Заговор

Эпилог

ЗАГОВОР

Эпилог, в котором Димитрий и Никта убивают друг друга.

" Amantium irae amoris integratio."

Раннее утро в городе - завораживающее время. Каждый смертный зрит длинные бессмысленные сны или же, запертый в информационной клетке, поддается эскапизму. Утром в мегаполисе может произойти что угодно: любая странная нелепость или страшная мистика пройдет мимо большинства глаз и ушей, останется нераскрытой. В это время можно отдаться только себе, ведь никого вокруг и нет. Пока ветер напевает затягивающие мотивы, а ручьи после вчерашнего дождя расползаются паутиной по тротуарам, ты можешь попасть в удивительное приключение, способное изменить жизнь. Случайная прогулка одарит тебя незабываемой встречей или случайным коротким романом. Пространство школьного коридора озаряли четкие золотые лучи, пронизывая легкую пластиковую оконную оболочку, недавно перекрашенные стены отлично подчеркивали контраст теней и солнца, разложив на себе пасьянс из белого и черного. Правда, общую композицию до ужаса портила огромная куча сложенных стульев и парт, видимо убранных ранее в угол коридора за ненужностью. Четвертый этаж своей высотой открыл простой, но весьма увлекающий пейзаж: абсолютная голубизна грязнилась редкими облачками разных форм - ватные овечки и драконы летали туда-сюда, знаменуя поздний рассвет. Что там внизу ? Никто и не узнает. Широкие подоконники мешали разглядеть что-либо помимо верхушек деревьев на школьном участке. Это придавало окружению ощущение вакуума, наполняло пустотой и странной легкостью, что может вызвать и неподдельное напряжение. Никто не приходил на занятия так рано - едва солнце поднимется. Это не имело ни малейшего практического смысла, учитывая подготовку к экзаменам, основную программу и домашнюю работу. Будни старшеклассника напоминают каторгу. Любая лишняя минута вне учебы ценится, словно золотой грааль: выпить лишнюю кружку чая перед учебой, отсмотреть новый эпизод сериала, лучше же всего подольше поспать. Ни один даже самый больной "зубрила" не станет так легкомысленно относится к своему личному времени. Бетонные ступеньки правой запасной лестницы отдали глухим шагом. Лишь слегка нарушая общую тишину, потрепанные, серые кеды шаркали невпопад стуку тяжелых каблуков на противоположной лестнице. Спустя несколько секунд обе фигуры оказались на расстоянии взгляда в противоположных концах коридора. Обе фигуры застыли словно музейные экспонаты. Обе фигуры покрыла тень, скрывая лица и намеренья. Начал правый: он шагнул вперед, открыв молодое лицо и намеренье. Растрепанные темные волосы едва касались плеч, кривая осанка слегка наклоняла его плечи вперед. Уставшие красные глаза и мешки под ними удачно дополняли трясущуюся правую руку. Подвернутые рукава и расстегнутая верхняя пуговица заправленной бордовой рубашки шли подтяжками низ к черным, брюкам. Вторая рука же крепко сжимала длинную прорезиненную рукоять пожарного топора. Мина старшеклассника четко выражала его желание: понять намеренья своего оппонента и остановить хаус любой ценой. -Ты все таки не побоялась явиться ? - прозвучал недовольный сорванный голос. Ответом мальчишке послужило действие - левая фигура так же вышла из тени. Прямое, окрашенное в цвет прибоя, каре теряло форму под порывами ветра, выбивающими створки ближайшего окна. Карие глаза настойчиво целили куда-то, а нервные ужимки заставляли аккуратные накрашенные губы периодически подергиваться. Верх закрывала белая блузка, а низ юбка до колен. Первую руку карал тремор, вторая же крепко сжимала деревянную ручку кухонного ножа. Лучики солнца спотыкались о резкое острие и зайчиками оббегали стены. Мина старшеклассницы четко выражала ее порыв: заставить своего оппонента принять правду. -Ты должен знать, Димитрий, - прозвучал высокий, тревожный голос. -Чтобы сейчас не произошло, я не отпущу свою любовь. -Твою любовь ? Глупость. -Разуму взрослого человека требуется порядка трех минут, дабы запустить нейрохимический процесс: выработку дофамина, серотонина и адреналина напрямую в мозг, дабы создать ложное чувство желания и одобрения. Затем, когда мы сближаемся с целью своего вожделения, начинается прилив окситоцина - он являет желание физического контакта и так же питается чувством одобрения. Сделай скидку на мой возраст: в период пубертации, что у самок homo sapiens начинается ранее, нежели у самцов, выделение гормонов сбито и усилено. Весь этот нереальный микс вызывает сбитые эмоции, аритмию, а в последствии превращает разум в омлет, мешает мыслить адекватно. -Зачем ты несешь весь этот научный бред, Никта ? -возмущенно прокричал юноша. -Это не имеет и малейшего смысла. Нам отведены считанные минуты, на все это нет времени ! Но девчонка не желала останавливаться, она продолжала монотонное психопатичное объяснение: -Во всем виновата репродуктивная система. Наш первичный инстинкт плодить себе подобных, выбирая, максимально адаптивных к внешним условиям, представителей вида в пару. -Хватит ! Я больше не могу слушать это ! Просто заткнись уже наконец ! - старшеклассник схватился за топор обеими руками. Все тело трясло, связки срывались сильнее с каждым словом: -Крайц предупреждал меня, но я не думал, что все настолько запущено. Ты безумна. -Я пыталась решить этот вопрос менее радикальными методами, мой любимый Димитрий. Но не один из них не оказался действенным. -Ты убила людей, Никта ! Понимаешь !? УБИЛА ! -Что значат жизни мелких и никчемных букашек, подобных им ? Особенно по сравнению с твоей. -Довольно. Мы наговорили достаточно бессмысленных слов. Я все отлично понял: в конечном итоге каждый опускается до самого низменного - желания безграничной власти. Ты такая же, Никта. -Такова наша природа. Неужто ты и правда поверил этой разукрашенной шлюхе ? Думал она подарит тебе созвездие, откроет истину и озарит светом ? Это глупо, иррационально, - коридор окатился женским истеричным смехом: -Она не достойна, не смогла бы доказать. -А ты доказала ? -Я убила ради любви. -Ты - абсолютное зло, Никта, я не ошибался. Я прошу тебя в последний раз - сдайся полиции и признайся в своих преступлениях миру, иначе.. -Иначе ? -Мне придется спасти мир от тебя. -Ты - моя абсолютная страсть, Димитрий, я не ошибалась. Мы с тобой - одно целое большего замысла, его разные отражения. Если я в своей сути и есть зло - ты его кожа и кости. -Не смей обвинять меня в том, что произошло ! -Так и есть. Сама судьба свела нас, давала знаки. А ТЫ..

Красный. Красный свет покрыл небо и все в округе будто затопило кровью. Облака почернели, даже плотные тени в ужасе забились в угол. Пропитанный ненавистью коридор всего на миг показался пучиной ада, а затем вновь вернулся в утреннею статику. -Ты отказал мне, - аккуратно оборвав крик, монотонно продолжила школьница. -Ты отказывал мне постоянно, предпочел других. Кто, если не ты, направил меня на путь насилия ? Я могла бы зачать от тебя идеальных детей. Они стали бы сверхлюдьми, в конечном итоге они бы получили безграничную власть. Под их знаменем мир вновь поднялся бы с колен и наша раса.. Дальнейший монолог барышни представлял из себя агрессивные выкрики на немецком языке, казалось, совершенно не связные. Между тем время утекало, периодически ускоряясь до бегуна на эстафете. Время не щадило, оно бесцеремонно подходило к концу, венчая кровавый финал.

Красный.

Нет, белый. Белый озарял школьный двор: недавно отремонтированное крыльцо, покрашенные скамьи и широкий фасад. Все это привлекало учеников начальных классов. Маленькие дети ведутся на все яркое, новое и свежее. Их восторженные крики эхом проникали даже так высоко, до заветного коридора четвертого этажа. -Что это ? - удивился Димитрий. Никта заглянула в ближайшее открытое окно. -Первоклассники. Они всегда приходят раньше остальных. -Значит.. Пора заканчивать. Парочка сократила расстояние на пару метров. Теперь они вдоволь могли насладится четки образом друг друга. Все читалось даже не по губам, а по ногам: юноша принял классическую, низкую в коленях, стойку, наклонил корпус. Его движения напоминали подобие европейской "химы". Девушка просто расставила ноги пошире и схватил за нож обеими ладонями, направив лезвие вперед. -Мы выслушали друг друга, не так ли ? - Димитрий говорил уверенно, без запинок. Недавние события легли на его сердце достаточно тяжким грузом, дабы не оставить страха вовсе. -Но ты ничего толком не сказал ! - Никта выглядела возмущенно. Больше всего в жизни она ненавидела недосказанность. -Недосказанность часто является большой преградой для построения здоровых отношений. -Я понял твои намеренья. -Тогда, быть может, посвятишь меня ? -Ты сотворила все эти ужасные вещи ради лишь одного: заполучить самое желанное. Ради этого ты притворялась человечной, врала и скрывала личину зла. -Все верно. Но, сложно отрицать, что и я так же заставила тебя принять правду. -Я принял ее. Но, ты не отпустишь свою любовь, посему это не имеет ни малейшего смысла. -У меня нет выбора. -Выбор есть всегда ! -Был ли выбор у Каина, когда господь принял дары Авеля ? Был ли выбор у Иуды Искариота, когда первосвященники давали ему тридцать серебряников ? Нет. Так и у меня не оказалось его. Рано или поздно ты примешь это, Димитрий. -Мнишь себя библейским героем ? Но, ты просто завистливая сука. -Одно другому не перечит.

Фиолетовый. Трупные пятна являются, видимо, самым известным признаком наступления биологической смерти. Они относятся к ранним трупным явлениям и представляют собой, как правило, участки кожи сине-фиолетовой окраски. Возникают трупные пятна за счет того, что после прекращения сердечной деятельности и утраты тонуса сосудистой стенки происходит пассивное перемещение крови по сосудам под действием силы тяжести и концентрация её в нижерасположенных участках тела. Руки Димитрия охладели. Морг - один большой холодильник, поэтому его работники часто простужаются. -Низкие температуры поддерживаются, чтобы остановить гниение, молодой человек, - тихо сказал дежурный патологоанатом и протянул школьнику халат. -Согрейтесь хотя бы. -Спасибо. -Она была вашей подругой, верно ? -Да, одноклассницей. Врач подошел ближе к рабочему столу, чтобы тщательней осмотреть мертвое тело. Он развернул белую ткань, из под нее показалась изуродованная голова жертвы. -Я понимаю что это сложно, но мне нужно знать, опознаете ли вы ее ? -Кажется, да. Это она. -Ясно, - тяжело вздохнул мужчина в белом халате. -Смерть наступила мгновенно: от удара в затылочною зону черепа. Очевидно, подобный удар был произведен со спины, посему можно сделать вывод, что убийца использовал некий тупой тяжелый предмет, когда жертва пыталась скрыться. Но, ко всему прочему, перед смертью ей нанесли несколько тяжелых рубящих ударов, очевидно некоторым острым орудием. Один удар по плечу и один по ребрам.

Момент не заставил себя ждать. Ноги Димитрия сорвались с места, руки резко опустились по диагонали, образуя перед собой смертельную дугу. Но, недостаток скорости позволил его оппоненту отпрыгнуть назад. Орудовать тяжелым топором в узком помещении - задача не из легких. Никта, на удивление, не испугалась широкого взмаха и аккуратно обойдя его, начала приближаться длинными выпадами. Юноша ожидал подобного, поэтому решил пойти на подлую уловку: он приблизился в ответ. Оказавшись буквально лицом к лицу, старшеклассники с криком обменялись ударами. Девушка молниеносно выкинула ладонь с ножом вперед, целясь прямо в живот парню. Но Димитрий успел отреагировать, развернувшись боком, подставив в защиту левую руку. Лезвие Никты плавно зацепило предплечье и из под разорванной рубашки потек красный ручей. Инерция и дальше тащила старшеклассницу прямо на своего противника. Отбросив страх, парень подпрыгнул по направлению ее лица, выставив колено как можно выше. Твердая коленная чашка с треском влетела прямо в цель: Никта отлетела на пол метра, ударившись о стену головой, а затем рухнула. Не дожидаясь помощи, девушка поднялась, схватившись за лицо. Ее нос превратился в страшное кровавое месиво, а челюсть потеряла пару передних зубов. Ветер крепчал. Выбивая форточку за форточкой, он шумно метался по коридору. Бордовая ткань развевалась, а красный ручей, дополняя ее композицию стекал вниз по руке, капая на пол. С диким криком старшеклассница разбежалась и вновь выставив нож вперед, полетела на встречу топору. Ее одноклассник отошел назад, встал в стойку и выдохнул, ожидая приближающуюся стычку. Преодолевая длину коридора с невероятной скоростью, тонкое тело Никты выгнулось, обрело форму кометы. Казалось ее наступление уже не остановить: ее двигало желание мести, неистовый поток ненависти и ужаса, что не описать в полной мере словами. Димитрий представил себя неподвижной стеной, он сконцентрировался, стараясь определить точное расстояние до цели. Руки потеряли дрожь, а дыхание замедлилось. И вот, комета столкнулась со стеной. Крик боли взрывом окатил весь этаж. Кухонный нож больше чем на половину вошел в живот парня и остался там. Он продолжал смирно стоять, лишь чуть-чуть подергиваясь и вскрикивая от боли. -П..Почему.. Почему ты готов умереть !? Почему готов страдать, но продолжать все это !? - заверещала девушка. -Они должны знать.. -кровь медленно стекала из уст. -Что знать !? Оставь меня без своего вычурного пафоса, умоляю. -Все они узнают, что ты убийца. Тебя осудят, а мое дело продолжит кто-нибудь другой. Страх в глазах убийцы осветил бледное лицо юноши. Истеричные крики убийцы смешали в себе смех и страх. Она схватилась за ручку крепче, но попытки достать нож оказались безуспешными. Топор пролетел поперек и с легкостью раздробил ребра Никте. Она в шоке отскочила, хватаясь за рану. Вокруг двоилось, мысли путались, а ноги спотыкались о несуществующие преграды. Девушка развернулась и из последних сил попыталась бежать. На этот раз вертикальный удар остановил ее и пригвоздил к полу. Лезвие приземлилось чуть правее шеи, расщепив плечевой сустав. Девочка с бирюзовым каре пораженно распласталась перед победителем. Конечности бились о пол, пытаясь инстинктивно поднять сбитое тело, но ничего не выходило. Огромная лужа крови стремилась превратиться в целое море. Красные всплески и брызги разлетались по сторонам. Димитрий без лишних слов и раздумий, преодолевая невозможную боль, решил все окончить. Он развернул топор тупой стороной вперед и хорошенько замахнулся. Красный. Все окрасилось именно в него. Ничего кроме него не осталось. Темноволосый мальчишка сидел рядом с бездыханным телом бывшей одноклассницы. Жизнь медленно покидала его: кружилась голова, сердце стучалось все ленивее.

Раннее утро в городе - завораживающее время.

Первая дневная глава

Первая дневная глава, в которой Антон Крайц сознается во всем.

" Fortunam citius reperis, quam retineas."

Где то в сентябре. Счастливый двор одной из крайних улиц города потушил фонари. Раннее солнце аккуратной пеленой света легло на детскую площадку, ровный газон и подстриженные кусты. Казалось, что от такой красоты декоративные пластиковые птички на окнах первого этажа вот-вот поднимутся к небу, щебеча свои пластиковые песни. Большой дом в несколько этажей растянулся настоящей каменной стеной вдоль дороги. Величественные постройки из бетона гордо нависали над прохожими. В основном, по утрам под ними ходили собачницы - женщины за сорок, погнутые жизнью, в следствие чего имеющие порядка двух-трех пушистых комков. Многоквартирные атланты гордо охраняли покой своих жильцов, или своих заключенных? Золотые лучи неторопливо прокрадывались сквозь трещины в деревянные рамы одного из множества окон на верхнем этаже. Подобно змеям они тянулись все ближе к кровати, колко дергаясь при сближении с ночными тенями. Эпическое противостояние света и тьмы длилось не долго: первый потерпел разгромное поражение. Высокий мужчина в домашнем халате резким движением руки задернул занавеску и черный окутал его квартиру.

Черный. Много мы знаем о нем ? Почти ничего. Сложно изучать отсутствие чего-либо. Черный поэтапно рассеивается с каждой секундой в множество различных оттенков серого, пока наши глаза привыкают к нему. В понимании мужчины, добиться абсолютно черного почти невозможно: даже закрыв глаза, мы продолжаем зреть близкий к черному серый, но не более. Идеальной черноты можно добиться, лишь умерев. -Меня зовут Антон Крайц, - начал мужчина, тянущийся за кружкой, остывшего со вчера, кофе, что одиноко находилась на маленьком столике. Совершив драматическую паузу на глоток отвратной коричневой жидкости, он продолжил: -И сегодня я сознаюсь во всем. Кофе постепенно покидало кружку, глаза открывались шире, а рот - чаще. -Самое важное, что вы должны знать: мне тридцать лет и я работаю учителем. Первое, в чем я сознаюсь: я устал оценивать и ценить. Квартира Антона вызывала смешанные чувства у тех, кто видел ее впервые - и не удивительно, что гостей он не особо любил водить. Кровать намерено располагалась в самом центре большой комнаты, чтобы занимать как можно больше пространства. Ровно так же располагались шкафы: один с обычными дверцами рядом с выходом в коридор, другой со стеклянными дверцами у объемного рабочего стола. "Зачем ?" - спросите вы. А затем, что Антон до тряски в коленях боялся серийных убийц-взломщиков. В его развитой нейронной машине засел навязчивый страх оказаться жертвой одного из маньяков-домушников, что с недавнего времени зачастили в его районе. Теперь все становится очевидно, не так ли ? Когда прячешься под кроватью, располагающейся в углу комнаты, у тебя нет возможности вылезти с другой стороны и спастись. Прозрачный шкаф у стола стоит в глубине комнаты и служит приманкой, внутри он набит различным дорогим хламом - семейным сервизом, накопленными наличными, бережно сложеными в хрустальную копилку. Шкаф за дверью был закрытого типа, без полок и его петли постоянно смазывались лично Антоном для бесшумности. Он послужил бы укрытием, пока потенциальный убийца окажется затянут в ловушку огромной кучи драгоценностей в другом конце помещения. Остальные бытовые мелочи очевидно выдавали в мужчине стремление к порядку, пусть и аскетичного характера. Антон с диким рвением составлял одни баночки рядом друг с другом, а вторые в противоположном углу. Каждый выходной день начинался с сухой уборки, а раз в неделю он проводил влажную. Рабочий стол аккуратно помещал на себе несколько стопок различных бумаг и книг, а так же огромное количество одинаковых ручек и карандашей. Крайц очень аккуратно складывал их в одно место, а когда та или иная кончалась, ломалась, он кидал ее в специальный ящик, где копил рабочие издержки. В своей съемной однокомнатной квартирке со средним ремонтом Крайц выстраивал максимально возможный комфорт, намерено уравнивая и улучшая все вокруг, что свойственно мужчинам его возраста. Ранняя влюбленность в комфорт с переездом в большой город превратилась в огромный, затянутый роман с абьюзивными отношениями и всем прочим. Правда, в последнее время что-то поменялось. Жизнь перестала так увлекать своей стабильностью, а простота даровала гнет, нежели спокойствие. Со днями Антон радовался мелочам все меньше, казалось он перестал совсем ценить свое честно нажитое. В голове рождались деструктивные мысли о бессмысленности бытия, проблемах самореализации, дефицита семьи, кризисе среднего возраста, потери романтического интереса.. Но, сейчас не об этом. Легкий запах сигарет что просачивался с кухни, смешивался с мягкими духами и падал дурманом по периметру спальной комнаты. Домашний халат в течение нескольких минут заменила рабочая белая рубашка и такой же костюм обычного кроя. За долгие годы холостяцкой жизни Антон научился самостоятельно завязывать галстук, чем невероятно гордился и при удобной возможности никогда не стеснялся похвастаться этим умением. Попытка привести в порядок растрепанное гнездо на голове оказалось неудачной, посему было принято решение закрыть глаза на эту неприятность. А вот оставленная на лице небрежная щетина имела приличное алиби: Крайц ценил и уважал свое прожитое тридцатилетие, но так вышло, что его лицо, лишившись любой растительности, резко приобретало вид усталого малолетнего наркомана. Так же, важную роль в созидании хорошего утра играл завтрак: никакого мяса, жирного фастфуда или тяжких бобов, только яйца, свежий салат и очень много кофе с сахаром. Мужчина знал свои зависимости в лицо и без проблем пользовался разного рода стимуляторами, чтобы держаться в тонусе. Важные дни Антон отмечал красным маркером на своем маленьком кухонном календаре, а очень важные дни имели честь отмечаться розовым - сегодня был один из таких дней. -Дело в том, что около двух недель назад мне позвонили по одной из вакансий в школе соседнего района. По описанию, место показалось приличным, ну я и решил, что пора брать свое, - иронично улыбнулся Крайц, поправляя брюки. Но улыбка резко исчезла, а на ее месте появилась искренняя злость. -Это все наглая ложь. На самом деле, я ничего не выбираю. Меня выгнали с прошлого места из-за "одного" случая, после чего я лишился работы на полгода. Мужчина надел туфли, поднялся и, прислонившись почти в упор к большому зеркалу в прихожей, начал пристально вглядываться в себя. -Полгода я не мог найти буквально ничего, меня будто добавили в скрытый черный список учителей города. И вот, теперь, когда у меня появился единственный вариант, я цепляюсь за него, словно голодный пес за мелкий кусок стухшего мяса, - Антон отвернулся, пробежав взглядом всю прихожую в попытке убедиться, что все нужные вещи с ним. -Второе, в чем я хотел бы сознаться: я боюсь всего, чего не понимаю. Я не понимаю серого. Серый. Серый венчает почти все в нашей жизни. Он оставляет себя полутоном на любой, даже самой яркой палитре. Маленькие дети ведутся на все яркое, новое и свежее, но покрась школу в желтый или голубой - она сотрется, время искалечит ее до серого, оставив от желтого или голубого лишь былые останки. Покрась кабинет директора в белый или бежевый - он сотрется, время не щадит ни стены, ни людей. Люди ровно так же сереют со временем, размазывают свои жидкие тела по огромным бетонным плитам - осознанно или нет. Антон знал больше других о сером, пусть и не понимал. Его жизнь давно растеряла какие-либо краски, он пожертвовал ими ради монохромного стазиса.

Где-то в августе.

После успешного вчерашнего звонка, Антон решил незамедлительно отправится на собеседование. Обговорив приемлемое время встречи с женщиной на проводе, он хорошенько собрался и поспешил в общеобразовательную районную школу номер семь. По пути его переполнял энтузиазм, но оказавшись внутри, он поймал на себя на легком разочаровании. Напротив Крайца в массивном кожаном кресле восседала массивная женщина преклонного возраста. Ее присутствие в подобном неуютном кабинете казалось настолько обыденным и привычным, что мужчина даже не задавался лишними вопросами. Нелепое фиолетовое платье в крапинку слабо скрывало складки мерзкого жира, химически завитый каскад слабо скрывал старческую плешь. Мадам директор ненасытно поглощала собой пространство, выпучив вперед две черные пуговицы на красной, от хронической гипертонии, голове. Молчание длилось неприлично долго, и в попытках сбежать от пристального сверления мужчина решил развернуть шею: книжные полки пылились, глобус на соседнем столе покрылся чем то похожим на плесень, а ленты бесчисленных грамот и медалей давно почернели. Вид из грязного окна удручал: огромное поросшее травой футбольное поле напоминало скорее кладбище, нежели пристанище веселья и спорта. На одной из перекладин заржавевших ворот горестно восседала белоснежная чайка. Четкий контраст теней превращал ее в ангела, спустившегося с небес. Антон прищурился, чтобы четче рассмотреть столь интересный природный экспонат: дряблое оперение, надломанный клюв, и подбитое, видимо камнем, крыло. Тельце чайки подергивалась, как и веки мужчины Будто глубочайшая бездна, зрачки птицы затягивали все дальше в пучины неизведанного. За ее сетчаткой скрывалось нечто таинственное, неизвестное. Крайц тянулся все ближе и ближе в попытке достать до сути, узнать все и сразу, открыть страшную правду. -Так вы считаете, что можете работать с детьми ? - выбил из погружения гнусный голос женщины. Она продолжала озабоченно пялится вперед, сквозь своего гостя. -Вам всего тридцать. Вы уверены, что достаточно квалифицированы ? У нас крайне профессиональный коллектив и у остального учительского состава могут появится неудобные вопросы. Нахмуренно озирая третий подбородок директора, учитель молчал. Он был слегка обижен на нее за столь некультурное обращение, поэтому сохранял нагнетающую паузу до тех пор, пока не увидел на лице дискомфорт. -Антон ? Вы вообще меня слушаете ? -Да. -И почему не отвечаете ? Мужчина на секунду задумался, но старался не увлекаться. -Вы итак знаете, что я скажу, так и смысл отвечать ? -Понятно. Женщина потянулась к ближайшей стопке документов и не спеша достала зеленую папку, подписанную жирным маркером. Многочисленные бумаги, разные выписки и справки вывалились на стол. Растащив завал, директриса жадно схватила длинный лист, видимо, с общей характеристикой и начала тщательно изучать его в поисках несоответствий. После минуты усердного поиска мерзкая сущность заговорила вновь: -Вы работали до этого в другой школе, но позже ушли по своему желанию, что случилось ? -Зарплата была маленькая, - моментально ответил Антон, на лице проступила едва заметная улыбка. -Неужели, - так же ухмыльнулась женщина. -Но вы проработали там больше трех лет. Зарплату резко снизили ? Еще и в год, когда государственным работникам подняли минимальный оклад. Весьма интересно получается, не думаете ? -Представьте как я был удивлен, - глаза закрыла наигранная отмашка рукой. Актер из учителя выходил не лучший. -Не надо притворятся, я все узнала из вашего досье еще в день звонка. -Так значит, еще один бессмысленный вопрос ? -Какие вопросы вы считаете не бессмысленными ? -Те, которые имеют смысл, как ни странно. -Вы бы хотели обсудить цвет моего платья, или цвет грязи на окне ? -С чего бы я должен возыметь подобное желание ? -Считайте, это - часть собеседования. -Ладно. Явилось обоюдное молчание. Антон вновь взглянул на платье, а затем на грязное окно: они оказались абсолютно бесцветными. Мужчина активно поморгал, но так и не смог вернуть яркости этим двум объектам. -Поймите: наши ученики бывают весьма своевольными, - продолжала женщина. -Вам потребуется немалая сила духа, чтобы работать с худшими проявлениями их несдержанности. И если вы не можете контролировать себя.. -Я проходил специальные онлайн-курсы с дипломированным психологом, чтобы контролировать свое состояние. Это давно не является проблемой и я могу доказать это документами. -Вы работаем на детей из неблагополучных семей, у нас есть специальные классы "особенных" детей. -Инвалиды ? Детдомовцы ? -Только при них не смейте так выражаться, а то быстро окажетесь самым ненавистным. -К чему это все ? Вы пытаетесь запугать меня ? -Нет, что вы, Антон. Я лишь предупреждаю. Меня заранее осведомили о ваших профессиональных "девиациях", посему я от лица всего коллектива хочу посеять в вас понимание нашей ситуации. У нас очень серьезное заведение, его построили еще перед войной. В те времена, когда бездельников, вроде вас, расстреливали пачками, здесь учили самое настоящее "будущее нации". Наши дети становились лучшими инженерами, рабочими и ученными. Раньше здесь правил порядок и школьный устав, все как в часах - выверено до секунд и точно заверено. А какие раньше были учебники.. эх. Кладезь только самого нужного и полезного, никто и не думал об этих глупых, ненужных "творческих" предметах. Творчество было только одно - рабочие агитки. Помню как сейчас, мой класс на конкурс рисовали работы, эх.. красотища. Вам показать ? Я покажу, - растянутые монотонные речи вводили в весьма неоднородное состояние, напоминающее медитацию, что практикуют индусы. -Вот, смотрите, смотрите ! - женщина поочередно доставала огромные пыльные картонки, на которых виднелось нечто нарисованное красными мазками. -У вас.. - задумался Крайц. -У вас курилка есть ? -Курилка !? - возмущенно вскрикнуло фиолетовое платье. -Какая, к черту курилка !? Белую рубашку польстил гнев платья. Оно неуверенно содрогалось и подобно ягодному желе тряслось от малейших вибраций. Счет сравнялся и теперь рубашка почувствовала себя уверенней. -Да-а, место где все курят, - с томным изяществом произнесла она, смакуя каждую букву. -У меня никотиновая зависимость. -У нас никто не курит. -Правда, совсем никто ? -Нет, на территории школы запрещено курить. -А мне разрешите ? -С чего бы ? -Я больной. Без никотина не могу. -Вы лечите свою зависимость ? -Зачем ? -Что - зачем ? -Зачем лечить ее ? -Потому что она вредна. -Я половину жизни курю. Теперь мне вреднее не курить, уж поверьте. -Купите никотиновые пластыри. -Они дорогие. -Вы не боитесь рака ? -У меня дед от рака умер. -И что ? -Да так, ничего.. -Так вы не собираетесь бросать ? -Я мог бы попробовать, но зачем, если у вас весь двор в окурках. Я заметил, когда проходил. -На что вы намекаете !? -Все курят, почему бы и мне не покурить ? -Вы учитель ! Учителям строго настрого запрещено ! -Ясно. На лбу мужчины проступил холодный пот. И дело было не в жаре - осенняя сумрачная прохлада не оставляла шансов естественному выделению пота. Руки на коленях затекли и учитель положил их на стол, вытянув ладони. Худощавые пальцы постукивали по столу, выбивая малознакомый ритм. Директриса втянулась и с гордостью пододвинулась ближе, заняв собой пол стола. Теперь Антон четче всмотрелся в ее лицо: торчащие бородавки, красная пористая кожа и невообразимо огромный нос увлекали своей нечеловеческой мерзостью. Пред мужчиной открылось ничто иное, как лик лесного чудища из сказок братьев Грим. -Ладно, Антон. Мы прикрепим вас к одному из выпускных классов. В прошлом году они остались без классного руководителя, вы замените его. -А что, если не секрет, произошло ? -В смысле ? -С учителем, что с ним случилось ? -Почему вы решили, что с ним что-то случилось ? -Забудьте. -Узнаете сами. Я думаю, ученики с удовольствием ознакомят вас, - эта фраза хорошо отложилась в голове. Она создала еще больше очевидных вопросов, ответы на которые Крайц до сих пор не узнал. -Ясно. У меня не будет стажировки ? -Ранее я спросила: уверены ли вы, что справитесь с работой. -Ах да, точно.. Совершенно неожиданно мужчина осознал, что его ладонь крепко сжата и прибита намертво к столу лапой директрисы. Пальцы сгибались под силой и кости отлично ощущали текстуру исцарапанного лакированного дерева. Глаза на момент раскрылись шире и забегали, ноги залезли обратно под стул, а позвоночник выпрямился. -Так вы справитесь ? Мы очень надеемся на вас, - женский голос понизился, приобрел странный отзвук, а чайка на улице тут же вскрикнула. Это испугало мужчину, но не достаточно. Момент прошел и лицо все то же - уставшее и небритое, взирало светлым ирисом из под бледно-синих мешков, не выдавая лишних эмоций. -Буду стараться из за всех сил, - заверено кивнул учитель. -Когда приступать к работе ? -Приходите на планерки по учебной программе каждый следующий четверг. Со следующего месяца у детей начинается учеба. -Отлично, я могу идти ? Мало что казалось Антону по настоящему отличным. Первые несколько минут он обнадеживал себя условными домыслами. Тяжелые шаги четко выбивали знакомый ритм, а эхо пустых коридоров повторяло. Увядающие, грязные этажи обволакивали невидимой пленкой, она мешала дышать и стесняла движения. Мужчина запыхался, словно старый дед, пробежавший эстафету, рука до сих пор ныла от боли, а чайка все громче звучала в окнах. "Не все так плохо. Просто старая школа, со старым фасадом, старыми классами, старыми работниками и старыми устоями", - думал Антон, и тут же подпрыгивал от встревоженной колкости вокруг. Крайц часто опасался чего-либо, еще чаще иррационально боялся, собеседование же полностью выбило его из колеи. Голова хотела лишь одного - объяснить произошедшее, упорядочить и систематизировать, но не получалась - каждый раз обрывалась на протяжной трескучей боли. Голова резко захотела другого: никотин, и как можно больше. Антон славился заядлым курякой. Его влечение в сигаретам перебивало все остальное, особенно в стрессовых ситуациях. Никотин приводил его в чувства лучше любого массажа, контрастного душа или пощечины. В этом и проблема: он подменяет в организме ацетилхолин - внутренний, "естественный" активатор мозговых процессов. Что еще страшнее, никотин ускоряет синтез ацетилхолиновых рецепторов. Отсюда в слабом, человеческом теле и берется зависимость. Организм курильщика быстро теряет способность производить достаточно ацетилхолина, чтобы запускать важнейшие процессы в мозге, в частности, ощущение удовлетворенности. Восполнить недостаток ацетилхолина курильщику может только очередная доза никотина, посему круг начинается заново. "Сигареты, сигареты, сигареты, где взять сигареты ?" - думал учитель, добивая последние ступеньки. Спустившись на первый этаж, Антон подошел к шкафчикам с одеждой. От них разило чем-то стухшим, как и на всем первом этаже. Хорошенько принюхавшись, Крайц понял из какого шкафчика доносится отвратный запашок. Визуально оценив все риски и рассмотрев жертву поражения, учитель принял единственно верное решение. Совершенно отбросив стеснение, он опустил рукав и схватив им ручку, резко дернул на себя. С невероятной скоростью и грохотом прямо на мужчину вывалился громадный черный мусорный пакет, под завязку набитый чем-то твердым и очевидно, вонючим. Ладонь невольно медленно потянуласьк заветному сюрпризу, но резко скривилась от боли. Дальше подключились уши - они заметили чужие шаги, по видимому, кеды на тонкой подошве. Звук настороженно сближался, двигаясь в тени входа. -Третье, в чем я сознаюсь это.. -мужчина шептал, продолжая греховное вскрытие шуршащего пакета. Руки тряслись, как у вора-взломщика, дыхание участилось. -Вы в чем-то повинны, молодой человек ? - ожидаемо появившийся со спины добрый женский голос задал вопрос. Своей мягкостью он разбавил напряженность, повисшею в радиусе нескольких метров. Крайц развернулся, отбросив все попытки узнать что находится внутри, дабы скорее узнать что ждет его сзади. А ждало его приятное удивление: невысокая девушка в мешковатом, желтом дождевике, скрывающем голубую рубашку, длинной темной юбке почти в пол и торчащими из нее кедами на толстой подошве. -С чего ты взяла, что я повинен в чем-то ? - наигранно недовольно ответил молодой человек, нарочно выпрямив спину, дабы казаться выше. -Вы сказали, что хотите сознаться, - на юном лице распласталась забавная улыбка. Она грела сердце и успокаивала хождение коленок. Из под капюшона торчал окрашенный блонд, а за спиной притаилась длинная винтовка старого типа. -Во первых: я прошептал, а не сказал. Во вторых: у вас весьма хороший слух. А в третьих: зачем человеку с таким хорошим слухом держать за узкими плечами охотничью винтовку ? Девушка громко рассмеялась. Смех окатил весь этаж и на секунду даже затмил неприятный запах. -Вас как зовут, молодой человек ? Крайца раздражало, что весьма юная особа напротив называет его подобным образом, хоть и визуально не отличается атрибутами старшинства. Он специально говорил "на ты". -Антон. А тебя ? -Сильвия. А тебя ? -Я же назвал свое имя, - учитель возмутился. -А ты уверен, что оно настоящее ? - раздался вновь громкий хохот. -Мое имя вполне настоящее, а вот твое, Сильвия.. Будто из сказки какой-то. -Все зовут меня Сильва, так что можешь и ты, Антоша. -Я не разрешал называть меня Антошей. -А я не разрешала трогать мой мешок. -Меня зовут Антон, давай все таки остановимся на этом. И, кстати, ты не ответила на мой вопрос. -Зачем мне эта винтовка ? Хм, я убиваю чаек. -Чаек.. Что они тебе плохого сделали ? -Конкретно плохого - ничего. Их просто больно уж много развелось на участке. Все орут да орут, днями на пролет. Вот я и решила взять эту ситуацию в свои крепкие женские руки, ха-ха-ха. -Понятно. -Подозреваю, что ты только что разгадал свою загадку. Учитель вновь взглянул на черный пакет и понимающее помотал головой, тяжело вздохнув. -Ты учишься здесь, случайно не в одном из выпускных классов ? -Я не учусь, в основном работаю. Хотя разное, периодически, происходит, спорить не стану. -Работаешь ? Так значит ты.. вы - тоже учитель ? - удивленно возмутился Антон. -"Тоже" ? Ха-ха-ха, я вас, молодой человек, не припоминаю в составе коллектива, - удивленно заявила Сильвия. -Я работаю у вас, примерно.. - мужчина взглянул на огромные, висящие у входа, часы. -Минут семь. -У "нее" был, ясно. И кем ты теперь у нас ? Хотя, кажется знаю, вместо Ванька. -Их прошлого учителя звали Иван.. -Все так. -А фамилию случаем не подскажешь ? -Не-а, - хитро улыбнулась девушка. -Ты же так все быстро поймешь, а это скучно. -И то верно. А ты кто ? Педагог-охотник, или преподаватель орнитологии ? -Близко, Антон, близко. Я биологию преподаю, у меня девятиклассники, буйные ребята. -Сложно с ними ? -Временами сложно, временами легко. Интересные они, все впитывают: и плохое и хорошее. -А кто решает, что плохо, а что хорошо, неужто ты ? -Да, ну а кто же еще. Неожиданно над парочкой повисло неловкое молчание. Милый голос остановился и руки вновь заходили ходуном, глаза начали марафон, а сердце превратилось в перфоратор. Крайц отвернул голову, охваченный паникой и бесконтрольным морганием. Дыхание с каждой утяжелялось, колени опускались ниже. "Так вот, какова она, смерть," - мысли вголове путались, намешивая не самые приятные воспоминания. Кожа побледнела, волосы на голове начали седеть, а пальцы скручивали друг друга в неясные знаки. Патологическая боязнь близких контактов с молодыми привлекательными девушками напала на Антона в самый ненужный момент, объединившись с третьим часом без единой капли никотина в организме. Агония изнутри разлагала уже почти бездыханное тело мужчины, он был готов в любой момент рухнуть на землю и пойти на свет, отражающийся в дали метафорического тоннеля. -Может пойдем покурим ? - уста девушки произнесли спасительную фразу и та, только достигнув ушей мужчины, легла сладостной капелью на его больную душу. -Ты куришь ? - спросил Крайц, выбираясь из чистейшего отчаяния. -Да, конечно. Здесь почти все курят: и ученики, и учителя, и администрация. Готова даже угостить сигареткой, - подмигнув, ответила Сильва. -Интересно, на четвертом этаже мне доказывали совершенно обратное. -Послушай, Антош. Ты же взрослый мальчик ? -Ну, предположим, взрослый. -Значит должен понимать: далеко не все, что тебе будут тут рассказывать, окажется правдой. -C чего им пригодилась бы ложь в таких вопросах ? -Все, кто выше третьего - патологические бюрократы и капиталисты. -В каком смысле ? -Они сделают все, дабы подстроить тебя под них, расположить. Им удобно экономить на всем, даже людях, все забирать в карман. -Тебе что ли премиальные не выплачивают ? -Глупый ты, Антоша, но есть еще шанс понять. Когда окажешься в их цепких лапах - уже ничего не поймешь, одних чаек за окном будешь слышать. -И я должен верить только тебе, и никому другому, так значит ? -Ты можешь мне не верить, можешь никому не верить, но слушай всех, слушай и анализируй, у тебя же это хорошо получается. -Что получается ? -Раскрывать заговоры. -Странная ты, Сильвия. Много что казалось Антону по настоящему странным: теперь ему составляла компанию странная барышня в странном дождевике, из-за рта торчала странная сигарета, вокруг повис странный плотный туман, смешавшийся со странной тишиной. Единственное, что казалось нормальным это оккупировавшие пространство двора, буйные птицы. Крайц уже привык к их протяжных крикам и с улыбчивым лицом закуривал табачный сверток, крепко сжимая сладкий фильтр губами. Одна за другой, вишневые затяжки отправляли мужчину в мир спокойствия и абсолютного дзэна, обволакивая тело плавной дымкой. Парочка остановилась на железных прутьях ближайшего кривого заборчика. Спина согнулась под тяжестью плеч, а ноги приятно вытянулись, позволив подошве взрыть сырую землю. Громадное, монотонное здание закрывало грустной тенью все под собой: футбольное поле с турниками и воротами, поломанные скамейки, бетонные кубы для склада зимнего инвентаря. Девушка докурила, и поправив желтый дождевик, тут же достала еще одну. -Не много ли ты куришь ? - спросил Антон. -А как, в наше время, не много курить ? - ответила Сильвия. -Просто: берешь и не куришь. -Если просто, почему не бросил ? -Рано мне еще бросать. -А мне, наверное, поздно. -Ладно, может и не так просто. -Мы все равно смертны, Антон, так и какая разница как скоро. -Как скоро мы умрем ? -Да. Мы живем поколениями: что-то изобретаем, изучаем, влюбляемся, стареем, умираем, и все ради чего-то более великого после себя. Все мы живем и будем жить лишь из простой идеи, что однажды наши потомки откроют секрет бессмертия. Но ты же не из тех наивных.. -Да, я не думаю, что бессмертие перепадет на мой век, было бы слишком сладко, - насупился мужчина. -Ха-ха-ха, какой же ты забавный, - мило рассмеялась девушка. -Я забавный ? Посмотри на себя, учитель биологии, размышляющий о бессмертии, пока стреляет в чаек на школьном дворе. -Да ну тебя. Думать о смерти свойственно всем людям, биологи - не исключение, как, я думаю, и.. -Я - искусствовед. -Так значит будешь их заставлять петь дурацкие песенки, хе-хе. -Никаких "дурацких" песенок. У меня серьезная программа, я уже отрабатывал ее на курсах. -Эх, зачем ты только сюда притащился ? Молодой, красивый, программы, курсы, искусство. Пошел бы куда-нибудь попрестижнее, или вовсе, сам курсы бы писал. Здесь платят мало, работы много. -Да тянет меня детей учить. Страшно мне. -Страшно ? -Да, я боюсь за них. -Чего боятся, это же дети, их все холят и лелеют. Розги отменили давно. -Ты не понимаешь, Сильва. Я сам всю жизнь учусь, а как перестал учиться - понял, что жизни совсем не знаю. Все таскают детей с этими бесполезными учебниками, а жизни их учить никто не собирается. -И что, собрался выпускников воспитывать ? -Искусство и есть лучшее воспитание, его самая эффективная форма. Только через искусство можно объяснить, что жизнь значит, чего стоит. Вновь неловкое молчание. Учительница биологии повернулась к новому знакомому и приблизилась, чуть прокатившись по пруту. Она сняла капюшон, из под него показались короткие осветленные пряди и яркий янтарный взгляд. Ее мягкие ладони прикоснулись напряженной спины мужчины, а нелепые кеды совсем подступили к туфлям. -Раз мы так неожиданно, но интересно встретились, может быть продолжим знакомство вне рабочей атмосферы ? - голос Сильвии приобрел нотки игривости, пальцы непроизвольно скручивали самую длинную прядь, а глаза забегали. -Извини, - Крайц тяжко выдохнул. Он старался не смотреть на собеседницу и побыстрее добить вишневый табак. -Я, кажется, не смогу. -Почему ? - с резкой обидой девушка схватила мужчину за руку, развернув его лицо к себе. -Тебе неинтересны женщины ? Так и скажи, я все пойму, мы в двадцать первом веке живем. -Мне интересны женщины, - возмутился учитель. -Тогда что со мной не так ? Я слишком худая, у меня слишком детское лицо ? Мне больше двадцати, честно, могу паспорт показать ! -Очень забавно.. -Я жду объяснений, Антон. -Помнишь, о чем я говорил, пытаясь открыть черный пакет ? -Да, ты в чем-то хотел сознаться. Мужчина поднялся. Его неопрятную прическу напрочь сбил мощный поток ветра, растрепавший и пиджак и сигарету, застывшую в руке. -Четвертое, в чем я сознаюсь: безмерная забывчивость разрушает мою личную жизнь.

Снова где-то в сентябре.

Мужчина недовольно осмотрел свою комнату еще раз, и еще, и еще парочку. После этого он развернулся к зеркалу, поправил костюм и резко обернувшись, начал осмотр вновь. Ошибка месячной давности дала о себе знать самым явным образом, отложившись постоянным маниакальным желанием. После собеседования с Антоном случилось нечто ужасающее - на него, впервые за долгое время, обратила внимание привлекательная девушка. Но, после его знакомства с ней случилось нечто еще более страшное, нечто настолько невероятное, неподдающееся восприятию. -Как ты мог !? - протяжно кричал Антон, заглядывая каждый раз в свое отражение. -Как ты мог оставить телефон дома !? Она сама заговорила с тобой, сама предложила ! Громкие возгласы терялись, их впитывали толстые стены квартиры. Антон чувствовал себя разбитым весь месяц, ведь ни разу более он не встретил в школе знакомое лицо Сильвии. Полопавшиеся, от постоянного нервоза, капилляры красной сыпью обрамляли шею мужчины. Антон отмечал красным маркером все четверги на своем маленьком кухонном календаре. И, так как очень важные дни имели честь отмечаться розовым, он впоследствии закрасил им первое сентября, как день, в который Сильвия обязана была появится в школе. Эта маленькая, простая мысль являлась источником, сменяющих друг друга, надежды и отчаяния. Крайц считал себя несобранным, и не зря: за долгие годы бесконечного чтения научной литературы, подготовки к экзаменам, зачетам и написанию дипломов он научился концертировать внимание лишь на подобных занятиях. В какой то мере, тридцати летний мужчина являл пример самого, что ни на есть, социального инвалида. Он постоянно путался, забывался, пропускал мимо ушей и лишь в моменты настоящего напряжения, стресса, мог собирать себя в цельного человека. Эта особенность, из едва заметной в подростковом возрасте, по мере взросления превратилась в настоящую болезнь, сродни никотиновой зависимости. Собравшись с мыслями и удостоверившись, что телефон плотно лежит во внутреннем кармане, Антон закрыл входную дверь на два оборота ключа. Его стремительности позавидовал бы самый быстрый человек на земле, уверенность и злость заставляли ленивые ноги перепрыгивать ступеньки одну за другой, игнорируя слишком медленный лифт. Брови нахмурились, хоть и солнце давно ушло за тучи. -Пятое, в чем я хотел бы признаться: бесконечные неудачи заставляют мое тело двигаться.

Первая ночная глава

Первая ночная глава, в которой Димитрий понимает, что оказался в другом мире.

АКТ I

"Omnia vincit amor, et nos cedamus amori."

Утро кончалось. Темноволосый юноша пристально вглядывался в бесцветные переливы неба. Его взгляд неловко пронизывал школьное окно напротив, выискивая малейшие огрехи, несходства, но белоснежные облака не позволяли мальчишке хоть на шаг приблизиться к разгадке заговора. Веки ослабевали, невольно слипались, закрывая обзор. Димитрий пытался отмахнуться от наступающего сна, но лишь в очередной раз убедился, что кровь на руках принадлежит именно ему. Располагавшееся рядом застывшее тело Никты совсем истощилось, образовав на полу море крови. Его неровные границы медленно тянулись к скромной луже под парнем, дабы страстно скрестится в единый алый океан. Тело парня почти перестало болеть, мысли почти перестали путаться. Внизу, от раздевалок, уже исходили невинные звуки - первоклассники, еще не заставшие бойню прямо над собой. Казалось, Димитрий смирился со смертью уже очень давно: его мало возмущала широкая ножевая рана на животе, он не кричал в поисках помощи, не пытался ползти к лестнице. Парень отлично оценивал всю плачевность ситуации, в которой оказался. Его голова наполнилась тяжелыми воспоминаниями о семье, друзьях и первой любви. За столь короткую жизнь он не успел понять насколько важны люди, что окружали его. В самый последниймомент сердце застонало от боли, а слезные железы заработали. Юноша застал себя за разрывающим чувством разочарования. Он ничего не успел, совсем ничего: не нашел пару на выпускной, не узнал результаты экзаменов, не извинился перед родителями за недавний скандал. Жизнь оказалась настолько коротка, что старшеклассник успел понять это лишь при смерти. Тьма окутала больное тело, погрузила Димитрия в невыносимо длинный поток, оставив наедине с самим собой. Школьный коридор в миг обернулся глубочайшей дырой из чистого забвения. Пролетая бесчисленные отражения собственного естества, умирающий старшеклассник обогнал скорость света и выпрыгнул в пугающую неизвестность за горизонтом событий. Он лицезрел идеальный черный во всей его красе, перестал быть, в классическом понимании. Растворившись в отсутствии, парень, перевернулся вокруг своей же оси несколько сотен, или тысяч, раз. Его нейроны перегрелись, а клетки распадались, начиная с конечностей, на атомы. Этот процесс продолжался долгие световые годы, в конечном итоге, уподобившись бесконечности. Дойдя до шеи бессознательного трупа, распад неожиданно прекратился. Некая величественная сила посмела помешать естественному циклу смерти окончиться.

Сквозь непроглядную тьму начал проступать свет дальних, едва заметных звезд, и малейшие частицы словно песчаная буря закружились, воссоединяясь с парящим бюстом. Вместе с этим вернулся и рассудок: Димитрий резко распахнул ресницы, радужка обрела былое изумрудное сияние, а плечевые суставы задергались являя признаки жизни. В голову пришел искренний ужас, непонимание, парень застал себя посреди настоящей фантасмагории. Юношу обнесли бесчисленные галактики самой разной формы: от спиральных до обычных сгустков звезд и планет. И когда звезды пробили плотную завесу черноты, озарив космическим синим, а тело возвратилось к прежнему виду, все вокруг пришло в движение. Сперва нагой, затем - облаченный в прежнюю одежду, Димитрий взмыл к самим дальним системам, вновь разогнавшись до самого предела. Облетая дугой мелкие астероиды на своем пути, он устремлялся вперед, образуя перед собой силовое поле, а позади длинный шлейф. Глаза раскрылись как никогда широко, казалось они в любой момент вылетят под напряжением. Юноша попытался закричать, но отсутствие воздуха прервало эмоциональный поток. Резко пришедшее осознание, что тело не нуждается более в кислороде взбудоражило. Лицо его напоминало рыбью голову: такое же незамысловатое выражение и нелепо открытый рот. Полет затянулся, но ненадолго, ибо вскоре юноша осознал точную траекторию, по которой его движет вперед судьба: прямо под ним виднелось очертание знакомой планеты. Димитрий разглядел ее лучше: сине-зеленая сфера, покрытая облачной завесой, только рядом вместо одного серого спутника виднелась парочка разноцветных. Это смущало, но едва ли сильнее, чем сам факт посмертного космического путешествия. Приближаясь к космической сфере все быстрее, парень окончательно убедился, что его несет прямо на нее. Но столь конкретный вывод заставлял задуматься еще об одном - о проблеме приземления. К счастью, к юноше быстро пришел ответ на несложный вопрос: нужно изменить траекторию, резко развернув собственное тело в другом направлении. Тут же, овладев конечностями, Димитрий начал неистово трястись, пытаясь всячески раскачать себя в пространстве. Еще с уроков физики он запомнил, что в отсутствии трения почти не теряется энергия, а значит достаточно малейшего импульса, дабы искривить прямую, ведущую к скорой смерти. Около минуты извиваясь, как змея, перепробовав все эквилибристические практики, парень принял свою беспомощность. Остался последний возможный выход, старшеклассник продумал его в тот же миг. Свернувшись в позу эмбриона, юноша с невероятным усилием потянулся за туфлей, плотно сидящей на его ноге. Сорвав с себя обувку, он выпрямил руку и, резко сжав мышцы, дуговым движением выбросил туфлю по направлению туловища. Но, ожидаемый результат не проявился, исчез на глазах- черный кожаный "оксфорд" улетел в непроглядную даль. Как и ранее было сказано, Димитрий часто посещал уроки физики. Дело в том, что он вряд ли мог отличиться полным пониманием преподаваемой программы. Время вышло и прямо летящее, словно стрела, тело юноши пронеслось сквозь экзосферу, отрезав все обратные пути. Полет медленно переходил к чистому, бескомпромиссному падению. Дикий страх заставил мозг активировать все скрытые ресурсы, подключить к деятельности логику, дедукцию. -Если эта планета имеет флору и фауну, очевидно будет предположить, что ее расположение по отношению к центральной звезде примерное таково же, как у земли, - губы открывались, исторгая слова без звуков. -Значит, прямые ультрафиолетовые лучи давно бы сожгли меня без должной защиты. Так же я не задыхаюсь, хоть и не дышу, находясь в сознании. Выходит, находясь в подобном состоянии, я полностью или частично, неуязвим, быть может, даже бессмертен. Зародившаяся мысль вдохновила Димитрия и преисполненный смелостью, уверенностью в своей новой открывшейся силе и просто наивной надеждой, он прижал руки к туловищу, а ноги выгнул, как пловец брасом. Так он вошел в стратосферу, окончательно сблизившись с поверхностью. Сплошные серые сгустки плотного тумана и туч закрывали землю, но и они вскоре оказались позади. Пробив насквозь огромное грозовое облако, промокший парень открыл глаза, и под ним появился завораживающий вид: обширные лесные просторы венчали несколько длинных рек, многочисленные холмы и поляны, а так же несколько маленьких деревянных поселений. Опустившись еще ниже, он смог разглядеть на пригорке большой каменный замок с высокими башнями и массивными стенами. Резко старшеклассника охватил невиданный страх. Любуясь бескрайними видами с высоты птичьего полета, он совсем забыл о течении времени, а вспомнил, когда до земли остались считанные сотни метров. Проносясь по убийственной горизонтали со скоростью падающей кометы, Димитрий инстинктивно сгруппировался в максимально безопасную позу, прижав колени к груди и закрыв лицо руками, словно это могло бы спасти его от падения. Загадывая в голове секунды, юноша вновь прощался с жизнью. Он совсем забыл о том, что буквально недавно истекал кровью в коридоре своей школы, прикончив перед этим одноклассницу. Все мысли сошлись на одной, единственно важной теме: при соприкосновении с землей ждет ли его моментальное превращение в кучу мяса и костей или же нет. Все оказалось куда прозаичнее: вдоволь надышавшись разреженным воздухом, и прилично закрутившись в процессе падения, парень вызвал у себя неслабое головокружение, и лишь на секунду захлопнув веки, он тут же покинул сознательное, отправившись навстречу дальним сновидениям. Все вновь потемнело, но не как при смерти, а иначе. Последнее, что в точности почувствовал Димитрий - столкновение его спины с чем то твердым, а затем слабую боль в шее, словно ее продуло. После образы путались, смешивались, напоминая скорее атрофированные воспоминания: лес, вокруг не ровно раскиданная земля и мелкие камни, рядом огромные упавшие деревья, вырванные с корнем. Некто или нечто тащило старшеклассника по лесу, затем подняло на руки. Скорее всего, это были люди - их лица имели все характерные черты: нос, два глаза, рот, уши. -Куда.. Куда вы меня несете ? - едва слышно сквозь сон повторял парень. Но ответа не следовало. -Где.. Где я ? Что все это.. Множество высоких пихт складывались в частокол, каждое похоже на предыдущее - с зеленым мхом и коричневой корой.

АКТ II

Зеленый. Хлорофилл - пигмент, окрашивающий хлоропласты растений в их естественный зеленый цвет. При его участии происходит наисложнейший природный процесс - фотосинтез, он присущ всем растениям: от простейших водорослей до высших эмбриофитов. Вполне базовой особенностью людского организма, как и организма любого другого животного, является поглощение кислорода для осуществления расщепления сложных органических соединений. Зеленый - базовый признак жизни, безопасности, поэтому завидев зеленую планету, даже с космических высот, мы сразу можем понять, что на ней присутствует жизнь. Звездные пространства, исключая мало изученную, темную материю, бесконечно расширяются, этот эффект вызывает космологическое красное смещение, в следствии которого объекты вселенной постоянно отдаляются друг от друга. В свою очередь, максимально отдаленные галактики с похожими условиями могут повторять эволюционные пути друг друга в относительной точности. Сон Димитрия резко прервал громкий звук, напоминавший завывание медного горна. Характерное высокое звучание весьма неожиданно отдало по ушам и отлично сыграло роль будильника. Тело почувствовало дискомфорт - спина опиралась на что-то тонкое, стальное, будто прутья просторной клетки. Глаза мимолетно вступили в контакт с окружающей средой: парень очнулся в импровизированной одиночной камере под открытым воздухом - твердые холодные стержни образовали неровный прямоугольник площадью в квадратный метр, оголенные, замершие ступни оказались закованы в толстые цепи, а голова раскалывалась как после дикой попойки. Внизу - сырая земля, покрытая травой, слева и справа - такие же заключенные в железных коробках, а впереди, похожая на старинную городскую площадь, территория с весьма незаурядной виселицей, расположенной по центру. Свежее, судя по виду, сооружение грациозно вписывалась в общую композицию поселения, представляющего из себя колесо обветшалых деревянных домов. Дневной свет озарял гнилые доски, каменные мостки, по которым бродили туда-сюда угрюмые люди в странных обносках, перевозя различное имущество: от глиняной посуды до скота на привязи - куриц, коров и овец. Чуть дальше виселицы вели довольно бурную беседу трое мужчин, раздетых по пояс, они припрыгивали то и дело хлопая друг друга по плечу, истошно смеялись. Юноша оглядел себя: на удивление, на нем сохранилась порванная, испачканная кровью, рубашка, темные брюки с подтяжками и оставшаяся единственная туфля, а рана на животе странным образом затянулась, оставив на своем месте неаккуратный шрам. Непонимающий взгляд устремился к молчаливым соседям: в ближней левой клетке восседал мужчина в бордовой стеганке с раскраской некого герба, лицо лет на сорок - неухоженная грязная борода, на лбу красовалась засохшая кровь. Его живот обхватывал кожаный пояс с застежками, судя по всему, от потерянных ножен, а из под ворота торчала мелкая кольчуга. -Что за бред ! Я что, на средневековой реконструкции !? - негромко возмутился Димитрий. Горло высохло так же сильно, как и губы. -Эй ! Кха-кха.. Мужик, ты слышишь меня !? Где мы ? Воин недовольно развернул голову, после чего, не произнеся ни слова, резко плюнул в юношу. -Да что с вами всеми не так ? - отряхнулся юноша. -Замолкни, малец. Его брови весьма возбужденно нахмурились, а темные глаза налились злобой. К импровизированной тюрьме подбежал дальний надзиратель - темнокожий, невысокий, с голым торсом, странной повязкой, закрывающей лицо. Он что-то громко крикнул, после чего достал изогнутый длинный клинок из ножен за спиной и начал плашмя долбить по прутьям. -Karadkin, karad ! Bramakindrar ! Мужчина слева съежился и зажался в угол клетки еще сильнее, что-то бормоча себе под нос. Димитрий пытался вслушаться в речь, но не разобрал ни единого слова. Манера говора саблиста отдавала восточными нотками, он прокрикивал четко, в основном согласные, забористые созвучия. Он грозно продолжал стучать, запугивая всех заключенных, после чего ретировался к одному из домов. Парень взглянул по правую руку: рядом безмолвно восседал обросший старик, закованный в колодки, в сыромятном жилете, безжизненно закрытые глаза, шрам на оголенном плече, рой мух, кажется, над гниющей ногой - все это мало напоминало постановочный грим. -Дед ! Дед ! - юноша толкнул престарелого человека рукой, от чего он пошатнулся и упал на землю, все так же не издавая звуков. -Очень смешно.. -Будешь много болтать, малец, быстро отправишься на великий суд, - сердито заявил левый сосед, поднимая окровавленную ладонь по направлению неба. -Уже двоих утром повесили: мальчишку, такого как ты и мать его. Мы следующие, так что не брыкайся. -Слушай, мужик, я все понимаю, конечно. Но это уже, блять, не смешно - раздраженно прохрипел школьник, подползая ближе. -Это ведь все какое-то реалити, верно ? Новое шоу на телик, так ? Бюджет огромный, рейтинги, тут повсюду камеры, верно ? -Что ты голдишь, межеумок ? - мужчина возмущенно заорал, резко покинув железный угол. -Совсем рехнулся, одежды на себя шутовские нацепил и бредни несешь !? Здесь всю мою свиту положили эти брыдлые варвары, а ты ишь что удумал ! -Ну хорош, дядь, выходи из образа. Послушай, произошла ошибка: я не знаю как оказался здесь, не знаю кто все эти люди и мне нужно срочно вернуться домой. Можно мне как-то аккуратно выйти из этой "игры" ? -Ах ты пес дранный, смеешься надо мной !? -Да это вы должны быть прикалываетесь ! Эй ! Освободите меня ! Я ничего не подписывал, вы нарушаете мои права ! -Да заткнись ты ! Бурная перепалка криками раздавалась на всю деревушку и достаточно быстро возмутила все тех же смуглых стражей. Заметив кричащего воина, они остервенело рванули прямо к его клетке. В этот момент Димитрий ясно вспомнил свой странный сон, в котором он приземлился в лесу, неподалеку от ветхого поселения. Знакомый образ захватил его рассудок и вскоре тревожные мурашки покрыли затылок. Юноша инстинктивно прижался спиной к задним прутьям и отвернулся, опустив взгляд. Тем временем вооруженная толпа открыв несложный засов, всеми силами выкинула пленника наружу. Схватив за ноги, они тут же потащили его по сырой земле к виселице. Ленивые подавленные крестьяне, раннее слоняющиеся по площади, возбудились и лишь заметив начало расправы, живо разбежались по хижинам. Мужчина в доспехах закричал еще сильнее, проклиная всех и вся, пока его затылок подпрыгивал, вспахивая сырые кочки. -Отпустите, уроды ! Я наместник этой деревни, я под защитой короны ! -Bramasekmorta ! Morta ! - в унисон восклицали палачи, игриво присвистывая. Они затащила крикуна на помост и подняли на колени, дабы связать руки, избегая ненужных брыканий. После этого на кольчужную шею накинули сплетенную петлю и покрепче затянули. Прозвучал характерный звук рычага и платформа под ногами мужчины свободно полетела вниз вместе с его трясущимся телом. Но, натянув и отдернув веревку, широкая шея не сломалась. Она присоединилась к весу туловища и с треском рухнула на землю вместе с надломившимся деревянным столбом. Старшеклассник внимательно наблюдал за ужасным действом и до последнего отказывался верить в реалистичность происходящего. Заморских воителей весьма раздосадовала неоконченная казнь, поэтому один из них, не долго думая, решил проблему более радикальным методом. Обнажив изогнутое лезвие, он размеренным шагом догнал задыхающегося приговоренного и одарил его спину хлестким ударом. От боли мужчина закашлялся сильнее и перевернулся на окровавленную спину, чтобы закрыться руками. К сожалению, его жесты не помогли - следующий взмах распорол живот, выдворив наружу все внутренности и окропив фонтаном крови лицо убийцы. В этот же миг звонкий женский визг в соседнем доме сотряс воздух, подобно учебной сирене безопасности, что иногда включали в школе. Варвар подозвал друзей, чтобы разделить с ними веселье. Неприятный звук рвущейся плоти старшеклассник слышал не первый раз в жизни: хлюпанье и характерный скрип костей посещали уши ранее в школьном коридоре. Все вместе они продолжали жатву, пока тело казненного не приняло форму, больше напоминающую фарш. Лишь заметив слабую усталость в рабочей руке, затейник остановился и окликнул разъяренную группу. Передохнув, воители по неизвестной причине приняли решение покинуть площадь, продолжая выкрикивать с невероятным энтузиазмом уже знакомое: -Morta ! Morta ! Morta ! Куча мяса осталась лежать на прежнем месте, как хорошее напоминание каждому в округе, что стоит молчать. Димитрий же теперь не отводил взгляда, он уставился на изрубленного заключенного, пытаясь найти в нем признаки жизни. Казалось, юноша все понял, во всем убедился: не оставалось не единого варианта, при котором картина перед глазами осталась бы сном. Все настолько натуралистично, настолько бескомпромиссно и жестоко, так, как бывает только в реальной жизни. Но некая странная идея поселилась подкоркой весьма уверенно, она смешала все четкие образы в мешанину. -Черт.. Нет-нет-нет, - тяжело вздохнув, парень схватился за волосы. Его самые страшные предположения отражались в грязной земле, в чистом небе и двух спутниках, повисших так близко к темечку. -Это не может быть так ! Не может ! Ужасающие теории только что нормализовали единственную, но самую важную практику - смерть. В сердце засело необъятное чувство вины, сросшееся со страхом. Юноша дрожал, пытался успокоиться, но не получалось, легкие сжались, напала клаустрофобия: железные прутья сжали, явились настоящим, как и все в округе. -Этого не может быть, - продолжала отрицать порванная рубашка. Ее складки украдкой глядели снизу вверх. -Вполне может, - возразили холодные ступни, настолько прозрачные, что проваливались под кочки. -Эй ! Смотри, я не бутафорский ! - усмехнулся труп, перекидывая руками резанные кишки. Бесцветные рыбьи зрачки выдавали в его игре фальшь. -Я отказываюсь! Отказываюсь вам верить ! -Тебе придется, - отозвалась переломанный столб виселицы. -Тебе придется признаться, - вторил ветер. -Кажется.. Я оказался в другом мире, - Димитрий произнес вслух заветное заклятье. Все вмиг переменилось: сизые ладони закрыли глаза, окатив радужку сизым. Вскоре и все конечности налились сизым так, что юноша сам уподобился мертвецу. Сизый. Наличие у растений сизого цвета зачастую связано с фитохромом. Этот пигмент существует в двух взаимозаменяемых формах. Одна поглощает ближний красный свет, а другая - дальний. Поглотив свет, фитохром переходит из одной формы в другую. Этот пигмент играет важнейшую роль в процессе цветения.

АКТ III

Текучий вечер медленно подползал, провожая туманный день. Сумрак затянул деревушку и окутал окрестности. Темноту пронизывал свет факелов, расставленных у жилых домов еще вечером. Люди попрятались в них еще во время казни, лишь некоторые храбрецы иногда пробегали по мощеному камню. Пробивающий, морозящий хвиус проникал за шиворот и резко прогонял все накопленное тепло. Ноги окоченели до аристократичной бледноты, постоянное растирание ступней ладонями едва ли меняли ситуацию, живот урчал, переваривая сам себя, но разлагающаяся рядом туша перебивала дикий голод. Старик по правую руку все так же бездушно упирался вперед, периодически вздыхая, из-под глазных мешков вылезали два стеклянных бельма, нацеленных куда-то вдаль. Окружающая атмосфера чистейшего ужаса сдавливала, выжимала последние капли надежды. Димитрий не ждал спасения, не надеялся на безболезненную кончину, он вяло замер, погрузился в пучины усохшего сознания, бесконечно сублимируя возможное будущее. Веки неспешно опускались, сердце содрогалось все реже. Единственное, что не позволяло погрузится в глубокий сон - невыносимый холод, окутавший каждую клеточку тела парня. Он проворачивал в голове самые различные варианты происходящего: похищение некими маньяками ролевиками, бредни под наркозом на операционном столе, длинный посмертный сон, отражающий последние мысли. Узник щипал себя, бил по лицу, кусал за руку и выдирал волосы, но не один из видов боли не сулил пробуждения. Все ломалось, шло не туда, отлетало и в конечном итоге приходило к самой удивительной теории, озвученной в лицо трупу. Гнетущая тоска захватила душу, растянула ее и медленно вонзала острые бритвы. Небо озарили две громадных серых сферы: те самые спутники, что старшеклассник приметил во время полета в космосе. Они заняли треть ночной выси, величественно нависая над головами смертных. Восточные воины, учинившие казнь, так и не вернулись на площадь, к полуночи она совсем опустела. Неожиданно, один из огней близстоящих домиков двинулся. Димитрий тут же подметил активность впереди и встормошился. Неизвестный силуэт в плаще крадущимся шагом покинул дом, закрыл за собой деревянную дверь и аккуратно схватил факел, торчащий из столба. Походка отдавала одновременно и небрежной наивностью и скрываемой осторожностью. Приблизившийся огонь развеял главную тайну: осветил женское лицо, скрывающееся под капюшоном. Юноша приятно удивился, почти доверившись, но в последний момент отказал нервной системе в отдыхе. Силуэт приблизился, не спеша обойдя сломанную виселицу и гниющую кучу мяса. Девичьи черты лица вблизи оказались вполне миловидными, отчасти детскими. Плащ закрывал длинную холщовую рубашку. Грязные русые волосы падали на покрасневшие щеки, холщовая обувь хлюпала по лужам, худощавые ладони кротко возвышали горящую корягу. Нагнувшись к заключенному, девушка с опаской оглядела его с ног до головы. -Что тебе нужно ? - тихой злобой накинулся Димитрий. -Ты замерз. -Спасибо, я это давно понял. -Кто ты ? - удивленно произнесла особа. -Ты не отсюда, не из местных. -Ага, все верно. -Я принесла тебе.. - русоволосая неторопливым движением достала из-за пазухи кусок ржаного хлеба и просунула юноше. Димитрий тут же схватил булку и в жадном полуповороте, подобно изголодавшемуся псу, страстно начал пожирать ее. -Мужики говорят, что ты с небес прилетел. Как звезда. -Слушай сюда, - не закончив пережевывать, Димитрий подполз ближе. -Во что бы вас всех не втянули - вы не обязаны подчиняться. Вы все можете исправить, перестать плясать под их дудку. Мы можем сбежать, позвонить в службы спасения. -Значит ты и вправду волшебник, как все говорят. Все эти слова - магические понятия, мне неизвестные. -Какой к черту волшебник !? - хрипло сжались связки. -Я не волшебник, я обычный школьник и я даже примерно не понимаю, как оказался здесь. -Ты спустился оттуда, - незнакомка указала факелом вверх. -Упал, как звезда в лесную чащу, а "мраки" притащили тебя сюда. -Мраки ? Это те утырки, зарезавшие его, верно ? - парень кивнул на труп. -Они заморские захватчики, служащие змеиному культу. Дикари с востока, злые и безжалостные. Димитрий понимающе помотал головой. Одна здравая мысль все-таки посетила его голову: даже если все вокруг - игра, из которой он не может сбежать, лучше узнать ее правила. Вместо очередных препираний он решил разболтать собеседницу, чтобы собрать максимальный объем информации о месте, в котором очутился. -Хорошо, а что за культ ? -Змеи, одетые в красное, грабят и убивают крестьян по всему королевству. Дядька сказал, что они приносят жертвоприношения своему злому богу. Никто не думал, что они подойдут к нам, так близко к Иденбургу. Парень вспомнил высокие каменные стены и башни замка, что видел ближайшем к долине холме. Должно быть, это и был Иденбург, поселение местного феодала. -Ясно. А что тот мужик ? Он что-то говорил о перебитой свите, он тоже не местный. -Конечно. Это барон Марий, советник при дворе, важный человек. -Что он тут делает ? -Приехал сюда пару дней назад с дружиной. -Из Иденбурга ? -Да, откуда ж еще. Расположился в корчме и постоянно ходил по деревне туда-сюда. Наверное, к земле приценивался. -Не повезло ему. Девушка на момент отстранилась, опустила голову и заговорила еще тише. -Ты же волшебник.. Ты спасешь нас !? - голос обратился в жалобный стон. -Ты должен нам помочь ! -Я не волшебник, сколько можно повторять, - раздраженно прошипел Димитрий. -Максимум, что я могу спасти - свою шкуру, но без ключа от этой проклятой клетки и она сгинет. -Тогда как ты спустился с небес и не погиб ? Такое под силу только колдунам. -Послушай, я и сам не знаю. Пару часов назад я находился в совершенно другом месте.. -Где ? -В другом мире. Верное слово хрипом пропало в глухой тишине. Ночное дыхание облаком густого пара опускалось, пропуская через себя свет факела. Тремор ступней отпугивал приставучих рой мух, образовавший воронку над гнилым мясом. -А если я достану ключ и освобожу тебя, - вновь заговорила девушка. Она присела на колени и нагнулась ближе, перейдя на шепот. -Каким образом ? -Просто ответь ! Если я тебя выпущу, ты убьешь мраков ? -Я не буду никого убивать, это не имеет смысла, - ответил парень, щелкая челюстью. -Я украду лошадь и поскачу в сторону замка. Во время падения я видел его и запомнил направление. Оттуда я приведу помощь. Незнакомка задумчиво помотала головой и замолчала. -Тебя что-то не устраивает ? Можешь предложить идею лучше ? -Сбежать я могу и сама, мне нужен тот, кто спасет людей, - лицо снаружи решетки нахмурилось. -Сбежать можешь сама, значит, - лицо внутри решетки возмутилось. -Хочешь сказать, что знаешь путь до замка, или может, деревенская малолетка умеет седлать коня ? -Нет. Не умеет. -У нас нет плана лучше. Даже этот не сработает, если у тебя не получится бесшумно стащить ключ. -Я видела его на поясе одного из мраков, когда тот уходил в амбар рядом с виселицей, - девушка указала худощавой ладонью на ближайшею постройку. Из окон пробивалось неяркое свечение, на входной двери висел отпертый замок, похожий на тот, что венчал железную камеру. -Я тоже заметил этого парня. Но, есть одна проблемка: чуть позже него внутрь зашел еще один. Свечи не потушены, они могут спать посменно. -Нет. Они бы не стали так делать. -С чего такая уверенность ? -Эти дикари считают нас слабыми, глупыми, безобидными. Мы для них забавные животные, сродни овечек, что бегают по полю, - уста налились гневов в считанные секунды. Димитрий почувствовал искреннею эмоцию и решил сыграть на ней. -Ты их ненавидишь, они напали на твой дом, разорили его, убили близких тебе людей. -Да. Ты прав. -Но, ты можешь отомстить, мы можем отомстить. Для этого нужно всего лишь отпереть этот проклятый замок. Все в твоих руках.. Как, кстати, тебя зовут ? -Агнес. -Я верю в тебя, Агнес, - юноша протянул холодную руку меж прутьев и плавно поймал девичью ладонь, после чего заглянул в широко открытые глаза, драматично приподняв брови. -Мы сбежим и спасем твой дом. Девушка прониклась до глубины души: она оставила факел подле юноши и безропотно сжала тонкие пальцы в крепкий кулак. Поднявшись и выпрямив спину, Агнес гордой рысью начала свой отважный путь до обители, скрывающей тайный эликсир.

АКТ IV

Оставляя глубокие следы на холодной земле, детские ступни едва слышно хлюпали грязью. Небрежное пламя из дома, к которому спешила крестьянская дочь, едва ли озаряло наседающую тьму. Димитрий быстро смирился с почти неизбежным поражением. Парень не имел наглой привычки впутывать других людей в решение собственных дилемм, но в данной ситуации, оказавшись меж жизнью и смертью, он не смог разглядеть иных путей. С каждым следующим шагом его новой знакомой в неизвестность фраза, произнесенная пару минут назад лишь ради убеждения, приобретала сакральное значение. Так быстро, меньше, чем за сутки, Димитрию пришлось пережить опыт, который многим его сверстникам не являлся даже во снах. -Агнес, я верю в тебя, - он продолжал шептать себе под нос одни и те же слова, в надежде на то, что некие высшие силы услышат их. Перед лицом смерти человеческий разум поддается всему иррациональному, порой, даже тем вещах, что раньше очень рьяно отрицал. Юноша признался в слабости и поддался жалкой, всеохватывающей надежде. Тем временем, девушка достигла амбарного крыльца. Первым делом, она решила перестраховаться и, опасливо встав на цыпочки, заглянула внутрь маленького оконца. Резкой реакции не последовало, а значит, оба мрака спали, как и предполагалось. Чуть позже это подтвердил двойной взмах рукой. Сие известие обнадежило, родило кроткие мысли о победе, но самое сложное осталось впереди: ключ все так же оставался на поясе у одного из дикарей. Агнес отошла от окна, позволила себе маленькую паузу, после чего без раздумий зашла внутрь, растворившись в окружении. Она двигалась, подобно охотящейся кошке, плавно и поступательно смещая ноги, но, даже так сырые доски издавали предательский скрип от любого прикосновения. Вскоре девушка скрылась из виду, и теперь заключенный мог понять что происходит лишь по звукам сгнившей древесины. -Ха-ха, ты вздумал, мол девчонка справится ? Глупец, - едко прошипел окоченевший помещик. Его распухшая, синяя голова повернулась к звездному небу и продолжила дерзкую усмешку. Димитрий не отводил сквозной взгляд, но не от подлого мертвеца, а от амбара. Меньше всего, сейчас, когда решается его будущее, его интересовали беспечные диалоги со своей метафорической совестью. -Ты же понимаешь, что обрек ее на смерть ? А то и еще чего хуже, ха-ха. -Замолчи. -Так ужасные мраки зарезали бы только тебя, но теперь.. -Я сказал замолкни! -Девчонку так же вздернут на отремонтированной плахе, а то и еще хуже. Ты же все знал, но все равно решил рискнуть ей. -У меня не было выбора. -Выбор есть всегда. Ты умер, ты не должен быть жив, это все - грандиозная шутка. Вот и помер бы сейчас, в одиночестве и холоде. -Я верю, она справится. -Конечно веришь, подлый трус. Скрип неожиданно прекратился. Амбар затих, полностью. Даже ветер прекратил свою активную деятельность. Юноша почувствовал, как его собственное сердце замерло, а кончики пальцев отдали неприятной колкой болью. -Ты сказал, что все это - грандиозная шутка ? -Все так, малец. -Кто же, в моем случае, шут ? -Ха-ха-ха, - смех потревожил вакуумную тишину. -Глупец, наглый глупец. -Скажи, я желаю знать - по чьему желанию я оказался здесь !? -Решил пойти быстрым путем, умно. Но, так будет слишком скучно, пострадает повествование. Димитрий тяжело вздохнул. -Я понимаю, но неужели я не имею право знать о своем создателе ? -В прошлой жизни ты легко отрицал его существование. Теперь же ты с легкостью готов принять его, отбросив все рациональное. -Да, я готов ! Я увидел то, что.. -Не можешь объяснить ? Ты ощутил лишь малую часть того, что новый мир готов представить тебе. -Если я погибну здесь, меня никто не вернет ? -Да, у тебя лишь один шанс. -Верно, - старшеклассник сомкнул веки в знак согласия. -Ты прав. Да, ты, черт возьми, прав. Я узнаю все сам. Это будет сложно, но я справлюсь. -Этот мир коварный, тебе потребуется все запоминать, все впитывать и отвечать на сложные вопросы. А еще тебе потребуется везение, - труп дернул шеей и голова перекатилась на другой бок, направляясь к деревянному зданию. -Девчонка все таки смогла. Сейчас везение оказалось на твоей стороне, мальчишка. Впредь может стать по-другому. Дверь неожиданно открылась, ржавые ставни сообщили о бравой победе. Агнес, стремительно бежала к клеткам, торжественно махая ладонью, что крепко сжимала маленькую железную спицу. Но лицо девушки окрасилось страхом: на побледневшем лбу выступили едва различимые венки, щеки налились алым, а глаза окутало марево потерянности. Добежав до виселицы, она, запыхаясь, остановилась на мгновение, после чего размахнулась со всей, оставшейся, силы и бросила увесистый ключ в сторону заключенного юноши. Только когда железка рухнула в метре от его рук, Димитрий все понял и намеренно застыл, как статуя. Факел, оставленный ранее, затухал. Улавливая переливы последних огненных языков на тонкой железной ножке, парень сфокусировался, пытаясь точно запомнить расположение ключа. Агнес, остановившись у разрушенной виселицы, попробовала восстановить дыхание, чтобы не выдать себя. Она не пыталась бежать, не пыталась спрятаться: это разозлило бы мраков еще сильнее. Девушка героически застыла, ожидая расплату за неоправданный риск. Двое рослых смуглых мужчин не торопливо выползали из места своего ночлега. Оба заметили примечательную особу, стоящую по среди площади. Видимо, они проснулись от скрипа и услышали как крестьянская дочь покидает амбар. Вновь послышался их громкий говор, но теперь скорее заводные, нежели озлобленные. Один из мраков пытался говорить на местном, дабы не спугнуть добычу: -Стой, стой, девочка. Хочешь.. еда ? Выпивка, - с ужасным акцентом повторял мужчина, неспешно приближаясь. -Я не хочу, спасибо. Мне домой пора, - дрожащим голосом повторяла Агнес, пятясь назад. -Нет-нет, какой домой ? Ты там.. там ходить, - мрак указал рукой на створки окна. -Я заблудилась, здесь везде темно. Пытаясь объясниться с иноземцем, девушка совершенно потеряла бдительность и напрочь забыла о его друге. Тот же не терял зря времени: он не спеша обошел свою цель и оказавшись за ее спиной, принял активную стойку. Димитрий наблюдал крайне внимательно, дабы не упустить нужный момент. Его сердце горячее разрывалось от осознания собственной беспомощности, но холодный разум держал рот на замке. Вместо возбужденных криков, парень направил все силы на обдумывание дальнейших действий. Агнес все так же пятилась назад, ни на миг не оборачиваясь, она закрыла грудь перекрестием из рук, коленки дрожали. -Отпустите меня, я больше не буду выходить так поздно, честно ! - продолжала повторять крестьянская дочь. Но ее собеседник уже не отвечал, он жадно продолжал наступать вперед, растянув звериную улыбку до ушей. Вдруг согнутая спина девочки столкнулась с тем, чего она меньше всего ожидала: потерявшийся из виду, второй мрак. Его нисходящая наглая улыбка была последним, что Агнес увидела перед тем, как оказаться поваленной и схваченной. Девушка активно сопротивлялась, подкрепляя свои истеричные дергания истошным криком. Она создала достаточно шума и окончательно сфокусировала внимание парочки на своем обезвреживании, что позволило Димитрию двинутся с места. Парень молниеносно подскочил к краю клетки в попытке схватить ключ, но, на свое же удивление, лишь вырвал клок сухой травы с земли. Как на зло, горящий смоток ткани на, лежащей рядом, коряге, совсем потух и все пространство вокруг наполнила тьма. Юноша обнаружил себя в диком треморе, раз за разом повторяя сжимать пальцы без последующего результата. Глаза нервно метались от ужасающей картины впереди к собственной руке, вновь и вновь. Жертва притязаний активно вырывалась, стараясь выиграть каждую секунду, но мракам удалось обезвредить ее достаточно быстро. Трепыхающееся тело взгромоздили на плечо и довольно ухмыляясь, понесли внутрь - к своей ночной ложе. -Ты пообещал спасти ее, пообещал.. - бормотал себе под нос Димитрий. Громкие вздохи, ругательства, разнотональные голоса перемешались в единой какофонии, отвлекая от поисков. Вдруг, мальчика из другого мира озарило: он откинул панику, восстановил в голове картинку, что так усердно запоминал. На ней спасительная железка лежала четко на прямой к согнутой ноге старика из правой клетки. В тот же миг плечевой сустав выгнулся, нарушая все законы анатомии, пальцы вытянулись и аккуратным, последовательным движением коснулись заветной холодной ржавчины. -Иди сюда, мелкая пакость ! - победным захватом Димитрий подтащил к себе ключ и покрепче сжав его, отпер тяжелый замок. Покинув тюрьму из прутьев, парень упал на колени, согнулся и страшно застонал. Спину окатила боль, конечности онемели, ступни же вовсе перестали двигаться. Больное туловище застыло в этой позе на несколько секунд. Но, к сожалению, старшеклассник не мог позволить себе остановок на отдых, поэтому отбросив все болезненные ощущения, он собрав силы, поднялся и поковылял вперед. Перетаскивая ноги, юноша кое-как ковылял по кочкам, выгибаясь подобно тростнику на ветру. На деревянном пороге остались свежие следы борьбы: перевернутые доски, разбросанные инструменты и следы от грязных ног. Свечи слепили, изнутри все так же слышались вопли, а пол под ногами содрогался. Димитрий постарался бесшумно обойти препятствия, но тут же запнулся о черенок валяющихся вил. Марь в глазах мешала нормальному перемещению, но выставленные вперед руки спасли от падения. Но, подозрительные звуки на входе ничуть не помешали действу, поэтому парень принял решение действовать самым радикальным методом. Он поправил грязную копну волос, по сильнее нагнулся, сжав зубы, и схватил те самые вилы. Чистейшая ненависть и страх повели корпус прямо на звуки обидчиков. Оказавшись внутри помещения, глаза юноши увидели четкую картину: в дальнем углу, рядом с сеном, вдавленная в пол, беспомощно лежала Агнес, повисший над ней мрак, орудуя изогнутым кинжалом, разрезал ночную рубашку и издавал кряхтящие звуки. Чуть ближе, спиной к Димитрию, расправив плечи, весьма уверенно спускал шоссы еще один мрак, поочередно освобождая волосатые ноги от ткани. Бывший узник быстро переглянулся с лежащей девушкой, закрепив ее взгляд на себе, затем он расставил ноги пошире, заняв удобную стойку для последующего прямого удара. Глубокий вдох, руки поднялись на уровень шеи стоящей впереди цели, локти двинулись назад. Резко парень высвободил легкие и со звуком стремящегося по рельсам паровоза со всей накопленной силой выбросил руки вперед. Смуглый воин, снимающий штаны, спохватился, но поздно: не успев до конца повернуть шею, он почувствовал дикую боль. Вилы насквозь пробили затылок и под углом зашли в дыхательные пути. Сочившееся бардовая жидкость начала медленно стекать на плечам, впитываясь верхнюю одежду. Димитрий не успел заглянуть в душу противнику, ибо через несколько секунд тот замертво рухнул на половицы, перевернувшись на бок под весом вил. Услышав громкий глухой звук, несостоявшийся насильник резво вскочил и повернулся, отпустив жертву под собой. Находясь в полу-приседе, он молча недоумевал несколько мгновений, пытаясь понять почему его напарник мертв и что стоит предпринять. Юноша напротив тоже оцепенел, находясь в слабом шоке от собственных кровожадных действий. Поиграв в гляделки, оба вмиг бросились друг на друга: мрак крепче сжал кинжал, которым орудовал до этого, и попятился в атаку, а его юный оппонент, не растерявшись, схватился за клинок в ножнах, что лежал на столе рядом среди вина и вяленого мяса. Свист стали, туго засевшей в кожаных ремнях, звоном врезался в ухо мужчины, держащего нож - резкая атака обвенчалась неудачей. Но не все оказалось потеряно: избитая, полуголая, забившиеся в угол крестьянка схватила, уверенно согнутую в прыжке, ногу мрака и вместо эффектного выпада он упал на сено. -Iratkhem ! - из уст побежденного вырывалось громкое наречие. Его охватило, ничто иное, как предсмертная агония, страх расплаты за совершенные грехи. Изогнутое лезвие вошло меж лопаток, словно в топленное масло, окончательно пригвоздив мрака. Его дыхание сбилось, выкрики участились, а конечности задергались. Дабы закрепить результат, старшеклассник перехватил меч более удобным хватом и вытащив его, продолжил остервенело наносить удар за ударом. Густая кровь сочилась из каждой новой раны, всплесками окропляя лицо и одежду парня. Эта кровавая развязка продолжалась около минуты, пока в амбаре не повисла мертвенная тишина. Бордовая мина Димитрия безэмоционально взирала на, спрятавшуюся за кучу сухого сена, нагую Агнес. Ее тонкие предплечья закрывали грудь, а слегка открытый рот жадно хватал воздух. На нее глядели широко раскрытые глаза юноши, которые, казалось, покинула человечность. Все его тело лихорадочно содрогалось, а ладони камнем застыли на рукояти клинка. -Пора уходить, - едва слышно прошептало нагое тело. -Слышишь ? Ты слышишь меня ? -Да, нам пора уходить, - монотонно подтвердила окровавленная фигура. Девушка подняла с пола плед из шкур и накинув на себя, приблизилась к парню, восседавшему рядом. Она аккуратно положила ладонь на волосы спасителю и по дружески потрепала их. -Ты исполнил свое обещание. Прошу, давай уйдем. Димитрий встал на ноги, вытер рукавами рубашки лицо и, вложив клинок обратно в ножны, взял Агнес за руку. Вместе они покинули Амбар и побежали все по той же площади мимо сломанной виселицы и трупа помещика, к конюшням.