Закай-доно

Пролог

Пролог.

Москва. Зажиточная в текущие, не самые светлые времена трёхкомнатная квартира на окраине МКАДа. Практически самый центр города. Небольшая уютная кухонька стала местом проведения… мероприятия. Его можно было бы назвать поминками, ведь у хозяина квартиры в это самое утро почил домашний любимец, владение которым, опять же, не только редкое, но ещё и крайне дорогое удовольствие, ведь кот - не человек, он не может спокойно питаться сублимированными гранулами. Ему корм подавай, натуральный. Однако поминками это мероприятие никак не могло быть, ведь Николай Анатольевич, владелец усопшего, ровно двадцать семь лет назад, был в этот самый день рожден.

Оттого и царила на кухне неопределенная атмосфера. Пришедшие на празднование лучшие друзья Николая рассчитывали на шикарный стол в шикарной квартире их более успешного товарища, но получили лишь кислую скорбную мину да початый пузырь холодной качественной водки. Уже не первый, как позже стало очевидно по заплетающемуся языку и нетвердой походке именинника. Но разве могут хорошие друзья оставить товарища наедине с его горем? Вопрос скорее риторический, ведь ответ на него понятен. Не могут!

– А вед-ть вчера ес-чо все был-ло в поряд-тке… – угрюмо причитал Николай Анатольевич, сверля взглядом очередную бутылку, – А седня уже… всё.

– Коля… – сидевший рядом с именинником Степан Андреевич с глухим звуком опустил свою тяжелую лапищу на плечо друга, с силой приобняв того, слегка при этом встряхнув, – Ко-о-оля! Норм-ана все будет, Коля. Тебе нужно лишь отвлечься, и всё.

– Да как ту-йу-ут, – не выдержав состязания в гляделки, Николай твердо схватил бутылку "за шкирку" и принялся вытряхивать из "победителя" все содержимое, активно разливая то не только по рюмкам, но и мимо.

– Не чокаясь, – проговорил он, вставая и откидывая пустую бутылку на стол, да так, что сидящий напротив Василий Геннадьевич едва успел остановить ту у самого края, – За Ваську.

– Ну за Ваську так за Ваську, – пробубнил Степан, присоединяясь к другу.

– Угу, – вяло кивнул Василий, обычно не очень дружащий с крепким алкоголем, но не способный оставить Николая в его горе. Он последовал за своими товарищами, поднявшись с насиженного места, отставив пустую бутылку в сторону. Поморщившись от случайно пойманного запаха, он осушил граненую рюмку, быстро закусив ее содержимое одной из лежащих в вазочке капсул с фруктовым концентратом, и, громко, с хрипотцой, выдохнув, утер рукавом остатки алкоголя со своих пышных рыжих усов, – Отвлечься – хорошая идея.

– Да-а как тут отл… отв… отвлечеся, када напр… напр-р-р… напотив си-ит так-ой же рыжий Васьк-а?! – едва выговаривая слова продолжил излагать свои жалобы Николай.

– Ага, – весело ухмыльнувшись, его незамедлительно поддержал Степан, – И морда такая же наглая, и еду так же тырит, прямо со стола, – кивнул он на вазочку с гранулами, – И усища такие же, на пол лица.

Сам Степан не запивал и не закусывал, ибо в отличии от Василия, он наслаждался вкусом дорогой водки, которую в глаза то видел всего пару раз в жизни. Не то, чтобы он не мог ее себе позволить… Просто не очень любил тратить деньги на то, что можно назвать блажью. Да и повод нынешних посиделок, лично для него, не был таким уж и грустным, так как кота Николая он не особо-то и жаловал, особенно после пахучих сюрпризов, оставляемых всегда именно в его, Степана, обуви. Но поддержать друга – дело святое.

– Да ну вас… Я только хотел подвести, мол, вот тебе, Колька, подарок, чтоб отвлечься…

– П-пода-йа-рок?

– А ведь точно, – обрадовался Степан, – Мы ж не пустые к тебе пришли! Вот… голова ты, Вася. Пусть и рыжая, но голова! Пошли!

Поднявшись из-за стола, и таки цепанув горсть гранул, почти все зеленые, с яблочным вкусом, Степан помог подняться и Николаю, а после, подхватив едва держащегося на ногах друга, повел его из кухни в "гостиную", которая на самом деле была обычной, пусть и не жилой, комнатой. Единственное ее отличие от спальни Николая – огромный, чуть ли не во всю стену, плоский органельный* телевизор – пережиток прошлого столетия. Степан усадил друга на сложенный в данный момент диван, а сам направился на выход, в соседнюю комнату, отметив по пути Василия, активно копошащегося в рюкзаках, оставленных на комоде в прихожей.

Общие приготовления заняли не больше десяти минут, за которые Николай уже начал ощущать первые признаки отрезвления, благо что водка оказалась действительно хорошей, и никакого похмелья можно не опасаться. Николай, сидя на достаточно удобном мягком диване, с ощутимой долей любопытства взирал за всем процессом подготовки, позволив друзьям хозяйничать в его квартире как у себя дома.

Вот Степан притащил из его комнаты коробочку компьютера, захватив к ней сенсорный стеограф* да отрытые откуда-то из ящика стола провода от телевизора, и принялся все это подключать, при помощи своих куцых знаний об устаревшей технике и магического "ептаюмать". На попытку помочь, все же телевизор-то принадлежал ему, и Николай прекрасно знал, что и куда там надо вставить, чтобы «картинка заиграла», Степан лишь фыркал, говоря, что "имениннику не пристало".

Позже в комнату зашёл и Василий, неся в руках завернутую в подарочную бумагу коробочку.

– Ты как, – спросил он друга, присаживаясь рядом, и устремляя свой взор к копающемуся в боковой панели телевизора Степану, – А ты чего возишься? Там же просто все.

– На, сам попробуй, – фыркнул Степан, поднимаясь с колен и отходя в сторону.

Пожав плечами, Василий поднялся с дивана, оставив коробочку лежать рядом с именинником, да направился к едко ухмыляющемуся товарищу, всем видом говорящему "Ну давай, покажи мне!". Николай уже не обращал внимание на споры друзей, а, спросив разрешения и получив в ответ вялое "да-да", принялся аккуратно вскрывать подарочную упаковку.

– И что эт-то? – вопрошал он, глядя на японские иероглифы, выжженные на пластиковой коробке. "Линзы вокруг", гласила надпись, которую пусть и напрягшись, но сумел перевести уже не столь пьяный, но все еще не сильно вменяемый Николай.

– Подарок, – ответил Степан, стоя к парню вполоборота, не сводя с копошащегося в проводах Василия пристального взгляда, – Это не сюда!

– Да вижу я. Вот так! – воскликнул умелец, укладывая стеограф с торчащими из его корпуса проводами на уже подключенный компьютер. Звонкий хлопок в ладоши, и черный доселе экран наполняется красками.

– И что эт-то за пода-йа-рок? – не унимался Николай, распечатывая коробку. Внутри он застал странного вида черные накладные наушники, с очень широким выпуклым обручем и двумя гарнитурами, торчащими из обоих «ушей», – А ч-чего эт-то они таки-йи-е неудо… бые?

– Пф-ф-ф…

– Пха-ха-ха!

Реакция друзей была синхронной, но если Василий сумел сдержать смех, то Степана пробило на самый настоящий истерический хохот, ведь этот выпирающий ободок на голове Николая выглядел как какой-то футуристический кокошник, пока направленные им самим вниз гарнитуры создавали впечатление сережек.

– Уф-ф-ф… – выдохнул Василий, подходя к другу, и снимая с его головы устройство, – Это – очки. И их еще надо синхронизировать с твоим компом.

– И нахе-йе-ра мне очк-ик-ки?

– Тебе нельзя пить, – покачал головой Степан, буквально падая к другу на диван. Подкинув одну из разноцветных гранул, стащенных с кухни, он ловко поймал ту ртом, предложив имениннику выбрать себе еще одну.

– Когда есть повод – можно! Ик… – с благодарностью во взгляде он принял закуску, почувствовав, как во рту разливается яркий апельсиновый вкус. Да и икота начала отступать, тоже не без участия химии, содержащейся в оранжевом кругляшке, – И вообще…

Что это за «вообще», Николай не успел пояснить, ведь сосредоточенный на устройстве Василий закончил-таки свое благое дело, и нейтральная доселе картинка рабочего стола хозяина квартиры, висевшая на телевизоре, сменилась черным экраном, с разбросанными на нем пунктами какой-то менюшки, состоящими из японских иероглифов.

– Фуф, – выдохнув с облегчением, Василий поднялся с колен, довольно хрустнув спиной, – готово! Дальше уже сам, ибо я эту чушь не понимаю.

– А? – не понял Николай, вчитываясь в незамысловатые надписи. "Настройки", "Библиотека", "Аккаунт" и прочие пункты меню мог разобрать Коля, – Чё делать-то?

– Смотри, – принялся объяснять Степан, доставая из отложенной в сторону коробки контроллер: пару беспроводных трехпалых перчаток с прорезиненным крепежом на запястье, – Это – Эй-Джи-Тач**, универсальная система ввода. Надевается вот так, – Степан ухватил друга за руку, и натянул на нее одну из перчаток, зафиксировав ее на большом, указательном и среднем пальцах, а также на запястье, – С их помощью ты сможешь взаимодействовать с шлемом.

– А это, – дождавшись, пока Николай справится со второй перчаткой, Василий протянул ему очки, он же шлем виртуальной реальности, – Эй-Джи-Виз**, универсальное устройство вывода. И надевается оно не как наушники, а как очки. Вот.

– Уоу!

Стоило устройству занять свое место, как лицо Николая озарило удивление. Он отчётливо видел всю гостиную, словно перед глазами и не было никакой преграды, и при этом, прямо в воздухе висели всё те же пункты уже виденной им ранее менюшки.

– Они вертятся… – выдавил он, когда понял, что все иконки и письмена перемещаются вслед за поворотом его головы, – Сейчас стошнит…

Издав ряд булькающих звуков, Николай сбросил с себя очки, и, как был, в перчатках, рванул на выход из комнаты, в сторону туалета.

Вернулся именинник по прошествии десятка минут, и был он слегка бледным, с влажными после умывания волосами.

– Чёт мне не нравится уже ваш подарок…

– Эй! Вообще-то это последняя модель, и добыть ее было архисложно! – встрепенулся Степан, снимая с себя отброшенные ранее устройство, – К тому же, меня, вон, не мутит.

– И что?

– А то, – подал голос изучающий какую-то брошюрку Василий, – что кто-то слишком много пьет. Надевай давай.

– Может… не надо? Давайте уже завтра, когда окончательно протрезвеем?

– Надевай! – надавил голосом Степан, протягивая другу очки, – Тебе завтра работать, если не забыл.

– Эх…

– Лучше?

– Хм… – Николай опасливо, поначалу, покрутил головой из стороны в сторону, но не почувствовав дискомфорта, начал двигаться уверенней, – Да, намного.

– Мы подкрутили чувствительность. Смотри, пока ты в перчатках, ты можешь с легкостью прокручивать интерфейс руками. Мы не знаем японского, так что объяснить куда тыкать… сможем, но сначала надо разобраться с этим, – пояснил Василий, показав обложку брошюрки, на которой так же, иероглифами, была выведена надпись: «руководство пользователя».

– Кстати, а почему все на японском? – спросил Николай, активно осваивая новый способ ввода: он водил кончиками указательного и среднего пальца по иконкам, перемещая их, или листая список. Иногда тыкал на тот или иной пункт меню, вызывая все новые и новые страницы, а сводя и разводя указательный и большой пальцы он приближал или отдалял ту или иную иконку. И за всем этим следила пара друзей, ведь само меню на черном, правда, фоне, все ещё транслировалось на телевизор.

– Во-первых, это самая новая модель, – молвил Василий, задумчиво накручивая ус, читая при этом английскую часть инструкции, – Сейчас такие выпускают только там.

– А во-вторых, – продолжил Степан, под молчаливое согласие своего рыжего товарища, – только с такой моделью можно адекватно играть в Ди-Эм-Эр…

– Ди-Эм-Эм-О-Эр-Пи-Джи. Совершенно новый жанр, пришедший к нам из страны невидящей солнца. И только у них есть сервера с этими игрушками, – пришел на помощь Степану товарищ.

– Блин… Я же не играл в ММО с выхода последнего аддона третьего ВОВ…

– Именно поэтому мы и решили добыть для тебя это сокровище. Мой кореш божился, что подключит к акку самые топовые игрушки, но оплачивать придется все… Так что давай, зайди там в какую-нибудь. Мне тоже охота глянуть, до чего там узкоглазые дошли. А там, выберешь что покруче, а от остального отпишется, – подметил Степан.

– Окей… Язык, я так понимаю, лучше не менять?

– Как хочешь, но онлайн будет в любом случае на японском.

– Пофиг тогда.

– Кому как… – проворчал Степан, вставая с дивана и направляясь на кухню, – Я за хавкой, без меня не начинать!

– Да-да… – кивнул Николай, уже присмотрев пару выделяющихся иконок, имеющих подпись не иероглифами, а латиницей: заглавная буква Y, в золотистом цвете и закосом под дерево, и изображение трёх белокурых ангелов, обнимающих друг друга. «Yggdrasil online» и «Final Fantasy XXX» гласили подписи.

На фоне достаточно интересных игр, о которых Николай уже слышал, и не один раз, именинник совсем забыл о причинах своих печалей. Вернее, грустные воспоминания, конечно, иногда накатывали, но Николай старался их затмить, полностью уйдя в абсолютно новые для себя ощущения, дабы избежать очередного погружения в меланхолию, а вернувшийся с кухни Степан, да в компании одного из двух оставшихся пузырей холодной водочки, и блюда, заполненного фруктовыми гранулами и мясными субсидированными батончиками, лишь сильнее отдалил тот гнетущий миг осознания и принятия утраты.

Но то будет потом, а сейчас перед Николаем открылся огромный новый мир DMMO-RPG, и в первую очередь ему необходимо выбрать игру и создать в ней персонажа.

***

Утро нового дня. В светлой спальне на два десятка квадратов, обстановка которой состояла из одной единственной двуспальной кровати, рабочего стола с удобным офисным креслом, да высокого шкафа, мирно посапывало два тела, делящих, так сказать, ложе. Время приближалось к десяти часам, отчего уже сейчас комнату заполняло множество озорных солнечных лучиков, просачивающихся через едва задвинутые жалюзи, давая обзор на мириады танцующих частичек пыли… Фильтры воздуха в квартире Николая однозначно пора почистить.

Казалось, спящие беспробудным сном молодые люди не могли быть подняты и пушечным выстрелом, однако на деле хватило и простого будильника, загодя поставленного одним из участников прошедшего мероприятия.

– Вася… – сквозь сон пробормотал один из обитателей двуспальной кровати, едва шевеля губами, – Вася, блять…

Увы, владелец издающего мерзкие звуки устройства не спешил на эти самые звуки реагировать, вынуждая мучающегося от легкой головной боли Степана разлепить-таки глаза, дабы хотя бы попытаться найти взглядом источник ненавистного звука.

И вновь увы… Просачивающиеся сквозь чистые окна лучи солнца с ювелирной точностью впивались в самый центр глазных яблок едва ли не на прямую обжигая мозг, во всяком случае именно так ему казалось, отчего даже обладающий стальной волей Степан не смог долго сопротивляться этой пытке, а точнее, практически сразу его воспалённые, покрасневшие очи были скрыты под припухшими из-за бессонной ночи веками, чтобы после быть накрытыми ладонью, для большей надежности.

– Ва-а-а… Кха… – страдалец до последнего пытался воззвать к совести друга, но добился лишь раздражения в казавшемся иссушенным, словно Якутская пустыня***, горле.

Помощи ждать не откуда. Шансы на победу в столь неравной битве крайне малы: раздражающие сигналы продолжают ввинчиваться прямиком в мозги Степана; горло по-прежнему нещадно саднило, требуя хотя бы каплю «святой» жидкости, а лучше целый океан, и это не говоря о палитре ощущаемых вкусов; любая попытка убрать руку с глаз, или того хуже – перевернуться на живот и уткнуться лицом в подушку, заканчивалась моментальным приступом всесокрушающей головной боли. Казалось, выхода нет, но не может же такая мелочь, как активно разгорающиеся призраки похмелья заставить сдаться столь волевого человека? Конечно нет! Степан, крепко сжав зубы, – фигурально, так как подобное действие однозначно несло бы в себе вспышку боли, – продолжил дальнейшую борьбу на ощупь, превозмогая боль и жажду.

Сперва был найден косвенный виновник подобной пробудки. Устройство, оказавшееся на полу с его, Степана, стороны кровати. Отыскать его было несложно, ведь наглый телефон отказывался понимать весь спектр мук, испытываемых Степаном, и продолжал исторгать из себя мерзкие, бьющие по самому его воспалённому разуму звуки. Легкое движение пальцем, и один источник дискомфорта пропадает из окружения алкаша, хотя сам он считал себя безвинной жертвой, Великомучеником.

Но то был лишь физический дискомфорт, а ведь есть еще и душевный. Не косвенный, но прямой виновник всей этой ситуации. Не может Степан так просто взять, и простить товарища, что заставил его очнуться этим прекрасным солнечным утром, да начать изначально проигранную войну с похмельем. Не может. Также как и не может позволить предателю и дальше спать спокойным сном, лишь изредка нарушаемым тихими всхрапами, пока сам он, увы, оказался не в состоянии вернуться в мир грез и фантазий из-за активировавшегося во время борьбы с будильником организма вместе со всеми его системами: будь то дикая жажда или легкая нужда, игнорировать подобное и мирно спать было попросту невозможно.

Новая цель для атаки вслепую была найдена крайне быстро, но стоило приступить к исполнению гадкого плана, как Степан тут же пожалел о накатившей на него мстительности, ведь громкий вскрик Василия, лишенного нескольких волосков из своих роскошных рыжих усов, напомнил неудавшемуся воителю, что сейчас он явно не в том состоянии, чтобы наживать себе еще больше врагов.

Новая зарубка отпечаталась в мозгах Степана, и парень очень надеялся, что не будет о ней больше забывать: даже если алкоголь очень хорош и дорог, и практически не вызывает похмелья, его все равно можно перебрать. А иногда и очень сильно перебрать.

Из комнаты оба участника происшествия вышли по очереди: сперва потирающий уголок губы Василий, а за ним и держащийся за голову Степан, и если первый сразу направился на кухню, то второй уже двинулся в сторону ванной комнаты. Но оба они замерли, проходя мимо гостевой комнаты, где еще ночью они всей дружной компанией веселились, пытаясь разобрать нагромождения японских иероглифов, пока Николай не смилостивился над товарищами, и не сменил системный язык на английский. Во всяком случае, именно так он это и преподнёс, и тот факт, что количество активно вливаемого в его тело алкоголя все сильней влияло на способность адекватно воспринимать эти странные письмена, был, естественно, совершенно не при чем.

Внутри комнаты они застали вяло машущего руками товарища, что активно крутил снабженную очками головой по сторонам и бубнил себе ругательства под нос.

– Коля… – подал голос Василий, – Ты это… Чего?

– А чего? – не понял Степан, поморщившись, и вновь ухватившись рукой за лоб в каком-то паразитном жесте, – Подожжи, – на изможденном лице, показывающем явное желание оказаться под струей прохладной воды, буквально отображалась работа мысли, – Ты че, всю ночь что ли играл?

– Уже утро? – удивился в свою очередь Николай, вновь делая пару жестов и снимая с головы устройство.

На большом экране проработавшего всю ночь телевизора отчетливо виднелись вспыхнувшие в обрамлении золотой рамочки пункты меню, после чего Николай снял наконец шлем, слегка проморгался, и вылупился на заспанных друзей краснючими глазами.

– Вот теперь я тебя узнаю, – весело хмыкнул Степан, вспоминая проведенные вместе с другом веселые ночи в третьем ВОВ. Данжи, рейды, арена, ПК, пвп… Столько всего пронеслось перед глазами, что неподготовленный к подобному организм даже начало мутить. Или все же дело в количестве выпитого за эту ночь алкоголя? – Но, пожалуй, сначала ванная…

– Я заварю кофе, – поддержал друга Василий, направившись на кухню, пока удивленный Николай смотрел ему в след, переводя недоуменный взгляд то на экран, то на оживленную светлую улицу за окном.

– Мне же на работу… Надо было… – растерянно пробубнил он, натягивая шлем обратно на голову: нужно же было выйти из игры и сохранить результаты.

– Далеко дошел хоть? – интересовался Степан за завтраком.

– Не-а… – мотнул головой Николай, – Только персонажа сделал.

– Чего?! – удивились оба, – Мы же когда спать ложились, уже сделали тебе перса, – улыбаясь, подметил Степан.

Видимо он вспомнил весь этот процесс… Иггдрасиль, с которого компания начала знакомство с играми, и на которой и остановилась, обладал крайне продвинутой кастомизацией персонажей, и настолько обширным списком стартовых рас, что на один только выбор среди них «той самой» у друзей ушло добрых несколько часов и оба оставшихся пузыря с алкоголем, оприходованные, по большей части, главным любителем халявной водки, – Степаном. При помощи этой самой кастомизации можно делать воистину прекрасные или ужасные вещи… А можно последовать примеру ребят, и хорошенько повеселиться, и тогда огромный клыкастый зеленый орк… в японской женской школьной форме-матроске будет только лишь началом.

Ледяной гигант с огромным торсом, длиннющими руками и парой тоненьких куриных ножек был любезно назван "боссом качалки"; Горилла-зверолюд, подозрительно похожая на соседа Степана, что попыткой поковыряться в носу вводила его пьяный рассудок в экстаз от степени схожести; женщина жаболюд, облаченная в классического кроя пиджак и юбку-карандаш, очки с тонкой оправой и снабженная пучком седых волос на голове… Николай не мог упустить шанса показать друзьям истинный облик одного из своих начальников.

Эти, и многие-многие другие расы были опробованы компанией, пока окончательный и предельно серьезный выбор не пал на определенную расу, обладающую наибольшими базовыми характеристиками, подходящими для развития в мага, – Маджилос. Аватар Николая оказался худощавым четырехруким серокожим гуманоидом, среднего, по меркам игры, роста, с резкими, слегка угловатыми чертами лица и полным отсутствием растительности на лице и теле. Даже брови, и те были заменены особыми пигментами кожи.

– Перса то сделали… Но там еще надо было выбрать стартовый класс, – устало ответил Николай, делая глоток крепкого кофе.

– Ты на работу-то не опоздаешь? – обеспокоился Василий, – Я же для тебя будильник и ставил.

– Так вот из-за кого все мои страдания! – взревел Степан, но сразу же поморщился, обхватив голову руками и уперев локти в стол, – У тебя точно ничего от головы нет?

– Нет… И нет, не опоздаю. Я уже опоздал, так что часом больше – часом меньше. Разницы никакой, отрабатывать все равно заставят целые сутки.

– Видя список из сотни начальных рас… я могу представить, что там с классами, – вздохнул Степан, с трудом разлепляя глаза и с жадностью присасываясь к поданной ему кружке кофе.

– Именно. Под сотню боевых, еще столько же мирных… И это только базовые!

– Беда, однако, – отметил Василий, садясь за общий стол, – Я уже было думал тоже поиграть, но уж больно все там…

– Геморно, – дополнил Степан.

– А мне понравилось, – улыбнулся Николай, – Спасибо вам за подарок. Жаль до основного геймплея так и не дошел…

– Это да, – веско покивал головой Василий, – Говорят, там очень многое завязано на межличностном отношении игроков, и даже некоторые квесты рассчитаны на определенный круг общения.

– Ха-а-а-а! Ниче не понял, – осушив кружку горячего напитка, по неизвестной причине не ошпарившись, Степан отставил ту в сторону, и довольно потянулся, игнорируя слегка поутихшую головную боль, – но пкшат там только в путь. Кого ты, кстати, в итоге выбрал? Мага-какого, али клира?

– Эм-м-м… – несколько сконфужено оглядев друзей, Николай замялся.

– Так, – Степан устало сдавил переносицу пальцами, – Только не говори мне что ты опять за старое взялся.

– Но…

– Нет, не говори… Чертовы саммонеры****… – бубнил Степан, – Ну мы же уже подобрали тебе расу под мага… Ну какой нахрен саммонер?!

– Да не саммонер это! – не выдержал Николай.

– У него есть навык призыва? – вмешался Василий.

– Да…

– И призывное существо – основа геймплея?

– Да, но…

– Значит это саммонер, – веско кивнул усач.

– Это всадник! – воскликнул Николай в ответ.

– Так нахрена тебе всадник, когда ты мага делал?

– Там можно было призвать котика… Рыжего такого, – печально вздохнул Николай, чуть ли не расплываясь по столу.

– Понятно все… – также вздохнул Василий, понимая мотивы друга.

– Перса то хоть сохранил? Может подгоним расу под этот класс?

– Сохранил… Бля-я-я… Я же ник не сменил.

– А ты хотел?! – негодующе воскликнул Степан, – Это же шедевр, а не ник.

– Это очередной кусок бреда, порожденный твоей пьяной фантазией, – настаивал на своем Николай, под молчаливые кивки Василия, под краешком усов которого таки появилось подобие на улыбку, – Но уже ничего не попишешь… Один перс на один акк, а заново возиться с пересозданием… Нет, вернусь с работы и сразу сяду играть. Нахрен это все!

Николай резко поднялся со стула, и направился в свою комнату, где сегодня ночевали его товарищи, дабы быстро переодеться и отправиться на работу.

– М-да…

– Да нормальный ник! Там все равно одни узкоглазые сидят, и нихрена не поймут.

– Серьезно? Нет, ты не подумай… но серьезно? – Василий напоследок качнул головой, показывая сим простым жестом все что думает о креативности друга, опустошил свою чашку с кофе, и также направился на выход из квартиры.

– Да ну вас, ничего вы не понимаете, – бурчал себе под нос Степан, также поднимаясь из-за стола.

Шествуя по коридору в сторону уборной, он не мог не обратить внимание на оставленный включенным телевизор, где в большой рамке на коричневом фоне блестели и переливались английские буквы: “Zakidony, welcome to Yggdrasil!"

* Авторский вымысел, а может и произвол. Техника будущего может быть какой угодно, и функционал может предоставлять какой угодно.

** В каноне у Иггдрасиля была собственная приставка, что самая первая на рынке позволяла использовать полное погружение (ака САО). В манге от этого отказались (были показаны кадры явно сидящего за клавиатурой человека в описанных здесь же очках), так что мною был выбран гибридный вариант. Как оно работает – я не знаю, но считайте, что мышь и десятки клавиш клавиатуры были легко и грамотно переложены на простые контроллеры движения на три пальца и запястье.

*** Дело происходит в будущем, потому, как хочу так и ворочу. Никто не знает, что будет в следующем году, а тут аж 2130, так что смеритесь что Якутия стала пустыней.

**** Иногда (довольно часто) в работе будут встречаться подобные этому термины. Расшифровывать я их не буду, рассчитывая что люди, читающие фик по оверу, знакомы хотя бы с базовыми игровыми понятиями, а если нет, то вполне способны спросить меня в комментах/загуглить самостоятельно.

Глава первая. Первый уровень.

Глава первая. Первый уровень.

Вечерело. Скоростной монорельс уносил своих пассажиров вдаль, дабы те могли окунуться в пучину рутины, или же вынырнуть из нее хоть на денек. Кто-то спешил домой, к любящей семье; кто-то в ресторан, к веселой компании друзей, празднующих конец рабочей недели; а кто-то только-только готовился заступить в ночную смену, ведь общие выходные – они хоть и общие, но далеко не для всех.

Среди сотен пассажиров Николай совершенно ничем не выделялся. Такой же рассеянный, слегка уставший взгляд, как и у большинства обывателей, был направлен в широкое окно. Перед глазами совсем непримечательного черновласого мужчины среднего телосложения проносились дома и магазины, парки и скверы, улочки и бульвары, но взгляд его оставался равнодушен к красотам центральной Москвы. Казалось, он витал глубоко в своих мыслях. Раздумывал о программе развлечений на вечер, или предвкушал скорый ужин, что будет доставлен как раз к его приезду домой? А может, в своих мыслях, он давно уже лежал в горячей пенной ванне, ароматные воды которой так качественно вымывают все невзгоды из уставшей души?

Но нет. Все мысли Николая были отданы на откуп ожидающей его прихода приставке.

Он не испытывал этого чувства уже больше десяти лет. Нестерпимое желание вернуться домой, скинуть обувь, казавшуюся раскаленной из-за целого дня на ногах, сбросить пиджак, рубашку и брюки на кровать, не заботясь об их свежести, ведь уже завтра начинаются законные долгожданные выходные, быстро смыть с себя трудовой пот, и, как есть, нагишом, завалиться на диван чтобы играть, играть и еще раз играть. Словно под дурманом, он желал вновь услышать звуки из заставки Иггдрасиля, оказаться на экране выбора персонажа, войти на поля Вальхаллы, и отдаться, наконец, завораживающей истории. О богах. О демонах. О битвах.

С момента, как лучшие друзья преподнесли ему консоль, прошло уже четыре дня, целая рабочая неделя*, но лишь вчера Николай смог уделить подарку хоть какое-то время. Увы, но первые дни неделе он совсем валился с ног от усталости. И дело не только в резко возросшей нагрузке на работе, ведь если не хочешь отрабатывать штрафные сутки в выходные, то нужные часы можно раскидать по всей неделе, но и из-за напрочь сбитого графика. Не стоило ему тогда всю ночь на пролет выбирать и корректировать расу, внешность и класс его персонажа, а также его спутника, точнее спутницы – самочки красного муспельхеймского кугуара, названной Василисой. Не стоило.

Иггдрасиль… Достаточно странного рода фэнтезийная игра, выполненная в сеттинге скандинавской мифологии, но с добавлением кучи рас, что в этой самой мифологии быть никак не могут. Если скелеты и зомби еще как-то объяснимы проделками Хель – богини смерти, то вот полулюди: кентавры, минотавры, ящеролюды… Это все больше к греческой мифологии, к Зевсу с его знаменитыми похождениями, за которые тот не раз был бит Герой. А ангелы, падшие ангелы, демоны и вампиры? Чистейшая же библия! Стоит упомянуть и про наличие людоптиц – не относящихся к зверолюдам и отчего-то выделенных в отдельные расы, а не как подвид, вроде людо-горилл или людо-жаб. А с ними и людособаки, да людокошки… В общем, весь древнеегипетский пантеон был вынесен в отдельные от полулюдей расы, и также имел свои классификации, на подобии людоптицы-ибиса или людособаки-шакала. Что во всем этом разнообразии забыли насекомоподобные инсектоиды и полуорганические, а то и вовсе полностью механизированные автоматоны – вопрос хороший, но и за подобные творения, как оказалось, в Иггдрасиле можно было поиграть, во всяком случае один «киборг», или кем может быть раса с отчетливо выделяющимися механизированными конечностями, был уже встречен Николаем на просторах обучающей зоны – Вальхаллы.

Николай с радостью вспоминал свой первый заход в игру и обучение, пройденное им вчера после работы, и уже весь изнывал от желания погрузиться в этот удивительный мир. Вспоминал вступительный ролик, повествующий о девяти мирах, сотворённых из листьев мирового древа. О Наваграхе Пожирателе Миров, что поглотил большую часть листьев Мирового Древа, и не оставляет попыток захватить последние. О сдерживающих его героях, пришедших из девяти миров…

Николай причислял себя к тому типу игроков, которые наслаждаются не только возможностями, даруемыми игрой, но и ее сюжетом… Правда, очень редко тот радует своей оригинальностью или хотя бы какой-то продуманностью, и особенно это касается жанра ММОРПГ, сильные стороны которого не в сюжете, а во взаимодействии с другими игроками. Торговля, дуэлинг, группы и гильдии игроков, объединённых единой целью, будь то зачистка сложного подземелья, убийство мирового босса или война с другими гильдиями. Все это, безусловно, нравилось Николаю, но и глубокая история мира и населяющего его персонажей по-своему привлекала, заманивала, и пока что Иггдрасиль вполне обеспечивает удовлетворение данной потребности, выдавая довольно интригующий сюжет и достаточно глубокий лор, пусть и основанный на смесках различных мифологий.

Однако Вальхалла. Место, куда может попасть любой новичок по его собственному желанию. Единственное место в игре, считающееся безоговорочно безопасной зоной. Там нет монстров, кроме как учебных манекенов, нет никаких подземелий, нет возможности устраивать сражения с другими игроками, как законные, вроде обычных дуэлей, так и не совсем. ПК – еще одна система, благодаря которой Иггдрасиль получил часть своей славы, но о ней Николаю еще предстоит узнать, возможно даже на собственной шкуре. Зона новичков, как очевидно, предназначена исключительно и только для ознакомления с базовым управлением и основными правилами игры, и попасть в нее могут лишь те игроки, что еще не достигли второго уровня. То есть… Новички.

Николай исключением не был, ведь ему хотелось, для начала, освоить управление столь необычной системой. Играя в другие игры, в его распоряжении была клавиатура с более чем сотней клавиш, большая часть из которых использовалась для управления игровым персонажем. Здесь же ему предоставили только лишь пару трехпалых перчаток, и каким образом они позволяли взаимодействовать с игрой осталось для опытного, можно сказать, программиста загадкой, ведь персонаж, казалось, двигался сам, без его, Николая, непосредственного участия, однако двигался при этом в нужную ему сторону, и совершал желаемые им действия. Ходьба, бег, прыжки, перекаты, призыв, приказы, заклинания…

Вспомнив о главной своей ошибке, Николай иронично ухмыльнулся. Маджилос… Раса, имеющая самые огромные усиления всестороннего магического урона, колоссальные сокращения в затратах маны, и один из самых больших приростов маны в игре. И все это накладывается на полное отсутствие боевых заклинаний у выбранного им класса… Фактически, как когда-то утверждали совершенно не выспавшемуся, уставшему Николаю его друзья, выбранный из-за сиюминутной слабости класс попросту «убил» всё запланированное их троицей развитие.

И тем не менее, удалять персонажа ради создания нового, более сбалансированного он не хотел. И дело даже не в достаточно глупой на первый взгляд парадигме: один аккаунт – один персонаж… Нет, удаление персонажа подразумевает его отвязку от аккаунта, то есть создать нового – не проблема. Николаю попросту было жалко потраченные на кастомизацию часы. Ведь создать персонажа: выбрать расу, класс, внешность – дело максимум на час, и то, лишь для самых дотошных пользователей. Вся остальная ночь того дня, как бы странно это не звучало, была потрачена на кастомизацию его классового помощника, которого Коля никак не хотел лишаться. И по той же причине он не желал отказываться от развития через «наездника», ведь без прокачки этого класса он не сможет увидеть дальнейшее развитие своей подопечной, и все труды пойдут насмарку.

Василиса. Котенок муспельхеймского кугуара. Пусть она и не считается игровым персонажем, но тем не менее она также имела свою расу, класс и внешность, и, в отличии от основного героя, вполне могла эволюционировать, развиваться. Если внешность персонажа Николая, без особых действий с его стороны, будет оставаться статичной, и меняться лишь при облачении в ту или иную экипировку, то его питомец с набором уровней сможет запросто превратится во взрослого кугуара, и тогда Николай получит возможность «оседлать» ездового котика, – особенность его класса в возможности перемещаться на особых ездовых монстрах, которой лишены остальные классы, вынужденные довольствоваться стандартными средствами передвижения, что перемещаются в разы медленней «классовых». После, при достижении пятидесятого уровня, она сможет обратиться либо магмовой львицей, либо пепельным барсом, достигнув предпоследней своей формы развития. Как пока еще незнакомый с аспектами средней и поздней игры, да и совсем ничего не знающий о начальных ее этапах, Николай не знал наверняка, какую из форм стоит выбрать, а потому, в ту ночь он проработал их все, создав подходящие его вкусу величественные образы для его спутницы. Ну… Почти все. Финальные формы обеих ветвей развития, достигаемые на сотом уровне, были для него закрыты, а значит для дальнейшей кастомизации потребуются ресурсы. Николай свято верил, что к сотому уровню они у него появятся.

Поглощенный радостными воспоминаниями о изящной рыжей кошке с небольшими огоньками вместо кисточек на ушках, о ее грациозно пылающем желтым пламенем объемном хвосте, что была так похожа на его недавно почившего мейна**, если, конечно, убрать огненные элементы, Николай с удивлением обнаружил знакомые виды за окном, а диктор уже заканчивал зачитывать название следующей, после его, станции. Лишь в последние мгновения мужчина успел выскочить наружу, – благо что ехал он прямо напротив двери, – едва выдернув из уже закрывшихся дверей лямку своего рюкзачка.

Путь до дома совсем не оставил о себе воспоминаний, так как практически все время Николай грезил игрой, и вот, наконец, отдохнув, умывшись и отобедав, он с чистой совестью включил компьютер, снял с зарядной платформы очки, и погрузился в ждущий его игровой мир.

***

– Ну же, бравые войны, покажите нам свое мастерство! – вещал однотипные фразы один из НПС.

НПС – персонаж, не контролируемый игроком – что в большом количестве были расставлены по Вальхалле, дабы помочь новичкам, вроде меня. Помочь в самых-самых азах игры. Помнится, я закончил изучение игровой системы на моменте, когда увидел толпу других игроков, стоящих подле трибуны с этим рыжим бородатым двухметровым дядей.

Что примечательно, НПС от игроков можно было отличить лишь внешне. Здешние НПС выглядели как суровые войны и воительницы в золоченных доспехах, пока персонажи игроков принимали крайне разнообразный вид, демонстрируя огромное количество различных доступных для игры рас. Ни интерфейсных полосок здоровья, ни, тем более, ников или имен… Ничего не было, только лишь модельки, да заскриптованные фразы и движения, выполненные, должен отметить, на крайне высоком уровне.

Движение и управление своим героем было достаточно просто освоить, пусть и сама механика осталась для меня загадкой… Как, своего рода, программисту, мне действительно было интересно понять, каким образом эта коалиция перчаток и очков может так точно считывать мои намерения, однако как игроку мне было на это плевать, ведь куда интересней просто двигаться дальше по сюжету.

Больше проблем возникло с консолью управления подконтрольными юнитами. И не в том плане, что непонятно как ею пользоваться, это как раз очевидно: пролистать список и ткнуть в нужный пункт пальцем, делов-то… Речь скорее о том, что подобный способ управления, фактически, основной моей боевой единицей, крайне неудобен, ведь это же РПГ, а не стратегия! Да еще и ММО! Любая секунда во время битвы может стоить мне жизни, а это, между прочем, моментальный сброс количества опыта, эквивалентного пяти уровням, если отсчитывать от текущего… В общем, это много-много опыта, набивать который, обычно, ни разу не просто. А здесь… Не просто секундное действие, но целый каскад таких действий! Нет, пока не разберусь с тем, как это делают остальные игроки, вылезать из Вальхаллы смысла нет.

Единственное… Персонажи остальных игроков активно что-то щебечут на своем, на японском. Не вслушиваясь в речь, сразу понять смысл слов сложно, как бы хорошо ты не владел языком, и, боюсь, если бы я не догадался обратиться к другим игрокам, то так бы и сидел задумчивым. А как к ним обратиться? Конечно при помощи чата! Которого в игре, почему-то, не оказалось. Зато, вновь изучив настройки, в поисках возможности этот чат включить, я наткнулся на настройки «голосового ввода», и теперь все эти «Огненный шар», «Стрела маны», «Рассечение» и прочие термины, ранее не воспринимаемые мною, что выкрикивали окружающие азиаты, стали куда более очевидными.

Жаль, что система не принимает английскую речь, так что пришлось не только вспоминать разговорный японский, дабы иметь возможность адекватно отдавать команды, но и менять на него системный язык, чтобы понимать, что именно стоит выкрикивать. Хотя все было очевидно изначально, ведь гарнитура не просто так присутствовала на очках, которые, как оказалось, также являлись системой ввода, дополняющей перчатки.

Остается лишь в очередной раз вспомнить родителей добрым словом, ведь именно они исправно заставляли меня учить языки входящих в СКФ*** государств. Мало того что устроился на шикарную работу только лишь за счет знания китайского, японского и казахского, так еще и в досуге пригодилось, причем далеко не в первый раз.

– Атака. Ярость. Пламенный рев.

Озвучка в игре была исключительно и только на японском, но от того была она не менее качественной. Я слышал, как мой персонаж произносит выговариваемые мною фразы, слегка жутковатым голосом, выбранным мною в начале. И даже Василиса, атакуя тренировочный манекен, издавала большое количество разнообразных звуков: от обычного кошачьего шипения, до грозного тигриного рыка, качественно накладывающегося на рев пламени, исходящей от пылающей шкуры – эффект ярости не только существенно увеличивал урон котенка, но и изменял ее внешний вид. Боюсь, если вся игровая система построена на чередовании голосового и жестового управления, то придется записать к логопеду, ибо разговорный японский – не самая моя сильная часть, а одновременно следить за ситуацией вокруг, да осознанно контролировать каждое произнесенное слово – безумно сложная задача.

Судя по проведенным мною тестам, система вполне реагирует на сокращения в речи, и персонаж начинает каст еще до завершения нужной фразы, но при этом, если фразу оборвать до определенного момента, то каст сорвется, или не начнется вовсе. Сложно. Нужно будет заучивать максимально возможные сокращенные формы, иначе никак.

Под звонкий «мяв» Василиса вновь воспламенилась, получив еще один эффект ярости, и принялась закидывать предоставленный мне манекен огненными искорками, что вылетали со всей ее шерсти.

Фактически, ей, как и мне, было доступно лишь три заклинания. Только если я получил их от своего класса, вложив в него единственное очко умений, то вот Василиса прокачала свою расу, став на шаг ближе к развитию во взрослого кугуара. Система прокачки в Иггдрасиле в целом была довольно странной, и заключалась в этих самых трех заклинаниях, навыках или пассивных умениях, получаемых героями за каждый уровень, вложенный в класс, или, в некоторых случаях, в расу.

– Скорость ветра, железная плоть, выпад.

Я решил проверить, работает ли голосовое управление и с моими навыками, и, как оказалось, работает. Причем работает отменно, что, опять же, удивительно. Качество вшитой в устройство нейронки поражает, ведь пусть я и говорил на японском, но со значительным акцентом, и, возможно, некоторыми ошибками. И несмотря на это, устройство отлично понимало все отданные мною команды, позволяя игровому персонажу использовать его навыки.

Помимо «призыва компаньона», мне также доступно два усиливающих заклинания, одно из которых существенно увеличивает скорость передвижения и атаки моей котейки, а второй – ее физическую защиту.

Усиленная яростью и скоростью ветра Василиса довольно быстро сумела уничтожить свою цель, после чего ко мне вновь обратился бородатый НПС, закованный в золотистую броню, явно сделанную под скандинавскую тематику.

– Удивительная пара: щенок и котенок, пха-ха-ха-ха! Таким слабосилкам здесь не место! Как умудрились вы попасть в обитель Воинов?! Стой, не говори! Могут ли быть мне интересны истории такого слабака? Нет! Так что убирайся отсюда!

Персонаж никак не реагировал на мои команды, как и Василиса, так что НПС смог без труда пронзить меня вытащенным из какого-то черного провала копьем, после чего окружение потемнело. Видимо, игра решила, что я уже всему научился… Хотя чата я так и не нашел.

***

Когда картинка вновь появилась, я обнаружил себя посреди затуманенного болота. После криков десятков японцев, и звучащих со всех сторон взрывов, шипения, лязга и прочего шума, царящая вокруг тишина оказывала изрядное давление, а витающий в воздухе туман, застилавший взор полумрак, да хлюпающие звуки от лопающихся пузырьков газа, что поднимались со дна болот, придавали окружению угнетающую, не особо приятную атмосферу.

– Очередная душонка… – басовитый голос с мощными рычащими нотками звучал словно отовсюду, – Хм-р-р… Я не чую в тебе зла, но раз ты здесь, значит того заслужил!

Как бы я не озирался во время вступительной речи, но источника голоса найти не мог, но стоило тому договорить, как в тумане предо мной блеснула пара красных точек, на высоте добрых шести метров над землей. Оглушающий звон цепей заставил вздрогнуть, а последующий за ним волчий вой развеял окружавший монстра туман. Огромный серый волк с сияющими красным глазами смотрел на меня крайне враждебно. Из пасти его капала белесая слюна, а цепи, что когда-то сковывали лапы и шею зверя, звенели от каждого, даже самого мимолетного его движения. Шерсть монстра росла колечками, из-за чего прекрасно были видны шрамы в виде каких-то рун, украшавшие его кожу. Схожие же руны виднелись еще и на звеньях цепей. И на остатках оков.

Шаг за шагом, волк медленно приближался к моему вновь замершему аватару, и лишь Василиса, вздыбив в испуге шерстку, по которой иногда проходили желтоватые всполохи, принялась шипеть на врага. Красивый эффект.

– Посмотрим, достоин ли ты лицезреть Эльвиднир, али останешься здесь навсегда!

С силой ударив лапой по земле, что сопровождалось громким звоном, волк попросту уселся наземь, наблюдая как десятки костяных рук принялись разрывать рыхлую болотную почву. Когда я вновь обрел возможность двигаться, меня уже окружили скелеты и полуразложившиеся серые трупы, на деле оказавшиеся простейшими монстрами, что с пары ударов уничтожались Василисой даже без усилений с моей стороны.

Где-то на фоне, скрытый за волнами медленно бредущей нечисти, периодически топал лапой волк. Цепи его звенели, дополняя сокрушительные, громовые звуки удара лап оземь, и с каждым ударом количество врагов росло. Зомби мерзко подвывали, их сожжённая плоть дымила и шипела, а скелеты хрустели под ударами лап Василисы.

Увлеченный пестрой картинкой и реалистичными звуками, я упустил из виду часть противников, что не преминули подкрасться сзади, во всяком случае завываний с их стороны я не слышал. Края видимой мне картины окрасились красным, и я почувствовал слабые вибрации с запястий. Первый полученный мною урон. Жаль, что никаких индикаторов моего здоровья я так и не увидел, но красноватая рамка, немного режущая угол обзора, все еще оставалась при мне.

Резкий разворот и прыжок назад, в сторону заканчивающей разбираться со своими противниками Василисы, вышел сам собой, стоило лишь подумать о подобном маневре.

– Назад, атака, – отдал я команды, выделив кошку взглядом.

Василиса незамедлительно отпустила предпоследнего скелета, что осыпался прахом от летящих со всей поверхности ее шкуры огненных искр, и рванула назад, добивать последних немертвых. Собственно, с последним я решил разобраться самостоятельно, используя выданное еще в Вальхалле копье… Которое не смог экипировать из-за низких параметров силы и ловкость. Пока долбил скелета голыми руками, мой призыв уже закончил свою работу, и поспешил мне на помощь.

– Бред! Почему нулевое оружие имеет требования к статам! – звучало в тот вечер из моей квартиры, неимоверно радуя соседей.

В любом случае, волк ушел, скелеты убиты, а мы с Василисой получили вторые уровни. Туман в округе стремительно развеялся, обнажая огромную поляну с редкими деревцами, заполненную десятками других игроков. В этом месте из земли активно поднимались трупы, на которых аватары других людей и сосредотачивали свое внимание. Кто-то стремительно зачищал противников, переходя от одного к другому. Другие сбивались в небольшие группки, собирая целые кучи трупов со всей округи, убивая все их разом при помощи массовых заклинаний и навыков. Большинство же, однако, появившись в этом месте, – в месте появления из земли вырывался поток тумана, что в секунду обретал черты персонажа, – просто уходили дальше, разбредаясь с поляны во все стороны.

Осмотревшись, я также решил покинуть стартовую локацию. Игра, увы, не дала никаких указаний к дальнейшим действиям, кроме как упоминания какого-то Эльвиднира, а значит я свободен в своих действиях. Мне нравится. Не люблю рамки. Конечно, решение спорное, ведь большинство людей пугает подобная свобода. Они желают быть ведомыми, чтобы игра за ручку провела их сквозь сюжет, чтобы она сама раскрылась пред ними. Они не хотят погружаться, желая получить всё и сразу! А ведь исследование мира – одна из самых занимательных вещей в подобных играх, особенно когда игра выглядит столь потрясающе. Не хватает только лишь запаха и осязания, чтобы ввести все пять чувств в экстаз, ведь даже выкрикиваемые различными голосами названия техник не рушат окружающую мрачную атмосферу, но умудряются дополнять ее.

Первым делом, я обследовал окружение, поручив Василисе свою охрану: кошка самостоятельно набрасывалась на врагов, что едва-едва начинали вылезать из земли, стабильно упокоевая нежить. Пусть и не так быстро, как призванных волком скелетов, но все же… Ручеек опыта мерно тек в мой карман, благо что хоть эту шкалу можно было глянуть в меню, пусть на основном экране ее и не было.

Стартовая поляна оказалась огромной. С одной стороны ее закрывала широкая белесая река, в бурном течении которой порой проскальзывали бледные лица.

«Покрытая стелящимся туманом, она уносила души павших воинов дальше по течению, впадая… Впадая… Не помню!»

Однако реку мертвых не узнать было сложно, и конечно, стоило лишь осознать свою находку, как встал вопрос… «А почему бы и не зайти в нее?». Сказано – сделано. Ответ был получен моментально, стоило лишь спуститься с пологого берега и оказаться в воде по щиколотку. Экран стремительно начал окрашиваться в красный, что, в целом, не сильно мешало обзору, но знатно давило на нервы. Помимо немалого количества урона, точную сумму которого я так и не могу увидеть, персонаж получил еще и какой-то негативный эффект: скорость передвижения существенно замедлилась, и при каждом шаге экран сильно покачивался, как при серьезной хромоте.

Ну что… Подобные эксперименты лучше не проводить. По крайней мере на себе. И не на Василисе! Даже мысль о подобном вызывает дрожь и ненависть.

– Эх, Васька… – вырвалось само собой.

Мой персонаж остался нем, но вот Василиса обратила на меня свой взор. Хм-м-м…

– Ко мне.

Огненный кугуар послушно исполнил команду, замерев у самых ног моего аватара. Все-таки она действительно выделилась по имени. По сокращенному варианту. Игра воспринимает транслит, да еще и на таком уровне? Хотя… Учитывая мощь вшитой в шлем нейронки, можно ожидать и не таких выкрутасов.

В любом случае, обследование реки мертвых лучше оставить на потом. В нее можно зайти, а значит в ней наверняка есть что-то интересное, надо лишь найти способ это интересное обнаружить и достать. Река подпирала стартовую площадку лишь с одной стороны. Со всех остальных она была окружена довольно густым, на вид, лесом, и лишь в строго противоположной от реки стороны виднелась просека, к которой и направлялось большинство новоприбывших.

Куда интересней было бы пройти сквозь леса, заодно и глянуть на здешних монстров: зомби и скелеты проработаны очень качественно, и их вполне можно назвать жуткими, отчего мне не терпится увидеть и остальных. Но, боюсь, Василиса со всем в одиночку не справится, а я, без оружия и магии, ей совсем не помощник. Возможно, в будущем, когда дойду до ее финальной формы развития, смогу нормально развиваться как маг, но пока… Пока лучше сосредоточиться на игре, не думая о подобных вещах. Интересно же, куда ведет эта просека! Может, именно она поможет покинуть мне этот лес, и выйти к загадочному Эльвидниру.

* Четырёхдневная рабочая неделя.

** Аналог мейн-куна из будущего, отличный от нашего лишь большими размерами и более выразительными кисточками на ушах.

*** Содружество Капиталистических Федераций. Именно то, что вы могли подумать: Япония, Китай, Россия и ряд иных стран объединены в единую структуру, превратившись в аналог СССР (скорее США, ведь строй там капиталистический). Я не политик, не политолог и как-либо обосновывать это решение не буду, извините. Просто «захотелось», просто «обоснуй» знания языков.

Глава вторая. Босс.

Глава вторая. Босс.

Справа – черные деревья. Слева – черные деревья. Под ногами черная земля, что с каждым пройденным метром все больше покрывалась лужицами грязной воды. Картина достаточно однообразная, и интересной ее назвать сложно… Если бы не мелькающие в тумане по обе стороны дороги тени, различные по форме, размеру, фактуре.

Одни достигали середины исполинских деревьев в высоту, обладали монументальной фигурой. Они довлели над путниками, вызывая безосновательное чувство тревоги. Глядя на подобные силуэты, что с холодным блеском белых льдинок в глазницах взирали на безынтересных букашек – людей, возникало ощущение собственной незначительности. Ничтожности.

Другие были не столь массивными, но жути внушали не меньше. Длинные тонкие скелеты, некоторые из которых красовались не одной парой столь же длинных конечностей, отчетливо напоминали вполне определенный образ, так любимый многими создателями низкопробных ужастиков. Силуэт нереалистично высокого, гротескно худого человека, с непропорционально длинными руками-ветками вызывал напряжение, если не сказать страх, ещё столетия назад. Но отчего-то данный образ не выглядел заезженным, пусть и страшным его назвать было сложно. Жуткий, да и только.

Третьи же напоминали плавающих в густом тумане огромных угрей, за которыми вился шлейф черного дыма. Извиваясь, они нередко пересекались друг с другом, на краткий миг принимая форму сочащегося дымчатой слизью клубка змей. Взывали к внутреннему чувству отвращения, граничащему с первородным ужасом, словно взор на гнездовье гремучих змей. Шипящих, извивающихся, переплетенных телами в единую чешуйчатую массу, непрерывно хаотично изменяющуюся.

На самом деле, вся эта просека была довольно интересным ходом: добавление в подобную игру жути лишь улучшало ощущение от погружения в виртуальный мир. Я даже не сразу понял, что это место – аналог скриптовых роликов, как, например, появление того волка. Ведь входя сюда, я точно видел кучу игроков, идущих по тропе, зажатой с двух сторон туманным лесом, но здесь и сейчас я был один. Если не считать Василисы. Получилось действительно круто и атмосферно. Да что там, от постоянного кручения головой у меня заболела шея даже в реальности, ведь пока с одной стороны на тебя взирает неведомый гигант, с другой к тебе уже тянется длинная костяная рука.

Единственное, что объединяло причудливые тени – их нематериальность. Натравленная на одну из вездесущих костлявых рук, Василиса попросту прошила ее на сквозь, после чего конечность обратилась черным дымом, стремительно втянувшимся в землю. Войдя же в туман, с целью атаковать ближайшего гиганта, кошка развеяла окружающее ее дымчатое марево одним лишь пламенем, изредка вспыхивающим на красной шкурке, отчего тень великана попросту исчезла, оставив после себя ощущение легкого разочарования.

Как бы не было любопытно изучать появляющиеся в тумане фигуры, но даже подобная атмосфера со временем надоедает. Здесь, что вновь идёт в плюс разработчикам, она надоесть так и не успела: лес кончился.

Взору моему предстало огромное пространство, что, как и виденная доселе просека, никак не могло похвастаться изобилием цветов. Серая, местами потрескавшаяся земля, большие черные лужи и пруды с болотной водой, стелящийся по берегам белесый туман, испещренный остовами небольших черных деревьев и темно-серых кустов. Атмосфера гнилостного мрака. После торжественного зала Вальхаллы, заполненного белыми, серебряными и золотыми цветами, это место отчётливо отдавало затхлостью и унынием… Буквально на мгновенье, но мне даже почудился "аромат" плесневелых чайных гранул, выкинутых мною накануне. Такой… сырой запах сгнивших трав. Фу…

Правда, кое-что таки выделялось из окружающей серости. Вспышки боевых навыков различных игроков, что с упоением убивали обитателей этих мест: облаченных в боевые доспехи и латы скелетов; прикрытых широкими ржавыми щитами, – видимо остались от скелетов, – черных и темно-серых кучек слизи, присосавшихся к какой-никакой защите, некоторые особи которых достигали в высоту аж нескольких метров; плавающих в сравнительно небольших лужицах с болотной жижей пиявок. Где-то вдали отчетливо виделись направленные вверх залпы огненной и электрической магии, что намекало на присутствие здесь и летающих монстров.

Желания обследовать всё болото вдоль и поперек не было, ведь виды действительно не могли похвастаться хоть какой-то живописностью. Тем не менее, я продолжал двигаться вперед, обходя других игроков и стараясь держаться от луж с пиявками подальше. Больно мерзко они выглядели.

– И чего они все тут делают? Может, я не взял где-то квест? – не крик, но шёпот негодования непроизвольно вырвался изо рта, стоило увидеть несколько десятков разбредшихся по локации игроков.

Желания пробираться обратно сквозь туманный лес, дабы убедиться в отсутствии квестодателей в начале локации, не было никакого, да и не помню я там каких-либо НПС. Только игроки и трупы, трупы и игроки. Здесь же… Лишь скелеты, слаймы и…

– БЛЯТЬ!

Пиявка, неожиданно выпрыгнувшая из прудика неподалеку, затмила своей уродливой зубастой пастью весь обзор, здорово меня напугав не только резкостью, но и издаваемым ею визгом. Монстр отлепился от лица персонажа по одному моему желанию, а после был безжалостно испепелен огненными искрами Василисы, что активировала навык без моего на то указания. Интересно. Но от воды все же лучше держаться подальше, подобные скримеры точно не по мне.

Но более такого и не было. Пиявки, вылетая из луж, приземлялись на влажную землю около моих ног, и сразу же уничтожались кугуаром. Ради интереса, я подошел ближе к одной из черных луж, но даже так эффект не повторился. Появившийся монстр просто вцепился зубастой пастью мне в грудь, из-за чего экран вновь стал медленно краснеть, да и только. Снималась гадина точно также, простым желанием с моей стороны. Только надо успевать среагировать, ведь где одна – там и другая. Оглянуться не успеешь, как будешь облеплен метровыми пиявками с ног до головы. В проворности передвижения сих тварей, даже в такой, лишь слегка водянистой среде, я также успел убедиться на своем опыте… и скажу так: вид того, как склизкое извивающиеся чёрное нечто, да в количестве нескольких штук, стрелой несётся к тебе со всех ближайших луж, издавая ни разу не мелодичные визги, здорово убавляет исследовательские порывы, заставляя действовать куда осторожней. А ещё, именно здесь я впервые пожалел об излишне реалистичной графике, предоставляемой очками…

Я уже не пытался анализировать работу устройства, все равно бесполезно. Слишком уж много функций в него вшито. Есть только предположение, что очки могут считывать нейроимпульсы, но… Внедрять продвинутую медицинскую технологию в простейший игровой девайс? С другой стороны, конкретно эта модель очков – одна из самых дорогих и современных на рынке, как рассказывали дарители, так что назвать их "простейшими" было бы банально грубо.

Шествие продолжалось. Количество встречаемых прудиков с пиявками незримо сокращалось, заменяясь сплошной топью, попав в которую движение персонажа существенно замедлялось. И здесь же, прямо из болотной жижи, восставали облаченные в броню скелеты. Изрезанные кожаные ремни, проржавевшие латы, гниющие плащи… Почти все они были обряжены в однотипное тряпье, но каждый из костлявых все равно незримо отличался от остальных. Где-то плащ иного цвета, оказывался чуть более поношен, а сам доспех нежити недосчитывался нарукавника, или части поножей. Где-то наоборот, плащ казался совсем целым, но под ним красовались лишь голые кости без пары ребер. Причем убивались монстры также с разной эффективностью. Кого-то Василиса размалывала в пыль с нескольких ударов когтистых лап, а кто-то выдерживал даже атаки под яростью, и сыплющий во все стороны шквал огненных искр. Но так или иначе, мы медленно шли дальше, продолжая накапливать опыт.

Слева от меня постепенно вырисовывалось заболоченное озерцо, в центре которого, на небольших островках, сражались с нечестью другие игроки. Виды справа тоже терпели свои собственные изменения, ведь среди черных лужиц, в которых так любили прятаться пиявки, все чаще появлялись резервуары с окрашенной в иные цвета водицей, что и привлекло мое внимание. Скорректировав путь, истребив по ходу дела еще несколько немертвых, я оказался перед одним из таких резервуаров. Другие игроки располагались неподалеку, у углублений поменьше, но конкретно эта ямка, заполненная бледно-красной жидкостью, была полностью свободна, что и определило мой выбор.

Правда… Атмосфера так увлекает, что наличие других людей порой вылетает из головы. Если знающие игроки не лезут к этому водоему, то либо он бесполезен, либо слишком опасен. Естественно, верным оказался второй вариант. Спустя пару секунд ожидания, наполнение ямы пришло в движение. Красноватая жижа вспучилась и забурлила, издавая хлюпающие звуки. Из нутра ее вырывались пузыри с газом, что, подходя к поверхности слизи, с громким шипением исторгали из себя струйки красноватого дыма.

Кажется, я случайно наткнулся на босса-слайма, судя по размеру формирующегося монстра. И конечно вокруг, на почтительном расстоянии, тут же начали собираться другие игроки. Пусть и не толпа, но… Многие оставили свои ямки, из которых вылезали слизни куда меньшего размера, чтобы посмотреть за бесплатным шоу. Тем самым, за которым и я любил поглазеть в свое время: «Новичок случайно агрит босса локации, а после пытается от него сбежать». Черт, находиться по ту сторону «спектакля» – совсем не смешно.

Сбежать… Не выйдет, ведь окружающая меня трясина просто не даст этого сделать. Остается лишь драться. А заодно вспомнить, о полученных уровнях. Думаю, сейчас самое время закинуть полученные очки в свой основной класс. Интересно, как далеко от этого места респавн?

***

Хельхейм. Преддверия Эльвиднира.

В ожидании возрождения царицы Хельхейма, в одноименный мир слетались высокоуровневые члены сильнейших гильдий Иггдрасиля. Убийство мирового босса само по себе не может быть заурядным событием, рассчитанным на одиночную группу, – нет таких групп, что смогли бы вдевятером зачистить подобного монстра, – но в случае Хеллы все обретало совсем уже безумные нотки. А виной тому последние анонсы от разработчиков.

Ранее, чтобы получить право на убийство хозяйки Эльвиднира, гильдиям и альянсам нужно было «всего лишь» занять тронный зал дворца, и удерживать его в течении определенного времени… После чего все «лишние» персонажи моментально умирали, сраженные аурой Богини Смерти. Мало кому захочется лишаться прорвы опыта за возможность получить предметы и материалы с трупа не самого полезного мирового босса, а потому, умные главы гильдий предпочитали договариваться об очередности зачистки монстра. Забыв о разногласиях и конкуренции. Теперь же… разработчики не только убрали данную систему, обеспечив свободный доступ к вотчине богини любым желающим и в любое время, но еще и выдали боссу шанс выпадения нового Мирового Предмета – предмета наивысшей редкости, существующего во всей игре в единственном экземпляре… «Забыв» при этом упомянуть, каков этот шанс и при каких условиях он появляется…

Гиннунгагап – жезл энтропии. Уникальный артефакт, названный в честь великой бездны – портала, соединявшего Хельхейм и Мидгард. Этот жезл был не только статусной вещью, как и любой другой Мировой Предмет, но и крайне мощным подспорьем для любого мага, ведь он имел наивысшие приросты общей магической атаки в игре, а также уникальную особенность, позволяющую носителю развиться сверх пределов в классах, связанных с магией смерти и магией тьмы. И это еще не говоря об особом навыке, который ушлые разработчики лишь упомянули, не дав подробностей. Ажиотажу ради. Желанный трофей для сильнейших мира сего… И, конечно, никто из них не захочет отдавать его в руки своих врагов. Возможно, даже больше, чем заполучить в свои.

Площадь, вымощенная темно-серым камнем, постепенно наполнялась разумными всех видов и оттенков. Боевые орки, механизированные ящеры, белокожие гиганты… Сотни персонажей не ниже восьмидесятого уровня занимали удобные позиции пред вратами Эльвиднира, в ожидании отмашки глав своих гильдий. Стоит ли говорить, что восьмидесятый уровень – максимальный в текущем патче?

Напряженную атмосферу можно было почувствовать даже по ту сторону игровых очков. Представители трех сильнейших гильдий Иггдрасиля замерли в ожидании массовых баталий. Но жуть и нервозность испытывали лишь участники малых гильдий, тяжеловесам игры же было совсем не до того.

Весело переговаривались друг с другом, обмениваясь донатными шуточными аурами, заклинаниями и эмоциями балагуры из «Занзары», все как один, снабженные декоративными крыльями различных существ: демоническими, ангельскими, механическими, призрачными… Каждый комплект был уникальным, и не встречалось здесь двух одинаковых пар.

Напротив армии крылатых вели серьезные диспуты, параллельно обсуждая в закрытых чатах планы будущих действий, киборги из «Атомного Сердца»*. Не было среди основного состава сей гильдии людей, не имевших расу или подрасу автоматона. Снабженные дополнительными стальными конечностями демоны, имевшие уже не декоративные металлические крылья ангелы, носящие футуристичные доспехи с летающими за спинами клинками люди… Встречались в их рядах представители едва ли ни всех людских, полу-людских и гетероморфных рас, и все, как один, косили под металло-неоновую тематику.

У самого входа во дворец заходились в агонии тягостного ожидания демоны и нежить из гильдии «Убийцы Рока»*, пришедшие на площадь одними из первых. Все как один они «отбелили» ники, дабы не быть растерзанными толпой еще до начала веселья. Причем растерзанными на вполне законных основаниях, ибо «красные» ники любителей убивать других игроков делали их самих потенциальными жертвами, убийство которых не только не воспрещалось, но даже поощрялось правилами игры. Убийство босса интересовало жаждущих битвы больных маньяков постольку-поскольку, ибо элита топовой ПК-гильдии собралась здесь исключительно для набора пвп-поинтов, ценящихся в игре куда дороже простой валюты… Хотя и от посоха бездны их лидер не отказался бы.

Каждая из элитных гильдий выставила свой собственный боевой костяк. Не менее сотни бойцов с каждой стороны делили площадь на три крупных лагеря, но и остальное пространство не пустовало. Не обошло данное событие и гильдии меньшего порядка, пусть и входящих в сотню лучших, но неспособных даже приблизиться к лидирующей тройке… Что может измениться, заполучи такая гильдия умелого боевого мага, превзошедшего максимально возможный уровень в своих классах. Конечно, здесь не было глупцов, рассчитывающих выбить себе место у ног Богини Смерти, дабы претендовать на падающий с нее лут. Ведь мало прорваться в сам дворец, да сквозь целую армию монстров и «монстров», его нужно еще и удержать.

Так что же мелкие гильдии, не способные выставить и двух десятков бойцов, делали подле сих чудовищ? Ответ прост. Кого-то наняли «большие братья», дабы те послужили дополнительной массовкой, нужной для укрепления защиты уже захваченного Эльвиднира. Кто-то рассчитывал получить драгоценные очки опыта и пвп-поинты, что рогом изобилия будут сыпаться после начала события, когда вся территория дворца обретет статус свободной для массовых баталий. Некоторые, совсем немногочисленные группы, собрались лишь для личного освидетельствования Великой Битвы, которая однозначно станет таковой. Такие не заходили на территорию Эльвиднира, расположившись на и над добротными каменными стенами, дабы не попасть в область действия боевой арены, коей станет дворец и прилегающая к нему площадь. И, конечно, совсем уж редкие образования людей, пришедших в сии места ради попытки похитить босса прямо из-под лап «гигантов»… Рассчитывая нанести последний удар, и получить свою часть лута, а может быть, даже, Мировой Предмет. Таких людей не любили, бесспорно, однако тратить время, здоровье, навыки и расходники, дабы уничтожить далеко не самых опасных игроков первыми… Глупо.

Именно к последним и относились представители гильдии «Фью-джо», лидер которых нервно вышагивал вдоль исполинского забора, ограничивающего внутреннюю площадь дворца.

– Где, дери вас всех черти, носит этих ублюдков! – бормотал он в голосовой чат, раз за разом используя навык «сообщение», – Таймер уже вышел в красную зону!

– Э-элуа-а, бро-о… – в его наушниках послышался писклявый голосок, владелец которого имел привычку неприятно растягивать гласные.

– Боже… Говори нормально, или закрой уже пасть!

– Ну-у, бро-о-о… Сходи-и курнии-и, сра-аз…

*Пользователь ДжанкиЯнки покинул групповой чат*

Блаженная тишина зависла в голосовом, позволяя лидеру собраться с мыслями, приподнять игровой девайс с головы, да настрочить их отрядному бафферу очередное сообщение в очередном мессенджере… Продублировав его же и райдеру.

– Ты его… того? – неуверенно прозвучал женский голос, моментально перебитый писком внутриигрового «сообщения», начавшего автоматическую читку.

– Ну-у-у бр-о-о…

– Угомонись, пока я тебя вообще везде не забанил…

– А раньше тебе нравилась его манера речи, – не без насмешки подметила штатный целитель, – А я сразу говорила, что он додик. Мужику под тридцать, а ведет себя…

Обвинительная тирада была прервана на полуслове.

Как ты посмел меня замьютить?! (>_<) – всплыло в чате группы, под смешки остальной команды в голосовом, – НЕ СМЕТЬ СМЕЯТЬСЯ НАД МОМО!! Только дайте мне шанс, и я вырву ваши жалкие душонки… И запихну их в яой! У меня уже есть хентай-арт с Казахом, и я не побоюсь его использовать, – на одного хихикающего стало меньше, – И так будет с каждым!

– Тихо! – рявкнул лидер, – ГДЕ ВАС ЧЕРТИ НОСЯТ! Он… Он сделал ЧТО?! – заревел он вдруг, игнорируя шепотки друзей, – Какой. В жопу. Слайм?! Ты опять что ли зверобоя нанюхался?! МНЕ СРАТЬ!! Чтобы через минуту уже были на площади, иначе хрен вам, а не шмот…

Гнусавый прокуренный голос умолк, оставив после себя лишь раздраженное сопение, да звучные щелчки клавиш.

– Элуа? – осторожно осведомился зычным басом отрядный танк.

– Что?

– Ты же сейчас не переписываешь график фарма?

– …

– Элуа? Элуа! Райд не виноват в закидонах Моти! Слышишь?

Тишина была ему ответом, да ускорившиеся щелчки клавиатуры.

– ЭЛУА!

– Да слышу я! Я переписываюсь с Нишики… Надо же как-то отвлечься, раз уж Мур смог, наконец, найти этого придурка.

– Так! – вновь подала голос отрядная целительница… Девушка разумно решила не бубнить по поводу минутного мьюта, страшась получить еще один, но уже до самого начала рейда. Уж больно скверное настроение было у их лидера. Но вот смолчать о нашумевшей в последнее время группе уже не могла, – Что опять задумали эти кретины? Они же не явятся сюда впятером… Не явятся же? Элуа, почему ты молчишь?

– Ну-у-у… – устало протянул лидер, прекрасно понимая, к чему все идет. Элуа ляпнул о Нишики совершенно случайно, не подумав, и теперь прекрасно понимал, что очередного мьюта, а то и кика из голосового не избежать.

– О чем они думают?! – оправдывая мысли лидера, завелась девица, – После того как Дзучи шотнул лидера Убийц… Им же и так жить не давали, и это всего лишь одна топовая гильда! И при этом они хотят сорвать рейд оставшихся, – в надрывных интонациях девушки чувствовалось искреннее негодование, вперемешку с беспокойством, – С другой стороны… Я же опять услышу Тач-са-а-ана, – довольно протянула она в конце, да под всеобщие усталые вздохи, – Его брутальный и такой харизматичный голос… С этой его легкой хрипотцой, пускающей табуны мурашек по спине и рука-ам… Я вся…

*Пользователь Абураппой-Момо покинула групповой чат*

Голос хиллера резко оборвался, за что остальные сопартийцы тут же поблагодарили своего лидера. Каждый в отряде понимал, что, уйдя во влажные розовые мечты, та далеко не сразу заметит отсутствие слушателей. Воцарившаяся в голосовом чате тишина позволила Элуа выдохнуть с облегчением, сосредоточившись на ответе своему не совсем адекватному другу, что так навязчиво вызнавал текущую диспозицию сил, собравшихся пред вратами Эльвиднира.

***

Немногим ранее. Недовольный наездник двигался в сторону Мрачных Болот – одной из стартовых локаций Хельхейма. Именно на плечи Вамурайда, как на наибыстрейшего в группе, свалилась обязанность по доставке их вечно рассеянного кастера к дворцовой площади, где вот-вот начнется главное побоище. Пожалуй, молодой парень впервые высказал недовольство смене основного ездового питомца на прокаченного хекс-дракона. Одного из быстрейших летунов мифического класса в игре. Останься он с родимым йотунхеймским загонщиком, с которым он и начинал игру, и хрен бы кто его куда дёрнул: телепортом бы вышло быстрее.

Пролетая над частоколом обглоданных туманом смерти деревьев, черные остовы которых возвышались на добрые сотни метров над землей, недовольный посыльный пропускал очередное беспокойное сообщение лидера мимо ушей. А после сбрасывал звонок в голосовом чате, от него же. И игнорировал очередную простынку текста в уже третьем, по счету, мессенджере.

– Хоть бы содержание менял… – бурчал он себе под нос, напяливая очки обратно, – Блять! – несколько нажатий клавиш и пара дерганных рывков мышью, и неминуемое падение после столкновения с особо крупным деревом обратилось эффектным виражом, завершившимся набором высоты и выравниванием курса, – Фуф… Ебаный Моти… Долбаный Элуа со своими блядскими идеями… ИДИ НАХУЙ, – был им отклонен очередной звонок.

Всего десять минут как всадник выдвинулся в путь, а его соцсети, мессенджеры и внутриигровые способы связи уже были засраны. Причем всего одним человеком.

– Чертов монстр… – посетовал Вамурайд о навыках спама своего друга.

Мужчина еще долго мог бы вспоминать своих коллег по гильдии добрым словом, но увы. Лес под ним начал заметно редеть, и уже спустя полминуты впереди показалось огромное черное болото, испещренное разноцветными лужами.

– Эссенция королевских, блять, слаймов ему нужна… Прям дико срочно понадобилась, что подождать конца рейда вот совсем никак… Ебаный шизик! Ниватори, вниз!

С оглушительным рыком молодой дракон резко спикировал книзу, распугав всех новичков, да вызвав здравую опаску у более-менее опытных игроков. Белые лапы ощутимо увязли в черной болотистой жиже, так что для сохранения баланса, дракону даже пришлось оставить синие крылья в расправленном виде.

– Мур? – удивился сидящий на пригорке человек. Бледная кожа проглядывала сквозь обитую костями черную мантию, пока основное оружие – пара резных жезлов из серой кости с граненными камнями на вершинах, спокойно висели в воздухе, за спиной мага. Пара слегка светящихся синем глаз задумчиво глядела на пришельца сквозь широкие рези в огромной костяной маске, сделанной из черепа молодого дракона, – Какими судьбами?

– Какими судьбами? – райдер спешился, также увязнув латными ботами в грязи, – Какими, блять, судьбами?! У НАС РЕЙД МЕНЬШЕ ЧЕМ ЧЕРЕЗ ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ!

– А-а-а… Да? А чего ты тут тогда?

– Ты все же решился опробовать тот экспериментальный сбор… – Вамурайд не спрашивал, но утверждал, и такая усталая безнадега царила в его голосе, что даже в одурманенном разуме Моти-Моти что-то, да прояснилось. Во всяком случае, в голосе шамана появились виноватые нотки.

– Травы даровали мне видение… Водоворот красноты поглотит нас, безжалостно растворив в себе. Он не оставит нашим разумам спасения, перемолов. Он пожнет наши души. Как пожал всех, кто был до. Как пожнёт всех, кто будет после. Вот я и…

– Заткнись. Ради всего для тебя святого, просто заткнись.

Мужчина ощутил серьезную потребность крепко зажмуриться и размять переносицу, чтобы, открыв глаза, уже не видеть и не слышать этого бреда… Однако, Вамурайд не мог не признать, что именно от Моти-Моти стоило ожидать подобных действий. И они ожидали. Сам же наездник даже был, в некотором роде, благодарен темному шаману, ведь в этот раз он хотя бы остался в нужном им мире. Его даже не пришлось искать донатными свитками по всему Иггдрасилю, как это было во время штурма их крепости.

Прикрыв глаза, и выполнив легкую дыхательную гимнастику, райдер почувствовал, наконец, как кружащее вокруг Моти безумие начало отпускать его уставший от бессонной ночи разум. А значит, игнорируя разгорающуюся мигрень, можно было подготовиться к звонку очередному помешенному придурку… Или, лучше просто отправить «сообщение», не оставив тому возможности высказаться в ответ? Вамурайд терялся в догадках, а возобновившееся бормотание явно протекшего крышей друга лишь мешало поймать нужную мысль за хвост.

– Не знаю, к чему духи даровали мне видение о королевских слаймах, но…

– Я же просил заткнуться! Ты всего лишь обкурился, и всю ночь смотрел, как течет ржавая вода в твоем унитазе! Что ты, что Элуа: два помешанных… – резкая вспышка головной боли пусть и не угомонила наездника, но заставила того вспомнить о непринятых лекарствах, – Знаешь что? Сам с ним разбирайся. Все равно именно тебе нас портовать. Я за таблетками.

Вамурайд ушел, оставив своего персонажа безмолвным наблюдателем за не совсем адекватным шаманом. Моти-Моти же, игнорируя последнее наставление, вернулся к занятию, на котором его прервали. К наблюдению.

В низине, прямо под пригорком, на котором и расположился заклинатель духов, какой-то отчаянный новичок уже двадцатую минуту ведет борьбу с боссом локации. С тем самым королевским слаймом, о котором шаману нашептали травы. Возможно, видение то было совсем о другом монстре, или совсем не о монстре. А может даже и не об игре. Но прибыв в гнилостные болота, именно этот слайм был встречен им первым. И именно в ту же секунду именно этот новичок атаковал именно этого слайма. Слишком много «именно».

"Слишком много совпадений, чтобы все это было лишь случайностью", – шевелил остатками разума укурок.

Если с местом назначения Моти определился сразу, ибо не в его духе игнорировать посылы мироздания, зовущиеся обывателями «совпадениями», то вот Цель его сюда визита оставалась для шамана загадкой. Помочь новичку? Убить новичка? Забрать у него босса? Убить босса вместо него? А может, дождать развязки? Слишком много было вариантов, и времени на выбор совсем не оставалось.

В последний раз взглянув на безнадежное поле битвы, в последний раз применив «опознание», и увидев, что более жизни смекалистого юноши или девушки не стремятся прыгнуть к верхней грани, полностью восстановившись, темный шаман принял решение, доверив, как ему казалось, этому решению свою дальнейшую судьбу.

Он все также сидел в болотистой грязи, и не шевельнул даже пальцем, однако витающие за его спиной жезлы налились силой.

– Инверсия земли, – правый жезл блеснул ярко-рыжим светом, и в тот же миг фигура новичка окуталась сотней рыжих ромбовидных кристаллов, что в один миг впились в его тело, – Владыка нечестивых душ, – левый жезл окутался черной пленкой, в одно мгновение сползшей к кристаллу в навершии оружия, откуда черным пиком устремилась к новичку, впитавшись в его копье и заставив то пылать бледно-фиолетовым огнем, – Великое…

Сильный удар копьем прервал заклинание, отправив персонажа в кратковременное оглушение.

– КАКОГО ХУЯ ТЫ ТРАТИШЬ БАФФЫ НА НУБОВ?! – орал в голосовом Вамурайд, – Сука, молись всем своим богам, чтобы «нечестивые души» успели откатиться.

– Там откат всего пять минут…

– В последний раз Убийцы разобрали Хеллу за две. В общем, меня это уже не ебет. Сами разбирайтесь с Элуа, – разгневанный до ледяного спокойствия наездник ходил перед уже поднявшимся с земли шаманом взад-вперед, – Один повел нас хуй пойми куда, хуй пойми за чем и надеясь хуй пойми на что… Второй решил перед всем этим охуенным походом всрать один из своих топовых баффов на нуба… И, дай угадаю, – он остановился, обернувшись к Моти-Моти, – с Элуа ты, конечно, не связался.

– Нет…

– Заебись, – спокойно кивнул он, – Готовь тп на ги-мастера, я пока что ему наберу… Господь, дай мне уже сил… – простонал Вамурайд, на фоне голоса которого Моти-Моти мог слышать гнусавый рев Элуа.

***

Мерзкий слайм. Тварь практически направила меня на перерождение, несмотря ни на какие ухищрения. Вкинутые в класс наездника очки, полученные за пару собранных в процессе путешествия уровней, лишь позволили, наконец, экипировать копье, да овладеть первыми боевыми навыками, связанные именно с копьем… Но увы, учитывая общий закос моего персонажа как боевого мага, толку с этого копья практически не было, и полученный за второй уровень перк «владение копьем» никак это не исправил.

Первые минуты кое как удавалось выживать, исключительно за счет уклонения от атак слизня, да разделения его внимания на две цели. Достаточно было лишь внимательно следить за его тушкой, вовремя уходя с траектории: место, откуда вот-вот должна вылететь струя красной кислоты начинало активно пузыриться. Я даже уверовал, что есть шансы победить, ведь за всё это время он попал лишь один раз… Правда, тут же окрасив экран в красный, но все же. Шансы победить не казались мне призрачными. Пусть я не видел жизни босса, пусть я не видел и своих жизней, но все равно… Стабильно нанося урон, и не получая его, можно одолеть практически любого противника, просто займет это слишком много времени.

Правда, предательские мысли о возможной регенерации твари, что вполне вписывается в понятие огромной разумной слизи, стали закрадываться спустя три-четыре минуты активного махания копьем. Стало очевидно, что такими темпами я попросту устану, допущу ошибку… На что наложился тот факт, что жизней у меня осталось, возможно, всего на один удар.

Решение же всплыло само собой. Опыт игры на призывателях, которых ранее у меня было аж шесть штук, и все разные, говорил об одном: пока основной герой бьет одного монстра, призыв может бить другого. Казалось бы, очевидная вещь, что может немного, но ускорить прокачку, за счет сокращения времени на передвижения между монстрами вдвое, но увы… Далеко не каждый может ее понять.

Так, пока я изображал из себя юлу, стараясь не попадаться под струи кислоты, Василиса была направлена на изничтожение окружающей нас нежити, мелкой слизи, да изредка встречающихся пиявок. И стратегия дала свои плоды, когда уже спустя минуту я повысил уровень, полностью восстановив здоровье.

Раз за разом мы менялись с кошкой, у которой было в разы больше урона, но которую было очень сложно заставить уклониться от атак монстра, мы продвигались вперед, медленно, по кусочкам, вырывая победу из пасти поражения.

И даже переход босса во вторую фазу не помешал тому, пусть и не облегчил задачи. С одной стороны, я даже испытал душевный подъем, ведь сей переход означал, что стратегия работает, и ручеек урона исправно выгрызал жизни босса. С другой же… Теперь, когда желеобразный сгусток вытянулся ввысь, обратившись в крайне подвижное щупальце с кучей гримас на нем, стало в разы сложнее уклоняться от его атак. А управляя Василисой я и вовсе не успевал просчитать все возможные траектории: помимо того, что сам тентакль то и дело хлестал округу, так еще и морды на нем исторгали из своих пастей струи кислоты.

Апогеем же стала ядовитая завеса, вырвавшаяся из всех лиц одновременно, отчего даже те крохи жизней, что мне удалось отвоевывать постоянными перемещениями, стали стремительно таять на глазах. Экран активно заливался краснотой, да с гнилостно-зелеными прожилками по самому его краю… И это на фоне существенно замедлившегося набора уровней, ведь чем этот самый уровень выше, тем больше опыта для него нужно наскрести. Начальные пятнадцать-двадцать монстров обратились в одну-две сотни, и покрыть такое их количество до момента смерти, очевидно, невозможно.

– Ну, мы хотя бы старались.

Мощная красная струя выстрелила в моего героя, и возможности уклониться не было никакой… Уже готовый брести обратно, да вызнавать, не восстанавливаются ли здесь жизни монстров со временем, я удивился, когда атака слизня безвольно осела на покрывшейся бледно-оранжевыми ромбиками коже. Размытое черное пятно на периферии зрения едва успело привлечь внимание, как моментально угодило в удерживаемое двумя правыми руками копье. Словно факел, то вспыхнуло бледно-лиловым огнем, что вместо рева пламени издавал болезненные стоны на десятки голос.

Новая порция кислоты аккуратно впиталась в ромбики, как и бледно-красное ядовитое облако, что выдохнула мне в лицо одна из пастей слизня. Но вот удар самого тела чудовища, что с силой упал на закутанную в тряпье новичка грудину, едва не стал фатальным, ибо края экрана украсились змеящимися черными прожилками.

Времени разбираться не было, и очередной плевок кислотой был пропущен мимо, а покрытое призрачным огнем копье само по себе вонзилось в исторгнувшую его пасть. Пика новичка слегка светилась, говоря о применении навыка «Контрвыпад», но, думается мне, что разлетевшаяся на кляксы морда никак с этим навыком не связана. Как и вспыхнувшие на ее месте лиловые огоньки, что медленно начали распространяться по телу чудовища.

Без понятия, что произошло, и откуда пришла сия помощь, но с такими эффектами убить босса стало так же просто, как и пройтись по туманному лесу, кишащему ненастоящими монстрами. Вроде красиво, вроде даже эффектно, но… разочаровывающе. Конечно, я рад успешно убитому боссу, как и привалившим за его убийство уровням и материалам, но… Так долго его избивать, чтобы в итоге вылезти только на чьей-то помощи – явно не то, чего я ждал. Хотя вариант со смертью или вообще кражей босса, мне понравился бы явно меньше. Уж больно много вокруг собралось персонажей, и очень вряд ли, что помогший мне доброхот находится среди них.

*В игре все названия гильдий и ников прописаны латиницей или иероглифами. Отсылок для, и качества ради, я буду прописывать их в подобном виде.

Глава третья. Первая кровь.

Глава третья. Первая кровь.

По результатам неспешной прогулки по болотам Хельхейма, включая убийство босса и убитых в процессе монстров, я достиг десятого уровня. И именно на нем были открыты навыки ветви опознания, а именно: «Слабое распознание существа», «Слабое распознание жизни», «Слабое распознание маны». Первое даровало мне возможность видеть ники окруживших овраг игроков, и имена заселявших его монстров, но только лишь при намеренном использовании. Откат, естественно, был, и был не особо-то и маленьким. Да и радиус этой безумно «удобной» штуки… не радовал. Как и отсутствие применения по области. Но все равно, это лучше, чем вообще не иметь возможность отличить игрока от монстра. Второе и третье же, как очевидно, позволило оценить количество жизни и маны, и выглядело то… До жути неудобно, но весьма интересно. Я бы даже сказал красиво.

Красная пленка, покрывавшая тела живых существ, была у игроков, у Василисы, у слаймов и пиявок. Она активно тускнела, когда те получали урон, вплоть до полной ее пропажи из виду. Смерти существа. Применялся сей навык только к конкретному объекту, а потому, пришлось использовать его несколько раз, дабы увидеть разницу… А она была.

Игроки, в отличии от монстров, имели не просто пленку, но целый светящийся ореол, покрывавший их фигуры с головой. Чем больше жизней, тем большего размера он был, и чем больше этих жизней уходило, тем тусклее он становился. Что показательно, у изредка появляющихся тут скелетов пленки этой не было. Совсем. Как и у элементов декора, вроде камней… А вот редкие облезлые кустики все же отдавали слабым красным огоньком. Но касаемо скелетов: либо уровень у меня слишком уж маленький, либо у нежити и вовсе нет «показателя жизни», и опознавать их нужно как-то по-другому.

Распознание же маны выдавало схожую картину, только других цветов. У каждого существа – своих. Бледно-зеленая, а местами и ярко-салатовая у слизи, всех оттенков радуги у одних игроков, и нейтрально-серая, с разноцветными вкраплениями у других. Ярко-рыжая у Василисы и кроваво-красная у пиявок… А у меня…

Применение на себя обнажило показатели интерфейса, в виде синей полоски. И красной, для уровня здоровья. Увы, но долго они не продержались, и едва заклинания закончили действо, как те растворились туманом.

Так увлеченный экспериментами, я совсем забыл о крайне важной вещи… Применив на себе «Слабое распознание существа», я, среди цифровых эквивалентов характеристик, опыта, здоровья и маны, обнаружил и интересную приписку в строке «Пассивные эффекты». Три жирных знака вопроса, с ехидцей перевернули мою память, а расположенный рядом с ними таймер, показывающий двадцать четыре с половиной минуты, вызвал целый табун мурашек, прокатившийся по спине. И ступор. С полным отсутствием мыслей я смотрел на неумолимое движение цифр. Секунда за секундой, осознание никак не хотело приходить.

В наушниках фоном звучал тихий шепот сотен голосов. На периферии зрения то и дело вспыхивали фиолетовые искорки, будто всеми силами стараясь привлечь мое внимание.

Я нахожусь на нубо-локе. Среди слабых монстров и новичков. И в руках у меня находится оружие под баффом, позволившим мне убить босса локации за несколько атак. И вот уже пять минут… Целых! пять минут я в пустую сливаю не только свою ману, но и время действия баффа. Сколько монстров я мог убить за пять минут, если те уничтожаются одним ударом? Сколько опыта я профукал, изучая привалившее с уровнями богатство. И сколько опыта я еще успею собрать, пока Дар Богов, а по-другому сие не назвать, не закончит свое действие.

– Ну-ка, Васька, готовьсь, – я любовно осматривал фиолетовую убер-вафлю, поглаживая подошедшую котейку по голове… Жаль, игра не передает тактильных ощущений, но меня хотя бы не лишили приятного мурчания, – Как любил говорить Стёпка, врываясь в коллегию бардов на капе: «Ща буит мясо!». Ускорение, Скорость ветра, Знойный темп, Сдвоенный рывок.

Мой персонаж, как и его верный питомец, в считанные мгновения оказался подле одного из слаймов, только-только вылезшего из своего домика. Не потребовалось даже совершать атаки, «Сдвоенного рывка» оказалось более чем достаточно, и наши с Василисой тела, протаранившие бедного слизня, расплескали его остатки по черной земле.

Но не время наслаждаться обретенной мощью. Часики тикают, а «Знойный темп» требует двигаться вперед, грозя закончить свое действие в случае длительного останова. Скорость движения и атаки – самое то, когда любой противник опадает прахом, стоит лишь ткнуть его палкой-убивалкой.

– Наскок, Таран, Дерзкий выпад, Метнуть копье, Ускорение, Сдвоенный рывок…

Навыки активировались один за одним, отправляя моего персонажа гулять меж нестройных рядов слизи, пиявок и реденьких скелетов. Увы, но обитатели сих болот уже практически не приносили опыта, а значит, делать здесь больше нечего.

«Знойный темп» набрал максимальные заряды, обеспечив мне вполне уверенную скорость движения. Медлить нельзя. Неизвестно, действует ли усиление копья столько же, сколько и защитная аура, а «Слабое опознание магического предмета», дабы посмотреть на таймер на копье, станет доступно лишь к четырнадцатому уровню. Убив еще пару монстров, и дождавшись отката «Ускорения», что, очевидно, увеличивало мою скорость движения, я наложил «Скорость ветра» и на Василису, дабы кошка не отстала, и направился дальше, вдоль сильно заболоченной местности. Я старался перемещаться лишь по клочкам суши, защищавшей от эффекта «Замедление», накладываемого окружающей трясиной. С возможностью анализировать собственного персонажа, играть стало намного легче… Хотя бы больше не надо гадать по цвету экрана о действии тех или иных дебаффов.

Там, где нельзя было пройти быстро, выручали навыки движения, автоматически перемещающие персонажа к врагу… Выглядит несколько непривычно, и, поначалу, слишком частое их чередование вызывало легкое головокружение, но приноровился и пообвык я уже спустя несколько таких головокружительных серий.

Пробежка, с атакой по ближайшим врагам. Прыжок с одного островка сухой земли на другой, с последующим экстерминатусом обитающих на нем монстриков, да под ошарашенные взгляды игроков, из-под носа которых увели добычу, и всё! Можно применять следующий навык перемещения, оказываясь на другом острове. Монотонный процесс прокачки и гринда монстров, что раньше убивал во мне любое желание заходить в игры, был на удивление интересным и захватывающим. Быстрая смена картинок, скоростная проверка обстановки, отдача команд Василисе, чтобы и та вносила свой вклад в нашу прокачку, собирая более дальних монстров в кучку. Все это требовало колоссальной концентрации, оттого я совсем не заметил момента, когда черная топь, покрытая плесенью и редкими иссушенными растениями, сменилась… такой же черной топью, но пронизанной остовами поваленных исполинских деревьев, по стволам которых целая группа игроков могла перемещаться как по шоссе. Корни гниющих гигантов то здесь то там вспучивали болото, давая жизнь каким-то растениям: где-то цветам интересного вида, где-то просто травкам, напоминающим пятна крови из-за алого оттенка. Весьма… интересное зрелище, в царстве-то мертвых.

За сбором сих травок, растущих прямо на корнях, были замечены некоторые игроки, и я бы даже попробовал присоединиться, ведь собирают же зачем-то, но… Нет времени! Банально нет времени. Бафф, что называется, горит.

Используя гниющие стволы исполинов от мира растений, попутно изничтожая облепивших их монстров, среди которых, помимо вездесущей слизи, были замечены и мерзкого вида мокрицы, на проверку оказавшиеся крайне шустрыми инсектоидами с сотнями крошечных лапок, я, пусть и немного, но ускорил свое продвижение к высокоуровневым локациям, стараясь при этом не забыть дороги, ибо миникарту, увы, так и не подвезли.

Цель оказалась достигнута, что стало очевидно лишь когда я, спрыгивая с очередного дерева, оказался не по уши в болоте, а на вполне себе твердой почве, да прямо перед разрушенными ступенями какого-то храма. Или крипты. Естественно, тоже разрушенной, разоренной и заболоченной. Всё в рамках мрачного антуража холодных топей загробного мира скандинавской мифологии. Именно тут я встретил первого противника, которого мое копье не сумело испепелить с первого же удара. Чувство триумфа напополам с ощущением уходящего сквозь пальцы времени дало выход в четверке последовательных навыков, не оставивших бедной баньши и шанса.

Белокурый призрак развеялся, огласив округу предсмертным криком, но мне было уже все равно. Впереди виднелась новая цель. Скелет-рыцарь, гласило опознание, также потребовал ровно четырех ударов. Точнее, фиолетовому пламени, окутавшему его закованные в ржавые латы кости, потребовалось ровно четыре секунды, дабы обратить нежить в прах. Путем проб и ошибок, я выявил простую закономерность: мои атаки совсем не влияли на здешних монстров, во всяком случае, та же Василиса тратила на одного скелета с минуту, а то и две, когда урона у нее было намного больше, чем у меня. Всё дело в баффе. А ему, чтобы поджечь цель, достаточно нанести лишь один успешный удар.

Так и повелось. Я влетал в очередного монстра: призрака, скелета, свежего зомби, баньши – не важно, и тут же перескакивал на следующего, позволяя темному огню сделать свое грязное дело. Опыт тек семимильными шагами, и, уже спустя пять минут терроризирования погоста, я получил три уровня. Четвертый был на подходе, а там и до следующей професси недалеко.

Картинка сменялась столь быстро, что я едва мог рассмотреть окружение, но, так или иначе, не мог не обращать внимания на истребляемую мною нежить. И была она совсем разной. Что призраки, некоторые из которых красовались различным холодным оружием, тускло светящимся в темных руинах, пока другие предпочитали использовать магию, тщетно пытаясь попасть по разогнанному «Знойным темпом» мне. Что скелеты, часть из которых носили латы, часть – уже виденные мною ранее кожаные доспехи, только куда более целого вида, а часть ограничивались темными мантиями – самые неприятные противники, которые изредка, но попадали по мне площадными заклинаниями, стесывая добрую четверть жизней. Только лишь зомби – бледнокожие гуманоиды в рванье, выглядели все до жути похоже. Во всяком случае, среди них не было явного разделения на классы: все они передвигались весьма шустро, не чураясь совершать пяти- шестиметровые прыжки и рывки, в попытке сбросить персонажа на землю, да растерзать того когтями… Один из них смог достать Василису, и вид того, как эта тварь оставляет на моем котике уродливые рваные раны, думаю, еще долго будет сниться мне в кошмарах. Мира его праху я не желал даже мысленно.

Кач шел своим чередом. Несмотря на необходимость поглядывать за Васькой, я всё равно ощутимо увлекся процессом. Настолько, что совсем упустил из виду момент присоединения ко мне других людей. Агрессивно переругиваясь между собой, да так, что и я отчетливо всё слышал, кучка игроков разбрелась по погосту, во всю гася прибывающую из открытых склепов нежить.

Недовольство о вторжении «каких-то там» на мою территорию не успело даже сформироваться, как полностью сменилось на благодарность, что «какие-то там» так вовремя здесь оказались. Копье погасло. А вместе с ним погасло и окутавшее уже заагренных монстров пламя… Оказаться в окружении агрессивно настроенной нежити, да без возможности быстро зачистить ту – не самая приятная ситуация, однако и на этом мои проблемы не закончились. От орд зомби можно сбежать, благо я значительно их быстрее. От атак скелетов-лучников можно увернуться, к чему я уже приноровился за этот непродолжительный загул. Но вот маги… Маги – это проблема, ибо увернуться от огненного шара, что взрывается на пятерку метров при попадании – задача не из легких.

– Прекратить! – глубокий басовитый рявк сотряс погост.

Игроки, нежить, просто монстры… Все замерли. Попытки вырваться, или хотя бы отдать команду Василисе, закончились ничем. Наложить на себя опознание не выходило. Края экрана окрасились в невиданный ранее лазурно-синюшний оттенок, да с невесомыми белыми крапинками, подтверждая догадку о наложенном на персонажа эффекте. Точнее, о самом наличии какого-то неизвестного эффекта.

Перед глазами замерла картина пятерки игроков, к которым я бежал за помощью, стоящих над полумертвым скелетом-магом. Тот, в свою очередь, был сбит с ног каким-то навыком, и явно пытался подняться.

Голубая вспышка слегка резанула по глазам, после чего персонаж вновь обрел возможность двигаться. Вот только желание на то, лично у меня, уже не было, ведь все монстры были моментально испепелены святой аурой посетившего погост гостя. Монстры, но не игроки. Среди кружащей вокруг нас нежити остались лишь единицы. На проверку, первый попавшийся монстр имел полноценный ник, вместо ожидаемого «Скелет-рыцарь». Не исчез и уже поднявшийся скелет-маг, которого ранее окружали "какие-то там" вторженцы на уже занятый спот.

Перед беднягой-скелетиком возник закованный в шипованные латы рыцарь, заслонив того своей весьма монументальной, внушительной фигурой. Белый, с золотистой кромкой, да с голубоватыми лентами, его доспех выглядел как сет Святого Паладина, и даже множество шипов и чешуек не умоляли сей образ. В отличии от черного, словно сама тьма, двуручного меча.

– Как смеете вы издеваться над слабыми?! Сей образ недостоин мужчины! – всё тем же хорошо поставленным басом, рыцарь нес какую-то ахинею, – Ваши совсем не праведные деяния не оставляют мне выбора. Я помогу вам! Очищу ваши души от одолевшего их греха. Святая Кара!

Столп белого, ревущего огня заполнил «небольшой» пятачок на погосте, накрыв всех игроков перед рыцарем, и не тронув прячущуюся за его спиной нежить. Что ж… Я вновь вернулся у девятому уровню. На единицу меньше того, с чем начал сей забег. Отлично, блять!

Очки слетели с головы, и лишь силой воли не были отправлены в ближайшую стену. Время немного перекусить, и попробовать еще раз. В этот раз, пусть и куда медленнее… Но зато с подробным изучением пропущенной мною местности и ее обитателей. И осторожно… а то ходят по локации всякие. Не то агрессивные неписи, не то поехавшие игроки.

Где у меня там была колбаска, да со свеженапечатанным хлебушком?.. И чаёк, да. Не зря заказал новые чайные гранулы, а главное, как вовремя их прислали! Самое то, чтобы слегка расслабиться и успокоить нервы.

***

Битва за право первыми оказаться под сводами Эльвиднира была в самом разгаре. Заклинания сыпались со всех сторон, как из рога изобилия. Некоторые находили свои цели, нанося урон готовым к подобному танкам, или отправляя в длительный нокаут нерасторопных дамагеров. Другие же натыкались на непреодолимые стены контрзаклятий. Напарывались на возведенные на скорую руку бастионы, что разрушались в сущие мгновения, даруя земляным стихийникам материалы для контратаки, да позволяя шаманам и друидам лепить големов, с куда меньшими затратами маны.

Кто-то, – хотя для всех собравшихся было очевидно, кто именно, – призвал «Армагеддон зла», заполонив остатки свободного пространства площади бесконтрольной армией демонов. Шестьсот высших бесов пятидесятых уровней заставляли магические классы тратить свои массовые заклинания. Сотня адских воинов, сотня пламенных лучников, сотня кровавых магов, сотня черных целителей, сотня темных клинков. Именно они вносили основной хаос в стройные ряды противников, но не ими едиными славился Горн Повелителя Зла – один из Мировых Предметов, заполучить который было ой как не просто, даже для лидера «Убийц Рока». Шестьдесят адских гончий шестидесятых уровней с легкостью выискивали и загоняли невидимок, превращая их в живые мишени. Шестерка генералов армии тьмы восьмидесятых уровней, да под пассивным усилением «Повелителя Ада», – редкая раса, которую носил лидер ПК-гильдии, – не только дополнительно усиливала всю эту когорту, даруя низшим демонам шесть мощных аур, каждый свою, но и лично, своими клыками, когтями, мечами и магией, целыми штабелями множили "низкоуровневую" мелочь на ноль. И речь вовсе не о других призывных монстрах, но об игроках.

Конечно, объединенная армия из практически тысячи высокоуровневых персонажей с легкостью могла бы преодолеть эту свору, банально изничтожив демонов, но… Вот незадача! На место каждого умерщвлённого беса тут же призывался точно такой же. Подле каждого трупа гончей разверзывалась земля, выплевывая новое исчадие ада. Над каждым падшим генералом восставало знамя ада, оживляя мертвое тело, полностью восстанавливая его силы. И все эти орды юнитов были до безумия усилены аурами и баффами «Повелителя Ада», что превращали их из простой кучи мяса, в реальную силу. Четвертую армию. Пусть лидер «Убийц» и не мог их контролировать, как прерыватели контролируют своих монстриков, однако он мог отдать приказ, что-то вроде: «Воюйте туда», и демоны подчинятся, направив свою мощь на врагов призывателя.

Армия демонов не имела конца. Она продолжала пожинать нанятую гильдиями-гигантами шушеру, принося довольному демону целые прорвы ПВП-очков… Даже если «Убийцы Рока» не смогут получить в свои руки третий по счету мировой предмет, их лидер не сильно-то и расстроится, ведь уже сейчас он заработал целое состояние.

Сами же гильдии засели в осаде. Инсектоиды «Занзары» оперативно оплели собственную территорию непроглядным коконом паутины, так укрепив тот магией, что обычные демоны пробить его были не способны, а атаки игроков отбивали уже наймиты. Киборги же из «Атомного Сердца» подошли к вопросу не столь основательно, и территория их была «всего лишь» огорожена спаянными на скорую руку турелями, прикрытыми десятком разнотипных щитов. Пожалуй, отвоюй их лидер место у врат храма, и не факт, что кто-либо сумел бы сковырнуть их оборонительный лагерь… Но увы. Данную «лотерею» он проиграл. Ведь подобную, практически несокрушимую оборону могла выставить и любая другая гильдия, что сейчас наглядно демонстрируют «Убийцы Рока».

Ни шквал ракетных, лазерных, лучевых, ионных, тахионных и прочих атак киборгов из «Атомного Сердца», ни ответный призыв кучи монстров, с попыткой прямого прорыва, прикрытого магией «Занзары», не могли скинуть «Убийц» с удерживаемой ими точки, прямо у самых врат, что вот-вот должны были распахнуться, позволив ПК-гильдии еще сильней укрепиться в обороне, лишив оппонентов возможности атаки с флангов.

Оба оставшихся титана от мира гильдий знали, что стоит позволить этому случиться, как о захвате тронного зала малыми потерями можно будет и не мечтать. Чтобы прорваться сквозь всю эту «мелочевку», достаточно выставить лишь одну-две полные группы элитных бойцов… Вот только те бойцы, отправив на откат все свои умения и заклинания, мало того, что станут абсолютно бесполезными, так и открытый ими проход вновь забьется мелочью уже спустя пару секунд.

Единственный шанс – атаковать сейчас, пока призванные юниты разбредаются по всей арене сразу после призыва, а не кучкуются в узких вратах Эльвиднира. Но атаковавший моментально подставит спину, оставшемуся в обороне, и будет зажат с двух сторон. Уничтожение всей гильдии вовсе не означает сдачу ее позиций в общемировых рейтингах, ведь у каждой из них есть достаточно золота в сокровищницах, дабы воскресить без потери опыта хоть тысячу бойцов, хоть две. Это будет означать лишь то, что уничтоженная гильдия попросту не успеет добраться до дворцовой площади до того, как «Убийцы Рока» запинают Хель ногами. Особенно если правая рука лидера палачей решит применить их второй Мировой Предмет. Что также значит продвижение ПК-гильдии к безоговорочной вершине списков лидеров Иггдрасиля.

Глупые люди не могли бы занимать столь высокие посты, как основатели и главы первых во всех игровых мирах объединений игроков. Лучшие, богатейшие, сильнейшие… Много терминов, по которым их классифицируют, и, пусть в зависимости от классификации эта тройка может меняться местами, безызменным остается их общее положение. Конечно, как далеко не глупые разумные, они обязаны договориться, а потому главы «Атомного Сердца» и «Занзары» вынуждены отвлекаться не только на вникание в общую обстановку боя, благо что хоть координацию можно было спихнуть на друзей и союзников, но и на ведение дипломатических переговоров друг с другом. Никто не хочет отдавать заветный Жезл в руки противника, но, когда бездействие гарантированно отдаст его третьей стороне, усилив и без того владеющих двумя мировыми предметами ПК-шеров, приходится наступать на горло собственной жадности и гордости.

И пока высокие стороны договаривались друг с другом, пытаясь решить животрепещущий вопрос, мелкие гильдии страдали. Не только под гнетом орд демонов, но и попадая под беспокоящие, а то и прицельные огни, направленные со всех сторон. Самые глупые «смельчаки», отважившиеся пойти на «Убийц» тараном, вдруг осознавали, что игроки из ПК-гильдии собаку съели на умерщвлении именно что других игроков, а не монстров. Мало кто мог пережить первые стычки с их авангардом, а те же, кого намерено впускали в самое сердце построения, попросту становились рабочей массой для темных жрецов, обеспечивающих лечение отрядным танкам.

– Ты уверен, что все выгорит? – в голосовом чате отряда «Фью-джо» звучал нервный голос Момо, – Нет, ты не подумай, но… Ты дурак блять?! Каким образом ты собрался увести босса… вот у них?!

– Еще одно слово не по делу…

– Да поняла я! Я слышала твой план, но… не думаю, что у тебя хватит урона, даже под всеми баффами и инверсией кармы.

– Даже если не хватит, мы хотя бы попытаемся. Средства на воскрешение есть… И если наш бравый укурок больше не будет уходить в самоволки, то всё очень даже может выгореть, – Элуа злобно посмотрел на пассивного Моти-Моти, – Главное – прорваться к самим воротам. Если эти кретины не перестанут глотать сопли, и позволят демонам занять дворец, то и разговаривать будет не о чем…

– Прошу прощения, – пробасил танк, – но чекните ги-чат. Кажется, Тач-сан опять бахнул наших ребят.

– Сами виноваты, – повел плечами Элуа, понимая, что ничего не сможет сделать одному из сильнейших игроков Иггдрасиля, даже заимей он на то желание, – Наверняка опять ходили в рейд к нубам. Вместо того, чтобы залететь на арену Ванахейма, и нормально пофармить пвп-поинтов, они побираются крохами, – на фоне речи слышался громкий перестук клавиш.

Элуа Де Залуа: Хрен вам, а не спавн. Фармите опыт заново.

Красное знамя: ДА БЛЯТЬ!

Дунрад: Эл.

Дунрад: Это вообще не круто…

СайкаЗах: Простите ребят… Он не в настроении.

АмайКейк: Супер! А нам че делать?

Элуа Де Залуа: Перестать уже чмырить нубов? Хочется поинтов – пиздуйте на арену.

Дунрад: Это вообще не мы начали.

Дунрад: Там чел какой-то на спавнер к скелетонам полез.

Дунрад: И шотал их, не выпуская с локи.

Дунрад: Он еще под нечестивыми был.

Дунрад: Мы вообще к мосту двигали.

Дунрад: Мимо.

Дунрад: Никого не трогали.

Дунрад: Мне нужны были клыки Гарма.

Дунрад: Для заточки.

Элуа Де Залуа: Всё я сказал. Качайтесь сами.

Дунрад: А тут этот чёрт жучиный.

Красное знамя: Да ну БЛЯТЬ!

Дунрад: Кастанул кару по нам.

Дунрад: И свалил в закат.

Дунрад: Кто вообще так делает?!

– Как же меня бесит его манера речи… – протянула Момо, – Не так ведь сложно написать все сразу. Еще и отмазки какие-то клепает. Будто Тач-сан мог просто так взять, и напасть на «невинных»… Эх, такой мужчина, и с такими тараканами в голове…

– Сестрю-юнь, это называ-ается о-отыгрышь… Ты же уже сде-елала с ним яо-ой? Вот тут тоже са-амое, то-олько он оты-вгрывает не пасси-ива, а…

– Конечно я сделала яой! И говори нормально, пока…

*Пользователь ДжанкиЯнки покинул групповой чат*

– … тебя не кикнули. Элуа?

– Мешает думать…

Гнетущее молчание повисло в голосовом. Ну, таковым оно было по мнению Элуа. Остальные же члены команды были заняты баталиями в гильдейском чате, да наблюдением за мельтешением войск наемников. Находясь вне арены, группа Элуа, как и прочие наблюдатели, совсем не боялись стать жертвой атаки. И нет, никакой защиты у них не было, и кто-то даже умудрялся ловить шальные снаряды и заклинания, но все равно, напрямую атаковать кого-то вне арены, с целью убить, не самое полезное занятие на поле боя, где безудержный шквал заклинаний грозит в любую секунду смести ХП-бар в ноль. Хотя и располагаться в пределах атаки таких заклинателей – тоже.

Тем не менее, Элуа первым среагировал на изменение обстановки на поле боя. Кокон «Занзары» начал развеиваться, демонстрируя практически завершенное внеранговое заклинание. Огромный магический круг, расстилавшийся по земле на весь радиус кокона, уже налился силой. Вот, нити маны, формирующие центральную его основу, начали распадаться, взмывая ввысь. Они опутывали развивающуюся на ветру паутину, формируя подобие купола над заклинателем, и всей его гильдией. Вспышка, совмещенная с громоподобным треском, с каким может рваться лишь ткань самого мироздания, породила еще один концентрический круг, уже вертикальной стойки, а в центре его находился один единственный маг, стрекозиные крылья которого выдавали в нем инсектоидную природу.

– Прими эту жертву, Пленитель Судьбы, Амон Ма Тир! Да коснутся твои сети врагов моих! Да насытится твое потомство их плотью!

Ритуальная фраза была завершена. Рунический круг распался, однако, не успевшая опасть паутина, вдруг зажила своей жизнью. Нити извивались, кружились, поднимались ввысь. Стремились к самому небу, что мгновением спустя, в сопровождении раскатов грома, покрылась змеящимися черными трещинами. До Ма Тира дошло приглашение на ужин, и активно пытается пробиться в вещественный мир, дабы принять его.

Над головой заклинателя явился ярко-желтый глаз с вытянутым зрачком, что с огромной скоростью вращался, стараясь выцепить как можно больше врагов инсектоида. И чем больше на поле боя оказывалось помеченных, тем явней прорисовывался последний рунический круг под ногами крылатого мага.

– Пробил час пиршества! – взревел утробный голос.

Сама земля в огромном радиусе вокруг главы «Занзары» обратилась мириадами желтых нитей, что устремились ко всем помеченным ранее врагам. Взметнувшиеся ввысь остатки кокона также окрасились в солнечный цвет, не легким дождем опадая на пытающихся спастись бегством, но стальными стрелами пикируя вниз, пронзая несчастных на ходу. Не было спасения от океана липкой паутины, крепости которой может позавидовать и зачарованное синее золото. Призывные демоны, нанятые игроки, даже некоторые члены «Убийц Рока», и те были закованы в тугие желтые коконы.

Небо разверзлось, впуская в Хельхейм эманации межмирового океана первородного Хаоса. Десять желтых глаз безразлично окинули поле боя. Одна за другой паутинки невиданной прочности и редкости выстреливали из проема в иной мир, захватывая с собой все коконы. Амон Ма Тир принял кровавую дань, и никто более не сможет сбежать из его сетей, до тех пор, пока прожорливый хтоник не утолит свой голод, да не насытит свое потомство. Одним мигом армия «Убийц Рока» лишилась более тысячи игроков и подконтрольных им юнитов.

Немедля и секунды, в атаку ринулся авангард обеих гильдий. Справа заходили автоматоны, полу-мехи и киборги. Слева – всевозможные представители крылатых. Лучшего момента для атаки попросту не может быть, ведь призыв новых демонов начнется только после гибели старых, а те только-только начали умирать, уничтожаясь гигантскими жвалами Пленителя Судьбы. Да и захваченные им игроки, увы, не смогут возродиться каким-либо способом еще добрых полчаса.

Казалось, вот-вот произойдет столкновение. Объединенные армии двух сильнейших гильдий, а также нанятая ими массовка врежется в ровный строй демонических созданий. У ада не было шанса удержать пост, и даже начавшие распахиваться створки исполинских врат Эльвиднира никак не способны помочь «Убийцам Рока» выжить.

– Много? – тихим шелестом звучал голос правой руки лидера демонов.

– Достаточно, – спокойный баритон с легкой игривостью в интонациях звучал в ответ, – Можно переходить ко второй фазе. Ками, приступай…

Авангарды схлестнулись. Первые ряды демонического воинства вовсе не спешили проседать, с легкостью вырезая пущенное вперед мясо. Элитные члены ПК-гильдии, очевидно, имели обширный опыт в деле убийства иных разумных. Дуэли, засады, загонные охоты и даже стенка-на-стенку… абсолютно все «веселые занятия» были ими опробованы, изучены и доведены до совершенства. Против них же рядовые члены торговых и ремесленных гильдий, сдобренных кучей простейших наемников. Да, снаряжение у этих «рядовых», зачастую, было классом выше, чем у их противников, но все же… Опыт остается опытом. А купленные за пвп-поинты зелья и свитки остаются… ими же. И полученное за их счёт преимущество зачастую нивелировало разницу между эквипом… оставляя лишь разницу в скилле.

Но даже такое преимущество не в состоянии помочь, когда на одного бойца «Убийц Рока» приходится по десять противников. Все что оно дало – время, так нужное «Кровавой Звезде» – редкому магическому классу, доступному лишь Архидьяволам, – на подготовку заклинания.

Очередное светошоу разверзлось над полем битвы. Второе внераноговое заклинание за одно сражение – весьма редкое зрелище, вот только…

– СБИТЬ КАСТ! – раздавался рев командиров, направлявших собственные группы игроков.

Сотни и тысячи заклинаний и атак из различного вооружения выбрали своей целью замершего в самом центре построения мага. Его фигура окуталась кровавым туманом. Вокруг чародея витали десятки красных концентрических кругов, испещренных множеством различных символов. Позволить ему завершить свое заклятье было бы в высшей мере глупо.

Внеранговая магия всегда требует времени на подготовку. Не менее пяти минут заклинатель не может двигаться и творить других чар, полагаясь исключительно на защиту от товарищей. Творить такую магию в пылу битвы – настоящее безумие. Однако… есть способы и ускорить сотворение магии. В руках «Кровавой Звезды» сломался и разлетелся блестящей пылью артефакт, в форме треугольных песчаных часов. Весьма дорогой расходник, приобрести который можно только в определенные дни, в определенном количестве и за весьма немаленькие реальные деньги. Не удивительно, ведь он позволяет сократить время подготовки до жалких десяти секунд, которые уже были выиграны авангардом «Убийц Рока».

– Поглощенные геенной огненной да восстанут в царстве его, Светом Разящего. Домен Истинного Святого!

Тотчас всю демоническую когорту окутал красный купол, принявший на себя урон от большинства заклинаний, и отправивший в ответ сотни и тысячи пучков красно-черных молний. Поражены были все, кто находился достаточно близко от «Домена Святого», пока правящие своей армией «генералы» остались невредимы. Смертей практически не было, ведь «Молнии Падшего» наносят урон, пропорциональный карме цели, и лишь максимально «добрые» и максимально «злые» осыпались пеплом. Здесь, среди атакующих тысяч, лишь десятки обладали персонажами, чье развитие было основано на карме. Остальные «всего лишь» получили весьма обильный святой или проклятый урон.

Очередная вспышка, и армия демонов скрылась с поля боя, оставив временный альянс наедине с распахнутыми вратами в обитель босса, за которого те и сражались изначально. Без укреплений, без «мясных» войск, с кучей ушедших в откат заклинаний. И без причины, что вынудила их объединиться. Смута постигла умы атакующих, не знающих что им делать, пока главы гильдий лишь беспомощно скрипели зубами. «Убийцы» сдали босса, но оставили конкурентов в таком положении, что добраться до финальной локации никто из них не сможет: другой не позволит.

– Охуеть… – односложно подметил Вамурайд.

– Согласна… – вторила ему Момо.

Глава четвертая. Война богов.

Глава четвертая. Война богов.

Смерть в игре – процесс вполне себе закономерный. Даже самые лучшие игроки, зарабатывающие на киберспорте баснословные суммы, и те, нет-нет, да умирают. Процесс сей приятным не назвать, да… Особенно если смерть столь беспощадно отбрасывает достигнутый продолжительным трудом прогресс. Но, как бы обидно не было, какие бы вспышки злости не пробуждались в самые первые секунды осознания, долго поддаваться таким эмоциям нельзя: банально не хватит нервов.

Вот и Николай не стал придаваться унынию. Напротив! Выпустив основной вал агрессии на валяющееся в углу гостиной кресло-мешок, мужчина окончательно привел себя в порядок, насладившись свежим чаем с купленной по дороге с работы колбаской, да на только-только распечатанном хлебушке… На всё про всё – двадцать минут, и явно посвежевший, даже, можно сказать, довольный жизнью, Николай готов возвращаться в игру. Покорять Хельхейм, но уже своими силами.

***

Ну что ж… вновь я оказался на заполненной игроками полянке. Позади – река мертвых, впереди – просека, ведущая к болотам, а вокруг глухой лес исполинских деревьев. Делать-то нечего, нужно двигаться дальше. Здешние зомби рассыпаются кусочками даже от простого касания копья, и совсем не приносят опыта. Даже единичек.

Не было более сцены с волком, не было скриптованной пешей прогулки через темные леса, откуда тянутся лапы чудовищ… хотя вот тени их остались, нагоняя антуража. Знакомые болота также были быстро пройдены насквозь, а от очередного оврага, едва ли не до верху заполненного уже синей жидкостью, я натурально припустил. Нахрен мне такое счастье, как ещё один откат на пять уровней назад…

В этот раз я двинулся не через зыбкую топь, в глубине которой и погиб, а рядом, по краешку болот, здраво опасаясь, что тот псих все ещё ошивается в окрестностях склепа. Разницы, конечно, особо не было, и со временем на пути также стали все чаще попадаться крайне мерзкие мокрицы. Не только внешне, но и по сути. Разноцветные твари, разнообразных размеров, от «крохотного» десятисантиметрового жучка, что не несет какой-либо опасности, до двух- трехметровых уродов, способных исторгать из себя струи жидкого огня. Последних я видел только издали, когда какая-то группа игроков пыталась забодать одну такую. И монстр этот мог вызывать и более мелких насекомых, коих было тут большинство. Стоило ему лишь разразиться мерзким скрежещущим визгом, и обычные мокрицы начинали толпами валить из-под земли, словно только и ждали команды своего вожака.

Быстрые, юркие, ловкие, и, что самое главное, умные. Твари эти любили отпрыгивать от атак, а если не убить их быстро, то даже убегали, зарываясь в топкую почву, но возвращались через несколько секунд с подкреплением. Незнание сего факта едва не вызвало смерть в игре и «конфуз» в реальности… Сложно оставаться спокойным, когда из-под твоих ног резко вырывается стая двадцати- тридцатисантиметровых тараканов, которую ведёт за собой метровая мокрица. И естественно все это происходит неожиданно, да под оглушительный многоголосый писк. Но реакция Васьки спасла меня от позора, испепелив мерзкую ораву.

Мокриц я старался обходить стороной, все равно опыта они приносили немного, но делать это было все сложнее и сложнее, особенно когда компанию им начали составлять «стрекозы», как ласково обозвало их опознание. И да, только за то, что я рефлекторно использовал навык, которого у меня еще не должно быть, ведь до десятого уровня я так и не добрался, я могу забыть об их мерзкой внешности. Игра, что на самом деле приятно, не откатила уже вложенные очки класса. Как она поступит с новыми, полученными за вновь обретенный уровень – мне не ведомо, но, сдается мне, так просто реролить классы персонажа тут никто не позволит. Хотя просто ли? Пять уровней – это, обычно, немало. Особенно на капе.

Вернемся к стрекозам, которые вот вообще не стрекозы. Скорее уж комары. Мерзкие, полуметровые в длину комары. С длиннющими шипованными лапками и хлестким хоботком с жалом на конце. Если мокрицы были просто неприятными противниками, то эти твари… Такие же быстрые, но способные летать. Такие же юркие… но способные летать. Такие же умные, но… Одна такая сволочь, прямо на моих глазах, подлетела к сражающемуся с другими насекомыми зверолюду, обхватила его своими лапками, и сбросила в приличных размеров лужу неподалеку. Как выяснилось позже, лужа та была пристанищем пиявок, что моментально облепили беднягу со всех сторон. Наблюдать подобную картину от первого лица я однозначно не желал, а потому отбивался от летучих уродцев всеми правдами и неправдами, внимательно следя за тылами.

Несмотря на все большее количество разнообразных противников, ограничивающихся, правда, тематикой насекомых, я все более и более углублялся в игровой процесс, отчего лупанувшие со всех сторон раскаты грома едва не завершили запущенный первыми встречами с разными видами насекомышей процесс, отправив меня таки в туалет. Во избежание, так сказать. Благо верная котейка бдила, не позволяя мерзким тварям атаковать недвижимого героя, выдав тому путевку на перерождение.

Вопрос «что это было?» отпал сам собой, когда по возвращению я обнаружил системное сообщение… так похожее на уведомление о смерти, но без права выбора способа возвращения. Хотел уже было вспылить, и все же завершить на сегодня игру, но стоило вчитаться в иероглифы, как плохое настроение ушло, словно рукой смахнуло. Не знаю, что это за Мировой Босс и Мировой Предмет, но звучит как нечто, предназначенное для хай энда игры. И оттого, сообщение о том, что кто-то там похитил этого самого босса, да ещё и получил за этот подвиг тот самый предмет, вызвало лишь уважение к неизвестному герою. Я и сам, в свое время, был тем ещё любителем поднасрать ближнему своему, особенно если ближний этот – ни разу не друг. Именно сейчас я больше всего жалел, что не имею доступа к глобальным чатам… Хотя, возможно, подобные события – не редкость в этой игре. Тогда зачем было делать уведомление? Да ещё и столь громкое?

Очередная смерть монстра, атаковавшего «беззащитного» игрока, спасибо Василисе, принесла мне наконец десятый уровень. Мысли об остальном игровом мире ушли сами собой, и я, заинтересованный-таки «старым-новым» уровнем, полез в интерфейс, дабы подтвердить сделанные ранее выводы. Никаких очков мне более не дали, а значит нужно как можно скорее вернуться к четырнадцатому уровню, и развиваться дальше. Остается только двигаться вперед, стараясь не влезать в очевидные ловушки, и избегать больных на голову игроков.

«И, конечно, следить за тылами», – само собой пришло в голову, когда мимо пролетела «стрекоза» с истошно вопящим человеком в лапках.

***

Дворцовая площадь замерла в немом исступлении. Сотни и тысячи высокоуровневых бойцов, готовых резать и кромсать своих противников, лишь бы добраться до сокровища… застыли статуями, негодующе смотря друг на друга. Левый фланг объединённой армии, состоящий из киборгов и автоматонов всех размеров и форм. Правый фланг объединённой армии, насчитывающих в своих рядах всевозможные крылатые расы. А перед ними – распахнутые врата, за которыми уже виднелся подъем в тронный зал. Кто первый сможет занять доминирующую позицию, укрепиться – тот и победит. Не было здесь глупцов, что этого не понимали, оттого и царило огромное напряжение в их рядах. Такое, что для массового взрыва хватит и одной искры.

Глава «Атомного Сердца» будет не один месяц разбирать логи сей битвы, в попытках вычислить виновника. Того из его ребят, кто первый выпустил злополучную ракету, дав начало бесконтрольной битве. Конечно, далеко не факт, что все закончилось бы по-другому, не будь той злополучной провокации. Не факт, что отнятая ею фора изменила бы хоть что-то… Но она, провокация, была.

Две армии схлестнулись. Танки, выступавшие авангардом в сражении с демонами, едва успевали перекинуться на фланги, а в некоторых местах и вовсе не могли этого сделать, позволив убийцам и всадникам противников подойти к отрядам магов и поддержки.

Пусть и немного, но киборги действовали быстрее. Сказывалось преимущество единой для всех расы. Снабженные гипердрайверами стальные колоссы первыми сместились к новой линии авангарда, прикрыв куда большее количество тонких, но до жути полезных персонажей. Однотипные слаженные атаки били куда более точно, позволяя пусть и немного, но быстрее уничтожать вражеский авангард, и мешать вражеской артиллерии действовать… Про невозможность полета против такой кучи пушек и говорить не стоит. Куча бафферов и саппортов накидывали весьма полезные подавляющему большинству киборгов усиления, что также вносило свою лепту в уже мелькающую впереди победу.

Успел сориентироваться и лидер биороботов, осознав, что противники лишились своего козыря, в виде подготовленной местности… Что не говори, а сражаться с инсектоидами в зарослях паутины – гиблое дело, и хорошо, что все раскиданные ими ранее сети ушли на призыв Ловчего. Конечно, он не столь самонадеян, чтобы отдавать приказы на использование внеранговой магии посреди битвы, да и не осталось у них расходников, позволявших баловаться подобным: слишком уж не вовремя разработчики решили ввести новый Мировой Предмет в игру, однако сформировать тактику, что однозначно принесет им победу, было уже в его силах. Ведь цель – не вырезать армию противника, а откинуть ее, пусть и не на много, позволив инженерам пробиться к вратам. Создать линию обороны для них – не проблема, а дальше останется лишь дело техники. И техников, способных усилить башни и турели. Без призыва Ловчего, увы, «Занзара» никак не сможет пробиться во внутрь вовремя.

Победа была близка. СечНинОфф, – светлый эльф-автоматон, лидер «Атомного Сердца», – уже видел, как формируется плотный авангард, медленно теснящий противника. Как с легкостью сбивают летунов, не позволяя им преодолеть незримую линию фронта. Как рвутся вперед отряды райдеров и синов, расчищая путь для техников и инженеров. Без сомнений, в этой битве победа будет за ними. Пусть поведение лидера «Занзары» и казалось ему глупым, от использования внерангового заклятья, что лишило их бонуса местности, до натуральной сдачи фронта, в угоду попыткам оставить себе коридор к вратам, но… Он мог понять своего визами. Никто не ожидал, что «Убийцы» так легко отдадут босса, а вместе с ним и возможность заполучить в свои лапы третий мировой предмет. Подобное поведение… обескураживает.

О чем думает Ро`Кхах – тема для отдельного поста на форумах по Иггдрасилю… Да о чем речь, если эти посты появляются практически при каждом выходе Повелителя Ада в свет. То он попытается захватить торговый город, заставляя игроков платить ему дань, за доступ к оставленным там товарам. Тогда впервые в истории Иггдрасиля был собран альянс торговых гильдий, что смог скинуть бразды правления Архидьявола. И даже так, он успел здорово навариться, ведь далеко не все могли ждать почти месяц, в который решали данный вопрос. То он каким-то неведомым образом договаривается с Войной, и помогает Всаднику Апокалипсиса зачистить несколько городов Мидгарда… И до сих пор ведь народ судачит, каким образом он вообще смог войти в диалог с изначально агрессивным ко всем игрокам НПС… Вот и сейчас. Просто взял, и сдал босса, когда вполне мог продержаться, пока основной рейд во главе с его правой рукой разделают Хелу.

Лицо под игровыми очками съежилось, стоило лишь подумать о носителе Грани Ночи – очередного артефакта Мирового Уровня. Вечная пассивная невидимость – лишь малая возможность этой по-настоящему страшной вещи. Ведь активная его способность делает эту невидимость необнаруживаемой и неснимаемой. Даже атаки владельца артефакта не раскрывают его. Учитывая «Милосердный Клинок» – редкий класс ветки убийц, что многократно усиливает атаку из невидимости… Конечно, только одну, ведь такие атаки невидимость развеивают… Чему препятствует сам артефакт. Ужаснейшая комбинация, спасения от которой практически нет. Только площадные заклинания, швырять которые нужно наугад, могут хоть как-то навредить уроду. Вслепую же махать клинками – совсем уж гиблое дело.

«Но всё равно, что-то в действиях больной на голову демонюги не так, – думал СечНинОфф, – Зачем тратить дорогущий шоп-предмет, если можно просто воскреснуть за игровую волюту. Сомневаюсь, что у них нет денег… Или, что они не накопили сверх-опыта. Дело в Домене? Им зачем-то был нужен именно он? Конечно, нерушимая защита на несколько секунд и полное исцеление всех под куполом – это хорошо, как и возможность использовать телепорт на всю накрытую область, но… Зачем? Или дело в способности Домена управлять кармой? Неужели сей перфоманс был нужен, только чтобы вернуть карму всех участников битвы в красную зону? Всё равно слишком… Слишком глупо! Недальновидно!»

Раздумья и анализ никак не мешали мужчине отдавать указания лидерам отрядов, и вот, настал черед выступить и ему. Самостоятельно пройти в бой, нанеся последний удар. Окончательно отрезать крылатых от ворот.

И вновь картина боя изменилась кардинально. И вновь проклятые демонюги приложили к этому руки. Огромный рунический круг, прорвавший испещренную рытвинами землю, образовался ровно под арьергардом «Атомного Сердца». Центр этого круга был, буквально, в нескольких шагах от лидера гильдии, и захватывал он большую часть его войск, совсем не касаясь войск «Занзары».

Миг, и над армией киборгов является красный барьер, полностью изолируя тех от внешнего мира, пока обратного не решит заклинатель.

– О, какая встреча! – воскликнул Повелитель Ада, фигура которого сформировалась прямо перед эльфом, – Не скажу, что она случайна, но и сказать, что она мне не нравится, я не могу, – манерным, но явно издевательским тоном подметил он.

– Сука… – едва не рычал СечНинОфф, понимая, что его-таки обыграли, – Сколько они тебе заплатили?

– Двенадцать часов затмения… Уже одиннадцать, – чуть задумавшись поправился он, – Три десятка флаконов настойки удачи, сердце Лучезарного Феникса, сорок костей Смерти, ну и так… по мелочи, – довольно ответил демон, перечислив самые дорогие, самые редкие шоп-предметы и ресурсы, что в сумме стояли как месячная зарплата обычного японского клерка.

– Понятно… Хоть тебя на перерождение отправлю, – тяжело вздохнул светлый эльф, протягивая роботизированную руку к катане, висящей на его поясе.

Глава «Атомного Сердца» не был глупцом. Этот бой они проиграли, ведь пробиться за пределы купола можно лишь убив заклинателя, а его, для начала, нужно еще найти. Увы, они банально не успеют остановить «Занзару», а оставшиеся снаружи силы вот-вот будут окончательно разбиты. Крылатые ублюдки… наняли топовую на сервере ПК-гильдию, а те просто взяли, и приняли заказ. И такой расклад… Был крайне предусмотрительным. Попади жезл в руки «Занзары», и он далеко не факт, что позволит им единолично занять первые места во всех рейтингах… В отличии от «Атомного Сердца» или «Убийц Рока», что однозначно задавят остальных конкурентов. Не та у «Занзары» специализация. Торговые гильдии привыкли играть в экономику, а не в охоту за ресурсами… Или головами, как в случае «Убийц».

Запертые под куполом согильдийцы были выдернуты, буквально, из разгара боя. Коцаные, со скиллами в откатах, с потраченными расходниками. А против них свежие и полные сил демоны, большая часть которых вновь получила доступ к самым разрушительным своим способностям, основанным на глубоко отрицательной карме. Не пройдет много времени, как киборги будут разбиты.

Но среди армии СечНинОффа осталась и основная гвардия, возглавляемая им лично. Тот отряд из трех полных групп, что должен был как можно быстрее уничтожить Мирового Босса. Они не тратили заклинания, не входили в битвы, не расходовали предметов. Пусть «Атомное Сердце» и проиграло войну за босса, но в последней своей битве они обязаны победить.

Так думал эльф, так думали его генералы, так думал его отряд.

На изъятую из ножен катану полились баффы и усиления, да и себя мультирасовый персонаж не обходил стороной, разгоняя все основные свои статы, и придавая оружию и умениям элемент святого урона.

– Ну не стоит так расстраиваться, дорогой друг! – даже не обнажив оружия воскликнул демон, – Если тебе от этого полегчает, Сайтама уже покинул область домена…

– Действительно, полегчало, – улыбнулся СечНинОфф, накладывая уже тринадцатый, по счету, бафф, – Вы же на него и телепортировались? Сенсоры не показали невидимок, значит он активировал предмет… Осталось около пяти минут. Думаешь успеет?

Белокожий персонаж телепортировался с места, столь огромной была его скорость, и тут же оказался за спиной демона, что смазанной пулей отлетел от его атаки. Правда, его должно было разрубить на десятки кусочков, но увы. Красная дымка полностью поглотила нанесенный урон, показывая, что Повелитель Ада давно уже готов к сражению. О чем свидетельствовала и появившаяся под ногами эльфа пентаграмма, что, правда, сковала и отправила в Мидгарский Ад только лишь клона, пока сам ушастый продолжал наступление, раз за разом натыкаясь на разнообразные барьеры и ловушки, перенесенные вместе с Доменом Истинного Святого.

– Кто знает, – самодовольно вставил Ро’Кхах, – Но, вполне вероятно, что уже сегодня мы скинем вас с пьедестала сильнейшей гильдии… «Архидьвол: Форма защиты».

Экстренный телепорт вытащил демона из-под клинка киборга, что оставил на земле широкую просеку, искрящую остатками святого электричества. Появился он на другом конце карты, уже в совсем ином обличии. И не успел облачённый в хитиновую броню демон покинуть Врата Преисподней, как неугомонный эльф уже заносил клинок над головой противника. Удар приняла появившаяся из соседних врат лапа, закованная в черную броню. Вторая лапа атаковала уже самого эльфа, вынуждая того передислоцироваться, но не отступить.

– Я, конечно, не люблю ПК, – говорил эльф, попутно уничтожая как призванных демонов, так и обычных игроков, подвернувшихся под руку, – Но ПВП очки всегда добывал себе сам.

– Какая досада… – пророкотал демон измененным боевой формой голосом, – Но зато твои ребята – наши постоянные клиенты.

Шквал дикого огня сорвался с его рук, скрывая обзор на десятки формирующихся в воздухе печатей призыва, откуда один за другим вылезали адские твари. От сверхбыстрых духов мщения до мощных лавовых церберов.

И пока под куполом протекала битва сильнейших, один из участников которой все же надеялся найти заклинателя, чтобы хотя бы попытаться продолжить борьбу за власть, быстро расправившиеся с куцыми остатками врагов, феи «Занзары» ломанулись к проходу, начав на скорую руку баррикадировать тот.

– Сейчас, – рявкнул Элуа, окутавшись покровом молний.

Тут же на него полетели баффы из пяти разных источников. Не стоял в стороне и Вамурайд, начав готовиться к отведенной ему роли. Активируя умение за умением, он придавал своему питомцу максимальный разгон, также повышая и его защиту. Таран – вот кем станет наездник. Разменная пешка, смерть которой гарантирована при любом исходе плана, но он готов к этому. Тем более что лидер гильдии столь любезно выделил ему шоп-предмет на воскрешение без штрафов.

Ставки были слишком высоки, чтобы ключевая фигура, в итоге, подвела, затаив обиду за такое пренебрежение.

– Давай, давай! – нетерпеливо гнусавил Элуа.

– Готово!

Белой вспышкой окрасилось пространство. Раскат грома, да взвесь пыли – вот и все, что осталось от лидера гильдии «Фью-джо». Используя «Драконью Хватку», питомец Вамурайда сомкнул тяжелые челюсти на грудине Элуа, а после, высвободив всю скопленную мощь, рванул вперед, к уже начавшему покрываться белой паутиной проходу.

Не сказать, что прорыв был легким, ведь именно на такой случай «Занзара» оставила большую часть сил на входе. Но он удался. Сотни заклинаний, выстрелов, шипов… Большая их часть прошла мимо, но что-то, да задело дракона, вынудив того приземлиться. Своё дело сделали и остальные придурки, желавшие поживиться «халявой». Активный штурм крепости только начался, и вся та шушера, что наблюдала за сражением гигантов, решила, наконец, напасть. Когда из гигантов тех остался лишь один. Шакалы.

– Вперед, я задержу их! – рявкнул Вамурайд, готовясь продать себя подороже.

Уже забаффанный по самую макушку Элуа даже не обратил на зов внимание, начав на максимальной скорости взбираться по лестнице. Он был уверен, что его друг выгрызет ему время, не позволив основным силам сдерживания преследовать потенциальную угрозу. Пусть и несколько секунд, но время у него было. Уж с его то скоростью, несколько секунд обращаются в неодолимую фору.

Филигранно обходя множество ловушек, уклоняясь от летящих со спины снарядов, и снося да расталкивая оставшихся на лестнице охранников, он рвал вперед. Бафф на полный иммунитет к контролю длится меньше минуты, пятнадцать секунд из которых были потрачены чтобы преодолеть площадь Эльвиднира. Еще пятнадцать, чтобы прорвать оцепление, и добежать до тронного зала, где Богиня Хель уже выказывала свой гнев тем тварям, что посмели побеспокоить ее.

Элуа узрел ее огромное великанье тело. Красивейшая женщина с огненно-рыжими волосами, имела внушительный, под сотню метров, рост. В левой руке она держала посох, словно сплетенный из корней сотен растений. Каждый взмах его окутывал пришельцев пыльцой и спорами. Каждый удар черенком оземь раскалывал полы дворца, позволяя творениям природы пробиться наружу. Жуткие энты, ядовитые тернии, хлесткие лозы являлись на зов своей богини.

Окутанный молниями странник ощутил ужас, едва осознав, что правая рука божества… отсутствовала. Срубленная под самое плечо. Культя совсем не украшала облик прекрасной девы, но вовсе не это повергло Элуа в шок.

«Первая стадия… Она только в первой стадии!» – панически думал он.

Но вот, издав недовольный вопль, и пророкотав что-то на неизвестном языке, напоминающим помесь шведского и норвежского, Хела полыхнула аурой холода, тотчас проморозив призванные ею же растения, обратив их в ледяных элементалей. Украшавшая голову девушки фата трепыхалась на незримом ветру, пока, наконец, часть ее не закрыла правую половину лица Богини. Сквозь прозрачную белесую ткань на обидчиков взирал череп. Совсем безынтересно, со скукой и ленцой.

Из обрубка выросла костяная рука, что попыталась схватить одного из вторженцев, но под удар встал совсем уж другой человек. Снабженный башенным щитом, восьмикрылый архангел мог очень долго сдерживать магию смерти и льда, что несло с собой касание богини смерти. Увы, но от сей атаки невозможно уклониться, и это – единственный способ ее избежать.

На вторженца, наконец, обратили внимание. Да и он понял, что оказался здесь далеко не один. Точно такие же «шибко умные», тоже постепенно проходили чрез врата. Кто-то раньше, кто-то позже… Но Элуа был не первым, и совсем не единственным, как, в тайне ото всех, надеялся он. Пусть и не сотни, но десятки игроков уже сражались с силами «Занзары», активно при этом проигрывая. Прорваться сквозь эту блокаду, игнорируя все установленные здесь барьеры, ловушки, сигналки и боги знают, что еще, не сможет никто. Не поможет ни невидимость, ни полет. Элуа… проиграл. Даже не попробовав победить?

«Нет уж, – сжал он зубы в реальности, – Надо всего лишь прожить до третьей фазы…»

Сказать было куда проще чем сделать. Белой кометой он носился по зале, притягивая к себе все большее внимание оставленных разбираться с падальщиками. В одиночку, специализирующегося на скорости ниндзя, развитого в редкий класс «Тень Стихии», поймать может лишь не менее быстрый персонаж. Элуа уклонялся от всех атак, с легкостью обходил сдерживающие заклинания, не позволял охотникам и специалистам прицелиться в себя, и даже успевал обходить заготовленные ловушки. Но всё было напрасно. Один за другим сгорали самые полезные баффы, а босс так и оставался во второй фазе, вовсе не стремясь принимать истинный облик.

Когда все изменилось, Элуа так и не понял. Вот, он перемещается с траектории очередного летающего меча, вынужденно подставляясь под ловчую сеть, что не сумела пробить защиту от контроля, жить которой осталось последнюю секунду, а в следующий миг зал окрашивается багрянцем, и разгуливающаяся здесь сотня человек обращается тысячей.

– А вот и мы! – рокотал тяжелый бас.

Зал закрылся красным барьером, отрезав уже собравшихся внутри обители Богини персонажей от остального мира.

– Долго, – прошелестел хриплый голос, и прямо под ногами Хелы появился облаченный в черный фрак мимик.

Фигура его была покрыта легкой дымкой, а за спиной колыхались обрывки черного плаща, очтатки которого также стремительно истаяли, говоря всем знающим людям, что Грань Ночи ушла на перезарядку, и вернет свою физическую форму только по ее завершению.

– Ночь на кд, – спокойно констатировал он, смазанным прыжком отходя от Божества, что уже приподняла ногу, дабы раздавить «червя».

– Главное, что успели! – назидательно поднял костистый палец демон.

– Ты совсем больной? – не выдержал оказавшийся здесь же светлый эльф. Последний, из своего отряда.

СечНинОфф успел знатно проредить ряды демонов и нежити, вот только достать их лидеров ему все равно не удалось. Быстрое исцеление, увы, никто не убирал, и, в отличии от рядовой шушеры, первые лица гильдии ПК-шников совсем не желали подставляться под ваншоты. Он уже был готов к перерождению, как Домен вновь перенесся в неизведанное, захватив с собой всех оставшихся в живых существ.

– Тварь! У нас контракт! – рычала девушка с нежно-фиолетовыми крылышками бабочки – лидер «Занзары», – Тебя испепелит Трибунал!

– Но-но! – возмутился Ро`Кхах, – Контракт закрыт целиком и полностью, ведь, – из груди кибер-эльфа неожиданно вырвался черный клинок, рукоять которого повисла в воздухе, – гильдия «Атомное Сердце», включая его главу, – кивок на проявившегося из невидимости мимика, что и держал кинжал, – была зачищена. Всё согласно контракту.

Тёмная фея лишь скрипнула зубами, тут же отдав своим отрядам простейшую, казалось бы, команду: «Не дайте им забрать босса». Сама же девушка сосредоточилась на нанесении урона.

С одной стороны, Элуа был рад, ведь большая часть гильдейских отстали от него, сосредоточившись на борьбе с демонами и нежитью. С другой же… теперь вокруг него было куча людей, специализирующихся на убийстве других игроков, и хорошей эту новость назвать было сложно.

Тем не менее, окутанный электричеством, он продолжал носиться по арене, то помогая крылатым, дабы те быстрее подвели босса к нужному ему уровню здоровья, то заступаясь за демонов, чтобы те разобрались с хвостом из райдеров, лучников, ниндзя и прочих загонщиков. С содроганием сердца, подверженный безумному напряжению, он то и дело бросал «Великое опознание» на вошедшую в раж Богиню, лишь бы не пропустить нужного момента. Полоска жизни опускалась совсем неравномерно, но даже так, предугадать время было возможно. Безумно сложно, практически невыполнимо… но возможно.

Пятьдесят процентов. Сорок семь. Сорок три… Еще чуть-чуть, и босс войдет в третью фазу. Этого момента ждали все игроки. Довольный Повелитель Ада, призывающий орды демонов. Волнующаяся тёмная фея, находящая время как для ответного призыва, так и для нанесения урона боссу. И даже притаившиеся по отноркам тронной залы игроки, большинство которых лишь чувствовали себя дичью, запертой в клетке с опаснейшими хищниками. Большинство, но не все.

Тридцать пять процентов. Богиня Смерти замерла. Вокруг Хелы стеной встала непроходимая ледяная стужа, заставившая отступить от нее игроков «Занзары». Прямо в объятия демонам, что только этого и ждали, ведь загнанная в угол добыча, наконец, оказалась в пределах досягаемости большинства сильнейших заклинаний и умений. Не было тех, кто не успел бы убраться от убийственного заклинания владычицы Хельхейма, ибо шансов на выживание оно не оставило бы даже тем, кто невосприимчив к урону холодом. И смерти.

– Держать строй! – орала Королева Фей, – Ставьте коконы, бездарные вы ублюдки!

Феи, инсекоиды, ангелы, демоны, автоматоны, люди-птицы… Все они, как мишени в тире, принимали на себя удары, прячась за плотными танками и наспех сконструированными баррикадами, что столь же быстро уничтожались магами противника.

– К чему всё это? – орал грубым басом Архидемон, что так и не покинул форму защиты, – Просто отдайте нам босса. Вы уже проиграли, не зачем тратить ресурсы на собственное воскрешение…

– Больной что ли? – орала в ответ фея, – Позор на весь Иггдрасиль! Чем отойти в сторону и проиграть, я лучше подохну, пытаясь!

– Не сыпь цитатами с Фейс-Грамма, это не делает тебя умнее! – смешливо протянул мимик.

Где-то в невидимости он ожидал отката основных своих навыков, и совсем был не прочь уколоть противника не только ножом, но и словом. Именно он, по плану Ро`Кхаха, должен будет сыграть финальный аккорд его пьесы. Нанести последний удар.

– Зато твой мерзкий голос делает из тебя клоуна! Лучше бы так и сидел, заткнувшись! – не осталась в долгу фея, запуская на звук Эгиду Черного Пламени.

Огромный шар черного огня влетел ровно в то место, где должен был стоять невидимка. Разорвавшись, он постелил по изломанному, потрескавшемуся полу вал черного огня, зацепившего как демонов, так и недобитых, пока еще, шакалов.

– Сука! – прошипел черный мимик, покрытый язычками черного же пламени.

– Сайтама, – вкрадчиво начал Повелитель Ада, – Будь так добр…

– Сам заткнись! – рявкнул тот, сняв, наконец, негативный эффект и вновь скрывшись в тенях.

Заклинание Богини стихло. Перед вторженцами предстал колоссальных размеров скелет, обзаведшийся дополнительной парой рук. Холодная изморозь покрыла полы дворца, мешая богоубийцам перемещаться свободно, а само божество, приняв, наконец, свой истинный облик, начало колдовство. Финальное заклинание, творящееся в ее посохе, уничтожит всех обитателей дворца, если дать Богине завершить его. Но и просто стоять на месте она не собирается, уже начав поливать игроков ледяными кристаллами, да призывать со всех сторон промороженную нежить. Призраков.

«Сейчас!», – простейшая мысль, посетившая головы абсолютно всех собравшихся.

Именно в этой форме, когда у Хелы пропали все прибавки к защите, но наносимый ею урон увеличился в сотни и тысячи раз, появился шанс убить её… Вот только сделать это одним ударом попросту невозможно. Даже сильнейшим убийцам, магам, стрелкам и прочим классам, сосредоточенным на нанесении урона, потребуется совершить минимум несколько атак. Каждый, кто претендует на убийство босса, точно знает, какой процент жизни он снимает каждым своим навыком. Но никто из них не знает, кто первым нанесет удар. И каким этот удар будет.

Со всё еще дезактивированной Гранью Ночи, Сайтама вынужден был отойти из зоны поражения ледяных навыков Хелы, дабы его невидимость не была раскрыта. Но он ждал. Все усиления уже наложены, все навыки откатились. Всё что нужно – дождаться десяти процентов, и в одно мгновение применить три основных его навыка. Переместиться за спину босса, использовать «Горлорез», чтобы подлететь на уровень ее головы, и закончить серию «Побором Жнеца», усилив его критическим попаданием в голову. Главное – чтобы все навыки были применены в пределах трех миллисекунд, чтобы получить усиление от невидимости.

Элуа, у которого остался лишь последний, самый важный бафф, имел иную стратегию. Весь бой он то и дело наносил один-два удара по богине, не позволяя той сбросить эффект Владыки Нечестивых Душ… С самого начала второй фазы, когда Хела сбрасывала все отрицательные эффекты, он не позволял той отойти от фиолетового пламени, и сейчас, когда оно разгорелось достаточно сильно, нужно было лишь нанести последний штрих. Последний удар, что разом унесет с собой восемь процентов ее жизни.

А пламя то… Пламя продолжало гореть. Да и не только оно. Яды, ожоги, статика, святая кара… Куча навыков продолжительного действия подтачивали жизни Хелы, опустив их планку уже до двадцати пяти процентов.

Среди «Занзары» многие могли похвастаться обилием призывных существ, или возможностью знатно терраформировать территорию, не позволив кому попало гулять по ней… Но вот тех, кто мог бы в один момент нанести огромное количество урона, увы, не было. Зато была у них стратегия, и, что куда важнее, слаженность. Глава гильдии, как и ее помощницы, – родные сестры, по совместительству, – давно уже имели слаженную комбинацию из шести навыков, применяемых одновременно тремя девушками. Без какого-либо напряга они снимут боссу двенадцать процентов жизни, вот только как бы они не старались, а небольшая заминка между атаками все равно будет присутствовать, и в нее вполне может угодить и чей-то другой навык.

Все с замиранием сердца следили за полоской здоровья. Предугадывали, ожидали наилучшего момента, получали отчеты о действиях соперников. Но никто не мог и предположить, что кто-то начнет действовать столь рано.

Всего лишь восемнадцать процентов было на экранах, когда ярчайшая вспышка озарила зал, ослепив не всех, но большинство. Мало кто видел происходящее. Как откуда-то с портьеры на последних этажах спрыгнул сияющий паладин, что и служил источником света. Аура его ослабила и без того лишенную всякой защиты Богиню. Как оттуда же прилетел огромнейший черный клинок, угодивший прямиком в мага, облаченного в закрытый красный капюшон, что скрывался в армии демонов, среди десятков таких же заклинателей. Как исполин, облаченный в бронзовый самурайский доспех, приземлился на тот самый клинок, в один миг расплющив мага. Как пал барьер, а товарищи убитого тотчас набросились на него, помня обещанную за голову самурая-монстра награду. Лично Ро`Кхах наградит убийцу Такемикадзучи.

Никто не видел, как скрытый тенями мимик расстался со своим сердцем, которое забрал подлый демон, атаковав того со спины. Умирая, не способный восстановиться без лекаря, он сразу же узнал «Охотника на охотников», как прозвали Флатфута в народе. Уж больно часто тот избирал своей целью именно что других убийц… И особенно это касалось носителя Грани Ночи. Ублюдок убивал его раз за разом, не страшась даже оказаться после расправы среди орд разъяренных демонов, «Убийц Рока».

– Не повезло, да? – услышал он напоследок, перед тем как кровавый демон возобновил смертоносную серию атак, окончательно упокаивая бессердечного.

– СЕЙЧАС! – взревела старшая из сестер-основательниц «Занзары», приступая к сотворению собственных заклинаний.

Слепота также настигла ее, но экипировка защитила глаза Королевы Фей, позволив той как следует прицелиться в босса… И попасть по ублюдку паладину, что перемещался ровно под ее дистанционные атаки.

– Нет… НЕТ! – орала она, понимая, что и сестры не могут пробиться сквозь его защиту.

Вся смертоносная серия была принята паладином на грудь, и пусть тот и пал, лишенный практически всех жизней, и неспособный более двигаться, из-за дополнительных эффектов атак, он сделал то, что должен был сделать. И, умирая, жалел лишь о том, что не сможет лицезреть "Финал сей пьесы" собственными глазами.

Здоровье босса опустилось до четырнадцати процентов, и лишь тогда, на огромнейшей скорости, минуя начавших швыряться в Хелу всеми доступными навыками и заклинаниями игроков, в центр тронного зала черной пулей влетело новое действующее лицо.

Облаченный лишь в какие-то фиолетовые тряпки, да тканевые повязки, едва ли дающие хоть какую-то защиту, за спиной владыки Хельхейма возник полуголем. Прильнув к земле, он смерил богиню безжизненным взглядом, оценив и общую диспозицию зала. Ровно семь процентов, что стремительно летели вниз. Основные фигуры убраны с доски, но мелкие пешки все еще могут помешать.

Так уж вышло, что ровно напротив ниндзя, следующего пути скорости, замер другой ниндзя, идущий по пути стихий. Элуа с шоком опознал своего давнего друга, а тот… Тот довольно помахал коллеге рукой.

– Нишики… Так вот, что вы задумали… Больные ублюдки, – не то злился, не то восхищался он.

Однако, так просто сдаваться носитель редкого класса не собирался. В последнюю атаку они рванули одновременно, однако обладавший наивысшим параметром скорости в игре, Нишики Энрай достиг Хелы раньше. И куда раньше занес свой лазурный клинок, готовясь нанести финальный удар.

– Шпиль Молний! – рявкнул Элуа, надеясь, что одно из немногих его дальнобойных заклинаний сумеет помочь.

Босс был повержен. Как и всегда, убийство Богини серьезно повлияло и на подконтрольный ей мир. С громовыми раскатами сия весть облетела каждый уголок Хельхейма, но в этот раз она была дополнена кому-то приятной… а кому-то очень, очень неприятной неожиданностью.

«Поздравляем игроков… с победой над Мировым Боссом Хельхейма! Поздравляем игрока Нишики Энрай с кражей Мирового Босса и получением Мирового Предмета: Жезла Бездны Гиннунгагап!»

Траурное молчание водрузилось во дворце. Готовые вот-вот разразиться ругательствами, проклятиями, а то и вовсе заклинаниями, считающие себя униженными гильдейские игроки с ужасом распахнули глаза, видя, как оружие божественного класса в руках ниндзя сменяется красивейшим резным жезлом, из черного металла, покрытого различными рунами. Аккуратное древко словно состояло из сплавленных между собой камушков, большего размера у навершия, и меньшего у основания. В самом его конце находился рунический диск, над которым, вместо привычных камней или кристаллов, витал небольшой шарик, подвешенный прямо в воздухе.

– А давайте-ка мы оценим эту штуку? – голос полуголема, весьма тихий, безжизненный, тем не менее гулким эхом раздался под сводами дворца.

Медленно он поднял орудие над головой, заставляя диск вращаться. За ним зашелся в безудержном танце и шарик. Мало кто успел опомниться, еще меньше игроков решились напасть… Кто-то даже успел сбежать.

Гиннунгагап. Именно так называется мировая бездна, в которую впадает река мертвых. Огромнейшая дыра в мироздании, что, по сюжету игры, способна провести искателя приключения сквозь океан межмирового хаоса, доставив того прямиком в мидгард.

На что способен жезл, носящий такое же название?

Полы дворца покрылись черными трещинами. Не успевшие сбежать игроки оказались тотчас прижаты к земле, колоссальным давлением. Не черную дыру создавал жезл, но оставлял дыру в пространстве, куда сама собой втягивалась вся материя. Не сверхплотный объект, но прокол. Дворец пал. Сотни игроков, пережившие бойню, оказались мертвы. Сотни наблюдателей, ожидавшие вердикта, были втянуты в междумирье. И лишь огромная воронка, грани которой покрылись острыми шпилями, тянущимися к центру, осталась на месте прежнего сражения. Когда-нибудь Богиня вновь воскреснет, ведь нельзя окончательно убить божество. Когда-нибудь она приведет свой дворец в порядок, убрав разлом и возведя на его месте новый Эльвиднир. Но до тех пор, со всех миров будут слетаться игроки Иггдрасиля, дабы оценить последствия великой битвы, принесшей одной конкретной группе игроков славу, но не почет.

Глава пятая. Всадник без головы.

Глава пятая. Всадник без головы.

Вечный враг всего полуживого, ночами неспящего… Солнце! Треклятое солнце вновь атаковало постель Николая, загоняя беднягу под подушки. Но спасаться было поздно. Сонная нега слетела еще при первом касании озорного лучика, что неимоверно раздражал нежную, слегка воспаленную плоть. Краснота его припухлых век могла соперничать только с чернотой мешков под ними. Однако вторая подряд бессонная ночь, проведенная в виртуальном пространстве, давала-таки о себе знать, отчего лишь жалкие мгновения разделяли здравый, пусть и не выспавшийся рассудок, от сладкого забытия в мире грез. И конкретно в этом случае мужчина не спешил упорствовать.

С упоением злостного сектанта он рубил уже мертвую плоть, пробиваясь сквозь орды нежити. Ощущая себя главной жабой в этом болоте, Николай изничтожал армию насекомых, раз за разом преодолевая себя, вступая в контакт с особо юркими тварями, дабы занятых анимацией чудищ могла покарать Василиса. Не страшась прославиться «скользким типчиком», он с ноги влетал в бассейны со слизью, на полную используя огненный дар его спутницы. В конце концов, Николай покорил Хельхейм за одни лишь жалкие выходные, достигнув, как он считает, финальной локации.

Но с чем не сможет совладать заядлый геймер, чьи старые привычки безумным смерчем вновь ворвались в его жизнь, так это с желанием спать. Спать. СПА-А-А-А-А…

– …А-А-АЕР!

Из динамика телефона раздавались безудержные тяжелые ритмы одной из стереотипных немецких групп. Тех самых, с мощными драмами, тройкой перегруженных гитар и брутальным, слегка хрипловатым басом певца, обязательно орущего что-то про огонь. Что именно? Весьма сложно разобрать во всем этом нагромождении звуков, но слово «ФАЕР» обязательно будет присутствовать в их текстах.

Совсем уже погрустневший Коля нащупал-таки трубку, лежащую на полу, рядом с кроватью. Если бы лицо его не оставалось в плену подушек, оно выражало бы жуткую картину эмоций: от легкого недовольства, что какой-то олух не позволил ему добить того даллахана, до физической боли… По той же, в прочем, причине.

– Алло…

– …

– Нет…

– …

– Нет, я не выйду сегодня.

– …

– И даже за двойной оклад.

– !..

– И даже под угрозой увольнения…

– …

– И вас туда же…

Вялые пальцы так и не смогли убрать аппарат от уха. Николай вновь вернулся к темным пустырям уничтоженного монастыря, где его уже ожидал закованный в черную броню всадник. Наплечники его были сделаны из черепов тварей, когда-то населявших аббатство, и все еще встречаемых на пути к новому владыке сих мест. За спиной чудовища развивался невозможный плащ. Он то искрился бесчисленными оранжевыми и белыми молниями, то заходился языками неистового пламени, то растекался недвижимыми потоками крови. А там, где должен сидеть шлем, зияла лишь черная, отдающая невесомой дымкой пустота.

Восседал всадник на коне, под стать ему самому. До кости разъеденная плоть здесь и там отваливалась от бедолаги, но боли в его мертвых глазах видно не было. Хотя кому есть дело до белесых зенок, когда всю морду животного занимает огромная пасть, зубы в которой походили на щетки из сотен тончайших костяных игл? Под копытами исполинского коня хрустели черепа сраженных сей парочкой героев. Словно бросая вызов очередной жертве, он бил ими в землю, вздымая вверх облачка костяной пыли.

Всадник поднял правую руку. Оторвал ее от поводьев, вскинув вверх, к никогда не видевшему солнца небу. Прямо из раскрытой его ладони пророс первый позвонок. За ним и второй. Вот, всадник уже машет длиннющей белесой плетью. Но не боялся Николай ни свиста, ни гула, с какими кость разрывала вязкий воздух. Ведь по правую его руку восседала огненная кошка, жаром своим одолевшая не одну уже сотню противников.

Конь встал на дыбы, махнув копытцами, словно приглашая вторженца подойти поближе, да повнимательней изучить костяные подковы. И мужчина готов был ответить, ведь в левой руке покоилось объятое рыжим пламенем копье. Оно изнывало от желания вонзиться в противника, опробовав его гнилую плоть языками огня.

Опустившись наземь, что завибрировала от удара мощных ног, скакун в последний раз черканул копытцем по земле, выпустив из ноздрей пучки черного дыма. Медленно он двинулся вперед, с каждым мгновеньем разгоняясь все быстрее. Земля ходила ходуном, но воин не дрейфил. Лишь взял копье наизготовку, уперев черенок в землю. Он был готов принять атаку мчащегося на него бронепоезда, неотвратимого, как сама смерть.

Но к тому, что немертвая лошадь откроет пасть, исторгнув из нее сноп искр, и что есть мочи заорет: «ФА-Я-Я-Я!», он готовым, увы, не оказался.

Подорвавшись с кровати, да отправив в полет так и оставшийся лежать прямо на ухе телефон, Коля ошарашенно завертел головой. Пытаясь успокоить бьющееся сердце, что словно поймало ритм мелодии, выплясывая схожие двести ударов в минуту, он столь же резко рванул к мобильному, оказавшемуся, по итогу, едва ли не в другом конце комнаты. Пожалуй, лишь мягкий ворсистый ковер и спас экран девайса от трещин.

– Да иду я… Блять… Иду… – пыхтел он, воюя с обмотавшей ноги простынкой, иногда, в особо жаркую погоду, используемой вместо одеяла, – Алло! – едва ли не заорал он в трубку.

– Колян, ты че там, спишь что ль? – голос Степана звучал изумленно.

– Ты время, блять, видел?!

– Эм-м… Полтретьего?

Николай с удивлением всмотрелся в экран, заметив, что действительно, с последнего звонка прошло уже почти что пять часов.

– Мля… – простонал он, устало растерев слегка припухшее лицо свободной рукой, – Совсем сморило…

– Как знал, что стоит проверить… А то чет ты вчера вялый был.

– Ага…

– Так ты придешь? Всё в силе?

– Да, приду… – взгляд его вновь сместился на время, – Только опоздаю слегка.

– Слегка?

– Ну… На часик.

По ту сторону встала непродолжительная тишь, окончившаяся тяжелым вздохом.

– Ладно, – говорил Степан, – Только не дольше. Вася снял целый рестик, так что дольше ждать не сможем… Не поймут-с.

– Угу…

Завершив звонок, мужчина уставился в собственное отражение, проявившееся на черном экране телефона. Слегка припухшие веки едва могли скрыть усталый взгляд покрасневших глаз. И был он выразительно подчеркнут наливающимися синевой мешками… Сказывался недосып и переработки на неделе, наложенные на практические бессонные ночи выходных.

– Эх… – вздохнул он, проводя рукой по всклокоченной черной шевелюре, – Надо не забыть взять подарок… Годовщина, как никак, – бубнил мужчина, с кряхтением поднимаясь с пола, – Только вот… Куда я его положил?..

***

Под вечер, хотя, скорее уже в ночь, безумно уставший Николай не вошел, но вломился в свою квартиру. Захлопнул дверь, забыв запереть замок, небрежным движением сбросил обувь, как попало. На ходу он расстегивал белую рубашку, а за ней и ремень черных брюк. Его целью, как это ни странно, была спальня, где его уже заждалась так удачно не заправленная кровать. Призывно распахнув тоненькое одеяльце, она манила его своей шелковой простыней. Своими объемными мягкими подушками, в которые так и хочется уткнуться лицом. Сжать их, и не отпускать.

Уже грезя приятными снами, он брел по коридору, не ведая пути. Рубаха осталась валяться где-то возле кухни, совсем недалеко от пары ботинок. Брюки упали чуть позже, едва не заставив своего хозяина расстелиться прямо на полу в коридоре… Очень вряд ли он нашел бы в себе силы подняться, и так бы и остался там спать. Вожделенная, чуть приоткрытая дверь, уже стояла пред его глазами. Нужно лишь протянуть руку, и она явит ему столь желанную картину.

Блик света в абсолютной темноте привлек внимание даже настолько одурманенного разума. Не желая того, рефлекторно, но взгляд Николая сместился правее, узрев сквозь распахнутую настежь дверь златую надпись. Красивую, блестящую, сверкающую… Несуществующие блики солнца так и скакали по ровным, слегка выпуклым буквам, формирующим Слово. То самое Слово, что намертво поселилось в голове мужчины, и совсем не желало оттуда уходить. “Yggdrasil”.

Рука заядлого игрока замерла, так и не коснувшись дверной ручки. Лицо его скривилось в непередаваемой гримасе, едва ли отображающей хотя бы толику тех мук, что испытывал сейчас Николай. Мук выбора. Уже завтра ему необходимо выйти на работу, но один лишь взор на заставку игры вбросил в кровь заряд адреналина. Вызвал Желание. Как в старые добрые времена.

Приняв сложное, даже сложнейшее решение, он тяжело вздохнул. Рука игрока повисла плетью, а корпус медленно начал разворачиваться. Герои не выбирают лёгких путей.

«Прости меня, будущий я… – думал он, бредя к диванчику, на котором валялись шлем и очки, – Будь ты проклят, прошлый я… – подметил Николай, понимая, что если бы не поленился выключить прошлой ночью телевизор, то ничего бы не случилось, – Убей уже этого босса, нынешний я!»

Устройства заняли свои законные места, и картинка на телевизоре сменилась унылым пейзажем черных земель.

***

Одна попытка. Всего лишь одна попытка, и я иду спать.

Чертов ублюдский босс, проклятый Эльвиднир, гребанные разработчики… Монстры, встреченные мне раньше, практически перестали приносить уровни! Даже боссы-мокрицы, будь они неладны, заполняли шкалу опыта даже не на десятую часть процентика! Причем до пятнадцатого я добрался сравнительно легко, а вот дальше… Дальше засада. Конечно, надежда на то, что последний найденный мною босс изменит ситуацию никуда не делась, но уж больно сложным он оказался.

Я уже трижды умирал на этой локации, даже не всегда доходя до всадника. Раз за разом мне приходилось с нуля набивать пять уровней, благо что под рукой всегда была Василиса, на которую моя смерть не влияла никак. Котя всё также оставалась на пятнадцатом, и огненным паровозом протаскивала меня вперед. Боюсь, если бы не она, я бы даже забросил игру. Хотя кого я обманываю… Опять же, хорошо, что босс находился весьма далеко от спавнера. Пока мы пробирались сквозь толпы монстров, Васька практически набивала мне утерянный уровень.

Повезло, что при пятнадцати очках в расе «Муспельхеймский кугуар», она получила совсем уж бешенный навык, с легкостью уничтожающий орды врагов. Откат, конечно, будь здоров… Целых две минуты! Но зато какая польза! Знай себе, собирай группы монстров по всему погосту, да уничтожай их одним единственным «Знамением огня». Ничего… Как только пробьюсь к нормальным монстрам, за которых дают-таки опыт, так сразу приступлю к промышленному его фарму. Так просто меня не остановить!

Хм-м… Болотистая почва сменилась мертвой каменной землей. Уже близко… Надеюсь, в этот раз та тварь вылезет не посреди площади. Желательно, где-нибудь в руинах.

Огромная территория, огороженная полуразрушенным каменным забором, встретила меня, как и раньше, ветхостью и унынием. Когда-то это место явно было помпезным и возвышенным, но ныне от него осталась лишь тень, доживающая свои последние… века. Сгорбленные монстры, облаченные в единые для всех черные мантии, неровным строем брели из одного разрушенного здания, в другое. А некоторые, выходя из оскверненных капищ, шествовали прямиком в часовню – одно из немногих, относительно целых зданий. Центральная твердыня аббатства.

– Суки… – вырвалось само собой.

Я прекрасно помнил, что за твари скрываются под черными балахонами. Внешне напоминающие каких-то кукол: белые, совершенно безлицые существа, с чуть морщинистой кожей. Они были медлительными, вялыми… безопасными. Но так только казалось. На деле, балахонщики оказались самыми неприятными противниками, что я встречал… Даже хуже стрекоз, а это, между прочем, показатель!

Маги неизвестной расы. Не имея в своем распоряжении каких-либо органов чувств, они с лёгкостью целились и попадали своими заклинаниями. Стоило лишь раз показаться «на глаза» хотя бы одному из них, как десятки, а то и сотни различных стихийных снарядов заходились в безудержных шквалах, с одной лишь целью: убить. Каменные стрелы, ныряющие под землю и выпрыгивающие где-то под ногами. Огненные шары, разрушающие преграды, и ранящие каменным крошевом от взрывов. Штормовые пули, невидимые обычным глазом… Их арсенал был чудовищным, и отлично накладывался на огромное количество самих монстров, бесцельно шатающихся по всему аббатству. Стихии, яды, кислоты, смерть, жизнь, пространство… Казалось, не было вида урона, недоступного этой вездесущей мерзости.

Собственно, первая моя смерть и была причинена именно ими. Когда я напрыгнул на одного из магов, думая, что это обычный монстр, насадив его на копье, остальные не стали стоять столбом, и даже утратили свою показную медлительность. Твари повалили со всех щелей, начав закидывать нас с Васькой огромным количеством различных заклинаний, уворачиваться от которых удавалось с огромным трудом, и только при помощи навыков передвижения. Правда… Опасно то было лишь в первый раз, потом все стало куда проще. Не без ошибок, да, но я научился убивать их по одному, да так, что остальные не бросали все свои занятия, дабы «вписаться» за товарищей.

Я уже убедился, что их шествие к часовне – всего лишь скрипт. Надо позволить магам дойти, дождаться, пока они запрут двери, и только потом начать зачищать основные здания. Причем перемещаться надо только между руинами. Нельзя выходить на открытую местность, как и нельзя заходить слишком глубоко в помещения: уроды умеют в магию земли, и пару раз едва не похоронили меня заживо.

Впереди раздался громкий скрежет, окончившийся мощным хлопком. Двери закрылись, а значит можно начинать.

Пара «монахов», как прозвало их «Опознание», должны ютиться в каптерке, справа от входных врат.

– Великий выпад!

Лезвие копья входит меж камней, посылая по стене ветхого здания волну белесой энергии, разрушая то, и принося в мою копилку опыта очки за пару трупов. Как и раньше, жалкие крохи… Но была и приятная новость. Я не атаковал их напрямую, но опыт все равно получил. И это хорошо, потому что стоит ранить хоть одного монаха, как тут же полезут и остальные. Собственно, тоже самое произойдет, если они меня заметят. Чем и как они это делают – неизвестно, но стоит оказаться к монстру слишком близко, причем не важно с какой стороны, лишь бы не было препятствий, как он тут начнет творить свою дурацкую магию.

Еще несколько уродцев сейчас должны быть в библиотеке: весьма крупном здании со множеством ходов внутри, располагавшимся на противоположной от каптёрки стороне дороги. На деле, она была полуразрушенной. Отсутствовала крыша башни, основная постройка была лишена пары пристроек-крыльев, да и внутри царило настоящее захолустье, из черных книжных полок, любое прикосновение к которым обращало их в труху, и прочей мебели, гнилой и поломанной. Книг, как таковых, внутри не было, пусть иногда и попадались различные свитки навыков и кристаллы со слабыми заклинаниями… но в остальном это была самая обычная библиотека.

Глубоко заходить нельзя, да и смысла нет, все ценное находится в главной зале, обыскать которую – дело нескольких минут. В этот раз мне опять повезло, и на первом этаже монахов не оказалось. В прочем, не попалось и ничего ценного. Осталось лишь уничтожить обитавших на вершине башни магов… Уж больно неприятную точку они заняли. Для меня, конечно. Опять же, заходить внутрь не требовалось, достаточно лишь знать небольшую хитрость…

– Огненная кровь. Печать пламени. Бросок копья.

Комбинация трех навыков позволила поджечь перегородку, отделявшую один этаж башни, от другого. И сделать это можно было снаружи, радиуса действия навыков как раз хватало. Полуразрушенные стены позволяли метнуть проекцию зачарованного Василисой оружия. Котя дала моим атакам огненный элемент, а также разместила на видимом участке потолка второго этажа башни рунический круг. Один прицельный бросок, соприкосновение одного огненного элемента с другим, и должная вызвать небольшой взрыв ловушка в дребезги разносит всю перегородку, заставляя башню сложиться вовнутрь, словно карточный домик.

В первые разы, когда я пытался применить нечто подобное, она разрушалась как попало, а иногда и вовсе не падала… Но сейчас всё иначе. Еще тройка монстров пала, а я получил прекрасный обзор на возникшую в небе пентаграмму бледно-фиолетового отлива. Началось.

Еще вчера я попросту пытался ворваться в часовню, следуя явным подсказкам от игры. Монахи идут туда, запирают за собой двери, а значит, мне нужно идти за ними… Идея та оказалось на чудо бесполезной, и принесла мне вторую смерть на этой локации. Если попасть в здание было совсем уж плевым делом: с таким-то количеством выбитых витражных окон, причем такой высоты, что прошел бы и великан, то вот выбраться из него было уже на порядок сложнее. Мало того что внутри сидят несколько десятков балахонщиков, творящих какой-то ритуал, так еще и охраняют их твари, с одного лишь удара просаживающие мои жизни в черный уровень. Василиса, что хорошо, держала их атаки куда дольше, но панацеей тоже не была.

Являясь чем-то средним между костяным драконом и костяной же сколопендрой, эти уроды перемещались невероятно быстро, практически полностью игнорировали колющие атаки, и хоть как-то реагировали, только если я использовал оружие как обычную палку, атакуя с замахом. Единственная отдушина – их малые запасы здоровья, да неплохая уязвимость к огню… Что и позволило мне захватить с собой парочку, при первой попытке штурма часовни. Дальнейшие же попытки ворваться во внутрь закономерно кончались моим побегом: тратить уровни впустую я не люблю, да и одни и те же пейзажи, что встречаются на пути к монастырю… надоедают.

Но всё равно, каждая новая попытка приносила мне все больше и больше информации о том месте. От оттачивания методики зачистки костяных химер, благо что призывателей среди балахонщиков не было, и монстрики эти рано или поздно заканчивались, до осознания общей концепции того здания… Оно было абсолютно бесполезным. Во всяком случае, ничего кроме геморроя и потраченного времени я не смог получить.

Пока я тратил время на убийство костяных химер, культисты продолжали творить свой обряд, всегда оканчивающийся призывом босса сей локации. Каждый раз в разном месте, но на территории самого аббатства. Конечно, я пытался пробиться сквозь скелетов, и сорвать ритуал… Но тогда, вместе со своими защитниками, меня начинали поливать магией и три-четыре десятка балахонщиков. А это не есть хорошо. Точнее, это совсем ужасно, и пережить подобное можно лишь бегством, что я и проворачивал. Умирать жутко как не хотелось.

В конечном итоге, я решил попросту не лезть туда, где меня не ждут, а сразу направляться к месту призыва босса, обозначаемого той самой пентаграммой, формирующейся высоко в небесах.

Это уже пятая попытка совладать с даллаханом. Всадником ночи. В первый раз, наученный горьким опытом, я… сбежал. Не стал и дальше пытаться пробиться сквозь эту локацию, монстры на которой так и так не приносили опыта, пусть и были весьма сильными.

Но увы, дальше было только хуже. Избивать обычных монстров, что не приносили никаких видимых подвижек, смысла не было. Решение пойти дальше, обогнув аббатство, прямиком к черному древесному лесу, куда большему, чем рощица возле респавна, казалось мне верным… Ровно до первого встреченного монстра. Проблема в том, что я даже не понял, кто это. Направленная вперед Василиса атаковала, как мне казалось, пустое место, без команды применив один из навыков, а после свалилась наземь. Уже двумя неравными половинками.

Что бы там не было, нападать на меня оно не стало, как и я не стал пытаться пройти дальше. Лишь молча пятился назад… испытывая при этом дикую смесь эмоций. До той сцены я не придавал этому внимания, но Василиса полностью заменила мне Ваську. Настолько, что от ее кончины я едва не разревелся. Ведь пара скупых слез – не считается, так? При этом я отчетливо понимал, что это лишь набор пикселей. Что его, в отличии от Василия, можно вернуть к жизни… Тоже не самая приятная мысль, но именно она и помогла.

Воскрешение также, конечно, потеребило нервы. Сложно оставаться спокойным, когда после призыва, вместо любимого питомца, пред тобой является его труп, разорванный на две половинки. Тогда-то и пригодился один из найденных в первые заходы в библиотеку кристалл. Небольшой белесый камушек кривой формы, без каких-либо граней и обрамлений, содержал в себе, судя по информации от «слабого опознания предмета», низшее заклятье воскрешения. Как по-другому вернуть в бой мою подругу, я не знал, да и вид ее… до сих пор тошно. В любом случае, заключенное в кристалл заклинание оказалось на диво полезным, и пусть уровень Василисы понизился, – всего на четыре, но понизился, – но зато я вернул себе котейку, и открыл для себя новый пласт игровых возможностей.

Как никак я до сих пор оставался маджилосом. Представителем одаренной магией расы. И до сих пор я не освоил ни одного магического класса… То есть, будучи сильным магом, я не мог использовать заклинания… До этого момента. Именно на кристаллы я решил сделать ставку, и попытаться-таки одолеть того босса…

Неудачно. В тот бой тварь появилась ровно посреди площади перед часовней. Огромное открытое пространство, где всадник мог хорошенько разгуляться. Даже оружие его, – длиннющий костяной хлыст, – и то идеально подходило под битву на такой местности. Скрыться от него было негде. Убежать было невозможно. Все что я успел сделать – проверить, насколько кристаллические заклинания будут эффективней обычных атак и навыков…

Оказалось, что не на много… но! Пусть цифры урона и оказались схожими с таковыми, при атаках копьем, но наносить этот урон я мог на существенной дистанции. И нельзя забывать про дополнительные эффекты заклинаний, да. Простая магия, которая только и делает, что снижает уровень здоровья цели – большая редкость в этой игре. Любая, даже самая низшая магия, вроде волшебной стрелы, имеет, как минимум, один дополнительный эффект. Стрела та, к примеру, является самонаводящимся снарядом. Может в небольших пределах менять свою траекторию, что помогает попасть по вертким противникам.

И пусть первая битва со всадником закончилась моей смертью, но зато я получил нечто очень, очень ценное. Особенно в подобных играх. Знания. Я определенно начал путь к выработке стратегии, что позволит мне победить. Почти весь вчерашний день, и всю ночь, я потратил на подготовку к финальной битве. Изучал маршруты движения монахов, искал лазейки в ландшафте, собирал кристаллы и свитки, выбирал оптимальное поле битвы, рассматривал поведение призванного всадника… Даже разок попытался напасть, когда он появился прямиком среди развалин. Там, где его конь не мог бы хорошенько разогнаться. Где было множество укрытий от его вездесущего хлыста…

Пришлось, конечно, резко отступать, получив еще одну порцию знаний: его хлыст может растягиваться, может пробивать каменные стены насквозь, и, что самое главное, не может сменить цель атаки. Так уж вышло, что я сумел подвести монаха под один из его ударов, после чего темный служитель был проткнут насквозь, и утащен в объятия безглавого зомби… Смотреть, как тот без труда отрывает безликую головешку, да скармливает ее собственному наплечнику, отбрасывая безжизненное тело в сторону… Было мерзко. Но это было полезно, и принесло еще одну крупицу информации, способной подарить мне победу.

В любом случае… Идти спать, когда победа уже совсем близка… Нет! Я хотя бы попытаюсь это сделать. Особенно если учесть, что круг призыва сформировался ровно посреди кладбища при монастыре. Склепы, за которыми можно спрятаться от рубящих атак. Кресты и статуи, что мешают его мерзкой лошади развивать свою нереальную скорость. Следящие за порядком монахи, в конце концов…

К погосту я прибыл как никогда вовремя. Тварь только-только начала свое формирование: посреди воздуха болтался пока еще пустой доспех, а рядом с ним, словно сплетаясь из огромного количества грязно-желтых червей, возрастали из земли четыре огромных лошадиных ноги. Пару минут в запасе точно будет.

Оперативно обшарив территорию, обнаружил всего лишь тройку безликих, как назло, собравшихся в одну кучку… Неприятно, но лучше, чем если бы их не было совсем. Или, если бы их было в разы больше. Попутно с изучением местности, я планировал будущее ведение боя, заранее расставляя печати пламени в нужных местах. Откат у этого крайне полезного навыка, составлял тридцать секунд. И сам навык также имел свои ограничения, как на количество разом установленных печатей, так и на время их жизни… Но, будем надеяться, что все пройдет гладко.

Не сказать, что начало битвы застало меня врасплох, но… Учитывая мое сонное состояние, я не видел ничего удивительного в том, что забыл проверить один из склепов. Вышедший оттуда монах подорвался на печати, не только спровоцировав уже виденную троицу на атаку, но еще и уничтожив одно из примеченных мною укрытий. Но он хотя бы сделал это вовремя. Когда даллахан уже явился миру, но еще не оседлал коня. Как раз можно выманить монахов на нужные мне позиции. Ну, или огрести от них перед началом боя…

***

Громогласное ржание разнеслось над кладбищем. Недовольный конь взбивал копытцем землю, разломав могильную плиту, пред которой появился. На спине его восседал всадник, в неизменном доспехе мертвеца.

Монстр не имел головы, на месте ее зияла лишь заполненная клубящимся черным дымом пустота, но даже так, он чувствовал свою добычу. Не видя и не слыша, лишь ощущая ее. Громоздкая фигура натянула поводья, разворачивая такого же мертвого коня, отрыжку мира мертвых, туда, где даллахан чувствовал жизнь.

Топот копыт сотряс землю. Конь несся тараном, снося всё на своем пути. Надгробия разлетались белой пылью. Чахлые могилы так и норовили захватить копытце животного, но то игнорировала препятствия, не страшась сломать ноги. Не могло подобное существо бояться.

Всадник взмахнул рукой, исторгая из своей ладони длинный костяной хлыст, начав размахивать им со стороны в сторону. Со свистом страшное орудие рассекало воздух, оставляя широкие борозды на земле, да разрывая статуи и надгробия. Монстр был близок к своей добыче.

Натянув поводья, он заставил вороного коня встать на дыбы, даруя себе простор для замаха. Особо громкий щелчок раздался за его спиной. Словно белая змея, приметившая добычу, хлыст рванул вперед, пробивая все препятствия на пути. Сквозь статуи и надгробия, сквозь полуразрушенную стену склепа, он рвался к своей цели, достигнув ее, в конечном итоге.

Пробив грудину существа, вкусив его плоть, хлыст, словно живой, обмотался вокруг шеи жертвы, что есть мочи дернув ее обратно, к всаднику. Даллахан принял подношение, в виде новой головы. Оставалось лишь освободить ее от тела, да поглотить ее сущность.

И именно в этот момент, когда зомби был так занят любимым делом, на него обрушился огненный шторм. Десятки небольших огоньков неприятно прожигали кожу и плоть верного скакуна, заставляя уязвимого к огню коня метаться в агонии, пока сам всадник оставался спокойным. Огню не пробить его доспех.

В отличии от святости. Вспышка уже белого огня ворвалась в его грудину, принося столь редкую в его жизни боль. Перебарывая эффекты язычков белесого пламени, все еще гулявших по его черному облачению, всадник вновь пришпорил коня, заставляя того помчаться ко своей жертве.

В этот раз он не остановился, но шел до конца, надеясь оторвать ублюдку голову не своими руками, но хлыстом. Всадник совсем не понял, почему оказался вдруг на земле. Почему его конь, истошно подвывая, валялся чуть позади, заново отращивая себе ногу. Но и очередная его заминка не осталась без внимания. Белые лезвия воздушной магии, словно вращающиеся диски, метались вокруг беззащитной нежити, бессильно разбиваясь о его доспехи. Отскакивая от черного металла, они прекращали бесполезный танец, но лишь на мгновение, нужное чтобы вновь раскрутиться и пойти в атаку.

Будучи спешенным, даллахан лишился своей непревзойденной скорости, да и в маневренности поубавил, чем и воспользовались нападавшие. Пред ним предстала огненная кошка, что со злостным рыком исторгла в зомби, только-только поднявшегося на ноги, поток рыжего пламени. До сих пор одолеваемый воздушными клинками, всадник лишь изготовил плеть к атаке. Столь слабая магия не должна причинить ему вреда. Не должна пробить доспех мертвеца.

И так и было. Огонь бесполезно обволакивал его фигуру, не способный достичь плоти. Но вот лезвия ветра… Насытившись пламенем, они сменили свой цвет, размер, плотность. Едва ли не плазменные диски впивались в металл, местами прожигая, а где-то и разрывая его. Огонь коснулся плоти безголового, отчего даллахан взвыл.

Мощный прыжок огненной кошки, и темный всадник вновь валится наземь, безрезультатно пытаясь потушить пламя. Бесполезные метания нежити не могли не задеть подошедшую столь близко Василису, отчего «живой» хлыст с мерзким хрустом лег на бок кугуара, отправив его в полет. Но свою роль Василиса уже сыграла… почти.

– Наскок!

С яростным криком, на объятого пламенем монстра налетел четырехрукий копейщик, чье орудие также пылало рыжим огнем. Удар за ударом, он вбивал граненый наконечник в оставшиеся после усиленных лезвий ветра отверстия, не только раня плоть босса, но и сжигая ее. С каждой атакой вокруг маджилоса все отчетливей виднелась бледно-красная аура, позволяющая тому двигаться все быстрее и быстрее.

Но увы, этого оказалось недостаточно. В последний лишь миг успел среагировать воин, отпрыгнув из-под копыт скакуна. Глаза коня пылали красными огнями, из огромных его ноздрей валили снопы черного дыма. Увы, ничем помочь своему всаднику он не мог, кроме как постараться защитить его. Дать время, позволив прийти в себя после атак.

Ускоренный знойным темпом, воин без труда мог избегать пусть и крайне быстрых, но весьма прямолинейных атак. Надгробия раскалывались под копытами немертвого монстра. Склепы сметались его разъяренной тушей. Но, как бы конь не злился, как бы не выкладывался, он никак не мог настигнуть столь юркой цели… Чуть позже, нарушителя монашьего спокойствия нашли и оставленные им монахи. Облаченные в черные мантии, помогающие им сливаться с тенями, они швырялись различными заклинаниями, внеся существенную сумятицу в планы героя. Постоянно перемещаясь, причем не всегда лишь по земле, балахонщики не позволяли столь просто обнаружить себя.

Контролировать поле боя стало в разы сложнее. Атаки магов, пусть и далеко не все, но находили свои цели… Некоторые попадали по герою, нанося тому урон. Другие же настигали скакуна, изредка сбивая того с ног, чем и пользовался копейщик, нанося удар за ударом. В отличии от бронированного даллахана, его конь не обладал крепким доспехом, пусть и был не менее живучим противником. Да вот только нежить оставалась нежитью. Урон огнем по-прежнему работал крайне эффективно, а отсутствие брони, железной или костяной, не мешало наносить колющие атаки, одну за другой.

И пока хозяин сражался с питомцем… питомец стремился добить хозяина. Павший даллахан стал весьма легкой добычей для огненного кугуара. Сама стихия Василисы выступала бичом для большинства видов материальной нежити. Пылая яростным огнем, извергая со всей поверхности своей пламенной шкуры снопы искр, кошка напрыгнула на монстра, вбивая свои огненные когти в отверстия в доспехе. Придавленный напором, зомби едва успел направить хлыст к противнику, но было поздно.

Муспельхеймский кугуар окуталась огнем. Словно живое, пламя формировало поверх ее шкуры множество узоров, становясь всё плотнее и плотнее. Нестерпимый жар ожигал безголового. Взрывная волна, словно огненное цунами, прокатилась по кладбищу, не только оттолкнув уже практически достигший своей цели хлыст, но и окончательно вдавив сопротивляющегося зомби в землю.

На месте огненной кошки, что была чуть крупнее домашней, предстал новый зверь, куда больших размеров. Словно сотканный из языков пламени, он источал первобытную ярость, оглушая округу раскатами безудержного рыка. Со шкуры его, казалось, капало жидкое пламя, прожигая доспехи рыцаря под ним. Хвост его, подобно хлысту даллахана, метался из стороны в сторону, испещряя черную землю раскаленными бороздами.

Удар внушительной лапы сотряс округу, вновь породив волну пламени. За ним последовал и второй, третий… Новая форма продержалась не больше десяти секунд, за которые зомби успел не только полностью лишиться своего доспеха, но и знатно подрумяниться.

Но вот, огонь погас, и зверь уступил свое место самой обычной кошке. Даже яростное пламя, окутывающее ее шкуру, и то пропало, оставив лишь необычного оттенка огненно-рыжий мех.

– Наскок! Содрогание!

Над поверженным противником вновь возник копейщик, нанося последний удар. Мощный укол, направленный вертикально вниз, пришелся на грудь даллахана, пробив ту насквозь. В отчаянной попытке, монстр в последний раз поднял руку. Из ладони его, ранее пустой, явился первый позвонок второго хлыста, направленный ровно в голову воина.

– Огненная кровь! – рявкнул он, воспламеняя торчащее из груди зомби копье.

Обугленная рука безвольно рухнула на землю, так и не выпустив вторую плеть наружу.

– Скорость ветра, Железная плоть, Сдвоенный рывок!

Боевая парочка в один миг оказалась подле одного из магов. Копье пробило насквозь его живот, пока кугуар вцепилась ему в икру, валя с ног. Последний выпад окончательно упокоил гомункула.

– Таранная атака, Хлесткий выпад, Содрогание!

В одиночку воин врезался во второго противника. Низкий круговой взмах копья с легкостью повалил цель наземь, после чего, уже знакомым приемом, орудие пробило грудину покойника. Битва окончена.

***

– Ну… – я повнимательней осмотрел трупы. Изжаренный даллахан по-прежнему не обозначался «опознанием жизни», как и его конь, но двигаться они не спешили, – Вроде всё. Так… посмотрим….

Открыв интерфейс, я подвился новому уровню. Шестнадцатый, наконец. Также за победу мне достались ресурсы, ценность которых оценить я, увы пока не могу, и какой-то предмет. Назывался он чем-то вроде «Видов духов», или как-то так… и выглядел как некий артефакт, напоминающий ловец снов, только без паутинки в обруче.

– Оп-па! Наконец! – не мог не радоваться я в голос. Ведь стоило экипировать его, как он же и явился в правом верхнем углу. Прямо перед глазами. Только вместо сквозной дыры по центру, там была полупрозрачная дымка, схематично складывающаяся в изображение окрестностей, – Васька, у нас появилась мини-карта!

– Мяв? – совсем по-кошачьи чирикнула моя прелесть, буквально вынуждая потрепать ее меж ушек.

– Я рад, что ты цела… Так, посмотрим… – вновь обратившись к интерфейсу, чтобы вложить полученное очко в класс, я с удивлением обнаружил, что достиг максимума в классе «наездник», – Что за бред?!

Я ведь ни разу не оседал своего питомца! Какой же это наездник… А! Его можно развить, в продвинутый класс. В один из восьми продвинутых классов… А можно взять совсем новый… А еще нужно вбросить очки в новую расу Васьки, сделав ее полноценным кугуаром, а не котенком. Или же стоит взять ей какой-нибудь класс? Что-то связанное с магией огня ей очень бы подошло. Или с физическим уроном, усилив ее атаки ближнего боя? Или что-то защитное… скоростное… Или…

***

Утро застало Николая… никаким. А Николай и вовсе не застал утро, пребывая в беспробудном отрубе, прямо на диване в гостиной. Где-то в коридоре, в кармане черных брюк, истошно надрывался телефон. Девайс уже давно оставил попытки разбудить хозяина, в отличии от его начальства, которому очень хотелось бы знать, почему владелец сего замечательного устройства не прибыл на работу даже к обеду.

Но мирно сопящему мужчине совсем не было дела до хотелок начальства. Игровые очки валялись рядом, на полу. Перчатки все еще покоились на его руках, а вместо черного экрана телевизора задорно поблескивала золотом старая добрая надпись, когда-то так сильно заинтересовавшая заядлого игрока.

Кто бы что не говорил… как бы этот "кто" не осуждал… Но Николай был счастлив. Пока что. Ведь уже вечером он поймет, что ради свободных выходных, ему вновь придется пахать всю неделю без устали. И даже так, очень вряд ли у него не отнимут законный отдых в пятницу, ведь не опоздание, но прогул целого рабочего дня – это весьма серьезный проступок. Особенно если учесть причины, которые никак нельзя назвать вескими.

Но это уже дела будущего, а пока что, бравому герою вновь снится, как он, одного за другим, изничтожает монстров. Как он сжигает мерзких комаров и слизней. Как насаживает на шпажку пиявок и мокриц. Как хрустит под его ногами череп лошади всадника без головы. И он счастлив.

Глава шестая. В потоке.

Глава шестая. В потоке.

С момента получения мною миникарты минул месяц. Не сказать, что столь простая вещь является жизненной необходимостью, но… Она существенно ускорила исследование игрового мира. То, что воспринималось мною как финальная локация, разрушенный Эльвиднир, на деле оказалось лишь Заброшенным Аббатством – одной из сдерживающих зон.

Собственно, об этих зонах я прознал, опять же, лишь благодаря миникарте. Все просто. Разработчики игры отказались от понятия «локация новичка», обратив в ее подобие большую часть Хельхейма. Явившиеся на стартовые локации, которые для разных рас оказались в разных частях загробного мира, игроки оказались предоставлены сами себе. Лишенные чатов, локальных или глобальных, лишенные миникарты, как и любого представления о том, что делать дальше, они получили лишь простейшее указание: достигни Эльвиднира. Речью Гарма; высеченной на надгробии надписью; пылающим свитком в библиотеке… Разными способами, но это послание доходит до всех. А смысл его прост: исследуй. Локации, монстров, своего персонажа. Игру.

Кому-то подобное покажется излишне жестким, но… Нет. Нет! Это чуть ли не гениальнейшее решение последних лет. Свежее, привносящее новую жилку в уже опостылевшие: «Герой, ты обязан…», «Избранный, спаси…», «Вы явились сюда…»

Свобода – вот чем эта игра запала мне в душу.

Но, очевидно, что обучения Вальхаллы окажется попросту недостаточным, чтобы опробовать своего персонажа целиком. Новые навыки, новые уровни, оружие. Классы и расы, в конце концов. Потому-то разработчики и ввели сдерживающие зоны, расположенные по всему периметру биомов Хельхейма. Откуда бы ты не начал путь, и как бы ты не шел, ты в любом случае наткнешься на такую локацию. Аббатство, Топь, Некрополь, Пролом, Завеса, Лес Мглы… Таких мест столь же много, сколь огромны болота этого мира. Каждая из этих локаций, на деле, является данжем, вот только первое его прохождение всегда действует по определенному скрипту, и всегда выдает прошедшему миникарту, среди прочих наград. Миновать их не выйдет, ведь стоит зайти за очерчиваемый ими периметр, как игрок натыкается на куда более сильных монстров. Качаться в пределах болот тоже нельзя, ведь по достижению капа первого класса или расы, а это ровно пятнадцатый уровень, монстры практически перестают давать опыт.

Таким образом, любой игрок обязан испытать на себе игровые данжи. Просто не сможет продвинуться дальше, не пройдя один из них. А вот дальше… Дальше уже на выбор игрока. С миникартой найти Эльвиднир оказалось плевым делом. Путь к огромному мраморному дворцу, расположенному на не менее гигантской площади, скрывался за Лесом Мглы – еще одним данжем. Заволоченный туманом, лес тот был наполнен высокими длиннорукими чудовищами, силуэты которых я видел в самый первый свой игровой день.

С одной стороны, игроки могут без труда найти дворец, отправившись дальше, по «сюжету», если таковой вообще есть. С другой же, никто не запрещает им обойти и остальные сдерживающие зоны. Ведь слабые монстры по-прежнему не приносят какого-либо опыта, в отличии от боссов данжей.

Вперед, к дворцу, я пошел лишь достигнув двадцатого уровня, и освоившись с возможностями нового класса. И да, я, наконец, сумел оседлать свою кису. «Взрослый муспельхеймский кугуар» – вторая раса, полученная Василисой, существенно увеличила ее базовые характеристики, даровала новые навыки, повысила исходящий огненный урон, понизив входящий. Но, что куда важнее, в силу вступил второй облик, созданный мною в первый день знакомства с приставкой.

Она обратилась в огромную, в холке достигающую моих плеч, демоническую огненную львицу. Всё та же огненно-рыжая шерстка, изредка заходящаяся язычками пламени, утратила былую пушистость. Более крупные, чем у обычных животных, ее ушки обладали необычным окрасом из чуть более светлых, чем остальная шерсть, полосок. Между ушками брали свое начало длинные изогнутые рога, уходящие в сторону спинки. Под ними, словно грива, непрерывно пылало пламя огненного мира, где и рождаются подобные хищники. Гладкий и длинный, словно хлыст, ее хвостик также кончался источником адского огня.

Из дикого пушистого котенка, моя красавица обратилась прекрасной ездовой львицей, обладавшей грацией опасного хищника, и не сказать, что мне это не нравилось, но… Как-то грустно. Пора бы уже окончательно оставить Ваську, но все равно, вот так терять последнее напоминание о нем… Больно.

Мирно посапывающая в ногах питомица вскинула рогатую голову, заглянув красноватыми зенками прямо в душу. Поднявшись, она приблизилась к поваленному стволу дерева, на котором я и восседал, и мило мурлыкнув, боднула мое плечо горящим лбом.

– Такая большая, а в душе все тот же котенок, – гладил я кису, ластившуюся к руке.

– М-р-р…

Сейчас я в который раз просматривал остальные классы, открывшиеся мне после достижения шестнадцатого уровня. Конечно, был огромный соблазн взять какого-нибудь мага, видов которых было весьма немало: от закрытого для меня из-за не той расы «скелета-послушника», до необычного «гадалка», что, судя по описанию, должен развиваться в «Оракула» – одного из высших классов в игре.

Но… Сначала я решил взять Василисе новую расу, ведь здесь иных вариантов не было: «Котенок муспельхеймского кугуара» имел лишь одну ветвь развития. И… Увидев ее преображение, мне стало до безумия жаль, что возможность «оседлать» призванного питомца появится только в одном из развитых классов «наездника». Потому-то мой выбор и пал на один из них.

«Рыцарь», – писалось в системном меню, – наездник, сосредоточенный на защитных показателях. На деле это класс, что может носить тяжелую броню, владеть щитом и любым видом одноручного тяжелого вооружения. Интересный, конечно, выбор, но совсем уж не мой. «Всадник» – мастер атаки. Из тонны описаний, на которые разработчики не скупились, я понял лишь одно: всадник – прямое мое развитие в универсала. Средняя защита, средняя атака, средняя скорость… «Кавалер» – скоростной боец ближних и средних дистанций. Класс, играющийся от ауры «знойного темпа». Помимо прочего, он может владеть и некоторым дальнобойным оружием. Всего лишь луками, и их разновидностями, но все же… В отличии от «Вольтижёра», которому доступны и мушкетоны, и пушки, и даже… лазеры?

Сеттинг Иггдрасиля, порой, вызывает похрустывания где-то в глубине черепа. Вроде бы все нормально, средневековье, или около того, но тут оп! И на свет выходит очередное творение гномов Свартальвхейма. Куда там Мьёлниру или Гунгниру, когда игрокам доступны расы киборгов и автоматонов? В арсенале этих ребяток есть и лучевые пушки, и огнеметы, и лазерные резаки… Да чего там только нет!

Но вернемся к классам. Список, во что может развиться наездник, оказался весьма обширным, но большинство его пунктов были мне недоступны. «Низший вестник смерти», «Поборник светлого бога», «Вожак», «Знаменоносец»… Почти все они требовали определённой расы, предмета, статуса или класса. Но именно среди закрытых классов и нашелся тот единственный, что нужен был именно мне.

«Теург» – повелитель духов, способный одалживать у них силу. Казалось бы, причем тут духи, и что вообще этот класс делал в ветке наездника… Но! Этот класс добавляется как возможная ветвь развития любому призывателю, причем речь не только о классовых призывах, но и расовых. Феи, темные и нет; всех видов арахниды; некоторые демоны и слаймы: все они – расы, способные к призыву, могут, среди прочих, взять и этот класс. Есть у него лишь два ограничения: персонаж должен иметь заклинание «Призыв» любой градации; персонаж должен иметь класс «шаман».

Суть же теурга в возможности установить связь со своим призывом. Чем выше уровень класса, тем больше существ можно привязать к себе. Что это дает? Во-первых, характеристики призывного существа, частично, переходят его призывателю. Во-вторых, призыватель также отдает часть своих характеристик призывному существу. Бред, на первый взгляд, однако одна только эта возможность выравнивает изначальную мою ошибку. Василиса, как основной источник урона нашей группы, получает от меня прибавки к силе любой магии, что может использовать. Сейчас прибавки те выглядят смешно, но стоит немного вложиться в развитие моей расы, маджилос, как жалкие доли процента обратятся десятками процентов. С другой же стороны, я, как наездник, могу улучшать некоторые характеристики своего питомца, а значит, и свои. Опять же, лишь жалкие доли процентов, но развивая этот класс, я смогу обрести так необходимую тонкому магу живучесть, как и скорость передвижения. Будучи монстром, Василиса имеет весьма неплохие, для ее уровня, характеристики здоровья, что, частично, достанутся и мне.

Ну и финальный плюс… Теург – адаптивный класс. Требуя в своей основе класс шамана, он автоматически подстраивается под «источник» призыва. Под второй класс или расу. Идешь по пути «генерала ада», – класс призывателя расы демонов, заточенный под множественные призывы мелочевки, – теург даст тебе возможность увеличить количество подконтрольных юнитов. По пути «апостола» – опять же, призыватель, использующий призыв аватары бога своей веры, – и класс откроет возможность дополнительного призыва. По пути наездника? Ускорит твоего питомца, и даст возможность оседлать его, то есть станет прямым продолжением изначальной профессии.

Скорее всего, это сделано исключительно в виде альтернативы, и подобные вещи есть и в других классах. Мол, потрать дополнительные очки в ненужный тебе класс, а «шаман», напротив, оказался очень, ОЧЕНЬ нужным для меня классом, и получи за это доступ к особому, адаптивному классу. Не хочешь – не трать, и развивайся обычным рыцарем, или кем-то еще.

Есть, конечно, и некоторые ограничения, вроде того, что как «продолжатель» ветви развития сразу двух классов, теург не может быть развит больше, чем предшествующие ему профессии… Что значит, что шамана качать придется до конца, на все пятнадцать уровней. Но… Разве класс, что позволяет мне баффать мою кису, да открывает доступ к атакующим ЗАКЛИНАНИЯМ, будет лишним? А шаман открывал, и еще как.

Таким образом, сейчас, сидя на коряге близ прохода к Эльвидниру, да рассматривая остальные возможные классы: обычные и адаптивные, открытые и закрытые, редкие и необнаруженные… А были и такие, помеченные лишь десятком вопросительных знаков. Я изучал все возможные пути, и понимал, что принятое с горяча решение оказалось наилучшим из доступных. Куда приятней, конечно, смотрелся бы класс «призрачный гонщик», обладающий адской и демонической магией, но увы, расой не вышел.

Двадцатый уровень. Большего получить с этой локации я не мог. Но шанс умереть, и откатиться обратно, все еще оставался. Боссы данжей по-прежнему казались опасными соперниками, но вот опыта уже почти не приносили. Никуда не делись и шальные игроки, только и ждущие возможности убить новичка.

– Пора.

Сжав покрепче «Живой яд», – выпавшее с одного крайне неприятного босса-комара копье, – в последний раз проведя рукой по загривку моей львицы, я оседлал огненную кошку, направив ту в сторону скрытой от глаз тропинки. Той самой, что яркой точкой зияла на миникарте, притягивая взгляды новичков. Настало время выбираться из нубо-локи, и войти, уже, в игру!

***

Темная извилистая тропа, окруженная плотным туманом. Сквозь завесу пробиралось все больше и больше света, обнажая окружающую природу. Туман развеивался. Пред глазами предстали распахнутые настежь врата, высотой в несколько десятков метров. Каменные столбы из черного мрамора были украшены серебряными и золотыми цепями, как и створки из странного черного металла. Высеченная камнем тропка вела сквозь них, приглашая ступить на огромнейшую дворцовую площадь, способную вместить в себя жителей целого города… небольшого, по нынешнем меркам.

Еще в первый раз оказавшись пред вратами, я подивился подобной архитектуре. Зачем такие просторы нужны в загробном мире? Уж не для сбора же горожан пред царскими очами. Нет тут ни горожан, ни царя. Хотя есть Царица, да.

Я впервые смог рассмотреть эту местность внимательно, вблизи: ранее я не рискнул пересекать врата, боясь оказаться в очередной кат-сцене. Огромная площадка была выстлана белокаменной плиткой… Москву напоминает, «Белую площадь». На земле проглядывался незамысловатый узор. Неприглядный, и поначалу незаметный, ибо соткан он был из разных направлений кладки. Различные руны вырисовывались им.

По левую руку от входа, среди зелени, столь резко бросающейся в глаза после гнили и мрака Хельхейма, виднелись небольшие постройки неясного назначения. По правую – всего лишь зеленые заросли. Живые деревья, кусты, цветочные клумбы. Никаких зданий или особых строений.

Пересекая дворцовую площадь, любуясь необычными видами, последнее, чего я ждал, так это оклика.

– Эй! Эй, парень! – кричал притаившийся в тени человек. На чистом японском кричал, – Иди сюда.

Опознание показало ник, а значит то был не монстр. Игрок. Высокий мужчина в кожаном доспехе и с широким двуручным мечом, закрепленным на спине при помощи портупеи. Он стоял, облокотившись на один из домиков в левой части площади. Рысцой, совсем беззвучно, Василиса подобралась к ряду построек из резного дерева, но… Зовущий оказался там далеко не один: еще тройка людей, как выяснилось, скрывалась в тени одного из домиков. Из-за цветочных кустов их не было видно издали.

«Засада!» – первая мысль, которая была оперативно отвергнута. Позвавший меня даже не шелохнулся при приближении, продолжая дружелюбно улыбаться, глядя в мою сторону. Да и его подельники не спешили выбегать из укрытия. Лишь лениво переглядывались.

– Новенький, да? Впервые здесь? – заговорил он, стоило Ваське подойти поближе.

И я бы и не против ответить: больше месяца играю, видел сотни разных игроков, но какого-либо общения с ними так и не заимел. А всё потому, что голосовая гарнитура работала исключительно с навыками и заклинаниями. Обычную речь она, увы, не предавала. Но ведь этот человек как-то со мной общается?

– О-о-о, – продолжил говорить он, – Совсем всё плохо, да? Ну-ка, держи.

Словно пытаясь ухватить надоедливого насекомыша, он дернул рукой вперед. С ленцой. Запястье скрылось в черной дымке, возникшей из ниоткуда, а после явилось обратно, сжимая пару пожелтевших от времени свертков. Протянул их мне, со все той же полуулыбкой-полуухмылкой.

– Ну, давай. Бесплатно.

«Слабое опознание предмета», «Слабое опознание существа», «Слабое опознание существа»…

– Так и будешь смотреть? – не выдержал он, когда я с десяток секунд искал подвох. Но нет. Всё чисто, а потому, свитки плавно перекочевали в мои руки, а оттуда в инвентарь, – Отлично. Активируй, чего опять стоишь?!

«Дар голоса», «Дар слуха», «Дар разума», – гласило описание предметов… Уникальных, по своей редкости, предметов.

Активировав все три, я не почувствовал разницы… Пока не открыл меню. Вот, собственно, и чатик подвезли. Который тоже нужно настраивать, увы.

– Ну? Мне долго ждать?

– А… Чего ждать? – микрофон активировался сам собой, фиксируя ломаный японский.

– Тебя, конечно. Так ты новичок? Да или нет.

– Ну… Я здесь впервые.

– Значит да. Это хорошо. Смотри, нам нужно попасть во дворец, но сделать это можно только в команде с тем, кто ни разу еще там не был. Понимаешь?

– Допустим…

– Я хочу, чтобы ты присоединился к нашей группе, а взамен я отвечу на твои вопросы по игровым основам. Идет?

Шанс? Ничего дурного здесь не вижу. Главное – не соглашаться на запросы торговли, дуэли, или еще какой чуши. И договора, пожалуй, не стоит подписывать, а то помню я среди обширного списка такой мирный класс, как «Законник»… Что-то вроде адвоката, если я правильно понял суть. Уж не знаю, зачем он тут нужен, но, пожалуй, стоит избегать всего мало-мальски подозрительного. Мало ли, на что способны здешние демоны, если составлены те по мифам еще шумерских времен. Сделка с дьяволом, договор на душу и прочие, весьма распространенные вещи.

– Допустим…

– Так дело не пойдет, – вздохнул парень, – Либо да, либо нет. Третьего не дано.

– Хорошо. Да, я согласен.

– Отлично! – воскликнул тот, разворачиваясь, – Он согласился! – крикнул своим товарищам, – Сейчас тебе придет приглашение, надо только лишь его принять.

И действительно, пред глазами моргнула рамка игрового интерфейса, в которой ранее мне высвечивались сообщения о смерти. Да и системные оповещения, мировые то есть, приходили в ней же. Сейчас лишь текст отличался. Самое обычное приглашение в группу, присланное Реризмом – парнем, с которым я и общался. Немного поколебавшись, я принял приглашение, тут же обратив внимание на мелькнувшую в верхнем правом углу точку.

– Знаешь… Судя по твоим движениям, у тебя одна из тех самых консолей? Последней версии? – кивок, – Это всё усложняет… Нет, ты не подумай! Я не отказываюсь от своей части сделки, но ответить на вопросы, связанные с консолью, уже не смогу. Точнее, на все вопросы. Сейчас же… Попробуй сосредоточить взгляд на точке в правом верхнем углу.

Собственно, я это и так сделал, без всяких наставлений. Словно мутное пятнышко, без очертаний, она резко расширилась в обрамленный полупрозрачным маревом с колышущимися краями список. Лишь ники, и ничего более.

– Получилось? – опять кивок. С моей речью лучше молчать, пока не потребуется прямого ответа, – Хорошо. В целом, мы уже можем идти, но, как и договаривались, отвечу на твои вопросы.

– Смена расы? – спросил первое, что пришло в голову.

– Это возможно, – незамедлительно ответил Реризм, – но нужны особые расходные предметы. На каждую расу – свой, и некоторые из них весьма проблемно получить в одиночку. Для класса действуют те же правила. И да, после смены, тебе возвращаются все очки, которые ты потратил ранее.

В целом, как я и подозревал.

– А микрофон? – следующий волнующий меня вопрос, – Как его выключить?

– Хм-м… Обычно, есть отдельная кнопка для микрофона. У тебя же, скорее всего, всё в целом работает иначе. Тут, уж извини, придется разбираться самому… Но, если это принципиально, попробуй поэкспериментировать на мне.

– Поэкспериментировать?

– Ну не знаю… Попробуй, говорить в микрофон, сосредоточив внимание не на персонажах, а на предметах. Или, например, полазай по настройкам, и попробуй найти там что-то похожее на настройку контекстного меню.

– Так… – мой взгляд устремился на рог Василисы, – Допустим. Ты меня слышишь?

Ответа не последовало. Вновь взглянув на Реризма, я застал его во все той же позе дружелюбно улыбающегося человека.

– Еще вопросы?

– Ты сейчас меня слышал?

– Нет. Я так понимаю, помог способ с переводом внимания? – я кивнул, – Я знаю, что в новый интерфейс встроено крайне мощное железо, чтобы он мог работать напрямую с пользователем. Ну, вот это вот все… Захват взгляда, анализ мелкой моторики и мимики. Даже про считывания нейроимпульсов говорили. М-м-м… – он на секунду задумался, бросив осторожный взгляд на товарищей, так и не шелохнувшихся с самого начала разговора, – Еще вопросы?

Задумавшись на миг, я понял, что в голову больше ничего и не лезет. Совсем уж базовые вещи были мною освоены во время вояжа по данжам Хельхейма, а о более продвинутых… Спрашивать, пока что, нет никакого смысла. Игра все еще обеспечивает меня должным уровнем контента, чтобы я не пытался вызнать способы ее более эффективного прохождения. Это ведь неинтересно.

– Нет, пока все ясно. Разве что… – взгляд сам собой зацепился за точку в углу экрана, моментально разворачивая ту, – А как пригласить человека в группу? И как узнать здоровье и статусы членов группы.

– Так… Для приглашения я дал тебе свиток с даром разума. Изучи системные меню, там должны появиться соответствующие пункты. А все остальное – исключительно за счет опознания. Как прокачаешься чуть выше, тебе откроются средние, сильные и высшие наборы этих заклинаний. Они будут работать на более высокоуровневые объекты, будут применяться массово, и будут дольше отображать полученные данные. М-м-м… – очередной взгляд назад, – Еще вопросы?

– Нет. Благодарю, – я мотнул головой, – Что нужно делать?

– Вопросов больше нет?

– Нет.

– Отлично, тогда пошли. Как только ты окажешься перед вратами во дворец, запустится кат-сцена, которая те врата и распахнет. Более от тебя ничего не требуется.

Так мы и поступили. Я двинулся к огромным вратам, под пару сотен метров ввысь, а Реризм, как и остальная его группа, шествовали следом. Не особо подгонял Василису, ведь хотел осмотреть окружение. Что что, а картинка в Иггдрасиле была на весьма высоком уровне. Словно на экскурсии. Дворец внушал, подавляя своим величием и дорогой, но не вычурной, помпезностью. Суровый северный аскетизм очень удачно сочетался с царским убранством из серебра и золота, порождая занятный шедевр архитектуры, по одному взгляду на который можно смело сказать: здесь не зазорно жить и Одину.

Кстати о нем… Когда я оказался в паре десятков метров от левой створки ворот, дворцовую площадь поглотило дикое ржание. Множественные раскаты далекого грома сотрясли округу. Василиса остановилась, подчиняясь моей воле. Замерло и окружение. Даже группа игроков, и те не двигались, но глядели, почему-то, не на источник звука, а вперед.

– Что это? – спросил я, глядя на Реризма, но ответа не последовало. Лишь гром продолжал набирать обороты, становясь все громче и громче, – Ты меня слышишь? Блять, эта штука всё же сбоит! – закончил уже на русском.

Звуки стали уже оглушающими… Заставляли сердце биться чаще, дабы наполненная адреналином кровь циркулировала всё быстрее и быстрее.

«Это не гром, – пришло осознание, когда непрерывная череда ударов уже едва не заглушала собственные мысли, – Это…»

Белая вспышка затмила обзор. Широкие врата из черного мрамора обратились в пепел. В проеме, ступая прямо по расплавленному камню, появился всадник. Закованный в темно-синюю резную броню; укутанный в космических оттенков плащ, по которому змеились золотые снопы молний; сжимающий сине-золотое копье, словно сотворенное из куска необъятной реальности, явился он. Один. Рогатый шлем, явный атрибут молний, огромнейшие размеры, копье… а главное скакун. Восьминогий конь, кожа и плоть которого будто состояла из черных грозовых туч, непрерывно пересекаемых синими магическими искрами. Всё сходилось, и если это не Один, оседлавший Слейпнира, и сжимающий в руке Гунгнир, то я и не знаю, кем еще может быть это существо.

По легендам, первый среди асов. Великий военачальник, покоривший все девять миров, и связавший их в единую цепь. Однако, я хоть и не вдавался в столь древний фольклор, но знаю наверняка, что лично Один ни разу не спускался в Хельхейм. Боялся, наверное. Когда-то именно он запер здесь Хелу, а та, не будь дурой, сделала эти земли своими. Стала Царицей мест, откуда даже боги не способны сбежать, коли настал их час.

Вторженец поднял копье, направив лезвие ко дворцу, и с конца его сошел широкий поток слепяще-белого электричества, плазмы. Меньше метра осталось между мною, и широкой оплавленной траншеей, что уходила далеко вперед. Сквозь двери, сквозь лестницу, сквозь нижние комнаты дворца.

Конь сделал шаг, выдав сноп искр копытом. Затем второй, повторив эффект. Он не разгонялся, не мчался галопом, но просто шел вперед, неся своего всадника к его цели. Которой, что хорошо, оказался не я.

Врата распахнулись настежь, и истинная хозяйка загробного мира гордо прошла сквозь них. Прекрасная рыжая дива, ростом под стать самому дворцу. Милый лик, невесомые полупрозрачные одежды, едва ли не пылающие огнем волосы, аристократично-белая кожа. Совсем не такого бога ожидаешь встретить в мире мертвых. Может, это и не Хель вовсе?

Едва ее взгляд наткнулся на приближающегося бога, дива замерла. Надменность и заинтересованность сошли с ее лика, оставив там лишь обнаженную ярость.

– Как смеешь ты здесь появляться?! – кричала богиня, да так, что уши закладывало, – После того, как заточил меня! – белая плитка вспучилась, выпуская на свет толстые древесные жгуты, что в миг сковали Всеотца. Взмах копьем, и отсеченные от корней лозы осыпаются пеплом, не сумев даже замедлить Слейпнира, – После того, как сам же отказался блюсти договор! – не успел опасть древесный прах, как словно живой, взвился ввысь, со всех сторон облепляя всадника. Но Один словно и не чувствовал дискомфорта, продолжая идти вперед, – После того, как твой вшивый гонец посмел обворовать Богиню*! – аристократично белый лик в единое мгновение сгнил. Черная плоть отслаивалась от кости, разлетаясь невесомой пылью, – После того…

Хела подняла вверх правую руку, еще не успевшую лишиться плоти. Сизый шарик с мрачной чернотой внутри вскружился над запястьем, с каждым мгновением набирая в размерах. Словно крохотная вьюга удерживалась одной лишь ее волей.

Один пропал. С белой вспышкой огромный конь предстал пред богиней, едва доставая мордой ей до пупа, покуда рука Хель с мощным грохотом упала наземь, отсеченная незнающим промахов копьем. Раздался девичий визг, полный горечи и печали, быстро сменившись завываниями баньши.

– Я пришел поговорить, – сказал вдруг Всеотец, но голос его едва пробивался сквозь дикий вой. Взмах закованной в латы руки помог. Тишина настала столь нежданно, что даже в ушах зазвенело, – Я пришел поговорить, – повторил бог, пока все также лишенная плоти Хела держала оставшуюся руку на костяной щеке.

Глядя на всю эту сцену, проходящую в настолько опасной близости от моего героя, что из-за одних лишь ударных волн я УЖЕ находился при смерти, – фигурально и буквально, ведь Хель – аналог Смерти у скандинавов, – я не мог не отметить чудодейственность «божественного леща», что в один миг унял женскую истерику. Способ этот, правда… Благо что оба существа были заняты друг другом, совсем не обращая внимания на мелкую сошку. О существовании какой-то там группы, что так хотела войти во врата Эльвиднира, я даже и не вспоминал. Тут свою бы шкуру спасти.

– Твой отец…

– Он… – хотела было рявкнуть Хела, но шипованная перчатка настигла вторую ее скулу.

– Не перебивай, – тон верховного бога был однозначен, и возражений не терпел никак и никогда. Не удивлюсь, если он говорит так постоянно, – Твой отец разрушил Биврёст. Я проведу свое воинство в Мидгард через Хельхейм.**

– Нет! – очередной удар был перехвачен костяной рукой, явившейся на место обрубка, – Я бы с радостью забрала твою жалкую душонку, – парящее подле бога копье, по велению его метнувшееся к сердцу ведьмы, было схвачено еще парой конечностей, наспех отращенных богиней смерти, – Да только нет здесь места, для чего-то настолько поганого! – четвертая, и последняя конечность ухватилась за правую руку Одина, окончательно обезоружив того.

Огромный скелет, какой стала Хела, топнула костяной ногой, пустив по площади бело-голубую волну. Иней, как оказалось чуть позже. Моего героя смело в сторону, просадив жизни до уровня почернения экрана. Хорошо, что хотя бы Василиса оставалась при мне, пусть волна ледяной магии и вынудила меня спешиться… Придя в себя, я узрел, как по всей площади начали наливаться сиянием выложенные плиткой руны.

Узрел их и Всеотец.

– Ты… – рявкнул он, с размаха саданув закованной в рогатый шлем головой по грудине великанши, – Как ты смеешь…

– Прощай, Один. Надеюсь, после воскрешения ты сумеешь защитить свое творение, – в ее неживом голосе звучало искреннее веселье, – Будет очень жаль, если Иггдрасиль окончательно увянет, правда?

Плитка пришла в движение. В самом центре площади, за спиной Одина, что слишком уж отчаянно пытался вырваться, шарахая вокруг себя снопами молний, на что Хель лишь заливалась безумным смехом, являлась взору воронка. Бортики ее были выложены из топорщащейся плитки. Но расширялась она не долго, ведь из самых ее недр, вдруг, ударил тугой столп воды. Столь огромный, что без труда мог подхватить и саму Хель. Столь мощный, что в считанные мгновения достиг вечно черных туч, скрывшись где-то за ними.

– Да унесет твои печали Гьёлль, – произнесла она, уняв свой безудержный хохот.

С небес хлынул поток. Словно огромное извилистое течение, он мчался к земле. Не к Одину, нет. Подобно живой змее, он искал наилучшую позицию для атаки, смещаясь то к югу, то к северу. То к западу, то к востоку. Огромная змеиная пасть соткалась в нем, едва первые капли коснулись земли. Изогнувшись, он раскрыл ее, продолжив путь уже в горизонтальной плоскости, поглощая всё на своем пути: стены, растения, плитку, землю… меня.

Уж не знаю, удача то, или так и планировалось по скрипту, но вода из реки мертвых, в которую я пытался зайти еще в первый день своего путешествия по Хельхейму, прибила меня ровно в отсеченную конечность богини, что так же была поглощена хищной пастью. Лишь оказавшись в ее ладошке, куда без труда могли вместиться еще с десяток подобных мне существ, я перестал получать «Заряды смерти», что окрашивали края экрана в белый, и грозились вот-вот отправить меня на перерождение. Я старался не думать о том, куда пропала Василиса, и учитывая, что вокруг с бешенной скоростью проносились виды дворца, а впереди уже появилась внушительная, по сравнению с моими размерами, тушка Одина, в которую грозилась врезаться отмеченная конечность Хель, – мой временный транспорт, – удавалось это довольно просто. Вот только столкновения не произошло: Всеотец исчез в белой вспышке, как только осознал, что выбраться отсюда он не в состоянии.

Мне неизвестно, продолжилась ли их битва. Как неизвестно, выжила ли моя группа, ведь… засранцы попросту выгнали меня. Не знаю когда, ведь с самого пришествия Одина я не мог отвлечься на что-то иное, но черная точка бесследно исчезла. Всё, что мне остается – стараться не оказаться вымытым из ладошки Богини смерти, да ждать, к чему всё это приведет. Ведь довольно скоро мельтешащие виды дворцовой площади исчезли, сменившись полной темнотой.

Чуть позже прекратились и водные метания. Течение пришло в норму, и моя временная защита от эффекта смерти начала всплывать.

– Заебись… – вырвалось само собой.

Я дрейфую по реке мертвых, используя отрубленную руку Богини смерти как судно. Оригинально.

Вокруг лишь темень. Ни берегов, ни островов. Одна вода, уходящая вдаль, за горизонт, роль которого играла всепоглощающая тьма. Впереди слышался шум. Весьма отчётливый, в этом тихом месте, и источник его ничем иным, кроме водопада, быть не мог. Учитывая же, что по направлению течения миникарта показывала только чёрное пятно, могу предположить, что катсцена подходит к своему логическому концу. Моей смерти.

***

Узрев позорное бегство Одина, богиня довольно хмыкнула, в очередной раз топая костяной лапищей. Волна ледяной магии коснулась рун, и ожившая река мертвых, подчиняясь воле хозяйки, перестала бесцельно наматывать круги над дворцом, ловкой змеей юркнула обратно, в воронку в центре дворцовой площади. Битва окончена.

* Данное высказывание основано на одной из легенд, связанных с Хельхеймом, о смерти сына Одина – Бальдра. Дальнейшие отсылки также будут мною помечены (если не забуду, извините), и будут они касаться именно фольклорной составляющей скандинавской мифологии. Еретизм от Марвела, где Локи – брат Тора, а Хель – ребенок Одина, здесь не будет даже упомянут.

** В исконных мифах отцом Хель являлся Локи. Уже мое допущение: по разным мифам существуют разные версии строения Иггдрасиля, и связи между ним и девятью мирами. Я придерживаюсь таковой, что Асгард – вотчина Одина, является единственным местом, откуда можно попасть к Биврёсту, а используя уже его, можно вторгнуться в любой из девяти миров. Без него остается передвигаться только по исконной связи: каждый из низших миров связан с Мидгардом, каждый из высших миров связан только лишь с Хельхеймом, как загробным миром, куда попадают души усопших. Вальхалла, Асгард, Ванахейм, Альвхейм… все эти места не связаны с Мидгардом напрямую, а потому, Один вынужден искать дорогу через обитель Хель. Отдельно помечу, что Вальхалла – загробный мир для избранных, и попасть туда можно только по личному приглашению валькирий, потому это место не имеет прямой связи со всеми мирами, как Хельхейм – загробный мир для всех, даже для богов.

Глава седьмая. Чудотворец.

Глава седьмая. Чудотворец.

Черная бездна, глушащая любые надежды. Зовущая к себе, но при этом отталкивающая в своей… нереальности. Гиннунгагап. Зияющая пасть, прореха в междумирье, попасть в которую страшился и сам Один… Именно к ней привела меня река мертвых, именно в нее впадала Гьёлль.

Стоя на раскрытой ладошке, и взирая на неумолимо приближающуюся пустоту, я испытывал весьма интересную смесь эмоций и чувств. Не страх, нет, ведь физически мне ничего не угрожало, но… Сердце все равно заходилось галопом, слегка отдавая в висках. Будто стоишь пред обрывом, и, вроде бы, совсем не собираешься прыгать, но дурная мысль «А что, если…» не дает покоя, рисуя самые страшные картины твоей гибели. Будоражащее чувство.

Отсеченная конечность подплыла к самому краю мира, задержавшись на нем лишь на мгновение, а после… перевернулась. Первые секунды тело реагировало как на самое обычное падение: сердце замерло на миг, легкая щекотка поселилась внизу живота, а всё нутро вдруг решило подпрыгнуть. Но наваждение спало быстро, оставив лишь невесомое шевеление в мозгах. Будто находишься на самой грани головокружения. Казалось, еще чуть-чуть, и пейзажи пустятся в пляс.

Темнота поглотила округу, чтобы спустя миг озариться тусклым сиянием, раздающимся откуда-то впереди. И с каждой пройденной секундой сияние то росло, становилось все ярче пока… Я не всплыл.

Мирное озерцо под открытым небом, с которого так дружелюбно улыбается солнышко. Я оказался ровно в его центре. Голубое небо, столь сильно отличающееся от вечной Хельхеймской хмари, уже въевшейся на подкорку, дарило воодушевление и поднимало дух. Со всех сторон виднелся лишь густой зеленый лес, и даже отсюда я слышал шелест листвы, щебет птиц, рев и писк зверей. Кажется, мощный бурый охотник нашел себе добычу среди менее удачливых товарок… Поразительно!

Далеко не сразу я почувствовал необходимость плыть куда-то, просто зависнув разумом и телом. Не хотелось ничего, лишь наслаждаться картинкой и звуком, безумно жалея об отсутствии осязания и запахов… Даже мокрая прилипшая ткань была бы проигнорирована, если бы я только ощутил озерную прохладу, да почувствовал на коже игру лучиков солнца. Про свежий аромат озерных вод, застлавшийся дурманящими запахами хвойных деревьев да горчинкой нежно-салатовых лугов, не стоит и упоминать! Увы, но подобная природа осталась лишь в редких заповедниках, и насладиться ей теперь можно только в игре. Все эти парки, заселенные искусственными деревьями, что вроде и дают кислород, да только запахов не имеют совершенно – уже не то. Да и зверья, вот так вот просто, уже не встретить, благо хоть птицы летают еще…

Если приставка дарует пользователю ТАКУЮ картинку, то не удивлен, что в Японии их сметают словно едва напечатанные пирожки. Это у нас в необъятной хотя бы остались заповедники, а там, в стране зашедшего солнца, для такого банально нет места… Там и для людей-то место не всегда находится.

Но, уверен, мне дадут еще налюбоваться видами. Время двигаться вперед, а потому, приметив пологий берег с одной из сторон озерца, ведущий к цветущей лужайке, я совершил первый гребок. За ним второй. Под водой виднелись исконные обитатели озера, что здраво опасались приближаться к нарушителю тишины и спокойствия: кучка рыбешек, самых обычных, так непривычных после пиявок-мутантов Хельхейма, мельтешила у самого дна. Чистейшая прозрачная вода позволяла без проблем следить за их незамысловатым танцем, как беззаботно они юркали меж водорослей и камней. Но там, где пологое донышко резко обрывалось, поглощаясь неестественной тьмой глубин, никакой живности уже не было. Рыбки, рачки, кто-то вроде моллюсков, все они словно избегали тех мест. Опасались их. Сдается, именно оттуда я и выплыл.

Уже спустя пару минут неспешной гребли, – ну не мог я не любоваться окружением: лес, небо, вода… так прекрасно все вокруг, что куда-то спешить не хотелось совсем, – я смог коснуться дна, и продолжить прогулку уже пешком. Мелкая галька с легким шелестом перекатывалась под водой, а после, с куда более отчетливым шорохом, расходилась под тяжестью мокрых кожаных бот уже на бреге. Впереди действительно оказалась полянка, окруженная хвойными деревьями, совсем не исполинами, как было в загробном мире. Обычными деревьями, под которыми раскинулся скромный подлесок, шелестящий от легких дуновений ветерка. Живыми деревьями.

Прикрыв глаза, я вновь отправился в долину наслаждений. Теперь, когда под ногами расстилалась твердая земля, а лес – вот он, прямо предо мной, ничто не мешало окунуться в воспоминания. Как еще совсем мелким пацаном, мы прогуливались с отцом по тропкам Южно-Таёжного заповедника, вдыхали неповторимо свежий воздух, да наслаждались «тишиной». Как и тогда, совсем не хотелось сбивать своей речью природу, что через далекую птичью трель, лосиный зов или волчий вой ведает свою, непонятную простому люду историю.

Слева негромко похрустывали сухие ветки, вплетая новый звук в изменчивый лесной оркестр. Справа послышался глухой стук, тихий шелест и дребезжащие хлопки крыльев: кто-то из пернатых сорвался в дальний полет, повалив на землю старые, уже лишенные семян шишки. Одинокие всплески раздавались за спиной. То, видимо, рыбки, отошедшие от моего присутствия, приступили к охоте за мошкарой. Приятная идиллия, совмещенная с пустотой под черепной коробкой. Так здорово, порой, ни о чем не думать, полностью расслабляя всё свое естество.

Вечно недовольное начальство, что в последнее время, кажется, срывается лишь только на меня. Увеличившиеся планы, которые просто невозможно выполнить в приемлемые сроки. Мой собственный организм, который в последнее время всё чаще выказывает сопротивление полуночным заходам в Иггдрасиль, что также символизирует об огромных тратах и очередных проблемах на работе… Болеть для нас – непозволительная роскошь!

Всё это, и еще миллион крайне важных, но ставших вдруг незначительными вещей, осталось там, за пределами игры. Здесь есть лишь я, лес и…

– ПОМОГИТЕ! – зазвучал детский глас, на чистом японском, – КТО-НИБУДЬ!

В глубине чащи показался русоволосый парниша. Чумазый, худощавый, облаченный в какую-то рванину. В руках он крепко удерживал небольшой сверток, состоящий из такой же грязной грубой ткани, что и его рубаха. Малец ловко скакал меж неплотных рядков деревьев, а за ним, огибая толстые стволы и сшибая прутики потоньше, несся крупный бурый хищник, истошно при этом ревя.

– Медведь, – вырвалось само собой, – Бурый. Красивый. И злой.

Мальчик не выбежал, но вывалился на опушку, запнувшись не то о корень, не то о кустик. А может и вовсе выбился из сил, попросту рухнув как попало. В любом случае, вставать он не спешил, как и медведь не спешил ждать, пока его жертва придет в себя. Вот только выйти тем же путем, что и протиснувшийся меж двух деревьев худощавый пацан, у такой крупной туши не вышло, и хищник пошел в обход, благо что скорость позволяла, да и жертва не спешила убегать и дальше. Как итог, бурый также выскочил на поляну, но гораздо ближе ко мне, чем это сделал мальчик. И первое, что увидел тот – неопознанного вида четырехрукого чудака, в котором мяса, если он, конечно, охотился, было куда больше, чем в неподвижно лежачем щуплом тельце.

Чего-либо ждать я не стал, ибо уже знаю, насколько эта игра любит знакомить новичков с новыми видами монстров: спасибо болотам Хельхейма, я на такие встречи уже насмотрелся. Копье появилось в руках само по себе, попросту вылетев из червоточины-инвентаря, и немедля устремилось в голову зверя «Броском Копья», пока сам я использовал опознавалки на госте «моей» полянки.

Удивительно, но медведь тот оказался крайне слабым противником, ибо уровень жизни «Обычного бурого медведя» просел больше чем на половину, когда наконечник фантомной копии моей уберпалки, имеющей свойства отравления и вампиризма, вонзился в мохнатую грудину. Прокнувший при этом яд, медленно но верно начал поглощать скудные остатки здоровья зверя. Грозный хищник, каким этот медведь казался поначалу, лишь жалобно взвыл, да медленно попятился прочь… Ну, попытался попятиться, ибо уже через пять шагов рухнул наземь, издав последний протяжный стон.

– А как там наш второй гость… А, сбежал. Ну что ж, видимо это новый главный квест. Сначала: «Найдите Эльвиднир», теперь: «Отыщите пацана»… А что дальше? По следам «Легендарного отряда бомжей-убийц»?!

Так-с. Поныли и хватит. Стоит сделать ещё кое-что, перед тем как выдвигаться в путь, ухватившись за единственную подсказку… Если это конечно именно она, а не «очередной игрок», который так удачно находится в зоне скрипта, чего раньше не наблюдалось, не менее удачно имеет при себе ненужные вообще никому из высокоуровневых игроков «свитки», что, вопреки заявленной ранее механике, не просто активируют заклинание, но открывают целые сегменты интерфейса, и, что совсем уже нонсенс, готов полностью забить на свою пати, и сколь угодно долго разжёвывать новичку основы, вместо того, чтобы просто скинуть гайд на мыло, как это делали в мои времена. В общем, да… Пусть они и дали ему имя «Реризм», без каких-либо пометок, чем, обычно, и отличаются игроки от НПС, и пусть я даже повелся, ибо находился в состоянии душевного подъема, готовый к эпичным битвам и превозмоганию, но стоит лишь обдумать всё произошедшее, как сразу становится очевидно: Реризм – бот, нужный чтобы открыть новичкам чат, а также для дачи кратких справок. Логично, конечно, ведь никакого обучения в игре нет, а лезть в сеть для поиска ответов на вопросы… ну… можно, и в общем-то даже нужно, но как-то… Неспортивно. Да и неправильно, когда в игре нет иного способа прохождения, кроме как шерстить инет.

Мысли о хитрозадости разработчиков совсем не отвлекали меня от нужных действий. Призыв Васьки завершился спустя несколько секунд: увы, но в отличии от каких-нибудь Повелителей Смерти или Владык Ада, я не могу мановением руки вызывать толпы подконтрольных юнитов… Касты у меня совсем не моментальные.

Труп котика вновь вызвал неприятные ассоциации, но в этот раз обошлось без сдавливающей нутро печали, сдобренной скупыми слезами. Уже третий раз я вынужден воскрешать свою питомицу, и всё никак не могу к этому привыкнуть.

Вялая серая бумага сгорела в руках, частично восстановив здоровье котенка… Двухметрового в высоту котенка, да.

– Прости, красавица, – рука легла на загривок, вызвав задорное тарахтение последней, – Постараюсь больше не терять тебя.

Оседлав ездовую питомицу, я направил ее вглубь леса. Туда, где виднелось хотя бы подобие на тропку. Гнать смысла нет никакого, ибо следопытом я уж точно не являюсь, и дело вовсе не в классе. Возможно, разработчики оставили способ выследить мальчонку: обломанные ветки, примятая трава или вообще, натуральные следы в грязи али помете чьем-то… Ну, может и самого парня, после встречи с медведем-то. Но искать такие следы я совсем не умею. Житель мегаполиса – не егерь, не кипер, и даже не смотритель заповедный. Так что выследить пацана я не надеялся, но и стоять на месте смысла нет никакого. А так, можно сказать, у меня была в самом разгаре «конная» прогулка на природе.

Кардинальное отличие от Хельхейма было не только лишь в природе, видах, звуках… В общем, мир живых, очевидно, отличался от мира мертвых, но были отличия не только с этой точки зрения, но и с точки зрения игры… Не было никаких монстров. Тот медведь – единственный агрессивный юнит, встреченный мною более чем за десять минут неспешной прогулки. Хорошо это, или плохо – понять сложно. С одной стороны, я, вроде как, играю в РПГ. Бог с ним с ММО, но это же РПГ! Что вообще тут можно делать без квестов, без монстров, без битв? Ответ нашел меня сам.

Впереди, навстречу мне, вышел отряд, ведомый кем-то вроде егеря: кожаные ремни поверх плотной тканевой куртки, сжимаемый в руках лук, да заполненный колчан за спиной не давали соврать. Сам по себе мужчина был обычным, ничем не примечательным, а опознание вообще распознало в нем «Жителя Просторечья»… Название поселка, откуда тот родом, увы, было написано иероглифами, и переводиться могло сразу несколькими способами, но для себя я выбрал самый запоминающийся. За спиной же его, как и говорилось, скрывался "отряд". Кучка крестьян, какими их описывали учебники древней истории: осунувшиеся обветренные лица; весьма мощные руки, на некоторых из которых проглядывали застарелые шрамы, ожоги, волдыри; потасканная одежда из какой-то грубой ткани, местами покрытая заплатками из таких же обрывков. И никакого вменяемого оружия. У кого-то в руках длинные заточенные палки, у кого-то простые дубины, возможно, поднятые по пути сюда. Кто-то судорожно сжимал мотки веревок, умостившиеся на плечах, а отдельный тип пытался удержать свою собаку – крупную дворнягу, что всеми силами пыталась скинуть с шеи удавку, и свалить от Василисы куда подальше.

Я замер, во все глаза любуясь экспозицией, да жалея, что подобных технологий нет в образовательных учреждениях. Тогда бы и нуднейшие уроки истории с элементами уже приевшейся дополненной реальности стали бы весьма занимательным зрелищем. «Живая экспозиция» в ответ любовалась уже мной, а точнее Василисой. Всадник на пылающей рыжим огнем двухметровой львице – лишь странное дополнение к самой этой львице.

Так бы мы, наверное, и стояли, если бы из-за спин не протиснулся тот самый паренек с грязной моськой.

– Это он, – крикнул он, ткнув в меня пальцем, – Ки-ти-то-хито! – дополнил странным словосочетанием, что вот никак не хотело восприниматься мозгом.

– Ки-ти-то-хито! – подхватила толпа, начав расходиться.

А, нет. Они медленно начали меня окружать. Вот и здешние мобы? Опасными не выглядят… Хотя и скелеты, призванные Гармом, опасности не представляли. Тут же – самое начало мира живых, скорее всего Мидгард. А может и Ванахейм… Ваны, насколько я помню, выглядят также как и люди, да и Мир их имеет весьма схожие с Мидгардом черты.

Как и всегда, копье было изъято оперативно, да только пустить его в дело я не успел. Пришлые, все как один, бухнулись на колени, ровно там, где стояли. И даже пацанёнка, и того потянули вниз, заставив склонить голову. Нестройным хором, один за другим они начали не то молиться, не то каяться… Я и так не лучшим образом воспринимаю японский на слух, а тут целая толпа, одновременно несущая какой-то бред.

Но вот, один из них подался вперед. Старик, задвинувший лучника за спину, так и не поднявшись с колен, оказался у самых лап Василисы, с подобострастием заглядывая в ее глаза. Из его седой спутанной бороды торчал листик, активно потряхивающийся во время речи, на лысой голове зияла белесая точка шрама, а из глаз бедняги едва не лились слезы. Сейчас, присмотревшись к его лицу, я заметил и темные мешки под глазами, и впалые щеки, и общую бледность, едва проглядывающую сквозь грязь… Все это было попросту незаметно на испещренной морщинами коже. Не бросалось в глаза, но лишь поначалу.

Гомон стих, и лишь речь старика осталась звучать.

– Прошу вас, господин колдун, – разобрал я, – явите нам… Чудо!

– Эм-м-м… Чудо?

– Поделитесь заклинанием или угостите отварами с эликсирами… Прошу вас, одарите нас своей милостью!

Допустим… Легкий жест, и базовое заклинание шамана, «Светлячок», заставляет пойманную мимоходом душу зависнуть над рукой, озаряя мягким светом округу. Словно крохотный шарик бело-голубого огня, что светит куда ярче, нежели обычное пламя.

Толпа замерла в немом восхищении, кого-то даже потряхивало в исступлении. По щекам старца под лапами Васьки лились ручейки слез, но тот не обращал на них внимания, лишь завороженно следил за пляшущим огоньком, протягивая к нему дрожащие руки. Не слышалось ни всхлипов, ни причитаний, и даже молитвы, и те не стремились покинуть уста крестьян. Казалось, замерла сама природа. Ни птичка, ни белочка, ни ветерок не желали разрушать столь странную атмосферу.

– Чудотворец… – прошептали губы старца в абсолютной тиши. То самое слово, что я никак не мог разобрать. «Чудотворец».

Сельчане вывели меня к своей деревушке, предварительно, заставив спешиться, ибо иначе те попросту отказывались подниматься с колен. На меня они смотрели подобострастно, что, признаться, пугало, и на вопросы отвечали весьма неохотно. Не потому, что не хотели, а потому, что воспринимали меня как мессию. Из того что я вывел, конкретно эта группа направилась в лес в поисках мальчонки, которого местные пацаны подрядили собрать лесных ягод. Во время брачного сезона медведей, когда даже бывалые лесники опасаются заходить вглубь. Собственно, паренька они нашли в предобморочном состоянии: задыхался от бега, плакал от испуга, и всё лепетал о Чудотворце… об этом я тоже разузнал, но как-то куцо и не особо внятно.

Чудотворцы здесь – те, кто владеют магией. Раньше таких людей было много, и крестьяне не знали бед: поля приносили уйму урожая; лес, словно живой, сам выводил к дичи; каменные дома воздвигались по мановению руки… Зайди такой человек в любое село, и обращение к нему будет как к царю. Но становилось их всё меньше и меньше, и сейчас встретить такого волшебника – все равно что… Чудо.

В общем, что хотят от меня крестьяне – понятно, но дать им этого я не могу, что очевидно… Персонаж даже близко не обладает нужными навыками. Но и отказываться было бы глупо, ведь я банально не знаю, где оказался, и что делать дальше. Возможно, у разработчиков был сценарий и на таких строптивых игроков, но, как показывает практика Хельхейма, они могли и забить, отправив игрока делать что хочешь и как хочешь. Надежду вселяет лишь то, что я до сих пор не встретил ни одного живого человека, что говорит о скриптованности всей округи. Возможно, я нахожусь в одной огромной катсцене, запущенной еще при входе во врата Эльвиднира.

К селу мы подошли, что логично, со стороны леса, так что сопровождающий отряд егерь успел скинуть в своей сторожке часть амуниции, продолжив путь налегке. Взобравшись на холм, на вершине которого зиял широкий проем в частоколе, в который вела натоптанная дорожка, предо мной раскинулся весьма интересный вид какой в нынешние времена не увидеть. Широкой полосой проходила сквозь всю деревню центральная дорога. Она уходила вниз, из-под наших ног к дальней окраине, и стоит взгляду пройтись по этому пути, как он сам упирался в невиданные просторы, расстилавшиеся по ту сторону деревеньки. Справа золотыми волнами колосился океан спелой пшеницы, слева – зеленые поля из засилья овощей и трав, а впереди, до самого горизонта – зеленое марево спелых лугов, с крохотными черными, белыми и рыжими точками – коровками, наслаждающимися солнечным деньком.

По дороге то и дело бегала малышня, иногда махая друг на дружку палками. Ходили женщины, таща за собой корытца с одеждой, или сумки из грубой ткани. Мужиков, по большей части, видно не было, но вот примыкающие к поселку поля вполне неплохо намекали, где в такое время может находиться большая часть рабочих крестьян. Легкий гвалт людских голосов, смешанный с далеким собачьим лаем, доносился оттуда, лишь иногда разбавляясь звонкими ударами молота о наковальню.

Ступая по улочке, собирая за спиной все большую толпу из игривой детворы, взволнованных женщин и едва ли не рыдающих стариков, что никак не могли пройти мимо четырехрукого «Чудотворца», с «Волшебной» кошкой за спиной, я изучал и архитектуру. Добротные деревянные здания, без грамма поли-пластика или, хотя бы, термобетона. Одно- и двухэтажные хижины, едва ли не снятые со страниц учебников по древней истории, смотрелись дико, непривычно, но до безумия интересно.

Ближе к центру главной дороги показалось первый крупный перекресток: справа проглядывал рынок, или нечто подобное, и оттуда же и разносился звон молота, а слева тропка упиралась в выбеленную церковь. Кажется, то было одно из немногих каменных зданий в округе.

– Прошу вас, господин, – вновь взял слово старик, что явно боролся с желанием рухнуть на колени, – Будьте гостем в моем доме! Возможно, вам хотелось бы отдохнуть с дороги, или отведать нашей пищи?

На самом деле не отказался бы, уж больно замечательно выглядят овощи, лежащие в корзинке одной из присоединившихся к нам дам. Но… Я уже устал жалеть об отсутствии здесь вкусов, запахов и прочего… Возможно, это и к лучшему, ведь обладай игра ТАКИМИ возможностями, и уже через месяц друзья нашли бы мой изможденный обгаженный труп, облаченный в игровые очки. А под ними сверкала бы довольная улыбка абсолютно счастливого человека.

Под неверующими взглядами и начавшими подниматься радостными воплями, я вошел в добротное, единственное здесь трехэтажное здание… Ну, кроме соседней с этим домиком церкви, белый камень которой слепил взор, отражая лучики палящего солнца.

Внутри же… Всё было не менее устаревшим, чем снаружи. Всё то же дерево и его производные, как строительный материал, всё та же грубая ткань местами украшала мебель. Провожавший меня староста деревни, на пару с тем самым мальчонкой, оказавшимся его внуком, едва ли не силком затащили на кухню, наказав ожидать достойного «будущего спасителя их деревни» обеда. Шум за окнами усиливался. Народ явно готовился к празднику.

Конечно, дураком я не был, и вся уложенная на стол едва прошла через все доступные мне навыки опознания, но ни один из них банально не подействовал. Печеный хлеб, вяленое мясо, свежие фрукты и овощи, в общем всё то, что можно было быстро изъять из погребов, не являлись ни носителем «Маны» или «Жизни», ни магическим предметом или существом… Не являлись тотемами или одержимыми духами предметами. А ничего более, увы, за отсутствием нужных классов, я распознать не мог. Возможно, мирный класс «Повар» смог бы что-то обнаружить, но… Что есть то есть.

Проверка та, в итоге, и не потребовалось, ведь едва последнее блюдо заняло свое место, – то была корзинка с красными яблоками, какие обычно рисуют на упаковках с фруктовыми гранулами, – мой персонаж сам собой ухватил в руку лежащую совсем рядом пшеничную лепешку, надломил ту пополам, и поднес куда-то к области рта. Следом пошло мясо, сдобренное напитком из запотевшего стакана, а за ним и овощи начали пропадать со стола. Чем дольше насыщался мой аватар, не забывая подкармливать и львицу, чем меньше продуктов оставалось на столе, тем зеленее становилась рамка экрана, пока, наконец, тот не потемнел окончательно.

*****

Возможно, стоит подобное выкладывать в отдельный файлик, но я подумал, вдруг кому-то будет интересно иногда получать подобную сводку. Раскачка героя, на данную главу, выглядит примерно так:

Классы:

Наездник – 15 ур.

Шаман – 3 ур.

Теург – 2 ур.

Раса:

Низший маджилос – 0 ур.

Как очевидно, в конце первой книги, когда герой достигнет сотого уровня, здесь будут совсем уже другие цифры, и, возможно, другие классы и расы (в игре, как уже писалось, есть возможность полной смены сих параметров). Также, если будет на то желание читателей (да и мое собственное), я попробую сварганить лист персонажа, с предполагаемыми его х-ми (подобные листы можно встретить в оригинальном ранобе) и особой амуницией, когда та появится (то же копье гг получил «заочно», т.е. читатели его не видели, и, возможно, кому-то было бы интересно взглянуть на его х-ки), а также листы персонажей его питомцев (я не собираюсь ограничиваться Василисой, по крайней мере таков мой план).

Глава восьмая. Highway to hell.

Глава восьмая. Highway to hell.

Реальность прояснялась постепенно. Вот, показались верхушки домов, которые, помнится, мы проходили по пути к вотчине старосты. Красные лучи заката нежно ласкали сухую солому, отчего чудилось, что дома те пылают неестественным огнем. Опуская взгляд ниже, можно было приметить наспех сколоченные столы, заставленные всевозможными яствами: фрукты, овощи, мясо, рыба, птица … бутылки с невнятной мутной жидкостью внутри. Казалось, там было всё, и столы те простирались по обе стороны улицы, прямо под окнами домов. «Намечается какой-то праздник», – сама собой напрашивалась мысль, пока взгляд не скользнул на лики зевак, медленно подтягивающихся к импровизированной площади. Стало очевидно: праздником и не пахнет. Уж больно странные эмоции царили на их лицах. Не то радость, не то испуг. А может и вовсе то была банальная усталость. Тем временем, посреди улицы собралась толпа. Мужики, что ранее скрывались на полях, и женщины, встречавшие меня при входе в селение. Старики и дети. Никто не плясал, но сложенные рядом с одним из столов музыкальные инструменты подсказывали, что состояние это временное. Никто не ругался, не смеялся, не переговаривался, но абсолютно все обращённые ко мне лица были участливыми. Счастливыми. Радостно-предвкушающими.

Столь же медленно, как и изображение, появлялся звук, но надоедливый монотонный бубнёж на японском едва ли воспринимался адекватной речью. Отдельные слова разобрать ещё можно было, но в сумме их смысл таял, вливаясь пресной водой в уши крестьян. Однако источник того звука вычислялся элементарно – он и не думал скрываться. "Всего лишь" странный сектант или культист, закутанный в черную выцветшую мантию.

Но прежде, чем обратить на него внимания, я смог, наконец, оценить свое положение. Я висел в нескольких метрах над землёй. Руки, все четыре, были крепко привязаны к деревянному кресту. Из пробитых ржавыми штырями ладошек капала темно-красная кровь. Ноги постигла та же участь. Меня распяли. Какая прелесть…

Что понравилось куда меньше: внизу, у основания креста, где возвышался приличных размеров стог сена, можно было разглядеть примечательные лапы и хвостик, торчащие из-под него.

С одной стороны, очевидно, что здесь планируется сожжение. Возможно, что даже ритуальное. И то, что Васька выступает в нем в роли топлива заставляет мое злое воображение описывать удивительные картины расправы над селянами. С другой же… сжечь муспельхеймского кугуара? Магическую кошку, порожденную пламенем огненного мира? Смешно. Остаётся лишь пожелать им удачи. Да и я… пусть даруемая теургом "Связь душ" сейчас неактивна, отчего я не получаю свои процентики сопротивления огненному урону, но не думаю, что мой герой откинется столь просто.

Крепкого вида старик, коим оказался тот сектант, расхаживал перед толпой взад-вперед. Сухим, но весьма проницательным голосом он бормотал свою речь, и с каждым словом глас его набирал силу. Из бормочущего безумца, прямо на моих глазах он обратился мощным оратором, что одним лишь слогом заводил толпу. Но увы, подошла к концу его пламенная речь, когда я едва начал улавливать ее смысл. Старик обернулся, явив мне испещренный морщинами лик. Теперь было очевидно, что то была вовсе не мантия, а ряса. Священника выдал соответствующий атрибут, висящий на его шее на простой верёвке, ведь ровно на таком же кресте, только большего размера, я был распят.

– Мы собрались здесь, дабы даровать сему безбожному отродью шанс на искупление, – твердо, четко, а самое главное внятно, – Нам выпала великая честь: впервые за многие десятки лет мы можем придать огню носителя искры нечистой, дабы Бог Великий одарил нас благами своими. Твои останки, несчастный еретик, послужат на благо люду мирскому, так возрадуйся же. Возрадуйся участи стать звеном в цепи связующей, что с небес тянется на землю.

С безумным блеском во взгляде он слегка запрокинул голову, смотря мне прямо в глаза. Руки его были раскинуты в стороны, словно старый пастор хотел обнять весь мир, и в одну из них весьма оперативно вложили факел. Непримечательного вида селянин, явно охмелевший не то от выпивки, не то от торжества момента. Факел пока еще не пылал огнем, но… атмосфера предполагала скорое сожжение.

– Маверик, сын Локса. Подойди ко мне, – властным голосом потребовал священник, но было то не со зла. Казалось, он просто привык говорить именно так, – Именно ты нашел нечестивца, а значит, именно твоя рука должна придать его огню. Отправить грязную душу в объятия Бога, дабы тот очистил ее!

Из толпы, под одобряющий гул едва ли не выпнули того самого чумазика. Уже отмытого и отстиранного, но все такого же испуганного мальчонку.

– Н-но… – его большие глаза с неверием оглядывали горожан, с которыми парень жил бок о бок с самого своего рождения, – Он же спас меня…

– Что? – удивился рясоносец, – Чего же ты ропщешь, дитя? Если тебе есть что сказать пред ликом Бога нашего, так говори это громко, гордо подняв голову. Ежели ты глупость изречь желаешь… То лучше смиренно прими сей факел, и исполни возложенный на тебя долг. Решай же, отрок.

Длинная палка, один из концов которой был обмотан в вываленную в чем-то черном ткань, будто сама собой оказалась в руках мальчика, настолько изумленно тот взирал на нее. А после затравленный взгляд сместился на глубокую чашу, заполненную тлеющим углем, что находилась неподалеку от распятия.

– Н-но… – вновь начал тот, но пастор не позволил ему закончить, толкнув мальца в спину. Уверенно, но в тоже время легко, дабы отрок начал двигаться, но не рухнул лицом в гумус… Заразительная же манера речи.

В последний раз он окинул взглядом толпу, зацепившись за такие понимающие, но в тоже время суровые глаза своего дедушки – деревенского старосты. Тяжелый вздох вырвался из его рта. Ребенок принял действительность, и более был не способен сопротивляться давлению. Факел загорелся в его руках, и отрок… Да какой он отрок, совсем еще дитя. Малыш шел к распятию склонив голову, а вокруг него радовался простой люд, предвкушая прольющуюся на них благодать.

– Да примет Великий подношение наше. Да воздаст Он нам по заслугам и деяниям нашим. Да очистит Он сию душу, даровав ей вечный покой…

Пастор истово заходился в молитве, наслаждаясь ею, как поэт смакует чужое творение, подмечая в нем всё новые и новые идеи и мысли. Но глас его шел как-то мимо, ведь главный герой этой истории – вот он, предо мной. Трясущимися руками подносит палку с танцующим на ее конце пламенем к сеновалу. Лишь в последний миг малец осмелился поднять глаза, отчего стали видны мокрые дорожки, нисходящие с небесно-голубых льдинок. Пробирающее зрелище, ведь на лике его действительно читалось нежелание. Мука. Он прикрыл глаза, оказавшись не в силах смотреть на меня. Сквозь шум толпы, сквозь речитативы священника, сквозь легкий ропот пламени, я услышал один единственный судорожный всхлип, с которым разомкнулись непослушные пальцы.

Сено не занялось. Пламя не повалило столпом, а густой дым не стал застилать обзор… С ловкостью бывалого циркача, парень подхватил факел на потрепанный плетеный бот. Тот лег на стопу мальчика, словно всю жизнь там и лежал: застыл в идеальном балансе, и даже не покачивался. Казалось, язычки огня взбесились, неприятным треском и гулом выказывая свое недовольство от лишения их обеда, да еще и столь нелепым образом, что на фоне затихшей толпы и выпучившего глаза пастора звучало особо явно.

– Ну нет, – вновь заговорил он, но не детским голоском, а сдвоенным, слегка коверкающим звуки басом, – Так же совсем не интересно! Это, – парень ловко подкинул зажженную палку, поймав ту в воздухе, – глупо, дорогие мои друзья. Ну кто же отдает столь ценную находку, как душа последнего мага – трупу?

– Т-ты… – прохрипел пастор, – Д-демон! ДЕМОН!

– О! О-о-о! А я тебя знаю! Ты же тот старец, – мальчик ткнул горящим факелом в сторону облаченного в сутану, отчего убеленный сединами вздрогнул, попятившись, – который молился богу о покаянии! Нет, главное он сам засматривается на детей, а спихнуть все пытается на меня. "Бес попутал", да "Дьявол нашептал"... Что за дерзость, старик? Ты заповедей не знаешь, или что? "Не лги", или как там было? Сами же их себе придумали, и сами же нарушаете, да еще и «пред ликом бога вашего». Не стыдно?

– Заткнись! – пастор весь раскраснелся, на шее вздулась одинокая венка, – Ты демон! Нет тебе веры! Боже Вечный и избавляющий человеческий род от Дьявола… – зачастил он молитву.

– О, и тебя я помню, – но парень уже не слушал причитания педофила, или как их здесь называют, переведя взгляд на какую-то бабку, – Ты тоже просила, но уже меня… Не бога. Просила соседку твою забрать, чтоб внукам твоим ее дом достался… Но подумай сама, мне-то она зачем? Тебе дом нужен, сама и убивай, а мы уж там разберемся, кому отойдет душа.

– Ч-чего?!

– А, тебя-то и хотели забрать, точно! А ты ведь, и сама просила бога, покарать "нечестивицу" из дома напротив. За то, что у нее выпечка вкуснее… И ее я помню… И его… И тебя…

Одно за другим он выдавал потаенные тайны и желания сельчан, а те лишь злились. Не на "мальчика", но друг на друга. И с каждым оброненным злостным словом, с каждым новым откровением, что сельчане и сами принялись изливать друг на друга, с каждым плевком под ногу соседу, пламя на конце факела в руках одержимого бушевало все сильнее и сильнее, пока, наконец, не обратилось в первую искру, запустившую всеобщий дебош. Всего-то и стоило, что чутка подогреть праздных зевак, как те с истовой яростью принялись вбивать все оброненные оскорбления обратно в глотки своим лучшим друзьям. Соседям. Семье.

– А вот твоих молитв я не слышал, – наконец, демон обернулся и ко мне. В глазах его более не виделось льдинок, лишь яростное златое пламя пылало в них, – И покаяний не видывал. И обращений не знал. Кто же ты, и откуда взялся на земле этой?

– Я…

Сосредоточив взор на собеседнике, я открыл было рот, попытавшись ответить, и даже услышал голос своего персонажа, да только ответить мне не дали. Бренчание хрупкого стекла разлетелось по округе, в очередной раз заставив замереть бедных крестьян. Я даже видел, как один мужик воспользовался сей передышкой, чтобы выплюнуть сколотый зуб. А может эта кровоточащая «щербинка» была у него и раньше…

– Тц… Как некстати… – протянул одержимый, украдкой глянув в небо, откуда уже во всю ниспадали белесо-златые столпы света, – Пойдешь со мной, – безапелляционно заявил он.

В один миг горящими ошметками разлетелась тряпье, в которое был обряжен ребенок. Из его спины вырвалась пара огненных всполохов, что в сущие мгновения обратились крыльями. Одной рукой одержимый ухватился за кошачий хвост с кисточкой на конце, выглядывающий из-под начавшего подгорать сена, и тут же совершил мощный взмах, воспаряя над землей и увлекая за собой кошку. Вторая же рука легла на мое горло. Окружение утонуло в огне, имеющим явные златые прожилки, чтобы в следующий миг я оказался в совсем уже другом месте.

Просторное помещение, стены и пол которого были выполнены… В каком-то стиле. Вот это все резное, иногда громоздкое, но с кучей мелких деталей… Я, увы, не разбираюсь. Единственное, что бросалось в глаза, все здесь было окутано в красные тона, и цвета те не были статичным, но медленно двигались, будто масляные разводы на воде.

Вместо пацана же, чье обугленное тело валялось у моих ног, неподалеку от Василисы, компанию мне составлял незнакомец, облаченный в черный хитиновый… костюм. Назвать такое доспехом язык не поворачивался, уж больно замысловатым тот выглядел. Тонкий, украшенный сотнями ветвистых узоров, что были словно вплавлены в сам материал, он более всего напоминал фрак, с заостренными к концам полами, да с обилием торчащих во все стороны отростков: не то шипов, не то веток. Незнакомец восседал на троне посреди зала, и с явным любопытством осматривал меня, так же, как и я – его.

Видимо удовлетворившись, он задорно хмыкнул, расслабляясь и откидываясь вглубь каменного кресла.

– Ну здравствуй, колдун. Пред тобой Свет Несущий, – представился Люцифер, – Можешь не падать ниц…

Он поднялся, резко расправив черные крылья, меж перьев которых бегали крохотные всполохи пламени. Реальность вокруг начало корежить: пол плавился, распадался на лоскуты, что словно живые, старались сбежать от мощи падшего архангела. Мерно вышагивая, демон, или же падший, приближался ко мне, остановившись у бездыханного тела.

– Здесь всё подвластно мне. Пространство и время. Жизнь и смерть… – падший кивнул на обугленный труп, что словно игнорировался исходящим от Светоносного жаром, – Сей юноша… Столь отчаянна была его молитва, что я услышал ее на фоне многих. Не каждый обнищавший купец столь сильно жаждет богатств, как этот отрок желал тебе жизни. В отличии от Отца, я – щедрый, добродетельный бог, – ухмыльнулся он, проведя чуть светящейся рукой над телом, что в тот же миг стало обретать прежние черты задорного мальца, – И тех, кто оказывает мне услуги, я возвышаю. А сей отрок ее оказал, и еще какую! Привел меня к настоящему колдуну! Увы, слишком многих подобных тебе успели загубить мои братья. Слишком многих… И всё ради жалкой попытки дозваться до Отца… Глупцы, – печальный вздох завершил его речь, и обрамляющее падшего пламя начало тускнеть. Печальный взгляд прошелся и по Василисе, что лишь сейчас начала подавать признаки жизни: рыжая грива медленно загоралась, говоря о пробуждении, – Кого мог – я спас. У ваших душ огромный потенциал, и вот так вот просто жертвовать им ради давно уже мертвого бога… Нет! – на секунду, золото в его глазах сменило колер на багрянец, но лишь на секунду, – Иди же. Раскрой свой потенциал, и возвращайся, среди сотен и тысяч таких как ты. Уже скоро придет ваш час, но… не сейчас. Уверен, среди успешных моих попыток создать жизнь, кто-то, да сможет тебе помочь. Если же нет… закалишь свои тело и волю в сражениях с менее удачными экспериментами. Иди. Но не забывай того, кто спас твою… и его души, – паренек под ногами Люцифера вяло зашевелился.

Взмах крыльев, и вновь вокруг меня царит лишь золотисто-красное пламя, незримо меняющее картину мира.

***

Мидгард. Домен Люцифера. Град Первых.

Домен Люцифера – ничто иное, как представляемый в людских умах Ад. То самое место, что создал Светоносный, дабы ступить по пятам Отца своего. Дабы было у него место, где можно творить, как таким местом стал Рай у Бога Великого.

Люцифер – сильнейший из архангелов, никогда не хотел начинать братоубийственную войну, но увы, никто из первых Его творений не хотел слушать Светоносного. «Бог мертв», – кричал он безумно, но братья и сестры оставались глухи к мольбам. Бездумно принося живому трупу жертву за жертвой, они…

– Что читаешь? – мазнул слух приятный женский голос.

– Момо? Не знаю… – молодой мужчина вновь окинул пляшущие строки чуть мутноватым взглядом, – Кажется Библию… Или Некрономикон… Не уверен, я не в ладах с латиницей.

– Эх… Как же с вами порой тяжело…

– А что не так?

– Ты опять… «Увлекся»?

– Ты о… А, понял! Я убрал из того сбора борщевик, чем бы он не был, – мелькнувшее в японской речи чисто русское слово звучало странно, да и сам говорящий с трудом сумел произнести его, растянув при этом «о» и потеряв по пути «в», – Без него в голове не так туманно, и видения приходят более четкие.

– И что на этот раз… – в голосе девушки слышалась усталость. И немного принятия.

– Слишком запутанно… – Момо вновь печально вздохнула в голосовом, но говорящий, казалось, этого совсем не заметил, – Только пару фраз смог разобрать… «Настанет Ад» и что-то там про братьев. А еще там было много красного цвета… Вот, собственно, я и здесь.

– А квестовую книжонку ты читаешь чтобы…

– Чтобы найти строки про Люцифера… У него, вроде, были какие-то терки с братьями… Или у его созданий, что тоже считали себя братьями друг другу? Не помню…

– Моти… Как же с вами всеми сложно, ты бы знал…

– Да что не так-то? – мужчина уже начал слегка раздражаться, и было это не хорошо.

«Так волну не поймать», – подумал он, протягивая руку к заполненной бесцветной жидкостью трубочке. Глубокая затяжка, чтобы жидкость из означенного девайса вместе с бледно-желтым дымком направилась к его легким, крохотными капельками осев где-то по пути. На горле, гортани, трахее… Всего один вдох, и Моти-Моти вновь возвращает себе нужное расположение духа.

– У нас через час рейд, а ты опять не берешь трубки – вот что! Благо Элуа это предвидел, и заранее попросил найти тебя.

– Кх… Рейд? – удивился он, – Кх… Ре-е-ейд… Кх-кх… – протянул парень, словно пытаясь распробовать слово. Понять, как оно ложится на языке, – А куда?

– …

– Нет, серьезно. Вроде наши данжи еще в откате, а к мировым очередь пока не подошла, – удивительно скоро подействовал настой, вернув прозрачную чистоту пелене, что сковывала разум Моти. Увы, не пройдет много времени, как прежний туман вернется, отправляя мозг мужчины в преддверия деменции.

– О… – девушка по ту сторону неслабо удивилась, – Действительно, соображалка еще работает! Пусть и с памятью проблемы… Может ты вообще откажешься от травяных сборов, а не только от этого твоего вапщикик, или как там его… Ну вот та штука, что ты называл.

– Предлагаешь перейти-таки на синтетику? Оно, в целом, дешевле, но… Как-то я опасаюсь, что это будет билет в один конец.

– Я не это имела в виду, – устало процедила Момо, – Так… Про рейд я напомнила…

– Какой рейд?

– Хр-р-р… Спокойно девочка, он не специально, – из гарнитуры послышалась тихая мантра, – ты со всем справишься, ведь ты такая умная, хорошая, красивая… Рисуешь классно, сессию не валишь, готовишь вкусно…

– Момо?

– А? А, да. Рейд. Мы собираемся штурмовать Кальмаров. Через полчаса встречаемся в Йотуне, на Первом Плато.

– Каль… маров… А, вспомнил… Это же тот наркоманский клан?

– Кто бы говорил… – буркнули в ответ, – Да, они. Фанаты доисторического сериала…

– Да… я как-то пытался его найти, но наткнулся только на какие-то странные фотографии. Тебе бы такие понравились.

– Если ты про **Автор отказывается это описывать, но стоит подумать на тему Японцев, склизких головоногих и яоя, и всё сразу встанет на свои места**, то ты мне их отправлял… И да, понравились. Я тогда сделала новую работу… По мотивам, так сказать. И не сбивай! Про рейд я теперь точно сказала, а значит я – хорошая девочка, и могу спокойненько отдохнуть. Давай, не засиживайся тут долго!

Персонаж девушки исчез, столь же стремительно, как и появился в жизни Моти-Моти, оставив задумчивого тёмного шамана наедине с его духами. Игровыми, или вполне реальными – неизвестно. И даже легкая тряпичная книжонка – «Библия Нового Времени», как было выжжено на ее обложке, не знала ответов на терзающие парня вопросы. Что делать дальше? Зачем он прибыл в сие места? К чему так много красного в последних его видениях?

«Ответ», как бывало и ранее, последовал стремительно, но ответом то на деле вовсе и не являлось. Из всполохов красного пламени пред Моти-Моти предстал один из новичков, впервые посетивших данную локацию. Их выбрасывало по всему городу в случайных местах, и даже за время их с Момо разговора, неподалеку продолжали появляться новые игроки. Вот только в этот раз Моти, кажется, узнал новичка. Возможно, он был в одном из видений… Или же он уже встречался с этим аватаром, когда был в не совсем адекватном состоянии. А может это просто особый настой шамана дал о себе знать?

Тем не менее, поклонник всякого рода эзотерики и оккультных искусств… типичный мошенник, если говорить проще, каких по миру ходит не мало, не привык идти наперекор интуиции. «Если шестое чувство гласит, что человек передо мной нуждается в «благословлении», то я непременно его ему отсыплю», – иногда говорил он о своей чуйке. Вот и сейчас. Всё нутро буквально кричало, что он уже видел этого новичка, и как святые семена ложились в благую почву, это чувство накладывалось на полученные не так давно видения, давая рост и цвет истовой вере: «Вот кто мне нужен! Вот кого я ждал!».

– Эй, брат… – начал свое приветствие Моти, но тут же застыл, пялясь куда-то сквозь монитор, – Брат… Что-то о братьях… Брат…

– Эм-м-м… Привет?

– Эй, брат, – вновь начал тот, отвиснув, – Ты ведь шаман, да? Я жду тут своего брата – шамана.

– Прости, я тебя не знаю.

– Но ты ведь шаман?

– Эм-м… Да, у меня есть пара уровней в шамане, если ты об этом…

– Во-о-от! – радости Моти не было предела, – Значит я тебя дождался!

На секунду опешивший маджилос замер, и даже переглянулся с огромной демонической кошкой, спокойно усевшейся рядом с ним.

– Это ты мне сейчас приглос в клан кинул?

– Ну да.

– А… Зачем?

– Потому что мы братья! Принимай скорее, у нас скоро рейд. Если опоздаешь, Элуа тебе голову оторвет.

– Знаешь… Нет, спасибо, я как-то сам.

Но едва всадник отклонил приглашение, как ему пришло еще одно.

– Эй, брат, – не унимался странный тип, – Давай же, быстрее! Элуа, скажи ему! – заговорил он вдруг с кем-то, когда его персонаж приложил палец к виску… К виску огромной маски из черепа дракона, что закрывала всю его голову и плечи, – Что значит кому?! Нашему новичку. Элуа! Не смей так о нем говорить, вы же братья!..

– Я, наверное, пойду… – тихо произнес маджилос, медленно пятясь от сумасшедшего.

– А ну стоять! Взывание: природа, – рявкнул он вдруг, и один из резных костяных жезлов, подвешенных в воздухе за его спиной, блеснул зеленоватым огоньком.

В тот же миг вокруг фигур наездника и его питомицы сформировались зеленые лозы, стремительно проросшие из-под земли, слегка испортив каменную плитку адского города.

– Ты либо принимаешь его в клан, либо ищешь себе другого баффера на рейд. А ты, либо вступаешь в наш клан, либо я никогда не выпущу тебя.

– Эм-м… Окей, – пожал плечами маджилос.

– Вступаешь? Эй! Эй, брат… Ты вступаешь, нет?

Путы опали, ведь их цель попросту взяла, и покинула игру, отключив игровую приставку. Моти-Моти стоял посреди адской площади, окруженный десятками новичков, и игроков со стажем, и едва ли осознавал произошедшее. Кажется, лишь голос лидера его гильдии мог вывести мужчину из ступора, но…

– ВОТ ВИДИШЬ!? ОН НА ТЕБЯ ОБИДЕЛСЯ! – взревел Моти, оглушив не ожидавшего такого Элуа.

***

Гарнитура была аккуратно уложена на диван, в единственное чистенькое местечко меж залежами упаковок «быстрых» сухпайков, пачек от растворимых напитков и одноразовых бутылочек к ним. Сверху на очки легли и перчатки.

Николай устало потянулся, растянув руки над головой, дабы в высшей точке наслаждения, когда организм уже вот-вот разразится сладким зевком, услышать неприятный щелчок. Дыхание мужчины сперло, глаза едва не вылезли из орбит, а столь чудесные потягушки обратились в страшную муку, когда любое движение вызывало невыносимую боль, и даже опустить руки – уже становится достижением.

Дыша через раз, аккуратно, по чуть-чуть расслабляя напряженные мышцы, то и дело вздрагивая и каменея от вспышек боли, Коля откинулся на спинку дивана. Относительно свободная рука принялась беспорядочно шарить по дивану, в поисках блистера с таблетками. Болеутоляющие и релаксанты в одной грануле. За ней к поискам присоединилась и вторая рука, ведь где-то с другой стороны дивана точно оставался раствор энергетика, нужно лишь нащупать полупустой пластиковый бутылек среди десятков таких же.

Но вот, таблетки оказались найдены и смешаны с лошадиными дозами кофеина и таурина, а сковавший нутро спазм начал отступать, грозно потряхивая «кулачком» и обещая вернуться утром… Как и обычно. Поднялся с дивана Николай с опаской, и уж точно решил воздержаться от таких роскошных излишеств, как зевки и потягушки… Даже дышать, и то старался неглубоко. Шажок за шажком, медленно, пытаясь не дернуть случайно не ту мышцу, он прошамкал в ванную, дабы смыть с лица липкую пленку пота.

Чуть прохладные струи воды вселили в душу Коли уверенность, и дальнейшие процедуры тот провел уже согнувшись над раковиной, а не в позе оловянного солдатика. Сладковатый аромат кубика мыла легко перебивал плесневелый запах нестиранных вещей, что в изрядном количестве скопились в корзине для белья… Возможно, там была почти вся одежда в доме. Даже мысль успела возникнуть в его голове, что стоило бы исправить сию оплошность, но сменившая ее картина как Николай нагибается, дабы загрузить белье в машинку, и так и остается в этой позе до конца жизни, мигом смыла всякое желание заниматься подобным.

«Стирка – это надо, да… – думал Коля, в поисках относительно чистого полотенца, – Но точно не сегодня… Сейчас бы выспаться успеть, а там уже видно будет».

По пути к спальне, мужчина подцепил ногой брошенные у входа в «игровую» комнату брюки, зажав ткань меж пальцев, да прицепом, словно половую тряпку, потащил их за собой.

«Заодно и пыль протру», – отстранённо подумал он, уже вкушая, как сможет распрямиться на нормальном матрасе, а не на диване, где он частенько засыпал в последнее время.

Уже в кровати, наслаждаясь приятной тягучестью, с которой расслаблялись мышцы спины, он планировал завтрашний день: убраться в игровой, выкинуть мусор, простирнуть вещи. Возможно даже помыть пол. И обязательно записаться к врачу… И конечно, не успеет это мифическое «завтра» наступить, как оно незримым образом обратится в «сегодня». А на «сегодня» у Николая в планах только посещение нового мира, новых локаций, нового города. Битва с новыми монстрами и сбор новых квестов.

Когда-нибудь наступит и «завтра», но сегодня у нас «сегодня».

Глава девятая. Фью-Джо.

Глава девятая. Фью-Джо.

– Серьезно?.. – спросил я на японском, опуская тонну чисто русского мата.

– Предельно! – прозвучало в ответ.

Надев на глаза устройство, ткнув пальцем в иконку с игрой и завершив загрузку, я обнаружил всё того же ненормального, сидящего перед местом, откуда я вышел. Черная мантия, огромная костяная маска и пара левитирующих костяных же жезлов не давали разночтений. И едва я появился, как уже виденное ранее заклинание было произнесено вновь. Персонаж оказался скован нерушимыми на моем уровне лозами.

Конечно, можно было попробовать еще раз выйти, но… этот деятель просидел тут всю ночь! Хотя, часовые пояса… Перефразируем: он просидел тут порядка восьми часов! Не думаю, что удастся от него отвязаться. Да и вряд ли ему нужно от меня что-то, кроме возможности излить свое банальное желание поиздеваться над новичком. Ни денег, ни шмоток, ни чего бы то ни было, что могло бы заинтересовать высокоуровневого игрока, у меня нет. И появится не скоро. Опознание на нем едва работает, показывая лишь ник и кучу знаков вопроса на все остальные статы и показатели, что говорит о колоссальной разнице в уровнях. Да и в худшем случае… Создам нового персонажа. В этот раз изначально затачивая его под класс наездника, без этой игры в магов. Жаль, конечно, терять Василису, но так хотя бы вновь увижу ее в форме котенка. Так что если мое согласие на его предложение позволит спокойно продолжить игру, то почему бы и нет?

– Хорошо, я согласен.

– На что? – удивился мой пленитель.

– Вступить в гильдию…

– Эм… А, понял! Ты хочешь стать членом Фью-Джо? Так бы и сказал, – пробормотал он, и перед моими глазами вновь появилась табличка, о приглашении в гильдию «Парящий Замок», или как-то так. На слух это название воспринималось совсем иначе, – Какой ты уровень?

– Двадцатый. Так… я могу идти?

– Наверное. А куда?

– Не знаю, – я все больше и больше поражался глупостью этого диалога, – Я играю в первый раз.

– А! Тогда тебе надо качаться. Пошли, проведу паровозом!

Лозы опали, обратившись в темную гниль, пока их создатель поднимался с земли. Не оборачиваясь, он двинулся вперед, ожидая, что я пойду за ним, но… зачем? Какое в этом удовольствие? Паровоз – когда высокоуровневый игрок протаскивает нуба сквозь локу высокоуровневых мобов… как бы прицепом. Тот опыт, что считается крохами на высоких уровнях, может в считанные секунды прокочать перса на низких. Конечно, никто не отменял защиту от подобного, банальным штрафом на опыт при высокой разнице уровней однопартийцев, но даже в Вовке подобное умели обходить, было бы желание. Тут, уверен, умеют тоже.

Вопрос лишь один: зачем? Зачем это ему – меня волнует слабо. А вот зачем это мне? Вокруг огромная неисследованная территория, и познать ее самостоятельно – вот истинный кайф подобных игр. Большой, я надеюсь, город, расположенный под чуть розоватым небом с двумя лунами: красной и синей, манил своей загадочностью и целым пластом мелких деталей, каждая из которых может стать частью неожиданного квеста. Частью общей истории. Так интересно пройтись по разным его районам и улочкам, посмотреть за жизнью здешних жителей, или даже пообщаться с кем-то.

– Брат, ну где ты там?

– Э… Я бы хотел исследовать тут всё. Самостоятельно.

– Нет, так не пойдет, – удрученно заговорил тот, махнув одним из жезлов. Камень блеснул чернотой, и в тот же миг моя тень ожила. Из нее вырвалась пара длинных рук, которые, взяв упор о каменную плитку, вытянули из темноты и остальное тело какой-то черной дымчатой твари. Огромной, возвышающейся как надо мной, так и над Василисой, твари. Ее тонкие лапы стремительно наливались массой, а из клубящегося дыма сформировалось истинное тело шипастого исполина, закутанного в черный рваный саван, что скрывал лицо и тело чудовища, – Тёмный дух: захват, – одна огромная лапища сомкнулась на загривке Васьки, а вторая легла уже на мой шкирняк, после чего двигаться стало совсем невозможно, – Если ты не прокачаешься, то Элуа тебя кикнет. Сам должен понимать, – проговорил шаман, вновь двинувшись вперед. За ним же заскользила тень, приподняв нас с питомицей над землей, словно нашкодивших котят.

Ладно-о… Допустим. Как-то всё это бредово, но выбора, особо, нет. Конечно, приятней было бы всё делать самостоятельно: обходить территории, собирать квесты, общаться с неписями, которые в этой игре выглядят весьма живо. Возможно, даже полазить по гайдам, в поисках упущенных возможностей и особо интересных квестов. Но если мне предлагают прокачаться быстро – это тоже не плохо… А с лором игры можно будет познакомиться и позже, имея уже более-менее стабильного персонажа и твердое понимание основ. Опять же, опыт реального игрока, а не бота-помощника, поможет лучше разобраться в некоторых аспектах. Всё же Иггдрасиль – совсем не обычная игра, и от той же третьей вовки отличается кардинально. В лучшую, стоит отметить, сторону.

– Хм-м… Ты маджилос, шива или наг? – заговорил помеченный как Моти-Моти.

– Маджилос.

– Плохо…

– Из-за класса? Ну да, магии в нем нет, но…

– Да нет, класс тут не причем. Наездник, судя по пету? Для маджилоса, кстати, не самый худший выбор. Было бы хуже, если бы ты взял колдуна, жреца или фанатика. Хотя сектанты и гадалки тоже очень плохой выбор.

– Это почему? Они же, вроде, на магию заточены? В отличии от наездника.

– Маджилос – не самая популярная для игры раса. В основном из-за ее ограничений. Сколько у тебя уровней в расе?

– Ноль, – я совсем не понимал, о чем речь, но уже начал получать какую-то выгоду из своего подневольного положения, – Я качал только классы.

– Потому и не знаешь. В Иггдрасиле система магии стоит отдельно от системы развития персонажа. Фактически, даже обладая немагическим классом, ты можешь разучивать любые заклинания… Только использовать их не сможешь. Но если классы можно разделить на магические и немагические, то вот заклинания делятся на классовые и внеклассовые, а также распределяются по собственным рангам. Внеклассовые заклинания доступны любому магическому классу, и у них нет каких-либо иных требований, кроме соблюдения рангов. Ранги, кстати, определяют, с какого уровня можно применять то или иное заклинание. Каждый ранг – десять уровней в соответствующем классе.

– Подожди… я не совсем понимаю… Уровней в классе же не может быть больше пятнадцати?

– Эм-м… – даже остановился шаман, – Да, вроде… Ходили слухи о некоторых расах, в которые можно вложить до двадцати пяти очков, но сам я таких не видел и не знаю. А так – да, базовые классы для прокачки требуют пятнадцать уровней. Высокие и адаптивные – по десять, а редкие, элитные и божественные – по пять.

– Так, получается, максимальный ранг магии – первый? И какой тогда в этом смысл?

– Почему первый? Сейчас максимальный ранг – восьмой, и есть еще внеранговые заклинания, которые можно использовать только при определенной комбинации расы и класса, и еще нескольких ограничений. Для каждого заклинания они свои.

– Но как тогда? – удивился я, – Как можно вложить восемьдесят уровней в класс, если в нем поместится не больше пятнадцати?

– А! – просиял тот, во всяком случае, голос его обрел уверенность, и даже какие-то радостные нотки проклюнулись в нем, – Потому что существуют цепочки классов. От гадалки до оракула, от некроманта до повелителя нежити, от шамана до аватара и прочие. За твоей спиной, например, находится тёмный дух шестидесятого уровня. Это заклинание призыва шестого ранга, доступное классу шаманов.

– Допустим… – не очень ясно, как это сочетается с классами воинов, которые, выходит, в разы слабее магов… Хотя стоп! Броня! Я же лично читал описание навыка "владение средней броней". Возможно, здешние маги, качающие только лишь классы заклинателей, являются стеклянными пушками? Да и ремесленные классы, которых я видел порядка сотни, тоже как-то выбиваются из этой системы… узнаю потом, сейчас же актуален другой вопрос, – Но причем тут маджилос?

– Маджилос? – вновь остановился Моти. Подобная забывчивость уже начинает напрягать… не больше, чем всё остальное.

– Ты говорил, что маджилос имеет какие-то ограничения.

– Эм… Нет, не говорил. Но действительно, имеет. А говоришь – новичок, а сам такие тонкости знаешь! Хотя на маджилосе ведь катаешь, должен знать. Маджилос относится к типу полу-людских рас, пусть по статам он весьма близок к чистым гетероморфам.

Мне, конечно, очень интересно, о каких именно статах речь, и почему он сделал на этом акцент, но перебивать человека, который не помнит о том, что говорил пару минут назад – не самая лучшая идея. Пусть с ним у меня и не выйдет нормально поиграть, но хоть информацию Моти-Моти дает полезную.

– Это объясняется ограничением на заклинания, – продолжил ход мой спутник, а вместе с ним и рассказ, – Каждый уровень в расе маджилоса открывается новое заклинание, которое ты можешь использовать. Проблема в том, что все расовые прибавки маджилоса работают только на них. На те заклинания, что открываются подобным образом. И при этом, эти заклинания являются внеклассовыми. Фактически, прокачивая расу маджилоса, ты получаешь неплохую регенерацию маны, но лишаешь себя возможности пополнить арсенал мощными классовыми заклинаниями. Тот же внеклассовый магический взрыв – заклинание третьего ранга, даже близко не стоит с банальными кислотными брызгами – заклинением некромантии того же ранга. Ни по урону, ни по площади действия.

– И почему тогда просто не совмещать маджилоса с магическими классами? Он ведь повышает регенерацию маны.

– Потому что вся мощь классовой магии раскрывается на шестом ранге и выше, а достичь его, вкачав маджилоса на максимум, попросту не выйдет. Знаком я, конечно, с парой извращуг, что развили маджилоса в предел, до эона. Но толку с того было чуть… Кроме, пожалуй, неплохой защиты от синов и ренжей. Не танки, конечно, но и моментально они не падают, за счет обилия защитных внеклассовых заклинаний пятых рангов, усиленных расовыми пассивками. Кстати! Некоторые расы тоже учитываются в повышении ранга доступной магии. Вот маджилос – одна из таких, пусть и повышает он только внеклассовую магию. Так что, если ты хочешь прокачать некроманта, мага смерти, темного рыцаря и прочие классы, что завязаны на стихии тьмы и смерти, есть смысл брать в расу скелета, зомби, вампира или еще какую нежить. Огненная и кровавая магия лучше всего раскрывается демонами. Святая и водная – ангелами. Большинство видов магии и заклинаний отлично сочетаются хотя бы с одной из рас. Есть расы, что совсем непригодны для магии, но из них выходят превосходные физушники. Автоматоны, исполины, големы… много таких, всех не вспомнить. А есть, вот, маджилосы, которые имеют обратную проблему: не существует магических классов, сочетающихся с этой расой, при том, что сама раса – чисто магическая.

– То есть, прокачивать расу мне нет смысла?

– Почему-же? Ты, вроде, шаман?

– Да, – усталый вздох, – Я же говорил…

– Нет, не говорил. Но если ты шаман, и при этом наездник, то можешь попробовать выйти в теурга, а из него в странника. Эта ветка почти не дает боевых заклинаний, но нехило прокачивает общую стату, в том числе и магическую ее составляющую. А прокачка маджилоса даст тебе как раз боевые заклинания, пусть и не особо мощные, но зато ты сможешь швыряться ими как из пулемета… Хотя, учитывая прибавки расы к внеклассовым заклам… Может даже и урон будет.

– То есть получится не особо живучий, не особо сильный и не особо полезный персонаж, который ни в поддержку, ни в контроль, ни в урон выйти не сможет?

– Ну да!

– Я… подумаю, – НЕТ! Какой в таком персонаже смысл?

– А что тут думать?! Отличный выйдет перс. Универсал. Это хорошо ты это придумал, интересно. Я, если не забуду, – легкий хмык вышел сам собой, – посоветуюсь с Элуа. Он, вроде, общался с кем-то из капов маджилосов. Мы пришли.

Моти остановился. Пред ним оказалась резная деревянная дверь. Тяжелая, мощная. А вокруг двери – здание из бледно-розового камня. Такое же, как и все вокруг, ничем не выделяющееся.

Шаман аккуратно толкнул преграду, и та легко распахнулась на всю ширь. Он прошел внутрь, а за ним пролевитировал и его темный дух… Было забавно наблюдать, как та махина скручивается, пытаясь влезть в ставший вдруг совсем узким дверной проход. Но уже не столь забавно видеть, как он пытался пропихнуть за собой Василису. Кошка тоже была весьма крупной, но не настолько, а потому попала внутрь довольно быстро.

Внутри здание оказалось крайне старым жилым домом, примерно той же эпохи, что и хижины крестьян в прошлой локации. Обитый деревом пол, украшенный какой-то шкурой; каменные стены, на которых при помощи нехитрой фурнитуры были закреплены плоские чаши, с парящими над ними светляками. Деревянный стол, также резной, несколько стульев, да лестница на второй этаж – вот и вся обстановка комнаты, что была видна с порога. А за столом тем сидел сморщенный бледный мужчина, от лысины которого с легкостью отражались магические огоньки светильников, столь гладкой она была.

– Заговори с тем стариком. Попроси у него «яблоко раздора».

Влияние темного духа ослабло, и я, получив свободу, поспешил выполнить указания «старшего товарища». Так и началось наше знакомство. Квест за квестом, локация за локацией, данж за данжом, я проходил при поддержке высокоуровневого баффера… Это было легко, быстро и до безумия скучно, но… Приносило свои плоды. Уже к середине дня, когда уставший японец, а Моти-Моти был коренным жителем Токио, отправился спать, я поднялся вверх на десять уровней… того же результата я достиг за месяц зачисток данжей в Хельхейме… подобный успех вдохновлял, но оставить все как есть я не мог. Остаток дня то и дело шерстил сеть, чтобы понять, каким образом я должен был выходить на квесты, к которым Моти притаскивал меня силой. Внимательно обходил уже пройденные локации, подмечая новые, интересные детали объединявшие разные цепочки квестов в одну единую историю, вроде однотипных скупых письмен, попадавшихся на глаза в разных концах ада, и невзрачную книженцию на помпезном пьедестале "Библиотеки Азазеля", – одного из данжей, – в которой можно было найти расшифровку тех письмен, а также отрывки истории становления ада, как такового.

Все это было весьма интересно, я бы даже сказал многогранно, но… все это было упущено из-за скорости, с которой баффы Моти протаскивали меня вперёд. Бог с ним с ваншотом всех рядовых мобов, что уровнем были выше меня… мне даже сам Азазель не мог нанести урона из-за десятка барьерных и щитовых заклинаний!

Схожим же образом прошел и следующий выходной: утром, едва войдя в сеть, я тут же получил сообщение от Моти, за которым и сам шаман поспешил телепортироваться ко мне. Цепочка квестов, убийство боссов, зачистка данжей… Происходило то, чего я опасался больше всего: игра становилась рутиной. Приятной, красивой и красочной, но всё же рутиной… Благо что надолго моего проводника не хватало, и уже к обеду тот уходил спать, позволяя мне насладиться игрой. Настоящей Игрой. Но что-то в этом всё же было… Исследовать округу, когда населявшие ее монстры не могли сделать мне ничего, – остаток баффов не позволял, – было куда проще, чем во времена Хельхейма, когда приходилось обходить лужи с пиявками и бегать от мразотных комаров.

Здесь, в аду, были схожие монстры. Не внешне, но скорее… по смыслу схожие. Тот же «дерьмодемон», как обозвал его Моти, – четырехрукий тощий наг с явными демоническими атрибутами, вроде рогов, черной чешуи, шипов и прочей «жуткой» требухи. Являлся он боссом локации «Моровые шахты», и тварь эта с легкостью могла перемещаться сквозь стены, скользя в породе как в воде. Всё подземелье, – целый лабиринт из весьма широких тоннелей, стенки которых частенько были покрыты бронзово-коричневой слизью, из которой без стеснений лезли мерзкие многорукие и многоногие твари, выглядящие как переплетение сотен склизких червяков, – являлось полем битвы с боссом. Он мог явиться когда угодно и откуда угодно, и также быстро ретироваться, оставив после себя лишь еще больше слизи. Неожиданные обвалы сверху, обращение земли под ногами в топь, перекрытие ходов множеством острейших каменных шипов… Если бы не баффы и подсказки Моти, я бы ненавидел ту тварь всей своей душой! Ведь даже с ними пришлось возиться очень, очень долго. Без возможности получить смертельный урон, – а благодаря баффам Моти, босс едва ли мог опустить моё здоровье к красной зоне, что уж говорить о его приспешниках, – я всё равно не мог убить его быстро. Тварь награждалась мною парой ударов, и скрывалась в недрах шахты… И ищи ее после, выманивай.

Кстати, по записям, что уже потом и в одиночку я обнаружил в глубине этой же шахты, тварь оказалась одним из неудачных творений Люцифера, и позже, на основе ее был создан Герцог Базин – один из «истинных» демонов, созданных люцифером, и являющийся одним из генералов духов Светоносного.

Окружающая история действительно заманивала. Хотелось узнавать все больше и больше. Кого еще создал Люцифер, зачем он создавал явных воинов, в чем причина той войны, к которой он готовится… И тем печальней было осознавать, что времени на подробное расследование попросту не было. Мало того что нужно было выуживать информацию едва ли не из каждого НПС в городе, так еще и Моти, как назло, тащил меня на совершенно случайные квесты, едва ли имеющие прямую связь друг с другом. А там… Выходные кончились, и вновь настали суровые будни. Увы и ах, но «записка от родителей», как в старые школьные времена, едва ли могла пронять мою начальницу, а значит, вместо того чтобы проводить время с удовольствием, ловя настоящий кайф от жизни, придется собрать волю в кулак и покидать теплую, уютную, пусть и немного грязную квартирку, выдвигаясь на встречу промозглым осенним ветрам с мерзкой моросью, так и норовившей пробиться сквозь зонт и омыть лицо холодной водой. И хорошо, если после такого «душа» не останется краснющего раздражения на коже…

Рабочие часы сменялись отдыхом, когда можно было сбросить ненавистную обувь, скинуть не самые опрятные джинсы, и с удовольствием засесть за игру. В это время у Моти как раз самое темное время суток – предрассветный мрак… Хотя у них там почти всегда темно: не знаю где правда, а где наглая ложь, но он утверждает, что вне «огороженных зон», – я так и не смог перевести это четче, – стоит вечный кумар от внешних заводов, покрывающих большую часть территории островов. В сети, конечно, есть что-то подобное, но там же я нашел и фотографии с ясными днями, так что… В любом случае, возведенные ими купола, в которых и живут люди, одновременно внушают трепет и вызывают отторжение. С одной стороны – действительно колоссальная постройка, изолирующая целый город от враждебной среды, но вот с другой… Никогда об этом не задумывался ранее, но это насколько же нужно изгадить природу, чтобы приходилось строить такое?! Уверен, не будь там так популярна политика переработок, когда тройная норма плана ставится выше людских жизней, они уже давно бы снесли большую часть фабрик и заводов, ну, или хотя бы приняли меры экологизации, как то делают у нас… Жаль, что остальные государства об этом молчат. Так ведь и планеты скоро совсем не станет.

В любом случае, пока мой вынужденный проводник, оказавшийся на деле вполне неплохим мужиком, пусть и с явными сдвигами в голове… хотя не уверен, где там общая «фишка» азиатов, а где конкретно его загоны. Пока он наслаждался третьим сном, я мог спокойно выдохнуть, продолжив играть в своем темпе. Медленно и планомерно исследовать округу, распутывать сюжетные переплетения из сайд-квестов и основной линии истории, ну и, чего уж греха таить, пытаться самостоятельно вынести тех боссов, с которыми мне помогал Моти. Ничего неподъемного там нет, пусть и в обиталище земляного нага, после его воскрешения, я один лезть не рисковал, но попотеть все же приходилось. И даже пару раз сбегать с малым процентом здоровья, благо что мощная ездовая кошка всегда под рукой, как и усиленные благодаря «связи душ» теурга баффы на скорость.

На счет же теурга. Прокачка, после всех нюансов, расписанных Моти, могла стать проблемой, но… я решил особо не париться и плыть по течению. Пока что мне не нужно об этом беспокоиться, а достигнув высокого уровня, хотя бы шестидесятого, можно будет уже подумать о рероллах. Как сказал Моти, артефакты смены расы или класса – не самая редкая штука, и ими меня может обеспечить хоть и сам темный шаман… если, конечно, я не запрошу что-то совсем невменяемое, вроде сердец титанов, крови великих древних или вообще, яда Наваграха – редчайшего компонента в игре. С такими вещами может помочь уже гильдия. Но, опять же, далеко не со всеми, ибо яд финального мирового босса всей игры – штука однозначно уникальная, выпадавшая за всю историю Иггдрасиля лишь два раза.

День за днем, данж за данжем, босс за боссом. В понедельник – южные окрестности Дита – того самого чудесного города из белого и розового камня. Столица ада, в центре которой раскинулся Пандемоний – дворец Люцифера… На юге города находилось множество рынков, где торговали не только неписи, но и вполне реальные игроки. Я даже смог сбагрить пару трофеев, названных Моти «шлаком». Что-то редкое, и уж тем более, уникальное, выпадает с мировых боссов, а всё остальное – шлак, который в любое время может забрать любой желающий игрок, ибо те боссы, в отличии от мировых, которые убиваются совсем не просто, и восстанавливаются весьма солидное время: та же Хела, по заверениям моего консультанта, оживает раз в неделю, и до недавнего времени на ее зачистку, как и на остальных мировых, была живая очередь из топовых гильдий мира, доступны практически все время. Собственно, у тех же топовых гильдий сейчас есть монополия, или, сказать правильней, дуополия на падающие с боссов ресурсы. Есть, конечно, отдельные группы, которые регулярно уличаются в кражах боссов или даже самих предметов., но… таких мало, а по-настоящему успешных и вовсе всего пара групп на весь Иггдрасиль. Да и тех нещадно гоняют по мирам, не позволяя спокойно осесть и прокачаться.

К югу от Дита располагалось несколько штолен и шахт, каждая из которых вела к той самой сети пещер… И туда я уже ходить не стал, только разведал земли вокруг них. Увы, ничего интересного там не было, и даже монстры – различные мутировавшие лесные звери, и те были скучны. Кроме, пожалуй, белок. Да, белки – «милые» чешуйчатые твари, чья «мягонькая» шёрстка обращается длинными ядовитыми иглами к концу. Те самые скромняжки, что распахивая пару кожистых драконьих крыльев так любят облепливать добычу десятком особей разом, непрерывно перемещаясь по телу противника, и накапливая на нем заряды яда… Мало того что выглядит это одновременно смешно и жутко, так еще и снять этих гадов с тела весьма сложно, ибо их сначала нужно отловить, и не позволить при этом вернуться обратно… А без баффов на сопротивление яду от Моти сделать это было бы очень тяжело, ведь экран крайне быстро покрывается зеленоватым отливом, отчего разглядеть новых малышек становится сложнее. Белки… Комары адского мира.

Во вторник направился на запад, в среду – на восток, а в четверг мною был посещен север, и в каждый из этих дней я с удовольствием отмечал все новые и новые локации, обходя уже убитых мною ранее боссов стороной. Новые монстры, новые механики, новые земли. Прекрасные виды, замечательный звук, захватывающие бои… Пожалуй, такой темп игры начал мне нравится. А потом… Потом наступила пятница, а вместе с ней наступил и Моти-Моти. И тогда же я наконец познакомился с лидером гильдии, в которой теперь состою. Но по порядку.

Едва зайдя в игру, я тут же получил сообщение от настырного японца. Он ждал меня на центральной площади Дита, куда я и поспешил направиться. Стандартные расшаркивания, очередная порция возвышенного бреда от любителя эзотерики и крепких дыхательных настоев, и мы выдвинулись в путь: сегодня Моти хотел «познакомить» меня с одним из сильнейших боссов, рассчитанных на соло-прохождение. Ранее я считал таковым Азазеля, но темный шаман с лёгкостью меня переубедил, пусть и ранг у того парня тот же.

По квесту, это должен быть один из принцев ада, обращенных лично Люцифером, что «с радостью» помогает новоприбывшим душам обрести силу. Он закаляет их в битве, заставляя развиваться, или же убивает, «ибо нет недостойным хода в воинство наше». Самаэль. Огромная краснокожая верзила четырех-пяти метров ростом, с не менее огромными рваными крыльями, что больше напоминали пару черных ветвистых деревьев, стволы которых уходили куда-то под лопатки демона. Такая же ветвистая демоническая корона рогов украшала его голову, а мощная двуручная коса, лезвие которой пылало не то святым, не то инфернальным пламенем, завершала образ.

Обычно, на этого босса ходят на пятидесятом уровне – последнем, который нужно взять, чтобы открыть финальную цепочку квестов. Но я пришел сюда, будучи чуть выше тридцать пятого… Битва была быстрой и легкой. Босс не стремился сбежать или спрятаться, напротив, все время пер на пролом, едва ли пробивая повышенную броню, сопротивления и регенерацию. Мы же с Васькой наносили вполне прилично урона, особенно смакуя моменты, когда столь полюбившиеся мне язычки фиолетового пламени полностью облепляли тушу врага, в считанные минуты доводя того до второй, а потом и до третьей фазы. Босс, конечно, интересный, и самостоятельно я не смог бы даже добраться до него, но… Это Моти-Моти. Персонаж, заточенный на баффы. С такой поддержкой я начну испытывать трудности только к шестидесятому-семидесятому уровням, когда получаемые от японца эффекты не будут иметь столь оглушительную разницу с действующими моими показателями.

И вот, обнеся выданный демоном сундук, в награду «столь достойному войну!», да получив очередной набор шмотья, который я попросту не мог использовать в силу не того класса, расы или недостатка уровня, мы покинули обитель Самаэля, чтобы у выхода…

– ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ?!

Ровно под такой крик аватар Моти оказался сметен, а подле меня, выйдя из белых электрических вспышек, явился закутанный в свободную бело-синюю ткань человек… наверное человек, ибо расовую принадлежность из-за тряпья было очень сложно определить.

– О! – воскликнул Моти, поднимаясь с земли, – Эл, брат! Какими судьбами?

– Сука… – прошептал тот, что слышал, скорее всего, только я, – У нас рейд, Моти. Ты понимаешь? РЕЙД! РЕ-ЙД!

– Подожди, – шаман наконец добрел до точки, откуда и начался его полет, – Он же только через полчаса?

– Такой ре… – продолжил орать пришлый, как вдруг осекся, – Ты помнишь? – судя по голосу, тот оказался в крайней степени удивления. Могу его понять. Я общаюсь с этим парнем чуть больше недели, и точно могу сказать, что память – совсем не его конек.

– Ну да. Сегодня в шесть вечера. Встречаемся у шестого корня, и идем к шестым вратам. Запомнить не сложно.

– Эм-м… – совсем уже растерялся молниеносный, – А чего ты трубку не берешь? И на сообщения не отвечаешь?! – нашел выход, продолжая отчитывать друга, пусть уже и без огонька.

– Я помогаю качаться своему брату, и не хотел, чтобы меня отвлекали. Ты же знаешь, как я этого не люблю.

– У тебя есть брат? – кажется, теперь он наконец обратил внимание на нуба, возле которого стоял, – Почему не рассказывал?

– Так ты же лично его в гильдию принимал, – удивился Моти, – Как ты мог о нем не знать? Мы вместе столько всего пережили! Я даже разок спас ему жизнь. Представляешь, он, буквально, умирал на моих руках… Я думал… Уф… Мне тяжело это вспоминать, извини, – в голосе Моти и в самом деле звучала неподдельная печаль, словно ему было больно говорить о тех событиях, – Я удивлен, что ты забыл, Эл. Хотя, учитывая твои проблемы с памятью…

Странная тишина возникла между ними, а я же… Я старался не концентрировать внимания ни на ком из присутствующих, чтобы ребята не услышали мой ржач. Ведь не так давно я действительно не уследил за баффом, и чуть было не отправился на респ, словив один единственный удар в лицо. А самое странное – я не понимал, действительно ли Моти верит в свои слова, или настолько «тонко» издевается над другом. И судя по редким звукам со стороны громовержца, тот тоже никак не мог этого понять.

– Ты, – обратился он ко мне, – Закай-доно. Это правда? Вы братья? – на свой лад он интерпретировал мой ник…

– Я… – хотел было озвучить правильную версию, но понял, что «Закидоний» звучит во много-много раз хуже. Так что озвучил совсем другое, – … имею отличных от моего брата родителей.

– Вот-вот, – поддержал Моти, – Всё так. Закай-доно – мой родной брат от других родителей. Мы…

– Заткнись, – фыркнул громовержец, – Мне не до твоих мозгосношательных речей.

– Но…

– Занчит так! – надавил тот голосом, – Если ты помнишь про рейд, то хорошо, но будь добр, включи телефоны. Я хочу быть уверен, что смогу до тебя достучаться, случись что.

– Оке-е-ей…

– А ты… Добро пожаловать во «Фью-Джо». Я – глава гильдии. Если будут вопросы… или если этот олух окончательно тебя достанет…

– Хэй! – выкрик шамана был проигнорирован.

– … то можешь смело писать мне в личку. Мы не набираем сейчас новичков, но раз уж ты друг Моти, то никаких проблем нет… Главное – не засирай гильдейские чаты эзотерической чушью…

– Ну! – дважды проигнорирован.

– … и мы с тобой поладим. И прошу, не обращайся ко мне полным ником. Пиши «Элуа», этого будет достаточно. А тебя, засранца, я жду у корней. И только попробуй опять оказаться «не в сети»!

С яркой вспышкой молнии названный Элуа Де Залуа, ну, точнее «просто Элуа», пропал, оставив нас с Моти наедине.

– Что ж. На сегодня всё. Штурм врат – это надолго, да и вряд ли они ограничатся одними. Увидимся завтра! – и перед тем, как также пропасть во вспышке телепортации, пробормотал, – надо бы не забыть представить его остальным…

Пусть знакомство с главой моей новой гильдии вышло шапочным, но… уверен, что с остальными ее членами я познакомлюсь совсем не скоро. Если, конечно, не возьму это дело в свои руки. Вроде, Элуа говорил про гильдейский чат? Не пришло ли время заняться настройками и этого аспекта игры? Микрофон на ближайшие дистанции, а также заклинание «Сообщение» – весьма полезны, и вполне хорошо справляются со своими функциями, но общий, торговый, гильдейский и системный чаты тоже нужны. Даже необходимы. Тем более, что перед уходом на мне не возобновили баффы, а значит исследовать новую зону не выйдет: уровнем не вышел, чтобы спокойно тут перемещаться.

Время есть, желание есть, препятствий нет: следовательно – вперед, к освоению чатиков.

Глава десятая. Игра в жизнь.

Глава десятая. Игра в жизнь.

Легкий щелчок, моментально сменившийся звучным треском. Множество разноцветных полос испещрили темно-синее полотно, своим кратковременным танцем рисуя невообразимую картину. Они сталкивались друг с другом, расходясь в разные стороны; отскакивали от незримых преград, чтобы следом вернуться в привычные им рамки; очерчивали ломанные линии, замедляя свой бег. И лишь одинокий ярко-желтый счастливчик умудрился найти выход из глобальной ловушки, что, на деле, оказался входом в куда более изощренную темницу.

– Хм… Отличное начало! – причмокнув губами проговорил рыжий усач, задумчиво следя за последними па в скоротечном танце.

– Благодарствую, – театрально поклонился светловолосый бугай, подобно копью уперев утяжеленный кий в пол, – Мастерство не пропьешь… в отличии от твоей сотки за первый шар.

– Да-да… Девушка, можно нам по пиву, пожалуйста? – прозвучало в расположенный у столика коммуникатор, – Тёмное, бородинское, тройного синтеза.

– А ты, друг мой, не скупишься сегодня?

– Нет, просто рассчитываю выйти на дистанции… – ухмыльнулся Василий, – Сейчас ты, как и всегда, «обвеселишься» бородинским, и всё! Дальше дело техники.

– Ну-ну, – хмыкнул блондин.

Синтез алкоголя – дело обыденное. В отличии от дорогостоящих марок из натурального сырья, какое производят в совсем уж крошечных зонах близ мегаполисов, вроде Москвы или Тулы, обычная, потребительская выпивка может быть создана прямо на месте. Достаточно лишь задать соответствующие параметры в специальном агрегате, убедиться в наличии нужных реагентов, да залить в бак основу: воду, раствор или еще что. Вот и весь процесс, занимавший, от силы, минуту. На выходе же можно было получить заданный в начале объем алкоголя. В данном случае – две кружки, то есть литр, тёмного чуть терпкого пивного напитка… Второй синтез, подразумевающий использование результата первого в качестве основы, обеспечивает напитку более живой, глубокий вкус, а третий – создает впечатление полной натуральности продукта. Будто не пиво пьёшь, а свежевыпеченный бородинский хлебушек. Ну и цена, конечно, меняется.

Пока в застенках бильярдной проходило химико-технологическое таинство, Степан успел не только оценить новую композицию на столе, но и слегка поднастроить подсветку, ибо остающиеся после шаров полосы, без сомнений, красивы, однако в легкой полутьме знатно били в глаза. За действиями его следил Василий, поглядывая время от времени на выход из залы, что не укрылось от взгляда блондина. Не заказанные напитки ожидал усач, но немного опаздывающего друга… ладно, сильно опаздывающего. Настолько, что за первую партию было решено не сбрасываться, а приступить к игре без Николая. Да и на первую кружку тот явно уже не успеет… а значит платить за вторую, которая для «опоздуна» будет первой, уже точно придется ему. Традиции-с.

– Прошу, – миловидная шатенка с легкой улыбкой на устах, обращенной, в первую очередь, крупному блондину без кольца на безымянном пальце, разместила заказ на столике рядом со стойкой с киями, – Еще чего-нибудь? Закуски, гранулы? – замерла она, глядя на Василия, но бросая при этом кокетливые взгляды на копающегося в столе мужчину.

– Чуть позже, спасибо.

Официантка покинула отгороженную от остальных столов зону, оставив мужчин одних. И не успели даже волоски над губой рыжего прийти в движение, как Степан выпалил:

– Даже не начинай!

– Но…

– Я не собираюсь цепляться за первый попавшийся вариант. Не настолько я отчаялся.

– Так дела не делаются, – покачал Василий головой, опробовав напиток, – Ух! – выдохнул он, довольно прищурившись после смачного глотка. Жидкость была настолько холодной, что обожгла горло, охладила трахею и даже обеспечила приятное ощущение снежного шарика в желудке, – Ты почему-то думаешь, что при первой же встрече люди могут понять, подходит им партнер или нет… Но это ведь не так. Длительные отношения и выстраиваются долго, а стадия знакомства, которую ты обычно пропускаешь, может продолжаться хоть месяц, хоть год. Да взять хоть нас с Машкой!

– Ну ты сравнил! Вы со школы вместе…

– Да, со школы, – довольно кивнул усач, – Уже без года пятнадцать лет прошло, как мы познакомились. И, представь, только на прошлой неделе я узнал, что она когда-то увлекалась живописью!

– Серьезно? В смысле, увлекалась она серьезно, или так?

– Серьезно. И даже навыки сохранила, пусть интересный набросок вышел только спустя десяток скомканных листов. Я, вот, думаю ей на день рождение подарить сертификат на курсы… уж больно довольную мосю она состроила в процессе рисования, – нежная улыбка и устремленный куда-то вдаль взгляд вызвали зависть в сердце блондина. Белую. А на смену ей пришла поволока грусти, тоскливого одиночества, – Но суть-то не в этом. Просто вдумайся, что даже спустя пятнадцать лет общения я продолжаю находить в ней что-то новое. Это и есть знакомство со своей второй половинкой. Так что, если все же хочешь уже обзавестись стабильными отношениями, то надо начать хоть с чего-то… Конечно, сразу наткнуться на ту, с которой тебе будет интересно – непросто, но и воротя морду от «первых встречных» ты никогда не сможешь найти «свою женщину».

– Ладно-ладно, – сдался блондин, – Я стрельну у нее телефончик. Доволен?

– Пока нет. Не «стрельну телефончик», а «представлюсь, познакомлюсь и приглашу на свидание».

Усач слишком хорошо знал своего друга. Степан держит данное им слово! Старается, по крайней мере… И даже по пьяни. Если этот балагур сказал, что сможет угнать полицейскую машину будучи арестованным, то он хотя бы попытается это сделать… Однако, Василий также понимал, что взятый у девушки номер будет лишь захламлять память телефона, ибо блондин ни разу им не воспользуется. Каждый раз он будет находить более важные дела, пока, наконец, не встретит еще одну кокетку, чей номер пополнит его коллекцию «мертвых душ».

– Хр-р… Ладно, чертяга рыжий, – сдался тот наконец, и также опробовал принесенный напиток. Первый же глоток позволил отпустить дурные мысли, охладив разгоряченную голову, – Хорошо… Ну что, продолжим? – кивок на стол.

– Дерзай. И только попробуй закрыть мне десятку!

– Ой, не очкуй. Я просто подвину ее к центру… Чтобы тебе удобней было, да.

В бильярдную грузной походкой вошел мужчина. Он очень тяжело дышал, обводя обозримое пространство красными глазами. Из-за черных синяков вокруг зенок, его взгляд казался безумным, на что накладывалась общая растрепанность в одежде, взлохмаченные волосы да дёрганность в движениях. Едва миловидная девушка за стойкой уловила этот его взгляд, как холод сковал ее нутро. Словно рыжий кролик, не успевший сменить шкурку, замер пред очами скалящешося волка. Даже дышала через раз. Безумец, как окрестила про себя необычного гостя официантка, медленной походкой двинулся к стойке. Он шел, выверяя каждый свой шаг, его пылающие глазницы словно заглядывали в саму ее душу, ни на секунду не прерывая этого ужасного контакта. Мужчина не моргал, как и его "жертва".

– Добрый… день, – прокаркал он сухим дребезжащим голосом. Будто кто-то провел наждачкой по дереву у самого уха миловидной шатенки. Множество мурашек покрыли ее спину, а слова приветствия, что обычно отлетают от зубов, застряли в горле.

– У тебя проблемы?

На узкое плечо легла мощная лапища, но безумец будто бы и не заметил ту. Это охранник, увидев состояние молодой коллеги, поспешил на выручку. И, конечно, он не желал прибегать к насилию, или как-либо еще навредить клиенту: иски – страшная сила. Сей жест был нужен только для привлечения внимания, и он вполне себя окупил.

Медленно, едва ли шевеля корпусом, необычный посетитель развернул голову назад, слегка запрокинув ту. Выглядело то настолько неуместно, жутко и неественно, что пробрало даже бывалого бугая, неоднократно вышвыривавщего из заведения перепивших господ.

– Никаки-кхи-хих… – закашлялся тот под конец.

Высокий мужчина суровой внешности и с таким же суровым взглядом… поежился, едва стеклянные очи наткнулись на его лицо. Пусть внешне охранник и остался невозмутимым, но вот внутри посетовал, что частенько в его смену стали приходить различного рода фрики.

– Ася?

– А, – вздрогнула девушка, отводя испуганный взгляд от лица незнакомца.

– Всё в порядке?

– Да… Нет… – запуталась юная красавица с надписью Александра на бейдже. Странный клиент выбил ее из колеи, причем причина такой реакции оставалась неизвестна даже ей самой, но какой-никакой опыт позволил взять себя в руки и продолжить работать, – Всё в порядке. Извините.

– Прошу прощения, – без раскаяния во взгляде и голосе пробасил охранник, отходя в сторону, но так, чтобы в любую секунду успеть обезоружить подозрительную личность.

– У вас бронь? – твердым голосом, как надеялась Саша, спросила она посетителя.

Тот же лишь недоуменно моргал, переводя взгляд запавших глаз с девушки на бугая и обратно. Первая, в прочем, продолжала ежиться под этим взглядом, сама не понимая причин своего состояния.

– Да, – ответил наконец незнакомец, – Меня ждут друзья.

– Номер? – вновь тяжелый немигающий взор упал на милое личико, отчего владелица растерялась пуще прежнего, – Извините… какой номер брони?

– Не помню.

–М-может, номер столика? Или на кого забронировано?

– Степан.

– Фам-милия? – говорить было тяжело. Саша старалась выдавливать из себя по слову, лишь бы голос не выдавал ее эмоций. Безуспешно.

– Шармов.

– Д-десятая комната…

– Я провожу, – вызвался охранник, получив за это благодарственный взгляд. Обычно гостями занималась дежурная официантка, то есть сама Саша, но не в этот раз.

Едва ли спина незнакомца скрылась за поворотом, как в руки шатенки будто сам собой прыгнул пухлый граненный стакан. Прозрачные стенки окрасились ровным бордовым оттенком, едва коричневатая жидкость из приготовленных заранее запасов легла на дно емкости. И точно также, словно по волшебству, жидкость та испарилась, позволяя девушке наполнить емкость вновь. Лишь после третьего «исчезновения» внутренняя дрожь чуть поутихла.

«Паническая атака», – думала она, пытаясь отдышаться, да найти что-нибудь, чтобы запить крепкий алкоголь.

О дальнейшей работе, по идее, не могло быть и речи, да вот только кто же отпустит-то ценного сотрудника в середине рабочего дня.

– Оп-па! – заявил Василий, закатывая черную восьмерку в лузу.

– Падла… – натужно просипел Степан.

Блондин проводил последний шар грустным взглядом, а затем залпом осушил остатки пива в стакане.

– Два один, дорогой друг. Дистанция-то работает, а с тебя выпивка.

– Да-да… Марафонец недобитый… – ворчал блондин, подхватывая коммуникатор со столика. Но едва он поднес палец к сенсору, как дверь их уютной комнатки распахнулась.

– Прошу, – прогнусавил бас.

– Благодарю, – шепнул в ответ знакомый голос, с какими-то натужными нотками в нем.

В помещение забрел Николай. Парень едва ли был похож на себя: неестественно прямая осанка, да в комбинации с вялым шаркающим шагом придавали чуждости его движениям; помятая, местами запятнанная одежда, грязные взъерошенные волосы, болтающаяся на одном плече пыльная сумка… легкая кислинка, повисшая в воздухе, едва тот оказался внутри. Всё это окончательно убедило замерших в изумлении товарищей, что никем иным, кроме как вылезшим из могилы упырем, сие создание быть не могло. А сходство с Николаем… Ну, всякое бывает. У Коли точно не было столь черных мешков под глазами. Да и сами его глаза никогда небыли настолько краснющими.

– Извините за опоздание…

Но нет. Голос, пусть и слегка хриплый, был вполне себе узнаваем.

– Коль… ты это… ты че? – красноречиво подметил Степан.

Василий, что до побелевших костяшек сжал кий, не смог выдавить и этого, лишь согласно кивнув. В последний раз друзья виделись на его, Василии, годовщине, тройку месяцев назад. И Коля тогда казался несколько бледным и не выспавшимся, но был вполне себе опрятен, чист и разумен. Сейчас же… сейчас у рыжего усача не находилось слов, чтобы описать собственные эмоции. Пожалуй, только лишь страх выделялся в том коктейле особо ярко. Страх за старого друга.

– Всё настолько плохо?

– Ощущение, что ты только выбрался из могилы… – отмер, наконец, рыжий.

– Я, конечно, знал, что ты любишь билик, но не думал, что ты вырвешься на встречу даже с того света, – хмыкнул блондин, касаясь-таки сенсора, – Девушка, повторите пожалуйста. На одну порцию больше.

– Что у тебя вообще случилось?

– Да как сказать… – аккуратно, стараясь не совершать резких движений, мужчина сел за столик, устремив взор на автоматически сложившиеся в центре бильярдного стола шары, – Всего понемногу.

– М-да… Ты играть-то как собрался? Сказал бы что проблемы со спиной, мы бы перенесли встречу…

– Да знаю я ваши переносы! Дай бог раз в месяц графики совпадут, а то и реже. Нормально все со спиной… Было, до сегодняшнего утра. Точнее, было терпимо. А вот как проснулся, так и скрутило.

– И чего приперся?

– На вас, красавцев, полюбоваться.

– А серьезно? – вскинулся Василий.

– А если серьезно… Я посчитал, что мне жизненно необходимо проветриться. И в первую очередь проветрить мозги. Я сплю по пару часов в сутки, регулярно просыпаюсь скрюченным на диване, забиваю на уборку в квартире, а на работе мне уже трижды выписывали штраф за опоздания… Если так продолжится, то я даже не знаю, что произойдет раньше: уволят меня, или я просто подохну.

Товарищи переглянулись. Неслышимый диалог из шевеления губ, перестрелки взглядов да танца бровей происходил между ними, пока виновник сего действа бездумно залип в одну точку, слегка покачивая корпусом, словно тонкая березка на несуществующем ветру.

– Колян, – блондин заметил состояние товарища, – Коля-я-ян! Эй, очнись…

– Да? М-да…

– Из-за чего ты так? Тебе если нужна помощь, то сказал бы раньше! Ты же знаешь, мы всегда готовы…

– Да нет, не то чтобы… но да, помощь… да. Сейчас всё как тогда, в инсте. Игрушки-игрушки… – не отводя взгляд от облюбованной точки забормотал он.

– Да ладно… – изумились оба, слегка при этом напрягшись, – Настолько тебе приставка зашла?

– Настолько. И больше. Вот только мне уже не восемнадцать… не может организм поддерживать такой темп. В общем, пока до вас добирался, железно всё для себя решил, – кивнул он своим мыслям, резко дёрнув головой, – Вась!

– Что? – осторожно спросил рыжий, став новым объектом «залипа» Коли.

– Можешь мне софтину написать? Я не в состоянии, а нужна она еще вчера… Ничего сложного, тупо блокиратор на компик.

– Думаешь это выход?

– По-другому никак. У меня тупо не выходит прийти с работы и лечь спать. Ноги словно сами несут к очкам. Напишешь? – взгляд красных глаз ввинчивался в самую душу Василия, отчего тот непроизвольно поежился.

– Напишу, только не смотри на меня так…

– Как?

– Не знаю… Ощущение, что ты хочешь вцепиться мне горло.

– Как собака бешенная смотришь, – вставил Степан, ухмыляясь, – Мне-то поверь, я на таких нагляделся в приюте.

– Кхм… Не так грубо, конечно, но да. Чем-то безумным отдает.

– Так вот почему…

Дверь в комнату распахнулась. На пороге стояла официантка, не решаясь войти внутрь. В руках у нее умостился поднос, на котором стояла тройка запотевших полулитровых стаканов с темной жидкостью внутри. Изредка они позвякивали, сигнализируя о вернувшейся дрожи в руках. А всё потому, что ровно напротив входа сидел недавний псих, и пялился своим жутким взглядом прямиком в ее, Александры, душу.

– Эм-м… – фокус внимания сместился на блондина, что так понравился ей ранее. Тот заградил ненормального своим массивным телом, окинув чуть насмешливым взглядом фигурку девушки, задержавшись на верхних ее достоинствах. Саша хотела уже было возмутиться, но едва мужчина открыл рот, передумала, – Александра, верно? Позвольте…

«Всего лишь рассматривал бейджик» – подумала она, чуть успокоившись, но при этом ощутив укол досады. И тут же потонула в новом аркестре эмоций, где смущение играло ведущую роль.

Присутствие необычного посетителя отошло на задний план, ведь прямо сейчас, держа на губах обаятельную улыбку, высокий подкаченный блондин снимал с подноса в ее руках запотевшие кружки. Он стоял совсем рядом, смотрел прямо в ее глаза, щекотал чувствительный носик своим приятным парфюмом. Александра чувствовала, как заходится в бешенном ритме сердечко, как приливает жар к лицу, и не последнюю роль в том деле сыграл алкоголь, поглощенный ранее.

– Скажите, Александра… А до скольки сегодня работает столь очаровательная девушка?

– Да… Я… У-у меня смена до шести…

– А не согласится ли эта милейшая особа составить одинокому мужчине компанию за ужином? Скажем, часиков в семь?

– С-согласится…

– Чудесно! Тогда, я зайду за вами в половине. Разрешите взять ваш номерок? Ах да, где мои манеры… – блондин бы театрально хлопнул себя по лбу, если бы не занятые руки, – Степан – мое имя…

Процесс знакомства протекал гладко. Успех складывался из многих факторов: внешность кавалера, которой дама и без того была заинтересована; его же харизма, сочетающаяся с «правильными», как считали последователи некоторых исторически-неправильных художников, чертами лица, голубыми глазами и едва притемненным блондом на голове; бархатистый, чуть хрипловатый из-за пережитых недавно эмоций голос. На самом деле, Степан лишь нашел удачный повод сбросить стресс, вызванный ужасным видом своего лучшего друга. Тем не менее, никто не запрещал ему совмещать приятное с полезным… И вся эта «мощь» обаятельного джентльмена обрушивалась на испытавший куда большие перегрузки беззащитный разум, дополнительно уязвленный небольшой дозой крепкого алкоголя. Считанные секунды потребовались маэстро на запись желанных цифр в свой телефон. Рекорд.

– Эт че? – прокомментировал действо Николай, обративши взор к Василию.

– Это, дорогой мой друг, очередная попытка нашего блондинистого беспризорника найти свою долю счастья в жизни. Пожелаем же ему успеха! – рыжий ус был аккуратно приглажен, что демонстрировало полное довольство его владельца. Василий наслаждался происходящим, – На счет софта… Доиграем оставшееся время, и поедем к тебе.

– Эм… – смутился Коля, – Честно, я как-то не ждал гостей… Там… Там немного неубранно.

– Ты позвал меня писать код, но при этом не ожидал гостей?

– Я за эту неделю поспал меньше десяти часов! Не ожидай от меня… Да ничего не ожидай.

– О чем щебечите, желторотики, – с улыбкой до ушей, в разговор встрял недавний ловелас. Три пивных стакана умостились на столике, а рядом с ним уселся и сам блондин.

– Кто бы говорил… Видел я твои воркования: спина прямая, грудь колесом, голос басит. Ну ка, повернись, не торчит ли там павлиний хвост?

– Рад, что ты наконец ожил… Хотя яд изо рта так и брызжет, так и брызжет. Ты точно нежитью не стал?

– Нежить не плюётся ядом. Они к нему имунны, но зато имеют повышенный стат к урону смертью…

Глаза игрока вновь покрылись плотной поволокой. Взгляд расфокусировался, устремился куда-то вдаль, руки схлестнулись в замок, спина распрямилась, плечи расправились. А изо рта ни на секунду не прерывался поток разношерстной информации, что лишь поначалу касалась неживых рас Иггдрасиля.

– Тише-тише, – шутливо поднял руки Степан, но эффекта то не возымело. Николай словно вошел в некий транс, и лишь аккуратная встряска за плечи: блондин помнил о проблемах со спиной, оказала какой-то эффект, – Коля!

– А? Я что-то рассказывал?

– Знаешь… – процедил Василий, – Поедем-ка сразу к тебе.

– Эм… А игра? А пиво?

– Да в жопу пиво! Ты себя со стороны видел?! Так, поднялся и на выход. Я вызову такси.

– Да пока машина приедет… может хоть допьем?

Тяжелый взгляд голубых глаз вперся в изможденное лицо, но Николай словно и не замечал этого. А может и вправду не замечал.

– Ты на таблетках?

– Нет, обезбол кончился… Да и не принимал я ничего такого…

– Ладно, – вздохнул бугай, убирая телефон, – Давай выпьем что уже заказали, и сразу поедем.

– Угу…

– Рассказывай давай, во что же ты так мощно залип? Неужто всё та же скандинавщина?

– Она самая. А залип… Ну, игра сама по себе очень затягивает. Плюс, божественная технология Эй-Джи-Виза. Вы же знаете, как я природу обожаю, а там такая картинка, что просто… Эх… Еще бы не эти чертовы комары, вообще шикарно было бы, – друзья переглянулись, что, на этот раз, не укрылось от внимания Николая, – Что?

– Как бы сказать… – начал Василий, – Понимаешь… в той системе нет симуляции прикосновений… А следовательно…

– Ты словил шизу, – кивнул Степан, без намека на веселье в голосе, – Коля… Какие. В жопу. Комары?

– Метровые? Ядовитые кровопийцы…

– Это монстры чтоль? – понял вдруг Степан, на что брюнет изумленно кивнул, – У-у-уф… Напугал, засранец. Я уж думал: всё. Нужно в лечебку машину брать. Так и вижу, как сидишь ты в гостиной с удочкой в руках и кокошником на башке, да от воображаемых комаров отмахиваешься.

– Пхе, – улыбнулся Вася, – Я как-то также подумал…

– Да ну вас, – улыбнулся Николай, хватая одну из стеклотар. Его примеру последовали и остальные, – За встречу?

– За встречу!

***

По пути домой Николай ни на секунду не прерывал рассказ об Иггдрасиле. В частности, о своем персонаже. Мужчина понимал, что если он уснет в машине, то проснется уже только завтра утром, если не вечером, вот и пытался занять изможденный разум хоть чем-то, что помогло бы отвлечься ото сна. Друзья его прекрасно всё понимали, и, как могли, пытались поддержать: уточняли, задавали вопросы, предлагали какие-то решения… Без активной помощи Николая ни о каком софте не может идти и речи, ведь техзадание хранится в единственном экземпляре. В его голове. Хотя не сказать, что люди, убившие многие десятки тысяч часов в различных играх, совсем не интересовались рассказом Коли, но в данной ситуации они скорее переживали о его здоровье и разуме, чем были увлечены историей.

Он рассказывал и об игре, с ее лором: за прошедшее время парень смог собрать почти все зацепки, описывающие историю Люцифера, и теперь никак не мог связать ее с виденными ранее событиями.

– Слишком много намеков, – говорил он, – что всё происходит в одной вселенной. Что Мидгард – это именно Мидгард, а не простая Земля. Что асгардцы ранее посещали ее, но после оставили тот мир на откупление различным сущностям: светлым богам, космическим монстрам, межмировым паразитам… Там даже есть упоминания о существовании различных тварей из старых игр… Ктулхи там всякие… По лору сводилось всё к тому, что Одину было то ли лень, то ли некогда защищать срединный мир, и он поручил это дело тем, кто там и так правил в его отсутствие… Но почему он, спустя многие тысячелетия, пошел штурмовать Хельхейм чтобы пробиться к Мидгарду – абсолютно не ясно. Хотя там что-то было еще про Биврёст…

– А не проще просто глянуть полный лор в сети?

– Ни в коем случае! Я практически все подсказки сам собрал. И сделал это не для того, чтобы тупо сдаться в конце! Где-то точно есть связь между войной Люцифера и штурмом Хельхейма, и я найду ее!

– Возможно… Тебе стоит просто пойти дальше по компании? Может, недостающий элемент найдется позже?

– Может и найдется…

Николай рассказывал о неземной красоте локаций Иггдрасиля, и даже мрачные болота в его устах обретали свой неповторимый шарм. Ведал он о монстрах, каждый из которых имел свою прорисовку и индивидуальные особенности. О боссах, об игроках, о неписях. Он рассказывал обо всём, и, конечно, о своем персонаже.

– Те еще, на самом деле, эмоциональные горки. Всё с нуля переделывать – нежелательный гемор, а бесполезность маджилосов… Не знаю. Наверное, стоит верить более опытным игрокам на слово, но сбросить расу я всегда успею. А вдруг мне понравится? Вдруг развитый маджилос отлично ляжет на текущую прокачку?

– А что дает твой текущий класс? Ты уже кап, кстати?

– Нет, только пятидесятый взял. Вообще, странник духов оказался весьма сильным классом, если дальше идти в чистую ветку шамана. Он позволяет вселять в свое тело петов нематериальных рас и группы «временный», получая существенную часть их статов. Учитывая, что у шамана-призывателя почти все юниты соответствуют этим условиям, а сам он еще и статы им может баффать, получается весьма мощное сочетание… Да только класс мой основан на теурге-наезднике, а не теурге-медиуме. Из-за этого у меня, почти и нет нужных петов. На третьем ранге, конечно, открылось что-то подобное, но… Не знаю. Менять Василису на всякую шваль мне не очень хочется, потому и от наездника отказываться нельзя.

– Так, а в чем проблема просто идти дальше в шамана, забив на маджилоса?

– Базовые статы и перки. У людей базовые статы выше, и если не прокачивать полулюдскую расу, то и смысла брать ее не было никакого. Так что менять маджилоса придется в любом случае, но… Сначала я хочу его опробовать, а для этого нужно начать его прокачивать… И опять же, если я пойду в чистого шамана, то Васька станет бесполезной, и рано или поздно от нее придется избавиться. Даже думать о таком мерзко, если честно…

Конечно, порой друзья бросали друг на друга обеспокоенные взгляды. Увлеченность Николая явно была чрезмерной, но… То, что он нашел утешение своей утрате в группе пикселей, было в пределах нормы. Главное, чтобы со временем он сумел избавиться от них. Чтобы любовь к несуществующим вещам не обратилась одержимостью. Иначе без лечебницы, как и предполагал Степан, увы, будет не обойтись.

Рассказ Николая был долог. Начав еще в баре, он не унимался во время всей дороги. Зудил над ухом, пока Василий ваял простенькую программку-блокиратор, не позволяющую использовать компьютер по будням, не владея при этом паролем. Активно интересовался мнением Степана, который, увидев во что превратилась уютная чистенькая трешка на окраине МКАДА, решил потратить оставшиеся до назначенного свидания часы с пользой. Собственно, уборкой он занимался не один, но в обществе хозяина квартиры, боли в спине которого слегка отступили под чудодейственным эффектом слабой дозы алкоголя. Пусть и немного, но тот хотя бы уже мог поработать шваброй, не опасаясь свернуться калачиком, уткнувшись лицом в только помытую поверхность: химикат однозначно вызовет аллергию, а если еще и в глаз попадет… И во время наведения марафета он ни на секунду не прекращал рассказывать об Иггдрасиле.

В конечном итоге, товарищи покидали куда более опрятную, посвежевшую квартирку, хозяин которой, за неимением доступа к занятому Василием компьютеру, чуть измотанный капитальной уборкой, но до жути расслабленный из-за отпустившей, наконец, боли, мирно дрых в своей кровати, вдыхая аромат только-только постиранного и отсушенного белья. Когда он проснется, ему будет до безумия стыдно. За то, каким он явился на долгожданную встречу: мятый, немытый, неадекватный. За то, в каком виде друзья застали его квартиру. За то, что запланированный совместный отдых был им единолично сорван… Однако по небритой щеке его скатится слеза. Слеза радости. Слеза благодарности судьбе, что в те далекие-далекие времена послала ему таких товарищей.

Но всё это будет лишь завтра, а пока Николай впал в спокойный сон. И впервые за долгое время снились ему не битвы Иггдрасиля, не архитектура Дита, не туманный болота Хельхейма, а самый обычный желтый бильярдный шар, что волею судьбы, да благодаря помощи свыше смог выбраться из узкой клети, куда влекомый невидимым роком он с удовольствием влетел. Снилась игра, снился кий и синее, космическое полотно. Снились улыбающиеся лица, что стоят рядом, помогая выцеливать все новые и новые лузы. Впервые за долгое время Коле нравился его сон, ведь был он не загнанным в угол шаром, но Игроком.

Глава одиннадцатая. И Сатана нам милее друга.

Глава одиннадцатая. И Сатана нам милее друга.

Утро, как и ранее, встретило меня болезненным нытьем меж лопаток, переходящим ниже, к пояснице. Разница в том, что к уже привычным болям присоединилась и новая: головная… что сути, в общем-то, и не меняло. Рука сама собой потянулась к прикроватному столику, пытаясь выхватить блистер с болеутоляющим, но желаемого так и не нашла. Телефон да задорно звякнувшие ключи – вот и всё нехитрое убранство, принесшее, тем не менее, свои плоды. Цепочка ассоциаций набирала обороты: обезбола нет; нужно заказать; напоминалка в мобиле; поездка в бар… Сон сняло как рукой. Я физически ощущал, как лицо наливается краской смущения. Даже виски прекратили пульсацию, а за ними и спазмы под черепной коробкой ослабили свою деятельность, позволив мозгу уделить все свое внимание на восстановление картины вчерашних событий. Слайдшоу памяти разгонялось все быстрей и быстрей, показывая всё новые и новые сцены. Реакции окружающих: от презрительных взглядов до затравленно распахнутых во всю ширь глаз. Испуг официантки, недоумение друзей… Заинтересованные расспросы, вежливые кивки, неумолкаемый треп.

Поднявшись на локтях, я боязливо окинул комнату взглядом, в первую очередь обратив внимание на белесое, приятно пахнущее постельное белье. За ним пригляделся к ковролину, с которого пропало пятно от энергетика. Не виднелось на нем и разбросанных вещей, да и шкаф более не стоял, разинув пасть и демонстрируя пустые ряды полок. Дверцы его были плотно закрыты, и я абсолютно точно уверен, что прятали они аккуратные стопки свежей одежды.

– Всё же не приснилось… – как-то даже в груди защемило… и глаза защипало… Наверное аллергия, да. На моющие средства, – Ладно… Ладно, фуф… – чуть влажный взгляд наткнулся на телефон на тумбочке.

Пара мгновений, чтобы открыть общий чатик… Всего три слова, после которых лавина чувств слегка поуспокоилась, облегчив сердечную ношу. И дабы не позволить ей разойтись вновь, лучше заняться каким-то делом. Заказать уже наконец-то лекарства, провести краткую ревизию состояния квартиры, проверить содержимое шкафа с одеждой: не хотелось бы всё утро перед работой искать чистую пару носок. Не стоит полагаться на память, когда речь идет о периодах невменяемости, а не выспавшийся и уставший я, да под благотворным влиянием небольшой дозы алкоголя, мягко говоря, слабо походил на адекватного человека.

Еще нужно проверить, что там наваял Васька, но то в последнюю очередь. Учитывая, что пропустил я целую пятницу и практически всю субботу, – организм взял свое, наградив меня более чем сутками здорового сна: вырубился, вроде, в районе четырех, а проснулся ближе к шести, – то стоит лишь войти в сеть, как Моти выклюет мне мозг по кусочкам. Уверен, он принципиально останется до раннего утра, дабы застать меня в сети, и рассказать всё, что он думает об одном непунктуальном русском, что уже как целые сутки назад должен был завершить пороговый квест и войти во внешний мир Иггдрасиля.

***

Николай, кряхтя и сипя, поднялся с кровати, отправившись в краткий тур по квартире. На растрепанной после длительного сна простыне остался лежать телефон, темный экран которого на секунду вспыхнул, сообщая об уведомлении, где прямо над входящим сообщением «С тебя пиво», виднелось сообщение отправленное: «Спасибо! Вы лучшие!».

***

Невесомые перчатки заняли свои места, фиксируя пульс, мельчайшие сокращения мышц, отголоски импульсов, текущих по нервам. Голову ненавязчиво сдавливали очки, принимая сигналы не только от компьютера, но и от содержимого черепной коробки. Они с легкостью ловили малейшие проявления активности нейронов, обрабатывая их и принимая решение… И сейчас, если бы девайс мог выражать эмоции, он бы довольно ухмыльнулся, ощущая с какой радостью и возбуждением я просматривал стартовую заставку Иггдрасиля.

Выбор персонажа, краткая загрузка, и вот, перед глазами расцветает в своей грациозной мощи и подавляющей красе Пандемониум. Великий дворец, виднеющийся с центральной площади Дита, откуда я частенько и начинал свои игровые сессии.

«Возведенный из камня серого, желаниями и верой полнящегося, он монолитным, незыблемым владыкой довлеет над градом адским, Люцифера творением», – моим вольным переводом трактовались строки одной из квестовых книжонок. Отчего-то именно они раз за разом приходили в голову, едва взгляд натыкался на крепость. Незыблемый, великий, надежный… многие эпитеты просятся на язык, но именно те строки лучше всего описывают дворец Светоносного.

Как и на многие пейзажи игры, я, наверное, мог любоваться этим замком вечно, каждый раз подмечая что-то новое, интересное, интригующее. Вызывающее желание подойти и рассмотреть поближе. Схожее чувство, но во много раз слабее, я испытывал лишь в музее, любуясь проекциями дошедших до нас шедевров древней классики. Меня всегда завлекали редкие картины Ван Гога, что, увы, частенько выставлялись в один ряд с памятником людской тупости, в виде коллекций «Недублирующихся» картинок, за возможность «владеть» которыми определенные персоны платили миллиарды*. Какая же жалость, что то, что действительно спирает дыхание и заставляет напрягаться серое вещество, находится в одном ряду с… этим.

Также и здесь. Едва я приготовился созерцать особо удачную экспозицию Пандемониума на фоне рассвета в Аду, как что-то зацепило сознание, отвлекая от приветственной картины. А после все обозримое пространство стремительно начало заполняться однотипными табличками, окончательно убивая возвышенную атмосферу следами человеческой тупости.

Сообщения. Личные, гильдейские, персонализировано-торговые, системные, голосовые, почтовые, магические… В различных рамочках, от самых простых, до эксклюзивных, донатных. Десятки, сотни… может быть, и тысяча наберется. И всё это сообщения. От разных разумных, но с таким похожим по смыслу содержанием… Они накладывались одно на другое, шерстя по всему экрану, что знатно мешало отследить и понять порядок, их появления, но разобрался в произошедшем я весьма быстро. И, что важнее, крайне вовремя: до того, как был обнаружен.

Если по порядку… Сперва были краткие "ты-гдешки" от Моти. Приходить они начали утром пятницы, то есть, в то время, когда я еще беззаботно дрых, отсыпаясь после ночного послерабочего загула в Иггдрасиле, а в стране невидящей солнца уже давно стояла послеобеденная жарень. Со временем рос объем символов в сообщениях Моти, да и само их количество постепенно повышалось. Уже через пару часов парень начал строчить целые предложения, и отправлять их не только в виде текста, но и перейдя на голосовые… От простых «Ты на что-то обиделся?», Моти перешел к прямым угрозам расправе, если я прямо сейчас не войду в сеть и не отвечу ему… Что выглядело странно со всех обозримых ракурсов.

Видимо, осознав, что «игрок не в сети» – далеко не самый удачный собеседник для лички, Моти перешел в гильдейский чат. Сначала он просто тегал меня, пытаясь добиться… чего-то. Очевидно, что иной реакции от «не абонента» не последовало, однако попытки всё продолжались и продолжались, вопреки здравому смыслу и логике. Но это же Моти. В его голове правит своя собственная логика, и с общепринятой она не имеет ничего общего. Затем, видимо решив поднять планку и привлечь к себе внимание вообще всей гильдии, он начал отправлять мне персонализированные гильдейские сообщения, доступ к которым, по идее, должен быть только лишь у главы, и отправляются такие сообщения, в основном, главам других гильдий… Показывают статус, так сказать, ведь не каждое официальное объединение игроков имеет ресурсы для получения таких привилегий. И, естественно, что на подобное обращение последовал незамедлительный ответ. Не от меня, нет. От Элуа.

Поначалу он рявкал только в общем гильдейском, пытаясь что-то разобрать в намученной Моти воде, и только лишь спустя несколько минут, судя по резко оборвавшемуся потоку словоизлияния, Элуа обнаружил несанкционированный доступ туда, куда шаловливым шаманским ручкам соваться не положено. Разнос личностный, что был скрыт от общественности, с легкой подачи одной из тех самых ручек перешел в разряд публичных, на потеху остальным членам гильдии. Аргументы Элуа, вполне обоснованные и логичные, даже с учетом некоторой их специфичности, родившейся из давнего знакомства спорщиков, разносились в пух и прах, или и вовсе игнорировались противоборствующей стороной.

Небольшая возня в чате окончилась полным провалом и сдачей позиций со стороны главы гильдии: сопротивляться вошедшему в раж Моти может… да нет таких людей. Его можно только лишь заглушить и ждать результата, что и провернул гильдмастер… на свою голову. Ведь обиженный в лучших чувствах Моти перешел в общий, а затем и в торговый чат. И приставка, обозначающая принадлежность к определенной гильдии, из его ника никуда не делась. И цель его не изменилась: шаман отчаянно искал потерянного брата – Закая, будоража ни в чем не повинные умы душераздирающей историей… о том, сколь много они прошли вместе, и как много им еще предстоит преодолеть впереди… если, конечно, Закай не потеряется насовсем.

Можно лишь догадываться, что происходило на самом деле, но, кажется, иные обитатели Иггдрасиля, не причастные к вакханалии нашей гильдии, восприняли пришествие укурка как какой-то флешмоб, столь деятельную активность тот развел, оттого и личка моя пополнилась запросами от неизвестных людей, что прямо жаждали узнать точное мое местоположение. Не могу сказать, что меня искал прямо весь сервер, но подавляющее большинство сообщений вида «Привет, тебя ищет твой брат! Срочно напиши ему!» принадлежали именно что незнакомым людям. Еще часть была настрочена лично Моти-Моти. Небольшой кусочек принадлежал членам нашей гильдии, с которыми я успел познакомиться, и пара отдельных сообщений, пришедших буквально пару часов назад, от Элуа и Вамурайда – хороших друзей Моти, что желали мне скорейшего возвращения в игру. Пожалуй, именно они более всего показывали, насколько сильно влияние шебутного шамана распространилось по округе, и как сильно оно задело умы окружающих… Проще говоря, Моти достал всех, и достал конкретно. Проделал колоссальную работу, и всего-то за двое суток.

Кажется, этот варвар по части сношения мозгов еще не увидел обновившийся статус, гласящий, что я зашел-таки в сеть. Пожалуй… Да. За то, что устроил здесь Моти, и в чем я был косвенно, но виноват, меня и так ждет выволочка от Элуа, и не только от него. Так почему бы не пошутить напоследок?

Открыв френд-лист и найдя среди нескольких срок нужные символы, я с любопытством вчитался в них:

«Моти-Моти/В сети/Свартальфхейм/Первичная кузня»

Не убирая данной информации с глаз, я открыл интерфейс гильдейского чата – стилизованный свиток, вылетевший из червоточины инвентаря и скользнувший прямо в руки, и отдал незатейливую команду. Слова уже совсем не ломанного, пусть еще и не идеального японского обратились в текст, отпечатавшись на свитке. Не прошло и минуты, как статус Моти начал меняться. Сперва изменилась локация, став «Окрестностями первых врат», и тут же сменившись на «Нидавеллир», а за ней и мир прибывания изменился, став «Мидгардом». Времени оставалось чуть, и лучше бы мне поторопиться.

***

Недовольный тёмный шаман под предводительством еще более недовольного ниндзя, да в окружении иных своих товарищей, довольством также не блещущих, по давно отработанной тактике раскидывали валы механических агрегатов, глиняных монстров и каменных чудовищ. Группа занята расчисткой одного из ключевых данжей свартальфхейма, родины тёмных альфов. Огромная подземная руническая кузница, пришедшая в негодность, что хранит в своих недрах кучи различных материалов. Они обновляются с каждым приходом сюда игроков, но добраться до них, увы, задача не простая, и уж точно не для наспех собранной группы. Правда, группа Элуа таковой и не являлась, что игроки и демонстрировали, с легкостью уничтожая все преграды на своем пути.

Прижимистый народец – цверги, славятся не только своим мастерством в кузнечном деле, но и полным нежеланием своими работами делиться с посторонними. И пусть слабые коротышки не являются каким-либо препятствием сами по себе, но сложность всего подземелья оттого совершенно не уменьшается. Ловушки, в которых гномы сильны, обновляются с каждым новым посещением данжа, хаотично и бессистемно меняя своё положение и свою суть. Автоматоны и механоиды, что в обилии раскинуты по всей сети пещер не позволят вторженцам остановиться и в спокойной обстановке изучить новую схему тоннелей и шахт. Да и сами «пещеры», если у кого-то повернется язык называть так сие произведение искусства, каждый раз создаются вновь, облачаясь в совсем иное переплетение многоярусных ходов, тоннелей и тупиков.

Звонкий бой ударов молота о наковальню звенит в переходах дивных шахт, что более напоминали коридоры меж дворцовых зал: резные каменные стены, выполненные из различных пород и украшенные драгоценными камнями, которые даже можно повыковыривать и взять с собой – утешительный приз для тех, кто не сможет дойти до конца. Это Дурин – цвергов прародитель, куёт очередную «игрушку». Не стоит обольщаться, что хозяин сей кузницы занят, и не выходит приветствовать гостей. Ведь стоит отзвучать двухсотому удару, как второй цверг** поднимет выкованную цацку над головой, да изничтожит все живое и неживое в обители своей, чтобы начать отстраивать ее вновь. Вновь наполнит ее он рабочими руками.

– Сотый удар! – напомнил Элуа, – Быстрее-быстрее!

– Эх… – тяжело вдохнул Моти, принявшись вяло зачитывать заклинания, используя при том полную их форму, чем неимоверно бесил лидера. Элуа, впрочем, не спешил как-либо выказывать своего недовольства, помятую о недавних событиях. Едва угомонившийся шаман успел знатно достать всех членов Фью Джо, и, сомнений нет, Элуа вызовет на дуэль и убьет любого, кто словом или делом вновь вернет активность Моти, – Готово…

– Наконец! – рявкнул Вамурайд, направляя ездового дракона вперед, собирать на себя ловушки, а сам тем временем продолжил зачищать валящих изо всех щелей роботов, – Момо, хил!

– Шесть секунд. Не бузи под руку, всё под контролем.

Вот очередная волна была зачищена, и группа двинулась вперед, попутно собирая со стен нужные им драгоценности, да выискивая среди каменной кладки скрытые лазы, как часть отряда резко замерла. Элуа с затаенной печалью и крохотной толикой надежды взирал на возникшее в гильдейском чате сообщение. На него же смотрела и Момо, а после начала переводить любопытствующий взгляд с лидера их отряда на ведущего баффера, и обратно. Остальные члены группы, заметив заминку, которой здесь быть не должно, также остановились, с вопросом уставившись на Элуа…

– Не смей… – в голосе ниндзя звучала неподдельная угроза, хотя сам он прекрасно понимал: бесполезно, – Моти, слышишь?! – но попыток вразумить друга не оставлял, – Не…

Игрок Моти-Моти покинул группу.

Игрок Моти-Моти покинул подземелье.

Игрок Моти-Моти сменил статус на «не беспокоить».

– … смей. ДА ТВОЮ-ТО МАТЬ! – вспылил он, когда вместо отправки сообщения получил информацию о статусе получателя.

– Эм… Мы это… Того?

– Хр-р-р… Нет! Идем, пока баффы не кончились. Шансы есть, надо только ускориться. Живо-живо, ищем тайник и валим дальше!

Отслеживая перемещения Моти между локациями, а после и между мирами, Элуа лишь бессильно скрипел зубами, всё отчетливей вертя в голове мысль о замене баффера… Но где же взять «ничейного» темного шамана, да еще и рукастого, да с правильно раскачкой… Нет, Моти не незаменимый, но польза, которую он приносит, как и труд, с которым придется искать нового человека, проводить притирочные игры, и, возможно, менять основной состав отряда, всё же перевешивают вред, исходящий от своенравного шамана. Чуть-чуть.

Едва развернув подмигивающий гильдейский свиток, звон которого легонько забренчал на подкорке, Моти замер как вкопанный. Неярко подсвеченные золотые буквы выделялись среди светло-серых и черных письмен, сигнализируя о персональном обращении. Закай-доно, как прозвали игрока с непроизносимым ником, ответил всем, кто упоминал его в последние сутки, отчего уведомление получило большинство членов гильдии. И не важно, что странный русский всего лишь выразил свое изумление общей истерии… Это ничего не значило, ведь суть была в самом наличии этого сообщения. Закай вошел в сеть спустя практические двое суток отсутствия, и Моти, что уже и сам перестал понимать, где кончается шутка и начинаются его реальные чувства, попросту покинул подземелье, направившись к своему другу. Едва ли мужчина мог объяснить себе, отчего в душе его появилась такая привязанность к малознакомому, можно даже сказать неизвестному иностранцу, однако увидеть его и поговорить с ним он хотел весьма отчетливо.

Вход в темные шахты остался позади. Вспышка телепорта позволила быстро вернуться в столицу темных альфов: дваргов, цвергов, гномов и иных низкорослых разумных. Нидавеллир – огромный подземный город, созданный для сокрытия темных тварей от лучей солнца, немилосердно выжигающих саму жизнь из их плоти.

На отшибе, за пределами города, располагалась широкая площадь. Словно блюдце, замершее в шатком равновесии, она умостилась своим остовом на одиноко стоящем сталагмите. И сей одинокий пик был столь монументален, столь длин и крепок, что основание его никак нельзя было разглядеть, ибо уходило оно в самые дальние и самые темные участки свартальфхейма. Казалось, взойди на площадь сколь-либо крепкий разумный, и вся конструкция обрушится, отправившись прямиком во всепоглощающую бездну, но нет. Сей плоский блин выдерживал и целые толпы, и даже сейчас по нему шпыняли десятки, сотни разномастных игроков.

С одной стороны к ней, к площади, вел длинный подвесной мост, что так сильно выделялся из общей монументальности, присущей творениям цвергов. Столь шаткий элемент казался чуждым их стилю. С другой же стороны площадь практически упиралась в одну из стен, опоясывающих огромную пещеру, где и умостился Нидавеллир. На стене той виднелся резной проход, к которому вела точно такая же шаткая и хрупкая на вид лестница.

Внутри же, пройдя по недлинному тоннелю, посетителя ожидала очередная каверна, уже не столь огромная. Порядка сотни метров в диаметре пещера, что совсем не имела потолка, и тоннель, сквозь который в редкие часы можно было лицезреть опасно поблескивающее бордово-красное солнце, обращался в шурф, ведущий прямиком к истерзанной поверхности вымершего мира.

Кроткая вспышка, и взбудораженный очередной порцией химии, не только дыхательной, но и собственной, созданной его же организмом, оказался подхвачен радужными всполохами, вмиг доставившими Моти в мидгард. Разрушенная планета, что во всю пыталась оправиться от похода Люцифера… за исключением мест силы, откуда князь начинал свой скоротечный марш. Пять точек, оккупированных демонами, падшими ангелами и иными статистами, служили входами в Его обитель, но добираться до них пришлось на своих двоих, если, конечно, так можно назвать специально купленного для таких целей маунта – седлового питомца, неспособного к сражениям, но подходящего для ускорения перемещения в открытых зонах.

Вот, шаман ступил на площадь Дита, и едва развеялись огненные всполохи, как Моти уже во всю копался в интерфейсах, силясь отыскать координаты своего друга. Но вместо определенных цифр, по которым того можно было бы найти, Моти получил лишь пару прочерков, что означало лишь одно: Закай приступил к выполнению сюжетного квеста, и прямо сейчас находится в квестовой области, недоступной уже прошедшим ее игрокам. В компании таких же «уже не новичков, но еще и не ветеранов». Для него в те места ходу не было так и так, но Моти-Моти рассчитывал… сам не знал на что, но на что-то так точно рассчитывал.

Но это не значит, что Закай просидит там вечность… Просто надо напрячь извилины, и вспомнить, где находится точка выхода, да дождаться возле нее прихода блудного маджилоса.

Несмотря на вполне удачное изъятие из плывущего разума нужных воспоминаний, Моти продолжал напряженно хмуриться, ибо ощущение что он что-то забыл, что-то упустил, продолжало свербеть на подкорке. Возможно, Элуа, с которого начали спадать первые, самые короткоживущие баффы, и напомнил бы товарищу, что у него так-то был данж в самом разгаре, да только красный статус «Не беспокоить» не позволял тому достучаться до Моти, отчего тёмный шаман оставался в блаженном неведении… пока что.

***

Широкий мост, ведущий к основному двору замка, был мною пройден, да так, что я едва ли заметил дорогу. Мой взор был обращен вперед и вверх, к захватывающей дух постройке. Столько раз я проходил сей путь: сквозь каменную арку, охраняемую парой огромных статуй, по серокаменному мосту, за пределами которого виднелись окрестности Дита, а под ним бесилась, завывала Флегетон, тщетно пытаясь снести своим течением опоры. Но никогда ранее я не бывал во внутренних владениях дворца, что с удовольствием собирался исправить.

Войдя за гостеприимно распахнутые врата Пандемониума, я двинулся вперед, рассматривая столь полюбившуюся мне крепость изнутри. Светло-серый камень, легший в основу сего творения, дышал стариной, но тем не менее выступал несменной опорой. Убранство прямо за вратами представляло собой небольшой дворик, без единого клочка растительности. Здесь не было фонтанов, беседок и альков. Не было лавочек, фонарей, скульптур. Но был здесь… эшафот.

Каменный постамент, с невысоким пьедесталом на нем, в который был вонзен пылающий рунической вязью клинок. Он просматривался со всех уголков двора, и кажется, уже заждался «гостей». Подойдя ближе, я даже услышал мелодичный шепот клинка, что едва ли не трясся в нетерпении, жаждя исполнить собственное предназначение. Пустить, наконец, кровь.

Наваждение сошло быстро, и я поспешил убраться от места будущих или прошлых смертей. Впереди вздымался сам замок. Ощущение, что я предстал пред старым суровым воином, что несмотря на почтенный возраст не растерял ни навыков, ни стальной воли. Даже более того, я сам казался мелким «ничем» под взглядом этого мудрого старца. Он силился проверить, достоин ли очередной проситель лицезреть его создателя, его владыку, его хозяина… И принял решение. Широкие врата из черного дерева раскрылись, позволяя пройти вперед.

Сравнительно небольшой холл, в котором, тем не менее, могло свободно поместиться еще пара сотен таких же как я разумных, вывел меня и других, явившихся из ниоткуда посетителей к лестничной площадке. Компанию мне составляло множество существ различных рас и классов, опознавать которых я не стал. Так, выцепил парочку, убедившись, что предо мной не игроки, но неписи. Разрозненной массой, но единым течением, они стекались к центральному проходу, красовавшемуся парой изящных резных дверей, распахнутых во всю ширь. Кто-то заходил раньше, едва ли не переходя на бег, другие шли степенно, вертя головами и рассматривая внутреннее убранство, что действительно больше походило именно на дворцовое, чем на замковое. Если снаружи Пандемониум выглядел несокрушимой твердыней, то внутри преображался в помпезные хоромы. Правда, назвать окружение «пылью в глаза» язык не поворачивался. На мой едва ли искушенный вкус, тут было… блистательно, чисто, красиво… возвышенно, и никак иначе.

Преодолевая зал, я все ближе подходил к укрытым в тенях балкона второго этажа дверям. Слева и справа от очерченного черным ковром коридора начинались ступеньки, позволявшие пройти выше, к тому самому балкону, но сейчас они были недоступны. Проходы охранялись слугами Светоносного, его гвардией – закованными в черный металл тяжелыми рыцарями, с башенными щитами и длинными, стилизованными под кресты мечами. Они частенько появлялись в Дите, патрулируя город и нападая на некоторых особо буйных игроков… Учитывая, что от кары огненными мечами не спасались ни сверхпрочные танки, ни сверхбыстрые убийцы, ни хитровыдуманные маги, сила этих ребят была на должном уровне. Правда, явление высокоуровневых игроков, капов, несколько меняло экспозицию, и тогда рыцарям приходилось брать не мощью, но количеством. Тем не менее, пытаться напасть на других игроков в их присутствии желания не возникало. Совсем. И, скорее всего, не только лишь у одного меня.

За спиной раздался хлопок – это пятерка рыцарей закрыла двери ведущие от холла к лестницам. А после, изъяв из ножен мечи и выставив их на согнутых руках перед грудью, лезвиями кверху, замаршировали вперед, подгоняя отстающих и не позволяя излишне активным неписям, – а это были все еще они, я проверил, – разбрестись по помещению.

Поспешил вперед и я, не желая проверять наличие триггеров на атаку на своей шкуре. Впереди виднелось множество голов, что замерли у подножия величавого трона, где ранее встречал меня сам Люцифер. Здесь же сидел и светоносный, дожидаясь, пока гвардейцы закроют врата.

Существа всех размеров, рас и мастей активно переговаривались друг с другом, и я с удивлением опознал в части из них игроков: неписи располагались лишь у самого трона, а всю остальную часть занимали реальные люди. Несколько сотен персонажей, случайные тычки по котором показали наличие ников. И далеко не все из них обменивались репликами, однако фоновый гвалт все равно присутствовал.

Но едва князь поднялся с трона, сделав первый уверенный шаг на ступень ниже, как голоса замолкли. Создатель демонов взял слово, готовый поразить людские умы веским глаголом.

* Герой имеет в виду самые дорогостоящие коллекции NFT, копии которых выставляются в музее того времени, наряду с работами старых художников. Надеюсь, кто-нибудь оценит иронию.

** По старшей Эдде, Дурин - второй созданный богами карлик. И он же, по размышлениям историков, лепил из глины остальных (всего лишь одна из интерпретаций написанного, которой я решил придерживаться).

Глава двенадцатая. Мидгард: храм Тримурти. Часть первая.

Глава двенадцатая. Мидгард: храм Тримурти. Часть первая.

Покрытый черным хитином трон воспылал. По-царски сидящий на нем Князь Тьмы, Повелитель Ада, Падший Архангел, Светом Разящий и прочее, прочее, прочее, Люцифер, в общем, окинул собравшуюся в залах публику глубоким взглядом. Была в нем старческая мудрость, но не было ее же немощи. Отеческое признание без капли самолюбия. Юношеский задор без присущей юнцам глупости. И даже добрая хитринка мелькала в этих глазах.

– Я рад! – едва глубокий бас зазвенел под сводами дворца, источаемые толпой шумы стихли, – Сегодня вы, все вы, предстали пред моими очами, и я рад, что наконец свершится ваша месть. Набранное вами могущество найдет выход. Найдет свою цель. Вы, – Князь поднялся с пылающего трона, и прожилки его доспеха заискрили демоническим огнем, – все вы… Вы станете мечом, что нависнет над головами детоубийц. Вы станете воплощением праведного моего гнева! Вы принесете раздор и смерть в людские земли, святым огнем очистив их от грешников! Люди… Грешные создания, заполонившие земли всего мира. Они терзали ваши тела и души, за то, что вы – не такие как они. Лишь за иную природу они убивали разумных существ. Они не щадили даже друг друга! Достойны ли подобные создания жалости? Достойны ли они прощения?

– Нет! – нестройным хором раздалось из толпы.

– Нет. – спокойно подтвердил Люцифер, прогуливаясь по помостам взад-вперед, – Так не жалейте их. Не жалейте и помните, что они – лишь инструмент. Лишь пешки на игральной доске небожителей. Глупый, безвольный, слабый… инструмент. Нет смысла уничтожать весь род людской, ведь считающие себя святыми всегда сумеют найти новый способ добывать ваши души! Им плевать на нелюдей, и даже на людей… им плевать. Всё что им нужно – сильная душа, способная оживить сидящий на небесном троне труп. Что ж… – пламя в сочленении доспехов достигло пика, вырвавшись наружу и окрасив златые волосы Сатаны кровавым багрянцем, – Мы дадим им эту душу. Дадим опороченным предателям и изменникам воли Божьей того, что они так жаждут.

Из толпы, из самых передних рядов, вышел юнец. Подросток, облаченный в красный пластинчатый доспех. Русоволосый, веснушчатый… Он поднялся на пьедестал. Шажок за шажком приближался к Властителю Дита, замерев лишь в полуметре от него. В полной тишине, но под одобрительным прищуром Сатаны. Оглушительный лязг, легкий скрежет металла, с которым пластины терлись друг о друга, и обожающий взгляд, направленный кверху. Юнец приклонил колено пред свои Царём.

– Это юное дарование… Когда-то его звали Маверик, сын Локса… Нынче же, сей муж переродился, и имя ему Мортифер! Встань же, Несущий Смерть! Встань, мой новый рыцарь! – подросток поднялся с колена, заняв место по правую руку от Сатаны. Лишь сейчас, полностью увидев его лицо, его голубые словно прозрачный лед глаза, я узнал в нем того чумазого мальца, что когда-то первым встретил меня в мидгарде, – Мортифер начнет штурм райской твердыни. Именно он пробьет святые врата и, подобно искрящему знамени, поведет вас в бой! Но… сначала необходимо наделить его силой Господней, что надежно запечатана в храмах Земных. Вы! Все вы! Уничтожьте насланных мёртвым богом защитников и снимите четыре печати! Да начнется Апокалипсис в мире смертных! Да настигнет грешный люд геенна огненная! Да очистит пламя смерти их нечестивые души!

Стан Люцифера пылал. Огромные огненные крылья, что, казалось, способны укрыть весь мир, взметнулись из-за его спины. Они застлали украшенные резные потолки, чтобы в следующий миг опуститься на толпу. Лишь единое слово, шёпот, что отчетливо пробивался сквозь рёв необузданного пламени, тонким отзвуком прокрался в сознание.

– Аминь.

***

Пламя рассеялось. Пред глазами встала картина не белого и черного камня, не кроваво-красных витражей и даже не хрустально-серебряных лепнин. Джунгли. Непроходимые, на первый взгляд, джунгли, какими их показывали в старых фильмах. Стволы деревьев, оплетенные тугими лианами, что также свисали с верхушек исполинов, меж которых виднелась долина – зеленое марево, целый океан. У подножия же древесных гигантов расположилось засилье кустарника, среди ветвей которого особо выделялись толстые листья каких-то растений, еда ли не полностью скрывавших более щуплых собратьев коричнево-зеленых монстров.

Мы оказались в окружении этого чуда, на довольно просторной вытоптанной тропе. Подобных зарослей сейчас уже не встретишь, и даже в заповедниках остались лишь куски былой красоты… Жаль. Я бы многое отдал, лишь бы ощутить царящие тут ароматы. Интересно, они бы были влажными, словно земля после дождя? Или тут пахло бы цветами и фруктами? Может, отдавало бы терпким запахом животных? Эх-х… Пусть о запах можно лишь мечтать и догадываться, но со звуком-то разработчики поработали на зависть! Можно прикрыть глаза, отрешиться от некоторого шума, издаваемого группой японцев, с которой меня переместило сюда, и отдаться блаженству… Шум листвы, рёв близкого водопада, далекий гогот обезьян и птичий ор. Возможно, попугаи? А еще… барабаны. Гулкий барабанный бой.

И всё же вездесущие япошки таки рушат всю атмосферу. Здесь нас оказалось порядка сорока человек. Судя по интерфейсу, из нас сформировали полу-рейд из четырех групп по девять человек в каждой, и еще одной группой с пятеркой в ней: значки каждой из них мелькали на периферии, и раскрывали всю информацию, стоило обратить на них внимание. Часть игроков общались друг с другом, и, судя по обрывкам фраз, пытались выбрать стратегию прохождения данжа. Явно бывалые типы, не в первый раз проходящие сюжетку, или же просто прошаренные ребята, изучившие информацию в сети. Увы, но большая часть игроков оказались не такими, и пока умудренные опытом, или хотя бы здравым смыслом, пытались договориться о лидерстве, расстановке, маршруте и общих стратегиях, остальные просто поперли вперед, на звук ударных. И я пошел бы с ними, но… Это ведь высокоуровневый данж, рассчитанный на несколько групп новичков. Конечно, хочется всё осмотреть самому, но и умирать как-то не охота… опять качаться, Ваське уровень повышать…

А теперь мне еще стало очевидно, что именно трепыхалось на подкорке все это время. Котика-то моего, боевого, нигде нет! Василиса отозвалась из-за долгого моего отсутствия в игре, а призвать обратно я ее не успел, решив вместо этого «триггернуть» Моти. Ни о чем не жалею, кстати, но кису лучше призвать. Без понятия, что будет в этом данже, но иметь кучу баффов от наездника и активную связь теурга – это лучше, чем не иметь их. Тем более, что сговаривающиеся «высокие» стороны лишь сейчас заметили мельтешения и брожения среди более «низких» товарищей, и, судя по активной реакции, а ор поднялся знатный, ибо «косорукие даунята», как выразился один из них, уже умудрились кого-то там впереди заагрить, времени на всё про всё у меня не так уж и много, и полная боевая готовность может понадобиться уже сейчас…

Тем временем, неподалеку продолжил свое развитие бурный консилиум… Из всех более-менее опытных игроков осталась лишь тройка, двое из которых продолжали свой спор.

– Хватит орать, и просто послушай. Я уже четвертый аккаунт гоняю по этому маршруту…

Первым оратором оказался белокожий лизард – гуманоидный трехметровый ящер, облаченный в доспех темного паладина. Один из сильнейших танковых сетов, доступных в локациях Дита, между прочем.

– Мне срать на твой маршрут и твои акки! Мне. Нужна. Душа. Что не понятного? Твой маршрут не предполагает вызов Шивы, а мне он нужен для билда!

Вторым же спорщиком оказался, как это ни странно, ангел. Причем, судя по шести сияющим белизной крыльям, развивался он именно через расу, а не через классы, и был, как минимум, на уровне серафима. Скорее всего с какой-то приставкой, вроде «Серафим святости» или «Серафим разрушения», что является комбинированной расой с каким-то классом. Сложно сказать большее, глядя лишь на внешнюю амуницию: нужно смотреть скиллы, но будет здорово, если я не ошибся. Значит хоть что-то сумел вынести из трипов Моти.

Вооружен тот ангел был двуручным мечом, а облачен в, кажется, хитиновый доспех и святую мантию. Странное сочетание, в том плане что первое – уникальный шмот для демонов, а второе – для ангелов… Может мультираса, а может скрытые эффекты каких-то предметов. Или вообще особенность классов – в этой игре возможно почти всё.

А еще… мне стало вдруг интересно, как сюжет выглядел для ангела. Ведь он никак не мог пройти по моим стопам, от Вальхаллы и Хельхейма до сожжения на костре во славу Бога и последующим спасением Сатаной. Да и Моти говорил, что у некоторых рас и классов сюжетные линии отличаются от большинства, пусть, в конечном итоге, они приходят к единой концовке.

– Но так ведь в разы быстрее и безопаснее… – продолжился тем временем спор, – Да и шанс выпадение души – мизер. Ты посмотри на наших товарищей! Они же просто повалили вперед, и уже добрались до храма. Шива всех их вынесет, и разбираться нам придется одним.

– Да я его и в соло вынесу, не в первой… Просто с пати быстрее. Кто выживет – того и барыши, вы, главное, мне оставьте душу, а остальное забирайте!

– Так шанс…

– Да, мизерный! Но как-то же фармить нужно?! Так что делайте что хотите, но либо мы убиваем Шиву, и вы получаете дроп, либо вайпается весь данж и я убиваю его в соло. Охота снова ждать подбора? Нет? Я так и подумал.

Третий же, кто молчаливо ожидал окончания спора, был закутанным в тряпки гуманоидом. По телосложению… сложно оценить его расу. Слишком большой разброс. Это может быть практически кто угодно: от человека до антропоморфной слизи. По классу – однозначно что-то магическое, ибо опознание среднего ранга на него не действует, а значит стоит защита. Да и общий вид шмотья со всеми этими туниками, повязками… огромной остроконечной шляпой, как бы, намекает. Как и то, что на нашем уровне защита от опознания доступна лишь только магам, причем довольно большому спектру классов и даже нескольким расам. Вроде маджилоса…

Тряпки, в которые вырядился неизвестный, также с трудом поддались чтению, и то лишь с пятой попытки, а информации с него – пшик, что говорит о высоком уровне зачаровавшего их персонажа. То, что это не выбивной шмот, как у того же ящера – очевидно, ведь он не опознаётся… а значит, что либо этот неизвестный достаточно глуп, но при этом богат, чтобы позволить себе заказной шмот на проходной уровень, либо же он играет не в первые, и этот шмот остался с прошлого аккаунта… Что мало вероятно, ибо это всё еще заказные самодельные вещи, что априори не могут быть дешёвыми, ибо почти пустое опознание, да, но при этом напялены эти вещи на низкоуровневого персонажа, который еще даже не закрыл сюжетку. В общем, первый вариант мне кажется более реалистичным. Еще есть вариант богатых связей, но… кому вообще придет в голову тратить дорогие ресы не на кап героев, а на нуба?

***

Мидгард, Иерусалим. Преддверия Голгофы.

Голгофа – место, в котором, согласно приданиям, словно грязный воришка был казнен истинный Иудейский Царь. Страшное место. Символическое. Только символ тот менялся из века в век. Символ людской глупости. Символ непереносимых страданий. Символ смерти. Символ истовой веры. Многие значения этому месту предавал люд, редко когда положительные. Однако, что не менялось в веках – три креста, что возведены на вершине холма. Солнце здесь всегда палящее, небо всегда чистое и тени всегда четкие, яркие. Особенно тень центрального креста.

Именно здесь, на Голгофе, должны появляться игроки. Прошедшие длинный сюжетный квест – «Штурм Райской твердыни», каждый новичок должен побывать в этом месте, прежде чем начать изучать открывшиеся им локации, но далеко не все из них заметят ту самую, совсем не обычную тень. Ведь не тень то вовсе, а вход.

Белокаменный град, чем-то отдалённо похожий на Дит в своих архитектурных решениях, с той лишь разницей, что атмосферу здесь не стеснялись оживлять растениями и фонтанами, встречает любого, кто коснется «следа мук Иисуса». Город этот выглядел как впаянный в живой лес мрамор, с мощенными дорожками меж ветвистых древ, мостками через многочисленные речушки и даже дикими зверьми, что разгуливали в специально отведенных для них зонах, не боясь скопища разумных. Пусть изначально это место называлось совсем не так, но… по-настоящему наречь город могут только его жители, вот и среди игроков прижилось – Горгота, пришедшее от Горугота но Каге – Тень Голгофы.

Горгота – необычный город. Один из самых необычных во всем Иггдрасиле, и историю он также имеет необычную… о которой поведано будет много позже. А дело всё в том, что Горгота возведен игроками. Само пространство, где расположен этот город, является данжем, принадлежим одной небезызвестной гильдии. Открытым данжем, расположенном на самом стыке различных локаций. Отсюда можно попасть и в Дит, и Райскую Твердыню… здесь есть дороги практически во все обители земных богов, что также были проложены членами той гильдии. Свою выгоду, конечно, они не упустят, беря должный процент с любого, кто захочет открыть здесь лавку, кузницу или любое другое предприятие, да и сами они активно промышляют торговлей, в центральной-то зоне Мидгарда.

Помимо закупок, поиска напарников и просто одного из кратчайших маршрутов в любой конец Мидгарда, здесь также есть и ряд развлечений: от игроков и для игроков. И, конечно, центральным среди них является арена. Когда-то именно эта арена удостоилась чести открыть первый мировой турнир Мидгарда. Возможно, именно здесь пройдет и второй? Но даже вне ежегодных активностей, призы за которые, порой, выбиваются за установленные самими же разработчиками рамки, и могут в своем качестве посоперничать и с Мировыми предметами, здешняя арена редко когда пустует. Всегда найдутся любители честных сражений, всегда найдутся спорщики или просто друзья, желающие помериться силами. И всегда будут зеваки, желающие насладиться захватывающими битвами, или же просто оценить навыки сражающихся, возможно даже найдя бриллиант для свой группы или гильдии.

Вот и сейчас гомон толпы раздавался со стороны арены, что не могло не привлечь внимание странного, будто потерянного тёмного шамана.

– Вроде он должен быть тут… А может не тут? Черт, не помню… – бубнил облаченный в костяную мантию мужчина, на голове которого, в качестве шлема, красовался огромный драконий череп.

Вот уже с десяток минут он ходит по Горготе, пытаясь найти определенные ориентиры. Но… надолго такой его целеустремленности не хватило, и вот, опустивший руки шаман решает посетить арену. Она близко, а среди зрителей могут найтись и старые его знакомые, что точно знают точку спавна после окончания главной квестовой цепочки Дита. Конечно, можно было бы спросить в гильдии, но, откровенно говоря, Моти опасался сейчас открывать гильдейский чат. И даже личные сообщения лучше было не трогать.

Шаман надеялся встретить на арене знакомых, и действительно их встретил… одного. Закованный в белые рыцарские латы, что не скрывали лишь жучиной морды, по полю боя порхал один из сильнейших бойцов Иггдрасиля, коему пророчат победу в следующем Мировом Чемпионате. Бои Тач Ми всегда привлекали множество зрителей, ведь тот всегда показывал высочайший уровень игры, но сейчас зрителей здесь было особенно много. И далеко не все болели за святого рыцаря… Недавняя выходка безымянной группы игроков под покровительством Тач Ми привлекла к нему нешуточное внимание. К нему и другим ее членам. Свидетелей того события не так уж и много, однако сообщение о похищении нового Мирового Предмета получили все, без исключений, игроки Иггдрасиля. Множество слухов породила та системная табличка, отчего достоверная информация от очевидцев стала на вес золота.

Часть арены всё так же поддерживала Тача, восхищаясь его навыками и гадая, как именно раскачен его персонаж. Другая часть вопила, требуя применить новый мировой предмет, ибо на оставшуюся после него воронку, уже заделанную новым спавном Хеллы, успели поглядеть не все. Третьи же попросту поддерживали противника Тача, не столько из-за любви к несчастному, сколько из-за ненависти к «бесчестному вору».

Тем не менее, все их желания игнорировались святым рыцарем. Глядя на таблоид со счетом, Моти-Моти присвистнул. Более трех сотен хит-комбо – непрерывных ударов без получения урона от противника – вот что он увидел. Даже против болванки – пустого бота, нужного для тренировки связок атак, набить подобное будет сложно. Тач Ми же сражался с живым человеком, да не против какого-то нуба, только-только взявшего максимальный уровень, а против одного из лучших дуэлянтов Йотунхейма, что специально прибыл на центральную арену мидгарда для установления новых рекордов арены. И рекорд хит-комбо – лишь один из них. Но вместо славы и почета, бедняга получил лишь жестокое избиение от жучиного паладина.

Атаки сыпались со всех сторон, непрерывным потоком. Махи мечом сочетались с выстрелом кислотой или паутиной, грамотно дополняясь призывом насекомых, усиленных святым светом. Скоростное сближение на расстояние удара меча тут же переходило в совсем уж ближний, контактный бой, что могло бы быть ошибкой, против «мастера боевых искусств» – один из классов жертвы неистового паладина, – да только выпущенный заранее паралитический дротик не позволяет избиваемому ответить, прервать комбо ударов, отчего Тач совершает очередную атаку, оказываясь за спиной противника, чтобы вновь разорвать дистанцию, оставив вместо себя горсть огненных червей. Мастера БИ могут с легкостью сбрасывать с себя дебаффы, тем более что в пути развития конкретно этого человека есть и другие классы, способные на тоже самое, да только то количество ослаблений, что ежесекундно накладывает Тач Ми с его жуками попросту не может быть очищено даже за несколько применений однотипных навыков подряд.

Когда счетчик хит-комбо практически достиг четырех сотен, Тач неожиданно для всех замешкался. Толпа взревела, ведь опытный его противник сумел воспользоваться кратчайшей передышкой между атаками, сломив картину боя. Счетчик хит комбо обнулился. Однако, несмотря на всю свою браваду, с которой молодой монах вызывал лидера арены на бой, тот никак не смог развить успех, и уже спустя несколько секунд обмена ударами он подставился под последнюю атаку.

– Очередная победа для непревзойденного Тач Ми! Уверен, многие леди хотели бы последовать совету из ника этого гения, но, спешу вас расстроить: наш мухожук уже женат! Не стоит впадать в уныние, ведь молодая жёнушка никак не мешает ему одну за одной одерживать блистательные победы, радуя нас всё новыми и новыми битвами! Помните, любой желающий может бросить вызов Тач-сану, но лишь проявившие себя на нашей арене удостоится битвы с ним! И следующая такая битва состоится уже через два дня! Успейте приобрести билеты на этот захватывающий матч, по совсем уж бросовой цене…

Пока распинался диктор, Тач, как и всегда, не выходя из образа праведного паладина, что встал на защиту гонимой тьмы, но всё так же верен свету, общался со своим соперником.

– Ты молодец, юный монах! Твои стихийные комбо почти смогли пробить мою защиту, а очищающая длань, еще бы чуть-чуть, и сбросила все эффекты. Постарайся подтянуть основы, и в следующий раз, я уверен, ты сумеешь нанести мне урон!

Да, Тач довольно толсто издевался над противником, не выходя из своего образа, а тот лишь молча скрипел зубами, ожидая возможности покинуть арену. А может и игру. Тем не менее, редкие свидетели сей сцены считали подобное заслуженным, ведь бросая вызов, сей монах не был вежлив, а напротив, начал с оскорбления как самого Тача, так и всей арены в целом. Подобное, в некоторой степени, было нормой для игроков, но если после таких слов демонстрируется полный разгром, причем не в пользу хама, то позор пустослову обеспечен.

– О! – воскликнул вдруг Тач Ми, увидев среди зрителей выделяющийся драконий шлем, – Ты ведь Моти-Моти!

Неудержимым линкором он прорезал толпу, а та и рада расступиться пред сильнейшим дуэлянтом Горготской арены, замерев пред тёмным шаманом.

– Тач-сан? Приветствую.

– Здравствуй! Здравствуй! – басовито причитал он, и в речи его сквозили легкие вибрации, присущие большинству инсектоидов, – Это ведь ты? Согильдиец друга Нишики… Как же его… Элван?

– Элуа.

– Точно! Элуа! Элуа-Элуа… Грозовой ниндзя, если не ошибаюсь?

– Верно.

Моти отвечал как-то невпопад, ибо не особо понимал сути происходящего… Точнее, бедняга пытался сосредоточиться на попытках вспомнить нужное ему место, совсем упуская из виду, что один из первопроходцев Иггдрасиля точно то место знал, и что этот самый первопроходец стоит прямо перед ним.

– Отбросим формальности, дорогой друг. Я пришел сказать, что после недавних событий я начал уважать твою силу. И твой дух! Позволь же мне выразить свое восхищение! – рыцарь слегка склонил голову, звучно стукнув кулаком о грудь.

– Эм-м… Каких событий?

– Ну как же?! Ведь это ты тот самый Моти-Моти, что вчера взбаламутил весь сервер. Даже я не мог пройти мимо столь трогательной истории о пропавшем брате… Хочу тебя обрадовать! Я отправил пару сообщений этому Закаю, и сегодня они оказались прочитанными! Твой брат нашелся, он где-то здесь! В Иггдрасиле!

– Эм-м-м… Точно! – вдруг осенило шамана, – Закай-доно ведь на квесте! Ты! – теперь-то Моти смотрел в голоэкран куда более осмысленным взглядом, – Ты ведь знаешь точку выхода последнего квеста Дита?

– «Штурм Райской Твердыни»? Или «Становление греха»?

– Штурм. Грех слишком сложен… даже я его еще не прошел.

– Знаю! Я как раз хотел туда выдвигаться.

– Зачем?

– С минуты на минуту мой дорогой товарищ по игре и по духу должен закончить «Штурм». Вот-вот он окунется в мир настоящего Иггдрасиля! О-о-о, у меня грандиозные планы на уикенд! – паладин направился на выход из здания арены, а за ним двинулся и шаман, – Начнем с чего попроще… думаю, с цитадели Сурта…

Моти поперхнулся, сидя за монитором. А после закашлялся, выпуская из ноздрей и рта неравномерные струйки дыма: уж очень неудачно бедняга затянулся. Невовремя.

– Попроще? – выдавил он из себя, придя в норму, и тем самым перебивая речь Тача.

– М-м-м?

– Цитадель Сурта – это «попроще»?!

– Ну да. Сурт – один из простейших противников… – Моти странным взглядом окинул сжимаемый в руке испаритель. Мотнув головой, он вновь затянулся, задумавшись, но так и не сумел найти логики в словах Тач-сана, – если, конечно, хватит ума и навыков не выпускать его из стан-лока. Уж у меня-то с этим проблем нет, и, была бы нужда, я взял бы его и в одиночку… Просто это будет слишком долго. Я пробовал.

– Насколько долго?

– После четырех часов я начал совершать мелкие ошибки, а Сурт как раз начал переход в последнюю фазу. По факту, я его так и не осилил, но и цели такой я перед собой не ставил. Хотел просто проверить, возможно ли это. Оказалось, что возможно, но завершить бой мне помешали…

Моти действительно заинтересовался рассказами Тача, ведь о похождениях его небольшой группки уже давно слагали легенды и мифы, а уж последняя их выходка и вовсе нарушила все каноны и устои. Как же, одиночная пати из четырех игроков сумела украсть Мирового Босса у трех сильнейших гильдий Иггдрасиля, вытащить с него Мировой Предмет, а после убить всех сильнейших членов тех гильдий… Многие говорят, что подобное невозможно, но системное-то сообщение видели все. Как и оставшийся на месте Эльвиднира кратер с прорехой в бездну в его центре. Сейчас же темный шаман поражался, что эти безбашенные ребята проделывали схожие трюки и раньше, просто огласки они не придавались… Не участвовали в них Мировые Предметы… слишком часто.

Вот и сейчас он удивлялся, ведь Сурт, как и Хела, – Мировой Босс, на убийство которого между топами сервера выстраивается очередь. Немало гильдейских и клановых воин было по этому поводу, ведь все хотят быть монополистами настолько значимых ресурсов, как рога и осколки меча Сурта или Муспельхеймское вулканическое золото… И вот, Тач рассказывает, как вмешивается в эту очередь, отправляясь в одиночку сражаться с Мировым Боссом, пока его товарищи сдерживают натиск гильдии, что и должна была убить огненного титана.

– Вот так и вышло, что Сурта у нас в итоге увели… Но на нем я поставил новый рекорд, в четыре тысячи хит-комбо. И его до сих пор не побили!

– Кстати, – вспомнил вдруг Моти, – А чего ты не завершил бой на арене в чистую? Мог ведь… не выпуская из стан-лока.

Тач Ми замедлил шаг, а после и вовсе остановился.

– Как бы сказать… – в его голосе звучала неуверенность, – Я…

– Что? – не расслышал Моти.

– Чихнул, говорю. Чихнул. Вспоминает кто-то… кто-то из десятков тысяч игроков всего мира, – по его голосу Моти мог понять, что мужчина за рамками голо-экрана ухмылялся, – Мы почти пришли! Поддержим же наших товарищей, во имя справедливости!

Встав пред пылающим провалом во тьму, Моти отрешенно думал о странностях своего собеседника. Но о том, что где-то там сражается кинутый им отряд Элуа, как и о будущих санкциях за этот проступок, мужчина уже забыл.

***

Пробираясь сквозь заросли джунглей по вытоптанной тропе, я не мог перестать крутить головой во все стороны. Все эти цветы и зелень… ну просто кайф! Однако, путь наш завершился. Тропка вывела оставшийся после побега «нубов» отряд к подножию древнего храма, с вершины которого и раздавался барабанный бой. Высеченная из серого камня пирамида с площадками у самого ее подножия и у самой вершины была укрыта зеленым покрывалом диких растений. На нижней площадке виднелись силуэты игроков, сдобренные вспышками магии и навыков, а некоторые из них уже вовсю рвались вверх по лестнице, игнорируя противников.

– Лучше нам поторопиться, – заговорил ящер, – Если они начнут убивать танцоров…

Белый прервался, глядя как один из силуэтов достиг верхней площадки, скрывшись из виду. Секундное затишье, прервавшееся яркой вспышкой синего пламени с золотыми прожилками.

– То геморроя лишь прибавится. Эх… Поспешим?

Не дождавшись ответа, ящер активировал какую-то ауру, отчего чешуя его вздыбилась, а глаза налились потусторонним светом, и рванул вперед, да со скоростью, не уступающей моей Василисе. Я также решил не отставать, активировав кратковременные баффы на скорость бега. Быстро догнал и перегнал хладнокровного, лишь однажды обернувшись, чтобы увидеть летящего следом ангела и совсем уж отставшего мага, что пусть и использовал «Среднее ускорение», но перебить им расовые баффы ящера и классовые механики наездника не мог никак.

В итоге на нижнем ярусе храма я оказался первым. И первым же лицезрел творящийся здесь бедлам. Практически сорок игроков хаотичным бессистемной кучей убивали людей. Противостояли орде монстров, а монстрами здесь были именно игроки, монахи, облаченные в желтые оранжевые и красные одеяния… Банальные тряпки, что пробивались куда проще хитиновой или чешуйчатой брони демонов Люцифера. Даже оружие там было далеко не у всех, а если и было, то представляло собой безобидные посохи… или шесты… или как называется прямая палка, которой очень удобно бить по голове? Правда, когда голову ту защищает шлем, или вообще – огненные рога, толку от этой палки уже никакого. В общем, нубы резвились, тратя самые эффектные, а возможно даже самые сильные и массовые свои заклинания и умения на бесполезных юнитов, что бурным потоком исходили из недр храма. Красовались. А над ними всё пытались взять шествие «опытные» игроки, натыкаясь либо на игнор, либо на ответные посылы в пешее эротическое… Вот за наблюдением этой картины меня и застал ящер, прибежавший вторым.

– М-да… – только и протянул он, чуть рыкнув при этом, – И вот с этим ты хочешь забирать Шиву?

– Я уже говорил, – раздался недовольный голос сверху, – Я заберу его и в соло…

– Уверен? Они же сейчас все обратятся, и как тогда?

Ангел промолчал. Не знаю, о каком обращении речь, но это явно не что-то хорошее, если оно способно помешать убийству босса… Возможно, здесь можно было бы и договориться, но уж больно много людей и так пытаются взять над этим сбродом контроль. Попытки влиться в эту кучу не приведут ни к чему хорошему.

– Эх… – печально вздохнул крылатый, когда, наконец, до нас добрался последний участник самообразовавшегося квартета, – Если хоть вы мне поможете, то точно справимся.

– Хм-м-м… Давайте в пати. Лут случайный, всё, что выпадет тебе – отдаешь нам. Если выпадает душа – отдаем тебе. Идёт?

– Идёт.

Пред глазами мигнула табличка о приглашении в группу, которой было глубоко плевать на то, что я уже находился в какой-то группе. Собственно, реформация отрядов произошла штатно, путём добавления новой группы и автоматического заполнения освободившихся мест случайными игроками. Распределение добычи при таких условиях – отдельный разговор, но, думаю, наш лидер – белый ящеролюд Яматано – собрал группу исключительно ради удобства отслеживания здоровья и статусов. Да, нам доступна информация обо всех пати рейда, но удобней, когда наш квартет как-то выделяется среди них.

– План… Нам нужен план. – проскрипел маг, и ожидающе уставился на нашу тройку.

Яматано кивнул ангелу – Фулгунтуру, и тот приступил к рассказу.

– В нормальной ситуации мой маршрут заключается в быстрой зачистке Вишну и последующим призывом ослабленного Шивы…

– Но сейчас наши дорогие товарищи решили поубивать танцоров. А значит и Вишну быстро не убить, и Шива будет сильней…

– Ага. А еще они убили дохера обычек, отчего есть высокий шанс появления Брахмы.

– Черт! – ругнулся ящер.

– Спокойней. Мой план прост: убиваем всех нубиков до того, как они зачистят танцоров, и надеемся на чудо.

– Гениально, – недовольно произнес ящер, – Дальше ты как проходить собираешься?

– А зачем мне дальше? Мне хватит и души, после чего этот акк можно будет продавать.

– А мне не хватит. Нужно пройти данж и пойти дальше качаться.

– Значит, здесь наши мнения разделились, – удивительно спокойно оценил Фурункул… а как-то по-другому, после озвученного предложения, его называть язык не поворачивается, – А вы что думаете?

– Нужно пройти, – односложно подметил маг, на что я кивнул за ним следом, – На максимум.

– В смысле?

– Наставник сказал убить всех боссов, не пропуская никого.

Хорошая идея! Я бы тоже не отказался глянуть на всех. Буду держаться этого парня, тем более что у него и наставник есть. Мне-то Моти про этот данж ничего не рассказывал, кроме того, что он снимает блок на дальнейшую прокачку и даёт доступ как ко всему Мидгарду так и к остальным мирам.

– Еще один нуб… Ладно, те уродцы всё равно уже слишком сильно подгадили. Тогда новый план: не позволяем нубикам убить всех танцоров, быстренько вызываем Вишну и Шиву… И надеемся, что Брахма не придет.

– Мне сказали, что для вызова всех боссов первой локации, необходимо зачистить первую платформу от слабых мобов, – закутанный кивнул вперед, куда обернулись и остальные, – Как видно, этот пункт уже выполнен.

– Да твою-то мать… – Фурункул окинул взглядом пустую площадку и спины игроков, что уже рвались вперед и вверх, – За ними, что… Эх…

Широкая площадь, что обходила пирамиду по всему периметру, полностью лишилась своего лоска. Тут и там виднелись сколы, подпалины и целые кратеры. Валялись трупы, разодранные, сожженные, расчлененные. Серый кирпич пропитался кровью. Печальное зрелище. Но чем дальше – ближе к ступеням, тем меньше было трупов, а на самих их и вовсе было чисто… Пока сверху не начали падать убитые игроки.

– Да как так-то?! – ревел позади Фурункул.

Сверху слепило сине-золотыми вспышками, раздавался треск молний и рев пламени. Крики на японском и каком-то еще, незнакомом языке, сливались в единую какофонию, звучащую в редкие промежутки между взрывами. До верхней платформы, как и до нижней, я добрался первым. И лучше бы этого не делал.

– Дух зверя: Черепаха.

Моя броня покрылась крупными сегментированными чешуйками, чуть светящимися нефритом, и белая кожа также обрела нежно-зеленый оттенок. И сразу после эта преграда была с легкостью пробита трезубым копьем. Нагрудник также оказался пробит, а вот укрепленная кожа уже как-то смогла сдержать явно летальный урон, пусть и оставив меня с красным экраном. И мало было просто просесть по хп, так удар еще и скинул меня с Василисы. Надо мной стоял какой-то здоровый синекожий мужик со странным светящимся символом во лбу. Он держался за копье, продолжая вдавливать то в мою грудину, отчего экран становился всё краснее и краснее.

– Дух огня: Феникс. Василиса: Сокрушение.

Зеленый щит распался брызгами, сменяясь огненным покровом, и быть бы мне нанизанным на черное копье довольно сильного моба, без защиты-то, но Васька уже сделала свое дело. Подобно огненной комете, грациозная львица «боднула» своего противника, отталкивая того от своего хозяина и обеспечивая ему, то есть мне, время для исцеления. Хотя бы чтобы убрать черную рамку и общую красноту.

– Дух зверя: Волк. Знойный темп. Равенство скорости.

Моя любимейшая комбинация… Я начал активно применять ее после взятия четвертого класса: «Странника духов» – высокий класс, развивающийся из шамана. Суть ее проста: персонаж обретает невероятную скорость передвижения и скорость атаки, при этом за счет связи теурга все мои удары и так усиливались огненным уроном, а с ней даже появлялся шанс повесить статус поджога. А особая прелесть в том, что скорость атаки и передвижения растет и у Василисы, причем на том же уровне, что и у меня, за счет «Равенства скорости» – навыка теурга, и сама кошечка также обретает часть моей атакующей статистики. Изюминка же всего этого в особом навыке Васьки, ради которого я даже взял ей ненужный класс. А может и нужный…

– Неудержимое наступление.

Финальный навык варвара, что наносит тем больше урона, чем больше у персонажа скорость бега. За что я действительно люблю Иггдрасиль, так это за ее анимацию. Нет здесь кривых от банального ускорения движений. Полноценные анимации, как кошка припадает к земле, делает пару мощных рывков, едва касаясь лапами храмовой плитки, и завершает всё это прыжком. На всё про всё меньше секунды, для расстояния в десяток метров, и выглядит оно так… так… Запомнить все движения кугуара попросту невозможно, ни с первого, ни с пятого просмотра, и кажется, что Васька попросту телепортировалась, хотя при этом остается четкое понимание, что нет, ведь ты видел бег. Видел весь процесс от и до, просто в мозгу совсем не осталось деталей.

Сей навык, да под баффами Моти, без труда мог убить даже некоторых боссов окрестностей Дита. Но баффов сейчас нет, так что синекожий всего лишь принял удар на грудь, улетев куда-то вдаль, ближе к центральному храму, здание которого располагалось здесь же, на вершине пирамиды.

Монстр поднялся. Двухметровый мускулистый дядька, с лазурно-синей кожей, покрытой редкими странными символами. Я узнал его облачение. Видел этот сет и оружие на одном из улетевших вперед нубиков – набор «Одичалых», значительно повышающий атакующие характеристики, да копье Элигоса. Только раньше он принадлежал кошколюду, то ли ягуару, то ли леопарду, а сейчас, вот, сменил владельца. Помимо прочего, выделялась в его внешности и черная змея, кольцами обившаяся вокруг шеи шивы. Никем иным, кстати, он быть и не мог, учитывая его внешние признаки и общий антураж храма… просто раса неразвита: руки всего две. Он встал на ноги, нацелив взор своих светящихся глаз на меня, и даже отсюда я слышал, как гневно шипит змея, стягивая кольца вокруг его шеи.

И пока наглый шив пер ко мне с копьем наперевес, я успел осмотреться… Широкая площадка была заполнена игроками, что сражались с такими же, как и у меня, противниками, коих было чуть меньше десятка. Отличались все здешние шивы лишь только экипировкой, и довольно скоро мне стало понятно почему. Среди игроков встречались жрецы этого храма, что все как один были похожи на людей, трупы которых остались гнить у его подножия, с той лишь разницей, что облачены они были в сине-золотые одежды, а в руках, вместо оружия, у них были барабаны.

Очевидно, что это те самые танцоры, о которых так беспокоился Фурункул, ибо… ну а кем еще могут быть танцующие мобы, которых рьяно избегали остальные игроки. И да, после увиденного я тоже не стремился нападать на этих доходяг… Когда один из магов не рассчитал радиус действия своей ауры боли, и случайно убил танцора, тот взорвался сине-золотым туманом, что тут же устремился к телу нерадивого мага, уже пытавшегося сбежать. Туман поглотил его, оставив видимым лишь силуэт, который вскоре растворился в яркой вспышке. На свет явился новый шива, облаченный в магическую тунику, бывшую когда-то экипировкой убитого мага. Шею его также сдавливала черная змея, что и выбрала своей мордочкой цель для атаки… бедный рыцарь, что и так держал на себе трех таких же монстриков, получил удар раскрытой ладонью в спину, ставший для него летальным.

– Святая кара. – проголосили сверху, и в тот же миг столп света поглотил мчащегося на меня копейщика, – Ты ведь тоже новичок? Убивай змей и старайся не трогать мужиков с барабанами.

Место копейщика вновь занял антропоморфный ягуар, а Фурункула и след простыл: он занялся возвращением или окончательным умерщвлением виновников сего балагана. Тут уж как пойдет, и я его прекрасно понимал. Убивать змей легче всего массовыми скиллами, что могут случайно добить коцанных шив, а париться о персонажах идиотов, что не могли, банально, остаться и выслушать план прохождения от знающих людей… Даже я не стал бы, а уж Фурункул, который предлагал всех их вырезать еще на старте, и подавно. Ваське, стоит заметить, здесь тоже было сложно, ибо слабые ее заклинания легко избегались ловкими врагами, а сильные имели слишком большой радиус, грозясь задеть очередного танцора. Не хочу знать, обратит его смерть в шиву меня, или всё же Василису, как и не хочу проваливать данж… второй раз мне может не повезти на столь полезных соратников, а вот «одаренных», что не желают «подчиняться» другим, уверен, будет полно.

Пока я занимался одним единственным монстром, Фурункул в одиночку очистил почти всю площадку, за чем с ленцой следили ящер и маг. К ним я и присоединился, ибо потуги мои казались здесь лишними. Вот, наконец, даже до самого последнего кретина дошло, что убивать танцоров не стоит, и приток действительно сильных шив оборвался. Был испепелён последний змей, обратив последнего монстра с двуручным топором в черных латах в массивного зомби. Возможно даже рыцаря смерти.

Из сорока с лишним игроков, с которыми мы начали сей поход, нас осталось двадцать три человека. Кто-то пал от неожиданных атак, вроде той, что встретила здесь меня. Кто-то просто не выдержал схватки с плодами человеческой тупости. А кого-то банально не сумели спасти, уничтожив тело вместо змеи. Еще до вызова первого босса мы умудрились ополовинить собственный состав… а боссов, как говорил таинственный маг Момонга, ожидается мно-о-го.

– Отлично, – пророкотал Яматано, – мой черед.

Перед рукой его появился провал в бездну, откуда рептилоид ловко извлек какое-то двуручное оружие… словно огромный лук, где тетива обратилась металлической ручкой, а древко – плоским шипастым лезвием, длинною во всё тело ящера.

– Ярость зверя. Дикая кровь. Кристальная чешуя. Жажда магии. Азарт охотника… – один за одним он накладывал на себя баффы, некоторые из которых влияли и на его внешний вид: удлинили хвост, чуть встопорщили чешуйки, зажгли бесовские огни во взгляде…

Продолжая готовиться, он также медленно продвигался вперед, к центру прихрамовой площадки. Туда, где блестела золотым огнем крупная чаша. Если присмотреться внимательней, игнорируя взглядом игроков и их трупы, то можно было понять, что именно вокруг нее отплясывали в трансе индусы, и с каждой секундой их пляски пламя становилось злее. Оно росло. Еще явившись сюда, я даже не обратил внимание на постамент с чашей, а сейчас он приковывал взгляды всех собравшихся, из-за вырывающихся из него злобных языков огня цвета жидкого золота.

Вот, Яматано остановился, прекратив накладывать на себя усиления, и в тот же миг из чаши взмыл ввысь столп огня и дыма. Пламя достигло небесной выси, скрывшись за белесыми облаками, а после и источник его подошел к концу, оставив после себя лишь обугленный постамент да чашу, наполненную тлеющим углём. Погода портилась. Белизна и пушистость небосвода обращались тьмой и тяжестью, пока, наконец, не хлынул ливень. Тут же явились и струи воды, смывающие кровь и грязь со стен храма. Потоки живительной влаги, там, внизу, на первой платформе, уносили за собой тела павших монахов. Затухли угли в священной чаше.

– Есть… – шепотом раздалось справа от меня, – Сильнейшая форма. Мастер будет рад.

Момонга говорил тихо, однако не могу ручаться, что он не обращался именно ко мне.

Разрывая свинцовый небосвод, к земле плавно опустился четырехрукий шив, ростом под два десятка метров. Он что-то говорил, но такого языка я не знал, увы… но вот голос – глубокий и проникновенный, что эхом разносился по всей долине – это да. Это мощно.

Яматано стоял перед ожившим богом, и его шипастый хвост в нетерпении трепетал, отбивая ритм скорого боя о мокрую брусчатку храма. Вишну, если не ошибаюсь, выглядел достаточно внушительным… Возможно даже на уровне Хель, но вот до Одина он не дотягивал. Того огромного мужика на столь же огромном коне я хорошо запомнил.

К нам спустился Фурункул.

– Четыре атрибута… Нам жопа, – печально поведал он, – Очень вряд ли, но постарайтесь в первую очередь уничтожить цветок, а то он реснется. И… ну не знаю… не подставляйтесь под атаки, что ли. Особенно под чакрам. И да, лучше атаковать его огнем. Желательно демоническим.

Закончив речь, синий исполин поднял руку, над которой как раз и парил чакрам – обод с острейшими лезвиями на краях, что, вращаясь, мог шинковать врагов не хуже лезвий микшера. И судя по замаху, именно нам с магом и причитался сей дар.

– Ну давай, заморыш! Мощь гор. – рявкнул ящер, начав незамедлительно расти.

– Это будет… интересно…

Голос Момонги отдавал жутким басом. А еще в нем сквозило нетерпение. Страшное нетерпение. Не мудрено, что в следующий миг одна его рука окуталась магическим пламенем, а другая уже вытягивала деревянный посох из черной воронки инвентаря. Действительно, это будет интересно.

*****

Статистика на 50 ур.:

Zakidony:

Классы:

Наездник – базовый – 15 ур.

Шаман – базовый – 15 ур.

Теург – адаптивный – 10 ур.

Странник духов – высокий – 10 ур.

Расы:

Маджилос – 0 ур.

Vasilisa:

Классы:

Варвар – базовый – 15 ур.

Расы:

Котенок кугуара – 15 ур.

Муспельхеймский кугуар – 15 ур.

Пепельный кугуар – 5 ур.

Глава тринадцатая. Мидгард: храм Тримурти. Часть вторая.

Глава тринадцатая. Мидгард: храм Тримурти. Часть вторая.

Над головой с диким визгом пронесся объятый святым огнём чакрам – увернулся в последний миг…. В очередной раз. Из всех атрибутов Вишну, этот – самый приставучий… и опасный.

Битва началась довольно медлительно: ящер – Яматано, принял на грудь каких-то стероидов, отчего раздался ввысь и вширь, аж до размеров Бога, и с легкостью занял всё внимание Вишну. И пока рептилоид-альбинос махал своим орудием, целенаправленно пытаясь срубить одну из рук синекожего, тот не стеснялся запулить по поливающим его огнём «букашкам» своим чакрамом – жуткая штука, что на раз сшибала любого мага или лучника на своем пути. Одно попадание, и вместо игрока – две половинки.

На самом деле, я не могу сказать, что босс этот прям сложен… Возможно, я смог бы справиться и один, пусть не с первого и даже не с десятого раза… Его атаки очень сильны, а некоторые и вовсе летальны, но, хоть и в голой теории, от всех них можно увернуться. Нет там анимаций «безоговорочного» нанесения урона. Так что да, сотни и тысячи попыток, и я мог бы убить его… но зачем, если есть Фулгунтур, который этим как раз и бахвалился. Архангел, собственно говоря, весь урон и вносил: облаченный в демоническое пламя двуручный меч, да по ослабленной от ауры падшего цели… Получалось сильно. Ящер – танчил, архангел – дамажил, а нам, не особо полезным сейчас остаткам, достался саммон четырехрукого.

Тут стоит подробней рассказать об атрибутике босса… и некоторых моментах самого данжа храма Тримурти, о которых мне рассказал Момонга – мой напарник по «магической» поддержке – из меня-то маг, пока что, никакой, но вот Василиса уже под моими баффами наяривала только в путь, пока сам я занимался защитой их обоих. Цель всего храма – убить Вишну. В обычных условиях этим всё и ограничивается, но есть ряд нюансов, без знания которых пройти это место с первой попытки просто не вышло бы. Во-первых – жрецы. На первом «этаже» храма находился их спавнер, и призывалось там определенное их количество… Суть в том, что убивать их нельзя, ведь чем больше жрецов убивают игроки, тем большее количество атрибутов появляется у Вишну, вплоть до четырех. А уж если убить всех, как сделали это наши бравые ребята, то… об этом позже.

На втором уровне располагаются «танцоры», которые, в своей сути, безобидные, но… ловушку я уже осознал, и будь я в первых рядах дуболомов, рванувших «вперед батьки», то, без сомнений, попался бы. Бесполезные мобы, которые превращают убивших их игроков в агрессивных шив, со всеми статами своих убийц, их броней и оружием. Неприятно, да, но есть тут и другой скрытый момент, из-за которого некоторые стратегии строятся как раз на убийстве этих самых ребят. Чем больше танцоров остается на момент прихода Вишну, тем большую стату имеет Бог. То есть, убивать их надо, и это даже плюс, но если делать это бездумно, как наши товарищи, то можно получить орду очень сильных юнитов… один из которых едва не отправил меня на респавн. Но и на этом еще не всё… танцоры, а точнее их смерти, как и в случае с жрецами, влияют на силу босса… Но и об этом позже.

Вишну. Босс может появиться вообще без атрибутов – с голыми руками, и тогда убить его будет довольно просто, а может появиться с одним, двумя и так далее, в зависимости от смертей жрецов. Наш кичился сразу четырьмя. Первым в руках его появляется булава – простое оружие, значительно усиливающее урон Бога. Вторым – чакрам. Метательный диск, который тот периодично запускает «гулять» по полю боя, и урон которого проходит сквозь любую броню… даже танкам под такое лучше не подставляться. Но вот те, у кого есть огромная регенерация, возможность временно повысить свои жизни, или же навыки возрождения, могут этой атаки не бояться… хотя куда проще просто увернуться, двигается он не то, чтобы сильно быстро. Третьим атрибутом является раковина, и именно она, пока что, доставила нам большую часть проблем. Пока Яматано и Фулгунтур занимались самим боссом, медленно просаживая его жизни и стараясь отрубить руку с четвертым атрибутом, эта пакость просто взяла, и дунула в морскую раковину, призывая на поле боя огромную лазурную змею, украшенную золотой броней. И под огромной, я имею ввиду ОГРОМНУЮ. Своими кольцами эта тварь смогла обвить весь храм, а сам Вишну мог с легкостью поместиться в ее пасти… И вот на ней и сосредоточили силы остальные игроки. По рекомендации ангела, конечно. Он справлялся с боссом и сам, а змея могла помешать. Четвертым, и сильнейшим атрибутом Бога стал раскрывшийся цветок лотоса… Он не наносил урон, не мешал игрокам убивать босса, не призывал демоническую армию… нет. Он просто мог возродить Вишну, после его смерти. С полным здоровьем и маной. С возможностью призвать еще одну змею, ибо первая никуда после убийства не денется. И с еще одним цветком лотоса в руке… Так что первым делом любой знающий игрок нацеливается именно на этот цветок, а я, приди сюда один… получил бы очень неприятный подарок в виде воскрешения босса.

И даже на этом еще не всё, ибо в цветке том есть еще одна секретка. Его довольно-таки легко уничтожить: сжечь, заморозить, расплавить, растворить… У цветка практически нет резистов, полностью отсутствует регенерация и не самые большие объемы здоровья. Для сравнения, все остальные атрибуты очень сложно сломать, и даже если по той же раковине метить всем рейдом, не факт что выйдет уничтожить ее до призыва змеи. Цветок словно сам просится: «Убей меня!». И в этом суть. Если его уничтожить, то Вишну потеряет возможность возродиться – это факт. Но без этого цветка будет невозможно призвать второго босса храма Тримурти, а ведь именно с него выпадает самый ценный ресурс всего данжа – душа Бога. Причем выпадает по одной в каждую группу, из которых собирается рейд, случайному участнику, но со стопроцентной вероятностью. Именно за ней, за душой Бога, охотится Фулгунтур. И именно из-за нее он никак не мог просто уничтожить цветок, и даже самолично отбивал часть атака от нубиков, что могли его повредить – до сих пор тут есть те, кто забил на указания опытных ребят, и спокойно играет в свое удовольствие. Печально, но, вроде, архангел справляется.

Так как же убить босса, если нельзя уничтожить то, что позволяет тому воскреснуть? Очень просто – нужно отрезать руку с цветком, чем и занимаются в данный момент профи. А нам же… нам остается сосредоточить свое внимание на змее.

– Тёмный жнец! Адское касание! Бабочка Люцифера!

Момонга сыпал заклятиями не переставая, полностью игнорируя агрессию колоссальной противника. Змеюка отвечала магу соответствующе – скалила пасть, опрыскивая того ядом, к примеру… бесполезно. Ядовитой дождь им игнорировался чуть больше, чем полностью, хотя лично мне он не оставлял выбора, кроме как менять стойки странника духов. С «Дух зверя: черепаха», что существенно улучшала характеристики защиты от физического урона – самое то для отражения выпадов змеюки, на «Дух земли: мантикора», улучшающую сопротивление большинству видов яда. Доходило и до духов огня и воды: первый – феникс, пассивно перенаправлял регенерацию магии в регенерацию жизни, а второй – наяда, позволял делиться собственной регенерацией с союзником… ну, или же передавал его статистику мне. Вообще, прокаченный на максимум странник духов – крайне полезный на практике класс, который не только давал временные баффы на ту или иную стату, но и открывал довольно забавные активные особенности, вроде возможности призвать духа ветра и ходить сквозь стены… маны жрало – жуть, длительность мизерная, да и защита от такого есть практически у каждого игрока, что решил построить свой дом, магазин или даже таверну в Дите. Но всё равно, забавно.

– Жар. Клыки пламени. Инферно. Пепельная буря.

– Касание смерти! Тёмное пламя!

Так уж вышло, что мы с Момонгой оказались наиболее продуктивными среди здешних нубиков в вопросе убиения змеи. Во-первых, били ее далеко не все, несмотря на крики и маты от Фулгунтура, благо что сам ангел вносил такое количество урона, что босс только и пытался достать его, иногда перенося свою агрессию на танка – Яматано, но игнорировал при этом всех остальных. У нас же образовалась схожая ситуация: множество игроков долбило змею по всей поверхности ее огромного тела, но голова была направлено лишь на Момонгу, что вносил наибольшее количество урона. Рядом с ним стояла Василиса, за которую, изредка, атаковал уже я сам – отчего-то она не применяла некоторые свои навыки, хотя с остальными ИИ справлялся прекрасно. Из подобной расстановки выходило, что танк на нашем поле битвы – я, и роль я свою выполнял успешно: Момонга лишь пару раз был вынужден сменить свою дислокацию, уходя из-под удара. А вот дамагерами у нас выступал не только маг, но и Василиса. И, в отличии от едва ли не тряпичного япошки, что может откинуться от одного косого взгляда той змеюки, Васька могла себе позволить действовать безрассудно, ибо была она крайне живучей, пусть и за счет усиления моей статистикой.

В конечном итоге, и змей, и его призыватель, пали практически одновременно: Флугунтур убил своего противника, а после добил и нашего. Но на этом битва не окончилась. Ничего не объясняя и не рассказывая, крылатый схватил огромный цветок лотоса, что так и остался лежать в отсеченной конечности Вишну, и незамедлительно бросил тот в жаровню с тлеющим углём.

– Что нужно знать? – на ломаном Японском обратился я к Момонге.

Пламя в чаше поглотило цветок, да взмылось ввысь. Не столпом, как раньше, а красной стеной. Высокой, но не поднебесной.

– Брахма. На лбу одной из голов будет метка – нужно попасть ровно в ее центр. И так с каждой головой. По атакам… – договорить Момонга не успел, ведь его бас померк в рёве дикого пламени.

Огонь развеялся, являя миру очередного четырехрукого мужика. В этот раз его кожа была не синей, а оранжевой, отдавала краснотой. В руках у него всё еще были атрибуты, но их значения, увы, мне поведать не успели. Сам потом изучу – интересно же. Вроде бы то были четки, какой-то котелок, допотопный пульт от телевизора золотого цвета… или же расписанный слиток золота, что более вероятно, и… очередной цветок лотоса, но уже не розовый, а ярко-красный.

Было, конечно, еще одно, немаловажное отличие. Как и сказал Момонга, у Брахмы насчиталось четыре головы, и, кажется, нам повезло, ибо светящаяся мишень на лбу была именно на направленной к нам. Шею шива закрывало «волосяное одеяло» – каждая из голов имела длинную седую бороду, и едва второй босс явился нам полностью, как одеяло то заколосилось. Головы принялись в разнобой что-то напевать, или зачитывать… на разные голоса, с разным темпом и тембром. Ужасная какофония, что даже наносила урон… вполне вероятно, что и реальному моему телу, уж больно мерзко это звучало. Отринув шутки – экран краснел, и делал это не шибко медленно, а некоторые игроки, расположенные наиболее неудачно – мы с магом оказались у самого края храма, в то время как Брахма возвышался над его центром, – под ногами у нового Бога, успели вплотную подойти к переносу на респавн.

Положение спас Фулгунтур. Ангел в считанные мгновения вонзил меч в первую мишень, и, не извлекая оружия, создал за спиной три световых копья, по очереди пронзив ими каждую из оставшихся голов. Звук прервался, а новый босс осыпался красным пеплом. Лишь цветок лотоса взмыл над его телом, и тут же оказался испепелен мощью ангельского света.

– Так просто? – не мог не удивиться я.

На Вишну ушло в районе десяти минут реального времени, что довольно много, учитывая количество знающих и умеющих людей в нашем отряде. Второй же гигант пал… за жалкие семь секунд. При этом первый босс убил всего двух ребят, одного – безвозвратно, а этот успел просадить вообще всех, кроме ангела, ящера и еще пары персонажей, до оранжевой зоны здоровья – наполовину.

– Там… свои нюансы, – отозвался Момонга, – Я бы так не смог. Огромный урон – чем ближе, тем он больше… Плюс рябь на экране, помехи, краснота. Сложно прицелиться. Не убей мы так много танцоров – еще бы справились, а так… Повезло.

– А танцоры… – каким-то образом усиливали именно этого босса, но вот каким – я не знал.

– Чем больше их убито, тем больше голов зачитывает мантру. У этого читали все разом. Урон растёт в геометрической прогрессии, причем трижды: чем ближе к боссу, чем больше голов, и чем дольше босс живёт. Повезло, что Флугунутр закончил так быстро.

Я не обратил внимание на исковерканное имя – оно написано транслитом, и даже мне сложно нормально его произнести, что уж говорить про японца, судя по «говору». Зато вот полезную информацию впитывал как губка… а еще зарекся пытаться вот так с нахрапа брать ключевые квесты. Знал ведь, что тут данж, и всё равно поперся, не проведя предварительную разведку. Правда, при входе в игру я и не думал брать этот квест. Поддался азарту и сбежал после небольшой пакости в ближайшую безопасную зону… безопасную от Моти. Но лучше так больше не делать.

– Эй, вы! – раздалось сверху, – Не расслабляться! На этих, – недовольный Фулгунтур обвел рукой разбросанных по всей площадке игроков, – надежды никакой. Момонга – жарь площадные, Закай-доно – защищай его. Яматано…

– Я знаю, – прорычал уже принявший нормальные размеры ящер, – Не боись. Прикрою.

Ангел улетел, а за ним побрел и его персональный танк – парочка пыталась добиться чего-либо от остальных игроков, и у них даже получалось: отмахивающихся от более опытных не осталось. Нелюди и люди разбивались на пары, не по расовому, но, скорее, по классовому признаку: лучник-паладин, некромант-шаман, ассасин-беркут… Танк к дамагеру, жиденький призыватель к более плотному, скоростной убийца к танку-уклонисту. Кто-то остался без пары, и таких было много, но их «заботливый» Фулгунтур попросту бросил, как ненужный баласт… хотя Яматано и пытался составить тактику для одиночек.

– Что они делают? Разве еще не всё? – задал я терзавший меня вопрос.

– Мы убили всех жрецов и обоих боссов. Условия для вызова третьего соблюдены, и отказаться от него мы не можем. Действуем как со змеей: я атакую, ты прикрываешь.

Колдун очень вовремя закончил объяснения, ибо волна дрожи сотрясла каменный остов храма, а пространство за его пределами утонуло в слепящем зареве.

***

Из всех собравшихся на вершине храма Тримурти существ, лишь некоторые обратили внимание на движение у подножия колоссальной постройки. Те из них, кто знал, куда стоит смотреть.

Смытые прошедшим ливнем тела и реки крови не спешили впитываться в почву, но стали кормом для взявшегося из ниоткуда синего пламени. Огонь сжирал дары, ярясь с каждым новым трупом, усиливаясь от каждой пинты крови обычных жрецов. В неистовой прожорливости зашлось то явление, поглощая и поглощая, пока, наконец, не кончился «подножный корм». Последней его частью стал огромный змеиный труп, и уж его пожирания не мог не заметить даже самый последний слепец. И лишь тогда синее пламя взъярилось, преисполнилось, и рвануло ввысь, к самому небосводу.

Магия закрутилась вокруг храма, дозволяя своим будущим жертвам лицезреть всю красу «огня разрушения», и столп его простилался до небес, где сходились лазурные потоки. Тёмно-серая пелена низких туч рассеялась по широкому кругу, словно даже погодные явления страшились коснуться магического огня. И в центре, на фоне яркого небосвода, зияла пылающая лазурная звезда, к которой и стягивались огненные течения. Туда же устремились и тела поверженных Богов, вернее пепел, что остался от них. Соприкосновение обратилось вспышкой, впитавшей в себя остатки пламени, и едва слепящая яркость сошла на нет, как с небес уже спускался третий исполин.

Не столь крупный, как пара его «братьев», не столь массивный, но куда более величественный. Двурукий полуголый мужчина с лазурно-голубой кожей и такого же оттенка вихрастой гривой, густым покровом укутавшей всю его широкую спину. Золотые наручи, одинокий наплечник, да узкие поножи – вот и вся броня, а в руках последний шив держал не копье и не посох, а оба их в одном орудии, концы которого источали из себя лазурное сияние.

Величественным взором он окинул постамент, и не было в его взгляде ни ненависти, ни злости. Ни желания убить или восславить… Лишь суровая решимость сделать свое дело, и сделать его правильно. Так, как положено.

Сам Шива – аспект разрушения Тримурти, почтил своим визитом вторженцев. Верховный Бог не мог проигнорировать смертей своих братьев, равных ему, единых с ним, но в то же время других… И, как тот, кто своей сутью отвечает за уничтожение реальности перед новым циклом ее созидания, Шива готов был исполнить свой долг. Уничтожить принесших смерть к его храму, уничтожить сам храм и все прилегающие территории, чтобы на оскверненной земле сумел вновь раскрыть нежные лепестки цветок лотоса.

Легкий взмах светящегося орудия, и из навершия посоха сходит лавина лазурного огня, что, опускаясь на вершину храма начал делиться на отдельные пучки. Второй взмах, с прокруткой, и уже наконечник копья метит в ближайшую цель – белого ящера, что умело принял огненную искру на оружие, и приготовился отражать атаку. Шива исчез, растворился во вспышке пламени, и тот же миг явился пред ящером, протыкая его фигуру насквозь. Противник не смог среагировать, но и умирать не спешил…

– Давай! – рыкнул он, скалясь.

И ангел, стоящий за его спиной, «дал». Дал залп из десятка святых копий, вонзившихся в спину гиганта, да приправил его разрушительным взмахом пылающего демоническим огнём меча. Вспышки света и пламени послужили сигналом для остальных вторженцев на святые земли, и вот, рассеянные по всему храму «вояки» перешли в атаку. Магические и обычные стрелы сыпались градом, лазерные лучи сменялись метательными кинжалами. Под прикрытием роя насекомых и орды демонов наносились скрытые удары или же быстрые пинки… Шиву избивали со всех сторон, но стоило Божеству освободиться, как «игра» пошла совсем в другие ворота. Едва копье покинуло тело ящера, как его владелец уже оказался на другом краю поля боя, атакуя следующую свою цель, куда менее живучую. А за ней еще одну, и еще… вторженцы падали пачками, не в состоянии среагировать на атаку врага и без возможности пережить её… Без серьезной задержки, никто просто не мог попасть по Богу, отчего тот вёл себя свободно, пока не встретился с новой преградой.

– Дух огня: Феникс! – прошипела эта преграда, когда тело её познакомилось с копьем.

Божественный шив возвышался над маджилосом на несколько голов. Возможно, он был кратно большего размера, пусть и не доходил в сём качестве до своих предшественников. Однако именно этот тощий гуманоид, облаченный совсем не в боевые латы – единственный, помимо ящера, кто сумел выдержать первое столкновение с Богом. Да еще и продержаться после, окутавшись красно-золотым целебным пламенем. Языки его красиво смешивались с синевой Божественного огня, но, всё же, пересиливали тот, не позволяя разрушительной мощи коснуться тела своего владельца.

И вновь Шива оказался под градом атак, безропотно принимая все удары судьбы, но пытаясь выдернуть свое орудие из цепких лап маджилоса. Правда, игнорировать огромную пепельно-серую кошку, что не просто била издали, или же атаковала и тут же отходила, а натурально напрыгнула на Бога со спины, принявшись раздирать того раскаленными когтями, тот не мог, отчего терял драгоценное время на попытки смахнуть с себя чужого питомца. Пепельный кугуар источала пламя, не сравнимое по ярости и мощи с лазурью, но ей это и не нужно. Сейчас ее оружие – когти и клыки, и уж они-то как раз оставляли на теле бога множество ран и ожогов.

Вот, Шива сумел сбросить схватившего его врага, вырвать копьё из плена лап его хозяина, и в ослепительной вспышке переместился к небу. Недобрый взгляд его наливавшихся светом глаз метался от одного еретика к другому, пока, наконец, не остановился на владельце необычной кошки серой масти. Прокрутка, и в руках его уже не боевое копье, а посох с резным навершием, излучающим нежное сияние… что в любой миг готово было излиться Божественной карой на лица проходимцев. Вспышка, и в сторону так не понравившихся Шиве существ несся огромный огненный змей, раззявя свою ужасающую пасть…

***

Чертов сверхскоростной ублюдок! Первой же атакой едва не убил – лишь мгновенное переключения с защиты черепахи на регенерацию феникса и спасло… Как и возросшая до небес сопротивляемость огню. Но всё равно, эта тварь просто поражала безумной скоростью. Первые светлячки, предназначенные нам с Момонгой, были с легкостью перехвачены Василисой, которой и до поднятия расы было чхать на огненный урон, а уж теперь, когда она стала пепельным кугуаром – и подавно. Но вот дальше… Дальше стало больно, аж до черной рамки экрана – практически смерть. Будь его огонь хоть чуть сильнее, и… всё!

Но будто этого было мало, когда тварь наконец вырвалась и взметнулась ввысь, дабы кастануть что-то убойное, целью вновь был выбран я! И ладно бы сраные светлячки, или фаерболы, от них можно было бы прикрыться моей кисой, но огромная змея, состоящая из огня больше, чем полностью… При том что за спиной у меня Момонга, который не факт, что успеет сбежать с линии атаки, уклонись я от нее… да и не факт, что змея эта не сменит траекторию за мной, даже если уклониться удастся. А умирать-то ой как не хочется – там страшный Моти, который выест мне мозг чайной ложечкой, забафает, и отправит на вторую попытку без шанса подготовиться… ведь пойди я на принцип, проигнорируй своего товарища и займись полноценным изучением данного данжа, и мозг мне начнут не только есть… А значит сейчас умирать нельзя ну никак, несмотря ни на огромную змеюку, ни на едва вернувшееся хотя бы в красную зону здоровье.

– Пробуждение!

Финальное умение ветки странника духа. Сильнейшее умение, которое можно использовать лишь находясь в одной из стихийных стоек. Только стихийных! Низкоуровневые звериные не подойдут никак. Даёт это умение… многое, но, в первую очередь, усиливает основные особенности стойки. Так что укус нашедшей свою цель змеюки, что умудрилась своей атакой по мне откинуть и Момонгу и Василису, оказался не страшнее комариного. Да, небольшой урон от чисто физического удара я получил, всё же приплющило к земле меня знатно и отпускать не спешило, но вот огонь стал для меня полностью безвреден. Да и урон тот… едва смог перебить возросшую до небес регенерацию.

На ближайшую минуту я обрел полный иммунитет к огненному урону, независимо от дополнительных составляющих этого самого урона – есть в игре и святой огонь, каким пользуется эта сверхбыстрая пакость, и демонический, и тёмный, и Один ведает какой еще… А Один ведает, да! Причем само пробуждение даёт лишь приятный бонус к и так не слабым цифрам в виде той самой «независимости» от дополнительного типа урона, когда основные цифры начисляются от характеристик Василисы, по нашей с ней связи. И кстати, от меня моей пепельной красавице перешла забористая регенерация здоровья, какую вряд ли выйдет одолеть без соответствующих дебаффов и проклятий, коих тут накладывать и некому. Либо нас убивают одним ударом, либо не убивают вовсе – вот что такое пробуждённый феникс. Плата? Платой служит откат… Полчаса! Полчаса я буду лишен сильнейшей своей способности, ведь примени я ее с духом молнии – кирином, и полученная Василисой скорость вкупе с особенностями сильнейшей атаки варвара, вполне могла «задоминировать» парочку подобных этим шивам боссов. Да и сам я, ускоренный молнией и получивший огромные прибавки к скорости атаки, стал бы неплохим источником урона. Лишь на минуту, да, но я мог бы сравниться с Момонгой, что на выдаче урона специализировался, а в паре с Васькой мы даже Фулгунтура могли бы обойти.

– Давай! – сквозь рёв пламени раздался именно его крик.

Чудище до сих пор вжимало меня в плавящийся камень храма, и развеиваться не спешило, так что о том, что атака по боссу возобновилась я узнал лишь по звуку – пламя блокировало обзор, и даже немного слепило, но скрежет молний, хлопки взрывов и свист стрел доносились до меня отчетливо. Секунда в таком положении ощущалась вечностью, и тот факт, что персонаж ну никак не хотел реагировать на команды, откровенно говоря, выбешивал. Неимоверно выбешивал. Однако, я не успел даже начать волноваться, как… всё кончилось. Поток огня, в который обратилась колоссальная змеюка, развеялся, а до конца пробуждения оставалось чуть меньше двадцати секунд.

Я не поднялся с земли – взмыл, по полной пользуясь краткими секундами пробужденной формы… Будь я иной расы, то не смог бы держать в руках оружия, но я маджилос – и это звучит гордо! Ведь, как и у любого другого пользователя пробужденного феникса, мои верхние конечности обратились огненными крыльями, но вторая-то пара осталась! И сейчас в ней покоилось копье, и я не побоюсь сделать с эти божком то же, что он сделал со мной. А главное… угольно-красная кожа, черные обсидиановые перья и огненные крылья очень, ну прям очень интересно гармонировали с доспехами, полученными в Аду. Натуральный огненный демонюга вырвался из оков чтобы наказывать и карать, карать и наказывать, да только… некого.

– А-а-а… где? – вырвалось само собой, на русском. И тут же продублировалось на японском, ведь босса нигде видно не было, а время усиленной формы всё убывало и убывало… Хочется хотя бы разок ударить.

– Всё, – могучий бас раздался с земли, – Спасибо. Ты отличный танк.

На небе догорали последние искры лазурного огня, да таяли остатки эффектов от заклинаний и навыков. Последний босс храма Тримутри пал, но облегчения от этого я не чувствовал… так и не удалось испытать форму на нормальном враге в нормальных условиях. Без высокоуровневых баффов, на противнике, положенном мне по статусу. Обидно… Было, пока объявления о получении награды не заполонили взор. Куча шмота, расходников, материалов… Даже полный сет «Хранителя Колеса Сансары» выпал, что очень немало. Средняя защита, не уменьшающая скорость; огромные приросты к регенерации и общему запасу здоровья; добавление к святости от любого источника урона… Последнее, правда, шло через посох, когда класс у меня заточен на копье, но… Есть здесь одно огромное НО. Почти все мои умения, идущие именно от наездника, можно использовать с любым древковым оружием, в том числе и с посохом. Есть там некоторые рубящие и пронзающие атаки, которые попросту не получится активировать, но остальные – вполне. Просто у них изменится тип урона, с того же колющего на дробящий… И всё! А значит посох, который из обычного огненного урона сделает урон святым огнём, и то же самое может сотворить с любой другой стихией, коих за счет странника духа у меня есть практически весь набор, станет отличным дополнением билда на текущий момент. А может и его основой – это нужно дойти до максимального уровня, благо идти-то осталось не долго, да засесть за мануалы с калькулятором под рукой… еще, надо бы, не забыть прогнать полное описание посоха через переводчик, ибо не нравится мне среди всего этого нагромождения иероглифов, перевод которых я мог позволить себе лишь в «вольном» формате, наличие ника основного дамагера нашего рейда – Фулгунтура. Латиница прямо выделялась среди японской тарабарщины. Конечно, ничего такого там быть и не может, и судя по переводу, это оружие лишь могло достаться архангелу, и в итоге оказалось у меня… но всё равно, не хочется в один момент лишиться цацки. Кто знает, что в голове у разработчиков сей дивной игры.

Пока я сравнивал характеристики и делал выбор, стоит ли банальное наличие отравляющих свойств в текущем моем копье всех тех усилений, что может дать смена оружия на посох, да и, чего греха таить, оценивал визуальный аспект смены амуниции – будь оно не важно, я бы не тратил столько времени на создание своего персонажа и прорисовку всех расовых улучшений для Василисы… В общем, пока я занимался полезным и любимым мне делом, среди моих сопартийцев состоялся довольно интересный диалог, началом которому послужили вполне понятные и дежурные фразы Фулгунтура.

– Я знал, что вы не бесполезные! Как договаривались, я выкинул весь дроп в свободное распределение, – так вот откуда его ник на посохе… бывший владелец! – Кому упала душа? Попрошу на базу!

– Нет. – спокойным басом ответил Момонга.

– Не у тебя? – переспросил ангел, – А у кого тогда? Давайте-давайте, чем быстрее мы с этим закончим, тем быстрее я вернусь на основу.

– Она у меня, – вновь подал голос маг, – Но душу я не дам.

– И с какого перепугу? Не шути со мной, если не хочешь лишиться аккаунта. Принимай обмен!

– Нет.

– Да какого черта?!

– Момонга, ты поступаешь не красиво, – подал голос ящер, – Мы честно договорились, что отдадим душу за помощь с данжем.

– Я не слышал, что бы наш друг принял твои условия, – пояснил заклинатель, – но зато прекрасно слышал, как он предлагал зачистить всех новичков! Таким людям нельзя верить на слово, так что… Пока мы не закроем квест, Душа Бога Созидания останется у меня. Или… можешь прямо сейчас меня убить и остаться ни с чем. Выбирай.

Слова колдуна не вызвали бурной реакции, хотя некоторые из новичков, не участвовавших в том, давнем обсуждении, поспешили отойти от крылатого подальше. Не то, чтобы у них был шанс сбежать, реши архангел приступить к исполнению первоначального своего плана, но… ожидаемо. Конфликт в группе появился нежданно, и я даже мог понять обе его стороны… Фулгунтуру нужна лишь душа, и он практически получил её. Дальше ему нет смысла проходить данж, тратить на него свое время и помогать с прохождением нам. Он нам ничем не обязан, вроде… кроме того факта, что Яматано предложил душу за помощь в прохождении, и тот согласился. Хотя в моем восприятии, речь шла лишь о боссах первой локации. Возможно, что носители языка поняли речь друг друга как-то по-другому? Момонга же… маг прекрасно понимал, что даже в текущем составе, который лишился еще четырёх игроков, нам будет сложно закрыть этот квест. Я, конечно, не знаю, что ждёт нас дальше, но вряд ли всё ограничится лишь индийскими богами. Иначе конфликта и вовсе не было бы. Если сейчас нас покинет еще и Фулгунтур, то… придётся начинать всё заново. И нет никаких гарантий, что в следующий раз группа попадётся лучше.

Японский – не мой родной, и вопрос иносказательности и двусмысленности фраз в нём стоит довольно резко. Нет никаких сомнений, что носитель, или же просто умный человек, что намного лучше меня разбирается в языке, смог найти в речах архангела изъян, или же прямо подловить того… не на лжи, но на… недомолвках, что ли. Пожалуй, правый здесь определяется в зависимости от того, что на самом деле сказал ангел. Если он лишь обещал пройти текущий данж – он прав, ибо текущий данж он пройти нам помог, и душа по праву принадлежит ему. Если же он витиевато дал согласие на помощь нашей группе, когда его просили пройти весь квест – цепочку данжей, то прав уже Момонга. Человеку, что хотел убить кучу новичков ради банальной скорости зачистки веры нет и быть не может.

– Дерьмо… – фыркнул архангел, – Ладно. Я помогу закрыть квест, а после ты скинешь мне душу. И только попробуй подохнуть раньше срока! Хр-р-р… Че встали?! – рявкнул он на окружающих, – Завершайте квест и идём дальше! Как же я ненавижу дилетантов…

Стало очевидным, что как бы не поступил дальше Момонга, отдаст он материал, или и сам окажется обманщиком, но неприятеля себе он нажил. Особенно если Фулгунтур окажется достаточно злопамятным. Для высокоуровневого игрока, прекрасно знающего Иггдрасиль, разбирающегося в аспектах игры и некоторых её тонкостях, будет совсем просто опустить до нуля уровень любого одиночки… Если, конечно, тот одиночка не окажется еще более высокоуровневым игроком. А если уровень равен, то решать будут другие аспекты, главными среди которых являются прямые руки и качество билда. К примеру, весь основной состав моей гильдии качаются по собственным билдам, просчитать которые до конца попросту не выйдет… Анализ не показывает классов и расу, и уж точно не отображает количество очков в них вброшенных. А еще предметы, на которые тоже можно наложить защиту от сканирования… Как итог, о том же Элуа можно лишь сказать, что он относится к базовому классу ниндзя, развитому в тень стихии. И всё. Это, максимум, двадцать очков – пятнадцать в базовом и до пяти в редком классах. Остальные шестьдесят – неизвестны. Он может быть любого класса и любой расы. Его броня может давать любые сопротивления, и даже нанеся ему урон, не факт, что информация о его здоровье отобразится корректно, ведь есть такие навыки, как «Ложная жизнь» и «Ложная мана»… Не трудно догадаться, что они делают.

Но всё это относится к противостоянию высокоуровневых игроков. Тех, кто достиг порога в восемьдесят уровней, и вовсю занят оптимизацией своего билда да участием в различных активностях – Мировые боссы, сложнейшие подземелья, битвы на арене, войны гильдий… Заняться им есть чем. Но вот когда речь идёт о встрече такого зубра и обычного Момонги пятидесятого уровня, то последний может надеяться лишь на помощь гильдии. Иначе и моргнуть не успеет, как окажется на респавне, лишившись немалого количества опыта. И будет оказываться там каждый раз, как осмелится войти в игру. Попади под прицел я, и за меня вступится Моти, а за ним, скорее всего, пойдёт и Элуа, прихватив с собой весь основной состав гильдии. Против такой силы уже обидчик может оказаться пожизненно заперт на алтаре возрождения. Сейчас вопрос стоит лишь в том, есть ли подобное подспорье у Момонги? Если нет… Что ж, парня ждут не самые приятные дни в игре.

Глава четырнадцатая. Жертва.

Глава четырнадцатая. Жертва.

Всё дальнейшее происходило как-то… не особо естественно, что ли. Я не ощущал в себе желания углубиться в сюжет игры или полюбоваться декорациями. Атмосферу портило, буквально, всё! Недоверчивые перешёптывания в уголках, дистанционирование игроков от Фулгунтура, печальные вздохи Яматано, что пытался как-то повлиять на обе стороны конфликта, но не находил даже зацепки для уменьшения накала. И, конечно, пассивно-агрессивные высказывания ангела, что не переходили в прямые нападки или оскорбления, но… вертелись где-то неподалеку от них. Пусть и выглядели при этом до нелепого смешно.

Например, когда кто-то из ребят вскрыл остатки жаровни, что на деле была первой сдерживающей печатью, и в небеса ударил кислотно-зеленый луч, принесший с собой кратковременный статус «Угнетенный Чумой», Фулгунтур недовольно фыркнул, подметив:

– Говорят, что крысы когда-то были главными разносчиками чумы. Как бы не заразиться…

Просто подметил. В воздух, ни к кому не обращаясь, но явно стараясь ужалить Момонгу. Достаточно по-детски, но вряд ли эти двое – взрослые… Хотя маг совсем не среагировал на подначку… внешне. Голоса он не подал. Опять же, не стоит забывать про менталитет: со мной играют не русские подростки, мат которых столь же велик, могуч и обширен, как и весь остальной русский язык, пусть и слегка однобок, и до настоящих творцов нецензурного слога недотягивает. Со мной тут – япошки, для которых «дерьмо» и «ублюдок» – верх безкультурщины, и пусть произнести это можно разными языковыми конструкциями, передав весь негатив на интонациях, но банальной детской бранью в моем восприятии это быть не переставало. У нас такие клички друг другу первоклассники раздают, а у них это полноценное оскорбление, за которое и пырнуть могут… в некоторых кругах. Культура такая, ничего не попишешь. Сложно представить, что будет с простым японским клерком, попади он на современную русскую стройку, где даже автоматоны без «ёптаюмать» не запускаются.

Так что может быть, что эти и подобные им «оскорбления» – действительно обидны, неприятны, некультурны и прочее-прочее-прочее… И исторгает из себя их не обиженное дитё, а взрослый состоявшийся человек. По голосу, увы, не понять – в игре есть качественные корректоры, и для других твой персонаж звучит так, как ты того хочешь.

Таким образом и проходили все дальнейшие события этого данжа… Вскрылась печать – Фулгунтур съязвил, а Момонга проигнорировал; из огненного всполоха сошел на землю новоявленный генерал Сатаны – Мортифер, и появление его дало повод ангелу для колкости и очередного игнорирования Момонгой. Сбор силы, со снятием непрошенного статуса, перенос в следующую локацию – Ливийская пустыня, с её пирамидами, рабами, стрелками на колесницах, и… недовольным Анубисом с Осирисом за спиной, которым настолько понравилось массовое убийство рабов близ храма Бога Смерти, что оба они решили почтить нас своим визитом… Одновременно. А также Ра, которому уже пришелся по вкусу визит той пары в мир смертных, отчего старый петух просто взял, и зарядил по всем непрерывным лазерным лучом… И конечно всё это сопровождалось «подначками» Фулгунтура, что для меня звучали скорее смешно, но… атмосферу накаляли.

Финальным же этапом, стало второе пришествие Мортифера, обставленное довольно забавным, на мой взгляд, образом: Ра – верховный бог Египта, бог солнца, в чьей… ну… пусть будет короне… в чьей короне находился пылающий красный камень, сначала испепелил Осириса, причем лучом из этого самого камня, чем навлек на себя общий гнев всего рейда – из-за этого нам не достанутся предметы с босса, – а после начал поливать огнём нас, с огромной скоростью перемещая луч от игрока к игроку. И, казалось бы, в чем проблема – возьми да убей босса, как это уже делал Фулгунтур… да только сам Ра был вне досягаемости. Подобно соколу, чьей головой и хвастал божок, он парил высоко в небе, куда даже Фулгунтур не мог долететь, не получив в процессе колоссальное количество огненного и светлого урона – не путать со святым, ибо святость делает огонь сине-голубым, а свет – желто-белым. И защиты они требуют разной.

Суть Ра, в отличии от всех предыдущих боссов, не в том, чтобы убить его, а в том, чтобы продержаться до «разрядки» его артефакта – Ока Солнечного Пламени, что, по совместительству, является и второй сдерживающей печатью. А дальше, печать ослабевает, появляется Мортифер, убивая бога – в этот раз оставляя нам ресурсы, за что ему огромное спасибо, – и ломает это самое око. В небо уходит золото-оранжевый луч, а на меня падает ослабление «Познавший Голод», что благополучно развеивается после поглощения рыцарем очередного куска силы и улепётыванием куда-то вдаль.

– Ну вот, – впервые за всю «пустыню» подал голос Момонга, – Одну курицу ощипали, осталась еще одна, – и так, плавно-плавно поворачивает персонажа в сторону нашего белокрылого.

– Неужели! Кому-то хватило мозга не только на банальную кражу? Растёте, сир маг. Растёте.

– Благодарю. Я создавал персонажа с расчётом на большой интеллект, пока кто-то переносил на аватар свои птичьи мозги.

– Сучок… – как-то даже беззлобно буркнул крылатый. Чуть менее грубая форма этого их пресловутого «ублюдка».

Очередная смена локации, сдобренная огненными всполохами, и вокруг теперь не жёлтые сухие пески, а горное каменное плато, с вершины которого виднелся очередной пирамидальный храм у подножия. На ступенях его мерцали факелы, меж которых склонили колени полуголые аборигены, а на самой его вершине, скрытый за объемной маской с торчащими из нее перьями, жрец готовился вонзить клинок в тело жертвы. Если присмотреться, то подобная картина виднелась и на ступенях, с той лишь разницей, что ритуальных алтарей нигде больше не было. Сотни и тысячи аборигенов были готовы вспороть горла своим коленопреклонённым соплеменникам, залив древний храм реками крови.

– Возможно, наш «гениальный» маг догадается кастануть туда кислотный дождь? Или его раздутое эго не выдержит приказа от знающего человека?

– Боюсь, знающим тут и не пахнет… Ведь чем больше жертв, тем сильнее будет Котль. Хотя, раз уж ты так уверен, что сможешь убить босса до того, как он убьет меня и уничтожит весь лут из данжа…

Показательно медленно Момонга взмахнул посохом, направив сияющее кислотно-зеленым навершие в небеса над храмом.

– Кислотный… – проговорил он, растягивая слоги.

– Кара Божия! – рявкнул вдруг ангел, прервав чужое заклинание «безмолвием».

Существует ряд заклинаний, что на некоторое время отключают возможность использовать голосовой интерфейс, а без него применять магию просто не выйдет. Правда, чтобы именно сбить таким навыком каст – это нужно очень хорошо попасть в тайминг, ведь на произнесение, обычно, уходит не больше пары секунды реального времени, а на сокращенные формы и того меньше. В этом, кстати, огромное преимущество моей игровой платформы – она преобразует большинство навыков к сокращенной форме, за счет возможности считывать мозговую активность во время игры и наличия объемного вычислительного ресурса, каким может похвастаться не всякий компьютер. Сейчас же Фулгунтур смог сбить каст, поскольку на то было желание Момонги – маг специально медлил с читкой заклинания, и это было очевидно… Заверши тот свое заклятие, и, скорее всего, он бы умер, потеряв так нужную Фулгунтуру душу. Учитывая уже виденные мною механики, и то, что из сорока с лишнем человек нас осталось меньше двух десятков – не удивительный результат. По сути, маг взял архангела «на слабо», и у того не осталось выбора, кроме как повестись. Вот и слышится от него недовольный бубнёж, пока сам Момонга издал лишь победный хмык, едва действие кары прервалось.

Всё так же непрерывно бурча, даже и не думая выключать микрофон, Фулгунтур взлетел и завис прямиком над алтарём на вершине храма.

– Так! Здесь никого не убивать, пока я не дам отмашки! – крикнул Яматано, чтобы едва не сигающие вниз новички могли его услышать, – Никого, я сказал! – дополнил ящер, хватая таки-рванувшего кошколюда за хвост и затаскивая того обратно на плато, – Из-за вас и так половину группы потеряли, а за ними и лут с Осириса. Имейте совесть, вам на халяву один из сложнейших квестов проходят, а вы элементарно послушать не можете!

– Око Господнее! – раздалось снизу.

Там над храмом парил шестикрылый серафим, а над головой его явилась мерцающая злотым светом сфера. Её лучи ожгли аборигенов, не дав тем завершить кровавый акт, но не убив при этом. Все они, вопя и визжа, единым порывом рванули к верхушке храма, на ходу метая во врага – Фулгунтура, – кинжалы, копья, просто камни… чего только не метали. Но тот лишь довольно фыркнул, произнеся:

– Покаяние! – и свет изменил свой колер, добавив тёмно-бордовых красок к морящему золоту.

Собранные под его ногами монстры, все как один, попадали на колени, придавленные волной гравитации. Кто-то скатился с пирамиды вниз и тут же вскочил на ноги, дабы ринуться в новый бой, но остальные, в большинстве своём, оказались попросту обездвижены.

– Сейчас?! – нервно взвизгнул кошак рядом с Яматано, – Братан, сейчас же, да?!

– Рано… – устало вздохнул ящер.

– Этот храм, посвященный древними племенами… Толи ацтеков, толи майя – точно не помню, – подал голос Момонга.

– Разработчики и сами не уверены.

– Пусть так, – кивок мага на слова ящера, – Здесь призывается Кецтка… Катец… Кет-цо-ку… Котль, в общем.

– Кет-цаль-ко-атль… будь он не ладен, – именно альбинос сумел выговорить имя боса по слогам, и отдавало оно чем-то знакомым.

– Вот он, да. По лору, этот бог больше всего на свете ненавидит жертвоприношения, и потому, чем больше людей умрёт у его храма, тем злее он явится сюда. А что бы он вообще пришел, достаточно лишь одной единственной жертвы, сделанной вовремя.

В этот самый миг Фулгунтур призвал копье света, пронзив грудину главного жреца. Затряслась земля, и даже до плато доносился громкий шелест листьев от деревьев внизу. Горная вершина, что расположилась позади нас, с противоположной от храма стороны, начала осыпаться оползнем. Тряска усиливалась… пока с сокрушительным громом гору не раскололо напополам, а из образовавшейся щели не вылез огромный пернатый змей, что в величине своей был сопоставим с питомцем Вишну. Он ревел и клекотал одновременно, а гигантские его крылья накрыли тенью всё плато разом – Бог единой сине-золотой стрелой метнулся к своему храму, обвив тот гибким телом и грозно ощерившись на отлетевшего в сторону ангела. Синие перышки, что украшали всю внешнюю часть его туловища, угрожающе топорщились, подрагивали, и, сдается мне, что совсем не просто так, а огромные крылья, отдающие всеми цветами радуги на золотой основе, укрыли собою вершину храма и всех собранных на ней жрецов.

– Наконец! – вновь завопил кошак, рванув вперед.

– Стой! Ох, идиотина…

Длинный хвост выскользнул из когтистой белой лапищи, и счастливый кошколюд уже во всю летел вниз, готовый вонзить боевую пику в драконий глаз. И естественно, что встретил его не беззащитное существо, каким казался Анубис – огромного размера «собак» никак не мог пробиться сквозь защиту Яматано, и единственное, на что был способен – не дать быстро подступить к Осирису, но главный босс третьего по счету данжа.

Я физически ощутил волну сочувствия из-за глубины вздоха, что издал бедный ящер. Вроде реально понимающий мужик, и хочет просто спокойно пройти данж, да помочь с ним новичкам. И вот все его усилия оказываются истёртыми в кровавый фарш, едва скалящаяся «птичка» взмахнула хвостом, стесав кошака бритвенно острыми перьями-лезвиями под ноль.

– Теперь нас восемнадцать, – флегматично подметил Момонга, вызвав очередной печальный вздох Яматано, – Команды?

– Да-да… Так! Если среди нас еще остались такие же болезные – прошу вперед: босс ждёт! – болезных не оказалось, и сколь бы долго бледнокожий лизард не держал паузу, вызываться никто не спешил. Даже Фулгунтур, и тот молчал, подвиснув над нами и поглядывая на порыкивающего внизу змея, – Ну слава богу… Вниз не спускаться, бить дальнобойными. Цельтесь в крылья – нужно их уничтожить, желательно синхронным залпом.

– Ориентируетесь на меня, – заявил ангел, зачитывая заклинание призыва десятка световых копий.

И я ориентировался. И не только я. Едва последние слова были произнесены, и первое из копий рвануло вперед, метя в основание правого крыла монстра, десятки заклинаний полетели ему в след. Затем сорвалось второе копье: ангел попросту метал их жестами, обозначая атаку замахом, чтобы все успели начать надиктовывать свою магию, или же хорошенько прицелиться из луков, пушек и прочего стрелково-лучевого орудия. Не мудрено, что уже вторым залпом ацтекский бог расстался с одним из своих крыльев, а после также быстро лишился и второго. А самое приятное, что, даже пытаясь ответить залпом из острых перьев, банально не мог до нас дотянуться. Спрыгни мы вниз, и кто знает, скольких змей убил бы моментально, а сколько еще могли бы пожить… И такая, вроде бы очевидная стратегия, сделала убийство предпоследнего босса на диво простым. Точнее, это я думал, что он предпоследний, но вот у одного отбитого на голову мага было на этот счет совсем другое мнение…

– Молодцы, – прошипел Яматано, – Можно спрыгивать и вскрывать печать.

– А куда делся чехол для моего материала? Алло, народ! Где этот чертов воришка?! Только не говорите, что он умудрился откинуться!

– Кажется… Че-е-ерт… – очередной Усталый, с большой буквы, вздох от ящера, – Ну почему всё не может быть так просто…

– Что? Ты видел?

Находясь сверху и регулируя основной поток атак, ангел действительно мог упустить движение мага из виду. Да и я, честно говоря, больше сосредотачивался на направлении атаки Васьки, да на поддержании общего темпа… что так-то довольно сложно, учитывая, что направлять приходилось не своего персонажа, а фамильяра. Так что пропажа Момонги удивила меня не меньше, чем остальных.

– Нет, – всё так же удрученно продолжил Яматано, – Но он ведь говорил, что нацелен на убийство всех боссов… Чертовы хардкорщики! Ну почему они не могут просто оставить меня в покое… Каждый аккаунт – одно и то же! – что-то поняв, ангел тут же полетел в сторону расколотой приходом босса горы, на что бедняга лишь патетично махнул белой лапищей, – Бесполезно…

Навстречу нам уже несся пропавший маг. Под всеми доступными ему баффами на ускорение. И оставляя после себя… хм-м, здесь бы подошла фраза «бежал, роняя кал», да только ронял он различного вида магические ловушки, оставлял кислотные лужи, костяные стены и прочие преграды. Что, в целом, воспринималось его преследователем именно как гумус.

– Чертов осёл! – слышался дальний крик Фулгунтура, – Почему ты просто не мог отдать мне душу и сдохнуть? К чему все эти выдумки?! Я и сам с радостью солью тебя до нулевого уровня, только дай выбраться из данжа!

Однако, несмотря на угрозы, тот присоединился к магическому обстрелу кого-то неведомого, отсюда невидимого, но явно достаточно сильного, чтобы прибавить проблем нашему отряду. Проредить от «лишних» выживших.

– А что делать-то?

– Не знаю… У меня ни разу не получалось убить скрытого босса этой локации. Мы все умрём, но знайте: мне было приятно играть с вами вместе! – с грустью заключил ящер, – Вы – лучшие из тех, с кем мне доводилось проходить этот квест. Ну, вот кроме тебя, – когтистый палец выцепил из толпы еще одного кошколюда: судя по шмоткам, именно он был тем шивом, что едва не убил меня в самом начале, – Я в который раз замечаю, что все кошколюды в этой игре… ну… такие… – как сказал бы Стёпка – «с ебанцой». Понимаю его.

Тем временем, бегущий Момонга с порхающим над ним архангелом добрались до нас, и последний, едва оказался в радиусе адекватного восприятия, что есть мочи заорал в микрофон:

– Жми!

Кому сказал? Что жать? Адресат, видимо, всё понял, я – нет. Маг остановился, единым движением развернулся, да забасил:

– Костяная гробница!

За ним не гналась «вторая половинка» убиенного божества, чего я подспудно ожидал… Ну, птицеподобная змея… гнездо… наглый маг, что позарился на редкий ингредиент в виде яиц божественного зверя… Это виделось мне логичным. Куда логичней действительности.

– Что вы стоите! Бейте всем что есть! Близко не подходите, и всё будет хорошо, – напряженно напутствовал Фулгунтур, закидывая в сторону клетки из костей различные святые и тёмные сферы энергий, поливал ту струями инфернального огня, да находил время на метание копья-другого.

И вновь однобокая картина: два десятка разномастных уродцев издеваются над бедным животным. Раньше это был пернатый змей, теперь, вот… колибри. Серьезно, в костяной клетке «выживала как могла» крупная птичка колибри – красивого пернатого, что изображен на логотипе одной из передовых компаний по сохранению «зеленого мира» нашей планеты, очень сложно не узнать… Пёстренькая такая, зеленая, с радужным отливом и длинным-длинным хвостиком. И как же символично, что именно её решили «убить» японские разработчики. Ведь Япония, как известно, наиболее пострадавшая в этом плане страна. Малые территории, большие производства… их сложно винить, в капиталистическом то мире, но тем не менее – от экологии на том клочке земли не осталось даже слова.

В чем в итоге суть этого скрытого босса, которого так боялись заслуженные, в моих глазах, эксперты сего данжа? Когда клеть развеялась и оттуда выпорхнула птичка, размером всего с человеческую голову, и на огромной скорости метнулась через всё поле боя к случайному магу – я понял, что «просто» тут не будет… Скорость сравнимая с Шивой, но гораздо меньшие размеры. Попасть по ней – безумно сложно! А еще… опознание здоровья дало однозначную картину: эта сволочь восстановила себе около пятой части утраченного здоровья, когда её тонкий клювик на всей скорости врезался в грудину заклинателя. И в отличии от индийского бога, она не позволила себя схватить и удержать на месте, а «кольнула», и полетела дальше. Неуловимая, сверхбыстрая, и восстановившаяся полностью за жалкий пяток секунд… Да эта тварь под полным обстрелом двадцати игроков была дольше!

– Костяная гробница! – вновь произнес Момонга спустя еще с пяток секунд, когда у нас появились первые потери: по большей части из-за массовых ударов своих же сопартийцев, что в этот раз никто не стал распределять по всей территории поля битвы.

И вновь он умудрился попасть! Соткал клеть ровно перед мордой Яматано, отчего птичка врезалась не в плотный латный доспех, а в белую кость.

– Отлично! Давайте-давайте-давайте! – всё также орал ангел, – Контроль! Кидайте контроль, сукины вы дети! Ну же!

Когда птица исчезла, её здоровье колыхалось в пределах пяти процентов, а когда она вновь появилась высоко в небе, вонзив свой хоботок в живот Фулгунтура, оно поднялось до двадцати… Боюсь, второй раз так её поймать не выйдет – все заклинания имеют свой откат, и сейчас были потрачены сильнейшие. Или нет…

– Жертва!

Тело его покрылось яркими трещинами, свет из которых падал на птичье тельце узловатыми узорами.

– Добейте! И только попробуй подохнуть, сволочь! Буду ждать у выхода… – были последними его словами, прежде чем оружие, броня, крылья и само его тело обратились прахом.

Птица всё также висела в воздухе, и даже постепенно начала приходить в движение, когда залп десятка тёмных стрел, на пару с другими откатившимися умениями настиг её. И даже бойцы чисто ближнего боя смогли поучаствовать, не оставив страшнейшей за всё моё прибывание в данже твари и шанса. Колибри – монстр, на фоне которого все Боги – ничто. И плевать что опознание нарекло эту бестию еще одним непроизносимым ацтекским именем – Витцлипохтли, что значило, что пред нами всё-таки бог, а не рандомная птичка из окрестных лесов. Всё равно она остаётся колибри… едва не ушатавшей весь наш рейд.

– Это что было? – ну не мог я не выразить весь этот шок… сраная колибри!

– Жертва… один из сильнейших ранговых дебафов в игре, основанный на святости. Открывается с классом мученика, – по-своему понял меня Момонга… Ну, имел право. Всё-таки никто другой не спешит выражать свое изумление, по поводу «сеттинга» сильнейшего босса за три этапа данжа. Может, для них это всё в пределах нормы? – Давайте закончим поскорее. Не стоит заставлять нервничать нашего пернатого друга лишним ожиданием.

– И то верно! Я вскрою печать. Осталось чуть-чуть, и свобода! – явно повеселевший Яматано сиганул вниз, со скалы, и через мгновение в воздух ударил насыщенно багровый луч. Временный статус «Вестник Войны» прилагался.

Очередное пришествие Мортифера прошло вне моего внимания, а вот перенос – нет. Четвертая, и, по идее, заключительная локация всего квеста. Печать смерти, как несложно догадаться. И оказались мы, не много не мало, в кромешной темноте, где не было видно вот совсем ничего… Лишь медленно начавший изменяться в сторону синюшности экран. Удушение.

Первые светлячки зажглись вокруг – то игроки активировали навыки, да и я не забыл использовать базовое умение шамана… И вот ничего не прояснилось. Вокруг всё та же пустота, и только лишь распространение света дало понять – мы под водой. Сложно без тактильных чувств, а звуки… Ну, здесь их не было.

Признаться честно, я едва не умер в реальности*, когда из пустого «ничего» резко появилась огромное нечто… Серый глаз, большего чем моё тело диаметра, а под ним – гигантские человеческие зубы, раскрытые и готовые перемалывать. Результат… ну, если бы под рукой была обычная клавиатура, то это можно было бы описать как «атака по всем клавишам», то есть бессистемное метание персонажа и активация всевозможных скиллов. У меня же – шлем виртуалки, а потому единственное, чего я добился – сдержал позорный вскрик да вжался всем телом в спинку дивана. И быть бы мне «схарченным», если бы не одновременный залп десятка заклинаний из-за спины, да активная попытка Василисы настичь «вражину», выраженная в неумелых гребках и пузырящейся вокруг нее водички. Ну не любят кошки плавать, пусть и умеют это на ура… не любят. И я теперь тоже. Надо же так напугать!

Не уверен, убило ли тварь, или просто отпугнуло, но «нечто» пропало из поля зрения. Отошли от нежданной встречи и другие игроки, и вот, кто-то уже использует заклинание подводного дыхания, кто-то меняет экипировку на более соответствующую новой локации, а кто-то, включая и меня, заливается соответствующими зельями: то же подводное дыхание. А еще быстрое плавание, ночной взор и Дух воды: наяда туда же, чисто на всякий случай. Здесь это самый эффективный вариант. А еще нужно было залить зелье водного дыхания в Ваську, ей это тоже надо…

Но вот, все интерфейсы оказались свёрнуты, и мой взгляд упирается в морду огромной уродливой… ну, пусть будет рыбины. И не одной. Плавников не видно, голова напоминает округленную китовою, но с человеческим строением челюсти… Да в целом, оно выглядело как нагромождение плоти. И с каждой секундой в округе их становилось всё больше и больше.

– Игнорируем! – глухо и с отчетливым захлёбом произнес Яматано, что взял на себя командование после утери прошлого капитана, – Это не боссы, слышишь!

– Я знаю, – а вот голос Момонги, что странно, оставался таким же чётким.

– Тогда за мной!

Мы начали опускаться. Изредка, плавающие вокруг колоссальные куски зубастой плоти врывались в наши ряды, чтобы закономерно огрести. Некоторая магия работает под водой не так, как на суше, вроде большей части арсенала Василисы, чей огонь тут попросту не загорался, однако с физическими атаками, не считая штрафа на скорость, тут всё в норме.

Со временем, когда основная масса здешних обитателей осталась позади, окружение постепенно заполнилось черными тенями, замершими во времени, да далеким тусклым мерцанием глубоководных охотников – удильщиков, или какой-то иной пакости, что в сумме давало ощущение темноты бескрайнего космоса. Но вот, мы достигли дна. Ориентируясь лишь на чёрные силуэты – ни то какие-то кораллы, ни то руины, Яматано повел нас вперед. Я не знал, что мы искали. И не сомневаюсь, окажись тут один – точно не нашел бы ничего. Но проводник нам попался прошаренный, так что остановились мы весьма скоро, а ориентиром стала покрытая черным налётом резная колона, чудом уцелевшая в подводном царстве.

– Готовьтесь, – пробулькал ящер, – Никаких отравляющих и электрических заклинаний! И от морозных площадных лучше воздержаться.

Честно, я не имею ни малейшего понятия, как нужно проходить эту часть квеста не собирая о ней информации в сети. Как в полной темноте, в окружении хтонических рыбищ, нужно догадаться плыть вниз, и найти на дне определенного вида колонну? Как догадаться, что её нужно именно разрушить? И как после этого выжить…

Могучий топор ящера вонзился в колонну, раскрошив ту в щебень, и тут же ввысь ударил луч первозданной черноты. Даже тусклые источники света тут не справлялись, полностью потеряв свой смысл. Да и ночное зрение, не то, что бы перестало работать, но в радиусе обзора здорово потеряло. И, конечно, я не мог не заметить движение сотен огоньков, что ранее мелькали где-то там, на фоне, а теперь, все как один, ованули в нашу сторону. И становилось их всё больше и больше.

Вот, самый первый подобрался вплотную, осветив уродливую рыбью морду с частоколом острейших зубов, веерообразными плавниками на месте жабр и парой длинных щупалец там, где у людей проходят бакенбарды. И светящийся шарик на длинном щупе, торчащем изо лба, как без него-то. Никакого гигантизма – обычная рыбка, пусть и размером с человека. Мне казалось, что вот-вот, и жуткая пиранья вцепится в меня, так что я совсем не ожидал появления скрученной чешуйчатой руки из темноты, острые когти которой полосонули меня по лицу. Второго удара нанести я не позволил, ткнув посохом под подбородок рыбёхе, откидывая ту от меня, и замечая, наконец, остальное её тело, заканчивающееся длинным гибким хвостом, как у угря. За сим последовало добивание – дальнобойных навыков у меня не то, чтобы много, а после смены оружия из них еще и пропал мой любимый «бросок копья», но кое-что еще осталось от шамана. Опасно, конечно, но духовная молния – она ведь не обычная… по воде распространяться не должна.

Тварей было много, твари были быстрыми, и единственный возможный способ, каким можно было опознать скорое нападение – это внимательно следить за мелькающими вокруг светляками. И даже так, сам вид атаки оставался неизвестным до самого конца – спасала только реакция и работа отрядных целителей, которые, слава всем убитым нами богам, остались в живых. Вылетит ли тварь мордой вперед, в попытке вцепиться в плоть, или же вытянет свою когтистую лапу на манер копья, дабы пробить грудину на вылет. А может и вовсе в самом конце движения остановится, чтобы рубануть хвостом с коротким плавником-лезвием на нём, словно хлыстом. Были потери, как не быть. Слишком сложное поле боя, слишком неудобный противник… Тем не менее, мы справились. Нужно было лишь прожить до того момента, как чёрный луч окончательно не уничтожит остатки колонны, что сдерживали его.

Импульс чего-то тёмного исторгся из-под земли. Окружение затряслось. Остатки глубоководных тварей разлетелись во все стороны, и лишь удаляющиеся огоньки, постепенно теряющиеся в складках местности, говорили о недавнем их тут присутствии. «Готовый к Смерти» появилось в статусе, прежде чем раскололось океанское дно. Огромная щель, куда без труда мог уместиться современный линкор, ожидаемо исторгла из себя очередного хтоника. Последнего босса квеста. И что-то в этот раз Мортифер не спешил явиться из струй огня, дабы победить врага и впитать в себя силу из последней печати.

Легкая синева родилась вдали, становясь всё ярче. Приближаясь. Сперва появился силуэт – огромная человеческая голова. За ним, появились щупальца, руки, туловище… и опять щупальца. Кажется, похожее существо было в списке рас Иггдрасиля. Сцилла, вроде.

Первый же взмах колоссального щупальца, что выстрелило из разлома, когда тварь та уже приступила к «извлечению» своей туши в открытые воды, убил половину игроков, в том числе и Яматано, который даже не попытался уклониться. Второй взмах… убил и меня.

*У автора батофобия – боязнь открытых подводных пространств, или «глубины» в просторечье. Поиск картинок стал испытанием, без шуток, ибо выбирать я старался ту, что оказала бы наибольший эффект именно на меня.

Глава пятнадцатая. Он убил Бога.

Глава пятнадцатая. Он убил Бога.

В полной темноте я ожидал появления соответствующего меню, едва сдерживая порывы банально заорать на всю квартиру. Ведь это какой-то бред: почти полностью пройти данж, чтобы финальный босс перебил всю группу парой атак! Идиотизм! Но… должен признать – это в духе разработчиков. Едва ли мы смогли бы вообще дойти до сраного осьминога, не будь с нами Фулгунтура и Яматано. Да и Момонга с парой смышлёных ребят тоже внесли свою лепту. Видимо, потеря ведущего игрока всё-таки сказалась на пати куда серьезней, чем я ожидал. А ведь Момонга тоже должен был умереть! Потеряв при этом драгоценную душу… Ох, как славно, что Фурункул «лопнет» не в моей квартире. А то, что, осознав потерю столь ценимого им компонента, этот и без того несдержанный человек именно что лопнет, если не взорвется – очевидно. Жаль, что я не из тех людей, кто в несчастье радуется, что кому-то хуже. Ведь так или иначе, мне придётся проходить весь данж с нуля, и делать это со случайной командой. В которой, я почему-то уверен, не будет спецов уровня Фулгунтура.

Окружение изменилось: тьма дрогнула, начав рассасываться, что напрочь сбило с мысли. В голову проник шепот… на японском, отчего смысл слов понять не выходило – я поставленную-то речь не всегда разбираю, а тут едва слышимый шепот. Что-то там про смерть, что-то про забытие и про империю – большего не разобрать.

Вместо черного илистого дна под ногами начал проявляться серебристый песок. Вместо кружащего мрака с торчащими в нём руинами постепенно стали угадываться силуэты зданий, с каждым мигом наливающихся цветом и четкостью. Мы, всей компашкой «умерших», куда входили, судя по всему, вообще все оставшиеся после «Войны» участники рейда, висели над круглой площадью, что первой прорезалась сквозь тьму. В центре её, окруженный серебряными песками, стоял массивный обелиск – источник света, от которого так рьяно бежал мрак. Яркость свечения не усиливалась, горя ровно и даже слегка приглушенно, но отходящие от монумента лучи распространялись всё дальше и дальше. Входили в фонари, кораллы, домики, да и просто в песчаные дорожки, насыщая те светом и разгоняя клубящуюся черноту. Чем дальше отходила тьма, тем отчетливей вырисовывался город, над центром которого мы парили. Нежных оттенков здания, невысокие столбы с фонариками в виде кораллов, видневшийся вдали дворец… И огромная сцилла, хищно озирающаяся по сторонам. Она парила над городом, высоко, и иногда проходя прямо над нашими головами, с хищной грацией выискивая жизнь в хитросплетениях улочек. В отличии от окружения, тварь не спешила преобразовываться. В безликом облике прорезалась линия хищной пасти, она рычала, скалилась, стремилась «куснуть» очередную башенку, оказавшуюся чересчур близко, но лишь болезненно вскрикивала, отплывая выше. Монстру был противен свет. Болезнен.

– Испугались? – с ехидцей в голосе вопросил Яматано.

– Обосрался… – ответил ему один из игроков, – Но это было круто!

– Почти закончили. Сейчас ждём подмоги, даём неписям впитать урон, и валим ту тварину.

Вместо со словами ящера из домиков полезли их обитатели. Из ближайших, уже насыщенных светом, выплывали русалы и русалки, все как один с длиннющими хвостами лазурных оттенков, да с различным оружием в руках. Более дальние же постройки исторгали из себя всё тех же черных зубастых чудищ, но каждая секунду на свету словно выжигала мрак из их чешуек, обращая несуразную тварь в грациозное создание. Шипы на руках, хвостах и позвоночниках оплавлялись, сходя с тел бесцветной слизью, и лишь по желанию своих прошлых владельцев та слизь обретала форму оружия – копья, трезубцы, стилеты, мечи, гарпуны, щиты… практически все формы и размеры!

Подводный народ возвращал себе утраченное под влиянием печати смерти величие, и очень недобро поглядывал на беснующуюся в открытых водах тварь. По крайней мере, именно так я интерпретировал творящийся на глазах сюжет… Кстати, эффект «Готовый к Смерти» исчез, и, сдаётся мне, что больше умирать не стоит. Обязательно ли то было, или же вся наша группа столь нелепо профукала «вторую жизнь», но третьего шанса, очевидно, не полагается.

Тем временем стремительно пополняющаяся армия русалок пошла в бой. Полетели первые копья, да с такой скоростью, что за ними прослеживался след от испаряющейся воды. Рунные круги ледяной магии подвисли пред редкими представителями магов морского народа, чтобы в следующее мгновение разразиться каскадом сосулек, или же запустить в исполина один огромный айсберг. Воины старались нанизать щупальца сциллы на свои мечи, словно на шпажки, да только разница в размерах была слишком колоссальна. Тварь ревела – да. Крутилась и извивалась, но видимого урона не получала. И каждое её движение отбрасывало неосмотрительных русалок, а взмахи щупалец с легкостью убивали красивый народ. И глядя, как десятками умирают те, от кого мы недавно с трудом отбивались, я понимал: последнее препятствие к завершению сего данжа легким точно не будет.

***

– Последняя же его разработка имеет собственную карму! И её стат переходит в урон, инверсный от кармы противника.

– Поэтому-то Ро’Кхах объявил за его голову награду?

– А? Да нет… Просто Такемикадзучи все свои поделки проверяет именно на нём. У него основной полигон на центральной базе Убийц Рока… Вообще, изначально у них был договор, что Такемикадзучи отдаёт небольшую часть ресов с боссов, а ПК-шники помогают ему тех боссов красть, а после помогают в тестах при помощи Горна Повелителя Зла – очень удобная для фарма штука, кстати. Нажал кнопку, и локация сама начинает чиститься.

В ожидании своих товарищей, Моти-Моти и Тач Ми скрашивали досуг непринуждённой беседой, взаимно делясь интересными игровыми моментами: пути прокачки в Иггдрасиле настолько обширны, что о некоторых механиках Моти услышал впервые. Правда, и Тачу нашлось, где удивиться…

– А потом, когда наш великий кузнец дошёл до концепции «Непрощающей кармы» и уже не мог проверять свои изделия на обычных монстрах, они, на пару с Нишики, начали фармить членов Убийц Рока, что очень сильно не понравилось их главе… и тогда Такемикадзучи начал фармить именно его.

– И что же, – удивился в ответ Моти, – охота целой гильдии его не остановила?

– Ну-у-у… Скажем так: Ро`Кхах больше в одиночку не ходит, а вот Такемикадзучи – вполне. Да и в рейдах на нашего громилу тот демонюга перестал мелькать… Убивают его, что поделать. Даже чистый танк не сможет выдержать прокаста Такемикадзучи, если у его цели будет отрицательная карма.

Неспешная беседа, за которой Моти окончательно лишился понимания цели своего прибывания в том месте, оборвалась весьма эксцентричным образом… Диким женским ржачем, ибо назвать то смехом было никак нельзя, и не менее диким обиженным воплем.

– Замолчи! Заткнись! Закрой рот!

– Пхах… Ух… И после… Боже, я не могу… Ха-ха-ха… Уф… Потом на весь этот шум пришла мама, и нашему крохе…

– Хватит! А-а-а-а!

– Растянули уши! Пха-ха-ха-ха! Боже… Он орал даже сильнее, чем в игре!

– АСОКА!

– Ну-ну-ну, Лизунишка*! Если будешь использовать в игре моё реальное имя, то я намекну маме на некоторую… невидимую папку на твоём рабочем столе!

– Ас… Тягама! Ты явно перегибаешь палку…

К замершей парочке подошли трое: четырехкрылый людоптиц – источник мужского голоса; огромная туша исполина, что до сих пор не издала и звука; и непонятный комок красного фарша с плавающими внутри него шариками-артефактами, тело которого ни на секунду не переставало вибрировать, исторгая гогот – слизь. Пытающийся что-то доказать слизню, людоптиц был высокопарно проигнорирован, пока сама желеобразная масса уже подплывала к своему знакомому.

– Тач-сан! Какая встреча! Вы не поверите, что учудил мой братец!

– Тяга-а-а-ма! – проревели сзади, вызвав очередной приступ смеха у девушки и лёгкий писк от исполина.

– Тягама… Не думаю, что стоит выпячивать отношение в вашей семье на всеобщее обозрение, – нежным голосом, совсем не подходящим угрожающей внешности, заговорило трёхметровое чудище.

– Вот-вот.

– Пусть это действительно смешно…

– Эй!

– Не эйкай, – было слышно, что девушка говорила с улыбкой, – Даже мою сестрёнку так ни разу не наказывали, а она вдвое тебя младше.

– Я же объяснял…

– Да-да, какой-то нубас обвёл «великого тебя» вокруг пальца, ещё и твинка твоего грохнул. Мы слышали… Братец, ты, кстати, в курсе, зачем мы вообще сюда пришли?

– За моей душой. За чем ещё? И он не грохнул! Я сам отдал свою жизнь, чтобы мои товарищи выжили! Это был крутой и благородный поступок! Хватит ржать!!!

– Пф-ф-ф, – фыркнула слизь, завибрировав, а голос её наполнился ощутимой ехидцей, – Ну да, ну да. И лично мне вовсе не сдалась та душа! Я всего лишь желаю пригласить настолько колоссальную личность к нам в группу! Подумать только, какой-то нуб сумел грохнуть самого Перорончино в самом обычном данже!

– Ты не посмеешь…

– Мало того, что благодаря его действиям я получила все твои карманные на пару недель вперёд, так ещё и посмеялась от души!

– Тягама…

– А ещё, ты ведь всегда ныл, что тебе скучно в нашей «бабской» компашке. Вот и разнообразим её мужским аватаром.

– Асока!

– Та-а-ак… – слизь одним голосом передала гневно-презрительный прищур, после чего обернулась к Тач Ми, – Тач-сан, мне нужно отойти, буквально на пару минут. Не скучайте тут…

Желешка обмякла, а секундами спустя клюв человека-птицы издал крик… аватар пернатого замер, и более от него не звучало и звука.

– Она поймала его… – вздохнув, резюмировал облаченный в белый фрак гигант. Чуть приподняв цилиндр, с трудом подцепив поля шляпы огромными пальцами боевых перчаток, чудовище перевело безумный взгляд в сторону Тач Ми, нежным голосом заговорив: – Я Ямаико, рада с вами познакомиться!

– Приветствую вас, прекрасная леди, что заперта в столь богомерзком обличии! – тут же среагировал Тач, – Моё имя – Тач Ми, и лишь святые духи знают, как рад я встрече с таким колоритным персонажем как вы! Не будете ли вы столь любезны просветить меня, каков ваш класс?

– Повар…

– Ну что вы, любезнейшая! Повар – это профессия, и я, кстати, тоже ею владею, пусть и на самом базовом уровне.

– Выходит, что повар спрашивает повара?

– Именно так и выходит! Нам, поварам, нужно держаться вместе, пока какой-нибудь истребитель нелюди не захочет себе жучиных ножек в кляре или же исполинской отбивной…

– Да я, вроде, и сама кого хочешь отобью, – застенчиво хихикнула девушка, бряцнув кулаком о кулак, – А так… Страйкер – мой основной класс, и сама я развиваюсь по пути «стальной девы».

– О! О-о-о! Какой редкий, но без всяких сомнений, прекрасный выбор! Исполин отлично подходит для поглощения огромного количества урона, в то время как стальная дева страйкера позволяет весь этот урон перевести в атаку! Потрясающе! Не хотите выйти со мной на арену?

– Эм… нет, что вы… я довольно слаба в ПВП. И… не очень люблю это дело, – застенчиво говорила она, – мне больше нравится бить монстров.

– Очень, очень жаль… так редко можно увидеть какие-то необычные сочетания. Всё классические монахи да варвары на арене. Ску-у-учно…

– Так! – внезапно ожила слизь, – На чём мы остановились? Ах да, Тач-сан! Рада вновь встретиться с вами.

– Взаимно, леди Чагама, – инсектоид в пладинских латах отвесил куртуазный поклон, – Вы так и не надумали присоединиться к небольшому нашему предприятию?

– Признаться, я была близка к тому, чтобы принять ваше предложение, – голос слизня наполнился официальными, даже аристократичными нотками, – Сил моих больше не было выносить компанию одного лишь братца…

– Кто бы говорил, – тихо буркнул Перорончино.

– Но желеобразные боги были благосклонны ко мне, послав на встречу эту застенчивую прелесть! – аватар Перорончино был проигнорирован, тогда как Ямаико оказалась опутана пластичным телом – не атака, но простая анимация “обнимашек” в исполнении слизи, – Так что простите, но пока что мы справляемся самостоятельно.

– Как прискорбно, но в то же время воодушевляюще. Я лишился сразу двух интересных персонажей, но знайте, вашему тандему у нас всегда будут рады!

– Ну да, ну да… пошел я нахер… – вновь забурчал Перорончино, – Между прочим, я почти завершил создание собственного оружия Божественного класса!

– О! – обрадовался жук, – Где же мои манеры, дорогой друг?! Ну же, Перо-Перо*, оставим прошлые обиды. Поведай мне о своём оружии.

– Я Перорончино… – устало вздохнул он, – Я создаю лук для своего класса.

– Лук?

– Лук. Видишь ли, лук – единственный тип дальнобойного оружия в игре, который не имеет фиксированной дальности. Винтовки, пистолеты, гаубицы… весь огнестрел и лазерные разработки имеют предел, зависящий от характеристик встроенных модулей, а для ударных модулей, в отличии от самого оружия, не существует возможности свободной вёрстки. Лук же зависит только от его собственных характеристик, так как ударных модулей для него нет! Более того в базовой комплектации лук обладает даже большим радиусом атаки, чем с полным обвесом! В общем, согласно моим расчётам, прицельная дальность стрельбы такого оружия может достигать пяти километров!

– Прошу меня простить, но ведь Небесный Глаугон позволяет стрелять на то же расстояние?

– Да, но ведь речь только о прицельной дальности! Если убрать модуль прицела с лука, то будет задействована исключительно дальность поражения! У Глаугона она равна прицельной, и за её пределами заряд просто расщепляется, но выпущенная из лука стрела продолжит лететь!

– И как долго? – Тач Ми действительно заинтересовался этой темой, – Каков же будет радиус поражения?!

– Не знаю! Чтобы проверить это, мне необходимо воплотить чертежи в реальность. Собственно, у меня уже почти всё готово, даже колчан специализированных стрел есть. Осталась только тетива, но для неё мне не хватает компонента…

– Могу узнать, какого? Может, мы сможем его получить?

– О, всего лишь «Душа Творца Вселенной»...

– М-да… – только и ответил Тач.

Компоненты, как и все остальные предметы в игре, делятся на классы: от обычного до божественного. Однако, существуют и так называемые составные компоненты, а также компоненты, состоящие из составных, и количество таких «вложений» называют рангом. К примеру, «Душа Бога Созидания», так нужная Перорончино, считается мифическим компонентом первого ранга, так как она не является составной, то есть, опознаётся как базовый компонент. «Душа Святого Пламени» – мифический компонент второго ранга, который состоит из нескольких других, включая и душу Вишну. Дальше идёт «Душа Вечной Жизни» – третий ранг, ставший уже божественным из-за редкости одного из своих элементов, и, наконец, «Душа Творца Вселенной» – божественный компонент четвёртого ранга, в состав которого входит «Душа Вечной Жизни», а также ещё два компонента второго ранга, и одного базового, божественного класса. Стоимость полностью собранного компонента четвёртого ранга и выше, обычно, может быть покрыта только целой гильдией, и чем выше ранг, тем лучшей по достатку должна быть гильдия… компонентов шестого – максимального ранга, – просто нет в продаже, так как нет дураков, готовых с такой редкостью расстаться, как и тех, кто готов такую редкость приобрести. Гораздо дешевле создать такой компонент самостоятельно, но… даже здесь существуют нюансы, вроде разрушаемости элементов при неудачной попытке создания. Для работы с такими вещами существует множество мирных классов, пассивно повышающих шансы на успех крафта, и, что удивительно, у одного из знакомых Тач Ми есть целый набор таких классов.

– Не переживай за меня, – продолжил Перорончино, – у меня уже есть все базовые компоненты. Осталась только душа Вишну, и после можно начать крафт!

– Этот олух потратил все свои деньги на рынке, и на душу там просто не осталось.

– Всё потому, что ты отказалась мне занять!

– А ты вернул бы? Учитывая скудность твоего умишки, ты попытался бы скрафтить всё сам, и всё бы профукал в один миг! И тут же потратил бы все мои деньги на новый набор!

– Н… не правда!

– Опять врёшь своей сестрёнке?! – плаксиво протянула Тягама, – Мне придётся поговорить с папинькой… плохой и злой младший брат не хочет слушать свою мудрую старшую сестрицу…

– Заткнись!

– Как грубо! Как же грубо!! – едва не плача изрекла она, рывком сблизившись с исполином, – Ямаико-чан! Ты слышала?! Слышала, что этот непослушный младший брат себе позволил?! Как мне теперь смотреть в глаза нашей семье, зная, кого они воспитали? Как сказать им об этом?!

– Знаешь, – чуть подумав, заговорил Тач, – Если у тебя нет денег на услуги крафтера, могу предложить тебе Аманомахитоцу. Наш затворник, к сожалению, не может участвовать в групповых активностях…

– Вроде захвата Гиннунгагап? – вставила слово Ямаико, уже и не пытающаяся отбиться от хнычущей слизи, – Жаль я не видела этого своими глазами…

– В том числе. Почти все очки Аман вбросил в ремесленные классы, отчего в бою он совсем бесполезен… даже в ПВЕ. Но мы всё равно ценим его, и не только потому, что он наш дорогой товарищ, но и потому, что всё наше снаряжение было создано им. И даже особые катаны, которые разрабатывает Такемикадзучи, тоже! Так что, если тебя устроит бесплатная работа без каких-либо гарантий, то можешь оставить крафт на нас. Взамен, в случае успеха, я попрошу лишь поделиться результатом проверки твоего лука.

– Не чертежами? – настороженно спросил тот.

– Они – твоё творение, и никакого права разлучать вас я не имею. Мне лишь интересно, насколько далеко сможет выстрелить твой божественный лук.

– Что ж… Хоть Тягама и та ещё идиотка…

– Яма-а-а-аико! Ты слышала?! Слышала?! Что мне с ним делать, Ямаико?!

– Но я доверяю ей и её знакомым…

– Как грубо, – вздохнул жук, – Мы с тобою ведь тоже знакомы!

– А ещё ты предложил забыть былое, так что можешь считать, что нет и не было между нами ничего.

– Хорошо, если ты согласен, то можем приступать хоть сейчас! Только дай мне дождаться новичка нашей группы, не могу я так его оставить…

– Я и сам кое-кого жду. Без души Вишну всё равно не выйдет ничего…

– Точно! – завопил вдруг позабытый всеми тёмный шаман, – Я тоже жду новичка! Закай, мой братишка… ему давно уже пора посетить гильдию!

***

Коготь бури, ярость, безудержное наступление, огненный клык… Финальная связка моей и Василисы комбинаций положила конец боссу и дала начало кат-сцене. Интерактивной, как и прочие сюжетные вставки Иггдрасиля.

Пока игроки радовались победе и поздравляли друг друга с успешным прохождением сложнейшего низкоуровневого данжа в игре, да ещё и с дополнительной наградой за убийство всех скрытых боссов – спасибо Момонге, над трупом гигантской Сциллы вскипела вода, явив нам Мортифера. Он вонзил свой полуторный клинок в тело чудовища, и то начало таять, отдавая лезвию потоки чёрных частиц. Воин Сатаны исчез, и тут же экран заполнили мириады пузырьков, по ту сторону которых скрывались всполохи инфернального пламени. Вновь в Аду.

– Наконец, бравые воины, мы завершили наш поход! Теперь, когда печати сняты, и в мир людской сойдёт четверка великих всадников, знаменуя начало конца, я… хотел бы пригласить вас, всех вас… к просмотру последнего акта моей пьесы. Да начнётся Эпилог!

Грудь Мортифера, что стоял по правую руку Сатаны, взорвалась алыми брызгами. Кровавая десница сжимала сердце бывшего своего сына, а то продолжало равномерное биение.

– Прими лёгкую смерть, – прошептал Люцифер, сжимая кулак, – И да никто не защитит больше твоих сородичей, ибо от рук твоих пал их щит.

Шум и звон наполнили торжественный дворец, и пламя поглотило демоническую фигуру. К яркому золотисто-алому переливу добавилось и голубое золото, каким поливали нас боги Тримурти. За ним – белое золото, будто солнечные лучи Ра. И золото с радужным отливом, будто крылья Котля, и, даже, чёрные, будто сама Смерть, разводы, появились там. Сатана обратился живым пламенем, которое в сущий миг поглотило всех нас, в очередной раз изменяя локацию.

Больше не было помпезного зала, огненного трона, алых с золотым цветов убранства. Золото осталось, да, но лишь в виде запертых резных врат небывалой красы. И огонь сохранился… пылали мечи крылатых ангелов, совсем не “горящих” желанием нас впустить. Полыхала светом земля вокруг, и небеса сияли ею изнутри.

– Падший! Мерзкий предатель, зачем ты явился?!

– О, не обращай внимание, братец… – ответил Сатана, и голос его вибрировал от переполняющей мощи, – Я просто хочу навестить отца. Познакомить с Ним мою паству!

Его рука обвела толпу – нас, как бы говоря о какой пастве речь, но в то мгновение, как он повернулся, дабы обратиться к нам с новой речью, ангельские воины сорвались в атаку. Пять мечей вонзились в тело, а шестой снёс Сатане голову.

– Убить их! Отцу нужны души проклятых, – говорил несостоявшийся убийца Люцифера.

Почему несостоявшийся? Так голова Князя, вместе с его телом, просто вспыхнули тем разноцветным пламенем, оставив от гвардии ангелов лишь пепел.

– Ты стал таким вспыльчивым, Уриэль… – промурлыкал возвратившийся из пламени демон, направив к ангелу шквал огня, – Даже слишком… – с непритворной грустью заметил он, оглядев прожжённое до костей тело, что, тем не менее, ещё дышало, – За мной! Обещанная пьеса лишь берёт своё начало.

Мановение руки распахнуло райские врата. Почти сорвало их с петель! И величавым шагом Люцифер продолжил путь, вперёд, к райской твердыне. Он сжигал всех ангелов на своём пути, сохраняя жизнь лишь братьям своим и сёстрам. Не щадил никого более… И так добрался до самого золотого города, до белого дворца в его центре, до небесного трона на вершине центрального его шпиля… нам же оставалось лишь идти следом, собирая предметы с ангелов падающие, да любоваться окрестностями. Кто-то, кто знал больше остальных, Яматано, к примеру, собирал ещё и секретки… они интересовали меня слабо, в отличии от видов Рая.

Во дворце сопротивление сошло на нет, и Люцифер добрался до своей цели никого не убив, да только встретил его там не только труп на троне, как говорил сам Сатана, а все оставшиеся в живых ангелы – дети господни. Братья и сёстры Светоносного.

– Как смел ты вернуться, предатель? Как можешь стоять перед Ним?! После всего, что совершил ты, не правильным ли будет тебе убиться?

– И я рад встрече, Михаэль. Ты сам знаешь, зачем я здесь, и можешь не сомневаться, я добьюсь своего!

– Остановись!

– Ни за что! – Сатана пылал нестерпимым жаром, в котором вязли даже святые ангельские стрелы. Никто не мог остановить его шествие, никто не мог даже приблизиться к нему, – Вы начали собирать души невинных! Вы боялись забрать то, что по праву принадлежит нам! Отцу достался этот мир, Отцу он принадлежит, и только нам, в моменты Отца отсутствия решать, как использовать его мощь!

– Ты всё уничтожил! Уничтожил Его Творение, порушил Его Замысел! Мы… мы пытались спасти Его, сохранив наследие, но…

– Спасти?! Сделали всё, чтобы продлить Его агонию, но не спасти!

– Ты сорвал печати! Теперь все смертные обречены! Ты уничтожил последнее, чем гордился Отец!

– Плевать! Паразиты, что питались нашей энергией, мертвы. Люди, восхваляющие их, позволяя им жить… скоро присоединятся к своим богам. А я… я верну нам Отца! Помогу ему сотворить новый мир, лучший, чем прежний!

– Люцифер…

– Молчать! Я сделал то, на что у вас не хватило духу. Не в вашем праве теперь говорить не по делу.

Падший ангел замер у трона. Он глядел на измождённый труп, величавый, мудрый, могучий… седовласый старец, что внушал и жалость, и трепет. Князь медленно опустился на одно колено, склонил голову. Аккуратно, словно касаясь самой ценной и хрупкой в мире вещи, он поднял руку Божию, да коснулся губами тыльной стороны его ладони.

Могучее пламя окутало его фигуру, и тотчас же впиталось в тело Бога, не оставив о себе и следа… Люцифер поднялся изумлённо, отпрянув.

– Это…

– Ну наконец-то! Сколько уже можно ждать, глупые вы сволочи? – старик раскрыл глаза, и тут же утратил свой аскетичный образ, сменив выбеленную мантию на плотный зелёный доспех со вставками серебрённого металла. Длинные пальцы обзавелись золотыми перстнями с огромными драгоценными камнями, роскошная борода сгорела, показывая гладкий, чуть заострённый подбородок, а белые волосы словно покрылись вязким чёрным мазутом и сами собой аккуратно зачесались назад. Наконец, на голове неизвестного возникла золотая корона, с парой длинных рогов на ней, меж которых зажёгся магический огонь, пестрящий всеми цветами радуги, – Вы, – неизвестный ткнул пальцем в ангелов, стоящих за троном, – тупые бездари. Ты, – другой рукой он указал на ошарашенного Люцифера, – Молодец, но тоже бездарь! Почему так долго, мать-то вашу, если она у вас есть?! Убить бы всех вас, да это уничтожит баланс… должен же кто-то разобраться с Бедствием, – улыбнулся он, подмигнув, кажется, лично мне, – Всё, дядя Локи своё получил, дяде Локи пора уходить. Не скучайте здесь!

Бог хлопнул в ладоши, и радужное пламя в его короне поглотило Шута, отправляя того… куда-то. У меня же остался лишь один вопрос… а что вообще сейчас произошло?

Ответ на это нашелся в дальнейшем движении сюжета. Из-за действий Моти я, конечно, пропустил часть лора, но всё же не настолько значимый кусок… так что первое удивление моё было понятно. А после заговорил Сатана, объясняя себе и своим братьям, что Бога, их Отца, убил Локи. Что тот не просто впал в забытье, истратив дарованную Асами силу на создание людей, а оказался подло уничтожен одним из “защитников” Иггдрасиля. Люцифер предположил, что Локи хотел забрать себе силу всех девяти миров, как забрал он только что силу Земли, переданную Богу на хранение. И только мы, как носители души не из этого мира, можем остановить его, для чего следует принять у Люцифера остатки радужного огня и влиться в потоки Иггдрасиля, посетив каждый из девяти миров… клише, однако. “Избранный, спаси миры от негодяя”, и всё в таком духе.

На том цепочка данжей центрального квеста подошла к концу, и из Рая нас выбросило прямо на Землю, к одному из здешних городов… где нашу компашку тут же “атаковали” не совсем враждебные игроки. В меня ворвался безумный ураганом голос Моти, что вещая эзотерический бред, разбавляя его всякой ересью о каком-то там братстве… сложно понимать японский такого уровня. Одно хорошо – о моей шалости сей своеобразный персонаж и не помнил.

Рядом же со мной атаке подвергся Момонга. Некий Перорончино орал и пыжился, желая вернуть себе душу, а рядом переливалась из позы в позу слизняшка – Буку-Буку Тягама, всеми правдами и неправдами стараясь переманить скелетика в свою группу… и всё это под странными фразами какого-то паладина, который своей манерой общения чем-то напоминал мне Моти. Тот тоже, обычно, нёс всякий бред, который я совсем не понимаю.

– Но всё это потом, дорогой Брат! Сейчас же нас ждёт увлекательное путешествие! – разобрал я слова Моти, – Только напомни, пожалуйста, куда…

* Пероперо с японского, от чего отталкивался в создании ника Перорончино, обозначает «облизывать», или нечто синонимичное. В данном случае Асока высмеивает извращенную составляющую ника своего брата. И тоже самое делает Тач.

Глава шестнадцатая. Театр абсурда, где ты – главный герой.

Глава шестнадцатая. Театр абсурда, где ты – главный герой.

Предел, наконец-то, снят… А с ним и сюжетный квест вошел в финальную фазу. Дальше только качаться, набираться опыта, и, собственно, заканчивать эту историю в корнях Иггдрасиля, как когда-то обмолвился Моти. Сделать это необходимо не только потому, что мне интересно, но и потому, что закрытый сюжетный квест открывает доступ к сложнейшим и полезнейшим данжам в игре – Корневым Вратам, до которых мне ещё пилить и пилить… Что это, как оно выглядит и на кой чёрт вообще нужно – я не знаю, но догадаться несложно: материалы нужны всегда, везде и всем, и где их получать, если не там? Да и пока я доползу до тех врат… разработчики могут и продолжение сюжетки выпустить, а может и боковые ответвления к ней. Застой, как никак, последнее крупное обновление почти год назад было. Мелочь-то добавляют: ивенты там всякие, предметы новые, пусть даже Мировые, новых боссов на локации кидают, но вот полноценных локаций и подземелий нет и не было давно. Не удивительно – компания вложилась в железо, причём очень крупно, судя по результату. А результат тот на голове моей красуется, да хитом в игровой индустрии признаётся. Всеми кому не лень. А самое главное, что AG-touch и AG-visio – не предел, ведь и тут, нет-нет, да всплывёт какая-то “закрытая” информация… что технология шлема и перчаток – всего лишь прототип для тестирования взаимодействия ИИ и игровых механик. Если это правда, то страшно даже представить, какова финальная цель япошек!

Но… оставим будущее… для будущего. Чтобы добраться до Корневых Врат, сперва нужно посетить все девять миров, и даже те, в которых я уже был. Мидгард теперь доступен полностью, а не только “подземная” его часть, Адом именуемая. Все храмы, что были в квесте, все данжы, и не только они… И в Хельхейме та же ситуация: мне теперь доступны подземелья и храмы, которых там значительно больше, чем одни лишь ограничивающие, для нубиков. И боссы локаций, вроде Гарма и Модгуд – стражей моста чрез реку мёртвых, Гьёлль которая. Даже обычные монстры – и те будут другие. Падать с них будут лучшие материалы и предметы, лучшие расходники и лучшие награды будут ждать меня за квесты! И кстати о наградах…

Пока неуёмный Моти пытался найти смысл в собственных действиях, в чём остаётся лишь пожелать парню удачи, ибо целая гильдия бьётся над этой задачей который год, и всё без толку… Так вот, пока японец вспоминал, в каком мире находится здание той гильдии, у меня выдалась минутка полазить в инвентаре да в логах. Шлак, в виде валюты и расходников, сам по себе скрылся с глаз, отправившись в отдельный “мешок” – у меня давно уже всё организованно. Оружие: пара редких мечей и пара легендарных перчаток, мне не подходящих ни под класс, ни под расу, но вполне себе продающихся. Броня – ничего, что было бы лучше полного сета Хранителя Колеса Сансары, выпавшего мне с первых боссов. А вот материалы… три мифических предмета и один легендарного класса: присоска Харибды, – весьма достойный лут для низкоуровневого данжа, но оценить его пользу и значимость, пока что, я не могу. Не хватает знаний о крафте, да и рынке в целом. Из действительно полезного можно отметить несколько книг заклинаний, две из которых вполне подходят мне по расе… и об этом я тоже не забыл! Три новых перка за достижение пятьдесят третьего уровня! По идее, должен быть пятьдесят первый, но благодаря действиям Момонги мы прошли данж на максимальный уровень сложности, убив вообще всех боссов. И скрытых, и специальных, и даже особых.

Что для меня значит выход за пятидесятый уровень? Новая веха в развитии. Сейчас я могу начать качать новый боевой или мирный класс: ветвь наездника прокачана полностью, от базы до странника духов, и дальше уже идёт финальный выход в одно из направлений боевого шаманизма – не очень полезно для меня, а учитывая расу, то совсем бесполезно… или же я могу начать, наконец-то, качать маджилоса. Сменить его я успею всегда, но… смысл? То, что маджилос – плохая раса, я знаю только со слов Моти, и, говоря откровенно, Моти-Моти – не тот человек, которому я мог бы безоговорочно доверять. Решено! Расу сменить не сложно, и, возможно, так и поступлю, но делать это, даже не опробовав свой начальный выбор – глупо. Итак… три поинта в расу маджилос.

Пожалуй, стоит отдельно отметить этот момент. Расы. В Иггдрасиле есть три вида рас: люди, полулюди и гетероморфы. Перевод очень приблизителен, и вот почему: к расам людей относятся не только одноименные создания, но также эльфы и несколько видов дварфов. У рас этого вида самые крупные приросты статистики с уровнем – если взять, к примеру, маджилоса и человека шестидесятых уровней, без распределённых очков навыков, то по всем параметрам человек будет значительно мощнее, а в некоторых показателях так и в пару раз. Получеловеческих рас в десятки раз больше, но объединяет их, пожалуй, некоторое внешнее сходство с классическими “людьми”. Очень условное, а учитывая возможности редактора, так и вовсе мнимое, но в базе… оно присутствует. Опять же, маджилос, который является именно получеловеческой расой, выглядит как безволосый человек с четырьмя руками. Есть ещё наги, к “неправильному” количеству конечностей которых добавляются элементы чешуи, гребни и змеиный хвост. Шивы – из той же песни, только с длинной шевелюрой и разноцветной кожей. Преимущество этих рас в том, они могут свою расу прокачивать, получая дополнительную статистику и новые пассивные эффекты. Таким образом, получеловек с полностью прокаченной расой будет лишь немного слабее человека того же уровня, но заимеет, по сравнению с ним, некоторые дополнительные особенности. У маджилоса это улучшенная скорость восстановления маны, а также сокращение откатов и затрат маны для внеклассовых заклинаний. А ещё есть гетереморфы… и тех, кто на них играет, основательно недолюбливают. Во-первых, у них так же есть раса, которую можно прокачивать наравне с классом, только в отличии от полулюдей, они, к пассивным составляющим, получают активные перки, вроде моих способностей наездника… только сильнее. А ещё дополнительную статистику к физике или к классовому уровню заклинаний – это мне ещё Моти рассказывал в первую нашу встречу. Во-вторых, уровневый прирост их статистики лишь немного ниже человека, и, вкупе с прокаченной расой, любой гетереморф будет значительно сильнее любого другого типа рас. Но есть нюанс, из-за которого этим типом играет лишь малое количество игроков… И не один! Во-первых, по лору, любой гетереморф – монстр, и это влияет на отношение к ним со стороны НПС. Некоторые квесты для гетереморфов осложнены или и вовсе недоступны. Доходит даже до невозможности попасть в целый данж, если в группе будет присутствовать гетереморф. С торговлей, во всяком случае обычной, не рыночной, у них тоже есть проблемы: добыть расходники средний гетереморф может либо замаскировавшись, либо закупив их на аукционе, где попросту не выставляют хламовые вещи за копейки – нерентабельно. Во-вторых, по той же причине, – что они монстры, – за убийство гетереморфа другим игроком, тот не только не получит штраф к карме и репутации, но напротив, получит бонус! Из-за этого ситуации, когда высокоуровневые персонажи не выпускают гетереморфов со стартовых локаций – обычная рутина, и многие игроки, не способные подняться выше первого уровня, просто удаляют персонажа и делают нового, иной расы. Капам нужно отмывать карму, ничего не поделать. В-третьих, у гетереморфов повышен шанс выпадения предметов при смерти… немного, но этого уже достаточно, чтобы сто раз подумать: стоит ли такое преимущество возможных потерь. Есть игроки, которые считают, что стоит, и некоторых из них я наблюдаю прямо сейчас… нежить Момонга, арахнид Тач Ми, людоптиц Перорончино, исполин Ямаико и слизь Букубуку Тягама… устроили непонятный мне вертеп, с криками, плясками, взаимным вызовом друг друга на дуэли и заливистым гоготом со стороны жука-паладина. Все как один гетереморфы, что смогли-таки пробиться к высоким уровням… значит, будут сильными персонажами в будущем. Забавный факт: все топовые персонажи категорий сражений, то есть в пвп, пк, на арене, в осадах и прочих мероприятиях боевой направленности – гетереморфы. Вообще все! Людские и полулюдские расы начинаются в тех топах только с пятой-десятой позиции, и даже так, мелькают они там редко.

Но это так, отступление. Моя раса – маджилос, и три поинта к ней дали мне прирост к общей стате, с приоритетом в “магические” характеристики, а также три заклинания… на выбор. Базовые, самые низшие из внеклассовых заклинаний первого ранга. Для понимания, сейчас, из-за очков в шамане, теурге и страннике, мне доступны заклинания школы друидизма и школы духа вплоть до третьего ранга… только я таких не знаю. Ну, кроме призыва духов зверей и духов стихий, ибо без них слияние странника духов не работало бы. А тут всего лишь низкоуровневые, ещё и внеклассовые заклинания: Вспышка, Кольцо отчуждения и Колодец маны – то, что я выбрал. Первое – фонарик… даже не ослепление из школы света, а именно что фонарик! Своё применение найдёт, надеюсь… тьма предпоследней подводной локации запомнилась мне очень хорошо. Второе – защитное заклинание, применяющее эффект слабого отталкивания на всех вокруг меня, в крайне скудном радиусе. А третье – это заклинание восстановления маны. Из предложенного это было лучшим выбором. Можно, конечно, было взять Стрелу маны или Волшебный бриз, которые считаются атакующими, но… Василиса способна выдать в тысячу раз больше урона, и это не преувеличение, настолько низкие там были цифры. Даже простой взмах моим посохом нанёс бы в пару сотен раз больше урона… Но это только начало, и много я не ожидал. Пройдусь по ветке маджилоса, и если высшая его форма – Эон Маны мне не понравится, то сменю эту расу на другую. Тогда я как раз начну приближаться к максимальному уровню, и можно уже будет серьёзно задумываться о билде. Только про смену расы нужно будет подробней разузнать…

– Эй! Эй-эй-эй, братишка Закай, ты зачем в якудза полез?! Они же уже не модные!

Сложно перепутать бредни Моти хоть с чем-то…

– И что мне на это ответить?

– Просто назови причину, я пойму! Я прощу!

Молча я смотрел на аватар тёмного шамана, и не понимал… ничего! К чему это, с чего… Одно из моих любимых развлечений, и в то же время неплохая тренировка абстрактного мышления – попытка понять, на основе чего Моти-Моти делает те или иные выводы, а также понять, в шутливой форме он их высказывает, или же предельно серьёзно. К своей чести, получается у меня три раза из десяти, но этот случай – не из них. И да, я был ошарашен, когда впервые осознал, что бред япошки может быть на чём-то основан! Ну, на чём-то кроме психотропных.

– Кхм… Простите… – послышалось тихое сбоку, и повернув голову… я вскрикнул. Благо микрофон не уловил моего позора… Лицом к лицу я встретил обезображенное чудище, от морды которого меня отделяли сантиметры! Если бы игра позволяла, уверен, я бы уже задыхался от смрада, исходящего из “лощины гнилых зубов”. Серая, местами чёрная, блестящая из-за слизи кожа, волдыри и россыпь глубоких, даже глубочайших морщин лишь оттеняли огромные навыкат глаза с искрой голодного безумия в них, и неестественно широкую пасть с квадратными брёвнами оттенка дубовой коры вместо зубов. – Я думаю, что дело в ваших татуировках… и мне интересно, как вы сделали их? Я бы тоже хотела… – продолжила говорить она… да, это говорило нежным девичьим голосом, и, зная возможности этой игры, я почему-то сомневаюсь, что на той стороне экрана сидит именно девушка.

Шок прошёл быстро, всё же Иггдрасиль не раз уже представлял меня существам и похуже… хотя, признаться, это чудище выглядело наиболее мерзко из всех виденных мною. Даже жуки-многоножки, и те занимают теперь почётное второе место. Однако, что оно сказало?

– Татуировки?

– Ну… – чудище выпрямилось в полный рост, став возвышаться над моим совсем немаленьким аватаром… и ткнуло в меня гигантским пальцем. Куда-то в область плеча. А ещё я увидел, что оно было одето в вырвиглазный жёлтый фрак и на голове у него был цилиндр… Тот самый исполин, что ранее общался с Момонгой, – Вот эта. И эта… И тут ещё… – она водила по моему телу рукой в гигантской боевой перчатке, и я медленно начал терять хп… – Ой! Извините-извините-извините! Простите! Вот, целебный эликсир!

– Не стоит, регенерация всё покроет, – ответил как-то машинально, копаясь в инвентаре в поисках… да, вот оно!

Ростовое зеркало, позволяющее в деталях изучить внешний вид персонажа, и, если есть нужный класс или нужные артефакты, изменить форму одежды. И… да, действительно. В свободных от облачения местах, где монашеский сет держался лишь на ремнях и шнуровках, явно выделялись золотые татуировки в форме витиеватых надписей, напоминающих арабский. Очевидно, что раньше такого не было…

– Яма, не тупи, – послышалось снизу. Это побулькивала красная слизь с кусочками чего-то отвратного внутри… тоже, кстати, женским голосом, кристально чистым, – Это же маджилос! Парень, ты ведь сейчас уровень поднял?! Отвечай болезный, когда старшие спрашивают! Ну?! – она изменила голос, и тот стал более агрессивным, быковатым… У нас так не говорят, но в Японии – может быть. Косит под якудзу? Всяких фриков хватает в этой игре, взять хоть того же Моти…

– А-а-а! Брат, ты наконец-то начал качать расу! Это нужно отпраздновать! Вперёд, в Ванахейм! – браво заявил он, и тут же отправился… куда-то. Остановился и воскликнул, – И возьми босса с собой, а то она не примет тебя в якудзу. Зачем тогда делал татухи?

– М-да… Я так понимаю, это про меня? Приглашение? – уточнил слайм.

– В исполнении Моти это может быть чем угодно… но, если есть желание посетить, я надеюсь, здание нашей гильдии, то давайте трактовать именно так.

– Если только посетить, то мы согласны! – вновь взяла слово слизнюшка, а после перешла на зловещий шёпот – Но будь аккуратен с моим братцем, Закай-доно… Я нашла под его кроватью то, что долгие годы теперь будет сниться мне в кошмарах…

– Вот ты и попалась, извращенка! Как человек с такими снами может что-то мне…

– Вообще-то я про пыль, грязь и объедки, свинюха ты моя. А флешку твою я не трогала, вот.

– Ну всё, напросилась! – всплыли вдруг людоптиц, и в задорно гогочущую слизь понеслись пучки стрел, – Встань на месте и прими свою смерть!

– Дамага не хватит, нубасина! – огрызалась та, продолжая перекатываться из формы в форму, пропуская некоторые из атак сквозь своё тело и не получая урона.

Собственно… компания попалась забавная. Ровно таким способом мы и двинулись в путь: слайм скользил впереди, за ним, иногда взлетая, чтобы уклониться от слизевых бомб, мчался людоптиц с луком. За ними, в отдалении, вышагивал что-то вещающий об игровых основах паладин, а рядом топал закутанный в тряпки маг, изредка прося притормозить, чтобы записать очередную мудрость… и отдельно я и Ямаико – тот уродливый исполин, что хоть и пытался завязать какой-то диалог, но поняв бесполезность этого занятия, сдался. Я определённо точно не горю желанием общаться с… этим. По крайней мере, пока оно рядом и от несоответствия голоса и внешности у меня что-то хрустит под черепной коробкой.

Шли недолго. Сперва оказались перед высоким холмом, но ещё не горой, на котором возвышался монументальный крест, а после, один за другим, мои спутники ступали на тень от того креста, перемещаясь в скрытое подземелье… Энтузиасты сделали из него полноценный город, и, с попустительства разработчиков, смогли подвести туда механику биврёста – межмирового перехода. Обычно, чтобы отправиться в другой мир, нужно дойти до установленной разработчиками точки, и в каждом из миров такая есть только одна… вот эту самую точку, некий Ро`Кхах, что является лидером гильдии, владеющей городом, смог перенести в свой данж. Как я понял, при условии, что данж обретает статус городской зоны. Ни блокировать его, ни создать внутри агрессивных НПС тот лидер не мог, но зато получал свой налог с ведущейся здесь торговли, и был неограничен ничем при создании мирных и квестовых НПС. Ну, кроме стандартного набора правил для всех захваченных гильдиями подземелий. В общем, сложно-о-о…

Как ни странно, город, созданный игроками, мне понравился. Много зелени, воды, интересной архитектуры. Было видно, что сотворившие это люди ничего не понимают в градостроительстве, да и то, что было их много, и действия их не координировались – тоже. Разные стили, разные материалы, разные размеры… город, буквально, был поделен на зоны, через некоторые из которых мне довелось пройтись. Однако ощущалась и любовь, вложенная в каждый пиксель сего творения.

Конечная точка маршрута – Храм Девяти. Вот это всё белое, объемное, резное… с золотом в орнаменте и разноцветной мозаикой в окнах. В центре там ходила вверх-вниз большая круглая платформа, парящая на бирюзовых сияющих потоках, а вокруг – лавки, статуи, растения… ляпота. Нашей целью, как не сложно догадаться, оказалась платформа, на которую мы лёгкостью влезли всей компанией совсем немаленьких аватаров, и даже осталось место для растёкшейся лужицей слизи и взлетевшего вверх людоптица… Начался подъём, а вместе с ним и новый акт в окружающем меня театре абсурда.

– Спускайся, трус! Позволь себе раствориться в объятиях старшей сестрёнки!

– ОТВАЛИ, НЕНОРМАЛЬНАЯ! Я убью тебя!

– Правильно: “люблю”, бра-а-атик…

– Хватит! Замолчи!

Увы, но долго летать пернатый не мог… приземлился на плечи Тач Ми, а тот, недолго думая, подхватил друга на руки.

– Не бойся, принцесса, я спасу тебя от похотливой слизи! – заявил паладин, – Жаль только, ангелок, что когда ты упала ко мне с небес, приземлилась на лицо…

– Заткнись! – Перорончино задрыгал ногами, отчего собравшаяся в кучку Букубуку залилась смехом, – Ты тоже заткнись!

– У вас всегда так? – спросил я вслух: за спиной моей стояла Ямаико.

– Бывает хуже… А у вас?

Обернувшись, я наткнулся на Моти, что пристально изучал татуировку на моём плече…

– Колодец, – сказал он, – Зачем тебе колодец? Что это может значить? Хм-м-м… Может, ты хочешь пить? Или же ты устал от неподъемной тяжести зыбкого бытия? Хочешь забыться в тёмной глубине, куда не достают лучи невежества. Где есть только ты и твои мысли, и никто не в силах заставить тебя покинуть укромный уголок личного пространства… но ведь ты не замечаешь, что этот уголок – всего лишь прогнивший тупик, оставшийся от давно иссохшего источника удовольствий, Закай! Брат! Откуда в тебе такие мысли?! Или же ты просто хочешь пить… хм-м-м…

– Знаешь… – протянул я, обращаясь к Ямаико, – Бывает и лучше.

Исполин невинно хихикнул, и меня аж передёрнуло от этой картины. Подъём окончился, когда Моти почти смог постичь суть появившихся на моём теле татуировках… самое жуткое, что я так и не понял, на каком языке они написаны. Встречал что-то подобное в паре книг в Хельхейме, но ничего более… а Моти смог их прочесть. Ну, или он идеально помнит, какая татуировка маджилоса соответствует какому заклинанию, ибо “колодец”, “свет” и “прочь” – те слова, над которыми он корпел, и которые никто ему не говорил. И да, я скорее поверю, что этот псих смог выучить вымышленный внутриигровой язык, чем в то, что он досконально помнит особенности случайной расы.

Вокруг посветлело, и над головой показалось солнце. Прибыли. Вершина храма – купол со стеклянным потолком, откуда виднелось яркое синее небо, а вокруг, вместо стен – резные арки, в которых проглядывали очертания совсем других мест. Они окружали магический подъемник, и в парочке из них я даже видел знакомые места: пустыня с пирамидами и храм в джунглях. Всё же только недавно из этого всего вылез…

– О! – рокочущий бас пронёсся по площадке, – Это же те порталы, о которых вы говорили, Тач-сан?

– Да, мой юный ученик! Они откроют тебе путь к любой части Мидгарда, так ответь им взаимностью: раскрой им своё сердце! – рыцарь встал в позу, вытянув руку в сторону мага, только вот…

– Да отпусти меня уже! Чёртовы психи… Огонь Патемы!

Пернатый, окутавшись горящим светом, наконец, освободился из железных объятий паладина, чтобы тут же угодить в расплескавшегося слайма.

– Попался! Теперь ты никуда не сбежишь! Хотя постой… это ведь значит, что ты вечно будешь жить со мной? Нет, спасибо, – она тут же выплюнула тело, и то угодило прямиком в один из порталов, – Ой… Кажется я его парализовала… Ну что, куда летим? Ванахейм? Яма, давай, жду на той стороне!

Вспыхнул свет, и с платформы пропала Букубуку Тягама.

– Подожди меня… – прохныкал девичьим голосом уродливый исполин… и тоже исчез в радужных сполохах.

Момонга, Тач, Моти… все мои спутники пропали, и я остался один. Не зная, что делать и как эту штуковину активировать! Я даже не знал, какую именно нужно активировать штуковину, ибо ничего, что было бы похоже на интерактивный предмет, здесь не наблюдалось. Ограждения, статуи возле проходов, да арки, ведущие к другим мирам…

– Чёртова стерва… – именно с таким криком из арки, ведущей куда-то в снега, вылез Перорончино, – Ты чего один остался? А, дай угадаю… эти бездари забыли, что припёрлись сюда с новичком, только-только прошедшим квест? – подтверждения не требовалось, – Естественно, как могло быть иначе… Хотя от Тача я ожидал большего. Да и твой друг, что, тебе ничего не рассказал?

– Это Моти…

– Ничего не объяснило. Хотя, если он хотя бы в четверть такой же отбитый, как и Асока… Тягама, то есть… не говори тому слизню что я спалил её реальное имя, хорошо?

– Без проблем. С тебя в таком случае объяснение, что и как нажимать.

– Фуф… тебе за квест должны были дать «Гармониальный ключ». Это свиток, проверь. Он обычно в мусорку падает, так как редкость низшая.

Таковой действительно нашёлся, и действительно среди хлама. Что-то подобное мы уже проходили, когда НПС выдал мне свитки с чатами и объяснил, как ими пользоваться. Здесь, видимо, тот же принцип, только за ручку больше не ведёт никто.

Свиток активирован, навык получен… активация биврёста не сопровождалась ничем иным, кроме как выбором точки назначения – Ванахейм. А дальше яркий свет, радужные всполохи вокруг, и вот, чистое небо за прозрачным куполом сменяется просто чистым небом… А вокруг сплошная зелень да древесная фактура. Я оказался на срубе гигантского дерева, крона которого формировала чашу вокруг портальной площадки – здесь он, портал то есть, был виден весьма чётко, и представлял собой врезанный в кору омут с плавающей в нём частичкой чистого космоса… на том омуте я и стоял. Над головой зиял магический круг, вокруг – колонны, и куча зелени, растущая прямо из дерева, но чем дальше от портала, тем меньше её становилось.

Поодаль расположилась вся наша компашка, где, в отсутствии своего брата, липучая слизь принялась совращать исполина… зрелище не для слабонервных, должен сказать, но для ушей достаточно приятная композиция. Вдруг из магического круга ударил нежно-голубой луч, угодив прямо в космический омут. Радужные трещины покрыли его, и из центра поднялась крылатая фигура. С небольшим опозданием к веселью присоединился Перорончино, и первое же, что он сделал по приходу – во весь голос завопил:

– ОН ВСЁ ВРЁТ! Я НИЧЕГО НЕ ГОВОРИЛ!

Все стихли – даже непричастные к нам игроки повернули камеры на пернатого…

– Кто врёт, братец? – с нотками подозрения пробулькала слизь.

– А? Ты ничего им не сказал? – зашептал тот… но все всё слышали.

– А с чего бы мне?

– Ну… я бы так и сделал, – честно признался парень, – Тогда спасибо!

– Братец… ничего не хочешь мне рассказать?

– Нет! Совсем ничего! – излишне поспешно сообщил он, о чём и сам догадался через секунду, – И вообще, нам уже пора!

– СТОЯТЬ!

Плотоядная слизь отцепилась от предыдущей своей жертвы, но доползти до новой не смогла: крылатый взмыл ввысь, оттолкнулся от колонны, метя к окружающей платформу кроне. Прыгнул на толстый ствол, который на фоне остального древа – что ветка, сделал пару вертикальных шагов, протиснулся меж зелёных крон и был таков. Даже стрелу успел запустить в сторону слайма.

– У-у-у-у! – звук был чем-то средним между рычанием и стоном, – Думает, что сбежал… Но ничего, я знаю где он живёт! Во сколько встаёт, когда уходит из дома, когда возвращается… СЛЫШИШЬ, ТЫ! Я ЗНАЮ О ТЕБЕ ВСЁ! – кричала она куда-то в сторону, – Узнаю и это… Так, Закай-доно! Что он тебе наговорил?! НУ?!

Стремительный рывок и я оказываюсь в захвате… буквально. Таков был статус-эффект.

– Закайчик, миленький, – томно… Очень томно! Она шептала мне прямо в ухо… ещё бы говорила на русском, и слизью при этом не была – было бы совсем супер! – Поведай старшей сестрёнке, о чём этот негодяй тебе рассказал. Ну же… поверь, я в обиде не оставлю. Говори!

Слизь забугрилась, закипела, а я начал получать урон… что говорило о том, что пора этот балаган заканчивать.

– Дух ветра: Око Бури! Пробуждение!

Сперва моё тело покрылось полупрозрачной дымкой – так выглядит подселение в него стихийного духа, дающего возможность проходить сквозь предметы и шанс, что физическая атака пройдёт сквозь моё тело… Очень сильная была бы вещь, если бы не тот факт, что на заклинания и умения она не работает. Только на физику. Но это не важно… важно здесь пробуждение. Ведь как только я активировал его, дымка тут же углубилась, усилилась. В считанные мгновения я сам стал этой дымкой – четырёхрукое грозовое облачко с когтями-молниями, вытянутым “хвостом” вместо ног, провалом в черноту вместо лица и искрящей спиралью в груди, что будто уходила куда-то в моё тело. Око Бури. В размерах, кажется, я даже сравнился с исполином! По крайней мере, роста мы стали примерно одного… или это из-за пассивного эффекта полёта?

Тело слизи тут же втянулось в ту самую спираль, и вышло из провала “лица” в виде фонтана красных брызг. Мощное зрелище, брутальное, но так оно выглядит только по отношению к слайму. Представитель другой расы просто бы вылетел наружу, лишившись части ХП из-за ветряных лезвий внутри меня. Да и Тягама уже начала собираться обратно, в единую кучку… и как-до недобро она шипела… и вот это фиолетовое сияние, разливающееся по центральной кучке, мне совсем не нравилось…

Приняв волевое решение, я устремился ввысь и влево, куда ранее вылетел Перорончино. И судя по комьям слизи, что летели за мной вслед, поступил я в высшей мере верно… сквозь ствол, сквозь ветви, сквозь крону… я оказался снаружи! Теперь нужно, всего лишь, за оставшиеся тридцать секунд приземлиться… ну, или снизить высоту, чтобы не умереть от падения. Благо и в этом помогает дух ветра, тот урон уменьшая. Пустяк.

Время показало всю степень моего заблуждения… Пролетев над зелёным маревом – ветви того древа распространялись очень, очень далеко, – я увидел лишь неплотные облачка, сквозь которых проглядывалась земля. Настолько высоко оказался, что, кажется, даже видел закругление планеты! Уж точно над облаками, причём значительно. Портал действительно находился на вершине дерева, и огромный ствол, служащий для него основанием, лишь в малой степени отражал истинное положение дел. На вскидку, я с любыми усилениями помру, если попытаюсь спрыгнуть с той площадки… а ведь это ещё не всё! Само дерево росло на куске парящей земли, и вокруг его основания оказался древний город из жёлтого камня… и, казалось бы, я мог бы приземлиться там, но облетая крону я слишком сильно удалился от “суши”. Оставшихся тридцати секунд мне точно не хватит, чтобы долететь, а значит будет падение… и смерть.

Однако, от летающего острова тянулось три моста, к островкам поменьше, на которых также были какие-то постройки. Вот до одного из них я, думаю, долететь смогу… по крайней мере попробую.

Двадцать секунд – замечаю внизу силуэты странных крупных птиц. Красиво… Пятнадцать – сквозь облака показался огромный водоём… кажется, именно там когда-то был кусок суши, на котором растёт гигантское древо. Интересно, а если упасть именно в него, будет ли шанс выжить? На пятой секунде я задумался о том, как долго буду лететь вниз, ибо стало очевидным, что до постройки мне не добраться. Никак.

И-и-и… пробуждение окончило своё действо. Ну, хотя бы умру красиво, ибо виды вокруг – моё почтение… На севере от озера начинался осенний лес, постепенно наступающий на горную гряду: золото-рыжее марево, будто горящий океан. К западу – сплошные луга, упирающиеся в какую-то постройку: может храм, может ещё что… я отчётливо видел там огромную, скорее всего не уступающую “летающему древу” в размерах, розовую сакуру. Или вишню. А вот на востоке было не всё гладко, ибо там, после определённой отметки, земля была черна, будто после пожара, и чернота та уходила за самый горизонт…

К югу я развернуться не успел, ибо начались очень странные, даже страшные действия.

***

– …в обиде не оставлю! Говори!

Красная слизь рассыпалась разноцветными брызгами, окатив всех присутствующих, а виновник того – дух бушующего ветра, уже смылся за пределы кроны, игнорируя предназначенные для этого спуски. В след ему полетели атаки взбешённой слизи.

– Эй! Как он посмел так поступить со мной?! Я думала… думала… хнык… думала мы друзья… А он… ЯМА-А-А-АИКО!!!

В очередной за сегодня раз исполин увяз в крепких объятиях, подобно плюшевой игрушке в руках расстроенного дитя, которого и отыгрывала сейчас Букубуку Тягама.

– Ну же, Букучка, не плач… я уверена, он не хотел тебя обидеть. Просто испугался…

– Я ещё и страшна-а-а-ая…

– Нет, нет! Он испугался твоего напора! А ты очень миленькая… слизь…

– Правда?! – с просящими нотками хлюпнула она.

– К-конечно…

– Тогда ладно! Так, Моти-Моти, а куда нам дальше?

Девушка обратилась к тёмному шаману, да только тот проигнорировал её речь. Он стоял рядом с одной из колонн, и внимательно смотрел в ту точку, сквозь которую прошёл Закай-доно, да что-то шептал себе под нос.

– Моти? – к диалогу подключился и паладин, как один из тех, кто уже бывал в здании гильдии Фью Джо, – Что-что случилось?

– Я пытаюсь понять, что планирует Закай.

– В смысле? – удивились все.

– Я не думаю, что он умеет летать. И что он вообще знает, где мы находимся. А ещё я не думаю, что он помнит, в какой стороне здание нашей гильдии… У него, видите ли, некоторые проблемы с памятью. Вы не замечали?

– М-да… – вздохнул Тач Ми, – Народ! Пусть мы познакомились только недавно, но нашему товарищу нужна помощь! Он лишь новичок, новобранец в нашем мире, и совсем не ведает о последствиях своих действий… так что давайте закроем глаза на его ошибку, и поможем ему её исправить. Вы со мной?!

– Да! – заголосила одна лишь Букубуку, – Эй! Вы почему не поддержали?!

– Ну-у-у… это как-то смущает, – глубокий бас Момонги плохо сочетался со стеснительной манерой речи, – но я не против помочь Закиди… Зэкайдонай… Закай-доно, – попытка обороть транскрипцию с чужого языка провалилась, – Мы неплохо скооперировались в данже, и он не показался мне плохим парнем… в отличии от вашего брата.

– Эй! Да, братишка – дурак и извращенец, но он точно не… а? – голос Тягамы стал немного тише и глуше. Отдалённее, – Ты чего здесь забыл? Как хочу так и называю, вали к себе, изврат… Ма-а-а-м! Кхм… так о чём я? Ах да, мой брат – дурак, идиот, кретин и насекомое, недостойное жить с нами под одной крышей… Да что опять?! Как хочу, так и называю, я у себя дома! И откуда мне знать, где эта их гильдия?! Я там тоже ни разу не была… всё, вали. Напишешь Тач-сану, он вышлет координаты. Во-о-от… к чему я? Забыла… ах да! Пероперо – не плохой человек. Просто нужно дать ему шанс.

– Господа! Просто хочу напомнить, что пока мы ведём праздные беседы, наш товарищ уже наверняка на полпути вниз… Потому, слушайте мой план!

***

Достаточно быстро вся компания оказалась у корней дерева: сеть телепортов была создана специально, чтобы не тратить каждый раз времени на подъём. И не менее быстро ребята определили, с какой стороны сейчас падает их друг – при помощи духов воздуха Моти-Моти легко сумел получить нужную точку на своей миникарте. А дальше дело за малым… схватив слизня, промяв его и вытянув из него колбаску, Тач Ми обвязал её вокруг своего торса, и ни на миг при этом из желатинового шарика не прекращали раздаваться стоны… Затем, убедившись, что Тягама сидит плотно, паладин, разбежавшись, прыгнул со скалы, позволив своему тяжелому телу набирать скорость. Даже вытянулся в струнку, чтобы сопротивление ветра было не столь велико. Спустя минуту полёта он узрел впереди точку, одиноко падающую к самому центру Синтейского Озера.

– Я вижу его! – послал он сообщение, приложив палец к виску, – Готовлюсь к захвату, приём! Алчность!

Ноги паладина взорвались красными искрами, и навык, что должен был бросить его в толпу врагов и притянуть их всех к нему, ускорил его падение, но вот вторым своим эффектом до предполагаемого противника не дотянулся. Не смог притянуть Закая. Хотя Тач Ми этого и не было нужно.

– Рази моя плеть, карай нечестивых!

– Да-а-а!

Схватив слизнюшку-Тягаму, он взмахнул ей, словно кнутом, и тело её, удлинившись, под весёлый визг устремилось к падающему маджилосу. Липкой кляксой она коснулась спины своей жертвы, и тут же растеклась, обхватив торс наездиника, пока другой конец её упругого тела всё ещё оставался в руках инсектоида.

– Попавсь! Думал сможешь сбежать от сестрёнки?! От сестрёнки ещё никто не уходил, малыш! – скрипуче протянула она, пародируя старый ужастик.

Слизь говорила бедняге на самое ухо, а тот лишь радовался, что не может сфокусироваться на собеседнике и включить тем самым микрофон, иначе позорный испуганный визг и полившаяся за ним река отборного русского мата наверняка стала бы отличной темой для насмешек со стороны Тягамы. Слишком неожиданным стало спасение для маджилоса, когда тот летел, любуясь видами, а в следующее мгновение экран заляпывается красным цветом, а в ушах звенит голос из фильма ужасов…

– Ух, какой сегодня улов, – радостно воскликнул Тач, дёргая свой «кнут» обратно, – Мы готовы, давай!

Под ногами рыцаря засветился магический круг, и в тот же миг он исчез, как и все юниты, объединённые с паладином в общую цепочку захватов.

***

Сука… я думал я подохну, уже в реале… Сердце бьётся словно бешенное, в ушах до сих пор стоит тот противный визг и гогот. А, нет, просто Тягама до сих пор сидит на моём персонаже и визжит ему в ухо. Я уж думал всё, с ума сошёл.

– Операция выполнена успешно! Наш дорогой товарищ спасён, и снова в строю! Предлагаю отпраздновать это… экскурсией по Парящему Замку!

Ох… Придя в себя я смог, наконец, осмотреться, куда это нас телепортировало… А телепортировало нас на землю, к глубокому каньону… плевать на него! Всё внимание было сфокусировано выше, на парящим над ним куском земли, вокруг которого нарезали круги огромные драконы и более маленькие виверны. А на земле на той стоял замок из серого камня, чьи башенки и шпили были прекрасно нам видны.

– Вот мы и дома, брат, – послышался мне голос Моти…

А я же думал о том, как сильно хочу оказаться внутри…

Глава семнадцатая. Отныне ты один из нас.

Глава семнадцатая. Отныне ты один из нас.

Здание гильдии. Вот и пришло время подробнее коснуться этого аспекта Иггдрасиля! Что же это такое? Какая-то постройка, купленная в одном из девяти миров? Возможно… А может, это просто захваченный кусок локации, где с нуля выстроили всё необходимое? Тоже приемлемый вариант. На самом же деле, гильдейские сооружения бывают нескольких видов:

Самый распространённый – вариант, когда лидер гильдии посещает управу или мэрию в понравившемся ему городе, отсыпливает алчному нипу горсть грошей, тем большую, чем ближе к «знаковым» местам находится здание, и собственно говоря, всё. Обновка закрепляется за его именем, а тот, если пожелает, может открыть к ней доступ всей своей гильдии. И продаются таким образом практически любые здания в игре. Даже те, которыми уже владеют другие игроки: договариваться надо уже с ними, а не с НПС – вот и вся разница. Есть у такого способа преимущества, конечно… уже купленную постройку можно лишь разрушить, – не отнять, не украсть, не приватизировать… только разрушить, – и то, если в городе присутствует стража, а таковая имеется в большинстве городов, то совершать подобную глупость любителей не найдётся. Банально не успеют, прежде чем сотни высокоуровневых аватаров не нашинкуют их в салатик. Украсть или подмять под себя такие здания можно лишь за счёт глупости их владельцев, но от такого не застрахован никто. Из минусов – купленное здание нельзя изменить. Только обставить мебелью и чуть поиграться с интерьером. Никаких надстроек, пристроек и прочих «строек».

Второй вариант, гораздо менее популярный – возведение зданий на голом участке земли. Для этого, во-первых, нужен мирный класс архитектора, – да, здесь есть и такой, и достаточно популярный, ведь кто-то же создаёт новые города… разработчикам не до того, – и не только он. Во-вторых, нужна куча ресурсов и ряд мирных классов, способных их обработать: ювелир, кузнец, плотник, токарь, швея и прочие… Такого добра тут навалом! Ну и в-третьих, нужно немало времени на подгонку всех элементов будущих зданий, и ещё больше человеческих ресурсов, для их защиты. Это потом уже на всё готовое накладываются зачарования, да такие, что уничтожить результат будет затратнее, чем «хабар» за то уничтожение полученный. Но это потом, ведь именно в процессе строительства игроки оперируют множеством ресурсов, среди которых встречаются и ценные, и даже ранговые! Которые так легко украсть, если нерадивый гильдмастер не выставит должную защиту вокруг стройки. В общем, способ достаточно ненадёжный, и требует слишком много всего… однако именно им пользуются топовые гильдии Иггдрасиля, ибо для их целей обычные города слишком малы, или же располагаются недостаточно удобно. Как пример можно назвать «Голгофу», через которую мы попали из Мидгарда в Ванахейм, ведь то место было возведено игроками гильдии «Убийцы Рока», и защищалось оно так, что даже совместные усилия остальных топов не смогли разрушить его… зато сам город стал центром Мидгарда, благодаря чему разработчики даже позволили прокинуть к их творению выходы Биврёста – порталы между мирами Иггдрасиля. Хотя… Голгофа скорее относится к третьему варианту, ибо в основе её лежит вовсе не пустое пространство… но есть там свои нюансы, так что однозначного ответа просто нет.

Собственно, о нём… Есть в этом нелёгком, но очень прибыльном и почётном деле и третий способ, являющийся чем-то средним между первыми двумя. Правда, шанс на то, чтобы воспользоваться им, – именно шанс, ибо от желаний и умений игроков тут мало что зависит, – возникает ой как не часто… Большинство зданий в городах покупают отдельные игроки – строят на них свой бизнес, ибо тем, кто любит играть через мирные навыки, очень сложно прибиться к какой-либо группе на сбор материалов, а вот продать свои умения за эти самые материалы, или же их денежный эквивалент – легко. Ещё такие лавки покупают гильдии, но, опять же, для торговли излишками ресурсов с данжей и с вольного фарма. Ну и для своих гильдейских ремесленников тоже – аптека, таверна или кузня под “крышей” гильдии. Как основу, – главное здание, – такие домики покупают редко, и в основном лишь совсем маленькие, молодые гильдии. Те, кто считают себя достаточно сильными и крупными, предпочитают селиться отдельно… или же подчёркивать это третьим способом. Захватом данжей.

Дело простое: нужно «всего лишь» первыми пройти какой-либо данж со скрытым условием от разработчиков. Где-то этим условием является время прохождения, где-то – отсутствие смертей в группе. Решение тайной загадки, сохранение жизни финальному босу, выполнение скрытого квеста, ведущего в данж… вариантов очень много. А результат один: данж передаётся под контроль тому, кто выполнил эти условия. Навсегда!.. или пока владелец не передаст права на данж иным лицам. Группа может отказаться, группа может даже продать условия выполнения другим гильдиям – бывали и такие случаи. Члены Фью-Джо не стали отказываться в своё время, за что получили в награду «Логово Оросиса», как назывался данж в виде летающего по всему Ванахейму куска земли с сетью крупных пещер в нём. Очевидно, что никакого замка там не было, и всё, что стоит сейчас на «земле» моей гильдии, было возведено руками Элуа и других её членов-основателей, среди которых затесался и Моти.

Каковы плюсы? Во-первых, в рамках полученного пространства, которое, зачастую, имеет куда большие размеры, нежели сам данж, творить можно практически что угодно. Были бы ресурсы. Во-вторых, данж отходит в личное пользование гильдии, которая, тем не менее, обязуется держать его открытым для всех желающих… Совсем уж редкую и уникальную добычу, конечно, никто так игрокам не отдаст, и юниты, что выдают подобное, – боссы, как правило, – переносятся в другие места, а то и вовсе становятся “дикими”, что блуждают в открытом мире, пока кто-то их не убьёт, но вот мелочевку новые владельцы могут получать в промышленных масштабах. Ну и в-третьих, независимо от класса и расы, владельцы получают доступ к консоли создания нипов – то, какими будут стражи их собственности определяется ими самими. Единственное условие: ко всем помещениям первичного данжа и его монстрам должен быть доступ. Прямой или косвенный, но игроки должны быть в состоянии попасть внутрь и сделать то, зачем пришли. Есть тут нюансы, да… Есть.

Минусы, правда, тоже имеются. Полная перестройка, если она нужна, новые неписи, новые монстры, новая схема этажей или уровней… всё это требует ресурсов, главное среди которых – время. При этом о приватности такой гильдии не может быть и речи: когда здание твоей гильдии – данж, любой желающий может попасть внутрь, и ты, как хозяин, обязан или принять его, или убить, став финальным боссом. Другого не дано. И вот здесь, пожалуй, и всплывает тот самый нюанс. Проектирование данжа может быть выполнено таким образом, чтобы до основных частей гильдии стало практически невозможно добраться… например, чтобы попасть в замок Фью Джо, нужно сделать это с воздуха, чему будут мешать не только десятки высокоуровневых драконов самых разных типов, но и куча осадных и противовоздушных пушек, лазеров, волногенераторов и бог знает чего ещё: защиту ребята строили на радость всем. Как-то их даже пытались штурмовать целой гильдией – обломали клыки. Летать в Иггдрасиле могут многие, хоть даже я, но вот небесными королями становятся единицы. В общем, в замок попасть практически невозможно, и даже если выйдет, придётся сражаться с членами гильдии на их собственной территории – самоубийство, особенно после сложнейшего прорыва… Ну, или можно обойтись и без этого, попросту получив приглашение, как сделали это “Тач Ми и ко” по прибытию. Однако то же правило не распространяется на данж, основные помещения которого так и остались в породе летучего острова. Условия выполнены, и любой желающий игрок, способный летать, может посетить первичный данж и его монстров. Запрета на это нет, и если не подниматься выше определённой точки, то даже драконы не станут нападать на игроков.

Сейчас, однако, не об этом… День визита посторонних и экскурсии для них прошёл порядка двух недель назад. Да, я знатно вымотался тогда: сперва длительный квест от Люцифера – несколько часов реального времени. Затем присутствие Моти, что ощущалось не менее выматывающе… ещё и Тягама с её странной манерой себя вести. Да и Тач не сильно отставал от остальных по уровню безумия, особенно если вспомнить, что именно в компании Моти-Моти я его и встретил. Первым. Адекватный человек никак не может долго общаться с “тёмным шаманом”. По себе знаю, ибо в своей адекватности я уже давно сомневаюсь. И кончилось всё изучением залов Фью Джо. Летучего замка. Часовая экскурсия сдобренная абсурдом, после которой меня только и хватило, что завалиться спать.

Тронный – главный зал соответствующих размеров, где собираются обычно члены гильдии. Хаб, так сказать, способный вместить разом все три сотни наших игроков: да, я вступил в весьма крупную гильдию, которая даже входит в топ десять по количеству её участников… Правда, топ там такой, сомнительный. Четвёртое место, к примеру, имеет лишь на полсотни больше игроков, чем Фью Джо, в то время как на третьем сидят небезызвестные Убийцы Рока, со своей полуторатысячной армией. А у второго и первого мест людей вообще за две тысячи…

Помимо места встреч, откуда можно телепортироваться к выходам из гильдии, была ещё арена – Тача еле вырвали оттуда, ибо, как выяснилось, жучиный паладин считается одним из сильнейших дуэлянтов всей игры, что, без шуток, очень впечатляло. Когда тебя выделяют на мировом уровне, из сотен тысяч других – это сильно. И да, он не то, чтобы влюбился в арену Фью Джо, хотя выглядело то помещение изящно… напрягал лишь азиатский стиль на фоне европейской архитектуры замка, но понять не сложно – делали здесь всё игроки, и каждый занимался своей частью, и кто за что отвечал мне не ведомо. Нет, Тач отметил красоту и стиль этого места, и даже изъявил желание посещать его иногда, если гильдейские будут не против, но вот вытаскивать его оттуда пришлось по другой причине. Слишком много людей прознали о пришествии такой величины в мире дуэлянтов, и все как один они желали поглядеть за сражением Тача в живую, а некоторые даже осмеливались бросить ему вызов… Ну, как вызов… Из того что я увидел, соперников ему тут не было. Не то, чтобы я разбирался, или хотя бы мог осознать увиденное, но факт того, что жук заканчивал свои сражения в течении сущих секунд, банально не позволив противнику сделать и шажка – думаю что-то, да говорил о его навыках.

Признаться, движения на арене меня интересовали меньше, чем она сама. Красиво тут было, хоть и несколько странно.

Арена находилась в помещении, занимая огромную площадь одного из крыльев замка: вся западная его часть была отдана под неё. Красный круг с золотыми узорами – поле битвы под пару сотен метров в диаметре. Вокруг – пропасть со знамёнами над ней, за которой под сенью колонн пряталась зрительская ложа, а над головами у дуэлянтов зависли огромные парящие продолговатые сосуды – артефакты, обеспечивающие воскрешение без потери опыта. Красиво, гигантично, но не особо громоздко. Да ещё и с уклоном в эстетическую роскошь: красное с золотым, чёрное с золотым, и редкие оттенки синего присутствовали здесь.

За ареной шли сады – внутренний двор сам по себе был весьма красивым местом, с мощёными дорогами, деревьями и цветами, так ещё и в центре его расположена оранжерея, где надолго уже зависла Ямаико. Девушка, если это она, ибо я всё ещё сомневаюсь, оказалось, что увлекалась “Зелёным Миром”, и даже ежегодно находила время и средства, чтобы покинуть загаженную Японию и слетать в один из мировых заповедников, где всё ещё остались живые растения. И как ни странно, именно здесь мы встретили создателя этого места – Момо… Абураппой-Момо, если полно, и “Маслянистый Персик”, если по-нашенски. Девушка, японка, одна из первых членов гильдии, и до одури помешанная на всяких извращениях, за которые у нас могут даже посадить. Признаться, с ней я не общался, хотя давно уже вхож в гильдейский чат… впрочем, не с ней одной. Не тот уровень владения языка, чтобы вот так просто врываться в беседы. Да и япошки, сами по себе, не самые адекватные в общении с точки зрения обычного русского человека.

Но не об этом… Сады. Помимо эстетики, там выращивали ингредиенты для кулинарных изделий, алхимических, зельеварных, производственных и прочих… много профессий используют растительное сырьё. После садов были загоны с мясистыми двуглавыми коровами – какой-то местный, ванахеймский скот, приносящий какое-то нужно для крафта сырьё. Ещё и другие… загоны. Могу ошибиться, но Элуа назвал то место “Ангаром”, если переводить прямо, и разводили там драконов, что летают вокруг замка. Собственно, мне даже предложили себе вырастить одного, как только я окончательно войду в состав гильдии: как наездник я имею право на такого питомца… естественно я отказался. Василису не променяю ни на что, даже на Самого Элитного Монстра из класса Межзвёздных Пожирателей.

После драконов были рабочие помещения, где занимаются разработкой и крафтом нового шмота – интересное место, ибо как человек с чисто-математическим складом ума меня всегда завлекали такие вещи… конструирование там, налаживание логических цепочек, подбор материалов таким образом, чтобы они дополняли друг друга, а не мешали. Разработка вооружения с нуля – один из аспектов, ради которого я даже задумался бы о создании второго персонажа… с мирными классом. Правда, геморрой с новым аккаунтом не прельщает, однако и выгода того стоит… и если кто-то думает что в этой игре применим допотопный крафт “прошлого века”, какой до сих пор сохраняется во многих играх, мол, найди рецепт да засунь его, а также описанные в нём компоненты, в магическую шарманку – охапка дров и шмот готов, то такой человек очень сильно ошибается. Есть, да, подобные простые рецепты, из которых получается рядовой ширпотреб. Есть ещё покупные рецепты, разработанные другими игроками, и работа с ними происходит по такому же принципу. Однако на сторону продаются лишь средней руки разработки. Воистину прекрасные вещи, которые можно сравнить даже с Мировыми Предметами, всегда остаются в стенах создавшей их гильдии. Точнее их рецепты, а вот сами предметы как раз продаются. За огромные, иногда и реальные деньги.

А суть в чём… чтобы создать предмет, нужно не просто сказать: “Я делаю лук”, или: “Я делаю меч”, а составить подробный план: из каких элементов будет состоять тот же меч; как элементы будут выглядеть и каким образом скрепляться друг с другом; из какой ресурсной базы будут состоять и по какой технологии их необходимо изготовить. Весь технологический процесс и зовётся рецептом, и, так уж случается, что рецепт конечного предмета божественного класса включает в себя множество рецептов его элементов, а те, в свою очередь, включают инструкции по обработке материалов… И чем сложнее предмет, тем больше мирных классов персонажей затронуто в его создании, для чего многие игроки, как тот же Перорончино, и заводят себе дополнительные аккаунты, которых не жалко будет перекачать в нужный на конкретном этапе класс. Весь процесс, к тому же, настолько сложен, что банальными расчётами его бывает невозможно предсказать. Например, когда статистической базы для конкретного ресурса просто нет, и тогда его размер и форму приходится подбирать методом проб и ошибок, как и инструменты с расходниками для прикрепления результата к общей конструкции, ведь намазать клеем ПВАшкой “Клинок Мифрилового Рассвета”, и всунуть его в “Рукоять Падших Созданий”… может и получится. Но, скорее всего – нет. Некоторая непредсказуемость процесса вынуждает фармить предметы, тратить на них своё время или реальные деньги… в общем, без коммерции – никуда. А выхлоп – продукт, который многие так же покупают за вполне реальные деньги.

Стоит ли упоминать тот факт, что один пернатый хитрозадый тип, занимающийся как раз созданием собственного оружия под своего персонажа, всю дорогу через лаборатории пытался “потеряться” из виду… и тут же находился его сестрой. Букубуку пользовалась своими привилегиями, и банально подглядывала за парнем, сливая отряду инфу, мол: “Перо сейчас в таких-то координатах, шлите туда анальных поработителей”. Прямая цитата, кстати. И то, что таковых в гильдии нет, девушку очень сильно оскорбляло… а за ней оскорблялась и Момо, утверждая, что юниты подобного класса действительно бы не помешали, чтобы разнообразить антураж. Японцы, м-да… Но мне было весело, чего таить.

В общем, экскурсия была продолжительной, и каждый из гостей нашёл для себя что-то интересное… Всё же гильдия-данж – вещь достаточно редкая, и те, кто такими владеет, занимает верхние позиции различных рейтингов, отчего попасть к ним в гости весьма сложно. Посторонних не пускают, и хотя бы на том же примере Перо мне стало ясно почему.

И казалось бы, всё… разлогинься и иди отдыхай, но нет! Элуа отвёл меня в один из внутренних кабинетов ради приватного разговора. Почему не через чат? Так всё того же антуража ради, как сам он и сказал. Суть сводилась к простому: “Мы давно не набираем людей, но раз ты попал к нам, и даже добрался до самой гильдии, то будем соблюдать традиции”. Количество возникших тогда подозрений пробило всевозможные потолки… и не зря.

Прошло порядка двух недель, когда я наконец смог вернуться в игру. На носу праздники, приближался Новый Год, и времени, после необходимых трат на работу, друзей, семью, да и просто знакомых… его банально не оставалось ни на что, кроме сна. О каких тут играх говорить? Но вот, все приготовления завершены, все дедлайны успешно пройдены, все подарки закуплены и приглашения получены… у меня есть целых два дня на себя. На себя и Иггдрасиль!

***

Медленно прояснялся тёмный экран, возникший сразу за золотыми буквами – заставкой Иггдрасиля. Это мой персонаж появился в миру, и не прошло и мгновения, как обзор начали заполнять горящие свитки – сообщения… От одного пользователя. Первая мысль: Моти опять умудрился натравить на меня целый сервер, однако нет. Всё было свежим, только-только написанным, что говорило о том, что шаман ждал меня. Такая верность умиляет… и немного пугает. Вру, не немного.

“Наконец!”, “Брат, привет!”, “Почему так долго?!”, “Тебя все уже ждут!” – эти, и прочие эпитеты одного смысла и направления. И да, я предупреждал Элуа о том, что вряд ли смогу присутствовать в игре в ближайшее время, а тот обещал передать Моти… и зная характер последнего, не сомневаюсь, что мою просьбу гм выполнил, но вот шаман об этом банально забыл.

Отвечать смысла не было, ибо среди сообщений был запрос на добавление в группу, после принятие которого рядом со мной тут же возникла вспышка света.

– Закай, брат! Как же я рад тебя видеть! Пойдём-пойдём-пойдём! Быстрей-быстрей-быстрей!

И вот, уже другого источника свет поглотил обе наши фигуры, чтобы выплюнуть на хлипкой деревянной площадке подле каменной стены. Мне не нужно было осматриваться, чтобы понять, куда занесло нас телепортом. Каменная гряда за спиной, что возвышалась далеко вверх, наклоном образуя ещё и потолок… а перед глазами – припорошенный белыми барашками небосвод, в котором изредка мелькают крылатые драконы. Я знал где находился, но в удовольствии подойти к самому краю площадки и оглядеть нынешние пейзажи себе отказывать не стал… всё же летучий замок постоянно перемещается, и очень редко можно встретить тут один и тот же вид дважды.

Бескрайние зелёные просторы Ванахейма… я только-только попал в этот мир, потому совсем не знаю, над какой областью сейчас парит Фью Джо, но каждый раз видя зелёное море с волнами из гор и холмов, да любуясь колоссальными змеями-реками, в том море плавающими, чувствую, как замирает сердце, и как рождается на фоне сожаление. Что не могу ощутить ветерка на коже, что не могу почувствовать аромат свежести, пусть даже морозной, с такой-то высотой. Что не могу полностью погрузиться в это чудо.

– Закай!

Наваждение спало, и я развернулся к Моти. Пора начинать… моё посвящение в рыцари парящего замка.

Моти стоял рядом с тёмной расселиной, нутро которой поглощало любой свет, и нетерпеливо помахивал одним из своих жезлов, в то время как второй всё также витал над его плечом. Вход в “Логово Оросиса”, каким он стал после перехода данжа под влияние Фью Джо, располагался у самого низа летающего каменного острова… И именно его мне предстоит пройти. В одиночку. Данж, рассчитанный на группу персонажей семидесятых уровней… Как-то даже грустно стало, на моём-то пятьдесят третьем. Тем не менее, полного доступа к замку мне не выдадут, пока традиция не будет соблюдена… таковы уж закидоны Элуа. Правда, обычно сюда поступают игроки восьмидесятых уровней, потому и правило такое интересное. И даже для них прохождение группового данжа в одиночку не является лёгкой задачей, а потому гм пошёл на компромисс: позволил мне попытаться с баффами от действующего члена гильдии. От Моти. Разница не настолько подавляющая, как в локациях двадцатых-тридцатых уровней, но всё равно, подспорье будет существенное.

– Ну всё, иди! – отозвался шаман, когда я призвал Василису и уже добрую минуту ждал его действий.

– Эм-м-м… а можно баффов?

– Конечно, почему нет, – удивился он, приступив к таинству…

Полный набор из двенадцати усилений, плюс три особых, подходящих конкретно к этому данжу. Лёг привычно, а уж Пламя Нечестивых Душ и вовсе навевало ностальгию о первых моих деньках в этой игре, когда я носился по болотам и скармливал мобов этим фиолетовым огонькам. Сейчас я вижу полное описание этого навыка, а не одни лишь знаки вопросов. Вижу урон, длительность эффектов, их смысл. И с остальными баффами всё то же самое.

Смысл тянуть? Нужно сделать лишь шаг в пустоту, где будут ждать меня окровавленные пещеры, средь которых гуляет сквозняк. Где гули и нежить причудливо переплелись с воздушной стихией, являя на свет кровавых элементалей, иссушенных ветродуев, колючек бури и прочую нечисть. И где в огромном залу, в самом сердце парящего острова, уже замучался в голодном ожидании Оросис – падший бог, заключенный в каменную гробницу, но столь сильно желавший вернуться в родную стихию, что вырвал её из земли вместе со своими оковами, подняв те к небесам. В общем, ждал меня очередной данж Иггдрасиля, который отправит меня на перерождение не один десяток раз… или же поддастся с первого. Гарантированно последний в этом году.

***

– Друзья! Я благодарен вам, что откликнулись на мой зов и прибыли на ежегодное Сошествие Фью Джо!

Рёв аплодисментов накрыл собою главный зал парящего замка, и лишь дождавшись тишины оратор продолжил свою речь.

– Я понимаю, что многим уже пора ко своим семьям, готовиться к праздникам… Да, у всех они разные, и я горд тем, что под сводами парящего замка мы собрали людей практически со всех уголков земного шара…

– Земля плоская!

Пользователь Джанки Янки получает заглушение на 15 минут. Источник: Элуа`де Залуа.

– Но не будем сегодня говорить о наших различиях, вам достаточно для того и будних дней. Поговорим о том, что нас объединяет. О нашей гильдии! Итак… небольшая статистика. В этом году Фью Джо: пытались взять штурмом семнадцать раз, но ни разу не преуспели! – радостный гул вновь разнёсся над головами разномастной толпы, и даже фейерверки взмыли к потолкам, чтобы тут же раствориться “в ничто” под властью гильдмастера, – Рано! Я ещё не закончил перечислять! В этом году… мы смогли пробиться до самых сокровищниц чужих гильдий целых три раза! И за успех в одном из этих дел наш бравый берсеркер был награждён ручным оружием божественного класса! Давай уже, выходи…

Ограничение с пользователя Джанки Янки снято. Источник: Элуа`де Залуа.

К тронному постаменту, откуда и вещал лидер, выбежал высокий мужчина с блондинистыми волосами, облачённый в резной красный доспех с кровавыми кристаллами в нём, а над головой, плашмя, он держал огромный двуручный меч со множеством алых зазубрин, показывая тот всем своим товарищам.

– Братюни, спасибо! Я знал, что на ва-ас можно положи-и-ить… ся.

– Как бы мне не было от того тошно, но положиться можно и на тебя. Несмотря ни на какие наши разногласия… ты являешься моим хорошим другом, и я не побоюсь озвучить, что не было бы никакого Фью Джо, если бы не наш Джанки Янки. Свою награду ты уже получил, хотя я всё равно считаю что было бы лучше вручить меч именно сейчас… Как ты хоть назвал его?

– Красный День Календаря! Спа-а-асибо вам, бра-атюни! Я бы хо-отел сказа-ать…

– Ага, да… – Элуа мотнул рукой, и довольного мечника телепортировало в центр зала.

Пользователь Джанки Янки получает заглушение на 15 минут. Источник: Элуа`де Залуа.

– Как я говорил вначале, не будем затягивать. Как не будем перечислять и провалы… да, мы вновь не смогли завладеть новым Мировым Предметом, однако… есть и приятная новость! Гораздо более приятная, чем получение Гиннунгагапа. Марсело, подойди, пожалуйста.

Теперь “на сцену” вышел низкорослый коротышка с крысиными чертами в нём, с большим чем он сам арбалетом за спиной, да в зелёном плаще, скрывающим его богатый арсенал… большинство гильдейских знало, как много бомб, склянок, шипучек, талисманов и прочих расходных предметов скрывается там.

– Кто-то, может, уже слышал, – Элуа усмехнулся, припоминая весь поднявшийся тогда в чате срач, – Но благодаря прозорливости, смекалке и навыкам нашего друга, арсенал Фью Джо всё же пополнился одним Мировым Предметом… И не простым! Не-е-ет, совсем не простым! Элитная двадцатка! Лучшие среди равных! И сильнейший среди этих лучших… Лонгин! – довольный, даже неистовый рёв едва ли не заглушал усиленную навыками речь, но стоило только озвучить название предмета, как Элуа оказался не в состоянии поддерживать здесь порядок. Пришлось ждать, пока поутихнут, ибо выдавать муты всем – плохой тон… очень плохой, – Да, друзья! Чествуйте нашего героя! Ведь его крысиными лапками была принесена слава Фью Джо. Теперь нас будут бояться даже те, кто сидит на вершине этого мира. Сильнейшие станут считаться с нашим мнением, ведь лишь владение другим Мировым Предметом сможет защитить от эффекта Лонгина… абсолютная смерть. Буквальное удаление персонажа со всеми его предметами, инвентарями, хранилищами… Участь страшнее смерти. – теперь Элуа обращался лично к согильдийцу, – При всём уважении к твоему подвигу, который, без сомнений, ты описал уже несколько сотен раз, я не могу отдать тебе это копьё. Как не могу отдать его кому-либо другому… Нет среди нас достойных, и даже сильнейшие наши персонажи банально потеряют столь ценную добычу. Лонгин займёт своё место в самом надёжном уголке нашего хранилища, и будет ждать того часа, когда появится достаточно умелый и сильный игрок, способный совладать с ним. Но это не значит, что лично твой вклад не будет оценен и поощрён… прошу!

Лопнула петарда перед зверолюдом-крысой, и вместе с дымным облачком из неё вышла красная подарочная коробка, перевязанная зелёной лентой.

– Неужели… – только и пропищали со сцены детским голоском, – А-а-а-а!

Разорванная на кусочки упаковка истаяла в воздухе, а вместо неё на землю лёг старый плащ крысы. Новый же занял его место, и судя по отплясывающему на своих лапках персонажу, что нашёптывал в голосовом характеристики предмета, подарок пришёлся ему по вкусу.

– Вот! Вот так должно было быть! – перст Элуа указал на Джанки, что на пальцах пытался что-то объяснить своим друзьям, – Марсело получил от нас ручной предмет божественного ранга, и с ним его стиль боя станет ещё более мерзким… для его врагов. Но ладно, – очередной взмах, и довольный крыс вновь оказывается среди толпы, – Продолжим. Больше награждений не будет, но будут подарки! Итак… в этом году: Момо упомянула яой более восьми тысяч раз! Это на две тысячи меньше чем в прошлом, с чем я и поздравляю всех нас: наша девочка растёт!

– Пошёл ты!

– И тебя с наступающим! И чтобы стимулировать нашу леди на дальнейшее самосовершенствование, каждый член нашей гильдии получает эти две тысячи разницы в золотом эквиваленте!

На каждый следующий массовый подарок люди реагировали всё более ярко, но всему в этом мире есть финал, и финал речи Элуа пришёлся на представление новичка… необычного новичка.

– А теперь, господа, когда мы вдоволь нахохотались, предлагаю приступить к завершающей части. Давненько мы уже никого не приглашали в нашу дружную семью, но… как все мы знаем, если Моти что-то захочет, то даже разработчики не в силах его остановить. Да, вы уже видели Закидония в наших рядах… и да, я тренировался чтобы это выговорить. Но мне приятней, да и вам будет проще, звать его Закай-доно! Выходи!

Не из толпы, но из-за трона вышел высокий четырёхрукий маджилос, облачённый в странного кроя монашеские одежды.

– Сегодня наш новичок прошёл испытание Фью Джо… Прошёл его великолепно! Будучи всего лишь пятьдесят третьим уровнем, он справился за сумасшедшие полчаса! Да, да! Я помню, как некоторые из вас блуждали в двух коридорах и по девяносто минут, и по сто… не будем тыкать пальцами, не будем. Не для этого мы здесь собрались, а для того, чтобы поприветствовать нового члена нашей семьи! И учитывая полученную в этом году славу, вполне возможно, что члена не последнего! Итак… Закидоний! Добро пожаловать, ведь теперь ты – один из нас!

Последний на сегодня рёв сотен глоток, не всегда человеческого происхождения, оглушил стоящих на сцене, и действительно взбудораженный таким приветствием маджилос лишь теперь осознал: за спиной его имеется сила, и пусть она не может считаться величайшей в девяти мирах, но и слабой её не назвать. Фью Джо окончательно принял нового члена, как и он окончательно признал себя частью гильдии. Прекрасное завершение этого года для всех сторон.

Глава восемнадцатая. Встреча в Бору.

Глава восемнадцатая. Встреча в Бору.

ЦЕСПА. Именно так простой народ обозвал один из последних оплотов живой природы в мире – Центральносибирскую Природную Аномалию. Уж не знаю, откуда именно такое название… в смысле, другие места схожего назначения – заповедники, а тут именно аномалия. Непонятно. Отец искренне считает, что без вмешательства инопланетян наша планета давно бы развалилась под результатами человеческой деятельности… “В говне бы купались, им же умылись”, – если цитировать дословно. А так, прилетели на Землю какие-нибудь рептилоиды с Нибиру, да закинули в случайные точки земли свои капсулы с особыми бактериями, которые не дали природе загнуться. Вот аномалия и получилась… шизотеория, да, но другого объяснения нет. Адекватного объяснения, если на то пошло, потому что подобных этому – сотня и больше. Хоть взять слухи о том, что леса здешние меняются, если ходить по ним “не глядя”, или о том, что на одну ночь в году здесь звери собираются в одном месте на вершине одного из холмов: и травоядные, и хищники, и природные враги… спят все вместе под полной луной, а утром расходятся, тихо и мирно. О, даже вспомнилась моя любимая сплетня из детства, что если пройти между двух определённых деревьев, то можно выйти с другой стороны горы. Найти те деревья так и не вышло, а мы с другими пацанами ой как пытались… но слух продолжал ходить, даже когда в него уже никто не верил. Этот и сотня других.

Хотя, не только ведь у нас живут столь “живые” умы, что легко плодят инопланетные заговоры на ровном месте: существует несколько подобных ЦЕСПА точек живой и практически нетронутой природы, и, я уверен, вокруг них тоже ходят крайне интересные слухи. Три в России, одна в Федеративных Штатах Америки, в центре Канадского округа, и ещё одна в Австралии… Эх, славься тот человек, что завёз в их мягкий климат без сколь-либо холодных зим подвид борщевика… в названиях не разбираюсь, но именно тот, который “морозобоящийся” и “жаростойкий”. Легальное, по крайней мере в те времена, растение, которое за десяток лет превратило изолированный континент в одно огромное лёгкое планеты. Людям там, правда, жить стало “небезопасно”, однако адаптировались. Австралийцы ведь! Ко всякой ядовитой хрени привычны.

Однако ЦЕСПА. Этот год уже стал крайне запоминающимся: за окном начало февраля, на градуснике – плюс пятнадцать… холодина, которая ни коим образом не портит мне настроения, ведь с минуты на минуту дуорельс начнёт своё торможение в городке Бор, что расположился едва ли не у входа в заповедник. В аномалию, точнее. Народу – аншлаг, да и в самом Боре я едва смог забронировать себе номер, однако удивляться причин нет: ЦЕСПА открывает свои двери людям лишь один раз в пять лет, всего на месяц, и попасть на это чудо нельзя ни за какие деньги. Тут нужны связи… которые у меня есть. Вернее, не совсем у меня. Природа важна, и берегут её так, как не берегут жизни правителей иных стран… но не могут алчные сволочи просто взять, и закрыть шанс на выживание Земли ото всех. Нет, доступ к заповеднику стал тем, чем готовы играть политиканы на высшем уровне, и ради чего целые страны были завоёваны… или же добровольно отказались от суверенности, присоединившись к владеющей этим чудом сверхдержаве. Опять же, лишь Австралия здесь исключение – никто, почему-то, не желает править землёй, на которой нет ничего, кроме борщевика… трогать который, к тому же, нельзя. Заклюют. Мировое сообщество, целиком и разом.

Вот, наконец, раскрылись двери, и в тот же миг ахнула толпа… первые секунды никто и не подумал выходить наружу, ибо воздух, да после “фильтрованной нейтральности”, что царит в вагоне… этого не описать! Просто невозможно. Будто всю жизнь я дышал только через одну ноздрю на половину лёгкого, и вдруг смог наполнить сладким воздухом всю грудь. Аж голова закружилась, и не только у меня: тучный мужик сбоку натурально осел, едва не раздавив девчушку рядом с собой.

Но вот, помутнение сошло, началось движение. Толкучка. Я оказался на широкой и очень длинной платформе, и как-то так сложилось, что взгляд мой тут же выцепил нужного человека… усатый, но с гладким подбородком, практически лысый, загорелый, и с белой улыбкой от уха до уха. Пробиться к нему было сложно, а он лишь улыбался, всё шире и шире, пока, наконец, мою руку не сжала широкая ладонь, и рукопожатие тут же закончилось медвежьими объятиями…

– Пап, задушишь…

– Как задушу, так и откачаю! – басовито рассмеялся он, сжав меня ещё крепче, – Эх, дрисня столичная. Говорил тебе, переезжай к нам с матерью, я тебя устрою как положено. Будешь, вон, в Боре жить, софт пилить, лёд колоть, да кур ощипывать…

Вечное брюзжание, ворчание… совершенно беззлобное, но всё же искреннее.

– Пап, я же говорил. Хакерство – не для меня. Да и взрослый я уже, самостоятельный. Сам всего добьюсь.

– Добьёшься, куда денешься, – ни капли сомнения в словах, – А не сможешь, так я отчалю, лет через тридцать, и переведу на тебя все семейные активы. Тогда точно добьёшься – мозгов не просрать наследие тебе хватит.

– Па-ап…

– Да-да. Пойдём, мать уже заждалась. Или ты опять откажешь нам в праве провести побольше времени с сыном? – сощурившись, протянул он… даже с некоторой угрозой, – Мама будет недовольна, – а теперь точно с угрозой.

– Нет, что ты. Конечно я поживу у вас!

Прищур никуда не делся, зато усы его начали чуть подрагивать – верный знак того, что меня поймали на лжи, тогда как у самого отца “семь тузов в рукаве”. Да, с таким умением лгать я вообще не игрок в покер. Наследственное.

– Хорошо, раз так. Отменяй бронь, где ты там её взял, и поехали. Жду у выхода.

Оправданий ему не требовалось: просто подхватил мои скромный пожитки, будто ничего они не весили, да двинулся вдоль толпы… а те, как вода перед святым, расступались в стороны.

Но отель… я точно сделаю, как попросил отец… точно! Но позже. А сначала – обернусь, ведь там, над дуорельсом, поражая величием, выступает полностью зелёная гора на фоне синего-синего неба, без единой чёрной или серой тучки… Если присмотреться, можно даже разглядеть силуэты птиц, что обитают в Боре. Настоящих, живых! Вдох полной грудью, от которого кружится голова, рождал приливы неземного наслаждения, и мысль, что ближайшие две недели я проведу в раю, появляется сама собою, вызывая улыбку.

***

Родительский дом – секция в длинном трёхэтажном здании. Им принадлежал один из подъездов в старом многоквартирнике, так сильно не похожем на городские человейники, в одном из которых живу и я сам. Прямо прослеживается старый стиль, когда делали чтобы было красиво и внутри и снаружи, а не тупо заливали коробку армо-бетоном и так и оставляли, мол, он беленький, светленький… чушь! И ладно бы только внешнее оформление, помнящееся мне ещё из детства – вот это всё резное, слоистое, с выступами и навесными статуями… не археолог я, и не историк, чтобы назвать стиль или обозначит отдельные элементы, но в сумме всё выглядит настолько гармонично и живописно, что куда не падёт взор, везде будет за что зацепиться глазу. Здесь ведь и растения в округе, живые! Клумбы, деревья, кусты. И всё это цветёт и пахнет, насыщая и без того свежий воздух лёгкой сладостью. Эх, и зачем уехал? Ах да, хотелось испытать “несправедливость и сложность” этого мира на себе. Что ж, думаю, испытание я прошёл, учитывая что и квартира у меня своя, и работа с весьма не маленькой зарплатой. Может, стоит уже вернуться?

– Ну, чего встал? – отец, как и раньше, хлопнул меня рукой по плечу, не только выражая поддержку, но и подталкивая к действию. Возможно, именно такой толчок когда-то отправил меня по собственному пути?

– Иду… Уже иду…

Внутри всё так, как я и помнил… просторно, светло, много дерева и живых цветов. На полу белый мрамор поблёскивает под старым ковром – так только в прихожей, в остальном доме, как сейчас помню, отец предпочитал мягкий пластик под древесный окрас. Чувствуется лёгкий запах ностальгии: давно уже забытой пыльцы, духов и… собачьей шерсти. Вдалеке послышался стук, и за ним – громкий басовитый лай, всё приближающийся и приближающийся, пока, наконец, из прохода не вырвался огромный косматый зверь.

– Рэйчел! – от звука моего голоса лапы мастифа разъехались, и тушка её комично распласталась на мраморе прихожей, – Росс! – незаметный, молчаливый и гораздо более ловкий, чем крупная его подруга.

Карликовый басенджи пробежался по шерстяной спине, заставив взвыть сей “половичок”. Не от боли или обиды, а из-за ревности, ибо довольный молчун уже получал свою долю почёсываний и ласк, пока бедная Рэйчел всё пыталась подняться… Но вот, зверь встал на все четыре, и с громким лаем ринулся ко мне, грозя сбить с ног.

– Рэйчел… – не крик, но достаточно суровый женский возглас мигом приструнил питомцев, и оба они сели “по стойке смирно”, пока мама плавно спускалась со второго этажа, – Сынок, ты наконец приехал.

Высокая женщина с короткой стрижкой иссиня чёрных волос – у меня такие же, за что ей благодарен. Как и за то, что в отличии отца, облысевшего к двадцати, моя шевелюра в порядке, несмотря на маячащий впереди тридцатник. Мама всегда была статной женщиной твёрдого характера и не менее твёрдой натуры. Держала в хрупких кулачках и нас с отцом, и более старшее поколение… да так, что никто об этом не догадывался. Мягкой силой, так сказать.

Невесомые объятия и не менее лёгкий поцелуй в щёку сопровождался ещё одним запахом, знакомым с самого детства. Так удивительно: мама сменила парфюм не менее сотни раз, но даже совершенно незнакомая цветочная нотка ассоциируется именно с ней.

– Рэйчел, я всё вижу, – с улыбкой, но строго проговорила она, покосившись вниз, где недополучившая ласки псина шажок за шажком двигала в мою сторону мохнатую жопку, не отрывая от пола, – Погладь её уже, а то спасения не будет. Надолго же ты к нам? Или так, решил мимолётно порадовать родителей?

– Второе, – борьба с кусачей кучей меха совсем не мешала погружаться в уже позабытый семейный быт, – Пока что я не готов возвращаться… скажи лучше, как вы здесь? А то от отца только ворчание и слышно.

– Конечно, жалуйся на отца! Нет, Белла, ты слышала этого охламона?! Чтобы я, и ворчал?! Да когда такое было?! Да кем такое видано?! Ух! Расслабился там у себя, в Москве. Забыл уже, что такое настоящий высший свет?! Ничего, вот как пойдём по гостям, так ты у меня и сам забурчишь, как бит-насос.

Отец тихо бормотал себе под нос, вызывая улыбки, однако… м-да. Про “походы” я и не подумал, что, очевидно, отразилось на моём лице.

– Не переживай, – мягкая улыбка украсила мамино лицо, и на сердце сразу стало легче. Пронесло! – Сперва мы посетим ателье, есть у нас здесь одно из последних мест в России, где ещё используют живую ткань. Потом, конечно, в салон: с такими патлами я никуда тебя не пущу. И нужно будет что-нибудь сделать с цветом кожи… ты вообще там следишь за собой?! Так! Всё отменяется, сперва – медклиника!

Не пронесло… График плотнее некуда, тогда как я просто хотел погулять по заповеднику… Печально, но и свои плюсы в этом есть: когда ещё я позволю себе тратить время на медосмотр? Уж точно не в Москве, где есть работа и Иггдрасиль. Ведь сейчас, в первую очередь, я отдыхаю от двух этих вещей, что на пару сжирают всё существующее в мире время. И надеюсь, хотя бы в отпускные, не получать вестей из тех источников… для своего же блага.

***

Спустя несколько суток, тот же городок. Станция дуорельса.

Церемония открытия ЦЕСПА назначена на вечер текущего дня, но даже так, поезда продолжают прибывать и прибывать, и не кончается поток пассажиров. В редкие дни тихий городок наводняется таким количеством туристов, и нужно понимать, что “обычных” людей здесь нет. Все как один – сливки общества, имеющие достаточно влияния, чтобы выбить себе приглашение в Бор. Будь на то желание, многие предпочли бы, конечно, личный летающий транспорт, но… нельзя! Нельзя беспокоить птиц и животных, нельзя отравлять воздух токсичными выхлопами, нельзя, в конце концов, разместить каждую из “воздушных карет” в пределах города, а гонять их туда-сюда… скажем так, имеющие средства и влияние чтобы получить собственное жильё в Боре, постоянное (!) жильё, с лёгкостью потратят их на желаемый покой. Защиту от летающих здесь и там, как присущая аномалии мошкара, агрегатов. Однако, уже наземный транспорт в Боре есть, и именно им пользуется большинство местных жителей. И монорельс, чьё прибытие и вызвало очередную толкучку на платформе, является как раз одним из таких.

Собственно, открытие ЦЕСПА – событие, важное и значимое, используется правительством СКФ* на полную: чтобы сплотить вхожие в него страны, чтобы привлечь новые, чтобы напомнить не совсем добровольным участникам, зачем им это Содружество нужно. Потому не стоит удивляться, что в Боре собрались далеко не только русские. В толпе легко можно было разглядеть людей азиатской наружности, а там уже гадай, казахи то, китайцы, японцы или корейцы… или кто-то другой из коренных народов восточной Евразии.

Одна из таких групп как раз покинула вагон дуорельса, шумя и переругиваясь, явно с шуточными посылами. По диалекту, манерам и поведению в них легко угадывались японцы, а уж стоит прислушаться к разговорам молодого поколения той группы, так и совсем определённые японцы…

– Наконец! Сладкий и свежий воздух… Возможно, именно так пахнет свобода? – молодой, и даже юный брюнет – совсем подросток азиатской наружности, – довольно потягивался, щурился, едва ли не мурча от удовольствия… пока маленький, но жёсткий кулачок не вонзился ему под лопатку.

– Не стой на проходе, а то ударю!

Парень шагнул вперёд и, озадаченно потирая спину, обернулся.

– Ты уже ударила!

– Ударю ещё раз! – девушка, что внешне была на него похожа, погразила кулачком. Ростом едва ли доставая до его груди, она действительно умудрилась запугать беднягу, что тот лишь закивал активно, сделав пару шажков назад, – То-то же! Мику-Мику-Микушка, ты где там ходишь? Давай быстрее, вылезай, смотри, как тут классно!

Шебутная брюнетка, явно замысливший какую-то месть брюнет – написано всё было на лице, и его сестра с лёгкостью этот посыл считала, – и… непривычно высокая для этой нации блондинка… что, опять же, выбивается из привычных японцам оттенков тёмного. Именно её звала девушка и именно она откликнулась на зов. Правда, спуститься не успела, ведь вперёд выбежал такой же блондинистый ураганчик – девочка, моложе “тёмненьких” брата с сестрой. Старшая “блонд”, кстати, была, по виду, старше и их обоих. Да и ощущалась в этой компании как единственный взрослый, зрелый человек.

Естественно, как и любой уважающий себя, но не нормы приличия, ребёнок, малявка тут же оказалась у ограды, отделявшей платформу от остального Бора, и с ловкостью акробата залезла сперва на лавочку, а потом и на саму ограду – тонкую, для понимания, в пяток сантиметров железку. Да, всего лишь полтора метра от земли, однако много ли надо сущей крохе, чтобы счастливая семейная поездка окончилась трагедией? Вот и старшая, Мику, посчитала что не много, и пуча от ужаса глаза, в пару длинных прыжков оказалась у младшей. Та не успела и пикнуть, когда изящные сильные руки сомкнулись вокруг её талии и дёрнули на себя, опустив тельце на землю, и стоило лишь разъярённому лицу Мику оказаться с ней на одном уровне – девушка завершила серию непрерывных движений приземлением на одно колено, – как до “зверёныша” дошло его бедственное положение.

– Ещё раз ты что-то подобное вывернешь, и я оторву тебе задницу, чтобы иметь возможность лупить по ней даже на работе. – шипела она в лицо девочки, – Ты меня поняла?!

– Д-да… – девочка нетвёрдо кивнула в ответ, что было достаточно проблемно, ведь личико её было зажато меж мягких ладоней… что легко утратят мягкость в случае необходимости.

– Ну хорошо, – улыбка пришла на смену образу строгой старшей сестры, – Обними меня. И маме не слова!

Ощутив, как активно закивали ей куда-то в ключицу, девушка улыбнулась ещё шире. А представители старшего поколения, как раз, успели покинуть поезд, не увидев опасной подвижности младшей дочери, но застав умилительную картину сестринских объятий.

И тихим шёпотом откуда-то сбоку донеслось, привлекая внимание японской пары:

– Мику стра-а-ашная…

– Если она тебя услышит, братец… боюсь, ничто уже не сможет нам помочь.

– Что ты хочешь? Назови цену! Я не хочу умирать!

– Ты не понял, – продолжала шептать ему на ухо девушка, пряча ладошкой хитрую улыбку, – она уже всё слышала. Вижишь, как у неё спина закаменела, плечи напряжены… уши покраснели и под хвостиком шёрстка… то есть волосики вздыбились…

– Замолчи! Я тебе не животное, слышишь?! – вся красная, Мику вскочила с колена, подхватывая сестру на руки, и угрожающе притопывая двинулась к брату с сестрой, – Почему вы двое вечно строите из меня чудовище?!

– Да! – поддакнули с рук Мику, – У сестрёнки очень милый хвостик! – и маленькая ручка схватилась за локон золотых волос, что был собран на затылке девушки в хвост, – Воть!

– Ты не делаешь лучше, – тут же отреагировала та, – И не дёргай меня за волосы! А вы…

Но кто позволит доброй и чуткой девушке озвучить своё мнение относительно двух наглых “троллей”, которые обожают над ней подтрунивать? Уж точно не её родители, прекрасно ситуацию видевшие и так же забавлявшиеся ею.

– Мику, – позвал её отец – крупный мужчина с увесистым пузом, мощными руками и редкой проседью в чёрных волосах, – Оставь свою жуткую кровавую расправу над Асокой и Ритцем… нам ещё возвращать их родителям. Дождись конца поездки и только тогда действуй! Прямо как учила тебя мама…

Последнее мужчина произнёс гораздо тише, а рядом, удерживая на лице милую улыбку, стояла ещё одна блондинка – божий одуванчик, ведь не зная правды, её легко можно было принять за старшую сестру Мику. И со всё той же улыбкой её крошечный кулачок вонзился в плечо здоровяка.

– Дети так быстро растут… Будет очень плохо, если последнее воспоминание об отце у них будет таким, до-ро-гой.

– Д-да… дорогая… извини. – пробубнил мужчина, потирая плечо, – В любом случае, – вновь заговорил, повысив голос, – Не разбегайтесь! Особенно это касается тебя, Бельчонок, – добравшись-таки до детей, он забрал младшую с рук старшей, не забыв сделать “буп” указательным пальцем по мелком носику, – Куда вот ты сбежала от нас? Сказал же, не отпускать руку мамы!

И видя как понурила голову малышка, взлохматил белокурые локоны, да ободряюще улыбнулся, а после, не понижая голоса, обратился ко всем:

– Ну что, молодёжь. Пойдём искать гостиницу? Оклемаемся с дороги, а вечером нас уже ждут на первую экскурсию!

– Да-а-а! – воодушевлённо протянули темновласые, заставив Мику закатить глаза… но всё же улыбнуться.

***

Уже не помню, когда в последний раз чувствовал себя так хорошо… в детстве, возможно? Ничего не болит, организм бодр и свеж по утрам и пропитан приятной усталостью и сонной негой ближе к вечеру. Уж не знаю, причина тому свежий воздух Бора, работа под открытым небом, – в отличии от меня, у отца отпуска нет, и он продолжал исполнять обязанности старшего кипера заповедника, а мне не зазорно помогать ему, тем более что против физической активности я не был никогда, – выровнявшийся график сна или здоровое и регулярное питание… Очевидно, что всё вместе и дало такой эффект, и действительно жаль, что по возвращению в Москву я никак не смогу поддерживать его. Настолько жаль, что каждое новое утро в Бору я всё серьёзней задумываюсь о возвращении под родительское крыло. И только воспоминания о маминой гиперопеке и вечных отцовских поручениях, всплывающих в самые неудачные моменты, подрезали тем мыслям крылья. Одна из причин, почему я вообще уехал… последняя из оставшихся, ведь всё остальное было не причинами, а целями, и, думаю, что я уже достиг их. Квартира, работа, безбедная и беззаботная жизнь… всё это есть, и всё это можно улучшить, но вряд ли я когда-либо доберусь до такого же уровня жизни, как здесь, в Бору.

Пункты “за” и пункты “против” проносились в голове, действуя усыпляюще, и вновь, лёжа на большой мягкой кровати, чувствуя ногами мускулистое тело Росса, да зарываясь правой рукой в густую шерсть Рейчел, я стремительно и быстро опускался в мир ярких снов. Не удивительно, правда, что всё чаще в них мелькает Иггдрасиль – соскучился я по игре, ничего не скажешь…

И знаете, то чувство, когда ты спишь, но осознаёшь, что что-то не так? Оно по чуть-чуть вытягивает разум из небытия, и даже когда уже открыл глаза и занял вертикальное положение, мозг не может понять, проснулся он или нет, продолжая цепляться за это чувство. Вот так же случилось и у меня. Вот я лежу и размышляю о жизни, а вот я уже сижу на кровати, едва разлипая глаза, и никак не могу понять, что случилось… Сколько потребовалось времени на осознание – сказать не могу, но причиной пробуждения, полагаю, был шум с первого этажа. И то, что обе собаки пропали из моей комнаты, дверь в которую оставалась закрыта… значит, что их выпустили. Значит, что они зачем-то понадобились, так как часы на стене заботливо показывали первый час ночи – гулять как-то рановато. И то, что снизу доносится голос отца – тоже тревожный знак, ведь папа у меня скорее выйдет на улицу в одних трусах, чем разбудит меня или маму… а здесь он явно не сдерживался в громкости.

Гадать смысла не было, и едва сознание взяло верх над непослушным телом, как я тут же облачился в халат и тапочки и направился вниз. Уже на лестнице стали различны слова, что произносил папа, и как-то не нравились они мне…

– … кастатрофа! – первое слово, что я расслышал, и подобной агрессии в голосе, к счастью, я не наблюдал ни разу за всё своё детство. Кто-то, с кем говорил отец, не на шутку выбесил его, – Какой скандал?! В гробу я видел вашу политику! У меня люди пропали, дети! И чем дольше вы, черти, сношаете мне мозг своими “политическими последствиями”, тем быстрее выветривается след.

Спустившись я застал прямой и жёсткий взгляд одетого в рабочую одежду сурового мужчины. Усы топорщатся, лицо блендое, в глазах огонь… признаться, небольшие изменения, но своего старика я узнал не сразу. Глупо, да, но так и есть. Он смотрел прямо на меня, и будто только и ждал – протянул руку с поводком, на котором сидела Рейчел, оставив себе Росса.

– Всё я сказал! – вновь продолжил он, и только сейчас я разглядел блик в ухе – гарнитурка, – Перестань ссать мне в уши и сверь контакты. Нас должны ждать у входа в ЦЕСПА, и не дай бог я не обнаружу там людей с их личными вещами! Ты у меня отправишься к япошкам трудиться! – освободившейся от контроля мастифа рукой он коснулся запястья, прерывая звонок, – Прости, что разбудил. Но я так и так хотел уже идти за тобой…

– Что там?

– Туристы, мать их… – было видно желание сплюнуть, но он сдержался, – Переодевайся и спускайся к машине. Расскажу всё на ходу.

Случилось действительно… что-то крайне неприятное со всех возможных сторон. При завершении вечерней экскурсии выяснилось, что одна из групп отбилась от остальных. Незадолго до того, как я поднялся к себе, папа уже двигался в сторону заповедника чтобы взять на себя командование поисковыми работами. Не сказать, что стандартная ситуация, но здесь такое бывает, так что механизм отлажен, туристов быстро нашли… зная примерное время пропажи можно было предсказать маршрут и то, где в итоге окажется человек. Однако, воспользовавшись переводчиком, выяснили, что японская чета не просто “пропала”. Они отправились искать потерявшихся детей и заблудились… и здесь всё стало гораздо хуже, потому что следов кого-то ещё просто не обнаружилось в предполагаемых местах.

Собственно, после более глубокого анализа и попыток поиска, пришли к выводу, что без техники не обойтись – на территории ЦЕСПА запрещено использование чего бы то ни было, что обладает неразлагаемыми выбросами в окружающую среду, и нарушать закон даже ради такого дела никто не стал бы… По этой причине и злился отец. Он готов был принять ответственность, но толпа юристов, возглавляемая главным бюрократом “всея Руси” – первым его помощником, и, вроде как, лучшим другом, пришли к достаточно циничному и мерзкому выводу: своя жопа к телу ближе. Соответствующую технику нужно вызывать из ближайшего города, оплачивать кучу штрафов на её ввоз, терпеть репутационные потери… оплачивать ещё больше штрафов из-за запуска нужных устройств, пытаться хоть как-то договориться с властями СКФ, чтобы вот прямо здесь и сейчас тебя не лишили всех регалий и не заперли под стражу как особо опасного эко-террориста… Самое неприятное, что первыми в очереди к рычагу плазмо-стула, для казни, встанет именно японское правительство, что наиболее яро ратует за сохранение природы. Такие приоритеты в этой стране… И главное, даже пройдя через всё это, гарантий на нахождение детей живыми не будет никаких – в заповеднике обитает множество видов зверей, среди которых встречаются четыре вида медведей, несколько видов крупных кошачьих, вроде рысей и тигров, и ещё больше опасных для человека растений и насекомых. Но вот то, что организовавшего всё это – моего папу, то есть, притянут по всей строгости – гарантированный факт.

– Я уже подал заявление на провоз наблюдательных дронов, но, в лучшем случае, они будут у нас завтра утром. Чёртова бюрократия…

Мы сидели в его машине: он вёл, я – рядом, держал в руке поводки и следил, чтобы собаки не пробрались с задних сидений вперёд.

– И поэтому ты решил взять собак? – старик кивнул, не отрывая взгляда от дороги, – Как в тех старых фильмах? – ещё один кивок, – Я, если честно, сомневаюсь что этот их “собачий нюх” – не выдумка. Найти кусочек еды за диваном они ещё могут, но кучку детей на столь огромной территории, полной запахов других животных… сомневаюсь.

– Это лучшее, что у нас есть.

Дальше мы ехали в тиши. Я понимал серьёзность ситуации, но… признаться, вряд ли смог бы поступить так же, как папа. Рискнуть всем: карьерой, положением, сбережениями… даже семьёй, ведь всё это коснётся и мамы, и даже меня. И всё ради четверых незнакомцев, угробивших себя по своей же глупости. Пусть даже они и дети… я бы не смог.

– Мама что думает?

Минуту или две он думал над ответом, но, в конце концов, улыбка приподняла густую щетину усов, будто чуть омолодив бледный лик.

– Что я старый идиот. Что я похерю всё, над чем мы так трудились… Она со мной и поддерживает моё решение.

– Вряд ли она сказала бы слово “похерю”, – я улыбнулся.

– Не сказала бы, да, – кивнул он, – Да только я знаю её. Если бы ты не приехал, то я уверен, она сидела бы сейчас здесь, рядом со мной. Смотрела бы осуждающе, с упрёком, поджимала губы, нервно теребила бы поводки… но всё равно сидела рядом. Только пообещав взять тебя и смог оставить её дома… правильно она сказала: никто кроме нас не совладает с псинами, и, если план всё же удастся, то в два носа искать будет сподручней.

– Вот так и сказала?

Отец вновь улыбнулся, хмыкнув… помнит, что я-то свою мать тоже неплохо знаю, пусть и не так долго, как он.

– Не так. Но и повторить я не берусь, уж больно… зубодробительные там обороты. Не по мне такое, ещё и без мата.

Глубоко зевнув, я крепче сжал поводки. Чтобы ощутить твёрдость дорогой ткани… чуть потёртой, но без торчащих ниток. Всё то же крепкое плетение, какое оно было в моём детстве – любимые поводки этих пройдох, и даже если бы кто захотел их заменить – не смог бы. Росс просто сбежит и не дастся, а Рейчел ещё и на себе прокатит… Хорошие они собаки. В детстве мне помогали частенько – от уродов всяких защищали, ведь даже здесь такие водятся, да и в ЦЕСПА, когда была возможность, я ходил вместе с ними… надеюсь, помогут и сейчас.

Отец вёз нас молча, и не сказать, что очень далеко, но… да, я практически уснул. И проснулся уже на месте – меня трясли за плечо. Перед глазами, в невзрачном отблеске ночных светильников, возвышались открытые сейчас ворота. ЦЕСПА. Пред ними не было толкучки, какую, признаться, я ожидал увидеть. Нет ни папараци, ни блогеров, ни толпы зевак – незаменимые атрибуты любых происшествий в больших городах. Только четыре фигуры, вглядывающиеся в лобовое стекло и едва ли видящие сквозь него хоть что-то.

– Ты как?

– Не бодр и не свеж, но готов к действию! Пошли?

– Подожди тогда, я выпущу собак.

Сказано – сделано. Лишь дождавшись, когда папа перехватит поводки, я вновь ощутил на себе покалывание ночной прохлады на заспаном лице. И пока я боролся с лёгким жжением в глазах и пришедшей после короткой дрёмы зевотой, папа уже приблизился к ожидающим нас людям… и судя по показательно выпрямленной осанке, расправленным плечам и чуть пружинящей подоходке, напоминающей строевую, один из присутствующих там людей – тот самый юрист, что вызвал на себя гнев достаточно спокойного в обычное время мужчины.

– Анатолий Сергеевич, ну послушайте же! Я же для вас и стараюсь… для вашего блага!

– Хрень ты воротишь, а не на благо стараешься, – на ходу ответил он, – Я тебе уже всё сказал. Не помогать нормально – бери самоотвод и вали на все четыре, чтобы я тебя не видел. Пока ещё такая возможность есть, а вот завтра утром… уже всё.

Немолодой мужичок, мулат, с лысой макушкой и окантовкой ярко-чёрных волос, без малейшего намёка на седину. Лицо морщинистое, угловатое, разрез глаз узкий, но не как у азиатов. Имел он пухлую нижнюю губу, будто только что её кто-то разбил, и длинный узкий нос с пухлой родинкой на его кончике.

– О, вы, же Николай?! – не столько спросил, сколько утвердил он. Ощущение такое, будто только присутствие отца и сдерживало его от того, чтобы не вцепиться в мои плечи руками и не начать меня трясти в приступе истерики… и да, чувство, будто он на самой её грани, можно сказать, что витало в воздухе, – Прошу вас, повлияйте на этого упрямца! Я уже не знаю, что ещё сделать… он же угробит себя и свою семью! Вы… Вы… – бедняга поник, – вы ведь его сын. Я вижу, что вы поддержите его. Толь, ну взвали на меня хотя бы часть вины! Мы уже сколько лет вместе работаем, а ты вот так… один, на передовую. Эх…

В последний раз вздохнул, он достал из кармана брюк платок, протёр лицо и лысину, ещё раз глянул на отца, на меня… и отошёл.

– Вот и славно, – буркнул папа, – Быстрее начнём – быстрее закончим.

В стороне нас дожидалась оставшаяся троица – пара явно обеспокоенных японцев, которые хоть и старались держать лицо, но нервозность в позах и жестах всё равно ощущалась. Высокий, даже выше моего отца, мужчина с проседью в чёрных волосах, и достаточно низкая блондинка чью милую внешность не портили ни чуть поплывший макияж, ни припухшие от постоянных укусов губы. С ними стоял русский, на лицо, парень. Абсолютно спокойный, и даже расслабленный. Именно он и заговорил первым, пожав руку сперва моему отцу, а потом и мне.

– Вячеслав, переводчик. Рад знакомству… и разрешите представить, это…

– Так, Славик, давай без этого! Времени и так нет. Скажи, чтобы отдали вещи своих детей и… молились, если есть кому.

Переведя всё слово в слово, – не думаю, что подобное поспособствует их душевному спокойствию, но не моя это головная боль, – он получил пару наборов в руки… разные предметы, которые папа, отойдя в сторону, принялся совать собакам в морды, что-то тихо проговаривая. Поочереди. Нам же оставалось только стоять в стороне и наблюдать… и да, я старался не обращать внимание на перешёптывания японцев, но то, сколько тревоги и боли было в их словах… жутко. И неприятно.

– Коля… пойдём.

***

Как и опасалась Мику, лёгкая лесная прохлада, окутавшая их группу в начале прогулки, ночью обратилась неприятным морозцем, щиплющем открытые участки кожи. Никто из них не мог развести костёр – современные дети банально не умели подобного. Бесполезный навык в голографическом веке, ведь просто не осталось на планете мест, где нет связи… так думают обыватели, однако, вот же, существуют такие места как ЦЕСПА. Правда, задумываясь над своим положением и ища из него выход, девушку посещала и мысль о том, что сумей они добыть огонь, может, и продержались бы дольше, но вряд ли всё для них, в конечном итоге, закончилось бы хорошо… она видела следы, видела отметины на деревьях – кто знал, что знания из Иггдрасиля о том как можно выследить короля ванахеймских Гиросов – похожее на медведя существо с шестью лапами и хитиновым гребнем на спине, – поможет ей вовремя опознать территорию уже настоящих медведей, и как можно скорее покинуть её. И понимание того, что их, потерянных в лесу, ждёт не только холод, голод и вездесущие комары, но ещё и куда более опасные хищники, которые не ограничатся каплей крови, привносит собой и логичный вывод: на дым от костра скорее придут звери, чем люди…

Тихое бормотание прервало поток мыслей, вернув девушку к насущным проблемам. Всё же по лесу они ходят уже больше шести часов… все устали, замёрзли, проголодались. И особо сильно тот кризис сказался на совсем ещё маленькой Мицури.

– Мама… простите… папа… Мику…

Блондика плотнее прижала к себе дрожащее тельце, кутая сестрёнку в свою лёгкую курточку. Кроха Мицури винит во всём себя… она сама сказала об этом, и никакие увещевания не могли убедить девочку в обратном. А ведь именно она, Мику, как старшая сестра, виновата в произошедшем. Не доглядела за мелкой. Не сообразила предупредить родителей о пропаже. Думала, что легко догонит егозу, которая, увидев какую-то ящерку, будто растворилась в подлеске. Раз, и нету! Да и сама она… рванув следом и потеряв сестру из виду, далеко не сразу решила вернуться, а когда поняла, что всё, беда, обратной дороги будто и не было! Деревья незнакомые, кустов как не видать, и тропы – широкая, в несколько метров, утрамбованная песчаная дорога, – просто нет. Нигде нет. Как бы не шли обратно, выйти к ней не могли…

И не стоит забывать про другую парочку. Убедившись, что задремавшая сестрёнка перестала дрожать, Мику перевела свой взгляд на обнимающихся брюнетов. Они не забыли о собственных распрях, продолжая шутливо переругиваться даже в такой ситуации, но друг от друга не отстранялись. Грелись… и пытались поднять настроение. Очень тихо, что Мику даже и не слышала – не хотели разбудить Мицури.

В памяти вновь начали мелькать события последних часов: лёгкое волнение от сбежавшей мелкой, паника и страх, когда даже силуэта её оказалось не разглядеть. Осознание и настоящий ужас, когда вернувшись втроём обратно, позвать на помощь, не обнаружили ни родителей, ни экскурсовода, ни переводчика, ни группы… ни тропы, ни, даже, хотя бы одного узнаваемого ориентира. Как давил лес на нервы, как начинало болеть горло от непрекращаемых криков, как Мику едва не сорвалась на назойливых брюнетов за очередную их перепалку, в которую они так старались втянуть и её… сейчас девушка понимала, что они хотели только отвлечь её, хотя бы немного. С влагой на глазах она глянула на свои ногти – обгрызаны до крови, до мяса… она не замечала этого, не чувствовала боли, ровно до тех пор, пока не нашлась Мицури. А вот друзья её всё видели, и потому пытались хоть как-то помочь.

И то, как Мицури нашлась… очень странное, и оттого не менее яркое воспоминание. Девочка выбежала к ним из кустов, задорно хохоча и зовя её, Мику, посмотреть на что-то. Не было паники на лице, не было следов того, что она уже как час блуждает в одиночку в лесу… зато был счастливый лик, сперва быстро сменившийся удивлением, а затем и страхом – сложно представить, в каком виде её встретила Мику, и ещё сложнее понять то, что было в голове у девочки, когда зарёванная старшая сестрёнка кинулась обнимать её, целовать, осматривать на наличие травм…

Затихла перебранка, что полушёпотом звучала в фоне.

“Заснули” – подумала Мику, глянув на друзей, но тут же изменила своё мнение… оба подростка глядели в её сторону, и что-то пытались ей показать. Жестами, не совершая резких движений…

“Обернись”, – шептали губы Асоки.

Мурашки забегали по спине и рукам, и где-то внизу живота взорвалась адреналиновая бомба: мир стал чуточку чётче, ярче, и сердце забилось в ушах. Гулко, но слишком тихо. Оно не помешало девушке услышать дыхание за спиной. Тяжёлое, голодное… чужое. Не человеческое. А ведь здесь обитают медведи! Мику зажмурилась, тихо пискнув, и крепко обняла спящее тельце, подставляя под клыки и когти собственную спину. Сжалась так сильно, что готова была услышать хруст костей и стон Мицури – всё что угодно, лишь бы не позволить зверю увидеть добычу в лице маленькой девочки… Она замерла, перестала дышать, и, казалось, даже сердце остановилось, когда шеи коснулся тёплый бриз зловонного дыхания. На спину легла чужая лапа – огромная, как у медведя, и такая же когтистая… неописуемое давление навалилось на неё, но Мику держалась, боясь навредить Мицури. Напрягла все мышцы, чтобы не позволить зверю сложить себя пополам, ощущая при том, как скользят по тонкой блузе чужие когти, царапая и раздирая плоть. Она хотела заорать, но не могла – слишком быстро всё произошло. Лишь тонкий писк покинул дрожащие губы, когда что-то с силой дёрнуло её за хвост на затылке, опрокинув на землю и… отступив. Она осталась лежать, с распущенными волосами и заспанно моргающим ангелочком на груди.

– Мику… Это же… – с надрывом протянула та, в очередной раз заставив сердце блондинки сжаться, – Соба-а-ака! Ва-а-а! Прямо как в фильмах! Смотри-смотри, какая большая, пушистая… Ой, она украла твою резинку… Ой что сейчас бу-у-уде-е-ет… Мику? Ми…

Дальнейшее потонуло в черноте, ведь истощённый и перенервничавший организм попросту отрубился.

***

Очнувшись, девушка поняла сразу: кто-то несёт её на руках, как принцессу. Было тепло и уютно, хоть и слегка покачивало, но стоило лишь присмотреться, как любые неудобства остались позади. В глаза ей смотрел выдающийся брюнет, черты лица которого расплывались в ночном мраке, и лишь серые, стального отлива глаза, отчего-то, виднелись крайне отчётливо.

– Ты очнулась? Всё в порядке? – спросил незнакомец на японском, и Мику заспанно кивнула. Потом мотнула головой, и нехотя отвела от него взгляд, чтобы тут же всполошиться:

– Где Мицури?! С ней всё в порядке? А Асока и Ритц?!

– Мы здесь, и не кричи так. Мелкую разбудишь, – голос Асоки подействовал успокаивающе, – Залезла на ручки к красавчику и довольна… да и вторая недалеко ушла. А меня кто покатает?! Этот изврат с макаронинами вместо рук?

– Я слишком устал, чтобы с тобой спорить. Просто переставляй ноги и куда-нибудь дойдёшь. Надеюсь, что путь твой лежит в жопу.

– Мы идём одной дорогой, братец. Куда ты, туда и я.

– Не дай Ками…

Привычная перебранка внесла порядок в мысли, убедив, что хотя бы эти двое в норме. Но вот Мицури девушка не слышала… зато увидела, наспех осмотревшись. Впереди них брёл косматый волосатый медведь, и на спине его, вцепившись ручками в шерсть, спокойно посапывал их белокурый ангел.

– Это… Это что, правда, что у всех русских есть ручные медведи?! – сказала она первое, что взбрело в голову, – Ой… я… я не это…

– Рейчел, – сказал парень, и животное обернулось, показывая белое пятно собачьей морды, выглядывающей сквозь густую бурую шерсть, отчего Мику стало весьма стыдно…

До ушей продолжал доноситься далёкий спор, и услышав очередную подколку, парень хмыкнул, – У вас всегда так?

Задумавшись на мгновение, она представила, что могло бы быть… и потому ответила:

– Бывает хуже… – и вновь смутившись, даже не от своего положения – на это, из-за усталости, даже не обращала внимания, хотя утром ей будет ну очень стыдно, а от глупости, которую озвучила, поспешила дополнить её новой, – А у вас?

* Давно не поднималась эта тема, так что сноска: СКФ – Содружество Капиталистических Федераций. Объединение нескольких соседствующих стран Евразии, возглавляемых коалицией России и Китая по… пусть будет неопределённому принципу.

Глава девятнадцатая. Последние деньки в ЦЕСПА.

Глава девятнадцатая. Последние деньки в ЦЕСПА.

Пахнет свежестью и хвоей. Поют птицы – кажется, то соловьи, но может и свиристель, а то и банальная синичка. Я не разбираюсь. Но зато легко могу отличить «барабанное соло» в исполнении дятла, да. Это не сложно. Мы шли в тенях могучих сосен, в ветвях которых скакали белки, да вили гнёзда пернатые. Под рукой у меня тонкая девичья талия, скрывающаяся лишь кофтой да маечкой, а обладательница её мило краснеет от подобной близости – для Мику наши отношения развились уж очень стремительно, но девушка, как и я, оба мы понимаем, что дальше либо окончательно расходимся, либо проходим сложнейшее испытание «расстоянием»… потому, между моментом, когда я вынес милую блондиночку из леса на своих руках, и мигом, где мы синхронно предложили друг другу встречаться, прошло не больше недели. И ещё одна минула до того момента, когда я позволил себе нечто большее, чем держание за руку… до лёгких поцелуев в щёчку и прогулок в обнимку. То есть, до настоящего момента. Не могу не признаться, что это действительно приятно, вот так вот просто гулять, наслаждаться природой и теплом приятного тебе человека, слегка поглаживая мягкий бочок да любуясь лёгким покраснением её щёчек. И всё было бы прекрасно, если бы не пара «но»… И нет, дело не в Мицури – младшей сестрёнке Мику, которая носится между деревьев в попытке рассмотреть белочек получше, да приманить одну – в кармашках егозы полно семечек и орешков, как раз на такой случай. Собственно, против этой крохи я ничего не имел. Наоборот, с её помощью атмосфера становилась более легкой и по-семейному уютной. Да и Мику было гораздо комфортнее, чем оставаться со мной наедине… повторюсь, но для неё всё это слишком быстро и сумбурно, и это не считая воспитания и «культурного кода» японцев. Так что нет, в эту неприятную пару «но» Мицури не входит.

– Сестра, это определенно точно не справедливо! Он, мало того, что захапал нашу Мику, так ещё и на крошку Мицури положил глаз!

– Ой, закрой рот уже… не все такие извращенцы, как ты и твои дружки! Никиляи выше всего этого! А вот Мику… забрала себе красавчика-иностранца из богатой и влиятельной семьи, и делиться не хочет! Вот где беда, а ещё подруга лучшая…

– Вот именно! Она наша лучшая подруга, и мы обязаны спасти её из лап этого русского варвара. Ты посмотри, где он её трогает!! Не прощу!

Да, эта парочка тоже с нами, и куда бы я не позвал Мику, они были бы там… и я не то чтобы против, ведь, очевидно, они приехали сюда все вместе, и так просто отбивать у них подругу и устраивать персональные экскурсии только для неё и её сестры было бы… даже не грубостью, а самым натуральным хамским плевком. Да и самой компании ребят я был бы не против, вот только их шутки… вечные перепалки… и, порой, вообще не детская ругань… всё это слишком уж шумно, и довольно быстро начало действовать на нервы. А ещё оно нервирует Мику, ибо как только та слышит комментарии своих младших товарищей, так сразу становится бардовой от смущения напополам со злостью… Вот и сейчас, когда низкорослая брюнетка с уложенными в пару длинных хвостиков по бокам насыщенно чёрными волосами, да выглядящая лет на пятнадцать, хотя сама она утверждает, что уже совершеннолетняя… не важно, в общем. Как только эта заноза выскочила вперёд, оставив братца позади и обогнав нашу пару, заградила нам дорогу, задрала к верху носик и дополнила это указующим вверх же перстом, то тут же начала свою возвышенную речь. Как ни странно, вопреки всему этому образу, голосом она умела играть весьма и весьма, да и актёрка у девочки поставлена на высоком уровне… так что да, ещё один плюсик в копилку нахождения её и её братца рядом, ибо слушать и наблюдать за её образами – дело весьма увлекательное.

– После всего того, что ты сделал с нашей Мику…

– Он ничего со мной не делал! – и всё же милашка не выдержала: накричала на «шпану»… но из объятий вырываться не спешила, так что большего мне и не надо.

– К твоему сожалению! – тут же ответила Асока.

– Неправда!

– У тебя на лице всё написано! Жадина, могла бы и поделиться с подругой! И вообще, я не об этом… Так вот, русский варвар, за то, что ты сделал с нашей Мику…

– Гр-р-р… – а теперь она всё же сделала пару шагов вперёд, изворачиваясь и не позволяя удержать себя. Гибкая. И такая прям «злая»: щёчки надуты, руки в кулачки сжаты, волосики под высоким хвостом встали дыбом. Милота, как есть.

– О Ками, – в разговор вступил Ритц, успев поравняться с сестрой. Играя ужас своей мимикой, он отпрянул от взбешённой Мику, – Она превращается в медведя! Этот русский превращает её в медведя!

Ну а что мне здесь остаётся? Только закатить глаза, устало выдохнуть, и продолжить наблюдать за очередным концертом… ну, может ещё дополнить, чтобы стереотипы соблюсти:

– Водки выпьет и всё пройдёт. У нас, русских варваров, только так.

Мику обернулась на миг, подарив мне возмущённо-надутый взгляд. И тут же покраснела, видимо, от улыбки на моём лице. Не знаю, для меня это как смотреть на игривого щеночка: просто невозможно не улыбаться.

– Вы можете меня не перебивать! Что это вообще такое?! Я так-то пытаюсь сказать очень важную вещь! – и подтверждении важности своих слов, Асока замахнулась кулачком на своего брата, что мигом отпрянул от «милой сестрёнки», а после уже обернулась ко мне, тем же «инструментом» погрозив нам с Мику, – Тишина! Вот то-то же… Так вот. За то, что ты отнял у нас Мику, и не даёшь мне тискать мою лучшую подругу, так как занимаешься этим самостоятельно… – Мику сделала шаг вперёд, отчего брюнетка заговорила раза в два быстрее, – ты обязан взять на себя ответственность и присоединиться к моей пати!

– Не понял… – удивился Ритц, – Вообще-то я хотел его позвать к нам! Он уже даже с пати-лидером знаком!

– И что? У нас я – пати-лидер, и со мной он знаком лучше, чем с Тач-саном. Мы даже вживую уже виделись!

– Это случайность! И вообще, ты сама говорила, что у тебя, кроме Мику, нет адекватных тиммейтов!

– Пф-ф-ф! У нас целых двое адекватных… Ну ладно, хотя бы Мику, – тут же поправилась под скептическим взглядом брата, – И это уже на целого одного человека больше, чем у вас!

– Да я… Да мы… Ну да, мы такие, – бедняга сдулся, – Но зато у нас весело! И вообще…

– Ах «вообще»?! А ты не забыл, глупый младший брат, из-за кого я «вообще» должна искать к нам нового дамагера? Не забыл? А я всё равно напомню! Всё потому, что один крылатый имбецил повёлся на увещевания Тач-сана, и просто кинул меня и мою группу! И ради чего?! Ради того, чтобы оказаться «на ты» с каким-то чёртовым кузнецом!

– Не сметь! – взвизгнул вдруг брюнет, – Аманома-сенпай не просто «какой-то кузнец»! Это величайший человек… людокраб… огромнейшей души и честь его сравнима с таковой у ТачМи-доно!

– Да-да, – миниатюрная брюнетка отмахнулась ручкой от воплей братца, ещё и отвернулась от него, – Этот фрик, вливший все перки в мирные классы, смог сделать тебе основу для твоего лука. Не так уж и дорого им обошлась твоя задница.

– Не дорого?! Да там компонентов на несколько миллиардов!

– И все их собрал ты сам…

В общем, даже попытка моей вербовки в исполнении этой парочки закончилась очередной пикировкой. Надеюсь, что шуточной, потому что будь иначе, то семью с такими отношениями уже не спасти. И да, самое главное, и то, что я осознал далеко не сразу… мы все уже встречались! Кроме, пожалуй, малышки Мицуру. С блондинистым бельчонком мы, чин по чину, увиделись и познакомились впервые. А вот остальная тройка… сейчас, наблюдая за состязанием упорства младшего и остроумием старшей, совмещённые со словоблудием с обеих сторон, соответствующие образы легко накладываются на их голоса: четырёхкрылый людоптиц и алый сгусток слизи – Перорончино и Букубуку-Тягама, как звали их аватаров в Иггдрасиле. А Мику… достаточно забавно, что одна из первых фраз, сказанных ею в игре, полностью повторилась и в реальности. Возможно, это судьба? И да, каким образом столь милая девушка оказалась скрыта за телом уродливого исполина, отзывающегося на имя Ямаико, эта самая девушка рассказывать отказалась на отрез. Даже когда я начал угрожать ей обнимашками, и, настоящее святотатство для чтящих личные границы и осуждающих «общественную» демонстрацию чувств, пригрозил поцеловать её в щёчку на глазах её же родителей: те, естественно, не были в курсе моих угроз, и лишь отец девушки хмурил брови, глядя на её пылающий лик… в общем, даже после озвучивания сокрушительных мер и допросных процедур, Мику отказалась мне озвучивать историю её аватара… зато согласилась Асока. Вернее, готова была согласиться, пока не услышала аргумент подруги, мол, «русский варвар уйдёт, а я-то останусь». Но я не теряю надежды, да.

Подводя итог… каждый последующий день моего отпуска мне нравился больше предыдущего. И пусть я осознавал, что с менталитетом японцев о «курортных романах» не стоит даже заикаться, однако… почему-то, я и сам не сильно хотел склонять это милое создание к интиму. Слушать её истории, рассказывать свои, дивиться разнице культурного восприятия и традиций – это поглощало с головой, окрыляло. Я будто раскрывался перед ней. А она – предо мной. Это ли не влюблённость, что грозит перетечь в настоящую любовь? Физически же… я не то, чтобы удовлетворялся редкой возможностью обнять девушку, прижаться к ней чуть ближе, коснуться губами нежной щёчки или ощутить её прикосновение на своей, однако на данном этапе было стойкое ощущение, что переходить дальше… не стоит. Пока что, вот так просто гулять на свежем воздухе, держа руку на талии и крепче прижимая Мику, изредка поглядывая на следящие за мной из-за чёлки аквамариновые глаза, на алеющее «застуканной с поличным» ушко, или же сидеть в обнимку на обзорной площадке с видом на водопад, какое-нибудь древнее дерево, или, если повезёт, на стадо оленей вдали, согреваясь чаем из термоса и теплом друг друга… этого мне достаточно!

Тем временем подростки всё продолжали спор, заводя шарманку своих аргументов на очередной круг. И мне, признаться, наблюдать за ними не очень интересно, хотя порой и мелькают в их речи интересные обороты, каких я раньше не слышал… всё же между собой мы общаемся на японском, так как этот язык мы знаем все. И выбирая между тем, чтобы молча дождаться выдыхания брата или сестры, и тем, чтобы ещё немного потискать мою девушку, очевидно, я игнорирую саму концепцию выбора. Подкрадываюсь к блондиночке, которая как раз совершила «неправильный выбор», посвятив своё внимание спорщикам, и тут же заключаю её в кольцо рук, смыкая ладони на животе и прижимая к груди её затылок. А после, заглянув в глаза на задранной головке, сверху вниз, и увидев там колоссальный уровень паники, дождался закономерной попытки вырваться, и, едва не касаясь ушка губами, проникновенно шепнул:

– Может, не будем дожидаться пока они закончат, и пойдём постепенно за Мицуру?

– Д-да…

Имя младшей сестрёнки подействовало успокаивающе, так что попытки вырваться прекратились, а я, вернув правую руку на её законное место: на бочке Мику, медленно повёл её в сторону, где в последний раз был блондинистый ураганчик. Собственно, сквозь стройные сосновые ряды очень хорошо был виден её белый жакет… или как там называются вот эти «недосвитера» на пуговицах?

Шли мы медленно, чтобы Асока с Ритцем имели шанс догнать нас, когда закончат со своим неимоверно увлекательным делом. И Мику, очевидно, узрев свою младшую, как-то вдруг резко успокоилась, и даже настроилась на какой-то меланхолический лад.

– Прости… – тихо сказала она. Как и все разы до этого – неожиданно. Неприятно неожиданно. И откуда, главное, каждый раз берётся эта глупая мысль, что приводит к не менее глупому разговору?

– Ты опять? Мы же уже обсуждали, что проблем никаких нет…

– И всё же. Твой отец очень рисковал… Да и ты тоже. А мой… Эх…

– Так! – я остановился, и развернул Мику лицом к себе, – Никаких санкций против нашей семьи не последовало. Это раз! Никакой «виры» за спасение вас четверых мы не требуем, и требовать не станем – это два! Папа и так уже получил похвалу и грамоту от начальства, а также ряд привилегий за то, что японская сторона оказалась должна русской… да и я без награды не остался, – улыбнувшись, я положил ладонь на вмиг заалевшую щёчку, – А всё остальное – тлен и суета, которая нам ни к чему.

– И всё же… – вопреки смущению, в мои глаза она смотрела ровно, не отводя взгляд, – Отец обязан был сказать хотя бы «спасибо»… а не устраивать истерику с угрозами в ваш адрес.

– Но он же извинился…

– Конечно извинился! Мама из него… – девушка осеклась… не принято у них выпячивать «семейное» на показ, но додумать её фразу не сложно.

– Извинился, потому что осознал свою неправоту и очень о ней сожалел.

Скромная улыбка на её устах отдала радостным перезвоном где-то в сердце. И вновь я переместил девушку себе под бочок, продолжив путь… а то ещё миг, и потонул бы в этих глазах… всё равно что чистое небо в отражении морской глади.

– Давай закроем эту тему, как исчерпавшую себя. Я в целом не понимаю, зачем себя изводить? Ты ведь в отпуске, в самой ЦЕСПА! Должна дышать воздухом, любоваться живой природой, слушать «всамделешных» птичек и молиться о том, чтобы не встретить тут медведя или рысь. А ты всё о плохом, да о плохом… оно ведь несущественное, хоть и плохое! Какой в этом смысл? Тем более, когда хорошего гораздо больше, и оно гораздо ближе! Нет бы брать пример с Мицури…

Мы как раз подошли к девочке… на плечах которой сидело по бельчонку, а сама девочка, кажется, дышала через раз – лишь бы не спугнуть. Она скрестила руки перед грудью, вывернув ладошками кверху и поднеся те к грызунам: полный набор семечек и орешков на каждой. И такой блеск в глазах, такое счастье, что просто… удивительно, насколько чисты и искренни бывают дети.

Рядом застыла Мику. Судя по лицу, девушка не могла определиться: затискать сестрёнку, начать переживать, что грызуны покусают, или же надуться в белой зависти, ибо тоже охота покормить милых белочек… Я медленно нагнулся и тихо шепнул ей на ушко:

– Не хочешь её сфоткать? Только не забудь убрать вспышку…

Ближе к вечеру, когда окончательно умаявшиеся и озверевшие от голода японцы привели себя в порядок после длительной прогулки с лёгкими перекусами, мы собрались всей нашей скромной компанией в одном заведении в центре Бора. Я, честно, опасался посещать здешние рестораны, всё же в этот период времени они были забиты высокопоставленными персонами едва ли не со всего мира – сливки общества, и находиться среди таких мне банально не уютно… а компания из вездесущих братца с сестрой лишь усугубляла ситуацию. Однако, подобранный мамой костюм-тройка был надет и сдобрен парой лёгких пшиков какого-то нежного цитрусового аромата из отцовской коллекции, а сам я, едва не растекаясь лужицей от умиления, вёл свою девушку под ручку сквозь ряды занятых столиков. На нас бросали редкие взгляды, а кто-то даже прицельно следил за компашкой далеко не первых, но и не последних лиц в международной политике… вернее, компашкой детей таких лиц. И всё это заставляло Мику нервничать даже сильнее, чем под моим пожирающим взглядом, когда я только встретил их в холле отеля, где остановились японцы. Алое платье с открытыми руками и огромным вырезом на спине, обтягивающее осиную талию, – и куда только делся тот удобный бочок, с которого не сходило моей руки? – и круглые бёдра, которое, к тому же, ещё и демонстрировало, что белья на девушки нет… или же оно какое-то совсем уж хитрое, не имеющее лямок, резинок и застёжек. Я в этом всё равно не разбираюсь. Зато этот наряд, да в сочетании с алыми щёчками и загнанным взглядом, который одновременно выражал смирение с неизбежным, мольбу о спасении и робкое желание получить пару комплиментов в свою сторону, без которых, естественно, это блондинистое чудо не осталось, заставляло замирать моё сердце и млеть от эстетического удовольствия. Очевидно, что именно мудрая рука мамы Мику направила девушку по пути подчинения мужских душ, и, положа руку на сердце, я искренне благодарил эту не по годам опытную и знающую женщину, причём не только в уме, но и при личной встрече, когда забирал девушку из отеля.

Позади нас, кстати, шествовала неразлучная пара. И как пара, хвала богам, они не выглядели, ибо не только бросалось в глаза семейное сходство, но и вели себя по отношению друг к другу они предельно корректно. Даже походка: когда мы с Мику шли рядом, и я чувствовал невесомое касание девушки на сгибе моего локтя, то брюнеты шествовали на расстоянии друг от друга, причём девушка – чуть впереди, показывая главенство над младшим братом. Вопреки ожиданиям, всё было согласно этикету. И да, о тёмной стороне моего отпуска… мама не разжимала свой нежный хват, способный сминать стальные плиты, пока окончательно не убедилась в том, что я помню, как правильно вести себя в светском обществе. А также, пока не подобрала мне соответствующие разным мероприятиям наряды и не прогнала меня по полному курсу институтов здоровья – за что ей отдельное спасибо, так как я и сам хотел сделать это. Просто без «крыши» в виде владелицы большей части передовых клиник в столицах России, и, в том числе, клиники в Бору, провернуть это было бы гораздо сложнее… и да, именно моя мама была этим самым владельцем.

В общем, до забронированного столика мы добрались цивильно. От вечеров прошедших недель, текущий отличался для меня в лучшую сторону, ибо раньше я был лишь материнским или отцовским придатком: демонстрация наследника одного, а то и обоих родителей – пока ещё не решено, а то у мамы так-то воспитанница есть, которой и может достаться часть её дел. Тому пожми руку, здесь улыбнись и постарайся не упасть в грязь лицом при рассказе о собственной жизни, там вспомни устаревшую классику двадцать первого века, дабы поддержать тему разговора, и вот, ближе к полуночи, я уже просто вваливаюсь в свои комнаты и лишь силой воли не падаю на кровать, а снимаю костюм, который пригодится мне уже завтра… да, дневные встречи с Мику и остальными были знатной отдушиной перед вечерними испытаниями. А теперь, вот, мы проходим это все вместе. Теперь приходится быть центром и главой нашей маленькой компании: «взрослых» нет, – если не вспоминать, что мне скоро тридцатник, а Мику медленно приближается к двадцати пяти, – мелкой, кстати, тоже… пусть мы не на приёме, где обязательно нужно поговорить с хозяином мероприятия, а после пройтись по группкам беседующих господ, или, того хуже, самому выступать вроде хозяйской стороны – это вообще убиться можно. И даже не на каком-то вечернем мероприятии, вроде голотеатра, или иммерсивных постановок, в антракте которых обязательная «говорильня» со всеми вместе и каждым в отдельности – минимальный объём вежливости. Всё равно, даже простой выход в ресторан может закончиться катастрофой с точки зрения репутации. Не то, чтобы мне было до неё дело, но разочаровывать родителей или позорить их – последнее, чего мне бы хотелось.

И тем не менее, всё протекало просто прекрасно. Хотя расслабиться никак не выходило, приходилось следить за своим и спутников поведением, вовремя одёргивая Асоку и Ритца, когда те вновь входили в свой любимый клинч. Окружающие непоймут-с… тем более, что пусть народу в зале и много, и даже живые музыканты что-то тихо исполняют в своём уголке, но всё равно здесь не требуется целенаправленно подслушивать, чтобы услышать чужой разговор. Особенно когда пара черновласых японцев не сильно-то голоса и понижают. Уповать же на то, что кто-то из высших политических лиц СКФ не знают языка одного из производственных гигантов, в это содружество входящих… увольте. В конце концов, конвекционный переводчик – штука хоть и дорогая, но не настолько, чтобы не брать её на поездку в ЦЕСПА. Хотя бы десяток штук в этом зале точно есть, и повезёт, если такие присутствуют не за каждым вторым столиком! Так что я продолжал «бдеть» и «недопущать», ровно до тех пор, пока тема разговора не свернула… туда, куда она свернула. Увы, я слишком сильно соскучился по игре, чтобы сопротивляться.

– А ты, Николя? – простое русское «Николай» было слишком сложно для японской речи, а к «Коле» они в целом не привыкшие, но зато на французский манер мой имя выходило у всех, даже у крошки Мицури, – Какие твои планы на игру? Я ведь правильно понимаю, ты – один из тех «верующих», которые считают, что из маджилоса может выйти что-то путное?

Задавая этот вопрос, Асока выглядела действительно увлечённо, даже слегка отвлеклась от очередной закуски, коих в её меню было в изобилии.

– Если честно – не знаю. Я только месяц как официально вступил в свою гильдию, пару недель из которого нахожусь в Бору. Мне, конечно, помогли слегка подосвоиться с механикой создания билдов, но… это очень сложно. Сейчас у меня вышел хороший универсал для моего уровня – магический урон, физический урон, выживаемость, атаки ближнего и дальнего боя. Вкупе с петами и неплохим их контролем, я вполне могу сойти хоть за танка, хоть за дд, хоть за саппорта – знай только, меняй экипировку да активного духа в теурге.

– Уж извини, – перебил Ритц, – но на хай универсалы не котируются. Там не так уж сложно найти подходящего дд. И плюсом, а точнее минусом к твоему билду, будет невозможность заточки под один вид урона. Есть данжи которые проходят только за счёт большого количества святого или тёмного урона: без дпса в виде ангела или какой-нибудь нежити, нет смысла даже начинать сбор пати. Что уж говорить об установке рекордов или приватизации данжа?

– Я понимаю. Но… на самом деле, у меня есть одна идея. Я в целом не претендую на ключевые позиции в группе, и хочу создать персонажа, который сможет закрыть любую пати для практически любого данжа. А в будущем, если затея выгорит, то и ходить на фарм в соло.

– И твоя идея… – брат с сестрой выглядели скептически. Не могу их винить, ведь и сам пока не понимаю, возможно ли то, что я запланировал.

– Оружие. Я хочу создать для себя оружие. Я ведь правильно понимаю, что любые механики, разрабатываемые игроком, оцениваются игровым движком на возможность, а после переоцениваются в зависимости от стоимости вложенных в предмет компонентов?

– Нет. Нет! Какая глупость! Игрок не может создавать механики!

– Ну как же? – я тут же перебил Ритца, – Любое самодельное оружие, если опустить блок статистики, есть комбинация различных механик. И их источником могут быть другие предметы, монстры, расы или классы, а также области в открытом мире. И некоторые данжевые механики, кстати. – парень кивнул, хоть и было видно, что всё ещё хочет мне возразить, – И, например, если беру механику, скажем… шамана линии духов, а точнее конкретный навык: «Призыв Огненного Элементаля», и, в рамках одного оружия, пытаюсь слить этот навык с «Теневым Клонированием» у ниндзя, то на выходе я получаю механику «Множественный Призыв Огненных Элементалей». В игре нет таких навыков или заклинаний, а значит, что я получил абсолютно новую механику на базе старых.

– Так-то оно так, – чуть задумавшись, кивнул Ритц. Все остальные молчали, так как из нашей небольшой компании он – единственный, кто увлёкся созданием предметов всерьёз, и даже смог самостоятельно разработать и создать лук божественного ранга… возможно, в нём тоже есть несколько уникальных механик, которых нет ни в одном другом самодельном оружии, – Просто… далеко не всякую задумку можно реализовать на основе игрового движка. И… у меня есть чёткое ощущение, что разработчики дорабатывают его под особо понравившиеся им идеи.

– С чего вдруг?

– Ну… У меня в новой пати есть один мечник… он пытается сделать для себя идеальный меч, который мог бы взаимодействовать с его и вражеской кармой. И в попытке создать его, он разработал несколько прототипов. Так уж совпало, что один из них вообще не хотел создаваться: процесс шёл, но прерывался сбоем и все компоненты возвращались обратно. Тот прототип должен был материализовывать карму в виде призывного пета, и если карма отрицательная, то он атаковал бы своего владельца. Если положительная – защищал бы. Я честно не помню, что он там намешал и от кого шли компоненты для создания, но… буквально, через неделю после этой истории, вышло обновление, которое добавило в игру данж «Проклятые Грёзы» – в подземельях Йотунхейма. Ты, наверное, не доходил ещё… там суть в том, что в том данже создаются духи каждого, кто войдёт внутрь, и чем больше кармы в любую из сторон, тем этих духов больше. Чем меньше кармы, тем они сильнее…

Парень на секунду задумался. Возможно, о конкретике, так что слово тут же взяла его сестра:

– Очень прикольный, кстати, данж. Тебе понравится. И механика там… моё почтение, да. Если у тебя, скажем, условные ноль кармы, то призывается один монстр тысячного уровня. Чем больше у тебя кармы, по модулю, тем меньший уровень монстра, но за каждые сто кармы количество монстров увеличивается. На единичку. Очевидно, что монстра тысячного уровня не могут убить даже топы сервера, поэтому людей с нулевой кармой туда попросту не берут. И набить карму выше или ниже тысячи могут только совсем отбитые отморозки…

– Эй! – возмутился Ритц, – У Тач-сана три тысячи положительной кармы. И вообще, не об этом разговор… в общем, после этой обновы, тот мой знакомый смог воплотить свою задумку в клинке. Отсюда и подозрения.

– М-да… Ну, в любом случае, моя задумка лежит в свойствах одного оружия в моей гильдии. Оно может создавать свои копии, каждая из которых работает как автономная боевая единица. Жаль, что основной эффект скопировать нельзя, но и без него мне есть где подумать.

За столом вдруг повисло молчание. Брат с сестрой переглянулись, после устремили на меня удивлённые взоры, и я ощутил, как Мику аккуратно поддёргивает меня за локоть.

– Коля… – девушка явно тренировалась произносить моё имя – почти без акцента, – А… ты ведь в курсе, что только у мировых предметов нельзя скопировать основные свойства?

– Ну да. Я его и изучал.

– Тебе… дали мировой предмет?

– Моти принёс. Сказал, что одолжил в сокровищнице и попросил после вернуть самому. А что?

– И… как? – все трое выглядели ошарашенно.

– Что как?

– Кхм… Как ты вернул его? И как на это отреагировал ваш гильд-мастер?

– Да просто подошёл и вернул. Отреагировал странно – сначала посмеялся, потом замолчал на пару минут. Забрал копьё и поблагодарил.

– М-да… – вздохнула Асока, – Видишь ли, наш любимый твердолобый русский варвар… Если гильдия владеет мировым предметом, она либо отдаёт её самому топовому игроку, у которого, к тому же, есть донатная защита от выпадения предметов, либо запирает его в сейф настолько глубоко, насколько это вообще возможно. И новичкам такие вещи не доверяют, от слова совсем: завладеет, ливнёт из гильдии, и пойдёт в любую какую захочет. За передачу такого предмета его не просто примут куда угодно, но ещё и несколько десятков миллиардов золота насыпят сверху! И это за «обычный» мировой предмет… а есть ещё первая десятка – топ самых сильных по статистике и уникальным способностям.

– Не знал. Да и не стал бы воровать у своих, даже если бы знал… Но, зато у меня теперь открыто зачарование от того копья. Не думаю, что смогу так же изучить какой-нибудь другой мировой предмет.

Вновь тишина, только теперь лица друзей были наполнены шоком и Осознанием, с большой причём буквы. Но проверить свою догадку первым решился именно Ритц.

– А… что за копьё?

– Лонгин.

Одно слово, и, будто извергнувшийся вулкан, все трое завопили в унисон:

– ЧТО?! – а закончил вновь один Ритц, – У тебя был Лонгин?! Ты… ты держал в руках Лонгин?! Твою ма-а-ать… Предмет из первой десятки. На первом месте… – парень схватился за голову, – и он оказался в руках чувака, который неделю не провёл в гильдии. Твой гильд-мастер тебе статую часом не возвёл? Ты не то, что святой, ты… ух…

– А что в нём такого? – Я действительно не понимал, так как основное свойство оружия открывалось только на максимальном, восьмидесятом уровне персонажа… а без этого я не видел даже его описания.

– Да ничего. Совсем ничего. Просто это оружие, которое может удалить аккаунт твоего противника. Одноразовая активка, после которой оружие исчезает и появляется в случайной точке случайного мира.

– Удалить? – все трое быстро-быстро закивали, – Нет, серьёзно? Удалить аккаунт? Что за бред?

– Сильнейшее в мире копьё. Во всех мирах, если быть точным. И-и-и… укради его! И сразу дуй к нам! Тач прикроет от…

Ритц не успел договорить, получив мощную оплеуху от сестры.

– Дурак? Нет, ты дурак совсем? – ещё одну, – Ополоумел, безумец? Даже если ему настолько повезёт, что он сможет вновь коснуться Лонгина, то стоит ему хотя бы выйти из хранилища с этим предметом, как его тут же аннигилируют! Свои же! И будут убивать на респе, пока из него не выпадет копьё, либо пока он не согласится его отдать добровольно.

– Да я пошутил же… пошутил… – едва не прохныкал парень, потирая затылок, – Я ведь понимаю, что Закай не станет этого делать, даже если захочет… И, ничего, что я по нику? А то Ньикьяляй… очень сложно для моего языка, да и как-то ты морщишься, когда это слышишь…

– Закай – намного лучше, спасибо.

– Так вот… у меня сложилось ощущение, что если Закай сделает нечто настолько подлое, то он незамедлительно помрёт в реале. От непомерного свинства.

Возможно, так бы и продолжался разговор, ведь, врать не буду, копьё меня заинтересовало, как и остальные Мировые Предметы. Раз уж один из них, помимо огромных статов и мощных способностей, имеет также и нечто уникальное, и даже грандиозное, а удаление чужого аккаунта сложно назвать иначе, то на что способны остальные? Из первой десятки, да и вообще? Возможно ли, что я смогу найти среди них новые свойства? Как бы там ни было, так и так очевидно, что, прежде чем влезать в составление рецепта крафта, стоит, сперва, ознакомиться с как можно большим количеством доступных зачарований. Именно в виде них представляются будущие активные и пассивные эффекты, и именно они выставляют основные требования к рангу и направленности материалов, а, порой, если исходное зачарование совсем уж редкое, то и к конкретному виду материала, вроде души Бога, которая нужна была Ритцу.

Так вот, поднятая тема была мне интересна, и, возможно, я бы и дальше развивал её, да только больно уж шумно начала вести себя наша компания, что неприменул заметить один из гостей ресторана… хорошо, что это был знакомый моей мамы, из постоянных местных жителей, а потому, вместо обоснованного упрёка, тот лишь мягко намекнул, после некоторых вежливых расшаркиваний, что «молодость и горячность» – это благо, но не повод терять голову… в общественном месте. А потом ещё и улыбнулся так тоненько в сторону меня и Мику, что девушка аж раскраснелась.

В общем, дальнейший вечер проходил в более сдержанной атмосфере, и некоторых тем мы избегали вполне целенаправленно, ведь так легко потерять голову, обсуждая турнирные дуэли, памятные ивенты или глобальные события… зато курьёзов друг про друга шебутная парочка помнит не мало, на чём и решили сосредоточиться. Весело, что сказать.

На том и закончился мой последний день в ЦЕСПА… Уже завтра предстоит трогательное прощание с Мику, и я сделаю его таким во всех смыслах – пусть лучше она смущается или негодует, чем грустит… а там, чем чёрт не шутит, может действительно ещё сможем пересечься в реале. А если нет, то уж в игре-то, так точно!

Глава двадцатая. Задание шестидесятого уровня.

Глава двадцатая. Задание шестидесятого уровня.

Пята копья врезается в проржавевшую грудную пластину – безумная тварь взмыла ввысь с диким хохотом, и попыталась, было, сгруппироваться, но направленный поток огня умертвил, наконец, эту пакость.

– Кажется последний, – так и подмывало смахнуть рукою пот, да только аватар мой не потеет, а в реале сей бой вышел не таким уж и сложным, – Васька, мои поздравления! Ты теперь не просто «кощька» а «аццкоя кощька»! Кхм… Кажется, я успел знатно деградировать из-за этих полудурков.

Я пнул разлагающийся труп, отчего с него слетела белёсая маска. Прямиком в инвентарь… Уродище, других слов нет: бледная кожа, вытянутая рожа… глаза алым горят и синие волосы столпом стоят. Руки-длиннюки, когти-крюки… и вообще. Но, какой бы уродливой не была эта нежить, побегать она меня заставила знатно. Целую Сейчи, мать её за ногу, столицу Ваннахейма пришлось оббежать, и не один раз! Но зато, я выследил каждого потрошителя, восставшего здесь, чем заработал уровень для своей шикарной кошатины, а там, сдать квест, и сам смогу подняться. Долгожданный шестидесятый уже так рядом, так рядом! Но перед этим стоит закончить одно срочное дело, не терпящее отлагательств!

– Так-с… одно очко, как и ожидалось. Нет бы сделать мне необоснованный подарок без каких-либо предпосылок и дать два?! Ну и ладно…

Последний поинт, вложенный в расу Василисы слегка изменил вид коти, завершив, наконец, картину. Ведь сейчас она, ни много ни мало, носит пафосное и эпичное название «Горнило Пепла», и если только-только приняв его она выглядела подобно огромной, размером с машину, пепельного оттенка пантерой, то с каждым новым очком в этой расе на шкуре её появлялись раскалённые полосы, будто под густым слоем пепла плавно дрейфуют магмовые вены, а сейчас, по завершению последней стадии, она стала собою напоминать огромную, размером с вагон монорельса, лигрицу, будто состоящую из сегментов матового тёмно-серого металла, меж которых изливает свой свет солнце. Эпично? Ещё как! Эффективно?! Спросите у десятка потрошителей шестидесятых уровней, ибо каждого из них добила именно Васька. Сейчас в целом выходит так, что она, за счёт более прокаченной, да и в целом, более ориентированной на урон расы, стабильно перебивает всё, что я могу выдать своим копьём. И даже режимы странника духов не помогают: судя по анализу, я перебиваю Ваську лишь в первые секунды, но на дистанции она всё равно уделывает меня в пух и прах… и это круто!

Сейчас она имеет сорок пять очков в расе, и пятнадцать в классе. И в первом, увы, уже достигла капа: больше развиваться в эту сторону просто не выйдет. А значит, пора продумывать билд, ибо на одном варваре далеко не уедешь, а горнило пепла, как завершающий этап её расы, даёт пятёрку настолько мощных атакующих навыков, что варварский разгон выглядит… варварским. Буквально. Как дубина против аннигиляторной пушки. Тут нужно как-то усиливать урон огнём, однако оставлю эти мысли на потом, тем более что идея, как таковая, уже имеется, и нужно только поиграться с калькуляторами. Но это, как я и сказал, всё потом… Пока же, я оседлал этот вулкан в форме огромной кисы, и двинулся в путь, круша крыши домов Сейчи и слыша матерные вопли НПС за спиной. Восстановят, ничего страшного. Не протискиваться же моей крошке-кошке сквозь закоулки?

***

С момента моего официального вступления во Фью Джо, когда меня представили народу на новогоднем собрании гильдии, прошло уже порядка трети года. Четыре месяца активного исследования Ванахейма, пусть и с небольшим, но до безумия ярким отпуском в ЦЕСПА, мне хватило чтобы понять две вещи: что до капа, восьмидесятого нынче уровня, мне ещё пилить и пилить… и что Ванахейм Огромен. С большой буквы Огромен! Настоль, что до сих пор я не открыл и половины карты, и не потому, что на оставшейся половине обитает основной Мировой Босс этого мира, и кучка монстров ему под стать, а потому, что банально не успел. Я не люблю просто мчаться сквозь локации, лишь бы карту открыть, а предпочитаю вдумчиво обходить здания, места и логовища различных монстров после их зачистки. Тем более, что именно так в этой игре получают квесты – единственный адекватный способ прокачки. Метод Моти-Моти, очевидно, на текущему уровне уже не работает, ибо его баффы не позволяют мне пройти все здешние данжи в одиночку… но зато, из плюсов, я регулярно обращаюсь в гильдейские чаты за советом, когда прохожу очередную локацию: не пропустил ли чего особо полезного. Мелочёвку не рассказывают, но того же нельзя сказать про особо «жирные» квесты, один из которых я и выполняю сейчас.

Столица Ванахейма, кстати, представляет из себя цветущий город огромных площадей с кучей старомодных домишек под японско-китайскую архитектуру: здесь она действительно смешана, и даже я, порой, отчётливо вижу разницу. Естественно, город наполнен НПС до верху, и заданий здесь столько, что даже ходят слухи, что выполнивший их все, становится градоуправителем… слухи-слухами, но НПС с таким статусом в Сейчи нет… но должность его есть, что и подогревает интерес публики.

Верхними путями, ломая крыши и любуясь огнями ночного города вдали, я добрался до огромного здания на вершине склона, занятого столицей – городской управы, где и заседает нужный мне НПС. Отдать вану десять масок потрошителей, как доказательство, что я действительно очистил Сейчи от этой погани, выслушать причитания о том, что нежить всё чаще появляется в Ванахейме, а сама она всё сильнее и сильнее… и… да! Заветный шестидесятый! Не потому я так долго его ждал, что это очередная веха в развитии. Нет. Всего лишь десятое очко в расу маджилоса из пятнадцати. Хотя даже с этой стороны есть что-то новое, ибо десятый поинт в магическую расу открывает доступ к заклинаниям первого круга. И пусть у меня уже есть тридцать пять очков по ветке шаман-теург-странник духов, что, суммарно с маджилосом, открывает четвёртый круг нейтральных заклинаний и третий в заклинаниях природы и стихий, но зато сам поинт даёт заклинание «на халяву»! Оно всё, конечно, слабо и не особо полезно, особенно если сравнивать с Сердцем Сурта Василисы, но всё же… какой русский откажется от халявы? Так что да, незначительные плюсы тоже есть, но… каков тогда основной? Всё просто! В каждом из миров, куда бы не отправился игрок из Мидгарда – а мне сообщили, что если бы не Моти, то я мог переместиться в Свартальфхейм, в Альфхейм, в Ванахейм или в Нифльхейм, и все четыре этих мира примерно равны по обитающим в нём монстрам, с той лишь разницей, что Ванахейм в целом является самым огромным из миров, а ещё в нём находится здание моей гильдии, что тоже, мягко говоря, является плюсом – в каждом из этих миров действует одинаковая система повышения уровня: до шестидесятого ты качаешься на обычных квестах, ходишь в данжи, охотишься на местечковых боссов вместе с другими. Занимаешься, в общем, увлекательной рутиной. А вот после… после тебе открываются «высшие квесты». Огромной сложности и с огромной наградой многоуровневые задачи. Нечто похожее было в конце заданий Дита, как снятие блокировки пятидесятых уровней. Сейчас же никакой блокировки нет, а вот похожие задания имеются. И теперь у меня есть к ним доступ! А значит и прокачка пойдёт семимильными шагами, и лут, наконец-то, появится полезный, и вообще…

Мои влажные и немного слюнявые планы на все открывшиеся в обозримом будущем перспективы были в наглую прерваны сообщением. Такая точка в углу экрана, внимание на которую раскрывает её, а с ней и личный чатик с одним очень и очень важным человеком…

Элуда`де Залуа: Есть важный разговор.

Элуда`де Залуа: Жду в своём кабинете.

А после небольшой паузы, в которую я пытался понять, где согрешил и с какого боку сам гильдмастер обратил на меня внимание… и как в этом всём замешан Моти, а не замешан он быть не может по определению, Элуа дополнил речь ещё одним сообщением, окончательно убедив меня, что какая-то здесь творится фигня:

Элуда`де Залуа: Поздравляю с 60, кстати!

Как говорится: вероятность того, что охренеть какой занятой ГМ круглосуточно следит за одним из новичков, даже близко не подающего надежды, мала… но не равна нулю. И да, новичков у нас теперь много, чем и объясняется занятость ГМ-а. Так уж вышло, что момент, когда Лонгин – эпичная убер-вафля Мирового уровня – попал в руки Фью Джо, достаточно сильно отстаёт по временной шкале от дня, когда Элуа об этом попадании объявил. Разница там в районе полугода! И всё это время предприимчивый ГМ не просто сидел на попе ровно, с наслаждением полируя древко своего Мирового копья… кхм. Всё это время он, и ещё несколько особо доверенных ребят и девчат из верхушки гильдии собирали данные, как им стоит реализовать потенциал Лонгина. Оружие с огромной статистикой, крайне мерзким активным эффектом, из-за которого его боятся тем больше, чем «выше» находится твой персонаж, ибо возможность удалить аккаунт недруга, пусть и ценой собственного аккаунта – как выяснилось, там именно такое условие – это то, что мешает спать главам топовых гильдий и персонажам на вершинах различных пвп-шных рейтингов. Годы прокачки, сотни тысяч вложений, миллионы и миллиарды убитых монстров – всё это просто пропадает по нажатию одной лишь кнопки. Жуткая, очень жуткая вещь… но в арсенале копья она не единственная, ибо тот эффект, который я смог стащить с оружия, показался мне гораздо более… интересным. Не таким страшным, что есть – то есть, но всё же… Копьё могло создавать свои копии. И каждая из этих копий считалась, во-первых, автономной единицей, во-вторых, призывным существом, и в-третьих, копией создавшего его персонажа. В том плане, что каждое копьё имело те же навыки и умения, что и призыватель, и могло их использовать. Да, есть некоторые нюансы в виде уменьшения урона, увеличения длительности откатов, да и общей сложности управления, но всё же… Это настолько круто и сильно, что я просто не знаю, что может быть лучше! Персонаж может лечить? А как насчёт десятка источников лечения?! Персонаж способен в огненный шар? Тогда он станет артиллерией! Попытками продумать и реализовать наиболее удачные комбинации и были заняты лидеры гильдии. И, когда копьё оказалось обнародовано, оно пролежало в сокровищнице не более пары недель, за которые я и успел до него добраться, с попустительства Моти. А всё потому, что именно эта пара недель потребовалась выбранному Элуа игроку для перекачки своего персонажа.

Вамурайд! Он стал тем, кто завладел Лонгином, и последние несколько месяцев только и делал, что тренировался его использовать, пока остальные основные группы, в которые входил бывший наездник, пересобирались, меняя составы под новую позицию мужика. И да, на то, чтобы обучиться хоть каким-то комбинациям, далеко не рядовому игроку потребовалось несколько месяцев, настолько эта вещь была требовательно. В плане, можно, конечно, просто взять его и бить лица, словно пещерник дубиной, но это очень и очень глупо. Даже тупее, чем делать простейший сумматор на кванторно-атомарном компьютере. Не то, что не раскрывает потенциал Лонгина, но, буквально, оскорбляет копьё и его создателя!

Но к чему я это всё… анонсировав наличие во Фью Джо Лонгина, а также обозначив человека, который этим оружием теперь владеет, Элуа открыл гильдию для набора новичков, и те, что не удивительно, попёрли. Вместе с тем новые группы, усиленные и переработанные, начали свои рейды по данжам Ванахейма, и не просто проходили их, собирая ресурсы, о нет! Они проходили локации на скорость! Собирали мировые рекорды, разбивая в ноль устоявшиеся результаты: Лонгин позволял реализовывать такие схемы, что даже не снились бывшим рекордсменам. Имя гильдии всё чаще звучало в мировом чате, отчего всё больше новичков желало присоединиться к ней, и, как итог, Фью Джо росла в рейтингах как на дрожжах! Сейчас мы занимаем третье место по многим таблицам, относящимся к Ванахейму, а по некоторым и вовсе лидируем – в основном, на связанных с рекордами скоростного прохождения и прохождения без потерь. А по всем мирам мы и вовсе приблизились к первой десятке! Сумасшедший темп, и всё благодаря лишь одном Лонгину и светлой голове Элуа. Стоит ли упоминать, какую долю внимания поглощали эти события, и насколько я оказался ошарашен, осознав, что лидер всё это время следил за моей прокачкой?!

Всё это я обдумывал, пока добирался до гильдии. Особую жуть нагонял сам факт того, что глава именно вызвал меня к себе, а не сказал что хотел через сообщения. Однако, вот он, Парящий Замок, как вольно переводится Фью Джо. Несколько огромных залов и длинных коридоров спустя я оказался перед массивной дверью – такой же, как двери вокруг. Здесь находятся личные покои костяка гильдии, постоянных членов трёх основных групп. Возможно, когда-нибудь, одна из этих дверей будет закреплена за мной? Мечтать не вредно…

– Входи уже! Я вижу, что ты мнёшься у двери, – раздался выкрик Элуа, и я не вижу причин не последовать приказу… или приглашению? Тут уж как посмотреть. Я открыл дверь, увидев ниндзюка в его боевой экипировке, только без балаклавы на голове… или как она там называлась. Без неё, кстати, было хорошо видно, что Элуа именно человек. Ну, или мимик… или допельгангер… или гомункул… или вампир… на самом деле, рас, способных мимикрировать под чисто человеческий облик здесь огромное множество, так что сказать наверняка было нельзя, – Входи говорю. Нечего меня разглядывать, всё равно не угадаешь… но дам подсказку: я не человек, – и ухмыльнулся так, гаденько.

– Да, привет.

Элуа кивнул, и тут же применил на мне Опознание личности. Тонкий, едва уловимый писк дал об этом знать – «Магическая чувствительность», доставшаяся мне вместе с одним из уровней маджилоса, работала как этакая сигнализация на магическую активность, направленную на меня. Полезная вещь, кстати, но работает только если меня берут в таргет. Ненаправленные заклинания, площадные или ловушки она не ловит, увы.

– Хм-м-м… Ты всё же решил идти через маджилоса? А покажи-ка мне свою кошку! – выдал он с огромным энтузиазмом в голосе, – Только не здесь! А то мне потом всё восстанавливать заново. Пойдём на арену.

Кабинет, если приглядеться, действительно был маловат для Василисы, так что сие странное в своей сути, но логичное по факту предложение было принято, и мы направились туда, куда сказал глава. Дошли быстро и там, с дозволения ГМ-а, я перепризвал Ваську – изначально она оставалась в конюшнях на внутренней территории замка, чтобы не таскать этот микроавтобус без «микро» по коридорам. Сказать наверняка не могу, но, кажется, Элуа тут же применил опознание и к ней. Ну, по крайней мере, это было бы логично.

– А вот это уже хорошо… Так! У меня есть для тебя предложение, поручение и просьба… начнём по порядку: я предлагаю тебе получить несколько тысяч очков вклада! – ошарашил меня парень. Настолько, что первые мгновения я впал в некий ступор, а вторые из него выходил… проверка? Вряд ли. Что бы это ни было, на мой ответ оно не повлияло никак:

– Заманчиво… но я готов поработать и так. Если поручение мне по силам, а просьба необременительна.

– Нет-нет! – отпрянул он, махнув руками, – Ты не понял. Я ведь предложил тебе не выполнить для меня задачу, а получить несколько тысяч очков вклада. Вопрос в том, хочешь ты их получить, или нет…

– Допустим хочу, – я принял игру, – но какие условия?

– Вот! Это мне нравится больше. Условие просто: выполнишь для меня пару заданий, и мы в расчёте. И да, очки я выдам тебе так и так – они пригодятся для поручения… да и для просьбы – тоже. – он не успел договорить, как на периферии пиликнуло окошко. Гильдейское уведомление о том, что мой счёт пополнился на семь тысяч поинтов, и, суммируя с собственным моим заработком, там красовалась гордая цифра: семь тысяч один!

На этом, думаю, нужно остановиться и сделать небольшое пояснение: что же такое «очки вклада». Вещь настолько же полезная, насколько простая! Представим рядовую ситуацию: отряд зачистил очередной данж, разделил добычу по релевантности – мы ведь в одной гильдии, и нам не зачем друг друга обманывать, так что маг не получит на руки меч, а воину не выдадут кучу старых фолиантов с заклинаниями, но при этом всем достанется примерно равная по ценности добыча, с редкими исключениями – и, какой-то условный заклинатель получил на руки пару отменных магических сапог. Прямо хороших таких! Но вот беда: он наг! То есть, у его нет ног, а сапоги в его руках применимы только для гуманоидных рас, и то не для всех. Что делать? В обычной ситуации такой персонаж может обратиться к игрокам мирных специальностей, чтобы те перешили сапоги под подходящие ему параметры… за стоимость в половину таких сапог, а то и выше, если мастер будет именитым. Или, например, он может просто отнести их на рынок: обменять или продать… но жалко же, такая хорошая обувь! Однако, если добавить, что наш гипотетический наг является членом гильдии, то откроются новые варианты, ведь… у него есть очки вклада! Внутригильдейская волюта! С этими очками он может прийти к одному из наших мирных мастеров и попросить его перешить сапоги под себя, не потратив и монеты «реальных» денег, но получив готовую вещь. А ещё, он может прийти к «склад-мену» и отдать эти ботинки ему, получив на руки пару сотен очков вклада за редкость предмета и его общую «крутизну». А после потратить свои очки у него же, чтобы получить на руки другой предмет или набор компонентов, помещённый туда же другим игроком. По сути, вся эта система является экономикой внутри экономики, исключительно для своих, и от внешней, общеигровой валюты, она не зависит совершенно. Если Элуа захочет, то даже компоненты божественного уровня можно будет купить за копейки… но он так не делает, и здесь, во Фью Джо, всё более-менее честно. Соответственно, семь тысяч очков дают мне возможность абсолютно бесплатно получить огромное количество ресурсов и помощь ремесленников для создания из них нужных мне вещей. Уже сейчас я могу, буквально, «одеться как чёрт»! И именно это пугает… для какой такой просьбы нужно настолько сильно вкладываться в конкретного игрока?

– Твоё поручение… – я поспешил озвучить последний вопрос, а, вернее, выводы из него, – думаю, мне будет нужна чья-нибудь помощь. Для оценки того, во что лучше обрядить себя и Василису.

– Конечно! Сам я вряд ли смогу, но, если успею – гляну, только скинь мне расчёты. А так, можешь обратиться к Момо. Ей всё равно нечем заняться: большая часть основных групп теперь не нуждается в хилке. Хоть отвлечётся от непотребств.

– Понял. Так… что за задание?

– Всё просто, – он вновь улыбнулся, – Я хочу, чтобы ты возглавил рейд на Дикую Охоту.

Я замолчал, пытаясь понять, правильно ли перевёл его фразу. А если да, то правильно ли я её понимаю. И, опять же, если да, то не сошёл ли наш ГМ с ума от усталости…

– Я?

– Ну да.

– Возглавил рейд?

– Конечно!

– На босса семидесятого уровня?!

– Естественно!

– Ещё раз, – я вздохнул, пытаясь понять, – Я?! Вообще ничего не зная об этом боссе, кроме того, что он является частью финального сюжетного квеста в Ванахейме… должен повести кучу людей на его убийство. Так?

– Очень правильно. Прямо в дырочку, мой русский друг!

Очередная минутная пауза, в которой лёгкая ухмылка не сходила с лица Элуа. И мне плевать, что это, вероятней всего, его аватар заклинило… или же и вовсе его родное выражение лица. Плевать!

– В целом, я не против, но… ответь, пожалуйста: тебя Моти недавно не кусал?

– Пытался, – честно кивнул тот, и… я даже верил, – Но я не дался. И да, я не шутил, когда говорил, что времени у меня сейчас не много. Так что озвучь, пожалуйста, без долгих раздумий: «да» или «нет». Ты не бойся, один-на-один с проблемой тебя не оставят: гайды дадут, о технике убийства расскажут, как и о подводных. Даже помогут с самой муторной частью – поймёшь, когда возьмёшься. Ну и самое главное не забывай: с убийства этого босса начинается главная цепочка квестов, которая, на твоём шестидесятом, даст сразу пять-шесть уровней. И лут! За этот квест выпадает один из лучших дропов Ванахейма! Лучше только с Мировых Боссов, – Элуа тихо хмыкнул, отчего седалище моё «нервно дёрнулось»… не к добру, – В общем, мы тебя обеспечим: информационно и материально. Твоя задача – возглавить отряд и провести их. Всё. И да, они, в большей части, тоже не семидесятые уровни.

Секунды раздумий, и я кивнул.

– Да. Хорошо. Я согласен. Только скажи, если сможешь, почему именно я? У нас что, ни у кого нет твин-аккаунтов подходящего уровня?

– Представь, – вновь хмыкнул тот, – Как-то не озаботились, – а после его голос стал предельно серьёзным, – Я врать тебе не буду – мой просчёт, целиком и полностью. Слишком сильно увяз в другие дела, и, как итог, недосмотрел «мелочёвку». У нас действительно нет твинов, у которых этот квест не был бы пройден, а качать с нуля… важна каждая секунда! У нас набралось большое количество действительно впечатляющих новичков: понимание игры, шустрые руки, техника и, главное, характер! Не сказать, что прям везде и всюду алмазы, но да, такие среди них есть. Буквально бриллианты! Просто вдумайся, что один из них смог избить нынешнего чемпиона арены в Йотунхейме… будучи на двадцать уровней его ниже! Просто за счёт техники, скорости… ну, и морального давления. Того парня не так давно жёстко унизили в Мидгарде, и, видимо, он ещё не отошёл. Алмаз, как он есть… и я хочу прибрать его к рукам. Нужно поднимать дуэли, а то слаба у нас эта сторона. И из-за Лонгина этот, и другие уникумы присоединились именно к нам. Не к конкурентам, а к нам! Но это может измениться в любую секунду: промедления недопустимы! У нас есть люди и отряды, кто может помочь с дальнейшей прокачкой, и тебя, не боись, мы не оставим, однако здесь и сейчас, увы. Из основного костяка гильдии подойдёшь только ты. Не давать же знамя лидерства кому попало…

Звучит логично, что сказать. В старой доброй ВОВ было обычным делом залететь в передовую гильдию, будучи шпионом конкурента, втереться в доверие, пока не поручат какой-то высокий пост, и… насрать, мягче не скажешь. Чем «вонючее» – тем лучше. Гильдия теряет лицо, а в худшем случае ещё и дорогие предметы.

– Я тебя понял. И да: я в деле… сукин ты сын!

– Эм-м…

– Это не оскорбление, а после отсылка на классику прошлого века. Знать надо!

– Ла-а-дно… В любом случае, я отправлю тебе на почту всю информацию. Двух недель тебе хватит? На изучение и на собственную модернизацию? Потому что если нет, то… мы в дерьме!

– Ха! Тоже знаешь классику?

– Нет, – на лице ниндзя вновь появилась ухмылка, а голос его наполнился ехидцей, – Просто говорю, как есть. Ну и напоследок… небольшая просьба, как и обещал, – я обратился во внимание, – Если тебе будет не тяжело… не привлекай в это дело Моти. Вообще никаким образом. Ни советом, ни баффами… никак. Ему сейчас нужно сосредоточиться на основных задачах, а ты… В общем, ты единственный, кто может сейчас им управлять, и потому я прошу: не делай этого. Договорились?

– Угу…

– Вот и славно. На этом, прости, у меня дела… но ты, это… заходи, если что? – и вновь лицо ниндзюка исказила ухмылка.

***

Текущая прокачка ГГ:

Класс:

Наездник – 15/15

Шаман – 15/15

Теург – 10/10

Странник духов – 10/10

Раса:

Маджилос – 10/15

Василисы:

Класс:

Варвар – 15/15

Раса:

Котёнок кугуара – 15/15

Муспельхеймский кугуар – 15/15

Пепельный кугуар – 10/10

Горнило Пепла – 5/5

Глава двадцать первая. Шопинг!

Глава двадцать первая. Шопинг!

Две недели. За этот срок мне предстояло сделать очень и очень многое. И, как разумный человек, сперва я решил составить план: что, зачем и почему. Конечная цель – зачистка босса, предназначенного для рейда семидесятых уровней, будучи шестидесятым… сложно, но, надеюсь, справлюсь.

Итак, мой гениальный план! Шаг первый – привести персонажа в адекватную форму. Перекачиваться не буду, ведь так и не реализовал свою задумку на текущий билд, а значит задача несколько упрощается. Мне нужны предметы. Шмотки. Для меня и для Василисы… кстати, да, как оказалось, можно вешать броню и на питомца, о чём я узнал только спустя полгода игры. Обидно, но потеря не велика. Опять же, по канонам я должен был «открыть» эту часть контента где-то в Дите, то есть после выхода из «нубо-локи» и закрытия встречающего квеста Мидгарда, который про сожжение на костре, но вмешался Моти, и моя прокачка резко сошла с колеи сценария для новичков. Из плюсов: можно серьёзно повысить выживаемость и урон моей кисы. Из минусов: такая броня не выпадает в мире, и создаётся исключительно крафтовыми классами, в том числе и среди нипов. Не гильдийских – мировых. Последнее, очевидно, в разы дороже, чем делать заказ у обычных игроков, что в свою очередь гораздо дороже, чем просить помощи у гильдии… тем более, когда Элуа уже выдал мне на руки кучу очков вклада. А всё потому, что петы, любые петы, считаются или монстрами, или гетероморфными расами, то есть, основанными на монстрах, но доступными игрокам. Отсюда, кстати, ещё один минус игры на некоторых гетероморфах – их телосложение не подходит под существенную часть игровой экипировки, и приходится делать самостоятельно или на заказ. Как, например, делает Тягама – она, буквально, комок слизи, из-за чего не может носить доспехи. Их ей заменяют артефактные шарики с разными свойствами и статами. Они как кусочки мяса в холодце, плавают внутри её тельца и делают свою работу.

Подводя итог, первый шаг – облачить себя и Ваську в подходящую для текущего уровня экипировку максимально-возможной силы. Мне нужна живучесть, мне нужно усиление магического урона, мне нужно сокращение перезарядки, ведь на текущем этапе основа моего персонажа – режимы слияния с разными духами и их «Пробуждение». И откат последнего крайне желательно довести хотя бы до одной-двух минут… Учитывая, что сейчас этот навык откатывается двадцать пять с гаком, а если снять с меня все вещи и бижутерию – то и вовсе полчаса, то становится очень грустно от осознания, какой процент отката мне нужно в итоге выбить. Больше девяноста! Я в целом не уверен, что это возможно, но Элуа говорит, что возможно… не вижу причин не доверять.

Ваське же, напротив, требуется полностью убрать выживаемость, оставив только сопротивление некротике и тьме – босс, на которого мы идём, наносит именно такой урон – и разогнать урон огнём на максимальные значения, а также добавить как можно больше критического урона. Уж организовать критическое попадание я как-то сумею – если нет очевидных мест, то стоит просто бить в голову, вот тебе и крит. Почему именно так? Не боюсь ли я смерти основного источника урона в нашем тандеме? Всё просто, на самом деле. Связь теурга позволяет делить часть статистики между нами, а потому, когда я войду в форму пробуждения феникса, то Васька получит колоссальную регенерацию. А уж если пробудить эйдолона – духа тьмы, то совсем будет хорошо. Это ведь и нехилое такое сопротивление тьме, и общее повышение характеристик живучести, и, даже, добавление частичек тьмы к общему урону. Последнее не так уж и эффективно против нежити, и больше рассчитано на святых созданий – ангелов, элементалей, духов, богов и прочей шушеры. Так или иначе, подобная раскачка позволит сделать из Васьки так называемую «стеклянную пушку», а активная связь теурга со мной убирает то самое «стеклянное», оставляя эпическую кощьку с огромным количеством урона и чуть меньшим показателем живучести. Должно хватить, чтобы если и не нивелировать разницу в уровнях, то хотя бы сократить её до минимума.

Следующим шагом будет освоение. Денёк, а лучше два, я хочу провести на арене, дабы понять новый билд, его возможности и связки. Всё же в рамках первого шага я хочу и оружие новое заполучить, которое так усердно разрабатывал… а оно требует освоения новых механик.

Дальше же… думаю, нужно будет познакомиться с членами будущего рейда, как с лидерами отдельных отрядов, так и с теми игроками, кто будет входить непосредственно в мою пати. И, если выйдет, то провести пару сладочных игр со своей группой.

А всё остальное время я посвящу разбору босса, чтению гайдов и выедание мозга Элуа и Момо ложечкой… да, план очень даже хорош!

Дорогу осилит идущий, а потому, не став откладывать и свой первый шаг, я отправился гулять по зданию гильдии. Все планы и наработки на будущий шмот уже прошли через руки Элуа и Момо, причем первый всецело одобрил, а вторая чуть попеняла на сложный и дорогой билд в руках нубика… но согласилась, что в теории должно работать, а по факту будем смотреть уже на арене.

Первая точка – склад. Он занимает одну из главных башен замка Фью Джо и охраняется несколькими именными нипами. Кстати о них… несмотря на то, что сам парящий остров достаточно красив, чтобы считаться одним из «Чудес Ванахейма» – пятёркой особых мест и построек, признанных игроками наиболее популярными в мире, и такие есть в каждом из миров – это касается только лишь вида самого замка и его окрестностей. Ни Элуа, ни Моти, ни другие игроки, являющиеся костяком Фью Джо, не запаривались особо по наполнению, отчего все боевые НПС внутри – рыцари того или иного звания. Да, разных видов, форм и размеров, но все они – рыцари. И только. Что даже логично, всё же у нас тут замок…

Пара сотен раубриттеров – легковесных дядек и тётек в кожаной броньке, с лёгкими клинками или кортиками да мелкими баклерами во второй руке. Самые слабые, в общем, элементы обороны, каждый из которых примерно равен игроку моего уровня со шмотом среднего качества. Сотня, может две, обычных рыцарей, входящих в пять различных орденов, каждый из которых связан с одной из стихий – огонь, земля, вода, воздух и свет. В зависимости от ордена, они отличаются цветом тканевых элементов в доспехе и цветом перьев, торчащих из шлемов, а также имеют повышенные резисты ко своей стихии, вместе со стихиальными зачарованиями на оружии… ну и вооружены они по-разному, хотя все носят двуручники: мечи, молоты, секиры, глефы и копья соответственно. Есть пять десятков командоров – по одному на каждый орден. Они отличаются более высоким рангом снаряжения, большим количеством различных навыков, так как основа там более высокого уровня, ну и имеют доступ к усиливающей магии. А ещё они не фиксированы в своей экипировке, и есть среди них и щитоносцы – как башенники так и обычные – и лучники, и обоерукие мечники… разные, в общем. И, наконец, есть пять грандмастеров – юниты, которые возглавляют рыцарские ордена. Помимо всего прочего, они обладают массовой атакующей магией и уникальным шмотом божественного ранга. Элуа говорил, что каждый из них в голой силе превышает полностью одетого игрока максимального уровня и равняется, примерно, боссу высокоуровневого подземелья. Вот три из пяти таких грандмастера и охраняют самую ценную башню гильдии. Возможно, именно с этой пятёрки ребята вообще начали заполнять свои владения монстрами-защитниками, и на них же там закончилась фантазия…

Помимо рыцарей у нас можно встретить драконов и виверн, но внутри замка они не появляются, так как являются внешним защитным рубежом. А ещё есть обычные служащие. В основном производственники и ремесленники, но есть и лазарет с целителями, и кухня с поворами, и штаб уборщиков. Какой никакой, а антураж, да.

Собственно, у самого входа я наткнулся на грандмастера ордена огня, один лишь вид которого просто вопил о том, что внутри доспеха вот вообще ни разу не представитель человеческой расы. Высотой под шесть метров, в тяжёлой броне, отрихтованной под медовые соты металлического оттенка – когда он переходит в режим битвы в линиях меж гексами начинает течь пламя. В руках у него булава с огромным навершием той же «сотовой» тематики с торчащими наружу гексами-кнопками, да размерами под стать самому монстру – метров десяти в длину. И я точно знаю, что стоит такому «шарику на палке» опуститься на голову врага, или, хотя бы, рядом с ним, то один из торчащих пазов тут же входит во внутрь, а от булавы расходится во все стороны волна огня. Чем больше вогнутых пазов, как говорил мне разработчик этого оружия – Элуа – тем больший урон наносит каждая следующая волна, а в конце происходит взрыв, который полностью уничтожает булаву, но и урона наносит столько, что даже самому эпичному танку, если у него нет полной неуязвимости к огню, будет «всё». Что ни говори, а концепция жертвы в этой игре очень сильна.

Махина знатная, да, и проходя мимо я не забыл отдать ей честь, стукнув кулаком по нагруднику… У нас для этого даже эмоцию специально сделали в гильдии. Потому что если не сделать такого жеста при встрече с грандмастером, то тот обидится и нападёт. Без шуток. Был инцидент, ещё задолго до того, как я здесь появился, как один такой дяденька – световой, вроде – распылил на атомы Моти, когда тот в своей обычной манере забыл об этом небольшом свойстве. Всё же грандмастера не ходят по коридорам и не появляются среди скопления людей, а стоят на конкретных постах и охраняют самые важные точки замка. Для того и накрутили активную защиту, пройти которую может только член Фью Джо, так как у остальных банально нет нужной эмоции.

Под шлемом с красным оперением полыхнули светом глаза. Короткий кивок, отозвавшийся скрипом сочленений доспеха, и рыцарь застыл в той же позе, в какой стоял до моего сюда прихода.

Сквозь высокую арку я прошёл без помех, оказавшись на распутье: дверь слева, дверь справа и дверь вперёд. Конечно я знаю, что по правую и левую руку находились ещё два гиганта: грандмастер ордена ветра и грандмастер ордена воды. А впереди, куда я и двинулся, находился «ресепшн» – уютная комнатка, обставленная книжными шкафами, в которой обитал нужный мне НПС – кладовщик. Есть у него какое-то там имя и даже история, но никак иначе, кроме как «кладовщик», к этому мужичку не обращаются. На вид – вполне себе обычный седой старик с аккуратной бородкой и короткой стрижкой. Из правого кармашка тёмно-зелёного сюртука весело поблескивал монокль, а сам он сидел за рабочим столом, склонившись над пергаментом.

Первый приход «нового» игрока – я ещё ни разу здесь не был, хоть и прекрасно знал, что и как делать, – запустил скриптовую сцену: старик поднимает голову, окидывая меня цепким взглядом, после изымает монокль, протирает его, и прислонив к правому глазу, вновь внимательно осматривает гостя.

– Чем могу помочь?

Вместо ответа необходимо положить ему на стол особый медальон – штука, допускающая члена гильдии до складов, и выдаётся она только Элуа и парой его замов, среди которых, «почему-то», нет Моти. В ином случае я уже давно получил бы доступы куда угодно… возможно даже до вступления в гильдию. И, собственно говоря, всё. Теперь, каждый раз, как я буду обращаться к этому старичку, тот будет открывать для меня меню гильдейского склада. Без этой простой процедуры, увы, невозможно получить доступ вообще ко всему. Только к открытым позициям, которые отображаются у любого интенданта, а такие есть сразу в нескольких крыльях и залах замка. Теперь же мне доступно всё: и резерв, и склады основного костяка, и склады под торговлю… только личные хранилища недоступны. Причем все эти приколы домтупны только при общении с седовласым.

Засим и завершилась первая точка на моём пути. От башенки я отходил с обновками в инвентаре. Ведь оно как: самодельные предметы могут не быть сильнейшими, но сильнейшие – всегда самодельные. Исключением являются только Мировые, но… они ведь эксклюзив, в единственном экземпляре, так что вполне можно сказать, что тот же Лонгин – тоже самодельный. Просто сделан неким божественным кузнецом с правами администратора… Так вот, самоделки, то есть тот шмот, который крафтится игроками, а не выбивается из монстров, однозначно является наилучшим решением, однако и цена для “наилучшего” соотвествующая. Делать такое на моём уровне – переводить ресурсы. Поэтому со складов я забрал самые обычные вещи, которые будут хорошо смотреться на мне и Ваське, но потеря которых не разорит гильдию. А дальше… дальше нужно слегка их улучшить. И заодно стоит посоветоваться со знающими людьми о моей задумке на оружие… Следующая остановка – кузница!

***

Здесь вечный стук молота о наковальню, шипение и облака раскалённого пара. Это подмастерья в автоматическом режиме перековывают различные ресурсы в заготовки – необходимый этап для создания любых предметов и компонентов, который вполне можно переложить на плечи НПС. И глупо полагать, что разумный гильд-мастер не сделает этого. Игроков, избравших путь мирных профессий, не так уж и много на просторах миров Иггдрасиля, а уж высокоуровневых игроков – тем более. Таких стараются разбираться себе гильдии, причём из списков «топ-сто»: такой мастер не только повышает престиж и привлекательность в глазах толпы, но и служит крайне полезным подспорьем в экономии ресурсов – система очков вклада в помощь. Отсюда и вытекает простейшая математика. Каждая секунда работы мастера: кузнеца, чаровника, зачарователя, – и это две абсолютно разные профессии! – алхимика, повара, ткача и многих-многих других – это процент от артефакта, ресурса, расходника или заклинания! Тратить эту секунду на то, что могут делать боты – несусветная глупость или непозволительная роскошь. Зависит от точки зрения…

Во Фью Джо работают несколько таких мастеров: представители людских рас, полностью отказавшиеся от боевого развития в пользу мирных классов, а также пара десятков подконтрольных им ботов, у которых так же развиты соответствующие мирные классы. И именно к одному из них я и направился со своими вопросами… ответы мне не понравились. Вернее, один ответ.

– В очередь.

Коротко, лаконично и по делу. Арка Кек – дворф мидгардского происхождения. Личность упрямая, необщительная, сварливая… и нет, он не отыгрывает дворфа, а, скорее, взял расу под собственный характер. Продолжая характеристику, я бы сказал так: «Характер скверный. Не женат.»

– Кекич, ну не нуди. У меня разрешение от Элуа.

– Да в гробу я ваши разрешения видел! Не гильдия, а сброд какой-то… этим дай, тем сделай. Шизики и психи вокруг, один я нормальный!

Тут я бы поспорил, но меня предупреждали, что не стоит… если, конечно, я всё же захочу создать собственное снаряжение за очки вклада, а не за огромные ресурсы, которые потребуются только для того, чтобы выйти на нужных мастеров. В общем, с угрюмым дварфом лучше дружить и ни в коем случае ему не хамить.

– Да я бы и постоял в очереди – мне не сложно, но у тебя ведь заказы на месяцы вперёд! А Элуа дал мне только пару недель! Выручи, подсоби… явно же потом зачтёмся?

Всё так же пестря непереводимыми идиомами, смысл которых размывался, проходя через мою голову, ибо как-то понять «три года на камнях сидели» или «цветы и птицы, ветер и луна», меж которыми пестрили будто случайные слова, я не смог физически, Арка сделал последние пометки, последний «удар молотком» и отложил текущую поделку в сторону, вернув мне полное своё внимание.

– Выкладывай свои беды и быстро.

Ну, я и выложил. Базис, который мне нужен от мужика – подгонка и закаливание полученного со склада шмота. Первое – перераспределение базовых характеристик в ту или иную сторону: требует класса бронника или оружейника, и чем лучше тот класс развит, тем большее количество характеристик можно снять и тем точнее будет распределение. В базе, если бы это делал я сам – абсолютный рандом. Но вот руками Кекича уже можно получить что-то приличное, причём на каждом элементе доспехов. Второе из требуемого, закаливание, – это процесс обработки материала для последующего дозачарования. Требует класса кузнеца, и чем он выше, тем больший ресурс добавляется к уже потраченному. Кстати, есть ещё так называемая перековка – полное перераспределение статов предмета и омовение – снятие всех активных зачарований с возвращением ресурса. Сами эти действия открываются более высокими классами, и чем больше уровней в соответствующем направлении, тем больший шанс на успех – заготовка или предмет может не пережить ни того, ни другого – и на то, что сумма статов станет больше или увеличиться магоёмкий ресурс. Кстати о последнем…

Каждый предмет, изготавливаемый с нуля, обладает определённым ресурсом, тип, количество и качество которого зависит от типа, количества и качества компонентов, из которых предмет изготовлен. Причём сам он может быть нескольких видов, распределяясь по поверхности предмета равномерно или в конкретных зонах. Ресурс в той или иной пропорции тратится на этапах зачарования: если тип чар подходит к типу ресурса, то траты снижаются. Верно и обратное. А ещё есть момент полного резонанса: когда каждый вид чар накладывается на свой собственный вид ресурса, и накладывается идеально! И сами чары должны сочетаться: усиливать не только себя, но и друг друга. Так и получаются предметы божественного класса, до которых мне ещё пилить и пилить…

Требуемая мною база выполняется в пару ударов молотом – анимация при работе с нужными станками. Но не только ради действий, доступных и нипам, я пришёл к профи и отвлекаю его от важных проектов… О чём я сообщил до того, как дворф попытался бы выкинуть меня из своей обители. Не уверен, что моделька его персонажа способна на такое, или мне просто показалось, но услышав о первой просьбе он начал смотреть на меня уж очень жутким взглядом.

–Ещё изготовка! С нуля! – поспешил добавить, и на стол из инвентаря вывалились чертежи, – Вот здесь броня, – несколько свитков я сложил стопкой, – А тут оружие, – один – отдельно.

Броня – простейшие доспехи с нужными мне характеристиками и со вписанными данными Василисы, чтобы кошка могла в них облачиться. И просматривая свитки, дворф довольно похмыкивая, завершив всё штампом: «Классика». Однако, стоило ему взяться за свиток с моим оружием, да похмуриться в него с десяток секунд, он поднял на меня суровый взгляд, встопорщил бороду и заявил:

– Ты цирк во мне увидел? Три уровня последовательной трансформации, переходный механизм кластерного типа, заточка под чары Мирового Уровня… больной совсем?!

– Ну-у-у… думаешь, оно не будет работать?

Я потратил достаточно много времени, чтобы во всём разобраться и создать этот чертёж. Обидно даже…

– Вот это?! – он тряхнул свитком в руках, – Да ни в жизнь! Даже если ты найдёшь осла, который возьмётся за это, тут материалы вообще левые! Без окраса в стихию или, хотя бы, направление, резонанса не добиться, а тут вообще всё нейтральное. – он вновь прошёлся взглядом по тексту, – Хм-м… Скажи-ка мне, полоумный, не ты ли автор этого… вот этого?

Я кивнул. Проглотил рвущееся негодование и просто кивнул.

– Хоть объясни тогда, что конкретно не так. Я думал, что всё рассчитал правильно.

– Не-а. Смотри сюда…

Арка обернулся от стойки, через которую мы вели диалог, чтобы на мгновение скрыться за дверцами низкого ящичка, а вернулся уже с пустым свитком, на котором тут же проявилась копия моего чертежа. В руках у него появилось перо – специальный артефакт для работы с такими свитками, и тут же принялось порхать по разложенному пергаменту.

– Вот тут мы переносим плечо. Это в реальном мире физика требует правильного приклада, а нам, в первую очередь, нужно следить за формой взаимодействующих материалов. Тоже могу сказать про роторный компенсатор: они применяются только для стационарных механизмов сверхблизкого типа. Вычёркиваем! Обойма, зарядник, курок… всё это нахрен не нужно!

– А как оно тогда будет стрелять?!

– А потому что вот! – вслед за пером начал видоизменяться корпус, выстраиваясь в какую-то иную модель оружия, – сразу видно, что со стрелковым ты не работал. Такие решения сейчас наиболее популярны, так как позволяют сделать универсальную пушку.

Получилась… рукоять. Как от короткого клинка. А вместо лезвия было некоторое утолщение, внутри которого оказалась сферическая выемка. По обе её стороны, будто держатели для какого-то устройства, что должно в ту выемку помещаться, расположились «усики», уходящие дальше, к отсутствующему лезвию. Не было ни дула, ни ствола, ни курка, ни приклада… И от исходной моей идеи – оружие, что могло бы переключаться между копьём, жезлом и винтовкой, не осталось и следа. Одна лишь только рукоять.

– Не понимаешь? А теперь смотри… – хитро ухмыльнувшись, он раскрыл ряд меню, выбрал там что-то в выпадающих пунктах, что мелькали с огромной скоростью, и на месте пустующей полусферы вдруг появилось фиолетовое ядро, – Камень Пустоты!

Уже вместе с ним чертёж опять изменился – появилось дополнительное окно. Раньше там была промежуточная форма оружия между основными состояниями трансформы, а сейчас… сейчас, думаю, это она же, только выстроенная на совершенно иных принципах. Обрубок будто бы раскрылся, став напоминать по форме нечто среднее между футуристическим автоматом и крайне причудливым одноручным клинком. Причём, если в исходном пазе так и висел «Камень Пустоты», чем бы он ни был, то вот чуть дальше, над новообразованной рукоятью, появился ещё один. Пустой.

– И последний штрих! – очередная игра с меню, показывающая истинный профессионализм, и пустующее место занимает ещё один сферический камень, правда, не мерно светящийся фиолетовизной, а отдающий концентрической непрерывной рябью, – Ядро Сна Азатота.

Наконец, появилось последнее меню. Небольшая работа со стороны дворфа, и в нём отобразился чертёж финальной формы в виде копья с золотыми и фиолетовыми элементами – такими же, какие были в исходном оружии. Обе сферы покоились у его лезвия, одна за другой, а само остриё напоминало собою застывший в минерале кусок космоса.

– Вот так это делается, родной! Три формы, механизм быстрого перехода, и заточку я твою перенёс почти целиком – к ней претензий нет. А главное… компенсирующая модель резонанса. Когда подберёшь правильные материалы и добудешь оба камня, – пальцем он ткнул на сферы внутри копья, – Будет тебе божественная пушка.

Глядя на то, как изменились расчёты характеристик, я едва не крякнул в голос. Не в два, не в три раза больше от того, что сделал я… На порядок! На чёртов порядок! Да, я понимаю, что у Арки не только опыта в разы больше, но ещё и на материалы он не скупился, ибо что-то мне подсказывает, что «Око Азатота» – не то, что можно раздобыть в одном из младших миров Иггдрасиля… Да и в старших оно вряд ли водится. Но всё равно, разница была слишком подавляющей. Слишком!

– И да, когда подберёшь остальные материалы, цифры опять изменятся. Чем лучшая совместимость и выше ранг – тем выше статистика. Думаю, её можно поднять ещё раза в четыре.

– Хыть…

Микрофон… предатель.

– Кхм… Это, конечно, спасибо, – я аккуратно подхватил «обновлённый», а на деле полностью переделанный чертёж… естественно, с молчаливого одобрения Кека, – Но мне нужно оружие уже сейчас, доступное моему уровню и валюте в карманах. Возможно как-то сделать аналогичное по свойствам, но гораздо дешевле в реализации?

Он окинул меня хмурым взглядом, но всё же потянулся за ещё одним свитком… дальнейшая работа заняла в разы меньше времени. Мужик ничего не объяснял, не комментировал, а просто быстро создал новый чертёж, показал его мне, кивнув на характеристики и дополнив, что чары Лонгина, даже если они у меня есть, на такие материалы не лягут, и придётся менять их на что-то пожиже… не полное копирование навыков персонажа, что держит оружие, пусть и с просевшим стат-блоком, а создание копий самого оружия, ещё и в сильно урезанном количестве. Тоже не плохо, тем более что финальную версию я сейчас всё равно не смог бы реализовать. Для этого требуется замаксить расу и перейти на следующий этап её развития. В любом случае, подтвердив всё, что только можно подтвердить, я смог вдоволь насладиться работой мастера…

Подбор материалов – тот самый компенсирующий резонанс, когда динамика и класс исходников накладываются друг на друга как в обычном резонансе, выдавая полное удвоение магоресурса, однако их тип является нейтрализующим по отношению друг к другу. Не взаимно-обратный! Тогда резонанса бы не вышло, и получился бы простой нуль, то есть полное отсутствие ресурса. Именно нейтрализующий, из-за чего на выходе получается чистое маго-поле, без окраса в какую-либо стихию или специализацию. Идеально для маджилоса, который получает баффы только на нейтральные заклинания! И, признаться, то, как легко всё это проделывает дворф, вызывает у меня нешуточную зависть и уважение к его опыту. Надеюсь, в будущем, он сможет помочь мне уже с более продвинутой версией предмета, чертёж которого занимает отдельный слот моего инвентаря. Ну, или я сумею научиться этому самостоятельно, во что не особо-то и верю.

Уже готовые компоненты он принялся сливать… нагрев металлической основы с припаркой различными порошками из минералов и органики, пропорции которых, казалось, Арка определял на глаз, но я почему-то был уверен, что там всё выверено вплоть до микрограмма. Нагрев и, собственно, ковка, уже не выглядели чем-то завораживающим… А результат – нечто, очень похожее своей формой на то, что вывел в своих чертежах Кек, но, как это ни странно, выполненное из других материалов и имеющее другие свойства. Серый металл, белая кость, златистого и бронзового оттенков вставки, также из металла. Красиво.

– Лови! Стреляй туда, – он махнул рукой мне за спину, где находилось что-то вроде манекенов… на деле – колонны в выбоинах и трещинах.

В чём вообще была моя изначальная задумка? Оружие, которое позволило бы мне реализовать и физический и магический класс. Первая форма, в которой оно и находилось сейчас, должна была быть жезлом. Функционал его остался, но вот внешность изменилась кардинально, что есть – то есть.

– Зольтрак: трио! – взмах рукой, и с конца короткой палки раздаётся тихий хлопок, и вместе с ним из «дула» вылетают три магических бледно-голубых заряда, резво настигающих колонну.

Ещё несколько заклинаний пошло туда же – работало идеально, и цифры урона радовали, как никогда, приблизившись к тому, что я выдавал копьём. А ведь мой перс изначально рассчитан именно на физику! Но возник вопрос: а как перевести в следующую форму? Видимо, заметив заминку, и то, как пристально я рассматривал оружие со всех сторон, Кек спросил:

– Переход как в исходном чертеже: переходный механизм. У тебя в инвентаре должны быть элементы – активируй как при обычной экипировке.

Дальше пошла анимация – для меня обычная экипировка выглядит как изъятие предмета из червоточины, но в данном случае персонаж не только вытащил элемент в виде палки в красной обмотке – дуло со штыком на одном конце и рукоятью на другом. Он подкинул его в воздух и насадил на жезл в руках, тем самым превратив его в винтовку… в очень необычную и крайне неудобную винтовку. Нефункциональную с точки зрения реального мира.

– А в том чертеже, что сделал я, эта трансформация заложена в само оружие, и происходит практически мгновенно! – дополнил Кек, пока я занимался осмотром.

По сути, я изначально ввёл эту форму как промежуточную между жезлом и копьём, и функционал её заключался в том, что с её помощью можно и заклинания накладывать, пусть и с меньшей статистикой, и «по лицу» дать, тоже далеко не с тем же выхлопом, как у оружия ближнего боя. А ещё я засунул в неё обойму с патронником, чтобы можно было и издали пострелять физикой… Но умелые лапища кузнечных дел мастера перестроили всё на свой манер, и теперь эта форма – дальнобойная. Самая дальнобойная. С её помощью можно накладывать заклинания «снарядного» типа, вроде того же Зольтрака или Стрелы маны, но вот волновые, аурные и лучевые заклинания, увы, для неё закрыты. Но! Существенное «но»! Заклинания, выпущенные в этом режиме, имеют существенные улучшения по части урона и дальности работы. По сути, это именно что винтовка, только вместо патронов – заклинания, а вместо пороха – моя мана.

Пара выстрелов, анимация которых прямо заменила обычный каст, пара новых отметин на колонне, и я, следуя подсказке мастера-изготовителя, нажимаю на курок, переводя оружие в последний из трёх режимов. Очередная анимация – персонаж раскрутил оружие в руках и резко остановил. Рукоять разъехалась, ушла в пяту. Раскрутилась ткань на стволе, и тот будто выстрелил вперёд. Удлинился. И в завершении, раскрылся штык на конце орудия, став полноценным лезвием, чуть зазубренным у основания и изогнутым к концу.

Статистика плавно перетекла в физические характеристики, перераспределившись, и я решил незамедлительно те испытать… Урон, скорость атаки, скорость каста, время отката. По сравнению с моим бывшим основным оружием повысилось абсолютно всё! Пусть и не на порядки, но в разы – так точно! Пара атак, отпрыгнуть, дать навык, ещё атаки, вновь разорвать дистанцию… сбросить дополнительный обвес и перейти в режим жезла – по колонне полетели заклинания, на меня легла горсть доступных баффов. Вернуть обвес и завершить комбинацию сверхдальними атаками…

– Наигрался? Оплачивай и вали, у меня работы ещё полно!

Запрос на торговлю я принял не глядя, и тут же вписал запрашиваемую им сумму. Пять тысяч очков слетело как с куста, однако оно того стоило. От и до! Осталась лишь малость… зачаровать всё это добро, да опробовать себя в паре с Васькой на арене. Для последнего, думаю, найдётся в гильдии пара подходящих личностей.