Заклинатель Душ 2

Глава 1

Глава 1

Я засунул руки в карманы брюк и начал ходить туда-сюда, пиная куски снега и наблюдая, как подъезжают пожарные машины, чтобы потушить пламя, охватившее здание конторы.

— Влад, ты так и не ответил на мой вопрос, — голос гроссмейстера был полон тревоги, и я ощутил ее волнение даже не поворачиваясь. Ее фигура отбрасывала короткую тень на освещенный огнями снег, и я знал, что ее беспокойство было обоснованным.

Я перевел взгляд на обугленное тело Петренко, его лицо было изуродовано пламенем, а воздух пропитался запахом гари и смерти. Моя рука невольно сжалась в кулак от гнева, а ногти впились в ладонь, вызывая небольшую боль.

— Сколько же зла успел причинить этот подонок, прежде чем умер!

Герцог прошел мимо нас, его походка была мерной и уверенной. На его лице было выражение удовлетворения — он долго ждал этого момента. Но потом он остановился и обернулся к нам. Его глаза встретились с моими, и я увидел в них не только благодарность, но и тяжесть тех решений, которые ему приходилось принимать.

— Я очень вам благодарен, Владислав, за помощь в поимке этой сволочи. Заходите за своей наградой в любое время, — его голос был тверд и четок.

Я лишь рефлекторно моргнул, еще не до конца осознавая всю полноту произошедшего. Герцог кивнул и, повернувшись к нам спиной, продолжил свой путь по улице.

Оставшись наедине с Настей, я почувствовал ее взгляд на себе..

— Может, ты уже скажешь что-нибудь? — не выдержала она. — Мне стоит поехать в больницу или искать какого-то лекаря?

Лекаря? Кхм... Если уж я не смог остановить распространение этого яда по её сосудам, то и лекарям вряд ли что-то удастся. Но я все еще продолжал крутить в голове возможные решения.

— Влад, ты меня знаешь, — вновь начала гроссмейстер и, возмущённо выдвинув нижнюю челюсть вперёд, добавила: — Я очень нетерпелива, и если ты сейчас не объяснишь мне, что происходит, то я действительно влеплю тебе пощёчину.

— Дай мне пару минут, — попросил я отстранённым голосом. — Мне нужно всё обдумать.

Её брови сошлись в угловатую складку, на лбу появились морщины. Она молчала, но с каждой секундой её лицо становилось всё более мрачным, словно небо перед надвигающейся грозой, когда последние лучи солнца борются с неумолимо надвигающимися тучами. Очевидно, она начинала понимать, что ситуация сложная.

Я перебирал в голове десятки мыслей, отвергая одну за другой. На что можно было надеяться? Она была как на краю пропасти. Чёрт!

Но если я не могу помочь... Тогда оставался только один путь — крайняя мера, к которой я бы прибег только в самой отчаянной ситуации. И, похоже, именно этот момент настал…

— Настя, — я взял её руки в свои, — эта змея ввела в тебя мощный яд, с которым я столкнулся впервые, — почувствовал, как руки девушки начали дрожать, но, скорее всего, не от холода. — Я пытался нейтрализовать его, но безуспешно. И ты должна понимать, что врачи или целители тебе тоже не помогут.

Гроссмейстер высвободила руки и опустила взгляд.

— Сколько мне осталось? — тихо спросила она.

— Я не могу сказать точно, но буду следить за распространением яда, — с трудом произнёс. — Однако могу утверждать одно: яд движется по твоим сосудам относительно медленно, что даёт нам время, чтобы попробовать как-то на него повлиять.

Она покачала головой и взмахнула руками в знак отчаяния.

— Не нужно меня успокаивать, — сказала она с трудом. — Просто скажи мне правду, — взглянула на меня с уставшим видом, — что ты не знаешь, как меня спасти?

— С каждым движением яда по твоим венам тебе будет всё хуже, — начал я, но она перебила меня, резко топнув ногой и вонзив каблук в снег.

— Зачем ты это говоришь? — возразила она. — Всё и так ясно, — её веки дрогнули, и глаза увлажнились, но слёз не было.

— Мы должны попытаться найти кого-то, кто знает, как тебя вылечить, — продолжил я. — Яд не действует мгновенно. Успокойся и делай то, что я скажу.

Я достал телефон и забронировал билеты на следующий рейс до Владивостока.

— У нас есть несколько часов, чтобы добраться до аэропорта, — сказал я, беря её за руку и повёл к своему коню.

— Значит у тебя есть план? — удивлённо спросила она, но послушно последовала за мной.

— Сложно назвать это планом, но шанс всё же существует, — ответил я, не оборачиваясь.

— Но куда мы летим? — спросила Настя.

— Туда, куда я не хотел бы возвращаться по множеству причин, — сказал я, помогая ей взобраться в седло. — Ко мне домой, в мой орден, — добавил и пустил коня галопом.

Ведь если я сам не могу понять, что это за яд и как на него повлиять, то возможно Владыка Теней — глава ордена заклинателей, знает что-то об этом. И у нас просто нет другого выбора.

Мы прибыли в усадьбу герцога Орлова, где я, получив награду, рассказал ему о бедственном положении Анастасии и попросил позаботиться о моем коне Громе до нашего возвращения из Владивостока. Я собирался предложить ему деньги за содержание жеребца, но герцог, размахивая руками, категорически отказался.

— Спасите Анастасию, — он тепло похлопал меня по плечу, — и вернитесь оба невредимыми. Не беспокойтесь о коне, за ним будут прекрасно ухаживать.

Я выразил ему благодарность и поторопился на выход, так как времени у нас было в обрез. Анастасия поспешно собрала несколько вещей, затолкав их в сумку без особой аккуратности. Прощаться с Громом у меня времени не было — за нами уже подъехало такси.

Вспомнил я только о мышонке, которого в такой ситуации домой вести было невозможно, поэтому я выпустил его на улице. Маленькое существо мигом скрылось перебежав на противоположную сторону улицы.

К счастью, Платон успел вернуться к нам до вылета. В моей голове царил хаос, который я быстро пресек — волноваться больше не было смысла, мы делали всё возможное.

Прибыв в аэропорт, мы мчались на полной скорости и забежали в самолёт последними. Билеты я купил в бизнес-класс, чтобы обеспечить Анастасии комфорт. Устроившись на своих местах, я заметил, что она посинела — очевидно, яд начал влиять на неё сильнее.

*Через семь с половиной часов*

Мы покинули аэропорт Владивостока, и я нес сумку Насти. Во время полёта ей один раз стало плохо, и когда я спросил, случалось ли это раньше во время перелётов, она отрицательно покачала головой. Это подтверждало мои опасения: отравление начинало давать о себе знать.

Мы остановили такси и я дал водителю адрес заведения на окраине Владивостока, где часто бывали некроманты из замка. Поэтому предстояла долгая поездка.

На протяжении всего пути Настя молчала, глядя в окно. Я не знал, как поднять ей настроение, да и было ли это уместно? Мы оба отлично понимали, что наша ситуация была крайне серьёзной. Впервые мы вели борьбу со временем, самым беспощадным из противников.

Я тоже уставился в окно и окинул взглядом родной город. Снег обволакивал узкие улочки и флигели домов так, что издалека складывалось впечатление, будто перед тобой не реальный город, а вырезанная рождественская открытка.

Белоснежное покрывало превращало здания в архитектурные шедевры. На центральной площади, которую мы проезжали, стояла величественная ёлка, украшенная свечами и конфетами. Её свет и блеск пробивались сквозь предрассветную тьму, освещая всё вокруг.

С приходом морозов вокруг Владивостока заблестели ледяные зеркала Японского моря. Чистота и прозрачность льда создавали ощущение остановившегося времени – как бы нам с Настей не хотелось верить, что это возможно.

Жители города, укутанные в шубы и пушистые шапки, с нетерпением ожидали рождественских праздников. А сейчас, так рано утром, уже спешили на работу.

Улицы были украшены гирляндами, которые мерцали, словно звёзды на небе, создавая волшебное сияние. В эти дни воздух наполнялся ароматом глинтвейна, доносившимся из уличных кафе и ресторанов на каждом углу.

Пока мы добирались до пригорода, я невольно задремал и проснулся от того, что Настя щипнула меня за щеку. Я расплатился с таксистом и вытащил наши сумки из багажника. Солнце уже взошло, и жизнь кипела на полную.

— А ты почему не спала? — заметил я, глядя на её покрасневшие глаза.

— Мысли о скорой смерти не способствуют расслаблению, — пробурчала гроссмейстер. — К тому же, у меня развилась паранойя. Я накручиваю себя, постоянно думая, стало ли мне хуже или всё без изменений, как несколько часов назад.

— Постарайся отвлечься, обращай внимание на окружающее, — пожал я плечами, не в силах предложить что-то более конкретное, и протянул ей руку, чтобы помочь ей встать, но она отказалась кивком головы.

— Пока что я могу ходить самостоятельно и не собираюсь умирать прямо на улице, — сказала Настя с ноткой сарказма.

— Достойный ответ гроссмейстера стражи, — улыбнулся я в ответ, пытаясь морально поддержать девушку, когда физически помочь было не в моих силах.

Весь пригород был покрыт белоснежным пухом. Улицы, дома, деревья – все окутано хрустящим снегом, который скрипел под ногами прохожих.

Жители, замерзая под многослойными одеяниями, выходили на улицы лишь по необходимости, проводя там минимум времени. Кто-то торопливо покидал свой дом и мчался на работу, а кто-то продвигался медленно, наслаждаясь кристальной чистотой воздуха и невероятной красотой вокруг.

Дома здесь были невысокими, но красиво оформленными. Их фасады украшали объемные резные элементы и прочие украшения. Местные жители смотрели на свои дома с гордостью, ведь каждое строение было словно отражение их собственной души.

Мы подошли к порогу ресторанчика под названием «Трехголовый дракон», и перед моими глазами всплыли воспоминания о всех тех днях, когда я частенько заходил сюда с друзьями. Это местечко было расположено ближе всего к замку некромантов.

Ресторанчик имел три небольших этажа, к которым снаружи вели деревянные винтовые лестницы. Я распахнул столь знакомую коричневую и массивную дверь, на которой помнил каждую царапину или потертость.

Внутри нас встретил аромат различных специй, разносившийся из кухни по всему помещению. Несмотря на ледяной ветер, свистевший за окнами, меня окутало тепло от камина, в котором мирно потрескивали поленья.

Маленькие круглые столики, покрытые блестящими скатертями, расставлены по всему ресторану, а деревянные стулья украшали резные узоры. С потолка свисали объемные и увесистые канделябры, которые, несмотря на свой белый цвет, казались невесомыми и воздушными.

Я попросил Настю подождать за столиком, а сам направился к знакомому бармену Илюхе. Он полировал бокалы белоснежным вафельным полотенцем и, увидев меня, прекратил это занятие. Илюха был крупным и широким в плечах мужчиной с черной короткой бородой, переходившей по бокам в бакенбарды на его прямоугольном лице. — Владос, сколько лет, сколько зим! — встретил он меня фразой.

— Здорово, Илюха, — пожал я его мощную руку. До сих пор не могу понять, как он такими руками посуду не ломает, когда берётся за неё.

— Где ты пропадал столько времени? — он окинул меня внимательным взглядом. — И что за девушка с тобой? Так, очередная подружка или у вас с ней что-то серьёзное?

— Слушай, Илюха, отключи свой режим болтливого бармена. Я не для пустых разговоров сюда пришёл, — нахмурил я брови. — Лучше приготовь нам с моей подругой по чашке кофе и закажи сэндвичи на кухне — с яйцом пашот и авокадо. Но это потом, а пока позвони Саньке или Вовану, только про меня ни слова. Убеди кого-нибудь из них срочно сюда приехать. Придумай что-нибудь убедительное, как ты умеешь. Что касается чаевых, как всегда, будут щедрые.

— Да, не нужна мне твоя чаюха, Владос, мне теперь интересно, к чему вся эта секретность?

Это уже другой разговор, Илюха, и он не для твоих ушей, — я постучал по барной стойке ладонью.

— Понял, сделаю, — поднял тот брови и попросил, помощника, чтобы тот подменил его на несколько минут.

Я вернулся к Анастасии и уселся напротив.

— Ты как? Ещё держишься? — видок у неё был так себе. Под глазами проступали синяки, а кожа начала сереть.

— Тошнота к горлу подступает и живот болит, — ответила она, безучастно глядя на свои ногти.

— Чëрт! А я заказал нам с тобой кофе и вкусные сэндвичи, но, видимо, самому придётся съесть обе порции.

— Да на здоровье, — вяло промямлила Настя.

— Уверена? — попытался заставить её поесть. — Тебе сейчас нужно поддерживать силы любыми способами, так что придётся есть через не хочу, иначе ты раньше времени вырубишься или того хуже.

Боковым зрением я заметил, как Илья вернулся на своё место и жестом дал понять, что всё под контролем. Это означало, что скоро один из моих друганов появится здесь.

— Я чувствую себя тающим снеговиком, — пожаловалась Настя. — Хочется лечь и не двигаться.

— Поешь сначала, а потом можешь отдохнуть. Тебе надо было в такси поспать, а ты и в самолёте ворочалась, почти всё время с открытыми глазами.

— Когда закрываю глаза, начинается паника, — объяснила она. — Кажется, что умру во сне и не буду к этому готова. Хочется хотя бы последний взгляд на мир бросить перед этим. Тяжело спать, когда думаешь, что можешь не проснуться, — говорила она и в то же время рвала бумажную салфетку на клочья.

Илюха принёс нам кофе в мраморных чашках и, взглянув на меня, коротко произнёс:

— Вован.

— Спасибо, — кивнул я ему, и он отошёл.

Настя слегка оживилась и спросила:

— О чëм это он?

— Скоро подъедет Вован. Хочу узнать у него новости об ордене. Потом мы с ним поедем в замок заклинателей. Там уже целый мини-город с крепостью образовался, наших полно.

Нам принесли сэндвичи и я принялся с жадностью уплетать свой с аппетитом, поскольку внезапно ощутил жуткий голод. Придётся заказать ещё, этим точно не насыщусь.

— Почему ты ушел из ордена? — всё же спросила Настя.

— Лучше ешь сэндвич, — указал пальцем на её тарелку. — Так как слишком долго рассказывать, ведь не было какой-то одной конкретной причины.

— Но мне не хочется есть, — она отодвинула тарелку.

— Что ж, предпочитаешь заставить меня кормить тебя как маленького ребёнка? Предупреждаю, я так не буду. Просто накормлю тебя насильно, так что лучше ешь сама, — я уже закончил со своим сэндвичем в два укуса.

— Это угроза? — она облокотилась об стол двумя руками и сложила ладони за шею.

— Самая настоящая угроза, — ответил я с наигранной серьёзностью.

Гроссмейстер с жалобным видом потянулась к тарелке и откусила крошечный кусочек, который жевала дольше, чем казалось возможным.

Двери ресторана распахнулись, и на пороге возник высокий некромант с темными волнистыми волосами, кожа его была оттенка пепла. Он был облачен в черный длинный плащ с капюшоном, который вздувался на зловещем зимнем ветру, пока дверь не захлопнулась за его спиной.

Плащ украшали символы, вышитые металлической нитью, а шею обрамлял воротник толстого черного свитера.

На руках некроманта были темные перчатки, украшенные пентаграммами вдоль всей длины, а ноги обуты в высокие сапоги. От него исходила холодная энергия.

— Илья, ты же говорил, что у тебя какие-то проблемы, — с недоумением и начальственным тоном произнес некромант, снимая перчатки. — Рассказывал мне о драке, а тут, насколько я вижу, спокойно. Что это все значит? — его сапоги заскрипели по полу, когда он уверенно направился к барной стойке. — Зачем ты меня отвлек от дел? — добавил он, обращаясь к бармену. — Будешь молчать? Илья протянул ему руку, и после крепкого рукопожатия бармен кивком указал в нашу сторону. Мужчина в плаще повернулся к нам.

— Какого черта? — срывающимся голосом произнес он.

— И я рад тебя видеть, Вован, — кивнул я в ответ.

Глава 2

Глава 2

Вова, все еще находясь в некотором удивлении, уселся к нам за столик и посмотрел на Настю.

— Что-то ей нездоровится, Влад, — сказал Вова, устроившись поудобнее. — Выглядит прямо как ходячий мертвец.

— Ага, я в курсе, — отозвался ему в ответ.

Володя поднял руку, подзывая официанта и заказал у него пива.

Настя, почувствовала, что её присутствие полностью игнорируется. Она подождала, надеясь на вежливость и элементарные нормы общения, но когда поняла, что друг Влада даже не потрудился представиться, её разочарование достигло апогея.

— Простите, но мы вроде даже не познакомились, — сказала она, стараясь сохранить спокойствие и доброжелательность. — Я Анастасия, гроссмейстер рода Орловых. А как мне обращаться к вам?

— Ой, где же мои манеры? Меня зовут Владимир, архинекромант, — он протянул свою руку для рукопожатия. — Вы, наверное, уже всё знаете о нас. Влад наверняка упоминал что-то о нашем ордене.

Анастасия с вежливостью приняла протянутую руку Владимира.

— Влад что-то рассказывал, а что-то нет. Он очень скрытный человек и, как говорит сам, старается меньше рассказывать о своём прошлом кому попало.

Официант принес долгожданное пиво для Владимира.

— Теперь можно и поговорить, — сказал Вова, когда отхлебнул пенистый напиток из большой кружки. — Влад, ты ведь понимаешь, что Владыка Теней чертовски на тебя зол? — сказал он приглушëнным голосом. — Нельзя покидать орден, ведь все мы давали клятву, когда вступали в него. Нам же известны слишком серьëзные тайны о мире! — тот нахмурил лоб и поглядел на меня сосредоточенно.

И для чего он это сказал? Вздумал меня поучать? Такая себе затея! Мой путь касается только меня и никого больше.

— Вован, поубавь-ка свои нравоучения, — остановил его. — Я вернулся сюда не для того, чтобы выслушивать ожидаемое, а по делу.

— Я, если честно говорить, до сих пор не могу поверить в то, что ты вновь здесь передо мной. Это довольно неожиданно, — друг отодвинул почти наполовину опустевшую кружку и уставился на мигающие гирлянды над окном. — Так почему ты решил вернуться? — он вновь перевёл внимание на меня.

Я сложил руки на столе и повернул голову, когда к нам подошла официантка и спросила, нужно ли нам что-то еще. У меня был аппетит, но сейчас он отступил на второй план, поскольку разговор зашел о важном.

— Нет, больше ничего не нужно, — ответил я официантке, после чего обратился к Вове: — Моей подруге Насте нужна помощь, и я здесь из-за неё, — кивнул я в сторону девушки. — Как ты, наверное, уже заметил, её тело поразил мощный яд, с которым я столкнулся впервые. Поэтому я не вижу другого выхода, кроме как обратиться к Владыке Теней.

Вова допил своё пиво и поставил пустую кружку на край стола.

— Вы быстро сюда добрались? — поинтересовался он.

— Когда меня укусила ядовитая змея, мы сразу же на самолёте полетели во Владивосток, — ответила Настя, нервно заёрзав на месте и тяжело задышав. Видимо, яд уже начал частично действовать на её лёгкие.

Посетителей в ресторане прибавлялось, и с каждым открыванием двери внутрь проникал ледяной воздух. Люди шумно общались, обсуждая бытовые проблемы, а в их разговоры иногда вплетались сплетни о знакомых, которых здесь не было.

— А чего бы порталом не воспользоваться? — спросил Вова, а сам в этот момент засматривался на одинокую даму с пышными белыми волосами.

— Поскольку мы находились в Челябинской губернии, где, как и в соседних губерниях, порталов не было, то гораздо быстрее оказалось добраться сюда на самолёте, нежели отправляться к другому порталу, — объяснил я и тоже уделил внимание блондинке. Неужели Вован задумал взять себе ещё одну жену? Или он просто рассматривает её как объект для приятного времяпрепровождения?

— Порталы? — Настя накинула плащ, так как её начинало морозить.

— Ага, мы можем попасть в наш скрытый мир, расположенный в вашем, при помощи порталов, разбросанных по некоторым местам, — пояснил ей кратко Вова и удобно развалился на стуле.

В помещении запахло свежим кофе и выпечкой, так как посетители не могли дождаться, чтобы обсудить новости за чем-нибудь вкусным.

— А ты, Володя, как сюда так быстро добрался? — я поднялся, чтобы пройтись рядом со столом, так как устал сидеть на одном месте во время перелёта.

— Я был неподалеку, затаривался необходимыми ингредиентами для создания зелий, — отозвался он.

— Ммм, понятно. Ну что ж, пора нам отправляться в Мортис, — сказал я, осмотрев состояние Насти и обратив внимание на то, что яд распространился по её сосудам всë дальше. — Предупреди всех в замке о моём скором приезде, иначе их может сильно удивить такая неожиданность.

Вован подозвал официантку и рассчитался за пиво, я тоже закрыл свой счёт. Мы накинули верхнюю одежду и, попрощавшись с Илюхой, вышли на мороз.

— Погнали на маршрутку, — указал пальцем на остановку Вова. — Она нас мигом подбросит до перекрёстка на лесной дороге, а там меня уже ждут с лошадьми возле одного магазинчика.

Меня это вполне устраивало, так как никакая другая дорога дальше бы не подошла для машины или кареты. Ведь зачем строить дорогу к месту, где как будто ничего и нет? Но только не для нас, некромантов, поскольку лишь нам известно, что скрывается на заснеженном утёсе, который возвышается над ледяным морем.

Нам не пришлось долго ждать на безлюдной остановке, заваленной сугробами со всех сторон, так как маршрутка ходила довольно часто по этому маршруту для перевозки людей отсюда в соседний пригород.

Что было в ней причудливого, так это то, что снаружи она казалась довольно компактной, но внутри имелась масса мест. Такие магические средства создавались при помощи артефактов, и благодаря этому они занимали меньше места на дороге, но при этом вместимость была словно в самолёте. Так что стоя здесь никогда никто не ездил.

Когда мы уселись внутрь, там было лишь пару человек, поэтому мы заняли передние места, и маршрутка с рёвом тронулась с места, после чего понеслась на большой скорости.

Я взглянул на лицо Насти, у которой на лбу пролегала морщина от угрюмой задумчивости. Она съежилась от холода, хотя в салоне на полной мощности работал обогрев.

— Настя, в твоём роду есть гномья кровь? — решил как-то развеять её угрюмость разговором.

Она медленно повернула голову в мою сторону и облокотилась о выступ возле окна.

— Нет, — опустила глаза и попыталась вздохнуть полной грудью, но это теперь давалось ей с трудом, — просто мой дядя женился на гномке.

— Так она замужем? — я положил руку на спинку сиденья. — Что-то на балу я у неё кольца не заметил, да и она как-то шустро со мной заигрывала.

— У неё такой характер, — вяло пожала плечами Настя. — Тут уж ничего не поделаешь. Тётя падка на красавцев.

Получается, Настя считает меня красивым? Что ж, я много раз слышал подобные комплименты от прекрасного пола, но от неё почему-то было особенно приятно такое услышать. Хотя я всегда знал, что девушкам нравится моя внешность и я привык пользоваться популярностью среди них, поэтому не особо удивлялся подобным комплиментам.

— И как же к такому характеру у супруги относится твой дядя? — от Насти начинало веять смертью, которую некроманты чуют за версту. Однако я старался сохранять спокойствие, ведь в этом деле очень важно держать разум чистым, чтобы эмоции не мешали действиям.

Через покрытые инеем окна было невозможно разглядеть, что творится снаружи. До слуха лишь доносились громкие сигнальные гудки, издаваемые раздражёнными водителями.

— Дядя почти всё время проводит на работе и, можно сказать, спит в палате общин, а дома практически не бывает. Так что, по большому счёту, ему всё равно, чем его супруга занимается в свободное время, — сглатывая слюни, ответила Настя.

Усиленное слюноотделение опять же свидетельствовало о том, что организм отчаянно пытается избавиться от яда. Так уж устроено у людей биологическое самосохранение.

Мы быстро доехали до перекрёстка на лесной дороге, где Вован напомнил водителю, чтобы тот не забыл остановиться в нужном месте. Я помог Насте подняться и вывел её на улицу, потому что её начала одолевать слабость и ноги слегка задрожали.

Вова сбегал до расположенного рядом небольшого магазинчика, который едва сводил концы с концами, выручая копейки с редких продаж. Мне всегда было интересно, когда он всё же закроется, но магазин до сих пор держался на плаву спустя столько лет. Но это, скорее всего, благодаря частым посещениям некромантов, которые оставляли здесь лошадей для того, чтобы добираться до города. И в магазинчике из-за этого даже специально предусмотрели навес для скакунов и учли корм для животных и соломенную подстилку. Так что, наверное, именно на нас они и зарабатывали хоть что-то.

Вован привёл двух кобыл, которых он менял в дороге, чтобы не терять скорость. Сам сел на одну из них, а мы с Настей — на вторую. Я накинул на девушку свой плащ, и мы отправились в путь галопом.

Скача вдоль заснеженных опустелых полей, мы быстро перестали видеть окрестности города из-за начавшегося снегопада. А Настя выглядела так, будто её сейчас вывернет наизнанку.

Наш путь пролегал через пролесок, состоящий из редких ёлок, укутанных белоснежными объёмными шубами. Затем приходилось взбираться на возвышенность, где шастали только волки и лисы, охотящиеся на неудачливых мелких зверей и зайцев.

Спустя пару часов подъехали к краю обрыва, где мне всегда нравился вид на расстилающийся пейзаж. Белоснежная и нескончаемая равнина простиралась перед нами, и ветер дул так сильно, что чуть не срывал одежду, поэтому пришлось придерживать шляпу, чтобы она не улетела в пропасть.

Угрюмый вой ветра словно нес в себе злобу и ненависть. Такая атмосфера навевала чувство одиночества и безнадёги. Однако безнадёжность никогда не была частью моих планов, и я с вызовом смотрел в будущее.

— Мы на месте, — сказал я и помог Насте спуститься на землю.

— Здесь мы пройдём в мир некромантов, скрытый от человеческих глаз, и окажемся в нашей столице под названием Мортис.

Далее я объяснил ей различие междумирия от разломов. Всё дело в том, что разломы возникают либо вследствие вселенских катаклизмов или при помощи мощных артефактов из других галактик.

Когда на планету совершались набеги иномирцев или где-то открывался разлом, через который прорывались монстры, для этого всегда существовали определённые причины.

Например, Пастухи и другие иномирцы сами создавали разломы, чтобы проникнуть на другие планеты. У каждого были свои методы и приспособления для этого.

Одни использовали устройства, похожие на «пушки», которые пробивали брешь в пространстве-времени, другие же применяли звёздную энергию, способную прожигать пространство, создавая невидимую воронку между различными планетами или даже вселенными. Всё зависело от направления, в котором направлялась энергия.

Я слышал, что у некоторых рас из других миров существовали специальные классы жителей, занимающиеся вычислениями в этой области, чтобы повысить точность при открытии разлома.

Что касается монстров, обитающих в других мирах, они попадали к нам в совершенно иных обстоятельствах. В их мирах были энергетические магниты самой разной формы: башня, скала, гигантское дерево или даже спутник планеты. Эти магниты поддерживали их жизнь, но когда они разрушались, от выброса энергии происходили пространственные разломы. Тогда существа вырывались наружу, ища способы поддержания своей жизни за счёт поедания плоти других существ.

Междумирье же отличалось тем, что один мир существовал параллельно другому и они не пересекались, если не учитывать тот факт, что мы, некроманты, могли покидать его, отправляясь на задания в мир людей.

— И как нам попасть в мир некромантов? — выслушав меня, спросила Настя.

— Нас пропустит один из проводников Междумирья, которыми мы управляем, — с гордостью заявил Вован, изо рта которого валил пар.

— Это банши, — пояснил я, поежившись от холода. Мои щеки и нос заледенели, поэтому я активировал усиленную выработку тепла в теле. — Банши — это мистические существа, обитающие на границе между мирами живых и мертвых. Они помогают заблудшим душам найти путь в загробный мир, обеспечивая им безопасный переход через туманные и запутанные тропы, которые разделяют жизнь и смерть.

А далее я поведал ещё некоторые нюансы, касающиеся этих существ. Ведь они не так просты, как может показаться по первому слуху о них. Они обладают глубоким пониманием того, что такое потеря и скорбь, и их жалость к тем, кто переживает утрату, безгранична. Банши редко вступают в контакт с живыми, за исключением случаев, когда требуется их помощь для направления потерянных или страдающих духов.

Проводники Междумирья часто появляются в тех местах, где тонкая грань между мирами становится особенно прозрачной. Это могут быть старинные кладбища, заброшенные святилища или древние боевые поля. В этих локациях они служат как стражники и путеводители, и предотвращают непреднамеренные переходы живых в царство мертвых, а также направляют души усопших к их последнему месту упокоения.

И банши не являются злонамеренными существами, хотя их внешний вид и связь со смертью могут вызывать страх и недоверие. Их роль в мире призраков жизненно важна для поддержания баланса и порядка в потустороннем мире.

— Но проводник пропустит меня? — насторожилась Настя.

— Если что, решим этот вопрос по ходу дела, — успокоил её я.

Вован же снял с шеи амулет с синим, мерцающим камнем. Затем он снял линзы с глаз, и Настя с любопытством посмотрела на его настоящие глаза, которые были рыжего цвета.

Нам некромантам приходится носить линзы, когда мы отправляемся в этот мир, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. И у каждого некроманта, в зависимости от его дара и уровня владения им, свой определённый цвет глаз. Перед возвращением в нашу обитель нам скрывать больше нечего, и потому мы оставляем этот маскарад некоторого перевоплощения позади.

Я тоже снял свои линзы, и гроссмейстер обратила внимание на мой ярко-зелёный цвет глаз, которые светились словно изумруды на солнечном свете.

Когда Вова начал произносить призывное заклинание, его глаза закатились так, что были видны лишь белки, и, возможно, для Насти это показалось даже немного жутким. Вова закончил произносить слова на нашем древнем родном языке, часть его энергии вырвалась и перешла в синий камень амулета. Тот, в свою очередь, сработал как преломляющая призма и осветил вспышкой местность. Ветер тут же смолк, и наступила давящая тишина. Даже снег перестал хрустеть под ногами. Настя затаила дыхание и ждала того, что последует дальше.

Спустя несколько минут перед нами на краю пропасти появилась высокая тень, издавшая пронзительный крик, который при других обстоятельствах служил предвестником смерти. Затем тень начала приобретать очертания, а нас охватил холод, не из-за зимы, а из-за присутствия банши. Это был совсем иной холод, ползущий по венам и словно касающийся души.

Настя, скорее всего как человек, испытывала внутренний дискомфорт и тревогу. Так присутствие проводника всегда влияет на смертных, которые редко сталкиваются с подобными сверхъестественными существами.

Банши неслышной поступью приблизилась к нам, или вернее сказать, парила над снегом. На ней находились черные многослойные лохмотья, развевающиеся по воздуху, но не от ветра, а от её силы. Это одеяние когда-то являлось её погребальной одеждой.

Бледное лицо проводника Междумирья было омрачено вечной печалью, а глаза – бездонные черные омуты – отражали страдания душ, которым банши помогала.

Та склонилась над нами, так как была высотой примерно с дерево. Ее костлявые руки покрывали перстни с черными камнями.

*Х-х-хш-ш...*

Банши издавала звуки, напоминающие замогильные голоса, слившиеся в один унисон, доносящийся до нас будто издали.

— Открой врата Междумирья, — приказал ей Володя, убрав кулон под одежду.

Проводник хрустя шеей и с немигающим взором склонила слегка голову на бок и уставилась на Настю. Гроссмейстер же от такого пристального внимания сделала шаг назад.

— Она человек, — медленно и со скрипом произнесла банши, указав костлявым пальцем на напарницу. — Х-х-хш... Но я чувствую в ней присутствие сильного дара. Она относится к магам-громовержцам.

После чего проводник резко, словно ей сломали шею, посмотрела в мою сторону.

— Человек не принадлежит к некрорианцам. Она не одна из вас! Путь для неё закрыт, х-х-р-р, — выпрямилась в полный рост и сомкнула руки вместе. — Вы пойдете, а ей дороги нет. Таков закон Мортиса! — заключила она безэмоциональным мертвецким тоном. — Я пропущу человека через врата только по приказу Владыки Теней.

Настя с печалью взглянула на меня, но я бы даже сказал с некой угасшей надеждой внутри.

— Ты подчиняешься нам, — невозмутимо заявил я, обращаясь к банши. — И я приказываю тебе пропустить нас втроем! Всю ответственность я беру на себя!

*Ах-р-шш...*

Проводник Междумирья сверкнула своими мрачными глазами и спустя мгновение со скрипом склонила передо мной голову.

Глава 3

Глава 3

Банши извлекла из-под своих многослойных лохмотьев серый жезл, и когда она бросила его вверх, он раскрылся, превратившись в посох. На верхушке посоха появился синий мерцающий глаз. Затем она ловко поймала его и уверенно воткнула в снег.

Земля под ногами затряслась, и от неё начал подниматься тёмный туман. Из груди Проводника Междумирья вырвалась стая воронов, и те, издавая громкие крики, взмыли над головой банши и начали летать по кругу, словно создавали своими телами живую воздушную корону.

Далее банши протянула к нам свою руку, и на одном из её перстней камень сдвинулся в сторону, обнажив сверкающую иглу. Мы с Вовай знали, что делать, и подойдя по очереди к ней, укололи палец. Капли нашей крови тут же впитались через кольцо под кожу Проводника, а затем молниеносно проползли до её левого глаза, из-за чего он стал красным.

На древнем языке некромантов банши произнесла фразу, которая служила своеобразным кодом для открытия прохода. Невидимая прежде стена, разделявшая параллельные миры, озарилась зелёным светом.

Проводник Междумирья, обернувшись к ней лицом, раскинула руки в стороны и, даже не прикасаясь к стене, заставила её расступиться.

Когда врата раскрылись, банши, опершись на посох, замерла, словно превратившись в статую. Мы вскочили на лошадей, и я повëз Настю туда, откуда дул холодный ветер с могильным холодом, в свой дом.

Наш мир походил на мир людей тем, что у нас тоже были города и посёлки. Однако вместо обычных князей губерниями управляли некроманты, в жилах которых текла древняя благородная кровь. Среди же людей аристократия определялась различными титулами, зависящими от земель, которыми владели их роды.

В нашем мире одним из ключевых элементов аристократического статуса считалась чистота крови, которая отличалась от человеческих представлений о ней. Была высшая и низшая кровь, и только после этого учитывались владения, принадлежащие той или иной линии. Некроманты низшей крови никогда не входили в правящую элиту и были обязаны безоговорочно подчиняться представителям древней крови.

В орден заклинателей принимали, разумеется, только тех, чьи семьи принадлежали к правящему слою. Для низших же сословий существовали обычные учебные заведения, где их готовили стать воинами, подчинёнными будущим архинекромантам.

Но зато таким как я, приходилось проходить испытания для посвящения в орден, на которых, кстати, многие погибали. Когда это случалось, на семью умершего ложился позор. Однако от подобного позора можно было избавиться одним способом: нужно было родить ещё детей, чтобы те, подросши, вступили в орден вместо неудачливых старших братьев или сестёр.

Я до сих пор помню свои испытания, через которые мне пришлось пройти в юности, так много лет назад. Мне приходилось бороться с тридцатью оборотнями на арене, которых отпустили с цепей, а мне в руки дали всего лишь один проклятый металлический посох. Но это было ничто по сравнению с другими заданиями, ведь я был хорошо обучен ближнему бою против множества противников. Поэтому я покинул арену без единой царапины.

Затем мне завязали глаза и сбросили в подземелье к Ансаймам — к безглазым свирепым существам с превосходным слухом и обостренными чувствами. Они умудрились нанести мне несколько царапин своими длинными крепкими, как сталь, когтями. Однако отец с детства готовил меня к таким условиям боя. Так что неудивительно, что когда я вступил в орден, я стал одним из его лучших учеников.

Ансаймов я всё же победил при помощи тёмного дара и благодаря своей сосредоточенности и интуиции. Хотя здесь слово "интуиция" не совсем подходит; вернее будет назвать это чутьём одарённого воина. Для кого-то это может быть одно и то же, но для меня эти понятия различны: чутье позволяет предугадать удар даже тогда, когда видеть противника не получается.

Затем мне предоставили небольшой перерыв на полдня, во время которого обычно молодые некроманты не могут уснуть, так как слишком возбуждены, в то время как другие, напротив, не расслабляются и используют это время для дальнейшего совершенствования своих навыков. Тренировки, безусловно, полезны, но изводить себя до изнеможения — это весьма неразумно. Поэтому я проспал весь перерыв и не беспокоился о предстоящих испытаниях, ведь тот, кто умеет своевременно отдыхать, тот более сосредоточен во время действий.

Я всегда умел отключать свой разум, когда он мешал, а не помогал расслабиться и восстановить силы. Ведь настоящий воин подобен механизму, который должен функционировать исправно и без сбоев. И за любым механизмом необходим правильный уход, чтобы избежать поломок. Так же и с людьми! Если забить на здоровье, то впоследствии придется расплачиваться за последствия этого пренебрежения.

После перерыва меня ожидало одно из самых неприятных испытаний тех лет. Меня перенесли в пустыню запечатанного измерения. И когда ты оказываешься там, вокруг начинают проявляться в физической форме все страхи людей. Однако был один забавный момент, связанный с тем, что кто-то из людей боялся коров. Поэтому я просто несколько минут наблюдал за тем, как безобидная корова жевала травку.

Но затем начались более интересные и серьезные события. Весь следующий день я боролся с разнообразными монстрами, каких только может породить воспаленное человеческое воображение. Кстати, через пару часов даже сломался мой меч, который, к слову, был создан из неуничтожимого материала и одним из самых профессиональных кузнецов-артефакторов. Я оказался по колено в слизи, крови и грязи, проламывал кулаками черепа чудовищ и голыми руками вытаскивал их внутренности. А также фигачил по ним Костяным штормом — мощным заклинанием, благодаря которому мог атаковать оружием из костей врагом на расстоянии.

Когда на меня выпустили целую толпу уродливых и сильных тварей, я прибег к призыву зловещих духов. И пока они мочили противников, я кастовал, черпая силы из мёртвого мира. Фух! "кастонул" – как же эти человеческие выражения порой кажутся странными! В общем, применял магию.

По окончанию испытания должен был начаться пир, но когда я вышел из запечатанного измерения страхов, я прошёл мимо аплодирующих некромантов с безразличным видом. И от меня при этом исходил тошнотворный запах некротики.

Так вот, я безразлично махнул рукой в ответ на их восторг и отправился принимать ванну. Когда ко мне подошёл отец, чтобы поздравить с успешным прохождением испытаний, я буркнул ему, что собираюсь хорошенько выспаться после целого дня непрерывных сражений. В моей юности мышцы действительно сильно болели после таких длительных баталий.

Вован подъехал к нам с Настей и вывел меня из воспоминаний, слегка толкнув меня локтем в бок. Друг кивнул в сторону, и я заметил, как некрорианцы, живущие за стенами Мортиса, с изумлением смотрели на нашу небольшую группу. Я не обращал на это никакого внимания.

Настя была уже слишком слаба, но всё же с любопытством и с мерцанием в глазах осматривала окружение. Я понимал её: наш мир был для неё необычным, и здесь царила атмосфера, непривычная для человека.

Здесь повсюду ощущался влажный холод зловещей тишины, который проникал до самых костей. Тусклые фонари светили даже днём, поскольку здесь чаще всего царили сумерки, подобные полярной ночи. Подвижные летающие фонарики мелькали в темноте, словно зловредные искры.

Здания, подобные заточенным клыкам, возвышались перед нами, и их безжалостный вид создавал ощущение погружения в мир ужаса и отчаяния.

Мертвый ветер, пронизывающий мрачные аллеи, нес с собой печальные шепоты, наполненные пророчествами и запахом тления. Одежда некрорианцев напоминала балахоны, и у всех были мантии, возможно даже новые, но некоторые выглядели так, словно их потрепало время. Хотя у нас было принято носить мантии после тех, кто был старшим в роду. Это даже считалось знаком некоего статуса и придавало некромантам чести.

И стоило лишь прислушаться к звукам вокруг, как казалось, что слышишь скрип некоторых потухших фонарей, который напоминал стон умирающих существ. В воздухе витал гул проклятых заклинаний, заглушающий все живое.

Даже шаги некромантов, скользящих во мраке, наполняли атмосферу немыслимым ужасом, заставляя сердце Насти трепетать от предчувствия безмерного зла.

Разлитые по городу тени некромантов принимали зловещие формы, словно кто-то забыл закрыть крышку гробницы, и они неспеша выползали оттуда.

Над головами кружили облака чёрной пыли. И когда в небе проглядывала Артена — спутник в нашем мире, подобно Луне в мире людей, она, будто украдкой посматривала через пелену тьмы, и мерцающим сиреневым светом озаряла бледные лица некрорианцев.

И это пока что был малый городок, раскинувшийся вокруг столицы. Вокруг можно было также разглядеть пейзажи, которые простирались за редкими пока что домами.

К примеру, справа Настя обратила внимание на наши Кладбищенские равнины, которые тянулись бескрайними полями, изрытыми могилами и склепами. Там некроманты частенько проводят ритуалы и эксперименты над нежитью, ведь трупы являются для нас источником сырья для проведения тёмных практик.

Слева возле стен приближённого к столице городка и вдоль стен самого Мортиса тянулось мрачные леса, в которых обитали духи и призраки, а также более редкие создания, созданные при помощи некромантии.

А вдали виднелись Туманные болота, которые не замерзали даже зимой. Они вечно покрыты туманом, и там обитают зловещие твари. Эти болота являются местом для изгнанных некромантов и тех, кто провалил свои ритуалы.

А впереди, за стенами Мортиса, возвышались неприступные Горы Мертвецов, где покоятся древние владыки и могущественные воины. Некоторые архинекроманты отправляются туда, чтобы призвать могучих лидеров для своих армий нежити.

— Мда уж, а здесь миленько, — с сарказмом произнесла Настя, задрав одну бровь, и отклонилась назад, чтобы опереться на меня. Я поддерживал её изнуренное ядом тело с обеих сторон, чтобы она не свалилась с лошади.

— Подожди, это мы ещё в сам Мортис не въехали, — утешил я её, пожимая за плечо. — Там тоже довольно любопытная обстановка и есть что рассказать.

Я немного поведал ей о столице. Объяснил, что магия Мортиса основывается на древних заклинаниях и ритуалах, которые позволяют некромантам извлекать души из загробного мира и воплощать их в физические формы.

Некроманты используют энергию смерти, известную как "Морта", для создания и управления нежитью — от простых скелетов до сложных личей и зомби.

В столице правят старейшины некромантии, в чьих жилах течет высшая кровь, и которые обладают самыми глубокими знаниями о смерти и загробной жизни. Общество некрорианцев строго стратифицировано: каждый новый адепт должен подниматься по лестнице магической мощи, чтобы достичь ещё большего уважения и власти.

Жители Мортиса поклоняются смерти как священному началу, а не как концу существования. Праздники и церемонии часто связаны с памятью предков и увековечиванием могущественных умерших.

Иногда в Мортисе силы загробного мира могут выходить из-под контроля, вызывая хаос среди живых и мертвых. Адептам из ордена порой ради практики приходится отправляться в путешествие по всему Мортису и расположенным поблизости поселениям, чтобы раскрыть тайну нарушения баланса между жизнью и смертью и предотвратить катастрофу, которая может уничтожить как мир живых, так и царство мертвых. Но им, конечно, помогают и контролируют более опытные архинекроманты.

Город некромантов завораживает своим зловещим очарованием и скрытыми тайнами, которые таятся в вихре страха и бессмысленности. В нем господствует магическая темнота, доступная лишь тем, кто готов рискнуть своей душой ради ответов на запретные вопросы в запредельном мире ужасов и смерти.

Мы въехали за высокие стены из черного камня в столицу. И даже зимой здесь царила необычная, но такая родная мне атмосфера. Гроссмейстер поворачивала головой то вправо, то влево.

Зима окутывала готический Мортис своим холодным дыханием, превращая его в мрачное великолепие, где время казалось остановившимся за тяжелыми каменными стенами. Природа, обладающая таинственной красотой, сверкала под покровом снега, создавая ощущение загадочности.

Крыши домов вздымались ввысь, словно огромные черные паруса, защищая своих обитателей от ветра и суровых зимних холодов. Они складывались в замысловатые архитектурные формы, напоминая зубцы темных корон, выделяющих город на фоне белоснежного покрова земли. Окна, вместо теплых живых глаз, показывали лишь узкие полосы света. Темные фигуры, промелькнувшие за стеклами, казались воплощениями ночи, властвующей неизведанными силами.

Старинные улочки переплетались здесь, в сердце этого мрачного города, теряясь среди морозной пустоты. Они были покрыты тонким слоем льда, который скрипел под ногами, словно подчеркивая хрупкость и непостоянство человеческой жизни. В их тени, подобно настоящим духам зимы, прятались странные существа, застывшие под покровом вечности.

Зимняя природа обладала магической силой, проникающей в самые глубины сердец. Она заставляла задуматься о тайнах и загадках, скрытых внутри этого темного мира, и приоткрывала завесу над обителью тех, кто владеет неуловимой силой и знаниями.

Мортис, пронизанный мистическим духом и замысловатой энергией, вызывал восторг и трепет у тех, кто осмелился оказаться в его объятиях. Здесь можно было почувствовать пронизывающий холод и темноту, но именно эти суровые условия придали городу неповторимый характер и превратили его в уникальное место, где реальность и фантазия, зима и темная энергия сливались воедино.

Проехав вдоль главной и самой широкой улицы, мы наконец очутились перед замком Владыки Тьмы, окруженным рвом, наполненным синим пламенем из мертвой материи. Высокий замок разжигал воображение своими старинными каменными стенами, устремленными к небесам. И у моей спутницы невольно приоткрылся рот, когда она задрала голову, чтобы оценить высоту шпилей башен.

И да, в такую снежную зиму обычно не видно молний, но над замком с треском и грохотом разрывались зловещие малиновые молнии, а раскаты грома могли заставить вздрогнуть любого непривычного к такому зрелищу.

Вся архитектура замка словно сошла со страниц старинной готической литературы и излучала атмосферу таинственности. Каждый кирпич и каждая башня будто были пропитаны мистикой и историей, ожидая того, кто осмелится исследовать коридоры этого величественного дома.

Вместо обычной стражи нас перед въездом на подвесной мост встретили големы — каменные создания, которые несли на себе бремя охраны и защиты этого мистического места. Воспользовавшись древними магическими практиками, некроманты воплотили свою волю в этих неподвижных творениях.

Големы, высотой в несколько метров, выглядели внушительно и страшно. Их тела были сложены из массивных каменных блоков, непроницаемых и имеющих гранитные текстуры. Сплетения трещин и глубоких, таинственных рисунков делали их вид еще более впечатляющим.

Поверхность големов, суровая и холодная на ощупь, словно отражала их природу и неодолимую силу. Широкие плечи големов подчеркивали массивные каменные пластины, которые придавали им вид непобедимых гигантов. Их оттопыренные руки, сделанные из того же прочного материала, излучали угрожающую ауру. Руки и ноги големов, хоть и казались неуклюжими и грубыми, в действительности обладали невероятной силой и быстротой.

Физические черты големов, несомненно, приковывают внимание: их мрачные каменные лица украшают глубоко запавшие глаза, в которых мерцал магический огонь. Их твердые губы в неподвижности казались тяжелыми и серьезными, а углы искривленного рта создавали впечатление вечного молчания и строгости.

Постоянная неизменность позволяет големам быть прекрасными стражниками для замка Владыки. Внешний вид их каменных тел отражает их непоколебимую преданность и властность. Големы эффектно контрастируют с мрачной атмосферой замка и широко известны своей неоспоримой силой и неуязвимостью.

Но големы без проблем нас пропустили, и когда мы въехали во внутренний двор, Вован отправился в топорный зал, чтобы доложить о моём возвращении и подготовить его обитателей к такой неожиданности. Таков был закон среди аристократов: без приглашения не следовало появляться даже в месте, близком сердцу. Тем более если ты когда-то, нарушив клятву, покинул эти родные стены.

Спустя десять минут Вован вышел обратно и позвал нас с Настей.

— Ну, как там обстановка? — спросил я у друга.

— Я не стал раскрывать подробности, но Верховная Жрица Тьмы почувствовала человеческое присутствие. Так что удачи тебе с объяснениями, — усмехнулся Володя и пожал мне руку.

— Хорошо, — кивнул я без замешательства и усадил Настю на каменную резную скамью, устланную мягкими подушками бурого цвета. — Присмотри за ней, пока я буду в тронном зале.

— Лады, — согласился Вован и, широко раздвинув ноги, уселся рядом с гроссмейстером.

— Настюха, держись, — ободрил я её. — Всё будет в порядке!

Та лишь слабо улыбнулась мне, и смотреть на её посеревшее лицо было тяжело. Смерть пожирала её, словно своё любимое блюдо.

Я прошёл по коридору с высоченным арочным потолком, украшенным фигурами каменных львов, которые, словно смотрели вниз своими хищными взглядами и готовились к атаке. По коридору также скользили призраки, излучавшие серебристый свет. Они снимали свои головные уборы при виде меня, а некоторые даже вместе с головой.

Возле дверей тронного зала также стояли големы с массивными секирами. Когда я приблизился, они распахнули передо мной двери.

Трон находился в конце обширного зала, рядом с гигантским камином. Он был сооружён из драконьих и человеческих костей и достигал в высоту около четырёх метров.

На троне с достоинством сидела Верховная Жрица Тьмы, а рядом второй трон оставался пустым. Жрица обладала завораживающей красотой, которая контрастировала с её мрачной репутацией.

Её длинные волосы, черные как безлунная ночь, струились вокруг бледного, почти прозрачного лица. А глаза — глубокие и красные, словно бездонные колодцы, отражали тайны загробного мира. Она была одета в роскошное, но пугающее одеяние из темных тканей и костяных украшений, которые подчеркивали её звание и силу.

И я прекрасно знал, что Жрица — хладнокровная и расчетливая правительница, чья воля не знает сомнений. Она обладала несравненной интеллектуальной остротой и глубокими знаниями о темной магии. Но умела быть милостивой к тем, кто служит ей верой и правдой, и безжалостной и беспощадной к предателям и врагам своего темного царства.

Она являлась могущественным некромантом, способной призывать и контролировать не только мертвых, но и духов, и призраков. Жрица прекрасно могла общаться с потусторонними сущностями и использовать их знания для своих целей. Её магия позволяла создавать защитные барьеры из теней и манипулировать темной энергией для атаки или защиты.

Я склонился перед ней на одно колено и поприветствовал:

— Здравствуй, матушка!

Глава 4

Глава 4

В тронном зале, высоко под потолком, располагались большие овальные окна, через которые пробивался слабый тусклый свет. Вдоль стен и в нишах тянулись массивные цилиндрические колонны из серого камня, а сверху парили в воздухе конусообразные люстры. Вместо ламп в них пылало неугасаемое красное пламя.

К самому трону вела широкая лестница, по бокам которой стояли слуги. У некоторых из них была одежда в стиле древних воинов, но дополненная металлическими доспехами. На лицах их надеты маски, напоминающие очертания черепа. За плечами у слуг виднелись мечи, вложенные в ножны, украшенные человеческими позвонками. Глаза этих подчинённых были тускло-сиреневого цвета, что указывало на их принадлежность к низшей крови.

Дело в том, что некрорианцы низшей крови, слуги и подчинённые воины, с рождения имели чёрные глаза. Однако развивая свои навыки, они могли достигать различных уровней силы, что сопровождалось изменением цвета их глаз.

У представителей низшей крови цвет глаз всегда был довольно тусклым, в то время как у некромантов высшей крови глаза светились очень ярко. Например, у моей матери они пылали ярким красным цветом.

Другие слуги были одеты в железные доспехи с острыми зазубринами на плечах, напоминавшими отростки на спине у некоторых динозавров. Их головы украшали шлемы с длинными вертикальными пиками. Вместо лиц у этих подчиненных проступали призрачные скелетообразные рожи, покрытые зеленой пульсирующей дымкой. Глаз у них не было; их пустые жуткие глазницы словно пронизывали тебя насквозь.

На поясе у слуг висели красные повязки с золотыми изображениями рун. А по бокам, на талии, располагались человеческие черепа, обмотанные бурыми нитями, в челюстях которых извивались черные черви.

Среди прислужников также были прирученные монстры-мутанты. Их накачанные красные тела украшали мерзкие кровавые выросты, образующие на коже сетку.

На горбу существ располагались пластины с голубой слизью, покрытые тонкой биологической и скользкой пленкой. Изо ртов мутантов торчали отвратительные щупальца, которыми они могли крепко схватить противников, чтобы потом сожрать их.

Одеяние матери тоже было весьма интересным, ведь она являлась Верховной Жрицей Тьмы. Её пышное платье словно поглощало свет вокруг, создавая ауру непроницаемого мрака. Лишь фиолетовые струящиеся узоры на подоле изредка переливались, когда на них падало мерцание пламени с люстр или из камина.

Плечи Жрицы украшали сложные наплечники из темного металла с изображениями демонических существ. На голове возвышалась остроконечная корона, усыпанная камнями оникса и черного опала, которые в полумраке казались живыми и подвижными.

На её шее висело массивное ожерелье с крупным амулетом в форме анха — древнего символа вечной жизни, связанного с оккультизмом и магией.

Руки матери были облачены в длинные перчатки, украшенные браслетами, и в одной руке она держала посох власти, увенчанный алым кристаллом.

Поверх платья накинут был плащ, изготовленный из тяжелой, но изысканной ткани, напоминавшей ночное небо без звезд; он слегка колыхался при каждом её движении.

Но, разумеется, в подобных величественных одеяниях некроманты не показывались в мире людей. Аристократы, принадлежащие к правящей верхушке, носили такую одежду прошлых веков лишь дома. В противном случае было бы странно видеть некрорианок и некрорианцев, разгуливающих среди смертных в своих нарядах.

Я тоже помню, как раньше носил в этих стенах старомодные, но дорогие костюмы и царственные плащи. И на голове у меня всегда был обруч из драгоценного материала, который подчеркивал мой титул Теневого Принца.

— Надо же, кто заявился, — ледяным тоном произнесла Верховная Жрица Тьмы, пошевелив своими выразительными губами, покрытыми чёрной помадой, а затем плавным жестом разрешила мне подняться с колен. — Сын мой, ты покинул родные стены, — она указательным и тонким пальцем грациозно выписала круг в воздухе, — и не попросил при этом разрешения, более того, даже не попрощался со мной и с отцом.

Я поднялся по ступеням к трону, поцеловал её руку и приложил лоб к перчатке.

— Владыка Теней был в гневе, когда ты отверг своё предназначение ради того, чтобы исследовать мир людей и изучать магию одарённых из тех краёв, — Жрица окинула меня надменным взглядом, но в нём также присутствовала благосклонность ко мне как к её отпрыску.

Я, закинув руки за спину, спустился вниз и взглянул в окно, повернувшись к матери боком.

— И где же отец? — спросил я, не оборачиваясь на неё.

Мать плавно опустила ладони на подлокотники трона и, подняв точёный, словно из алебастра, подбородок, ответила:

— Владыка Теней занят войной на границе Некрополиса.

— Кто осмелился напасть на нас? — поинтересовался я, прислонившись спиной к высокому каменному столу, сооружённому из тяжеловесных плит.

Верховная Жрица Тьмы оценила в моих словах намёк на то, что я до сих пор считаю себя частью мира некромантов. Видимо, она решила, что есть ещё шанс, что я, как наследник трона, передумаю и останусь здесь навсегда.

Инквизиторы — члены секретной организации, целью которой является изгнание тьмы и ереси. Эти выродки владеют знаниями о тайных ритуалах и артефактах. Именно из-за этих амбициозных дураков, стремящихся свергнуть некромантов, у нас сейчас такой беспокойный период, — она щелкнула пальцами, и выдрессированный слуга, стоявший у входа, поспешил налить ей вина в кубок. — Видите ли, инквизиторы поклоняются Свету и считают, что никто из живых не имеет права на вечную жизнь и воскрешение. Их не устраивает наш дар, связанный с загробным миром. Эти шакалы утверждают, что наша магия — это проклятие и что мы распространяем его, заражая злом все земли, — мать отпила вина из кубка, который подал ей слуга, опустившийся перед её ногами на колени.

Я чувствовал, как от Верховной Жрицы Тьмы исходила ярость, когда она говорила об инквизиторах, но при этом она хорошо владела своими эмоциями и не один мускул на её лице не дрогнул.

Мне были хорошо известны её помыслы и желания, связанные с процветанием и господством некрорианцев над другими расами. Ведь в прошлом она была высокопоставленной жрицей в древнем культе, который поклонялся Смерти. И после потери своей семьи, которую уничтожили Божественные Аватары — физические воплощения полубогов, посланные на землю для борьбы с тёмными силами, она обратилась к запретным знаниям некромантии, чтобы обрести власть над самой смертью. С тех пор матушка стала символом страха и почитания среди тех, кто изучает тёмные искусства.

Селестра — так звали мою мать, стремилась к владычеству над живыми и мёртвыми. Она желала расширить царство некромантов за пределы Некрополиса, чтобы установить новый порядок, где жизнь и смерть будут подчиняться воле архинекромантов.

Но несмотря на свою мощь, матушка была частично уязвима перед древними артефактами и ритуалами светлой магии, которые могли разрушить её тёмных созданий или ослабить её силу. К тому же, связь с миром мёртвых делала Верховную Жрицу Тьмы чувствительной к нарушениям в балансе между жизнью и смертью.

Поэтому неудивительно, что она испытывала такую яростную ненависть к инквизиторам, которые встали на пути некромантов.

К тому же, силы загробного мира вышли из-под контроля так не вовремя, что теперь в округе царит хаос, — продолжила матушка. — Поэтому, пока твой отец занят войной с врагами, я выступаю временным регентом в Мортисе.

— Значит, за помощью я должен обратиться к тебе, — сказал я, снимая шляпу и зажимая её под мышкой, начал шагать от стены к стене.

— Нет, сын мой, поубавь свою торопливость, — остановила она меня царственным тоном. — Я ещё не закончила и не выразила всего своего недовольства по поводу твоих действий.

О, да, это была моя мать! Начиналась самая неприятная часть разговора, и я понимал, что избежать её не удастся.

— Если бы Владыка Теней был сейчас в тронном зале, ты бы, Влад, не успел и слова сказать, — один уголок её губ слегка изогнулся в ухмылке. — Отец встретил бы тебя увесистой "радушной" оплеухой, блудный сын, — сказала она с сарказмом.

Ага, как же без этого ритуала при встрече с родственниками?

— Мало того, что ты после своего побега заявляешься сюда как ни в чём не бывало и осмеливаешься привести с собой человека! — громогласно заявила матушка. — А ведь тебе не хуже чем остальным, известны наши законы, — указала на меня пальцем. — Люди знают, кто мы такие, но им недозволенно видеть наш скрытый мир! — она махнула рукой, чтобы слуги покинули зал и оставили нас наедине, а это значит, что в мой адрес сейчас прольются слова, не предназначенные для посторонних ушей.

— И всё же ты ослушался и поступил по-своему, дерзкий гаденыш, — выдала Жрица, когда мы остались одни. — Кстати, ты голоден после дороги?

Эх, несмотря на её строгий характер, материнская забота никуда не делась.

Я кивнул головой и перешёл к самому главному:

— Матушка, я не мог поступить иначе, — вынул шляпу из-под мышки и обхватил её поля двумя руками. — Моей подруге срочно нужна помощь.

Верховная Жрица Тьмы поднялась со своего трона и задумчиво постучала посохом о лестничную ступеньку.

— Эта девушка обладает большим даром, — произнесла она спустя мгновение, склонив голову вниз. — Но от неё сильно веет дыханием Смерти, — устремила на меня свои яркие красные глаза. — И я чувствую, что эта подруга для тебя важна.

Матушка начала медленно спускаться по ступеням, а её длинный подол с приглушённым шуршанием тянулся за ней словно морская волна. Ради приличия я подбежал к ней и подставил свою руку. Она обхватила мою согнутую в локте руку своей ладонью и с достоинством направилась к столу. Подойдя к нему, она повернулась ко мне и спросила:

— Что с ней случилось?

— Настю — так зовут мою подругу — поразили ядом, и я не в силах ей помочь. Никогда раньше не сталкивался с таким мощным ядом, — вкратце объяснил я. — И надеюсь, что...

Матушка прервала меня резким взмахом руки.

— Давай-ка без надежд и прочих соплей! — с некоторым равнодушием выпалила она. — Приведи эту девушку сюда, и я посмотрю, что можно будет сделать.

Я послушно кивнул и быстрым шагом покинул тронный зал, чтобы выполнить её указание. Когда я вернулся в вестибюль, где оставил Настю на скамье вместе с Вовой, я ускорил шаги, заметив, что девушка лежала без сознания, а её голова покоилась на коленях у друга.

— Что с ней? — спросил я на автомате, задавая риторический вопрос, и нащупал её пульс.

— Она ещё жива, — отозвался Володя, — но кажется, что осталось ей совсем немного. Как видишь, всё довольно паршиво. Настя потеряла сознание около минуты назад, и я пытался помочь ей прийти в себя, но нихрена не вышло.

Я даже не полностью слышал его слова, а молча подхватил Настю на руки и помчался с ней обратно в тронный зал.

Матушка с невозмутимым видом встретила нас и кивнула, давая мне тем самым знак положить еле живую девушку на стол.

— Как яд проник в её кровь? — спросила Верховная Жрица Тьмы, склонившись над ней и вглядываясь в мою подругу оценивающим взглядом.

Чёрт! Я приложил ладонь к шее Насти и, оценивая её состояние, понял, что яд уже достиг мозга.

— Её укусила какая-то мелкая змейка, которая затем исчезла, превратившись в прах, — быстро проговорил я.

Матушка извлекла из кармана платья золотой и небольшой кинжал, затем аккуратно надрезала вену на руке Насти. Из неё потекла очень густая, серого цвета кровь. После этого Жрица ударила посохом по полу, призвав слугу, и попросила его принести магическую чашу из её покоев.

Когда слуга мгновенно исполнил её пожелание и склонился в поклоне перед ней, мать капнула несколько капель серой крови в чашу. Внутри раздался треск, в котором казалось можно было уловить чьё-то зловещее дыхание. Кровь прилипла к стенкам чаши и окрасилась в чёрный цвет.

— Это всё очень напоминает древнюю магию, используемую для создания смертоносного оружия, — начала свой вердикт Верховная Жрица Тьмы. — Мало кто способен создавать такую мощную отраву и уж тем более заключать её в живой сосуд, подобный той змее.

— Знаешь ли ты, как это излечить? — я оперся руками о стол и с беспокойством посмотрел на неподвижное тело девушки, над которым начала расстилаться пелена загробного мира.

Матушка оттолкнула чашу пальцем и невозмутимо произнесла:

— Я тоже обучена древней магии, — она заметила искру надежды в моих глазах и тут же погасила её следующими словами: — Однако я не даю гарантий насчёт её выздоровления. Процесс будет сложным и болезненным, и во время него твоя подруга также может погибнуть.

— Без этого она точно погибнет, — заметил я вслух.

— Справедливо, — мать постучала пальцами по столу и вновь выпрямилась. — Если удастся, то после её ожидает долгий период восстановления.

— И я надеюсь, что ты потом научишь меня бороться с подобными ядами, — серьёзным тоном обратился я к матушке и, приподняв шляпу, провёл ладонью по волосам.

— Да, — отозвалась мать, и я почувствовал в воздухе отчётливый запах Смерти, который говорил о том, что она полностью захватила власть в свои руки. — Твоя подруга только что скончалась, — подтвердила вслух мои ощущения Верховная Жрица Тьмы.

Пытаясь сохранить спокойствие и слегка дрожащей рукой, я коснулся запястья Насти. Пульса не было…

— Теперь исправить всё будет ещё сложнее, — безэмоционально проговорила матушка. — И возможно мои действия как-то отразятся на ней в будущем.

— Это уже не имеет значения, — с трудом выдавил я, так как комок в горле мешал говорить. — Главное, чтобы это сработало, — с угрюмым видом я уселся на каменный стул возле стола и распахнул свой плащ. — Не могу ли я как-то помочь тебе в этом?

— Вряд ли, — Верховная Жрица Тьмы подошла ко мне и положила ладонь на моё плечо. — Лучше встреться со своими друзьями; они скоро отправятся вместе с воспитанниками на поиски причин, повлиявших на этот раз на нарушение баланса между жизнью и смертью. Нам сейчас нельзя допускать катастроф в Некрополисе. Необходимо восстановить равновесие, — она бросила взгляд на Настю. — Что касается твоей умершей подруги, я сделаю все возможное, чтобы вернуть ее из мира мертвых.

— Но это потребует времени, — я встал со стула. — Нужно сохранить ее органы в целости.

Верховная Жрица Тьмы одним мысленным приказом распахнула двери тронного зала и гаркнула подчиненным:

— Подготовьте покои в правом крыле для нашей покойной гостьи, — а затем тяжелым взглядом посмотрела на меня. — Не учи свою мать тому, что она знала задолго до твоего рождения.

Она приложила ладонь к груди Насти, и тело девушки окутало зеленым пламенем, которое не сжигало плоть, а, напротив, проникало внутрь и защищало ее органы от разложения.

— Можете отнести ее, — приказала Верховная Жрица слугам, завершив наложение заклятия сохранения.

Слуги аккуратно приподняли Настю, чтобы отнести ее в подготовленные покои, где моя мать будет проводить над ней тайные ритуалы.

— Матушка, спасибо тебе, — я попытался поцеловать ее в щеку, но она отстранила меня.

— Рано благодарить, так как дело еще не сделано. И к тому же, я злюсь на тебя: ты вернулся не потому что скучал по мне или отцу, а из-за своей подруги, — ядовито бросила она в конце.

— Я люблю и уважаю вас с отцом, — парировал я. — Именно поэтому я и вернулся, чтобы попросить помощи у вас, у лучших в магическом искусстве и с несравненным опытом.

— Не льсти мне, негодяй, — шутливо подколола меня матушка. — Будешь мне должен, если я сумею вернуть эту Настю к жизни.

«Кто бы сомневался! — подумал я про себя».

Глава 5

Глава 5

*Северная граница Некрополиса, лесная окраина Мориана. *

С неба больше не падали снежные хлопья, и в военном лагере некрорианцев уже вовсю готовились к боевому построению.

В самом роскошном шатре, ткань которого переливалась в лучах солнца, на троне сидел Владыка Теней, облаченный в коричневую медвежью шкуру. Он был могущественным некромантом, обладал глубокими знаниями темной магии и мог управлять силами мертвых. Его пронзительные глаза светились ярким изумрудным светом, а кожа была бледной и почти прозрачной. Слугам лишь с большим трудом удавалось аккуратно расчесать его длинные запутанные волосы.

Тело властителя почти до самой шеи было покрыто татуировками, которые несут в себе магию и усиливают его защитный барьер.

Он был холодным и расчетливым, поэтому предпочитал логику и стратегию эмоциям. Эту черту характера у него в детстве унаследовал Владислав.

Владыка Теней высокомерно относился к своему положению властителя некромантов и часто считал других недостойными своего времени или внимания.

Однако он отличался терпением и умением долгосрочно планировать, способен был ждать годы или даже столетия для достижения своих целей.

Рядом с ним всегда находились книги по истории, так как он считал развитый интеллект и образование одной из важнейших составляющих успешного правления расой.

Рядом с троном на серебряной подставке висел его длинный темный плащ с капюшоном, который обычно скрывал его фигуру, придавая внешности угрозы.

Под шубой Владыка Теней носил удобный для сражений серый костюм высокого качества, украшенный вышивкой с мистическими символами.

На руках блестели тяжелые кольца, а на запястьях — браслеты с камнями, которые позволяли ему быстро усиливать заклинания.

Его оружием служил посох, на первый взгляд неприметный, изготовленный из Хабра — редкого вида железа. Со всех сторон посох был украшен кусками ребер и клыками прежних врагов повелителя.

В шатре властителя стоял жуткий холод, несмотря на то что в печи пылали дрова. Однако этот холод не проникал извне, а исходил от самого Владыка Теней, и будоражащий душу мороз был похож на тот, который испытывают смертные при встрече с банши.

По углам шатра расползались тени, и если присмотреться, можно было заметить, что у них есть глаза. Эти существа всегда находились рядом с Владыкой и следовали за ним повсюду, исполняя его приказы.

— Мой господин, — с поклоном вошел в шатер канцлер в мантии, устланной черными перьями воронов, — боевые позиции заняты и...

Владыка Теней заставил его замолчать одним взглядом исподлобья.

— Ярополк, — обратился к нему повелитель после некоторого молчания, — не стоит спешить, — он поднялся с кресла и сделал пару шагов к подчиненному, а живые тени тут же потянулись следом за ним. — Инквизиторы готовы к наступлению?

— Так точно, — опустил взор канцлер, поскольку было тяжело даже на несколько секунд смотреть в глаза Владыки, от которых веяло такой мощной энергией силы, что кровь стыла в жилах.

Даже Верховная Жрица Тьмы порой не выдерживала взгляда супруга, а только сыну спокойно удавалось общаться с ним и не уклоняться от его взора.

— Инквизиторы активировали световые щиты и вот-вот начнут атаку, — продолжил канцлер.

— Хорошо, — спокойным тоном ответил властитель. — А ты отправляйся и отдай войскам мой приказ. Пусть отступают глубже в Гиблый Лес Мориана.

Подчиненный опешил от этих слов, но слишком боялся Владыку, чтобы показывать свою бурную реакцию перед ним.

— Мой господин, — начал он как можно более заискивающим тоном, — сугробы в лесу чуть ли не по шею. Ни кони, ни люди не смогут пройти и нескольких метров вглубь леса, — соединил пальцы рук в форме треугольника. — К тому же там мы окажемся в уязвимом положении, да и лагерь не успеем разбить до начала атаки инквизиторов. И что самое важное, Гиблый Лес полон свирепой нечисти. Всем известно, что живыми оттуда еще никто не возвращался.

Владыка Теней с загадочным видом встал к нему плечом к плечу и, скрестив руки за спиной, уставился на зимний пейзаж за пределами шатра.

— Ярополк, — заявил он, чётко и медленно произнося свою речь, — кажется, я просил тебя научиться думать наперёд. Но ты по-прежнему не смотришь дальше своего носа, — повернул голову к канцлеру и хитро прищурился. — Хотя подчинённым лучше оставаться тупыми, так как думать должен тот, кто сидит на троне. Однако при таком положении я помру со скуки, ведь с книгами не поговоришь. И что забавно, люди, пишущие умные книги, тоже довольно скучны. Видимо, это моё проклятие — в том, что мне не суждено встретить умного и достойного собеседника, — затем повелитель направился за посохом, покоившимся возле стола, и не оборачиваясь добавил: — Ты всё ещё здесь, Ярополк? Хочешь, чтобы я выпотрошил тебя словно кролика? Мне не нравится повторять свои приказы.

Канцлер вздрогнул и выпалил:

— Слушаюсь и повинуюсь, Владыка! — Он мигом выскочил на улицу и помчался исполнять волю господина.

Тем временем, в нескольких километрах от лагеря некрорианцев, в поле шествовали в наступательном марше их заклятые враги — войска инквизиторов. Они были оснащены внушительным снаряжением и броней, в том числе тяжёлыми доспехами, отдающими медным блеском.

Их силовая броня представляла собой высокотехнологичные доспехи, которые должны были оберегать инквизиторов не только от физических и энергетических атак, но и усиливали способности носителей, позволяя им с лёгкостью носить тяжёлое вооружение и снаряжение.

Силовая броня была оснащена системами поддержки жизнедеятельности и коммуникационными связями. К примеру, в них хранилась кровь для экстренного переливания в случае большой кровопотери.

На всадниках, относящихся к более высокому рангу, надевалась так называемая Терминаторская броня. Она представляла собой ещё более тяжёлый тип доспехов по сравнению со стандартной силовой бронёй и обеспечивала мощную защиту и огневую мощь. При активации этой брони на несколько метров распространялось жёлтое ослепляющее пламя.

Такую броню использовали во время самых опасных сражений, и инквизиторы прекрасно знали, что предстоящая битва с некромантами будет непростой, даже если сравнивать её с войной против демонических тварей.

У командиров на шеях висели Розарии — амулеты, создающие силовое поле, которое оберегало их от неожиданных атак.

Копьеносцы, шедшие в передних рядах, были вооружены не только копьями, но и псай-очками — гранатами специального типа, эффективными против существ тёмной энергии.

На летающих без коней золочёных колесницах находились рыцари из ордена Света. Их мантии, стелющиеся поверх доспехов, не были частью брони, но служили символами власти и полномочий, поскольку рыцари принадлежали к высшим чинам.

Император инквизиторов находился в повозке, созданной из лунного света. На его алмазном топфхельме (шлеме) раскачивался пышный гребень из синих волос, а на лицевой стороне доспехов сиял голубой камень в форме Солнца — древняя реликвия и символ их веры.

По краям инквизиторского войска шли воины, отбивавшие боевой ритм на барабанах и певшие гимн величия Света, которому они поклонялись. Эти заклятые враги некромантов верили, что прибегать к силам умерших нельзя, иначе создатель мира разгневается и уничтожит всех живых. В их священных книгах имя создателя не упоминалось, ибо зачем имя тому, кто является единственным в своём роде и породил всё вокруг.

Когда инквизиторы подошли к окраине леса, они удивились, увидев опустевший лагерь некромантов. Среди пышных елей с чёрными стволами тянулась земля, выжженная магическим пламенем.

— Неужели они струсили и сбежали ещё до начала боя? — высказался вслух полководец.

Император отрицательно покачал головой и заявил звонким стальным голосом:

— Не стоит делать поспешных выводов!

— Но как быть дальше, мой повелитель? — он передвинул колесницу немного в сторону, чтобы расслышать императора. — Про этот лес ходят много слухов, и среди них нет ни одного хорошего.

— Тянуть дальше нельзя, — выдал вердикт властитель инквизиторов.

— Создатель не потерпит трусости в наших сердцах. Будем преследовать их, а потому придётся покинуть колесницы и отправиться по их следу верхом.

*Мортис*

Я направился на тренировочную арену, расположенную неподалёку от замка и принадлежавшую ордену заклинателей. Судя по словам матушки, там должно было состояться собрание архинекромантов и их адептов.

Дошёл до туда пешком, и люди на улицах приветствовали меня словами:

— С возвращением, Теневой принц! — В их лицах я читал удивление вперемешку со страхом и уважением.

Приближаясь к вратам крупного поместья, где я провёл многие годы, обучаясь тайнам некромантии, я заметил огромные толпы жителей. Среди них были родственники учеников, провожавшие своих юных отпрысков в путь и желавшие им удачи из-за беспокойства о возможной опасности.

Но как же без этого? Ведь когда в Некрополисе происходят нарушения энергетического баланса, это всегда сопровождается наличием серьёзной угрозы.

Некрорианцы и некрорианки расступались передо мной с поклоном. И стоило мне только пройти за стены поместья, как через пару минут ко мне подъехал Старшина. Оперативно распространяются слухи здесь, ничего не скажешь. Хотя у Старшины и так хорошо работала чуйка на присутствие ауры одарённых, да и он никогда ничего не упускал из виду.

— Теневой принц, — он молниеносно слез с лошади и склонил передо мной голову.

Лицо Старшины было испещрено морщинами, но его тело по-прежнему оставалось здоровым и крепким. И не позавидуешь тому, кто осмелится хоть чем-то оскорбить его.

На нём был утеплённый ватный комбинезон пепельного цвета, в котором, попрошу заметить, можно было с удобством сражаться хоть прямо сейчас, потому что он сохранял тепло, но при этом совершенно не сковывал движения.

На подбородке у него выступала седая борода, напоминавшая формой лопату. На поясе в ножнах покоился одноручный меч, окроплённый множество раз вражеской кровью, а за плечом располагался боевой топор из усиленного даром чёрного камня — Мракиана. Кстати, это был довольно прочный материал, который не так-то просто сломать, и он мог прослужить многие годы своему владельцу.

— Старшина, давайте обойдёмся без титулов, — я пожал ему руку. — Мы с вами прошли через многое и вы открыли мне полезные знания. Хотя, конечно, вы иногда перегибали палку с тренировками, но я знаю, что это было по поручению Владыки Теней.

— Я уже думал, что никогда не увижу вас снова, — сказал он, и его глаза сверкнули яркой вспышкой. — Где вы так долго пропадали? Без вас здесь было довольно скучно, ведь вы были превосходным наставником для неопытных юнцов. С вами работа в Ордене шла куда легче.

— Старшина, мне всегда казалось, что всё лёгкое как раз таки навевает скуку, а не наоборот, — я обнажил зубы в улыбке и посмотрел на родные угрюмые стены поместья.

— Так-то оно так, — он понял, что я не намерен рассказывать ему о том, где находился во время своего отсутствия, и решил больше не упоминать об этом. Всё-таки Теневой принц сам выбирает, что ему говорить и что делать. — Но всё же с вами было сподручнее и дела в Ордене шли гораздо быстрее. Вы же никому не давали послабления.

Это точно! Отпрыскам из элитных семей приходилось несладко, когда я лично следил за их обучением, так как я готовил их к самым худшим испытаниям жизни и требовал от них выносливости и максимальной концентрации.

В этом я был похож на своего отца. Однако в юности я часто не любил такого тщательного упорства на занятия боевыми искусствами. Но жизнь такова, что с возрастом мы начинаем понимать истинную ценность приложенных ранее усилий.

— А где канцлер? — поинтересовался я у него, неспешно двигаясь по очищенной от снега аллее.

— Отправился на войну против инквизиторов, — ответил Старшина. — А меня оставили здесь, чтобы присматривать за учебным процессом. Как говорится, война войной, а обучение никто не отменял, — он тоже шёл рядом, ведя коня за повод.

Я видел, как архинекроманты направлялись на тренировочную крытую арену, построенную в форме круга с прозрачным куполом.

— Известно ли что-нибудь о нарушении баланса между жизнью и смертью? — под моими сапогами хрустел лёд.

— Нет, — покачал головой он и передал скакуна своему слуге. — Верховная Жрица Тьмы недавно оповестила нас о том, что судьбоносный шар потух, и мы сразу же начали формировать отряд для расследования. Сегодня они должны отправиться на поиски.

Мы вошли под арочный навес, украшенный лепниной в форме паучьей паутины.

— Кто из моих друзей входит в отряд? — от моих шагов раздавался приглушённый звук.

— Мортен, Александр, Элизабет и Моргана, — с энтузиазмом объявил Старшина, зная, что мы всегда были неразлучны.

С Элизабет я даже иногда спал в одной постели. Интересно, не вышла ли она замуж?

— Я думаю, на собрании они ничего нового не услышат, поэтому пригласите их в библиотеку на втором этаже. У меня есть кое-что для обсуждения после стольких лет моего отсутствия, — я вошёл в здание и повернул в коридор, в конце которого была зелёная лестница.

Старшина остановился и, засунув руки в карманы комбинезона, сказал:

— Конечно, я сейчас за ними схожу.

— Только не говорите им обо мне, — бросил я ему с хитрой улыбкой. — Хочу увидеть их удивлённые лица.

— Хорошо, — хохотнул Старшина.

— Кстати, начать поиски причин дисбаланса стоит в башне жриц, — предложил я. — Ведь если произошло что-то с вихрями, это может быть крайне серьёзной проблемой. Важные объекты следует проверять в первую очередь.

— Верно, — согласился он. — Значит, через пару часов отправимся туда.

— Я присоединюсь к отряду, — добавил я, жестикулируя руками.

— Это прекрасная новость, — искренне обрадовался Старшина.

Пока он шёл вызывать моих друзей, я с ностальгией поднимался по ступеням лестницы, держась одной рукой за перила.

На стенах вокруг висели картины со сценами знаменитых битв, а под потолком летали синие призраки, не переставая болтать.

Помню, как будучи юными адептами, мы с друзьями любили подшучивать над здешними призраками и доводить их своими заковыристыми вопросами до нервного срыва. Было чертовски весело.

Мы шутили в обширной столовой на первом этаже в левом крыле поместья и затем с опозданием мчались на занятия по атакующим заклинаниям или созданию артефактов.

Сейчас уже трудно точно вспомнить все дисциплины первого года обучения. Или атакующую магию мы изучали только на третий год? Да черт его знает! Это уже не так уж и важно.

Хм! Когда я поднялся на второй этаж, где в правом крыле здания располагались спальни для парней, в моей памяти всплыл один забавный эпизод.

Однажды, мы с пацанами, вместо того чтобы послушно лечь спать после отбоя, решили призвать дух красивой и желательно обнажённой эльфийки.

Но из-за своей неопытности мы случайно вызвали свирепого циклопа, который разрушил половину поместья своей каменной дубиной и кулаками.

Мой отец потом заплатил за ремонт, хотя наказание всем нам досталось знатное, а мне — вдвойне, ведь я же чёртов принц. И это не значит, что меня должны выгораживать родители. Напротив, они воспитывали меня ещё строже, чтобы я стал достойным наследником трона.

Мы тогда с ребятами неделю провели в заключении на скудном пайке, словно заключённые. Потом нам назначили исправительные работы, и нас отправили в горы на несколько дней для добычи артефактной жилы. Мы работали как шахтёры до изнеможения. Одним словом — полный беспредел! Но с другой стороны, сами были виноваты.

Однако это того стоило, потому что благодаря тому случаю я ухитрился завязать отношения с одной некрорианкой из ордена, которая тоже была ученицей. Мы с ребятами старались защитить девушек от циклопа, пока учителя не пришли на помощь и не разобрались в происходящем.

Ту девушку, кажется, звали Люба. Я защитил её своим телом и с пафосом создал заклинание "Смертоносный гарпун", чтобы запустить его в циклопа.

И мой гарпун точно попал циклопу в глаз. Конечно, он только больше разъярился и начал вслепую крушить всё вокруг.

Но Люба оценила мой поступок, и когда я вернулся с исправительных работ, она страстно меня поцеловала. А после нескольких свиданий мы уже вдвоём сбегали по ночам из поместья и занимались куда более интересными вещами.

Я вошёл в библиотеку, озарённую светом перламутровой древесины полок и стеллажей. Внутри царила приятная тишина, и лишь издали через приоткрытые окна доносились голоса некромантов.

Усевшись за стол с зелёным бархатным покрытием, я вспоминал учебные дни, которые то раздражали, то приносили удовольствие.

Всё зависело от материала для самостоятельного изучения, который нам давали раз в неделю. У нас почти не было выходных, и порой задания были скучными.

Я корпел над книгами до тех пор, пока не начинал засыпать. Но если только закрывал глаза, наставник мог приложить меня прутом по спине. Дисциплина была строгой.

Иногда попадались интересные задания для самостоятельного изучения, и я мог пробыть до ночи в библиотеке, зачитывая книги до дыр. Потом с красными глазами и улыбкой я плюхался в постель после отбоя.

В коридоре послышались шаги, и моё сердце радостно заколотилось.

— Зачем Старшина попросил нас пойти в библиотеку? — донёсся до слуха возмущённый, но приятный голосок Морганы.

Ох, главное теперь — чтобы мы не задушили друг друга в объятиях…

Глава 6

Глава 6

Дверь в библиотеку распахнулась, и передо мной предстали друзья.

*А-а-а-а*

Завизжала Моргана Шептунья Теней при виде меня. И я заметил, что она почти не изменилась с нашей последней встречи. Её бледная гладкая кожа все так же контрастировала с яркими фиолетовыми глазами, которые излучали холодное сияние.

А длинные черные, как ночь, волосы падали волнами на тонкие плечи подруги. По полу за ней тащился подол изношенной мантии коричневого цвета, украшенной затемненными драгоценными камнями зеленых оттенков.

— Влад, — не переставая визжать, она крепко обняла меня, и я провел ладонью по её шелковистым волосам. От кожи Морганы исходил приятный запах корицы, а от волос — резкий и сладкий аромат роз.

Для посторонних некрорианцев она всегда казалась загадочной некроманткой, не стесняющейся использовать свои способности для достижения целей. А знакомые с ней жители считали её интеллектуалкой, обладающей глубокими знаниями о смерти и загробном мире.

И Моргана действительно была чрезвычайно умна и рассудительна, да к тому же не терпела бессмысленного насилия.

— Ты вернулся навсегда? — она положила руку мне на плечо, а я приобнял её за талию.

— Я приехал сюда по делу, — радостно взглянул на неё.

Я знал о Моргане гораздо больше других. Эта красотка из аристократической семьи великого некроманта давно овладела знаниями, позволяющими ей избежать старения и смерти.

Поэтому не удивительно, что её внешность не изменилась. Правда, я думал, что за такое время она может сменить стиль, но видимо архинекромантке было на это наплевать. С самооценкой у неё явно всё в порядке.

Но несмотря на бессмертие, подруга была уязвима перед священными реликвиями и магией света, которые могли значительно ослабить её силы или даже причинить физический ущерб.

А из-за жажды знаний Моргана иногда встревала в неприятности: проводимые ею эксперименты, связанные с загробным миром, порой приводили к непредсказуемым и опасным последствиям.

— По какому делу? И где ты, черт возьми, пропадал? — не унималась она.

— А может ты уже отцепишься от него, Моргана? — вмешался Мортен, оскалившись в широкой улыбке.

Мой приятель подошел ко мне и крепко пожал руку, похлопав затем по плечу.

— Рад тебя видеть, Влад, — добавил он после приветствия. — Я думаю, у тебя есть что нам рассказать.

— Взаимно, — по-дружески и слегка дотронулся кулаком до его грудной клетки. — Это точно, ребята. Ведь я повидал немало мест.

Мортен, по прозвищу Костолом, которое идеально подходило к нему, выделялся среди прочих некрорианцев своей мрачной и наводящей ужас внешностью.

Его высокий худощавый силуэт был скрыт под изношенным черным плащом, обшитым костяными фрагментами, а глаза горели рыжим светом.

Рыжие и фиолетовые глаза свидетельствовали о втором уровне силы некроманта — достойном уровне, приносящем много чести архинекроманту. В Некрополисе было не так много некрорианцев, способных достигнуть такого мастерства владения темной магией.

Лицо и руки Мортена украшали татуировки, изображающие существ из мрачных измерений. Они помогали активировать его защитный барьер. Волосы Костолома давно потеряли свой цвет и теперь напоминали скопление пепельных прядей.

И мы познакомились с ним задолго до вступления в Орден заклинателей. Всё дело в том, что Мортен родился в семье алхимиков и с ранних лет был окружен запретными знаниями.

Его мать и отец были лучшими среди алхимиков и часто вызывались в замок Владыки Теней для обсуждения тайн некромантии или разработки идей для создания мощного оружия.

Пока взрослые разговаривали на серьезные темы, мы с Мортеном играли и пакостили, разбивая какие-нибудь статуи.

После гибели своих близких Костолом полностью погрузился в изучение тёмной энергии и стремился превратить смерть из врага в союзника. Однако был период, когда он прожигал жизнь, кутя по барам. Но мне удалось повлиять на него, и он не упустил возможность вступить в Орден заклинателей вместе со мной.

В учебном поместье Костолом расширил границы своего мрачного искусства, однако общество иногда презирало его за жестокий характер. И до сих пор мой друг вызывает страх и трепет у тех, кто знает его имя.

— Так что за дело? — спросил Мортен, осматривая меня с ног до головы.

— Я привёз сюда свою подругу из расы людей, чтобы попытаться спасти её от древнего мощного яда, который пока что мне не подвластен, — заметил я в конце.

— Ты хочешь сказать, что ты умудрился протащить в Некрополис человека? — удивился Мортен. — Ошалеть! Влад, ты всегда игнорировал условности и продолжаешь это делать, — звонким голосом выговорил он и опустился на диван возле дверей библиотеки. — Да, искать неприятности ты умеешь! — закинул ногу на ногу и положил ладони на сапог.

— Нет, не так, — покачал я отрицательно головой и с задором посмотрел на него. — Не неприятности, а приключения.

— Хочешь сказать, что Верховная Жрица Тьмы тебя за это по голове погладила? — Мортен хотел узнать подробности о моей встрече с матерью.

— Матушка была рада увидеть меня, своего единственного сына, — с усмешкой сказал.

— Что даже не ударила тебя? — Костолом постучал ладонью по спинке дивана.

— Нет, эту часть гостеприимства мать оставила Владыке Теней, — с сарказмом ответил.

— А твоя подружка, значит, весьма красивая, раз ты привёл её в Мортис? — друг с любопытством ждал моего ответа.

— Ну, а как же может быть иначе? — самодовольно заявил я, засунув руки в карманы плаща.

Удивительно то, что мы с Костолом дружим уже очень долгие годы, хотя он известен своей безжалостностью и холодным расчётом. Мортен предпочитает одиночество и редко появляется на встречах, если это не служит его интересам. Он харизматичный, убедительный и любит манипулировать.

Но мой друг обладает острым умом и является мастером некромантии, способным воскрешать мертвых и командовать армиями скелетов и зомби.

Его магия позволяет ему извлекать кости из земли для создания оружия или защитных структур. Он также может лечить свои раны, поглощая жизненную энергию павших врагов, и владеет темной магией, позволяющей накладывать проклятия и ослаблять противников.

Так что вместе с ним можно учудить много чего интересного. В бою лучшего товарища не найти, особенно когда есть повод посмеяться. Костолом шутит знатно, даже когда дубасит монстров.

Но он подвержен священной магии и ритуалам очищения, которые могут разрушать его творения и ослаблять его силу.

Да, и одержимость Костолома тёмной магией также делает его уязвимым и приводит к потере самоконтроля. Без доступа к трупам или костям способности Мортена весьма ограничены.

Мы с ним часто путешествовали по Некрополису и почти всю империю исходили вдоль и поперёк. У нас было много общего, особенно интерес к древним артефактам и забытым заклинаниям, которые мы искали в разных уголках земель, чтобы использовать их в своих целях.

— Понятно всё, — вздохнула Элизабет, напустив обиженный вид, хотя я знал, что она делает это ради шутки. — А я думала, что ты соскучился по нам и поэтому вернулся. Обидно, Влад, обидно! — я посмотрел на её руки и не обнаружил кольца, но это ещё не говорило о том, что у неё никого нет.

Элизабет Темнокрылая подняла на меня глаза и вскочила ко мне на руки, затем начала душить в объятиях. Она немного изменилась с прошлых встреч, и притом в лучшую сторону, хотя раньше казалось: а куда лучше-то? Она и без того пленила мужские взгляды одним своим появлением.

Элизабет обладала стройной и грациозной фигурой, а её кожа имела бледный оттенок, который подчёркивал яркость её пронзительных фиолетовых глаз. Длинные волосы цвета воронова крыла были заплетены в сложные косы. На спине у неё располагались мощные черные крылья с металлическим блеском, которые она могла складывать и скрывать по своему желанию.

— Я скучал, — тихо сказал я, заглядывая ей в глаза. Меня переполняли воспоминания и восхищение ей.

Ну ещё бы! Невозможно было не восхищаться моей подругой. Ведь Элизабет обладала уникальной способностью управления тенями и манипулировала тёмной энергией. Она без труда могла использовать тени для скрытности или создания иллюзий, а также для формирования физических объектов или оружия. Её крылья позволяли ей летать с большой скоростью и ловкостью, а ещё служили защитой в бою.

Про рукопашный бой я вообще молчу. С виду она может казаться хрупкой и утончённой, но профессионализм не всегда стоит оценивать по внешности. На самом деле Элизабет превосходно владела техникой рукопашного боя, что было довольно редко среди некрорианок. Женщины обычно предпочитали вести бой на дистанции, используя магию.

Именно поэтому перед соревнованиями в Ордене я любил тренироваться с ней. Более достойного соперника было трудно найти. Как говорится, если хочешь чего-то достичь и увидеть прогресс своих действий, не стоит соревноваться со слабаками. И это верно: мы становимся лучше там, где добиваемся результатов через преодоление трудностей.

— Влад, но чем ты занимался все это время? Где побывал? — Элизабет взмахнула своими длинными ресницами и положила голову мне на плечо.

— Да, почти на всех континентах побывал и успел изучить магию одарённых людей, — ответил я, обнимая подругу и глядя на Саню, который стоял в проходе и ещё даже ничего не сказал при нашей встрече.

— И что в ней такого интересного? — фыркнула Моргана и потянулась.

— Она довольно разнообразна, и одарённым присуще владение стихийной энергией. Но я думаю, вы и сами это знаете. Всё же мы вместе с вами тоже часто ходили в рейды в тёмные времена.

— Это да, — зевнула Моргана и отбросила локоны за плечо. — Но я не помню... эти человеки… тьфу ты! Уже язык из-за недосыпа живёт своей жизнью. Люди же могут управлять предметами силой мысли? Я сейчас про одарённых аристократов спрашиваю.

— Есть такое, — кивнул я ей и, сняв руки с талий девушек, подошёл к столу и прислонился к нему. — Дар человеческих магов местами похож на наш, только мы черпаем магическую энергию из разных источников. И кстати, они тоже занимаются лекарством, но по сравнению с нашими способностями их умения кажутся смешными. И это я ещё не упомянул о том, что с алхимией и зельеварением у них полная беда.

— В таком случае как они все ещё не вымерли? — Мортен снял верхнюю одежду и небрежно бросил её рядом с собой.

— Без понятия, — пожал я плечами и заметил, как Элизабет задумалась.

Местами наши с ней мировоззрения были схожи, и потому я догадывался о её мыслях. Явно, она сейчас размышляет о том, что мы, некрорианцы, иногда перегибаем палку, когда пользуемся даром загробного мира.

Элизабет всегда стремилась к раскрытию тайн природных сил и посвятила свою жизнь борьбе против тех, кто использует темные силы в корыстных целях. Короче говоря, она поддерживала баланс между светом и тьмой в мире.

Так как у нас в некотором плане родственные души и схожие взгляды, то именно я поучаствовал в том, чтобы нарушить ради неё закон. Да-да, мне иногда самому кажется, что нарушать законы Некрополиса — это моё призвание, если, конечно, не проклятие. Но с проклятиями я в силах разделаться на раз-два.

Суть в том, что прошлое Элизабет окутано тайной. Она была найдена в младенчестве без каких-либо признаков происхождения и воспитана старым воином-отшельником, который обучил её боевым искусствам и контролю над тенями.

А я, когда был ещё сопляком, встретил её на улице во время фестиваля. На ней тогда была бедняцкая одежда, и она не покупала себе никаких угощений. Я же, как принц, мог позволить себе в этом плане что угодно. Бесило только то, что стража не отступала от меня ни на шаг. Они словно надоедливые тени следовали за мной всюду до того момента, пока я не вступил в Орден Заклинателей и не начал считаться по всем меркам взрослым мужчиной.

Так вот, я накупил ей тогда кучу игрушек и десертов, но она упорно ничего не принимала, так как её приёмный отец — воин-отшельник — воспитал её в строгой аскезе. Он хотел, чтобы из неё вышла в будущем известная заклинательница, и с этой задачей он, как можно видеть сейчас, успешно справился. И ему стоит отдать должное за такое обучение.

Но я, когда был мелким, вообще не мог понять, как можно отказываться от халявных угощений?

И короче, мы с ней тогда разговорились и обсудили разные боевые приёмчики, которым нас понемногу учили уже с самого детства. И мне понравилось с ней общаться, так как она не походила на остальных моих знакомых. Элизабет в том возрасте была такой серьёзной и угрюмой. Хе! Вроде ребёнок, а характер уже тогда был как у старой бабки.

В результате я начал каждый день наведываться к ней в гости в одиноко стоящий дом на отшибе, где она жила с отчимом. И я думал, что мои родители будут против того, чтобы я общался с какой-то безродной. Но когда я с энтузиазмом рассказывал им про Элизабет и про её стремления в учёбе, Владыка и Жрица начали благосклонно к ней относиться.

Поэтому, когда мы подросли и перед нами с ней раскрылись разные пути — я должен был поступать в элитный орден, а она — в обычное училище для некромантов низшей крови. Ведь никаких данных о её родословной не было, а без подтверждения аристократической крови в Ордене делать было нечего.

Тогда я устроил чуть ли не настоящий скандал, выясняя отношения с директором Ордена. Заявил ему, что Элизабет возможно относится к высшей крови и что ей нужно дать шанс. Кстати, тут есть один нюанс, касаемый глаз: дело в том, что у низшей крови с рождения чёрные глаза, а у представителей высшей крови — с младенчества жёлтые яркие глаза.

У меня тоже при рождении были жёлтые глаза, а потом, когда я начал набираться навыков и получать новые титулы и звания, мой цвет менялся в зависимости от уровня опыта: потом они стали ярко-голубыми, затем ярко-фиолетовыми и теперь уже изумрудными.

Но у Элизабет глаза были карими, и её вообще считали полукровкой — то есть ребёнком обычного человека и некроманта.

Когда я устроил скандал в поместье, чтобы дать ей шанс пройти вступительные испытания, мой отец узнал о конфликте и вмешался. Я был ему очень благодарен за участие в судьбе моей подруги, ради которой пришлось немного обойти закон.

Но если говорить о фактах, закон мы не нарушили, потому что у Элизабет теперь ярко-фиолетовые глаза. И это свидетельствует о том, что она ребёнок высшей некрорианской крови, смешанной с другой расой.

В законе тогда не было пункта касательно смешанной крови, но после того случая его добавили после долгих обсуждений.

— Эй, ну как дела? — первым обратился я к Сане.

Тот вошёл в библиотеку с загадочным, но уставшим видом и пожал мне руку.

— Почему вы все такие сонные? — поинтересовался я у него. — Ты, Саня, наверное, новых жён завёл? И они теперь не дают тебе спать по ночам?

— Давно мы не виделись, Влад, — ответил Саша. — Я стоял, слушал твой голос и наблюдал за аурой. Как она только не лопнула от такого количества информации?

— Не знаю, братан, — развёл я руками. — Знания — это классно, но опасно.

— Ммм, — промычал он и проморгал своими ярко-рыжими глазами. — Мы отправлялись в свои измерения провести зачистку, — объяснил он. — У меня и у Мортена там скопилось столько паразитов, что хоть стой, хоть падай. Ещё чуть-чуть — и Гнильщики снова прорвались бы к нам. Помнишь, как во время моей свадьбы?

— Ага, — рассмеялся я. — Такое не забудешь! Я тоже недавно ходил на зачистку в измерение, — сообщил я им. — И надеюсь, что Гнильщики не успели сильно размножиться.

— Я в своё Царство пару месяцев не заглядывал, — высказался Саня и уселся рядом со мной на стол. — Так что там черт ногу сломит, если заскочит на огонёк.

«Старый добрый Саня!» — усмехнулся я про себя. «Ничему его жизнь не учит!»

Если же посмотреть на лицо Саши сейчас, то под глазами можно было заметить странные отметины. Но это были не татуировки, а следы после посвящения в общество под названием «Холодное пламя убийц». Чёрт! Как много я пропустил…

Глава 7

Глава 7

— Саша, когда ты успел вступить в Холодное пламя убийц? — обхватив его рукой, согнутой в локте, за шею, спросил я. — Неужели я пропустил пир в честь твоего посвящения?

Друг на эмоциях хлопнул в ладоши и встал с места.

— Влад, ты вообще пропустил столько интересного, что я тебе сочувствую, — он чуть ли не пританцовывал на месте. — Короче, чтобы овладеть искусством владения нулевым огнём, я блин на целый год отправился в ледяные земли Иснеи, где, — пощёлкал пальцами, пытаясь вспомнить слово, — обитают эти самые, как их... Волосатые гигантские существа, передвигающиеся на двух ногах.

О! Нулевой огонь — это мастерство высшего уровня. Оно связано с энергией синего морозного пламени, которое является одним из источников силы в измерении мертвецов.

Это пламя подпитывает древо, возле которого летают души покойных. Моя матушка тоже когда-то состояла в «Холодном пламени убийц». Там некромантов учат создавать при помощи разума самые мощные заклинания.

И то, что Саня вошёл туда, просто великолепно, потому что лишь единицы способны соединить свою энергию с пламенем загробного мира. Именно поэтому представители данного общества убийц очень ценятся в Некрополисе.

А убийцами их называют из-за старых легенд про те времена, когда таких некромантов использовали в качестве наёмных убийц против целых полчищ врагов. Так что Саня сейчас без труда может размотать целые толпы при помощи одного заклинания.

— Ну и что дальше? — направил в его сторону руку, чтобы он продолжил свой рассказ.

— А, я вспомнил, как их звали, — задрал указательный палец Саша и согнулся в коленях. — Йети! Короче, я жил среди них, пока занимался медитациями и настраивался на охоту, чтобы изловить Стеклянного орла, порождённого Свирепым ветром, или Проклятым ветром, как о нём часто говорят, — друг заржал сам над собой, видимо из-за того, что пробежал в своих мыслях вперёд. Значит, сейчас последуют какие-то интересные подробности.

Мортен Костолом закатил глаза и театрально застонал, запрыгав на месте, а потом заявил:

— Саня, ты уже задолбал рассказывать по миллиону раз про то, что там приключилось!

— И что? Влад же про это ещё не слышал, — отмахнулся от него тот и поведал о самой забавной части своего приключения.

*Несколько лет назад. Ледяные земли Иснеи.*

Между остроконечными вершинами холмов завывала пурга, закрывавшая собой синее небо. Архинекромант Саня с красным носом и инеем на отросших усах, закутавшись в широкий шарф, вошёл в пещеру и уселся возле костра.

— Чи-лоо-век, — обратился к нему большой йети, покрытый длинной белой шерстью и покосившийся на него маленькими чёрными глазками. — Ты чего ещё не свалил прочь? — он медленно растягивал слова, так как этим снежным существам тяжело давался язык расы, к которой относился Саша.

— Сколько раз повторять: я не человек, а некрорианец! — вспылил архинекромант и с раздражением сломал ветку на две части, которая предназначалась для костра.

Йети почесал свою квадратную башку чёрными пальцами с мягкими жировыми прослойками и после этого высказался:

— Я не могу выговорить это тупое слово, — в конце он громко засмеялся.

*Кгх-кгх-гха-гха*

Из пасти Йети вырвались странные звуки смеха.

— Сам ты тупой, — вздохнул Саша и посильнее натянул шапку на лоб.

— Я не тупой, я красавчик, — почесал толстое пузо Йети с видом наслаждения. — А ты урод, ведь у тебя даже шерсти нет на коже. Только короткие волосы на голове, — добавил снежный великан, тыкая пальцем в сторону некроманта. — А ещё я слышал, что у некоторых из вас растут крошечные волоски на спине, на груди и на заднице, — он задумчиво скривил подбородок, напоминая гориллу, сидящую на унитазе. — Я надеюсь, что это не заразно? Если я из-за тебя облысею, то буду огорчён и съем тебя прямо сырым. Правда, потом у меня будет несварение желудка, — покачал головой и нахмурил белые брови на чёрном лице.

— Только попробуй рыпнуться в мою сторону, людоед вшивый, и я сразу же спалю все твои волосы! Замёрзнешь потом с голой жопой в этой своей Иснеи, — пригрозил ему Саня.

— Если я людоед, то значит ты людь... — он часто заморгал, осознав, что сказал что-то не то. — То есть ты всё-таки человек! Я умный, — он запрыгал, как обезьяна, ударяясь лопатками о потолок.

— Черт с тобой, — провёл по лицу рукой некромант и потянулся к рюкзаку, чтобы достать тарелки и столовые приборы. — Думай как хочешь! Всё равно тебя, идиота, не переубедить.

— Конечно, я прав, — Йети, переступая с ноги на ногу, начал активно чесать подмышки. — Я видел людей, и ты похож на них один в один. Эти люди такие же глупые как ты! Они зачем-то любят взбираться на вершины самых высоких гор. И во время этого процесса многие из них погибают, но их сородичи всё равно продолжают повторять ошибки мертвецов. А ещё они ездят по снегу на деревянной доске и кричат так, словно им весело. Зачем вы всё это делаете? Вам разве самки не позволяют входить в свою нору? И поэтому вы сходите с ума и делаете дикие вещи?

Саня чуть не подавился слюной при словах про нору. Он не ожидал услышать такую интерпретацию от снежного существа. И немного опечалился, так как уже много дней не виделся со своими жёнами, а мышцы на его правой руке стали более накаченными, чем на левой.

— Люди делают это ради развлечений и веселья, — пояснил некромант для Йети.

— А почему бы просто не начистить друг другу морду, как мы делаем это во время скуки? — удивился Йети.

— Ну, у нас такое развлечение тоже есть и оно называется «бокс», — Саня поставил перед собой на колени миску и огляделся по сторонам. — А где еда? — возмущённо выкрикнул он, не обнаружив в пещере запечённого мяса.

— Она была, но её больше нет, — полыбился Йети, обнажая свои острые зубы.

— Ах ты, гнида волосатая! — вспылил некромант. — Я прекрасно вижу, что её уже нет. А куда она делась? Может мне вскрыть твои кишки, чтобы проверить, не ты ли сожрал всего запеченного оленя?

Йети сцепил ноги вместе и прикрылся руками, словно монашка застуканная во время оргии.

— Ты в моих кишках кроме пробок из дерьма ничего не найдёшь, — провизжал Йети. — Я уже неделю просраться не могу.

— А я-то думаю, отчего у тебя из пасти так воняет, словно туда кошки нагадили вместо лотка, — поморщился Саша.

— Кто такие кошки? Они вкусные? — заинтересовалось снежное существо.

Некромант бросил тарелку на пол, и она со звоном завертелась на месте. Саня, голодный и злой, со всей силы наступил на неё, чтобы она остановилась, но поскользнулся и приземлился на копчик. От боли на его лице выступила гримаса, напоминающая лицо рыдающего младенца.

— Не увиливай от ответа! — Саша пошёл на него хищной походкой. — Где еда? Моя еда, пусть тебя черти поберут! — ударил себя кулаком в грудь. — Ещё никто безнаказанно не оставлял меня голодным, — угрожающим тоном заявил он, подойдя вплотную к Йети. — Меня даже называют «Гроза курьеров». Это такие люди, которые доставляют еду на дом. И если они задержатся хоть на минуту, то могут попрощаться со своей репутацией. Капут им! Одна звезда им обеспечена! Ты хочешь, чтобы я и тебе одну звезду поставил?

Так как Йети вообще не понимал, о каких звёздах идёт речь и что означает репутация для каких-то курьеров, он сильно перепугался. Ему казалось, что одна звезда сравнима с тем, что тебя посадят на кол или четвертуют, а возможно даже вырвут заусенец с пальца вместе с клочком кожи.

— Так ты, шерстяной клоун, будешь сознаваться или нет? — напирал Саня, запугивая его своим диким взглядом.

— Я ничего не ел, — затрясся Йети и начал грызть ногти на пальцах. Когда он выплевывал откушенные ногти, ими можно было кого-нибудь убить. — Я просто прибирался в пещере и случайно толкнул висевшую на вертеле оленину. Она выкатилась на улицу, заскользила вниз по склону и свалилась с обрыва.

— Ага, — провёл языком по зубам некромант и оперся ладонями о пояс, — то есть ты убирал в пещере? Классно, супер. Можно только узнать, зачем? Это же пещера, черт возьми! — закричал он, начиная выходить из себя. — Зачем здесь наводить порядок в этом убогом, отвратительном месте, где ползают пауки и гуляет ветер?

Йети с обидой прищурился и часто задышал широким носом, а потом парировал:

— Так ты будешь про пещеру своей бабки говорить! — отмахнулся от него гигантской рукой. — А это между прочим мой дом, — он постучал большим указательным пальцем по полу. — Мы, Йети, тоже любим уют и чистоту. Но ты припёрся ко мне как гость и даже не вытираешь ноги об коврик, когда заходишь внутрь.

— Коврик? — у Саши нервно затрясло веко на левом глазу, и он оглядел вход в пещеру. — Что-то я не вижу здесь никакого коврика!

— Он в стирке, — невозмутимо ответило снежное существо.

Некромант попытался мысленно досчитать до десяти, чтобы успокоиться.

— И где же ты стираешь вещи? — раскинул руки и повертелся на месте Саня. — Где стиральная машинка? Или хотя бы тазик?

— Где, где, — передразнил его Йети. — В зубном протезе твоей бабки!

— Моя бабка не носила зубные протезы, — скрестил руки на груди Саша и уже думал о том, как убить своего волосатого собеседника. — У неё до старости были свои крепкие и здоровые зубы.

Но в этот момент в пещеру заявился лилипут в кроличьей шубе, которого даже не заметили Йети и некромант.

— Вы заплатите за смерть принцессы! — заявил лилипут.

— Что это такое? Кто это говорит? — Саша отвернулся от Йети и быстрым шагом прошёл по пещере, чтобы понять, откуда донёсся голос.

Под его ногами что-то хрустнуло, и склонившись, он заметил раздавленного лилипута в крошечных доспехах.

— Я думал, что лилипуты в этих местах впадают зимой в спячку! — удивлённым тоном заявил некромант вслух.

— Не все, — покачал головой волосатый великан, когда присмотрелся к мелкому тельцу получше. — Этот, судя по гербу на его броне, относится к племени алкашей. Они никогда не впадают в спячку из-за того, что пьют всю зиму в честь праздников, которые сами себе придумали. У них даже есть праздник в честь волос в носу и ещё один — посвящённый ушной сере.

— И что он только что нес про смерть какой-то принцессы? — почесал затылок Саня и запульнул труп подальше, словно вишневую косточку.

— Без понятия, — пожал плечами Йети.

В следующий миг под ногами снова раздался чей-то голос, и некромант попросил великана не двигаться, чтобы не раздавить случайно очередного лилипута. Саша присел на корточки и заметил крошечного воина в одежде гонца.

— Тебе чё надо, мелкий? — спросил он у него. — Вы должны дома, вообще, сидеть. Как вы по этим сугробам шастаете? Или гоняете на оленях и заправляете их спиртом? — захохотал некромант. — Какая у вас модель оленя и подвеска? — не унимался он.

Лилипут же принял злобное выражение лица и раскрыл маленький листочек из бересты, на котором были накаляканы непонятные буквы, видимо написанные в пьяном угаре.

— Именем нашего короля — Дурика Пяткина, оповещаю вас о том, что вы приговариваетесь к казни из-за обвинения в убийстве нашей принцессы! — объявил гонец.

— Жесть, а не имя у вашего короля, — вытирал слезы Саша, которые выступили от смеха. — Слушай, лилипут, вы что-то там перепутали! Я и этот великан, мы не трогали никакую принцессу.

— Все следы ведут в эту пещеру, — пояснил гонец. — Среди нас есть прекрасные следопыты. Отпираться бесполезно! Вы убили нашу принцессу тем, что сбросили на неё огромную оленью жареную тушу. От нашей принцессы вообще ничего не осталось! — побледнел от ярости лилипут. — Мы только корону помятую из мяса выковыряли.

— А ты чего так завёлся? — обратился к лилипуту Саня. — Её любовником был?

— Как вы смеете высказывать подобные оскверняющие предположения! — заверещал гонец. — Мало того, что вы убили принцессу, так ещё и нашего первого гонца раздавили! И пришло время поплатиться за это! — он активно жестикулировал своими маленькими ручками.

— Смотри, не охрипни, — поднялся на ноги некромант и оглянулся на великана.

Йети с шокированным видом прикладывал ладонь ко лбу. Саня понял, что тот сказал правду, и потому больше не злился на него.

— Короче, лилипутыш, — заговорил Саша дальше, — нам очень жаль, что всё так вышло, но это была случайность. Обычное совпадение и ничего более. Никто не виноват в гибели принцессы. Просто получилось так, что мясо скатилось с горы и её раздавило.

— Но оленья туша же скатилась из-за вашей оплошности, — атаковал словесно гонец, — а потому вы понесёте наказание.

— За непреднамеренное убийство, вообще-то, не казнят, придурок ты мелкий, ну собственно говоря, как и твой мозг. Тебе, видимо, пространства там не хватает для полёта мыслей! — Саня поставил его в ступор своими словами.

— Да, это так, — кивнул Йети. — Мы хорошие, — протянул он, указывая пальцем на себя и на некроманта. — Мы никого не трогаем! Мы лишь едим, любим баб, ходим в туалет, но не убиваем лилипутов, — его зрачки расширились и он с мягкостью в голосе добавил в конце: — У нас никогда нет злых помыслов, так что уходи из моего дома, лилипут, или я тебя вместо гвоздики в горячий глинтвейн кину.

— Вы трупы! — пропищал гонец и побежал прочь.

*Библиотека. Наше время*

— А что произошло с лилипутами? — спросил я у друга.

— Да ничего страшного, — махнул рукой Саня. — Я обоссал их дом, который был похож на муравейник. И больше они мне не мешали.

— Ну ты даёшь! — вырвался у меня смех. — Кстати, а как они собирались казнить тебя и Йети? Я даже представить себе не могу, сколько бы лет они пилили ваши шеи своими маленькими ручками и миллиметровыми пилами.

— Траванули бы чем-нибудь, наверное, — Саня подошёл к книжным шкафам и поджал нижнюю губу. — Кстати, — обернулся он ко мне вновь, — у меня тогда живот закрутило как раз после того как затопил их дом. Так вот я решил: кранты. Может быть кто-то из них подполз ко мне во сне и отравил меня. Но оказалось что просто перенервничал из-за подготовки к охоте на Стеклянного Орла.

Элизабет уселась на подоконник поджав под себя платье.

— Ты лучше расскажи про тот дурдом который случился во время пира устроенного в честь тебя, — подкинула она Саше мысль.

— А, да, точно! — почесал он ягодицу через штаны. — На самом деле, не так уж много чего приключилось. Просто я сильно напился, — он покраснел, как варёный рак. — Это же был мой праздник, — оправдался он в своих же словах. — И вот, по пьяни, с дуру, превратил мать второй жены в русалку. Но до сих пор не понимаю, как это сработало. Я же на тот момент плохо обладал знаниями трансфигурации.

— И что, у тёщи до сих пор рыбий хвост? — я был в шоке от его заклинаний. В трезвом виде никому не удаётся обратить кого-то в иное существо при помощи одного лишь заклинания, а он умудрился сделать это в пьяном состоянии.

— Ну, нам пришлось обратиться за помощью к Владыке Теней, чтобы как-то исправить это положение, потому что самостоятельно у меня не получилось вернуть ей прежний облик. А жена при этом верещала, как ненормальная, и говорила, что секса у нас не будет две недели. Но она, видимо, забыла, что у меня есть ещё жены.

— Дай угадаю, мой отец был очень занят и долго не принимал вас, поэтому твоя тёща освоилась с хвостом? — предположил я.

— Ага, почти угадал, — Саня провёл рукой по книжной полке. — Только ничуть она не смирилась. Месяца два с этим хвостом в ванной просидела. Весь мозг нам вынесла своим недовольным видом и придирками. Я как-то подшутил над ней, мол, пусть икру хотя бы несёт, чтобы была польза от того, что она у нас временно живёт. Так она со злости чуть на пол не выбралась, чтобы меня придушить.

— А если бы выбралась? — вмешался Костолом.

— Ну, я бы её на фольгу положил и на мангал отправил, — пошутил Саша. — А что делать, если рыба сама идет тебе в руки?

Как же я скучал по таким чокнутым историям! Жаль, что я всё пропустил…

Глава 8

Глава 8

Мне было интересно, как они отреагируют на то, чем я занимался в то время, пока мы не виделись. Думаю, друзья будут очень удивлены. Ведь забавно представить, что наследный принц престола работает обычным сыщиком среди людей.

— Ребята, судя по всему, вы не теряли времени зря, — объявил я им, — но и я не бездельничал.

Парни и девушки собрались вокруг меня и с любопытством уставились.

— Помимо изучения мира людей, я также поработал там.

Глаза Морганы бегали, а её лицо искривилось так, словно кто-то рядом снял вонючие носки. Неудивительно! Она из знатной семьи аристократов и не представляет, что такое работа.

Конечно, мы с друзьями служили в Ордене, участвовали в войнах, ходили в рейды и охотились на монстров, но это скорее часть обучения. Мы постоянно совершенствовали свои навыки и повышали свои титулы.

Люди работают за деньги, а мы также получаем золото и купюры, которые позволяют нам торговать с другими расами. Но есть одно существенное отличие: мы строим свою жизнь ради процветания нашего дара, а не для того, чтобы лежать на кровати и наслаждаться крабами с икрой. Хотя я бы не отказался от такой возможности. Хе!

Итак, Моргана Шептунья Теней… Ах да, помню, как я подшучивал над ней. Я придумал для неё прозвище — Маргарин, потому что это звучало похоже на "Моргана" и "маргарин". И однажды, во время отражения атаки Земляных колдунов, мы поспорили о том, кому достанется главный трофей — Магическая маска, выделанная из древних залежей опаленной древесины.

Эта маска могла часами защищать носителя от физических атак противника и усиливала радиус действия заклинаний. Моргана и я тогда одолели одинаковое количество колдунов, но она решила, что маска достанется ей. Я же подумал: ни за что! Вместо того чтобы бросить жребий, она просто присвоила трофей себе. Тогда я назвал её Офигевшим Маргарином, после чего последовала драка. Мы чуть не переломали друг другу кости, пока выясняли отношения, и в это время гоблин украл маску и скрылся с ней через портал.

Исходя из всего сказанного, можно сделать вывод, что Моргана — упёртая до безумия. Она аристократка до мозга костей, так что определённо будет в шоке от того, что я работал.

— Влад, — она схватилась за грудь рукой и раскрыла рот, словно пыталась поймать воздух, — ты серьёзно?

— Нет, — ответил я, помахивая шляпой из-за жары в помещении от всех учебных экспериментов с заклинаниями. Возможно, второкурсники на первом этаже чуть не подожгли какой-нибудь кабинет. Этим соплякам нужны не рюкзаки, а огнетушители.

— Но... Но... — Моргана не могла поверить своим ушам и запиналась, словно кошка, отрыгивающая шерсть. — Ведь ты Теневой принц! Ты не можешь работать! — она сгорбилась и развела руки в стороны, напоминая индюка.

Почему бы и нет? У меня есть все необходимое: знания, опыт, интеллект, конечности и так далее.

— И кем же ты работал? Неужели уборщиком? — она выставила руки ладонями вперёд и начала топтаться в своих кожаных черных сапогах на тяжёлой платформе.

Вот она, стерва! Хотя я и люблю её как подругу, иногда она меня бесит. Может заставить мёртвого вырывать на себе волосы.

— А что плохого в уборщиках? — продолжил я словесную атаку. — Это очень важная работа! Без них ты бы ходила по улицам, полным мусора.

— Бедный безумец, — щеки Морганы вспыхнули от возмущения, — неужели ты действительно подметал улицы? Что с тобой сделали люди?

Я задумался: стоит ли ещё больше шокировать её новостями? И решил, что да.

— Что делать? Я должен был платить налоги как добропорядочный гражданин, так что выбора не было. Взялся за первую попавшуюся работу.

— Влад, это недопустимо для твоего статуса! Разве это стоило того, чтобы покидать свой дом? — она почесала голову длинными ногтями.

— Моргана, он просто подшучивает над тобой, — заржал Саня, отхлебывая из своей фляжки какой-то крепкий напиток.

Саша всегда на одной волне со мной. Не зря мы с ним вместе отправились изучать обстановку в провинции орков. С тех пор мы почти научились читать мысли друг друга. Когда мы прибыли в провинцию орков тайно, мы ещё не обладали достаточной силой и опытом. Но мы заметили признаки подготовки к нападению на деревни Некрополиса. Обычно разведчики начинают боевые действия, но у нас всё получилось иначе:

*Давние времена. Орочья провинция.*

Влад и Саша притаились в горах, пылающих жаром от вулканического тепла. Лица их были измазаны грязью и сажей, а губы пересохли и потрескались, словно они страдали от недельного сушняка после эпичного запоя.

— Очуметь, братан, посмотри, сколько у них воинов, — прошептал Саша, прислонив бинокль к глазам.

— Угу, видел, — Влад продвинулся вперёд и закашлялся от пыли, развеваемой тёплым ветром.

— Что будем делать? Атакуем их сейчас? — Саша спросил неуверенным тоном.

Влад замер и обернулся на друга. Уголки его губ опустились, а кожа на лбу собралась в складки. В этот момент он походил на уставшую жабу.

— Да ну его нафиг, Саня! — выпалил Влад. — Эти орки сумасшедшие. Если мы вдвоём нападём хотя бы на один отряд, то они натрут наши глаза перцем и воткнут по морковке в уши. Вот и всё! Конец комедии.

— К чему ты это сказал? — не понял Саша.

— К тому, что нас вместо мясных ребрышек бросят в бульон и схавают, — пояснил Влад и добавил для полной картины: — И родным посылку отправят, в которую отрыгнут этот самый бульон.

— Чтобы запугать некрорианцев? — Саша снял сапог и почесал ногу.

— Ага, — Влад достал свой бинокль и тоже присмотрелся к поселению орков внизу.

— Если они действительно хотят напугать наших, то им лучше выбрать почтовую службу Белых волхвов, а не нашу местную, — размышлял Саша. — У нас посылки столетиями доставляются. Два месяца назад заказал спортивный инвентарь, так его, видимо, мои внуки получат.

Влад посмотрел на Сашу и скорчил лицо, как будто собирался чихнуть.

— Что за чепуху ты несёшь? Зачем здесь почтовые отделения? Я образно про посылку говорил, — Влад нагнетал атмосферу своим душным характером.

— Я тоже образно, — проворчал Саша и поправил лямки на своём рюкзаке. — Ну что, валим отсюда?

— Да, по-тихому удалимся отсюда, — начал отступать Влад. — Я ещё свой пестик ни в одну тычинку не вставил и умирать раньше времени не хочется.

Саня расхохотался громко, как будто задыхался от ядовитого газа. Его смех звучал как крик голодной чайки.

Влад подскочил к нему и шлёпнул его по затылку.

— Ты че творишь, псина сутулая, — взъелся на него Влад. — Зачем так громко ржёшь? — Влад размахивал руками, как продавцы пиццы из южных стран. — Давай-давай, продолжай угарать, башкой же думать не надо? — Влад ударил себя по лбу, когда увидел, что у Сани от смеха вылетела из носа длинная сопля. — Прекрасная разведка получилась! Теперь только осталось сесть на самолёт и написать в небе цветной краской: «Орки, мы за вами следим! Постскриптум: это мы, два дебила из Некрополиса. Мы сидим на горе и ждём вашего нападения. До свидания!». И подписаться: «Саня и Влад — мы любители посмеяться».

— И вовсе я не сутулый, — всплеснул руками Саша и покосился на свою спину.

Влад выдохнул и начал собирать вещи в рюкзак.

— Твою ж мать! — выругался Саша.

Влад поднял голову и увидел взволнованное выражение лица друга. В этот момент кто-то постучал ему по плечу сзади. Некромант обернулся и заметил перед собой мускулистого орка, в набедренной повязке.

— Тук-тук, — театрально постучал в несуществующую дверь орк и ехидно оскалился.

— Идите нахер! Мы никого не ждали, — прогромыхал Влад и врезал орку кулаком по морде.

*Настоящее время. Библиотека.*

Мда, классно мы проводили время в юности. Саня и я не ползали за словами в карман.

— Так кем ты работал? — приняла грациозную кошачью позу Элизабет, сидя возле окна.

Ладно, скажу им уже правду, во всяком случае, Элизабет, наверное, оценит это.

— Я несколько лет проработал сыщиком в Российской Империи, и в странах Африки тоже до этого расследования вёл.

По библиотеке разлилась такая тишина, словно, как это обычно говорят, полицейский на свет родился.

Мортен Костолом вжался в диван и из последних сил держался, чтобы не заржать. Казалось, что у него сейчас от удерживания смеха лицо треснет, ну или оно треснет от того, что по нему заеду кулаком я. А что, такого смешного я сказал? Не понимаю, над чем тут можно хохотать.

— Влад, это жесть какая-то, — посмотрел на меня Мортен. — Я прямо вижу тебя в роли сыщика. К тебе подходит на улице продавщица и говорит, что из ларька украли один банан. И ты берёшь лупу и начинаешь искать следы, — он не выдержал и, ударив себя по колену ладонью, прыснул от смеха.

Ох! Ну и фантазия у него, однако.

— Вообще-то я расследовал не мелкие кражи, а крупные дела, которые не могли раскрыть. И в этих делах были замешаны аристократы, потусторонние существа и древнее мощное оружие. А ещё я добыл во время пребывания в империи различные артефакты и добротную броню. Там же было полно разломов, и брал себе, что хотел. Так что, как говорится, завидуйте молча, сучки! — в шутку сказал я.

— Не, если это действительно так, то это круто, — переменил своё мнение Мортен.

Так-то!

— Я вообще мог и не работать, но решил стать сыщиком, чтобы ещё больше развить свою интуицию и дар. Там было полно возможностей для самосовершенствования, — уточнил я в добавок.

— Похвально, — поднялась на ноги Элизабет. — Ты сбежал с мешочком вещей, но при этом умудрился обогатиться в параллельном мире, применяя свои способности, — она одобрительно посмотрела на меня. — Это звучит привлекательно, — сладостно подмигнула мне.

Ого! Вздумала со мной заигрывать? Значит, крылатая крошка свободна?

— Слушай, а ты чего замуж так и не вышла? — всё же спросил у неё.

— С чего бы это? — быстро залепетала она. — Конечно, вышла!

Блин, а я думал, что мы с ней покувыркаемся, как в старые добрые времена. Хотя когда это меня смущали замужние дамы? Наоборот, даже интереснее.

— А чего кольцо не носишь тогда? — снова задал я вопрос.

— Зачем мне его носить? — Элизабет загадочно повела плечами. — Я не собираюсь лишний раз отпугивать красавцев.

— Дай пять, подруга, — подскочила к ней Моргана. — Так и надо жить! Мужчин много не бывает, поэтому не стоит упускать момент. Шахта всегда должна быть хорошо отполированной, чтобы сверкала, как лампа Джина.

Я чуть не подавился слюной от болтовни девушек. Стрелу мне в глаз, но подруги всё-таки слегка изменились. Набрались жизненного опыта, что ли? Хотя им и без того уже много лет. Ну, и опыт, конечно, такой себе у них в этом плане: одни шахты и красивые мужчины на уме. Жуть!

В библиотеку вошёл Старшина и тёплым взглядом обвёл наше сборище.

— Ну что, я надеюсь, вы начирикались? Пора выдвигаться, — объявил он.

Но в этот момент из коридора донеслось чьё-то шипение, и в дверь ворвался питомец Морганы — синий свин. Конечно, свинья с моим динозавром не сравнится! И можно подумать, какой от него вообще толк?

Но этот свин за версту чуял мины, а также с лёгкостью находил тайники и заначки врагов. Правда, был у него один минус: он всю землю перерыл на её приусадебном участке. Однако это лучше, чем те минусы, которыми обладал Платоша. Этот хотя бы не грабил магазины и не разрушал всё вокруг.

Свин подбежал к своей хозяйке и показал ей спину, покрытую укусами.

Следом за ним влетела белая голубоглазая кошка с дыбом стоящей шерстью. Это был питомец Элизабет. Киска очень хорошо помогала ей при слежке за противниками.

Затем в библиотеку вскочила розовая макака — питомец Сани. Она обожала банановый смузи и незаметно воровала вещи из карманов. Идеальнее карманника не придумаешь! К тому же макака часто тырила у врагов необходимые артефакты или ключи, а также карты. Так что в этом отношении Сане очень повезло.

Почти одновременно с макакой внутрь заскочила, дрифтуя по полу, жёлтая морская свинка. И я заметил, как Костолом смутился, ведь это был его питомец. Мы часто подшучивали над его свинкой, потому что она была очень глупой и большей частью бесполезной.

Не спорю, мой Платоша тоже не гений и тот ещё дуралей, но он хотя бы сильный и опасный, а эта свинка только умеет есть и выпученными глазами смотреть на Мортена, когда тот просит её проследить за кем-то.

Один раз она уже так проследила, что привела в наш боевой лагерь целое войско вампиров. Хотя у неё был один плюс: она умела отвлекать внимание, но делала это не специально, а из-за своей неуклюжести и комичности. Кстати, эта морская толстощёкая дурочка очень любила пить морковный сок, смешанный с виски.

— Чертов пёс! — выругалась Моргана. — Опять всех их покусал! Что нам с ним делать?

— Это вы о чём? Какой пёс их распугал? — только я это произнёс, как заметил нарушителя спокойствия, появившегося в дверном проёме.

Это был чёрный пёс породы доберман. Из оскалившейся пасти его свисали слюни, и он был готов зарычать, когда заметил кошку Элизабет.

Я медленно подошёл к нему и дотронулся до его головы рукой. Я ощущал в ауре пса печаль от потери кого-то близкого. Неужели его хозяин — архинекромант — погиб?

А ведь нас с питомцами связывают очень крепкие узы. И действительно горестно наблюдать за тем, как питомцы остаются одни, если с хозяином что-то случается.

— Откуда он у вас? — обратился я к друзьям. — Я его не помню.

— Ты его и не можешь помнить, потому что его только недавно привязали к Максу, — ответила Моргана.

Черт! Я знал Макса многие годы. Мы учились вместе в Ордене, но он был младше нас на несколько лет. Макс обладал третьим уровнем дара, но не имел звания архинекроманта. Видимо, пока я отсутствовал, он всё-таки исполнил свою мечту и получил титул.

Но стоп! Если пса привязали к Максу, то получается, что его сейчас нет в живых? Как-то он совсем недолго был архинекромантом.

— Как умер Макс? — я почесал пса за ухом.

— Слушай, Влад, а ты точно не маг звериного мира? — с интересом наблюдала за мной Моргана. — Как тебе всегда удаётся находить общий язык с животными?

— Это из-за того, что он умеет передавать им энергетические импульсы своих эмоций и считывает их настроение, — ответила за меня Элизабет.

— Но я не планирую на этом останавливаться, — добавил я. — Когда-нибудь найду время для занятий и научусь общаться с животными на их языке. — Пёс успокоился и убрал злобный оскал, затем уселся на пол и задышал, высунув язык. — Так что с Максом? — повторил я свой вопрос.

— Инквизиторы его убили во время своего первого набега на Некрополис, — вздохнул Саша и, сжав ладонь в кулак, постучал по книжному стеллажу.

— А мы вот мучаемся теперь с ним, — Элизабет накрутила локон волос на палец и другой рукой указала на собаку

Вообще, когда хозяин погибает по каким-то причинам, питомцев обычно убивают, потому что существуют на то причины. Звери, потерявшие связь с некромантом, становятся озлобленными и дикими. Никому не удавалось их подчинить!

Но мне было не привыкать, ведь Платоша тоже не всегда слушается меня, хотя назвать его злым язык не повернётся. К тому же пёс успокоился и перестал буянить.

Однако я пока не знаю, хорошо это или плохо, что друзья решили спасти питомца Макса. Всё же рад, что они не оставили пса, несмотря на то что им пришлось взять на себя серьёзную ответственность за него.

Ведь по сути такая ситуация является нарушением общепринятых правил, хотя они и не зафиксированы в документах.

— Как его зовут? — спросил я у ребят о собаке.

— Сириус, — ответил Мортен, подошёл к нам и, присев на корточки, поманил пса к себе: — Тю-тю-тю! — сопровождал он свой призыв смешными звуками.

Но Сириус угрюмо посмотрел на него, склонив голову.

— А ведь я тебя кормил, засранец, — выпрямился Костолом. — Ну, что, Влад, — обратился он ко мне: — Получается, с пополнением тебя. К Платону теперь присоединится Сириус. Будет у тебя два клыкастых зверя!

— С чего бы это вдруг? Мне одного динозавра хватает!

— Ну так Сириус только на тебя не рычит. Тебе легче найти с ним контакт, чем нам, — добавил тот, а все остальные закивали, соглашаясь с Мортеном.

Блин, главное — вовремя остановиться и не завести вокруг себя целый зоопарк. Однако что страшного в том, что у меня теперь не одна животина, а целых две? Какие могут быть проблемы от Сириуса? Разве что волосы в кофе и блюдах.