Загробный медовый месяц

Глава 1

Утром я просыпаюсь в хорошем настроении. Пытаюсь вспомнить – что такого хорошего произошло? Тут же спохватываюсь – конечно, два дня назад мы заключили договор на открытие филиала моей кофейни “Фиалки” в Кадигорске. Мы так долго шли к этому! Хоть бы в Кадигорске все было хорошо! Это не наш маленький Ласовск, конечно. У нас почти пятнадцать тысяч населения, а в Кадигорске в два раза больше! Больше возможностей и больше проблем. Но, если все получится, можно мечтать о дальнейшем продвижении. Мы дорастим нашу "Фиалку"и до Петербурга и до Москвы. Решительно встаю с кровати. Вот я размечталась! Нужно действовать, а не витать в облаках. А кроме кучи дел сегодня мне предстоит неприятный разговор с Ильей. Как жаль, что все свалилось на меня именно сейчас! Уже неделю у меня сильнее болит сердце, чаще пью таблетки. Но деваться некуда, бизнес есть бизнес, свадьбу отложить тоже не вариант. Новое завещание я могла бы написать в другое время, но тогда, если я умру, после свадьбы квартира отойдет моему мужу Роме Асмодину, а фиалка Илье Меркурьеву, что меня категорически не устраивает. Рисковать не буду, не в моем случае. У меня врожденный сочетанный порок сердца, так что завещание я переписываю регулярно, как только возникает необходимость. А сейчас она двойная - во-первых, я хочу оставить квартиру не своему будущему мужу, а маме и сестре с племянниками. Они вчетвером живут в маминой двушке, моя трехкомнатная будет им очень кстати. Во-вторых, мы уже не раз ругались с Ромой насчет наследования “Фиалки”, и в этот раз я соглашаюсь ему уступить. Он много времени посвятил моей кофейне, после работы и в выходные проводил много часов, вникая в нашу работу. Теперь я вижу, что смогу доверить Роме “Фиалку”, он сможет как минимум не потерять ее. К нотариусу я иду завтра, а сообщить о моем решении Илье лучше сегодня - потом совершенно не будет времени. Все дела с моей кофейней нужно доделать как можно скорее, послезавтра у нас с Ромой свадьба. Осторожно встаю с кровати, стараясь не разбудить Асмодина. Ему на работу к десяти, а я, как всегда, пойду к семи. В душ приходится пробираться сквозь гору мусора на газете и моток проводов. Рома некстати затеял ремонт, рассчитывая все закончить до свадьбы. Ага, я посмотрю, как он все успеет. Скорее мы грязью зарастем. Я пришла вчера почти в одиннадцать ночи, а он занимался ремонтом после работы и устал, убираться было некому. Надо хотя бы сегодня найти на это время.

Асмодина я встретила полтора года назад, когда он устроился в форму, офис которой находится напротив нашей “Фиалки”. Долго ему пришлось добиваться моего внимания, я всегда считала, что серьезные отношения с кем-то для меня невозможны. Это просто эгоизм, ведь я могу умереть в любой момент. К тому же, с моим сердцем невозможна беременность, а всем хочется семью. Но Роман убедил меня, что еще не известно, кто из нас сколько проживет, а раз я прожила со своими проблемами больше тридцати лет, то, может, и еще столько проживу. К тому же, говорил он, инфаркты случаются все чаще у молодых, а особенно мужчин, так что как знать, кого из нас сердце подведет раньше. Рома даже уговорил меня на официальный брак, раньше мне казалось, что нет смысла это делать, чтобы не оставить мужа вдовцом. И я так радовалась, что могу доверить Роману кофейню! Одна проблема омрачает все с начала и до сих пор - неприязнь между Ромой и Ильей Меркурьевым! Как может быть, чтобы два таких близких мне человека так невзлюбили друг друга! И это было бы полбеды - долгое время каждый из них пытался настроить меня против другого. Меркурьев выдумал, что у Ромы есть другая женщина, которую он водит домой! И я поверила! Прибежав домой, когда Асмодин был на работе, отсматривала записи видеокамеры, спрятанной в прихожей, но, разумеется, ничего не оправдалась - мой жених всегда приходил домой один. Как можно было выдумать эту гнусность? Отогнав от себя неприятные воспоминания, тихо собираюсь и выхожу из квартиры.

Первый, кого я встречаю, заходя в “Фиалку” - это восемнадцатилетний Артем, сын Ильи. Хмуро поздоровавшись со мной, от демонстративно отходит в сторону. Я стараюсь не обращать внимания - сегодня у меня итак будет сложный разговор со старшим Меркурьевым, достаточно в последнее время мы ругались из-за его сына. Я все понимаю, Артем на меня злится, это я не позволила назначить его администратором. Да и куда ему, в его возрасте и с почти никаким опытом работы? Только чтобы угодить его отцу? Да Илья сам должен понимать, что это бред! Я не собираюсь расплачиваться за его ошибки молодости, тем более, когда речь идет о “Фиалке”. Не мои проблемы, что у Меркурьева родился ребенок, когда ему было всеми семнадцать лет, а матери этого ребенка и вовсе на год меньше. Толку от таких родителей было немного, вырастила его мать Ильи, Вера Андреевна. Насколько помню, с Артемом всегда были какие-то проблемы, вплоть до того, что, закончив девять классов, он год просидел дома, ничего не делая, пока Илья не пристроил его в нашу “Фиалку”, где Артем работал то промоутером, то официантом. Кстати, хорошо работал, но о том, чтобы взять его на нормальную должность и речи быть не может. Скорее бы его в армию взяли, одной бы проблемой меньше.

Илью я знаю всю жизнь - мы познакомились в детском саду. С того момента мы расставались всего на пять лет, когда я уезжала учиться в другой город. Он сразу поддержал меня, когда я решила открыть кофейню. Работал с утра до ночи за всех от бариста и уборщика до бухгалтера и директора. В моей “Фиалке” он всегда числился наемным сотрудником, хотя поднимал ее с нуля. Я всегда считала, что она принадлежит ему также, как и мне, потому сразу и завещала “Фиалку” Илюше. Мама и Света не смогли бы ею управлять, а я не допущу, чтобы после моей смерти ушла и она. Вместе со мной Илья создал ее, провел через все трудности, мы удержались даже во время самых трудных кризисов. И открытие филиала - целиком и полностью его заслуга. Меркурьев вывел нашу малышку на новый уровень, скоро он также будет пестовать наш филиал в Кадигорске.

Жаль, что у Илюши сразу не сложились отношения с Ромой. Они невзлюбили друг друга буквально с первой встречи. Мне даже казалось, что Роман ревнует меня, правда, так и не поняла к кому, к “Фиалке” или к Илье. За первые месяцы наших отношений он напридумывал кучу обидной ерунды: и что Илья хочет отнять у меня “Фиалку”, и что он обманывает меня в бизнесе, особенно в бухгалтерии, и что он в меня влюблен. Я была в шоке - как у Асмодина язык повернулся сказать такое про человека, который никогда в жизни меня ни в чем не обманул? Ладно, я еще могу понять его слова насчет якобы влюбленности в меня Илюши, все-таки дружба между мужчиной и женщиной - не частое явление. Конечно, Роме нелегко смириться с наличием у его невесты лучшего и очень близкого друга мужчины. Но приписать Меркурьеву махинации с моей кофейней? Да Илья за нее сам кого угодно порвет, он за нее душу продаст, и никогда не опустился до использования нашей “Фиалки” как площадки для махинаций! Меня очень обижали такие слова, хотя Роман и старался сообщить о своих подозрениях как можно мягче. Но я не желала слышать эту ложь ни в какой форме. Тем более что, разумеется, ни одного доказательства он предоставить не смог. Поняв, что я не поверю в эту чушь, Асмодин постепенно перестал говорить мне это. Но я не верю, что он успокоился, скорее, просто боится испортить со мной отношения или думает, что меня нереально переубедить. Мне показалось, что кофейня и Илья перестали быть в нашей семье яблоком раздора, но, полгода назад, в связи с серьезными отношениями с Ромой и уже назначенной свадьбой, я решила поменять завещание и поставила его в известность. Как и прежде, наследником оставался Илья, я по-прежнему видела только его способным сохранить “Фиалку”. Но вторым, “запасным” наследником я теперь решила назначить Асмодина. Он должен был наследовать нашу кофейню, если умру не только я, но и Меркурьев. Если бы у меня раньше был человек, которого я прежде могла вписать в завещание в такой роли! Мысль о том, что “Фиалка” просуществует недолго, если с нами сразу двумя что-то случится, просто сводила меня с ума. Конечно, малореально, но вдруг мы вместе попадем в аварию, или на нас нападут? О том, чтобы мама или Света могли управлять кофейней и речи не может быть. Как мне жаль, что они совсем не подходящие люди. Я могла бы хоть с завещанием не заморачиваться! Увы, кроме Илюши в моем близком окружении не было того, кому я могла доверить свое дело после смерти. И вот, наконец, такой человек появился! Я так радовалась, что Рома смог понять, что для меня значит “Фиалка” и почему так важно, чтобы она жила после моей смерти. Конечно, первое время он слушать не хотел разговоров о моем сердце и том, чем все может закончиться. Но потом понял, что мне спокойнее знать, что я могу положиться еще и на него, и, к недовольству Илюши, стал стараться вникать в работу “Фиалки”. Но когда во время разговора о завещании, Асмодин узнал, кто будет первым наследником, он пришел в ярость. О предыдущем завещании он не знал, отмахиваясь от моих попыток сказать ему словами, что он не ждет моей смерти, и кому достанется моя собственность, ему неинтересно, так как в таком случае для него все перестанет существовать. Сначала я не слишком наседала, понимая, что ему нужно время, чтобы привыкнуть к моей ситуации и понять важность кофейни для меня. В глубине души я боялась, что он вообще не выдержит жизни с моим сердцем и вообще со мной и уйдет. Кому нужна жена, которой с раннего утра до ночи на работе, включая выходные? А если добавить постоянный риск внезапной смерти и невозможность иметь детей? Немногие выдержат. Я вообще считала нечестным с моей стороны выходить замуж, зачем оставлять мужчину вдовцом? Хорошо, если он к тому моменту будет достаточно молод, чтобы жениться повторно. Как хорошо, что Рома оказался таким необыкновенным, что смог справиться и с моими страхами, и со своими суевериями! Он все больше узнавал работу в “Фиалке” и привязывался к ней. Но при этом он не захотел и отдать ее другому. Но какое еще завещание я могла составить в тот момент, если Рома был еще не готов? Если настоящим сердцем моей кофейни был Илья? Не понимаю, почему моего будущего мужа это так бесило. Казалось, для него было бы лучше, если бы “Фиалка” досталась первому встречному, но только не Меркурьеву. Я очень обижалась, Рома лучше всех знает, что для меня значит моя “Фиалка”. И для Ильи. Неужели мой будущий муж хочет, чтобы после моей смерти дело всей моей жизни продержалось совсем недолго? Ведь это единственное, что я сделала и что останется после меня. Вопрос только в том, как долго она проживет после. Как может Рома пытаться отнять кофейню у того, кто фактически создал ее? Илья отдает время, силы и душу нашей “Фиалке”. Если по совести, а не по закону, она принадлежит ему также, как и мне. Потом, как следует подумав, я решила переписать завещание на Романа. Наверное, я была неправа по отношению к нему. Ведь именно понимая, как дорога мне “Фиалка”, он хочет оберегать ее в память обо мне. Он не такой, как мама или Света, сможет не потерять кофейню. Тем более, что не за горами открытие филиала в Кадигорске, вот следующая кофейня и будет завещана на Илью. Только разберемся сейчас со свадьбой и прочими проблемами, тогда все и решим. Главное сейчас, поговорить с ним как можно спокойнее. Я откладывала до последнего, но к концу рабочего дня приходится решиться.

-Завтра приду не раньше одиннадцати, - говорю я Меркурьеву.

Он что-то мычит в ответ, не отрываясь от отчета, потом догадывается спросить:

-Что-то не готово к свадьбе?

Поколебавшись немного, я решаюсь сказать - ему не понравится, и лучше сейчас, чем после свадьбы.

-Почти. Хочу переписать завещание.

Илья наконец отрывается от книги.

-Опять, - говорит он, закатывая глаза, - не надоело еще?

-Если со мной что-то случится после свадьбы, Рома станет наследником первой очереди. А я решила завещать квартиру сестре и маме.

Меркурьев хмыкает и отвечает:

-На самом деле никакой разницы.

-Что?

-Одна семья, зачем тебе завещание?

-Роман сам себе заработает, а Светка с детьми не сможет. Кстати, он не возражает.

-Еще бы! Я ни минуты не сомневался в его реакции.

-В чем ты его обвиняешь? - возмущаюсь я.

-В семейных связях. Неважно. Ты все равно считаешь его хорошим, продолжай.

Но я замолкаю. Устала уже от их неприязни, сколько можно? Даже сейчас они не могут не трепать мне нервы. После сделки у меня второй день болит сердце, а послезавтра свадьба. А ведь до последних дней мне казалось, что все успокоилось. Уже месяца два или три Роман ни слова не говорил об Илье, а мой друг выдавливал из себя улыбку, если я упоминала о женихе. Так было хорошо и спокойно! И вот, пожалуйста, вчера я чуть не разругалась с Асмодиным из-за завещания, как опять активизировался со своими намеками Меркурьев! Иногда мне кажется, что он ревнует, так как мой друг никогда не говорил ничего конкретного, лишь намеки и догадки. Да еще та ложь про женщину в моей квартире. Неужели сейчас будет что-то подобное? Не надо портить мне настроение сейчас! И с чего ему ревновать, если он не влюблен в меня? У нас было по молодости, это давно забыто. У Меркурьева со многими было в молодости, оттуда и свалившийся на нашу голову сыночек с попытками Ильи его куда-то пристроить.

-Извини, я не хотел тебя расстроить, - говорит мой друг.

-К сожалению, это я вынуждена тебя расстроить, - отвечаю я, - потому и завела разговор о завещании.

-В чем дело?

-Я завещаю “Фиалку” Роме.

Ну все, я это сказала. Сейчас разразится буря. Но Илья молча отходит от меня и останавливается у окна.

-Уверена, он сможет сохранить ее, - говорю я.

Илья резко отворачивается от окна и подходит ко мне со словами:

-Жанна, ты не можешь этого сделать. “Фиалка” наша. Ты не можешь отдать ее ему.

-Я ничего никому не отдаю.

-Я не смогу с ним работать!

-Даже ради “Фиалки”? - спрашиваю я.

-Нет, только не ему, - говорит Илья, - почему ему? Завещай ее кому угодно. Хоть первому встречному!

-Ты знаешь, что о первом встречном не может быть и речи. А Роман справится, я в нем уверена.

Меркурьев садится за стол и обхватывает голову руками. Я чувствую себя хуже некуда - знала, что он отреагирует негативно, но должен же он понимать. Подхожу сзади и кладу ему руку на плечо. Я как будто готова извиняться, какая глупость, я имею право распоряжаться своей собственностью.

-Я не смогу делить “Фиалку” с ним, - произносит Илья.

-Не надо ничего делить. Я пока еще жива. Все будет как раньше. Я же не дарю кофейню Роману, просто перепишу завещание. Может, я сделаю это много раз.

-Жанна, пожалуйста, не думай, что я хочу от тебя что-то получить. Но “Фиалка”! Почему ему? В конце концов, почему ты не перепишешь завещание на маму?

-Ты знаешь почему.

-Нет, ты не поняла. Если кофейню унаследует твоя мама, я смогу с ней договориться, чтобы все осталось как есть. И все продолжится. Ты знаешь, я не брошу “Фиалку”!

-В таком случае ты не бросишь ее, если ее унаследует Рома.

-С ним я не смогу, - отвечает Меркурьев, качая головой, - или сам уйду, или он меня выживет.

-Илья, это окончательное решение, - повышаю голос я, затем пытаюсь смягчить, - в конце концов, я могу еще долго прожить. Может, через пару лет мы разоримся, и “Фиалки” не будет, а я еще буду жить, и мы откроем что-нибудь новое.

Я хочу сказать, что нашу будущую кофейню в Кадигорске я завещаю Илье, но друг опережает меня:

-Может быть. Все может быть. Действительно, последние двадцать лет ты постоянно себя хоронишь, а с такими твоими решениями еще неизвестно, у кого раньше инфаркт будет.

-Хватит, не говори ерунды, - тут же вскипаю я, - вы все, в отличие от меня, проживете еще долго! Не только меня, но и друг друга своей враждой в могилы сведете! Я уже устала прыгать между вами.

С этими словами я подхожу к кулеру и наливаю себе воды. Помолчав и тяжело вздохнув, Меркурьев встает из-за стола и говорит:

-Жанна, я давно собирался тебе сказать... Тебе плохо?

-Нет, - отвечаю я, глотая таблетку.

-Уверена?

-Да. Просто последние дни слишком нервные. Что ты хотел сказать?

-Ничего. Пойду выпью кофе, мне надо успокоиться.

-Договаривай, раз начал.

-Не нужно, только поругаемся. Дай мне время переварить твою новость.

-Хорошо. И ещё – ты будешь запасным наследником, не думай, что я полностью исключаю тебя из завещания.

Поморщившись, Меркурьев выходит из кабинета. Я допиваю воду и выкидываю стаканчик. Интересно, кто-нибудь кроме Ильи успокаивается с помощью кофе? Хотя, кофе в моей “Фиалке” сможет поднять настроение любому. Надеюсь, Илюша сможет понять меня, и этот разговор не скажется на наших отношениях. Ладно, пора собираться, а то опоздаю на девичник.

После девичника я любуюсь кулоном, который подарила мне Света. Очень красиво, хорошо, что она сделала это сегодня, на свадьбу я обязательно надену его. Весь вечер Света была немного странной - словно она не рада или очень устала. Хотя мы все устали, конец рабочей недели. Надеюсь, к субботе она повеселеет. Я уверена, Света лучше провела бы время на моей свадьбе, сели бы пришла туда со своим новым мужчиной. Она нас еще не знакомила, но ясно, что он есть - Света периодически уходит куда-то, оставляя детей с нашей мамой, у нее появляются украшения, явно купленные не на ее зарплату, иногда у мамы дома я вижу букеты цветов. Мне казалось, сестра познакомит меня с ним до моей свадьбы, этот товарищ не был еще ни на одном семейном празднике, хотя отношения у них уже не меньше полугода. Конечно, не мне ее упрекать, я сама познакомила Рому с мамой и Светой, когда мы уже жили вместе, но что поделать, если в праздники у меня самая работа. У Светы другая ситуация, наверное, она просто пока не хочет знакомить его со своими детьми. Еще ведь непонятно, как на появление у нее мужчины отреагирует ее бывший муж. Кстати, может, сестра делает мне одолжение - если ее новый ухажер такой же козел, как оба бывших, на моей свадьбе его точно не надо. Почему Свете так с мужиками не везет? Нормальная, симпатичная женщина, как она таких только находит? Надеюсь, в этот раз будет по-другому.

Беру телефон, чтобы позвонить Роме, у которого должен уже закончиться мальчишник, но вижу пропущенный вызов от мамы. Догадываюсь, что сейчас услышу, но делать нечего, приходится перезванивать. Заодно и про завещание скажу. Стараюсь настроиться на разговор, но не помогает – мама сразу начинает с причитаний по поводу моего сердца. К счастью, она не знает, что эту неделю я чаще пью таблетки. Слушаю маму дальше, а она не так уж и не права – да, открытие филиала и свадьба – это большая нагрузка на меня, сегодняшний день с девичником и разговором с Илюшей особенно тяжел. Да, можно сказать, я себя не берегу. Но что делать? Не заниматься "Фиалкой”? Ни за что, она моё все. Отменить свадьбу или хотя бы девичник? Тоже глупо, я не могу совсем не жить. Итак ничего себе не позволяю. Этот сложный период жизни пройдёт, и все будет хорошо. Но маме объяснять бесполезно, приходится выслушать её и пообещать быть осторожнее.

Мамин звонок портит мне настроение, да ещё мне никак не удаётся дозвониться до Ромы. Что-то у них затянулось, надеюсь, он скоро придёт. Борюсь с желанием поехать в "Фиалку", Роме это не понравится, а он должен скоро вернуться или уже быть дома.

Но в квартире Асмодина ещё нет. Трубку он по-прежнему не берет, я уже начинаю волноваться. Хотя это мальчишник, конечно, они развлекаются, Рома не должен страдать из-за того, что мне ничего нельзя. Пусть хоть без меня расслабится. Надеюсь, он не зайдет слишком далеко. Пока будущего мужа нет дома, мою ванну и включаю воду. Полежу с книжкой и чашкой чая, после такого дня мне очень нужно расслабиться. Подхожу к книжному шкафу и закипаю от раздражения - как не вовремя Роман затеял ремонт. Теперь я даже книгу не могу достать - он отодвинул шкаф так, чтобы дотянуться до моих любимых детективов я должна залезть в щель между стеной и шкафом, перешагивая через провода! Мог хотя бы убрать за собой! Да и шкаф можно было развернуть задней частью к стене, как я теперь туда пробраться должна? Но делать нечего, осторожно протискиваюсь между стеной и полкой с книгами. Не успеваю выбрать книгу, как сквозь шум воды слышу, что открывается входная дверь. Рома вернулся! Сейчас я ему все выскажу!

-Иди сюда! - кричу я, - что ты здесь устроил?

Пока он идет, достаю детектив, не зря же сюда лезла.

-Ром, что молчишь? - спрашиваю я, - слишком хорошо погуляли?

Шаги приближаются, и мне кажется, что это не шаги Асмодина, хотя из-за шума воды сложно точно понять. И почему он молчит? Но если это не Рома - кто может зайти в мою квартиру? Встаю на цыпочки, чтобы рассмотреть вошедшего, и тут книжный шкаф опрокидывается на меня. Вскрикивая, я роняю книгу и пытаюсь удержать его. Но бесполезно - кто-то с другой стороны придавливает меня шкафом к стене. Задыхаясь, я сопротивляюсь изо всех сил, но человек с другой стороны явно сильнее меня. Внезапно грудь и руку пронзает острая боль, в глазах темнеет, я опять вскрикиваю и сползаю на пол.

Глава 2

Просыпаюсь в темноте и тут же закрываю глаза. Еще ночь, можно спать дальше. Только непонятно, откуда дует, наверное, Рома открыл окно. Поворачиваюсь на бок и понимаю, что мне мешает какая-то странная тряпка. Откуда она у нас в кровати? Приоткрыв один глаз, подношу ее к лицу, и тут сон слетает меня окончательно — это фата! Я что, проспала, собственную свадьбу? Открываю глаза и вижу, что уже ночь, а я лежу на улице. На мне свадебное платье! Какой ужас, меня что, похитили на свадьбе? Я ничего не помню, как я сюда попала? Где Рома? Поднимаюсь на ноги, что-то за спиной мешается и тянет к земле, наверное, меня привязывали. Оглядываюсь - я на опушке леса, совсем не узнаю этих мест. Нужно выбираться отсюда! Кто и зачем мог это сделать со мной? Делаю пару шагов и понимаю, что у меня что-то не так с ногами. Как-будто они не совсем мои. Да еще эта штука за спиной. Надо избавиться от всего ненужного, я должна действовать быстро. Платье мешает мне рассмотреть ноги, хочу приподнять подол и понимаю, что оно не мое. Белое, свадебное, но не мое. Я покупала другое! Что это? Глупый розыгрыш? Меня одели в чужое платье и вывезли в лес? Что за глупость, это такой дурацкий подарок на девичник? Тут я вспоминаю, что, когда я была дома одна, кто-то зашел в квартиру и прижал меня шкафом к стене. Мне стало плохо, и я потеряла сознание. Кто это был? И зачем меня привезли сюда, да еще так нарядили? С моим сердцем такие шутки могут дорого стоить, помню, еще в квартире мне было очень больно. Я боялась, что меня раздавят, пыталась сопротивляться, и меня пронзила дикая боль. Точно, это сердце. Кто мог так поступить со мной? Обычно все, наоборот, меня оберегали. А тут либо хотели убить, либо для чего похитить. Наверное, ради выкупа или из-за “Фиалки”. Правда, непонятно, почему не убили прямо в квартире. Наверное, я нужна им живой. Тогда почему выбросили здесь? Надо бежать скорее, пока ничего не болит. Неуклюже делаю пару шагов и замечаю, что мои волосы... отросли. Почти до земли. А были до плеч! Мне что, надели парик? Кому понадобился этот маскарад? Стараюсь взять себя в руки и успокоиться, но волосы не похожи на парик, точно мои. Дергаю за них - больно. Или с париком так тоже должно быть? Выдираю волос и морщусь от боли - невероятно, они не могли так вырасти. Я схожу с ума. Что еще со мной не так? Точно что-то не в порядке с ногами и спиной. С ногами понятно, наверное, меня чем-то накачали, вот и я и не могу идти нормально. Но на спине словно горб, после метаморфозы с волосами я готова поверить, что мне и горб нарастили. Дрожащими руками щупаю спину, а там... перья. Откуда? От волнения теряю равновесие и сажусь прямо на землю. Это крылья! Достаточно большие! Как их ко мне прицепили? Их нужно быстрее снять и бежать от жестоких шутников, устроивших мне все это. Стараюсь нащупать место прикрепления крыльев, мне туда не дотянуться. Шевелю спиной и... крылья раскрываются. Этого еще не хватало, как их сложить теперь? В таком виде они мешают еще больше, я пытаюсь как-то исправить ситуацию и понимаю, что я ими шевелю. Это мои крылья. От этого открытия силы покидают меня, я почти ложусь на спину, но чувствую боль в неловко прижатом к земле крыле. Это заставляет меня сесть и окончательно убедиться в том, что крылья - часть моего тела. Как это может быть? Видимо, я теперь ангел. Значит, тогда в квартире я умерла. Это был не обморок, у меня не выдержало сердце. Вот почему было так больно, действительно никогда до этого у меня не было так. Сердце всегда болело по-другому, и перед потерей сознания никогда раньше не было подобного. Я мертва. Не могу поверить. Как так - я же думаю, чувствую боль от помятого крыла, я помню, что со мной случилось, как я могу быть мертвой? Они же ничего не чувствуют! Хотя, я же ангел, а не просто умершая. Интересно, почему так случилось? И что теперь со мной будет? Ничего не могу вспомнить об ангелах, надо было при жизни интересоваться, сейчас было бы понятнее, как теперь быть. Наверное, мне придется жить с крыльями. Жаль, они очень неудобные, лучше бы без них. И маловероятно, что я единственный ангел, надо поискать таких же, может, мне объяснят, что теперь нужно делать. Где только их искать? Темно, да и разве ангелы живут в лесу? Я всегда думала, что они на небе. А почему я тогда не там? Я все еще на земле, хотя уже умерла и стала ангелом. Может, мне нужно к ним улететь? Для того и крылья? Но я понятия не имею, как это делается. И почему я очнулась именно здесь, а не в более подходящем месте? Все очень непонятно, надо найти кого-нибудь и спросить. Только кого? Хорошо, если здесь будут такие же ангелы, а если обычные люди? Да они сами от разрыва сердца умрут, если меня увидят. Надеюсь, людей здесь нет, иначе я бы здесь не оказалась. Все-таки за тридцать три года жизни ангелов ни разу не встретила. Только выясню, что у меня с ногами и пойду искать кого-нибудь. Приподнимаю подол платья и издаю вопль ужаса - вместо ступней у меня копыта. Отбрасываю подол и с криком вскакиваю на ноги. Что это за ужас? Где мои ноги? Стараюсь успокоиться, но из глаз катятся слезы. Не верю, что теперь вместо ног у меня такое уродство. Вот почему мне трудно ходить. Стараюсь взять себя в руки и поднимаю платье еще выше. Хорошо, что я уже умерла, а то бы мое сердце точно не выдержало - у меня не только копыта, у меня до колена лапы, покрытые шерстью. Всхлипывая, осматриваю себя дальше - к счастью, выше колен у меня нормальное тело. Если не считать крыльев, конечно. Крылья! Из-за них я решила, что я - ангел, но теперь! Ясно, что ангелов с такими лапами не бывает! Хотя, я же их раньше не видела. Но такого точно быть не может, ангелы - чистые, прекрасные существа, а кто я тогда? Копыта вроде есть у чертей... не может быть, чтобы я стала чертом! Разве я настолько грешна? В страхе ощупываю голову, рогов там нет. Но жуткие лапы вместо ног есть! И крылья есть! Так кто же я? Уродина какая-то! Не в силах больше думать об этом, я поднимаюсь и бегу дальше от леса, вряд ли я кого-то там встречу в такой час. А вдали виднеется избушка. Срочно туда! Плача, я стараюсь бежать как можно быстрее, пытаясь с помощью крыльев удержать равновесие. Неужели они для этого нужны? Из двери избушки выходит сгорбленная старушка в черном плаще. От радости я перестаю плакать и бросаюсь к ней с воплем:

-Бабушка! Бабушка, стойте!

Она поворачивается ко мне, мгновение удивленно смотрит, а затем ворчит:

-А, невеста. Зачем пришла?

Я бросаюсь старушке на грудь, обнимая ее костлявые плечи.

Она знает, кто я такая! Не удивилась моему виду! Судя по ее высказыванию, я тут не одна такая! Сейчас бабуля мне все расскажет! Не придется больше гадать!

Подождав немного, старуха мягко отстраняет меня и спрашивает:

-Успокоилась?

Я радостно киваю.

-Зачем ты пришла? - повторяет она.

Я теряюсь. Что у нее спросить? Кто я? Как я сюда попала? Что мне делать дальше? Как справиться с крыльями? На последний вопрос она точно не знает ответа. Да и на другие как отреагирует? Она явно знает мне подобных, но приходили ли они к ней с такими вопросами? Молчание затягивается, это выглядит глупо. Не зная, как и что сказать, я приподнимаю платье и показываю бабуле ноги. Она вздыхает и уточняет:

-Ты новенькая?

-Наверное, - шепчу я.

-А где остальные?

-Я никого не видела. А это... - спрашиваю я, кивая на свои ужасные лапы, - так и останется?

-Да, так и останется, - подтверждает старушка.

Мои глаза наполняются слезами. Почему? Почему я должна остаться чудовищем навсегда? Что я такого сделала? За что?

-Нечего реветь, это не трагедия, - говорит бабуля, - привыкнешь. Поменьше смотри на них.

-Как можно к этому привыкнуть, - сквозь слезы возражаю я.

-Как все. Вас таких много. Это не я должна тебе объяснять. Нам общаться нежелательно.

-Почему?

-Тебе все растолкуют. Иди в лес. Там все ваши.

-Я только что оттуда. Там никого.

— Значит, ушли. Зайди глубже в лес. Не виллис, так других Неупокоенных встретишь.

-Это кто?

-Кого там только нет. Скоро всех узнаешь. Ступай, ступай, нам пора.

-Фаина Карповна, сколько можно ждать? - раздается рядом дребезжащий голос, - Скоро петух пропоет.

Я оглядываюсь - передо мной странное существо: маленький, сморщенный, худой старичок ростом не выше метра. В руке у него синим светом горит свеча.

-Уже идем, Филенька, - отвечает старушка, поправляя черный платок.

-Вы куда? - спрашиваю я, - можно я с вами?

-Ты только оттуда, - смеется в ответ бабуля, - ступай в лес, к своим. С нами тебе нечего делать.

Странный старичок подходит ближе ко мне и восклицает:

-О, невеста! А кто тебя прихлопнул? Жених?

-Что? - переспрашиваю я.

-Филя, замолчи, - обрывает его старуха.

Тут до меня доходит - он обвиняет Рому в моей смерти! Какая глупость! Да как он смеет!

-А что? - продолжает он, - кому убить невесту нужнее, чем жениху? Наверное, в последний момент передумал.

-Как вам такое в голову пришло? - наконец возмущаюсь я, - Рома никогда бы не сделал ничего подобного!

-А кто тогда?

Я не знаю, что ответить - я действительно не видела, кто меня убил. Нашу беседу прерывает Фаина Карповна:

-Хватит! Нам надо спешить. А ты не стой здесь, мне проблемы не нужны. Доброй ночи.

Пожилая парочка уходит. Я решаю последовать ее совету, разворачиваюсь и медленно иду к лесу. Надеюсь, бабуля не солгала, и там действительно есть существа вроде меня. Если никого не найду, вернусь к дому Фаины Карповны и странного дедка и дождусь их возвращения. Куда они могли пойти в такое время? Почему им не спится? Да еще оба в черном! Может, у них кто-нибудь умер? Умер! Да разве они сами живые? Разве смогли бы живые увидеть меня? Надо спросить об этом у тех, кого я встречу в лесу. Людей такого роста как этот дед просто не бывает! Да еще он выглядит совсем старым, а ходит очень бодренько. И с чего ему пришло в голову, что меня убил Рома? Вот уж кому это совсем не надо! Он ничего не выиграет от моей смерти! Мы еще не заключили брак. Я не успела переписать на Романа завещание. Ему выгоднее было бы подождать пару дней. Предположение старика насчет того, что Асмодин передумал жениться вообще бред - Рома давно на этом настаивал, это я считала, что с моим сердцем не стоит. И оказалась права... Может, и к лучшему, что я умерла до регистрации, меньше проблем. Роман еще встретит и полюбит другую женщину. Но сейчас-то он любит меня! Глупо убивать в такой ситуации. И если бы Рома передумал, свадьбу всегда можно отменить, вообще не повод. Хотя я сама сначала подумала, что в квартиру вошел Рома. Ведь он должен был вернуться домой. Бедный, он, наверное, уже нашел мой труп. Если он там остался. Ведь должен? Хотя я здесь, что же осталось в моей квартире? Если что и осталось, то явно не то тело, которое у меня сейчас - с крыльями и чудовищными ногами. Стараюсь не думать об этом, а то снова заплачу. Что я так разревелась, я не ребёнок в самом деле. Хотя сейчас я действительно чувствую себя потерявшейся девочкой, я одна в лесу, вокруг никого. Бабуля уверяла, что тут должны быть люди. Точнее, не люди. Но я уже прошла опушку, углубляюсь в лес, а вокруг только деревья, которые я задеваю крыльями. Если старушка права, и такие как я живут в лесу, зачем нам крылья? Деревья сшибать? Наверное, она специально меня сюда отправила, очень ей не терпелось меня выгнать. Ладно, если я не заблужусь, я вернусь туда. Но сначала все-таки поищу в лесу, сидеть у пустой избушки та еще перспектива. Хотя непонятно, кого искать. Иногда я слышу какие-то звуки, но ведь это могут быть птицы или дикие животные. Встречи с кабаном мне для полного счастья не хватало. Наверное, как увижу его или медведя, сразу летать научусь. Может, нам и нужны крылья, чтобы улетать от опасности? Тут действительно неизвестно кого можно встретить. Надо отпугнуть возможных хищником. Попробую покричать. Заодно, может и отзовется кто.

-Ау, -кричу я, -есть кто-нибудь живой?

В ответ с дерева доносится звонкий смех.

Удивленно смотрю вверх - на ветке сидит девушка с венком на голове.

-Поверь, если бы тут были живые, ты бы их за версту почувствовала, - отвечает она.

-Каким образом? -интересуюсь я.

-По запаху. Он незабываем.

-Запах пота, что ли?

Девушка опять смеется, затем спускается на нижнюю ветку и отвечает:

-Нет, запах живого человека. Теперь ты поймешь, если встретишь их. Только здесь живых почти не бывает. А ты серьезно надеялась здесь их встретить?

-Я надеялась встретить хоть кого-нибудь. А ты что, как обезьяна, на ветке сидишь?

-Сама ты обезьяна. Первый раз русалку видишь?

-Русалку?

-Да, русалку, разве незаметно?

-Нет, - честно отвечаю я, - хвоста у тебя не вижу, воды поблизости тоже.

Девушка опять смеется, затем спрыгивает с дерева. Хвоста у нее действительно нет, обычные ноги. Обычные! Совсем не такой ужас, как у меня! Почему я не русалка?

-Вода в колодце, здесь недалеко. Но я ее не люблю, так как я утонула. Поэтому последнее, что я сделаю - это опять туда залезу.

-О, - говорю я, - извини.

Как-то я совсем забываю, что здесь все должны быть мертвыми как я.

-Ничего, мы все это пережили. Ты ведь недавно умерла?

-Не знаю, сколько времени прошло. Я очнулась в лесу, одна. Не могла понять, что происходит.

-Неудивительно, твои на кладбище ушли. Жаль, что так вышло, тебя Мирта должна была встретить.

-Это кто?

-Королева виллис.

-Королева кого?

-Виллисы - это невесты, умершие перед свадьбой. Как ты.

-Так вот, как называется такое чудовище как я, - грустно говорю я.

-Ты что? - удивляется русалка.

-А кто я? - спрашиваю я, показывая ей ноги, - уродина.

Кажется, я сейчас снова расплачусь. Нет, хватит на сегодня, сколько можно? Эта русалка, кажется, моложе меня, а вон как хорошо держится. Как будто смерть ее совсем не волнует, а, наверное, тонуть - это так ужасно... Хотя что бы ей и не держаться, умерла она явно не вчера, и выглядит она совсем как обычная девушка, а я...

-Так, все ясно, - говорит девушка, - пойдем.

-Куда?

-Пойдем, говорю.

Она выводит меня на поляну к заброшенному колодцу.

-Садись и смотри, - говорит русалка.

Я осторожно сажусь на край, и мне сразу становится легче. Проходит напряжение, не покидавшее меня с того момента, как я открыла глаза. Как будто я снова дома. На миг закрываю глаза, но тут же беру себя в руки. Не время расслабляться, не хватало еще упасть в колодец. Хотя что мне будет, я уже мертва. Смотрю в воду. Я почти не изменилась, только волосы отросли. И черты лица как будто стали более правильными.

-Ну что? Уродина? - спрашивает русалка.

-Нет, скорее наоборот. Но мои ноги!

-Не думай о них. И поменьше рассматривай.

-Как? Я даже идти нормально не могу.

-Ты уже быстро ходишь. Завтра будешь в норме. Как тебя зовут?

-Жанна.

-А я Марина.

Пытаюсь улыбнуться, но получается не очень хорошо.

-Ты бы хоть крылья сложила, - говорит русалка, - все деревья ими задеваешь.

-Я не умею. Не знаю, что с ними делать, очень мешают, - отвечаю я, неловко шевеля крыльями.

Марина осторожно складывает их у меня за спиной.

-Прости, я словно не в себе, - говорю я, - не могу поверить, что это со мной происходит.

-В первую ночь всегда так, - отвечает русалка, - я думала, с ума сойду. После похорон легче. А потом привыкаешь, и этот мир кажется более привычным, чем мир живых. Кажется, что была здесь всегда, а то, что было раньше - просто сон. Только покоя все равно не будет.

Сон! Как бы хотела, чтобы все это оказалось сном! Вот бы сейчас проснуться дома, в своей кровати, рядом с Ромой. Как может этот лес с непонятными существами заменить жизнь? Ничто не может ее заменить! У меня было мое дело, любимый человек, семья! А что теперь? Я непонятно кто, и мне предстоит встретить таких же странных существ. И что я буду с ними делать? В чем смысл? Для чего это все?

-Ты здесь единственная русалка? - спрашиваю я, когда мы возвращаемся в лес.

-Нет, конечно, нас много. По одному здесь никого нет.

-А кто здесь вообще есть? Кроме русалок и виллис.

-Да все Неупокоенные. Утбурды, ревенанты, лесовики...

Кошмар! Кого она перечислила, я слов таких не знаю. И все эти существа живут здесь? Ими становятся люди после смерти?

-Неупокоенные?

-Да. Умершие не своей или преждевременной смертью.

-Не понимаю. Я думала, смерть - это и есть покой.

-Да, если это естественная и не преждевременная смерть. А таким как мы познать покой сложно, иногда невозможно.

-Чем вы здесь занимаетесь? - спрашиваю я, - если смерть - это не сон, что тогда делать?

-Да кто чем занимается... многие стараются отомстить.

-Кому?

-Обычно своему убийце.

Отомстить своему убийце. Я даже не представляла, что это возможно. Хотя для меня это не вариант - я все равно не знаю, кто меня убил. Да и было ли это убийством? У меня остановилось сердце, хотя и не само по себе. Если бы не кто-то, кто пришел в мою квартиру и придавил меня шкафом, еще неизвестно, сколько бы я прожила. А теперь! Я не увижу филиала своей “Фиалки”! Бедная “Фиалка”! Что теперь с ней будет? Как я могла даже не вспомнить о ней? Хотя что теперь это может изменить? Я не успела переписать завещание. Да и ессли бы успела - теперь всем будет не до расширения. Наверняка все будут слишком подавлены моей смертью. Мама! Каково будет ей? Как она переживет? Конечно, мы все знали, что это будет, но как жаль, что именно сейчас. Как не вовремя! Если бы успели открыть филиал! Кто теперь будет этим заниматься? Наверное, Илья, завещание ведь на него. Хоть бы он взял себя в руки и смог продолжать работу после моей смерти! Он должен справиться, должен вытянуть нашу кофейню! Никто не сделает это лучше его. Если только Рома... Но будет ли Рома сейчас в состоянии чем-то заниматься? Илья был мне просто другом, а с Асмодиным мы не дотянули до свадьбы совсем чуть-чуть. Не надо было все это затевать, я же предупреждала, что не надо. Я же с детства знала, что с моим сердцем мне не судьба. Зачем только Рома уговорил меня? Бедный, он наверняка уже вернулся домой и обнаружил мое тело. Если это так, каким ужасным было его возвращение! Он явно не ожидал такого, наверное, веселился с друзьями, а когда пришел... А ведь он рассчитывал, что мы еще поживем вместе. Что я зря жду смерти. А оказалось, не зря. Она пришла. Хотя в чем-то Роман был прав - сама бы я сейчас не умерла. Мое сердце не остановилось бы само. Я могла бы еще пожить. Я бы скоро вышла замуж. Я бы занималась “Фиалкой”. Меня затапливает злоба - кому понадобилось так обрывать мою жизнь? Зачем и кому это было нужно?

-Думаешь о жизни? - спрашивает Марина.

-Скорее о смерти.

-Да, первое время все об этом думают.

-Как ты считаешь, мое тело найдут?

-Откуда мне знать? Смотря где ты умерла.

-Дома.

-Туда кто-нибудь придет?

-Конечно.

-Значит, найдут. Хорошо, если быстро найдут и похоронят. Тело моей подруги Леси унесло течением, две недели найти не могли, она так мучилась.

-Она тоже утонула?

-Да. Мы, русалки, все утопленницы.

-Ясно. Но как же мое тело осталось там, где я умерла? Здесь же у меня тоже есть тело.

-Жанна, ты что? При жизни мертвых не видела?

-Видела, конечно.

-И какие у них были тела?

-Обычные.

-А здесь у тебя какое?

-Другое.

-А что глупости спрашиваешь тогда?

Я развожу руками и оправдываюсь:

-Как-то странно... там тело, тут тело...

-Ничего странного, ты была человеком, конечно, тело осталось там. Теперь ты виллиса. Кстати, будь аккуратнее, ты и сейчас не бессмертна.

Что? Мне еще раз предстоит умирать? Уже после смерти? Это как? Заметив мое удивление, русалка говорит:

-Скоро твои вернутся, они тебе все и расскажут.

-Почему не ты? С тобой тоже общаться нежелательно?

-Тоже? Ты уже с кем-то поговорила?

-Да, с бабусей, вроде ее Фаиной Карповной зовут. И таким мелким странным дедком Филей.

-Жанна, ты что, это же домашние духи!

-И что?

-Не нужно с ними общаться. Они не одобряют нашей деятельности.

-Кого увидела, с тем и пообщалась. А какой деятельности они не одобряют? Может, мне она тоже не понравится?

-Мне она тоже не очень нравится, если честно. Но раз ты Неупокоенная, ты должна быть на нашей стороне. Мы по разные стороны баррикад. Домашним нас не понять - они-то умерли своей и своевременной смертью! Конечно, им легко быть добренькими и любить людей! Никто из них не испытывал такого!

-Что не испытывал?

-А ты еще не чувствуешь?

-Нет.

-Везет тебе. Но все равно будет. Радуйся, что пока нет.

-Чего нет?

-Не буду пока говорить. Порадуйся хотя бы этому времени, я не знаю, когда у виллис начинается.

Меня злит, что они все говорят загадками, неужели по-человечески сложно объяснить? Видят же, что для меня незнакомое, что темнят? Нет, когда вернутся виллисы с какой-то королевой, я от них не отстану. Я должна знать, куда я попала, и что со мной будет дальше. Русалка прощается со мной и уходит, оставив меня одну. Кажется, начинает светлеть. Я сажусь на траву и прислоняюсь к дереву, меня клонит в сон. Странно, мне при жизни было жаль тратить на это время, так еще и здесь спать. Хотя раньше я думала, что смерть — это и есть сон, а что оказалось?

Глава 3

Просыпаюсь от громких голосов и понимаю, что наступило утро. Открываю глаза и сразу замечаю других виллис - они все одеты в также как я, мне даже кажется, что все девушки на одно лицо, я их почти не различаю. Они тоже замечают меня и подходят ближе.

-Привет, - говорит одна из них, - давно ждешь?

-Кажется, всю ночь, - отвечаю я.

-Вечером умерла? - уточняет девушка

Не отвечая, я задыхаюсь от возмущения - почему у нас одинаковые платья? Почему каждая из нас не могла быть в своем свадебном?

-Чем ты недовольна? - спрашивает моя собеседница.

-Как тут можно быть довольной? - возмущаюсь я, - платье...

В ответ две подошедшие ближе девушки смеются, одна из них отдает другой монету.

-В чем дело? - удивляюсь я.

-Не обращай внимания, они поспорили, найдется ли хоть одна девушка, которой будет все равно, что у нас одинаковые платья. Пока не нашлось.

Она высматривает кого-то в толпе и машет кому-то рукой:

-Мирта, иди сюда! У нас прибавление.

Через толпу невест ко мне подходит та, которую не перепутаешь - она на голову выше всех, кроме фаты у нее на голове корона. Затаив дыхание, я смотрю, как королева словно не идет, а плывет ко мне сквозь толпу одинаковых невест. По ее плечам струится водопад пшеничных волос, а голубые глаза словно видят меня насквозь, я даже не могу отвести взгляд.

Приблизившись и погладив меня по щеке, королева мягким бархатным голосом говорит:

-Здравствуй, малыш. Я Мирта. Как тебя зовут?

Я тихо шепчу свое имя.

-Давай отойдем, - предлагает она, - нужно поговорить.

Ласковая рука обнимает меня за талию и увлекает за собой. Мы идем по лесу и садимся рядом у маленького ручья.

-Ты знаешь, что в лесу кроме виллис есть и другие существа?

-Да, я с ними уже общалась, - отвечаю я, наслаждаясь ее голосом.

-С кем?

-С Фаиной Карповной и русалкой Мариной.

Королева чуть отстраняется от меня, я поднимаю глаза.

-Не стоит общаться с этой бабушкой или другими домашними духами, - изменившимся холодным голосом говорит Мирта, - с русалками и другими Неупокоенными - сколько угодно.

-Не совсем понимаю разницу, - съеживаясь, отвечаю я.

-Сейчас объясню, - прежним ласкающим голосом обещает королева.

Я радостно придвигаюсь к ней. Хоть бы она говорила бесконечно!

-Разница в роде смерти. Определить, кто перед тобой, легко - от Неупокоенных ты почувствуешь холод, от Покоящихся - тепло.

-Но я ничего не замечаю, - возражаю я.

-Правда? А ты прислушайся к себе.

Пытаюсь сбросить с себя очарование ее голоса и сосредоточиться на своих ощущениях. Действительно, через некоторое время, я начинаю чувствовать исходящую от королевы прохладу.

-Скоро ты будешь различать все, - говорит Мирта, - а согреть тебя легко. Инна, принеси.

К нам приближается одна из виллис, держа в руках покрывало. Поблагодарив ее улыбкой, Мирта забирает покрывало и накидывает мне на плечи. Меня сразу охватывает тепло, я стараюсь закутаться, но случайно раскрываю ногу. Тут прячу шерсть и копыто под платьем и покрывалом, но на глаза опять наворачиваются слезы. Рука Мирты гладит меня по щеке.

-Не надо, - говорит королева, прижимая меня к себе, - не стоит слез. Да, у нас так, это нужно принять.

Кладу голову ей на плечо, а рука Мирты нежно гладит меня. Я быстро успокаиваюсь, слезы высыхают. Хочу сидеть так весь день, слушая бархат ее голоса, который неожиданно задает вопрос еще более нежно:

-В чем дело?

Я оглядываюсь - перед нами все еще стоит девушка, которая принесла покрывало. После вопроса королевы она поджимает губы и уходит.

Глубже заворачиваюсь в покрывало, а Мирта рассказывает мне:

-Проблема всех Неупокоенных в том, что из-за неестественной смерти мы не можем обрести покой.

-А сейчас у нас нет покоя?

-У тебя еще не началось. Когда начнется - ты поймешь.

-Что должно начаться? Почему никто не говорит прямо?

-Стараемся не говорить, чтобы не усиливать, - поясняет королева, - но сейчас этого не избежать, ты должна знать, что с тобой будет. Сначала ты почувствуешь легкую тоску и тревогу, которые будут усиливаться до ощущения полного отчаяния и безысходности. Затем появится боль, обычно в груди или голове, которая затем расползается по всему телу и будет только усиливаться.

Поднимаю голову и недоверчиво смотрю на королеву. Невозможно представить, что она говорит правду. Мне сейчас так хорошо и тепло от покрывала и окутывающего голоса Мирты, что я не могу вообразить, что мною овладеют тоска и боль, да еще очень сильные. Наверное, королева преувеличивает. Хотя и русалка Марина говорила мне об этом... По ее словам можно было предположить, что речь идет о чем-то ужасном, что настигает всех Неупокоенных.

-Многое может усилить это - контакт с живыми, например, да даже простое упоминание этого явления, - продолжает королева.

-А у домашних духов такого нет, потому они без последствий общаются с людьми, да?

-Да, и стараются противостоять нам, когда мы делаем что-то гибельное для людей. К тому же домашние чувствуют ответственность за потомков. Как правило, помогают именно своему роду. Ведь на всех не разорвешься. Домашние духи - это те, кто прожил долгую жизнь и умер естественной смертью. В отличие от нас, им не с кем сводить счеты, у большинства все дела закончены еще при жизни.

-Домашние духи - это домовые? - уточняю я.

-Не обязательно. Банники, овинники, хлевники - их много. Отличие в том, что их душа не мается, поэтому они любят людей, особенно своего рода и стараются помогать им.

-Правильно делают, - комментирую я.

-Это ты сейчас так говоришь. Посмотрим, как ты запоешь, когда у тебя начнется.

-А когда это будет?

-Только ты знаешь точную дату - ночь после даты несостоявшейся свадьбы.

-Свадьба будет завтра, - говорю я и тут же поправляюсь, - не будет.

-Значит, осталось недолго. Одна счастливица у нас тут больше двух недель без этого жила. Но потом все равно всех настигает.

Убаюканная ее голосом я почти засыпаю, но открываю глаза и возражаю:

-Сейчас я ни у кого особенных мучений не вижу.

-Конечно. Мы же танцевать ходили. Теперь пару дней нам будет полегче. Потом вернется.

-Можно ведь еще раз сходить, - говорю я.

Раздаются смешки.

-Можно, - соглашается со мной королева, - если есть кого затанцевать.

Не понимаю, что она имеет в виду, но догадываюсь, что подвох есть.

-Это какой-то необычный танец? - спрашиваю я.

-Еще какой необычный. Смертельный.

-Для кого? - спрашиваю я, - здесь все итак мертвые.

-Разумеется. Смертельный - для еще живых.

С меня тут же слетает сон. Кажется, я начинаю понимать.

-Вы их убиваете? - возмущаюсь я.

-Да, - твердо отвечает Мирта, - во время танца они умирают.

-Как вы можете? Вас же самих здесь кто-то убил? Вы же знаете, что это такое!

-Успокойся, Жанна, - говорит королева, - да, нас почти всех здесь кто-то убил, и мы все знаем, как это. И на будущее, когда ты уже будешь мучиться - избавиться от этого можно, только лично убив своего убийцу.

-Я никогда не смогу это сделать! - восклицаю я.

-Многие так говорили, но, помучившись некоторое время, решались.

-Тогда почему вы все еще страдаете от этого? - не выдержав, кричу я, - убили бы всех, кто виновен в вашей смерти, и проблем и мук у вас бы не было.

-Не все так просто, - объясняет королева, - кто-то не знает убийцу, кто-то не может отомстить, так как убийца - родной или любимый человек. Кто-то просто не успевает - с его убийцей что-то случается раньше, чем он решится, и мстить просто некому. А кто-то сам погиб хоть и естественной, но безвременной смертью, и возможности что-то изменить просто нет. Да много вариантов, тут у каждой своя трагедия.

-Бедняжки, - ехидно заявляю я.

С моих глаз словно спадает пелена - куда только пропало очарование королевы. Она больше не кажется прекрасной и притягательной, даже ее голос звучит как-то иначе. Я приглядываюсь внимательнее - Мирта встает, морщась и держась за грудь. К ней бросается девушка, которая приносила покрывало, но королева отстраняет ее со словами:

-Не нужно. Оставь меня. Все оставьте.

Королева отходит в сторону, никто и не пытается приблизиться к ней. Я теряюсь - что случилось? Ей плохо? Это из-за меня? Может, не нужно было с ней спорить? Инна окидывает меня злобным взглядом и садится ближе к королеве, чем остальные, хотя и на расстоянии. По этому взгляду можно предположить, что все из-за меня, хотя другие виллисы на меня не сердятся. Но королева так неожиданно ушла... когда я пойму, как здесь нужно себя вести? Что я такого особенного сделала? Разве я могла по-другому высказаться насчет убийств? Подхожу к виллисе, смотрящей на меня с доброй улыбкой и спрашиваю:

-Я одна такая среди вас, да?

-Вовсе нет, - отвечает она.

-Мирта сказала, со временем и я такой стану.

-Не обязательно. Многие не стали. Я одна из них.

-А как Мирта к этому относится?

-Как и большинство – не одобряет.

-Но и не осуждает?

-Скажем так – не принимает активных мер против нас. Потому что реально противопоставить им мы ничего не можем, да и нам от их убийств тоже легче становится.

-А это нельзя изменить?

-Зачем?

-Чтобы не быть соучастниками!

-Без этого никак.

-Не верю!

-Все сначала не верят.

Я расстраиваюсь – я поверила, что она действительно против убийств. Но оказалось, эта девушка не отличается от других виллис. Неужели я стану такой же?

-Ты сказала, что ты одна из тех, кто не смирился! - возмущаюсь я.

-Так и есть. Но и на нас распространяется облегчение после. И обойтись без него мы тоже не можем.

-Значит, вы такие же убийцы!

-Нет, мы лично не убиваем.

-Но и не мешаете это делать!

-Как бы могли помешать королеве, если бы хотели? Да и не захочет никто. Все жаждут облегчения.

-Не верю. Должен быть другой путь.

-Если бы он существовал, его нашли бы до тебя, - возражает виллиса.

-Неужели, ничего нельзя сделать? - спрашиваю я.

-Нет. Все, что ты можешь - не участвовать.

-И пользоваться последствиями.

-По-другому никак.

Я отворачиваюсь от девушки. С ними бесполезно разговаривать. Не верю, что я такой стану. Не могу представить.

-Понимаю, что ты сейчас чувствуешь, - говорит виллиса, - многие хотели остановить убийства, ничего не получилось. Да, насильственная смерть существует, с этим приходится смириться.

-С этим нельзя смириться, - восклицаю я, - она не существует сама по себе, мы ее творим! А ведь мы сами пострадавшие, мы не должны продолжать убивать.

-Поговорим об этом после даты твоей свадьбы.

-Да что вас всех заело!

-Потому что здесь только один сознательно отказался от возмездия убийце ради избавления себя от мук.

-Хотя бы один! - восклицаю я, - я-то думала, никого нет! Кто же он?

-Один ревенант по имени Степан.

-Кто?

-Его убила жена, он это знает. И знает, что она и тогда ему изменяла и после смерти сразу с ним жить начала.

-Ничего себе жена!

-Да, а Степан её простил. Убивать категорически отказывается. Кажется, до сих пор её любит, ходит проведать её.

-Куда ходит?

-К ней, в мир живых.

-И как она реагирует? – спрашиваю я.

Думаю, я сошла бы с ума, увидев убитого мужа.

-Он же не в своём обличье ходит, не хочет её даже пугать. И зря, я считаю, она и большего заслужила.

-Святой человек, - говорю я.

-Просто дурак и слюнтяй, - возражает девушка,-мало при жизни от неё терпел, так ещё и сейчас мучается. А ведь мог бы все исправить. Другие отдали бы все за такую возможность!

Видимо, она тоже. А я рада, что есть среди них хорошие люди. Особенно интересно, что этот Степан ходит в гости к своей вдове. Вот было бы здорово и мне тоже сходить! Как там сейчас все мои? Наверное, все уже знают, уже утро. Думаю, Рома нашёл моё тело ещё вчера. Бедный, за что ему это? А мама! Как она переживет? Я должна побывать дома и узнать, как там дела. Но как это сделать? У виллис лучше не спрашивать, им не понравилось, что я с домовыми общалась. Как отреагирует королева, если узнает, что я к живым хочу? Мне показалась, их здесь не любят. Ещё постарается помешать мне, а она королева, что я сделаю против нее. Лучше по-тихому схожу разочек, а там пусть Мирта и другие Неупокоенные возмущаются сколько хотят. Лишь бы ревенант согласился мне помочь, он меня в первый раз увидит. Но раз он любит жену, точнее, вдову, должен он понять! Тем более, сердце у него доброе, мы наверняка найдем общий язык. Сейчас главное спросить про него у виллисы так, чтобы не вызвать подозрений.

-Где можно найти Степана? – спрашиваю я, - кажется, с ним я бы скорее сошлась во взглядах, чем со многими виллисами.

-Поищи там, в лесу, - советует девушка, - он всегда в милицейской форме. При жизни там работал, так и ходит теперь.

-Спасибо.

Хочу уйти, но решаю познакомиться с виллисой и спрашиваю:

-Как тебя зовут?

-Ася, - отвечает она.

-А я Жанна, очень приятно.

Отхожу подальше от виллис, заодно высматривая на деревьях русалок. Хоть с Мариной поговорить, раз Мирте не до меня. Хотя спрошу у Марины про странное поведение королевы, а может, и про ревенанта что новое узнаю, мне не помешает лишняя информация. Но не вижу в ветвях никого. Интересно, их правда здесь нет, или просто я их еще не вижу.

Зато неподалеку собирает ягоды мужчина в полицейской форме. Видимо, это он. Удивляюсь - зачем этому Степану здесь форма? Он продолжает работать? Хотя какие тут могут быть преступления, здесь все уже мертвые! Или он просто за порядком следит? Тоже сомнительно, если бы следил, не позволил бы никому убивать. Подойдя ближе, чувствую холод от него - хорошо, что он тоже Неупокоенный, с ним можно общаться без проблем с королевой. Хорошо, что я начинаю их различать. Он тоже замечает меня и спрашивает:

-Стало легче после вчерашнего?

-Не мне, - отвечаю я, - я только вчера умерла и на танце не была.

-Значит, ты еще и не чувствуешь.

-Да, пока не очень понимаю, как это будет. Мне рассказали всякие ужасы.

-Правду рассказали.

-По тебе незаметно.

-Я привык терпеть.

-Выходит, к этому можно привыкнуть? - уточняю я, - и убивать для облегчения вовсе не обязательно?

-Очень желательно.

-Странно слышать такое от сотрудника полиции! - возмущаюсь я.

-В мое время была милиция.

-Какая разница?!

-Я ответил на твой вопрос. Это не значит, что я это делаю или одобряю убийц.

Я спохватываюсь - я пришла не спорить, а просить о помощи. Если сейчас буду ругаться, он мне не поможет. Но с чего начать? Степан видит меня первый раз, с чего ему помогать мне? Надо было все тщательно обдумать, теперь я даже не знаю, что ему сказать. Но деваться некуда, надо разговаривать с ним сейчас. Не могу я вернуться с мыслями о посещении мир живых к виллисам, кажется, Мирта видит меня насквозь.

-Да, мне рассказали о тебе, как о человеке добром и умеющем прощать.

-Когда только успели, сплетницы, - усмехаясь, отвечает Степан.

-Ничего удивительного. Если я правильно поняла, такие люди здесь редкость.

-Редкость, да. Только мы уже не люди.

-Не могу привыкнуть.

-Привыкнешь. Мне тоже было очень непривычно на свое тело смотреть.

Я не верю своему счастью - как хорошо, что он сам заговорил об этом!

-Очень страшно смотреть, да? - спрашиваю я.

-Кому как. От причины смерти зависит.

-У меня, кажется, сердце остановилось. Не должно быть страшно?

-Не знаю, не все могут спокойно на свое тело смотреть.

-Неудивительно. А где его можно увидеть?

-Там, где и оставила, - отвечает полицейский, - на месте смерти, если не перенесли.

-А как туда попасть?

Не отвечая, полицейский отходит в сторону и внимательно рассматривает дерево. Я в отчаянии - он не хочет мне подсказать, как попасть туда! У кого же мне тогда спросить? Может, у Марины? Она милая девушка, должна помочь мне, даже если также не одобрит моих планов.

-Зачем это тебе? - спрашивает Степан.

-Что?

-Зачем ты хочешь увидеть свое тело?

-Оно все-таки мое, - отвечаю я, - оно - мое тело, а не то, в чем я сейчас.

Говоря это, я невольно шевелю крыльями. Ну вот, а я почти забыла, что они у меня есть. Лучше бы реже вспоминать, как я сейчас выгляжу.

-Ты хочешь меня заверить, что рвешься к живым, чтобы взглянуть на свой труп? И у тебя нет ни малейшего желания увидеть тех, кто там остался?

Я краснею и отвожу глаза, а полицейский продолжает:

-Хочешь явиться убийце? В новом обличье?

-Я даже не знаю, кто меня убил, - признаюсь я.

У Степана меняется выражение лица, и он говорит:

-Да? Плохо... очень плохо.

-Почему? - спрашиваю я и тут же догадываюсь, - я не собираюсь мстить!

-Конечно, ты даже не знаешь, кому.

-Я не стала бы, если бы и знала!

-Я слышал такое от новеньких.

-Ты тоже не отомстил! - кричу я.

Помолчав немного, Степан отвечает:

-Да, не отомстил. Знаешь, что тут обо мне думают?

-Что ты не убийца.

-Ага. Еще меня называли святошей, юродивым, слюнтяем и просто дураком. Вроде как-то еще? Забыл. Стараюсь не выслушивать это лишний раз.

-Какая разница, как они тебя называли! Главное, у тебя совесть чиста!

-Не могу согласиться.

-Ладно, не соглашайся, но почему ты не хочешь, чтобы я попала домой. Разве это плохо, даже если я и не свое тело хочу увидеть.

-Ты хочешь увидеть кого-то из оставшихся в живых. А представляешь, какого им будет увидеть тебя такой?

-Зачем такой? Ты к своей жене не в новом обличье приходил.

-Уже разболтали.

-Извини, - говорю я, - не хотела тебя обидеть. Но правда, если ты ходишь, почему мне нельзя.

-Можно. Но лучше не надо.

-Почему? Я только один раз на всех посмотрю.

-Все говорят, что только один раз.

-А что, многие ходят?

-Нет, не многие. Но те, кто ходит - одним разом не ограничиваются. И добром это не заканчивается. И ваша королева не из тех, кто будет сквозь пальцы смотреть на такие выходки.

-Что она мне сделает?

-Сделает, не сомневайся.

-Убьет она меня, что ли? Ах нет, чуть не забыла - меня уже убили, бояться нечего.

-Не время шутить. Ты сейчас виллиса, и уничтожить тебя можно, не забывай об этом. За однократную отлучку в мир живых этого не сделают, конечно, но одним разом...

-Откуда ты знаешь, будет это один раз или нет? - возмущаюсь я, - в конце концов, ты сам ходишь и знаешь почему. Пожалуйста, помоги мне, я должна туда попасть хотя бы один раз.

-Ладно, хорошо, пойдем. Но своим - ни слова.

-А разве можно сделать так, чтобы они не узнали?

-Как повезет. Постараемся. Спросят, где была, отвечай, что со мной долго дискутировала на тему, нужно ли мстить убийцам и можно ли обойтись без этого. Поверят, новеньких часто на этом клинит.

-Хорошо, - соглашаюсь я, и мы окольными путями идем к уже знакомой мне опушке леса, где я встретила Фаину Карповну и маленького дедка, посмевшего обвинить Рому. Если встречу его еще раз, выскажу все, что думаю о его беспочвенных обвинениях.

-Не говори своим, что ходила сюда, - предупреждает Степан, - здесь живут домашние.

-Знаю, - отвечаю я, - я уже случайно пообщалась с ними, и Мирте это очень не понравилось.

-Ну ты даешь! Кого ты видела?

-Фаину Карповну с странного деда со свечой из крайнего дома.

-Ты с ними разговаривала?

-Да, бабуля все спешила меня отправить в лес, а дедок обвинил моего жениха в моем убийстве.

-Но ты ведь не знаешь, кто это сделал?

-Не знаю. Но не мой Рома, точно.

Некоторое время мы идем молча, потом я вспоминаю:

-У этих стариков тоже кто-то умер.

-С чего ты взяла?

-Они были в черном.

-Они - домашние духи. Когда они являются живым в черном — это значит, что кто-то из них в ближайшем будущем умрет, а не уже умер.

-Да? А я думала, что они на похороны пошли.

-Мы по таким местам не ходим.

-Почему? Если это родные люди.

-Здесь даже на свои похороны никто не ходит, не то, что на чужие.

Я задумываюсь. А хотела бы я пойти на свои похороны? Не знаю... увидеть себя в гробу, а рядом плачущих родственников... наверное, слишком тяжело. Да и не отпустят меня второй раз туда. Хотя, ели Степан говорит, что такие отлучки можно скрывать, возможно, я попробую еще раз. Посмотрим, как сегодня все пройдет. Если нормально, и я захочу повторить, я смогу туда пойти и без Степана. Пока я думаю о своем, мой спутник неожиданно останавливается и говорит:

-Нет. Лучше пойдем отсюда.

-Что? Ты передумал?

-Нет, просто если твоя королева уже знает, что ты общалась с домашними, лучше не появляться здесь. Пойдем в соседний лес, если кто нас там и заметит, ничего страшного, там тоже наши.

-Наши?

-Неупокоенные. Лесовиков и утбурдов особенно много. Просто сделаем круг, зато нас не выследят. Я так много раз ходил.

Я не спорю - какая разница, как, лишь бы попасть туда. Вот бы там и остаться! Может, это возможно? Если Степан часто бывает в мире живых, и домовые, судя по всему, делают это не реже, может, я смогу найти способ просто не возвращаться к Неупокоенным. Не обязательно сегодня, может, в будущем. Сейчас просто схожу как на разведку, узнаю, как там без меня дома, как вообще проходить в другой мир и менять обличье, чтобы людей не пугать. А там видно будет. Странно, что Степан не остался там со своей вдовой, если он действительно так любит ее. Надо будет аккуратно спросить его об этом, друг там какие подводные камни. Но не сейчас - а то спугну его, поймет все мои планы, откажется меня провожать. Степан такой странный, не могу понять, одобряет он общение с живыми или нет. И его позиция насчет убийств не такая уж и безобидная. Значит, его вдову нельзя убивать, а остальных можно? Потрясающая логика. И это полицейский! Хотя какое мне дело до его позиции, они тут все странные, еще непонятно что хуже. Главное сейчас - попасть домой, а не начать опять спорить с ним. Кажется, я тут уже многих против себя настроила.

Глава 4

-Как хоть тебя зовут? - спрашивает Степан.

-Жанна.

-Про меня уже все рассказали?

-Не знаю, все ли, но рассказали.

-Сплетницы.

Мы подходим к краю леса, и нас обдает сильным ветром. Я жалею, что не взяла покрывало, а Степан объясняет:

-Это лесовик.

-Что?

-От лесовиков часто ветер, забыл тебя предупредить.

-Ничего, - отвечаю я и тут же задыхаюсь от жуткой вони.

Останавливаюсь, закрывая нос рукой, а Степан смеётся.

-Разве ты не чувствуешь? – с трудом спрашиваю я.

-Чувствую. Но я уже привык.

-Как? Разве к такому привыкают?

Я прислоняюсь к стоящей рядом осине. Кажется, меня сейчас стошнит. Запах словно идёт нам навстречу, приближаясь с каждым порывом ветра.

-Уйдем отсюда, - прошу я.

-Что, уже? Ты вроде к живым хотела.

-Уже ничего не хочу.

Полицейский подходит ближе и, взяв меня под руку, говорит:

-Какая ты нежная. Виллисы не рассказывали тебе, как человеческим духом пахнет?

-Человеческим? – еле переспрашиваю я, - причём здесь это?

-Такой аромат ты теперь будешь ощущать от всех живых людей.

-Не может быть, - мычу я, вспоминая, что мне говорила что-то русалка Марина.

-Видимо, лесовики кого-то в лес заманивают, - объясняет Степан, - тебе не полегчало?

Я стараюсь взять себя в руки. Если сейчас мы не пойдём к живым, в следующий раз он может не согласиться проводить меня. Хочу спросить про заманивание кого-то в лес, но все силы уходят на борьбу с тошнотой.

-Пойдем другой дорогой, - прошу я.

-И что будет, когда ты окажешься в толпе живых? Сразу побежишь обратно? Лучше потихоньку привыкай.

Заставляю себя отойти от березы и вместе со Степаном идти дальше. Не могу до конца поверить, что все люди для меня теперь будут так вонять. Неужели даже Рома и мама? Я действительно там с ума сойду. Почему так происходит? Раньше я такого не чувствовала. Вроде трупы должны вонять, они же разлагаются, а тут по запаху можно подумать, что наоборот. Если бы я только могла отложить этот поход на потом! Как только остальные это выдерживают! По словам Аси, Степан часто ходит в мир живых, как он это терпит? Неужели и от его вдовы разит также?

-Тогда иди аккуратнее, ты все крылья о деревья ободрала.

Я оборачиваюсь - за нами на тропинке лежат белые перья.

-Зачем они, очень неудобные, - жалуюсь я своему спутнику, - только мешают, а летать все равно не могу.

-Почему не можешь?

-Не знаю как.

-А ты попробуй.

-Нет уж, а даже пытаться не буду.

-Почему? Все ваши летают.

-Я боюсь.

-Не бойся, для виллис это нормально.

-Сейчас мне точно не до того! Неужели ты думаешь, что я способна на чем-то сосредоточиться в таком аромате?

-Не ожидал, что ты так отреагируешь, - комментирует Степан, - я бы никуда тебя не повел, если бы знал, что ты такая нежная фиалка.

Фиалка! На мгновение я даже забываю об ужасной вони. “Фиалка”, моя “Фиалка”. Сейчас я смогу узнать о ней что-нибудь. Конечно, всем моим явно будет не до неё, но я постараюсь найти хоть какую-то информацию. Если не Рома, так Илья должен взять себя в руки и продолжать работать. Возможно, сегодня мне предстоит узнать, что я в нем не ошиблась. Или… Нет, я точно не могла ошибиться, наша кофейня для него все. А мне станет легче, когда я увижу, что и после моей смерти “Фиалка” продолжает жить. Только ради этого стоит побывать в мире живых, чего бы мне это не стоило!

-Я в порядке, - отвечаю я, пытаясь улыбнуться.

Сейчас нужно не подавать виду, что меня так взволновали слова Степана. Он все равно не поймёт, что для меня “Фиалка”, да и зачем ему это знать. Больше в мир живых он меня брать не собирается, да больше и не надо.

-Если тебе так один маленький ребёнок воняет, что будет, когда ты окажешься среди нескольких взрослых, - продолжает полицейский, - они пахнут намного сильнее.

Я пытаюсь представить, куда сильнее, но тут замечаю мальчика лет четырех, идущего по опушке леса за кем-то в нашу сторону. Из-за ветра и запаха мне с трудом удаётся рассмотреть в траве этим человечка, дедушку, ростом не выше травы, за которым, смеясь, и идёт ребёнок. Удивляюсь – интересно, здесь все старики необычно маленького роста, или только мне такие встречаются? Не успеваю спросить об этом своего спутника, как старичок заходит в лес и превращается… в великана ростом с дерево. Я обалдело рассматриваю старика с чёрными лохматыми волосами и такой же бородой, одетого в бурый кафтан и огромные лапти. Степан спокойно здоровается с великаном, а я не могу прийти в себя и оторвать взгляд от лаптей. Из ступора меня выводит только плач ребенка. Вздрагиваю и вижу, что малыш пытается убежать и падает. Выругавшись, старик достает из-за спины огромную дубину. Я в ужасе бросаюсь к ребенку и подхватываю его на руки. Вонь становится невыносимой, я отворачиваюсь и стискиваю зубы.

-Жанна, отойди, не вмешивайся, - приказывает Степан, - он имеет право.

От возмущения я забываю о вони и крепче прижимаю к себе ребенка. Какое еще право он имеет? Видимо, я как-то неловко обхватываю руками мальчика - моя ладонь скользит по маленькой груди, и я чувствую, как быстро-быстро бьется его сердце. Сердце! Его сердце бьется! А мое уже нет. Тут великан подходит ко мне и замахивается дубиной. Не успеваю подумать, что я могу сделать, как за моей спиной расправляются крылья.

-Ты ничего не сможешь с ней сделать, она все равно улетит, - говорит полицейский.

В ответ раздается поток ругательств. Я слушаю, глядя на Степана. Он прекрасно знает, что я не улечу. И я это знаю. Так что мне делать против этого старикана? Не думаю, что Степан сможет мне помочь при всем желании, что он может против великана? Одним ударом его дубины легко можно положить троих. Да и непонятно, на чьей стороне Степан. Если сейчас старик перейдет к действиям - мне конец. Мне уже говорили, что я и теперь могу умереть. Или как называется смерть после смерти? Делаю несколько шагов назад, но разве мне убежать от великана, продолжающего наступать на меня? От лесовика дует такой ветер, можно подумать, что я и впрямь улетаю от него. Степан показывает мне глазами на что-то сзади меня. Жаль, что у меня нет времени оглянуться и понять, что он имеет в виду. Взмахивая крыльями, я продолжаю пятиться назад, полицейский кивает. Не понимаю, что он имеет в виду, у меня болит голова от страха, плача ребенка и жуткого запаха. Неожиданно великан исчезает. Секунду я смотрю на то место, где он стоял, и тут звонкий писклявый голосок заставляет меня вздрогнуть. Оказывается, старик никуда не исчез, он просто вышел на опушку и опять стал крошечным. Он раньше меня понимает, что произошло и опять изрыгает проклятья, но таким голоском они звучали бы смешно, если бы я не была так напряжена. Зато Степан просто давится от смеха, подходя ближе ко мне. Старик замолкает и бросается к лесу, где опять становится великаном. Это превращение уже не так впечатляет меня, и я решаюсь отпустить ребенка. Отхожу от него на пару шагов и с наслаждением вдыхаю свежий воздух. Кошмар, как же от него воняет. Старик понимает, что не сможет к нам подойти и, после очередной порции ругательств, запускает в нас дубину. Я вскрикиваю - мне даже не успеть увернуться от нее. Степан вскидывает руку. Вылетев из леса, дубина становится крошечной, и полицейский ловит ее. Я без сил ложусь на траву, пытаясь сложить крылья. Мой спутник старается успокоить старика, тот требует вернуть ему дубинку. Степан приносит ее почти к самой границе, но дальше не идет, чем вызывает новый поток проклятий. Я поднимаюсь, бросив взгляд на дрожащего всхлипывающего ребенка. Бедный, как он должен был испугаться, чтобы лежать неподвижно и даже не попытаться убежать? Или, наоборот, искать у кого-нибудь из нас защиты после того, как я отстранила его? Наверное, он не чувствует своего запаха и не понимает, зачем я это сделала. Меня затопляет волна злобы, но что я могу сделать этому великану? Хотя... кое-что могу... Резко срываюсь с места, выхватываю из руки Степана крошечную дубиночку и швыряю ее в великана. Лесовик не успевает перехватить ее, и огромная палица бьет его по лицу.

-Что ты делаешь? - возмущается мой спутник, но уже поздно.

Я возвращаюсь к ребенку. Да, глупость я сделала, наверное, не стоило, он, итак, был зол. Я помешала ему убить ребенка, а теперь еще и это... Слышу, как Степан пытается извиниться, но старик не слушает его и уходит вглубь леса. Вздыхаю с облегчением - наконец-то, хотя бы это закончилось. Но полицейский крайне недоволен - он подходит ко мне и кричит:

-Ты с ума сошла? Что ты наделала?

-Извини, не сдержалась.

-Не сдержалась? Ты понимаешь, что у нас будут неприятности?

-Догадываюсь.

-Я предупреждал, что ты не должна вмешиваться! Как ты могла отнять мальца у лесовика?

Я вскакиваю на ноги. Оказывается, Степану не понравилась не моя последняя выходка, а мое заступничество! Да разве было можно поступить иначе?

-Какая разница, лесовик он или кто! - возмущаюсь я, - он мог убить ребенка!

-Да, мог! И это было не твое дело!

-Не мое дело?!

-Да, не твое! Ты сама мне сказала, что этому ребенку предсказана смерть!

-Я такого не говорила!

-Говорила! Что Фаина Карповна с хлевником в черном к живым ходили!

-Фаина Карповна в черном - да, а куда ходила и кто такой хлевник - не знаю.

-Хлевник – старичок, который с ней был, он тоже из домашних. Если они в чёрном к живым ходили, значит, это было предупреждение о скорой смерти. Предупреждение не было услышано – значит, больше никто не смеет чинить препятствий.

-И ты смог бы спать спокойно, зная, что не спас ребёнка?

-Я и не узнал бы о нем ничего, если бы не пошёл с тобой сюда. Как бы я узнал, что какого-то ребёнка из рода Карповны может забрать лесовик? Заранее Меня в известность не ставят.

-Но ты знаешь, что это случается!

-И что? Я не могу спасти всех.

-То есть всех спасти ты не можешь, а про конкретные случаи ничего не знаешь. Поэтому ничего не делаешь?

-А что ты предлагаешь?

-Конечно, узнавать заранее о таких случаях и препятствовать им!

-Как с тобой тяжело. Ты знаешь, каких детей имеет право забирать лесовик?

-Никаких.

-Конечно, тебя забыл спросить. Он забирает только тех, о ком не заботятся родители или другие родственники.

-Если о ребёнке не заботятся, это не значит, что его можно убить!

-Разумеется. Многие лесовики просто забирают таких детей в свои семьи и растят вместе со своими. Только Ян настолько злой, для этой цели можно забрать только того, кто все равно скоро умрёт и только после предупреждение от домашних, так как им разрешено помогать своим ещё живым потомкам.

-Это не оправдание, - спорю я.

-Может быть. Но сейчас ты втянула нас в большие неприятности.

-Ничего, мы уже умерли, нам хуже не будет.

-Будет и ещё как. С чего ты взяла, что можешь вмешиваться в чужие дела и навязывать в незнакомом мире свои порядки? Считаешь себя самой добренькой? А про последствия для себя и других ты не подумала? А о том, что и без тебя тут было много желающих спасти мир, и где они все?

-Мир я не спасу, а этого малыша – уже.

-Нет, ты все только отсрочила. Его уже не спасти.

-Посмотрим, - продолжаю спорить я.

-Посмотрим? Давай, посмотрим. Что ты сейчас собираешься делать?

-А мы разве не идем в мир живых? - уточняю я как можно более равнодушным тоном.

Все-таки я его разозлила. И сегодня я домой не попаду. Жаль, не увижу своих, не узнаю, как там “Фиалка”. Не надо было мне так. Но... а как надо было? Что я могла сделать? Оставить бедного мальчика на расправу лесовику и идти дальше? Да никто бы не смог! Никто не прошел бы мимо, что бы тут Степан ни говорил. Не верю, что он сам прошел бы мимо, просто я сегодня я ему удачно подвернулась. Он же толком не попытался помешать мне защитить ребенка, наоборот, пытался подсказать, что нужно выйти за границу леса. Это я тогда не в состоянии была понять. Но что же он сейчас меня ругает? Если он против убийств, к чему это все?

-А ты все еще туда хочешь? - спрашивает Степан.

-Конечно!

Если бы он знал, как мне важно узнать о моей кофейне!

-А ребенка ты куда собралась девать?

-С ним нельзя пойти? Он ведь живой, какие проблемы?

-Какие проблемы? Да мы там сами для себя будем проблемой, куда нам еще мальчишку?

-Хорошо, отведём его домой и продолжим наш путь.

-Дома он не проживет и недели. И разве ты знаешь, где он живет?

-Нет, но... можно поискать. А почему он дома умрет?

-Потому что такой лесовик как забирает только тех, кто уже не жилец. Все это знают, и никто не вмешивается, в отличие от тебя.

-Мы не можем его здесь бросить!

-Отведи его своей королеве, - советует полицейский, - вот она обрадуется.

При воспоминании о Мирте у меня сразу портится настроение. Если она узнает, о том, что я сделала, ей это точно не понравится. А ей наверняка доложат, хотя бы сам лесовик. Наверное, Степан прав, и у меня будут неприятности. А я еще и его в них втянула. Но жизнь ребенка дороже, придется нам через это пройти. А мне еще отложить поход в мир живых. Сейчас действительно надо решить, что делать с малышом, ему нечего делать в мире мертвых.

-Мы вернем его в мир живых! - решительно заявляю я.

-Ты с ума сошла!

-Не к нему домой. Просто отведем его в безопасное место.

-И что потом?

-Не знаю. Наверное, его заберут в детский дом. Все лучше, чем здесь.

-А если его вернут домой? Стоит ли все затевать?

-Да как и куда его вернут, он еще и имени своего не знает. Ты сам говорил, что родителям он не нужен. Мало ли таких детей. Лишь бы нас в мире живых с этим малышом не связали.

-Не свяжут, нас там уже нет. Но здесь нам это будет дорого стоить.

-Какая разница, чего это нам будет стоить? Ты готов оставить его здесь? Чтобы вернулись лесовики и нашли способ заманить его в лес? Или чтобы кто-то нашел ребенка и вернул горе-родителям? Ты этого хочешь?

Не дожидаясь ответа, я наклоняюсь к ребенку, чтобы взять его на руки, но отвратительный запах заставляет меня отшатнуться. Степан не выдерживает и подходит к нам со словами:

-Да ты вообще ничего не можешь сделать сама! А гонору сколько! Если я сейчас вернусь домой, что ты одна будешь делать?

Немного помолчав, я отвечаю:

-К Фаине Карповне пойду.

-О да, - закатив глаза, говорит мой сопровождающий - нужна ты ей.

-Я нет, а этот малыш - да.

-Да она в шоке будет, если узнает, что произошло. А узнает, куда деваться. Все узнают.

Степан наклоняется к мальчику и спрашивает:

-Ты меня не боишься? Иди сюда.

Полицейский сажает ребенка на плечи и говорит мне:

-Идем и побыстрее, пока нас еще кто-нибудь не увидел. И теперь нам ещё проблему с Яном надо решить пока не поздно.

Я поспешно иду за ним, хоть и стараюсь держаться чуть в стороне. Неужели он согласился помочь и мне и малышу? Вот здорово, если у нас все получится. И домой попаду, и ребенка спасем. Наверное, у Степана просто тяжелый характер, но ничего, один раз потерплю. Встав у одиноко стоящего дуба, полицейский громко свистит. Я молча жду, что будет дальше. Лишь бы не вернулся тот старик. Вскоре мои опасения оправдываются – в траве к нам тихо подбирается крошечный лесовик! Я вскрикиваю и тут же понимаю, что это не тот старик – у этого седые волосы и борода и серый кафтан.

-Что орешь? – спрашивает полицейский, спуская ребёнка с рук, - ты бы лучше боялась, когда мальца защищала или дубинку в Яна швыряла, а теперь поздно. Подожди, мы поговорим.

-В чем дело? – удивляется лесовик, - у нас проблемы с Яном?

-Да, и устроила нам их эта виллиса. Теперь нужно все как-то замять.

Они отходят в сторону, и дальнейшего разговора я не слышу. Понимаю только, что этот лесовик не ожидал такого и считает, что решить проблему будет непросто. Лишь бы старик не отговорил моего спутника помогать нам. Они тут очень боятся каких-то проблем, но у живых их явно побольше будет. Что мне могут сделать, уничтожить вообще? Да мне итак повезло, что я существую хоть в каком-то виде после смерти, а этот малыш и пожить не успел, и что с ним после смерти будет, не ясно, и семья у него была хуже некуда. Наконец разговор заканчивается, и лесовик уходит. Мы со Степаном и ребенком уходим на другую опушку.

-Никому не говори о том, что ты увидишь, - приказывает Степан, - и о том, что здесь произойдет. И не смей ничего брать без моего разрешения.

-Я и не собираюсь, - отвечаю я.

Неужели он понимает, что я собираюсь ещё не раз пойти в мир живых без него? Или у него уже есть опыт? Может, мой сопровождающий не в первый раз ведёт туда Неупокоенных?

Пытаюсь успокоить хнычущего ребёнка, но он продолжает плакать.

-Наверное, есть хочет, - предполагаю я.

-Ничем не могу помочь, - отвечает полицейский, - и спать ему не давай.

-Да он вроде не хочет. А почему ему спать нельзя?

-Потому же, почему нельзя есть. Ты его вообще отсюда не выведешь.

Степан приводит меня к маленькому деревянному домик, стоящему на опушке на двух обугленных пнях.

-Ой, что это? – спрашиваю я, - это туалет?

Степан смотрит на меня как на дуру и обходит домик. Мальчик тоже с интересом рассматривает сооружение, и даже перестает плакать.

-А почему на пнях? – не унимаюсь я, подходя к Степану.

-Чтобы ты спросила, - отвечает он, просовывая руку в маленькое окошко со стороны леса.

-Кто здесь живёт?

-Никто!

Полицейский шепчет какие-то слова, и под окошком открывается дверь, которой до этого не было. Мы с малышом смотрим на это, открыв рты.

-Что стоишь? Заходи.

-Да как сюда залезть-то?

Степан подаёт мне руку, помогая забраться в избушку. Внутри я сразу спотыкаюсь о какое-то корыто.

-Зачем в такой тесноте ещё всякий хлам понаставили, - возмущаюсь я, стукнувшись головой о низкий потолок, - тут развернуться негде!

-Тебя забыли спросить, - огрызается мой спутник, подавая мне ребёнка, - избушка строилась не для того, чтобы в ней поворачивались. Раздень пока ребёнка.

-Зачем?

-Делай, что говорят!

Приглядевшись, я понимаю, что на полу лежит не совсем корыто, это ствол дерева, из которого выдолбили середину. Я жду, что полицейский присоединится к нам, но он что-то собирает в траве. Мне страшно оставаться в тесной маленькой избе, тем более с живым ребёнком. Что мы будем делать, если Степан оставит нас здесь и уйдёт? Если без него дверь пропадёт, нам не выбраться отсюда. Надеюсь, Мирта или другие Неупокоенные будут меня искать, но что они сделают с малышом? И со мной, узнав, что я пыталась его спасти? Снимая с мальчика одежду, я стараюсь разговаривать со Степаном, чтобы определить по голосу, не ушёл ли он далеко.

-Кто так строит, - продолжаю возмущаться я, - как в ней жить? Или это для карликов?

-Это для всех. Здесь не живут, а лежат, присмотрись.

Оставляю одежду малыша и заглядываю в корыто - там лежат кости. Вскакиваю и вжимаюсь в противоположную стенку. Это захоронение! Здесь трупы! Хотя что я так пугаюсь, я сама то теперь кто?

-Да кто додумался положить сюда труп? – дрожащим голосом спрашиваю я, - и зачем? Дома для живых.

На всякий случай двигаюсь вместе с малышом ближе к двери, может, лучше сразу уйти? Нет, я должна попасть домой. Да и ребёнка по-другому мы спасти не сможем. Степан идёт к нам, и я вздыхаю с облегчением – он не собирается бросать нас здесь. Поворачиваюсь к мальчику и вижу, что у него все тело в синяках разных цветов. Да у кого только рука поднялась! Значит, Степан не обманул меня – малышу приходилось несладко. Надеюсь, мы сможе изменить его жизнь к лучшему.

-Не обязательно, строят дома и для мёртвых, - возражает полицейский, насыпая в избушку горсть земли.

Теперь я волнуюсь ещё больше – мы уже, по сути, в гробу, а он нам ещё и земли насыпал. Степан все-таки решил нас похоронить? Не успеваю ничего спросить, как мой сопровождающий залезает в избушку, заставив нас ещё больше потесниться, особенно мешается корыто. Теперь мы втроём сидим вплотную друг к другу. Но мне спокойнее так, чем когда он был снаружи. Дверь исчезает, но Степана это не волнует. Пошарив рукой между корытом и стеной, он достаёт пару бутылок воды и гранат.

-Сначала займемся им, - говорит он, показывая на малыша, - держи его.

Осмотрев одну из бутылок, мой сопровождающий открывает ее и пытается влить воду в плачущего ребенка. Тот сжимает губы и отворачивается. Тогда Степан силой разжимает ему рот и вливает глоток воды. Не успеваю возмутиться, как ребенок тут же замолкает и падает на землю. Степан перекладывает его тело ближе к окошку и посыпает землёй.

-Ты убил его! - кричу я, пытаясь нащупать сердцебиение мальчика.

-Да, - спокойно отвечает полицейский, - сейчас оживлю.

С этими словами он открывает вторую бутыль и вливает немного воды из нее в рот бездыханного малыша. В ту же секунду под моей ладонью начинает биться маленькое сердце. После первого вдоха ожившего малыша полицейский сам вздыхает с облечением.

-Он что, мог не ожить? - почти кричу я.

-Должен ожить. Но я каждый раз боюсь, что что-то может пойти не так.

Каждый раз? Он что, уже делал это раньше?

Глава 5

С тела малыша на глазах пропадают синяки.

-Что это? – удивляюсь я.

-Побочный эффект.

-Теперь мы, - говорит полицейский и даёт мне гранатовое зернышко, - ешь

-Разве после смерти мы должны есть? «Я не голодна», — спрашиваю я.

-Нет, есть мы не должны, - отвечает Степан, - но без них нас не выпустят, давай быстрее и одевай ребёнка.

Глотаю зернышко, а мой спутник поднимает с пола несколько костей и рассматривает их, ворча:

-Ты мне все переворошила.

-Не пугайтесь и отойдите подальше, - предупреждает он, выбрав одну из них.

Я беру малыша на руки и стараюсь вжаться в стену. Полицейский с костью в руке делает странное бросается на пол, словно пытаясь перекувырнуться, и встаёт с пола уже с другой внешностью и в обычной одежде. Я ахаю, а мой изменившийся спутник говорит:

-В таком виде я хожу в мир живых. А теперь твоя очередь. Вот, думаю, это то, что нужно, держи.

Я машинально беру протянутую им кость, а Степан слегка шлепает меня по боку. Чувствую, как моё тело меняется, и тут же выпускаю из рук и кость и ребёнка. Теперь я полнее, а волосы коротко подстрижены. Крыльев нет, ужасных ног, к счастью, тоже. И сердце! У меня бьется сердце!

-Не время прихорашиваться, - заявляет полицейский, быстро заканчивая одевать приходящего в себя малыша и выгребая кости из корыта, - ложись сюда скорее.

-А как я выгляжу?

-Людей не распугаешь. Давай быстрей.

-А почему ты не в форме? – спрашиваю я.

-Зачем? Да и не носят сейчас ту, в которой я в нашем мире.

В нашем мире… Неужели он мир Неупокоенных уже считает своим?

-К тебе как к полицейскому было бы больше доверия.

-От кого? Меня там только моя жена интересует, а зачем лишний раз напоминать ей о жизни со мной?

-Чтобы помнила, ты же был её мужем.

-У неё давно другой, и мы идём не к ней.

Другой… А ведь у моего Ромы тоже потом появится другая. Он же не будет вечно горевать обо мне. И я даже сама этого хотела. Но, когда это случится, не думаю, что я смогу реагировать так спокойно. Не зря Ася назвала Степана святым. Неужели он совсем не ревнует? И ему не обидно?

Не знаю, смогу ли я так, когда Рома найдёт конкретную другую. Надеюсь, я об этом не узнаю.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, послушно залезаю в корыто, Степан кладет рядом малыша и сверху ложится сам, придавив нас своим весом к деревянному дну. Надеюсь, это будет длиться недолго, вот уж не думала я, что накануне свадьбы я буду мёртвая под чужим мужиком лежать. Неужели нельзя было сделать большой гроб, чтобы все могли лечь рядом?

Неожиданно в нос бьёт резкий запах, а в глаза яркий свет. Я лежу на земле, закрыв лицо руками. Какой ужас, где я оказалась? Если запах от живых, их здесь должно быть множество. Рядом со мной шевелится и хнычет ребёнок, в голове не укладывается, что он может не чувствовать этого. И я не знаю, как его успокоить. Я не умею обращаться с детьми, вот бы сюда Свету! Она бы живо разобралась.

-Вставай скорее, - говорит новый голос Степана, - нам нужно оставлять мальца быстрее.

-Не могу, - мычу я.

-Понимаю, аромат впечатляющий, особенно в первый раз, но надо идти.

-Не могу, отведи его сам.

Полицейский силой поднимает меня на ноги.

-Не трогай меня, я сейчас умру.

-Хватит! Ты уже умерла. И к живым ты хотела сама, мне сюда не надо было! Встала и пошла!

-Как ты это терпишь? Уйдем обратно, я больше так не могу. Оставим его здесь и уйдем.

-Думаешь, мне приятно? Просто я не ною, а делаю, что надо. Хватит стонать! От тебя в мире Неупокоенных проблем хватает, ещё здесь твои писки слушать! Лучше осмотрись – ты узнаешь эти места?

Кое-как заставляю себя открыть глаза и осмотреться, закрывая нос рукавом, а другой рукой цепляясь за полицейского.

-Конечно, - отвечаю я, - моя квартира в соседнем доме.

-Нам ещё не туда, - возражает Степан, - есть здесь больница или детский дом?

-Нет, до больницы далеко.

-А хотя бы детский сад?

-Совсем рядом тоже нету.

-Ладно, придётся оставлять прямо на улице. Отвлеки тех бабушек, а я подкину ребёнка. Потом сразу иди за дом, встретимся там. На ребёнка не смотри. Даже если заплачет – не оглядывайся ни в коем случае. Поняла? Это обязательно. Не оглядывайся.

-Как же я их отвлеку?

-Не знаю, спроси у них что-нибудь. И быстрее, пока нас не разглядели.

С трудом отпускаю плечо своего спутника и подхожу к сидящим на лавочке старушкам, стараясь сдержать тошноту от их жуткой вони. Приблизившись к ним, не выдерживаю и подношу ко рту руку.

-Вам плохо? – спрашивает одна из них.

-Нет. Не подскажете, который час?

-Половина десятого, - отвечает другая.

-Как? – удивляюсь я, - только половина десятого?

-Двадцать пять минут, если точно.

-Спасибо, - шепчу я и стараюсь быстрее уйти.

Не дойдя до угла дома, слышу плач спасенного мальчика. Останавливаюсь, но вовремя вспоминаю, что Степан предупреждал не оглядываться на него, и иду дальше. Интересно, почему нельзя? Надо будет спросить. И из-за чего ребенок плачет? Вдруг его убивают, а мой сопровождающий специально сказал мне не оборачиваться, чтобы я думала, что все хорошо. О чем-то же он говорил со вторым лесовиком, да и с Яном непонятно, друзья они или враги. Хотя, Степан вроде помогает мне спасти ребенка. Ведь и там можно было бы его убить, не думаю, что я серьезная помеха для Неупокоенных. Придется мне довериться Степану, раз он довел меня и мальчика до мира живых, навряд ли ему есть смысл убивать. Проще было бы вообще не связываться. Надеюсь, с малышом ничего не случилось. Вдруг его кто-то обидел?

-Куда идёшь? – спрашивает Степан, - по сторонам смотри.

Останавливаюсь. Я чуть не прошла мимо него.

-Ещё только половина десятого! – восклицаю я.

-И что?

-Мне казалось, что уже день. Что прошло много времени.

-Ты меньше чем за сутки дважды переместилась между мирами, конечно, звпутаешься во времени. Скоро пройдёт.

Я точно запуталась. Виллисы вернулись после рассвета, я успела пообщаться с королевой, Асей и Степаном, поконфликтовать с Яно, перейти в мир живых и оставить ребёнка. Сколько часов должно было это занять? А мне говорят, что еще утро! Может, врут? Но зачем им? Эти бабушки меня даже не знают. Лучше спросить о другом.

-Почему ребёнок плакал?

-Не знаю, наверное, испугался.

-Чего?

-Незнакомого места, новых людей.

-Только бы с ним все было хорошо, - говорю я,

-Так и будет.

-Почему же никто не позаботился о нем в мире живых? Если нет родственников, почему его не забрали в детский дом?

-Не знаю. Может, не успели, а может, и никто не сообщил, что ребёнку нужна помощь.

-Бедный, сколько он натерпелся.

-Это уже в прошлом. Сейчас его найдут, и у него начнётся новая жизнь. А нам пора заняться твоими делами. Где ты жила? Нам пора.

Веду его к своей квартире. Сейчас я увижу их всех! И себя… Может, мы потом зайдём в “Фиалку”. Если я смогу уговорить Степана. Надо постараться объяснить ему. Тут мимо нас проходит девушка с собачкой, и усилившийся жуткий запах заставляет меня отказаться от этой мысли. Нет, я не могу туда пойти. Там так много людей, я не выдержу. Как я домой сейчас пойду? Около моего подъезда стоят машины скорой и полиции. Интересно, это все ко мне? Если их там много, я убегу.

-Ты точно хочешь этого? – уточняет мой спутник.

-Да, - отвечаю я, - а там сейчас много народу?

-Откуда мне знать, сколько народа у тебя дома?

-Ну а кроме моих?

-Да полиция, наверное, кто ещё. Скорая смерть констатирует и все. Я думал, они уже уехали.

-Как же мы туда зайдём? – спрашиваю я.

-Сейчас увидишь.

В подъезде мы сразу сталкиваемся с молодым парнем в форме.

-Вы здесь живёте? – спрашивает он.

Я машинально хочу ответить да, но вовремя спохватываюсь – я здесь больше не живу. Моя квартира больше не моя.

-Нет, а в чем дело? – отвечает Степан.

-Понятыми будете?

-А что случилось? – продолжает мой спутник.

-Женщина из тридцать пятой умерла. Которая кофейней владела, знаете?

Я хвастаюсь за руку Степана. Женщина! Да меня до сих пор девушкой называли! Кофейней владела! И “Фиалка” больше не моя!

-Да вы что? – говорит мой сопровождающий, - как же так, она молодая была. Но раз такое дело, мы, конечно, будем понятыми. Ты сможешь? – уточняет он, поворачиваясь ко мне.

Что за глупый вопрос, а для чего я пришла сюда? Терпеть все странные ритуалы и жуткие запахи, чтобы отказаться в последний момент?

-Конечно, смогу, - быстро отвечаю я.

-Не волнуйтесь, тело уже уносят, - радостно говорит молодой полицейский, - проходите сюда. Там ничего страшного, сердце у женщины остановилось.

Мы проходим в мою квартиру, я стараюсь идти подальше от полицейского, чтобы не чувствовать его, хотя больше всего я хочу вбежать туда вперёд всех. Со словами:

-Дорогу, дорогу,

Мимо нас санитары выносят моё тело. Моё! Меня! Ахаю, а Степан обнимает меня за плечи.

-Не надо было тебе смотреть, - укоряет он.

-Я в порядке, - возражаю я, во все глаза глядя на себя со стороны. Я такая же, как и была, только лицо совсем белое. Как это возможно, что это больше не я? За несколько часов я сменила две личины, два новых чужих тела, а все могло быть совсем не так! Сейчас я могла быть в своём теле, в это время я должна была быть в “Фиалке”! А, нет, я собиралась до работы зайти к нотариусу, чтобы переделать завещание. Но потом я пришла бы в кофейню, оттуда вернулась бы к себе домой, к Роме, готовилась бы к свадьбе! Сейчас все было бы хорошо, если бы вчера не пришёл убийца! Как он мог? Кто он?

Моё тело уносят, а мы проходим в комнату. Там сидит Рома с заплаканным лицом. Я дергаюсь – так хочется обнять и утешить его! Но он ведь не поймёт, что это я!

-Когда отдадут тело Жанны? – тихо спрашивает Рома.

-Думаю, сегодня вскрытие, если причина смерти подтвердится, завтра сможете похоронить.

-Завтра, - повторяет Рома, - но завтра у нас свадьба… должна быть.

Полицейские сочувственно переглядываются, Степан обнимает меня за плечи.

-Примите наши соболезнования, - говорит второй полицейский, - я думаю, тело вашей невесты быстро отдадут, в её случае формальности не должны занять много времени. Это ведь вы обнаружили труп?

-Да.

-Когда?

-Когда пришёл домой, почти в пять утра.

Я тихо ахаю – где он был все это время? Он никогда так поздно не возвращался!

-Где вы были всю ночь? – продолжает полицейский.

Поколебавшись немного и опустив глаза, Рома отвечает:

-На мальчишнике.

Я готова броситься к нему, но Степан сжимает мне руку. На мальчишнике! Всю ночь! Чем они там занимались? Он не мог так со мной поступить!

-И вечером там же были?

-Да, - уверенней отвечает Рома, - а меня в чем-то подозревают?

Не успевает дверь в квартиру с грохотом раскрывается, и из коридора слышится голос Ильи:

-Где она?

Я вздрагиваю, что он здесь делает? Почему он не в Фиалке?

-Где Жанна? – кричит Илья, вбегая в комнату.

Я хочу ответить, но задыхаюсь от его запаха и прячу лицо на плече Степана.

-Уже унесли, - отвечает один из полицейских, - а вы кто такой?

-Илья Меркурьев, заместитель Жанны, - представляется мой друг и, заметив Рому, продолжает кричать, - это ты, да? Ты её довёл? Она вас застукала, да?

-Да как ты смеешь! – взрывается Роман, вскакивая со стула, - меня дома не было, когда это случилось!

-Конечно, и я даже знаю, где ты был! Жанна тоже узнала?

Асмодин бросается на Илью с кулаками, а тот словно рад этому. Я дергаюсь, чтобы остановить их, но Степан крепко сжимает моюруку. Полицейские разнимают дерущихся, но Рома не успокаивается и кричит:

-Как ты смеешь меня обвинять! Я знаю, это трепал ей нервы из-за завещания, не хотел, чтобы “Фиалка” досталась мне! Теперь все твоё, радуйся! Добился своего!

-Ложь! Я никогда не пытался завладеть “Фиалкой”!

-Конечно, не хотел, - успокаиваясь, отвечает Роман, - тебя устраивало обманывать Жанну. Конечно, не было смысла ничего менять. Но если бы она переписала завещание, “Фиалка” досталась бы мне, и твоим делишкам пришёл бы конец. Этого ты не хотел, потому и отговаривал ее, заставив понервничать! Вот у Жанны сердце и не выдержало.

-В тот день я почти рассказал ей правду о тебе! – кричит Илья, почти вырываясь из рук полицейского.

Я вижу страх в глазах Ромы при этих словах и замираю. Неужели действительно что-то было? Нет, не может быть, я же ставила камеру. Но чего тогда испугался Асмодин?

-Но я остановился в последний момент, именно чтобы уберечь её,- продолжает Илья, - но не помогло. Не прощу себе, что этого не сделал. Жанна имела право знать.

-Тогда рассказал бы и про себя! – парирует Роман, - она точно имела право знать, что ты творил в её любимой кофейне!

-Сейчас мы вас обоих отвезем в отделение, и вы обо всем нам подробно расскажете, - говорит один из полицейских, - а если будете себя хорошо вести, то и на похороны отпустим.

Я в ужасе цепляюсь за своего спутника. Неужели их действительно арестуют? Обоих? За что? Они действительно ненавидят друг друга, но это не преступление! Разве можно сажать их за решётку в такой момент? Степан обнимает меня, я встречаю его сочувствующий взгляд. Угроза полицейского возымела действие – оба дорогих мне человека сразу берут себя в руки. Илья уходит, и обыск продолжается. Я почти не смотрю на происходящее, мысли заняты ужасной сценой. Даже после моей смерти они продолжают враждовать! Теперь-то им что делить!? Ради моей памяти могли бы хоть сейчас не ругаться!

Наконец все заканчивается, и один из полицейских спрашивает у нас документы. Я напрягаюсь – мои настоящий паспорт, наверное, забрали, чтобы выдать свидетельство о смерти, а у женщины, в теле которой я сейчас, есть ли документы? Если да, то где они. Неужели Степан не продумал этот момент? Что теперь будет? Но мой сопровождающий все продумал – он спокойно протягивает своему коллеге два паспорта. Стараясь не дышать, я расписываюсь в протоколе. Степан делает то же самое, мы прощаемся и выходим из квартиры. В подъезде я прижимаюсь спиной к стене. Надо же, была уверена, что захочу остаться здесь навсегда, а теперь мечтаю уйти скорее. Только сил нет совсем хорошо, хотя бы запаха здесь нет. Но хочется вернуться в лес и спокойно все обдумать. А здесь все время мысли убегают не туда.

-Все нормально? – спрашивают Степан, - мы возвращаемся?

Не в силах ответить, я киваю. Выходим из подъезда, и снова в нос ударяет ужасная вонь.

-Кошмар, - шепчу я, - мы не можем испариться?

-Мы почти так и сделаем, - усмехаясь, отвечает Степан, - но придётся отойти подальше.

Отходим за угол. Мой сопровождающий оглядывается по сторонам, прижимает меня к груди и что-то шепчет.

Открываю глаза в гробу в избушке и с наслаждением вдыхаю чистый воздух. То же самое делает Степан и встаёт. Он помогает мне выбраться из корыта и прежним способом возвращает наши Неупокоенные тела. Я с отвращением осматриваю ноги и крылья, как хорошо было без них. И сердце опять не бьётся. Надо было послушать его на прощание.

-Скорее, уходим, - торопит Степан.

Мы выбираемся из избушки, дверь исчезает, остаётся только окошко. Я грустно смотрю на неё – я так стремилась в мир живых, хотела увидеть своих – и что в итоге? Увидела только Рому и Илью, лучше бы я их не видела и не слышала. В Фиалку так и не зашла, даже не узнала ничего о ней. Какой был смысл в этом походе? Увидеть свой труп? Увидела, хорошо, но что мне это дало? У меня не возникло ни малейшего желания там остаться, я сходила с ума от жуткой вони. Да, мы спасли ребёнка, но я даже не уверена точно, что с ним все в порядке. И что он вообще жив. Может, мне не стоило посещать мир живых? А что мне было делать? Сейчас я вернулась к Неупокоенным, и как мне мириться с их взглядами? Я взорвусь, если услышу ещё какую-нибудь поддержку убийств. Да как они могут? После посещения мира живых я, кажется, ненавижу своего убийцу. Интересно, кто он? Рома и Илья обвиняли друг друга, но я-то знаю, что это не они. А кто? Кто мог зайти ко мне домой? Судя по силе, это был мужчина, но откуда у постороннего мужчины ключи? Но кто-то из своих не мог. Рома точно. Илья… бред. Он был против завещания на Рому, но не до такой же степени. Может, это обычный вор? Думал, что никого нет дома? А поняв свою ошибку убрал ненужную свидетельницу? Но он как будто знал о моем больном сердце. Хотя кто о нем не знал. И он сразу пошёл ко мне. Как будто хотел именно убить. Но кто? Это связано с моей кофейней? Кто-то был настолько против нашего расширения? Да кому это нужно? Не верю, тогда бы половину бизнесменов поубивали! А у меня пока всего одна кофейня. Пока… Нет, она так и останется одна. Особенно если Илья не потянет расширения без меня. Как все не вовремя! Почему я умерла именно сейчас! Почему этот гад пришёл именно вчера! И совпадение ли это? Не думаю, но с чем именно связано моё убийство? С моей кофейней, с предстоящей свадьбой, с чем-то ещё? И я не поняла, как именно собираются искать убийцу. Все говорили, что я умерла из-за сердца. Это так, но ведь оно остановилось не само, ему помогли. Надеюсь, в квартире остались его отпечатки или другие следы. Их найдут, и появятся вопросы, что этот человек делал у меня дома, тем более во время моей смерти. Лучше бы Рома и Илья реально подумали, кто мог желать мне смерти и сообщили о своих подозрениях полиции, а не обвиняли друг друга Если у нас проблемы с Фиалкой, Меркурьев знает об этом лучше всех. Наверняка, ничего не говорил мне, чтобы не тревожить лишний раз из-за моего сердца. Лучше бы он мне сказал, я бы все как-то все разрулила. А теперь? Меня убили, и я уже ничего сделать не могу. Если бы хоть узнать, в чем именно было дело!

-Заходи, - прерывает мои мысли Степан.

Я оглядываюсь и вижу, что мы в деревне, где обитают домашние духи.

-Зачем ты привёл меня сюда? – спрашиваю я, - сам же говорил, что Мирте это не понравится.

-Еще больше ей не понравится, что ты уже в мире живых успела побывать. Заходи быстрее, - приказывает полицейский, стучась в дверь ближайшей избы.

-Кто?- спрашивает старческий голос.

-Это я, Семёновна,- отвечает полицейский, - но не один.

-Тогда подождите.

Слышен скрежет поворачивающегося ключа, но дверь не открывают. В избе что-то делают, и наконец мы слышим:

-Заходите.

На диване, прикрыв ноги пледом, сидит старушка и раскладывает пасьянс.

-Выручай, Семёновна, - просит Степан, - если Мирта узнает, что эта мадам была в мире живых, нам конец.

-Как я, по-твоему, встану при ней? – отвечает бабуля, - теперь сам все делай. Вы его отвели? – интересуется она, пока мой спутник роется в кухонном ящике, - я ушам своим не поверила, когда Евсей мне рассказал.

Степан быстро пересказывает события от нашей с ним встречи, а старушка опрыскивает нас водой из поданной им бутылки.

-Зачем это? – спрашиваю я.

-А ты не чувствуешь, чем от вас пахнет? – спрашивает Семёновна.

-Нет.

-Живыми. Я сразу почуяла. И твоя королева сразу все поймёт. А так мы уберём запах.

-Степ, ну ладно она. А ты? О чем ты думал? Сам понимаешь, что ничего не скрыть.

-Можно скрыть, что это сделали мы. Евсей разберётся с Яном.

-Или не разберётся.

-Он справится. С его-то опытом.

-С его силой ты хотел сказать? А если нет? Понимаешь, что и твоим вылазкам придёт конец?

Степан меняется в лице и больше не пытается возражать. Я понимаю, что втянула его в историю. Если речь идёт о вылазках в мир живых, потерять их для Степана слишком тяжело. Но разве я знала, что мы встретим ребёнка? Да и если бы знала, тем более бы пошла туда. Да и сам Степан был не против – ведь он мог просто уйти и ничего не делать. Я сама ничего бы не смогла.

-Теперь оба молчите и не комментируйте ситуацию, какую бы версию не придумали Ян и Евсей. Вы в этот день в мире живых не были, понятно? И молитесь, чтобы Ян не заговорил, не знаю, надолго ли хватит его молчания.

Мы стоим в дверях, Семёновна тихо говорит Степану:

-А насчёт неё ты ошибся – проблем будет больше, чем пользы. Надо было сначала мне показать.

После этого полицейский даже не смотрел на меня, просто отвел к виллисам и даже не попрощался.

Разозлившись на Степана, я кутаюсь в покрывало и возвращаюсь к виллисам. Сажусь на траву в стороне от всех. Как удалось этой Семеновне так настроить против меня Степана? Он так боится потерять походы к жене? Но почему, сам говорил, что у неё давно другой? Такая любовь? Странная она какая-то, односторонняя. Да он и сам странный. Поднимаю глаза и вижу, что рядом со мной стоит королева виллис и внимательно рассматривает. Пугаюсь – вдруг она все поймёт? Она как будто пыталась прочесть мои мысли. А о чем я в это время думала? Давно она тут стоит? А если Семёновна не до конца убрала запах, и Мирта все поняла? Или ей рассказал тот лесовик? Что тогда? Я больше не попаду в мир живых? Но ведь я ещё не убедилась, что моя "Фиалка"в порядке, я должна туда вернуться! Мирта замечает перемену в моем лице и спрашивает:

-Что-то случилось?

Сквозь обволакивающий бархат её голоса проскальзывают нотки напряжения. Смогу ли я не поддаться очарованию королевы и не выдать себя?

-У меня нет, - отвечаю я, - а как ты? Тебе было плохо? Из-за меня?

-Мне было плохо из-за выполнения своих обязанностей, я должна их выполнять.

-Но это случилось после общения со мной.

-Да, так всегда бывает после новеньких. Это нормально. А где ты была?

-Я общалась со Степаном, полицейским. В лесу.

-А, святой ревенант. И чем же ты недовольна?

-По рассказу Аси мне показалось, что мы с ним могли бы сойтись во взглядах. Но, пообщавшись с ним подольше, я поняла, что это не так. Он такой же, как и все здесь, просто жену любит.

-И вы спорили?

Я вздыхаю и отвечаю:

-Ещё как.

Мирта подходит ближе и кладёт руку мне на плечо со словами:

-Ничего. Это ничего.

Теперь её голос звучит обычно. Я расслабляюсь и прижимаюсь щекой к её руке. Вот бы просидеть так весь день! Но через некоторое время королева убирает руку и говорит:

-Не расстраивайся ни из-за меня, ни из-за ревенанта. У тебя ещё есть время до того, как начнётся. Наслаждайся им.

Она уходит, и я замечаю, с какой неприязнью смотрит на меня девушка, которая приносила покрывало. И чем я ей не нравлюсь? Оглядываюсь, и вижу, что остальные виллисы, напротив, чем-то довольны. Они все в приподнятом настроении, улыбаются друг другу и часто смеются. Вспоминаю, что ночью у них был танец. Действительно, что ещё может поднять настроение местному населению? Только что-то в этом роде, и ничего хорошего.

Глава 6

Отдохнув немного, я встаю и ухожу от виллис. Не собираюсь наблюдать, как они радуются совершенному убийству. После прогулки по лесу разыскиваю русалку Марину. Она радостно приветствует меня и спрашивает:

-Как ты? Встретила своих?

-Да, уже пообщалась с королевой.

-Шикарная женщина! Глядя на неё, я жалею, что я не виллиса. Она много для своих делает. Думаю, все виллисы рады, что она у вас есть.

-Да, и не только этому, - кисло отвечаю я, - они все в приподнятом настроении, наверное, из-за ночного танца.

-Вовсе нет. Это из-за сегодняшнего убийства. Сейчас все ждут.

-Какого убийства? – спрашиваю я.

-Ещё не знаю, подождать надо.

-Чего?

-Появления живого. Его издали почувствуешь.

Да уж, прекрасно знаю, но не говорить же русалке о моих похождениях с ревенантом. Вместо этого интересуюсь:

-Откуда возьмётся живой в мире мёртвых?

-Не мёртвых, а Неупокоенных, тут пройти легко,- поправляет меня Марина, наши и сами к живым ходят часто. А здесь живой появится, если его кто-то приведёт.

-Кто, например?

-Да кто угодно. Но не русалки точно, я бы знала. Ваши обычно сами к живым ходят. Посмотрим.

-А можно узнать, кого именно убьют?

-Нет, а зачем?

-Может, его ещё можно спасти.

-Опять ты за своё! Нет, нельзя! А если бы было это и возможно, тебе бы никто не позволил.

Ага, так я и буду спрашивать. У Мирты, наверное. Мы сегодня мальчика спасли, и никто нам не помешал. Но вслух я говорю другое:

-Неужели все знают, что произойдёт убийство и ничего не делают?

-Нет, не в наших интересах мешать. Ты увидишь, когда ваши ходят на танец, многие стараются быть поближе.

-И не пытаются помешать?

-Нет, конечно. Да и что сделаешь против Мирты и остальных?

-Как будто вообще ничего нельзя сделать!

Русалка разводит руками и говорит:

-Даже не представляю что. Да ты сама все поймёшь. С такой, как твоя королева шутки плохи. Кстати, как она отреагировала на то, что ты общалась домашними?

-Не очень хорошо, конечно. Но я надеюсь, Мирта понимает, что я была не виновата, я тогда не могла найти своих и вообще ничего не знала.

-Думаю, на неё можно полагаться, - соглашается Марина, - хотела бы я такую же королеву!

-А у русалок не так?

-Нет. У нас Водяной царь.

-И как с ним?

-Терпимо.

Русалка отвечает таким тоном, что я понимаю, что моя королева нравится ей гораздо больше. Некоторое время мы гуляем, затем Марина говорит:

-Пора к своим.

-Не хочу возвращаться, - признаюсь я, - чтобы на их довольные рожи не смотреть.

-Какая ты грубая! – укоряет Марина.

-А вы все тут очень нежные, - огрызаюсь я.

Русалка хитро прищуривается и шепчет мне:

-Ладно, скажу тебе. Можешь идти к своим спокойно. Если там довольные ещё есть, то их скоро не будет.

-Почему?

Марина подходит вплотную и шепчет мне на ухо:

-Они скоро узнают… сегодня убийства не было и не будет.

-Как не будет? Откуда ты знаешь?

-Тихо! – шипит русалка, оглядываясь по сторонам, - вдруг услышат! И я тебе ничего не говорила!

-Так давай отойдем ещё подальше, - предлагаю я, - но почему ты считаешь, что убийства не будет, если все его так ждут и уверены в обратном?

-Потому что мы чувствительнее вас. Оно должно было случиться ещё 3 или 4 часа назад. Но не случилось, не знаю, почему. Но я уже чувствую, как ослабевает ощущение того, что облегчение рядом. Это не только я заметила, другие русалки тоже. Виллисы к ночи поймут. Интересно, кто должен был убить, и что помешало?

Я вспоминаю свои сегодняшние приключения с ребёнком и полицейским. Не мы ли помешали? Да нет, не думаю, что я могу оказать такое влияние в первый же день. В любом случае, важно не подать виду, что я что-то знаю. Вдруг они ещё могут как-то навредить бедному мальчику. Надо при случае спросить об этом Степана. Если он, конечно, захочет со мной разговаривать. А пока спрашиваю Марину:

-А что могло помешать убить?

-Смотря кому. Я ведь даже не знаю, кто должен был это делать.

-Но ты говорила, у тебя есть какое-то ощущение.

-Да, есть.

-А что ещё оно тебе говорит? Кроме того, что никого не убили.

-Ничего.

-Ты сказала, что вы чувствительнее.

-Да, все русалки такие.

-Что ещё ты ощущаешь? Кроме того, что оно ослабевает?

-Ничего, - упорно повторяет русалка.

-А как ты это чувствуешь? Откуда идёт это ощущение?

Марина с подозрением смотрит на меня и отвечает:

-Правильный вопрос. Идёт оно обычно от места предполагаемого убийства, но не очень чётко. Не всегда можно верно определить.

-Значит, ты знала и давно, где и кто!

-Не преувеличивай. Ощущение из соседнего леса, но он большой. Существ там много, как узнать, кто именно? Желающих там полно, особенно ревенанты.

-Только не полицейский, - хихикаю я.

-Видела его? Странный тип.

-Просто добрый и любящий.

-Так, да не совсем. Жаль его, конечно, никому не пожелаешь так любить. Но у него какие-то дела с домашними, а это не приветствуется. Зря он так. Думаю, он и вдову свою бы скорее разлюбил, если бы так часто не видел.

-А ты бывала там? – спрашиваю я.

Марина сразу понимает, что я имею в виду и тихо отвечает:

-Да.

-И как… там?

-Лучше бы не ходила.

Мы молча идём по тропинке. Интересно, почему у неё так? Наверное, это личное. Я ничего не знаю о её смерти, наверное, не стоило спрашивать. Жаль, я не могу обсудить с ней посещение мира живых, вдруг она бы помогла мне. Не факт, что Степан поможет мне ещё раз. А похороны уже завтра…

-Я бы, наверное, хотела, - задумчиво говорю я, - как туда попасть?

-Жанна! Даже не думай!

-Почему? Степан ходит, ты ходила, а мне не думать?

-Наш царь один раз позволяет, на Степана сквозь пальцы смотрят. А с твоей королевой я бы не связывались.

-Что ты из неё монстра делаешь? Ты говорила, что никто не попытается пойти против неё и остальных, а кто-то же спас сегодня жертву.

-С чего ты взяла, что кто-то спас? Мы не знаем, что там случилось.

Да, зря я так выразилась, вдруг Марина что-нибудь заподозрил. Нужно исправлять ситуацию, и я говорю:

-Я думала, у вас осечек не бывает. И если не получилось, значит, кто-то помешал.

-Ещё как бывают! Всякое бывает.

-Так какие способы есть попасть в мир живых? - продолжаю настаивать я.

Русалка оглядывается и отвечает:

-Обязательно нужен проводник. Он проведет через ход. Самой почти невозможно.

-Проводник? Это кто?

-Тот, кто знает, что делать с ходом.

-А где ход? И кто знает?

-Ходов несколько. Но управляют ими домашние. Поэтому нам сложно пройти.

-Почему? Разве с ними не договориться?

-Можно договориться. Но лучше не нужно.

-Что за ерунда? Только из-за того, что она домашние? Я очень хочу в мир живых!

-Если так... лучше спроси разрешения у своей королевы. У нее уже налажен этот процесс.

Я вздыхаю. Конечно, я бы так и сделала, но, боюсь, Мирта не одобрит такой визит. Лучше подождать, пока успокоится Степан и уговорить его.

Слова Марины полностью сбылись. К ночи лица виллис становились все более разочарованными. Они грустно переглядывались и обсуждали, кто же мог так всех подвести. Ночь для них прошла тягостно. Но не для меня. Утром я просыпаюсь отдохнувшей и готовой прямо сейчас броситься в мир живых на свои похороны. Но как это сделать? Мирта за мной наблюдает, Степан не хочет мне больше помогать. А я должна там быть! Обязательно! И должна проведать “Фиалку”! Чего бы мне это ни стоило и как бы они все там ни воняли! Я должна что-то придумать, но что? На фоне хмурых лиц виллис я явно выделяюсь, поэтому на меня посматривают недобро. Наконец одна из них не выдерживает и спрашивает:

-Когда у тебя?

-Сегодня, - отвечаю я, понимая, что она имеет в виду мою свадьбу и последующие за этим изменения.

-Недолго ты наслаждалась.

-Было бы долго, она бы не стала виллисой, - комментирует другая.

Я не знаю, что ответить, и тут появляется ещё одна довольная невеста. Как ни странно, это ревнивая подруга Мирты.

-А ты чему радуешься? – спрашивают её.

-А я знаю, что вчера произошло! – торжествующе заявляет она.

-Что?

-Наверное, у Митьки очередной облом, - смеясь, предполагает Ася.

-А вот и нет!

-Говори уже, Галка!

-Неужели Степан почти решился отомстить вдове, но передумал!?

-Нет. Ревенанты здесь вообще не причём, - рассказывает Галя, - убить должен был Ян!

-Ян? Ему-то что могло помешать?

-Наверное, родители не вовремя пришли.

-Кто-то из домашних собирался предупредить, наверное, им все удалось.

-Не знаю, что им удалось, говорят, Ян ребёнка до леса довёл, а тот убежал.

-Во даёт! Теряет хватку!

-Ему надо быть более осмотрительным, когда ещё такой шанс повернётся.

-А нам теперь что делать?

-А кто убьёт в следующий раз?

-И когда теперь?

Я подхожу к Асе и спрашиваю:

-О ком они говорили?

Виллиса рассказывает мне о лесовиках и ревенантах, но многое я уже знаю и задаю действительно интересующий меня вопрос:

-А где берут живых, которых собираются убить?

-В мире живых, конечно. Ты ещё много раз сходишь, все увидишь.

-Но Галя сказала, что Ян привёл ребёнка в лес. В какой, в наш?

-Нет, в соседний, там живут лесовики. Только он вроде не довёл его до леса. Странная история!

-Что странного?

-Не припомню, чтобы Ян так ошибался. Он обычно своих шансов не упускает. Неужели, действительно, домашние смогли помочь своим? Вечно от них неприятности.

-Как они могли помочь?

-Ходят в мир живых, когда ещё не поздно все изменить, и предупреждают. Не знаю, как мог живой отсюда вернуться? Это не так просто. Точно, кто-то из домашних постарался. Самим живым не справиться.

-А что теперь будет? – уточняю я, - этого ребёнка найдут и убьют?

-Нет, как его найдёшь? Мы не знаем, кто и куда его увёл. Давно ходят слухи, что кто-то помогает живым ускользнуть отсюда, но я не очень верила. Наверное, зря.

Ага, зря, но я не буду говорить ей об этом. Я знаю, кто помогает уйти отсюда живым и не только. Поэтому быстро закругляю разговор с Асей и иду к нему.

-Зачем пришла? – грубо спрашивает Степан, - уже все знают.

-И что? Никто не свяжет это ни с тобой, ни со мной.

-Могут связать. Надо сидеть тихо, а ты опять идёшь ко мне.

-Я не просто так иду. Мне надо в мир живых.

-Что? И думать забудь.

-Сегодня мои похороны. Я должна быть там.

-Зачем? Думаешь, без тебя не обойдутся?

-Хочу это видеть. И я не увидела всех родственников в прошлый раз.

-Увидеть их на своих похоронах – не лучшая идея. Тяжёлое зрелище.

-Откуда знаешь? Ты был на своих?

-Да, был. Потому и говорю. Слишком тяжело.

-Я сама решу, что для меня тяжело.

-Не решишь. Ты сама не пройдёшь в мир живых.

-Почему ты не хочешь мне помочь? – в отчаянии восклицаю я.

-От одного раза неприятностей хватило.

-Да какие у тебя неприятности! – возмущаюсь я, - тебе никто ничего не сделал.

-Степановну мы уже напрягли. Я не собираюсь портить с ней отношения из-за тебя.

-Ты так говоришь, как будто мы сделали что-то плохое.

-Для обитателей этого мира мы сделали именно плохое.

-Но ты так не считаешь. Ты уже спасал кого-то раньше!

-Молчи об этом, раз уж догадалась.

Я догадалась? Он сам это сказал.

-Мы с тобой все вчера обсуждали, - продолжает полицейский, - я объяснил свою позицию. Один раз я пошёл у тебя на поводу, но, видимо, совершил ошибку. Больше её не повторю. Второй раз в мир живых я тебя не поведу. Тема закрыта.

-Но мне очень нужно! – в отчаянии кричу я, - я должна попасть в свою кофейню!

И тут же жалею, что сказала это. Степан все равно не поймёт.

-В кофейню? - переспрашивает он.

-У меня кофейня, - начинаю было я и тут же спохватываюсь, - была...

-Правильное слово – была. Это больше не твоё.

Я замолкаю. В голове не укладывается, что “Фиалка” больше не моя. Но даже если и так – разве мне нельзя просто посмотреть, как там идут дела без меня? Надо было туда пойти ещё вчера, как я могла позволить себе такую слабость? Я знала, что это могло быть моё первое и последнее посещение мира живых.

-Жанна, постарайся успокоиться, - уже мягче говорит Степан, - наслаждайся своими последними часами. Скоро тебе будет не до этого.

Ничего не отвечая, я разворачиваюсь и ухожу. От него бесполезно ждать помощи. Но не один ревенант ходит к живым, туда можно попасть и без него. Другое дело, что мало кто согласится отправить туда меня.

-Жанна, ты куда собралась? – кричит мне вслед ревенант.

Я останавливаюсь и спрашиваю:

-Скажи хотя бы, что с ребёнком, которого мы отводили вчера?

-Всё в порядке.

-Ты уверен?

-Да. И не думай больше о живых. Ты можешь просто вернуться к виллисам?

-Могу, - отвечаю я, но иду совсем в другую сторону.

Убедившись, что за мной никто не идёт, я выхожу на опушку и иду к избе Фаине Карповны. Только бы она согласилась мне помочь. Похороны наверняка уже скоро, я могу не успеть. Старушка удивлена моим появлением.

-Что тебе? – спрашивает она, - тебе ещё не объяснили, что сюда ходить нежелательно?

Она явно не настроена мне помогать. Придётся сразу брать быка за рога.

-Вы знаете, что вчера был спасён ваш потомок? – выпаливаю я.

-А, тебя Мирта послала узнать? Я думала, она Галю пришлёт, ты-то новенькая. Знаю, хоть и не понимаю, как это произошло. Моих предупреждений не послушали. Лесовик его забрал. Что случилось потом, я не знаю. Я ничего не нарушала и не имею отношения к случившемуся. Хотя кто мне теперь поверит.

-Неужели совсем не хотелось родного человека спасти? – спрашиваю я.

Бабуля злобно смотрит на меня и отвечает:

-Хотелось и ещё как хотелось. Да что я сделаю, если они такие непутевые?

Я хочу возмутиться, что мы же вчера смогли что-то сделать, а она тем более должна была. Но сейчас мне надо думать о своих целях, мальчик все равно уже спасён. Поэтому я говорю:

-Меня не присылала Мирта. Она не знает, что я здесь. Я пришла сама.

-Зачем?

-Это я вчера помогла вашему правнуку.

-Ты?

-Да, я. Или вы думаете, я стала бы спокойно смотреть на это? Я не дала лесовику забрать мальчика, когда они подошли к лесу.

-Сумасшедшая! – восклицает бабушка, всплеснув руками.

-Что мне было делать? Если ребёнку не повезло с родственниками – ни живые, ни мёртвые не захотели помочь ему.

-Где он?

-В мире живых.

-Как тебе это удалось?

Мне не хочется говорить о роли Степана в этой истории, и я отвечаю:

-Долго объяснять. Вчера у меня была возможность проникнуть в мир живых и забрать вашего потомка с собой, но сегодня её нет. Пожалуйста, помогите мне. Мне очень нужно опять туда.

-С ума сошла! Как я тебя туда отправлю?

-Я знаю, что вы можете.

-А про последствия ты знаешь?

-Хватит меня пугать! – взрываюсь я, - чего вы тут все боитесь! Если у меня будут проблемы с королевой или ещё кем-то, это МОИ проблемы! Не ваши!

-Ладно, хорошо, - неожиданно соглашается Фаина Карповна, - действительно, долг платежом красен, а между собой сами разберётесь. Иди сюда.

Мы проходим на кухню, бабушка начинает доставать из печки сковородки и котелки. На роту солдат она, что ли, готовит? Здесь вроде все мертвые уже.

-Не стой, подойди ближе, - приказывает Фаина Карповна, зачерпывая ложку каши из котелка - ешь.

Я вынуждена подчиниться, хотя терпеть не могу каши, да еще сладкие. Кажется, тут мед и изюм, фу. Зачем это надо, Степан говорил, мы не должны есть.

-Пей, - говорит старуха, поднося к моим губам стакан.

Делаю глоток - кисель. Последний раз я его пила еще в детстве.

Фаина Карповна быстрыми движениями умывает мне лицо, руки и шею, затем снимает с крючка большое белое полотенце и накрывает им мои волосы и плечи.

-Почти готова, - комментирует она, доставая из печки кость и протягивая мне, - ничему не удивляйся.

Бабуля бьет меня по спине, и я радостно чувствую, как пропадают уродливые ноги. Должно забиться сердце...

-Полезай, - приказывает Фаина Карповна.

-Куда?

-В печку, куда еще?

-Разве я туда помещусь? - спрашиваю я.

-Лезь молча!

Поколебавшись несколько секунд, выполняю требование. С трудом протискиваюсь, приходится лечь скорчившись, даже в гробу было просторнее. Неужели это и есть ход? Фаина Карповна закрывает меня, но не успеваю я испугаться, как уже оказываюсь на улице, а в нос бьет запах живых.

Встаю и отряхиваюсь, стараясь не обращать внимания на жуткую вонь. Хотела бы я знать, как я выгляжу. Фаина Карповна могла бы хоть зеркало дать, ладно Степан, он мужчина. Прикладываю руку к груди и чувствую, как бьется сердце. Бьется! Замираю, наслаждаясь его ударами. Затем спохватываюсь - время. Наверное, похороны уже в разгаре. Почти бегу к дому, останавливаюсь лишь на минуту у витрины - посмотреть на свое отражение. Ничего особенного, брюнетка лет двадцати пяти, предыдущий образ мне больше понравился. Но выбора нет, да и времени любоваться собой тоже. Поворачиваю за угол и вижу, что у моего подъезда собралась толпа. Сколько же народу пришло! Пару секунд разглядываю их, затем подхожу ближе - я должна увидеть себя. Как бы ужасно не воняла эта толпа, ну почему их так много? Под плач и причитания полузнакомых бабушек пробираюсь к гробу и ахаю: там лежу я в свадебном платье. В моем, настоящем, а не платье виллис. Я все-таки надела его. На шее у меня кулон, который мне подарила Света. Ничего себе, они меня в нем собираются хоронить? Зачем? И вообще я в гробу выгляжу чуть ли не лучше, чем при жизни. Как будто я просто прилегла отдохнуть перед свадьбой. Перестарались. Хотя я сама виновата, должна была лучше выбирать похоронного агента. Это я сделала еще при жизни, чтобы моим не пришлось делать все самим. Еще раз оглядываю себя - зря я придираюсь, неплохо поработали. Поверить не могу, что мое тело скоро зароют в землю. Как хорошо, что я этого не почувствую. Но я себя больше не увижу. Останется только новая личина виллисы и эти временные тела, если я смогу еще раз уговорить кого-нибудь. Другие люди оттесняют меня от гроба, бросаю на свое тело последний взгляд и отхожу в сторону. Становится легче. Откуда столько народу? Я на свадьбу приглашала меньше. Можно подумать, что я местная знаменитость. А ведь мне нужно увидеть родных. Как найти их в этой толпе? Оглянувшись, я все же замечаю их - мама, Света и Роман стоят вместе. На них всех просто лица нет, кажется, они выплакали все глаза. Только бы маме не стало плохо. Несколько секунд я смотрю на них, затем не выдерживаю и ухожу. Нет сил видеть их такими, лучше не видеть. Надо пойти в кофейню, там мне будет легче.

Захожу в кофейню, меня приветствует Алена — значит, она сегодня на работе, а не на моих похоронах. Интересно, Илья здесь? Скорее всего, нет, похороны он не пропустит. Осматриваю “Фиалку”, как будто вижу её в первый раз. Больше не моя кофейня… Зачем я пришла? Что хотела увидеть? Надо уходить, только куда? К Неупокоенным? Но как? А больше некуда. У меня здесь больше ничего нет.

-Выбрали что-нибудь? – спрашивает Алёна.

Я качаю головой. Я теперь не пью кофе. Да и денег у меня нет.

Дверь кофейни открывается, Алёна здоровается с посетителем. Ей отвечает знакомый голос. Оборачиваюсь – ко мне подходит Степан в полицейской форме.

-Ты? Что ты тут делаешь?

-Я хочу спросить тоже самое. Но давай сначала сядем. Тебе что взять?

Я молчу, и полицейский заказывает два капучино. Мы садимся за столик, и ревенант спрашивает:

-Ты довольна? Увидела, что хотела?

Я не знаю, что ответить. Увидела, но не довольна.

-Почему ты не послушала меня? Я предупреждал, что здесь нечего делать.

-Ты пришёл прочитать мне нотацию? – возмущаюсь я, и тут официантка приносит нам кофе.

Когда она уходит, Степан берет свой стаканчик и отвечает:

-Я пришёл за тобой. Или как ты собиралась возвращаться? А если бы твоё отсутствие обнаружили?

-Мне все равно, - бурчу я.

-Жанна, это несерьёзно, - говорит полицейский, - я понял, что тебе наплевать на последствия для тебя и меня. Но подумай, это может помешать спасти кого-то ещё.

Точно, я совсем забыла, что Степан кого-то переправлял из мира мёртвых. Наверное, другой лесовик или бабуля Степановна в курсе. Не хотелось бы навредить им.

Запах живых резко усиливается - молодая парочка заходит в кофейню. Я наклоняюсь ближе к Степану, чтобы хоть как-то перебить это. Ну почему их сразу двое, с одним невозможно находиться рядом. Ревенанту тоже неприятно их появление, он вдыхает аромат кофе.

-Я не хотела вам мешать, - говорю я, - и мне не наплевать на последствия для меня и тебя. Мне просто было очень нужно попасть сюда, а другого способа я не нашла. И время поджимало.

-Как тебе могло прийти в голову обратиться к Фаине Карповне? Она не друг нам, её волнуют только свои.

-Свои её тоже не очень волнуют, - фыркаю я, - она ничего не сделала, чтобы спасти мальчика.

-Она сделала все, что могла. Я имел в виду, она думает о домашних духах, а действовать заодно с Неупокоенными ей ни к чему. Думаешь, она помогла тебе?

-Я же здесь.

-Как ты собиралась возвращаться назад? А скрыть посещение мира живых? Жанна, она тебя поставила. Ты понимаешь, что она может все рассказать Мирте?

-С чего бы? Мне показалось, она не горит желанием общаться с королевой. И не волнуйся, я про тебя ничего ей не сказала.

-Я знаю. Возьми кофе.

-Зачем?

-Возьми. И сделай вид, что ты пьёшь.

Я беру горячий стаканчик, подношу к губам и вдыхаю аромат кофе. Хотя бы это удовольствие у меня осталось. Так приятно ощущать тепло… а то я уже привыкаю к холоду виллис.

Глава 7

Дверь открывается, в “Фиалку" заходит женщина с детьми, и мы с ревенантом отворачиваемся. Как могут живые не чувствовать этого?

-Приятная кофейня, - говорит Степан, осматриваясь, - только не понимаю, как ты умудрилась управлять ею? У тебя же глупость на глупости и глупостью погоняет.

Радость от комплимента моей фиалке сменяется обидой, хотя я и понимаю, что в чем-то он прав. Да, я не могу принять мир Неупокоенных и много раз за последние два дня поступала необдуманно. Но при жизни все было иначе.

-Я просто ещё не научилась жить…. существовать в мире Неупокоенных. Кажется, я до сих пор сама не своя. Хотя в первую ночь было еще хуже.

-Надеюсь, ты скоро сможешь контролировать себя. Я не могу все время за тобой бегать.

-Думаешь, я опять захочу в мир живых? Не знаю, что заставит меня ещё раз вдохнуть этот запах, - говорю я, вдыхая аромат кофе. Как хорошо, что хоть за ним можно спрятаться.

-Вчера ты говорила, что умрёшь от этой вони, но сегодня ты опять здесь. Пойдём, нам пора.

Полицейский щёлкает пальцами, и кофе исчезает из стаканов. Я смотрю на это с открытым ртом, и тут в очередной раз усиливается запах живых. Очередной посетитель. Встаю из-за стола и слышу знакомый голос – это Илья! Он пришёл и разговаривает по телефону. Вот бы спросить у него про “Фиалку”!

-Спокойно, - предостерегает ревенант, - он тебя не узнает.

Я киваю. Но нужно хотя бы послушать, о чем идёт речь. Преодолевая отвращение, подхожу ближе к Меркурьеву.

-Спасибо, Вадим Львович. Да, похороны сегодня, - говорит он, - нет, никаких изменений, все в силе. С сентября за пятьдесят тысяч. Ничего отменять не будем.

Илья уходит в кабинет, последние слова я еле слышу. Ничего не могу понять. Может, я знаю не всех людей, с которыми работает мой друг, но единственный знакомый мне Вадим Львович - это владелец здания, которое мы собираемся арендовать для филиала “Фиалки”. Если Илья не хочет из-за моей смерти тормозить открытие филиала, он - большой молодец, я не ошиблась в наследнике! Но о каких пятидесяти тысячах идет речь? Аренда у нас шестьдесят пять в месяц. Илюша сам сказал мне, что меньше не нашел. Может, Меркурьев сейчас договаривался о чем-то другом? Но о чем, если я не знаю? Он не мог бы платить такие деньги ежемесячно без моего ведома. И да, мы арендуем с сентября. Но почему другая сумма? Ничего не понимаю. Пытаюсь подойти ближе, чтобы расслышать еще что-нибудь, но меня останавливает голос Степана:

-Не ходи туда. Уходим, нам пора.

-Я только хочу послушать...

-Мы не можем больше здесь оставаться, надо идти.

Еще несколько секунд я пытаюсь расслышать хоть слово, но убедившись, что все бесполезно, выхожу из кофейни вслед за полицейским.

-Почему ты не дал мне пойти за ним? - укоряю я Степана, - я должна была узнать, о чем он говорил.

-Куда пойти? В служебное помещение? Тебе туда нельзя. И даже если ты узнаешь что-нибудь о своей кофейне, что дальше? Ты не сможешь ни на что повлиять. Смирись с этим наконец.

Я шарахаюсь в сторону от проходящей мимо и жутко воняющей толпы шумных подростков. Как я могу смириться? Речь идет о “Фиалке”! Неужели мне остается только надеяться, что я оставила ее действительно в надежных руках?

Заходим за угол, и Степан переносит нас в мир Неупокоенных.

Мы опять проходим в знакомый дом, и Семеновна встречает меня усмешкой:

-Сама, без нас справилась? - спрашивает она, - может, ты и не ошибся в ней, а, Степан?

-Как не ошибся? Она нам уже кучу проблем привезла.

-Верно, и мы с ней еще хлебнём. Но потенциал есть, и немалый. Так что чутьё тебя не подводит.

Бабуля в длинном, до пола, халате идет через кухню, хромая на левую ногу, и достает уже знакомую мне бутылку.

-О чем вы говорите? - спрашиваю я.

-Узнаешь, когда придет время, - подмигнув, отвечает Семеновна и начинает опрыскивать нас.

-С Фаиной Карповной что? - с тревогой спрашивает Степан.

-Все в порядке, не бери в голову. Нам сейчас главное - с твоей виллисой разобраться.

Я отворачиваюсь. Что со мной разбираться-то? Привести меня обратно в мир Неупокоенных и скрыть от Мирты мой визит в мир живых - не велика работа.

-Когда ее отведёшь - зайди ко мне, - продолжает Семеновна, - есть разговор.

Жаль, что они ничего мне не говорят. Надеюсь, хоть они чем-то хорошим занимаются. А не как многие тут.

-Как ты меня нашел? - спрашиваю я полицейского, когда мы возвращаемся от Степановны.

-А что тебя искать? На похоронах тебя не было, куда еще кроме своей кофейни ты могла пойти?

-Я была на похоронах. Но... быстро ушла.

-Правильно. И вообще нечего было ходить туда.

Вздыхаю. Наверное, он прав. Но если бы я не пошла, я бы себе не простила.

-Откуда у тебя деньги? - спрашиваю я, меняя тему.

-Не бойся, не украл, - хмыкает ревенант.

-Это секрет?

-Нет, просто тебе не все нужно знать про меня.

-Ладно, не хочешь, не говори.

Итак понятно, что деньги живых можно взять либо от самих, либо от тех, кто с ними близко общается - то есть от домашних. Из которых он близко общается только с Семеновной, раз второй раз ведет меня именно к ней. Интересно другое.

-Как ты узнал меня в кофейне? - спрашиваю я, - ты не мог знать, какая внешность у меня будет.

Степан смеется и отвечает:

-Как тебя было не узнать? Кроме тебя там Неупокоенных не было?

Да, точно, как я не догадалась, что он определяет не по внешности.

-Просто по отсутствию запаха, да? - уточняю я.

-И по холоду. От живых такого нет, наоборот.

Некоторое время мы идем молча, затем я оглядываюсь, понимаю, что приближается вечер, и говорю:

-Долго меня не было. Вдруг меня искали?

-Ну и что? Весь лес за это время не обыщут. Скажи, что со мной была.

-Поверят ли? Вчера мы с Миртой говорил о тебе, и я жаловалась, что ты только свою жену любишь, а убийства остальных одобряешь. Будет выглядеть странно, что после такого несогласия я опять побежала к тебе.

-Не странно. Скажи, что мы обсуждали похороны и жизнь тех, кто остался в мире живых. Ни для кого не секрет, что я хожу туда регулярно. А если спросят, почему нас никто не видел, отвечай, что мы ходили к моему другу лесовику Евсею. В тот лес виллисы обычно не ходят, тебя не могли там искать. Помнишь, каким путем мы отводили ребенка? Сможешь показать?

Я киваю. Денек был жутким, но память мне еще не отшибло. Надеюсь, я смогу соврать, глядя в глаза Мирте.

-Но я всего один раз видела твоего друга. А вдруг меня спросят о нем?

-Не спросят. Они его лучше тебя знают. А если что - говори, что он почти такой же блаженный, как и я.

-Это правда?

-Почти.

К ночи у меня портится настроение. Закутываюсь в покрывало и ложусь спать, но сон не идет. Кажется, вокруг меня спят уже все виллисы, кроме Мирты и Гали. У меня-то похороны были, а они что не спят? Неужели то-то подозревают? Но как? Запаха живых на мне нет, что я ходила к домашним никто не видел. Или им рассказала сама Фаина Карповна? Не думаю, зачем это ей. Если бы она это сделала, королева наверняка высказала мне все раньше. Глупо с ее стороны молчать, а потом наблюдать за мной ночью. Но она явно наблюдает. Думает, что я ночью убегу куда-то? И Галя смотрит как-то странно. Ревниво, что ли? Чудная, если так дружит с королевой, неужели боится, что та променяет ее на другую? Может, ей от этой дружбы какие-нибудь плюшки перепадают? Раз она так боится их потерять? Она же на меня с первой минуты волком смотрит. Как и сейчас. От ее взгляда настроение портится еще больше. Поворачиваюсь на спину и смотрю в звездное небо. Не буду больше думать ни о виллисах, ни о живых, голова пухнет. Но с каждой минутой мне все грустнее и тревожнее. Не понимаю, в чем дело. Неужели я так расстроилась из-а Меркурьева? Может, он с горя просто сумму перепутал? Или вообще не о том говорил. Но я ведь толком не знаю, что он имел в виду. Возможно, я просто неправильно его поняла. Надо будет постараться разобраться, если получится еще раз попасть в мир живых. Если получится... Пока я не знаю, что ждет меня в этом мире. Кажется, ничего хорошего. Сейчас что-то все стало совсем плохо. Поворачиваюсь на живот и утыкаюсь лицом в руку. По щекам катятся слезы. Не помню, когда в последний раз чувствовала себя такой одинокой. В последние полтора года всегда рядом был Рома. Да и до него у меня были друзья и семья. У меня была “Фиалка”, моё дело, моё детище. Теперь всё осталось там. Больше не моё. У меня ничего нет. Никого и ничего. Нет смысла. Наверное, это и есть то, что хуже смерти - существование без смысла. Всхлипываю и понимаю, что не нужно было растравлять себя такими мыслями - начинает болеть голова. Но взять себя в руки не получается, и я продолжаю плакать и думать о всякой ерунде. Хуже всего, что у меня ничего не будет. Мне нет места в мире Неупокоенных, мне не принять их мировоззрение, мне не найти контакт ни с кем из них. Что ждет меня дальше? Бессмысленное существование на обочине этого мира? С редкими выходами в мир живых, чтобы видеть, что там жизнь продолжается без меня? Почему я должна быть виллисой? Я была уверена, что смерть - это конец, зачем нужно такое нелепое продолжение? Лучше бы действительно после смерти не чувствовать ничего. Почему это случилось со мной? Если бы можно было все исправить! От мыслей меня отвлекает боль в груди. совсем забыла о больном сердце, не нужно было так расстраивать себя, надо успокоиться. Тут же вспоминаю, что я уже умерла, мое сердце не бьется и болеть не может. Но боль все усиливается, как это может быть, даже здесь оно не оставляет меня в покое. Голова тоже болит, все сильнее, теперь боль отдает в лицо и шею. Я пытаюсь приподняться на локтях, не понимая, что со мной происходит. Вдруг чувствую, как кто-то гладит меня по волосам. Боль немного стихает от этого прикосновение.

-Тихо, тихо, - шепчет мне королева виллис.

-Что это? - спрашиваю я, - мне больно.

-Я знаю. У тебя началось. Держись, малыш, я с тобой.

От ее голоса становится чуть легче, и я вспоминаю, что они все рассказывали, что что-то должно начаться. Мирта говорила про боль и что-то еще. Не успеваю вспомнить, как резко вспыхнувшая мигрень заставляет меня лечь и застонать.

-Повернись ко мне, - слышу я бархатный голос.

-Не могу, - с трудом выдавливаю из себя я.

Боль распространяется почти по всему телу, каждое движение усиливает ее. Мирта осторожно переворачивает меня и прижимает к груди.

Утром я просыпаюсь с тупой болью в груди и вспоминаю, что было ночью. Как хорошо, что все закончилось. Помню, как я цеплялась за руки Мирты и только звуки ее голоса вырывали меня из пучины боли и темноты. Оглядываюсь и вижу, что остальные виллисы спят на большом расстоянии от меня. Странно, мы ложились почти рядом. Я точно осталась на своем месте, значит, перемещались они. Интересно, зачем? Разве у них тоже было ночью что-то подобное? Все равно непонятно, я-то так и лежу там, где была. Значит, они отодвинулись от меня. Надо же. Замечаю королеву, она вообще легла далеко от всех, даже ее подруга Галя спит рядом с остальными виллисами. Наверное, Мирта просидела возле меня всю ночь. Кажется, я видела рассвет, когда боль уже начала угасать. Или мне это приснилось? Пытаюсь встать, но боль возвращается. Тут же ложусь обратно и закутываюсь в покрывало. Лучше полежу еще, все равно остальные еще спят. Без Мирты я сойду с ума, если ночной ужас повторится.

Просыпаюсь от стона и понимаю, что это мой стон. Грудь пронзает боль, кажется, просто полежать мне не помогло. Стараюсь не шевелится, но боль нарастает и расползается по телу. Ко мне тут же подходит Мирта с словами:

-Тихо, Малыш. Я с тобой.

Она садится рядом со мной и кладет мою голову себе на колени.

-Мирта, - шепчу я, - это опять.

-Да, теперь так будет, - отвечает королева, поглаживая меня по голове. Я цепляюсь за ее вторую руку, боль приглушается и становится терпимой. С ужасом думаю, как может быть, что теперь так и будет? В смысле - эта боль не закончится? Но как?

-Ей повезло, - говорит незнакомый голос, - сегодня у русалок будет.

-Да, я уже чувствую, - подтверждает королева.

-Тогда нам всем повезло, - радуется кто-то.

-Постарайся опять заснуть, Малыш, - шепчет мне окутывающий голос Мирты, - будет легче. Я не могу весь день просидеть с тобой.

Не думаю, что смогу уснуть, но закрываю глаза, держа руку Мирты. Она второй рукой продолжает гладить меня по волосам, что-то убаюкивающе шепча, пока боль не стихает почти полностью, и я не проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь с уже привычной тупой болью и чувствую странное предвкушение. Как-будто должно случиться что-то хорошее, долгожданное. С таким чувством просыпаешься в день Рождения или в Новый год. Но сегодня явно не то и не другое. Оглядываюсь, но вокруг меня нет никого. Ни одной виллисы. Все куда-то ушли. Интересно, куда? Наверное, они тоже это чувствуют. Я, кажется, наконец начинаю чувствовать то же, что и они. И сейчас я ясно чувствую, откуда приближается это приятное ощущение. Надо пойти туда. Наверняка, все уже там. Иду в незнакомом мне направлении и через несколько минут выхожу к болотистой поляне, где собрались, наверное, все Неупокоенные. Я не знаю названий и половины существ, собравшихся здесь. Слышится веселый смех. Видимо, какое-то важное событие, раз все собрались, да еще в таком приподнятом настроении. Странно, что Мирта ли кто-то другой не предупредил меня. Может, из-за того, что у меня началось? Действительно с ночи мне было не до событий, но сейчас боль утихает, грусти и тоски в помине нет. Наоборот, настроение поднимается с каждой минутой. С трудом нахожу в этой толпе виллис и присоединяюсь к ним. Хочется подойти поближе к источнику удивительного ощущения, но этого явно хочется не только мне. Туда не протолкнуться, я даже не вижу, от чего оно исходит. Кто-то заливисто смеется. Среди своих нахожу Асю и подхожу к ней.

-Проснулась? - спрашивает она, увидев меня, - мы думали, ты все проспишь.

-Это еще никто не проспал, - усмехается стоящая рядом виллиса.

-А что происходит? От чего это?

Замявшись, Ася отвечает:

-Я думаю, тебе лучше не смотреть.

-Почему?

-Тебе, с твоими взглядами... лучше не надо.

Теперь мне еще больше хочется узнать, в чем дело. У меня даже боль почти прошла, когда я дошла до поляны. Надо понять, что помогает так хорошо. Тем более, от меня это скрывают. Чувствую слабый неприятный запах, странно, что здесь, в нашем лесу. Здесь ведь нет живых. Может, кто-то из присутствующих на поляне ходил к ним, и запах остался? Если действительно он сохраняется, хорошо, что Семеновна как-то убирала мне его. Иначе мои визиты раскрылись бы в первый день. Прохожу мимо Аси, почти расталкивая других виллис. В отличие от нее, другие невесты вовсе не против того, чтобы я это увидела, кто-то даже говорит:

-Ты ведь в первый раз? Иди, посмотри.

-Пропустите ее, она в первый раз.

Меня пропускают, и вскоре я вижу русалок, стоящих кольцом вокруг дерева. В нос ударяет ужасный запах, невероятно, тут точно есть кто-то живой. Не может так вонять от мертвого, хоть он сколько времени проведет в мире живых. Да еще я чувствую тепло. Так странно ощущать его здесь, среди холода Неупокоенных. Приглядываюсь и понимаю, кто смеется так громко и уже давно. Множество русалок буквально облепили молодую живую девушку. Они привязали ее к дереву, да еще дополнительно держат за руки и за ноги. А она отчаянно пытается вырваться и захлебывается смехом, потому что ее... щекочут во всех местах сразу много русалок. Какое-то время я стою, завороженно глядя на происходящее, не понимая смысла. Это какой-то ритуал? Зачем это нужно? Замечаю, что не смотря на смех, девушке это как будто вовсе не нравится. Она напрягается всем телом, пытаясь вырваться или хотя бы увернуться от щекочущих пальцев. Но не так-то просто вырваться, когда по пять-шесть русалок удерживают каждую конечность. Она и на миллиметр отодвинуться не может. Некстати вспоминаю, как еще в детстве меня щекотал Илья. Я не могла вырваться, тогда мне больше всего на свете хотелось, чтобы это прекратилось. Потом даже сердце болело. А эту девушку, кажется, щекочут давно. Это ее смех я слышала, когда шла сюда. Постепенно хохот девушки все больше сменяется визгом. Может, ей уже хватит? Вдруг ей плохо будет? Интересно, зачем это нужно, и когда русалки ее отпустят? Пытаюсь в толпе русалок разглядеть Марину, но нигде не вижу ее. Хотя она должна быть со своими, здесь же кого только нет. А русалки сейчас явно в главной роли. Может, у меня получилось бы уговорить ее прекратить это? Или это не в ее власти? Остальных происходящее, кажется, устраивает. Зато мне удается разглядеть Степана - он стоит, опустив глаза, за деревом, вдали от всех. Мне не пробраться к нему через толпу, а жаль, он объяснил бы мне, в чем дело. Но я теперь и к Асе назад вернуться не могу, так напирают сзади. Замечаю, что запах о девушки становится слабее. Интересно, это потому, что здесь неживых слишком много, или я просто привыкаю? Степан же как-то привык. Скорее бы закончилась эта экзекуция, сколько же можно? Слышать больше не могу этот визг. Хотя он уже становится тише и переходит в хрипы. Бедная, она даже кричать больше не может.

-Еще долго? - спрашиваю я у стоящей рядом виллисы.

-Нет, уже скоро.

Смотрю на девушку, она вся красная, еле дышит сквозь визг и хрипы. Неожиданно несколько русалок со смехом отпрыгивают в сторону, затем встают сбоку и продолжают щекотать. Оказывается, бедная жертва описалась. Неужели они не перестанут даже теперь? Сколько еще она выдержит? Оглядываюсь и вижу рядом со мной Мирту и Галю, внимательно смотрящих на меня. Они наверняка хотят стоять в первых рядах. Не успеваю ничего сказать, как королева опережает меня и приказывает:

-Стой молча и спокойно.

Хочу возразить, что невозможно в такой момент стоять спокойно, но замечаю, что почти не чувствую запаха живых. Тепло тоже ощущается все слабее. Удивленно смотрю на девушку - ее тело бьется в судорогах, на губах выступает пена.

Делаю шаг вперед, но меня хватает за руку Мирта.

-Стой спокойно, - холодным голосом повторяет она.

-Пусти меня! Она умирает!

-Да, и тебе нечего вмешиваться, - подтверждает королева, одной рукой хватая меня за талию, а второй зажимая мне рот. Пытаюсь вырваться, но королева оказывается очень сильной. На всякий случай стоящие рядом виллисы хватают меня за руки. Некоторое время пытаюсь сопротивляться, не ожидала такого от них. Вдруг меня захватывает ощущения необыкновенного предвкушения. Вместо боли, мучающей меня всю ночь, по телу идут волны удовольствия. Толпа сзади нас напирает сильнее, мои руки отпускают, но и обмякаю в руках Мирты, чувствуя только усиливающемуся наслаждению. Медленно растекаясь по всему телу, оно резко взрывается, затопляя всю меня без остатка волной блаженства. Вскрикиваю, а Мирта со стоном опускает меня на траву. Несколько секунд я таю от удовольствия, зачем оно постепенно начинает спадать. Не хочу отпускать его, но волна словно спадает, проходя по телу в обратном порядке. Замираю, пытаясь насладиться последними мгновениями. Когда все заканчивается, я медленно встаю. Вот это да! Было круто! Это так оргазм сразу во всем теле! Только потом еще и сердце не болит! Осекаюсь и вспоминаю, почему у меня больше не болит сердце. Оглядываюсь на девушку - она лежит бездыханная, глядя застывшим взглядом в небо. Ужасного запаха нет и тепла тоже. Только холод. Холод от окружающих меня Неупокоенных. Резко оборачиваюсь к Мирте, но она успевает схватить меня за руку и притянуть к себе.

-Если ты еще не поняла, мы здесь для этого и собрались, - холодно говорит королева, - надеюсь, теперь ты поняла, для чего это нужно, и больше не будешь истерить. Советую придержать язык и не лезть, куда не следует, иначе я приму меры. Мне от тебя проблемы не нужны. Пользы от твоих трепыханий все равно не будет. А теперь иди прогуляйся и возвращайся, когда все обдумаешь и успокоишься.

Мирта отталкивает меня и уходит вместе с Галей. Остальные Неупокоенные также расходятся. Я тоже не собираюсь оставаться здесь. Бросаюсь в лес, вроде в том направлении никто еще не пошел. Надо побыть одной, иначе я сойду с ума. Поверить не могу, что это было со мной. Я присутствовала при убийстве! У меня на глазах убивали девушку, а я ничего не сделала! Где была моя голова? Как я могла так долго ничего не понимать? О чем я думала? Почему сразу не вмешалась? Мне же в первую встречу Мирта сказала, что легче становится от убийств! Как я могла не понять, к чему приведут меня ощущения облегчения и предвкушения? И сегодня виллисы обсуждали, что мне повезло, что у русалок будет! Как я могла сразу не понять? Мне все сто раз объяснили! А я проснулась и, почувствовав себя лучше, пошла за дальнейшим облегчением! И получила его, но какой ценой?! Как я могла?!

Глава 8

-Успокоилась? – спрашивает меня знакомый голос, - хватит, возьми себя в руки.

Поднимаю голову – передо мной стоит Степан.

-Ты тоже там был, - говорю я, - как ты мог?

-Как и все. Как и ты.

-Я ничего не знала! – вскакивая, возмущаюсь я, - если бы я могла предположить! Если бы я поняла раньше! Но ты! Ты все знал! И ничего не сделал!

-Я не мог ничего сделать. Как и ты.

-Тогда зачем ты пришёл? Зачем участвовал в этом?

Ревенант молчит, и я продолжаю кричать:

-Да! Конечно! Ты пришёл туда ради удовольствия! Цена не имеет значения, верно!

-Ради избавления от боли. Как и остальные.

-От боли? А сколько боли ты был бы готов вытерпеть, если бы для избавления от неё нужно было бы убить твою жену?

Пару секунд Степан удивительно молчит, потом серьёзно отвечает:

-Сколько понадобится.

Задыхаясь от возмущения, я взмахиваю крыльями и взлетаю. Этого ещё не хватало, только упасть с высоты мне нужно для полного счастья. Пролетев несколько метров, осторожно спускаюсь на землю и подхожу к ревенанту.

-Значит, всех можно убить кроме неё, да? – продолжаю я ругаться.

-Я никого не убивал, - парирует Степан.

-Но и не помешал.

-Я не мог.

-А если бы они убивали твою жену? Не верю, что ты бы также стоял и рассуждал, что ничего нельзя сделать!

-Я и тогда бы ничего не смог изменить. Боюсь, никто даже не согласился бы уничтожить меня раньше её. Поэтому ради её безопасности я принимаю кое-какие меры.

Поняв, что с ним бесполезно спорить, я машу рукой и сажусь на пень.

-Потом поговорим, - говорит полицейский и уходит.

Я вытирают слезы. Все-таки он такой же, как и другие Неупокоенные, глупо было пытаться объяснить что-то. А ведь Степана многие Неупокоенные считают чуть ли не святым! Святой он, как же! Продолжаю плакать, и не сразу замечаю, как ко мне подходит Марина.

-Презираешь меня? – резко спрашивает она.

Я качаю головой. Уже ничего не чувствую, ни к кому, только слабость и безразличие ко всему.

Русалка садится рядом и продолжает:

-Жаль, что именно наше убийство стало твоим первым разом.

У меня на глазах опять выступают слезы. Какая разница, чьё убийство? Важно, что оно было, и мы все в этом участвовали.

-Я знала, что ты так отреагируешь. Думала, ты со мной общаться больше не захочешь.

Ага, а с собой мне тоже не общаться? Я сама всю пользу от этого поимела!

-Я тебя не видела во время… того… когда это происходило, - говорю я.

-Да. Стараюсь быть в стороне во время наших убийств.

-Зачем? Что это меняет?

-Ничего… просто… хотя бы не видеть и не слышать, как…

-То есть предпочитаешь делать вид, что ничего не происходит? – повышаю я голос, - при этом пользуясь результатами убийства?

И ведь она не одна такая! Степан тоже стоял отдельно от своих! Как удобно делать вид, что они не при чем!

-Да зачем лезть в гущу событий? – спрашивает русалка, заметив мою реакцию, - ничего не изменится от того, будешь ты стоять рядом или нет. Имеет значение только…

-Что?

- Две вещи. Убиваешь ли ты лично. Тогда эффект сохраняется дольше и ярче ощущения сразу после убийства. Второе – присутствуешь ли ты вообще. Если нет – эффект почти не заметен, незначительное облегчение. Удовольствия после, конечно, нет.

-Почему меня не предупредили??? Я бы не пошла!

-Посмотрим, как ты не пойдёшь в следующий раз.

-Будет следующий раз? Нет!

-Конечно, будет. И много.

-Нет, я не выдержу!

-Ничего нельзя изменить. Это реальность. Успокойся и возвращайся к своим. Понятно, тебе сложно привыкнуть, но постарайся не ссориться из-за этого с виллисами и тем более с королевой. Ты все равно будешь играть по этим правилам, потому что других нет. А осадочек останется.

-Мне плевать.

-Жанна, думай головой. Эмоции ни к чему не приведут. Иди к своим. Мне тоже пора возвращаться. Мы ещё поговорим потом, когда ты успокоиться. Хорошо?

Я киваю, хотя не понимаю, о чем с ними можно разговаривать. Русалка уходит, я тоже поднимаюсь и иду к виллисам. Хоть и не хочется их видеть, я не могу сидеть здесь вечно. Среди невест я закутываюсь в покрывало и сижу так до ночи одна. Ася сочувственно поглядывала на меня и один раз хотела подойти, но Мирта приказала оставить меня в покое. И хорошо, не имею желания общаться ни с кем из них.

Утром я просыпаюсь окончательно смирившейся со случившимся. Это уже произошло, я ничего не могу изменить. Но сейчас мне хорошо, у меня ничего не болит. Раз это не продлится долго, надо пользоваться моментом. Когда мне станет плохо, я точно буду не в состоянии что-либо выяснить. А мне нужно знать, что имел ввиду Меркурьев. Я должна убедиться, что не ошиблась в нем. Но как быть? На Степана я вчера наорала, подходить к нему с просьбой не совсем уместно. Идти к Фаине Карповне? Но теперь ей нет смысла мне помогать. Если бы я могла пробраться в мир живых сама! Но даже если бы и могла – как скрыть это от Мирты? Напряжение между нами все растёт, куда больше? Жаль, что отношения с ней не сложились, будь все по-другому, она могла бы мне помочь. Если бы мы нашли общий язык. В конце концов хорошие отношения со своей королевой – в моих интересах. Надо будет как-нибудь с ней помириться. И не усугублять ситуацию ещё больше. А значит – мои посещения мира живых надо тщательно скрывать. А сделать это без ревенанта и старушки Семёновны я не могу. Жаль, что я с ней поближе не познакомилась, можно было бы обойтись без Степана. Хотя вдруг кто-то увидит, что я хожу к домашним и расскажет Мирте? Глупо так прятаться, прямо детский сад. А что делать? И как только полицейскому удается, не скрываясь, общаться с домашними? Его и без того недолюбливают за жизненную позицию. А тут вдруг можно без последствий и только ему! Странно! Но, как ни крути, у меня сегодня обойтись без Степана не получится. Как-то он меня встретит? Может, хитростью попробовать? Но ведь он умный, поймёт и разозлится. А выбора нет. Пойду к нему, пока эффект от убийства ещё действует. Надеюсь, что нового не будет, но и как быть, когда это вернётся – не представляю. Лучше об этом не думать.

Чтобы не убегать от своих демонстративно, до обеда сижу с виллисами и болтаю со всеми понемногу. Когда даже Мирта и Галя начинают смотреть на меня без недоверия, рассказываю Асе, что мне надо извиниться перед ревенантом за свое вчерашнее поведение. Убеждаюсь, что мои излияния насчёт того, как я вчера была не права слышало не меньше десятка виллис, ухожу на поиски полицейского. Я почти не сорвала. Мне действительно придётся извиняться перед ним, да и моё вчерашнее поведение было настоящей истерикой, от которой мне один вред. Обхожу весь лес, но нигде не могу найти ревенанта. Надеюсь, он сейчас не у Семёновны? Или того хуже – уже в мире живых? Тогда плохо моё дело. Но шанс ещё есть – надо искать Степана у лесовиков, один из них ему вроде друг. Только бы мне не встретить того злобного, вот уж кто мне не обрадуется. А деваться мне тут будет некуда, летать я толком так и не научилась. Не считать же полётом вчерашние несколько метров. Навстречу мне дует сильный ветер, и я понимаю, что я на верном пути. На всякий случай стараюсь идти по краю леса, и на полянке встречаю лесовика. К счастью, не Яна, а Евсея, с которым и разговаривал ревенант на этой самой поляне. Выдыхаю с облегчением. Повезло мне.

-Здравствуй. Где Степан? - говорю я удивленному лесовику.

-А зачем он тебе? - уточняет Евсей.

Так как он уже знает о моих хождениях с полицейским и даже помогал нам, решаю говорить почти правду.

-Пойти с ним в мир живых.

-Он собирался пойти один.

-К жене? Его Семеновна послала?

-Что ты об этом знаешь? - прямо спрашивает лесовик.

-Не всё, но достаточно, - отвечаю я, - и сегодня мне опять нужно пойти вместе со Степаном. Где он?

-Уже ушел.

-Как? Давно?

У меня просто руки опускаются. Как я могла опоздать? Зачем я потратила столько времени на виллис и упустила хороший момент? Если даже я дождусь, пока ревенант вернётся, он не пойдёт со мной в мир живых ещё раз. И одну меня не отправит – мне же потом запах убирать надо! А если не сегодня, то когда? Когда опять начнётся боль, мне ни до чего будет!

-Да нет, только что, - отвечает Евсей.

-А как он пойдёт в мир живых, - воспрянув духом, кричу я, - от Семёновны или через избушку?

-Через избушку, - удивлённо говорит лесовик.

Быстро благодарю старика и бегу к избе с костями. Успеваю как раз вовремя – Степан заглядывает в окошко.

-Подожди, не уходи! – кричу я.

-Ты? – удивляется полицейский, - откуда?

-Я искала тебя.

-Зачем?

-Хотела извиниться за вчерашнее.

-Не за что извиняться. Первый раз многим сложно принять, а таким как ты тем более.

-Я не должна была приплетать твою жену.

-Забудь, проехали. Мне пора.

-Куда ты? К ней?

-Да, - неохотно отвечает полицейский.

Я наблюдаю, как в избушке появляется дверь и понимаю, что времени на уговоры почти не остаётся.

-Ты специально идёшь к ней сразу после убийства? – спрашиваю я, - пока тебе не больно?

-Да, специально. Но дело ещё и в запахе.

-В чем?

-В запахе живых. Он переносится легче в первые дни.

-А ты мне говорил, что ты привык!

-Пошутил, - усмехается ревенант.

-Но я чувствовала ту девушку, пока она не умерла.

-Я тоже. Но именно до смерти. А теперь будет легче.

-Не очень верится.

Степан закидывает в избу пару гостей земли и говорит:

-А от меня чего ждёшь? Что я предложу тебе пойти со мной в мир живых и убедиться самой? Ты ведь мне для этого зубы заговариваешь?

-Да, я действительно опять хочу пойти туда. А после того, что ты сказал насчёт запаха тем более. Меня это так останавливало!

-Да, если два предыдущих раза тебе этот аромат не помешал, то теперь ты ещё больше будешь туда рваться. Но почему опять через меня?

-А через кого? Не через Мирту же.

-Жанна, послушай, у меня свои дела. Я не хочу решать твои проблемы. И тебе нечего делать в мире живых, твоё место теперь здесь.

-Боюсь, в мире Неупокоенных мне нет места, - грустно говорю я.

-Ты просто его ещё не нашла.

-Сложно будет найти его, когда там происходят такие вещи как вчера.

-Они и будут происходить, - отвечает Степан, запрыгивая в избушку , - придётся привыкнуть.

-Я как раз и пытаюсь это сделать, - кричу я, подбегая ближе, - отвлекаюсь от мёртвых на проблемы живых.

-У живых всегда много проблем, ты их не решишь.

-Я и не пытаюсь решить! Я хочу узнать!

-Что?

-Помнишь, ты говорил мне, что “Фиалка” больше не моя?

-Ну?

-Я просто хочу убедиться, что оставила её в надёжных руках. Узнать, обманул меня мой друг или нет.

-А если да? Если друг оказался вдруг? Тогда что?

-Тогда… ничего.

-И что тебе даст эта информация?

-А что тебе дают походы к жене? Зачем-то тебе это надо? А мне нужно знать, тому ли я доверила самое дорогое.

Ревенант молчит, а я продолжаю:

-Я все равно попаду туда. С тобой или без тебя. Но ты можешь мне помочь скрыть это, это ведь и в твоих интересах. Тебе тоже есть, что скрывать.

Полицейский вздыхает и молча подаёт мне руку. Быстро взбираюсь в избушку, я совсем забыла, как здесь тесно. Хорошо, что в этот раз нас здесь только двое. Шарю руками по полу и нахожу знакомую кость.

-Вот она! – радостно кричу я, поднеся её к окну, - это моя!

-Что? – удивлённо переспрашивает ревенант.

-С такой внешностью я ходила в мир живых в первый раз. Хочу и дальше также.

-Тебе это важно?

-Ещё как!

-Хорошо, мне все равно.

С этими словами Степан шлепает меня по боку, и я чувствую, как пропадают крылья и ужасные ноги. Сразу кладу руку на сердце и слушаю, как оно бьется. В это время полицейский поднимает с пола кость и, взмахнув рукой, бросается на пол. Я внимательно наблюдаю за ним. Интересно, смогла бы я сама так? Или у меня что-нибудь не получится? Смогла бы я сама пройти в мир живых без Степана? Вряд ли, хотя мне бы очень пригодилось это умение. Наверняка его научила Семеновна. Интересно, для чего она помогает ревенанту, который практически изгой? Для чего ей это? Или он стал изгоем после того, как стал проворачивать какие-то дела с ней?

-Ты опять пойдешь в свою кофейню? - спрашивает полицейский, поднимаясь с пола.

Внешность у него та же, что и в прошлый раз в мире живых, но теперь на нем современная полицейская форма.

-Наверное, - отвечаю я, - а ты в таком виде пойдешь?

-Да, сегодня так. Тем более с тобой. Чувствую, у тебя какие-то планы.

-Мне всего лишь нужно узнать, не обманул ли меня Илья!

-Каким образом ты собралась это сделать?

-Поговорить с Вадимом Львовичем! Только он точно знает, за какую сумму он сдал нам помещение.

Знать-то он, может, и знает, но с чего бы ему это тебе рассказывать.

-Ерунда, придумаю что-нибудь. Мне лишь бы найти его и поговорить с ним. Правда, для этого придется ехать в Лаковск.

-Зачем ехать? - спрашивает ревенант, протягивая мне мобильный телефон, - можно позвонить.

-Отсюда? - удивляюсь я.

-Нет, конечно. Отсюда не получится. Ложись.

Сжимая телефон в руке, я залезаю в корыто. Степан пытается лечь рядом, но мы не помещаемся даже вдвоем, и он устраивается сверху.

Встаю с земли и понимаю, что что-то не так, как в предыдущие разы. Оглядываюсь, не сразу соображая в чем дело, но тут вспоминаю - запах! Он ощущается всего лишь как слабый и неприятный. Нет жуткой вони, которая отравляла раньше пребывание в мире живых! Ничего себе разница! Тут же вспоминаю, откуда взялась разница, и настроение портится. Надо скорее делать то, для чего я сюда пришла. Лезу в интернет на телефоне Степана и смеюсь.

-Ты что? - озадаченно спрашивает ревенант.

-Если бы мне кто-то при жизни сказал, что я смогу два не заходить в интернет, я бы не поверила! А я ведь даже не вспоминала про него!

-Да, как видишь, без интернета можно обойтись.

Можно, но в мире живых без него тяжело. Как бы еще я нашла номер Вадима Львовича и объекты, которые он сдает? Помещение под филиал “Фиалки” в Лаковске нашел Илья, я почти не занималась этим. Набираю номер, только бы он взял трубку. Иначе где его искать, даже если я и приеду в Лаковск? К счастью, не проходит и минуты, как в трубке раздается мужской голос:

-Слушаю.

-Вадим Львович?

-Да.

-Я хочу арендовать помещение на Красной улице.

-Поздно, сдали уже месяц назад.

-Как? Уже? Конечно, за тридцать пять тысяч в таком месте наверное сразу желающие нашлись!

-Кто вам сказал, что за тридцать пять? За пятьдесят.

-Вы уверены? – не выдерживаю я, - не за шестьдесят пять?

В трубке слышится смешок, и Вадим Львович говорит:

-Девушка, вас не понять. То за тридцать пять вы хотите, то за шестьдесят пять. Вы сумму из головы берете? За тридцать пять у меня на Морозовской помещение, это спальный район.

-Угу,- шепчу я, - а на Красной, в центре, за пятьдесят было, да?

-да

-Ясно, спасибо Спальный район мне не подойдет.

Вне себя от возмущения, я возвращаю Степану телефон. Не может быть! Если бы я не слышала этого лично и от Вадима Львовича, и от самого Меркурьева, я бы не поверила! Он обманул меня! Обманул в том, что касалось нашей фиалки! А я-то дура, почему сама не занялась всем? Почему хотя бы не потребовала от Меркурьева показать документы? Я должна была все делать сама или хотя бы держать под контролем! Но если и Илье нельзя доверять, кому тогда можно? Но как он мог, это касалось нашего общего дела! А что ещё он мог? Нет, глупости, наверняка это первое предательство Ильи, уж не знаю, что за бес его попутал. Пытаюсь успокоиться, но ведь если я не разберусь, потом еще больше себя накручу! И Степан итак сделал мне большое одолжение, что привел меня в мир живых и помогает что-то выяснить, а ведь он собирался увидеть жену. Нужно не теряя времени узнать все, что можно про Илью. А чем еще занимался только он без моего контроля? Зарплаты сотрудников! Я ахаю. Нет, не мог он и здесь меня обмануть! Разворачиваюсь и бегу к “Фиалке”.

-Стой! - кричит полицейский, - куда ты?

-Мне нужно еще кое-что проверить.

Ревенант догоняет меня и останавливает.

-Каким образом? - спрашивает он, - забыла, что тебя там не узнают и никаких прав ни на что у тебя больше нет?

-Не забыла! - резко отвечаю я, выдергивая руку, - но с людьми поговорить я могу!

-Я не пущу тебя туда одну.

-Ты мне помешаешь. Я хочу расспросить сотрудников о зарплате. Боюсь, что твоей формы испугаются и не будут откровенны.

-Возможно. Но и одна ты не пойдешь. Тем более не в таком состоянии. С тебя хватит устроить там скандал, я потом не разгребу. Сделаем так: сначала зайду я и сяду пить кофе. Потом придешь ты и спокойно поговоришь с кем надо, затем выйдешь и будешь ждать меня на улице. Но ни на минуту ты не останешься в кофейне одна.

Видя, что он настроен решительно, я соглашаюсь.

-Заходи через несколько минут, - говорит ревенант и скрывается за дверью “Фиалки". Время словно остановилось. Но я не могу зайти слишком рано и все испортить. Если Меркурьев что-то напортачил с зарплатами или оформлением сотрудников, лучше, чтобы меня не связывали с появлением там полицейского. Они и просто постороннему человеку вряд ли так сразу скажут. Как же спросить об этом?

Наконец я захожу в фиалку и вижу Алёну. Как хорошо, что у меня другая внешность, не та, что была при моем первом визите сюда! Теперь она меня не узнает, и я могу

-А вам официантки не требуются? – спрашиваю я.

-Требуются, только не здесь, а в Кадигорске.

-Ничего, я могу поездить, - говорю я, - три года так моталась, из них полтора как раз работала официанткой в кофейне.

-Хорошо, но это вам к Илье Артемовичу надо подойти, он завтра с утра будет.

-Спасибо, - отвечаю я, - а как там с зарплатой?

От услышанной суммы у меня почти падает челюсть, мы с Ильей обсуждал совсем другую. Хорошо, что его сейчас нет в “Фиалке", а то и присутствие ревенанта меня бы не удержало.

Под взглядом Степана выхожу из фиалки. Он обманул меня! И здесь тоже! А где ещё? Что ещё мог Меркурьев делать за моей спиной? Если бы я могла все проверить! Если бы вернуть все назад! Я бы перевернула всю фиалку вверх дном, допросила всех сотрудников, поставщиков и вообще всех! Я бы все выяснила и исправила! Меркурьев вылетел бы у меня ещё до конца рабочего дня! Я бы быстро навела порядок!

Из "Фиалки"выходит Степан и сочувственно спрашивает меня:

-Узнала что-то важное?

-Он и тут обманул меня, - отвечаю я, хватая его за руку, - и тут тоже, а где ещё? Как это могло произойти, он же мой лучший друг! Моя опора с самого детства! Самый надёжный человек в окружении, я никому не смогла бы доверять так!

-Даже своему жениху?

-Роме? Не совсем… я…

Запутавшись, я отпускаю руку ревенанта и начинаю быстро объяснять:

-Рома просто появился в моей жизни после Ильи и “Фиалки”. Я так старалась ввести его в курс дела, чтобы мы могли заниматься фиалкой вместе. Все могло бы быть так хорошо, если бы я не умерла так не вовремя.

-Это всегда не вовремя, если не в сто лет.

-Но я могла бы все исправить, если бы сейчас была жива! А теперь все сойдёт Меркурьеву с рук!

Если бы ты была жива, ты скорее всего ни о чем бы не узнала.

-Но могла узнать! Случайно, например. И могла все изменить! А теперь поздно! Или, может, есть способ? – с надеждой спрашиваю я Степан.

-Исключено, даже не мечтай, - грозно отвечает полицейский, меняясь в лице, - если ты попробуешь вмешаться в дела живых в их мире, тебя быстро уничтожат. Вообще, понимаешь? Не будет как сейчас. Никак не будет. И я даже не подумаю помогать тебе, наоборот. Сделаю все, чтобы устранить помеху.

От возмущения я не знаю, что ответить. Это я помеха? Чему? Его походам к весёлой вдове? И он действительно готов убивать ради этого? Не верю, с его-то характером.

-Ты хоть раз делал это? – наконец произношу я.

-Нет. Я только видел это один раз. Больше желающих не было. И, думаю, долго не будет, если ты не сделаешь глупость. Так что советую тебе успокоиться. Ты узнала, что хотела? Можем возвращаться?

-Да, но… ты хотел навестить жену.

-Один пойду. Сначала тебя отведу назад.

Мне нечего возразить, мы отходим в безлюдное место, и Степан переносит нас в избушку. Он поднимает с пола бутылку и обрызгивает нас водой.

-Ты у Семёновны бутылку забрал? – спрашиваю я.

-Она сама предложила. Сказала, что ты ещё придёшь.

Семёновна хочет покрывать мои походы в мир живых? Зачем? Мне показалось, она сначала против была. Ей от меня что-то нужно? Узнать бы, что за дружба у неё с ревенантом, может, я поняла бы, с чего такая благосклонность ко мне.

-Зачем это ей? – спрашиваю у Степана, не особо надеясь на ответ.

-Не знаю. Она всегда новыми виллисами интересуется.

Да уж, я долго буду вникать в отношения между существами в мире Неупокоенных. А чем мне ещё заняться? Фиалки у меня больше нет, ничего нет. Только крылья и копыта. А дело моей жизни осталось в руках того, кого я считала лучшим другом и идеальным кандидатом на эту роль. Я ошиблась, и не знаю, как там будут идти дела дальше без меня. Выхожу из избушки и задумчиво говорю Степану:

-Ты сказал, что я и не узнала бы ни о чем, если бы была жива. Но мне теперь кажется, что было столько возможностей все узнать. Да даже Рома часто говорил мне, что Меркурьев меня обманывает, а я не верила. Зря!

-Он ещё обвинял его в твоей смерти из-за желания присвоить твою кофейню. Тоже поверишь?

-Ты что? Илья не мог! Он не убийца!

-Может быть. Мне пора.

-Ты правда думаешь, что я могла ошибиться в лучшем друге настолько? Обманщик и убийца – это большая разница.

-Ничего не могу утверждать. А быть может что угодно. Я при жизни всякого навидался.

Прощаюсь со Степаном и ухожу. Кого я спрашиваю, человека, которого убила собственная любимая жена? Да ещё он при жизни в таком месте работал. Конечно, он кого угодно в убийцы запишет.

Глава 9

Утром я твердо решаю любым путем опять вернуться в мир живых, чтобы убедиться в невиновности Меркурьева. Если ревенант опять будет отказываться, я уже не знаю, как его уговаривать. Жалко ему, что ли? Можно подумать, к нему с такими просьбами обращается каждая вторая виллиса. Сам он сразу знал, кто его убил. Неужели не понимает, что я не успокоюсь, пока не узнаю? Пребывая в мыслях об Илье и Степане, я не сразу замечаю, что остальные виллисы чем-то встревожены. Особенно возбуждена Галя, она так ожесточённо спорит с Миртой, что, мне кажется, они сейчас подерутся. Прислушиваюсь, но ничего не могу понять. Галя убеждает Мирту, что она не должна этого делать, а королева отвечает, что это её обязанность. Надеюсь, они не планируют очередное убийство. Или какие ещё у королевы могут быть обязанности? Подхожу к Асе и спрашиваю, что происходит.

-Сегодня у нас будет новенькая, - отвечает она.

-Кто?

-Еще одна виллиса.

-Ещё одна… это плохо?

-Что хорошего в смерти молодой девушки?

-Да уж, ничего, - соглашаюсь я, - но почему ругаются Мирта и Галя?

-Мирта помогает всем новоприбывшим, особенно когда у них начинается.

Меня передергивает при воспоминании, как это было у меня. Да я сошла бы с ума, если бы не Мирта. Мысль о том, что окончательно избавило меня от страданий, приводит меня в еще большее уныние, и я возвращаюсь к теме:

-Да, помню, она мне классно помогла. Но из-за чего тут ругаться?

-Понимаешь, сейчас сезон свадеб. Каждый год так.

-Естественно, ну и что?

-И есть большая вероятность, что именно в этот сезон появятся новые виллисы. И у каждой из них через какое-то время начинается. А Мирта должна им помогать.

-Это я знаю. Галя чем недовольна? Хотя, по-моему, довольной я ее еще не видела.

-Увидишь. Просто каждый свадебный сезон она... напряжена. И ее можно понять. Галя переживает за королеву. Ведь единственная возможность для Мирты избавить новенькую от мучений - это взять их на себя. И когда у нас появляются две виллисы с небольшим промежутком, Мирта просто не успевает восстанавливаться, чтобы помочь им.

-И что предлагает Галя? Не помогать новеньким? Пусть мучаются?

-Ну, не так резко... просто она хочет, чтобы Мирта себя пожалела. Нам-то каждый раз нелегко видеть это, а Галя очень любит королеву, они лучшие подруги. Ей тяжело видеть мучения королевы.

Ничего себе лучшие подруги! - восклицаю я, - да в ту ночь, когда у меня началось, и Мирта всю ночь возле меня сидела, Галя потом к ней даже не подошла! Я просыпалась утром и видела, что все остальные были очень далеко от меня и Мирты.

-Тихо, не кричи, тебя же услышат. Естественно, что никто не подошел, а ты хотела, чтобы и им тоже стало плохо? Не все такие, как Мирта! Я бы не смогла. Но на то она и королева.

-А я бы подошла.

-Я посмотрю, как ты подойдешь.

-Посмотрим.

-Это все теория. Говорить всегда легко.

-Может быть.

-Точно говорю! Некоторые пытались, но больше пары минут не выдерживал никто, кроме Мирты. Да и ей самой это тяжело. Давай отойдем, я тебе что расскажу. Три года назад был случай. Две невесты умерли с разницей в 1 день. И почти одновременно у них началось. Королева просто не могла помочь им одновременно без ущерба для себя. И как назло, больше недели подряд никаких убийств. Кого-то из двух приходилось пришлось бы помучиться.

-И кого же выбрала Мирта?

-Себя.

-Молодец!

-Да, но на нее смотреть было страшно. Думали, она не восстановится. Вот Галя и боится сейчас повторения.

-Разве опять погибнут сразу две невесты?

-Нет, сегодня умерла одна. Просто ты появилась совсем недавно. Мирте не хватит сил.

-А по-моему, после убийства русалками девушки она бодра и весела!

-Как и все мы, - парирует Ася, - но если нам еще на пару дней хватит, то королева будет вынуждена помогать новенькой в ущерб себе.

Я стараюсь не задаваться вопросом, что будет, когда закончатся эти пара дней. Если у меня опять начнется, я не выдержу. Но способ избавления еще ужаснее. И что делать? Неужели других способов действительно нет? Или всех просто устраивает этот? Не знаю, но времени лучше не терять. Я должна как можно скорее узнать, был ли Меркурьев причастен к моей смерти. Конечно, я не могу поверить, что это мог быть он! Илья всегда старался меня беречь, он не мог так резко решиться на убийство. Хотя, если он боялся потерять “Фиалку”. Я же сама тогда сказала ему, что завтра ее человеку, которого Меркурьев ненавидит и презирает. Неужели он решился избавиться от меня, чтобы сохранить ее? И ведь ключи от моей квартиры уже два года лежат в кабинете. После того, как я потеряла тогда единственный ключ, и пришлось менять замок, я держу запасные на работе и в квартире у мамы. Илья мог взять их. Только, кажется, это были не его шаги. А вроде похожи... Ладно, бесполезно, я не могу вспомнить. Придется еще раз вернуться в мир живых и узнать, где был мой бывший друг в момент смерти. Надеюсь, Степан мне поможет. Хоть он и против моих походов туда, думаю, ради такой цели он не откажет. Ведь сам-то он ради чего-то пошел работать в полицию? Да и Семеновна почему-то не против. Странная бабуля, но лучше воспользоваться ее неожиданным расположением.

-Ты не думай, что Галя вредная, - говорит Ася, - она неплохая, просто каждый год в эти месяцы она бесится. У нас по несколько новых виллис добавляется в такой период.

Я удивляюсь. Если несколько новых виллис появляется только в осень, за год их должно быть еще больше. Вокруг меня, конечно, толпа умерших невест, но такое количество должно был набраться за несколько лет. Где же остальные? Спрашиваю об этом Асю, и она отвечает:

-Нас было бы намного больше, если бы не периодические войны среди виллис за роль королевы.

-Разве Мирта не всегда была ею?

-Конечно, нет. Меньше пяти лет.

-Надо же. Я думала, этот статус был у нее всегда и как-то передался.

-Что ты. Его беру силой и отдают только вместе с возможностью такого существования.

-Ты хочешь сказать...

-Что были уничтожены и предыдущие королевы виллис и их соратницы.

-Ничего себе. Я думала, мы будем пребывать в таком состоянии вечно.

-Разве ты знала, что виллисы смертны?

-Мне говорили, но я как-то не представляла себе этого. Умереть после смерти... бред.

-Тут многие видели этот бред много раз. И еще увидят.

-Думаешь, кто-то может свергнуть Мирту?

-Надо признать, - говорит Ася, - она так хорошо выполняет свою роль, что за эти годы было всего два покушения. И оба она удачно отбила.

-Это мало?

-Были королевы, на которых восставали не по одному разу в год. И продержались они намного меньше. Мирту любят, особенно новенькие. И их ряды пополняются. Вот, зимой она виллиса хотела поднять бунт, и что? До боя дело не дошло, ее и ее сторонников выдали королеве, та ото всех избавилась. Больше желающих попробовать пока не было.

-Надеюсь, и не будет, - отвечаю я, - еще какого-то бунта с последующей казнью мне не хватало. Здесь итак слишком много убийств.

-Намного больше, чем ты думаешь. Но не советую тебе возмущаться этим. Галя и Мирта так опасаются возможного покушения, что только ищут повода показать свою силу.

-Только не говори, что меня могут за несогласие с местными порядками, не поверю.

-Несогласие бывает разное. Смотря как далеко ты зайдешь.

-Бунт поднимать точно не собираюсь, - со мехом говорю я.

-Очень смешно. Пока ты ведешь себя как бунтарка. Открыто критикуешь наши порядки. Стараешься общаться не с нами, а другими Неупокоенными. Я знаю, ты даже к Домашним ходила и не раз.

Я смеюсь почти в голос и возражаю:

-Ну все, я настоящая преступница. Расстрелять на месте.

-Нет, но это заставляет присматриваться к тебе повнимательней. Сейчас ты вроде успокоилась, это хорошо. Продолжай в том же духе.

-Не придумывай ерунды, - говорю я, - какая из меня бунтарка? Покушения, бои, казни - это не для меня. Не верю, что Галя или Мирта воспринимают это всерьез. А что я не согласна с местными взглядами на убийство - так я не одна такая! Вот хоть ревенант! Он со многим не согласен. Мне говорили, что он ходит и к живым, и к домашним. Все про это знают, и ничего.

-Как сказать - ничего. Никто не одобряет его поведения, особенно по отношению к его вдове. Но ходит он лишь к одной домовухе.

-Фаине Карповне? - уточняю я, стараясь не выдать, что уже знаю Семеновну.

-Нет, Аксинья Семеновна. Это его тёща.

-Что? - искренне удивляюсь я, - тёща?

-Да, умерла лет на пятнадцать раньше его. Из всей родни у нее только и осталась единственная доченька, жена Степана. А потом эта дочка его и грохнула. Когда все узнали, кто его вдова, с интересом ждали развязки. Семеновна просто так свою дочь убить не позволила бы. Назревал конфликт. Которого не возникло из-за поведения Степана.

-Да. Он отказался мстить любимой жене, и теща успокоилась.

-Да. Представляешь, как ни спелись?

-Догадываюсь. Наверное, Семеновна счастлива, что у нее именно такой зять.

-Еще бы. Где только ее дочь откопала такого дурака? Ревенант все про свою вдовушку давно знает, а до сих пор с помощью тёщи ходит в мир живых, чтобы помогать ей.

Я ничего не отвечаю. Отношение Семеновны к полицейскому мне теперь понятно, но зачем она хотела помогать мне? Надеюсь, я к этому семейству отношения не имею? Я им точно не родня? Или меня хотят припахать в помощь вдове Степана? Не хотелось бы... хотя... если взамен я буду ходить в мир живых, наверное, я бы согласилась. Хотя бы один или два раза, пока не узнаю, не убивал ли меня Меркурьев. Постараюсь поговорить об этом со Стеаном или самой Семеновной. Нужно будет только аккуратнее уйти от виллис, а то они уже замечают, что я предпочитаю общаться не с ними. Если Ася права, Мирта и Галя следят за мной. Ну, видимо, не настолько внимательно следят, раз я уж несколько раз ускользнула у них из-под носа в мир живых. В любом случае несмотря на то, что времени остается немного, я должна дождаться появления новой виллисы. Чтобы внимание королевы и остальных переключилось на нее. Если Мирта действительно так опасна, я должна быть осторожнее. А она наверняка уничтожала остальных, иначе куда они деваются? Надеюсь, что сейчас власти Мирты никто не угрожает, наблюдать их разборки мне вовсе не улыбается. А уж тем более участвовать в них.

Я болтаю с Асей и другими виллисами, пока королева не приказывает всем пойти за ней к месту появления новой виллисы. Мы идем на поляну, на которой после смерти проснулась я. С интересом рассматриваю лежащую на траве девушку. Да она совсем молоденькая, ей лет двадцать! А уже умерла! Что с ней случилось? У кого только рука поднялась? Новая виллиса открывает глаза, и я делаю шаг к ней. Помню, в каком ужасе я тут очнулась сама и как металась в одиночестве, пока не встретила Марину. Меня удерживает стоящая рядом виллиса со словами:

-Не ходи. Мирта все сама сделает.

Действительно, королева, в последний раз рявкнув на Галю, подходит к новенькой и опускается на колени возле нее. Я все-таки протискиваюсь поближе и смотрю во все глаза. Сейчас бедная умершая девушка будет в шоке от случившегося и новой внешности. Хоть бы Мирта сумела ее успокоить. Новая виллиса поднимает голову, оглядывается, словно не видя нас. Затем трогает свою фату и удивленно рассматривает платье. Ее рука тянется к подолу, и я замираю - она сейчас откинет его и увидит то, что у нее вместо ног. Но девушка не успевает это сделать, ее останавливает ласкающий голос Мирты:

-Все хорошо, малыш. Успокойся. Ты с нами.

Виллиса разглядывает королеву, затем опять себя и спрашивает:

-С кем, с вами? Где мои платье? Что на мне надето?

Мирта берет ее за руку и отвечает:

-Теперь у тебя другое платье. Как и у нас всех. Потому что теперь ты - виллиса, также, как и мы.

Девушка оглядывается, осматривая присутствующих, и резко садится.

-Одинаковые? Почему? Где я? Где мое...

На замолкает, испугавшись своего резкого взмаха крыльями.

-Потище, малыш, - говорит Мирта, приглаживая новенькой крылья, - ты скоро привыкнешь к своему новому телу и научишься им управлять. Это крылья.

-Крылья? - потрясенно спрашивает девушка, убедившись, что они действительно теперь являются частью ее тела, - значит, я все же умерла? Но ведь я живая!

-Нет, малыш, - отвечает королева, забирая покрывало для новенькой из рук Гали, - ты больше не живешь. Ты находишься в мире Неупокоенных. Нас много, и скоро ты со всеми познакомишься.

-Я не хочу ни с кем знакомиться! Я хочу вернуться домой! У меня сегодня свадьба!

Все переглядываются. Некоторые ахают. Мирта опускает глаза. Галя поджимает губы и демонстративно отходит в сторону. Новенькая непонимающе оглядывается. Королева берет себя в руки и твердо говорит ей:

-Успокойся и выслушай меня внимательно. Вернуться обратно невозможно. Тыостанешься с нами. И сегодня у нас с тобой будет тяжелая ночь.

Я подхожу к Асе, и она говорит:

-Черт! Ну почему именно сегодня!

-Что?

-Почему новенькая умерла именно в день свадьбы? Хоть бы на день раньше!

-Да уж, не повезло, - соглашаюсь я, хотя и не совсем понимаю, чем бы спас ее один день. И за месяц до свадьбы умереть не очень приятно.

-Права была Галя! - продолжает Ася.

-Разве?

-Конечно! Ведь чем ближе даты смерти и свадьбы, тем сильнее начинается!

Я останавливаюсь. Не может быть! Что же будет этой ночью?

-Пойдем, - говорит мне виллиса, - идем обратно, все равно и остальные скоро вернутся.

-Ты говорила, Мирте будет тяжело.

-Не то слово! Ночка будет жуткая! Это тот редкий момент, когда любая виллиса может порадоваться, что она не королева.

-Мирта не может отказаться помогать новенькой?

-В принципе, может. Но она никогда не отказывается, ведь именно в благодарность за эту помощь многие новенькие становятся на ее сторону.

-Так долго помнят одну ночь? - удивляюсь я.

-Не всегда это длится одну ночь. Не всем же так везет с первым убийством, как тебе.

Я хочу возмутиться, что не считаю это везением, но Ася продолжает:

-Да и долго помнить не надо - как увидят расправу после попыток бунта, так и становятся на сторону Мирты.

-Так уверены в ее силе?

-Больше, чем в ком-либо другом. Пока достойной соперницы не нашлось. Смотри, к тебе гости.

Я оборачиваюсь - за деревом стоит Степан.

-Почему это ко мне? - спрашиваю я.

-Да он больше ни с кем из наших особо не общается.

-По-моему, он ни с кем особо не общается, - отвечаю я, - пойду узнаю, что ему нужно.

Подхожу к ревенанту, и он шепчет мне на ухо:

-Пойдем в мой лес, надо поговорить.

Удивляюсь, но иду с ним. Может, Семёновна хочет отправить меня в мир живых? Не зря же она передавала бутылку. Было бы здорово, иначе мне бы пришлось самой уговаривать Степана взять меня с собой, а тут я была бы не при чем. Но оказавшись слседнем лесу, полицейский сообщает мне иное:

-Семеновна послала предупредить тебя.

-Да? А я думала, ты просто сам пришел ко мне.

-Нет, откуда мне знать такое. Я же ревенант.

-Так о чем

Ты хотел меня предупредить?

-У вас же новенькая сегодня?

-Да, совсем молоденькая девочка.

-Когда у нее начнется?

-Сегодня ночью.

-Жуть. Вот почему Семеновна так меня торопила. Будь осторожна.

-В каком смысле?

-Ночью или в ближайшие дни будет бунт виллис.

-Не может быть!

-Почему?

-Да вроде нет желающих.

-Есть. Просто тебе как новенькой говорить об этом не будут. Группа бунтовщиков очень многочисленная, они подготовились неплохо.

-Почему же не нападают?

-Ждут удобного момента. Он наступит, когда Мирта истратит много сил.

-Что мне делать? Предупредить Мирту?

-Ни в коем случае. Ты не знаешь, кто именно, да и пусть нападают, их дело. Но Семеновна считает, что верх одержит все же Мирта.

-Да, мне говорили, что предыдущие восстания она подавляла успешно.

-И в этот раз будет также. Поэтому становись на ее сторону.

-Я не хочу становиться ни на чью сторону. Не собираюсь в этом участвовать.

-Такого варианта нет, Жанна. И не мешкай. Мирта и ее сторонники не должны сомневаться, что ты на их стороне.

-С этим проблема. Кажется, они мне не доверяют. Одна виллиса говорила, что я вежу себя, как бунтарка.

-Ничего страшного. Главное - на чьей стороне ты будешь в битве.

-Я не хочу битву! Что я там буду делать? Я последний раз дралась в глубоком детстве!

-Ты быстро сориентируешься. Главное - сразу встань на верную сторону, чтобы тебя ни в чем не заподозрили.

-А можно это как-нибудь предотвратить?

-Нет, нельзя. Просто будь готова.

-Стёпа, я не хочу!

-Меня тоже в этом мире многое не устраивает. Ничего не поделаешь.

-Я лучше вообще к ним не вернусь, с тобой пойду!

-Ты с ума сошла, Жанна? Так нельзя! И не волнуйся, это нервное и неприятное событие, но ты справишься. Семёновна в тебе уверена.

-Зато я сама нет! И если она так уверена, зачем послала тебя предупредить меня?

-Чтобы ты не погибла по неопытности, ты ведь еще не все знаешь про виллис.

-Но кое-что знаю! Что после бунта казнят зачинщиков, например!

-Да как правило, не после, а еще во время. Но разве в такой ситуации можно поступить иначе? Но ты не переживай, власть везде имеет свою цену, и в мире живых, и у нас.

-Вот это меня и смущает! Что даже после смерти можно умереть!

-Это до первого раза, потом уже не удивляет. Это не совсем такая смерть, как у живых.

-Да мне никакой не хотелось!

-Мне тоже. Но виллисы, которые поднимают восстание, знают, чем они рискуют. Это не сравнить с насильственной или случайной смертью, из-за которой мы сюда попали.

-Да какая разница, если последствия хуже! Это ведь будет совсем навсегда?

-У виллис - да. У других возможны варианты. И они сами идут на этот риск.

-На что они рассчитывают? Я бы не рискнула?

-Я бы тоже. Я достаточно потерял в мире живых, чтобы терять еще и здесь. Но так рассуждаем мы с тобой. У некоторых другие мотивы.

-Я их не понимаю! Кто бы ни победил, будут жертвы! В любом случае!

-Не понимаешь - твои проблемы. Смирись. Это теперь твоя реальность.

-К черту такую реальность! - восклицаю я, - зачем она вообще нужна? Лучше сразу нормальная смерть, чем такое!

-Правда? А только что ты говорила, что не понимаешь невест, рискующих так.

-Я не это имела в виду.

-Понимаю, - отвечает ревенант, - но мне пора идти. Успокойся и смирись. Не делай глупостей. Лучше нам будет в следующий раз увидеться уже после бунта.

-То есть возможно не увидеться, - мрачно говорю я.

-Все будет хорошо, вот увидишь. Не переживай. Пока.

Полицейский поворачивается, чтобы уйти, но тут я вспоминаю, что хотела поговорить с ним совсем не об этом, и кричу:

-Степан, стой! Мне нужно опять попасть в мир живых!

-Нет, только не это.

-Именно это и прямо сейчас! Я должна знать, убил меня тот, кого я считала лучшим другом или нет!

-Как ты собираешься это выяснить?

-А ты не понимаешь? Ты же полицейский! Узнаю, где он был в тот момент, когда меня убивали.

-Каким образом?

-А я уже придумала! Точно знаю, у кого спросить.

-Так тебе и сказали.

-Уж поверь! Я знаю подход к этой женщине.

-А она откуда знает? С ним убивать ходила?

-Нет, но она очень заинтересованное лицо. Должна знать.

-Насколько заинтересованное? Сама она могла тебя убить?

-Нет, что ты. Ей бы ни сил, ни здоровья не хватило. Это его мать.

-Ты фантазерка. Ничего не получится.

-Получится! - возражаю я, - даже если и нет, лучше попробовать, иначе я себя с ума сведу, гадая, Илья лишил меня жизни или нет. И сделать это нужно сейчас, пока прошло еще мало времени после... пока у меня опять не началось.

-Да я тебе проводник что ли?

-Если твоя Семеновна дала бутылку для меня, значит, она не против. И потом, бунт, о котором ты мне сказал. Вдруг там и меня уничтожат, и я так никогда и не узнаю правду?

-Не уничтожат, если ты все сделаешь правильно. А насчет правды - некоторые вещи лучше никогда не узнать. Прелесть смерти в неведении.

-Что ты говоришь!

-Да, теперь я думаю так.

-А я нет. Ладно, без тебя обойдусь, сама пойду к Семеновне, к Фаин Карповне, в крайнем случае - к Мирте, хуже уже не будет.

-Ты с ума сошла!

-А что мне остается делать? Если с каждым днем выясняются все новые жуткие вещи? Завтра может быть поздно пытаться что-то узнать.

-Ничего жуткого в бунте нет. Хотя, для тебя... С твоим восприятием... На самом деле, тебя еще ждут неприятные сюрпризы из жизни виллис.

-Расскажи, буду готова.

-Танцы.

-Уже не сюрприз, мне про них сразу сказали.

-Боюсь, практика тебя все же удивит.

-Постараюсь настроиться на очередные убийства. Так мы идем? Или мне идти без тебя?

-Идем. Но это точно в последний раз. Захочешь еще - разговаривай лично с Семеновной.

-Согласна, - радостно отвечаю я.

Мы идем в уже знакомую мне избушку и проводим все привычные ритуалы. Я опять пытаюсь запомнить их, но ничего не получается. Без Степана я это сделать сама не смогу. Жаль. А особенно жаль, что мне нечего предложить Семеновне, чтобы она меня научила. Была бы она мне хоть родственницей или соседкой? Узнать бы, может, и у меня кто там есть? Ведь умирали же у меня родственники от старости, может, они согласились бы мне помочь. Хотя, если они такие же, как Фаина Карповна... Никому не пожелаешь таких. А если бы и захотели мне помочь - где их искать? Надо будет спросить у Степана, как он нашел Семеновну и искал ли других родственников. Да и у других можно поспрашивать. Наверняка не мне одной захотелось найти своих в после смерти.

Глава 10

У квартиры матери Меркурьева я долго и безуспешно звоню в дверь. Неужели ее нет дома? Как не вовремя я пришла! Почему ей приспичило куда-то уйти именно сейчас? Она же уже полгода не работает, куда Марии Львовна могла уйти средь бела дня? Я не могу сейчас не поговорить с ней, другого шанса проверить алиби Ильи у меня не будет. Ведь зайти в другой день я, скорее всего, не смогу. А если и смогу - пройдет так много времени, она все уже забудет. Надо было заниматься этим сразу после убийства, почему я понадеялась на полицию? Должна была сразу сообразить, что никто не увидит ничего подозрительного в моей смерти от остановки сердца. Надо было сразу что-то сделать, чтобы привлечь их внимание к чему-нибудь, а теперь меня уже похоронили. Почему я не додумалась спросить об том Степана, он наверняка знает, на что обращают внимание его коллеги. А теперь поздно. Придется пытаться что-то узнать самой, а что я могу сделать, если даже попадание в мир живых для меня проблема? Не уйду, пока она не вернется, пусть хоть до ночи где-то бродит. Хотя это и невозможно... у меня сейчас нет столько времени, да и виллисы меня хватятся. Там планируются свои приключения ночью. Да и здесь я могу дождаться не Марию Львовну, а самого Меркурьева или его сына. Что же делать? Уйти или еще подождать?

На лестнице слышатся шаги, и я напрягаюсь - не Илья ли? Я же брошусь на него, требуя сказать, не он ли меня убил и где он был той ночью. Представляю, как отреагировал бы он сам и ожидающий на улице ревенант. Еще раз жму на звонок и вижу, что снизу поднимается Эля, соседка Ильи, с ребенком на руках. Раньше я видела ее здесь пару раз, хотя я так давно не была в этой квартире, что даже не знала, что у нее есть ребенок. Здороваюсь с Элей, но с новой внешностью она, конечно, меня не узнает и спрашивает:

-Вы к Марии Львовне? Так ее в больницу увезли.

-Как? - удивляюсь я, - когда?

-Так три дня назад, пятого.

-Именно тогда? Вы уверены?

-Конечно, такая суматоха, на носилках выносили, шумели, Мишку мне разбудили.

-Разбудили... Уже поздно было?

Если ночью, то мне от этого пользы нет. Илья мог убить меня вечером, а ночью вызывать скорую маме.

-Нет, десяти еще не было. Но мы стараемся к девяти Мишку укладывать, получается, правда, всегда позже. И пятого, только уложила, и началось.

-А что с Марией Львовной? Опять желчный?

-Нет. Кажется, аппендицит.

-Ничего себе!

-Да, в ту же ночь ее и прооперировали. Илюха домой вернулся уже ночью.

-Илюха? - настораживаюсь я.

-Да, Илья, сын Марии Львовны. Вы его знаете?

-Еще как, - отвечаю я и, подойдя к ней ближе, продолжаю:

-Тут такое дело... я из-за него и приехала. Встречаюсь я с ним уже полгода. Он говорит, что все серьезно, замуж зовет, но я боюсь, что любовница у него есть. Я думала, он мне соврал, что маму в больницу возил, а сам к ней поехал.

-А, даже не сомневайтесь. Он точно Марию Львовну в больницу возил, ей очень плохо было. А с чего ты взяла, что у него другая есть? Видела ее?

-Видела раньше. Ее зовут Жанна, они вместе в кофейне работают. Он всегда на работе, с утра до позднего вечера, откуда мне знать, что они там именно работой занимаются? Вроде они раньше были близки.

-Не там ищете, - уверено заявляет Эля, - я знаю Жанну, видела ее пару раз, она Илюхе не любовница.

-Откуда вы знаете?

-Когда я их вместе видела, держались они достаточно отчужденно, говорили всегда только о работе. Правда, я давно ее не видела, больше года уже. Мария Львовна, помню, все боялась, что Илья на ней женится. Но эта тема уже давно закрыта.

-Вы верите в просто дружбу между мужчиной и женщиной? - спрашиваю я.

-Я нет. Но у них не дружба, а работа. Эта Жанна за другого мужчину замуж собиралась, вы разве не знаете? Она умерла за день до свадьбы, сердце не выдержало, все только об этом и говорили. Илюха мрачнее тучи ходил. Метался между работой, похоронным бюро и мамой в больнице.

-Да, я слышала об этом. Но все равно хотелось бы знать, спал он с ней до ее смерти или нет. Ты уверена, что еще десяти не было, когда он с Марией Львовной в больницу поехал?

-Уверена, я второй раз Мишку еле укачала в начале одиннадцатого, а “скорая" уехала где-то за полчаса до этого. Да вы не бойтесь. Я Илью с детства знаю, всю жизнь тут живу. Не бабник он, просто бизнес свой любит. А сейчас и вовсе на него все навалилось.

Я благодарю девушку, прощаюсь и ухожу. Я тоже Меркурьева с детства знаю, но за последние пару дней я узнала о нем больше, чем за всю жизнь. Надеюсь, Эля сказала правду. Хотя зачем ей врать? Бедная мама Ильи, аппендицит и операция - это очень неприятно. Но если Мария Львовна действительно в больнице, не могла ли Эля со временем напутать? Не сидит же она все время, глядя на часы. Могла ведь не только время, но и день перепутать. Или специально соврать? Вдруг она сама в Илью влюблена или по-соседски покрывает? И как это проверить? Выхожу к Степану и рассказываю ему о своем разговоре с Элей и своих сомнениях.

-И почему ты ей не веришь, - удивляется ревенант, - и как предлагаешь узнать правду? Спросить самого твоего друга лично? На каком основании?

-Ага, так он и скажет, где он был, особенно если он и есть убийца. Может, стоит поехать в больницу к его маме? Пусть сама подтвердит. Хотя, она тоже может выгораживать сына.

Подумав немного, полицейский говорит:

-Ладно, поехали в больницу. Только не к его маме. У меня идея получше. Только как узнать, в какую именно больницу ее увезли?

-Степа, ты в каком городе раньше жил? У нас здесь больница всего одна.

-Далеко?

-Ну... пешком минут двадцать.

-Пойдем, времени нам хватит.

-Что ты задумал?

-Камеры посмотреть. Сказать что угодно можно.

-Думаешь, они там есть?

-У вас не настолько маленький город, чтобы их не было.

Ну как сказать. где мы собиралась открывать филиал, намного больше. Там и населения в три раза больше, и больница не одна. Там бы мы развернулись, там бы мы заработали! А теперь? Хоть бы Илья сейчас не забросил открытие филиала! Очень надеюсь, что и без меня все состоится. В конце концов, Илья действительно считал “Фиалку" своей. По пути жалуюсь Степану, что Меркурьев рассказывал Эле, что это “его бизнес", а про то, что кофейня вообще-то моя она, видимо, и не знает.

-Может, она просто забыла, чья кофейня, ей на это вообще наплевать, - отвечает ревенант, - а может, твой друг просто хотел повысить свою значимость. Или он действительно считал этот бизнес своим.

Я не знаю, что ответить. Я сама всегда радовалась, что Меркурьев считает “Фиалку" своей, а не просто отбывает рабочее время. И сейчас только от него зависит, что будет с моей кофейней дальше. Но если это чувство собственности толкнуло его на моё убийство... Не нужно было мне впутывать сюда Рому и переписывать завещания! Что я наделала! Если бы он не убил меня сейчас, я хотя бы успела бы проконтролировать открытие филиала! Хотя им в основном и занимался Илья... Нет, он не может быть убийцей! Никогда в нем не замечала никакой агрессии. Только бы его алиби подтвердилось! Хоть бы в больнице нас ждали хорошие новости!

В приемном покое Степан подходит к охранникам и показывает удостоверение. Я жду в стороне. Вот и пригодилась его форма. Наверняка ему дала помогла ее достать теща. Интересно, как и для чего? Ведь когда самого ревенанта убила жена, полиция еще называлась милицией. И он вроде не ходит навещать ее в форме. Значит, что-то делает в мире живых в новой форме. Интересно, что? Степан подходит ко мне и говорит:

-Пойдем, нам сейчас найдут запись. Ты его узнаешь?

-Я его из миллиона узнаю!

-Там запись не очень.

-Да хоть какая!

Пока ищут нужную запись, я не могу найти себе места. Что, если мы опоздали, и видео не сохранилось? Сколько дней оно хранится? Я не знаю, но, может, Степан не зря предложил прийти сюда? Он работал в полиции, он должен знать! А если мы пришли сюда зря, что тогда? Придется поверить Эле, все-таки ей не было смысла мне врать. Да и если мать Меркурьева действительно в больнице, значит, как минимум в этом она не меня не обманула. Придется мне утешаться хотя бы этим. От мыслей меня отвлекает голос ревенанта. Бегу к нему и на экране вижу Марию Львовну и самого Илью. Какое счастье, он был здесь! Именно в нужный день и в нужное время!

-Это он? - спрашивает Степан.

-Да, - радостно отвечаю я.

Ревенант благодарит, и мы уходим.

-Что бы я без тебя делала! - говорю я, - я бы не додумалась посмотреть камеры!

-Тебе бы и не позволили. Кстати, мы успели практически в последний момент, через несколько часов записи будут стерты. Теперь ты успокоилась? Можем возвращаться?

В избушке, в последний раз прислушиваясь к биению чужого сердца в своей груди, понимая, что сама я не смогу попасть в мир живых отсюда, как бы не пыталась что-то запомнить. А если с Семеновной договориться не получится, то и со Степаном неизвестно, что будет дальше. Он итак много мне помог, особенно сегодня. Смогу ли я в следующий раз попасть в мир живых сама, без чьей-то помощи? Или теперь мне незачем идти туда? На всякий случай кладу бутылку с водой от Семёновны и полюбившуюся мне кость ближе к окну. Может, пригодится. Ведь зайти в избушку без ревенанта я пока не могу. А поискать другие возможности - вполне.

От Степана я сразу иду к Марине и спрашиваю, будут ли в ближайшее время убийства.

-Нет, - отвечает она, - а что, у тебя возвращается? Опять плохо?

-Нет, я в порядке. Просто не хочу опять присутствовать при подобном.

-Рано или поздно это произойдет.

-Надеюсь, что поздно. А ты чувствуешь, только убийства живых?

-Если уничтожат виллису или еще кого-то из Неупокоенных ты почувствуешь?

-А, ты об этом. Нет, конечно, как же я смогу это понять? Мы только смерть живых чуем раньше всех.

-Очень жаль.

-А что? - настораживается русалка, - что-то будет?

-Пока не знаю. Но мне только сегодня рассказали, что у виллис бывают бунты в которых обязательно кого-то уничтожают. Этого мне еще не хватало. Хоть бы заранее понять, будет ли это и если да, то когда именно.

-Жанна, я тебе удивляюсь. Ты уже несколько дней виллиса, а до сих пор удивляешься обычным вещам про своих и все еще не научилась летать.

-Зачем мне это? Ходить привычнее. Я даже к крыльям привыкла, уже почти не мешают.

-Например, во время бунта. Там виллисы почти все время в воздухе.

-Да? А в обычной жизни пока не так часто это видела.

-Ты еще и танцы не видела.

-Да. И вашего царя, кстати, тоже.

-А что, хотела бы?

-Интересно.

-Уверяю, по сравнению с Миртой - смотреть не на что. Он старый.

-Старый? - переспрашиваю я, - давно он ваш царь?

-Давно. Задолго до меня. Предыдущего мало кто помнит.

-А у вас тоже бывают бунты?

-Всякое бывает. И тебе, с твоими взглядами, это бы не понравилось.

-Но хотя бы чужие бунты я не увижу?

-Как получится.

-А для тебя это не опасно?

-Надеюсь, что нет. Я в такое не лезу.

-Я бы тоже не хотела лезть. Посмотрим, как что будет.

-Все будет хорошо. Не бойся бунтов, у вас уверено правит Мирта. Я не представляю, кто мог бы ее свергнуть.

-Я тоже, - отвечаю я и меняю тему и еще некоторое время болтаю с русалкой.

Ближе к вечеру в хорошем настроении возвращаюсь я к виллисам - Илья не виноват! Каким бы плохим другом он не был - он не убийца! Как могла только я усомниться в нем! Жаль только, что я не знаю, кто именно меня убил, это было бы лучше, чем подозревать всех подряд. Но пока это невозможно - бутылку-то я приготовила, но остального сама пока сделать не смогу. Значит, когда улягутся волнения по поводу новенькой, пойду разговаривать с Семеновной. Ей явно от меня что-то нужно, вот и пусть прямо скажет - что. Будем договариваться. Тут же вспоминаю о бунте - вот еще проблема. Ума не приложу, что я буду делать, когда это начнется. Семеновна должна была лучше меня подготовить, если она что-то рассчитывает от меня получить. Интересно, только я ее заинтересовала или она предупреждала раньше и других виллис? Если да, то где теперь эти виллисы? Если их уже нет - не та самая участь ждет и меня? И что делать? Оглядываюсь, пытаясь понять, кто именно хочет поднять бунт. Но все ведут себя как обычно. Не замечаю ничего особенного. Кажется, Семеновна ошиблась. Хоть бы это было так! А если нет? Если бы я смогла понять, кто именно собирается восстать, я бы смогла сдать их Мирте, и ничего не будет. Хотя, она же их убьет. Но ведь они умрут и в случае бунта. И не только они. А так я могла бы попросить Мирту не убивать их взамен на информацию. Или с ней невозможно договориться об этом? Почему я не пыталась узнать побольше о мире, в котором оказалась? Я теперь здесь, а меня больше занимали оставшиеся в мире живых. Если переживу бунт, обязательно разузнаю больше и про виллис, и про остальных. Главное - как-то выкрутиться этой ночью. Оглядываюсь еще раз - нет, все бесполезно. Нет дураков, чтобы вести себя как-то странно средь бела дня. Мирта наверняка раскусила бы их раньше меня. А если Семеновна подозревает бунт, неужели о нем не догадывается Мирта? Она должна понимать, что это подходящий момент. Но почему тогда никак не готовится, только спорит с Галей. Неужели все еще о помощи новенькой? Пора подумать о более важных вещах! Может, хотя бы намекнуть ей? Нет, она вцепится в меня и будет допрашивать, а я должна молчать о своих походах к живым. А то еще Мирта меня будет подозревать. Лучше по-другому. Я лягу спать сейчас, а ночью не сомкну глаз. Как только увижу подготовку - сразу сообщу Мирте, сделаю вид, что заметила случайно. Беру покрывало и ложусь подальше от остальных. Пока пытаюсь заснуть, замечаю, что на меня удивленно посматривают. Может, кто-то тоже ждет бунта и сейчас заподозрят меня? Это маловероятно, я же одна, и сама еще новенькая, какой бунт. Вскоре ко мне подходит одна из виллис и спрашивает:

-Ты решила теперь спать днем?

-Нет, просто хочу не спать ночью. И уже почти вечер.

-Зачем?

-Чтобы видеть, как у новенькой начнется.

-Как раз такие вещи лучше проспать, - говорит собеседница.

-Знаю. Но я поспорила с Асей.

-О чем?

-Что я попробую помочь новенькой, если у Мирты не хватит сил на нас двоих.

-Что? Даже не думай!

-Это мое дело, - отвечаю я.

-Ну давай, тебе же хуже будет. А мы полюбуемся.

Она уходит, а я пытаюсь угадать, сколько же ей лет. Судя по лицу, около пятидесяти. Наверное, она старше всех тут. Как же на стала виллисой? Неужели и в таком возрасте выходят замуж? Странная тетка. Ведь не просто так ко мне подошла, явно что-то подозревает. Не бунт, так еще что-то. Может, она догадалась, что я была в мире живых? Вдруг за мной следили? Или подслушали мой разговор с ревенантом? Или я недостаточно убрала запах? Хотя, тогда мною наверняка заинтересовалась бы сама Мирта или Галя. Незаметно для себя засыпаю, и просыпаюсь уже в темноте от громких криков. Ну всё. У новенькой началось. К ней уже идет Мирта. Не знаю, каких сил ей может не хватить, выглядит она весьма бодрой не смотря на поздний час.

-Что же так резко, - шепчет кто-то из виллис и отходит подальше.

Многие следуют ее примеру, бросая сочувственные взгляды на новенькую.

-Пойдем, ляжем в другом месте, - советует Ася.

-Ни за что, - отказываюсь я.

-Хочешь, чтобы у тебя повторилось?

Нет, если будет, как тогда, я не выдержу. Может, правда, уйти? Если я буду в таком состоянии, как было у меня до убийства русалками девушки, я ни на бунт не отреагирую, ни на что другое. Тут я слышу бархатистый голос королевы, подходящей к новенькой:

-Тихо, Настя, тихо, малыш. Я здесь.

Заслушавшись, я отвечаю Асе:

-Иди, ложись. Я остаюсь.

Она уходит, а я во все глаза смотрю, как королева садится рядом с новенькой и берет ее за руку. Настя со стоном бросается ей на грудь и постепенно затихает. Неудивительно, голос Мирты можно слушать бесконечно. Глядя на них, я снова засыпаю под воркующий шепот Мирты.

Второй раз я просыпаюсь от стона новенькой, но королева тоже просыпается и быстро успокаивает ее. Оглядываюсь - все остальные спят. О бунте и речи нет. Семеновна точно ошиблась. Ну и хорошо. Сейчас Мирта поможет Насте, и проблем не будет. Хотя... разве не скоро должен кончиться эффект от последнего убийства? И тогда у меня и остальных будет так, как сейчас у Насти? Пусть даже не настолько сильно, но... это все равно ужасно. Неужели нет другого способа избавиться? Смогу ли я вынести? Вроде Мирта не сможет же помочь всем? В это время королева приподнимается и отползает от новенькой и ложится одна в стороне. Неужели теперь ей самой плохо? Может, подойти и посмотреть, как она? Или не надо - а то меня посчитают за бунтовщицу или еще что-то подобное? Ведь никто другой не подходит. Все вроде спят. Интересно, Мирта сидела со мной всю ночь или также уходила? Неужели ей было также плохо? Вроде нет, ходить она точно могла. Плохо тогда было мне. Посмотрим, что будет с нами со всеми через пару дней.

На рассвете я просыпаюсь и понимаю, что больше спать не хочу. Конечно, я же легла вчера рано вечером. Вокруг меня все спят, даже Настя. Хорошо, я боялась, что все будет гораздо хуже. А так, ночь прошла, и все ожидания не оправдались. Подожду до вечера, а потом постараюсь поговорить со Степаном и Семёновной. Хотя бы узнаю причину странного интереса тещи ревенанта ко мне. Ладно бы ее Мирта заинтересовала, она хоть королева, а от меня какая польза? В мир живых сходить - так это Степан прекрасно сделает, наверное, и сама Семёновна это может, Фаина Карповна же ходила. От мыслей меня отвлекает слабый стон, только не Насти, а Мирты. Поднимаю голову и при солнечном свете вижу, что королева лежит бледная, кусая побелевшие губы. Я сбрасываю покрывало, но меня опережает Галя. Она ложится рядом с королевой и кладет ее голову себе на грудь.

-Все-таки пришла, - не открывая глаз, шепчет Мирта.

-А у меня был выбор? - ворчит Галя, обнимая королеву и накрывая ее своим покрывалом.

Я оглядываюсь - теперь не спят уже многие. Некоторые виллисы будят друг друга и перешептываются. От шума просыпается Настя и всхлипывает. Я замираю. Только не это. Лучше бы она спала! Бросаю взгляд на Мирту - она лежит, не реагируя, а Галя смотрит на новенькую как на врага. Напрасно я надеюсь, что новенькая уснет, она всхлипывает и стонет все сильней. Все больше виллис посматривает на королеву, но та лежит даже не шевелясь. Новенькая приподнимается, осматриваясь и падает, вскрикивая от боли.

-Лежи, Настя, не шевелись! - не выдержав, говорю я.

Она ищет Мирту. Не понимает, почему к ней не подходят, когда до этого Мирта облегчала ее страдания всю ночь. Не выдержав, встаю и приближаюсь к Насте. С каждым шагом нарастает тревога, в висках начинает стучать боль. За спиной слышу удивленный гул, но наклоняюсь к Насте и беру ее за руку. От этого прикосновения меня словно бьет током, и я выпускаю ладонь новенькой. Она удивленно смотрит на меня - наверное, не ожидала увидеть после Мирты, она же меня вообще не знает. Превозмогаю себя и снова беру руку Насти, в этот раз боль от прикосновения слабее. Она благодарно смотрит на меня, жаль, что у меня такого голоса как у Мирты, и этим я не могу помочь. Но процесс все равно идет - после руки у меня начинает болеть сердце, грудь, голова просто раскалывается. Кусая губы, уговариваю себя потерпеть, но меня хватает лишь на несколько секунд. Вырываю руку и отодвигаюсь. Сразу становится легче. И чем дальше отодвигаюсь, тем меньше боль. Оглядываюсь - на меня смотрят, кажется, все включая Мирту и Галю. Интересно, как на это отреагируют? Хотя, какая разница, теперь плохо мне, и ни мне, ни новенькой никто не поможет. Мирте самой плохо, и видимо, Галя сейчас будет в таком же состоянии. И избавить нас от этого может только новое убийство. Я на это не пойду. Хотя кто меня спросит? Убьют кого-нибудь, а я ничего сделать не смогу, как и тогда. И мне останется только наслаждаться результатом. Сколько раз я это выдержу? Что делать? Смотрю на Настю, ей уже легче. Надеюсь, эффекта хватит хоть на какое-то время, а потом придет в себя Мирта. А потом... Нет, я не буду думать о том, что должно произойти, чтобы это закончилось. Вроде виллисы стараются ою этом не вспоминать и не говорить, тогда якобы легче. Тем более, что мне уже лучше. Просто болят голова и грудь, подумаешь, и при жизни такое много раз было. Правда, тогда помогали таблетки. А теперь...

От мыслей меня отвлекают несколько виллис, резко сорвавшихся со своего мест и подлетевших к Мирте. Галя тут же отбрасывает покрывало, и королева резко взлетает вверх. От ее бледности и слабости не осталось и следа, на щеках горит румянец. Галя тоже вскакивает, но нападавшие уже летят к королеве. Взмахнув крыльями, Мирта трижды поворачивается вокруг своей оси - и вот она уже сидит на белоснежном коне, копыта которого отбивают первую подлетевшую к ней виллису.

Глава 11

Из ноздрей второй виллисы вылетает струя огня, но Мирта на коне легко уворачивается. Я с открытым ртом смотрю на это. Ничего себе! Мы же виллисы, а не драконы. А вот от атаки королевы увернуться гораздо сложнее, она буквально выжигает соперниц, и они падают на землю, корчась от боли. Засмотревшись на битву в воздухе, я забываю о происходящем внизу. А зря - же большинство невест присоединилось к огненной схватке, и я не могу сообразить, кто за кого. Упущенное время чуть было не обходится мне слишком дорого - еще одна огненная струя летит в нашу сторону, я с трудом успеваю увернуться и оттащить Настю. Если бы даже я сейчас умела летать, чем бы мне это помогло? Я не смогу лететь вместе с новенькой, но и бросить ее тоже не могу. Она цепляется за меня, испуганно глядя на дерущихся виллис. Я совершенно не представляю, что делать, даже не понимаю, кто здесь друг, а кто враг. Почти одинаковые невесты в одночасье разделились по непонятному признаку. Вот и сейчас после первой неудачной атаки к нам летит та самая виллиса, а я даже не могу понять, как они извергают огонь! Но тут нападающая, не долетев до нас, падает, сама пораженная струей огня. Я оборачиваюсь - нас защитила Галя. Надо же, я думала, она против новеньких, а я ей вообще не понравилась. С каждой секундой запах паленого мяса и перьев становится все сильней. А казалось бы, что может быть хуже вони от живых? Делаю то единственное, что могу - вместе с Настей, с трудом поднявшейся на ноги, отлетаю еще дальше от остальных виллис. Толку от нас сейчас немного, лишь бы не задело. Нахожу глазами Мирту, она явно на коне во всех смыслах. Она настолько легко испепеляет своих соперниц, что я просто не могу понять, как кому-то могло прийти в голову восстать против нее. Ладно я тут считанные дни, но остальные давно должны знать, чем все закончится. К счастью, до нас с новенькой атаки больше не доходят, так как бунтовщицам просто не до нас. Они отчаянно пытаются оказать сопротивление королеве и ее виллисам, что совершенно бесполезно. Ловлю себя на мысли, что я бы предпочла сразу сдаться, превосходство Мирты очевидно. Наконец все заканчивается, и я даже не могу сказать, длился неудачный бунт минуту или час. Королева на коне проезжает мимо поверженных виллис и говорит:

-Вы знаете меня так давно. И все равно поверили, что я лишу себя силы? Да еще предполагая, что может быть бунт? Зря. Очень зря.

Галя смотрит на королеву с гордостью и восхищением, по толпе остальных виллис прокатывается странный вздох. Мы с Настей смотрим, как Мирта натягивает уздечку коня и неестественно складывает крылья за спиной. Среди побежденных раздаются мольбы о пощаде, и они по очереди начинают исчезать под взглядом королевы. От каждой остается лишь несколько перьев.

Я дергаюсь, ногти новенькой впиваются мне в руку. Нет, не может быт! Это то, про что мне говорили - виллис можно уничтожить после смерти, и сейчас на моих глазах это делает Мирта. Не могу поверить, что они исчезают в никуда. Это и есть настоящая смерть? То, что я считала смертью? Или что сейчас с ними происходит? Что будет дальше? Закончив с бунтовщицами, королева оборачивается к нам. Взглянув на наши лица, она довольно усмехается и гладит холку коня. Он ржет и исчезает. Королева складывает крылья. Теперь все почти как раньше - если не считать кучек белых перьев и запаха паленого мяса в воздухе.

Я лежу, стараясь не смотреть на оставшихся виллис. Мало мне того, что пришлось смотреть на битву и казнь, так еще и мне после всего этого стало хуже. Неудивительно, после такого зрелища. Знала бы, что все будет настолько плохо, ушла бы подальше. Какого черта я осталась с виллисами, заранее зная, что будет бунт и кто победит? Почему ни Стёпа, ни Семёновна не предупредили меня о том, как я буду чувствовать себя после? Зачем меня заставили смотреть на это? Ладно бы я могла сделать хоть что-то, а так? Я должна была уйти, пока все спали, Мирте все равно было не до меня в эту ночь. Накрываюсь одеялом с головой и пытаюсь уснуть, но бесполезно. Я выспалась и слишком переволновалась. Лучше бы я ушла... хотя нет. Если бы я ушла, что стало бы с Настей? К утру Мирта делала вид, что у нее нет сил ей помочь. Да и потом новенькую могли бы убить. Ее-то никто не предупредил. Да и если бы предупредили, что толку - в таком состоянии она все равно не смогла бы защитить себя. Так что хорошо, что я осталась. Но какой ценой! Почему я? Зачем я вообще к ней полезла, это должна была делать Мирта. Она королева, это ее обязанность. И ведь предупреждали же меня, сама виновата. Нечего было...

Меня окликает Мирта, и я откидываю одеяло. От дневного света голова опять начинает раскалываться. Зачем она меня трогает, мне итак плохо.

-Иди к нам сюда, - говорит королева.

-Это обязательно? - со стоном спрашиваю я.

-Иди сюда, сейчас легче будет.

Я быстро вскакиваю, отчего висок опять пронзает боль. Кажется, Мирта опять готова нам помочь. Она уже сидит, обнимая сидящую рядом Настю. Я сажусь с другой стороны.

-Зачем ты полезла исцелять новенькую, если ты понятия не имеешь, как это делается? - спрашивает королева, беря меня за руку.

-Ей было плохо, - отвечаю я, - а ты не могла помочь. Точнее, мне тогда так показалось.

-Так всем показалось, но только ты полезла куда не надо.

-Я не могла остаться в стороне.

От ее голоса и прикосновения мне легче, теперь я опять могу спорить.

-И что? - интересуется королева, - стоило оно того?

-Не знаю, - честно признаюсь я, но, взглянув на Настю, добавляю, - да, стоило.

Мирта усмехается и объясняет:

-Если еще раз полезешь - не начинай так резко. Нужно забирать боль постепенно. И покрыло использовать активнее. И голос. Но лучше больше не лезь.

-Надеюсь, что больше не придется. А голоса у меня такого нет.

-Так он ниоткуда не берется. А ничем не занимаешься, даже летать не научилась. В чем дело? Мир живых не отпускает?

От ее вопроса меня бросает в жар. Неужели она все знает? Или догадывается? Нет, думаю, нет, иначе бы не спрашивала. Надо срочно выдумать подходящее объяснение. После короткой паузы я отвечаю:

-Просто... я никак не могу привыкнуть к местному мировоззрению. Не могу смириться с несправедливостью. Стараюсь общаться со Степаном, мне с ним проще.

-Ага, нашла себе подходящую компанию. Небось и его дружка Евсея знаешь?

-Пока немного, но он показался мне милым.

-Да, правильное слово. Парочка блаженных. Но предупреждаю: тебе лучше быстрее свыкнуться с нашими устоями. Иначе все плохо закончится. Как сегодня для некоторых.

Я удивленно поднимаю глаза на Мирту - она что, мне угрожает? А королева продолжает:

-Пока ты просто проводишь с ними время - это не беда. Но разговоры - одно, а действия - это совсем другое. И последствия разные. Так что очень советую взяться за ум. Это и тебя касается, Настя.

Переварив сказанное, я отстраняюсь и восклицаю:

-Ты что, боишься, что кто-то из нас поднимет бунт? Да мне и сегодняшнего с головой хватило!

-В первый раз так многие говорят. Я уж повидала. Потому сегодня ночью я приму меры. Не столько из-за вас, конечно, сколько из-за остальных.

-Думаешь, кто-то решится опять напасть?

-Не думаю. Но как знать.

-Может, тебе не стоило нам сейчас помогать? - спрашиваю я, - если вдруг что, у тебя может действительно не хватить сил.

Королева усмехается и отвечает:

-Хватит. Да и другие силы прибудут скоро. Сегодня ночью ваш дебют.

-Дебют? Какой?

-Увидите, - отвечает королева и уходит, оставив нас.

Смотрю на Настю. Она молча закутывается в свое покрывало. Жаль, что ей пришлось пережить и такое сложное начало, и бунт. Она теперь совсем тихая, а ведь была не такая. Но главное, что сейчас ей больше не плохо, и больше ничья помощь ей не нужна. Только надолго ли? А если этот эффект пройдет, то что? Придется надеяться на убийство? Противно. А какие варианты? Или Мирта каждый раз будет нам помогать? Да если бы это было возможно, никто бы не пошел на убийство. А ведь идут, даже Степан с его взглядами. И Марина, хотя ей это вроде неприятно. Пусть они сами не убивают, но ведь не мешают и пользуются результатами. Да и я. Если бы тогда русалки не защекотали насмерть девушку, я бы не смогла убедиться в невиновности Ильи. Да что там, и про его обман не узнала бы. Получается, я все равно становлюсь такой же как они. И меня все равно это поглотит, так как возможностей сопротивляться нет. А убийства наверняка еще будут. И не про такой ли дебют говорила Мирта? Неужели мне придется самой убивать? И Насте тоже? Значит, жертва будет не одна? Нет, я не буду сама убивать, пусть делают со мной, что хотят. Я готова смириться с тем, что я не могу никого спасти, но убивать лично - нет. Не при каких обстоятельствах.

Начинает темнеть, а я все еще не понимаю, о каком дебюте говорила королева. Уже скоро все спать лягут. Я, конечно, буду рада, если не произойдет ничего, но возможно ли это? Даже если возможно - это лишь отсрочка. Из-за дерева кто-то выходит, и одна из виллис восклицает:

-Мирта! Мы что, идем танцевать? И русалки узнали об этом раньше нас?

Присматриваюсь - действительно, это русалки. Зачем они пришли?

-Сегодня это вынужденная мера, - отвечает королева.

Виллисы начинают обсуждать предстоящий танец. Я нахожу Марину и спрашиваю:

-Зачем ваши пришли? Вместе с нами пойдут танцевать?

-Танцевать будут только виллисы, а пойдут, конечно, все. Просто мы первые почувствовали.

-Да, точно. Вы первые ощущаете смерть. Значит, все-таки сегодня. И я буду в этом участвовать?

-Конечно. Танцуют все виллисы. Когда танец начнется, никто из вас не сможет сопротивляться воле Мирты.

-Значит, нужно уходить сейчас? Пока есть время?

-Пожалуйста, не вздумай этого делать! Ты что? - испуганно говорит русалка.

-А как мне быть, если я не хочу никого убивать?

-Только не вздумай сопротивляться сейчас! Ты разве не знаешь, что мы все обязаны поддерживать вашу королеву?

-Нет. Почему все обязаны?

-По негласному обычаю в случае, если кто-то из Неупокоенных становится свидетелем конфликта нежити не своего вида, то обязаны принимать сторону Главы. Тут уже наши! Скоро тут будут все! И ты хочешь не подчиняться сейчас, при всех, да еще после бунта?

-Я не понимаю, почему такой обычай.

-Для поддержания власти и порядка.

-Но почему никто не вмешался во время бунта?

-Так не было никого. Все же знают, когда момент для нападения выбирать. Если бы мы сейчас пришли, а у вас была бы новая королева, все бы стали поддерживать ее.

-Но это же неправильно!

-Почему? - возражает русалка, - очень правильно. Вы между собой выбираете королеву, и остальные Неупокоенные поддерживают ее, пока у нее есть этот статус. А ты бы как хотела? Несменяемую власть? Чтобы все поддерживали только Мирту или предыдущую королеву?

-Не знаю. Просто хотела бы обойтись без смертей. Особенно не хочу участвовать в убийствах сама.

-А я очень не хочу участвовать в твоем убийстве. И даже смотреть на это не хочу. Пожалуйста, избавь меня от этого хотя бы сегодня. Даже не вздумай устроить что-нибудь.

Я больше не спорю, тем более, что настроение почему-то улучшается. Зачем говорить о смерти, бунтах и других неприятных вещах, когда есть более приятные темы?

Я болтаю с русалкой, пока не замечаю, что вокруг нас собрались многие другие Неупокоенные, и тут же вспоминаю, для чего. А кого убивать собираются? Живых здесь нет, этот запах я точно ни с чем не перепутаю. Спрашиваю об этом Марину.

-Так не здесь, - отвечает она, - к живым пойдем. Просто ждем, пока соберутся все желающие.

-Они уже тоже чувствуют, да?

-Возможно. Или просто ориентируются на нас, русалок.

Я тут же забываю про ожидаемое убийство. Сейчас я узнаю еще один путь в мир живых. Как знать, может, мне удастся потом воспользоваться им самой.

-Так, новенькие, - говорит Мирта, - вы обе подождите, пойдете вместе со мной.

Мы с Настей отходим в сторону, и я с улыбкой наблюдаю, как она гадает на ромашке.

-Не любит, - со вздохом говорит она.

-Это же бред, - отвечаю я, - попробуй еще раз.

Новенькая срывает еще один цветок, на этот раз гадание оказывается удачным.

-Что это? Ромашка? - удивленно спрашивает Мирта, подходя к нам.

Королева наклоняется, срывает что-то и говорит:

-А вот мой цветок.

Мы видим у нее в руках голубую незабудку.

-Теперь по делу, - продолжает королева, - у вас обеих будет первый танец, но так как у Жанны уже было первое убийство, будем делать по Насте. Сейчас мы перейдем в мир живых, будет ужасный запах, придется потерпеть. Сам танец начнется в полночь и продлится до четырех утра. Но сначала нам нужно долететь до места.

-Но я еще не умею летать, - возражаю я.

-Я тоже, - поддакивает Настя, - а что за танец?

-Ни о чем не думайте, - отвечает королева, - вот увидите, проблем не будет. Тело само все сделает. Это не самостоятельный полет, умений не потребуется. Для танца, впрочем, тоже. Просто сейчас по очереди заходим в озеро и друг за другом выходим из него, не останавливаясь.

-А мы выйдем? - недоверчиво спрашивает новенькая.

-Не беспокойся, - говорит Мирта, просто следуйте за мной.

Она проходит сквозь толпу виллис и заходит в озеро, пока не погружается в него с головой. Мне кажется, что королева сейчас утонет, но другие виллисы начинают по очереди идти за ней. Другие Неупокоенные толпятся вокруг нас. Наступает моя очередь, после меня только Настя и Галя, пребывающая в несвойственном ей хорошем настроении. Захожу в холодную воду и иду по ней, глядя на отражающиеся в озере верхушки сосен и берез. С каждым шагом меня все больше придавливает какая-то тяжесть. Не смотря на это, я иду все быстрее и быстрее, словно не могу остановиться, пока не ухожу под воду с головой, бросив последний взгляд на дрожащее в воде отражение почти полной луны. Под водой я иду в полной темноте, чувствуя, как вода вокруг словно становится гуще. Наконец наверху замечаю слабый свет, и через несколько шагов мне удается поднять голову над водой. Оглядываюсь - выхожу я уже из болота, усыпанного кувшинками и окруженного пышными раскидистыми ивами. Над колышущимся на ветру камышом вспыхивают зеленые огоньки. Становлюсь рядом с другими виллисами, за мной выходят Настя и Галя. Долго ждем, пока выйдут остальные. Среди русалок я не могу найти Марину, зато наконец вижу Водяного царя - старика с бородой и зелеными усами, в рубахе, с веслом в руках и короной на голове. Он единственный не выходит на берег, а устраивается поудобнее возле какой-то коряги. Вскоре я забываю и о Марине, и об остальных, так как настроение все больше поднимается, и меня охватывает радостное ожидание чего-то прекрасного. Но при этом я не могу сдвинуться с места, как будто какая-то сила удерживает меня. Украдкой поглядываю на других виллис - наверное, с ними происходит тоже самое - ни одна не делает шага в сторону, только изредка кто-то шевелит крыльями. Крылья! Мне говорили, они понадобятся в танце, что странно, разве танцевать будем не на земле? Расправляю их и осторожно пробую пошевелить, но вскоре бросаю это, это так как внутри нарастает нетерпение. Что-то должно произойти уже скоро, чего же мы ждем? Почему я не могу ничего сделать? Ожидание становится невыносимым, и вдруг я замечаю, что вокруг становится как будто светлее. Не может быть, сейчас около полуночи. Но действительно, теперь я могу разглядеть любую мелочь. Опускаю глаза - у наших ног медленно раскрываются цветы - голубые незабудки, желтые лютики, фиолетовые ирисы. Поднимаю глаза на болота - теперь оно покрыто ковром раскрывшихся бело-розовых кувшинок. Мирта первой ступает на этот ковер и идет по нему, словно ее ноги даже не касаются цветков. За ней следуют другие виллисы, ноги сами несут меня вслед за ними. Болото заканчивается, Мирта расправляет крылья и летит невысоко над землей. Я наблюдаю за ней и остальными с мыслью, что все идет как надо. И действительно, когда приходит мой черед, тело словно само знает, что делать - я взмахиваю крыльями и парю вместе с остальными, как будто делала это всю жизнь. Мы пролетаем несколько болот, сопровождаемые зелеными и желтыми огоньками и приземляемся возле небольшой деревеньки. Я чувствую слабый запах живых - даже в такой концентрации он неприятен. Оглядываюсь на Настю - она морщится, видимо, ощущает его намного сильнее меня. За ее спиной вижу и других Неупокоенных - а они-то как сюда попали, тоже летели? Больше ни о чем я подумать не успеваю, так как какая-то сила заставляет меня идти вперед, за Миртой и остальными. Я думала, мы пойдем в деревню, но мы почему-то уходим вдаль по дороге, пока не оказываемся на перекрестке. Запах живых усиливается, я понимаю, что кто-то совсем рядом.

-Зачем мы пришли сюда? - шепчет новенькая у меня за спиной.

-Здесь живой, - также шепотом отвечаю я, оглядываясь на нее.

Настя озирается по сторонам, как будто что-то высматривая. Но я уже знаю, куда нужно смотреть - туда, откуда приближается запах, оттуда к нам кто-то идет. Но мы не ждем его окончательного приближения - Мирта, а за ней и все остальные начинают танцевать. Вроде каждая по отдельности, но при этом вместе, пока живой не подходит еще ближе, и мы не скрываемся за деревьями и кустарником от света фонаря. Молодой мужчина медленно идет по дороге, ежась от холода. Слышу то ли вздох, то ли вскрик Насти, по ее взгляду понимаю, что она знает этого человека. По знаку Мирты мы прямо за деревьями начинаем кружиться в полутанце-полуполете. Идущий замедляет шаг, испуганно разглядывая наши быстро мелькающие в темноте платья и крылья. Наконец он резко срывается с места и почти бежит по дороге, но не долго - Галя выталкивает перед ним не ожидавшую этого Настю, а мы по приказу Мирты останавливаемся. Мужчина потрясенно разглядывает ее, не веря своим глазам. Но не успевают они сделать и шага друг к другу, как Мирта продолжает танец, теперь в ускоренном темпе. Ни одна из нас больше не скрывается, и живой диким взглядом смотрит то на Настю, то на остальных. В какой-то момент он понимает, что ситуация опасна и пытается убежать, но смеющиеся виллисы толпой преграждают ему путь. От такой беготни мужчина все больше устает, тогда как мы, наоборот, с каждой минутой ощущаем все больший прилив сил и радости. Хочется танцевать вечно, такой легкости я еще не ощущала. По знаку мы все встаем в хоровод, в центре которого мечется несчастный живой. Его запах уже ослабевает, странно, но я не хочу останавливаться, даже понимая, что это означает. Мою руку сжимает Настя, а ее, кажется, мучают сомнения. Она должна получать такое же удовольствие, как и мы все, но глаза новенькой с тревогой смотрят на молодого человека. Наверное, он ей не просто знакомый, а очень близкий. Но что она хочет от меня? Разве могу я ему помочь? Я не хочу останавливать танец, да если бы и хотела - что могу я сделать против Мирты? Какое-то время мы водим хоровод вокруг мужчины, то сжимая, то опять расширяя кольцо виллис вокруг него. Чуть ли не с каждой минутой его запах становится все слабее, а мы приближаемся к болоту. Затем королева останавливает танец, и мы встаем живым коридором, ведущим к прямо в трясину. Меня почти трясет от нарастающего предвкушения. Ну, когда же? Живой пытается перевести дух, но Мирта за руку выталкивает к нему Настю. Мужчина протягивает к ней трясущиеся руки и пытается что-то сказать. По знаку королевы новенькая подходит к нему, и они начинают танцевать вальс. Я удивляюсь - откуда у него только взялись силы, до этого казалось, что он упадет и не встанет больше. Я почти не чувствую тепла и запаха от него, живой угасает очень быстро. Зато с каждым шагом танцующей пары, приближающей их к трясине, по моему телу пробегает очередная, уже знакомая мне волна удовольствия. Им остается несколько метров, и я со стоном опускаюсь на землю, полностью отдаваясь захватывающим меня ощущениям. Краем глаза замечаю, что не одна я делаю так. Живому уже поздно бежать. Я слышу удар тела о воду и горестный крик Насти, но в этот момент меня сотрясает судорогой мощнейшего оргазма, и я уже не понимаю, слышу я свой крик удовольствия или других виллис. Постепенно волны удовольствия затихают, я сажусь на землю. Другие тоже приходят в себя, только Мирта уже на ногах и напряженно смотрит на болото. Тоже оглядываюсь туда и вижу, как из воды с диким взглядом вылезает Настя. Я пугаюсь. Новенькая казалась мне милой девочкой, не ожидала увидеть ее такой. Другие виллисы тоже замечают Настю и поднимаются на ноги, а быстрее всех, конечно, Галя.

-Спокойно, - командует королева, - я сама. Всем лежать и не двигаться.

Все выполняют приказ.

-И тебе тоже, - продолжает Мирта, глядя в глаза приближающейся новенькой, - лучше остановиться.

Настя действительно на секунду замирает, а затем бросается на королеву.

Глава 12

Мирта взлетает, глядя сверху вниз на Настю, и говорит:

-Последний шанс тебе даю - остановись.

Я вспоминаю утренний бунт и очень надеюсь, что новенькая одумается. Неужели она не понимает, что обречена? Убитого уже не вернуть, почему не спасает хотя бы себя? Что она может против королевы? Но Настя неуклюже взлетает вслед за Миртой и ту же падает, сраженная струей огня. Я приподнимаюсь, неужели нас ждет еще одна казнь?

-Лежи и не шевелись, - шепчет мне Галя.

Я едва успеваю пригнуться, как мы оказываемся окружены плотным кольцом других Неупокоенных. Русалки, лесовики, ревенанты и другие, кого я видела только перед убийствами и не успела запомнить названий, - мгновенно появляются из кустов, напирая на нас толпой. Я не могу понять, в чем дело и что им нужно, выглядят они довольно свирепо, а ведь именно мы только что доставили им удовольствие. За что они так злятся на нас? И что мы будем делать, если они все вместе на нас нападут? Оглядываюсь на других - все просто лежат, хотя явно напуганы. Только две из нас почти не замечают присутствия Неупокоенных - изнемогающая от боли Настя и улыбающаяся Мирта. Я не понимаю, что так подняло ей настроение. На нас того и гляди нападут, причем все и сразу, а королеве все равно? Она приказала нам лежать, то есть мы даже сопротивляться не будем? Под королевой появляется уже знакомый мне конь. Нас что, все-таки ждет какая-то битва? Виллисы против всех? Сегодня утром наши ряды итак поредели. Хотя не думаю, что большим количеством мы бы что-то сделали. Но Мирта не обращает внимания ни на нас, ни на других Неупокоенных. Она спускается на землю на коне и добивает новенькую. Я смотрю на кучку белых перьев. Не может быть, ее больше нет. Ну почему так! Такая прекрасная ночь, и как заканчивается? Конь под Миртой исчезает, она кивает Неупокоенным. Они отступает от нас. Уже легче. Вслед за королевой мы летим до озера и возвращаемся обратно. За нами следуют остальные, от их присутствия мне до сих пор неуютно, когда же нас оставят одних. На нашей поляне виллисы ложатся спать, а из других Неупокоенных остается лишь несколько представителей, разговаривающих с Миртой. Никто, кроме меня не обращает на них внимания, наверное, так и должно быть. Только зачем они? Сторожить нас? Интересно, какие у них дела с королевой, и когда они, наконец, уйдут? Закутываюсь в покрывало, прислушиваясь к их разговору.

-Мирта, будет ли дубль? - спрашивает дребезжащий старческий голос.

-Не сомневайтесь, - отвечает бархатный шепот нашей королевы, - у нас же две новеньких.

Не поняв, о чем идет речь, я засыпаю, наслаждаясь голосом Мирты, которая благодарит Неупокоенных за помощь.

Я просыпаюсь ближе к обеду в прекрасном настроении, но тут же вспоминаю, что было ночью. Это какой-то кошмар! Мы убили человека! В том числе я убила его! Или нет? Он умер во время танца с Настей, пока мы танцевали все вместе, он был жив. Настя! Ее тоже больше нет! Она хотела отомстить за убитого нами мужчину, наверное, он был для нее очень важен. Вспоминаю, что новенькая узнала его сразу, когда он только появился. Она была так взволнована. Неужели это ее жених? По возрасту возможно. Но что же получается? Мирта заставила Настю убить своего жениха? Зачем? Как могла ей прийти в голову такая жестокость? Для чего? Почему тогда этой бедной девочке нельзя было сразу нормально умереть, а не быть еще сутки виллисой и участвовать в таком злодеянии? Почему нельзя было обойтись без этого? Нельзя было убить кого-нибудь другого? О нет, что это я, о чем я думаю? Разве можно было вообще кого-то убивать? Но если бы это был чужой Насте человек, она сейчас была бы с нами! Почему Мирта не смогла предусмотреть это? Или не захотела? Она вчера столько виллис уничтожила, что ей, наверное, уже было все равно, одной больше или меньше. Но ведь меньше, чем за сутки до этого, Мирта старалась помочь Насте, когда у нее началось. Держала ее за руку, прижимала к груди, исцеляла ее боль. Как она смогла убить после этого? Оглядываюсь на виллис, многие из которых уже встали. Мирта уже давно королева, наверняка, она также в свое помогала большинству из присутствующих. И тем, как она уничтожила вчера. И это ее не остановило. Что же может ее остановить? У нее вообще есть сердце? Или она настолько привыкла убивать? Она! А я? За всю ночь во мне не было ни грамма жалости к несчастному живому! Мало того, что я даже не попыталась помешать виллисам, во время танца это все равно было невозможно. Так у меня даже мысли не возникло о ненормальности происходящего! Ни капли сочувствия к убиваемому человеку! Что со мной творилось? Как я могла? А у Насти было по-другому! Она сразу узнала его! Она ждала от меня помощи. А я? Что делала я? Только танцевала, как и остальные, даже после смерти мужчины, когда наваждение прошло, я продолжала наслаждаться происходящим. А ведь я бы могла попробовать спасти хотя бы Настю, попытаться успокоить ее. Даже во время убийства русалками той девушки я понимала, что происходит и пыталась сопротивляться. А ночью... Ночью это словно была не я. Как же смогла Настя пойти против Мирты хотя бы после танца? Как ей хватило смелости или... или любви к тому, кого ее заставили убить? Но как все ужасно кончилось! Они должны были пожениться и сейчас наслаждаться медовым месяцем. А теперь их обоих нет. И к их смерти причастны мы, особенно Мирта.

Решаю лучше сейчас отойти от виллис, иначе такими мыслями я растравлю себя. Не хватало мне самой закончить также, как Настя. Разговаривать на эту тему с Миртой бесполезно, она считает, что она в своем праве. И в этом мире оно у нее есть. Мне пора привыкнуть. Нахожу Марину, которая говорит мне:

-Как я рада тебя видеть! Ну и напугала ты меня ночью!

-Чем это? - непонимающе спрашиваю я.

Мы виделись перед тем, как пойти на танец, с чего русалке так радоваться встрече?

-Когда на вашу королеву напала виллиса, я подумала, что это ты.

-Я? С чего? Я похожа на бунтовщицу?

-Ты так возмущалась убийствами. Я думала, это тебя заставили убивать. Ты же новенькая.

-Не совсем. После меня появилась еще одна. Это она вчера убивала. А потом ее. Разве ты не видела?

-Нет, во время танца меня же не было рядом. Это потом мне пришлось прийти.

-Почему?

-Я тебе говорила: мы были обязаны реагировать на нападение вашу королеву.

-Да, точно.

-Я была уверена, что это ты. Получается, у тебя вообще не было танца?

-Как не было? - переспрашиваю я, - мы все вместе танцевали.

-Но ты не убивала сама?

-Нет, а должна была?

-Обычно так делают. Видимо, из-за того, что вас двое почти одновременно появилось, да и прямо перед тобой виллисы танцевать ходили.

-Да, помню. Тогда мы с тобой и встретились. Значит, мне повезло, и мне не придется убивать?

-Этого я не знаю. Лучше у Мирты спросить.

-Нет, лучше мне с ней не говорить на эту тему, - не соглашаюсь я, - может, у нее было таких планов на меня, не стоит подавать ей идею. Лучше поищу Степана, мне нужно спросить у него кое-что.

-Не ищи его, я видела, он ушел в избушку.

-В избушку?

-Да, он через нее в мир живых ходит.

Боясь выдать, что я это уже знаю и сама так ходила, я перевожу разговор на другую тему. А сама думаю о ревенанте. Наверное, он пошел к вдове. Сегодня я не успела напроситься с ним. Хотя зачем мне это теперь? Я уже знаю, что Илья не убивал меня. Да, не убивал. Но обманул. И не один раз. В отношении самого дорогого, что у нас было - нашей “Фиалки". Как он теперь будет управлять ею без меня? Что он теперь сделает? Я не должна была оставлять кофейню Илье! Почему я не успела переписать завещание? Мне ведь каких-то полсуток не хватило! Как не вовремя появился убийца! Или вовремя? Действительно, я ведь утром собиралась к нотариусу. Но Меркурьев не убивал меня, это точно. Может, он нанял кого-то? Да нет, что я придумываю, какие в нашем городке киллеры. Просто нелепое совпадение. Но как мне не повезло! Теперь “Фиалка" в руках предателя! Что с ней будет? Обязательно проберусь в мир живых и узнаю хоть что-нибудь. Но лучше бы я переписала завещание на Рому. Он предупреждал меня насчет Меркурьева, много раз говорил. Почему я не послушала его? И вот как все оказалось. Я должна была больше доверять мужу. Предприимчивость Ильи обернулась против меня. Он не “Фиалку" нашу любил, а прибыль, которую мы с нее получали. И все ему было мало. Если бы я лучше разбиралась в людях, ничего этого не произошло бы. Жаль, что я не могу попасть в мир живых в своем новом обличье и предстать перед Ильей. Он бы перепугался до смерти. Я бы заставила его дать ответ за все, что он сделал. И этого человека я считала другом! А он кто? Конечно, я обрадовалась, что он хотя бы не убивал меня, но это не оправдывает других поступков. Лучше не думать об этом, чтобы больше не расстраиваться. Ни Семёновна, ни Степан не пустят меня в мир живых в таком виде. Да и глупо о таком мечтать. Все равно ничего не исправишь. Жаль, что я не застала ревенанта, ну что же, поговорю с ним о бунте и остальном в другой раз.

Ближе к ночи я ожидаю, что скоро мы ляжем спать, но на поляне опять появляются русалки. Виллисы удивленно переглядываются. Я не верю своим глазам - мы что, опять пойдем убивать? Кто на этот раз? Неужели... Нет, не может быть. Только не я. Но более подходящей кандидатуры просто нет. И действительно, многие виллисы поглядывают на меня. Они тоже думают, что сегодня моя очередь. Мирта заставила Настю убить ее жениха. Значит, я должна убить Рому! Нет! Я не буду делать это ни за что! Я уйду сейчас же! Пока танец еще не начался! Или немедленно поговорю с Миртой и скажу ей, что я не буду! Хотя говорить с ней бесполезно. С ее-то взглядами! Она, наоборот, захочет сделать меня такой же, как они! Быстро отбрасываю покрывало и отхожу от виллис, но натыкаюсь на стоящих стеной русалок, ревенантов, утбурдов и лесовиков. Оглядываюсь - уходить некуда. Мы окружены. Ко мне подходит Степан с вопросом:

-Это из-за тебя такой маскарад?

-Стёпа, что мне делать? Я должна уйти!

-Это невозможно.

-Но я не хочу убивать! Сделай что-нибудь!

-Я ничего не могу сделать. Успокойся.

-Как я могу успокоиться! Все знают, что меня хотят заставить сделать сегодня!

-Вот именно. На тебя все смотрят.

-Мне плевать!

К нам подходит Марина и взволнованно говорит:

-Ты же не заставишь нас смотреть на казнь виллисы, как вчера? Не сделаешь такой глупости?

-Да, - соглашается полицейский, - я к тебе уже привык, не хотелось бы потерять тебя.

-А я не хочу терять Рому! Тем более сама его убивать!

-Кто это? - спрашивает русалка.

-Мой муж... точнее, жених.

-С чего ты решила, что тебе придется убивать именно его? - удивляется полицейский.

-А кого? Настю вчера заставили убить ее жениха!

-Значит, было за что, - комментирует оказавшаяся рядом виллиса, - Мирта просто так никого убивать не будет.

-Что значит - было за что? - спорю я, - что, по-твоему, дает прав убивать?

-Жанна, не спорь и успокойся, - говорит Марина.

-Я не собираюсь успокаиваться!

К нам подходит Ася и говорит:

Жанна, я помню, что ты против убийств. Но сейчас тебе придется смириться.

-И если ты будешь продолжать упорствовать, - заявляет виллиса, считающая, что Мирта не убивает просто так, - то мы можем не только на твою казнь полюбоваться, но и на казнь некоторых с такими же взглядами.

-Здесь нет больше никого с такими взглядами! - кричу я, - Вам всем это нравится!

-Как ты ошибаешься, - продолжает она, - и я считаю, что от вас избавиться давно пора.

Не успеваю я ничего ответить, как Мирта приказывает:

-Клара, подойди сюда.

Удивленная виллиса идет к королеве. Я озадаченно смотрю на Мирту. Было бы логичнее, если бы она захотела поговорить со мной. Клара вроде на ее стороне.

-В конце концов, с чего ты взяла, что Мирта прикажет тебе убить именно твоего жениха? - опять спрашивает Марина, - он тебе что-то сделал?

-Нет, что он мог мне сделать? Но вчера Насте приказали сделать именно это.

-Он был косвенно виновен в ее смерти, - отвечает Ася, - твой жених имеет отношение к твоему убийству?

-Рома? Нет, конечно! Он бы никогда.

-Виллисы не всегда карают именно за убийство, - замечает Степан.

-Верно, - соглашается Ася и опять спрашивает меня, - он тебя обижал? Что он тебе сделал?

-Рома мне ничего не сделал!

-За что тогда его убивать? Может, он тебя предавал? Изменял? Бил?

-Что за ерунду ты говоришь? Нет, конечно.

-Тогда почему ты за него боишься? Если ему не за что мстить.

-Всегда можно найти повод! Особенно если Мирта специально захочет поиздеваться надо мной!

-Нет, она принципиальная. Если ты уверена в невинности своего жениха, значит, убивать придется кого-то другого.

-Кого, например?

-У меня есть версия, - говорит Степан.

-Может, это твой убийца? - предполагает Марина.

-Я его не знаю.

-Все собрались, - громко говорит Мирта, - можем идти.

-Быстро сегодня, - комментирует Ася.

-Так специально все вместе пришли, - отвечает Марина.

-Я не пойду, - упираюсь я.

-Если мне придется за тебя заступиться, мне тоже конец, - говорит Степан.

-Не заступайся, - огрызаюсь я, понимая, что и сама к окончательной смерти как-то не готова.

Ко мне идет королева. Смотрю ей в глаза. Неужели сейчас она сделает это со мной? От меня тоже останется лишь кучка подпаленных перьев? Мирта подходит, протягивает мне руку и спрашивает:

-Идем?

В последний раз оглянувшись на обступившую нас плотным кольцом толпу, я киваю. Сдерживая улыбку, Мирта берет меня за руку и ведет сквозь толпу виллис к озеру.

-Не делай этого, пожалуйста, - шепчу я.

-Ты его не спасешь, - отвечает королева, - танец состоится в любом случае, вопрос - кого еще мы сегодня потеряем? Тебя? Или заодно парочку твоих друзей с такими же взглядами?

-У меня нет друзей с такими взглядами.

-Еще как есть. Но они сами за себя отвечают. А должна решить за себя - мы убьем только того, кого ты затанцуешь, или мне придется избавиться еще и от тебя.

-А кто это будет? - спрашиваю я.

-Тебе лучше знать. А теперь иди за мной или...

Королева исчезает в озере. Подталкиваемая следующими за мной виллисами, я иду за ней, глядя на отражающуюся в воде полную луну. Почему я должна идти сюда вторую ночь подряд? Да еще зная, что меня ждет? Меня? Да нет, не меня, Рому. Но что делать? Надо все-таки отказаться. Пусть убивают меня, но не его. Хотя Мирта сказала, что это не поможет. Насте не помогло. Или все-таки попробовать им отказать. Только еще до танца. А то будет поздно. Вот сейчас выйдем из воды, тогда сразу. Внезапно я понимаю, что мы идем слишком долго, не как в первый раз. И вода не такая, как была в болоте. Почему так? Хочу спросить об этом у Мирты, но как это сделать под водой? Идем мы еще долго и наконец выходим из еще одного озера. Пока мы ждем остальных, я оглядываюсь и понимаю, что эти места мне знакомы. Точно, это за городом, мы с Ромой ездили сюда на пикник. Неужели теперь меня здесь заставят его убить? Я должна отказаться немедленно.

-Мирта, - говорю я королеве, - не надо. Я не буду.

Она усмехается, берет меня за руку, и мы взлетаем. За нами следуют остальные виллисы. Я узнаю эти места. Город совсем близко. Но куда мы летим? Как сквозь пелену тумана вспоминаю, что Мирта хочет, чтобы я убила Рому. Нет, не хочу. Но не могу даже вырвать у нее руку, не то, что перестать лететь. Неужели я больше не смогу сопротивляться королеве? И все будет, как вчера с Настей? Только не это! Как теперь все остановить?

Не долетая до города, мы приземляемся рядом с кладбищем. Я удивляюсь - неужели мы рассчитываем встретить тут Рому? Он должен быть дома, что ему делать здесь в такое время. Дождавшись остальных, Мирта ведет меня между могил, пока мы не останавливаемся возле одной из них. Королева отпускает мою руку. Присматриваюсь - это моя могила! Я же тогда убежала с похорон, мне почему-то в голову не пришло прийти к себе на могилу! Подхожу ближе - ну и фотография, более удачной не нашлось? И сколько цветов! Розы, гвоздики, хризантемы! Поверить не могу, что мое тело теперь там! Ах, почему я умерла! Почему так не вовремя? Я должна была жить, у меня столько дел! Как без меня моя “Фиалка”? Она осталась в руках предателя, что я теперь могу сделать? Мое внимание привлекает блеск под розами, отодвигаю их - это мой кулон! Тот, который еще при жизни мне дарила Света! Почему он здесь, вроде меня собирались похоронить в нем? Хочу зять его, но в этот момент у меня под руками раскрываются и оживают чуть увядшие розы. Мирта взлетает, за ней другие виллисы. Неведомая сила отрывает меня от земли, заставляя взмыть в воздух вместе с ними. Под нами на земле другие Неупокоенные прячутся на кладбище. Мы поднимаемся выше и летаем над могилами, глядя, как к моему захоронению приближается человек. Внимательно приглядываюсь, но не могу разобрать, кто это. Вроде не Рома. Нет, не он, я бы узнала. Но разве не его мы ждем? Иначе зачем Мирта привела меня именно сюда? Чтобы я убила совершенно незнакомого человека? Какой в этом смысл? И зачем он пришел на кладбище именно ко мне? Мужчина подходит ближе, я уже чувствую его запах. Странно, я так долго не различала его в этот раз. Походка очень знакомая, я что, сошла с ума и не могу узнать своего мужа? Хотя я же не узнала его шаги, когда он вошел в квартиру перед моим убийством. Конечно, не узнала, это был не он! Рома не смог бы! Он никогда не делал бы мне ничего плохого! Живой приближается к моей могиле, и только теперь я узнаю его. Это не Рома. Это Илья. Стон вырывается у меня из груди. Нет! Неужели мне придется убить его? Но почему? Почему его? Разве не своего жениха Настя затанцевала вчера? Мирта приказывает нам снижаться. Меркурьев словно что-то замечает и оглядывается, но темнота надежно скрывает нас. Увы, он не может видеть в ней так хорошо, как мы. А я уже почти не могу сопротивляться Мирте. Но кое-что я еще могу.

-Илья, беги! - неожиданно для всех кричу я, - уходи отсюда!

Узнав мой голос, он вздрагивает и с ужасом смотрит на мою могилу. Неужели не слышит, что голос не оттуда? Не понимает, что времени для спасения уже нет? По приказу Мирты мы резко приземляемся и начинаем танцевать в таком ритме, что я больше не могу произнести ни слова. Мельком мне удается заметить возмущенное лицо королевы и удивленные взгляды других виллис. Затем я смотрю только на бывшего лучшего друга, которого мы гоняем между могил, то окружая его тесным кольцом, то резко разбегаясь в стороны, словно растворяясь в темноте. Стоит нам исчезнуть, Илья пытается убежать, но стоит ему сделать несколько шагов, как мы появляемся вновь. Его тепло и запах постепенно ослабевают, как и моя тревога за друга и нежелание его убивать. Все больше меня наполняет чувство правильности происходящего и предвкушение предстоящего удовольствия. Мирта замедляет ритм, делая наш танец-игру невыносимо медленной. Зачем она так растягивает? Не лучше ли было бы скорее покончить с этим? Сколько можно уже тянуть? Запаха от него почти уже нет. Наконец королева останавливает танец и выталкивает меня к Илье. Узнав меня, он с ужасом спрашивает:

-Жанна, ты? Живая? Как же так...

Не знаю, удалось ему понять, что он спросил глупость? По знаку королевы я начинаю танцевать с ним среди уже выстроившихся виллис. Меркурьев так резво передвигает ноги, словно не его сейчас почти загнали до смерти. Кажется, его ноги танцуют сами по себе, а из остального тела жизнь уходит стремительно быстро. Мы уже приближаемся к озеру, я прекрасно знаю, что случится сейчас. Я почти готова это сделать. Стоящие коридором виллисы уже практически не видят нас, так они заняты своими ощущениями, которые скоро перейдут в кульминацию. Неожиданно раздается крик петуха. Словно очнувшись, я оттаскиваю Илью от озера, и мы продолжаем танцевать. Какой ужас, я чуть было не сделала это. Но танец продолжается. Ко мне возвращается нарастающее предвкушение. Мы опять подходим ближе к озеру. По знаку Мирты я толкаю Меркурьева в озеро, и он падает, даже не попытавшись уцепиться за меня. Виллисы стонут и кричат от наслаждения. У меня с глаз падает пелена. Что я натворила! Бросаюсь в воду, тут неглубоко, наверняка, его еще можно спасти. Но стоит мне уйти под воду, как возле тела Ильи я вижу водяного царя, вцепившегося корявыми пальцами в свою добычу. Мой друг уже мертв, от него больше не исходит ни тепла, ни запаха. Я затанцевала его, в озеро упало уже мертвое тело. Сделав пару попыток вырвать его у недовольного царя, я поднимаюсь на поверхность воды одна. Даже если вытащу Илью на воздух, мне уже не оживить его. Виллисы приходят в себя после удовольствия, лишь Мирта выжидающе смотрит на меня. Я сажусь на берег спиной к ним и закрываю лицо руками. Что бы я сейчас ни сделала, ничего не исправить. Мне не вернуть Илью. Уже не вернуть.

Глава 13

Смотрю на воду, пытаясь представить, что сейчас делает водяной царь с моим другом. Наверное, я должна была все-таки забрать тело. Да, Илью уже не спасти, но хотя бы похоронить его надо? Или я не смогу этого сделать? Но мы уже отвели в мир живых ребенка, перенести труп, наверное, проще. Степан мог бы помочь мне, казалось, сегодня он мне сочувствовал.

Краем глаза замечаю, как вокруг нас собираются Неупокоенные. Наверняка они хотят повторения вчерашнего. Нет, я не доставлю им такого удовольствия. Или стоит? Стоит прямо сейчас просто броситься на Мирту и все? Сразу все закончится? Ведь я так и должна была умереть тогда в своей квартире. И Меркурьев был бы сейчас жив. Может, мне действительно стоит сейчас все так остановить? Иначе неизвестно скольким еще людям я принесу смерть? Я ведь ничего не могла сегодня сделать против Мирты. И сейчас все Неупокоенные собираются именно для этого. Чтобы ни я, ни другие виллисы не смогли ничего сделать. Хотя никто из нас и не думает нападать на королеву. Точнее, все выжидающе смотрят на меня. Особенно напряжение Степан, неужели он действительно считает, что я пойду на это? Она просто убьёт меня и всё, я никого не спасу и ничего не изменю. Может быть, мне следовало сделать это вчера, тогда Илья был бы жив. Но теперь уже поздно. Поэтому я просто сижу неподвижно, в то время как виллисы заходят в воду вслед за Галей. Ко мне подходит Мирта и, взяв за плечо, заставляет подняться. Я без сопротивления захожу в озеро, надеялась ещё раз увидеть тело друга, но ни его, ни водяного царя там уже нет. Мы возвращаемся в наш мир, и уже по пути меня начинает трясти. Кажется, только сейчас я понимаю, что я совершила. Теперь я убийца! Не свидетельница, не соучастница, а именно убийца! Теперь мне ясно, что имели в виду все, утверждая, что они не убивают! Да, теперь и я знаю эту разницу! Сегодня я сделала это собственноручно! И кого? Кого? Своего лучшего друга! Точнее, он был таким. Потом Меркурьев меня предал. Но это не давало никому права его убивать! Тем более мне! А ведь ещё пару дней назад я гадалка, приложил ли Илья руку к моему убийству! И что выяснилось? Он не убийца, а я… а я – да. Я его убийца. Когда мы приходим на место, большинство Неупокоенных расходятся, а виллисы укладываются спать, поглядывая на нас. Только тут я замечаю, что по моему лицу катятся слезы. Мирта отпускает моё плечо и с насмешкой встречает мой полный ненависти взгляд. Я оглядываюсь – из всех виллис, кажется, лишь Ася смотрит на меня с сочувствием, у остальных в глазах скорее интерес. Вдали от всех я замечаю Степана и, резко сорвавшись с места, с рыданиями бросаюсь к нему в объятья. Королева прощается с оставшимися Неупокоенными, сквозь слезы я слышу, как её благодарят за дубль.

-Уйдем отсюда, - шепчу я ревенанту.

-Ты должна остаться, - возражает он.

-Нет,- почти кричу я, - я больше ни на минуту с ними не останусь!

-И куда ты денешься?

-Не знаю. Пойдём куда угодно, мне все равно куда.

Краем глаза вижу, как полицейский переглядывается с Миртой. Затем он уводит меня в соседний лес. Когда мы остаёмся одни, я сразу начинаю чувствовать себя лучше. Глаза бы мои больше не видели этих виллис, а Мирту особенно. Это была полностью её затея, и она точно задумала это ещё вчера! Она ещё тогда обещала дубль! Теперь я знаю, о чем шла речь, если бы я знала это тогда! Хотя, может, и лучше, что я ни о чем не догадывалась. Я все равно не смогла бы ничего изменить, только мучилась бы лишние сутки. Или смогла бы? Но что? Умолять Мирту, которая уже пообещала дубль? Напасть на нее, когда она будет одна? Да она со мной и одна сразу справится, в момент бунта не было никого беспомощнее меня. Точнее, была еще новенькая, но ей-то было плохо. А я была почти в норме, но не смогла сделать вообще ничего. Так с чего я думаю, что я смогла как-то предотвратить смерть Меркурьева? От этих мыслей я начинаю плакать еще сильней, а ревенант прижимает меня к груди со словами:

-Тихо, тихо. Все же закончилось, ничего не исправишь.

-Стёпа, ты правда думаешь, что ты меня так успокаиваешь?

-Ну извини, я уже несколько лет никого не успокаивал.

-Почему она так со мной? Зачем Мирта заставила меня это сделать?

-Ты все сама понимаешь, - отвечает ревенант, - ты бы лучше подумала, как ты завтра вернешься к Мирте. Нет бы ты благоразумно сейчас легла спать, и все, конфликт исчерпан! Завтра бы встала как ни в чем не бывало! А теперь?

-Мне все равно.

-Когда только ты начнешь думать головой? Каждый день я надеюсь, что ты поумнеешь, а ты ведешь себя как капризное дитя!

-А как я должна начать общаться с королевой после того, что она заставила меня сделать? Ты действительно считаешь, что после этого я смогу вести себя как ни в чем ни бывало?

-Я больше ничего не буду тебе говорить. Это бесполезно. Ты успокоишься, и завтра мы сходим с тобой к Семеновне, надеюсь, она найдет правильные слова.

-Даже не знаю, что здесь считать правильным.

-Пусть она сама решает. Я умываю руки.

-Серьезно? А сейчас тогда ты что делаешь?

Ревенант останавливается и восклицает:

-А что я мог еще сделать? Оставить тебя в таком состоянии с виллисами? Чтобы ты там устроила скандал, который бы неизвестно чем кончился? Думаешь, я мог так рисковать? Конечно, мне пришлось забрать тебя с собой с разрешения Мирты.

-Еще и на это ее разрешение нужно...

-Да, представь себе!

Ну тогда что ты переживаешь, как я завтра начну с ней разговаривать? Обычно и начну, она же сама меня с тобой отпустила.

-Зная твой характер, не думаю, что все пройдет спокойно.

-Да ты меня несколько дней знаешь.

-Да, но уже натерпелся. Не хотелось бы получить еще проблем. Ладно, все, хватит спорить. Уже ночь. Нужно отдыхать. Где бы тебя устроить?

-Все равно, лишь бы подальше от виллис.

-Перестань. Тут вообще-то еще и лесовики есть.

Вспоминаю Яна. Да, с ним встретиться не хотелось бы.

-А пойдем сейчас к Семеновне? - предлагаю я.

-Нет, сейчас мы к ней не пойдем. За тобой наверняка эту ночь будут следить, если ты, демонстративно уйдя от виллис, сразу к домашним пойдешь, я даже думать не хочу, какая будет реакция. Не нужны мне конфликты с твоей Миртой, она знает, что я тебя увел.

-Мне нужны.

-Даже не сомневаюсь. Но сейчас давай лучше спать. Иди сюда, за этот пригорок.

Мы останавливаемся под дубом, и я вижу постель из мха. Ничего себе, интересно, для кого он ее готовил? Явно не для вдовы, она-то еще жива!

-Ложись здесь, - говорит Степан, - я буду недалеко. Если что, зови. И не пугайся, здесь наши живут - ревенанты, лесовики, утбурды. Просто не обращай внимания, если они придут.

Не знаю, как у меня получится не обращать внимания на Яна, если он придет. Не хотелось бы конфликтовать еще и с ним, я ведь до сих пор даже летать не научилась. Хотя, полицейский же будет рядом, вдвоем что-нибудь да придумаем. Ложусь на мох и жалею, что не взяла с собой покрывало. Сейчас бы оно пригодилось, но мне было не до того после... Нет, не буду вспоминать об этом. Изменить ничего нельзя, надо как-то взять себя в руки. Ревенант прав, надо отдохнуть. Последние две ночи были просто ужасающие. Где-то совсем рядом шумит ручеек, и я засыпаю, решив завтра обязательно найти его.

Просыпаюсь и понимаю, что уже не утро, а день. Вспоминаю ночные события, жаль, что это мне не приснилось. Не знаю, что делать - остаться здесь или возвращаться к виллисам? Вчера мне показалось, что Степан не очень хочет, чтобы я оставалась. А виллисы... как мне теперь общаться с Миртой, я не представляю, что я сделаю, когда ее увижу. А она? Как она отреагирует на мой уход? Надо поговорить со Степаном. Он посоветует что-нибудь. Он может предположить, каких проблем ждать. Хотя он вчера хотел отвести меня к своей теще. Не представляю, зачем. Да, я и сама хотела поговорить с ней, но зачем мне это теперь? Илью не вернуть, да и я уже убедилась в его невиновности. Мне больше ничего не нужно в мире живых. Да и Мирта добилась своего - сделала меня убийцей. И никто не предупредил меня, а ведь многие должны были это знать. Ладно виллисы, побоялись пойти против королевы, а сам Степан? А Семеновна? Почему она предупреждала меня не о том? Какая мне польза от информации о бунте, если я не знала о главном? Спрошу об этом и у ревенанта, и у его тещи, надо теперь вернуться в лес и найти Степана. От мыслей меня отвлекает журчание. Да, здесь где-то должен быть ручеек, я слышала его перед тем, как заснуть. Нахожу его и долго сижу, глядя на воду и снова и снова думая обо всем. Когда мне становится легче, встаю и иду искать ревенанта. Пусть расскажет, как мне остаться здесь или где-то еще. К виллисам я не вернусь.

Возвращаюсь в лес, но нахожу там не Степана, а его приятеля - седого лесовика Евсея. Смешно видеть, как этот великан ловко плетет крошечные лапти.

-Проснулась? - спрашивает меня Евсей.

-Да. А где Степан?

-У тещи, скоро вернется. Подожди.

Конечно, я подожду. Не к Мирте же мне идти.

Помолчав немного, Евсей говорит:

-Мне жаль, что тебе пришлось пережить такую ночь.

-Спасибо. Только жалеть нужно не меня. Мы убили моего друга.

-Не вини себя.

-А кого? Мирту?

-Ты не могла сопротивляться ей. Это все равно случилось бы.

-Он умер из-за меня.

-Ты имеешь весьма косвенное отношение к его смерти. Не трави себе душу, ничего уже не изменить. Постарайся не думать об этом.

-Не могу. Это убийство перевернуло во мне всё.

-Я знаю, что может тебе помочь.

-Что?

-Через некоторое время ты сможешь увидеть своего друга.

-Как? Он же умер!

-Убит, - поправляет меня лесовик, - и теперь он тоже среди Неупокоенных. Возможно, тебе поможет разговор с ним.

-Услышать его обвинения? Нет, я не выдержу!

-Но ведь тебе тоже есть, в чем его обвинить?

-И что это будет? Посмертный скандал бывших друзей? Ужасно!

-Да, ситуация некрасивая. Но на мой взгляд, лучше поговорить друг с другом, чтобы не осталось претензий.

Я хочу возразить, но в этот момент подбегает толпа детей, их не меньше пяти. Я удивленно смотрю на них, не понимая, живые они или мертвые. От них нет ни тепла, ни холода. Запаха, впрочем, тоже нет.

-Это мои дети, Жанна, - отвечает Евсей на мой невысказанный вопрос, - я стал их отцом уже после смерти.

У меня чуть не падает челюсть - и такое возможно? Я была уверена, что эта часть жизни умершим точно недоступна.

-Я же лесовик, - объясняет Евсей.

Я сразу вспоминаю другого лесовика - Яна, который детолюбием явно не страдал. Надо же, какие они разные. Смотрю, как Евсей общается с облепившими его детьми. По возрасту он больше подходит им в дедушки. И наконец я их сосчитала - семеро! Ничего себе! Хотя, наверное, здесь проще растить детей. Интересно, что с ними потом будет? Они же не живые и не мертвые! Перейдут ли они потом в какое-нибудь состояние? Наконец лесовик отправляет куда-то детей, откладывает лапти и говорит мне:

-Пойдем.

-Куда?

-Просто поговорим.

Я не совсем понимаю, почему нельзя поговорить в лесу, но вскоре Евсей выходит на поляну у уменьшается.

-Так лучше? - спрашивает он.

-Да мне все равно, - отвечаю я.

-Нет, не все равно, - возражает лесовик, - не очень удобно общаться с тем, кому дуб до носа не достает.

Я пожимаю плечами. Может быть, меня сейчас это не волнует.

-Не хочешь дождаться Стёпу в своем лесу? - спрашивает лесовик.

-Почему? А вам мешаю?

-Мне - нет. А другим очень даже можешь помешать. Здесь у всех свое место. Ваш лес там.

-Да, лес там, - отвечаю я, - а моего места в нем нет.

-Есть. Просто нужно его занять.

-Я не такая, как другие Неупокоенные. Мне никогда не смириться с убийствами. Хотя, конечно, теперь я не могу так говорить. Вот теперь я и сама убийца. Как и другие виллисы.

-Нет, Жанна, ты не убийца. Это сделала Мирта. Твоими руками.

-Моими, да, - отвечаю я, - но она убила его из-за меня. Ей просто нужно было заставить меня убить, все равно кого. Если бы не мое сопротивление, Илья сейчас был бы жив. Если бы я знала!

-И что? Смогла бы убить кого-нибудь другого?

--Да! Нет... не знаю. Но я не должна была подставлять Илью, он не имеет отношения к моим проблемам с королевой.

-Да, и с его смертью они не закончились. Их нужно решать.

-Даже не подумаю! Я больше не подойду к ней! Не вернусь к виллисам. Какой кошмар, мне не повезло после смерти превратиться именно в такое существо.

-Наше существование - новый шанс.

-Ага. Шанс стать убийцей.

-Я не стал. Наоборот, мы помогаем живым.

-Потому что вам повезло стать лесовиком. А я виллиса. Вот я и стала убийцей.

-Виллисам многое дано. Ты сможешь помочь по-другому.

-Возможно. Только сколько народа мне предстоит убить?

-Как знать. Может, и никого.

-С Миртой это невозможно! Она заставит! Тут нужно либо уничтожить себя, либо хотя бы не быть виллисой.

-О, нет, есть третий путь. Если у тебя хватит сил по нему пойти, - говорит Евсей, - и для этого как раз нужно быть виллисой. Знать свои возможности и уметь использовать их.

-Вот наша королева отлично знает и использует, - с усмешкой отвечаю я и вижу, как к нам идет Степан.

-Еле нашел вас, - говорит он, - где вы ходите?

-Разговариваем, - отвечает Евсей.

-Да, и я по лицу Жанны вижу, что разговор бесполезен.

-Давно ты читаешь по лицам? - возмущаюсь я.

-С тобой и не такому научишься. Пойдем к Семёновне.

-Зачем?

-Она хочет с тобой поговорить.

Я соглашаюсь. Я тоже хотела о многом ее спросить. Только после общения с лесовиком у меня нет настроения. Но что делать, Евсей не хочет, чтобы я оставалась в их лесу, а я не собираюсь возвращаться к виллисам. Приходится идти к тёще ревенанта.

Мы заходим в дом, и Семёновна убирает полуразложенный пасьянс. Она ободряюще улыбается и говорит:

-Мирта достаточно жёстко обошлась с тобой.

Что? А по-моему, это называется другим словом. Только у меня нет сил спорить, и я отвечаю:

-Ещё хуже было новенькой! Мирта убила её, сначала заставив убить жениха!

-Я знаю.

-Да, вы всё знали! Все вы! Почему меня не предупредили? Почему сказали мне о бунте, но не о том, что я действительно должна была знать?

-Жанна, а что бы ты сделала, если бы знала?

-Что угодно! Я пошла бы на все, лишь бы предотвратить его смерть!

-Я спрашиваю о конкретных действиях. Чем ты могла спасти своего друга?

-Не знаю. Чем-нибудь. Только бы все закончилось не так!

-А ты понимаешь, что реально ты ничего не могла сделать?

-Вы все меня пытаетесь в этом убедить! Что я должна смириться, что исправить ничего нельзя!

-Нет, я вовсе не собираюсь убеждать тебя в этом. Наоборот.

Я непонимающе смотрю на старушку. О чем она говорит?

-Ты как раз не должна смиряться. И исправить многое можно. Если быть к этому готовой.

-Что можно исправить, если мой друг и другие люди уже умерли?

-Можно спасти тех, кого еще можно спасти.

-Как? Каким образом?

-Для этого нужно пройти долгий путь. Но для начала неплохо бы научиться защищать себя.

-От кого? - тупо спрашиваю я.

-А кто вчера представлял для тебя угрозу?

-Мирта. Другие виллисы. Да вообще все Неупокоенные. Мне что, нужно защищаться от всего мира? - возмущаюсь я.

-Нет, это перебор. Не думаю, что кто-то из виллис, да и других Неупокоенных будет атаковать тебя без приказа Мирты.

-Будет, - уверено отвечаю я, - например, если опять будет бунт.

-Думаю, их теперь долго не будет.

-Наверняка, - соглашаюсь я, - их итак давно не было, а уж теперь, после показательных выступлений Мирты! Кто решится!

-А пока королева виллис уверена в своей безопасности, она и сама безопасна для других.

-Не совсем, - подумав, возражаю я, - виллисы также затанцуют кого-нибудь, как это было и до меня. Для убийств не нужны бунты.

-Такие убийства не происходят слишком часто. До следующего танца еще есть время.

-И что мне это даст? Когда убивали русалки, я хотела помешать, но мне не дали.

-Да, против других Неупокоенных ты ничего не сделаешь. Иное дело - виллисы.

-Виллисы! Да я слабее любой из них! Меня бы убили во время бунта, если бы за меня не заступилась Галя. До сих пор понять не могу, зачем она это сделала, мне всегда казалось, что она сразу меня невзлюбила.

-Она решила, что ты на стороне Мирты. Потому и заступилась за тебя и за новенькую.

Настенька! Столько событий произошло, я почти забыла о ней! Бедная девочка, сколько ей пришлось перенести уже после смерти! А ведь она храбрее мня - пыталась противостоять Мирте. Не то, что я, трусиха. Я даже после смерти Ильи не пошла за его телом.

-Новенькая., - говорю я, - я так пыталась помочь ей. И когда у нее началось, и во время бунта. А что толку? Мирта в одну минуту перечеркнула все.

-Потому что со стороны новенькой было очень глупо нападать на королеву.

-Да, очень глупо, - соглашаюсь я, - тем более Настя же видела бунт, она должна была понимать, чем все закончится. Но... она была смелой. Хотела отомстить за убитого жениха. И ведь она просила меня о помощи! Еще во время танца! А я... я ничего не сделала.

-А если бы сделала? - спрашивает Семёновна, - что произошло бы, если бы ты попыталась помешать Мирте?

-Ничего. Я не смогла бы ей помешать. Я была как под гипнозом во время танца.

-Я понимаю. Но если бы смогла? Сразу или после танца?

-Наверное, я бы кончила также, как Настя. Не думаю, что у королевы много вариантов.

-Тогда, может, не стоит себя винить? Кому было бы лучше, если бы ты погибла вместе с новенькой?

-Никому, - признаю я, - но у меня хотя бы совесть была бы чиста.

Услышав это, Степан хмыкает и комментирует:

-Совести бы у тебя уже не было. Всем было бы уже все равно, чиста она или нет.

-Да, ты прав. Но и ничего не делать, как я, тоже нельзя.

-Нельзя, - соглашается со мной теща Степана, - но и от бессмысленной гибели толку нет.

-А от какой есть? - совсем запутавшись, спрашиваю я.

О чем мы говорим? Что они хотят от меня? Совершенно не понимаю, к чему эта беседа. Зачем Семёновна заставила меня вспомнить Настю, ее жениха и других убитых? Мне было бы лучше скорее забыть.

-Ни от какой нет, - терпеливо отвечает старуха, - толк есть от жизни, а не от смерти.

-Да, теперь поняла, - говорю я, - ты тоже советуешь мне смириться и подчиниться. Чтобы Мирта не убила меня и других из-за меня. Мы с этого и начали.

-Частично так и есть. Ты должна затаиться и подчиняться, пока не будешь в состоянии оказать достойное сопротивление.

-Сопротивление Мирте? Нет, это невозможно, - уверено заявляю я.

Уж я-то видела неудачный бунт и последующие казни. Они не смогли, куда мне?

-Конено, невозможно, - насмешливо овечает Семёновна, - для виллисы, которая за такое время не научилась даже летать.

Слегка опешив, я все же соглашаюсь:

-Да, во время бунта мне дейстительно пригодилось бы это умение.

-А как насчет других умений виллис?

-Огонь? Да, я пока понятия не именно они это делают.

-Да, и не только. Виллисам многое дано, но не каждая умеет правильно воспользоваться этими способностями.

-Мирта уж наверняка умеет!

-Именно. И не только умеет сама, но еще и не дает научиться другим.

-Неправда! - возражаю я, - она сама говорила мне, что мне давно пора уметь летать!

-Да, против простых навыков королева действительно не возражает. А вот остальное... например, ты видела коня у кого-нибудь кроме нее?

-Нет.

-То-то и оно.

-Ну и что? Разве конь имеет значение?

-Еще какое! Виленин конь - главнейшее орудие в битвах между виллисами.

-Почему же другие не заведут себе коней, прежде чем поднимать бунт?

-Потому что за этим следит Мирта. Она не позволит никому составить достойную конкуренцию.

-И что мне делать? Мне такой конь явно не светит.

-Начать с малого. С самого простого. Не вызывая подозрений королевы.

-Это возможно, - отвечаю я, - но что дальше?

-Дальше будет следующий шаг. Но давай сначала начнем.

Подумав, я решаю согласиться. Мне же будет польза, если я смогу защитить хотя бы во время бунта. Насчет реального сопротивления Мирте - глупости это. Тут точно ничего невозможно сделать, мне придется это признать. А старуха почему-то хочет, чтобы я стала такой, как и другие виллисы. Или даже сильнее, чем они. У нее на меня какие-то планы. И я давно хотела спросить об этом. Ведь Семёновна говорила ревенанту брать меня в мир живых и предупреждала о бунте. И я собиралась спросить ее, что именно ей от меня нужно. Как-то не верится, что делает она все это по доброте душевной. А теперь тем более. Но я уже так устала от разговора, что нет сил на новые выяснения. Они утомили меня. Хочу остаться одна, завернуться в покрывало и спокойно подумать обо всем. Правда, мое покрывало у виллис. И мне придется вернуться к ним. И говорить там с Миртой и остальными. Даже не представляю, как это будет. Когда меня все оставят в покое?

Для начала нужно уйти отсюда. Я потом еще поговорю с Семёновной. Когда не будет такого потока событий. Когда все успокоится. Тогда я спрошу ее обо всем. А пока нужно согласиться и уйти отсюда:

-Да, я так и сделаю. Обязательно. Завтра и начну. Но сначала мне нужно вернуться к виллисам.

-Ты точно решила вернуться к ним? - недоверчиво спрашивает Степан.

-Да, и прямо сейчас.

Ревенант удивленно смотрит на меня и говорит:

-Я тебя провожу.

-Нет! Не стоит. Я пойду одна. Мне надо... собраться с мыслями.

-Оставь ее, Стёпа, - говорит Семёновна.

Глава 14

-Что, все-таки пришла? - усмехается одна из виллис.

-Куда ж я денусь, - невинно отвечаю я, - не с лесовиками же оставаться.

-А почему бы и не с лесовиками? - продолжает она.

-Потому что я - не они.

-Ревенант тебе тоже не подошел? - спрашивает другая виллиса, - а мне казалось, вы с ним спелись.

-Спелись, да, - подтверждаю я, - я и вернулась так поздно потому, что ждала его, чтобы поблагодарить.

-Я бы на твоем месте еще Мирту поблагодарила. За то, что она разрешает это безобразие.

-Хорошая идея, - мирно соглашаюсь я, - кстати, а где она?

-С Галей уединилась. Скоро придет.

Я нахожу свое покрывало и закутываюсь в него. Значит, у меня еще есть время настроиться на разговор. Интересно, в каком она будет настроении? Хотя, с Галей они очень близки, так что можно надеяться на лучшее. Ко мне подходит взволнованная Ася.

-Где ты была? - сразу набрасывается она.

-Со Степаном. Ты же видела, как мы уходили.

-Как тебе пришло в голову уйти на всю ночь?

-А что в этом такого? Степан помог мне успокоиться. Мирта не возражала.

-Ты уверена?

-Да, Стёпа же спросил у нее.

-Жанна, ты вообще головой думаешь? - возмущается Ася, - Мирта считала, что ты восстанешь на нее!

-Она не могла так считать. Мирта не дура. Она знала, что я не смогу. Просто хотела в этом убедиться. И продемонстрировать остальным.

Некоторое время мы молчим, потом Ася спрашивает:

-А ты как... после вчерашнего?

-Как я... честно говоря, ужасно... Столько всего передумала... Простить себе не могу, что довела до такого.

-Это не твоя вина. Рано или поздно все виллисы делают это.

-Понимаю. Но я подставила своего друга. Он не должен был умереть.

-Ошибки быть не может, - уверено возражает виллиса, - Мирта не привела бы тебя к нему без причины. Значит, было за что.

Меня передергивает. Они опять за свое, но сейчас я не должна спорить.

-Было, - соглашаюсь я, - но и моей вины не меньше. Королева хотела подчинить меня. Если бы я с самого начала вела себя по-другому, возможно, он сейчас был бы жив. Сама того не желая, я вызвала подозрения у Мирты... или у Гали. Мне просто было слишком тяжело принять мир Неупокоенных.

-Было?

-Да и сейчас нелегко. Но теперь я сделаю то, что должна была сделать с самого начала. Хотя бы ради его памяти.

-Не понимаю, о чем ты?

-Смирюсь наконец с тем, что я - виллиса. Глупо было пытаться не познать свое новое обличие, раз это уже не изменить. Представь, это могло для меня плохо кончиться во время бунта! Я ведь даже не знала, что делать!,

-В первые дни обычно никто этого не знает. Просто тебе и другой новенькой не повезло, что это случилось почти сразу после вашего появления.

Воспоминание о заставляет меня стиснуть зубы. Некстати вспоминается, как она просила меня помочь в том танце и что в следующую ночь делала я. Но думать об этом некогда. Я беру себя в руки и заявляю:

-Конечно, кто же узнает о таком сразу! Я была поражена, в первый раз увидев огонь!

-Все удивляются, - улыбаясь, отвечает Ася.

-Но хуже то, что я даже не могла взлететь!

-Согласна. Все учатся летать буквально сразу. Я теперь даже не представляю, как когда-то жила без крыльев.

-А мне они до сих пор только мешают, - грустно говорю я, краем глаза замечая Мирту и Галю, выходящих из леса.

-Да, ты их в первый день знатно ободрала, -усмехаясь, отвечает Ася, - но летать не сложно. Ты потом даже задумываться не будешь. Просто расправь крылья и...

Она замолкает, увидев подходящую к нам королеву. Стиснув рукой покрывало, я оглядываюсь - наверное, сейчас все виллисы смотрят на меня. Заняться им больше нечем? Хотя, о чем это я, занятий, кроме убийств и танцев, у них действительно нет. Это у меня теперь будет хлопот по горло. И для начала нужно поговорить с Миртой. Встретившись с ней взглядом, я опускаю глаза и спрашиваю:

-Мирта, могу я поговорить с тобой?

-Есть о чем? - холодным тоном спрашивает она.

Я не могу скрыть разочарование. Не тот голос я хотела услышать. Но тут же отвечаю:

-Конечно!

-Ладно, поговорим.

Под недовольным взглядом Гали мы отходим от остальных виллис. Интересно, не будет ли у меня проблем от этой Гали? Кажется, она относится ко мне с большим подозрением, чем сама королева. Хотя нет, Галя же защищала меня во время бунта.

-О чем ты хотела со мной поговорить? - тем же тоном задает вопрос Мирта.

Это приводит меня в чувство. Сейчас я должна сделать все, чтобы ее голос в разговорах со мной изменился. Легко сказать... мне казалось, я все продумала, а теперь, под ее проницательным взглядом, я боюсь, что королева видит меня насквозь. На ходу кутаясь в покрывало я отвечаю:

-Мирта, я... то, что произошло...

Не могу подобрать слова, но королева молча ждет, и я говорю:

-То, что ты заставила меня сделать - это было слишком... тяжело для меня.

-Я знаю.

-Но зачем? Все думают, что ты ждала нападения, но ведь это не так! Ты знала, что я ничего не решилась бы тебе сделать. Так зачем же?

-Зачем? Ты серьезно спрашиваешь? Считаешь, я должна была смотреть сквозь пальцы на твои отшельнические настроения?

-Но во время бунта ты же убедилась, что я на твоей стороне! Иначе зачем Галя меня спасала?

-Ты не была на моей стороне во время бунта. Ты просто не знала, на чьей еще стороне можно быть. Не знала, кто поднял бунт и что тебе дальше делать.

-Да, но увидев тебя во время битвы, я сразу поняла, что пытаться победить тебя бессмысленно!

-И не только ты. Но не забывай, что бунтовщицы ожидали увидеть меня в другом состоянии.

-Это был бредовый план!

-А у тебя есть идея получше? - усмехаясь, спрашивает королева.

-Нет, - отвечаю я, - я вообще была удивлена тем, что кто-то хочет тебя свергнуть. Мне казалось, твоя власть всех устраивает.

-Там, где есть власть, всегда найдутся желающие ее получить.

-Ну, может быть, - соглашаюсь я, - но это же - чистое самоубийство.

-Поднимая бунт, обычно рассчитывают на победу, а не на поражение.

Я не знаю, что ответить. Картина казни после бунта всплывает перед глазами, а ведь они все наверняка это видели. Или хотя бы слышали о таком варианте. Как же могли виллисы пойти на такой риск?

-Так ты хотела поговорить о бунте? - отрывает меня от размышлений голос Мирты. Поднимаю глаза, и вижу, что она внимательно смотрит на меня.

-Нет, я... я хотела сказать... я о многом передумала за эту ночь.

-Неужели?

-Ты ведь так меня наказала, да? За мое поведение. Заставив убить его.

-У каждой виллисы бывает первый танец. Твой нельзя было откладывать дольше.

Первый... Значит, будут еще, в том числе и у меня. Кого еще я должна буду убить? Кто следующий? Кто-то из моих близких? Или посторонний ни в чем не повинный человек? Нет, я не могу этого допустить. Только бы успеть...

-Первый? - переспрашиваю я королеву, - а когда будет следующий?

-Не скоро, - отвечает она, - а тебе что, понравилось убивать?

-Нет, конечно! Просто хочу знать, сколько у меня времени на отдых.

-На отдых? А ты не хочешь потратить его на что-нибудь другое?

-Хочу, - честно отвечаю я, - но мне нужно больше времени, чтобы... принять ситуацию.

-Ночи с ревенантом не хватило?

-Да что такое одна ночь! Думаешь, мне хватит ее, чтобы забыть, что я сделала?

-И что мне в последнее время такие нежные попадаются? И сколько ночей тебе нужно?

-Не знаю. Но я... буду стараться.

-Стараться что? - уточняет Мирта.

-Отдалиться от мира живых.

-Зачем?

Я останавливаюсь, заглядываю ей в глаза и отвечаю:

-Чтобы больше не потерять никого оттуда.

-Молодец. Дошло, наконец. И как ты собираешься это сделать?

-Держаться ближе к Неупокоенным, особенно к виллисам.

-Очень хорошо.

-Вот только одна проблема.

-Что?

-Просто мне... нужно время, чтобы принять все это... и себя, как виллису.

-Неужели это наконец случится? - с усмешкой спрашивает Мирта.

-Я - виллиса, и мне от этого не уйти. Это факт, и мне никуда от этого не деться. И лучше мне смириться с этим.

-Не верю своим ушам, - в том же тоне продолжает королева.

-Почему, Мирта, - горько спрашиваю я, - разве ты в себе сомневалась?

-Предпочитаю перестраховаться. Но видимо, тебе, действительно немного надо.

-Немного? Это было слишком!

-Слишком что?

-Слишком жестоко! До сих пор не могу прийти в себя.

Я хочу добавить, что жестоко это было по отношению к Илье, Насте и её жениху,но я ведь пришла мириться, а не ругаться.

-Не знаю, как другие виллисы справляются с тикими… событиями, - продолжаю я, - может, я действительно принимаю все слишком близко к сердцу. Но этот… человек, которого мы… я убила, он. Он был моим другом. Я виню и тебя и себя в его смерти. Да и остальных виллис мне тяжело видеть. Они все свидетели…Или соучастницы… не знаю, как правильно.

-Что ты хочешь сказать? – уточняет королева.

-Я хотела попросить тебя, разрешишь ли ты мне оставаться одной по вечерам… или лучше по ночам. Я имею в виду, днем ещё проще отвлекаться, а вечером я буду больше вспоминать. Не хочу, чтобы они все видели мои слезы. И… я даже летать ещё не умею. Мне бы потренироваться… без них.

-Тебе же помогала Ася?

-Да, но я не хочу, чтобы они видели меня… неуклюжей. После всего, что произошло, отношение ко мне итак не очень.

-Об этом и надо думать, а не о том, как ты выглядишь во время попыток летать.

-Ты права, - соглашаюсь я, - но это уже было, теперь только пытаться все исправить.

-Ну-ну, - фыркает Мирта, - я посмотрю, как у тебя это получится.

Вечером я ухожу от виллис. Мирта не реагирует, значит, и для остальных это скоро станет нормой. На самом деле я даже не решила, куда мне сейчас пойти и что делать. Не знаю, пойдет ли кто-нибудь за мной, чтобы проследить или им наплевать. Вроде Мирта мне поверила, но как насчет Гали? Лучше показать им что-нибудь безобидное. Выхожу на поляну и на самом видном месте пробую летать. Ну и жуткое это занятие! Мне все время кажется, что я сейчас упаду, потому я не поднимаюсь даже до середины стоящих недалеко берез. На каждую попытку я трачу столько сил, словно я пробежала бегом расстояние, в несколько раз больше. Представляю, как это выглядит со стороны, хорошо, что я не стала пытаться при других виллисах. Рядом с их грациозностью я выгляжу гадким утенком. Представить сложно, что они все так начинали, но иначе и быть не могло - каждая из нас раньше не умела пользоваться крыльями. И не только ими. Хотела бы я узнать, как они извергают огонь. Может, попробовать? Нет, если у меня вдруг получится, а кто-то это увидит, это будет хуже всего. Мне приходится заставлять себя летать снова и снова, до темноты, пока, обернувшись на треск ветки, я наконец не замечаю среди деревьев удаляющееся белое платье. Все-таки следили! Хорошо, если только одна и она сейчас ушла. А если нет? Приходится еще тренироваться, и лишь окончательно выбившись из сил, я опускаюсь на землю. И что мне теперь делать? Возвращаться к виллисам? Надеюсь, они уже обсудили меня и легли спать. Нет сил сейчас общаться с ними или с кем-нибудь еще. И вообще, разгоряченное полетами тело так и требует воды. Даже ночная прохлада не спасает. И куда пойти? Ручеёк или колодец мне сейчас не подойдет. Оглядываюсь. Не хотелось бы мне идти тем путем. Но отсюда я смогла бы найти дорогу к тому самому озеру, через которое Мирта вела нас к местам убийств. А оттуда, возможно, и в другое озеро, в котором вчера утонул Илья. Утонул... Это я его утопила. Нет, не нужно сейчас терзать себя, это бесполезно. Но пойти туда все же стоит, там не должно быть никого из Неупокоенных, не думаю, что после нашего дубля им там светит еще какая-нибудь добыча. Нужно только постараться никому не попадаться на глаза.

В темноте я захожу в воду. Если я хотела просто охладиться, то можно возвращаться домой. Но гораздо лучше узнать, смогу ли я куда-нибудь попасть без Мирты. Погружаюсь головой и иду дальше. Вроде вчера мы шли туда. Через некоторое время вода становится гуще. Нет, это не то. Я рискую выйти из болота, а зачем мне туда? Поплутав под водой некоторое время, нахожу другой участок воды. Иду долго, надеюсь, я смогу найти дорогу обратно. Лучше бы на первый раз в болото пошла. Если я заблужусь, интересно, кто меня найдет: Мирта или морской царь? Здесь должны обитать его подданные. Наверное, лучше вернуться или уже смысла нет? Через некоторое время я все-таки выхожу из озера и осматриваюсь. В темноте сложно понять, туда ли я пришла, но после вчерашнего я эти места точно не перепутаю. Несколько минут стою на берегу, но что мне делать тут одной? Хорошо еще, что живых тут нет, а то хороша бы я была. По сути, я смогла попасть в мир живых сама, без Степана или Мирты. Почему-то меня сейчас это не очень радует. Мне сейчас просто некуда пойти. Если даже я долечу до своей кофейни, что мне это даст? Да и не стоит так рисковать, меня могут увидеть. Куда пойти, чтобы не встретить никого? Погулять возле или в лесу живых? Если бы я могла менять облик как Степан, я бы могла навестить своих родственников. Хотя бы просто посмотреть, как они живут без меня. Но сейчас это невозможно. Да и не факт, что я нашла бы сама дорогу. Вчера меня вела Мирта. Наверное, я могу вспомнить, куда мы летели. Но зачем мне на кладбище? Можно пойти на свое могилу... хотя логичнее дождаться могилы Ильи и сходить тогда. Но такой темноты после его похорон придется ждать долго. Надо хотя бы на разведку слетать. Интересно, что подумают люди, если меня увидят? Наверное, что им пора к психиатру. Мне действительно лучше не попробовать сегодня. Интересно, как Мирта решает этот вопрос? Вчера казалось, что ее это не заботило.

Осторожно взлетаю, стараясь подняться повыше. Пусть меня прячет не только темнота, но и листва деревьев. Даже в мире Неупокоенных я не рисковала летать так высоко. Приземляюсь на кладбище и тут же ощущаю знакомый запах. Кто из живых рискует бродить по кладбищу в такую ночь? Прячусь за надгробием и понимаю, что это просто сторож. Когда он отходит дальше, я тихо отлетаю в другую сторону. Почти полчаса плутаю среди могил, прежде, чем найти свою. Как королева так быстро нашла ее вчера? Она что, хорошо знает наше кладбище. Сомнительно, откуда? Разве она жила здесь? Наконец я опускаюсь на землю перед плитой со своей фотографией. Как удивительно видеть это все. Не сразу решаюсь прикоснуться к цветам - не распустятся ли ни как вчера. Но нет, конечно, все остается как было. Отбрасываю розы и достаю свой кулон. Какое счастье, что он здесь, его давно могли украсть. Неужели за столько дней ни один нищий не обыскал свежую могилу? Или только моим родственникам пришло в голову положить под цветы такую вещь? А я читала, что у покойников и золотые зубы вырывают, надеюсь, с моим телом этого никто не сделает. Надеваю кулон. Не оставлять же его здесь. Все равно утащат рано или поздно, а его Света подарила мне. Конечно, показаться в нем Мирте невозможно. Придется куда-то спрятать. Но куда? У Степана? У Семеновны? Тогда придется им сказать о сегодняшней прогулке. Ладно, придумаю что-нибудь. До меня опять долетает запах живых. И, судя по голосам, это не сторож. Там минимум двое человек. Кажется, пьяные. Что им нужно на кладбище в такое время? Впрочем, это не мое дело, надо уходить и поскорее. Быстро встаю и улетаю с кладбища, но останавливаюсь. Возвращаться не хочется, может, больше не получится. Но и к людям сейчас не пойти. Хотя, за городом есть пустырь, там никого нет. Погуляю в мире живых в одиночестве. К виллисам успею вернуться. Лишь бы не встретить никого.

На пустыре на меня нападает ностальгия. Когда-то я часами бподила здесь в одиночестве ещё перед тем, как взять кредит на открытие кофейни. И вот опять я тут. Наверное, зря пришла, невозможно сосредоточиться на своих мыслях, все время кажется, что сейчас появятся живые. Правы были те Неупокоенные, кто говорил, что моё место теперь там. В мир живых я могу попасть или с чьей-то помощью или, как сейчас, шарахаясь от всех. Снова ощущаю запах живых. Да сколько можно, почему от них нигде нет покоя? Что им не спится? Едва успеваю спрятаться в высокой траве, как на дорогу выходит… моя сестра Света. Ничего не понимаю. Меньше всего ожидала встретить её тут. Света должна сейчас спать дома, с детьми. Или хотя бы с своим мужчиной, с которым я так и не успела познакомиться. Что она одна делает на улице в такое время? Хотела бы я подойти к ней и спросить! Но мне остаётся только наблюдать. Света нервно оглядывается, затем достаёт телефон и начинает звонить кому-то.

-Где ты? Да, принесла, принесла. Жду тебя. Везешь? Давай быстрее!

Эти слова ничего мне не объясняют. Может, у Светы здесь свидание? Странное место, да и что сюда можно принести? На неё не похоже, какие у моей сестры могут быть дела на пустыре тёмной ночью? Я ничего подобного не замечала при жизни. Хотя, я же с ней давно не живу. Но мама бы заметила? Ведь мои племянники наверняка сейчас с ней. Света нетерпеливо ждёт, и наконец, мы слышим шум мотора. Кто-то едет, сейчас узнаю, кто этот таинственный незнакомец. Света идет навстречу усиливающемуся шуму, затем останавливается и кричит. Набирая скорость, автомобиль сбивает ее и лишь после этого останавливается.

-Света! - кричу я, вскакивая и тут же прячась.

Я не могу показываться! Но и ничего не сделать не могу! После моего крика водитель оглядывается и уезжает, я едва успеваю разглядеть машину, которая кажется мне знакомой.

Подбегаю к сестре, она жива, но без сознания. Что делать, я даже позвать никого не могу? Хватаю телефон Светы и вызываю скорую помощь, представляясь чужим именем. Затем прячусь, пока врачи не увозят Светлану.

С трудом подавив желание поехать с ними, я возвращаюсь к озеру. Что с моей сестрой? Кто это сделал? Её сбивали специально, я сама видела. Тот, с кем она договаривалась о встрече. Неужели это её любовник? Но зачем ему? А если не он, с кем ещё могла встречаться Света в таком месте ночью? Я должна была ближе общаться с сестрой, тогда я смогла бы ответить на все вопросы. А так, получается, я почти ничего о ней не знаю. Точнее, знаю все, но понемногу, в общих чертах. А кто-то знал что-то такое, что послужило причиной покушаться на её жизнь. Да её бы переехали ещё раз, если бы я не оказалась рядом! И я даже не могу рассказать маме, не смогу прийти к ней в больницу. В лучшем случае я уговорю Степана сводить меня к живым, чтобы узнать, выживет ли Светлана. Ужасно, если нет. У неё дети, наша мама их не вытянет. Моя смерть хотя бы была вопросом времени. Мы все ждали. А теперь, бедная мама, как она справится с этим? Что происходит с нашей семьёй?

Захожу в воду и долго не могу найти правильное направление. Глупо заблудиться именно сейчас, уже побывав в мире живых. Болотную воду я отличают, но в парочке озёр и реке всплывала. Хоть бы это никто не заметил, кажется, пару раз я ощущала присутствие умерших. Значит, и они меня тоже. Когда наконец всплываю в нужном озере, вздыхаю с облегчением. Собираюсь вернуться к виллисам, но кулон на шее останавливает меня. Я же не могу прийти в нем. Надо где-то оставить. Конечно, можно попытаться спрятать под одеждой, но поможет ли это с королевой? Вдруг она заметит его по запаху илиможно ещё как. Запах! Я забыла! Все поймут, что я была в мире живых. Что теперь делать? Вспоминаю о бутылке в избушке ревенанта. Хороша бы я была, если бы прямо в таком виде заявилась к виллисам. Только бы в лесу никто меня не заметил. Это маловероятно, здесь полно Неупокоенных. Если ещё раз решусь – бутылку надо прятать поближе. Хотя мне ещё сегодня нужно вернуться без последствий. В окно избушки достаю бутылку с водой. Кроме себя протираю кулон. Мало ли кто кроме Степана сюда ходит. Сразу поймут, что он из мира живых. Да и он сам поймёт, но что делать, иначе никак. Оставляю кулон пол любимой костью, жаль, что я не умею сама менять внешность. Возвращаюсь на поляну, ещё немного тренируюсь летать, и даже сама прилетаю к виллисам.

-Получается? – спрашивает проснувшаяся Мирта.

-Как-то пока не очень, - признаюсь я, - надеялась, что все спят и меня никто не увидит.

-Надо больше тренироваться.

-Да, - соглашаюсь я, наслаждаясь её бархатным голосом. О чем ещё с ней поговорить?

-Ты предпочитаешь, чтобы я возвращалась раньше? - спрашиваю я.

-Нет, это не важно.

-А не будет проблем с другими Неупокоенными?

-Если у тебя нет с ними конфликтов - нет.

-Нет, конечно, откуда? Я с ними почти не общаюсь. Ведь конфликты со Степаном не считаются?

Мирта усмехается. Я улыбаюсь, беру свое покрывало и ложусь. Пусть она считает, что у меня и в отношениях с ним не все гладко. Хотя это и не совсем ложь. Я предпочла бы ходить в мир живых без него. Несмотря на усталость, сразу уснуть не могу. Опять думаю о Свете. Хотела бы я знать, что произошло сегодня. Мне придётся разговаривать со Степаном или Семёновной, так я эту ситуацию не оставлю. Если этот человек так хотел убить мою сестру, он может попробовать ещё раз. Тут мне в голову приходит мысль – она теперь может его опознать! Хорошо, если он не успеет добраться до Светы раньше. А если сможет? Если она в обычной палате, к ней же выпускают всех? Зря я пошла одна, мне бы очень пригодился Степан! Он наверняка знает, как найти владельца машины. Где же я её видела? Наверное, кто-то из наших общих знакомых. Но так ничего не вспомнив, я засыпаю.

Глава 15

На следующее утро я думаю о своей ночной прогулке. Невероятно, как легко я попала в мир живых! Просто пошла нужной дорогой и все! Если бы я раньше знала! Хотя нет, это знание далось слишком высокой ценой. Но все равно, так странно, что я попала туда без проблем. Почему другие виллисы не ходят к живым каждую ночь? Или ходят, просто я не знаю? Нет, если бы они ходили, то убивали бы, а я бы сразу почувствовала. Может, у них нет возможности изменить внешность? Я очень рисковала. Как бы отреагировали люди, если бы заметили меня? Или Мирта возражает против таких походов? Маловероятно. Мне стоит быть осторожней, не время конфликтовать с ней. Хотя сдерживаться сложно – я не могу перестать думать о Свете. Как она сейчас? Кто мог желать ей смерти? Надеюсь, мама уже знает. Хотя она должна быть с моими племянниками. Бедные, каково им будет потерять мать? Они ещё так малы! А наша мама, остаться сразу без двух дочерей! Нет, я не могу этого позволить! Если Света ещё жива, я должна остановить того, кто пытается её убить. И сделать это нужно как можно скорее. Я не знаю, кто он и когда придёт пробовать опять. Но как это сделать? Я не могу прийти в мир живых и сидеть около сестры в больнице. Я даже показаться там не могу в образе виллисы. Надо просить кого-то помочь. А перед этим договориться с Миртой, что я уйду надолго. Нет, я не рискну, она может что-нибудь заподозрить. Тогда я не то, что помочь не смогу, но даже и узнать, что происходит с моими родственниками. Не представляю, что делать. Как защитить Свету, если я от виллис надолго отойти не могу? Если бы я знала, когда именно я могу ей помочь, в какое время я должна быть рядом. Нет смысла сидеть с сестрой целыми днями, это и невозможно. Но в какое время ждать убийцу? Или он не придёт? Думаю, придёт, ночью он был настроен решительно. Но меня испугался, логично, что и следующую попытку он предпримет без свидетелей. Скорее всего, ночью, но как он в больницу попадёт? Хотя, о чем это я, за деньги все решаемо. Проблемы будут у меня, как я смогу поменять внешность и попасть после этого в больницу? Кто меня впустит, у меня не то, что денег, даже документов нет. У Степана были, может, обратиться к нему? Сама я все равно внешность не поменяю. Семёновна на моей стороне. Хотя у них свои планы, моя помощь сестре может им не понравиться. Да и перед Миртой лишний раз светиться своим общением с неугодными ей не стоит. Попробую сначала сама. Пойду к избушке, возьму кость. Может, у меня получится. Должно получиться. Если нет… Если я опоздаю… Что делать, я же не могу пойти туда прямо сейчас. Я даже не должна показывать свою тревогу, Мирта, кажется, читает мысли. Только бы дождаться ночи. А пока потренируюсь летать, пусть виллисы видят, что это я уже могу.

Казалось, ночь не наступит никогда. Время тянулось бесконечно. Да еще за мной явно кто-то следил, и я не могла рискнуть и уйти раньше, это был бы конец. Когда я точно остаюсь одна, быстро лечу к избушке. С нетерпением достаю в окно кость и бутылку. В темноте присматриваюсь, пытаясь понять, был здесь Степан или нет. Кажется, был. Некоторые кости лежат на других местах. И мой кулон он, видимо, трогал. Хорошо, что не взял себе. Надо предупредить его. А сейчас я должна поторопиться. Беру кость, и изо всех сил пытаюсь повторить движения ревенанта. Безуспешно. Наверное, тут какой-то секрет. Надо было просить помощи Семёновны. А теперь поздно. Некогда уже искать Степана. Я должна скорее попасть в мир живых, я ещё там буду долго искать Свету. Как я появлюсь там с такой внешностью и что смогу сделать? Но оставаться здесь больше не могу, хотя бы узнаю, в каком состоянии сестра.

Подхожу к озеру и оглядываюсь – надеюсь, за мной никто не следит. Сейчас просто нет возможности сидеть рядом с виллисами. Вроде никого, и я захожу в воду. Кажется, она холоднее, чем вчера. Но раздумывать некогда, скорее иду вперёд. Вода не меняется, и как бы долго я не шла, никуда прийти не могу. Выхода просто нет. Возвращаюсь, надеясь не заблудиться. Где найдёт меня завтра Мирта, если я не вернусь к виллисам? Тогда она точно меня больше не отпустит даже к Степану. Поймёт, куда я рвусь, и перекроет мне всё. Даже если я смогу хоть в чем-то превзойти королеву, когда это будет? Останется ли в живых света, или я опоздаю? Наконец выхожу на берег и ложусь на траву. Одной проблемой меньше. Хотя бы я вышла обратно, а не оказалась в другом городе. Узнаю у Аси или ещё кого про переход в мир живых через озеро. Попробую попасть туда завтра, если будет не слишком поздно. Было наивно рассчитывать, что я опять беспрепятственно пройду. Но ведь три ночи подряд мы как-то ходили… Как? Что изменилось? Смотрю на озеро, но ничего не понимаю. Вроде все также. Только луна убывает. Убывает! Вскакиваю и подхожу ближе – ну конечно! Я ошиблась, зашла не с той стороны. Видимо прошла вход. Опять вхожу в воду, прислушиваюсь к ощущениям. Вроде теперь все так. Странно, что нет никого из подданных водяного царя. Не ловушка ли это? Было бы очень не вовремя. Но в итоге мне удаётся выйти в нужном месте. Вздыхаю с облегчением – я все-таки увижу сестру. Жаль, что не получилось Изменить внешность, в таком виде меня в больницу не пустят. А классно было бы под видом знакомой прийти навестить Свету, заодно расспросить о Роме и нашей маме. Хотя это я размечталась, возможно, Света не в состоянии говорить. Пока я лечу в город, стараясь не попасться никому на глаза, обдумываю, что делать дальше. Двери должны быть заперты, да и в больнице везде люди. Как я буду прятаться, если кого-то встречу? А если меня поймают? Даже не представляю реакцию на мои крылья и копыта, а если меня опознают? На похороны пришло много народу, могли запомнить. В общем, в здание заходить нельзя. И как быть? Заглядывать в окна? Благодаря полётами это возможно, только бы меня не увидели. С трудом вспоминаю, что травматология вроде на третьем этаже. Свет в почти во всех палатах не горит. Неудивительно, наверное, здесь режим. В принципе, это хорошо, пациентам будет сложнее разглядеть меня.

Подлетаю к больнице с той стороны, где на улице никого нет. Начну отсюда, а то рядом с отделением скорой помощи какое-то движение. Осторожно заглядываю в окна четвёртого этажа. Судя по количеству бинтов и растяжек, это травматология. Почти все спят. Жаль, что окна занавешивают, я трачу много времени на попытки рассмотреть людей в щелочки.

Наконец мне улыбается удача - в одной из палат я вижу спящую сестру. Нога в гипсе, повязка на руке. Надеюсь, ничего серьезного. Странно, что она одна в палате. В других и по шесть человек лежат. Она что, заплатила, чтобы лежать одной? Раньше у Светы не было таких замашек. Да и денег тоже. Вдруг меня осеняет - это не она! Это убийца заплатил, чтобы беспрепятственно проникнуть к ней ночью. При толпе пациентов он наверняка не решился бы, а здесь все условия. Я должна остаться на всю ночь. Но ведь меня хватятся. Как же быть? Может, напугать сестру, чтобы она добилась перевода в другую палату? Ага, кто будет этим заниматься ночью в бесплатной больнице. Жаль, что я не могу с ней поговорить. Может, подкинуть ей записку? Но мне нечем писать, и Света может узнать мой почерк и испугаться. Что же делать? Еще раз оглядываюсь - к счастью, никто с улицы меня не видит. Может, найти спички, поджечь что-нибудь и забросить в окно, чтобы Свету точно перевели отсюда? Это спутает планы убийцы, и я смогу уйти. Только где взять спички или зажигалку? Как в такие моменты не хватает Степана! Надо бы проникнуть внутрь и полазить по карманам. Просовываю руку в форточку и медленно открываю окно. Но оно открывается с таким скрипом, что мне кажется, сейчас сбежится вся больница. Оглядываюсь - нет, на улице никого. Вздохнув с облегчением, возвращаюсь к своему занятию и... встречаюсь взглядом с проснувшейся Светой! Она вскрикивает, а я быстро взлетаю на крышу. Она меня видела! Что теперь? Кошмар, надеюсь, она хотя бы крылья не заметила. Сообразив, что Света не может встать с кровати, а аккуратно подлетаю к окну. Надеюсь, Света сейчас позовёт медсестру, и они что-нибудь предпримут. Ей же никто не поверит, что она видела умершую сестру, не хватало еще, чтобы меня тут начали искать. Осторожно заглядываю в окно, но Света даже не смотрит в мою сторону, она разговаривает по мобильному.

-Почему ты так долго не отвечаешь? – кричит она.

Ответа собеседника я не слышу, а сестра продолжает:

-Приезжай скорее! Она здесь! Я её видела!

После короткой паузы Света объясняет:

-Жанну! Она все знает, вот и приходит ко мне! Хочет забрать с собой!

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не пойти поговорить с сестрой. Как ей могла прийти в голову такая глупость. Разве я могла бы желать ей смерти? Наверное, от лекарств она не очень хорошо соображает. А может, она все-таки разглядела меня вчера после аварии, вот ей и кажется, что это к смерти?

-Приезжай! Быстрее! - требует от кого-то моя сестра, - ну и что, что доехал, вернешься за пять минут! Я тут она не останусь! Ничего мне не показалось! Она в окно на меня смотрела! Немедленно приезжай, сам увидишь!

Она кладет трубку, и я поспешно возвращаюсь на крышу. Не хватало еще, чтобы Света увидела меня во второй раз, она окончательно перепугается. Лучше подождать, пока кто-то к ней приедет. Наверное, это ее мужчина, с которым она так и не успела меня познакомить. Хорошо, если он останется с ней до утра, я смогу спокойно уйти. Только как же он войдет? Надеюсь, что в любом случае он не увидит меня на крыше, надо отойти подальше от края. Подожду минут десять, и опять посмотрю, что там происходит. Лишь бы мне не пропустить приход убийцы. Убийца! А вдруг тот, кому звонила Света и есть он? Тогда я сама его позвала. Надо будет дождаться и помешать его планам. Уже не терпится посмотреть, кому понадобилось покушаться на жизнь тихой домашней Светы, которая никому в жизни не сделала зла. Вот какие у него могут быть причины? Я понимаю, можно найти много желающих убить меня. А что, если... это один и тот же человек? Может, он решил извести всю нашу семью? Тогда и мама в опасности? И дети Светы? И что тогда, мне не разорваться на всех. Даже сейчас я не уверена, что действительно смогу спасти сестру. Если сейчас придет ее мужчина, а не убийца, и она пробудет с надежным человеком всю ночь, что дальше? Убийца может найти другую возможность. Лучше бы он пришел сейчас! Вот ели бы он набросился на Свету, а я бы подняла шум, и его взяли на месте преступления! Он бы сразу отправился за решетку, и я могла бы ни о чем не беспокоиться! Мечты, мечты...Что-то я тоже плохо соображаю. Этот человек уже был у Светы в больнице буквально несколько минут назад. И она все еще жива. Кошмар, я могла опоздать совсем чуть-чуть. От этой мысли холодок ползет по спине. Или этот человек не убийца, или ему просто что-то помешало. Или кто-то. О5 посмотрим. Не главное - не растеряться, и точно рассчитать момент. Не спугнуть его, но успеть позвать помощь. Надеюсь, хоть какой-то мед. персонал в этой больнице не спит? На быструю реакцию пациентов травматологии особой рассчитывать не приходится. Сижу ещё несколько минут и, оглянувшись по сторонам, подлетаю к нужному окну. С бьющимся сердцем цепляюсь за подоконник – неужели я сейчас увижу своего убийцу. Странно, что Света молчит, я думала, она будет рассказывать о том, что видела меня. Надеюсь, я не опоздала. В щелочку вижу, как сестра целуется с мужчиной, который кажется мне знакомым. Через секунду я понимаю, что это – мой Рома! Перестаю махать крыльями и висну на подоконнике. Не хватало ещё упасть отсюда. Не может быть! Это не он, это невозможно! Подлетаю ближе, прижимаясь лицом к стеклу. Да, он, сомнений быть не может. Я сразу его узнала, только с первые мгновения поверить этому не могла. А теперь я смотрю, как он отрывается от её губ и ласково спрашивает:

-Что тебе приснилось, сорвала меня сюда второй раз за ночь?

-Это не сон, - возражает Света, - Жанна опять за мной приходила! Из-за нас!

-Светик, это просто нервы, - успокаивает Рома, гладя ее по щеке, - она ничего не знала, и приходить не может.

-Может! Я ее видела! Она была…

Тут она оглядывается на окно опять вскрикивает. Я тут же улетаю. Не знаю, заметил меня Рома или нет, мне здесь больше нечего делать. Без меня там всем хорошо. Не разбирая дороги, добираюсь до избушки. Беру бутылку с водой, опрыскиваюсь и вижу кулон. Хватаю его и швыряю как можно дальше. Силы покидают меня, и я с рыданиями опускаюсь на траву. Не может быть, как могло такое случиться. А я-то дура, почему раньше не догадалась? Она как будто не радовалась моей предстоящей свадьбе, не хотела приходить туда вместе со своим мужчиной. А Рома, ну как он мог? Зачем затевал все свадьбу, если встречался с ней? Внезапно я вспоминаю – когда я была понятной в своей квартире, Рома сказал полицейскому, что его не было дома ночью, когда я умерла. Так вот с кем он был! А если бы он был дома, ничего бы не случилось! Я сейчас была бы жива! Ага, и уже замужем за Ромой. Который любит…. Слезы душат, я больше ни о чем не могу думать. Успокоившись, понимаю, что прошло много времени. Наверное, уже глубокая ночь, а я ещё не вернулась. Надо поторопиться. До нашей поляны остаётся недолго, когда я замечаю, что за деревом кто-то есть. Хоть бы Степан! Сейчас мне так не хватает друзей! Я не могу одна справиться с этим! Хотя на каких друзей я имею право, если того, кого я считала лучшим другом, я убила сама. Глаза опять наполняются слезами, но из-за дерева выходит… Мирта. Я останавливаюсь. Не нужно было показываться ей в таком виде.

-Где ты была? – строго спрашивает она.

От её тона я ещё больше теряюсь. Она все поймёт, да и какое теперь это все имеет значение. Мирта подходит ближе и замечает моё заплаканное лицо.

-Что случилось? – уже теплее спрашивает она.

Я с плачем кидаюсь ей на грудь. Удивленная королева обнимает меня и накрывает крыльями. От исходящего от них тепла и звука её голоса я быстро прихожу в себя и говорю:

-Прости. Я не должна была…

-Какие у тебя проблемы на этот раз? – убирая крылья, интересуется Мирта.

-Никаких. Просто… я опять вспомнила, что убила своего лучшего друга, и меня накрыло.

-Какая ты нежная.

Во мне начинает закипать раздражение, и я спрашиваю

-А ты?

-Я и начала эту традицию. Было только лёгкое сожаление.

-Какую традицию? – переспрашиваю я.

-Забирать с собой неугодных близких.

-Неугодных?! Ты с ума сошла! Ты со всеми это делаешь?

-Я думала, ты это уже поняла.

-Я не думала, что со всеми!

-Зря. С некоторыми и не по разу.

-Как это?

-Бывает, что у виллисы есть несколько людей, с которыми не сведены счёты.

-Но это же месть!

-Можно и так сказать. Смерть забирает нас слишком рано и неожиданно. Многое остаётся незавершеным.

-Мирта!

Она смеётся и хлопает меня по плечу.

-Пойдём, уже поздно.

По дороге я говорю:

-Не думала, что ты сама будешь следить за мной.

-Я планировала не следить. Но в целом да – хочешь сделать что-то хорошо, делай сама.

-Уж тебе есть кому доверять.

-Ты про Галю? Она итак весь вечер наблюдала за тобой.

Мирта даже не скрывает, что за мной следят. Вот зачем, если они уверены, что я безобидна? В чем меня серьёзно можно подозревать? Не думаю, что королева действительно верит, что я могу её в чем-то превзойти. Придётся подождать, пока они успокоятся. Или мне это уже не нужно? Сама не знаю. После сегодняшнего хочется скорее закутаться в покрывало и остаться одной. Хотя, наверное, будет ещё хуже, не думать об измене Ромы я не могу. Мирта и остальные хотя бы отвлекают. Лучше поговорить с королевой ещё.

-Не только она, - отвечаю я, - и во время бунта многие были на твоей стороне.

-Не из-за любви ко мне, а ради своей безопасности.

Я хочу возразить, что многим действительно нравится Мирта как королева, но лучше обсудить другое,и я уточняю:

-А ведь они хотя бы могли сами себя защитить. А я когда нибудь смогу так?

-Огнём? Конечно. Летать же научилась.

-Пока не очень хорошо, - признаюсь я.

-Да,ты долго привыкаешь. Ничего, все будет. А с огнём просто – завтра я покажу тебе. Сейчас давай спать.

Я закутываюсь в покрывало. Мирта сама будет меня учить? Неожиданно. Значит ли это, что она считает меня безопасной? Тогда зачем выслеживает? Или считает, что эти знания я все равно не смогу применить против неё? Но почему, огнём же можно убить любую из нас? Думает, что благодаря коню она неуязвима? Если да, то она права. И сейчас мне это на руку, пусть учит. Потом посмотрим… Затем мои мысли возвращаются к событиям мира живых. Как Рома мог так поступить со мной? И Света! Они оба меня предали! Как я хочу уснуть и поверить, что это был просто сон. Но нет, мне не приснилось бы такое. Даже в голову бы не пришло. Интересно, поверила бы я, если бы кто нибудь мне сказал? Думаю, нет. Хотя… Илья! Он все знал! Знал и собирался мне сказать! Тогда, в кофейне, в мой последний день! Но промолчал! Почему? Берег меня? Бред! Моё сердце не помешало ему темнить у меня за спиной! Боялся, что не поверю? Возможно. Да! Он же говорил, что у ромы кто-то есть, я тогда установила камеру. Значит, Меркурьев хотел, чтобы я сама увидела. Только Рома не дурак, вести в мой дом. Или Света сама не согласилась. Мне надо было верить и Роме, и Илье, когда они говорили друг о друге плохо. Но тогда я и подумать не могла, что это правда. Наконец, устав от этих мыслей я засыпаю.

Утром я чувствую себя значительно лучше. Особенно если не вспоминать, что я видела ночью. Улыбаюсь, общаюсь с другими виллисами. Даже Галя смотрит на меня благодушно. Если даже она поверила в мою безобидность, я могу больше особо не прятаться. Другое дело, что и со Степаном и его тёщей общаться пока не хочется. Лучше посидеть пару дней с виллисами, куда мне торопиться. Тем более, что Мирта хотела научить меня извергать огонь, Семёновна бы одобрила.

Королева подходит ко мне и спрашивает:

-Готова?

-К чему?

-К новому этапу учёбы.

По спине пробегает холодок. Неужели она догадалась о моих планах? Но как? Пытаясь улыбнуться, отвечаю:

-К этому нужна особая подготовка? Сложнее, чем летать?

-Не совсем. Но требуется лучше чувствовать свое тело. Ты уже смирилась с нашей внешностью?

Да уж, с телом виллисы у меня по-прежнему сложно.

-Не верю, что хоть из нас до конца смирилась с этим, - заявляю я.

Стоящие вокруг виллисы одобрительно улыбаются.

-Верно,- усмехается Мирта, - многое нам пришлось потерять. Но у нового тела есть и преимущества, тебе предстоит ими овладеть. Но вообще, ты уникальная.

Я непонтмающе смотрю на королеву. Это комплимент или что?

-Ты столько дней виллиса, а все ещё не исследовала свой нос,-продолжает Мирта.

Я с ужасом подношу руку к лицу. Нет, что там ещё может быть?

-Неужели тебе совсем не было интересно? – спрашивает Ася.

-Мне и в голову пришло, - отвечаю я, ощупывая нос, но ничего не нахожу.

-Не здесь, - поясняет Мирта, - внутри.

-Серьёзно, даже после того, как ты видела, как мы делаем это.

-Я думала, этому надо как-то

-Я думала, этому надо как-то надо учиться, - еле шепчу я.

-Логично. Но откуда-то огонь должен выходить.

После этого я наконец решаюсь сунуть палец в ноздрю и почти сразу на что-то натыкаюсь. Это похоже на бородавки, только внутри носа и с тёплыми дырочками внизу.

Виллисы смеются, а Мирта спрашивает:

-Как ощущения?

-Только не говори, что мне нужно исследовать другие отверстия своего тела в поисках сюрпризов.

-Нет, конечно, - со смехом отвечает королева, - но ближе к делу. Зажми одну ноздрю, а в другую набери воздуха. Теперь резко выпускай его, как бы из верхней части ноздри, стараясь попасть по бородавке.

Я делаю как она приказывает и тут же отскакиваю в сторону от струйки огня. Не думала, что у меня получится с первого раза. Потираю нос.

-Горячо, - спрашивает Мирта, - я же говорила, надо выдыхать верхней частью носа. Потренируйся, только аккуратно, когда разработаешь, струя будет большая.

-Лучше потом, - отвечаю я.

В носу все еще жжет, видимо, я сделала это не совсем правильно. Виллисы расходятся, поняв, что новых попыток не будет.

Вечером ко мне с загадочным видом подходит Марина и говорит:

-Пойдём со мной.

-Куда?

-К нам. Кое кто хочет поговорить с тобой.

-Кто? Водяной царь?

-Нет, с чего ты взяла?

-А кто из ваших может хотеть со мной поговорить? Кроме тебя я никого не знаю.

Марина улыбается и тянет меня за руку.

-О нет, ты его очень хорошо знаешь.

Не понимаю, о чем идёт речь, но иду за русалкой. По пути пытаюсь угадать, кто это может быть.

-Степан? А почему он сам не пришёл?

-Нет, ревенант тут не при чем, - смеясь, отвечает Марина.

-Кто-то из живых?

-Нет, конечно. Да и ты бы уже чувствовала.

-Тогда кто? И почему у вас?

-Неужели ты ещё не догадалась? Смотри.

Я поднимаю глаза. Передо мной стоит Илья.

Глава 16

Увидев его, я останавливаюсь в замешательстве. Во мне закипает злоба, сейчас выскажу ему все. Вспоминаю, какой смертью он умер, и не знаю, что теперь сказать. Он знает, что я убила его. Наверняка помнит. И несмотря на это захотел поговорить со мной. Илья подходит ближе, и Марина говорит:

-Я могу уйти?

-Да, пожалуйста, - отвечает Илья.

Еле дождавшись, когда она уйдёт, я кричу:

-Как ты мог? Как ты мог предать Фиалку?

-О чем ты говоришь?

-Я все знаю! Ты обманывал меня, присвоил кучу денег! Даже открытие новой точки стало лишь возможностю очередного обмана!

-Не правда!

-Правда! Фиалка была для тебя только возможностью заработать деньги, только и всего!

-Вовсе нет! Я любил её! Все силы и время ей отдавал! Я вкладывал всего себя, но кофейня всегда принадлежалв только тебе.

-Потому что я её открыла!

-Знаю, я никогда не оспаривал этого. Просто мне всегда хотелось получать немного больше…. Признания моего вклада в неё.

-Ага, в материальном виде!

-Да, мне нужны были деньги, и что? А кому они не нужны? У меня ребёнок! Или как бы ты хотела, чтобы я их заработал? Занимался чем нибудь на стороне, а не нашей кофейней?

От его наглости я не знаю, что возразить, а Меркурьев продолжает:

-Обвиняй меня в том, что я предал тебя, но не Фиалку. Не я бы никогда.

-Может быть. Но теперь она осталась без нас.

Илья разводит руками и отвечает:

-Я уже думал об этом. Но что поделать? Я не собирался умирать.

-Представляешь, я тоже!

-Жанна, как это произошло? Что с тобой случилось? Мы все думали на твоё сердце, но Марина сказала, что смерть была насильственой.

-Так и было, - спокойнее говорю я, - кто-то пришёл ко мне и пытался убить, в процессе у меня случился приступ.

-Господи! Кто? Ты его видела?

-Нет, к сожалению.

-Погоди, ты же умерла дома. Ты не закрыла дверь?

-Закрыла. А он открыл.

-Асмодмн! – восклицает Меркурьев.

-Не говори ерунды, - устало отвечаю я, - Рома изменник, но не убийца.

-Ты знаешь!

-Да. Почему ты мне не сказал?

-Ты бы не поверила.

-Мог бы подстроить так, чтобы я их увидела.

-Спасибо, я не хотел быть твоим убийцей.

-Я все равно умерла!

-Да мы все умираем, но приближаться это не стоит.

-Но я имела право знать! Мы собрались пожениться!

-Прости, Жанна, я не рискнул. Не хотел ответственности за твой возможный сердечный приступ, да и Асмодмн меня шантажировал.

-Вот как! Значит, вы покрывали друг друга!п

-Не такие уж мы и приятели, чтобы друг друга покрывать. Скорее, каждый из нас был вынужден молчать.

-Не очень вы молчали, пытались намекать.

-Пытались,- соглашается Илья, - но ты сама видишь, чем все обернулось.

-Я только ночью узнала, с кем именно изменяет мне Рома! Вы все меня обманывали!

-Как ты узнала? – удивляется Илья, - уже после смерти?

-Да, ведь при жизни мне никто не сказал! Хорошо, хоть сейчас узнала!

-Пошла в мир живых и все выяснила.

-А так можно?

-Лучше не надо, - отвечаю я, - и не говори никому.

-Хорошо, - соглашается он, - и про меня ты тоже так узнала?

-Да, я рвалась в фиалку, хотела узнать, как там без меня. И увидела тебя, так и закрутилось.

-Не помню.

-У меня была другая внешность. Представляешь, я решила, что это ты убил меня из-за фиалки.

-Ну ты даёшь!

-Да, я проверяла твоё алиби. Я с облегчением узнала, что это не ты. Но Мирта все равно заставила меня убить тебя. Прости, мне так жаль. Я не могла ей сопротивляться.

-Да,мне объяснили. Хотя когда я оказался у Неупокоенных, я подумал, что ты сама отомстила мне.

-Да,Света тоже решила, что я хочу забрать её с собой. А я-то дура, хотела ей помочь.

-Помочь? Зачем?

Я рассказываю про ситуацию с покушением на свету и моё посещение больницы. Меркурьев задумывается, затем говорит:

-Ну, что он к ней в больницу бегает, меня не удивляет. А вот что она делала ночью одна в таком месте? Ей больше не нужно тайком встречаться с ним, да и не было ромки там. Странно…

-Да какая разница, - устало отвечаю я, - может, у неё есть ещё один любовник или ещё какие дела.

-Серьёзно? Твоя сестра не такая, чтобы встречаться сразу с несколькими.

-Ага, зато встречаться с моим женихом ей в самый раз.

-Я понимаю, как это звучит, но… Мне пришло в голову, что это может быть связано с твоей смертью.

-Каким образом?

-Не знаю, но если раньше вы обе жили спокойно, а через несколько дней после смерти одной сестры другая неожиданно оказывается там, где её пытаются убить – что-то тут не чисто.

-Да…действительно. Думаешь, кто-то пытается уничтожить нашу семью?

-Нет, у меня другая версия.

-Какая? – интересуюсь я.

-Света причастна к твоему убийству, а теперь от неё пытаются избавиться.

-Илья, ты что! Бред! Быть такого не может! Света бы никогда…

-Самой не смешно?

-Нет! Убийство – это серьёзно!

-И у неё была причина желать тебе смерти. Иначе почему тебя убили именно перед свадьбой?

-Совпадение. Уверена, меня убили из-за Фиалки.

Меркурьев вздыхает и говорит:

-Жанна, это для нас с тобой она всё. А для остальных – просто кофейня, каких много.

-Но она приносит доход!

-Верно, но это далеко не миллионы.

-И все-таки!

-А ты не думала, что есть люди, для которых это не главное? Например, для твоей сестры на первом месте всегда был дети и муж. Возможно, она просто настолько захотела, чтобы Асмодин стал её мужем, а не твоим.

-Не верю!

-Как хочешь. Твоё дело.

Я пытаюсь собраться с мыслями. Нет, я уверена, что меня убил мужчина. Я слышала его шаги. Хотя за шумом воды… Опрокинуть на меня шкаф смогла бы женщина? Света не спортсменка, хотя и слабой её не назовёшь. Физически она многое может. А что если… она и не пыталась меня придавить? Если она и сделала расчёт на моё сердце, зная, чего ожидать?

-Нет, - говорю я ещё раз, - нет, это не могла быть она!

Рассказываю Меркурьев всё , что помню о своей смерти.

-Не вижу ни одной причины, по которой это не может быть она. Ты не видела нападавшего,не слышала. Видимо, она специально молчала на всякий случай, чтобы ты не узнала её голос. Вдруг ты бы не умерла?

-Думаешь, она приходила не убивать?

-Я не очень близко знаю Свету, но мне кажется, она могла специально прийти, чтобы расстроить свадьбу. Например, рассказать тебе правду и тем самым довести до сердечного приступа. Может, ей было достаточно того, что ты попадёшь в больницу, а потом расстанешься с Ромой. А план со шкафом пришёл в голову, когда она уже зашла в квартиру.

-Откуда у неё ключи?

-Ромка дал, наверное. А у твоей мамы нет?

-Есть, - грустно отвечаю я, - сама давала.

-Вот именно. Пока рома был на мальчишнике, она пошла к тебе.

-Почему тогда не устроила что-нибудь на девичнике? Она же с нами была!

-Так вы были не одни! И ты думаешь, легко на такое решиться? Кстати, ты не обратила внимания, в каком настроении она была?

-Обратила. В подавленном, но я решила, что она устала к концу рабочей недели.

-Теперь ты знаешь, почему она грустила на самом деле. Так почему не веришь, что твоя сестра могла быть убийцей?

-Света – тихая и незаметная девушка, представить невозможно, чтобы она причинил кому-то зло, особенно мне.

-Самой не смешно?

-Нет, и подумай вот о чем! Допустим, Светке плевать на меня насколько, что она готова меня убить или хотя бы расстроить мою свадьбу. Но! Подумай о нашей с ней маме! Представляешь, какой для мамы удар потерять меня! Не верю, что сестра рискнула бы пойти на такое. Хотя… не побоялась же она встречаться с Асмодиным. А ведь для этого она наверняка оставляла с кем-то детей. А с кем, если не с мамой?

Илья опускает глаза.

-В чем дело? – набрасывабсь я, - опять хочешь что-то от меня скрыть?

-Жанна, я… ладно, теперь можно и сказать. Твоя мама про них давно знала.

-Что?- кричу я, - нет! Ты можешь заставить меня поверить в то, что весь мир меня предал, но только не мама!

-А что она могла сделать? Она узнала позже меня, когда все у них было уже в разгаре. Я знаю, что она пыталась повлиять на них, один раз прямо в Фиалке она их распекала.

-Она должна была все мне рассказать! – кричу я, едва сдерживаю слезы.

-Жанна… кто бы рискнул?

-Вы все меня обманывали!

-Мы пытались тебя уберечь.

-Это не выход!

-Ну и кто бы решился сказать тебе правду и стать виновником твоей смерти? Ты осуждаешь, что никто из нас не осмелился на это?

-Кто-то в итоге осмелился, - мрачно шепчу я.

Илья подходит и обнимает меня, но я сбрасываю его руки. Некоторое время мы молчим, затем он спрашивает:

-А что с твоей сестрой? Пойдёшь ещё к ней?

-Что? Я? С какой стати?

-Но её же пытались убить.

-У неё есть защитник.

-Один раз он ей не помог.

-Это не мои проблемы.

-Ну… хорошо. Как знаешь.

-Илья, ты извини… мне надо побыть одной. У меня голова кругом от встречи с тобой и этого разговора.

-Да,я понимаю.

-Давай поговорим потом? Мне здесь итак нелегко.

-Я наслышан.

-Кстати, как тебе у Неупокоенные? Как водяной царь?

-Интересный товарищ. Пока вызывает противоречивые чувства. А в целом я смирился, что попал сюда.

-Да…и я, наверное, тоже. Увидимся.

Быстрым шагом возвращаюсь к виллисам, возмущаясь вопросом Ильи. Он серьезно считает, что после всего, что я узнала, я должна помогать Светке? Я что, мать Тереза? Мне больше заняться нечем? Она думала обо мне, когда в кровать к моему мужу лезла? А я теперь о ней думать должна? Нет, я не собираюсь этим заниматься. Пусть ее защищает Рома, мама, кто угодно, да хоть черт лысый, мне все равно! Знать ее больше не желаю, как и всех, кто покрывал эту парочку!

Закутываюсь в покрывало и нервно хожу по поляне. Да уж, неожиданная встреча с Меркурьевым у меня вышла. Конечно, мне говорили, что это возможно, но так быстро! Да еще сразу после Ромы и Светы! Мир живых действительно словно не отпускает меня, он словно наступает со всех сторон. И это в тот момент, когда я пытаюсь развить в себе навыки, нужные виллисе. Я с ума сойду с ними со всеми! Ладно хоть Степан с Семеновной пока меня не трогают, хотя они, наверное, просто ждут. Интересно, как они определят, насколько я подхожу их планам. Я так и не спросила тещу ревенанта, что ей от меня нужно. Надеюсь, ничего особенного, проблем и без них хватает. Хотя, не стала бы она помогать мне, если бы у нее не было своего интереса. Так что и тут я легко не отделаюсь. Ну и влипла я. Мало мне напряженных отношений с Миртой, так тут я еще больше все осложню. Разорваться на два лагеря будет тяжело. Даже у Степана не получилось. Куда мне, если я так неудачно начала существование в мире Неупокоенных? Не представляю, чем все закончится. Надо успокоиться и привести мысли в порядок. Но я не успеваю этого сделать, ко мне подходит удивленная Ася и спрашивает:

-Жанна, что случилось? На тебе лица нет. С русалкой поругалась?

-Нет, Марина тут не при чем. Она просто устроила мне встречу с другом, которого мне пришлось убить.

-Боже мой, что он тебе сказал? Он на тебя злится?

- Нет, скорее я на него. У меня много причин.

-Естественно, если бы у тебя их не было, не было бы и этого танца с убийством. Но почему ты вернулась в таком состоянии?

-Он рассказал мне, как на самом деле обманывали меня мои близкие люди.

-О! Зря это он.

-Нет, не зря, - возмущаюсь я, - я имела право знать! Еще тогда, при жизни! Почему я узнала об этом только сейчас, это несправедливо!

-Наверное, у них были причины скрывать! Ты всегда всем рассказывала все подряд? Своей маме, например?

-Нет, конечно. Но речь о моей сестре и моем муже. Они меня предали, я имела право знать!

-Может быть. Но теперь изменить ничего нельзя. Какой смысл теперь говорить об этом? Тем более, так переживать?

Я молчу. Она серьезно не понимает, насколько это важно для меня? Или ее просто никогда так не предавали? Может, она просто уже давно умерла, поэтому события мира живых не имеют для Аси такого значения?

-Послушай, это все в прошлом.

-Нет, это и сейчас происходит. И раньше было.

-В прошлом для тебя. Эти люди были важны в твоей жизни, но твоя жизнь закончилась. Теперь ты здесь. Не принимай все это так близко к сердцу. Пусть живут, как хотят.

-Ась, ну не могу я успокоиться! Все, кого я считала любимыми и надёжными людьми, оказались предателями.

-Что у вас случилось? – спрашивает Галя, подходя к нам.

-Ничего, - неохотно отвечаю я, - просто разочаровалась в людях.

-Да,по тебе заметно. Где ты была?

-А почему ты меня допрашиваешь? Где я могу быть?

-Серьёзно? С тобой одни проблемы, шляешься непонятно где, возвращаешься в истеричном состоянии. И да, мне очень интересно, куда ты ходишь.

-Жанна разговаривала с другом, которого мы затанцевали, - поясняет Ася, - и он рассказал ей о предательстве её близких людей, вот она и расстроилась.

-Понятно. Но гораздо интереснее твои ночные прогулки.

-А что? Ты-то прекрасно знаешь, чем я занимаюсь, сама же за мной следишь,- как можно спокойнее отвечаю я.

-Именно. И куда ты ходишь, когда думаешь, что за тобой не следят?

-Почему я должна отчитываться перед тобой? Я объяснила Мирте, что ходила на озеро, вспомнила убитого друга и плакала одна в лесу.

-Только Мирта тебя нашла совсем не у озера.

-Я… пыталась найти Степана. Там избушка, в которой он часто бывает.

-Нашла?

-Нет. Встретила Мирту.

-В чем ты её подозреваешь? – спрашивает Ася.

-Она знает, в чем.

Тут к нам подходит королева и спрашивает:

-По какому поводу конфликт?

-Никакого конфликта, - устало отвечаю я.

-Жанну обидел кто-то из живых, - насмешливо добавляет Галя.

-Вот как? Ну так мы можем решить эту проблему, стоит только захотеть.

Я понимаю, о чем идёт речь. Нет, я на это не готова. Чтобы я затанцевала сестру? Ни за что!

Поняв что-то по моему лицу, Мирта говорит:

-Что, уже не так уж и злишься на живых? Да, не с твоим характером. Но если передумаешь – только скажи, мы с радостью. Галя, пойдём, ты мне нужна.

Они уходят, кажется, говоря обо мне. Но все, что мне удаётся услышать – слова Гали «она мне не призналась». О чем это? Она знает, что я ходила к живым? Это не её дело. Да и все равно. Больше не пойду туда. И лучше мне не думать о Свете. А то Мирта узнает про неё и заставит меня убить.

-Зачем ты ругаешься с Галей? – ускоряет меня Ася, - только все налаживается, зачем опять проблемы. Всё успокаивается после бунта. Надеюсь, нас ждёт мирное время.

-Почему?

-Обычно после бунтов все тихо.

-Неудивительно, - соглашаюсь я, - все в очередной раз понимают, что им ничего не светит и смиряются.

-Что?

-Ничего, это я так.

-Ты не смирилась? Хочешь ещё?

-Я? Нет, я не хочу бунта. Какая разница, Мирта или кто другой. Мирта, наверное, даже лучше остальных. Да и новые убийства… не хотелось бы.

-Но Галя тебя в чем-то подозревает. Скажешь, на пустом месте?

-Нет, не на пустом, - признаю я, - но и ничего прямо уж плохого я не делаю. Да и что она ко мне прицепилась? С Миртой у меня проблем нет, а Галя что меня допрашивает?

-Потому что она правая рука Мирты. Не конфликтуй с ней.

-Да я вообще никого не трогаю. Просто я долго адаптируюсь здесь, а Галя ещё и мешает.

-Пусть так. Но проявляйте больше уважения к Гале, она вполне может настроить Мирту против тебя.

Ася уходит. Я фыркаю ей вслед. Уважения, ещё чего! За что её уважать? Мирта хоть смогла стать королевой и удерживать эту власть, а Галя что? Конечно, я благодарна ей за то, что она спасла меня во время бунта, но что сейчас ей от меня надо? Надо мне быть осторожнее, чтобы в ближайшие дни не давать ей повода. Может настроить Мирту против меня… И что теперь? Мне из страха лебезить перед ней? Что они вообще могут мне сделать? Убить как Настю? Ну, не убили же пока. Они это делают только в случаях вроде бунта. Или ради меня сделают исключение? Интересно, стал бы кто нибудь возражать в таком случае? Наверное, нет. Своя шкура всем дороже, это нормально. Да и нет у меня здесь друзей, которые рискнули бы заступиться. У той, кто подняла бунт, они были. Неудивительно она здесь давно, а я нет. Здесь… А там кто у меня был? Только “Фиалка”? Я думала, что у меня любящая семья и друзья, а оказалось… Наверное, я просто не умею строить отношения с людьми по крайней мере, такие близкие. Если даже любимый человек изменял мне ещё до свадьбы. И все его покрывали. Нет, я сойду с ума, если опять буду думать об этом. Но как не думать? Я не могу по щелчку пальцев все забыть. А надо – Мирта может как-то вычислить её и заставить меня убить. Хотя я и не так уж против. Пугаюсь своих мыслей и сажусь под дерево, пытаясь успокоиться. Нет, конечно, я не желаю убивать сестру. Конечно, нет. Просто у меня не осталось любви и сочувствия. Кажется, если сейчас Неупокоенные пойдут кого-то убивать, мне будет все равно. Пусть делают, что хотят. Но где-то я понимаю Мирту, которая завела традицию мстить оставшимся в живых. Нет, я не дойду до этого, конечно. Тем более, что Светку наказал бог или ещё какая высшая сила. Мне нет нужды делать что-то самой. Или есть? Ведь если я ничего не сделаю, она может умереть уже без моей помощи. Кто-то же пытался её убить. И действительно может попробовать ещё раз. Неужели я скоро встречусь с ней здесь? Интересно, кем она станет после смерти? Нет, я не должна так думать! Несмотря ни на что, я не должна желать сестре смерти. Никто не заслуживает смерти, пусть даже за такое. Да и мама сойдёт с ума. Хм, а недавно я думала иначе. Но я не могу отомстить им так! Конечно, вот бы Роме потерять её, наверное, он был бы в шоке потерять и невесту, и любовницу за такой короткий срок. И дети Светы… им то за что. Они тоже на мою маму свалятся? Не слишком ли я размахнулась со своей местью? Я становлюсь такой же жестокой, как и другие виллисы? Не хотелось бы. Или быть виллисой – это и значит быть мстительной и жестокой? Наверное, в глубине души мне хочется принять предложение Мирты. Не могу я их простить. Но не простить это значит обречь Свету на смерть. Как я буду существовать с этим? Зная, что могла все предотвратить? Ну есть разница между предательством и пособничеством убийству. Хотя, может, это я зря? Может, её сейчас защищает Рома, и без они прекрасно обойдутся? Нет, если она убежала, что к ней является дух умершей сестры, думаю, он не поверит и что её пытаются убить. И из больницы она навряли сможет уйти с такой ногой. Хотя, когда её сбила машина, мне показалось, что Светка должна быть в худшем состоянии. А она ничего, с любовником по ночам встречается. Но защититься все же не сможет, как и убежать. И поможет ли ей кто-нибудь? На ее вчерашние крики никто не явился. Если в следующий раз там буду не я, а убийца… мне нужно готовиться к встрече с сестрой здесь, в моем новом мире. Нет, этого не будет. Я не допущу. И, кажется, я знаю, что нужно сделать – пойти и опять напугать её, чтобы боялась оставаться одна. Так будет безопаснее. А я попрошу Степана помочь мне найти того, кто пытается её убить. Её… я даже не знаю кто убил меня. Неужели это один и тот же человек? Или Илья прав, и меня убила Света? Сложно поверить, чтобы моя родная сестра…. Но если она хотела семью с Ромой, с нашей свадьбой такая возможность исключалась. По крайней мере, пока я жива, ведь они как бы боялись расстраивать меня из-за моего сердца. Наверное, это Рома придумал такую отговорку для неё, чтобы не уходить от меня. Тогда у Светы действительно не было выбора. Возможно, Меркурьев прав, она могла и не хотеть убивать. Может, просто хотела, чтобы я попала в больницу и отложила или отменила свадьбу. Но она перестаралась. Если я не сделаю ничего, чтобы предотвратить её смерть, я буду ничем не лучше Мирты и других виллис. Нет, я не позволю себе такой стать.

Вечером активно тренируюсь летать и извергать огонь даже после того, как Галя демонстративно перестаёт за мной следить. Ага, так я ей и поверила. Кстати, с огнём все не так уж и сложно, учиться летать было труднее. Просто нужно было сразу делать все аккуратно, а я обожглась, вот и не стала пробовать ещё раз. Теперь я умею делать это даже в полете. Интересно, если бы сейчас был бунт, я бы справилась? Наконец время проходит, и я могу спокойно уйти.

Подхожу к избушке и беру бутылку. Трава вокруг примята, Степан, видимо, опять навещал вдвову. Интересно, что он думает по поводу моих походов в мир живых и когда вы кажется по этому поводу. Ладно, не до него сейчас, спешу к озеру. Захожу в воду, но не успеваю сделать пары шагов, как из воды вынириыает Мирта и хватает меня за руку. От неожиданности не знаю, что сказать. Не может быть, почему она здесь?

-Куда ты идёшь? – жёстким голосом спрашивает она.

-О, я… никуда.

-Серьёзно? Пойдём.

Она выводит меня из озера и говорит:

-Уже не первый раз так ходишь, да? И к кому ты ходила в мире живых?

-Ни к кому, - отвечаю я, - да и как бы я пошла в таком виде?

-Да, пойти в таком виде – большая глупость. И сколько раз ты её делала с помощью этой бутылочки?

-Нисколько.

-Да ну?

-Да, ещё ни разу.

-А это с твоей могилы само сюда перекочевало?

Мирта показывает мой кулон. Не стоило мне его выбрасывать. Неужели это не Степан был в избушке? И как мне теперь выкручиваться? Нас окружают другие виллисы, включая ухмыляющуюся Галю. Наверное, мне нужно было слушать Асю. Показываются и другие Неупокоенные, среди них лесовик Ян. Его только не хватало. Поймав мой взгляд, королева говорит:

-Некоторые давно уже знают о твоих походах, верно?

Ничего не отвечаю и слышу голос Степана:

-Больше всех о них знаю я. Сейчас расскажу.

Глава 17

Я удивленно смотрю на Степана - не может быть, он не может меня предать! Да, Ян наверняка уже рассказал все, что знал, если не больше. Но ревенант! Он столько помогал мне, да и как отнесется к словам полицейского его теща? Или она уже отказалась от своих планов насчет меня? Этого мне еще не хватало, хоть кто-то из друзей у меня еще остался? Впрочем, кажется, остался сквозь толпу виллис ко мне пробирается Ася, но толку от нее? Она не сможет мне, она даже не в курсе моих похождений, только Мирту с Галей разозлит.

-Да, я могла сразу предположить, что без твоего участия здесь не обошлось, - замечает Мирта.

-Конечно, я с самого начала в этом участвовал. Хотя и без меня Жанна ходила в мир живых.

-Заткнись, - приказывает ему труп огромного мужчины с торчащим из живота ножом.

Поклонившись ему, Степан продолжает:

-Позвольте, я был уверен, что королева виллис будет не против.

-Да ты что? - усмехается Мирта.

-Конечно. Мы ведь ходим туда не просто так. Жанна ищет своего убийцу.

Все удивленно смотрят на меня. Я сама не ожидала такой версии от полицейского. Конечно, частично это правда, но чем это может понравиться Мирте?

-Это правда? - спрашивает меня Мирта.

-Да, - отвечаю я.

В общем, это правда, и Илью я в своей смерти подозревала, и тот, кто покушался на жизнь моей сестры, может оказаться моим убийцей. Опускаю глаза, не зная, что делать и говорить. Не понимаю, к чему клонит ревенант, и как мы из этого выпутаемся. Ситуация серьезная, я должна была быть осторожнее и понимать, что неожиданныйй легкий путь к живым не появился просто так из ниоткуда.

-Так Жанна узнала об обмане ее друга, которого ты заставила убить, - продолжает Степан, - и когда она надет своего убийцу, она отдаст его на танец.

Среди виллис слышатся смешки, а Галя спрашивает:

-Ты сам-то в это веришь?

-Я уже хорошо успел изучить Жанну и знаю, что для нее дороже всего. Жанна, скажи королеве, ты отдашь на танец человека, который отнял у тебя “Фиалку"?

Я поднимаю на Мирту вспыхнувшие глаза и отвечаю:

-Да.

-Ты уверена? - уточняет она, беря меня за подбородок.

Я вспоминаю свою кофейню, оставшуюся без присмотра, и повторяю:

-Да, конечно.

-И как далеко ты продвинулась в своем расследовании?

-Не очень, - признаюсь я, - окончательно убедилась в невиновности того, кто был моим лучшим другом, и теперь рассматриваю другую версию.

-Кого сейчас подозреваешь? - продолжает расспрашивать Мирта.

Я молчу. Нет! Если скажу, будет то же, что и с Ильей.

-Думаешь, я сама не узнаю? - усмехается королева.

Узнает. Про Меркурьева не нужно было говорить. Она словно чует такие вещи. И как мне теперь выкручиваться? Втянул меня Степан в историю! Ладно меня, но мою сестру! Я хотела помочь ей, а в итоге сейчас натравлю на нее Мирту.

-Пожалуйста, не трогай никого, пока я не смогу убедиться в виновности!

-Кто она? Я чувствую, у тебя достаточно причин на нее злиться.

-Верно, больше, чем достаточно, - соглашаюсь я, - но давай договоримся, что мы затанцуем моего убийцу, а не всех подозреваемых!

Замираю в ожидании ответа королевы. Ей может не понравиться, что я ставлю условия. Она сама может приказать убить кого угодно, и как я смогу ей помешать? Все вокруг тоже ждут. Мирта, немного подумав, соглашается:

-Хорошо. Но ты затанцуешь убийцу. И уже не отвертишься.

-Разумеется!

-Я серьезно, - ледяным тоном говорит мне Мирта, - я знаю твое нежелание убивать. Но если ты рассчитываешь сейчас пообещать, а потом как-нибудь выкрутиться, то даже не надейся. Или ты убьешь его, или я тебя. Все слышали?

В ответ раздаются одобрительные возгласы.

-Мы будем ждать этого танца, Жанна, поторопись, - уже обычным голосом продолжает Мирта, - и, чтобы тебе ничего не мешало - можешь ходить в мир живых, но будь осторожна. Степан, проконтролируй. Если, конечно, уважаемы не возражает.

-Если Степан решил взяться за ум, я не возражаю, - отвечает он.

-Так кто она? - настаивает Мирта.

-Моя сестра Света, - отвечаю я, понимая, что врать бесполезно.

-Хорошо. Если она виновна - она свое получит. И если решишься на дополнительны танец для нее - мы все будем рады.

Я качаю головой.

-С вашего позволения, - говорит ревенант и, взяв меня за локоть, уводит от это толпы. Я только успеваю оглянуться и увидеть недовольны взгляд Мирты на Асю. Ну вот, еще и у Аси неприятности из-за меня. Не нужно было ей так явно показывать, на чье она стороне, она все равно ничего сделать не может. Как-то теперь нужно заново налаживать отношения с королевой, хотя мне будет невозможно отвязаться от танца, на который меня вынудили согласиться. Я пообещала перед всеми, а если Мирта сказала всем о будущем танце, значит, это точно произойдет. Неужели мне придется пройти это еще раз?

-Что ты творишь? - спрашивает полицейский.

-А ты? Втянул меня в историю! Мне опять придется убивать!

-Тебе в любом случае придется это делать, смирись. Возможно, я спас тебе жизнь.

-Не преувеличивай!

-Ни грамма. Знаешь, зачем собрались все?

-Думали, что я подниму бунт? Меня почему-то все в этом подозревают.

-Думаешь, все ошибаются? Нет, Неупокоенные собрались в надежде, что Мирта позволит тебя уничтожить.

-А им-то что от этого?

-То же, что было во время танца. Или в твой первы раз, когда русалки защекотали ту девушку.

-А что общего? Когда Мирта испепелила Настю, никто ничего не получил.

-Да, а если бы отдала им - также получили бы.

-Как же они согласились, что им не досталось? - усмехаюсь я.

-Перед этим был танец. И королева имеет право сама уничтожить тех, кто на нее покушается.

-Боже, я никогда не выучу местных правил. Да как же можно уничтожить Неупокоенных так, чтобы получить столько удовольствия, как от убийства живых? Там весь смысл именно в жизни.

-Можно. Нужно только знать способы.

-Даже слышать об этом не хочу, - отмахиваюсь я, - но даже если и так, и ты спас меня. Как теперь выкручиваться? Она заставит меня убить, я ничего не смогу сделать.

-И что? Тебе жалко своего убийцу?

-Нет, но и убивать я не хочу! И не дави на меня “Фиалкой"! От того, что мы его затанцуем, уже ничего не изменится.

-И что? Пусть останется безнаказанным?

-Нет, но живым.

-А что ты предлагаешь?

-Я бы хотела, чтобы его посадили в тюрьму, как и положено.

-Кто же его посадит? - усмехаясь, спрашивает Степан, - все считают, что это был несчастный случай. Только ты знаешь, что это не так.. И убийца.

-Что же мне делать?

-Давай двигаться дальше. Разберемся с твоей сестрой. Пойдем в мир живых.

Наконец я понимаю, что ревенант не хочет продолжать разговор среди Неупокоенных, и мы переходим в мир живых. Замечаю, что начинаю чувствовать их запах. Нет, только вчера все было хорошо. Вспоминаю, как избавиться от запаха, и мне становится стыдно. Я должна терпеть. Но как, если теперь будет только хуже? Что мы успеем за одну ночь? Одно радует - я опять в свое любимо личине для мира живых. Степан, видимо, захватил кость, как он мог быть так уверен, что Мирта и остальные одобрят наши поиски убийцы? А сам он в форме, хоть бы она пригодилась. Надеюсь, с полицейским у меня дела пойдут лучше, его частенько не хватало.

-Как твои успехи в умениях виллис? - спрашивает Степан.

-Неплохо, я думала, будет сложнее.

-Семеновна тоже тобой довольна.

Семеновна? А она откуда знает?

-И очень важно, что ты получила от Мирты разрешение ходить в мир живых. Мы сможем использовать это в своих целях.

-В каких?

-Когда нам нужно будет пойти в мире мертвых туда, куда Мирта тебя не пустит.

-Стёпа, ну это же бред! Я так старалась попасть к живым, так изворачивалась, а теперь все наоборот?

-Да, и это не бред, просто другого выхода нет. Она еще никому не позволила пройти туда.

-Почему?

-Во избежание конкуренции.

Я останавливаюсь и говорю:

-Конь. Ты хочешь, чтобы у меня был виленин конь, как у Мирты.

-Да, хотя Семеновна надеется на большее. Что встала, пошли.

-А куда мы идем? - спрашиваю я, - ты лучше меня знаешь, где сейчас Света?

-Не Света, а ее алиби. И не я знаю, а Семеновна.

-Не могу понять, при чем тут твоя теща.

-А ты думаешь, это я знал, в какую историю ты влипла?

-Ты знал, что я хожу к живым и видел мой кулон.

-Да, но остальное узнала она. И вовремя направила меня к виллисам.

-Что ей вообще от меня надо? Зачем она мне помогает?

-Скажем так... она видит в тебе потенциал, и хочет им воспользоваться.

-Каким образом?

-Хочет изменений у виллис. Я на это не надеюсь, я вижу в тебе только источник проблем и глупостей. Но спорить не буду, все равно только тебе решать, как далеко ты зайдешь.

-О чем ты говоришь? Семеновна втягивает меня во что-то опасное?

-Да. Ты, конечно, можешь отказаться.

-Расскажи подробно.

-Поговори с ней сама.

-Но ты знаешь, что она хочет?

-Знаю. Хочет, чтобы у Мирты была оппозиция.

-Я? Это же смешно!

-И я так думаю. Так что спорь с ней. Если хочешь, отведу тебя к ней, как только мы вернемся.

-Да, наверное, нужно сразу ей сказать, чтобы не питала ложных надежд, - говорю я, - ведь твоя теща пытается мне помочь.

-Себе она пытается помочь. Не думаешь же ты, что она помогает всем виллисам? Но об этом позже. Смотри, мы правильно пришли?

-А зачем нам сюда? - спрашиваю я, оглядываясь.

-А кто здесь живет? Из твоих знакомых?

-Маша, подруга, она была со мной на девичнике.

-Правильно мыслишь, сейчас мы узнаем, с кем была твоя сестра после того, как вы разошлись.

-Мы занимаемся не тем, Стёпа! Итак ясно, что она была с Ромой! Сейчас ей угрожает опасность, мы должны спасти ее, и потом разбираться с убийцей.

-Мы должны знать, не пошла ли она вслед за тобой в твою квартиру. Иначе ты не спасешь ее от Мирты.

-Но ведь мы можем опоздать!

-Можем. Но здесь мы ненадолго.

-Ты хочешь поговорить с Машей? Но ведь уже поздно, вдруг она уже спит?

-Семеновна сказала, что мы ее застанем. Чувствуешь, кто-то идет? Это она?

Я присматриваюсь, и узнаю Машку. Выходит из соседнего подъезда. Вспоминаю, что там живет ее женатый любовник. Я с головой ушла в открытие новой кофейни и забыла о проблемах и радостях своих подруг. А Маша? Осталась ли она моей подругой? Или ей ближе Света, которая спала с моим женихом? Что еще мне предстоит узнать о тех, кого я считала близкими людьми?

-Да, это она, - отвечаю я.

-Хорошо. Сядь на лавочку и не вмешивайся. Я сам с ней поговорю.

Выполняю приказ, а ревенант останавливает Машку и спрашивает:

-Федорова Мария Сергеевна?

-Да, это я. А что случилось?

-Добрый вечер, майор Соколов. Я занимаюсь покушением на Светлану Волковскую.

-А, Светку, - успокаиваясь, говорит Маша, - да ужас вообще, кому это могло быть надо?

-А вы знаете, зачем она пошла одна ночью в такое странное место?

-Нет. Если бы это случилось парой недель раньше, предположила бы. А теперь...

-Вы имеете в виду, что после смерти сестры Светлане незачем больше скрывать своего любовника?

Подруга вздыхает и спрашивает:

-Вы уже знаете?

-Работа такая.

-Ужасно всё. Просто рок какой-то. Зачем только Светка связалась с женихом сестры? Я давно подозревала, но поверить не могла. И чем все кончилось? Жанки нет, Светка в больнице. А еще недавно все было так хорошо.

-Вы думаете, это рок? А реальной связи между смертью старшей сестры и покушением на младшую нет?

-Это вам сама Светка сказала? Конечно, нет. Не слушайте ее. Она вбила себе в голову, что Жанна умерла, узнав перед свадьбой про нее и Ромку. Ей Жанна мертвая мерещилась и сразу после аварии и потом в больнице. Это от шока у нее. И совесть мучает. Подумайте сами, такая беда, сестра умерла, и тут авария так быстро.

-Вот именно, что быстро. Не слишком ли странное совпадение?

-Что вы имеете в виду?

-Куда могла пойти Светлана ночью одна? Если любовника прятать больше не надо?

-Даже представить не могу. Она не говорила. Да не к Роме точно, как я поняла, он и не знал.

-Не знал. И никто не знал, что Светлана собралась на пустырь. Что могла она скрывать от всех?

-Скрывать? Да нечего ей скрывать. Какие у нее тайны?

-Возможно, она хотела с кем-то встретиться?

-С кем? Думаете, у нее был второй любовник? Да нет, мы бы знали.

-Нет, я так не думаю. И зачем второй любовник, когда уже есть один? Светлана ведь была против свадьбы сестры?

-Не так, чтобы против... Просто чем ближе к этому дню, тем больше она плакала и психовала. Боялась, что после свадьбы Роман порвет с ней, чтобы не узнала Жанна, понимаете?

-Понимаю. Наверное, Светлана очень хотела, чтобы свадьба не состоялась.

-Да, она говорила мне об этом. Кто же знал! Кто знал, что свадьбы действительно не будет! Светка накаркала!

-Или повлияла более реальным способом?

-На что вы намекаете? - возмущается Мария так громко, что я не выдерживаю и оглядываюсь на нее, - Светка никогда бы ничего не сделала сестре!

-Я не говорю, что она убила ее специально. Но могла прийти к Жанне и раскрыть ей правду, например.

-Нет, ничего подобного! После девичника никто из нас больше не видел Жанну!

-Вы уверены?

-Конечно! Когда мы все разошлись, мы с Ритой вместе поехали домой на такси. Она живет недалеко. Так не успели мы доехать, Светка в соплях и слезах позвонила, у нее истерика началась. Пришлось нам с тем же таксистом ехать за ней, потом ко мне, и почти до утра ее вдвоем успокаивали. Представляете? У меня свекровь и муж толком не выспались, а нам же на работу всем! А что делать было, не бросить же ее в таком состоянии?

-А к другой подруге Рите почему не поехали?

-Куда? У нее однушка, и ребенок маленький.

-А больше Светлану некому было успокоить?

-А кто? Рома на мальчишнике, а ее мама, конечно, была против их романа, еще бы она стала успокаивать дочь. Да и дети там, что их пугать.

-Значит, в ту ночь никто из вас троих не общался с Жанной?

-Нет, говорю вам, мы с Риткой занимались Светой. У нее такая истерика была, скорую вызывали. Так она после уколов успокоительного и снотворного не уснула! Это до какого состояния нужно было себя довести?

-Да, серьезно.

-Так и это еще не все! Мы уже спать собрались ложиться, хоть два часа до работы поспать. И тут - Светке Рома звонит. И с какой новостью - Жанна умерла! Вы представляете? Мы думали, у нас с недосыпа коллективные глюки начались! Поверить не могли! Ну, вот как? У Светки лицо было, я думала, ей само с сердцем плохо станет. Она себя винила, говорила, ее Бог наказал. Ну бред же?

-Конечно, бред.

-А потом Свете пришлось самой сообщать эту новость маме. Тогда уже ее маме скорую вызывали. Не день, а кошмар!

-Действительно, кошмар. И все-таки странно: сердечны приступ сразу после девичника... не помог ли кто?

-В смысле, кто-то Жанке про Рому и Свету рассказал? Да нет, никто бы не решился. Наверное, Жанна не выдержала просто. У нее что-то с бизнесом была, а тут и свадьба. И порок сердца такой тяжелый. Все одно к одному.

-И тем не менее, у нас есть информация, что сердечный приступ был спровоцирован.

-Чем?

- Шкафом. И правильнее спросить, кем? Подробностей не могу сказать, идет следствие.

-Какой шкаф? О чем вы говорите? Быть того не может! Жанна не была идеальной, но до смерти довести.... Да все берегли ее, все же знали о ее больном сердце!

-А покушение на Светлану вы тоже считаете несчастным случаем?

-Да, я не думала, что кто-то хотел сбить ее специально. Наверное, просто не рассмотрели, не ожидали, что она там будет. На пустыре же обычно никого нет, особенно ночью! Зачем она только туда пошла!

-И мне хотелось бы знать.

-Я не успела ее расспросить! Она о призраке сестры заговорила, мне так жутко стало. Я постаралась разговор свернуть. Да и ей отдыхать же надо.

-Конечно. Но сейчас Светлане лучше. Вы еще будете ее навещать?

-Да, завтра в обед. Я рядом с больницей работаю.

-Хорошо. Если что-то вспомните или узнаете, позвоните по этому телефону. Больше вас не задерживаю. Всего доброго.

-До свидания.

Она уходит, и я ехидно спрашиваю Степана:

-А что, можно позвонить на тот свет?

-Не совсем, -отвечает он, - но мы в мир живых еще вернемся.

-Зачем ты сказал ей про шкаф? Пусть бы думала, что я умерла случайно.

-Эту информацию знает только убийца. Если она передаст ему - сама или через кого-нибудь, он задергается и выдаст себя.

-Да как она передаст? Может, она его не знает?

-Ты слышала, она собирается завтра навестить твою сестру.

-Стёпа, ты все еще ее подозреваешь? Маша сказала, что у нее алиби.

-Слова одного человека - еще не алиби.

-Думаешь, она соврала про скорую и такси? Такие вещи легко проверяются. Кто будет врать полиции?

-Всякое бывает. Завтра нужно будет проверить. А сейчас - в больницу.

-Нет! - восклицаю я.

-В чем дело?

-Не хочу опять видеть с ней Рому, - признаюсь я.

-Мы можем встретить там убийцу. Давай быстрее, может, все расследование завершится уже сейчас. Пешком дойдем?

-Минут тридцать. Лететь было бы быстрее.

-Уже пристрастилась? - смеется ревенант, - я же говорил, тебе понравится. Но мы сделаем по-другому. Иди сюда.

Он прижимает меня к груди, и мы оказываемся возле больницы.

-Ты уверен, что этого никто не заметил? - спрашиваю я, морщась от головокружения.

-Уверен, не в первый раз. На каком этаже твоя сестра?

-На четвертом, в травматологии. Но как мы попадем туда? В таком виде я не могу летать.

-Да, мы пойдем под видом людей.

-Ты-то в форме, а я как войду?

-Со мной. Не о том думаешь. Нам было бы идеально застать еще одну попытку покушения.

-Я тоже хотела ее застать. Но вместо этого встретила тут Рому.

-Я думаю, тот, кто нам нужен, точно знает, когда твоя сестра останется одна. Он явно в курсе жизни вашей семьи и знает, когда надо прийти. Сейчас мы должны пойти в травматологию и убедиться, что с твоей сестрой все в порядке. Тогда будем ждать.

Я пугаюсь, только бы мы не опоздали. Я так задержалась из-за виллис, а потом мы ходили к Машке. Надо было сразу в больницу, остальное могло и подождать. Мы со Степаном поднимаемся в травматологию, и он спрашивает, в како палате моя сестра. Мы заглядываем туда, и я вижу Свету, спящую, как и четыре ее соседки по палате. Вздыхаю с облегчением - как хорошо, она не одна! При свидетелях он ничего не решится сделать. Но ревенант недоволен. Когда мы выходим из больницы, он предлагает:

-Нужно разделиться. Ты встанешь у главного входа, а я у служебного. Неизвестно, как он войдет.

-И что мы будем делать?

-Пойдем за ним и поймаем с поличным.

-А мы не ошибемся?

-Не должны. Он вполне может прийти сейчас. Все спят, даже медсестру, которая должна быть на посту, мне пришлось будить. Светлана в общей палате, значит, посетителей вроде твоего Ромы в это у нее быть не может. Он ждет именно такого момента.

-Как же он войдет? У него наверняка нет такой формы, что у тебя.

-Мы не знаем, что у него есть. Надо ждать. Если увидишь кого подозрительного - сразу зови меня, и за ним.

Степан уходит, я остаюсь одна. Время словно остановилось. Сколько нам ждать? До утра? А если он не придет? Или уже пришел и где-то спрятался? Вдруг он убьет Свету у нас под носом. Мне кажется, что уже начинает светать. На самом деле прошло столько времени, или я накручиваю себя? Может, я только хочу, чтобы скорее наступило утро, и сестра оказалась хотя бы во временной безопасности? Тогда у нас будет время до следующе ночи. Нет, лучше решить все сейчас. Тогда к утру мы спокойно вернемся домой, Светка будет в безопасности, а я, возможно, узнаю, кто тогда убил меня. И мне придется отдать этого человека виллисам. Конечно, так ему и надо. Но я все равно не представляю, как это будет происходить. Во время танца он же узнает меня? И поймет, за что я его убиваю? Илья же меня узнал. Нет, как я не хочу это все опять. Да и не факт, что тот, кто покушается на Свету, убил меня. Это могут быть разные люди. Мы со Степаном будем разбираться. Черт, получается, я буду выгораживать перед Миртой того, кто хотел убить мою сестру! Но если я этого не сделаю, представляю, как обрадуются виллисы и другие Неупокоенные. Лишний танец. Странно, что они еще во всех не переубивали для своего удовольствия, интересно, что им мешает? Оказывается, можно и Неупокоенных также уничтожать, и почему я этого еще не видела? А ведь мне казалось, что я видела уже все, ан нет, опять что-то новое. Когда уже закончатся эти неприятные сюрпризы. Скорее бы мне разобраться со своими проблемами в мире живых и адаптироваться в мире Неупокоенных. Какой-то сложный период у меня, я уже устала, а конца и края этому не видно. Надеюсь, когда я отдам Мирте убийцу, наши с ней отношения наладятся, и наступит спокойное бесконфликтное существование. И я не буду никому причинять проблем. Правда, не знаю, как я смогу жить, участвуя в убийствах под началом королевы... От мыслей меня отвлекает голос Степана:

-Жанна! Скорее сюда!

Бегу с ним к служебному входу и вижу стоящую там машину.

-Узнаешь? - спрашивает ревенант.

-Да... вроде. Но там темно было. А что...

-Из этой машины вышел молодой парень и надел привезенный с собой белый халат. Думаю, это тот, кто нам нужен.

Глава 18

-Бежим скорее, - отвечаю я.

Мы быстро поднимаемся по ступеням. Неужели я сейчас увижу своего убийцу? Узнаю ли я его? Или это другой человек? Но что он может сделать Свете, когда она среди людей? Наверняка все спят, но все равно, это риск. Надеюсь, сейчас Степан его схватит, и все закончится.

-Как считаешь, что он задумал? - запыхавшись, спрашиваю я.

-Он переоделся врачом, наверное, попытается сделать укол или что-то подобное.

Этого еще не хватало! Пробежав мимо удивленной медсестры, мы влетаем в палату, но там нет никого, кроме спящих пациентов.

-Где он? - почти кричу я, - он убил ее?

-Тихо, - отвечает Степан, подходя к кровати Светы, - нет, она дышит. Думаю, он сюда не заходил.

-Или уже все сделал и ушел!

-Нет. Не кричи, все спят. Здесь его точно не было, значит, или он не знает, где именно твоя сестра, или еще готовится к убийству.

-Или это был не он.

-Он. Надо подождать.

Но ждать не приходится, дверь в палату приоткрывается. Мы оборачиваемся, но тот, кто собирался зайти, замечает нас и убегает. Ревенант бросается за ним, испуганные пациентки просыпается. Я встречаюсь взглядом с сестрой, но она не узнает меня в этом теле.

-Что он тебе сделал? - спрашиваю я.

-Ничего. Кто? - не понимающе отвечает она.

-Укола не было? Тебя точно никто не трогал?

-Нет. А в чем дело? Кто вы?

Но я не отвечаю и бегу за Степаном, хоть бы ему удалось догнать этого гада. Света в порядке, больше мне здесь делать нечего. Но на улице я нахожу одного ревенанта, разговаривающего с кем-то по телефону. Только не это!

-Ушел? - упавшим голосом спрашиваю я.

-Да, - отвечает полицейский, убирая мобильный, - попробуем перехватить. Даже если нет, мы найдем его по машине.

-Ты мог сейчас его взять!

-Да, это был бы лучший вариант. Жаль, что не получилось. Ты его узнала?

-Нет, даже не видела.

-Совсем?

-Видела, как убегает кто-то в белом.

-Очень жаль, ты могла бы его опознать.

-Думаешь?

-Он знает и тебя и твою сестру. Наверняка вы обе его знаете.

-Да у нас и общих знакомых мужчин почти нет.

-Как минимум твой жених.

-Нет! - возмущаюсь я, - это исключено!

-Почему? Ты его видела?

-Нет, но это не Рома! Да и зачем ему нас убивать?

Не знаю, поймаем и спросим.

-Глупости, это не он! И машина не его! Хотя...

-Что?

-Я видела ее где-то еще раньше... и не один раз.

-Да, наверное, не дурак, взял у родственника или друга.

-Это не Рома! Он не мог!

-Ладно, не буду спорить. Все равно скоро узнаем.

-И что теперь?

-Ничего. Возвращаемся. Нам еще к Семеновне надо.

-А как же Света и убийца?!

-Не думаю, что он рискнет в ближайшее время повторить. А как только его возьмут, мне сообщат. Нам пора.

Я не хочу уходить, пока дело не закончено, но что мы еще сейчас можем сделать? Приходится подчиниться ревенанту.

-Я, наверное, была ужасным человеком, - говорю я по дороге к дому тещи Степана.

-Почему?

-У меня ни с кем не было нормальных отношений. Ни в своей семье, ни в родительской. Друг меня предал, подруг, по сути, тоже не было.

-Не преувеличивай.

-Ты сам все слышал! Если бы мня предал кто-то один, но не все! Значит, дело во мне.

-Человек на самом деле всю жизнь одинок.

-Неправда!

-Правда.

-Это тебе не повезло! У всех рядом есть семья или друзья!

-Да, пока им от тебя что-то нужно. Я сейчас не только о материальном.

Да, Степан не тот человек, с кем стоит говорить на эту тему. Хотя его-то предала только жена. А у меня, получается, вообще по-настоящему близких людей не было. Что я делала не так? Не знаю, да и поздно что-то исправлять. Да и сейчас с Неупокоенными у меня отношения не лучше. Жаль. Там у меня была моя “Фиалка”, а здесь что? Бессмысленное существование.

У меня нет настроения идти к Семёновне, но когда ещё? Лучше действительно сейчас прояснить ситуацию, чтобы она не рассчитывала на меня. Жаль её разочаровывать, ведь благодаря ей Степан помогает мне. Может, лучше сначала мы найдём убийцу? Иначе вдруг Семёновна после моего отказа перестанет мне помогать. И что мне делать тогда, от меня все этого ждут. Хотя... если помогать мне не будут, а сама я ничего не найду, то и затанцовывать мне никого не придется. Наверное, это единственный выход. Так я и сделаю.

Мы заходим в знакомую избушку, и я сразу заявляю Семёновне:

-Зря вы на меня рассчитываете. Это не для меня.

-Что именно?

-Мне никогда не сделать ничего против Мирты.

-Почему?

Теряюсь, но быстро отвечаю:

-Вы что, не понимаете? Я видела бунт. Я знаю, что с ней так просто не справиться.

-А никто и не говорит, что просто. Но я подскажу тебе, как с ней справиться.

-Степан мне рассказал про коня. Но не думаю, что это выход. Иначе все давно бы так сделали.

-Многие хотели, но Мирта не позволяет.

-И мне не позволит.

-Ты будешь не одна. Мы тебе поможем.

-Нет. Я не буду в этом участвовать. И… убийцу искать тоже не буду больше.

Степан удивленно смотрит на меня, а я продолжаю:

-Мне жаль, что пришлось вас разочаровать, и я благодарна за помощь и вам и Степану. Но… нам придётся закончить на этом.

-Уверена? – уточняет Степановна.

Я киваю.

-С ума сошла! – взрывается ревенант, - остановиться сейчас, когда он почти у нас в руках! Узнать владельца машины – раз плюнуть! Ты боишься, что это твой жених? Не хочешь его отдавать?

-Она никого не хочет отдавать, - поясняет старуха, - надеется, что если не найдёт убийцу, то и затанцовывать его не придётся. Жанна, это не так. Танец будет. Ты его пообещала. Не убийцу, так другого. Мирта слово держит.

-Пусть держит, что хочет. Я не убийца.

-Убийца, - поправляет меня Семеновна, - и под предводительством Мирты еще не раз ею станешь. Как и тогда, ты не сможешь сопротивляться. И убьешь опять. И не раз.

-Мирте нет смысла меня больше заставлять.

-Ты сама ей пообещала танец.

-Это Степан меня вынудил!

-Чтобы не уничтожили тебя. В любом случае Неупокоенные получат свое. А будешь это ты, твой убийца или королева виллис заставит тебя убить кого-то еще, им не важно. Может, лучше отдать все-таки убийцу, а не кого-то невинного?

Я не знаю, что ответить. Конечно, я не хочу впутывать сюда невинного. Хватит и Ильи. Но неужели я буду должна убить Рому? Нет, он не мог это сделать со мной! Это не он!

-Послушай, скоро мы будем знать его имя, - говорит ревенант, - если ты хочешь, мы можем завтра же проверить алиби твоего жениха, если тебе не терпится. Может, это и не он, что ты переживаешь раньше времени.

-А если он?

-А если нет? - продолжает настаивать Степан, - а ты остановишься сейчас и откажешься приводить Мирте убийцу. Она должна будет отдать Неупокоенным кого-то, и твой Рома сейчас наилучший кандидат. Ты думаешь только о нем и подозреваешь его. Вспомни, как это было с твоим другом.

-А что будет, когда мы узнаем правду? - в отчаянии спрашиваю я.

Ни на чем не могу сосредоточиться. Как легко они меня убеждают.

-Зависит от того, кто будет у власти, - отвечает Степановна, - Если Мирта - ты будешь убивать, и не один раз. И в чужих убийствах участвовать будешь, этого не избежать.

-Но против ее власти ничего не сделать! - кричу я.

-Я предлагаю тебе попробовать. Что ты теряешь?

-Вы издеваетесь? Да она убьет меня!

-Убьет рано или поздно, если ты будешь пытаться сопротивляться ее порядку. Если будешь отказываться убивать. Ты можешь ей подчиниться, и тебя не тронут, но выдержишь ли такой образ жизни? Если для тебя это настолько невыносимо.

-Нет, я не смогу, конечно! Но и ваш план - бред! Мирта не отдаст власть, мне пришлось бы убить ее!

-Да, - соглашается Семеновна, - по-другому никак, конечно.

-Это же невозможно!

-Возможно. Виллисы не бессмертны, в чем ты уже убедилась. Я дам тебе доступ к оружию против нее. Но ты должна будешь научиться им пользоваться.

Не знаю, что возразить. Объективно, её план для меня – самоубийство. И как быть, меня словно загоняют в угол.

-Если ты сейчас бросишь расследование, твою сестру могут убить. Ты точно готова сейчас остановиться?

Я совсем забыла об этом. И что делать, я должна выбирать? То есть, если я не отдам Мирте убийцу, он и до Светы доберётся? А другого способа обезопасить сестру нет?

-Так мы продолжаем? – уточняет Семёновна.

Я молча киваю.

-Хорошо. Степа, веди её к коню.

-Что?- возмущаюсь я, - к какому коню? Нет! Мы продолжаем расследование, но ничего против Мирты, я на это не пойду!

-А на что пойдёшь? На убийства под её пятой? Не волнуйся, сейчас ты коня просто посмотришь. Это тебя ни к чему не обязывает. Просто мы не потеряем время на случай, если ты все-таки согласишься. Сейчас удобный момент. Мирта не должна знать.

-Хорошо, - нехотя соглашаюсь я.

Спросить с ними просто бесполезно.

Степан заставляет меня пройти через три деревни, прежде чем мы входит в хвойный лес.

-Так далеко, - жалуюсь я, - можем хотя бы полететь?

-Можем, но осталось недолго, потерпи. Думаю, так тебе будет легче запомнить дорогу.

-Зачем она мне?

-Вдруг ты захочешь потом пойти к коню одна. Обычно требуется время, чтобы найти с ним контакт.

-Даже не представляю, как это сделать, - отвечаю я, - я не умею обращаться с лошадьми.

-Теперь ты виллиса, это вам дано, как и многое другое. Тебе надо только научиться.

Хотелось бы надеяться, что это окажется не сложнее полетов. Хотя если все так просто, не понимаю, почему раньше никто не воспользовался конем, ведь было столько попыток поднять бунт. Ведь ясно, что без этого Мирту не одолеть.

Наконец из леса мы выходим на поляну, в конце которой виднеются высокие холмы. Рядом слышится ржание.

-Вот он, - говорит Степан, - к дубу привязан.

Я поворачиваюсь. Передо мной стоит гнедой конь, шевеля ушами и фыркая на нас. Пораженная его размерами и красотой, я делаю шаг вперёд, и конь встаёт на дыбы. Отскакиваю и вспоминаю, что я же уже умерла, сможет ли конь причинить мне вред. Но если и нет, как с ним справиться? Мирта на своём отлично ездит, а этот совсем дикий. Да, Степан и его тёща затеяли безумие. Придётся отказаться. Да и без слов все понятно. По взгляду полицейского понимаю, что и ему тоже.

-Жаль,- говорит он.

-Что?

-Конь тебя не признал.

-А должен был?

-Нет. Но мог. Это бы все упростило.

Упростило! Да, конечно, мне-то и в голову не пришло, что придётся иметь дело с необузданным животным. Я думала, у Семёновны действительно все просчитано.

-Но тебе все равно нужно постараться с ним сблизиться, - продолжает Степан, - это поможет пробудить то, что глушит Мирта.

-Например что?

-Чтение мыслей. Среди виллис ей в этом равных нет.

И тем более глупо планировать бунт против неё, она же прекрасно все узнает! Не понимаю, как можно вообще обсуждать это серьёзно! Мирте во многом равных нет, потому она и королева! Что я смогу против неё с этим конём? Может, её этот конь и признал бы. У неё то свой конь вон какой послушный. Не знаю, как быть с и что делать. Я здесь ничего не смогу. Придётся отдать Мирте убийцу. Зато спасу свету.

-Пойдем отсюда, - предлагаю я Степану, - мы ничего с ним не делаем.

-Погоди.

Он достает из пакета хлеб и протягивает коню. Но того угощение не радует, и он опять встаёт на дыбы. Пятясь подальше от копыт, я говорю:

-Всё бесполезно. Надо уходить.

-Ничего, - отвечает ревенант, - первый блин комом.

Оптимист нашёлся! Конечно, не ему предлагается усмирять дикого коня и убивать королеву! Легко ему говорить! Что же они раньше такую виллису не нашли, ещё до меня? Небось мало желающих так оригинально самоуничтожиться!

Вернувшись к виллисам, я подхожу к Асе и говорю:

-Спасибо.

-За что?

-Сама знаешь за что. Но ты не должна была этого делать.

-Глупости. Между собой, без других Неупокоенных всегда лучше разберемся.

-Правда? Поэтому Мирта зовет их каждый раз, когда намечается непокорность со стороны одной из нас?

-Все не так, - отвечает Ася, - помнишь, на настоящий бунт она не позвала никого.

-Да, даже странно.

-Ничего странного. Как королева, она должна быть в состоянии защитить свою власть.

-Меня удивляет, что Неупокоенные согласились обойтись без удовольствия от убийства.

-Знали, что Мирта без танца их не оставит.

-А сегодня?

-Так ты же пообещала танец.

-Так это когда еще будет.

-Еще долго ждать? Ты же ходила сегодня к живым, ничего не узнала?

-Узнала. Что моя сестра не виновата. И что убил меня скорее всего мужчина. И нашла его машину. Даже почти видела его.

-Узнала, кто он?

-Еще нет. Степан пообещал найти через машину. И он хочет все-таки перепроверить алиби моей сестры. Говорит, у нее может быть сообщник.

-А если это правда, то что? Двоих приведешь?

Я качаю головой. Не могу представить, как я затанцовываю Свету. Нет, не отдам ее, даже если ревенант докажет, что она причастна. Только самого убийцу приведу. Хотя, конечно, двойной танец всем бы очень понравился. Кроме меня. Это ведь мне пришлось бы убивать двоих. Наверное, ни для кого из Неупокоенных это не было бы проблемой.

-Скажи, я одна такая? - спрашиваю я у Аси, - неужели вообще ни для кого из виллис и других Неупокоенных это не было проблемой - сразу убивать?

-Конечно, нет, с чего ты взяла? В первый раз все в шоке. Потом привыкают.

-Тогда почему Мирта возводит в такую проблему реакцию мою и Насти? Неужели она считает, что мы с радостью должны были затанцевать близких нам людей? Тем более, что и другие были недовольны.

-Никто не протестует так демонстративно, как ты. Смиряются и достаточно быстро, так как понимают, что скрывать свои чувства лучше для всех. А потом начинают получать удовольствие. Да и ты тоже.

-Да. И я, - вынуждена я согласиться, - но не представляю, что и я смирюсь и буду также радостно ждать чьего-то убийства, как и остальные Неупокоенные.

-Ты можешь не радоваться, можешь держаться в стороне. Как делают Степан или твоя знакомая русалка Марина. Она же вообще на убийства не ходит, и ничего. Но не вставай в такую оппозицию к Мирте. Она чувствует в тебе… конкуренцию.

-Ася, это же смешно! Какая конкуренция, я против Мирты никто! Если бы я могла хоть что-то, думаешь, я позволила бы убить моего друга?

-Нет, но это было тогда.

-Это было пару дней назад. И ничего не изменилось.

-Но может измениться. И потом, ты то общаешься с домашними, то тайком бегаешь в мир живых, то осуждаешь местные порядки, то дружишь с изгоями. А история с ребенком, которого ты вернула в мир живых! Это же ни в какие ворота! Как после этого к тебе относиться?

-С изгоями - это с кем? Со Степаном?

-Да, и с той же Мариной.

-Может, и тебе не стоит со мной общаться? Мирта была недовольна, когда меня застали на озере, а ты подошла.

-Пока все не настолько плохо. И я подошла не просто так, хотела сгладить ситуацию.

-Видимо, королева это поняла, потому и была недовольна.

-Да нет, она просто не хочет, чтобы вокруг тебя появлялась группа поддержки. Но это ничего, все наладится. Ты, главное, не усложняй. Найдёшь убийцу – сразу отдавай его на танец. Нечего таких жалеть. Он тебя не пожалел.

-Да мне не жалко, но… Мирта ведь заставит меня убить его.

-Ну не совсем так. Ты просто доедешь его до нужной точки. Закончит все водяной царь. Ты же помнишь, как это было.

-Да. И очень не хочу опять.

-Но придётся. Ради себя и мира среди нас.

-Да, - соглашаюсь я, - выбора у меня все равно нет, с Миртой не поспоришь.

-Я рада, что ты одумалась. Пойдешь ещё сегодня в мир живых?

-Да, Степан считает, что это необходимо.

-Постарайся сделать там все побыстрее. Не тяни. Всё ждут.

-Ну это не быстро же!

-Надо поторопиться.

Я вздыхаю. Если бы она знала, для чего мне нужно время на самом деле! Этот конь просто дикарь, я не представляю, как найти к нему подход! Я при жизни с лошадьми дела не имела. Только лет двадцать назад на пони каталась, и все! Но что делать? Без этого с Миртой не справиться, да и может ли с ней справиться кто-нибудь? И как быть с остальным виллисами и Неупокоенными? Тёща Степана просто выжила из ума. Всё это невозможно. Да я и не пойду на это самоубийство. Значит, придётся затанцевать своего убийцу. Ничего. Так ему и надо. Раз этот гад избежал наказания в мире живых, мы исправим это здесь. И света будет в безопасности. И у меня не будет конфликта с Миртой и другими. Всё будет хорошо. Это действительно единственный выход. Другого нет.

-Я потороплюсь, - обещаю я Асе, - мы не станем ждать, пока бывшие коллеги Степана найдут владельца машины. Мы найдём его быстрей.

-Очень хорошо, - отвечает она.

Через несколько часов за мной приходит ревенант и говорит:

-Пора. В мире живых сейчас обед.

-И что?

-Хочу послушать разговор Светы с вашей общей подругой.

-Ты бы лучше владельца машины скорее нашел!

-Этим занимаюсь не я. Кстати, сам автомобиль никто больше не видел, наверное, наш искомый товарищ от него избавился. Так что придется пока заняться другим. Тем более, что кое-какую работу я уже сделал без тебя.

Я не надеюсь, что мы услышим что-то полезное. Но лучше пойти с ним, а то виллисы будут думать, что я хочу отказаться от поиска убийцы и танца. Сегодня уже трое спросили меня, долго ли еще ждать. После стандартной процедуры мы оказываемся в мире живых, и я ощущаю их запах еще сильнее, чем ночью. Ведь прошло всего несколько часов, почему так? Стараюсь отвлекаться на биение своего сердца. Как хорошо, хотя бы здесь. В больничном сквере мы видим Свету и Машу, сидящих на лавочке. Ревенант, одетый в обычную гражданскую одежду, увлекает меня на соседнюю скамейку.

-Мы их услышим? - шепотом интересуюсь я, - если они заметят, что кто-то близко, могут уйти.

-Если уйдут, придется действовать по-другому, - отвечает он.

-Как?

-Возьму форму и сам допрошу твою Свету. А сейчас слушай.

Я замолкаю. Сначала ничего особо интересного в словах Светы нет, она рассказывает про ночное покушение. Точнее, то, что она знала от медсестры, сама-то ничего так и не увидела. Но Марию это приводит в ужас, и она восклицает:

-Просто невероятно! Мне в голову прийти не могло, что кто-то хочет тебя убить! Я думала, с машиной - это просто несчастный случай! Зачем кому-то тебя убивать?

-Даже не представляю.

-Зачем ты вообще пошла туда одна ночью?

-Он потребовал. Деньги отдать.

-Какие деньги?

Я пытаюсь повернуться в их сторону, но Степан сжимает мне руку.

Света молчит, но наша подруга наседает:

-Светка, ты о чем думаешь? Хочешь детей сиротами оставить? Он же тебя убьет! Ты хоть в полиции рассказала все?

-Не могу, - начиная плакать, отвечает моя сестра, - им тем более нельзя знать.

-Как нельзя? А кто еще должен этого ненормального поймать?

-Потому что тогда придется рассказать... зачем я пола на пустырь.

-Так и расскажи!

-А Рома...

-Что? Что Рома?

-го посадят.

-Глупости! За что?

-За Жанну.

-Жанна? Так она все-таки не от сердца умерла? Мне и в полиции также сказали.

-Что? Что тебе сказали? - пугается Света.

-Что на самом деле Жанну кто-то убил.

-Значит, правда, - тихо говорит Света, - все так.

-Причем тут Жанна? - продолжает наседать Маша, - и Рома? Ничего не понимаю.

-Мне позвонил неизвестный. Сказал, что Жанна умерла из-за Ромки, и у него есть доказательство.

-Какое?

-Видеозапись.

-И ты поверила?

-Конечно. Это ведь Жанна камеру у себя в квартире ставила, а после ее смерти камера пропала. Видимо, с той самой записью. Этот человек предложил выкупить видео, иначе он отправит его в полицию.

-С ума сойти! Думаешь, это Рома?

-А кто еще? Видимо, они поругались, когда он пришел с мальчишника, или что-то в этом роде.

Почти не замечая запаха живых, я встаю и отхожу подальше. Нет, этого не может быть! Это не Рома! Только не он! Кто угодно, но только не он! Это невозможно! Да и я бы его узнала! Неужели я бы не услышала его шаги? Но ведь лилась вода. Ах, почему он молчал? Почему не сказал хотя бы слово? Сейчас бы не было сомнений.

Но ведь он не только молчал, он мне и не показался. Почему? Чтобы я не опознала его, если вдруг не умру? Или Рома не смог убивать, глядя мне в глаза? Да бред, он мог бы убить меня в любую минуту, да хоть ночью подушкой придушить. Или утопить в той же ванне. У Ромы же был ко мне постоянный доступ. Не он это, точно. Идя по улице, я чуть не натыкаюсь на девушку с собачкой и прихожу в себя от её вони. О чем я думаю! Рома не мог меня просто так убить, он сразу стал бы первым подозреваемым! Нужно было вызвать у меня сердечный приступ. И такой странный способ. Почему он на самом деле просто не рассказал мне о своей связи со Светой? Это вполне могло меня добить, как она и предположила. Асмодин просто воспользовался подходящим случаем? То есть он намерено шёл убивать, а сказать правду, как считает Света? Нет, это невозможно! Рома не такой!

Ко мне подходит Степан и спрашивает:

-Ты как? Успокойся.

-Все в порядке. Я уверена, это не он.

-А твоя сестра уверена в обратном.

-Она ошиблась. Рома не мог.

-Ты это точно знаешь? Ты его не видела и не слышала.

Я молчу.

-Меня умиляет, как ты выгораживаешь тех, кого любишь.

-Кто бы говорил! В этом ты мастер!

-Я не отрицаю правду.

-Это пока только предположение.

-Скоро мы все узнаем. В любом случае, алиби Светланы подтвердилось полностью, так что ищем нашего беглеца.

Глава 19

-Я уверена, что это не Рома!

-Ты его разглядела? Там, в больнице?

-Нет.

-Просто не хочешь верить, что это он. Но нам больше нечего здесь делать. Возвращаемся. Надеюсь, послезавтра у меня уже будет имя убийцы.

-А если машина не его?

-Надеюсь, что тогда она родственников или хотя бы друзей. Иначе все будет сложнее.

-Света сказала про плёнку. Я с самого начала думала, что в квартире чего-то не хватает. Убийца заметил камеру и унёс запись с собой.

-Тогда он её уничтожил, не дурак же, чтобы такую улику хранить.

-Но я не понимаю. Если меня убил Рома, у кого запись? У него или у того, кто хотел убить Свету? Это точно не Рома, у него было много шансов сделать это, пока она была одна в палате.

-Зачем ему её убивать? Конечно, он убил только тебя, а кто-то узнал об этом и шантажирует её.

-А зачем пытается убить? Он же ничего не получит от её смерти!

-Возможно, хочет запугать её или твоего Рому, чтобы тот понимал, что убийца не шутит.

-А что он хочет от Ромы? Боже мой! Мою кофейню! Неужели нас всех убьют из-за неё?

-Не придумывай. Это обычный шантажист, он просто хочет денег. А может быть, все-таки он и есть убийца, но подставляет твоего Рому. А её теперь пытается убить, чтобы не опознала его.

-Так она его не толком не разглядела!

-Не думаю, что он будет рисковать. Хотя удивительно, что он шантажирует или не пытается убить самого твоего жениха. Может, это его друг?

-Ничего себе друг!

- Этот человек точно знает всю твою семью и очень хорошо.

-Даже не представляю. Но убийца не Рома, точно!

-Скоро узнаем. Осталась всего пара дней. Когда мой человек будет на смене.

-Скорее бы.

-Уверена? У тебя с Миртой договор.

-Да. Забыла. Как бы я хотела все отменить! Давай вернёмся скорее, здесь жутко воняет.

В нашем лесу не подхожу к виллис ам, а брожу одна, не зная, что предпринять. Может, одна я успокоюсь и найду выход. При других я даже думать боюсь о выборе, перед которым меня поставили. Или я приведу Мирте своего убийцу, после чего будет глупо возражать против других убийств. Или я должна убить саму королеву. Но это же полный бред! Она справится со мной в два счета, мне не поможет никакой конь. Даже если я каким-то чудом найду к нему подход. Мирта делает это уже давно. А я должна составить ей конкуренцию за пару дней. Или за какое время ревенант найдёт убийцу? В любом случае времени недостаточно. Я буду не готова. И Мирта убьёт меня. Нет! Я не расстанусь с существованием в виде виллисы ради того, кто однажды уже лишил меня жизни. Лучше убить его и подчиниться Мирте. В конце концов, здесь не так уж и плохо, если не считать постоянных убийств. Но тут я ничего не смогу изменить, даже если бы я победила королеву. Ведь что будет тогда? Кто будет вместо Мирты? Галя? Да она убьёт меня за неё сразу. Я? Да какая из меня королева, я сама только что стала виллисой. Меня уничтожат при первом же бунте, мне не достигнуть успеха Мирты никогда. Управлять виллисами, как будто это легко! Они захотят убивать, другие Неупокоенные будут требовать танцев! Запретить невозможно, будет бунт, который ясно чем кончится. Идея тёщи ревенанта утопична. Ей нужен другой человек вместо меня. Хотя, наверное, никто не заставит Неупокоенных отказаться от удовольствия. Даже если бы я чудом стала королевой виллис, остальные бы не приняли этого. Все нереально. Да и я никого убивать не хочу. Ни Мирту, ни своего убийцу, ни кого-то другого. А деваться некуда? Или… может, есть другой выход? Помириться с Миртой и убедить её отказаться от танца? Но как? Она на меня зла. Как её задобрить? Что, если… рассказать ей о выдумке Семёновны? Сказать, что я на её стороне, обменять информацию на отказ от танца. Но как же другие Неупокоенные? Согласятся ли отказаться они? Ну, пусть Мирта улаживает этот вопрос, на то она и королева. Но что будет с Семёновной после моего признания. Или она им недоступна? Итак мы конфликтуем с домашними, а тут… А Степан? Он кому-то подчиняется, видимо, тому с ножом в теле. Я поставлю тех, кто так много помогал мне. Нет, так нельзя. А как можно? Я совсем запуталась. Чем больше думаю, тем более безвыходной кажется ситуация.

Думаю, не пойти ли к коню еще раз, но отказываюсь от этой мысли. Я не могу найти к нему подход, и кто-то должен подсказать мне, что делать. От других виллис толку нет, надо обращаться к самой Мирте. Конечно, это большой риск. Если она догадается, зачем мне это, все пропало. Но какой у меня выбор? Коня по-другому не приручить, а без него королеву в любом случае не одолеть. Не знаю, что она сделает со мной, если все поймёт. Боюсь, что уничтожит. Или она не сделает этого, пока я на неё не нападу? Бунтовщиц и Настю она убивала только после этого. Надеюсь, мне ничего не грозит. Решаюсь и подхожу к королеве:

-Мирта, а можно посмотреть?

-Что?

-Твоего коня.

-Что?

-Ещё чего! – возмущается Галя.

-А что такого? – спрашиваю я, - все уже видели его, кроме меня.

-Ты тоже видела и не раз, - парирует Галя.

-Я видела только издали.

-Ну и зачем тебе ближе?

-Так интересно же. Я столько всего нового о виллисах узнаю – то полёты, то огонь, теперь кони.

-Конь только у Мирты, - говорит Галя.

-Знаю, потому и прошу у неё.

-Не думаю, что это хорошая идея, - отвечает Мирта, - ты бы лучше своим делом занималась.

-Теперь мне только ждать информации от человека Степана. Ускорить я ничего не могу. Ну алиби подозреваемого проверим, но точно будем знать только послезавтра. А почему нельзя коня посмотреть? Это запрещено?

-Нет, просто он тебе не понадобится.

Верно, зато понадобится умение налаживать контакт с этими животными.

-Так я и не хочу его себе забрать. Я и не умею с лошадьми обращаться. Просто я была впечатлена, увидев тебя на коне, хотела увидеть его вблизи. Не знала, что это такой секрет.

-Да нет, не секрет, - отвечает королева виллис, - ладно, смотри.

Она взлетает, щёлкает пальцами, и через секунду оказывается сидящей на коне. Я завороженно смотрю – как у неё это получается? Она приручала дикого коня? Или он сразу был ручным? И что она делает, чтобы не дать другим виллисам завладеть конями? Просто скрывает, как с ними работать или применяет более жёсткие меры? Мирта опускает коня на землю и я отступаю назад, налетев на стоящую сзади виллису. Да вокруг нас уже толпа собралась. Не только мне конь интересен. Но нельзя терять времени. Протягиваю руку, конь фыркает и отходит. Повторяю попытку – и конь почти встаёт на дыбы. Мирта осаживает его.

-Осторожно, - говорит Галя.

Но я не могу позволить себе быть осторожной. Никто лучше Мирты не научит меня обращаться с конём. И она не выдерживает:

-Хватит. Хочешь погладить, повернись боком и сначала прикоснись к нему крылом.

Отлично, это уже лучше. Делаю все, как сказала королева, и конь действительно стоит спокойно. И что дальше?

Виллисы плотно обступают нас. Им-то что нужно? Галя беспокойно оглядывает их. Опять ей что-то не так? Тут начинаю слышать что-то неясно, словно какие-то голоса. Не понимаю, что это, не могу разобрать слов. Откуда это? Оглядываясь и понимаю, что Мирта и Галя заметили, что я слышу. Они переглядываются. До меня доходит – я начинаю слышать мысли, у меня просыпаются способности, которые глушит Мирта. И ей это не нравится, сейчас она все прекратит. Нужно не дать ей увести коня! И это единственное, что я знаю о лошадях, хоть бы получилось. Поворачиваюсь спиной к коню, тыча ему в нос волосами и рукой гладя его по спине. Животному это не нравится, и оно хватает ртом мои волосы. Я вскрикиваю. Хоть я и надеялась на это, ощущение не из приятных. Виллисы вокруг ахают.

-Надо было быть аккуратнее! – возмущается Галя.

Пытаюсь отнять волосы, но разве мне справиться с конём? Голоса все громче и чётче, я могу разобрать отдельные предложения. Но ведь и мои мысли сейчас также читают!

-Он с меня скальп снимет! – кричу я.

-Сама виновата! – отвечает Галя.

Мирта бьёт коня по бокам и натягивает уздечку. Он ржёт и отпускает меня. С облегчением опускаюсь на землю, а королева взлетает, и через полминуты возвращается без коня.

-Что за цирк ты устроила? – интересуется старшая виллиса.

-Я не предполагала, что так выйдет, - оправдываюсь я.

-Нечего вообще лезть к тому, что тебя не касается! – ругается Галя.

-Оставь меня в покое, - вяло отвечаю я, потирая голову, и поворачиваюсь к Мирте, - извини.

Я даже предположить не могла, что так выйдет.

По лицу королевы вижу, что она знает, что я и другие виллисы чувствовали рядом с конём.

-откуда были эти голоса? – спрашиваю я, - я ничего не поняла.

-Это мысли всех, кто тебя окружает.

-Так всегда рядом с конём? – уточняю я, - и каждый раз, когда ты на нем, ты в таком гуле?

-Нет, я все слышу чётко, - усмехается Мирта,- и без коня тоже.

Теперь я искренне ужасаюсь:

-Ты всегда живёшь как в музыкальной шкатулке?

-Нет, я фильтрую. Сама выбираю, кого послушать.

-И меня?

-И тебя.

-Круто, - отвечаю я, - но я бы с ума сошла.

-А многие бы хотели это иметь, - говорит Галя, оглядывая виллис, - правда?

Виллисы начинают расходиться. Мне тоже лучше уйти, но сначала я добавляю:

-Да ну, это как галлюцинации. Мне аж не по себе стало. Спасибо, Мирта. Извини, что так получилось с конём, я не хотела.

Отхожу подальше, чтобы затихли все голоса. Слышать этот неясный шум действительно не очень приятно, да и кто-то может также послушать мои мысли. Только не это. Мирта меня убьёт. Надо подумать о чем нибудь безопасном. О, волосы мне конь пожевал, до сих пор голова болит. Как хорошо, что королева заставила его отпустить меня, иначе бы я осталась полулысой. Думаю, виллисы долго будут припоминать мне это. Да наплевать. Мне же для дела. Останусь одна и подумаю обо всем. А сейчас ко мне приближается голос. Оглядываюсь – я не одна, а вдруг это Мирта? Голос вроде не её, но… Замечаю вдалеке Асю.

-Это ты, - с облегчением говорю я и иду к ней навстречу, - я думала, Мирта или Галя.

-По голосу не узнаешь?

-Какой голос, сплошной шум, ни слова не разобрать.

-Что ты устроила? - спрашивает Ася, - Конь тебе зачем?

-Я не знала, что так выйдет!

-А полезла зачем?

-Просто интересно.

-Да? Думаешь, тебе кто-то поверит?

-В смысле?

-Жанна, что ты задумала? Серьёзно говорю, остановись, это не шутки!

-О чем ты говоришь?

Неужели они все слышали мои мысли? И что теперь? Что сделает Мирта? И почему она меня сразу не убила, если все уже все знают?

-Всё знают, для чего просят показать коня.

-Для чего?

-Для усиления своих способностей и ослабления зависимости от Мирты!

-Даже в мыслях не было! – искренне восклицаю я.

-Серьёзно?

-Абсолютно.

-Я просто хотела увидеть вблизи коня, я не знала, что появятся эти голоса. Их можно убрать? Или что с ними делать?

-Я ни за что не поверю, что ты хотела взглянуть на коня просто так. И если ты задумала что-то против королевы – откажись от этого.

-С чего ты взяла?

-Не ври мне! Теперь ты никого не убедишь, что действительно ничего не замышляешь.

-Ася, да ты что? Ты видишь, и Мирта и другие мысли читают, да если бы я… если бы я хоть что-то задумала, все бы уже узнали.

-Издеваешься?

-Нет, с чего бы.

-Жанна, хватит! Если ты затеваешь новый бунт - скажи мне правду, чтобы я держалась подальше! Я не собираюсь прощаться с существованием в виде виллисы!

-Какой бунт, ты что? Что я могу сделать против Мирты?

-С каждым днем все больше. И это заметно. Например, сейчас никто не может прочитать твои мысли.

-Даже Мирта?

-Да.

-Ничего себе. Это после коня? Но подумай сама, этого мало! Я бы не смогла восстать против королевы одна! Как ты себе это представляешь? Я одна против всех? Да меня бы убили сразу. За Мирту и виллисы, и другие Неупокоенные. Бунт невозможен, даже если бы я захотела.

Ася некоторое время недоверчиво смотрит на меня и говорит:

-Если ты думаешь, что я против тебя, ты ошибаешься. Я могу помочь. Скажи, какие у тебя планы на Мирту, и мы уладим этот конфликт. Если ты хотела свергнуть её или что-то в этом роде, я могу вас помирить. И все пройдёт без особых последствий для тебя. Я серьёзно, я могу. Если ты будешь благоразумной.

Я в сомнении не знаю, как поступить. Сказать ей о планах Семёновны? И что потом? Она заставит меня отказаться от них. А я только что узнала хоть что-то о лошадях. Нет, я должна попробовать. Вот если не получится с конём, тогда да, мне нужна будет помощь Аси. Но не сейчас.

-Ася, все хорошо. У меня нет никаких планов. Единственное, чего я хочу – это больше не убивать. Можем мы об этом договориться с Миртой?

-Нет, конечно.

-Значит, ты не можешь мне помочь.

-В этом нет, конечно.

-Тогда разговор окончен.

Ася вздыхает и разворачивается. Решив, что я её не убедила, подхожу к ней и говорю:

-Поверь, я тоже не хочу рисковать жизнью. То есть не жизнью, но… я тоже не хочу, чтобы меня уничтожили. Уж в этом все убедились после моего первого танца, все видели мою трусость.

-Это не трусость, - возражает Ася, - как раз нормально начать ценить жизнь, потеряв её однажды, да ещё настолько преждевременно. Было бы хорошо, если бы ты и дальше берегла себя. Ты понимаешь, что королева может с тобой сделать?

-Я видела, можешь не напоминать, - резко отвечаю я.

-Жаль, что ты не хочешь мне довериться.

Ася уходит. Я не понимаю, как она начала меня подозревать. Только из-за коня? Я зря просила показать мне его? Но какой был выбор? Странно, что Ася, а не Галя думают, что я хочу бунта. Да и Мирта должна была раньше всех догадаться. И это может случиться в любую минуту. Я должна приручить коня как можно скорее. Пойду прямо сейчас, надо только убедиться, что за мной нет слежки. Возвращаюсь на несколько шагов и вижу, что виллисы сидят группами, причём их большая часть собралась вокруг Мирты. Интересно, я там тоже должна быть? Вдруг там что-то важное, вроде очередного танца? Хотя это мимо меня не пройдёт. Только лучше мне не исчезать внезапно, надо предупредить Мирту. Подхожу к виллисам, их мысли оглушают меня. Слышу свое имя и настораживаюсь. Кто-то думает обо мне. Неужели здесь обсуждают меня? Или просто эпизод с конём забыть не могут? Прислушиваюсь – теперь для меня звучит один этот голос. Теперь она думает, что Ася что-то должна.

-Что ты делаешь? – недовольно спрашивает Мирта.

Черт,совсем про неё забыла.

-Пытаюсь перестать слышать голоса.

Мирта берет меня за плечи и выпускает небольшую струйку огня.

-Так лучше? – мягким голосом спрашивает она, - теперь слышишь?

Я прислушиваюсь к её голосу и наступившей тишине. Как она это сделала?

-Теперь нет. Я хотела сказать – я пойду поищу Степана.

-Ты говорила, он сможет узнать только через пару дней.

-Да,но я не могу ждать так долго, не хочу думать, что это сделал тот, кого я любила.

-Любила или ещё любишь? Иди к Степану, вы с ним точно парочка.

Ухожу через лес, кипя от возмущения. Почему она так говорит? Это точно не может быть рома, что, меня больше убить некому? Мне действительно надо заняться проверкой алиби Асмодина, но сейчас главное – конь. Поэтому из леса ревенантов и утбурдов я выхожу к домашним духам. Хочется заглянуть к, Семёновне, но её избушка заперта. Ладно, теперь я и сама справлюсь. По пути тренирую жест Мирты, не знаю, или я что-то не так делаю, или это щелкание пальцами только для одного коня работает. Сейчас проверю.

Опять подхожу к коню. Кажется, сегодня он спокойнее. Жаль, что у меня нет с собой хлеба. Ладно, придётся обойтись без него.

Осторожно залезаю на коня. К счастью, он стоит спокойно и не дёргается. Только бы он не скинул меня, надо хоть крылья заранее расправить. Но стоит мне сделать движение крыльями, как я взлётаю вместе с конём. В ужасе хвастаюсь за гриву, и как его теперь опустить? Пытаюсь снижаться, и конь подчиняется,хотя и недовольно ржёт при этом. Наверное, не понимает, чего я хочу или чувствует мою неуверенность. Скорее бы его поставить на землю и слезть.

Но коснуться земли нам не суждено – внезапно к нам подлетают виллисы. Тут же замечаю среди них разгневанную Мирту, которая садится на своего коня. Не успеваю сообразить, как выйти из этой ситуации, как королева направляет на моего коня струю огня. Пытаюсь отлететь, но падаю на землю. Запах паленых перьев бьёт в нос, чувствую, что не могу взлететь, а надо – ко мне приближается Мирта. Сейчас она сожжет меня, это конец, закрываюсь рукой, понимая, что это бесполезно.

-Мирта, стой, - кричит Ася, - ты обещала!

-Еще чего, - рявкает Галя, - это бунт, так что разговаривать не о чем!

-Не бунт, а подготовка к нему, - возражает Ася, - и без меня бы ничего не раскрыли, и у нас уговор!

Они говорят уже слишком долго. Если бы королева хотела меня убить, она бы это уже сделала. Но тогда что она хочет? Не понимаю.

-Или твоё слово ничего не значит? – продолжает Ася.

Мирта опускается на землю и слезает с коня. Виллисы ожидают её решения. Но я не вижу вариантов. Разве она не должна уничтожить меня за подготовку к бунту? Теперь уже все ясно, я изначально сделала ошибку, соглашаюсь на идею Семеновны. И расплачиваться придётся мне, Степану и его тёще виллисы ничего не сделают.

-Ты хорошо знаешь, что я держу слово, - говорит королева Асе, - иначе ты бы не сдала подругу, верно? Но и безнаказанным это не останется.

Она поворачивается ко мне и продолжает:

-Танец сегодня ночью.

Виллисы радуются, а я пытаюсь возражать:

-Но я ещё не узнала, кого нужно затанцевать.

-Кого я прикажу, - отвечает Мирта,- а сейчас вставай. Летим отсюда.

Она больно хватает меня за руку и взлетает. Я не могу даже пошевелить крыльями, иначе постаралась бы сбежать отсюда. Но как? Теперь Мирта с меня до ночи глаз не спустит. Что она задумала? Кого я должна буду убить? Явно не убийцу, я же его ещё не знаю. Тогда кого? Свету? Рому? Или, может, королева прикажет мне затанцевать маму или племянников? Это в её стиле. Что делать? Я ничего не могу против Мирты, конь был моей единственной надеждой, а что теперь? Попытка бунта раскрыта, и мне остаётся только подчиняться королеве, а это значит убивать. Может, и к лучшему, что я не нашла своего убийцу. Какая разница, кто он, я теперь ничуть не лучше. Цепляясь за эту замену жизни, за существование в виде виллисы я буду убивать, чтобы Мирта не уничтожила меня. У меня не хватит духа обречь себя на смерть, тем более на такую. Что я за трусиха! Почему кто-то другой сегодня должен умереть вместо меня?

Мы возвращаемся в свой лес, ко мне подходит Ася и спрашивает:

-Злишься на меня?

-А как ты думаешь? Не ожидала от тебя.

-А чего ты ожидала? Что я буду спокойно смотреть на твою смерть?

-Да может и не было бы никакой смерти.

-А что было бы? Думаешь, ты бы приручила коня?

-Возможно.

-Нет,невозможно. Любую виллису, которая сближается с конём сразу заметно. Их вычисляют ещё до начала бунта, шансов там нет.

-Если бы не ты, никто бы не догадался.

-Уже начинали догадываться. Я просто ускорила неизбежное на своих условиях.

-Странно, что Мирта тебя послушала.

-Ничего странного, за любое сообщение о возможном бунте полагается награда.

-Какая?

-Я попросила оставить тебя в живых.

-И она согласилась?

-Куда деваться? Тут было, что виллисы свои бунты сдавали, чтобы в живых остаться.

-И оставляли?

-А что делать? Если их после этого убивать, то смысл им отказываться от бунта?

-Так они могут все равно напасть! Сказать что угодно можно!

-А ты представляешь, как за такими потом следят? Очень сложно что-то сделать под таким надзором.

-Спасибо, ты меня очень утешила. То есть ты лишила меня всех шансов?

-У тебя и не было их. Как не поймёшь, что как только ты подходишь к коню, ты меняешься. Это заметно, особенно тем, кто с тобой близко общается. Я воспользовалась этим и опередила королеву.

-Что теперь будет? Кого я должна буду убить?

-Неважно. Главное, что с тобой все будет в порядке.

-Это может быть мой близкий человек! Как мне жить после этого?

-Нормально. Смирись. Просто не больше не привлекай к себе внимания Мирты.

-Я не представляю, как я буду дальше здесь жить. Я не готова убивать, не хочу делать этого сегодня. Может, мне поговорить с Миртой? Пусть все отменит.

-Она ничего не отменит. Это адекватная замена, убийство живого вместо уничтожения тебя. Все одобрят.

-Да,я не сомневаюсь.

-Ты должна радоваться. Это для тебя все могло кончится намного хуже. Цени то, что для тебя делают.

-Да. Ты права. Спасибо.

Неужели я правда не понимаю, как мне повезло? Она спасла меня, а я думаю только о том, кого придётся убить и что я лишилась последнего шанса. Узнают ли об этом Степан и его тёща? Мирта ведь может мне запретить общаться с ними. Она наверняка понимает, что это они помогали мне. Жаль, что я не успела попробовать напасть на Мирту. Тогда у меня был бы шанс. Теперь нет ничего. Ася упросила не трогать меня, но королева отыграется на моей семье. Я ничем не могу помешать ей. Я даже просить теперь не могу, она же меня ненавидит.

-Успокойся. Ты привыкнешь. Да, мы периодически ходим на танцы, но когда ты перестанешь злить Мирту, убивать будешь не ты. Все наладится. Да, какое-то время Мирта и Галя будут следить за тобой. Но время все сгладит. Просто не иди больше против неё.

Глава 20

До вечера я не нахожу себе места. Несколько раз я порывалась подойти к Мирте и умолять её всё отменить. Но меня останавливал беспощадный взгляд Гали. Это бесполезно никогда не согласятся. Я бы только зря унизилась. Но и сидеть, ничего не делая, в ожидании убийства, ужасно. Ведь убивать должна буду я. Я не знаю кого, но явно кого-то близкого. И танец с Ильёй хорошо показал мне что я ничего не смогу сделать против Мирты. Перебираю варианты что я смогла бы сделать до. Но ничего не могу придумать, ведь за мной словно следят все виллисы. Если бы я могла увидеться со Степаном. Может, он бы нашёл имя убийцы быстрее. Тогда я хотя бы не убила бы невинного. Или в этом и есть цель Мирты. Заставить меня убить кого-то из родных, а потом потребовать выполнить договор и убить ещё раз. Это в её стиле. Я никак не могу ей помешать. Ещё больше жалею, что Ася лишила меня шанса. Пусть все догадывались, но у меня было время и возможность. А теперь я безоружна против королевы. Может, Ася и спасла меня, но сомневаюсь, что я буду покорно убивать дальше и не взбрыкну. У Мирты будет ещё много поводов убить меня. Это только вопрос времени. Схожу с ума от беспомощности, просто невозможно сидеть сложа руки, зная, что будет ночью. Не выдерживаю и подхожу к Асе. На нас все смотрят, но другого варианта всё равно нет

- Я ведь не могу сейчас никуда уйти, верно, - уточняю я.

-Да, конечно, - отвечает она, - тебя никуда не отпустят до танца.

- Но тебя отпустят.

- Куда? Что ты задумала? Можешь ты успокоиться наконец и ничего не делать хотя бы сейчас?

-Нет, Ася, сейчас тем более не могу. Мне опять придётся убивать тем более близкого человека.

- Даже не пытайся отказаться.

- Я пытаюсь не отказаться, а убить того, кто это заслуживает. Моего убийцу.

- Ты всё ещё не знаешь, кто он.

- Да, потому и прошу тебя помочь. Степан должен узнать его послезавтра. Ты можешь пойти к нему и попросить узнать раньше. Сегодня до наступления ночи. Возможно, тогда Мирта согласится, что я убью именно его.

- Жанна, я не думаю, что это хорошая идея.

- Это мой единственный шанс. Я просто не готова потерять кого-то из близких. Обещаю, что если у меня будет имя убийцы, я затанцую его сама, без проблем и возражений.

- Извини, но с твоим характером что-то не верится.

-Ася, я клянусь. Я всё сделаю, лишь бы не потерять родных. Пусть лучше умрёт убийца, раз мы всё равно не можем этого избежать. От меня отстанет и Мирта, и другие Неупокоенные, и всё будет хорошо. Это единственный способ уговорить королеву не трогать мою семью.

- Я понимаю, тебе жаль семью, но не нужно было восставать против Мирты.

- Ну я же не знала, что рискую ими. Была уверена, что в случае неудачи убьют только меня. Пожалуйста помоги, разве ты хочешь, чтобы пострадали невинные люди?

- Ладно я попробую. Но не думай, что Мирта согласится. Даже если ты будешь знать имя убийцы. Одно дело ваш договор и другое твоё наказание за попытку бунта. Не думаю, что она согласится совместить.

- Ты права, я тоже боюсь, что она откажется. Но других возможностей просто нет, это единственный шанс.

Ладно, хорошо. Но если с этим не получится, не вздумай делать глупости. Подведешь и себя и меня.

- Конечно, я обещаю!

Ася уходит. Я с надеждой смотрю ей вслед, вижу, как Галя поджимает губы. Неужели она сейчас ещё больше настроит мирту против нас? Всё итак плохо, только её неприязни мне ещё и не хватало. Если бы я могла поговорить с Миртой!

Когда Ася возвращается, я бросаюсь к ней.

-Получилось? Ты поговорила с ним?

-Да. Хотя сначала меня и не собирались к нему пропускать.

- Слава Богу!

- Рано радуешься. Степан не уверен, кто сможет узнать имя до ночи.

-Но он попытается?

- Да, но он сказал, шансов мало.

- Хотя бы он теперь знает, что затея с бунтом пришел конец. Может быть, Семёновна сможет что-то сделать для меня.

-Даже не рассчитывай. Зря ты впутываешь сюда других Неупокоенных. Такие вещи лучше решать между своими.

-Какими своими, Ася? Виллисами? Да они меня разорвать готовы. А убийство ни в чём неповинных живых - это разве не впутывание их в наши разборки?

-Мы убиваем не всех подряд. Только тех, кто этого заслуживает.

-Да и кто это будет решать? Мирта? Она себя Богом возомнила?

-Тише тебя же услышат! С ума сошла так орать?

-А что молчать про это? Почему она должна решать, кто именно из моих близких умрёт сегодня?

-Потому что ты дала ей эту возможность. И решать она будет не от балды. Она поймёт кого можно.

-В прошлый раз она убила моего лучшего друга!

-И было за что правда?

- Да, Илья не святой! Но это не значит, что Королева была права его убить!

- Зато такое право было у тебя, и ты им воспользовалась.

-Я не хотела!

- я понимаю. Но ты сделала это, и сегодня сделаешь ещё раз. В прошлый раз ты была умницей. В отличие от той новенькой, ты поступила благоразумно. Никто даже не ожидал. Я боялась, что ты сделаешь глупость. Надеюсь, этой ночью ты тоже возьмешь себя в руки. Ради нашей нормальной жизни здесь. Пойми, что чем меньше проблем у тебя будет с Миртой, тем лучше будет и для всех нас, и для твоей семьи, оставшейся в живых.

-Да, я уже понимаю, - сокрушенно отвечаю я.

-Вот и хорошо. Когда-то ведь ты должна привыкнуть. Теперь я предлагаю поспать. Узнает ревенант имя или нет, ночью будет танец, а значит нам всем лучше выспаться заранее.

Ася уходит, я тоже устраиваюсь под деревом и накрываюсь покрывалом с головой, но не могу уснуть. Даже если я не буду спать всю последующую жизнь, как я смогу закрыть глаза, зная, что мне придётся опять стать убийцей. И кого! Хоть бы Степану всё удалось! Но даже если у него получится, Мирта может не согласиться! Кого же она решит убить? До какой низости она дойдёт? Ася говорит, что Мирта не убивает кого попало. Но ведь у любого человека можно найти прегрешения, если захотеть. Это же не повод убивать! Увы, для виллис всё по-другому. Мне не изменить этого.

Просыпаюсь от того, что кто-то трогает меня за плечо. Передо мной русалка Марина. На поляне много неупокоенных. Вспоминаю, зачем они здесь. Мы скоро пойдём на танец, уже темно. Неужели я умудрилась заснуть? Я должна была поговорить с Миртой. Приходил ли Степан? Узнал ли он имя? Неужели да, а Ася не разбудила меня? Или ей не позволили это сделать? Как я могла спать, нужно столько всего сделать? Теперь уже поздно, как я буду договариваться с Миртой при всех.

-Что у вас происходит? - спрашивает русалка, - что ты натворила?

- Лучше не спрашивай, - со вздохом отвечаю я, - Я хотела поднять бунт.

- Да ты что, - охает Марина, - Жанна! Ты сошла с ума? Не понимаю, почему ты ещё жива!

-Мне помогла Ася. Теперь мы идем танцевать. Кстати, она должна была ещё кое-что для меня сделать. Нужно её найти, а потом поговорить с Миртой.

-Не понимаю, ты будешь танцевать? В смысле, убивать?

- Да. Только пока не знаю, кого. Ты видела Степана, он здесь?

- Да вроде был где-то.

-Пожалуйста найди его и спроси, смог ли он узнать.

-Что узнать?

-Неважно, он знает. Пожалуйста, спроси. У меня проблемы, я пытаюсь их решить.

-Жанна, у тебя всегда проблемы. Как ты могла ввязаться в бунт?

-Даже не спрашивай. Это было плохая идея, чистое самоубийство. Хуже, что пострадают невинные.

-Кто?

-Кто-то из моих близких. Я должна скорее найти Асю, уже поздно.

-Хотя бы скажи, тебя не убьют?

-Нет, не волнуйся за меня.

Русалка смотрит с недоверием, а я убегаю к Асе. Она уже проснулась и разговаривает с двумя виллисами.

- Ася! - восклицаю я, - Степан приходил?

-Он ничего не нашёл, - отвечает она, - и пришёл только сейчас вместе со всеми.

-У него не получилось узнать???

-Нет, сказал, что было слишком мало времени.

-Я поговорю с ним!

-Ни в коем случае тебе не стоит с ним говорить. Всё равно он не может ничем помочь. Лучше не усложнять ситуацию.

-Ты права. Лучше не злить Мирту. Она единственная, кто ещё может всё исправить. Я поговорю с ней.

- Жанна! Ты с ума сошла!

-Пойми, больше ничего нельзя сделать! Только Королева может всё отменить!

-Нет, теперь ничего не может изменить даже она! Уже все собрались! Всё готово! Осталось только пойти на озеро. Успокойся, ты же смогла в прошлый раз.

-Если не поговорю с ней, никогда себе не прощу! Не мешайте мне, я должна!

Расталкивая виллис, бегу прямо к Мирте.

-В чём дело? - возмущается Галя.

-Мирта, пожалуйста, останови это, - кричу я.

-Даже не подумаю, - холодно отвечает она.

-Как ты смеешь просить! - опять возмущается Галя, но мне не до нее.

Мирта - вот кто моя единственная надежда.

-Прошу тебя! Я клянусь, это больше никогда не повторится. Пожалуйста, не трогай мою семью. Я больше никогда и ни в чём не пойду против тебя.

-Я уже всё решила.

-Мирта, пожалуйста, не надо, - продолжаю умолять я.

Ко мне подходит Ася и обнимает за плечи.

-Жанна, успокойся. Мирта знает, что делает. Ничего нельзя изменить, уходим.

-Неправда, - кричу я, - ты можешь, прошу тебя! Прекрати это! Стёпа почти узнал имя убийцы, Скоро мы его затанцуем.

-Конечно, и его тоже затанцуем, - мягко соглашается Королева, - Ну и сегодня всё состоится.

-Жанна, тебе нужно смириться, - продолжает Ася, пытаясь меня увести, - танец всё-равно будет.

-Да пусть будет! - Ещё громче кричу я, - меня волнует только, кого мы затанцуем. Мирта, пожалуйста, пусть будет кто угодно, только не трогай моих родных, умоляю! Давай убьем хоть первого встречного!

-Будешь думать в следующий раз, - отвечает Мирта, - эй, а ты что тут делаешь? Пошёл вон!

-Я только хочу помочь ее успокоить, - отвечает подошедший к нам Степан.

-Ты уже достаточно сделал, убирайся

-Я прошу прощения, но сейчас меня может быть польза. Если сейчас Жанна не прекратит истерику, вам придётся убить её до танца. И что тогда? А я сейчас с ней поговорю.

-Лучше уходи к своим, - шёпотом советует Ася.

-Мы уже уходим, - отвечает ревенант.

Он берёт меня за локоть и шепчет на ухо:

-Мне нужно тебе кое-что сказать, пойдём быстрее.

-Я никуда не пойду!

-Это единственный выход, Мирта всё-равно не собирается ничего отменять!

-Не разговаривай с ней, - приказывает Королева, - от тебя уже достаточно проблем!

-Ты всё-таки узнал имя убийцы! - Уточняю я, - Мирта! Давай мы убьем его! Я же тебе обещала!

-Мы убьем кого я решила!

-Лучше не зли её, - советует полицейский, - пойдём скорее со мной. Иначе она не позволит рассказать тебе важное.

Я вижу, как он подмигивает Королеве. Неужели ревенант всё-таки на её стороне? Он просто хочет сейчас меня успокоить, чтобы не позволить мне сорвать танец, а на самом деле он ничего не хочет мне сказать? Ему просто нечего, он не нашел моего убийцу. Мы ничего не можем дать смерти взамен. Но всё-таки я иду за ним. Действительно лучше её не злить. Возможно, я сумею отговорить её по дороге. Хотя в присутствии всех неупокоенных, она действительно скорее всего не переменит решение.

-Что ты делаешь? - спрашивает Степан, когда мы отходим подальше, - ты видишь с тобой разговаривать уже не стоит, а это срочно.

-Что срочно, что ты узнал?

-Тихо! Ты же не хочешь сегодня убивать, верно?

-Конечно, нет!

-Тогда постарайся потянуть время.

-Время?

Да, виллисы могут танцевать только ночью. Когда взойдет солнце, жертва уйдёт домой живой.

-Стёпа, это правда возможно?

-Тихо! Не ори, кто-нибудь услышит.

-Мирта же читает мысли!

-Твои мысли сейчас никто не прочитает. Ты же была у коня.

-Разве эффект ещё сохраняется?

-Да, конечно.

-Стёпа! Спасибо тебе! Прости, что я так подвела с конём!

-Это не твоя вина. И игра ещё не окончена.

К нам подходит тот толстый мужик с ножом.

-Говорил я тебе не подходить к ней!

-Я просто её успокоил. Королева не против, - оправдывается полицейский.

-Серьезно? А мне показалось, очень против.

-Я смог её усмирить Жанну ,сейчас главное не срывать танец.

-Ну может быть. А теперь подем.

Они уходят, я спокойно смотрю им вслед, не хватало ещё Степану проблем из-за меня. Надеюсь, он сказал мне правду. Семёновна могла такое придумать. Почему они раньше не предупредили меня? А что, если это ложь? И я на самом деле ничего не смогу против Мирты? Как это проверить? А ведь есть способ, как я могла забыть? Стараясь выглядеть как можно спокойней, возвращаюсь к Марине.

-Что ты делаешь? - Спрашивает она.

-Я пыталась поговорить с Миртой.

-Да, это все видели. Как тебе могла прийти в голову такая глупость. Хотя в какой-то момент я даже поверила. Что тебе сказал ревенант?

-Неважно, лучше пойдем со мной.

-Куда?

-Мне нужно кое-что спросить у тебя, пойдём.

Мы отходим подальше, хотя я и понимаю, что все равно все будут стараться услышать, о чём мы говорим.

-Ты чувствуешь убийство - спрашиваю я, - оно точно будет?

-Ну, если честно...

-Марина, скажи мне правду! Я хочу знать, убью ли я этой ночью.

-Я ещё не знаю.

-Как это?

-Ну, не всегда можно точно знать, что убийство точно произойдёт. Вот и сейчас у меня такое ощущение: может, будет. А может и нет.

-А точно узнать можно?

Боюсь, что нет, такое ощущение обычно прямо до смерти предполагаемой жертвы.

-До смерти...

-Или до спасения.

-Ну почему такая неопределенность! Я думала, вы всё чувствуете!

-Скажи спасибо, что этого не чувствует виллисы, твоя Королева всё решила бы в свою пользу.

-Чёрт, я об этом не подумала.

-А ты подумай! Что ты замыслила, как ты собираешься избежать танца?-

-Я не собираюсь его избегать!

-Серьёзно?

-Да.

-Но в этом случае я должна чувствовать другое. Я уже давно должна чувствовать смерть.

-Я понимаю, Марина, но мне не избежать танца, всё равно заставят. Лучше расскажи, ты там будешь?

-Нас позвала Королева, все должны быть.

-И ваш водяной царь.

-Ты знаешь его роль.

-А он тоже чувствует? Как вы? Он может сказать Мирте?

-Не думаю, он не чувствует. Но кто-то из русалок может сказать ему.

-Что же делать? Если Мирта узнает, всему конец.

-Увы, я ничем не могу тебе помочь.

-Спасибо, ты уже очень помогла, теперь я спокойно пойду на танец. У меня есть шанс, и я его не упущу.

Я поднимаю с земли в своё покрывало. Сажусь и закутываюсь в него.

-Сколько уже времени? - спрашиваю я, - ещё долго?

-Нет, уже около полуночи. Странно, что мы всё ещё здесь. ВИдимо, что-то задержало.

-А до рассвета долго?

-Несколько часов, а что?

Я закрываю лицо руками. Почему мы не поженились в начале лета, тогда начинало светать уже в 3 ночи, а теперь нам нужно продержаться так долго! Смогу ли я, за это время Мирта наверняка раскусит мой план!

-Я тебя не понимаю, - говорит Марина, - только что ты истерила и вдруг неожиданно быстро успокоилась.

-Это выглядит неестественно, да? - спрашиваю я, - Мирта тоже не поверит?

-Конечно! Кто же поверит? - отвечает русалка.

-Посиди со мной, пожалуйста, сделай вид, что ты успокаиваешь меня.

-Зачем тебе это?

-Очень надо... Марина, а ты можешь поговорить с вашим водяным царём?

-Нет, конечно, я не настолько близка к нему.

-Но, может, знаешь, кого-нибудь, кто близок?

-Ну в общем, да. А зачем?

-Мне нужно, чтобы он не успел поговорить с Миртой.

-О чём?

-Чтобы он не сказал ей, что убийства не будет.

-Ты с ума сошла, что ты задумала на этот раз?

-Пожалуйста, сделай это, если кто-то из ваших скажет Мирте, всё пропало. А скорее всего, лично с ней будет общаться именно ваш царь.

-Так что же мне делать, успокаивать тебя или пойти искать того, кто сможет поговорить с царём?

Я задумываюсь, не допустить его к нашей Королеве сейчас важнее всего. Но если я буду выглядеть подозрительно спокойной, Галя или Мирта обязательно всё поймут. Что же делать? Оглядываюсь на неупокоенных и вижу в толпе Илью. Точно! Вот кто мне нужен! Машу ему рукой, и мой бывший лучший друг подходит к нам.

-Теперь лучше уходи, - говорю я Марине,- Прошу, найди кого-нибудь, это очень важно.

-Хорошо, - отвечает она и уходит.

Я вскакиваю и бросаюсь на грудь Илье, он прижимает меня к себе. Надеюсь, сейчас я не выгляжу что-то задумавшей.

-Как я рад, что с тобой ничего не случилось, - говорит Илья, - мне сказали, что нас собирают так случаи возможного бунта.

-Так и есть, - отвечаю я, - Королева Виллис узнала, что я собиралась поднять бунт. Сейчас она заставит меня убить кого-то из моих близких, естественно, она ждёт, что я буду пытаться сопротивляться. И она не знает, есть ли у меня союзники. Вот если мы восстанем против нашей королевы, тут и понадобится ваша помощь.

-Ты что, хочешь сказать, что я должен буду идти против тебя?

-Ну, скорее всего, меня убьёт сама Мирта, но в общем да, вашей обязанностью будет прикончить непокорных Виллис.

-Не могу поверить, что это делаешь ты!

-Я ничего не делаю. Да и не собираюсь я поднимать бунт на танце, просто Мирта перестраховывается. В любом случае, все хотят присутствовать на убийстве.

-Но ты точно ничего не будешь делать?

Я не могу ему сказать, меня и так могли сто раз подслушать. Да и не поможет мне Илья. Если бы я могла хотя бы как-то потянуть время вместе с ним. Здесь я хотя бы как-то сопротивляюсь королеве виллис, а вот потом, возможно, не смогу, помню, как это в прошлый раз с Ильей.

-Жанна, ты не должна рисковать собой. Подумай мы потеряли жизнь, нам нужно сейчас ценить то, что есть.

-И что, ради этого существования я должна согласиться убить кого-то? Кого из своих близких ты готов был бы убить?

-Никого, - не задумываясь отвечает мой друг.

-Вот, а я должна?!

-Жанна, мне правда очень жаль.

-Хватит любезностей, - раздается рядом голос Гали, - все уже собрались, и нам пора.

-Я никуда не пойду! - Заявляю я, цепляясь за Илью.

-Ещё как пойдёшь, - отвечает Галя.

-Нет! Я никогда не хотела никого убивать!

-Неправда, - говорит Мирта, - меня хотела.

-Мирта, я… Я просто не знала, как мне ещё избежать других убийств! Я никогда не имела ничего против тебя лично! Не собиралась отнимать у тебя жизнь! Просто боялась, что ты опять заставишь меня убивать! Прости меня, это больше не повторится!

-Идём, отвечает Мирта, беря меня за руку.

Я врываюсь и крепче прижимаюсь к Илье.

-Давай я пойду с тобой, - предлагает он.

-Это невозможно, - возражает Мирта, - Возвращайся к своим, она полетит со мной.

Илья покорно отстраняет меня и уходит. Я умоляюще смотрю на королеву, но она опять сжимает мою руку, и мы взлетаем первые. За нами следуют другие виллисы, я опять начинаю умолять, но королева молчит. Я тоже замолкаю, действительно, нет другого выхода. Стоит попытаться тянуть время. Ну как это сделать, у Мирты всё рассчитано. Хотя вроде в прошлые разы мы вылетали раньше. Если цветы распускались в полночь, это происходило уже после нашего прилета. В ту ночь, когда я убила Илью, они распустились прямо на моей могиле. Могила! Точно! Туда мне и надо! Как только мы выходим из озера, я говорю:

-Мирта, прошу, если ты твердо намерена заставить меня сделать это, пожалуйста, позволь мне ещё раз пойти на свою могилу, а вдруг это последний раз.

-Тебе нечего там делать.

-Мирта, пожалуйста, от этого никому не будет хуже. Я просто хочу побывать там, в прошлый раз ты сама меня туда отвела.

-Зачем это тебе?

-Хочу как-то попрощаться с моим телом, оставшимся в мире живых.

-Твоё тело умерло. Лучше бы ты думала о своём существовании здесь.

-Я думаю, правда, Мирта, ну пожалуйста! Позволь, смотри, мы уже почти прилетели, потом будет поздно возвращаться. Позволь мне увидеть свою могилу хоть на минуточку! Клянусь, я не буду тебе сопротивляться ни во время дороги, ни во время танца.

-Ладно, так уж и быть.

Мирта поворачивает назад, и мы летим на кладбище. Я радуюсь, даже в полете смогла выиграть хотя бы минутку. Теперь нужно задержаться там подольше. Приземляемся, и я радостно замечаю, что цветы уже расцвели. Значит, уже больше полуночи. Что ж, время работает на меня. Хотя ночка будет долгая. Опускаюсь на колени рядом со своей могилой. Глажу фотографию, она уже не кажется мне неудачной. Сначала было просто слишком непривычно видеть это. Даже сейчас до сих пор не могу до конца поверить - подо мной в земле моё тело. Закончилась моя земная жизнь, а я так и не смогла стать нормальной виллисой. Я только приношу несчастья всем, в том числе оставшимся в живых. Этой ночью мне, возможно, придется убить кого-то. Лучше бы я сразу окончательно умерла.

Бросаю ещё один взгляд на свою фотографию. Нет, я не сделаю этого! Я не позволю чтобы по моей вине появилась еще одна могила. Лучше бы я убила Мирту. А может, еще убью! Лучшее ее! Но по моей вине не умрёт больше ни один живой! Я сделаю всё, чтобы этого не произошло, чего бы мне это ни стоило! Рассматриваю свои венки на могилке, погружаю руки распустившиеся цветы. Очень нужно задержаться здесь хотя бы на несколько минут. Но Королева уже недовольна.

-Всё хватит, - говорит она.

-Пожалуйста! Ещё немного!

-Хватит тянуть время, ты всё равно этой ночью убьёшь того, кого я прикажу, ничего тебе не поможет, лучше не сопротивляйся.

-Хорошо, иду, - покорно отвечаю я, гладя цветы, - одну минуточку.

Демонстративно вслух молюсь на своей могиле. Жаль, что я знаю всего одну молитву, пытаюсь вспомнить ещё, но не получается. Понимаю, что больше ничего не могу сделать, не вызывая подозрений Мирты. Встаю и подхожу к ней.

-Что, молишься перед убийством, - усмехается она, - интересная мысль.

Я беспомощно смотрю на неё. Да, наверное, глупо выглядит. Ну, я не могла ничего больше придумать. Чем можно заняться на кладбище. Мы снова отправляемся в путь, здесь уже явно чувствуется запах живых. Кажется, их здесь много. Но Королева уводит нас в сторону. Здесь запах слабее, тут явно всего 1 человек. Но он приближается. Мы начинаем танцевать. Против воли чувствую радостное возбуждение, это будет уже скоро. Оглядываюсь на других виллис, все также довольны, кроме Мирты. Интересно, а ей что не так? Тут я вспоминаю, из-за чего я это чувствую. Я же должна кого-то убить. Она ожидает моего сопротивления. Но раз мне сейчас так хорошо, значит, убийство будет. Сейчас я даже совсем не жалею об этом. Не хочу прекращать танец. Предвкушение становится всё сильнее. Слегка сбивает его только усиливающийся запах живых. Он всё ближе. Силуэт мужчины показывается из-за поворота. Я сразу его узнаю. Это Рома.

Глава 21

Забыв о танце, я останавливаюсь. Значит, все - таки Рома. Именно его выбрала Мирта. Это моя вина. Я сомневалась, я заставила себя поверить, что он мог быть моим убийцей. Но ведь это неправда. Он не виноват. Точнее, виноват, он изменил мне. С моей собственной сестрой. Но разве за это приговаривают к смерти? Хотя, о чем я думаю? Для Мирты такое - норма. Но для меня нет. Я не допущу этого.

- Рома, беги, -кричу я.

Он останавливается, прислушивается. Жаль, что узнает мой голос. Будет пытаться понять, что происходит и потеряют время. Илья тоже мне не поверил тогда. А потом я ничего не могла сделать.

- Скорее убегай, они убьют тебя, -еще громче кричу я, -быстрее, потом будет поздно.

Мирта подлетает ко мне, отвешивает пощечину и утаскивает в кусты. Держась за щеку, я оглядываюсь. Рома не уходит, наоборот, он осматривается, пытаясь разглядеть кого - то.

- ты что творишь? Возмущается Мирта.

- как ты думаешь? - огрызаюсь я и кричу еще громче, - Рома, быстрей убегай. Спасайся, их слишком много. Скорее.

Королева снова заносит руку для удара. Я отталкиваю ее. Вокруг нас тут же вырастает стена из неупокоенных. Черт, я совсем забыла. Они же должны защищать Мирту в случае бунта. Для того она их и позвала. Чтобы я ничего не смогла сделать, даже если бы у меня были союзники. Нам не справиться с такой толпой. А одну меня тем более убьют. Я и себя погублю, и Рому не спасу. Надо что - то делать пока королева меня не испепелила.

- прости, Мирта, говорю я, - Я не знаю, что на меня нашло. Просто не ожидала увидеть здесь именно его. Это от неожиданности. Пожалуйста, давай продолжим танец. Это больше не повторится.

На секунду королева теряется. Не ожидала столь быстрого проявление покорности? И что дальше будем делать? Потребуют ли неупокоенные убить меня, раз уж они пришли? Я получаю вторую пощечину. Дергаюсь, но заставляю себя стоять смирно. Щеки горят, я закусываю губу. Надо терпеть. Пусть бьет как хочет, лишь бы у меня все получилось.

- прости, пожалуйста, - повторяю я. - Я не сдержалась. Это от напряжения. Позволь мне продолжить. Обещаю, я буду нормально танцевать.

Она сверлит меня глазами. Кажется, предпочитает убить. Но мое полное несопротивление мешает ей это сделать.

- не верю ни одному твоему слову, - Шипит Мирта, - Но раз мы уже начали, дам тебе последний шанс. Но если ты еще раз попытаешься помешать, сразу убиваем вас обоих.

- хорошо, я поняла.

Мирта грубо отталкивает меня, я радуюсь, что так легко отделалась. Из толпы выходит водяной царь.

- все в порядке, - говорит ему наша королева.

- вовсе нет, - возражает он. - Мне сейчас доложили, что убийства не будет.

Королева смотрит на меня. У меня сердце уходит в пятки. Нет, не может быть. Кто же ему сказал? Ведь я просила Марину сделать так, чтобы ему не говорили. А у нее все - таки не получилось. И что теперь? Мирта наверняка поверит водяному царю. Я должна что - то сделать, иначе это плохо закончится для всех нас. Главное, чтобы она не догадалась, что это моя идея. Мысли мои она прочитать не может, так что нужно изобразить удивление. Улыбаюсь и с надеждой смотрю на нее.

-Мирта, - радостно говорю я. -Ты решила нас пощадить? Ты простишь меня? Если бы я знала, я бы не стала так себя вести. Прости меня, пожалуйста, за этот спектакль. Я-то думала, что будет как в прошлый раз, с Ильей, с моим лучшим другом.

- именно так и будет, - рявкает королева, - Никого никто прощать не собирается, танец состоится. О чем ты говоришь, Селевк, как это убийства не будет?

- русалки его не чувствуют.

- вообще? А что чувствуют?

- чувствуют, что убийство под вопросом. Причем под большим вопросом. Если ты рассчитываешь на эту виллису, думаю, тебе стоит взять дело в свои руки.

Я бросаю на него ненавидящий взгляд, но тут же опускаю глаза. Нельзя так выдавать себя. Они так уже слишком много поняли. Сейчас будут принимать меры? Я продолжаю говорить с королевой:

- Рома останется жив? Мне не придется никого убивать? Пожалуйста, не заставляй меня, Мирта. Это мой любимый человек. Мы собирались пожениться. Каким бы он ни был, он не заслуживает смерти. Позволь мне не лишать его жизни, пожалуйста.

- о нет, ты это сделаешь. Ты заслужила. Или ты его убьешь его, или мы вас обоих.

- умоляю. Я виновата, но он здесь не причем. Если русалки так говорят, значит, есть шанс не остаться в живых. Значит, есть возможность не становиться убийцей? Мирта, пожалуйста, я же восставала против тебя только что бы не совершает новых убийств? Прошу тебя, если ты позволишь мне не делать этого у нас никогда больше никаких конфликтов не будет. Это единственная. преткновения пожалуйста, сохрани ему жизнь. Буду служить тебе вечно.

Царь с усмешкой слушает мою пламенную речь. Кажется, он не верит ни единому слову. Как невовремя он к нам подошел! Очень неудачно получилось. Его королева скорее послушает, чем меня. Тем более она теперь так против меня настроена. Я быстро опускаюсь на колени и обнимаю ноги Мирты. Она с презрением отталкивает меня.

- Не слушай ее, - советует водяной царь, - она не подчиняется тебе во время танца. Ты не справляешься с ней. Это из-за коня. Лучше сразу от нее избавиться.

Я холодею. Неужели это конец? Зря я просила русалку отвлечь царя, чтобы он ничего не знал. Лучше бы он сказал это Мирте там, на поляне. Она убила бы меня одну. А теперь еще и Рома. Точно, я приношу всем несчастья. Как будет нелепо - Илья и Рома окажутся в мире неупокоенных вместе из-за меня. Надеюсь, они не уничтожат друг друга.

Королева оглядывает собравшихся Вилли и других неупокоенных. Она сомневается. Я должна что - то сделать, но не знаю, как повлиять на нее.

-Что из-за коня? - лепечу я, - Какого коня? Которого я приучала? Его больше нет. Мирта, ты же обещала не убивать меня за это.

-это так, - вмешивается Ася, - Мирта дала слово наказать тебя по-другому. А она держит слово. Как и положено королеве.

-я знала, чья смерть станет лучшим наказанием для такой непокорной виллисы. Так мы и сделаем. Убийство будет, а вот одного или двоих, зависит от тебя, Жанна. Вставай, начинаем.

Недовольный водяной царь подходит, не слушая благодарности, Мирты. Я поднимаюсь с земли, оглядываясь. Мы разговаривали достаточно долго. Может, за это время Рома успел убежать? К сожалению, он никуда не ушел. Наоборот, подошел ближе и пытается рассмотреть кого-то в кустах. Если бы он знал о танцах! Конечно, ему не понять, насколько все серьезно. Все действительно зависит только от того, насколько смогу потянуть время. В этом смысле водяной царь мне помог. Королева хватает меня за руку и выводит на дорогу. По ее знаку мы. начинаем танцевать. Рома это замечает и начинает следить за движущимся белыми фигурами. Танец успокаивает, настроение поднимается. Я спокойно размышляю. Когда Рома пришел, я смогла остановиться, в отличие от других, которые танцевали по приказу Мирты. Когда я танцевала с Ильей, ничего подобного не происходило. Значит, конь действительно работает. Я могу хотя бы частично не подчиняться Мирте. Это наш шанс. Главное сейчас - сделать вид, что я смирилась. Самое главное - время. Я подмигиваю Мирте и ухожу в сторону кустов. Она хмурится, но присоединяется, наблюдая за мной. Я продолжаю танцевать в кустах, вслед за королевой туда уходят и остальные виллисы. Я ни в коем случае не пропущу эту часть танца. Она займет время и сэкономит силы Ромы, потом ему придется намного хуже. А пока он бегает за мелькающими белыми тенями среди деревьев и кустов. Остальные Неупокоенные исчезли, словно только не что не стояли стеной за королеву виллис. Асмодин видит только мелькающие в разных местах белые платья.

Я всегда считала храбрость хорошим мужским качествам, но поведение Ромы раздражает всё больше с каждой минутой. В отличие от Ильи и жениха Насти, он долго не может понять, что ситуация опасна. Думает, что это какая-то злая шутка, пытается найти тех, кто его дурачит. Разговаривает с нами, ругается, даже материться. Он же слышал мои предупреждения! Неужели не узнал мой голос? Не поверил мне? Даже если не поверил, что это я, почему не понял, что его предупреждают реальной опасности? Удивительно, проходит много времени, пока Асмодин не прекращает попытки найти и поймать нас и не пытается уйти. Тут-то мы и являемся ему во всей красе и уйти не даём. Меня Мирта заставляет держаться подальше. Надеюсь, они не убьют его без меня. Мой план держится на том, что я лично буду танцевать с Ромой. Надеюсь, Королева просто и пока не хочет, чтобы он видел меня. А сейчас время хоровода и безжалостной погони. Мыто окружаем Асмодина плотным кольцом, то разбегаемся врассыпную. Теперь он понимает, что происходит что-то странное и пытается уйти. Кажется, я видела страх на его лице, когда он рассматривал оказавшихся близко к нему Виллис. Наверное, понял, что мы не живые. Или почувствовал холод, исходящий от нас? В любом случае, теперь он понимает, опасность реальна, и это смертельно. Но сделать ничего уже не может. Мы ускоряем темп. Меня опять захватывает предвкушение, Я наблюдаю за своим женихом как-то отстранено. В конце концов, может, он и не убийца, но предатель. Небольшое наказание ему не повредит. Мне-то в любом случае хуже, я уже умерла. Эта мысль заставляет меня вспомнить, что совсем скоро я должна буду убить Рому. Нет, я не должна этого допустить! Не должна подаваться наваждению Мирты! Она очаровывает меня, остальные вообще не могут ей сопротивляться. Наверное, и не хотят, мы все помним, каким удовольствием заканчивается танец. Хорошо, что они ещё не знают, что я собираюсь лишить их этого удовольствия. Интересно, русалки уже знают? Даже если так, больше водяной царь к нам не подойдёт. Преодолевая отвращение, я принюхиваясь к запаху Ромы. Он слабеет не так быстро, как это было с Ильёй. Очень хорошо, что Асмодин такой крепкий, мы сможем потянуть время. Пытаюсь понять, который сейчас час. Свет, сопровождающие все наши убийства, не позволяет моя сориентироваться во времени. Жаль, я совсем не имею представления, сколько ещё нужно продержаться. Проходит время, и от запаха Ромы не остаётся почти ничего, Я пугаюсь. Что, если Мирта убьет его без меня? Селевк, водяной царь, советовал ей взять ситуацию в свои руки. Вдруг она всё-таки послушает его? А я не могу даже шаг сделать навстречу ему. Если Мирта поймёт, что я ей неподвластна, я всё испорчу. К счастью, Королева строго следует намеченному порядку. Она делает мне знак появиться перед Ромой ровно в тот момент, когда его силы на исходе. Я встаю перед ним и замираю. Он потрясенно рассматривает меня.

-Жанночка, ты? -шепчет он, - не может быть! Ты пришла за мной?

Я умоляюще оглядываюсь на Мирту. Она приказывает продолжать.

-Да,-отвечаюя Роме, который пытается меня ощупать

Асмодин обнимает меня и нащупывает крылья, и я отталкиваю его. Не хватало ещё, чтобы он узнал о моих копытах. Нам пора начинать танцевать. Надеюсь, я не пропустила сигнал от Мирты.

-Но… За что… За что? -спрашивает Рома.

Это приводит меня в ярость. Прекрасно он знает, за что! И за ложь, и за измены, и за… Но тут я чувствую приказ Мирты. Мы больше не можем тратить время на разговоры. Жаль, что я успела объяснить ему, за что!

-Пригласишь меня на танец? - спрашиваю я Асмодина и, не задержавшись, шиплю:

-Сам знаешь за что! За Свету! Ты это заслужил!

Он опускает глаза, протягивает мне руку, и мы начинаем танцевать. Мы вальсируем, и я чувствую, как ненадолго вернувшаяся жизнь постепенно покидает его. Стараюсь двигаться как можно медленнее, когда же рассвет? Сейчас Рома двигается весьма бодро, но по запаху я понимаю, что осталось ему недолго. Смотрю в кго глаза, его губы так близко. Не ожидала я возможности побыть с ним так близко после того, как нас разлучила смерть. Смогу ли я не отдать смерти его? Возбуждение виллис все больше нарастает, есть ли еще время до разрядки? Пытаюсь сдерживать темп, хотя сама уже почти не могу сопротивляться.

Неожиданно становится темно. Я только успеваю заметить, как захлопываются цветы. Виллисы останавливаются. Они удивленно смотрят кто на меня, а кто на Мирту. Асмодин падает без сил у моих ног. Королева с перекошенным от злобы лицом приближается к нам. Я холодею от ужаса, краем глаза замечая вдалеке рассвет. Да, я сделала это. Я смогла протянуть танец. Ну и что теперь? Я ничего не смогу сделать против Мирты. Виллисы меня явно не поддержат. Неупокоенные тоже тут. Меня охватывает отчаяние. Неужели всё было зря? Сейчас мы вдвоём погибнем. Но как только Мирта пускает нас струю огня, я хватаю Рому за плечи, и мы взлетаем. Какой же он тяжёлый! Мне не продержаться так долго! Куда мне лететь? Здесь весь день неупокоенные. А чем заканчивается любая попытка атаковать Мирту, я уже хорошо знаю. Под королевой появляется конь. Это будет вот сейчас. И что мне делать?

-Мирта, остановись, - кричит Ася, - ты слово дала!

-Заткнись! - рявкает Галя, - эту дрянь давно нужно было убить! Тебя тоже, раз вы заодно!

-Она со мной не заодно, - быстро отвечаю я Мирте, - она сдала меня, больше она мне не подруга!

Если уж нам с Ромой не спастись, незачем тянуть за собой ещё и Асю.

Но королева словно не слушает нас. Она внимательно смотрит на что-то внизу. Я тоже оглядываюсь. Неупокоенные уходят. Что же это такое? Они не дождались окончания танца? Или решили, что это уже конец? Зря, не в стиле Мирты оставлять всё незаконченным. Она готова дать им два трупа вместо одного.

-Это уже не попытка бунта, Мирта, - продолжает Ася, - ты не имеешь права!

-Она на всё имеет право! - огрызается Галя.

-Правда? Хотела бы я посмотреть на виллис, которые пойдут за Королевой, готовой убивать за всё подряд. Наверное, это только ты, и других желающих нет.

-Сейчас договоришься, - шипит Мирта.

Я понимаю, что я должна что-то сделать. Но не могу придумать что. Мне очень тяжело держать Асмодина. Я не знаю, что сказать Мирте. Боюсь разозлить её ещё больше. Что тогда будет с нами со всеми?

-Что? - возмущается Галя, - ты хочешь проверить, сколько виллис поддерживает Мирту? Давай.

-Нет! - кричу я, - никакого бунта! На это я не готова пойти!

Опускаю на землю Рому, закрывая его собой.

-Не надо, Ася, успокойся! Мирта, я не претендую на твою власть. Не будет никаких бунтов! У меня нет союзников, я ничего не замышляю против тебя. Просто не хочу убивать этого человека. У меня с тобой была договоренность, что я затанцую своего убийцу. Я тебе обещала. Я сделаю это клянусь. Но своего жениха я убивать не буду.

-С замиранием сердца смотрю на королеву. Она как будто сомневается. А ведь она может уничтожить нас за считанные секунды. Что же ей мешает? Договоренность с Асей? Сомнительно, у Мирты есть все основания считать меня опасной. То, что ушли другие неупокоенные? Сама она без проблем могла бы подавить бунт, я это уже видела. Естественно, что я и Ася ничего не смогли бы сделать против остальных.

-Ты должна была закончить танец, как и положено, - возмущается Галя.

-Нет, я буду убивать того, кого мы договорились, - отвечаю я, глядя Мирте в глаза. Я обещала, и я сделаю. Степан узнает имя убийцы уже завтра. И мы будем танцевать.

Ничего не могу понять по её лицу. Умру я через секунду, или она оставит всё как есть. Перевожу взгляд на коня. Шерсть на его груди растёт как-то странно, словно напоминает какой-то знак. Я как будто это где-то уже видела.

-Мирта, - тихо говорит Галя, - конь.

Королева тут же убирает коня и опускается на землю передо мной. Подходят и другие вилисы. Я по-прежнему чувствую себя беспомощной. Не могу защитить ни себя, ни Рому. Не вовремя злюсь на Асю Это она лишила меня последнего шанса. Да ещё голоса виллис опять звучат в голове. Только их мне сейчас не хватало. Это из-за коня Мирты. Но что толку мне от него? Если бы у меня был свой! Но все в прошлом, и мне даже мечтать об этом нечего. Нужно как-то договариваться с королевой, только я не представляю, что я могу предложить ей, если даже на танец с моим убийцей она не соглашается. Обнимаю Рому и внимательно смотрю на королеву, готовая взлететь при очередной попытке убить нас. В голове бьется мысль - ну, взлечу я, и что? Меня догонят тут же, я просто не представляю, как нам спастись. Надо что-то делать. Особенно пугает Ася, явно собирающаяся драться за меня. Зачем? От нее одной мне нет пользы, к чему лишние жертвы? Лучше бы она помирилась с Миртой.

-Только не делай глупостей, Мирта, - говорит Галя, - ты не послушала водяного царя, и что получилось? Так послушай хоть меня.

-Ася, не надо, - перебиваю ее я, - не смей, даже не вздумай! Я сказала, никаких бунтов! Если ты это сделаешь, всем конец! Сюда же явятся все Неупокоенные!

-Тебе и так конец, - усмехается Галя.

Мирта атакует так внезапно, что я едва успеваю взлететь. Точнее, не успеваю, у Ромы на ноге ожог, у меня опалено крыло. Королева взлетает за нами. Ася стоит в замешательстве.

Внезапно Мирта настораживается и прислушивается к чему-то. Галя замечает это и оглядывается. Я не понимаю, в чем дело. Это отвлекающий маневр? Я не должна поддаваться. На всякий случай отлетаю подальше, но Мирте уже не до меня. Она дает знак, и все виллисы исчезают. Я остаюсь одна с Ромой и слышу шаги и голоса. Сюда кто-то идет. Теряюсь, не зная, что делать. С одной стороны, я рада, Мирта больше не угрожает Роме. С другой - нас сейчас увидят, а из-за Ромы я последовать за другими виллисами не могу. Да и не хочу - что там меня ждет. Надеюсь, хотя бы у Аси хватит благоразумия.

-Жанна, - слышу я голос Степана, - скорее сюда.

Лечу к нему, он ждет меня за деревьями вместе с Евсеем.

-Как он? Живой? - спрашивает Степан.

-Да.

-Молодец, ты сделала это!

-Он ужасно тяжелый!

-Клади сюда, дальше мы его понесем.

-Куда?

-Тут недалеко был костер, положим его рядом. Надо же как-то оправдать ожог.

-Разве он ничего не вспомнит?

-Конечно, нет, будет думать, что это просто сон. Не волнуйся.

Я иду вместе с ними, пока они тащат Асмодина к пепелищу.

-Он никак не может прийти в себя! Наверное, ему нужна помощь.

-Жанна, не волнуйся, с ним все будет в порядке. Ты его спасла, теперь все будет хорошо.

-Не думаю. Мирта меня уничтожит. Боюсь, что и мою подругу тоже.

-Вовсе нет. У вашей королевы сейчас много проблем, она не дала Неупокоенным обещанное убийство. А убивать своих лишний раз не в ее интересах.

-Возможно, да только это не лишний раз. Она вознамерилась от меня избавиться. И ее можно понять. Если бы не появились эти люди, нас бы здесь уже не было.

-Извини, у нас никак не получалось привести их раньше. Я ужасно боялся, что мы не успеем.

-Так это вы их привели?

-Конечно.

Я обнимаю ревенанта.

-Спасибо, Степа! Но что нам делать теперь? Коня больше нет, а Мирта мне больше не доверяет. Не мог бы ты достать имя моего убийцы скорее? Может, она хотя бы согласиться не убивать меня, пока я его не затанцую.

-Это хорошая идея, Мирте сейчас очень нужны ваши убийства, - поддерживает Евсей.

-Да, но только у меня никак не получается узнать его раньше, - возражает Степан.

-Что же мне делать? Я не могу вернуться туда и боюсь оставлять там Асю.

-Ты не можешь не вернуться. Ты обязана быть со своими, иначе по приказу Мирты тебя вернут силой. Ты и сейчас ушла самовольно.

-Но сейчас королеве явно не до меня. Думаю, они все вместе выясняют, что со мной сделать. Не знаю, как быть потом.

-Пойдем к Семеновне, - предлагает Степан, - она говорила, что у нее есть какой-то план.

Ох, уж эта Семеновна! Устала я уже от ее планов. Я в них просто марионетка. Она неправильно выбрала кандидатуру, я ничего не могу. От моих жалких попыток только хуже. Рома чуть не погиб, я и Ася в опасности. Не будет Мирта с нами церемониться, не смотря на ее договор с Асей. Даже не представляю, что можно сделать, видимо, мне придется опять довериться Семеновне. Может, хоть она придумает что-нибудь, чтобы мне отделаться только танцем с моим убийцей. Придется мне сделать это, по крайней мере в безопасности будем и мы в мире Неупокоенных, и все мои в мире живых. Конечно, Мирта может захотеть от меня и других убийств. Наверное, я буду вынуждена подчиниться, чтобы она не трогала моих. Неужели она и остальных так держит в узде? Не знаю, как я все это выдержу, но пока от моих попыток сопротивления только хуже.

-Как ты думаешь, Неупокоенные сильно разозлиились, что убийства не было? - спрашиваю я, когда вдвоем идем к избушке тещи Степана.

-Конечно, но ничего, переживут. Скоро будет новое, - отвечает ревенант.

-Как??? Кто? Кого?

-Понятия не имею, надо спросить у русалок, мне все равно.

-Неправда, тебе не все равно!

-Я не смогу им помешать. И сейчас надо думать не об этом.

-Моя проблема не так уж и важна по сравнению с готовящимся убийством! Степа, мы тогда спасли мальчика, мы можем попробовать еще раз.

-Жанна, у тебя теперь есть не только эта проблема! Я узнал имя твоего убийцы, не хотел при Евсее говорить.

-Что?

Не верю своим ушам. Он все-таки сделал это! Сейчас я все узнаю!

-Для всех остальных я как бы узнаю его только завтра. Может, позже, но не думаю, что Мирта согласится ждать больше одного дня. Не знаю, хватит ли тебе этого времени, чтобы все уладить.

-Что уладить? Я затанцую его, вот и все. Я решила согласиться на это.

-Не все так просто. Уверен, когда ты узнаешь, кто это, ты передумаешь.

-Да говори же! - в нетерпении восклицаю я.

Глава 22

- Прежде всего я узнал, на кого зарегистрирована машина, - говорит ревенант, - Это Илья Меркурьев.

В отчаянии я бью рукой по дереву. Я так надеялась, что Степан уже всё знает! А в итоге мы пришли к тому, с чего начали. Мы же знаем, что Илья не виноват! Мы же проверяли его алиби! Да мало ли кто мог взять его машину! И что нам теперь делать? У нас больше нет зацепок.

-Подожди, не расстраивайся. Я помню, кто такой Илья. Поэтому я и запросил видео с камеры наблюдения.

-С какой камеры?

-Машина Меркурьева обычно стоит около подъезда. В соседнем доме магазин алкоголя. Он круглосуточный, и на нем видеокамера. Смотри. Ты знаешь этого человека?

Я хватаю фотографии. Не может быть! Да конечно узнаю! За рулём машины сидит сын Ильи Артём Меркурьев! Не может быть! Это он? Он убил меня? Но за что?

-Ничего не понимаю, - восклицаю я, - это сын Ильи! Зачем ему убивать меня? Да ещё и покушаться на Свету? Что происходит? Ты уверен, что это он?

- да, фото сделано в ту ночь, когда он пытался убить твою сестру.

-Невероятно! Зачем? С чего ему убивать меня и мою семью?

-Тебе лучше знать. Или может спросим у его отца?

Я хватаюсь за голову. Илья! Что он скажет, когда узнает? Его сын – убийца! А ведь я должна затанцевать его! Я должна его убить! Убить сына также, как сделала это с отцом! Нет, я не могу этого сделать! Меркурьев мне не простит! Но я и предположить не могла, что убил меня именно Артём! Ему же всего 18 лет! Как ему такое могло прийти в голову! Неужели это из-за фиалки? Вспоминаю, да, точно, он хотел, чтобы я назначила его администратором. Ну это бред какой-то! Разве за такое убивают? Может это ошибка? Может это всё-таки не он?

Степан обнимает меня за плечи и говорит:

- Пожалуйста, успокойся. Я понимаю, каково тебе сейчас. Но ты должна взять себя в руки. Нужно решить, что делать. Ты сможешь затанцевать его, чтобы выиграть время?

-что… Нет! Я не буду его убивать! Как я буду смотреть в глаза Илье! Он не простит меня!

-тебе нужно его прощение?

-Я не могу так с ним поступить! Да, мой убийца виноват! Да, он заслуживает наказания! Но представь, как больно будет его отцу! Нет, я не буду этого делать!

- серьёзно? Из-за того, что это сын твоего друга? А если бы это был твой сосед? Или вообще не знакомый человек? Ты бы спокойно его за танцевала? А ведь у всех есть родители или другие близкие люди. По такой логике никого нельзя убивать.

- да… Конечно, ты прав. Никого нельзя убивать. Я не должна этого делать. Ну что я скажу Мирте? Она меня точно уничтожит. Боюсь, что и не только меня. Я не смогу туда вернуться. Семёновна может спрятать меня?

-боюсь, что это будет сложно.

-Стёпа, мы должны что-то сделать! Я не смогу убить Артёма! Всё-таки он сын Ильи! Ведь я согласилась на танец… Что теперь делать? Мирта меня убьёт.

- Жанна, успокойся. Решение надо принимать с холодной головой. Я понимаю твоё желание не убивать. Как и то, не хочешь причинять боль другу. Но вспомни. Он не думал о тебе. Он предатель. Его интересовали твои деньги и твой бизнес, а вовсе не твои чувства и дружба с тобой. Видимо, и сыночек весь в отца.

-это не значит, что я должна убить ещё и сына! Да может, это вообще не он! Может, младший Меркурьев хотел убить только Свету! А к моей смерти он не имеет отношения.

-Очень сомневаюсь, отвечает ревенант, но есть только один способ окончательно в этом убедиться.

-какой?

-посмотреть видеозапись с камеры которая стояла у тебя в квартире. Думаю, она у него. Как и та, которой он шантажировал Свету.

-Даже если и так. Где мы найдём запись. Он или уничтожил её, или куда-то спрятал.

-остаётся надеяться, что не уничтожил. Нужно обыскать всё, где она может быть.

-как я это сделаю? Наверное, меня ищут виллисы. Мирта ещё больше обозлится, что я опять пошла в мир живых. Хотя куда уж больше. Даже не представляю, что будет, когда я вернусь к ней. Конечно, ты прав, мы должны это выяснить прямо сейчас. Потом у меня может не быть шансов. Идем в мир живых.

-Нет уж, идем к Семеновне. Потом в мир живых. Я всё ещё не понимаю, что ты собираешься делать? Допустим, мы убедимся, что этот малолетка твой убийца. И что? Ты затанцуешь его?

- Конечно, нет!

- Ну тогда он сможет убить твою сестру! А тебя скорее всего уничтожит Мирта. Ты этого хочешь?

- Чёрт, нет! Конечно, нет! Не знаю, что делать. Нужно поговорить с Ильёй. Нет, сначала убедиться, что Артём действительно виновен.

-как минимум, покушение на жизнь твоей сестры на его совести. Если мы его не остановим, этот Артём может завершить начатое.

- Да, ты прав. Не знаю. Я совсем запуталась.

-Я вижу. Тебе нужно успокоиться.

Мы заходим в избушку к Семеновне, Я без сил опускаюсь на стул. По щекам катятся слёзы. Я быстро вытираю их. Ну вот, этого еще не хватало, я совсем расклеилась. А Семёновна ещё хотела, чтобы я победил Мирту! Да разве я гожусь на это! Я даже со своими эмоциями ничего не могу сделать!

- Бедная девочка, - говорит тёща Степана, - Что случилось? Не удалось одолеть Мирту на танце?

- удалось, - отвечает ревенант,- Жанна смогла спасти своего жениха. Просто это было очень сложно, да и мы не смогли прийти и помочь им вовремя. Ну а потом я со своей новостью про убийцу.

- да, много на тебя навалилось, - соглашается Семёновна, подавая мне чашку травяного чая, - к сожалению, и это не конец.

Я чуть не выпускаю чашку из рук. Не конец? Что ещё будет? Я сыта по горло проблемами с Миртой и поисками убийцы. Теперь мы его нашли, остался один последний шаг, но и от этого не легче. Я рассчитывала на помощь Семёновой, а она говорит о каких-то новых проблемах.

- Успокойся Жанна, выпей чаю. Тебе будет легче. Когда ты возьмешь себя в руки, мы поговорим о том, ещё ты можешь сделать против вашей королевы.

Я качаю головой.

-сейчас это не главное, - возражаю я, - Мы со Стёпой сейчас пойдём в мир живых, я должна точно знать, что Артем не только покушался на жизнь моей сестры, но и убил меня. Я не могу поверить в это.

-разве есть сомнения? - удивляется тёща ревенанта, - впрочем, даже хорошо, что ты пойдёшь в мире живых. Стёпа, когда вы вернетесь, не убирай запах от вас обоих.

-Почему? - спрашивает полицейский, - ты что, хочешь спровоцировать королеву виллис?

-ее уже некуда больше провоцировать, - отмахивается Семёновна, - вы уже знаете, что сегодня будет убийство?

-да, Евсей сказал.

-он сказал, кого именно убьют?

-Нет, он ещё не знает.

-конечно, откуда лесовику знать такие подробности. Наверное, пока знают только русалки. И Мирта, конечно же.

Мы со Степаном переглядываемся.

-Почему Мирта?- не понимаю переспрашиваю я.

-так положено. Ведь убийство должно было состояться, и уже были созваны все неупокоенные. А в итоге всё отменилось по вине тех, кто должен был убить. Теперь вы, виллисы, должны предоставить жертву из своего вида.

-как я мог забыть! - восклицает Степан.

- Я бы удивилась, если бы ты вспомнил. Я не вспомню, когда в последний раз такое было. Дураков нет, рисковать собой из-за кого-то ещё.

-Ну спасибо, - отвечаю я, - я как-то по-другому называю спасение от смерти любимого человека.

-не о тебе речь, - говорит Семёновна, - Мирта должна была следить за тем, чтобы всё состоялось. Это её ответственность. И очень большой минус ей в глазах остальных, что не уследила. А теперь она должна решить, кого из виллис она отдаст взамен. Я не думаю, что она будет долго колебаться.

-Я же сказала им, что точно затанцую своего убийцу завтра!

-Я очень удивлюсь, если Мирта на это согласится. Теперь от неё ждут другого.

-Ты точно знаешь, что убийство произойдёт у виллис? Может у удбуртов, русалок или ещё у кого? - уточняет Степан.

-Нет, пока только русалки знают. Но ошибиться сложно.

–Я не знаю, что делать с Миртой, - говорю я, - я не готова отдать ей своего убийцу, да и я так понимаю, что этого больше не требуется? Теперь она хочет уничтожить только меня?

-это ещё точно неизвестно, но очень вероятно, - отвечает Семёновна, - и очень плохо, если Мирта нацелилась сегодня именно на тебя. Ведь если не получилось с конём, для запасного варианта потребуется гораздо больше времени.

-Для какого ещё варианта? - спрашиваю я.

-Он один у нас остался, - отвечает тёща Степана, - дракон.

-что? - возмущается ревенант, - Почему ты мне раньше не сказала? Я бы никогда на такое не согласился! Это заведомо проигрышный вариант. Даже если мы его найдём, приручить их опять уже много лет не может ни одна виллиса.

-Но та, которая сможет - не только захватит власть, но и будет удерживать её без проблем как с виллисами, так с другими неупокоенными.

Я пытаюсь не захлебнуться чаем. Хотя, видимо, он успокоительный – услышь я это на 5 минут раньше, с ума бы сошла. А сейчас мне как-то всё равно. Дракон так дракон. Какая разница? Всё-равно как-нибудь всё решится.

Когда на стол пустую чашку и благодарю старушку за чай.

-Жанна, тебе что, всё равно? Ты пойдёшь приручать дракона? - вопрошает ревенант.

Внимательно поглядев на меня, он оборачивается к тёще.

-что ты ей дала?

-ей нужно было успокоиться.

-Да, но не до такой степени!

-ничего, скоро отойдёт. Так даже лучше. Будет потихоньку приходить в себя.

-серьёзно? Как я поведу её в мир живых в таком состоянии? Что она там будет делать? Может, лучше оставить его здесь?

- Я не собираюсь здесь оставаться! - возмущаюсь я, - ты что, собираешься без меня искать моего убийцу? Я сама должна найти эту запись, я хочу её увидеть!

- Увидишь, увидишь, - обещает Семёновна, - но сначала пойдёшь к дракону, нужно начинать, времени совсем нет. Боюсь, что уже не успеем. Зря мы тебе подсказали насчёт танцев. Надо было затанцевать твоего жениха, выиграли бы хотя бы несколько дней.

Тут у меня в голове проясняется, и я возмущаюсь

-И вовсе не зря! Очень правильно что подсказали! Ни в коем случае нельзя было убивать Рому!

-А теперь есть риск как для твоего существования, так и для нашего плана, - возражает Степан.

- и что? - спорю я, - наши планы важнее чьей-то жизни?

- например твоей? - ехидничает он, - хотя что я говорю, ты даже своего убийцу жалеешь из-за его папаши-предателя.

- Да кто бы говорил! - кричу я, - чья бы корова мычала!

Семёновна смеётся. Хотя я не вижу ничего смешного, она мать убийцы своего зятя. Неужели наша жалость и нежелание мстить тем, кто причинил нам зло, действительно выглядят такими смешными? Не думаю, не может Семёновна не понимать, что месть - это плохой выход.

- Да что вы смеетесь! - возмущаюсь я, - неужели бы вы хотели, чтобы Неупокоенные получали оргазмы от трупа вашей дочери! Ведь Стёпа должен был мстить именно ей?

Зять и тёща в удивлении смотрит на меня. Я что, перегнула палку? Ну а что ещё тут можно было сказать?

- Вы не желаете ей смерти, и я вас понимаю. Так поймите вы, что и я всё сделаю для спасения своих, как бы они со мной не поступили.

- твой убийца тебе никто! - возражает Степан.

- Зато его отец долгие годы был моим другом! Да и в любом случае, я не хочу никого убивать. Да мы уже умерли, но живые ещё могут жить. Я не буду отнимать жизнь и сделаю всё для того, чтобы Мирта не могла меня заставить. Я пойду к этому дракону, даже если там будет всё ещё хуже, чем с конём. Но очередного убийства не будет.

-Ты не знаешь, на что идешь! Ты сейчас не в себе!

-Степа, так у меня все равно выбора нет. Или я попытаюсь хоть что-то сделать против Мирты, или она убьют и моих близких и меня. Так что идем к дракону.

-Но это бессмысленно! Абсолютно бесполезно!

-Нет, вовсе не бесполезно, - поправляет Семеновна, - во-первых, если кто и может справиться с драконом, так это виллиса. Причем не любая, а имеющая опыт обращения с конем.

-Ага, что же Мирта не приручила его, как и многие до нее?

-Мирта, как и предыдущая королева вообще не знали его местонахождения. Уверена, они бы попытались. А до них от предыдущего конфликта прошло слишком мало времени, вот драконы и не собирались восстанавливать отношения.

-Все это звучит как фантастика, - задумчиво говорю я, - какие-то драконы... мне никто раньше не говорил о них. А что с ним делать? Приручать, как коня?

-Еще сложнее. Но деваться некуда. Иди.

Семеновна что-то шепчет на ухо Степану, и мы выходим. Я с каждой минутой все больше понимаю, что ввязываюсь в безуспешное дело, но какой у меня выбор? Как хотелось бы сейчас проснуться в мире живых или хотя бы здесь, но до начала моего конфликта с Миртой! Чтобы все могли остаться в живых! Но был ли у меня хоть один такой день в мире Неупокоенных? Был ли для меня другой выход? Или я все равно кончу также, как Настя и другие бунтовщицы? Я должна пойти к дракону. Ведь только благодаря коням я смогла спасти Рому! Возможно, и дракон будет полезен, даже если все пойдет не как рассчитывает Семеновна.

Мы идём уже знакомой дорогой, раньше тут был конь. Жаль, что с ним так получилось. Вот сейчас я бы, наверное, справилась. А теперь мы идём к дракону, которых я видела только на картинках и по телевизору.

-Я не знаю, на что рассчитывает Семёновна, - говорит ревенант, - слишком давно никто из виллис не пытался связаться с драконами. Но вы немного родственные существа, огненно-воздушные. Может, что и получится. Уже много времени прошло после того конфликта.

Времени! Я даже не знаю, как драконы понимают время. Может, для них это как вчера? И какой вообще может быть конфликт с таким существом как дракон? Разве они разумные? Разве они не как животные? Не знаю, что с ними делать. Если они как дикие животные, только мощные и обозленные на виллис, боюсь, шансов у меня немного.

Внезапно я слышу гул и останавливаюсь.

-В чем дело? – спрашивает Степан.

-Где?

-Этот шум.

Я пытаюсь заткнуть уши, но тут начинаю различать слова. Понятно, у меня опять получается читать мысли. Только слова явно на другом языке, так что толку нет. Тем не менее слова звучат громче, шум нарастает. Я оглядываюсь – он идёт с другой стороны высокого холма.

-Не ходи туда, - предупреждает ревенант, - наверное, это он.

-А мы зачем пришли?

-Хотя бы будь осторожна!

Интересно, как? Что я могу сделать против дракона, я с Миртой справиться не могу. Да и чего мне бояться, если королева виллис все равно меня уничтожит? Здесь есть хотя бы шанс.

Обхожу холм и вижу вход в пещеру. Что-то он не очень большой, разве там поместится дракон? Может, это маленький дракончик? Не хотелось бы нарваться на самку, защищающую детёнышей. Или они просто кладут яйца и все? Но как-то им пришлось пролезть внутрь, чтобы запихнуть туда яйца. И от маленького дракона мне толку нет, я не могу ждать, пока он вырастет. У входа на каменной внутренний стене вижу тот самый знак, что и на Груди коня Мирты. Я на верном пути. Вот если бы тут был конь, а не дракон. Шум опять приближается, а вместе с ним и чьи-то грузные шаги. Я едва успеваю отлететь, как из пещеры вылетает струя огня. Ничего себе! Мало меня сегодня Мирта подпалила?

-Я же говорил, осторожнее, - кричит Степан, - уходим скорее. Он же сейчас вылетит!

Но я жду, прислушиваюсь к ворчанию дракона. Интересно, это на самом деле слова или что-то вроде мурлыкания кошки? Постепенно оно становится тише. Успокаивается. Надо выманить его оттуда, что тут зря торчать. Я резко свищу, и через несколько секунд с топотом и ворчанием выбегает дракон. Надо же, я думала, они летать умеют. Не успеваю рассмотреть его рыжее длинное тело, как дракон расправляет огромные крылья и взлетает. Вот это размерчик! Крылья гораздо больше его, где он их складывает-то?

-Жанна, берегись! – кричит Степан.

Я отлетаю подальше. Дракон явно разозлился на мой свист. Он сейчас нам пожар устроит. Может, это и есть способ заставить Мирту забыть о её планах? Нет, в пожаре погибнет ещё кто-нибудь. Мы с полицейским прячется в соседнем лесу, наблюдая за кружением дракона в воздухе.

-Он ищет нас, - говорю я.

-А зачем ты его злишь? Это же охотничья собака, чтобы ему свистеть! Бешеная птичка!

-Это же вроде змейка?

-Вообще-то ящер. Но, по-моему, он абсолютно неприручаемый.

-Другого нет, - грустно отвечаю я.

Когда дракон складывает крылья и возвращается в пещеру, ревенант предлагает:

-Пойдём в мир живых? Здесь нам больше нечего делать. Или ты хочешь ещё посвистеть?

-Хочу. Но давай отойдем подальше, хочу убедиться, что он меня слышит.

-Ты с ума сошла?

-Мы пришли сюда за драконом, разве нет? Веди меня подальше от людей и неупокоенных. Никто не должен пострадать. Да я и не хочу, чтобы его кто-то видел.

Мы отходим подальше, и наша недовольная ящерица прилетает на мой свист. Теперь она меня видит, но почему-то агрессии не проявляет, а фыркает и улетает.

-Кажется, он всё-таки признал тебя, - говорит Степан.

-Нет, он так отреагировал бы на любую виллису. И мне конец, если о нем узнает Мирта, уж она его быстро приручит.

-А ты? Можешь что-нибудь сделать?

-Нет. Ума не приложу, как дрессируют дракона. Если он тут все спалит, мы не сможем ничего потушить. Но сейчас нужно отойти подальше и ещё раз его позвать. Стёпа! Только так, чтобы его никто не видел! Отвели меня куда-нибудь!

Я повторяю попытку позвать дракона в лесу, и он прилетает очень злой.

-А как отправить его назад ты не знаешь? – усмехается ревенант, - хорошо бы его уметь успокаивать или хотя бы вернуть на место.

-Он же не собачка, - грустно отвечаю я, - но попробовать надо, конечно.

Взлетаю так, чтобы дракон меня видел, пускаю струю огня и пытаюсь повторять то, что он ворчал, когда возвращался в пещеру. Дракон встречает меня струёй огня, но затем слушает то, что я пытаюсь сказать. Надеюсь, я не разозлю его ещё больше? Наконец, пофыркав, дракон улетает.

-Что ты ему сказала? – интересуется Стёпа.

-Не знаю.

-Но он тебя послушал.

-Странно, что вообще не убил.

-Не странно. Своих не убивают.

-Какая я ему своя? И потом, я очень хорошо помню, как Мирта расправилась с виллисами.

-Это же был бунт. А так вообще против своих не идут. И не только одного вида неупокоенных. Например, мы, ревенанты, дружны с утбурдами. У вас был этот союз с драконами. Может, его получится вернуть.

-И что было бы, если бы получилось? Они поддерживали бы нашу королев, а не меня, бунтарку.

-Дракон не знает вашу королеву, а тебя уже знает.

-Мирта решит эту проблему за минуту.

-Значит, у неё не должно быть этой минуты.

-Легко тебе говорить.

-Знаю. Но я просто не могу сделать это за тебя.

-Да, я понимаю. Я сама должна все сделать. А теперь нам пора в мир живых. Неизвестно, чем закончится моя стычка с Миртой, я должна сначала разобраться со своим убийцей.

-Да, скорее в избушку. Пойдём, времени осталось уже немного.

-Нам нужно больше времени, надо сделать так, чтобы Мирта не заставила кого-то привести меня силой.

-Хочешь поговорить с ней? Не думаю, что она послушает.

-Нет, мне нужна помощь кого-то из виллис. Но вернуться туда я сейчас не могу. Проблема.

Мы подходим к избушке, но там нас ожидают Илья и Марина. Я здороваюсь с ними и поворачиваюсь к своему другу.

-Погоди, Жанна, не говори ему, - останавливает меня ревенант.

-Стёпа, он имеет право знать, - возражаю я и рассказываю Меркурьеву о том, что его сын может быть моим убийцей.

-нет, этого не может быть! Тёма не мог!

-боюсь, что это всё-таки он, - говорит Степан, - сейчас мы отправляемся за последним доказательством.

- Жанна! Мне очень жаль, - говорит Илья, - я даже представить не мог, что Тёма на такое способен. Поверь, если бы я знал, я сделал бы всё, чтобы предотвратить это.

- Я знаю, - устало отвечаю я.

-Ты убьешь его? Мне сказали, что иначе Мирта уничтожит тебя.

-да. И не только меня. Да и дело не только в этом. Твой сын покушался на жизнь моей сестры Светы. Боюсь, он может попробовать еще раз.

-Что ты говоришь? Зачем Тёме это делать?

Степан показывает ему фотографию и объясняет, откуда он её взял.

-Поверить не могу, что он всё это делал! Невероятно! И что будет, когда вы добудете последние доказательства? Что вы с ним сделаете?

-Я не хочу никого убивать. Но и ничего не делать я тоже не могу.

-Если бы я был жив предложил себя. Может быть, ещё можно предложить Мирте такую замену? Я слышал, что их привлекает уничтожение неупокоенных.

-Илья перестань! Тебе и так уже досталось! И этим ты не спасешь Свету! Ты думаешь, я смерти твоему сыну хочу?

-Жанна, я знаю, что ты не такая. Просто пытаюсь понять, что будет с Тёмой?

-не знаю. Я что-нибудь решу. Дай мне время.

-оно у нас есть?

-не знаю. Может быть и нет. Поговорим, когда я вернусь.

-хорошо, я подожду тебя здесь.

-Возможно, мы надолго.

-ничего.

Поворачиваюсь к Марине и прошу её:

-Прости, что я тебя напрягаю. Ты можешь пойти к виллисам и сказать Мирте, что я пошла в мир живых?

- Зачем? - Удивляется она.

-чтобы она меня не искала. Передай, пожалуйста, что я пошла за последним доказательством вины своего убийцы. И что я обязательно выполню данное обещание.

- Жанна! - Кричит Меркурьев, - Пожалуйста, не убивай его!

- Илья, не волнуйся, я этого не сделаю. Просто мне нужно время. Нужно, чтобы Мирта успокоилась.

-Я именно для этого и здесь, - говорит русалка, - просто вы не даёте мне слова сказать. Времени у тебя нет. Сегодня умрет виллиса. Боюсь, что это ты.

Мы смотрим на Марину. Значит, Мирта все-таки твёрдо решила убить меня. Что неудивительно. Этого и следовало ожидать. Она сделает это, если я вернусь. А если не вернусь сама – она заставит Неупокоенных вернуть меня силой и всё равно убьёт. Я должна всё делать быстро, второго шанса не будет.

Глава 23

-Я ничего не понимаю! - восклицаю я, - Марина, ты сама говорила, что можешь чувствовать убийство только живых! Ты же не могла даже сказать мне, будет ли бунт!

-Ну ты сравнила! От бунта мне что? Я чувствую лишь ту смерть, которая принесет облегчение. Ну, как при ваших танцах, например. Да и не только я, многие уже чувствуют.

-А почему она меня убьет? Может, я ее? - спорю я.

-Жанна, если бы тебе и удалось, это был бы обычный бунт. Я бы даже не знала, что он будет. Так что боюсь, будет именно твое уничтожение. Жанна, мне так жаль, я не знаю, что можно сделать. Проси у Мирты заменить тебя!

Меня бросает в жар. Неужели только я не чувствую ничего потому, что убивать будут именно меня? Или Марина имела в виду только русалок? Ладно, надо успокоиться, если я сейчас буду нервничать, я вообще ничего не смогу сделать.

-Замены не будет. Мирта не согласится. Но вы не волнуйтесь, всё будет хорошо, - говорю я и беру русалку за руку отвожу в сторону.

-Что ты знаешь о драконах? - спрашиваю я.

-драконах? - удивляется Марина, - о чём ты говоришь, здесь их нет.

-А у меня другая информация. Как минимум один есть.

-какой? Ты говоришь про тех, что когда-то покровительствовали виллисам? Уже давно нет с ними отношений, одна из королев виллис задолго до Мирты потеряла с ними связь.

-А что о них известно? Я имею в виду, взаимоотношения виллис и драконов.

-Ну, когда-то давно у них был союз с виллисами.

-Я не об этом. Дракона может иметь только королева?

-Не знаю. Даже не интересовалась. Драконов очень давно нет, я никогда их не видела. Лучше у кого-нибудь из старых виллис спросить.

-Ага, так мне Мирта и позволила. Она сразу всё поймёт. Да она возможно убьёт меня сразу, не дав и слова сказать.

-Жанна, ты что! С конём не получилось, так ты за дракона взялась? И как успехи?

-Никак. Поэтому мне нужно знать, что о них помнят вилисы. Ты можешь найти Асю?

-Попробовать могу.

-Пожалуйста, приведи её сюда. Когда я вернусь, мне нужно будет с ней поговорить.

-Мирта может не отпустить её.

-Да, я понимаю. Если получится.

В разговор вмешивается Степан:

-Жанна, подумай! Мирта может решить, что ты сбежала! Она может использовать Асю как приманку, чтобы поймать тебя

- Да ты прав. От неё можно ожидать чего угодно. Наверное, нам даже лучше будет возвращаться не сюда. Марина, пожалуйстач попытайся убедить королеву виллис в том, что я ничего не подозреваю о её планах убить меня и по-прежнему ищу своего убийцу, чтобы затанцевать его как можно скорее.

-Попробую.

-Спасибо. Только ведь она может читать мысли! Это проблема. Стёпа нам пора. Илья! Постарайся успокоиться! Нельзя, чтобы по твоему виду кто-нибудь что-то заподозрил! Иначе Мирта и водяной царь через твои мысли узнают, что именно Артём убил меня. Мирта может провести этот танец даже после моего уничтожения. Тогда я уже ничего не смогу изменить. Я должна всё исправить сейчас.

-Насчёт чтения мыслей у меня есть одна идея, - говорит русалка, - так что иди, не волнуйся. Но насчёт убийства виллисы – это очень серьёзно, я чувствую это очень чётко, это будет совсем скоро. Я очень надеюсь, что это не ты, но… Сама понимаешь, после того, что ты сделала во время танца…

-Я все понимаю и постараюсь что-нибудь сделать. Идём, Стёпа, нам пора.

Мы заходим в избушку, ревенант проводит ритуал, а меня просто трясёт. Не успокаивает и моя любимая кость. Если Марина чувствует мое предстоящее уничтожение так сильно, значит, этого не избежать. Скоро и другие почувствуют. Ведь когда был шанс на спасение Ромы, она мне об этом сказала. А теперь… Конечно, может, умру и не я, но тогда кто? Ася, которая опять попытается вмешаться? Не хотелось бы, да и какая мне от этого польза? Если Мирта не уничтожит меня сегодня, что будет потом? Она потребует от меня убить кого - Артема, Рому? Или моих родственников? Она все равно надет повод от меня избавиться, она знает, что я для нее опасна. Как жаль, что у меня ничего не получилось с драконом. Но на него и рассчитывать было нельзя, я ведь и с конем справиться не могла. Не нужно было мне связываться с Семеновной изначально, тогда я не загнала бы себя в такую ситуацию. Хотя я с самого начала не принимала образ жизни виллис. Как мне не повезло, что я стала именно виллисой! Хотя, а что лучше? Неупокоенные все так живут. Разве я хотела бы умереть окончательно? Нет, я просто цепенею от мысли, что это произойдет сегодня. Вот если бы я прожила долгую жизнь и смогла стать кем-то вроде Семеновны! Мне не пришлось бы участвовать во всем этом! Проклятый Артем! Как он мог так со мной поступить! И Света... Если он доберется до нее, она тоже станет Неупокоенной. Нет, я не допущу этого. Мы со Степаном должны остановить младшего Меркурьева.

-Тебе плохо? - спрашивает полицейский, - ты вся дрожишь.

-Нет, просто... очень переживаю из-за всего.

-Да уж, ситуация жуткая. Я рассчитывал на более благоприятный исход.

-Я тоже, но главное сейчас разобраться с Артемом. Если я сейчас буду думать о том, что Мирта скорее меня убьет, я сойду с ума.

-Верно, в мире живых тебе сейчас безопаснее. Узнаешь это место?

Я морщусь от запаха живых и оглядываюсь:

-Ну, конечно, здесь живет мать Ильи.

-Да, вместе со своим внуком. Пороемся в его вещах. Надо же с чего-то начать.

-Как мы это сделаем?

-Мать твоего друга еще в больнице, а в квартиру попасть несложно. И надень перчатки, а то вдруг потом здесь будет обыск. Будет непонятно, откуда взялись отпечатки давно умершей женщины. Ты уверена, что ты сможешь? Ты плохо выглядишь.

-Спасибо за комплимент, - фыркаю я, - у меня просто, кажется, опять начинается.

-Что? Эх, как не вовремя. Тебе будет плохо в самый важный момент? Надо что-то делать.

-Убить кого-нибудь? Нет, ни за что. Я перетерплю. Идем.

В отсутствие нашего подозреваемого, Мы со Степаном обыскиваем всю квартиру. Копаемся в документах и на личных вещах матери Ильи. Бедная женщина только что потеряла сына, а ведь я и внука могу у нее забрать. Нет, я не должна это делать!

- Как же это противно, - говорю я, - чувствую себя какой-то воровкой.

- ты ищешь своё. А противно должно быть тем, кто воспитал такого убийцу.

- она же не специально!

-И кому от этого легче? Наплюй на эту семейку. Хуже, что мы ничего не нашли.

-И что нам делать? Где ещё поискать? Наверняка у Артёма есть более секретное место. Тут всё же слишком большой риск, что запись могла бы найти его бабушка.

-Не думаю. Наверняка он хранит видео в электронном виде, сама она его не найдёт. Видеокамеру он давно мог выбросить.

-Думаешь, мы никогда ничего не найдём?

-Думаю, хорошо было бы заполучить его телефон. Даже если он удалил с него видео, мы его восстановим.

-Так он и отдаст нам телефон.

-Зато твоя сестра отдаст. Он что-то отправил ей или только хотел отправить?

-Света? Не помню. Думаешь, мне стоит поговорить с ней?

-Не тебе. Я позвоню кое-кому. Думаю, лучше это сделать официально. Но сначала ты скажи что ты собираешься делать с Артёмом. Ты твердо решила что не будешь его убивать?

-Разумеется! Об этом и речи быть не может!

-Тогда как ты собираешься защитить Свету?

-Даже не знаю… Но, если мы сможем доказать моё убийство и покушение на неё, Артём уже посадят? Тогда он до Светы уже не доберется?

-Вот и я думаю об этом варианте. Это лучшее, что можно сделать, если ты точно не хочешь отдать его смерти или затанцевать сама без неё.

-Без неё? О чём ты говоришь?

-Подожди, сделаю звонок, и мы продолжим.

Она выходит в другую комнату. Я оглядываюсь. Мы в чужой квартире в чужих телах. Что мы будем делать, если кто-нибудь вернётся? А если придет сам Артём? Что мы сможем сделать? У нас ничего на него нет. Хотя Стёпа в форме, может, сделаем вид что это обыск. Наверняка ревенант что-нибудь придумает, у них с Семёновной опыт большой. Хотя мне не хотелось бы столкнуться лицом к лицу со своим убийцей. Даже не знаю, как на это реагировать. Что-то ему сказать? Он ведь меня даже не узнает. Может, правда лучше затанцевать его? Там бы он хотя бы понял, что это я и что происходит. Не обязательно же убивать, можно потанцевать с ним, как я сделала это с Ромой. Но нет, о чём я думаю! Убийца должен сидеть в тюрьме! А танцы и другие нечистые способы убийства - это издевательство, ни с кем нельзя так поступать. Раз я хочу мести, значит становлюсь такой как Мирта. Именно тогда, когда она собралась меня уничтожить.

-Не грусти, - говорит вернувшиеся в комнату Степан, - я договорился насчёт допроса твоей сестры, никуда от нас не денется.

-Всё равно получается, мы зря сюда приходили.

-О нет, не зря. Правда, я рассчитывал на большее. Но я думаю, и здесь мы видео найдём. Смотри, наверняка это ноутбук Артёма.

-Сомневаюсь, что он оставит такой компромат на себя на видном месте.

-Это не компромат, а улика. И думаю, она всё-таки спрятана. Ну попробовать можно, раз уж пришли. Пока скажи, что ты всё-таки решила насчёт Мирты? С драконом ведь совсем грустно.

- а что я могу решить? Как будто у меня есть выбор. Это она Решила меня убить.

- с ней то всё понятно. А что ты? Просто сдашься без боя?

-Без боя не получится, если все виллисы и Неупокоенные будут на её стороне.

-Да, будь у нас конь или дракон, шансы были бы иные. Но чего нет, того нет. Так ты что решила? Будешь договариваться? Мне кажется, тебе опасно возвращаться туда.

-А как я могу не возвращаться?

- никак. За тобой придут даже в мир живых.

- тогда к чему эти вопросы? Если выбора всё равно нет?

- Не кипятись. Я пытаюсь понять, чем тебе помочь, - Отвечает полицейский, копаясь в ноутбуке Артёма.

- навряд ли ты сможешь чем-то помочь. Я сама должна всё сделать.

-Один в поле не воин.

- ничего не поделаешь, все остальные обязаны быть на стороне Мирты. В лучшем случае я смогу подобрать момент, когда их ещё не будет рядом. И всё равно там будут виллисы, от этого никуда не деться. Мирта не останется со мной наедине.

- не думаю что она воспринимает тебя серьёзный соперницей.

- Я тоже. Но уничтожить она меня захочет явно у всех на глазах. И соберет всех неупокоенных как на наши танцы.

- тебе бы помогло, если бы к моменту твоей встречи с Миртой неупокоенные ещё не явились?

- я пока пытаюсь понять как лучше. У меня есть примерный план, но я боюсь делать хуже.

- тебе хуже уже не будет.

- не мне. Ася, например. А вдруг ещё как кто-нибудь из Велес последовать за мной?

-Да это возможно. Никто не любит, когда королева теряет власть над кем-нибудь подчинённых. Последним танцем ты показала, что сопротивление Мирте возможно. Наверняка, и другие захотят бунта.

-Стёпа, так я его не хочу! Я видела, чем это заканчивается! Бунт - это уничтожение, это окончательная смерть. Не хочу, чтобы это случилось с кем-то из-за меня.

-Тогда просто скажи всем не вмешиваться и позволь Мирте тебя убить. А пока можешь посмотреть, как это с тобой уже сделали. Любуйся! Вот и та самая запись.

Я смотрю как Артём заходит в мою квартиру и оглядывается. Идёт на шум воды, доставай нож. Слышу свой голос

- иди сюда! Что ты тут устроил?

Артём заглядывает в коридор и убирает нож. Затем быстро идёт в комнату.

- Ром, ты что молчишь? Погуляли слишком хорошо? - продолжает мой голос.

Затем раздается скрип шкафа, плохо различимый в шуме воды, а затем мой последний крик. Артём ходит по квартире. Шум воды прекращается, видимо, он её выключил.

- это она, - говорю я, - мы ее нашли.

-Ты больше не сомневаешься?

Я качаю головой.

- но мы нашли не всё. Такое видео Артём не мог бы отослать твоей сестре. Это бы её не напугало, наоборот, убедило бы в невиновности Ромы.

-Думаешь, мы должны искать дальше?

-Нет, нам пора уходить. Не стоит больше оставаться в мире живых, тем более что мы всё равно ничего не может сделать с твоим убийцей. Его возьмет полиция.

-На каком основании?

-На том, которое ты только что видела.

-Кто передаст им видео?

-Сами найдут. Когда привезут здесь обыск.

-Ты им сообщишь?

-Конечно. Я же их информатор.

Я усмехаюсь. Степан даже после смерти не может не работать. Я сама рада уйти из этой квартиры, каждую минуту мне кажется, что кто-нибудь сюда войдет. На улице в нос опять бьёт запах живых. Кошмар, когда они воняют. Скорее уйти отсюда. Мне приходится ждать, пока ревенант сделает ещё несколько звонков. Я в последний раз слушаю биение сердца, может, больше мне не придется быть в этом облике. И вообще быть. Затем Степан возвращает нас в избушку Семёновны.

- Жанна ты хочешь опоздать на собственную смерть? - Спрашивает тёща полицейского.

- хотела бы но это невозможно, - огрызаюсь я.

- Просто если бы ты не вернулась, все пошли бы за тобой вместе в мире живых.

- нет необходимости, я сама приду к Мирте.

- И что ты решила? Что будешь делать?

-А что мне остаётся? Воспользуюсь тем оружием, которые вы предложили.

-Получилось с драконом?

-Немного.

-Думаешь, этого достаточно?

-Не знаю. Выбора нет.

-Ну не ходи туда, - предлагает полицейский, - Надо попробовать спрятать тебя в другое место.

-Поздно прятать, - отвечает Семёновна, - и сюда уже идут. Уходите скорее, если она хочет прийти к королеве сама. Уходите дворами, за картошкой.

Мы со Степаном убегаем едва успев сменить нашу внешность. Чёрт, от меня так воняет живыми, что боюсь, меня заметно издалека. Мы не убрали запах. Хотя Семёновна говорила, что это и к лучшему. Хорошо, если этот запах мне поможет, Я сама еле терплю.

-Ты точно не передумала? - уточняет ревенант, - У тебя же не получилось с драконом? Чем я могу помочь?

-Я и хочу передумать, но как? Можешь найти для меня укромную полянку? Немного потренироваться.

-Ты уверена что стоит? Времени совсем нет. Тебя везде ищут.

-Знаю. Но мне так будет спокойнее.

Он уводит меня в честь леса, где я ещё ни разу не было. Какая полянка, просто небольшой участок, на котором вырублены деревья. Но мне это неважно. Меня сейчас интересует две вещи - могу ли я вызвать сюда дракона и как быстро я могу извергать огонь. Летать мне не совсем удобно, всё же крыло немного помято. Хуже было бы, если бы я вообще не могла подняться.

-Чёрт, что ж он не слушается, - возмущается ревенант, - когда дракон улетает сразу после того, как я его вызываю.

-А он должен? - устало спрашиваю я, - он меня видит впервые в жизни. Хорошо, что вообще прилетает.

-Что тебе это даст?

-Много. И, наверное, мне уже пора.

-Погоди, ты должна это увидеть.

-Что там?

-Видео, которая твой убийца присылал твоей сестре. Мне его только что переслали.

-Что там? Там Рома?

-Нет, его там нет. Думаю, Артем блефовал, и у него не было ничего против твоего жениха. Зато кое-что против твоей сестры у него было. Это видео он ей и отправил. Думаю, чтобы убедить, что компромат у него есть на всех.

На экране телефона я вижу кабинет нашей “Фиалки”, за столом сидит Илья с бумагами. Тут захожу я и что-то ему говорю. Ну почему нет звука? Когда это было? Вроде недавно, но точно не могу вспомнить. На видео мы с Меркурьевым уходим из кабинета, и какое-то время ничего не происходит.

-В чем дело? - спрашиваю я Степана.

-Сейчас увидишь, - отвечает ревенант.

Дверь открывается снова, и заходит Света. Достает из верхнего ящика стола мои таблетки и высыпает их к себе в сумку.

-Что она делает? - возмущаюсь я.

-А как ты думаешь? Лучше скажи, ты что, совсем подмены таблеток не замечала?

-Не было подмены! Я всегда пила только свои таблетки, и они помогали! Ты что, я бы заметила, если бы таблетка мне хоть раз не помогла!

На видео Света подсыпает другие таблетки и быстро выходит. Степан перематывает видео, останавливает и увеличивает изображение таблетки.

-Я такие точно никогда не пила, - уверенно заявляю я, - смотри, они длинные и желтоватые, а мои круглые и белые. Я их сто лет уже пью и не перепутаю. Глупость какая, в жизни бы я не выпила не ту таблетку, я же не дура. Я бы сразу заметила.

-Ты их внимательно рассматриваешь, когда у тебя болит сердце?

-Ну... не очень, но одну таблетку от другой отличу. И потом, я сто лет в этом кабинете таблетки не брала, там в последнее время Илья в основном сидел. У меня дома большой запас и в сумочке всегда есть. Вот только...

-Что?

-В тот день... когда меня убили... я ругалась с Ильей из-за завещания. Он сел за стол, и я подошла к нему. Точно, я взяла оттуда таблетку, а потом уже пошла к кулеру за водой. Просто мне показалось быстрее взять из ящика.

-И что? Не помнишь, какая была таблетка?

-Честно? Теперь не помню. Я смотрела на Илью, думала о нем, о Роме, о завещании. О том, как мне надоела их вражда. Сейчас даже не вспомню, та ли таблетка была.

-Ты не чувствуешь их эффекта?

-Да у меня тогда уже два дня сердце болело. Я выпила таблеток даже больше обычного, но ничего не помогало, что и понятно, у нас же планировалось открытие филиала, я так нервничала.

-Ага. Или таблетки не помогали по другой причине.

-Да не могла она подменить их все! У нее не было доступа ко всем моим запасам!

-Он был у Ромы.

-Нет! Ну хватит! Рома козел, но не убийца! Он не стал бы этого делать.

-А от сестры ты этого ждала?

-Нет, конечно, нет! Я была уверена, что она не желает мне смерти, да и кишка у нее тонка!

-Она могла хотеть не убить тебя, а просто отправить в больницу и сорвать свадьбу. Можно попробовать добиться эксгумации тела и доказать, что ты не получала лекарства из-за подмены таблеток. Это видео нам поможет.

-И что будет? Ты хочешь посадить Свету? У нее же дети.

-А лучше пусть останется безнаказанной?

-Лучше да. В конце концов, меня убил Артем. И если бы не повезло с сердцем, он был готов сделать это по-другому. Он бы не остановился. Кстати, а это видео откуда? Я не ставила камеры в кофейне.

-Их ставил Илья в поисках компромата на твоего жениха. Но Артем знал о них и интересовался тем, что удалось записать. Так что он мог рассчитывать и на твое сердце.

-Почему тогда Света обвиняла Рому? Как она могла думать, что я умерла из-за него, она же знала про таблетки?

-Да, но не про Артема. Она думала, что это он довел тебя до сердечного приступа, а ее таблетки помочь тебе не могли.

Я закрываю лицо руками. Наверное, зря Степан мне все это показал и рассказал. Я собралась к Мирте, а теперь у меня ни на что нет сил. Как они все могли так со мной поступить? Света, Рома, Илья... даже мама и подруги, все меня предали. У меня никого по-настоящему близкого не было в мире живых, и среди Неупокоенных я не могу найти своего места. Если я там ничего не могла, что я смогу здесь? Я против королевы виллис! Смешно!

-Надеюсь, тебе будет спокойнее, когда ты это узнаешь. Твоя сестра дала показания, сейчас её везут опознавать Артёма, - пытается подбодрить меня ревенант.

-А где он?

-Его уже взяли. За то видео, которое мы смотрели у него дома, с твоим убийством.

-Как ты думаешь, его посадят?

-Уверен, выкрутиться ему будет сложно.

-Как хорошо! Теперь всё будет в порядке!

-У твоей семьи в мире живых да. Надеюсь, смогу тоже самое сказать о тебе здесь.

-Я тоже надеюсь. Скоро узнаем.

-Я тебя провожу.

-Я бы хотела поговорить с Асей и Мариной.

-Думаю, что это невозможно. Лучше не рисковать.

-Да, ты прав. Но лучше не провожай меня. Оставь меня одну. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

-Жанна, ты что? Ты помнишь, что тебя хотят убить? Ты собралась сдаться?

-Ничего я не собралась. Я все помню. Оставь меня в покое, - вяло отвечаю я, чувствуя, что у меня начинает болеть голова. Как не вовремя.

Поколебавшись, Степан уходит. Я сажусь на землю. События мира живых продолжают меня преследовать. И отвязаться от них не получается, потому что Мирта может заставить меня убить кого-то из них. Точнее, могла. Теперь она собирается убить меня, и я зря тяну время. Надо взять себя в руки и попытаться атаковать первой. Но ведь это будет самоубийство, она уничтожит меня тут же в случае неудачи. Неужели что-то осталось для меня в этой жизни, что я за нее так цепляюсь? Опускаю глаза и вижу цветок “анютины глазки”. Лесная фиалка! Срываю его и держу в руке. В мире живых у меня хотя бы была моя кофейня, а здесь... Что я здесь? Мы тут все убийцы, ничего себе у нас занятие... Да еще грудь начинает болеть. Что со мной? Нервы, что ли? Я совсем расклеилась.

-Начинается? - раздается надо мной голос Мирты.

Поднимаю голову - она стоит надо мной и говорит:

-Да, не только у тебя начинается опять. А сейчас все были бы в норме, если бы ты не устроила этот цирк в танце.

Черт, я совсем забыла про эту проблему Неупокоенных! Я действительно чувствовала бы себя лучше после убийства, как это было раньше. Мне нужна концентрация, а я даже приближения Мирты не заметила. Но не Рому же! Не могла я его убить ни за какие блага!

-Да, можно было не его, - соглашается королева, прочитав мои мысли, - я тебе еще в первый день сказала, как можно избавиться от этого навсегда. Ты не послушалась.

-Да, даже ради этого я не затанцую своего убийцу!

-И не нужно. Подождем остальных и начнем. Скоро все соберутся здесь для другого. Что это у тебя? Цветы собираешь?

Она вырывает из моей руки фиалку и топчет.

-Как ты воняешь! - говорит Галя, подходя к нам - ходила в мир живых?

-Конечно, и я нашла своего убийцу.

-Поздравляю! Дуракам везет! Другие отдали бы все за это, а ты! Такую возможность потерять!

Я едва слушаю ее, так как охватившая меня тоска сменяется радостным возбуждением, но головная боль становится сильнее. Я что, радуюсь своему предстоящему уничтожению? Мне от этого радости мало будет, в отличие от остальных. Надо взять себя в руки и напасть до прихода всех Неупокоенных, они мне помешают. Итак вон сколько виллис уже подошло, я теряю время. А Мирта читает мысли, так что главное не думать о...

-Что? Мы идем на танец? - спрашивает выходящий из кустов ревенант, - сейчас или ночью?

-Ты сам давно должен понять будет не танец, - отвечает пожилая виллиса.

-Как же нет? Я с вашей Жанной ходил в мир живых и нашёл последнее доказательство. С ног сбился, чтобы быстрее. Она говорила, что сегодня обязательно надо. Уже и я тоже чувствую, что убийство состоится.

-Будет уничтожение, а не убийство, - поправляет Галя и отходит подальше от меня.

-Не подходите к Жанне, у нее началось, - предупреждает кто-то.

Я с тихим стоном растираю виски, пытаясь справиться с болью. Украдкой поглядываю на Мирту. Понимает ли она, что я чувствую? Или думает, что я мучаюсь от того, что у меня опять началось? Я с трудом сдерживаю участившееся дыхание. Боль отступает. Уже собралось много виллис, но они держатся на расстоянии. Среди них испуганная Ася. Лишь королева стоит рядом. Вспоминаю, как она исцеляла меня тогда... вот бы сейчас... увы, этого уже никогда не будет. Галя отходит ближе к ревенанту и морщит нос:

-Зря ты старался помогать Жанне, наши планы изменились. Не видишь, для чего все собираются?

-Я знаю, для чего, - говорю я, - и это хорошо, я всё равно не собиралась отдавать своего убийцу. От меня больше не пострадает ни один живой.

Виллисы обступают нас, к счастью, других Неупокоенных пока не видно. Они мне не нужны. А вот через пару минут очень даже пригодятся. По своему нарастающему предвкушению я понимаю, что все уже должны в той или иной степени это чувствовать. Надеюсь, что они успеют. А мне пора начинать.

-Я знаю, что ты должна это сделать, - говорю я Мирте, - я прервала танец и понимаю, что ты должна теперь меня уничтожить. Ты почти с самого начала ждала от меня бунта. Что ж, ты его дождалась.

Она тут же оказывается на коне и атакует меня струёй огня, но её конь встает на дыбы. Я едва уворачиваюсь, понимая, что сейчас она догадается, и свищу. Осадив коня, Мирта атакует меня ещё раз, и я чувствую запах паленого и боль в плече. Где же дракон? Я думала, он появится сразу. Королева же понимает, зачем я свищу. Действительно, она оглядывается, и я слышу удивлённый вздох виллис. К нам подлетает дракон. Как только Мирта отвлекается на него, я выпускаю в нее струю огня. Но куда там, она уворачивается мгновенно, я должна была знать, что так будет, я же видела ее во время бунта. Некоторые виллисы пытаются приблизиться к нам, но тут же отступают, опасаясь дракона. Они думают, он на моей стороне, но я-то знаю, что он сейчас улетит. Времени больше нет. Опять пытаюсь атаковать Мирту, и снова мимо. Был бы у меня конь! А вот она куда проворнее, теперь у меня сгорела почти половина левого крыла, и подняться с земли я больше не могу. Увидев это, дракон уже почти улетевший, возвращается и закрывает меня от очередной огненной струи Мирты. Как хорошо, а то бы мне сейчас крышка. Но королева виллис опускается на землю вместе с конем и начинает говорить с драконом на каком-то странном языке. Все, сейчас она его переманит. Он будет на ее стороне, а сейчас явятся все Неупокоенные, и мне конец. Но тут меня захлестывает волна нестерпимого предвкушения, черт, это должно закончиться сейчас же. Увидев, как дракон послушно садится перед королевой, хлопая огромными крыльями, я почти прижимаюсь к его боку и прокатываюсь под крылом прямо под ноги коню. Он встает на дыбы, и Мирта замечает меня, но поздно - я выпускаю струю огня ей в лицо. От ее дикого крика виллисы шарахаются, конь исчезает, а дракон улетает. Королева падает рядом со мной и корчится лицом вниз, я вижу только ее горящие волосы. Успеваю краем глаза заметить шевеление среди деревьев. Неупокоенные! Они пришли на помощь Мирте! Дракона уже нет, я опоздала. Пускаю на Мирту еще одну струю и в следующую секунду вокруг меня вырастает стена из Неупокоенных. Они удивленно смотрят на кучку перьев рядом со мной - то, что осталось от бывшей королевы.

-Опоздали, - комментирует водяной царь, - а я Мирту предупреждал.

-Вот так перестановочка, - отвечает мужчина с ножом в животе и говорит мне, - поздравляю. Мы еще нужны?

Я оглядываюсь, пытаясь высмотреть виллис за толпой Неупокоенных. Они хотя бы поняли, что произошло? Прошу всех расступиться и, наконец, виллисы видят то, что осталось от Мирты. Некоторые ее сторонницы начинают плакать. Ищу глазами Галю - ее удерживают двое. И что мне теперь делать? Разобраться с ней, пока все Неупокоенные рядом? Нет, я не хочу ее убивать. Но ведь она не простит мне уничтожения Мирты! Я и сама до конца не могу поверить, что бывшей королевы больше нет. Многие виллисы опускаются на землю, показывая, что они не пытаются драться. Вот и хорошо, что больше никто не пострадал. Но я опять начинаю чувствовать предвкушение. Странно, ведь уже все закончилось.

-Как ты? - спрашивает Ася, - все в порядке?

Я показываю на свое сожженное крыло.

-Ничего, завтра будет как новенькое, - успокаивает Ася, медленно пробираясь ко мне, - главное, что все получилось.

Я еще раз оглядываю виллис. Они поражены таким раскладом и не пытаются сопротивляться. Но на щеках некоторых появляется румянец, они начинают оглядываться по сторонам. Другие Неупокоенные тоже оживляются. Не понимаю, что происходит.

Видя мое замешательство, мужик с ножом в животе подходит ко мне и говорит:

-У предыдущей королевы перед нами должок.

Я смотрю на Асю. Ну и кого я теперь им отдам? Ни одна виллиса не посмеет тронуть меня перед неупокоенными, это верная смерть. И судя по моим ощущениям, до чьей-то смерти совсем недолго. Из-за спин Неупокоенных на меня с воплем летит Галя. Машу крылом, но не могу взлететь, чтобы увернуться от ее струи огня. В последнюю секунду меня оттаскивает Ася, а Галю уже держат несколько Неупокоенных. Пока Ася тушит мое горящее платье, я чувствую, как боль от ожогов резко уходит, а взамен по телу сверху вниз ползет волна удовольствия. Сдерживая стоны, я вижу, как главарь лесовиков и утбурдов вынимает из своего живота нож и убивает Галю. Кусаю губы, чтобы не кричать, зато остальные не сдерживаются. Нас окружают стоны и возбужденные крики. Когда все заканчивается, водяной царь одобрительно говорит:

-Хорошее начало. Поздравляю. Если будет дубль - зови.

Он уводит своих подданных, только Марина с Ильей успевают подойти ко мне.

-Как ты? - спрашивает Марина, - то молодец, я не ожидала от тебя. Как я боялась, что мы идем убивать тебя!

-Мы так за тебя беспокоились, - говорит Илья, - представляешь, что твое уничтожение могло бы стать моим первым убийством?

-Все в порядке, - с трудом отвечаю я, - Илья, не бойся, твоего сына не убьют. Но он сядет.

Меркурьев с ужасом смотрит на меня, и Марина его уводит.

Постепенно Неупокоенные расходятся, пока Ася следит за оставшимися виллисами.

-Я за тебя очень рад, - говорит Степан.

-Семеновна, наверное, тоже, - фыркаю я, - передай ей мою благодарность, у меня одной ничего бы не получилось. И давай поговорим позже.

Приподнятое настроение сменяется усталостью. Нет сил даже разговаривать. Не может быть, я только что уничтожила Мирту и позволила сделать это с Галей. Нет, не может быть. Все отчетливее я слышу мысли виллис, заставляю себя отключиться от них. Не похоже, что сейчас они готовы предпринять что-то против меня, а у меня все рано нет сил думать о чем-то. Вот только Галю жаль. Да, с Миртой у меня не было выбора, но Галя...

-Зря я ее отдала, - шепчу я Асе.

-Она непонимающе смотрит на меня, а затем отвечает:

-Что? Жанна, да ты что? Она бы тебя убила, не сейчас, так потом.

-Может, мы смогли бы...

-Что ты, это такой риск. Да и долг ты не могла не отдать.

-Ладно, - соглашаюсь я, - возвращаемся.

Все виллисы возвращаются на нашу поляну. Я обессиленно падаю на траву и закутываюсь в покрывало. Что я наделала? Я уничтожила королеву виллис. Что нас всех ждёт теперь? Мне не удержать власть. Какая я королева? Что я буду делать, если начнётся бунт? Убивать всех виллис? Разве я этого хотела? А бунт будет, если уж против Мирты восставали, что обо мне говорить! У неё был порядок, она умела выстраивать отношения с Неупокоенными, а что буду делать я? С моим отношением к убийствам у меня только конфликты будут. Что станет со мной и другими виллисами? Как долго я смогу пугать всех драконом? Они быстро поймут, что дракон совсем не приучен, и любая другая виллиса сможет построить с ним отношения лучше, чем я. Какая из меня королева? Что я натворила?