... на старости лет надеялся прогуляться налегке, спинку размять, а тут тебе бац — и спасательная операция.

— Да ладно вам. Хотя бы не нас спасают.

— И на том спасибо.

В пятне света показалась горизонтальная выемка. Я спрыгнул с лестницы в сторону и оказался в тоннеле. Прошел немного вглубь, осмотрелся. Влажные стены которого поблескивали в свете фонаря, пахло плесенью. Вроде никого нет.

— Витя, как там? — спросил Старик. — Есть проход?

— Похоже на то.

Старик собирался прыгнуть ко мне, как вдруг лестница разразилась скрежетом. Сегмент наверху обломился и потащил нижнюю часть в жерло колодца.

— Держись!

Рывок и я оказался у края. Мозг еще не успел оценить ситуацию, а Старик уже болтался на руке.

— Оп-па... Поймал!

Я закинул костлявого в тоннель, а затем заглянул в бездну. Там, на днище колодца, громыхнул металл, эхо ударило по ушам.

— Век буду благодарен, — сказал Старик и как ни в чем не бывало зашагал вперед.

Стоит сказать, что мы оказались в этом гадюшнике не просто так, да и отряд наш состоял из большего числа людей. По пути нам встретился крайне неприятный тип, оказавшийся на голову сильнее нас вместе взятых. Мы со Стариком отвлекли огонь на себя, заведя уродца в лабиринт из бетонных труб, что позволило остальной группе продвинуться дальше. Даже интересно, как там у ребят дела?

В конце тоннеля мы уперлись в заслонку. В нее была вмонтирована дверь, открываемая с помощью вентиля.

— Приходилось бродить по подобным местам. Обычно по ту сторону сидит всякая гадость. Открывай не спеша!

Я принялся методично поворачивать вентиль. Старик пристально уставился на место, где вот-вот должна возникнуть щель.

— Стой!

Руки тотчас крутанули вентиль в обратную сторону, отгородив нас от опасности.

— Споры — это не шутка, — сказал Старик и натянул противогаз. — Без него долго не протянешь.

Обезопасив дыхательные пути, я распахнул дверь и вышел в зараженную зону. Старик прошел следом и закрыл дверь с внутренней стороны.

Шагать предстояло по дну бассейна с побитой плиткой и мхом на стенах. С решетчатого потолка стекали редкие лучи света, тросы с волногасителями и поплавками покрывали комья плесени, а в воздухе летали споры, напоминавшие тополиный пух. И как эти безобидные пушинки способны подарить мучительную смерть или превратить в чудовище?

— Считаешь шаги?

— А надо?

— Эх-х. Ежели считал, знал бы, что мы над Колизеем. До Библиотеки рукой подать. Ищи спуск.

— Уже.

Долго бегать по дну не пришлось. В углу обнаружился метровый слив, прикрытый чугунным люком.

— Взялись! — сказал Старик. — Тянем-потянем! Опа!

Тяжеленный люк с трудом сдвинулся в сторону. Мы забрались в смердящую трубу и встали на перекрестие арматурин.

— Ты же не хочешь, чтобы эта зараза расползлась по всему уровню, верно?

Мы, зацепившись пальцами за крышку люка, вернули ее на место, а после очистили друг друга от налипших спор.

Для дальнейшего спуска даже не понадобилась веревка — достаточно было повиснуть на арматуре и спрыгнуть. Теперь я понял, о каком Колизее говорил Старик. Мы вылезли на самом верхнем ярусе — малой части в цилиндрического помещения размером в сотню метров в высь и две в диаметре. Бесчисленное множество скамей, расставленных кольцами, спускалось к орхестре.

В стенах, пронизанных арками, возвышались статуи местных богов — пусть из шестнадцати я знал лишь одного, зато не понаслышке. Медные взгляды изваяний были прикованы к арене. Казалось, они только и ждут, когда начнется смертный бой, и шум оружия разрушит зеленую пелену, заставив пробудиться ото сна.

Мы сняли противогазы и принялись спускаться по ступенькам, пока не оказались на поросшей серой травой поляне, где проходили бои. По краю арены шли рвы, в которых журчал ручей. Над водой мелькали светлячки, испуская голубое свечение.

— Что-то они запаздывают, — заметил Старик.

— Как бы ни случилось чего.

Внизу Колизей казался еще более величественным сооружением. Хотя, быть может, это благодаря мрачному освещению и туману, скрывающему отдаленные части громадины. Над головой в самом центре находилась расщелина, испускающая свет. Такой объемный, но такой искусственный и слабый. Прямо как мои ожидания от всей этой операции.

— А вот и последнее препятствие, отделяющее нас от Библиотеки.

Я осмотрелся по сторонам и углядел объект, про который твердил Старик — пара деревянных дверей с чересчур пафосным оформлением. С противоположной стороны Колизея брал начало тоннель, из которого внезапно раздался рев двигателя.

— О! А вот и наши!

Спустя мгновение в тоннеле вспыхнули огни фар и на арену вылетел «УАЗ», набитый людьми, как консервная банка шпротами. Машина пролетела в считанных сантиметрах от меня, обдав грязью из лужи. Очертив полукруг, она повернулась к нам передом и затормозила.

— Ну е-мое! Нормально запарковаться не можете!

Я уже собирался прострелить гонщикам колеса, но заметив за рулем женскую мордашку, показывающую мне язык, успокоился и принялся очищать штаны.

— А, понятно. Забейте.

Дверцы открылись и наружу стали выбираться люди. Двое мужчин вытащили из салона оружие и зашагали к нам: один закутался в серый камуфляж, другой косил под гражданского, нацепившего разгрузку на рваную футболку.

— Как добрались, Серый? — спросил Старик.

— С ветерком, — сказал мужчина, и словив неудовлетворенный взгляд собеседника, добавил. — Нашли комнату управления, открыли ворота, а дальше по прямой. А вы, товарищ полковник?

— Будет что рассказать мужикам.

— Гадина с вами?

— Посеяли по пути. Надеюсь, навсегда.

Военный прошел чуть вперед. Его взгляд очертил Колизей и остановился на украшенных мозаикой дверях с золотыми ручками.

— Это и есть та Библиотека, о которой говорили Первенцы?

— А ты поищи получше. Может, найдешь другую.

Военный хмыкнул.

— Времени в обрез. Пойдемте уже.

Он сделал пару шагов и замер, словно ударившись об невидимый барьер. Камешки под его ногами задрожали и стали скатываться с пригорка. Из-тоннеля донеслось зловещее эхо, а после вырвался поток леденящего воздуха. Стены вздрогнули, с потолка посыпалась плесень. Люди зашептали и принялись тыкать фонариками в темноту.

— Что это за шум? Слышите?

Испуганный пухляш ткнул пальцем куда-то в сторону трибун и завопил:

— Статуи! Они... они двигаются!

Я поднял взгляд и ужаснулся. От величественного вида небожителей не осталось и следа. Зрачки изваяний вспыхнули звездным сиянием, по щекам потекла кровь. Благородные лица исказились в безумных улыбках, уста разомкнулись, обнажив звериные зубы. Со всех сторон на нас опустились хищные взоры — теперь негде спрятаться от их праведного гнева. Позади шлепнулась позеленевшая медная решетка, перегородив тоннель.

— Все в Библиотеку! Укроемся внутри!

Мы бросились к дверям, но было уже поздно. Земля возле них разверзлась и на поверхность вырвался крысиный рой. Река из грызунов хлынула в обе стороны, осекая пути к отступлению.

— Какого лешего?! — крикнул Серега.

Лишь Старик сохранял спокойствие. Скинув оружие с плеча, он зашагал к внедорожнику.

— Это он. Живо встать в круг! Приготовьте оружие! Все, что имеете!

— Наконец-то... — прохрипел военный. — Пора прибить эту сволочь!

Я снял автомат с предохранителя и прислонился к машине. Рядом девушка заряжала Ремингтон зажигательными.

— Ты как? Справишься?

— Первенцы и не с таким справлялись.

— Тогда сыграем? Кто подстрелит больше?

— В прошлый раз ты не был так уверен себе.

— В прошлый раз дилером была ты.

Крысы замкнули круг и стали приближаться к нам, водя хороводы. Каждая хвостатая не могла дождаться момента, когда сумеет отведатьчеловечинки.

— Спокойно... спокойно...

Я провел рукой по магазинам в подсумках.

— Огонь! — крикнул Старик. Ну все, понеслась.

Люди начали палить, пространство заполнил шум выстрелов, сливающийся в единую симфонию. Сотни крыс падали замертво, но на их место тут же вставали новые особи.

Отряд военных подготовился лучше всех и захватил с собой огнеметы. Стоило лишь выпустить пламя наружу, как Колизей наполнился запахом горелой плоти и сиплыми вигами, от которых вяли уши. На место обуглившихся, приходили новые полчища крыс, но и они вскоре начали шкворчать, как семечки на сковородке. Военные быстро перевыполнили план. Нам же оставалось подчищать выживших и усмирять особо крупных особей.

Крупный холм приподнялся над землей и лопнул. Оттуда выскочила крыса размером с лабрадора и бросилась на Старика, перезаряжающего ружье.

— Ви, прикрой!

Я оттолкнул его и выпустил очередь. Труп испустил предсмертный писк и сбил меня с ног, придавив к земле. Зараза, тяжеленая туша! С трудом поддается.

— Держать круг! — крикнул военный. — Не позволяйте им кусать нас за пятки!

Морщинистые руки уперлись тушке в бочину и скинули ее с меня. Перед лицом вновь заиграли светлые пятна.

— Живой? — спросил Старик. — Встать можешь?

Вцепился за руку и приподнялся.

— Опа! Давай, не раскисай.

Старик бросился на передовую, где нашим требовалась помощь. Для своих лет он двигался слишком грациозно.

— Ха!

Лезвие отрубило крысе хвост.

— А как тебе такое?

Взмах мачете и полморды покатилось по земле. Не успел он опомниться, как в стальной щит врезалась огромная зверюга.

— У-ф-ф...

Старик пошатнулся, но выстоял и отбросил чумную в поток адского пламени. Чувствую, скоро станет плохо запаха горящей шерсти. Даже жалко, что столько добра пропадает. Могли бы все Закулисье приодеть.

Мы отлично держались, но перспективы вырисовывались скверные. С каждым мгновением крыс становилось все больше и больше. Сотни перерастали в тысячи, тысячи собирались в миллионы. Патронов же становилось все меньше. Крысы водили хороводы, сближались и все сильнее прижимали нас к центру арены.

Мозг отказывался верить в происходящее. Как такое возможно? Мы заперты. Бежать некуда. Никто не придет на помощь. Через минуту закончатся магазины и нас всех тут поубивают.

— Слышите этот вой? — спросил военный. — Что это такое?

Воздух стал резонировать от несмолкающего пения статуй. Звук шел ото всюду, от него невозможно укрыться, словно он звучал в наших головах. По земле пошли волны, как на море. Немногие сумели устоять на ногах. Чувствовалось, что к нам приближается нечто зловещее.

— Что за...

Земля под внедорожником лопнула. Машина взмыла вверх в фонтанирующем крысином потоке. Внутри него проглядывался едва различимый силуэт человека в плаще. Того, кто повелевал этим роем.

— Ви, в сторону! — крикнул Старик. — Берегись!

Я оторвал взгляд от мясного фонтана и посмотрел на источник накрывающей тени. Несчастный автомобиль сделал двойное сальто в воздухе и устремился вниз, стремительно падая прямо на меня с девушкой.

Я вытолкнул ее, но сам зацепился ногой и корягу и рухнул наземь. Времени больше не было, уклоняться бессмысленно. Я зажмурил глаза, закрылся руками и обратился с мольбами о чуде ко всем богам в этой зале.

— Виктор!

***

Ветер несся по просторам, словно хищный зверь. Выбегая на поля, он завывал в сталеалюминиевых проводах ЛЭП, раскачивал их, но не позволял сомкнуться. Ветер шумел, играясь с листьями в роще, шептал сотней различных по тону голосов: детских и старческих, насмешливых и жалостных. В его речах слышалось нечто пророческое и загадочное. Он с кем-то спорил, доказывал свою точку зрения, а когда терпел фиаско — срывался с места и мчался прочь, выискивая новый простор для потехи. Проносясь по улице, ветер задевал металлическую крышу дома, сложенного из белого кирпича, а потом улетал, теряясь вдали.

Мы переехали в этот дом недавно. Пару месяцев назад отца, ведущего инженера-строителя, по старой дружбе пригласили в Новосибирск строить Центральный мост, пообещав баснословные деньги. Недолго думая, он согласился и отправился на разведку. Там ему посчастливилось найти загородный домишко в Сосновке, отдаваемый хозяевами за бесценок. Мы с сестрой выступили против переезда и всячески пытались отговорить отца. Все-таки слишком сильно привыкли к квартирной жизни на Парнасе, к тем местам и людям, что нас окружали. Но Борис Соломонов оставался непреклонен и раз за разом приводил неоспоримые аргументы.

«Там живописная природа в двух шагах, никаких соседей за стеной и малую в школу возить не надо, — говорил отец. — А ты, лоботряс, со своим интитутом у нас и так не частый гость. Хватит родительскую хату занимать, сам по жизни устраивайся».

Что поделать? Пришлось смириться с ситуацией и начинать собирать вещи. Оформление документов надолго не затянулась, и вскоре мы переехали на новое место.

На календаре 7 сентября 2019 года, суббота. Я проснулся в районе девяти, хотя планировал подняться пораньше. Причина банальна — опять засиделся допоздна в телефоне. Часто так бывает: хочешь лечь пораньше, например, в одиннадцать, а потом понимаешь, что идет третий час, а ты все еще не спишь. Не очень приятная ситуация, особенно когда завтра важный день. Что поделаешь? Главное — не залеживаться до полудня, если уже проспал. А то можно и обед пропустить, а там и ужин начнется, куда уж не пустят.

Потерев глаза, огляделся. Передо мной личная коморка размером в три квадрата. Стены, обклеенные серыми обоями, доверху забитый одеждой шкаф и деревянный стеллаж с книгами. Массивный стол, на котором стояли светильник, ноутбук и стопка исписанных листов, которые у меня так и не поднималась рука выкинуть. Свисающая на проводе энергосберегающая лампочка добавляла жизни комнате в темное время суток, а в углу находилась паутина, чей владелец давно съехал.

Встав с кровати, я надел потертые джинсы и красную футболку. Ощутив, что дома довольно холодно, нацепил еще худи. Проверил часы на руке, закинул в карман телефон и вышел из комнаты. В ванной умылся холодной водой, почистил зубы. Вглядевшись в зеркало, испачканное брызгами зубной пасты, убедился в отсутствии бороды. Закончив с утренней церемонией и немного взбодрившись, направился в другую часть дома, откуда доносился сладкий аромат ванили.

В столовой стоял полумрак. Свет, падающий из окна, создавал грубые тени, в которых терялись отдаленные уголки комнаты. У стен располагалась линия шкафов, заполненных старыми книгами и кухонными приборами. Электрочайник к моему приходу уже вскипел и выключился, прекратив выплевывать клубы пара. По правде говоря, не люблю давиться горячими напитками, но хлебать ледяную воду сейчас куда противнее.

— Смотрите-ка, Виктор объявился!

А вот и Катерина Соломонова, моя мама. Стройная женщина средних лет с темным каре на голове. Одета в платье, поверх которого белый фартук с ромашками. В ее ушах блестели крохотные серьги.

Мама встретила меня уставшим и слегка рассерженным взглядом. Она перебирала гречневую крупу на кухонном столе. Хорошие зерна отправлялись в кастрюлю, плохие летели в мусорное ведро. Кстати, сегодня моя очередь выносить мусор. Хорошо, что об этом пока никто не вспомнил.

Я невольно улыбнулся и нерасторопными шагами направился к столу. К моему превеликому счастью, к завтраку я все-таки успел.

Помимо меня и матери в столовой находилась младшая сестра Оля. Она сидела за столом и ковыряла ложкой овсяную кашу. Вероятно, ей хотелось любым образом покончить с ненавистным блюдом и отведать печенья, запертого в серванте. Однако я по своему горькому опыту знал, что этому не бывать, покуда тарелка не опустеет.

Я занял место напротив, громко скрипнув стулом, и сложил руки на скатерть. От нее прямо веяло чистотой и свежестью. Видимо, ее сменили ранним утром, когда я еще спал. Одно удовольствие проводить рукой по нежной ткани, на которую еще не успели проронить ни крошки. Взяв ложку, я принялся за трапезу.

— Мам, я не хочу кашу, — пробормотала Оля.

Мама одарила дочку суровым взглядом.

— Еще как будешь! Мне что, отдельно каждому готовить?

— Но я уже объелась.

— Хватит капризничать! — сказала мать. — Доедай живей, пока не остыло. Кто последний, тот моет посуду.

Повезло, что каша быстро остыла, и я уже скреб ложкой об дно тарелки. Знал же, что в раковине осталась грязная сковорода со вчерашнего ужина. Ох, не повезло же кому-то!

— Но... — пробормотала Оля.

— Никаких но! И выпрями спину!

Мама подскочила к столу. Схватив дочь за плечи, с силой заставила ее прижаться к спинке стула. Казалось, будто она сломает Оле позвоночник, но та лишь недовольно буркнула и приняла желанную матерью позу.

— Вот так. У тебя пять минут.

Мама улыбнулась и вернулась в кухню, чтобы закончить с гречей. Оля проглотила еще пару ложек и с обидой уставилась на меня. Ишь, какая хитрая, хочет мне свою порцию подсунуть.

Я отвернулся и заглянул в окно, вливая в себя черный чай. Погода на улице скверная. Накрапывал дождь, слышались удары капель по крыше, влага стекала по стеклу.

За забором дома начиналась темная роща. Осенний сезон в этом году начался с резкого похолодания и обильных осадков, от чего листья потемнели, и весь лесок приобрел гнетущий вид. Эта слезливая погода так меня достала, что я иногда искренне не понимал, зачем мы променяли один Питер на другой.

Позвякивая ключами от автомобиля, в столовую влетел отец: короткостриженый бородач в брюках и темной кофте, из-под которой проглядывала рубашка. На его брутальном лице читалась чрезмерная сосредоточенность. Замученный трудяга, весь в заботах. Слишком много дел, слишком много мыслей, слишком мало кофейных зерен в пакете, чтобы сварить бодрящий напиток и начать думать как человек.

— Дорогая, ты не видела мой телефон? — спросил он, разглядывая деревянный стеллаж, на котором стояли микроволновка и тостер.

— Не видела, — коротко ответила мать.

— Эх, куда же он запропастился... — пробормотал отец, прочесывая полки, — и здесь, и там, и тут — нигде нет.

Борис Соломонов принялся шерстить по полкам, передвигая книги и папки с документами. Заглянул в сервант, пробежался глазами по подоконникам. Ему кровь из носу нужно успеть на внеплановое совещание, время подгоняло, а гаджета и след простыл. Он еще раз прошелся от одного конца столовой до другого и, наконец, сдался.

— Любимая, набери, пожалуйста, — обратился он к жене, теряя терпение. Не то, чтобы он раньше был особо вспыльчивым человеком, но, когда в ответственный момент пропадала вещь, всегда сходил с ума.

Мать вздохнула, взяла трубку с кухонного стола и совершила звонок. Спустя пару секунд в гостиной заиграл рингтон.

— Большое человеческое спасибо! — сказал отец. — Что бы я без вас делал!

Он направился к источнику звука, напоследок проведя рукой по моей взъерошенной каштановой шевелюре, превращая ее в безобразный ком. Ничего страшного. У меня всегда по утрам волосы во все стороны торчат, сколько их не приглаживай.

Мать удалилась на кухню, а я снова глянул в окно. Ничего не изменилось, все по-прежнему. Холодный ветер и морось. Там, куда я поеду, будет не лучше. Нужно привыкать. А так хотелось еще на недельку задержаться в этом месте! Пообщаться с родителями, помочь сестре с домашней работой. Прогуляться по золотой роще, а потом спуститься по обрыву к реке. Перейти на другой берег и оказаться в ельнике. Подышать чистым лесным воздухом и насладиться беззаботной жизнью, в конце концов.

Но этим планам не суждено было сбыться. Сегодня вечером мне предстояло отправиться на вокзал, сесть на поезд и уехать в Питер до новогодних праздников. Там я учился в университете на факультете иностранных языков, собирался стать профессиональным переводчиком. Еще в школьные годы преуспевал в английском, пробовал русифицировать различный контент: делал субтитры к видео, переводил статьи. А сколько же книг я уже прочел на иностранном — вовек не счесть. Была у меня мечта — стоять бок о бок с мировыми лидерами и вести их к мирному решению вопросов. Эх, мечты, мечты! В этом году нашему курсу учебу немного задержали. Дали немного расслабиться в первые осенние деньки. Что ж, и на том спасибо.

Вернувшись из мысленного мира, я заметил какое-то движение среди деревьев. Существо, словно осознав, что за ним наблюдают, бросилось в кусты. Хищник? Нет, так близко к населенным пунктам они не подходят. Боятся. Да и на кого он тут собрался охотиться? Ферм поблизости нет, а местные скотину не разводят. Разве что он на собак нападать будет. Да и чего с них взять? Кожа да кости одни.

Я не видел его личины, но воображение рисовало убедительный образ. Толстая черная шкура, острые, словно сабли, зубы, полный ненависти взгляд и мощные, как у медведя, лапища. И сейчас он стоит там, посреди деревьев, спрятавшись среди листвы, и изучает обстановку. Ждет подходящего момента для нападения.

Недавно выяснилось, что среди местных гуляет одна легенда. Говорят, что не было ни единого года, когда в этом лесу не терялся человек. Ни пятеро, ни трое, а ровно один. Согласно легенде в канун осени из леса выходит монстр и утаскивает несчастного в чащобу. Сколько бы не старались полиция и волонтеры, их усилия напрасны. Никаких зацепок, никаких улик. Люди исчезали без следа, навеки оставаясь в списках пропавших без вести. Но мне-то бояться нечего. Во всяческую мифическую чепуху не верю. Да и по лесу я не брожу, сижу в своей кирпичной крепости, допиваю чай.

— Опять призрака увидел? — вдруг услышал я голос в паре сантиметров от уха. От неожиданности меня чуть удар не хватил.

— Нет, там никого, — холодно ответил я и отдернул голову прежде, чем сестра успела сделать еще какую-нибудь гадость.

— Нет? — удивленно сказала сестра, вглядываясь в чащобу. — Почему? Я видела Зверя. Вон он, в кустах ползает!

— Ветер, — сказал я, отстраняясь от окна. Рассуждать на всякие мифические темы не было никакого желания.

— Нет, не ветер! Смотри туда!

Оля указала мне на кусты, куда только что запрыгнул хищник. Тонкие ветки слегка подрагивали на ветру. Мне показалось, будто волчара еще стоит там. Скалится и смотрит на нас голодными краснющими глазищами, переполненными ненавистью. Словно зовет, хочет, чтобы мы вышли и поиграли с ним. Если и так, эта игра будет идти по его правилам, а такого нам точно не надо.

— Не выдумывай глупостей, — ответил я. — Нет там никого. А если и есть, так это шавки бродячие.

Даже самому интересно, что бродячим псинам делать в таком месте? Да еще и при такой скверной погоде. Все сейчас забились в уютные норы. Сидят да в ус не дуют, а не шастают где попало.

В это время отец вернулся в столовую с телефоном в руках. На лице сияла улыбка.

— Вот он, родименький! Под диваном валялся. А я уж думал, не найду!

— А я тебе что говорила, — сказала мама. — Того и гляди очки придется выписывать.

— Тогда я побежал. Всем пока!

Попрощавшись, отец побежал к выходу. Нацепил куртку с ботинками и выскочил на улицу, хлопнув дверью.

— Виктор, сходи включи котел, — услышал я голос матери с кухни. — А не то сам будешь посуду холодной водой мыть.

Так вот почему сегодня так холодно! Наш дом отапливался старым газовым котлом, установленным в подвале. Терморегулятор работал нестабильно и частенько грел воду в холостую. Чтобы не жечь газ попусту, мы условились включать его только в холодную пору на короткие промежутки времени. Отец все обещал вызвать мастера, но пока дело не сдвинулось с мертвой точки. Что уж говорить, в подвале до сих пор не смогли организовать нормальное освещение. Единственная рабочая лампа перегорела неделю назад.

— Сейчас спущусь и включу, — крикнул я на весь дом, чтобы мать меня услышала.

— Смотри не навернись там в темноте!

— Ага! — сказал я в ответ. Нужно побыстрее разобраться с этим делом. И от меня отстанут и Оле не придется мыть посуду студеной водой.

В подвал можно попасть двумя путями: с улицы через гараж или по лестнице, что пряталась за дверью в прихожей. Кончено же я выбрал второй вариант — мокнуть под дождем никакого желания не было. Пока я торчал на кухне, погода только ухудшилась: ветер набрал обороты, а дождь забарабанил крупными каплями по крыше.

Перед спуском, надел старые кроссовки, снял с крючка и нацепил набедренную сумку. Удобная вещь, в которой лежала различная мелочевка: зарядка от прошлого телефона, отвертки, крошечный разводной ключ, дедовские сигареты, пожелтевшая пачка активированного угля и всякий мусор, о котором можно лишь догадываться. Ах да, была еще какая-то засахаренная конфета. Не знаю точно, сколько лет она там пролежала, но думаю, что с ней за это время ничего не случилось.

Я ухватился за стальное кольцо и потянул. Дубовая дверь с трудом поддалась и распахнулась. Из темноты повеяло сыростью.

Из сумки я извлек фонарь. Жаль, что не налобный, но все-таки куда мощнее той тусклой лампочки в телефоне. Щелкнув кнопкой, я начал спускаться по лестнице. Деревянные ступеньки под ногами звучно заскрипели. По кирпичным стенам поплыли острые тени, отбрасываемые перилами. Я сделал шаг, а затем еще раз, вглядываясь в эту бездонную тьму. Чувствовал себя так, будто спускаюсь в подземелье.

Я продолжал шагать, вокруг темнело. Лестница скрипела и шаталась подо мной, приходилось переставлять ноги осторожно, чтобы не одним неловким движением не сорваться вниз. Было бы очень неприятно испробовать быстрый спуск и пересчитать все ступеньки головой.

А вот и лесенки конец. Уже вижу отсюда газовый котел — вот он, стоит в углу. Вроде бы такой просто кусок железа с парой кнопок, а от него столько проблем для целого семейства. Уже отсюда вижу, как мигает красная лампочка на приборной панели. Ну все, я иду, дорогая машина уюта и тепла.

Я сделал последний шаг вперед и не почувствовал опоры под ногами. Черт! Там еще одна ступенька, что меньше остальных! Как же так, почему я просчитался? Я замахал руками, пытаясь ухватиться за что-нибудь, и выронил фонарик, который улетел куда-то в вперед.

Перед тем, как сила тяжести впечатала меня в пол, я успел выставить руки и приготовился к удару о твердую поверхность. Но что-то пошло не так. Вместо жесткого столкновения с бетоном, который наверняка бы сломал мне нос, последовало продолжительное падение в бездонную пропасть.

Глава 1. Лабиринт из желтых стен, куда меня ты манишь?

Уровень 0 — Учебный уровень

— Вот же срань! — вырвалось изо рта, прежде чем я грохнулся на влажную поверхность. Только начал приходить в себя и сразу почувствовал затхлый запах ткани. Картинка в глазах прояснилась, и стал понятен источник зловония. Несло от ковра, покрывающего пол от стены до стены.

Я быстро поднялся и вытер руки об штаны.

— Эй, есть тут кто?! — крикнул я. Никто не ответил мне. Слышался лишь гуд люминесцентных ламп, заливающих пространство теплым светом.

Подошел к стене, внимательно осмотрел и постучал по ней кулаком. Раздался глухой звук. Прочная стена, массивная, покрытая желтыми обоями. Такую даже кувалдой будет сложно пробить. Но, надеюсь, это и не потребуется.

— Ау! — вновь выкрикнул я. — Хоть кто-нибудь?!

Мой голос эхом разлетелся по коридорам. Ответа не последовало.

Окей, допустим, это всего лишь мое богатое воображение. Я зажмурил глаза и вмазал себе ладонью по лицу. Меня не переместило домой. Ладно. Достал телефон из кармана и проверил время. На дисплее было 09:45. Походил туда-сюда, отсчитал минуту, а затем снова взглянул на экран. 09:46. Нет, я не расшиб голову об пол в подвале. И это точно не сон. Если бы я блуждал в мире фантазий и грез, время должно случайным образом меняться при каждом взгляде на часы. Значит, все, что меня окружает, реально.

Хотелось получить хотя бы толику информации, о том, что здесь происходит и где я, собственно, оказался, поэтому я продолжил капаться в телефоне. Связью здесь и не пахло: индикатор мощности сигнала показывал перечеркнутую антенну. Это становится интересно. Я включил и Wi-Fi в надежде подключиться к родному роутеру. Снова мимо. Хотя стоп. Что-то есть! Сеть со странным именем «K38Suh9FH98mBKR» и даже без пароля! Я тут же попробовал подключиться и на весь экран вылезло загадочное сообщение.

Привет, [введите имя]. Прошу, прости меня за внезапное исчезновение. Если ты читаешь это, я либо мертв, либо я нахожусь в месте, откуда не смогу выбраться. Я люблю тебя и буду очень по тебе скучать. Прощай.

Отправить сообщение (Y/N)?

Очень смешная шутка. Все это похоже на один дешевый розыгрыш. Что-то подсказывает мне, что здесь полно скрытых камер, а где-то там, за экранами, собрались тысячи зрителей. Я когда-то читал про такие шоу в интернете. Рано или поздно это закончится моим освобождением. А пока мне нужно подыграть людям с той стороны. Они только и ждут от меня активных действий. Что ж, не будем их разочаровывать.

В графу имени я вбил имя сестры. Оля девочка взрослая, догадается, что нужно сделать в такой ситуации. Согласился на отправку. Окно исчезло, и я мог дальше пользоваться смартфоном. Давайте проверим интернет. Я зашел в мессенджер. Диалоги отображались, картинки подгружались, но с некоторой задержкой. Хоть какое-то облегчение.

Я быстро набрал сообщение старосте. Как раз хотел, чтобы она скинула расписание к новому семестру. Тут меня ждал облом. Сообщение зависло в режиме отправки. Но все остальное работало. Я попробовал повторить отправку, но ничего не изменилось. Написал другим людям — проблема та же. Попробовал настрочить комментарий, проверил другой мессенджер —ничего не выходит.

Дальше включил GPS и запустил навигатор. Наверняка смогу выяснить свое местоположение. Однако смартфон несколько минут попытался подключиться к спутнику и выдал ошибку. Маркер местоположения беспорядочно скакал по карте, телепортируя меня то в Австралию, то в Эквадор, то на Северный полюс. Да что ж такое! Какой-то негодяй сбил все спутники на орбите?! Как глубоко под землей я нахожусь? Может быть, это огромный подвал под офисом. Или заброшенный бункер? Черт его знает!

Я попытался определить местоположение по Wi-Fi сети, однако это тоже не сработало. IP-адрес динамический, я бы даже сказал рандомный, ведь он менялся каждые пять секунд. Похоже, что похитители очень хорошо подготовились и повтыкали мне палки в колеса там, где только смогли. Плюнув на затею с навигацией, я принял решение отыскать выход самостоятельно. А есть альтернативы? Сесть в угол и ждать помощи? Да я с ума сойду от этого шума.

Напоследок зашел в браузер и попробовал посерфить. Открывалось всего две страницы. При чем одна была пуста. На весь экран была надпись «[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]». А во втором случае открывался сайт SanityHub с остроумным слоганом «Сохрани Свой Рассудок» в шапке сайта. Но сколько на нем всякого добра! Словно я залетел в зеленую лавку капитана Барбоса всея СНГ. Книги, музыка, фильмы и все такое прочее. Да, много контента на эльфийском, но разве это нас остановит?

Под музыку идти гораздо веселее, так что я загрузил сотню-другую треков на телефон. Все-таки 74 гигабайта в памяти не заняты и за трафик платить не нужно. Come and Get Your Love и Highway to Hell — вот, теперь можно выдвигаться!

***

Шел я около часа, старательно зарисовывая карту комнат в телефон. Окружение никак не менялось, все больше смахивая на бесконечный лабиринт. Стены уходили на километры вперед, сворачивали в сторону, резко обрывались, а потом возникали вновь на случайных местах.

В одних комнатах было светло, в других царил полумрак. Свет излучали гудящие люминесцентные лампы, беспорядочно разбросанные по потолку. Звук у них куда громче и противнее, чем у тех, с которыми приходилось сталкиваться в школе и универе. Казалось, будто с каждым мгновением шум нарастал, начиная раздражать все больше. Вместе с тем росло и желание выбраться отсюда ради тишины.

Хотелось бы воспользоваться правилом одной руки, но тут было две проблемы. Первая — лабиринт имел многосвязный вид. Время от времени мне встречались отдельные заграждения в тупиковых секциях. А где-то коридоры превратилась в обширные комнаты, поделенными широкими колоннами крестообразной формы. Так что я мог просто бродить кругами, пока не рухну от истощения. Есть ли у меня что-то, чем можно нарисовать путь: камешки, крошки хлеба или хотя бы кусок мела? Конечно же, нет!

А вторая проблема — есть ли вообще конец у этого лабиринта? А если да, то где он находится: в центральной части или на окраине? В полу, на стене или под потолком?

***

Еще через час заметил, что начал ходить кругами, и принял решение вернуться на ближайшую развилку. Каково было мое удивление, когда на месте, откуда я начал путь, располагался тупик. Я подошел к стене, чтобы проверить, не иллюзия ли это. Но нет, стена не поддавалась. Такая же прочная и неприступная, как и все преграды в этом проклятом месте.

Я остановился и задумался. Значит, этот лабиринт постоянно перестраивается и от моей карты нет никакого смысла. Вся часовая работа ушла коту под хвост!

Стоит мне отойти на определенное расстояние, как позади все станет по-другому. Интересно, а смогу ли я оказаться в ситуации, когда меня со всех сторон зажмет стенами, и мне некуда будет идти? Сейчас лучше даже не думать об этом.

Тут мне в голову пришла одна безумная идея. А что, если попробовать выбраться через потолок и оказаться на стенах лабиринта? По моим наблюдениям, ширина проходов здесь разнится. Остается лишь найти узкий участок. На счастье, он оказался совсем рядом. Я уперся ногами об одну стену, спиной об другую и стал подниматься. Благо потолок находился на высоте трех метров. Оказавшись наверху, надавил на квадратную плитку. Она не поддалась. Ударил кулаком со всей силы, но лишь отшиб себе руку. Словно навесной потолок состоял из цельной бетонной плиты. А что насчет ламп? Ударив по плафону ногой, я едва не сломал себе пальцы и грохнулся на пол. Стоит завязывать с этим делом. Эту систему так просто не нагнуть. Подняв взгляд, я с досадой посмотрел на потолок. Один ноль в твою пользу, гадина. Но ничего. Лабиринт на то и лабиринт.

Оставалось лишь идти вперед. Однородное пространство сохраняло свой облик. Куда-бы не пошел, всюду меня окружали желтушные комнаты и пустые коридоры. Структура лабиринта лишь усложнялась. Передо мной возникали десятки проходов и перекрестков, которые сходились в одном месте, а потом это повторялось снова и снова. В какой-то момент я вновь начинал ходить кругами, возвращаясь в одно и то же место, а после все чаще натыкался на стены в тех местах, где раньше проходил путь.

***

Спустя какое-то время я глянул на часы и ужаснулся. Прошло уже 4 часа, хотя казалось, что я бродил не более двух. А выходом даже не пахло. Воздух стал самую малость душным и тяжелым. Каждый шорох будоражил воображение. То, что я тут один, это хорошо или плохо? Даже не знаю.

— Кто-нибудь слышит меня? — вновь спросил я. Никто не ответил. Здесь ни души. Только я один и эти желтые комнаты.

Но в этот раз мне немного повезло. Появились первые подвижки. В структуре лабиринта произошли первые изменения. В двух метрах от пола располагалось прямоугольное отверстие. Заглянув туда, я увидел тоннель, который постепенно сужался и уходил в темноту. Ну уж нет, я туда не полезу. Слишком велик риск застрять там навеки. И кто знает, что там конце тоннеля? Вдруг глубокая волчья яма? Не будем проверять, пойдем дальше. Раз шаг, два шаг, три шаг... тысяча сорок шестой шаг.

***

Прошло уже восемь часов. Я снова проверил телефон. Было две новости. Плохая заключалась в том, что сигнал так и не появился. Очень плохой новостью выступал заряд аккумулятора, который упал ниже 20% и продолжал снижаться. Как же быстро он помирает. Думаю, должно хватить еще на полтора часа. И все же зря я не поставил его на зарядку на ночь.

Однако не все было потеряно. Гуляя по комнатам, я часто видел розетки, так что стоило попробовать зарядить телефон. Я подошел к одной из них и наклонился. К счастью, это была обычная розетка типа С в корпусе из белого пластика. Слава европейской стандартизации разъемов!

Я вытащил из сумки зарядное устройство. Оно неоригинальное, но по характеристикам подойдет. Соединил его со смартфоном и воткнул вилку в гнездо. В тот же миг все мои светлые надежды обратились в прах. Телефон зашипел и стал таким горячим, что я выронил его из рук и отбежал подальше. Спустя мгновение он взорвался, заполняя окружающее пространство густым черным дымом. Зарядное устройство выплюнуло сноп искры, свистнуло, оплавилось и вывалилось из розетки. Все, что осталось от смартфона сейчас шипело и искрилось на влажном ковре. Мое настроение окончательно испортилось.

Странно, что розетка совсем не пострадала. Сияла белизной как новенькая. Хотелось бы вырвать ее из стены и выбросить куда подальше. Но нет, такую наглость она мне не простит. Жизнь все же дороже.

Так я остался без смартфона за тридцать тысяч. Жаль, конечно, но ничего не попишешь. Зато обошлось без ожога и удара электричеством. Хоть какое-то утешение.

Отсмеялся как следует и двинул дальше. Нужно быть оптимистом и идти вперед несмотря ни на что. Разыскать выход из этого места, чего бы мне это не стоило. Еще одна проверка времени и ноги вновь засеменили вперед. Блуждаю по этим пространствам уже битых девять часов и ни на шаг не приблизился к выходу.

***

Прошло около двенадцати часов. Я окончательно выбился из сил. Остановившись, присел у стены, дабы немного перевести дух. Подняв голову, заметил на потолке черные пятна. Словно бы кто-то плеснул чернилами. За последнее время они часто появлялись в поле зрения. Иногда за сотню метров я не встречал ни одного, а иногда попадалось несколько подряд. Кто же их оставляет?

Случайно надавил на ковер и наружу выступила влага. Жаль, что у меня нет с собой ни капли воды. Я бы мог попробовать добыть ее отсюда... Стоп! О чем я только думаю! Когда это я стал считать, что получать воду для питья с половой тряпки — это хорошая идея? Надо завязывать с этим. Я вскочил на ноги и зашагал дальше.

Чем дальше я продвигался, тем более странным становилось это место. В какой-то момент гудение ламп стало оглушительно громким, затем звук внезапно затих, а потом все снова пошло по нарастающей. Так повторялась несколько раз с различной очередностью. Как же мне хотелось заткнуть уши и не слышать это в очередной раз.

Свернув за очередной угол, я воскликнул от радости. Это победа! Впереди находилась лестница, ведущая наверх. Похоже на выход. Я с радостью в глазах помчался вперед и прыгнул на ступени. Последовал удар. Я почувствовал, сильную боль во лбу и начал падать. Шепнувшись на пол, я поглядел на место, где только что находилась лестница. Лишь стена с желтыми обоями, на которых была высечена стрелочка «вверх» и ничего более.

Проклятая иллюзия! Повезло мне. Если бы разбежался чуть сильнее, то наверняка бы сломал нос. Придется идти дальше.

***

По моим подсчетам прошло уже шестнадцать часов. Я все чаще начинал делать перерывы. Передвигаться все сложнее и сложнее. Мышцы адски болят, стопы пылают. Духота лишь нарастает. Воздух стал каким-то затхлым, словно из лабиринта медленно выкачивали кислород и закачивали углекислый газ. Эй, парни?! Ну как там с выходом? Я уже сомневаюсь, что выберусь отсюда без чьей-то помощи.

В конце коридора виднелся какой-то темный прямоугольник. Пойду к нему. Ура, я нашел дверь! С радостью схватился за ручку и дернул. Дверь исчезла. Моя рука, тянувшаяся к ручке, ухватилась за воздух. Еще за несколько часов блуждания я повстречал пару таких дверей. Но они сразу исчезали, стоило лишь мне прикоснуться к ним. Как будто кто-то насильно запихнул меня в эту тюрьму и не собирался выпускать, всячески издеваясь. Если это так, то дело дрянь.

Проблески надежды ознаменовала череда стрелок на стене. Думаю, их начертили бедолаги вроде меня. Попробую сходить в этом направлении, посмотрим куда приведет этот путь. Надеюсь, что к выходу.

Указатели вывели меня в комнату, отличающуюся от остальных. Лампы здесь горели совсем тускло, а стены украшали кроваво-красные обои. Ковер гранатового оттенка выстилал полы. Не очень-то мне это и нравилось, но желтые стены выглядели не лучше. Я все-таки решил разведать местность, рассчитывая распрощаться с этим проклятым местом раз и навсегда. Все-таки это единственная значимая находка за последние несколько часов.

Как только я забежал в комнату, энтузиазма сразу поубавилось. Освещение было гнетущим. На одной из стене краской были накаляканы бессмысленные наборы букв. Внезапно свет померк, а из-за стен стал раздаваться тихий стук, словно кто-то стучал по ним молотком.

Я развернулся, в надежде, что смогу сбежать отсюда, но путь мне преградила двухметровая фигура. Черный, как уголь, высушенный до основания скелет, тянул ко мне связанные в узлы тощие руки-лезвия и медленно приближался. Вместо черепа к шейным позвонкам крепился клубок из рваных лент.

— По-мо-ги... — существо отчаянно пыталось выговорить человеческие слова. — Про-шу...

Стоило сделать шаг назад, как сущность разинула пасть и по всему уровню раздался пронзительный вопль, напоминающий скрежет тысяч железяк. Черт, какой же отвратительный звук!

Все произошло очень быстро. Монстр бросился на меня. Я метнулся в ближайший проход. Позади рука полоснула воздух и прошлась по стене, разорвав обои в клочья. Я выскочил из комнаты и бросился наутек.

Даже не помню, сколько минут это продолжалось. Освещение нормализовалось, стены вновь обрели желтый оттенок, но сколько бы я не бежал, рев не собирался утихать. Тварь продолжала погоню. Выбравшись в просторный зал с колоннами, позволил себе обернуться и ужаснулся. Изломанная черная субстанция продолжала двигаться в мою сторону рывками.

Свернул на перекрестке, заметил узкую расщелину в стене и нырнул туда. В закоулке царил сумрак, над головой ни единой лампы, только стены давят на грудь. Приходилось ползти в полной тьме на ощупь. Вопль слышался совсем рядом. Я замер, старясь не издавать звуков. Монстр пробежал мимо и затерялся где-то в перепутье комнат. Скрежет стал затихать.

Обождав минуту, я вернулся к расщелине и высунул голову. В самом конце коридора сущность металась из стороны в сторону, разыскивая меня. Нет, туда я больше не ногой, одной пробежки на сегодня хватит.

Забрался обратно и стал протискиваться меж стен, в надежде, что из этого ада для клаустрофобов есть выход. И мои надежды оправдались — в стене имелся лаз, ведущий в секцию, никак не связанную с предыдущей. Выбравшись, я на мгновение расслабился, почувствовав себя в безопасности. Хотя стоп, о чем это я? Весь сегодняшний день я не чувствовал себя безопасно. Расслабляться еще рано, нужно готовиться к худшему.

***

Прошло еще сколько-то времени. Уже стал чувствовать, что схожу с ума. Ненавижу эти стены всей душой! Поначалу это были просто преграды. Но теперь... они стали менять форму, изгибаться. Они пытались заговорить со мной. Казалось, еще немного, и они начнут рассказывать мне сказки. Воздух стал совсем душным и тяжелым, будто я находился в крохотной комнатушке, которую последний раз проветривали лет десять назад. Жажда усиливалась, во рту горело так, будто я слопал халапеньо.

Нижние конечности двигала лишь сила воли. Казалось, что еще чуть-чуть и мои ноги превратятся в чистый свинец. Все, теперь точно был уверен, что это никакое не ток-шоу, а новая суровая реальность.

Я в очередной раз устроил привал и посмотрел на часы. Ого! Уже двадцать часов брожу здесь. Совсем потерял счет времени. Покрутив головой из стороны в сторону, я проследил за пространством. Вроде бы стабильное. Форму не меняет. Безопасно. Я посидел еще минут десять, а затем побрел дальше. Я должен найти выход из этой дыры! Любой ценой!

***

Как только я вышел в просторный коридор, в голове стал нарастать телевизионный треск. Прислушался, поочередно закрывая ладонью то одно, то другое ухо. Нет, слух меня не обманывает. За стеной что-то действительно происходит. Может быть, это очередная западня? Или шанс на спасение? Я не в том положении, чтобы не проверить это. Хуже уж точно не будет. Собрав крупицы сил, я выдвинулся к источнику звука.

Обойдя еще несколько коридоров, наткнулся на стену, издающую загадочный треск. Воздух вокруг нее сквозил гауссовским шумом. Сама поверхность мерцала и искажалась так, словно на одну стену накладывалось несколько других. Они спорили между собой, кто займет этот участок, боролись, поочередно выталкивая друг друга с желанного места.

Позади раздалось металлическое завывание. Оно становилось все громче и громче. Оно пугало, заставляло колени трястись. Неужто та тварь нагоняет меня? Если так, то прямо сейчас нужно решать: идти дальше или рискнуть дотронуться до стены? Рядом есть еще один проход, куда можно убежать, но не заканчивается ли он тупиком? А вдруг это мой последний шанс выбраться отсюда? Ладно, премию за риск никто не отменял.

Я подошел к мерцающей стене, чувствуя, как волосы встают дыбом от статического электричества. Пальцы коснулись поверхности и проскользнули внутрь. Невидимая сила тут же вцепилась в руку стальной хваткой. Попытался вытянуть конечность обратно, но ничего не вышло.

За спиной раздался громогласный рев монстра. Он уже совсем близко. Спокойно, Виктор, вдох-выдох. Менять что-то уже поздно, нужно действовать. Изо всех сил прижался к стене, позволяя ей сожрать меня целиком. Та с превеликим удовольствием поглотила меня.

На той стороне начиналась кромешная тьма. Глаза не видели даже света ламп со стороны коридора. Когда последняя конечность оказалась внутри стены, я ощутил, что падаю в пустоту.

Глава 2. Выхода нет и не предвидится

Уровень 1 — Обитаемая зона

Страшные звуки затихли, гудение ламп прекратилось. В легкие попал свежий воздух, дышать стало в разы легче. Я открыл глаза и увидел, что пространство вокруг кардинально изменилось. Бесконечный лабиринт из желтых комнат исчез. Ему на замену пришло куда более приятное, но по-прежнему непонятное и странное место. Вот и моя первая маленькая победа.

Встал и осмотрелся. Меня перенесло в подземную автостоянку, только вот ни одной машины в округе не наблюдалось. Белый свет люминесцентных лам освещал пространство. Стояла жуткая влажность, через пару десятков метров начинался густой туман, мешающий разглядеть пределы локации. На потолке возникал конденсат, который постоянно капал и образовывал множество луж разных форм и размеров. И как здесь вообще возможна работа электрических приборов в таких-то условиях?

На полу заметил влажные следы от обуви. Похоже, я здесь не один. Нужно прогуляться, отыскать местных и выяснить, куда меня все-таки занесло. Да, порядком уже устал от этой многочасовой ходьбы, но ничего. Как-только найду первую безопасную заставу, сразу напрошусь переночевать, авось пустят.

Впереди стоял шлагбаум и будка без охранника. Что ж, пропуска у меня нет, так что придется лезть без спросу. Прошмыгнул снизу и вышел в просторную комнату, в стенах которой имелись углубления с лифтовыми дверями. Однако информационное табло рядом с кнопкой вызова показывало букву «Е». Я подошел поближе и вызвал лифт. За стеной щелкнули механизмы и все затихло. Да, кончено, не может быть все так просто.

В этом же зале на потолке я увидел картину гуашью. На меня пялилась зубастая улыбка, которую будто ребенок намазюкал кисточкой. Рядом виднелась надпись «Не хочешь заглянуть к нам на тусу? =)». Никакого доверия эта рожица не внушала, поэтому я поспешил убраться от греха подальше.

За углом в луже возникло размытое отражение бардового сияния. Прошел еще чуть-чуть, слушая, как эхо шагов разлеталось по пространству. В этой просторной комнате у самой стены стояла барная стойка, над которой располагалась неоновая вывеска. Еще выше находилась крыша из полиэтиленового тента, натянутого на ветхий металлический каркас.

У стойки стоял низкорослый полный мужчина средних лет с вытянутыми английскими усами. Его элегантный костюм выглядел слишком цивильным для данного места. Белой тряпкой он натирал столешницу до блеска. Оружия не имел, да и сам выглядел дружелюбно, и я осмелился пойти поближе. Бармен услышал шаги и поднял голову. Морщины, прорезавшие его лицо, распрямились.

— Новенький? — спросил он, не отвлекаясь от своего кропотливого дела. Явно не собирался останавливаться, пока деревянная поверхность не будет протерта до дыр.

— Вроде того, — ответил ему я.

— Подходи, не бойся. Я не кусаюсь.

Я, конечно, приблизился, но по-прежнему сохранял дистанцию в пару метров, продолжая внимательно осматривать незнакомца. Слишком уж добродушным голосом говорил этот бармен. Того и гляди в монстра обратится да бросится на меня. Так и придет конец моему приключению.

— Присаживайся. Поболтаем.

Он указал мне на стул. Никаких ловушек и мест, где могли устроить засаду душегубы, не вижу. Была не была! Подошел к стойке и занял крайнее место.

— Ты с какого уровня, парень? — спросил бармен.

— В смысле? С уровня?

— Как выглядело место, с которого ты сюда попал?

— Там были желтые коридоры, ужасный шум ламп…

— Нулевой уровень, учебный. За сколько его пробежал?

— Часов за двадцать.

— Так себе показатель… — пробормотал он так, словно я поставил антирекорд. — Но тебе повезло явиться ко мне в более-менее живом виде.

— В каком это смысле?

— Часто встречаю бредящих людей, которые находились при смерти от истощения. Они проводят на уровне дни или даже недели, если им повезло иметь при себе воду. Бедолаги бредят, утверждая, что за ними гналось чудище. Ты ведь с таким не сталкивался?

— Нет, — соврал я.

Бармен, наконец, привел столешницу к идеальному состоянию и закинул тряпку в дальний ящик.

— Раз уж ты добрался до сюда, поздравляю! И добро пожаловать в Закулисье!

— Что это за место? — спросил я, осматриваясь по сторонам.

— Изнанка нашего мира, огромный полигон, испытывающий человека на прочность. Пространство, куда попадают люди со Сцены после выпадения из реальности.

— Выпадения из реальности? — удивленно спросил я.

— Можешь не перебивать меня?! — Бармен сделал мне замечание, но дружелюбная улыбка не сходила с его лица. — Я понимаю, что в твоей голове как в вулкане бурлят мысли и выплескиваются со страшной силой. Не гони лошадей, и вскоре сам все узнаешь. — Так вот, попадают в Закулисье…

Внезапно по всему помещению раздались щелчки. Лампы бешено заморгали, грозясь погаснуть в любой момент. Мелкие глазки бармена в панике забегали из стороны в сторону. Светильники, находящиеся от нас на расстоянии, стали отключаться по очереди с громкими хлопками. Уровень в одночасье стал гораздо темнее.

— За мной! — крикнул бармен, хватаясь за ручку двери, ведущей в кладовку. — Нычкуйся сюда! Ну же!

Меня уговаривать не пришлось. Одним махом перебрался через барную стойку и заскочил в кладовку. Бармен зашел следом, захлопнул дверь и замер.

Снаружи послышались противные звуки. Часть из них чем-то напоминала крики людей, искаженные эффектом перемотки. От этих богомерзких симфоний стало не по себе. Затем раздался грохот, напоминавший ракетный обстрел. Мы стояли, затаив дыхание, ожидая, когда все это прекратится. У меня сердце ушло в пятки. Да что там говорить! Я едва не обосрался.

Все это продолжалась около минуты. Потом грохот исчез, мерзкие вопли стали затихать, пока не наступила абсолютная тишина. Слышалось лишь дыхание: мое и бармена.

— Фух… пронесло! Тут такое случается пару раз в сутки. Особенность уровня, можно сказать, ложка дегтя в бочке меда. Не успел спрятаться – считай, ты покойник.

Бармен открыл дверь, и мы вышли из коморки. В целом окружение не изменилось. Лишь на одной стене появился неясный рисунок краской. Очень странное художество. Чем-то напоминает картины, нарисованные нейронными сетями на начальном этапе их развития.

— Попрошу освободить мне рабочее пространство, — сказал он, выгоняя меня за барную стойку.

— Да без проблем.

Я выполнил его просьбу, заняв свое место.

— На чем же я остановился. А, точно! Чтобы попасть сюда нужно выпасть из реальности. Геймеры называют это явление «провалиться в текстуры» или же noclip[1]. Я тут оказался здесь много лет назад, тогда компьютерных игр еще не было и в помине. Прости, что плохо разбираюсь в подобных вещах.

Он на короткое время задумался, потирая усы.

— Что произошло перед тем, как попал в лабиринт из желтых комнат?

— Я просто спускался в подвал по лестнице, оступился на последней ступеньке и упал. А когда очнулся, оказался в том странном месте.

— Хм…

Мужчина почесал шею.

— Не самый распространенный случай… Но и он имеет право на существование! Обычно люди попадают сюда, провалившись через темные стены в заброшках или войдя в аномальную дверь, которая никуда не должна вести. А Сцена – это наша с тобой Земля. Все мы когда-то жили там…

Внезапно бармен стукнул себя по лбу.

— Точно, я же забыл представиться, — он сделал небольшую паузу. — Я Том. Владею этой закусочной. Был шеф-поваром, до того, как выпал из реальности. Впрочем, быстро освоился и заимел уважение среди местных. Обычно посетители собираются тут большими группами и подолгу ведут беседы о всяком. Но сегодня, на удивление, мало народу.

— А я Виктор. Кстати, не найдется чем горло промочить? А то я воды с собой не прихватил.

— Ах, да! Ты же у нас голодный как волк. Ужин новоприбывшему за счет заведения!

Мою трапезу составили сэндвич и напиток в металлическом стакане. Булку я заживал всухомятку, даже не распробовав начинку, а затем поднес стакан ко рту. От жидкости исходил сильный запах ванили. Я сделал глоток. Язык ощутил сладость с привкусом миндального масла.

— Что это такое? — спросил я у Тома.

— Миндальная вода. Самый распространенный напиток в Закулисье. Другая тут практически не встречается или непригодна к употреблению.

— А если я захочу отведать чего-нибудь еще? Блинчиков с джемом или кофейку?

Том указал мне на ряды деревянных полок, заставленных емкостями с деликатесами.

— Любой каприз за ваши деньги.

Дела продвигались неплохо. Сейчас я находился в относительной безопасности и мог расспросить Тома о многих вещах. Я устроился на стуле поудобнее. Итак, с чего же мне начать? Наверное, спрошу, как вернуться в реальный мир. Нахождение в Закулисье не является уважительной причиной неявки на экзамен.

— Тогда можешь рассказать, как отсюда выбраться? Как на Сцену выйти?

Том почесал подбородок и ответил таким спокойным голосом, будто говорил это по несколько раз за день:

— Если не томить и говорить напрямую: отсюда невозможно выбраться. И да, это не шутка.

Сердце екнуло в груди. Я поперхнулся и раскашлялся. Это какой-то сюр! Такого просто не может быть!

— Почему же невозможно?! Нет ни единой дороги назад?

— Возможно и есть, но за сотни лет ее так никто и не обнаружил. Еще никому не удавалось покинуть Закулисье. Просто прими это за истину. Теперь это твой новой дом. А населяющие его люди – твои товарищи по несчастью.

— Но меня ждут родители! И сестра… Друзья…

— Нас там никто не ждет, поверь мне на слово.

Весь привычный мне мир рухнул в одночасье. Мечты, планы на будущее – все пропало. Я опустил взгляд, почувствовал странную пустоту в горле, которая переросла в болезненное жжение. Слезы подкатили к глазам. Казалось, что еще чуть-чуть, и я задохнусь от горя.

— Я ведь могу как-то связаться с ними? Вдруг они смогут что-нибудь придумать!

— Не делай этого, даже не пытайся. Мы всего лишь крупица в статистике от всех пропавших без вести людей. Для государств мы ничего не значим.

— Меня могут понять! Я постараюсь!

— Даже если сможешь, не зови их сюда. Люди здесь не живут, а выживают. Попытки связи с реальным миром часто приводят сюда новых жертв. Не обрекай родных на страдания, коль сам очутился в аду.

Сердце раздирала жгучая боль. Как же так? Неужели я никогда не смогу вернуться в реальный мир? Все родственники и друзья состарятся и умрут, так и не встретившись со мной. Они даже не узнают, что со мной произошло. Я останусь совсем один в этом проклятом измерении, из которого нет спасенья. Мое тело обмякло. Я сложил руки на стойку и опустил голову. Из глаз потекли слезы, в горле будто наждак застрял. Почему я? Почему из всего моего окружение в Закулисья закинуло именно меня?

— Значит, я умру здесь от старости, так и не сумев вернуться в реальный мир? — всхлипывая, спросил я.

— Почему сразу умрешь? Выше нос, парень! У местной жизни есть много плюсов. В Закулисье многое живет по своим законам. При выпадении из реальности для наблюдателя время на Сцене замирает. Если бы была дорога назад, то ты бы вернулся в тот же миг, из которого пришел. То есть твои родные не постареют ни на секунду, сколько бы ты тут не торчал. Люди в Закулисье тоже не набирают в годах, максимум достигают совершеннолетия. Поэтому ты бессмертен, если, конечно, будешь следовать элементарным правилам безопасности.

Псевдобессмертие? Вечная жизнь в западне? Слабое утешение на фоне столь крупных потерь.

— Не горячись так, парень. Пройдет неделя, другая и адаптируешься. Ты себе призвание сыщешь, друзей наберешь, девушку встретишь, и новая жизнь начнется.

А Том был убежденным оптимистом. Вот бы мне заиметь такую непоколебимость.

Со стороны, откуда пришел я, послышались гулкие шаги. Я незаметно для Тома повернул голову, чтобы узнать, кто это. К нам направлялся квартет военных с тактическими рюкзаками. Полупустые ранцы свободно качались за плечами людей. Подойдя поближе, они окликнули владельца закусочной:

— Здорова, Томми!

— Приветствую, парни. Откуда путь держите?

— Издалека, — ответил один из них.

— Как делишки идут, Том? — спросил другой.

— Да помаленьку, готовимся к отпускному сезону. А у вас на дальних уровнях?

— Шагаем во тьме, отхватываем куски территории, несем добро людям. Как только появляется возможность, ставим форпост. В прошлую среду вот помогли с запуском гидропонной фермы на пятьсот двадцать втором. Теперь люди за экватором жить станут сытнее, а нам не потребуется таскать им жрачку каждый месяц.

Они обошли меня стороной, бросили рюкзаки у барной стойки и заняли свободные места. Я старался сидеть тихо и не подавать виду. Перебросившись парой фраз с Томом, они расплатились с ним каким-то свертком и принялись жевать лепешки с бобами, запивая их миндальной водой.

— Куда путь держите? И по какому случаю?

Самый грозный из них пододвинулся к Тому и заговорил:

— До одиннадцатого. Недавно наши откопали одну хрупкую вещицу на одном из отрицательных уровней. Говорят, какой-то объект крайней редкости. Его привезли сюда, на базу «Альфа». Самостоятельно перевозить не хотят – боятся разбить ненароком. Вот для этой задачи нас сюда и прислали.

— Ого! Интересно, интересно. Могу я у вас попросить об одолжении?

Командир отряда вопросительно приподнял бровь. Нагнувшись, он облокотился о столешницу.

— Ты же знаешь, для такого человека как ты, Томми, я готов на все. Давай ближе к делу.

Том указал на меня пальцем.

— Возьмите этого парнишку с собой. Глядя на него, сердце кровью обливается. Без команды он тут не протянет.

Вся компания вояк развернулась и оценивающе уставилась на меня. Я быстро вытер сопли и поднял голову. Командир встал и подошел ко мне. Я испуганно уставился на него.

— Как тебя звать, паря? — спросил он и приподнял солнцезащитные очки. Я бы дал ему лет сорок пять – в волосах прослеживались линии седины, а на лице только начали появляться морщины. С ухоженной бородой и короткими усами, невысокий и подкаченный. Весь в черной камуфляжной форме, украшенной голубыми линиями. С плеча свисала SCAR с оптикой. От него так и веяло лидерским духом.

— Виктор, — ответил я, пытаясь скрыть всю грусть, переполнявшую разум.

— Будем звать тебя Ви. Я Рик, глава этой шайки. Штаб именует наш отряд «Службой доставки».

Он пожал мне руку, а затем повернулся к своим парням, поочередно указывая на них пальцем.

— А это Айс, Эндрю и Артём.

Компания поднялась со стульев. Первый из них, крупный мускулистый мужчина, находящийся в самом расцвете сил, бросил на меня звериный взгляд. Чем-то он напоминал мне отца в молодости. Второй, молодой светловолосый парнишка немногим моложе меня, приветливо улыбнулся.

Третьим оказался худощавый юноша с каштановыми волосами. Выглядел на двадцать с чем-то, отличался короткой бородкой и подковообразными усами. Носил строгие очки с толстыми металлическими дужками и крестик, свисающий с шеи. Со стороны Артём походил на какого-нибудь программиста, которого только вчера взяли на работу. Он не обращал на меня никакого внимания, его взгляд был прикован к выпивке. Методично болтая «Олд фешен» из стороны в сторону, Артём наблюдал, как волнуется миндальная вода.

— Очень приятно, — сказал я, поочередно пожимая ребятам руки. Здоровяк едва не раздавил мою ладонь своей лапищей. Суровое лицо с щетиной выдавило некое подобие улыбки. Эндрю скорчил идиотскую рожу, сделал несколько обманных движений, но все же пожал руку. Артём сделал все максимально нейтрально, без излишеств.

— Ну, не будем мусолить и затягивать наше знакомство, — сказал Рик. — По дороге успеем языками потрепать. У нас дел по горло.

Доставщики накинули рюкзаки на полечи и двинулись в ту же сторону, откуда пришли. Я последовал за ними, стараясь не отставать. Том помахал нам рукой на прощание.

— Удачи, парни! Принесите мне какой-нибудь сувенир с далекого уровня!

— Разумеется! — крикнул ему Рик.

Бар остался далеко позади. Мы углублялись в пространства первого уровня. Окружение не менялось: комнаты и коридоры, состоящие из бетона, белый свет люминесцентных ламп над головой, лужи под ногами, туман впереди.

— Сколько ты тут торчишь? — обратился ко мне Рик.

— Почти сутки.

— Только и всего? Ничего, скоро привыкнешь. Пока не создали Б.И.Г., людям тут совсем туго жилось. Но выживали ведь как-то…

— А что такое Б.И.Г.?

— Большая Исследовательская Группа. Можно сказать, военное правительство Закулисья. Наша миссия – защитить странников от опасностей, которые есть в этом измерении. Мы основываем Колонии на разных уровнях, учимся противостоять жестокой среде и, конечно же, ищем выход в родной мир.

— Круто. И как успехи с выходом?

— Пока глухо. Чем дальше уходим, тем сложнее сделать новый шаг. Вещей первой необходимости там почти нет. Если в первой десятке уровней напиться можно из любой раковины, то за экватором приходится бурить скважину и цедить конденсат.

— Что еще за экватор?

— Пятисотый уровень. Считается, что на тысячном находится выход, но пока наши экспедиции достигли лишь шестьсот пятьдесят четвертого. Чтобы продвинуться дальше, придется перенести за экватор большую часть оружия и производящих мощностей.

Внезапно он остановился и покосился на меня. Заметил, что я с трудом перебираю ногами.

— Значит, слушай сюда, Ви: стой тут, на обратном пути мы тебя заберем, — Рик выдержал небольшую паузу, наблюдая, как искривляется мое выражение лица. — Шутка. Планы у нас следующие: ребята отправятся закупаться расходниками, а тебе бы не помешало немного передохнуть. Выспишься, приведешь мысли в порядок. Там решим, что с тобой делать. Я как раз успею сходить к одному перцу и кое-что с ним перетереть. Ну? Что скажешь?

— В целом я не против.

Рик обратился к доставщикам:

— Возражения будут?

— Никак нет.

— Отлично. Тогда доходим до развилки и расходимся. Шесть часов в вашем распоряжении, парни.

***

Мы продолжали идти. По сторонам стали возникать тупиковые ответвления. В них иногда встречались ящики, которые так и притягивали к себе внимание. Не удержавшись, я задал вопрос Рику:

— В них есть что-нибудь ценное?

— Сходи и проверь, — ответил он с улыбкой на лице.

— Не, я лучше…

— Да не очкуй ты! — подбодрил меня Эндрю. — Я сто раз так делал.

Что ж, убедил. Придется подойти и проверить. Остается надеяться, что это меня не убьет.

Осторожно приблизился к одному из ящиков и приоткрыл крышку. Ого! Вот так сюрприз! Внутри лежали упаковка из двух пальчиковых батареек, использованный топливный фильтр и пачка цветных карандашей. Я взял все это добро в руки и показал шайке Рика. Эндрю заржал как лошадь, Артём тихо фыркнул, а остальные просто улыбнулись.

— Новичкам везет, — сказал Рик. — Страдаешь запущенной формой патологического собирательства?

— Не-а.

— Тогда сложи в сумку батарейки – лишними точно не будут. Остальное выбрось – мусор в карманах тебе ни к чему.

Еще одно маленькое свершение, наполнившее меня оптимизмом. Я забрал припасы и двинул к доставщикам.

— Здесь всегда такие наборы попадаются?

— Все завязано на удаче и наблюдательности. Не пропускай тайники, если уверен, что это не ловушка. Предметы мистическим образом восполняются, так что ты никого не обидишь.

— Дельный совет. Возьму на заметку.

Наконец, мы дошли до развилки и разошлись. Артём, Айс и Эндрю свернули в узкий коридор и скрылись за поворотом. Рик повел меня в противоположную сторону, к стене с рольворотами.

— Как сам-то? Небось, утомился, пока бродил по нулевому уровню?

— Есть немного.

Накопившаяся за эти сутки усталость давала о себе знать. Я едва держался на ногах. Глаза закрывались сами собой.

Рик подошел к электронному замку и ввел секретную комбинацию. Рольставни загрохотали и поползли вверх. Мы вошли внутрь и оказались в гараже, заваленным всяким барахлом: на стеллажах лежали мертвые АКБ, свечи зажигания с расплавленными электродами и стертые тормозные колодки. Внизу валялись дырявые покрышки и емкости с отработанным маслом. Прямо посреди комнаты стоял Ferrari 250 1952 года выпуска. Какой раритет! Я бы с удовольствием покатался на нем по уровню.

— Вот твое спальное место, — сказал Рик, указывая на металлическую койку у стены, — Главное не шерсти тут особо, к машине не подходи, и тебя никто не тронет. Часов через шесть я за тобой зайду.

Я мельком глянул в окна автомобиля. Из салона на меня пялилась какая-то страшная рожица без глаз. Нет, Ви, тебе это привиделось, пора спать.

Рик в это время успел выйти наружу и набрать комбинацию запирания.

— Спокойной ночи, Ви, — пожелал мне Рик, а потом рольставни захлопнулись и погас свет.

Я остался один в пустом и темном помещении. Уставший и перенервничавший прямо в одежде упал на жесткую лежанку, на которую навалили пару тряпок и кусков полиэтилена. В любом случае, это куда приятнее, чем спать на холодном полу. Сейчас я был рад даже такой кровати.

Укрывшись пледом, выступающим в роли одеяла, я повернулся на бок и закрыл глаза. Сон не заставил себя долго ждать.

[1] Режим, в котором персонаж видеоигры теряет физические свойства и получает возможность беспрепятственно проходить сквозь стены. Чаще всего используется разработчиками для отладки уровней и игроками для поиска секретов и пасхалок.

Глава 3. Всегда нужно стремиться к золотой середине

Уровень 1 — Обитаемая зона

— Рота, подъем! — рявкнул кто-то над ухом.

От неожиданности я подлетел на койке. Свет в ангаре уже горел, а рядом стоял Рик во всеоружии.

— Хорошо выспался, паря? — спросил он. — Выглядишь живчиком.

— Чувствую себя трупом, — пробормотал я, жмурясь от слепящего света.

— Рано в мертвецы себя записал. Мыслишь, а, следовательно, существуешь.

Потирая заспанные глаза, я взглянул на часы. Шесть часов, проведенных во сне – неплохо, но недостаточно. Обычно я позволяю себе куда больше.

— Давай-давай, подъем! У тебя сегодня насыщенный день.

— Сейчас, сейчас…

Медленно приподнялся с лежанки, всей душой надеясь, что тело смогло нормально отдохнуть за такое время, но нет же! Поясница болела так, будто я весь день проходил с мешком кирпичей за спиной. Усталость из конечностей не ушла, а лишь многократно усилилась. Свинцовые ноги совсем не слушались. Какой насыщенный день, дружище? Я едва ноги передвигаю.

— Весьма вероятно, что тебя в будущем ожидают и ночные переходы. Так что научись ценить каждую секунду, проведенную во сне.

Мы вышли наружу и Рик принялся запирать гараж.

— Пока ты считал овец, я тут подумал и решил. Предлагаю сделку. Мы отведем тебя на безопасный одиннадцатый уровень. Обустроишься там, работенку какую-нибудь найдешь. Там тебе и постоянный паспорт оформят. Но это, конечно же, не за просто так.

— Боюсь, мне нечем вам заплатить, — ответил я. — У меня нет ничего ценного.

Рольставни стукнулись об пол.

— Это мы сейчас и проверим, — сказал Рик. — За мной!

Он повел меня в сторону, по извилистому коридору, уходящему в неизвестном направлении.

— Куда мы идем?

— В обменный пункт, паря. Он у нас по совместительству еще и банк. Или думал, что снаряга достанется тебе за красивые глаза? Эх! Бесплатный сыр только на уровне, который еще не обнаружили.

Мы резко свернули в узкий тоннель, освещаемый яркими лампами, и принялись плутать, делая один поворот за другим, пока не наткнулись на двух оперативников, охраняющих стеклянные двери, за которыми начиналось «Убежище торговцев». Ранее оно действовало как самостоятельная организация, но не сумела отстоять независимость и стала частью базы «Альфа», филиала Б.И.Г.

Рик быстро переговорил с вояками, и нас пропустили в длинный коридор, стены которого усеивали выемки с рольставнями. За ними начинались складские комнаты. Это место выглядело более опрятным, чем весь первый уровень вместе взятый: сухой воздух, чистый матовый пол, холодный свет ртутных ламп.

***

Вскоре мы оказались на пороге банка «Гарргус», который умещался в крохотном подвальчике. Пришлось пригнуться, чтобы пройти в дверной проем. Внутри было мало места и царил полумрак. В воздухе пахло парафином и расплавленным пластиком. Закусочная Тома по сравнению с этим местом походила на элитный ресторан со звездой «Мишлен».

В углу за стойкой расположился тощий сгорбленный мужчина в возрасте, с залысиной и крючковатым носом. Даже когда он встал со стула и выпрямился в полный рост, мой взгляд сверлил ему макушку.

— Добрейшего, — обратился Рик к банковскому служащему. — Нам бы валюту получить.

— Лично вам или молодому человеку? — скверным шипящим голосом ответил банкир.

Рик отошел в сторону, пропуская меня вперед.

— Выкладывайте содержимое, — сказал мне служащий банка.

— В Закулисье во многом уравнивает людей, — сказал Рик. — Не важно, насколько ты был богат и влиятелен на Сцене. Тут другие ценности. В Закулисье нельзя найти некоторые предметы из обычного мира или же их стоимость изготовления слишком велика. Поэтому мы щедро вознаграждаем новичков за наличие раритета в карманах. К примеру, алкоголь с табаком тут в жутком дефиците. Если сюда заносят, то тотчас скупают за бешенные деньги. Понимаешь, к чему я клоню? Вытряхивай шмотье!

Значит, трясетесь от невозобновляемых ресурсов. Умно, ничего не скажешь. Жаль, что не прихватил с собой больше скарба.

Я пододвинулся к столу, снял сумку с ремня и расстегнул молнию. Содержимое высыпалось на стол: активированный уголь, конфета «Птичье молоко» в поцарапанной обертке, несколько плосковидных и крестовидных отверток, батарейки, забытая пачка дедовских сигарет, всякая мелочевка вроде пуговиц и шурупов.

— Судьба тебя балует, сынок.

Сморщенный длинный палец начал ползать среди добра. Банкир с жадностью схватил в руки лакомство и стал внимательно разглядывать его, а после переключился на сигареты. На упаковках надписи были на нескольких языках, поэтому он быстро сообразил, что к чему. Остальные вещи интересовали его в меньшей степени.

— Слушай, а ты у нас, однако, миллиардер, — подбодрил меня Рик. — Считай, что VIP-путевка до 11-ого уровня у тебя в кармане.

— А что происходит с теми, кто попал в Закулисье с пустыми руками? — поинтересовался я.

— Становятся чернорабочими. Таскают тяжести, собирают и продают всякий хлам. А когда наберется нормальная сумма, пытаются прорваться на уровень получше. Короче, сплошная рутина, нудятина и отсутствие перспектив.

Банкир сгреб все мои вещи, вырвал из рук суму и скрылся за дверью. Хотелось расспросить о ее дальнейшей судьбе, но Рик ответил прежде, чем я задал вопрос.

— Она тебе больше не понадобится. Скоро возьмешь себе нормальный рюкзак.

— А давно вы ушли от бартера?

— Лет десять назад. Тогда стало появляться слишком много спекулянтов и подпольных торгашей. И мы решили стандартизировать экономику.

— И как? Получилось?

— В целом, да. Может, на дальних уровнях еще существует теневой рынок, но его влияние на нашу жизнь сводится к минимуму.

Он подошел поближе и заговорил шепотом.

— Там на фронтире вообще нет никакого закона. Сплошная анархия. Живи как хочешь, убивай кого хочешь. И тебе ничего за это не будет. Ужас, правда? Вот поэтому нормальных людей там и не бывает.

— Да уж, — ответил я. — И какую валюту вы используете здесь?

— Клипсы, которыми зажимают пакеты с хлебом.

— Серьезно?! Почему именно они?

— Потому что кто-бы ни попал сюда, у него их точно не будет при себе. По крайней мере в большом количестве. Так что местный рыночек порешать не выйдет.

— Неужели никто не пытался их подделать?

— Это сложно провернуть тут, в условиях крайнего дефицита ресурсов. Нужен полистирол, жесть да и спецоборудование не на каждом углу валяется. А еще мы наносим на них водяной знак. Невооруженным глазом не видно, но на базах легко вычисляют фальшивки.

Вернулся банкир и нам пришлось ненадолго замолкнуть.

— Вот ваша валюта. Забирайте и валите!

Он высыпал на стол горсть пластмассовых клипс и вновь удалился в соседнее помещение.

— Странный тип.

— Согласен, — сказал Рик и снизил голос, боясь, что его услышат. — Он тут безвылазно сидит. Для него эта дыра как дом родной. Совсем крыша поехала.

— И какого они достоинства? — спросил я, взяв одну в руки.

— Сейчас расскажу. Вот красные, белые и желтые. Обладают достоинством не больше доллара. Мелочь, проще говоря. За одну такую сможешь взять стакан миндальной воды или самый дешманский батончик. Не более того.

Я внимательно слушал, лишь изредка кивая головой. Тем временем Рик протянул руку показал мне две блестящие клипсы.

— Серебряная и золотая. Они стоят куда дороже. За первую дадут сотню мелочевки, за вторую – десять тысяч. Тут уже можно разгуляться. Накупить себе продуктов на месяц, взять нормальное снаряжение, огнестрел с дюжиной магазинов приобрести. Это ты понял?

— Ага.

— Тогда серебряная будет моей платой за то, что мы проведем тебя до одиннадцатого.

Рик выцепил из моей горстки одну блестящую серебрянку, спрятал ее в карман, а потом продемонстрировал мне последнюю клипсу, которой в моей коллекции не было, но зато имелся один экземпляр у банкира, лежащий за многослойным защитным стеклом.

— Черная. Как ты уже, наверное, догадался, оценена в миллион условных единиц. Большая редкость встретить в Закулисье человека, который владеет хотя бы парочкой таких.

— Я таких денег даже в глаза не видел.

— Для простых смертных они не предназначены. Ими пользуются лишь фракции для крупных торгов.

Мы покинули банк и сразу заскочили в соседнюю комнату. Там занимались оформлением документов. Блеснула вспышка фотоаппарата-полароида из девяностых, человек набрал пару строк на печатной машинке и вклеил фотографию. Так я получил временный паспорт. Правда за все про все пришлось отдать пять красных клипс. Беднеем, однако.

— А теперь вон туда, — сказал Рик и повел меня дальше по коридору. — Перед тем как выступать, тебе нужно взять снаряжение и вооружиться. Так что пойдем во фракционное хранилище.

— А можно мне пойти налегке? — спросил я, предвкушая, что придется тащить пару десятков кило на горбу.

— Нет, — коротко отрезал Рик.

— Почему? Нам же просто придется перейти с одного уровня на другой?

— У нас такие правила, паря. Каждый член отряда Б.И.Г. или человек, которого этот отряд сопровождает, обязан иметь личное снаряжение, чтоб раньше времени не отойти в мир иной. Каким бы ни был наш путь, Закулисье не терпит странников, блуждающих по уровням налегке. В лучшем случае от них остается банка с воспоминаниями. Так что ты готовишься к выходу по-нормальному или остаешься на берегу.

— То есть снаряжение позволит выжить?

— Не совсем. Я бы сказал, увеличит шансы на выживание. Те уровни, которые ты успел увидеть, всего лишь цветочки по сравнению с безумием, что творится дальше. Там о жизни размеренной речь не заходит – либо ты сбегаешь, либо от тебя и мокрого места не останется.

— А какие вообще бывают уровни?

— Бывают разные: синие, зеленые, красные. На одних полно ресурсов, и люди пытаются наладить поставки на крупные базы. На других ничего нет, кроме бессмысленных конструкций, разбросанных по огромной площади. Практического смысла в них нет, но иногда там поселяются всякие фрики. Ну а на последних просто не выжить. Там настолько враждебная среда, что даже самые заядлые странники туда не суются.

— А что там такого страшного?

— Мрачные безжизненные коридоры без каких-либо источников света, острые шипастые стены и кислотные лужи под ногами, области, заполненные ядовитым газом. Или бесчисленное множество сущностей, готовых разорвать тебя на части. А может и все вместе. Единственное, что значимо влияет на выживаемость – класс уровня. Хочешь легкой и долгой жизни – сиди в безопасной зоне и не рыпайся. А ежели ищешь приключений на свою задницу – отправляйся на хардовые уровни, с классом сложности четыре или пять.

В самом конце коридора за бронированной бункерной дверью находилось фракционное хранилище. Рядом сидел пожилой мужчина и игрался с ключами, как с балисонгом. На его столике валялся исписанный журнал с судоку.

— Вот мы и пришли, — объявил Рик. — Заплати ему.

Да что ж такое-то? Я только разбогател, а шекелями разбрасываюсь направо и налево. Еще минус пять серебряных клипс.

Сторож открыл нам дверь. Рик зашел первым, приглашая меня:

— Заходи. Чувствуй себя как дома.

Я послушно забежал в дверной проем и тут же разинул рот от количества добра, находящегося внутри. Склад походил на гипермаркет: тянулись ряды стеллажей, заставленных одеждой, оружием, медикаментами и провиантом. Так и хотелось заграбастать все, что плохо лежит.

— А вы тут при арсенале!

— Наш основной запас, — сказал Рик. —Это добро нам удалось собрать за каких-то тридцать лет: часть притащили со Сцены, остальное нашли в Закулисье.

— Мощно…

— И не говори.

Я остановился перед металлической корзиной, заполненной туристическими баллонами с газом, переключился на ледоходы. Обратил взор на стеллажи, прогибающиеся под тяжестью оружия. Глаза разбегались от количества добра.

— И на что мне рассчитывать? — спросил я. — С чего начать?

— На короткую прогулку в экстремальных условиях. Начни с секции А1, там армейская форма. Прочная, стильная и движения не стесняет. Идеальный вариант для нас. Только возьми темно-серую, а не салатовую. По лесам шариться не будем, так что лягушачий камуфляж нам без надобности. Ах да, чуть не забыл…

Рик протянул мне помятый листок, на котором кривым подчерком были нацарапаны названия вещей.

— Вот список. По нему наши сверяют снаряжение. Разберешься, что к чему.

— А что по весу?

— Больше двадцати кило не бери, а то потом пожалеешь.

— Ладно, — пробормотал я. — Больше вопросов не имею.

— Тогда вооружайся, а я ненадолго отлучусь. Пойду собирать нашу братию. Они как раз обещали скоро подойти с грузом.

— А что за груз?

— Отчетные листы, зарисовки, письма близким… Короче, наша маленькая корпоративная тайна.

Рик вышел из склада, а я стал методично ходить меж рядов, разглядывая стеллажи и прикидывая, что может пригодиться. Чего здесь только не было! Оружие, броня, боеприпасы, одежда, ИРП, аптечки. Все, что только могло пригодиться в этом проклятом месте.

Последовав совету Рика, в первую очередь решил обновить одежду. Судя по всему, нам предстоит бродить по узким бетонным коридорам. Стоит ли брать что-то яркое и приметное? Даже не знаю. Возможно, здесь и существуют спасательные группы, которым она поможет с обнаружением, но для враждебно настроенных элементов этот будет настоящей находкой. Про что там говорил Рик? Правильно, про серый камуфляж. На вешалках рядами висели все размеры данного прикида: от крошечных детских до монструозно огромных.

Взял L, стянул с себя шмотки и быстро переоделся. Подергал ткань. Прочная, на совесть сшита, так просто не порвать. Теперь уж точно не узнать былого меня. Настоящий солдат, хоть и костлявый. Сразу решил прихватить второй набор, запакованный в герметичный пакет – так на всякий случай. Если придется искупаться, можно не ждать, пока высохнет. Теперь можно идти дальше.

Пришло время выбрать сумку, куда скидаю все остальное. А если точнее, рюкзак. Из всего широкого ассортимента мне больше всего приглянулся пятидесятилитровый тактический серо-зеленого оттенка. Во-первых, он идеально подходил по цвету форме. А во-вторых, он очень легкий и в то же время сможет вместить все мои хотелки. По бокам куча подсумков, в которые удобно распихать всякую мелочевку. Думаю, лучше уже не найду. Берем.

Следом пошли бронежилеты. Сперва взял тот, что выглядел помощнее и помассивнее. Черт, увесистый! Может быть, первое время потерплю, но через километр-другой сдуюсь от тяжести. Пробежавшись глазами по полкам, подобрал себе более простой бронежилет с подсумками. От очереди из автомата он, конечно, не защитит, но порезать и проколоть ножом себя не позволит.

С медикаментами все куда проще. Нашел готовую аптечку, открыл крышку и стал разглядывать ее содержимое. Внутри стерильные бинты, антибиотики широкого спектра действия, обезболивающее, средство от диареи, мультивитамины, эластичный жгут, мази от ушибов и ожогов, а также прочие расходники в виде туалетной бумаги, дезинфицирующих салфеток, бритв и зубной нити. В общем, стандартный набор человека, который себе в медпомощи не откажет и товарищу подсобит.

В ящиках с провиантом меня встретили коробки с ИРП в двух вариациях: западного образца с беспламенным разогревателем и наша с сухим топливом и куском металла, из которого можно соорудить подставку под банку. Кто знает, что меня ждет впереди? Беспламенный выглядит более практичным, но вдруг мы попадем на какой-то уровень, где потребуется развести огонь. Думаю, стоит взять оба варианта для разнообразия.

Взял в руки упаковку, принялся разглядывать надписи. В целом ничего необычного. Три основных блюда, напитки на основе какого-то порошка, хлебцы, сублимированные фрукты, орехи, куча сладостей в крошечных упаковках и таблетка для обеззараживания воды. Отец как-то привозил подобные ИРП. Не сказал бы, что это рацион гурмана, но в текущих условиях выбирать не из чего. Довольно калорийная и разнообразная пища. Кинул пять штук в рюкзак и побрел дальше.

Жаль конечно, что я выронил мощный фонарик. Сейчас бы он послужил мне хорошую службу. Ничего не поделаешь, придется брать новый. Обычные светильники у меня восторга не вызвали, а вот налобный я прихватил с дополнительным комплектом батареек. Свободная рука в темноте не помешает.

В отдельном пластмассовом ящике лежали КПК – бронированные лопаты с защитой класса IP-69. В целом все одинаковые, лишь расцветка немного отличается. Видимо, их делали крупными партиями по заказу подразделений группировки.

Взял приглянувшийся и нажал на кнопку включения. Устройство запустилось довольно быстро, секунд за десять. Куда быстрее некоторых современных смартфонов, которым нужно подумать пару минут, пока происходит оптимизация приложений. Когда загрузка завершилась на экране возник громоздкий логотип Б.И.Г. и появился стандартный знакомый мне интерфейс, который тут же перекрыл пункт настроек. Я сменил язык на русский, уменьшил яркость, чтобы устройство помедленнее расходовало заряд батареи. Функции выбора часового пояса не было, но сами часы, минуты и дату настроить было можно. Я решил обождать с этим вопросом. Потом сверюсь с парнями. Закончив с настройкой, я убрал устройство в подсумок.

Потом я подошел к боковой части шкафа и стал разглядывать металлические фляги и бутылки для миндальной воды. Опять же большой выбор: красные, зеленые, черные, белые, голубые. И объем тоже разный: литр, полтора, два и даже пять. Думаю, что двойка в синем металлическом корпусе – мой выбор. Брать больше – явный перегруз.

Остальное было делом обыденным: мощные перчатки, чтобы не повредить руки, компактный спальный мешок, наколенники и налокотники, противогаз с комплектом фильтров.

Под конец я пошел выбирать себе оружие. На стенах висели автоматы, дробовики, пистолеты. В уголке даже валялось несколько снайперских винтовок. Шотнут любого с расстояния. Грозная вещь, но громоздкая и довольно бесполезная в этих коридорах.

Тут нужно было думать. Точность или скорострельность? Дальность стрельбы или большая площадь поражения. Нужно выбрать что-то одно. Тащить кучу пушек на горбу – явно не лучшее решение.

Конкретных моделей много. Стандартные заводские и модифицированные умельцами. Я же решил не выпендриваться и взять стандартный Калаш. Его мне хотя бы пару раз доводилось разбирать его.

Этот образец превзошел все мои ожидания. Калибр 5,45, складной приклад, все в отличном состоянии. Смазанное, ухоженное оружие. Оно отливало вороненной сталью. Затвор двигался гладко, подкладка отполирована до блеска. Мощи у него хоть отбавляй. Не думаю, что мне встретится противник, броня которого Калашникову не по зубам.

В качестве второго оружия мне приглянулся Глок. В руке лежит удобно, весит немного. В штурм идти с ним я вряд ли буду, но если придется кого-нибудь добить, то в самый раз. Еще прихватил себе нож – самый обычный с крепкой деревянной рукоятью.

Последним пунктом шли патроны. Хорошо, что на упаковках было написано, что к чему идет, а то я бы шатался как идиот, выискивая нужный калибр.

Начав скидывать патроны в рюкзак ощутил, как он тяжелеет на глазах. Тогда не буду жадничать, возьму две коробки. Этого мне хватит за глаза.

***

Наконец, я закончил подготовку. Утрамбовав добро коленом, я закрыл рюкзак. Защелкнул фастекс, затянул регулирующие лямки и закинул его за спину. Потом взял с ящика автомат и двинулся к выходу. Рик поджидал меня у выхода.

— Ну что, паря, готов?

— Всегда готов.

— Смотри у меня. Закулисье в поддавки играть не станет. Эта стерва сожрет тебя с костями и даже не подавится.

— Вес проверять будешь?

— А как иначе? Между массой снаряжения и смертностью прослеживается параболическая зависимость. Слишком много возьмешь – сгинешь. А ежели будет недовес – та же ситуация. Всегда нужно стремиться к золотой середине.

Он ухватил рюкзак за руку и потянул вверх. После прощупал стенки, дабы проверить укладку.

— В пределах нормы. Думал, ты справишься гораздо хуже.

— У меня был походный опыт.

Отчасти это было правдой. Отец пару раз вывозил меня на природу с палаткой и рюкзаком, так что основы туристического ремесла остались в памяти. Но насколько применимы эти знания здесь, в этом искаженном мире? С чем мне предстоит столкнуться? Что будет представлять наибольшую опасность? Само окружение или его обитатели?

— Расходники используй на свое усмотрение, а оружие и приборы береги – на 11-ом отдашь.

Я цокнул от досады.

— Как так-то?

— Вещи казенные, — сказал Рик. — Попользовался – изволь вернуть на базу, чтоб другим хватило. Давай лучше поторопимся, а то ребята нас уже заждались.

Он зашагал к выходу со склада. Я последовал за ним, старясь не отставать.

— Теперь ты больше похож на мужественного человека.

— Спасибо. Значит, я могу сражаться с вами на равных?

Рик приложил руку к голове, будто прикидывал что-то.

— Большая часть новичков – котята. Половина гибнет в течение недели. Еще четверть сляжет за месяц. К концу года доживает каждый десятый от общего числа попавших в Закулисье. А дальше кривая смертей стремится к нулевой отметке, но никогда не достигает ее. Те, кто более мозговитый, разбредаются по безопасным уровням, а те, кто умом обделен, продолжают геройствовать и отлетать в опасных зонах. Такая у нас печальная статистика.

Энтузиазма сразу поубавилось. Видимо, не все так просто и, вооружившись до зубов, нельзя преодолеть трудности Закулисья. Многое завязано на знании уровней, которых мне еще набираться и набираться.

Мы покинули коридор и вышли в основную часть уровня, где нас поджидала бригада доставщиков. Ребята были во всеоружии с распухшими от вещей рюкзаками. Эндрю достался особенный – темного цвета и с усиленными металлическими выступами на гранях. Скорее всего, парнишка неуклюжий, вот ему и вручили дуракостойкий ранец.

— Все готовы? — сказал Рик. — Тогда двигаем. Нам бы убраться отсюда, пока свет не вырубили. А то опять всякая свинота вылезет.

К счастью, в этот раз, чтобы попасть на другой уровень, мне не пришлось биться лбом об стены. Рик провел нас по последовательности комнат, повторяющей Код Конами. За дверью с пометкой «А» нашу группу ждало совершенно иное место, отличное от всего первого уровня. Я даже не заметил, как сменилось окружение: переход произошел слишком плавно.

***

Загадочный Уровень — Хаб

Перед нами простирался бесконечный подземный тоннель, освещенный оранжевыми светильниками. Стены и потолок состояли из бетонных плит, а под ногами шла асфальтированная дорога, поделенная на три части желтым пунктиром. Казалось, что еще немного и в конце тоннеля вспыхнут фары приближающегося автомобиля, однако чуда не происходило.

— Добро пожаловать в Хаб! — провозгласил Рик. — Это наше лобби, популярное место у странников, где можно обменяться информацией и предметами. Также отсюда можно перейти на любой открытый уровень.

Только сейчас заметил, что по бокам тоннеля располагались двери, на которых висели таблички с числами. Чем дальше они удалялись от нас, тем сильнее увеличивалось расстояние между ними.

— Это переходы на уровни. Порталы, если можно так выразиться. Быстрый способ путешествий, при котором не обязательно соблюдать порядок и проходить все уровни по очереди.

— Очень удобно.

Пригляделся и заметил, что в дальней части тоннеля народа не наблюдалось.

— А почему там никого нет? Эти двери закрыты?

— Верно, — подтвердил мои догадки Рик. — Мы еще не нашли уровневые ключи к этим дверям. Но поиски никогда не останавливаются. С каждым днем человечество открывает для себя новые горизонты.

Сейчас в Хабе было людно. Я насчитал человек пятьдесят. Одни странники целенаправленно шли двери. Другие нашли себе компанию и стояли в сторонке: болтали, улыбались, делились впечатлениями. Часть людей нарядилась в военных или спасателей, но хватало и очень странных личностей – они носили древние одежды: тоги, туники, гиматии. Знать выделялась пурпурными лентами, а их телохранители нацепили лорики и вооружились гладиусами.

— Кто это? — спросил я.

— Сгинувшие, — ответил Рик. — Они попали в Закулисье много веков тому назад. Большинство погибло за это время, и лишь немногим удалось дожить до наших дней. Можно сказать, эти долгожители основали здесь нашу цивилизацию. Именно они заложили фундамент закулисного общества, который мы поддерживаем по сей день.

— Это же ходячие архивы! Вы, наверное, многое выведали у них о прошлом?

— Не все так просто. Сгинувшие гордо именуют себя первопроходцами, причисляют к привилегированной нации и не горят желаниям идти на контакт. В основном они обитают на труднодоступных уровнях, лишь изредка выходя в свет, чтобы поторговать и узнать новости.

Заметив нас, Сгинувшие сморщили лица, начали шептаться на латыни и поспешили убраться в сторону. Сложно сказать, из вежливости или призрения они сделали, поскольку места в тоннеле хватало всем.

— Раз уж ты у нас новенький, давай объясню правила, — сказал Рик, когда мы добрались до двери с одиннадцатым номером.

Я приготовился внимательно слушать.

— Во-первых, ты всегда ходишь с нами след в след. Не отстаешь и не забегаешь вперед.

Я кивнул.

— Во-вторых, ни в коем случае не открывай двери, не поднимайся по лестницам и не пользуйся лифтом. Иначе шансы отыскать тебя во всем Закулисье будут околонулевые.

Я снова кивнул. Не особо хотелось спорить с покровителями.

— В-третьих, воюешь вместе с нами. Если я говорю стрелять в кого-то, то ты стреляешь. Если мы начинаем отступать, то и ты отходишь назад. Вопросы будут?

— Никак нет.

— Есть еще четвертое правило: не приближайся к Джерри и не ходи на тусовочки! — добавил Эндрю с усмешкой.

— Я, гляжу, у вас тут своя атмосфера.

— А то! Гадюшни на всех хватит!

— А ну тихо! — рявкнул на нас Рик. — Это правило вытекает из трех предыдущих.

Мы выстроились колонной. Артём щелкнул браслетом на запястье, но заметив мой взгляд, натянул рукав.

Рик распахнул дверь с одиннадцатым номером. В проеме возникла освещенная солнцем городская улица. Подул теплый ветер, отдававший запахами бензина и ванильной выпечки. Послышались отдаленные голоса людей, лай собак и шум автомобилей.

— Вот он, одиннадцатый уровень. Место вечного полудня, главный оплот человечества. Место, где обосновались выжившие…

— Звучит слишком пафосно, — прервал командира Эндрю.

— Да ну тебя, Энд! — выкрикнул Айс. — Такой момент испортил!

— Ладно вам, парни. Я и не особо старался.

— Все готовы? — спросил Рик.

— Да! — хором ответила наша братия.

— Тогда… вперед!

Мы вошли в дверь и окружение изменилось. Не было ни щелчка, ни вспышки. Раз и все. Уровень сменился и правила игры тоже.

Глава 4. Планы хороши только на бумаге

Уровень 2 — Водопровод мечты

— Как же так… — с трудом выдавил из себя Эндрю. — Этого просто не может быть…

Место, в которое мы попали кардинально отличалось от города, увиденного в дверном проеме. Нас окружал серый бетонный тоннель, пронизанный трубопроводом, вентиляционными путями и оголенной проводкой. С давящего потолка свисали грязные лампы накаливания, работающие через раз.

— Вот дерьмо! — выругался Рик. — Почему мы оказались здесь? Эта дверь всегда вела к одиннадцатому!

Артём пожал плечами, Айс что-то буркнул, а Эндрю принялся испуганно оглядываться по сторонам. Я посмотрел на лицо командира. Рик выглядел так, словно ему дала пощечину лучшая подруга. Столько негодования и обиды было в этих глазах.

Я обернулся, надеясь, что еще можно вернуться в Хаб, но уперся лицом в кирпичную стену.

— А где?

— А вот, — сказал Рик. — Некоторые двери позволяют пройти в себя только с одной стороны. Чертовы пространственные глюки!

— И что нам теперь делать? — спросил я, рассчитывая, что у Рика есть запасной план.

— Правила резко усложнились. Боюсь, нам предстоит пройти все уровни по очереди. Это длинный и опасный путь, но других вариантов я не вижу. Если будем идти с нормальной скоростью и без происшествий, уложимся в пять дней. Все взяли достаточно припасов и миндальной воды?

— Запасов на неделю, — отозвался Айс.

— У остальных?

— В достатке, — хором ответили мы. К счастью, это было правдой, и каждый действительно обеспечил себя по нужде.

Рик включил фонарик и стало куда светлее. Приподнял КПК, прицепленный к ремню карабином. Последовало несколько нажатий и на экран вылезла карта уровня.

— Знакомое место? — спросил Айс.

— Если верить карте, до ближайшей заставы идут два пути, — сказал он, подсвечивая стену, на которой виднелась кодовая комбинация, нанесенная краской из баллончика. — Возьмем тот, что безопаснее, однако придется плутать по коридорам пару часов. Возражения будут?

— Я думаю, в нашей ситуации это единственно верное решение, — высказался Артём. Мы единогласно поддержали его.

— Тогда вперед. Идем друг за другом, смотрим по сторонам. Стреляем в случае необходимости, патроны бережем.

Наше путешествие началось с боевого построения, такого, чтобы в случае внезапного нападения группа могла оперативно перестроиться и защитить самых уязвимых. Артём острожено ступал впереди, вглядываясь в конец тоннеля. Рик шел вторым и время от времени заглядывал в боковые секции. Я и Эндрю следовали за ним. Мы выступали в роли VIP-персон, хотя и сами могли за себя постоять. Замыкал шествие Айс. Его задача состояла в наблюдении за тылами.

***

Мы шли, а туннель и не собирался заканчиваться, его концы терялись в полумраке. Путь обрастал ответвлениями, которые приводили к целой сети развилок.

Где-то в удалении звенели цепи и стучали шестерни. Там, где звук становился громче, росла температура. Мой КПК зафиксировал рекордное значение в 43 градуса по Цельсию. Если мы останемся тут до вечера, то точно сжаримся. Очень душный уровень, надеюсь, что следующий будет куда прохладнее.

Мне было самую малость страшно. Это место на фоне угнетало атмосферой, заставляло пристально вглядываться в каждый темный угол. Да еще этот странный звук, исходящий от местного трубопровода. Хорошо, что я брожу по этим тоннелям не один. Рядом есть люди с оружием и пониманием своего дела. Это придавало уверенности и хоть немного успокаивало.

— Ты чего? — спросил Рик, заметив мое волнение. — Устал?

— Пока нет. Вы слышите этот шум?

— Ты что, еще от нулевого уровня не отошел?

— Да нет же, другой звук. Как будто кто-то зовет нас.

— А, ты про него. Это трубы с ума сходят. У них час хорового пения. Не обращай на них внимания.

— Трудно тут не обращать. Уши закладывает.

— Давай не раскисай. Мы сегодня еще и четверти пути не прошли. Чем сложнее будет сейчас, тем легче будет потом.

— Хорошо, — ответил я, осознавая, что это только начало. Дальше двигаться будет только труднее.

Я загрузил в голову установку, что никакого шума нет. Будто мне все это кажется. От этого стало гораздо легче. Мерзкий шум начал затихать, а через пару поворотов и вовсе смолк. Ощущение постоянной опасности пропало, на душе стало спокойнее.

***

Тоннель завел нас в санузел. Белые кафельные стены комнаты были покрыты сантиметровым слоем пепла и грязи. На старой обшарпанной табуретке стоял горшок с бутылочным деревцем. Все кабинки кроме последней были до самого потолка забиты пустыми пивными банками, полными мусорными пакетами и грязной туалетной бумагой. Нет, не так. Все это великолепие просто вываливалось из кабинок, покрывая добрую часть пола. Пришлось зажать носы, чтобы не задохнуться от вони, источаемой унитазами с заваренными сливами.

Дверца последней кабинки была приоткрыта. Оттуда на нас поглядывал пожилой красноглазый мужчина в водолазке и черных штанах. Его губы шевелились, будто он что-то бормотал про себя, а веки беспорядочно подрагивали.

— Только не разозлите Марка! — сказал Рик.

— Какому подонку понадобился Марк?! Совсем охамели?!

Мужчина высунул голову из кабинки и посмотрел на нас.

— Эй, парни! — крикнул он пьяным голосом. — Туалетка есть?!

— Нет, — ответил ему Эндрю.

— А пиво?

— Не-а, — сказал Артём.

— Тогда че приперлись, сволочи?! Пшли вон!

Марк поспешно натянул штаны, выскочил из кабинки, двинулся в нашу сторону, но поскользнулся на использованной туалетной бумаге и грохнулся в кучу мусора. Нога зацепила табуретку с цветочным горшком, сбросив деревце заядлого алкоголика вниз. Послышался треск разбивающихся бутылок. Стекляшки звонко заскакали по полу.

— Упс… — пробормотал Эндрю.

— Ублюдки! Вы поплатитесь за это!

Марк запустил руку в штанину и вытащил ржавый нож.

— На выход! — крикнул Рик. Мы резво пронеслись по санузлу и выскочили в расположенный напротив входа проем. Артём захлопнул дверь, а Рик подпер ее куском ржавой трубы, что валялась под ногами. Айс уперся ногам и прислонился к ней атлетическим плечом. Спустя пару секунд раздался шлепок. Туловище Марка на полной скорости врезалось в дверь.

— Твари! — послышался вопль из-за двери. — Ненавижу! Вы такие же мерзкие, как моя жена! Нет, хуже!

— Не бойся, — сказал Айс. — Дальше сортира Марк не уйдет. А стоит нам свалить с уровня и вернуться обратно, как он уже все забудет.

— А вы не пытались его отсюда выкурить?

— Конечно пытались, — сказал Рик. — Но быстро выяснилось, что эта тварь возрождается всякий раз, как мы отходим от туалета. Такая вот головная боль для всего второго уровня.

Мы обождали, пока шум за дверью не утихнет, и лишь потом выдвинулись. Марк не стал преследовать нас. Видимо, слишком увлекся копанием в своем дерьмохранилище. По пути Рик рассказал мне о случаях, когда Марку удавалось догнать человека. Пьяница ронял жертву на пол, а затем резал ножом или запинывал до смерти. Ужасная смерть, но в большинстве случаев людям удавалось быстро проскочить санузел или обойти стороной. Поэтому к Марку относились, как наименьшей проблеме Закулисья из имеющихся.

***

Следующие пять километров пролетели довольно спокойно. Мы мерно шагали, то и дело уходя в боковые тоннели, пытаясь обойти стороной скопления сущностей, появившихся в полумраке. Я просто плыл по течению, полностью положившись на проводников. Все-таки они ходили по этим бетонным тропам не в первый раз.

Понемногу накатывала усталость. Пустой желудок бурчал, одежда стала намокать от пота. Наконец, Рик остановился на перекрестке и объявил:

— Делаем привал!

Давно уже пора. Сколько мы уже прошли? Я достал КПК и открыл шагомер. Ого, десять километров! Да, в Закулисье время летит куда незаметнее, чем на Земле.

Айс остался следить за обстановкой на перекрестии коридоров, а мы забрались в тупиковое ответвление, бросили вещи и принялись распаковывать ИРП. Заиграло пламя на сухом горючем, зашипели беспламенные разогревали и вскоре по всему коридору разнесся запах яства. Вот и настало время дегустации!

Однако стоило вскрыть упаковку, как меня постигло большое разочарование. Я уж надеялся, что в сухпайки воякам кладут хотя бы тушенку, но внутри находилась сухая греча, залитая животным жиром, в котором застыли куски соевых тефтелек. У остальных кушанье было не сильно лучше: бобы в остром соусе и слипшийся рис с жухлыми овощами. Лишь миска Артёма радовала сладкой пшенной кашей, разбавленной сухим молоком.

Ну ничего не поделаешь, придется есть, что имеем. Приятного аппетита! Хорошо, что в комплекте имелись черствые хлебцы, сплющенный апельсиновый кекс и всякие напитки, скрашивающие посредственный вкус основного блюда. Напоследок я засыпал лимонадный концентрат в флягу с миндальной водой. Так хоть взбодрюсь по дороге.

Когда с трапезой было покончено, Рик подошел к каждому и проверил оружие. Обнаружив дробовик Эндрю в заклиненном состоянии, надавал парнишке чапалахов и приказал всем привести пушки в порядок. Сам же сменил на посту Айса. Как же не хотелось этого делать, но мы принялись проводить профилактический осмотр оружия. Проверяли, как работает спусковой механизм, чистили ствол, искали дефекты на корпусе.

Я в оружии практически не разбирался. Да, были какие-то смутные воспоминания со времен военных сборов, однако сейчас эти обрывки знаний малоприменимы на практике. Пока есть время, попробовал разобрать и смазать автомат, раз на складе не успел. Споткнулся в самом начале. Попытался достать пенал, но чертова заглушка защемила палец и не выпускала наружу.

Осмотрелся, пытаясь найти кандидата на роль спасителя, и увидел Артёма, сидящего у стены в обнимку с FN P90. В его очках мерцал свет полуживых ламп. Он устраивал капитальную чистку оружия и забивал патронами пустые магазины. Перед ним на куске старой тряпки были разложены составные части пушки. Магазины лежали отдельной стопкой на самом краю ткани. Двинул к нему, поймав на себе презрительный взгляд, которым обычно пялятся на последнего идиота.

— Поможешь мне? — спросил я, протягивая ему автомат.

— А сам не можешь? — ответил Артём с кислой миной, убирая оружие в сторону.

— Ты ведь у нас мэтр!

— Всего-лишь аматер.

Артём принял Калаш. Выхватил ножичек с узким лезвием и замахнулся так, будто собирался осечь мне палец. Я зажмурился и ощутил холодное прикосновение металла. Что-то определенно произошло. Открыл глаза и уставился на палец освобожденный – ни царапинки! Сам бы я такой трюк не провернул.

Артём не остановился на этом. Вниз полетели шомпол, ДТК, крышка ствольной коробки, возвратный механизм с затворной рамой. Не успел опомниться, как все составляющие автомата оказались разложены на ткани передо мной. Все это действо, по моим нескромным подсчетам, заняло у него менее пятнадцати секунд.

— Круто… — смог выдавить я.

— Гляди, смазанный он у тебя, хорошо пружина ходит, грязи нет. Зря полез разбирать.

— Мне любопытно.

— Любопытство сгубило кошку и много хороших людей.

Артём с прежним изяществом заработал руками, словно собирая детский конструктор. Быстроте его пальцев могли позавидовать многие пианисты. Глаза не успели разглядеть всех нюансов, как в его руках находился полностью собранный Калашников.

— Опасность следует за нами, где бы мы ни находились. Ходить по Закулисью без оружия можно только на безопасных уровнях. Таких у нас единицы. На остальных безоружных ждет смерть.

С изящностью фокусника его пальцы филигранно манипулировали патронами, посылая их внутрь магазина.

— То есть оружие позволит мне выжить?

— Нет, оно повысит шанс того, что ты дотащишь свою задницу до безопасного местечка. Здесь на каждом шагу можно столкнуться с неизведанным, непонятным, загадочным и необъяснимым. Никогда не знаешь, что ждет тебя за следующим поворотом.

Он поставил автомат на предохранитель и протянул мне.

— Спасибо, — пробормотал я, принимая пушку. Честно говоря, не ожидал от него такой щедрости.

— Запомни: Закулисье не делает поблажек новеньким, — выдал наставление Артём, засовывая магазины в мои подсумки. — Никому не делает, но им особенно.

Закончив возиться со мной, он взял руки петуха и две тряпки: одну чистую, другую в масле. Его руки заработали, приводя пистолет-пулемет в идеальное состояние: корпус заблестел как новенький, механизмы стали двигаться как стрелки часов, только сошедших с завода. Казалось, не существует оружия, с которым Артём не мог совладать.

— Ты и с этим умеешь работать?

— А в чем проблема? Оружие есть оружие. Вставляешь магазин с патронами, снимаешь предохранитель, целишься, давишь на спуск и убиваешь. Исполнение разное, принцип тот же.

— Слушай, а где ты так хорошо научился обращаться с оружием?

— А ты как думаешь? В части. Попался мне один толковый командир, помешанный на коллекционировании пушек. Многому меня тогда научил.

— А как ты там оказался?

— С другом биз строили да деньги не поделили. Он купил себе сессию, а я остался в дураках.

— Что за бизнес?

— Да так, контора по сайтам и серверам к ним. В 2003 вся эта движуха только набирала обороты. Вот мы и решили вкатиться. Деньги нормальные выходили. Хотели в центр Москвы перебраться, жить припеваючи. Да, так все и было…

Артём тяжело вздохнул, вытаскивая промасленную тряпку из внутренностей P-90. Видимо, я слишком сильно надавил на него, заставив поделиться личным.

— Эй, братва, слушай сюда!

На меня упала крупная тень. Поднял глаза и увидел Айса, который решил прервать нашу увлеченную беседу. Даже интересно, что нужно этому громиле.

— Мой КПК случаем не видели? — спросил он.

Артём отрицательно покачал головой.

— А ты, Ви?

— Не-а, — сказал я. — Когда умудрился его посеять?

— Да, только что.

— Тогда ничем не могу помочь.

— Может быть на дно рюкзака провалился? — поинтересовался Артём. — У меня так бывало пару раз.

— Может и так, а может и нет… — Айс почесал голову. — Ладно, не велика потеря. Не найду, так новый куплю. Спасибо, парни.

— Да не за что, — ответил я.

Великан развернулся к нам спиной и потопал прочь. Артём проводил его взглядом и отхлебнул из фляги миндальной водицы.

— Насколько я понял, обычная вода здесь не в почете? — спросил я.

— Я бы сказал, от нее больше вреда, чем пользы. Если не будешь пить миндальную воду, рано или поздно сойдешь с ума. Она успокаивает нервы, повышает настроение и хорошо утоляет жажду. А еще совершенно не вредит организму и не вызывает привыкания.

— Очень удобно.

— А то. Это определенно подарок всевышнего всему человечеству.

Послышались шаги. На этот раз в нашу сторону шел Рик.

— Долго еще будет привал? — спросил я у командира.

— Уже подъем, — скомандовал Рик, усмехаясь. — Двухминутная готовность и в путь.

Ясно. Передышка долгой не бывает. Ну хоть не на пустой желудок пойдем. Мы распихали остатки ИРП по рюкзакам, накинули поклажу на спины и вышли на развилку.

— Все готовы? — спросил Рик, пристально разглядывая наше оружие. — Тогда идем. Нам еще топать и топать по этим туннелям.

***

Наше путешествие продолжалось. Отряд продвигался по тоннелям, выискивая метки на стенах. Уровень казался нам подозрительно пустым. Казалось, мы прошли десятки километров, блуждая по бесполезным коридорам. Артём даже начал подпевать песенку:

— Кровь бордовая течёт, рано начали смерти отсчёт. Кровь прозрачная течёт, не ушёл ты — твой просчёт…

— Что это? — спросил я.

— Считалочка местных про монстров-кожекрадов. Если у твоего приятеля из раны капает прозрачная кровь, то это уже не твой приятель, а ужасная тварюга.

— Что-то мне это не нравится, — сказал я. — А тут еще подозрительно тихо. Слишком тихо.

— А я бы не отказался встретить здесь кого-нибудь, — отозвался Эндрю. — Эй, гадюки, вы где?

— Сплюнь через плечо, чтобы не сглазить, — сказал Айс и поддал парню пинка. — У нас из-за тебя одни неприятности в последнее время.

— Да ладно вам. И кто пострадавший?

— Я утром головой об косяк стукнулся, — сказал Артём.

Периодически мы останавливались, чтобы глянуть на часы. Рик рассказал, что на большей части уровней отсутствует цикл дня и ночи. А это значит, очень легко потерять счет времени, нарушить режим или даже слечь от истощения. Поэтому необходимо постоянно делать остановки и прикидывать примерно пройденное расстояние. Мне стоило довериться Рику, поскольку он обошел эти тоннели вдоль и поперек.

Глава 5. Если ты избегаешь крыс, они приходят к тебе сами

Уровень 2 — Водопровод мечты

Спустя час блужданий по однотонным коридорам наша группа, наконец, наткнулась на нечто живое. Из отверстия в стене выползло человекоподобное существо, завернутое в беле лохмотья. В руках оно держало кухонный нож с тупым концом. Длинные, спускающиеся до пояса волосы, скрывали бледное лицо.

Рик поднял руку, приказывая остановиться. Мы без промедлений замерли на месте.

Однако существо почуяло нас издалека и пошло на сближение, выставив вперед лезвие. Оно двигалось медленно, неуклюже, покачиваясь из стороны в сторону, словно после пьянки.

— Что будем делать? — прошептал я.

Рик ничего не ответил. Он снял с предохранителя SCAR, глянул в оптику и выстрелил сущности в голову. Я вздрогнул от громкого звука. Чувствую, долго мне еще придется привыкать к шуму оружия.

Звякнула, падая на камень, стреляная гильза. Пуля прошла навылет. Сущность резко дернулась, а потом завалилась на пол.

— Подходим медленно, не спешим, — сказал Рик. — Тут могут быть и другие.

Мы приблизились к телу. Тварь валялась на полу и не шевелилась. Серое вещество, или то, что наполняло голову, запачкало пол. Кухонный нож выпал из рук и поблескивал в свете наших фонарей.

Рик подцепил винтовкой сущность и перевернул. Волосы открыли гладкое лицо без рта, носа и глаз. Никакой реакции не последовало. Теперь мы точно убедились, что тварь скопытилась.

— Кто это? — спросил я.

— Безликие. Обитатели Закулисья, не обладающие рожей и половыми признаками. Они обычно избегают света и густонаселенных районов. Когда люди превосходят их в числе, бояться нечего. А когда ты один, нужно молиться всем известным богам, чтобы тебя оставили в покое.

— Они настолько опасные?

— Раз на раз не приходится. На некоторых уровнях они так и кишат, мешая нормально путешествовать. А есть и такие особи, которые будут бегать за тобой, тыкать пальцами в лицо и оценивающе пялиться. Согласись, не очень приятно.

— Да уж…

— Эй, ребятки… что это? — испуганно прошептал Эндрю.

Забыв про труп, мы выскочили из-за поворота цепочкой и внезапно остановились. Весь пол усеивали изуродованные тела гуманоидных существ. У первых отсутствовали внутренности, у вторых – конечности. Третьи представляли собой обглоданные скелеты. Объединяло их наличие множества следов от крошечных зубов. От столь ужасающего зрелища завтрак попросился наружу.

— Это они должны были на нас охотиться? — спросил я.

— Вроде того, — ответил Рик, переворачивая обезображенное тело сапогом.

— Кто это их так отделал? — удивился Айс.

— Есть у меня одно предположение. Но нам лучше не попадаться им на глаза…

Эндрю оперся о стену. Внезапно бетон позади него завибрировал. К нам в коридор вылезли полупрозрачные руки и попытались схватить парнишку. Эндрю вскрикнул, ушел в сторону и выстрелил из Бенелли в тварь. Руки рассеялись и в центре прохода возникла размытая черная фигура, парящая над полом. Она издала пронзительный вопль и растворилась, запачкав пол горсткой пепла.

— Что за хрень? — спросил я, озираясь по сторонам.

— Вы тоже это слышите? — сказал Артём и приподнял указательный палец.

Звук походил на топот, очень тихий, но множественный. Он стремительно приближался, пока мы отчетливо не уловили стук когтей об бетон.

— Ну что? — спросил Айс у Эндрю. — Накаркал?

— А что сразу я?! Всего парочку хотел для разнообразия.

— Вот тебе и парочка!

Подул ветер, такой, словно в нашу сторону шел поезд. Противный писк разлетелся эхом по извилистым коридорам уровня. Вот только их здесь не хватало!

— Смертокрысы! — закричал Айс.

— Уходим! — крикнул Рик.

Я одним махом развернулся, оттолкнулся ногами от пола и побежал. Приготовил автомат, надеясь, что отстреливаться не придется. Сапоги гулко стучали по бетону, но даже этот грохот заглушал визг взбешенных грызунов.

Бросил мимолетный взгляд назад и ужаснулся. На нас несся целый легион красноглазых монстров. Смертокрысы рвались вперед, расталкивая собратьев и прыгая через друг друга. Казалось, будто мы убегали от роя саранчи, которая не умеет летать. Некоторым грызунам не везло и их раздавливала масса плоти, которая двигалась чуточку проворнее.

Смертокрысы сокращали дистанцию, и мы начали отстреливаться. Очереди положили около сотни тварей и ранили еще больше, но этого было недостаточно. Бесчисленный рой просто прошелся по трупам собратьев и продолжил преследование. Это адское роение не прекращалось ни на секунду. А позади всего этого роя за нами следовала темная фигура. Выставив в стороны широкие лапища, она злобно завыла, подгоняя своих шестерок.

— Они не отстают! — вякнул Эндрю.

— Так беги быстрее! — подгонял нас Рик. — Еще быстрее.

Плечи стали обжигать лямки рюкзака. Только сейчас я по-настоящему прочувствовал вес рюкзака. Хорошо, что не стал наглеть и не взял лишнего. Еще пара граммов и точно бы загнулся.

— Часто у вас такое случается? — спросил я у Артёма, который шел на обгон.

— Первый раз за пять лет!

Бег продолжался. Кожу пощипывал сорокаградусный зной, а уши оглушал грохот механизмов. Пот струился по лбу, стекал в глазницы и щипал их.

— Сюда, — крикнул Рик, неожиданно свернув налево. Мы ринулись за ним. Это ответвление заканчивалось металлической дверью, отмеченной красным крестом. Будет плохо, если мы не сможем открыть ее.

Рик ускорился и с разгона вышиб дверь. Сразу отпрянул в сторону, позволяя нам заскочить внутрь. Когда я оказался внутри, выхватил из рюкзака плотный сверток, переломил его посередине и засунул между труб. Айс затащил командира внутрь и запер дверь на засов.

Раздался взрыв. Комната задрожала, а за стеной послышался рев пламени. Дверь раскалилась докрасна, давая понять, какая температура поднялась на той стороне. А затем все затихло: звук грохочущих механизмов, писк дохнущих грызунов, вопль таинственной твари. Вроде пронесло: мы остались целы и невредимы, отделались легким испугом.

Я согнулся в попытках отдышаться. И так дрыщ, а тут загнал себя до потери пульса.

— Можешь быть шустрым, когда захочешь, — похвалил меня Рик.

— Что-то не весело носиться по подобным местам, — сказал я. — Потом по ночам будут преследовать кошмары.

— Зато ты увидел то, что многим тут и не снилось, — подбодрил меня Артём.

Ну спасибо! От этого мне точно станет легче!

— А ты опять на нас беду накликал!

— Чуть что, сразу я! — пожаловался Эндрю, смахивая бусинки пота с лица.

— Откуда они вообще взялись? — спросил я.

— Обычно они рассредоточиваются равномерно по всему уровню. Думаю, в этот раз других странников в зоне досягаемости не находилось.

Айс почесал затылок и задумался.

— Да не, тут что-то другое. Мы никогда не видели здесь таких орд. Максимум сотню-другую за раз. Эти же сожрали уйму других сущностей ни на йоту не насытились.

Артём постучал кулаком по двери, будто проверяя ее надежность.

— В любом случае здесь никакая шваль нас не тронет.

Я прошел вперед, осматривая кладовку, в которую нас занесло. Вдоль стен шли стеллажи. Тонкие полки проминались под весом деревянных ящиков и картонных коробок. Заглянул в первый попавшийся бокс и тут же отпрянул, увидев внутри рваную пожелтевшую бумагу, дохлую крысу и протекшие шариковые ручки. Не повезло. Какое же тут все-таки бесполезное барахло!

В это время Рик прошелся по помещению, остановился у угловой двери и постучался.

— Кто там?! — ответили грубым тоном.

— Чудовища не стучатся в двери. Давай, открывай.

Дверь нам отворил застенчивый пухляш. За ней нас встретил просторный компьютерный зал и пристальный взгляд пятидесяти восьми глаз. Все люди, занимающиеся работой, оторвали взгляд от экранов, переключив внимание на нас. Один из них, что носил ярко-красную кепку, вышел вперед. Это был грузный мужчина с крупной бородой и густой темной шевелюрой, в серых штанах и шерстяной куртке.

— Кеми будете? — спросил он. Судя по голосу, настроение у него так себе.

— Служба доставки, — ответил Рик.

— Я Остин, лидер базы Выживших. Как вас сюда занесло?

— Направлялись на одиннадцатый, но дверь решила иначе.

Остин скрестил руки на груди, всем видом демонстрируя, что не доверяет нам.

— Невозможно. Мы тысячу раз проверяли двери в Хабе. Они всегда ведут в одно место.

— Значит, нужно было проверять тысячу и один раз. От штаба никаких известий не поступало?

Остин фыркнул. Развернувшись, он обратился к парням, что сидели за офисными терминалами.

— Кто-нибудь из хабовских на связи? Спроси, как там дела.

Человек за компьютером набрал пару строк текста и оперативно получил ответ.

— Они подтверждают сбой. Территория Хаба оцеплена, к пострадавшим уже выдвинулись спасательные группы.

— Я же говорил, — сказал Рик.

— Это еще не все. Сломались все переходы между уровнями с первого под десятый включительно. Путешествия возможны только в последовательном одностороннем порядке.

— Очень интересная история. На моей памяти такого еще не случалось. Если Б.И.Г. сможет восстановить портальную сеть, то на это уйдет целая вечность. Придется проходить уровень за уровнем, пока не выйдем в город.

— Закулисье не на шутку разбушевалось, — сказал Остин, — не к добру это.

— Вы про легион тварей на уровне? — спросил я.

— А, вы заметили. Это Повелитель крыс вернулся.

Все затаили дыхание и воцарилось молчание. Повелитель крыс? Про такого я слышал только из детских сказок, но судя по реакции людей уровень угрозы превышал все мыслимые пределы. Да и не заметить огромное количество трупов на уровне было просто невозможно.

— Когда успел объявиться? — сказал Рик.

— Пару суток назад. Наши дозорные обнаружили обглоданные скелеты в паре поворотов отсюда, а также «эту» подозрительную личность. Заметив нас, сразу шмыгнула в секцию без ламп и скрылась.

— Последний раз мы видели его три года назад. Чую, добром это не кончится.

— А что произошло тогда? — спросил я.

— Когда Б.И.Г. только зародилась как организация, смертокрысы не представляли особой угрозы, — сказал Рик. — Обладая сноровкой и каким-никаким вооружением, расправляться с грызунами не составляло труда. Но в какой-то момент объявился человек, способный управлять ими. Популяция грызунов резко преумножилась. Смертокрысы напали на главную базу третьего уровня и уничтожили там все живое. Высосали людей до последней капли крови, оставив одни обглоданные кости. А когда наши отряды прибыли туда, обнаружилось, что эти твари еще и поработали с нашими запасами провианта, которые мы так усердно собирали на протяжении десятка лет. В Закулисье полгода люди умирали от голода, пока дефицит не разрешился. На наше счастье смертокрысы оружейный склад не тронули и свалили быстро. На одном месте они долго не задерживаются.

— Неужели вы, обладая такими ресурсами, не смогли дать им отпор? — насмешливо поинтересовался я.

— Я тебе умный вещь скажу, но ты не обижайся, — сказал Айс. — Если ты избегаешь крыс, они приходят к тебе сами. Они текут по коридором мощным потоком, словно вода, прорвавшая дамбу. Никому не под силу остановить крысиную реку. Их не могли взять ни огнестрелы, ни распылители жидкой боли. Убивая одну тварь, на ее место приходит десять таких же. У них одна цель – бежать и жрать все на своем пути. Единственное, что мы можем им противопоставить – так это толстые стены самого Закулисья. Им они не по зубам.

— Так Закулисье справляется с контролем популяции, время от времени убирая лишних, — вмешался в разговор Артём. — Никогда не знаешь, когда наступит твоя очередь.

Да уж. Когда выбирал оружие, думал, что оно обезопасит меня от любых врагов. Как же глубоко я заблуждался. Стоило искать на стеллажах ядерную рогатку, а не автоматы.

— Не желаете присоединиться к охоте на этого подонка? — спросил Остин.

— У нас задание особой важности, — сказал Рик. — Как-нибудь в другой раз.

— Другого раза может и не быть.

— Как-нибудь переживем. Лучше подскажи, куда дальше топать.

Остин ткнул пальцем в сторону, где начиналось нагромождение коробок.

— От этой свалки отходит аппендикс. Топайте по нему, пока не упретесь в тупиковую комнату. Там вас поджидает дверь на третий.

— Благодарю. Удачной вам охоты.

Рик спешно вывел нас в коридор.

— Идемте, парни. А то он передумает и насильно мобилизует нас на войну с крысами.

— Вы с ним знакомы?

— Только понаслышке. Знаю, что у него кого-то из родных грызуны слопали. Жажда мести ему покоя не дает.

Мы прошли еще немного и оказались в пустой комнате. Пройдя через дверь, очутились в тоннеле, куда более тесном, чем прежние коридоры. Гладкие стены сменились выпуклостями бетонных кирпичей.

— Вот мы и сели в лужу, — сказал Эндрю. — Снова.

Судя по его реакции, мы не на третьем уровне.

— Где мы на этот раз?

— Подуровень. Что-то вроде стыка между двумя полноценными уровнями. При переходе из одной локации в другую шанс застать подуровень разнится от процента до сотни.

— И в чем же его особенность?

— Да ни в чем, — сказал Рик. — Просто очередная мусорная дистанция, которую придется преодолеть на своих двоих. Здесь нас никто не тронет, если будем бродить в темноте. Гасите свет, господа.

Мы послушно выключили фонарики и все вокруг погрузилось во тьму. Лишь в отдалении пространство подсвечивали лампы в полу и факелы на стенах. Туда мы и выдвинулись.

Подойдя поближе, я заметил, что лампочка неестественно мерцала. Свет с большой частотой то загорался, то гас.

Рик подал знак. Мы остановились там, где заканчивалась полоска света. Командир достал из рюкзака укороченный гвоздодер. Металл врезался в щель меж бетонных кирпичей и стал откалывать куски.

— Закройте глаза руками!

Мы сделали, как он просил. Рик подобрал с пола кусок бетона и бросил его в освещенную область. Послышалось шипение и тоннель озарила вспышка. Сквозь ладони я увидел, как яркость лампочки выросла в сотни раз. Когда все нормализовалось, я убрал руки от лица. Камень, брошенный командиром, раскалился докрасна и стал жидкой каплей.

— Это Хикари, чудовища, обитающие на этом подуровне. Стоит только подойти к свету, как он испепелит тебя. Если видите светильники, разбивайте их издалека. Благо снарядов у нас предостаточно, право на ошибку есть.

Мы начали кидать кусками бетона в сторону источника света. Большая часть пролетала мимо, пока камень Артёма не попал в цель. Послышался звук бьющегося стекла. Лампочка моргнула голубоватым электрическим сиянием и погасла навеки.

— Теперь бояться нечего. Путь свободен.

Мы прошли по осколкам разбитой лампы. Странное ощущение. Когда только что перед тобой находилась опасная сущность, готовая обратить тебя в пепел. Но вот ты разбил лампочку и все. Она ничего не может. Ей остается лишь с завистью наблюдать, как ты по-хозяйски разгуливаешь по ее владениям.

Вскоре на пути возник новый источник света. На этот раз это был факел, вмонтированный в нишу в колонне. Он также неестественно мерцал, разбрасывая в стороны горячие искры.

Факелы в стенах стали настоящей проблемой. Электронные светильники можно было разбить дистанционно. А чтобы погасить этих гадов, было необходимо подступиться к ним вплотную. К тому же просто сбить пламя рукой не получалось. Приходилось тратить драгоценные запасы миндальной воды, опрыскивая горящую головешку.

Рик открутил крышку термоса, налил в нее немного миндальной воды и плеснул ее в сторону факела. После зашел с темной стороны и плеснул на факел. Послышалось шипение и пространство погрузилось во тьму.

— Ты понял правила? — спросил Рик.

— Ага, — сказал я.

— Тогда начнем игру. Кто разобьет больше лампочек, тот молодец.

***

Наше веселье продолжалось около часа. Артём набрал четырнадцать очков, Айс – двенадцать. Я и Рик сделали по девятке. Ну а Эндрю попал лишь четырежды. На наше счастье, уровень по большей части освещался электронными светильниками и разбрызгивать ценную воду на пришлось лишь пару раз. К тому же на пути попадались развилки, поэтому мы были вольны выбирать между лампой, факелом и безопасным обходом.

Наконец тоннель расширился. Мы вышли к огромной дыре в стене, ведущей темную пещеру. С ее потолка свисали кирпичные сталактиты, а в расщелине текла речка из жидкого цемента шириной в четырехполосную автотрассу. Серая масса булькала и шипела, подобно раскаленной магме. Одно неловкое движение и человека ждет крайне мучительная смерть.

Над бурным потоком был протянут стальной трос. Мы остановились у самого края и сбросили рюкзаки.

— Айс, иди первым, — сказал Рик, протягивая ему конец веревки. — Ты у нас самый тяжелый.

Айс забрался на трос и пополз на другую сторону. Его ноги и руки заработали со страшной силой. Переправа прогнулась под весом тела, но выдержала. Как только Айс оказался на другом берегу, сразу привязал ее к арматуре, торчащей из цементного сталагмита. Рик передал Айсу свой конец и тот оперативно обмотал его вокруг колонны.

— Следующий, — сказал Рик, подавая мне знак.

Ухватившись за трос, я пополз. Чем дальше продвигался, тем сильнее становилось противное шуршание цементного потока. Я отчетливо слышал, как твердые куски царапали дно речки, как булькали и выпрыгивали комочки. Один из них таки долетел до меня и прилип к спине. Нужно пошевеливаться! Руки заработали еще быстрее. На берегу Айс подхватил меня и помог встать на ноги.

— Спасибо, дружище, — сказал я.

— Не за что, — добродушно ответил варвар.

После того, как перекинули Эндрю, Рик с Артёмом прикрепили рюкзаки карабинами к тросу, подвязали к веревке и переправили на ту строну. Дело оставалось за малым: перебрались Рик и Артём, захвативший конец веревки. Переправа заняла у нас около минут. Довольно оперативно, если честно. Думал, мы застрянем тут на куда большее время.

— Ну как ощущения от первого нормального уровня? — спросил Рик.

— Даже не почувствовал, — ответил я с ноткой гордости в голосе.

— Ха! Это всего лишь легкая прогулка. Дальше будет тяжелее. Сколько люди не пытались прыгнуть выше головы и показать здешнему окружению, что они вершина пищевой цепочки, все заканчивалось кровавой баней. Закулисье не любит, когда к нему относятся без уважения. Даже не пытайся нарушить правила, иначе оно сожрет тебя с потрохами и даже не подавится.

— Эй! — раздался голос в темноте.

Мы повернулись и увидели Эндрю. Он стоял меж каменных столбов и светил нам фонариком. Лицо парнишки сияло от радости.

— Ребятки, сюда! — крикнул он, — тут проходик на следующий уровень!

Хоть бы третий уровень был поприятнее. Светлый, тихий, самую малость прохладный. И без всякой живности.

Глава 6. Свет в конце туннеля оказался светящейся надписью «ВХОД ВОСПРЕЩЕН»

Уровень 3 — Электрическая станция

Реальность быстренько разнесла все мои мечты о нормальном уровне. Чем-то он походил на предыдущий, но все вокруг прямо кричало, что это еще более гиблое место. На смену пещере с цементной рекой пришел узкий и неуютный антураж, где царила напряженная атмосфера.

Длинные извилистые коридоры, состоящие из коричневого кирпича, исчезали во мраке. Полы покрывал серый кафель, а потолок – слой нерушимого металла. В соседних комнатах шумели машины – их рев зловещим эхом разносился по всему уровню. В некоторых местах проглядывали механические части: валы и вентили, шестерни и поршни, ременчатые передачи и клапаны. Одни из них работали исправно, выделяя в окружающее пространство много тепла, другие скрежетали и занимались самоуничтожением, покрывая пол искрами и металлической пылью.

Из стен выступали медные трубы. Они ползли по плоскостям, сворачивали, изгибались, уходили в другие помещения. Эх, столько добра пропадает! Я уж хотел наладить поставки меди на другие уровни, но как увидел разорванную трубу, быстро отказался от гениальной идеи. Из дыры на пол стекал черный ил, смердящий едкой строительной краской.

— Натягиваем противогаз на морду и близко не подходим, — сказал Рик. — А то надышимся и сляжем.

Мы нацепили СИЗ и пошли в обход. Шут знает, что за токсины текут по этим трубам, но лучше держаться от них подальше.

***

Когда опасность миновала, мы вышли в комнату без труб. Рик принялся изучать карту на КПК.

— Знакомые места? — спросил я у Артёма.

— Именно. Заглядывали сюда две недели назад.

— Откуда такая уверенность?

— Здесь полно точек Wi-Fi, нанесенных на карту. По ним легко определить, куда тебя занесло.

— Хитро придумано.

— Все гениальное просто.

— На базе «Гамма» есть лифт, ведущий на четвертый уровень, — сказал Рик. — А до туда идет проверенный маршрут. Передовые отряды базы регулярно чистят его от сущностей, так что обойдемся малой кровью.

— Но долгой дорогой?

— А как иначе? В любом случае придется пройти через лабиринт, состоящий из тысяч беспорядочных сегментов…

Договорить он не успел. Послышался громкий шипящий звук, напоминающий утечку воздуха из скафандра. Затем в соседней комнате громыхнуло. Окружающее пространство заполнил горячий туман. Видимость упала до расстояния вытянутой руки, а температура резко подскочила, будто в парилку попали. Будь мы в более цивильном месте, от баньки я бы не отказался.

— Что это было?! — испуганно взвизгнул Эндрю.

Мы осторожно зашли в комнату, пытаясь выяснить причину взрыва. На полу валялся разорванный бойлер. Куски металла торчали из стен, как шрапнель. Внутренние стенки бака покрывал толстый слой накипи. Из концов труб, изогнутых дугой, стекал кипяток. Клубящийся пар обжигал кожу, пот ручьями лился по лицу.

— Именно поэтому ходить в самоволку тут опасно, — сказал Рик, выводя нас в зал, где стояла прохлада. — Ви, тебя это в первую очередь касается. Так что от нас ни ногой!

— Ясно, — ответил я. Возразить ему было нечего. В ближайшей перспективе не хотелось оказаться нашпигованным металлом. За сутки, проведенные с ними, я уже привык этому псевдоармейскому уставу. Даже гордость некая брала.

— Тогда шагом марш! Как говорят странники, глаза боятся, а ноги делают…

***

Дорога выдалась непростой. Температура воздуха постоянно колебалась: пещерная прохлада вела ожесточенную борьбу с разгоряченной баней. Особо опасные места, мы обходили стороной – их выдавал громкий звук свистка, из которого вырывался раскаленный пар. Тьма окружала со всех сторон, поэтому приходилось полагаться на фонари. Лишь изредка попадались комнаты, освещаемые прожекторами на штативах.

Тоннель часто сужался и приходилось нагибаться, чтобы не стукнуться головой об потолок, проползать в узкие проходы, как кроты, идти боком, втянув живот. Телосложением я не выделялся (рост метр семьдесят), а от того думал, что смогу двигаться без каких-либо проблем. Однако с объемным рюкзаком за спиной это оказалось не самой простой задачей, как казалось на первый взгляд.

Пока мы шастали по тоннелям, Артём поведал мне много интересных фактов об уровне и наихудшие опасения подтвердились: это огромная (563 миллиона квадратных километров) максимально неудобная для исследования территория, представляющая большую опасность из-за полчищ монстров, регулярных поломок паропровода и обрывов электросети. На мой резонный вопрос «что вы тут вообще забыли?», он рассказал о редких предметах, появляющихся только в данной локации. К тому же местная база выступала приманкой для сущностей. Монстры предпринимали безрезультатные попытки взять Гамму штурмом, а не пытались прорваться на другие уровни, где без забот и без хлопот обитали мирные странники.

Время от времени мы натыкались на тоннели, огражденные ржавыми тюремными решетками. Чаще всего попадались короткие секции, буквально пару метров. Толстые прутья намертво срослись с тоннелями, поэтому приходилась делать огромный крюк, чтобы добраться до нужного места. За одной из них я заметил человеческий силуэт. Он следил за мной, не спуская глаз. Помахал ему. Он ничего не ответил, а потом скрылся из виду.

— Кажется я видел кого-то, — сказал я.

— У тебя воображение разыгралось, — сказал Артём. — Не ведись на это. Тут каждый угол пытается тебя напугать.

— Гадюшня какая-то, — сказал Энд.

Айс все же решился проверить. Он подобрался к решетке и посветил фонариком. Проход, в который убежала тень, оканчивался тупиком. Среди решеток виднелся скелет в рваной одежде. И как он только попал туда? Неудачно перешел с другого уровня? Ему ничего не оставалось, кроме как умереть в стальной клетке, из которой не было выхода. Бедолага! Какая нелепая и трагичная гибель!

— Никого там нет, — сказал Айс. — Идем дальше.

***

Следующие пять километров прошли весьма плодотворно. По пути мы обыскивали на контейнеры с разным содержимым. В одних находились весьма очень полезные вещи: патроны, миндальная вода и даже огнесоль, выступавшая местным аналогом пороха. Другие были полностью бесполезны, поскольку в них лежали упаковки с пустыми зажигалками, фонарики со сгоревшими светодиодами и севшие батарейки.

Содержимое рюкзаков позволяло игнорировать дары уровня, но в скверной ситуации я бы разграбил этот уровень подчистую. Ничего бы не оставил. А потом сбагрил все это добро каким-то аборигенам на дальних уровнях. Как говорил Рик, содержимое контейнеров обновляется через определенный промежуток времени, так что местные ничего бы не потеряли.

Мы вышли в машинный зал, наполненный парогенераторами. Массивные трехфазные установки стояли на жесткой бетонной платформе и гудели, вырабатывая электричество. Молнии бегали между разрядниками. Под потолком комнаты торчали провода, расположенные в хаотичном порядке. Быть может, многие из них и не были подключены к общей цепи. Выключатели в большинстве случаев не работали или заставляли гаснуть единичные лампы на уровне.

Большая лужа покрывала большую часть пола. Рваный кабель, торчащий из стены, валялся в воде и искрил.

— Здесь не торопимся, — сказал Рик. — В воду не ступаем. Ноги держим вместе, идем крохотными шагами.

***

Вскоре мы забрели в крохотную комнату из белого кирпича. Стояла тишина, температура регулировалась системой климат-контроля – не слишком ли аномальное место для такой дыры? У стены деревянном столе стоял компьютерный терминал. Даже не пожелтевший от времени корпус. Серые и черные клавиши клавиатуры. Массивная белесая коробка ЭЛТ-монитора. На какое ископаемое нам посчастливилось наткнуться! Помню, у отца лет пятнадцать назад был такой. Даже ностальгия какая-то по тем временам заиграла.

— Отсюда можно послать сообщение на другие уровни, — сказал Рик. — Нам определенно стоит испытать удачу.

— Попробуешь? — предложил мне поучаствовать Айс.

— А почему нет? Что я должен написать?

— Спроси у них, как дела на других уровнях, нет ли чего-нибудь подозрительного.

Я уселся за стол и нажал на кнопку включения. По экрану побежали зеленые строки, состоящие из пиксельных символов. Компьютер предложил ввести имя пользователя латиницей. Я ввел «V» и нажал на клавишу подтверждения. Высветилось предупреждение.

Это имя будет отображаться рядом с вашими сообщениями в чате и будет привязано к вашему профилю. Каждый раз при использовании терминала, вы будете носить это имя. Так что не выбирайте что-то тупое. Вы точно уверены (Y/N)?

Я согласился и на экране монитора возникло окно группового чата, в котором активными числились трое участников, включая меня. Что ж, не будем затягивать и начнем беседу.

<V> Привет, парни. Как обстановка на уровнях? Ничего странного не происходило?

<Steve> Привет. Хаб немного шатает, а так все в порядке. Добычи много, монстров мало. А почему спрашиваешь?

<V> Просто интересно.

<Steve> Ты с какого уровня, приятель?

<V> С третьего.

<Steve> А куда хоть путь держишь?

<V> На одиннадцатый.

<Steve> =)

<FireFly> Короче, парни, вы не поверите, куда я попал! Я просто шел по уровню и очутился в настоящем раю. Здесь бархатный ковер и разукрашенные стены. А еще музыка веселая играет.

<Steve> Похоже на ловушку.

<FireFly> Да ты че? Тут стол, весь заставленный пирожными и бутылками с газировкой!

<Steve> Реально ловушка.

<FireFly> Не пропадать же добру! М-м-м… как вкусно!!!

<Steve> Чувак, вали оттуда, пока не поздно.

<FireFly> Ребят я вижу каких-то чудиков с воздушными шариками. А еще они стреляют из хлопушек. Ух сколько конфетти!

<Steve> Последний раз предупреждаю! Спасайся от тусовщиков!

<FireFly> Да ты просто не умеешь веселиться, приятель. Ну все я пошел к ним. Ехууу!!!

<Steve> Какая глупая и нелепая смерть…

<V> У вас там точно все в порядке?

Ответа не последовало. Моих собеседников выбросило из чата, на экране возникла надпись «Подключение к сети…». Я хотел подождать еще немного, но Рик отдернул меня от монитора.

— Мы узнали достаточно. Пойдемте.

— Погодите! — остановил нас Айс. Он что-то оживленно искал в рюкзаке.

— Что там у тебя?

— Фонарь помирает.

— Не останавливаемся, меняем батарейки по пути.

Время пролетало незаметно. Чем дальше мы шли, тем тусклее горели наши фонари. Ах, если бы мы только знали, что нас ждет и взяли бы гораздо больше батареек. Пока мы гуляли на первом уровне, я видел много пачек в ящиках. Возможно многие из них убитые, но все же. Надеюсь, имеющегося запаса у нас хватит.

***

Мы добрались до очередного труднопроходимого места. Проход здесь становился настолько узким, что поначалу приходилось идти полусогнутыми, а затем ползти по очереди, таща поклажу за лямки позади себя. В этот момент я еще раз сказал себе спасибо, за то, что не стал брать рюкзак большего размера.

Мы выползли в тоннель, полностью состоящий из шлифованных пеноблоков. В самом конце горел тусклый свет. Неужто забрались в чистилище?

— Еще долго? — заныл Эндрю.

— Почти дошли, осталось всего-то с десяток поворотов, — сказал Рик.

Мы дошли до стены и остановились. Свет в конце туннеля оказался светящейся надписью «БАЗА ГАММА, ВХОД ВОСПРЕЩЕН». Чуть ниже находилась начерченная мелом стрелка, указывающая в узкий проход. Там наблюдалось оживленное движение силуэтов. Зайдя со стороны, где нас прикрывали нерушимые решетки, убедились, что ситуация патовая – путь преграждала целая орава монстров. Весьма ожидаемо, раз мы проделали такой длинный путь и пока никого не встретили. Вот и подъехал подарочек на Новый Год от Закулисья.

По тоннелю сновали толпы безликих всех возможных видов, в воздухе парили улыбающиеся рожи. Рядом блуждали гуманоидные мутанты: у одних имелась не одна дюжина рук, вторые представляли собой раздутые мешки, наполненные кислотой. Третьи и вовсе походили на краснокожих зомби, острые кости которых выглядывали наружу и с мерзким скрежетом царапались о стены. Весь этот цирк уродов хаотично двигался из стороны в сторону и издавал нечленораздельные звуки.

— Похоже, нам здесь не рады, — сказал я. — Тут всегда такие толпы?

— Варьируется от нуля до нескольких тысяч, — сказал Айс. — Сколько Закулисье захочет выдать врагов, столько их и будет.

— И что нам теперь делать?

— Молиться госпоже Фортуне, — ответил Рик и направился к мусорке, находящейся у соседней стены. Содержимое бачка обнадеживающее: гниющее тряпье, кучи E-образных сердечников от трансформаторов и прочий хлам, не представляющий из себя ничего ценного. Однако Рик покопался в помоях, запустил руку в самую гущу и выудил оттуда стеклянную бутылку, внутри которой бегали голубоватые электрические разряды. Повернувшись к нам, он с довольным видом презентовал находку.

— Удача на нашей стороне, парни. Вот оно, сокровище третьего уровня и наш пропуск на базу – молния в бутылке.

— А с оружием на них нельзя?

— Можно, но пульки лучше поберечь для более опасной встречи.

Рик встал перед входом в тоннель, опустил стеклянную бутылку с молнией на пол и бережно подтолкнул рукой. Спасибо Закулисью за большой уклон – снаряд покатился, развивая приличную скорость. Рик затаил дыхание и ждал, наблюдая, как смерть подкрадывается к сущностям. Ну же, еще самую малость…

Бутылка подлетела на выступающем кирпиче, звякнула и оказалась в самой гуще монстров. Самые беспокойные повернули морды в ее сторону, откровенно не понимая, что происходит.

— Зажмите ушки и глазки, — сказал шепотом Рик, наводя винтовку на цель. — Сейчас кому-то будет очень больно…

За прицельным выстрелом последовала ослепляющая вспышка. Десятки килоампер вырвались из заточения и побежали по коридору, поражая все живое. Твари, стоявшие на пути электрического заряда, не успели ничего сделать и обратились в пепел за доли секунды. Обесточенные лампы на потолке не успели толком зажечься, как взорвались от перенапряжения. Раздались раскаты грома, столь мощные, что задрожали стены, а с потолка посыпалась побелка.

Молния долетела до конца коридора, расплавила крышку распределительного щита, хлопнула напоследок и исчезла. Сразу стало тихо, в воздухе запахло озоном, как после грозы. Я убрал руки, понимая, что звон в ушах – это надолго.

— А весь уровень не сбежится на этот шум?

— Пусть приходят, — сказал Айс. — Пулю в лоб и до свидания.

— Иногда Закулисье создает такие бутылки в воздухе и случается самоподрыв. — добавил Рик. — Враждебные сущности на это не реагируют – им более интересен запах нашей плоти.

О, плюс еще одна фобия. И когда я успел записаться в саперы? Нужно поскорее сваливать с уровня и больше никогда не возвращаться. Всяко целее буду.

— Это все? — спросил Эндрю.

— Не похоже.

Из темноты в нашу сторону началось какое-то движение. Заскрежетали когти, послышался лязг металла. Я вскинул автомат и выпустил три пули. Раздался собачий визг. Гончая метнулась прочь от нас, волоча раненную лапу. Я уставился на ребят, будто не понимал, правильно ли поступил.

— Как она смогла пережить молнию? — спросил я. Это единственный вопрос, который пришел мне в голову.

— Магия. Другого объяснения не придумаешь.

— А у тебя хорошая реакция, — заметил Артём, искоса поглядывая на Эндрю. — Не то что некоторые.

Рик поставил винтовку на предохранитель и глянул на карту.

— Ну что? — спросил Эндрю измученным голосом. — Скоро привальчик?

— Да хоть сейчас.

— Правда что ли? — сказал я.

— Конечно же нет! — усмехнулся Рик. — Нам до базы рукой подать. Как покинем катакомбы и выйдем к людям, отметим. Давайте, парни. Топаем, пока погань не прислала подкрепление.

***

Начался крайний участок дороги. На пути стали попадаться первые признаки разумной жизни. С потолка свисала ржавая проволока, к которой были привязаны всякие железяки. Такую сигнализацию использовали биговцы. Довольно примитивная, но как показывала практика, весьма эффективная.

Впереди возник огонек заставы. Стоило пройти еще немного, и в пламени костра возникло двое вояк с короткими автоматами, перекинутыми через плечо. Они о чем-то тихо беседовали. Над их кострищем тянулся стальной трос, с которого свисал закопченный чайник с вмятинами по бокам.

Мы стянули противогазы и быстрым шагом направились к людям. Один из часовых заметил нас и крикнул:

— Стоять! Кто такие?

— Доставщики! — ответил Рик.

— Ого! — сказал другой часовой и усадил товарища на место. — Тянет же вас на огонек.

Он поднял металлическую кружку и отхлебнул из нее чай, состоящий из травы, опилок и миндальной воды.

— Ты, это, убери оружие, не провоцируй, — обратился ко мне один из стражей тоннеля. — У нас и так все на взводе, а еще твои выкрутасы.

Я, сам того не заметив, держал ствол так, что дульный срез указывал человеку точно в лоб. Пришлось сделать виноватое личико и убрать автомат за спину.

— Парень впервые на Гамме, так что давай без всего этого, — вмешался Рик.

— Я уже понял. Это так, совет на будущее.

Часовой проводил меня суровым взглядом, от которого стало не по себе.

Впереди тоннель заканчивался. Путь преграждала баррикада, собранная из массивных стальных листов и мешков с просроченным окаменевшим цементом. На ее вершине дежурили люди с тяжелым вооружением. Нас уже ждали. Свет мощного фонаря ударил в глаза, и я прикрыл лицо ладонью.

— Подходите медленно, мы должны видеть ваши руки, — крикнули люди из-за баррикад. — Сколько вас?

— Пятеро! — ответил Рик.

— Подождите, к вам сейчас спустится врач, — сказал один из солдат.

Через минуту-другую к нам действительно спустился медик в костюме химзащиты. Через плечо перекинута сумка с аптечкой, в руках болтался инфракрасный светильник. За защитным стеклом виднелось небритое лицо и короткие кучерявые волосы. Парень подходил к каждому из нас по очереди и внимательно разглядывал с ног до головы, уделяя особое внимание глазам. Спустя минуту осмотр завершился. Док для профилактики опрыскал нас какой-то химией и с чувством выполненного долга повернулся в сторону блокпоста.

— Они чистые! — крикнул он людям, сидящим за баррикадой. — Пусть проходят!

Вояка подошел к заграждению. Его пальцы поочередно надавили на кнопки, выступающие из стены. Заскрипели механизмы, загрохотал метал. Огромные стальные перегородки отодвинулись, открывая путь.

— Что они искали?

— Болезнь-19. Эту заразу можно подхватить, пока бродишь по уровню без защиты. Распространяется недуг с помощью спор, напоминающих тополиный пух. К счастью, первые симптомы легко выявить инфракрасной лампой.

— А что происходит с теми, кто заразился?

— Скажем так: у них есть крохотные шансы на выживание. Болезнь быстро поражает мозг и ЦНС. Напоследок дарит целую гамму незабываемых ощущений.

Мы прошли через ворота и оказались в просторном зале, освещенным багровым аварийным светом. Повеяло человеческой пищей: овощной похлебкой и душистым чаем.

— Добро пожаловать на базу «Гамма», — сказал нам человек на посту. — Чувствуйте себя в безопасности.

Глава 7. Аптечки, патроны, стволы! Набор туриста на все случаи жизни!

Уровень 3 — Электрическая станция, база «Гамма»

Куда не глянь, всюду виднелись военные. Именно они заведовали всем оружием на базе, отвечали за поставки боезапаса к линии фронта и следили за состоянием баррикад. Кто-то нес службу на своих двоих, а кто-то играл в карты или мирно спал в углу на матрасе.

— Здесь постоянный режим ЧС, — сказал Рик. — Местные уже приноровились, но вот гостям приходится не сладко.

Первым делом посетили паспортную будку. На столике, освещенном тусклой лампадой, валялся пожелтевший журнал. Рядом сидел седой усач и хлопал широченными глазами. Мы показали документы, расписались в журнале, сказали кто мы и куда путь держим. Только после этого нас пропустили дальше.

Мы вышли в жилой сектор. Здесь начиналась своя реальность. Жизнь буквально кипела, в коридорах стоял неописуемый гвалт: кто-то говорил, кричал, пел, спорил, смеялся, плакал. Крепкие, закаленные здешней жизнью, люди были повсюду. Радостно за них: кругом непроглядная тьма, а они даже не волнуются. Я бы не смог жить в постоянном страхе, зная, что в любой момент оборона может пасть, и тебя сожрут заживо.

— Жизнь тут не сахар, постоянно всякая мразь из тоннелей лезет, но зато все друг друга знают в лицо, — сказал Рик. — Люди не пальцем деланные, готовы двигаться вперед, всячески помогая друг другу. Каждый готов сражаться ради безопасности общего дома.

Окружение преобразилось. Мрачные узкие тоннели сменили облагороженные освещенные улицы, на стенах которых виднелись детские рисунки. Там, где раньше валялись кучи мусора сейчас находилась мебель: столы, кровати, диваны. По бокам шли ответвления с коридорами и комнатами, где не только проживали люди, но и располагались технические помещения вроде складов, фильтров для воды, оружейных отсеков и грибных ферм. Там же размещались электрогенераторы, работающие на силе пара, которого на этом уровне было в избытке. Инженеры в кратчайшие сроки исправляли любые сбои, а если не было подходящих запчастей, тащили новые генычи со склада. Все равно на уровне электрических машин пруд пруди.

Остальное место занимали палатки и тенты. Чаще всего потрепанные, старые, сшитые наспех из нескольких кусков полиэтилена. Большой редкостью было встретить убежища из брезента и синтетической ткани – там обитали высшие чины и старшие инженеры.

И все-таки палаточный лагерь являл собой гениальное решение жилищного вопроса: ветра и дождя здесь не было, поэтому прослужить они могли целую вечность, а позволить такое убежище себе мог каждый доходяга.

Чем дальше мы продвигались, тем больше я замечал на стенках знаков с перечеркнутым языком пламени. Решил разузнать у Рика.

— Здесь нельзя разводить огонь?

— Категорически запрещено. Это расценивается как тяжкое уголовное преступление. Нарушишь правила – в лучшем случае сошлют на годы с уровня, в худшем – расстреляют на месте.

— К чему такие драконовские методы?

— Парочка придурков устраивала поджоги в спальном районе. Знаешь, какие ощущения испытывает человек, когда на него льется расславленный полиэтилен?

— Не очень приятные.

— Вот-вот. Так что не задавай глупых вопросов и соблюдай элементарные правила пожарной безопасности.

На Гамме имелось парочка вентилируемых уголков, где разрешалось разводить огонь. Они находились в самом конце базы, в изолированных от всего тупиках. Там разводились костры, на которых готовилась пища, сушились продукты, а в ржавых бочках сжигался всякий мусор. Там постоянно копошились кучки чумазых людей.

В той же стороне за решеткой начинался район нищих. Большая его часть тонула во мраке, что не мешало разглядеть гнетущее и унылое зрелище.

Вдоль стен тоннеля на картонных подстилках и старых матрасах чахли неразговорчивые люди. От них за версту несло смрадом. Слышалась тихая ругань и кашель болеющих. Кто-то не даже не думал о таких вещах, как уважение к окружающим, и дрых прямо в проходе, бросив под себя потрепанную куртку.

Мебели здесь отчаянно не хватало. Мешки с грунтом заменяли им стулья, а нагромождения ящиков – столы. А ведь эти бедолаги совсем позабыли, о том, как выглядит небо над головой. Как не поднимешь взгляд, видишь лишь бетон, кирпичи да железные трубы.

В переулке парочка оборванцев попыталась впарить нам жаренных смертокрысов. Ну и мерзость! Значит, где-то они их вылавливают. Также на прилавках заметил лепешки, испеченные из муки крайне сомнительного происхождения, и плесневелый чай. Пробовать местные деликатесы по понятным причинам не хотелось.

И что только они забыли на этой базе? Наверняка выполняют самую грязную работу, в надежде обогатиться и свалить в более гламурные места? Хорошо, что у меня с самого начала имелась спасительная сумочка. Даже представить не могу себя в их обществе.

Вскоре мы вышли к самому центру, где располагался штаб командования. Огромный красный шатер возвышался до самого потолка, у входа стояла вооруженная охрана. Рядом на бетонной колонне висли часы и причем не одни. Дюжины пар стрелок показывали одинаковое время – 12:37. Лишь благодаря часам местные вели счет времени и понимали, когда нужно бодрствовать, а когда видеть сны.

Стоило подойти ближе, как охрана оживилась. Лысый очкарик сорвался с места и забежал в шатер, остальные жестом дали понять, что приближаться не стоит.

— Чего это они?

— Местный гетман на меня зуб точит, — сказал Рик. — Так, парни. Я на переговоры с Миллером, а вы не прохлаждайтесь. Есть тут такая традиция, как добровольно-принудительные работы. Чем быстрее отсюда уйдем, тем меньше шанс, что нас запрягут. Так что создавайте вид активной деятельности.

Полог шатра отодвинулся в сторону. Наружу вышел коренастый мужчина в сером камуфляже. Его левый глаз закрывала повязка, а на груди болтался FN F2000. Рик карикатурно отдал ему честь.

— Ну надо же! — сказал командующий обороной Гаммы. — Думал, только на том свете свидимся.

— Кто ж нас туда возьмет, ублюдков-то таких.

— Где пропадал? Все по бабам шляешься?

— Да, совсем от них отбоя нет. Одна барышня жаловалась, что ее муженек из командировок не вылезает, все за Гаммой приглядывает. Вот и пришлось помочь…

Миллер заржал, как конь. Сделал резкий шаг и похлопал Рика по плечу.

— Ха-ха! Неплохо, неплохо, ха-ха! И как тебя сюда занесло?

— Так исторически сложилось.

— Ну проходи, раз пришел. Гостем будешь. Все мне расскажешь…

Рик повернулся к нам и сказал:

— Вы свое дело знаете.

Мы кивнули. Рик по-хозяйски зашел в шатер. Миллер последовал за ним. Рука задернула полог и в центре вновь стало тихо.

***

После быстрого обсуждения Айс условился остаться и сторожить вещи, а мы налегке направились в складское помещение торговой гильдии. Оно находилось на самом краю базы, в непримечательном закоулке, окруженном с трех сторон стенами. Здесь обитали торгаши. Комнаты усеивали лотки с разной утварью и расходниками, найденными на просторах Закулисья, а также раритет, принесенный со Сцены.

В одном отделе продавали провизию: травяной чай, хлеб из древесной муки и слипшиеся куски сахара. Я заметил на лотке даже колбасу крайне сомнительного качества. На наличие хотя бы грамма мяса в составе можно было не надеяться.

В соседнем зале половину комнаты отвели под аккумуляторы и батарейки, а остальное пространство занимал прилавок с одеждой, где лежали куртки и плащи, новые и не очень. Рядом располагалась крохотная коморка с потрепанными книжками. Дальше шли еще комнаты, откуда доносился задорный голос продавца:

— Аптечки, патроны, стволы! Набор туриста на все случаи жизни!

Да уж, предприимчивый народец тут обитает. У меня чуть челюсть не отпала от взгляда на ценники. За какую-то жалкую батарейку просили несколько десятков клипс, хотя на первом уровне я мог забивать ими карманы до отвала. С жиру бесятся эти буржуи. Хотя, чего с них взять? В одиночку ходить по уровню и искать желаемое себе дороже выйдет. По нужде все им отдашь, каждый карман вывернешь.

До отдела с оружием я так и не дошел. Решил не травмировать психику неподъемными ценами и заковылял к выходу из торгового павильона.

— Нашел себе что-нибудь? — спросил Артём.

— Нет, ничего интересного, — сказал я, изучая прейскурант емкостей для миндальной воды. — Сплошная лажа. Да еще за такие деньги.

— Это не для простых смертных делается, а для богатеев, приходящих с благополучных уровней. Те даже на ценники не смотрят.

— Или для балбесов. А к торгу здесь как относятся?

— Иди, попробуй. Посмотрим, как быстро тебя вышвырнут с базы.

— Интересно девки пляшут.

— Ум-м-м!

Из-за поворота выскочил Эндрю и побежал к нам. В руках болтался прозрачный пакет, набитый яствами.

— Что там у тебя? — спросил Артём.

— Как что? Вкусняшки!

— Наши последние сбережения потратил?!

— А что? Там одни гроши оставались.

Артём вмазал себе рукой по лицу.

— Энд, казенные деньги! Ох и влетит же нам от Рика…

Эндрю потряс пакетом с энергетическими батончиками.

— Мне, по-твоему, сопельки по пути жевать?

— Ладно, проехали. Давайте не будем засиживаться в этом гадюшнике. Пойдемте, Рик уже должен закончить переговоры.

***

На подходе к штабу сразу началось неладное. Загудела сирена и тоннели заполнил красный аварийный свет. По пути нам попадалось огромное количество вооруженных людей. Они бежали в восточную часть базы и выглядели очень встревоженными. Чувствую, сейчас нас встретят большие проблемы. Очень большие.

Айса происходящее мало интересовало. Он, обложившись рюкзаками, с невозмутимым лицом ковырялся в КПК.

— Все-таки нашел пропажу? — заметил Артём.

— Да, черт побери. На днище рюкзака валялся, как и говорили. Вот только ему устроили жесткую перезагрузку.

— Такое иногда бывает, если случайно надавить на кнопки…

— Где Рик? — спросил я.

— Ушел с командующим вон туда.

Айс указал в сторону темного коридора. Оттуда доносились звуки беседы, шедшей на повышенных тонах. Мы бросились туда.

— У нас приказ от Стретча! — сказал Рик. — Мы не можем задерживаться с грузом!

— Я в курсе, но у нас каждый человек на счету. Базу нужно отбить или мы все тут поляжем. Готовь людей и занимай позиции у восточных ворот. Жаловаться будешь после.

— С каких это пор ты отправляешь гостей на верную смерть?

Миллер ткнул пальцем Рику в грудь.

— С тех самых. Я несколько лет возглавлял оборону Гаммы. Мы держали строй, пока ты со своими дружками просиживал штаны в гламурных местах. Так докажите сейчас, что умеете сражаться, а не только драпать, поджав хвосты.

Рик хотел выразить очередной протест, но Миллер быстрым шагом разорвал дистанцию и пошел раздавать пинки другим трусам, желающим переждать битву в закоулках.

— Переговоры провалились? — спросил Артём.

— Не то чтобы они вообще были… — выдавил из себя Рик и обессилено опустился на мешки, которые даже не промялись под его массой. Вряд ли там песок. В лучшем случае застывшая цементная пыль.

— Почему они не хотят выпускать нас с базы?

Рик окинул меня измученным взглядом. Выглядел наш командир так, будто только пробежал марафон, проиграл все деньги в карты и узнал о смерти собаки.

— Волна.

Какой бы смысл он не вкладывал в это слово, мне оно чертовски не нравилось.

— Разведчики сообщили, что в сторону базы движется огромная волна сущностей. Ориентировочно две тысячи особей. И многие из них не с этого уровня. Через час-другой тут страшные дела начнутся.

— Они так уверены, что орава идет прямо на нас?

— А куда им еще идти? Были другие базы, но их давно разорили сущности. Гамма – самый крупный оплот на уровне.

— Каковы шансы? — спросил Артём.

— На базе сейчас около трех сотен. Среди них полно тех, кто берет оружие впервые. Нам выслали еще полсотни, но еще не понятно, когда они доберутся до нас. И доберутся ли вообще… Повезет, если до утра дотянем.

Я тяжело вздохнул. Естество вопило от ужаса, но остальные боялись ничуть не меньше.

— Мне это очень не нравится, — сказал Айс.

— Мне тоже, но, похоже, выбора у нас нет, — Рик повернулся к моему соотечественнику. — Артём, ты научил парня стрелять?

— Вроде того.

— Тогда одной проблемой меньше. Хватайте вещи и двигаем к баррикадам.

***

Когда мы подошли к линии фронта, передо мной открылась печальная картина. Толпы людей суетились перед укреплениями. Да что там говорить, здесь оказалась добрая часть всех жильцов базы: взрослые, подростки и даже несколько детей. Все они работали как единый организм, преследующий одну цель – отбить Гамму любой ценой. Первые укрепляли стены, вторые подносили боеприпасы, третьи суетились за баррикадами, устанавливая самодельные капканы и мины.

Чем дальше мы продвигались, тем более удручающая вырисовывалась картина. Не у всех были не то чтобы автоматы, а вообще огнестрельное оружие. В ход шло все, что попадало под руку: пневматические винтовки, духовые трубки, пращи, рогатки и прочие конструктивно схожие с оружием изделия.

В уголке теснилась группа людей с монтировками и заточенными на конце арматурами. Они были одеты в несколько слоев одежды, поверх которой скотчем и синей изолентой крепилась броня в виде кусков фанеры и спрессованных в пластины бутылок. Весьма странное зрелище, впрочем, как и все здесь.

Обороняться собирались по всем правилам фортификации. Линия обороны начиналась в центре просторного зала, размером двадцать на пятьдесят, в который враги собирались попасть из трех восточных тоннелей. Большая часть внешнего периметра уже была заставлена капканами, колючими штырями и прочими объектами, мешающими нормальному продвижению противника.

Баррикада была сложена из всякого мусора: мешки с цементом, кирпичный бой и прочий строительный мусор. Подъем на нее осуществлялся с помощью строительных лестниц и деревянных поддонов, расположенных под углом. Сверху на металлических каркасах стояли прожектора, а также стационарные пулеметы, которые и оружием-то было трудно назвать. Колхозный агрегат, сварганенный из труб, металлических реек, пружин и прочих запчастей, к которому тянулась лента с патронами. Ну вроде работает, выглядит угрожающе, местным нравится. Чего еще с него взять?

Ближе к центру люди заряжали огнемет, больше походящий на водяной пистолет. За спиной солдата находились баки с жидкостью: апельсиновой газировкой и темно-малиновым морсом. Как мне пояснил Артём, это были Пироил (расплавленная огнесоль, воспламеняющаяся на воздухе и горящая подобно напалму) и жидкая боль (причиняющая всему живому нестерпимую боль и убивающая в течение нескольких минут).

Рик опустил винтовку на поддон и сказал:

— Не жалейте патронов. Если выживем, нас щедро вознаградят за помощь. Будете их потом лопатами грести.

— Охотно верится, — добавил Эндрю. — В прошлый раз нас гнали ссанными тряпками.

— В прошлый раз ты у нищих фермеров пытался последний урожай забрать. Поделом.

— В этот раз не подставляйся, а то прилетит кое-что пожестче, чем соль, — сказал Артём. — Коньки отбросить всегда успеешь.

Мы с Айсом заняли позицию немного правее центра. Остальным доставщикам места не нашлось, и они двинули к левой стене, где еще оставались свободные участки. Я взобрался по поддону на баррикаду и расположился на потрепанном диванчике. А что, очень комфортно. Выложил перед собой магазины, чтобы в дальнейшем упростить процесс перезарядки. Направил оружие в сторону ближайшего тоннеля. Вгляделся в сумрак, но так никого и не увидел.

— Скажи, а почему просто замуровать все выходы с базы? И открывать их только для гостей? Тогда монстры никого не потревожат.

— Нельзя, — сказал Айс.

— Почему же?

— Все не так просто, как ты думаешь. Монстры, идущие штурмовать базу, всегда передвигаются по кратчайшему пути, ведущему к ее центру. Если мы заткнем все дырки, они начнут ползать по трубам, ломиться через вентиляцию и прогрызать норы в цементе. А оно нам надо?

— Нет.

— Вот именно. Лучше оборонять одну уязвимую точку, чем заполучить прорву ублюдков по всей базе.

Затишье перед бурей прервал кашель из мегафона. Люди прекратили суетится, остановились и замолкли. Миллер взобрался на смотровую вышку и заговорил:

— Жители базы Гамма и ее дорогие гости, слушаете меня! На нас движется огромная волна монстров. По одиночке они слабы, но их очень много. Настолько, что мы еще не видели таких волн со времен нашествия смертокрысов.

— Чего бояться, там же нет бессмертных, одна органика! — выкрикнул кто-то из толпы, но тут же заткнулся, поймав на себе недовольные взгляды товарищей.

— Закулисье не любит, когда к нему относятся без уважения, — продолжал Миллер. — Оно смеется в лицо глупца, смотрящего на него без страха. Оно втаптывает человека в грязь и медленно убивает, умиляясь его страданиями и мольбами о пощаде.

Он выдержал небольшую паузу, наблюдая за реакцией людей.

— Но мы не жалкие черви! Каждый из нас солдат! А хороший солдат знает, что врагов нужно убивать! Так давайте покажем этой сволочи, кто здесь хозяин! Давайте встанем к плечом к плечу и отобьем наш оплот надежды!

— Ура!!! — хором выкрикнули люди. Эхо разнесло их радостный вопль по всей базе.

Глава 8. Закулисье поздравляет вас с первой смертью!

Уровень 3 — Электрическая станция, база «Гамма»

Нападающих долго ждать не пришлось. Из узких проходов, ведущих к баррикаде, стали доноситься омерзительные вопли и булькающие звуки. Настолько противные, будто все инфернальное зло мира приперлось на четвертый уровень к базе «Гамма». Люди рядом со мной засуетились. Те, кто не мог держать оружие, обливались потом, поднося патроны со склада к укреплениям. Остальные целились в проходы. Кто-то сохранял спокойствие, а кто-то судорожно дрожал от страха. В числе вторых оказался и я.

— Поджилки трясутся? — сказал Айс. — Ничего, сейчас трястись будут руки от отдачи.

— А ты их не боишься?

— Ни капельки. Я раньше пожарником службу нес, каждый день тренировался. Привык срываться в любой момент и бросаться в пекло, зная, что от тебя зависят жизни других людей.

— Ого! Ты, наверное, многое повидал!

— Возможно и многое, только вот людям не хочется про ужасы рассказывать.

— Ой, ты у нас прямо сама скромность.

Звуки усиливались. В коридорах началась безумная игра теней. На выходе из тоннеля показалась первая сущность: крупная голова, прилепленная к туловищу, кривая зубастая пасть и крохотные глазки, переполненные ненавистью ко всему человеческому.

— Вот они, убогие… — пробормотал Айс.

Когда тварь выбралась освещенную область, мне стало не по себе. Отдаленно напоминающее человека туловище, смазанное каким-то жиром, издавало чавкающие звуки при каждом движении. Десятки подгнивших зубов беспорядочно торчали на роже. Красноватая кожа была покрыта эрозиями, язвами и целым множеством бесформенных дыр, от которых даже человеку, не страдавшему от трипофобии, становилось не по себе. Как же сильно мне хотелось избавиться от этой гадости. Я всем силами старался держать себя в руках и не выстрелить раньше времени.

— Ждем, — сказал Айс. Его слова с трудом различались среди шума приближающийся толпы.

А потом появились они. Полчища нечисти, разной степени мерзостности, хлынули в помещение, словно вода, прорвавшая дамбу. Их было так много, что глаза разбегались в стороны. Они двигались резкими, неестественными движениями, словно зависали в самом пространстве. Айс щелкнул предохранителем. Никто не стрелял. Все как ждали команды.

— Ждем… готовимся…

Враги яростно перли на нас. То количество, которое мы встретили по пути на базу, было просто смешным. Если там их не набралась бы и сотня, то сейчас на базу неслись тысячи сущностей. Они подбирались все ближе. Еще немного, и они нарвутся на первую линию ловушек.

Подрывники, дождались, пока монстры забегут достаточно далеко, и нажали на кнопку. Раздался грохот. Пространство озарило вспышками. Всех сущностей, успевших выбежать из коридоров, в одно мгновение разорвало в клочья и размазало по стенам. Одно из тел пролетело весь зал и, громко чавкнув, шлепнулось у подножья баррикады. Я надеялся, что взрывы разнесут пол и усложнят продвижение врага, однако этого не произошло. Все-таки Закулисье весьма прочная штука, хоть и нестабильная.

— Огонь! — крикнул Миллер.

Прозвучали первые выстрелы, которые быстро переросли в канонаду. Защитники встретили монстров шквальным огнем. Я тоже выпустил весь магазин. Начал перезаряжаться, но меня прервал толчок в правый бок.

— Эй! — послышался голос Айса. — Держи конфетку. Только не жри ее, окей?

Прямо передо мной шлепнулась плитка. Спасибо за подгон, очень вовремя! Я закончил перезарядку и взялся за сладость. На упаковке кроме мелкого текста о производителе имелась инструкция. Значит, тебя нужно вскрыть и кинуть в толпу? Что ж, попробуем.

Внутри находился бурый шоколад с вкраплениями бритвенных лезвий в форме треугольников. Да, такой изыск мне точно не по вкусу. Взявшись аккуратнее, чтобы ненароком не порезать пальцы, бросил плитку за баррикаду. Учебные гранаты я бросал метров на пятьдесят, сейчас получилось чуть хуже. Все-таки я уже давно не тренировался, да и масса у снаряда была не подходящая. Шоколадка залетела в столпотворение монстров, стукнулась об пол и… ничего не произошло. Интересно, сколько придется ждать, чтобы она рванула? Месяц? Год? У нас тут война идет!

Уж думал, что снаряд бракованный, как внезапно рвануло. Лезвия вылетели в разные стороны, нашпиговали монстров, вырывая крупные куски плоти. Твари, извиваясь от боли, завалились и стали кататься по полу, расплескивая внутренности. Я тотчас переключился на основное оружие, вогнав в автомат полный магазин. Пошла следующая очередь, обрывающая страдания несчастных.

— Подать токи! — крикнул Миллер.

Человек у стены щелкнул рубильником. В гуще чудовищ вспыхнули сварочные звезды, разряды молний стали скакать по врагам, хорошенько прожаривая их изнутри. Все помещение быстро заполнилось запахом горелой плоти.

Спустя пару минут выяснилось, что монстры оказались куда умнее, чем мы думали изначально. Поняв, что тактика зерг-раша не работает, они выпустили на поле боя многоруков. Эти монстры, сшитые из десятков конечностей стали возводить стены из тел родичей, благо материала было предостаточно. Мясные укрытия, пронизанные костями, с легкостью сдерживали пули и разлетающиеся от взрывов осколки.

Чем больше сущностей мы убивали, тем прочнее становились их позиции. Защитники базы старались косить врагов равномерно по всей линии фронта, однако это оказалось малоэффективно, ведь многие особи стали целенаправленно подставляться под пули, чтобы стать мясным кирпичиком в крепости из плоти, разрастающейся в центре помещения. Критмасса гаденышей росла и вскоре начала представлять серьезную угрозу.

Усугубляло ситуацию и то, что подрывные бригады монстров стали все ближе подбираться к баррикадам. Подвиды безликих, состоящие из черного угловатого скелета, по которому было трудно попасть, тащили на горбу еще более странных созданий, именуемых горящими. Чем-то они походили на убогих, но обладали короткими конечностями и мешкообразным телом. Их кожу полностью покрывали волдыри.

Наши пытались замедлить продвижение врага, стреляя по ногам, но эти твари оказались очень непробиваемыми. Приходилось подпускать поближе, где их мог достать огнемет. А горели они – любо-дорого смотреть.

Один из переносчиков таки сумел прорваться к укреплениям, завалился и скинул поклажу на пол. Горящий не выдержал такого обращения и взорвался, посмертно обрызгав все вокруг кислотой. Никто из людей не пострадал, однако нагромождение мебели начало крошиться на глазах. В баррикаде появилась крупная брешь, в которую хлынули монстры. Щепки брызнули в стороны. Куски пластика, синтетического наполнителя и фанеры посыпались нам на головы. Зараза! А они не так глупы, как я сперва считал.

— Горящие прорываются! — крикнул Миллер. — Остановите их!

Из-за баррикад выскочило несколько человек в масках, замотанных в несколько слоев одежды. В руках у них поблескивали мачете. Они пронеслись мимо несущихся сущностей и напали на горящих. Быстрыми взмахами они разрубали их тела, сливая на пол кислоту. Одна атака, вторая, третья. Потом кислота все-таки прожгла одежду. Люди взвыли от боли, и орда монстров разорвала их на части.

Это самопожертвование остановило продвижение неприятеля, хоть и ненадолго. Через пару секунд баррикаду пересекло несколько улыбающихся. Мерзкие твари, от одного вида которых становилось не по себе. Мало того, что эта нечисть неслась по воздуху со скоростью ястреба, так еще и игнорировала под восемьдесят процентов физического урона.

Улыбающиеся распахнули челюсти и уже собирались отведать человечины, но вовремя побежавший вояка прыснул в них конскую дозу репеллента. Сущности выжили, но лишились неуязвимости и отступили за укрепления, где и слегли под шквальным огнем вместе с остальными гадами.

Расслабляться было еще рано, ожесточенный бой продолжался по всем фронтам. Вражеская сторона, хоть и несла серьезные потери, но уже вплотную подобралась к баррикадам с флангов. Люди рядом со мной уже хватали в руки копья и мачете.

Внезапно что-то массивное возникло рядом со мной. Мощный удар вырвал целый кусок укреплений. Уютный диван выбило из-под меня и отбросило назад. Спрыгнул на пол, всеми силами стараясь сохранить равновесие. Раздался свист рассекаемого воздуха, я увидел смазанный силуэт человека, отброшенного к стене.

Только сейчас я смог детально разглядеть противника. Вблизи этот убогий напоминал гориллу, покрытую чудовищными язвами. На хищной морде проглядывали полная длинных клыков пасть и маленькие пугающие глазки. Чудище не стало медлить и сразу бросилось в атаку.

Я попытался увернуться от быстрых ударов хлещущей лапищи. Рядом толпились люди, места для маневра было недостаточно. Приходилось продумывать каждый шаг. Когти пролетели всего в паре сантиметров от моего лица. Тварюгу занесло, она упустила шанс. Я одним махом сменил магазин и выпустил в бочину убогого несколько пуль.

Этого оказалось более чем достаточно. Мертвое тело подобно мешку обрушилось на пол и едва не придавило меня. Не успел прийти в себя, как на меня уже летел следующий враг. Этот безликий вел себя куда проворнее и уверено орудовал кухонным ножом. Я не успел уйти и лезвие немного полоснуло по руке. Споткнулся об чье-то тело и рухнул на пол. Вот же черт! Тварь бросилась на меня, но громыхнул дробовик над ухом. Пули сделали дыры в мясистом теле, отрывая куски плоти. Безликий издал предсмертный вопль и завалился прямо на меня.

— Им ни конца, ни края нет! — раздался задорный голос рядом с моим ухом. Можно чуточку потише. Тут и так шумно, а теперь еще и ты.

В конце концов, переломный момент настал. Нашим удалось восстановить строй и потеснить тварей. Атака сущностей захлебнулась. Было бы их на тысячу больше, у них определенно бы получилось продвинуться дальше, но увы. Они еще помучились, попытались перегруппироваться и продолжить штурм, но вовремя подоспели дети со складов и с целой кучей боеприпасов. Оружие зазвучало с новой силой и на врага обрушился свинцовый град.

Монстры, понимая, как с каждой секундой сокращается их численность, попытались спастись бегством. Однако защитники активировали механизм, удерживающий металлические створки в поднятом положении, и тяжеленые стальные листы перекрыли путь к отступлению. Твари стали метаться по сторонам в поисках спасения, лишь увеличивая потери.

Когда врагов осталось меньше сотни, смельчаки перебрались через баррикады, зашли с тыла и открыли огонь. Монстрам ничего больше не оставалось, кроме как броситься в вперед. Это уже был не грамотно спланированный маневр, атака отчаяния, неспособный изменить исход боя самоубийственный бросок.

Когда последняя тварь пала, разразились победные возгласы защитников. Придя в себя, я приподнялся, выглянул из-за баррикад и начал изучать последствия бойни. Половицы за баррикадой были черными от последствий огня и взрывов. Весь пол слоями усеивали трупы существ разной степени мерзостности. Хорошо, что я давно ничего не ел, а то сейчас бы только от вида этого фарша содержимое желудка попросилось наружу.

Ставка на ловушки не сработала – устройства быстро прекратили функционировать, оказавшись под грудой тел. Повсюду валялись стрелянные гильзы, нос щекотал запах огнесоли. Во многих местах баррикада была прорвана, пол усеивали тела защитников: не только целые, но и по частям. Некоторые из них лежали далеко за стенами. Сущности по старой привычке хотели отобедать ими в глубинах уровня, однако умерли прежде, чем успели отойти от баррикад.

Я повернулся и увидел Айса, лежащего у стены. Его лицо скривилось от ужаса, взгляд стремился в пустоту. Взгляд полный непонимания и страданий. Айс рассеяно повторял какую-то нелепицу, сжимая в руках горящий фонарик.

— Приятель, что с тобой? — спросил я. — Как самочувствие?

— Нормально, — выдавил Айс. — Голова раскалывается. Как после похмелья!

Он болезненно сморщился и приложил руку ко лбу. Нервная судорога исказила красивое мужественное лицо. Сейчас Айс казался куда более разговорчивым, чем обычно. И голос у него стал более мягким.

— Помоги… встать!

Я медленными шагами направился к нему, но путь мне преградил Рик.

— Не приближайтесь к нему! — крикнул он. Почему же? Всерьез не понимал причину его беспокойства.

— А что не так?!

Рик выхватил Беретту из кобуры и выстрелил Айсу в ногу. Тот дернулся и захрипел.

— Ублюдок, что ты творишь?! — крикнул я и потянулся к Глоку. В этот момент ко мне подскочил Артём и приставил нож к горлу.

— Не дергайся! — сказал Артём.

— Отпусти меня!

— Смотри внимательно…

Вместо красной человеческой крови, из раны потекла прозрачная, словно вода. Айс, в свою очередь, будто перестал испытывать боль. Он попытался встать, но Рик придавил его сапогом к стене.

— Стой! Не убивай его!

— Боюсь, эту идею нам придется отвергнуть.

Рик выстрелил. А затем еще раз и еще. Айс дернулся. Фонарь выпал из его рук, покатился по полу и погас. Рик сделал контрольный выстрел в голову. Айс дернулся в последний раз. Из его глаз брызнули слезы. Стеклянный взгляд устремился в пустоту. Потом стало тихо. Все собравшиеся вокруг нас молча стояли и наблюдали за происходящим.

— Изверг! — крикнул я. — Зачем ты убил его?

— Это был уже не Айс, — сказал Рик, пряча Беретту в кобуру. — Его телом завладел кожекрад. Стоило дать ему минуту, и берсеркер покромсал бы нас на мелкие ломтики.

Он повернулся в мою сторону.

— Арт, проверь его.

Я сглотнул и побледнел. Неужели теперь моя очередь? Меня ожидает такой же жалкий конец?

Артём ловким движением оставил мне царапину на щеке. На пол пролилось несколько капель.

— Все в норме. Он чист.

Артём вытер нож и убрал его в чехол. Отошел от меня, делая вид, будто ничего и не было.

— Больше не шути так!

— А мы и не шутили, — холодно ответил Артём.

Рик приблизился и положил руку на мое плечо. Тяжело вздохнул, опуская глаза в пол.

— Ты бы ничем не смог ему помочь. А безопасность базы и жизни людей превыше всего.

Тем временем с телом Айса происходило что-то странное. Вместо того, чтобы окоченеть и посинеть, труп обратился в желеобразную форму и приобрел свойство прозрачности, обнажая органы и кости.

— Закулисье старается забрать лучших из нас, — сказал Рик. — Впрочем, он знал, на что шел, когда выбрал Б.И.Г. и стал доставщиком…

Он взял бак с пироилом, плеснул вонючей смесью на Айса, а потом щелкнул зажигалкой. Желе зашипело и начало быстро растворяться, образовывая облачка летучей пены. Их подхватил тоннельный сквозняк и унес прочь.

— Он считал, что в Закулисье всю нашу жизнь определяет смерть, — с тоской выдавил из себя Эндрю. — Говорил, что главное – это уйти красиво.

Жаль конечно этого добряка. А ведь я толком и не успел сдружиться с ним и узнать его полное имя. Как же все-таки скоротечна человеческая жизнь.

— Рано или поздно они должны были напасть, — послышался голос Миллера из мегафона. — Очередной этап в жизни человечества пройден. Эта война истощает ресурсы, забирает лучших людей, оставляет шрамы и изматывает дух. Устаешь очень сильно от всего этого того… Мы столько раз дрались до последней крови, отражали нападения и переходили в контрнаступления! С боем сдавали и отбивали каждый метр уровня! Никто не знает, какой подарок преподнесет жизнь завтра, но пока у нас есть силы на борьбу, нельзя опускать руки. Пока мы будем сражаться, человечество будет жить! Сегодня был сложный день, но далеко не последний. Закулисье дало нам прожить еще немного. Так давайте потратим его с пользой!

— Ура! — раздался выкрик людей. Уже не такой радостный, каким я его помнил до волны. Не знаю, как остальным, но мне хотелось поскорее забыть все произошедшее.

***

Вещи умершего было принято разделить между нами. Плохо, что места в рюкзаке было катастрофически мало и пришлось выкинуть часть моих расходников вроде туалетной бумаги. Зато Артём успел прикарманить палку колбасы, которую мы условились употребить на ужин. Все-таки в составе значилось настоящее мясо, а не хлебцы из жужева и каша, напоминавшая кошачий корм. Все излишки, которые мы не смогли уместить в рюкзаках, перешли во владения базы.

Ситуация на Гамме постепенно стабилизировалась, люди отходили от битвы. Одни ремонтировали баррикаду, другие убирали тела умерших. Защитники лишились четырех десятков, потери противника исчислялись тысячами. Побледневшие от страха раненые всхлипывали на койках. Ряды молодняка пополнились калеками: людьми с оторванными конечностями, выцарапанными глазами и кислотными ожогами по всему телу. Здоровые вояки отдыхали у костра и возбужденно обсуждали случившиеся.

— А подобное часто случается? — спросил первый. Робкий мальчишка, видимо, кто-то из новичков.

— Если не считать крысиную чуму, первый случай за последнюю сотню лет, — сказал второй. — Подобные стычки происходили у Легиона, однако и там не было таких масштабов. Не к добру все это.

— Вся эта сволочь из Улья ползет, — сказал третий. — Улей – настоящее царство всех гадов. Ползучих, бегающих, летающих. Но добраться туда и выжечь их, увы, мы не в силах…

Имелась у всего этого и хорошая новость. После бойни тварям потребуется уйма времени на восстановление популяции. А значит, несколько суток можно свободно передвигаться по ближайшим уровням, не опасаясь за свою жизнь. Этим и воспользовались местные. Около выхода быстро образовалось столпотворение добровольцев, еще способных стоять на ногах. Исследователи хотели организовать экспедицию и вернуться с крупным грузом, а трусы, посчитав минувшую бойню предвестием апокалипсиса, решили убраться с уровня от греха подальше. Те и другие распихали по карманам вещи первой необходимости и устремились в тоннельное хайло. Будем надеяться, они своего добьются.

Вскоре раздался сигнал, оповещающий о наступлении полуночи. Суматоха на улицах прекратилась, голоса людей затихли. Жители погасили свет и спрятались в палатках. Лишь в конце коридора осталась кучка оборванцев, варивших какие-то коренья.

Рик вместе с Эндрю ушли к командующему требовать возмещение за ущерб, а мы с Артёмом остались сторожить вещи. Разгуливать в потемках по коридорам не было никакого желания.

— Как вы обычно поступаете с умершими? — спросил я у Артёма и сел рядом.

— На единичных уровнях есть земля, там устраивают захоронения. Кремацию никто не отменял, лишь бы печи были. Ну или на крайняк можно просто бросить тело в тоннелях. Закулисье о нем позаботится: отходишь на километр, возвращаешься, а трупа уже и след простыл.

Если честно, я ожидал услышать что-то подобное. В таких-то условиях сложно живым подсобить, чего уж думать о мертвых.

— Как думаешь, откуда на этом уровне взялось столько тварей? Они разыскали лаз, идущий с другого уровня?

— Маловероятно. Думаю, это какой-то «бегун».

— «Бегун»?

— Ты когда-нибудь играл в ММО? Некоторые черти вкачивают скорость на максимум и бегают от мобов, собирая «паровозик». А когда набирается большой хвост, решают, что с ним делать: натравить на игроков или убить самостоятельно, заполучив кучу опыта.

— К чему ты клонишь?

— Думаю, есть гаденыш, который подставил базу под удар. Пробежался по уровням, собрал весь этот сброд и привел их сюда.

— Но как он проскользнул через заставу?

— Хороший вопрос…

Артём склонил голову и подпер подбородок руками.

— Слушай, а под каким ником ты играл?

— Да я и не помню уже, — сказал Артём, уставился в потолок и напряг извилины. — Почти пятнадцать лет прошло, как никак… Вроде бы друзья называли меня Фэнси.

— Какой-то дурацкий ник.

— Хотя бы не Нагибатор228. Кстати, как там поживает жанр ММОРПГ?

— Умирает помаленьку.

— Жаль. Я в далеком две тысячи четвертом во всю в «Вовку» гамал, пока здесь не оказался. У меня тогда даже компа своего не было, по клубам приходилась шастать. Они-то хоть еще живы?

Я принялся разъяснять Артёму, как сильно изменился рынок видеоигр. Как в каждом доме появился персональный компьютер. Как выросли компьютерные мощности, что позволило приблизить графику к реализму, как одни жанры игр вытеснили другие, и как игры-сервисы и мобильный гейминг погубили творческие амбиции талантливых разработчиков. Артём сидел, внимательно слушал мой рассказ и улыбался. Никогда прежде я не видел его таким счастливым, хотя в моих речах было много грязи.

— Вот оно как, — сказал он, когда я закончил рассказ. — А сам-то ты откуда, Вить?

— Из Питера, но сейчас переехал в Новосиб.

— Да, далековато от Владивостока. Закулисье собирает людей со всех уголков планеты.

Повезло же мне встретить соотечественника. Как оказалось, Артём давно выпал из реальности и неплохо тут обжился. Связи у него имелись, от нищеты не страдал, да и со знаниями о Закулисье все в порядке. Повезло парню.

— Кстати, — сказал я, — А на одиннадцатом есть базы русских?

— Есть парочка районов, но там в основном обитают торгаши, продающие ширпотреб за бесценок. Большая часть наших проживает в кластере А.

— Что это?

Артём расстегнул карман на клапане рюкзака и вытащил оттуда свернутую бумажку. Стоило развернуть ее, как передо мной предстала карта маршрутов между уровнями. Выглядела эта схема весьма запутанно: если одни уровни пути строго следовали последовательности, другие вели странников на развилки, уводящие хоть в углы, хоть в самое начало.

— Вот ответвление от основного кластера, — сказал Артём и ткнул пальцем в правую область, куда вело лишь пара пунктирных стрелок. — Туда невозможно попасть без специальных ключей уровня.

— А чем русский кластер отличается от основного? Ну в плане устройства уровней?

— Давно я там не бывал, не знаю, что поменялось, но он куда более родной, что ли. Безопасных зон там куда больше, чем здесь. А уровней там в десятки раз меньше, так что особо не потеряешься. После похода в город можно взять небольшой отпуск и устроить тебе экскурсию.

— Правда?

— Как пить дать. Выпадет минутка и обязательно сходим.

Глаза засияли от радости. Вот здорово! Наконец смогу вдоволь насладиться родной речью на просторах этого необъятного мира. А то слишком много инглиша в последнее время. Не такой я себе представлял работу переводчика.

Вскоре вернулся Рик с Эндрю в приподнятом настроении. Оно и понятно: им удалось выбить из гетмана компенсацию за помощь в обороне и набить карманы патронами. Ну хоть на этом спасибо!

— Сколько времени у нас здесь привал? — спросил я, рассчитывая на полноценный отдых со сном и комплексным питанием.

— Отдых? — удивленно уточнил Рик, вручая мне упаковку с патронами. — Отдых для слабаков, парни. Хватайте шмотье. Прямо сейчас мы идем на четвертый!

— Да что ж такое?! — сказал я, медленно потягиваясь и зевая. — Дали хоть бы передохнуть!

— Задерживаться нам никак нельзя. Кто знает, когда гадины очухаются и вновь заполонят проходы? Да не парьтесь! Осталось лишь совершить марш-бросок до лифта, а там всего пару часов до следующей заставы.

Мы накинули рюкзаки на плечи, взяли оружие и выдвинулись к северным воротам. Обычно база закрывала двери ровно в полночь, но сегодня тихий час отложили до нашего отбытия. Видимо, мы оказались последними желающими сделать ноги. Стоило нашему отряду выйти за пределы базы, как стальные створки заскрипели и захлопнулись.

Когда погасли последние отсветы костра у заставы, в темной и невзрачной подворотне обнаружился переход на следующий уровень. Он представлял собой крупный грузовой лифт, держащий дверцы нараспашку.

Мы забежали внутрь, Рик надавил на единственную целую кнопку под номером четыре. Двери захлопнулись, рявкнул металл. Лифт немного подумал, моргнул светом, дернулся и медленно пополз вверх. Все находящиеся в нем выдохнули с облегчением.

Глава 9. Пока одни страдают, другие растят картошку и поют песни у костра

Уровень 4 — Заброшенные офисы

Лифт довез нас до этажа и выпустил в просторное офисное помещение, полностью лишенное мебели. Чем-то этот уровень походил на более опрятную версию нулевого уровня. Вместо шумных люминесцентных ламп и желтушной атмосферы безмолвное пространство заливал приятный глазу дневной свет, исходящий из окон. И дышалось здесь иначе – на смену влажной и застоявшейся духоте пришел умеренно сухой воздух. Я бы не отказался от альпийской свежести или запахов соснового леса, но имеем, что имеем.

— Давайте, не будем тут торчать подолгу, — сказал Рик. — Идем сразу к базе, следуем за мной по пятам. К стенам не прижимаемся, в окна не заглядываем. Это довольно безопасный уровень, если нарочито не искать приключений на пятую точку.

На ближайшем подоконнике я увидел стакан с какой–то красной жидкостью, хотел подойти поближе, но Рик одернул меня и сказал:

— Стаканы с брусничным морсом не трогаем.

— Я так понимаю, это пить нельзя?

— Конечно же можно, — ответил Артём. — В первый раз все можно.

Не успели пройти череду комнат, как нас уже поджидала первая подлянка. Кто-то неразборчиво выкрикивал религиозные лозунги, после чего раздавалась ответная череда голосов. Время от времени слова говорящих сливались воедино и по офисным просторам разносилось хоровое пение.

— Оружие на изготовку, — сказал Рик и снял SCAR с предохранителя. — Подходим максимально тихо.

Мы медленно приближались к месту заварушки. Уже можно было отчетливо различить слова говорящих. От того, что я услышал, стало не по себе.

— Слава великому Джерри! — выкрикнул гласный мужской голос.

— Слава Синей птице! — ответила толпа в унисон. — Слава!!!

— Что это за люди? — шепотом поинтересовался я.

— Последователи Джерри, — сказал Рик. — Культисты, проще говоря. Они поклоняются Синей птице и желают обратить в свою веру всех людей в Закулисье, взять под контроль каждый уровень. Надо бы их прогнать, пока они дел не натворили.

Мы подходили все ближе к месту проведения обряда. Еще один поворот и стало отчетливо видно всех виновников торжества. Таинственные люди в голубых балахонах стояли рядом с постаментом, на котором висела икона. На ней красовался голубой самец попугая Ара – величественная птица с острыми когтями, крючковатым клювом и гордо расправленными крыльями. Рядом с постаментом горело много свечей, расставленных по кругу.

— Не показываемся, заходим со стороны, — прошептал Рик, указывая пролом в стене, позволяющий зайти культистам в тыл.

Лидера процессии вычислили сразу. Иссиня-черная ряса, подвязанная широким поясом. Золотистые письмена на рукавах и подоле. Татуировки на кистях и вязанные кисточки, свисающие с одеяния.

— Джерри – наше всё! — сказал лидер культа из-под глубокого капюшона. Встал на колени и вытянул руки вперед, не отрывая взгляда от иконы. Лицо исказилось в безумной улыбке, сквозь которую прослеживалось выражение истинного экстаза. Это было воистину странное и пугающее зрелище.

— Джерри — смысл моей жизни! Идите и распространите слово великого Джерри! Голубое спасение придет за каждым! Так сказал Отец Синяя птица!

— Не хочу вас прерывать, но здесь запрещено проводить сатанинские обряды, — громко выкрикнул Рик и вышел из укрытия. Он встал так, чтобы каждый из членов культа мог его увидеть. Мы вышли следом, не спуская взгляда с культистов. Те, в свою очередь, не ожидали нашего вторжения и впали в легкий ступор. Обезумевшими глазами они поглядывали то на нас, то на свой реквизит. Наконец проповедник вскочил на ноги и повернулся к Рику, указывая на него пальцем.

— Ты, человек! Как ты посмел помешать нашему обряду?!

— Замолкни и слушай сюда! — сказал Рик. — Даю десять секунд, чтобы ты и твои дружки собрали манатки и свалили с уровня. Я понятно объясняю?

— Ты оскорбил нашего Бога, великого Джерри! Ты ответишь за свои слова!

Рику было плевать на его грозящие. Он просто начал вести отсчет:

— Десять… Девять… Восемь…

Один из культистов вытащил из-за пояса нож и ринулся в сторону Рика. Наш командир не стал церемониться и просто прострелил человеку в голову, попав прямо меж глаз. Член культа пошатнулся и замертво рухнул на пол. Клинок выпал из его рук и вонзился в линолеум. Остальные культисты охнули и начали пятиться назад. Их лидер стиснул зубы и дрожащей рукой продолжал указывать на Рика. Его глаза метались в глазницах от страха.

— Ты! Ты! Как ты…

— Семь... Шесть… Пять…

Дальнейшего насилия удалось избежать. Похватав манатки, культисты припустили по коридору, так, что могли наступить на пятки самому Усэйну Болту. Когда Рик досчитал до нуля, их было видом не видать, слыхом не слыхать.

— Да, эти гаденыши совсем хватки лишились, — сказал Эндрю. — Мне их даже немного жаль…

Рик закинул SCAR за плечо и тяжело выдохнул.

— А чего ты ожидал от этих трусов? Их было в пять раз больше, чем нас, а они пустились в бега. Без своей курицы они никто.

Он повернулся ко мне и сказал:

— Как видишь, швали тут всякой достаточно развелось. На каждом уровне есть своя напасть. Но нашим людям каким-то удается не просто выживать в ухудшающихся условиях, но и поддерживать общественный порядок. Если бы не взаимное доверие и слаженная работа сотен, подыхали бы мы сейчас по одному в темных дебрях.

— Я так понимаю, вы со всеми воюете?

— Нет, не воюем. Просто защищаемся от тех, кто хочет захапать себе всего да побольше. Например, эти хотят обратить всех в свою веру. Вот Б.И.Г. и дает им отпор.

Рик взглянул на часы и сказал:

— Ладно, хватит языками чесать. Нам до Омеги топать как до Китая в тапках. А они не в курсе, что мы собираемся их навестить? Эх, как всегда без приглашения.

— Но мы как раз выдвигаемся туда, чтобы сообщить об этом, — вмешался Эндрю, а после громко рассмеялся.

— Ты у нас выдвижной ящик? — сказал Артём. — Мы не знали.

— Эй, ну ты чего? Совсем с юморком туго?

— Твой юмор настолько тонкий, что его не видно, — сказал Рик.

— Ой, кто бы говорил! А ты че ржешь?

— Да, так, — сказал я, сдерживая смешинку, — За компанию.

— Ой, да пошли вы…

Эндрю поправил рюкзак и с гордым видом зашагал вперед, словно зная, куда нужно идти. Мы переглянулись и двинулись следом.

***

Продвигались мы без происшествий, быстро и тихо. Как и говорил Рик, монстров на уровне не наблюдалось. За время блужданий встретили лишь парочку гончих. Это создания всем своим видом походили на худощавых людей, но передвигались на четвереньках и обладали густой черной шерстью в области морды. Едва заметив нас, они тявкнули и поспешили ретироваться. Похоже, провальная атака на Гамму сильно проредила их ряды и наделила инстинктом самосохранения. Теперь группы людей будут обходить стороной – это определенно к лучшему.

Блуждания пустынным офисам, привели нас в просторный зал, утопленный в полумраке. Его разделяла двухметровая баррикада, тянущаяся от одной стены до другой. Она представляла собой груду из всякого хлама, принесенного со этого уровня и не только. Из безобразной кучи фурнитуры проглядывали ножки кресел, перегородки из ДСП, сейфы и тяжеленые столы с прорезиненными краями. Люди здесь реально запарились, перетаскивая эту рухлядь. Стоило нам подойти поближе, как из-за дивана вылез человек с обрезом.

— Эй, кто-там?! Назовитесь!

— Отец Синяя птица пришел за вами! — провозгласил Рик. — Покайтесь, неверные!

— Рик, ты что ли? Парни, давайте сюда! Доставщиков принять нужно.

К месту встречи подоспело еще несколько оперативников в кофтах и свитерах. Из оружия у них пневматика да ножи. Для самообороны сойдет, но на защитников базы они не тянут.

— Рады вас видеть! Добро пожаловать на базу «Омега»!

Ребята помогли нам перелезть через баррикады, а после взяли наши вещи и понесли в сердце базы. Какое добродушное приветствие. Всегда бы так.

— Вы в курсе происходящего? — спросил у них Рик.

— Ага. Как там наши соседи с третьего?

— Отбились. Жить будут.

— Слава богам. Хорошо, что на нас никто не нападает.

— Известно что-нибудь о причинах нападения?

— Люди со всех ближайших уровнях сообщают о странностях. Монстры будто с ума посходили. Бегают как сумасшедшие и к людям стараются на огонек заглянуть.

— Покусали кого-нибудь?

— Не успели они. Самых борзых мы отстреляли, остальные забились в углы и оттуда не вылазят.

— Это хорошо. Надеюсь, вскоре все устаканится.

— Мы тоже так думаем. А вы к нам надолго?

— Завтра свалим, раз мешаемся.

— Да бросьте, мы гостей жалуем. Можете хоть на месяц остаться.

Оперативники проводили нас до центра базы, сложили вещи в куче, а затем направились на свои посты.

— Поздравляю всех вас! — сказал Рик. — Первый этап пройден. Пока можете быть свободны. Располагайтесь и набирайтесь сил, покуда есть время. Завтра у нас начинается следующий этап путешествия – короткий, но не менее ответственный. Только с базы не уходите, а то запаришься вас искать по всему уровню. Вопросы будут?

— Не-а, — пробормотал Эндрю.

— Вот и отлично. Я иду спать и вам советую.

Рик развернулся в сторону спальни, сделал несколько шагов, но внезапно остановился и сказал:

— И еще кое-что. Запаситесь миндальной водой как следует. На следующих уровнях с ней будет туго.

Я сбросил рюкзак с плеч и радостно выкрикнул:

— Ура! Свобода!

— Рано радуешься, — сказал Артём. — То, что происходит на первых пяти уровнях – это так, детсад.

— Да ну тебя! Дай насладиться моментом!

***

После ужина, состоящего из пасты с сыром, крекеров и чая, я расхаживал по комнатам и изучал базу. Этот форпост выглядел куда менее грандиозно, нежели Гамма. Из оборонки невысокие заграждения и пара дозорных, которым по большей части плевать, кто ты и откуда. Народу тоже не густо: даже сотни не набиралось. Зато все довольны жизнью, гуляют, веселятся. Никакой ауры тревоги, тишь да гладь.

База «Омега» являла собой зону отдыха, где можно перевести дух, пообщаться с людьми и поторговать. Желающих поселиться тут на постоянной основе не набиралось. Причина банальная – делать особо нечего, работы как таковой нет. Единственное, что привлекало сюда люд, так это неизмеримое количество миндальной воды, бьющей из фонтанов. Ее разливали по бутылкам и отправляли продавцам на другие уровни.

Прогуливаясь по холлу, я обнаружил торговые автоматы с миндальной водой, расставленные вдоль стен. Прикольно, но какой в этом смысл, если на базе имелась возможность наполнить фляги бесплатно? Вероятно, их собирались переносить на другие уровни. Я подошел к одному из торговых автоматов и попытался сдвинуть с места. Черт, какой тяжеленный! Чтобы унести нужно человека четыре, не меньше.

Начальства у базы как такого не наблюдалось. Лишь закутке удалось обнаружить группу пришлых биговцев с УЗИ. Они сидели в комнате с экранами, на которые транслировалось изображение с камер, разбросанных по уровню. Люди оказались довольно тучными и неинтересными. Судя по всему, их набирали для максимально монотонной работы: следить за сущностями с помощью камер и время от времени устраивать прогулки по базе, проверяя склады с миндальной водой, а также тех, кто ее приносит и уносит. Раз в месяц им на смену приходила свежая партия тугодумов, а эти овощи отправлялись на одиннадцатый, чтобы отчитаться о показателях вышестоящим чинам.

По пути я набрел на одно интересное местечко, которое хоть как-то разбавляло корпоративной климат. Огромная ферма простиралась на несколько гектаров. Полы были разобраны, вместо линолеума шли ряды грядок, засаженные всяким добром. Там, где хватало окон, выращивалась картошка. В темных комнатах стояла повышенная влажность, с потолка капала вода, а на поверхности проклевывались шляпки вешенок и шампиньонов. Зараза! У меня аж слюнки потекли, как представил это добро на сковороде с шипящим маслом.

На пустующих участках я заметил кучку чудиков с предметами, напоминающими детские лопатки. Они ползали в смеси фекалий и дерна на коленях, взращивали культуры и что-то приговаривали себе под нос. Какая странная и в то же время трогательная картина. Хорошо, что это все-таки борцы с голодухой, а не очередной радикальный культ.

Завидев меня, люди вскочили с пола и выкрикнули на латыни:

— Ave peregrinus! Amor Incrementum te salutant!

Я помахал им рукой в ответ.

— Доброго времени суток, молодой человек, — раздался голос за спиной.

Я обернулся и увидел владельца фермы – низкорослого мужичка в высоких резиновых сапогах и желтом комбинезоне. В руках он держал пакетик с мицелием. Лицо у него было чересчур умное, как у сенатора.

— Здравствуйте.

— Я вас раньше не видел. Пришлый?

— Ага. Хорошие у вас плантации.

Агроном опустил пакет на стол. Подошел поближе к грядкам и обвел рукой свои угодья.

— Эх, было время, когда мы только начинали. Дело шло туго, ничего кроме плесени и навозников вырастить не удавалось. Шли годы, у нас появились удобрения и плоды. Дело спорилось, а тут и спонсоры объявились. Руководство Б.И.Г. уверено, что халява не будет продолжаться вечно. Закулисье кормит нас сейчас даром, но в один прекрасный день еда может пропасть с прилавков. Тогда наша ферма спасет человечества от голодной гибели.

— К чему именно такой выбор посевов?

— Миндальная вода насыщена всеми необходимыми витаминами и минералами, остается лишь набрать калории. Картофель и эти виды грибов идеально подходят для того, чтобы набить брюхо. К тому же они неприхотливы и могут расти в неблагоприятных условиях. Вот и весь секрет. К слову, а по какому делу вы пришли?

— Просто мимо крокодил.

— Тогда не мешайте людям работать! — рявкнул агроном и вдруг сменил гнев на милость. — Или вы хотите вступить в наши ряды? Нам как раз не помешают лишние руки!

— Не-не-не, — пробормотал я, пятясь крохотными шагами.

— А если хорошо подумать? Трудоустройство официальное. У нас есть соцпакет, карьерный рост, гибкий график…

— До свидания! — крикнул я и бросился прочь. Будет не очень приятно, если ребята найдут меня копошащимся в грязевой жиже среди этих садоводов.

***

Близилась полночь. За окнами стемнело, послышались звуки, напоминающие дождь с грозой. В достаточном отдалении от спальни жители устраивали посиделки у костра. Здесь происходило все веселье: песни, пляски и разговоры о былом и грядущем. Многие сейчас спали, поэтому свободных мест хватало. Я подобрался поближе к огоньку и присел на скамейку. Потянулся к пламени, ощущая, как тепло расходится по телу. Огонь, компания веселых людей и бодрящая музыка – что еще нужно для счастья в столь забытом Богом месте?

Артём тоже присутствовал и даже умудрился где-то раздобыть гитару. Он старательно настраивал семиструнную, пытаясь выдавить из инструмента замысловатую мелодию. Заметив меня, он отложил гитару и улыбнулся.

— Такой час, а ты еще не в постели. У нас завтра ранний подъем, знаешь ли.

—Как и ты, — сказал я. — Не знал, что умеешь играть.

— Уж прости, не знаю, как так вышло.

— И как успехи на музыкальном поприще?

— Люди от моих песен с ума сходят. Называют меня последователем Альянса и Горького Парка.

— Ты еще и петь умеешь?

— Я люблю удивлять.

Артём уселся поудобнее, перехватил гитару и положил пальцы на струны.

— С чего начнем?

Я задумался, почесывая висок.

— Давай что-нибудь… морское.

— О, отличный выбор! Такое мы могем. Эй, подбросьте дров и приготовьтесь погрузиться в экстаз от ангельского пения!

Один из мужичков вскочил и яростно набросился на стул, валяющийся в кучи мебели. После недолгой борьбы с четвероногим конечности полетели в раскаленную бочку. Дерево охватило пламя, дым пополз по закопченному потолку, заползая в вытяжку. Стало светлее и теплее.

— Ну что ж… Начнем!

Пальцы Артёма забегали по струнам. Пространство наполнил звук разгорающейся мелодии. Болтающие странники замолкли, уселись поудобнее и приготовились слушать. Не успел я сосредоточиться, как мимолетное вступление окончилось, Артём приступил к куплету. Чарующий голос от лица моряка-забулдыги стал изрекать, когда позовет меня море.

Песня продолжалась, куплеты чередовались припевами. Темп не сбавлялся, из уст гитариста вырывались значимые слова. Моряк рассказал о цене живописи, а после стал травить небылицы об отправлении Титаника. Слушателей вокруг становилось больше. Люди заняли все скамейки и раскачивались в такт мелодии. Казалось, будто вся база встанет на ноги и придет послушать молодого талантливого исполнителя.

Под конец Старик дал наказ не следовать за морским зовом, и семиминутная симфония подошла к завершению. Заиграла заключительная мелодия, волнение струн стало затихать. Прозвучали последние аккорды, Артём убрал руки от гитары, позволяя ей замолкнуть.

— Ну как? Здорово?

— Супер! — сказал я.

Артём окинул публику взглядом.

— Взбодрились, значит. Теперь давайте бахнем классику.

Артём не собирался останавливаться. Сначала он выдал «На заре», от которой мурашки пошли по коже, а затем и Moscow Calling. Публика радостно ерзала на стульях, особо голосистые даже пытались подпевать.

У Артёма в планах были еще несколько песен, но я слишком устал за сегодня, чтобы дожить до окончания концерта. Откланявшись, поспешил на боковую. Путь мой лежал в темную комнату, окна которой занавешивала плотная ткань. Это была очень своеобразная общественная спальная, рассчитанная на сотню человек. Она больше смахивала на огромное лежбище тюленей: люди рядами лежали на подстилках и видели десятый сон. Кто-то громко храпел, а кто-то не издавал никаких звуков. Даже не знаю, лучше ли это душных палаток с предыдущего уровня. В соседнем ответвлении находилось еще она спальня с полноценными кроватями, но от матрасов так воняло потом и мочой, что личный спальник выглядел куда предпочтительнее. В тесноте, да не в обиде, как говорится.

Хоть в Закулисье не сменялись сутки, люди придерживались строгого распорядка дня. На некоторых уровнях аванпосты оснащались большими часами, которые показывали, когда отдыхать, а когда бодрствовать. Здесь соблюдался иной порядок, в комнате всегда царила ночь, никому не разрешалось нарушать покой отдыхающих под страхом страшного наказания. Таковы были правила и всем без исключения приходилось следовать им.

Ноги, не привыкшие к таким изматывающим переходам, подкашивались. Думаю, за сегодня мы прошли более тридцати километров. Надеюсь, завтра Рик даст нам набольшую фору. Я распахнул рюкзак и достал спальный мешок. Подстелив под него кусок ткани, стянул сапоги, бросил рядом куртку и забрался внутрь. Напоследок хлебнул миндальной воды из фляги.

Теперь можно и на боковую. Все-таки я слишком устал за день. Слишком многое произошло сегодня. Нужно постараться избавиться от паразитных мыслей, забыть все плохое и отметить в памяти все хорошее. Истощенное тело быстро перешло в дрему. Глаза захлопнулись под тяжестью век, и я уснул сном младенца.

Глава 10. Беседуя с волками, в спарринге не победить

Загадочный уровень — Багровый лес

Я проснулся посреди ночи от шума. Стоило открыть глаза, как от просторного офисного кабинета, где рядами дремали люди, не осталось и следа. Почву подо мной выстилали листья, влажные от росы. Пахло грибами и свежей смолой. Стоял легкий холодок, по ощущениям, не выше десяти градусов.

Не стал ждать, пока одежда окончательно намокнет, поднялся на ноги и оценил ситуацию. С собой у меня не было ни оружия, ни припасов. Вокруг меня деревья с багровой листвой образовывали густой лес. В проплешинах к небу вздымались высокие цепи гор, вдаль простирались широкие долины, плавно переходящие в болота. Дальние земли терялись в гуще тумана. Здесь чувствовался простор, безмятежность, свобода. Давно я не испытывал таких ощущений.

Сделал шаг и под ногами что-то хрустнуло. Отошел в сторону и разгреб листья руками. Из земли торчали переливающиеся кристаллы металла, по цвету напоминающего висмут. Попытался вытащить один из них, но безуспешно. Железки ушли глубоко под землю и никак не поддавались.

— Не стоит марать руки в грязи, Виктор, — услышал я чей-то леденящий голос. Вскочил и увидел таинственную фигуру в черном плаще. Из-под глубокого капюшона торчала хищная волчья морда, два раскаленных уголька пристально наблюдали за мной. И как я сразу его не заметил? Он ведь стоял в дюжине шагов от меня. Я сделал шаг назад и спросил:

— Кто ты такой?

— Имен давали много, но звать позволю лишь Привратником.

Он высвободил руку из одеяния и бросил мне кусок металла. Блестяшка сверкнула в воздухе. Я поймал ее и принялся разглядывать. В руках висмут смотрелся куда прекраснее, чем в почве. Мягкие лучики света бегали по кристаллическим вкраплениям металла, переливаясь цветами радуги.

— Впечатляюще, правда? — спросил Привратник.

— Ага, — пробормотал я.

— Здесь вся земля усеяна ими. Жаль, люди в Закулисье не нуждаются в этих дарах. Они так ограничены технологиями своего времени…

Привратник грузно осмотрел землю под ногами, а затем вновь уставился на меня.

— Нам пора.

Он покинул прогалину и направился в самые дебри. Я не сдвинулся с места, а лишь поглядывал на чудище с толикой недоверчивости.

— Боишься меня? — удивленно спросил Привратник, не глядя в мою сторону. — Не бойся, люди бывают куда страшнее…

Он продолжал отдаляться. Видимо, не собирался ждать меня. Я бы предпочел не идти с ним. Кто знает, что задумала эта тварь? Но оставаться одному в этом Богом забытом месте было куда страшнее. Поэтому я собрал всю волю в кулак и последовал за удаляющейся фигурой. Надеюсь, потом не придется жалеть об этом.

Вскоре мы вышли на дорогу, выложенную красной гранитной крошкой. Привратник похвалил меня за смелость:

— Надо же. Хоть кто-то в наши дни способен внять голосу разума.

— Были другие претенденты?

— Недостойных хватало во все времена.

Мы выдвинулась в путь. Дорога была ровная, гладкая, ухоженная. Ее края выделяли бортики из белого камня, напоминавшего по своей структуре мрамор.

Где-то в чащобе слышались знакомые вопли сущностей. Но к нам они не приближались. Их отпугивал свет Фонарей, что подсвечивали багровый лес изнутри. В лесу обитало довольно много странных животных. Чем-то они напоминали обыкновенных земных зверей, но в остальном сильно отличались: огромные комары размером в человеческий череп летали в тумане, по деревьям лазали белки с хвостами, покрытыми колючками, по равнинам расхаживали восьмиглазые олени с массивными лосиными рогами.

Привратник существовал в своей реальности, преимущественно молчал, лишь изредка комментируя происходящее.

— Они никогда не нападут на человека, если их не провоцировать. В противном случае обидчика ждут тяжелые увечья или смерть. Обойдем их стороной.

Вскоре звери остались позади. Мы вышли на развилку. Привратник повернул направо и указал пальцем куда-то вверх.

— Нам туда.

Я задрал голову и ужаснулся. Сквозь плотный слой облаков просачивались перевернутые горы. С них, словно сталактиты, свисали макушки деревьев. Было немного страшно, ведь все это в одночасье могло рухнуть мне на голову. Я медлил. Не хотелось бы разбиться таким глупым образом.

— Не страшись и не упадешь, — сказал Привратник, уверенно ступив на изогнутый каменистый перешеек. Вскоре он уже шагал по вертикальной поверхности.

Я все же решился пойти за ним. Мои ноги крепко уцепились за землю. Я попробовал прыгнуть, придерживаясь рукой за дерево, но не упал вниз. Значит, бояться нечего. Гравитация здесь работала через одно место, понятие низа и верха подстраивалось под путника.

В извилистых расселинах бурлили ручьи. Я зачерпнул воду и отпил ее, пытаясь унять нарастающую жажду. На вкус как обычная миндальная вода, такое же пряное ореховое ощущение.

По пути нам стали попадаться зарубки на деревьях и вкопанные в землю деревянные столбы, к вершинам которых были привязаны куски разноцветных тканей.

— Людское поселение близко, — сказал Привратник. — Сейчас сам все увидишь.

Вскоре из тумана выплыло озеро, на берегу которого стояла деревня. Ее жители решили не ждать, пока Закулисье подкинет им очередной сюрприз. Они были полны решимости встретить угрозу с оружием в руках, прячась за прочными стенами и глубоким рвом. За несколько лет это место превратилось в самый настоящий укреплений форт. Смотровые вышки по периметру и волчьи ямы, утыканные кольями, были тому подтверждением.

— А ведь всего пару лет назад здесь, среди лесной глуши, стояла парочка жалких лачуг, — прокомментировал Привратник. — Давай навестим их. Узнаем, как живет человек.

Мы перелезли через частокол и оказались в саду, в котором росли деревья: альпийские яблони, сливы, инжир. Изгородь у сарая украшал ползущий виноград, зеленые грузди свисали с побегов. Так и хотелось отведать его, как созреет.

Впереди начинались ряды домов – здания походили на скандинавские избы, чей сруб выделялся красноватым оттенком древесины.

Жизнь в поселении шла по заведенному порядку. В кузнице раздавались удары молота об наковальню. Крестьянка поднимала ведро с водой, вращая ворот колодца. Кто-то из стариков сидел на веранде, безмятежно попивая чай с горными травами и апельсиновой цедрой. В воздухе витал запах пирожков с картофелем и грибами. Что-то прекрасное было во всем этом сельском антураже. Что-то донельзя знакомое и приятное.

Я вышел в самый центр деревни, к трехэтажному дому, сложенного из камня. Дверь, украшенная резьбой, распахнулась. На улицу вышли люди в серой форме с доверху набитыми рюкзаками. Я сразу узнал в них доставщиков: Рика, Айса и Эндрю. Артёма среди них не было. Скорее всего, я видел моменты из далекого прошлого, он присоединился к группе позже.

Следом на крыльцо выбрался хромоногий старик с седой бородой, доходящей до живота. Из одежды крестьянская рубаха и ситцевые штаны; ноги обуты в лубяную обувь, напоминавшую лапти. Правую руку украшала яркая красная лента. Скорее всего, этот человек занимал пост старосты деревни.

Процессия вышла на площадь и остановилась возле колодца. Староста передал солдату толстую папку с документами и сказал:

— С продуктами и лекарственными травами вы уже разобрались. А здесь собраны ежедневные отчеты по уровню. За целый год – как вы и просили.

— Благодарю, — сказал Рик. — Есть замечания по огнестрелу?

— Наш оружейник остался очень доволен вашим оружием.

— Тогда до встречи?

Староста с опасением посмотрел на доставщиков.

— Мне до сих пор не дает покоя то, что с вашего визита прошло почти семь месяцев. Вы пропусти два сеанса связи. Возникли какие-то трудности?

— Количество сущностей на границе уровней кратно возросло. Бои даются очень тяжело. Мы планировали уже в этом году посылать ежемесячные караваны и решить вопрос с поставками провианта, но, похоже, с этим придется повременить.

— Есть ли угроза вторжения сущностей на наш уровень?

— Маловероятно. Но если ситуация не улучшится, вы можете оказаться отрезанными от нас. Не боитесь потерять связь с остальным Закулисьем?

Староста усмехнулся.

— Боимся? Да многие из нас пришли сюда, чтобы абстрагироваться от Закулисья. Так что для нас вынужденная изоляция от общества будет не изгнанием, а даром.

— Не забывайте, Закулисье любит вносить свои коррективы в любые планы, — напомнил Айс. — Так что не удивляйтесь, что в любой момент праздник может обернуться трагедией.

— Верная мысль. Однако у нас есть высокие стены и крепкие дома, а люди всегда ходят по лесам группами и с оружием. Как-нибудь выдюжим.

— Только потом не просите нас спасать ваши душонки, — рассмеялся Эндрю и получил подзатыльник от Айса.

Рик пожал руку старосте. Доставщики накинули рюкзаки на плечи и зашагали в сторону ворот. Вся группа вскоре покинула деревню и скрылась в чащобе. Староста проводил их взглядом, а затем поспешил к дому. Поднявшись по скрипящим ступенькам на крыльцо, он скрылся за дверью.

— Прекрасное место, не правда ли? — спросил меня Привратник. Я уж совсем позабыл о его существовании. Пока подслушивал беседу, он успел забраться на соломенную крышу сарая и наблюдал за происходящим свысока.

В целом, поселение мне понравилось. Оно сочетало в себе как комфортный деревенский уют, так и некую защищенность, изолированность от остального мира, чего не могли предложить другие уровни, на которых я уже побывал.

— Да, — коротко ответил я. — Есть здесь что-то… притягательное.

— Прекрасно, великолепно, замечательно. Свобода разума и единение с природой. Не хочешь присоединиться к людям в этой общине? У них появятся рабочие руки, да и тебе больше не придется беспокоиться о своей жизни. Начнешь все с начала, будешь развивать пускай и маленькую, но собственную ферму в райском уголке.

Привратник был прав. Действительно прекрасное и чарующее место. Если бы мой отец оказался здесь, то он бы и не уехал никогда. Но у меня за спиной осталось слишком много дорогого сердцу, чего я не мог просто взять и выбросить.

— Может быть… — пробормотал я.

Привратник с удивлением посмотрел на меня. Видимо, его сильно волновал мой ответ.

— Но сейчас у меня есть незаконченные дела. Так что откажусь.

— Как пожелает человек, — ответил Привратник. — Передумать он еще успеет.

Он спрыгнул с крыши и двинулся к выходу из деревни, располагавшемуся с противоположной стороны от места, откуда мы вошли. Я последовал за ним.

Люди, работающие здесь, не обращали на нас никакого внимания. Я попробовал дотронутся до столяра, который вытачивал наличник для окон. Моя рука прошла его тело насквозь. Человек никак не отреагировал на прикосновение и продолжил заниматься ремеслом. Значит, с людьми я взаимодействовать не могу, только с окружение уровня оказывает воздействие на мое тело. Максимально странный у меня сон.

Мы покинули поселение через массивные деревянные ворота с высокой аркой. Не успели отойти далеко, как густота деревьев стала поглощать нас. Одинокие растения сменились раскидистой рощей, плавно перешедшей в лес. Скоро мы вновь оказались на дороге, проходящей через непроглядный бурелом.

Вокруг стало темно. Солнечный свет с трудом просачивался сквозь листву, стояла пугающая тишина. Лишь хруст гальки и треск веток под ногами успокаивали мое воображение. Привратник свернул в сторону, уводя меня все глубже и глубже.

— Зачем нам туда? — спросил я, пробираясь под поваленными деревьями.

— Скоро узнаешь, — ответил Привратник и прибавил шагу. Он шел впереди, уверенно перепрыгивая через каменные глыбы и заросли шиповника. Я едва поспевал за ним, тратя уйму времени и сил на преодоление препятствий.

Когда мы добрались до просеки, я, наконец, увидел, что волчара хотел показать мне. Среди деревьев виднелось жилище отшельника. Стены шалаша состояли из тонких веток, покрытых широкими листьями, походящими на лопух. Рядом в упорядоченном виде лежали различные вещи: контейнеры с утварью, хозяйственные инструменты, средства личной гигиены. Под навесом сушились какие-то коренья. Над кострищем курилась тонкая струйка дыма. Видимо, человек был тут совсем недавно.

— Говорят, что если уйти совсем далеко и жить в одиночестве, то можно стать Наблюдателем.

— Что это значит? — сказал я, внимательно рассматривая жилище.

— Если человек не желает бороться с напастями Закулисья, он может сдаться. Если окружение примет его выбор, он лишится материальной формы, потеряет способность взаимодействовать с миром, но и сам станет бессмертным. Сущности больше не станут обращать на него внимание. Будет обречен бродить по уровням в полном одиночестве целую вечность.

— Кто вообще соглашается на это? — поинтересовался я. — Это же ужасно!

— Ужасно? Ты глуп и наивен, словно маленькое дитя. Никогда не заговаривай так легкомысленно о вещах, в которых ничего не смыслишь. Не каждый способен играть в игру на выживание. Некоторые оставляют это другим и ищут спасения.

Он сделал небольшую паузу, дав мне возможность обдумать услышанное.

— Не забывай, есть люди, попавшие в безвыходную ситуацию. Им лучше сдаться, чем быть разорванным монстрами. Всего лишь нужно показать Закулисью, что ты не собираешься больше сражаться. И если твое желание искреннее, а возможности спастись действительно нет, возможно, этот мир примет твою капитуляцию. Что скажешь? Разве это не прекрасно?

— Возможно это и так… Но я все же считаю, что нужно бороться до конца! Должен быть выход из любой ситуации!

Привратник усмехнулся.

— Легко так говорить, тебя самого никогда не загоняли в угол. Что ж, возможно когда-нибудь ты изменишь мнение.

— Это мы еще посмотрим!

— Каждый день Закулисье порождает новые и новые катаклизмы. Но люди продолжают бороться с ними. Почему они так поступают? Откуда у них столько уверенности в завтрашнем дне?

— Борьба и стремление выжить заложена в людях с рождения. Этого у нас не отнять.

— Так жаль, что мне не достичь понимания образа людских мыслей.

Привратник развернулся и побрел прочь.

— Пойдем. Мы изрядно задержались. В мире полно живых, нуждающихся в тебе.

Мудрость слов и знания этой древней сущности о Закулисье было трудно переоценить. Может быть, оно и создало его? Не думаю. Все-таки его силы ограничены. Скорее всего, он смотритель уровней или зритель, следящим за человеческими судьбами в этой игре на выживание. Позже мне обязательно предстоит это выяснить. А пока вернемся к насущным вопросам, а именно к выходу из багровой чащи.

Мы пересекли просеку и вошли в новую часть леса. Здесь правили три владычицы: прохлада, влажность и темень. Под ногами чавкал мох и шуршали листья. Пахло озоном, как после грозы. Сосновый лес начал редеть, впереди показалась дорога. Оказывается, мы сделали крюк, а могли топать всю эту дистанцию еще минут двадцать. На полянке я заметил движение. С трудом различил палатки и силуэты людей среди елок. Их окружали дикие звери, напоминающие кентавров с копьями. Люди были напуганы – им было некуда бежать.

— Сюда! — раздался женский крик. — Кто-нибудь!

Хотел броситься вперед и помочь людям, но Привратник перегородил мне дорогу.

— Пропусти меня! — сказал я. — Мы должны им помочь.

— Хочешь сможешь спасти их? — спросил Привратник. — Они уже сдались, но Закулисье не приняло ее решение. Нужно было показать окружению твои искренние намерения.

Я попытался обойти его, но он перекрыл мне проход длинной рукой и рявкнул.

— Они же убьют их! Дай хоть слово сказать!

Если я закричу, ничего страшного не случится. Заберусь на дерево – звери меня не достанут. А мой спутник сделает все остальное.

Я закричал во все горло, но это не возымело эффекта. Изо рта вырвался тихий хриплый писк, который дальше нескольких метров был неслышен. Я выдавил весь воздух из груди, так, что самому стало плохо. Все это тщетно. В этом лесу я нельзя было громко говорить, лишь тихо пищать.

Однако звери услышали меня и разбежались. Я выбежал на поляну и оказалось, что никаких людей там и не было. Совсем никого. Только покрытая мхом божественная статуя женщины бросала тяжелую тень. Я застыл на месте, не сводя взгляда со скульптуры.

— Как же так?

— Не шуми, человек, — сказал Привратник. — Звери убегают в панике, едва услышав твой крик.

Я не отрывал взгляд от поляны, затаив дыхание. Куда они пропали? Неужели все это мое воображение.

Привратник рассмеялся и махнул ребром ладони. Поднялся сильный ветер. Ветви закачались из стороны в сторону. Листья стали осыпаться наземь.

— И кого ты собирался спасать?

— Но я же видел… людей…

— Не все видимое есть явь. Одни события уже канули в лету, другим же еще предстоит произойти.

— Пытаешься запугать меня?

— Ошибаешься. Я учу тебя азам. Показываю все возможности и уловки. Закулисье опасно не только физическими угрозами, но и ментальными. То, с чем ты столкнулся на первых уровнях, было песочницей ребенка. Впереди тебя ждет множество опасностей, скрывающих за собой как триумф, так и разочарование.

Привратник замолк и как ни в чем не бывало побрел дальше. Мне оставалось лишь следовать за ним по пятам.

Лес начал редеть, густые заросли сменились светлыми прогалинами. Привратник вытянул руку перед собой и на нее приземлилась четырехкрылая сова. Он осмотрел ее оперение, а затем протянул другую руку, позволив птице вцепиться клювом в палец.

Мы дошли до самого края леса. Дальше виднелся конец уровня. Всего того великолепия, что я видел ранее, больше не было. Вместо багровых деревьев и перевернутых утесов начиналось искаженное поле, переходящее от алого оттенка к золотистому. Вдали на линии горизонта находился крупный пылающий шар, походящий на солнце. В его свете плыли людские силуэты. Они махали нам руками.

Привратник повернулся ко мне, свободной рукой перебирая перья птицы.

— Вот мы и пришли, Виктор. Дальше не сделаю ни шага.

Я остановился и посмотрел на него. Он продолжал молчать, словно ожидая чего-то от меня.

— Что все это значит? — спросил я.

Он ничего не ответил. Лишь убрал руку от голодной хищницы и махнул куда-то вперед.

— Иди же, — сказал Привратник. — Они ждут тебя…

— Кто они?

— Люди, которых ты принял за верных товарищей.

— Ви! — донельзя знакомый голос донесся с другого конца поля. Да, я определенно слышал его накануне.

Я посмотрел сначала на пылающий шар, а потом на Привратника, который остановился на границе между лесом и полем. Он кивнул мне.

— У тебя еще будет время над всем поразмыслить. Ищи меня на уровне 147.

Повернувшись ко мне спиной, Привратник побрел обратно в глушь. Заросли зашевелились, листва стала пожирать его одеяние. Потом он и вовсе растворился в чащобе.

Здесь мне больше ловить нечего. Я уверенно зашагал в сторону светящегося шара.

— Ви! — снова послышался голос. Уже громче, отчетливее. Я узнал его.

Я перешел на бег. Ноги сами несли меня вперед, приминая пышные травы, достигавшие до пояса. Голос становился все громче, а шар все ярче. Яркая вспышка ослепила меня и я, наконец, очнулся от этого ужасного сна. Вернее, будет сказать, меня разбудил чей-то сапог под ребрами.

***

Уровень 4 — Заброшенные офисы, база «Омега»

— Хорош спать! Вставай!

Не понял! Кто посмел потревожить мой сон?! Ох, сейчас кому-то влетит! Приоткрыв глаза, я ослеп от фонарика.

— Ну чего? — спросил я, потирая слипающиеся веки. — Уже утро?

— Нет. Можно спать еще два часа.

— Ну вот и все, — сказал я, перевернулся на другой бок и попытался уснуть.

— Можно, но не тебе.

Последовал еще удар по ребрам. Я приподнялся. Протер глаза и увидел в тусклом свете Артёма в зеленом свитере и серых штанах.

— Некогда нежиться в тепле. Пора идти.

— Встаю я, встаю…

— Интересные сны в Закулисье?

— Ага. Видел Алый лес! А там такое…

— Тише, тише, — успокоил меня Артём. — А то остальных поднимешь…

Я прекратил буйствовать и огляделся. Других бодрствующих в помещении не наблюдалось. Люди лежали пластом и сопели в обе дырочки. Как я мог забыть? Здесь же спит еще около пятидесяти бойцов. Если разбужу их, меня точно по головке не погладят.

— Рик просил разбудить меня? — шепотом спросил я. — Скоро выступаем?

— Можно и так сказать.

— Что ж ты сразу не сказал? — сказал я и выбрался из спальника. Ох, как не хотелось мне этого делать. А полежать и понежить конечности в тепле еще пару часиков. А они опять болели. Еще сильнее, чем в первый раз. Я уже так измотался, что не чувствовал стоп.

Я свернул спальник и затолкал пожитки в рюкзак. Мы вышли из спального зала. После теплой постельки чувствовалась прохлада, по телу бегали мурашки. Недолго побродили по уровню, пока Артём не привел в меня в просторную безлюдную комнату, где мы не могли никого потревожить.

Мы остановились около фонтана. Миндальная вода из него била мощной струей, загибалась и падала в чашу.

— И зачем ты привел меня сюда?

Артём молча обошел фонтан стороной.

— Что мы будем делать?

— Готовить тебя к жизни.

Он снял свитер и бросил его на вешалку.

— Я нападаю! — сказал он, отводя ногу назад. Его руки сомкнулись в кулаки.

— Эй, полегче! Мы ведь…

— Другие тебя даже предупреждать не будут!

Как боец, Артём был неплох. Это я сразу понял, когда увидел его бицепсы, проглядывающие сквозь одежду. Пускай, я видел людей куда сильнее его, но все же. Этот парень демонстрировал окружающим образ мягкотелого прогера, который никак не складывался у меня в голове. Как говорится, умные прячут силу до поры до времени, что делает их куда опаснее глупцов, трясущих мускулами перед публикой.

Артём сразу пошел в атаку. Я успел лишь отскочить, как его левая нога совершила подсечку. Стоило немного промедлить, и я бы уже валялся на полу. Передышки не последовало, Артём шел на меня. Шаг левой, шаг правой, отвлекающий удар правой рукой в область головы и еще одна подсечка. На этот раз зацепил. Я слегка покачнулся, но все же удержал равновесие и вновь разорвал дистанцию.

Артём дрался хорошо. Бил резко и технично. Никаких тебе акробатических трюков и намеренно открытых частей тела – стоило мне попытаться подловить его, как он тут же закрылся и контратаковал. Жесткие короткие удары, летящие в корпус, от которых становилось больно. Потом несколько подсечек пришлось по голени. Попытался подловить его на этом – не вышло, но ноги он стал отрывать от пола куда реже. Как же бережно он относится к своим конечностям, не дает ни схватить, ни заломить!

Мой удар он все-таки пропустил. Сознательно пропустил. Удар вышел слишком слабый и излишне медленный. Удар был рассчитан на то, что на него успеют среагировать. Я ведь еще просто прощупывал почву. Неужели он начал играть в поддавки?

— Ты слишком вяло нападаешь, — сказал Артём, уходя в сторону. — Когда последний раз кашу ел?

— Не в каше дело. Еще рано тебе показывать козыри.

— Ну смотри. Одной защитой бой не выиграешь.

Я не поддавался на провокации и внимательно следил за его движениями, не позволяя зайти за спину. Пока Артём двигался довольно предсказуемо, но кто знает, что он выкинет через секунду-другую.

Я аккуратно приблизился к нему и нанес хук справа. На многое и не рассчитывал, просто прощупывал защиту оппонента. Артём сжался и закрылся от удара. Я подтащил руку к корпусу и приготовился защищаться. Ответка не заставила себя ждать. Этот удар я пропустил. Его кулак прошелся по моему плечу. Было больно, но чувствовалось, что Артём бил в пол силы.

— Неплохо. А что ты скажешь на это?

Я ушел в сторону, ударил слева. Целился в грудь, а врезал в солнечное сплетение. Артём сделал вид, что ему совсем поплохело, пошатнулся и отскочил. А потом снова прыгнул в мою сторону. Мы начали обмениваться ударами поочередно. То я попадал по корпусу, то Артёму удавалось зацепить меня. Я внезапно пригнулся, пропуская его кулак сверху, а потом контратаковал. Он отвел мою руку в сторону, и костяшки лишь слегка поцарапали его щеку.

В какой-то момент мне показалось, что победа близка. Артём уж совсем сдулся: тяжело дышал, еле-еле переступал с ноги на ноги, изображая полное физическое истощение. Хочет, чтобы я перехватил инициативу в свои руки? Ну давай! Я решительно пошел в наступление.

Основные удары он принимал рукой или попросту уклонялся, уходя в сторону или разрывая дистанцию молниеносным отскоком. Мои удары стали все резче и быстрее. Оппонент пытался закидать меня бессмысленными ударами и тратил остатки сил в никуда. Он отступал все дальше, загоняя себя в угол.

— Неплохо. Я удивлен, что тебе удалось развлекать меня так долго.

С его стороны шахматная доска выглядела иначе. Артём все это время разминался, ждал момента, когда сможет эффектно завершить бой. Он сделал резкий рывок и перевел бой в партер. И, к превеликому сожалению, я попал в цепкий захват, из которого невозможно вырваться. Попытался уложить его апперкотом, но было уже поздно.

— Бах!

Артём одним движением впечатал меня в пол. Хрустнула спина, воздух выбило из легких. Я раскашлялся, пытаясь хоть как-то улучшить свое положение. Противник не стал ждать, а сразу же приступил к болевым и удушающим. Кисть пронзила боль, шею начала сдавливать подошва. От недостатка воздуха в глазах возникла рябь. Выпутаться из подобной ситуации мне не удалось бы в любом случае.

— Сдаешься? — спросил Артём, усмехаясь.

— Да-а… — прохрипел я, хлопая ладошкой по полу.

Он убрал ноги и одним рывком отскочил от меня. Я перекатился на бок и принялся бешено глотать воздух. Меня не покидало ощущение, что он слегка переборщил. Прямо не жизнь, а сплошное получение полезного опыта.

— Рефлексы в порядке, руки движутся более-менее, а над остальным надо еще работать и работать. Несколько месяцев и сможешь приблизиться к моему уровню.

— Разве это поможет мне справиться с монстрами? — спросил я и приподнялся на руках, потирая ушибленную спину.

— Нет, но это позволит прожить немного дольше.

Он забрал свитер, повернулся ко мне спиной и направился в сторону спальни.

— Ладно, на сегодня закончим спарринг. Будет еще время, возмужаешь. Не залеживайся тут, а не то Рик тебя потеряет, твой завтрак съест Эндрю и все такое прочее.

Я не сразу пошел за ним. Немного повалялся на полу, подождал, пока Артём скроется за углом, а потом поднялся и заковылял в сторону спальни.

***

Все наши уже проснулись и неторопливо готовились к выходу. Рик проверял наши фляги на количество воды, а Эндрю сидел с рюкзаком у стены и срезал ножом ногти.

— Выглядишь хреновенько, — с улыбкой на лице сказал он. — Как спалось?

— Лучше не бывает, — ответил я, стараясь держать себя в руках. Ох, как же мне хотелось кому-нибудь вломить.

Артём как ни в чем не бывало сидел в стороне, ковырялся в рюкзаке и что-то напевал себе под нос. Уже забыл про наш утренний поединок, вот нахал!

Перед выходом наша компания отведала французского завтрака. Только вместо кофе с круассанами приходилось жевать бурду сомнительного происхождения, закусывать пылевым печеньем, рассыпающееся от любого прикосновения, и запивать порошковым энергетиком с химозным яблочным ароматом. Разве это нормально притерпеться к подобной жрачке? Нет, конечно! Поскорей бы найти нормальную еду.

Закончив трапезничать, мы выдвинулись в путь. Возле баррикад странники пожелали нам доброй охоты и помахали руками на прощание. И на том спасибо. Хоть как-то скрасили испорченное настроение.

Дорога выдалась короткой. Пара поворотов и вот он, заветный переход на пятый уровень! Что на этот раз?

— Опять лифт, — опередил мои мысли Эндрю.

— Пошли.

Впереди нас поджидал элегантный подъемник, оформленный в старинном стиле: позолота на гранях, кованые решетки, отделка из красного дерева внутри. Этот аппарат явно проектировался для дамы с собачкой, поскольку мы с трудом поместили в нем рюкзаки, а сами вжавшись в стены. После чего Рик надавил на кнопку, украшенную драгоценными камнями, и лифт со скрипом пополз вверх.

Глава 11. Литературное голодание до добра не доведет

Уровень 5 — Ужасающий отель, Главный зал

Мы ехали молча. Я изучал отделку лифта и пытался расшифровать загадочные надписи, выцарапанные чем-то острым на стенках. Рик и Артём пялились в вентиляционные прорези, наблюдая, как меняется пространство снаружи. Эндрю насвистывал какую-то бодрую мелодию. Я определенно ее слышал в прошлом, только никак не мог вспомнить название песни. Чем-то она напоминала поздние треки Scorpions, но слова никак не попадали в их ритм.

Лифт добрался до нужного этажа и остановился, проиграв мелодию из музыкальной шкатулки. Дверцы раздвинулись, выпустив нас на пятый уровень.

Мы оказались в просторном зале отеля, построенного в 30-е годы XX века. Паркетные полы устилал красный ковер. Вдоль стен стояла мебель: сафьяновые кресла, белоснежные серванты, столы из красного дерева. Из рупора граммофона, возвышающегося на тумбочке, доносился джаз. Слишком здесь все аккуратно, не за что глазу зацепиться – ни крошки на ковре, ни частицы пыли на книжной полке. Видимо, за этим уровнем хорошо следят.

— Первоклассное местечко! — заметил я, изучая интерьер.

— Плата за номер тут соответствующая, — сказал Рик. — Владеет уровнем небольшая фракция Сгинувших, именующих себя Первенцами. Высокомерны, начитаны, в меру аристократичны. Очень странные ребята, если честно.

— А мы когда-нибудь встречали нормальных? — поинтересовался Эндрю.

Я подошел к ближайшему столу. Лаковое покрытие зеркально чистое, словно его только что протерли. Ради эксперимента я оставил отпечаток на столешнице. Не прошло и десяти секунд, как грязь на поверхности исчезла. Вот это я понимаю любовь к чистоте! Самый стерильный уровень из существующих! А кто-нибудь додумался выбрасывать сюда весь мусор с других локаций? Все равно ведь исчезнет. Не так ли?

— Есть у этого уровня какие-нибудь особенности? — спросил я у Артёма. Ответ не заставил себя ждать.

— Пятерка небольшая, за день можно обойти весь отель. Кроме номеров и просторных залов тут есть библиотека. Из монстров изредка можно встретить парочку кожекрадов, гончих и…

Внезапно позади раздался треск надвигающейся опасности. Что-то крупное оторвалось от потолка и ринулось в нашу сторону. Огромные крылья разрезали воздух словно лезвия.

— Ви, берегись! — крикнул Рик.

Я рефлекторно отскочил и развернулся. Выставил пушку и выстрелил. Пули прошили врага насквозь. Мотылек размером с человеческую голову шлепнулся на пол. Ореховый паркет залила желтушная гемолимфа, воздух испортился кислым запахом муравьиной кислоты. Пожалуй, отойду от едкой лужи подальше. Пусть уровень сам о ней позаботится.

— Эх ты! — сказал Артём. — Зачем на него магазин потратил?

— Магазин? — удивился я. — Всего двенадцать патронов! И вообще, ты разве не должен радоваться тому, что я жив? Видел, как резко я его уделал?!

— Если бы ты от мотылька скопытился, я бы со смеху помер, — сказал Эндрю. — Ходил и каждому встречному хвастался твоей премией Дарвина.

— Ну спасибо, козлина.

— Всегда пожалуйста!

— Для местных смертомоли та еще проблема – целые колонии над головой, — сказал Рик и указал на гнездо под потолком. — Не бойтесь, оно пустое.

— И много их приходится на гнездо? — спросил я.

— Роятся десятками, иногда даже давят сородичей. Но давайте не будем о плохом.

— Держите кулачки за то, что мы на них не нарвемся, — пробормотал Эндрю, поправляя лямку рюкзака. Похоже, он тут главный инсектофоб.

***

Мы покинули лобби и зашагали по протяженному коридору. Из стен, оклеенных обоями с завивающимся золотистым узором, торчали подсвечники, в которых роль восковых свечей выполняли винтажные лампы накаливания. Они тихо гудели, навевая столь неприятные воспоминания о нулевом уровне.

Из комнат то и дело в коридор выглядывали люди в старинных одеждах XIV-XX веков. Стоило нам подойти ближе, как они хлопали дверью и убегали прочь, теряясь средь комнат.

Мы прошли в дверь, помеченную позолоченной табличкой, и оказались в просторном зале с высоким потолком, от одного вида которого веяло царственностью и архитектурным пафосом. Деревянный паркет под ногами сменил белый мрамор. Вдоль стен шли диваны и кресла из палисандра. Рядом с крохотными окошками в горшках росли растения, походящие на гибрид кактуса и фикуса. С картин за нами наблюдали вельможи в пышных нарядах. От нахождения под масленым взглядом становилось как-то не по себе.

В конце зала находилась стойка ресепшен. Над ней крупным шрифтом Old English Text было высечено название заведения.

— Добро пожаловать в «Уютный Отель»! — поприветствовал нас мужчина в черном фраке. — Желаете снять номер? Сколько комнат вам нужно?

— Благодарю за гостеприимство, но мы здесь по другому делу, — прервал его Рик. — Нам срочно нужно попасть на следующий уровень.

— Мне к выходу ходить не доводилось, но есть проводник, знающий уровень как свои пять пальцев. Скажу сразу: за спасибо он не работает.

— Ничего страшного, с нами все работают.

— Живет он не близко, ходит с трудом в силу возраста.

— Сколько вам до него идти?

Администратор почесал запястье, прикидывая время.

— Минут двадцать. Согласны подождать?

— Куда мы денемся? Согласны.

Администратор кивнул и скрылся за дверью. Рик повернулся к нам и громко объявил:

— Делаем небольшую остановку.

Мы бросили вещи рядом с регистрационной стойкой. Артём тут же опустился в кресло-качалку и задремал. Рик с Эндрю зажгли торшер, уселись за столик и раскидали фигуры по шахматной доске. Партия началась со скандинавской защиты.

Меня фигуры на доске интересовали в последнюю очередь. Библиотека – вот настоящая кладезь знаний и закрученных интриг. Я взял автомат и уже собирался уходить.

— Далеко собрался? — поинтересовался Рик.

— В библиотеке книжки посмотреть хочу, — сказал я, указывая на застекленную дверь, за которой просматривался размытый силуэт книжных полок.

— А может лучше с нами посидишь? — сказал Эндрю. — Смотри, как я его сейчас разнесу.

— Я и шахматы как параллельные прямые.

— Очень жаль. Не каждый день увидишь игру гроссмейстера.

— Постой, — остановил меня Рик. —Так ты никуда не пойдешь.

Он достал из кармана катушку с ниткой и протянул мне, а конец привязал к ножке стула.

— Чтоб из рук не выпускал! И в дальние секции не ходи! А то будем собирать тебя по частям!

— Ага.

— Если что случится, зови!

Получив свободу передвижения, я тут же сиганул за дверь и начал осмотр достопримечательностей. Здешняя библиотека оказалась поразительным местом. Все здесь дышало запахом старой бумаги и книжной пыли. Шкафы шли рядами, переходили на нижние этажи и поднимались наверх, образуя сложную многоярусную структуру. Жаль, освещения не доставало.

Пройдя к ближайшей полке из темного дерева, я вытащил первую попавшуюся книгу. Пролистав половину, выяснил, что на страницах ничего нет. Взял другую, с желтым корешком, а затем еще одну, особенно толстую. Тщетно, книги были пустыми или содержали в себе текст-рыбу.

Продвинулся чуть глубже и это дало свои плоды. На нижней полке одиноко стоящего шкафчика обнаружились стихи на неизвестном мне языке. Это португальский или финский? О, уже теплее! Мне стоит копать глубже.

Ушел левее, где книжный лабиринт заканчивался тупиком. Там пол выстилал бархатный ковер, а высокий потолок поддерживали мраморные арки. Мое внимание привлекла тонкая книжка с синим корешком. После перелистывания десятка страниц, стало ясно, что это правила игры в Маджонг. Не фэнтези и не космоопера, но имеем, что имеем. Засел ненадолго, позволяя мозгу впитать изображения со страниц.

Поковырявшись еще немного, удалось нарыть стихи Лермонтова и потускневший томик «Финансиста». Вот это я понимаю, литература пошла. Будет чем мозг покормить на досуге.

Дальше идти не рискнул. Уж очень монструозным мне показался лабиринт из книжных полок. Еще заблужусь и к своим опоздаю. К тому же в тех секциях все пространство окутывал мрак – наткнуться в таком месте на библиотекаря и врагу не пожелаешь. Я приложил трофейные произведения к груди и с чувством выполненного долга зашагал в обратный путь.

Однако каково было мое удивление, когда этот самый путь мне преградил массивный шкаф, набитый книгами. Нить обрывалась у его подножия. Ну начинается… Я свернул куда-то не туда? Нет же, отсюда виден свет из комнаты, где сидят ребята. Тогда что это за прикол?

Уже собирался перелезать через шкаф, как почуял неладное. На меня упала крупная тень. Что-то приближалось, я слышал его шаги. Сразу швырнул книги за спину, рванул вперед и запрыгнул на шкаф. С бешенной скоростью стал карабкаться по полкам.

Подтянулся на последнем участке и увидел дверь, куда мне и нужно. Внезапно хлыст цепко обвил шею и резким движением сорвал меня со шкафа. Я закричал, попытался ухватиться за что-то и полетел вниз, обрушив ряды выставленных книг.

— На помощь! — вырвалось изо рта.

Посадка выдалась жесткой – тело впечатало в пол, как мешок с требухой. Сверху посыпались романы. Стиснув зубы от боли, поднялся. Пространство заполнял едкий газ, от которого начался кашель и закружилась голова. Надо мной взметнулась рука. Дернулся, пытаясь уйти в сторону, но было уже поздно. Жилистые руки цепко обхватили меня. Правая сдавила шею, а левая заткнула рот тряпкой.

— Попался сладенький! — сказал грубый голос через противогаз.

Я дергался из стороны в сторону что было сил, бил локтем по плоти, что удерживала меня волчьей хваткой, но тщетно. Отпускать меня никто и не собирался. Наоборот, рука сжалась сильнее. Начал задыхаться, голову вскружил усыпляющий запах. Руки слабели, удары становились все реже и реже, сознание угасало. Автомат шлепнулся на пол. Мой обидчик повернулся, и я увидел еще одного верзилу в противогазе.

— Тащим его, пока не очухался! — сказал его сообщник. — Вот госпожа обрадуется!

Сделал несколько рывков, прежде чем силы покинули меня. Изображение в глазах заполонила тьма. Тело дернулось в последний раз и обмякло в удушающих объятиях.

***

Загадочный уровень — Чертоги разума

Стояла тишина. В голове маячили туманные образы, перемешанные в случайном порядке. Тело нежилось в комфорте, бок ощущал приятный источник тепла. Не было никакого желания вставать и идти куда-то. Слишком уж тут хорошо и уютно. Хотелось, чтобы это продолжалось вечно.

Раздался стук по стеклу. Послышались искаженные детские голоса.

— Виктор… Виктор… — кто-то звал меня.

Ну все, полежали и хватит. Пора вставать. Сперва я почувствовал что-то мягкое под собой. Надавил рукой, прощупывая поверхность. Похоже на одеяло. Что ж, это хороший знак, можно открывать глаза. Веки приподнялись и вокруг возникла крохотная комнатка, погруженная в полумрак. Небольшой столик, по поверхности которого разбросаны книги. Знакомая паутина в углу, одинокая лампа, свисающая с потолка.

Я очнулся в своей комнате! Да! Я сделал это! Я вернулся домой! Радости не было предела. Вот бы все это происходило взаправду. Я моментально вскочил с кровати, подбежал к двери и дернул за ручку.

Ну конечно же! Не может все быть так просто. Закулисье взялось за меня по полной и потому так просто не отпустит. Выход из комнаты представлял собой нерушимую декорацию, иллюзию, дававшую ложные надежды. От досады я со всего размаху зарядил по двери, но тут же пожалел об этом, схватившись за ушибленную руку.

— Ну здравствуй, Виктор.

От неожиданности меня чуть удар не хватил. Я дернулся и вжался в стену, а потом расслабился, как увидел знакомую фигуру, закутанную в темное одеяние. Привратник валялся на кровати и сверлил взглядом потолок. Ленивый пельмень во всей красе, блин.

— Что ты здесь забыл, хвостатый?

— Не суетись так. А мы ведь только попрощались. Как же быстро летит время…

— Медленно оно ползет, а не летит, — огрызнулся я.

— Я давно потерял его счет… Знакомое местечко, не так ли?

— Да, я здесь живу. Точнее, жил до этого вашего Закулисья.

— Жалкая коробчонка.

— Ну спасибо за комплимент! Будто бы у тебя есть личная комната.

— Она мне без надобности, ведь у меня есть все Закулисье: миллионы коридоров и миллиарды комнат. Стоит только захотеть, и я заполучу любое пространство, на которое у тебя воображения не хватит.

Я подошел к столу, заглянул в окно и не обнаружил ничего кроме лунно-белого света, слепящего глаза. Под каким углом не смотри, не увидишь сквозь белую пелену ни неба, ни земли. Я ударил кулаком. Звякнуло громко, протяжно, однако стекло не поддалось. Я повторил еще пару раз, но смысла в этом было не больше, чем долбить лед на озере в сорокаградусный мороз. Значит, прилагая силу мне из этой западни не выбраться.

— Скажи честно: я умер? — спросил я и отодвинул штору, пуская внутрь больше света.

— Рано еще, Виктор. Умереть всегда успеешь.

— Тогда что это за место?

— Дворец разума. Самый сомнительный и неповторимый уровень во всем Закулисье. Для каждого выглядит по-своему, а попасть сюда может лишь человек-владелец.

— А что насчет тебя?

— Я не человек и не бездушный монстр. На меня дурацкие правила не распространяются.

— Везучий собакен, — прошептал я и опустился на стул. — Какое предназначение у этого места?

— Здесь хранятся знания, — сказал Привратник. — Много знаний.

— Много - понятие растяжимое.

— Сколько может вместить твоя голова, столько и остается на сохраненье. К тому же это идеальное место, чтобы сбежать от тех, кто будет тебя пытать или причинять нестерпимую боль по любой иной причине. Главное – не задерживаться надолго, а то можно умереть в реальности.

— Звучит так себе.

Привратник молниеносным движением вскочил с кровати. Выпрямился в полный рост, развел лапы в стороны.

— Твой дворец такой тесный и безыдейный. Нет, не обижайся, но мне доводилось видеть настоящие Дворцы. Многоэтажные замки с бесчисленными залами, украшенные драгоценностями, чей цвет неуловим для человеческих глаз. Многомерный Зимний Лес, утыканный ледяными деревьями-исполинами и наклонными башнями, что прикованы цепями к парящим островам. Мейнфреймы подземелий, где стены переливаются перламутром данных. Да… то были библейские шедевры, настоящие произведения искусства. Людям на Сцене не то что создать, даже замыслить подобное не по силам.

— Уж извини, я в создании своего участия не принимал. Дал бы время на раздумье – вышла бы конфетка.

— И что же ты теперь будешь делать? — спросил Привратник.

— Даже не знаю, — ответил я. — Для начала попробую выбраться отсюда.

— Ха-ха… будет непросто.

Вот же гад! Вместо того чтобы помогать, ржет и зырит звериным взглядом в душу. Драли бы его черти в черном омуте… Ладно, попробуем задать парочку наводящих вопросов.

— Начнем с простого. Долго мне еще предстоит скитаться по закоулкам собственного сознания?

— Как бы сказать… в данный момент твое тело находится в коматозном состоянии и ему ничего не угрожает. Но кто знает, что произойдет часа через два? Может быть, ничего. А вдруг от твоего тела останется лишь кучка костей. Сказать по правде, мне всегда хотелось узнать, что происходит с человеком в Дворце, тело которого лишилось жизни. Думаю, тут мало приятных моментов. Оказаться навеки вечные в клетке со своими мыслями и сойти с ума – как тебе такой расклад?

— Пожалуй, не сегодня.

Я двинул к шкафам, в надежде откопать путеводитель по Дворцу. Уж там-то сказано, где находится выход. Внутри на полках стояли книги, много книг. Пальцы пробежали по знакомым корешкам, стирая пыль с Хокингов, Роулинг, Волкова. До изумления знакомый текст. Как хорошо я помнил сюжет, персонажей, описания – будто читал книгу на днях. Привратник оказался прав, когда говорил о Дворце. Здесь, в подкорках, собрана вся моя жизнь от мала до велика.

— Может подкинешь мысль, в каком направлении копать?

— Пройдись по начертанному прошлому, ступая в невозможное будущее. Задействуй спусковой крючок, пройди испытание Локусов.

— А попонятнее нельзя?

— В людском черепе мои возможности сильно ограничены. Все, что ты слышишь – лишь слепок, снятый с истинной формы. Желаешь знать больше – иди на уровень 147.

— Постой-ка, не уходи.

Ответа не последовало. Я повернулся к Привратнику, а его и след простыл. Черт, куда запропастился этот засранец? Стоило только глаз отвести, а он уже слинять успел! И кто теперь станет моим личным поставщиком подсказок и советов? М-да, чувствую, я здесь надолго.

Я вытянул из шкафа первый попавшийся роман. Опустился на пол, упер голову об стену и принялся читать. Мне попались правила игры в Маджонг, которые я бегло изучил в библиотеке. Пожалуй, повторение лишним не будет.

Спустя минут двадцать меня осенила мысль. Этот уровень создан на основе моего разума. Попробую представить путеводитель, вдруг получится? И как ни странно, это сработало. Чем больше я вчитывался в текст, тем сильнее менялись строки. Детское чтиво превратилось в путеводитель по Дворцу.

Первые страницы представляли собой банальный пересказ того, что я уже видел собственными глазами. Потом шел список правил техники безопасности. Нельзя создавать предметы и сущностей, которые могут тебя убить, задерживаться на уровне больше двух часов (это может привести к инсульту), а также пытаться строить долговременное убежище. Перед посещением дворца рекомендовалось перенести физическое тело в безопасное место. Даже не знаю, куда меня утащили. Надеюсь, подальше из библиотеки.

Книга громко хлопнула в руках. Я уже близок к разгадке, подсказка лежала где-то на поверхности. Оставалось лишь найти тот самый спусковой крючок, что поможет мне вернуться к реальности. Закрыл глаза, представляя свое возвращенье.

— Выход! — скомандовал я и закрыл глаза, представляя, как поочередно прохожу события прошлого.

Резко похолодало, послышался шум вентиляторов. Я открыл глаза и понял, что от комнаты не осталось и следа. Меня перебросили в коридор серверного центра, где я бывал вместе с отцом в детстве. Меж вентиляционных труб под потолком просачивались провода с лампочками и пожарными сигналками на конце. Это и есть испытание Локусов, о котором говорил Привратник.

Занесло так занесло! И куда теперь? К дверям можно даже не подходить – без ключ-карты не пропустят.

Я захлопнул путеводитель. Дело оставалось за малым – требовалось просто пробежаться по пространству, собранному из образов прошедшего и вымышленного, и найти выход. С первого взгляда испытание казалось несложным.

Не успел я сделать и шага, как пол задрожал. По стенам прокатилась волна, заставившая тело пошатнуться. В конце коридора из щели выплыла темная бесформенная сущность. Нарастающий поток воздуха донес до меня скрипящий голос. Ну начинается!

Я обернулся и бросился наутек. Сущность разразилась неистовым рыком и кинулась вдогонку. Беснующаяся чернота пожирала все, до чего касалась. Становилось холоднее, шум турбин нарастал. Ухоженный коридор стал гнить и разлагаться. Стены облезли и потрескались, трубы покрылись ржавчиной. Из обгоревших дверей сочился тусклый свет красной луны.

— Выход! — крикнул я и тут же услышал ответный рык за спиной.

Мир вокруг затрещал по швам. С потолка сыпался песок, половица проминалась под ногами. Услышал металлический скрежет и рывком ушел в сторону. Позади рухнула труба, за ней последовали бетонные плиты.

— Выход!

Пол под ногами провалился. Я закричал и покатился по отвесному склону, пытаясь зацепиться за что-нибудь руками. Здание вокруг разлетелось на части, превратившись в бесчисленное множество платформ, зависших над пустотой. Обломки кружились, завихрялись, образовывая некое подобие тоннеля. В самом конце виднелся портал, из которого сочился свет. Кровавое полнолуние на небе сменилось миллиардом размытых точек и клякс.

Позади вновь послышался рев сущности. Перекатившись в сторону, я оттолкнулся и перепрыгнул на ближайшую платформу. Кусок бетона накренился, но выдержал. Уклонился от летящего в голову кондиционера и побежал дальше. Свет становился ярче. Осталась совсем немного. Я нащупал нужную ниточку и на всех порах несся к двери, позволяющей выйти из этой темницы.

— Выход!

Я прыгнул вниз и побежал по извилистой дорожке из плиток, которая сама услужливо собиралась под ногами. Сущность не отставала ни на шаг, кусала за пятки ледяным пламенем.

Оставалось лишь пересечь скользкую дорожку. Я закрыл глаза и вспомнил, как год назад катался на катке. Ощутил дуновение воздуха, как лезвия впиваются в лед, а тело само летит к цели.

И вот я уже на финишной прямой. Перемахнул через пропасть и оказался на платформе с порталом. В лицо ударил поток раскаленного воздуха. Еще немного и все.

— ВЫХОД!!!

Тело стало ощущаться по-другому, обрело вес. Видение потеряло краски, мир рассыпался миллиардом частиц. Реальность подступала все ближе и ближе.

Глава 12. Первенцы. Маджонг. Котельные.

Уровень 5 — Ужасающий отель, Комната Беверли

Я очнулся. Меня окружала кромешная тьма. Шея затекла, голова раскалывалась. Даже не знаю из-за чего конкретно: нападавшие руку приложили, или я слишком долго просидел во Дворце разума. Судя по всему, без сознания я провел несколько часов. Страшно представить, как далеко меня утащили. Это ведь еще пятый уровень?

Тело располагалось на стуле, обзору мешал мешок на голове. В комнате тихо – до меня доносился лишь шум светильников издалека. Кроме запаха ветхих книг и антикварной мебели нос щекотали имбирь и корица. Да, очень похоже на пятый уровень.

Я попытался подняться и освободить руки, но веревки мертвой хваткой удерживали конечности. Кем бы ни был их автор, он с отличием окончил курсы по вязанию узелочков. Похоже, без посторонней помощи мне отсюда не выбраться.

В коридоре послышались шаги, хлопнула дверь. Кто-то пересек порог и двинулся в мою сторону. Мое сердце застучало в бешенном ритме. Черт, по мою душу пришли!

— Госпожа, гляньте какого мы вам подыскали. Краше, чем в прошлый раз.

В прошлый раз? Мне точно крышка!

Люди остановились рядом. Мешок молниеносным рывком слетел с головы, и я, наконец, смог понять, куда меня притащили. Меня окружала огромная комната, отделанную белым деревом и позолоченными узорами. Стены были испещрены впадинами с зеркалами и дверьми, большая часть из которых выполняла декоративную функцию; вдоль них шли буфеты, фарфоровые вазы, а также геридоны с позолотой на краях. В одном из углов находился проход с лестницей на конце, уводящей на верхние этажи. С потолка свисала люстра, каждый хрусталик которой причудливо переливался на свету.

Также я впервые увидел похитителей. На меня глазели коренастые мужчины в мантиях викторианской эпохи, сквозь которые проглядывала гора мышц. Из их глоток вырывалось сиплое дыхание. За спинами ружья, в руках алебарды, заточенные лезвия которых слепили бликами. М-да, сейчас не время для глупостей. Стоит ляпнуть что-нибудь не то, и эти верзилы прирежут меня без суда и следствия.

— Добро пожаловать на пятый уровень, дорогой странник, — сказал нежный женский голос. Из-за широких спин выглядывала восемнадцатилетняя полторашка. Милая улыбка, крохотной носик и глазки. На ней было пышное пурпурное платье, украшенное кружевами и цветами роз. Светлые пряди доходили до груди, а за спиной хвост подвязывал бант. В руках она держала чашку, из которой доносился аромат молочного улуна.

— Добрый день, — с осторожностью в голосе отозвался я.

— Я Шерон Эрхарт, одна из Первенцев. А как тебя зовут?

— Виктор.

— Очень приятно.

Девушка уселась за стол.

— Можно узнать, куда вы меня притащили?

Она сделала глоток и вернула чашку на фарфоровое блюдце.

— Ты в Комнате Беверли. В месте, куда ведут все двери. Первенцы следили за тобой с того момента, как ты ступил на уровень. Ты помирал со скуки, пытаясь выцепить крупицу знаний средь океана бесполезных книг. Листал пустые страницы, ища развлеченья. Ах, бедняжечка! Как это ужасно!

Она переложила ногу на ногу, выставляя напоказ туфли на высоком каблуке, от одного вида которого я сглотнул слюну. Стоит ляпнуть какую-нибудь глупость, и один взмах рассечет мне рожу. Пока мне лучше не наглеть и играть по их правилам.

— Помирал со скуки? Что-то не припомню. Тут приключения на каждом шагу.

— Ах! Ничего странники не в силах осознать. Даже представить не способны здешнюю тоску.

Она вскочила со стула и устремила взор наверх. Одну руку отбросила за спину, другой прикрыла лицо. Какая драматичная поза.

— Проходит день за днем, но ничего не меняется. Те же стены, те же лица насильно держат меня на уровне. Я чахну в библиотеке, зачитывая до дыр дамские романы. От такой монотонной жизни меня ждет скоропостижное обращение в старуху.

— Очень вам сочувствую, — сказал я и задумался. Она говорила про любовные романы. Значит, среди уймы макулатуры можно отыскать хоть что-нибудь ценное. Например, справочник по выживанию или лекции знаменитостей.

— Наш дорогой гость, наверное, не откажется от чая, — сказала Шерон мужчинам. — Будьте любезны, окажите человеку услугу.

Один из них направился к буфету, другой пододвинул меня поближе к столу. Я почувствовал, как веревка ослабла, и смог высвободить руки.

— Кто эти парни?

— Моя охрана. Матушка очень переживает за меня, поэтому они вынуждены следить за мной сутки напролет.

Шерон села напротив и пристальным взглядом уставилась мне в душу.

— Прошу, поведай мне.

— Про что?

— Про все, что происходит за пределами отеля.

— Ну на уровнях ситуация разнится, — начал я рассказ, возомнив себя экспертом по Закулисью. — В одном уголке все спокойно, а в другом идет война с сущностями. В последнее время их особенно много напло… развелось. Недавно вот напали на Гамму, что на третьем уровне. Много защитников положили, но и сами вымерли.

Передо мной возникла чашка чая и плетеная корзинка с имбирным печеньем. Хотел отказаться, но крепкая рука опустилась на плечо, а девушка сделала настойчивую мордашку. Попробовал и могу сказать, что весьма недурно. Чай вообще зачетный, натуральный, без всякой химии.

— А известно ли тебе о мирных уровнях, где людям ничего не угрожает?

— Хм… например, Багровый лес, — сказал я, и увидев непонимание на лице Шерон, добавил: — Чащоба из красных деревьев с людским поселением в центре. Там очень живописные виды, приятное общество и враждебных сущностей нет. А еще там выращивают много чего. К слову, этот чай оттуда родом.

— Как любопытно. Хотела бы я побывать там… А как идут дела на Сцене? Ты ведь недавно прибыл оттуда? Космические корабли уже бороздят просторы вселенной?

— Конечно бороздят, — соврал я. — Марс уже колонизировали, на очереди Венера с Меркурием.

Я еще долго сидел и разговаривал с ней о том о сем. Чайник опустел, а горка печенья уменьшилась в два раза.

— Полноте, — остановила меня Шерон. — Прошу, оставайся здесь. К нам не часто заглядывают гости, а твое присутствие скрасит нашу скуку.

— Не могу.

За спиной хрустнули пальцы одного из верзил. Шерон резким движением опустила чашку на стол и разбила ее. Девушка моментально изменилась в лице, будто бы я назвал шлюхой перед родней.

— Ой, я такая неуклюжая, — выдала она, отсмеиваясь. — Прошу прощения. Можешь повторить?

Верзила подступился поближе, сгреб черепки со стола и отстранился.

— Я не могу оставаться здесь. Меня ждут друзья.

Шерон укусила себя за палец, погрустнела, но уже через пару секунд улыбнулась, выставив напоказ белоснежные зубы.

— Хорошо, я отпущу тебя… если сумеешь победить.

Она хлопнула в ладоши, телохранители засуетились. Яства и посуда исчезли, а на столе возникло игральное поле с костями, исписанными иероглифами.

— Что это такое?

— Маджонг. Первенцы часто собираются здесь по вечерам и играют.

— Но я не знаю правил, — слукавил я.

Шерон пододвинула тоненькую книжку.

— Прошу, прочти. И не задерживайся – не заставляй девушку ждать.

Я принялся бегло листать страницы. Знакомая литература, слова отскакивали от зубов. Хорошо, что не поленился прочесть инструкцию дважды – первый раз в библиотеке, второй раз во Дворце. А вот смогу ли применить полученные знания на практике… Маджонг как азиатский покер для особо одаренных – тут сам черт ногу сломит.

Пробежав глазами книгу от корки до корки, я опустил ее на стол.

— Играем быстрый восточный раунд. Сумеешь выиграть – отпущу на все четыре стороны.

— Я если не сумею?

— Тогда кто знает, что с тобой будет… О, придумала! Станешь моим послушным песиком. Будешь выполнять команды, ползать на коленях, есть из миски и спать под дверью.

Шерон раскрыла веер и скрыла за ним смешок, а телохранители заржали как кони. Очуметь, они что, серьезно? Просто возьмут и превратят человека в шавку? Сомнительные у меня перспективы.

Телохранители Шерон сели справа и слева, заняв места двух недостающих игроков. Мы взяли тайлы и воздвигли квадратную двуярусную стену без углов. Шерон бросила игральные кости – дорой стала восьмерка. После чего каждый взял из стены по тринадцать тайлов.

Игра началась. Мы принялись по очереди брать из стены тайлы, выбрасывая ненужные в дискард. Для победы требовалось собрать выигрышную руку из четырех сетов и одной пары, но есть нюанс: нужно уложиться в 28 писанных комбинаций, если, конечно, исключить варианты для сверхразумов. Хотя мне не обязательно добиваться наибольшей стоимости руки, ведь мы играем один раунд. Лучше синица в руке, чем журавль в небе. Так что попробуем собрать что-нибудь простое и безопасное, а там как попрет.

Стена из тайлов стала уменьшаться с катастрофической скоростью. Накал игры нарастал, а моя стратегия трещала по швам. На практике оказалась не так-то просто прийти к победной руке. Не сказать, что с начала мне достались плохие тайлы, но в руку шел один мусор, а не то, что было нужно. Оставалось лишь надеяться на удачу и молиться, чтобы никто не произнес заветные слова, начинающиеся на букву «Р» или «Ц».

Я оторвал взгляд от стола и посмотрел на оппонентов. Судя по их абсолютному спокойствию, плохи мои дела. Верзилы, честно говоря, играли странно, выбрасывая на стол самое ценное. Значит, пытаются подсобить госпоже.

Шерон заговорщически потирала ладошки. Она дилер и может позволить себе играть агрессивно. Наверняка, уже собрала Дайсанген и сидит довольная, а я с самого начала игры ни одного дракона не видел.

— Риичи! — внезапно объявила Шерон и положила палочку в центр стола. Черт, как же ей фартит! Хотя нет, какая там удача. Я совершил величайшую ошибку, рассчитывая, что визави будет играть честно. Но нет же, удачливая Шерон с самого начала мухлевала и чем дальше шла игра, тем хуже становилось ситуация.

Капли пота потекли по лицу, сердце забилось чаще. Плохо дело. В стене осталось всего двенадцать тайлов. Шерон остался последний шаг до победы. В ближайший ход сообщники выдадут ей недостающий и она выиграет, а значит иного шанса повлиять на ситуацию у меня не будет. Я бы сбросил пятерку, поскольку для меня она бесполезна, но это опасно, ведь в дискарде не имелось ни одной другой, следовательно, именно ее не хватает команде Первенцев для победы.

— Я полагаю, у тебя не так много вариантов. Как же ты походишь?

С другой стороны, у меня уже собраны три сета и пара, до выигрыша рукой подать. А Шерон уже не имеет права менять состав руки, а значит, у меня есть пространство для маневра. Пальцы нервно стали перебирать тайлы.

— Чего же ты ждешь? — спросила Шерон. Она будто насмехалась надо мной, проговаривая в голове: «Уже готов надеть ошейник и говорить: гав-гав?»

— Ничего, — ответил я, пытаясь собраться с мыслями. Хватит стоять над душой, женщина!

— Тогда не растягивай партию.

Делать нечего, придется ставить пятерку. Я взял тайл в руку, очертил взглядом грани и уже был готов опустить его в дискард.

Внезапно дверь распахнулась и громко хлопнула об стену. В комнату залетела шашка, которая быстро заполнила все дымом.

— Давай: пошли, пошли, пошли! — послышался знакомый голос. Я уронил пятерку на пол. Телохранители схватили Шерон и оттащили ее к угловой двери. На самодовольных лицах читался страх и удивление.

В комнату забежали вооруженные люди.

— Никому не двигаться!

Верзилы этот приказ проигнорировали. Они выступили вперед, заслонив телами госпожу.

Кто-то подошел ко мне со спины и положил руку на плечо. Наклонился поближе и прошептал в ухо:

— Стоило тебя одного на пять минут оставить, а ты уже клинья к девушке подбиваешь.

— Да не было ничего между нами!

— Это в какие нарды вы играли? — сказал Эндрю и указал пальцем на кучку фигурок.

— Это маджонг.

— О! А вы, месье, ценитель высокой культуры.

Среди дымного облака показался Рик. Он по-прежнему целился в головы Первенцев. Шерон текущее положение дел совсем не устраивало. Она вышла из-за спин телохранителей. Один из них попытался остановить девушку, но она оттолкнула его руку.

— Да как вы смеете, варвары?! Без разрешения ворвались в мои покои! Это моветон! Я не потерплю такой неслыханной дерзости!

— Я, конечно, извиняюсь, миледи, но вы похитили нашего паренька, — сказал Рик. — Так что будьте любезны и верните его нам.

— Виктор, не слушай их! — выкрикнула Шерон. — Прошу останься, здесь тебя никто и пальцем не тронет. Стоит только попросить и на столе окажутся любые яства: зефир, круассаны, печенье! Я полагаю, ты любишь чай? Зеленый, черный или, быть может, красный? А столько часов мы проведем за разговором!

Рик опустил пушку и глянул на меня.

— Ну что? Останешься с ними? Вроде, неплохие ребята.

— Нет уж, я с вами до конца, — ответил я. Всяко лучше находиться в компании со строгим Риком, чем с ветреной особой, испорченной прелестями светской жизни.

— Прошу! — взмолилась Шерон.

— Спасибо за приглашение, но в как-нибудь в другой раз.

— Он свой выбор сделал, — сказал Рик и снова направил винтовку на Первенцев. — Его желание для нас закон.

Артём в это время развязал веревки, и я смог подняться со стула. Черт, мышцы затекли, аж трудно стоять!

— Как подло! Как некультурно! Гадкие особи двадцать первого! Моя мать не оставит ваше самоуправство без внимания! Она…

— Твоя мать знает, что делает, Шерон! — раздался властный женский голос со стороны входа. Все без исключения посмотрели на дверной проем. В нем стояла статная женщина, та, что решила отказаться от бессмертия ради рождения дочери. Великая летчица, Амелия Эрхарт.

— Матушка? — изумленно сказала Шерон. — Разве ты не должна уехать прошлым вечером?

— Мое отбытие немного затянулось из-за нашествия на третьем уровне и проблем в Хабе. А теперь изволь объясниться: что здесь происходит? У нас была договоренность, что ты не будешь устраивать облавы на гостей, посещающих наш уровень. И что я вижу?

Шерон забегала глазками по комнате, пытаясь придумать хоть что-то в свое оправдание. Она выглядела так, будто ее окатили студеной водой. О! Кажется, кого-то сегодня ждет хорошая порка!

— Чего же ты молчишь? Зачем создаешь гостям проблемы? Ты уже достаточно взрослая, чтобы нести ответственность за свои поступки. Пойми, я не смогу защищать тебя вечно.

— Я и не собираюсь больше оправдываться.

— Что ты сказала?

— Мы больше не собираемся никому подчиняться! Это наш уровень, и мы поступаем с чужаками так, как считаем нужным!

— Но так же нельзя!

— Времена меняются, матушка. Ты не будешь править вечно. Скоро я займу твое место и Первенцы, наконец, обретут независимость, о которой они мечтали долгие годы.

— А как же другие люди? О них ты подумала?

— Пф-ф, — фыркнула девушка и зашагала к дверям. — Следуйте за мной!

— Просим простить, но мы вынуждены покинуть вас, — сказали телохранители.

Они поклонились Амелии и проследовали за Шерон.

— Постой! Ты не понимаешь, что творишь!

— Разговор окончен!

Амелия проводила взглядом ее, а как дочь скрылась за дверьми, тяжело выдохнула.

— Прошу прощения за выходку моей дочери, — сказала Амелия Рику. — Дети растут так быстро. Приглядывать за ними все сложнее и сложнее. Неужели она не понимает, что положение Первенцев и без того шаткое?

— Я рад тому, что никто не пострадал, а это главное, — ответил Рик. — Мы сами виноваты, что ослабили бдительность и оставили парня без присмотра.

— Тогда чем я могу отплатить вам за доставленные неудобства? В качестве извинений вам предоставят лучшие покои и шведский стол.

— Спасибо за предложение, но мы очень спешим. Как-нибудь в другой раз.

— Тогда вынуждена откланяться, доставщики. Желаю вам летной погоды.

— И вам.

Амелия подошла к Эндрю и что-то прошептала на ухо, но он тут же отстранился.

— Нет, я уже все решил. До свидания.

Мы разошлись на счастливой ноте. Амелия направилась в залы, где жили остальные Первенцы, а мы двинули в вестибюль отеля.

— Угораздило же тебя так вляпаться, — сказал Артём и потрепал меня по загривку. — Ты прям заноза в заднице.

— Да ладно вам. Подумаешь – налажал разочек.

— Это мы еще вовремя мы подоспели, — вмешался Рик. — Ты едва не проиграл партию. Даже представить сложно, чего бы с тобой тогда приключилось.

— А я думал, что мы идем вровень.

— Куда там! Эта игра проклята. Еще никому не удавалось выбраться живым после сыгранной партии.

Я со стыдом попустил глаза. М-да, некрасиво получилось.

— Я же говорил тебе не уходить далеко. Больше так никогда не делай!

— Простите. Я слишком увлекся книгами, а они внезапно напали со спины.

— Нашел хоть стоящее чтиво? — спросил Артём. — Или пустые страницы разглядывал?

— Скорее, второе. Сколько времени ушло на мои поиски?

— Больше трех часов, — сказал Эндрю. — Антирекорд для нашей команды.

— Серьезно?

— Ага. Вообще, мы хотели скинуть балласт и двигать дальше, но Рик...

— Что?!

— Да ладно, шучу. Каждый из нас в глубине души немного эгоист.

— Так, парни, вы как-то рано расслабились, — сказал Рик. — Не нравится мне это. Нам еще через котельную топать, а дальше о-о-о… самые противные уровни. Окунемся в этот чан с головой, ну а на одиннадцатом будем почивать на лаврах.

Он хлопнул Артёма по спине.

— Ты теперь ответственный за Ви. Чтобы глаз с него не спускал!

Потом прилетело мне.

— А ты от него от него далеко не отходишь. Чтоб всегда ходили парой.

— Ох…

***

Уровень 5 — Ужасающий отель, Главный зал

Пока мы шли до ресепшена, Рик успел десять раз отчитать меня. Я такого длинного списка просчетов никогда не видел – это больше походило на некролог. То я смотрю не туда, куда нужно, то патроны расходую неэкономно. Хотелось возразить, но куда там? Рик все верно говорил. Он крутой выживальщик, матерый туннельный волк, знающий Закулисье, как свои пять пальцев. Его ноги прочесали вдоль и поперек самые враждебные уровни. Он выжил днями там, где остальные склеили ласты за считанные минуты. Без него бы я уже давно пропал.

С другой стороны, Рик был строг исключительно как наставник. Его можно смело назвать хорошим человеком редкой благородной породы. Такой мудрый и добрый, спокойный и терпеливый. Может пряником избить и кнутом погладить. Не будь таких как он, людям жилось куда тяжелее. За последние несколько дней у меня было столько возможностей отправиться на небеса, но благодаря Рику этого не случилось. Нельзя позволять себе подобную безответственность в будущем.

В целом повезло отделаться малой кровью – пострадала лишь моя гордость. Ну что поделать раз я сам виноват? До чего же опрометчиво было идти в гиблое место в одиночку. Стало стыдно за то, что не смог противостоять читательскому соблазну. Что ж, урок усвоен. Учтем замечания Рика на будущее и постараемся не косячить.

Мы вышли к стойке ресепшен и поток порицания закончился. Там нас уже давно ждал проводник – мужчина в годах в костюме со строгой выправкой, с седой бородой и залысиной. Он сидел перед книжным шкафом и с большим интересом рассматривал обложки романов с пустым содержанием.

— Вот, поприветствуйте, — сказал администратор. — Это наша ходячая реликвия из Домоводов и ваш проводник.

Мужчина, услышав, что говорят про него, приподнялся со стула, прокряхтел и повернулся к нам. Надеюсь, нам не придется тащить его обратно.

— А вот и вы-с. Заставили старика ждать.

— Извините, у нас возникли непредвиденные обстоятельства, — сказал Рик. — Как я могу к вам обращаться?

— На «вы», я полагаю. На Сцене наше имя известно в негативном ключе, поэтому не упоминаем-с.

Командир положил в ладонь проводника горсть красных клипс и спросил:

— Много времени уйдет на дорогу?

— Ни много, не мало. Время есть время, сколько его потребуется, значит столько надобно. Извольте-с.

***

Уровень 5 — Ужасающий отель, Котельные

Проводник завел нас в узкий тоннель, и мы начали петлять по коридорам, сворачивая то вправо, то влево. Отчасти котельные напоминали о третьем уровне: вокруг полно котлов и манометров, вентилей и паровых свистков. Трубы взбирались по стенам, переплетаясь между собой, словно змеи. По углам стояли короба с углем, за потолок уходили широкие стволы труб. Однако вместо нерушимого бетонного пола находились железные решетки. Под ногами постоянно булькала кипящая вода, время от времени выбрасывая вверх струи раскаленного пара.

Мы двигались слаженно и молча. Рик больше не читал нотаций, Артём обдумывал планы, а замыкающий с опаской поглядывал назад. Честно говоря, зря я недооценивал проводника. Хоть его виски и покрылись сединой, свое дело старик выполнял безупречно. Он за версту обходил все опасные места, заранее предупреждая нас о приближающемся паровом извержении, способном сварить человека заживо.

Мы остановились в большом зале с высоким арочным потолком. Помещение состояло из двух платформ, разделенных пятиметровым водоемом. Перебраться через кипяток можно было по подъемному мосту, находящемуся в вертикальном положении на противоположной от нас стороне. Управлялся он с помощью приборных панелей, расположенных по обе стороны переправы.

— Мы так быстро пришли? — спросил я.

— А чего ты ожидал, юноша? Хоть на первый взгляд и не скажешь, но это один из самых маленьких уровней в Закулисье, который можно за сутки обойти.

Артём подошел к краю, оперся на металлические перилла и презрительно посмотрел на деда, который перебрал десяток комбинаций рычагов и все-таки сумел запустить механизм. Зашумел мотор, застучали шестерни, и мост стал медленно опускаться, приближаясь к нашей платформе.

— Как давно вы опускали мост?

— Даже и не припомню-с. Месяца два назад, а, может, и три…

Артём хмыкнул.

— Плохо дело. Кто знает, что за дрянь там скопилась за это время.

— Слышал, паря? — сказал Рик. — Не расслабляйся.

— Понял я, понял.

Наихудшие предположения Артёма подтвердились. Шум шестерней привлек сущностей на противоположном берегу. Зашелестели и застучали когтистые лапы, а затем темноты выползи всякие гадости. Они подобрались к краю платформы и начали сновать из стороны, скуля, словно дворняги. Спустя минуту нас караулила целая армия боевых леммингов. Прыгать никто не решился, так что им только и оставалось ждать, пока опускается мост. Как же хорошо, что среди них не было летунов.

— Че будем делать? — спросил я.

Артём подошел к старику.

— Мы можем остановить мост?

Проводник перевел рычаг в верхнее положение, но ничего не изменилось.

— Никак нельзя-с, — сказал он. — Мост не поднять, пока он полностью не опустится.

— Тогда прибьем их, пока они не разорвали нас в клочья, — сказал Рик, поворачиваясь лицом к проводнику. — Не высовывайтесь, пока мы воюем.

— Это мне нравится! — выкрикнул Эндрю и щелкнул дробовиком. — Коси гадюшню!

Старик беззвучно зашевелил губами и попятился назад, прячась за нашими спинами. В этот миг на всю котельную раздался предсмертный вопль. Один из безликих предпринял попытку перепрыгнуть к нам на платформу, но просчитался и плюхнулся в кипяток. Его сородичи оказались более осторожными и продолжали смиренно скалиться у края.

— Что-то многовато гостей стало!

— Давайте не будем затягивать с приветствием, а то потом стульев на всех не хватит!

Загрохотало оружие. Сущности стали дохнуть одна за другой. Я старался экономить пули и стрелял одиночными, однако магазины уходили куда быстрее, чем я рассчитывал. Надеюсь Рик знает, где можно пополнить боезапас. Еще парочка встреч с противником и нас ждет большое фиаско.

Тем временем подъемный мост почти опустился. Самая смелая гончая задорно взвизгнула и понеслась в нашу сторону, цепляясь когтями за решетчатое покрытие. За ней последовали другие.

— Энд, держи проход! — крикнул Рик, продолжая косить выродков.

Парень моментально переключил внимание с противоположного берега на мост. Прогремели тяжелые выстрелы. Дробь разорвала псину на части. Другие твари не избежали подобной участи. Они не могли остановиться, ведь позади неслись их сородичи, не могли уйти в сторону на узком мосту. Они спотыкались о мертвых собратьев, ловили мордой дробины и падали в бурлящую пучину.

— Энд, не повреди мостовое полотно! — крикнул Рик. — Ви, выше голову, цель на два часа!

Я сместил взгляд и увидел паукообразных существ размером с крупного тарантула. Они семенили своими шестнадцатью лапами и быстро приближались к нам. Поднял оружие, прицелился, выстрелил. Первая арахнида взорвалась от пули. Вторая отделалась оторванными лапами. Паук оторвался от стены, пролетел пару метров и плюхнулся в кипяток на радость вьетнамским гурманам.

Третий оказался чересчур резвым. Каким-то чудом ему удалось прошмыгнуть между пулями и оказаться на нашей стороне. Лапы спружинили, тварь прыгнула и полетела на меня, целясь прямо шею. А у меня как раз закончились патроны. Ну уж нет, так просто не дамся! Я замахнулся автоматом, как бейсбольной битой, и вмазал по гаду. Паук скончался моментально. Его бездыханное тельце выкинуло прямо в суп, где уже варилось полсотни тварей.

— Рик, прикрой! — сказал я и отступил назад, выхватывая магазин из подсумка. — Их еще много?

— Все прут и прут! — сказал Артём. — Совсем сдаваться не умеют.

Послышалось жужжание крыльев. Из вентиляции вылетело несколько смертомолей. Артём начал снимать их по одному, наблюдая как эффектно лопаются их тела. К этому моменту я закончил перезарядку и присоединился к истреблению. Врагов оставалось все меньше, их силы таили на глаза.

На противоположном берегу засветилась фигура, точь-в-точь походящая на Артёма – только пушкой его обделили. Я, недолго думая, стрельнул в нее, целясь в лоб. Голова лопнула как арбуз. Кожекрад хотел обдурить меня, приняв облик друга. Ну уж нет, в этот раз я на это не клюну.

Наконец, мост опустился, громко звякнув металлом. Механизм завершил работу, шестерни замерли. К этому моменту на противоположной стороне не осталось никого – все были мертвы.

— Что это за тварь? — спросил я, спихивая дохлого паучка кончиком автомата с платформы.

— Нгуитр’ксурх, — сказал проводник, глядя, как тушка шлепнулась в кипящую воду и зашипела, словно картофель во фритюре.

— Кто?

— Нгуитр’ксурх. Вид арахнидов, населяющих наш уровень. Обычно они обитают в темных нежилых помещениях и ждут, когда добыча придет к ним сама. Выжидают момент и усыпляют жертву седативным веществом, а как только она потеряет над собой контроль, нападают-с. Но я никогда не видел, чтобы они так яростно шли в лобовую атаку на группу вооруженных людей. Странные вещи на нашем уровне происходят-с.

— И не только на вашем, — сказал Рик. — На втором все пожирают крысы. База на третьем едва может сдержать легионы врагов. И это мы еще не знаем, что будет дальше.

Проводник задумался, а потом хмыкнул, потирая сухое лицо.

— Закулисье меняет правила. Те стратегии, что годами сохраняли нам жизнь, больше не приносят победы. Это нападение было лишь пробным забегом со стороны сущностей. Думаю-с, вам нужно готовиться к чему-то крупному.

— Нам? А вы так уверены в своих силах? Считайте, что без нашей помощи сможете защитить себя?

— Первенцы веками живут на этом уровне, населенном мухами ужаса и прочими ужасающими созданиями. И до сих пор наша численность лишь росла, пока ваши люди клали головы сотнями. Даже если сущности смогут прорваться через котельную и достичь жилых залов, мы сможем укрыться в тайных комнатах, где нам ничего не грозит-с.

— Смелые вы, ребята. В таком случае удачи, долгой жизни и всего прочего.

Проводник наградил нас легким поклоном.

— И вам удачи в долгом странствии до одиннадцатого уровня-с.

Он дождался, пока мы не перешли на другую сторону, поднял мост и, повернувшись к нам спиной, он в черепашьем стиле затопал прочь. Рик проводил его взглядом и повернулся к нам.

— Будем надеяться, что по пути его никто не сцапает. А у меня для вас отличные новости. Мы прошли половину пути. Скоро устроим привал, но сейчас не время расслабляться. Так что давайте, пари, еще один марш бросок до следующего уровня!

Переход на следующий уровень находился прямо за мостом. В стене зияла огромная дыра, в которой начиналась абсолютная чернота. Ее не мог рассеять ни один источник света: ни лампы котельной, ни свечи, ни наши фонари. Жерло тоннеля молчало, завлекая внутрь любопытствующих странников. Нам осталось лишь сделать шаг навстречу неизвестности, рассчитывая на благосклонность судьбы. Преодолев детскую боязнь темноты, я с опасением зашагал вперед, ожидая за границей уровней чего угодно.

Глава 13. Ведь это глупо – бояться нехватки каких-то частиц

Уровень 6 — Темная сторона

Непроглядный мрак обрушился на нас прямо за входом на уровень. Перейдя через невидимую границу, мы оказались в столь черном месте, что буквально ослепли от темноты. Я не видел даже собственных рук, когда подносил их к глазам. Фонарик никак не исправил ситуацию. Здесь нечему было взаимодействовать со светом, кроме нас самих и частиц пыли, мелькающих в лучах фонарей. Стены из абсолютно черного материала буквально поглощали все фотоны.

— Так, отряд, не боимся, — сказал Рик. — Идем прямо за мной. Если что-то случится, кричим.

Мы выстроились линией, так, что каждый взялся впередиидущему за плечо. Рик вытащил из рюкзака лидар – чудо техники, ставшее нашей путеводной звездой. Он нажал пару кнопок и на крохотном экране вспыхнули разноцветные точки, которые хоть как-то позволяли ориентироваться в пространстве.

Но полностью на технику было полагаться нельзя. Приходилось слушать уровень, понимать его запахи, прощупывать подошвой его структуру. Судя по звукам шагов, все поверхности здесь состояли из камня, а не из пуха и ваты. Так что двигаться придется очень осторожно. Если упасть или налететь с разбега на стену, мало не покажется.

***

Дорога выдалась длинной и однообразной. Мы целый час плелись, как черепахи, то поднимаясь по пандусам, то спускаясь по лестницам. Из-за постоянных поворотов казалось, что мы ходим кругами, но Рик давал знать, что идем по верному пути. Мне же оставалось лишь всецело следовать предписанию: шагать с группой и ни на шаг не отставать.

На уровне было чертовски пусто. Нас окружал вакуум – плотный, осязаемый, словно его можно было потрогать. Слышалось лишь тяжелое дыхание и мерный стук сапог.

Боевого настроя нашей братии хватило ненадолго. Едкая темень растворяла любую радость и надежду. С каждым шагом она угнетала, давила сверху все сильнее. Вместе с тьмой пришел и страх. Мы не видели врагов, но атмосфера делала свое дело. Пугала не сама темнота, ни звуки и запахи, что разносились среди нее. Неизвестность. Вот как звали главного виновника человеческих страхов. Невозможно было предугадать, какие опасности поджидают человека за следующим поворотом. Будет ли это бездонная яма, орда голодных монстров или же шайка бандитов, рыщущих в поисках легкой наживы? Кто знает, кто знает…

Помню, как в детстве боялся темноты. Только в комнате выключался свет, я быстрее бежал в кровать, пока меня не настиг монстр. Заворачивался в одеяло, с ужасом наблюдая за глазами, мерещащимися в углах. Сколько же детских страхов можно было избежать, если бы я знал, что темнота – это не ареал чудищ, а всего лишь отсутствие фотонов в видимой части спектра. Ведь это глупо – бояться нехватки каких-то частиц.

— Мы хоть правильно идем? — послышался дрожащий голос Эндрю.

— А ты не видишь, Энд? — ответил Артём. — Обратно в котельные.

Позади послышались выстрелы, а затем раздался громкий вопль. Я обернулся и почувствовал, как в лицо подул влажный воздух. Что-то приближалось к нам с большой скоростью. Я затаил дыхание и подготовил пушку. Поток воздуха продолжал усиливаться, превратившись в штормовой ветер.

Внезапно что-то массивное рассекло воздух, растолкав нас. Артём дернул меня за рюкзак. Я крикнул и замахал руками, теряя равновесие. Не сумев устоять на ногах, упал и покатился по крутому склону. Как мог сгруппировался, закрыл руками лицо, надеясь, что внизу нет обрыва. На счастье, выкатился на просторную плоскость.

Сверху раздался испуганный голос Эндрю. Тут же поднялся и устремил взгляд наверх, где пару раз мелькнули лампы фонарей и погасли. Черт, нужно что-то делать!

Я уже собирался бросится искать место, где можно подняться к ребятам, но меня тут же остановила ярка улыбка, выплывшая из темноты. Нет, почему именно сейчас?! Я замер, а затем медленно попятился назад. Два ярких глаза и клыкастая морда не спускали с меня взгляда и медленно приближались. Похоже, придется прикончить урода. Я наставил на него автомат и потянулся пальцем к предохранителю, но вдруг чья-то рука вцепилась в плечо.

— Стой, дубина! — раздался голос Артёма рядом с ухом.

— Оно… — испуганно бормотал я, глядя как зубастая пасть приближается ко мне. — Оно наступает…

— Это все иллюзия! На этом уровне никого нет. Не обращай на них внимания.

— Но люди ведь пропадают!

Я не слушал его и уже хотел расстрелять тварь, но рука Артёма заставила меня опустить ствол. Он направил луч света на противника. Образ улыбающегося задергался, зашипел и бесследно растворился в всепоглощающей черноте.

— Черт! Ты вообще меня слушаешь?! Нет здесь никого! Лишь суеверия.

Я замер и попытался трезво оценить ситуацию.

— Это лишь плод твоего воображения. Фантомные образы лишь нагнетают атмосферу.

— Тогда кто столкнул нас? Я нутром чую их присутствие.

Артём всучил мне флягу с миндальной водой.

— Пей!

Подойдя к склону, с которого мы скатились, он крикнул:

— Эй! Вы там живые?

Наверху забегали лучи фонарей и показались силуэты Рика и Эндрю.

— Живее всех живых.

— Веревку скинете?

— Не-а, не дотянется. Слишком высоко.

— Тогда мы пойдем снизу. Тут дорога, идущая параллельно вашей. Рано или поздно должен быть подъем наверх.

— Хорошо, догоняйте, — ответили сверху и силуэты растворились в темноте.

Артём повернулся ко мне.

— Все нормально? — спросил он. — Тогда проникнись этим местом. Иди и улыбайся.

— Легче сказать, чем сделать.

— Можешь даже закрыть глаза, а я тебя как дитя малое за руку поведу.

— Нет, уж! — огрызнулся я. — Это я как-нибудь сам.

Артём пожал плечами.

— Как знаешь, как знаешь… Только держись левой стороны, скоро начнется пропасть.

Мы зашагали вперед. Спустя минуту миндальная вода подействовала и стало гораздо легче.

***

Мы шагали по уровню, выискивая пологий склон или лестницу. Организм привык к темноте, и я стал передвигаться увереннее. Лишь изредка спотыкался об неровности на полу.

Внезапно в соседнем тоннеле раздался резкий скрежет металла об камень, а потом по уровню пронеслось зловещее эхо. Я снова замер, вслушиваясь в отголоски.

— Что там?

— Глупо обращать внимание на каждый шорох. Так можно и с ума сойти. Этот темный омут испытывает нас на способность противостоять страху. Лишь тот, кто не боится темноты и эха собственных шагов, достоин жить. Дохляки тут быстро слетают с катушек и начинают мочить воздух. Не выдерживают, ломаются, а потом погибают в полном одиночестве от истощения. Но самое страшное то, что даже будучи при смерти не догадываются о бедах с башкой.

— То есть этот уровень действительно необитаем?

— Есть вещи, которых даже я не знаю, — признался Артём. — Закулисье еще слишком плохо изучено, открытия поджидают нас на каждом шагу. Как говорится, от него мы чаще огребаем, чем получаем информацию. Но раз выдалась возможность, то просто шагай вперед, считай шаги и будет тебе счастье.

Дорожка сузилась и пошла в гору. Двигаться стало сложнее.

— А тут всегда так темно?

— Тут – всегда.

Артём немного подумал и добавил.

— Скоро будет везде темно. Грядет великая тьма, что окутает Закулисье. Светила уйдут с небес, припасы перестанут восполняться, монстры выйдут на охоту. Человечество будет прятаться по углам, надеясь дожить до рассвета, который никогда не наступит. Все помрут и мы с тобой тоже.

— Бред какой-то. Жуткие рассказы, которыми пугают непослушных детей.

— Не поверил? Очень жаль. Я ради тебя старался.

— Знаешь, меня больше пугают не страшилки, а твоя осведомленность. Слишком уж ты много знаешь обо всем.

— Жизненный опыт и излишняя предосторожность. Лет через десять будешь страдать тем же, чем и я.

Несмотря на конскую дозу миндальной воды, эффект уровня не отпускал. Губительное наваждение терзало рассудок. От страха мерещились всякие глаза и зубастые пасти, руки так и тянулись к оружию. Проклятые глюки!

— Это мы сейчас группой идем. А представь, как тут в одиночку шастать? Люди с ума сходят. Если выберутся с уровня, на него больше ни ногой, ни за какие деньги. У меня тут один знакомый крышей двинулся. В панике бросился бежать, заблудился в дебрях и как в воду канул. Может быть, от руки бандюгана пал.

— Какая-то мутная история… — сказал я и зашагал быстрее, вырываясь вперед. Артём ничуть не обиделся. Напротив, он догнал меня, решив сменить пластинку.

— Давай, рассказывай: нравится наша компания?

— Могло быть и хуже.

В темноте я этого не видел, но он, наверное, расплылся в искренней улыбке. Льстил как только мог, хитрец.

— Не желаешь присоединиться?

— А какие требования?

— Для начала крепкое здоровье и физическая подготовка. А потом наличие стартового капитала.

Я усмехнулся.

— То есть я еще платить должен за то, что рискую жизнью?

— Биговцам нужна гарантия, что ты не очередной халявщик. Это поначалу все было бесплатным. Когда Б.И.Г. только появилась, брали кого не попадя. Но потом люди просекли, что это легкий способ набить брюхо и валяться на завалинке. Вот и стали закручивать гайки. Так что придется немного раскошелиться, но если пройдешь отборочный этап, а затем хорошо покажешь себя, будешь шиковать. Это я тебе обещаю.

— Я подумаю, — сказал я. Быть может, мне этих приключений на всю жизнь хватит. Бегать по темным уровням от бабаек с грузом за спиной – такая себе перспектива.

— Тебя никто не заставляет. Как доберешься до безопасной зоны – делай, что хочешь. Некоторые, повидав ужасов, отправляются взращивать картошку на полях. Жизнь спокойная и прибыльная. Как говорится: все профессии нужны, все профессии важны.

— Как долго вы работайте доставщиками и насколько это опасно?

— Я – лет пять, остальные – куда больше. Риск всегда есть, но если не ввязываться сомнительные авантюры, то жить можно.

— А у вас нет конкурентов? Каких-нибудь «серых» доставщиков?

— Здесь подобное не особо одобряется. Есть кончено другие группировки со своими курами, но там как правило больше двух недель не живут. Когда приходит время платить по счетам, заказчик дает груз-пустышку и отправляет на самоубийственную миссию. Так что работая с Б.И.Г., ты получаешь какую-никакую гарантию, что тебя не кинут.

Стоило десять раз подумать, прежде чем соглашаться. Это была крайне опасная профессия. Они блуждали по самым опасным уголкам бескрайнего измерения, кишащим чудищами и прочими опасностями. Мне же хотелось уйти подальше от мрака тесных катакомб. Выйти на открытые пространства, дышать полной грудью и радоваться жизни.

— Эй, смотрите, кто к нам колеса катит! — услышал я неизвестный голос. Я оглянулся, рассчитывая на поддержку Артёма, но тот как сквозь землю провалился. И куда он успел слинять? Минуту назад шел рядом и терроризировал информацией, а как понадобился, сразу смылся!

Чиркнула зажигалка. Мне навстречу из темноты выплыли две фигуры в плащах. Нижнюю часть лиц скрывали повязки. А вот и бандиты!

— А ну-ка кто у нас тут? Берем тепленьким!

Бандиты выхватили оружие. Судя по силуэту, «Томми-ган» и топор. Похоже, у кого-то проблемы. Большие проблемы!

— Знач, слушай сюда, чушка. Отдавай сумку с пушкой да выворачивай карманы. А там, гляди, разойдемся с миром.

Я сделал пару шагов назад.

— Да ты не боись! — крикнул другой. — Отвечаю, мы тя резать не будем.

Я замер на месте, не решаясь скидывать вещи. Похоже придется пристрелить гадов. Рука потянулась к спуску.

— Э, че ты медлишь, фраер?! Ты ваще понял, че мы от тебя хотим?!

Вперед выступил высокорослый бугай. Он достал монтировку и ткнул ей в мою сторону.

— Да он, походу, контуженный. Ща я ему мозги быстро вправлю.

Он широкими шагами направился ко мне. Ну все, нужно что-то делать. Посмотрим кто быстрее: я разряжу Калаш или меня изрешетят из Томпсона.

Бабах! Слева от нас жахнул выстрел. Пуля пробила голову бандиту с пушкой и залила кровью лицо второго.

Бугай с монтировкой на мгновение оставил меня без внимания, чего было более чем достаточно. Я появился прямо перед ним и со всей дури вдавил приклад в лицо. Послышался хруст и из сломанного носа, брызнула смесь соплей и крови. Бугай взревел от боли и замахнулся рукой, пытаясь уложить меня, но мое тело уже перекатилось ему за спину. Подсечка, второй удар по спине и тело падает на руку. Тихий хруст и конечность сломана.

— Шухер! Наших валят!

Последний принял весьма осмысленное решение: развернулся и побежал прочь. А он был не таким смелым, каким казался сначала.

Однако и ему не удалось уйти далеко. Дорога к отступлению представляла из себя узкую тропу, на которой можно было легко оступиться, что несчастный и сделал. Успев зацепиться за край обрыва кончиками пальцев, бандит пару секунд побарахтался, а потом, издав крик Вильгельма, полетел в бездонную пропасть.

Рядом пронеслась еще одна пуля, которая добила стонущего бугая на полу. Из темноты ко мне вышел человек очень сильно напоминавший Артёма. Надо же, какие люди!

— А ты шустрый, — сказал я, поправляя лямки рюкзака.

— А как иначе? Тебя не задел?

— Только ментально унизил.

— Ничего, оклемаешься.

Артём подошел к краю пропасти и посмотрел вниз, вглядываясь с бездну. Там ничего, кроме его темнейшества пустоты, не наблюдалось.

— Вот про этих ребят я и говорил. Потерял самообладание, поддавался страху и панике, бросится наутек – коней бы двинул. Молодец, что не испугался. Считай, прошел испытание шестого уровня.

— Они что… все это время нас ждали?

— Да нет. У них тусовка на соседних уровнях. Как пойдет инфа, что странник с грузом идет, так сразу в темень прячутся и выжидают. А потом выскакивают и обдирают до нитки.

— Б.И.Г. их не трогает?

— Пытаемся всячески мешать, но каждый раз заводятся новые черти… Ладно, пошли отсюда. Я как раз путь наверх нашел.

Мы ушли левее и через минуту вышли к лестнице. На верхнем ярусе нас уже поджидали Рик с Эндрю.

— Местные призраки совсем страх потеряли, — сказал Артём. — Скинули вниз, а я и малого за собой утянул.

— Парни, давайте уже, — сказал Рик будучи на нервах. — Быстрее пойдем – быстрее выйдем. Видите мой рюкзак? Цепляйтесь и строевым марш!

— Я тут вообще ничего не вижу, — сказал Эндрю, но все же взялся за лямки. — Ослеп от постоянного пребывания в темноте. Мне бы это, на воздух выйти, на солнышко.

— Мы тут все скоро ослепнем от твоих шуток, Энд.

Через минуту мы дружным строем шагали по просторам Закулисья. Прошло всего несколько дней, а Закулисье сплотило меня с доставщиками. Подумать только, что может сделать экстремальная ситуация с группкой разношерстных людей.

Я по-прежнему старался избавиться от навязчивых мыслей, но уровень угнетал и выжигал всю радость из груди. Целую вечность плетемся, а проблеска света все не видать. Тыкаешь лучом света в черноту, а ничего там нет. Абсолютная темнота. Вокруг вроде тихо и спокойно. Но затылком чувствуешь, как к твоей спине подкрадываются голодные кровожадные твари. Оборачиваешься, а там рожа товарища.

***

Подуровень 6.1 — Закусочные

На наше счастье, вскоре уровень стал меняться. По пути стали встречаться неоновые надписи. Они лишь слепили глаза, но ничуть не прибавляли в освещенности. Под ногами, словно корни деревьев, образовались скопления проводов, об которые мы постоянно спотыкались.

Еще парочка поворотов и мы вышли в просторный кафетерий торгового центра. С левой стороны находилось множество закусочных, кофеин и ресторанов. С правой начиналась зона отдыха с кучей диванов и кресел. Вдоль стен стояли стулья темно-синего цвета, разделенные декабристами в горшках. В некоторых уголках располагались окна, испускающие яркий уличный свет. Мир за стеклами состоял из размытого светлого пятна, которое текло как кисель.

Играла музыка, из заведений доносились радостные голоса людей. В отличие от базара Гаммы, где каждый встречный пытался впарить тебе всякий хлам, народу здесь расхаживало куда меньше, да и те были погружены в дела с головой.

— Вот мы и пришли, — сказал Рик.

— А где встречающие? — поинтересовался я.

— Сейчас не сезон. Мажоры набивают кошельки и выжидают, пока ситуация не устаканится. Ослабнут набеги, кто-нибудь отважится грохнуть Повелителя крыс, и народ попрет.

Рик сбросил рюкзак подле дивана.

— Отдыхайте, набирайтесь сил, а я пойду перетереть с местными.

Он ушел, а я принялся изучать достопримечательности. Меня заинтересовал ряд вендинговых аппаратов, которые вместо монет и купюр принимали клипсы. Также рядом находилась табличка, сообщающая о автоматическом еженедельном пополнении запасов, что не могло не радовать. В самом автомате находились батончики Twin Finger самых диковинных вкусов: молочный и черный шоколад, карамель и вода. Имелся даже взрывной вариант, который применялся при обороне Гаммы.

Раз запасы миндальной воды начали истощаться, почему бы не продегустировать диковинку? Затолкав в клипсоприемник парочку красных пластинок, я жмякнул кнопку напротив «воды». Вендинговый аппарат зашумел, раскрутил пружину и скинул вкусняшку в лоток. Достав батончик, я тотчас разорвал упаковку и вцепился зубами в лакомство.

— Ну как? — спросил Артём.

— Обычная миндальная вода. Я ожидал большего за такую цену.

— Разве? Глянь на массу.

Я подбросил батончик в руке. Действительно. Для своего объема он ощущался пушинкой.

— Очень удобная вещь. Ничего не весит, только занимает пространство в рюкзаке. Рекомендую.

— Благодарю. Обязательно куплю несколько перед уходом с уровня.

Мы еще немного погуляли в зоне отдыха, пока не вернулся Рик с новостями.

— Эй, народ, слушайте сюда. Челноки послезавтра планируют отправить караван на одиннадцатый. И они не прочь взять нас с собой. Так что у нас задачи следующие: выспаться, зализать раны и пополнить запасы. Дальше никаких больших привалов не планируется, будем топать до победного.

У нас выдался крайне насыщенный день. Ужасно клонило в сон, но громкая музыка и прочий барный шум мешали предаться Морфею. Местные позаботились об этом, превратив складское помещение бара «Ликоретта» в зону отдыха. Набитую матрасами комнату окружали толстые стены, покрытые звукоизоляционным материалом. Туда мы и завалились спать всей толпой. За несколько дней, проведенных здесь, мои требования к комфорту понизились до наплевательского состояния. Было достаточно лежанки в углу и тряпки, защищающей от блуждающих сквозняков.

***

Выходной перед марш-броском прошел довольно спокойно. Каждый по-своему готовился к предстоящему походу: кто-то усиленно тренировался, кто-то по нескольку раз собирал рюкзак, пытаясь вычислить недостающий предмет, а кто-то забыл про все на свете и дрых весь день, просыпаясь лишь на трапезу и поход в туалет.

Получив разрешение от Рика, я взял у одного из барменов бесплатную карту уровня и вместе с Артёмом отправился изучать уровень. К сожалению, далеко нам уйти не удалось. Многие секции заканчивались тупиками или являлись переходом на особо опасные уровни, куда даже матерые странники нос не совали. За время блужданий не обнаружилось ничего сверхъестественного за исключением бесконечных запасов туалетной бумаги в санузлах. Я умыкнул себе парочку рулонов. Ничего, заведение от такого точно не обеднеет. Все равно они респавнятся каждые сутки.

Изредка мы натыкались одиноких безликих. Они не представляли никакой опасности: всячески сторонились людей и занимались полезным делом: мыли полы, протирали столы и драили туалеты. Не будем им мешать – пусть себе работают.

Также я капитально закупился провизией. Взял все вкусы батончиков, кроме пенопласта и кислоты. Названия у них говорящие, лишний раз рисковать не хотелось. Помимо батончиков, обнаружил в вендинговые аппараты с синими стальными банками, наполненными миндальной водой, а также некое везучее молоко с яркой надписью на этикетке, гласящей, что «продукт на 100% натуральный, не содержит сахара, искусственных красителей и ароматизаторов, а также произведен на основе соевых бобов». О да, охотно верится. Ради дегустации я его тоже приобрел в количестве нескольких пачек. В первую очередь меня интересовал клубничный вкус, но потом в глаза попался напиток с желтой этикеткой, расположившийся в самой нижней ячейке. Решил взять и его. Раз он такой редкий, то, скорее всего, и свойства у него очень полезные. Хотя вскоре я позабыл про него, выкинув на дно рюкзака.

Также за этот день я таки сумел отобедать рисом с курицей и овощами. Сначала даже не поверил в мясо, но как попробовал, так сразу влюбился во вкус этого консервированного цыпленка. Даже поразмышлял над тем, чем питался, когда жил в общаге. Овсянка, макароны, картошка. Гречка с курицей. Иногда дешевая буженина. Здесь всего этого не было. Лишь пресные сухпайки, ко вкусу которых уже дано притерпелся. Хотелось бы чего-нибудь земного отведать. Спелого яблочка, например.

Закулисье услышало просьбу и на глаза мне попался автомат с самой обычной водой. Мне она обошлась всего в пару красных клипс. Какое наслаждение! Я и забыл, что H2O может быть такой вкусной. За эти несколько дней я даже забыл ее настоящий вкус. А как глотнул, то слишком пресно что ли. Неужели я настолько привык к ванильному запаху и миндальному послевкусию?

Больше тратиться на местный провиант я не решился. Недешевое это удовольствие, приберегу деньги на потом. На одиннадцатом уровне они мне определенно пригодятся.

Ближе к вечеру местные организовали мастер-класс по выживанию для всех желающих. На него я попал в добровольно принудительном порядке благодаря Рику. Занятие проходило в отдельном помещении, которое переделали из бара в учебную аудиторию. Сначала один заносчивый старикашка с залысиной прочитал нам парочку лекций. Он говорил об использовании естественных укрытий, обходе освещенных участков, а также что-то про отвлечение внимания сущностей с помощью звуков и движение по открытой или пересеченной местности. Сперва я, уже позабывший об образовательном процессе, впитывал информацию, словно губка, но когда профессор стал говорить метафорами и уходить в философию, лекция стала невероятно скучной и потянуло в сон.

Через час на сцену выбежал мужчина среднего возраста с длинными сальными волосами и интерес к учебе разгорелся новым пламенем. Он был куда более открытым и не просто зачитывал заученные фразы, а вел увлекательный диалог с аудиторией. Мы поделились опытом о сражении с монстрами, научились делать оружие из подручных средств, а поговорили о том, как добыть себе еду и питье в безжизненных коридорах Закулисья.

В течение следующих двух часов мы вместе с челноками обсуждали детали прохода по следующим уровням. Не только командиры решали вопросы – все принимали участие в дискуссии, делились советами, предлагали идеи, позволяющие обойтись малой кровью.

— Значит так, — сказал Рик. — Мы хорошо подумали и решили, сколько вещей кладем в рюкзак. Не более одной винтовки, к которой 300 патронов и взрывчатка в количестве пяти единиц. Можете взять все 400, но тогда откажитесь от гранат. Пистолет иметь допускается, но опять же – следите за массой. Количество провианта и миндальной воды по усмотрению. Суммарно тридцать килограммов на каждого, а лучше меньше.

Люди кивнули.

— Теперь, что касается самого маршрута. Нам предстоит пройти по одним из самых опасных уровней Закулисья. Седьмой имеет IV класс опасности, как и тот, где расположена печально известная база «Гамма». Восьмой и девятый относят к наивысшему V классу опасности. Десятый в голову особо не забивайте, он покажется нам легкой прогулкой по полям.

В разговор вмешался старикашка.

— Сначала нам нужно максимально быстро проплыть по океану семь километров до скалистого острова. Как доберемся, ныряем и ищем вход в подводную пещеру. Всем все понятно?

Он начертил на доске стрелочку. Желающих задать вопрос не нашлось.

— Переходим к следующему. Идем прямо по пещере, вниз не спускаемся, в верхние тоннели не забираемся. Ищем схрон, помеченный факелами. Там есть пролом в полу, через который переходим на девятый.

Все промолчали.

— Самый важный и опасный период. Тут трудно строить какие-либо из-за огромного числа монстров, но если нам удастся пробиться к тропе, ведущей к полю, мы спасены.

***

Уходя с собрания, я обратился к Артёму с вопросом.

— К чему такая суровая подготовка? Неужто в этот раз все настолько плохо?

— Ты ведь уже побывал на семи уровнях. Сколько раз Закулисье вело себя предсказуемо? Вопрос, конечно, риторической. Ни разу. Здесь слишком много неопределенностей, под которые порой очень трудно подстроиться. Нужно быть готовым к любым неожиданностям, непопадающим под стандартные критерии вероятности.

— То есть орава снаряженных людей не справится с сущностями?

Артём поправил очки.

— Тебе никто не рассказывал? Количество стволов, конечно, влияет на выживаемость, но до определенного момента. Чем сильнее будет «перегруз», тем агрессивнее сущности будут действовать. Слабые одиночки собьются в стаи, лобовые самоубийственные атаки превратятся в засады и обходные маневры. Да что там говорить, на нас могут напасть столь сильные твари, что только ноги уноси. Ни пули, ни огонь, ни взрывы – ничего их не берет.

— Откуда эта нечисть вообще приходит?

— Из Улья. Это такой уровень-инкубатор, которому присвоен наивысший класс опасности. Пять лет назад Б.И.Г. отправили туда карательный отряд в попытке устранить угрозу, но враг оказался нам не по зубам. Мы только сильнее разворошили гнездо и набеги участились. Спаслась лишь горстка трусов, да и тех изрядно потрепали.

— И как они с Улья попадают на уровни?

— Видел проломы в стенах на уровне ног? Маленькие такие, похожие на норы. Вот по ним перемещаются. И чем ближе уровень к Улью, тем больше сущностей. Если на соседнем останется половина, то на следующий придет одна четвертая, на последующий одна восьмая… Ну ты понял? Простая математика, ничего более.

— А есть уровни без монстров?

— Мало, но встречаются. Их делят на две зоны: безопасные, где сущности могут появиться только в том случае, если затолкать их через дверь, и мертвые, куда даже экстремалы нос не суют.

— Как жестоко.

— А ты что думал? В сказку попал? Давай, иди уже спать. Завтра рано тебя подниму.

Перед сном мне удалось принять горячую ванную, смыть с себя все слои грязи и вдоволь расслабиться. Нежась в пенной воде, я открыл КПК и пробежался по мануалу, предоставленным челноками.

Первым станет огромный океан с глубоководным монстром. Ну вроде бы плавать я умею. Следующий – система темных пещер, кишащая различными тварями. Если оружие не подведет, то как-нибудь выкарабкаемся. Самое страшное это девятый уровень. Там мы будем как на ладони. Спрятаться сможем лишь в постройках, и то ненадолго. Рано или поздно полчища тварей выгонят нас на открытые пространства.

Я откинул голову и постарался не думать о плохом. Под потолком горели огни: синие, желтые, красные. Попытался расслабиться, вслушиваясь в мелодию бара, заглушаемую шумом текущей воды. Как же хотелось задержаться в этом райском местечке на больший срок.

***

С утра мы быстро перекусили, сходили на склад за надувной лодкой и вместе с вещами направились к выходу. Здесь царила мрачная атмосфера: вместо неоновых огней пространство освещалось пламенем костров, громкую музыку сменила гнетущая тишина, изредка прерываемая пугающими криками. Мы остановились неподалеку от ржавой двери, которую охраняла четверка вооруженных оперативников Б.И.Г. в застиранной форме.

— Ею не пользовались уже несколько лет, — сказал Рик. — Обычно все ходили в обход, но пока портальную сеть Хаба не восстановят, придется идти дорогой долгой и опасной. Даже гордость берет, будто мы первые прокладываем путь.

С течением времени к двери стекалось все больше людей, пока, наконец, не собралась тридцатка. У каждой из команд имелась своя надувная лодка, убранная в чехол. Все без исключения сняли обувь, завернули ее в полиэтиленовые пакеты и убрали на дно рюкзака. Затем извлекли лодки и начали орудовать насосами, наблюдая, как неспешно поднимаются борта суден.

Биговец отпер дверь. Из дверного проема тотчас повеяло склепной сыростью. Караван снялся с места и выдвинулся в путь. Мы продвигались в кромешной тьме практически на ощупь, пока впереди не появилась полоска света, освещающая лестницу. Белые ступни уходили вниз, к следующему уровню.

Все безопасные зоны и кордоны остались позади. Померкли последние костры застав. Теперь нам предстояло с головой окунуться в чан с враждебной неизвестностью.

Глава 14. Добро пожаловать в гости к Нептуну!

Уровень 7 — Талассофобия

Стоило лишь пересечь невидимую границу между уровнями, как в нос ударил запах хлорки, а на душе стало тревожно. Что-то тяготило разум, но что именно, сказать сложно. Спасибо хотя бы за отсутствие ловушек и полчищ монстров на входе.

Ступени вскоре стали влажными. Идти приходилось осторожно, придерживаясь за стены руками, дабы невзначай не поскользнуться и не покатиться вниз. Дальше хуже – по керамической плитке потекли тоненькие струйки ручьев, под ногами захлюпала вода. Хорошо, что я носки догадался снять.

Шум течения усиливался, маленькие ручейки, берущие начало в бетонных недрах, обратились горной речкой. Вода билась об плитку, поднимая в воздух капли, из-за которых разглядеть дальнейших спуск не представлялось возможным. Караван встал, люди принялись за переговоры. Снизу раздался голос командира первого отряда, который пытался перекричать шум потока:

— Дальше не пройти! Слишком сильное течение!

— Ясно! — крикнул в ответ Рик. — Спускайте лодки!

— Эй вы там, наверху! — отозвался кто-то из центра. — Идем по очереди с интервалом в полминуты! Смотрите, не зашибите нас!

— Вас понял!

Началось томительное приводнение. Отряд ставил лодку на ступени, после чего по команде забирался на борт. Если толчка не хватало, человеку с самыми накаченными ногами приходилось высовываться и производить дополнительные телодвижения, пока лодку не подхватывало течение. Следующий отряд занимал место предыдущего и ожидал положенные тридцать секунд.

Данное действо повторялось до тех пор, пока не настала наша очередь. Мы закатали штаны и спустились настолько низко, насколько позволяло течение. Рик дождался момента, когда последняя лодка скрылась за поворотом, и сказал:

— На счет три забираемся. И не потеряйте весла, а то будете потом руками грести!

Мы опустили лодку на ступени, досчитали до трех и запрыгнули. Дополнительный толчок не потребовался. Течение тотчас подхватило наше судно и с бешеной скоростью понесло вниз.

— Держись! — сказал Рик и крепче вцепился в ручку.

Тоннель постоянно извивался, разделялся и сплавлялся воедино, уходил в гору и обрушивался в пропасть. От такой тряски завтрак чуть не оказался снаружи. К счастью, впереди показался освещенный проем и экстремальный аквапарк закончился. Нас как из пушки выбросило в полузатопленную гостиную комнату. По инерции лодка пронеслась еще десяток метров и налетела на диван. Нас сильно тряхнуло и унесло в сторону. Артём взялся за весла и остановил судно прежде, чем оно столкнулось с чем-либо еще. Остальные отряды предусмотрительно ждали нас в углах комнаты.

Сейчас мы находились в прямоугольном помещении с отсыревшими обоями и одиноким светильником под потолком. Из розеток сочилась вода, журнальный столик плавал возле одной из стен. Лишь книжный шкаф и диван стояли неподвижно и усердно сопротивлялись водной стихии.

— Все целы? — спросил Рик, осматривая людей на лодках. — Осталось лишь пересечь черту, отделяющую наш лягушатник от океана. Идем ровным строем, друг друга не тараним, а не то отправимся в гости к Нептуну.

Люди на лодках оттолкнулись веслами от стен и заскользили по водной глади к дверному проему. За ним шумел водопад, знаменующий о начале основной части уровня.

Наша лодка вылетела наружу и, спикировав метр вниз, шлепнулась в большие воды, подняв столб брызг. Впервые за долгое время над головой находился не безжизненный потолок, а объемное небо. Тусклый свет пучками пробивался сквозь тучи, разделяя уровень на темные и светлые зоны. Гостиная снаружи выглядела как квадратная бетонная коробка, зависшая в воздухе. Крохотный водопад впадал в океан, кажущийся бесконечным. На почтительном расстоянии из воды выглядывали скалистые острова, покрытые мраком.

Я уставился на воду, казавшаяся кристально очень чистой, но я не осмелился пить ее, пока Артём не набрал ее в руки и не сделал первый глоток. Ладно, значит это не опасно. Опустил руку. Черт, студеная, словно в проруби на Крещенье. Поднес к губам и отпил немного. На вкус как обычная дистиллированная вода.

— Все, парни, собрались, — сказал Рик, хватая весло и тыкая им в один из каменных пиков, торчащих из воды. — Плывем вон к той вершине. Там есть подводная пещера, ведущая на следующий уровень.

Я сел за весла, Рик с Артёмом заняли места позади, а Эндрю стоял на носу и командовал. Не очень удачное распределение обязанностей, но что поделаешь. Все-таки до цели осталось каких-то жалких три километра. Остальные пять лодок с челноками выстроились клином и шли с той же скоростью, что и мы.

— А ты сегодня бодрячком, — заметил Эндрю, наблюдая за тем, как шустро я орудую веслами.

— Еще бы, — пробормотал я, выталкивая из легких разгоряченный воздух. — Дашь мертвецу вдоволь выспаться, так он утром оживет и принцем станет.

— Не переживай, тебе это не светит, — сказал Рик Эндрю.

— Ну вот опять ты начинаешь меня травить! Эх, а ведь нормально общались…

— Почему ты называешь это травлей? Это просто юмор такой.

— Если ты не знаешь, что такое буллинг, то его и нет, — добавил Артём.

— Эх… И не стыдно вам так со стариком разговаривать? У меня ведь скоро юбилей. Двенадцать десятков как-никак.

— Сколько?! — поперхнулся от удивления я.

— Сто двадцать лет. А я тебе не рассказывал?

— Нет. Расскажи, пожалуйста.

— Слушай внимательно, повторять не буду. Шел август тысяча девятьсот четырнадцатого года, разгоралась Первая мировая. Жители горячих точек уже страдали от голода и регулярных обстрелов. Соединенное Королевство активно набирало добровольцев, желающих пойти на фронт. Мое семейство тогда остро нуждалась в деньгах, вот я и записался в телеграфисты. Англичане заняли позицию у Монса – они хорошо подготовились, заминировав мосты и сформировав две линии обороны, но силы германцев во много раз превосходили наши и пришлось спасаться бегством. Во время отступления мы попали под массированный обстрел. Я получил контузию и потерял сознание, а как очнулся, оказался на нулевом уровне. Мне посчастливилось быстро покинуть начальные локации, а там меня подобрали и выходили Первенцы. Вот и вся история.

Эндрю задрал нос и сделал такой вид, словно считал себя генералом.

— Почему же ты ушел от них?

— Тоска смертная. Чайные церемонии, чтение скучнейшей литературы, правила этикета и не капли свободы. Убивает такой жизненный ритм молодой организм. К тому же верится, что здесь я смогу принести гораздо больше пользы людям.

От гребли руки начали забиваться. Лодку все сильнее заносило вправо.

— Давай я тебя сменю, — сказал Артём.

— Как хочешь.

Я протянул ему весла, а сам перебрался на ту часть лодки, где сидел Эндрю.

— Хочешь покажу золотце? Ты ведь еще не видел, что мы везем в городишко.

— Валяй.

Эндрю отложил Бенелли в сторону, поставил перед собой ранец и щелкнул застежками.

— Вот, полюбуйся! — сказал он и распахнул рюкзак.

Я, наконец, увидел, ради чего было организовано путешествие доставщиков. Не только ради меня, конечно же. Внутри ранца находился кристаллический шар размером с голову младенца, помещенный в пластмассовый аквариум с миндальной водой. Из его сердцевины исходило голубоватое сияние, переливающееся в толще сферы. Не знаю, какая практическая польза от этой вещи, но выглядит отменно.

— И что это?

— Ксеноновый шар. Самый крупный из когда-либо найденных в Закулисье, обычно их размеры не превышают дюйма. Именно его мы должны доставить на одиннадцатый уровень.

— И в чем его ценность?

— Пес его знает. Поговаривают, что это очень ценный артефакт, способный спасти человечество в трудную минуту. А так это дорогущий элемент декора.

— А что будет если его достать?

Эндрю захлопнул рюкзак и щелкнул застежками.

— Даже не думай. Минута-другая и потеряет свои свойства – можно выбрасывать на помойку. Поэтому ксеноновые шары нужно транспортировать в миндальной воде.

Что-то легонько толкнуло нашу лодку. Вода сменила оттенок и потемнела. Я заглянул за борт, пытаясь понять, что могло повлиять на ее цвет.

— Что это там?

— Похоже на подводное течение, — сказал Эндрю, — или мы вплываем в темную зону.

— Уже давно в ней, — возразил Рик, вглядываясь в глубины.

Другие отряды замолкли и также почуяли неладное. Было очень тихо. Очень не хватало криков чаек со стороны. Да и ветра никакого тут нет. Лишь шум весел, разрезающих гладь.

На воде стали появляться волны. Сначала это были небольшие, едва заметные колебания, которые начали с бешенной скоростью нарастать, порождая пену. Наше судно стало качать из стороны в сторону.

— Все на весла! — выкрикнул Рик. — Нам нужно быстрее добраться до берега.

Мы начали бешено работали руками. Вела неустанно поднимались, врезались в воду, а затем снова взмывали вверх.

— Что это? — спросил я, вглядываясь в водную толщу. В морской глубине появились два светящихся глаза. К нам приближалось что-то чертовски огромное, ведь эти глаза, по моим предположениям, были удалены друг от друга на сотню метров.

— Существо уровня семь! — крикнул человек в хвосте. — Догоняет!

Рик дал знак людям, и они принялись потрошить ножом запасы провизии, чтобы выкидывать ее за борт. Было жалко выбрасывать еду, но куда деваться, когда жизнь на волоске. Вскоре вода помутнела от содержимого консерв, в нос ударил аромат усилителя вкуса.

До точки назначения оставалось всего метров двести. Но тварь двигалась куда быстрее, чем мы приближались к безопасной зоне. Проигнорировав наше подношение, она поплыла дальше. Уже не было никаких сомнений, что она пришла по нашу душу. Мы плыли с такой скоростью, с какой могли, но не могли оторваться от твари. С каждым мигом она подбиралась все ближе и ближе, словно ей был подвластен весь океан.

Огромные пузыри стали подниматься к поверхности воды. Океан кипел и свирепствовал, готовясь выплеснуть всю накопившуюся злобу наружу.

— Держитесь! — прокричал Рик. Мы дружно вцепились в ручки, идущие по бортам лодки. Раздался хлопок и огромный водяной столб взмыл до небес, а затем мы увидели ее. Это была огромная серая змееподобная рыбина длиной в несколько километров. Ее пасть распахнулась, выставляя на показ три ряда бритвенных зубьев. Ну спасибо тебе, Закулисье! Теперь мои кошмары станут еще насыщенней.

На одном зубе существа качалась пробитая лодка, экипажу которой предстояло сделать выбор: добровольно прыгнуть в пасть или разбиться насмерть при падении в воду. Хотя какой тут выбор: ведь потом их все равно съедят, верно?

Туша пролетела какое-то расстояние и рухнула обратно в воду. Брызги полетели во все сторону. Их было столько, словно начался дождь. Наши лодки смело волной и перевернуло. Как бы мы не пытались удержаться на плаву, всю человечину подхватил поток, утянул под воду и закружил в танце пузырей.

Бр-р-р!!! Как же тут холодно! Летняя погодка на поверхности, а как искупнулся в воде – окоченел от двадцатиградусного мороза. Холод сразу прошелся по всему телу, пробирая до самых костей. Поскольку сила притяжения здесь работала максимально странно, а шарика солнца не было и в помине, я ненадолго потерял ориентацию, пытаясь понять, где вверх, а где низ. Наконец, я увидел чьи-то всплывающие ноги, и картина прояснилась. Перевернулся и сделал резкое движение руками, направляя тело к поверхности.

Еще немного мучений, и я вынырнул из воды. Откашлялся, вбирая побольше воздуха в грудь, борясь с пучиной.

— Плывите к берегу, пока она не вернулась! — услышал я голос Рика. — Проклятье! Она идет на второй заход!

И действительно: тварь выписывала огромную дугу под водой и приготовилась нанести второй удар. Я развернулся к скале и замолотил по воде руками.

— На помощь!

Знакомый голос заставил меня остановится и развернуться лицом к опасности. Эндрю, черт же тебя побрал! Он сильно отстал от нас. Вместо того, чтобы плыть, он барахтался на волнах, захлебывался, пытаясь удержаться на плаву. Видимо, от холода ему свело ногу судорогой.

Ничего не поделать, нужно выручать парня. Я принялся грести, что было сил. Ох, как тяжело дается. Какая-то сила утягивала на дно. Такое чувство, будто я весил целую тонну. Понимаю, что плавать в дистиллированной воде было куда труднее, чем в морской, но не до такой же степени!

— Стой, придурок! — крикнул мне вслед Артём, но было уже поздно. Я упорно плыл к Эндрю. Заметил, как океан в месте приземления рыбы потемнел, пропитавшись черной смолью. Похоже, что это какая-то слизь, которую она выделяет, чтобы замедлить жертв. Нужно поторапливаться, пока это нефтяное пятно не достигло нас с Эндрю.

Тем временем существо сделало петлю под водой и вновь начало сокращать дистанцию с нами. Ее пустые лишенные жизни глаза не спускали с нас взгляда.

— Эй!

Она подбиралась все ближе и ближе к Эндрю. Одной рукой он уцепился за край перевернутой лодки и пытался отталкиваться ногами от воды. Другая рука крепко сжимала рюкзак с сокровищем. И чем он только думает? Бросил бы сумку и дело с концом!

Океан вновь начал закипать. Вода насытилась пузырями и покрылась волнами. Между нами было около пяти метров. Я протянул Эндрю руку и закричал:

— Брось рюкзак!

— Ни за что!

— Бросай рюкзак, говорю!

Эндрю воспринял мой приказ слишком буквально. Он извернулся, как только мог, и швырнул мне ранец с грузом. Мне только и оставалось, что схватиться за лямку. Еще один человек погиб по моей вине. Почему Эндрю, а не я? Чем ты заслужил такую учесть? Как я смогу отплатить ему за это? В этот момент чья-то рука ухватила меня за лямку и потянула назад.

— Нет! — истошно завопил я, но было уже поздно. Океан разверзся предо мной. Распахнулась пасть и заглотила Эндрю в самую глотку моря. Рыбина проводила меня пустым взглядом и плюхнулась в воду, поднимая новую волну цунами.

— Держись! — руки крепко обхватили меня. Последовал водный удар. Нас бросило на самые камни. Если бы не забитый доверху рюкзак Артёма, нас пришлось соскребать со скалы.

После все повторилось. Падение в ледяную прорубь, водоворот из пузырей, дезориентация. Я вновь всплываю и горящие легкие наполняются живительным воздухом.

Сил оставалось все меньше. Долго на плаву не продержусь. Нужно сообразить что-то как можно быстрее.

— Ныряем! — крикнул Рик. — Пещера здесь.

Понимая, что это моя последняя возможность задержать дыхание, я покрепче вцепился в рюкзак, нырнул и поплыл ко дну, следуя за силуэтами людей. Холод обжигал конечности, грудь разрывалась от нехватки кислорода, на голову давила вода всей массой. Два рюкзака тащили меня на дно. Еще немного, еще чуть-чуть!

Судя по вибрации воды рыбина продолжала буйствовать. Она металась из стороны в сторону, выскакивала на поверхность и погружалась под воду, генерируя новые волны.

Наконец, наши стали заплывать в пещеру. Отверстие с острыми краями, достаточно крупное, чтобы туда пролез человек средней комплекции. Я, изнывая от нехватки кислорода, выпустил несколько пузырей и влетел в тоннель.

Впереди показался свет фонарей. Это воздушный карман или уже выход на поверхность? Сейчас узнаем! Я оттолкнулся от стенки и сделал отчаянный рывок вперед.

Я вынырнул и вздохнул с облегчением. Вот она, водная гладь! Да, все-таки приплыли! Покрытые водорослями камни скользили под ногами, так и норовя затянуть меня обратно. Артём схватил ослабленную руку и вытянул меня на берег. Там я немного отполз на ровную площадку, где было более-менее сухо. Мокрый насквозь и обессиленный и шлепнулся на камни и тяжело задышал.

Что-то огромное врезалось в гору, от чего стены пещеры задрожали.

— А остальные? — спросил один из челноков.

— Не смогли, — максимально спокойным голосом ответил Артём, сидя и выжимая носки. — Ви был последним.

Он выглядел так, словно его совершено не интересовало происходящее. Я испуганно уставился в то место, откуда только что выплыл. Тоннель окутала тьма, воду испортила смольная субстанция. Из тридцати человек осталось лишь двадцать.

— Пятиминутная готовность, — сказал Рик. — Переодеваемся и выступаем.

Хорошо, что у нас были припасены комплекты запасного белья в герметичных полиэтиленовых пакетах. А то пришлось бы словить переохлаждение в мокрых тряпках. Нацепив запасную одежду, люди выстроились линией и стали углубляться в пещеру. Поначалу под ногами чавкала вода, но вскоре стало куда суше. Тонкий ручеек оборвался, запах моря сменился пещерной сыростью. Так начался восьмой уровень.

Глава 15. На самое дно, а потом еще ниже

Уровень 8 — Система пещер

Темный тоннель, грохот сапог, пар изо рта. Мы то обходили сталагмит, то пригибались, протискиваясь под свисающей пикой капельника. Иногда натыкались на рваные рельсовые участки с пустыми вагонетками.

Пытаясь выцепить из темноты хоть что-то, мелькали лучи фонарей. По стенам стекали ручейки воды, поблескивали редкие жилы руд. Каждый шорох в пещере разносился зловещим эхом, уводя нас все дальше и дальше.

По дороге я собирал камушки и изучал их в свете фонаря, пытаясь найти что-нибудь ценное. Но пока попадался лишь всякий шлак. Скорее всего, драгоценности уже растащили, и чтобы найти что-нибудь стоящее, нужно спуститься на пару-тройку километров ниже.

— Этот? — протянул я черный кристалл Артёму. Он повертел его в руках, разглядывая стеклянную структуру. Про базальт, гранит, известняк и мрамор я был наслышан, но иногда попадались загадочные экземпляры.

— Обсидиан.

— Эх, опять мимо…

Вулканическое стекло отправилось в полет, звучным щелчком срикошетило от стены и затихло. Взялся за следующий экземпляр, повертел в руках и передал на оценку.

— А этот?

— Морион. Оставь его. Потом впаришь какому-нибудь лоху.

— Откуда у тебя такие познания в минералогии? — поинтересовался я, пряча камешек в свободный подсумок на разгрузке.

— Не раз доводилось доставлять ископаемые с дальних уровней. Вот и выучил названия. Чего только не узнаешь на нашей работе.

— Хорошая у тебя память.

Когда камни наскучили, я принялся играться с оружием, делая вид, что стреляю по воображаемым противникам, которыми выступали прожекторы на штативах, изредка попадавшиеся в тоннеле. Артём по-прежнему шел рядом и закидывал меня советами.

— Перекос вправо, держи ровнее, — сказал Артём, поправляя оружие. — Вот так. Несколько месяцев практики и станешь грозой всех монстров.

— А я быстро учусь, — похвалил я сам себя.

— Если честно, учиться вообще не твое.

— А ты умеешь мотивировать. Лучше скажи, долго нам еще идти?

— Один-два километра и все. Ты это, под ноги не забывай смотреть.

— Ауч! — выпалил я, налетев на камень. Хорошо, что хоть не упал.

Впереди тоннель заканчивался. Пещера расширялась, образовывая просторный грот, по размерам сопоставимый с Исаакиевским собором. В разные стороны уходили четыре тоннеля, включая наш. Внезапно Рик подал знак, и мы остановились у самого входа в грот.

— Что там такое?

— Какое-то движение. Посветите туда.

Артём направил фонарик в восточный тоннель. Неровное световое пятно побежало по влажным стенам и выцепило смазанный силуэт, который тотчас метнулся и скрылся за гранитной глыбой. Люди молниеносно покидали рюкзаки и взялись за оружие.

— Выходите! — прокричал Рик.

Никто не ответил ему, никто не вышел. Люди застыли в ожидании развязки. Рик поднял руку и выстрелил из сигнальной ракетницы. Грот залил ярко-красный свет.

— Живо! — повторил Рик. — Выходите по-хорошему!

Из густой темноты стали выплывать знакомые фигуры в голубых робах. Все до единого двигались в нашу сторону. Руки держали за спиной, а головы склонили вниз. Они не внушали никакого доверия. Мы еще крепче вцепились в пушки, приготовившись положить очередями всю эту ораву.

Культисты построились в шахматном порядке и замерли. Их было около пятидесяти, не учитывая тех, что затаились в тоннелях. Один из культистов скинул капюшон и выступил вперед. Иссиня-черная ряса, подвязанная широким поясом. Золотистые письмена на рукавах и подоле. Татуировки на кистях и вязанные кисточки, свисающие с одеяния. Знакомая личность.

— Жалкие грешники! — объявил во всеуслышание лидер культа и широко развел руки. — К вам обращается слуга господа, Отец Синяя птица. Вы совершили ужасную ошибку, когда оскорбили нашего Бога, нашего Великого Джерри!

По рядам культистов прокатились одобрительные возгласы.

— Вы отвергли его любовь, проявили крайнее неуважение, отказавшись от почитания Джерри!

Он выхватил кинжал и направил его в нашу сторону.

— За это будете растерзаны его последователями…

Закончить речь он не успел. Рик выпустил по нему короткую очередь и бездыханное тело рухнуло на базальтовую плиту. На мгновение повисла молчаливая пауза, а потом воздух взорвался рокотанием культистов.

— Убить их!

— Смерть неверным!

— Не простим!

Из темноты выскочила прорва людей в синих робах. Все с оружием и злобой на лице. В нашу сторону тут же полетели отравленные дротики и топорики. Один из челноков, стоящий на передовой, принял на себя удар и пал.

— В укрытие! — крикнул Рик. — Гаси их!

Мы скрылись за камнями и принялись поливать культистов свинцом. Пещера быстро наполнилась запахом сгоревшей огнесоли.

Несколько культистов спрятались за каменными выступами и постреливали в нашу сторону из обрезов. Остальные метнулись в рассыпную. Размахивая острыми предметами, пытались зайти с разных сторон. Один парнишка разрядил пистолетный магазин и начал перезаряжаться, но воспользовавшиеся передышкой враги тут же вонзили в его тело полдюжины ритуальных кинжалов.

— Сволочи! — крикнул Рик и высунулся из-за укрытия. Громыхнула очередь и мертвые тела повалились, словно домино. Их место тут же заняли новые и побежали на пули. Непоколебимая вера в Джерри давала им абсолютное бесстрашие перед самой смертью.

Несмотря на численное превосходство, противнику не удавалось значительно продвинуться вперед. Артём с самого начала бойни оперативно выкосил всех, кто был вооружен духовыми трубками и огнестрелом. Теперь культисты с ножами остались без прикрытия. Они бросались в рукопашную, но их тут же настигали пули. Мне оставалось лишь прикрывать тылы и радоваться, что у меня такие надежные союзники.

Внезапно культист возник справа в паре метров от нас. И как только мы его пропустили? Тайный проход? Сделав резкий прыжок, попытался резануть мне по горлу. Ржавое лезвие описало движение по высокой дуге, пронеслось рядом с лицом. Я ушел в сторону, наблюдая, как кинжал отсек часть челки. Немного не так я представлял местный барбершоп.

Под ногу попался скользкий камень и я, шлепнулся на спину, чувствуя, как боль растекается по пояснице. Не успел опомниться, а безумец снова бежал на меня. Вовремя выставленная нога заставила его пролететь дальше положенного. Он упал, но тут же поднялся и пошел на новый заход. Черт, какой он шустрый!

— Не спи!

Ко мне подскочил Артём и срезал гада короткой очередью. Культист тщетно рубанул воздух и рухнул рядом со мной. Его оружие полетело дальше, с гулким звоном отскакивая от камней.

— Да понял! — сказал я, потирая ушибленную спину.

Вскоре расклады битвы стали очевидны. Эффект неожиданности прошел, а численное преимущество сошло на нет. Среди наших погибли единицы, аиз полутора сотен культистов в живых осталось около пятидесяти, среди которых хватало раненных. Враги поняли, что проигрывает нам во всем и начали отступать в тоннели. Нам же удалось занять глухую оборону в расселинах и успешно добивать горе-фанатиков выстрелами в спину.

— Джерри не пощадит никого! — разнеслось эхом по пещере. Похоже, у вражеской фракции произошла смена лидера.

Сверху что-то взорвалось. В ушах зазвенело, воздух задрожал от ударной волны. Все, кто принимал участие в битве, остановились и стали ошарашено пялиться по сторонам. Начало трясти, посыпались камни разных размеров: от мелкого песка, до глыб, что способны похоронить заживо не одну сотню.

— Что это за чертовщина?!

— Отходим под козырек! — закричал Артём, прыгнул в сторону, сделал изящный кувырок и оказался в безопасности.

— В укрытие!

Чья-то здоровая рука с силой швырнула меня в сторону. Я повернул голову и увидел Рика. Это он оттолкнул меня, а сам забежал в соседний проход.

— Рик! — закричал я, но грохот осыпающихся камней заглушил мой голос. В следующий миг массивная доломитовая плита рухнула на то место, где я стоял пару секунд назад, и отрезала от командира.

— Вот же…

Днище пещеры затрещало, пошло трещинами и проломилось под тяжестью падающих глыб. Потеряв опору, мои ноги потянуло вниз, а следом туда полетело и все тело.

— А-а-а-а-а…

***

Я пытался ухватиться за края, но получалось лишь бессмысленно размахивать руками. Скорость падения возрастала с каждым мигом. Само нутро чувствовало тысячи смертоносных булыжников, летящих возле головы. От страха я закрыл глаза и стал просить Господа о том, чтобы этот кошмар закончился.

И кто-то определенно услышал мои мольбы. Последовал удар, шум вокруг затих, влага и холод объяли мое тело. Я почувствовал, как стремительно иду ко дну, и открыл глаза. Сделав резкое движение, уклонился от валуна, нагонявшего меня. Двигался зигзагом, обходя тонущие глыбы и тела стороной. Наконец, началась зона, где камнепад уже не представлял опасности. Там удалось подняться на поверхность и вдохнуть воздуха. Но тут же я понял, что на месте не удержаться из-за течения. Подземная река понесла меня вдаль, пока бурный поток не выбросил меня наклонную плоскость.

Я покатился кубарем по склону, зарабатывая новые царапины и ссадины. Ребра успели пересчитать каждый камень. Я пытался затормозить руками, но выступы выскальзывали из моих ладоней.

Наконец, сквозь слезы и стиснутые зубы я вонзил ногти и смог замедлиться. Едва успел! Я остановился перед самым краем котлована, наполненного субстанцией, похожей на деготь. Назвал бы его черным тестом. Ну и запах был у нее! Словно я попал не в систему пещер, а в городскую канализацию.

Взглянул на стертые в кровь пальцы. И почему теперь перчатки доходят только до второй фаланги? Приподнялся на локтях и замер. В черной жиже началось какое-то движение. Из бездонной смоли выползли руки. Они хаотично дергались из стороны в сторону, словно щупальца, которые пытались пойма добычу. Старался дышать через раз, чтобы не услышали.

Шли минуты. Колени затряслись, а руки задрожали от напряжения. Ну ничего. Потреплю, постою еще немного в планке, пока есть такая возможность.Лишь бы не оказаться в объятии цепких лапищ. К моему превеликому счастью, сущность решила, что ловить тут нечего. Она стала удаляться и вскоре скрылась за поворотом. Я, наконец, смог спокойно подняться и отползти подальше от черного омута. Ползти пришлось долго, пока среди горных пород не обнаружилась обширная ниша, вмещавшая с десяток человек.

Оказавшись в безопасности, я сполз по стене, выдыхая с облегчением. Первым делом осмотрел себя. Руки-ноги целы, голова на месте. Царапин и синяков не особо много, открытых ран нет. Все не так плохо. Правда я перепачкался в грязекаменной массе как черт – банька точно не помешает.

Теперь пришла очередь оценить обстановку. Течение вынесло меня в огромный каньон, конца и края которому нет. Посмотрел на разлом, через который попал сюда. Да, подняться обратно будет проблематично. Если приноровится, то, расставив ноги и руки, я смогу медленно поползти вверх. Но черт, какие же тут скользкие стенки! А еще этот дурацкий водопад, бьющий прямо в рожу! Один неверный шаг – и я покачусь кубарем вниз, отбивая себе все, что осталось целым. Нужно искать другой путь.

Что у меня имеется с собой? Ни веревок, ни крюков. Оружие. Уже неплохо. Проверил магазин. Патроны еще есть, хоть и в небольшом количестве. Еще два магазина в подсумках – от монстров защититься смогу. Что еще? Немного воды в фляге, всякая мелочевка в карманах. Первое время жить можно.

С правой стороны заметил тоннель, идущий под небольшим углом наверх. Попробую забраться туда, вдруг выйду на обзорную площадку. Руками прижался к склону, уперся ногами в скальную породу и пошел. Мелкие камешки выскальзывали из-под обуви. Их неожиданный стук провоцировал микроприступы паники.

В воздухе висела дымка, снижающая и без того посредственную видимость. Непонятно откуда она взялась в этой узкой пещере. Хотя, это все-таки Закулисье, чему тут удивляться. Но из-за нее видимость в этой кромешной тьме падала до минимума. Да и становилось как-то не по себе: влажно, холодно, неуютно. С какой стороны ни посмотри, одни минусы.

Я полз вверх по скользким камням, смачиваемым водой, стекающей со свода. Это оказалось куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Всегда считал, что пещеры проходят в горизонтальной плоскости, а тут настоящий трехмерный лабиринт – чем дальше лезешь, тем больше понимаешь, насколько крохотной песчинкой является человек во всем этом мире.

Впереди виднелась ровная платформа, попробую забраться на нее. Неудачно шагнул и груда камней выскользнула у меня из-под ботинка и с грохотом покатилась вниз. Зацепившись руками за боковую впадину, я с ужасом посмотрел за спину. Вот бы сейчас грохнуться для полной картины. Одно неверное движение и мой прогресс обнулится, а начать с начала уже не выйдет.

Руки вновь заработали. Ну же, еще чуть-чуть! Да, я забрался на нее! Фух! Наклонная секция закончилась. Можно было присесть и выдохнуть с облегчением. А я кажись рухнул совсем недалеко от места побоища. Вон, отсюда видно подземное озеро, куда я окунулся, а там, наверху, должны быть наши.

По самому краю пропасти шла узкая тропа. Пожалуй, это мой выбор. Остальные пути проходили под слишком большим углом и включали в себя элементы скалолазания.

С другой стороны, сложно сказать, что поджидает меня в соседних секциях. Главное не нарваться на культистов или иную живность, а то будет очень больно. Что ж, будем двигаться быстро и не привлекать к себе лишнего внимания.

***

Тишину прерывали звуки катакомб: то скатывался камень, то чей-то рык разносило эхо. Я продвигался по тропе, стараясь держаться подальше от края. Откуда-то сверху шел свет. Единственный источник освещения, чья природа была покрыта тайной. Именно он не позволял пещерам превратиться в копию шестого уровня. На островках почвы, где мрак уступал фотонам, прорастала местная тенелюбивая растительность: лоза, походившая на виноградную, и белесая полупрозрачная травка.

Подъем завершился, я вышел на открытое пространство. Впереди начинался каньон размером с футбольное поле. Я подобрался к краю и заглянул в пропасть. Тут же отскочил за камень и замер на месте, молясь, чтоб меня не заметили.

Пауки. Их счет шел сотни, нет, тысячи. Они занимали все возможное пространство: карабкались по стенам, плавали в воде, свисали с паутин, ступали по головам своих собратьев. Черт, какие же они огромные! Те арахниды, с которыми мы столкнулись в котельной, по сравнению с ними походили на безобидных малюток. Как же хотелось сжечь дотла это гнездо, но где раздобыть огоньку?

Слева послышался шипящий звук. Сердце забилось чаще, игнорируя призыв мозга не издавать ни звука. Нужно убираться отсюда, пока этот легион не засек меня и не начал сезон охоты, финал которого известен изначально. Я обернулся и увидел паука в паре метров. Заметив меня, многоглазая тварь поднялась на задние лапы и начала щелкать жвалами. Я попытался улизнуть, но уже объявилось его семейство и перекрыло спасительный коридор. Пришлось отступать в угол. Старался не шуметь, чтобы не заявились новые особи.

Первый раз вижу командную работу у сущностей. Раньше они шли в лобовую атаку и пытались задавить толпой. Эти действовали иначе. Они не собирались преследовать меня в одиночку. Нет. Они выслеживали цель, устраивали засаду и ждали, когда человеческий фактор даст о себе знать.

Пауки приближались, готовясь завернуть меня в паутину. Ну и мерзкие же у них морды! Одна рука потянулась к спусковому крючку, другая стиснула заостренный осколок обсидиана, который валялся под ногами. Ну давай, погань! Нападай! Я готов!

Сверху щелкнула тетива. Стрела разрубила воздух и насквозь прошила арахнида. Паук пустил пену и залил скальную поверхность голубякой. Лапы, сделав неуверенные движения, соскользнули с края. Тушка полетела в пропасть.

Из тени выскочили силуэты и принялись размахивать лезвиями, разрубая членистоногих на части. Действовали бесшумно, а их движения невозможно было уловить – лишь смазанные пятна скакали из стороны в сторону.

Не прошло и минуты, как все вокруг усеивали трупы пауков. Я на мгновение расслабился и даже вспомнил, как дышать. Лучники спустились вниз и притаились возле стен. Самый мускулистый воин направился ко мне, а остальные заняли места у края пропасти. Наверное, это их вождь.

— Не подходите ближе! — сказал я и пригрозил оружием.

Фигура зашла в полоску света и остановилась. Предо мной стоял двухметровый абориген с кожей, как у голого землекопа. Его нагое тело, все в шрамах и грязи, прикрывало пара тряпок. Глаза были выжжены и залиты черной смолью. Рука сжимала кукри.

— О, странник! Приветствуют тебя Крадущиеся в тени!

— Кто вы такие?

— Мы воины, мы охотники. Те, кто режет тварей сутки напролет, кто убивая, получает опыт. Как силы покидают нас, закатываем пир, убитых сизой кровью запивая.

Я опустил оружие. Вождь подступил на пару шагов. Его холодное дыхание и дикий вид настораживали.

— Пусть мы не зрим, но человек сей свеж. Надежду подает, но много не знает. Вступил на эти камни накануне.

— Что правда, то правда. А вы здесь давно?

— Не ведаем: ни сколько лет живем, ни сколько сталью машем, — сказал вождь, ловким движением схватил меня за руку и прикоснулся к часам. — Минула вечность с той поры, как мы разбили их и путь утратили во времье. Теперь лишь узы пустоты питают сердца бренного биенье.

Я освободился из захвата и вложил в ладонь кусок обсидиана. На нем есть какие-то символы, надеюсь они примут его в качестве дара. Вождь едва заметно кивнул головой, подтвердив мою теорию. Я развернулся и зашагал туда, куда планировал изначально.

— Я, конечно, мог и сам с ними справиться, но благодарю, что разделались с пауками. А теперь мне нужно идти.

Внезапно путь преградила другая фигура, куда меньшая, но от этого не безопасная. Лезвие преградило дорогу. Вождь позади сказал:

— Хитер и смел, но сверху ждать тебя не станут.

Я замер и заглянул за спину.

— Вы про караван? С людьми все в порядке? Можете проводить меня к ним?

— Идти никак – уж сильно смертью пахнет там, и даже наша сила не отодвинет злобный рок, — промолвил вождь. Он, прощупывая стопами камни, встал передо мной.

— Зачем же в гору лезть, коль злато под ногами?

Кукри указали направо. Там в тени брал начало тоннель, в который аккурат мог протиснуться человек. А ведь он прав. Пойди я прямо, пришлось бы карабкаться по отвесной скале. Сколько бы часов это заняло! И смог ли я вообще забраться?

— Ступай, покуда не погасло Солнце!

— Еще раз спасибо за помощь. Прощайте.

Я забрался в тоннель, прополз пару метров и почувствовал, как камни впиваются в бока. Черт, как же здесь было тесно. Я, конечно, не страдаю от клаустрофобии, но в таком месте даже мне стало не по себе. Не хотелось повторить судьбу того парня из Натти-Патти.

Романтики в этих пещерах никакой. Приходилось ползти по огромной кишке из камня, постоянно натыкаясь на угольные жилы, которые пачкали руки и одежду. Максимально неуютное местечко!

Глава 16. Я бы предпочел вернуться на Землю в простаках

Уровень 8 — Система пещер

Прошло около получаса, я продолжал ползти. Тоннель шел изогнутой спиралью, уводя наверх. Вроде бы я поднялся достаточно высоко. Где-то на этом уровне мы столкнулись с культистами.

Вскоре проявились зачатки выхода. Чем дальше, тем сильнее нос щипал запах сгоревшей огнесоли. Тоннель расширился, и я смог встать на четвереньки, а после выпрямился в полный рост. Пространство заполнила дымка, в полумраке удалось разглядеть мертвецов в голубых робах. Значит, я совсем рядом.

Вдруг впереди послышались щелчки оружия. В лицо ударил яркий свет. Я зажмурился, закрывая глаза руками.

— Ни с места! Руки вверх!

Я послушно замер и приподнял руки.

— Подходи, давай! Бить будем больно и наверняка!

Несколько шагов и я в просторной полости.

— Ви? — услышал я знакомый голос. — Ну и напугал ты нас!Уберите свет! Еще ослепите парня!

Фонари погасли, и я увидел знакомые фигуры. Дышать сразу стало легче, тревогу как рукой сняло.

— Ребята! — крикнул я и побежал к ним. Сам не заметил, как стоял в объятиях с Артёмом. Тот, в свою очередь, стоял с каменным лицом и пялился куда-то в стену, будто ему было пофиг. А может быть, он настолько уверен в моих силах выбираться из любой задницы?

— Долго же ты добирался. Мы уж составили протокол о смерти и собирались уходить. Где тебя носило?

— Да, так… занимался археологией.

Артём осмотрел меня с ног до головы.

— Вроде целый. Пауки тебя не покусали?

— Не-а.

— Вот и отлично. А теперь сделай мне одолжение.

Я непонимающе уставился на него. Он протянул мятую пластиковую бутылку с какой-то мутью.

— Будь так добр, протри рожу, пока в убогого не превратился. Не, серьезно, Витя. Ты чумазый, как хряк после грязевых ванн.

Я принялся приводить себя в порядок. Артём опустился на камень и разъяснил ситуацию.

— Культисты хорошо подготовились к нашему приходу. Помнишь, как мы помешали их ритуалу на четвертом уровне? Так они разозлились не на шутку и стали следить за каждым нашим шагом. А в пещерах вообще осмелели и решились напасть. Но, видимо, их сила проявляется лишь тогда, когда толпой набрасываются на одиночек без оружки. Против боеспособного отряда у них нет ни шанса. Мы сотню уложили, а остальные разбежались по уровню.

— Вот же трусы!

— Может быть и трусы, но не все так радужно.

Артём посмотрел на меня, проверяя готовность слушать дальше, сделал вдох и продолжил.

— Включая тебя, нас осталось всего десять. Пятерых прибили культисты. Трое погибли под завалами. Такие дела.

Я посмотрел на наши скромные ряды. Только половину из выживших можно было назвать целыми. Остальные были сильно потрепаны. У одного даже имелся перелом, хорошо, что закрытый. Он мог передвигаться с кучей палок на ноге, и то сильно хромая.

— Еще одного покромсал паук. Мы не успели ему помочь…

— Яд?

— Не только. Видел какие у них жвалы?

Он подсветил фонариком один из тоннелей. Его днище усеивали тушки тварей, с которыми сражались аборигены. М-да, дела у нас совсем плохи, раз эти клопы уже поднялись так высоко.

— Где Рик? — испуганно спросил я. Артём тяжело вздохнул и развернул ткань, лежавшую рядом на каменной плите. Внутри лежали SCAR и два магазина.

— Когда культисты подорвали свод, началась суматоха. Он спас тебя, а сам укрылся в северном тоннеле. Больше его никто не видел.

Артём посветил фонариком налево. Там, где совсем недавно был проход, лежала груда валунов.

— Видишь?

— Нам надо найти другую дорогу к Рику! — самоуверенно сказал я. — Мы должны помочь ему.

— Это, прямо говоря, идея прохладненькая, — отрезал Артём. — Пещеры расходятся на десятки километров по вертикали и горизонтали. Тоннель, соединяющий нас с командиром, может быть в месяце ходьбы отсюда. А что за дьявольщина творится там, даже представить страшно.

— Тогда уберем камни! Нас же много! Вместе управимся!

Я подошел поближе к завалу, руки прошлись по камням.

— Это займет слишком много времени. При учете, что в груде не окажется чего покрупнее. У нас нет возможности задерживаться. Если сюда не явится вторая волна культистов, то с высокой долей вероятностей подоспеет местная живность. В конце концов, у нас есть задание и мы его придерживаемся.

— Но мы не можем его здесь бросить!

Он тяжело вздохнул и спросил:

— Чуешь чем пахнет?

— Порохом?

— Страхом, — сказал Артём и указал мне на челноков, шуршащих в рюкзаках. — Посмотри на них! Посмотри внимательно! Видишь, какие они болтливые. А все потому, что они не хотят больше ждать, им страшно! Они скоро сломаются, если ты понимаешь, о чем я.

Люди из каравана действительно вели себя беспокойно. Даже те, кто сидел молча и буравил взглядом пол, нервно постукивали ногами. Чувствовалось, как нарастает напряжение, как меняется настроение. Еще немного, и эти шутники прейдут на ругань. Будут всячески проклинать это место и все сильнее хотеть свалить куда подальше из этих пещер. А потом и вовсе возьмутся за оружие.

— Раз такое дело, я буду замещать командира, — сказал Артём. Он грузно поднялся с камня и отряхнул штаны.

— И как нам поступить, Кэп? — передразнил его я.

— Раз мы наткнулись на культистов в таком месте, значит, неподалеку находится их логово. Не верю, что пришли издалека. Слишком опасные здесь районы даже для таких отморозков, как они. Ты ведь видел, что творится внизу?

Я кивнул.

— То-то. Раз здесь есть аванпост этих чудиков, значит должен быть разлом в породе, ведущий на другие уровни. В противном случае у них бы имелись огромные проблемы со снабжением и коммуникацией.

— Тогда давай найдем эту базу.

— Давай, — сказал он и протянул потрепанный рюкзак. — Бери снарягу, а я пойду звать народ.

***

Артём собрал челноков, и мы принялись осматривать стены тоннеля, пытаясь найти что-то похожее на вход в убежище. Вскоре удача улыбнулась нам. Среди каменных завалов имелась расщелина, прикрытая темным брезентом, на который каким-то клейким раствором налепили груду щебня. Артём приподнял занавес и заглянул внутрь. Там начинался узкий лаз, в конце которого мерцал едва уловимый огонек.

— Я полезу первым. Вы прикрываете меня. Мало ли кто придет с тыла.

Артём протиснулся, прижался к полу и пополз. Двигался неторопливо и осторожно, стены сдавливали его плоть. До нас доносились лишь его хрипы и стук автомата об камень.

— Чисто, — сказал он, добравшись до расширения. — Давайте ко мне. Только не шумите. Здесь все еще могут быть культисты.

Мы по очереди пролезли по этому тоннелю. Потолок жался к земле, так что приходилось двигаться ползком. К счастью, пещера была узкой только у входа, а дальше расширялась до нормального тоннеля размером один на два метра. Там можно было выпрямится в полный рост. Сначала внутри оказались люди, а потом с помощью последнего оставшегося затащили рюкзаки.

Место, в котором мы оказались, представляло собой несвойственный уровню просторный коридор. По потолку гуляли багровые отсветы. На стенах имелись религиозные рисунки. Сотни людей несли подношения: мясо, плоды, драгоценности. Все они шли в центр, к величественной синей птице.

— И где все? — спросил я.

— Разбежались в страхе, едва заметив меня, — сказал Артём. — Ха-ха-ха…

Вскоре показался источник таинственного света. А если быть точнее, источники. Стены усеивали стальные держатели, из которых торчали факела. При внимательном осмотре выяснилось, что температура пламени не превышала сорока градусов, а их ресурс не тратился. Похоже, они висят здесь ни один год.

— Какая интересная технология, — заметил я. — Нам бы дали много всего за такие штуки.

— Гасите фонари и берите факелы, — сказал Артём. — Будем экономить батарейку.

Наконец, длинный коридор закончился входом в большой круглый зал, освещенный все-теми же вечными светильниками. Больше всего это место походило на склеп. На каменных постаментах стояли черепа. Пол усевали кости: как одиночные, так и целые скелеты. В углах стояли саркофаги и урны, в которых вместо умерших, хранился каменный уголь.

— Ты только посмотри! — сказал Артём. — Настоящая база культа! Б.И.Г. столько лет искала ее на дальних уровнях, а она, оказывается, была тут, у нас под носом! Повезло, так повезло!

— Вы же столько раз ходили по уровням? Думал, у вас все схвачено, а тут пропустили такое капище…

— Людей на все не хватает. Передовые отряды Б.И.Г. сейчас помогают с экспансией новых уровней.

— Предлагаешь зачистить это место? — поинтересовался я.

— Ни в коем случае. Доложим об этом Б.И.Г. Пусть соберут штурмовой отряд и зачистят это место. У нас нет на это ни времени, ни сил.

Мы вышли в центральный зал склепа. На самом видном месте красовалась фреска с голубой птицей в главной роли. Куда же без нее? Ниже, в сундуке лежали остатки взрывчатки из огнесоли. Рядом валялись кирки и сломанное огниво.

— Вот он, Святой Джерри во всей красе.

— Насколько нужно обезуметь, чтобы покланяться попугаю?

— Здесь дело не столько в безумии, сколько в промывке мозгов. Стоит один раз соприкоснуться с синей птицей, и ты больше никогда не будешь прежним.

Мы стали исследовать боковые комнаты. В стенах на уровне рук имелись выемки, в которых лежали вещи ритуального характера. Чашки с огнесолью, склянки с ядами, несколько свечей, изготовленных не из парафина, а какого-то едкого вязкого материала. Деревянные шкатулки, служащие сосудами для ритуальных ножей разной степени изогнутости. Битое стекло, штукатурки и прах, измельченные до состояния пыли и заботливо разложенные по склянкам. Отдельно обнаружилась початая бутылка спирта, в которой плавали корни какого-то неземного растения.

— Странно, что культисты просто бросили добро здесь. Неужто мы всех перебили?

— Я так не думаю. Они просто недооценили нашу силу, за что и поплатились кровью. Дай им сутки-другие и они вернутся с новыми силами.

Артём подступился к полкам и резким движением смахнул кучку свитков на пол.

— Давай пошаримся тут. Может, найдем что-нибудь ценное.

Мне под руку попалась деревянная ступка, наполненная доверху крохотными голубыми кристаллами. Взял мелкую щепотку в руку и тут же пожалел об этом. Ощущение было такое, будто я прикоснулся языком к ледяной железке. Дернул рукой, пытаясь избавится от неприятного чувства. Ступка упала и горсть кристаллов разлетелись в разные стороны. От удара они начали испарятся, покрывая пол ледяными пятнами.

— Обжегся? — спросил Артём. — Помощь нужна?

— Обошлось.

Руку все еще жгло от холода. Надеюсь, что скоро это пройдет и не помешает в дальнейшем.

— Что это за штука?

— Не встречал ничего подобного, — сказал Артём, разглядывая оставшиеся кристаллики в ступке. — Возможно эти парни как-то додумались кристаллизовать жидкий азот и получить... как бы ее… Хладосоль! Странная вещь, но это все-таки Закулисье. Тут все работает через одно место.

Неисследованных уголков оставалось все меньше. Мы вышли в очередную тупиковую ветвь. Артём приподнял крышку ларца и тут же ее прикрыл, поглядывая по сторонам.

— Есть что ценное?

— Золото, адаманты, топазы, аквамарины. Ничего особенного.

Он вытащил подвеску, с которой алмазы свисали горстями. Идеально гладкие кольца цепочки, драгоценные камни без единого скола, без единой царапинки.

— Требуются годы кропотливого труда и десятилетия практики, чтобы создать нечто подобное. Сразу видно работу мастера.

— Да тут же кладезь драгоценностей, целая сокровищница! За это и убить могут!

Артём захлопнул ларец.

— Ты прав. Будет лучше оставить это здесь. Золото тяжелый металл – погубил тысячу душ, погубит еще больше.

Новообретенное богатство грело душу, но разум твердил, что нужно с ним расстаться и продолжать исследование склепа. Переход на девятку обнаружился за ширмой в следующей комнате, где пахло горелым воском. Дюжина свечей освещала просторное ритуальное помещение, стены которого были исписаны замысловатыми оккультными узорами.

В центре на полу находилась пентаграмма, высеченная в самом камне. Сквозь трещины в комнату просачивались черные частицы, не внушающие никакого доверия.

— Похоже на обычную ритуальную комнату, — сказал Артём. — Но стоит поискать и поймешь, что культисты тут спрятали…

Он вставил позолоченный жезл, найденный в одной из прошлых комнат, в стенное отверстие и повернул его до упора. Где-то за стеной громыхнуло, словно началась гроза. Факела заморгали, того и гляди потухнут. Пентаграмма затрещала и разлетелась на множество каменных осколков, которые подхватила невидимая сила, подняла под потолок и закружила так, как ветер играется с опавшими листьями.

— Похоже на выход с уровня? — спросил у меня Артём.

— Выглядит стремно, — пробормотал я, с опаской подступая к открывшемуся порталу. — Я бы туда не лез.

В полу зияла дыра, средь черни которой проглядывались огни далеких звезд. Она излучала слабое фиолетовое сияние, издавала звуки булькающего теста. Люди подтянулись в комнату, с опаской поглядывая на портальный разлом.

— Это точно выход, — объявил Артём. — Делаем привал на три часа. Сушим одежду, кушаем, отсыпаемся, набираемся сил, готовим снарягу и выходим. Вопросы?

Люди промолчали. Они слишком утомились, чтобы спорить.

— У матросов нет вопросов, — ответил я за всех.

***

Забаррикадировав проход в склеп каменным блоком, первым делом мы занялись сушкой одежды. В одном из закутков нашлась лопата. С ее помощью мы пересыпали уголь из саркофага в углубление в полу, затем накрошили туда оккультные свитки. Разожгли костер с помощью спичек, завалявшихся в рюкзаке. Заиграло пламя и вскоре в помещении стало ощутимо теплее. Мы протянули между стенами веревки и развесили на них одежду. Ткань начала медленно просыхать, испуская тонкие струйки пара.

После Артём поставил таймер на три часа, люди разошлись. Из тех, кто бросил вещи, постелил тряпку и завалился спать, нашлись особо измученные жизнью за последние сутки. Они не могли уснуть вовсе и тихо постанывали, другие засыпали, но постоянно дергались и издавали нечеловеческие звуки. Бедные ребята, одним словом.

Я же решил основательно подкрепиться перед сном. Хотелось бы сюда нормальной еды. Буженины или жаренной курицы. Но приходилось есть непонятное жужево сомнительного качества, которое вкусовыми качествами не превосходило и без того пресные галеты. Мало того, что трапеза сама по себе была невкусной, так еще и промокла насквозь.

Однако в текущей ситуации каждая лишняя калория на счету. Я раздербанил упаковку, намазал грибной паштет на галету и приступил к ужину. Никогда не любил грибы, но ситуация показала, что я явно недооценил их вкусовые качества и сейчас уплетал за обе щеки.

После основного блюда слопал таблетку поливитамина. Поначалу рот заполнила сладость, а после пошла кислинка. У одного челнока удалось позаимствовать котелок, так ужин завершился чаепитием. После я опустился на бок, прикрылся кофтой и сам не заметил, как задремал.

***

Нормально выспаться не получилось. Сбитый режим и стрессовую ситуацию организм не простил. По прошествии полутора часов я почувствовал, будто падаю во сне, вскочил, а потом уже не мог уснуть. Глянул на Артёма. Ему тоже не спалось. Он лежал подле костра и полусонными глазами пялился на струйку дыма, которую затягивало в полукруглое отверстие на потолке.

— Можно поприставать с вопросами? — спросил я.

— Валяй, — ответил он, зевая.

— В чем смысл жизни без смысла?

Артём непонимающе покосился на меня.

— Ну что дает тебе стимул не опускать руки?

— Когда я попал сюда, тоже пытался понять, — ответил Артём, зевая. — А как втянулся в движуху, так позабыл. Есть вещи и поважнее, которые мы должны сделать сейчас. Например, сражаться с Закулисьем, а иначе эта шушера нас сожрет.

— А если поточнее?

— Нужно бороться, чтобы человеческая жизнь продолжалась. Твоя жизнь и жизни тех людей, что тебе дороги.

— А что насчет нас, людей? Думаешь, сможем вернутся на Сцену?

— Кто ищет выход, тот всегда найдет, — ответил Артём полушепотом. — Какой бы сложной не была жизнь в Закулисье, здесь мы имеем определенные преимущества над землянами. Например, вечную жизнь и возобновляемые ресурсы. Думаю, если правильно этим воспользоваться, то у нас все получится. Можно теперь я спрошу?

Я кивнул.

— Что по-твоему лучше: вернуться домой к родным и близким и скучно прожить свой век или остаться здесь, бороться с Закулисьем и проиграть красиво, так, чтобы про тебя сложили легенду?

Я задумался и почесал затылок.

— Сложный философский вопрос. Проверяешь меня?

— Да нет. Просто любопытствую.

— Мне увиденного здесь на всю оставшуюся жизнь хватит. Я лучше выберу скучную жизнь на Земле, чем сдохну тут героем.

— Испугался? Может передумаешь?

Мне нечего было боятся, ведь я мог положиться на Артёма. Он вселял в меня уверенность, которой мне так не хватало ранее.

— Овчинка выделки не стоит. Так что я бы предпочел вернуться на Землю в простаках.

— Мудрое решение. Уважаю. Уже придумал, чем займемся на одиннадцатом?

— Мы же вроде в русский кластер собирались?

— А, точно… Сдадим шарик в башню и двинем. Кластер А – настоящий оазис среди безжизненной пустыни. Мизерное число монстров и опасных уровней, несметные залежи припасов и бескрайние родные просторы. Обещаю, тебе понравится!

Оставшееся время пролетело незаметно, прозвучал пронзительный сигнал таймера. Люди словно по команде поднялись на ноги. Кто-то хорошо отдохнул и был готов к труду и обороне, а кто-то не очень.

Несколько минут ушло на сборы. Я успел распихать все патроны по магазинам и выкинул пустые пачки в костер. Остался последний этап, теперь точно можно не мелочиться и тратить все до последней пульки. Впереди будет сложная битва. Именно она решит, попадем мы на одиннадцатый уровень или нет, выживем или скопытимся.

— Давайте, парни, идем к порталу, — сказал Артём. — Осталось немного. Будем двигаться быстро и осторожно – не помрем.

Он в последний раз подошел к костру. Бросил в пламя золотую брошь и прошептал:

— На удачу…

Мы собрались в комнате с проломом и выстроились вокруг него кольцом, не заступая на потрескавшиеся края. Портал, транслирующий космические пейзажи, все также испускал черные частицы, которые быстро растворялись на свету. Части расколотой пентаграммы парили под потолком.

— Поехали!

Мы синхронно сделали шаг, пробив неосязаемую пелену, отделявшую нас от следующего уровня. Капище культа осталось позади. Теперь поздно плакаться и простить пощады. Теперь сквозь боль и слезы будем прорываться вперед.

Глава 17. Закулисье никогда не бьет в одно место дважды, оно бьет трижды

Уровень 9 — Пригород

Изображение перед глазами плыло, словно я нацепил очки, находясь в душной парилке. Стоило поморгать и помассировать веки, как все стало проясняться. Нас закинуло в какой-то мрачный дом. Я сидел на стальной кровати без матраса, а рядом на стульях и креслах расположились остальные члены нашей экспедиции. Мрак стоял жуткий, рассмотреть интерьер не представлялось возможным, поэтому мы взялись за факелы.

Обстановка в комнате до ужаса безобразная, тотальный бардак прослеживался в каждом квадратном сантиметре жилища. Всякий угол под потолком занимала паутина. Стены и потолок покрывали трещины, углы были обглоданы загадочным зверем. Пол усеивал наполнитель из рваного дивана. Рядом валялись разодранные в клочья подушки: перья вперемешку с грязью и ватой гнили в луже, распространяя трупное зловоние.

На кухне ситуация плачевнее некуда. Среди провалов в половице просачивались стебли рогоза. В забитой раковине плавала густая черная жижа, от которой несло процессом разложения. Из поваленного набок холодильника вываливались коробки с лапшой быстрого приготовления, содержимое которых уже давно превратилось в удобрение для посевов.

Один из челноков метнулся к стене и пощелкал выключателем, но ничего не произошло. Какой наивный. Мне-то от одного взгляда на интерьер стало понятно – здание обесточено.

— У нас времени не особо много, — сказал Артём. — Часа четыре, а потом тут станет жарко. Чем больше мы будем валять дурака, тем больше демонов явится по нашу душу. И давайте сразу накинем дождевики.

Мы побрели к выходу, перешагивая через завалы, стараясь не сломить ногу в этом хаосе. От каждого шага ковер выпускал в воздух струйки многовековой пыли. Под ногами копошились полчища жуков.

Стоило выйти за дверь, как мокрота и холод дали о себе знать. Влага стекала по грязным окнам, капала с пожелтевших деревьев, блестела на тротуарах в свете уличных фонарей. Легкий ветерок шебуршил листья, морозец покусывал лицо. Типичная питерская погодка середины октября, как же я по тебе соскучился!

Наши «вечные» факелы зашипели и погасли, стоило им только соприкоснуться с каплями дождя. Эх, а ведь хорошая была штука! Такая влажность им не по зубам!

— Китайский мусор! — прошипел один из челноков и зашвырнул палку куда подальше. Остальные повторили за ним, избавляясь от лишнего груза.

Мы прошлись по дорожке от порога до белой изгороди. Артём осмотрелся, приоткрыл калитку, выпуская нас на улицу, а после вышел сам. В обе стороны шла бесконечная асфальтированная трасса. По ее краям торчали столбики фонарей. Лампы горели через один в дождливой тьме, образовывая вокруг себя радужные кольца.

Во все стороны простирался пригородный район, окутанный чернильным туманом. Встречались здания разной степени изношенности: свеженькие таунхаусы, обделанные белым деревом, каменные дома в европейском стиле и ветхие полуразвалившиеся сарайчики, многоэтажные хибары и прочие коробки, в которые лучше вообще не соваться, если нет желания ощутить на голове вес внезапно рухнувшей конструкции.

Где-то далеко за постройками проклевывались участки затуманенного поля. У самого горизонта виднелись верхушки черного леса. И это туда нам нужно топать по тропам? А получше идеи нет? Слишком много открытых пространств. Слишком мало мест, где можно укрыться. Никаких тебе закоулков и ответвлений.

— Двинем в ту сторону, — скомандовал Артём, указывая направо. Я и вы трое – идем в авангарде, остальные следят за тылами. Дистанция три шага. Смотрим по сторонам и не зеваем.

***

Прошло два часа, а мы все еще шли плотной группой по мрачной улице. Густые тени строений и кроны деревьев давили на нас со стороны. Артём подсвечивал дорогу светом умирающего фонаря. Все двигались молча. Я размышлял над словами Артёма. Действительно ли мы должны бороться за жизнь ради самой жизни? Стоит ли искать выход из Закулисья или же лучше просто смириться с действительностью? Так много вопросов и так мало ответов. Да и сам Артём просто устал искать истину, поэтому и не может дать верного ответа. А может у него на это есть какие-то личные причины?

Дождь начал затихать и вскоре прекратился. Дышать стало легче, видимость расширилась. Я поднял взгляд к небу и увидел редкие огоньки звезд. Но не только нам от этого стало легче. Дождь заглушал звуки шагов и перебивал запахи – теперь мы у монстров как на ладони.

На пороге одного из домов заприметил пожелтевшую газету. Подошел поближе, поднял, и она едва не развалилась в руках. Буквы поплыли, но текст еще читался.

Я провалился в разлом и приземлился в незнакомом месте. Рядом никого, но все еще чувствовал, что за мной наблюдают. Вокруг дождливая улица, дома и деревья. Картинка в глазах довольно… размытая. Как телевизор в моем мозгу. Я говорил о смерти, боли, слабости… обо всех ужасных вещах. На этом уровне что-то очень сильно влияло на ментальное здоровье…

***

Пролетел еще один час. Никак не покидало ощущение, что за мной следят. То и дело раздавались шорохи в темноте, мелькали тени на соседних улицах. Но стоило обернуться и никого – шуршали кучки листьев на обочине, мерцали лампы отдаленных фонарей. Тревога ненадолго отступала, но вскоре все начиналось по новой. Беспокойство никак не отпускало меня. И все это неспроста.

На очередном перекрестке человек из каравана замер. Уставившись в сторону ближайшей одноэтажки, принялся вслушиваться в тишину. Люди напряглись, лучи фонариков лихорадочно забегали по переулкам.

Что-то приближалось, что-то зловещее. Оно больше не хотело прятаться, собиралось показаться на глаза, разрушить затянувшуюся прелюдию и посеять ужас.

Интуиция подсказала обернуться, и я сделал так. В метре от меня находился зависший в воздухе глаз размером с арбуз. У меня что-то екнуло в груди. Сердце словно пропускало удары, создавая ощутимый дискомфорт. Мы замерли, пялясь друг на друга, не издавая ни звука. Он смотрел на меня, а я на него. Все это продолжалось около десяти секунд, пока человек из нашей группы тоже заметил глаз и, не долго думая, открыл огонь. Око взорвалось, орошая землю гнилостной жидкостью. Потом все вновь затихло.

— Что это было спросил я?

— Дозор…

Голос Артёма прервал оглушительный металлический скрежет. Пришлось зажать уши, чтобы не оглохнуть. На соседней улице прямо посреди дороги возникла туманная завеса. Воздух стал очень холодным. КПК в кармане завибрировал, выводя сообщения о резком снижении температуры. Листва оделась в иней, лужи покрылись ледяной коркой. Изо рта стали вырываться облачка пара.

Туман развеялся. Показалась черная нога длиной в десять метров. Потом еще несколько. Наконец, вылезло тонкое маленькое туловище и человеческая голова с вытянутыми по вертикали глазам. Существо издало протяжный вой, напоминавший штормовой порыв ветра.

— Какого лешего?! — выкрикнул Артём и взялся за оружие. — Они всегда появляются через несколько дней! Мы же только сюда пришли!

— Что это за бестия? — спросил я, переводя автомат в одиночный режим.

— Искореженный. Чудище, завалить которое практически нереально, но нам придется сделать это.

Тем временем колосс пришел в себя и зашагал в нашу сторону. Путь ему преграждал голландский бунгало, но искореженного это ни капли не смутило. Острые ноги-лезвия проломили крышу и рассекли кирпичные стены, заставив несчастное строение сложиться как карточный домик. В воздух поднялось облако пыли, раздалось бряцание черепицы.

— Цельтесь в колени!

Искореженный перешагнул через обломки и понесся прямо на нас. Зазвучало оружие. Много пуль ушли в молоко, но в местах попаданий стали образовываться трещины. Еще пару секунд и конечность подломилась. Я уже начал радоваться, но не тут-то было. Искореженный зашатался, но каким-то чудом успел сохранить равновесие и уверенно встал на три ноги. Его поломанная культя оторвалась от тела и полетела в нашу сторону.

— В рассыпную! — прокричал Артём. Я пригнулся и почувствовал дуновение воздуха. Снаряд пролетел над головами, зашиб нерасторопного старичка из челноков и, не заметив деревянного ограждения, превратил ряд коттеджей в руины. Наше везение закончилось, начались потери.

— Че разлеглись?! Двигаем в здание!

Артём побежал в сторону почерневшей деревянной многоэтажки, мы бросились за ним.

— Гончие на пять часов! — прокричал челнок.

Из-за поворота выскочила свора человекоподобных псин и понеслась наперехват. Враги окружали со всех сторон, загоняя нас в ловушку. Я выпустил очередь, положив дюжину гадин.

Внезапно тройка зашла с тыла, перемахнула изгородь и оказалась в метре от человека. Он успел положить парочку, но последняя ушла в сторону и вцепилась в ногу. Человек с воплем упал на газон.

А я как раз на перезарядке, вовремя он разлегся. Выхватил пистолет, выпустил четыре пули. Гончая тявкнула и подохла. Тут же подбежали люди, которые убрали тушку в сторону и помогли бедолаге подняться. Рана у него малоприятная, плоть торчала наружу.

Бегство до укрытия продолжалось, стрельба не прекращалась. Искореженный приближался уверенными шагами. Еще магазин и второй ноги не стало. Искореженный издал яростный рык и шлепнулся оземь, оставив большую вмятину.

Я уж думал, что все, но эта скотина никак не желала помирать. Челюсти перегрызли ноги на уровне сустава, и искореженный вскочил на культяпки. Обрушив заграждение, он понесся к нам галопом, покрывая огромное расстояние за несколько секунд. Живучая гадина! Черт бы ее побрал!

— Двигаем! — раздавался мой голос. — Бегом, бегом!

Мы влетели в дом как ошпаренные. Артём захлопнул дверь, завалил ее шкафом и выпалил:

— Какого черта все пошло не по плану?!

Искореженный пролетел рядом по улице и унесся прочь. Вскоре биение костей об асфальт затихло.

Наконец, бойня прекратилась. Лишь капающая из крана вода и наше прерывистое дыхание нарушали тишину. Мы принялись осматривать дом. Состояние у него плачевное, но не критическое. Окна забиты досками, стены целые. Обои разорваны или почернели от пробирающееся в дом плесени. Пол усеивали доски, битые красные кирпичи и прочий строительный мусор. Пахло гниющим деревом, цементом, известью.

Сперва мы обошли первый этаж и забаррикадировали дыры ящиками и бочками. Вряд ли это надолго удержит сущностей, но лучше что-то, чем ничего. После пошли зализывать раны. Возле стены корчился человек, которому гончая разорвала бедро. Наш медик всадил ему шприц с обезболивающим и принялся обрабатывать рану. Ему было хуже всех нас. Остальные – в пределах нормы, если умалчивать о ментальном здоровье. Кто-то из челноков уже начал сходить с ума и постанывал в уголке.

— Мы все подохнем щас! Я хочу домой!

— Тише, тише, — пытались успокоить его люди.

А про меня никто не даже не вспомнит? Думаю, такими темпами я стану первым, кто слетит с катушек.

На столе обнаружились две масленые лампы, которые мы без промедления зажгли. Стало малость светлее и уютнее. Часть людей осталась сторожить внизу, а остальные, пробравшись через нагромождение мусора, поднялись по винтовой лестнице.

Второй этаж на удивление был сух и чист. Мебельный набор комнат состоял несколько стульев и платяного шкафа, в котором с металлических вешалок свисали пледы, рубашки и еще какое-то тряпье. В окнах не было ни стекол, ни досок – открывался обзор на все четыре стороны.

В центральной комнате я наткнулся на камин. Еще совсем теплый, будто его топили пару часов назад. Я прижался к нему спиной и почувствовал, как тепло растекается по телу, как затеплилась надежда в самом затаенном уголке души. Хоть одна приятная мелочь за долгое время во всей этой холодной ночке.

Все вокруг погрузилось в тишину, ожидание затянулось. Я начал клевать носом и едва не уснул. Щелчок пальцами вывел меня из оцепенения. Пришлось продрать глаза и снова браться за дело. Челноки собрались рядом с командиром и ожидали меня. Артём начал тихонечко постукивать по полу, привлекая мое внимание. Я подполз к ним и заглянул в оконный проем.

Ситуация снаружи скверная. Улицы заполнялись всякой нечистью. Выползли из нор убогие и гончие, парили над дорожками рожи улыбающихся, свысока выискивали жертву искореженные. Теперь сложно было найти пустую улицу – на каждые сто метров приходилось по дюжине гадин. С другой стороны, они не пытались взять наш дом штурмом. Наоборот, большая часть сущностей все сильнее удалялась от него, открывая огромные пространства для маневра.

— Интересно, а респавн у них бесконечный? Сколько их еще оттуда вылезет?

— Уровень не резиновый, но и нам дольше двух часов не прожить. Глянь туда.

Артём указал пальцем на проплешину, проглядывающую между домами. Пара километров до цели, не больше.

— Выход с уровня?

— Он самый.

Однако монстров на пути было немерено. Всего один искореженный, который крутил башкой направо и налево, мог порушить все планы. Один как раз стоял рядом и не спускал глаз с нашего убежища.

— И каков план?

— Помощи тут ждать не от кого. Рассчитывать можем только на себя. Ломанемся напролом – кто-нибудь да доберется.

— Это безумие! Эти бестии нас сразу на части порвут!

— Ежели останемся тут торчать, монстров станет еще больше. Подождем час-другой и уровень перейдет в следующую фазу. Монстры станут быстрее, выше, сильнее. Потом у них обострятся чувства и они приступят к штурму нашего домика. Начнется заварушка и мы точно все поляжем.

— А как же быть с искореженными?

— Они искореженные, но не бессмертные. На спине нет нерушимой чешуи, только мягкая кожа с пушком.

— И как ты предлагаешь туда забраться?

— Сам все увидишь, — сказал Артём и показал веревку. — Я пойду первым. Прикрывайте друг друга и бегите к выходу.

На последок он взял в руки крест, помолился, едва размыкая уста, и прошептал:

— С Богом…

Артёму было вообще было по барабану, что думали об его гениальном плане остальные. Он закинул на плечи моток веревки и полез по лестнице на чердак, откуда через дыру в кровле собирался выйти на крышу.

— Всем встать у окон. По моей команде начинаем атаку.

Я занял позицию и выглянул на улицу. Наш знакомый с поломанными ногами решил вернуться. Искореженный занял позицию в кустах и следил за дверью. Ждал, когда мы высунемся и позволим себя прикончить.

Однако у Артёма на него были свои планы. Он скатился по козырьку, прыгнул и приземлился на спину искореженному. Тут же выпустил очередь в незащищенную спину и заорал во все горло:

— Он все! Погнали!

Люди выскочили из окон и бросились напролом. Я вывалился на улицу через черный ход. Прозвучали первые выстрелы. Сердце учащенно забилось. Вот мы и спалились. Теперь можно особо не скрываться, ведь вся округа знает о нас. Дороги назад нет. Я затылком чувствовал взгляды голодных тварей.

Началась жесткая перестрелка. Мы расчистили большой пятачок пространства и уверено продвигались вперед. Гончие с убогими ложились пачками. Так будет продолжаться, пока у нас были патроны и немного везения, но того и другого становилось все меньше и меньше. Вдалеке грянул гром, земля содрогнулась. А вот и подкрепление.

Добежал до заборчика. Внезапно из-за углы выскочило нечто огромное и в мою сторону со свистом полетела лапища. Удар пришелся в правое плечо, меня сбило с ног и перевернуло. Я шлепнулся лицом в траву, боль стала растекаться по телу. Будь он чуть сильнее и прощай ключица.

Противник занес лапу для следующего удара. Усилием воли заставил себя перекатиться и встать. Мой взгляд непроизвольно попал на противника. Убогий. Красная склизкая кожа, с которой гроздями свисали папилломы, морда, утыканная сотнями безобразных зубов, дюжина рук и ног свисала с туловища, сплавленного из нескольких существ. Смотреть противно, как он шамкает губами и остатками гнилых зубов. Весь этот сгусток биомассы ринулся в мою сторону.

Последовал удар, от которого я защитился оружием. Автомат выбило из рук, счет шел на секунды. Я выдернул Глок и выпустил весь магазин в убогого. На мое удивление, этого оказалось достаточно. Его голова повернулась на сто восемьдесят градусов. Мерзавец покачнулся и завалился набок, словно мешок с картошкой. Кожа лопнула и наружу выбросило куски жира, в котором ползали какие-то белесые черви. Тут меня все же стошнило.

— Врагов слишком много! — раздался голос Артёма. — В здание!

Опомнился и метнулся до автомата. Схватил пушку и заметил возле поребрика челнока, которому гончие разорвали горло. Он валялся неподвижно, уже минуту как не дышал. Прости дружище, сегодня не твой день.

— Давай наверх!

Сам того не заметил, как забежал в здание. Руки и ноги замолотили по рейкам. Вот я и на втором этаже. Человек тут же схватил лестницу и затянул ее наверх.

Подбежал к окну. Монстры ждали нас внизу с распростертыми объятиями. Собравшись возле входа, они истошно царапали стены когтями. Доски трещали, но держались. Но так поступали только слабейшие твари, остальные всеми силами пытались взобраться наверх.

Челнок с окровавленным лицом висел на оконной раме, дрыгал ногами и истошно орал. Он все пытался отогнать улыбающегося, вцепившемуся в бочину. Бесполезно. Подлетела еще одна рожа и откусила руку. Культя так и осталось наверху, тело несчастного рухнуло вниз, где его моментально разодрали и сожрали. Я не видел, что именно произошло внизу, но страх уколол в самое нутро. Фантазия рисовала перед глазами самые мерзкие и ужасающие образы. Все шло под откос, мы уже потеряли троих из десяти Моему рассудку точно кранты.

В окно заползла рука и ухватилась за раму так, что та захрустела. Спустя мгновение показалась морда кожекрада, измазанная в прозрачной липкой жидкости. Пасть распахнулась, обнажая гнилые зубы. Он смотрел прямо на меня. Я забился в угол и никак не мог найти в себе силы, чтобы пошевелиться. Неподдельный ужас сковывал тело, мозг рисовал картины мучительной смерти.

— Раз зашел, так и вали отсюда, мразь! — крикнул Артём и разрядил полмагазина. Кожекрад зашипел, вырвал кусок рамы и вместе с ней плюхнулся в толпу гончих. Его желеобразное тело тут же растоптали и разорвали.

— Нашел, блин, время отдыхать! Вставай!

Сплюнь, Ви. Выкинь эти дурные мысли! Ты еще можешь идти, можешь сражаться. Вперед, только вперед!

Разум взял вверх над страхом. Я приподнялся и перезарядил Калаш. В окнах показался враг покрупнее – искореженный. Явился по нашу душу и не планировал оставлять никого в живых.

— Валим отсюда!

Взорвался батончик, который положил добрую часть тварей на земле. Я выпрыгнул из дыры в стене, налетел тую и стал сползать вниз. Очень вовремя, кстати. Черное, острое, как бритва, лезвие прошило крышу. Этой твари ничего не стоило покрошить домик на части.

— Эй!

Я поднял голову и увидел на крыше Артёма, сжимающего веревку, второй конец которой был привязан к линии электропередач.

— Отвлеките его!

Мы синхронно открыли огонь. Искореженный попытался задеть нас лапами, но задавить суетливых людишек оказалось не так-то просто. Артём этого и ждал. Он спрыгнул с крыши, умело пролетел меж лапами твари и прикрепил к одной из них взрывчатку. Потом веревку дернуло вверх, Артёма подкинуло и он приземлился на спину твари. Бахнула взрывчатка и ногу сущности аннигилировало до самого сустава. Артём довел дело до конца, выпустив очередь в незащищенный горб. Искореженный покачнулся и рухнул, оставив глубокую вмятину в асфальте.

— Че встали?! Бегите!

Монстры со все округи услышали голос и устремились к нему. Артём немного подождал, пока мы не отбежим на достаточное расстояние, а потом ринулся на толпу. Я видел, как он ушел в сторону и скрылся за гаражами, уводя часть орды за собой.

Мы продвигались все дальше и дальше. Вот тропа впереди, выход совсем рядом. В кустах замелькали тени, я бросил туда взрывчатку. Взрыв ударил по барабанным перепонкам, жар обдал правый бок. Вспышка выхватила силуэты из тьмы, кто-то взвизгнул и рухнул. Минус один.

Черт, здесь мы как на ладони! Твари догоняли нас, выслеживали по запаху. В каждом закутке мерещились десятки кроваво-красных глаз. Слышался стук когтей по асфальту. Хромоногого они все-таки догнали и завалили на землю. В этот раз без вопля. Еще минус один.

Выпустил магазин в гончих, потянулся за следующим и понял, что подсумки пусты. Вернуться и снять оружие с трупа? Уже поздно. Закинул автомат на плечо и выхватил пистолет. Пора показать, чего ты стоишь, дружище.

Я бежал прочь, а за мной гналась орда – в авангарде гончие, а дальше все остальные. Приходилось отстреливаться и перезаряжаться на бегу. Я передвигался зигзагом, прыгал через лужи, лавировал между заборчиками и мусорными баками, петлял между гаражами и скрючившимися одноэтажками. Бежал, старясь не смотреть в глаза всей той нечисти, что лезла из собачьих будок и покосившихся сараев.

***

Преследователи в какой-то момент отстали, больше я их не слышал и не видел. Стоп, раз они оставили меня в покое, то наверняка бросались вдогонку за Артёмом. Получается я его подставил. Не по-товарищески получилось…

На фоне раздался гром и небо потускнело. Подул сильный ветер. Туман усилился и стал накрапывать дождь.

Звуки выстрелов затихли.Я остановился между домами. Прислонившись к забору, попытался справиться с отдышкой. Как же тяжело! Ощущение такое, словно пробежал марафон. Дрожащими руками начал перезаряжать Глок и понял, что патроны закончились. Панически начал шарить по подсумкам, но и там пусто. Руки окончательно опустились.

Нам никак не победить. Никак. Их слишком много даже без этих шагоходов-искореженных. Бой окончен, нас задавили числом. Остался лишь я, мокрая асфальтированная дорога, и кучки пожелтевших листьев, валяющихся на обочине.

Позади послышались дробные шаги. Я обернулся, ожидая увидеть очередную тварь, но прогадал. Из полумрака выплыла мужская фигура в сером камуфляже. На плечах болталась рваная куртка. Дождь смывал с него кровь и угольную сажу, взгляд скользил по земле. Вот это встреча, ее я никак не мог ожидать.

— Рик? — удивленно поинтересовался я и помахал человеку.

Он ничего не ответил и зашагал ко мне.

— Рик! — сказал я, направившись навстречу к командиру. — Я уж думал, мы тебя потеряли! Ты все-таки выбрался из пещер!

Человек взмахнул рукой. Куртка слетела с плеч и упала на землю. Острое лезвие блеснуло в свете фонаря.

— Рик? — удивленно переспросил я. Он приподнял взгляд. Глаза расширились, рот исказился в безумной улыбке.

— Разве тебе не ясно, чего хочет Джерри?! Он хочет, чтобы каждый, каждый в Закулисье принял его учение! Но ты не желаешь слушать Джерри, ты не понимаешь его великую цель. Поэтому ты умрешь!

Он метнулся вперед с нечеловеческой скоростью. Я даже опомниться не успел, как кинжал чиркнул у шеи. В последний момент успел уйти в сторону. Рик не стал медлить и ринулся на второй заход. Я уклонился и сделал подсечку. Рик потерял равновесие, налетел на забор и повалился вместе с ним.

Это не на долго. Куда бежать? Глаза прошлись по окрестностям, выискивая безопасное место. Точно, на крышу! Оттолкнувшись от мусорного бака, я сделал большой прыжок зацепился за желоб. Подтянулся и забрался наверх. Лезвие пронеслось за спиной в третий раз. Еще немного усилий и я уже сидел на коньке, придерживаясь за трубу. Ну что теперь, старина?

Позади хрустнула кровля. Рик разбежался и прыжком оказался на крыше. Возраст и рост метр шестьдесят ему ничуть не помешали. Его ноги заскользили по мокрой поверхности, уводя тело вниз, но он оперся на руки и пополз по скату. Я попытался отдавить ему на пальцы, но чуть не напоролся на лезвие. Шустрый, гад! Пришлось отступить, позволив ему завершить задуманное. Ох, и дорого мне это обойдется!

Я старался постоянно держать дистанцию, но дурацкий дождь портил мне всю малину. Получалось лишь делать крохотные шаги. Одно неверное движение – и я покачусь по вниз. Рика скольжение ничуть не смущало. Наоборот, он напирал, свободно размахивая оружием. Движения его ножа оставляли росчерки в воздухе. Я метнул пустой Глок в лицо, но Рик отделался ссадиной.

— Куда же ты, мерзавец?! От Него нельзя убежать!

— Рик, прекрати! — завопил я. — Что за хрень ты несешь?!

— Заткнись! Своими действиями ты проявляешь неуважение к великому Джерри! Умри и искупи свою вину!

Я пятился, не давая ему сблизиться. Пространства позади оставалось все меньше и меньше. Неожиданно Рик прыгнул на меня, словно тигр. Видимо, просек, что, просто размахивая ножом, меня не задеть.

Я предприняло отчаянную попытку и бросился навстречу. Удалось выбить лезвие из рук, но ноги подкосило. Я потерял равновесие и покатился с крыши. В последний момент пальцы вцепились в крошащееся дерево, и я повис на карнизе. Уставшая рука вспыхнула от боли, желая ослабить хватку в любую секунду.

— А-а-ам…

Рик пролетел рядом. Его цепкая рука успела ухватиться за ногу. Трухлявая доска не выдержала и надломилась. Мы полетели вниз и шлепнулись в кучу листьев.

Не лежи! Вставай! Не теряй надежду! Продолжай бороться наравне с другими! Словно голос Артёма поднял меня на ноги.

Не успел прийти в себя, как мощный удар прилетел в плечо. Меня откинуло метра на полтора. Когда же ты выдохнешься, дядька? С трудом поднялся на ноги, но Рик уже собирался добивать. Перед самым лицом я остановил его руку. На мгновение все прекратилось. Я и Рик стояли неподвижно, вцепившись друг в друга.

— Рик, прекрати!

— Оскорбление Джерри нельзя искупить словами, щенок! Только кровь, только плоть, только жизнь!

Рик высвободил руку и выхватил из кобуры Беретту. Прогремела десятка выстрелов. Я почувствовал, как грудина вспыхнула от боли. Хорошо, что на мне бронежилет. От такого точно останутся синяки на пару недель, но хотя бы ребра целы.

Рик в порыве гнева продолжал жать на спуск, не понимая, почему я не подыхаю. Рука выхватила морион из подсумка и нанесла удар. Острая часть камня рассекла Рику руку, а тупая врезалась в лицо и сломала челюсть. Он, словно не почувствовав боли, толкнул меня и повалил на землю.

Вот и приплыли, как шпроты в банке. Худшее, что могло произойти в драке, так это мое падение.

— Иди сюда, подонок!

Затылок пронзила острая боль. Инстинктивно попытался подняться, но тщетно. Взгляд никак не фокусировался, руки не слушались и хватали пустоту. Кровь молотком стучала в голове, сердце едва справлялось со всплеском адреналина.

Рик напрыгнул сверху и начал молотить кулаками, целясь в лицо. Одна рука отбивалась, а другая тянулась к выпавшему камню. Схватил! Морион врезался в ребра и послышался хруст костей. Рик дернулся и подскочил, занося руки для решающего удара. Как он может сражаться с такими ранами?!

Внезапно пуля прошила ему голову. Брызнула кровь, запачкав мне лицо. Затем в тело выпустили весь магазин. Рик дернулся в последний раз и завалился набок.

Я сел на задницу, ошарашенно повернул голову. В мою сторону двигался Артём. Его одежда была насквозь пропитана потом, кровью и моросью. С левой ногой творилось что-то нехорошее. Он почти не наступал на нее и тащил по асфальту, словно мешок с костями.

— Ты как?

— Думал, мне хана…

— Сколько пальцев видишь? — спросил он, показывая открытую ладонь.

— Семь?

— Ясно. Вот, выпей.

Артём всучил мне флягу с миндальной водой. Я вцепился в нее и закашлял, глотая живительную влагу. Сразу стало гораздо легче. Взгляд сфокусировался, голоса в голове затихли.

— Крики искореженных плохо влияют на рассудок. Я успел как раз вовремя.

— Зачем ты убил его? — спросил я, протирая лицо от крови.

— Ему промыли мозги культисты. Окончательно и бесповоротно.

— Неужели ничего нельзя было сделать?

Артём отрицательно покачал головой и забрал флягу.

— У одержимых одна дорога, один конец. Даже сущности не трогают их, принимая за своего. Глянь, есть у него чего-нибудь ценное?

Сперва я спрятал в штаны спасительный морион, а после запустил руки в карманы мертвого командира. В подсумках обнаружилось два полных магазина. Мешочек на поясе порадовал крупной горстью разноцветных клипс. Ему теперь они без надобности, а меня сберегут в голодный час. Спасибо тебе за все, Рик.

На горизонте засияли вспышки молний, прогремел гром. Пустая фляга выпала из рук Артёма и звякнула об асфальт. Я вгляделся и ужаснулся от увиденного. Орда приближалась. Дюжины искореженных, сотни улыбающихся, тысячи гончих и убогих направлялись к нам.

— Не время глазками хлопать! Поднимайся!

Я тотчас вскочил. Артём протянул рюкзак с грузом. Я непонимающе уставился на него. Еще одной смерти не хватало!

— А как же ты?

Рот Артёма исказился в полуулыбке, в глазах заиграли огоньки счастья.

— Своей ногой я тебя загублю.

Он выхватил у меня из рук магазины Рика.

— Я задержу их. В самом центре одиннадцатого у Б.И.Г есть база «Бета», а на ней Башня управления. Найди там человека по кличке Маршал. Расскажи ему все, что здесь произошло. И доставь, наконец, этот чертов ксеноновый шар.

Артём ухватил меня за плечо.

— Справишься?

Я посмотрел в сторону орды. Злобный гул нарастал, когтистые лапы били по асфальту. Тварям до нас оставалось меньше километра, и они ежесекундно сокращали дистанцию.

— Конечно, — подавленно ответил я.

Артём оттолкнул меня.

— Ну, с Богом! Вперед и только вперед!

Он развернулся к орде голодных монстров.

— Ну что? Позабавимся?!

Я быстро сориентировался и бросился прочь с дороги. Перебравшись через забор, укрылся за постройки. Там начиналась тропа, усыпанная тонким слоем пожелтевших еловых иголок. Мне оставалась лишь бежать без остановки.

Напоследок я обернулся посмотреть, как там Артём. Он доблестно отстреливался от всех ползучих и летучих тварей, опустошая магазин за магазином. Но монстрам не было ни конца, ни края. Они все наступали и наступали: за десятком являлась сотня, за сотней приходила тысяча. Наступил момент, когда на него хлынул целый легион сущностей, и он исчез в давке тел. Его просто растоптали в одно мгновение, не оставив и следа.

Покончив с героем, стая кинулась в мою сторону, но куда там. Я бежал по намеченной тропе, чувствуя, как аура уровня ослабевает. Весь местный смрад, гнетущая темень и сырость стали отступать. Небо становилось все ярче и ярче, пока слепящий свет не заставил меня зажмуриться.

Глава 18. Самое время пытать идущего

Уровень 10 — Пшеничное поле

Ослепление прошло, я открыл глаза. Подо мной мягкая трава, сверху – лучики света, пробивающиеся сквозь крону. В воздухе витал аромат сирени и шалфея. После произошедшего ужасно болела голова. Попробовал проделать дюжину арифметических действий в уме и понял, как это сложно.

Поднялся и огляделся. Оба рюкзака валялись у ствола дерева. Единственного на всем уровне. Вокруг меня до самого горизонта простиралось пшеничное поле.

Атмосфера всеобщего спокойствия и безопасности не складывалась в голове после пережитого ужаса. Какое-то время я просто стоял ошарашенный и не верил своим глазам. Потом, широко расставив руки, вдохнул полной грудью. Вот оно, ощущение простора, ощущение свободы! Больше никаких серых коридоров, никого спертого воздуха, никакой гнетущей атмосферы! Неужели я вернулся домой, на Землю?

Раздался свист, прервавший затянувшуюся идиллию, и в мой сапог вонзилась стрела. Острие чудом не задело пальцы, но теперь про сухие носки можно забыть. Просто замечательно.

Откуда стреляли? Я помотал головой и увидел за деревом средневековую башню. На ее вершине стоял лучник в плаще и целился в мою сторону. Следующая стрела уже ложилась на тетиву. Чертово Закулисье, ну зачем опять?!

Оставалось только бежать. Я схватил рюкзаки и дал деру по полю. Колосья постоянно путались под ногами. Местами они достигали в высоту двух метров, закрывая обзор.

Позади просвистела стрела. Она пролетела совсем рядом и воткнулась в землю. Здесь, среди золотистых колосьев, в своем сером камзоле я как на ладони.

Бежал невыносимо долго, пока усталость не дала о себе знать. Остановился отдышаться. Как оказалось, башня здесь далеко не одна, но каждая из них находилось на безопасном расстоянии. Вскоре один лучник протрубил в горн, остальные присоединились, создавая своеобразную оркестровую мелодию. Когда все затихло, они покинули посты и скрылись в каменных стенах. Но я все же решил больше не подходить к подобным постройкам. Одного раза хватит на всю жизнь.

Среди колосьев я заметил проплешину и вышел на грунтовую дорогу, идущую с севера на юг. Ну всяко лучше топать по ней, чем продираться сквозь пшеничные заросли. Один конец дороги вел в город, расположенный у самого горизонта. Он выглядел точь-в-точь, как тот мегаполис в двери Хаба. Скорее всего, это и есть одиннадцатый уровень, на который мне и нужно попасть.

***

Меня хватило еще пару километров, пока не накатила усталость. Стоило присесть, как в голову полезла всякая дрянь и я погрузился в самокопание. Вихрь мыслей, ощущений, переживаний захватил разум и не собирался отпускать.

Артём предупреждал, что скоро мне придется выживать без няньки. Что ж, не долго музыка играла. Даже глазом моргнуть не успел, как рядом не осталось тех, на кого можно положиться. Я остался один с этой проклятой сферой, которая, к слову, занимала много места и весила несколько кило.

Я видел, как Артём прыгнул в кишащую массу монстров. Шансов у него не было. Но ведь этот поступок был совершен не просто так? Все было для того, чтобы я донес артефакт до базы Б.И.Г.? Организм с трудом справлялся с подступающему к горлу кому.

Я чертовски устал. Не столько физически, сколько морально. Голова раскалывалась, отказываясь принимать все произошедшее. Принял обезболивающие и запил миндальной водой из фляги. Надеюсь, это поможет.

В памяти вереницей пронеслись образы людей, которые нашли свою смерть, ступая рядом со мной. За что они погибли? Почему такие профи сложили голову, а я выжил? Что позволило мне уцелеть? Неужели я сильнее их? Неужели достоин жить, а они нет?

Может быть, это всего лишь очередная выходка лукавого Привратника? Меня определенно кто-то проклял. Все, кто разделял со мной путь, погибали. А вдруг это я во всем виноват? Подставил ребят под удар, угробил кучу людей? И как теперь жить с этим? Меня аж передернуло от этих мыслей.

Ладно, Виктор, успокойся. Еще не все потеряно. Опорой мне служила миссия особой важности. До места назначения осталось пройти это уровень. Не два, не три, а всего один. И все! Не могу же я просто сдаться перед финишем?

Я во всем искал доказательства, что именно я был избран для этой миссии. Внушал себе, что этот шар перевернет всю жизнь человечества в Закулисье. Раз я зашел так далеко, то идти дальше, моя обязанность. Только так можно доказать, что их жертвы не напрасны.

Голову кружило от боли, но анальгетики делали свое дело. Вскоре стало легче. Ураган мыслей затих. Боль ослабела и вернулся аппетит. Что-то я конкретно проголодался. Сколько вообще сейчас времени? Глянул на часы и ужаснулся. Я не спал уже больше суток. День и ночь не сменялись, из-за чего мои внутренние часы сошли с ума.

Я достал из кармана КПК, уже весь поцарапанный и испачканный жирными отпечатками. Девяносто процентов на индикаторе заряда. Хорошо, что успел зарядить его в последнюю ночь перед выходом. Надеюсь, продержится до одиннадцатого. А то хотелось еще поиграть в тетрис по пути.

В желудке снова забурчало. Последний раз я трапезничал в пещерах. А что нужно делать в такой ситуации? Верно, побыстрее лечь спать. Сегодня проделал немалый путь, планы лучше строить на свежую голову.

Убрав КПК в рюкзак, я принялся готовиться ко сну. Место для отдыха подготовил наспех: вырвал всю растительность с участка и соорудил подстилку. Крышей над головой служила все та же пшеница, которую я связал, пытаясь придать форму шалаша. Дополнительно накинул сверху разорванный полиэтиленовый пакет. Вход завесил ветровкой, лежащей в комплекте запасных вещей. Вот теперь можно и на боковую. Я прилег, чувствуя, как трава проминается под моим весом. Напоследок проверил время на часах – двадцать три ровно. Все, всем спокойной ночи!

Раньше было довольно трудно уснуть посреди дня. Но сейчас я так выдохся, что задремал, как закрыл глаза.

***

Разбудил меня шум усиливающегося ветра. В шалаше темно как ночью, по ладоням стекали капли. Поначалу даже не понял, сколько проспал. Все-таки тут не соблюдался цикл дня и ночи. Посмотрел на часы. Около шести утра. Неплохо я отдохнул. Кстати, голод как рукой сняло.

Выглянул наружу и увидел небо, покрытое мрачными кучевыми облаками, медленно ползущими по небосводу. Похоже, быть дождю. Плохо это или хорошо для меня? Я провел рукой голове. Волосы склеились от запекшийся крови Рика. Было бы неплохо помыться и пополнить запасы воды, но тогда придется ползти как мокрая псина по размытой грунтовке. Ладно, просто продолжу путь, а дальше решу по ситуации.

Раз выдался такой случай, решил провести ревизию инвентаря. Расстегнул рюкзак и принялся копаться в его содержимом. Состояние всех вещей приемлемое, пострадали лишь упаковки некоторых пайков. Оно и не удивительно – мой рюкзак хорошенько пропитался водой и пережил несколько ударов, помявших ему бока. В результате все размокло и порвалось, как туалетная бумага. Содержимое ИРП оказалось на днище рюкзака и превратившись кашу, от которой шел плесневелый душок. Вот вам и современные экологические упаковки в худшем смысле этого слова. Пришлось высыпать все, вытереть стенки травой и проложить днище пакетами. Чистить рюкзак водой для меня непозволительная роскошь, а израсходовать запас полиэтилена – всегда пожалуйста.

Когда с очисткой было закончено, выложил все вещи перед собой. Взгрустнул, глядя на оставшиеся продукты. Еще раз полюбовался мистической сферой. Она все также плавала в миндальной воде и переливалась голубоватым сиянием. Буду беречь ее, как зеницу ока, вспоминая с каким усердием ребята оберегали ее, перенося с уровня на уровень.

Из оружия у меня остался нож и автомат. Пистолет я выронил где-то на прошлом уровне. Обидно, конечно, но к нему все равно не осталось патронов. Нож будет полезен в любой ситуации, так что оставлю у себя. С автоматом сложнее. Патронов нема, но рука не поднимается выбрасывать. Пожалуй, приберегу на черный день. Вдруг выпадет возможность продать или пополнить магазины?

А сейчас минутка математического выживания. У меня пять литров жидкости. Человеку требуется около двух в сутки при нормальных условиях. Учитывая мой вес, цифру можно смело сократить до полутора. Значит, я смогу продержаться три дня с копейками, прежде чем начну изнывать от жажды. Ну а там как повезет… может, протяну еще пару суток. А вдруг удача будет на моей стороне и найдется источник воды? Тогда счет пойдет на недели, пока не иссякнут энергетические запасы организма. Но здесь же миндальная вода! В ней содержится целый набор витаминов и минералов, как в обычном миндале. Тогда можно приплюсовать еще пару дней!

Я цинично рассмеялся и откинулся назад, уперев руки в землю. Все-таки нужно смотреть на мир глазами реалиста. Если не найду способ свалить отсюда за неделю, начнутся проблемы.

Под конец решил сложить все вещи в рюкзак Эндрю, а свой бросить здесь. Спасибо ему за службу, но тащить оба ранца не очень удобно. Все равно вещей осталось с гулькин нос.

Закидав манатки в рюкзак, я выдвинулся в путь.

***

Первыми на пути мне попались тракторы и комбайны. Что таить, полностью бесполезные машины. Топливные баки пусты, в ржавых кабинах ни инструмента, ни припасов. Просто стоят железяки возле дороги, отвлекают на себя внимание.

Затем стали попадаться лужи. Набирать воду не решился. Не потому, что от нее смердило гнилью, а потому, что над лужами парили очень агрессивные существа, похожие не то на мозг, не то на жировые мешки. С их слоновьих спин свисало множество хоботков, которыми они всасывали воду и опрыскивали пшеницу.

Я попытался приблизится к одной особи, но та повела себя агрессивно и с мерзким стрекотанием бросилась на меня. Пришлось уносить ноги. Урок усвоен, больше так делать не буду.

***

К третьему дню пришел в какой-то колхоз, состоящий из ангаров и загонов. Внутри ни души, хотя на подходе я отчетливо слышал ржание лошадей и блеянье овец. Мне удалось найти лишь стога сена да клочки шерсти, разбросанные по углам. Вдруг это очередная ловушка, которое Закулисье так и норовит преподнести на белой скатерти? Пойду-ка я дальше по дороге.

Продуктовые запасы стремительно сокращались, хотя я старался по максимуму экономить. Ничего, потерплю. Осталось совершить последний рывок и можно купаться в деньгах и славе. И рюкзак нести все легче и легче.

Проблемы возникали одна за другой. Позади на горизонте возникла стена черного дыма. И кому только показалось, что поджечь бескрайнее пшеничное поле – это хорошее решение? Теперь огненный фронт медленно, но равномерно двигался в мою сторону. Прикинув расстояние до пламени и выяснив направление ветра, который дул в лицо, понял, что имею в запасе сутки-другие. Посмотрим, что произойдет быстрее: закончатся харчи или меня накроет пожарище.

Грязный, потный и вымотанный, я плелся вперед. Идти становилось все сложнее. Количество пайков и миндальной воды уменьшалось. Ноги наливались свинцом, каждая весила вдвое больше, чем в начале пути. Ныла поясница, жгли мозоли на ногах. Еще немного я и буду на месте. Мой поход, наконец, завершится.

***

Наступил четвертый день моего пребывания на десятом уровне. Сколько бы я не шел, город не становился ближе. Он словно был частью скайбокса. Мне оставалось лишь идти вперед и не сдаваться. Скучать по родному дому и осознавать, как хорошо жилось на Земле. Находить счастье в каждой малой радости.

К полудню у меня остался последний пакетик с провиантом, а запас миндальной воды измерялся стаканом. Раскрыл рюкзак и принялся с завистливо глазеть на шар, который плавал в аквариуме. Можно, конечно, выпить воду оттуда, но тогда я рискую испортить товар. Все-таки не зря Доставщики так его оберегали. Придется еще урезать пайку.

Тем временем черное зарево на горизонте выросло вдвое.

***

Утро пятого дня началось с запаха гари. Небо заслонила стена черного дыма. Стараясь не поддаваться панике, я приступил к завтраку. На дне рюкзака обнаружилась последняя пачка везучего молока с желтой этикеткой. Удача мне сейчас не помешает. Положив ее в пакет, я сыпанул туда несколько кристаллов огнесоли и добавил воды. Подождал, пока мой миниатюрный вулкан не выпустит весь пар, и термическая реакция не закончится. Вынул из пакета пачку молока, раскрыл упаковку и отпил немного. Во рту сразу появился приторный вкус банана. Ну, не поведи родимая.

***

День прошел в муках, наступил вечер. Дышать становило труднее, стена огня нагоняла. Стопы превратились в сплошную мозоль. Все припасы закончились. Приходилось забираться в поля и жевать пшеницу со вкусом горького миндаля. Теперь унижения, страдать от боли, питаться всяким жужевом: чем смысл такой жизни?

— Я дойду, — приговаривал я сквозь слезы, хотя сам уже в это больше не верил. — Я обязательно дойду…

Без понятия, где здесь выход. Куда я вообще иду и зачем? Надежды оставалось все меньше.

***

Солнце все так же неподвижно висело в зените, но по часам глубокая ночь. Уже собирался ложиться спать, как на горизонте замаячила очень странная постройка. И нет, она не принадлежала городу: я шел к ней, и она приближалась ко мне. Наплевав на усталость и боль в ногах, я ринулся вперед, не веря своим глазам.

И действительно, они меня не обманывали. Здание не имело ничего общего с местными колхозами. Оно походило на греческий храм: высокая прямоугольная платформа, мраморные ступеньки, колонны с энтазисом.

Подошел поближе к входу. Одного металлического запаха хватило, чтобы все понять. Передо мной станция метро. Что ж, похоже, мне туда. Прощайте золотистые поля и небо, опять в тоннели.

Спуск вниз скрывался во мраке, эскалаторы не работали. Пришлось топать на своих двоих, морщась от неприятных ощущений в области стоп.

Внизу дела обстояли иначе. Станцию заливал яркий свет, исходящий от рядов лам в форме чаш, в которых сверкали кристаллы. Чаши застряли меж копий, торчащих из цилиндрических постаментов. Белый арочный потолок поддерживали квадратные мраморные колонны, пол украшали извилистые гранитные узоры. Там, где стены не покрывала плитка, проступали барельефы лавровых венков, пространство над путями освещалось люстрами, украшенными крупными кристаллами, свисающими с бронзовых колец.

Чем-то отдаленно это место напоминало Пушкинскую станцию, но вместо медной статуи поэта возвышалось уродливое гуманоидное изваяние с когтистыми лапами, козлиной головой и щупальцами, торчащими из спины. Ну и мерзость! Увидь я эту тварь вживую, и желудку пришлось бы распрощаться с ужином. На постаменте виднелась металлическая табличка с надписью «Черный козел лесов». Без понятия, кто это, но лучше бы никогда не встречаться с ним.

На стене заметил плакат с указанием всех уровней-станций. Выбор весьма богатый. Среди длинного списка отыскался и нужный мне одиннадцатый уровень. А это хорошая новость.

Подошел к краю платформы. Здесь все обыденно: рельсы из углеродистой стали, бетонные шпалы, контактный рельс, черные кабели на стенах. Повернул голову в сторону. Однопутный тоннель исчезал в непроглядной пелене, лишь синий сигнал светофора сигнализировал о приближающемся поезде.

Прислонившись к стене, я задумался. А чем я буду заниматься, когда отдам груз? Поступлю на службу Б.И.Г и стану помогать людям? Вряд ли. Мне приключений за последнюю неделю на всю жизнь хватит. Мне очень пришелся по нраву уровень с багровым лесом. Живописные виды, чистый воздух, приятные люди. А главное, никаких монстров и проблем с провизией. Было бы неплохо там обосноваться. Как закончу с делами на одиннадцатом, разузнаю у местных, как туда попасть.

Долго ждать поезда не пришлось. Из недр метрополитена подул ветер, раздался звук гремящих колес. На станцию вылетел состав серо-синей окраски. Он стремительно терял скорость, оглушая меня скрежетом тормозов.

Как только он остановился, распахнулись двери. Мужской голос через громкоговоритель зачитал название станции и сообщил, какой уровень будет следующим.

Я заскочил внутрь. Вагоны тут современного образца, в удивительно хорошем состоянии. Мягкие сиденья красного цвета, светодиодное освещение, даже зарядки для телефонов есть.

Голос в динамике прозвучал еще раз, после чего двери закрылись. Поезд дернулся и стал набирать скорость. Колеса застучали по рельсам и поезд въехал в тоннель. За стеклами стало темно.

Вскоре меня начало тянуть в сон. Время уже позднее. Я вскочил на ноги и через силу приступил к разминке. Главное не уснуть и не пропустить нужную станцию.

Время от времени поезд останавливался на других уровнях. Снаружи встречались монстры. Одни не обращали на меня внимания, другие злобно скалились, но напасть не решались. Все-таки вагон для них – неприкасаемый объект, ступить внутрь они не могли.

Прошло около получаса, пока на бегущей светодиодной строке не промелькнула надпись «Следующая станция «Уровень 11. Бесконечный город»». Тоннель закончился и поезд выехал на поверхность. Сначала на горизонте появилась небольшая полоска света, а затем вспыхнула солнечная блямба. Я прижался к окну и разинул рот от изумления.

Глава 19. Место вечного полудня, главный оплот человечества, отворяй ворота

Уровень 11 — Бесконечный город

Предо мной открылся вид на город, озаряемый рассветным солнцем. Многоэтажки покрывали всю его территорию и доходили до горизонта, где меркли в ярко-рыжей дымке смога. Местами виднелись проплешины, заполненные электростанциями, заводами, военными базами и парковыми зонами.

Да неужели?! Я, наконец-то, добрался до него! Отмучился, прошел все испытания и прибыл на одиннадцатый уровень! Моей радости не было предела. Теперь уж точно можно выдохнуть с облегчением.

Чем ближе я подъезжал к городу, тем светлее становилось снаружи. Ни о каком рассвете больше ни шло и речи, уровень заливало светом полуденного солнца.

Голос оповестил о приближающейся станции, состав стал сбавлять ход. Я нацепил рюкзак и подошел к дверцам, взявшись за поручень. Состав выехал на станцию, дернулся напоследок и остановился.

Двери открылись я вышел на платформу станции, расположенную под открытым небом. Место весьма ухоженное, мусора не видать, даже по краям стоят цветы в вазах. Какой-то мужчина в плаще, стоящий у головы состава, заметил меня заскочил в первый вагон. Через несколько секунд двери закрылись и поезд тронулся.

На выходе со станции меня встретила будка с парочкой тучных пограничников, которые взымали таможенную пошлину, осматривали грузы и проверяли документы. Один походил на бочку, а другой – на деревянную жердь. Рядом стоял стол, на котором из-под кучи бумаг выглядывали игральные карты.

Пухляш косо глянул на меня.

— Эй, малой, а ты откуда будешь? И куда направляешься?

Решил умолчать про свою миссию. Протянул временный паспорт и сказал:

— Да, так. С первого еду работу искать.

— Но-ви-чок? Сумка у тя модная. Алкашку везешь?

— Нет.

— Сигары?

— Не-а.

— Какую-нибудь дурь?

— Не угадали.

Погранец хлопнул себя по ноге и сказал с досадой:

— Ну что ж такое? Привезите хоть бомбу, песель без дела помирает!

Только сейчас заметил щенка немецкой овчарки, который дремал под стулом.

— Зачем врать? — сказал пухляш, уперся рукой об край стола и неохотно приподнялся. — Я же проверю.

— Тебя кто-то прислал? — вмешался в разговор второй пограничник.

— Рик из Службы доставки.

— Рик, Рик… — задумчиво произнес длинный и обратился к приятелю. — Знаешь такого?

— А ты не знаешь? — сказал пухляш и, не дойдя до меня, развернулся. — Да это свой. Мне проводку клал в гараже.

— Ну свой так свой.

Погранец что-то черканул в журнале и документе.

— Тут можно три дня жить без временной регистрации. Так что не затягивай с оформлением доков. А то потом проблемы начнутся. Понял?

— Ага.

Он вернул мне паспорт и сказал:

— Добро пожаловать в цивилизацию.

Я прошел через арку и, наконец-то, вышел в город. В нос тут же ударил родной запах выхлопных газов. Послышались звуки автострады. Как же я соскучился по таким местам. Просто остановился и таращился на чудо урбанизации несколько минут. На душе стало куда легче.

Задрав голову, посмотрел на голубое небо. Светило замерло в зените и даже не собиралось смещаться к горизонту. Жарковато немного и глаза слепит, но ничего, потерплю. Лучше уж так, чем ползать в канализационных потемках.

Город с самого начала дал понять, что все здесь не так как на Земле. Одни здания не имели дверей, у других вход располагался на пятом этаже. Некоторые строения застревали друг в друге, а какие-то и вовсе зависли в воздухе, не соприкасаясь с землей.

Повсюду сновали безликие. Здесь они играли роль добропорядочных граждан, массовки, бесцельно передвигающейся по уровню. Они ходили по улицам, торчали в зданиях, имитируя офисную работу, и издавали нечленораздельные звуки. Встречались и особи с длинными поводками – вместо собак они выгуливали гончих, которые также не проявляли признаков агрессии. Иногда мимо проносились автомобили, битком набитые пассажирами без лиц. Зрелище максимально странное и пугающее.

Прямо передо мной группа безликих окружила пожарный гидрант. Посмотрим, насколько они дружелюбные. Осторожно подошел к ним, держа оружие наготове, но заметив меня, группа просто разошлась. Озираясь по сторонам, я продолжил идти по тротуару. Где там Башня управления? Город простирается на сотни километров во все стороны, а я без понятия куда идти. Очень кстати бы пришлась брошюра с картой города. Может вернуться к станции и спросить там?

— Свободные странники! — раздался голос из громкоговорителя, что висел над головой. — Доблестные солдаты и пилигримы! Вступайте в ряды Б.И.Г.! Отыскать выход из Закулисья и вернуться к привычной земной жизни – наша общая цель и задача! Давайте вместе прорубим дорогу в будущее!

Прямо под рупором находился билборд. На картинке, изображавшей безмятежную жизнь среднестатистической многодетной семьи, красовалась надпись: «Чувствуйте себя как дома! Здесь вы в безопасности! Б.И.Г. стоит на страже вашего спокойствия».

— Эй! — услышал я звонкий детский голос за спиной. — Что-то ищешь?

Обернулся и увидел мальчишку лет десяти. Легкий пыльный ветерок раскачивал его волнистые волосы. Он носил джинсовые шорты и клетчатую рубашку с красной эмблемой радио, обведенного в круг. На ногах приплюснутые кроссовки, голову прикрывала пестрая кепка. В руках парнишка сжимал радиоприемник из конца девяностых. Ого, какой раритет! Такие массивные штуки я видел только у деда в гараже.

— Мне нужно попасть в башню Б.И.Г., — сказал я. — Далеко идти?

— Она в четырех кварталах отсюда. Тебя проводить?

— Было бы неплохо.

— Тогда за мной! Смотри, не отставай!

Парень прыгнул на лонгборд, оттолкнулся от асфальта и выехал на трассу. Я бросился за ним, старясь не отставать. На дороге образовалась небольшая пробка из автомобилей, в которые безликие набивались, как селедка в банки. Парня это ничуть не смутило – он уверенно лавировал между машинами.

— Кто тебя так отделал? — спросил мальчишка.

Это он про мой внешний вид? Да, приятного тут мало. Одежда вся потрепалась, руки и голова в грязи, а воняет похлеще, чем от помойного бомжа. Надеюсь, в башне Б.И.Г. меня не примут за голодного оборванца и не выкинут за порог.

— Да, так. Ничего особенного. На монстров нарвался. Едва смог свалить.

Из громкоговорителя по уровню разнесся звонкий голос диктора:

— Добрый день, уважаемые радиослушатели! На связи ваш покорный слуга Ральф. В эфире – «Уровень дня». Обычно я провожу эту программу в одиночку, но сегодня у нас особый гость, который предпочел остаться анонимным. Какая скромность, дорогие друзья! Раз такое дело, мы просто обязаны дать ему обидное прозвище!

Диктор сделал небольшую паузу, позволив человеку представиться.

— Всем привет. Можете звать меня Арч.

— Какой красивый голос, господин Арч! Не хотели бы работать ведущим?

— Хотел, но после того как услышал вас, понял, что не дотягиваю.

— Ох, какая невероятная скромность, друзья! Ну да ладно, переходим к сути. Арч, о чем ты хочешь поведать нам?

— О новом отрицательно уровне, конечно же! Далеко не все знают о существовании отрицательных уровней, а об минус одиннадцать/альфа и подавно! Чтобы попасть туда, нужно пройти целую цепочку испытаний, а тех счастливчиков, кому это под силу, ждет нечто ужасающее. Уровень являет собой темную версию нашего родного города. Там всегда царит мрак, а дальше вытянутой руки видны лишь силуэты искаженных зданий. Холодный воздух и страх пробирают до костей. Каждая тень таит в себе чудовище, которое только и ждет момента, когда вы ослабите бдительность.

— Есть ли выход из этого ужасного места?

— Если бы его не было, я сейчас не сидел рядом с вами. Покинуть уровень несложно. Нужно всего лишь…

— Вот мы и пришли! — громко объявил парень.

Я, не веря глазам, посмотрел вперед. В самом центре огромной площади, утыканной скамеечками, дорожками и декоративными кустиками, вырисовывался воистину огромный небоскреб из бетона, металла и стекла. Около входа толпились люди – я насчитал около сотни странников. Вывеска над дверьми гласила, что я пришел по адресу — Башня управления, абсолютно стабильное здание. Никаких тебе аномалий в конструкции, никаких дыр в полу, ведущих на другие уровни.

— Ну спасибо тебе, — сказал я, кинув малому несколько клипс. Он ловким движением словил их.

— Да не за что! — на веснушчатом лице возникла улыбка. — Удачи! Надеюсь, еще встретимся!

Парнишка прыгнул на лонгборд и покатился прочь. Проводил его взглядом и направился к входу в башню. Стеклянные двери послушно разъехались в стороны, позволяя пройти. Внутри меня встретил совершенно иной мир. Огромный вестибюль простирался на десятки метров. На два часа находится ресепшен с несколькими окнами, на четыре – зона ожидания. На восемь часов – камеры хранения, немного дальше линией шли вендинговые аппараты. По углам раскиданы мешки-кресла и расставлены мягкие диванчики – все для людей! В конце холла находился лифт, к которому вела красная ковровая дорожка.

Я пробирался через зал. Так необычно: куда не глянь, везде люди. Первые таскали ящики с припасами, вторые вели учет на бумаге, третьи мирно беседовали в зоне отдыха. Около столба заметил мужчина, закованного в наручники. Узник попытался завладеть моим вниманием, протянув костлявые руки, но тотчас был остановлен солдатами, стоящими возле него по обе стороны.

— В чем обвиняют этого человека? — спросил я.

— В фальшивомонетчестве и незаконном обогащении, — сказал биговец. Другой оказался более интересным собеседником и добавил конкретики:

— К нам в последнее время стали попадать клипсы без официальной маркировки. Расспросив уйму людей, нам удалось выяснить примерный сектор уровней, а входе проведения расследования задержать подозреваемого и изъять все незаконно произведенные клипсы. Теперь этот гаденыш ответит по закону.

— Прошу, помоги мне! — резко выпалил узник. — Я ничего не делал! Они лгут!

— Заткнись!

Увесистый удар по затылку заставил его замолкнуть.

— Проходи, не задерживайся, парень! — сказал солдат. — Тебе тут делать нечего!

— Уже ухожу, — пробормотал я и поспешил оставить эту троицу. Не знаю, кому тут верить. Может быть, Б.И.Г. действительно схватила ни в чем неповинного человека. Сейчас у меня нет ни времени, ни возможности помогать ему. Своих проблем хватает. Сначала завершу задание, получу награду, а уж потом буду заниматься благотворительностью.

— Вы как-то подозрительно себя ведете, — внезапно раздался голос за спиной. — Ищите приключений?

Черт. Видимо, неприятности сами находят меня. Я медленно обернулся и увидел перед собой человека в синем деловом костюме. Он внимательно разглядывал мое лицо, словно никак не мог вспомнить имя давнего знакомого. Что же нам с тобой делать? Попробую сказать правду, вдруг сработает?

— Нет. Мне нужен Маршал.

Подозрительное выражение лица сменила дружеская улыбка.

— Если с одной «л», то это я. Чем могу помочь?

— Я из Службы доставки. Пришел с товаром и хочу получить награду.

— Кто ваш командир?

— Рик. Фамилии он не называл.

Пожалуй, пока обойдемся без подробностей, что с ним произошло.

— За мной, — сказал Маршал и завел меня в служебную комнату. — Позовите сюда казначея! Этот парень от Рика!

Пока нужный человек шел к нам, я успел вкратце поведать Маршалу о своем путешествии. Он выслушал меня довольно холодно, а потом выдал тряпку с водой и дезодорант, чтобы я хоть немного привел себя в порядок. Сейчас меня смердело почище тухлого дуриана. Хорошо, что вообще не выкинули прочь за столь злостные нарушения правил личной гигиены. Видимо, для них это было не в новинку.

— Где же груз? — спросил Маршал.

Я расстегнул рюкзак и водрузил на стол контейнер, в котором хранился шар. Глаза человека полезли на лоб. Он медленно присел, уставившись на артефакт. Его руки задрожали от волнения.

— Вы все-таки доставили его! Это чудесно!

Со всех сторон к нам стали сходиться люди. Раздались одобрительные возгласы.

— Эй, посмотри на это! Парень-то не промах! Я уж думал, что доставщики не вернутся.

— Молодчина!

— Наш герой!

— Ты только глянь на шар! Неописуемая красота!

Повезло, что ребят нормальная реакция. К ним заявился какой-то оборванец с дырявыми сапогами, они начали слагать о нем легенды. Ну все. Теперь я местная знаменитость! Осталось только на руки взять.

Когда радостные вопли поутихли и все вопросы были улажены, Маршал велел мне убрать контейнер с грузом в рюкзак, а после вывел в холл.

— На эту вещицу претендовал сам Глава, так что вручишь ее ему лично. Правда сейчас Стретч немного занят. Давай подождем здесь.

Маршал указал мне на кресла-мешки рядом с лифтом. Я без промедления плюхнулся на один из них. Как же было приятно посидеть на чем-то мягком после жесткого бетона и холодной земли.

***

Мы прождали около получаса. За это время я успел расспросить своего собеседника об одиннадцатом уровне. И выведал какую-никакую информацию. На уровне всегда стоял полдень. Лишь на окраинах, которые вели на другие уровни, удавалось запечатлеть рассвет, закат и звездное небо.

Население уровня составляло около пятнадцати тысяч человек, десятая часть которых тем или иным образом относилась к Б.И.Г. Оперативники заняли центр города, гражданским же достались спальные районы. На горизонте начиналась кольцо из АЭС, радиационный фон которых мешал дальнейшему исследованию территории. Что касается башни, так она работала круглосуточно, лишь дважды в сутки сотрудники сменяли друг друга. В остальном деятельность на этажах Башни управления не отличалась от крупного бизнес-центра, за исключением большого числа вооруженных лиц.

— Вроде освободился, — сказал Маршал, глядя, как на электронном табло стала уменьшаться цифра.

Я встал перед лифтом и с нетерпением ожидал, пока его двери не разъедутся. Но как только это произошло, из лифта вылезла мускулистая рука с силой оттолкнула меня в сторону. Я не смог удержать равновесие и рухнул на кресло.

— Пшел с дороги, сопляк! — рявкнул громкий голос.

— Эй, какого черта?! — сказал я, поднял взгляд и обомлел. Передо мной стоял двухметровый солдат, облаченный в футуристическую броню с ног до головы. Его доспех больше походил на скафандр, обвешенный бронепластинами, которыми обычно защищают танки. Лицо скрывала белая пуленепробиваемая маска в форме черепа. На спине он таскал гранатомет «Бульдог» и штурмовой дробовик UTS-15. Да уж, мы прямо как Давид и Голиаф. Такой вобьет меня в землю по колено и даже не вспотеет.

Гигант склонился на до мной, заглядывая в самую душу.

— Куда тебе до меня малыш…

— Ты чего бесишься, Сквош? — вмешался Маршал, щелкнув ногтем гиганта по броне.

— Кто это там тявкнул? А, это ты, Маршал… Сколько раз мне нужно повторять: для тебя я Алан Сквошер, и никто другой! Это было последнее предупреждение, ты, тупорылое ничтожество!

— Да брось ты! Чего такой хмурый? Урезали пайку за жертвы среди гражданских?

Алан взял его за шкирку и потянул вверх. Ноги Маршала оторвались от пола.

— Заткнись, падаль! Пока ты со своими прихвостнями нежишься в теплых стенах башни, я чищу Закулисье от подонков. И с каждым днем их остается все меньше.

— Кто на что учился, — сказал Маршал и улыбнулся.

— Ха! Радуйся, пока можешь, паскуда. Скоро мы истребим всех предателей и преступников. И тогда очередь дойдет до тебя.

— Я чист перед законом и ты это знаешь.

— Да неужели? — Алан посмотрел на Маршала так, будто уже сейчас собирался привести приговор в исполнение. — Аргос давно взял тебя на карандаш. Что ты скрываешь от нас? Предательство? Измену?

— У тебя нет доказательств.

— Пока нет, но я найду их, — сказал Алан и опустил Маршала на пол. — Радуйтесь своей никчемной жизни, пока можете. И помните, детишки: закон – это не игрушка. Глаза Аргоса всегда следят за вами! Стоит допустить малейшую оплошность, и я обязательно пристрелю вас!

Он развернулся и двинулся к выходу, расталкивая на своем пути зазевавшихся людей.

— Эй, Эшли! — рявкнул Алан. — Не отставай!

Из лифта выскочил крохотный человечек, закутанный в дождевик. Со спины свисал монструозный рюкзак, по размеру сопоставимый с самим сквайром. Внутри наверняка находились провизия и боеприпасы. Двигался с грузом он резво, без затруднений. Видимо, ему не впервой таскать тяжести.

Мальчишка торопливо бросился к Алану и вскоре парочка исчезла за дверьми. Все находящиеся в здании выдохнули с облегчением.

— Опасный тип, — сказал я и приподнялся с мешка.

— Расслабься, — сказал Маршал и подмигнул. — Пока не преступишь закон, он тебе ничего не сделает.

Я недоверчиво улыбнулся в ответ. Все же от этого черта лучше держаться подальше. Кто знает, что у него на уме?

— Вы с ним давно знакомы?

— Его здесь каждая собака знает. Это же Голос Аргоса, Алан Сквошер, городская легенда! Никто не знает, откуда он пришел и кем был, но если выписать имя каждого преступника, которого он грохнул, список растянется на квартал. Но про сопутствующий ущерб мы стараемся не упоминать.

— Суровые у вас тут жандармы.

— Да, это тебе не обычные бобби. Раньше Глаза Аргоса были организацией паладинов, действующих под эгидой справедливости, а сейчас утратили независимость, переполнились фанатизмом и стали цепными псами Б.И.Г. Тем не менее они очень опасные противники, владеющие артефактами, позволяющие им обойти ограничения человеческого тела.

— Звучит устрашающе.

Маршал глянул на часы и охнул.

— Думаю, тебе пора идти. Смотри, не оплошай перед Главой.

Он затолкал меня в лифт и, перегородив выход, подал рюкзак с грузом.

— Скажите хотя бы как его зовут?

— Сам представится.

Маршал резким движением нажал на кнопку и высунул руку из кабины. Дверцы захлопнулись и лифт потащил меня на верхние этажи.

Я прислонился к стенке и задумался. Интересный человек этот Маршал.

Глава 20. Еще пару минут назад они считали меня героем…

Уровень 11 — Бесконечный город, база «Бета», Башня управления

Лифт доехал до сотого этажа и выпустил меня из кабины. В просторном офисе не было никого кроме четверки оперативников, стоящих у стены. Они устремили взгляд в пол и не обращали на меня никакого внимания. Что ж, пока хозяин башни не вернулся, можно пройтись и осмотреться.

Плиточный пол вымыт до блеска. По углам расставлены цветочные горшки, а в центре помещения находилась два дивана, поставленных друг напротив друга. Свет проникал внутрь через панорамные окна, где-то вдалеке за стеклами раздавались приглушенные звуки города. Место у центрального окна занимали массивный стол из темного дерева и кожаное кресло, повернутое спинкой к лифту. Солидное помещение, ничего не скажешь.

Я прошел немного и остановился около стола. Поверхность пустая: ни папки с документами, ни листочка бумаги. Ради меня так стараются, хотят впечатление произвести?

— Прости, что заставил ждать.

А вот и прибыл хозяин башни. Из расположенной рядом с лифтом двери, которую я сперва не заметил, вышел худой и длинный, как жердь, человек. Лет на десять старше меня, выглядит опрятно и ведет себя сдержанно. Гладкие уложенные волосы, из одежды белая сорочка на запонках и брюки. На ногах начищенные до блеска туфли. Слащавый пижон, подумал я, пока не взглянул на руки. Покрыты шрамами, мизинец на левой отсутствует. Этот человек через многое прошел, чтобы забраться так высоко. Ну или пренебрегал техникой безопасности.

— Меня зовут Виктор, — представился я.

— Очень приятно. Я Стретч – основатель и один из тройки лидеров фракции Б.И.Г., а также действующий мэр одиннадцатого уровня.

Человек подошел ко мне и пожал руку.

— Можно я буду называть вас Королем Закулисья? — поинтересовался я. — Или Хранителем?

Стретч громко рассмеялся.

— Не стоит. У Закулисья есть свои Короли и Хранители. Давай не будем отнимать их почетные должности.

— Значит, это вы заказывали доставку ксенонового шара?

— Да, именно я. Справился?

Я расстегнул ремни на рюкзаке, схватился за груз и протянул Стретчу. Тот взял его, словно дитя после родов. Элегантной походкой прошелся по помещению и водрузил контейнер на стол. Застыл, вглядываясь в голубоватое свечение средь кристальной породы.

— Хорошо, когда такие вещи попадают в нужные руки.

Повернулся ко мне, желая узнать мое мнение. Я обошелся простым кивком.

— Давай поговорим по душам. Присаживайся.

Стретч указал мне на роскошный диван, который я без промедления занял. Стретч сел напротив и начал разговор:

— Итак, ты выполнил задание и получишь достойною награду. Но прежде чем ты уйдешь, позволь задать парочку вопросов? Я уже в курсе того, что у вас возникли небольшие трудности.

Небольшие трудности? Идеальное описание того, что с нами произошло. Лучше и не скажешь.

— Кончено! — радостно отозвался я. Не каждый день выпадает шанс поговорить с главой организации такого размаха.

— Я бы хотел знать, как прошло путешествие. Что произошло с остальными оперативниками? С теми, что согласились сопроводить тебя до одиннадцатого.

И я рассказал ему, все как есть. Поведал про наше путешествие по уровням от начала до конца. Рассказал о героической гибели Артёма, о том, как Рик сошел с ума. Рассказал, как телом Айса завладел кожекрад, а Эндрю сожрало морское чудовище. Поведал об атаке на базу «Гамма» и о битве с Последователями Джерри. Беседа проходила в максимально дружеской атмосфере. Стретч увлеченно слушал меня и утвердительно кивал головой. То его руки вздрагивали от восхищения, то лицо мрачнело от скорби.

— Ну вот и все, — окончил я рассказ. — Как-то так оно и случилось.

Стретч приложил руку к подбородку и задумался. Повисли долгие секунды тишины.

— Знаешь… это очень захватывающая и красивая история. Только вчера вечером удалось восстановить работу портальной сети. Сейчас Хаб работает в штатном режиме. Нам очень повезло, что пострадавших было не так много, и мы в большей мере отделались экономическими потерями.

Он резко поднялся с дивана и зашагал в сторону лифта.

— Как и обещал, тебя ждет достойная награда. Однако…

Я непонимающе следил за каждым его движением. Сердце неприятно потянуло. Мне происходящее уже не нравилось. Чую, не к добру все это.

Стретч, не дойдя до лифта, внезапно остановился и заговорил, стоя ко мне спиной.

— Понимаешь, есть одна маленькая и досадная деталь… Все, что ты мне сейчас рассказал – это ложь, как бы это печально не звучало!

Он сделал на слове «ложь» особенный акцент.

— Простите, что?!

— То, что услышал. Не строй из себя дурака и приготовься услышать правду. И поверь, эта история тебе очень не понравится.

— Эй, да что за хрень ты несешь?! Ты вообще знаешь, через что я прошел, чтоб дойти сюда?!

Я вскочил с дивана и двинул сторону Стретча. Руки сжались в кулаки, лицо побагровело от злобы. Стретч резко развернулся. В лицо мне смотрел крохотный Кольт Мустанг.

— Хватит. Хватит. Твое время истекло. Теперь моя очередь задавать неудобные вопросы.

Охранники, которые все это время стояли у стен, как статуи, сорвались с мест и направили на меня оружие. Не понравились мне они сразу, совсем не понравились. Я попятился назад, еще не осознавая, в какую западню меня загнали.

— Но, постойте…

— Игры окончены, щенок! Взять его!

Оперативники бросились на меня, повалили на пол и принялись обчищать карманы, забирая каждую вещицу, способную хоть как-то помочь: КПК, клипсы, нож. Даже разбитые часы стянули. Уже через минуту у меня остался лишь потрепанный костюм, берцы, и камень в кармане. Под конец мне завели руки за спину и нацепили наручники. Просто замечательно! Я пришел сюда героем, а выйду преступником. К таком повороту событий я уж точно не был готов.

— Мне нужен ответ на один простой вопрос, — сказал Стретч, расхаживая взад-вперед. — Что случилось с отрядом доставщиков и караваном, что сопровождали тебя?

— Они пожертвовали собой, чтобы я выжил и принес этот чертов шар! — выкрикнул я, ожидая, что люди проявят хоть каплю благоразумия.

— Какая сладкая ложь! Эти люди ни за что бы не поступили так ради какого-то новичка. Я знал их. Пускай не всех, но многие из них на такую жертву не способны.

Стретч медленными размеренными шагам подошел ко мне и заглянул прямо в глаза.

— Ты пережил то, с чем не справились профессионалы своего дела. Что помогло тебе? Навыки?! Сила?! Связи?!

— Я… не знаю, — пробормотал я. — Удача, может быть.

Этот ответ его не устроил. От слова совсем.

— А ты подумай! Подумай еще раз! Может салага пройти с первого уровня по одиннадцатый, не получив физических и ментальных травм? Не находишь это странным?!

Стретч скрестил руки у груди и принялся расхаживать туда-обратно.

— Рик Декард. Я хорошо знал этого человека. Он, будучи потомственным фермером, решил пойти в солдаты. Рик сделал многое для человечества, возможно даже больше, чем многие из нас. Знал Закулисье вдоль и поперек, вытаскивал новичков из лап смерти, водил караваны по гиблым тропам, смеясь опасности в лицо… А его взяли и сломали какие-то культисты? Бред, да и только!

— Он смертный человек, такой же, как и все!

— Не пойми неправильно, Ви, — перебил меня Стретч. — Я очень благодарен за то, что ты принес артефакт. Но было довольно глупо прибить моих ребят и заявиться сюда за наградой.

— Я никого не убивал! — возразил я громким тоном.

— Ты совершенно не умеешь врать. Мне не составит труда сложить дважды два и вычислить виновного.

— У вас нет никаких доказательств!

Стретч глянул на меня исподлобья и ухмыльнулся.

— Да неужели? Доказательства у нас как раз имеются!

Он нажал несколько кнопок на пульте, и на экране настенного телевизора пошло воспроизведение видеозаписи. Картинка выглядела мутной и шумной, словно съемка велась на VHS камеру, но основные черты узнавались.

Девятый уровень. Рик ослабленной рукой тянется в мою сторону. Я же уверенно сжимаю в руках пистолет, направляю его на командира. Раздается выстрел. Пуля попала прямо в голову, видно, как растекается кровь по асфальту. Я подхожу к нему и вытаскиваю что-то из разгрузочного жилета и кладу себе в карман. Запись ненадолго прерывается. В кадре появляется измученный Артём с потрепанной ногой. Что-то хочет от меня, но я не слушаю. Разворачиваюсь и начинаю бежать прочь. Артём кричит мне в след, умоляя вернуться. Я продолжаю бежать. Огромная толпа монстров набрасывается на Артёма, и он исчезает под грудой тел.

На этом моменте запись оборвалась.

— Ну что? Придумывать отмазки не так просто, как кажется на первый взгляд. А, парень?

— Откуда у вас эта запись?

— С тех пор, как мы научились изготавливать пленку в промышленном масштабе, наши исследователи стали устанавливать видеокамеры на уровнях. Сущности аппаратуру не трогают, так мы можем спокойно вести съемку. Какая удача, что нам в руки попал сенсационный материал!

— Не верю! — выпалил я от безысходности. — Это постановочный ролик. Вы сами сняли его в павильоне, а после добавили магию монтажа.

— Ладно, аргумент принят, — сказал Стретч, внезапно согласившись с моими доводами. — Но что ты скажешь на это?

Оперативник разблокировал мой КПК и протянул его Стретчу. Тот совершил несколько нажатий и развернул устройство экраном ко мне.

— Читай в слух, — приказал он мне Стретч. Оперативники поставили меня на колени. Теперь экран находился на уровне моих глаз. Я начал читать и кровь застыла в венах.

Добрый день, уважаемые члены правления Б.И.Г. Позывной Айс, член отряда Служба доставки под предводительством Рика Декарта. Сутки назад за определенную плату в нашу группу вступил новичок по имени Виктор. Мы обязались проводить его до одиннадцатого уровня. Вот только никакой не новичок он, а агент, засланный дальних уровней. Да, пытался играть в дурня, который ничего не знает о Закулисье, но это не так. Парень грамотно подобрал снаряжение, драться обучен, оружием пользоваться умеет. Даже не знаю, на что он способен. У меня есть подозрение, что он работает на КВЗ. Ради всего святого, примите меры! Не знаю, сколько еще мне осталось, но он убьет многих…

— Это сообщение мы получили с КПК Айса восемь дней назад. Если верить твоему рассказу, его еще не успел поглотить кожекрад. Как видишь, он все подробно нам расписал.

В голове стали проясняться события второго дня в Закулисье. Тогда во время привала Айс рассказывал мне с Артёмом о потерянном КПК, а на Гамме уже нашел пропажу. Мог ли кто-то взять его девайс и написать подобное в шутку? Не думаю.

— Но… как? Как… такое возможно?

Это было последней каплей. Все мои мечты и надежды схлопнулись в одночасье. Спина покрылась холодным потом. Я застыл, будучи не в силах пошевелиться.

— Видишь, Ви. Ты и есть убийца. С самого начала ты действовал наверняка: обманул доставщиков, представившись новичком, втерся им в доверие, а потом избавился от них по одному. Такая у тебя история.

Он развернулся ко мне спиной и принялся зачитывать лекцию о морали. Спорить с ним о чем-то было бесполезным занятием. Только одна мысль витала в голове. Почему эта тяжелая ноша выпала именно на мои плечи? Почему я?

— Долгие годы я пытался научить людей уму-разуму. Думал, что хотя бы здесь, в условиях ужасного дефицита и лезущих изо всех щелей угроз, мы сможем сплотиться и жить под одним небом. Неужели так трудно понять, что Закулисье – это общий дом для всех странников, попавших сюда по несчастью? Все люди здесь имеют право на счастье, на защиту, на жизнь, в конце-то концов! Но каждый раз я как наивный ребенок совершаю одну и ту же ошибку…

Он приложил руку к лицу и тяжело выдохнул. От его былой энергичности не осталось и следа. Теперь лидер Б.И.Г. походил на старика, потрепанного жизнью.

— Считаешь меня трусом, который прячется за высокими стенами от реальности? Думаешь, я просто так сижу здесь и объедаю простой люд? Имею право, знаешь ли! Я построил эту цивилизацию с нуля. Знаешь, что творилось в Закулисье сорок лет назад? Стояла непроглядная тьма, одиночек рвали на части монстры, люди помирали от истощения в темных заколках. Не от кого ждать помощи, никакой надежды. Но потом все изменилось. Я собрал бедствующих одиночек, вырвал себе сердце и осветил людям путь. Нам удалось прорваться на одиннадцатый уровень и основать колонию. С тех самых пор зародился лучик надежды. Уже сегодня люди верят, что не только смогут пережить завтрашний день, но и вернутся на Землю. Я создал эту цивилизацию, и я приведу ее к счастливому финалу. Ну а что касается тебя…

Стретч взял из руки оперативника кучку клипс, которую удалось собрать с тела Рика.

— Ты не только убийца, но и мародер, — прокомментировал он. — Деньги умершего прикарманил. Что ж, это было ожидаемо…

Я никак не мог придумать, что высказать в ответ. В голове бушевал беспорядочной поток мыслей, из которого не собирались слова. У меня просто не осталось веских доводов, чтобы продолжать спор. Зато Стретч уже все продумал. Мою судьбу до самого конца. И ему больше незачем было тратить на меня время.

— Значит, мы поступим так… Прибейте его, а тело выкиньте на седьмой уровень. Для таких, как он, нет участи лучше, чем стать кормом для рыбы.

Больше никто со мной никто церемониться не собирался. Солдаты покрепче ухватили меня и заволокли в лифт. Перед тем, как дверцы закрылись, я успел увидеть лицо Стретча. На нем читалась скорбь, усталость, разочарование. Видимо ему действительно было жаль отряд Доставщиков.

И о какой там гарантии мне рассказывал Артём? Обещал, что меня не кинут? Ага, щас! Из всех возможных исходов событий мне достался самый дерьмовый. Вот же шкуры дырявые! Почему это происходит со мной? В какой момент я свернул не туда? Я же не сделал ничего плохого!

Как только лифт добрался до первого этажа, компания конвоиров вытолкнула меня в холл и повела к выходу. Я мотал головой из стороны в сторону, но нигде не находил поддержки. Те люди, что пару минут назад пели мне дифирамбы и считали героем, сейчас поглядывали с презрением. Хотелось крикнуть, позвать на помощь, но это сразу бы привело к мощному удару по затылку.

Я пытался всячески себя убедить, что это сон. Я просто перегрелся на солнце, когда шел по пшеничному полю. Мне все это приснилось. Всячески пытался расслабиться и отвлечься от негативных мыслей, но чувство тревоги никак не проходило и лишь нарастало. Сейчас я конкретно нервничал.

Меня вывели на улицу через служебный вход и прикрепили к основному коновою, где собиралась кучка преступников. Там было несколько оборванцев в бандитских робах, а также фальшивомонетчик, которого я встретил на в вестибюле башни. Замечательная компания, в которой я проведу последние минуты своей жизни. Нас построили в линию и повели на экскурсию по городу.

Меня убьют? Я просто не готов к подобной ситуации. Что должен чувствовать человек, приговоренный к смерти? Раскаянье? Ненависть? Страх? Успокойся, Виктор, не паникуй. Эту дурь нужно гнать из головы куда подальше, а то ядовитые мысли уничтожат тебя до основания.

Мы шли. Я видел лишь свои ноги, медленно ползущий асфальт и спину впереди идущего. А, может быть, это и есть выход из Закулисья? Умерев, я вернусь домой. Вновь увижусь с семьей, с друзьями. Эх, жалкое утешение, и всего то. Люди говорили, что никому еще не удавалось вернуться, даже после смерти.

Полуденное солнце жгло макушку, по лицу стекали бусинки пота. Я попытался размять затекшие руки, но наручники не позволяли этого сделать. Шествие продолжалось. Времени у нас оставалось все меньше. Ужасно хотелось пить. Хоть бы мне дали сделать один глоток миндальной воды напоследок, но нет. Солнце изнуряло все сильнее и сильнее. Накатила дурнота, голова закружилась.

Конвоиры привели нас в тупиковый переулок, со всех сторон окруженный высотками. Здесь, в тени, хотя бы не так душно. Дышать стало легче. Я приподнял голову и увидел цифру семь над дверью центрального здания. А вот и место казни.

— Оружие зарядил?

— Ага, гони их по одному.

— С щуплого начнем!

Солдат схватил за руки одного из бандитов и резко потянул его на себя. Человек от неожиданности потерял равновесие и начал падать. Солдат подцепил его и позволил несчастному рухнуть в угол между зданиями.

— Гаси гада!

Тот, что стоял с оружием, быстро прицелился и выстрелил бандиту в голову. Мертвое тело рухнуло на асфальт. Свободный солдат схватил труп за руку, дотащил до двери и выкинул с уровня. Биговцы не были помешаны на насилии. Они не устраивали пыток и показательных избиений. Они не устраивали расспросы, где за каждый неправильный звук полагался удар. Биговцы не любили промедлений и заканчивали дело быстро. Расстрел и точка.

Смерть неизбежна. Я никак не мог смириться с этим. Разум отчаянно искал выход, протестовал, не желая, чтобы тело покорно следовало судьбе.

Следующим пошел мускулистый бандит с банданой на голове. Интересно, где он успел так подкачаться в условиях тотального дефицита провизии в Закулисье? Или новенький, пришедший из зала? Мужик попытался сопротивляться, но несколько вояк силой выдернули его из строя. Внезапно он схватил ближайшего к себе солдата и обхватил за шею, выставив перед собой словно живой щит. Однако тут же об этом пожалел, словив меткий выстрел в бедро. Боль покорила непоколебимую гору мышц. Мужик упал и застонал, вцепившись кровоточащую ногу. Солдаты схватили его, приставили к стенке, ликвидировали и выбросили, словно мусор.

— Минус один! Давай еще!

Я прислушался. Все звуки затихли для меня, лишь сердце быстро билось в груди. Я пытался успокоить себя, но все сильнее паниковал. Вдруг я не выдержу, ринусь назад и получу обжигающую очередь по ногам.

Солдаты продолжали работу. Брали человека, убивали и убирали за собой. Ужасное и мучительное зрелище. Страшна была не сама смерть, а ее ожидание. С каждой секундой, проведенной здесь, чувствовал себя все хуже и хуже, сожалея, что прожил жизнь неправильно.

— Давай кончай с этой парочкой!

Наконец, настала моя очередь. Я начал сопротивляться, упершись ногами в асфальт.

— Нет! Не надо!

— Заткнись!

Последовал мощный удар прикладом по хребту и подсечка, заставившая потерять равновесие. Руки с силой дернули меня, и я полетел как миленький. Солдаты пихнули меня в залитый кровью угол. Хотелось жить, но сил на сопротивление больше не осталось. До места кончины оставались считаные метры. Все, это конец. Меня больше не будет.

— Ложись! — внезапно крикнул мне ангел-хранитель с небес. Солдаты непонимающе посмотрели по сторонам. Я поднял голову к небу и увидел крошечную фигуру на крыше многоэтажки. Человек подавал мне знак рукой. Видимо, это мой последний шанс спастись. Послушно расслабил ноги и зажмурил глаза. Последовало непродолжительное падение. Тело шлепнулось на асфальт, словно мешок с картошкой.

Вспыхнуло что-то яркое, просвечивая сквозь веки. Прогремел оглушительный взрыв. Ударная волна прошлась по спине, от чего по всему телу побежали мурашки. Рядом загрохотали выстрелы, послышались крики. Все пространство заполнило едким дымом, от которого я начал кашлять. Потом все резко затихло.

Глава 21. Беготня по крышам и при чем здесь зонтик

Уровень 11 — Бесконечный город, безлюдный район, место казни

— Хорош претворяться! — раздался удаленный выкрик.

Я открыл глаза. Дым вокруг начал рассеиваться. Вояки, что устраивали казнь, лежали мертвыми на асфальте. Фальшивомонетчик вжался в стену и закрыл глаза руками. Все его естество дрожало от страха.

— Ты че оглох?! — вновь прокричал приближающийся голос. — Харе мертвого из себя строить! Рано тебе еще умирать, парень, ой как рано!

Послышался скрип тормозов. Я поднял глаза и увидел в паре метров от себя красный внедорожник на высокой подвеске. Из авто выскочил мужчина с автоматом и двинул в мою сторону. Его наряд кардинально отличался от темной формы, которую носили оперативники Б.И.Г. Вместо стандартного герба Закулисья, состоящего из птицы и куба, на куртку был нанесен черно-белый рисунок масок трагедии и комедии, связанных между собою цепью.

— Стив, — произнес он, протягивая мне руку.

— Ви, — коротко ответил я. Уже начал забывать про Виктора, хотя был им совсем недавно. — Что вы тут устроили…

Стив грубо схватил меня за запястье и резким движением поставил на ноги. У меня от такого рывка чуть глаза не вылезли из орбит.

— Маршал связался с нами, как встретил тебя. Мы пытались прийти пораньше, но эти сволочи везде выставили охрану. Пришлось немного повозиться, так что прости за задержку.

У меня накопилось слишком много вопросов, и я решился начать с простого:

— Вода… У тебя есть вода?

Стив молча протянул мне флягу с миндальной водой. Я жадно вцепился в нее, делая глоток за глотком, пока жажда не отпустила. Никогда не подумал, что столь обыденный напиток может быть таким вкусным.

— Давай не наглей. А то еще обоссышься по дороге.

— Я? — спросил я, протягивая флягу обратно. — Кто вы вообще такие?

— Коалиция Выживших Закулисья. КВЗ, если вкратце. Слышал про таких? Мы из тех, кто не признает власть биговских шаболд. Пока эти трусы возятся со связкой, подбирая ключик к Закулисью, мы просто сносим дверь кувалдой!

— Как вы вышли на меня?

— Следили за тобой еще с третьего уровня. Помнишь, как ты связался с челом через компьютерный терминал? Потом пришла весточка от информатора с «Ликоретты». А вчера во время плановой вылазки Артиза нам на ухо нашептал, что будут людей губить. Вот мы и вмешались. Задача у нас такая – драть этих гнид по полной, как только бошку высоко поднимут. Вот, кста, от меня подарочек.

Стив протянул мне штурмовую винтовку, подобранную с трупа конвоира.

— Извиняй, но весовые критерии у нас строгие, лишние пушки на задание не берем. Да и мне лишний раз спину надрывать не охота. Так что пользуйся тем, что дают.

— Ого! — сказал я, примеряя обновку. Держать ее было одно удовольствие – оружие весило на полкило меньше, чем мой автомат.

— Эй, они походу прочухали, что мы на уровне, — крикнул нам мужчина из авто. — Маршал по рации ляпнул, что сюда отряд двинул.

Стив осмотрелся и сказал:

— Вот же… Отблагодарить после успеешь. Сейчас нужно с уровня сваливать, пока биговские гниды не заявились.

— А как же он? — спросил я, указывая на фальшивомонетчика, который сидел в углу и пялился на нас глазами размером с блюдце.

— Эй, мужик, как тя звать?

— Меня… Яков.

— Ты за кого? За Б.И.Г. или КВЗ?

— З-за ва-ас.

— А стрелял когда-нибудь?

— Только в тире…

— Вот, другое дело! Такие нам нужны. Бери ствол.

Яков метнулся к ближайшему телу, схватил первое попавшиеся оружие и встал по стойке смирно, ожидая дальнейших указаний.

— А теперь в машину, товарищи! У нас считанные минуты, пока сюда не сбежались тараканы со всего уровня!

Сначала гибель товарищей, мое ложное обвинение, а теперь союз с какой-то группировкой. С такими ситуациями у меня мозги скоро поедут. Мне нужно хоть немного времени, чтобы все мысли в голове устаканились.

Стив затолкал нас на заднее сиденье. Троица, сидевшая там, потеснилась, вжавшись в дверь. Места для пятерых тут едва хватало. Ну ничего, в тесноте, да не в обиде. Зато отделка салона у авто выше всяких похвал: хромированная приборная панель, накладные детали из шпона и кресла из натуральной крокодильей кожи.

За рулем сидела девушка с длинными рыжими волосами, торчащими из-под шапки. Она повернулась к нам и выдавила эмоцию, распознать которую не вышло из-за банданы, скрывающей рот.

Стив сел на переднее и громко хлопнул дверью.

— Алина, двигаем отсюда, — сказал он.

— Агась!

Девушка надавила на педаль газа. Двигатель зашумел, машина сорвалась с места и понеслась по улице.

***

Колесить по городку было одно удовольствие. Рядом проносились различные здания: торговые центры, мелкие магазины, пятизвездочные отели. Одни дома выглядели нормально, с другими творилась всякая чертовщина: где-то отсутствовали окна и двери, отдельные конструкции висели в воздухе или застревали в друг друге.

Квзшники, сидящие рядом, времени зря не теряли и решили устроить перекус. Трапеза состояла из обжаренных лепешек с овощами и мясом. Для борцов с местным режимом питались они подозрительно хорошо, у меня аж слюнки ручьем полились.

— Маршал работает на вас? — поинтересовался я.

— Он агент под прикрытием, — сказал Стив. — Сливает нам инфу о действиях противника. Благодаря ему нам удается первыми зачищать новые уровни, проникать в бреши в обороне противника и спасать таких как ты от лап «правосудия». Маршал особо не палится, но в последнее время Б.И.Г. начали копать под него. Возможно скоро нам придется вытаскивать его задницу.

— И с каких пор у вас вражда к Б.И.Г.?

— Вражда? Да это слабо сказано! Эти чепушилы ни черта смыслят в Закулисье. Они словно пугливые клоуны, тычущие в клетку с тигром в надежде, что он им ничего не откусит. Мы же можем взять этого кошака за шкирку, осмотреть с любой стороны, даже во внутренностях покопаться.

— Фу! — сказала Алина. — Ну у тебя и аналогии!

— Как ни крути, я все-таки собачник, — сказал Стив и повернулся ко мне. — Тебе нравятся песики?

— Песики? Да, песики мне нравятся.

— О! Свой человек!

Движение на улицах изменились, люди стали вести себя осторожнее. Сигнала тревоги не было, но такое чувство, что уже каждый знал о произошедшем на уровне. Гражданские, едва заметив нашу машину, пускались в бегство.

На некоторых улицах виднелись патрули с оружием. Мощные ребята. Все в тяжелых бронежилетах, со штурмовыми винтовками и гроздью взрывчатки на поясе. Очень дорогой шмот по меркам Закулисья. Вскоре стало ясно, что Б.И.Г. взялись за нас серьезно. Они сооружали баррикады из автомобилей, перекрывая один путь отступления за другим, раскладывали по асфальту полосы с шипами. Не хватало еще копов-камикадзе и вертолета, который будет кидать бомбы на дорогу.

Что-то громыхнуло в паре кварталов. Да так, что задрожали стекла. Каждый из нас почувствовал неладное.

— Зараза! — сказал Стив. — Начали запечатывать уровень. А они быстро работают. Быстрее, чем я предполагал.

— В смысле? — спросил я.

— У них есть устройства, позволяющие запереть все двери в случае ЧС. Раз волна достигла нас, поблизости рабочих выходов не осталось. Алина, поворачивай! Меняем маршрут!

Девушка резко крутанула руль. Тряхнуло знатно, я едва не выбил головой стекло.

— Мы едем в центр. Там на крыше есть дверь, которую они не смогут запереть.

— Ты собираешься лезть на башню? Это самоубийство!

— А почему нет? Мы же пойдем через черный ход. Никаких лифтов, только ты и твои руки. Да не ссы, ты! Прорвемся!

— Это еще хуже, — пробормотал я, глядя на патрульный отряд, который перекрывал хайвэй линией стальных ежей. Хреново все это. Слишком быстро разносятся вести по уровню. Стоит один раз пошуметь и тебя уже каждая собака знает. И никуда от них не спрячешься, хоть из-под земли достанут.

Наш транспорт проехал через облепленную трубопроводом кирпичную арку и очутился на центральном проспекте. Из-за автобусной остановки вышла какая-то крупная фигура и перегородила дорогу. Она сразу показалась мне знакомой. Будто бы я уже видел ее раньше. Да, совсем недавно. В течение часа точно видел. Объехать у нас ее не получалось – мешали ежи, разбросанные по обочине.

— Кто это? — спросила Алина.

— Не важно, — сказал Стив. — Дави его!

Алина кивнула, переключила скорость и вжала ногу в педаль газа. Двигатель бешено заревел. Машина на полном ходу понеслась на человека. Он, вместо того, чтобы отбежать в сторону, бездумно зашагал навстречу. Только когда мы подъехали достаточно близко, я на мгновение смог разглядеть личность этого безумца.

Автомобиль на полном ходу врезался в Алана Сквошера. Гиганта объяло желтое свечение, и вместо того, чтобы снести его с дороги, невидимая сила подкинула машину так, будто мы наехали на трамплин. Я покрепче вжался в сиденье и стиснул зубы, натягивая ремень безопасности. Автомобиль перелетел через дорожное ограждение и рухнул крышей вниз на встречной полосе среди пробки, стоящей на красный. Хлопнули подушки безопасности, под капотом заиграла сигнализация.

— Все целы? — спросил Стив, разгребая осколки. — Тогда шустрее, на выход!

Я судорожно начал дергать ручку дверцу. Черт, ее выгнуло, не поддается. А если так? Таки сумел извернуться в узком пространстве и пнул ногой дверь. Она распахнулась, и я вывалился наружу. Скатился по капоту автомобиля, на который приземлился наш джип, и шлепнулся на трассу. Тут же перекатился в сторону, заметив, что наружу выбираются остальные пассажиры.

— Сюда! Бырее!

Поднявшись на ноги, нашел глазами Стива – он уже уносил ноги, пробираясь через пробку. Мы бросились за ним и едва успели. За спиной прогремел взрыв. Пять автомобилей разорвало и разбросало по дороге. Вылившееся топливо покрыло покрышки и вспыхнуло. Едкий дым черными струями пополз к небу, заслоняя солнечный свет. Вокруг стало так темно, будто начался грозовой шторм. С неба посыпались рваные кусочки металла, битое стекло и наполнитель сидений.

Металлические шаги разносило по району гулкое эхо. Каждый стук раздавался дополнительным биением сердца в моей груди. Алан двигался в нашу сторону уверенной тяжелой поступью. Бездумную тупость и злость излучали его глаза. Броня отсвечивала языки пламени. Его гранатомет щелкнул и снова был готов к выстрелу.

— В здание, живо!

Стив швырнул в сторону Алана батончик-шашку. Та хлопнула и пространство окутал едкий серый дым.

Пока противник дезориентирован, мы забежали в закусочную, стоящую посреди площади.

— Здесь разделимся, — сказал Стив, приводя автомат в боевое состояние. — Так им будет сложнее нас нагнать. Выход с уровня находится на вершине центральной башни, так что нас ждет увлекательная беготня по крышам. Все взяли зонтик? Отлично! Алина, бери наших и заходи с севера.

Девушка кивнула ему. Он ткнул пальцем в грудь фальшивомонетчика.

— Я с нашим новым другом попробую пробиться с южной стороны.

Стив повернулся ко мне.

— Ты пойдешь с востока. Макс тебя прикроет.

— Может лучше пойти одной группой? Так у нас больше шансов.

— Тогда мы сами позволим им окружить себя. Практика показывает, что у биговцев возникают проблемы с охотной на несколько целей сразу… Ложись!

Мы успели юркнуть под столики и прогремел очередной взрыв. Стены закусочной заходили ходуном, стекла полетели по помещению, словно обжигающая кожу пурга. Проклятье, да этот Череполом не остановится, пока не угробит нас и полгорода!

— Все поняли, что нужно делать? Вот и отлично! Двинули!

Мы выскочили на улицу – кто-то через двери, кто-то через окна. Макс бросился за угол, а я за ним. Там начинался лестничный спуск, ведущий на стоянку. Машин тут раз и обчелся – большую часть пространства занимали гаражи и заградительные бетонные блоки.

— Сыны Прегрешения не позволят вам уйти! — услышал я голос откуда-то сверху. Над головой пронеслась крупная тень. Макс поднял автомат, и, зажав спуск, завопил:

— Это тебе за наших, сволочь!

Раздался грохот металла, захрустел асфальт. Поднимая пыль, удар выбил почву из-под ног и отбросил назад.

Приподнявшись, я застыл от ужаса: тело Макса превратилось кровавую кашу, размазанную по асфальту, а в мою сторону шагал Алан Сквошер, ноги которого покрывали алые разводы.

Дерьмо! Откуда ты взялся? Ты же только что стоял на дороге и перезаряжал пушку, а уже телепортировался сюда и убил человека? Неужели вес брони не мешает выделывать такие акробатические трюки?

— Привет, малыш! — сказал Алан.

Щелкнув шеей, он выхватил дробовик. Я пополз назад, покрепче вцепившись винтовку. Зажал спуск и выпустил весь магазин. Тщетно! Моя пушка даже не поцарапала его броню. Все пули врезались в энергетический барьер и срикошетили. Алан нацелил дробовик прямо мне в голову.

— А я говорил, что прикончу тебя! — сказал Алан, игриво щелкая дробовиком. — А я говорил!

Я зажмурился от страха. Заслонил лицо руками, понимая, что не поможет…

Нога Стива врезалась в пушку. Оружие увело в сторону, дробь изрешетила чей-то спорткар. Как же вовремя, мой спаситель! Пока есть возможность, я перекатился за бетонную плиту, что отделала меня от Голоса Аргоса. Затаился, стараясь не издавать лишних звуков. Здесь я в безопасности. Пускай не на долго, но все же. Нужно срочно что-то придумать, пока Джаггернаут не очухался.

Алан замахнулся и ударил. Его кулак прошелся по волосам Стива и едва не снес тому голову.

— Пристрелю! — гневно заревел Алан. Механизм на его руке щелкнул и раскрылся, обнажая, пулемет, больше всего напоминающий авиапушку. Стив прыгнул в сторону, за мусорные баки, уходя в слепую зону. Алан открыл огонь. На мгновение показалось, что стрельбу вел целый батальон до зубов вооруженных солдат. Алан превосходного играл роль безумного охотника, для которого мы были не целью, а дичью. Он не жалел патронов, простреливая все на пути: безликих, окна, двери, автомобили. Той преданности, с которой Алан отдавался делу, я никогда ранее не встречал. Я явно недооценил его самоотверженность и преданность делу.

Стив кувыркнулся, и, оказавшись за бетонной преградой, подполз ко мне.

— Вот же влипли мы с тобой по самое не балуй! Его не берет ничего, что быстрее руки. Кстати, пока не забыл.

Он вытащил что-то из кармана.

— Вот. Не потеряй.

Ко мне в руки попала рация и продолговатая десятигранная призма. Загадочное устройство по большей части состояло из металла, лишь в центре проглядывала стеклянная жила, в одной из ячеек которой каждые пять секунд вспыхивал зеленый свет.

— Что за хрень?

— Сам ты хрень. Новейшая разработка КВЗ, между прочим. Специальный уровневый ключ, позволяющий попасть на заданный уровень. Ну или на случайный.

— Случайный? — переспросил я. — Сейчас не время для экспериментов!

— Сам знаю.

— Где Яков?

— Ждет меня в безопасном месте.

Алан разрядил остатки магазина в бетонную плиту, за которой мы прятались. Раздались звуки рикошетов, полетела цементная пыль. Я вдохнул ее и закашлял.

— Я им займусь этим амбалом, а ты беги к башне.

— Окей.

Стоило Алану уйти на перезарядку, как Стив выпрыгнул из-за укрытия. Выхватив нож, он со всего размаху всадил его в плечо, туда, где находилась щель между броней. Алан попытался схватить Стива, но тот уже разорвал дистанцию.

— Что это? — сказал Голос Аргоса. — Какое давнее чувство… Я давно забыл, что такое боль!

Он выдернул лезвие, как занозу из пальца. Посмотрел, как стекают капли крови и выбросил нож за спину.

— Пожалуй, твою маску я повешу в особенном месте! Посмотрим, сколько ты продержишься!

— Беги! — крикнул мне Стив. Он швырнул в противника горстью сладостей. Произошла очередь детонаций, в воздух наполнили серые частицы. Всю автостоянку накрыла дымовая завеса.

Перекинув винтовку через плечо, я обратился в бегство и вскоре скрылся в подворотне. Пространство менялось быстро. Стоянка перешла в узкий тоннель, пронизывающий трущобы, затем последовали ряды хрущевок.

***

Спустя несколько кварталов, улица разбилась надвое об парковую зону. Оба прохода контролировали солдаты, так что я метнулся в центр и скрылся в зелени. Пересек парк и очутился возле здания. Выяснил, что данную улицу прозвали Бездверной, и начал карабкаться по пожарной лестнице. Ржавое железо забренчало под моим весом, но выстояло.

Выскочил на крышу и посмотрел в сторону башни. До нее шла прямая дорога. Оставалось лишь устроить пробежку по крышам.

Рядом в вентиляционную трубу ударились пули. Обернулся и увидел вдалеке от себя оперативников Б.И.Г. Они оживленно размахивали руками и что-то выкрикивали. Один из них попытался перепрыгнуть на соседнюю крышу, но немного не рассчитал и устремился вниз. Кажись, помер. Ладно, не буду потешаться над неудачниками. А то они скоро обойдут меня.

Уже собирался двигать дальше, как впереди возникло серьезное препятствие в виде необходимости прыгать с крыши на крышу. Ну что? В первый раз никто не долетает?! Взял разбег и прыгнул.

Под ногами пронесся вид на улицу. Гравитация потянула вниз, засосало под ложечкой. Я приземлился на другой стороне и перекатился, смягчая падение. В окнах соседнего дома промелькнули силуэты озлобленных биговцев. Медлить было нельзя, и я сразу пробежал к противоположному краю.

Спустя пару прыжков я приноровился. Биговцы остались позади и не могли меня догнать. Они продолжали стрелять и ругаться, но пули попросту не долетали. Все-таки я оказался куда проворней их. В какой-то момент мне даже стало это нравиться. Бежишь себе, прыгаешь по крышам, смеешься над нытиками за спиной.

Я бежал очень долго. Стал замечать, что дыхалка уходит с катастрофической скоростью. Обернулся и проверил, как там успехи у врага. Биговцы отстали, до них километра три, не меньше. А до башни оставалось всего ничего. Значит, время еще есть. Решил отдышаться, остановился и присел на кондиционер. Осмотрелся, любуясь городом. Все сияло в лучах полуденного солнца. Как жаль, что мне не суждено тут жить.

Передышку прервал свистящий голос Стива из рации.

— Ви, мы на подходе к башне. Как у тебя дела? Прием.

— Уже бегу, — крикнул я в рацию и тут же добавил, — Прием.

— Давай резче. Тут становится жарко. Я поставлю глушилку. Это отвлечет клоунов, но ненадолго…

Из динамика донеслись щелчки и хрипы, после чего связь прервалась. Спустя четыре секунды в меня врезались остатки ударной волы и вмазали по ушам. Дело серьезное. Я сунул рацию за пояс и побежал дальше. Вот же черт! Подвожу ребят. А ведь без меня они никуда не уйдут!

***

Наконец, остался последний рывок. К башне шел трос, а на краю кто-то заботливо оставил блок с роликом. Я нацепил его на дорожку, оттолкнулся и полетел на ту сторону. Внизу улицу усеивали тела и уничтоженные машины. От горящих покрышек к небу поднимались черные столбы дыма. Черт, что за резню они устроили?! Да, отвлекайте их, но не до такой же степени.

Я доехал до конца и спрыгнул на строительные леса. Они закачались, но не упали. Теперь остается лишь изнурительный путь по строительным лесам. Собрав остатки сил, ухватился за раму и пополз.

Легкие горели, руки с трудом поднимали вес. Все чаще приходилось делать передышку. Я старался не смотреть вниз, хотя мозг понимал, что там далеко не десять метров. Стоит только пальцам соскользнуть и меня размажет по всей площади, потом кому-то придется ее отмывать.

Подъем, передышка, подъем – я продолжал взбираться на башню. Расстояние сокращалось, высота увеличивалась, пока до вершины не остался последний рывок. Нагрузив мускулы, я подтянулся на выступе, забросил ноги и оказался на крыше.

— Фух! — выдохнул я, смахивая капли пота с лица.

На крыше меня уже ждала Алина. Она вместе с парочкой бойцов засела за водонапорной башней среди скопления труб. Девушка склонила голову набок и наматывала волосы на палец. Взгляд какой-то опечаленный.

Я прошел чуть дальше и увидел одинокую стальную дверь, торчащую из центра крыши. Рядом валялась кучка трупов. Биговцы решили поиграть в героев и не пускать нас к выходу, за что и поплатились.

— Где Стив? — спросил я сбивающимся голосом.

Алина пожала плечами.

— Здеся! — раздался голос с южной стороны.

Из-за края крыши вылезла рука и вцепилась в бортик. Затем показались голова и плечи. Я подбежал и помог ему забраться, а после мы подняли костлявого фальшивомонетчика. Его глаза ошарашено бегали из стороны в сторону. Яков явно не ожидал, что его спасут в последний момент, а потом втянут в кровавую бойню.

— Никого по пути не забыли? — спросил Стив, осматривая нас. — Из живых никого. Вить, как поживает уровневый ключ?

— Все еще со мной.

— Отлично. Настрой его на уровень А-052. И пошустрее.

— А как?

— Вращай кольца.

Только сейчас я заметил на призме пять подвижных колец. На первом были высечены латинские и греческие символы, на остальных – цифры. Маленькая стрелочка, высеченная на корпусе, указывала текущий номер уровня. Взялся за последнее кольцо, оно поддалось и повернулось.

— И что теперь?

Стив указал на одинокую стальную дверь, торчащую из центра крыши. Значит, ее придется взламывать.

— Уже уходите? Очень жаль!

Мы обернулись в сторону надстройки, которая позволяла попасть на крышу с последнего этажа. Дверь отворилась, и из проема показалась рука, закованная в металл. Алан Сквошер широким шагом выбрался на крышу и выпрямился в полный рост. Разведя руки в стороны, вдохнул полной грудью.

— Ви, дай сюда, — крикнул Стив и выхватил из моих рук винтовку, налету меняя магазин. — Быстрее, открывай дверь! Яков, прикрой его, а мы отвлечем сволочь. Ден, Женя, обходим с флангов!

Яков вскинул автомат и закрыл меня собой, а квзшники бросились в стороны и открыли огонь по Алану.

Спустя мгновение я оказался возле двери. Ключ в руке начал резонировать, индикация замигала с меньшими интервалами. Хороший знак. Нашел скважину и вставил в нее призму. Полоска на кристалле вспыхнула ярким зеленым светом. Я попробовал повернуть ключ, но ничего не вышло. Может в другую сторону? Опять нет! А если обеими руками? Я взялся покрепче и приложил усилие. Ключ едва сдвинулся на пару градусов.

Квзшники продолжали бегать по крыше и обстреливать Алана. Но тому было по барабану. Барьер доспеха Аргоса останавливал все, что хоть немного превышало скорость человека.

Алан не притронулся к оружию. Лишь сделал шаг, а потом еще один.

— Для меня вы всего лишь жалкое мясо! Тупая плоть, идущая на отбивные!

Он рванул в сторону ближайшего квзшника. Настолько быстро, будто это было не движение, а телепортация. Его рука прошла по касательной и снесла человеку голову. Бездыханное тело не успело упасть, как Алан пнул его и вмял в трубу воздуховода.

— Женя! — испугано выдавила Алина.

— Шевелись там! — крикнул мне Стив.

— Пытаюсь! — ответил я и сильнее вцепился в призму. Ключ совершил уже пол-оборота.

Дэн выскочил из-за укрытия и разрядил магазин в противника. Потянулся за новым, но Алан выхватил дробовик и стрельнул за спину даже не целясь. Бедолага пошатнулся и выронил пушку. Алан выстрелил, а потом еще и еще. Изуродованный труп отступил, споткнулся о бортик и полетел с крыши вниз. Как же быстро он нас выкашивает! Ключ прошел уже восемьдесят процентов круга. Ну же, еще чуть-чуть!

— Прикрой! — крикнула Алина.

Стив выскочил из-за кондиционера и открыл огонь, поливая Алана свинцом. Алина потянулась к взрывчатке на поясе. Голос Аргоса закрылся руками, сделав вид, будто божественный щит удалось пробить.

— Как же вы меня задрали! Когда вы сдохните?!

Рука направила дробовик прямо на нас. Прогремел выстрел. Алина упала на колено, схватилась за левый бок и застонала. Остатки дроби долетели до меня и обожгли руку, пройдя по касательной. Я сморщился и стиснул зубы от боли.

— Нет! — крикнул Стив.

Тело Алины обмякло и шлепнулось на крышу. По щербатой поверхности стала растекаться лужа крови.

Тем временем оперативники Б.И.Г. показались на крыше: одни пришли дорогой Алана, другие взобрались по строительным лесам. Вот и зачем? Кому вы тут нужны ребята?

— Давай резче! — завопил Стив.

— Сейчас!

Я вцепился в призму и изо всех сил провернул ее. Механизм щелкнул и выстрелил ключом мне обратно в руку. Скрипнули петли, дверь отворилась. На той стороне находилось что-то очень яркое, от чего я едва не ослеп.

— Прыгай! — крикнул Стив. — Живы будем – не помрем!

Я заскочил в дверь. Мельком увидел, как отстреливается Яков, как Стив хватает Алину за руку и тащит к выходу, оставляя на бетоне кровавую полосу. Напротив Стива стоял неубиваемый Алан и целый батальон биговцев.

Потом глаза заполнил белый свет. Я уже ничего не мог разглядеть.

Глава 22. Зачем я пришел в этот мир?

Уровень 147 — Знакомый путь

Я лежал на лестнице и смотрел, как по небу ползет свинцовая масса. Снежинки неспешно спускались, покрывая все белой вуалью. Некоторые из них попадали на лицо и таяли. Влага собиралась в крупные капли и стекала по щеке. Я не чувствовал холода. Не хотелось бороться, не хотелось никуда идти. Лишь одно желание крутилось в голове: стать единым целым с уровнем, уснуть и позабыть о предназначении, о тяготах, о мечтаниях.

Мощный порыв ветра потряс округу. Закружила поземка, загудели линии электропередач. Ком снега сорвался с крыши и шлепнулся на лицо. Я тут же вскочил на ноги, очищая рожу от белой массы. Все, поумирали и хватит. Я же не Гослинг, в конце-то концов.

Глянул на ключ, подаренный новыми знакомыми. Кольца показывали значение 147. Теперь понятно, в какие дебри меня закинуло.

Ради интереса вставил ключ в замочную скважину двери, что находилась позади меня, и провернул. Кристалл моргнул красным и погас. Попробовал еще раз – снова красный цвет. Дверь не открывалась. Значит, преждевременно покинуть уровень не выйдет. Чертова перезарядка. И сколько ему потребуется времени. Час? А может все пять? Надеюсь, это произойдет быстрее, чем превращусь в ледышку. А если эта штуковина одноразовая? Что тогда?

Спустился по ступенькам, осмотрелся по сторонам. Меня забросило в туманный заснеженный город, состоящий из гряды бетонных коробок. Дальше сотни метров не видно ни зги – начиналась белая пелена, сквозь которую пробивались серые силуэты зданий. Лишь одинокая автобусная остановка выделялось средь однотонной серости. Недолго думая, я направился к ней.

Я любил морозные зимы. Все-таки в них было что-то притягивающее. Много великолепия можно узреть, стоя посреди заснеженной рощи. А после возвращения сидеть возле масляного обогревателя и попивать горячий чай с лимоном, глядя в окно, покрытое ледяными узорами. Но сейчас в прохудившейся одежке летнего образца я не испытывал никаких приятных чувств. Было чертовски холодно. Я пробыл на уровне всего пару минут, а тело уже начало промерзать насквозь.

Рядом с остановкой валялось много пластмассовых карточек. Одни лежали под ногами, другие – на лавочке и в урне. Даже вместо рекламы на стенах были приклеены билеты. Хотя, если судить по внешнему виду, то они больше походили на карты доступа, которые нужно прикладывать к считывателю при входе на охраняемые объекты. Материал текстурой напоминал пластик, но холодил руку, как металл. На поверхности виднелись надписи как на обычном билете: серия, дата выдачи и номер автобуса.

Я отломал себе несколько карточек – так, на всякий случай. Вдруг будет кому предъявить во время поездки?

Возле остановки чуточку теплее, чем на остальной части уровня. Укрывшись от ветра в трех стенах, я затаился в ожидании автобуса. Что-то долго его нет. А я тут торчу и замерзаю. Начал ходить вприпрыжку туда-обратно, потирая руки, краснеющие от холода.

Тысячи мыслей крутились в голове, лезли наружу, не находя покоя. Наверное, это какой-то эффект уровня. Что ж, пока можно немного поразмыслить. Все равно делать здесь больше нечего.

Мне вспомнилась беззаботная юность. Тогда жить было куда проще. Раньше я плыл в потоке жизни, не задумываясь о принятии сложных решений. Вспомнил Машу, мою первую школьную любовь. Ее длинные рыжие локоны, улыбающееся лицо с веснушками и беспечными глазками. Помню, как погряз в иллюзорном мире теплоты и нежности, ухаживал за ней, как обещал защищать до скончания веков. Каким же наивным дураком я был тогда!

А потом стало только хуже. Меня вырвало из родного мира и закинуло в Закулисье. Преодолев учебный уровень, заполучив большие деньги и объединившись с доставщиками, я уж подумал, что все налаживается. Сейчас придем в город и заживем припеваючи, но нет! Госпожа Фортуна взбесилась от моей везучести и выдала десять уровней пыток, смерть всех моих товарищей и под конец наградила статусом преступника №1.

Ну сейчас уже поздно что-то менять. Времена беззаботной жизни безвозвратно утеряны. Прежний мир умер, его больше нет. И не стоит больше унывать по этому поводу. Нужно очистить голову от этих дурных мыслей и продолжать двигаться вперед. Долой уныние и пусть решимость зреет во мне с каждой секундой!

Мыслительный процесс прервал шум двигателя, приближающегося к остановке. Свет фар бил далеко вперед, нивелируя туманную дымку, окутавшую город. Я вытянул руку. Автобус под номером 19A замигал фарой, подъехал к платформе и остановился. Двери щелкнули и распахнулись.

На входе висела табличка с предупреждением: «КРАЙНЕ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ покидать автобус в одиночку без необходимости, если только вы не собираетесь исследовать город уровня 147. Велика вероятность того, что вы замерзнете насмерть или погибнете от истощения. Поэтому действуйте на свой страх и риск.» Хм. Звучит интересно. Проверим в случае максимальной опасности или в случае отсутствия рисков.

Я поднялся по ступенькам и, оказавшись внутри, зашагал по салону. Внутри все выглядело странным и неестественным. Ни кондуктора, ни платежного терминала, ни окошка, через которое можно протянуть водителю купюру. Большая часть мест пустовала, остальные занимали безликие пассажиры в классических костюмах, состоящих из пиджака, жилета и брюк. Обовью им служили начищенные до блеска туфли, а голову покрывали боливары. Они сидели подобно послушным безжизненным куклам и не обращали на меня никакого внимания.

Дверцы захлопнулись и автобус тронулся. Я занял место в заднем ряду возле окна. Поднес руки к обогревателю и выдохнул с облегчением, ощущая, как поток горячего воздуха обдувает закоченевшие кисти. Ух! Как же хорошо, как же тепло! В ближайшей перспективе смерть от холода мне точно не грозит.

Блаженство продолжалось недолго, и чья-то возникшая из ниоткуда рука вернула меня к реальности. А если быть точнее, к Закулисью.

— Ваш билет, пожалуйста, — сказала безликая фигура. О, а вот и контролер.

Высокая безликая сущность, закутанная шубу, склонилась на до мной. Мне было очень некомфортно под ее напористым взглядом.

— Точно, билет!

Я достал из кармана пластмасску, подобранную на остановке, и протянул ее контролеру. Она тут же выскользнула из пальцев. Раздался щелок. Рука вернула мне продырявленный билет.

— Приятной поездки! — сказал контролер и направился в переднюю часть автобуса.

Я выглянул в окно. За ним в белой пелене проплывали серые стены городских зданий. Чем-то они походили на те, что я видел на прошлом уровне, но все пространство пропитывала абсолютная безнадега. Каждый дом излучал ауру, угнетающую и давящую на душу. Слишком много серости и тоски на квадратный метр.

Я всеми силами пытался вглядеться в эти постройки и разыскать крупицу блага, но нет. Даже в черно-белом кино или же в мрачную Питерскую пору находилось место усладе и ликованию. Здесь совсем ничего, кроме бездушных декораций, пустых бетонных коробок с гладкими стенами, которые можно было встретить в видеоиграх начала 2000-ых.

Изредка за окнами проносились другие автобусы. Транспорт курсировал по городу и перевозил безликих сущностей. Пару раз я замечал электробусы. Пассажиров в них не наблюдалось, зато наблюдался мерцающий электрический шлейф позади, от которого аж волосы вставали дыбом.

Автобус остановился на остановке. Часть пассажиров вышла наружу, остальные остались сидеть на своих местах. Потом к нам зашло несколько новых людей. Все, кроме одного, заняли кресла.

Этот тип мне стразу не понравился. Он издавал какие-то звериные звуки и вел себя агрессивно. Нет, опасно! Он бросился на пассажира, сорвал с него боливар и разорвал его в клочья.

К моему счастью, вовремя подоспел контролер. Он одним взмахом руки заставил пространство застыть, а потом искривил его так, что дебошир превратился в куски газетной бумаги. Они вспыхнули, осыпались горсткой пепла на пол и начали растворяться на глазах. Когда от дебошира не осталось и следа, контролер вернул пространству нормальное обличие и как ни в чем не бывало занял свободное место у окна перед входом. Стало немного не по себе. Что бы стало со мной, если бы я не имел при себе билета? Лучше просто не думать об этом.

Я расслабился и полуоткрытыми глазами наблюдал за происходящим на улице. Вспоминал как в зимнюю пору садился в автобус и ездил часами. Села встречали меня крохотными домишками, заснеженными полями и лесами. На въезде в город маршрут преображался: угловатые многоэтажки с кучей стекол и старинные здания в европейском стиле, разъезжающие троллейбусы и пробки из легковушек.

И что мне делать дальше? При себе у меня ничего нет, кроме тряпок на теле и куска металла в кармане. А было ли что-то раньше? Помню, как-то одноклассник предложил мне всерьез заняться серверами. Пахать за идею в душной студии восемь часов напролет, ползая в витых парах меж гудящих стоек? Я тогда отказался. А одноклассник рискнул. Кто знает, где он сейчас? Наверное, гребет деньги. Или долги возвращает. Кто знает… Не, в целом парень он хороший, общительный, доброжелательный. Не то что я, крыса этакая. Порвал все контакты, покинул групповые чаты, побросал знакомых в черный список. Разве стоило так поступать? Все-таки время, проведенное с этими людьми, создает невидимую связь, которую просто так не разорвать. Но я захотел отбросить прошлое, начать все с чистого листа…

***

Я так сильно погрузился в себя и потерялся в мыслях, что не заметил, как пролетел час. Путешествие подошло к концу. Автобус развез пассажиров по остановкам, доехал до конечной и замер с распахнутыми дверьми. Я прождал минуту, пять, десять. Ничего не происходило. Транспортное средство настойчиво намекало мне пройти на выход. Что ж, спасибо за поездку, пора топать на мороз.

Стоило спуститься на землю, как двери за спиной захлопнулись. Автобус доехал до конца улицы, развернулся и умчал в неизвестность. За время поездки снегопад усилился, температура упала до критически низких значений. Если пойду бродить по городу, то точно потеряюсь и превращусь в ледышку. Значит, у меня всего одна дорога.

Я повернулся лицом к белокаменному зданию и испытал чувство дежавю. Громадина всем своим походила на башню Б.И.Г., однако пребывало в куда более плачевном состоянии. Окна выбиты, закопченные стены продырявлены, повсюду валяется мусор. Словно его обстреляли из танков, как Белый дом в 93-ем.

Я поднялся по лестнице и направился к главному входу. Что-то скрипнуло под ногами. Опустил взгляд и увидел мятую поцарапанную вывеску из металла. Надпись гласила: «Добро пожаловать на базу «Астра»!»

Сорванные с петель двери валялись рядом с входом. Я зашел внутрь и оказался в вестибюле. Весь пол усеивали осколки. Они хрустели под ногами, как лед, покрывший лужи в ноябрьские заморозки. Их было так много, будто кто-то выбил все окна в городе и притащил стекляшки сюда.

В воздухе летали частицы пыли молочного цвета. Лучи, падающие из окон, подсвечивали их, формируя загадочный антураж. Несмотря на стены, защищающее от ветра, в здании стоял дубак, ветер рыскал по комнатам. Зря я все-таки покинул автобус.

Я прошел дальше, надеясь встретить хоть одну целую комнату. Но дальше было только хуже. Вандалы постарались на славу, разгромив каждое помещение до основания. Полы покрывали клочки бумаги, битые стеклоблоки и ошметки мебели. Большая часть вещей обгорела и ни о каком восстановлении не могло идти и речи. В углах валялись мелкие комочки, напоминавшие крысиный яд.

Теперь в здании никого нет, осталась лишь пустая оболочка былого величия базы. Что здесь случилось? Может, на них напали крысы и всех сожрали?

Лифт по понятным причинам не работал, поэтому пришлось топать на своих двоих по лестнице, обходя зияющие в ступеньках дыры.

***

Быстро потерял счет однотипных этажей, сменяющих друг друга. Ориентирами мне служили неказистые двери да переплетенные пучки арматуры, торчащие из треснувших стен. Местами пол усеивали дыры, а где-то из здания вырвало целые комнаты. От помещений исходила пугающая аура пустоты. Ни одной живой души. Только битые стекла и куски бетона внутри, только завывающий ветер и лютая стужа снаружи.

Мусор хрустел под ногами. Звуки шагов отражались от стен, разлетались по этажу, отзываясь за спиной так, будто по пятам шел неумолимый преследователь. В какой-то момент это стало невыносимо.

— Эй! Есть тут кто? — сказал я и резко обернулся.

Никого там нет, показалось. Треклятое воображение в очередной раз травит мой рассудок.

На последних этажах стали проявляться признаки исчезнувшей цивилизации: нетронутая мебель, документация, стрелянные гильзы, усеивающие пол. В одной из комнат наткнулся на лоток с документами. Я мельком пролистал пожелтевшие бумаги. Там было много имен, но мало смысла. В одном журнале удалось узнать, что база предоставляла собой центр исследования уровневых ключей. В алфавитном указателе нашлась ссылка на загадочный ключ, который подогнал Стив, однако какие-то сволочи успели выдрать нужные страницы.

В одной из комнат обнаружилась печка-буржуйка и спички, запрятанные в ящике стола. Сходил за бумагой, уничтожил стул – уже сидел и грел руки. Напоследок сходил и справил нужду в туалете. Раз Закулисье дало минуту продыху, то почему бы не воспользоваться возможностью?

***

Тягостное ощущение давило на меня. Страх неизведанного не пускал дальше, уговаривал тело забиться в угол и ожидать развязки. Но сила воли продолжала двигать убитые ноги вперед, твердя, что иной дороги нет. С исследованием последнего этажа было покончено. Я выбрался на лестничную клетку и начал подъем, стараясь не думать об опасностях, поджидающих там, наверху.

Гулким эхом раздавались мои шаги. У меня нет ни провизии, ни оружия, ни надежды. Только слепая вера и желание узнать, что будет дальше.

По ступенькам шел кровавый след, будто минуту назад наверх тащили чье-то тело. Что ждет меня там? Очередная орда сущностей или обезумевшие защитники базы? Или, быть может, мне суждено столкнуться с чем-то неизведанным? Все городские дороги сходятся у этого небоскреба. В этом есть какой-то потаенный смысл. Не зря же я проделал весь этот путь?

Внимая мольбам ослабленного и измученного тела, продолжал подниматься все выше и выше. Рука скользила по перилам. Залитый светом проем приближался. Глаза, уже успевшие привыкнуть к полумраку, ослепли и заслезились. В лицо ударил зимний ветерок. Оставалось всего ничего, пару ступенек. Сейчас все прояснится, сейчас узнаю, зачем я пришел в этот мир.

Наконец, я вышел на крышу и ощутил на себе ярость стихии. Поначалу на уровне стоял штиль. После поездки на автобусе, ветер стал щипать щеки. В данный момент все шло к ледяному шторму, обжигающему кожу. На уровне и так стоял сорокаградусный мороз, а из-за ветра он теперь ощущался на все семьдесят. В здании бетонные стены, пускай частично, но укрывали меня от холода. Сейчас я оказался полностью беззащитен перед стихией и моментально продрог до костей.

Всю поверхность крыши усеивали превратившиеся в лед исследователи Астры. Люди, что обитали здесь, до последнего издыхания держали оборону. Но все они погибли, пытаясь предотвратить неминуемое. База «Астра» пала под натиском врага, который оказался ей не по зубам. Что же здесь произошло? Кто убил всех этих людей?

Разгадка находилась прямо передо мной. Я стоял на пороге понимания чего-то важного, приподнял завесу над великой тайной. И пришло время поплатиться за это знание. На самом краю крыши спиной ко мне стояла знакомая фигура, замотанная в черные лохмотья. Ее незыблемость не нарушал ни ледяной ветер, ни буйный снегопад. Взгляд божества был прикован к линии горизонта.

Время пришло. Я оказался наедине с ужасным тираном. Мне предстояло взглянуть ему прямо в глаза. В глаза самой смерти. Переборов сковывающий страх, направился к нему, перешагивая через трупы.

— Виктор, скажи мне… ты веришь в непроглядную тьму? — спросил Привратник, не оборачиваясь. Спросил так, будто жаждал ответа на вопрос, от которого зависело существование всего сущего.

— Верю, но не стремлюсь к ней, — отрезал я без раздумий.

Привратник издал рычащие звуки, отдаленно напоминающие смех, и повернулся мордой ко мне. От одного взгляда его глаз укол ужаса пронзил тело и парализовал его. Пришлось сжать кулаки, чтобы пальцы не дрожали.

— Боишься меня? Не бойся. Люди бывают куда страшнее.

— Ты убил их?

— Эти люди ушли давно, оставив это место на произвол судьбы. Сейчас ты лицезришь отпечаток прошлого. А знаешь, что случается с покинутыми уровнями?

Мне не потребовалось говорить «нет». Мы общались телепатически, он читал мои мысли.

— Материя густеет и затвердевает, замедляется ход времени. Это происходит до тех пор, пока все не прекратит движение и не застынет. Только представь, каково это остаться здесь и прожить вечную жизнь в стазисной ловушке, не имея шанса на спасение? Можно ли это считать гибелью?

Он вытянул передние лапы в стороны, позволяя ветру трепать свисающие рукава.

— Этот уровень умирает. Скоро здесь не останется ничего, кроме ржавого металла, бетона и снежных гор, которые уже никогда не растают.

— Неужели ничего нельзя сделать?

— Его еще можно спасти. Начало уже положено… Когда придут гости, он пробудится ото сна. Песочные часы перевернутся, отсчет до тепловой смерти начнется вновь.

Он разговаривал со мной спокойным вежливым голосом. Не ругался и не ехидничал. Это и беспокоило меня. Сильных начинаешь опасаться издалека, а слабые темнят до последнего. До этого момента Привратник появлялся лишь в моих грезах. Мы впервые встречаемся вживую, и я не знаю, на что он способен.

— Ты знаешь, что движет людьми? — внезапно спросил Привратник. — Почему они идут вперед? Зачем ищут новые уровни в этом многомерном графе пространств? Зачем сражаются, находясь на волоске от гибели?

— Наверное, потому… что люди хотят находить что-то новое. Для них это смысл всей жизни.

— Что есть смысл жизни? Где он черпает начало?

— В простейшем виде это животный инстинкт, страх перед смертью, программа, заложенная природой на начальном этапе эволюции. Его сложная форма – это комплексный мыслительный процесс, заключающийся в составлении планов и получении удовольствия от их реализации.

— Но как бы они не старались, все сводится к эмоциям, к химическим процессам в плоти. Как забавно, когда планы уже реализованы, а тело не может прыгнуть выше. Ха-ха-ха!

Привратник резко замолк и замер. Время шло. Мы стояли друг напротив друга и молчали. Он не спускал с меня глаз. Тело замерзало все сильнее. Я хотел, чтобы все это закончилось и поскорее.

— Эти люди сражались, чтобы защитить свой дом. Посмотрим, сможешь ли ты защитить все Закулисье.

Привратник хлопнул лапами. По крыше пронеслась ударная волна, превратив ее в гладкий каток. Тела умерших заискрились и взорвались. В воздух поднялась взвесь из ледяной пыли.

— Постой! — сказал я. — Что все это значит?

Привратник не ответил. Он спрыгнул с возвышения и поравнялся со мной. Его лапы сделали взмах, и тысячи ледышек собрались воедино, материализовав длинный и тонкий меч. Привратник подтолкнул его. Оружие проскользило по крыше и стукнулось об мои ноги.

— Эй! Что ты делаешь?

— Бьемся до трех касаний!

Я не успел толком подобрать клинок, как Привратник уже выхватил серповидные клинки и несся в мою сторону. Хорошо ему бегать по скользким поверхностям с такими-то когтями! Куда там моим берцам?!

Он замахнулся и рубанул сверху. Я, собрав последние крохи сил, сумел парировать. Сила удара была так велика, что я отъехал метров на пять. Восстановил равновесие и приготовился к следующей атаке. Привратник замахнулся и нанес удар. Измученное тело подводило, но старался изо всех сил. Я метнулся в сторону, мельком видя, как легко лезвие пошло по диагонали. Проскочил под ним и зашел за спину. Это мой шанс!

Метким тычком я пронзил живот Привратника насквозь. Ощущалось это так, будто пробил мешок с песком.

— Аргх! — Привратник издал протяжный стон и выгнулся назад, свесив лапы вниз.

Первый за мной! Пнул его ногой и разорвал дистанцию, стараясь не грохнуться на этом ледяном катке.

Привратник, на мое удивление, быстро оклемался, развернулся и бросился на меня. Его пасть так и норовила откусить мне голову. Щелкнули зубы, лезвие пронеслось прямо перед глазами. Один удар оставил царапину на куртке, другой я пропустил за спину. Резко изменив стойку, я поднял оружие и сделал шаг навстречу оппоненту. Меч попал ему в плечо.

— А-оу!

Привратник захрипел, выплевывая какое-то вещество, похожее на сажу. Второй есть!

Пасть клацнула зубами у кончика носа. Ушел вправо, попутно выдергивая меч. Привратник обмяк и согнулся в три погибели, заливая чернилами все перед собой. Сейчас он полностью беззащитен. Время нанести последний удар!

Я занес меч, оттолкнулся ногами. Рванул вперед и ударил. Лезвие пробило сердце.

— Во-а-а-а!

Внезапно Привратник выпрямился и прописал лапищей мне в живот. Будь у меня сегодня обед, то он бы вырвался наружу. А так я просто грохнулся и покатился по скользкой поверхности. Все-таки успел затормозить на половине крыши, стерев остатки пальцев об лед. Поднял голову и посмотрел на оппонента. Он валялся на крыше, упершись передними лапами в пол. Все пространство вокруг него заливало чернильным веществом.

Я перехватил меч, поднялся на ноги и двинулся в сторону поверженного врага.

— Я победил! Слышишь?!

— Ха-ха!

Я застыл на месте. Черное пятно на земле прекратило расти. Оно замерло, стеклось в единую точку и исчезло. Привратник, пошатываясь, поднялся на задние лапы. Дыры в теле затянулись у меня на глазах. Тяжело дыша, он что-то прошептал, еле открывая пасть. Перенапряженные руки с трудом удерживали оружие. Я выставил меч и приготовился защищаться.

Привратник увел оружие в сторону. Левая лапа отодвинулась назад для толчка. Я стиснул зубы и покрепче сжал рукоять меча. Привратник дернулся в мою сторону и исчез. Я даже не видел его рывка, только слышал, как рядом просвистел воздух. Мир встал на паузу, пока до меня не дошло, что оппонент находится позади.

— Кто сказал, что мы будем сражаться честно?

Чувство страха нарастало с бешенной скоростью. Я не мог ничего сделать, не мог ничего сказать. Меч в руке треснул и разлетелся на льдинки. Грудь вспыхнула от нарастающей боли.

— А-а-а!

Все тело пронзила криогенная сеть. Ледяные пики разорвали плоть и врывались наружу, оторвав меня от поверхности.

— А-а-а-а-а!!!

Из пореза на груди выползли ветви, на концах которых расцвели цветки роз, обагренные кровью. Ледяной шип разорвал один из карманов. Оттуда выпал уровневый ключ, звучно звякнув о бетон.

— Кто теперь победитель? Пока не познаешь устройство мира, смотри на меня и восхищайся!

Привратник повесил серпы на пояс и нерасторопными шагами направился ко мне. Обойдя стороной распятое тело, внимательно осмотрел ледяные ветви, сдерживающие мои конечности, подобно виноградной лозе.

— Людям не стоит притрагиваться к вещам, для понимания которых они слишком молоды. А этот род славится на изобретения. Мне доводилось встретить телескопы планетарных размеров. Так люди хотели заглянуть в прошлое. Какие наивные глупцы!

Он присел и подобрал упавший уровневый ключ.

— Но ты схож на настоящего исследователя. Пойдешь до конца, зная, что вряд ли получишь ответ. Этим ты мне и нравишься, Виктор.

В его лапище ключ вспыхнул ярко-красным.

— Теперь я понимаю, что ты за человек. Такой молодой и сердобольный. Готов сражаться, зная, что не сможешь победить, готов бросить вызов Богу ради спасения тысяч жизней… Так знай же: ступаю я одной дорогой с людьми. Исчезнет человечество – исчезну и я.

Ветер продолжал набирать обороты, уловить слова становилось все сложнее. Буря метала полы одеяния из стороны в сторону.

Привратник вытянул устройство перед собой, словно сигнальную ракетницу, и провернул подвижную часть. Из кристалла вырвался красный луч. Рассеяв белую пелену, он пролетел над крышами и врезался в стену высотки. В месте удара возник портал с рваными краями.

Привратник вложил ключ в мою руку. Студеный металл намертво прилип к темнеющей коже.

— Живи, Виктор! Ступай вперед, сражайся и побеждай! Я же явлюсь в самый темный час и помогу тебе защитить людей.

Весь мир вокруг нас стал сворачиваться и сгибаться. Город теперь находился не только в нашей плоскости, но перпендикулярно ей. Привратник подошел к краю, поглядывая на искаженные улицы.

— Справишься с возложенной на тебя миссией? Или пора искать другого кандидата?

Холод, что я ощутил по прибытии на уровень, сейчас казался гавайским курортом. Ресницы покрылись инеем, слезы замерзали на щеках.

— Ха-ха… — вырвался мой хрип из горящей глотки. — Луч-ше сам не оп-ло-шай!

Тело напряглось из последних сил. Ледяные путы лопнули. Ветер усилился настолько, что сопротивление не имело смысла. Воздушный поток сбил меня с ног, смахнул с крыши и потащил в сторону портала. Напоследок я успел бросить взгляд на Привратника. Он невозмутимо стоял у самого края, провожая меня. Спустя мгновение метель поглотила его, город растворился в снегах.

***

Уровень 46 — Аравийская пустыня

Меня перекинуло на другой уровень. Завывание ветра прекратилось, смертоносный мороз сменила легкая прохлада. Я упал на что-то мягкое. Провел рукой по поверхности, ощущая, как песчинки протекают меж пальцев. Присел на колени, приоткрыл глаза. Я находился у подножья бархана посреди пустыни. Ночное небо над головой пестрило миллионом сияющих огней.

Здесь не было никого: ни людей, ни монстров, ни друзей, ни врагов. Лишь я один посреди бескрайнего мира песчаных дюн, без средств к существованию и надежды на спасение.

Теперь точно все. Остатки сил покинули меня. Тело обмякло и шлепнулось на песок. Картинка перед глазами поплыла и замерцала. Я бросил последний взгляд на звезды и отключился.

Вторая книга тут: https://author.today/reader/365959

FAQ

1. Что такое Сцена и Закулисье?

Сцена — эта наша реальность, измерение, в котором находится Земля.

Закулисье — это измерение, находящееся за пределами Сцены, в котором люди могут случайно оказаться, вывалившись из реальности (провалиться в текстуры, совершить noclip).

2. Что такое noclip?

Noclip, термин, который обычно используется в скоростном прохождении видеоигр для выхода за границу уровня. Люди попадают в Закулисье, выпав из реальности, что обычно происходит через спотыкание, неестественные столкновения и иные происшествия такого рода. Странники в Закулисье также могут использовать noclip для перемещения между некоторыми уровнями.

3. Каким законам подчиняется Закулисье?

Некоторым законам физики, теории вероятности и теории игр.

4. Что такое уровни?

Уровни — это составные части Закулисья, локации, каждая из которых обладает собственной геометрией, природными особенностями и допустимым набором сущностей и объектов.

5. Что такое подуровень?

Подуровень — это область внутри уровня, которые значительно отличаются от его типичных характеристик, но недостаточно, чтобы причислить его к отдельным уровням. Зачастую вход на подуровень и выход с него осуществляется с родительского уровня без возможности попасть на другие уровни.

6. Что такое загадочный уровень?

Загадочный уровень — это место, чья природа кардинально отличается от стандартного представления уровня (например, Хаб позволяет попасть на любой существующий уровень при наличии ключа).

7. Что такое Кластер? Сколько в нем уровней?

Кластер — это условное объединение уровней в большую группу. На данный момент Кластер I (основной кластер) содержит в себе 1000 уровней (от 0 до 999), однако исследовано из них не более трети. С появлением КВЗ возник русский кластер, состоящий из менее чем 200 уровней. Для перехода из основного кластера в русский и обратно требуются специальные уровневые ключи.

8. Сколько человек проживает в Закулисье?

Около 100000 человек. Из них почти 3000 – русскоговорящие.

9. Какой уровень самый заселенный?

Самое большое поселение находится на уровне 11. Его численность составляет 20000 человек.

10. Бессмертен ли человек в Закулисье?

При соблюдении правил безопасности, да. Бессмертия можно лишиться лишь при деторождении (стареть начинают оба родителя).

11. Есть ли старение в Закулисье и как на человека воздействуют болезни?

Человек в Закулисье «стареет» до 18 лет. При этом он обладает иммунитетом ко многим болезням, спровоцированными неинфекционными факторами (рак, деменция, аутоиммунные заболевания).

12. Если я смогу найти выход из Закулисья, то в какую временную точку я вернусь?

Вы вернетесь в тот момент, когда покинули реальный мир. Поэтому нет смысла брать с собой людей из XIX-ого века и ранее (вы не сможете встретить их живыми на Земле).

13. Что будет, если человек умрет в Закулисье? Получится у него вернуться на Землю?

Нет. С вероятностью 99,9% он исчезнет. Насовсем. Поэтому лучше не умирать.

14. Есть ли выход из Закулисья?

Как Б.И.Г., так и КВЗ активно ищут его, однако они до сих пор не достигли значимых результатов. На данный момент можно уверенно сказать, что выхода нет.

15. Что такое сущности? Откуда они взялись?

Сущности — это существа, которые обитают в Закулисье. Изначально измерение было безжизненным, но с появлением первых группировок, оно начало противиться людской природе и породило орды кровожадных тварей в попытке вернуть себе девственный облик. Однако не все сущности враждебны – одних создали люди, а другие изначально не желали нам зла (к сожалению, таких меньшинство).

16. Есть ли сущности на нулевом уровне?

Нет.

17. Что такое объекты?

Объекты — это предметы, находящиеся в Закулисье. Их принято разделять на несколько категорий. Некоторые объекты можно отнести к нескольким категориям сразу (например, клипсы, которые можно создать и принести с собой, но невозможно обнаружить, исследуя уровни)

По природе возникновения их можно разделить на:

1) Естественные – были созданы Закулисьем (миндальная вода, активированный уголь, огнесоль);

2) Инородные – были принесены человеком со Сцены (оружие, табак, экзотические сладости);

3) Созданные – объекты, которые появились в Закулисье благодаря деятельности человека или природных сил (пироил, клипсы, специальный уровневый ключ КВЗ).

По возможности возобновления их можно разделить на:

1) Полностью возобновляемые – эти объекты, запасы которых регулярно пополняются как с вмешательством человека, так и без (миндальная вода, туалетная бумага, батончики Twin Finger, картошка);

2) Невозобновляемые – эти объекты невозможно найти в Закулисье или их количество строго ограничено (уровневые ключи, компьютерные терминалы, ксеноновые шары);

3) Частично возобновляемые – эти объекты можно создать, используя в качестве компонентов невозобновляемые ресурсы (кварцевые часы, лидар, радио).

По степени полезности их можно разделить на:

1) Полезные – объекты, которые применяются на любом уровне (миндальная вода, одежда, часы);

2) Ограниченно полезные – могут пригодиться только на некоторых уровнях (акваланг, ледорубы, фонарик);

3) Бесполезные – попусту занимают место в рюкзаке (ржавые разряженные батарейки, забитый топливный фильтр, маски).

18. Чем вдохновлялся автор при создании книги?

Вселенными Метро 2033 и S.T.A.L.K.E.R. Одна часть информации по Закулисью взята с backrooms-wiki, другая подсмотрена в каноне Конвергенции, остальное – авторская задумка. Также в книге есть много отсылок на другие произведения.

19. Что случилось остальными группировками, населяющими Закулисье помимо Б.И.Г.?

Те, кто не согласился присягнуть на верность Б.И.Г., были уничтожены, остальные вступили в их ряды.

20. Будет ли еще одна война группировок? Или всех несогласных уже уничтожили?

Война между Б.И.Г. и КВЗ в самом разгаре. И роковой момент вот-вот наступит.

21. Каковы истинные мотивы Привратника? Какие дальнейшие планы у КВЗ? Кто такой Артиза и что он замышляет?

Узнаете во втором томе.