Законы Рода. Том 7

Глава 1

Колокольня реставрируемой церкви в Серебряных ручьях.

Снайпер отстранился от прицела винтовки и посмотрел в щель между досками, обращая внимание на участок строящегося неподалёку дома. Блик от бинокля сидящего на чердаке человека, дал стрелку, что его выстрел не остался незамеченным.

«Пш-ш-ш. Цель получила ранение. Его втащили в дом. Переходим к следующему этапу. Убедитесь, что никто не покинет территорию усадьбы».

«Пш-ш-ш. Змеелов на связи. Продолжаю наблюдение. Фиксирую активность мертвецов. Первая волна направляется в сторону границ посёлка».

«Пш-ш-ш. Группы наблюдателей, убедитесь, что местные не начнут мешать нашим планам. Отмечайте присутствие сопротивления и передавайте координаты Маиру. Пускай мертвецы обходят улицы, где они перекрывают проход. Важно лишь подтверждение убийства цели. Все, кто находятся на его участке, могут быть ликвидированы».

«Пш-ш… Глазастый один. Приказ принял».

«Пш… Глазастый два. Приказ принял».

«Пш-ш-ш-ш… Глазастый три. Приказ принял».

Рация ожила рядом со снайпером, и он посмотрел на лежащее рядом с ним тело, залившее кровью колокольню. Сигнал к началу операции отмщения Ирисовых был дан. И он сам дал отмашку многочисленным отрядам нежити начать наступление на посёлок.

Коварная улыбка появилась на лице человека, что изменил ранее боеприпас на резиновую пулю и точно выстрелил в лопатку барона, дабы тот показательно упал на землю.

— Король не прощает, щенок… Думал, сможешь долго от нас бегать и прятаться? — смотрел мужик в безжизненные глаза снайпера той группы, что лишь чудом до сих пор скрывалась от них, избежав истребления в войне с Королём подземного мира Москвы.

Человек, с которым общался глава мафии, уверял, что барон Краст даже реальную пулю выдержит, если предупредить его. Главное, выстрелить правильно – не убив. Впрочем, решили не рисковать и пустить в ход жёсткую резину, от которой будут лишь минимальные последствия с такого расстояния.

Этот же человек предупредил Короля после небольшого расследования, чтобы он не отправлял сюда своих людей, лишь голову этого снайпера он позволил забрать себе, ведь, кроме этого ничтожества, приехавшего из далёкого города и возомнившего себя профессионалом, здесь была рыбка и покрупнее.

«Глазастый четыре? Где доклад? Глазастый четыре?»

Снайпер посмотрел через прицел в то место, где должен был сидеть ещё один наблюдатель, но увидел лишь исчезающую пару ног, утаскиваемую в кусты агентом имперской разведки.

— Сейчас будет веселье… — Взял в этот раз боевой патрон человек Короля и зарядил винтовку. — Вот бы некромант самолично пришёл. Таких магов я ещё не убивал…

***

Москва. Комитет государственной магической безопасности. Кабинет Багратиона.

— Да, мама. Мертвецы это будут, скорее всего. Выехать можете? Если да – прорывайтесь. Я уже отправляю людей… — совершенно не удивлённый, но старающийся придать своим словам эмоции удивления Александр ответил на ожидаемый звонок и положил телефон, после чего взял второй, посмотрел на собравшихся в его кабинете офицеров, что разрабатывали эту операцию и готовились к возможному отпору одного из влиятельнейших родов империи.

Он набрал номер и велел командующему на месте операцией офицеру начинать.

— И со снайпера глаз не спускайте. То, что Король помог нам распутать этот клубок сговора, не значит, что его человек может действовать так, как ему заблагорассудится. Будет своевольничать – вырубите его, — отдал приказ Багратион и посмотрел на сидящего в ближайшем к нему кресле начальника, который откинулся на спинку и, прикрыв глаза, стучал карандашом по подбородку.

Когда Багратион узнал о сговоре Ирисовых с давно сидящим занозой у разведки империи некромантом, сам же и предложил план действий, потому ему и было поручено руководить этой миссией. В Серебряные ручьи поехали лучшие оперативники. Немногочисленные, чтобы враг ничего не заметил, но крайне сильные, чтобы не допустить уничтожения посёлка, цели вражеского мага, а заодно чтобы и самого некроманта не упустить.

Лучшие из возможных следопытов уже незримо продвигались по соседней с посёлком чаще, где некромант и поднял своё воинство. Даже Бортников был привлечён к этой операции с целью нейтрализации опасного противника.

«И это весьма необычно… Раньше он от подобных просьб о помощи нос воротил и старался отказаться, а теперь что-то как-то заактивничал. То ли доказать пытается свою лояльность империи после конфликта с регентом, то ли всё дело в его странной тяге к Красту. Тот, конечно, его спас, что всем известно. Но не носиться же теперь Архимагу вокруг него, сдувая пылинки?»

В общем, Багратиону было очень интересно понаблюдать и понять, что такого, помимо превышающей стандартные нормы силы, самоуверенности и наглости, есть у Краста, отчего рядом с ним постоянно что-то случается.

«Быть может, он просто суетолог от рождения? Ирисовы эти – глупцы. Из-за этого мальчишки скоро потеряют свой привилегированный статус. А ведь им было бы достаточно просто забыть о его существовании. Но нет, зудит и свербит чувство собственной важности, ущемлённое мальчишкой. Так, что места себе не находят. И проблемы вместе с ними…» — размышлял Багратион, молча смотрящий на часы на стене.

«Дзы-ы-ы-ы-ынь!»

— Да? Принято! — ответил на звонок один из офицеров. — Действуйте согласно плану. Пусть идут к своему самолёту. Разрешение на взлёт не выдавайте. Да и не взлетят они с пустыми баками.

Мужчина положил трубку и доложил, что глава рода Ирисовых и старшие члены их семьи выехали на своём картеже в сторону аэропорта. Ещё вчера они зарегистрировали полёт в сторону Иркутска, где у них имелось производство военной амуниции и куда они, очевидно, хотели улететь, дабы иметь алиби.

— Мы так и не решили, что делать с ними после ареста… — Романов открыл глаза и посмотрел на Александра.

— А что говорит Стефания Алексеевна?

— Ничего не говорит. Я ей только сообщил, что один из боярских родов наплевал на законы. И она так занята Болгарией, что дала мне карт-бланш на разрешение этой ситуации. И я, знаешь ли, не могу до конца придумать, как поступить. Капонария? Ну, докажем. А дальше что? Уничтожать сильный род, останавливать производства, поднимать бурю среди едва-едва успокоившейся аристократии после того, как в мире начали происходить такие столкновения?

— Так, может, пускай и расплачиваются кровью, отстаивая честь нашей страны и оберегая наших братьев? Роман, подскажи, у Ирисовых никаких активов или родичей в Болгарии не было?

— Никак нет. Только небольшой кусок земли под застройку на берегу моря. Хотели сделать свою виллу для семейного отдыха, но заморозили шесть лет назад строительство на этапе фундамента… — поднялся и отчитался один из подчинённых Багратиона, обладающий фантастической памятью.

— Ну, а что? Чем не актив? — посмотрел на Романова Константина Игоревича Багратион. — Если у них так много сил и энергии на то, чтобы бегать за другими аристократами, пусть проявят себя там, на поле боя.

— Разделим их род: одну часть отправим на Кавказ укреплять пограничные крепости, а вторую часть – в качестве добровольцев в Болгарию. Заодно пускай свои склады оружия расчехляют и везут с собой в качестве подарков князьям.

— Думаю, участие такого крупного рода может стать триггером для других, и больше добровольцев отправится на войну с османами. Как бы это ни сказалось на обороне наших собственных земель, — резонно заметил один из офицеров.

— Через месяц начнётся военный призыв. Плюс ко всему для ликвидаторов откроют беспроцентную кредитную линию, так что скоро можно ожидать вал заявок в ликвидаторы. Массовый наплыв новобранцев неминуем. А там в любом случае какие-никакие задачи они получат, подготовку пройдут. В случае чего будет кому воевать, — отметил Багратион.

— Ключевые заводы военной промышленности надо будет перевести в собственность империи, чтобы контрольный пакет был отныне у Романовых, — произнёс глава имперской разведки, решая будущую судьбу Ирисовых.

«Раз уж они так любят сражения и конфликты – они их получат. Кто выживет – тот выживет…» — добавил Константин Игоревич про себя.

***

Усадьба «Солнечный берег».

Стоило мне получить пулю, что болезненно и неожиданно ударила меня в спину, упасть на землю и услышать аромат травы, как бойцы практически мгновенно вцепились в меня и потащили в дом. Я даже не успел им крикнуть, что я в порядке, как мы уже оказались под прикрытием стен.

— ДЕВУШЕК УВЕДИТЕ! И пустите меня уже… — вырвал я руку и стянул с себя верхнюю одежду. — Что там?

— Чисто… Ссадина и синяк большой. Кровоподтёк... Но уже очень быстро заживает, — ответил Сохатый, поглядывая то на меня, то за шторку, пытаясь понять, откуда стреляли.

— В спину прилетело. Это с колокольни. Странно, что синяк только. Что это вообще было?

Вдалеке раздавались вой голосов, звуки начинающегося сражения… Как-то мне всё это не нравится…

— Только что провалилось очередное покушение на тебя, мой юный друг. Снайпера удалось нейтрализовать, но все ждали отмашки, поэтому тебя, судя по всему, подстрелили резиновой пулей.

— Павел Святославович! — обрадовался я появившемуся в центре зала Архимагу тьмы. — Что происходит-то вообще?

— Идиотизм. За который кто-то скоро ответит. А кто-то даже сдохнет… Операция проходит в секрете, можете особо не переживать. Займитесь обороной участка. Здесь много специалистов, магов, воителей, но им надо поймать наблюдателей Ирисовых, действующих вместе с некромантом, и отбить войска нежити. Других вооружённых убийц в городе нет. Мы следим за всем, даже за невидимками потенциальными. Так что занимайте оборону, отстреливайте мертвецов. Но самый лучший способ остановить их, безусловно…

— Убить некроманта! — выпалил как на духу Сокол. — Я бы тоже хотел эту гадость нечестивую прирезать.

— Прошу простить меня, барон Соколовский, но эту честь я предпочту доверить старому знакомому и охотнику на опасных преступников. Ну что, заживаешь? Готов отправиться на охоту? — посмотрел на меня Бортников.

Я скинул с себя почти все шмотки и тут же начал облачаться в боевой комплект, полученный от Светловых.

Фома выкидывал из своих закромов всё, что там у него имелось: автоматы, пистолеты, сабли, шпаги, гранатомёт…

— Фома, без гранатомётов… Дробовики лучше.

— Пи?

— Нет, это не дробовик, это… Что это?

— Ого! Да это же демонтированная пушка с БМП! Откуда она у тебя, пушистый? — удивился Потешкин, как и все остальные.

— Пи… — спрятал он её обратно и продолжил выкидывать всё новые и новые образцы огнестрельного и холодного оружия, боеприпасы и прочие предметы для похода в Сибирь.

— Мирослав… Откуда столько? Вы арсенал ограбили? — удивился Архимаг тьмы.

— Что-то купили, что-то нашли, что-то нам подарили… — отмахнулся я от неудобного вопроса, сам старательно скрывая удивление.

Мы, конечно, закупились разок пистолетами и патронами… Но не на целую, блин, дивизию!

— Так, баррикадируйте дом, запирайтесь, времени мало, — отдал приказ своим и глянул на Бортникова: — Павел Святославович, знаешь, где искать ублюдка?

— Лишь примерный район. Гад хорошо запрятался. Потому я и пришёл за тобой и твоей чуечкой. Ты ведь хорошо ощущаешь мощные источники маны магов?

— Да.

— Тогда за мной. Прорываемся на восток, в сторону леса. И не отставай от меня! — дал указание Архимаг, и мы отправились вперёд.

Упокоить мертвецов можно, но – сложно. Они мертвы, так что пули им не страшны. Надо или сжигать, или «разбирать на запчасти», раскидывая кости и куски тел далеко друг от друга, чтобы поднятый мертвец не смог себя снова собрать. Так что проще всего убить мага, что их поднял. Или же дождаться, пока у него закончится мана. Тоже вариант, но не слишком надёжный. Эти гады – искусные маги. Ещё и техники у них специфические, требующие минимум затрат… В общем, пора поохотиться! Мой клинок жаждет крови. Что же до Ирисовых… Моё терпение лопнуло!

Пока мы мчались по улочкам посёлка, щит и клинок наполнялись едва сдерживаемым мной потоком эфира. Важно не перестараться и не дать высвобожденной энергии остаться на земле. До сих пор мне удавалось подчищаться следы, притягивая эфир назад, и лишь оплавленный камень, затвердевший подобно стеклу песок да разрушенные до состояния пыли и многочисленных осколков препятствия на моём пути оставались на изучение возможным ищейкам и разведчикам. Хорошая это техника по возврату эфира. И запасы энергии восстанавливает при чрезмерных расходах, и следы уничтожает. Но сейчас использовать какие-либо техники и масштабные заклинания опасно. Как минимум могу задеть жителей, а как максимум – слишком много лишних глаз…

На пути то и дело оказывались зомби да скелеты. Низшая нежить из числа рядовых бойцов некроманта. Первая же стычка показала, что мои знания, полученные из книг да при просмотре военных хроник африканских племён, среди которых некроманты бывали едва ли не одними из самых почитаемых и вполне себе часто встречающихся магов, не расходятся с действительностью.

Протыкать мертвецов, вонзая остриё клинка в грудь, резать сухожилия, ломать ударом лезвия кости – не помогает. Твари не сильно выделяются своими физическими данными, но всё равно крайне живучи. У многих даже костей не хватало, и они передвигались неестественным образом.

Для меня они угрозы реальной не представляют. Ну, разве что в ситуации, когда я реально получил бы ранение и пытался сдержать натиск сотни мертвецов, тратя эфир и энергию воителя, пока совершенно не ослаб. А дальше меня просто толпой порвали бы на части. Скорости в их телах нет, но вот хватка – очень даже крепка, а движения резкие.

— Вот прицепилась… — пытался стряхнуть я вцепившуюся в мою ногу руку скелета, но та и не думала отцепляться.

Пришлось остановиться, схватиться за неё, оторвать и швырнуть в сторону более свежего мертвеца, и на этот раз – зомби-оленя.

— Осторожнее. Начали появляться носители некроэнергии. Это такие полумаги, что атакуют не только физически, но ещё и сгустками маны швыряться могут.

— Опасно?

— Скорее, неприятно. Воняет, вызывает раздражение, чесотку, гнойники на теле… Похоже по своим свойствам на некоторые проклятия. А вот для тех, кто не обладает источником или защитой воителя, – очень опасная штука. Добавляй проникновение этой гадости под кожу. Вызывает нарушение ритма сердца, припадки, эпилепсию и любые другие гадости, к которым есть предрасположенность у жертвы заклинания, — объяснил Павел, и я протаранил ближайшего ко мне костяка с чёрным сгустком некроэнергии, сидящим в его грудной клетке.

— Понял... — оценил я разлёт костей после удара позеленевшим щитом.

Некроэнергия, подобно газу, к которому поднесли зажигалку, вспыхнула при контакте с эфиром и растворилась, а кости мертвяка перестали магическим образом тянуться друг к другу, потому от моего удара их и раскидало.

Перед нами появились более дружные ряды. Передовиков мы по дороге старались прикончить, но здесь задерживаться не стоит. Слишком опасно. Можем увязнуть, и у нас просто появятся лишние жертвы по всему посёлку. Надо найти этого ублюдка, что вызвал нашествие мертвецов.

— Стой! — потянул я за одежду Архимага тьмы, и через мгновение в паре десятков метров от нас по ковыляющим мертвецам ударил мощный столб пламени, за считаные секунды обращая их кости в прах.

— Доброго дня, соседи. И хорошей вам дороги!

Из-за калитки вышел маг в боевом облачении, вооружённый боевым посохом, что помогал концентрировать ману и высвобождать её намного быстрее обычного. Рядом с ним стояли гвардейцы, вооружённые похуже, но все как один вполне себе уверенные, с молотами в руках.

— Спасибо. Весело поразвлечься вам, граф Солженицын!

— Эх… Давненько ничего такого не было… Прямо вдохновляет написать что-нибудь этакое… Воодушевляюще-прекрасное! — явно наслаждаясь трудами своего заклинания, проговорил маг, когда мы пробегали мимо него.

До окраин посёлка оставалось всего ничего, и я заметил, как постепенно за спину ушла большая часть сильных аур и владельцы магических источников начали шевелиться. А вот впереди, вопреки мнению о том, что где-то там должен иметься некромант, я ощутил не одну и не две, а больше десяти могущественных аур, от которых прямо веяло угрозой и опасностью.

— А мы не одни на этой охоте? Очень много сильных магов впереди…

— Ну, желающих поохотиться на некроманта, объявленного в розыск, в наше время хватает. А что, мешают?

— Не очень. Они рассредоточены. А наш маг… Вот он! В окружении ещё пяти магов. В той стороне. Ну и энергетика у него… Отдаёт тухлятиной.

— Так чего же мы ждём? — Павел Святославович выхватил до этого спрятанный в ножны меч и загадочно так посмотрел на меня: — Ты же до сих пор не видел, на что я способен толком, верно? Та позорная драка не в счёт.

— Барон, прошу, оставьте мне хотя бы десерт!

Срезав и отфутболив куда подальше голову очередного скелета, что уже начал угрожающе щёлкать челюстями и тянуть к нам свои грязные, пожелтевшие от времени ручонки, я устремился следом за Архимагом тьмы, чей источник просто бурлил от обилия маны, готовой выплеснуться наружу в какой-то сумасшедшей по силе атаке.

Глава 2

Не любите некромантов? Ха! Да вы просто не умеете их правильно готовить! И речь сейчас, очевидно, не о кулинарных изысках, а о подготовке полезных властям и обществу магов.

Вообще, всё зависит от культуры. Во многих местах некромантия считается грязной и ужасающей магией, а сами маги этого направления не просто не почитаются, но и подвергаются гонениям. Например, в странах Европы, у нас, в Северных Штатах Америки, Бразилии, Чили, Перу и многих других государствах. И объединяет их одно – история.

В прошлом в этих странах случались проблемы с некромантами: нашествия мертвецов, мясные штурмы дворцов правителей, вымершие за ночь города… Конфликты порождают конфликты, и неприязнь передаётся из поколения в поколение. Некроманты стали нежелательными гостями и теми, кого боятся и чураются. И другие маги очень внимательно следят, чтобы подобные гости, даже если просто едут мимо по своим делам, не наделали втайне бед на их землях.

А есть и такие места, как Китай, Япония, Индия, Амазонские дикие племена индейцев, Конфедерация Южных Штатов, многочисленные африканские племена… В общем, есть народы и целые империи, которые очень даже рады и благодарны некромантам. Опять же, их сотрудничество складывалось исторически. У одних некроманты были равносильны жрецам. Всё из-за религий, которые не имели ничего против общения с мёртвыми. В других это была особая каста, что почиталась как посредники самой смерти, к которой тоже относились не как к великому бедствию, а чему-то особенному и естественному. Индейцы вообще были помешаны на подчинении легендарных костей мёртвых. И поднять человеческие останки да отправить в бой против наседающих на их джунгли лесорубов – для них это милое дело. А самые сильные и удивительные маги, если верить слухам и легендам, могли поднимать из мёртвых и заставлять служить себе кости легендарных животных. Анаконда была малюткой рядом с костлявой Титанобоа – одной из величайших змей, проживавших давным-давно в Амазонии. Говорят, величайшие жрецы так вообще на поднятых из мёртвых динозаврах рассекают. И это просто невероятно: всё же найти нормально сохранившийся скелет древнего чудища – та ещё проблема! Или взять, например, конфедератов, которые едва не сдохли как государство после отмены рабства из-за протестов и бунтов невольников, которые, впрочем, пятикратно превосходили во времена войны за свободу от оков свободных людей. Некроманты сначала помогли им выстоять в этой войне, а затем и обеспечили многочисленные плантации практически бесплатной рабочей силой. Взамен же некроманты получили особые привилегии, став новой местной элитой, что, по сути, управляла этими землями вместе с прежними владельцами. Они даже вошли в семьи изначальных правителей, поженившись либо выйдя замуж. По сути, в каждой уважаемой семьей Конфедерации есть свой штатный некромант и достаток этих семей напрямую зависит от могущества некромантов, что работают на них.

В общем, есть страны, где о некромантах знают много, и знания эти вполне себе доступны для изучения, а где-то, как, например, у нас, – строго ограничены. Но мне это не помешало найти необходимые сведения во время учёбы в поместье матери, потому о некромантах я знал многое.

Факт первый: некроманты, вопреки всеобщему мнению, не одиночки. Много каши ты один не сваришь. Вот решил ты завалить гниющими останками и костями усадьбу оскорбившего тебя аристократа, пошёл на кладбище нежить поднимать и… И что? Взял лопату и давай копать? И сколько он так выкопает трупов? Даже ожившие мертвецы имеют свои пределы. И эти пределы, как правило, значительно уступают пределам живых. Мертвецы только не устают, а по силе, скорости, ловкости и интеллекту – это просто ходячие манекены для отработки ударов. Ну, ладно, ещё они воняют и вызывают припадок у слабонервных.

В общем, выкопает некромант так пять или шесть могил, да и устанет, как собака. Ничего больше не захочется делать. Можно, конечно, заставить первых откопанных мертвецов дальше копать своими костяшками, но всё равно он так всю ночь провозится. И может даже до рассвета не успеть. И тут уже высокие шансы попасться на глаза как случайным прохожим, что сразу доложат куда надо, так и патрулирующим стражам порядка. Вот поэтому некроманты всегда стремятся выискивать и обучать для себя верных помощников. В основном – живых. Других магов, которые помогут справляться с проблемами, стоящими на пути обладателя некродара.

Факт второй… У нас в империи некромантов с давних времён предпочитали вешать и потом сжигать, а не приглашать ко двору и предлагать своих талантливых детей в качестве помощников и учеников за какую-нибудь услугу. Поэтому некромантам в нашей стране живётся несладко: приходится передвигаться в тенях, скрываясь ото всех. А так живого помощника себе практически не найти. Даже не знаю… Возможно, конкретно наш придурок, решивший подзаработать деньжат у Ирисовых, может и обладать живыми помощниками. Но, скорее всего, работают на него вовремя поднятые трупы сильных магов, за которых не хватились родственники. Одарённый – он и после смерти одарённым остаётся. Если не тупить и поднять его из могилы быстро.

И вот я смело бросился в сторону кучи врагов. Сам некромант, очевидно, стоит в центре. Вокруг же него – его помощники. Скорее всего, тоже скелеты, но может, и зомби талантливые. И у этих талантов неживых имеются вполне себе действующая магия и магический источник.

Кстати, в Испании в шестнадцатом веке после войны за престол, во время которой принимали активное участие некроманты, было принято решение сжигать тела и хранить прах в урнах. Многие сильные аристократические династии позже переняли эту практику и распространили по всей Европе и Ближнему Востоку. А у нас — нет. И как по мне — зря.

— Мирослав, куда дальше?

— В ту сторону. Ещё километра два… — ответил я Архимагу тьмы, которого тоже боялись, но, в сравнении с некромантами, маги тьмы у нашей аристократии больше вызывали уважение и страх, чем ненависть, презрение и омерзение.

Мертвецов уже не появлялось несколько сотен метров. Да и вообще, те из них, что были заряжены некротической энергией, оказывались на нашем пути довольно редко. Всё-таки запасы маны у некроманта должны быть сумасшедшими, если он хочет прямо вот так каждому взять и подарить кусочек своей силы.

— Ого! Кадавры! Настоящие! Впервые вижу! Только кусочки видео в интернете попадались! — удивился я, смотря на жертву эксперимента, собранную из частей других мертвецов. — Ну и видок…

— Да уж… Раз кадавры так далеко от него стали встречаться, то сколько же их там охраняют своего господина?..

Оказалось – много… Целый заслон из монстров окружал разрушенную часовню, возле которого сидел, прислонившись спиной к камню и управляя многочисленным войском, сам Архимаг.

Не успели мы разобраться с кадаврами, как на арену вышли и другие твари. Те самые маги прикрытия. И да, из них был всего один «красавец» с какими-то обрывками кожи и мясного каркаса. Другие же были даже одеты в защитную экипировку и оказались талантливыми костлявыми мертвецами.

— Ты не против, если трофеи с этих красавцев уйдут ко мне, — спросил я Бортникова, и тот лишь пожал плечами, давая понять, что ему плевать.

— Быстро убиваем эту заразу. Не тратим время на разговоры с ним, — предупредил меня напарник и взмахом клинка отправил чёрную полосу энергии в ближайшего кадавра, рассекая его на две неравные половинки.

Впечатляет…

Я пытался угнаться за Бортниковым, который начал обрушивать чёрный занавес из маны, пропущенной через свой меч, разделяя им окружающую местность на части, равно как и тела кадавров.

Маги врага сделали свой ход, высвободив серию собственных заклинаний. Больше всего раздражал маг земли, который помогал некроманту делать землю рыхлой, чтобы мёртвое воинство с лёгкостью поднималось из своих могил. Ноги проваливались до колена.

Я швырял эфирные сферы воды, прожигая ими кадавров, но понял, что просто трачу время. Они падали и восставали вновь. Маги-мертвецы продолжали атаковать в первую очередь Бортникова самыми разнообразными заклинаниями, откидывая его прочь и заставляя быть осторожнее. А он, судя по всему, просто наслаждался рубкой.

Бортников попытался уйти в тень, но тут же был выброшен каким-то заковыристым заклинанием, и ему пришлось вынужденно скидывать с себя багряные лозы, в которые попал.

— Тьфу, всё этой гадостью потусторонней усеяно. Не прорваться через тени… Теперь понятно, как он таким количеством мертвецов управляет… Вон та дылда костяная в выцветшем балахоне помогает поддерживать контроль над армией, — начал объяснять Бортников, накапливая тьму в своём кулаке.

— Жалкие глупцы. Я – сама смерть! Уж тебе ли не знать, что я всегда получаю то, что планирую?! И ты, глупый архимагишка, привёл ко мне мою цель! Спасибо, что сэкономил мне время! Хе-хе-хе-хе… — радостно выпалил некромант и, взмахнув руками, приказал восстать не только всем уже убитым кадаврам и магам, но и духам.

С гулким завыванием появились полупрозрачные мятежные призраки, не согласные с фактом их смерти.

Ну вот… А говорили, что призраки – выдумка. С талантливым некромантом – никакая это не выдумка, а самая настоящая, воплощённая магией и техниками реальность.

— Сейчас я швырну одну заковыристую штуку и раскидаю их. Прорвёмся к некроманту… Мирослав? Ярл? — раздалось позади меня.

Краем глаза увидел, как Бортников оглянулся всего на миг, чтобы узнать, чего это я молчу, но увидел лишь примятую траву в том месте, где я стоял ещё мгновение назад.

Эфирный клинок, полный разрушительной энергии, вошёл в тело некроманта, практически не встречая сопротивления. Хм. Это тоже костлявый скелет… Но источник у него вполне себе реальный, сильный и большой.

— Фома, кажется, мы промахнулись. Эта тварь где-то здесь…

Я вывел в сторону меч, рассекая и кроша кости скелета-мага, через которого говорил некромант. За его одеждами и маской легко могла находиться и реальная личность…

«Пи-и-и-и-и-и-и», — начало что-то пищать передо мной, в то время как хомяк с удивлением смотрел на меня, не раскрывая рта.

— Валим! — сообразил я, и мы вновь телепортировались. В этот раз за остатки часовни. И вовремя!

Взрыв, конечно, не как от шашки тротила, но вполне себе мощный. Пыль, грязь, осколки полетели во все стороны. Камни задрожали и начали осыпаться с нашего укрытия.

Павел остался тоже по другую сторону, и я, воспользовавшись возможностью, посмотрел на часики, выискивая через них источники магов.

Карта пестрела. А некромант за долгие годы ковыряния в могильниках нашёл себе неслабую такую гвардию…

Со всех сторон также приближались на звуки битвы ребята из разведки, так что времени оставалось всего ничего. Найти и прикончить некроманта нужно как можно скорее. Но здесь столько этих помех, что найти его почти нереально.

— Всё равно не уйдёшь. Из-под земли достану! — процедил я сквозь зубы, махая рукой и отгоняя пыль от своих глаз. — Точно! Под землёй! Часики, часики…

Интуиция не подвела. Под землёй оставался всего один источник магии на всю округу. И был он совсем рядом со мной, под большой бетонной плитой, что прикрывала братскую могилу или что-то подобное. Надписей из-за пыли не было видно.

Запрятался там, гад, скрылся, чтобы в случае чего прикинуться дохлым и позже свалить… Хитрая какая гадость.

Я пулей примчался к бетонной плите, власть над которой уже заполучил мох и лишайник, сверился с часами, нашёл то самое место, под которым лежал управляющий своими мертвецами кукловод, и принял от Фомы копьё.

Я растянул губы в радостной улыбке, и со стороны я наверняка сейчас похожу на маньяка. Только вот это не мои эмоции… Это копьё так радовалось, что вскоре ему предстоит выполнить достойную работу. И я разделил эту радость. Эмоция закалённого в сотне битв оружия была невероятно чистой и искренней, вот и не сдержал улыбку.

Эфир насытил копьё. Оно позеленело, и спустя миг я обрушил его, пробивая бетонную плиту, совершенно не укреплённую магией или изменёнными материалами. Прошил насквозь и утопил на полметра в землю своё оружие, но – жертвы не нашёл. Столкнулся с металлическим ящиком. Многозначительный «звеньк!» дал понять, что там уже имеется реальная защита некроманта. Может, гроб какой из укреплённой магией стали. Может, ещё что-то… Да плевать! Какая бы защита ни была, для эфира это не проблема. Лишь вопрос времени, когда преграда падёт!

— Тук-тук. Есть кто дома? — постучал я копьём, высвобождая ещё больше эфира.

Добавил свойства огня и начал плавить металлическую преграду.

Ох, как же на меня в этот самый момент налетели твари!.. Пришлось активировать и магический щит, и защитный покров, и щитом отмахиваться, не отпуская при этом копьё, что продавливало защиту вражеского мага.

Трио призраков налетело на меня, но отшатнулось, получив кусачий разряд молнии. Или же эфир универсальный не пришёлся им по вкусу?..

Бортников, как чёрное торнадо, налетел на вражин и раскидал их в стороны, рассекая на части и рубя головы, словно берсерк какой-то. Издалека в отброшенные трупы стали прилетать магические стрелы, замораживающие в ледяных глыбах останки и не дающие мертвецам восстать вновь.

Вот и «кавалерия» прибыла на помощь. Вовремя…

«Чвак!»

Копьё провалилось, и поднимающиеся мертвецы резко упали на землю, рассыпаясь грудами костей, а чёрные сгустки некротики дымом по ветру развеялись.

— Он там? — оглядевшись и вложив меч в ножны, посмотрел на меня Архимаг тьмы.

— Был. Да.

Я вытащил копьё и увидел вполне себе настоящую, запёкшуюся красную кровь на наконечнике.

— А тот? — кивнул он в сторону часовни, где разметало взрывом кости, маску и одежду лженекроманта.

— Подставное лицо этого жулика. Он там в чём-то прочном сидел, пришлось повозиться, чтобы пробиться к его тушке… Павел Святославович, я к своим. Проверю как они. А вы тут с ребятами наведите порядок, если вам несложно. И не забудьте мне мои трофеи отдать, ладно?

Не факт, что мои ребята захотят носить защиту, снятую с мертвецов, но это всё ещё магические защитные артефакты из изменённых материалов, проводящих ману. Так что их и обменять можно или продать, а взамен купить новые.

— Сделаем. Беги, парень, — пожал Бортников мне руку и с довольной улыбкой принялся хозяйским взглядом осматривать поле боя.

— Хм, шеф оказался прав: барон влез в самую гущу битвы… — осматривая округу, высказался лучник, что наделал тут ледяных гробиков.

А ледяные стрелы очень даже интересные в исполнении сильного мага. Прямо колоссальная разница с тем, что я уже видел от другого мага намного слабее. Вот что значит развивать свои навыки.

— Паша, проводи барона во избежание, так скажем…

— Есть! — тут же поклонился один из магов, присланных управлением разведки, и, подойдя ко мне, с полным уважения взглядом предложил проследовать за ним.

Не вижу смысла спорить. Если им так спокойнее – пускай. Ну а мне стало так хорошо-хорошо на душе, ведь даже без всех прочих бонусов я чисто на экипировке получу много-много денег. И эти денежки вложу в своих бойцов, которые станут ещё сильнее и опаснее.

— Закат какой красный… Сегодня пролилось много крови, а завтра, если верить суевериям, прольётся ещё больше…

Я вспомнил о разгорающейся войне, об Ирисовых и предстоящих в академии традиционных знакомствах первого и второго курсов. Да, крови прольётся много... Тут даже псиоником с даром предвидения быть необязательно.

Глава 3

— Девушки, спасибо, что проводили. Можете возвращаться в поместье. Продолжайте наблюдать за окрестностями. Кто знает, какие ещё гадости нам решили организовать Ирисовы… — отдал я приказ «гвоздичкам» и отправил их обратно к машине.

Провели до ворот, поднимая статус студента в глазах других, да и хватит.

Я прошёл через ворота, отметился в электронной системе и оказался в святая святых всех юных магов нашей империи.

— Ирисов, Ирисов, Ирисочка. Ириска, Ирундель, Ирисонька… — бурчал себе под нос, идя по тропинке академии.

Я неплохо выспался благодаря часикам. Отдохнул как следует, хотя перед сном всё было далеко не спокойно. Даже слегка нервно. Переживал за своих, пока мчался к усадьбе, а потом напрягся, когда со мной связался Багратион-младший и сообщил, что в конце недели он вместе со своим начальником ожидает меня в их учебном центре, куда меня ранее приглашали.

Последнее напрягло больше всего. Когда впервые об этом сообщили во всеуслышание после дуэли, – я переживал, ведь было идеальное время для общения со мной тет-а-тет. Но до конца лета меня так и не тронули. Я уже было поверил, что меня пронесло, а тут взяли и сказали: «Собирай манатки, поедешь к нам на выходные».

Вот зачем я им, когда в мире столько всего ужасного и вместе с тем интересного происходит?! Сдался им маленький барончик со своими мелкими проблемками? Кругом вон сколько акул сидит здоровенных и родовитых. Но нет, решили мне внимания уделить…

А я, может, не хочу! Может, мне и так хорошо живётся! Меня просили меньше внимания привлекать, и я строго следовал этим советам! Своих истинных врагов не трогал. Борзых Ирисовых, получивших горькую миску позорного поражения, – тоже. Образцовый гражданин! Ну, подумаешь, соседу жизнь порчу… Так он первым начал! А мне больше места нужно… Ну и вчера ещё вызвал графского сынишку на дуэль, ещё одному высокородному выдал высокодуховного леща. В общем, был паинькой. Даже ушлёпков по городу перестал искать, хотя уже зацепки собраны, где их можно словить…

Короче, раз я, сидя тихонько, всё равно получаю вызовы судьбы, покушения, снайперов и некромантов, охотящихся на меня, то, думаю, можно и выключить режим джентльмена. Я хотел побузить в академии, суету навести, и я это сделаю. Всё равно на выходных меня какая-то жесть ждёт. Ну а так хотя бы будет, за что краснеть перед высоким начальством. Хотя они мне не особо начальство. Багратион скорее так – полукомандир по всяким делам. Если проводить аналогию и сравнить нашу империю с бизнесом, то он будет заместителем генерального директора по мутным вопросам. А я – рядовой менеджер, через которого он пытается отслеживать коррупционные схемки или ещё какие-нибудь мерзопакостные нарушения других таких же менеджеров. И пусть меня взяли в оборот в обмен на оказанную помощь в час нужды, но так и я им уже столько всего навскрывал, что Багратион должен быть завален работой по уши и забыть о моём существовании! Но нет же… Помнит… Хорошо это или плохо, понятия не имею. Напрягает сам факт…

Ещё и со снайпером история странная. Очень странная… Я задал кучу вопросов нужным людям, но все делали вид, что снайпера вообще не было. Я уже даже сам сомневаться начал, но мой повреждённый парадный костюм студента академии говорил о том, что в меня всё-таки стреляли. И мне это ох как не нравится! Если это аристократы, те же Ирисовы, то как же сильно они пали, что решили нанять снайпера? Так даже рода на грани отчаяния не поступают, рискуя потерять всё. А если говорить о каких-нибудь беспринципных ублюдках, неадекватных мафиози и маньяках? Да кто угодно может попытаться устранить меня, если я окажусь на его пути. Османы вон вообще нормами морали не озадачиваются, если человек другой веры. Он у них плюс-минус на одном уровне с животными идёт по степени ценности жизни. Особенно у фанатично преданных войск янычар и других выдрессированных подразделений.

В общем, не нравится мне вся ситуация. С этим надо что-то делать, пока я не словил пулю в лоб. Риск этого отныне не гипотетический, не иллюзорный, а вполне реальный. Не боятся последствий, твари… И это они зря. Надо выяснить, кто стрелял.

— Приветик! — радостно улыбнулась Волжская, а Романова помахала мне рукой, сидя на лавочке у северных ворот, через которые я прошёл в академию.

— Здравствуйте, красавицы! — улыбнулся им, отгоняя тревожные мысли.

Девушки подошли ко мне, и мы отправились по дороге к нашим учебным корпусам.

— Мы уж думали, ты и вовсе не придёшь. Как тебе первый день? — поинтересовалась Дарья.

— Всё хорошо. Пока только одна дуэль, — покачал я головой, разочарованный собственным результатом. — Но я исправлюсь, честно.

— Да! Согласна. Жить надо дружно и мирно. А ещё тут так интересно! Я вчера была в тренировочном зале, на стадионе, в библиотеке, в лабораториях исследовательских!.. Боже, поступить сюда – это лучшее решение в моей жизни! — счастливо произнесла Даша, закатывая глаза.

— А самое главное-то почему не назвала? — усмехнулась её подруга императорских кровей.

— Это что же? — с любопытством посмотрел я на великую княжну.

— Конечно же, внимание парней, в котором она просто купалась вчера! Да и сегодня тоже, пока я не подошла.

— Просто ты мне завидуешь… — задрала вверх носик Даша и спустя пару мгновений рассмеялась. — Но вообще да, барон, если и дальше будете прикидываться лопухом, здесь точно найдётся какой-нибудь принц на белом коне, что увезёт меня далеко-далеко…

Настал мой черёд закатывать глаза.

— Если в тебе проснётся большая и чистая любовь – то почему бы и нет. Ты не моя вещь, и держать тебя подле себя, чтобы никто не мог к тебе подойти, я не намерен. Ты моя подруга, которой я от всей души желаю искреннего счастья. И если я пойму, что смогу тебя этим счастьем одарить, – сам раскидаю хоть с десяток принцев, переломаю им ноги и найду тебя даже на другом краю земли.

— Эй! А если это будет моя чистая и непорочная любовь?! — Глазки Волжской игриво блеснули.

— Тогда сломаю только одну ногу твоей любви и увезу на край света.

— Вот ведь варвар северный! Ну ладно, так уж и быть. Если вдруг наберёшься смелости, разрешаю начать ради меня войну, — улыбнулась Даша.

— Кхе-кхе… — дёрнула её за рукав Елизавета и протянула руку. — Не делай вид, что ты ничего не услышала.

— Ой, какая же ты мелочная, подруга моя… Ладно, держи.

Дарья вытащила из кармана какой-то жетончик золотого цвета и передала Елизавете.

— А что это?

— Спор у нас был… Я проиграла.

— Да не дурак. Понял, что спорили на то, как я отреагирую. Что за жетончик?

— А, это так… Наша куратор от академии раздала всем по десять таких жетонов. Они символизируют нашу целеустремлённость. Кто в конце семестра сдаст их больше всего, тот и получит зачёт по её предмету автоматом.

— И что, как их получать?

— Да как угодно. Хоть дуэли, хоть споры. Есть те, кто решил их продавать, а есть и такие, кто готов помогать в различных сложных вопросах или решать проблемы за такие вот жетончики.

— Можно украсть или отобрать, — добавила Елизавета ничуть не смущаясь. — Но этот путь не для каждого.

— Забавно… К встрече со вторыми курсами готовы?

— А что к ним готовиться? Пусть приходят, пусть показывают, на что способны. Мы и выберем самых-самых. — И поправила волосы Даша, готовая лицезреть битву за её внимание.

— Хорошо быть красивой девушкой из боярского рода. Впрочем, не знаю, как у вас там складываются эти отношения между новичками и старшими, а вот у нас на факультете принято гонять молодых, несмотря на статус. За очень-очень редким исключением.

— Ну, ты-то явно из числа этих исключений, да?

— Я очень надеюсь, что нет. И что обо мне, скромном бароне, не все будут знать.

Мы остановились на развилке, так как девушкам надо было идти в одну сторону, а мне в другую.

— Ну, я сильно сомневаюсь в этом. А если и найдутся глупцы, то очень быстро снимут свои розовые очки, — ответила мне Елизавета, и мы стали прощаться.

Я поцеловал, как истинный джентльмен, ручку двум девушкам, игнорируя завистливые взгляды других студентов, что стали свидетелями моего столь тёплого общения с прекрасными и высокородными первокурсницами

Ирисов… Того хлюпика, что по недоразумению считался магом и являлся младшим из детей главы рода, найти в академии можно, только всё, что я знаю, – он на третьем курсе. Кроме него, здесь учатся и другие отпрыски этой гнилой семейки, и мне надо бы как-то их найти. Очень надеюсь, что они на занятиях, а не вместе со старшим поколением дают показания в застенках КГМБ.

Самому искать этих придурков не лень, но жалко тратить на это много времени. Так что мне понадобится чья-нибудь помощь. Кого-то, кто знает всё о том, что здесь происходит. В теории, можно попросить помощи у Елены, но напрягать её ради этого рода, к которому она ничего, кроме негатива и раздражения, не испытывает, я не вижу смысла. Уж лучше найду другую пташку, и пускай порхает по академии, собирая для меня информацию. Хомяка отпускать пока не рискну. Этот маньячелло сто процентов пойдёт по личным шкафчикам студенток в поисках трофеев.

— Пи? — словно прочитал мои мысли хомяк и вылез из кармана.

— Ничего-ничего, держи орешек в шоколаде. — Вытащил из внутреннего кармана подарок пушистому, и тот с кайфом начал гонять его из щеки в щеку, посматривая на мир вокруг.

— Эй ты, первокурсник! Стой! — Подскочил ко мне какой-то ретивый паренёк в форме, отличной от обычной униформы академии.

Я начал разглядывать его и действительно остановился. Посмотрел на ярко-красный нагрудный значок с номером «27» и на головной убор а-ля фуражка.

— Предъявите пропуск, — требовательно протянул он мне руку, ничего не объясняя.

Я стоял и смотрел на него сверху вниз, оценивая различия в униформе, глядел на пальцы и кольца, что украшали его руки.

Колец было немного. Всего два. И среди них не было кольца ликвидатора. Я своё золотое, к слову, так и не надел. Может, зря?

— Глухой, что ли? Пропуск предъяви, говорю. Зелёная карточка с фотографией. Штрафные баллы отмечу.

— С чего вдруг?

— Учите свод правил академии, первокурсник! Вход на территорию академии с домашними животными строго запрещён! — надменным тоном заявил он, и мы с Фомой переглянулись.

— Пи?

— Да, точно дурак.

— Эй! — дёрнул меня за рукав этот недальновидный парнишка.

— Фома, боевая форма. Фас его, — отдал я команду, глянув на растущую в паре метров от нас здоровенную пихту, полную шишек, и пошёл дальше, игнорируя этого чудака.

За моей спиной заработал шишкомёт, начав обстрел нерадивого, чересчур самоуверенного и старательного студента. Фому назвать домашним животным… Фатальная ошибка!

— ПИ-ПИ-ПИ-ПИ-ПИ! — кричал Фома с каждым броском, превратившись в нормального такого мутанта, что доставал мне до колена.

Под его весом дрожали ветки, и дорога, по которой мы шли, усеивалась многочисленными снарядами. Парень, к его же счастью, понял, что ошибся. Поэтому атаковать в ответ не стал, а скрылся за стеной какой-то хозяйственной постройки.

— Я представитель дружины правопорядка академии! За нападение на меня вам начислят штрафные баллы! — донёсся его крик издалека.

Зря это он…

«Фома, разрешаю тебе пошалить с ним», — отпустил я поводок этого озорника.

Скоро бедолагу ожидает большой и не очень приятный сюрприз. Не знаю даже, какой именно, но в коварности пушистого маньяка я уверен на сто процентов.

Фома исчез, и я довольно улыбнулся. Есть все шансы сегодня здорово повеселиться, если и дальше меня не будут узнавать. Или даже узнавать будут, но, используя негласные законы академии, наплюют на мой статус и все предостережения, что только возможны в работе с магом, которого на всю страну регент поздравляла и благодарила.

В свою аудиторию я пришёл очень даже вовремя: осталось единственное свободное место на первом ряду. За него и сел. Прямо как в школе в своё время… Хех.

Вскоре пришёл и преподаватель, который познакомился с нами, а затем начал рассказывать о своём предмете. На самом деле, ничего важного. Предмет назывался «Мир вокруг» и к магии не имел никакого отношения. Здесь нам предстояло повторять базовую школьную программу, проходить тесты, всесторонне развиваться в различных направлениях. И будет он только первый месяц, за который мы должны пройти всё то, на что школьникам давали одиннадцать лет учёбы.

Каждое занятие шло девяносто минут. Первую половину мы будем пробегаться по какому-нибудь предмету, после чего нам дадут тесты, которые покажут, кем и как усвоена школьная программа. И таких лекций сегодня будет аж три… Потом физподготовка, и в конце учебного дня – магическая теория. Вести её, к слову, будет наша куратор, очаровательная полутораметровая блондинка со стальным характером.

В целом первую половину дня можно назвать одним словом – СКУ-КО-ТА… Да и десять часов занятий с учётом перерывов и обеда… Ладно, это просто первые дни. Дальше будет веселее.

Преподавателя я слушал целых минут десять, да и то исключительно из уважения к нему. На этих лекциях ничего нового я не узнаю, так что…

— Молодой человек, вы меня вообще слушаете? — обратился ко мне преподаватель, наглаживая свои усы.

— Прошу прощения, Павел Романович. Откровенно говоря, не очень. Ваш предмет важен и нужен, но не в моём случае.

— Вы так уверены в своих познаниях? — с вызовом посмотрел он на меня, и в его глазах зажёгся огонёк азарта.

— Сто баллов на тесте гарантировать не буду, но если тесты такие же, как были в одиннадцатом классе, то девяносто плюс-минус получу, — кивнул ему.

— Если бы я вас не знал, то даже поверил бы столь самоуверенным словам. Только вот не стоит сравнивать эквадорские школы и нашу академию. Тесты будут идти по программе гимназий и лицеев, где изучали наиболее сложные программы!

— Просто дайте мне тест. Если сдам хуже девяноста баллов, можете мне незачёт поставить и вовсе. Буду подтягивать знания, чтобы не вылететь.

— Сколько же самоуверенных студентов прошло через меня, но редко кто так быстро, буквально на первом же занятии бросал мне вызов… Хорошо!

Он развернулся и подошёл к небольшому стеллажу, открыл створки и вытащил электронный планшет, после чего вручил его мне. Простенький, чисто для учёбы.

Преподаватель при мне запустил программу теста, выставил настройки для сдачи зачёта, поставил двадцатиминутный таймер, запретил исправление выбранных вариантов ответа и передал мне.

— Хотите по-серьёзному – Будет по-серьёзному. Условия один в один как на зачёте. Ваша тема сегодня – география. Вы любите путешествовать, как я уже понял. Вам должна быть близка эта тема. Удачи. НУ А ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ ДОСТАВАЙТЕ РУЧКИ И ГОТОВЬТЕСЬ ЗАПИСЫВАТЬ КОНСПЕКТЫ!

Дружный гул недовольства пробежался по небольшой аудитории, где мы находились. Я же смотрел на тест и щёлкал вопросы, ничего не выбирая в качестве ответа. Хм… Обычная школьная программа. Ну, может, чуток расширенная. Сто вопросов за двадцать минут… Если не знаешь, то только наугад выбирать ответ. Последние двадцать вопросов потребуют вписать ответ ручками, а не выбирать. Ничего сложного. Может, пара вопросов есть, на которые придётся пошевелить мозгами и вспомнить, как там что было…

Быстро прощёлкал страницы в обратную сторону, поняв, что уже прошло две минуты, пока я бегло глянул вопросы.

— …Высочайшая вершина Африки… Молодой человек, вам особое приглашение надо?

— У меня ручка сломалась…

— Возьмите у соседа.

— Чё я, бомж, занимать, что ли? Я запомню.

— Вы рискуете повторить судьбу барона Краста, который из-за своей самоуверенности… А? Что такое, барон?

— Я закончил. — Встал и двинулся к преподавателю, протягивая планшет. — Осталось нажать на кнопку «Рассчитать результат».

— Хм… Секунду. А вы… — повернулся он к двухметровой шкафине, перед которым лежало пять сломанных ручек, — найдите себе пока что хотя бы карандаш.

Преподаватель, взяв планшет с ухмылкой, подошёл к своему столу, после чего довольно потёр руки и нажал на кнопку показать результат.

— Ну, посмотрим, что вы там наугад натыка… Девяносто девять?! Как?

— Эх, так и знал… В сорок шестом вопросе четыре варианта ответа. Они все неверные. Посмотрите, там про подводные морские течения. Просят указать самое протяжённое. Только вот самого протяжённого там и нет, — развёл я руками. — А то, что на втором месте, с прошлого года разделили на два отдельных и дали каждому течению своё название. И получается, что из всех предложенных самое подходящее под пунктом «Б». А у вас в правильных ответ «Д». Можете проверить эти данные. Прошлогодняя Стокгольмская конференция по изменению климата. В научном труде Лауры Ваффел, посвящённом этой тематике, как раз выделяется новое течение, которое долгое время игнорировалось учёными. Ну, это если вам интересно.

— Поразительно… С другими предметами у вас так же? В Эквадоре такие хорошие знания передают ученикам?

— Только тем, кто хочет учиться и любит читать. Дайте ещё пару тестов, пройду. Это хоть интересно, в сон не клонит…

Преподаватель, удивлённый моей оценке за тест, пошёл мне навстречу. И вот до конца занятия я проходил тесты и везде набирал больше девяноста баллов. На перерыве я ещё раз пообщался с преподавателем, и он согласился, что мне делать на его занятиях особо нечего. Я с ним неплохо так поболтал о том о сём, и он понял, что я из тех, кто читает книги, изучает науку… И вообще весьма эрудированный. Так что мы нашли с ним общий язык, и я договорился, что до конца занятий побуду в библиотеке, изучая более сложные предметы.

Естественно, я слукавил. Эрудит пойдёт искать ещё одного умника, который будет знать, где найти Ирисовых, что учатся где-то здесь.

Как началось занятие, я собрал вещи и пошёл на улицу. Вокруг почти никого… О, парнишка. Костюм, как у того дружинника. Крадётся куда-то…

— Извините. Как пройти в библиотеку? — подойдя к нему со спины, обратился я, и парнишка дёрнулся, прикрываясь магическим щитом и разворачиваясь ко мне.

— А? Это ты! ЭТО ТЫ! ЗАБЕРИ СВОЕГО ДЬЯВОЛА ОТ МЕНЯ! — начал орать он, а я понял, что этот истерящий парнишка с дрожащими руками и дёргающимся глазом так привлечёт кучу ненужного внимания. — ИНАЧЕ Я ДОЛОЖУ ОБО ВСЁМ РУКОВОДСТВУ АКАДЕМИИ! Я ТЕБЯ СГН…

Дал ему под дых, пока никого поблизости не появилось.

— Чё ты вопишь как баба… Тише надо быть, спокойнее. Тебя как зовут, бедолага?

— Кх-х-х-х-х.

— Дыши, давай. Вдо-ох. Вы-ыдох. И веди себя нормально, не беси. Или тебя за оскорбление моего фамильяра на дуэль вызвать? Где он, кстати?

— Ука…

— Ты сейчас меня обозвал? Я начинаю злиться, парень…

— У ка… би… нета… дружины… — вернул он себе дыхание и голос.

— Вот, молодец. Можешь же, когда захочешь. И что он там делает?

— Рисует… Таскает одежду студенток…

— Рисует? Что-то новенькое. Одежду не всю ведь тащит, а только кое-что специфическое?

— Да… Заберите его… Пожалуйста. Мне же всё это придётся исправлять до конца смены… И пусть он вернёт мои вещи, что забрал из шкафчика. А шишки обратно заберёт себе… И пусть он ещё перестанет мне эти шишки в рот засовывать. И в штаны. И… Заберите его, ну пожалуйста… Я же не знал, что это фамильяр… — взмолился парень.

— Ну вот, можешь же быть нормальным, когда захочешь. Ладно, помоги ты мне, а я помогу тебе. Ты с какого курса?

— Четвёртый, практик.

— Практик?

— Ну, с Прикладной магии. Мы себя практиками называем…

— Ну вот и замечательно. Как звать?

— Антон.

— Будем знакомы, Антон. Ты сегодня не учишься, а охраняешь порядок, как я понял. Это похвально. А меня вот освободили от занятий. И я хотел найти друга своего старого, хорошего знакомого. У меня, к сожалению, номера его не осталось после прошлой встречи. Хочу отблагодарить. Он меня очень выручил в час нужды. Поможешь найти? Академия-то большая… А я хомяка отзову и скажу, чтобы он помог вернуть вещи на свои места. Трусики в шкафчики, шишки к ёлкам и так далее. Идёт? — протянул я парнишке руку и помог подняться.

— Хорошо. А как тебя самого-то зовут?

— Мирослав.

— С Боевой магии?

— Ага.

— Краст, что ли? Твою же… Угораздило же нарваться… А ведь предупреждали…

— Кто и что предупреждал? — с удивлением посмотрел я на него.

— Истрагуев. Чтобы к тебе не лезли, что ты чемпион арены талантов и что… Что ты слегка безбашенный.

— Кто такой Истрагуев? Первый раз слышу.

— Это сын главы рода Истрагуевых, вассалы Волжских… Он на пятом курсе…

— О как. И кто его за язык тянул?.. Ну ладно. В лицо, как погляжу, меня не все знают, и славно. И ты это… не распространяйся, что со мной познакомился. Давай лучше сориентируй, где мне искать друга моего дорогого…

— Как зовут-то друга? — погладил свой живот дружинник.

Улыбка расцвела на моём лице, когда я произнёс заветное «Ирисов». И она стала ещё шире, когда Антон решил у меня уточнить:

— Какой из пятерых?

— Как много у меня друзей… Мне нужны все они. Но в первую очередь тот, что на третьем курсе учится.

— Хм… Сейчас попробую узнать, где у него занятия…

— Да уж, поскорей бы… Очень давно не видел его и очень хочу долг отдать…

Удивительно, но парень принял мои слова за правду. Очевидно, о конфликте Ирисовых и Светловых он не слышал либо ничего, либо почти ничего. Иначе он бы сразу сообразил, зачем я ищу Ирисовых...

Как же парнишка удивился спустя двадцать минут, когда я вошёл в аудиторию третьекурсников с факультета артефакторики, на котором альфа-самец Павел Ирисов учился среди множества других девушек. Ну и парочки парней в этом цветнике с прекрасными леди. Сейчас у них было занятие по самоподготовке ингредиентов для лепки из глины. Очевидно, в дальнейшем этим заготовкам в виде тарелок, чашек, кувшинов да ваз студенты должны будут придать какие-то особые свойства при помощи магии. Прямо чувствую как к простой глине примешали изменённую...

— Здравствуйте, мужчины! Приветствую вас, о прекрасные богини! И тебе привет, скромняжка. — Я смахнул большую часть вещей с рабочего места Павла на пол, взял в руки заготовку вазы и, запрыгнув на стол перед ним, сел на корточки. Ну чисто гопник на свободном выгуле. — Свой прибор потерял и решил новый из глины сделать? Напрасно. Лучше из резины купи себе. А вот свои потерянные яйца уже можешь из чего угодно слепить. Хоть из глины, хоть из грязи.

Сегодня я буду плохим парнем. И у меня на это есть достойная причина: Ирисовы организовали уже два покушения на меня! Как минимум. И не ответить на это я не мог. Заодно попробую действовать по разному, чтобы обо мне по академии летали противоречивые слухи.

Моя рука легла на волосы шокированного любителя поднимать свои лапы на женщин и, схватив его за макушку, со всей дури приложила об стол.

— Что-то я не слышу извинений и не вижу, как ты ползаешь на коленях, целуя мои туфли и умоляя спасти твою гнусную семейку, червь. Видимо, урок не усвоен, а значит, мне придётся повторить…

Глава 4

Остановить меня попытался всё тот же Антошка, практик с четвёртого курса. А вот одногруппники и одногруппницы не особо спешили ему помогать. Видимо, не сильно ценят они своего товарища.

— Что вы себе позволяете?!

О, нашлась девушка, что вступилась за него. Страшненькая… Но смелая! Или в шестёрках у Ирисова бегает, может на богатства его рода планы строит?

— Барон, прошу вас, не надо нагонять лишних проблем… Пожалуйста, — умолял Антон, оттаскивая меня за руку, пока девушка помогала остановить кровь из сломанного носа Ирисова.

— Прошу прощения уважаемые студенты, этот вопрос к вам не относится, я постараюсь быстренько всё решить с моим давним другом! — показал я пустые и поднятые вверх руки, демонстрируя своё миролюбие всем остальным.

— А… Мой нос… Он сломал мне нос! — продолжал по-бабски вопить Ирисов Павел с запрокинутой головой.

— Молодой человек, что вы себе позволяете?! Это академия, а не подворотня с пьяными моряками! — насупилась девица с волевым взглядом и значком старосты группы на груди.

— У вас предвзятое отношение к морякам? Это какой у нас род военно-морские силы империи не уважает? Или мне это показалось, уважаемая? Прошу назвать вашу фамилию, староста, — сказал я и вместе с якорем Антошей, вцепившимся в мою руку, пошёл в сторону Ирисова, который отпрыгнул от меня, как только появилась возможность.

Тот, увидев это, начал быстро ретироваться к задним рядам аудитории. Староста хотела было что-то ответить, но всё же решила остаться немой рыбкой. Хо? Поняла суть моей провокации? Или, может, она столь знаменита и просто поразилась тому, что я понятия не имею, кто она такая? Вполне возможно.

— Опа, богатыри…

— Паша, тебе помочь? — оторвались от своих дел, явно не связанных с подготовкой к занятиям, два крупных паренька.

— Ребята, что угодно для вас сделаю! Вы же знаете, я всегда плачу по счетам! — умоляющим взглядом посмотрел на них Ирисов.

Ребята вольяжно поднялись и стали напротив меня. Ну а я... Я не спешил. Давал возможность каждой шестёрке Ирисова, каждому засранцу показать себя.

— Покиньте помещение. Это не арена, чтобы выяснять тут отношения. — Два нанятых при мне же одногруппника перекрыли проход.

Боевыми навыками от них даже и не пахнет, но выпрыгивающая из источника мана чётко даёт понять, что они готовятся активировать как минимум магический щит.

— Покину. Обязательно. Но вместе с этим уродом. И сразу на арену отправимся. Это я ему приглашение выписал, если вы не заметили, да только он что-то не спешит сражаться за честь своего рода. Ах, ну да… Откуда у Ирисовых честь? — язвительно ответил я двум здоровякам и, показав на спрятавшегося за их спинами Ирисова, поманил его к себе пальцем. — Давай, иди сюда. Или хуже будет…

— Так… Нашёл самого слабого из нас и пытаешься самоутвердиться, выскочка? — поднимаясь на соседнем ряду, заявил вполне себе неплохо сложенный парень, что явно уделял внимание тренировкам.

Он подошёл ко мне, демонстрируя абсолютную уверенность в собственных силах.

И вот два здоровяка и староста сбоку стоят, чуть в стороне от них сам Ирисов и всё та же страшненькая девушка, помогающая остановить кровотечение. На руке висит Антоша, а передо мной разминает пальцы, поглаживая костяшки, самоуверенный мачо, на которого едва ли не пускали слюни некоторые девушки в аудитории.

— Ха-ха-ха… Самоутвердиться?! Для начала, я с вами на "ты" не переходил. А за шум заранее извинился. Но раз уж мы так резко перешли на новый уровень общения, о незнакомый мне аристократ, то ответь-ка, а что ты знаешь о самоутверждении? Тоже из той категории мусора, которая готова ударить девушку в ресторане из-за того, что сам мудак? Давай, ответь мне на этот вопрос: пойдёшь избивать девушек, чтобы самоутвердиться? Да или нет? Если да – можешь вместе с этим куском аристократического говна идти на дуэльную арену и вместе пытаться отстоять свою честь ублюдскую. Если нет – заткнись и иди туда, откуда пришёл, пока из-за своей тупизны не влез в ситуацию, после которой придётся долго обеливать своё имя.

Естественно, половина группы уже снимала всё это на телефон, так что да, я играл на публику. Но я не кретин, чтобы создавать самому себе проблемы…

Я был дерзок и груб и слегка нарушил правила, атаковав Ирисова не на арене, но это легко объяснить: история любви, предательства и запятнания чести прекрасной леди вполне себе может привести к конфликту двух молодых людей. В этом нет ничего особого. Так что в глазах простых студентов вполне легко объяснить моё поведение и желание наподдать уроду. Тем более что меня и Светлову очень активно «сватают» все кому не лень.

Ну а с руководством академии, думаю, будет ещё проще договориться. Глава рода и все старшие члены рода моих противников сейчас в застенках и дают показания. Вчера они организовали атаку на меня, привлекли, судя по всему, и мафию, и некроманта, что находились в розыске, так что… С учётом того, что могли погибнуть мои люди, – я могу хоть до полусмерти молодняк Ирисовых тут избить. Меня всё равно не исключат из академии. Ну, разве что ректор – друг или хороший знакомый Ирисова. В таком случае могут поднять вопрос об этом… Но мне, если честно, плевать.

— Миша, сядь, — приказала черноволосая девушка, которая даже не шелохнулась в тот момент, когда я сломал нос ублюдку.

— Но, Оль, он же…

— В своём праве. Не знаю, почему помолвку ещё не объявили, но надо быть слепым, чтобы не заметить этого. Ирисов и Светлова – бывшие. Это их личные разборки. Пусть на арене их и решают… Хотя, барон, дуэль с Демидовым уже прошла… Вы всё ещё неудовлетворены результатом?

Ох, а она хороша! Многое знает и понимает.

— На той дуэли я был как представитель другого рода. Вопрос же между мной и Ирисовыми ещё не закрыт.

— Хорошо. Делайте, как считаете нужным. Только не заливайте пол аудитории кровью и не ломайте мебель. Не доставляйте неудобства другим, кто никак не связан с вашей ситуацией. Вам это ясно?

В ответ я лишь улыбнулся, замечая как расступаются здоровяки и нехотя идёт садиться на своё место «правильный» парень.

— Ольга Святославовна… Мы же с вами одногруппники… — взмолился Ирисов.

— И тем не менее ты мне противен. Когда молчишь – ещё куда ни шло. Но как только проявляешь активность – раскрывается твоя гнилая суть.

— Так, в пятнадцать ноль-ноль у меня первая дуэль. Ты второй в очереди. В пятнадцать тридцать чтоб на арене был, урод. Антоша, ты, как представитель власти в академии, зафиксируй, чтобы это чучело, если испугается и нагадит в штанишки, получило свои минусовые баллы. А вам, Ольга Святославовна, большое спасибо за содействие. Скоро этот мусор перестанет вонять рядом с вами.

— А кто на первую дуэль вызван? — слегка удивилась она.

— Не помню… То ли какой-то граф, то ли сын графа из первокурсников с Боевой магии.

— У вас с ним тоже конфликт из-за Светловой Елены?

— А? Нет. Он просто выбесил меня.

От моих слов она лишь закатила глаза.

— Антоша, идём. Где следующего Ирисова искать?

— Зачем? — удивился он, всё ещё мёртвой хваткой держась за мою руку.

— Как зачем? Ты же сказал, их пять. Всех на дуэльную арену! Мусор должен знать своё место.

Я направился к выходу, ощущая прожигающие спину взгляды третьекурсников с факультета артефакторики. Надеюсь, сегодняшнего шума хватит, чтобы к концу недели все студенты и преподаватели знали меня в лицо.

***

— Фух, успели… — облегчённо выдохнул Антоша, наведя идеальный порядок за пару минут до конца своей смены и сдачи кабинета дружинников.

Я сидел в удобном кресле, думая, закидывать мне ноги на убранный им стол или не стоит? Такой порядок… Ладно, не буду портить. Ещё песок на стол попадёт… Меру надо знать, даже когда шалишь и отыгрываешь роль плохого парня. Чтобы не скатиться в глазах окружающих до мудака.

— Ну что, ты закончил? — посмотрел я на него, со шваброй, с веником и ведром в руках.

— Почти… Как назло все мои младшие на занятиях, не припашешь их... Да и тебя тоже... Но хоть спасибо, что помог с тем ужасом, что сюда натаскал твой хом...

Он открыл подсобку для инвентаря и едва не схлопотал инфаркт, когда на него с верхней полки начали сыпаться лифчики.

— Фома, ну мы ж договорились! — Посмотрел я на жующего шоколадную печеньку бандита.

— Пи! Пи-пи?

— Да! Всё убрать. И вернуть на свои места! В чём смысл стырить кучу женского белья, а потом подкинуть Антоше? И вообще я только шишки имел в виду, а ты совсем уж разошёлся... И прекращай обесценивать свои трофеи массовостью. Вот увидишь безумно красивую студентку – тогда пожалуйста, действуй на своё усмотрение. Но и то, знай, что я против! В общем, будь умереннее, а то у тебя гнёзд по всей Москве уже раскидано… Скоро о сексуальном маньяке слухи поползут! И попробуй кому объясни, что ты эстет пушистый и тебе это надо для спокойного сна и медитативного отдыха.

— Пи-пи… — задумчиво почесал голову хомяк и потопал к подсобке, чтобы скрыть следы преступления.

— Думай, головой соображай, что делаешь. Ты их столько набрал, что смысла от них нет никакого…

— Пи…

Остановился и почесал жопку этот пушистый маньяк, раздумывая над моими словами. Понимаю, тяжело тебе в твоей хомячьей душе признать тот факт, что больше – не всегда лучше.

Фома у нас идеалист и максималист с чувством прекрасного. О, кстати, ещё один контраргумент придумал, который может заставить его остепениться.

— Фома… А представь, что некоторая часть белья… Что её носят некрасивые девушки…

— ПИ? — в ужасе посмотрел на меня Фома.

— Или парни-извращенцы…

— ПИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И?! ПИ-ПИ-ПИ-ПИ-ПИ! ПИ! — тут же зашёлся в истерике Фома, брезгливо поднимая бельё, лежащее на полу. — ПИ!

С последним возгласом всё бельё у ног Антоши исчезло, как и сам хомяк, отправившийся разносить свои трофеи обратно.

— Антоша… Ты давай забывай, что тут видел и слышал. Со мной лучше дружить. У тебя такая возможность уже появилась. А будешь врагом…

— Ага, знаю. На арену пойду. Восемь дуэлей на сегодня… Я понятия не имел, что барон Краст настолько…

— Какой?

— Тяжело подобрать слово… Безбашенный?

— Сойдёт. Кстати, до дуэли осталось чуть больше часа. Где тут поесть можно? И нет, тебя бы на дуэль я скорее всего не вызвал. Смысл не в том, чтобы всем подряд рожи бить.

— А в чём?

— Секрет. — ответил я ему, не пытаясь объяснить, что у меня есть минимум времени на все свои академические приключения. И мне приходится переть напролом, иногда цепляя по пути таких как Антон. — Так что там насчёт покушать? От беготни что-то дикий аппетит разыгрался.

— Барон, вы совсем не знаете, где тут что?

— Нет, ну, на запах еды могу найти, могу карту открыть и посмотреть, но зачем, если рядом есть ты?

— Тоже верно… В столовую или одно из платных кафе?

— Давай куда все – в столовую. Если повезёт, ещё одну или две дуэли найду, — ухмыльнулся, поднимаясь, и направился к выходу.

Открыл дверь на улицу и столкнулся нос к носу с Еленой и Дашей.

— Вот ты где! Ишь, деловой какой! Не дозвониться до него, ни на занятиях не найти! Ты как умудрился освобождение от занятий получить?

— Просто я очень талантливый…

— Да, наслышаны уже. Три дуэли! И это во второй день учёбы?

— Вообще-то восемь! — уточнил издалека Антон, направляясь к выходу с ключами от кабинета.

— Леди, прошу прощения…

К кабинету дружины начали подходить многочисленные дежурные с других частей академии. Как те, что уже закончили, так и те, что только заступали на дежурство.

Антон начал передавать ключи и сдавать отчёт. Не обошлось и без данных о сегодняшних конфликтах и дуэлях.

— Всего лишь двадцать дежурных на всю академию?

— Это только первый пост, всего таких три, — ответила мне Светлова.

— А, понятно. Ну ладно, дождёмся Антошку и вперёд.

— Куда вперёд?

— Кушать, конечно! — похлопал я себя по животу.

Антон повёл нас в святая святых студентов – столовую. Я не мог понять своих ожиданий от посещения этого места, ведь, с одной стороны, эта академия – место величайшей гордости нашей империи, место, где готовят будущую элиту, что будет решать судьбы миллионов подданных государства, определять будущее регионов и городов. Так что всё должно быть здесь на высшем уровне! И до сих пор я не сталкивался с отсталыми аудиториями, старой мебелью и прочим. Всё изыскано, всё утончённо, всё модно. Этакое гармоничное соединение элегантной архитектурны прошлых веков и современности. Не подкопаться. Но, с другой стороны, столовая… Само слово веет рабоче-крестьянской простотой. А если вспомнить, что несколько кафе и ресторанов на территории академии платные, а вот столовая – бесплатная, то сами собой возникают определённые мысли…

Мои ожидания, с одной стороны, оправдались… Вот представьте себе: стоят себе в очереди граф, барон, сын князя, внучка вассального хана с подносами в руках, высматривают вилки и ножи, лежащие на прилавке. Вдруг плохо помыли? А с другой стороны, мебель и посуда всё ещё дорогие на вид. Качество на уровне. А уж о еде я и вовсе молчу. Запечённая курочка с трюфельным соусом, свинина по-бретонски, каре из ягнёнка… Супов разных десять видов и все с непонятным названием. Остаётся лишь по составу пытаться понять, что из себя представляют. Даже самые простые блюда вроде яичницы приготовлены просто великолепно.

— Набирать без ограничений?

— Сколько хочешь, да… — ответила мне Даша, кладя на свой поднос две большие тарелки.

— Не боишься растолстеть? – подколола её Лена. — Ты очень смелая… А я вот обойдусь салатиком и грудинкой перепёлки по-фломандски…

— Не переживай, Лена. Не потолстею. У меня напряжённые тренировки каждый вечер.

Эх, а я уже три дня не тренировался… И сегодня тоже вряд ли получится. Но ничего, битвы на арене сойдут за тренировки.

Я взял себе две тарелки и начал накладывать совершенно не стесняясь одну порцию за другой, укладывая блюдо на блюдо. За изысканность вкуса всяких подлив, которые начали перемешиваться, не переживал: желудку на это плевать.

— Ай-ай… Сейчас упадёт… — начал я балансировать подносом, чтобы не потерять дурманящие своими ароматами вкусняшки.

— Клади мне. Зря я, что ли, ещё одну тарелку взяла? – улыбнулась Даша, у которой только одна из двух тарелок была частично заполнена. А ведь мы половину длиннющего стола с блюдами прошли…

— Спасибо! Выручила!

— Ах ты хитрая…

Лена тут же вцепилась в запечённые баклажаны с каким-то кремом и красной икрой наверху. А ведь я на них то и дело поглядывал, но переживал, что места не хватит на тарелках.

— Что ещё тебе взять? Показывай, — предложила помощь Лена, да и Даша её поддержала.

— Всё… — держа поднос двумя руками, ответил им. — Вы пока берите всего по чуть-чуть, а я нам место займу.

Мест практически не было, но, слава шестилетнему императору, урвал последний столик. Даже не пришлось бросать вызов на дуэль никому.

Рядом прошёл Антошка с подносом в руках и посмотрел на меня, как на душевнобольного.

— Садись давай.

— Спасибо, мне ещё жизнь дорога… Я пойду, поищу кого-нибудь из своих. Мест же хватает.

— Так, не люби мне мозги, мой дорогой старший собрат. Садись давай. Про арену несколько вопросов есть…

— Барон, пожалуйста… Можно я пойду? Пусть ваши спутницы вам ответят… Они знают всё не хуже меня.

Я от удивления даже яичницей чуть не подавился.

— Я тебе, что ли, Химера, что ты от меня убегаешь? Да и наоборот, я тебя отблагодарить хотел бы… Досталось тебе от Фомы сегодня, несколько больше, чем я ожидал. Думал, шишками обойдёмся...

— Прошу прощения… Просто этот стол…

— А что с этим столом не так?

— Он используется преподавателями академии. Конкретно этот, у окна, с видом на японский сад – мой.

Появился рядом старый добрый знакомый. Ну или не очень добрый… Цербер.

— О, какие люди! Ну, стол большой, всем места хватит. Присаживайтесь, уважаемый! — гостеприимно махнул я ему рукой. — Антон, подвинься с прохода и найди ещё один стул, сбоку присядешь. А эти два стула, не обессудь, девушки займут…

— Мирослав… — подошла ко мне Лена. — Этот столик всегда занят…

— Да, я уже знаю. Садитесь, вон сколько места… Ух, вы столько набрали...

Я вернулся к трапезе, но никто не спешил садиться. Даже Цербер.

— Вам всем нравится стоя есть? Даша, Лена – садитесь. Антон, забери у них подносы с едой и поставь здесь. Иннокентий Игнатьевич, что вы как неродной? Если вам противно со студентом есть за одним столом – не моя проблема. Я первый сел, табличек никаких не было. Вставать с кучей тарелок и перетаскивать я не стану. — Я перешёл на шёпот и слегка привстал из-за стола. — Но если вам западло со мной перекусить, то и впредь не рассчитывайте на мою любезность.

— Мне, как вы выразились, не западло. Я просто удивлён вашей наглости… Все знают, что это…

— На столе не написано, что он ваш. Так что меньше слов. Садитесь или не отбивайте аппетит… — откинувшись на спинку стула, говорил я, пока не заметил, что наступила какая-то удивительная тишина и мой голос разносится по столовой, явно долетая аж до поваров на кухне.

— Мирослав, может, пересядем? Парни, подвинетесь? — посмотрела Даша на соседний столик со студентами, и те, как болванчики, закивали головами, тряся пастой, что осталась висеть изо рта.

— Чего уставились? Все всё съели? Уши развешивать некрасиво, или вас нянечки и воспитатели этому не научили за столько лет жизни? Тут вам не цирк с бесплатными номерами. Да и я вроде на клоуна не похож. А если кто считает иначе, поднимись и скажи мне это в лицо, а затем на арене посмотрим, кто из нас клоун, а кто нет. — вспылил я.

— Девятая… — выдохнул Антоша.

— Все, кто не ест, встали и вышли, — сурово глянул на студиозов Цербер, и те активно застучали вилками, ложками, ножами по тарелкам. — Антон, что ты имел в виду, когда сказал «девятая»?

— Барон Краст сегодня уже проведёт восемь дуэлей… — вздохнул парнишка. — С трёх часов дня и до шести вечера будут… После пяти часов на дуэли он заложил всего лишь по пятнадцать минут… Думал, сейчас будет девятая.

Цербер с удивлением посмотрел на меня и всё же присел за стол. Потом и девушки последовали за ним. И даже Антоша набрался храбрости. Взял стул и уместился рядом.

— В шесть встреча со второкурсниками. Старшими. Не буду же я лишать себя удовольствия от знакомства с ними… — пожал я плечами и забрал у девушек часть еды. — Эх, не влезает на стол... Пусть на подоконнике постоят тарелки. С вашего позволения, я вернусь к трапезе, а то до дуэлей не успею всё съесть. Ещё ж до арены добежать надо…

— Тут еды на человек шесть… Да и есть это надо не один час… — приподнял брови Цербер.

— Ой, я вас умоляю… — Я влил жидкость из миски в себя, одним махом прикончив первый из десяти супов. — Полчаса и пойдём…

— Извините, Иннокентий Игнатьевич, что вам сегодня подать?

Преподаватель оглядел меня и мои тарелки, затем посмотрел на официанта и попросил кофе со сливками плюс какой-то стейк особый.

— Офобый? А у меня такой ефть?

— Нет. Это из отдельного меню на заказ… — подсказала Лена.

— А? А пофему?.. — Я проглотил кусок мяса и продолжил: — Почему вы мне не сказали, что тут ещё что-то есть, кроме этого?

— Съешьте сперва это, барон! Ваша наглость поразительна! Уверен, вы даже половины блюд не осилите…

— Поспорим? — усмехнулся я и увидел, как зажглись азартом глаза преподавателя.

Глава 5

К чести Новоградова, поражение он принял достойно. Не то что некоторые... И пообещал пересмотреть своё отношение ко мне и моим возможностям, а также персональный подход на будущих тренировках. Эх, поскорей бы.

Да и спор у нас был не какой-то там пафосный, а на чашечку кофе. И вот иду, доливаю в свой бак эспрессо, хотя там уже давно места нет…

Цербер ещё так переживал, что я вдруг решу перестать ходить в академию, на что девушки едва ли не синхронно выразили общее мнение, что меня скорее от занятий отстранят за то, что я драконю других студентов. И чего они нагнетают? Не такой уж я и страшный… Особенно когда поем.

Один «эксперт» по рукоборству уже должен быть где-то там, на арене. Пятеро Ирисовых самых разных мастей и занимающих самые разные места в их роду тоже скоро должны подойти. Ещё двое… Один чрезмерно ретивый и горделивый четверокурсник с факультета Боевой магии, который вспылил из-за моей дерзости и влез в перепалку, а второй – вроде как вассал Ирисовых, который очень вовремя оказался рядом со своим господином. А вернее – госпожой. Я своим врагам скидку на пол не делал. В общем, против меня выйдут две девчонки, одну из которых я, честно, не ожидал увидеть, ведь сейчас большую часть пятикурсников днём с огнём не сыщешь. А мне вот повезло: застал её в спортзале. Как раз вместе с ретивым вассалом и, возможно, будущим женихом.

К слову, девушки были последними, и я долго думал, идти ли к ним вообще. В итоге решил просто сходить к ним ради знакомства и понял, что там те ещё сучки. Они уже знали, что я тут хожу-брожу, и пытались натравить на меня других студентов. Да только я был мил и учтив и через Антона передал приглашение на дуэль. Поднимать шум больше не было смысла. Куда бы я ни шёл, все знали, что это Краст и он ищет жертв на дуэльную арену. Поэтому пришёл, поприветствовал, сказал, что Ирисовы – гнилой род, сказал, что докажу это на арене, да и ушёл. Не знаю, будут ли эти «леди» сами честь рода отстаивать или же кого-нибудь попробуют уговорить выйти своим представителем… Для дам, в отличие от парней, такая возможность имеется, если оппонент их – мужчина.

Что же до этой ситуации в целом… С одной стороны, они все к решению главы рода не имеют никакого отношения, с другой же стороны, Ирисовым было плевать на жизни тех, кто рядом со мной. Они готовилисьубивать всех, а я был просто первым в списке. Так что передам родителям через молодёжь послание… Можно было бы войну объявить, даже пойти на крайние меры – использовать мощь эфира и фамильяров для уничтожения всего того, что им дорого. Но это билет в один конец… Ведь войны родов запрещены. Поэтому просто сделаю так, что в академии не будут учиться их отпрыски. Хотя бы в этой... Ну и ещё чуть позже, ибо в пятницу я не успею, обязательно наведаюсь с Фомой в их закрома и постараюсь обобрать тварей до нитки. И надеюсь, моя девочка Гри завершит завтра свои небольшие исследования…

С грибницей вообще весело. Как оказалось, её рост и эволюция, запасы питательных веществ и потенциал развития как мага зависят от того, что она съедает. Если отдать ей питательные отходы, она всего лишь восстановит запасы питательных веществ. Да и не сказать чтобы много. Что-то в землю вернёт как перегной… В общем, толку будет не особо много. Если же поселить её рядом с изломом и давать кушать изменённые растения, животных, вроде Химер или хотя бы Гидр, то тут уже варианты веселее появляются. Чудо-грибочки именно за счёт таких вот монстров, в чьих телах повышенные запасы маны, и развиваются. Ну а с человеческими магами и их источниками, которые даже после смерти владельца полны не просто энергией, а разнообразной удивительной чрезмерно полезной концентрацией силы… Это то, что просто-напросто может из простой грибницы, что ест лишь мелких жучков и насекомых да медленно переваривает мёртвую древесину и пожухлые листья, сделать одну из опаснейших в мире Химер.

И самое главное – каким-то образом Гри даже может собирать совершенно разные виды маны в своих корнях и передавать своим грибочкам. Так она и растит магов. Из минусов: запасы магических энергий могут закончиться, если перестараться…

Ещё Гри может просто хранить ману разных стихий в основном теле, в одном из множества светящихся корней, и очень медленно накапливать. В местах, где большая плотность маны или сражаются другие маги, это дело идёт быстрее.

Узнав это всё, я попросил Гри уточнить, может ли она самостоятельно поглощать ману разных стихий из окружающей среды, перерабатывать её и использовать, как другие маги или хотя бы Химеры. Оказалось, что раньше могла. После того как стала моим фамильяром, такая возможность у неё пропала. Но взамен появились новые не менее интересные способности. Впрочем, с ними она пока всё ещё не разобралась.

В общем, с Гри, как магом, всё запутанно и непонятно. Я лишь вижу, что она становится сильнее, живучее и становится более гибкой. Вон даже ходить уже может рядом со мной, а не безвольно лежать на плече ковром.

С погибшей Ажаровой ситуация так и не прояснилась. Ни Гри, ни книги, ни запросы в Даркнете не дали мне ответа на вопрос: КАК?

Как она умудрилась перехватить контроль над моим фамильяром. Как она запрятала сознание Химеры в темноту и сумела использовать её способности самостоятельно? Как она сделала так, что я сам ничего не почувствовал, пока не попытался коснуться Гри своим сознанием? Как сделать так, чтобы подобное больше никогда не случилось? Очень надеюсь, что мне разрешат покопаться в документах КГМБ, в которых я, возможно, смогу найти хотя бы подсказки..

— Уф… — прислонился я к стене, беря перерыв.

Да уж… Тяжело топать с пузом, в который словно запихнули арбуз. Не успевает перевариться…

«Макс… вот зачем ты так объелся?» — ругала меня моя совесть.

«Я ни о чём не жалею», — отвечал я и смело продолжал идти вперёд.

До назначенного времени осталось десять минут. Надо бы поднажать...

Вообще, во мне даже эфир проснулся и устремился к растянутому желудку в попытке помочь мне разобраться с этим недоразумением.

Кое-как доковылял до арены, ощущая, что мой живот всё ещё крайне надут, но уже не столь сильно, как пару минут назад. Эфир что угодно растворит. В том числе и съеденную еду! Если нужно. Правда, пользы от неё в таком случае будет не очень много.

— Добрый день… — оглядел меня сотрудник местной арены, что больше выглядела как стадион для каких-то состязаний. — Зритель или участник?

— Участник, — ответил я, ловя на себе многочисленные взгляды подтягивающихся студентов, у которых уже закончились пары.

Пересёкся взглядом с полутораметровой блондинкой. Ой-ой…

— Мирослав Краст! — сердито прокричала она и, словно бульдозер, пошла сквозь многочисленных студентов ко мне.

— А, так это вам пришлось выделить седьмую площадку до конца дня? — посмотрел на меня сотрудник арены и достал кипу бумаг. — Расписывайтесь везде. Это за все восемь дуэлей.

— Ага…

Я взялся за ручку и начал черкать согласие на отказ от претензий в случае травм, подтверждение знания правил проведения дуэлей, уведомление об отсутствии запрещённых артефактов и летального оружия и кучу других на каждую из дуэлей.

— Мирослав! Что это такое?! Почему я от Дудищева лишь с утра узнала, что вы с ним собрались биться на арене? Вам так тяжело предупредить меня? И почему я из кабинета подготовки преподавателей узнаю, что, кроме этой дуэли, у вас сегодня будет ещё семь?! Что это за безобразие?

— Не переживайте, не умру. И никого не убью. Максимум сделаю очень больно. Всего-то руки-ноги переломаю, чтобы услуги лекарей обошлись подороже, а боль запомнилась получше…

— Что? Да плевать мне на это! В семнадцать ноль-ноль моя первая лекция для вашей группы! Ладно, Дудищева не будет, скорее всего. Но и вас ведь не будет! Так ведь ещё и почти вся группа начала отпрашиваться у меня с занятия в первый же учебный день, чтобы посмотреть на ваши дуэли! Хотите развлекаться – ради бога! Но не срывайте мне учебный процесс!

— Упс… А вот об этом я не подумал… — честно признался я. — Да и физподготовку я пропущу… Не хотелось, конечно… Просто так много засранцев…

— Понимаю… Я тоже на арене в первые два года была чуть ли не каждую неделю… Одиночкам, особенно сильным, которые без поддержки какого-либо могущественного рода, тяжело избежать провокаций. И всё же!.. Я надеюсь, что вы успеете закончить со своими дуэлями до моей лекции!

— Ну, только если кто-то поможет мне согнать сюда всех моих жертв и ускорить процесс начала дуэлей… Я-то готов хоть один против восьмерых сразу выйти…

— Точно готовы? Если да, то я могу попробовать помочь… — задумалась и что-то уже явно придумала едва достающая мне до груди руководительница нашей группы. — Только мне список ваших оппонентов нужен.

— Это вот к нему, — указал я себе за спину на сотрудника арены и пожал плечами: — Я даже не знаю, как зовут половину из них. Всё. Мне надо идти готовиться…

— Бегите-бегите. И не забудьте: кабинет триста двадцать семь в нашем корпусе Боевых магов.

— Хорошо. Очень постараюсь успеть, — улыбнулся ей.

— Удачи, Мирослав. — И подарили мне по поцелую в щёку Даша и Лена, заставляя тяжело засопеть многочисленных парней вокруг.

— О, а вот вы мне и поможете, уважаемые студентки… Давайте, сюда подходите. Надо будет доставить указание студентам… Так, как же там правильно писать?.. В связи с потребностями академии, я, Касаткина Ольга Николаевна, преподаватель курса «Магической Теории», приказываю вам прибыть к академической арене в срок не позднее шестнадцати ноль-ноль с целью проведения внесённой в график дуэли, — начала бубнить текст приказа студентам наша руководительница, попутно выуживая из небольшой сумочки листы бумаги с печатью академии.

Ну а я побежал переодеваться. Только сперва надо в местные «кустики» заскочить…

Увы, переодеться не успел. Во-первых: я забыл спортивную форму. А во-вторых: в «кустики» с выложенными кафелем картинами была не маленькая такая очередь.

Пришлось выскакивать на свою седьмую арену, которая была примерно сорок на сорок метров, прямо так, в обычной одежде. Ну, зато я теперь был бодр, активен и лёгок, словно пёрышко. Мой оппонент не сдрейфил и сейчас стоял на другой части арены, напряжённо переговариваясь с кем-то и застёгивая металлические латные рукавицы с гравировкой на ладонях. Мать честная, как же он принарядился… Конечно, не прям как я на свою дуэль с Демидовым, но всё равно видно, что он вполне себе не бедствует, раз такие доспехи может себе позволить.

В качестве оружия у моего первого оппонента была магическая палочка или что-то такое… Не совсем понял, что это. Для жезла – маловата… Похожа на те, что используют дирижёры. Кроме неё, во второй руке имелся металлический баклер, а под бархатистыми чёрными одеждами блестела пластинчатая броня. Броня… Хм… Мне кажется, я что-то забыл, связанное с этой бронёй…

— Барон Краст, да? Решили поднять свой авторитет в глазах многочисленной публики, избив моего брата? — подойдя ко мне, сказал мужик, что наставлял минутой ранее Дудищева.

Броня… Свою броню на эти дуэли я надевать не собирался… Так почему меня начало так трясти при этом слове?

— Что вы молчите? Куда вы смотрите, барон?

Маски запасные должны довести… К мастерам из «Кузни номер один» я ещё не скоро доберусь… Обещали в конце сентября лишь встречу нашу организовать. Так, блин, что я забыл?! Так кичился своими знаниями, а тут, оказывается, у меня не просто щель, а огромная дыра в воспоминаниях.

— Ублюдок, делаешь вид, что я никто?! Ничего, это мы ещё посмотрим… Мои доспехи, переданные брату, выдерживали даже атаку Химеры! Не думай, что тебя ждёт лёгкая прогулка, засранец.

— Да блин… Отвали и не мешай… С мысли сбиваешь. Хочешь выйти на дуэль против меня, записывайся в очередь, — нахмурив брови, посмотрел я на говорливого Дудищева номер два.

Тот хмыкнул и, задрав нос, ушёл прочь.

Появился распорядитель из числа преподавателей, что должен был провести эту дуэль, и начал объяснять ещё раз правила. Я стоял и слушал, мыслями при этом витал где-то далеко, пытаясь вспомнить, что же я забыл и почему меня так напрягает мысль о доспехах и вообще броне…

— Что, даже оружие не достанешь? — ухмыльнулся, надевая шлем, первый из череды дуэлянтов.

Он провёл пальцем по шее, показывая, что меня ожидает, и стал со своей палочкой в боевую позу, будто со шпагой.

Трибуны наполовину заполнились и объявили очередную дуэль на площадке номер семь.

— Готовы? — спросил нас преподаватель, и я машинально кивнул, слегка разгоняя эфир по телу и создавая магический щит перед собой.

— БОЙ!

— ХА! — рявкнул мой оппонент и направил на меня малюсенький пучок энергии из своей волшебной палочки, что рассыпался жалкими крохами маны вокруг меня.

Я даже не понял, что это за заклинание такое было, когда поднял взгляд и посмотрел на Дудищева. Его улыбка так напоминала ухмылку лженекроманта, что сдох от одного-единственного удара на ступеньках разрушенной часовни…

— ТОЧНО! ВСПОМНИЛ! — обрадовался я и ощутил серьёзную опасность от расползающихся вокруг Дудищева теней, из которых вот-вот должно было вырваться заклинание. Да и сам он сделал какую-то гадость, разломав сияющую от переполнения маной волшебную палочку. — Хм…

Я успел в последний окружить себя магическим щитом и укрепить его по полной. Из теней вылетели тысячи кинжалов. Маны в каждом было с гулькин нос, и предназначались они для того, чтобы постепенно истончить и разрушить барьер.

Забавно… Этот артефакт позволяет накопить, высвободить большое количество маны, обращённой магом в заклинание, и одновременно наложить метку, что является чем-то вроде автоприцела. Какое интересное сочетание боевого заклинания тени, призыва оружия и магических артефактов.

«ТЫК!»

«ТЫК!» «ТЫК!» «ТЫК!» «ТЫК!» «ТЫК!» «ТЫК!» «ТЫК!»

— Ох, я теперь и сам как ёжик выгляжу… — вспомнил я про своего колючего демонюгу, наблюдая за кинжалами, что несутся в меня и по прямой, и по кривой, втыкаясь в мой магический щит со всех сторон.

Кинжалы полностью перекрыли мне обзор, но сам щит вполне себе держался… Просто призванное оружие, воплощённое в форму слабенького металла, — это не то, что сможет сокрушить эфирный магический щит. Особенно в тот самый момент, когда я его продолжаю подпитывать из своего огромного магического источника.

— Пи?

— Да, давай. Прямо к нему за спину. И дай кинжал, что ли, какой-нибудь, — согласился я с Фомой, что вылез из кармана и оценил наступившую не по графику «ночь».

— Посмотрим, как долго ты выдержишь, ублюдок… Это лишь первый набор легендарного шторма кинжалов Дудищевых… — потирая руки, с возбуждением в голосе проговорил Дудищев и полез в карман за новой палочкой.

Лёгким движением руки я приставил кинжал тупой стороной к горлу самоуверенного болвана.

— Как жаль, что второго набора я не увижу… — прошептал я ему на ухо. — Брось палку.

Холод лезвия на шее превратил самоуверенного болвана в быстро струхнувшего болвана.

— Не… Не убивай. Это же учебная… Дуэль, — замямлил он, и впереди начали сыпаться на землю кинжалы, как только я рассеял свой магический щит, что остался на том же месте.

— Ах ты гад! Что за коварная химическая атака! — Не оценил я эффект от испуга графского сыночка, что только что явно испоганил доспехи брата, не удержав свою «смелость» внутри себя.

— Прости-и-ите! Я не специально!

«Тук!»

Отвесив ему подзатыльника и отправляя смердящего студиоза куда подальше от себя, я глянул на преподавателя. Тот кивнул мне и объявил мою первую за этот день победу.

— Уважаемый, если второй мой оппонент уже здесь и готов, то давайте приступать. Бегать не вижу смысла. Быстрее начнём, быстрее закончим.

Я стоял посреди арены, ожидая одного из пятёрки Ирисовых, и с хмурым лицом вспоминал, что при уничтожении гвардии некроманта я видел как минимум с десяток доспехов, на которые положил глаз, а получил всего лишь половину!

Если меня обули… Я хочу знать, кому предъявить претензию: Павлу Святославовичу или же Багратиону! Я, конечно, не бедный, но пусть хапуга попробует прокормить Фому, Жужжу и Виви… Помидольками там не отделаешься! Это трио проглотов жрут в промышленных масштабах! А про Гри я вообще молчу… Благо ей в крайнем случае и воды да пожухлых листьев хватит… Неприхотлива эта красавица, но если хочешь вырастить из неё достойного воина – нужна диета! И не абы какая! Ей Химер и Архимагов разных подавай… Тяжело, в общем. Но хотя бы время есть на поиск деликатесов, не то, что эти трое… Надо срочно один-два излома закрыть, набрать деликатесов для Гри и…

— Вот я дурак! Обалдеть!

И хлопнул себя по лбу, сообразив, что у меня под боком есть совершенный, идеальный инструмент по отмыванию денег! Более того, с неплохой такой перспективой добыть легальных денег и заодно прокормить мою дорогую грибницу!

— Второй бой! — Вышел на арену преподаватель и один из Ирисовых – старший из парней, с четвёртого курса. — Приготовьтесь! Напоминаю правила дуэли…

А должен был выйти другой – тот, что любит руки на девушек поднимать. Впрочем, сегодня мне тоже предстоит столь унизительное действие… Но специально для них, я сокрушу девушек, если они рискнут выйти, даже не вынимая рук из кармана. Просто дождусь, пока они полностью лишатся маны и выносливости, после чего Фома приставит им шишку к шее. Или в рот как кляп всунет, демонстрируя тотальную доминацию!

Так, поскорей бы закончить и позвонить Жанне да Соколу, рассказать им, что я придумал открыть мутантоперерабатывающий завод. Мусоропереработкой заниматься тоже можно, но это немного муторно… А вот остатки токсичных частей тел мутантов, бесполезные сухожилия и прочие органические остатки, что со всей Москвы вывозятся и, думаю, скорее всего, просто-напросто сжигаются либо растворяются чудовищно едкой химией, можно перехватить и поставить уничтожение на поток. Будет у Гри работёнка. Да и Жужжа не откажется пожевать вкусняшек.

— Студенты, вы готовы? — посмотрел на нас преподаватель, и мы ему кивнули. — БОЙ!

Зелёным вихрем я пронёсся в сторону первого Ирисова и буквально впечатался в него, проходя сквозь магический щит рукой, полной эфира. Но так как это была всё ещё просто часть моего тела, барьер никак не отреагировал на атаку, и мой кулак впился в противника, сминая нагрудную пластину и выбивая весь дух из парня.

Ирисов отлетел к дальней стене площадки номер семь, и, пока он не успел очухаться и подняться…

— Меня атаковали тысячи мертвецов. Но лишь десять из них были магами… Думаю, будет справедливо, если я сломаю по одной кости за каждого из магов. Итого две кости тебе и по столько же твоим родичам. Кстати… Среди вас есть девушки. Предлагаю тебе взять на себя дополнительный перелом или два, чтобы их не постигла та же участь, — негромко произнёс я, занося ногу для сокрушительного удара. — Ну, решай!

— Не надо… Я сдамся… — промямлил он, и я фыркнул.

Тьфу, слабак… И родственниц своих же не жалко… Ладно, сам решу за него, раз он такой мусор.

«Хруст!»

— ОУ-У-У-У-У-У! — загудела толпа, услышав хруст, что эхом разлетелся по арене.

Первый пошёл…

Схватил за руку и швырнул через всю площадку в другую сторону поля битвы. Хорошо летит…

«БАХ!»

— Лучше бы они всем скопом вышли… — подытожил я, увидев жест преподавателя, что показал знак, мол, бой окончен и что тут срочно нужен лекарь.

Ну что же… Начало положено. Интересно, а здесь есть рекордсмены по числу выигранных дуэлей за время учёбы?

***

Ректор академии принял с докладом одного из своих подчинённых и принялся слушать новости этого дня.

Тяжело быть в курсе всего, постоянно находясь в кабинете. Тяжело быть в курсе всего и бегая по корпусам. Всё просто потому, что академия огромна: для многих помещений требуется простор. Поэтому дважды в день к нему приходят с докладом и рассказывают, что происходит и какие происшествия случились среди гиперактивных студентов.

— Пётр Савельевич, расскажите пожалуйста, что там за шум с дуэлями… В этом году он начался чрезвычайно рано. Намного раньше, чем планировалось… — попросил Журавлёв, великий Архимаг, руководящий альма-матер большинства выдающихся людей империи.

— Да, Михаил Игнатьевич, — тут же отвесил короткий поклон граф Оболонский и достал планшет. — Всего назначено сорок шесть дуэлей. Это на пятнадцать больше, чем в прошлом году за аналогичный период. После знакомства первокурсников с другими курсами этим вечером запланированы битвы во вторую половину пятницы и на все выходные. Что же до сегодняшней активности… Всё дело в нашем чемпионе арены среди талантов-первогодок.

— Краст? И что же он? — удивился ректор.

— Восемь дуэлей. Пять с членами рода Ирисовых, ещё одна с их вассалом. Две другие, судя по всему, случайные.

— Лихой какой! Но до рекорда пока далеко. Что-то ещё он сделал или планирует? Вчера, как мне мой давний друг рассказал, у него кое-что случилось, так что он явно на взводе. Проследите, чтобы на арене без смертей обошлось. И, кроме этих дуэлей, он больше ничего не натворил. Особенно на «Знакомстве».

— Сделаем, Пётр Савельевич. Возможно, с ним связана просьба Новоградова Иннокентия Игнатьевича.

— Какая?

— Изменить расписание занятий и передвинуть его на следующую неделю.

— А давай его и спросим…

Ректор взял в руки телефон и набрал номер своего знаменитого преподавателя.

— Кеша, привет. Да, это я. Ну а кто ж ещё? Нет, ничего от тебя не нужно… Ты только скажи, зачем занятия просишь изменить у первокурсников? Так… Ага. Не городи ерунды. Это с Крастом связано? Давай рассказывай.

Ректор пообщался с ним около трёх минут и положил трубку, закончив всё это словами: «Ясно всё с тобой, маньяк ты старый…»

Оболонский посмотрел на своего начальника и вопросительно поднял бровь, желая узнать истинную причину запроса Цербера.

— Краст будет учиться только до конца следующей недели. А дальше, как и большинство этих талантиков, уедет. Оттого и понятна его активность. Хочет наделать столько шума и привлечь столько к себе внимания, чтобы о нём, пока его не будет, не забыли. Ну а для Цербера, что ему проиграл спор, дело чести сломать его во время своих тренировок, выжав досуха.

— А откуда Иннокентий Игнатьевич знает, что тот собирается уехать вскоре?

— А вот это хороший вопрос… И ответа на него у меня нет, — пожал плечами ректор и продолжил слушать доклад.

На самом деле Журавлёв прекрасно знал, откуда у Цербера эта информация. Краст воспользовался своим правом аристократа и забронировал пять изломов на зачистку, о чём сообщил лично Церберу. И первый из изломов необходимо закрыть уже к первому октября, а до него ещё добраться надо. Вот Краст и спешит оставить о себе воспоминания. Болезненные у своих врагов и противоречивые у всех остальных. Но если он выдержит все битвы, то каждый студент будет держать в своей голове мысль: «Не стоит провоцировать Краста».

И каждый будет знать об этом молодом дворянине, что, помимо прочего, ещё и пользуется благосклонностью регента.

— Не нравится мне этот Краст… — скривился ректор академии, чья внучка стала жертвой истерики регента во дворце и была с позором выброшена с государственной службы.

Ему вообще никто из тех, кто пользовался благосклонностью Стефании Романовой, не нравился.

Глава 6

Оказалось – есть рекорд. И он давний, принадлежит одному студиозу, что учился в академии сорок лет назад. И звали этого очень талантливого и опасного человека, кровно связанного с императором, Зубов Константин Сергеевич. А наш министр обороны, оказывается, весьма вспыльчивый...

Узнал я об этом от преподавателя, который стоял на площадке вместе со мной, то и дело объявляя новые дуэли с моим участием и призывая оппонентов. Вот в перерывах между этими битвами мы и разговорились. Он охотно отвечал на мои вопросы.

За четыре года учёбы Зубов успел сразиться на восьмидесяти двух учебных дуэлях и одержал победу в каждой. Удивительный результат… И он даже число дуэлей за сутки удерживал за собой: на четвёртом курсе вызвал десятерых оппонентов, с которыми бился с утра и до вечера. Я даже тут не смог его обойти… Знал бы заранее, ещё поискал бы засранцев.

В голове вспыхнули рожи Конюхова и того надменного засранца, чьи братки решили поприставать к Юле. Блин, я даже фамилию его не знаю… И символ рода тоже уже забыл. Кто это был? Как его найти и притащить сюда за шкирку? Да и стоит ли? Согласится ли он сражаться на дуэли? Непонятно…

«ВИУ-ВИУ-ВИУ!»

Ещё одна карета скорой помощи покинула арену академии, увозя последнего из троицы пострадавших, что вышли против меня вместе. Касаткина сделала всё что могла, чтобы ускорить процесс мордобоя, и я ответил на её старания своими могучими ударами. Из минусов: в последнем бою было сразу две представительницы рода Ирисовых, и публика ожидала, что я хотя бы их не буду ломать. Напрасно… Восхищение в глаза смотрящих померкло, и начали раздаваться возгласы неудовольствия. Один так вообще заявил, что это не по-мужски.

Ага, конечно… Зато очень по-мужски было отправлять по мою душу снайпера, мертвецов, пытаться промыть мне мозги перед дуэлью с Демидовым!

Как бы там ни было, все крикуны и крикуньи рода Ирисовых уже получили первую медицинскую помощь. Ещё зелья здоровья у каждого имелись, и я не мешал им их употреблять прямо на арене. Моя цель – не заставить страдать молодёжь, какой бы она там ни была в жизни, а передать послание их родителям: готовьтесь отвечать за свои поступки.

Ну а что касается крикуна про мужское достоинство… Предложил ему выйти на арену и по-мужски навалять мне, но почему-то парень мгновенно затих и вообще исчез. Ха, кричать из-за спин других мы все горазды… Для этого храбрости много не надо.

Проводив взглядом скорую помощь, которая повезла на обследования последних оппонентов, чтобы выяснить, остались ли ещё какие-нибудь незамеченные травмы, кроме сломанной гордости, я отправился на занятия.

— Хорошо размялся… Где там мои сопровождающие?

Я огляделся по сторонам и нашёл Лену. Одну.

— Ну что, первые шажочки к славе сделаны? Можно бежать на занятия?

— Да. А-а-а где остальные? — удивился я.

— За Дашей пришла Елизавета. Посмотрели первые три битвы и вынужденно ушли на учёбу. Антона вызвали куда-то. Что-то там случилось, и заявления начали приходить на их пост дружины от студенток…

— Фома?

— Пи…

— А ты точно в нужные шкафчики вернул одежду?

— Пи…

— Вот балда… Всё с тобой ясно, — покачал я головой, понимая масштаб трагедии.

Сколько там сотен резервного белья, хранимого в личных шкафчиках студенток, Фома забрал? Сколько он перепутал при возвращении? Все! Вот молодец…

Рядом стояли и перешёптывались студенты, то и дело косясь на меня и Светлову.

— Извините, ваше благородие! Мы бы хотели пригласить вас в кафе «Лунный свет» и угостить в честь этой знаменательной победы! — выйдя ко мне, предложила обворожительная девушка с шикарной упругой… С глазами. С красивыми глазами.

— А кто это «мы»? — заинтересованно посмотрел я на неё и её спутников.

Она не успела даже ответить, как с разных сторон начали подлетать и другие желающие установить «тесные связи» с молодым бароном, любителем поколотить людей на арене.

— Уважаемые, стоп… У меня сейчас занятия. Потом знакомство с уважаемыми старшими. Потом… Не знаю, что потом, но дел у меня выше крыши. Давайте так, я вас никого не знаю, оскорбить отказом никого не хочу. Найдите мой аккаунт в приложении академии и пришлите свои приглашения в личку. И сразу расписывайте, кто вы такие и что вам от меня нужно, ладно? Это упростит жизнь всем нам. Постараюсь в ближайшее время всем ответить и найти время для встречи. Сами понимаете, график у нас, студентов-первокурсников, очень напряжённый!

— МИРОСЛАВ! Садись! — позвала Касаткина у выхода с арены, показывая на авто, что подъехало поближе к ней.

Ох, а это она ловко придумала.

— Лен, подвезти?

— Нет, мне тут близко. Поздравляю с победами. Что дальше с Ирисовыми думаешь делать?

— Появятся в академии – снова на дуэль вызову. Сломаю побольше костей, чем в этот раз. И так до тех пор, пока не поймут, что тут со мной им ловить нечего, — пожал я плечами, не став говорить, что это только первый из многочисленных шагов, которые я предпринял против этих гадов.

Всё остальное должно остаться в тайне…

Я подошёл к авто, за рулём которого была Касаткина. Стоило мне закрыть дверь, как мы резко сорвались с места, устремляясь в сторону нашего корпуса.

— Ого! Резвая машинка, хоть и маленькая… — удивился я. — Мне пристегнуться?

— Как хочешь. И почему ты вообще меня не слушаешь? Занятие через пятнадцать минут, а идти до корпуса больше двадцати… Хорошо, что я предвидела всё это и взяла с парковки свою ласточку.

— А я удивлён, что вы решили посмотреть все мои бои.

— Как же я могла пропустить дуэли своего студента! — усмехнулась она, а затем более серьёзным тоном сказала: — Ирисовы – могущественный род. Я понимаю, у вас конфликт… Но не помешает ли это вашему будущему?

— Ох, приятно, что за меня переживают. И позвольте поправить: Ирисовы БЫЛИ могущественным родом. Скоро их ожидают потрясения, в сравнении с которыми сегодняшние события лишь так, небольшие неприятности. Ну а что касается моего будущего… Там, где одни видят проблемы, я вижу возможности.

Я достал телефон и набрал СМС Жанне с просьбой найти Сокола и изучить возможность открыть завода по переработке останков мутантов. Пусть займётся чем-то более весёлым, чем ковыряния в бумажках и отчётах с накладными в попытках свести воедино финансы мои и нашей группы ликвидаторов.

— Приехали… Давайте в аудиторию. Я за материалами схожу.

— Благодарю, что подбросили, Ольга Николаевна, — сказал я и пошёл в аудиторию.

Шум студентов внезапно стих, стоило мне зайти.

— Краст! Красава! Всем навалял! — нарушил тишину радостный Иван, сидящий на первом ряду, и на меня обрушился град поздравлений и восхвалений за то, что сумел за пару часов вынести восьмерых соперников на дуэлях.

Девушки бросали на меня украдкой взгляды. Парни, кто посмелее и поадекватнее, пытались нормально познакомиться, причём заходили в основном через Ивана, зная, что мы с ним общаемся. И так мой безродный друг сумел познакомиться с большей частью одногруппников и получить какое-никакое влияние.

Были и те, кто молча уткнулся в учебники либо же в телефон и игнорировал меня. Подозреваю, что эти ребята думали стать самыми альфа-самцами в группе. Привыкли быть лидерами, а тут какой-то барон вместо них привлекает всеобщее внимание. Расстроились, бедолаги... А может, просто люди они говнистые и чувствуют, что рядом со мной не стоит выделываться. Всё может быть.

— Так! Что за шум?! — забежала в кабинет Касаткина с горой учебников в руках, едва не выронив их. — Занятие началось, все по своим местам. После лекции общайтесь хоть до посинения!

Я прикрыл за ней дверь, сел на свободное место и приготовился слушать лекцию.

«Может, в этот раз узнаю что-нибудь интересное?» — подумал я и оказался прав.

Магическая теория – это фундаментальные труды сотен и тысяч исследователей магии. Много всяких работ я читал. Многочисленные вводные о магии нашего мира переплетались у различных авторов, но были и настоящие бриллианты на фоне всего того, что уже успел изучить.

Редкие экземпляры книг, противоречивые по своей природе… В них авторы поднимали сложные для восприятия вопросы, о которых нам и рассказала Касаткина. Сегодня мы прикоснулись лишь к минимуму, но целых пять книг ранее неизвестных мне авторов я себе отметил, чтобы потом взять в библиотеке и ознакомиться. Одна из них имелась в электронной библиотеке академии, и я её сразу же скачал. А вот остальные не оцифровали. Придётся брать оригиналы. И не факт, что мне их выдадут на руки…

— Ольга Николаевна, а что ещё посоветуете изучить из малоизвестных, но весьма неординарных книг этого направления?

— А те два десятка, что я назвала, вам не хватит? — удивилась она.

— Ну, две из двадцати – это компиляция более ранних трудов других магов-учёных, ещё часть я уже изучал… Только пять книг из вашего списка я себе пометил, как что-то новенькое.

— Хм… После лекции подойдёте, обсудим, что вы уже изучали. Попробую подобрать для вас дополнительную литературу для изучения. И ВОТ, ОБРАЩАЮ ВНИМАНИЕ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ! БАРОНУ ВСЕГО ЛИШЬ ВОСЕМНАДЦАТЬ, А ОН УЖЕ ИЗУЧИЛ ДВЕ ТРЕТИ КНИГ, С КОТОРЫМИ ВЫ СТОЛКНЁТЕСЬ В БЛИЖАЙШИЕ ТРИ ГОДА! НЕУДИВИТЕЛЬНО, ЧТО ОН СТОЛЬ ХОРОШ В МАГИИ И ПОНИМАЕТ ВОЗМОЖНОСТИ СВОИХ ПРОТИВНИКОВ ПО МАЛЕЙШИМ ПРИЗНАКАМ ТВОРИМЫХ ИМИ ЗАКЛИНАНИЙ! — попыталась она мои заслуги связать с чтением книг и изучению основ.

По правде сказать, заслуга тут далеко не в этом. Это лишь маленькая часть фундамента, на котором зиждется моя сила. Половину дуэлей я выиграл вообще без магии. Просто потому что мог.

Лекция закончилась, и я подошёл к столу преподавателя, готовясь записать что-нибудь ещё этакое. Ольга Николаевна по памяти называла мне книги одну за другой, а я ей через раз отвечал, что «да, неплохая книжулька, читал». Иногда даже отмахивался от откровенно слабых работ, в которых ничего, кроме гипотез магии, не было, в которых всё, что делал автор, – это задавал сотни вопросов, ориентируясь на свои наблюдения. Вопросы без ответов и без досконального разбора причин происходящего.

Ольга Николаевна сильно задумалась, ведь смогла дать мне ещё только три книги, которые были мне неизвестны и в теории интересны.

— Я должна проконсультироваться с коллегами. Завтра дам вам дополнительный список литературы. И я включу в него труды смежных областей, а не просто работы по магической теории. Думаю, наши всезнайки с факультета Магической теории мне как раз подскажут множество книг по этому направлению.

— Хорошо. Большое спасибо. Можете ещё труды на иностранных языках добавить, если они есть в нашей академии хоть в каком-то виде.

— О, а вы много языков знаете?

— Испанский, нормандский, английский, японский, китайский. И русский, само собой. Это те, на которых более-менее свободно говорю, читаю и даже пишу. Ещё несколько языков… Ну, плюс-минус что-то пойму, но без словаря не справлюсь. Это итальянский, прусский, французский, польский, корейский, фарси…

— Ого! Да вы полиглот… Хм-м, у нас есть лишь пара книг без переводов. Их как раз наши преподаватели и студенты переводят.

— Ну, не полиглот… Может, доучу ещё парочку языков однажды, тогда и стану настоящим полиглотом.

— Ольга Николаевна, здрасте. — В двери показалось несколько студентов не из нашей группы. — Мы тут знакомиться с первокурсниками пришли…

— Да-да, помню. Традиции и всё такое… Ну, вы развлекайтесь. Мирослав, до завтра. Я подумаю, что ещё можно будет порекомендовать для изучения, — улыбнулась девушка и прошептала: — Не ломай студентам кайф и многолетнюю традицию. Пускай каждый пройдёт это испытание и покажет, чего достоин. Это же боевые маги, будущая элита на поле боя. Кто, как не они, должны уметь справляться с проблемами своими силами?

— Ну вот… Мне что теперь, скучать и смотреть на безобразие?

— Можешь книги почитать. Ну или ещё что-нибудь поделать… Я не знаю. Ты как студент по квоте талантов вообще в этом всём не обязан участвовать! Они с тобой на разных уровнях… Уверена, ты далеко не всё показал на арене.

— Ну, за похвалу, конечно, спасибо, но… Ладно, постараюсь сильно не мешать…

Ольга Николаевна убежала с учебниками в руках, и в аудиторию потекли многочисленные студиозы со второго курса. Что самое примечательное – их было меньше, чем нас. Очевидно, уже кто-то был отчислен либо не выдержал тягот учёбы…

Вообще, на каждом факультете было от одной до нескольких групп. Всё зависело от количества студентов, подавших заявки, и распределения по факультетам. Квоты квотами, а всегда, помимо стандартов, установленных академией, есть ещё и такие вещи, как «нужды государства», «желания аристократии» и «естественный отсев учащихся». Из академии каждый год выпускается около одной или двух сотен студентов. И с учётом отсева, это зачастую меньше половины от числа поступающих каждый год.

В этом году на Боевой магии было две группы по тридцать человек. А в прошлом году только одна, но больше размером. И на второй год у них осталась ровно половина. Это нам сообщили сами «старшие» и объявили, что, так как их мало, а нас – много, за каждым из них будет закреплено по два младших. На этом хорошие новости закончились, и нам стали рассказывать, с какими трудностями мы столкнёмся.

Второму курсу мог указывать третий. И если третьекурсник сказал кому-то, что его поставили дежурить в общагу, но желания драить унитазы и коридоры у него нет, то эта задача передаётся младшему либо младшим со второго курса. Те же, в свою очередь, могут быть крайне заняты какими-нибудь лабораторными работами или тренировками, и, соответственно, задача резко переходит первокурсникам. Иными словами, весь первый курс должен был пахать за все другие, не забывая, помимо прочего, учиться, налаживать контакты, тренироваться и так далее.

Само собой, одними лишь уборками общаг, в которых жило не так уж и много студентов, дело не ограничивалось. Огромные площади академии должны быть чистыми, а множество деревьев и прочей растительности – идеально красивыми. Клумбы должны быть ухожены, листья собраны, дорожки подметены, бордюры покрашены, трещины на асфальте заделаны. И привлекать к этому чернорабочих нельзя. Это святая святых, а не проходной двор для всех подряд. Так что все работы, даже ремонтные, должны делаться своими силами. Исключение – интерьер и экстерьер здания, система коммуникации и всё то, что студенты если сломают, то нормально уже не починят, и то, что повлияет на учёбу всех остальных.

Плюс, как оказалось, есть своеобразные наряды по кухне. Прямо как в военных академиях и на учебных сборах ликвидаторов. И есть личные указания старших. Старшему после вчерашней гулянки плохо и болит голова? С тебя принести волшебную таблетку и чудодейственную Кавказскую минералку. Старший хочет есть, но занят лабораторной работой? Метнись быстро за едой, которую тот закажет. Старшему нужны книги из библиотеки, но ему лень идти туда и брать их самому? Собирайся в путь и не забудь позже, когда старшему книга уже будет не нужна, вернуть её в библиотеку, ведь оформлена она на тебя…

Это была настоящая армейская дедовщина, избежать которую можно было лишь одним способом – отказаться исполнять указание старшего и получить вызов на дуэль, после чего доказать, что ты чего-то да стоишь. И именно поэтому это знакомство было важно и нужно не только нам, но и второкурсникам. Они должны были выбрать своего младшего так, чтобы этот младший их не поколотил. А иначе второкурсник стал бы младшим исполнителем в цепочке студентов и был бы вынужден пахать и за себя, и за третий курс, не имея совершенно никакого запаса свободного времени. Впрочем, зачастую одногруппники могли поделиться младшим, чтобы помочь своему менее везучему или недостаточно сильному товарищу.

Кстати, из-за разницы специализации старшие и младшие могли быть только с одного факультета. И ежу понятно, что девять студентов из десяти с факультета магической теории проиграют вообще любому студенту с факультета боевой магии.

Я сидел и вполуха слушал рассказы второкурсников о том, как в прежние года рушились судьбы людей, решивших пойти против системы. Как особо наглых и сильных ломали морально и мешали им нормально учиться. Особенно если те ещё и пытались влезать в отношения других пар «старший и младший». В общем, нас обрабатывали по полной. И даже до меня дошло дело, к моему удивлению.

— Барон Краст, выйдем на пару слов, — позвал меня мужик лет сорока, смуглый, с кучерявыми волосами а-ля «одуванчик», и я, заинтригованный, отправился с ним.

— Там прямо сейчас начали распределять студентов и объявлять, кто за кем будем унитазы драить, — спросил я его, слыша, как за закрытой дверью начали называть фамилии студентов.

Вообще, заставить драить сортир какого-нибудь графа или сына князя – это мощно. Но будем честны, ни черта они делать не будут. Просто низкородные одногруппники, менее сильные, менее богатые либо же «талантливые» получат двойную нагрузку, будут выдраивать всё и за своими старшими, получившими дежурство в каком-нибудь корпусе, и за одногруппником, который его или купит, или угрозами, силой и властью заставит делать всё то, что должен был бы сам, но ему по статусу не положено.

Естественно, уже завтра начнут разгораться первые конфликты на этой почве. Впрочем, талантливый маг без высокого статуса и происхождения таким образом может попасть в семью, на приём к которой его бы даже не пропустили в обычное время. Но всё равно таких вот, желающих выслужиться, меньшинство.

— Да. С учётом всего происходящего, я, как и вы, попавший в академию по квоте талантов, не хотел бы, чтобы на ровном месте разгорелись ненужные конфликты. Все прекрасно знают и понимают, что есть люди, против которых не найдётся ни силы, ни возможности заставить делать что-то, в чём тот не заинтересован. Вы – один из таких людей. Поэтому я специально сегодня пришёл в академию по просьбе своих молодых одногруппников, чтобы соблюсти традиции и взять вас на себя. Вы бы хотели стать моим младшим? Если откажетесь, я не буду настаивать или создавать проблем. Как человек, поступивший сюда по квоте талантов, я появляюсь в академии раз в пару месяцев и, само собой, никакого участия в активной жизни молодого поколения магов не проявляю. Также и мне никто не указывает, что сделать. Другими словами, я предлагаю вам дружбу и помощь в случае неординарных вопросов, в которых потребуется совет товарища, — протянул он мне руку, а я вопросительно посмотрел на него.

Его взгляд стал не таким уверенным, а улыбка начала сползать с его лица. С каждой секундой всё больше и больше он превращался в хмурую тучу.

— Имя? Как я могу подружиться с тем, о ком я и понятия не имею? — подсказал я.

Это выражение удивления на его лице… Я словно мысли его услышал: «Вы что, и впрямь не знаете, кто я такой?»

«Нет, не знаю», — мысленно ответил я ему, но мужик, очевидно, меня не услышал.

— Граф Чуачудский… В прошлом году по милости регента Российской Империи получил титул и земли в обмен на право добычи нефти на моей родине, в Алжире, на бесконечных песчаных полях и пустошах близ Иллизи.

— Вы неплохо говорите на русском.

— Я здесь родился, вырос и учился, когда мой отец был послом нашего короля… Многое с тех пор произошло, и вот уже два поколения наша семья представляет интересы Алжира в империи, а я, наоборот, представляю интересы империи, став после поступления в академию в прошлом году её подданным, в родном Алжире.

Хм, понятно. Это одна из тех самых местечковых шишек, которая думает, что о ней не знает лишь невежа. Но вообще, его быстро ассимилировали. Даже не стали ждать, пока доучится. Видимо, очень ресурсы нужны… У нас ведь огромная часть богатств скрыта внутри Сибирского кольца.

— Ну, будем знакомы, — протянул я руку и пожал его ладонь, соглашаясь придерживаться этой формальности. — Барон Краст, боевой маг, фамильяровод, ликвидатор.

За спиной, даже через закрытую дверь, донеслись звуки треска, падения, криков и ругани. Моментально отреагировал и ворвался в аудиторию, наблюдая воодушевляющую сердца картину. Иван в одиночку раскидывал троих второкурсников, пытаясь прорваться к четвёртому, что стоял с надменной и сердитой рожей.

— Это у кого тут крестьянское хлебало? От кого навозом воняет?

— Успокойся, он пошутил и освободил тебя таким образом от подчинения старшим… — попробовал уговорами остановить Ивана один из второкурсников, став на его пути, но один удар ботинком в брюхо откинул бедолагу прочь с дороги. А вцепившегося в правую руку студента Иван просто швырнул незамысловатым приёмом на пол, выбивая из его лёгких весь воздух.

— Да я сейчас сам эту шваль высокомордную освобожу от оков бренного тела, лишённого мозгов. Шутник, лять! Иди сюда! Я тебе твою аристократическую морковку вырву и в твой грязный рот затолкаю, ушлёпок. Одолжение мне делаешь? Я тебе гарантирую, мразота, у тебя в этой группе не будет младших. Будешь сам очки драить! И пусть хоть один из твоих дружков нетрадиционной ориентации попытается отправить к тебе моих одногруппников работать, я им сломаю и ноги, и руки, и все рёбра. Каждому! То, что Краст устроил сегодня на арене, для вас покажется праздником!

Иван пытался пройти мимо ставших на его пути второкурсников, но тех стало уж слишком много, а магией просто так никто швыряться не рискнул бы. Это прямая дорога вылететь из академии.

— Мне надоело слушать этого зажравшегося простолюдина, — выдохнул аристократ, что решил весело пошутить над происхождением Ивана. — Завтра на арену, паскуда. А сейчас пойди прочь. Раз до тебя не дошло, что тебе сделали поблажку, то их больше не будет. Будешь моей маленькой сучкой и проклянёшь тот день, когда в тебе проснулась никчёмная гордость!

Ох, как же интересно! Не буду вмешиваться, хочу дать возможность Ивану проявить себя. Разве что помогу собрать ему информацию об оппоненте. Да, это важно. Запомню-ка его рожу…

— Барон, хоть вы не вмешивайтесь в дела… молодёжи. Будьте благоразумней, — раздался из-за спины голос Чуачудского.

— И в мыслях не было вмешиваться так рано. Пускай эта каша заварится посильнее, — ответил я ему, пропуская выходящего из аудитории Ивана, что едва ли не горел пламенем от злости.

«Бзы-ы-ы-ынь!»

[Я тут накопала картошки… Привезу немного, хорошо? Отжаришь хорошенько.]

«Дзынь!»

Ох, картошечку я люблю. Молодую да жареную…

[Да, конечно…] — отписал я ей СМС и отправил.

Стоп! Не понял, а она кого отжарить-то предлагает? Картошку жарят, а не отжаривают…

[Ах ты рыжая плутовка!] — послал я ей очередное СМС следом.

[Ну наконец-то! Попался! Ха-ха-ха! Так и знала, что вариант с едой сработает. До скорой встречи, босс! <3]

Глава 7

Распределение новых студентов между старшими и внезапный отпор, продемонстрированный Иваном, сыграли злую шутку с пришедшими за помощниками, или правильнее будет сказать, подчинёнными новичками-студиозами. Первокурсники резко решили, что «в пень традиции» и не так уж круты второкурсники, как пытаются выглядеть. Отказ за отказом, ругань, крики, потасовки, которые даже я был вынужден разнимать, чтобы не случилось чего непоправимого. И это неожиданно сыграло для меня в плюс, так как прибыли представители академии и начали контролировать процесс общения, отметив, что я выступаю этакой стеной между двумя разгорячёнными сторонами.

— Если честно, то всё это ожидаемо… Я даже удивился, что сперва всё так тихо и мирно было… Боевые маги… Тут нет места слабакам и мямлям. В том году семеро из тех, кто здесь присутствует, в больницы попали… — поведал мне присланный лично по мою душу один из «талантов» прошлого года.

— Что, прям так их избили на месте? — удивился я.

— Нет, конечно. На арене. Сейчас начнут при представителе бросать вызовы самым ретивым. Важно, конечно, правильно подобрать себе оппонентов…

— Ну, времени изучить, кто есть кто, у второкурсников практически не было… Так что с высокой долей вероятности кто-то останется без «старших» по результатам дуэлей.

— Нет, не останется. Если бы эта система была такой слабой и так легко ломалась одной победой на арене… — покачал граф Чуачудский головой с лёгкой улыбкой. — Я даже немного жалею, что такой старый и не могу тратить время на полноценную учёбу. Ну а что же касается гордых и умелых первокурсников, которые смогут одолеть своих старших… В следующий раз вызов на арену бросит кто-то сильнее. Может, даже с третьего курса. Для таких вот, как они, молодых, это ведь не просто какой-то раб, это будущий и соратник, и товарищ. Знаете, сколько дуэлей происходит каждый год между студентами старших курсов, когда кто-то со стороны трогает чужого младшего и приказывает ему что-либо? — посмотрел граф на меня. — Ох, литры крови проливаются на арене… Они, если найдут нормального, исполнительного молодого первокурсника, будут за него биться как звери. Будут рвать и метать. И именно к своим старшим пойдут новички, когда у них возникнут какие-то проблемы.

Хм, вот оно как… Через мордобой рождаются не только ненависть и злоба, но и величайшая дружба, да? И каждому молодому студиозу найдётся свой старший, что возьмёт его под своё крыло и подарит груз ответственности и задач. Студенты научатся не только командованию да колдовству, но и прилежности, исполнительности, ответственности. Звучит неплохо…

И вот начали назначать дуэли, распределяя в режиме реального времени площадки арены на завтрашний день. И мест всем не хватило... Во-первых, все дуэли назначали после обеда, когда занятий практически ни у кого нет. Во-вторых, не только у нас было знакомство со старшими и не только у нас были горячие головы.

Ох, а группа прям воодушевилась! Даже одиночки, которые до сих пор практически ни разу не издали и звука, высказались и пошли по общему пути сопротивления. И пусть завтра большинство из них ждёт фиаско, в котором они понесут существенные потери. Возможно, даже зубов лишатся, а боль отпечатается в их памяти как постоянный спутник пошедшего по пути становления боевым магом одарённого.

Это всё, конечно, хорошо, но что-то я задержался…

— Алло, заберите меня отсюда. Что-то я устал… — позвонил я Кену, чтобы тот нашёл Сокола или кого-нибудь из «соколят» с правами.

***

Вечер. Время перекусить, принять душ и решить, чем заняться дальше. Вариантов на самом деле хватало… Сначала обошёл вокруг дома, который ребята за день своими силами слегка восстановили. Даже забор подлатали, прибрались. Все туши, как я понял, скормили Гри и Жужже. А потом отправился внутрь, планируя заняться своими накопившимися делами.

В первую очередь взял все свои телефоны и ответил на все пришедшие за последнее время сообщения. Панку сказал, чтобы отдыхал и работал потихоньку, ибо я сейчас плотно повис на крючке КГМБ, так что высовываться не собираюсь. Пускай собирает нужную мне инфу и дальше, а с деньгами я к нему заскочу где-нибудь через недельку, как станет меньше забот… Отправил пару сообщений Наташе, поздравляя с возвращением на родину и началом финального в её жизни школьного учебного года.

[Я не в школе учусь, а в лицее при университете Международных отношений, вообще-то!] — ответила она мне, прислав фотографию с высунутым языком.

Это фото я успешно проигнорировал и стал отвечать другим друзьям и товарищам, которые не смогли до меня дозвониться. Было больше сорока пропущенных сообщений и десяток вызовов от Жанны. Я вздохнул, наливая кофе в кружку, и сел читать, что она там мне прислала…

— Ничего не понимаю… Распечатать и подписать. Где подписать? Что это за цифры? С чего они вообще появились? Фома, ты не знаешь?

— Пи?

— И я не знаю… Вникнуть бы во всё, но на это уйдёт не один и не два часа…

Жанне я, безусловно, доверяю, но всё равно надо себя обезопасить от каких-нибудь неприятностей с её стороны… Тем более что она взяла себе пару помощников из своих родственников. И будет брать ещё… По крайней мере на первое время, пока она не разгребёт всё то, с чем я уже успел накосячить, и пока не передадут окончательно активы Кощеевской фабрики. А там пусть сама решает, сколько ей будет нужно бухгалтеров и экономистов. Надеюсь, что не слишком много… Платить им всем – не проблема. Проблема в том, что платить вслепую, не изучая бумаги и платёжки, – это очень большая ошибка. Ладно, с этим позже решу, есть у меня пара идей, как избежать диверсий в экономическом «тылу» моего нового рода.

[Получено сообщение с вложением] — ещё одну фотографию с высунутым языком прислала Наташа.

И снова я его проигнорировал.

Начал отвечать на сообщения бухгалтера. Зашёл в кабинет, где имелся принтер, начал печатать и подписывать документы. Хм… Печать нужно заказать… Печаткой своей фальшивой пользоваться, пожалуй, не стоит. Сломаю ещё… А если заверять документы при посторонних буду? Нет, сразу убираем этот вариант. Риски в топку. Не нужны мне подобные помпезные и изящные телодвижения. Пусть другие понтуются.

[Что, даже не скажешь, что откусишь?] — пришло очередное сообщение от Наташи.

— Хо-о-о-оспаде… — закатил я глаза так сильно, что они даже заболели.

[Я не Людоед. И даже не Наташеед. И вообще, время видела? «Спокойной ночи, малыши» уже закончились. Детям пора баиньки, а не взрослым глупости писать.] — ответил ей, забывая о глупостях и возвращаясь к бухгалтерским вопросам.

Надеюсь, она сейчас не решит доказать, что она «взрослая», присылая мне нюдсы(прим. автора: Полуголые, интимные фотографии) ...

[Получено сообщение с вложением]

[Получено сообщение с вложением]

[Получено сообщение с вложением]

[Получено сообщение с вложением]

Даже открывать не буду… Ну на фиг. Если там действительно что-то глупое, то пусть эта глупость будет подальше от меня и не отвлекает…

Зажужжал принтер, захватывая бумагу и выводя новую порцию документов.

***

Очнулся, вынырнув из работы, и глянул на часы. Уже час ночи. Спать не хотелось и воевать было не с кем, поэтому отправился на ночную тренировку. Клинок, что не вынимается из ножен, – постепенно приходит в негодность. Тело, которому недостаёт тренировок, – постепенно слабеет. Это истина, и эту истину нужно не только помнить, но свой ритм жизни стараться подстраивать под неё.

Мне хватит и пары часов сна с моими часиками, так что, если я интенсивно позанимаюсь силовыми упражнениями пару часов, ничего не будет.

Вышел во двор с оборудованием, гирей и гантелями и начал делать самые разные выкрутасы, насколько хватало фантазии. Руки я уже не чувствовал через сорок минут. Ноги задрожали и подкосились через час. Взяв в ладони из последних сил самую маленькую гантель, начал с закрытыми глазами выполнять базовые упражнения битвы на мечах, которым меня давно обучил мастер Фаркс.

Рядом со мной были и фамильяры. Все, кроме Фомы. Он отправился спать в страну грёз, где, вероятно, повсюду на шоколадных деревьях росли комплекты нижнего белья самых роскошных красавиц. Остальные же…

Кен с баночкой пива взял и, поражая меня, сел практически в полноценный шпагат. Ему даже два брата подосиновика начали помогать, давя на плечи. Гри сидела в своём чарующем, привлекающем взгляд образе, и читала книгу.

Жужжа, мой верный тарахтящий пёс, лежал неподалёку и пожёвывал то, что ему скармливала Виви. Сама летунья и ужас ночи при этом накинулась на морковку, по достоинству оценив новый корнеплод.

Я упал без сил на влажную землю и задышал полной грудью, восстанавливая дыхание.

— Ух, хорошо-то как! Спокойно…

— Человеческое тело тяжело сделать сильным. Намного сложнее, чем наши, тела мутантов. Нам от природы... вернее, маной дана возможность эволюции, которая позволяет превзойти уровень обычных зверей, — заметила Гри.

На крыльцо вышли мои телохранительницы. Странно, что не спят, конечно. Впрочем, это их работа — охранять меня даже ночью.

— Но ваша эволюция, как правило, – неконтролируемая. И развитие силы не всегда идёт по плану. Вернее, всегда без плана. Если в звере нет разума, то это не слишком большая проблема. Инстинкты сделают всё за него. А если кто-то из вас внезапно эволюционирует и у него появится новая сила, которая, по сути своей, лишь обременяет? Что тогда?

— Например, Жужжа превратится в гигантский ком грязи, владеющей магией земли? Он бы не смог входить в дом… — предположила Гри.

— Ну, да. В качестве примера пойдёт. Или вот ты лишилась бы умения изучать, читать и понимать, но обрела бы сверхрегенерацию, что восстановит твоё тело даже из жалкой клеточки в считаные мгновения? Ты бы согласилась или отказалась?

— Это… сложный выбор. С одной стороны то, к чему будет стремиться любое живое существо, с другой – то, что отличает тебя от множества других таких же… Получив одно – потеряешь другое. Наверное, я бы отказалась, ибо мне доступно понятие смысла жизни, и, получив сверхрегенерацию, свой нынешний смысл жизни я бы точно потеряла, — задумчиво произнесла Гри.

— А какой у тебя сейчас смысл жизни? — с удивлением посмотрел я на неё.

— Познание… всего… сущего? Наверное, именно так. Включая все грани эмоций и ощущений, существующих в столь развитом эволюцией теле, как… у моего хозяина.

Неожиданный ответ.

— Ладно, пора отдыхать… Даже этому развитому эволюцией телу нужен отдых. До рассвета не так уж и много осталось… Всем спокойной ночи.

— Ж-ж-ж-ж!

— И вам, господин.

— Босс! Помоги подняться! Я, кажется, бубенчики свои потянул.

— Мальковка халасо. Но помидольку хасю…

Эх… Фамильяры вы мои…

***

Весь следующий день в академии прошёл как-то блекло. Всем было не до меня. Все готовились к дуэлям. У кого сегодня, у кого на выходных, вплоть до понедельника арена академии была расписана полностью. Ноль свободных мест. Занятия были, откровенно говоря, скучными, так как в основном у нас опять шла школьная программа. Благо я сумел перед занятиями пересечься с Касаткиной. Ольга Николаевна передала мне внушительный список литературы, так что вышел я из её кабинета с двумя десятками книг, которые мне надо прочитать как можно скорее. Собственно, именно этим я и занялся. Поменялся местами с одногруппником, оказываясь на заднем ряду, где и провёл почти пять часов, изучая самые любопытные книги из всех, что попались мне на глаза. Были ещё учебники, касающиеся занятий, многие из которых можно найти в электронном виде. Их я тоже вскоре начну изучать несмотря на расписание программы курса.

Говорят: от многих знаний – многие печали… Но не в моём случае. Просто стану чуточку эрудированнее, и, как я надеюсь, это поможет мне, как магу, постичь какие-нибудь тайны. Ведь о моём эфире учебников не существует, а за долгие века деградации магических источников моей родни многие знания и тайные техники подрастерялись. Так что мне нужно самостоятельно раскрывать грани своей силы, самостоятельно пробуждать забытые ветви магии Берестьевых. И однажды предстоит передать накопленные знания потомкам! Так что учиться, учиться и ещё раз учиться!

Одна из причин, чего я в эту академию очень хотел попасть, – получить доступ к их учебным программам, оборудованию и лабораториям, учебникам и всему тому, что в обычной жизни либо не достать, либо достать только за очень большие деньги и выполнение многочисленных просьб.

Перед обедом, что было ожидаемо, меня вызвали в деканат, где отчитали за столь бурное начало учебного года. Общение происходило исключительно мирно, с взаимным уважением двух сторон, и больше походило на приём дипломатов двух государств, болтающих перед журналистами. Настолько чинно и благородно... Декан произвёл на меня великолепное впечатление. Ну а я, гарантировал ему, что любые мои инсинуации впредь будут более острожными и полностью соответствовать своду правил академии. Мы болтали, попивая чаёк. Мне рассказывали вопиющие случаи из прошлого, случавшиеся на территории академии и печальные последствия, постигшие нарушителя. Начиная от исключения из академии, чего я не очень то и боялся, и заканчивая судами с лишением титулов высших аристократов страны, с отречением рода от этих глупцов.

Я же им напомнил о студенческих годах нынешнего министра обороны, за что Александр Данилович одарил меня скептическим взглядом. Он как будто не верил, что я вообще смею сравнивать себя и родственника императора, который уже был известным и могущественным магом в свои семнадцать лет, к моменту поступления в академию.

«Ну простите, что я только недавно начал магичить и привлекать внимание к своей персоне…» — мысленно ответил я на его пристальный взгляд, многозначительно промолчав.

В итоге удалось уверить Архимага земли, что в целом я человек адекватный и не собираюсь просто избивать всех встречных студентов. Да и вообще, не каждый день я буду появляться в академии. Материалов для обучения я набрал на пару недель вперёд, и на самом деле сегодня в академию явился лишь по одной причине – убедиться, что Ирисовы не пришли на занятия. Может ещё ради занятий Цербера буду появляться, если они мне понравятся. На эту мою реплику ухмыльнулся уже декан факультета.

Я же, выйдя из кабинета, нашёл Антошку вновь и договарился с ним, чтобы он отслеживал передвижения Ирисовых по академии, равно как и их прихвостней, что могли бы попытаться мне как-нибудь грязно отомстить. В то, что Ирисовы после такого позора решат сойтись со мной в честном бою, я как-то сомневался.

Первую книгу дочитывал уже на арене, наблюдая за первыми дуэлями моих одногруппников. Шумно, но, если отрешиться от всего, читать можно.

Иван в пух и прах разнёс противника, а потом что-то высказал ему с сердитым лицом, пока тот держался за грудь и корчился на земле. Интересно, захотят ли объездить этого горделивого первокурсника, поступившего через квоту талантов? Обычно их не трогали, но тут он сам пошёл на конфликт, желая показать себя. Возможно, кстати, что это я его подбил на подобное...

Другие же дуэли не были столь однозначны. И в основном прошли не в пользу молодых. Кроме Ивана, только паренёк по имени Должан, приехавший учиться с городка у границы с Монголией сумел одолеть своего противника.

Занятный паренёк. Маг ветра. Абсолютно спокойное выражение лица и прекрасное понимание своих сильных и слабых сторон. Явно во многих боях поучаствовал. Он сумел довольно простыми, но своевременно и точно выполненными техниками затушить не такого спокойного мага огня со второго курса. Итог первого дня дуэлей: шесть побед второкурсников, две – первашей из моей учебной группы.

Ко мне подходило довольно много человек, и я всё общение сводил к: «Здрасте, визитки нет. Как вас зовут? Я запомню. Номера свои не даю, можете написать мне через официальное приложение академии». В общем, отшивал практически всех.

Подкатывать пытались по-разному: и с суровыми лицами, и с радостными улыбками. Девицы хлопали длинными ресницами, парни пытались выказать честь моим боевым талантам. В основном. Один тип с бутылкой коньяка подошёл... И я реально их запоминал, сходу добавляя контакты в приложении академии в "доверенные". Мне тоже надо обрастать связями. Мало ли, кем эти студиозы станут в будущем? Но на предложение более тесного знакомства, в основном меня приглашали пообедать либо же поужинать, я отказывался. В лучшем случае они удостаивались дежурной улыбки и извинений, мол, сегодня плохой день и у меня много планов. Может быть, однажды, чуть позже день будет другим, и я с радостью поболтаю в неформальной обстановке.

Проводив уже не знаю какого по счёту нового знакомого, сосредоточился на книге: "Всё! Дочитываю и убегаю отсюда."

Смотреть на аренах было в целом нечего. Молодёжь редко может показать что-то удивительное. Так что я здесь сидел просто как моральная поддержка для своих одногруппников.

Эх, меня ждут дорогие первые лица разведки империи… Чёрт, уже даже книга не помогает! Вот зачем я им понадобился?.. На всякий случай утром даже пластырь, маскирующий мою кровь, налепил. Может ли быть, что они узнали, кто я есть? От Стефании ничего не слышно… У неё ко мне пропал интерес? Вряд ли это из-за работы. Наоборот. Чем напряжённее работа, тем больше организм требует расслабления и отвлечения от суеты и забот.

Ох, нехорошее у меня предчувствие, нехорошее…

***

К моему несчастью, я не ошибся…

Сразу после выхода из академии мне позвонили и предупредили, чтобы я закончил все свои дела и не строил планов на выходные. А в девять вечера ко мне прибыла невзрачная машина с тонированными стёклами и увезла меня одного, без фамильяров, по настоянию вышедшего с переднего пассажирского сидения офицера. Пришлось раздать указания на ближайшие несколько дней и с небольшой сумкой личных вещей отправиться в небольшое путешествие. На столичную базу…

На базе меня просканировали, мои вещи проверили, обработали какой-то дымной обеззараживающей гадостью. Вскоре прилетел вертолёт, в который я и погрузился вместе с небольшим отрядом, что сопровождал меня. Летели мы молча и довольно долго, почти до середины ночи. Летели на север. Лишь когда температура сильно упала, изо рта у меня повалил пар и справа я увидел в мерцании ночных звёзд побережье Белого моря, вертолёт сменил курс и полетел вдоль береговой линии, пока не добрался до какого-то отдалённого острова, на котором не было практически ничего. Лишь деревушка и огромный комплекс, ограждённый высоченными стенами, что шли одна за одной, формируя суровую преграду на пути любого, кто захочет попасть внутрь. Или же выбраться оттуда… Огромный саркофаг накрывал одну половину территории базы, а другая его половина была плотно усеяна корпусами с укрытыми от непогоды длинными проходами между зданиями. На крышу одного из этих самых корпусов мы и приземлились.

Нас ждали. Офицер, что летел вместе со мной, отчитался, что его цель, то есть я, успешно доставлена. Встречающий имел генеральские погоны. Он махнул мне рукой, чтобы я приблизился к нему.

— Вы довольно легко одеты, барон Краст… Разрешите представиться, командующий особого научно-исследовательского центра, генерал-лейтенант Завьялов Лев Романович.

— Рад знакомству, ваше сиятельство. Что же касается моей одежды… Я понятия не имел, куда мы направляемся.

— Даже так? Ну что же… Раз он так решил, значит, так и будет. Александр Петрович и Константин Игоревич прибудут через несколько часов, уже утром. У вас же есть возможность немного отдохнуть, согреться и поесть. Как вы относитесь к армейским сухпайкам?

— Исключительно положительно, Лев Романович. Бывало, месяцами только их да дары Сибири ели во время походов.

— Да, наслышан о ваших путешествиях. Возможно, именно из-за них вы здесь и оказались. Мне высокое начальство не докладывает. Пойдёмте-ка внутрь, пока вы не отморозили себе что-нибудь, — предложил мне командир базы, после чего провёл минимальную экскурсию по ближайшему этажу, где мне позволят находиться до прибытия высокого начальства из имперской разведки.

И стоило мне остаться одному в небольшой гостевой комнате, закрытой на ключ, как я тут же сбросил с себя маску спокойствия и мысленно выругался. Особый исследовательский центр? Да тут такой силы излом под этим саркофагом скрывается, что у меня источник бурлит сам по себе! Магов вокруг не очень много, но те, что есть – сильны. Очень сильны! Не слабее графа Скорупского будут. А ещё здесь более чем достаточно охраны, вооружённой до зубов, плюс множество техники и средств подавления и защиты.

Это чёртова крепость, построенная вокруг излома с тварями! И здесь проводят исследования и эксперименты. Много разных. И раз я здесь, значит, я и моя сила слишком заинтересовали главное разведуправление. И я ведь теперь подданный Российской Империи, а не иностранный аристократ – значит, полностью в их власти!

Знать бы ещё, какие исследования здесь проводят… Если они хотят узнать, какой силой я обладаю на самом деле… Чёрт, мне будет крайне сложно выпутаться из этой ловушки.

От автора: Ну что, как думаете, хана "Красту" и его секретам или нет?

Глава 8

Скромная комната, небольшой столик с чайным сервизом и тарелками, телевизор, по которому шло шесть каналов, – вот, пожалуй, и всё, что я получил от руководителя базы. Ну и ещё к восьми утра мне принесли завтрак.

Выходить за пределы корпуса не разрешали, мотивируя это секретностью объекта. Спать, само собой, из-за неожиданного путешествия на научно-исследовательскую базу с военными, магами и воителям не хотелось, потому, используя часики, проводил разведку. Отметил маршруты передвижения охраны, редких мутантов в окрестностях и огромное, просто чудовищное количество магических реагентов. Ещё системы вооружения, стены, входы и выходы с базы, проходы. На всякий случай постарался изучить базу полностью, сканируя местность и прикидывая пути отхода.

Нда-а-а… Даже если всё пойдёт по плохому сценарию и мне удастся свалить с базы, то дальше куда? В ледяное Белое море прыгать? А потом куда? На дно хладным трупом? Тут никаких запасов маны не хватит, чтобы преодолеть холод и сопротивление воды. Будь я искусным магом льда, может, и проложил бы по воде тропу, но это немного не мой профиль…

Переживания не давали сосредоточиться на чём-либо полезном, и всё, что я мог, – это надеяться на лучшее и рассчитывать на взвешенный подход Багратиона и Романова, если природа моих сил и моё происхождение вдруг вскроются.

Услышав шум лопастей вертолёта, я быстро вкинул в себя простенький завтрак и вышел наружу, сжимая от напряжения кулаки.

— Краст! Вы тут, это хорошо. Следуйте за мной, — приказал офицер, что встречал меня ночью вместе с генералом, командующим этим центром. — Времени у нас с вами не много – всего лишь два дня выделили.

Знать бы ещё, на что нам их выделили…

Я прошёл следом за офицером по коридорам и с благодарностью принял толстую и тёплую куртку, прежде чем выйти во двор. Там уже стояли Романов с Багратионом, а также целая группа людей, среди которых были как могущественные маги, так и более простые, но явно пользующиеся уважением разведчики.

Особо выделялась невысокая девушка с большими очками на глазах, укутанная в белоснежный пуховик с натянутым на голову капюшоном. Её охраняли сразу два могущественных мага. Судя по исходящей от них силе, они не Архимаги, но очень близки к этому рангу.

Я подошёл к группе, и мне пожали руку и Багратион, и Романов. Это немного успокоило.

Шум лопастей заставлял встречающего высоких гостей генерала кричать, докладывая, что комплекс работает в штатном режиме и что ещё какие-то Сферы один и три полностью подготовлены и настроены на работу.

Мы двинулись дальше, направляясь в сторону огромного обледеневшего саркофага. Войдя в ближайшее к нему здание, мы подошли к огромному лифту. В него разом поместилось больше тридцати человек. Здесь были как сотрудники базы и её командир, так и прибывшие гости, а ещё какие-то сумки и чемоданы, кейсы и различное оборудование, выгруженное из вертолёта.

— Осторожнее с ящиками! Несите бережно, как младенцев! — потребовала девушка у солдат, скидывая капюшон и демонстрируя закрученные светло-русые волосы. Присмотревшись, я заметил множество веснушек на её лице. Вообще, я бы дал ей лет тридцать, но вполне возможно, что она гораздо старше. Косметическая магия и всё такое порой творит чудеса.

— Мирослав. Ничего не трогаем, никого не отвлекаем. Сейчас дойдём до первой сферы и займёмся делом, — предупредил меня Багратион.

Я был молчалив, сосредоточен и внимателен к деталям. Первые признаки возможных проблем, что я сам себе нарисовал, отсутствовали в поведении приехавших. Они были уставшими, взволнованными, но по большей части расслабленными. На меня практически никто даже не смотрел. Лишь так, пару раз бросили мимолётные взгляды.

Мы опустились на минус десятый этаж, после чего двинули по узкому длинному коридору, что вёл к первой сфере, если верить словам идущих рядом со мной.

— Ох… Ну надо же…

Мы прошли очередные пневмостворки, открывшие ещё одну часть тоннеля, и через пару десятков метров коридор внезапно закончился. Мы оказались в прозрачном, словно стеклянном, боксе, из которого в боковые коридоры вели две двери.

Перед нами открылся вид на подземелье… Огромное, разросшееся подземелье, уходящее вверх к огромному бетонному полукруглому потолку с установленными повсюду прожекторами и светильниками, которые превратили мрачное подземное царство излома во вполне себе милое место. Я видел сотни коридоров, разные ярусы, многочисленные пневматические двери, что перекрывали ход в различные части этого природного подземелья, закованного даже изнутри в сталь и бетон. Не было ни щёлочки, ни малейшей лазейки, по которой сюда могли бы прийти насекомые, чтобы, получив огромный заряд маны, превратиться в мутантов. Только те, на ком ставят эксперименты, либо же жучки и прочие насекомые, которых случайно пронесли на одежде посетители…

Стоило подумать об этом, как женский холодный голос объявил: «Приготовьтесь к дезинфекции. Наденьте противогазы».

Солдаты достали из специального ящика противогазы и выдали мне один, с ходу угадав размер. Видно, глаз намётан. Офицер, сопровождающий нас, нажал на кнопку, и из-под металлической решётки, на которой мы стояли, по нам ударил зелёный газ. Похожий на тот же самый, каким обрабатывали мои вещи перед полётом.

Вытяжка убрала газ, и примерно через минуту мы сняли противогазы, возвращая их солдатам, что положили их уже в новый контейнер, на котором на боку красной краской было написано: «Использованные противогазы».

— Ну что же. Прошу следовать за мной… — сказал начальник базы и повёл нас к правой двери.

По закованным в стальные решётки коридорам прошли не больше километра по этому ярусу, после чего на грузовой платформе поднялись немного выше и оказались у огромных металлических ворот, над которыми красовалась надпись «СФЕРА-1».

Первыми внутрь пошли бойцы с оборудованием, а уже после них и мы. Внутри было довольно людно: с десяток человек в белоснежных научных халатах. Пространство за воротами выглядело как огромный ангар, в середине которого имелась многогранная сфера. Словно огромный футбольный мяч, она стояла в самом центре, а по полу к ней тянулись многочисленные толстые кабели питания, изолированные, судя по всему, как и вся электрика на этой базе, особыми защитными материалами. Даже боюсь примерно представить стоимость всей этой техники и датчиков, что здесь есть. Всё это отделать изолирующим покрытием… Я даже не знал, что такое возможно – просто взять и построить научный комплекс прямо в изломе! Уму непостижимо!

— Так, ребята… Времени мало, тестов много. Да и у наших дорогих наблюдателей хватает своих проблем и забот, так что работаем в темпе. Григорий, подключай оборудование. Саша, с тебя настройка измерительных приборов…

— Сделаем! — сорвались помощники этой дамочки, которая тыкала пальцем и явно знала, где тут что лежит, раздавая указание за указанием.

— Барон! — внезапно указала она пальцем на меня.

— Да?

— У вас есть минут двадцать. Источник полностью заполнен?

— Да… — ответил я ей, не зная, какой вариант ответа для меня будет лучше.

— Вот и хорошо. Не тратьте не на что иное. Посидите пока тут, водички попейте… Вот эту, солёную. — Она принесла мне странный квадратный термос, внутри которого плескалась вода, от которой прилично так несло йодом. — Всё выпейте, до дна.

— Это обязательно, — спросил я у неё.

— Желательно. Иначе могут смазываться результаты и придётся делать повторные тесты. Так! — переключила она внимание с меня на военного. — ПОД НОГИ СМОТРИ! НЕ ТЁЩУ НЕСЁШЬ!

Я с чудо-термосом подошёл к Багратиону и Романову, с широко открытыми от удивления глазами смотря на них и пытаясь без слов задать вопрос: «Какого чёрта здесь происходит?!»

— Ладно, Саша, расскажи ему, а то он сейчас перенервничает. А это нам не надо, — дал отмашку Романов и достал из внутреннего кармана фляжку с чем-то забористым.

— Да, Александр Петрович… — посмотрел я на Багратиона. — Что-то я совсем не понимаю, куда я попал и что здесь происходит.

— Ты пей давай. Не понимает он… Ты сейчас на секретной научно-исследовательской базе, которая занимается… Много чем она занимается, и знать это тебе необязательно. Но кое-какие из её возможностей сегодня и завтра будут использованы на тебе... Ты чего так нервничаешь-то?

— Не люблю, когда на мне опыты ставят, знаете ли… Имел честь познакомиться с колдунами Амазонии и даже дикими Амазонками. Думал, сдохну…

— Когда-нибудь расскажешь мне эту увлекательную историю. Но здесь тебе дохнуть незачем. Не от чего. Да и никто не позволит. Потом ещё будешь просить вернуться и повторить процедуры… Но, увы, такая возможность даётся мало кому: материалы, которые нужны, добываются с очень и очень большим трудом… Сегодня ты посетишь Сферу-один. Это вон та конструкция, — кивнул Александр Петрович на многогранную штуковину в центре помещения. — Ты будешь подвергаться небольшим нагрузкам, не переживай. Специальные устройства будут замерять твои показатели как мага и воителя полноценно, а не как на всяких тестах в академии или в Центрах ликвидаторов. Здесь тебе, помимо прочего, если София Дмитриевна позволит, объяснят некоторые нюансы магии и маны. Обычно она снисходит до распространения особо ценной, но не такой уж и секретной информации, если испытуемый показывает хорошие показатели. И я думаю, у тебя есть все шансы развязать ей язык. Причём эти знания основаны на её опыте и наблюдениях, а не как в учебниках по теории, где выдвигаются пустые предположения. К ней на консультации со всего мира ездят величайшие светила науки… — поделился первой частью «потрясающей» новости Багратион.

То есть эта махина сейчас выдаст всем, что я, оказывается, маг эфира? Она сможет это определить? Чёрт!.. А как отказаться от этой «благодарности»?

— Так, ты не впечатлён, как я посмотрю… Ну понятно. Немного расшифрую, что значат эти замеры. — Он повернулся в сторону махины. — Здесь не просто определят твой текущий статус, но и покажут высчитанные до тысячных долей скорость прироста твоих показателей за этот день. Исходя из этого можно будет сделать предположение о том, каких высот ты, потенциально, сумеешь достигнуть. Понял теперь? — посмотрел на меня Багратион. — Все мы, служащие империи, однажды, проходили через Сферу-один. Причём и нынешние Архимаги империи и будущие Архимаги в том числе. Она ни разу не ошиблась. Надеюсь, продемонстрированный тобой потенциал подтвердится сегодня. Ты уж мне поверь, от этого действительно многое будет зависеть в твоей будущей жизни.

— Ну, допустим, хорошо… А после этого что? Что за Сфера-три?

— Это подарок от нас и Стефании тебе. За твою службу, за твой труд и… за устранение без лишних свидетелей той, о ком ты только что мог подумать. Третья сфера, как правило, используется исключительно Романовыми… Ты ведь не мог не заметить, что среди Романовых нет слабаков? Эта сфера – одна из причин их превосходства. Даже Стефания ещё не успела посетить её… Хотя ей надо бы. Слабовата она для правителя… На саммиты международные и встречи да сборы правителей сильнейших государств не ездит из-за этого.

— Подождите… Что за сфера-то? Что она делает?

— Развивает твой потенциал и прокачивает текущие возможности, если простыми словами.

— Что именно? Размер источника? Ширину каналов? Скорость высвобождения магии?

— Всё. Понемножку… — улыбнулся Багратион. — Так что быть тебе ещё более сильным и наглым. И пахать на благо империи, разумеется. Сам видишь, проблем у нас хватает как внутри страны, так и за её пределами…

Блин, звучит слишком заманчиво, чтобы быть правдой. Надеюсь, я смогу обмануть эту махину для оценки и как на тестах в академии продемонстрировать только лишь часть своей силы и возможностей. Так, надо бы ответить что-нибудь Багратиону.

— Да, османы – те ещё засранцы… Как там болгары? Новости не смотрел последние два дня…

— Потеряли тридцать процентов страны с начала войны, — исчезла улыбка с лица Багратиона.

— Пу-пу-пу…

Я не нашёл слов, чтобы выразить всю степень ужаса от этой новости.

— Ну, ключевые города и транспортные узлы они удержали. Боеспособные подразделения из-под атаки вывели в более защищённую центральную часть страны. В основном битвы идут вдоль побережья и близ сухопутной границы. Мы ожидали худшего расклада после столь массовой атаки… Плюс ко всему почти все сильнейшие маги остались в строю и со своими гвардиями переместились в крупные города. Сейчас готовят их к обороне.

— А ещё у османов горят в тылу производственные и нефтеперерабатывающие заводы. Вот так совпадение… — с улыбкой сообщил Романов. — Говорят, вот-вот и вспыхнет восстание в тех провинциях… Горят в основном заводы местных курдов, и они очень этим недовольны, чему мы очень даже рады.

— Если этой ночью ещё и флагманский корабль болгары потопят… — мечтательно произнёс Багратион, — это сильно ударит по моральному духу осман.

Интересно: и откуда у болгар оружие против подобных судов? Есть у меня смутные подозрения на этот счёт…

Насчёт тестов… Отказаться я всё равно не смогу, ещё и посмотрят как на идиота. А значит придётся тесты проходить. И надо не пороть горячку, подождать результатов. Если меня раскроют — то убивать не будут. Захотят как минимум связать, пленить и сообщить удивительную весть тайному совету империи и всем причастным. Вообще, убивать меня не за что, вопрос с Берестьевыми наполовину решён. А вторая половина — это моя гордость и честь, которую я отказываюсь отбрасывать и закрывать глаза на всё произошедшее.

Настройка сферы закончилась, равно как и гадость в странном термосе. Меня завели в сферу и поставили напротив манекена.

— Активируем первую фазу! Барон, просто атакуйте его. Сначала без магии, а потом… — начала раздавать указания София, и я выполнил их в максимально экономном режиме.

Ударил спокойно пару раз манекен, а потом стал использовать заклинание за заклинанием, демонстрируя все доступные мне сейчас магические техники, которые не связали бы меня с Берестьевыми и были так или иначе знакомы людям из разведки.

С каждым часом удивление на лицах измеряющих мои показатели всё росло и росло. Даже разведчики, не веря в называемые цифры, подошли к оборудованию и стали пытаться понять, с чего это вдруг с таким восторгом на меня смотрит руководительница сегодняшних испытаний.

Я не видел, что там показывали цифры на табло, и каждые три часа повторял полный комплекс действий, не выходя из сферы номер один. Всё это время она гудела и записывала мои показатели.

Двенадцать часов длилась проверка моей выдержки. Бонусом за это я получил обещание сытного ужина и многочисленные удивлённые взгляды. Вот ведь… Даже мне интересно, что там за показатели! По крайней мере ни один из здесь присутствующих не начал смотреть на меня как на призрака, а значит, не всё потеряно и тайна моя могла остаться со мной. Ни Романов, ни Багратион никуда, увидев данные на экране, не побежали, да и за оружие не схватились.

— Ну что там? Не томите, пожалуйста! Есть у меня хоть какие-то перспективы? — обратился к девушке, что взъерошила пять минут назад волосы.

— Какие-то перспективы? О да… Не без этого, само собой… Перспективы есть у каждого… А вот ходячую аномалию редко удаётся встретить! Мне надо подумать, что это всё значит… Может быть, в работе сферы есть ошибка… Где Игорь?

— Кто? — удивился я, но девушка от меня отмахнулась и посмотрела на Романова.

— Зачем тебе Игорь? — наклонил он голову набок, удивляясь вопросу учёной.

— Он последним проходил тесты здесь. У меня с собой его данные... Проверим, и я пойму: снятые с барона Краста показатели достоверны или всё же где-то есть ошибка в расчётах…

— Так, а что там не так? — в очередной раз попытался я выяснить, о каких аномалиях идёт речь.

— Практически всё!..

Она повернула ко мне экран и… Среди десятков графиков, кривых и прямых линий я ничего с ходу понять не сумел.

— Можете расшифровать?

— Могу… Только Игоря быстренько протестируем, чтобы исключить дезинформацию с нашей стороны. Присядьте пока… — успокоилась девушка и, взяв себя в руки, начала запускать тест заново.

Блин… Меня теперь изнутри распирает от желания узнать, что ж там за аномалии! Эх, видимо, придётся набраться мне терпения…

***

Моё путешествие по захваченному и стабилизированному людьми подземелью закончилось на сегодня. Я остался в своей гостевой комнате с кучей вопросов и полным непониманием итогов первого дня. Хоть я и довольно сильно вымотался, получая много часов подряд излучение и исполняя хотелки этой женщины в огромных очках, расходуя ману направо и налево согласно её указаниям, а спать всё ещё не было никакого желания.

К концу подходили вторые сутки бодрствования, когда ко мне наконец-то вошла вся троица: учёная и первые лица разведки.

— Мирослав, ты сидишь? Да, лучше и не вставай… — издалека начал Багратион. — Скажи честно, ты знал, что у тебя запредельные показатели, и специально скрывал их при тестах в академию?

— О чём вы? — наигранно ответил я, с непонимающим взглядом смотря на папки в руках Романова.

— Хватит комедию ломать. Мы из разведки, а не из мелкого кадрового агентства, где данные из заполненной вручную анкеты принимаются на веру, — нахмурился родственник императора и вытащил из папки первый лист.

— Запасы объёма маны в источнике – сорок шесть целых восемь десятых единиц. Да, тут другая шкала используется, более продвинутая, так что я, так уж и быть, помогу тебе расшифровать данные. У меня всего лишь тридцать четыре единицы. У Александра – и того меньше. В нашей империи ты только что оказался на втором месте по объёму источника!

— Не может быть! — удивился я этой новости. Как не скрывал, а эта проклятая сфера вычислила мои реальные показатели!

С их стороны, быть может, это удивление свяжут с осознанием того, какими огромными запасами маны я обладаю… Я же больше был удивлён тем, что нашёлся кто-то, у кого источник больше моего. Или всё дело в том, что я халтурил во время тестов и делал не максимум возможного? Уже не узнаю…

— Ещё как может. Эта сфера – самый точный из известных нам инструментов анализа и оценки в мире на сегодняшний момент. Да и мы перепроверили её работу на известном нам маге, что совсем недавно прошёл уточняющие тесты, — вмешалась в разговор учёная. — И это не единственный аномальный показатель, как для вашего возраста. Скорость высвобождения – двадцать пять целых две десятых. Это соответствует большей части показателей Архимагов нашей империи. Плотность маны – три целых тридцать четыре сотых. Это аномально низкий показатель. Я такой амплитуды цифр не видела ни разу, да и в истории столь сильный разброс не был зафиксирована ни разу! Концентрация мановыводящих каналов – семь целых ноль десятых. Здесь более-менее всё нормально, да только вот этот показатель приближается к десяти на старости лет у магов, а в вашем возрасте он не превышает две-три единицы! Проходимость широчайших каналов маны – в два раза выше нормы! Опять же, сравнима с цифрами Архимагов! Последние показатели я решила собрать только из-за того, что была поражена предыдущими… И даже здесь нашлись аномалии! Скорость сбора и впитывания маны выше средних значений магов в одиннадцать раз! А ведь эти показатели практически не отличаются ни у новорождённого одарённого, ни у Архимага столетнего! Как? Откуда такие цифры? И вместе с тем абсолютно стандартные данные, как у воителя, за исключением одной аномалии…

— Хватит меня пугать… Я и так уже в шоке… Какие ещё там аномалии?! — с ужасом смотрел я на неё, раскрывшую все мои секреты. Почти все…

Ну да, кроме плотности маны, я уже вышел на пиковые показатели Архимагов… А кое-где, преодолев проклятия рваного источника, даже превзошёл. Что в этом такого? Будто раньше таких аномалий не наблюдали…

— Будь у тебя одна аномалия… Да даже две – это ещё куда ни шло… У тебя же ни один показатель не соответствует общепринятым нормам как у мага. Воитель из тебя намного хуже, чем маг, и всё же в скорости высвобождения энергии и её сборе ты превосходишь свой ранг… Хотя это всё ещё считается нормой. Особенно по сравнению с показателями первых тестов… Так что рассказывай, откуда у тебя такие показатели? Не может быть, чтобы ты от рождения был таким талантливым. Это было бы невозможно не заметить, и о тебе заговорили бы намного раньше.

Багратион ударил прямо в цель, вынуждая на ходу додумывать уже сложенную в моей голове легенду…

Стоп! Это ловушка! Они не сказали самое главное, и если я сейчас выдумаю что-нибудь на ходу, то сам себя закопаю…

— Уважаемые, а это все аномалии? Что там за странность у меня, как у воителя? Да и по предрасположенности к магии вы что-то говорили до самих тестов и во время них, но так ничего и не рассказали…

Вся троица внезапно переглянулась, и Романов приподнял вверх руку, давая понять, что говорить будет он.

— Мирослав… — загадочно посмотрел он на меня, — а ты, вообще, сам как думаешь, магом какой стихии ты являешься?

Ну всё… Писец… Занесло меня в края, где любит шастать, и нагнал меня этот маленький беленький пушистый зверёк.

Глава 9

— Эм… А что вы имеете в виду, уважаемый? — включил я дурака, пытаясь понять, к чему он клонит.

— То и имею в виду. На тестах в академии были показаны две стихии. Воды и Яда. Именно они появились во внешней среде и попали на камень оценки, вытекая из твоего источника. Что же касалось твоей силы воителя, то эта энергия имела свойства Яда и, к нашему удивлению, Молнии… Эта стезя воителя не столь редка, но не в комбинации с другими силами. Если уж проявилась предрасположенность организма к определённой силе после первичного пробуждения, то сила Молнии уходит и затихает, никогда более не пробуждаясь. Но не в твоём случае… Мы хотели изучить этот феномен. И то, что мы увидели…

— Что? Что там такое? Не надо меня пугать. Я и так переживаю… Такие перспективы, и вы говорите о каких-то проблемах! — дёргал я руками, показывая, что сильно нервничаю.

— Ну, не проблема… По крайней мере мы с таким ещё не сталкивались… — задумчиво произнесла дамочка.

— В общем, барон, — заговорил Романов, — у тебя предрасположенность… ко всем известным и запрограммированным на поиск типам магии. К каждой понемногу. И вода, и яд в вашем случае не отличаются процентами предрасположенности. Абсолютная равнозначность. Ни единого перекоса.

— Ты первый универсал в мире, парень. И я понятия не имею, хорошо это или плохо. Но странно, что ты пользуешься только двумя силами из всего многообразия… — сверлил меня взглядом Багратион.

«ФУХ! УНИВЕРСАЛ! НЕ ЭФИР!» — мысленно выдохнул я, успокаивая себя.

— Как это универсал? Но все техники рода были связаны исключительно с ядом! Все и так были поражены, когда я смог водную стихию впервые продемонстрировать… Связывали это с теми сумасшедшими амазонками и колдунами да шаманами из диких земель великой реки… Мол, водная стихия – их стезя. И они, когда меня словили и накачали зельями, заставили открыться новую стихию… Что за чёрт? Что они со мной сделали?! — выпалил я, демонстрируя юношескую несдержанность и спихивая всю вину на индейцев Амазонии.

Наше КГМБ могущественно, но не настолько, чтобы следить за мелкими, полунищими родами на краю земли… Своих красавцев хватает, за которыми нужен глаз да глаз. Так что универсальная отмазка с приключениями в плену амазонок, которые меня похитили ещё ничего не смыслящим шкетом, а затем обменяли на что-то, получив свой выкуп, попутно проверив мои способности и накачав «дикими» зельями местных шаманов… В общем, кто знает, что там в голове у этих дикарей? Вот и я, иногда прикидываясь валенком, всю вину возлагаю на тех, с кого спроса нет и не проверить никак. А тот факт, что меня похищали, есть в маленькой строке моей биографии. Правда, я понятия не имею, что это было за похищение, и просто сгущаю краски. Произошло это очень давно, да и всегда можно сказать, в случае нестыковок, мол, батя, наверное, заплатил, чтобы замять дело и не портить себе и сыну репутацию. В джунгли утаскивают много кого, но мало кто возвращается психически и физически здоровым человеком из плена этих диких людей.

— А расскажи-ка подробнее о своём плене и приключениях в Амазонии. Постарайся вспомнить все детали. В том числе и то, чем тебя поили и кормили, колдовали ли над тобой и проводили ли какие-то обряды.

— Да… Сейчас... Мне тогда было шесть лет. Мы с отцом поехали за чем-то в соседний город. Встретили ураган. Он повалил деревья, и горную дорогу заблокировало. Мы бросили машину и начали спускаться с гор. Вокруг стало появляться много растений, которых на высоте обычно не увидишь. Было жарко, душно. И кругом грязь. Я запомнил это, потому что мне купили новые ботинки и отец всё сокрушался, мол, мама нас прибьёт за то, что мы их испачкали… — начал я им рассказывать давно уж сочинённую сказку.

Выдумал её лишь наполовину. В основе этого фантастического рассказа стояла реальная история выживания одного десятилетнего мальчишки, что два года прожил в Амазонии и даже был принят индейцами, которые оказались более миролюбивыми, чем обычно. Затем была возня, грызня и война с соседним племенем, и мальчишка попал в плен. Над ним издевались, так как считали воплощением какого-то духа хранителя соседнего племени. И целый год он выживал в плену, пока карательный экспедиционный отряд от венесуэльского полка не пришёл и полностью не вырезал племя. Заодно и мальчишку освободили. Естественно, он не смог вырасти нормальным и адекватным после всего пережитого. Зато знал и понимал многое о жизни индейцев. И с его рассказов была написана удивительная книга о мальчике, который выжил.

Естественно, рассказывать о том, что я там был чуть ли не идолом, я не стал. Просто взял то, что знал о быте индейцев из этой книги и парочки других, и добавил в свой фантастический рассказ о похищении, о нескольких месяцах жизни в неволе и о выкупе с последующим хэппи-эндом. И само собой, нашлось место геройскому подвигу дипломатов и переговорщиков, что, рискуя жизнью, пошли договариваться о моём спасении.

— Вот так вот всё и было… Возможно, тот странный суп, которым меня поил слепой шаман-изгой, наведываясь к моей яме, был не просто так таким острым и жгучим, а заодно согревающим…

— Больше похоже на то, что он ставил на тебе эксперименты, пытаясь понять, не сделал ли он отраву. Если бы ты умер, то и он бы это есть не стал… — хмыкнул Романов.

— Может быть, — пожал я плечами.

— Это поразительная история! Да я за одну статью об универсальном маге… Да за исследование я… Это же может перевернуть всё наше представление о магии! — зажглись восторгом глаза учёной.

— Извините! Я лабораторной подопытной крысой становиться не собираюсь! У меня дел невпроворот. Род исхудал, обнищал… Надо величие восстанавливать!

— Дети! Мне нужны ваши дети!

Тут уж не только я, но и фактические главы разведки посмотрели на женщину в белом халате как на сумасшедшую.

— Детей я на опыты тоже вам не отдам. Хоть у меня их и нет. Даже не просите! — сразу же заявил я.

— Искусственное оплодотворение! Суррогатное материнство! Мне нужны лишь ваши образцы!.. — с горящими глазами смотрела на меня взглядом сексуального маньяка эта женщина, отчего я даже слегка трухнул. — Мне нужна ваша жидкость, барон… Немного семенной…

— Держите себя в руках! Мы обсуждаем ситуацию с бароном, а не генетические исследования и сегрегацию магов, — остудил пыл начавшей сходить с ума учёной Романов.

— Нет, вы не понимаете! Это всё во имя науки! Барон Краст, вы ведь меня понимаете?! Просто представьте, какой у вас потенциал! Уверена, это связано именно с универсальностью вас как мага! Ваше тело – идеальный проводник энергий различного типа! А что, если таких, как вы, будет сотня? А тысяча? Да мы за одно поколение станем не просто сильнейшей империей, мы станем доминировать на мировой арене!

Она начала расстёгивать пуговицы своего белого халата, пока говорила, отчего мне стало ещё хуже.

Благо Багратион схватил её за руки и вывел из комнаты, приказав принять холодный душ и прийти в себя.

— Мне сейчас даже страшно за себя стало… — признался я Романову.

— Мне, если честно, тоже. — Он встретил взглядом вернувшегося Багратиона. — И до сих пор страшно… Потому что она, во-первых, права, а во-вторых… Зная её, она пойдёт на всё, чтобы воплотить свою задумку в жизнь. Саша, надо охрану приставить к двери…

— Приставим. Вот ведь заноза какая… Всё ей эксперименты с магами подавай… Знал бы, что Краст таким интересным экземпляром окажется, не выбирал бы её на эту миссию.

— Может, ну его, это усиление? Я полечу домой, и всё. Зато здоровый…

— Да ну, не нагнетай, — хлопнул меня по плечу Романов.

— Я и не нагнетаю… У неё взгляд был, будто я какой-то бык-осеменитель, а вокруг меня стадо коров, и ей премию не дадут, если она поголовье скота не увеличит. Ну уж нет… Мне эти риски ни к чему.

— Ладно. Ты отдыхай, а мы с Александром Петровичем пойдём подумаем, что нам с этими знаниями делать. Ну и тесты тестами, а на практике тоже надо подтвердить то, что мы сегодня выяснили. Смысл от мага огня, который не может этот самый огонь зажечь, верно?

— Наверное, да… Я и сам не знаю. Опустошён этой новостью… Если я первый такой маг, то как мне учиться? Чему? Как я смогу идти вперёд, не имея азов, что передаются из поколения в поколение? — нагнетал я, продолжая показывать весь шок и трепет, будто бы поражённый «неожиданной» новостью.

На самом деле, для меня неожиданным было лишь то, как мою силу эфира интерпретировал аппарат. И нормально он её интерпретировал. Если бы он им написал «маг эфира» – это было бы куда хуже…

— Как и все маги, что оказались первыми в роду. Как твой друг Иван. Как Соколовский. Вообще, хорошая у вас компания молодых и не очень магов, первых из своего рода, подбирается. Глядишь, в дискуссиях и тренировках и сможете постичь что-нибудь своё, уникальное, — ответил на мой вопрос Багратион и ушёл, пожелав спокойной ночи.

Ага, как же, спокойной… Я очень хотел бы уснуть, даже часы переключил в режим отдыха, но когда за дверью слышны шорохи и мужской голос говорит: «Никак нет, не положено. До восьми утра никого не впускаем, приказ командующего», а женский голос, в ответ воркуя, просит бойцов пойти на встречу и сделать вид, что её здесь не было и нет и вообще у неё «там» дел на пять минут…

Почему эта женщина меня так недооценивает?! Караул! Это вопиющий удар по моей репутации и мужской гордости! Но доказывать на практике, что способен на большее, чем пять минут, я, конечно же, не буду.

***

До утра так и не смог уснуть: эта маньячка приходила ещё трижды… В итоге я был совершенно разбит и на завтраке клевал носом. Пришлось договориться с начальством, чтобы мне выделили скамейку прямо рядом с ещё одной сферой, в которой мне предстоит пройти процедуру «магической стимуляции», как назвал её Багратион. На ней и посплю, пока её настраивают. Под присмотром разведки спится легко и непринуждённо… Ага, конечно!

Пробудился я очень скоро, ощутив, как мои волосы гладит чья-то рука. Если это София Дмитриевна, то это катастрофа. Других девушек и женщин я тут не видел. Так что альтернатива учёной только какой-то мужик… Не люблю, когда меня по голове гладит «какой-то мужик» ещё больше, чем если это симпатичные, но озабоченные исследованиями женщины-учёные. В общем, мысль, что всё это нескрепно, неправильно, меня разбудила не хуже удара током.

— Фух, это вы… — облегчённо выдохнул я, видя накрашенную и уложившую волосы блондинку. — Чёрт! Это вы! Не подходите ко мне!

— Что такое? А все говорили, что я шикарно выгляжу! Неужели наврали, солдафоны?! — И уставилась в зеркальце София, пытаясь найти изъяны на своём лице, в причёске и прочем.

Я же не стал это никак комментировать и просто ретировался в сторону смеющихся разведчиков.

— Вы должны были оберегать меня от зла, а не примкнуть к нему… — покачал я головой, отчитывая их.

— Всё готово. Мы отправили её разбудить тебя, — сказал довольный как слон Романов поднимаясь.

— Как видишь, нам удалось справиться с этой задачей в два счёта, — усмехнулся Багратион. — К слову, есть новости касательно тебя.

— Да, мы сообщили в Москву тем из людей, кому положено знать о такой удивительной ситуации с тобой и твоими предрасположенностями: Стефании, Зубову и ещё паре человек из числа ближайших советников и по совместительству министров. В среду собрание в Кремле. В понедельник и вторник сделаем повторные тесты, но уже не здесь, а в Москве. В свободное от учёбы время.

— Мне даже разрешат учиться?!

Я ведь всю ночь думал об этой ситуации и уже смирился, что отныне моя жизнь станет куда как более унылой из-за интересов империи ко всему перспективному и уникальному… А это как раз мой случай.

— Да. Нужно подтвердить твой статус мага нового направления. И при этом не допустить утечек информации. Ну и стараться меньше привлекать к тебе внимания. Поэтому всё будет, как и прежде. Стандартная разведка у тебя на хвосте, ты на учёбе… Единственное – все свои перемещения и поездки отныне будешь согласовывать с назначенным тебе куратором.

— А кто куратор? — поинтересовался я и едва ли не физически ощутил, как на моей шее затягивается ошейник государственной власти, удивлённый просто «великолепными» новостями.

— Пока не решили… Не переживай на этот счёт. Лучше разминайся. И вот, выпей это. — Протянул мне квадратный термос Багратион. — И учти: тебя ожидают около двенадцати часов испытаний. И далеко не самых приятных... Постарайся держать ману под контролем. Если произойдёт выброс, запустятся механизмы защиты, и всё, усиление закончится.

— Ну спасибо… Опять эта гадость? — скривился я и начал пить солёную воду.

— Именно она. Начинаем через полчаса, чтобы успели компоненты разойтись по внутренним органам и обеспечить защиту. Ну и ещё для тебя есть одна небольшая новость, которая, я надеюсь, настроит тебя на рабочий лад.

— Какая?

— Если закрыть глаза на твои предрасположенности, то по нашим оценкам после сегодняшнего дня ты должен будешь стать полноценным магом пятого ранга. Когда я был здесь, то стал сильнее на порядок. Моя плотность маны скакнула с уровня Мастера начальной ступени до уровня Магистра средней ступени. Ну и ещё помни, что в год не больше десяти человек получают возможность пройти здесь усиление, а тебя притащили сюда вне очереди. Внучку Константина Игоревича подвинули в очереди, — кивнул на Романова Багратион. — Так что ты уж не подведи. Терпи, даже если будет казаться, что сейчас глаза выпрыгнут из орбит, а кожа сгорит заживо. Если что, здесь есть лекари. Хорошие, профессиональные.

— Так себе напутствие, господин начальник… Почему у вас всё всегда достигается через боль и страдание?

— Потому что так завещали наши классики и отцы-основатели родов. Ленивым и мягкотелым – забвение и позор. Слава и честь – сильным и смелым. Давай, вперёд. Докажи, что ты русский. Не по происхождению, так хоть по духу!

Эх, знал бы ты, Александр Петрович… Хотя нет, лучше не знай. И никто пусть не узнает. Хотя об этом говорить уже поздно… Правду обо мне знает не один и не два человека, так что рано или поздно всё вскроется.

Время уходит, и если я не успею стать к нужному моменту воистину сильным и чрезвычайно опасным настолько, чтобы все опасались сталкиваться со мной лбами, то мне никто и ничего не поможет…

***

Сибирь. Дантар Сомн.

Большая стройка, которую затеял в посёлке Владимир Берестьев, шла полным ходом. Отряды добровольцев подходили каждый день. В основном ликвидаторы, реже – простые работяги в поисках денег.

В центральной части посёлка, который пришлось почти полностью снести, ставился на старый уцелевший фундамент новый каркас будущего оплота деревни. Железобетон, сталь, толстые стены и узкие окна-бойницы. Новую деревню было решено строить по новым технологиям согласно нормам военных, чьи инженеры поделились не только чертежами, но и строителями.

Бойцы, стоящие в авангарде перед трассой и закрывающие своими телами проход монстрам, уже устали. Сколько ни присылай новую смену, а всё равно жизнь в полевых условиях без нормальных казарм, коек и кухни не способствует поднятию боевого духа. Да и тыловики уже откровенно устали постоянно возить продовольствия в особо опасную область, рискуя всем.

Владимир вошёл в единственный более-менее уцелевший дом и спросил у женщины, что дежурила здесь весь день, как дела у бойцов.

— Ваше сиятельство, у двоих лёгкие ранение и развивающаяся на их фоне простуда. Ничего сложного. Пару дней в тепле и заботе, и они снова будут на ногах. Спасибо вам, что вы отдали под наши нужды единственный дом в округе. Тут они быстро поправятся. Что же до Аркадия… Боюсь, он слишком плох. Надо бы его эвакуировать в Якутск, в госпиталь, иначе он может умереть…

— Что с ним в итоге, — спросил у медсестры Владимир, посмотрев на спящего и тяжело дышащего строителя, рядом с которым стоял небольшой тазик, полный кровяных сгустков.

— Судя по симптомам, у него магическая лихорадка. Будь с ним кольцо ликвидатора, оно бы очистило ману и уменьшило её воздействие на организм, но его не было, когда он где-то хапнул огромную дозу маны, и его тело не выдержало. У нас всё ещё повышенный уровень маны в окрестностях, и это лишь добавляет ему страданий…

— Зелье здоровья в его случае поможет?

— Лишь усугубит, Дантар… — покачала головой женщина.

— Господин! Кха… КХА!

Строитель, словивший одну из самых мерзких болезней современности, сплюнул кровь и, тяжело задышав, уставился на Владимира.

Не так много людей страдают при близком нахождении с мощными источниками маны, но иногда появляются такие, как Аркадий, – приезжие из регионов, где концентрация маны минимальна. Их тела попросту не успевают адаптироваться, что в итоге приводит к болезни.

— Лежите спокойно, Аркадий. Утром приедет обоз с припасами. Вас заберут и увезут в Якутск, там есть хорошие врачи, — успокоил Владимир.

— Прошу, не надо. Я справлюсь! Мне всего-то месяц продержаться! Я не могу уехать!

— Если останетесь, есть риск того, что вы умрёте. Неужели вы этого не видите? — возмутилась медсестра.

— Да уж лучше сдохну… Мой сын, мой единственный сын сейчас на больничной койке! Ему нужна операция… Мне не хватает всего немного. Я отработаю, получу деньги, и он снова сможет ходить!

Мужчина пытался храбриться и начал уже подниматься, но суровая рука местного правителя вжала его в койку.

— Утром вы едете. Поправитесь. Встретитесь с сыном. Я не хочу смотреть в его глаза спустя пару лет, когда он узнает, что вы погибли здесь, хотя могли жить.

Мужчина резко стал слабеть и внезапно уснул.

Владимир повернулся и увидел Екатерину с поднятой рукой, от которой в сторону строителя тянулась едва заметная полупрозрачная дымка. Он научился её видеть и знал: так выглядит магия его избранницы.

— Проконтролируй, чтобы его утром отправили в госпиталь. И оплати его лечение. И зарплату ему на счёт перечисли за полный месяц.

— У нас кончаются средства… — тихо проговорила Екатерина, но тут же исправилась, увидев взгляд Владимира. — Хорошо. Я всё сделаю.

— Где кулон, что я тебе подарил, — отойдя от кровати больного, тихо спросил Берестьев, разглядывая шею своей невесты.

— На месте… И всё же, это твой кулон. Подарок твоего отца тебе. Почему ты отдал такую ценную вещь мне?

— Потому что так правильно.

— Что ты имеешь в виду? — попыталась в очередной раз узнать ответы на свои вопросы Екатерина, но Владимир молчал и не давал ей узнать, о чём он думает.

Она уже давно заметила, что его разум стал для неё недоступен. Она не знала, когда и как, но Владимир научился сопротивляться псионике. И даже слегка боялась, ведь ни о чём подобном ранее не слышала. Но боялась не за себя, а за Владимира.

Всем было хорошо известно, что за уникальными способностями охотятся сильнейшие люди империи. И получить такую, как у Владимира, хотели бы все члены императорского рода. Все без исключения.

— Господин? Что-то странное происходит… — взволнованно произнесла медсестра, смотря на дрожание свечи и дёргающиеся по всей комнате тени.

— На улицу! Быстро! — скомандовал Владимир, но никто выйти не успел.

Половина свечей потухла, и лишь свет уличных фонарей, работающих на аккумуляторе да луна разгоняли тьму в этом доме.

В проходе, прямо за избранницей Владимира появился неизвестный, чьё лицо было скрыто тенями, и приставил нож к шее Екатерины.

— Тш-ш-ш-ш… Тише, рыбонька моя… Не бойся, это будет не больно… — странный голос, словно шепчущий издалека, разнёсся по дому.

— Кто ты? Отпусти её!

Руки Берестьева вспыхнули, и зелёное пламя развеяло мрак.

— Маленький, бедненький, практически последний из своего рода… Знаешь, как долго наш орден охотился на таких, как ты? Вычищал великое зло прошлого? Эфир… Было тяжело проникнуть сюда и повлиять на ваш род. Вы словно раковая опухоль, что укоренилась в этих землях. Понадобились десятилетия, чтобы извести вас всех… И вот остались лишь ты и твой жалкий брат, лишённый магии. Ох-х-х, как же сладостен этот миг! Но ты не переживай, мы не убьём тебя… Лишь твоего брата, сбежавшего от нас в Тибет… Ха-ха! От нас? Сбежавшего? Ты представляешь?! Какая же смешная шутка… Мы тысячелетиями вели охоту на таких, как вы, узурпаторов магии! От нас нигде не скрыться! Ты останешься последним… Но я не убью тебя, нет… Я убью всех твоих женщин, что могли бы выносить для тебя потомство. Всех ублюдков, что понесут в своих венах проклятый эфир! Ты сдохнешь в одиночестве, зная, что каждая, кого ты любил, – умерла из-за тебя! Сегодня начнётся поминальный бой по роду Берестьевых…

— Так смерть деда, дяди и других старших членов рода в изломах не были случайностью…

— Даже смерть твоего отца не была ею! Ха-ха-ха!.. Было сложно подобраться и внушить императорской семье, что ваш род – угроза , знаешь ли… Но и вы, и Романовы – глупцы… Какие же вы все жалкие пред реальным величием Тени и нашего ордена! И за что вам только дарована такая сила? Впрочем, будь эта эфирная дрянь во мне, я бы сам наложил на себя руки.

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

— Просто я хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь ты прожил в отчаянии и страхе, как этого и заслуживаешь. Чтобы ты знал, что все, кого ты полюбишь, – умрут. И начнём мы с этой доверчивой дурочки…

Белозубая улыбка растянулась среди тёмных теней, сгустившихся вокруг лица неизвестного.

«Щёлк!»

Владимир щёлкнул пальцами, и кулон под одеждой Екатерины взорвался зелёными осколками, превращаясь в сильнейший магический щит из обжигающего пламени.

Рука, покрытая тьмой, дёрнулась, и клинок прямо сквозь пламя прошёлся по нежной коже девушки, оставляя глубокую кровоточащую рану.

Двойной крик разнёсся по дому с больными. Один от твари в тенях, которую покрыло эфирное пламя Берестьевых, сжигая самоуверенного ублюдка. А другой – от испугавшейся медсестры, что сразу потеряла сознание.

Екатерина тут же в панике схватилась за шею, но спокойный вид Владимира заставил и девушку выдохнуть.

Она отскочила к нему и, отодвинув руку от шеи, с удивлением посмотрела на неё.

— Нет крови?

— Отец сказал, что это живительное пламя регенерации – последний шедевр артефакторики моего прадеда. Оно выручало его даже тогда, когда Химеры заживо отрывали ему руки и ноги.

— А что значат его слова? Что за эфир? Что за узурпаторы прошлого?

— Кто знает, что в голове этого психически больного маньяка… Просто будем осторожнее. Таким, как мы, всегда надо быть на чеку…

Владимир обнял Екатерину и посмотрел в сторону открывшейся двери и влетевшего Морозова.

«Надо сообщить о нападении брату… Похоже, вырождение нашего рода, это план каких-то крайне хитрых тварей…» — подумал Дантар окрестных земель, любуясь догорающими останками фанатика из неизвестного ордена.