Заговор от лис и женихов

Глава 1. Знакомство

Тетка Василиса смотрела на меня крайне мрачно и было с чего - четверо подушеных курей лежали у ее ног сизыми тряпочками.

- Аленка, ты ж сказала, что заговорила курятник! - что сказать в ответ я не знала, курятник то я заговорила, а вот узкое окошко, через которое пролез зверь, забыла. Теперь нужно было выкручиваться, иначе просижу все лето с теткой.

- Я и заговорила, от лисы, вы ж сами сказали…

- А кроме лис, курей же ж никто не ворует! - всплеснула тетка руками в притворном изумлении.

-Так команды думать не было .- в тон ответила я. Кажись, пронесло.

- Ох и молодежь, чему вас в вашем училище только учат,- покачала тетка головой. - Ладно, на ярмарку повезем продавать сегодня. Мечеслав с Фимкой тоже едут, подвезут.

Ярмарка была событием в наших краях, эта аккурат проходила к Громовым праздникам, в которые местные остерегались работать в поле. Поэтому сегодня, когда встанет солнце вереницы возов и людей потянутся из нашего Степового в соседние Малые Лужки. А вот что дядька Мечеслав с Фимкой поедут, это очень даже хорошо, веселее. Дочка кузнеца Серафима была моей самой задушевной подружкой, хоть и развела нас судьба, каждое лето и зиму я любила проводить с ней, собирая ягоды в лесу, купаясь и гадая. Единственная дочка у кузнеца, дядьки Мечеслава, Серафима не уступала дядьке в силе и росте, впрочем, это не мешало многочисленным женихам постоянно получать от дядьки Мечеслава нагоняи.

Я завистливо вздохнуло – меня в селе местные хлопцы побаивались и было с чего – ведьмы замуж не выходят или выходят, но не в двадцать лет, да и мрачный взор неулыбчивой тетки Василисы отпугивал самых настойчивых женихов, стоило им подойти к нашему забору. А тетка Василиса их чуяла как собака недобрых людей.

Я не завидовала Фимке – чего можно было еще ждать, родившись в семье ведьмы и мага, я с детства знала, что стану или знахаркой или ведьмой. От осинки апельсинки не родятся, знаете ли. Но радости это мне не доставляло. Вон, Фимке и ленты дарят, и коралы и даже новые сапожки как-то приволокли, все равно что краденые и их пришлось возвращать. Важен ведь подарок, а не внимание. Меня же величали не иначе как «госпожа ведьма», «матушка» или просто по имени, но со всем почтением, а то ж без почтения и проклясть могу. Тетку Василису, которая всего лишь знахарка, и то меньше уважали, хотя могла она значительно больше. Но, как говорила наша наставница, ведьма Авдотья, сама из селян, для людей простых важен статус, а статус из-за силы родовой у меня был высокий, хотя и умела я мало, да и ленилась часто. Но с теткой Василисой не забалуешь, строга она, так что лето меня ждало трудное.

Я еще раз вздохнула и занялась хозяйством – все же на целый день едем, скотину без присмотра оставлять нельзя. Живности у нас было немного, все же основной заработок тетки Василисы был от врачевания, но для себя мы держали и курей, и кроликов и даже однорогую корову Марусю. Да и огород, хоть в основном с целебными травами да растениями был немаленьким.

Когда солнце поднялось, мне уже хотелось не на ярмарку, а лежать на кровати да ничего не делать целый день, но куда там. Обмывшись и позавтракав, я принялась выбирать, что же сегодня надеть на ярмарку. Моя форма да и наряды с училища были через чур смелыми для Степового, а уж для Малых Лужков и подавно. А выглядеть хотелось не хуже Фимки.

-На-от, зимой вышила тебе,- тетка Василиса протянула вышиванку, на рукав которой расцветала вязь обережных красно-черных узоров. Ой, да и не вышиванка это, а платье, почти свадебное, если б не цвет узоров. Красоты неимоверной. От радости я закружилась, прижав к себе подарок. У Фимки такого точно нет!

-Спасибо, тетя! – надену еще мамины коралы и буду первая красавица!

Тетка Василиса одела новую юбку да вышиванку попроще, но тоже новую, раньше такой у нее не видала. Голову платком тетка не покрывала, так как замужем не была, она знахарка, ей можно. Не то, чтобы знахарки или ведьмы вовсе не выходили замуж, да вот кто позовет-то. В селе нас уважали, но чтоб жениться? Это было не принято, особенно когда вокруг много баб попроще да поласковей. Ведьма могла сама выбирать себе мужа, могла развестись, могла воспитывать детей сама, владеть имушеством, работать и путешествовать самостоятельно. Да и проклясть могла так, что никто не догадается. За ведьмой стоял Ковен да государь ибо ведьма существо вельми пользительное. Знахарка, хоть силы и не имела, но обладала таким уважением и почетом там, где живет, что редкий жених имел смелость к ней посвататься. Вот и жили мы с теткой без мужского внимания да подарков, хоть иногда и хотелось.

Ходили, правда, слухи, что к тетке Василисе дядька Мечеслав неровно дышал, да тетка со мной такое не обсуждала никогда, а дядька если и дышал неровно, то дальше этого дело не шло. А вот и он подъехал, а с ним и Фимка, тоже сонная – хозяйства у кузнеца было больше нашего, и Фимка справлялась с ним почитай одна. Голубоглазая та темноволосая Фимка в новом сарафане была словно с картинки, отец ее тоже был красив, вот чего тетка Василиса нос воротит? В детстве мы мечтали, что они с дядькой Мечеславом поженятся и мы будем сестрами, да не вышло.

-Доброго дня! – поздоровались мы, сели на телегу и она плавно поехала на выезд из Степового.

-Слыхала, Настасью просватали,- прошептала Фимка, отсыпая мне в руку горсть семок. Семки были хороши – крупные и с солью.

-За кого? У нее ж нос кривой,- не поверила я. Про нос Настасьи знали не только в нашем Степовом а и двадцать миль окрест, отец ее, почтенный шинкарь Злоба, уже отчаялся ее пристроить.

-За Микитку, он третий сын, а приданное за Настасьей хорошее. А то ж остальных девок Злобы никогда так не посватают,- поделилась Серафима.

-Да… Повезло Микитке, Настька ж еще и готовит так, что помереть недолго.

-Зато мастерица знатная, бедствовать не будут.

-Это да, - вздохнула я и мы замолчали, щелкая семки.

-А еще новость есть,- не выдержала Фимка. – Говорят на ярмарку маг приедет, городской, из Торжища.

-Чего-о-о?- у меня чуть семки не выпали. Чтоб господин маг да на сельскую ярмарку, у них же спеси да самомнения на пять государей хватит.

-Мне Самойличиха старостина дочка сказала, а она подслушала как дядя Ванятко с женой говорил, десказать у старосты Малых Лужков завелся кто-то на старом кладбище и он мага из Торжка пригласил, как раз все на ярмарке будут.

-Кто завелся? Там же амулеты стоят?

-Не знаю, но по ночам вой стоит, малолужковцы ночью с хат не выходят и псы забиваются, молчат.

-Ничего себе! А что ж ты не рассказала?

-Да что рассказывать-то, это ж так, сплетни.

-Главное с магом этим не столкнутся,- пробормотала я.

-Чего?

-Да с собой потащит, мы ж для них, почитай, бесплатный источник силы. А если он еще и по официальной заявке, так наверняка потащит.

-Так у тебя ж отец маг, ты ж силой поделиться не сможешь,- Фимка про это знала, так как на ее глазах когда-то случилась подобная история. Ох, и ругался тот маг, что в самый ответственный момент сил получить не смог и пришлось на дерево лезть со мной вместе да до сидеть, пока Фимка волкодлаку поперек глаз молотом не зарядила.

Ведьмы-то, конечно, сами по себе, но ежели маг на государевой службе и надобно силой поделиться, имеют право эту силу от ведьмы получить, даже если им не надо. А кто ж от дармовщины откажется? А ведьмы из смешаных семей это такая редкость, что мне вечно никто не верит и все хотят попробовать. И слушать не будет, куда там ведьме неразумной до господина мага, а как же, потом еще и виноватой буду, если что не так. Так что я твердо решила с магом не встречаться, как бы не вышло беды.

К сожалению, моим планом не суждено было сбыться, так как маг был не один. Их было пятеро – один взрослый маг, чернявый мужчина при мече да амулетах на груди, спокойный и отстраненный, и четверо парней, чуть старше нас с Фимкой, которые оживленно оглядывались – наверно, студенты на практике. Один с длинными волосами, что лен, собранными в хвост. Из господ, наверное, иначе б длинные волосы ему носить никто не позволил. Другой смуглый и чернявый, что цыган, невысок, в ухе золотая серьга блестит, на руках перстни с каменьями, амулеты небось. Двое других уже стояли у прилавка с пирогами. Одеты они были попроще, ни тебе золота, ни длинных волос. У одного из наспинных ножен торчали рукояти мечей, а другой о чем-то шутил с торговкой, забирая один из трех подносов с пирогами.

-Со мной будь, - тетка Василиса их тоже заметила и что-то прошептав, приколола булавкой мне какой-то лист к платью.

-Чегой это? – удивилась я.

-Учиться лучше надо. Болиголов это, глаза чуть им отведет, но на много не надейся, силы в них много,- я чуть присмотрелась и от удивления аж подпрыгнула, главный маг был настолько силен, что его ауру чувствовали, наверное, даже простые люди, а уж я и подавно. Чужая холодная сила заставила меня поморщиться. Силу его подопечных увидеть я не могла, то ли амулеты скрывали, то ли далековато. Но ближе подходить мне не хотелось.

Мы разложили с теткой Василисой товар, маги за это время пропали из нашего поля зрения и она разрешила мне с Фимкой погулять по ярмарке, дав пару серебряных монеток. Тетка меня любила и никогда не жадничала, ежели мне чего хотелось, так проявляя свою любовь.

Мы с Фимкой купили себе орехи в меду, одни на двоих и луская их, побрели вдоль торговцев. Мое внимание привлекли книги, которые продавал пожилой мужчина, явно не здешний. Я склонилась над прилавком, рассматривая обложки – были здесь и рассказы о дальних странах, и сказки, и энциклопедия оружия, но это все поблекло перед огромной, в кожаной обложке энциклопедией трав, я уже протянула руку, чтоб раскрыть и полистать это сокровище, как рядом со мной мужской голос радостно произнес:

-Михаил, ты посмотри, что тут есть! Теперь зачет по травоведенью наш! – он еще договаривал, как я выхватила тяжеленную энциклопедию и громко спросила у торговца:

-Сколько? – вот еще, зачет у них, я ее первая увидела.

-Серебряный,- ответил он.

-Беру, - одной рукой прижимая энциклопедию, другой я закопалась в кошеле.

-Уважаемый, даем два серебряных,- я повернулась посмотреть на наглеца и узнала одного из магов. Вот, лапти дырявые!

-Ба, кто тут у нас, ведьмочка! – удивленно и весело поглядел на меня тот самый маг с двумя мечами. Я ничего не ответила, набычилась, и активней закопалась в поисках серебряного. Наконец нашла его и протянула торговцу, все так же молча. – Чего молчишь? – уже удивленно спросил меня маг, игнорируя, что ценная энциклопедия уплывает от него.

-Не ведьмочка, а ведьма, - торговец брать мой серебряный не спешил, глядя на магов.

-А чего не ласковая такая? – вмешался маг с перстнями и сережкой .

-Живот крутит! Вы будете деньги брать или нет? – обратилась я к торговцу.

-Ну, если молодые люди передумали… - поглядел тот на магов, от прохвост!

-Пусть забирает, ей нужней,-милостиво махнул рукой маг, чьего имени я не знала. Мы с Фимкой кивнули и быстренько принялись через толпу пробираться до тетки Василисы, но не успели. Маги нас нагнали и подхватили под локотки.

-Красавицы, может вас угостить чем? – промурчал, что кот, Михаил, который Фимке едва был выше плеча.

-Мы до нужника, некогда нам,- дернула я за руку Фимку и потянула еще сильнее. Можно было не надеяться, что они не расскажут своим друзьям, но так хоть под присмотром тетки Василисы будем. Авось, пронесет.

-Ну Аленка, чего ты…- заныла Фимка. – Красивые такие, еще и маги!- моей нелюбви к магом она не разделяла, ибо для обычных людей маги были скорее полезным злом, хоть и напыщенным. Да и уважали их еще больше, чем ведьм.- У тебя ж отец маг.

-Вот именно,- пробурчала я. – Напомнить, как он с мамкой поступил? У этих магов совести ни на грамм. Тем более таких, молодых да дурных. Поиграются и бросят потом. Они здесь на практике, уедут, а ты пузатая останешься.

-Скажешь тоже,- не обиделась Серафима, - что я совсем дура.

-Ну, тем более. Что тебе, женихов мало? А эти, это от мужиков нормальных так, одно название. За тобой он Захар третий год ходит, а ты никак не определишься, - перевела я тему.

-Ой, да он не знает кого любит, то меня, то Маринку.

Тетка Василиса распродалась быстро, и стояла разговаривала с дядькой Мечеславом, у которого от всего товара остался только невероятной красоты меч, сверкающий серебряными вставками да пара ножей в ножнах. По моему кислому лицу, она поняла, что с магами мы все таки столкнулись, и только махнула рукой.

-Что купили, ягодки?- ласково спросил дядька Мечеслав.

-Орешков медовых да книгу, не успели больше ничего,- выдала Фимка.

-Чегой-то?- нахмурился дядька. За Фимку он переживал и то, что любимая дочь за два часа ярмарки еще не все купила, было на нее не похоже.

-Да, маги к нам привязались,- дернула я плечом.- что репеи, еле отделались от них.

-Чегой хотели?- незнакомые маги не понравились дядьке еще больше.

-Познакомиться хотели,- раздался за спиной знакомый голос. От чуди лесные!- Не часто таких девиц красных встретишь, чтоб и статные и с образование. - Михаил и тот второй, с мечами, стояли за нами и в руках держали книгу со сказками, самоцветами мелкими украшенную, Петушков на палочках, корзину то ли с тканями, то ли с лентами и чегой-то еще, я рассмотреть не успела, так как радостно пискнувшая Фимка уже приняла из рук Михаила корзину и под нашими недовольными взглядами с восторгом принялась перебирать подарки.

-Позвольте представиться, Михаил Слободской, второй сын князя Слободского,- представился цыганчонок. Понятно, чего он такой чернявый. Слободские земли граничили с нашей губернией на юге, точно кто-то из татарвы в роду отметился.

-Мечеслав, кузнец,- дядька смотрел спокойно, и что думает он об этом знакомстве понять было сложно. Хотя чегой там понимать, и так ясно, что недоволен. Где Фимка, девка пусть и ученая и красивая, да простого роду, а где княжий сынок, поиграется и бросит, тут и к ведьме не ходи.

-Святогор, воеводы Пустоветского сын,- представился второй с мечами. Он был высок и крепок, что тополь молодой. Загорелый, видно часто под степным солнцем доводилось бывать. Темные волосы выгорели в рыжину и на смуглом лице выделялись светло-серые глаза, какие-то даже серебристые.

-Василиса, знахарка я,- подала голос тетка, по лицу которой тоже без привычки и не поймешь, что она думает. А мне то все ясно - ни на какие ярмарки боле не поеду и с огорода и леса вылезать не буду. То даже не ведьме, ежу понятно.

-А тебя как звать, ведьмочка?- обратился ко мне Святогор. Говорил он дружелюбно, да я в это их дружелюбие не верю. У них интерес один - силу поиметь, Али еще и помиловаться с ведьмой дурной, так, в довесок. Не одну подружку мы в училище успокаивали да разбитое сердце лечили. И как они тех магов умудрялись находить ежели мы все время под присмотром от загадка!

-Алена она, Алена Бериславовна,- за меня ответила тетка.

-Чего, Алена Бериславовна, подарки не смотришь, Али не любы тебе?- спросил Михаил, от привязались! Ну и ладно, неча ведьм пристойных донимать, коли сказали два раза.

-А ты мне кто будешь, мил человек, жених али брат, чтоб я от тебя подарки принимала?- сощурилась я, подпирая бок. Сказать хотела другое, как на риторике да этикете в училище учили, да уж сильно расстроилась. Нет чтоб нормальные женихи, еще и в чужом селе, так нет же, маги окаянные. И тут нашли, мало их в городе.- Да и знаем мы ваши подарки, потом позора с ними не оберешься в подоле их по селу носить!- в конце моей речи, далекой от законов риторике, покраснели и маги, и дядька Мечеслав и даже тетка Василиса.

-Алена,- дернула меня тетка, но меня уже было не остановить.

-Вот, батюшка мой, чтоб ему пусто было, тоже подарки матушке дарил, про любовь пел, а как дело до дитятко дошло так и показал всю свою мажью натуру!

-Ты из этих что ли… из идейных?- растерял Михаил всю свою напыщенность.

-Ведьмы все идейные, особенно из нашего училища,- гордо ответила я.- так что собирайте свои подарки, господа маги, да идите куда шли,- обида и расстройство были настолько велики, что мое пожелание оформилось даже в легенькое благословление, которое прошло через их защиту и легло на плечо. Я едва задержала ойк и под прикрытием спины тетки Василисы пошла до телеги, грустить о своей доле.

-Извините, молодая она еще, вспыльчивая,- то ли извинилась, то ли объяснила тетка.

-Расистка она у вас! По гендерному принципу,- заявил Михаил.

-Да они в том училище все такие, но мы доложить руководителю практики должны, что ведьму выявили мало ли помощь понадобится,- как то виновато добавил Святогор. От их удали и следа не осталось.

-Докладывайте, чего уж там,- недовольно вздохнула тетка.

Глава 2. Кладбище

- Аленка, а ну подь сюды,- тон тетки не предвещал мне ничего хорошего.

-Мне и тут хорошо,- осторожно ответила я.

-Ты чего распетушилась, как наш кочут в весенний день? Али не знаешь, что им,- кивок в сторону толпы, где подевались маги был выразителен, - чем девка больше выступает, тем интересней?

-Да не понравилась я им, тетушка,- вздохнула я.- Тот чернявый Фимку приметил, а воеводы сын так, за компанию с ним. К тому же благословение на них кинула, делами займутся, про нас забудут, а мы уже и в Степовое поедем.

-Ох, Аленка,- покачала головой тетка Василиса,- твои б слова да богам в уши. Ты в пору входишь уже, две капли воды как матушка твоя Гордана, и говоришь так же, и красавица, как бы не вышло беды,- мы обе жалостливо вздохнули. И не вздумай ведьмовать, а то господин маг ежели учует, проблем не оберемся.

-Ученая я, - пробухтела я. Ох и ярмарка, все настроение споганили. Вечно с этими магами так. В училище все наставницы нас строго предупреждали всегда, чтобы с магами не связывались, обходили их десятой дорогой, ибо племя их кобелиное.

Ведьма ж суть от природы силы черпает, у нас резерв неограничен ничем, природа дает сколько надобно, она ж с нас и спрашивает. Не можем мы зла творить иль супротив законов божих что-то ведьмовать. Оттого ведьмы все наивные да добрые, думают, что и мир такой, как сами они. То, что я такая уродилась колючая, так то жизнь такая была, чай не сахарная. Матушка родами и преставилась. Тетке Василисе тогда двадцать годков было, младшенькая она. Тяжело нам пришлось. И голодали, и хозяйство вдвоем поднимали. Оттого, может, и не сложилась ее жизнь семейная, что мне мать заменять пришлось. А от отца ни вспомоществования, а может и не знал он, что есть я на белом свете.

Маги резерв из себя черпают, из тела да души, хотя наставница Исмаила утверждала, что то еще проверить надобно, есть ли у тех магов бессовестных душа. Резерв их ограничен, чтоб колдовать надобны им пассы да заклинания, а кому и ритуалы. Но многое они могут, с того, что ведьме и не снилось. Ведьма что, врачевать может, с лесом договориться, реку попросить, нечисть к ней тянется, жалуется да советуется, а ведьма и помогает. Маг же может и замок построить, и войско разогнать, и часто на службе государевой они, роду не простого, а князь там али воевода, государь и тот, хоть не мажит, да и в его роду маги были. Ведьмы ж редко среди богатых да знатных рождаются, к людям мы ближе. Оттого и живем по-людски, а не то, что эти, простите боги.

Зря я про этих магов думала да рассуждала ох и зря, отошла тетка Василиса, прикупить кой-чего, а мы с Фимкой с дядькой Мечеславом остались. Сидим, орехи в меду доедаем, когда откуда не возьмись, передо мной маг стоит, да не те, что подарки дарили, а цельный городской маг Торжищ, тот что практики руководитель. Дядька Мечеслав кланяется, Фимка тоже, я лишь кивнула – не положено ведьме магу кланяться, я может и из селян, да равные мы с ними, государь уравнял специальным указом, лет так десять назад.

-Здравствуйте, господин!

-Здраве будьте, - маг хоть и холодно говорил, да вежливо, не так как у нас в столице, напыщенные та горделивые. Хотя, судя по лицу да рукам холеным, не из простых крестьян был он.- Практиканты сказали, ведьмочка у вас есть,- я скривилась, что не укрылось от взгляда мага, и тот усмехнулся.- Ну, аттестат получишь, ведьмой будешь. Помощь мне нужна, Алена Береславовна, - запомнили ж, прохвосты и доложили таки! Обозлилась я, да то можно отповеди хлопцам читать, они такие ж как я , суть ученики. А это цельный городской маг, с ним сорится не с руки, вежливо нужно, со всем почтением. Ох, проблемы у меня с тем почтением…

- Извините, господин маг…

- Яромир, - подсказал маг.

-Так вот, господин Яромир, не выйдет ничего, отец мой магом был, не могу я резервом делится,- вздохнула я жалостливо. Съел?

-Знаю, доложили практиканты, да мне ведьма нужна поглядеть кой-чего, потоки там не наши, природные, а с Торжища кого вызывать, за сегодня не обернемся. Ты на каком курсе?

-На выпускной перехожу,- я уже поняла, что отвертеться не выйдет,- маг стоял спокойный да уверенный, что никуда я от него не денусь, амулеты на груди переливались в солнечном свете, а я про себя думал, чего ж мне так не везет. Всю учебу успешно магов этих избегала.

-Ну и отлично, посмотришь да скажешь, чего видишь.

-Тетку предупредить надобно,- вздохнула я, смиряясь. Чуяло мое сердце, что не все там так просто, коли пяток магов ведьму недоучившуюся зовут, ну да что делать.

-Подруга твоя предупредит.

-Я с вами пойду,- Фимка скомкала пакет с-под орехов и передала дядьке Мстиславу,- а то знаю я ваше «поглядеть», Аленка так когда-то поглядела с магом, от как вы, что пришлось с дерева их обоих снимать. Тятя, дай мне меча, все равно никто не купит, дорогой дюже,- хоть и не пристало девке ратное дело знать, да Аленка дочь кузнеца, а каждый кузнец должен в оружии разбираться, а ее и силушкой не обделили. Дядька Мстислав лишь вздохнул. Против слова дочери он редко шел. А меня тетка Василиса выпорола б… Нет в жизни справедливости.

Кладбище в Малых Лужках было старым, поговаривали тут были могилы не только по нашему обычаю, а и захоронения степных кочевников, которые жили тут прежде. Не курганы, нет, настоящие курганы только в степи, но могилы древние, проклятьями обвешанные тоже древними. В общем кладбище было местом для двух девиц совершенно не подобающим. Тем чудесатее смотрелись мы тут с Серафимо, в нарядных сарафанах, коралах да при мече серебряном.

-Мои практиканты, Михаил, Святогор. Впрочем, вы их знаете. А это Андрей,- кивок на беловолосого, напыщенное лицо которого вблизи было еще породистей, чем издали,- и Еремей,- Еремей, который издали казался обыкновенным, вблизи больше уже походил на мага, да портила все щербатая улыбка да веснушки, совершенно магу не подобающие. Да и одет он был проще остальных – в рубаху хоть и тонкую, дорогую, да холщевую и в такие же темные штаны. Узнать в нем мага можно было лишь по вязке амулетов на шее и перстню, который с его обликом не увязывался совершенно. Я тяжело вздохнула.-

-Кудай поглядеть-то надобно, господин Яромир?

-А, он туда, Алена, погляди,- мне показали могилу, близ которой мы стояли, старую та обветшалую, в голове которой росла старая береза. Не заботились о ней, видно, давно, так как поросла она бурьяном да сортравой. А вот это что… Откуда здесь папоротник, да не один а ажно три куста.

Я сделала шаг к могиле и тут я вздрогнула - как будто по всему телу прошелся ледяной ветер с иголками, которые таяли у меня в коже.

-Чего там? – нетерпеливый Михаил заметил, что мне не по себе, но я только рукой махнула. Не мешай, мол. Борясь с неприятными ощущениями, я присела возле могилы и, брезгуя, взяла в руки горсть земли могильной. Надобно потом святой водой руки окропить, да где взять-то… Заговор ложился легко, все же родилась я недалеко да жила, признавала меня тутошняя мать сыра земля:

- Матушка-земля, сырая, тяжкая, что под грудью держишь – поведай, открой. Не камень лежит, не трава прорастает, а память живая, да правда немая. Как дождь тебя поит – так речь размыкаю, - заухало вокруг, ветер поднялся, откуда ни возьмись, но я продолжила, тут явно что-то было нечисто.- Как ветер тебя гладит – так слово вздымаю. Маги сзади напряглись, я это чуяла, да слово было сказано и требовалось заговор дочитать.- Кто тут почивал, что миру скрывал? Что видел, что ведал, что в землю унес? – на этих словах, земля на могиле начала медленно ссыпаться вниз, открывая яму, где на дне проглядывался истлевший гроб. Кто-то дернул меня за плечо, заставляя отступать назад, но я продолжила, - Не камнем глухим, не корнем сухим – говори шепотком, покажи холодком. Да будет так, как сказано!- вокруг уже поднималась настоящая буря, ветром мою косу уносило куда-то назад. На последних словах все стало, как было, солнце, и тишина. Я не поворачивалась назад, глядя в могилу, и думая, чтобы это могло быть. Обычно на такой заговор являлся дух покойника или же просто ничего не происходило, значит, что земля чиста.

- Что скажешь, ведьма? – я оглянулась через плечо - говорил Яромир уже без улыбки. Не поворачиваясь к могиле спиной, я попятилась назад и нахмурилась.

- Нечисто здесь, колдовал кто-то, но ежели б колдовал, дух бы явился, поведал, кто да зачем. А тут сами видите. И папоротник чего-то растет, он волшбу чует, в жизнь бы на кладбище никто его не посадил.

-Здесь колдовали? – уточнил Святогор.

-Да, и думаю темная волшба была, нехорошая. Хотя, чегой на кладбище хорошего может быть. Но вот что дух не отозвался – плохо. Может ушел куда, может привязался к кому, не знаю. То некромантия, не ведьмовское дело.

-Куда он уйти мог? – недоуменно спросил Михаил.

– А я знаю, -я дернула плечом,- по грибы да по ягоды, щас аккурат сезон. Но лучше дежурную ведьму вызовите.

- Погоди, Алена, после заговора твоего силовые потоки появились, сейчас попробуем распутать, постой здесь пока,- вмешался Яромир.- Попробуй-ка Андрей,- кивнул в сторону могилы маг. Беловолосый подошел степенно и неторопливо, лицо его по-прежнему ничего не выражало, да и к лучшему.

Чтоб колдовство творить магам надобно пассы да заклинания, но не всем и не для всего. Видала я, как и без того обходились, но то маги сильные, опытные. Оттого и не ожидала я, что Андрей-то и рукой не взмахнул, как откуда ни возьмись полез из могилы дым зеленый, да прямо к нам, взвизгнув, мы с Фимкой за спины магов отскочили и уже думали, как сподручней тикать будет.

-Михаил, ограждающий барьер ставь, - скомандовал Яромир. Михаилу и пассы надобны были и слова – и засверкала прозрачная стена вокруг могилы, а дым, как по дымоходу вверх поднялся и пополз из стенок этих. Михаил выругался под нос, да снова руками принялся махать и заклинания бормотать – стена еще выше стала, да и дым еще сильнее вверх попер.

-Аленка, чегой-то? – прошептала мне Фимка в ухо.

-Не знаю, но тикать надобно, пускай маги сами разбираются, - прошептала я в ответ. Дым тем временем уже выполз за границы стены и начал закручиваться странными вихрями. Мы уже с Фимкой очень активно пятились назад, когда дым начал очень быстро складываться в мужское лицо. Все, что делали маги, отчего-то не работало, заметно было, что они подрастерялись немного.

-Это вий, - внезапно оповестил нас Святогор, да хоть бабка ежка, мы с Серафимой были уже на рассстояние в десять шагов от них, пятнадцать…- Не двигайтесь, он слеп пока.

-Умный мальчик,- насмешливо проскрипело из дыма,- да только мне чтоб видеть глаза не нужны, я вас и так чувствую, и вас и ведьму. Мне привели? Чего хотите взамен?

- Это ты здесь воешь по ночам? – вмешался Михаил.

- М-да, в мои времена маги пообразованнее были. Что есть вий, бусурманушка ты мой? – отчего-то тон господина вия напомнил мне нашу Верховную Ведьму Милолику, которая на экзаменах нам спуску не давала. Тем больше было мое удивление, когда Михаил ответил.

- Дух колдуна, проклятого, неупокоеного по правилам, который разбудили кровью да жертвами.

- Дух сильного проклятого колдуна, - самодовольно проскрипел тот самый дух. – Так зачем мне выть аки волкодлаку или упырю?

-И кто же тебя разбудил? – вмешался щербатый Еремей.

-Отдай ведьму, скажу!

-Что, не кормят? – насмешливо спросил Святогор, я б на его месте с могущественным вием так не говорила. Я про них только слышала, что держаться от них треба подальше, ибо любят вии ведьмину энергию, а упокоить полностью вия может лишь чернокнижник. А у нас их почти не водится, истребили чернокнижников.

И тут случилось неожиданное, Яромир, который доселе молчал махнул руками и в сторону вия полетела какая-то огненная сеть, вий открыл рот, превращающийся в дыру и принялся эту огненную сеть поглощать. В это время Святогор махнул руками, в одной из который сверкнул кинжал, и вий принялся крутиться по своей оси, наращивая скорость и зло воя при этом так, что у меня аж коса дыбом встала. Последнее, что я увидела, была стрела в зеленом дыму, летящая в нашу сторону и взмах серебристого метала перед моими глазами.

-Убиля-я-я, ироды,- выл голос Фимки над моих ухом. Болело все тело, а спиной я ощущала сырую землю. Ох, горюшко, испачкаю ж весь сарафан, теткой вышитый!

-Девушка, да успокойтесь вы, ее просто оглушило от отдачи. Придумали вы тоже, мечем виевские проклятья бить.

- А уж вы-то много придумали, господа маги, как я погляжу, - ядовито ответила Серафима.

-Сейчас Алена в чувство прийдет, не переживайте, - кажись, с Яромиром перепалка.

Я открыла один глаз, затем другой, небо с облачками, ох и красота у нас в липне месяце. Всю красоту перекрыло Фимкино встревоженное лицо.

-Аленка, живая?

-Та живая, - помоги подняться. Серафима меня почитай подняла, силушкой боги не обделили. Маги стоявшие кружком вокруг были какие-то обтрепанный да грязные.

-Чегой случилось?- спросила я у Яромира. У меня болела голова и все тело.

-Вий перед уничтожением умудрился послать проклятье, оно нацелилось на вас, как самую ресурсную, а ваша подружка не придумала ничего лучше, как перерубить его мечом. Хорошо, что меч оказался заговоренным, но по вам ударил откат – слишком много противоположной по полюсу энергии высвободилось.- Вот же гады! Если б не Фимка, пекла б тетка Василиса по мне пирожки. Я начинала звереть, вечно с этими магами так! И хоть бы извинились.

-И?- прищурилась я.

-Что и?- непонял Яромир.

-Извинения где? – зарычала я.- Вы меня, ироды, притащили сюда, еще неведомо зачем, учитывая, что вий меня сожрать хотел! Справиться с ним не смогли, болезные. А когда умудрились все же, никак боги смилостивились, так еще ваш вий…

-Он не наш,- попытался было кто-то вклиниться из магов.

-Ваш! Вы маги и вий ваш! – отрезала я. – Так вот, ваш вий меня с собой решил на дорожку прихватить, перекусить так сказать. И еще они считают, что правы!

-Госпожа ведьма, - начал Яромир очень вежливо. Очень вежливо для мага, конечно. – никто не мог предположить, что здесь будет сущность второго уровня, даже я. Никаких прямых и косвенных следов не было замечено.

-А папоротник? – прищурилась я зло. – Я ж вам сказала про папоротник!

- Да откуда я знаю, где этот ваш папоротник растет, - начал заводится маг. – Случившееся это несчастный случай, к тому же все живы и … хм, относительно невредимы.

-Ох, чтоб вы такие невредимые были! – рявкнула я. – Пошли, Фима!

-Это было проклятье? – уточнил за спиной кто-то.

- Да нет, пожелание, - хмыкнул Святогор.

Глава 3. Дядя Прохор

Увидев нас с Фимкой, тетка Василиса лишь руками всплеснула, мы наскоро рассказали чегой случилось и дождавшись пока дядька Мечеслав запряжет телегу, двинулись домой.

-Фима, а где меч? – шепотом спросила я, только заметив, что серебряного меча нигде нет

-Так я когда стрелу перерубила, он пылью-то и рассыпался. Ох и страшно было, - округлила глаза Серафима.

-Вечно с этими магами так!

Дядька Мечеслав довез нас до самого дома, обессиленная, я едва дошла сама. Попросить тетку Василису мешала гордость. Но не успела я переступить порог, как под ноги выкатился домовой – дядька Прохор:

-Ой-й-й,- прижав маленькие ручки к щекам, принялся причитать он,- да что ж это делается, ведьму-то мою чуть не угробиля…. Ироды, не будет им жизни спокойной!- домовик едва не плакал крупными слезами.

Дядьку Прохора в наш дом привела я. Было мне годков шесть, а может семь, тогда еще бусурмане часто совершали на наш край набеги, сжигая все дотла. Так случилось с хутором, за леском. Я собирала грибы, когда почуяла дым, да услышала вой то ли человека, то ли животного. Вышла к пепелищу, да увидела дядьку Прохора, черного да грязного, в котором едва угадывался домовой. Дядя Прохор так убивался, что даже меня не заметил. А заметив, дюже убедился, потому что обычные люди домовых не видят, хозяева разве что, и то, ежели домовой сам того хочет. Так, в общем-то я впервые узнала, что ведьма. Забрала дядьку Прохора с собой и камешек маленький с пепелища – камень основатель его бывшего дома. Вот так у нас и появился с теткой Василисой домовик, нечисть дюже полезная в хозяйстве – он и в доме приберет, и за животиной приглядит, коли хозяев в доме нет, и пряжу переберет и еды наготовит. Хоть хозяйкой дома была тетка Василиса и дядя Прохор ее дюже уважал, привязан он был ко мне. Сгину я и его не будет.

- А ты откуда знаешь? – удивилась я.

-Да, местный Погостник вороном передал, что едва не убили тебя, маги окаянные.

-А что ж он не предупредил-то меня что лезть туда не след?- нахмурилась я.

-Так, не его тайна это, мы что, пыль, нечисть, а одно название, сил-то у нас не чета ведьмам да магам. Погостник сказал, нехорошее там деется, он и вылезать из своей норы боится, вий там хозяйничал…- испугано пролепетал домовой.

-Ох и дела, - я присела на лавку, ноги уже не держали. Поговорить бы с ним, да и магам помогать не охота так-то. Но ведьма это не просто ресурс безграничный, мы на своей земле за все отвечаем. И пусть не доучилась я, да других ведьм нетути.- Говоришь, ведьмам да магам нечета? Так он знает, кто вия прикормил?

-Не знаю, Алена,- пригорюнился домовик. – Мы и не дружим-то с ним, это он так, из солидарности, тоже магов не любит.

-Ладно, принеси мне воды освяченой, руки помою, и пусть банник баню парит с травами, смыть лихое все надобно.

-Так уже, хозяйка, все сделано, и пирогов я напек с малиной да грибами, и коровку подоил вот недавно. Отдыхайте с Василисой, притомились, поди.

-Спасибо, дядя Прохор,- домовые существа благодарные, в отличие от магов и дядя Прохор пятнадцать лет служил нам верой и правдой. И банника он мне нашел, с того же сгоревшего хутора.

Баня у нас была ладная – ставили местные в благодарность тетке Василисе за спасение младшенькой старосты. Роды были трудные да долгие, кабы не тетка Василиса, не сберегли б дитятю.

Зайдя в предбанник, я вдохнула приятный аромат сосны и трав.

-Дядя Огнебор, здравствуй,- я положила в угол пряника и он исчез через пару мгновений. Банник наш был еще молодым да стеснительным, а оттого мне не показывался, лишь вздыхал да шипел, как пар.- Знаешь уже, чего приключилось? Погадать хочу, а после попарь меня как след, смой все дурное.

Гаданий в бане есть множество, но не все банники то дозволяют. Да и без ведьминого слова, в основном бесполезные они все, разве что в особые дни, когда банник силен и хочет помочь хозяевам, предостеречь.

Раздевшись, я зашла в баню и взяла ковшик с водой, медленно полила на камни да зачитала заговор:

-Пар густой, пар седой, кружись, вейся, поднимайся, в дыму судьба отражайся! Что ждёт – покажи, что грядёт – подскажи. Где добро — там светлый пар, Где беда — туман да жар. Не обманешь, не скроешь, как покажешь – так и будет! Слово крепко, да в пар ушло,- сегодня определено был не мой день, потому что в светлом пару начало складываться лицо, которое я сегодня уже видела. Что в таких случаях делать, я не знала и просто замерла. В предбаннике что-то упало, верно банник волнуется, да лезть сюда не будет, он нечисть мелкая, а вий это нежить и сильная, может и развоплотить.

-Ведьма-а-а,- просвистел вий,- снова ты?!

-Господин вий, не обесудьте, я не специально, на судьбу гадала!- сжалась я.

-Интерес-с-сно,- прошелестел вий и его лицо приняло задумчивое выражение.

-А вас разве не развоплотили? – решила я понаглеть.

-Малы еще, трехсотлетнего колдуна так легко развоплотить!- самодовольно заявил вий.- Не они разбудили, не им и изничтожать.

-А кто?- аккуратно спросила я.

-Хитра,- засмеялся вий.- Так я тебе и сказал. Давай договор заключим, тогда помогу?

-Ведьмам не положено.

-А я что, что-то дурное попрошу? Мне и самому не нравится в таком виде пребывать,- вий брезгливо посмотрел вниз, где под его головой был просто пар, который по-тихоньку истаивал. Значит времени немного. – К тому же, знаю я, что вы себе не хозяйки, не вес и выполнить сможешь. Ваш Ковен вас крепко держит. Всего-то, нужно будет найти одну вещь в лесу, да мне на могилу принести, а уж я с тем, кто подумал что меня подчинить можно сам разберусь.

-Я… не могу.

-Посоветоваться надо?- хмыкнул вий.-Понимаю. Посоветуйся, но спеши, я пока могу сделку заключить, пока тот, кто меня разбудил еще не понял, что произошло. – Думай, ведьма, я так тоже не хочу, да волю мою украли,- пар стал совсем светлым.

-Ох-ох-ох, дядя Огнебор, все уже,- позвала я банника, - попарь меня как след, пожалуйста.

Тетке Василисе про встречу с нежитью я не рассказала, ни к чему ей лишние волнения, да и что сделать она может, хоть и знахарка, да человек. Тут ведьма нужна и сдается мне Верховная не обессудит, коли к ней обращусь. Для ситуаций, когда ведьме угрожала смертельная опасность, каждая из нас носила на руке тонкий перстенёк серебряный, переоденешь с правой руки на левую, и можно к Верховной обратится, али к наставнице своей. Тетка Василиса ушла в свою комнату отдыхать. Я шепнула ей легкий заговор на сон крепкий та глубокий, а домовой волосы своим гребнем расчешет присыпляющим, чтоб не тревожить ее, а я делом займусь.

Тарелку с яблочком наливным приготовила (от матери досталась, дорогая вещь, обычно ведьмы пользовались водой да свечой, но яблочко и картинку дает, и звук, и даже может образы передавать), перстенек на левую руку я одела, оставалось ждать, все же Ведьма Верховная забот множество имеет – тут тебе и ведьмы молодые, непосвященные, и дела государственные, представляла нас Верховная и Большом Совете, да и с лечебницами государевыми ведьмы опытом обмениваются, в общем может такое и статься, что не до меня Милолике Назаровне, тогда наставнице передаст она и та со мной… Яблочко на тарелке дернулось раз, другой, и неспешно покатилось по кругу, наращивая темп, пока блюдцо не превратилось в зеркало но глядела оттуда не я, а женщина красоты волшебной – коса толстая смольная, глаза карие, ресницы пушистые, бровки тоже черные, изогнутые, губки пухлые. Да, красива наша Верховная.

-Здравствуйте, Милолика Назаровна,- Верховную все очень любили и уважали и оттого даже говорить не встав для приветствия было как-то неудобственно.- Извиняйте, что в поздний час беспокою, но дело серьезное, как мне кажется.

-И тебе здравствуй, Алена,- Милолика Назаровна прищурилась, подалась вперед.- Я не поняла, - голос ее из размеренного стал немного угрожающим,- это какой упырь безмозглый тебя проклял?!

-Пытался проклясть, я собственно поэтому… - начала я.

-Да нет ужо, проклял тебя и хитро дюже, через блюдце и не разглядеть. Ну да рассказуй, слухаю,- история моя уместилась минут в десять, Верховная слушала да не перебивала. Наконец, я выдохлась, а Милолика вздохнула:

-Ох, уж эти маги, тянет их на ведьм, что пчел на мед…

-И не говорите,- тоже вздохнула я. Мы помолчали, Верховная что-то прикидывала и спросила:

-Что ты знаешь про виев, Алена?

-Немного. Знаю, что нежить, суть дух колдуна, разбуженный жертвой. Нечисть домовая боится его. Ну, и что чернокнижник надобен, дабы упокоить.

-Вот то-то и оно. Вием дух обычного человека стать не сможет, ежели к нему маг обратится, станет он призраком, али барабашкой, подселится в живого может, двоедушник тогда тот человек. А вот ежели колдуна дух, то получается вий – нежить, но сила и знания у нее мажьи, да людского мало, злость токмо да голод, да то, за что вызывающий дух зацепил, чтоб из небытия вытащить – месть там, али еще что. Про виев точно мало известно, а все что известно может и неправдой быть, так как нежить это коварная, маги, сама знаешь, и при жизни не особо приятны, а уж после смерти, чего и говорить.

-Милолика Назаровна, а из ведьмы али ведьмака можно вия сделать?

-Нет, берегут нас боги, наша душа она-то есть, но после смерти в месте, где жила ведьма да умерла, растворяется, как вода в землю уходит. Так вот, чтоб упокоить вия не просто чернокнижник нужен, а чернокнижник из рода посвященного, потому что заклинания не хватит, требуется ритуал. Я не большой специалист, но похоже, что мальчик тот, практикант, он какую-то сокращённую форму ритуала проводил, раз кровь свою отворил. Это раз. А второе, привязан вий к тому, кто разбудил его, потому что чтоб разбудить да силой наделить, жертвы надо человеческие. А каждое убийство душу ест живого, а на место пустое виев дух становится. Вовремя остановится надо, иначе может он место как двоедушник занять… Я спрошу у главы Ковена Магов, но здается мне, ежели свободную часть души вия изничтожил ваш Святогор, то то, что с тобой говорило, это та часть, что уже в живом теле обжилась. А это плохо, Алена.

-А почему он ко мне пристал?- пока что все, рассказанное Верховной было интересно, но сугубо теоретически, потому что в училище мы такое не изучали, а так вии да чернокнижие – не ведьмины то заботы.

-Говорю ж, проклял он тебя, шельмец, похоже, что судьбы ваши связал, а как не знаю, это вживую смотреть надо. Я наставницу Мстиславу пришлю для начала, завтра прилетит, она и глянет. Может Мстислава Никаноровна снимет, я прилечу чуть позже, ежели не выйдет ничего, так или иначе со смертью вия точно проклятие спадет. А теперь записывай, что сделать до завтрашнего вечера надобно,- Верховная принялась диктовать заговоры та заклятья, которые надобно прочитать, настои да отвары, что следовало принять, а затем добавила.- Наставница Мстислава амулет тебе привезет обережный из моих запасов, а ежели не найдем решения, у нас поживешь остаток каникул в училище, там и стены помогут, территория наша сама знаешь, особенная.

-Может, я нечисть поспрашиваю? Погостника там? – аккуратно спросила я.

-Можешь, да лучше личину накинь, чтоб с магами не встретиться. Чую, итак придется с ними тебе ближе знакомится вскоре,- по лицу Верховной было ясно, что она все про это думаеи.- Я с главой их Ковена свяжусь сегодня, а то ж маги они самонадеянные, точно докладывать не станут, попытаются сами разобраться. Ежели б вий тебя не проклял, я б не вмешивалсь, а так будем работать сообща,- это мне очень не понравилось. Завершив сеанс связи, я принялась выполнять указания Милолики Назаровны.

Утром, еще затемно, я черкнула записку тетке Василисе, чтоб не переживала, и вышла. Наша хата была крайней в селе, в пяти минутах ходу начинался старый дремучий лес. Если пройти через него, то через два часа выйдешь аккурат к Малым Лужкам, да не всем те тропы были открыты. Лес наш был старым, и нечисти там было много, и если я еще договориться с нею могла, то селян могли заплутать лешие, мавки затанцевать или кикиморы с водяными притопить в речушке Ужовке, которая через наш лес аккурат проходила. По совету Милолики Назаровны я накинула личину – молодого паренька, да оделась соответственно – в брюки холщовые да рубашку, через плечо болталась сумка с угощением да травами для задабривания леших – их я и собиралась попросить открыть тропку.

Леший суть дух леса, он лес бережет от пожара лесного, от зверя безумного, от браконьеров, да и люд простой может поводить, покрутить, ежели слишком уж повадился грибы та ягоды собирать. Бают, что лешие человеческое мясо жалуют, да то не правда, могут, конечно, и убить кого, ежели лес ломает али дичь бьет. Поэтому лешего я не боялась, он меня, почитай, с малых лет нянчил, та развлекал, то белок мне веселых пришлет, то полянку с земляникой покажет, а в голодные года так и вовсе, дичь нам в силки приводил.

Вышла я затемно, оттого что на рассвете всяка нечисть теряла свою силу, и не услышал бы леший мои слова заветные, а по утру идти – точно кого встречу не здесь, так в Малых Лужках. В темноте ведьмы видят, пусть и не как кошки, но всяко лучше обычного человека. Зашла я в лес неглубоко и позвала:

-Хозяин лесной, дозволь пройти без беды, тропу открой.

-Ох, Аленка, вечно ты спешишь, а поздороваться со стариком? – из ближайшего дерева шагнул высокий старик, лицо которого более походило на кору, да и руки были неестественно покручены, да уловаты.

-Здраствуй, дедушка Дуб,- поклонилась я,- извиняй, дело у меня срочное, пока темно, сходить надобно в Малые Лужки. А это тебе, гостинчик из столицы, пряники медовые да конфеты из шоколада заморского,- никто не знал, только я, что местный леший был большим охотником до сладкого.

-Ох и егоза,- покачал головой леший. – К милому небось бежишь, пока тетка Василиса спит.

-Знаешь же, дедушка, не могу я, да и какому милому, так, маги залетные понаехали, из-за них и иду, проблем принесли да неприятностей. Вия разбудили.

-Вия? – кора на лице лешего пришла в движение.- Ох и пройдисвиты! Уж не Чернолеса ли дух они разбудили? Он аккурат на малолужковском кладбище захоронен.

-Да ужо не знаю, не представился, токмо проклял меня, окаянный, Верховная говорит, судьбы наши связал…Будем выход теперича искать та того, кто кровью вия поит.

-Ох-ох-ох, горюшко,- покачал головой лешак.- Зайди ко мне через денек, подумаю, чем помочь можно, - дед Дуб махнул сучковатой рукой, и прямо от моих ног открылась тропинка. – Иди, время не теряй, закрывать тропку не буду, обратно по ней возвертайся.- я благодарно кивнула и углубилась в лес, пять минут – и стою я на краюшку леса, а впереди виднеется малолужковское кладбище.

Глава 4. Погостник и чернокнижник

Как и любая нечисть, погостник в своем месте имел наибольшую силу, и по-хорошему вызывать его стоило у самой кромки кладбища, мало ли чего. Да вот незадача, требовалось найти перекресток кладбищенских троп, а хоронили на Малых Лужках довольно стихийно, поэтом требуемый перекресток находился аккурат в самом центре кладбища. Я стала в самом центре, покопавшись в торбе, достало мешочек с крупной солью, а в другую руку взяла веточку нечуй-ветра, травки, которая помогала видеть нечисть и духов и, вдохнув, принялась за заговор:

-Ходишь меж крестов, слышишь мертвый зов, погостник, страж земли сырой, явись ко мне в час глухой! – луна спряталась за облако, и вокруг стало темно и очень тихо. - По тропе теней, по тропке ночной, встань передо мной!- я топнула ногой и подбросила над собою щепоть соли. Луна вышла, а передо мной стояла фигура, закутанная в рваные тряпки да с вороном на плече.

-Звала, ведьма? – проскрипел погостник. Я прищурилась – для погостника он был мелковат, ростом с меня, они обычно выше да больше.

-Звала, костяной хозяин, отблагодарить хочу, возьми серебра, - я протянула горсть серебряных монет, пересыпав в лапу нечисти,- да не побрезгуй угощеньицем от дяди Прохора моего,- пироги, завернутые в ткань тоже взяли и они исчезли под балахоном, в который одет был погостник.

-И тебе дякую, за внимание, ведьма,- голос у нечисти был жутковат, скрипучий, как старое дерево и навроде не он говорит, а из-под земли голос.- Да за то, что вия на моем кладбище изничтожили. Не давал покою, ирод. Я ажно вдвое уменьшился.

-А давно вий-то появился? – склонила я голову набок.

-Год назад, аккурат на Маков Спас.

-И видал ты, кто ж его кровью-то поил?

-Не видал, глаза мне ответили да ослабили дюже, болел я, ведьма. Кто-то землю кладбищенскую потравил. А очнулся, то не хозяин я боле на своем кладбище. И уйти не могу, мертвецы мои держат, и сил разве что могилку убрать. Не ведаю я, кто такое утворить мог, токмо знаю, что баба это, вий проболтался, десказать новая в этих краях хозяйка и мне еще повезло. Да и вий какой-то странный. Мне ж восемсот пять лет, ведьма, я времена древние помню, когда вий и сам востать мог, так много крови да смерти было. Вий к кладбищу не привязан, он к чему-то из жизни привязан, к вещи обычно какой-то, у кого вещь вия, тот и хозяин, а этот у меня на кладбище сидня сидел год али спал. Да и силы у него меньше нежели у тех виев, что я видел, слабенький он ужо.

- А как звать-то его, не знаешь?

-Черногор Гостомыльский звать, похоронили здесь лет так двести тому. Неча и хоронить было, изничтожили его маги в пух и прах. Это помню, и путы тут такие наложили на его могилу, что незнаю, как в вия и переродился, пять архимагов чакловали.

-Не пять, а семь,- раздался за спиной голос. Я поморщилась и обернулась, увидев мага, который стоял близь могилы.

-Ты что тут делаешь?!- спросила я, узнав Святогора.

-Да вот слушаю вашу занимательную беседу, что, ведьмочка, любопытство взыграло?

-Не твое дело, нечисть то ведьминское занятие, так что иди куда шел.

-А кладбище занятие чернокнижное, он у погостника своего спроси, не почуял меня даже.

-Так-то от тебя не только чернокнижником тянет,- проскрипел погостник, не вмешивающийся в нашу беседу.

-А то тебе знать не след,- отрезал маг.- Скажи-ка мне лучше, хозяин, были ли за этот год духи беспокойные или восстание мертвых?

-Нет,- покачал головой погостник, далеко запел петух.- Извиняй, идти мне надобно, рассвет не мое время. Здрава будь, ведьма!- и исчез.

-А мне здоровья не пожелал,- хмыкнул маг.

-Не удивительно, -буркнула я. – Вас никто не любит.

-Хорошая личина, только если не прямо смотрю тебя вижу, почто надела?- маг, кажется уходить не собирался, а при нем идти в лес да на тропу заповедную я не хотела. Ведьмы свои секреты берегут.

-Чтоб с вами поменьше встречаться, хлопоты от вас одни да проклятья.

-Да не проклял тебя никто, хотя погоди,- маг подошел на пару шагов ближе, глаза в полутьме казались почти белыми, а не серебристыми.- И правда проклятие, судьбы связал, зараза. Да только с кем, не видать.

-А как это ты видишь? Али чернокнижники от магов чем отличаются?- мне стало любопытно. Заговоры да проклятья это дело природное, оно в тело человека вплетается, маги то видеть никак не могут, токмо ведьмы да нечистая сила.

-Чернокнижники от магов ничем не отличаются, да только мать у меня ведьма, кой чего по наследству перешло.

-Маг не может быть ведьмаком одновременно!-это была прописная истина.

-Чернокнижие дает преимущества, мы ближе к ведьмам, чем к магам, так как тоже с живой и мертвой энергией работаем, так что кое-какие способности получил, а вот у тебя бы вряд ли получилось от отца способности взять, разве что характер,- подколол меня маг.

-Чего?!- чтобы ведьме та мажий характер приписывали. Святогор рассмеялся:

-Шучу, для ведьмы мажий характер – это почти комплимент, а ты натуральная ведьма. Пошли провожу, чтоб не обидел никто.

-Чегой мне сделается-то.

-Может и ничего, - Святогор стал серьезен,- да токмо сама посуди, вия кто-то выкармливал, жертвы приносил, сегодня поедем в город архивы смотреть да книги, но думаю, люди в ваших краях пропадать стали, али умирать странной смертью. А тут мы да ты влезли и вия развоплотили, как думаешь, не интересна ты теперь будешь вия хозяйке?- про то, что вия полностью он не развоплотил я говорить не стала, от наставница приедет, пускай она и разбирается, чего говорить, а чего нет.- И вообще, сама лучше не броди, ночью тем паче, ратному делу ты не обучена, а фокусы твои безвредные от беды не защитят, так что пойдем, провожу. Через лес небось шла, по тропинке?- для чернокнижника, пусть даже сына ведьмы, многовато он про нас знал. Я кивнула, пусть проводит, тут идти пара минут, мы, ведьмы, существа разумные, ежели чего и случится, то пусть его убивают, а я сбегу себе, точнее за помощью побегу.

-В столице учишься, на выпускном курсе?- чернокнижник тем временем был говорлив. Я молча кивнула.- И что учеба, нравится?- я пожала плечами.- Я смотрю, ты дюже общительная, смутилась меня, али влюбилась?- от такой наглости, я ажно подпрыгнула.

-Ты, маг, говори да, не заговаривайся, - я повернулась к магу, сделала фирменный ведьминский прищур и уперла палец ему в грудь.- Ежели меня тетка вежливой воспитала, то сие не значит, что ты мне дюже нравишься, как и все ваше племя. Да если б не вы, я б спокойно практику проходила, травы собирала, а не по кладбищам в сомнительной компании блуждала!- на лице мага раскаяния не было, только улыбочка такая, насмешливая.

-Вы, наверное, еще не проходили проклятья нечисти да нежити, иначе б ты знала, что невозможно проклятьем судьбы связать, если нет и так высокой вероятность встречи с тем, с кем тебя связали. Проклятье по сути на исход влияет, а не на факт того, что пересечешься с кем-то. Жаль по ауре не видно, с кем ты связана, слишком яркая она у тебя.- мы уже подошли к кромке леса, но наглый чернокнижник мне ответсвенно заявил, что проводит меня ажно до дома.

-И как ты возвернешься-то? От нас два часа ходу до Малых Лужков?

-А меня к вам направили в качестве практики курган за селом осмотреть, староста говорит защитные знаки подновить надобно.

Мы молча прошли тропой, я уже даже не удивлялась, что она мага пропускает – значило сие, что или леший добро дал, или кровь материнская и тут ему преимущество дает. Маг довел меня до плетня, и тут бы нам и попрощаться, да токмо маг нагло заявил:

-Ну, за заботу и завтрак мне положен, я такмо мыслю!- и специально, негодяй напрашивается, меня позлить. Скрепя сердце я пригласила его. Есть такое поверье в наших краях, что ежели гость с рассветом приходит и просит напиться али поесть, не можна его гнать ни в коем разе, ибо может быть то дух мертвый, которому нет успокоения, и ежели прогнать, наведет он большие беды. Да уж, мертвый дух, мертвей не бывает, чернокнижник поганый.

-Будь гостем в доме моем,- сквозь зубы пригласила я. Когда мы зашли, тетка Василиса еще спала. Я обновила заговор, да кликнула домового:

-Дядька Прохор, накрой на стол поснедать, будь добр,- старичок появился, поклонился да принялся суетиться.

-Никогда домовых не видел,- протянул Святогор,- а нам в университете говорили, что они аттавизм, и вымерли почти все.

-У магов може и вымерли,- пробурчал домовой,- больших грязнуль и не знамо,- так его, я отвернулась, чтоб скрыть улыбку.- Готово, хозяйка, можно кушать.

Расстарался домовой на славу, чтоб меня не опозорить – два подноса с румяными пирогами, самовар с чаем, блины с пылу жару, к ним сметанка домашняя, вареньице, молоко в высоком кувшине. Маг на это великолепие смотрел как-то мечтательно и влюбленно.

-Что, не кормят болезных? – проявил домовой сочувствие.

-Так не кормят, - вздохнул маг, заворачивая первый блин и отправляя целиком в рот.

-А где ж вы живете-то?

-В гостерии,- второй блин уже отправлялся за первым.

-Эк, дряное мястечко, знаю я ту гостерию, все у них не свежее, да еще и на порциях экономят. Вы б лучше поговорили со старосттой, определили бы вас сюда на постой, у нас и свежий воздух, и молочко домашнее, а люди только рады будут…

-Дядя Прохор! – одернула я, да было поздно – по глазам вижу, магу идея понравилась. Ох…

Наше чаепитие было прервано, да как, входная дверь открылась, а на пороге стояла натуральная ведьма – статная, гибкая, коса до пояса рыжая, глаза зеленые, губки пухлые, недолго и влюбится, домовой тот аж вздохнул восторженно, да и я с ним, а маг чаем поперхнулся, потому что, завидев его, ведьма рыжие брови сдвинула, саквояжик на пол поставила, метлу, которую в правой руке держала перехватила поудобней, значится, чтобы по спине древком ежели чего, да нехорошо так протянула:

-Алена! А это чего за кобель у тебе столуется?- норов у наставницы Мстиславы был под стать имени. В общем-то, после выпуска Верховная забирает старое имя и новым нарекает, которое наиболее характер ведьмы передает. Мстислава была из наставниц молодых, сама пару лет как училище закончила, да талантливых, лучщего специалиста по проклятьям пойди найди, а что характер соответствующий, так это чтоб уважали больше.

-Здрава будь, наставница!- я встала, отвесила поясной поклон, пытаясь ведьму задобрить. Магов она не любила дюже. Поговаривали, что один такой маг разбил сердце ее, да бросил. Поэтому сам факт того, что Святогор, хоть и чернокнижник и ведьмин сын, но всяко маг, у меня столуется, уже заслуживал на долгие наставления…- Прости, не ждала тебя так рано, ты откушай пирожка, испей чаю, поди устала с дороги…

-Ты, Алена, мне зубы-то не заговаривай, чай, не дурней тебя,- метлу ведьма пристроила у стены, а сама на лавку присела, дядька Прохор обходительно ей и чаю уже налил. И блинов с пирогами пододвинул. – Как звать? – вопрос был предназначен магу.

-Святогор Пустоветский,- представился тот. Наставницу он не боялся, а лишь глядел с любопытством. Я б на его месте уже б по-пластунски тикала, да чего с него взять, маги…

-Бажены сынок? – лицо у Мстиславы чуть смягчилось.

-Да, а вы с матушкой знакомы?

-Наставница моя… Не о том речь. Ты чего тут забыл, Святогор? Алена ведьма незамужняя, чего люди скажут, подумал?- я предпочитала не влазить, наедине наставнице все расскажу.

-Провожал я ее, чтоб не обидели.

-Знаем мы ваши провожания, от них потом маленькие ведьмы родятся. Ладно, чернокнижники, небось, попорядочней будут. - наставница хмыкнула.- Связь с руководителем практики имеешь?- маг кивнул.- Сообщи ему, чтоб в девять здесь был, переговорить треба, и охламонов пусть с собой берет, сокурсников твоих.

-Так, уважаемая, они до одиннадцати спать будут… И дорога.

-Мне слетать разбудить?

-Понял, передам,- чай мы пили в молчании, а затем Святогор ушел к старосте, чтобы тот про курган ему рассказал, а наставница за меня принялась.

-Мало я тебя учила, Аленушка? – вздохнула рыжая ведьма.- Почто с магами связалась?

-Вышло так, Мстислава Никаноровна…- я принялась рассказывать историю нехитрую, а ведьма слушала да чай с пирогами пила.

-Ладно, с магами переговорим и думать будем как это проклятие снять. А с чернокнижником этим держи ухо востро! Он хоть и ведьмы сын, да чернокнижники по своему желанию не женятся. Бажена за его отца замуж того вышла, что обошел его дар родовой, а вот дед Святогора не по любви женился, им многое дано, дороги мертвые отворять, да нежитью повелевать, но и себе не принадлежат они.

- Я и не думала даже, это ж маг!

- Вот-вот. Ты-то девка разумная, не то что некоторые твои сокурсницы, да упредить лишним не будет. Меня-то тоже упреждали, да думала, что не про меня те предостережения,- дядька Прохор подложил Мстиславе два пирожка порумянее, а сам с пирожком поменьше да чаем в блюдце в уголке пристроился. – Сердце горело, ноги сами к милому несли. Познакомились мы с ним, мне аккурат двадцать годков было, а ему двадцать семь. Красив, статен, волос черен, смоляной, глаза карие,- рассказывала Мстислава, а душой не здесь была, а там, где она с неизвестным мне магом двадцатилетняя да влюбленная.- Познакомились мы с ним на практике, у меня год выпускной, сослали меня в степи, проклятья с вещей зачарованных расплетать да снимать, а он там службу проходил, маги после университета служат, сама знаешь. Жизнь он мне спас, расплетала я проклятье, да ненароком артефакт древний активировала. А он мимо проезжал, щитом меня укрыл да артефакт изничтожил, да меня, непутевую ругать принялся. А мне плохо было, откатом шибануло так, что могла только, что на руках у него лежать да на него глядеть,- мы с домовым так и замерли. Вот это история, романтично… Не то, что у нас, у Семена свинья сбежала да Любаву с ног в грязь сбила, вот и вся любовь, Семен потом по всему селу уже от Любавы бегал, так и влюбился. А тут спас, да в степи. Эх, романтика…

-Он меня на руки, на коня, да до ближайшего села, где я практику и проходила, местная знахарка меня две седьмицы выхаживала, а он наведывался, стало быть, то браслетик подарит защитный, то пряник сил прибавляющий, то ленту, с которой волосы сами в прическу ложатся. Ничего не говорил, али о неважном чем, и я рассказывала, про детство свое сиротское, как поняла, что ведьма да смешное чего про учебу свою, про планы свои нехитрые,- Мстислава замолчала.

-А потом?- не выдержала я.

-Потом я вставать уже стала, далее практику проходить, он со мною ездить стал, не знаю, как на службе и договорился…И вот поехали мы с ним к кургану старому, вглубь степи, работала я до вечера. Когда откуда ни возьмись гроза зашла. В степи они страшные. Мы на коней да помчались, недалеко лесок невысокий, а в нем сторожка охотничья. Вымокли до нитки, я только и могла, что зубами стучать. Он и давай ухаживать, и огонь разжег, и чаю нагрел, меня отпоил, да сам согреться решил…

-Как? – выдохнула я, непонимающе, а наставница снова задумалась замолчала, а от дядя Прохор молчать не стал:

-Знамо как, устами сахарными,- домовой покачал головой. – Оно ж как, ведьма если любит крепко, резерв прибавляет и магу, и чем больше любит, тем силы больше дает.

-Да не в силе дело,- махнула Мстислава рукой.- Знала я, что не могут ведьма да маг вместе быть, что не по нашим то законом, да не по их, любить мне хотелось, Алена, и меня чтоб любили, чтоб сердце быстрей стучалось да пело при виде любимого, хоть на лето, но и лета не было у нас. На следующее утро он меня молча в село сопроводил да и говорит тихо в глаза не глядючи, десказать, Мстиславушка, ничего у нас быть не может, люблю тебя, да не в моих силах то изменить. И уехал.

-Подлец!

-Ирод!- не выдержали мы с домовым.

-А то, да и я не лучше. Это сейчас у меня гордость ведьминская, да сила полная, а тогда что, только дурь. Я три дня проплакала в подушку, а потом наставнице своей ведьме Бажене и рассказала все, ох и осерчала она, выпороть меня грозилась, да я сама себя лучше всех наказала. Влюбилась в него так, что ни злиться не могла, ни есть, плакала только тихонько. Наставница на то смотрела, а потом нашла его и полетели мы к нему, на разговор. Но не вышло разговора. Помолвлен он оказался с магичкою, я как увидела объятия их да улыбки, так и умерла у меня в сердце любовь я б и улетела, да наставница моя пуще меня осерчала, приземлилась перед ним да прокляла так, что улыбка у него померкла. Я матери своей не помнила, Бажена мне ее, почитай заменила.

-А потом что?

-А что потом?- Мстислава плечиками пожала безразлично так.- Закончила училище, да при нем осталась, таких вот как ты учить, так что на чужих ошибках учись, Алена, а своих не допускай, больно оно, да ненужно.

Глава 5. Проклятье

Проснулась тетка Василиса, с наставницей Мстиславой познакомилась, да спрашивать отчего та прибыла не стала. Прибыла, значится надо так. Позавтракали мы еще раз, а тут и маги подтянулись, дверь дергают а зайти не могут.

-Ты дерни посильнее!- услышала я чей-то совет.- Али от себя толкни!

-Вы что ж, ироды, творите,- запричитал домовой.- Дверь заговоренная, не сметь дергать!- и в окно давай высовываться, чтоб, значиться, иродам слышно его лучше было.- Не сметь дверь дергать я говорю!

-Ты гляди, это ж конюший!- домового из окна на улицу дернули, и судя по всему изучать принялись.

-Не конюший, а дворовой!

-Домовой я, неуч!- дядька Прохор, судя по голосу был цел, но недоволен.- До-мо-вой! А ты, колдун безмозглый, ежели меня не отпустишь…

-Ты это что, мне угрожаешь? – голос быть веселым перестал. Кажется, пора домового спасать, маги они шовинисты известные.

- А ну, домового мне вернули!- вылетела я на крыльцо, стукнув дверь все еще дергающего ручку Михаила. Еремей домового отпустил, дядька Прохор споро в избу забежал да спрятался. Андрей лишь ему вслед поглядел, с легкой долей разочарования. - Вас кто сюда звал имущество мое ломать?! Ишь чего удумали!- маги были пыльные, всколоченные да с синяками под глазами, видно, не выспались.

- Наставница ваша и звала, Алена, - во двор зашел слегка припылившийся но явно куда лучше отдохнувший Яромир, за которым семенил староста Самойлич.- Мы с вами, любезный, позже побеседуем, с чем вам помочь надобно, я к вам зайду, - обратился тот к старосте.

-Ладно, захолите уж на разок,- пробормотала я, сторонясь да гостей нежданных пропуская. Яромир заходил последний, а уж я за ним, оттого и увидала, как у Мстиславы из рук чашка выпала да разбилась, глаза округлились да рот открылся от удивления. Впрочем, наставница себя в руки быстро взяла да выражение лица ее стало вдруг такое вот, скучающе-ехидное.

-Ну что, двоешники, кто чашку мне назад склеит?- спросила она у практикантов, руки на груди скрещивая. Не успели те среагировать, как Яромир вперед шагнул, рукой махнул, да вновь целая чашка ему в руку сама скакнула. Он ее наставнице и протянул, а сам говорит:

-Здравствуй, Мстиславушка,- а у самого лицо бледное стало, как будто по голове чем тяжелым приложили. Мстислава на него, знай себе насмешливо смотрит, да руки плотнее скрестила.- Я не знал, что тебя Верховная ведьма пришлет,- и чашку на стол поставил да наставницу мою глазами знай ест, скользят глаза карие лихорадочно, словно запомнить каждую деталь пытаются. А у наставницы глаза, что лед мартовский, пропала из них живая зелень лесная. Будто старше она разом стала лет на пять, и морщинки в уголках рта появились, и складка глубокая меж бровями изогнутыми пролегла.

-Будет Верховная ведьма магам отчитываться,- презрительно дернула плечом наставница. И снова тишина, нам с магами ажно неудобно стало.

-А давайте чай пить,- предложила я громко и все засобирались, задвигались наконец.

-Дядя Прохор, - прошептала я, к домовому отходя, который у печки возился. –Чегой это они?

-А ты не поняла? – спросил дядька Прохор.- Он это,- ох…Я за щеку схватилась, а дядька чай самолично магам разнес.

-Надеюсь, без пакостей? – недоверчиво покосился Андрей в свою чашку.

-Обижаешь, господин маг,- что-то мне голос домового не понравился. Это со мной он ласков да почтителен, а магам вполне мог и соли вместо сахара подсыпать, а може и чего хуже…

-Как выглядел этот вий?- тем временем за столом разговор шел о серьезным.

-Как вий, дым зеленый, лицо в дыму, ограниченная способность к задействию магического ресурса, в том числе, наложению проклятий.

-Удалось установить кто?- Мстислава теребила кончик косы, о чем-то напряженно размышляя.

-Для официального расследования Андрей с Михаилом должны были сегодня поехать в Торжок, в архиве поработать, но, думаю, что Черногор Гостомыльский, других колдунов его уровня здесь не хоронили, - Яромир уже взял себя в руки и глядел на наставницу спокойно. Слишком спокойно, ох, чую, беда с этой их встречи будет

-А ты прямо все кладбища в округе знаешь?- вздернула наставница бровь.

-Не все, но про такие захоронения я знать обязан они потенциально опасны.

-Да уж, потенциально,- Мстислава усмехнулась. – Не уничтожили вы вия, он Алене вчера при гадании явился, договор предложил,- Яромир удивленным не выглядел, лишь побарабанил по столу.- Хочет, чтоб она что-то в лесу нашла. Не знаешь, что?

-Сложно сказать, хроник тех времен не сохранилось практически, в архиве Торжка поищем, да, думаю, лучше сразу в Ковен запрос послать, я свяжусь с Главой.

-А на могилу зачем приносить? Что-то я не слышала, чтоб вий к месту привязан так был. Погостник вон тоже Алене сказал, что мучался, болезный, а уйти не мог.

-Не знаю, Мстислава, мало про виев правдивой информации, чернокнижие это, суть самое темное. Нас учили как изничтожить их и это практически не возможно без силы нескольких архимагов, и то, что Святогор смог хотя б часть его изничтожить то большая удача да знания их родовые. Я боевик, стихийник.

-Ладно, и что делать будем? Верховной мне что говорить? Я попробую, но то, что проклятье снять с Алены смогу маловероятно, оно судьбы соединили, с привязкой к ауре. Если сейчас его расплести – последствия не известны, - сие мне дуже не понравилось, но я молчала, да и маги тоже молчали.

-Рискованно, но можно попробовать найти вещь вия, а потом заключить с ним договор на своих условиях, если местная нечисть, конечно, захочет помогать…- подал голос Михаил.

-Ишь, умный,- цыкнула Мстислава.

-Это звучит здраво,- подал голос и Андрей.- Кто-то убивал здесь, и много, творил черную волшбу, мы не можем это оставить просто так, а Алена – это единственный ключ к вию. Пока что.

-Маги…- процедила Мстислава, но других идей у нее, похоже, не было.- Алена, сама что думаешь?- обратилась наставница ко мне.

-Не нравится мне сие, да сама рассуди, наставница, ежели судьбы наши связаны, то получится ль развязать, если уеду я в училище? Вы ж сами учили, что такие проклятия не снимаемые, разве что само развеяться может. Да и не нравится мне, что в крае моем завелась змея черная, что нечисть поднимает злую да кровью выпаивает, не хорошо это. Думается мне, с лешаками нам поговорить надобно, с мавками да русалками. Водяной со мной не дюже, после зимних каникул, да и он поможет, ежели попросить…

-А что с водяным? – влез щербатый Еремей.

-А он у нас историк, дюже образованный, даже степень университетскую получать хотел. Начиталсо древних писаний, да решил, что мы как при князе Ольгерде живем, когда ведьмы за услугу с водяным на ложе всходили,- не преминул нажаловаться дядька Прохор.- Так была б услуга какая,- продолжал болтливый домовой, все его с интересом слушали, даже наставница, а я краской покрывалась, медленно так.- Алена пошла трав у реки собрать, да воду на луну растущую заговорить, ему ж лучше, извергу! А он!

-Что ж он? – Михаил даже чай отставил. А домовой от своей важности ажно надулся.

-А что он, на луну заговоры ж как, на берегу да нагишом али в рубашке. Хозяйка от по всем правилам, значится, подготовилась, заговор читает, в воду идет, а тут охальник этот как схватил ее, за ноги да на глубину тянуть.

-Дядька Прохор, хватит,- магам, что дальше было, лучше б не знать, да и наставнице тоже, но домового, вошедшего в раж, гордого за меня безумно, было не остановить.

-И хозяйка возьми да прокляни его, что до самого Сеножата ни одну русалку, али кикимору, али утопленицу приласкать не сумеет! Вот теперь мучается, несчастный, его уже русалки уважать перестали,- домовой еще важнее стал, а маги в потрясенном молчании смотрели на меня. Наставница лишь головой качнула, то есть отчитать отчитает, да не при всех.

-Что касается плана,- Мстислава решила вернуть беседу в русло продуктивное да рабочее, - мы с Аленой с нечистью побеседуем да о помощи попросим, а вы про мага побольше узнайте. На том и порешим.

Маги ушли, наставница с теткой Василисой пошли к теткиной подружнице Мстиславу поселить. Наш дом был хорош, да маловат. Я же решила прикорнуть, так как ночь выдалась бессонной, а под вечер пойдем с наставницей к лесной нечисти на поклон. Яромир настоял, чтоб с нами в сопровождение пошел кто-то из его практикантов, тем паче, как я поняла, маги тоже оставались у нас, в Степовом. И хорошо мне спалось, добро, крепко так, когда сон, где я иду по полю цветущему, да цветы в венок собираю, сменился чем-то другим.

Поле было тем же, я знала его, это большое поле в другом конце Степового, вдоль тракта на Малые Лужки, та только заросло оно травой сухой, серой, мне по пояс, на колосках заломы, ветер завыл тихо, как будто перед грозой, облака красные полетели по небу. Облака красные, а солнца не видать. Мне нужно было выйти на дорогу. Это я знала. Чувствовала. Я покрутилась вокруг себя, да дороги не видно, поле без конца и края, красное небо да серая трава. Надо успокоиться, сны - это всегда не просто так, и если вижу этот сон, значит для чего-то мне его показывают.

Первый ворон рухнул с неба. Удар в спину – я споткнулась, едва не упала. Дыхание сбилось. Еще один – когтями по плечу, резкий взмах крыльев перед лицом. Воздух наполнился карканьем, рваными тенями, тяжестью чужих тел. Взмах крыльев, второй, третий – они заходили кругом. Я не думала. Просто побежала. Да что ж такое! Проснуться не выходило, и я запаниковала. Ветер стал закручиваться смерчами, сбивая птиц, которых надо мной была уже целая стая, казалось, что они закрыли собою бордовое небо, но нет, это тучи собирались плотнее да гуще, того и гляди начнется ливень. Ветер нес что-то пряное, тягучее, тяжелое. Знакомое. До тошноты. Я знала этот запах, но память упорно не хотела подсказывать, откуда.

Когда теплая капля упала мне на плечо, вороны разлетелись прочь. Я дотронулась пальцем до сорочки и поднесла к лицу обагренный палец. Поднесла к носу. Понюхала. Кровь. Кровавый дождь. Следующие пару капель попали мне на лицо, солоновато-пряный запах стал почти невозможен. Нужно добежать до дороги. Нужно уйти отсюда, пока не поздно. До того, как пойдет ливень мне нужно было добежать до дороги. Становилось все темнее, я сорвалась на бег, задыхаясь, как в последний раз. Кровавы дождь забарабанил по спине да голове… В какой-то момент все стало будто красною стеною али туманом, но я уже не бежала – шла. Откуда-то вызрело понимание – если я упаду здесь, то уже не проснусь. Ливень схлынул и отдельные капли стучали по мне, вымокшей до нитки в липкой, свежей крови. Мои руки, сорочка, волосы, все пахло кровью, как на скотобойне.

Вороны вновь появились, но уже не толкали, а вели меня за собой. Не знаю, сколько мы шли, но я уже шла из последних сил. И лучше б я не шла! Вдалеке я увидела пугало, такие дядька Мечеслав ставил на поле, чтоб птиц пугать. Вороны хрипло каркая, звали меня за собою. Сначала оно просто стояло. Слишком прямо. Слишком неподвижно. Потом что-то дернулось – не рука, нет. Грудь вздрогнула, как при вздохе. Оно дышало. Привязанная к палке, словно к кресту, передо мной была Серафима, едва живая.

Живот был вспорот, рана рваная, неаккуратная, как если бы кто-то долго и мучительно резал тупым ножом. Кишки тянулись вниз, как изломанные змеи. А в руке… В тонких, судорожно сжатых пальцах… Сердце. Ее собственное сердце.

-Фимочка…- прохрипела я.

-Алена… по…моги,- я скорее угадала, чем услышала. И проснулась. Я разлепила глаза, но мир вокруг был все еще красным.

Кровь?

Нет. Солнце. Закатное, густое, как засохшая рана.

Дядька Прохор тряс меня за плечо, а в его руках была пустая бадья.

-Хозяйка!- дядька Прохор стоял надо мною и держал в руках пустую бадью, я была вся вымокшая.- Очнулась! Я банника за Василисой да Мстиславой послал! Кричала, хозяйка, думал мара тебя душит. И добудиться не мог!- вид у домового был перепуганный. Я с трудом села, ощущая боль во всем теле, что-то саднило на левом плече, чуть стянув сорочку я увидела небольшую рваную рану, которая быстро на моих глазах зарастала, чтобы через полминуты превратиться в белую кожу, ни шрама, ни следа.

От двери, что открылась резко, я вздрогнула, в дом ворвались Мстислава с Яромиром, за ними тетка Василиса и неожиданно Святогор.

-Что случилось?- наставница подлетела ко мне.

-Где… Серафима? Сон дурной, кровь, смерть,- голос мой был хриплый сорванный, горло першило.- Фима…

- Что снилось? – наставница достала из кармана пастилу, восстанавливающую силы и протянула мне. Я в подробностях пересказывало, меня начинало трясти. Яромир и Мстислава переглянулись.

-Василиса, сможете отвести к дому Серафимы?- тетка взволновано кивнула.

-Святогор, пригляди, – бросил Яромир.

Маг, какой-то припыленный да серый, помог мне подняться, отвел умыться да за стол усадил. Я чувствовала слабость, едва ноги переставляла, домовой поставил передо мной картошку толченую в горшочке со сливками да рыбу жареную.

-Раньше что-то подобное случалось?- маг смотрел как-то устало и тяжело.

-Нет,- я вяло ковырялась ложкой в тарелке.

-Алена, что ты знаешь про Кострому? – взгляд Святогора мне не понравился. Он был пристальный и… обреченный, что ли?

-Что-то учили по истории оккультных наук, да не упомню уж,- историю, честно говоря, прогуливали все мы, ибо вел ее старый да очень противный ведьмак Козьма Иллич, что хорошо было, с ним завсегда можно было договориться, купив сала али самогонки.

-Кострома – это жертва, которую приносили в конце зимы селяне. Сейчас до сих пор в некоторых селах делают чучело из сена, да устраивают праздник с песнями, плясками, рвут Кострому на части да разносят по полям, закапывают, чтобы поле родило да всходы давало. А раньше Костромой была девушка,- сейчас глаза у Святогора были темные, страшные, что небо грозовое. –невинная, которую привязывали живою к коням али телегам, на части рвали да хоронили, принося жертву земле. И твой сон…Он похож на жертвоприношение или предупреждение. А вороны… Ты знаешь о навах?

-Душах неупокоенных? – мне стало страшно.

-Именно. И вот интересно мне, Алена, как так вышло, что попала ты в мир Нави во сне, куда только чернокнижники ходят, да и то не все, - маг был откровенно злым. А чего злится, не пойму.- Мы ходим по праву крови, род мой, нам Мара благословение дала, а прочие по праву жертвы…- Святогор подался вперед и теперь был пугающим, даже дядька Прохор под печь спрятался.

-Погоди,- до меня дошло,- ты это чего… Думаешь, я жертвы приносила, чтобы чернокнижницею стать?! И зачем оно мне, а? Мне и ведьмою неплохо жилося!- маг чуть расслабился.

-Тогда почему тебе Навь снится да еще и предупреждают тебя?- маг склонил голову к плечу, мне он явно до конца не доверял.

-А мне почем знать!- наша беседа была прервана хлопнувшей дверью, на пороге стояла тетка Василиса, бледна, и коса растрепана.

-Аленушка,- выдохнула она,- Фима пропала.

Глава 6. Кащей

-Мечеслав говорит, пошла в лес после обеда да не возвернулась,- тетка выглядела растеряной.

-Пойдемте к нему,- я с кряхтением поднялась, шатало меня изрядно. Тетка помогла да подставила плечо.- Стойте, сейчас котомку соберу, чтоб возвертаться не пришлось, ежели чего. Дядька Прохор! Собери!- домовой забегал, заохал да через минуту дал мне верхом набитую котомку, которую взял чернокнижник. Дом кузнеца был в другой стороне Степового. Наш с теткой Василисой дом стоял ближе к лесу, а дядьки Мечеслава – ближе к тракту на Малые Лужки. Кузница –то шумно дюже, да и конным проще кузнеца найти, кои лошадь перековать надобно али еще чего. Чувство чего-то нехорошего тянуло в груди. Солнце уже почти село, практически весь люд уже был по домам, вечерял аль зажигал лучины да прял, али еще чего. В центре села, у колодца к нам присоединился Еремей.

-Наставник послал за вами аккурат,- объяснил он,- Михаил с Андреем весть прислали, в Торжке заночевавши. Доковыляв до дома Серафимы, я почувствовала небольшой прилив сил. Вот что свежий воздух делает! Дядька Мечеслав сидел в избе за столом, вид у него был растерянный и взволнованный, он говорил, обращаясь к Мстиславе да Яромиру:

-Фимочка – девочка послушная, не могла она никуда сбежать, да и зачем. Лес она знает не хуже меня, мы и охотимся вместе, к тому же силушкой в меня пошла, коли б разбойники какие, отбилась бы… Д и нету у нас в крае разбойников давно.

-Хорошо, Мечеслав,- кивнул маг,- поищите вещь Серафимы, старую какую, с которой она часто ходила али носила, спала может, а мы посоветуемся пока,- тетка Василиса присоединилась к кузницу. Я с практикантами опустилась на лавку за общим столом.

-Алена,- обратилась ко мне Мстислава,- что про девушку скажешь? Могла она загулять?

-Не могла она,- твердо ответила я.- Беда случилась. Фима – девица разумная.

-Хорошо, мы сейчас попробуем запустить поисковое заклятие,- вступил Яромир,- да, учитывая твой сон, Алена, возможно, оно не сработает. Ночью в лес ее искать никто не полезет по темноте…

-Я могу лешего с мавками да анчутками попросить, осветят лес, дорожки откроют…

-Это хорошо, но по такой темноте, сама подумай, много ли мы сыщем. Тут надобно цепью прочесывать, селян будить тоже не выход. Переполошим только.

-Наставник Яромир,- вступил Святогор,- ежели кузнец согласится и даст крови, я могу узнать, жива ли она.

-Это хорошо, Святогор, пойди тогда к кузнецу, он не будет против. Тебе еще что-то надобно? – чернокнижник лишь головой махнул. -Что Святогор про сон твой сказал? – обратился ко мне маг.

-Что мир Нави то, вороны то навы, Мара со мной говорит,- поежившись нехотя ответила я. Недалеки были те времена, когда жгли у нас в царстве ведьм, как считалось пособниц Мары, приносящих жертвы. И хотя к Маре мы никакого отношения не имеем напрямую, как и к прочим богам, быть замешанной в чернокнижие али в чем подобном мне не хотелось. Кто его знает, чем оно мне обернется…

-Значит, предупреждение,- то, как переглянулись Мстислава да Яромир мне не понравилось.

-А может и предвиденье, у ведьм бывает, сам знаешь, Яромир,- вмешалась Мстислава.

-Жива она, - к нам из дальней комнате пришел Святогор, принеся в руках дукачи Серафимы да платок ею же вышитый,- но далеко, как будто несколько тысяч верст отсюда, а может и дальше.

-Уже радует,- Яромир взял в руки вещи да начал колдовать, долго он что-то бормотал да пассы посылал разные, но так ничего и не вышло. Мы напряженно следили.- Нет следа, тут и теряется, в кузнеце.

-Я с лешаками пойду поговорю да нечистю,- Мстислава поднялась.

-Я с вами,- вскочила я, да села обратно, голова закружилась…

-Сиди ужо, а лучше домой иди, завтра на рассвете начнем поиски.

-Погоди, Мстислава, я провожу. Негоже в темноте одной ходить, - поднялся также Яромир. Наставница сверкнула глазами насмешливо, да ничего не ответила, и ладно, може помирятся…В соседней комнате слышалась тихая беседа. Мы молча сидели втроем, я да два мага, каждый думал о своем и вряд ли об радостном.

- Ох и пожалею я об этом…- будто ни к кому не обращаясь сказал Еремей. Я удивленно поглядела на него.- Что ты знаешь о перевертнях, Алена?

-Обращаются в зверье, медведя али волка, разум сохраняючи, да перебили у нас всех. А к чему вопрос-то?- нахмурилась я.

-Не всех перебили, - криво усмехнулся Еремей.- Не верещи только, подстрахуй, Святогор.- и не успела я глазом моргнуть, встал добрый молодец из-за стола, подпрыгнул в воздухе перекрутился да стал лисом рыжим, что лес осенний, морда лишь черная, хитрая, да хвост с белой кисточкой.

-А…- мне умело зажали рот. Глаза мои размером были что блюдца, наверное. О перевертнях баили всякое, а последнего первертня видели с сотню лет тому, их почище ведьм изничтожали.

-Не кричи,- над ухом шепот чернокнижника,- перевертень он, и любой след взять способный, даже тот, что магия не берет, тело зверя, да разум людской.

-Именно,- протявкал лис.

-А… ты и говорить можешь?

-Могу, но неудобно, дай мне ее платок понюхать и пошли,- лис нетерпеливо махнул хвостом.- Смертью пахнет, чуешь, Святогор?

-Есть что-то,- чернокнижник был мрачен, но решителен.

Лис понюхал платок, да выскочил из дому, оббежал его да направился к тракту, а точнее к полю.

-Нам точно туда?

-Точно,- лис обернулся,- след свежий, али ты, ведьма, боишься?- и сказать бы мне, что надобно наставников позвать, да не моя то тайна, да и на том спасибо, что помогает мне Еремей, чую не один завет сейчас он нарушил.

Поле то самое, из моего сна, трава была высока, идти мне не спотыкаясь помогал Святогор. Лиса было не видать, лишь то там, то тут в свете магического светляка, который весело летел впереди, видно было рыжий с белым хвост. Вдруг хвост замер и перед нами из травы вынырнула узкая морда.

-Тут след обрывается, ничего не чую, но смертью еще больше пахнет,- никогда б не подумала, что у животного, пусть и перевртня может быть такое озадаченное выражение на морде.

-А мне, кажется понятно,- отталкивая меня за спину, и глядя куда-то вперед, за спину лиса, неожиданно зло процедил чернокнижник.- Покажись-ка, чего прячешься, Кащей Чернобогович!

-Силен, внучек,- отозвались из темноты, и на свет вышел молодец, закованный в доспех черный с узорами да при мече буланом. Волос черен, кожа бела, а глаза как у Святогора, то ли серые, то ли серебристые.- Дед бы твой не почуял, а ты-дело иное. Хорошо род ведьминской кровью разбавили. Удачно,- Еремей кувыркнулся и встал уже добрым молодцом рядом с чернокнижником, мне за их спинами видно было плохо, да высовываться особо не хотелось. Страшно мне было, а чего и сама не ведаю.

-Что с девушкой?- голос у Святогора был напряжен.

-Да что ей будет?- Кащей дернул плечами.- Жива и здорова, спит.

-И где она? – спросил Еремей.

- От вас зависит. Я зла вам не желаю, поговорить надо с ведьмою, а сам знаешь, Святогорушка, ход мне в Явь заказан, лишь одна лазейка, ею и воспользовался. Так что милости прошу ко мне, в Навь!- молодец махнул рукой, разверзлась земля, да открылся посеред поля проход со ступеньками, мрамором черным выложенными да факелами, что горели ровно. Это ж как-то…

-Слово дай! – процедил Святогор, не двигаясь с места.

-Клятвы – для простаков. А от тебе, иголочка, внук, заместо слова,- в руках Кащея сверкнула серебристая игла, которая перелетела в руки чернокнижника, тот видимо расслабился да иголку спрятал в карман.- Раз игла у тебя, то и забрать девицу сможете, ты ж сказки знаешь, только побеседовать надобно. Пошли ко мне в терем, неча тут как холопы посеред поля беседы вести, тем более для ушей посторонних не предназначенные!- и говорил молодец вроде бы мягенько так, по доброму, а в последних словах метал послышался.

-Алена с Еремеем пусть тут будут,- выдвинул чернокнижник условие.

-Так лис мне и не нужен-то, да и ты постольку поскольку. А вот с ведьмочкой у нас общий интерес,- молодец усмехнулся, и в свете светляка блеснул металический клык.

- Я…пойду…- ох и наругает меня Мстислава, если живою останусь. Но бросить Серафиму одну я не могла.

-Я тоже пойду, сказывали у вас утка есть, превосходнейшая,- нагло улыбнулся Еремей.

-Не про твою честь та утка,- насмешливо хмыкнул Кащей,- пойдемте, детки…- и мы принялись спускаться. Впереди шел Святогор, за ним я, а Еремей замыкающим. Мое сердце гулко ухало, и когда спуск закончился, я едва держалась на ногах. Помещение, где мы были было круглым да большим, подпираемым десятком колон, уходящих в темноту так, что потолка и не видать, на стенах горели факелы. По углам клубились тени, слышался далекий шепоток. Это только я слышу? В стенах то появлялись, то исчезали черные двери. От этого миготения, мне еще хуже стало. Да и воздух был здесь спертый, тяжелый, вдыхать получалось с трудом.

-Плохо, девонька?- заметил, что бледна я да к стенке привалилась Кащей.- Оно в первый раз в Нави всегда так, ты еще и долго шла слишком, я уж боялся не сдюжишь…

-Так это вы?- удивилась я.

-Я, кто ж еще, как мне тебя было выманить, да чтоб ночью еще. Вы, ведьмы, дюже разумные да сдержанные, тут только на эмоциях, чтоб сердце у тебя заговорило. А ужо тетку твою похищать мне, извини, не по статусу, я больше по девицам. На-от,- мне протянули фляжку, которую я не спешила брать. Фляжку взял Святогор, открутил крышку да понюхал содержимое.

-Мертвая вода? – маг был явно удивлен.

-Первое средство, чтоб силы после Нави восстановить.

-Так она человек! Ведьма.

- А ты думаешь, внучек, каждая ведьма в Нави продержаться способна да возвернуться? Супружница моя отметила ее, оттого и связаться вышло, да все по порядку. Выпей глоток, девонька, полегчает. Но не больше.- я беспомощно глянула на чернокнижника, тот лишь качнул головой.

-Здрав будь, хозяин, да я ужо как-то своими силами, ресурсами организма, он у меня молодой…

-Не доверяешь?- ухмыльнулся Кащей,- Твое право. Пойдемте в кабинету, а то тронный зал малость того, на реконструкции. Ремонт у меня.

Мы шли по коридорам малахитом да рубином выложенным, а на стенах дивные мозаики, жаль времени нету рассмотреть их. Не встретили мы ни единой души, да и тихо было, лишь шаги наши эхом. Наконец за тяжелой дверью из дуба мореного оказалась кабинета, небольшая да уютная даже, из гранита серого да с ковром красным на полу. Кащей сел за стол, а нам предложил кресла, тоже из дуба да бархатом багровым оббитые.

– Что вам от меня нужно? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Да ничего сложного, – небрежно усмехнулся Кащей, покрутив в руках перстень с тёмным камнем. – Просто немного разобраться в семейных вопросах. – Каких ещё семейных? – О, я вижу, ты не в курсе…

-Что тетка рассказывала тебе о твоем роде?- Кащей глядел на меня и от взгляда его поджилки тряслись, да глаза отвести я не могла, казалось, что проваливаюсь как в ополонку.

-Что род наш всегда в Степовом жил, родятся у нас одни девочки и всегда ведьмы. Что в Темные времена нечисть нас в лесу укрыла, тем и спаслись…

-Да нет, деточка,- перебил хозяин Нави, - я тебя спрашиваю о роде твоего отца.

-Отца?- я удивлено моргнула.-Маг он был, из богатых, бросил мать, едва узнал, что она понесла. Берислав звали, тетка говорила, а роду какого о том я не ведаю.

-Маг тот - Берислав Гостомыльский, чернокнижник был силы немалой, да она его то и подвела, она и гордыня непомерная,- хмыкнул Кащей.

-Погодите, - Еремей брови рыжие нахмурил да ажно вперед подался.- Выходит она ,- кивок в мою сторону,- правнучка Чернолеса, вия?

-Выходит,- Кащей, казалось наблюдал за нами да знай себе потешался.

-У Чернолеса не было детей,- вмешался Святогор, нахмурившись.

-У него не было законных детей, наследников, а байстрюки были, сколько, про то он и сам не ведал, времена темные были.

-Это ничего не меняет, Алена - ведьма,, ведьмы не могут наследовать ни родовое имя, ни силу, ни родовые земли, титул али иные блага,- Святогору все это не нравилось, что разговор наш, что место это. И заметно то было по тому как чернокнижник брови хмурил да на Кащея глядел.

-Это меняет все, внучек,- последнее слово хозяин как-то выделил.- Видишь ли, законы людские есмь несовершенны, а законы природные они не людьми придуманы, оттого не знаете вы всего, что богам известно. Чернолес не имел законных наследников и при жизни их не назначил. Но кровь не спрашивает разрешения. Она его потомок, наследница. Она может взять то, что ему принадлежало.

-Наследница чего? Его обрекли на казнь и заточение и лишили всего за злодеяния, которые он совершил,- как-то слишком уж Святогор был проинформирован, но я предпочитала молчать да слушать.

-Точно моя порода!- Кащей довольно кивнул.- Зришь в корень! Она - наследница того, что должно было храниться до дня Великой Битвы, когда отворятся врата Нави и Прави и выйдут в Явь боги, Чернобог и Белобог, а с ними боги злые да добрые,- лицо Кащея стало отреченным, а голос глубоким, как будто не говорил с нами он, а былину какую рассказывал али сказку. Да страшна была та сказка.- Ибо заточен в Нави отец мой и повелитель Чернобог, и заточен в Прави Белобог. И выйдут в день Великой Битвы они в Явь, Чернобог переедет Калинов мост на коне буланом, а за ним черными воронами нави лететь будут, невинно убиенные да отмщения не нашедшие, спустится из Прави Белобог с душами воинов великих да славных. И начнется Битва Великая. Да будет так, сказано слово!-голос Кащея гремел металом да громом, водой неспокойной да жарким солнцем пекучим. Я съежилась в своем кресле, а вот Святогор напротив, ухмыльнулась эдак не хорошо, да Кащею и говорит, с издевочкой:

-Ты, деда, решил за детство мое упущенное сказками отбрехаться?

-Это я так, контексту ради. Вы ту Великую Битву не увидите, да и я не факт. Да вот есть одна проблема, внучек, ее вот,- кивок в мою сторону,- предок, чтоб его волки драли, умудрился спустится в Навь и умыкнуть Кубок Чернобога, из которого в день Великой Битвы Правитель должен испить жертвенной крови дабы обрести силу и отпереть врата Нави… И надобно Кубок вернуть.

-И как это Чернолес смог у вас с Чернобогом,- последние слова Святогор прям голосом выделил,- украсть Черный Рог?

-У него и спроси!- пробухтел Кащей недовольно.

-Послушайте, хм, Кащей Чернобогович,- похоже, у кого-то от этих всех смертей и прочего сдали нервы. Ах да, у меня!- Я не знаю, с чего вы взяли, что я наследница этого проклятого чернокнижника, и какой там он Кубок умудрился у вас из под носу умыкнуть, да и знать я об том не хочу. Но я ведьма простая. Вам чего от меня надобно, чтоб вы мне Серафиму воз вернули?- ведьма, то есть я, уже сильно раздухарилась и даже на ноги вскочила да бок рукою подперла. Какого чёрта? Я всю жизнь варила зелья, помогала деревенским, а теперь должна за предка своего отвечать, про которого и слыхом не слыхивала. С наследством его ворочанным разбираться. Кащей что, издевается? .-Могу настойку для роста волос вам составить, Али успокоительную, мазь могу от радикулита али от геморроя! А могу и проклясть, так, что ни одна мазь не поможет,- бледный Еремей меня дернул за рукав, да я уже зла была не на шутку. Шутка ли, две ночи не сплю, то проклятия, то похищения, то в Навь затащили, чуть не померла, а этот Кащей, еще и Святогора родственничек, решил на меня повесить поиск какого-то Кубка еще и шантажировать вздумал!

-Ты мне угрожать поостерегись, ведьмочка,- Кащей впечатлен не был, но улыбка с его лица молодого пропала, не лицо, а маска из камня высеченная. Злость моя вновь уступила место страху.- И присядь, ведьма, в ногах правды нет. Верни мне Кубок, а я верну твою подружку задушевную. Чернолес пусть тебе поможет, а ежели нет, найди управу на него.

-Вы то есть за триста лет не смогли Кубок вернуть, а я ведьма недоучка, найду. Да он меня едва не убил!- я все же села.

-Он связал ваши судьбы, вы как ветви древа одного, и так связаны, он просто дорожки теснее переплел и мнится мне, не просто так. Так что он понимал, что делает, а ежели и не понимал, то ты объяснишь. Найди кубок и верни мне, а иначе будет мне новая жена, не смогу я твою подруженьку отдать, даже если захочу, нет на то власти у меня - чтоб душу из Нави в Явь вывести, надобно другую душу привести али что-то душе бессмертной по силе равное. Черный Рог, который твой прадед украл, аккурат соответствует по энергии, так что для тебя то единый выход. Месяц тебе сроку! Больше месяца не продержится твоя Серафима, не сможет Калинов мост обратно перейти.

В груди всё сжалось. Я попыталась дышать глубже, но лёгкие будто сдавило.

– Нет, вы врёте. – Голос мой дрожал. – Это какая-то ошибка.

Но Кащей лишь ухмыльнулся.

– А ты разве не чувствовала? – шепнул он. – Не замечала сны? Не задавалась вопросом, почему Вий выбрал тебя?

Меня затошнило.

-Это шантаж!

-Он самый,- широко улыбнулся Кащей, как довольный змий, у,мерзкий обманщик.

-Что у вас, магов, за манера, свои проблемы на ведьм валить?- ни к кому конкретно не обращаясь вздохнула я.- Думала, чернокнижники получше, да вы еще хуже, оказывается.- на мое удивление Кащей искренне рассмеялся, хлопнул в ладоши, да стоим мы втроем в поле, и светает уже.

Глава 7. Дела семейные

-Ну дела!- выдал Еремей, почесав затылок.- А вы, оказывается, у нас непростого роду-плени, наследники чернокнижников великих.

-Кащей не чернокнижник,- нехотя пояснил Святогор, направляясь к дому дядьки Мечеслава. Дом виднелся где-то в отдалении небольшим пятном на фоне рассветающего неба.- Ну, в полном понимании этого слова. Он был им, даже наследников успел зачать, но затем Черногор наделил его божественными силами в неком ограниченом виде. Так что Кащей - страж и повелитель Нави, первый слуга Чернобога, но также и пленник Нави.

-А в легендах иное баят,-хмыкнул Еремей.

-В легендах много чего баят, Кащей про себя легенды и придумал, скорей всего, характер у него как у моего деда. Алена, ты как, держишься?- обернулся чернокнижник ко мне.

-А куда мне деваться?- пробормотала я. На ногах я держалась исключительно от злости да от переживаний, которые меня взбаламутили. Чернокнижник сделал то, чего я совсем ужо не ожидала. Молча подхватил меня на руки да так и понес. Гордость во мне боролась с усталостью, гордость победила:

-Поставь меня немедля! А вдруг кто увидит!- чернокнижник лишь раздраженно головой качнул, словно муху какую отгоняя:

-Алена, ты на ногах едва держишься, для опытного некроманта два путешествия в загробный мир могут на месяц в постели оставить, что уж говорить о ведьме-недоучке. Я вообще удивлен, как ты еще на ногах стоишь.

-Да так, Верховная кой-чего присоветовала,- не стала отпираться я. Несет, и ладно, Богиня с ним. Не тяжело вроде бы…- А отчего у тебя с Кащеем отношения такие… - я пыталась подобрать слово, чтоб описать то недоверии и скрытое противостояние, которое исходило от Святогора, едва он упоминал родственичка своего дорогого.- напряженные?

-От того, что мой род служит не ему, а Маре, его супружнице.

-Богине Смерти?

-Ей самой. Вообще, Мара родилась человеком, точнее ведьмой. По одной версии ее отдали селяне в качестве костромы, а тот женился на красивой ведьме. По другой же версии селяне хотели отдать Кащею ее сестру, Живу, и он забрал Живу к себе, в Навь, но Мара пробралась через Калинов Мост в Навь, и предложила Кащею себя вместо сестры. Тот согласился, отпустив Живу.

-А как она туда пробралась? - прищурилась я. Никогда не слыхала, чтобы ведьмы могли между мирами ходить, про чернокнижников подобное баяли, и откуплялись они многими жертвами.

-Очень просто, вы ведь, ведьмочки, никому вредить не можете, поэтому она принесла в жертву свою жизнь, открыв проход в Навь,

- Так а вы здесь при чем?- не поняла я.

-Там долгая история, но в кратце когда Кащей явился к своим потомкам с приказом идти к нему в услужении, мои предки не захотели. Мара, которая ненавидела мужа, втайне предложила выход. Она к тому моменту столько времени провела в Нави, в эманациях божественной сущности Чернобога, что и сама стала почти богиней, что от супруга, впрочем, весьма успешно скрывала. Оставалось одно – найти жрецов да жертвы получить, чтоб никто не мог оспорить ее право. И как истинная ведьма, она не могла не отомстить Кащею. Так ее первыми жрецами, наделившими ее полной силой и со временем сделавшей одной из сильнейших богинь, стал мой род.- Жрецы Мары, надо же! В отличии от Перуна или Дажбога, чьи жрецы служиди в храмах и носили соответствующие одеяния, про жрецов Мары никто точно ничего не знал. Даже не верится!

Мы уже подходили к дому, откуда, заслышав наш разговор выскочили тетка Василиса да дядька Мечеслав. Под строгим взглядом тетки Святогор меня на землю отпустил, да не отошел, видимо, опасаясь, что я упасть могу.

Рассказывали маги без моего участия, я подремывала. Шутка ли, две ночи не спать! Разговор шел фоном, а веки тяжелели, будто покрывались росой. Последнее, что я услышала, был голос Святогора, глухой, как удары колокола вдалеке… Потом – темнота.

Открыла я глаза уже у себя в доме. Повертела головою, да поняла, что лежу я в кровати, в сорочку ночную переодетая да одеялом тонким летним укрытая. Как так вышло, что меня переодевали, а я не проснулась, об том не веда. За окном был уже ясен день, а у моей кровати сидела наставница Мстислава, уронившая голову на грудь да дядька Прохор, вышивающий очередную наволочку.

-Оклемалась, хозяюшка!- всплеснула домовой ручками да отбросил вышивание.

-Алена,- Мстислава подняла голову, разлепив веки, и я диву далась, насколько ведьма выглядела старше, чем обычно – под глазами тени сине-зеленые, сама бледна, у губ морщинки залегли и смотрит наставница этак, оценивающе, как тетка Василиса на курицу, которую в суп разделать сподручней хочет.- Ты как себя чувствуешь?- я прислушалась к себе, но чувствовала себя на удивление хорошо.

-Но…нормально,- выдала я, а вот в горле было сухо. Домовой услужливо поднес кружку с отваром травяным. Отпив пару глотков я узнала фирменный восстанавливающий отвар Верховной ведьмы на тридцати трех травах. Неужто и сама тут?.. Я уже открыла было рот, да наставница перебила, угадав мою мысль нехитрую.

-Милолика Назаровна позаботилась, дала мне припасов перед вылетом, видно, чуяла что-то. Так что пей, да слушай,- наставница набрала в грудь побольше воздуха да началось.- Ты чем, безголовая, думала, когда с магами пошла ночью никому не сказавши?! А если б утворили с тобою чего? Так вы еще хуже умудрились утворить, коллективно, так сказать! – наставница вскочила и принялась мерять комнату шагами.- Вздумали, три недоучки, в царство Навье полезть. Я тебе что говорила?! Чему тебя в Училище наставницы учат? Сказать старшей ведьме, посоветоваться, подумать, а затем решения принимать, а ты? – мне стало совестно.- Ты хоть бы подумала, чего б с теткой твоей стало, ежели б ты не вернулась. Она и так испереживалась вся, измаялась. Перевертню с чернокнижником ничего б Кащей не сделал, а вот ты… Девица в самом соку так и ведьма к тому же. Как раз в вкусе Кащеевом! Он нас очень любит, в качестве жен!- рявкнула на меня Мстислава.

-Я… - попыталась было вставить я про свои намерения благие да о Серафиме беспокойство, но сказать мне не дали.

-Знаю, что сказать хочешь, но, Алена, ты не девица селянка и даже не знахарка деревенская, ведьма от слова ведать, от слова думать! Так неужто подумать нельзя было, прежде, чем лезть.

-Простите, наставница, некогда было, Еремей обернулся, я и глазом моргнуть не успела, да и повел, глядь, а мы уже в поле перед Кащеем стоим… А там…

-Маги,- наставница скривилась, одним словом она передала целую гамму эмоций от брезгливости до раздражения.- Забрать бы тебя отсюда в училище да куда теперь. Мы уже по самое горло в этой истории. Говорила я с Верховной, сказала с вием на связь выйти, да искать Рог Чернобога, что Кащею надобен, а там видно будет.

-А… маги?- осторожно спросила я.

-Яромир в полном объеме докладывать не стал, про пропажу подружки твоей да про ваше посещение Нави тоже. Я попросила. Да и объяснять много придется про Святогора да Еремея. Ковен Магов, если узнает, точно в игру включится и от тебя не отстанет. Сама понимаешь, чем чревато, ежели кто узнает, чья у тебя кровь, как бы костер не сложили первый за сто лет, - Мстислава была взволнована не на шутку и того от меня не скрывала.- Щенки Яромира тоже молчать будут. Они тут будут искать, кто вия поднял да прочих жертв, без предметов божественных и прочая. Их официальная наука и вовсе существование младших богов отрицает, а кто мы такие против науки. Но ежели за пределы твоего села история сия выйдет, жди беды. Я, конечно, надеюсь, что этот проклятый вий не дух твоего предка, да факты об другом говорят…

-А Андрей да Михаил, они не проговорятся?- у Святогора да Еремея резон молчать был, у Яромира нет, да видимо перед наставницы просьбой маг не устоял, а вот два других практиканта…

-Маги в отличии от ведьм обучаются и работают как правило парами али тройками али командами целыми. Эти друзья все меж собой, так что не выдадут. С отрочества вместе. Понимают, что ежели чего ты про их дружков тоже не смолчишь… Тетке твоей скажу, что проснулась ты, она на стол соберет, а я пойду посплю пару часов, вечером займемся вием.

-Может, вы с нами пообедаете?

-Алена, я шесть часов на метле летела, потом с самого утра как началось вчера так до сих пор. Я с ног еще не валюсь только благодаря снадобьям тонизирующим. Так что в другой раз. А ты гляди мне, сиди дома и без глупостей!- ведьма бросила на меня последний предупреждающий взгляд и вышла.

-Чего это она такая злая?- спросила я у дядьки Прохора.- Сколько помню, никогда так на меня не кричала.

- Напугана она тем, что с тобой статься может, хозяйка, да и маги ей нервы-то помотали. Ой, а ты ж не знаешь-то…- дядька забрал у меня пустую кружку и протянул новую, на этот раз с чаем душистым да медом ароматным.

-Чего?- подозрительно прищурилась я. Дядька Прохор выдержал паузу, но, видно, поделиться свежими новостями ему хотелось сильнее:

-Поругались они с магом главным, Яромиром, тебя принесли, уложили, да как начали ругаться. Мстислава ему, что, десказать, магов неразумных своих в узде не держит и что едва не погубили тебя. А он ей, что это ведьмы безголовые, что старшая, что молодая…

-Это он к чему?- не поняла я.

-Ой…- глаза дядьки Прохора мечтательно заблестели,-мне мавки воробья прислали, там наставница твоя с магом пошли ж ночью в лес, нечисть о помощи просить… Мстислава умаялась, середешная, в дороге вот и не расчитала сил, слабость ею овладела. Как с нечистью закончила, так и сползла по дереву на травку,- вот не сомневалась, что любопытные мавки да леший подглядывали, они страсть до скандалов да сор чужих охочие. Как и дядька Прохор…- А маг ее ругать принялся, десказать, неразумная ведьма, что ж она так, и на руки поднял да понес,- что-то мне это напоминает…

-А она?- не выдержала молчания домового, который загадочно глазками поблескивал да тоже чай пил.

-А она на весь лес голосит, десказать, поставь меня на землю, маг поганый, я тебе не мешок с сеном меня тягать.

-Так и сказала?- не поверила я. Мстислава норовом была крута, но чтоб кого-то магом поганым обзывать да на весь лес орать… Она скорее какое-то замечание едкое отпустит, да проклянет по-тихому.

-Агась,- домовой довольно прищурился.- А он знай шагает, ее несет, гордый такой, лицо воодушевленное.

-Чего это воодушевленное?

-Знамо чего, она ж все силы потратила, проклясть не сможет…

-И дальше чего?

-А чего,- видимо дальше накал страстей спал и домовому было не так интересно рассказывать.- Она ему сказала, что пусть и не надеется своими глупыми выходками вину свою загладить. Ежели б не долг, она б его еще сто лет не видела. Ну и снова начала, про мага поганого, кобеля блохастого и все такое. Долго в общем на него ругалась.

-А он?

-А он разозлился немного да и говорит, что ежели она такая гордая, пусть сама добирается.

-И что, бросил?- не поверила я, все же Яромир был довольно ответственный. Для мага.

-Нет, до Мечеслава донес, а там наставница твоя зельев выпила, силы востановила.

- А тут чего ругались?

-Так, знамо чего, из-за тебя. Мстислава тебя забирать хотела, а Яромир доказывал, что надобно Рог Чернобога найти да Кащею передать и вия развеять, чтоб скрыть следы, что ты наследница виева. Мстислава сказала, что кабы не Яромировы ученики и он сам, то ничего б скрывать не пришлось, но потом все же согласилась на план его. Ото они и договорились, что Яромир в Ковен докладывать про тебя, да про Рог не станет. Сами разберемся.

Ежели кто и верил, что тетка Василиса родную кровинушку после приключений моих не обидит и вообще дюже переживать изволит, то моя наставница. Тетка, конечно, пороть меня не порола, но полотенцем приложить могла знатно, ибо шкодничали мы с Фимкой в детстве знатно. И в лесу терялись, и свинью перекрашивали и даже корову зельем для роста волос кормили. Сейчас же, видимо, пожалев меня за болезный вид, тетка решила ограничиться нравоучениями. Я сидела, уставившись в миску с едой, как мне и полагалось и слушала, слушала… На втором часе теткины запасы красноречия, видать, иссякли и я все же решилась спросить:

-Теть, а что тебе про отца моего известно?

-Скотиною он был изрядною, вот что известно,- вздохнула тетка. – Матери твоей, сестрице моей, голову речами сладкими задурил, а она и поверила, что все, как он обещает, так и сбудется. Красив он был, как все маги, да и языком потрепать не дурак, хоть и роду простого.

-А… с чего ты взяла? Что роду простого?

-Да по одежде да по манерам его. Они ж когда с матушкой твоею познакомились, ему самому годков двадцать пять было, вряд ли больше, а матушке твоей и того меньше,- начала рассказывать тетка Василиса то, чего я не знала. История про моих матушку да отца в устах тетки Василисы всегда была до обидного краткой. Я по малолетству даже порывалась отца отыскать, да благо в училище поступила, а там быстро уяснить пришлось, что как раз при отце маге быть безотцовщиной, то норма и искать его не стоит, ежели проблем не хочешь.- Она на каникулы приехала к нам, а он мимо проезжал, да как назло захворал, остановился лекарства у меня купить. А я, дура, гляжу, что плохо ему, предложила у нас остаться на пару дней подлечиться. Он и остался, сначала лечился, потом с домом помогал, то забор подправит, то крышу. Благородные они такому не обучены. Берислав, он быстро к себе располагал. Ульяна сначала на него и внимания не обращала, в лес ходила да с нечистью возилась, да и мне не до того, вдвоем хозяйство бабам поднимать оно тяжко. А потом гляжу, вдвоем они с лесу возвертаются, он ей рассказывает что-то, а она, знай, смеется.

-И что тогда?- надо же, чтоб тетка Василиса и такое дозволила… Хотя, это ж ей тогда годков чуть больше, чем мне было, опыта жизненного недостаточно.

-Тогда я его в сторонку отвела да сказала, что загостился он, пора и честь знать.

-А он чего?

-А он тогда нутро свое мажье показал и сказал мне, что не моего ума то дела, и что он Ульяну любит, и они пожениться собираются.

-Это как, за месяц?- в селе пусть и для ведьмы, быстрая свадьба это позор. Сватовство нужно, подготовка затем, у богов дозволения спросить, для ведьмы и у наставниц благословения спросить надобно…

-Вот, Аленка, ты понимаешь, что слишком быстро то, я понимала, а Ульяне любовь глаза застила, ничего кроме Берислава то и не видала. Через седьмицу она с ним уехала в Торжок, а оттуда и в столицу. Письма мне писала, как они в храме Лады обряд провели, да что устроились хорошо, и в столице он не последний маг, десказать силой боги его не обделили, да и ей предлагали при училище остаться, младшею наставницей, да не хочет она. А поняла я, отчего она не хочет, когда она ко мне в Степовое через год возвернулась, худая, измотанная. Уезжала девкой молодой, а вернулась почти старухой. Да не одна, а с тобою под сердцем. Много она не рассказывала мне, да поняла я, что силу он с нее тянул да голову дурил, и не долго б ей осталось, кабы не ты. Узнал, что беременна Ульяна, да и отпустил.

-Почему отпустил?- не поняла я.

-О том не ведаю, но думается у Ковена ее и Ведьмы Верховной много вопросов к нему появилось бы, кабы они узнали, что беременную ведьму он настолько измотал, что та и умерла. А так что, родами умерла, такое случается.

-И ты никому об том не рассказала? – чтоб тетка Василиса, да промолчала? Она всегда справедлива была, и меня тому учила.

-Поостереглась я, Алена, что он возвернется да тебя заберет. Я кто? Знахарка деревенская, а он маг и и маг не простой, за счет Ульяны он хорошо вверх пошел. Оттого я и молчала, да видишь как, иным боком вылезло родство твое.

-Ой, тетя,- в глазах у меня слезы стояли, жалко мне было, что себя, сиротинушку при живом отце, что ее, сначала мать мою воспитавшую, а затем и меня, красотой да молодостью пожертвовавшею. Дядька Прохор передником уж давно слезы вытирал. И ежели б не отец с кровью его поганой, не попала б я в эту ситуацию, то я точно понимала, ну ничего, как в силу войду, разыщу его, поганца и поговорим с ним о делах наших семейных.

Глава 8. Родственнички

Под вечер в нашей избе вновь собрались все – маги с Яромиром да наставница моя, которая выглядела не много лучше, нежели днем. Тетка Василиса пошла проведать Мечеслава, который места себе не находил без дочери. Старосте он сказал, что, десказать отправил Фимку к родычам в Попрыгушки, что за лесом. Не знаю, поверил ли, да слух по Степовому разнесся быстро. Мы же собрались на очередной полевой совет, дабы решить что делать с вием далее, вызывать али искать спрятанный им Рог своими силами. Первые рассказывали Андрей с Михаилом:

- Многого узнать не удалось, кажется, архивы добротно так почистили,- начал Андрей. Выглядел он несколько устало, но все также спокойно да отстраненно. Михаил, тот беспокойно крутился, на месте усидеть не мог, видно, играла в нем чужеземная кровь,- но…

-Нашли совершенно не там, где искали некий дневник монаха одного из местных монастырей, жреца Чернобога, который участвовал в поисках и заточении Чернолеса, - перебил Михаил.- Точнее даже не дневник, а так, записки полевые.

-И что там?- поинтересовалась наставница, кутающаяся в теплый платок. Ее заметно знобило, хоть в доме было и натоплено. Перерасход силы, он всегда такой. Ведьма хоть и может черпать энергию бесконечно, да у тела пределы есть. Яромир, когда думал, что никто не видит, косился на нее с заметным беспокойством, да ничего не говорил.

-А сами и взгляните,- и перед нами на стол легла то ли книжица, то ли тетрадь, тоненькая да черненькая.

-Вы что украли дневник из архива?-ахнула Мстислава. Да уж, ведьма себе б такого никогда не позволила.

-Не украли, а позаимствовали на время,- хмыкнул Михаил. Наставница лишь головой покачала, осуждающе так. К дневнику тянуться никто не спешил, Яромир над ним рукой провел да нахмурился задумчиво.

-Ничего не чувствуешь?- спросил он у Святогора.

-Да нет, к тому же, если б он проклят был, мы б уже заметили,- насмешливо ответил он, кивнув на Михаила с Андреем. Те, осознав, какую глупость сделали, лишь покраснели, густо так.

-Там все на древнем языке каком-то, мы такой не знаем,- добавил Андрей, - но есть карта, схематическая правда, но опознать эти места по ней можно.

Карта выглядела как… Как бумажка с черточками да кружочками она выглядела, лишь можно было узнать кладбище в Малых Лужках да кромку леса…

-Дай-ка,- Святогор дневник с картой взял безо всякой опаски, это он зря… Нас в училище учили, что предметы магические али происхождения неизвестного в руки лучше не барть, зело опасно сие. И на каждый раз у наставниц был новый пример про неумную ведьму.

-Прочесть сможешь?- поинтересовался Яромир у практиканта своего.

-Не все, варяжский это, да какой-то старый. Говорят, первые жрецы Чернобога из варяг были, оттого и владеют им. А может и шифр какой…

-Да кому нужно старый дневник шифровать?- дернул плечом Михаил.

-Тому, кто знает поболе тебя,- проскрипело вдруг над нами знакомым голосом с насмешечкой, я глядь вверх, а над нами вий витает в дыме тускло-зеленом. Лицо у Чернолеса было на редкость простым для страшного чернокнижника, а вот выражение на том лице – что-то между брезгливостью от наших потуг дневник прочитать да насмешкой. М-да, а я думала куда уж хуже магов, а нашелся! Так это еще и родственничек мой!

Маги на появление вия среагировали по-разному – Андрей огонек на руке зажег, в руке Михаила оказался неизвестно откуда взятый кинжал, Яроми с Святогором просто подобрались, прищурившись, я могла увидеть контуры почти готовых плетений, а рыжий Еремей просто подобрался. Наставница моя, вместе со мною лишь ойкнула испуганно, да к амулетам на груди прикоснулась.

-Ну, здравствуй, внученька!- так сладко-добродушно обратился вий ко мне, что у меня ажно глаз задергался, и к Андрею без паузы.- Потуши, а то подожжешь чего ненароком.- К Михаилу.- Не поможет.- К Яромиру и Святогору.- И это тоже не поможет.

-Здравствуй дедушка!- также радостно ответствовала я вию.-Чего приперся?!

-Эка ты не вежливо!- вий покачал головой.- Я ж и проклясть могу. Смертельно.

- А чего не проклял?- ехидно отозвалась я, сгоняя злость на вие. Знаю, что недальновидно, да ничего поделать не могу, с него ж, окаянного, и начались проблемы мои.- Или больше родственников не осталось?

-К слову о родственниках…-протянул вий, зеленый дым сплетался в тугие воронки, что слабо светились, делая взгляд Чернолеса еще более зловещим.- Как дедуля Кащей поживает?- вопрос был обращен к Святогору.

-Что же вы, такой уважаемый маг, а подслушиваете,- отозвался тот.-Как неблагородно.

-А что мне остается, коли надобно вас, неразумных, от ошибки страшной уберечь.

-Это какой же?- отозвался Яромир. Вий щелкнул пальцами и во туж на лавке сидит справа от Мстиславы молодец удалой, волос бел, глаз черен, косая сажень в плечах. Да в глазах нет-нет в свете светляков да зеленым мигнет. Яромир лишь зубы сжал, да так что лицо побелело, да и маги заметно растерялись.

-И надолго этого фокуса хватит?- в отличии от магов я силовые потоки видела, и то, как они пытались извне силой разжиться тоже. То есть не так силен вий, как казаться хочет.

-Ненадолго, если кровью не поделишься, внученька.

-А с чего бы мне?- скрестила я руки на груди.

-А подруженьку спасти не хочешь?- вий прищурился и ажно вперед подался.- Али Кащею веришь?

-Не верю,- махнула я головой.- Но нежити тем паче не верю. Тем более духу мага, который умудрился Рог Чернобога умыкнуть из Нави.

-Технически это было оплатой моих услуг,- хмыкнул Чернолес.- И мне очень бы не хотелось, чтобы оплата эта попала в руки той проклятой, что меня пробудила.

-Отчего же?- поинтересовался любопытный Еремей.

-Да оттого, что не люблю в услужении ходить у самодуров взяких, тебе ли не знать, беглый холоп,- Еремей как-то ажно посерел. И вправду холоп? Перевертень? И как тогда в академию магическую поступил? – И потомки мои не будут. Да и поквитаться с нею охота, никто еще не был глуп и смел настолько, чтобы думать, что сможет моими руками свои делишки делать.

-И что за делишки?- взгляд Андрея был тяжел да мрачен. Так он очень даже на князя походил, а не на мага средней руки.

-Не могу сказать княже,- вий рассмеялся да пальцем погрозил.- Без договору.

-А с договором, стало быть, можешь?

-Видите ли, детки, магические договора – вещь, требующая изящного подхода, и ежели действовать топорно, такой договор оставляет множество возможностей, например, помочь своему потомку…

-И что же ты хочешь?- разговор этот мне не нравился все больше, а от взгляда мертвого мага кровь в жилах стыла. Он же людей убил бесчетное множество, да и жертвы, небось приносил сам, вырывая сердце живое еще и вознося на алтарь.

-Чтоб вы разыскали мой гонарар и отдали Кащею, как он того требует, но с некими оговорками. Потребуется ритуал, несложный, да и крови твоей с пару капель, внученька, чтоб Рог признал, а дальше дело за мною…

-И каков мой интерес?

-Подружку спасти,- и по довольной улыбке вия я поняла, что знает он – соглашусь. На все его договора соглашусь, чтоб его мары побрали. Потому что не смогу я, ежели буду знать, что могла я Фимку спасти, да не спасла…

-И что за ритуал?- магам было интересно другое.

-О, ничего сложного, переподчинение артефакта. Алена моя кровь, так что сложностей не должно возникнуть, хоть она и ведьма.

-Зачем его переподчинять?- нахмурился Святогор.

-Потому что любого другого он испепелит.- просто ответил мертвый чернокнижник.

-А тебя стало быть нет?- Михаил глядел на вия, и не понятно было, что он думает, прикидывает как половчее прибить али какую выгоду поиметь.

-Я не хозяин ему, но нас многое связывает, скажу так. Я, как бы выразиться, бессрочный пользователь.

-И что этот Рог делает?- хмуро вопросила наставница.

-Ничего сложного, он наделяет силой, перерабатывая энергию смерти в божественную силу. Есть определенные правила по использованию, но они слишком стары и обойти их можно. Думаю наша неизвестная дама хочет получить эту силу. Ибо есть и другой способ получения артефакта,- вий помолчал, а затем нехотя выдал.- Массовое жертвоприношение, большое и кровавое. Рог, будучи продолжением Чернобога не может не среагировать на такое большое количество энергии смерти.

-И какой договор ты мне хочешь предложить?- хмуро спросила я.

-Кровную клятву, ведьма.

- А жирно не будет? – Мстислава глядела на вия недоверчиво и мрачно. По ее лицу понятно было – могла бы – развоплотила б прямо здесь.- Она ж ведь и померть может, внучка Ваша, коли Рог не найдет.

-Найдет, это не сложно,- Чернолес усмехнулся.

- Чего ж сам не отдашь, дедуля?- исподлобья глянула я.

- Сами ж развоплотили, недоучки, души моей и нет, почитай, только шмат, тот что в поднявшей меня, остался.

-А не боишься, что для Нави маловато того шмата будет?- Святогор глядел этак оценивающе, будто чуял – брешет вий, а вот понять где не мог.

-А я и не претендую, милок, тяжко это – триста лет на свете жить…

-А ежели она прознает, что мы тоже Рог ищем, и пакостить возьмется?- Яромир был практичнее.

-Не прознает пока что, я ее веду кружным путем. Говорю же, надо думать, прежде чем договор заключать,- вий вновь оскалился, утратив человеческий черты вовсе. В свете лучины лицо его больше напоминало череп, лишь в глазницах болотными огоньками светились неживые глаза.- А вам короткий покажу, за пару седьмиц аккурат обернетесь.

-Просто найти Рог Чернобога и передать Кащею?- уточнила я, обреченно.

-Именно, дорогая, все очень просто,- Чернолес щурился, как довольный кот.

-А ты клянешься не чинить нам вред ни прямо, ни косвенно, ни вовремя действия договора, ни после окончания оного. А также показать точно и подробно наикратчайший путь до Рога Чернобога, по возмодности защищая и обороняя на всем пути,- дотошно уточнила я, пальцами играя с кончиком косы, пытаюсь успокоить волнение. Не каждый день договора с чернокнижниками ж утверждаю.

-С защитой могут возникнуть проблемы, все же подневольный я, но в меру своих сил – конечно,- серьезно кивнул вий.-Годится?- я молча кивнула. Прапрадед или кто он мне там полоснул острым когтем сначала по своей ладони, а затем по моей. Кровь смешалась, связывая нас, силу договора почувствовали все присутствующие. Ох, Аленка, влез ла ты с головой в это болото и выход из него один – тепер – Рог найти, или с Фимой уже в Нави встретимся, коли не выполню.

-А теперь о том, как ехать и куда, - вий перекинул ногу на ногу, повелительно поманил что-то пальцем и прямо из воздуха перед ним материлизовалась карта земель окрестных, старая на вид, но весьма точна, со всеми трактами да дорогами, включая южные земли. – Идти Вам надобно на север, там, близ Стольного Града, есть капище, древнее оно, спрятанное, оттого что силы в нем немеряно. Столько ажно, что можно перейти Калинов Мост да в Навь попасть.

-Нет таких капищ ужо,- не поверил рыжий Еремей.

-Оттого и нет, что силу из них повытаскивали, что девки дурные ягоды недозрелые пообрывали,- поморщился вий.- Это капище только и сохранилось, что Змей неподалеку живет в пещере, если жив еще, конечно, поганец. Вот у него Рог и спрятан, хранит он его по договору нашему.

-Сказки баешь…-слыхала я про Змея Горыныча, огнедышащего да трехглавого, про битву его с Котигорошком-богатырем, да сказки то, теткой Василисой в детстве росказанные…

-Схрон мой найдете в лесу, там и коготь Змея себе раздобудешь, коли не веришь. Сбережет тебя от дыхания его огненного. Можешь и прочее забрать, коли применение придумаешь…

-А туда как добраться-то?-сварливо уточнила я.

-До Родня как хотите, а там в схроне карта будет…Схрон будтет вот тут, в тереме лесном,- пятно крови капнуло где-то за Роднем, ощетинившимся башенками да стягами.

-Восемь дней пути, коли верхами,- прикинул Яромир.

-Говорю ж, недолго это…-кивнул колдун.

-Ежели б все так легко было, как ты говоришь, давно б уже кого-то нашел, Рог возвернуть…

-А мне не нужно было его возвертать, пока меня не подняла, марова колдовка эта,- Чернолес скривился, как от кислого. – Пойду я уже, ежели вопросы будут, то зови, внучка, но не злоупотребляй. Сил у меня немного осталось,- и истаял клубами дыма сизо-зеленого. Мы все переглянулись, да вздохнули тяжко. Теперича не отвертимся.

-Так а с дневником-то чегой делать?-Еремей почесал затылок.

-Святогор, попробует расшифровать,- решил Яромир. Утро вечера мудренее. Маги к себе пошли, а мы с наставницею, отужинав спать легли. Выезжать завтра и решили, спозаранку.

Глава 9. В дорогу

-И чегой ты хочешь, чтоб я на этом ехала?-наставница Мстислава недовольно поджала губы. Пегая кобылка, на которую она кивнула, тоже губы поджала недовольно так. Выглядела скотинка достаточно миролюбиво, но кто знает…Мы, ведьмы верхом ездить не очень-то любили. На метле оно всяко быстрее и удобнее. Да вот беда - маги-то на метле не летают, а медленно лететь весь день, стараясь удержать скорость, равную конскому ходу – удовольствие так себе.

-А как ты себе иначе это представляешь? Разделяться я считаю нецелесообразным,- пожал плечами Яромир. Видно, после той ссоры, они молчаливо решили удерживать нейтралитет. Да нейтралитет штука такая, сложно удерживаемая… Вот и началось.

-Я думала телегу взять…- мне этот вариант тоже нравился, ездила верхом я не сказать, чтоб дюже уверенно. К тому же на такие большие расстояния. В телеге и полежать можно, и поклажи больше взять.

-И добираться мы будем не седьмицу, а месяц,- Яромир, заметно невыспавшийся явно был не в духе, оттого позволив себе ядовитый тон. Впрочем, невыспались, похоже, все маги… Под глазами у четверки залегли глубокие тени, перепалку между ведьмой да наставником они слухали сидя верхом. Мстислава, не найдя чего ответсвовать, скривилась пуще прежного, да делать нечего – перекинула седельные сумки да взлетела в седло. Я невольно залюбовалась тем, как статно и ровно ведьма сидела на лошади… Не одна я залюбовалась, но, заметив мой взгляд, Яромир мигом отвернулся, делая вид, что поправляет сумки и упряж.

-Ох, Аленушка…- тетка Василиса вышла меня провожать, вытирая руки полотенцем. Тетка всю ночь собирала нам снедь в дорогу вместе с домовым. Приготовили нам и пирожков узелок и несколько паляниц хлеба, узвар на меду и много еще чего.

-Тетя,- на глаза навернулись слезы, которые я спрятала, уткнувшись лицом в теткину сорочку. Та, обняв меня, погладила по голове. Тяжко ей меня отпускать, даже на учебу тяжко было, а тут еще и с магами невесть куда. Успокаивало тетку лишь присутствие наставницы, что не одна я буду…

-Обережна будь, внимательна, вперед всех не лезь.- наставляла меня тетка…

-Хозяйка,- дядька Прохор платочком вышитым тоже утирал слезы размером с крупный горох.- Ох, на кого нас покидаешь, хозяйка-а-а. Молодая-я-я ж ишо…

-Ты меня как будто не провожаешь, а хоронишь,-буркнула я, отрываясь от тетки.

-Скажешь тоже, хозяйка-а-а,- всхлипнул домовой, пряча лицо в платочке.

-Тетку береги, я как смогу весточку птицей передам,- наставляла я.- А ежели чего случится, тарелкой с яблоком воспользуешься,- домовой лишь закивал.

На том и попрощались, оставалось заехать лишь к дядьке Мечеславу, уведомить его, что едем за Фимой мы. Аккурат по дороге было. Кузнец уже не спал.

-Здрав будь, дядька Мечеслав,-поклонилась я. Грызла меня вина, за то, что Серафима украдена была. Не при чем же она, к делам моим семейным да к всяким магическим предметам. Если б не я, была б дома она и не грызла б тоска глухая дядьку Мечеслава по единственной дочери.

-И ты, Аленушка, едете ужо?- за эти дни дядька постарел, как будто лет на десять разом.

-Да, -я кивнула.

-Может с Вами поехать-то?

-Дела то магические, колдовские, лучше дома ждите ее. И тетке моей подмогните, пожалуйста, коли чего надо будет,- кузнец кивнул, Я уже собиралась было выезжать, когда он махнув рукою, словно забыл что-то метнулся в кузнецу, а затем вернулся, держа в руках сверток.

-Возьми, Аленка, може и не пригодится, да мне так спокойней.- я развернула сверток да ахнула, внутри лежал кистень, с ручкой из резного дерева, по которому были вырезаны искусно птицы да цветы заморские. Несмотря на небольшой размер, имело оружие весу прилично…

-Благодарствую,- я еще раз поклонилась да неуклюже запрыгнула в седло. Ох-х-х, чую поездка будет непрятственная. Я всего версту по селу проехала, а уже чувство, что весь день заместо лошади поле пахала…

До обеду мы выехали на тракт, широкий настолько, что там могло две телеги свободно разъехаться. Тракт соединял Пустоветское воеводство, находящееся на юге, со Стольным градом на севере. Лошадки неспешно трусили по утоптанной дороге, а солнце, тем временем припекало все больше и больше – шутка ли по степи летом да в полдень, время от времени попадались небольшие посадки да и только. Где-то там, за горизонтом начинался лес, но ехать до него было еще долго. Я мечтательно зажмурилась, мечтая о тени да утоптаной полянке, чтоб прилечь наконец-то. Ожидания мои оправдались быстро – я ужо не чувствовала ни ног, ни спины.

-Яромир, на привал бы,- заметила мои мучения наставница. Она в седле сидела как влитая, да по скованной позе заметно было, что тоже устала. Мстислава прикрыла глаза, казалось, что она дремлет в седле.

-До леса доедем, там и остановимся,- кивнул маг. Я подавила тяжкий вздох. Маги перебрасывались шутками да что-то свое магическое обсуждали, пытаясь отвлечься, я прислушалась.

-Не может артефакт преобразовывать энергию множества смертей, из чего он сделан должен быть, если даже при одном жертвоприношении требуется алмаз не меньше пяти грамм,- излагал Андрей,- в царском венце вон всего пять алмазов, и то он каждый год перезаряжается,- мне с этих речей его понятно ничего не было. Колдовство магов суть от ведьминского отличалось, у них расчеты, ритуалы, пассы разные. Целая наука, а ведьма, она как чувствует, так и колдует, заговоры да наговоры и то нам больше для настройки нужны.

-Ты не сильно то про царский венец рассказывай,- одернул его Святогор, бросая на меня взгляд.

- Да все свои,- дернул плечом Андрей,- ведьмы не в счет,- ах не в счет… Я обижено поджала губы и гордо отвернулась. Святогор каким-то чудом, заметив, едва улыбнулся краешком губ.

-А вот ты у ведьмы спроси, чего с миром происходит, ежели умирает кто тяжело.

-Расскажи, Алена,- обернулся ко мне Еремей. Вот же загадка тоже, ежели он в зверя обернуться может, чегой тогда на коне скачет. Лисом оно сподручнее, думается.

-Смотря какая смерть,- ехать было так тягостно, что я решила про обиду свою на время забыть. Ежели просто срок пришел, то значит место для новой жизни готово ужжо. Мы, ведьмы, и не почувствуем того.

-А если срок не пришел?- уточнил Андрей.

-Тут смотря какая смерть, в бою ратном, али яд какой, или колдовство чье злое.

-Долгая смерть если, мучительная, несколько дней или недель, чтоб и жив и мучается,- Святогор описал так, что у меня ажно мороз по коже продрал. Я плечами передернула, да задумалась.

-Нехорошо это, черная смерть, и разрывает она ткань мира, как рана, чувствует мир, дрожит, зарастить пытается, не дает душе уйти. Но если умирает все ж человек, отравлено то место, и вода, и земля, и нечисть обходит стороной, а нежить тянется туда. И чем больше таких смертей, тем хуже место.

-То есть, энергия от такой смерти меняет все вокруг?- уточнил Андрей. Я кивнула.- И сильно? Надолго?

-Мне почем знать, я ритуалы такие не провожу. Но курганы в степи, где убивали шаман полоцкие людей и сейчас место недорброе, объезжать его надобно, или специальные заговоры, обряды там проводить, чтоб очистить.

-Ну вот представьте, сколько энергии при массовом жертвоприношении, если от одной смерти столько меняется, какой материал такое удержит да еще и перенаправит. Нет таких…

-Есть,- скрипучий голос за спиной заставил меня взвизгнуть и подпрыгнуть, чуть с лошади не упала. Наставница тоже вздрогнула, а Яромир перестал задумчиво разглядывать одинаковые поля и насторожился.

Прямо за нами на вороном жеребце ехал вий, точнее, ясно, что не вия, ни коня нет, но ежели потоки не видать, как живой. Был одет Чернолес в кольчугу серебрянную, а к седлу коня был приторочен меч полуторник, рукоять которого была украшена самоцветами красными да зелеными…

-А как это вы…- сил чтоб материализироваться полностью вию и так нужно было много, а еще и коня.

-Так мы ж договор заключили, внученька,- вий подмигнул.- Вот и позаимствовал у тебя сил немного.

-Немного?!- возмутилась я.- Да тут на одного коня прорва энергии надобна!

-Ты себя чувствуешь хуже, слабость, знобит?- вкрадчиво уточнил вий. Я прислушалась к себе и с удивлением поняла, что нет.- К тому же, если б ты просто ведьмой была, то я и не смог бы энергию заимствовать, разноплановая она. А вот темную вполне…

-Откуда у нее темная энергия возьмется?-встряла наставница.

-Из крови, откуда ж еще, отец все же не последний маг был,- пожал плечами вий как само собой разумеющееся. Мне понятно ничего не было, но как запретить вию я не знала, к тому же чувствовала себя действительно хорошо.

-Так вот, отвечая на Ваш вопрос, княже,- кивок Андрею.- Рог есть плоть Чернобога, оттого свойства у него уникальны и накапливать энергии он может много без всяческого вреда.

-И зачем он Вам понадобился?- полюбопытствовал Еремей.

- А это, дружок, долгая история,- вий загадочно усмехнулся.

-Так времени хватает, ежели не наврал, конечно, что для меня безвредно твое здесь нахождение,- не преминула поддеть я. Кажется, сейчас нас посвятят в одну из величайших тайн прошлых лет. Любопытною я не была… Ну, как не была, всякая ведьмочка юная любопытна, хотим мы знать, как лес растет, али откуда реки берутся, или же как нежить мир чует и менять может. Но то любопытство безопасное, естественное, что же касается тайн древних, пыльных да опасных – не в нашем то духе в таком копаться, но раз уж влезла, Алена, то надобно поболе разузнать, что про прадеда моего, что про артефакт энтот, древний.

-Видите ли, детки, любой талантливый маг, а особенно чернокнижник, рано или поздно упирается в потолок, природою и миром для него определенный,- отрешенно начал Чернолес.- И вот если маг действительно талантлив, то он сделает все дабы потолок тот пробить.- как бы не своею гловушкою-то, подумалось мне.- Я уже в вашем возрасте пробил свой потолок и искал иное…

-Бессмертие?- предположил Святогор.

-Богатства?-Михаил.

-Силы?-Еремей.

- Проблем,- предположила я про себя. Ан, нет, не про себя… Неудобствено вышло. Хмыкнули все, даже наставница Мстислава и Яромир.

-Власти,- не вопрос, а утверждение Андрея.

-Так, княже, власти,- утвердительно кивнул вий, на мой комментарий, впрочем, внимания не оюративший.- Мне хотелось власти и не простой, а власти чернокнижников, где царь али Ковен не станут ограничивать изыскания, не будут мешать прогрессу и дадут возможность познавать мир.

-Ценою жизней прочих,- скривила губы презрительно Мстислава. Компанию вия она явно неодобряла, да сделать с тем ничего не могла.

-Как вы лечите моровое поветрие, ведьма?- задал ей вопрос Чернолес. И сам же ответил- Спустя триста лет все также никак. А я еще триста лет назад ценой пары-тройки жизней, как ты говоришь, нашел лекарство. Как и от черной язвы, и от северной лихорадки, и много чего еще. Я вывел слуг, которым не нужны были еда, отдых и прочее. Слуг, которые могли заменить ратников, строителей, стекольщиков, тесляров… Но царю и Ковену то было не нужно, ведь что делать с холопами, с челядью, с множеством слуг, необученных и бесправных. В случае моего успеха и поддержки государя, этих людей невозможно было бы контролировать, ибо челядь без дела начинает слишком много думать, да не о том…

-Опасные речи ведешь, вий,- прищурился Яромир.

-Брось, маг, неужто вы не обсуждаете то же, но узким кругом,- скривил губы в усмешке вий, глаза его чуть мигнули зеленым огнем, отчего у меня мороз пошел по коже.

-И что же царь?- Андрею, кажется, было любопытно. Впрочем, кому как ни боярину про такое думать.- Ковен, смею предположить, ваше возвышение точно бы не одобрил.

-Царь заинтересовался, некоторые мои идеи были в первую очередь выгодны для него с точки зрения ослабления власти магов. Но тут, кто-то убил царевну, его единственную дочь и отраду…

-И вы были совсем не при чем,- усмехнулся Святогор, кажется, уже знавший историю Чернолеса.

-Как сказать…- вий сделал паузу. – Царевна искала средство, чтоб извести соперницу. Она была влюблена в некоего Добрыню-воеводу государя, увы, безответно. Чернокнижие способно на многое, даже дать подобие жизни ушедшей душе, но вселить чувства, любовь, верность, ненависть… На это никакой маг и ведьма не способны,- я промолчала. Навести порчу али приворот ведьмы умели, но прав вий, колдовство это, наведенное, держалось не долго али меняло человека до неузнаваемости, так что жизнь ему немила становилась. Против законов это, что людских, что божественных.

-Царевна просила главу Ковена, а после обращалась и к ведьмам, и даже к волхвам, изыскивая пути решения своей сердечной проблемы, но ей отказали все. Мои позиции в царском тереме тогда были шатки, а царевна, даром, что баба, имела влияние, что на политику, что на батюшку, она обратилась ко мне, а я не смог ей отказать. Мерзавка была достаточно убедительна, шантажируя меня некоторыми из моих прежних грехов. Заставить Добрыню полюбить ее я не мог, но я мог сделать так, чтобы он не мог ее не полюбить…- я слушала прадеда с открытым ртом, забыв даже про усталость от езды верхом. Вот это да… Сказка будто бы, хоть и страшная.

-И обратили ее в нежить,- вновь перебил Святогор скучающим тоном.

-Изначально, дружок, мы договорились с нею о том, что слегка изменим ее кровь. Пара капель вытяжки из крови инкуба, убитого мною в далеких пустынях, и она на физическом уровне привлекала бы всех мужчин, обладая едва заметным обаянием. Я проводил некоторые эксперименты до этого на своих холопах, и двух капель было вполне достаточно. И сперва все шло по плану, она получила внимание столь желаемого ею воеводы, все шло к свадьбе… Но, сейчас вам этого, возможно, не понять, но между страстью и любовью имеются различия. Я дал ей инструмент, но разжечь божью искру любви в Добрыне Милолика не смогла. Предполагаю, оттого, что в сердце его уже была другая,- у меня ажно дух захватило. Я представила ее, статную да горделивую, с грустными глазами, сидящую в шелках да жемчугах в тереме среди мамок и нянек. И его, широкоплечего, высокого в сбруе да при мече…

-Она превысила дозу?- уточнил Андрей.

-Я так думаю,- кивнул вий. – Я уехал в экспедицию на восток, а вернувшись через полгода увидел то, что отчего то не замечали прочие маги и даже царь – она уже не была человеком. Верный служка при царском тереме рассказал мне слухи, которые змеями расползлись уже далеко за пределы Стольного града – средь холопок царевны что не седьмицу, то пропадал кто-то. Думали, сбегают, ведь царевна-то была строга. Она же заболела болезнью неизвестною – днем почти не выходила из горницы, была бледна и холодна, даже подумывали свадьбу с Добрынею отменять. Царь батюшка попросил меня взглянуть на нее и я увидел все признаки перерождения. Она не отрицала, но и не покаялась. Можете думать обо мне что угодно, я ставил множество экспериментов на холопах да челяди, но чтоб на царской дочери… Да еще и эксперимент с неизвестными последствиями. Мне это было не выгодно и я искал, как скрыть свое участие в этом и обратить все вспять. Ежели б царь прознал – мне не сносить бы головы.

-Не получилось?- Еремей тряхнул головой.

-У меня было предположение, что ежели умертвить нежить и возвернуть из Нави душу Милолики что-то да выйдет, была б она человеком, я бы смог это сделать. Пара-тройка жертв и проблема решена,- про жертвы Чернолес говорил буднично, словно о курице, которую требовалось зарезать к обеду. – Но, во-первых, душа эта очернила себя убийствами, и, предполагаю, ушла она не сразу, во-вторых изменить тело, вернув ему первичный облик… По моим расчетам мне требовалось принести в жертву небольшой город, к тому ж единовременно. Царствующий тогда царь мне этого бы сделать не позволил и я нашел другое решение. Мы были знакомы с Кащеем, даже приятствовали, я спускался в Навь неоднократно. Кащей мне и проболтался как-то про свойства Рога Чернобога и как его добыть, к сожалению, я не успел. Милолика убила возлюбленную Добрыни, застав их. Воевода понял, что царевна не человек и зарубил ее на месте. Его же обезглавила царская стража. И все хорошо, но вот царевна вела дневник. Так и началась охота на меня. Так что, детки, держитесь вы от царского двора подальше, ежели хотите жить долго и счастливо.

-Вас послушать, так вы жертва обстоятельств, бесправная и несчастная, а что прокляли царев род до десятого колена, так то мелочи,- хмыкнул Андрей.

-Чернокнижник я, али кто,- вий о том нисколько не сожалел, что было видно.- Это царь напустил на меня своих архимагов из Ковена, которые в конце концов меня убили, абсолютно, стоит заметить, подлым способом, воспользовавшись моими же разработками. Или ты думаешь, они стандартными заклинаниями своими упокоили мою мертвую армию и меня с нею,- хмыкнул некромант.- Они принесли в жертву сто младых дев и пятьдесят младенцев. Так что, кто из нас злодей еще поспорить можно.

-И вы не хотите отомстить?- не поверил Анлрей.

-Сокол мой, поверь, за триста лет блуждания духом, приоритеты несколько меняются. Мне хочется посмертия, а не ваших смертных интриг. К тому же, было бы кому там мстить – еще полсотни лет и царский род сам изойдет на нет с такой политикой, какую он сейчас ведет. Надо же, ведьмам да права даровать, Ковен у них… В мое время ведьм жгли и правильно, кстати, делали.

-Конечно, потому что ведьма без всяких жертв может проклясть так, что не снимется, ежели это заслужено,- хмыкнула Мстислава.- И снять может, тоже, кстати, без всяческих жертв.

- Ведьмы хороши только для одного – в качестве источника энергии, ну или как наложницы,- хмыкнул Чернолес. Наставница лишь приподняла рыжую бровь, отчего лицо ее сделалось презрительно-задумчивым, будто размышляла она, можно ли проклясть вия и как оное сподручнее сделать.

-Царь батюшка иного мнения,- лишь сказала она.

-А какого ему быть мнения, если в Ковене одни трусы заседают? Тут уже и к ведьмам, и к нечисти обращаться начнешь, и басурмане друзьями задушевными станут…-презрительно ответствовал вий.

-Да только из всех ваших потомков одна ведьма и осталась,- Яромир кивнул на меня.

-А кто тебе сказал, что она ведьма? При желании из нее вполне выйдет чернокнижница, впрочем, хороших щенков воспитывают сизмальства, дурное воспитание не простуда, его не вылечить…- вий, кажется задумался над перспективою сделать из меня чернокнижницу всерьез.

-Ведьма я,- буркнула я, едва не сверзившись с лошади, кажется обе ноги уже затекли…

Глава 10. Лесной хозяин

Злополучный лесок, все, казалось не приближался и не приближался. Прошел уже, кажется, час, солнце медленно опускалось, в животе бурчало, время обеда тоже давно прошло. Я поняла, что еще полчаса и упаду с лошади уже от голода… Маги тоже нетерпеливо ерзали. И вот когда уже до ближайшего дубка оставалось с пару вешек, из чащи леса что-то загудело да заухало, сбежались тучи на небе, солнце заслоняя, а нам в лицо выпорхнула стая соек диких, да так, что Андрей ажно в луку седла вцепился, чтоб удержаться. Поднявшийся ветер трепал мою косу

-Кто-о-о смеет по лесу моему-у-у шаста-а-ать без дозволения!- казалось. гудели все деревья да волки подвывали.- Про-о-очь!- маги слегка растерялись, а вот наставница Мстислава – нет.

-Здрав будь, хозяин,-с кряхтением спрыгнув с лошади, поклонилась она, касаясь рукою травы.- Не серчай, прими дар мой,- из чрезседельной сумки достала она каравай, в рушнык замотаный да отломала половину, положив на траву.

-Ве-е-едьма?!- вежливое обращение наставницы, похоже, пришлось лесному духу не по душе.- Пшла прочь!

-Ах ты, хрыч старый!- Мстислава топнула ножкою, да разошлись тучи, а ветер подул аккурат обратно в сторону леса.- Я тебе покажу сейчас! В Ковен жалобу напишу, тебя мигом усмирят.

-Ко-о-овен,- задумчиво проухало из лесу.

-А ну мигом покажись, а не то я тебе задам трепку, мавки засмеют, прокляну так что вовек не снимешь!- Мстислава хлопнула в ладоши, ветер задул еще сильнее и, судя по скрежету страшному в чаще поломалось дерево, а может и не одно…- Выходи, ирод плешивый, кому сказано!- разгневаною наставница была чудо как хороша, вот Яромир и засмотрелся, очами ест, взгляд отвести не может.

-Охохонюшки, не серчай, хозяйка, не признал я тебя…- прямо к нам под ноги выкатился…я ажно глазам своим не поверила! Да где ж это видано, чтобы аука да такой большой, почти до плеча мне ростом. Ауки-то обычно, может, с аршин, не боле…Да наряжен как, кафтанчик на нем оксамитовый, да с вышивкою, а на пояс приторочен взамделишний кинжал, да не из железа али серебра – не жалует его нечисть – из золота. А так обычный мужичок, пузатенький при усах да бородке, глазки под бровями кусистыми поблескивают жуками, видать хитер дух лесной.

-Милсдарыня ведьма…

-Мстислава Никаноровна.

-Мстиславушка Никаноровна, вы ужо не серечайте, думал дурные люди в лес мой приехали,- юлил аука,- ажно пятеро мужиков да при оружие все, видано ли такое…- я олянулась за плечо да лишь удивилась молча- вия и след простыл.

-Так а ты при чем до охраны леса-то, лешак где?- наставница руки на груди скрестила да на аука смотрела дуже подозрительно.

-Помер на святки аккурат, теплая зимушка-то была, барыня, он проснулся, а потом заснуть не смог, а тут мороз ударил лютый. Сродственик мой околел да помер…- подобострастно зачастил нечистый.

-А не брешешь мне, часом?- прищурила зеленые глаза ведьма.

-С чего б мне врать,- аука ажно ручками всплеснул, подскочив.- Со здешним лешим мы приятелями были. С моего родного леса выгнали меня, а тут хозяин принял, не сильно строг ко мне был. Я ему и помогал, то козочку приведу, то курицу, то гостей незваных измотаю да в чащу заведу али выведу куда скажет.

-Чего ж не помог-то, приятелю своему?- встряла я, тоже с лошади соскакивая. Ох, хорошо-то как… В отличии от лешего, аука зимой-то не спит. Зимой ему самое разолье. Любит он голову морочить людям, отзывается то тут, то там эхом, пока человек совсем из сил не выбьется да заведет в глушь али в яр какой. И отзываться будет до тех пор, пока не измотает путника, да не заснет тот на погибель свою в лесу холодном.

-Дык, барыня, как не помогал, грел я его как мог, в хату свою золотую оттащил, золотым мхом обложил, лапой медвежей печку грел седьмицу без перерыву, да не согрелся хозяин лесной. Мавок даже просил круг собрать, танцевали три дня и три ночи, весна на поляну мою пришла зараньше, расцвело все, лед истаял, да не очнулся леший.

-И сколько маялся он?

-Три седьмицы и маялся, хозяюшка.

-А ты отчего большой такой, ауки-то помельче будут…- ведьма немного расслабилась, но все еще подозревала что-то

- Так я на четверть лешак-то, дед мой лешаком был п матери. А хозяин здешний, как понял, что отходит, силушку-то мне и передал…

-Да и не только ее, как я погляжу,- насмешливо улыбнулась ведьма.

-Вы про одежку мою, милсдарыня ведьма?

-Так это, тати тут одно время лежку устроили, награбленое прятали, девок мучили, непотребства. В общем учиняли, ироды. Мы-то их поизвели, а это после них-то и осталось. Мне на именины-то и подарили.

-Сколько ж годков выполнилось-то?

-Две сотни, двадцать и два,- заискивающе улыбнулся аука.- Молод я еще, так что не серчай, ведьм-то и видел два раза за жизнь.

-И это молодой?!- поднял брови Михаил.

-Лешаку-то местному за пять сотен было.

-И от морозу помер, не верится что-то. Пятисотлетний лешак силен должен быть, что никакой мороз его не берет.

-Мне не веришь у мавок, он спроси, у водяного да у блуда, все подтвердят!- выпятил обижено нижнюю губу аука.

-И до того все тихо было, никто не заходил к нему, ни с кем ссоры не случилось?

-Осенью ежели, то заходила…

-Кто же?

-Да она часто к нему приходила, зачем не знаю, отсылал он меня. То ли ведьма, то ли магичка, то ли жить, то ли нежить. Коса смоляная у ней, платье богатое, самоцветами расшитое, а лица не упомню, хоть убей. Видел лишь раз ее да и то мельком.

-И чего хотела она?

-Не знаю, говорю ж, хозяин отсылал меня, говорил мне, что молод я слишком для тех дел.

-А как помер, так она и не заявлялась?

-Нет, милсдарыня ведьма.

-А приходила она как же?

-На коне смоляном, да при ней дружина, человек с двадцать, они тут ждали, на краю, а она к лешаку сама шла.

-Женщина, значит…- ведьма прищурилась, а мне в ноздри ветер принес запах нехороший, знакомый запашок такой, землицы сырой, травы гнилой да пряников полынных, тех, что на Долгую Ночь пекут, чтобы духов усопших умилостливить. Я и не заметила, как оказалась почти уже у кромки леса, вступила в тень деревьев, таинственно мне о чем-то шелестящих. Запах манил, влек, одновременно неприятный и притягательный.

-Тоже чувствуешь?- я и не заметила как за плечом тенью чернокнижник возник. Хриплый шепот его заставил его меня вздрогнуть.

-Что?

-Смертью пахнет, нехорошей. И волшбой темной,- Святогор хищно прищурился, и словно пес, повел носом. – Да только, Алена, не должна ты этого чуять. Наставница твоя спокойна, да и прочие тоже… Неспроста лешак умер, сдается мне. И вий куда-то подевался, как только аука этот объявился - и пока наставница да спешившиеся маги, окружив ауку, допрашивали того, маг дернул меня за руку да потащил куда-то в кусты.

-Погодь, оглашенный! – со злостью выдернула я руку.- Ишь чего удумал, по кустам таскаться! Наставнице доложусь сейчас, а она пусть решает.

-А ежели аука больше знает, чем говорит?- Святогор поджал губы, да руки на груди скрестил, враждебненько эдак.- Показания-то у него путанные, то он, услышав, что ведьма, прогонять Мстиславу принялся, явно испугавшись, то ведьм не видел никогда, а то к лешаку прежнему какая-то колдовка захаживала… Он…

-Боится он, вот и путает вас,- раздалось из куста. Голос был и похож и не похож на человеческий, что-то было в нем урчащее, звериное.

-Ты кто, а ну покажись!- Святогор вытащил кинжал из ножен, а меня спешно отпихнул за спину.

-Я?- голос, кажется даже удивился.- Я всего лишь беспомощный и беззащитный, завели меня сюда, погубили, и бр-р-р-осили, мяу!- последний горестный стон был таким жалостливым, что у меня ажно слезы на глаза навернулись.- Я слабый, жалкий и никому-у-ур не нужный…- Святогор осоловело таращился в кусты, не предпринимая никаких попыток к сопротивлению

-Пошли за мной, мяу!- голос мурчал, укачивал, и все яственнее ощущала я, как нечто приятное и уютное окружает нас, словно одеяло пуховое.- Я вам все-все р-р-раскажу, я все знаю-ю-ю. Некр-р-романсеру и ведьме могу-у-ур,- я словно зачарованная сделала шаг и еще один, чернокнижник тоже не отставал. Шаг, и сомкнулись деревья стеною, солнце в кронах где-то затерялось и стоим мы со Святогором на поляне, травами да цветами дивными поросшей. Цветочки с друг другом шепчутся, головки клонят, птицы поют. А посреди поляны – столб железный, а на нем…

Кот. Но где ж это видано, чтобы кот как рысь размером! Шуба блестит, в крапинку, рыжая да серая, да белая. Глаза зеленью болотной сияют. Клыки железные в улыбке скалятся. Уши с кисточками. А когти железные в столб впиваются. Такими когтями, думается, и доспех пробить можно. Сидит кот на столбе, а на шее ошейник из серебра черненого да цепь, к столбу прикованная. Меня как ушатом воды облили! И отступила слабость котом наведенная, увидала я и черепа под столбом звериные да людские, и стрелы обломанные, и доспехи, и мечи. И не птицы поют голосами, а вороны каркают, и не цветы дивные цветут, а вереск шелестит голосом мертвым. Запах вот усилился, разве что, и землицы, и полыни, и… мертвечины!

-Мр-р-р-р, Чернолеса кровица,- прищурился кот, глядя на меня.- Кровь не водица, не разбавишь. Это хор-р-рошо, очень хор-р-рошо. Умаялся я тута сидеть. Все ждал толкового кого… Да измельчали колду-у-уны, ведьмы-ы-ы. Раньше много их по земле ходило, клады искали, силу искали, а сейчас из гор-р-одов да и не выходят.

- Еще бы, вот так выйдешь, в лесок забредешь какой безобидный, а тебя сожрать желают, да поскорее,- насмешливый голос некроманта снова заставил меня вздрогнуть. Я обернулась через плечо, Святогор, кажется с мороком кота справился ужжо, и тепер глядел он насмешливо, да видно было, что готов в случае чего отпор дать.

-Неужто Кощея самого внучок, мяу-у?-озадаченное выражение на морде кота выглядело бы забавно, если бы я в этот момент не поняла, кто перед нами. Да только, думала я, сказки то, старинные, страшные. Говорят, когда-то самому Велесу мыши допекли, да так, что осерчал бог, и кинул о земь рукавицу шерсятную, и появился из нее кот. Зубы железные, когти острые, сказкой способен своею любой недуг исцелить, али усыпить кого. А может и до смерти забаять, так, что, рвать клыками да когтями плоть людскую будет, а человек и не проснется вовсе. Кот Баюн!- Его…- кот тем временем чему-то кивнул, видимо мыслям своим ученым.- Так и лучше будет…

-Чего хочешь, кот Баюн?- спросила я осторожно, из-за спины чернокнижника выглядывая.

-Освободи меня, ведьма, кр-р-ровь Чернолеса, вер-р-рой и правдой служить тебе буду,- прищурился Баюн довольно, похоже, только этого вопроса и ожидая.- Похитила меня колдовка мар-р-р-ова у Яги, спр-р-рятала здесь, к столбу пр-р-риковала, служить себе заставила, р-р-расказывать чего в мир-р-ре деется… Сними ошейник с меня, твоим буд-у-у, пр-р-ригожусь, мяу! Шерсть всю истер-р-р, лапы болят сидеть, пр-р-огуляться хочу, мышек половить,- жалостливо заныл кошак. Дымка и чувство блаженной неги снова начало разливаться по всему телу.

-Алена, не вздумай! Это ж даже не нечисть, божественная тварь, древняя и крайне опасная,- начал было Святогор. Я кивнула, а сама, бочком обошла мага. Жалобы кота нагнали в мысли мои туману, и ясною была одна мысль- надобно кота спасти. Где ж это видано, чтоб кота да на цепь!

-Кто украл тебя, говоришь?- чернокнижник тем временем допрашивал кота.

-Колдовка, мр, высока, статна, роду бояр-рского. Заколдовала меня-я-у, надобно, чтоб Яга помогла, не могу я про нее р-р-расказывать, ни имени, ни звания…- жалобно провыл кот.

-Тебя и заколдовала?- Святогор тому явно не поверил.

-Сильна,мр,- недовльно, но уважительно муркнул кот.- На крови сила ее, жертвы людские приносит, сила прибывает, мяу… Да мало ей, всегда мало… Хочет силу богу равную…- шерсть кота в редких солнечных лучах блестела заманчиво, хотелось мне подойти, да погладить, рукою провести.

-Ты как я погляжу, человеченкою тоже не брезгуешь,- заметил чернокнижник.

-Лешак приводил мне, а после и аука, она велела заботится, чтоб не издох я, мур. Да давно уже не было ее, с прошлого года…- неправильно, чтоб кот такой, красивый да холеный, на цепи был. Спасти его надобно, освободить.

-А ты здесь сколько?

-Да, почитай, годков с полсотни, мяу…- прищурил кот глаза, сверкнув ими в мою сторону. Дальше случилось неожиданное. Я, сама от себя того не ожидая, рванула в сторону столба. Святогор среагировать не успел, лишь выкрикнул зло:

-Алена!..- глядь, а я уже в руках цепь держу, легко та мне поддалась. Лишь дернула ее один раз и вот уже у меня она в руке, невесомая, словно веревка какая. Баюн, почуяв свободу скорую, со столба спрыгнул на траву, оказавшись размером почти с теленка, мне клыки железын в усмешке скалит да глазами зелеными искры метает.

-Сними ошейник с меня, ведьмочка, мррр, больно то как,- жалостливо вновь запел свою песнь кот.

-Не…- начал было чернокнижник, да взмахнул кот хвостом, да и отлетел тот на добрый десяток саженей, замолкнув. Видно, о землю ударился, хоть бы жив был… Это меня и привело в чувства!.

-Ты чего творишь!- я дернула за цепь гневно, отчего кот плюхнулся на зад.- Я ему помогаю, значит, а он…

-Не сер-р-рдись хозяйка,- примирительно замурчал кот. –Пойдем поглядим чего с ним. Ошейник только, мяу…

-Не сниму! – я отчего-то знала, что ошейник снимать с кота никак нельзя.

-Точно Чернолеса кровь, он тоже безжалостный, зло-о—ой,- запричитал кот.

-Ты давай, в чувство Святогора приводи,- бледный некромант лежал, похоже, потеряв сознание.

-Чего пр-р-още, хозяйка!- кот хвостом дернул, и открыл чернокнижник глаза.

-Алена, я тебя убью, на кой ляд ты его освободила!- начал сразу же ругаться маг.- А лучше даже не я… А ну веди, Баюн, туда где нас увидал, к краю леса!-скомандовал он. Лес расступился и вышли мы туда, откуда и услышали впервые кота – к наставнице да магам. Ой, что сейчас будет – подумала я, заметив очень недовольный взгляд Мстиславы.

Глава 11. Про жизненные планы

Итак, после неприятственного, но эффективного допроса наставница с Яромиром и магам удалось узнать у нечисти следующее.

Первое и главное. Загадочную колдовку действительно никто с прошлой зимы не видел, указаний никаких она не оставляла, оттого и предположили маги, что являться больше она не планировала. На возмущенный мявк от кота, как же так, на верную погибель его, горемычного, оставила, Мстислава Никаноровна метнула такой взгляд, что Баян, видимо, решил, что лучше не болтать, когда ведьма не спрашивает и попятился поближе ко мне.

Второе. Кот, к превеликому нашему сожалению, много рассказать не смог, хоть видно было, что ему очень хочется. Единственное, что мы поняли наверняка – необходимо освободить кота от заклятия, а это сделать сможет только Яга, которой до столь наглого похищения кот верой и правдой служил более тысячи лет. Свчятого при этом кинул на меня такой вот взгляд, многозначительный дюже, мол,я же предупреждал, Алена, нашла себе новых проблем на … голову. Со слов Баяна выходило, что Яга где-то аккурат неподалеку от Змея Горыныча, что радовало.

Третье. Аука, также заклинанием связанный плакал слезами размером в горох и клялся-божился в своей непричастности. Никто ему, кроме меня, не верил, конечно. Но мое мнение после того, как спасла я кота, похоже, в расчет не брали.

Пока суть да дело, солнце уже начало клониться к горизонту, и гостеприимный хозяин лесной предложил нам заночевать в его избушке золотой. Яромир осторожно отказался, попросив лишь вывести к поляне наиболее удобной для нашего небольшого отряда.

-Но от моего подарка-то вы точно не откажетесь,- подумав, обрадовался аука. Свистнул, топнул, руками хлопнул. Глядь. И стоит аука да держит сверток какой-то, то ли лен, то ли конопли.- Энто я сейчас, энто мигом…- приговаривал он, пойдем за мной, гости дорогие…- мы лишь переглянулись да за ним и направились, чего уж оставалось. Да и негоже ведьмам и магом нечисти лесной бояться.

Идти пришлось недалеко, видать, открывал аука тропы потаенные. Полянка, а точнее поляна, была диво до чего хороша – устлана травой молодою да шелковистою, вокруг стражами росли старые дубы да молодые березки. Подручные ауки, невидимые нашему глазу, по его хлопку, споро разводили костер да забирали лошадей наших, отводя к другому краю, да стреноживая их.

Маги, тем не менее, не больно то веря в местное гостеприимство, пошушукавшись, выставили прозрачный охранный периметр, который в лучах заходящего солнца переливался всеми цветами радуги. Андрей что-то пошептал, и цвет стал золотой.

-Силен бояр-р-рин,- тихо мурлыкнул кот Баюн, который от меня не больно то куда отойти и мог – цепь я все также держала в руке.- Эдакую защиту не всякий вий проломить су-у-умеет,- добавил он для меня.

Святогор в свою очередь, достав из сумы травы какой-то в мешочке, обошел по кругу да травой этой по незримой границе все осыпал.

-Вот злыдень!- кот чихнул. И еще. И еще. - Кто ж чертополох так распыляет!

-Зато теперь ни нежить, ни нечисть в круг не зайдет,- повернулся к нему чернокнижник, добавив многозначительно.- И не выйдет.

-Вот примите, гости дорогие, дар от меня,- все кланялся аука.- С собой дать не могу, но в лесу используйте сколько душе угодно.

-Это что же?..- наставница прищурилась.

-Скатерть самобранка,- ахнула я. Про скатерть самобранку нам в училище только и говорили, что в мире таких немного и редкость то привеликая. В нашем царстве лишь две известных было – одна у царя-батюшки, а друга у ведьмы нашей Верховной. Аука гордо скатерть развернул и уставлена оказалась она явствами всевозможными, были тут и дичь, и рыба разных видов, цельный поросенок запеченный, птица, овощи, фрукты заморские, сладости разные, вина и узвары. Даже мясо сырое с краю скатерти на блюде стояло, видимо для Кота Баюна.