Обложка Законы Рода. Том 8

Законы Рода. Том 8

Андрей Мельник (Ascold Flow)

0% прочитано
Стандартный
Андрей Мельник (Ascold Flow)

Законы Рода. Том 8

Глава 1

Режь. Пронзай. Вонзайся в плоть врагов и вновь возвращайся в мои руки. Убийства… Кровь… Резня.

Мир вокруг сменил краски, снова став тем омерзительным местом, в которое меня против воли отправили. Но надо же, какое дело… Этот мир вполне себе гармонировал с моей натурой.

Грань между праведностью, нацеленной на защиту собственных интересов, близких сердцу людей, и амбициями, которые подкрепляются лишь победой и кровью моих врагов, очень тонкая. Я иду вперёд, зная лишь одно: все, кто умрёт сегодня, умрёт из-за амбиций. Моих, своих собственных, и своего повелителя. И пусть позже, когда буду отчитываться в империи, я сообщу, что сделал всё это ради спасения одногруппников, ради защиты Елены… Правду от самого себя слишком тяжело скрыть…

Я мог напрячься, разделиться с Цербером и побежать в другую сторону, надеясь уйти от погони при помощи телепортации, чтобы затем вернуться к студентам. Я мог это сделать. Но сразу две тревожные мысли возникли в моей голове, когда я разогнал эфир по своему телу, решая, в какую же из сторон мне отправиться.

Первая – непонимание. Я не знал, как нас нашли. А коли смогли найти один раз, смогут и второй. К тому же мы на вражеской земле и на нас объявлена охота. И тот странный щит от Химер явно намекал, что к нам пожаловали отнюдь не рядовые маги… И возможности моих врагов мне неизвестны. Если бы я сбил вертолёт, убедился, что все мертвы, то тревоги в моей душе стало бы меньше в разы. Но он улетел, а я остался здесь, в окружении врагов… В общем, вероятность привести недругов к студентам и преподавателям была не нулевая, и рисковать теми, кого я обещал вытащить, не хотелось.

Вторая причина – необходимость разделения… Цербер – сильный, выносливый мужик. Смелый и решительный. У него интересные техники, мастерство на должном уровне. Но он всё ещё просто Воин Духа. У османов есть свои Воины Духа. И даже не один и не два. А возможно, даже более могущественные воители. Сумеет ли он уйти, оказавшись один на один с врагом, который ему не по зубам? А если его срисуют с воздуха и ракетами решат уничтожить угрозу? Я-то могу телепортироваться, если почую опасность. Да и то нет гарантий, что смогу свалить целым и невредимым. А у него? Почти наверняка это будет стоить ему жизни, если только он не будет на шаг впереди. А мы не будем на шаг впереди. Нужно идти туда, где нас не ждут, туда, где их авиация будет осторожничать… Нужно идти прямиком к фронту и погрузить его в хаос. К тому же необходима информация, и я знаю, у кого она есть. Но для связи с этими людьми мне надо быть на нейтральной либо союзной территории, а никак не здесь.

С моими техниками, увы, всё и так понятно… Я так переживал, что их увидят и раскроют разведчики Российской Империи, а в итоге мне пришлось использовать всё, что есть в моём арсенале, на глазах у османов. Убить их всех нереально, так что мои способности вскоре станут достоянием вражеской разведки. А там и в России вскоре сложат два плюс два и поймут, что многие заклинания очень даже похожи на то, что демонстрировали Берестьевы. Работать наши спецы умеют…

Очень и очень скоро маски будут сброшены, так что, пока у меня осталось хоть немного времени, надо сделать три вещи: спасти студентов, переломить ход войны, стать глыбой, которую не смогут столкнуть даже при желании. Репутация зарабатывается долго… В мирное время. Ну а во время войны куда быстрее.

За своих ребят, оставшихся в России, я не особо переживаю. Они не знают, кто я такой. Даже если к ним придут дознаватели, ничего нового студенты не расскажут. Ну а давить на меня через угрозы моим близким… Я очень надеюсь, что в разведке не найдётся глупца, что решится на подобное после моей демонстрации сил и умений.

Кровавая просека с сотнями мертвецов на ней, искорёженная и подбитая техника, перерытое взрывами и моими заклинаниями земля, вывернутые деревья… Картинка для наблюдателей будет достаточно красочной, чтобы понимать: по-плохому со мной не надо. Меня Ажарова не смогла застать врасплох и уничтожить. Сама погибла. И прямо сейчас я буду намного опаснее Ажаровой. И намного полезнее! Тем более что в моей верности и искренности в отношении империи сомнений быть не может. Я попросту не давал поводов для этого.

В конце концов, если меня признают Берестьевым, то очень даже удивятся, что так много моих врагов до сих пор дышит. С моей-то возможностью ночью бесшумно появиться рядом с их кроватью, сделать один укол в сердце длинным заточенными стилетом и исчезнуть в ночи…

На всякий случай я постараюсь очень быстро исчезнуть в Сибири, забрав с собой своих соратников, чтобы начать планомерную охоту на тварей и закрытие изломов и копить два типа ресурсов: магически изменённые материалы и очки собирателей. Последнее – весомый аргумент, который должен будет помочь мне решить многие из моих проблем.

Ко всему прочему, у меня всё-таки уже появились влиятельные друзья… Слишком мало, чтобы чувствовать себя свободным, но достаточно, чтобы не опасаться за удары в спину. Так что сейчас сбросить маску вполне можно спокойно. Лишь та тварь – маг, что сумел отправить меня сюда, – остаётся загадкой… Впрочем, он обещал меня лично придушить.

«Я буду этого ждать, сволочь. Приходи в любое время», — мысленно подвёл я итог рассуждений и вышел из руин дома той бедной деревушки, которая исчезла всего за пару дней с момента начала войны. Сколько таких деревень по всей Болгарии? Сколько мирных жителей уничтожили османы? Скольких «неверных» они высекли розгами и изнасиловали «грязных» девушек, что не верили в то же, во что и они? Быть может, для них это и праведная война… Только всё это чушь собачья. Это бесчестная, глупая, жестокая война ради амбиций одного человека… Но засранец, видимо, забыл, что амбиции есть не только у него. Я уж не говорю о себе, даже Стефания, чтоб ей пусто было, не позволит из-за своих амбиций пасть братскому народу и лишиться свободы. И те, кто стоят за ней, не позволят.

— Идут… Новые жертвы на убой…

Я вновь ударил копьём по щиту, давая понять своим врагам, что лучше бы им убраться с моего пути.

Даже невооружённым взглядом было видно, что это призывники. Недавние новобранцы, которых кинули сюда вторым кольцом, чтобы не дать нам с Цербером сбежать. Вооружены и экипированы хуже. Магов – единицы. Воители – стоят, трясутся под своими покровами. Слабаки...

«БЗЫНЬ».

«БЗЫНЬ».

«БЗЫНЬ».

Несколько ударов кряду, и указанное вперёд копьё показало направление, по которому дальше двинется смерть этим вечером. Если вам было мало геройских, но глупых смертей, то я не против… Оставайтесь на своих местах.

Щит прикрыл голову, пламя разгорелось ещё ярче. Вражеские автоматные очереди, изредка попадавшие по мне, не могли пробить усиленную до предела кожу. А если и случался «снайперский» выстрел, неудачно попавший в участок со слабой защитой, то оставались лишь царапины, ссадины да синяки, которые довольно быстро заживали благодаря зельям здоровья.

— Подлечился?

— Да. Ты как? — уточнил я у соратника.

«БЗЫНЬ».

Ещё разок ударил по щиту, предупреждая всех, кому дорога своя шкура.

— Да в порядке. Добивал тех, кто чудом уцелел и стрелял тебе в спину.

— Так и будем продолжать: я метеором несусь вперёд, телепортируюсь в гущу врагов, а ты за мной.

Услышав гул, я посмотрел на небо.

— Самолёты появились... Интересно, по нашу душу или нет?

— Фронт не так уж далеко. Мы вот-вот в зону работы артиллерии попадём.

— Дальше остановок не будет…

«БЗЫНЬ».

И плевать, сколько там бежать… Хоть до самой Софии…

Из-за холма впереди, тарахтя, выехал танк и направил на нас дуло…

— А вот так мы не договаривались… — И я пулей сорвался к нему на максимальной скорости, которую только позволяли развить мои мышцы.

Бежать по прямой и не думал, ведь оператор боевой машины тоже не дурак и сможет прицелиться на бегущего прямо на него мага, который светится ярче новогодней гирлянды.

— Пи! — рядом на мгновение появился Фома, давая понять, что готов действовать.

— Давай! Вверх! — крикнул я, бросая в сторону скопления вражеских бойцов копьё.

Мгновение темноты – и вот я на высоте.

— Эфирное копьё… Визитная карточка нашего рода. Подавитесь, твари… — И швырнул в махину созданное из магии оружие, попав с высоты практически в самый центр бронетехники.

Сталь прочна, но эфир в такой концентрации и плотности очень опасен. Даже если он не проплавит сталь…

«БУ-У-УМ!»

— …То излишки сдетонируют, как при взрыве эфирной гранаты… — закончил вслух свою мысль и перевёл взгляд на копьё деда Петра, что было немного впереди – там, куда я его швырнул.

Хех, какой-то дурак решил схватить моё оружие, в котором всё ещё оставались внушительные запасы эфира. Агония и смерть. Быстрая…

— Фома, там ещё бронетехника… Заберу копьё и давай сразу к ним. Залью им внутрь жидкого эфира, — падая, отдал я команду, приземлился, совершил перекат и оказался в десяти метрах от оружия.

— Это моё, ребятки…

Я выставил вперёд руку и, словно из огнемёта, ударил по площади, после чего тут же прикрылся щитом.

«БУМ!»

«БУМ-БУМ!»

Гранаты как попкорн…

— Что там с первым танком? — вернув себе копьё и посмотрел в сторону пробитой техники.

После взрыва моего чуточку модернизированного эфирного копья огонь и жар убьют тех, кто внутри танка. Если они только не вылезут наружу… О, полезли. Но всё равно надолго это вас не спасёт… Пламя, жар и неизрасходованный боекомплект – плохое сочетание.

Я вновь устремился к врагам сеять смерть и разрушения, как в тот же момент…

«БА-А-А-А-АМ!»

…Знатно рвануло…

— Фома?

Мгновение – и я посреди четырёх шустро катящихся вперёд танков. Чуть дальше заметил позиции артиллерии и множество другой военной техники. Ну всё, здравствуй фронт… Или прифронтовые рубежи. Осталось не так далеко прорываться, чтобы оказаться среди потенциальных союзников. И магов вражеских вокруг не так чтобы много… А сильных – ещё меньше.

Не зря во время войны ставку делают не только на вооружение и солдат, но и на магов и воителей… Я, конечно, не Архимаг, Но разрушение и смерть сею не хуже.

— Стамбул в другой стороне, ребятки… Зря вы сюда приехали…

***

В Софии, в бункере, что расположился прямиком под овальным залом князя, правда, на пятьдесят метров ниже, проходило собрание генералов.

— Враг полностью взял в кольцо Будву. Несебар сложил оружие… У них закончились патроны. Барон Карковар с остатками своей гвардии вырвался из окружения и соединился с третьим пехотным корпусом, отступающим из Черноводной крепости, которую сровняли с землёй вражеские маги и авиация. Вовремя мы отдали приказ отступать…

Над огромной картой Болгарии и соседних государств перемещали, как в старину, фишки различных цветов, обозначающие собственные силы и неприятеля. Рода войск, маги, воители, бронетехника, крепости, дороги и города, партизанские отряды… Всё было отражено на этой карте. И лишь по захваченным врагом территориям практически не было никаких сведений. Связь отсутствовала, разведка страдала… Если бы не союзники, и этой информации не было бы.

— ГЕНЕРАЛ ЕЖОВ! ПОЛУЧЕНЫ СВЕЖИЕ ДАННЫЕ СО СПУТНИКА! — И солдат тут же передал распечатанные фотоснимки, переданные союзной разведкой.

На них уже было всё самое важное, на что стоит обратить внимание.

Закипела работа вновь, и новые данные стали отображаться на миниатюрной карте.

— А что это за следы битвы у Добжего Брига? Где расшифровка? — протянул руку к солдату генерал Ежов, и тот сразу же отчитался, что она прямо сейчас печатается, после чего передал…

Генерал стал вслух зачитывать данные от союзной разведки:

— …Неизвестный отряд сопротивления... Потенциальный Архимаг… Потери убитыми и ранеными не установлены. Предварительная оценка – не менее пятисот человек в городе. Также были потоплены суда… Адмирал Муфтий… Так, секундочку… Ох, да они пятую часть своего Черноморского флота потеряли, в том числе ракетные крейсера! Общее число пропавших без вести моряков на сегодняшний день составляет шесть тысяч двести двенадцать человек. СКОЛЬКО? Как его османы назвали? Зелёный Дьявол? ОПЕРАТОР! Есть ещё в донесениях союзников вводные по Зелёному Дьяволу?

— Так точно! Уничтожение гостевого поместья князя Пилсудского, которое заняли высшие чины османской армии. Сообщается, что там была взорвана бомба Антиполя, способная создать помехи в стабильной работе магических заклинаний… Её целью должны были стать мы… — читал с бумаги солдат, пока генерал не вырвал лист из его рук.

— Господа, кто-нибудь знает, что это за Архимаг такой, что внезапно вступил в войну на нашей стороне? Зелёное огненное пламя – его основная магическая техника… И ещё, он очень быстро передвигается… Меньше чем за сутки прошёл двести километров в нашу сторону от побережья…

Офицеры и генералы переглянулись, но ни у кого не было ответа на этот вопрос. Зелёное пламя? Что за нонсенс?

— Пламя же не может быть зелёным! Или может?..

— Я не знаю… Впервые слышу.

— Тайные мастера? — предположил один из офицеров.

— Сейчас не время для конспирологических теорий. Ну, кто-нибудь знает?

— Я ЗНАЮ! — в кабинет генералов ворвалась Варвара, единственная дочь болгарского князя. — А где отец?

— В лазарете… — нехотя ответил Ежов.

— Как? Почему? Его ранили? — тут же занервничала девушка.

Никто не хотел говорить ей. Все рассчитывали на то, что это сделают её братья, которые были в курсе. Но один в данный момент эвакуировал из Софии мать и жену с детьми. Другой был на фронте, командовал магическим корпусом и вселял смелость в сердца простых солдат. Ещё один, самый младший, находился в другой части бункера, рядом с отцом. За жизнь князя прямо сейчас боролись лучшие лекарства и лекари, но яд ассасина, что сумел пробраться в святая святых и самоубийственно атаковать, был слишком сложным и опасным. Ничего не помогало…

— Варвара… Было совершено покушение. Врачи борются за его жизнь. Наша же задача – спасти столицу и отбросить неприятеля. Ты девочка умная, сама всё понимаешь. Если у тебя откуда-то есть сведения об этом человеке и связь с ним – скажи нам.

— Я… Как, убийцы? Но это же самое защищённое место во всём княжестве! Где была его охрана? Телохранители? — завозмущалась Варвара, словно и не услышала слов своего крёстного отца, который руководил собранием, а потом чуть тише произнесла: — Дядя Драгомир, он… Он выживет?

— Варвара… Кто этот маг? — с надеждой посмотрел генерал Ежов на свою крестницу, девушку умную и прозорливую, но слишком впечатлительную…

— Вот… — протянула она листочек, переданный из российского посольства. — Я в лазарет…

На негнущихся ногах девушка покинула зал собраний, и офицеры да генералы сгрудились над письмом.

«Дорогой брат, Светлый Князь Симеон IV! Отзываясь на твою просьбу, сообщаем, что первый добровольческий корпус уже полностью собран и выдвигается в сторону северных границ Болгарии этой ночью. Соглашение на беспрепятственный проход войск уже получено у всех стран на пути. К утру первые самолёты прибудут на указанные тобой военные аэродромы. Зная, что у вас большие проблемы со связью, мы отправим вам десять передвижных пунктов связи, оснащённых пробойниками, и технических специалистов для восстановления контроля над сетью, перехваченного османами. Кроме того, по стечению обстоятельств, на территории, терпящей нашествие беспринципных и омерзительных османских легионов, что следуют воле больного на голову и презренного богами правителя, оказались наши студенты имперской академии и их преподаватели близ одного из твоих курортных городов. Они заперлись в убежище и отправили сильнейших, чтобы связаться с нами. Те прорвались к прифронтовым территориям. В последнем разговоре они сообщили, что будут прорываться к Софии. Наша разведка перехватила депеши османов. Одного из них называют Зелёным Дьяволом. Второй менее заметен на его фоне и о нём молчат, но он пиковый Воин Духа, способный на очень многое. Прошу тебя оказать им помощь при прорыве, прикрыв их отход и оказав необходимую помощь.

Верный своему слову, министр обороны Российской Империи, Зубов Константин Сергеевич.

P.S. Судя по скорости их передвижения, если они справятся, то будут у тебя ещё до захода солнца. Они сильные бойцы, которые помогут в обороне города. Прошу организовать с ними связь после того, как они доберутся до Софии».

— Оператор! У нас что, связь накрывалась?

— Во время артобстрела города не работали даже резервные линии… Уже всё восстановлено.

— Позже соедини меня с Зубовым. А сейчас, господа, давайте вернёмся к нашим насущным вопросам… Враг давит со всех сторон, и, кроме парочки локальных побед, мы постоянно отступаем, проигрывая все ключевые битвы. Предлагаю дать генеральное сражение до того, как Софию полностью окружат и отрежут от поставок. Сразу же, как добровольцы прилетят из братской России. Среди них должны быть сильные маги. Что скажете?

— У нас всё ещё остался незадействованным легион клыков… Может, пора? — посмотрел на Ежова другой генерал, отличавшийся от всех прочих неестественно белыми волосами да кожей.

Многие бы подумали, что он альбинос, но все здесь присутствующие знали, что это плата человека за эксперименты, которые тот проводил с мутантами. И созданный им легион монстров был одним из последних оружий, что всё ещё не использовала Болгария.

— Пусть князь решает, — ответил ему Ежов и про себя добавил: «Если выживет».

Глава 2

Всё, добегался… Эфир на нуле. Тело отказывается принимать новую энергию. Тошнота и головокружение от съеденных зёрен монстров и выпитых зелий маны заставляют ненавидеть весь мир. И вот лежу я в яме от снаряда, смотрю на закатное небо Болгарии и думаю… А зачем вообще я во всё это ввязался? Вот прилетит в меня очередной снаряд, а я уже и защититься ничем не могу… И что, всё? Конец рода? Ни наследника не оставил, ни врагам не отомстил…

— Пи? — Надо мной появилась пушистая мордочка моего спасителя, который вытащил моё тело из-под атаки десятка дронов-камикадзе и миномётного обстрела, как только оно камнем рухнуло и покатилось по земле.

Долго я летел, разогнавшись на полную. Даже Колонны выжал досуха… Как назло, тело стало отвергать мои попытки усилить его и восстановить запасы маны в источнике уже на финишной прямой. Чуток не хватило… Не рассчитал. Поверил в себя, не проведя должных тестов пределов собственных сил. А ведь уже видел линию окопов, где сидят бойцы болгарского княжества. А когда кубарем летел, заметил позади ещё и воителя, что петлял от укрытия к укрытию, уничтожая врагов, на которых я попросту перестал обращать внимание.

— Далеко закинул нас, пушистый?

— Не очень… — В яму спрыгнул Цербер. — Фома тоже устал тебя дёргать от врага к врагу. Краст, ты больной на всю голову! Берсерк, у которого кончились силы, – это хреновый берсерк, мягко говоря. Если не хватало энергии и маны, зачем дёргался, зачем лез к каждой более-менее крупной группе врагов?

— Я не ожидал, что топлива не хватит…

— Шевелиться можешь?

— Пока нет… У меня с позвоночником что-то.

— Балда ты… Ладно, вроде от османов ушли. Сейчас между ними и болгарскими войсками. Держись.

Он поднял меня и перекинул через плечо, как мешок с картошкой.

Ну да, мог бы тащить за одежду – тащил бы. Да только на мне остались разве что разодранная в десятке мест и грязная как не знаю что майка да любимые красные труселя в белый горошек. Юлька выбирала… Вот ей облом будет, конечно, когда она приедет, ведь я снова «сбежал».

— Чего ты такой тяжёлый, Краст?

— Кости металлические. Мутация.

— Да ну на?!..

— Шучу-шучу…

— Я после твоего забега уже готов в любую чушь поверить…

Мы вылезли из ямы, и Цербер понёсся вперёд.

— Надеюсь, эти хоть стрелять не будут. Я и сам почти всё… Энергии очень мало. Восстанавливаться мне и восстанавливаться… — прокряхтел он, рывками перемещаясь по полю боя.

— Стойте… Впереди мины по типу «лепестка». Обходим…

— Откуда узнал? Я из-за травы не вижу ничего…

— Чуйка подсказывает, что туда лучше не ходить… — сказал ему, поглядывая на часы, которые отображали все снаряды со взрывчаткой, что не разорвались после падения.

Я ещё после уничтоженной четвёрки танков это сделал, когда увидел отряд сапёров врага. Было бы неприятно взять и нарваться на что-нибудь взрывоопасное. Не очень-то хотелось из-за своего же пламени отправляться в небытие. Так часы и продолжали показывать места, куда лучше не ступать.

Мало-помалу мы добрались до «наших». Солдаты нервничали, не понимая, направлять ли на нас пушки или нет, ведь мы были не пойми кем. Благо рядом с ними очень быстро появился командир, который тут же на болгарском скомандовал вернуться на пост и вести наблюдение за противником, а нам махнул рукой, приглашая в вырытую бойцами траншею. Ого, да она на десятки, а может, даже на сотни метров вглубь уходит…

Рядом начали появляться воители и маги Болгарии. Подъехал командирский автомобиль, и прямо сверху к нам в окоп спрыгнул офицер с большой такой генеральской звездой. Он начал на ломаном русском общаться с Цербером и офицером, что сопровождал нас с самого начала.

Фоме тесная компания потных мужиков не понравилась, и он исчез. Исчез ровно за секунду до того, как, пригибаясь на повороте, выскочила очаровательная и милая девушка в чепчике с красным крестом на голове и чемоданчиком с красным крестом в руках.

Вот и скорая помощь подъехала…

— Добър ден. (Перевод: Добрый день.)

— Говорите ли български? (Перевод: Вы говорите по-болгарски?) — удивилась она.

— Само малко, (Перевод: Совсем чуть-чуть.) — ответил я на языке, крайне похожем на мой родной.

— Къде сте ранени? (Перевод: Где вы ранены?) — начала она глазами осматривать меня, всё ещё висящего на плече Цербера.

Ран на мне хватало. Даже слепой мог бы понять это, просто коснувшись моего тела, с которого чуть ли не отовсюду стекала кровь.

— Поразен в сърцето от вашата красота, (Перевод: Поражён в сердце вашей красотой.) — пошутил я, счастливый от осознания того факта, что мы всё-таки добрались. Ну и по пути устроили настоящую резню и уничтожение множества единиц военной техники. Это, конечно, капля в море… но по морали врага удар нанесёт очень даже большой.

— Тъй като има време да се шегувате, значи, не умирате и нямате нужда от отвара за здраве? (Перевод: Раз есть время шутки шутить, значит, не умираете и зелье здоровья вам не нужно?) — наигранно, как мне показалось, рассердилась она и подняла на уровень моих глаз свой чемоданчик.

— Чакай-чакай. Няма да откажа. Моите свършиха… Като цяло имам магическо изтощение и отхвърляне на мана. Имам нужда от време, храна и мир. Това ще ми помогне, (Перевод: Стойте-стойте. Не откажусь. Мои все закончились… А вообще, у меня магическое истощение и отвержение маны. Мне нужно время, еда и покой. Это поможет мне.) — тут же остановил я её, надеясь, что мои уставшие мозги выдали правильный текст.

Ну, вроде бы она поняла, раз разложила свой чемоданчик и, достав синеватый бутылёк, начала закачивать в шприц тёмную жидкость.

— Ако е така, почивайте си. Ще направим пълен преглед в София. (Перевод: Раз так, то отдыхайте. Проведём полное обследование в Софии.) — И она сделала мне укол.

Стало так хорошо-хорошо, что глаза начали закрываться.

Будь я в своей форме, никакие лекарства вроде этого мой эфир бы так просто не пропустил. Пока не проверил…

— И добре дошли в България, Зелен Дявол Кръст! (Перевод: И добро пожаловать в Болгарию, Зелёный Дьявол Краст!) — донёсся со спины голос генерала, что прибыл прямо на передовую, видимо, ради нас.

«Кажется, не зря мы дозвонились до своих. Они дали знать местным, кто к ним несётся…» — пробилась сквозь сковывающую меня пелену последняя мысль, и я уснул, продолжая светить на всю передовую своими шикарными боксёрами в горошек.

***

Двое лекарей прибыли к палате интенсивной терапии, где прямо сейчас оперировали молодого парня, который прорвался сквозь фронт и сумел внести сумятицу в стан их врага. Зелёный Дьявол. О нём шептались даже генералы…

Двое кивнули охране, и те открыли двери, пропуская прославленных и опытных целителей, которые должны были помочь, несмотря на усталость от борьбы за жизнь их князя, неожиданному союзнику из России.

— Как он, — тут же спросил старший из лекарей и посмотрел на многочисленные раны, аккуратно зашитые хирургами.

Ответа не последовало. Ведущий операцию хирург щипцами копошился в брюшной полости парня, пытаясь что-то достать.

— Вот зараза… Я впервые такое вижу… — сказал он, глядя на кусочек металла, обезображенный не от попадания в тело молодого парня, а от пламени, которое заставило его расплавиться прямо в теле.

Кинув кусок металла в ведро, которое громко звякнуло в очередной раз, он принялся зашивать необычную рану.

— Удивительная реакция организма… Кожные покровы словно обросли инородный предмет и подвинули внутренние органы, чтобы не дать пулям и осколкам достать до самых уязвимых мест… — вслух размышлял хирург, а двое лекарей, которым предстояло помочь в заживлении ран, посмотрели в ведро, увидели, что оно уже заполнено на треть, и удивлённо переглянулись. Сколько же металла вытащили из тела мага хирурги?

— Есть! Ещё одна, последняя пуля в черепе…

— Тоже расплющилась и оплавилась, а кожа обросла её? — сказал старший лекарь.

— Да! У него стальная кожа. Хотя… Может быть, стальной череп, а кожа просто пуленепробиваемая. Как такое вообще возможно… Истинный дьявол. Суметь пройти через такое, будучи магом без силы воителя, и пережить столько ранений… Я не знаю никого другого, кто бы выжил… — восхищался хирург телом пациента, продолжая оперировать.

— Мы можем начать залечивать раны? — поинтересовались маги-целители, удивлённые не меньше врачей.

— Можете, только… Знаете, кажется, ваша помощь не очень нужна… Вот, смотрите… Видите нитки в коже?

— Срослась? Сама?

— Невероятная регенерация. И это он без сознания, под наркозом… Тело реагирует само.

— Он выглядит так молодо… Сколько ему лет? — удивился старший лекарь.

— Тяжело сказать… Слухи говорят разное… Но точно знаю, что он студент. А воин, что притащил его на себе, — наставник из академии.

— Такие таланты… Неудивительно, что Россия столь могущественна, — вздохнул младший из лекарей.

— К утру сюда прибудет их первый добровольческий полк. У нас будет возможность лично убедиться, чего они стоят. Может, он – исключение из правил!

— Может…

— А-а-а-а! — резко открыв глаза, пациент заорал от боли.

— Опять проснулся? Да что такое... Третий раз уже! Доброслав, наркоз! Показатели хорошие, давай сразу двойную дозу!

Вскоре в операционной вновь воцарилась тишина, которую прерывал писк аппаратуры, что показывала, как успокаивается сердцебиение юного мага.

***

Как проснулся, в нос ударила ядрёная смесь запахов: лекарства, кровь, хлорка… Не открывая глаз, принялся оценивать своё состояние.

Первым делом посмотрел внутренним взглядом на источник. А надо мной местные лекари неплохо так поработали. Магические каналы больше не выглядят растянутыми и воспалёнными, источник вновь медленно процеживает ману внутрь, преобразуя её в эфир, а мои драгоценные Колонны вновь слегка светятся.

Восстановление всё ещё должно было проходить осторожно, шаг за шагом, без больших магических нагрузок. С телом же…

— Ох… — Я поднял голову и, открыв глаза, посмотрел на своё тело, всё обмотанное бинтами. — Башка-то как болит… Последнее, что помню, – свет ламп и усатое лицо мужика в халате, который напяливал на меня медицинскую маску с анестезией. Сто процентов из-за него голова болит…

В венах торчали иглы, надо мной нависали пакеты с физраствором, а к груди были присоединены датчики, считывающие моё состояние

— И зачем столько всего? Вроде же нормально всё было… Просто переработал чуток, выгорел изнутри… Поспал бы, и прошло, — заворчал я, и тут в палату вошла медсестра.

Увидев, что я проснулся, она тут же выбежала, что-то крича на ходу.

— Полежали и хватит… — И я начал избавляться от всяких игл и датчиков.

Оно, конечно, для тела полезно, но у меня своя сила исцеления работает не хуже, чем все эти достижения медицины. Вон кровь мигом свернулась, и все ранки от этих игл затянулись. А вот пожрать я бы не отказался…

— Так, а где мои часы и кулон? Где мой пушистый маньяк? — огляделся я.

Прибежавший врач тут же затараторил и попытался меня силой уложить обратно, но сделать ему это, само собой, не удалось. Следом вбежал ещё один мужик, и я уже было приготовился к схватке, думая, что это тупоголовый, но очень сильный санитар, чья задача – успокаивать пациентов любым способом, но нет – это оказался переводчик.

— Мирослав, как вы себя чувствуете? Врач спрашивает, кружится ли голова, есть ли ощущения тошноты? — любезно перевёл он тарабарщину врача.

Вот ведь… А когда меня сюда принесли, так свободно говорил… Теперь вот ни слова не понимаю. Голова чугунная.

— Всё хорошо. Голова болит, голод сильный. Жажда. Я могу идти, диагностику тела я уже произвёл. Где мои вещи и хомяк?

— Хомяк? Какой хомяк?

— Пфи! — С грушей в руке вылез Фома из своего царства и затряс моим кулоном и часами.

— О! Дай укусить!

— ПФИ-И-И-И! — Тут же начал уклоняться от моих выпадов пушистый проглот.

— Ну хоть сухпай выдай, жадина! — попросил я, возвращая часы и кулон на свои места.

Люди при виде хомяка немного стушевались.

— Фамильяр, — кратко сказал я, и многозначительное «А-а-а-а-а…» было мне ответом.

— Фома, одеться бы… Ох, а куда моя прелесть в горошек исчезла? — обратился я к переводчику, заглядывая под халат и тот быстро задал вопрос прекратившему глупые попытки перебороть меня доктору.

Он спросил у медсестры, и та вызвала санитарку, которая вручила мне мою прелесть. Чистые и свежие. Даже заштопанные в том месте, где пуля снайпера повредила ткань. От воспоминаний болезненного удара в правую половинку драгоценной филейной части одного сумасшедшего ярла стало не по себе. Хорошо, что он не взял немного левее…

— Спасибо. — И пальцем показал, чтобы все отвернулись. Как мою просьбу выполнили, я скинул халат, стянул многочисленные бинты и прикрыл свои самые ценные активы любимыми труселями. — Фома, дай костюм какой-нибудь. Военного типа.

— Пи… — Махнул рукой пушистый, и на койку упала одежда.

— Куда вы собираетесь, — спросил врач, а переводчик перевёл мне вопрос.

— Искать столовую… Или сейчас не время обеда? Город не штурмуют? Сколько я вообще проспал?

— Операция закончилась два часа назад. Вы должны были ещё около десяти часов приходить в себя, но… Как мы уже убедились, стандарты и нормы с вами не работают, — улыбнулся врач, поправив очки. — Вами занимались всю ночь, из вас извлекли более полусотни металлических объектов. Пули и осколки…

— Так много? То-то у меня всё зудит… Заживает… А уже утро, да? Я успею на завтрак?

— Да. Я проведу вас в столовую… Извините, наш рацион в военное время не самый богатый.

— Да ничего. Если что, я военный сухой паёк съем. Мне бы чайку с сахаром, и нормально.

— Что же, этого у нас хватает, — ответил переводчик словами врача, который любезно указал на дверь, предлагая мне выйти.

Сходил я в столовую, посмотрел на размеры порций, объёмы чашек с чаем и – решил не объедать бедолаг. И свой сухпай при них тоже не есть. Ещё от концентрированного потока зависти в кому впадут… Ну его… Надо Цербера найти.

Прежде чем уйти из больницы, пришлось ждать сопровождающего. Тот примчался весь грязный и потный, явно уставший и последние сутки не спавший. Бедный… Загоняли до смерти бедолагу.

Этому парню не было и тридцати. Он очень плохо говорил по-русски, но кое-как мы наладили контакт. Даже переводчика, что увязался за мной следом, не пришлось привлекать.

Выехали с парковки и отправились бог знает куда. Водитель сказал, там, куда мы едем, будет и Цербер, и «други русы».

Пока ехали, смотрел на прекрасный город, который пребывал в режиме обороны. Половина улиц перекрыта и перекопана, везде блокпосты, мешки с песком, железобетонные укрытия, стальные противотанковые ежи, точки ведения огня, заложенные кирпичами окна первого этажа… Только бойницы маленькие посередине были.

«Нет, этот город османам без крови явно не сдастся…» — подумал я, смотря на гордых защитников города, в том числе и простых людей, что прямо на улице проходили военную подготовку.

Городское ополчение не желало отдавать свой город врагу. Особенно сильно меня впечатлил дворец. Он же крепость. Могучая, величественная, древняя. И безумно защищённая. Впечатлял и магический купол, который был очень даже похож визуально на «Антитварь», что стояла на вертолёте… Только этот был в тысячи раз больше. Воистину могущественный рубеж обороны. Ну и маги… Магов на территории крепости было столько, что я не смог даже приблизительное количество понять. Может, пару сотен, может, пару тысяч… Очень много. Сильные ауры среди них чувствовались. И много! Насчитал семерых Архимагов. Как минимум… Очень сложно при такой плотности их различать с дальнего расстояния.

Спрашивать у сопровождающего что-либо о войне не видел смысла. Вряд ли он будет знать что-то секретное, а общие фразы я и сам могу десятками выдавать. Так что ехали молча. У Цербера и «другов русов» свежие новости узнаю. И пока есть минутка – ещё одно дело есть…

Я прикрыл глаза и нащупал все свои каналы связи с фамильярами, два с бывшими пленницами, которым теперь явно было не по себе от моего отсутствия рядом с ними и… ещё два. Один из них был потолще, другой – потоньше. Тонкий связывал меня с Юлей… И в данный момент она меня не интересовала. А вот второй – с Леной. Ей я оставил своего, так сказать, симбионта-помощника, похожего на те, что были у "Гвоздичек". И этот помощник в теории убить может, если ему дать такую команду… Но я дал другую – оберегать и спасать. Многого он не сделает, но… Например, если в её тело попадёт чужеродная мана, он уничтожит её. Или если у Лены закончится вдруг своя мана, он выступит подобно Колонне и наполнит её источник силой. Правда, потеряет свои свойства... И вообще он маленький и слабенький, чудо не сотворит. Но лучше уж хотя бы так...

Раньше я так не мог, но тонкости магии изучаются не сразу. Многие секреты и альтернативные варианты использования техник рода я обсудил недавно с отцом, и вот, это один из результатов моих достижений. Я теперь могу заботиться о своих людях точно так же, как могу заботиться о фамильярах. Хотя разница, конечно, огромная… Бывшие монстры получают от меня благословение и становятся, по сути, зависимы, ведь мой эфир – это их мана. Не будет его, тогда их источники постепенно иссохнут, а сами фамильяры вскоре умрут.

С людьми всё намного сложнее… Ну, хотя бы понять по засевшей внутри их тел частице моей силы, что с ними всё в порядке, я могу. Было бы не в порядке, если бы этой самой связи между нами не было. Значит, симбионт начал активничать и помогать своему носителю.

Тормоза заскрипели, и я обратил внимание, что мы приехали к большому грузовому терминалу, где большое количество солдат занимались разгрузкой техники, что стояла перед воротами ангара или же склада.

— Приехали, — сообщил мой сопровождающий и вышел наружу.

Я вылез следом и замер, чтобы пропустить военный грузовик. Наш русский «Урал». Военная техника для перевозки личного состава и грузов.

Грузовик остановился и сдал назад, паркуясь на том месте, куда указывал солдат из числа болгар. И когда техника остановилась, наружу стали высыпать люди.

— Опа… Неожиданная встреча… Не хотелось бы их видеть… — Заприметил я лысину старшего сына главы рода Ирисовых, а затем и других членов их семьи.

Самым последним из грузовика вылез не кто иной, как мой соперник по дуэли на имперской арене.

— А вот с тобой уже можно работать, — с улыбкой отметил я прибытие знакомого, после чего повернул голову направо и заметил недовольную физиономию Цербера, стоящего рядом со смутно знакомым парнем.

— Да ладно… Что здесь забыл брат Лены? Неужели Светловы выслали свою гвардию, чтобы спасти её? Нет, они ведь только недавно узнали… Он бы не успел прилететь… Или успел бы?

Удивляясь такому количеству знакомых лиц, я побрёл в сторону преподавателя. Надо бы узнать последние новости и решить, что делать дальше. Спасать студентов сложно. Единственный стопроцентный вариант сделать это без лишнего риска для их жизней – отвоевать обратно те земли.

В целом – ничего невозможного… Восстановиться бы, и можно вновь прорвать линию фронта. Уверен, в этот раз они будут бежать прочь от Зелёного Дьявола, а не впустую гибнуть, надеясь остановить меня своими телами и техникой. Впрочем, как показала практика, османы тоже не лыком шиты и могут устроить проблемы… А значит этот план грозит гибелью, если я буду чересчур активным и безбашенным. Мне и одного раза хватило. Так что придётся хорошенько пораскинуть мозгами, как нам быть...

«ВНИМАНИЕ! РАКЕТНАЯ УГРОЗА! ВНИМАНИЕ! РАКЕТНАЯ УГРОЗА!» — объявила система предупреждения на болгарском языке, но, чтобы понять её, особого ума не нужно было.

— БЕЖИМ!

— ВСЕ В УКРЫТИЕ!

— О, КРАСТ! Я КАК ЗНАЛ, ЧТО ЗАТИШЬЕ ЗАКОНЧИТСЯ, КАК ТОЛЬКО ТЫ ЯВИШЬСЯ…

Цербер сгрёб меня в охапку и потащил в сторону небольшого двухэтажного здания из кирпича, на двери которого была надпись на болгарском и изображение купола под бомбой.

Стало быть, бомбоубежище…

Глава 3

— …Ну отец мне и говорит: «Слетай с дядей в Софию, доставь опытные образцы нашей антидроновой установки, проследи за монтажом и возвращайся, оставив парочку подчинённых следить за исправной работой техники», — рассказывал, какими судьбами здесь оказался Олег, брат Лены.

Вот ведь… Получается, он и понятия не имеет, что с его сестрой. Даже как-то не хочется портить ему настроение не самой радостной новостью.

Мы с ним сидели в бомбоубежище, общались и ждали, когда воздушная тревога прекратится и можно будет вернуться к своим делам. А Цербер… Он времени зря не терял. Уже и с Ирисовыми, что на меня косились, пообщался, и с Демидовыми, которые, как я понял обрывкам фраз, что смог услышать, прилетели в Болгарию практически всем родом. Ирисовых тоже было очень много. Солдаты, маги, воители… А вот их техники – их авиации, которая у них есть в большом количестве, я не заметил, пока меня сюда «тащили». Надеюсь, её просто не успели перебросить, а не они зажали столь ценные активы, которые могут помочь в этой войне.

В этом довольно тесном бомбоубежище сидело много бойцов. Местных и наших. Из наших здесь явно были не все, кто прибыл. Многие укрылись в других местах. И даже так я насчитал с десяток боевых знамён и штандартов с символами более-менее крупных и знаменитых родов. Представителей же более мелких родов или вовсе простолюдинов было ещё больше. Отрядов наёмников видел три, но сейчас они все свои символы спрятали. Отличить их можно было разве что по экипировке от пепельного до чёрного цвета.

— …вот мне, конечно, с дядькой голову оторвут, если наше оружие снаружи в ящиках осталось лежать и его разбомбят османы... Даже простенькой проверки боем не пройдёт. Н-да уж… Надеюсь, скоро всё закончится…

— Тревога уже прекращалась. Ты, может, не услышал из-за шума вокруг. Правда, меньше чем через минуту снова завыли сирены. Видимо, гады решили хорошенько так прочесать ракетами и дронами столицу перед наступлением. Проредить ПВО, чтобы авиация могла оказывать более существенную поддержку.

— Да? Ну, может быть… Я просто так удивился, увидев тебя. А ты тут, кстати, какими судьбами? Тоже доброволец? — поинтересовался Олег Светлов, и я нервно начал стучать указательным пальцем по колену.

— Ну, вроде того… Невольный доброволец… А твой отец что, про Лену ничего не рассказывал?

— А? Не-ет… Я занимался подготовкой оборудования и прочим… Трое суток провёл то в ангарах, то в дороге. А-а-а… что с ней?

— Ну, понятно… Ты только не кипятись… В общем, на нашу группу студентов напали. Маг какой-то мутный… Он не пойми какое заклинание использовал и отправил нас за тысячи километров. Телепортировал против нашей воли, сволочь. И Лену тоже.

— Да ладно?! — вскочил Олег на ноги. — Ленка тут? В Софии?

— Не-а… Сядь, а то на тебя косятся все… Да и говорить неудобно.

Взволнованный парень сел, и я продолжил:

— Нас на побережье выбросило. Только вчера к вечеру удалось связаться с Москвой. Тут вся связь телефонная накрылась. С интернетом тоже проблемы. Даже тут, в Софии, то появляется, то пропадает. Перекрыты османами все пути и лазейки. Хакеры недоделанные… Мы чудом сеть какую-то поймали. В общем, повезло нам, что удалось связаться, когда к Софии шли. А шли только мы двое. Я и Иннокентий Игнатьевич.

— Цербер… Так вот почему он и такой хмурый… А где Ленка-то? И остальные студенты?

— В убежище наркоторговцев. В горной пещере замуровались, окопались. Им еды, воды на месяц есть. С ума, главное, чтобы не начали сходить. Рядом город с портом. Через него постоянно солдаты вражеские прут. Вывести всех оттуда нереально.

Олег выругался, скривив лицо.

— Понимаю…

— И что? Она там сидит в примитивных условиях, рискуя умереть или стать пленницей, а ты тут сидишь? — сверлил меня Олег взглядом.

— Да. А я сижу тут. Спроси у Цербера, как мы прорывались. Сколько тысяч людей погибло на пути… — Я поднялся и стянул с себя всю одежду выше пояса. — Большая часть шрамов зажила… Лекари свою работу знают, да и зелий я выпил столько, что хватило бы роту солдат оживить. И все эти шрамы, рубцы… Каждый из них – это либо пуля, либо осколок, которые пробили защиту. Пробили магический щит и одежду. Думаешь, Лена бы выжила, будь она рядом со мной? И это я ещё молчу о том, что я быстрый и могу телепортироваться. Ты и сам это должен знать. А она смогла бы? Пробежала бы она за двое суток пару сотен километров? Цербер меня за шкирку в блиндаж втащил. Я уже шевелиться не мог. И до сих пор не могу магичить толком... Истощение чёртово схлопотал… Так что ты не думай, что я не думаю о ней или что я её бросил. Просто если бы мы не вырвались – никто бы и не узнал, где мы. Разве что османы бы нас нашли.

— Блядство. О-о-о-о-о-х! — Начал метаться на месте Олег, едва удерживая себя в руках. — Что делать-то?

— Ты и сам прекрасно знаешь. И сядь уже! — дёрнул я беспокойного вниз. — Голова затекла вверх смотреть.

— Надо договариваться с османами. Направить им дипломатический запрос…

— Ага… Вот они обрадуются, когда узнают, что на их территории такая рыбка сидит. Что им предложим в ответ? Благодарность? Бросить Болгарию на произвол судьбы? Отступить со спорных территорий Кавказского княжества?

— Тогда война? Победить болгарам и освободить свою землю?

— Это идеальный вариант… Воевать и побеждать. Обратить их в бегство. Но для этого… Сил местных явно не хватит. Если же Болгария вдруг проиграет и воцарится мир, то… моих собратьев по несчастью, среди которых и твоя сестра, это всё не спасёт. Мы с османами и без Болгарской войны в контрах. Сам знаешь.

— А что, если заставить их пойти на обмен? Найти что-то ещё, чтобы диктовать им условия?

— Вот это уже дельная мысль. И более того, в отличие от альтернативы – победы в войне, – это займёт не так много времени. Вопрос лишь в одном: как найти кого-то столь ценного, чтобы султан пошёл на переговоры и обеспечил безопасный коридор?

— Их солдаты, генералы, аристократия и знать? — предложил Олег, явно испытывающий небывалый подъём умственной активности и генерирующий одну гениальную идею за другой.

— Неплохой вариант. Но, во-первых, если мы будем делать это на территории Болгарии, то и пленные будут уходить в первую очередь местным. Им тоже нужны козыри для переговоров. Хотя, может, Москва и София договорятся. Посмотрим… Во-вторых, это где найти и как пленить кого-то столь ценного, что османы пойдут на сделку? Не забывай, что сдавшийся в плен аристократ скорее будет изгнан из рода и признан трусом… Какими бы османы ни были мне противными, но надо здраво оценивать их этнические и культурные особенности, традиции. Так что высокородный, но слабый воин нам неинтересен. Другое дело, если мы возьмём в плен Архимага или кого-то близкого по уровню силы. Будет вообще отлично, если поймаем важную шишку или члена семьи правителя. Но где ты такого найдёшь? И как ты его пленишь, если найдёшь? Ты вот пойдёшь Архимагов в плен брать?

— Вот блин… Тогда что делать? Как нам быть?

— Пока воевать. Спасать Софию и попутно искать варианты. Я убил не одного и не двух Архимагов, пока мы сюда добирались. И правда в том, что убить их легче, чем пленить. Но я обязательно поищу возможность… Главное, чтобы эта война не закончилась в ближайшие пару дней поражением Болгарского княжества. Иначе любая агрессия с нашей стороны станет причиной уже новой, куда более масштабной и разрушительной войны. Думаю, ты понимаешь.

— Значит, ты остаёшься здесь, чтобы защищать город?

— Пока полностью не исцелюсь – да. А после… Ты, Олег, не смотри, что я с таким равнодушным лицом сижу. Внутри меня кипит гнев. Как раз он и заставляет меня, временно лишённого сил, генерировать идеи. Много всякого… Как думаешь, если я захвачу их флагманский корабль, они согласятся обменять его на право прохода? — глянул я на широко раскрытые от удивления глаза Олега.

Да и не только он уставился на меня. Прибывшие добровольцы, что понимали меня, слегка притихли. Многие даже повернулись в мою сторону. Даже Цербер, подняв руку, прервал разговор с каким-то аристократом и посмотрел на меня.

— Топить их, конечно, куда как проще. А вот захватить и при этом вывести из-под удара… Османы не дураки. Наверняка решат, что лучше потопить свой корабль, чем отдать врагу… Сложнореализуемо. Подумаю над другими альтернативами… Может, в Стамбул инкогнито съездить и там суеты навести? Нет, террористом тоже становиться не стоит. Могут пострадать невинные…

Я размышлял вслух, и Олег тоже погрузился в тяжёлые думы. Да так глубоко, что даже не заметил, как воздушная тревога прекратилась. Пришлось его потрясти, чтобы привести в чувства.

На улице стоял запах гари и дыма. А ещё было довольно многолюдно. Все покинули ближайшие укрытия и бомбоубежища и начали активно обсуждать бодрое приветствие османов. Но ни паники, ни страха – ничего такого в глазах многочисленных бойцов я не заметил.

Куда-то запропастился мой переводчик… Пока его высматривал, мы с Олегом шли к его «ящикам», которые разгружали при помощи кранов.

— Вот видишь, не пострадали они… — подбодрил я парня.

— Да плевать я на эти железки хотел… — фыркнул он и обратился к родственнику: — Дядь Коль! Ты знал, что Лена пропала?

— А? Ну, да… Отец просил тебе не говорить раньше времени. А ты откуда узнал?

Мужик, внешне очень даже похожий на Олега, разгладил усы ладонью и, получив ответ, ошарашенно уставился на меня.

— Да иди ты! Правда нашлась? Живая? Фу-ух… Отличные новости!

— Дядь, ты не понимаешь? Она на территории врага. Рядом порт, там солдаты и техника вражеские. Постоянный риск попасть в западню…

— А это уже другой вопрос. Но не переживай. Раз Москва уже знает, то и решение обязательно придумают. Так что давай, помогай мне «Коготь Грифона» выгрузить. Когда разъедется большая часть техники, повезём всё монтировать к поместью графа Добратова. Уже договорился, пока в убежище сидели. У него дом во второй линии, как раз со стороны османской армии находится. Регулярно что-нибудь да пролетает сверху. И зря мы заряды против монстров тащили… Тут только ракеты и дроны летают. Ну, хотя бы вторые будем вылавливать, — то и дело косясь в мою сторону, давал указание племяннику Николай Светлов, брат главы рода Светловых.

Все заняты делом. Мне бы тоже заняться…

Слоняясь по территории складских корпусов, которую нам выделили рядом с одной из железнодорожных станций на севере города, я искал старых знакомых и находил новых. Многие меня узнавали, что было хорошим знаком. Не зря стараюсь, значит.

Наёмники держались сами по себе, но один из командиров отрядов подошёл ко мне и протянул руку.

— Здорова. Не ожидал тебя тут увидеть. Но приятно, что могу тебе спасибо лично сказать.

— А? За что? — удивился я словам этого крепко сбитого бритоголового громилы со шрамами на черепе, который одарил меня не менее крепким рукопожатием.

— Я Саня. Ну, Акинфьев… Что, не помнишь? Кореш Пашки Зарянского… Ты с ним воевал в изломе. Он погиб, и ты мне звонил сообщить об этом. Я все деньги в детский дом передал. Даже ещё с парнями скинулись на памятную табличку и могилу. Хоть и некого было хоронить, а всё равно: пусть будет место, куда можно прийти и сто грамм в землю влить, его душе на небеса отправив передачку.

— Ах. Всё, вспомнил! — кивнул я. — Рад встрече и удивлён не меньше. Вас наняли на эту войну?

— Вроде того… Добровольцы мы. Но святое правило трофея с убитых не даст нам остаться без копейки в кармане. Да и меценат у нас появился. Круглую сумму закинул и страховку посмертную выписал каждому. Дорого она стоит, но, если помрём, хоть деньги пойдут, куда мы сказали.

— Иной раз наёмники благороднее дворян себя ведут. Надеюсь, смерть обойдёт стороной тебя и твоих братьев… Знаю я, как любят аристократы наёмную пехоту в самую мясорубку кидать…

— Да, я тоже это хорошо знаю… — почесал свои шрамы на голове этот здоровяк. — Ладно, я пойду. Командир собирает. Береги себя. Аристократов вокруг как собак нерезаных, а хороших парней и талантливых бойцов по пальцам пересчитать можно, — сказал он и хлопнул по-свойски меня по плечу, совсем не заморачиваясь нашей разницей в статусе.

Да. Разница у нас есть, но он прав. Такие, как они, кто всегда живёт одним днём, словно последним, в бою сделают намного больше, чем большинство обученных бою аристократов. Мало родиться одарённым, надо ещё и вырасти. Стать кем-то значимым и сильным. Конечно, не все аристократы – плохие бойцы, и не все наёмники вызывают подобные чувства уверенности. Бывает и вовсе наоборот. Но если наши добровольцы меня ещё хоть как-то узнают и проявляют уважение к прославившемуся в последние месяцы молодому магу и ликвидатору, то болгарские бойцы обо мне явно не слышали. И если не найдётся переводчик, который, помимо прочего, ещё и представитель княжеского двора, и мой символ статуса, то показать, что я не салага зелёный, я могу лишь одним способом…

— Надену-ка я своё колечко ликвидатора…

Я похлопал по карману, чтобы разбудить Фому, который это самое кольцо у себя хранит, но…

— И куда он пропал?

— Мирослав!

Рядом, не позволяя сконцентрироваться на поиске пушистого, появился Цербер. Да не один, а с моим переводчиком!

— Не теряй приставленного к тебе помощника. Слышал я, что ты там говорил Светлову в бомбоубежище… Не торопитесь с выводами и планами. Дождитесь приказа из Москвы. Наломать дров – проще всего. Так что без лишней инициативы. Поумерь энтузиазм. Их убежище хорошо спрятано. Просто так его не найти. Так что спокойно восстанавливайся и отдыхай. До конца дня от тебя ничего не требуется. Завтра с утра встретимся. Я сам найду тебя. Ты, главное, не сбегай, ладно?

— А куда тут сбежишь? Я уже проверил, чего в одиночном смертельном забеге стою. У врага есть солдаты, оружие, воители, техника с защитой от моих атак, маги, способные меня засечь и отследить… Один раз сработал эффект неожиданности. Сработает ли он второй раз? Сомнительно…

— Да, я тоже об этом думал... В конце, как помнишь, мы просто шли вперёд. Враги не успевали подстраиваться под твои прыжки. Я же носился от укрытия к укрытию и, пока всё внимание было сосредоточено на тебе, бежал дальше. Сейчас у них там командиров отстранят за то, что мы прорвались, но нам от этого лучше не станет. Второй раз нам так просто не дадут прорваться. И наверняка разберут всё, что только им удалось узнать о тебе и твоих способностях.

— Да согласен я, согласен. Число фокусов в моей колоде строго ограничено... Пока не будет подходящего момента, самодеятельностью на фронте лучше не заниматься. Да и не смогу я ещё дня два… Примерно. Мана едва просачивается в источник… Словно со сжатыми зубами пить пытаюсь…

— Два дня? Сказки эти оставь кому-нибудь другому. Как будто я с магическим истощением дел не имел. Минимум неделя. Всё, шуруйте вместе с переводчиком куда-нибудь. Толку от тебя всё равно нет: тело тоже нагружать нельзя.

— Ага, тело тоже… — не стал ему рассказывать о том, что в целом сейчас не особо отличаюсь от своего привычного состояния, ибо незачем старика тревожить.

Мне действительно есть о чём подумать. В голову всякие-разные мысли приходят, особенно после встречи с отцом. И времени это всё прокрутить в голове не было. А теперь вот, появилось. Два дня могу посвятить себе. Может, даже книжки почитаю… Так, куда хомяк запропастился?

— Ваше благородие, пойдёмте… — пригласил меня вернуться в машину переводчик, но я остановил его жестом и закрыл глаза, пытаясь нащупать нужную мне эфирную ниточку, что приведёт меня к пушистому.

Нашёл. Ниточка вела в сторону стены склада, и было непонятно, как далеко от меня Фома. Попытался призвать его: потянул за неё мысленно. Безрезультатно. Такое обычно бывает только в двух случаях…

Первый: он ест шоколад и прочие вкусняшки. В чане с шоколадом плавает, возможно… Второй вариант похуже. Новое место, новый город... Отличная возможность пополнить свою коллекцию. Вряд ли он пойдёт покупать «свою прелесть» в магазины…

— Подскажите, магазины одежды работают?

— Нет. Третий день как всё закрыто в связи с военными действиями на подступах к городу и многочисленными атаками авиации врага.

— Ясно… — ответил я, понимая, что Фома сейчас наверняка обносит очередную лавку известного бренда «Викин Секрет» или, что ещё хуже, дома знатных красавиц города.

Недолго думая, залез на кран, несмотря на крик с призывами остановиться моего сопровождающего. Как я и думал, ниточка ведёт довольно далеко… Прямиком к закрытому огромным магическим защитным куполом дворцу князя.

— Дела-а-а…

Надо ехать и забирать этого маньячеллу, пока он чего не натворил.

Слез, спросил у сопровождающего, можем ли мы попасть в святая святых этого города, и мне тут же отказали. Это проблема… Надеюсь, Фома наберёт всё, что ему надо, и без особых приключений вернётся ко мне.

— Поехали. Хотя бы вблизи посмотрю, — попросил я переводчика, садясь в автомобиль, на что он не высказал никаких возражений и передал адрес водителю.

Доехали быстро и спокойно, несмотря на недавнюю атаку. Даже не оказались за всё время пути рядом с районами, подвергшимися ракетным ударам. Я вышел у одной из площадей города и посмотрел на высокие стены, за которыми где-то бесчинствовал мой фамильяр.

— Ну, подождём…

Я присел на лавочку, с которой открылся чудный вид на большие пятиметровые раздвижные двери, сделанные из изменённой древесины. Дорого-богато…

Ощутил, как Фома куда-то начал двигаться, и вскоре он оказался относительно недалеко от меня. Я ещё раз дёрнул за эфирный поводок, и хомяк в этот раз ощутил мой призыв. Спустя пару секунд он оказался возле меня.

— Ну и что это было?

— Пи! Пи-пи-пи! Пи-пи-пи-пи! Пи-пи! Пи… — начал быстро пищать мне на ухо Фома, рассказывая какие-то удивительные истории о посещении этого крайне интересного места.

— Да что ты говоришь! — сделал я вид, словно впечатлён тем, что он вновь нашёл девушку необычайной красоты, которая находится в этом дворце.

— Пи! Пи-пи-пи! — продолжил он рассказывать, какая она красивая, как он мечтает оказаться в её объятьях и пополнить очередным трофеем свою коллекцию.

Мне иногда кажется, что Кен – это кенгуру, ставший человеком, а Фома – это человек, которого обратила в хомяка ведьма за то, что он за ней подглядывал…

— Ты зачем вообще туда полез?

— Пи-пи-пи! ПИ! — Фома объяснил, что увидел ту медсестру, которая встретила нас в окопах, и решил, что она достойна того, чтобы он у неё спёр что-нибудь, оставив взамен шоколадку.

— Ого, да ты эволюционировал! Теперь не просто воруешь, а обмены устраиваешь неравноценные?

— Пи-пи-пи! Пи-пи! — тут же возмутился он, ведь, по его мнению, ничего дороже шоколада в мире не существует. — Пи-пи!

— Что ты сказал? — удивился я последней фразе хомяка, чей писк, сопровождаемый мыслями, похожими на мысли ребёнка, привели к очень неожиданному открытию…

— Простите, уважаемый, с вами всё хорошо? Вы с хомяком разговариваете… — запереживал мой провожатый.

— Да, всё нормально… — отмахнулся от него, прекрасно понимая, как это выглядит со стороны, и уставился на гладь воды, окружающую дворец подобно рву.

Раньше по таким, говорят, могли даже крокодилов запустить, чтобы те незваных лазутчиков отпугивали. Ну или съедали.

— Фома, подробнее давай расскажи…

И всё же новость от Фомы оказалась весьма удивительной… Он следовал за медсестрой и встретил другую девушку. Ещё ослепительнее и прекраснее. «С болью в сердце», он был вынужден бросить медсестричку и последовать за прекрасной незнакомкой. И та вместо гардероба привела его в подвал, к больничным койкам, где лежал «какой-то старый мужик». Девушка долго плакала над его кроватью и просила не умирать. И пока Фома слушал её плач, рядом обсуждали варианты спасения жизни князя два лекаря, один из которых лечил меня этой ночью.

Князя… Князь в этом княжестве только один. И раз он при смерти… Надо бы мне отплатить сполна за помощь. Без них я бы так быстро на ноги не поднялся… Действительно неделю бы провалялся в госпитале, как и сказал Цербер.

— Вот, значит, как… Хорошо, Фома. В этот раз я тебе своевольность прощаю. Прощаю… Тихо… Странные звуки…

Я обернулся, но ничего не увидел. Вновь повернулся в сторону дворца и ошарашенно замер, наблюдая за появлением из воды гигантского монстра, с которым мы уже как-то виделись…

— Гр-р-р-р-р.

— Хороший бобёр… Хороший…

Я схватил нашего сопровождающего и развернул, после чего толкнул его в сторону, чтобы не мешался…

Эфира у меня почти нет, но… на одну Химеру, возможно, хватит.

— СКР-Р-Р-Р-РИ-И-И-И! — появился ещё один противник.

Верещащее дерево показалось из-под воды. Вернее, его вытащил оттуда этот бобёр-переросток, который от реального бобра отличался, по сути, лишь размерами.

«БАХ!»

Бобёр ударил живым деревом, и оно перестало громко орать. А ещё оно умело бегать, но недостаточно быстро, чтобы сбежать от более сильного мутанта…

На стене дворца началась суета, закричали люди… Отлично! А то не факт, что я сейчас один справлюсь… С подмогой всё должно закончиться хорошо.

— О курва… — услышал я позади от солдата, а следом раздалось бряцанье оружия о мостовую.

Глава 4

«Как эта махина здесь оказалась? Неужели её никто не заметил? Почему она вообще преследует нас и какой магией обладает, раз сумела найти?» — роились вопросы в голове, пока мы с Фомой пятились от монстра.

В моих руках уже были копьё и щит, только вот толку от них… Я слаб, и любые нагрузки для меня сейчас крайне вредны.

Чувства обострились, когда я ощутил, что Химера собирается магичить. А в такой ситуации ждать ничего хорошего не приходится. Солдат в княжеском дворце-крепости, конечно, хватает, но конкретно в этом месте блокпостов нет. Лишь один-единственный патрульный, что прибежал. Да и тот растерялся… Вряд ли он мне большую помощь окажет.

— Гра-а-а-а… — Бобёр активировал магию и – начал уменьшаться, не сводя взгляда с Фомы.

Уменьшилась Химера до его роста: стала чуть ниже моего колена, и начала осторожно подползать, попутно перетаскивая всё ещё скрипуче-орущее дерево.

— Фома… Замри-ка… Не похоже это на агрессию. Да и мутант явно разумный. Ещё и мало физиологических изменений…

— Пи?

— У-у-у-у! У-у-у-у! У! — остановившись в метре от хомяка, начал бобёр на высоких нотах обращаться к Фоме.

— ПИ?

— У! — бобёр подтащил дерево и протянул прямо по земле к Фоме.

— ПИ? Пи! — хлопнул радостно в лапки Фома, и деревяха с воем исчезла в его убежище. — Пи…

Фома задумался. И, судя по его мыслям, он думает, что бы подарить в ответ.

Я ошарашенно замер, поняв, какая удача на меня свалилась прямо сейчас.

— Предложи что-нибудь нормальное в подарок, не жлобься… — тихонько прошептал я хомяку, стараясь не привлекать к себе внимания.

Спустя секунд двадцать после судьбоносной встречи из-за угла выскочили солдаты и стали глазами искать огромного бобра, про которого кричали убегающие невольные свидетели. Я им как смог жестами дал понять, чтобы они молчали и не стреляли. Вроде поняли…

Я на всякий случай чуть сместился, заняв позицию между бойцами ополчения и дуэтом грызунов, что сейчас активно обнюхивали друг друга, постепенно сближаясь.

С одной стороны, всё это выглядит бредом. С другой же… Вот чисто теоретически… Двум мутантам, которые одарены интеллектом и магией, впервые за долгую жизнь удалось встретить себе подобного. Пусть и не такого же вида, но всё равно развитый мутант, умеющий в магию, из числа грызунов… При определённом уровне интеллекта недостатки другой стороны можно будет и проигнорировать. Насколько помню, и хомяки, и бобры не живут в одиночку, а больше относятся к семейным видам… Представляю, как им тягостно живётся после мутаций в изломе. Остаться без сородичей среди кучи тварей, что пытаются сожрать… Подобное тянется к подобному.

Единственный вопрос, который у меня постоянно крутится: как бобёр, или, быть может, даже бобриха сумела нас отыскать? Мы так-то через линию фронта прорвались…

— Пи? — протянул кусочек шоколадки Фома, и бобёр принял его в свои лапки.

Он разглядывал шоколад и явно не понимал, что с ним делать. Всё-таки он больше по рыбе… Может быть, ягодам. Вряд ли после мутации он остался чистым травоядным.

Ха, а Фома не зря смотрел различные видео в интернете! Он быстро сообразил, что бобру нужны другие презенты и, хорошенько покопавшись, выудил из своих закромов пару початков кукурузы. Да, вчера мы где-то по полю кукурузному бежали, и он успел, видимо, набрать памятных вкусных сувениров, пока я от пуль уворачивался.

У бобра аж глазки загорелись. Он с радостью принял кукурузу и тут же начал её точить.

«Отлично. Вот и первый контакт. Сейчас и мне надо бы познакомиться да попробовать его приручить…» — только подумал я, как со стены крепости спустился фонтанирующий энергией маг воздуха и поднял всю окрестную пыль.

Бобёр подобных магических манипуляций не оценил и сиганул в воду, демонстрируя очередной навык. Он растворился в ней так, что я, даже зная, где он, не могу ощутить его магический источник. Сама вода в канале потекла крайне шустро. Это явно дело лап Химеры.

— Ну вот… — вздохнул я, с грустью смотря вслед уплывающему со скоростью быстроходного спортивного катера бобру. — Такого интересного фамильяра потенциального спугнули…

— Всички добре ли са? Къде е мутантът? Казаха ми Химера! (Перевод: Все целы? Где мутант? Мне сказали, тут Химера!)

Эх, по башке бы тебе твоей самодеятельной настучать…

— Пойдём, Фома… — позвал я фамильяра, что уменьшился до размеров обычного хомяка, и тот по штанине взобрался вверх и скрылся в кармане.

Ладно. Если повезёт, ещё встретимся с бобром. Или бобрихой… Магия изменения размера, крепкая шкура, пуленепробиваемый хвост, развитый интеллект, мастер-лесоруб... Ещё умеет каким-то образом отслеживать других грызунов. Ну или только Фому… И ко всему прочему – магия воды. Возможности этой стихии мне в полной мере неизвестны, но стали очень интересны после разговора с отцом о гипотетическом создании Сибирского княжества…

Многое предстоит сделать. Надо найти кучу людей, ресурсов… Но, в отличие от большинства, у меня есть то, что поможет превратить мечту о создании княжества во что-то реальное – фамильяры. Вернее, возможность приручать мутантов!

Изломы – источник невероятно ценных ресурсов. Рода, которые владеют стабильными подземельями, получают сумасшедшие сверхприбыли. И я тот, кто может брать под контроль Химер-стражей этих изломов. Я могу фамильярами контролировать численность монстров и то, чем они будут заниматься. В теории... Ну, даже если я ошибусь, мне достаточно будет выставить охрану и запечатать излом, чтобы сохранить его для дальнейшей выработки.

В общем, перспектив много, и ставку я собираюсь сделать в том числе на разумных фамильяров, которые по своим способностям на голову превосходят обычных тварей подземелий. Особенно после эфирного благословения…

«Бобра этого ещё прокормить как-то нужно… Ему надо есть в разы больше, чем Фоме. Не просто же так он на этих энтов охотится… Для него кору с дерева на завтрак съесть – всё равно что на диете голодной сидеть. Там надо пару огромных полей с кукурузой засеять, чтобы его прокормить… Всё-таки в "боевой" форме он размером с БелАЗ. Интересно, а где энтов этих достать и как быстро они плодятся? Если я с собой в Сибирь заберу бобра, то и поляну энтов посадить ему на прокорм понадобится. На одной кукурузе он тоже наверняка долго не протянет…» — размышлял я, выискивая глазами удобную лавочку с видом на дворец-крепость князя.

Найдя выцветшие на солнце деревянные лавочки, занятые бабулями и дедулями, которые обсуждали что-то на болгарском, я примостился на одной из них рядом с одиноким дедом, что сидя спал прямо с газетой в руках и похрапывал.

Чудная мелодия, и под неё мне надо продумать, как попасть в самую защищённую обитель княжества к болезненному правителю. Думаю, я смогу ему помочь даже в таком состоянии. Правда, перед тем, как действовать, надо провести полноценную разведку.

— Фома, бери камеру и шуруй в сторону князя. Сними там всё на видео, поищи историю болезни, послушай, о чём шепчутся врачи. Только не попадайся. Я пока изучу здание… — дал указание хомяку, и Фома испарился из моего кармана.

Мимо проходящие бабульки с кислыми лицами повернулись ко мне и, прошептав что-то в духе: «Някакъв наркоман. Хайде оттук, Любава (Прим. Перевод: Наркоман какой-то. Пойдём отсюда, Любава)», – начали «стремительно» удаляться. Две минуты я ждал, пока они до соседней лавочки дойдут.

Старик рядом тоже времени даром не терял и захрапел какой-то имперский марш. Ну а я уставился на часы и начал разговаривать с ними, формируя настройки и меняя отображение «радара» и наложенные поверх него карты, которые умные часы смогли где-то найти. Может, в интернете, может, у них доступ к данным базы Собирателей имеется… Сам не знаю. А когда попадаю на эту самую базу – спросить забываю. При виде улыбки Джуди вообще мало о чём удаётся вспомнить. Кстати, после закрытия излома водного, который, возможно, был домом бобра, она меня так и не призвала… В целом, если бы я туда и хотел попасть, то разве что с ней поболтать да ещё один раунд дегустации устроить. Но, увы, ей это не светит ближайшее время. Мне надо больше работать над безопасностью мира, закрывать изломы и решать глобальные задачи. И вот одна из них – вытащить студентов – мне уже поручена. На ней и сосредоточусь. Только князя спасу. А то обидно будет вступать в войну за морально подавленного союзника, чей правитель пал жертвой тайного убийцы.

— Определено наркоман. Говори с часовника… (прим. Перевод: Точно наркоман. Говорит с часами…) — переговаривались бабульки, проходя мимо в обратную сторону.

— Я не наркоман! — запротестовал я.

— Бягай, Любава, иначе той вече ни гледа! Още един удар, маниак… (Прим. Перевод: Бежим, Любава, а то он уже на нас смотрит! Сейчас ещё нападёт, маньяк…) — И побежали бабульки, испугавшись меня.

Ну как побежали… Спринт улитки будет активнее выглядеть.

Ладно, не отвлекаемся…

Изучение схем дворца князя и ожидание Фомы ещё пару раз прерывалось этими бабульками, которые продолжили ходить мимо и бросаться в меня едкими замечаниями, мол, я такой, сякой и нехороший. Дед без продыху врубал на своём храпофоне самые разные композиции, от которых порой даже дерево соседнее дрожало и на мою голову сыпались листья. Отвлекали, мягко говоря, сильно. Поэтому возвращение Фомы я встретил едва ли не бурными овациями и тут же поднялся, чтобы уйти посмотреть записи и послушать разговоры врачей в более уютном месте.

— О, какъв хубав човек! Реших да отстъпя мястото си. Всички щяха да са толкова добри — светът отдавна щеше да се превърне в рай. (прим. Перевод: Ох, какой славный парень! Решил нам место уступить. Все бы такими хорошими были, и мир бы давно превратился в рай.) — прокомментировала мой уход бабуля, после чего повела Любаву к лавочке, на которой всё ещё спал, издавая композицию за композицией, спящий музыкант.

Вот ведь бабульки… Нет бы сказать, что им место надо. А то я уже пять раз наркоманом стать успел, три раза маньяком и бог ещё знает кем, пока не слышал их болтовню.

Оказавшись в тени дуба городского парка, я изучил все снятые моим разведчиком материалы и принял волевое решение: надо врываться в операционную прямо сейчас. Показатели критические, идёт отторжение тканей, внутреннее кровотечение… И самое главное – всему виной яд. Тело лечат магией и лекарствами, но яд его убивает. Не знаю, как долго организм сможет выдерживать эти качели, но с причиной ни он сам, ни лекари, ни врачи не справляются. Судя по всему, что-то очень забористое попало в тело князя. Но я знаю кое-что, что намного страшнее любого яда. Так что…

— Вперёд, Фома. Времени мало! Сразу в операционную!

Там сейчас как раз никого, кроме врача и ещё одного человека, нет. Воители стоят за дверью. Архимаг общается с главным врачом в начале коридора. У меня будет пару мгновений, чтобы влить эфир в князя и дать команду на спасение.

— Как только я дам отмашку, вытаскивай назад, пока охрана меня в равные кусочки последнего представителя рода Краст не превратила, — попросил я Фому и прикрыл глаза, ощущая, как меня утягивает прочь мощная сила телепортации моего фамильяра.

***

Лечащий врач его высочества – светило медицины с редким даром лекаря, что и определило его стезю – стоял в самом начале длинного коридора, ведущего в напичканную самым дорогим и качественным оборудованием палату.

Болгария хоть и довольно крупное государство, управляемое князем, а вот на ресурсы не слишком богатое. И своей главной ценностью князь считал людей. Верных и надёжных. Целеустремлённых и правильных. Таких он приближал к себе и наиболее талантливым помогал раскрыться. Государственная казна обеспечивала будущее этих людей, чтобы они в свою очередь обеспечили будущее государства.

Одним из этих людей и был личный лекарь государя, что прошёл лучшие из всевозможных учебных заведений по всему миру не только для простых людей, но и для магов его направления. Много где побывав с ранних лет и обучившись, он преподнёс своему князю, помимо своих талантов, ещё одну перспективную мысль. Медицинский бизнес! Да, у Болгарии не было крупных производств столь сложного оборудования, не было у них и исследовательских лабораторий достаточного уровня. Но они могли купить оборудование, пусть даже и в кредит, и предлагать свои услуги всем желающим. Естественно, для подобного нужны квалифицированные специалисты и талантливые лекари, а иначе никто бы и не подумал ехать сюда. К счастью для них, в последние несколько лет в Болгарии сформировалась крайне сильная школа лекарей, и талантливых магов княжество вырастило достаточно. Больше, чем ожидало. А вот с оборудованием пока дела обстояли неважно… И единственные на всю страну самые дорогие и современные аппараты сейчас помогали поддерживать жизнь князя Болгарии Симеона Четвёртого. Он же Симеон Одаров Николаевич.

— Мы делаем всё что можем, ваша светлость, однако наши силы ограничены. Уже были использованы все известные противоядия. Мы переливали кровь, заливали зельями исцеления его тело… Зараза никак не хочет уходить. Она въелась в его тело и уничтожает его. Мы исцеляем, но скорость распространения отравы растёт с каждым часом. Боюсь, даже если мы используем все запасы зелий здоровья, что есть в запасе, мы не сможем поддерживать его жизнь больше суток. А скорее всего, яд возьмёт верх уже к утру… Тело человека, даже такого сильного, как наш Светлый Князь, всё равно слишком хрупкое. Оно имеет свои пределы…

— А что прилетевшие австрийские медики?

— Ознакомились с анализами… Посмотрели на его тело и сказали, что больше, чем мы, они не сделают, — покачал головой маг-целитель.

— А-а-а-а-а! — резкий крик девушки из-за двери палаты с умирающим заставил на мгновение остолбенеть и лекаря, и Архимага.

«Неужели всё кончено? Неужели мы остались без князя?» — подумал Архимаг и сорвался с места.

«Не может быть! Даже по самым плохим прогнозам он должен был дожить до утра!» — воскликнул про себя лекарь и тоже помчался к князю.

Они влетели в больничную палату, что располагалась глубоко в подземной части бункера, который скрывался под княжеской крепостью. На полу лежала и тяжело дышала, пребывая в глубочайшем шоке, женщина-врач, что приглядывала за телом своего господина, и с клинком в руке крутила головой Варвара, дочь Светлого Князя.

— Пропал! Где он?! — выпалила девушка и начала носиться по палате, пытаясь найти того, для кого приготовила свой клинок.

— Кто, где? Что с князем? — нахмурился Архимаг.

— Я не знаю! — выпалила она. — Появился словно из ниоткуда, зелёной вспышкой меня ослепил, я закричала, а как в себя пришла, он стоит, весь зелёный из себя, отца за голову держит. Только достала клинок, как он вновь в спышке исчез, а затем вы явились! Мимо вас не пробегал?

Игнорируя рассказ девушки, лекарь сразу же переместился к приборам и начал внимательно их изучать.

— Пульс и давление стабилизируются… Сердцебиение приходит в норму.

Затем он перевёл взгляд на своего князя и увидел, как меняется цвет его кожи с мертвенно-бледного и местами зеленоватого на привычный, розоватый оттенок.

— Варвара, ты запомнила, как он выглядел?

— Конечно! Как его забыть, с хомяком на плече-то!

— Хомяком? Так…

Архимаг тут же подбежал к самому простому и допотопному, но исправно работающему телефону на одной из тумб и стал набирать начальника штаба, пока не дозвонился.

— БЫСТРО! Фото Краста мне найди! Я иду к тебе, никого не отправляй. ДА ГДЕ ХОЧЕШЬ ИЩИ! У ТЕБЯ ДВЕ МИНУТЫ! — рявкнул он и бросил трубку.

— Вы мне не поверите… — привлёк внимание всех в палате лекарь, — но нашему князю становится лучше… Надо срочно собрать всех лекарей и переделать анализы!

— Занимайтесь, — ответил ему один из семи Архимагов княжества. — А я пока узнаю, тот ли это человек, о котором я думаю…

***

Я сидел в городском парке и смотрел, как безмятежно кружатся листья, срываемые ветром с деревьев. Полчаса понадобилось местным, чтобы выяснить, кто именно заскочил в гости к их князю. А ведь я и лицо-то особо не скрывал.

В парке становилось безлюдно… Оно и понятно: уже пять минут оцепляют и выводят отсюда людей. Долго работают… В Москве меня бы после подобного уже скрутили… Хотя, думаю, экспресс-тесты за пятнадцать минут делаются, и они уже должны понять, что их государю я не сделал ничего плохого. А даже наоборот.

— Фома, если что, как обычно, вытаскивай. Но не думаю, что это понадобится…

Наконец, я заметил тройку магов и двух воителей, что шли ко мне, не скрываясь, по извилистым парковым тропинкам.

А вот спецназ, что прибыл ещё десять минут назад и спрятался вдалеке, так и не вышел. Ну и ладно. Я всё равно знал и видел их передвижения через часики, так что они напрасно на земле распластались. Ещё простудятся…

И вот в двадцати метрах от меня остановился отряд Архимагов и воителей, и мужик, что был по центру, спросил:

— Мирослав Краст?

— Верно. Как там князь? Ему стало лучше?

— Пройдёмте с нами. И сдайте оружие, — на русском, вполне себе чисто и без акцента, произнёс Архимаг.

— А вы перестраховщики те ещё… Нет, не пойду. Мне и тут хорошо. Хотите ответов на вопросы – задавайте. Ничего скрывать не стану от союзников.

На всякий случай чуточку эфира направил в тело, чтобы избежать возможных неприятностей.

Маги переглянулись. Один пожал плечами, другой что-то тихо произнёс, Воин Духа справа добавил пару реплик, и на этом их собрание завершилось.

— Зачем вы проникли к князю? — не приближаясь, задал вопрос Архимаг.

Остальные чуток разошлись и рассредоточились, встав полубоком.

Классическая боевая стойка. Нервные какие. Не верят в людскую доброту…

— Чтобы помочь ему не встретиться с костлявой. Тяжело на войне будет без князя…

— И что же вы сделали? Даже сильнейшие лекари разводили руками.

— А я и не лекарь. Я маг, чья стихия – яд. И мой яд – один из сильнейших в мире. Я просто уничтожил своим ядом ту заразу, что была в теле вашего князя, и затем забрал обратно. Клин клином вышибают – слышали такую поговорку? Дальше обычные способы лечения должны помочь. Впрочем, думаю, лечащие врачи и целители уже должны были получить результаты анализов. Благодарностей не надо. Вы выручили и спасли меня, помогли быстро встать на ноги, и я ответил вам взаимностью. Не тратьте время на меня, занимайтесь своей страной. Войной. Враг уже близко… И часа не проходит без воздушной тревоги. Красивый у вас город… Нельзя позволить османам его испоганить. Верно, Фома?

— Пи!

— Вот и мой друг такого же мнения…

— Вы обладаете многими талантами, судя по тому, что я успел о вас узнать и лично лицезреть, — сказал Архимаг, разжимая напряжённые до сих пор руки.

— Что есть, то есть. Но лучше всего о моих талантах осведомлены наши враги. Османы сполна узрели, какие потери они могут понести от моих рук.

— Отдыхайте, восстанавливайтесь, господин Краст. Если вам что-то будет угодно, просто найдите меня. Граф Хатрай к вашим услугам. Если князь действительно придёт в себя, он обязательно узнает о вашем поступке. И постарайтесь больше не перемещаться по запретным зонам нашего города во избежание неприятностей.

— Всенепременно, уважаемый граф. Чай, книга, — поднял я с лавочки один из прихваченных в академии учебников, — и свежий воздух. Больше мне пока ничего не нужно.

Учёбу никто не отменял. И у меня появилось время хорошенько так почитать интересующие меня материалы, пока тело не вернётся в норму. А уж затем… Лучше никому не знать, что будет затем.

Арт: Княжна Одарова Варвара Симеоновна.

Глава 5

Мне даже не верилось, что меня просто отпустили. Видимо, и без меня проблем хватает. Я даже немного эфиром тело напитал, готовый отбиваться, а в итоге невозмутимого выражения лица оказалось достаточно. Ну, мне же лучше! Действительно, прямо здесь и сейчас лучше не с местными безопасниками изучать дворцовые карцеры, а чем-то полезным заниматься. И я занимался… Сидел да читал, ожидая, пока отойдут ноющие от нагрузок каналы.

Спасение князя оказалось делом не столько сложным, сколько несвоевременным. Допустил самый мизер нагрузок, а тело разнылось так, будто по мне танк проехался пару раз.

Можно было сидеть на складах и общаться с нашими добровольцами. Можно было отправиться искать переводчика и сопровождающего, что потерял меня из виду. Можно было знакомиться с местной аристократией. Но правда оказалась такой, что мне даже идти никуда не надо было. Ко мне сами приходили. Не то чтобы я был нужен всем и без меня жизнь остановилась бы… Вовсе нет. И без меня у каждого забот хватало. И без меня всё бы сделали. Просто я вызывал вопросы у людей, как и у безопасников, что недавно ушли, и они хотели узнать ответы на них.

Много кто приходил. В основном, местные аристократы. Спрашивали, как там, на захваченных территориях. А они весьма шустро узнали, с какой стороны мы пришли. Благо хоть название города, рядом с которым тайное убежище студентов организовали, нигде не всплывало.

Ответить мне им толком было нечего. Лишь общие ощущения от увиденных разрушений, от пустых улиц и вальяжных османов, гордо передвигающихся по захваченным городам. Кровь, насилие, разрушение… Я не рассказал им ничего нового.

Ещё ко мне приходил с могучей охраной старший сын князя. Молча присел рядом, закурил, помолчал три минуты, смотря на то, как ветер качает верхушки деревьев, пожал мне руку и ушёл.

И вот через знакомство с местными меня нашёл Цербер. Спросил, как я себя ощущаю, какие планы и мысли. Он явно нервничал, и мне даже гадать не пришлось, чтобы понять, какие мысли его занимают.

— Студенты пока что живы, здоровы, целы. Если что и начнётся, Лена всех успокоит. Она девушка боевая. К тому же она ни разу не сражалась с начала нашей миссии. Она ждёт, когда мы вернёмся. Все ждут…

— Вот только мы не вернёмся… Разведданные смотрел. Стягивают к Софии все резервы. Прямо сейчас ведётся напряжённый бой в двух других крупных городах. И скорее всего, османы их захватят. Недостаточно сил у местных… После этого взять столицу в полукольцо и освободившиеся бригады перебросить в этот район – дело двух дней. Уже сейчас плотность войск в двадцати километрах от Софии выросла раза в полтора с момента нашего прорыва.

— Значит, у нас минимум два дня. Не переживайте, Иннокентий Игнатьевич. Мы победим.

— Из чего исходит твоя уверенность?

— Из того, что победа османов не нужна ни Российской Империи, ни Пруссии, ни другим странам на континенте. За редким исключением… Если Болгария станет частью Османской империи, то под угрозой окажется ещё несколько государств. Более богатых, но по территориальным и людским ресурсам не особо-то и превосходящих это княжество. Захватить их будет ещё проще. А зачем державам такой амбициозный и злобный сосед? Нет уж. Им нужен буфер. Лояльный, должный им за помощь и спасение. И они стали спонсировать Болгарию. Оружием, наёмниками, деньгами… Единственное, чего не хватало Болгарам – времени. Но теперь, когда пришли добровольцы из нашей империи, – им его хватит.

— Наш добровольческий корпус – это всего лишь пять тысяч солдат и офицеров, магов и воителей… — покачал головой Цербер. — Знаешь, сколько сил у османов? А сколько ополченцев здесь, в столице?

— Без понятия. Но могу сказать, что число Архимагов увеличилось за эту ночь на тридцать процентов. А мы с вами за один поход уничтожили по меньшей мере пятерых Архимагов.

— Войну не выигрывают лишь Архимаги… Да и у османов Архимагов не намного меньше, чем у нас, в России.

— Верно. Да только мы с вами слышали, что их резервы, все силы и войска уже переброшены сюда. Больше они никого снимать и перекидывать на завоевательный поход не могут. Мы на востоке давим, греки на западе. В центре страны вот-вот вспыхнет кровавый бунт…

— Подавят они его. Не первый раз бунтуют.

— Возможно… Защитникам Болгарии только и надо, что нанести одно поражение османам. Остановить их натиск, отбросить войска. Заставить перегруппироваться и отступать. В общем, варианты есть, и их не так уж и мало. Но от нас сейчас мало что зависит. Я просто верю, что одни окажутся слишком упрямыми, а другие слишком трусливыми, чтобы подпускать к своим границам тех, кто завоёвывает соседние страны, используя фанатичные лозунги на почве религии. Сегодня османы останавливают в Болгарии ущемление мусульманских меньшинств, а завтра в Париже устраивают кровавую баню, уничтожая неверных?

И Цербер призадумался.

— То-то и оно, — продолжил я. — Всё решится за эту неделю. Если османы не сумеют взять Софию сейчас, то могут и не мечтать сделать это позже. Сюда столько добровольцев приедет, особенно когда появятся первые новости о локальной победе и отступлении османских войск, что их считать устанут, — сделал смелое предположение, в голове строя план того самого локального поражения османов. Ну, или хотя бы болезненный укол сделаю, спутав им все планы.

Мы ещё немного поболтали, и вскоре Цербер ушёл: появилась связь с Москвой, и столица потребовала его к себе, дабы дать указания. Я же остался сидеть на лавочке с книгой в руках. Хорошее время, чтобы переосмыслить свою силу и возможности, даруемые эфиром. Сделать выводы на основе нашего прорыва.

Выводы красноречивы: эфир – синоним слова "могущество". Не просто так обладатели этой силы правили государствами древности. Полгода-год, ну, максимум два года – и я практически не буду иметь себе равных в нашем мире с точки зрения чистой боевой мощи. Да, скорее всего, меня всё ещё смогут победить и убить скоординированной массовой атакой, да и современные средства уничтожения себе подобных, созданные в огромном количестве, слишком могущественны, чтобы списывать их со счетов. Банальный снайпер может подгадать момент и даже самого могущественного Архимага отправить на тот свет.

В меня вот уже стреляли, и не раз. Во время прорыва особенно щедрым был свинцовый дождь. Но мне повезло: пули, что летели, не нашли подходящий момент чтобы вонзиться в моё ослабленное тело. До этого, ещё в России, меня подстраховали люди из имперской разведки, устранив снайпера. В общем, я очень даже смертен. И даже если я буду чудовищно силён как маг и как воитель… Постоянно поддерживать боевую форму невозможно.

Отдельные вопросы вызывают всякие скрытные мудаки, чьи магические техники – загадка даже для имперской разведки. Кто этот ублюдок, что закинул нас сюда? Насколько он силён? Что ещё он умеет делать кроме печатей магических из крови мутантов? Сколько ещё в мире таких сволочей и все ли они хотят моей смерти?

Нет ответов на вопросы, и не будет спокойствия на душе. Враги оказались куда коварнее и таинственнее, чем я предполагал.

Вскоре ко мне начали приходить наши бойцы. Старший сын Ирисова был первым. Так и не понял, чего он хотел. Постоял, напомнил, что потерял их род из-за меня, что тут он исключительно из-за требований регента и совета империи…

— И что? — скучающим взглядом я оторвался от книжки и посмотрел на него.

— Неправильно это. Мы оба сражались. Но страдаем лишь мы.

От таких слов у меня даже брови вверх поползли.

— То есть вы меня и всех моих людей убить тайно хотели, и я виноват в том, что вас не прибили, а отправили доказывать верность империи сюда?

— Сравни, кто ты и кто мы! Наш род – опора государства. Исчезнем мы, и страна станет на шаг ближе к пропасти! А если бы умер ты? Да ничего бы не поменялось. Просто ещё одна пешка сошла с шахматной доски.

— Даже пешка может поставить мат. А таких ферзей, как вы, могут разменивать направо и налево ради победы. Так что не мни себя незаменимым и прекращай нести бред. Вы нарушили закон – вы понесли наказание. Очень мягкое наказание, хочу заметить. Так что хватит скулить, как собака. Иди лучше бойцами своими занимайся. Скоро многие из них погибнут. И если ты выживешь, тебе, как командиру, придётся подписывать бланки с данными погибших и пропавших без вести, чтобы отправить их родным. Вот что тебя должно беспокоить. А ты всё за прошлое цепляешься. Если это всё, то не стоило и приходить. Теперь я лишь ещё больше уверен, что ваш род чрезмерно возгордился, хотя поводов, в общем-то, нет.

— Ты, говорят, травмирован. Магическое истощение получил…

— Говорят, что кур доят. А что, есть желание потерять остатки чести и проверить эти слухи? Ну так нападай.

Я отложил книгу и разогнал эфир по телу.

— Хмпф… Это было бы слишком скучно. В прошлом мы уже проигрывали битвы. Но никогда не проигрывали войну! Наши вопросы ещё не закрыты, Краст.

Ирисов развернулся и ушёл.

Вот сволочь… Только источник впустую напряг. И так организму не слишком шоколадно живётся, а ещё этот…

— Фома… А поищи среди вещей Ирисовых хорошенькую такую броньку, — попросил я у друга, как только нагнетатель тревоги удалился прочь.

— Пи… — юркнул в траву Фома и исчез.

Я подождал минуту, затем вторую…

— Ну долго ты там стоять будешь? — позвал я Демидова, который стоял в кустах, не решаясь выйти на парковую дорожку.

— А, прости… Я вот мимо иду, дай, думаю, поздороваюсь… — неловко произнёс он, медленно выбираясь из кустов.

Нет бы сразу сказать, что следил, чтобы я и старший сын Ирисова не убили друг друга… Ладно.

— Ну здорово, коль не шутишь. Какими судьбами?

— Да, думал, такими же, что и ты. Но услышал от Иннокентия Игнатьевича, какая нелёгкая вас сюда занесла. Как раны?

— Заживают, чешутся…

— Может, надо чего? Я не слишком богат, но могу экипировку какую достать, или зелья, если надо. У меня с собой даже есть.

— Спасибо. Не надо. У меня всё есть. Ты лучше присаживайся. Поболтаем чуток на темы, что неприлично поднимать в обществе аристократов.

— А? Что за темы? — удивлённо посмотрел на меня Демидов, а потом слегка нахмурился и всё же присел рядом со мной.

— Ирисовы – твои сюзерены. Но они допускают ошибки. Много критических ошибок. Возможно, в скором будущем их род станет намного слабее и беднее. Я бы не хотел, чтобы ты и твоя семья стали жертвами подобного стечения обстоятельств. И я знаю, что выход есть всегда. Если что, вы будете готовы покинуть своего законного сюзерена и пойти по собственному пути?

— Что? Что ты такое говоришь?! Нет, конечно нет! Мы связаны священными узами брака, многовековой дружбой и службой ещё моего прадеда в качестве адъютанта генерала Ирисова, прославленного в прошлом полководца, что подарил России немало земель!

— Да уж… Вы действительно достойные… Намного достойнее, чем ваш сюзерен. За это я тебя и уважаю. Надеюсь, шторм, что светит Ирисовым, не потопит вместе с их кораблём и твою лодку, друг. И если вдруг тебе понадобится помощь, знай, у меня одни из самых лучших спасательных жилетов в этих водах. И я сейчас серьёзно. Если есть проблемы, от которых зависит твоё будущее, да и твоей семьи тоже, дай мне знать. А я подумаю, чем тебе помочь. Рядом со мной чудеса и бури проносятся постоянно.

— Я могу тебе пообещать только одно. Об этом разговоре не узнает ни один живой человек. И впредь такие разговоры о предательстве не заводи. Иначе я перестану считать тебя своим другом.

— Это твоя просьба, и я её уважаю. Больше я этот разговор начинать не буду, — ответил я ему.

С одной стороны, я разочарован отказом, а с другой – восхищён его лояльностью. Редкое качество в наше время…

День пролетел незаметно. Книга закончилась, открылась другая. Я ждал, вызовет ли меня Джуди, но приглашения на базу Собирателей как не было, так и нет.

Новый день. Новые встречи и знакомства… И, к моему удивлению, мне даже пришлось закрыть книгу и покинуть парк, в котором я прописался и сидел на лавочке под фонарём и днём, и ночью. Даже стыренный у Ирисовых защитный комплект обмундирования примерять не стал.

Меня пригласили во дворец князя. Он лично пожелал со мной встретиться. А приглашение мне передала его родная дочь, которая совсем недавно грозилась, крича, воткнуть в меня свою шпагу.

«Красивая…» — невольно подумал я, хорошенько её рассмотрев.

Впрочем, аристократки в наше время редко бывают с изъянами. Медицина творит чудеса. Особенно в комбинации с магией.

До полуночи оставалось шесть часов. Через шесть часов я покину этот город, чтобы нанести сокрушительный удар исподтишка… Грязная тактика, но чем быстрее эта война закончится, тем меньше жертв будет похоронено в сырой земле.

Я могу это сделать. И я это сделаю.

Только с князем перед этим поболтаю...

***

В убежище студентов.

Молодые аристократы и немногочисленные простолюдины страдали. От скуки. Прошло всего несколько дней, а перечень их развлечений уже исчерпался. Преподаватели, видя, что происходит, начали добавлять каждого студента вне зависимости от курса в график дежурств.

Вообще, быт студентов был скудным на радости жизни. Не было даже банальных книг, которые можно почитать, не говоря уже о телефонах, что разрядились ещё в первые двое суток. Тратить топливо на подзарядку телефонов через генератор сочли неразумным. Лишь дежурные средства связи для проверки связи сети оставались в рабочем состоянии и подзаряжались время от времени.

Первые дни все ещё горели энтузиазмом. То работали на улучшение убежища: своей магией или же руками создавали новые помещения, оборудовали их, переносили стеллажи и проводили опись всего добра, что у них имелось. Последнее можно было и не делать – оставить лишь учёт продуктов и воды, – но так хоть какое-то занятие находилось тем, кто не владел подходящей магией.

В эти дни маги воды стали цениться как золото. Умыться, приготовить поесть, помыть посуду – для всего этого нужна вода. И способов добыть её было два: первый – использовать запасы, притащенные фамильяром Мирослава, а второй – преобразовывать ману. Ещё один из способов – создание льда, который медленно таял, уменьшая температуру в душной пещере. Он также использовался для заморозки продуктов.

Елена в первые сутки сильно перетрудилась. Своей магией она пыталась заполнить большое помещение-холодильник, обкладывая все стены льдом. И, как результат, едва не схлопотала магическое истощение.

К счастью, других проблем, кроме скуки и ограниченного питания, не было. Преподаватели старательно передавали знания и много времени проводили в беседах с талантливыми молодыми магами. Разговоры эти приводили к дискуссиям, любопытным выводам о природе магии и, как бы это ни казалось странным, к прорывам у студентов. Сосредоточенные на собственных источниках и магических техниках, юные дарования совершенствовались. Многие, но не все…

Хоть группа и небольшая, а всё равно нашлись не самые соображающие и морально стойкие студенты. Психозы выливались в споры и ругань. Даже драки были… Пусть и разнимали быстро, но всё равно горячая кровь и надменность из-за величия фамилии некоторым слишком давили на голову, заставляя делать глупости.

Каждый день четверо студентов и один преподаватель уходили в дозор помимо тех, кто оставался на наблюдательных пунктах внутри пещеры, с проложенными ходами и укреплёнными стенками у самой поверхности горы.. Они размещались на позициях, незаметных со стороны, – в кустах и расщелинах, – чтобы следить за окрестностями в дополнение к не самым удобным внутренним наблюдательным пунктам. Любое передвижение войск османов замечалось и передавалось в убежище. Любой конвой, что проезжал неподалёку от горного склона, в котором спрятались студенты, вызывал остановки в любой работе, что могла бы создать излишний шум.

Всё было в целом неплохо. До последнего дня… Всегда найдётся место случаю, который может перевернуть всё с ног на голову.

— Беда!

Вбежал в убежище преподаватель вместе со студентами.

— Что такое? — тут же вскочил дежурный, смотря на хмурых и грязных студентов, притянувших своего товарища, раненного в грудь.

— Он потерял много крови, пока полз со своей позиции. Быстрее исцеляющее зелье и аптечку. Снимайте с него майку!

Все засуетились и начали оказывать первую помощь студенту, который стал жертвой чьей-то внезапной атаки.

— Кто это его, — спросил внук Долгорукого.

— Не знаем. Он сознание потерял, как только дополз до второй точки. Скоро стемнеет, надо понять, к какой угрозе нам готовиться.

Преподаватель посмотрел на бессознательно лежащего студента, который, судя по ране, получил её от удара чем-то смахивающим на нож, и, помолившись за его здоровье, выскочил с двумя другими преподавателями и Долгоруким наружу. Они были вооружены, злы и полны решимости разобраться в этой ситуации. И вскоре они добрались до места битвы.

– Один, два... три трупа… – пересчитал Долгорукий число нападавших, что уже не вернутся домой.

Невольные туристы тихо приблизились к телам на склоне.

— Это, стало быть, нападавшие…

Быстро исследовав их карманы, нашли огнестрельное и холодное оружие, а также странные свёртки с белым порошком. Четверо переглянулись и пришли к однозначному выводу. В этот вечер судьба столкнула их с местной мафией, чьё логово они заняли.

Нападавшие решили не стрелять, ожидая, что нож сделает свою работу не хуже, а главное – бесшумно. Но они недооценили студента, который уничтожил по меньшей мере троих.

— Пришли с этой стороны… Вот следы обуви, — начал оценивать произошедшее один из преподавателей. — Но слишком шумно подходили. Наш студент успел перехватить первого напавшего. Завязалась драка… Здесь был выброс энергии воителя. Вот он убил первого… Здесь второго. А тут в него врезался кто-то, сцепил руки, и всадил нож между рёбер. Пробил хлипкий покров. Студент маг молний, да? Вот третий труп, обгоревший. Его уже магией убил … Здесь был и четвёртый… Он ушёл, вернее, скатился со склона. Вот ветки и следы падения. Но его только оглушило. Сбежал…

Мистер Дасан был специалистом узкого профиля, который давно приехал из Сирии и получил гражданство Российской Империи. Профиля, по которому магов было мало. Он был военным следователем большую часть своей жизни и разбирался в причинах смертей в тех местах, где прошёлся маг. Он видел слепки аур магов, их движения, если прошло не слишком много времени. А ещё он за счёт своих талантов и навыков вполне сносно мог восстанавливать картину событий по следам на земле и прочим деталям. Собственно, таких магов, натасканных на факультете мистики, в академии было предостаточно, и они отправлялись служить в специальные силовые подразделения. Но мистер Дасан был, пожалуй, одним из лучших. Он словно видел тени тех, кто недавно умер, и мог следить за их движениями, воссоздавая происходящий бой.

— Значит, один из них ушёл? Зачем они вообще напали?.. Подумали, что мы османы? Скорее всего, они вскоре вернутся... Нам надо подготовиться. Спасибо, Дасан, — поблагодарил коллегу старший из преподавателей, Давид Генрихович, что остался за главного после ухода Иннокентия Игнатьевича, и все они, подняв трупы наркоторговцев, отправились обратно к пещере.

Глава 6

София… Красивый город. Приятные люди. Хороший климат. Я бы здесь, пожалуй, от домика не отказался, чтобы прилетать время от времени и просто отдыхать в парке, читая книги да играя в шахматы со стариками. Но это потом, когда сам стану стариком, а род будет спасён, станет многочисленным и сильным, и никто не будет нам угрожать. А сейчас у меня впереди ещё уйма работы! И пока что я не понимаю, с кем ещё я воюю, помимо охамевших в край Ирисовых, которых жизнь ничему не учит, монстров из изломов да парочки родов и ублюдков, которые покушались на жизнь мою и моей семьи.

Я смотрел на город с севера, уходя в ту сторону, где войск врага всё ещё не так много. Пусть эти османы жопы надорвут, пытаясь меня найти. Сам приду, когда захочу. Это всё уже становится личным… Сперва моя мать подверглась их нападению, потом атака нашего порта, что едва не привела к войне. Куча дипломатических оскорблений, клеветы и гадостей в наш адрес... Атака Болгарии, конечно, в меньшей степени относится к личным причинам мести правительству недружественной нам страны, но всё равно… Принцип справедливости, который живёт во мне, говорит, что османы должны получить сполна за смерть и несчастья, которые принесли вместе с войной на эти земли. И они получат… В своё время.

Тут ведь какое дело… Султан их, юный, как для правителя, но всё же старше Стефании, заслужил от меня лично получить имперского леща латной рукавицей. Да и от других благородных нашей империи – тоже. Он за прошедшие полгода столько раз оскорблял своим поведением и заявлениями Стефанию, что заслужил розги. И это я так считаю, как подданный Российской Империи, без учёта личного, если мягко сказать, недовольства в сторону этой девицы, которая дорвалась до власти. Пусть что угодно происходит внутри нашей страны, – тебя, хлыщ наглый, это волновать не должно. Будь добр, соблюдай правила приличия. Стефания – наш регент. И точка. Законный правитель на сегодняшний день. Но нет… Оскорбил её, а значит, и всю империю.

Мы, конечно, потерпели, Министерство иностранных дел побухтело на него, пограничные пункты пропуска закрыли, дипломатов выслали, но… А дальше что? Он думает, что ничего. Напрасно… У нас в империи хватает проблем, хватает разобщённости между великими боярскими родами. Только вот это пока нет внешнего врага. Если спящего медведя пнуть – он может пнуть в ответ. И обычно, подобное очень плохо заканчивается… Для тех, кто медведя разбудил. А если зверь ещё и мутировавший, и пули его не берут…

Уходил я вопреки приглашению светлого князя и его соратников присоединиться к защите города. Да, я таки попал на приём, и девица, что до этого мечтала понаделать во мне дырок шпагой, выглядела совсем уж удивительно красивой и скромной. Она тогда, у больничной койки, была словно дикая фурия. Еле успел всё сделать и сбежать.

Познакомился и с сыновьями князя. Очень даже нормальные ребята, пусть у одного и были заметные тараканы в голове. Он даже отшутился, чтобы я не обращал внимания, мол, это после контузии ещё в себя не пришёл. А так в целом сразу видно: дети своего отца. Один Архимаг, остальные послабее. И каждый ещё был воителем. Точных рангов не разобрал, но точно все не ниже Мастера.

Приём длился всего двадцать минут, и за это время мы успели попить чаю. Они расспросили о моей жизни и талантах, поблагодарили за спасение и поинтересовались, чего бы я хотел за оказанную помощь. А я откровенно сказал, что сделал это взамен на помощь их врачей, когда Иннокентий Игнатьевич притащил меня без сил в их окопы. Наставнику я теперь ему должен, по сути, за спасение своей жизни. Хоть он ничего об этом за последние два дня и не говорил, даже не вспоминал, но всё равно... Долг платежом красен. И я сделаю то, что успел придумать, пока отдыхал. И пусть меня простят гостеприимные хозяева столицы за то, что я не буду помогать им в защите города. Меня ждёт работёнка. И, пожалуй, даже посложнее…

И вот я двинул обратно к побережью, к Лене и другим «попаданцам». Это был первый пункт моего плана. И сейчас я шёл налегке – лишь с Фомой, отдохнувшим и набравшимся сил – и совершенно не привлекая внимания. В основном ехал на попутках, перевозивших грузы, а не солдат. Выбирал примерное направление, куда мне надо было, и незаметно прыгал в кузов, проезжающей мимо машины.

За пару часов добрался до неизвестного мне городка, рядом с которым располагалась настоящая крепость. Стояла на единственной горе за городом. Османы уже заняли половину города, но вторая половина держалась. Шли уличные бои. Саму крепость явно пытались сровнять с землёй, но её владелец – какой-то аристократ или же человек, поставленный князем, – упорно сопротивлялся, используя все возможности современного оружия и магии. Даже миниатюрный магический купол имелся для защиты. Не такой большой, как над столичным дворцом, но всё равно больше обычных «Антитварей», что я видел на вертолёте. Жаль целиком крепость не накрывает... Лишь цитадель.

Туда, в крепость, мне не нужно: высок шанс умереть во время артобстрела либо сброса взрывчатки авиацией османов. В город тоже не хочу. Только ещё больше разрушений принесу, да и сам подставлюсь. Теперь мой путь иной – тайный и незаметный. Брони-то ведь толковой, зелий тоже мало! У Ирисовых были одни более менее нормальные защитные доспехи современные, но те носил на себе не снимая их владелец. Остальное, что раздобыл мой пушистый разведчик - было либо не по размеру, либо и вовсе не подходило для моего стиля боя.

Фома чуть не плакал, когда ревизию проводил. Просил отпустить его прошвырнуться по чуланам местных, но я не разрешил прикасаться к волшебным снадобьям защитников. А до османов слишком далеко было… И маги там есть, могущественные и злые. Ещё вычислят пушистого и пришибут без меня. Ну их, зелья эти... Уж лучше в месте, где нет десятка Архимагов и ещё большего числа других могучих воинов врага, наделать гадостей.

— Пи… — подкравшись ко мне со спины, дал понять Фома, что нашёл мою цель.

Часы мои – лучшая покупка в жизни! Честное слово. Я с их помощью сейчас нашёл склады османов, штаб, полевой госпиталь – вообще всё, что было в радиусе двадцати километров. Чуток полазил, избегая врагов и не подставляясь под снайперов, которых я тоже подсветил радаром, ориентируясь на тип оружия и установленную на неё оптику. В общем, у меня было три точки, с которых я мог наблюдать и запускать своего пушистого разведчика-диверсанта.

— Ну, раз готов, давай действовать по плану. Сперва склады. Первый, второй, третий… Идём по очереди на все. Быстро ликвидируем всю охрану, и сразу же начинай трофеить всё, до чего дотянутся твои лапки. Боеприпасы, оружие, техника, взрывчатка, аптечки, питание… Грузи по полной, не жалей энергии. Я тебе краник временно открою на полную. Только силы оставь на пару прыжков. Когда обчистим склады, сразу телепортируешь меня в штаб. Там оставим бомбу. Кстати, сделать её надо сейчас, а то ещё забудем… Дай пару детонаторов…

Фома передал мне запрошенное, и я начал настраивать механизм активации. Лучше так, чем поджигать всё это эфиром, стоя в непосредственной близости, и надеяться, что Фома не прозевает момент и вытащит меня до взрыва.

— Так, настроил на десять секунд. Но ты не тяни – сразу вытягивай, если я дам команду. Лучше уж издалека полюбуемся на наш с тобой фейерверк.

— Пи, — серьёзно кивнул Фома, вытягивая из своего убежища компоненты бомбы и пересчитывая, сколько чего у него осталось.

Надо бы поменять ценные боеприпасы и гранаты в этой бомбе на что-нибудь более классическое. Пластид, тротил там… Но да ладно. И так сойдёт. Главное – результат! И он обычно феерический.

— Следующий шаг: уходим далеко во вражеский тыл. Ныкаясь, ищем другие уязвимые точки и нападаем. Подорвём их логистические цепочки, обезглавим штаб, лишим боеприпасов и горючего, и атака их захлебнётся. Дальше будет проще местным защитникам. И надо обязательно разочек-другой светануть зелёным столбом пламени, чтобы все знали, что Зелёный Дьявол жив и продолжает убивать захватчиков.

Сказано – сделано. Пришлось, конечно, повозиться со складами и защитой их от непроизвольных взрывов… А то ишь, говнюки какие, – гранаты на склад с артиллерийскими снарядами закинули… Я им эти гранаты… Каждому из умников в одно место запихал. За шиворот, если быть точнее. Жестоко, но и у меня чуть сердечный приступ не случился, когда первая граната в выбитую телом охранника дверь влетела. А ещё этих складов было много. И эти склады обычно выглядели как грузовики, стоящие под открытым небом в километрах тридцати от города и обвешанные маскировочной сетью. Равно как и штаб, что тоже был за пределами дальности атак работавшей ранее в крепости артиллерии. Нынче её всю разбомбили, так что угрозы никакой, да и таскать снаряды ближе к линии местного фронта смысла особого не было.

Дело своё сделали: османам в атаке на этот город и крепость подгадили, задержали на пару дней их наступление. Я бы ещё выгрузил большую часть реквизированного защитникам, но в тот момент шёл сумасшедший артобстрел. Даже щит пропал над крепостью. Можно было так неудачно выгрузить боеприпасы, что нас бы разметало от одного попадания праздничным фейерверком. Да и защитников подставили бы не меньше. А задерживаться и дожидаться передышки я не мог. И так много времени терял из-за необходимости делать большой крюк. В общем, уходили мы в спешке. Я даже на взрыв не оглянулся посмотреть.

Мы двигались всё дальше и дальше, где-то грабя врага, где-то просто уничтожая его технику. Фома пахал за троих, не прохлаждаясь ни минуты. Бомбы делал, роясь в своём пространственном хомячьем царстве, ел на бегу, меня переносил раз за разом, регулярно находя новые способы сократить дистанцию и бег на своих двоих.

Периодически попадались едущие с фронта пустые грузовики. И разумеется, мы с Фомой в них прыгали, чтобы прокатиться. И пока тряслись в жёстких кузовах, копили силы и энергию для последующих рывков.

Порой мы даже оказывались в более спокойных регионах, где следов войны визуально видно не было. Трассы хоть и были пусты, но временами по ним проезжали автомобили. Вот одну такую мы поймали. Крайне нервный болгарский водитель ещё даже не успел остановиться, а уже поднял руки, прося не стрелять.

Ехал он не один, а с ребёнком и супругой, которые сидели на заднем сидении. Он был согласен вообще на всё, ведь на мне была форма османского захватчика. Но это только на словах. Пистолет в его руке мелькнул так быстро, что я только удивиться и успел. Пуля попала в грудь, да там и расплющилась, после чего я моментально выхватил у храбреца оружие.

Не зря поддерживал бдительность и насыщал тело эфиром. А ещё не зря стянул у какого-то османского богача-аристократа защитный костюм. Маловат, конечно, но большую часть тела закрывает. Похуже того, что мне подарили Светловы, но всё ещё лучше, чем простой бронежилет. Пуля этот костюм даже не пробила. Тело же почувствовало лишь удар, словно меня просто пихнули, но не сильно. У меня даже синяка не осталось.

Отчитав водителя, я сел на соседнее кресло впереди и на болгарском сказал ему, чтобы больше так не геройствовал, ведь в следующий раз попадётся не диверсант-разведчик, сражающийся за Болгарию, а настоящий османец. Заодно рассказал ему про схему, где в засаде сидит несколько человек, а один приманивает своим видом добрых самаритян вроде него. Там, правда, расстреливают водителя до того, как он начнёт шевелить руками и выхватывать пистолет или что-нибудь ещё… В общем, шансов у этого патриота выжить было бы не много.

Мужик явно нервничал, не зная, что в итоге с ним будет, ведь пуля меня не убила, да и пистолет я отобрал. Я же не беспокоился совершенно. Просто попросил его подвезти меня настолько далеко, насколько он может. Пока ехали, достал карту, стащенную Фомой у османских захватчиков, и начал внимательно изучать, продумывая дальнейший маршрут.

Так-с… Ну, в целом, если буду избегать столкновений, то доберусь уже к концу завтрашнего дня… Но мне надо подгадить османам ещё больше. И заодно прихватить всякого добра побольше. Фома хоть и подустал, но, пока спит и во сне жуёт шоколадку, его силы восстанавливаются. Главное – не переусердствовать, как при прорыве фронта. Этот мой юношеский максимализм… Взошёл на новый ранг и посчитал, что без сжирающих львиную долю эфира фамильяров я смогу чуть ли не сутки напролёт драться. Ага. Конечно…

«Больше таких ошибок я не допущу… Хватит и того, что я Софию встретил практически с голой задницей. Если бы не Юлька, сумевшая найти мне эти практически неубиваемые красные труселя в горошек, так вообще бы опозорился по полной…» — размышлял я, смотря, куда меня ведёт эта трасса.

Так, в семидесяти километрах от развилки будет какая-то деревня для местных богачей. И она захвачена османами… И если судить по их отметкам на карте, стащенной в штабе, то там, скорее всего, ещё один генерал остановился, Архимаг, командующий тыловым обеспечением и «восстановлением контроля над культурными ценностями». Заведующий грабежами, короче говоря…

Не думаю, что они много успели натаскать, но… Я всё-таки проверю, что успели спереть. Потом при случае верну князю Симеону. Ну и у таких вот генералов обычно хватает и других ценностей: артефакты магические, защитная экипировка, кольца… Я уже много успел насобирать подобного добра, но это всё было так, при случае… Меньше процента от возможной добычи. Ни кольца ликвидаторов, ни перстни членов различных родов, ни другие никакие украшения с убитых врагов не снимал. Не было времени. И это не очень хорошо…

Ну и заодно посмотрим, готовы ли османы сторговаться и обеспечить безопасный коридор для студентов в обмен на жизнь этого генерала. Думаю, что не согласятся… Мелковата рыбка. Сколько тут таких генералов? Да и Архимаг пленником быть не захочет, будет сражаться до последнего, а если проиграет, скорее уж сам себя прикончит. И если даже я сумею его каким-то образом пленить, то вывезти его из оккупированного посёлка – будет та ещё морока… Особенно если я хочу остаться незамеченным. Ладно, попытка не пытка. Пора узнать, насколько ценна жизнь высокородного османского подданного.

***

— Ух… Задолбался я… А ты, Фома?

— Пи…

— А ты, жиртрест? — пнул я связанного и брошенного на землю Архимага. — Тебе точно на диету надо, а то долго так не протянешь…

— ХМПФ! ПФ-ФЫ!

— Ага. Уже бегу кляп вытаскивать, руки развязывать и ошейник антимагический снимать. Не для того я три часа твою поимку планировал и затем сутки пёр по всей Болгарии, скрываясь от ищеек и солдат, что бросились в погоню.

Я ещё раз пнул османского Архимага, присел на него, словно на табуретку, и пригрозил:

— Не дёргайся, а то рёбра сломаю.

Сказал я на русском, но пленник, как я заметил, вполне понял мой посыл.

До убежища студентов осталось рукой подать. Всего-то и надо, что затащить эту тушу в гору, перейти через перевал и найти на обратном склоне убежище.

— Тяжёлая это работа – через горы тащить бегемота… — переделал я детский стишок и подумал о Фоме.

— Пи?

Сонно зевая, вылез хомяк из своего царства, разбуженный моим вниманием к его персоне.

— Водички бы… Да поесть. Тут вокруг практически ни души, так что можно нормально поужинать. За ночь преодолею не спеша горы и спокойно себе в убежище ворвёмся. Фома, слушай, а сгоняй к ним на разведку. Посмотри, всё ли в порядке, все ли живы и здоровы.

— Пи… — лениво помахал лапкой Фома, выбрасывая наружу османский сухой паёк и две бутылки воды, после чего улёгся на прогретый за день камень.

— Ладно, пять минуточек лишними не бывают… Досыпай. Я пока разогрею еду, — сказал я и принялся кашеварить.

Пока Фома досыпал, а я боролся с урчащим от голода демоном в виде моего желудка, голова была занята мыслями о богатствах, что успели наворовать османские солдаты и этот генерал, который в данный момент выполнял роль табуретки. Да уж, если бы я был сволочью и решил присвоить это всё себе, мне бы хватило на то, чтобы баронство Краста преобразилось и стало одним из самых обеспеченных в Российской Империи. Тонны золота и серебра, множество драгоценностей, предметов искусства, книг, артефактов, музейных экспонатов… Сами по себе многие находки не были чем-то дорогим. Это не востребованный телефон или ноутбук. Эти экспонаты зачастую вообще ценности как таковой не имеют! Важна история этих вещей. И тут надо отдать должное моей жирной табуретке: генерал постарался. К каждому предмету была прикреплена бирка, и все их названия с подробным описанием были занесены в многочисленные «книги ценностей».

Даже боюсь представить, сколько всего они успели уже вывести, ведь у меня в оригинальном виде был только двадцать первый каталог и более поздние издания. И вещи из этих каталогов тоже были у меня. И в каждом как минимум тысяча позиций. В общем, теперь я точно могу сказать, что Болгарский князь мне будет должен вне зависимости от итогов войны, ведь я, по сути, спасаю наследие и историю его страны. А с учётом того, что у меня есть личный ноутбук генерала… Там – успел глянуть на прошлой остановке – находились электронные версии предыдущих книг. Будет возможность выставить османам требование вернуть награбленное и компенсировать всё это дело сверху. Ещё один абзац в будущее итоговое соглашение о мире между двумя державами. И этот абзац османам будет очень дорого стоить, отчего на душе даже приятно стало.

— Пи-и-и… — сладко потянулся Фома и отправился на разведку, не забыв подкрепиться шоколадкой и вафелькой.

Ну а я остался дожидаться своих яств, что продолжали разогреваться на военном таганке с подожённой таблеткой, пропитанной какой-то долгогорящей химией.

Всё было вкусно. И даже чрезмерная острота и кислота основного блюда голодному мне не испортила аппетит. И только я закончил есть, как запищали часы, сигнализируя, что ко мне в радиусе двух километров пожаловали гости. Вооружённые и многочисленные гости. Вот и что они тут забыли? Ещё и Фомы нет… Идут в мою сторону. Придётся уходить.

Из-за скромного лесочка, в котором мы с пленником засели, совершенно не было видно, кто там идёт. Если османы, то разговор с ними у меня будет короткий. Если же болгары, то… Что они тут с оружием забыли? Это партизаны?

— Собирайся, свинья. Пора передислоцироваться… — Я усилил мышцы и взвалил этого кабана на плечо. — Куда бы скрыться, чтобы они нас не заметили, а я их видел и, желательно, слышал?.. Часики-часики, выручайте. Найдите укромное место неподалёку…

Скинул на дно небольшой расселены борова, отчего тот застонал, а сам забрался на вершину скалы. Двадцать минут спустя неподалёку показался не спешащий и осторожный отряд с оружием в руках.

Одежда не османская. Говорят на болгарском. Но говорят странные вещи… О пещере…

Плохо слышал их разговоры, но некоторые слова до меня всё же долетали. В переводе на наш это «товар», «пещера», «отбить», «маг», «босс убьёт» и прочие…

— Кажется, я знаю, с кем столкнула меня судьба… — едва слышно прошептал я, готовясь идти за ними следом.

Если я ошибся, то прослежу, чтобы их конечной точкой была не наша пещера. Если же эти люди имеют отношение к наркоторговцам… Что же. Они выбрали себе не того противника и не то время, чтобы спасать «товар». Да и спасать там уже нечего… Эфиру плевать, что сжигать.

Арт: Болгарский князь Симеон IV

Глава 7

Следовать за группой незаметно не так уж и просто. Местность они знают лучше меня: не высовываются, идут по дорожкам, которые и не заметишь, если не знаешь, куда смотреть. Ещё и ночь уже наступила… Если бы не часы, я бы давно потерял их из виду.

Вскоре ко мне присоединился Фома.

— Пи, — сообщил он, что с убежищем всё в порядке и все живы-здоровы.

Камень с души упал, когда я понял, что наш с Цербером план сработал.

Я шёл дальше за неизвестными. Они в какой-то момент ускорились, преодолевая хребет и стремительно спускаясь вниз по другую сторону невысокой горной гряды. Я за ними еле поспевал, даже не смотря на то, что я немного пропитал эфиром тело. Явно не случайные «туристы» в горы попали. Так быстро проходить столь сложный участок дороги… Даже военные не смогли бы. А ведь эти ребята ещё и не налегке, а с оружием и рюкзаками…

Только уже было хотелось проникнуться к ним уважением, через пару минут я понял, что всех их вскоре убьют. Либо я, либо студенты. На радаре появились отметки, показывающие наблюдательные пункты студентов. И только мимо одного из них прошла вооружённая группа, как на самом краю моего сканера показались и зашевелились отряды защитников. Кроме того, обнаружились и внешние посты наблюдения, выставленные «попаданцами» из имперской академии.

Реакция довольно странная, но все, кто покинул убежище, были сильнейшими магами группы. Ещё и вооружены… Встреча точно намечается не мирная. И в подтверждение этому потенциальные противники сошли с тропы на середине. Они сняли с плеч ружья и пошли прямиком к узкому лазу, который ведёт в пещеру.

«Не стоит шуметь, друзья мои… И пусть мне хочется посмотреть, на что вы способны, но рисковать не стоит. Выстрелы точно донесутся до города, и сюда отправятся отряды на разведку», — подумал я и ускорился, нагоняя принявших боевые стойки болгар.

О, молодцы студенты, не идут в лоб на противников, что имеют преимущество в высоте. Обходят, поднимаясь по широкой дуге, и готовятся взять их в «клещи».

— Фома, как обычно, по моему сигналу…

Я закрыл глаза и прикоснулся к источнику.

Эфир, словно бурные горные реки, понёсся по многочисленным магическим каналам. Как маг, я управлял этими потоками. Словно работник железной дороги я переключал пути на разветвлениях, направляя силу моего рода в нужные мне места. Все каналы, ведущие во внешнюю среду, были перекрыты. Они работали только на пропуск маны снаружи. Сам эфир никуда деться не мог, разливаясь по моему телу и принося капли безумной силы к внутренним органам, мышцам, сухожилиям. Кожа вновь стала прочной и до безумия упругой, но всё ещё эластичной настолько, чтобы усиленные мышцы могли двигать тело к моим врагам.

Треть источника ушла на усиление… Но я смогу его вернуть обратно в полном объёме. Если, конечно, разборки не затянутся… Лишь в случае очень и очень долгого воздействия он постепенно будет расходоваться, как топливо в автомобиле. И либо я дозаправлюсь, либо закончу битву раньше.

Что интересно, мой источник подрос с момента исцеления. Я это вижу и ощущаю. Ещё мана стала плотнее. И всё же… Несмотря на это, треть источника была израсходована на то, чтобы усилить тело до предела. Раньше на это уходило куда как меньше энергии. Пятой части моего источника хватало, чтобы дойти до той точки, когда эфир уже прорывается наружу и превращается в убийственную энергию, способную испепелить всё и вся. Если не контролировать процесс, сила тут же станет огненной. Не знаю, почему так… Мыслей много на эту тему, но изучать всё приходится на собственной шкуре и постепенно.

Какой же вывод я могу сделать из того, что так много энергии, причём более плотной, нежели раньше, отправилось укреплять моё тело? Очень простой: теперь моё усиление стало эффективнее, мощнее, и при этом запаса энергии хватит на большее время без «дозаправки».

Я упал без сил в самом конце прорыва как раз из-за того, что не просчитал свои возможности после изменений. Но нынешние противники – не фронт. Справлюсь быстро и без особых усилий.

— Фома. На счёт пять, — предупредил я, доставая небольшой армейский нож из чехла на поясе, созданный при помощи изменённых металлов. — Раз, два, три, четыре, пять… Замерли, бойцы, стоять!

Вспышка света привлекла их внимание, но не ослепила, ведь я появился за их спинами. Быстрый, словно ягуар. Молниеносный, как гепард. Опасный, как тигр. Я выдёргивал оружие из их рук, ломая пальцы своей невероятной силой. Те, кто мёртвой хваткой цеплялись в своё добро, улетали вместе с ним, получив кровавую отметку в виде святящегося зелёным пореза.

На тех скоростях, на которых я действовал, выжимая из себя всю свою силу, используя нынешнюю грань своих возможностей, картинка в глазах смазывалась. Силуэты противников во мраке ночи не успевали стать чёткими, но с такой доминирующей мощью это не было проблемой. А если кто успевал скрыться от меня за камнем… Всё, что я мог предложить оказавшимся так далеко от меня, – мгновенная смерть. Эфирный луч вырвался из левой руки и разбил на куски и камень, и слабые тела простых людей. Тренировки не помогут против такой магии. Увернуться разве что... Но сама техника предполагает, что от неё не получится скрыться.

— Ху-ух… — выдохнул я, ощущая, как горят огнём лёгкие.

Кислород после таких активностей, пусть они и длились секунды, был в дефиците. Мышцы израсходовали имеющийся запас, так что сердце билось как бешеное. Но оно того, чёрт побери, стоило… Пару мгновений – и десяток врага лежит с ножевыми ранениями, дёргается. Разбросаны по склону ружья, цевьё которых деформировалось от моих пальцев.

Сила эфира преображает и магию, и тело. Только абсолютный контроль и понимание этой стихии поможет мне преодолеть все трудности. Других рецептов я не знаю…

— Голова кружится… Перестарался. Мозг, рецепторы на глазах не готовы к таким нагрузкам… — проговорил я, держась за голову и пытаясь проморгаться.

— Пи?

— Да, забирай оружие всё. Сейчас их повяжем… Эфира в ножике была всего капля. За пару секунд не должны сдохнуть. Допросим.

С отрядом противника покончено… Осталось встретиться с отрядом защитников.

***

— Вот как, значит… Прям один троих убил при том, что застали врасплох? Похвально… — смотрел я на паренька, что чудом выжил после нападения, отделавшись небольшим шрамом на память.

Парень неплох. Только второкурсник, а пошёл в атаку на отряд вооружённых торговцев смертью вместе с преподавателями и другими студентами старших курсов. Это о многом говорит.

— Всё так, Мирослав. В целом мы бы, само собой, справились с этой напастью, но благодаря тебе удалось это сделать бесшумно.

Давид Генрихович был несказанно рад моему возвращению и принесённым новостям. Я не стал распространяться о подробностях нашего с Цербером путешествия. Просто рассказал, что мы добрались до незанятых противником земель и связались со столицей. Пока я был там, сообщений о том, как нам всем быть не поступило, потому Иннокентий Игнатьевич остался, а я вернулся, как и обещал, до конца недели. Столько мы дали себе на это путешествие.

Остальное им знать было ни к чему. Они в большинстве своём потомки дворян, бояр, новой аристократии. Уже пришли в себя после переноса и уверены в собственных силах. К тому же сейчас, когда члены многих влиятельных семей стали заложниками подобной ситуации, империя обязательно сделает всё, чтобы спасти их. Они в это верят. И я в это верю. Единственное, я понимаю, что всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Поэтому нам до моего ухода так и не дали явных инструкций.

— Кстати, совсем забыл… Я там Архимага пленного привёз! Сейчас заберу его и вернусь. Фома! — удивил я всех и исчез во вспышке зелёного света.

Не ленясь, я пробежался с боровом на плече через горный перевал до убежища. Внутри пещеры мы быстро соорудили стальную клетку, используя силы магов земли с подходящими навыками, и поместили в неё пленника, руками и ногами привязав к стальным прутьям.

Было интересно, насколько изменилось убежище, и я прошёлся по нему вместе с преподавателями и некоторыми студентами. Последние – почти вся боевая группа, что направлялась отразить атаку бойцов, посланных местным наркобароном. Кстати, много языки интересного рассказали, но сведения эти я обдумаю чуть позже. В спокойствии и одиночестве. Ибо это чу-у-у-у-уточку, но изменит мои планы...

Глядя на студентов, что шли, переговариваясь о недавнем нападении, и которые стали свидетелями моего допроса пленников, я видел в них реальную опору для нашей страны.

Лена, пусть и девушка, не наследница рода, но обладает незаурядным умом, прилежностью и талантами. Она не лучшая даже среди своих одногодок, но именно её поставили одним из двух руководителей третьекурсников. Неспроста… Ну и ещё она не слаба. Лёд, конечно, не уникален, особенно в России, но Светловы – сильнейший и древнейший из родов, что обучает своих наследников особым техникам. Я в бою её магию не видел толком, да и слабенькая она ещё, как по мне, но будет интересно, каких высот Лена достигнет.

Первым курсом в моё отсутствие заведовал двухстихийник Иван, маг огня и ветра. Две силы, которые часто комбинировались при магических атаках разными магами. А тут был один маг сразу с двумя силами. Это автоматически ставило его на уровень одних из сильнейших магов. Кроме того, его растили и тренировали имперские служащие и наставники. Он был рождён, чтобы стать инструментом, оружием в руках государства. Исполнительный, справедливый, скромный и непритязательный. Идеальная марионетка в руках многих. А ещё – вполне себе надёжный друг и товарищ. Я его недолго знаю, но то, что успел увидеть в нём... Не удивлюсь, если он станет боевым магом в армии или специальном отряде и будет шаг за шагом идти по лестнице званий, стремясь дойти до генеральских погон. Сможет ли, с учётом многочисленной грязи, что крутится вокруг тех, у кого в руках сосредоточены полномочия, – большой вопрос. Я бы и сам с радостью забрал его к себе на службу. В Сибири ему найдётся работа. В этом я не сомневаюсь. Другое дело, что, даже несмотря на его обещания во время того застолья у канадского графа в гостях, в первую очередь отпустить его должно само государство. И чем лучше он себя проявляет, тем вероятность этого становится всё меньше.

Второкурсниками командовал тот самый раненый Дмитрий Щебитов. Парень высокого происхождения, сын графа, внук князя. Магией он обладает не самой простой – молния его стихия. И ранг у него не особо высокий – пятый. Причём только недавно перешёл, как я успел узнать за недолгое время пребывания с этой группой. А вот что в нём привлекало взгляд, так это его успехи как воителя. Тоже пятый ранг. И по его собственным словам, он был куда ближе к тому, что скорее станет воителем шестого ранга, нежели ему покорится новая ступень силы мага. Думаю, именно благодаря этому он смог одолеть первых нападавших. Парень крепкий, физически развит отменно, боевыми навыками обладает, равно как и весьма солидным кольцом ликвидатора. Как минимум одну Гидру за последний год он одолел, иначе колечко бы не окрасилось в зелёный цвет.

Третий курс, самый многочисленный среди всех студентов-попаданцев, был отдан под руководство не только Лены, но и Гуслярова. Этот лоботряс был, пожалуй, самым талантливым из магов в академии до моего поступления. Хотя я вроде как по квоте прошёл, так что многие меня и не считают, продолжая его называть самым талантливым магом. И самым ленивым… Серьёзно. Я лично слышал, как один из преподавателей отчитывал его, мол, если бы он не спал постоянно и хоть немного тренировался, то уже мог бы в теории стать Истинным магом. Седьмой ранг… Да уж. И впрямь талантливый: сейчас он на шестом, а это не то, чем каждый выпускник даже похвастаться может. Только половина за пять лет обучения доходит до этого уровня мастерства. Всё же это не зависит от желания. Организму нужно время, а магам усиленно практиковаться в управлении своей силой.

Такой безответственный… Ну, или, своеобразный. Называют его по разному. Спит он очень много, даже сейчас спать пошёл, пообщавшись со мной и послушав новости. И пары минут не прошло с возвращения в убежище с архимагом османским. И теперь понятно, почему в противовес ему поставили Лену.

Ну и самым сильным из студентов, а также влиятельным и ответственным был младший внук Долгорукого – Александр. Вот он явно высоко метит в своей жизни. Следующим главой рода ему не стать: слишком длинный список претендентов, не менее талантливых, нежели он. Но судьба одарила парня и талантами, и характером. Великолепный образец доблестного боевого мага уже в свои молодые годы. Внимателен к деталям, смел, упрям и умён. В меру инициативен и незаносчив, как многие из собравшихся здесь студентов. Целиком и полностью поддерживаю решение Цербера поставить его во главе всех студентов. И ему, когда всё закончится, это зачтётся однозначно. Всё впишут в личное дело, благодаря чему, вполне возможно, ему удастся претендовать на высокие государственные должности, если в самом роду он не станет кем-то из крайне важных персон. В конце концов, крупные и многочисленные рода, особенно княжеские – это, по сути, государство в государстве, и там всегда нужны талантливые полководцы, управленцы и бойцы.

— А-а-а-а-а! Кто сюда пустил этого идиота! — раздался женский визг со стороны душевых.

— Александр, кто сегодня дежурить должен был у душевых? — спросил Давид Генрихович старшего из студентов.

— Аля и Алевтина… — тут же вспомнил он.

— И где они? Почему не на посту?

Мы смотрели, как девушка в банном полотенце, вырастив в руке деревянный шест, начала дубасить им счастливого удирающего парня.

— Самсонов, сволочь озабоченная! — сжала кулаки Лена, и её магический источник активизировался.

— Аля, Алевтина, вы что здесь забыли? — злобно глянул Александр на девушек, что пристроились в хвосте нашей группы.

— Ой! — опомнились они и побежали наперерез смутьяну, желая словить его.

Спустя пару секунд разъярённая валькирия нагнала поскользнувшегося на льду Светловой парня и от души лупанула ему шестом прямо по спине. Следом и две самовольно ушедшие с поста стражницы принялись его воспитывать своими кулачками.

— Извините. Я разберусь.

Лена отошла от нашего отряда и стала наводить порядок.

Парни развлекаются как могут… А взгляды всех вокруг, даже преподавателей, не так уж и полны гнева, как я сперва подумал. Лёгкая улыбка говорит о том, что этот Самсонов не раз и не два уже пытался подобное провернуть. И в этот раз он получил желаемое, подсмотрев за девушками в пещерном душе. Да и сам он, кряхтя и воя от полученных ударов, продолжает счастливо улыбаться, чем ещё больше раззадоривает метелящих его красавиц.

— Присаживайтесь… Буду говорить как есть, — пригласил я всех за обеденный стол и, несмотря на глубокую ночь, принялся рассказывать своё видение ситуации. — Первое и самое главное: ни империя, ни вы не должны рисковать. Ваше пленение – это удар хуже нашествия монстров. Действуйте осторожно, избегайте шума, продолжайте жить и выживать. Фома пополнит вам припасы, так что на ближайшее время о голоде можно не думать. Если какие-то проблемы есть в убежище и что-то надо принести – только скажите.

— Да. Топливо для генератора кончается. Удлинителей и розеток побольше надо. В идеале ещё один генератор поставить бы... Мы стараемся увлечь студентов, преподаём им, но всё равно рано или поздно темы закончатся. Начнём уже попросту философствовать сидеть… Так что ещё?.. Книги, фонарики, батарейки… И у нас яма мусорная заполнилась за неделю, хоть мы и стараемся максимально уничтожать мусор… Воняет жутко. Сжечь её нет возможности.

— Мусор в мешки. Заберём с Фомой и выкинем где-нибудь в городе. Книги и прочую мелочёвку постараемся достать. Но если за день что-то не найдётся, то уже и не будет. Задерживаться надолго я здесь не могу. Составьте список всего необходимого. Одежда, гигиена – всё это важно. В пещере запах стоит… специфический. Не проветривается она. Как бы ещё кислородное голодание не началось… — тут же согласился помочь со сбором всякого-разного добра.

Благо Фоме это действительно просто сделать, да и многое сейчас найдётся в его закромах. И топлива, и генераторов он прибрал к своим лапкам, пока сюда шли. Причём в большом количестве. В общем, целый склад лейтенант Фомченко взял под ответственное хранение.

Ещё одежду могу выдать им военную, тоже куча её лежит… Из минусов – она османская. Она для севера, для Сибири не пойдёт. Замёрзнем в ней. Но лучше иметь, чем не иметь. Да и к тому же, думаю, наши генералы с удовольствием разрешат обменять её на обычную российскую. Мало ли для каких диверсий может понадобиться форма потенциального врага.

— Как вы уже поняли, я снова ухожу. Пока наркобарон и его люди знают, где находится это убежище, – мы в опасности. Стоит османам его схватить и заставить говорить, как жизнь каждого из нас будет под угрозой. Эту угрозу я устраню. Благо знаю, где его искать…

— Подожди. Они же сказали, что это настоящая крепость… Его подземный комплекс построен так, что легко позволит сопротивляться осаде и имеет тайный выход к морю. Он сбежит, пока его будут прикрывать. Возможно, он уже сбежал! — заявила преподавательница, что присутствовала на этом совете.

— Если он сбежал, то и пусть валит на все четыре стороны. Я уничтожу эту его крепость, и он будет думать не о тайнике в горах, а о своём ненаглядном подземном городе и лабораториях, — отмахнулся я, дав понять, что решение уже принято. — Есть другая проблема… После того, как разберусь с наркобароном и принесу припасы, я вновь уйду. И не знаю, как скоро вернусь. И вернусь ли вообще… Существует два варианта развития событий. Первый – болгары воюют и возвращают контроль над этой территорией. Но скажу честно, я в этот исход мало верю. Быстрой победы над османами не будет. Они слишком вложились в эту операцию и уже захватили половину страны. Самим болгарам это не под силу, а если в войну вступят другие страны, то вообще непонятно, куда чаша весов склонится. Единственный вариант: военным путём дождаться освобождения этих территорий – направить добровольцев и наёмников и победить ватагу османов и их собственных наёмников и добровольцев. Это будет сделать трудно, но не невозможно. Но долго. Боюсь, на это не один месяц уйдёт, — сообщил им, насколько плохи наши дела.

Впрочем, судя по спокойной реакции, они и сами это прекрасно понимали. Даже в лице не изменились. Надежда у них, конечно, была… Только вот лёгкого решения здесь не было, потому мы и пошли связь с Москвой искать.

— Но есть и ещё один вариант. Способ… Я постараюсь сделать так, чтобы этот город был освобождён и нам предоставили морской проход или самолёт, на котором мы и улетим отсюда… — дал я им надежду, не раскрывая до конца своих планов.

— Это как? — удивился Давид Генрихович.

— Дипломатией. Торгом. Договорённостями. А пока отдыхайте и давайте следите за студентами. Шум – дело такое… Никогда не знаешь, в какой момент он сдаст нас…

— Не переживай. Мы планируем ещё чуток переоборудовать пещеру, создать дополнительны ярусы, спрессовать землю в каменные стены… Ждали, пока мана восстановится. Уже собирались начать, как эти наркоманы проклятые припёрлись. Пришлось отложить ночное строительство. Но это даже хорошо. Ты на важный момент указал, теперь чуток перестроим: вентиляционные ходы добавим, разделим душевые на мужскую и женскую… Жаль, тут естественных источников воды нет, но это ничего. Мы уже приспособились. Наши маги создают достаточное количество.

— И я вам ещё воды много принесу, — улыбнулся им. — Что ж, хорошо. Здесь более-менее разобрались. Не знаю, сколько вам так жить придётся, но знайте: про вас не забудут. Ладно, давайте перекусим, что ли, что Фома послал. Где, кстати, этот пушистый…

Я огляделся, но не заметил своего напарника, хотя и ощущал, что он где-то рядом.

— Самсонов! — Подбежала к лежащему вдалеке студенту одна из попавших в передрягу девиц. — Сволочь извращенская!

— Тише! — тут же шикнула на неё Лена, возвращаясь к нашему столу.

— Сволочь ты! — шёпотом начала кричать на парня девушка, что выглядело комично.

Вокруг сформировалась абсолютная тишина, ведь всем было интересно, что он ещё учудил…

— Ты куда, гад, их спрятал?

— А? Кого?

— Говори, сволочь! Свистнул их, извращуга! Хочешь, чтобы я всем рассказала? Говори, а то хуже будет!

— Да о чём ты, глупая женщина!

— Ах так?! Девочки! У меня пропали трусики! Только постирала и высушила! И не только они исчезли…

— Что?! Ах ты!.. — тут же возмутились все девушки вокруг.

— Да не трогал я их!

Лена повернулась и удивлённо посмотрела на парня, а затем на меня. Хм, она тоже думает, что это дело лап Фомы? Она же вроде бы не в курсе этой темы… Хотя у неё Фома тоже что-то спёр, когда мы в гостях были… Вот же маньяк пушистый.

— Пфи-и-и…

Я повернулся и уставился на Фому, который устало провёл лапкой по лбу и, сев на лавку рядом со мной, начал вылизываться, якобы он ни при чём.

— Вот! Девочки! Под его кроватью чей-то лифчик! — прокричала одна из девушек.

Фома на мгновение замер, слушая девичьи крики и то, как парня начали атаковать все пострадавшие, а затем продолжил умываться. Удивительно… Хомяк эволюционирует. Он теперь ещё и улики подбрасывает тем, кто является подозреваемым. Страшно…

Лена постояла минуту и затем ушла проверить свои вещи. А вернувшись, заявила, что всё на месте, хотя у большинства девочек всё пропало, причём не только с сушилок, но и из личных тумбочек и шкафчиков. Их со скуки понаделала девушка с факультета артефакторики с древесной магией.

В общем, только у тех, кто был крупноват, ничего не пропало. И они, кстати, больше всех рвались избить и вытрясти правду из бедного Самсонова. Злятся, что их он счёл недостойными и непривлекательными? Зависть – страшная штука…

Жестокий ты хомяк, Фома. Зелье здоровья надо бы Самсонову отдать. Пусть хотя бы в себя придёт…

— Лен, это бедолаге… Не знаю, что произошло, но непохоже, чтобы он смог обчистить столько тумбочек… Кстати, я поражён продуктивности мага, что столько всего из дерева создал…

— Да, Вика удивительная. Мы бы без неё явно не жили так хорошо. Она, бедная, на износ работала первые дни. Пока мана не закончилась полностью.

— Пускай бережёт себя. Составляйте список, а я пока поем… — сказал ей, радостно смотря в тарелку с кашей, которую мне принесли.

Свеженькая, горяченькая. Сейчас, в ночное время, всё как раз и готовят на весь следующий день.

Поел, пообщался, отдохнул, убедился, что всё хорошо, поднял боевой дух студентов и преподавателей… Можно и уходить. Меня ждёт забег на пятьдесят километров к отдалённому малозаселённому городу, который активно строили для продажи иностранцам и местным богачам. Строили за деньги наркобарона, ведь это для него отличное прикрытие, равно как и для расположившейся на глубине крепости с лабораториями, в которых он и создавал большое количество опасного товара, а потом перевозил его по морю на подводной лодке.

Надеюсь, он хорошо подготовился к осаде, никуда не уплыл – и Фома не забил всё своё пространственное убежище женским бельём… Не знаю, зачем мне подлодка, но… Думается мне, лучше её всё же иметь. А то завезут на какой-нибудь остров и забрать забудут, а оно мне надо?

— Везёт мне на нарколаборатории… Пора бы ещё одну сжечь дотла и забрать всё, что этот ублюдок накопил за свою жизнь.

Всем хороших выходных :) Немного спойлерну. Болгарская арка закончится на середине тома. Ценник будет примерно на кульминации этих приключений, в среду-четверг (примерно). Т.е. почти половина книги будет бесплатно. Надеюсь это заслуживает лайка ;)

Глава 8

Город… в котором никто не живёт. Крепость, что скрыта от всех под землёй. И ублюдки, от чьих рук гибнут тысячи и тысячи людей вокруг…

Я пришёл сюда, в этот город-призрак, где даже вражеским солдатам нечем поживиться. И я был зол… Очень зол в этот момент. Меня разрывало на части от желания крушить всё и вся, сжигая в праведном огне всех виновных. Но как же их найти? Как найти тех, кто расстрелял целую колонну автомобилей с мирными людьми, которые просто пытались сбежать от ужасов войны?

Пятнадцать автомобилей, гружённых доверху домашними вещами… Расстрелянные, пронзённые стальными снарядами насквозь, сгоревшие в пламени пожара. На каждом из них был знак. Дети… Этот кусок шоссе намертво въелся в мои глаза, и картинка не желала уходить. Жизни не было в том месте. Лишь мухи кружили вокруг множества трупов, которые даже похоронить никто не удосужился. Я не знаю, кто их всех убил. Но я знаю, что, если бы не война, они остались бы живы.

Мысли крутились вокруг этих несчастных, убитых и расстрелянных неизвестно кем и когда. Впрочем, пожалуй, пару дней назад... Но понятия не имею, кто проезжал по той трассе пару дней назад и решил по пути сыграть в тир с живыми безоружными мишеням? Суки… Это всего в паре километрах от города-призрака. Вполне может статься, что это были те крысы, которые сейчас прячутся в недостроенных домах или же глубоко под землёй. Для таких, как они, человеческая жизнь не представляет никакой ценности. Ведь они – торговцы смертью.

— Дерьмо… Как же тяжело…

Я стоял на входе в город, понимая, что меня уже увидели наблюдатели и теперь спешат с докладом к ублюдкам, по чьи жизни я пришёл.

—Ха-а-ах…

В подобном состоянии врываться в их убежище не стоит. Я просто уничтожу там всё и всех. Обращу пеплом… Сердце должно успокоиться. Надо найти… Выход… Этой ярости, что бушует внутри. Клокочет, словно магма вулкана, который вот-вот взорвётся и сотрёт с лица земли всё. Абсолютно всё, чего коснётся эта пылающая в душе ярость.

Я медленно пошёл вперёд, уходя на подземный паркинг торгового центра, что стоял на самом въезде в город. Строительный мусор, обломки материалов, леса для работы на высоте. Люди ехали сюда, чтобы найти убежище, пристанище, а в итоге…

Пальцы, зелёные от бушующего внутри меня эфира, воткнулись в бетон. Я так и пошёл вперёд, плавя плиты и оставляя за собой длинную отметину. Но она не так глубока и разрушительна, как та рана на сердце, что появилась после моей прогулки в ад…

Сжав зубы до скрежета, а кулаки так сильно, что затрещали костяшки пальцев, я прыгнул к стене паркинга и обрушил на неё серию ударов, выбрасывая ярость. Хотелось, чтобы мои костяшки заболели, кожа рассеклась, и кровь хлынула с них, но… эфир слишком силён. Руки разбивали бетон, а спасительной боли, что отвлечёт мозг на телесную боль, не появилось.

Я бил и бил, надеясь устать. Трещали плиты, гнулась, плавилась арматура… А боли всё не было. Не знаю, сколько времени прошло… Рядом призывно пищал Фома, но я продолжал, понимая, что тот дьявол, которым пугают османских солдат… Если он вырвется наружу, а я не смогу взять над ним контроль и начну уничтожать всё на своём пути, то лишь дам возможность османам найти меня. А я довольно близко к убежищу.

— Ха-а-а… Ха-ах… Ха-ах… — тяжело дышал я, руками вцепившись в торчащую арматурину. — Ну чё встали, смотрите? Давно бы уже начали стрелять…

— О, русски? А форма осман… Мы осман старайся не убиват. А пленит и делай допрос. Но ты не осман… Кто ты?

— Я очень… очень злой человек…

Я отошёл от падающего на пол осколка бетонной стены и посмотрел на привлечённых шумом солдат наркобарона. Ореол зелёного света вокруг меня начал пропадать, так как на моём пути наконец-то появились жертвы моей бушующей ярости. Эфир вернулся в источник, чтобы я взял его и направил убивать пришедших по мою душу головорезов.

Те доморощенные штурмовики, что пытались попасть в убежище в горах были жалкими пешками. Обычные бегунки-разведчики, прошедшие подготовку. Они не знали, что в их убежище так много людей. Думали, что их отряда хватит. Истинные силы наркобарона намного больше, чем кажется на первый взгляд. Не зря же он… барон. Свита у него соответствующая. Семь магов, сильнейший из которых – Высший маг. Почти тридцать воителей самого разного ранга, но лишь его личный телохранитель был на ранге, который у нас назывался бы Элитным Гвардейцем. И почти тысяча бойцов и работников, обслуживающих его крепость, не считая наёмных строителей, что уехали в первый же день войны.

— Злой человек? Так мы коллеги. И что же ты забыл в нашем городе, коллега?

— Ох, нет… Не путай. Я злой человек. А вы – зло. Разница не так уж велика, но она есть. Она кроется в мотивах всех наших поступков. Вот взять, например, ту единственную дорогу, что ведёт в город. Хороший знак – пятнадцать машин, расстрелянных ради забавы?

— Ха-ха… Ну какой же это забава? Исключительный прагматизм, как говорит мой босс!

— То есть это ваших рук дело?

— Какой глюпый вопрос. Зачем здесь беженцы, который привлечь военных осман? Нечего грабить, некого завоёвывать. Пустой город, в котором нет смысла быть бойцы султана. Логично, не находишь? — ухмыльнулся этот ублюдок, подавая команду своим пешкам окружить меня.

Три десятка вооружённых мужчин, один маг, парочка воителей, судя по пробившимся защитным покровам. Меня явно недооценивают.

— Стань на колени и будешь жив, маг. Зря ты весь свой энергия отдать на жалкий стена… Мой босс пообщается с тобой. Быть может, ты даже станешь один из нас…

— Один из вас? Всю свою энергию? Какая… Забавная… Шутка… Вы – шакалы. Злые бесы, чей удел – сдохнуть бесславной смертью и отправиться в ад. И, как я понимаю, король бесов тоже здесь, а не сбежал, да? Это хорошо… Очень хорошо! Перед вашей смертью я хочу задать один вопрос…

Все они подняли автоматы и направили на меня, смотря с кривыми ухмылками на рожах.

— И что же это за вопрос, глупый и храбрый идиот, что навлёк на себя беда из-за устроенный здесь шум?

Лидер отряда поднял руку, и она окуталась чёрным покровом.

— Мой вопрос очень простой… Какими глупцами надо быть, чтобы, будучи жалким бесом, задавать вопросы и угрожать… самому дьяволу?

Зелёное пламя вырвалось из меня в мгновение ока, и я сорвался с места к паре лидера и мага этих людей. Остальные начали хаотично стрелять. Идиоты… Они даже за перекрёстным огнём не следят…

Рука пронеслась сквозь стремительно набирающий силу магический щит мага, который лопнул, словно мыльный пузырь. А следом взорвалась от моего удара кулаком и голова этого кретина, что однажды выбрал неправильную сторону. Сторону, что привела меня к нему и, подобно избраннику самой смерти, заставила собрать дань с его души, оборвав дрянную и бесполезную жизнь. Одарённые, служащие наркобарону… Они даже последнего слова перед смертью не заслуживают. Мусор, который необходимо уничтожить, чтобы он не загрязнял этот мир.

Глаза «шутника», любящего прагматизм, выразили всю полноту его удивления, а горло выдавило неестественные хрипы, когда пылающая адским огнём рука сжала шею ублюдка, плавя его покров, подобно куску сыра, попавшего в костёр.

— Смейся, ублюдок… Какая же прагматичная у тебя смерть. Ты больше не будешь переводить почём зря кислород…

Я сжал кулак, прожигая защиту, и его шея переломилась. Последние секунды его жизни будут полны агонии от попавшего в тело эфира.

Бойцы продолжали стрелять, впустую тревожа мою экипировку, что показалась из-под сгоревшей формы солдата османской армии.

— Я разрешаю вам пустить себе пулю в лоб… — смилостивился я, но меня не послушали…

— Как же твари вроде вас любят цепляться за жизнь… — качал я головой, поднимая руку.

В неё упало копьё. Полуживой артефакт, обладающий чем-то вроде сознания. Он отобрал столько жизней, что мана внутри него стала проводником эмоций. Одухотворённое и яростное копьё… Мы слились с ним в одно целое, полностью разделяя чувства. Этому месту и этим ублюдкам поможет лишь одно...

Смерть!

***

— Шевелись, скотина! — толкнул плечом открывшего дверь в док Иллизар Гавжич.

Пробежав мимо приспешника вместе со своим отрядом охраны, он посмотрел на напряжённого техника, который готовил его гордость и красу – подводную лодку – к отплытию.

Изначально подлодка задумывалась как огромный батискаф для научных исследований. И в целом именно в этом качестве она и стояла на балансе одного из прикрывающих деятельность Иллизара предприятий. Только вот модернизированная, обслуженная и незаметная, она использовалась совсем не для тех целей, что были написаны в техпаспорте.

У владельца были свои требования к технике. Если её использовали для работы, из неё вытаскивали всё лишнее. Если же для других целей… Она превращалась во вполне себе комфортную подводную яхту.

— Лодка готова к отплытию?

— Практически! — замер и посмотрел на босса техник.

— Практически? ТАК КАКОГО ТЫ ВСТАЛ, ОСЁЛ?! БЫСТРО ШЕВЕЛИСЬ! ЧЕРЕЗ ДВЕ МИНУТЫ МЫ ДОЛЖНЫ ПОКИНУТЬ ЭТО МЕСТО! — заявил наркобарон и посмотрел на своего верного слугу и телохранителя, что в этот самый момент слышал по рации предсмертные крики и хрип убитого мага, что остался прикрывать их отход.

— Кто. Эта. Тварь? — сочащимся ненавистью голосом спросил местный царь и бог, чьё наследие, чья крепость прямо сейчас уничтожалась.

Его люди гибли, товар на сумасшедшие суммы, сравнимые с бюджетом небольших, но всё-таки независимых государств, сгорал в огне… Всё, что он создавал всю свою жизнь, пришлось бросить, чтобы сбежать от психа, который появился из ниоткуда и начал громить, взрывать, сжигать в странном зелёном пламени всё и вся.

Маг лишь покачал головой, давая понять, что и близко не знаком с тем, кто сегодня решил их уничтожить. С их элитной штурмовой группой, состоящей из воителей и парочки магов, он разобрался так, словно это были не опаснейшие бойцы, способные в одиночку уничтожить сотни людей и не вспотеть, а жалкие котята.

— А?

Наркобарону почудилось, что на столе – там, где располагались многочисленные болты и гайки техника, – сидит, опершись на станок, огромный жирный хомяк с шоколадкой в руке. Мужчина зажмурил глаза и потряс головой. Хомяк исчез, но не злоба и ярость на душе барона…

Они чудом разминулись с этим магом. Было видно, что неизвестный не знает, куда идти, и просто ходит из помещения в помещение, что-то предавая огню, а кого-то просто вырезая, словно мясник на скотобойне.

— Готово!

Техник установил перекидной мостик и позволил барону и его немногочисленной свите пройти на борт.

Всё вокруг внезапно задрожало от мощного взрыва, и идущий первым воитель едва не свалился в воду. Иллизар оглянулся в сторону прохода и снова заметил хомяка. На этот раз он сидел на проблесковой красной лампе, которая показывала мигающим сиянием, что в крепости наркобарона случилось чрезвычайное происшествие.

— Что за!.. — только дёрнул было рукой он в сторону странного огромного хомяка, как тот вновь исчез.

— Босс? Садитесь скорее!

Прямо за дверью что-то вспыхнуло, и через щели в металле показались на мгновение зелёные языки пламени.

Иллизар поскорее перебрался на борт и оказался в заднем отсеке. Двигатели уже работали, и рулевой и по совместительству капитан проверял последние показатели приборов. Следом за бароном на судно прыгнул его сильнейший приспешник. Он поправил мантию и посмотрел вверх, ожидая остальных.

— ОН ЗДЕСЬ! В БОЙ! УХОДИТЕ! — закричали верные псы наркобарона, которых тот вырастил из мелких щенков.

Преданные и самоотверженные, лучшие из лучших, что были у него на службе.

— Отплывайте, барон! — крикнул державший входной люк воитель и закрыл его, закручивая механические блокираторы, после чего в дело вступила автоматика.

— УХОДИМ НА ДНО! ЖИВО!

«Пока я жив, ничего не кончено. Кто только не пытался меня уничтожить, и все они уже давно на дне Чёрного моря…» — сжал кулаки барон, видя, как подлодка уходит под воду.

От битвы началось сильное волнение, и подлодку то подкидывало вверх, то утягивало вниз и постоянно шатало из стороны в сторону.

— Выравнивай! Проход узкий! — напрягшись, отдал Иллизар приказ рулевому.

Кое-как им удалось пройти длинный и узкий тоннель, созданный для связи тайного логова барона и моря.

— Дзмитер… — посмотрел на последнего соратника Иллизар. — Как так всё произошло? Как он попал внутрь?!

«Шурх»

«Шурх-шурх»

— Босс…

Маг выхватил кортик и принял боевую стойку.

— Пи-и-и-и!

Обернувшемуся барону радостно махал хомяк, второй лапой продолжая лазить по пустым полкам в поисках добычи.

— Что за тварь… — сжал кулаки Иллизар, покрывая их защитным покровом воителя.

Барон мог применять и магию, и силу воителя, но глубоко под водой баловаться магией было слишком опасно, и он это понимал.

Внезапно со стороны донеслись звуки смывания унитаза… Любил барон роскошь, даже на подлодку свою установил сантехнику. Она ведь не только товар, но и его самого время от времени возила. Особенно когда он затаскивал сюда упрямых и глупых девиц, что не желали становиться перед ним на колени и называть его своим господином. У таких было лишь два пути из этой поездки: либо в койку, либо в море... А иногда он, если девица ему не понравилась, сразу после койки отправлял на дно.

— Тварь? — выходя из туалета, произнёс странный парнишка в боевых доспехах, что выглядели очень потрёпанными.

От них отдавало жаром и чем-то таким воняло, смутно знакомым для барона, но размышлять на эту тему ему было некогда. Он дёрнулся к столу, вытянул выдвижной ящик и схватился за кинжал, которым любил мучить своих жертв, попавших на борт лодки за свою глупость и упрямство.

На мгновение барон отвёл взгляд от холодного и совершенно безэмоционального лица парня, что вытирал окровавленные руки ещё недавно белым полотенцем. А когда он поднял глаза, того уже не было перед ним.

Маг с клинком стоял в странной позе. Он замер с открытым ртом. Из уголков его губ стекали струйки крови.

— Дзмитер? Что? Где он?

— Извини, отвлёкся на твоего шофёра. Чуть-чуть объяснил ему диспозицию… — выходя из передней части судна, сказал молодой парень, который перемещался, словно призрак.

Его светящиеся зелёным руки постепенно потухали.

— Так вот, сегодня у нас будет лекция о тварях… — Он медленно прошёл по каюте и остановился рядом с замершим в неестественной позе магом. — А ты чего стоишь? Умирай давай…

Парень глянул в мертвецки бледное и окровавленное лицо мага, и оно расслабилось, а само тело рухнуло вперёд, демонстрируя огромный кровоточащий шрам от середины лопаток и до темечка.

Парень подошёл к столу, игнорируя сверлящего его взглядом наркобарона, и, схватившись за скатерть, вытер окровавленный палец, которым он, словно когтем, вспорол и спалил позвоночник и череп последней шавке наркобарона.

— Твари бывают разные. Есть те, кто такие от природы. К ним и спросу-то никакого нет. Монстр и монстр. Мы по разные стороны. В конечном счёте нам суждено сражаться за право управлять планетой. А есть и такие, как мой лейтенант Фома.

— Пи!

— Они ведь, сам видишь, разумнее многих людей. А монстрами они или, как ты выразился, тварями становятся только при необходимости. Если подобных ситуаций избегать, они будут полезнее и ласковее домашних кошек да собачек. Я бы и раньше с тобой встретился, но ты уж меня извини. Твою крепость, прежде чем сжигать, нужно было обчистить. С сейфом своим, ты, кстати, явно схалтурил. Я даже не напрягся, взламывая его. Вот… Спасибо за все те подарки, что ты мне преподнёс… Очень щедро с твоей стороны. Обещаю, они пойдут исключительно на благие дела.

— Кто ты? — не сводил с парня глаз Иллизар, полностью окутанный покровом воителя и напитавший своё оружие по максимуму.

Из двадцатисантиметрового лезвия под воздействием силы клинок превратился в полметра разрушительной мощи, способной убить так же легко, как вскрывают скорлупу грецких орехов повара.

— Я… Если честно, затрудняюсь ответить на этот вопрос. У меня уже так много имён… Но это не важно. Важно другое… Сегодня я столкнулся с третьим типом тварей. О-о-о-о-х! Они воистину бесят. Не просто бесят, а заставляют кровь кипеть и будят во мне дьявола. Одно дело, когда ты управляешь этой силой. Тогда всё просто. Но когда на моём пути появляются твари, вроде тебя… — парень с ненавистью, что плескалась в его глазах зелёным эфиром, посмотрел на барона, — Я начинаю терять над собой контроль. Знаешь, почему я так долго уничтожал твоё гнилое, пропахшее смертью и страдающими душами логово? Ну, предположи… Ты же такой умный! Создал целую подпольную империю!

Иллизар уловил момент, когда парень отвёл взгляд, и прыгнул вперёд, стремительно нанося удар усиленным кортиком, но… пронзил лишь пустоту.

— Потому, сволочь… — тихонько шептала смерть барону на ухо, прожигая, словно какой-то зефир, его защиту и продолжая идти вперёд, к сердцу, — что я желал продлить заслуженный вами, ублюдками, ад, хотя бы ненадолго… Чувствуешь, как бьётся твоё сердце? Бешено стучит, получив дозу яда? Я тоже чувствую… Впустую трепыхается. Мусор… Отброс… Ты – раковая опухоль этого мира. И таких, как ты, я буду уничтожать снова… И снова… И снова… Сколько бы вы, суки, не появлялись…

Пламя бросилось на сердце, и спустя миг обратило его в прах. Тело наркобарона обмякло и завалилось на пол.

— Твоя бесславная жизнь закончилась, а душа, надеюсь, попала в ад. Если он есть… Фома, мы всё забрали?

— Пи!

— Хорошо…

Граф Берестьев ещё раз зажёг эфирное пламя на своей руке, заставляя обратиться прахом кровь и грязь, что оказались на нём после гибели того, кто незаслуженно назывался при жизни вестником смерти.

— Раз так, держим курс на Константинополь!

— Пи? — удивился Фома.

— Ладно-ладно, на Стамбул. Эй, рулевой, слышал? Давай, направляй это грязное корыто в сторону бывшей столицы Византии. И не заставляй меня будить моего друга, что теперь живёт в твоём сердце…

Парень поиграл пальцами руки, словно подёргал за ниточки, и молчащий всё это время немолодой капитан подлодки схватился за сердце.

— Я… Понял… — ответил он на болгарском. — Стамбул… Меняю курс.

— Вот и хорошо. Долго нам плыть?

— Если нас не засекут османы, к вечеру доберёмся…

— Замечательно. Как раз успею почитать по дороге.

Зелёный Дьявол сел в кресло и закинул ноги на стол. Сегодня его ярость была утолена множеством жертв, что сами привлекли несчастье на свою голову.

Демоны в душе парня отправились спать, надеясь, что их не будут больше тревожить. Но как же они ошибались…

Глава 9

— Сиди смирно. И хватит потеть! — отдал я очередной приказ моему подводному таксисту.

— П-простите. Нервничаю… — еле выдавил из себя слова бедолага, что ещё недавно работал на жуткого и опасного наркобарона, а теперь сидит во власти того, кто этого гада раздавил, как клопа, вместе со всей его сворой.

— Ещё бы… Количество людей, которых я пощадил и в чьи тела вместо клинка вогнал своего симбионта, способного как убить, так и спасти, можно пересчитать по пальцам одной руки. Так, выдохни, успокойся и вытри уже своё потное лицо.

Я убрал руки от рулевого, беря паузу в небольшом исследовании.

Симбионт… Никакого симбионта, само собой, не было. Было просто красивое слово из современных фантастических книг и сериалов, которое, в общем-то, вполне неплохо объясняло то, что происходит с моим подопытным. На его жизнь мне было плевать.

Мы уже затихарились у побережья, готовые к всплытию. Как всплывать, рулевой мне показал, да я и сам видел, как механизм этот работает. В целом ничего сложного, но одна ошибка на глубине – и «пуф»... Превратишься в ничто под ужасным давлением. Так что я всё-таки решил убить двух зайцев сразу: и лодку забрать, и её капитана. Если, конечно, мой эксперимент не провалится. А если и провалится… Ну, останется лодка. И тогда придётся потратить время на то, чтобы научиться ею управлять…

Вообще, это заклинание называлось весьма величественно: «Приказ повелителя эфира». В прошлом его использовали мои предки для запечатывания эфира внутри тел посланников или же провинившихся. В последних, чтобы те больше не нарушали приказов главы. Эту технику мне показал отец, но она была, как он сам признался, в урезанном виде. Я применял её на «гвоздичках», я баловался ею с Юлей, я подселил одну из версий этого «приказа» или же симбионта Лене, когда мы с Цербером ушли в поисках точки связи… И я знал, что потенциал этой способности раскрыт лишь частично.

Мы с отцом в последнюю встречу о многом болтали, в том числе и об утерянных и забытых техниках, и о «приказе» этом тоже. И, как выяснилось, эта штука войдёт в число одних из сильнейших и опаснейших магических техник в мире. Особенно если я стану Верховным Архимагом. Я могу подселять эфир в тело другого человека и задать ряд команд. В чём-то это похоже на современное программирование, только несколько сложнее. Есть свои нюансы...

Эфир будет растворяться и терять свою силу, если магическая сила оппонента выше. То же самое касается и воителей. Если я сейчас на пятом ранге, а те, кому я подселяю «приказ», будут шестого, то меньше чем через сутки связь с этим человеком оборвётся, и я потеряю возможность влиять на него. Влияние может быть как защитным, так и атакующим. Дал команду слушаться или никому не говорить о том, что увидел, – и всё. При нарушении приказа эфир разольётся из этой небольшой магической сферы и атакует нарушителя. С защитным приказом всё намного проще. Подобных ограничений нет. Думаю, вскоре такая штука появится и у всех моих соратников.

Из основных минусов этой техники: затраты на её создание и поддержание в активном состоянии. «Гвоздички», бедные, там наверняка ощущают себя отвратно. Я сейчас очень далеко и не могу поддерживать внедрённое в их тела «атакующий» приказ. Он как пить дать безобразничает… И я его ещё составил столь криво и с таким огромным количеством ограничений, что высока вероятность потерять с ними связь. Тогда мне останется лишь надеяться, что их силы Воителя хватит на борьбу с шариками эфира.

Пока что мне удаётся поддерживать в «гвоздичках» печати, которые не дают эфиру разлиться по их телам ядом, но с каждым днём делать это становится всё тяжелее.

В общем, за «жертвами» подобных техник нужен глаз да глаз…

— Давай продолжим.

— А что вы делаете, господин? Что это за «симбионт» такой? — сказал рулевой на сносном русском.

— Симбионт – это духовный помощник. Помогает мне спасать верных мне людей или убивать предателей, которые ослушиваются моих приказов.

Я вновь положил руки капитану на голову и продолжил связывать свою энергию с его головным мозгом.

Мужчина был неодарённым. Искра в нём тоже не пробудилась. Убить его сможет и капля эфира, но я бы хотел, раз уж выпала возможность, попробовать соединить энергию с мозгом, чтобы капитан умер сразу, как попытается сдать меня. Хотеть хотел, а как сделать – не знаю. Полчаса провозился до этого… И сейчас как ни пытаюсь, а взаимосвязи сделать не выходит. Это через псионику делать нужно, через связку с чтением мыслей, а у меня в этой области знаний не хватает… Ладно, оставлю как простую капсулу с ручной активацией.

Эх-х, предки могли такое, а я – нет. Ну, ничего. Главное, есть куда расти. И рулевому правду можно не говорить. Пускай думает, что за предательство симбионт убьёт его. Так вернее служить будет. Ограничений лишних ставить не буду, всё равно я не собираюсь за ним сутки напролёт следить. С «гвоздичками» это ещё имеет смысл, а здесь… Пойму, что свалил или предал, – связь оборву, защиту с эфирной сферы сниму и пусть помирает.

— Готово. Всё, теперь, если предашь меня, расскажешь обо мне кому бы то ни было, будешь действовать мне во вред намеренно, то запустится обратный отсчёт. Защитный покров симбионта исчезнет в течение десяти минут. Затем смерть. Быстрая, но очень болезненная. Держи телефон, — кинул ему один из закупленных давным-давно телефонов с подставной симкой, роумингом и всеми прочими прелестями. — Там вбит мой номер. Присылай сообщения, если что-то интересное случится. Найди какую-нибудь берлогу в Стамбуле и сиди тихо. Жди связи.

Надо бы его по-хорошему сразу в Россию отправить, но сейчас не до этого. Да и рейсов из Османской империи к нам не летает.

Я дал команду подниматься и, как только подлодка всплыла, заставил капитана шустро эвакуироваться. Сам при помощи Фомы быстренько переместился на берег, не намочив одежду, и стал смотреть на то, как борется с течением капитан.

— Выплывет, — подытожил я и скомандовал Фоме прятать подлодку.

Он, конечно, мою просьбу выполнил, но, когда вернулся весь мокрый, злобно уставился на меня. Видимо, одну из норок нашего изломовладельца затопило…

— Пи-пи-пи! Пи-пи! Пи-пи-пи-пи! — недовольно махал он лапками, возмущаясь и заявляя, что ничего из воды больше к себе тащить не будет.

— Только в крайних случаях, лейтенант. Кстати, нас заметили…

— Пха… Кхе-кхе… — выплёвывая солёную морскую воду, на берег выбирался наш бравый капитан.

— Отдышался? А теперь посмотри направо… — с улыбкой сообщил я невольному подчинённому.

— Да чтоб у меня булгур вечно подгоревшим был, — странно выругался он, видя, как в предрассветных сумерках воссияла огнями сторожевая вышка и лучи света от мощных прожекторов осветили место, где была подлодка.

Мы довольно близко к Стамбулу «припарковались». Отсюда километров десять до его окраин. Сейчас в одном из городов-спутников со стороны Балканского полуострова.

Вдалеке послышалась сирена. Приплыли... Непонятно, там гарнизон, морская база или ещё что?..

— Сюда.

Мы подошли к старенькому каменному дому с причалом и скрылись за его стеной от света прожекторов, что начали водить лучами по побережью.

— Вот велосипед, вон там город. Езжай и не попадайся, нелегал. Найди место, где сможешь отсидеться.

Я попрощался с капитаном и вместе с Фомой, превратившись в призрака, отправился знакомиться с величественным городом, который до сих пор так и не смогли отстроить до уровня былого могущества. Подумать только… Ещё какие-то две сотни лет назад это была столица одного из крупнейших и богатейших государств не только Европы, но и всего мира.

Византийская империя пала под натиском не только внешних врагов, тех же османов, но и внутренних. Разграбления, голод, болезни, мятежи, лжеправители, заявившие свои претензии на трон и захватывающие власть в провинциях…

Кстати, Болгарское княжество как раз одно из таких провинций, что подняла восстание в последние годы жизни увядающей империи. К слову, князь Симеон и впрямь ведёт свою родословную от византийских древних правителей, а его дочка, с которой мне вскользь удалось познакомиться на приёме, прапрапра- и ещё сколько-то там «пра» внучка предпоследнего императора Византии. Как вспомню её взгляд со смесью благодарности и недовольства, так даже чуть-чуть жалею, что отказался практически от всех возможных благ, что предлагались попавшим в беду правителем. Надо было попросить князя свою дочку мне в жёны отдать. Хотя бы ради того, чтобы увидеть её взгляд в этот самый момент?

— Ох, какой же ты красивый, Стамбул. И даже два века османского правления не смогли стереть с твоих улиц ту величественность и красоту, что создавалась поколение за поколением…

Город ещё только просыпался, и я любовался его чарующими видами: фонтанами, барельефами на зданиях, лепниной и мощёными тротуарами. Я был в районе, который словно застыл во времени…

Где-то рядом пекли булочки, и аромат свежего хлеба разливался по окрестностям. Розы выглядывали из каждого второго окна, придавая улице чарующий вид. Климат позволял им до сих пор цвести и радовать прохожих.

Так бы и ходил-бродил по этому городу. Но, к моему огромному сожалению, мне придётся его немного потревожить…

Информация, полученная от генерала, занимавшегося оценкой награбленного, была весьма любопытной и заставила меня пересмотреть планы по освобождению студентов. Если нам нужен козырь, что заставит султана сдать город и организовать коридор, то это должно быть что-то такое, что для него намного ценнее, чем несколько десятков пленников и разграбленный курорт.

В этом городе находилась резервная ставка командования. Сюда все генералы свезли своих жён и детей, сами приехали сюда и здесь же занимались их рокировкой, решая, как быть с наступательной операцией и кто себя проявил хорошо, а кого следует заменить.

Я не знал, за кем именно охочусь, но знал, что мне нужна информация о том, кто в этом городе находится прямо сейчас. В идеале нужны какие-нибудь родственники султана. Такие, чтобы он не наплевал на их жизнь. Может, брат его или дядя… В общем, шишка с большими полномочиями, принадлежащая роду нашего чересчур амбициозного соседа.

И первый мой шаг – найти место, где хранятся секреты. Найти слабость османов и уж затем нанести удар – захватить пленника. Действовать я буду, само собой, в костюме наёмника. Подставлять свою отчизну я не планирую. Вести полноценные боевые действия на территории чужой империи в маске Зелёного Дьявола будет весьма опрометчиво. В общем, действуем нагло, но скрытно.

Присел на лавочку и сосредоточился на ощущениях, пытаясь найти самое большое скопление магов. По идее, там и будет штаб.

Повернул голову на юг и открыл глаза.

— Кажется, там… Проверим! Часики-часики… — обратился я к своему поисковому артефакту, раздумывая над тем, как определить местонахождение штаба врага.

Пару минут поигрался, формулируя по-разному предложения, и, кажется, нашёл подходящее место.

— Пойдём, прогуляемся, Фома. Посмотрим, что это за райончик…

Мы отправились с первыми лучами солнца, осветившими улицы города, в путь. Пока шёл, раздумывал, как собрать информацию так, чтобы не поднять тревогу. Использовать Фому с камерой? Не пойдёт… Там своих камер хватает. Вырубать их слишком рискованно. Документы реквизировать – тоже так себе вариант. Как заметят пропажу, поднимут тревогу. Да и можно забрать ерунду бесполезную…

— Слушай, давай микрофон подключим. Даже если они используют звукоизолирующие артефакты, ты сможешь близко подобраться, войти в радиус действия защитного артефакта и сделать запись. А там я уже послушаю.

— Пи!

Мы начали готовиться. Я переоделся в простую одежду, чтобы не привлекать внимания, нашёл себе лавочку, на которую пристроился, и подумал, что лучше бы отправиться в какой-нибудь отель. Но официально не зарегистрироваться: фальшивых документов, которые не привлекут внимание, у меня тоже нет. Хм… Ладно, логово я какое-нибудь найду. Можно даже просто в кафе засесть…

— О! — Увидел я вывеску интернет-кафе с горящими неоновым светом цифрами «24/7».

Так… Денег нет.

— Фома! Прежде чем идти на серьёзное дело, тебе надо бы размяться… Достанешь мне кошелёк? Нужны местные деньги.

— ПИ! Пи-пи-пи!

— Да помню я, что говорил! Но это относится к своим. Своя страна, свои знакомые… Свои люди, даже незнакомые. А если это враги потенциальные… То можно. Как с Ирисовыми, помнишь?

— Пи-пи-пи… Пи?

— Да. Я тут подожду. Шоколадки тоже можешь со склада магазина какого-нибудь стырить. Только не всё бери, чтобы не сразу заметили. Понял?

— Пи-пи?

— Да, если есть возможность взять так, чтобы никто не заметил, то лучше так и делать.

— Пи! — прыгнул с плеча Фома, исчезая прямо в воздухе.

Ну, подождём чуток…

Минута… Две… Пять… Тридцать минут.

— Где этот проглот шатается? Уже там продовольственный логистический центр обчищает? — недовольно пробухтел я, жалуясь на пропажу.

И стоило мне только подумать, как хомяк тут же появился рядом. Довольный донельзя. А ещё где-то на соседних улицах одна за одной поехали машины с включёнными сиренами.

— Ну и что ты натворил?

— ПИ! — вытащил он из своего волшебного кармана пачку местных денег и бросил мне на ноги.

— Это много или мало?

— Пи? — пожал Фома маленькими плечами и предложил альтернативу – в виде золотого слитка…

— Стоп… — Я взял пачку денег и посмотрел на бумажку, которой она была обмотана. — Султанбанк… Фома, ты что, банк грабанул? Там же антимагические защитные системы! Магия, которая призвана остановить мага…

— Пи! — отмахнулся лапкой Фома, мол, это ерунда. — Пи-пи-пи! Пи-пи!

— Лейтенант… За успешную диверсию я бы тебя наградил внеочередным званием, но нам надо срочно сваливать куда подальше от этого банка, пока облаву не устроили…

Кругом начинали всё чаще виднеться проблесковые маячки, а сирены всё громче звучали, пробуждая город после дерзкого ограбления. Пушистый бандит спрятал золото в своё пространственное логово, оставив мне пачку денег, и мы переместились в другой район, где было поспокойнее.

Я нашёл другое интернет-кафе, в котором и арендовал комнату с компьютером, заплатив админу щедрые чаевые. А всё для того, чтобы он не задавал лишних вопросов и принёс перекусить. Кебаба мне притащили столько, что бородатый круглолицый мужичок, заведующим этим интернет-кафе, всё ждал, когда же подойдут мои друзья… Но я всё съел сам, пока обдумывал произошедшее ограбление, смотря какой-то турецкий сериал.

Фома уже упрыгал с микрофоном подслушивать и записывать чужие разговоры, ныкаясь в ящиках стола, тумбочках и везде, где только его пушистая жопка вместится. Опыта у него хватает. Как включать всё, он тоже в курсе. Всё-таки планшет освоил в два счёта. Даже рекорд какой-то в игре поставил... Талант!

Пока Фома был на задании, а еда переваривалась, я связался со своими. Немного повозился с компьютером, чтобы не оставить следов, и несколько часов общался то со своими соратниками, то с разведкой, то с представителем тайного совета империи – личным поверенным, первым помощником Зубова. Много о чём говорили. Вопросов мне задавали столько, что по моим ответам можно было бы книгу написать о выживании студентов в суровых условиях войны при внезапном десантировании в тыл врага.

Кроме вопросов, были и претензии. Даже приказы. Например, уходить из Стамбула. Да, я не стал скрывать, где нахожусь. Объяснил им и зачем я здесь. Но командование спасательной операции потребовало отставить самодеятельность и возвращаться. На мой вопрос: «А что с остальными?» – был дан короткий ответ: «Вытащим».

И никаких подробностей… Даже обидно немного. Я им информации дал столько, сколько ни одна разведка не сообщит. Ещё и с князем Болгарии попросил связаться, сообщить приятную весть о награбленном османами.

О том, что Фома грабанул их банк, вынес золото и наличку, говорить благоразумно не стал. Это уже наша своевольная спецоперация от имени Берестьевых. И раз уж начали… Она будет явно не последняя.

К обеду пришлось закругляться с разговорами, так как Фома уже должен скоро вернуться по нашим с ним договорённостям. А я даже примерный план не придумал. Ещё и пути отхода определить надо… Всё, пора заняться делом, а не секретные послания отправлять на Родину.

[Сокол, смотри за гвоздичками и фамильярами моими. Если что, первых сразу отпаивай зельями лечебными. Не скупитесь. Они в наибольшей зоне риска. Мне пора бежать.] — написал я сообщение своему соратнику, планируя отключиться.

[Хорошо. Тут, кстати, Юля приехала. Рвёт и мечет. Сказала, на войну отправляется тебя искать. Кен её внимание кое-как на себя перетянул. Сейчас гоняется за ним, чтобы придушить. В общем, у нас всё спокойно. Ты тоже береги себя и возвращайся при первой возможности.] — прислал он мне сообщение, вызывая тепло на душе.

Вообще, поводов для улыбок хватало. Виви, хоть ей и было плохо, как и остальным фамильярам, что оказались очень далеко от меня, а уже научилась читать. Читает в основном фермерские энциклопедии про «памидольки и малковку». Остальные тоже без дел стараются не сидеть. В общем, живут, растут и развиваются, даже несмотря на то, что я очень далеко. Молодцы, чего уж… Надеюсь, скоро мы с пушистым вернёмся. Кстати, имение моё в порядок привели, куда и вернулся весь бравый отряд Краста.

— Пи!

— Ну наконец-то! Есть что-то интересное? Удалось записать?

— Пи-пи! — протянул он мне оборудование, и я аккуратно вытащил флешку с записанными разговорами.

Ну вот и момент истины… Удастся ли мне вообще хоть что-то понять в этой тарабарщине?

Я вставил флешку в телефон, подключил наушники и включил первую запись. Затем вторую, третью и все прочие. Больше не понимал, чем удавалось расшифровать, но одна запись меня очень даже заинтересовала…

— Так-так-так… Значит, султан, он же император, отправился со своей гвардией проверять позиции войск на границе с Грецией, оставив здесь, в Стамбуле, свой «выездной» гарем из жён и наложниц?

— Пи?

— Фома, ты будешь в восторге от пополнения коллекции. Но сразу готовься. Одним бельём в этот раз мы не ограничимся…

***

Двенадцать часов спустя… Дворец Султана в Стамбуле.

— ЧТО ЗНАЧИТ ПРОПАЛИ?! КУДА? КОГДА?

Глаза правителя всех окрестных земель налились кровью, когда он вошёл в свой дворец.

— Я не знаю, господин… — сказал евнух, стоящий на коленях перед своим повелителем. — Стража тоже пропала...

— Пи-пи…

На небольшой мраморный столик внезапно запрыгнул огромный хомяк и затряс запечатанным конвертом. Швырнув его на пол, зверь исчез так же быстро, как и появился.

Слуга поднял конверт, вскрыл письмо. Убедившись, что никакого яда вроде Сибирской Язвы в нём нет, достал бумагу.

— Что там написано, — стоя в окружении великих воинов и магов, едва сдерживаясь, спросил султан.

— Извините, тут на болгарском, господин… — И дрожащими руками евнух протянул письмо выступившему вперёд бойцу, что владел этим языком.

— Кхм… Тут вам грубят, мой повелитель, — нервно высказался боец.

— Читай.

— Здорова… Здорова…

— Дай сюда!

Султан вырвал из рук запинающегося бойца письмо и начал читать…

«Здорова, лошара османская. Если ты читаешь это письмо, значит, твой гарем теперь у меня. Каждый день я буду по одной красавице делать из "твоей" "своей". Если они тебе нужны – подай знак. Объяви двухдневное перемирие для обмена пленными и телами убитых, а также создание эвакуационных коридоров, по которым оставшиеся в западне мирные жители смогут покинуть зону боевых действий. Тогда мой посыльный доставит тебе новое послание, в котором я укажу место для проведения полноценных переговоров с гарантией для обоих сторон. Если же тебе плевать на них… Тебе же хуже. Это ведь не все красотки, что у тебя есть, да? Кстати, извини, что сообщаю тебе вот так, но банки твои в Стамбуле тоже я ограбил. Решил, раз уж ты мою страну грабишь, то я чуток компенсирую потери.

Без какого-либо уважения, Большой Болгарский Перец.

P.S. "Большим" мой перец назвали твои же красавицы, оценив по достоинству природный дар и сравнив с твоей фасолинкой. Просто знай это.»

Письмо сгорело в пламени, вырвавшемся из ладоней императора, а душа правителя горела от ненависти ещё очень и очень долго…

Глава 10

— Милые дамы, мы с вами в данный момент находимся на борту корабля, на огромной глубине. Места здесь всем нам мало, еды и кислорода ещё меньше, так что не создавайте мне проблем. Сидите тихо и смирно. Туалет вон там. Но его надолго не хватит. Так что часто не захаживайте в него, — говорил я, обводя глазами девиц, что сейчас явно переживали огромный стресс.

Оно и понятно: стража перебита и теперь валяется где-то в подземелье Фомы, на шеях некоторых девиц антимагические ошейники...

Султан в свой «выездной» гарем взял девять девушек. Все они при первой встрече во дворце оказались разной степени одетости, различных цветов кожи и темперамента. Каждая была по-своему красива. И ещё отдельное спасибо их мужу и господину за то, что все находились в огромной комнате – таком длинном зале, который был разделён множеством перегородок из живых цветочных насаждений, купален и прочих элементов дизайна дворца. Это был настоящий лабиринт, где можно было уединиться или собраться компанией, чтобы беседовать, слушать музыку, трапезничать... Этакий торжественный зал для отдыха.

Найти это место не составило труда. Куда сложнее было разработать план и найти способ всех девиц султана похитить, попутно выведя из строя охрану и притащив тайно своего капитана.

Это они, конечно, здорово придумали – соединить дворец и море, сделав каскадные пороги от бассейна к морским пучинам. Стены, правда, мешали и не давали воде смешаться, но… Разве это проблема? Просто спустился на нижний уровень, ниже которого уже бились волны и имелась небольшая, дорого-богато выглядящая пристань с шикарной тридцатиметровой яхтой.

Очень хотелось эту яхту себе забрать, но у хомяка не оказалось свободного большого помещения, а времени, чтобы заниматься наведением порядка в его закромах, у нас не было. Поэтому я решил затопить её после окончания операции.

Когда я вошёл через парадную дверь зала дворца к девицам из гарема, они все обратили на меня внимание. Но так как я подготовился, напялил на себя одежду главного евнуха, распорядителя гарема, со всеми причитающимися золотыми кольцами и прочими символами власти на теле, то никто ни паниковать, ни кричать, ни сопротивляться не стал. Тем более что я прошёл через главный вход, который охраняли Воины Духа. И раз меня пропустили… В общем, сомнения если и были у кого-то, то возразить никто не посмел: в одном из ограбленных мной кабинетов дворца я нашёл печать султана и подделал письмо, свидетельствующее о назначении меня на должность.

Я объявил эту новость девицам, слугам, коих было большинство, и немногочисленной внутренней охране и сообщил, что господин уже на пути обратно и желает развеяться, отправиться со своими красавицами в плавание, после чего пригласил всех на борт.

Яхта вмещала не только девять прелестниц, но и стражу, помощников, слуг. И куда же без капитана корабля. Моего капитана корабля! План был разработан на коленке, и в любой момент могли обнаружить исчезновение бойцов с постов охраны. Поэтому я торопился и всячески поторапливал с отплытием всех из этого удивительного дворца, впечатлившего меня не меньше, чем сам город. Мне задавали неприятные и неловкие вопросы, но на всё у меня был один ответ: «Ждём капитана корабля и приказа султана».

Как только прибыл мой капитан, проведённый Фомой по длинным, но пустым коридорам, народ начал что-то подозревать… Но уже было поздно. Я вручил капитану, которого звали Геогрием, противогаз и вытащил на свет стыренный Фомой баллон с газом. Открыл вентиль и совершил диверсию, отравляя всех, кто здесь был.

По газам я не эксперт, но инструкция на баллоне любезно была переведена с османского на многие другие языки мира, а в интернете нашлась инструкция по применению с предостережением, что это медицинское оборудование и в неправильных дозировках оно может быть смертельно опасно. Но это ладно. Самое главное – за облаком этого газа не было видно, как я убиваю «лишних» пассажиров из числа охраны, а слабых слуг просто выкидывал на причал, пока они сильно не надышались.

С прелестными жёнушками султана вышло непросто. Некоторые из них были совсем слабыми. Неодарённые, но любимые игрушки султана. А другие оказались очень даже сильными магами, которые в одну секунду превратились из паникующих и задыхающихся девушек в яростных валькирий. Пришлось усыпить их эфиром. Каждая такая получила минимальную дозу, что простого человека убила бы за мгновение. Они же смогли побороться с ядом, попавшим в их тело, но к тому моменту, как они либо победили, либо проиграли в этой битве, мы уже отплыли от берега, и я с капитаном переправил девушек на подлодку, после чего на прощание поджёг яхту султана. Вот так и сгорают миллиарды лир…

Фома счастливо копошился в новом белье, Георгий сосредоточенно управлял подлодкой, которую к отплытию особо не готовили, отчего запас хода у неё был сильно ограничен. Я же занимался контролем состояния находящихся в оцепенении либо без сознания девушек. Потихоньку начал их исцелять. Кого зельем, кого энергией Воителя. А из тел некоторых просто-напросто вытянул обратно эфир, чем и спас.

Связал руки и ноги самым буйным, магичкам на шеи надел ошейники антимагические… Фома сказал, что у него их всего десять. Набрал то тут то там по случаю… В общем, на выездной гарем султана наших запасов хватило.

— Пи-пи! Пи-и-и… — зевнул Фома, доставая еду, и устроил перед сном перекус.

— Да, хорошо. Отлично поработал. Восстанавливайся пока что.

Спецоперация прошла ну очень даже на тоненького. Во многом удалась исключительно благодаря моей наглости и умению Фомы телепортироваться в закрытые помещения охраны. Мы смогли быстро уничтожить и бойцов, и оборудование. Причём роль моего пушистого маньяка была решающей, чтобы сделать всё тихо. В общем, он заслужил отдых.

Девушки постепенно приходили в себя. Надо Георгию задать курс, чтобы запутать врага. Мы далеко не проплывём, поэтому нам нужно где-то спрятаться на время, дождаться возвращения султана, подкараулить его и вручить письмо…

— Гриша, через Босфор не проплывём?

— Заминировано, да и османские подлодки там стоят. Нас обнаружат сразу. Вообще, удивлён, что нас до сих пор не нашли…

— Возможно, скоро они нас найдут. Ну или начнут искать... Плывём к Малой Азии. — Хлопнул я рулевого по плечу. — Вряд ли они ожидают, что мы будем прятаться на их же территории.

— У нас там была перевалочная база, с которой мы забирали товар. Только не уверен, хватит ли запаса энергии в аккумуляторах…

— А подзарядить их можно как-нибудь?

— Нет. Но можно отключить всё внутреннее освещение и прочие ненужности, что расходуют энергию корабля. Так сохраним запасы в резервных аккумуляторах. Если сдохнут основные, то переключимся на них. Я так делал пару раз, когда в дальнее плавание ходил.

— Отлично. Так и сделай. А я пока пойду обрисую дамам сложившуюся картину. Долго отсюда плыть?

— Если дойдём на основных и нас не засекут – три часа. Если сдохнут аккумуляторы и перейдём на резервные, то часов шесть.

— Приемлемо. Думаю, мы как раз успеем подготовиться к встрече.

— Господин, простите, а эти девушки… Тот дворец… Мы что, у османского султана жён украли?

— Всё верно, мой дорогой подельник. Возможно, однажды эта операция станет сюжетом для какого-нибудь фильма или сериала, и ты станешь одним из действующих лиц этой истории. Твоё имя войдёт в учебники по разведке! Гордись этим!

— Боже, спаси и сохрани... Он же будет преследовать нас до конца наших дней…

— Пупок надорвёт. Давай набирай обороты, уходим на глубину, — отдал я команду и отправился к прелестницам.

— Милые дамы…

***

Убежище наркобарона и перевалочная база… выглядели неплохо, но были чересчур активными. Нас здесь не ждали, так что местные бандюки всполошились. Достали оружие, начали кричать… Зато у меня появилась хорошая возможность усмирить проевших мне всю плешь на голове баб.

В курятник попал… Поняли, что я не собираюсь их насиловать, убивать, мучить и прочее, и как давай кудахтать на разных языках.

— А теперь слушаем меня внимательно. Переведите тем, кто меня не понял. Мы приплыли к первому месту назначения. Здесь нас не ждали, и пятьдесят грязных, потных мужиков, что занимаются нелегальными делами, за которые им грозит повешение, вооружились и собираются нас штурмовать. Думаю, вы можете себе представить, что с вами будет, если я решу сперва выпустить вас, дать им повеселиться и уже затем, когда они подобреют и устанут, выйду с подлодки сам, — суровым взглядом осмотрел я каждую из них, давая понять, что им не светит ничего хорошего в случае, если я не захочу их защищать.

Прониклись они моими словами как надо. Кое-кто даже захныкал, но я быстро причитания прекратил, заявив, что нарушающих тишину и нытиков выкину первыми.

— Запомните одно: я – ваш гарант жизни, ваш гарант безопасности. Ослушаетесь меня – будете страдать. А султан грязную жену, которую кто-то чужой взял, уже не примет обратно. Вместо райской обители вас ждёт смерть. Так что заткнулись и слушаем меня. Я и так ваш трёп долго терпел.

— Султан, мой великий повелитель убьёт тебя и всех вас… — решила проигнорировать здравый смысл одна из брюнеток со вздёрнутым носиком, и спустя мгновение Фома исполнил мою просьбу: всунул кляп ей в рот. Временный, в виде шишки.

Ошейник на шее, кляп, руки связаны… Только взгляд гордый остался.

— Не знаю, как тебя зовут, но сегодня ты как минимум осталась без ужина. А как максимум…

Я махнул клинком в опасной близости от её лица, и девица тут же дёрнулась назад и завалилась на пол подлодки. Ну вот. Уже нет глупой храбрости в глазах. Была бы паинькой, как остальные, – уже бы пошёл зачищать причал этой дыры…

Вспышкой телепортировался наружу и сразу оценил своих соперников и окружение, пока увидевшие моё появление пытались проморгаться. Ни одного мага. Лишь двое пробудили искру.

Я стоял в центре узкого коридора, сразу за спинами первых двух противников с поднятыми в сторону причала автоматами. Стены исписаны граффити, в воздухе улавливались нотки плесени. Плесени здесь много, даже на старых надписях имеется. А значит, это место давно находится «вне закона».

Грязь, вонь, какие-то окровавленные ящики… Мусор. Надо зачистить.

Снова телепортировался. В этот раз за спину вооружённых огнестрелом бандитов. Я ощутил парочку взглядов, как только мой клинок пронзил одно за одним сердца первых противников. Неверие, злость, ненависть… А ещё страх. Страх, которого не было среди вооружённых бандитов при первом появление подлодки, который появился в тот же миг, как первые жертвы окропили пол кровью, испуская дух.

Стальная дверь за моей спиной открылась, и в меня кто-то врезался. Не оборачиваясь, махнул зеленоватым лезвием наотмашь. А вот идущий следом за неизвестным оказался опытнее. Он отскочил и вытащил пистолет. Но моя рука поднялась, и зелёное пламя эфира рвануло вперёд и вцепилось в его одежду и волосы.

Внезапно раздался резкий щелчок. Я тут же нырнул вбок, едва избежав пули, которая прошла в сантиметре от моего уха. Если дам им время, они превратят эту битву в тир. не особо этого боюсь, но, если шуметь много и долго, кто-нибудь услышит… А ещё, увеличу я, пожалуй, толщину защитного покрова.

Не колеблясь, я рванул вперёд. Проскочил между двумя бандитами, которые начали заваливаться, как скошенные косой самой Смерти. Я слышал, как их товарищи начали в панике жать на спусковые крючки, и яркие вспышки света разорвали темноту. Швырнул эфирную гранату за их укрытие. Пускай подавятся.

Первые выстрелы достигли меня, но не смогли пробить мою экипировку и покров. А если вдруг кто-то удачно выстрелит из чего-нибудь мощного – нестрашно. Моя кожа насыщена эфиром и готова к опасности. Главное, чтобы в самые уязвимые места вроде глаз не попали. Поэтому голову на всякий случай прикрывал ещё и щитом.

Я кинулся к очередному бандиту, отодвинул его пистолет и мгновенно вонзил клинок прямо в его горло. Крики и всхлипы заполнили помещение, но это только раззадорило моего внутреннего зверя. Сегодня вам не повезло. Мне нужен этот причал, чтобы зарядить подлодку.

Толпа обрушилась на меня, излучая страх и агрессию одновременно. Я отражал их удары, как скала волны. Каждый раз, когда бандиты пытались приблизиться, я рвался вперёд, и мой клинок находил свою цель, а уставшие руки гадов вновь и вновь безнадёжно жали на спусковой крючок. И хватило всей этой огромной оравы бандюков до первой перезарядки. Мало кто успел опустошить обойму полностью.

Две минуты беготни, стрельбы, криков… Брызги крови и ручейки пошли по деревянным настилам и бетонным дорожкам к воде. Сложнее всего было догонять убегающих. Ведь они знали местность как свои пять пальцев. Ещё и в конце коридоров, что вели к портовой зоне города, в который мы приплыли, тоже стояли стражи, напряжённые из-за беспорядочной стрельбы. Больше не стоят.

Нет, ну, так мы тут долго не проторчим. Явно же заметят неладное. Не через пять минут, так через час. Не через час, так к концу дня. Раз тут столько людей пашет с контрабандой и прочими нелегальными товарами, то всё поставлено на поток. Значит, должны часто прибывать лодки за товаром к этому доку.

— Трупы оставь. Нет смысла убирать их. Только следы магии своей, где остались, вытяну… — отмахнулся я от Фомы, что уже начал хозяйничать и прибирать к рукам оружие и товар, что здесь имелся.

Как это всё продавать-то потом… Я даже понятия не имею, сколько всего пушистый успел прибрать к своим мохнатым лапкам.

Вот Жанна обрадуется, когда я ей тонны нелегальных и ворованных товаров дам на реализацию. А уж когда надо будет реализовать османское золото… Впрочем, мы пока успели только один банк грабануть. Надо бы нанести визит вежливости и в другие государственные банки османов. Конечно, это не имперская сокровищница, не золотохранилище, но всё равно довольно приятное и прибыльное дело. И охраняются банки не так сильно. По крайней мере с нашими возросшими способностями ни меня, ни Фому словить не должны.

— Одежда есть закрытая для женщин? — повернулся я к Фоме.

— Пи…

— Нет, не бельё, а просто одежда: плащи, платья, вуали, закрывающие лицо и тому подобное?

— Пи-пи-пи..

— Поищи-поищи. Я пока что выведу их наружу. Пусть посмотрят, как я поступаю с врагами.

Далеко отсюда уходить мы не будем. Городок мне неизвестен, кругом какие-то непонятные личности… Много факторов риска. Единственная причина, по которой мы здесь вообще остановились, – возможность подзарядить, а ещё скорее поменять аккумуляторы и уйти снова на глубину. Там нас пойди попробуй поискать ещё.

— Так, все ценности и украшения, магические артефакты снимаем. Кольца тоже, — дал я указание передать мне всё, что могло бы выступать маячком девицам, вернувшись на подлодку.

Не будут же они просто сидеть на месте, верно? Вот в трёх колечках, если верить часикам, есть маячки… Активируют их, если не уничтожу. Мы поднялись с глубины, и, скорее всего, их теперь могут засечь. Мне такое не надо, у нас тут остановка на пару часов.

— Григорий, покажи Фоме аккумуляторы, какие там нужны. Он, может, в городе найдёт замену, чтобы не тратить время на зарядку. Девушки, на выход. Но сидим рядом с лодкой. Если кто-то придёт, сразу внутрь прыгайте, чтобы успели эвакуироваться. Я пока буду на страже стоять да истреблять угрозу в лице бандитов.

Раздал указания, настроил часы так, чтобы показывали всех людей вокруг, и сел ждать. Мой план был во многом построен на удаче. А удача – дама капризная. И любит тех, кто подготовлен.

***

Дважды сюда наведывались. Сперва просто какой-то мужичок дёрганный, будто наркоман. Не сумев войти в закрытое для посторонних помещение и не получив ответа от охраны, ушёл. И вернулся через час с какими-то мутными личностями, которые вели себя очень дерзко и нагло. С ходу готовились чуть ли не штурмовать это тайное логово. Из любопытных личностей: вдалеке за их приготовлениями наблюдал мужчина в полицейской форме. А значит, нелегальный бизнес хорошо обмазан взятками местным властям.

Я подошёл, открыл дверь, чтобы не мучились взламывать её, и позволил всем пройти, напряжённым голосом нашёптывая им на турецком «только быстрее».

Похоже, сработал инстинкт, и они вбежали в убежище, не понимая, что происходит. Я же закрыл дверь и сообщил, что на причал напали.

— Кто? — заголосили бандюки, поднимая оружие и готовясь к битве.

— Я! — с кровожадной улыбкой ответил им и превратил коридор в заваленный трупами могильник.

Хм-м… Тот мент-взяточник может что-то заподозрить, а потом и проблем доставить…

— Фома. Помнишь того мужика в форме, которого ты мне показывал с камеры? Найти сможешь?

— Пи!

— Как думаешь, стоит ли нам быть любезными с теми, кто прикрывает наркобизнес, контрабанду и бандитов?

— ПИ-И-И-И! — кровожадно заявил хомяк.

— Тогда, как найдёшь, телепортируй меня рядом с ним в укромное место. С его смертью и исчезновением «расследование» застопорится, и мы успеем отсюда убраться.

Операция с похищением продолжалась…

***

Лодка уплыла на глубину. Я оставил своих пленниц наедине друг с другом. Григорию сказал, чтобы не лез к девицам, а иначе это будет признано предательством. Девицам сказал, что без него лодка никогда не всплывёт и они умрут, если не будут вести себя тихо и смирно.

В общем, спрятались на глубине в двадцати километрах от берега. Если никуда не уплывут, я достану до них при помощи телепортации. Если в течение трёх дней не появлюсь, пришлю СМС на телефон капитана. Правда, ему придётся для этого всплыть, но лучше так, чем неизвестность. Дальше по обстоятельствам. Мне же сейчас важно вернуться в Стамбул, и как можно скорее.

Кража машины – меньшее из сегодняшних преступлений. Но зато до Босфорского пролива домчались меньше чем за час по трассе. А там телепортировались на другой берег, и здравствуй, бывшая столица легендарной империи.

— Лейтенант Фомченко!

— Пи?!

— Как там ваша коллекция? Пополнилась?

— Пи-пи!

— Отлично. А теперь давайте подгадим нашему султану ещё больше. Где тут османские банки были?..

Войны выигрываются на передовой. Но диверсанты в тылу могут заставить нервничать генералов и правителя… А нервничающий военачальник склонен допускать ошибки. Посмотрим, удастся ли мне внести хаос в души моих врагов.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге