Закон Арксеона 4

Глава 1. Восьмой ярус

Портал выбросил Кабрио наружу. И ещё прежде, чем открыть глаза, странник понял, что оказался в эпицентре бури.

Нет, не снежной. Не было ни холода, ни ветра. И всё же по телу пробегали неприятные ощущения, а вокруг раздавался гул и треск.

Наконец открыв глаза, Кабрио увидел вокруг себя буйство синей энергии. Синей! Точно такой же, как у него! Её всполохи и искры носились по воздуху, перекрывая обзор. И именно она служила источником странного давления.

Странник выпустил щупальца сенсора и подтвердил свои догадки: воздух здесь был прямо-таки переполнен потоками маны.

Но это всё, что он мог сказать. Из-за нестабильного фона просканировать магию не получалось. Показатели сенсоров путались и зашкаливали.

— Народ, вы тут?! — послышался неподалёку крик Шери.

— Я здесь! — отозвался Кабрио. — Собирайтесь возле меня, чтобы не потеряться!

Вскоре за пеленой синих аномалий прорисовались силуэты союзников, и вся четвёрка собралась в одном месте.

— Что будем делать?! — спросил Гримм, перекрикивая вой и треск магической стихии.

— Двигаться вперёд в такой буре — явно плохая идея! — ответил Кабрио.

— Но нам не опасно вот так здесь стоять?! Вдруг на нас нападут монстры?!

— Если подойдут, их мой сенсор заметит! — сказала Шери.

— А он у тебя работает?! — спросил Кабрио.

— Ну да! А у тебя типа нет?!

— Похоже, дело в том, что твой сенсор рассчитан на физические объекты! А вот в моих показателях царит настоящий хаос!

— Тогда моё предчувствие тоже должно сработать! — присоединилась к разговору Зора. — Так что предлагаю не идти вслепую, а дождаться окончания бури!

«Если она вообще когда-нибудь закончится», — подумал про себя Кабрио.

— Это ведь такая же синяя магия, как у тебя, Кабрио?! — сменила тему Шери.

— Без понятия! Говорю же, у меня датчики шалят!

Как оказалось, буря и правда не была бесконечной. Постепенно буйство магии начало утихать. Треск и гул прекратились, а синие всполохи развеялись, открывая обзор на скалистый пейзаж.

Очень похожий на пятый ярус, если не считать того, что на улице стоял день. Солнце было закрыто облаками, но всё же было на порядок светлее, чем в том царстве вечной ночи.

Давление внешней среды уменьшилось, но не исчезло полностью. Кабрио всё ещё ощущал тяжесть сгустившейся в воздухе энергии. Сенсор наконец заработал, позволив ощупать местную атмосферу. Вокруг и правда плясали магические эманации.

— Кабрио, что показывает твой сенсор? — спросила Зора, заметив, чем он занят.

— Если ты о том, не наполнен ли этот ярус моей синей магией, то нет, — ответил парень. — Как ни странно, это просто энергия. Мана, которой наполнен весь Арксеон, и которую странники способны принимать и поглощать даже на Земле. Только здесь её в разы больше, чем на других ярусах.

— Но почему синяя? — всё ещё не понимала Шери.

— Могу предположить, что это её естественный цвет, — сказал Кабрио. — Просто при низких концентрациях его не видно.

— Но почему этот цвет такой же, как у тебя? Совпадение? — не унималась школьница.

— А какой должен быть? Голубой? Это цвет ледовиков и электромантов. Оранжевый — цвет огневиков. Красный — цвет кровавиков. Какой бы цвет ни приняла эта энергия, он всё равно совпал бы с одним из существующих классов. А то и сразу с несколькими.

Хотя чего скрывать, в глубине души Кабрио питал надежду, что это и правда как-то связано с его синей магией, и он весь такой особенный.

Подогревал эти мысли и тот факт, что за все проведённые здесь месяцы он не встретил второго синего мага, и пока что оставался единственным известным представителем вида.

— Мне ещё вот что интересно, — сказала Шери. — Если тут так много маны, значит ли это, что она и у нас будет быстрее восполняться?

Кабрио снова прислушался к ощущениям. Благодаря сенсору он мог с высокой точностью измерять такие вещи, как энергетические потоки.

— Нет, поступление маны в организм такое же, как и прежде.

Девочка посмотрела на лидера и прищурилась.

— Что?

— Как ты там любишь говорить: выйти за рамки, преодолеть ограниченность мышления?

С этими словами она сосредоточилась и напряглась. Сначала ничего не происходило, но потом сенсор Кабрио почувствовал, что поступающий в Шери поток энергии усилился. Словно расширились некие каналы.

Но длилось это недолго, всего пару секунд. А потом...

— Ааай!!!

У школьницы подкосились ноги, и она рухнула на землю. Гримм тут же склонился над ней, но никаких видимых травм не было. Шери вспотела и тяжело дышала, но в остальном была в порядке.

— Чё-то не то с этой энергией, — пробормотала она, подняв голову. — Попробуй сам.

Спрашивать, как она это сделала, Кабрио не стал. Раз Шери разобралась за считанные секунды, то и он ей не уступит.

Парень сосредоточился, прислушался к ощущениям и вскоре смог расширить канал. Энергия полилась внутрь с удвоенной силой.

А затем по всему телу прошёл разряд боли. Точно так же, как у Шери, ноги подогнулись, и Кабрио рухнул на землю. Ощущения были такие, словно его одновременно ударили током и отравили ядом. Голова пошла кругом, конечности онемели.

А ещё поступление энергии стало даже меньше, чем в обычном состоянии. Оно почти полностью прекратилось, и теперь затекало в тело тонюсенькой струйкой. Но даже от этой струйки было больно, словно проволоку вонзили в тело и протаскивали в него прямо под кожей.

Впрочем, долго эти мучения не продлились. Уже через четверть минуты боль начала утихать, а поток поступающей энергии приходить в норму.

Вывод из всего этого можно было сделать лишь один:

— В теории мы и правда можем ускорить поглощение внешней энергии. Но как обычно, легко не будет, и технологию придётся разрабатывать самим.

— Этим мы ещё успеем заняться, — сказала Зора, — а пока давайте разберёмся с этим.

Она кивнула на стоявший в стороне каменный валун. Казалось бы, таких валунов тут валялись десятки, если не сотни, но конкретно этот отличался от остальных. Главным образом сидевшей на нём фигуре в тёмно-зелёном смокинге и цилиндре.

— Прихожу я, значит, с обеда, и обнаруживаю, что кое-кто снова нарушил все возможные правила. Ещё и стены переломал, вандал хренов, — произнёс трикстер.

— Нашёл, о чём переживать, — ответил Кабрио. — Там же процедурная генерация. Уверен, как только мы ушли, та часть локации исчезла, и вместо неё где-нибудь выросла новая.

— Хоть бы полюбопытствовал, как этот ярус проходится по правилам.

— Да плевать, какие там правила. Опять что-нибудь заумное и неочевидное.

— Не поверишь, но нет. Уж как пройти седьмой ярус, даже тупой догадается.

— Ну уж извини, в моём отряде тупых нет, вот и не додумались.

Трикстер тяжело вздохнул.

— Десять. Вы должны были пройти десять любых локаций, чтобы открылся коридор с ключом. Хоть бы десять сокровищниц, разграбив их под ноль своими загребущими руками.

— Десять локаций? Ну, будь у нас лишнее время в запасе, может, мы бы так и поступили. Но времени, как ты наверняка знаешь, у нас нет. Твоими стараниями кое-кто был похищен, и чем быстрее мы его спасём, тем лучше.

— А я тут при чём? — удивился трикстер.

— Не прикидывайся. Сужение первого яруса — это ведь твоих рук дело?

— Ну, может быть...

— И какой в этом был смысл?! — гневно произнёс Гримм. — Ты хоть знаешь, сколько людей в итоге погибло?!

— А я тут при чём? — уже второй раз спросил трикстер. — Не я ведь убивал. Как всегда, все вопросы к вашим собратьям по разуму, у которых нет в жизни других увлечений, кроме как мочить беззащитных гражданских.

— Но если бы не вынужденное переселение, ничего этого бы не случилось! — не унимался монах.

— А ещё ничего бы не случилось, если бы вы не бросались странными заявлениями в духе: «некогда нам помогать гражданским, так что уходим на верхние ярусы и на первый больше не возвращаемся». Напомните, чьи были слова?

— О, так теперь я виноват? — произнёс Кабрио.

— Нельзя, парень. Нельзя разом вычёркивать из сценария столько людей. Ведь взаимодействие между попаданцами — один из ключевых элементов происходящего. Ты сам подумай: кому будет интересно смотреть, как несколько пачек задротов проходит Арксеон, а остальные сидят и тухнут на первом ярусе?

— А ты кому-то показываешь?

— Как минимум себе! Знал бы ты, насколько скучны будни администратора!

— Вот и развей свою скуку, поболтав с нами о чём-нибудь интересном. Например, об этом ярусе. Почему его цвет такой же, как...

— Стоп, стоп! Время обедать!

— Ты же только что с обеда пришёл...

Последние слова были произнесены в пустоту, потому что трикстер исчез в воронке портала.

— И чего, спрашивается, приходил... — пробормотал Кабрио, проводив взглядом закрывшуюся дыру.

— А ведь я хотела его о гильдиях расспросить, — произнесла Зора. — Раз этот клоун самолично выдаёт артефакт для их создания, то должен знать, сколько этих гильдий всего. И сколько их состоит в Тёмном альянсе.

— Придётся выяснять опытным путём, — сказал Кабрио. — Перебить их все и посчитать в процессе. Ладно, хватит тут стоять. Выдвигаемся.

Вскоре показался первый враг. Знакомый враг — те самые синие гуманоиды, что охраняли проход к ключу на предыдущем ярусе. Расправиться с ними оказалось несложно: бесплотные удары Кабрио, настроенные на нужную частоту, убивали тварей даже быстрее, чем призраков.

Но вскоре объявился враг покрупнее. Со скалы спрыгнула громадная тварь, с грохотом врезавшись в камень и выбив фонтан каменной крошки.

Хорошо, что сработал сенсор Шери, и девочка предупредила отряд. Не отскочи они все в сторону... Для Кабрио или Зоры это закончилось бы множественными переломами, а магов и вовсе раздавило бы в лепёшку.

Монстр имел ту же энергетическую природу, но размером был с двухэтажный дом, а по форме напоминал колобка с руками и ногами. Стиль боя соответствовал форме: тварь тупо каталась по полю боя, норовя раздавить странников.

Кабрио, поверив в свои силы, остановил её голыми руками и попытался развеять антимагией, но оказалось, что для быстрого уничтожения столь крупной твари у него тупо не хватает сил.

Пришлось где-то с четверть минуты вливать в монстра разрушающую энергию. Всё это время союзники помогали своими атаками, а сам колобок неистово крутился, испытывая шины в руках Кабрио на прочность.

Наконец антимагия ослабила гада, а атаки союзников его добили. Каркас оказался таким же круглым, но развалился под собственным весом, осев на землю грудой металлолома.

— Ну и махина, — произнесла Шери. — На мини-босса тянет.

— На мини-босса, говоришь? — произнёс Кабрио и заглянул в системный отчёт.

Убито существ: 1.

Награда: 16000 фрагментов души ранга «высший».

Награда с учётом штрафа за использование Вместилища: 3200.

— Прикиньте, за него высшие фрагменты дали, — сообщил он команде.

Хотя информация была не такой уж ценной. Всё равно эти души пригождаются раз в пятилетку.

Отряд двинулся дальше, и нападения монстров не прекращались. В том числе мини-боссов, которых было как-то слишком уж много. На каждую пачку мелких гуманоидов приходилась примерно одна энергетическая громадина.

Причём форма у них была всегда разная. То колобок, то голем, то паук, то кентавр на четырёх паучьих лапах.

Однажды даже попался примат с четырьмя руками, словно разработчик решил приколоться и напомнить о повторяющемся дизайне боссов нижних ярусов.

И всякий раз мощи бесплотного удара не хватало, чтобы мгновенно их развеять. А ведь слабыми этих странников было никак не назвать.

Тот же Кабрио ударом кулака мог без труда отбросить такую громадину на несколько метров. Когда Зора размахивала полуторным клинком, ударные волны крушили камень, а её рунные выстрелы разносили в щепки целые валуны. Молнии Шери слепили глаза, а пламя Гримма плавило камень.

В местах сражений нагромождения валунов превращались в ровные площадки, заваленные каменной крошкой.

И при всём при этом на каждого мини-босса уходило по полминуты. Сила странников неуклонно росла, но вместе с ней росла и сила встававших на пути монстров.

— Не пора ли нам хавчика сообразить? — предложила Шери, показав пальцем вперёд. Там паслись среди камней два каборуса.

— Мне кажется, или их внешность изменилась? — сказал Кабрио, прищурившись.

— Да, по шкуре проходят светящиеся синие линии, — подтвердила Зора, обладавшая более острым зрением.

У Кабрио этот факт вызвал досаду. Вот ведь... Вернись он сейчас на Землю, то при своей силе без труда победит целую армию. Но при этом всё ещё страдает от таких глупостей, как посаженное за компьютером зрение.

А может, получится... Нет, слишком это радикальное решение.

А пока он витал в облаках, союзники уже прикончили кабанов и приступили к разделке.

Никаких особых черт, вроде повышенных показателей или боевой магии, эти животные не показали. Тогда непонятно, для чего нужны эти синие полоски на теле. Или это просто результат долгого проживания на восьмом ярусе, переполненном энергией?

Как оказалось, особенности у местных кабанов всё же были. И вскрылись они, когда странники употребили мясо в пищу.

Не сразу, но где-то через четверть часа проявились последствия. Зора положила руку на живот и пожаловалась на плохое самочувствие. Второй поплохело Шери, третьим был Гримм, ну и последним ощутил дурноту Кабрио.

Ничего особенного, обычные последствия отравления: боль, тошнота. Только вот странники, докачавшиеся до уровня восьмого яруса, давно позабыли, что такое проблемы со здоровьем.

Даже у тех, кто не обладал воинским классом, тела понемногу преобразовывались, и сложно было представить, чтобы кто-то из отряда Кабрио мог травануться или простыть.

Но вот все они сидят, держатся за животы и присматривают валун, за которым можно спрятаться и хорошенько продристаться.

— Кажется, я уже поняла, в чём тут дело, — произнесла Зора. — Тела этих каборусов пропитались энергией Арксеона, а покуда мы не можем нормально её усваивать, мясо наши тела тоже плохо переносят.

— То есть нам придётся подъедать мясо живности с прошлых ярусов? — процедила Шери, держа руку на животе. — Да не, бред какой-то. Должен быть способ.

Все взгляды устремились на Кабрио. Поняв всё без слов, парень положил руку на остаток кабаньей туши, просканировал его и ударил антимагией. Скопившаяся внутри энергия выплеснулась наружу, а синие полосы на шкуре погасли и исчезли.

— Вот сразу так не мог сделать? — с упрёком произнесла школьница. — Хотя, может, и нас тем же макаром вылечишь?

Почему бы и нет? Подсев к девочке, Кабрио положил руку ей на живот и высвободил такой же бесплотный удар. Сработало, и Шери быстро полегчало.

Повторив процедуру на Зоре, Гримме и себе, он исцелил весь отряд.

— Но всё равно что-то не так, — задумчиво проговорил он. — Допустим, я могу очищать туши от избытков маны своей антимагией. Но я такой, быть может, единственный во всём Арксеоне. А что делать остальным отрядам? Реально обходиться запасами с прошлых ярусов? Или бегать за валун после каждого приёма пищи?

Получить ответы можно было лишь одним способом — опытами и экспериментами.

В отличие от пятого яруса, на восьмом работала смена дня и ночи, и над каменистым пейзажем начали сгущаться сумерки. Продолжать сегодня путь не было смысла, и отряд стал готовиться к ночлегу.

Гримм призвал автономный костёр, не требующий дров, но спать никто не спешил. Весь отряд занялся изучением витающей в воздухе энергии.

Со стороны это походило на сеанс медитации: четверо странников сидели с сосредоточенным видом и прикрытыми глазами. Гримм, вон, и вовсе принял позу лотоса.

Первым, кто бы мог подумать, справился Кабрио. Когда дело касалось магии или потоков маны, его магический сенсор становился настоящим читом.

Странник понял, что возиться с внешними потоками — тухлая затея. Менять нужно не их, а себя. Нужно взять под контроль свои собственные энергетические потоки и перестроить их так, чтобы организм мог принять и переварить повышенный объём маны.

Потихоньку, шаг за шагом, Кабрио справился с задачей и поднял свою пропускную способность на десять процентов. Немного, но великое начинается с малого, так что он поспешил поделиться инструкциями с остальным отрядом.

На этом сегодня решили закончить, выпить напоследок по чашечке чая и укладываться спать.

— Зора, мне кажется, или ты хочешь о чём-то спросить? — обратился Кабрио к союзнице, отхлебнув из кружки.

Мечница отвела взгляд. Она что, смутилась? Или просто показалось?

— Сейчас неподходящее время, — сухо ответила она. — Не хочу обсуждать свои личные переживания, пока моя подруга в плену у Тёмного альянса, и не известно, что с ней сейчас происходит.

Тоже отхлебнув чая, она добавила:

— Спрошу, когда спасём Лорену.

И что же её терзает? Даже интересно.

***

Проснувшись утром, Кабрио обнаружил мечницу сидящей у валуна и смотрящей куда-то перед собой. Зора хмурилась и выглядела задумчивой.

— Слушай, — обратился к ней лидер, — я не настаиваю и не буду допрашивать, но ты уверена, что эти душевные терзания не помешают тебе в бою? Может, всё же поделишься ими?

— А? Ты о вчерашнем? — спросила мечница. — Да я об этом уже забыла.

Она ткнула пальцем перед собой, хотя там ничего не было.

— Посмотри на карту.

Кабрио открыл интерфейс. И понял, что причиной беспокойства Зоры и правда стало другое.

Далеко на севере (и немного западнее) появилась маленькая зелёная метка в виде капельки с заострённым низом. Именно такими метками обозначались на карте члены гильдии, и три из них сейчас находились возле Кабрио. Четвёртая же обозначала Лорену.

— Значит, «Ноктюрн» тоже добрался до восьмого яруса, — констатировал он.

Глава 2. Щупальца и порталы

— Значит, «Ноктюрн» тоже добрался до восьмого яруса, — констатировал Кабрио.

— Да, — кивнула Зора. — И теперь мы точно знаем, где Лорена.

— Ладно хоть в этот раз мы не пошли в противоположном направлении, как тогда, на снежном ярусе.

Но немного с курсом всё же ошиблись, двигаясь на северо-восток.

Сообщений от обольстительницы всё так же не приходило. Что бы ни задумали злодеи, они не были заинтересованы в том, чтобы посылать Кабрио текстовые послания от похищенной девушки.

Хотя, вспоминая слова Хорра, он должен хотеть лишь одного — встречи с Кабрио и повторного боя.

Нужно лишь придумать, как справиться с ядом, и можно сказать, что победа в кармане. Даже комбинация классов воина и регенератора не выстоит против ударной магии Кабрио.

Разбудив Шери с Гриммом, отряд двинулся дальше, взяв курс на север. Вскоре скалистый биом закончился и сменился лесом. Вот это было неожиданно. Кабрио ожидал, что тут будет так же, как на пятом ярусе — камни и ничего, кроме камней.

Лес был необычным, и вообще не древесным. Здешние растения напоминали скорее гигантские кораллы синей расцветки.

Вскоре появились первые враги. Снова твари из синей энергии, только в этот раз не гуманоиды, а звери на четырёх лапах. Они обладали мускулистым телосложением и плоскими зубастыми мордами.

Почти как шакалы с первого яруса, только у этих рты были намного шире, а острые зубья достигали десяти сантиметров в длину. Такой пастью можно не то что голову, а полчеловека отхватить.

А стоило раскидать с десяток мелких особей, как объявился их вожак. Такая же тварь, только гигантская.

Зубья во рту выстроились в несколько рядов, заполняя всю ротовую полость. А ещё у неё обнаружилась пренеприятнейшая способность: громадная псина умела втягивать в себя воздух, вместе с ним засасывая странников.

Кабрио попытался противостоять ему ударной волной от своих кулаков. Зора сделала то же самое, достав секиру и взмахнув плоской её частью, как лопатой. Но это не помогло, и «пылесос» не остановился.

Пришло время для дальнего боя. Шери и Гримм выпустили в гиганта электрические и огненные снаряды, а Зора достала парные клинки и принялась обстреливать врага рунными лезвиями.

Выглядело это интересно: мечница чертила в воздухе замысловатые фигуры, оставляя алые шлейфы, а затем взмахивала клинками, и прямо в зубастую пасть устремлялись режущие волны, разрубая плоть монстра изнутри.

В итоге удалось убить тварь раньше, чем она засосала весь отряд в свой желудок. В качестве награды выпали фрагменты высших душ, как и с мини-боссов в каменистом биоме.

Как оказалось, такая тварь здесь была не одна. Не прошло и получаса, как к отряду, разламывая на пути коралловые деревья, выскочила вторая такая же.

Снова играть в перетягивание каната не хотелось, и Кабрио прибег к другой тактике. Позволив монстру притянуть себя поближе, он подал в ноги ударные заряды, оттолкнулся от земли и подпрыгнул вверх. Мощи толчка хватило, чтобы пересилить тягу «пылесоса» и оказаться над боссом.

Приземлившись твари на голову, странник принялся лупить её по макушке и наконец заставил закрыть пасть, после чего подключился остальной отряд и совместными усилиями быстро уничтожил псину.

— Уверена, придётся убить ещё немало таких, пока продвигаемся через лес, — произнесла Зора, когда оставшийся от твари каркас повалился на землю.

— Интересно, можно ли запрыгнуть к ним в рот и убить изнутри... — задумчиво произнёс Кабрио.

— Не советую. Ты ведь видел их пасть? Там зубья в несколько рядов. Не успеешь через них проскочить, и никакая защита не спасёт.

— Я могу пролететь в форме молнии, — сказала Шери.

— Ты вроде пока плохо с ней управляешься, — заметила мечница.

— Вот поэтому надо чаще её юзать, чтобы привыкнуть! Меня уже хватает на два раза, плюс я начинаю немного ориентироваться в этой форме. А то первый раз, когда на короле нагов превратилась, пришлось вообще вслепую летать.

— Значит, в следующий раз попробуем, — сказал Кабрио.

Долго ждать этого следующего раза не пришлось. Кажется, вожаки зубастых псов (так их прозвали в отряде), чувствовали, когда кто-то убивал их мелких сородичей, и прибегали, дабы наказать обидчиков.

Задумка Шери сработала. Едва включился пылесос, девочка приняла форму молнии, залетела монстру в пасть и жахнула током изнутри. Это нанесло огромный урон, а также прервало затягивающую магию, и отряд быстро расправился с врагом.

— Мне кажется... Хотя что за глупые вопросы, мне не кажется. На этом ярусе стало на порядок больше элитных врагов, чем на предыдущих, — сказал Кабрио после очередной победы. — Мы здесь высших душ получаем больше, чем обычных.

— Много их там уже? — полюбопытствовала Шери.

— 23 тысячи обычных фрагментов и 49 тысяч высших.

Когда число убитых мини-боссов приблизилось к десятку, коралловый лес закончился. Дальше простиралась каменная пустошь, снова вызывая ностальгию по пятому ярусу.

Но далеко впереди странники заметили пурпурный дым. Причём его было много. Поднимаясь над землёй, полоса этого дыма уходила далеко на запад и на восток.

Когда отряд подошёл ближе, стало ясно, что исходит он не из камня, а из широченной пропасти. Глубокий провал в земле простирался на несколько сотен метров, если не на километр. Дна было не разглядеть, и именно оттуда поднимались облака пурпурного газа.

И не только его. Внизу что-то шевелилось и рычало.

— Кажется, там прячется нечто интересное, — произнёс Кабрио.

— Надеюсь, ты сейчас не предложишь спрыгнуть вниз? — опасливо спросила Шери.

— Нет, любому безумию должен быть предел. А вот подождать наверху хотя бы полчасика — это можно.

Полчаса не потребовалось. Не успел отряд простоять у края пропасти и пары минут, как показались первые обитатели дна.

Причём показались весьма экстравагантным способом. Со дна пропасти кверху потянулись толстые щупальца. Но не для того, чтобы напасть на странников, а чтобы открыть наверху порталы. Несколько воронок всё того же пурпуного цвета раскрылись над краем пропасти, и из них показались враги.

Это были тощие четырёхлапые твари с бежевым окрасом и тонкими вытянутыми челюстями. Из боков у них торчало ещё по две странных конечности, похожих на кости, но тонких, длинных и очень гибких. Оканчивались они шипами, с которых капала на землю тёмная фиолетовая жидкость.

«Да ладно, неужто яд?» — обрадованно подумал Кабрио. Как по заказу. Он как раз хотел найти не слишком сильных врагов со способностью отравления.

Странник почти позволил уколоть себя, но вовремя понял: яд этих тварей не магический. Он обычный, природный, и никакая антимагия против него не поможет.

Но прощупав кончики шипов сенсорами, он понял, что ошибся. Яд оказался самым что ни на есть магическим.

Значит, можно попробовать. Пока напарники убивали остальных тварей, Кабрио отвёл одну особь в сторонку и позволил себя ранить. Укол пришёлся на ключицу, и почти сразу она начала неметь. Пропала чувствительность, рука перестала двигаться.

Не позволяя уколоть себя второй раз, странник уклонялся от новых выпадов твари и вместе с тем проводил внутреннее сканирование. А закончив анализ, выпустил в отравленную область заряд антимагии.

Отравление тут же рассеялось, и рука снова начала шевелиться.

— Благодарю за помощь, — сказал он и разнёс твари голову.

А потом оторвал оба шипа и закинул в инвентарь, посоветовав напарникам сделать то же самое — вдруг когда-нибудь пригодятся.

Тем временем над краем пропасти снова показались щупальца и призвали новый портал. И по размеру этой воронки странники сразу поняли, что пришло время мини-босса.

Из портала выпрыгнул и с грохотом приземлился на землю гигантский бутон коричневого окраса.

Растение взмахнуло длинным стеблем, и следующим, что увидел Кабрио, было летящее на него справа гигантское лезвие. Выставить руки и защититься шинами он успел, но ударный импульс отбросил парня на добрый десяток метров.

Завязалась схватка. Таких стеблей у мини-босса было с десяток, и половина из них оканчивалась лезвиями, а другая половина — тяжёлыми дубинами.

Прямо как у Трёхликого, только в этот раз орудий было больше, плюс их длина и гибкость не шла ни в какое сравнение с неуклюжими руками той машины.

А вот прочность оставляла желать лучшего. Вооружившись полуторным клинком, Зора парой взмахов отрубила один стебель.

Второй спалил Гримм своим пламенем. Шери, воткнув трезубец в третий, выпустила мощный разряд тока, прошедший по стеблю и ударивший основное тело.

Кабрио тоже не отставал и, собрав побольше ударной энергии, разнёс одну из дубин.

После чего наступила вторая фаза. По всей поверхности бутона раскрылись отверстия, и из них по отряду ударили пары пурпурного газа. Сенсор сразу распознал магию отравления.

Кабрио поспешил окутать себя вуалью антимагии, но всё равно ощутил действие яда. Кажется, его структура несколько отличалась от той, которой пользовались предыдущие враги. Значит, у разных типов существ и магия может различаться? Как же неудобно...

Хотя основа у этой магии была та же, и много времени на перенастройку не ушло. Секунд пять, не больше, после чего странник смог полностью очистить свой организм.

И в последний момент отскочить от ударившей сверху дубины. Витающий в воздухе газ затруднял обзор, но силуэты союзников Кабрио видел. Вон там, например, сидит Гримм, припав на одно колено. Он тоже ослаб из-за яда.

А что это в него летит справа? Ох ты ж чёрт! Оттолкнувшись ногами, Кабрио мгновенно оказался перед монахом и отбил лезвие. Затем положил на союзника руку и выпустил антимагию. Через пару секунд Гримм очухался и поднялся на ноги.

— Кабрио, отойди! — крикнул он.

Не задавая вопросов, парень сделал, как он просил, и огневик высвободил огненный шторм, разом спалив весь газ. В общем, он тут сам справится. Надо проверить остальных.

Крепкое тело Зоры перенесло яд лучше остальных. Она до сих пор стояла на ногах и даже умудрялась отбиваться от атакующих стеблей. Но в полную силу сражаться не могла, и Кабрио поспешил очистить её организм от яда.

Теперь Шери. Вон она, летает в облике молнии, нарезая вокруг бутона круги и ударяя током. Но парень помнил, что эта магия перевоплощения действует недолго. В какой-то момент девочке пришлось вернуться в физический облик.

В неё тут же устремились несколько стеблей, но Шери ловко уклонялась от них. Похоже, смена формы очистила её тело от яда. Но вскоре газ снова проник в тело, и Шери разом ослабла. Подбежав к ней, Кабрио провёл очищение.

А затем все вчетвером навалились на монстра и добили его. Стебли опали на землю, а бутон раскрылся, явив взору уродливый пурпурный цветок.

— Неприятный враг, — произнесла Зора.

А затем щупальца призвали две новых воронки, из которых вывалились ещё два гигантских бутона.

— Повтори, что ты сказала? — с улыбкой произнёс Кабрио.

Начался второй бой, теперь уже с двумя мини-боссами за раз. В этот раз твари не стали затягивать и сразу выпустили ядовитые облака.

— Не дышите! — крикнула Зора.

Хотя относилось это только к ней и Шери. Кабрио был защищён вуалью антимагии, а Гримм понял, что газ боится огня. Бой продолжился. Странники отбивались от хлыстов, уничтожали их по мере возможности, а едва открывалось окно, атаковали сами бутоны.

— Кабрио, яд всё равно действует! — донёсся до него крик Зоры. — Его и вдыхать не надо, он попросту проникает под кожу!

Отыскав глазами её силуэт, странник подбежал к союзнице и рассеял яд. Повторил то же самое для Шери, а затем стал думать.

Похоже, драться с этими бутонами могли только те, кто имел способы защититься от яда. Другие же члены группы становились скорее балластом, который нужно защищать.

Но Зора с Шери были иного мнения. Достав секиру, воительница взмахнула ей, и поток воздуха разогнал ядовитые пары. Заодно открылся нормальный обзор. Не теряя времени, женщина подскочила к ближайшему бутону и рассекла его плоть широким взмахом.

Шери просекла фишку и с этого момента держалась возле напарницы, в зоне чистого воздуха. Теперь ни один из членов отряда не страдал от действия яда, и бой удалось закончить меньше чем за две минуты.

— Хорошо ты придумала с потоками ветра, — сказал Кабрио, пытаясь отдышаться. — А то я уже собрался вышвырнуть вас обеих в лес, чтобы остались только я и Гримм.

— Я ба за такое обиделась, — пробурчала Шери.

— Неприятный враг. Но интересный, — сказала Зора. — Каждый член отряда должен придумать способ избавиться от яда, причём для каждого класса этот способ будет отличаться. Огневик, воин и синий маг — все пришли к совершенно разным решениям.

— Кажется, больше не нападают, — сказал Кабрио, глянув в сторону пропасти.

— Интересно, это временное затишье, или монстры закончились? — спросил Гримм.

— Есть только один способ узнать — остаться и подождать у края.

— Кстати, Кабрио, — обратилась к нему Зора, — можно поздравлять тебя с тем, что наконец-то справился с ядом?

— Ну как сказать — справился... — проговорил парень. — Как выяснилось, у разных существ структура яда тоже разная, и нужно уметь быстро под неё подстраиваться — это раз. А ещё у антимагии слишком низкая зона покрытия, и я не мог, скажем, накрыть ей всё поле боя и обезопасить разом весь отряд. Это два.

— Хорошего понемногу, — сказала Шери. — Дальность действия магии — это ведь твоя главная слабость?

— Ага. Но главное, что теперь я могу справиться с ядом Хорра.

— Останавливаешься на достигнутом? На тебя не похоже.

— Не останавливаюсь, а расставляю приоритеты. Сейчас наша первостепенная задача — разобраться с поглощением энергии из внешней среды. Вчера мы подняли показатель на десять процентов, а я хочу на сто. А ещё лучше — на тысячу.

— Чтобы всю ману за секунду восполнять? — хмыкнула Шери.

— Не только. Прислушайся к ощущениям. Тебе не кажется, что со вчерашнего дня наша магия стала чуть сильнее?

— И правда, есть немного. И явно не потому, что мы прокачались. Ведь каких-то особо суровых испытаний на этом ярусе пока не было.

— Похоже, расширение каналов не только ускоряет восстановление маны, но и разгоняет её потоки внутри наших тел. Проще говоря, делает нас сильнее.

— А ведь и правда. Я тоже заметила, что моя сила слегка поднялась, — сказала Зора.

— И я, — поддакнул Гримм.

— То-то же, — одобрительно кивнул Кабрио. — А значит, пора вернуться к медитациям.

Но для начала нужно было подкрепиться — время как раз подходило к полудню. Отряд расположился недалеко от края пропасти, достал туши местных каборусов и приступил к готовке, не забыв очистить их антимагией Кабрио.

Всё время, что они ели, со дна пропасти не прекращали раздаваться жуткие звуки: стоны, рычание, крики, утробный гул. Словно обитавшие там твари задались целью испортить странникам аппетит.

Как же, размечтались. Отряд, преодолевший семь ярусов Арксеона, уже всякого насмотрелся и наслушался. Рычите? Да хоть хороводы вокруг лагеря водите. Главное, чтобы есть не мешали.

Закончив с мясом, странники приступили к медитации. Точнее, попытались. Из-за края пропасти снова показались щупальца и начали призывать порталы.

— Новая волна? — понял Кабрио, поднимаясь на ноги.

В этот раз из порталов выскочили не отравители, а уродливые гуманоиды, напоминавшие мутантов из «лечебной» локации седьмого яруса. Вооружены они были не менее уродливыми клинками — грубыми и кривыми.

Никто из отряда уже не удивился, когда после расправы над мелочью показался мини-босс. Это был гигантский трёхметровый гуманоид с четырьмя руками, воружёнными громоздкими изогнутыми мечами.

Скорость его движения и атак была просто бешеная. Четыре клинка мельтешили перед глазами, словно вертолётные лопасти, от их попаданий трещали шины и кости.

А уж такая хлипкая субстанция, как камень под ногами, совсем не выдерживала этой силы, и всякий раз, когда один из клинков проходил по низу, в камне оставались глубокие борозды.

Но странники были сильнее. Ни Кабрио, ни Зора не уступали врагу в скорости, не только отбивая весь этот град атак, но и успевая бить в ответ. А Шери с Гриммом, держась на расстоянии, поливали его магическими снарядами. Вскоре враг был повержен.

— Если они бесконечно будут лезть, то помедитировать нам не дадут, — заметила Шери.

— Согласен. Тогда предлагаю вернуться в лес и провести медитацию там, а уже после заняться пропастью.

Взяв курс обратно на юг и войдя под сень коралловых деревьев, странники расселись на земле и занялись расширением каналов.

И не только расширением — это был лишь из пунктов. Кроме этого, нужно было настроить внутренние потоки, чтобы организм мог выдерживать повышенные объёмы маны.

Процесс был отработан ещё вчера, и пары часов медитаций странникам хватило, чтобы поднять скорость запитки ещё на десять процентов.

Казалось бы, сиди так до бесконечности и поднимай показатель. Прямо как хотел Кабрио — до двухсот, а потом и до тысячи процентов.

Но в какой-то момент все четверо поняли, что упёрлись в потолок, и дальше дело не идёт.

— Похоже, сейчас это наш предел, — заключил лидер.

— Думаю, это было очевидно с самого начала, — сказала Зора. — Иначе бы можно было до бесконечности сидеть и поднимать Силу медитациями.

— А толку? — спросила Шери. — На других ярусах ведь нет такой же плотной атмосферы. То есть этот бафф на ману будет работать только тут, на восьмом.

— Не факт, — поспорил Кабрио. — Ты не забыла, что странники могут улавливать и поглощать энергию Арксеона где угодно, даже на Земле? Просто здесь её легче ощутить, а следовательно, легче развить способность к поглощению. Так что очень вероятно, что достигнутые здесь результаты останутся с нами навсегда. И будут усиливать нас везде, где бы мы ни оказались.

— Если так, то круто... — восторженно промолвила девочка.

— А теперь возвращаемся к пропасти. Метка Лорены на другой её стороне, а значит, нужно найти способ преодолеть этот широченный обрыв.

К слову о метке. Глянув на карту, Кабрио убедился, что отряд Хорра тоже не стоит на месте. Всё это время «Ноктюрн» двигался на юго-запад. Значит, рано или поздно они тоже упрутся в пропасть.

А ещё это значит, что «Нексусу» тоже нужно взять западнее, дабы не разминуться с похитителями.

Стоило подойти к обрыву, внизу которого всё так же клубился пурпурный туман, как показались щупальца и призвали очередную пачку монстров.

Снова пришлось драться. И как оказалось, просто скинуть тварей в пропасть не прокатит. Падающих монстров подхватывали порталы и возвращали обратно, заставляя убивать их по-нормальному. Чёртов создатель Арксеона, каждую мелочь продумал.

***

— Апчхи! — раздалось в тёмной комнате.

Сидевший перед экраном человек наблюдал за сражением на краю гигантской пропасти.

— Вот ведь как знал, что этот синий хрен попытается скинуть их в пропасть. Не зря добавил скрипт возврата. Всё, ребятки, лавочка прикрыта, абьюз системы не прокатит. Убивайте по-нормальному. Зря мы, что ли, всё это разнообразие видов придумывали?

***

— Давайте-ка попробуем двигаться вдоль края, — предложил Кабрио, когда всё затихло. — Неспроста здесь эта пропасть. Возможно, рано или поздно из неё выскочит что-нибудь полезное. Точнее, уже выскочило. Мне как раз были позарез нужны ядовитые монстры.

Так и поступили. Не забывая поглядывать на карту и метку Лорены, отряд двигался вдоль края пропасти, каждые несколько минут подвергаясь нападениям. Щупальца открывали воронки порталов, призывая всё новые и новые волны монстров.

Враги были разномастные, но все как один живые. Никаких энергетических тварей, призраков или живых доспехов. Только существа из плоти (и иногда крови). Гуманоиды, звери, растения, насекомые.

Не обошлось и без повторений старых монстров. Вот эти гигантские псины со стоящей кольями шерстью явно срисованы с гончих. Разве что вид у них был облезлый и болезненный, а не такой устрашающий, как у неповторимого оригинала с первого яруса.

Но в силе и скорости они не уступали чёрным гончим, а многократно их превосходили. Иначе бы умирали с одного удара.

Волны не прекращались. Возникало чувство, будто некая сила пытается отогнать странников от пропасти. Навязать им мысль, что не нужно здесь находиться. Что тут нет ничего интересного или полезного.

Затишье наступило лишь однажды — когда началась энергетическая буря. Такая же, как та, что встретила отряд во время первой высадки. Воздух так же заполонили синие всполохи, перекрыв обзор.

Вместе с этим прекратились и нападения монстров, словно эта аномалия отпугивала обитателей пропасти.

Но стоило буре утихнуть, как снова попёрли вражеские волны.

В какой-то момент странники начали уставать. Уже несколько часов они отбивались от бесконечных волн, а смысл этой пропасти оставался неясным. Для чего она нужна? Что даёт эта бесконечная череда сражений?

Очередной период затишья прошёл, и снизу снова послышался утробный рык. Из-за края пропасти начало что-то подниматься. Кабрио ожидал увидеть уже набившие оскомину щупальца с их порталами, но в этот раз снизу вылезло кое-что другое.

Это были не щупальца. Это был... дракон? Нет, скорее гигантский змей. Ни туловища, ни хвоста, ни крыльев видно не было, только исполинская голова на длинной толстой шее.

Тварь была огромная. В прямом смысле. Она не шла ни в какое сравнение ни с многоножками второго яруса, ни с червём пятого, на котором Кабрио однажды прокатился с ветерком. Это был настоящий живой небоскрёб.

Вытянув длинную шею, Змей поднялся высоко над пропастью, обвёл взглядом местность и остановил его на отряде из четырёх букашек.

— Кабрио, ты ведь сейчас не предложишь с ним драться? — спросила Шери. — Даже твой метеор ему максимум один зубик выбьет.

— Бежать от боя? Такого нам делать пока не приходилось, — признался парень.

— Не припомню, чтобы мы убивали червя на пятом ярусе.

— Он сам от меня сбежал, — выкрутился Кабрио.

А затем разговорам пришёл конец — Змей атаковал. Гигантская морда резко метнулась вперёд, раскрыв пасть.

Странники отреагировали мгновенно. Каждый ускорился, кто чем мог: экзоскелетом, воинской силой, электрическим рывком, огненным джетпаком. К тому моменту, как гигантская челюсть опустилась на землю, все четверо уже разлетелись в разные стороны.

Раздался оглушительный треск, в воздух взметнулся фонтан каменной крошки. А когда челюсти сомкнулись, и тварь отклонилась назад, на месте обрыва остался полукруглый провал десяти метров в длину и столько же в ширину.

Змей откусил край пропасти.

Глава 3. Хозяин пропасти

Змей откусил край пропасти. Вот так просто взял и отхватил кусок камня, на котором мог уместиться небольшой дом.

Странники приземлились поодаль и уставились на пустоту в том месте, где они только что стояли. И правда, о каком бое тут вообще может идти речь?

— Это что же, хозяину пропасти настолько не понравилось, что кто-то разгуливает по её краю? — произнёс Кабрио, прикидывая, какая у этого Змея длина шеи, и как далеко может дотянуться его пасть.

Но монстр решил не повторять один и тот же приём дважды. Отведя шею назад, он навис над пропастью и глубоко вдохнул. А затем выдохнул, и странники увидели, как навстречу им летит шквал острых снарядов.

На ответные меры оставалось меньше секунды. Более чем достаточно.

— Маги, за воинов!!! — скомандовал Кабрио и выдернул из пространственного кармана щит — тот самый, с живых доспехов, которым блочил обстрел Трёхликого.

Шери юркнула к нему за спину, а Гримм спрятался за Зорой.

А затем начался обстрел. Шквал снарядов ударил в щит, и надо ли говорить, что отдача была в несколько раз мощнее, чем от ядер Трёхликого, да и самих снарядов было куда больше?

Ноги поехали назад, оставляя борозды на камне. Кабрио стиснул зубы от натуги, пытаясь удержать щит.

На землю опадали острые клинья с локоть длиной. Судя по стуку, они были костяными.

Очень скоро странник понял, что щит не выдерживает. То один, то другой кол протыкал металл и останавливался в опасных сантиметрах от лица. По всей поверхности пошли трещины.

А почему он вообще достал щит с пятого яруса? Наверно, по привычке. Но имелись в запасе и другие, набранные в сокровищнице седьмого. Они по-любому прочнее.

Собравшись с силами, Кабрио резко толкнул разваливающийся щит вперёд, выбивая себе долю секунды. И потратил эту долю на то, чтобы выдернуть из инвентаря другой щит.

Этот имел шестиугольную форму и был выкрашен в багровый цвет. Но важен не внешний вид, а то, что он был на порядок толще и прочнее. Достаточно, чтобы выдерживать град костяных кольев.

«Что, обломалась, громадина?» — подумал Кабрио, когда Змей снова решил сменить тактику. Снаряды перестали лететь тупо по прямой, а закружишись в вихре.

«Ох чёрт, а вот это плохо!»

Кабрио всё правильно понял. Покружив немного вокруг отряда, клинья резко устремились в странников. Но в этот раз не с одной стороны, а со всех направлений сразу.

Снова меньше секунды на размышления. Один щит тут не поможет. Один...

— Всем достать по два щита!!! Прикрыться со всех направлений!!! — выкрикнул Кабрио.

Выдернув ещё один щит, первый он выставил вперёд, а второй вправо, удерживая каждый одной рукой. Гримм сделал то же самое. Встав с лидером спина к спине, он тоже достал два щита и закрыл задний и левый фланг.

Только вот один момент Кабрио не учёл. При своей силе у монаха не было и шанса сдержать такой напор, ещё и удерживая каждый из щитов одной рукой.

Сначала раздался хруст костей в руках. Щиты в руках Гримма заходили ходуном, пропуская летящие снаряды. В воздух взметнулись брызги крови. Чёрт, да он так помрёт! Нужен другой план!

Лечь на землю? Нет, камень слишком ровный, и колья всё равно зацепят. Вот бы здесь имелась яма или ещё какое углубление.

...

Подняв ногу, странник подал в неё ударный заряд и резко опустил. Фонтан камня взметнулся в воздух, и внизу образовалась воронка. Не теряя времени, он толкнул монаха вниз и подопнул щиты так, чтобы оказались сверху.

Отлично, Гримм в безопасности. А вот выбить вторую воронку для себя Кабрио уже не успевал! Да ещё и оставил открытыми два фланга!

Решение оставалось лишь одно. Отбросив щиты, странник подал максимум питания в укрепляющие шины. Помнится, когда он попал под обстрел Трёхликого, его спасла Шери. Но сейчас спасать некому, и придётся выдержать обстрел. Максимум прочности!

Следующие секунды были наполнены болью. Естественно, никакая броня не могла погасить такой бешеный урон на сто процентов, и колья один за другим вонзались в тело.

Наконец обстрел прекратился. И Кабрио к этому времени каким-то чудом остался жив.

Он бросил взгляд вправо. Зора тоже была вся в крови и еле стояла на ногах. А вот на Шери не было ни царапинки. Похоже, она просто переждала обстрел в форме молнии.

Змей тем временем взял паузу, но не спешил уходить и смотрел на букашек оценивающим взглядом. Ну точно же сейчас снова ударит!

Что делать? Думай!

К гадалке не ходи, этой твари не понравилось, что странники слишком надолго задержались возле пропасти.

— Уходим! Подальше от обрыва! — крикнул Кабрио, забросил щиты в инвентарь, подобрал окровавленное тело Гримма и побежал прочь.

Всё тело горело от боли, но экзоскелету было без разницы, в каком состоянии кости и мышцы. Он бежал и бежал, не оглядываясь назад. Рядом слышался топот и тяжёлое дыхание Зоры, а также виднелись искры бегущей Шери.

Кабрио не помнил, сколько минут он бежал, но в какой-то момент понял, что можно уже и передохнуть. Если бы Змей хотел (и мог) атаковать на таком расстоянии, он бы это уже сделал.

Обернувшись назад, странник не увидел ни длинной шеи, ни гигантской морды. Похоже, тварь отстала. И всё бы хорошо, только вот...

Положив Гримма на землю, Кабрио понял, что дела огневика плохи. Он весь истекал кровью, был бледным и тяжело дышал. Иногда кашлял, всякий раз выплёвывая изо рта кровавые кляксы.

— Гримм, слышишь меня?! Прижги себе все раны! — приказал Кабрио.

Монах пребывал уже в полубессознательном состоянии, но услышал слова лидера и выполнил приказ. Всё его тело вспыхнуло волнами пламени, которые обожгли и мага, и склонившегося над ним лидера. Кабрио спешно накрыл себя антимагией.

Когда буйство пламени прекратилось, кровь из монаха уже не текла, но всё его тело было покрыто ожогами. Все понимали, что это лишь временная мера. Там по-любому изрешетило все внутренние органы, и прижигание лишь отсрочит его кончину.

— Плохо дело... — произнесла Зора, без сил рухнув на землю рядом. — Боюсь, выхода нет. Нужна вампирская кровь.

Да уж, тут не поспоришь. Если оставить огневика в таком состоянии, он гарантированно помрёт. Знать бы, через сколько порций этой крови человек окончательно становится торчком.

Достав из инвентаря пузырёк, Кабрио приподнял голову монаха, чтобы влить жидкость в рот. Но вдруг остановился. Что-то было не так. Странник поболтал пузырёк перед лицом, присматриваясь к содержимому.

— Почему кровь стала серой? — спросил он.

Напарницы присмотрелись и убедились, что вампирская кровь и правда обесцветилась.

— Срок годности, что ли, вышел? — предположила Шери.

— Если подумать, с того дня, как я эту кровь нашёл, уже дней двадцать прошло, — посчитал Кабрио. — Плюс не известно, сколько до этого она хранилась у шайки разрубательницы.

Дабы убедиться наверняка, он откупорил пробку и принюхался. Гадость. Пахнет чем угодно, но только не кровью.

— То есть, Гримма этим теперь не исцелить? — спросила Шери.

— Можно, конечно, попробовать... — засомневался Кабрио. — Но может не подействовать. А может даже отравить, и Гримм помрёт ещё быстрее.

— Но разве у нас есть другой выход? — спросила Зора. — Посмотри на его раны. Прижигание или зашивание ран тут явно не поможет. Счёт для него идёт на минуты, нужно что-то решать.

— Вот и потратим эти минуты на размышления, — сказал Кабрио и стал думать.

Как можно спасти человека при смерти, если нет рядом ни магии, ни зелий, способных волшебным образом поднять его на ноги? Вспоминай всё, что знаешь! Медицина, фэнтези. Всё, чем забил свою голову за двадцать прожитых лет!

— Заморозка! — победоносно выкрикнул Кабрио спустя минуту. — Мы заморозим монаха!

— Хренасе ты решение придумал... — пробормотала школьница.

Странники полезли в свои хранилища и извлекли оттуда несколько острых белых кристаллов. Кабрио боялся, что придётся отключить холодильники и расстаться с запасами мяса, но потом вспомнил, что несколько запасных кристаллов было налутано с убитых членов Бладстрика.

Достав куски ткани, кристаллы привязали к монаху, поближе к жизненно-важным органам: один к голове, один к животу и два к груди. Затем, прикоснувшись по очереди к каждому из них, Кабрио подал в предметы питание, и начался процесс заморозки.

— Вот так его и понесём. Пока не найдём исцеляющую механику этого яруса. Или обелиск — тогда можно будет вернуться на нижние ярусы.

— Кто понесёт? — спросила Шери.

— Если нужно, то я, — вызвалась Зора.

— Не нужно, — сказал Кабрио, взваливая тело на плечо. — У меня антимагия, не забыли? Мне этот холод нипочём. А вот обмороженная мечница нам в отряде не нужна.

Обломав на время старуху с косой, уже протянувшую к монаху руки, отряд двинулся на запад.

Ещё одна проблема заключалась в том, что огневик был не единственным раненым членом отряда. Кабрио уже затянул повреждения магическими нитями, а вот у Зоры таких трюков не имелось, и из её ран тоже сочилась кровь. Как бы не пришлось заодно и мечницу замораживать...

Нужно было соображать привал. Странники мало того, что были изранены, так ещё и изрядно вымотались, отбиваясь от бесконечных толп монстров. Ещё и в воздухе заклубились синие всполохи, намекая, что скоро начнётся очередная буря.

Убегая от Змея, они пронеслись через небольшой коралловый лес и выбежали на каменистую пустошь, где сейчас и находились. По левую руку стояла скала метров десять в высоту, её и решили приспособить под убежище.

Вспомнив пятый ярус, Кабрио зарядил кулаки и выбил в ней пещеру. Пусть он был изранен, но сила с тех пор на порядок возросла, и камень легко разлетался под ударами заряженных кулаков. Там и разместились, чтобы не спать у монстров на виду.

***

Проснувшись утром, первым делом Кабрио проверил Гримма. Монах находился в состоянии заморозки, так что проверять пульс и дыхание не было смысла. Но внешне он никак не изменился, а главное — не пропал из контактов и списка согильдийцев.

Длительность автономной работы кристалла всё так же составляла полчаса, так что странникам, сменявшим друг друга на ночном дежурстве, было критически важно не забывать подпитывать их энергией.

Пора было двигаться дальше. Сидение на месте ни к чему не приведёт. Раны сами собой не затянутся, и если они не хотят до скончания веков таскать монаха в замороженном виде, нужно искать источник исцеления.

Как обычно, давать поблажек Арксеон не собирался, и отряд то и дело подвергался нападениям монстров. Не так часто, как возле пропасти, но и странники сейчас пребывали не в лучшем состоянии. Один член группы временно выбыл из боя, плюс ещё двое были сильно изранены.

Отряд преодолел каменистый биом и очередной коралловый лес, отбиваясь от синих магических тварей. Похоже, они составляли основную фауну восьмого яруса, и только к пропасти старались не приближаться. И Кабрио понимал, почему.

Пусть у всех тварей была единая природа — каркасы и плоть из синей энергии, — но по форме и паттернам боя они всё же отличались друг от друга.

Встречались весьма интересные экземпляры. Например, единороги. Как понятно из названия, внешне они походили на лошадей, а на лбу торчал рог. Излюбленным приёмом этого вида была атака с разгона с выставленным вперёд рогом. Проворонишь такую — тут же насадят на штык.

— Постойте. Слышите? — спросила Шери, когда они покинули очередной лес и вышли к скалистому биому.

Странники прислушались. И правда, вдалеке раздавался ритмичный стук.

— Я сбегаю на разведку, — сказала школьница.

Спорить никто не стал. Она оставалась единственным членом отряда, избежавшим серьёзных ран, а в скорости, кажется, уже перегнала Кабрио. Пустив по телу разряды, Шери сорвалась с места и вскоре скрылась за камнями.

А остальные продолжили неспешно шагать, не теряя бдительности и сохраняя боевую готовность. Гримм покоился на плече у Кабрио.

При нынешнем уровне Силы человеческое тело было всё равно что пушинка. Разве что в бою мешалось, и во время нападений приходилось класть монаха на землю и поглядывать, чтобы никакой монстр не решил под шумок прибить беззащитного врага.

Не прошло и пяти минут, как снова послышался треск разрядов, и Шери вылетела из-за поворота.

— За мной, быстрее! — крикнула она и снова скрылась за камнями.

Союзники побежали за ней, стараясь не заблудиться в этом каменном лабиринте. В какой-то момент Кабрио это надоело, и он просто разнёс очередной вставший на пути валун.

И вылетел на просторную площадку, в центре которой находился монстр.

Трёхликий. Такой была первая мысль, когда парень его увидел. Но присмотревшись, он понял, что ошибся. Как и босс пятого яруса, эта тварь являлась машиной и передвигалась на четырёх паучьих лапах. Именно они при каждом шаге издавали стук, слышимый издалека.

Это существо было чуть поменьше в размерах и имело не фиолетовый, а багровый окрас. Кроме того, у него не было ни вооружённых рук, ни трёх лиц на верхушке. А ещё эта тварь не стояла на месте, дожидаясь странников, а куда-то шла.

— Идёмте! — сказала Шери, поманив остальных жестом руки, и направилась к машине, ничуть её не опасаясь.

Когда Кабрио с Зорой подбежали ближе, стало ясно, что эта особь и правда не боевая. Её каркас состоял из переплетения металлических труб, а в нижней его части виднелся паз цилиндрической формы. Кабрио сразу узнал эту конструкцию.

— Алтарь исцеления с седьмого яруса? Не буду даже спрашивать, откуда он здесь, и почему в этот раз с ногами.

Не теряя времени, он достал Вместилище душ и воткнул в паз, а затем подтащил к машине монаха.

Оставалось выяснить, можно ли активировать алтарь, если пациент находится в бессознательном состоянии.

Как оказалось, можно. Стоило израненному и замороженному монаху оказаться перед механизмом, как в воздухе появилась голографическая панель с текстом.

Активирован алтарь исцеления.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 2738.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 120%. Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 3286.

Значит, недавние медитации подняли не только силу странников, но и их ценность в глазах системы? Не говоря уже о том, что ценность Гримма и без того стала выше, чем в прошлый раз. Похоже, она напрямую скалируется от силы странника.

Тем временем алтарь продолжал подсчёты.

Оценка опасности повреждений: 82%.

Стоимость исцеления вычисляется по формуле: ценность души объекта * степень повреждений * 5.

Расчётная стоимость: 13471 фрагментов души.

Требуемый ранг фрагментов: обычные.

Желаете провести исцеление?

Кстати, а 13 тысяч для них сейчас — это дёшево или дорого? Кабрио проверил данные Вместилища. Ничего себе: 57 тысяч обычных фрагментов накопили.

Помнится, в прошлый раз на лечение всего отряда ушло больше половины всех запасов, а сейчас получается как-то даже слишком дёшево. Ведь у Гримма и раны на порядок серьёзнее, чем были у Кабрио после короля нагов.

Тем временем процесс исцеления шёл полным ходом. Раны на монахе затягивались, он полностью пришёл в сознание и неуверенно встал на ноги.

— Подумать только — твой безумный план сработал, — восхищённо сказала Шери, обращаясь к Кабрио.

— За это и любим нашего лидера, — ухмыльнулась Зора.

А Кабрио, подвинув огневика в сторону, сам встал перед алтарём. Что интересно, машина остановилась и терпеливо ждала, пока весь отряд не закончит исцеление.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 3112.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 120%. Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 3734.

Тут всё в пределах ожиданий. А вот следующие строки были поинтереснее.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 3%. Перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 4183.

— Что это значит? — не поняла Зора.

— Вот что, — без раздумий ответил Кабрио, показав левую руку, где вместо кисти искрился синими разрядами магический протез.

— Нормально тебе за него наценку сделали, целых полтыщи сверху, — прокомментировала Шери.

Кабрио пробежался глазами по оставшимся строкам. Больше ведь сюрпризов не будет?

Оценка опасности повреждений: 63%.

Стоимость исцеления вычисляется по формуле: ценность души объекта * степень повреждений * 5.

Расчётная стоимость: 13175 фрагментов души.

Требуемый ранг фрагментов: обычные.

Желаете провести исцеление?

Вот ведь... Ран меньше, чем у монаха, а ценник на лечение почти такой же. И из-за чего? Из-за протеза, который можно свободно убирать и воссоздавать? Эта часть тела вообще не нуждается ни в каком лечении.

Хм... А может, получится обмануть систему? Кабрио отозвал протез, оставив зашитую нитями культю, и запросил у алтаря новый отчёт. Но ничего не поменялось, от него требовали всё те же 13 тысяч.

Похоже, систему не обманешь. А если продолжить попытки, то опять прибежит трикстер, начнёт кричать про нарушения и натравливать свои карательные отряды. Вздохнув, Кабрио дал согласие и сразу почувствовал, как раны на теле начинают затягиваться.

Оставалась Зора. Мечницу оценили в 3615 и назначили стоимость лечения в 8315 фрагментов душ.

В сумме на лечение всех троих пришлось потратить 35 тысяч фрагментов, и во вместилище осталось всего 22 тысячи. А ведь Кабрио уже было порадовался, что в этот раз выйдет дешевле.

Из хороших новостей: фрагментов «высших» душ удалось накопить аж 144 тысячи. Не зря поубивали столько мини-боссов.

Хотя логика подсказывала, что в будущем эта валюта понадобится для неких грандиозных покупок, и не стоит тратить её на такие вещи, как исцеление. Даже если кажется, что их много.

Стоило страннику извлечь Вместилище из паза, как машина снова пришла в движение и зашагала в одной ей ведомом направлении, оглашая округу стуком металлических лап.

— Благодарю за помощь, — произнёс Гримм. — Куда пойдём теперь?

— Всё туда же, к метке Лорены, — ответил Кабрио. — Только вот к пропасти, как видим, лучше не приближаться.

— Но тогда мы не увидим мост.

— Если он вообще существует. Может статься, мы с «Ноктюрном» так и останемся по разные стороны, и спасение Лорены придётся отложить до девятого яруса.

— Позвольте немного поумничать, — подала голос Зора. — Дальность видимости человека — примерно пять километров. С поправкой на пересечённую местность. И обратной поправкой на нашу прыгучесть.

— Ты права, — кивнул Кабрио. — Едва ли та махина стережёт пропасть на пять километров в обе стороны. Расстояние, скажем, в полкилометра должно быть безопасным. Главное — не наглеть и не подходить слишком близко.

— А если всё же напоремся, теперь мы знаем, как на этом ярусе работает исцеление, — сказала Зора. — Жаль, что нельзя взять этот алтарь с собой, и в следующий раз придётся искать новый.

— Нельзя? В твоём словаре всё ещё осталось это слово? — ухмыльнулся Кабрио. — Ты меня разочаровываешь.

И, схватив машину за ногу, потащил её за собой. Другие три лапы барахтались и скрежетали по камню, оставляя на нём неглубокие борозды, но странник неумолимо тянул громоздкий механизм за собой.

— Ты чё, реально всю дорогу его с собой тащить собрался? — поразилась Шери. Казалось бы, она привыкла к любым безумным выходкам лидера, но каждый раз он выкидывал нечто ещё более немыслимое, чем раньше.

— Вот возьму и потащу. Если надо, могу даже побежать. Только грохот будет на всю округу.

Но как оказалось, у машины имелось своё мнение на этот счёт.

«Нарушение! Нарушение!» — завопил голос из динамиков.

Глава 4. Замок Ноктюрна

«Нарушение! Нарушение!» — завопил голос из динамиков.

Последний раз эти слова странники слышали от трикстера, но сейчас их произносил обычный механический голос. Такой же, каким Трёхликий объявлял об эвакуации.

К слову о Трёхликом: с двух сторон от отряда в воздухе раскрылись две тёмно-зелёных воронки, и из них с грохотом приземлились на камень две гигантских машины — у каждой по четыре вооружённых руки и по три лица на верхушке.

— Карательный отряд? Давно их не было, — произнёс Кабрио, поддавая питания в экзоскелет и кулаки.

Казалось бы, при встрече с двумя экземплярами босса, которого в своё время и одного-то кое-как заковыряли, следовало испугаться.

Но тут Арксеон использовал типичный игровой приём: увеличил число врагов, но перед этим дождался, пока странники подкачаются и станут сильнее.

При нынешнем уровне отряда Трёхликий никак не тянул на рейдового босса. Возможно, эту тварь теперь получится одолеть даже один на один. Что Кабрио и собирался доказать, прыгнув к той машине, что стояла ближе, и влепив кулак в каменную морду.

Гримм присоединился к лидеру, а Шери с Зорой взяли на себя второго. Завязался бой. И с первых секунд стало ясно, насколько выросли странники со времён пятого яруса.

Руки-лезвия и руки-дубины, казалось, двигались намного медленнее. Словно в слоу-мо, Кабрио наблюдал за их полётом и легко отбивал.

Когда босс отскакивал и палил с расстояния магией, встречный выброс антимагии разрушал её в одно мгновение.

Удары кулаков корёжили плоть и разбивали в щепки каменные морды, а «малые солнца» Гримма в прямом смысле плавили каменный панцирь.

Наступила вторая фаза. Раздвинулась внешняя обшивка, открывая светящийся цилиндр, и Трёхликий приготовился к обстрелу. Но Кабрио и не подумал прятаться за щитом. Добавив питания в укрепляющие шины, он принялся лупить кулаками по цилиндру.

Вылетавшие оттуда световые ядра оставляли разве что лёгкие синяки. Особенно смешно было ловить их после вчерашнего обстрела костяными кольями. Мощь Трёхликого и Змея из пропасти — это как сравнивать мухобойку и бейсбольную биту.

Куда больше вреда приносило то, что эти ядра отталкивали странника, мешая атаковать цель. Но парень упорно раз за разом подскакивал к цилиндру и вбивал в него заряженные кулаки.

«Эвакуация! Эвакуация!»

А нужное время вообще прошло? Сколько там его было — четыре с чем-то минуты? Или в этот раз босс исходил не из времени, а из полученных повреждений?

Но это не важно. Важно то, что эта скотина сейчас улетит. В целом-то не составит проблемы повторить отработанную тактику и улететь вместе с ним, но тогда Кабрио разлучится со своим отрядом, и потом придётся плестись друг другу навстречу.

Хотя с функционалом чата, координат и отображения меток на карте труда это не составит.

Но всё равно хотелось бы облегчить себе жизнь и избавить от лишней головной боли. Подбежав к задней лапе, Кабрио смачным пинком переломил её, заставив машину накрениться.

Затем зашёл с другой стороны, подпрыгнул и отвесил пинка по морде. От такого сокрушительного удара Трёхликий окончательно потерял равновесие и завалился на бок.

Как раз в этот момент заработал реактор, выпустив струю розовой энергии. Только вот направлен он сейчас был не вниз, а вбок, и вместо полёта тупо потащил босса по земле.

Так машина и ехала, оглашая грохотом всю округу и оставляя в камне глубокую борозду, пока путь ей не заступил странник с искрящейся синей рукой. Обогнав машину, Кабрио развернулся к ней, взял разгон и щедро запитал кулак энергией.

— Метеор!

Дав объекта столкнулись друг с другом. Громыхнул взрыв, разбросав по округе каменную крошку. От ударного импульса Трёхликий резко отлетел назад и скукожился. Светящийся цилиндр переломился, и машина затихла.

Уже зная, какой с этого босса предусмотрен лут, странник не стал обследовать весь корпус, а по-быстрому разломал цилиндр, достал из него Вместилище душ и вернулся к остальному отряду.

Девушки тоже не позволили своему врагу улететь и прикончили его на земле. Как выяснилось, Шери просто-напросто перегрузила его реактор своей молнией, заставив перегреться и взорваться, после чего добить машину было делом техники.

Так гильдия «Нексус» обзавелась ещё двумя Вместилищами душ.

— Только вот нахрена они нам? — спросила Шери. — Цилиндр Кабрио и так ловит души всех мобов, которых мы валим. И бандосов тоже.

— Но если мы разделимся, то вы останетесь без возможности фармить фрагменты, — ответил парень.

— А если будем набирать каждый в своё Вместилище, то накопленные фрагменты разделятся, и в нужный момент их может не хватить на лечение, — заметила Зора.

— Уверен, тот, кто придумал Вместилище, продумал этот момент. Возможно, фрагменты можно будет передавать друг другу. Или при использовании алтаря задействовать накопления сразу из нескольких Вместилищ.

— Не, последнее точно не прокатит, — заявила Шери. — Цилиндр ведь надо в паз помещать. А паз всегда один.

— Тоже верно... Но даже так, возьмите по одной штуке себе. Лишним это точно не будет. Только вот вас трое, а Вместилищ выпало два...

— Я отказываюсь, — тут же заявил Гримм. — Во время схватки со Змеем я допустил оплошность, позволил себя ранить и создал отряду излишние хлопоты.

— Вообще-то, при твоём классе у тебя не было возможности защититься от обстрела, — произнёс Кабрио. — Но если это избавит нас от лишних споров, то я только за. Шери, Зора, Вместилища ваши.

Кстати, а что там с алтарём на курьих (то есть, паучьих) ножках? Третья машина, ставшая причиной переполоха, обнаружилась неподалёку. В данный момент она пыталась по-тихому свалить, перебирая лапками, насколько позволяла её скорость. А позволяла она так себе.

— Далеко собрался? — произнёс Кабрио, снова хватая его за ногу.

— А ты, я посмотрю, не умеешь сдаваться, — сказала Шери.

— Я умею расставлять приоритеты. Если этот ярус позволяет нам таскать с собой портативную аптечку, то какими надо быть дураками, чтобы отказываться?

— А он не призовёт новый карательный отряд? — с сомнением произнёс Гримм.

— Помнится, на четвёртом ярусе наказать нас за нарушение попытались лишь один раз. А затем мы свободно нарушали правила молитвы, и ничего нам за это не было. Надеюсь, в этот раз будет так же.

— Я чего-то не знаю? — приподнял бровь монах.

— А, да, тебя же тогда с нами не было, — сказала Шери. — Ничего, я тебе потом расскажу, что Кабрио с церквями учудил. Ну а сейчас крепитесь: пока ему не надоест, мы будем слушать этот бесконечный скрежет.

Тут с ней не поспоришь: этот скрежет металлических лап о камень и правда действовал на нервы. Но если есть проблема, нужно её что? Правильно — решить.

— Ты ведь не чувствуешь боли? — спросил Кабрио у машины, словно та могла его понять и ответить.

А затем поочерёдно отломил и оторвал все четыре лапы, оставив только каркас с алтарём и цилиндрическим пазом. Он был где-то два метра в высоту и полметра в ширину.

Сколько весил, так сразу и не скажешь: под действием экзоскелета Кабрио был сильнее человека раз, наверное, в сто. А измерять вес он привык именно в человеческом теле, и сейчас не смог бы наверняка сказать, весит вот эта штука десять килограммов или сто.

Главное, что экзоскелет выдерживал вес. Взвалив конструкцию на плечо, странник двинулся дальше на запад, провожаемый странными взглядами напарников.

Отряд продолжил продвижение по восьмому ярусу. Вдали от пропасти их всё так же атаковали синие энергетические твари. Разных форм и размеров, но одинаковой природы — металлические каркасы, облачённые в потоки синей энергии.

Теперь, когда Гримм вернулся в строй, да и остальные исцелились от ран, процесс пошёл куда бодрее.

Иногда отряд смещался к северу и осматривал пропасть — не появилось ли моста или другого способа перебраться на ту сторону. А убедившись, что ничего такого не видно, снова отходили на безопасное расстояние и продолжали движение на запад.

Судя по метке Лорены, гильдия Хорра всё так же двигалась на юго-запад и постепенно приближалась. Вот уже скоро они тоже должны упереться в пропасть.

Возможно, «Ноктюрн» даже повторит опыт «Нексуса», начнёт испытывать терпение хозяина пропасти и нарвётся на Змея.

Хотя лучше бы они этого не делали. Хорр точно придумает, как выкрутиться и пережить обстрел, а вот Лорены в тот же миг не станет.

Ходячий алтарь больше не возмущался и не пытался покарать нарушителей, а покорно позволял тащить себя на плече. Кабрио с Зорой периодически сменялись, передавая груз друг другу.

На самом деле они были даже не против прибить ещё несколько Трёхликих. И своему отряду выбьют последнее, четвёртое Вместилище, и в случае чего с другими поделятся.

Хотя Кабрио подозревал, что есть и другие способы раздобыть этот цилиндр, кроме тех двух, что открыл его отряд.

Лечения пока никому не требовалось, но Кабрио не желал выбрасывать то, что называл аптечкой. Да и напарники не могли не признать его правоту. Все помнили, как ещё недавно Гримм находился на пороге смерти, и пришлось погружать его в криостазис, чтобы не скопытился.

Из интересных событий, случившихся за этот день, можно выделить лишь одно. Отряд наткнулся на руины крепости, представлявшей собой сеть построек, окружённых стеной.

Встреченные внутри враги оказались не безмозглыми тварями, а отрядом вооружённых солдат.

Нет, живыми они не были — всё те же магические гуманоиды. Но вот сражались они не голыми руками, а вполне человеческим оружием: клинками, копьями, топорами. Только не из металла, а из всё той же синей энергии.

Возглавлял этих тварей... самурай, иначе было не назвать. Гуманоид, выделявшийся на фоне остальных своим двухметровым ростом, был одет в характерную броню и держал в руках слегка изогнутую катану.

Он был сильнее и живучее своих миньонов, но даже ему было не выстоять под напором четырёх странников, и вскоре все обитатели крепости были повержены, а их тела и оружие погасли, оставив после себя неказистые каркасы.

Как оказалось, Кабрио вполне может пользоваться этим оружием, просто подавая свою ману. Вокруг каркаса тут же вырастало лезвие, пригодное для боя. Только вот толку с этого было ноль — ведь странник был рукопашником, и его заряженные кулаки били куда сильнее.

Дело как раз подходило к ночи, и заночевать решили прямо здесь, под прикрытием крепостных стен.

Но прежде, чем уснуть, Кабрио завёл разговор о расширении каналов. Преодолеть предел в сто двадцать процентов всё так же не получалось, но у странника в голове наклюнулась ещё одна идея.

Он вспомнил тот первый раз, когда они с Шери бездумно растянули каналы и впитали больше энергии, чем могли принять их тела. В итоге оба корчились на земле от неприятной отдачи, но Кабрио помнил те несколько секунд, когда энергия вливалась в тело с удвоенной скоростью.

Вот бы растянуть это время хотя бы до пары минут. Получится этакий энрейдж, который позволит временно усиливать себя в бою.

Сказано — сделано. Остаток вечера отряд провёл в медитациях, и добился определённых успехов. Они научились временно снимать лимиты и поглощать энергию в двойном объёме.

Причём время это увеличилось. Если в первый раз Кабрио и Шери выдержали всего несколько секунд, то сейчас странников хватало почти на минуту.

А если вовремя выключить эту форсированную запитку, то можно было избежать отходняка и продолжить бой в обычном режиме.

А это важно. Если энрейджа не хватит, чтобы добить врага, а по окончании его действия ты окажешься парализован, то считай, что ты труп.

Оставалось придумать название. Шери предложила так и назвать — энрейджем, но такое название больше подходило всяким воинам-берсеркам. А форсированное поглощение маны никак не зависело от эмоций. Поэтому Кабрио предложил другой вариант — «перегрузка».

На этом эксперименты было решено закончить, и отряд лёг спать.

***

В этот раз Кабрио был последним в очереди на дежурство. Сменив Шери и отпустив её спать, странник открыл интерфейс карты и не закрывал до самого утра, не отводя взгляда от метки Лорены.

Метка двигалась. Двигалась в направлении юго-запада, причём довольно быстро. Не то чтобы отряд Кабрио был медленнее, но из-за идеи тащить с собой громоздкий алтарь скорость перемещения ожидаемо упала.

Вот метка остановилась километрах в двадцати к северо-западу. Если пропасть не искривляется и не петляет, то Ноктюрн сейчас как раз должен стоять возле её края. И точно так же, как и Кабрио, думать, как её пересечь.

И вдруг метка снова поползла вниз. Неужто и правда нашли мост, или ещё какой способ?

В любом случае небо над головой уже светлело. Позволив напарникам отдохнуть ещё четверть часа, Кабрио растолкал их и повёл дальше на запад.

Когда до метки оставалось уже совсем немного, отряд свернул на север. Скалистый биом, где они находились, вскоре закончился, и, выглянув из-за последнего валуна, странники увидели равнину, оканчивавшуюся далеко впереди у края пропасти.

— Всё-таки мост, — произнёс Кабрио, выглядывая из-за камня.

— Да не просто мост, а целый замок на мосту, — добавила Зора.

Это было действительно так. На широком мосту, перекинувшемся через пропасть, стоял замок из чёрного камня. Это была уже не мелкая крепость, способная вместить одну общину, а громадина, где можно расквартировать небольшое войско.

— Метка Лорены там, в этом никаких сомнений, — сказал Кабрио.

— Идём мочить? — спросила Шери.

— Не торопись так. Сначала нужно обговорить тактику, — осадила её Зора.

Слово взял лидер:

— Когда мы виделись в последний раз (он же первый), отряд Хорра состоял из трёх человек. Сам Хорр, мужик-оборотень и тётка с неизвестным классом. Очень вероятно, что небоевым.

— Откуда такая уверенность? — спросила девочка.

— Когда я на них летел, Хорр с ней что-то делал, и тётка даже не пыталась оказать ему сопротивления — это раз. Отбить мою атаку она тоже не попыталась, и Хорру пришлось её прикрывать — это два. И когда они убегали, я видел, как оборотень взвалил её на плечо. То есть быстро бегать она не умеет. Это три.

— Небоевые классы тоже нельзя недооценивать, — сказала мечница. — Они могут попить немало крови.

— Ну да, здесь же нет крафтеров, — сказала Шери. — Все небоевые классы — это поддержка в бою.

— Ладно, нет смысла строить догадки о классе этой тётки, — сказал Кабрио. — Даже известных классов существует несколько десятков. И столько же неизвестных, если не больше. Тактику под каждый из них нам никак не продумать, и придётся ориентироваться на месте.

— Тогда давайте определимся с общей стратегией, — сказала Зора. — У них в заложниках Лорена, и это в разы усложняет дело. Даже если злодеи не станут специально ею прикрываться, мы можем попросту случайно зацепить её, пока дерёмся.

— Ага, особенно Кабрио со своими «метеорами», — сказала Шери.

— Значит, кто-то из нас должен сразу отправиться на поиски пленницы, — сказал Кабрио.

Гримм открыл рот, готовый вызваться на роль спасителя.

— Даже не думай, — осадил его лидер. — Ты слишком медленный. А искать Лорену и уводить её из зоны сражения нужно быстро.

— Тогда я могу, — предложила Шери. — Своим сенсором я её быстро обнаружу.

— Тоже нет. Ты быстрая, но слабая, и взрослого человека на себе не утащишь. А если Лорена пойдёт из замка своим ходом, то покинет его ко второму пришествию.

— Значит, я? — поняла Зора.

— Да. Ты быстрая и сильная, самое то. Найдёшь Лорену и вынесешь её с территории замка.

— Но оставлять её на этом ярусе без присмотра...

— Равносильно смертному приговору, да. Значит, придётся охранять, пока мы не закончим с Ноктюрном.

— Но тогда я не смогу принять участия в бою...

— Тоже верно. А учитывая упоротый пацифизм Гримма, нас окажется двое против трёх.

— У меня есть предложение, — сказал монах. — При помощи своей силы и скорости Зора вынесет пленницу из замка и передаст мне в руки. С этого момента приглядывать за Лореной буду я, и в случае нападения монстров защищу её. А Зора вернётся в замок и поможет вам с вражеской гильдией.

— Да, так и поступим, раз сражаться с людьми ты всё равно не можешь. И напоследок я должен сказать всем вам одну неприятную вещь.

Напарники резко притихли, а Зора нахмурилась. Будучи военным, она уже понимала, что за слова сейчас прозвучат.

— Вы все хотите спасти Лорену, и я хочу не меньше вашего. Но наш сегодняшний враг — совсем не кучка мелких бандосов, а гильдия Тёмного альянса во главе с многоклассовым чудовищем. Если будем сдерживаться в бою, то проиграем. Так что если для уничтожения врагов понадобится сравнять с землёй весь замок, мы это сделаем. И если к тому моменту Лорена не будет найдена и выведена за стены, ей не выжить.

— И правда, неприятные слова, — согласилась мечница. — Но правдивые. Ноктюрн должен быть уничтожен. Любой ценой. Нельзя снова упускать их.

— Но всё же будем надеяться на лучшее, — добавила Шери.

— Мы будем драться, а не надеяться. А теперь, если ни у кого нет вопросов, ждём следующей бури и выступаем.

Ждать пришлось полтора часа. Совсем немного в сравнении с днями, проведёнными на восьмом ярусе. Отряд и так на удивление быстро добрался до цели. А ведь могли гоняться за Хорром неделю, а то и дольше.

Отряду предстояло преодолеть где-то с полкилометра по каменной пустоши вдоль пропасти и ещё столько же по широченному мосту.

Бушующие в воздухе всполохи синей энергии хоть и затрудняли обзор, но не блокировали его полностью, и если Ноктюрн выставит часовых на южной стене, те вполне могут разглядеть приближающихся странников.

Только вот зачем бы их выставлять? Монстры Арксеона неразумны. Они могут случайно набрести на ваш лагерь, но едва ли сумеют объединиться для организованного штурма. Тут достаточно включить сенсоры (какие есть) и держать ухо востро.

Когда впереди прорисовались очертания замковых стен, Кабрио напомнил Шери включить сенсор. Сейчас электромантка могла охватить около пяти метров пространства, а если поднапрячься, то и все десять (но временно).

Сам Кабрио в этой буре не мог полагаться на свой сенсор. Всё же он предназначался для обнаружения магии, и сказать, что магическая буря вызывала помехи — это ничего не сказать.

А вот Шери, чей сенсор был заточен на поиск физических объектов, таких затруднений не испытывала.

Но даже оказавшись перед стеной, она ничего не обнаружила. Либо на южной стене и правда никого не было, либо часовой заметил странников раньше и убежал к своим.

Теперь предстояло перелезть через стену. Высокую, метров семь-восемь. И сделать это без лишнего шума. То есть джетпаки Гримма сразу отпадали.

Но как раз для этого в отряде имелись два силовика. Кабрио подкинул Шери, подставив сцепленные в замок руки, а Зора метнула Гримма методом секиры. Затем перепрыгнули сами, оказавшись во внутреннем периметре.

Замок имел странную планировку (хотя когда это в Арксеоне что-то было нормальным и логичным?). Он представлял собой целый лабиринт. Над бесконечными коридорами нависали стены, в которых иногда обнаруживались проходы, а иногда приходилось перепрыгивать. Можно было и проломить, но не хотелось поднимать шум.

Зданий почти не было, вместо них повсюду стояли массивные башни.

Высота пола часто менялась, заставляя то подниматься, то спускаться по лестницам. А иногда тупо запрыгивая на уступы или спрыгивая вниз.

Когда отряд миновал проём в очередной стене и вышел на просторную площадку, Кабрио почувствовал тычок справа. Там находилась Шери, и этот сигнал означал, что её сенсор что-то обнаружил.

Хотя и так понятно, что впереди кто-то есть: ведь метка Лорены находилась прямо здесь, в нескольких метрах впереди. Только из-за продолжавшей бушевать бури её было не разглядеть.

Сразу после Шери другой палец ткнул его слева — Зора. А раз сработало её «предчувствие», значит, враг там не просто стоит, а уже готовит атаку.

Приглядевшись, Кабрио увидел, как впереди кто-то чертит в воздухе красные руны. А затем в него устремилась режущая волна.

Выбросив навстречу кулак, странник отбил снаряд, заодно прикрыв союзников. Только кончики лезвия пролетели мимо и с грохотом разнесли стену за спиной.

— А я знал, что нам суждено встретиться именно в таком месте — монументальном и величественном, — донёсся знакомый вкрадчивый голос. — Но всё же ты прибыл быстрее, чем я думал. Как будто точно знал, где я нахожусь. Или... где находится похищенная девка.

Наконец Кабрио смог различить впереди людские силуэты. Источником голоса был тот, что стоял посередине. Да и рунный удар прилетел от него же. Вне всяких сомнений, это Хорр.

Левый, судя по дородной фигуре — оборотень Сигурд.

А вот правый силуэт явно принадлежал женщине. Если ударить Хорра сейчас, велик шанс зацепить и даже убить Лорену. Но Кабрио не забывал своих же слов: на первом месте уничтожение злодеев, и только на втором спасение пленницы.

— Приступаем к операции, — сказал он напоследок.

И сорвался с места, занося кулак. Враг успел прикрыться полуторным мечом, но от ударного импульса отлетел назад и проломил стену позади себя.

Не сбавляя шага, Кабрио понёсся следом. «Остальное на вас», — подумал он, влепляя в цель второй кулак.

В этот раз противник ударил мечом навстречу. Орудия столкнулись, высвободив ударную волну, от которой дрогнули стены.

Начался бой. Два странника разменивались ударами, разнося на куски всё, что попадалось на пути. Словно сражались не в каменном замке, а среди фанерных декораций.

Иногда кулак и меч сталкивались друг с другом, а иногда достигали цели. Хорр пока что не преподносил сюрпризов. Он был сильным, быстрым и крепким, как и подобает воину, а полученные раны и переломы быстро затягивались, как у регенератора.

Едва получив первые порезы, Кабрио запустил в себя сканирующие щупальца. Буря продолжалась, и снаружи сенсор был бесполезен, но в пределах тела он исправно работал.

Странник сразу распознал проникший в кровь яд, и в считанные секунды подогнал антимагию под его структуру. Но развеивать пока не стал.

— Судя по тому, что ты позволяешь себя ранить, ты заготовил некую контрмеру против отравления? — проговорил Хорр.

— А ты, зная об этом, заготовил ответ на мою превосходящую силу? — отозвался Кабрио, снова бросаясь в атаку.

— А как же иначе?! — торжественно провозгласил тот и взмахнул мечом.

Кабрио выбросил кулак навстречу, но вдруг Хорр исчез. Куда? Нет, вопрос не в этом! А в том, откуда он ударит! К гадалке не ходи, сзади!

Странник резко развернулся и махнул ногой. Заряженная голень столкнулась с клинком.

Поняв, что атака со спины не прокатила, Хорр снова исчез. Хотя нет, не исчез. Просто очень быстро, буквально молниеносно метнулся в сторону.

Откуда ударит? Второй раз ошибки не повторит, и не станет проводить очевидную атаку сзади.

Гадать бесполезно. Вместо этого Кабрио поддал заряда в ногу и крутанулся вокруг своей оси, вместе с пинком высвобождая ударную волну.

И не прогадал: в этот раз Хорр решил подобраться с правого фланга, и уже ближе к концу оборота нога столкнулась с лезвием и отбила его.

— Ты быстро развиваешься, Кабрио, — произнёс лидер Ноктюрна. — И меня это тоже касается! Я тоже не стою на месте! Особенно когда за мной по пятам идёт такое чудовище, как ты!

— Так ты поднял свой предел до четырёх классов? — произнёс парень, соображая, что может противопоставить врагу, подрубившему класс спидстера.

— До четырёх? — озадаченно ответил враг и снова пошёл в атаку.

Скорость у Хорра была молниеносная. Сейчас Кабрио ощущал себя так же, как гражданские, неспособные уследить за его движениями.

Такая скорость наверняка отжирает много маны, и рано или поздно врагу придётся замедлиться. Но до этого момента нужно ещё дожить.

Впрочем, в голове уже созрел план. Когда противник в очередной раз пропал из поля зрения, парень выждал секунду и резко отскочил в сторону. Миг спустя там появился Хорр и махнул мечом по пустому месту. И тут же получил кулаком в лицо.

Всё так, как и думал Кабрио. Сложно контролировать свои движения на таких запредельных скоростях, резко менять направление или останавливаться. За Хорром сложно уследить, куда легче просто предугадывать его действия.

Предприняв ещё пару попыток исчезнуть и напасть с неожиданного фланга, лидер Ноктюрна понял, что впустую тратит силы и ману, и сбавил скорость.

Он всё ещё двигался стремительно и молниеносно, и Кабрио едва успевал отражать его атаки. Но теперь за Хорром хотя бы можно было уследить и видеть, где он находится.

А затем наступил момент икс. Тело резко ослабло, колени подогнулись, и Кабрио рухнул на каменную плитку. Сработал яд.

Как и в прошлый раз, мгновенно, не давая времени на раздумья. Секунду назад Кабрио был полон сил, и вот он стоит на коленях, не в силах подняться на ноги.

Хорр подошёл к нему — медленно, не забывая об осторожности.

Как раз в этот момент буря начала понемногу утихать. Очень вовремя. Она не помешала бы Кабрио провернуть внезапную атаку, но парень хотел кое-что проверить, и для этого нужен был нормальный обзор.

Пора уже выяснить, что такое этот Хорр, и каким образом он запихивает в себя чужие классы.

Лидер Ноктюрна подошёл и навис над противником.

— Что же ты сейчас выкинешь... — задумчиво проговорил он.

Просто внезапно ударить не выйдет. Особенно сейчас, когда выяснилось, что к арсеналу этого странника прибавился класс спидстера. Без вариантов успеет отскочить.

Но Кабрио помнил уроки инструкторов и знал, какое у спидстеров слабое место. Он начал заряжать в руке, которой опирался о плитку, взрывной заряд. Не ударный, а простой взрыв. Ясное дело, что по мощи он и рядом не стоял с кулаками, но мощь сейчас и не требовалась.

Пожалуй, вот столько хватит. Если сгустить энергию ещё сильнее, она загудит и выдаст его намерения.

Бах!

Кабрио высвободил заряд, и плитка под ногами взорвалась, разлетевшись фонтаном каменной крошки. Хорр всплеснул руками и пошатнулся.

Ты можешь быть сколь угодно быстрым, но твоя скорость бесполезна без крепкой опоры под ногами. Вот в чём заключалась главная слабость спидстеров.

Не теряя времени, Кабрио ударил кулаком, переломив врагу колено. А теперь пора исполнить план.

Добавив мощи в экзоскелет на руках, парень схватился за нагрудную пластину и сорвал её с вражеского торса. Следом, не давая врагу времени на раздумья, сорвал наручи с рук. Дёрнул куртку, разрывая пуговицы.

И в завершение, схватившись за воротник, резким движением сорвал куртку с тела.

Хорр наконец пришёл в себя и отскочил, насколько позволяла одна уцелевшая нога. А Кабрио уставился на его обнажённый торс.

— Так вот как ты используешь чужие классы...

Глава 5. Твоё место в аду

— Так вот как ты используешь чужие классы... — произнёс Кабрио, осмотрев голый торс вражеского лидера.

Если смотреть невнимательно, в темноте или с плохим зрением, то ничего особенного не увидишь. Торс как торс. Худощавый, но жилистый и подтянутый. Но вот если присмотреться как следует...

Правая рука отличалась от остального тела. Она была более мускулистой, чем левая, имела более густой волосяной покров и чуть более загорелую кожу. А ближе к плечу виднелся шов, словно этот маньяк пришил себе чужую руку.

Хотя что значит «словно»? Именно это он и сделал.

То же самое касалось левой руки, только здесь Хорр заменил не всю руку, а одну лишь кисть, пришив её в районе запястья.

И последний, третий шов проходил по левой стороне груди, обводя её полукругом.

— Удивлён? — спросил голос из-под маски.

Переломленная нога постепенно восстанавливалась, но Кабрио не обращал на это внимания. Чёрт с ней, пусть восстанавливается. Куда интереснее сейчас было поговорить с этим маньяком.

— Удивлён? Ничуть, — ответил он. — Это же известное клише: франкенштейн, сшивший себя из кусков разных тел. Но всё ещё остаётся вопрос: что за класс позволяет такое проделывать?

— Может, попробуешь угадать?

— Регенератор?

Почему нет? Странники восьмого уровня не были никем изучены, и никто не знал предела их способностей. Этот класс умеет заживлять почти любые раны, причём безо всяких алтарей — лишь бы маны хватило. Кто сказал, что они не смогут приживить к себе чужие конечности?

Но ответом было молчание. Зная Хорра, он бы не стал придуриваться, и если бы Кабрио угадал, об этом было бы объявлено сразу.

— Метаморф?

Голова в маске наклонилась вбок, давая понять, что он снова ошибся.

Тогда что? Так, надо подумать ещё раз, всё с самого начала. В прошлую встречу у Хорра было три класса, но с того времени он подкачался, поднял свой лимит и добавил класс спидстера.

...

Стоп. Как можно было забыть? Ведь в тот день у него уже имелся четвёртый класс. Некромант. Именно Хорр управлял войском мертвецов, напавших на деревню вместе с гильдией Бладстрик. Но из-за того, что этот класс не имеет боевых способностей, Кабрио успел о нём позабыть.

И не мог не задаться вопросом: нахрена лидеру Ноктюрна класс некроманта? Если число классов, которые он может в себя впихнуть, ограничено, то не логичнее ли будет взять что-нибудь боевое? Броневика, или даже какого-нибудь мага, чтобы совмещать физический и стихийный урон. Сдалось Хорру это поднятие мертвецов?

И вообще, какой из приделанных органов отвечает за некромантию? Мускулистая правая рука явно позаимствована у воина. Кисть левой, скорее всего, отвечает за яды. Имплантированное сердце — за регенерацию. А для класса спидстера Хорр по-любому приделал себе чужую ногу, но из-за штанов её не увидеть.

...

А может ли быть, что изначальным классом Хорра является именно некромант? Но некроманты — это те, кто поднимает мертвецов и делает их своими слугами. При чём тут имплантация чужих органов и конечностей?

— Наверное, ты уже дошёл до мысли, что мой основной класс — некромант, — произнёс Хорр, тоже не спеша нападать. — Но не можешь понять, как это связано с пришиванием чужих органов.

Он выдержал небольшую паузу, позволяя Кабрио самому прийти к ответу. Но, не дождавшись, сказал:

— Некромантия позволяет оживлять трупы и повелевать ими. Но кто сказал, что некромант может управлять только цельными телами?

— Ах, так вот оно что, — понял наконец Кабрио. — Твои руки, сердце и нога — это запчасти отдельных зомби. То есть, всё это мёртвая плоть?

Хорр поднял и осмотрел свои руки:

— Ну, тут сложно сказать, мёртвая она или живая. Всё же тут задействована магия, а магия впервые появилась на Земле три года назад и пока что толком не изучена.

Да уж... Если раньше Кабрио думал, что ему противостоит просто сильный враг, то сейчас осознал, что столкнулся с настоящим чудовищем.

Хотя он и сам хорош. Временами сам бродил по Арксеону со смертельными ранами, всё равно что ходячий труп. Не говоря уже о заменённой на протез руке.

Но всё же, отрывать свои конечности и пришивать на их место мёртвую плоть... Жуткий же тип этот Хорр. И этого жуткого типа теперь надо как-то побеждать.

— И как? Нет отторжения, отмирания, некроза? — полюбопытствовал Кабрио напоследок.

— Если контролировать процесс, то конечности исправно функционируют совместно друг с другом. А теперь, если у тебя не осталось вопросов, продолжим?

С этими словами вражеский лидер пошёл в атаку. Как и предполагал Кабрио, скорость движения Хорру пришлось сбавить. Если продолжить выжимать максимум из класса спидстера, то очень скоро он просядет по мане.

Но даже так противостоять ему было нелегко. Если в начале боя Кабрио чувствовал превосходство в силе и был уверен, что без яда Хорр ему не соперник, то появившийся на сцене класс спидстера резко склонил чашу весов в другую сторону.

Но похоже, что Хорр всё же проигрывал. Быть может, необходимость постоянно залечивать переломы сильно сушила ману.

Как Кабрио понял, что некромант проигрывает? Очень просто: тот сменил тактику. Перестав размениваться ударами на ближней дистанции, он стал отскакивать подальше от противника и обстреливать его рунными ударами.

Как оказалось, для этой воинской магии вовсе не обязательно держать в руках два клинка. Хватит и одного, даже полуторного. Лишь бы сила позволяла быстро им размахивать и чертить в воздухе руны.

Так он и дрался: отпрыгивал, выстреливал руной, отбивался от Кабрио, снова отскакивал и стрелял. Решил взять измором? Выражаясь игровым сленгом — захаррасить? Ну пускай попробует.

Вот некромант в очередной раз подскочил высоко в воздух — метров на десять — и принялся водить клинком, вычерчивая очередную алую руну.

Высокий прыжок — это он зря. В воздухе ведь особо не поманеврируешь. Подпрыгнув вслед за ним, Кабрио зарядил левую ногу и махнул некроманту по лицу.

Первая странность, которую он заметил: не было отдачи от столкновения. Промахнулся? Вторая: в ноге возникло какое-то странное ощущение.

Третья же странность заключалась в том, что, посмотрев на ногу, Кабрио увидел вместо неё обрубленную культю, из которой вылетал кровавый шлейф.

— ААААА!!!

Обрубок взорвался болью — такой же непереносимой, как когда тётка с топором отрубила ему руку. Мгновенно растеряв концентрацию, странник кулём повалился вниз и врезался лицом в каменную плитку.

Но быстро взял себя в руки, сел и осмотрелся. Хорр приземлился неподалёку, но бросаться в атаку не спешил. Любил он почесать языком и покрасоваться.

— Глупый некромант чертит очередную бесполезную дальнобойную руну. Да ещё и подставил себя под удар, подпрыгнув в воздух. Так ты подумал? — раздался из-под маски его вкрадчивый голос. — Похоже, мой блеф сработал, и ты решил, что в моём арсенале есть только один рунный удар.

Один? Так они бывают разные? Хотя это логично. Кабрио и сам догадывался, что на следующих ярусах Зора сможет пополнить свой арсенал.

Некромант продолжал:

— Вот этот удар, к примеру. Я назвал его «руной разрубателя». Он игнорирует защиту цели, и способен разрезать любую, даже самую крепкую броню. И, как ты уже понял, предназначен для ближнего боя, а не для стрельбы.

— Где ты... его... раздобыл? — спросил Кабрио, кривясь от боли. Вдруг и правда расскажет? Информация лишней не бывает. Особенно когда в твоём отряде тоже есть воин.

— Подсмотрел у одного местного монстра. Этакий самурай с катаной.

— Синий... самурай?

— Так ты тоже его встречал? Но тогда почему не знал о рунном ударе?

...

— Он ни разу не применил этот приём в бою? Ах, понимаю: вы навалились на него всей толпой и заколотили, не дав ничего сделать. Так с воинами драться нельзя, Кабрио. Я вышел против него один на один, и самурай раскрыл мне своё искусство.

Сдерживаться в бою с монстром, чтобы он смог показать приём, а ты смог его подсмотреть? Это что-то новенькое. Хотя, если у вас за день не произошло ничего «новенького», значит, вы не в Арксеоне.

— Кабрио! — донёсся со стороны знакомый крик. Повернувшись туда, парень увидел стоявшую на стене мечницу.

— Подмога подоспела? — задумчиво произнёс Хорр.

Очень вовремя. Кабрио сам не любил нарушать правила честного боя, но против читера с пятью классами можно сделать исключение.

Вот только, раз Зора здесь...

— Ты нашла Лорену?! — крикнул он в ответ.

— Можно сказать, что нашла... — произнесла та со скорбью в голосе.

— Не томи уже, говори!

— Я уже несколько минут следую за её меткой на карте, и могу сказать со всей уверенностью: метка Лорены ведёт к этому ублюдку.

Чего? К Хорру? Не поверив ушам, Кабрио сам призвал интерфейс карты. И увидел, что метка и правда находится прямо перед ним. Ровно в той точке, где стоит вражеский лидер в маске, сжимая в руке полуторный меч. Значит, та женщина, что стояла возле него в самом начале, была не Лореной?

— Это как понимать? — произнёс странник, хотя уже начал догадываться об ответе.

— Лорена? Это имя той девки, которую Рейц похитил в деревне?

— Что ещё за Рейц?

— Спидстер из моей гильдии. Во время той битвы я приказал ему не вмешиваться в бой, поэтому ты его, скорее всего, не видел. Ну а потом он облажался и понёс за это наказание.

На последних словах Хорр похлопал себя по левой ноге.

— Хо... — выдохнул Кабрио. — Я-то думал, ты ловишь и пускаешь на органы посторонних странников. А ты собственную гильдию...

— А почему нет? — озадаченно произнёс некромант. — Ведь союзники для того и нужны, чтобы приносить пользу. Разве не так?

— Плевать мне на тебя и твоих союзников. Говори, что с Лореной!

— Ну... Можешь считать, что она находится внутри меня.

Вот и прозвучали эти слова. Вот и отпали последние сомнения. Вот и сбылись худшие страхи. Лорена внутри него. Внутри франкенштейна, что убивает людей и пришивает себе их органы, чтобы обрести их способности.

Теперь ясно, почему метка обольстительницы вела к нему.

Только вот непонятно, какую часть тела Лорены Хорр вживил в себя. Учитывая, что её класс завязан на сексе... Да нет, даже этот тип не может быть настолько отмороженным, чтобы оторвать себе этот орган и пришить чужой.

И вообще, на кой ему сдался класс обольстителя? Кого он в этом мире собрался соблазнять?

Но всё это не важно. Важно лишь одно: сейчас он умрёт.

— Зора, не вмешивайся, — произнёс Кабрио, поднимаясь на ноги. На правую ногу в ботинке и левую, целиком сотканную из синей энергии.

— Не вмешивайся? — озадаченно произнёс Хорр. — Хочешь повергнуть меня самостоятельно? Надеюсь, это не просто эмоции, и у тебя есть план.

Ещё как есть. Крайняя мера, к которой Кабрио надеялся не прибегать. Но разве можно обойтись без крайних мер, сражаясь с чудовищем?

Странник сконцентрировался и начал расширять каналы. Не на двадцать процентов: этот режим и так работал всегда, по умолчанию. Сейчас он открывал каналы шире, выходя за свой предел.

Энергия вокруг него загудела, воздух завибрировал, а каменная крошка под ногами поднялась вверх, словно законы гравитации прекратили своё действие. Вокруг странника заструились потоки синей энергии, словно возле него началась миниатюрная буря.

Энергия бурной рекой потекла в тело, до предела разгоняя внутренние магические потоки. Долго он так не выдержит, но и враг теперь долго не проживёт.

— Перегрузка!

Сорвавшись с места, Кабрио в мгновение оказался перед Хорром. Класс спидстера не помог некроманту, и он, словив прямой удар в лицо, полетел по территории замка, снося здания и стены на своём пути.

Но Кабрио бежал быстрее. Вновь обнулив дистанцию, он влепил кулак ещё раз, не дав противнику даже коснуться земли.

Хорр подлетел к самому краю и едва не свалился в пропасть, но в последний момент успел нащупать ногами пол и затормозить. Понимая, что следующий удар отправит его вниз, он подскочил к Кабрио и обрушил на него ответный град ударов.

Синий маг отразил их все. А затем атаковал в ответ, одной серией переломав Хорру половину костей.

Правая рука некроманта безвольно обвисла, но, подхватив меч левой, он смог начертить руну разрубателя и послать её в Кабрио. Увернувшись от лезвия, тот сломал врагу вторую руку.

Меч со звоном упал на землю, а Хорр уже отправился в новый полёт. Разве что в этот раз не к пропасти: он специально обогнул врага, чтобы оказаться с безопасной стороны.

А пока летел, отскакивая от земли, словно шарик от пинг-понга, и снося на пути стены, вкладывал все резервы в регенерацию. Расход маны от этого был просто бешеный, но против синего чудовища нельзя сдерживаться!

Снова нагнав улетающего врага, Кабрио выпрямил ладонь и вонзил её некроманту в сердце. Щупальца, за работу! Приступить к анализу! Скоро с этой проклятой регенерацией будет покончено! А без неё некромант — всё равно что груша для битья!

Понимая, что враг не просто так воткнул в него руку, Хорр принялся остервенело отбиваться.

Уже восстановив руки, он выдернул меч из пространственной воронки и обрушил на Кабрио. Но тот перехватил его правую руку своей левой, сжав её так, что захрустели кости.

Теперь в ход пошла левая. Сначала Хорр ударил кулаком, но понял, что это даже не смешно, и выдернул из инвентаря кинжал. Ударил им, но не пробил укрепляющие шины. Замахнулся и ударил сильнее, но оставил лишь царапину.

Тем временем работа сенсоров была завершена, и Кабрио полностью изучил структуру магии регенерации. И принялся настраивать антимагию.

Но Хорр, как и его противник, не привык сдаваться. Рука принялась размахивать кинжалом, вычерчивая разрубающую руну. Этот удар враг не заблокирует!

«Чёрт, это я не заблокирую!» — думал тем временем Кабрио. И, не придумав ничего лучше, отвёл голову и ударил Хорра лоб в лоб. Прямо как сам Хорр в их первую встречу. Это сработало, некромнат сбился, и алая руна рассеялась.

Осталось совсем немного... Готово! Настройка антимагии завершена! За долю секунды сформировав заряд, Кабрио выпустил из пальцев бесплотный удар.

Всё. Регенерции Хорра конец. Не навсегда, но какое-то время он не сможет заживлять раны. И нужно позаботиться, чтобы этого времени он не пережил.

Оттолкнув некроманта, Кабрио принялся остервенело лупить его кулаками. Перегрузку пришлось отключить. Тело уже не выдерживало, и если продолжить поглощать внешнюю энергию в таких объёмах, произойдёт то же, что и в первый раз — Кабрио тупо не сможет двигаться.

Но даже в обычном состоянии его сил хватало, чтобы начать теснить некроманта. Слишком тот привык полагаться на свою регенерацию, и по привычке пропустил несколько ударов.

А чтобы гад не сбежал, воспользовавшись своей скоростью, Кабрио до кучи переломил ему ногу.

Хорр выдернул из инвентаря щит, но серия заряженных ударов сначала продавила металл внутрь, а потом и вовсе расколола его, заставив осыпаться на землю грудой обломков.

Сразу после этого пришёл черёд Хорра. Кулаки обрушивались на него, превращая плоть в фарш. Во все стороны летели кровавые ошмётки, обрывки плоти и обломки костей.

Каким-то чудом левая рука некроманта всё ещё шевелилась. Она снова полезла в воронку и вытащила оттуда очередной меч.

«Самому ещё не надоело?» — подумал Кабрио, одним ударом переломив локтевой сустав. Поймав выпавший меч, он отсёк надоедливую руку и отопнул в сторону. А затем отбросил клинок и продолжил превращать некроманта в филе.

Хорр всё отступал, и наконец упёрся спиной в стену. Он уже не предпринимал попыток сопротивляться, и вообще не факт, что всё ещё находился в сознании. Правая рука и нога были сломаны, вместо левой болталась культя, а из развороченной грудины торчали рёбра.

Но Кабрио и сам уже был готов свалиться с ног. Мало того, что он истратил почти всю ману, так ещё и воспользовался «перегрузкой». Хоть она и была вовремя отключена, но полностью избежать последствий не удалось. Тело слабело, координация нарушалась. Нужно заканчивать поскорее.

Отпрыгнув метров на десять назад, Кабрио принялся заряжать кулак. В полную силу, на все остатки маны. Этот удар будет последним.

Завершив подготовку, странник сорвался с места и понёсся на некроманта. Отвёл кулак.

— Метеор!

И впечатал врага в стену. Грудную клетку мгновенно раздавило. Стена позади тоже не выдержала и разлетелась. А за ней простиралась пропасть, откуда поднимались вверх облака пурпурного дыма.

Развороченное тело некроманта полетело вниз. Маска с его лица наконец слетела, но отсюда его было уже не разглядеть. Спустя пару секунд тело злодея скрылось из виду, утонув в пурпурных испарениях.

— Отправляйся в ад. Там тебе самое место, — произнёс Кабрио, проводив его взглядом.

***

Шери лежала в груде каменных обломков, кривясь от боли во всём теле. Нос был разбит, изо рта стекала струйка крови, несколько костей было сломано. Вражеский оборотень оказался слишком силён. И слишком быстр. В итоге электромантка проиграла.

— Знатный сегодня улов! — пробасил Сигурд, надвигаясь на неё в звериной форме. И без того дородный детина стал ещё здоровее и покрылся шерстью. Зубы превратились в острые клыки, а на руках выросли когти. — Обожаю маленьких девочек!

От последних слов Шери передёрнуло.

— Да не трясись ты так, я не из этих! — поспешил успокоить её оборотень. — Я говорю, мясо у вас вкусное. Нежное, сочное. Со взрослыми нечего и сравнивать.

Школьница попыталась встать, но не смогла шевельнуть ни рукой, ни ногой. Форму молнии тоже не принять: её пределом сейчас были два превращения, и оба их Шери уже потратила.

Громила со звериной челюстью продолжал шагать, с хрустом давя каменную крошку под ногами.

— Прошу, прекрати! — вдруг раздался у него из-за спины знакомый голос.

Обернувшись, Сигурд увидел монаха в развевающейся на ветру алой рясе.

— А, это ты, — лениво отозвался оборотень. — Ты ж на людей не нападаешь. Вот и наблюдай молча.

Глава 6. Вы — не люди

— Прошу, прекрати! — раздался из-за спины чей-то голос.

Обернувшись, Сигурд увидел монаха в развевающейся на ветру алой рясе. Хотя на ней уже живого места не осталось, и непонятно, чего этот чудик не сменил её на новую одёжку с четвёртого яруса, или кожаную броню с седьмого.

Помнится, это один из подчинённых синего парня. Но в бою он почему-то не принимал участия. Хотя такого сильного странника, как Сигурд, логичнее бы было взять числом.

— А, это ты, — лениво отозвался оборотень. — Ты ж на людей не нападаешь. Вот и наблюдай молча.

— Оставь её в покое! Она уже проиграла! — не сдавался монах.

— Вот потому, что проиграла, и пойдёт мне на корм.

— Что ты несёшь?! Она ещё ребёнок!

Похоже, драться монах и правда не собирался. Ну и чёрт с ним. Оборотню не терпелось полакомиться малявкой, а с фанатиком можно и позже разобраться.

Больше не обращая внимания на крики, он продолжил шагать к девочке. И вдруг у него на пути выросла стена огня.

— Дальше я тебя не пущу! — выпалил монах.

Сигурд развернулся было, чтобы задрать этого раздражающего типа, но вдруг задумался. Несмотря на внешность, он не был тупым громилой и умел шевелить мозгами.

И эти мозги подсказывали, что монах не нападает не потому, что боится. А что он, подумать только, пацифист.

«Так они реально существуют? — подумал про себя оборотень. — Я думал, такие чудики только в сказках бывают».

А затем, злорадно оскалившись, двинулся прямо в пламя.

— Что ты творишь?! Там же огонь! Ты сгоришь, если войдёшь в него! — тут же завопил тупой монах.

— Ага, так и будет! — отозвался оборотень. — Сгорю заживо, вопя от боли! И смерть эта будет на твоей совести! Пламя-то ведь твоё!

Прогнозы Сигурда сбылись. Стоило ему подойти к стене и ощутить на коже её жар, как монах прервал заклинание, и пламя погасло.

— Что толку от твоей магии, если ты не применяешь её в бою?! — громко спросил оборотень, уже не оборачиваясь и продолжая шагать к девочке. — Нахрен тебя вообще взяли в отряд?! Какие ты там функции выполняешь?!

— Я убиваю монстров! — донёсся сзади ответ.

— А, так этот твой тупой пацифизм только на людей распространяется?

— Прошу, остановись!

— А ты возьми и останови меня!

Даже интересно, что он предпримет. Атаковать огнём не может. Удержать оборотня силой тоже: ведь класс у фанатика магический, там физухи не предусмотрено. Неужто вот так позволит сожрать союзника? Будет стоять, смотреть и взывать к своему дурацкому человеколюбию?

А ведь Сигурд не шутил. Нет ничего вкуснее детей, особенно свежих. За три прожитых в Арксеоне месяца он лично в этом убедился, и уже не раз.

Монах начал действовать. Всё же что-то придумал. Сзади раздалось гудение пламени, и огневик, подгоняя себя джетпаком, подлетел к девочке, подхватил её и попытался унести. Но словил сокрушительный удар от Сигурда и впечатался в стену рядом с союзницей.

Но смог подняться на ноги и встать перед ней, давая понять, что готов защищать ребёнка хоть собственной грудью.

— Ну, как знаешь, — произнёс оборотень и взмахнул когтями.

Понимая, что этой атаки не переживёт, монах снова воспользовался реакторами, взмыл в воздух и перелетел через здоровяка, приземлившись у того за спиной.

— Тц! Не нападаешь, но и пожрать спокойно не дашь. Ну ладно, давай потанцуем! — прорычал Сигурд и бросился в атаку.

Монах по-прежнему не атаковал, а лишь отступал и уклонялся от атак, помогая себе реакторами, которые мог выпускать хоть из рук, хоть из ног. А оборотень гонялся за ним и размахивал когтями, разнося все попадавшиеся на пути стены и здания.

Пару раз он смог достать монаха и оставить на том глубокие кровоточащие порезы, но смертельных ран пока не нанёс. Сложно гоняться за жертвой, которая только и делает, что убегает.

Сигурд привык к двум видам врагов. Первые — сильные и способные драться. Вторые — слабые и пытающиеся убежать. А вот чтобы сильный, но при этом не даёт отпора — таких чудиков он ещё не видел.

Но наконец всё же смог нагнать надоедливого монаха, схватив его за болтающийся лоскут рясы. Подтянул к себе. Раскрыл широкую звериную пасть. И сомкнул её, с хрустом откусив монаху руку. По самое плечо.

— ААААА!!!

От дикой боли тот сразу свалился на землю и принялся истошно орать. Но нет в Арксеоне такого странника, который забрался бы аж на восьмой ярус и за это время не привык к боли. Так что монах быстро сориентировался и поспешил прижечь рану, завопив при этом пуще прежнего.

А пока он стонал и хныкал, Сигурд у него на глазах демонстративно начал пожирать руку. Зубы оборотня восьмого уровня перемалывали всё — и мясо, и кости. Разве что тканевый рукав он сорвал и сбросил на землю.

А монах пялился на это, будто не верил собственным глазам.

— Ну что, продолжим? — спросил оборотень, сожрав всё целиком — от плеча до кончиков пальцев.

Монаха эти слова ошарашили.

— Хах, неужто ты надеялся, что после такой жуткой раны и боли я решу, что с тебя хватит, и оставлю в покое? — усмехнулся оборотень. — Нееет, парень, так не бывает. Покой наступает лишь после смерти. А пока она не наступила, такие, как ты — жалкие и неспособные за себя постоять, — будуть страдать и молить о пощаде. Только пощады этой им никто не даст.

И снова атаковал. К чести монаха, он не стал покорно принимать смерть, а поднялся на ноги и продлжил отступать. Именно отступать: даже адская боль и увечье не смогли пошатнуть его тупой пацифизм.

— И долго ты собираешься так бегать?! — пробасил Сигурд, размахивая когтями и разнося архитектуру замка в каменную крошку. — Рано или поздно я всё равно тебя добью! А затем вернусь к той милашке и полакомлюсь её мясом!

— Это ведь неправда?! — с надеждой произнёс монах, отлетая на джетпаке от очередного взмаха смертоносными когтями. — Ты не можешь есть детей! Я ни за что в такое не поверю!

«Да он вообще нормальный?»

— Не поверишь? — оскалился Сигурд.

Открыл воронку пространственного кармана. И извлёк оттуда замороженный труп.

Детский труп.

Младенца меньше года от роду.

От увиденного монаха словно током шибануло. Он застыл на месте, даже позабыв о битве, и тупо пялился на маленькое тельце, надеясь, что это мираж, который вот-вот рассеется.

— Припас его, когда мы уничтожали одну из общин, — пояснил Сигурд. — Ещё во времена, когда весь мирняк обитал на первом ярусе.

— Не верю...

— Мамку его я сразу на месте сожрал. Ну, сначала отымел, ясное дело, а потом ей же и подкрепился. А мелкого решил на потом оставить.

— Не верю...

— Ага. Вы, тупые фанатики, привыкли верить в то, чего не существует. И НЕ верить в то, что находится у вас перед глазами.

С этими словами оборотень перехватил тельце и откусил от него ногу, прожевав её со смачным хрустом.

Лицо монаха при этом отражало... Да хрен пойми, что оно отражало. Не бывает у людей таких гримас. Хотя, если у человека на глазах рушится всё, во что он верил, наверное, так он и будет выглядеть.

— Кверис, почему... Скажи мне, почему такое происходит... Ответь мне, мой бог...

***

— Так и не решился сделать, как хотел алтарь, и заменить палец на магический? — спросил Кабрио на одном из привалов.

— Я не хочу этого делать, — покачал головой Гримм. — К тому же моих нынешних сил вполне хватает, чтобы истреблять монстров. Стоит ли жертвовать своей человечностью ради погони за силой?

— Силы много не бывает. Давай я научу тебя магии протезирования. Хотя стихия у тебя другая, и механизм может отличаться, но распишу хотя бы общие принципы.

— Я ведь сказал, что не хочу.

— Сегодня не хочешь, завтра захочешь. Я же не требую прямо сейчас пальцы отрубать. Просто выслушай и запомни мои инструкции. Чтобы потом не пришлось учить тебя в последний момент.

— Хорошо, я тебя слушаю. Но поверь — на такие меры я пойду только в самом крайнем случае. Только в самой безвыходной ситуации.

***

Взмахнув уцелевшей правой рукой, Гримм создал перед собой стену пламени. В полную мощь, не сдерживаясь. Намного мощнее того неуверенного колдовства, которым он пытался защитить Шери.

Пламя громко загудело, а жар от него был такой, что монаху и самому пришлось отпрыгнуть на пару метров.

— Что, опять?! — донёсся с той стороны голос оборотня. — Сам же сейчас вырубишь! Смотри, я уже захожу!

Но Гримм его не слушал. Сосредоточившись на потоках магии, протекавших через его тело, монах приступил к созданию протеза.

На том привале, несмотря на все возражения монаха, Кабрио заставил его выслушать и вызубрить весь процесс создания магических конечностей. Так что процесс пошёл почти сразу.

На месте обрубка стало вырастать нечто новое. Это была не плоть, но и не пламя. Оно напоминало огонь, но цвет имело не оранжевый, а багровый.

Монах скривился и застонал от боли, но не прекратил колдовать.

— Ай, жжётся! — донеслось с той стороны.

Похоже, оборотень и правда вошёл в пламя, уверенный, что маг в последний момент снова отзовёт его. А это значило, что Гримм навредил другому страннику. Осознанно, по собственной воле. Но это не имело значения.

— Прости, Кверис, что так долго не понимал твоих знамений... Но сегодня я наконец-то осознал истину...

— Похрен, с другой стороны обойду!

Стоило оборотню сказать это, как стена пламени окружила монаха со всех сторон, образовав кольцо. Это произошло мгновенно. Гримму не потребовалось даже шевелить рукой, хватило простого усилия воли. Теперь, когда внутренние барьеры спали, он мог не сдерживать свою силу.

И всё это время продолжал выращивать протез. Новая плоть выросла наполовину, сформировала подвижный локтевой сустав и продолжила расти. Предплечье, запястье, кисть, пальцы.

Нет, не пальцы. Когти. Зловещее багровое пламя обрело форму мускулистой руки с когтями, не уступавшей звериной лапе Сигурда.

— А сверху себя закроешь?! — пробасил враг, одним прыжком перемахнув через стену и оказавшись над монахом.

Ничего не говоря, Гримм воздел вверх обновлённую левую руку. Или правильнее будет сказать — лапу. Сформировал заклинание. И ударил.

Громыхнул взрыв, колько пламени заплясало от мощной ударной волны, а оборотень отлетел и взмыл высоко вверх.

Пролетая над замком, он смог разглядеть в другой его части синие всполохи. Похоже, лидер этого «Нексуса» пока ещё держался против Хорра.

Затем гравитация потянула оборотня вниз, и он устремился навстречу каменной плитке. Но долететь не успел. В той стороне, где остался монах, зажёгся пучок багрового пламени. А затем это пламя устремилось в Сигурда, настигнув его перед самым приземлением.

Громыхнул очередной взрыв. От сокрушительного удара хрустнули кости, а сам оборотень пулей отлетел назад, разнеся по пути несколько стен. Кривясь от боли, он вскочил на ноги и стал озираться.

И сразу увидел фигуру в алой рясе. Его левая рука пылала багровым пламенем и на человеческую никак не походила. Эта когтистая конечность напоминала скорее лапу демона.

Монах вытянул эту лапу вперёд, формируя очередной взрывной сгусток, но Сигурд успел среагировать и отпрыгнуть в сторону. Позади громыхнул уже третий взрыв, разнеся ещё одну замковую постройку.

Что это за магия такая?! Он же огненный маг, откуда эти взрывы?! Это уже не сжигание, а чистое разрушение!

Монах продолжил атаковать. Срываясь с демонической лапы, взрывные снаряды один за другим устремлялись в Сигурда. Но оборотень был достаточно ловким, чтобы уклониться от каждого из них. Простыми метательными снарядами его не достать!

Враг тоже это понял. И, не мудрствуя лукаво, изобрёл новый приём. В этот раз с его руки сорвался не взрывной пучок, а прямой багровый луч толщиной с бревно. Словно лазер, он прочертил прямую линию и с грохотом разнёс всё на своём пути.

Сигурд снова отпрыгнул, но понял, что лазер не исчез. Не давая ему рассеяться, Гримм повёл руку влево, и вместе с ней влево пошёл луч, уничтожая стены и постройки на своём пути.

Всё, что оставалось оборотню — это бежать. Нестись сломя голову, спасаясь от всеразрушающего луча. Теперь уже он сам оказался в роли жертвы. Сам был вынужден убегать, а когти использовать не для того, чтобы атаковать врага, а чтобы расчищать путь. Он неистово размахивал лапами, обливаясь холодным потом и слушая гудение лазера за спиной.

И все же не смог спастись. Краем глаза оборотень уловил багровую вспышку, а затем ему в бок словно поезд въехал. Нет, настоящий поезд он сейчас легко бы остановил. Но то, что в него врезалось, было в разы мощнее и тяжелее.

Снова взбороздив каменную плитку и снеся на пути с десяток зданий, Сигурд растянулся на земле. Он попытался встать, но тут же зарычал от боли в груди и животе. А опустив взгляд, понял, что от груди и живота осталось одно название.

Кожи не стало. Части рёбер не хватало, из-под них проглядывали лёгкие и бьющееся сердце. Содержимое брюшной полости вываливалось наружу.

Нужно срочно исцелиться! Как вообще устроено исцеление на этом ярусе? Точно — алтари! Такие же, как на седьмом ярусе, только ходячие!

Сначала никто из «Ноктюрна» не понимал, как ими пользоваться. Но когда Сигурд атаковал странную машину, на подмогу ей вылезли ещё две, и из них выпали цилиндры, в которых можно было накапливать фрагменты душ, а потом за них лечиться.

Помнится, Хорр предложил оторвать первой машине лапы и тащить с собой, а перед нападением «Нексуса» её спрятали в одном из помещений этого замкового комплекса.

Нужно только вспомнить, где она! Странник повёл носом. Алтарь имел уникальный запах, который ни с чем не перепутать, и с классом оборотня Сигурд легко его отыщет.

Вон там! И ещё там! Запах доносился с двух сторон. А, точно же: Камилла доложила, что отряд синего тащит с собой такую же машину. Но первая ближе, надо к ней...

Но подняться Сигурд не успел. Потому что увидел нависшую над собой фигуру с демонической левой лапой. Больше на лице монаха не отражалось ни сомнений, ни паники. На нём отражалась лишь смерть.

Пылающая багровая лапа шевельнулась и направила раскрытую пятерню Сигурду в лицо.

— Я наконец-то вспомнил... — прохрипел он. — Алые рясы... Квериситы... Вы реально грёбаные пацифисты... Разве ты осмелишься... нарушить заветы... твоей глупой веры...

— Моя вера не глупая, — спокойно ответил монах, но слышалось в его голосе что-то странное, нечеловеческое. — И я не собираюсь нарушать ни одного из заветов. Моя вера в Квериса непоколебима.

— Но вам ведь нельзя... убивать людей... Если прикончишь меня... как будешь жить с этим... Как оправдаешься... перед своим богом?

— Всё очень просто. Ведь вы — никакие не люди.

Это было последним, что услышал Сигурд. Затем прогремел взрыв, сравняв с землёй ещё несколько построек. А когда пыль и багровые всполохи улеглись, от оборотня осталась лишь поясница и ноги, безвольным кулём рухнувшие на плитку.

***

Проводив взглядом улетевшее в пропасть тело некроманта, Кабрио развернулся и отыскал взглядом Зору. Спрыгнув с крыши одного из зданий, мечница подошла к лидеру.

Она не стала задавать глупых вопросов в духе: «ты как?» Она ждала одного — приказов и распоряжений лидера.

На лице её отражалась скорбь от потери ещё одной подруги. Всё же Зора до последнего питала надежду, что Лорену удастся спасти. Увидеть живой, вытащить из лап жуткого некроманта и вернуть домой, к своей общине.

Но Кабрио смотрел не на мечницу, а на развалины у неё за спиной, из которых торчала рука. Та самая, которую он оторвал перед тем, как скинуть Хорра в пропасть.

Подойдя к ней, странник вытащил конечность из-под обломков и осмотрел. На запястье виднелся шов, соединявший руку с чужой кистью. Скорее всего, именно эта кисть позволяла лидеру Ноктюрна пользоваться магией отравления.

— Чего ты её разглядываешь? — брезгливо произнесла Зора. — Брось эту мерзость, и пошли отсюда.

Но Кабрио продожал разглядывать руку.

— Ты поверишь, если я скажу, что у этой руки есть инвентарь, который можно облутать? — спросил он.

— Правда? — удивилась мечница. — Хотя, если конечности этого ублюдка принадлежат разным людям, я не удивлюсь, что за каждой из них он мог закрепить отдельный инвентарь. И как, есть что-нибудь полезное?

— Вот как раз изучаю, — сказал Кабрио и вдруг застыл, не веря глазам.

— Что там? — спросила Зора, заметив, как лидер вдруг переменился в лице.

— Как думаешь, какой самый ценный лут может обнаружиться у лидера злодейской гильдии?

— Не нагоняй интриги, а? Я не в настроении. Или говори, или забирай себе, и пошли отсюда.

— А вот возьму и нагоню. И добавлю подсказку: что может иметь размер 3×12 ячеек?

— Три на двенадцать? Человеческий труп, что ли?

Зора распахнула глаза:

— Погоди! Так вот что Хорр имел в виду, когда говорил, что Лорена внутри него?! Он не присоединял себе части её тела, а положил само тело в инвентарь!

— Именно, — кивнул Кабрио, глядя на изображение обольстительницы в окне инвентаря. Это была статичная двухмерная картинка — волосокрады отображались так же. — А теперь последняя загадка. Если на картинке не видно ни одной раны, а глаза открыты, можем ли мы быть уверены, что Лорена мертва?

— КАБРИО!!! — злобно выкрикнула Зора, давая понять, что её терпение на исходе.

— Ладно, ладно, — отозвался странник. Ему и самому уже не терпелось проверить.

Переместив трофей в свой инвентарь, Кабрио открыл воронку и позволил «предмету» выпасть наружу.

Глава 7. Невинная овечка

Тёмно-фиолетовая воронка раскрылась в метре над каменной плиткой, и из неё вывалилось женское тело. Сначало оно безвольно плюхнулось на камень и ойкнуло от боли, но поняв, что оказалось на свободе, зашевелилось, село, и осмотрелось по сторонам.

— А? Где я? — пробормотала Лорена, обводя глазами локацию. Наконец она заметила тех, кто её освободил. — Кабрио? Зора?

Парень стоял, молча радуясь тому, что его секс-партнёрша жива, а вот мечница сразу бросилась к Лорене и крепко обняла её. Так крепко, что у обольстительницы захрустели рёбра.

— Ай-ай-ай! Зора, больно!

— Ой, прости! — ответила та, разжав руки.

— Хорошо, что ты в полную силу её не сжала, — прокомментировал Кабрио. — Иначе она не только в инвентаре, но и в реале обрела бы двухмерный вид.

— Но подумать только: Хорр всё это время таскал её в своём инвентаре, — пробормотала мечница. — Разве возможно поместить туда живого человека?

— Да, — кивнул Кабрио. — Ещё на втором ярусе, когда мы с Шери залутали наш первый инвентарь, мы убедились, что живые существа туда вполне помещаются. Волосокрад влез без проблем.

— Но ты рассказывал, что человеческое тело не поместилось.

— Потому что было слишком большим и тяжёлым. Но по мере прокачки вместимость наших инвентарей тоже растёт. И в плане общего веса, и в плане габаритов загружаемых предметов. Похоже, мы уже достигли той планки, когда можем целиком запихнуть в инвентарь взрослого человека.

— Теперь понятно, что имел в виду Хорр, когда сказал, что Лорена внутри него. Специально нас запутал, гад.

— Эм, ребята, — подала голос обольстительница. — Я тоже рада вас видеть, но где это мы находимся? Когда меня последний раз выпускали наружу, мы находились в каком-то замке.

— Мы и сейчас в нём, — сказал Кабрио.

— И где же замок?

Чего это с ней? Неужто злодеи ей глаза повредили? Кабрио повернулся и осмотрелся. Ох, и правда — от замка осталось одно название. Куда ни посмотри, повсюду лежали лишь груды обломков. Стены, здания, башни — в процессе битвы странники всё сравняли с землёй.

— Он такой огромный был, метров пятьсот в длину и ширину, — продолжала обольстительница. — А то и километр. Такой не пропустишь. Вы точно его не видели?

Зора вздохнула:

— Лорена, мы в нём находимся. Просто тут кое-кто не умеет сдерживать силу.

— Пойдёмте уже, отыщем остальных, — сказал Кабрио. — Звуков боя я нигде не слышу, значит, остальные бои тоже закончились. Надеюсь, в нашу пользу.

Союзники обнаружились довольно быстро. Гримм сидел возле одной из груд обломков. Перед ним, засыпанное каменной крошкой, угадывалось миниатюрное тело. Оно дышало, но выглядело неважно.

Сам монах тоже изменился. Сложно было не заметить демоническую лапу вместо левой руки, целиком состоявшую из багрового пламени.

— Полагаю, можно поздравить тебя с обновкой? — произнёс Кабрио, встав рядом.

— Кабрио, сейчас не до этого! — отозвался монах. — Шери сильно ранена!

Раз так паникует, значит, личность не изменилась. Хотя парень бы не удивился, захвати его разум какая-нибудь демоническая сущность.

— Вот как раз на такой случай мы и тащили с собой исцеляющий алтарь, — сказал он. — Оставайтесь тут, я за ним сбегаю.

Вертикальная конструкция с оторванными лапами обнаружилась там же, где её и оставили — возле южной стены замка. Уцелевшей стены, что интересно — всё же бои проходили ближе к центру.

Вернувшись к отряду с этой громадиной на плече (и удостоившись поражённого взгляда Лорены), Кабрио водрузил алтарь перед Шери, вставил в него своё вместилище и дождался запуска.

Активирован алтарь исцеления.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 2802.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 120%. Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 3362.

Оценка опасности повреждений: 56%.

Расчётная стоимость исцеления: 9415 фрагментов души.

Желаете провести исцеление?

Дав мысленное согласие, странник дождался, пока электромантка не восстановится и не поднимется на ноги.

— Блииин, я проиграла, — простонала Шери. — А раз вы тут стоите, остальные, значит, все победили?

Обиды в её голосе от этого только прибавилась.

— Тебе нечего стыдиться. Твой враг был невероятно силён, — успокоил её Гримм. — Я и сам смог справиться с ним только благодаря помощи Квериса.

— Утешил, блин... Стоп, что?! — Шери вскинулась и уставилась на монаха. — Ты с ним справился?!

— Это был тяжёлый бой, но я...

— Погоди, погоди! Ты ж пацифист. Что значит «ты с ним справился»? Как?

— Ах, ты об этом, — понял Гримм.

— Мне тоже интересно, — сказал Кабрио. Если огневик наконец смог преодолеть свои моральные барьеры, это многое меняет. В лучшую сторону.

— Я долгое время не решался нападать на других странников, ибо моя вера не позволяет мне вредить людям.

— Это мы и так знаем.

— Но когда я отбивался от этого оборотня, когда наблюдал за ним, я осознал, что всё это время мои сомнения были ошибочными. Я никогда не нападу на человека, но скажите мне: разве у людей бывают звериные когти и челюсти? Разве люди обрастают шерстью, словно лесные звери? Разве люди едят других людей? Этот странник уже давно перестал быть человеком. Это монстр, а Кверис велел людям истреблять монстров.

— Вот ведь я дурак. Мог бы и раньше додуматься до такой простой лазейки, — с досадой проговорил Кабрио.

— Но по такой логике мы тоже получаемся монстрами, — сказала Шери. — И ты в том числе, Гримм.

Монах поднял левую руку и осмотрел.

— Хотел бы я, как и раньше, сказать, что эта сила дарована мне Кверисом. Но эта рука... Она злая. Её сила — разрушение, а не созидание. Я словно начинаю превращаться в демона. Возможно, ты права. Я и сам становлюсь тем, на кого мне надлежит охотиться.

— И что собираешься с этим делать?

Монах обратил на неё преисполненный уверенности взгляд:

— Я завершу свою миссию и положу конец существованию Арксеона! А затем и своему существованию тоже.

— А нашему? — задала девочка неудобный вопрос.

— Не всякого монстра надлежить истреблять. Например, волосокрад тоже является монстром, но он не причиняет людям вреда, и даже приносит пользу. За это мы позволяем ему жить. Поэтому, пока вы идёте праведным путём, караете зло и не причиняете вреда невинным, у меня нет причин считать вас врагами.

Как обычно, выкрутился.

— Кстати, Лорена, поздравляю, что ты жива, — обратилась Шери к обольстительнице. — А то бедному Кабрио не с кем бы стало кувырка...

Вдруг она навострилась и заготовила молнии в руках. И коротко сообщила:

— Ещё один жив.

Дважды повторять не пришлось. Весь отряд обернулся туда, куда смотрела девочка, заготовив оружие и магию.

Там стояла женщина, которую Кабрио сразу узнал. Стройная, лет тридцати пяти на вид, с чёрными волнистыми волосами почти до пояса. Одета она была в практичную походную одежду без брони — штаны и тунику.

Странник видел её на шестом ярусе, когда впервые столкнулся с Хорром. Эта тётка вместе с оборотнем сопровождала некроманта, но ушла, позволив тому сражаться в одиночку.

Мгновение — и Кабрио оказался перед ней, занеся кулак для удара. Женщина вздрогнула и подняла руки, давая понять, что не хочет драться.

По уму следовало бы её сразу прикончить, но пленник — тоже полезная штука. Ведь в Тёмном альянсе оставались и другие гильдии, и эта тётка могла располагать ценной информацией.

Но сначала нужно убедиться, что она и правда не представляет угрозы. И для этого требовались не лживые жесты вроде поднятых рук, а понимание её боевого потенциала.

— Класс! — потребовал Кабрио.

— С-созерцатель! — спешно проговорила тётка.

Только сейчас странник заметил, что её глаза и правда не такие, как у обычных людей. В центре белка находился чёрный круглый зрачок, от которого расходились в сторону ломаные линии, образуя круглый узор-лабиринт.

Этот рисунок был знаком каждому избранному, если только тот не считал ворон на уроках в Институте.

Если это не линзы (а где их тут возьмёшь?), то эта тётка — и правда небоевой типаж. Возможно, из неё получится неплохой источник информации. Но для начала следует её припугнуть.

— Назови мне хоть одну причину не убивать тебя, — произнёс Кабрио, продолжая удерживать перед её лицом искрящийся синий кулак.

— Созерцатели — не боевой класс! — заявила та. — Я не представляю для вас угрозы! Даже если захочу, мне вас даже не поцарапать!

— Это не ответ. Ты — член вражеской гильдии, повинной в гибели десятков гражданских. Вот за это я собираюсь размозжить твою голову, а не за то, какой у тебя класс.

— Хорр заставил меня! — выкрутилась та. — Думаешь, я бы стала работать с таким сборищем отморозков по своей воле? Да никто меня не спрашивал! Поставили перед выбором: либо я присоединяюсь к Ноктюрну в роли мага поддержки, либо Хорр забирает мои глаза и становится созерцателем сам!

— И я должен в это поверить?

Женщина открыла было рот, но поняла, что уговоры тут бесполезны. Она поникла и опустила взгляд.

— Нет, не должен. Если так уж хочешь, можешь убить меня прямо сейчас.

— Это что, попытка надавить на жалость? — приподнял бровь Кабрио.

— Да какую ещё жалость? Я, как видишь, не молодая симпатичная девчушка, чтобы своими слёзками вызывать умиление и жалость у молодых парней.

И всё же странник хотел провести ещё одну проверку. Легко строить невинность, когда с тобой цивилизованно разговаривают. А вот что, если над её жизнью нависнет угроза? Вдруг она сразу обернётся к развалинам и крикнет: «эй, помогай, у меня не прокатило!»

С этими мыслями Кабрио убрал заряд из кулака и вдарил тётке по лицу. Нужно было очень грамотно рассчитать силу — при нынешнем уровне он и без заряда мог проломить человеку голову.

Кулак впечатался в лицо, и созерцательница растянулась на полу, схватившись за разбитый нос. Кабрио же подошёл, замахнулся ногой и пнул её под дых, отбросив к уцелевшей стене. Тётка выплюнула воздух, сложилась пополам и захрипела. Позвать подмогу она так и не попыталась.

— Кабрио, ты что творишь?! — возмутилась Лорена, пробежав мимо него и склонившись над женщиной.

— Я бы не подходил к ней так близко, — сказал парень. — Вдруг у неё где нож припрятан.

— Да ничего у неё не припрятано! — гневно произнесла обольстительница. — Я наблюдала за их разговорами, когда меня выпускали наружу! Камиллу и правда принуждали к служению! Ей было так же страшно, как и мне!

— И ты уверена, что это не актёрская игра? — спросил Кабрио. — Как раз на случай, если Хорр проиграет, и ты вернёшься ко мне. А вместе с тобой ко мне подлижется эта глазастая и вотрётся в доверие.

В разговор вступила Зора:

— Кабрио, моё предчувствие ничего не улавливает. Не похоже, чтобы эта женщина строила против нас какие-то коварные планы.

— Вот видишь, даже Зора... — начала было Лорена, но мечница вдруг подошла к созерцательнице и пнула её по животу. Точно так же, как недавно Кабрио.

— Но она состояла в гильдии, устроившей налёт на общины и перебившей множество невинных людей, — добавила мечница. — Так что пусть не надеется, что здесь её полюбят и пожалеют.

— Рад, что мы мыслим в одном направлении, — хмыкнул Кабрио. — А теперь подождём, пока она придёт в себя, и поговорим по душам.

Вместе с мечницей он отошёл в сторонку и устало привалился к куску стены. Надо хоть немного отдохнуть, тяжёлый сегодня выдался день.

Остальные тем временем суетились над пленницей. Лорена и Гримм пытались привести её в чувство.

Затем монах что-то придумал и пристал к Шери. Кабрио не слышал их разговора, но видел, как девочка сначала отнекивалась, но потом сдалась и согласилась.

Монах подтащил созерцательницу к алтарю, Шери вставила туда своё Вместилище, и женщину исцелили. Она мгновенно пришла в себя и поднялась на ноги, ощупывая живот и нос.

До Кабрио наконец дошла суть происходящего. Гримм решил исцелить её через алтарь, но Вместилища душ у него не было, поэтому пришлось обращаться за помощью к Шери.

Её цилиндр уже успел наполниться некоторым количеством фрагментов. Сколько их там нужно на лечение ушибленного живота и разбитого носа? Пять? Десять?

Кабрио поднялся на ноги и подошёл к этой компашке:

— Раз уж вы так быстро привели её в себя, то продолжим.

Лорена бросила на него гневный взгляд, а созерцательница испуганно съёжилась.

— Итак, первый вопрос на повестке дня, — начал Кабрио. — Ты уверяешь, что твой класс небоевой, и даже продемонстрировала свои глаза. Но был тут один тип, способный сшивать несколько тел в одном и иметь за раз несколько классов. Где гарантия, что он не проделал то же самое с тобой? Что под твоей одеждой не скрываются запчасти от воинов, спидстеров и других боевых классов?

— Мне раздеться и показать? — язвительно спросила Камилла.

— Да.

Женщина удивлённо подняла бровь. Похоже, не ожидала, что он вот так мгновенно согласится. Но подчинилась и начала снимать с себя верхнюю одежду.

Когда осталось только нижнее бельё, она расставила руки в стороны, позволяя увидеть, что никаких швов на её теле нет.

А ведь тело очень даже ничего... Бродячий образ жизни сделал его подтянутым, да и волосокрадом она пользоваться не забывала, судя по гладкости ног и подмышек.

— Ну как, доволен? — спросила Камилла, чуть зардевшись.

— Доволен чем? — спросил Кабрио. — Ты ещё не разделась.

— Ты что, думаешь, у меня половые органы чужие пришиты? — пробормотала та, надеясь, что странник просто шутит.

— Да, именно так я и думаю. Снимай всё, или сниму сам с твоего трупа.

Поняв, что он не шутит, женщина спросила:

— И что, все будут вот так пялиться?

— Кто «все»? Гримм отвернулся ещё до того, как ты тунику сняла, а кроме него тут только я и трое женщин.

— Вот ты отвернись, а они пусть посмотрят и доложат тебе, не пришита ли у меня чужая грудь. Или ещё чего чужое...

Вместо ответа странник подал в руку ударный заряд, заставив её загудеть и заискриться. Резко побледнев, женщина начала расстёгивать бюстгальтер.

— Кабрио, ты ведь делаешь это только для того, чтобы убедиться, что она не представляет угрозы? — спросила Лорена с недобрыми нотками. — Здесь точно нет никаких скрытых мотивов?

— Представь себе, нет, — ответил странник.

Хотя не мог не признать, что зрелище обнажённого тела созерцательницы и правда притягательное. Как оказалось, волосокрада она задействовала не только на ногах и подмышках.

Камилла выпрямилась и снова расставила руки, всем своим видом выражая презрение к происходящему.

— Повернись спиной, — велел Кабрио.

Женщина подчинилась.

— Теперь обратно.

Камилла повернулась лицом.

— Ну, теперь-то убедился? Или, может, ещё куда-нибудь мне заглянешь?

— Едва ли Хорр смог бы имплантировать тебе внутренние органы, не повредив внешний кожный покров. Одевайся.

Исцеляющая магия Арксеона залечивала раны, но вот шрамы после неё оставались. Кабрио сам уже был весь покрыт рубцами. Так что если бы некромант и правда разрезал эту тётку, у него не получилось бы скрыть следы, просто исцелив её на алтаре.

Дождавшись, когда глазастая оденется, Кабрио сказал:

— Ну а теперь рассказывай нам всё, что знаешь об этом Тёмном альянсе.

— Наконец-то, — проворчала Камилла. — Я уж думала, не дождусь. Что хочешь узнать в первую очередь?

— Для начала: как ты вообще оказалась в Ноктюрне? Ты упоминала, что работала на Хорра по принуждению. И, возможно, даже не врала при этом.

Камилла помрачнела пуще прежнего. Кажется, этот вопрос вызвал не самые приятные воспоминания.

— Я состояла в одном из отрядов странников. Не самом сильном. Мы отставали от других отрядов, и доступ на новые ярусы всякий раз открывал кто-то другой. Нас было четверо: я, воин, огневик и отравитель. И вот однажды мы повстречали отряд, возглавляемый типом в маске...

Разговор вышел короткий. Хорр спросил, какие у незнакомцев классы. А чтобы всё было честно, рассказал о своём и продемонстрировал его. Двое его подчинённых сделали то же самое. Никто из отряда Камиллы не заметил подвоха, и лидер согласился на обмен информацией.

Но едва они закончили демонстрацию, Хорр тут же отдал приказ атаковать. Их было трое против четверых, но численный перевес не помог: союзники Камиллы были разбиты в считанные секунды. Слишком велика оказалась разница в силе.

Всех троих убили, а созерцательница выжила лишь потому, что не принимала участия в схватке и выглядела безобидной.

В тот день она узнала, что в Арксеоне есть странник, способный пришивать себе куски чужих тел и таким образом получать новые способности.

На тот момент Хорр обладал классом воина и одним пустым «слотом», который собирался заполнить одним из повергнутых странников.

Огонь его не интересовал, поэтому выбор стоял между отравителем и созерцателем. Обрести всевидящие глаза или возможность отравлять врагов?

В итоге Хорр выбрал второе. Ему уже доводилось сталкиваться с отравителями, и он знал, насколько это противная магия, и как она может перевернуть исход любого поединка.

Что же до Камиллы: увидев, как она трясётся от ужаса, некромант решил, что её даже не обязательно превращать в зомби, а можно принудить к сотрудничеству силой.

Так созерцательница примкнула к отряду злодеев, который позже стал гильдией «Ноктюрн», первой в Тёмном альянсе.

— На самом деле все понимали, что жить мне осталось ровно до того момента, как у Хорра появится свободный слот под созерцателя, — сказала женщина в завершение. — И я тоже понимала, что моя смерть — вопрос времени. Но поделать ничего не могла. Мне ведь даже бежать было некуда. Кругом монстры, а у меня небоевой класс.

— Тебя послушать, так ты прямо невинная овечка, — сказал Кабрио.

— Представь себе, так оно и есть. Знала бы я, что так всё обернётся, ни за что бы не высунулась за пределы первого яруса. И остальной отряд бы не отпустила. Примкнули бы к какой-нибудь мирной общине, и жили бы там спокойно. Быть может, оказались бы среди тех, кого ты переселил на шестой ярус, — добавила она с грустной усмешкой.

— Теперь Тёмный альянс. Рассказывай всё, что о нём знаешь.

На самом деле знала Камилла не так уж много. Хорр принуждал её к сотрудничеству и понимал, что она ненадёжный союзник, поэтому сильно ограничил её доступ к информации.

Например, через настройки гильдии он ограничил полномочия женщины так, что она не могла увидеть ни список согильдийцев, ни их позиции на карте.

— И я должен в это поверить? — спросил Кабрио. — Хотя проверить твои слова я всё равно никак не смогу, так что продолжай.

— Почему же, ещё как сможешь, — ответила Камилла.

— Каким бы образом?

— Вот таким, — сказала она, показав пальцем на свои глаза. — У меня есть способность, позволяющая мне делиться зрением с другими людьми, чтобы они могли видеть мир моими глазами. Именно так мы следили за бойней на шестом ярусе, находясь на утёсе почти в километре от деревни.

— Это ведь не уничтожит наши глаза? — на всякий случай уточнил Кабрио.

— Если уничтожит, то сразу вслед за этим вы уничтожите меня. Правда ведь?

— Правда-то правда, только вот ценой своей жизни ты оставишь без глаз меня или одного из моих союзников.

— Кабрио, тебе ещё не надоело? — проворчала Лорена.

— Ладно, попробуем, — сказал странник и повернулся к союзникам. — Если она и правда что-то сделает с моими глазами, убивайте её медленно. Скажем, пусть Гримм сожжёт её заживо на медленном огне. Раз уж преодолел свой пацифизм.

— Ты опасаешься моей магии, но мне одной кажется, что самый страшный человек здесь — это ты? — пробормотала Камилла, приводя свою магию в действие.

Кабрио почувствовал, как что-то коснулось его глаз.

— Не сопротивляйся, — велела созерцательница.

Он расслабился, и вскоре картинка перед глазами изменилась. Кабрио видел всё те же обломки замка и разместившийся в них отряд. И себя тоже, потому что теперь он смотрел на всё с другого ракурса. С того места, где сидела Камилла.

— А особыми режимами своего зрения ты тоже можешь поделиться? — спросил он.

— Конечно. Только расход маны становится выше.

С этими словами Камилла сменила режим, и все стены и прочие уцелевшие постройки стали прозрачными, позволяя просматривать территорию замка насквозь.

А потом у Кабрио закружилась голова. Потому что созерцательница снова переключила режим, и теперь её глаза видели во всех направлениях, на 360 градусов. Как камеры, при помощи которых создаются панорамы улиц в онлайн-картах.

Сама-то она давно привыкла к этому режиму, а вот Кабрио с непривычки едва не повалился с ног. Решив не издеваться над ним, Камилла вернулась к обычному режиму зрения, безо всяких дополнительных функций.

— Теперь смотри, — сказала она, развернув перед собой интерфейс.

И Кабрио его увидел. Прежде он не знал никаких способов увидеть чужой интерфейс. Магический сенсор тоже не помогал, потому что интерфейс Арксеона не являлся магией.

Но теперь странник смотрел на интерфейс Камиллы её глазами. Женщина раскрыла панель гильдии, и странник убедился, что информации там и правда с гулькин нос.

Название: Ноктюрн.

Лидер: доступ заблокирован.

Численность: доступ заблокирован.

Члены гильдии: доступ заблокирован.

Затем она переключилась на карту, где не было ничего, кроме открытой местности к северу от замка и метки самой созерцательницы.

— Допустим, верю, — сказал Кабрио. — Продолжай.

Но что созерцательница знала наверняка, так это то, что лидером и основателем Тёмного альянса является не кто иной, как Хорр. Именно ему пришла в голову идея объединить всех странников со злодейскими замашками в единую организацию.

Всякое отребье вроде бандитов первого яруса Хорра не интересовало, но вот сильные гильдии, занятые прохождением Арксеона, он охотно вербовал в свои ряды.

На самом деле альянс был чисто формальным. Механика Арксеона ничего такого не предусматривала, но и собрать всех злодеев в одной гильдии Хорр не мог — мешало ограничение в десять человек.

Лидер не отчитывался перед Камиллой обо всех своих союзах, но всё же созерцательница путешествовала вместе с ним, слушала разговоры и имела общее представление о структуре Альянса.

И если верить её словам, гильдий там было всего три: Ноктюрн, Бладстрик и Войдспаун.

Бладстрик в качестве вступительного испытания атаковал деревню на шестом ярусе, и в ходе сражения был почти полностью истреблён гильдией Нексус.

— Почти? — переспросил Кабрио.

— Лиона выжила и догнала нас возле обелиска. Плакалась о том, что им обещали лёгкую битву, а на деле заставили драться с жутким синим чудищем.

— И где она сейчас?

— Не знаю. Лиона просила взять её в Ноктюрн, раз уж прежней гильдии не стало, но Хорр убил её и превратил в зомби. А затем куда-то подевал. Может, запрятал на будущее, когда сможет пришить себе ещё больше классов, чтобы прибавить к своему арсеналу силу гравитации.

— Нормально, блин. Попросился в гильдию, а тебя ходячим мертвецом сделали и на органы пустили.

— Таково одно из правил Ноктюрна. Если подводишь лидера и не оправдываешь ожиданий, то отдаёшь ему своё тело и становишься безвольным слугой. Я и сама несколько раз была близка к тому, чтобы повторить судьбу той гравитаторши.

Последние слова Камилла произнесла почти шёпотом. Видимо, вспомнила что-то неприятное.

— Кстати, — вспомнил Кабрио. — Когда я летел за вами после бойни в деревне, Хорр что-то с тобой делал.

— Собирался вырвать мне глаза, — ответила женщина. — Я тогда перегнула с юмором, и он решил меня наказать. Если бы ты не прилетел, он бы и правда завершил начатое...

— Хо, так я тебя ещё и спас?

— Ну да. Получается, что так.

— Постой, так остальные его классы тоже отняты у бывших членов Ноктюрна?

— Нет, не все. Воина и отравителя он забрал у простых странников, встреченных в Арксеоне. А вот регенератор и спидстер действительно были членами Ноктюрна.

— И кем они были — те двое, кого он пустил на органы? Чем они провинились?

— Про первого не знаю, я присоединилась к Ноктюрну уже после него. Ну а вторым — спидстером — был мужчина по имени Рейц. Именно он во время бойни в деревне похитил Лорену. Хорр приказал ему не вмешиваться в бой, но попытаться выяснить, кто из местных представляет ценность для лидера «Нексуса», и похитить его.

— И он успешно справился с задачей. Чего ж его наказали и пустили на органы?

— Насколько мне известно... — начала Камилла, но за неё закончила Лорена:

— Он решил поразвлечься со мной, прежде чем доставить к Хорру.

— Под «поразвлечься» понимается...

— Понимается, что он меня изнасиловал. А Хорру не понравилось, что его подчинённый что-то сделал без приказа. А что было дальше, я не знаю — меня в инвентарь запихнули. Но насильника с тех пор я больше не видела.

— Было то же, что и всегда, — сказала Камилла. — Хорр умертвил его, отрезал ногу и пришил себе.

— Теперь поговорим о способностях самого Хорра, — сменил тему Кабрио. — Пусть его больше нет, но мне всё же любопытно, как работала эта его имплантационная некромантия.

— По большей части ты уже всё знаешь. Отрезает чужие части тел, пришивает к себе и применяет на них некромантию, заставляя функционировать. Число чужих классов, которые может присвоить Хорр, ограничено. Когда я присоединилась, их было три. Но на восьмом ярусе он повысил свой лимит до четырёх и добавил себе класс спидстера.

— К слову, а где сейчас изначальные обладатели присвоенных им классов? Ходят где-то в облике зомби, лишённые конечностей?

— Нет, — покачала глазастая головой. — Некромантия Хорра не позволяет разделять мертвецов и управлять каждой их частью по-отдельности. Так что когда он направляет свою магию на пришитую конечность, остальное тело перестаёт функционировать.

— Ну хоть так. Иначе было бы уже какое-то читерство, — сказала Шери.

— Сколько всего вас было в гильдии? Трое? — спросил Кабрио.

— Скорее всего, больше. Мы ведь не путешествовали все одним скопом, а полного списка членов Ноктюрна я не вижу — доступа нет. Но иногда к нам наведывались незнакомые люди, и Хорр обсуждал с ними какие-то вопросы.

— Например?

— Вот совсем недавно, уже после перехода на этот ярус, приходила какая-то тётка с жутким взглядом. Хорр называл её Эльзой. Она вообще ненормальная. Обнюхивала меня, облизывала. Сразу видно, что отбитая маньячка.

— Проще говоря, с Ноктюрном ещё не покончено, — сказал Кабрио. — Там и без Хорра хватает колоритных личностей.

— А что насчёт той третьей гильдии, которую ты упоминала? — напомнила Зора.

Глава 8. Терзания мечницы

— А что насчёт той третьей гильдии, которую ты упоминала? — напомнила Зора.

— Войдспаун? О них я почти ничего не знаю. Однажды только видела лидера, когда он приходил на встречу с Хорром. Кажется, его звали Шейд. Мрачный такой тип, лицо замотано бинтами. Его класс — магия разложения. Опасная штука. Мой вам совет: если столкнётесь с ним, не позволяйте к себе прикоснуться.

— Ясно. Ещё что-нибудь интересного расскажешь? — спросил Кабрио.

Камилла задумчиво потеребила подбородок.

— Да вроде как уже всё рассказала. Но если что-нибудь ещё вспомню, обязательно сообщу.

— В таком случае пора с тобой кончать.

— Э... что? — озадаченно промолвила женщина.

— А что тебя удивляет? Или ты думала, что я просто отпущу тебя?

— Но я же сделала всё, как ты хотел! Всё рассказала!

— И что с того?

Камилла хотела ещё что-то сказать, но поняла, что предъявить ей нечего. В конце концов, она даже не взяла с Кабрио никаких обещаний. Что-нибудь вроде того, что в обмен на информацию он сохранит ей жизнь.

— Ой, да поступай, как знаешь, — буркнула она, отведя взгляд. — Даже если бы ты меня отпустил, что я буду делать одна на восьмом ярусе? С небоевым-то классом.

Парень подошёл к ней и зарядил кулак.

— Кабрио, стой! — тут как тут нарисовался Гримм.

— Чего тебе? Ты вроде как убедил себя, что странники нашего уровня — уже не люди, и на них запреты твоего Квериса не распространяются.

— Человечность определяется не уровнем силы, — поспорил монах. — Эта женщина не превращается в зверя и не пожирает других людей. Всё, что у неё есть — это особые глаза. Разве за это она заслуживает смерти?

— Она, дорогой мой, заслуживает смерти за то, что состояла в гильдии, устроившей бойню в мирных общинах. Она состояла в отряде Хорра, помогала ему проходить ярусы и накапливать силу.

— Но Хорра больше нет, а без него эта женщина безвредна! Как она правильно заметила, её класс небоевой. Она не сможет никому причинить вреда.

— Сможет, ещё как. Например, передав своим подельникам наши координаты, чтобы натравить на нас объединённые силы Тёмного альянса.

— Кабрио, ты не забыл, что я могу показать тебе свой интерфейс? — напомнила Камилла. — Хочешь почитать мои переписки?

— А ведь идея. Показывай.

Созерцательница провела ту же манипуляцию, что и раньше: поделилась с Кабрио своим зрением и запустила интерфейс.

— Открывай чат.

— Не могу.

— Что за дурацкие игры?

— Это не игры, Кабрио. Дело в том, что у меня нет чата.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Хорр мне не доверял, и не дал активировать ту белую плитку. Иначе я могла бы связаться со своими знакомыми и сливать им информацию о действиях Ноктюрна.

— И я должен в это поверить?

— Ну...

Камилла замялась. И правда: в интерфейсе Арксеона не было классических вкладок, как в играх. Каждое окно вызывалось мысленной командой, и Кабрио, даже глядя на мир глазами этой женщины, не мог увидеть, какие функции интерфейса у неё есть, а каких нет. При таком раскладе она могла просто скрыть наличие чата.

— Вот блин, и как тебя убедить... — пробормотала она.

Кабрио снова зарядил кулак, заставив его загудеть и заискриться.

— П-постой! — выпалила женщина. — Я придумала! Насколько я знаю, френдлист в чате заполняется автоматически. Туда попадают все, с кем ты познакомился и пообщался. А со мной ты не то что пообщался, а ещё и заставил раздеться и пялился на моё тело. Будь у меня чат, уж после такого-то я всяко должна была появиться у тебя в контактах. Вот и проверь список.

Кабрио проверил. И имени Камиллы там не обнаружил. Может, представилась чужим?

Нет. Взять, к примеру, копирующего мага из отряда Касандры. Там все были уверены, что Рейвен — это вымышленный псевдоним, но в контактах парень числился именно под этим именем.

Значит, и Камилла должна была появиться под тем именем, которым назвалась. К тому же число контактов должно было увеличиться на один, но оно осталось прежним. Как ни погляди, а Камилла туда не добавилась.

— Может, в этот список не добавляются те, кто считает меня врагом, — вынес Кабрио ещё одну теорию.

— А Марк в этом списке есть? — спросила Зора. — Как ни посмотри, он тебя другом не считает.

— Есть... А вот Хорр так и не появился.

— С ним вы разговаривали, параллельно с этим пытаясь убить друг друга. Вот же, пойди разбери, как эта система работает, — посетовала мечница.

— В общем, я не увидел убедительных доказательств, что у тебя и правда нет чата, — заключил Кабрио.

— И как мне это доказать? — мрачно произнесла созерцательница. — Переспать с тобой, чтобы система уж точно посчитала нас «друзьями»?

— Тут одна дамочка явно будет против, — сказал Кабрио, покосившись на Лорену.

— То есть, сам ты не против? — язвительно отозвалась та.

— А чем плох вариант взять меня к себе? — вдруг предложила Камилла. — Вы куда сильнее моего прошлого отряда, и не проиграете так легко. А мой класс созерцателя будет полезен, уж не сомневайтесь. Я ведь тоже постоянно развиваю свою Силу. Вот сейчас, например, пытаюсь научиться видеть чужую магию. Если получится, то смогу предупреждать вас о магических ловушках. И о том, какие заклинания готовит враг.

— И конечно же, не попытаешься нас предать.

— Сказала ведь — у меня нет чата. Или всё ещё думаешь, что я его как-то скрываю?

— А что насчёт гильдии? Через неё другие члены ноктюрна смогут отслеживать твои координаты.

Вместо ответа женщина снова запустила общее зрение, на глазах у Кабрио открыла интерфейс и вышла из гильдии.

— Вот и всё, теперь никто не отследит. Ты не представляешь, как давно я хотела нажать кнопку «выход».

— И всё равно мне кажется, что разумнее тебя прибить. Не бойся, я всё быстро сделаю. Даже испугаться не успеешь.

— Да делай ты уже, что хочешь... — пробурчала женщина.

— Кабрио, может, всё же дадим ей шанс? — снова вступился за неё Гримм. — Так сказать, испытательный срок. У нас в отряде сплошь боевые классы, а так будет хоть один маг поддержки.

— Ладно, — сдался лидер и повернулся к созерцательнице. — Но не надейся на тёплое отношение. Твоя роль — послушная собачка, выполняющая приказы. Это ясно?

— Да, — смиренно кивнула Камилла. — Раздеться, встать на четвереньки, помяукать — всё, что захочешь.

Не обратив внимания на её подколку, Кабрио кинул женщине приглашение в гильдию. И сразу ограничил функционал, запретив видеть список членов «Нексуса» и их метки на карте.

— А теперь пора уже поесть и отдохнуть, — сказал он.

Отряд приступил к ужину и чаепитию. И ясное дело, что не обошлось без разговоров. Первой тишину нарушила Лорена, пропустившая все последние события, пока лежала в инвентаре у Хорра:

— Кабрио, мне ведь не показалось, и в том бою в деревне тебе отрубили руку?

— Ну да, было дело, — ответил странник.

— Но сейчас она на месте. Только какая-то синяя. И левая нога тоже...

— Её тоже отрубили, — сказал Кабрио, откусив очередной кусок.

— И почему ты так спокойно об этом говоришь?! Лишиться руки и ноги — это, знаешь ли, не шутка!

— Потому что могу легко заменить их на магические протезы.

Лорена подсела поближе и потрогала руку. Опасности в этом не было — Кабрио сам уже проверил. На ощупь его протезы были, как упругий, слегка вибрирующий материал.

— И что, они полноценно заменяют живые конечности?

— В боевом плане они даже лучше — в них легче формировать магию. А ещё они не чувствуют боли, не истекают кровью и могут быть легко восстановлены, если повредятся.

— А в небоевом?

— Ну, у них пониженная чувствительность. Я немного поработал над этим, и могу ощущать, когда эта рука чего-то касается. Но уже не так отчётливо, как при живой плоти.

— Ты это, чувствительностью-то не разбрасывайся, — упрекнула его девушка. — Мне она ещё понадобится. И вообще, поосторожнее будь. Мне киборг в постели не нужен.

Какое-то время они ели в молчании, но затем Кабрио сам кое-что вспомнил:

— Зора, помнится, ты хотела что-то у меня спросить, но взяла отсрочку до того момента, как мы вернём Лорену. И вот мы её вернули.

Мечница так и застыла с поднесённым ко рту мясом.

— Не хочешь, не говори — я не настаиваю. Просто напомнил, а то мало ли забыла.

Обольстительница озадаченно переводила взгляд с Кабрио на Зору и обратно, пытаясь уловить нить.

— Тебе не кажется, что мы слишком рано радуемся спасению Лорены? — сменила Зора тему.

— Это почему?

— Она впервые оказалась на ярусе, населённом высокоуровневыми монстрами. Да и длительного перехода не выдержит. Я переживаю, дотянет ли она до обелиска.

— Мы можем понести её на руках, — предложил Гримм. — Так же, как злодеи из Ноктюрна носили Камиллу. Я ведь правильно понял, что большую часть времени ты путешествовала на руках у того оборотня?

— Ой, не напоминай, — поёжилась созерцательница. — Таскал меня, как мешок картошки. У меня потом всё тело ломило.

— Чего вы велосипеды изобретаете? — сказал Кабрио. — Всё уже придумано за нас. Раз Лорена помещается в инвентарь, в нём её и понесём.

— Ты ведь это не серьёзно? — с опаской произнесла девушка.

— А что не так?

— Там жутко, знаешь ли. Висишь в пустом бесконечном пространстве, в полном одиночестве. И даже не знаешь, что происходит снаружи. И выбраться не можешь. Вот представь, что ты не подобрал бы руку Хорра и не вытащил меня. Я ведь так бы и осталась в инвентаре, медленно умирая от голода и жажды.

— Рано или поздно я бы заметил, что на карте осталась твоя метка, и нашёл бы руку. К тому же там безопасно. Никакие монстры тебя не достанут.

— Может, тогда и Камиллу так же носить? — предложила Шери. — Она же ускоряться не умеет. А на руках ей, видите ли, не нравится.

— Не выйдет, — покачала та головой. — Инвентарь не примет странника равного тебе уровня. Мёртвые тела, существа без магии, слабые странники — это пожалуйста. А вот я ни в чей инвентарь так и не влезла — ни к Хорру, ни к Сигурду.

— Значит, Камиллу тащим на руках, — сказал Кабрио, поднимаясь на ноги. — Всё-таки проще было бы прибить... А вот ты, — он повернулся к Лорене, — полезай в инвентарь.

И раскрыл перед девушкой тёмно-фиолетовую воронку.

— Ты ведь не забудешь меня кормить и выпускать в туалет? — плаксиво произнесла она. — А то Хорр частенько забывал. Чтоб ты знал, время там не останавливается, и естественные потребности никуда не деваются.

— Постараюсь не забыть. Если что, другие напомнят. Да и не думаю, что в бесконечном пространстве туалет может стать проблемой.

— Ещё как может! Представляешь хоть, каково это: когда возле тебя болтается в воздухе жёлтый сгусток и так и норовит в тебя влететь?

— Надо было напор помощнее делать, чтобы подальше улетело, — решила поумничать Шери.

— Шери!!!

Залившись краской, Лорена поспешила скрыться в чёрной дыре, и её модель отобразилась в виде тех же 3х12 ячеек.

Прежде чем покинуть замок, Гримма попросили показать, где он оставил тело Сигурда. Необходимость собирать лут никто не отменял.

И главным трофеем с вражеского оборотня оказалось Вместилище душ, невесть где им раздобытое. Артефакт без разговоров отдали Гримму, и теперь у каждого члена отряда имелось по одной штуке.

А затем отряд покинул разрушенный замок и вернулся к исследованию восьмого яруса Арксеона.

Эту локацию можно было условно поделить на северную и южную половины, разделённые пропастью. Кабрио решил вернуться на южную, где изначально высадился его отряд.

Если верить Камилле, северная ничем не отличалась. Да и Хорр едва ли стал бы продвигаться к пропасти с такой скоростью, если бы нашёл в пути нечто интересное и заслуживающее внимания.

Но кроме выбора направления, перед выходом встал ещё один вопрос. А именно — транспортировка созерцательницы. В инвентарь она не влезала, а на своих двоих двигалась не быстрее обычного человека.

Все понимали, что так дело не пойдёт, и не видели иного выхода, кроме как тащить женщину на руках.

На предложение закинуть её на плечо Камилла уверенно заявила: «лучше убейте!» От позы «как принцессу» она не отказалась, но честно предупредила, что так ей будет сложнее смотреть вперёд, да и у несущего её странника будут заняты руки.

В итоге сошлись на том, что путешествовать она будет у Кабрио или Зоры на спине. Скорость всё равно пришлось сбавить, чтобы созерцательница ничего себе не отбила и не свалилась, но всё лучше, чем подстраиваться под её черепашью скорость.

Когда отряд пересёк прилегавшую к пропасти равнину и вошёл в коралловый лес, Камилла сообщила:

— Впереди, в шестидесяти метрах, на пять градусов влево, стайка мелких тварей. А в восьмидесяти на двадцать градусов вправо — вожак.

Как оказалось, не соврала. Сначала зачистили мелких, а затем встретили большого, уже готовые к его появлению. Затем двинулись дальше, и Камилла продолжала предупреждать обо всех таящихся впереди врагах.

Но появление созерцательницы было не единственным изменением в отряде. Магия Гримма тоже преобразилась.

Если правой рукой он призывал всё тот же классический огонь, то вот из левой выстреливало нечто совершенно иное. Багровые всплески не поджигали, а высвобождали взрывные волны, разрушающие всё на своём пути.

Так его новую силу и прозвали — магией разрушения.

И боевой потенциал у неё был на порядок выше, чем у огня. Как минимум потому, что огню требовалось время, чтобы нагреть и сжечь цель, тогда как разрушение наносило урон сразу, разрывая тела врагов.

Помимо ударной силы, рука ещё и эпично выглядела, но вот Гримма это совсем не радовало. Монах говорил, что становится похож на демона.

— Меня одно смущает, — сказал Кабрио, когда отряд зачистил очередную пачку врагов. — Получается, что если ты заменишь все части тела и полностью преобразишься в демона, то лишишься своей изначальной магии — огня? А ведь он бывает полезен в быту. Не говоря уже об огненных стенах, которые ты приспособил для защиты гражданских.

— Он ведь научился убивать людей, на кой ему теперь стены? — напомнила Шери.

— Не людей, а высокоуровневых странников, утративших человеческий облик. Как я понял, простые бандосы всё ещё остаются для нашего пацифиста проблемой.

— Верно, — кивнул монах. — Что же касается пламени...

Он вытянул демоническую лапу, сформировал магию, и на ладони зажглось пламя. Только не обычное, а такое же багровое, как сама рука, и источавшее зловещее гудение.

— Если мы на этом еду поджарим, её ведь можно будет есть? — на всякий случай уточнила Шери.

— Проверим на Камилле, — недолго думая ответил Кабрио. В ответ на это созерцательница показала ему язык.

Больше за этот день ничего примечательного не произошло. Когда стемнело, отряд присмотрел уютную площадку в скальном биоме, окружённую валунами, и стал устраиваться на ночлег.

Так-то в их составе теперь была созерцательница, способная видеть в темноте (и поделиться этим зрением с остальными), но она заявила, что не выдержит ещё нескольких часов скачек на спине у странника.

Да и Кабрио не хотел доверять ей свои жизни. Кто её знает: возьмёт да отрубит зрение в самый неподходящий момент, прямо посреди схватки.

Гримм развёл костёр и принялся изучать свою левую руку (что делал на каждом привале), Шери с Зорой приступили к приготовлению ужина из пойманных в пути каборусов, а Кабрио призвал инвентарь и извлёк из него Лорену.

Наученный прошлым опытом, в этот раз он призвал воронку пониже и подстелил шкуру, чтобы высадка прошла для девушки с максимальным комфортом.

— Кабрио, это нужно делать примерно вдвое чаще! — упрекнула его обольстительница, уже заметно пританцовывая.

— Уж извиняй, не привык я ухаживать за питомцами. Идём, провожу тебя в туалет.

— В смысле — проводишь?

— В том смысле, что мы на восьмом ярусе. Знаешь, какие тут милые зверушки водятся? Увидишь таких, и «сходишь», не успев снять штаны. И по-маленькому, и по-большому.

— Кабрио, если ты не забыл, я девушка. Мы с тобой хоть и не чужие, но всё же не хотелось бы, чтобы ты смотрел... и слушал, как я справляю естественные потребности. Лучше я Зору попрошу, а ты подмени её и займись готовкой.

— Как знаешь. И глазастую с собой прихватите, она тоже давно не «ходила».

Упомянутая созерцательница сидела на своей шкуре, потирая затёкшие конечности и чуть ли не плача.

Когда все сходили, кому куда было надо, поели и попили, отряд стал готовиться ко сну.

Лорена уговорила спутников позволить ей поспать по-человечески, а не в инвентаре, где царила невесомость. По словам обольстительницы, в этом пустом пространстве ей было тревожно, и уснуть никак не получалось.

Первая очередь дежурить в этот раз выпала Гримму. Кабрио улёгся на шкуру и уже собрался спать, но вдруг кое-что вспомнил.

— Зора, давай-ка отойдём ненадолго, пока все не уснули, — сказал он лежащей напротив мечнице и поднялся.

Вдвоём они отошли метров на двадцать от лагеря и завернули за валун.

— Ты хотел о чём-то поговорить? — спросила напарница с нотками волнения.

— Скорее не поговорить, а показать, — ответил Кабрио. — Ты ведь была рядом, когда я дрался с Хорром? Помнишь, как он лишил меня ноги?

— Да. Он изучил новый рунный удар, о существовании которого мы не знали, и застал тебя врасплох. Надеюсь, мы встретим ещё одного синего самурая, чтобы я смогла освоить тот же приём.

— Вот для этого мы сюда и пришли. Как мы уже знаем, для освоения рунного удара не нужно разыскивать свитки с чертежами, проходить квесты или ещё что подобное. Достаточно просто увидеть его в чужом исполнении и запомнить рисунок.

Мечница выпучила глаза:

— Кабрио, уж не хочешь ли ты сказать, что...

— Именно это я и хочу сказать, — произнёс парень с улыбкой. — Первым разрубающим ударом Хорр застал меня врасплох, но уже со второго я внимательно следил за его движениями и, кажется, смог запомнить последовательность взмахов.

— Кажется?

— Вот сейчас и проверим, насколько хороша моя память. Ты ведь не получишь никаких пенальти, если ошибёшься в рисунке?

— Нет, я это уже проверила. Руна просто не сработает.

— Вот и замечательно. А теперь смотри.

С этими словами Кабрио выставил указательный палец и принялся чертить в воздухе руну. Он настроил свою магию так, чтобы оставляла в воздухе небольшой шлейф. Прямо как при черчении воинских рун, только не красного, а синего цвета.

Зора попросила показать ещё раз, а затем попробовала сама. Отвернувшись от лидера (технику безопасности никто не отменял), она достала один клинок, серией ловких взмахов начертила руну и взмахнула. С лезвия сорвалась алая волна, но при ударе по воздуху было не понять, сработала руна или нет.

Тогда мечница подошла к ближайшему валуну и повторила приём. Сорвавшаяся с лезвия алая волна прошла камень насквозь, что сопроводилось громким треском. А затем верхняя часть камня со скрежетом съехала вниз, оставив ровный диагональный срез.

— Надо же, работает, — с придыханием произнесла мечница.

— Вот и замечательно. Игнор вражеской брони — полезнейшая вещь. Говорю тебе это не только как геймер, но и как человек, которому этим ударом недавно отсекли ногу. Можешь потренироваться. А я, пожалуй, пойду спать.

С этими словами он направился назад в лагерь.

— Постой, — остановила его Зора.

— Что?

— Это насчёт того вопроса, который я хотела задать.

— А, ты об этом? Ну и как, решилась наконец? Даже интересно, что могло так смутить суровую воительницу вроде тебя.

Мечница вдохнула и выдохнула, собираясь с духом. А затем произнесла:

— Кабрио, скажи прямо, что ты обо мне думаешь?

— Э... Ну, ты сильный воин и ценный союзник.

— Нет, я не об этом. Что ты обо мне думаешь, как о женщине?

Глава 9. Маунт

— Что ты обо мне думаешь, как о женщине?

Вот те раз... Хотя чему удивляться? Пусть Зора выделяется на фоне других женщин, и выросла на историях о воительницах и амазонках, а не на дамских романах о принцах, но она всё ещё женщина.

— Не нужно высокопарных речей, просто оцени по пятибальной шкале, — добавила она. — Понимаю, что с Лореной мне не сравниться, но всё же интересно, сколько ты мне дашь.

— Ну, если Лорена — это твёрдая пять, то у тебя будет уверенная четвёрка.

— Правда? — Зора приподняла бровь, как будто ожидала меньше.

Окажись они на Земле, где вокруг бегают накрашенные девицы в юбках и на каблуках, может, оценка и правда была бы пониже. Зора и на гражданке наверняка ходила в штанах и без косметики.

Но здесь, в Арксеоне, планка женской красоты была на порядок ниже. Если девушка живая — уже хорошо. Так что Кабрио не солгал, дав напарнице четыре балла. Вслух он этого, конечно же, не сказал.

— Раз ты поставил мне балл выше среднего, значит, был бы не против переспать со мной?

Вот так и спросила, прямо в лоб. Теперь понятно, отчего она долго не могла решиться. А раз так, то и отвечать следовало так же — прямо и без утайки.

— Да, совсем не против, — честно ответил Кабрио.

В следующую секунду его повалили на шкуру. Ловкая воительница успела вытащить её из инвентаря и подложить под лидера прежде, чем он коснулся земли.

Сопротивляться он не стал — ведь четыре балла были поставлены от чистого сердца. Странники избавили друг друга сначала от доспехов, а затем и от одежды.

Кабрио запоздало вспомнил, что эта женщина не обладает классом обольстителя, и секс может иметь для неё последствия.

Но как раз на этот случай в инвентаре уже давно пылился один полезный предмет. Достав маленькую квадратную упаковку, Кабрио надел резинку и накинулся на напарницу.

***

В лагерь они вернулись спустя где-то час. Все уже спали, и только Гримм дежурил, охраняя сон спутников. Задавать вопросов он не стал. Мельком глянув на странников и убедившись, что это свои, монах продолжил изучение своей левой руки.

Стараясь не издавать лишних звуков, странники расстелили шкуры и легли спать.

— Ну и как тебе Кабрио? — нарушил тишину женский голос.

Зора чуть не подпрыгнула.

— Лорена? Ты что, не спишь?

— Как же я могу спать, когда моя лучшая подруга наконец-то решилась на признание?

— Наконец-то? Так ты обо всём знала? — спросил Кабрио.

— Кабрио, ты как будто нашу Зору не знаешь. Она принципиально не врёт и ничего не утаивает. И она не стала бы соблазнять тебя у меня за спиной. Так что да, я в курсе.

— И давно?

— С вашего второго визита в крепость. Вы тогда ещё спарринги на плацу устроили, помнишь? Я уже тогда заметила, как Зора на тебя поглядывает, и устроила ей допрос с пристрастием.

— И ты так спокойно об этом говоришь?

— А чего ты ожидал? Сцен ревности? — хихикнула обольстительница.

— Да, как минимум их.

— Кабрио, я реалистка, и умею здраво мыслить. С тобой мы видимся раз в несколько недель. А ты молодой здоровый парень, и тебе... Ну, сам понимаешь — нужно.

— Мало ли, что нужно. При необходимости мог бы и потерпеть.

— А зачем терпеть, если у вас взаимная симпатия? Когда вернёмся на шестой ярус и окажемся в безопасности, я обязательно утащу тебя к себе в дом. Ну а в этом жутком месте, где повсюду бродят жуткие чудища, так и быть, уступаю тебя Зоре.

— Какая щедрость...

Несколько секунд висела тишина, нарушаемая треском костра и голодным рёвом какой-то твари вдалеке. А затем обольстительница вдруг сказала:

— А может, на шестом ярусе втроём попробуем?

— Вы уткнётесь сегодня или нет? — раздался недовольный голос Шери. — Спать мешаете, блин.

***

Проснулся странник от того, что кто-то усиленно тряс его за плечи.

— Кабрио! Кабрио! — послышался сквозь пелену сна взволнованный голос Лорены.

— Ну чего? — пробормотал он, поднимаясь и потирая глаза. Если тревогу бьёт не дежурный, значит, никакие монстры не напали. А гражданская девица любой тени испугается.

— Твоя рука и нога! Они пропали! — выпалила девушка с выпученными от ужаса глазами.

— А, ты об этом, — понял парень, бросив взгляд на правую руку и левую ногу. Ясное дело, что на ночь он оставлял только нити, а всё остальное рассеивалось, и теперь на их месте виднелись две культи, зашитые синими волокнами.

Пока обольстительница окончательно не свихнулась от ужаса, странник поспешил вырастить протезы и пошевелить ими, показывая, что всё на месте и исправно работает.

— И что... они теперь... вот так... каждую ночь... будут пропадать? — пробормотала девушка.

— Ну да. А что такого?

— Что такого?! Кабрио, это же...

— Что? Для сна конечности не нужны. Наоборот, только мешаются и затекают, если неудачно на них лечь.

Девушку такой ответ явно не устроил, но она поняла, что спорить бессмысленно, и лишь покачала головой.

Сделав все утренние дела, Кабрио закинул Лорену в инвентарь, и отряд продолжил путь. Камиллу снова пришлось тащить на спине, и при этом выслушивать её нытьё о том, как ей неудобно, что у неё отбито и где ей натирает.

— Мне не нравилось ездить на Сигурде, но теперь понимаю, что он был большой и мягкий, не то что ты, — проворчала она во время очередного марш-броска.

— Как только найдём в Арксеоне машину времени, немедленно отправлюсь назад и найду способ освободить Лорену мирным путём. Чтобы ты осталась в компании со своим любимым оборотнем и некромантом. Раз уж они такие мягкие, — ответил Кабрио, теряя терпение.

— Да я же пошутила! — перепугалась созерцательница, словно в Арксеоне и правда могла существовать машина времени. Хотя кто сказал, что нет... — Конечно же, вы намного лучше! Пусть тело с вами болит, зато душа в порядке.

— Но таскать её вот так — это и правда бред, — сказала Шери. — Вот бы в Арксеоне маунты были.

— Кстати о них, — произнёс Кабрио, остановившись перед коралловым лесом. Возле его опушки паслись несколько синих единорогов.

— Что? — не поняла Камилла.

— Ничего. Жди здесь.

Поставив её на землю, парень двинулся к монстрам. Их было четыре — как раз по числу странников. И если напарники, разобрав себе по одной твари, сразу начали бить на поражение, то у Кабрио на последнего единорога были другие планы.

Казалось бы, его антимагия годится только для развеивания и разрушения чужой магии (и даже некоторых существ). Если бы не одно исключение. Клинки масочников, имеющие два режима — против материальных врагов и против призраков.

Вспоминая те дни, изначально странники не догадались, что смена режима происходит автоматически, и Кабрио попытался провернуть этот процесс вручную. Тогда он смог не развеять магию, заключённую в клинке, а перенастроить её.

А раз эти твари тоже состоят из магической энергии, да ещё и так похожей на синюю магию Кабрио, кто сказал, что с ними не прокатит то же самое?

Но сначала единорога требовалось обездвижить. Всё же он совсем не горел идеей стать подопытным кроликом. Выставив рог, монстр рванулся к страннику. Тот подался влево и влепил кулак в синий бок. Когда животное развернулось, добавил с ноги по морде, и уже после этого приступил к захвату.

Одной рукой схватился за рог — самую опасную часть, второй придавил тварь к земле. Выпустил антимагию, но не в полную силу — только чтобы тварь ослабла и перестала брыкаться. А затем запустил в неё сканирующие щупальца и приступил к анализу.

Ещё несколько секунд странник изучал природу вражеской магии, всматриваясь в каждый отдельный узел, а единорог, пусть и ослабленный, не переставал брыкаться и предпринимать попытки вырваться. Он не понимал, что делает этот странный враг, но происходящее ему явно не нравилось.

Наконец Кабрио нащупал нужный узел, отвечающий за поведение монстра (кажется). Разрушать не стал, вместо этого подав сигнал блокировки.

Стоило это сделать, как тварь тут же вырубилась и обмякла. Но струящаяся по её телу энергия не исчезла, как это происходило при обычном убийстве.

Напарники тем временем разобрались со своими врагами и теперь с любопытством наблюдали за действиями лидера.

А план у него был грандиозный. Предстояло, ни много ни мало, переписать паттерн поведения монстра. Выражаясь земным языком, перепрограммировать.

Времени ушло много, и провозился Кабрио не меньше получаса. Но когда он разобрался со структурой, переписал магические узлы и снял блокировку, единорога словно подменили. Монстр поднялся на ноги и застыл на месте. Больше он не пытался продырявить странников своим рогом.

Но от стоячей лошади толку мало, так что Кабрио запрыгнул на неё и начал осваиваться с управлением.

Естественно, ни команды «но!», ни ударов по бокам местная разновидность коней не понимала. Насчёт других методов управления... Да откуда бы их знать городским людям, видевшим лошадей только в кино и на картинках?

В любом случае это бы не прокатило. Для управления этим монстром требовалось подавать определённые магические сигналы, что Кабрио и сделал.

На точную подгонку ушло ещё минут десять, но в итоге странник понял, как заставлять единорога трогаться, останавливаться, менять скорость и направление. Держаться можно было за прутья каркаса, рассеяв магическую плоть в этой области.

— Хренасе, реально работает! — не замедлила с комментарием Шери.

— Меня удивляли (и пугали) способности Хорра, а тут выясняется, что в Арксеоне существует странник, способный приручать монстров, — присвистнула Камилла.

— Закатай губу, — ответил Кабрио. — Приручить я могу только тварей восьмого яруса, потому что они по какой-то причине имеют схожую с моей магией природу. Никто другой мне подчиняться не станет. А теперь залезай и учись сама управлять им.

На самом деле Кабрио опасался, что никто, кроме него, не сможет управлять единорогом. Но как оказалось, опасался зря.

Все артефакты в Арксеоне активировались простой подачей энергии, что могли сделать обладатели любого класса и даже простые гражданские, не пробудившие никакой Силы.

Касалось это и таких вещей, как морозные кристаллы. Любой попаданец мог подать в них энергию и активировать, даже если сам не владел никакой магией.

Вот и со взломанным маунтом было так же. Он управлялся при помощи энергетических сигналов, и послать их мог любой странник, включая классы поддержки вроде созерцателей.

Видно было, что Камилла с непривычки путается в командах, но худо-бедно монстр ей подчинялся. Вот только, нарезав пару тестовых кругов, женщина недовольно скривилась.

— Ну и, что на этот раз? — спросил Кабрио.

— Натирает, — ответила она. — И не надо на меня так смотреть! Вам легко говорить, с вашими-то супер-телами.

— Ну так накинь на него шкуру, — посоветовала Шери.

— Шкуру? Нет уж, у меня есть кое-что получше! — победоносно произнесла Камилла и достала из своего инвентаря... седло. Настоящее кожаное седло.

— Даже не буду спрашивать, откуда оно у тебя взялось... — пробормотал парень.

— С четвёртого яруса, откуда же ещё. В те времена я ещё со старым отрядом путешествовала. Напарники не понимали, на кой оно мне сдалось. А я говорю: вдруг на верхних ярусах ездовые маунты найдутся, вот тогда седло и пригодится. И ведь как в воду глядела!

С этими словами она закрепила седло на единогоре, и взгромоздилась сверху, убеждаясь, что теперь точно удобно, и нигде не трёт.

Наконец отряд смог продолжить путь. Четвёрка «Нексуса» бежала на своих двоих, а Камилла скакала следом на единороге. Она чуть отставала по скорости, но хотя бы не мешалась, болтаясь у одного из странников на спине.

Во время сражений она останавливала маунта и дожидалась в сторонке, пока странники не разберутся с монстрами, после чего отряд продолжал путь.

Наступило время очередного привала. Одни взялись за приготовление пищи, другие просто сели отдыхать.

Выпущенная на волю Лорена в сопровождении Зоры отошла в кустики, а затем присоединилась к готовке. Камилла, в кои-то веки не измученная дорогой, тоже вызвалась помочь.

— Кабрио, чего задумчивый такой? — спросила у него Шери. — Ладно Гримм: все уже привыкли, что он на каждом привале на свою руку пялится. А с тобой чего?

— Мне всё не даёт покоя этот ярус. Для чего он вообще нужен? Обратите внимание, что на прошлых ярусах мы всегда находили что-нибудь полезное. Артефакты, экипировку. А на этом единственной обновкой был новый рунный удар для Зоры, который можно получить с синих самураев.

— Про расширение каналов не забыл? Мы получили вечный 20%-ный бафф к магической силе. Ты ведь сам сказал, что по идее всё это должно сохраниться и на других ярусах.

— Как-то это маловато, тебе не кажется?

— Ну, может, есть способы выйти за этот лимит. Только мы до него пока не допёрли.

На всякий случай Кабрио прислушался к своим ощущениям. И удивлённо раскрыл рот.

— Шери... — произнёс он. — Веришь или нет, но мой предел расширения каналов вырос. Не знаю, как давно это произошло, и как я прощёлкал этот момент, но теперь я определённо могу выйти за сто двадцать процентов.

Девочка поспешила проверить свои внутренние потоки, но покачала головой: у неё всё осталось как прежде.

— Подумай-ка хорошенько, что такого произошло с тобой, чего не произошло с нами? — сказала она.

Но тут взгляд девочки упал на правую руку лидера, и она быстро сложила дважды два:

— Точно: магические протезы!

— А они тут при чём? Ведь руку я потерял давно, ещё на шестом ярусе. Хотя постой-ка...

Парень опустил взгляд и осмотрел второй протез.

— А вот ноги я лишился совсем недавно, и если подумать, это единственное кардинальное изменение, которое произошло с моим телом за последнее время.

— Но тогда получается, что и у Гримма тоже... Эй, Гримм! — окликнула Шери огневика. — У тебя каналы не расширились?

— Нет, — покачал головой монах, прекрасно слышавший их разговор.

— Возможно, одной руки недостаточно, чтобы превысить лимит, — предположил Кабрио. — Помните, во время исцеления алтарь измерял у меня процент заменённой плоти?

— Ага. Тогда было три процента, — вспомнила девочка. — А сейчас сколько?

— Есть лишь один способ проверить, — сказал парень и подошёл к конструкции, положенной на землю в сторонке от лагеря. Естественно, бросать её в замке не стали, и всё это время тащили с собой.

За время продвижения по ярусу странники успели обзавестись новыми ранами. Лёгкими и несерьёзными, но достаточными, чтобы запросить исцеление на алтаре.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 3408.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 120%.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 11%.

Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 5889.

Оценка опасности повреждений: 18%.

Расчётная стоимость исцеления: 5300 фрагментов души.

Желаете провести исцеление?

— Почти шесть косарей? Ты же недавно меньше четырёх стоил, — заметила Шери. — Это чего за инфляция?

— Вдвое сильнее я за это время точно не стал, — произнёс Кабрио. — Уверен, дело тут в проценте изменения сущности. Как будто протезы стоят на порядок дороже живой плоти. Хотя по логике они не нуждаются в исцелении и вообще не должны включаться в стоимость.

— И откуда восемнадцать процентов повреждений? На тебе вроде как пара царапин.

— Про это не забыла? — Кабрио указал на протез левой ноги. — Там необработанная культя. Пусть сейчас она зашита нитями, но если их убрать, оттуда хлынет кровища. Как по мне, процентов на пятнадцать это вполне тянет. А остальное — мелкие ранки.

— Ладно, хрен с ним. Мы сюда за другой цифрой пришли. Значит, ты заменил своё тело уже на одиннадцать процентов.

— Похоже на то. Гримм, теперь ты.

На ранах Кабрио решил не экономить и вылечил культю. Пусть под волшебными нитями она в безопасности, но рана ныла и отдавала болью при каждом шаге.

Ладно хоть протез был магическим. Попробуй Кабрио побегать в настоящем через день после ампутации — завопил бы от боли на весь ярус.

Ценность монаха система оценила в 4687 и назначила цену лечения в 2812. Но он отказался. Всё-таки рука — это не нога, на неё не надо опираться при каждом шаге. А ещё включил свою религиозную шарманку и заявил, что должен понести наказание за отращивание демонической лапы.

И вообще, не о лечении сейчас речь. Процент замены тела у Гримма составил 6%.

— Почти вдвое меньше, чем у Кабрио, — сказала Шери.

— То есть я со своими одиннадцатью процентами переступил некую линию, а Гримм со своими шестью — ещё нет, — сказал странник.

— По-любому это десять процентов.

— Ну да, будь я создателем Арксеона, предпочёл бы круглые числа.

— Но почему для расширения каналов Арксеон требует нас избавляться от смертной плоти? — спросил монах. — Это что, воля безумного создателя этого мира?

— Может да, а может нет, — ответил Кабрио. — Мне уже приходила в голову теория, что живая плоть мешает потокам маны в организме. И хотелки создателя тут ни при чём.

— Тогда что получается: что для повышения лимита надо поотрывать себе нахрен руки и ноги? — поняла Шери. — А ещё лучше — полностью заменить всё тело?

— Всё не получится. Такие органы, как сердце или лёгкие, я заменить не смогу. Не говоря уже о мозге. Но вот руки и ноги...

— Эй, Кабрио, ну-ка прекращай! — включилась в разговор Лорена. — Я не хочу видеть, как ты превращаешься в монстра!

— А увидеть, как эти самые монстры меня убивают, потому что оказался недостаточно силён, хочешь? — парировал странник. — Уж прости, но мы находимся в мире, где сила куда важнее возможности покувыркаться с женщинами.

Девушка вздохнула.

— И всё же постарайся отложить это на самый крайний случай, хорошо?

— Мне тоже не хотелось бы терять человечность без крайней необходимости, — согласился с ней монах. — Я и так заплатил слишком высокую цену за возможность повергнуть того оборотня.

— Сдалась вам эта человечность... — пробормотал Кабрио.

— Плюсую. Я бы тоже не отказалась заиметь магические руки и ноги, — поддакнула Шери. — Только вот интересно, прокатит или нет?

Она посмотрела на свою тонкую руку, прикидывая, сможет ли создать протез из электричества.

— Хотя постойте-ка.

С этими словами она поднялась, сконцентрировалась и приняла форму шаровой молнии, зависнув в воздухе круглым искрящимся сгустком. В этот раз её хватило надолго, и в человеческий облик девочка вернулась где-то через полминуты.

— Прикинь, Кабрио, работает! — доложила она. — В форме молнии я тоже чувствую, что мой предел вырос! Даже успела немного помедитировать.

— Но ключевое слово — немного, — сказал Кабрио.

— Ага. Я в этой форме держусь всего полминуты, а на медитацию у нас последний раз ушло сколько? Часа два?

— А может, получится...

— Превратиться не полностью, а частично! — закончила за него девочка и, не откладывая, приступила к опытам.

А Кабрио уселся на землю и наконец занялся медитацией. Сколько же времени на болтовню потратили...

Это была его третья медитация. Процесс был отработан, рука набита, поэтому всё прошло быстрее и заняло около полутора часов. И Кабрио был уверен, что в следующий раз получится ещё быстрее.

Что касается цифр, в этот раз странника ждала приятная неожиданность: вместо десяти процентов он смог подняться аж на тридцать, добив свой показатель пропускной способности до 150%.

Шери тоже не потратила время впустую и освоила частичное преобразование. Теперь она не превращалась в молнию целиком, но было видно, как часть её плоти исчезает и заменяется ярко искрящимися разрядами. В том числе глаза, превращаясь в два фонарика.

Встал вопрос, задержаться на привале или отложить тренировки напарницы на потом. Над ответом долго думать не пришлось. Сила отряда превыше всего. Если есть способ прямо сейчас поднять уровень электромантки, то надо поднимать.

Правда, частичное преобразование тоже было ограничено по времени. После каждых десяти минут девочке требовалась передышка, и её медитация затянулась на целых три часа. После чего Шери торжественно объявила, что у неё теперь тоже 150%.

Кабрио уже собрался скомандовать окончание привала, как вдруг пиликнул интерфейс.

Кассандра: Привет. Как у твоего отряда дела? Хотя, раз вы не пропали из списка контактов, значит, живы.

Кабрио: Нормально дела. Хорра завалили, Лорену освободили, продолжаем освоение восьмого яруса. Но ты ведь писала не только затем, чтобы справиться о нашем прогрессе?

Кассандра: Само собой. Хочу отчитаться о положении дел на первом ярусе.

Следующее сообщение пришлось подождать. Похоже, текст у копейщицы получался объёмный.

Кассандра: Пусть нам не известны координаты всех общин, но люди и сами не дураки. Едва увидев надвигающуюся стену, они стали покидать свои лагеря и стягиваться к центру локации.

Я уже организовала стоянку Братства возле обелиска, чтобы встретить прибывающих туда гражданских и обеспечить их безопасность.

А когда скапливается много людей, мы организовываем им переход на шестой ярус и помогаем подыскать подходящее место для лагеря. Там частенько встречаются скопления древесных домов, которые ты описывал.

Ну и бандиты, как сам понимаешь, приходят туда же. Кто поглупее, те выдают себя сразу. А вот те, что поумнее, прикидываются простыми путниками, но мои люди быстро их раскалывают и выводят на чистую воду.

Мы отыскали крепость в паре часов пути от обелиска, и пока что запираем всех бандитов там. Но в будущем с ними надо будет что-то решать. У нас и без того дефицит припасов, чтобы ещё всякое отребье из своих запасов кормить.

По нашим прикидкам, жить первому ярусу осталось недолго, три-четыре дня. Зато после этого мы сможем подсчитать точное число выживших, а не гадать на кофейной гуще, как делали раньше.

Осилив эту стену текста, Кабрио набрал ответ:

Кабрио: Кормить целую ораву бандитов? Твоя доброта меня пугает... Будь я на твоём месте, давно организовал бы им всем братскую могилу.

Кассандра: Но ты не на моём месте. Помнится, ты со своей гильдией вообще забил на помощь гражданским. Вот и не учи меня, кого спасать, а кого казнить.

Кабрио: И не собирался. И мы, вообще-то, всё это время тоже не баклуши били, а спасали одного из тех самых гражданских и охотились на злодеев.

Кассандра: И как скоро вас ждать на шестом ярусе?

Кабрио: Не знаю. У нас пока никаких идей, как на восьмом узнать координаты обелиска (впрочем, как и всегда).

Кассандра: Поняла. Как найдёшь и вернёшься, отпишись мне. Отбой.

Парень смахнул панель чата. Союзники терпеливо дожидались его и убивали время, копаясь в своих интерфейсах.

— Узнать координаты обелиска... Интересно, каким бы образом? Этот ярус вообще не подкидывает никаких значимых событий. Ну, кроме того Змея из пропасти. Но не может же он быть боссом, открывающим путь на девятый ярус.

— Может, всё-таки надо полностью заменить тела на протезы? — предположила Шери. — Знаю, что полностью не получится. Но хотя бы частично. Скажем, процентов на пятьдесят.

— Вообще-то, ты уже способна выдать все сто, превращаясь в молнию, — напомнил лидер.

— Эм, Кабрио... — произнесла Зора.

— Что?

— Метка уже появилась.

Удивляться Кабрио не стал. Но не понимал, что же такого значимого они сделали. Разнесли гильдию Хорра? Так он не монстр Арксеона, и никак не мог послужить ключом.

Открыв карту, парень отдалил масштаб и проверил, где появилась метка. Анимированный тёмно-зелёный сгусток обнаружился в западной части яруса, почти у самого края.

А затем Кабрио осмотрел открытые участки пропасти. Она рассекала ярус примерно пополам, но не строго по-горизонтали. К востоку она поднималась, а к западу, наоборот, немного смещалась на юг. И если дальше к западу, в неоткрытой области, эта линия не совершала никаких внезапных поворотов...

— Обелиск находится в пропасти, — закончил он свою мысль вслух.

— Бред же, — произнесла Камилла.

— От кого я это слышу? От странника, чья гильдия ещё ни разу не выполнила условий для появления метки?

— Во-во, — поддакнула Шери. — Там бред на бреде и бредом погоняет.

— Но остаётся вопрос, что в этот раз послужило условием, — задумчиво проговорил Кабрио. — Метка ведь не появилась после того, как нас атаковал Змей?

— Нет, — покачала головой Зора. — Я в тот день проверяла, и на следующий тоже.

— А вот после победы над Ноктюрном мы карту не проверяли...

— А при чём тут победа над нами? — не поняла Камилла.

— Способы открытия координат обелиска почти всегда требуют совершить нечто безумное, — сказал Кабрио. — А что самое безумное можно предпринять в отношении глубокой пропасти?

— Прыгнуть в неё, — поняла Зора.

— Но никто ведь туда не прыгал, — всё ещё не улавливала нить созерцательница.

— Ошибаешься, — сказал Кабрио с нервной усмешкой. — Один тип спрыгнул. Пусть не добровольно, да ещё в таком состоянии, в котором вообще не предполагалось выжить...

Повисла гробовая тишина. Первой её нарушила Камилла, как-то резко побледнев:

— Эй, Кабрио... Ты ведь уверял, что убил Хорра...

Глава 10. На дне

— Эй, Кабрио... Ты ведь уверял, что убил Хорра... — пробормотала созерцательница.

— Ну, у меня тоже было много моментов, когда все были уверены, что я погиб. Например, когда я в одиночку отправился на вершину морозной горы. Или когда одна разрубательница перерубила мне сердце, а потом очень удивилась, когда я восстал из мёртвых и вынес весь её отряд.

Камилла резко подскочила к страннику и схватила его за грудки:

— Слышь, шутник хренов! Ты сказал, что убил его! Сказал, что Хорра больше нет! Что лидеру Ноктюрна конец! Это что ещё за новости, а?!

Женщину всю трясло, её лицо перекосило от помеси гнева и ужаса, по щекам катились крупные капли пота.

— Успокойся. Пусть по мне и не скажешь, но я тоже удивлён, — ответил ей Кабрио.

— Удивлён он... Как можно было не добить врага?! Вот как, а?! Скажи мне на милость! Особенно ТАКОГО!

— Сказано тебе, успокойся. Нам уже доводилось нападать на одну и ту же тварь по несколько раз, гоняясь за ней по всему ярусу — Трёхликий не даст соврать.

— Да какой, к хренам собачьим, трёхликий?! — всё больше распалялась Камилла. Она утратила всю свою женственность и теперь сама походила на разъярённого монстра. — Ты вообще понимаешь, что такое Хорр?! Он — настоящее порождение ада! Страшнее любого из монстров Арксеона!

— И ровно день тому назад я этого страшнейшего монстра отправил полетать. И отправлю снова, если потребуется. Буду убивать столько раз, сколько потребуется, пока этот хренов читер не потратит все свои жизни.

— Да как ты можешь... так легко это говорить... Я ведь предала его... Покинула его гильдию... Разболтала врагам ценную информацию... Мне же теперь ***дец...

Руки созерцательницы утратили силу и отпустили Кабрио. Её голова безвольно поникла, и женщина тихонько захныкала.

— Куда интереснее, как он вообще сумел выжить? — произнесла Зора. — Я находилась рядом и видела конец вашего боя. Ты превратил тело Хорра в филе, лишил его одной руки, размозжил грудную клетку, сердце и лёгкие, и впридачу отключил его регенерацию. Не говоря уже о том, что после всего этого он свалился с чёрт знает какой высоты, и оказался в обители монстров, которые нас даже полным отрядом заставляли попотеть.

— Дай подумать, — сказал Кабрио, пока созерцательница хныкала у него на коленях. — Это был мой первый опыт рассеивания внутренней магии странников. Раньше я такого не проделывал. Скорее всего, как только Хорр отлетел от меня, через какое-то время его регенерация возобновилась. И если это произошло раньше, чем он достиг дна пропасти...

— То он мог залечить самые критичные раны и придумать, как пережить падение.

— Но там же высота не меньше километра! — воскликнул Гримм. — Допустим, я бы смог замедлить падение джетпаком, но у Хорра попросту нет таких способностей!

— Ошибаешься. Они есть, — улыбнулась Зора. — Базовые законы физики никто не отменял. Окажись я на месте Хорра, я бы достала секиру и использовала её лезвие как лопасть, чтобы послать вниз ударную волну. Это замедлило бы падение.

— По крайней мере, теперь наш следующий шаг ясен, — сказал Кабрио. — Нужно спуститься в пропасть вслед за Хорром, добраться до обелиска и вернуть Лорену на шестой ярус. А в идеале встретить по пути этого некроманта и на этот раз добить уже окончательно.

— Прыгать в ту пропасть? Ты ведь сейчас пошутил? — произнесла Лорена. — Хотя нет, у тебя на лице написано, что ты это всерьёз.

— Ты ведь знаешь, у меня плохое чувство юмора, — сказал Кабрио, спихнув с себя созерцательницу и поднявшись на ноги. — Всё, полезай в инвентарь. Мы выступаем.

Собрав вещи, отряд двинулся на запад, прикидывая, сколько времени у них займёт путь до цели.

Обелиск находился в пропасти, в западной её части. Замок, где произошла битва с Ноктюрном, располагался буквально в центре локации.

После этого отряд всё время двигался на юго-запад. То есть не навстречу обелиску, но и не сказать, чтобы в совсем противоположном направлении. Так что добраться до места предполагалось меньше чем за сутки.

Ну а по дороге предстояло зачищать уже набившие оскомину стайки синих монстров.

— Слушайте, а нам вообще обязательно мочить всех этих мобов? — вдруг спросила Шери. — Опыт тут не капает, как в играх, и лута с них тоже никакого нет. Тупо время теряем.

— А ведь твоя правда. С глазами Камиллы мы можем просто обходить врагов, — не мог не согласиться Кабрио.

— А можем тупо пробегать напролом. Всё равно они за нами не угонятся. Ну может, кроме вот этих лошадок. — Шери кивнула на маунта созерцательницы.

Так и поступили, и план школьницы реально оказался рабочим. Камилла сообщала обо всех притаившихся впереди монстрах, и отряд огибал их стайки, где это было возможно. А где не было, тупо прорывался.

Монстры и правда не могли угнаться за странниками — слишком быстро те двигались, когда выжимали максимум из своих ускоряющих способностей.

За остаток дня успели преодолеть чуть больше половины пути, а когда стемнело, стали размещаться на ночлег.

— Прыгать в пропасть... к этим монстрам... да ещё и Хорр там... — бормотала Камилла, сидя перед костром и обхватив руками колени. — Мне страаашно.

— Не делай из мухи слона, — сказал Кабрио. — Ширина пропасти — примерно километр. Если спрыгнем в самой ближней от обелиска точке, то доберёмся до него за считанные минуты. А вероятность случайно наткнуться на Хорра — ноль целых хрен десятых процента.

— Может, он уже улетел на девятый ярус, — добавила Шери. — Или вообще разбился и помер, но Арксеон всё равно засчитал его падение и открыл всем метку обелиска.

Созерцательница чуть успокоилась, но всё равно выглядела встревоженной.

***

Примерно к середине следующего дня весь отряд остановился перед краем пропасти.

— Долго здесь стоять нельзя, а то опять твари полезут, — сказал Кабрио. — Все помнят, какой у кого метод приземления? Тогда вперёд!

За трёх своих спутников он не волновался. А вот для Камиллы падение с километровой высоты могло стать проблемой. Ну как сказать «проблемой» — расшиблась бы в лепёшку.

Как и для её маунта, но уж его Кабрио не смог бы спасти при всём желании. В инвентарь эта тварь не лезла, а на спине у странника посадочное место было всего одно, и предназначалось оно для созерцательницы.

Так что он просто положил руку единорогу на холку и подал сигнал прыгнуть вперёд. Энергетический монстр оттолкнулся от земли и сиганул вниз, скрывшись в пурпурном тумане. С некоторой вероятностью он выживет. Но скорее всего нет.

То же самое Кабрио проделал с алтарём, тупо скинув его вниз и проследив, как цилиндрическая конструкция скрывается в пурпурных облаках.

— Залезай, — велел он Камилле, чуть нагнувшись.

— Может, всё-таки...

— Если через пять секунд не окажешься у меня на спине, возьму за шкирку и скину вниз, — грубо оборвал её парень. — Сказано же, нельзя тут задерживаться.

Женщина заткнулась и забралась ему на спину, обхватив руками плечи. Подперев её ноги, странник шагнул в пропасть и полетел вниз. В лицо ударил поток встречного воздуха.

— Даже на секунду не задумался! — выпалила женщина, крепче вцепившись в плечи.

— Если в Арксеоне будешь долго думать, то никогда не состаришься! Потому что тебя сожрут! — крикнул он в ответ, перекрикивая гудящий в ушах ветер.

Как безопасно приземлиться, Кабрио уже продумал. Если вкратце — так же, как и Зора. Он просто ударит вниз и замедлит себя ударной волной.

Гримму с его джетпаком будет проще всего, а вот Шери придётся сменить форму и уповать на свою теорию, что молния не может разбиться.

Внизу что-то зашевелилось. Кабрио заготовил ударные заряды, но это оказалось не дно, а воронка портала. Такого же, как те, из которых вылазили волны монстров наверху пропасти.

«Это что ещё за фокусы? Хотя когда в Арксеоне что-то шло по плану?» — успел подумать Кабрио, прежде чем влететь в чёрную дыру.

На какое-то время странника обступила чернота, а все ощущения покинули его, словно тело перестало существовать. А затем он вылетел обратно и плюхнулся в какую-то лужу всё того же пурпурного цвета.

Это что, специальный механизм для безопасного приземления? То есть, они зря придумывали все эти способы замедлить падение?

А затем он почувствовал жжение по всему телу. Лужа! Она что, кислотная?!

Соображать приходилось быстро. Выскочить из лужи? Но часть кислоты останется на теле. Развеять антимагией? Долго.

Значит, план С! Кабрио резко поднялся на ноги и осмотрелся. Лужа была совсем небольшая, метров где-то пять на пять. Секунда, и он уже стоял на сухой земле.

А затем произвёл приём, к которому за всё время прибегал всего пару раз. То есть взорвался. Сгустил ударные заряды по всему телу и высвободил их, заставив шипящую жижу разлететься в стороны.

Затем оценил своё состояние. Себя он успел защитить, залив побольше маны в укрепляющие шины, но вот броня и одежда сильно пострадали: металлические защитные пластины оплавились, а ткань в нескольких местах и вовсе растворилась.

С правым институтским берцем, судя по всему, тоже придётся попрощаться. А левый так и остался валяться в замке вместе с отрубленной ногой. Долго же они прослужили... Даже немного жаль. Хоть памятник им ставь, когда на Землю вернёшься.

Но сейчас не об этом! Странник спешно осмотрелся. Его окружал лес. Но не лиственный, как на первом или шестом ярусе, а...

Гниющий — вот самое подходящее определение. Кора на деревьях облезла и местами была облеплена какой-то слизью. Никакой листвы на них, ясное дело, не росло. В воздухе стоял неприятный запах.

Над головой, на высоте где-то сотни метров, клубился пурпурный туман. Пары закрывали небо, но солнечный свет проникал через них, давая какой-никакой обзор.

А затем позади послышалось противное карканье, и из-за деревьев выскочили две небольших гуманоидных твари с когтистыми руками.

Кабрио припоминал таких — их стайки иногда встречались среди волн на краю пропасти. Не слишком опасные поодиночке, они предпочитали брать числом, прилетая за раз по двадцать штук.

Но сейчас было всего двое. Подождав, когда твари подберутся поближе, странник взмахнул левой ногой и разом снёс обе головы.

За деревьями послышалось новое карканье. В этот раз его источников было больше, и звуки доносились со всех сторон. Снова хотят напасть стаей.

Но пока не напали, нужно выяснить другой вопрос. Где союзники? Ни Шери, ни Зоры, ни Гримма рядом не было. И Кабрио очень сомневался, что они очканули спрыгнуть и всё ещё стоят наверху в нерешительности. Да и Камиллы на спине не обнаружилось.

Странник открыл карту. И сразу увидел неподалёку четыре зелёных метки. Ясно. Значит, портал переправил их вниз, но не одним скопом, а разбросав в небольшом радиусе.

И к кому же первому выдвинуться навстречу? Чего тут гадать — конечно к Камилле! Остальные сами о себе позаботятся, а вот она со своим небоевым классом помрёт, едва наткнётся на первого монстра.

Хоть она и не представляла большой ценности, но раз уж Кабрио принял её в гильдию, то нёс за женщину какую-никакую ответственность.

Не дожидаясь, пока обезьяны решатся на совместную атаку, странник сорвался с места и побежал на запад, к метке с нужным именем. Нёсся на полной скорости, как бульдозер, снося деревья и попадавшихся на пути монстров.

Наконец добежав до метки и выскочив из-за деревьев, Кабрио увидел созерцательницу и летевшую на неё облезлую гончую. Громадная клыкастая тварь вытянулась в прыжке и разинула пасть, готовясь перекусить женщину надвое.

Но когда до цели оставались считанные сантиметры, в бок ей врезался заряженный синий кулак, отшвырнув к небольшой скале. Подскочив к ней и добив ударом в голову, Кабрио осмотрелся. Кажется, больше врагов не было.

А Камилла плюхнулась на задницу и тяжело задышала. Выглядела она не лучше, чем когда узнала, что Хорру удалось выжить.

— И как ты умудрилась выживать в одиночку целых две минуты, пока я сюда шёл? — поинтересовался странник.

— Г-глаза, — пролепетала она, показав на них пальцем. — Я их с-сразу включила и в-видела, где м-монстры, и смогла от них сп-прятаться. Только в-вот эта тварь м-меня нашла. Похоже, п-по запаху.

— Ну да, гончие — они такие.

Пока глазастая приходила в себя, Кабрио глянул на карту. Остальные метки тоже стремительно двигались сюда. Скорее всего, напарники пришли к тому же выводу и поспешили к Камилле, но оказались дальше от неё, чем лидер. А уж увидев две метки в одном месте, у них должны были отпасть последние сомнения.

Не прошло и пары минут, как весь отряд собрался на поляне. Шери с Зорой появились из-за деревьев, причём мечница тащила на плече громоздкую металлическую конструкцию. Значит, алтарь смог уцелеть после падения с высоты.

Гримм и вовсе решил, что зачем нужно пробиваться через врагов и продираться через лес, когда можно включить джетпак и пролететь над деревьями? То есть он уже освоил этот приём настолько, что мог держаться в воздухе пару минут, вообще не касаясь земли.

— Итак, поздравляю всех с тем, что мы пережили падение, — произнёс Кабрио. — Теперь дело за малым — добраться до обелиска.

— Ну как тебе сказать, «за малым», — пробормотала Шери. — Глянь на карту.

Парень глянул. И понял, что Арксеон снова включил свой фирменный юмор.

Перед прыжком в пропасть отряд забрался далеко на запад, почти на самый край яруса, и до обелиска оттуда было рукой подать. Сейчас же они находились примерно на середине пути между обелиском и мостом, где разнесли гильдию Хорра.

— Так эти грёбаные порталы не просто смягчили наше падение, — понял Кабрио. — А намекнули, что нечего жульничать. Разработчик создавал локацию «пропасть» не для того, чтобы всякие умные личности пробежали её за пару минут, заранее спрыгнув поближе к обелиску.

— Но покрывать такое расстояние через обитель этих монстров... бред же, — промолвила Камилла.

— Почему?

— Хорр с Сигурдом отбили несколько волн, когда мы добрались до пропасти. И Хорр сразу сказал, что бесконечно оставаться возле неё не получится, и рано или поздно придётся отступить для отдыха. А мы добровольно спрыгнули вниз, и отступать теперь некуда.

— Ничего не забыла? — спросил Кабрио.

— Что, например?

— То, что мы стали сильнее. Бой с твоим боссом прокачал меня и Гримма. Кроме того, мы с Шери разогнали пропускную способность до ста пятидесяти процентов. Мы уже не те, что были раньше. Не те, кто день назад подошёл к замку в надежде отбить похищенную обольстительницу.

— Надеюсь, ты подкрепишь свои слова делом... А ещё я снова осталась без маунта.

— Вот же проблемная женщина... Забирайся на плечи.

Двинувшись на запад и раскидав небольшую пачку монстров, вскоре отряд остановился перед стеной пурпурного тумана. Такого же, как облака над головой, только в этот раз он висел внизу едва проглядываемой стеной.

Поставив Камиллу на землю, Кабрио сделал несколько шагов вперёд, и сенсор сразу уловил магическое воздействие. А ещё через секунду распознал его природу — яд.

Значит, этот туман отравленный, и вдыхать его нельзя. По крайней мере тем, кто не умеет рассеивать магию.

— Гримм, Зора, попробуйте-ка свою методику развеивания ядовитых паров, — сказал он, а сам принялся потихоньку настраивать антимагию.

Напарники сделали, как он сказал. Монах сжёг туман по левой стороне, а Зора сдула правую взмахом секиры.

— Давайте скорее! Нужно продвигаться вперёд! — вдруг крикнула Камилла, всмотревшись вперёд своим особым зрением.

— Зачем? Сзади кто-то гонится? — не понял Кабрио.

— Нет! Он в опасности!

— Что ещё за «он»? Неужто Хорр?

— Да какой, нахрен, Хорр?! Давайте все объяснения потом, окей?! Поторопитесь, это важно!

Чего это с ней? Ну да не важно. Пожав плечами, Кабрио присоединился к союзникам и подсобил им ударными волнами от своих кулаков. Так, разгоняя перед собой туман, они преодолевали один десяток метров за другим.

Вскоре впереди послышались звуки. Чьё-то угрожающее рычание. А разогнав очередной участок тумана, странники увидели впереди смутный синий силуэт.

— Да ладно, неужто это...

— Скорее, его сейчас убьют! — выкрикнула Камилла.

Настройка антимагии к этому времени уже завершилась. Не дожидаясь, пока союзники разгонят остатки тумана, Кабрио сорвался с места и влетел прямо в пурпурную пелену.

Уже подбегая к синему силуэту, он увидел рядом змеевоина — так отряд назвал монстров, похожих на гигантских змей, но имеющих вертикальную осанку и две руки, вооружённые изогнутыми клинками.

Трёхметровая тварь уже замахивалась оружием, отчего-то приняв другого монстра за врага. Поддав заряда в ноги, Кабрио мгновенно покрыл дистанцию и отбил меч.

А затем принялся мутузить змею кулаками. Именно мутузить: благодаря своим мягким телам эти монстры были устойчивы к дробящему урону. Можно было вдарить посильнее, но Кабрио решил не разбрасываться маной и дождаться союзников.

Вскоре в него ударил поток ветра, сдув туман. Тут же сверкнула голубая вспышка, и по монстру прошёл ослепляющий разряд тока. Следом за Шери подтянулась Зора и изрубила тварь на ломтики.

Ну а Кабрио уставился на синего единорога, который как ни в чём не бывало стоял на земле и смотрел на происходящее безучастным взглядом.

— Так он тоже выжил? — не меньше остальных удивилась Шери.

— От падения его каркас бы точно развалился. Значит, его спасла та же телепортирующая воронка, что и нас, — сказала Зора.

— Радость-то какая! — воскликнула Камилла, бросившись обнимать своего питомца. — Ещё одной поездки на спине у Кабрио я бы не пережила!

— Мне куда интереснее, почему монстр вообще на него напал, — задумался лидер. — Хотя, если подумать, мы уже встречали склоки между обитателями Арксеона. Взять хотя бы войны между масочниками и призраками на пятом ярусе. Или войны приматов на втором.

— Наверху синие старались вообще не подходить к пропасти, — напомнила Шери. — Походу, у них и правда какие-то тёрки.

— Или причина в том, что я перенастроил его интеллект. Ладно, это не важно. Двигаемся дальше.

Больше внезапных встреч не происходило. Отряд продвигался по дну пропасти, истребляя встречавшиеся на пути пачки монстров.

Большинство видов странникам были уже знакомы. Точно такие же монстры нападали на них волнами наверху, у края пропасти. Здесь фауна была та же самая — живые существа из плоти и крови, никаких призраков или живых доспехов.

Синих энергетических монстров здесь вообще не водилось. Да и давления энергетических потоков, характерного для восьмого яруса, внизу не чувствовалось. Похоже, из-за другой атмосферы здесь и живность водилась другая.

Монстров было много, но, как и говорил Кабрио, его отряд стал сильнее, так что расправы не отнимали много сил и времени.

Щупальца тоже иногда встречались. Те самые, которые вытягивались наверх и призывали порталы, из которых выпрыгивали монстры. Точнее не сами щупальца, а их основания, торчащие из земли.

Сложно было не заметить эти шевелящиеся громады, в сравнении с которыми даже вековой дуб покажется тростинкой. Диаметр у каждого из них был метров десять, не меньше. И вот эти штуки тянулись наверх, достигая поверхности, где утончались уже до нормальных габаритов.

На странников они никак не реагировали. Похоже, их задачей было стеречь край пропасти наверху, а не разбираться, кому это хватило ума спрыгнуть вниз.

Локация оставалась всё такой же противной: влажная земля, гнилые деревья, дурной запах, ядовитые туманы и кислотные лужи (а то и целые озёра).

Однажды сверху пошёл дождь (ясное дело, тоже кислотный), и отряду пришлось спешно искать убежище. Благо с умением выдалбливать пещеры достаточно было найти ближайшую скалу, в чём очень помогали глаза Камиллы.

Позже, привыкнув к локации и осмелев, отряд перестал задерживаться на каждой вражеской стайке и вернулся к тактике «пробегания напролом».

В целом она сработала, но через несколько часов такой гонки наклюнулась новая проблема: маунт Камиллы вдруг начал уставать. Похоже, из-за нехватки энергии в атмосфере он не мог подпитывать свои резервы, и к вечеру этого дня имел все шансы умереть.

Но помня, что имеет одинаковую с этими монстрами природу, Кабрио тупо запитал единорога своей маной, и тот снова засверкал синими разрядами, встряхнулся и бодрым шагом повёз всадницу дальше.

Добраться до обелиска за один день не удалось. Когда странники начали чувствовать усталость, отряд остановился внутри одной из скал, привычно выдолбив в ней пещеру.

Перекусив, стали распределять очередь дежурств.

— Я тоже могу подежурить, — вызвалась Камилла.

— Даже не обсуждается, — отрезал Кабрио. — Ты ещё не заслужила доверие.

— Как знаешь. Просто я всё равно не усну.

— Из-за Хорра?

— Ага, — кивнула женщина, уткнув подбородок в колени.

— Всё ещё боишься, что он внезапно объявится и покарает тебя за предательство?

— А ты б на моём месте не боялся? Легко геройствовать, когда у тебя такой мощный боевой класс.

— Насколько мне известно, получаемый класс сильно завязан на личности странника. Вот ты хотела бы быть бойцом-рукопашником, сражающимся на передовой?

— Я вообще не хотела попадать в этот Арксеон. Жила бы себе спокойно на гражданке. У меня там, между прочим, муж есть. Но моего мнения, как видишь, никто не спрашивал.

— Ладно, если всё равно не спишь, поглядывай по сторонам своим супер-зрением. Но саму тебя я без надзора не оставлю.

***

За ночь ничего не произошло.

Хотелось бы так сказать, но нет. Пару раз часовым приходилось убивать гончих, заглянувших на запах свежей человечинки.

Это вам не первый ярус, где эти твари встречались раз в неделю, а то и реже. Здесь это были обычные рядовые мобы, и за время сна к пещере их наведалось четыре штуки.

Впрочем, часовые легко справлялись, и когда остальной отряд просыпался от шума, угроза уже была устранена.

Проснувшись и позавтракав, двинулись дальше. Два часа продолжался бег через леса с полным игнором встречавшихся врагов.

Странники проносились мимо монстров, обдавая их потоком ветра и заставляя испуганно вздрагивать. Иногда твари пытались пуститься в погоню, но проигрывали в скорости и выносливости.

Деревья тоже давно перестали быть преградой. Несущиеся на сверхскоростях странники не оббегали их, а тупо сносили. Разве что Шери приходилось огибать препятствия, но у неё в отряде была самая высокая манёвренность, так что проблемой это не стало.

— Всё ещё этот мерзкий лес? — спросила Лорена, вынырнув из пространственного кармана на очередном привале.

— Не волнуйся, уже недолго осталось, — сказал Кабрио, сверившись с картой. — Разве что у обелиска нас может встретить босс, который всех прикончит. И тогда сбудется твой худший кошмар про медленную голодную смерть внутри подпространства.

— Не шути так, — поёжилась обольстительница.

— А если вдруг что, постарайся умереть на открытом месте, чтобы другим странникам легче было найти твой труп и залутать этот симпатичный «трофей», — шутканула Камилла.

— Я смотрю, к тебе чувство юмора вернулось? — заметил Кабрио. — А ведь совсем недавно тряслась от страха.

— Я и сейчас трясусь. И поверь: шутками я не вас, а себя утешаю. Девочки, пойдёмте.

Под последней фразой понимался уже привычный ритуал: поход в кустики с сопровождением в лице Зоры и Шери. Кабрио с Гриммом это тоже касалось, но им было в другую сторону.

Сделав все дела, они вернулись на полянку, которую присмотрели для привала. Вскоре с другой стороны показались Зора и Камилла.

— Остальные придут чуть попозже, — сообщила мечница.

— Шери на твоём месте прямо бы сказала, что Лорена срёт, — ответил Кабрио.

— А вот возьмёт да и правда скажет, когда вернётся, — сказала Камилла. — Может, ставки сделаем?

— Тихо! — велел лидер. — Слышите?

— Да, какой-то рокот вдали, — мигом посерьёзнела глазастая.

Поначалу это казалось чьим-то утробным рыком, но по мере приближения все поняли, что такие звуки больше похожи на движение крупной твари. ОЧЕНЬ крупной.

— А ведь мы успели позабыть о главном обитателе дна, — промолвил Кабрио, вслушиваясь в звук. — Эй, глазастая, в какой он стороне?

— Сейчас скажу, — отозвалась та и активировала глаза, тут же покрывшиеся чёрным ломаным узором. — Блин, из-за лесов нужно ещё сквозное зрение. Это сильно режет дальность покрытия.

— Так увеличь её.

— Кабрио, от такого, вообще-то, глаза потом болят.

— Слушай, тупая женщина, если эта хреновина нападёт на нас, у тебя уже точно ничего и никогда не заболит! Врубай глаза на полную! Пусть хоть кровь из них пойдёт, но найди Змея!

— Ладно, ладно.

Камилла напряглась. Линии узора на её глазах стали толще, а на белках покраснели несколько лопнувших капилляров. Женщина скривилась от боли, но продолжала всматриваться.

— Вижу его. Ну и громадина...

— Не отвлекайся. Где он?

— Вон там. — Она указала пальцем направо, примерно на сорок градусов. — Далеко, в полукилометре от нас. Ползёт по земле.

— В каком направлении?

— Мимо нас, дальше на юго-запад. Кабрио, можно уже выключить глаза? Они реально сейчас лопнут.

— Нельзя, продолжай наблюдать.

Женщина поморщилась от неприятных ощущений, но выполнила приказ.

— Оторвался от земли. Кажется, собрался наверх.

Дальше зрение Камиллы уже не требовалось. В той стороне, откуда доносился грохот, над верхушками деревьев и скал выплыла громадная морда на длинной шее. Поднявшись высоко вверх, она описала дугу, повернулась на восток и резко устремилась вниз.

По спине Кабрио пробежал холодный пот. Возьми Змей десятью градусами правее, и рухнул бы прямо на отряд. А так пролетит пусть и близко, но...

— Шери, Лорена!!! — выкрикнул парень и сорвался с места. Они ведь остались прямо там!

Гигантская драконья морда стремительно пикировала в ту самю точку, откуда пришли Зора с Камиллой.

Парень нёсся на полной скорости, снося деревья, пока не выбежал на полянку, где обнаружились две девушки. Змей летел прямо на них, в этом не было никаких сомнений!

Шери растерянно переводила взгляд со Змея на обольстительницу и обратно, не зная, что предпринять. Сама она спаслась бы без труда, но вот взрослого человека на себе ей не вытащить.

— Шери, спасайся!!! — крикнул Кабрио.

Едва услышав команду, девочка приняла форму молнии и метнулась в сторону.

Кабрио же добрался до Лорены и успел схватить её за плечо, но понял, что вытолкнуть из-под несущейся громадины никак не успевает. Если попытается вытащить девушку, то погибнет вместе с ней. А вот в одиночку ещё есть шанс...

Глава 11. Копьё разрушителя

До столкновения с мордой Змея оставалось полторы секунды. Будь Кабрио один, он бы легко выскочил. Но вот с Лореной на руках не успеет. Если попытается спасти девушку, то погибнут они оба.

Секунда.

И в этот момент пришло решение. Очевидное, но пойди сообрази при таком форс-мажоре.

— Инвентарь! — зачем-то выкрикнул Кабрио вслух, схватил девушку за плечо и рывком закинул в воронку.

Полсекунды.

А затем сам сорвался с места и отпрыгнул с траектории несущейся на него головы. Ребристая шкура больно шоркнула по боку, гигантская морда пролетела мимо, и парень наблюдал, как перед лицом проносится бесконечная шея толщиной метров десять.

А затем пришла боль. Такая сильная, что странник не выдержал и заорал. Левая рука и нога просто горели. Да почему так больно-то?! Ему что, кожу до кости содрало?

Отброшенный ударной волной, он пролетел несколько метров, снёс пару деревьев, прокатился по луже и вылетел на землю. От соприкосновения с кислотной жижей раны взвыли ещё сильнее.

Пытаясь вытерпеть её, странник опустил взгляд, чтобы оценить масштаб повреждений. И обомлел.

«Да вы, блин, серьёзно?..»

Левой руки не было. Её оторвало полностью. Под корень.

И левой ноги тоже. Если Хорр отсёк её ниже колена, то пронёсшаяся на сверхскоростях ребристая шкура сбрила ногу до самого таза. Ещё пара сантиметров, и вместе с ней не стало бы причендала. Теперь ясно, откуда такая адская боль.

Но сокрушаться о потере конечностей было некогда. Страдать от боли — тем более. Стиснув зубы, Кабрио подал в раненые места взрывную энергию, чтобы очистить их от кислоты и прочей дряни.

Затем покрыл культи волшебными нитями и принялся формировать протезы. Сначала ногу, чтобы мог стоять. Не просто небольшой кусок, а полноценную ногу. Бедро, подвижный коленный сустав, голень, стопа.

Как только синяя искрящаяся стопа встала на землю, перешёл к руке. Плечо, локоть, предплечье, кисть. Готово.

А теперь пора выяснить, куда делся Змей. Никуда, понял странник, посмотрев налево. Громадная шея с драконьей головой возвышалась над тем местом, где должен был находиться остальной отряд.

Значит, худшие опасения подтвердились. Босс локации не просто случайно проползал мимо. Он намеренно явился сюда по душу странников, посмевших вторгнуться на его территорию.

Не так быстро, как наверху, когда они шли вдоль пропасти. Там он атаковал уже через несколько часов, а здесь выждал больше суток. Но как оказалось, и здесь терпение Змея было небезгранично, и он явился наказать нарушителей.

А главное — бежать теперь некуда. Здесь не выйдет просто отойти от края, чтобы зверюга угомонилась. Отходить тупо некуда. А значит, оставалось одно.

Сражаться.

Ещё пару дней назад любой разумный человек, да и неразумный тоже сказал бы, что это бред. Но с тех пор странник расширил каналы до 150%, а тут ещё и полная замена двух конечностей нарисовалась, что тоже поднимает магический потенциал.

Теперь он уже не букашка, которую можно просто раздавить. Ещё посмотрим, кто кого раздавит.

Змей как раз отвёл голову, чтобы обрушиться на кучку наглых мелких муравьёв внизу.

— Перегрузка...

Морда уже пошла вперёд, когда тело странника вспыхнуло разрядами синей энергии, за которыми стало уже не разглядеть человеческий силуэт.

***

Гримм и Зора застыли, глядя на несущуюся на них гигантскую морду. Руки мечницы, сжимавшие рукоять двуручника, вспотели, а пальцы побелели от напряжения. В руках монаха зажглось пламя — обычное в правой и багровое в левой.

Но оба понимали, что своими скудными силёнками едва ли остановят этот несущийся навстречу крейсер.

Камилла за их спинами пялилась на Змея отрешённым взглядом, тоже понимая, что это конец. Не того она боялась. Не того называла страшнейшим монстром Арксеона. Как можно бояться маленького и безобидного Хорра, когда здесь обитает ТАКОЕ?

Но за доли секунды до столкновения справа вдруг вспыхнуло что-то синее. Крошечная искрящаяся фигурка влетела в монстра. Громыхнул удар... Нет, не удар — взрыв! Ударная волна обдала странников потоком ветра, едва не сбив с ног.

А драконья морда, подумать только, отклонилась от курса и влетела в землю левее, не зацепив никого из странников.

Синяя фигурка тем временем приземлилась.

— Чего встали?! — прорычал Кабрио, повернувшись к напарникам. — Сражайтесь!

От этих слов Зору словно холодным душем окатило. Она сжала рукоять так, что та едва не треснула. Мечнице стало стыдно. Лидер, которому она доверила свою жизнь, сражается, наплевав и на размеры, и на силу врага, а она стоит и дрожит от страха.

В наказание за это месяц не будет подкатывать к Кабрио.

...

Ладно, неделю. А теперь — в бой!

— Перегрузка! — крикнула мечница, бросаясь в бой. Она тоже это умела. Все в «Нексусе» умели, наученные своим лидером.

Она не вспыхнула магическими потоками, как Кабрио, но тело налилось силой. Так налилось, что едва не полопались мышцы.

Змей тем временем снова поднял голову, не понимая, что могло его (ЕГО!) отклонить от курса и помешать расправе над букашками.

Мечница ринулась вперёд. Оттолкнулась от земли, прямо в воздухе начертила мечом алый узор, подлетела к Змею и нанесла удар.

Двуручный клинок шоркнул по шее и высвободил руну разрубателя, легко разрезав прочную шкуру. Ясное дело, босса это не убило, но как минимум оставило на шее кровоточащую рану и заставило отшатнуться.

Это был второй раз в истории Арксеона, когда что-то смогло пошатнуть Хозяина пропасти.

— Перегрузка!

Этот мужской голос прозвучал снизу, и в Змея полетела огненная магия. Сначала простой огненный шар больно обжёг кожу, а следом за ним взорвался багровый снаряд, больно ранив место ожога.

Змей злобно зарычал и стал оглядывать землю внизу, пытаясь высмотреть потерявших всякие берега букашек. И высмотрел летящий в него синий искрящийся силуэт. Синий. Самый противный цвет. Самая противная магия, что властвовала на поверхности яруса.

Но не успел Змей примериться для атаки, как синий кулак влетел в него, едва не повергнув на землю. Один из зубов треснул.

Чей-то двуручный клинок ударил с другой стороны, выбив осколки из другого зуба.

Немыслимо! Да как они посмели?!

Змей разинул пасть, и из неё вылетели мириады костяных шипов, и все они градом обрушились на врагов. Вот только...

Синий маг раз за разом бросался в атаку, не обращая на них внимания. Оружие массового поражения не могло пробить его защиты, оставляя на теле разве что царапины.

То же самое касалось и мелкой самки муравья с двуручной зубочисткой в руках. То, что не сдерживала броня, сдерживало тело, словно было выковано из стали.

Даже хлипкий маг внизу каким-то образом умудрился выжить. Увиде несущийся на него шквал снарядов, он высвободил взрывную волну, разметавшую кости.

Тогда Змей сменил тактику. Вместо того, чтобы пытаться ранить врагов, он стал просто отталкивать их, посылая плотные тучи из костяных шипов. Так они не смогут подобраться, не смогут набрать скорость, не смогут атаковать его в полную силу.

— Перегрузка!

Этот голосок был новым и очень уж писклявым. Словно принадлежал детёнышу этого вида.

Змей почувствовал, как внутрь него что-то пробралось, а в следующий миг его ударило током. По всему гигантскому телу прошли разряды, заставляя его дёргаться и вызывая в каждой клеточке вспышки боли.

Змей громко заорал, и от этого рёва затряслась земля. Хватит играться! Пора ему стать серьёзным!

И он стал. Резко сорвавшись с места, устремился к синей букашке, разинув пасть. Она в воздухе, здесь ей не увернуться! А как только окажется в пасти, ей конец, и никакая сила не спасёт!

Но букашка просто взяла и ударила кулаком вниз, прямо по воздуху. Ударная волна отбросила её вверх, и морда Змея пролетела мимо, не сумев проглотить добычу.

Тогда вторую! Ту, что с мечом! Отыскав взглядом букашку с зубочисткой, Змей устремился к ней. Но в последний момент та нанесла мечом апперкот под нижнюю челюсть, отчего морда откинулась вверх и снова пролетела мимо.

Тогда мага! Но стоило нацелиться на огневика, как по телу снова прошли разряды боли. Змей не знал, что такое электричество, но видел молнии в небе в те дни, когда на восьмом ярусе гремели грозы. Вне всяких сомнений, это была та самая небесная сила.

Враги тоже не оставались в долгу и продолжали раз за разом атаковать его. Синий обрушивал дробящие удары, мечница рубила шкуру своей зубочисткой, багровый обстреливал огненными и взрывными сгустками, а малявка, засевшая где-то внутри тела, посылала разряды.

Ни одна сторона не могла убить другую одной атакой. Бой шёл на изнурение. Вопрос лишь в том, кто первым лишится сил и погибнет.

***

Вопрос лишь в том, чьи силы закончатся первыми. Гримм понимал это, стоя внизу и посылая в дьявольское порождение огненные и разрушающие снаряды.

Только вот Змей сражался в обычном темпе, а все четверо странников находились под действием «перегрузки», и её эффект рано или поздно иссякнет.

Кабрио с Шери продержатся подольше — всё-таки их показатель впитывания внешней энергии составлял 150%. А вот Грим с его ста двадцатью уже почти достиг предела, и Зоре осталось примерно столько же.

— Хватит уже сдерживать себя, Гримм... — сказал он сам себе.

Тело в алой рясе объяли волны пламени.

— Зло Арксеона намного масштабнее, чем я думал. Я не смогу повергнуть его, если продолжу цепляться за свою человечность. Кверис, ты ведь поймёшь меня? Ты ведь простишь?

Произнеся эти слова, Гримм направил огонь внутрь себя. В правую уцелевшую руку и в обе ноги. Языки пламени мгновенно уничтожили одежду и начали сжигать кожу.

— ААААА!!!

Монах заорал от жуткой боли, но не потерял концентрации и не позволил пламени потухнуть. Расплавив кожу, огонь сожрал мышцы под ней, а затем приступил к костям.

Выкрученное на маскимум пламя справилось и с ними тоже. Кости превратились в золу и осыпались на землю, а следом в эту кучу золы рухнул монах. Точнее то, что от него осталось: туловище, голова и левая лапа.

От боли помутнело в глазах, он едва не провалился в обморок. Но усилием воли удержал уплывающее сознание и продолжил. Раны уже были прижжены, так что о кровотечении и заражении можно было не беспокоиться. Оставалось лишь отрастить новые конечности взамен потерянных.

Начал он с ног. От рук нет толку, если ты не можешь передвигаться. Правая. Теперь левая. Готово. Опёршись левой лапой, Гримм встал на свои новые ноги, целиком состоявшие из зловещей багровой энергии. И последний штрих — правая рука.

На самом деле ради победы над монстром он был готов полностью превратить себя в демона. Но помнил, что так нельзя. Не получится. Жизненно-важные органы не соберёшь из магии. Лишишься их — и попросту умрёшь.

А теперь пора вернуться в бой и помочь союзникам. Перегрузка уже на исходе. Точнее, Гримм уже превысил допустимый лимит, но замена плоти на магию добавила ему немного времени. Теперь, как только спадёт усиление, он какое-то время не сможет двигаться и будет валяться на земле, корчась от боли.

Но это неважно. Главное сейчас — победить Хозяина пропасти.

А вот и он. Громоздкая шея возвышается над лесом, удерживая на себе морду размером с целый дом. Вокруг неё мелькают два силуэта: ярко-синий, голубой и третий, не источающий никакой магии, но такой же быстрый и опасный.

В обновлённом теле монаха бурлила сила и энергия. Казалось, сейчас он был способен свернуть горы. Змей, кажется, тоже это понял. Некие звериные инстинкты заставили его почуять угрозу, и гигантская морда повернулась к Гримму.

Монах вытянул руки, выпрямил ладони и сложил их лодочкой, оставив небольшой зазор. Сформировал плотный сгусток дьявольской энергии.

— Исчезни же, порождение ада! Копьё разрушителя!

Сорвавшись с ладоней, в Змея ударил багровый луч. Он был виден издалека, и поговаривают, даже наверху какой-то отряд странников видел, как со дна пропасти, из-под завесы пурпурного тумана вырвалась багровая линия. Тогда тот отряд посчитал это за одну из многочисленных аномалий восьмого яруса.

Драконью морду пробило насквозь. Но не убило. Видимо, не задело мозг. Так или иначе, тварь забилась в агонии и продолжила истошно орать, но не спешила падать замертво.

— Я сделал всё... что мог... — бормотал монах, чувствуя, как слипаются веки. — Дальше дело... за вами...

— Гримм, ещё один выстрел! — вдруг донёсся до него голос лидера.

Монах заставил веки подняться и увидел несущийся к нему сгусток синей энергии. Кабрио? Чего он хочет?

— Метни меня в босса! Швырни что есть мочи! Мне нужно ускорение!

Монах ударил себя лапой по лицу, возвращая в чувство.

— Хорошо!

Ещё один выстрел. Так и быть. На это сил как-нибудь хватит.

Кабрио подпрыгнул, перевернулся в воздухе и упёрся ногами прямо в выставленные демонические лапы. И сразу начал заряжать в руке ударный заряд.

А Гримм начал формировать в ладонях два взрывных сгустка. На всю ману.

«Отдам всё, что осталось. Главное — победи».

Поляну осветил багровый свет. Громыхнул взрыв, и Кабрио пулей слетел с рук монаха.

Так быстро он ещё не летал. Если бы не защитная магия, поток воздуха точно содрал бы кожу с лица. А вот и Змей впереди. Весь побитый и продырявленный, но ещё живой.

«Пятёрка за меткость, монах. Дальше я сам».

Кабрио отвёл руку, тоже собравшую в себе последние магические резервы.

— МЕТЕОР!!!

Вслед за недавним багровым лучом пропасть осветила яркая синяя вспышка. И этой атаки Хозяин пропасти уже не выдержал. Драконья морда лопнула, словно арбуз. Так же, как лопались головы странников, осмелившихся напасть на Кабрио.

И вот так, вместе с дождём из ошмётков плоти и обломков костей, на землю рухнул синий странник.

Он определённо превысил лимит. Не выключил перегрузку вовремя. А значит, теперь его ждёт как минимум несколько минут агонии. И остальных троих, наверное, тоже.

Убито существ: 1.

Награда: 300 000 фрагментов души ранга «высший».

Награда с учётом штрафа за использование Вместилища: 60 000.

***

Мучения продлились без малого полчаса. Всё это время Кабрио корчился на земле и рычал от боли. Мало того, что проявились последствия перегрузки, так ещё и раны на месте потерянных конечностей нещадно горели. К такому невозможно привыкнуть.

Что интересно, ни один монстр на него за это время не напал. Хотя сейчас он был беззащитной целью, которую можно безнаказанно сожрать.

Союзников рядом не было. Нет сомнений, что остальные трое сейчас испытывают тот же отходняк.

Хотя нет, один человек пришёл. Кабрио увидел женский силуэт верхом на коне. Неужто глюки пожаловали? Хотя если присмотреться, конь был синего цвета. Камилла?

Отыскав поляну, где он лежал, женщина спешилась и осторожно подошла к страннику. Позвала его, потрепала за плечо, но убедившись, что её вряд ли вообще слышат, просто села рядом. И сидела, пока Кабрио наконец не пришёл в себя.

За время полуотключки его протезы рассеялись, и целой осталась только правая нога. Но, повторяя его же слова, для сна и отдыха руки и ноги не нужны.

Главное, что нити работали и закрывали раны. Что интересно, их автономный режим странник включал уже машинально, неосознанно, и его запаса вполне хватало на полноценный сон, безо всяких будильников.

Отрастив протезы, он принял сидячее положение.

— Ну наконец-то, — выдохнула созерцательница. — Знал бы ты, каково мне было сидеть в этой локации одной, когда все боевые юниты гильдии выведены из строя. Приди сюда хоть один монстр, и я труп.

— Кстати, интересную ты тему подняла, — ответил Кабрио. — Куда это все монстры подевались? Я и сам ждал, что они сразу явятся на пиршество.

Камилла покачала головой.

— Кабрио, ты что, уже забыл, какую дичь вы тут творили? Да после того, какой грохот тут стоял, и какие спецэффекты сверкали в воздухе, ни одна тварь к этому месту и на километр не подойдёт!

— Но куда интереснее, что за время моей отключки ты меня не прирезала. Такими темпами, чего доброго, я тебе доверять начну.

— Бедненький... — съязвила Камилла.

— И чего ты возле меня всё это время сидела?

— Рядом с тобой безопаснее.

— Безопаснее? Со мной, валяющимся на земле и корчащимся от боли?

— Да, даже так безопаснее, — буркнула она.

— Лучше бы остальных проверила.

Кабрио открыл карту, дабы убедиться, что союзники живы.

— Да в порядке они, — сказала созерцательница. — Я и отсюда вижу. И у меня, кстати, до сих пор из-за тебя болят глаза.

— Бедненькая. Пошли проведаем их.

Впрочем, маркеры Шери и Зоры уже сами двигались навстречу Кабрио.

Обе девушки выглядели потрёпанными, усталыми и измученными, но в целом живыми. А вот Гримму досталось больше остальных, и он до сих пор не встал. Помнится, его тело в этом бою пострадало сильнее всех (его же стараниями). А ещё ему пришлось выжать из себя последние крохи, чтобы метнуть Кабрио в босса.

Монах обнаружился там же, где парень его оставил. По той же системе во время отключки его протезы рассеялись, и теперь от огневика остался обрубок без рук и ног. Подумать только, взял и спалил себе всё, кроме туловища и головы. Интересно, сколько у него теперь процентов замены тела?

Гримм находился в сознании. Заметив над собой силуэты союзников и поняв, что все уже очнулись, он тоже поспешил вырастить протезы и подняться на ноги.

Жуткое же он представлял зрелище. Если синие протезы Кабрио повторяли человеческие очертания, то у монаха что руки, что ноги бугрились мускулами и оканчивались когтями, да в придачу ещё и пылали жутким багровым пламенем.

— Итак, первым делом поздравляю всех с успешной победой над боссом, — произнёс Кабрио. — А теперь, раз все в сборе, пора отдохнуть и обсудить случившееся.

— Не все, — произнесла Зора. — Кабрио, что с Лореной?

— Всё в порядке, она в моём инвентаре, — успокоил её лидер. — Куда удивительнее, что вот эта дамочка смогла пережить наше сражение.

Он кивнул на Камиллу.

— Уж поверь, я удивлена не меньше вашего, — пробормотала созерцательница. — Ваша четвёрка — это просто корпорация монстров! Это что вообще такое было?! Да вас на Землю выпускать нельзя! Вы же за один бой целый город походя разнесёте!

— Их и без нас прекрасно разносят. Кстати, Гримм. Ты по-любому перевалил за десять процентов замены тела, так что займись-ка медитацией. На это у тебя ведь хватит сил?

— Да, — кивнул монах. — Мана уже частично восстановилась.

— Замечательно. И я тоже займусь.

— И я! — сказала Шери. — Я в прошлый раз не добралась до предела. Чувствую, что могу растянуть каналы ещё шире.

Зора слушала этот разговор, заметно хмурясь.

— У тебя на лице написано, что Арксеон снова тебя обделил, — произнёс Кабрио.

— Не подумай — ныть я не собираюсь, — ответила мечница. — Уверена, есть способ и для меня осуществить замену частей тела и повысить свой предел пропускной способности. Только вот провернуть тот же трюк, что и вы с Гриммом, у меня не выйдет. Я не смогу просто отрубить себе руку или ногу и сделать новую из магии.

— А как я, не сможешь? — спросила Шери. — Какое-нибудь воинское перевоплощение. В дух некоего древнего воителя, скажем.

— Не знаю, — покачала Зора головой. — Пока не чувствую в себе ничего подобного.

Медитация дала неожиданный (но приятный) результат. Как и предполагал Кабрио, его лимит повысился, и скорость поглощения внешней энергии получилось поднять до 180%.

Но Гримм пошёл ещё дальше. Огневик (или теперь его правильнее называть демоном?) заявил, что совершенно точно перевалил за двести процентов.

Шери тоже приблизилась к отметке в две сотни. В лимит она не упёрлась, вместо этого упёршись в банальную усталость. Ведь для медитации ей требовалось удерживать себя в состоянии частичной смены формы, когда половина тела превращалась в молнию.

— Кстати, надо вытащить Лорену и доложить ей, что с боссом покончено, — вспомнил Кабрио. — А то волнуется, наверно.

Призвав чёрную дыру, он позволил обольстительнице выбраться наружу. И сразу заметил, что с ней что-то не так. Лорена не стала, как обычно, озираться по сторонам и задавать вопросы. Вместо этого они сидела на земле и держалась за левое плечо. Лицо кривилось от боли, а глаза были красными от слёз.

— Кабрио, ты же уверял, что она в порядке, — тут же наехала на него Зора.

— Поверь, я удивлён не меньше твоего, — ответил парень. — Лорена, чего это с тобой? Не говори, что атаки босса смогли зацепить тебя даже внутри инвентаря.

— Да какой, блин, босс? — процедила девушка. — Это ты мне чуть руку не оторвал, когда в инвентарь закидывал. Поаккуратнее нельзя было?

— Уж прости, там счёт шёл на доли секунды, и было не до аккуратности, — ответил Кабрио, припоминая, что и правда довольно резко дёрнул её за руку, закидывая в инвентарь. — Ладно, это не проблема. Здесь где-то должен лежать алтарь исцеления.

— Ключевое слово — где-то, — заметила Шери, оглядев округу. Земля кругом была разворочена, скалы разнесены в щепки, а деревья выкорчеваны и разбросаны по земле. Но в то же время значительная часть леса уцелела и теперь перекрывала обзор.

— Значит, придётся поискать, — сказал Кабрио.

— Не придётся, — ответил Гримм. — Позвольте мне заняться этим. Благодаря расширенным каналам моя мана быстро восстанавливается, и на небольшое огненное буйство меня хватит.

С этими словами монах активировал джетпак и взлетел высоко вверх. Там он расставил руки и выпустил из них струи багрового пламени. А затем начал медленно поворачиваться, покрывая огнём всё вокруг.

Сидящий в центре этой вакханалии отряд странников оказался внутри огненного купола. Кругом бушевало пламя, испепеляя леса, а над пожаром висело в воздухе порождение ада, посылая вниз всё новые и новые огненные волны.

— Это теперь называется «небольшим буйством»? — пробормотала Камилла, подобрав челюсть.

Когда монах спустился вниз, леса больше не было. В радиусе полукилометра осталась лишь выжженная земля. Теперь ничто не закрывало обзора и не мешало увидеть вон ту валявшуюся вдалеке металлическую конструкцию.

— Я схожу за ней, — сказал Гримм.

— А силёнок хватит? — спросил Кабрио.

— Эти руки и ноги сильнее человеческих, — ответил монах, показав пылающую лапу.

— А что насчёт туловища, которое ты пока не заменил? Переломится же.

— И правда... — пробормотал тот.

Пока они спорили, за алтарём отправилась Зора и поднесла его к корчащейся на земле Лорене.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 48.

Оценка опасности повреждений: 12%.

Расчётная стоимость исцеления: 29 фрагментов души.

Желаете провести исцеление?

— Как жвачку на сдачу купить... — прокомментировал Кабрио, пока магия востанавливала руку обольстительницы.

— Я запомню эти слова, — ответила та с недобрыми нотками.

Проверив плечо и убедившись, что оно полностью восстановлено, девушка наконец решила осмотреться и понять, где находится. Надо было видеть её лицо, когда она обводила взглядом развороченную местность, по которой словно миномётный обстрел прошёлся.

А уж когда этот взгляд остановился на туше побеждённого босса... Шея Хозяина пропасти возвышалась подобно стене, достигая десяти метров в высоту, протянувшись на сотни метров и уходя за пределы видимости. А конец её увенчивал огрызок, оставшийся от разнесённой на куски морды.

— Кабрио... а это... что такое? — пролепетала Лорена, показав туда пальцем.

— Местный босс, только что убили, — ответил Кабрио. — И чему удивляешься? Сама ведь его видела. Причём видела в непосредственной близости.

— Что значит... только что убили?

— Это и значит. Если не веришь, можешь подойти и проверить. Палкой потыкать, например.

— Бред же... Людям с такой тварью не справиться.

— А где ты здесь увидела людей?

Обольстительница перевела взгляд на Кабрио. И побледнела пуще прежнего.

— Кабрио... что... с тобой?!

Парень опустил взгляд и осмотрел себя. Мда уж, картина и правда пугающая. Весь побит и изранен, одежда и броня изорваны в клочья. Не говоря уже о ноге и двух руках, заменённых на магические протезы.

— Как видишь, мы тут тоже не в санатории отдыхали, — сказал он.

Губы Лорены задрожали, глаза увлажнились.

— Дурак... Я ведь говорила... беречь себя...

— Так я и берегу. Как видишь, жив и полон сил. И стал ещё сильнее, чем раньше.

— Кабрио, я тебя сейчас ударю.

— Кстати, раз уж мы запустили алтарь, надо бы проверить свои проценты.

Странник встал перед конструкцией и запросил системный отчёт.

Оценка ценности объекта, запросившего исцеление.

Расчётная ценность: 3611.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 180%.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 26%.

Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 13260.

Оценка опасности повреждений: 46%.

Расчётная стоимость исцеления: 30497 фрагментов души.

Желаете провести исцеление?

— Двадцать шесть процентов... — произнёс вслух Кабрио, но запускать исцеление не стал.

В данный момент общее число «обычных» фрагментов во всех Вместилищах составляло 67 тысяч. То есть на залечивание культей, которые и так мог зашить нитями, он должен был потратить почти половину всех запасов.

А у них ещё раненый Гримм. Хотя его раны сразу прижглись, и опасности не представляют. Зора с Шери тоже ранены, но не так критично. В общем, сначала нужно узнать цены на лечение остальных союзников, а уже потом думать о себе.

Следующим в очереди был Гримм.

Расчётная ценность: 3554.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 220%.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 46%.

Требуется перерасчёт ценности.

Новая расчётная ценность: 22205.

Оценка опасности повреждений: 16%.

Расчётная стоимость исцеления: 17764 фрагментов души.

— Сорок шесть процентов, хренасе, — прокомментировала Шери. — И по ценности в полтора раза обогнал Кабрио.

— Напомни ещё раз: двести двадцать процентов — это ведь ещё не предел? — уточнил лидер у монаха.

— Нет, — покачал тот головой. — Дайте мне время для отдыха, и я растяну каналы ещё сильнее.

— Ладно, теперь я, — сказала Шери.

— Зачем? У тебя же в обычной форме ноль процентов, — сказал Кабрио.

— Ключевое слово — «в обычной»! — ответила девочка и запустила частичное преобразование, заменив часть плоти на искрящиеся разряды.

Расчётная ценность: 3505.

Обнаружено расширение внутренних каналов. Пропускная способность объекта: 190%.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 50%.

Процент изменения нестабилен. Расчёт ценности будет произведён по особой формуле.

Новая расчётная ценность: 13319.

Оценка опасности повреждений: 5%.

Расчётная стоимость исцеления: 3330 фрагментов души.

— Процент нестабилен... Особая формула... — зачитала девочка вслух, хотя текст и так был всем виден. — А если сделать полное превращение?

Приняв форму шаровой молнии, она снова запросила отчёт.

Обнаружено изменение сущности. Процент изменения: 100%.

Процент изменения нестабилен. Расчёт ценности будет произведён по особой формуле.

Новая расчётная ценность: 13319.

Оценка опасности повреждений: 5%.

Расчётная стоимость исцеления: 3330 фрагментов души.

— Сто процентов, но остальные цифры те же самые... — сказала она, вернувшись в человеческий облик. И запросила третий отчёт.

Кроме процента замены, ожидаемо ставшего нулевым, ценность девочки составляла всё те же тринадцать тысяч.

— Похоже, система учитывает твою способность к перевоплощению. А ты собиралась жульничать и сбивать себе цену, запрашивая хил в человеческой форме? — хмыкнул Кабрио.

— А чё, неплохо бы было. Но, как видим, систему не нае**шь, — недовольно проговорила та.

Прикинув цены в уме, Кабрио посчитал, что лечение всего отряда сейчас обойдётся в 54 тысячи. И девяносто процентов этой стоимости составляли их с Гриммом раны, тогда как у девушек расценки были символическими.

Кроме обычных фрагментов, во Вместилище было накоплено 380 тысяч «высших», но Кабрио всё ещё берёг их и не хотел тратить без крайней нужды.

Но вот обычные жалеть не стали и потратили на полное исцеление. Лучше сделать это сейчас, а то к моменту следующего хила расценки снова вырастут.

— Ну что, теперь к обелиску? — спросила Камилла.

— Погоди ты с этим обелиском, — устало проговорил Кабрио. — Алтарь восстанавливает нам здоровье, а не запас выносливости. На сегодня заканчиваем. Отдыхаем и ложимся спать. Обелиск от нас никуда не убежит (надеюсь), так что к нему отправимся завтра.

Сидеть на открытой местности, на виду у всех местных обитателей, никому не хотелось, так что отряд покинул поле битвы и подыскал укрытие. Укрытием этим стала туша Змея. Надо ли говорить, как Лорена с Камиллой перепугались от такой идеи? Но услышав ответ Кабрио: «А что такого, он ведь мёртвый», покачали головами и последовали за ним.

Громадная туша давала отличное укрытие с одной стороны, да и монстры старались к ней не приближаться (как и к тем, кто эту хреновину убил).

Шери напомнила отряду о такой важной вещи, как лут, и принялась осматривать шею босса.

Только вот что с него взять? Разве что срезать несколько кусков шкуры и панциря, а потом искать крафтера, который сделает из них броню «легендарного» качества. Ещё б эти крафтеры тут водились...

Но стоило Зоре (как единственному специалисту по клинкам) начать резать плоть Змея, как под слоем кожи что-то засветилось.

У Кабрио сразу всплыли в голове воспоминания. То же самое произошло, когда он, ещё будучи зелёным новичком, убил бродягу-вожака на первом ярусе. В тот раз он видел такое же свечение, и его источником оказался артефакт для активации карты.

Но в тот раз свет был синим, а сейчас — зелёным. Фирменный цвет Арксеона, но очень неожиданный на этом ярусе, где царствовал синий.

Как и в случае с мини-боссом первого яруса, артефакт сам выбрался на волю, развинув плоть. «Словно рождение младенца», — отчего-то подумалось Кабрио.

Зора взяла предмет в руки и изучила. Артефакт и правда имел тёмно-зелёный окрас, а по форме походил на перчатку. Вот этот цилиндр должен охватывать запястье, а эти пять желобов — накладываться на пальцы с внешней стороны.

Без лишних вопросов Зора передала артефакт лидеру, помня единогласно принятое правило: право первой активации принадлежит ему.

Не став спорить, Кабрио взял перчатку и просунул руку в наруч. Конструкция оказалась подвижной. Цилиндр раздвинулся, позволив вставить в себя руку, а затем сложился обратно, плотно обхватив запястье и пальцы.

И больше ничего не произошло. Система не запросила активацию артефакта и вообще не выдала никаких отчётов. Похоже, как и в случае со Вместилищем душ, разбираться в функциях этой перчатки предстояло самостоятельно.

Для начала Кабрио подал в неё небольшую порцию энергии.

Выберите цель.

Цель? Нужно применить артефакт на определённое существо?

Испытывать действие этой штуки на себе или союзниках не хотелось. В идеале поймать бы какого-нибудь монстра. Но они, как назло, все куда-то подевались, испугавшись развернувшейся недавно битвы и участвовавших в ней чудовищ (с обеих сторон).

Тогда взгляд странника упал на синего единорога. Лучшей цели не придумать. Кабрио нацелил на него перчатку и снова подал энергию.

Выберите цель.

Ну, тут всё очевидно: артефакт требует прямого соприкосновения.

Странник подошёл к маунту, положил руку ему на морду и активировал предмет в третий раз.

Неподходящая цель.

— Похоже, монстры ему не нравятся.

— А с чего ты вообще взял, что перчатку надо юзать на живых существ? — спросила Шери. — Может, она пушки зачаровывает.

— И правда, — согласился парень и достал из инвентаря простенький одноручник из сокровищницы седьмого яруса.

Выберите цель.

— Не принимает. Ни оружие, ни монстров.

Ещё раз осмотрев содержимое инвентаря, странник остановил взгляд на маленьком чёрном шарике.

— Я посмеюсь, если сейчас мы получим зачарованную бритву, — хмыкнул Кабрио, достав волосокрада и положив на него руку в тёмно-зелёной перчатке.

Неподходящая цель.

— Слабые и безобидные монстры тоже не подходят. Тогда вариант остаётся ровно один.

— Люди, — закончила за него Шери.

— В таком случае есть добровольцы?

— Давай я, — вызвалась девочка.

— Ты ведь понимаешь, что это может быть опасно? Хотя о чём это я — мы же в Арксеоне. — Парень повернулся к Камилле. — Радуйся, что Шери сама вызвалась. Иначе сама знаешь, кто стал бы подопытным кроликом.

— Да уж кто бы сомневался, — пробурчала глазастая.

Слишком высокий уровень цели. При текущем уровне усиление невозможно.

— То есть перчатке нужен тот, кто слабее меня? — произнёс Кабрио и снова перевёл взгляд на Камиллу.

— Всё-таки придётся, да? — обречённо проговорила та.

— Уж извиняй, — сказал парень, положив руку ей на лицо.

Слишком высокий уровень цели. При текущем уровне усиление невозможно.

— Да ладно, ты-то слишком высокая? Хотя система смотрит на уровень, а не на боевой потенциал. Ты странник восьмого уровня, а боевой у тебя класс или нет, системе до лампочки.

Он перевёл взгляд на Лорену:

— Тогда остаёшься только ты.

Девушка резко съёжилась:

— Кабрио, ты ведь не заставишь меня силой?

— Конечно не заставлю. Силовое принуждение применимо только к монстрам и бывшим членам вражеских гильдий. — Он покосился на Камиллу, а та сдержалась, чтобы снова не показать язык. — Так что решай сама. Нет — значит нет.

Лорена замялась.

— Но от этих штук ведь зависит ваша выживаемость в Арксеоне? На тебе и так, вон, уже живого места нет. Я согласна.

Кабрио положил руку в перчатке на лицо обольстительницы, и в этот раз система отреагировала иначе:

Возможно усиление цели. Для поднятия уровня подайте магическую энергию.

— Усиление? Поднятие уровня? — зачитал вслух Кабрио. — Это что же: мы теперь можем прокачивать других странников?