Загадка старинного особняка

Действующие лица (Памятка)

Эмили Браун – молодая девушка с каштановыми волосами, карие глаза

Мэри Смит – средних лет, рыжеволосая, серые глаза

Джордж Смит – рыжеволосый, полного телосложения, муж Мэри, серые глаза, врач

Софи Дэвис – пожилая дама, голубые глаза

Артур Грей – высокий молодой брюнет, карие глаза, офисный клерк

Кайл Хейвуд – молодой блондин, средний рост, голубые глаза, преподаватель физики

Генри Уилсон – русоволосый зелёноглазый, фотограф

Кристиан Бонн – француз полный лысый, глаза голубые, банкир

Джон Эванс – карие глаза, брюнет, средний рост, юрист

Эдвард Локк – худой высокий, средних лет, глаза зелёные, детектив

Арчибальд Блэквуд – карие глаза, крепкое телосложение, друг Джона Эванса, банкир

Глава 1

Мне довелось посетить множество мест, но никогда я не встречал столь унылого и мрачного строения, как тот старинный дом, в котором мне пришлось побывать по воле определённых обстоятельств.

Трёхэтажное поместье старого викторианского стиля, будто прямиком из той давней эпохи, возвышалось на небольшом холме. Я приехал туда в ненастную погоду, и в свете молний место это показалось зловещим.

Вот я стучал в дубовую деревянную дверь особняка – на пороге стоял старый дворецкий. Он учтиво произнёс:

– Мистер Эванс?

– Джон Эванс.

– Хорошо, сэр, прошу вас. – Слуга провёл меня в просторную гостиную – у её стен стояли книжные стеллажи, а в центре располагался диван и несколько кресел.

Людей было не особо много, но достаточно для того, чтобы понять – мой старый университетский приятель Арчибальд Блэквуд позвал не меня одного, как, впрочем, и всегда.

Мне помахал рукой молодой человек, сидевший на одном из дальних кресел – брюнет, высокого роста, он, сверкая карими глазами, радушно ухмыльнулся:

– Прошу, проходите!

Тут и другие люди обернулись ко мне. Все лица смешались в одну неразборчивую массу, и я, слегка растерянный, усевшись за кресло напротив (как я позже узнал) Артура Грея, принялся здороваться со всеми.

– Хочу заметить, месье, – с акцентом подал полноватый лысый француз (Кристиан Бонн), – что с вашим приятелем мы встретились в Бордо, когда тот заезжал туда по каким-то важным делам.

– Да? – Я поднял брови. – Насколько я помню, Блэквуд – банкир? Простите, не виделись с ним целых два года.

– Верно. – Кивнул Бонн.

– Позвольте узнать. – Обратился ко мне русоволосый мужчина средних лет, (позднее мы представились друг другу) Генри Уилсон. – Для чего нас здесь собрал Блэквуд?

– А вы не знаете? – Удивился я.

Неожиданно все повернулись ко мне. Молодая миловидная девушка с недоумением поинтересовалась, поправляя каштановые волосы:

– Для чего же?

– Мой приятель – человек эксцентричный. – Перечитал книг леди Агаты Кристи и каждый год мечтает воссоздать ту самую атмосферу, что царит в её произведениях.

– Хм… – Девушка надменно отвернулась в сторону.

– Позвольте узнать… – Спросила рыжеволосая женщина средних лет. – А откуда вы об этом…

– Потому что Блэквуд приглашает меня каждый год на очередную игру. Видите ли, ещё никому не удалось обыграть меня. Причём сам мой приятель этим нисколько не рад. Какая бы мне роль не выпала, я всегда одерживаю верх. Правда, в прошлом году я не смог приехать из-за кое-каких дел…

– Вы ведь Джон Эванс, так? – Уточнил молодой парень, блондин с голубыми глазами.

– Да… – А вы?

– Кайл Хейвуд. – Представился он, протягивая мне руку.

Я решил обменяться рукопожатиями со всеми присутствующими, в том числе и дамами. Рыжая женщина и такой её муж с тем же цветом волос были соответственно Мэри и Джордж Смиты.

Молодую девушку с каштановыми волосами звали Эмили Браун. Чуть поодаль сидела Софи Дэвис – пожилая дама, вид которой значительно преображался, когда она смотрела на вас своими голубыми глазами. На её плече висела какая-то изысканная сумочка.

Остальных я уже упомянул. И того, нас было девять человек, не считая Блэквуда. Вечер прошёл в бессмысленной болтовне, и я даже разговорился с Артуром Греем за стаканом виски.

– Кто вы, говорите, по профессии? – Переспросил я.

– Да кто-кто… Обычный офисный клерк, не более. – Отозвался парень.

– Понятно…

– Расскажите мне всё же про игру этого вашего приятеля. Что это на него всегда находит, как вы говорите?

– Мой юный друг… – Начал я, но был прерван воскликом Артура:

– Да вы на вид максимум лет на пять старше меня, Эванс!

– Но старше ведь. – Улыбнулся я. – Хотите, чтобы я продолжил?

Вспыльчивость брюнета как рукой сняло, и он спокойно кивнул головой.

– Каждый год, как я уже и говорил, мой друг устраивает игру. Обычно он заигрывает со страхом. Видите ли, всякий раз он проводит игру в разных поместьях и обычно таких, в которых есть какие-нибудь легенды. И в этом, как мне удалось выяснить, есть нечто вроде присказки о чудовище…

Тут как раз вовремя за окном промелькнула молния, а затем раздался грохот грома.

Артур Грей на мгновение побледнел, но взяв себя в руки, с интересом пробурчал:

– Что же дальше?

– Ровно в полночь с 23-е на 24-е октября появляется этот загадочный зверь, и приносит беду каждому, кто входит сюда. – Нагнал я мистики.

Вдруг неподалёку с лестницы послышались шаги, и мы все вместе обернулись – у входа в помещение стоял высокий, крепкого телосложения темноволосый мужчина, и молчаливые карие глаза его внушали какое-то уныние.

Поднявшись с кресла, я подошёл к нему и пожал руку:

– Добрый вечер, Арчибальд.

– Приветствую, друг мой. – Поздоровался Блэквуд. – Как у нас дела? – Он оглядел гостей.

– В целом, нормально. Только скажите уже, наконец, для чего вы нас позвали? – Спросил Кайл Хейвуд.

– Для того чтобы мы сыграли в убийство. – Арчибальд едва заметно улыбнулся.

– С меня довольно! – Кайл Хейвуд вскочил с места. – Объясните, наконец, в чём дело.

– В том, гости мои, что пора бы удалиться в выделенные вам комнаты. – Не беспокойтесь – завтра я разъясню вам правила игры.

Блэквуд нерасторопно почесал подбородок и удалился. Все с некоторым удивлением стали покидать гостиную. Ко мне приблизился Артур Грей:

– Что это значит?

– То, что игра скоро начнётся. – Ответил я.

– Но для чего?

– Для того чтобы я победил.

– Знаете, что, мистер Эванс?

– Да?

– Спорим на сотню фунтов, что выиграю я?

Недоуменно я вскинул брови:

– Вы хотите попробовать одолеть самого опытного игрока?

– А почему бы и нет?

– Что же… – Я замялся. – Так тому и быть. – Жду с нетерпением, когда вы окажетесь в числе проигравших.

– Как бы не так! – Горячо возразил Грей. – Знайте – я выиграю!

Мимо нас прошла Софи Дэвис – пожилая дама, и заметила:

– Не знаю, что вы тут собираетесь делать, но встревать в это я не собираюсь.

Медленными шагами она направилась к входной двери.

– Вы что же. – Окликнул её я. – Пойдёте в такой холод пешком?

– Вызову такси. – Обернулась она к нам. – Удачи в вашем сумасбродстве, джентльмены.

Последнее замечание мне не особо понравилось. Дэвис медленно ушла – её проводил дворецкий.

Я огляделся и увидел, что рядом со мной с протянутой рукой по-прежнему стоит Артур:

– Ну что, пари? Или уже намерены сдаваться?

– Хах! Ни за что! – И я пожал сопернику руку.

Вскоре мы расселились по своим комнатам. Умывшись, я улёгся в кровать и заснул в ожидании предстоящей игры.

Может, меня смогут победить в этот раз?

Глава 2

1

Проснувшись, я умылся и прошёл в гостиную. Там меня с улыбкой на лице уже поджидал Артур Грей.

– Доброе утро, Джон. – Поприветствовал он с сигаретой в руках.

– И вам того же.

За диваном справа от меня сидели супруги Смиты – они о чём-то усердно разговаривали.

– Позвольте отметить. – Произнёс я, обращаясь к ним. – Что вы не совсем беспокоитесь по поводу предстоящей игры.

– А как же? – Удивилась Мэри. – Ещё бы нам волноваться! И так всё понятно.

– Да? И что же? – Уточнил я.

– То, что будет какое-то веселье. – Улыбнулся Джордж.

– Никаким весельем и близко не пахнет. – Буркнула Эмили Браун.

– Да ладно вам! – Воскликнул Артур. – Неужели в вас нет соревновательного духа?

– Нисколько.

– Отчего же?

– От того, что я приехала сюда исключительно по делу. – Отметила Эмили.

– Да? – Вмешался в разговор я. – Это по какому же?

– Вас это не касается.

– Как знаете. – Я посмотрел на Грея: – Никак, в вас уверенности хоть отбавляй.

– А то! Самые лёгкие сто фунтов в моей жизни не за горами!

– Я бы так голословно не утверждал.

Тут подал голос сидевший в дальнем кресле полноватый француз:

– Где завтрак? Не ел, кажется, с самого вчерашнего дня, джентльмены!

– Ну-ну. – Протянул Генри Уилсон. – Всему своё время.

– Не говорил бы так. – Кристиан Бонн нахмурился.

– Правда, когда уже завтрак? – Поинтересовался Кайл Хейвуд.

Внезапно все замолкли – раздался удар гонга. Мы прошли в общую столовую, где плотно позавтракали.

Под конец трапезы, когда все вознамерились разойтись по комнатам, к нам вышел Арчибальд Блэквуд в изысканном чёрном костюме.

Склонившись над столом, он начал вводить в курс дела.

2

– Дамы и господа. – Провозгласил Арчибальд. – К вашему вниманию игра… – Вам нужно будет разгадать тайну этого места посредством расшифровки загадок, что спрятаны повсюду. Сейчас вам поднесут карты.

Вдоль стола прошёл дворецкий, раздав каждому по карте. Я, узнав свою роль, попытался разглядеть на лицах других хоть что-то подозрительное и отметил, как необычно улыбается Хейвуд, сидевший справа от меня.

– Что вам попалось? – Полюбопытствовал я.

– Неважно. – Насупился Кайл.

Блэквуд продолжил:

– Над старинным поместьем нависла тьма. Мистический и страшный зверь бро…

– Ой, как жутковато! – Воскликнула Мэри Смит, и супруг толкнул её в локоть.

Повисла секундная пауза, после чего Арчибальд произнёс:

– Попрошу вас не перебивать. В особняке обитает чудовище, и его хотят уничтожить. В это самое время открыт курортный сезон, и в поместье съезжаются девять человек – это вы.

Каждому из вас уготована отдельная, необычная роль. Если есть какие-то вопросы, то ищите подсказки – я не хочу распространяться по всем пунктам.

– Насколько я понимаю. – Предположил Генри Уилсон. – Это аналог мафии.

– Можно и так сказать.

– Понятно…

– А теперь, если позволите, я удаляюсь. С этого момента игра началась.

Мой приятель покинул столовую. Тут же встали с мест двое – Кайл Хейвуд и Эмили Браун. Они поспешно вышли.

– Как думаете, что это за чепуха такая? – Вопросил Кристиан Бонн.

– Видимо, прелюбопытная игра. – Отметил Генри Уилсон.

– А по мне. – Вынес Артур Грей. – Просто детская забава. – Эванс, не подскажете, какая у вас роль?

– Правило игры – в анонимности. – Проговорил я.

– Да? – А я что-то не сразу понял.

– Значит, вам и не нужно этого понимать.

– Смотрите, как бы вы не проиграли пари!

– Как же!

– Что ещё за пари? – Поинтересовался фотограф.

– Да так… – Махнув рукой, я рассказал всем о нашем с Артуром споре.

– Понятно. – Произнёс Уилсон.

– Как думаете, сколько будет продолжаться эта игра? – Бонн гордо поправил усы.

– Не знаю. – Признался я. – Всегда по-разному.

– А это правда, что вы всегда выигрывали? – Вставил Джордж Смит.

– Абсолютная правда. – Подтвердил я.

Мэри поднялась с места:

– Мы, пожалуй, пойдём.

Нас осталось четверо. Вскоре и француз ушёл, не видя в разговоре особо большого смысла.

– Странное место и необычная затея. – Подметил Уилсон.

– Странней некуда. – Ухмыльнулся Грей. – А вы, Джон, никак уже привыкли к такому?

– Да. – Согласился я. – Когда играешь почти каждый год, легко предугадать стратегию. Удачи, господа. – Я медленно встал с места и направился в комнату.

Мне выпала карта полицейского – значит, нужно действовать наверняка. Можно, разумеется, опросить всех, кого можно, только вот этого делать особо не хочется.

Тем более таким образом я могу себя выдать. Надо действовать иначе, только вот остаётся один вопрос – как?

Ко мне в дверь неожиданно постучали. Увидев на пороге Кайла Хейвуда, я сразу же вспомнил о его странной улыбке.

– Эванс, не окажете мне услугу?

– Какую? – Настороженно уточнил я.

– Видите ли, мне нужно вам сообщить кое о чём. – Лицо Хейвуда вдруг побледнело, выражая какой-то страх.

– И?

– Уже неважно. Просто будьте начеку. – И Кайл удалился.

Ну и странный! Вообще, я подозреваю именно его – то загадочное выражение лица… Конечно, глупо считать его убийцей только по этой причине. И всё же…

Надо найти подсказки.

Порыскав по всей комнате, я нашёл прикреплённую к обратной стороне стола записку, на которой значилось:

«Если ты нашёл это, значит, уже играл в эту игру. Я специально оставил записку в твоей комнате, Джон.

Думаешь, выиграешь и на этот раз? Соперники посильнее будут. Впрочем, я в тебя верю.

И вот тебе подсказка – убийца, с огромной степенью вероятностью, первым убьёт тебя.

Откуда мне это известно? Да просто не надо было всем трепать о том, что ты самый лучший игрок.

Вот так-то. Посему могу со своей стороны пожелать лишь удачи.

Искренне твой, Арчибальд Блэквуд»

Вот чёрт! – Воскликнул в мыслях я. – А ведь он прав. Но я буду верить в то, что всё обойдётся. А когда наступит время, у меня, как у полицейского, есть право на то, чтобы указать на убийцу. Точнее, передать Блэквуду записку.

Так я и сделал, отослав через дворецкого письмо всего лишь с двумя словами:

«Кайл Хейвуд»

Возможно, я и окажусь прав.

Глава 3

Немного вздремнув, я проснулся от ударов гонга. Спустился в столовую, где меня уже поджидали новые знакомые. Усевшись рядом с Генри Уилсоном, я повернулся к тому.

– Ну что вы, приятель, как вам игра? – Спросил тот.

– Не знаю, хоть увольте.

– По-моему, ваш дух сломлен, не так ли? – Улыбнулся Артур Грей.

– Отнюдь. – Возразил я. – Кстати, где мисс Браун?

– Не имею понятия. – Отозвался Уилсон.

– Я отчётливо помню, что она вроде как изъявила желание не обедать с нами. – Произнёс Джордж Смит, сидевший напротив.

– Да? – Очень странно. – Изумился я.

– И, тем не менее, мне как-то всё равно. – Высказался Кристиан Бонн.

– Не вижу в вас ни капли заинтересованности. – Бросил Грей.

– Потому что её нет. – Довольно просто ответил Бонн.

– Понятненько. – Пробурчал Артур и повернулся ко мне и Уилсону: – Как думаете, кто первый выйдет из игры?

– Возможно, Эмили Браун. – Почему-то изрёк я.

– Серьёзно? А в чём же причина?

– В том, что рассудок на голодный желудок не работает. – Сказал я.

– Тогда ясно…. – Грей посмотрел на Генри: – А вы?

– Что я? – Выдал Уилсон.

– У вас есть стратегия игры?

– Вероятно… – Фотограф хитро усмехнулся.

– Ясно, я, похоже, единственный, кто играет наобум. – Выдохнул Артур.

– Потому и проиграете. – Заверил я.

– Хах! Как бы не так!

– Вот мне, если честно, вообще всё это не по нраву. – Запричитала миссис Смит.

– Бросьте! – Воскликнул Артур Грей. – Это же весёлая затея!

– Как по мне, игры не должны затрагивать темы убийства…

– Ну-ну… – Хмыкнул я и замолк в ожидании трапезы.

Раздался второй удар гонга. Нам разнесли блюда. Подали прекрасный стейк с гарниром. Вдобавок я попросил лучшего вина. Артур взглянул на меня с недоразумением:

– Как, Эванс, вы пьёте и в обед?

– А почему бы и нет?

– Как по мне, это весьма странно.

Сурово взглянув на Грея, я дал тому понять, что не желаю, чтобы мои предпочтения так открыто обсуждались. С лестницы раздались шаги. Вскоре к нам вышел Блэквуд:

– Итак, уже вовсю идёт игра. Позвольте сообщить вам о том, кого убили…

В помещение резко впарил высокий и худой, средних лет мужчина. Сверкнув изумрудными глазами, он миновал слугу. За человеком бежал дворецкий:

– Сэр!

Арчибальд обернулся и с изумлением уставился на мужчину, так бесцеремонно ворвавшегося в его поместье. Я же встал, немного удивляясь тому, что происходит.

– Не хочу прерывать обед, дамы и господа. – Произнёс незнакомец. – Но я к вам с не очень хорошими известиями…

– Кто вы такой и какого чёрта врываетесь ко мне в дом? – Справедливо возмутился Блэквуд.

Мужчина протянул карточку моему приятелю, а затем, оглядев всех нас, неожиданно представился:

– Эдвард Локк, частный детектив. Меня наняла внучка пропавшей без вести Софи Дэвис. Я…

– Господи? Она пропала? – Ошеломлённо переспросила Мэри Смит.

Будто ей не наплевать – подумал я. Какая-то там дерзкая старуха. Если честно, с первого взгляда она мне не понравилась.

– Да. – Кивнул Локк. – Сегодня утром она должна была быть дома, но её нигде не нашли.

– А мы как раз в убийство играем. – Ухмыльнулся я.

Эдвард обернулся ко мне – запыхавшийся, не сняв даже верхней одежды, он стоял посреди столовой как настоящий хам.

– А вы ещё кто?

– Позвольте и вас спросить о том же. – Парировал я.

– Право, не надо ссориться. – Сказал с улыбкой Блэквуд. – Прошу вас к столу. Потом расспросите каждого, если пожелаете.

– Хорошо. – Буркнул Эдвард Локк и, отдав шокированному дворецкому свою лёгкую куртку и зонт, уселся прямо напротив меня и пробуравил каким-то недобрым взглядом.

Ну что за странный тип! – Пронеслось в мыслях, и я взглянул на успокоившегося Арчибальда, что уселся во главе стола.

Отпив немного виски, он начал:

– Итак, сегодня убили…

– Судя по всему, Софи Дэвис. – Перебил Локк.

– Вы просто невыносимы! – Вскрикнул я.

– Поддерживаю. – Согласился Кристиан Бонн.

– А по мне, весьма обычный детектив. Прямо как, простите за каламбур, Эркюль Холмс[1] – Заметила Мэри.

Блэквуд начинал терять терпение. Наконец шум прекратился.

– Сегодня убили Кайла Хейвуда.

Молчавший всё это время блондин вскочил с места:

– Как?!

– Подождите… – Арчибальд легко рассмеялся. – Но перед этим вас ещё и посадили в тюрьму! Чем вы навлекли на себя гнев представителей двух противоположных сторон закона?

Так, значит, я оказался не прав. Но кто тогда в подозрениях? – Рассуждал я.

– А теперь. – Объявил Блэквуд. – Право на слово передаётся нашему незваному гостю.

Эдвард Локк гордо поднялся с места:

– Софи Дэвис пропала.

– И? – Протянул Грей.

– Я хочу допросить каждого из вас.

– Ну, началось! – Встрепенулся я.

– Вот с вас и начнём. – Улыбнулся сыщик. – Вы уже отобедали?

– Да, но недостаточно. – Вы…

– Бросьте. Идёмте со мной.

Потом Локк окинул всех испытующим взором:

– Каждый подвергнется допросу.

В унынии я прошёл вслед за этим странным типом. В это время из столовой за моей спиной слышались замечания:

– Неужели кто-то её убил? – Спрашивала миссис Смит.

– Не думаю, дорогая… – Заверял Джордж.

– А мне кажется, что всё это призраки. – Засмеялся Артур Грей.

– Бросьте. Пропал человек. Не время для шуток. – Сурово отметил Генри Уилсон.

– Как мне кажется, вы всё слишком драматизируете… – Пробормотал француз.

Я следом за сыщиком прошёл в гостиную. Локк захлопнул деревянную дверь и указал мне на кресло, в котором я ещё недавно сидел:

– Прошу, присаживайтесь.

– Как знаете, мистер… – Не найдя, как обозвать нахала, я молча сел.

Эдвард Локк расположился напротив:

– Когда вы в последний раз видели Софи Дэвис?

– Вчера.

– Во сколько?

– Перед сном, чёрт подери.

– Я всё ещё жду ответа.

– Примерно в 11 вечера.

– Понятно… Она что-нибудь говорила вам?

– Только то, что уедет на такси и ей не по нраву игра.

– Ясно, а что за игра – насколько я понял – аналог мафии?

– Наподобие. – Подтвердил я. – Только немного подольше и посложнее.

– И в честь чего здесь всё это проводится?

– Мой друг любит романы леди Кристи, вот и собирает каждый год новых людей со всех уголков страны. Всегда выбирает какое-нибудь поместье и начинается…

– Пожалуй, на этом всё. – Усмехнулся Локк. – Куда же могла пропасть эта мисс Дэвис?

– Я этого точно не знаю. И да, вам не обязательно опрашивать каждого в этом доме. Всё равно проку будет мало.

– Это почему же?

– Потому что я и Артур Грей, не считая дворецкого, последние, кто видели Софи.

– Убийца – дворецкий… – Еле слышно проговорил Эдвард.

– А теперь у меня к вам вопрос.

Локк поднял от удивления брови:

– Какой же?

– Вы всегда такой нахал?

– Только когда берусь за дело.

– То есть всегда. – Пробубнил я, и, резко поднявшись, быстро вышел из помещения, оставив сыщика наедине с самим собой.

[1] Смешение Эркюля Пуаро и Шерлока Холмса

Глава 4

В столовой по-прежнему сидели все, кроме Эмили Браун. Артур Грей с ехидной улыбкой повернулся ко мне:

– Ну что, как допрос?

– Никак. – Вздохнул я.

– По мне, всё это дело слишком раздуто. – Отметил Кристиан Бонн, уминая десерт.

– Разве? – Вставил Генри Уилсон.

Француз взглянул на того:

– Ну да, как ещё же, месье?

– И с чего вы так думаете? – Уточнил я.

– А вы сами поразмыслите, Эванс. – Вот стал бы кто-то вызывать сыщика – эта ваша… – Бонн замялся.

– Софи Дэвис. – Поправил учтиво я.

– Да-да. – Живо отреагировал француз. – Она пропала всего сутки назад. Кто возьмётся её искать? Для чего это вообще кому-то нужно?

– Логично. – Оценил я.

– И я о том.

– А по мне, в таких случаях и должны привлекать частных сыщиков. – Возразил Уилсон.

– Ну… – Протянул я.

– Мне, если честно, без разницы. – Поделился мнением Грей.

Вдруг у свода показался Эдвард Локк. Усевшись напротив меня, он оглядел всех присутствующих:

– Кто-то из вас знал Софи Дэвис?

– Нет. – Ответил Кристиан за всех.

– Понятно. – Сыщик повернулся к Артуру Грею: – Вы видели пропавшую тогда же, когда и Эванс?

– Да. – Подтвердил тот.

– Негусто. – Помрачнел сыщик.

– А по мне – всё просто. – Парировал я.

– О чём вы?

– Может, пожилая дама устала от заботы, которой окутала её внучка, и решила куда-нибудь смыться.

– Исключено. – Резко отринул Локк.

– Мы вряд ли сможем вам чем-нибудь помочь. – Заметил Уилсон, поднимаясь с места: – Прошу меня простить, но я ухожу.

Как только Генри удалился в свою комнату, сыщик, будто выждав момент, проговорил:

– Наверное, мне всё же придётся опросить вас.

Грей обречённо закатил глаза:

– Ну и для чего?

– Для сверки всех фактов. – Вы следующий.

Около четверти часа ушло на допрос каждого из присутствующих. Хорошо, что я попался в лапы этого хама первым, иначе пришлось бы ожидать своей очереди.

Не намереваясь сидеть, сложа руки, я как можно раньше ушёл, дождавшись, когда возвратится из гостиной Артур. Вместе мы поднялись по лестнице наверх.

– Странный тип.

– Да. – Согласился я. – Словно вышел из детективной истории.

– Возможно. – Грей усмехнулся.

– Надеюсь, наша игра не прервётся.

– Ещё бы! Я намерен одолеть вас и выиграть пари.

– Время покажет. – Я всё думал о том, кто мог быть убийцей.

– Кстати, Эванс. – Помните, как в самом начале вы рассказывали мне об одной сказке?

– Вы про чудовище?

– Да.

– Легенда есть. – В общем, когда-то давным-давно жил в этом поместье человек, некий лорд, имени не вспомню. Покопался в архивах и нашёл этот миф.

– Так в чём он, собственно, заключается? – Поинтересовался Артур.

– Лесистая местность неподалёку, у холмов на западе… – Я собрался с мыслями. – Несколько сотен лет назад лорд оказал одну услугу некому странному старику – деталей этой сделки никто не знает.

После этого соглашения в лесах на западе стали находить разодранные когтями неизвестного зверя трупы. Никто не мог понять, что происходит. Стали поговаривать о том, что старец был колдуном или самим дьяволом.

После сделки, кстати, у лорда дела пошли в гору – он стал ещё богаче, чем раньше. Вот так всё слухами и обросло. А потом… – Я выждал интригующую паузу.

Глаза Грея блестели от любопытства:

– Ну же! – Что было дальше?

– Лорд погиб при странных обстоятельствах, и тело его нашли только через год, обглоданное и смердящее, а на сгнившей плоти можно было заметить следы от когтей.

– Ясно. – Типичная история.

– Особняк после этого запустел, и никто в нём не поселялся. Потом из него решили сделать отель, и много лет спустя заявился мой приятель Блэквуд и выкупил его.

– Откуда у Арчибальда столько денег? – Изумился Грей.

Я улыбнулся:

– Небось, тоже заключил сделку со стариком.

– Да вы шутник, Джон. – Артур усмехнулся. – А если говорить начистоту?

– Не знаю. – Честно признался я. – Чёрт его знает.

– Понятно. – До ужина?

– Пожалуй.

И я удалился в номер.

Так, Кайл Хейвуд не убийца – заключил я, осматривая комнату. Кто же тогда мог им быть?

Порывшись во всех местах и не найдя ни одной подсказки, я вздохнул. В дверь вдруг постучали. Открыв её, я обнаружил на пороге Генри Уилсона.

– Можно войти? – Спросил он.

Кивнув в знак согласия, я пропустил фотографа внутрь.

– Что угодно?

– Дело в том, что мне кажется, я знаю, кто вы, Эванс. – Многозначительно произнёс он.

– Да, ну и кто?

– Полицейский.

Ошеломленно я вскинул брови:

– Как…

– Очень просто. Ваши взгляды с Хейвудом – я же видел, как вы на него подозрительно смотрите.

– Хорошо. – Вам-то что с того?

– Предлагаю сделку.

– С какой целью?

– Победить.

– Каким образом?

– Понимаете… – Генри замялся, видимо, размышляя, стоит ли говорить мне о чём-то.

– Вы убийца? – Предположил с неуверенностью я, и по тому, как Уилсон содрогнулся, понял, что попал в цель.

– Да.

– И какая выгода может быть от союза представителя власти и мафии? – Я полностью вжился в роль.

– Будем действовать сообща. А в конце останемся один на один.

– То есть как?

– Устраним всех, кого можно, а потом…

– Я вас понял. – Ну, почему бы и нет?

Уилсон усмехнулся:

– Не предайте меня.

– А вы – меня.

– В любую секунду мы можем вывести друг друга из игры… А вообще… – Генри протянул мне свою карту. – Давайте обменяемся ролями.

– А почему бы и нет?

– Интересно, это вообще в правилах?

– Вряд ли.

– Да и чёрт с ним. Будем играть нечестно.

– Согласен.

Я кивнул, и, обменявшись картами, Уилсон, стоя уже на пороге двери, обернулся ко мне:

– Смотрите, не подведите!

– И вы меня.

Генри хлопнул дверью.

Странная, конечно, затея. Практически бессмысленная. Зато делает игру разнообразней.

Может, стоит предать его? А вдруг он в этот же момент проделает то же самое? Уилсон воплощал какую-то крайнюю уверенность. Возможно, он договорился с дворецким… Необычайная, надеюсь, будет игра.

По крайней мере, поинтересней, чем предыдущие. А тут ещё и детектив настоящий под боком. Куда, любопытно, могла пропасть Софи Дэвис? Неужели пала в лапы тому чудовищу из легенды?

Я усмехнулся – разумеется, нет. По любому уехала куда-нибудь подальше от забот внучки. Может, решила оторваться в столице?

Глава 5

Пару часов я просидел в комнате. Ничем не отягощалась умиротворённая атмосфера. В памяти вдруг всплыл образ молодой девушки – Эмили Браун.

Почему она не спустилась на обед? Весьма странно. Да и какая такая личная цель, о которой она не хочет говорить?

Наконец, снедаемый предположениями, я решил покинуть номер, и, стараясь не издавать лишнего шума, поднялся по лестнице на третий этаж – всегда во время игр я любил разговаривать с Блэквудом.

Эта беседа, по крайней мере, может меня хоть как-то отвлечь.

Однако, пройдя по длинному коридору к массивным дубовым дверям кабинета Арчибальда, я застыл на месте. Рука, которой я хотел постучаться к Блэквуду, повисла в воздухе в нескольких сантиметрах от двери.

Из помещения доносились два голоса – я смог их различить – грозный и спокойный Арчибальда, и суетящийся – детектива.

– Я вам говорю – мне нужно её опросить! – Воскликнул Эдвард.

– А я вам повторяю – не могу. – Возразил Арчибальд.

– Почему, мистер?

– Как бы вам помягче сказать, детектив…

– Я вас слушаю.

– Дело в том, что Эмили Браун, которую вы ищите…

Но я не расслышал последнее слово моего знакомого. Раздался удар в гонг, объявлявший об ужине.

– Чёрт… – Буркнул я и спешно пробрался к лестнице, спустившись по которой прошёл в столовую.

Придя первым, я уселся за стол, на котором уже всё было готово. Через несколько минут показался Грей. Улыбнувшись, он расположился рядом со мной. Вскоре подтянулись и остальные.

Последними в помещение прошли детектив и Блэквуд.

Уилсон, сидевший справа от меня, только загадочно ухмыльнулся.

– Я приготовил некоторый сюрприз. – Тихо произнёс он, так, чтобы услышал только я.

Молча я кивнул.

На этот раз появилась и Эмили Браун – она показалась мне задумчивой. Чем, интересно, она занята?

– Джон. – Обратился ко мне Артур. – Вы не находите, как наша игра постепенно превращается в реальную?

– Возможно.

– Я вот думаю – а не произойдёт ли здесь настоящего убийства?

От внезапности заявления я только содрогнулся:

– С чего вы взяли?

– Не знаю, чувствую это на каком-то интуитивном уровне.

Арчибальд, едва притронувшись к еде, оглядел всех присутствующих. Француз был увлечён трапезой больше всех, а чета Смитов, как всегда, о чём-то перешёптывалась.

Наконец Блэквуд поднялся с места и объявил:

– Произошло ещё одно «убийство».

– Ну и кого отправили на тот свет помимо меня? – Поинтересовался уже выбывший из игры Кайл Хейвуд.

– Кристиан Бонн, мистер, боюсь, что вы…

Тот, отвлекаясь от еды, бросил:

– Месье, знаете… Игра была довольно интересной. Я могу сказать пару слов напоследок?

– Пожалуй, да. – Разрешил Арчибальд.

Француз потянулся в карман пиджака, из которого достал свою карту:

– Мы можем вскрывать карты после «смерти»?

– Боюсь, что нет. – Отверг Блэквуд.

– Что-ж… – Бонн пригладил усы. – Зато я могу объявить, что мне была уготована роль «сыщика».

Я встрепенулся – получается, правила немного изменились. Помимо полицейского есть и детектив. Прямо как у нас… – Я косо посмотрел на сидящего неподалёку Локка.

– И что же вы выяснили? – Спросил Уилсон, и на миг я различил скользнувшее на его лице беспокойство.

– То, что вы, Генри. – Внезапно сообщил Кристиан. – Убийца.

Игрой, надо сказать, больше всего были увлечены я, Грей (в силу пари) и, разумеется, Уилсон. Смиты не особо следили за её продвижением и не являлись активными участниками. Про Браун и упоминать не стоило.

Хейвуд, хоть и делал что-то поначалу, выбыл. Для меня было неожиданностью та роль, которую сыграл Кристиан.

– Очень смешно. – Проговорил Генри. – Но у вас нет никаких доказательств.

– Я проверил вас и выяснил это. – Добавил Бонн с гордым видом. – А теперь, друзья, отправляюсь на заслуженный отдых.

Эдвард метнул быстрый непонятный взор ко мне и Уилсону. Мысленно я уже хотел противостоять этому хаму, и дело чуть не дошло до слов, но Арчибальд решил подвести итоги:

– Итак, дамы и господа. Предлагаю вынести на голосование дальнейшую судьбу Уилсона.

Мэри Смит наконец подала голос:

– Я верю в слова месье. – И подняла руку вверх.

Муж с улыбкой посмотрел на неё и проделал то же самое. Остались я и Артур с Эмили Браун.

– Воздержусь. – Произнёс я.

– Голосую «за». – Выявил желание Грей и поднял руку.

Нас осталось лишь пятеро – заключил я. Смиты, Артур, я и мисс Браун. Негусто… Но. – Я сдержался от ухмылки. – Ведь убийца теперь я. Следовательно, до победы осталось пару шагов.

Общим подсчётом голосов фотографа вывели из игры. Он ограничился лишь тремя словами:

– Вы совершаете ошибку.

– Банальная фраза. – Вздохнул Бонн. – Ну а теперь, уважаемые господа, продолжим трапезу.

– Ваша игра интересна. – Вдруг отметил молчавший до этого Эдвард, и его изумрудные глаза заблестели. – Софи Дэвис пропала…

– И что с того? – Буркнул я.

– То, что я недавно связался с её внучкой. Привёл в порядок мысли, и, наведя справки, выяснил, что пожилая дама не покидала поместья.

– Как? – Удивился Уилсон.

– Просто. Благодаря сводкам и справочнику я разыскал водителя такси, который якобы отвёз мисс Дэвис обратно домой. На деле Софи только попросила провезти её пару километров, а затем резко передумала и велела повернуть назад. Вот тут её след и обрывается.

– Странно. – Я против воли задумался.

– Меня терзают догадки. Надо обыскать всё кругом. Предлагаю завтра утром выдвинуться на разведку местности, к лесу на западе.

– Я с вами. – Согласился Артур.

– И я. – Отреагировал Генри.

– А я, пожалуй, воздержусь. – Возразил француз.

– Мы с Мэри хотели съездить завтра в столицу, навестить знакомых. Поэтому не судьба. – Пояснил Джордж Смит.

– Я с вами. – Решительно добавила Браун.

– Пас. – Прицокнул Хейвуд.

Взор Локка остановился на мне:

– А вы, мистер Эванс?

– Чёрт с вами… – Бросил я, вспоминая о легенде, что поведал Грею.

Блэквуд же лишь молча хмыкнул и продолжил ужин. Он – владелец особняка, а потому, скорее всего, никуда не пойдёт.

Вскоре трапеза была закончена, и мы разошлись по своим комнатам. Как так могло оказаться, что Дэвис вернулась сюда. – Рассуждал я. – С какой целью?

И что за тайну хранит Арчибальд? Что он знает об Эмили Браун? Однако вскоре смутные домыслы оставили меня, и я погрузился в сон.

Глава 6

Завтрак прошёл спокойно. Эдвард выглядел напряжённым. В конце концов мы покинули поместье и небольшой группой в составе пяти человек выдвинулись вперёд.

Небо слепило и было ясным. Дождей не предвиделось, и солнце окутывало своими лучами всё пространство вокруг. Деревья покачивались под порывами ветра. На улице было довольно тепло.

Осторожно спускаясь с холма, я проговорил, смотря на Артура:

– Что вы думаете обо всём этом?

– Честно – даже не знаю. – Отозвался он.

– По мне. – Добавил Уилсон. – Так это всё какая-то чепуха.

– Почему вы тогда согласились? – Спросил я.

– Не знаю. Поддался наваждению. – Объяснил Генри, на шее которого болтался фотоаппарат. – Смотрите, какой вид! – Неожиданно сменил тему он, щёлкая небосвод и природу.

– Да… – Протянул я.

– Леса на западе. – Задумчиво произнёс Грей. – Та легенда...

– Неужели вы думаете, что она может оказаться правдивой? – Ухмыльнулся я.

– После необычайного исчезновения этой дамы – да.

– Бросьте. – Всё звучит как бред.

Уилсон уже полностью увлёкся работой и фотографировал всё кругом. Не знаю, для чего ему это было нужно – похоже, хотел составить какой-то фотоальбом.

К нам обернулся шедший впереди детектив, до этого шагавший рядом с мисс Браун – те, судя по всему, о чём-то разговаривали, и меня пробрали предположения и догадки.

– Идём направо. – Объявил Локк, когда мы уже миновали невысокий холм, на вершине которого располагался особняк. Дорога слева петляла и уходила куда-то вдаль – я до сих пор не увидел ни одной машины, промчавшейся по ней.

Мы устремились в указанную Эдвардом сторону и вскоре очутились перед небольшой аккуратной чащей. Узкая тропинка уводила куда-то вглубь леса.

Медленно побрели по ней. Детектив шёл впереди, а позади него – Браун. Я брёл следом, а за мной вышагивал Артур. Генри замыкал нашу небольшую группу.

– Мисс. – Решил окликнуть я Эмили.

Та повернулась ко мне, и каштановые волосы развеялись на ветру, создавая какой-то причудливой образ. К тому же я заметил на лице Браун некое напряжение.

– Что вам? – Сухо выдала она.

– Мисс Браун. – Я, конечно, не хочу лезть в ваши дела…

– Вот и не лезьте. – Вновь отвернувшись, она зашагала вперёд.

Вот это женщина… – Размыслил я. – Какая грубая! Впрочем, сам виноват – моё любопытство одержало верх над манерами. Однако я поспешил добавить:

– Прошу прощения, мне просто интересно…

– Интересуйтесь вашей игрой, мистер Эванс. – Эмили даже не повернулась ко мне.

– По какому делу вы приехали?

– Как я уже вам говорила, вас это не касается.

Значит, надо начинать с козырей – подытожил я. Итак, есть у меня одно предположение, безумное конечно, но всё же. У Арчибальда вроде как не было родственников и племянников, но чёрт знает окружение моего таинственного друга.

Как по-другому, если не кровными узами, могла быть связана эта юная нахалка и мой приятель? Но я сказал более мягко и в то же время опрометчиво:

– Я знаю про вашу связь с Блэквудом, мисс.

Плечи той содрогнулись, и Эмили резко повернулась ко мне. На лице читалось какое-то волнение. Едва слышно она выговорила:

– Как…

– Не первый год я участвую в играх и сам уже стал не хуже любого сыщика. – Гордо заявил я, на самом деле вообще ни о чём не знавший.

Можно сказать, в этот момент действия мои были направлены на выяснение очередной загадки. Конечно, я притворялся, и на деле не знал о Браун ничего от слова совсем.

– Да как вы посмели… – Вдруг рассердилась она, нахмурив брови и поджав губы. – Лезть в мои дела!

– В каком...

Я не договорил. Пощёчина была крепкой, но отрезвляющей. Правда, не совсем понял, с чем она была связана, однако после этого случая я больше не пытался проникнуть в тайну Эмили.

Напрямую, разумеется. А вот следить и подкрадываться – более верный способ разузнать больше, и я выбрал это направление.

Развернувшись, Браун продолжила путь. Я шагал следом. Позади я слышал вздохи уже запыхавшегося Грея, а ещё дальше раздавались странные восклики фотографа.

Вскоре мы вышли на поляну, с которой в разные сторону уходили тропы. Локк подождал, пока все окажутся в его зоне видимости, и произнёс:

– Предлагаю разделиться.

– А что мы вообще ищем? – Внезапно, словно только что поняв смысл всей затеи, спросил я.

– Мистер Эванс, боюсь, что уже мертвеца. – Мрачно объяснил Эдвард.

– С чего вы взяли? Может у неё, не знаю, произошёл старческий приступ, и она отчего-то ушла в лес, а потом… – Артура перебил детектив:

– Даже если всё так, то не знаю, что хуже. – В любом случае, нам надо это выяснить. Я иду туда. – Эдвард указал на уходившую влево тропинку. – Остальные – разделитесь по двое.

– Приказы мне не особо нравятся. – Отметил Уилсон.

– Я просто внёс идею. Поступайте как вам угодно. – Локк двинулся в сторону тропы.

Генри с Греем уже успели отойти в другом направлении и скрылись в чащобе до того, как я успел что-то сказать. Мы остались вдвоём с Браун на поляне.

Я посмотрел на Эмили.

– Нет.

– Что, простите? – Удивился я.

– С вами я не пойду, вы нахал и самый бестактный человек из всех, кого я встречала.

– А вы строите слишком деловой и таинственный вид! – Знаю я таких, не раз встречались мне в играх. И знаете, что?

– Что? – Браун сдвинула брови.

– Вы самонадеянны и глупы. Ваш тип женщин. Слишком много думаете о себе. И потому вас очень легко переиграть.

– Ах так! – Эмили притопнула ногой и ринулась к одной из тропинок.

Мне же представилась отличной идея пойти в противоположную сторону, хоть и оставлять девушку одну в лесу было несколько не по этикету и вопреки морали.

Медленно я шёл по тропе, пока мне вдруг не почудились доносившиеся издалека слабые хрипы. Я насторожился – звуки раздавались откуда-то из глубины чащи. Вздохнув, я кинулся напролом.

Ветки оцарапали лицо и руки, в кустах я чуть не оставил всю свою одежду – та в некоторых местах изодралась, но в конце концов я уловил хрипы и стоны и смог по ним определить направление.

Около четверти часа прошло, пока я наконец не наткнулся на неё – Софи Дэвис лежала у дуба, и на лице её застыло выражение ужаса и страха. Одежда старой леди была изорвана, а на оголённом животе я увидел три пореза, странно напоминавших следы от когтей.

На мгновение я застыл, немало шокированный. Потом бросился к Дэвис, сжимая той руку.

Она мутным взором посмотрела на меня:

– Вы, мистер Джон…

– Да-да, это я. Кто это сделал?

– Он…

– Кто он?

– Я прибыла сюда вчера ночью, около суток назад. Какое-то странное наваждение окутало меня. – Запинаясь, протараторила Софи. – Я ринулась в лес, бродила по нему, а потом на меня напал он… Он истерзал меня, оставил умирать, но я почему-то до сих пор жива.

– Кто он? Когда на вас напали?

– Он… – В глазах Дэвис заискрился ужас. – Зверь.

– Зверь?! – Вскричал я, и в ушах застучало.

– Огромный, похожий на собаку или волка, серый. Это было, наверное…

Судорожно я сглотнул:

– Сколько вы бродили по лесу?

– Около суток. Он набросился на меня этим утром.

– Прошло не так много времени. Вас ещё можно спасти.

– Нет… Эванс… Нельзя.

Глаза её потускнели, затем застыли со стеклянным выражением. Нервно я поднялся, взглянул на погибшую, и, подставив ладони ко рту, закричал:

– Мистер Локк! Я нашёл её! Грей! Генри! Эмили!

Ответом была лишь тишина, но я не оставлял попыток докричаться до других. Необходимо было срочно отвезти её в больницу. Может, она ещё жива. Если не докричусь до остальных, отнесу её на своих руках к особняку. – Заключил я.

Глава 7

Несколько минут я тщетно пытался докричаться до остальных, пока наконец не осознал, что надо действовать решительно. Наклонившись к Дэвис, я пощупал пульс – сердце не билось.

Но я слышал про такие случаи, может, наступила клиническая смерть. Надо срочно позвонить в больницу, но сейчас…

Рывком я поднял на руки бездыханное тело – то было ещё тёплым. Ринулся куда-то через ветви и кусты, и поначалу казалось, что я только углубляюсь в чащу.

Однако это было не так – вскоре деревья стали редеть, и я каким-то образом вышел на ту же поляну, откуда мы разошлись. Но тропинок я не знал.

Осторожно уложив Софи на землю, я прокричал:

– Локк! Проклятый детектив! Почему вас никогда нет в подходящий момент?!

Из зарослей неподалёку выскочили Уилсон и Артур. Увидев меня, они переглянулись, и как только взор их опустился вниз, в выражении обоих на мгновение застыл ужас.

– Не стойте, прошу вас! – Воскликнул я, всё ещё тяжело дыша. – Помогите отнести её в поместье!

Грей ринулся ко мне и, подняв Дэвис, бросился к одной из троп. Я вместе с Генри пошёл следом за ним.

– Как это произошло? – Спросил он.

– Не знаю. Она говорила со мной. – Пролепетал я.

– Просто кошмар.

– Не это самое важное. Её ранили этой ночью. Если успеем оказать ей помощь, она может выжить.

– Надеюсь на это. – Выдохнул Генри.

Вскоре мы выбрались из леса и прошли к холму. Артур передал пожилую даму в руки Уилсона, и тот поднял её на возвышенность, а оттуда дотащил до дома.

Мы вломились в поместье и, миновав дворецкого, кинулись в гостиную, чуть не выбив двери, хоть те были просто прикрыты, а не заперты. Уложили Дэвис на одно из кресел.

– Оповестите всех! – Вскричал я. – Пусть дворецкий позвонит во все инстанции!

– Сейчас. – Буркнул Уилсон, поспешно удаляясь.

– Ничего не понимаю. – Произнёс Грей, нервно взирая на Софи, в то время как Генри уже покидал помещение, прихлопывая дверью. – Каким образом…

– Чудовище. – Вынес я.

– Что?

– Посмотрите на порезы. Похожи на следы от когтей. Перед смертью она сказала мне о звере, что на неё напал.

Не скрывая шока и недопонимания, Артур уставился на меня:

– Как…

В этот момент в комнату ворвался Кайл Хейвуд, а следом за ним и супруги Смиты.

– Что случилось? – Осведомился Джордж.

– О боже! – Воскликнула его жена, подходя к нам и замечая Дэвис. – Какой…

Мэри вдруг пошатнулась, теряя сознание, но муж успел подхватить её под руки. Кайл вздрогнул:

– Что тут происходит. Как…

В помещении повисла напряжённая пауза. Я же решил, что мистика вряд ли может иметь к этому хоть какое-то отношение. Просто в голове не укладывалась подобная мысль.

В это самое мгновение в гостиную зашёл, что-то бурча, Эдвард вместе с Браун. Он медленно подошёл ко мне и Артуру, в то время как мы пытались хоть как-то привести в чувства Софи.

– Не может быть. – Подавленно хрипнула Эмили и, посмотрев на чету Смитов, обратилась к ним: – Вашей жене плохо. Пойдёмте, я ей помогу.

Они медленно покинули помещение. Хейвуд приблизился к нам. Сам детектив же молча взирал на Дэвис, затем как-то мрачно изрёк:

– Несомненно, она мертва.

– Возможно, есть ещё шансы. – С надеждой возразил я.

– Никаких. – Сыщик пощупал запястье Софи. – Она уже холодеет. Вы вызвали полицию?

– Этим должен был заняться Уилсон. – Сообщил Грей.

Локк повернулся к нему:

– Кто обнаружил тело?

– Я. – Ответил я.

– Где вы её нашли?

– Где-то в зарослях, под дубом.

Детектив склонился над Софи Дэвис, распростёртой на кресле. Хмуро подметил, пристально её оглядывая:

– Три пореза…

– Да. – Подтвердил я. – Она говорила со мной перед смертью.

Сыщик словно оживился, глаза его засверкали, и он молниеносно спросил:

– И что же она вам сообщила?

– То, что около суток бродила по лесу. По какому-то странному наваждению…

– Наваждению? Так и сказала?

– Да.

– Хм…

– Я, пожалуй, пойду. – Объявил Грей. – Мне нездоровится.

– Конечно, Артур. – Пробормотал я.

Кайл молча кивнул и следом за Греем вышел из гостиной.

Когда они, легко прихлопнув дверью, оставили меня наедине с мертвецом и сыщиком, я произнёс:

– Что вы думаете?

– То, что вашей игре положен конец. – Нахмурился Эдвард Локк.

– С этим не поспоришь. – Где вы были?

– Там же, где и вы – в лесу.

– С мисс Браун?

Детектив кинул ко мне суровый взгляд:

– Тут я задаю вопросы.

– Хах. – Я усмехнулся, затем нахмурился, смотря на Дэвис: – Перед смертью она говорила о звере... Что якобы и напал на неё.

– Больше она ничего не сказала?

– Нет.

– Ясно. – Локк почесал затылок. – Всё это странно. Меня терзают смутные догадки.

– Какие же?

– Вероятно, Софи была одурманена. – По-другому не объяснить странного наваждения и того, что пожилая дама пустилась в лес.

– Не знаю. – Но меня мучает вопрос иного характера.

– Какого же?

– Меня беспокоит странная легенда о монстре, который обитает в лесах на западе, где…

– Мифы, легенды. – С усмешкой перебил меня Эдвард. – Всё это – бред.

– Если откинуть всё невозможное, то, что останется, пусть и самое невероятное, будет правдой.

– Не вам цитировать Холмса.

– Не думайте, мистер «напыщенный сыщик, сующий везде свой нос», что я глупец.

Эдвард повернулся ко мне. Посмотрел с какой-то дерзостью, но ничего не возразил.

– Я играл в игры из года в год, и за то время, пока провёл в них, научился разбираться во всём, что касается убийств. У меня опыта не меньше вашего, если вы только действительно хоть раз расследовали настоящие преступления, а не пропажу очередной старушки.

– Ну и кто тут напыщенный.

В ответ я только смолчал – от тела Дэвис начинало неприятно пахнуть – необходимо было вывезти его отсюда.

Перед тем, как я вышел из гостиной, то услышал окрик:

– Постойте!

Медленно я развернулся и удивился виду Эдварда – тот стоял гордо, глядя на меня с каким-то триумфом:

– Мистер Джон Эванс, знаете, что?

– Да?

– Вот вам мои предположения – неизвестный опоил Софи Дэвис наркотиком, а потом, прознав о вашей сумасбродной легенде, которая, кстати говоря, относится именно что к невозможному, но никак не к вероятному, надел какой-нибудь костюм и ринулся в чащу

Потом он разыскал Софи, но та в приступе галлюцинаций приняла того за настоящего зверя. Каким-то непонятным инструментом, вероятно – ножом, преступник порезал жертве живот, оставив умирать от ран.

– Неплохая теория…

– И учтите ещё вот что, мистер «опытный игрок». Если зверь нападает на человека, от того остаются лишь клочья, но никак не аккуратные порезы.

– Подождите. – В сознании что-то щёлкнуло. – То есть…

– Убийца – один из тех, кто находится сейчас в этом поместье. – Закончил Локк.

– Но…

– Никаких возражений, Эванс, любитель мистики и загадок. Если они вам так нравятся, то идите прямиком к чёрту. Ах, точно – попробуйте раскрыть хоть одно дело, прежде чем хвастаться вашими выигрышами в игре.

– Вы… – Приступ гнева накатил на меня, но я смог взять себя в руки. В голову пришла куда более интересная мысль: – Хорошо, Эдвард. Заключим пари.

– И какое же?

– Спорим, я быстрее вас раскрою это дело?

От такого предложения на лице сыщика скользнуло явное изумление, и он медленно подошёл ко мне, протягивая руку:

– Хорошо, Джон.

– Ни пуха.

– К чёрту!

– Каковы будут условия? – Уточнил я.

– Предлагаю так… – Если одержу победу я – вы больше не участвуете в играх, этих ваших аналогах карточной мафии.

– Хм, вы, похоже, в курсе того, как я дорожу своим статусом. Игры для меня всё.

– Да…

– Тогда, детектив. – Если выиграю я, то вы оставляете работу сыщика.

Локк насупил брови:

– Согласен.

Пожав друг другу руки, мы взаимно улыбнулись, и я покинул гостиную. В это время в особняке творился настоящий хаос. Не слишком самоуверенно было заключать пари с человеком, у которого больше опыта?

Не знаю. В любом случае, это будет самой интересной игрой в моей жизни. Именно потому, что она стала реальной, сойдя со страниц сценария Блэквуда и миновав карточки. Теперь каждый играл свою настоящую роль.

Глава 8

Холл гудел суетой. Хейвуд о чём-то говорил с дворецким. Уилсон тараторил, прижимая телефонную трубку почти вплотную к уху.

Эмили Браун и Смитов видно не было – похоже, те прошли в другую часть особняка. Артур тем временем спокойно стоял подле двери, и, когда я вышел из гостиной, посмотрел на меня:

– Джон, это просто…

– Да, невероятно. – Кивнул я.

Бонн только сейчас, приглаживая усы, спустился вниз. Потянувшись, он подошёл к нам:

– Что тут происходит?

– Убийство. – Коротко пояснил я. – Софи Дэвис мертва. Чувствую, скоро сюда нагрянут констебли, а ещё появится какой-нибудь наглый тип из Скотленд-Ярда.

– Чёрт… Может, пора уносить ноги? – Удручённо заявил француз.

– Поздно. – Усмехнулся Грей.

– Убийца – кто-то из присутствующих. – Вдруг произнёс я.

– Что?– Изумился Артур.

– Быть не может… – Протянул Бонн.

– Вполне может. Мистер всезнайка изложил мне свои предположения, и в принципе я с ним солидарен. Думаю, придётся пройти неприятную процедуру допроса.

В этот момент, раскрыв широко двери, к нам из гостиной вышел Локк. Он взглянул на меня:

– Эванс, если вы не против, предлагаю вместе со мной присутствовать на всех допросах. Чтобы у нас были равные шансы на победу.

В знак согласия я лишь кивнул.

Грей и Кристиан с недоумением поглядели на меня:

– Победу?

Я кратко рассказал о пари с сыщиком.

– Произошло убийство, но ваша азартная натура, месье, даже здесь нашла себе место.

Эдвард прошёл дальше, устремляясь к лестнице – видимо, для того, чтобы сообщить обо всём Блэквуду, которого я так и не видел с самого утра.

– Наоборот, стало даже интересней. Ведь это уже не игра, где все мёртвые погибают лишь де факто, а на деле целы и здоровы. Тут мы имеем дело с настоящим преступлением. – Провозгласил я.

– Наше пари ещё в силе? – Поинтересовался Артур.

– Игра закончена, Грей. – В подобных обстоятельствах до неё нет дела.

– Но, тем не менее, убийцу мы всё же устранили. Может, хотя бы вскроем карты?

– Я вот и вправду был сыщиком. – Произнёс Бонн.

– А я мирным жителем. – Отозвался Грей.

– Мне же выпала роль убийцы. – Проговорил я.

– Что? Как… Я же проверял Генри. Убийца на игру должен был быть один. – Недоумённо пролепетал Кристиан.

– Да, но я сыграл нечестно. – Изначально был полицейским, а затем обменялся картами с Уилсоном.

– Вот как… – Задумчиво изрёк Бонн.

– В любом случае, пари аннулировано. – Заключил Артур.

– Да. – Кивнул я.

– Чёрт подери ваши уловки, месье. – Только теперь дело легло на плечи служителей порядка, и, как вы и сказали, игра закончена. Произошло нечто ужасное.

– И, надеюсь, больше жертв не будет. – Заверил я. – Мы должны поймать убийцу.

– Разумеется. – Бонн, легко поклонившись, отошёл в сторону.

Я посмотрел на Грея:

– Что вы думаете?

– То, что допрос будет весьма скучным.

В это время в дверь постучали. Генри наконец положил трубку, а Кайл Хейвуд, пригладив светлые волосы, подошёл вместе с дворецким к двери.

На пороге появилось несколько человек в медицинских халатах. Они быстро прошли вперёд, а затем и к гостиной, куда указал им Уилсон. Следом за ними показалось два констебля.

Худой молодой парень, с голубыми глазами и прямым носом, устремился к нам. Другой, судя по всему выше в звании, мужчина средних лет с приглаженными тёмными волосами и полного телосложения, прошёл к Генри.

Парень поприветствовал нас:

– Вы знаете, как это случилось?

– Да. – С расстановкой я обо всём поведал.

Нас недолго опрашивал констебль. Врачи увезли тело Софи Дэвис, но перед этим двое полицейских тщательно осмотрели убитую. Тот служитель порядка, что был помоложе, Джеймс Хьюз, остался в особняке.

Другой же полицейский покинул поместье, сообщив о том, что скоро прибудет инспектор. Он и проведёт допрос.

Вскоре после прибытия констеблей вниз спустились абсолютно все. Говорить стало бессмысленно. Пожалуй, у каждого в мыслях витало лишь одно:

«Кто-то из нас – убийца»

Оно не давило, нет. Скорее это чувство сжимало виски, заставляя держаться подальше друг от друга.

За обедом гнетущее недоверие сменилось удручённой мрачностью.

Никто так и не решился обсуждать то, что произошло. Хьюз согласился на трапезу, и, сев рядом со мной, принялся всех рассматривать. Тут его взгляд остановился на Эдварде, что сидел напротив.

– Сэр?

Заметив пристальный взор констебля, Локк вздохнул:

– Да?

– Мне кажется, я вас помню. Мы случайно не пересекались?

– Не сказал бы.

Я приметил одну вещь – никто, даже супруги Смиты, не общались. Только Джеймс с сыщиком нарушали общую тишину, воцарившуюся в помещении.

Даже я не перекинулся и парой слов с Артуром, и тот почудился мне каким-то взволнованным.

– Ну как же! Вы ведь Локк, частный детектив, не так ли?

– Да. – Но вас я не припомню.

– Хм… – Хьюз опустил взор к своей тарелке.

В самый разгар обеда, когда некоторые так и не притронулись к пище, зато у меня был несказанно хороший аппетит, в столовую прошёл дворецкий, и, поклонившись, шепнул что-то на ухо Арчибальду, который, как и все, хранил молчание.

Блэквуд поднялся с места:

– Готов сообщить вам о том, что к нам прибыл инспектор Уильям Локк.

– Чёртов кровопийца! – Воскликнул вдруг Эдвард, поднимаясь со стула.

Конечно же, я не мог не отметить, что у полицейского и сыщика была одна и та же фамилия. Что тут происходит?

С лёгкой усмешкой Локк оглядел всех собравшихся:

– Мой благодушный братец, человек ума заурядного, и которого я всегда считал глупцом, изъявил желание возглавить расследование.

– Как интересно всё оборачивается. – Произнёс Джордж Смит.

Детектив повернулся к тому:

– Не стал бы так говорить. Поверьте мне – он педантичен до жути, а во время допросов высосет из вас всю кровь. О, несомненно ему доставит удовольствие тот факт, что я теперь буду выступать не только в роли сыщика. Так как я находился в поместье в тот промежуток времени, когда пропала Дэвис, подозрение может упасть и на меня.

Впервые я задумался – и вправду, Эдвард, в теории, имел возможность совершить убийство. Как всё любопытно выходило!

В помещение прошёл человек среднего роста и крепкого телосложения. У него с братом из общего были лишь изумрудные глаза и отдалённо похожие черты лица.

Во всём остальном он крайне отличался от своего худого и высокого родственника.

– Прошу прощения, дамы и господа. – Обратился Уильям. – Что побеспокоил вас в такой час.

– Ничего, мы уже заканчивали обед. – Отреагировал Блэквуд. – В принципе, вы можете приступать к своей работе.

Констебль Джеймс Хьюз спешно поднялся с места и кивнул:

– Сэр, я у вас в подчинении.

– Хорошо… – Взгляд Локка вдруг остановился на Эдварде – выражение лица с официального сразу поменялось, и инспектор расплылся в улыбке: – Кого я вижу!

– Лучше бы не видел. – Буркнул детектив.

– С тебя и начнётся допрос.

– Другого я и не ожидал. Нет, чтобы спросить, как дела у братца…

– Ну что ты! Об этом я осведомлюсь первым делом!

Локк медленно поднялся, потом метнул взор ко мне:

– Это мистер Джон Эванс. Он будет участвовать в допросах вместе со мной.

– С какой стати? – Насупил брови инспектор.

– Объясню позже.

Уильям недоверчиво посмотрел на брата, затем лицо его вновь стало ледяным:

– Хорошо, прошу за мной.

Я кинул взгляд к Артуру, и глаза того без слов выражали только одно – они словно желали мне удачи. Я с усмешкой устремился вслед за констеблем и двумя братьями в гостиную.

Как только мы оставили столовую и вошли в обширное помещение, инспектор приказал Хьюзу:

– Закрой двери и встань с внешней стороны. Следи за тем, чтобы никто сюда не вошёл.

– Есть. – Джеймс спешно удалился.

Мы с Локком остались наедине с полицейским. Тот, пристально оглядев нас, начал:

– Итак, перейдём к делу.

Глава 9

– Насколько я помню. – Продолжил Уильям. – Точнее, как мне удалось выяснить у коллеги, что прибыл сюда незадолго до меня и уехал обратно по делам, на теле жертвы были обнаружены три пореза.

– Да, первоначально мы думали, что это следы от когтей. Но очевидно, что мог нанести такие увечья только человек, причём орудуя каким-то корявым острым предметом. – Сообщил Эдвард.

– Когда примерно произошло нападение?

– Сегодня утром. – Ответил я.

– Что известно на данный момент?

– Около суток Софи Дэвис бродила по лесу, под действием непонятного наваждения. Джон общался с ней перед смертью. Я предполагаю, что её накачали наркотиками. – Высказался детектив.

– Ясно, что-то ещё?

– Вроде, нет.

– Где ты был в момент нападения?

– В особняке, скорее всего, спал или только завтракал. – Проблема в том, что мы не знаем, когда конкретно на неё напали.

– Каким образом, Эдди, ты оказался здесь?

– Сколько раз я говорил тебе не называть меня так! – Вспыхнул сыщик.

– Ну-ну. – Усмехнулся инспектор.

– Что-ж. – Детектив тяжело вздохнул. – Внучка Дэвис поручила мне расследовать исчезновение своей бабушки.

– Понятно, а вы, Эванс? – Уильям пристально посмотрел на меня. – Чем вы вообще занимаетесь?

– Играю. – Увидев недоумение на лице полицейского, я продолжил: – Разъезжаю по разным уголкам страны и мира, и каждый раз мой приятель из университета, Блэквуд, проводит игру. Раз в год, примерно в начале октября. Но в прошлом году я не участвовал в игре.

– В чём суть вашей так называемой игры? – Спросил Уильям.

– Найти убийцу. – Так скажем, аналог мафии, только с более насыщенными декорациями и легендой. Всегда в сценарии Арчибальда присутствует элемент мистики.

– А кто вы по профессии?

– Юрист, работаю и живу в Лондоне. Довольно востребован.

– Хм… Где вы были во время…

– Там же, где и ваш брат. Скорее всего, принимал пищу или спал. – Оборвал я инспектора: – Как она мне рассказала, какой-то зверь набросился на неё утром. В тот момент, насколько я помню, все были в особняке.

– Вы в этом уверены?

– Не совсем. – Поколебался я. – На завтраке присутствовали почти все, помимо Арчибальда, Браун и четы Смитов.

– То есть добрая треть всех посетителей отсутствовала! – Воскликнул инспектор. – Это что-то, да и даёт понять.

– Возможно.

– И что за зверь?

– Эх, очередная байка. – Буркнул Эдвард.

– Я не тебя спрашиваю, Эдди. – Заметил Уильям.

Два брата чуть не испепелили друг друга изумрудным блеском своих глаз, и, смотря попеременно то на одного, то на другого, я никак не мог понять, чей взор выглядит уверенней.

Словно два хищника, они вступили в битву взглядов, давать слабину в которой ни один из них не планировал.

– Хватит грызться, как собаки. – Хотел прервать их я. – Вы же родные братья…

– В том-то и дело, Эванс! – Вскрикнул детектив.

– Солидарен с ним. – Согласился инспектор.

– Так вот. – Не обращая внимания на их странное занятие, которое скорее походило на игру в гляделки двух десятилетних мальчишек, но никак не соответствовало взрослым состоявшимся джентльменам и мужчинам, я продолжил: – Когда-то, очень давно, жил в особняке некий лорд…

– Который заключил сделку с одним то ли колдуном, то ли магом, и с тех пор в лесах на западе стали пропадать люди. Ну а вскоре там нашли и самого истерзанного лорда. – Дополнил Эдвард.

– Получается, пал жертвой собственных амбиций. – Отметил Уильям.

– Смотри, не повтори его судьбу. – Поддел сыщик.

– Кто бы говорил!

– Подождите! – Воскликнул я, поворачиваясь к детективу: – Откуда вы знаете об этом?

– С детства любил мистицизм. – Пояснил Эдвард Локк, неотрывно смотря на брата и даже на миллиметр не повернув ко мне лица: – Но с течением времени понял, что есть только реальность.

– Ты всегда был романтиком. – И образ весь твой. – Не копируешь ли ты Холмса? – Улыбнулся инспектор.

– В таком случае ты болван Грегори. Или Лестрейд, плевать. – Парировал сыщик.

– Ей-богу, да вы как два ребёнка! – Возмутился я. – Эдвард, и вам безразлична сама эта таинственная история?

Наконец двое родственников оторвали друг от друга свои пристальные взгляды, и оба развернулись ко мне.

– Да, абсолютно. – Подтвердил детектив. – Меня напрягает то, что кто-то решил заделаться монстром, оставляя такие характерные порезы на убитой.

– Причём это довольно жестокое нападение. – Заметил Уильям Локк. – Ведь Софи была жива, когда вы нашли её.

– Если бы я действовал более решительно… – Протянул я.

– Поместье удалено от населённых пунктов. – Заверил инспектор. – Вы бы не успели её спасти.

– И что мы в итоге имеем? – Уточнил я, оглядывая двух братьев.

– Мою версию вы знаете. – Наркотики и хладнокровное убийство. Причём, человек должен был знать про легенду. – Проговорил сыщик.

– Эдди не хватает немного расчётливости. – Он мыслит исключительно методом проб и догадок, но в целом его версия – самая вероятная из всех.

Я и на секунду не допускаю мысли о том, что это мог быть зверь или какое-то чудовище.

– Понятно. – Кивнул я.

– Кто мог знать о легенде? – Спросил инспектор.

– Ну, Артур Грей.

– Кто ещё?

– Вероятно, Арчибальд Блэквуд.

– Мог ли ещё кто-то?

– Навряд-ли.

– Ясно. – Уильям откинулся на спинку кресла, потом крикнул в сторону двери: – Джеймс, приведи мистера Грея!

Вдалеке раздались гулкие шаги, и вскоре двери отворились. На пороге показался Артур.

– Прошу вас, присаживайтесь. – Официальным тоном пригласил того полицейский.

Детектив, как и я, предпочли следить за дальнейшим опросом, и никак не вмешиваться в его ход. По крайней мере, до интересующих нас моментов.

– Как вы прибыли сюда? – Осведомился Уильям.

– Получил письмо. В нём хозяин особняка приглашал меня сюда.

– С какой целью?

Все эти вопросы, в принципе, инспектор мог задать и мне. Однако почему-то предпочёл услышать информацию от кого-то другого. Вероятно, запамятовал – заключил я.

– Просто погостить. Почему бы и не отказаться?

– Вы были знакомы с Блэквудом до сего момента?

– Да, мы как-то пересекались в столице. Моя компания имела какие-то дела с ним. Точнее, фирма, в которой я работаю.

– И кто же вы?

– Самый что ни на есть обычный офисный клерк.

– Хм… Вам известно про легенду о…

– Странный вопрос. – Заметил Грей, обрывая инспектора.

– Попрошу вас на него ответить.

Артур повернулся ко мне:

– Да, он мне рассказал.

– Когда вы видели Софи Дэвис в последний раз?

– Вечером. Тогда я стоял в холле рядом с входом в гостиную. Пожилая дама буркнула что-то про то, что ей неинтересна игра.

– И?

– Вызвала такси. Так, по крайней мере, она сказала.

– Где вы были сегодня утром?

– Завтракал вместе с остальными.

Повисла пауза.

– На этом всё? – Уточнил Артур.

– Да, вы свободны. – Ответил я.

– Не думал, что и вы примкнёте к детективам. – Отметил с ухмылкой Грей.

– Тем не менее, это факт. – Всего доброго.

– Жаль, что наше пари сорвалось. – Артур, выдохнув, покинул помещение.

Уильям недоумённо взглянул на меня. Пришлось рассказать и ему эту часть истории.

Глава 10

Если я буду приводить здесь все допросы в подобном роде, читатель из-за обилия диалогов пролистнёт добрую половину книги. Поэтому расскажу всё вкратце.

Смиты намеревались уехать утром к знакомым в Лондон. Однако решили повременить. Не спустились к завтраку из-за плохого самочувствия Мэри – у той был порок сердца.

Джордж работал, на моё удивление, врачом. Жена же его ничем не занималась. К тому же мистер Смит был явным консерватором. В самый первый вечер, когда нас покинула Дэвис, супруги почти сразу улеглись спать.

Могу вспомнить только одну реплику Джорджа, оттого смешную, что во время своей короткой речи он отчаянно жестикулировал:

– Проклятые либералы в правительстве! Да вы хоть понимаете, как это может сказаться на будущем нашей страны? А я ещё не говорю про коммунистов. От них вообще нет спасения!

– Вроде красные не особо популярны в нашей стране. – Отметил Уильям.

– Это пока что. Помяните моё слово, и…

– Спасибо за сведения, мистер и миссис Смит. На этом я закончил. Всего доброго.

Пришлось проводить доктора из помещения, и до нас ещё доносились его возмущения, когда дверь окончательно захлопнулась.

– Зря вы спросили его про профессию. – Произнёс я.

– Откуда же я знал, что он перейдёт с темы про медицину к атомным реакторам, а оттуда каким-то образом дойдёт до политической системы Британии? – Всплеснул руками инспектор.

– Ты должен был это понимать, братец. Это ведь мне не хватает расчётливости, но никак не тебе. – Снова поддел Уильяма Эдвард.

Следующим был Кайл Хейвуд. Он показался мне на изумление незаметным человеком. Моё любопытство пропало к нему сразу же после того, как он выбыл из игры.

По профессии, на моё удивление, преподаватель, пусть и очень молодой, но увлекающийся физикой, он не выказывал явной общественной позиции. Зато довольно чётко поведал обо всём.

Нет, он не видел Дэвис. Да, он был на общей трапезе утром. Никак не знал о легенде, а, прознав о ней, сухо подытожил – байка.

Генри Уилсон не дал ничего нового. Фотограф только рассказал о нашей интересной сделке во время игры, и в общих чертах ничего не поведал. Уведомил только, что готовит новый фотоальбом.

Сотрудничая с каким-то газетным издательством, он уже заключил контракт на снимки. Для него было разочарованием то, что на данный момент все находятся под условным домашним арестом и не могут покинуть особняк, однако полицейский заверил того, что может передать фотографии через Джеймса Хьюза, констебля.

Когда Уилсон покинул гостиную, оба Локка повернулись ко мне:

– Так вот, как вы играете, Эванс. – Сказал Эдвард.

– Не совсем честно. – Заметил Уильям.

– Зато по-хитрому. – Возразил я.

– Так получается, вы убийца, Джон? – Ухмыльнулся детектив.

– К вашему сожалению, нет. – Отринул я с ухмылкой. – Если только в игре.

– Кто виноват, мы выясним позже. – Сухо вынес инспектор. – Надо поскорее закончить допрос.

– Согласен. – Кивнул сыщик, и мы пригласили следующего гостя.

Кристиан Бонн не сообщил ничего нового, кроме того, что недавно пересекался с Арчибальдом во Франции – об этом он мне уже рассказывал в первый день встречи.

Вёл какие-то дела с Блэквудом.

Вроде, на этом всё. И да, забыл упомянуть – все опрошенные хоть как-то пересекались в ходе своей работы с Блэквудом – казалось, мой университетский друг сновал повсюду, выискивая новых игроков.

Один только я не менялся из года в год.

В конце концов наступила очередь той, которую я бы прозвал «той женщиной». Больше всего ходило тайн и загадок именно вокруг Браун. Выяснить истинную причину её пребывания здесь было бы крайне интересно.

К тому же ко мне закрались подозрения насчёт того, как Эмили связана с детективом и Арчибальдом. Проклятый удар гонга! – Если бы я тогда хоть что-то услышал…

Молодая мисс грациозно вошла в гостиную и уселась в кресло. Помимо обычных вопросов, дело наконец дошло до причины её отсутствия на завтраке.

Насколько я помнил, её так же не было на одной из трапез. Не припомню, правда, какой.

– Я была в комнате. – Выдала Эмили.

– Кто может это подтвердить? – Спросил Уильям.

– Боюсь, никто.

– Где вы были в момент, когда обнаружили тело Дэвис?

– Вместе с другими в лесу. Мы выдвинулись на поиски по инициативе детектива. Некоторые на это согласились.

– Ясно. – Инспектор метнул взор к брату.

Тот никак не отреагировал. И тут решил вступить я. Если надавить сильнее, выведу из расследования и Браун, и сыщика, тем самым выиграв пари:

– Мисс Браун…

Та посмотрела на меня как всегда холодно. Признаться, невольно я ей восхищался.

– Вы же прибыли гораздо позже. Я звал вас и Эдварда, когда обнаружил убитую. Но вы не откликнулись. Объясните, почему вы одновременно вместе с Локком пришли в поместье?

Эмили нахмурилась, медленно объясняя:

– Просто так вышло. Мы пересеклись на поляне и вдвоём выдвинулись к особняку. Каждый из нас издалека слышал ваши крики. Мы сразу поняли, что случилось что-то неладное.

– Ладно… – Протянул я и кивнул полицейскому.

Тот недоуменно посмотрел на меня. Я подал жест рукой. Наконец догадавшись, чего я хочу, Уильям медленно подошёл ко мне. Эдвард и Браун с подозрением взирали на нас.

Я же прошептал почти на самое ухо инспектору:

– Не посчитайте за гордость или дерзость, но мне кажется, я знаю всё.

– Что именно? – Буркнул Уильям.

– Мне удалось подслушать один приватный разговор. Мне думается, Блэквуд как-то связан с Эмили и вашим братом.

– И что вы предлагаете делать?

– Просто подыграйте мне, инспектор.

Тот медленно уселся обратно. В голове пронеслась ещё одна мысль, и я окрикнул:

– Джеймс, позовите сюда Арчибальда, хозяина поместья!

Вдруг подал голос детектив:

– Я не намерен выслушивать какую-то ересь.

Браун обречённо посмотрела на Эдварда:

– Он всё знает.

Сыщик резко побледнел.

– Да как вы, Эванс!

– Хотите, чтобы я обо всём рассказал? – По правде, ни черта я не знал. Но то, что я обвёл вокруг пальца всех кругом, давало мне повод к какой-то безудержной радости.

– Вы не будете её опрашивать!

– С какой стати? – Уточнил Уильям. – Я представитель закона…

– Ты представитель болванов! – Выкрикнул Эдвард, вскакивая с места.

– Да что тут происходит? – Вскричал ворвавшийся в помещение Блэквуд.

– Садитесь, друг мой. – Указал я.

Тот молча сел. Арчибальд обменялся взором с сыщиком и Эмили. Все трое выглядели напряжёнными.

Стараясь скрыть на лице недоумение, я хотел начать:

– Итак…

– Пошли вы к чёрту, Джон. – Буркнул сыщик и взглянул на Браун. – Милая Эмили, если он итак обо всём знает, может, и нет смысла больше скрывать наши отношения?

От такого заявления дара речи лишился не только я, но и брат Локка. Всё походило на поворот в бульварном романе. Честно, я мог ожидать всего, но только не этого.

– Моя племянница. – Гордо поднялся с места Блэквуд. – Так как ты лишилась отца ещё совсем недавно, и я стал тебе опекуном, разреши просто благословить тебя на счастливую жизнь.

Эдвард повернулся ко мне, сверкнул зелёным огнём в глазах и вскочил с места. Подошёл к Браун, протянул той руку. Она нежно взяла её, и двое влюблённых, ни сказав не слова, с выражением решимости отвернулись от нас, а потом и покинули гостиную.

– Чёрт подери… – Только выговорил инспектор.

– Надеюсь, вы довольны? – Вспылил Арчибальд.

– Не совсем. – Пробормотал я.

Блэквуд кинул на меня взор, полный презрения:

– Вы были мне другом, Эванс. Но вдруг решили лезть не в своё дело. Вам придётся сильно постараться, чтобы вновь войти в моё доверие!

Гордо вскинув голову, Арчибальд тяжелыми шагами вышел из гостиной. Моё любопытство привело меня не к лучшим последствиям.

Я теперь даже не знал, кто шокирован больше, потому как Уильям сидел с выражением лица, на котором читалось настолько сильное ошеломление, что становилось просто как-то интересно, что могло снять эту печать, застывшую на нём из-за внезапной новости.

Глава 11

Первым от неожиданного известия отошёл я. В помещении было довольно тихо, и я негромко произнёс:

– Локк…

– Да? – Будто отойдя ото сна, отозвался инспектор.

– Всё звучит как бред. Я, разумеется, мог подозревать, что мисс Браун и мой старый приятель связаны кровными узами, но не настолько.

– С какой стати моего брата вообще потянуло помолвиться? – Да он лет на пятнадцать старше этой девушки.

– Вот-вот. Меня терзают смутные сомнения, что всё это не просто так.

– Что?

– То, что сцена, свидетелями которой мы сегодня были, слишком уж театральна.

– Хотите сказать, это всё подстроено? – Уточнил Уильям.

– Возможно. – С сомнением предположил я.

– Но с какой конкретно целью?

– Не знаю…

Вновь повисла тишина.

Размышляя о том, как вообще всё это могло быть связано, я наконец вспомнил о том, ради чего вообще тут нахожусь:

– Убийство.

– Простите? – Инспектор почесал затылок.

– Я здесь для того, чтобы расследовать убийство Софи Дэвис, как и вы. Мы заключили с Эдвардом пари. Поспорили, кто быстрее раскроет дело.

– И?

– Что, если это – сцена для отвода глаз?

Инспектор задумчиво кивнул:

– Тогда всё встаёт на свои места.

– Эти трое как-то связаны, если и таким образом, как они представились, то очень хорошо, однако… – Я выждал паузу. – Мне кажется, что они имеют отношение к убийству.

– Мой брат и убийца?! – Воскликнул Уильям. – Думайте, что говорите, мистер Эванс!

В голове моей цепочкой строилась нить расследования, и внезапно я, откинувшись на спинку кресла, вынул сигарету из кармана брюк и начал, поглядывая на инспектора:

– Вы попросили провести вскрытие убитой, проверить анализ крови?

– Ещё нет.

– Очень хорошо. – Это надо сделать, как только мы закончим.

– Кажется, тут инспектор я, а не вы.

Закурив сигарету и не реагируя на возмущение полицейского, я проговорил:

– Три человека. Мой друг, ваш родственник и молодая девушка. Надо сказать, легенда у них продумана весьма хорошо.

– К чему вы клоните?

– К одной версии, которая может оказаться правдой. Но если даже это не так, всё равно мне хотелось бы высказаться.

Полицейский одобрительно хмыкнул:

– Хорошо, продолжайте.

– Итак, у нас есть три человека, которые никак не могут быть связаны между собой. Версий несколько.

Первая – Эдвард дурит и нас, и Арчибальда с Эмили, преследуя какую-то свою цель. Блэквуд и мисс Браун в таком случае реально родственники.

Вторая – вся сцена, от начала и до конца, является правдивой.

И, наконец, третья. – Я тяжело вздохнул.

– Не думаю, что здесь есть что-то такое…

– Она заключается в том. – Продолжил я, пропуская замечание инспектора. – Что все трое замешаны в убийстве Софи Дэвис.

– Каковы тогда их мотивы?

– Пока что смутные. – Так вот, Эмили не спустилась вчера на обед, а сегодня – на завтрак. В особняке в любом случае есть чёрный ход. Так же замечу, что и Блэквуда не было сегодня на ранней трапезе.

Софи Дэвис сидела в тот вечер молча. Предположу, что мисс Браун, поднявшись после отъезда пожилой дамы наверх, спустилась вниз. Возможно, она прибрала какую-то вещь Дэвис…

– Вы строите факты из воздуха!

– Может, и так. – Подтвердил я. – Однако предположим, что Дэвис решила вернуться в поместье.

– С какой стати?

– Потому что она сказала «я прибыла сюда, а потом по какому-то странному наваждению ринулась в лес».

Только сейчас Уильям что-то осознал:

– Но вы этого не уточняли.

– Потому что сам плохо вслушивался в её слова. Ведь она говорила именно подобным образом. – И только сейчас в моей памяти вспыхнули эти слова, прогремели как удар молнии.

– Получается, она сначала вернулась в особняк?

– Да. Но я, уцепившись за фразы «наваждение» и «лес», отринул всё остальное. Если она вернулась, значит, не просто так. Что наиболее вероятно в таком случае?

– Что Дэвис, скорее всего, забыла какую-то вещь.

– Да. – И Эмили, ведь только она была тогда среди этих трёх, знала об этом. В первый день она сидела недалеко от Софи. Возможно, ещё до моего прибытия, она смогла каким-то образом выкрасть что-то из сумки. Как вы знаете, лучшее время для убийства – ночь.

– И? – Уточнил полицейский.

– Дальше дело было за малым. Вероятно, Браун в обход основных дверей вышла через чёрный выход, потом обогнула территорию особняка и оказалась у главного входа.

– И ждала Дэвис.

– Да.

– Ну и что произошло на этой встрече?

– Нет, бред. – Буркнул я. – Если бы она видела Эмили, может, сообщила бы об этом. Всё по-другому. Не могу понять! Как сложно!

– А что, если… – Протянул инспектор. – В этом замешан ещё кто-то? Вдруг из-за наркотиков она забыла часть истории?

– Возможно. Тогда получается, что Браун, подождав Дэвис, напала на ту со спины, воткнула в неё шприц, вкачав какие-то вещества.

– Странно, как странно…

– Всё звучит сыро, но допустим, так и было. – Затем она кинулась в лес.

– Таксист не мог всего этого заметить?

– Вероятно, уехал к тому моменту.

– Но если Софи вернулась за вещью, она предложила бы водителю просто подождать.

– А как она вообще так быстро подобрала такси? Автомобиль уже поджидал её… – Сказал я больше самому себе.

– Ну…

– Вы же знаете, как у нас отгорожены автомобили?

– Да.

– Софи Дэвис была состоятельна – это видно и по её красивой сумке, и по виду. Значит, к ней должен был приехать автомобиль с перегородкой – такие обычно возят людей зажиточного класса.

– Предположим, и что с того?

– Может ли быть такое, что водителем оказался ваш брат? – Вывел я.

– Но Дэвис же заказала такси.

– Да, она так сказала. – Но она не звонила! Может, она имела в виду, что кто-то ей заказал такси?

– И кто мог быть этот кто-то?

– Очевидно, её внучка. – Объяснил я.

– Хорошо, что мы в итоге имеем?

– Ни черта. – Всё сыпется как карточный домик на слабом ветру.

– А что, если… – Насупился Уильям. – Эмили – и есть внучка Дэвис?

– Тогда они бы как-то разговаривали, вот что. Да и они даже отдалённо не похожи. Тот же Блэквуд и Браун имеют схожие тёмные глаза и волосы. Возможно, они и говорили правду.

– Да, несуразица. – Заключил полицейский.

– Вот ещё один факт – Эмили прибыла сюда по какому-то личному делу. И если это личное дело касается связи со своим дядей, тогда всё встаёт на свои места.

– То есть перед нами всё же был не спектакль?

– Не знаю. – Признался я.

– Джон, всё очень запутано.

– Зато можно сделать общий вывод. – Софи прибыла сюда, вероятно, за своей вещью, но кто-то одурманил её наркотиком.

– Но с чего вы решили, что этот кто-то сделал это после, а не до того, как она покинула особняк?

Этот вопрос вогнал меня в недоумение и шок.

– И вправду. – Выговорил я. – Но Дэвис ничего не принимала.

– Но вы прибыли в поместье последним. А мы не опрашивали ни одного человека по этому поводу. Вдруг ей что-то предложили перед тем, как она ушла?

– Может быть. – Неуверенно согласился я.

– В любом случае, водитель должен быть как-то связан со всем этим.

– Хотите сказать, он и может являться убийцей?

– Вероятно.

Мы вновь погрузились в размышления, которые терзали меня довольно сильно. За окном стало темнеть, пока мы молча сидели друг напротив друга, словно боясь сказать хоть слово.

Так что здесь было правдой?

И кто же всё-таки преступник?

Глава 12

– Или… – Наконец проговорил я, и Уильям посмотрел на меня с заинтересованностью: – Чудовище всё-таки существует, а Блэквуд – дядя Эмили, ваш брат влюблён в Браун, а странное наваждение – мистический зов, который направлен на подавление воли всех живых.

– Вы ведь шутите, так? – Изумился инспектор.

– Нет, Уильям. – Она бродила по лесу, искала что-то, может, хотела постичь какую-то древнюю тайну, а зверь, расчётливый и свирепый, оставил на ней свою печать, изрезав аккуратно плоть, и бросил её умирать.

– Это невозможно!

– Скорее, невероятно. – Тогда всё вяжется. – А может, и не было никакого таксиста и перед смертью Дэвис врала, говоря, что уехала с ним. Вдруг сам водитель – часть причудившегося ей сна, а она сама, того не понимая, бродила всё это время по лесу?

– Полный бред.

– Зато всё вяжется. – И монстр, которому не нужны странные человеческие мотивы, и именно что наваждение, вызванное зовом из глубин того потустороннего, которое отделил от себя человек.

– Вы даже не…

– Нет, Локк. – Скорее я поверю в то, что он существует, чем в то, что кто-то каким-то невероятным образом проделал всё это. Дэвис пала жертвой древнего зла, которое под гнётом лет потеряло хватку, но не оставило своих принципов, лишь только изрезав плоть Дэвис.

– Вы меня пугаете, Эванс. – Уильям побледнел, смотря на меня.

– Нет, что вы. – К горлу подкатил ком. – Это сказывается в вас страх, тот ужас, что скрыт в глубинах лесов и чащ. Легенды не берутся с пустого места – они основаны на реальной истории. Фантасмагория, страшная и предсмертная, посетила Софи, и она увидела чудовище, перед тем как то лишь немного поцарапало её, а потом удалилось в глубины чащи, в свои владения, давая понять, что прогресс не остановит мерной поступи древнего зла.

В этот момент за окном совсем уже опустились сумерки. И внезапно, откуда-то издалека, до нас донёсся вой, леденящий душу. Не похожий на завывания ветра или рычание волка, он был громким и зловещим. Инспектор нахмурил брови, взирая на меня, и содрогнулся. Моё сердце встрепенулось, чуть не ушло в пятки. По телу пробежали мурашки. И вспыхнул гром и молния, а завывания невиданного зверя отдавались эхом в наших ушах, хоть и давно больше не рокотало существо, обитающее где-то в лесах на западе.

– С чего мы решили, Уильям, что чудовищ нет на земле? Они были до нас, и после нас и останутся. – Я поднялся с кресла, намереваясь уйти.

– Но вы не можете так утверждать! – Вспыхнул инспектор, когда я уже стоял у двери.

– С чего это? – Локк, мы всегда мыслили слишком рационально, так почему бы и не допустить подобной мысли?

– Потому что их нет, ничего сверхъестественного никогда не существовало. Всё – лишь плод нашего воображения, Эванс.

– А рёв, который пронёсся недавно, и что слышал не только я, но и вы? Тоже лишь воображение?

– Просто причудилось.

– Я, конечно, попытаюсь выяснить всю правду, и моё подозрение падёт на всех присутствующих в этом поместье. Но, Локк, я никогда теперь не оставлю мысли о том, что только что услышал.

– Вы лишь накручиваете себя, Джон.

– Может, и так. Сам я не особо верил во все эти легенды, но теперь я по-новому взглянул на них. С каждым днём пребывания в этом месте моя вера во что-то потустороннее только возрастает.

– Ясно. – И куда же вы сейчас направитесь? Будете бродить по лесам в поисках чудовища?

– Только если я отчаюсь в поисках убийцы, поступлю так. Да и тем более, Уильям…

– Что?

Я замялся – порезы на теле Дэвис – не зря же я первоначально посчитал их за следы от когтей. Только потом, под влиянием Эдварда и остальных, я заключил, что они сделаны ножом.

Но какой нож мог так рвано изрезать плоть? Он должен быть скорее мачете, причём тупым, но никак не ножом. Рваные следы – они ведь и вправду были похожи на следы от когтей!

А вдруг наваждение посещает каждого, кто оказался снаружи, за стенами особняка, ночью? Что, если покинуть дом, просто постоять на холме и прислушаться?

Поведёт ли меня что-то туда, вглубь чащи, дабы я попал в лапы к неведомому зверю?

– Ничего. – Коротко ответил я и приоткрыл дверь.

Когда я переступал порог, услышал оклик инспектора:

– Не дайте вашему рассудку пошатнуться, Эванс, из-за какого-то там древнего мифа.

Молча я покинул гостиную, оставив Уильяма наедине с самим собой.

В столовой уже почти никого не было – ужин недавно закончился, но несколько человек ещё сидели за столом, о чём-то беседуя.

Медленно я прошёл в помещение и уселся рядом с Греем. Помимо него в столовой находились, на моё изумление, Эдвард и Эмили, а ещё Генри Уилсон.

– Вы слышали странный вой? – Спросил Артур.

– Да. – Подтвердил я, глядя на двух молодожёнов.

Они отвели от меня взор. Теперь я лишился общения с тремя людьми – пожалуй, не скоро пройдёт их обида.

– Мне кажется, мы все переволновались. – Заметил фотограф. – Нам надо просто успокоиться.

– Наверное. – Согласился Грей. – А вы что думаете, Эванс?

– Я размышляю о том, как вы, мисс Браун и мистер Локк, оказались столь близки. – Неожиданно выпалил я, взирая на детектива и Эмили.

Эдвард кинул ко мне испепеляющий взор:

– Вас это не касается.

Ну, что ж, пора раскрыть и свои карты – заключил я.

– Сказать вам правду?

– Вам удалось подслушать ещё один приватный разговор? – Поддел сыщик.

– Нет. – Я вздохнул. – Я ничего не знал, Локк. Только предполагал. Действовал наверняка, и моя манипуляция сработала.

– Как… – Ошеломлённо выдавила Браун.

– Похоже, Джон, вы использовали трюки полиции. – Злобно усмехнулся детектив.

– Мне не хотелось ссориться с вами. – Произнёс я.

Артур и Уилсон молчали, смотря на нас.

– Но у вас это получилось. – Возразил Эдвард.

– Прошу за это прощения, я правда не хотел. – Заверил я.

Эдвард посмотрел на меня с каким-то пониманием:

– Может, со временем, Эванс. Вы неплохой человек, но право же, иногда вам не стоит совать нос не в своё дело!

– Как и вам.

– Идите к чёрту, Джон. – Улыбнулся сыщик, и между нами вновь установились былые взаимно неприязненные отношения.

Мы поговорили ещё немного, а потом разошлись по комнатам. Стараясь не думать ни о чём, я погрузился в сон, где мрачная фантасмагория разыгралась вовсю.

Скитаясь по лесу, я слышал за спиной тяжёлую поступь монстра. И вдруг в сознании раздался голос Дэвис: «Он истерзал меня, оставил умирать, но я почему-то до сих пор жива».

Почему-то жива… Почему?

Как зверь мог оставить умирать? Нет, но… Либо он – разумен, что просто не укладывается в голове, либо – нападавшим всё-таки был человек.

Внезапно я раскрыл глаза. Стояла ночь. В коридоре раздались быстрые шаги.

Глава 13

Осторожно, боясь даже дышать, я поднялся с кровати, вышел в коридор и прислушался.

Никаких шагов. И шума.

Надо сказать, что из-за всего произошедшего разум мой был одурманен.

Если пойти к тому холму. – Рассуждал я, застыв во тьме коридора. – Что, если зверь поведёт меня? Неужели правда так близка?

– Вы представить себе не можете, что я обнаружил.

Кто это сказал? Голос, явно мужской, приглушённый, раздался откуда-то слева. Мерной поступью, на цыпочках, я миновал несколько дверей. Остановился у одной из комнат.

– Ну же, что это, Генри? – Говорил Грей.

– Посмотрите… Снимок. Я сделал его накануне утром, когда мы ходили к лесу.

Раздался шелест бумаги, тяжёлый выдох Артура:

– Что это?

– Эванс рассказывал вам о легенде?

– Да, я первый, кто её услышал.

– Что, если это всё сделал он?

От обвинений Уилсона захотелось ворваться в комнату, схватить фотографа за шкирку, что-то прокричать. Но я остановил себя – мне нужно было прислушаться к разговору.

– С чего вы взяли?

– Грей, подумайте сами – мистер Эванс первый, кто прознал о легенде. Он самый опытный из игроков. Мы видим его впервые. Он явно заранее подготовился к игре. Может, Блэквуд сделал чучело зверя или нечто подобное.

– Это никак не вяжется с реальным убийством.

– Знаю. Но ради спектакля он мог расставить подсказки.

– К чему вы это говорите?

– А как по-другому объяснить этот снимок, Артур?

Вновь хруст бумаги.

– Это особняк?

– Да, вид снизу-вверх. С подножия холма, перед входом в чащу. – Подтвердил Генри.

– И что же?

– Видите… Вдалеке? Кое-что выделяется? У окна гостиной?

– Нет…

– Я тоже не придал этому значения. Пересмотрел снимки. Уже потом, когда была обнаружена Дэвис, я думал над этим. А после допроса аккуратно покинул поместье – через чёрный выход.

Оказавшись подле того самого окна гостиной, я обнаружил на подоконнике… Впрочем, глядите сами.

В который раз я услышал шелест бумаги. И удивлённый восклик Грея:

– Что это, чёрт меня подери?

– Снимок. Уже подробный.

– Я вижу! Но…

– Вы про следы?

– Да, Уилсон.

– А разве не очевидно? Это когти!

Всё тело сжалось. Мне не хотелось слушать их – ничего я не желал больше, чем увидеть эти следы.

Шаги, от которых я проснулся… Всё объяснялось – это Артур Грей вышел из своего номера и навестил Генри. Как они связались посреди ночи, неважно, может, перестукиванием – их комнаты были смежными.

Меня волновало другое. Я ринулся к лестнице. Осторожно, стараясь не скрипеть, спустился по ступеням и на ощупь прошёл к гостиной. Повсюду царил кромешный мрак.

Помещение, обычно полное людей, освещалось только блеском луны. Я не знал, какое из окон проверять. Лучше то, что посередине, рядом с которым сидел я с Уильямом – решил я.

Приоткрыв окно, я перелез через него и, оказавшись с обратной стороны на прохладном ночном воздухе, пошатнулся.

Их было несколько. По три царапины. Всего пять таких следов, у самого окна.

Раздался вой. Я обернулся. Внизу, дальше, за лесом, и туда, на Запад, где тянулись вереницы холмов, а деревья росли так плотно, что в них можно было затеряться.

Так кричал израненный. Как по-иному можно было его назвать? Потерявший хватку, но всё ещё живой…

– Что вы тут делаете?

Я содрогнулся. Поглядел кругом. Справа от меня стоял Блэквуд.

– А вы?

– Мне не спится, Джон. – Арчибальд затянулся сигаретой: – Я вышел через чёрный ход. Завидев вас, скрылся за углом дома.

– Вой! Вы его слышали?

– Да, Эванс.

На секунду я забыл о звере:

– Вы злитесь на меня?

– Нет. Это я прошу прощения за свои выпады. Со времён университета вы ничуть не изменились, мой дорогой Джон. Я всегда видел в вас эту жилку исследователя. Но вы никогда не были мистиком.

– Взгляды меняются… И всё же. Прости меня, Арчи.

– Сам виноват. – Блэквуд затушил сигарету: – Надо было сообщить вам обо всём сразу.

– Так Эмили правда – ваша племянница?

– Да.

– Ясно… – И я вновь задумался – над воем, странной легендой и этими проклятыми царапинами на подоконнике.

Мы стояли, глядя куда-то на Запад, и не говорили ни слова. Тишина была благодатной и в то же время удушающей.

– Хочу кое-что прояснить, Джон.

– Да? – Я вышел из ступора.

Арчибальд медленно подошёл ко мне, указал на следы когтей:

– Приглядитесь.

Я последовал его указаниям. Царапины… Были сделаны криво, но всё же я со вздохом облегчения прошептал:

– Так это… Не зверь.

– Разумеется, нет. Я задумал это для игры, которую мы, к сожалению, не довели до конца из-за настоящего убийства.

– Вы сами их вырезали?

– Да. В той легенде – я рылся в архивах – сказано, что монстр имел лапы с тремя когтями. Странно, не так ли? У волка пять, среди них – четыре больших и один маленький коготь. Ну, на передних лапах.

У медведя их пять, но все большие, и на всех лапах.

– Конечно… – Протянул я, успокаиваясь.

– Не обращайте внимания на вой. Диких волков у нас давно нет. Скорее всего, кто-то держит у себя стаю. Может, какой-то зажиточный джентльмен с обширными владениями.

– Вы всё рационализируете.

– Как же иначе, Джон?

Слова моего знакомого заставили меня утихнуть. Накатила усталость. Мы обменялись пожеланиями спокойной ночи и разошлись.

Когда я проходил мимо комнаты Уилсона, оттуда уже не раздавалось голосов – лишь ворочание в кровати. Вздохнув, я прошёл к своему номеру и вскоре задремал.

***

Проснулся я, на удивление, относительно бодрым. Однако поздновато – из сна меня вывел удар гонга.

На завтрак я опоздал на четверть часа, впрочем, все, кроме Браун и Локка, сидели в столовой. Я как обычно расположился рядом с Артуром. Тот странно меня оглядел:

– Доброе утро, Джон.

– И вам…

Грей и Уилсон переглянулись. Не хмуро, как я от них ожидал.

– Тут такое дело, Эванс. – Пробормотал Генри: – Ваш приятель Блэквуд лично нам поведал…

– Вы о следах на подоконнике одного из окон гостиной? – Предположил я, схватывая на ходу.

Оба изумлённо вскинули брови.

– Как вы… – Начал Артур.

– Я же исследователь. Дважды два несложно сложить. – Немного приврал я – не говорить же о том, что подслушал их разговор!

– Признаю, есть небольшая тайна. Мы по первой подумали о звере. Благо, сегодня до завтрака мы подошли к Арчибальду – он разъяснил, что когти оставлены им самим для игры. – Выдал Уилсон.

С усмешкой я кивнул – получается, возможные обвинения были предотвращены. Наверное. Может, они и продолжали подозревать меня, но хотя бы были осведомлены о реальной причине возникновения следов.

Это уже было неплохо.

– Боюсь, из-за всех этих перипетий у меня расстроится желудок. – Буркнул Бонн, отпивая кофе: – Я не планировал задерживаться на столь долгое время. Меня ждут дела на родине.

Я сочувственно хмыкнул:

– Понимаю. Застопорилась работа.

– По-другому и не сказать, месье.

Уильям Локк, в отличие от своего брата, на трапезе присутствовал:

– Если вы не против, после завтрака приглашаю всех в гостиную.

– Для чего? – Насупился Джордж.

– Второго допроса.

– Но дело даже не сдвинулось с места, мистер Локк!

– Попрошу обращаться ко мне «инспектор».

Смит закатил глаза – Мэри потрепала мужа под плечи:

– Это чистые формальности, дорогой. Тебе нужно успокоиться.

Кто точно непричастен к убийству, так эти двое – рассудил я – слишком спокойная и тихая супружеская пара.

Блэквуд постучал вилкой по бокалу, и, поднявшись с места, объявил:

– Я думал над многим. Понимаю, что сейчас вы все очень расстроены и даже взволнованны. Кому-то из вас нужно в столицу, другим – срочно уезжать. Заверяю и надеюсь, что расследование скоро завершится.

– К чему вы ведёте? – Подал Генри.

– Я хочу поставить вопрос о продолжении, вернее, обновлении игры.

Уильям бросил пепельный взгляд к Арчибальду:

– Простите за выражение, но вы что, мистер, издеваетесь?

– Попрошу заметить, что я – хозяин и владелец поместья. Раз мы вынуждены провести здесь ещё пару дней, то почему бы, вместо того чтобы сидеть по комнатам, нам себя не развлечь?

Сам я задумался – для чего продолжать игру? Да и кто будет в ней участвовать? В её новой версии? Я, как и оба Локка, был полностью погружён в расследование – вот куда я бросил все свои силы, намереваясь оставить с носом двух братьев.

– Не нравится мне эта идея… – Потягивая кофе, пробурчал француз.

– Моё дело – предложить, дамы и господа. Решать вам – продолжать её или нет. – Произнёс Блэквуд.

– Предлагаю голосование. – Проговорил Артур Грей: – Кто за то, чтобы возобновить игру?

Руки подняли фотограф, сам Артур и Смиты.

– А вы, Эванс? – Обратился ко мне Грей.

– Пожалуй, воздержусь.

Бонн, проскрежетав, поддался общему порыву.

– Хорошо. У нас пять участников. Будет один убийца. – Разъяснил Арчибальд.

– Игра слишком быстро закончится. – Насторожился Генри Уилсон.

Кайл Хейвуд, совсем неприметный, на моё изумление руки не поднял – очень странно. Такой спокойный и тихий. Его вообще что-нибудь интересовало?

Началось обсуждение планов игры – каким-то образом в неё втянули и Хейвуда. Шести участников хватило для того, чтобы ввести одного убийцу. Не дожидаясь конца дискуссии, Уильям поднялся:

– Прошу меня извинить. Раз никто не хочет на второй…

– К чёрту ваш допрос, инспектор Локк. – Буркнул Джордж.

– Что?

Смит замялся. Уильям пожал плечами – в глазах его сверкнул гнев, но он быстро взял себя в руки, переменяя взор:

– Джон, можно вас?

– Конечно. – Я тут же закончил трапезу.

– Удачи вам, Эванс. – Артур улыбнулся: – Не хотите заключить пари?

Локк уже удалился. Я же решил задержаться:

– И какое же?

– Я и Уилсон ставим на то, что вы ничего не выясните.

– Вы в меня не верите?

– Как на это посмотреть. – Усмехнулся Грей: – Коэффициент 2 к 3-м.

– То есть?

– Если выиграем мы… Получаем двойную ставку от общей суммы.

– И сколько вы ставите?

– 100 фунтов. – Отчеканил Генри.

– Чёрт подери! Вы с ума сошли?

– Нет. Но почему бы не рискнуть? – Раззадорился Артур.

– Я обязан поставить столько же?

– Да, мистер Эванс.

– То есть… – Я принялся считать: – В случае моего выигрыша я получу 300 фунтов.

– Нет, вы не так поняли. Я же говорил об общей сумме. То есть коэффициент идёт от всего банка – 200 фунтов.

Невольно я содрогнулся. А если я проиграю – на что мне останется жить? Впрочем, сбережения позволяли:

– То есть 400-та фунтов вам при выигрыше.

– Да, Джон. А вам 600. Сделка выгодна для вас.

– Если бы не была такой безумной!

– Бросьте! Или в вас погас азарт?

Глаза Грея блестели огоньком опытного игрока.

– Хорошо, Артур. Я согласен.

Даже обсуждение игры было приостановлено. Смиты отчего-то встрепенулись. Кристиан пригладил усы, и, вздохнув, выдал:

– Вы ведь ещё не пожали друг другу руки?

Я повернулся к Бонну:

– Нет.

– Я люблю стимулировать людей на свершения. Вы, мистер Эванс, имеете то, что ценится у нас, в банковском деле. Секунду… – Француз вынул из-под фрака чек: – Я готов поставить чуть больше… 200-ти фунтов, если вы не возражаете.

Хейвуд остался в стороне. Джордж вдруг подался вперёд:

– Я довольно известный врач… В моей клинике в Лондоне… Помню, как-то раз один пациент сказал мне – как вы можете жить, не идя на риск?

Мэри буркнула:

– Давай без этого.

– Брось! Я ничем не рискую!

И Смит продолжил:

– Тоже ставлю 200-ти фунтов!

– Нам поднимать наши ставки? – Уточнил я – перед глазами всё затуманилось.

Произошло убийство, а мы ставим! Это просто… Не по-джентельменски! Но пари… Оно ведь стоило того, ведь так?

Бонн и Смит переглянулись. Кристиан кивнул:

– Не стоит. Коэффициент остаётся тем же. На ваш риск – принимать наши ставки или нет. Ведь в случае проигрыша вы разоритесь.

Если подсчитать – банк в 600 фунтов. Да, я и вправду останусь почти без денег. 1200 фунтов! Однако в случае победы… Меня ждал выигрыш в размере почти 2000 фунтов стерлингов.

Мне придётся продать свою квартиру в столице. На что я буду жить?

Внезапно голос подал Арчибальд Блэквуд:

– Я выступлю на стороне моего друга. Ставлю 500 фунтов. Повышения ставки не прошу.

На этот раз замялись уже мои соперники. Что у нас выходило? Все задумались, подсчитывая деньги. Артур Грей наконец продекламировал:

– Всего нас шестеро. Общий банк составляет 1100 фунтов. В случае выигрыша мистер Эванс делит с Блэквудом 3300 фунтов. По 1650 фунтов…

– Нет, дамы и господа. Я оставлю себе лишь свои 500 фунтов. Остальное достанется Джону. – Сообщил Арчибальд.

От его щедрости я только приоткрыл рот:

– Почему…

– Ну а почему бы и нет, друг мой? – Блэквуд улыбнулся.

– Значит, я и Уилсон вместе должны будем… Так… Всего 500 фунтов с нашей стороны...

Вот в чём была хитрость нашего пари, что и отличало его от других – если общая сумма умножалась на три, значит, для тех, кто проиграл, коэффициент был явно выше.

– Позволите? – Артур взял листок, вытянул из-под пиджака ручку: – Я запишу.

Повисло молчание. Бонн и Смит уже не так охотно поглядывали на нас. Через пару минут Грей закончил. Все встали из-за стола, подошли к нам, разглядывая расписку.

Арчибальд буквально спас меня одним своим вступлением в игру. Сделка становилась явно не совсем выгодной для моих соперников – и по выражению их лиц я это понял.

Впрочем, их выигрыш всё равно был существенным. Да и те, казалось, и не планировали отступать. Помявшись, первым протянул мне руку Артур:

– Эванс, я согласен.

– Пожелаете мне удачи?

– К чёрту вас, Джон. Лучше приберегу её для себя. – С сарказмом подметил Грей.

Вторым рукопожатием я закрепил сделку с Уилсоном. Далее попеременно я крепко пожал руки Джорджу и Кристиану. В конце концов я подошёл к Блэквуду.

Столовая наполнилась перешёптываниями – никто не сидел за столом. Все о чём-то переговаривались.

– Это пари скрепило нас больше, чем игра. И вы молодец, Джон, что устроили всё это.

– В общем-то зачинщиком выступил Артур. – Парировал я, пожимая Арчибальду руку.

Тот медленно наклонился к самому моему уху:

– Не правда ли любопытно смотреть на то, как все они взволнованы? Это вселяет восторг!

Я усмехнулся:

– Вы всегда были немного безумны, Блэквуд.

– Увы, ничего не могу с собой поделать.

Отойдя от старого друга, я направился к гостиной. Сколько прошло времени с ухода Уильяма? Ждал ли он меня до сих пор?

Переступая порог помещения, я увидел инспектора.

– Вы отсутствовали полчаса.

Я хотел что-то сказать. Локк только махнул рукой:

– Ваши препирания я слышал даже отсюда. Вы азартный человек, Джон Эванс. Грянуло убийство, а вы ставите, теша своё самомнение. Как это резко контрастирует с вашей вчерашней отповедью о сверхъестественном!

– Человек по природе изменчив.

– Но не до такой степени. А теперь, если позволите, я хочу оставить финансовый вопрос. Я велел отыскать того самого таксиста, что отвозил Дэвис.

Сразу же эйфория и мысли о пари сменились смутными предположениями:

– И что же?

– Будем ждать. Скоро прибудет и Эдвард – вместе с Эмили он гуляет где-то в окрестностях.

И я, пройдя к одному из кресел, поудобнее уселся в нём. Мы принялись ждать. Что нам может поведать таксист?

Глава 14

Инспектор вдруг повернулся ко мне:

– Я навёл справки. Помните – ваша версия со спектаклем?

– Да. – Отозвался я: – И что же? Она подтвердилась?

– Третья версия – нет. Эмили Браун действительно племянница Блэквуда.

– Чёрт возьми…

– Бывает, мы слишком много надумываем.

– Дэвис… Она должна была вернуться в особняк по весомой причине. Вы навели справки о её внучке?

– Да, Кэтрин Дэвис. Живёт в Бристоле.

– Вы вызвали её?

– Пока что – нет.

– А водитель? – Спросил я.

– Таксист… Джозеф Парсон.

Уильям хотел сказать что-то ещё, но тут в гостиную лёгкой походкой прошёл Эдвард. Усмехнувшись, он хмуро кивнул мне и, усевшись рядом, прицокнул:

– Как? Сдвинулось дело с мёртвой точки?

– Эдди, мне иногда кажется, что ты приехал отдыхать, а не работать.

– Только посмей ещё раз назвать меня Эдди!

Полицейский только шире улыбнулся:

– Хорошо, Эдди.

Глаза сыщика вспыхнули яростно, но быстро тот успокоился:

– А вы, Эванс? Проклятый манипулятор! Надо же было повестись! Да вы ничего не знали! Но с какой уверенностью говорили…

– Что вынудило вас раскрыть карты. – Добавил я.

– Я вас прощу… Но обсуждать это не намерен. С Эмили у вас отношения, боюсь, так и не наладятся. Не сильно-то и хотелось.

Я лишь пожал плечами. Все мы замолкли в ожидании Хьюза и таксиста. И через четверть часа показался сначала Джеймс, а следом за ним и водитель – мужчина средних лет с полноватым лицом и жидковатыми волосами.

Пройдя к нам, Парсон расположился в кресле.

Констебль же остался за дверью по указанию инспектора. И Уильям начал допрос:

– Кто вас вызвал?

– Связались по диспетчерской. Неизвестный.

– Вот как… Долго вы везли Софи Дэвис?

– Примерно час, даже меньше.

– При ней была сумочка?

– Да.

– Но что же тогда заставило её вернуться? – Прошептал я, переглядываясь с инспектором.

Инициативу перехватил Эдвард:

– Что ещё вам известно? Куда именно она велела везти?

– Обратно к поместью.

– Где вы её оставили?

– У крыльца.

– В котором часу это было?

– В 10 вечера мы выдвинулись к Портсмуту… Если считать… Примерно в половину 12-го.

– Портсмут?! – Воскликнул Уильям.

– Кэтрин же живёт в Бристоле… – Протянул детектив: – Что за нелепица?

– Я не знаю, кто именно заказал рейс. Да и сама мисс Дэвис не уточняла – её склонило в сон примерно на десятой минуте. Как только она проснулась, указала возвращаться, сказав, что ей нужно что-то важное.

– Сделать или забрать? – Уточнил я.

– Я так и не понял. – Джозеф почесал затылок: – По виду она была уставшей.

– Значит, ей могли вкачать наркотики в то время, пока все сидели в гостиной в первый день. – Озвучил Эдвард Локк мысль, что посетила его брата ещё вчера, но которую тот, разумеется, не слышал.

– Мы с Эвансом уже это обсуждали. – Вынес Уильям.

– Точно… Ваши посиделки после моего разоблачения. – Буркнул сыщик.

Джозеф Парсон недоумённо поглядел на нас:

– Вам нужно знать что-нибудь ещё? Я понимаю… Мне сказали, что Софи Дэвис мертва. Это ужасно. Её убили?

– Да. – Подтвердил инспектор.

– Скажем так – это наиболее вероятная версия. – Детектив откинулся на спинку кресла, постучал пальцами по колену и, резко вскочив, зашагал кругами.

– Вы же понимаете, что находитесь под подозрением? – Со всей серьёзностью объявил Уильям.

Парсон побледнел:

– Вы думаете, я…

– Мы не можем ничего думать. Следствие полагает. А вы последний, кто видел Дэвис живой.

– Я…

– Когда вы уезжали, видели ли, как Софи входит в особняк?

– Она стучала в дверь.

– Я ничего не слышал. – Пролепетал я: – Вы уверены?

– Не совсем – клонило в сон, мне могло показаться.

– Что у нас выходит? – Инспектор посмотрел на меня, не обращая внимания на нервно шагающего брата: – Около полуночи Софи Дэвис прибыла в особняк. Возможно, принялась стучать в дверь. Для чего?

– Если сумка была при ней, значит, причина в другом. – Эдвард вновь опустился в кресло: – Ну же! Шевелите своим серым веществом. Если это что-то заставило вернуться её обратно, значит, это нечто было эмоцией, чувством, а эти свойства применимы к человеку.

Это мог быть долг или обида, недоверие или проверка. В любом случае – один из постояльцев особняка и есть та самая причина!

– Верно. – Когда ты прибыл сюда, Эдди?

Сыщик заскрежетал зубами – ему явно не нравилось прозвище, данное ему братом:

– Утром.

– В теории, Эдвард мог совершить убийство. – Усмехнулся я: – Ведь приехал утром. А Дэвис… Она бродила по лесу сутки! На неё напали только через день после того, как она вернулась в поместье! И всё это время она плутала в чаще!

Что она могла там делать?

– Не вам меня обвинять. – Впрочем, я вас понимаю, Эванс – все мы под подозрением. Кроме моего глупого братца, разумеется.

Уильям сверкнул глазами:

– За оскорбление инспектора… Я тебе покажу Скотленд-Ярд, чёрт тебя подери.

– Ну-ну.

Джозеф недоумённо пробормотал:

– Я могу идти?

– Пока что – да. Где вы живёте? – Поинтересовался полицейский.

– Неподалёку…

– Вы не против, если мы временно распишем вас под домашний арест?

– Если так нужно, то…

– Отлично. Вы свободны, мистер Парсон.

Таксист, медленно поднявшись, покинул гостиную.

– Если я всё правильно понял, Дэвис и вправду была одурманена. – Выговорил Эдвард: – Следовательно, её напоили. Джон, она что-нибудь пила или ела, когда вы появились здесь?

– Я с Артуром выпил виски. – Вспомнил я: – Да, кажется, все сидели с чем-то расслабляющим. У Дэвис был бокал. Вина, белого, судя по виду.

– Вот всё и вяжется. Кто-то подмешал ей в бокал наркотик, она начала бредить. Нормальный человек не будет сутки скитаться по лесу. И ему уж точно не привидится зверь!

– С какой стороны взглянуть. – Парировал Уильям: – Нас, констеблей и полицию в целом, обвиняют в топорности. Вечно строят из нас идиотов из Скотленд-Ярда. И этому поспособствовали все эти ваши детективные романы и рассказы!

Однако я вот что вам скажу – это не в моём духе. Если я строю версию, то могу поставить под сомнение даже весомые факты. Такие, как тот же самый бокал вина.

– Как раз такие факты учитывать и стоит. Тебе ли не знать? – Сыщик насупился: – Выстроим теорию?

Согласно я кивнул.

– Итак… – Эдвард Локк на секунду замялся: – Софи Дэвис уехала на такси, заказанном незнакомым лицом. Главная нестыковка – она не могла сама вызвать такси, но сказала, что сделала это.

Вторая нестыковка – Дэвис знала того незнакомца, иначе не объяснить, как так вышло, что некто заказал такси и Софи тут же пустилась вперёд, даже не уточняя адрес прибытия.

Ну? Что отсюда следует?

– Убери свой снисходительный тон. – Возмутился инспектор.

Я не удостоил выпад Уильяма внимания:

– Что Дэвис не хотела в Бристоль. Ей срочно нужно было в Портсмут.

– Но для чего? – Уточнил Уильям.

– Скорее всего. – Решился предположить я: – Чтобы покинуть Британию.

– И куда она могла направиться?

– Ну и где твоя хвалебная сыскная способность? – Ухмыльнулся детектив, глядя на брата: – Очевидно, здесь один путь – через Ла-Манш на брег солнечный и полный деликатесов.

– Франция. – Буркнул я: – Но зачем?

– Была у неё тайна. И был кто-то, да и сейчас есть, в особняке, кто является частью этой тайны. Вуаля! Tout le génie est simple[1]!

– Не думал, что ты знаешь французский. – Поддел инспектор.

– Его нужно знать… Это язык афоризмов и метафор. А наш язык больше заточен под дело. – В общем… Картина следующая – Софи Дэвис хочет покинуть Англию, уехать во Францию, оттуда, быть может, куда-нибудь подальше.

Но на полпути вспоминает, что у неё осталось какое-то невыполненное дело. И она поворачивает назад. Встречает кого-то в поместье…

– И самое главное – даже если этот кто-то найдётся, далеко не значит, что он убийца! – Невольно вскрикнул я.

– Да. – Согласился Эдвард: – Даже наоборот! Скорее всего, это был человек близкий. Да, можно предположить, что этим кем-то мог являться и враг. Но я склоняюсь к другу. Потому при построении своей версии будем опираться на это.

– То есть Дэвис вернулась в поместье, поговорила с этим, как ты выразился, другом. Потом что-то произошло. Софи зачем-то понадобилось в лес, и бродила она там целые сутки напролёт!

Уже под утро следующего дня на неё напал… Не зверь, человек. Оставив при этом три пореза. – Заключил Уильям.

– Да… Такова моя версия.

Мы задумались. Предположения сыщика были точны, но насколько близко мы подобрались к правде?

[1] Всё гениальное – просто! (фр.)

Глава 15

– Предлагаю перебрать всех гостей и выяснить, кто из них является этим «другом». – Наконец произнёс инспектор.

Недоумённо я взглянул на него:

– Без второго допроса?

– К чему? Мы не сможем выяснить ничего нового.

– Верно, верно… – Протянул Эдвард: – И я даже догадываюсь, кем может быть этот друг.

– Давно ли ты выстроил свою теорию, а, Эдди?

– Всяко пораньше, чем ты бы додумался до подобного, Уилли.

Уильям нахмурился – контратаки от своего брата он явно не ожидал:

– Сразу отсеиваем мисс Браун, мистера Блэквуда, Эванса и тебя. Остаются Смиты, Хейвуд, Грей, Уилсон и Бонн. Шесть человек.

– Дэвис по виду была состоятельной. – Начал я: – Если в её деле имеет место быть некая афера, то можно предположить, что она связана с Кристианом Бонном.

– И как же? Только потому, что мисс Дэвис направлялась во Францию, а мистер Бонн – француз? – Ухмыльнулся сыщик.

– Нет. – Отринул я, буравя взглядом напыщенного детектива: – Подумайте сами. Какого чёрта богатый банкир делает здесь, в Англии? Он явно решил сыграть в игру так, заодно, из-за знакомства с Блэквудом.

– Понятное дело, что у банкиров могут быть сделки и встречи по всему миру: – Я бы не удивился, появись он хоть в России. – Пожал плечами инспектор.

– Да, но… Он мог провернуть некую схему. Возможно, речь идёт о состоянии. Софи Дэвис вдова, не так ли? – Напирал я.

– Её муж, Стэнли Дэвис, был видным аристократом и промышленником. По завещанию… Я точно не помню. Кэтрин дала мне скупые сведения, когда наняла для расследования. – Проговорил детектив.

– Когда она наняла вас? – Спросил я.

– Утром, за сутки до смерти Софи Дэвис.

– Это нелепо. Почему так рано? Пока вы к ней приехали, потом кинулись из Бристоля к нам… Прошло несколько часов.

– Да. Ранним утром. В шесть утра, вроде как.

– А прибыли вы к 10-11… – Я сглотнул: – Это странно, разве нет?

– Говорю же – её внучка считала, что дорогая ей бабушка должна была прибыть в Бристоль уже к полуночи. Она провела ночь без сна, а в пять утра связалась со мной… Потом я приехал к ней, выяснил биографию, получил аванс и указание поезжать в особняк.

– Ловко вы орудуете, Эдвард. – Неужели у вас не было других дел? С чего вы вдруг вскочили с постели ранним утром и ринулись к Кэтрин?

– Потому, мистер «игрок». – Детектив улыбнулся: – Потому, что мне сразу озвучили сумму – 100 фунтов аванса и 500 за успешное раскрытие пропажи и нахождение Дэвис.

– Кто сообщил Кэтрин о смерти Софи? – Поинтересовался я.

– Я послал констебля. – Выступил Уильям.

– А я позвонил. Связались по телефону, что здесь, в поместье. – Она всхлипывала. – Пробурчал сыщик.

Дни плыли как в тумане. Итак, я прибыл в поместье поздним вечером, на второй день приехал Эдвард Локк, на третий была обнаружена Софи. Сегодня шёл четвёртый день.

И мы не продвинулись ни на шаг. Никаких улик, никакого анализа.

В дверь гостиной вдруг постучали.

– Да? – Подал инспектор. – Входите.

Джеймс Хьюз шёл с какой-то бумагой в руках:

– Провели анализ. Как вы и просили, на содержание наркотических веществ.

– И что же?

– Позвольте?

– Конечно. – Махнул рукой Уильям.

Констебль зачитал:

– Результат медицинской экспертизы – содержание в крови C₁₁H₁₇NO₃ в достаточно большом количестве.

– Что это? – Вздохнул полицейский.

– Галлюциноген. Простыми словами – мескалин, начинает действовать через 60-90 минут после употребления.

– Ты-то откуда знаешь?

– Потому, братец. – Продолжил сыщик: – Что я изучаю разные вещества по долгу своей профессии. Я, в принципе, так и думал. Действие у него долгое, но чтобы галлюцинации длились целые сутки… Обычно 10-14 часов… Любопытно.

– Наш Холмс интересуется на табаком, а психотропными веществами. – Усмехнулся я.

– Послал бы я вас к чёрту, Джон, но больно надо. – Итак, что мы имеем?

– Содержание наркотиков подтвердилось. – Уильям кивнул Хьюзу: – Спасибо, вы свободны.

Констебль вновь встал за дверью.

– Это было очевидно. – Выдал Эдвард: – Картина у каждого из нас выстроилась, я надеюсь?

– Разумеется. – Согласился инспектор: – Дэвис приезжает в поместье, встречается со своим другом или в крайнем случае врагом. К тому моменту уже началось действие мескалина.

Они ссорятся или, может, мирятся – неважно. После беседы Софи тянет в лес под действием галлюцинаций.

Она бродит по чаще до обеда или раннего вечера, а когда действие мескалина проходит, идёт эффект отхода. Он тоже важен. При выходе из подобного состояния галлюцинации могут усилиться.

На неё нападают – уже ранним утром, она истекает кровью несколько часов… Лежит неподвижно. Возможно, ей повредили внутренние органы, потому она умирала так долго, и её правда можно было спасти.

– Либо кто-то напал на неё перед самым завтраком, что наиболее вероятно, а потом вернулся в поместье через чёрный ход. – Высказался детектив.

– А может, это вообще сделали вы, Эванс. – Внезапно Уильям повернулся ко мне: – Прямо во время поисков нашли её и изрезали. А затем сделали вид, что наткнулись на неё случайно.

– Не несите бред, инспектор. – Возразил я: – Порезы явно были не свежими. Вы и сами видели.

– Да… Согласен… Не обижайтесь, Джон, я просто предполагаю.

– Белых пятен осталось немало. Но с этим можно работать. – Подытожил Эдвард: – Когда я говорил о том, что подозреваю, кто связан с мисс Дэвис, то имел ввиду, разумеется, Кайла Хейвуда.

– Простите? – Изумился я.

– Видите ли – люблю я недоговорки. Ну, я упустил из виду кое-какой факт… В доме Кэтрин на одной из полок в её комнате стояла фотография. На ней были изображены Софи Дэвис, её покойный муж, богатый промышленник, как я и говорил.

– Выкладывай всё. – Поторопил Уильям.

– После смерти Стенли, разумеется, всё наследство переходило его жене, Софи.

– И что же? – Буркнул я.

– Помимо старшей пары Дэвис на изображении я заметил молодого человека, обнимающего за плечи Кэтрин. Как она рассказала, это её суженный, с которым они расстались.

– Хейвуд?! – Воскликнул инспектор.

– Да. – Я не хотел вам говорить, потому что вы могли подумать на него. – Произнёс Эдвард. – Я сразу узнал в одном из гостей того самого суженного.

– Но почему вы об этом не сказали? Это меняет всё! – Выдавил я.

– Ни черта это не меняет. Да, у него был мотив, так как по завещанию, разумеется, всё передавалось Кэтрин. Ну, в случае смерти Софи. Но Хейвуд уже год как расстался с ней, а потому это глупо.

– Но для чего тогда Софи Дэвис захотела поговорить с Кайлом? – Уточнил Уильям.

– Разве не ясно? Кэтрин глубоко переживала, как и, подозреваю, сам Хейвуд, об их отношениях. Они бы хотели сойтись заново, но не находили точек соприкосновения. Предположу, что Софи Дэвис хотела выступить неким проводником.

– Так она говорила с Хейвудом, а затем ринулась в лес. – Пробормотал я.

– Возможно. Но это не на 100% правда. Но вероятность огромная.

Мы замерли в креслах. И как было поступать с этой новой информацией?

– Ты воспринимаешь убийство как игру! – Третий день ты в поместье, а говоришь о таких вещах только сейчас, Эдди, маленький ты мерзавец!

По виду Уильям был старше детектива не больше чем на 2-3 года. Сыщик нахмурился, опускаясь ниже в кресле:

– Успокойся, всё хорошо. Что вы хотите сделать?

– Вызвать его на допрос. – Озвучил я, а инспектор тут же окрикнул:

– Хьюз! Мистера Хейвуда, срочно сюда, в гостиную!

Полицейский, кое-как успокоившись, отвёл взор от своего родственника и, закурив, принялся расхаживать кругами по гостиной, в то время как я, недоумевая с поведения Эдварда, промолвил:

– И зачем вам это было нужно?

– Если бы я сообщил об этом сразу, то Кайла Хейвуда могли заподозрить в убийстве. А если кто из нас и является невинным, так это он. Нужно было просто подождать, пока расследование выйдет в необходимое русло.

Как-то по-новому я взглянул на сыщика – он явно был опытным стратегом. Но мои размышления не пошли дальше.

На пороге появился Хейвуд.

Глава 16

Инспектор кивнул:

– Прошу, проходите, присаживайтесь.

Недоумённо Кайл уселся в кресло, где ещё недавно располагался Уильям. Сам Локк-старший (отныне легче будет называть полицейского так, пусть это не совсем верно), продолжая бродить кругами, задымил второй сигаретой.

Эдвард лишь ухмыльнулся:

– Выкладывайте, мистер Хейвуд.

– Что?

– То, как вы связаны с Кэтрин Дэвис.

На Кайле Хейвуде не осталось и лица – голубые глаза застекленели:

– Так вы…

– Всё знаем. – Пробурчал Уильям.

Хейвуд поглядел на меня:

– И вы?

– Да. – Согласился я: – Говорите то, что скрывали.

– Чёрт. – Кайл заёрзал в кресле, заметал взор: – Вы про мою аферу? Да, я… Хотел, правда. Но я отступил.

Инспектор удивлённо вскинул брови:

– Что вы…

Немедленно я прервал того, давая понять, что тут надо играть до конца:

– Говорите, Хейвуд. – И, задумавшись, будто ощупывая почву (пусть я ничего не знал), добавил: – Вы хотели разделить деньги с Кэтрин?

– Как вы дога… Точно, вы же всё знаете. – Насупился Кайл: – Да, наше расставание и отношения были фиктивными. В обмен на некую помощь Кэтрин я получал процент от огромного наследства.

Её бабушка, Софи Дэвис, грозила внучке, что по завещанию отдаст всё ей, но в случае, если у неё будет суженный, коим решил выступить я.

– Но для чего вы расстались? – Вам разве не было выгодно оставаться в «отношениях»? – Уточнил я.

– В то время я был очень занят… Своей работой. По физике. Думал получить научную степень за один проект, исследование. Мы договорились с Кэтрин о расставании – условились, что сойдёмся вновь.

– И что же?

– Не сошлись… Кэтрин сообщила, что Софи хочет свести нас – вот насколько правдоподобно мы расстались. И более того – мы сами начали испытывать определённые чувства друг к другу, из-за чего фиктивная помолвка превращалась в настоящую.

Помню один из наших последних разговоров.

«Кэт, знаешь, ты правда мне нравишься. Прозвучит иронично, не знаю, как это объяснить…»

Она обернулась ко мне – в лазурном платье, с горящими иссиня-серыми глазами:

«Я тоже об этом думала, Кай… Но как нам правдоподобно сойтись? Для моей бабушки мы не общались год».

«Я знаю… По невероятному стечению обстоятельств меня пригласил к себе на игру мистер Блэквуд. Софи, кажется, тоже к нему пригласили? Ты мне что-то подобное говорила».

«Брось! И что ты предлагаешь?»

«Поговорить с ней… И всё».

«Прямо там? И как ты собираешься это сделать?»

«Она сама этого захочет. Попроси её об этом. И даже если мы не поговорим, я приеду к тебе после… Мы что-нибудь придумаем».

«Хитро. Пусть моя бабушка считает, что свела нас. Это обрадует и нас, и её».

– Вы говорили с ней, не так ли? – Нахмурился Эдвард.

– Да. В полночь. Она прибыла обратно в особняк.

– И что она сказала? – Вставил Уильям.

– Мы объяснились. Она горячо рассказывала о Кэтрин, о том, как её внучка страдает. Мне даже стало стыдно, что мы разыграли весь этот спектакль. Захотелось сознаться, но я сдержался.

Пообещал только, что непременно приеду к Кэтрин. А сейчас… Прошу вас только об одном – отпустите меня в Бристоль! Я единственный, кто сможет её поддержать…

Да… – Раздумал я. – Вот как всё выходило! Практически ничего нового мы не узнали.

– Мотив, мистер Хейвуд. – Насупился Локк-старший: – Что, если вы нам врёте? Хотели поскорее поделить наследство, подмешали ей яд, потом убили.

Кайл задрожал:

– Не сходите с ума! Я бы ни за что этого не сделал! Софи Дэвис была выдающимся, добрым человеком! У меня бы рука не поднялась убивать эту милую старушку!

– А мне она показалась немного стервозной и циничной. – Улыбнулся я.

– То, что кажется вам, мистер Эванс, не всегда является правдой! – Воскликнул Хейвуд: – Вы, Джон, напыщенный тип, и только! Мелите своим языком, как метлой!

Дороги ли вам люди или вы видите даже в убийстве пространство для игры и ставок, как остальные?

– Заткнитесь, Кайл. – Процедил я: – Вы под подозрением.

– Ушли в оборону! Да я таких, как вас, насквозь вижу. Думали, я тихий? Верно. Но только до нужного момента. Вы игрок, мистер Эванс. Вам ставка дороже, че…

Что только нёс этот безумец? Честно, я не смог тогда сдержаться. Вскочив с кресла, оказался возле Хейвуда, схватил его за воротник:

– Следите за своими словами, Кайл Хейвуд, треклятый преподаватель физики. Вы – последний, кто видел Софи. Вы изначально хотели провернуть аферу, а потом, когда у вас проявились чувства, что-то да поняли.

Разве сама ваша ставка с наследством не была изначально рискованной игрой? Так какое, чёрт вас раздери, право, вы, Хейвуд, имеете осуждать меня?!

– Джон, успокойся. – Услышал я Уильяма.

Эдвард потянул меня под рукав:

– Эванс, не время для выяснения того, кто из нас лучше. Остыньте. Разве вы не видите? Хейвуд хочет задеть вас за живое.

А потом Локк-младший, усмехнувшись, еле слышно прошептал:

– Потому что он видит в вас себя прошлого… Как интересно изучать психологию!

Постаравшись проигнорировать его замечание, я уселся обратно в кресло.

Такого я от Кайла Хейвуда не ожидал. Вывести меня из себя, и так быстро! Чёртов… Кто он? Имеет ли отношение к убийству?

– Хейвуд, я вам верю. И я бы вас отпустил.

– Вы не рассказали всё до конца. – Парировал Уильям, глядя на Эдварда.

– Я считаю его невиновным. – Откликнулся сыщик.

– Эдди, дело сложнее.

– Не надо усложнять то, что итак понятно. – Отринул детектив.

Успокоившись, я кинул взор к Кайлу:

– Что было после разговора? Куда направилась Софи?

– На выход. Я хотел заказать ей такси, но та сказала, что всё сделает сама.

– Вы говорили о вашей беседе Кэтрин?

– Да. На следующий день. Связался с ней по телефону. И прознал о Локке. Для меня было изумлением, что он только сейчас узнал меня.

– Я узнал вас с самого первого дня. – Возразил Эдвард: – Просто немного потянул время.

– Вот как… – Пробормотал Хейвуд: – А я даже боялся говорить… Хоть слово лишнее ляпнуть. Так вы отпустите меня в Бристоль?

Уильям заскрежетал:

– Не можем.

– А я считаю, что он невиновен. – Произнёс детектив.

– Мало, что ты считаешь. Я официальное лицо, не забывай. И я не имею права отпускать кого бы то ни было до завершения расследования.

– Он не причастен к убийству.

– С чего ты так решил, Эдди? – Пока что только у Хейвуда есть мотив убивать Софи. Только у него.

– И именно поэтому он невиновен. – Ну же! Ты мыслишь топорно, не видишь сути!

Кайл робко усмехнулся:

– Я всё понимаю. Извините. Хорошо, я останусь с вами, здесь, в поместье.

– Мистер Хейвуд, не вы останетесь, а следствие вынуждено держать вас здесь. – Протянул Уильям: – Это две разных вещи. А теперь – вы свободны. До свидания.

Кайл поднялся с места, кивнул мне, и внутри всё передёрнулось от этого напыщенного кивка. Да, он меня раздражал, как, похоже, и инспектора. Один Эдвард сидел с лёгкой улыбкой.

И я нежданно вспомнил о связи сыщика и мисс Браун.

Дверь захлопнулась.

– Нужно выяснить, в каком порядке все сидели в вечер вашего прибытия, Эванс. – Подал Уильям.

– Неплохая идея! – Вставил сыщик: – Если позволите… Мы сидим здесь уже несколько часов. Необходимые сведения у меня есть. А с вами я вынужден распрощаться.

– Почему? – Удивился я.

– Не вижу в этом смысла, вот так просто. Да и обед не за горами. Поступайте как желаете.

Эдвард Локк лёгкой походкой удалился из гостиной. Мы с инспектором переглянулись.

– Похоже, мы единственные адекватные посетители этого сумасшедшего дома. – Ухмыльнулся я.

Уильям только кивнул.

Глава 17

– Итак. – Начал я, вырисовывая нечто вроде плана на листке бумаги: – Всего у нас два дивана и шесть кресел, так?

– Да. – Подтвердил инспектор.

– Три окна гостиной, здесь книжные полки, вход, кхм… Вот так.

Закончив, я отдал в руки Уильяма листок.

– И что же… Так. Сидели рядом с минибаром вы и мисс Браун, я правильно понимаю?

– Да. – Я сам внимательно осмотрел то, что начертил – выходила странная картина. До моего прибытия связующее срединное кресло между двумя столиками пустовало.

– Кто угодно мог всучить мисс Дэвис этот бокал вина. Предположим, некто из гостей раздавал напитки до вашего приезда. Но кто?

– Предлагаю выяснить. – Я поднялся с места, указывая в сторону двери.

Полицейский только хмыкнул, и мы устремились к столовой, где уже обедали почти все гости – Блэквуд, Локк и Браун отсутствовали.

Смекнув, что к чему, я наклонился к инспектору, когда мы очутились у входа столовой:

– Я наверх. Опросите их.

– Тут я веду расследование. Не вам мне указывать, Эванс.

Невольно я улыбнулся:

– Как знаете.

По ступеням вверх, налево по коридору, и вот я вновь стою у двери кабинета Арчибальда. И снова слышу голоса Эдварда и моего приятеля.

– Что вы хотите выяснить? – В тембре Блэквуда читались усталость и даже злость.

– Самую малость. Мне необходимо обследовать ходы… Их ведь не два, так?

– Что вы имеете в виду, Локк?

– То, что помимо основного и чёрного есть как минимум ещё два входа. Один из них, кажется, скрыт вот здесь?

– Тут ничего нет. – Услышал я на удивление голос Эмили Браун.

Треклятый сыщик! Прознал раньше нас о ходах. Да, у меня тоже было несколько гипотез – как минимум преступник мог забраться обратно через любое из трёх окон гостиной.

Однако сейчас… Меня одолело волнение. Уняв трясущиеся руки, я поплотнее прижался к дубовой двери.

– Есть. – Парировал Эдвард. – Есть, дорогая.

– Можешь меня так не называть. Мы не в обществе. – Буркнула Браун.

– Ладно, тогда как мне к вам обращаться? Мисс Блэквуд?

– Арчибальд – кузен моего погибшего отца. Моя фамилия Браун, и точка. А вы… Вы…

– Манипулятор. – Выдавил Блэквуд.

Я расслышал усмешку:

– Не беспокойтесь. Я умею хранить секреты. Ото всех. Даже от своего братца. Мною движет одно – узнать, кто убил Дэвис, получить деньги и уехать обратно в Лондон.

Дверь скрипнула. Ошеломлённо я обнаружил, что та не была заперта. Отскочив от двери как от огня, я развернулся, кидаясь прочь. Позади только услышал восклик Арчибальда:

– Что это скрипнуло?

Столько новой информации! Необходимо всё разузнать. Но как? Я нёсся по лестнице, миновал холл, вбежал в гостиную и, упав на то самое кресло, где сидел четыре дня назад, схватил пустой стакан.

Налив себе виски, опрокинул его залпом.

Посмотрел на свои руки:

– Что за чертовщина здесь происходит? Может, мне показалось? Или я схожу с ума?

– Вы не сошли с ума, Эванс. У каждого из нас порой шалят нервы.

Я обернулся – за треугольным столиком сидели Уильям и слуга. Ну конечно же! Кто мог разливать напитки, как не дворецкий?

– Вы всё слышали, мистер Локк?

– Да. Говорите, что вы выяснили.

Замявшись, я поднялся с кресла, уселся рядом с инспектором и, кинув беглый взор к слуге, выговорил:

– Ничего. Абсолютно ничего. Это меня и пугает.

– Понимаю. – Кивнул Уильям. – Неопределённость порой куда хуже, чем самый неблагоприятный исход. Если позволите… Налейте нам виски. И выпейте сами.

Пожав плечами, я прошёл к минибару, взял три стакана. Налил также и дворецкому – тот был невозмутим.

– Впервые вижу, чтобы кто-то мне подносил напиток. – Отметил тот, когда я вручал стакан виски слуге.

– Расследование всё ставит на свои места, мистер Барнс.

– Энтони Барнс. – Дворецкий учтиво кивнул мне: – Итак, что вы бы хотели разузнать, инспектор?

– Вы разливали напитки гостям в вечер первого дня, не так ли?

– Всё верно.

– В том числе и Софи Дэвис?

– Да, она попросила белого вина. Впрочем, как и мисс Браун. Уже потом молодая леди высказала желание попробовать красного. А Дэвис потянулась за вторым бокалом.

Его ей налил…

– Ну же! Кто?

– Я не знаю, инспектор. Дело в том, что я покинул гостиную на некоторое время, а когда пришёл, обнаружил, что Дэвис сидит с новым бокалом.

– Ясно. Вы свободны, мистер Барнс.

Поклонившись, Энтони покинул гостиную.

– Вы разве не опрашивали остальных? – Поинтересовался я.

– Чем я, по-вашему, занимался? Из всех гостей в столовой отсутствовала одна Эмили, что была в тот вечер. По словам Смитов, именно она и налила Дэвис второй бокал.

– Бутылка вина… К ней ведь мог подойти любой, так?

– Да. Каждый из гостей подходил к минибару уже после ухода Барнса. И все наливали себе то, что хотели. Любой мог еле заметным движением подсыпать в бутылку белого вина вещество. Все были заняты беседой и не заметили бы этого.

Не пил только Хейвуд, да и не подходил он к минибару по словам остальных.

Уильям вздохнул:

– Следовательно, убийца кто-то из шестерых. Не Хейвуд, не вы, не Блэквуд, не я или мой брат. Мы пятеро вне подозрений. – Инспектор особенно медленно протянул на моменте упоминания самого себя.

– Впрочем, это было очевидно. – Произнёс я.

– Скажите честно – вы тоже об этом думаете?

По глазам инспектора я, кажется, всё понял:

– Мисс Браун?

– Да.

– Мне кажется, нет. Не она.

– Факты говорят об обратном. Да, подсыпать яд, вернее, наркотик мог любой. Но именно Эмили отнесла Софи второй бокал.

Наши раздумья были прерваны странным шумом. Поднявшись с мест, мы бросились к столовой.

Хейвуд сцепился с Барнсом. Оба перекатывались по полу. Бонн безразлично продолжал трапезничать, даже не так – смотрел на это с лёгкой ухмылкой.

А Грей с Уилсоном пытались их разнять. Завидев меня, Артур крикнул:

– Джон, чего вы стоите? Помогите!

Кинувшись к ним, я оттащил Кайла от дворецкого.

– Что произошло? – Осведомился я.

– Несуразица. – Пробормотал Грей: – Сцепились как собаки непонятно из-за чего.

– Думаете?

– Да, Эванс. Мир стал безумным.

Кайл Хейвуд от чего-то всхлипывал, показывая пальцем на дворецкого:

– Он… О Боже! Это всё он!

Уильям посерел. Барнс поглядел кругом – спокойно, даже хладнокровно:

– У всех шалят нервы, мистер Хейвуд. Это не повод…

– Замолкни! Ты! Убил её!

– Кого он убил? – Инспектор вынул наручники, окрикнул Хьюза.

Двое полицейских перегородили выход из столовой. Энтони Барнс оставался невозмутим:

– Не понимаю, что он несёт.

Раздался звонок. Грей кивнул:

– Я сейчас… Отвечу.

Хейвуд продолжал рыдать – лицо его исказилось – я не понимал, от чего:

– Он… Не знаю, как… Как он это провернул? Моя дорогая… Моя Кэт…

– Острый психоз. Он резко вскочил с места, кинулся на меня. – Пробурчал Барнс.

Уильям, недоумевая, решаясь, что предпринять, всё же проговорил:

– Мистер Энтони Барнс, если вы не против, я вынужден заковать вас в наручники. До выяснения обстоятельств. Поверьте – я ни в чём вас не…

– Понимаю. – Дворецкий спокойно прошёл к инспектору, выставил вперёд руки: – Хейвуду плохо. Ему нужна медицинская помощь. Вызовите врачей.

Кайл, продолжая что-то невнятно бормотать, трясся. Я с Уилсоном тщетно пытался привести его в чувства. Вниз спустились Локк с Браун и Блэквудом.

На секунду мой взгляд пересёкся со взором Эдварда. Невольно я отвёл глаза. Слишком пугающе ясно смотрел на меня сыщик – неужели узнал о том, кто именно был тогда за дверью?

Время, чудилось, застыло. Вереница лиц. И в руке каждого из них я увидел нож. Безумие! Может, кто-то подмешал что-то в виски?

В столовую ворвался Артур Грей. Неравномерно дыша, захлебываясь от напряжения, он прокричал:

– Кэтрин Дэвис мертва! В своём доме в Бристоле. Просили передать – три пореза… Как следы от когтей. Три пореза на теле… Один из констеблей, что побывал тут до прибытия инспектора Локка, сообщил, что они идентичны…

– Тем, что были у Дэвис. – Заключил Эдвард: – Чёрт подери! Как это возможно?

Хейвуд, затрясшись в судорогах, сорвался на вопль – дрожащей правой рукой он показал на Энтони Барнса:

– Это он! ЭТО ВСЁ ОН!

Пространство показалось искусственным, навеянным. Как смог, спустившийся на землю.

Глава 18

Прошло полчаса. Успев тем самым пообедать, (пришлось заставлять себя, так как аппетит пропал, но я понимал, что надо восстановиться) я прошёл в гостиную, где собрались почти все – Эмили и Блэквуд решили удалиться – похоже, Браун стало плохо. Кайл Хейвуд лежал с горячкой на диване – мы шептались, стараясь его не потревожить – ожидали прибытия врачей.

Все остальные, как я и сказал, расположились в помещении. Эдвард Локк отчего-то развеселился, глаза его горели ярче прежнего:

– Хоть какое-то продвижение в деле!

– Ты о чём? – Изумлённо Уильям повернулся к брату.

– О том, что… Всё не так уж просто.

– Да, непросто… Почему он обвинял меня? Непонятно. – Выдал Энтони.

Медленно я повернулся к тому:

– Вы ничего не заметили?

Оба Локка понимающе кивнули. Грей, привстав с дивана, пожал плечами:

– Конечно, заметили. Как Хейвуд… Узнал о смерти Кэтрин до звонка?

– Может, она ему звонила раннее. – Пробурчал инспектор.

– Это не мистика. – Объявил Эдвард: – Это – чистая психология.

Сыщик замялся, видно, думая над тем, стоит ли ему выкладывать свою теорию. И тут решил действовать я:

– Её убили. Накануне ночью. Сегодня 4-й день моего пребывания. Она погибла в ночь с 3-и на 4-е сутки[1]. А всё просто, не так ли, мистер Локк?

Взор сыщика, чудилось, погас.

Уже не с той ясной уверенностью, но всё же детектив посмотрел на меня. И я увидел в его глазах страх. Страх за то, что я знаю больше, чем говорю. И мне это понравилось:

– Я выяснил… Кое-что. Дверь гостиной на ночь не запирается. Кто-то спокойно мог покинуть поместье через одно из окон и уехать в Бристоль. А возвратившись, прошёл к себе в комнату.

Этого «кто-то» никто не заметил. Потому что все спали. Верно ли я говорю, Эдвард?

– Да. – Хрипнул детектив: – Что вы ещё знаете?

– Если позволите…

– Конечно.

Только сейчас я отметил тишину – все умолкли, глядя только на нас. Локк наклонился ко мне, а я прошептал – на самое ухо – от моего странного приступа ужаса не осталось и следа:

– Вы ведёте двойную, даже тройную игру, мистер сыщик.

– Что?

– Я знаю, что в особняке есть два выхода. Дополнительных. Вы предполагаете, что один из них – в кабинете Блэквуда. Второй…

Эдвард резко схватил меня за руку, сжал с невероятной силой:

– Послушай, Джон. – Он впервые обратился ко мне на «ты». – Я не намерен вестись на твои уловки. Позволь сообщить, что и я не идиот. Ты ведь подслушивал наш разговор? Причём не единожды.

Первый раз – когда я был наедине с Арчибальдом вечером второго дня, то есть когда прибыл. Второй – сегодня, совсем недавно. Вы бегаете почти бесшумно, Эванс.

– Хватит недомолвок. – Возмутился Уильям: – О чём вы говорите?

– И что нам делать? – Процедил я: – Боюсь, мы оба способны скомпрометировать друг друга.

– Останемся соперниками.

Эдвард с тусклым взором отступил:

– Мы кое-что выяснили. – Он кивнул мне: – В особняке, помимо главного и чёрного ходов есть ещё два.

– Я вас не понимаю, джентльмены. – Проверещал инспектор: – Ваши недоговорки мешают следствию. Так и будете уведомлять о важных сведениях по кусочкам?

– Хочу напомнить, что я веду независимое расследование, как и мистер Эванс, Уилли.

Локк-старший вздохнул:

– Хоть что-то хорошо. Итак, что мы имеем? – Некто покинул поместье прошлой ночью, отправился в Бристоль – следовательно, у него была подготовлена машина.

Свершив убийство – путь туда-обратно… Часа 3-4, максимум 5 вместе с убийством. Вполне возможно.

– Он мог это сделать и быстрее. – Подал голос Уилсон: – Мне кажется, это очевидно. Вы хотите нас опросить?

– В этом нет необходимости. – Заверил Уильям: – Я специально попросил собрать всех гостей. Чтобы вы не считали себя какими-то отстранёнными. Если так угодно, я назову это общей дискуссией.

В памяти вспыхнула одна фраза. Я резко повернулся к Артуру Грею:

– Почему?

– Эванс, я не понимаю… – Удивился Артур.

– Вечером второго дня, на ужине, вы сказали – «Как бы не произошло настоящего убийства».

Грей даже не смутился:

– Ну да, Джон, а что в этом такого? Говорю же – интуиция.

– Меня интересует статус игры. – Вы в итоге возобновили её?

– Нет. Все заняты ставкой. Блэквуд отказался от второго тура. – Артур потянулся к минибару.

Только сейчас я заметил на бутылке виски какой-то след:

– Стойте!

– Что?

– Вас это не удивляет? – Я обернулся к Уильяму и Барнсу: – Мы все выпили виски. Мой странный страх, искажение. В столовой мне показалось, что я во сне.

– И что же? – Насупился инспектор.

– А то, что вы, Уильям, как-то не особо запротестовали, когда выяснилось, что и я, и ваш брат скрываем от вас часть информации. Да это не в вашем духе! Вы бы давно нас прибили!

– Верно… – Протянул полицейский.

– А вы, Энтони Барнс! Я понимаю – вы человек этикета, но не до такой же степени! Вас открыто обвинили в убийстве, а на лице не дрогнул и мускул!

– Да, сэр… Вы, пожалуй, правы. – Барнс впервые выразил на лице хоть какую-то эмоцию.

– Хотите сказать… – Начал сыщик, ловким движением выхватывая бутыль виски: – Что вас напоили?

– Да! – Воскликнул я: – И этот кто-то посещал столовую. И мог сделать это когда угодно.

– Не мог. – Возразил инспектор: – Хьюз охраняет вход.

– Но не окна!

– Точно. – Вы вновь правы, Эванс. – Полицейский вскочил с места: – Джеймс!

Однако Хьюз уже входил в гостиную с двумя врачами. Один из докторов прошёл к бредившему Хейвуду, второго подозвал к себе инспектор:

– Необходимо срочно сдать анализ крови. Сколько это займёт?

– Не знаю. Несколько часов, не больше.

– Посмотрите сюда. – Сыщик протянул медику бутылку: – Что это за следы на ней?

– Так… – Врач осмотрел остаточный след – он был еле виден.

Затем доктор прошёл пальцем по горлышку и, робко взглянув на инспектора, попробовал вещество.

– Ну же! Что это? – Поторопил Уильям.

– Горьковатый привкус. Какой-то успокоительный сироп. Подобные я обычно прописываю клиентам с нарушением сна. – Буркнул врач.

Вперёд подался Джордж Смит – всё время он сидел молча:

– Если позволите…

– Мистер Смит! – Удивлённо вскрикнул медик: – Вы, и здесь?

– По вынуждению, знаете ли.

Все мы будто забыли, что в поместье в числе подозреваемых есть известный врач. Джордж попробовал то, что подмешали к виски:

– Точно, сироп. Обыкновенное успокоительное. А горьковатый вкус – это…

– Морфин. – Заключил медик. – Кто-то подсунул вам сироп на основе морфина.

Вот почему мы были такими спокойными, а меня вообще потянуло в сон! – Размышлял я. – Чёрт возьми, но кто же это мог быть? Гостиная пустовала менее получаса.

Вероятно, кто-то подсыпал или подлил сироп ещё ночью – всё равно никто не обращал внимания на минибар.

Вскоре врачи удалились вместе с Кайлом. Перед тем, как они ушли, Уильям указал провести анализ крови Хейвуду (уже в больнице):

– Может, ему тоже что-то подмешали. Потому и случился приступ.

В гостиной повисла тишина. Мы не могли выкладывать свои предположения из-за присутствия почти всех.

– Теперь, я думаю, никто не против второго допроса? – Инспектор хмуро взглянул на Смита.

– Да. Нужно поскорее всё выяснить. Меня беспокоит то, как всё это оборачивается.

– Если не против, начать можно с меня. – Ухмыльнулся Грей.

Оба Локка кивнули. Все, кроме нас четырёх, покинули помещение.

Энтони Барнс также удалился, но теперь и он будет участвовать в допросе. Дело набирало пугающие обороты.

Эдвард, хмыкнув, произнёс:

– Артур, вы ведь игрок, не так ли?

Тот, замявшись, ответил:

– Да.

– Сколько вы проиграли в последний раз?

– Сто фунтов.

Этот сыщик… Да кем он вообще был?

[1] Артур Грей передал детали звонка всем присутствующим

Глава 19

Разумеется, я и сам мог предполагать подобное, и уже очень давно. Но заявлять, спрашивать об этом так открыто… Всё это было как будто бы не нужно.

Пока шёл допрос, в голове моей строилась единая теория. И она обретала очертания так логично и складно, что я решил воздержаться от всякого посвящения в эту гипотезу хоть кого-то.

– Вы ведь офисный клерк, мистер Грей? – Продолжал детектив.

– Да.

– Ваша интуиция… Слова о настоящем убийстве, как высказался Эванс – это правда?

– Разумеется. Но это было лишь предположение!

– Ваша реальная причина прибытия в поместье? Как вы пересеклись с Блэквудом? – Вставил инспектор.

– В Лондоне. Я заходил в паб после работы. Повстречал там его. В пабе каждую субботу идут игры. И я с Арчибальдом сыграл в покер. Мы вышли в ничью.

– И он пригласил вас к себе? – Уточнил Уильям.

– Да, начал говорить об игре. И более того – он закрыл мой небольшой долг… В знак благодарности я… Как вы вообще разузнали о моём самом большом проигрыше, Эдвард?

Локк-младший как-то подозрительно усмехнулся:

– Наводил о вас справки, так скажем.

– Ясно. Вам нужно что-нибудь ещё?

– Пора раскрыть карты. – Выступил вперёд я: – Ответственно заявляю – ночью с 3-и на 4-е сутки я покидал поместье.

– Когда? – Изумился инспектор.

– Около полуночи. Мы разговаривали с Блэквудом. Так, можно сказать о нашей дружбе. И затем разошлись.

– Почему вы раньше об этом не сказали? – Нахмурился Эдвард.

– Не вам меня винить в недомолвках. – Парировал я: – И ещё – в ту ночь вы, Грей, заходили к Уилсону. Я подслушал ваш разговор.

Артур вскинул брови:

– Простите?

Оба брата недоумённо переглянулись. Я же продолжил:

– Снимок, что сделал Генри Уилсон, и показал вам. Помните? И то, что вы подозревали меня. Сегодня утром вы удивились тому, откуда я узнал о следах когтей на подоконнике. Так вот – от вас самих.

– Блэквуд сообщил о том, что эти следы нацарапаны ножом ещё давно. До нашего прибытия в поместье.

– И это правда. Вы мне подобное утром и сказали. Однако почему вы подозревали в убийстве меня, Грей?

Локки молчали – только кивали время от времени.

– Во-первых, подозревал Уилсон. Во-вторых, вы подслушивали! Чёрт возьми, Эванс, зачем вы это делаете?

– Делаю что?

– Строите из себя игрока.

– Я и есть игрок. Десятки раз я выигрывал.

– Но сейчас случилось настоящее убийство. Причём не одно.

– Выкладывайте. Я не просто так признался вам. Ну же, Артур!

Грей легко ухмыльнулся:

– Только потому, что вы мне нравитесь. Ваша мания всё разузнать граничит с безумием. И, тем не менее, подумайте сами – игра, ваше поведение – вы не из тех, кто тихо сидит в сторонке. Привыкли кидаться в омут с головой. Я не считаю вас убийцей.

Вам этого достаточно?

– Да. – Согласился я.

Наконец голос подал инспектор:

– После разговора с Уилсоном…

– Я удалился к себе и вскоре заснул.

– Понятно. Вы пока что свободны.

Артур Грей лёгкой походкой покинул помещение.

– Дело набирает обороты. – Детектив потёр руки: – Опросим остальных, и я, пожалуй, удалюсь по своим делам.

– Не спеши, Эдди.

– Почему это?

– Необходимо выстроить теорию.

– Она уже у нас есть!

– И, тем не менее… Всё следует делать последовательно. – Проговорил Уильям.

– Я придерживаюсь другого подхода.

Следующим позвали Уилсона. И, прежде чем начался допрос, я выложил всё то, в чём сознался Грею. Глаза Генри вспыхнули:

– Так вы…

– Да, подслушивал. – Подтвердил я.

– Ясно… И поместье, значит, покидали как раз в то время, когда сам убийца мог уйти. Вернее, уехать в Бристоль.

– Я вне подозрений. – Буркнул я: – Мне интересно другое – как вы связались с моим приятелем?

– Блэквудом?

– Да. – Инициативу взял инспектор: – Вы – фотограф. Где вы пересеклись с Арчибальдом?

– В агентство, где я работаю, заходит много людей. Один из посетителей и был Блэквуд. Попросил снять его в профиль – для чего, уж не вспомню. Затем всунул мне свою визитку и предложил необычайный формат игры.

А за фото оплатил втрое больше, чем следовало. В знак почтения я здесь и оказался.

Ничего нового мы более не узнали, потому фотограф был отпущен. А Уильям, затянувшись сигаретой, объявил:

– Хронология понятная. Но есть одна деталь – Дэвис могла покинуть особняк после разговора с Хейвудом и вернуться обратно через чёрный ход.

– Я тоже думал о второй встрече. – Добавил Эдвард: – Мне это кажется вполне логичным.

– Но пока мы ничего не выяснили, смысла рассуждать об этом нет. – Заключил полицейский: – Хьюз! Позовите… Кристиана Бонна!

Через минуту на пороге показался француз. Пройдя к нам, он робко ухмыльнулся:

– Весь к вашим услугам, господа.

– Присаживайтесь. – Указал Уильям.

Пока Кристиан располагался в кресле, я вспомнил об одной вещи:

– Почему вам была так безразлична сцена в столовой? Борьба между Барнсом и Кайлом?

– О чём вы?

– Вы едва заметно улыбались, Бонн. Почему?

Француз усмехнулся:

– В том весь мой характер! Не сочтите за циничность или недобропорядочность! Я знаю этикет, месье. Но вся ситуация показалась таким фарсом, что я не смог удержаться.

– Странное объяснение. – Подметил Локк-старший: – Однако оставим это. Как вы встретились с Блэквудом?

– По-моему я уже говорил об этом. Мы давно общаемся – так скажем, вращаемся в общих кругах. Познакомились несколько лет назад. А пересеклись во Франции. Он пригласил меня к себе, а я не мог не отказать ему в этом предложении.

– И вас не смутила игра?

– Нисколько!

– Где вы были в ночь с 3-й на 4-й день?

– Где же я мог быть, как не спать?

Мы замялись. О чём ещё можно было спросить?

– Я свободен, господа? – Поинтересовался Бонн.

– Пожалуй, да. – Протянул сыщик: – Один вопрос. Вы ведь сидели в столовой рядом с Хейвудом?

– С самого первого дня.

– А вся эта сцена…

– Я спокойно сижу, вижу – месье Хейвуд, отпивая кофе, вдруг бледнеет, вскакивает, кидается на Барнса, (так его, кажется, зовут?) хватает того под локоть, завязывается борьба.

– И вы даже не пошевелились?

– Говорю же – это всё не по мне.

– Извините. – Вперёд наклонился Уильям, указывая на верхний кармашек фрака француза: – Что это?

– Платок. Самый обыкновенный. Хотите? – Бонн медленно вынул тёмно-синий платок.

В то же мгновение что-то упало на пол – тихо, прямо на ковёр.

Молниеносно я наклонился. В моей руке оказался складной нож. Кристиан побледнел:

– Уверяю, это не моё.

– Успокойтесь. – Заверил детектив: – Мы всё проясним. Джон, разрешите?

Я вручил сыщику нож. Тот расправил лезвие. Нож оказался длинным, острым.

– 4-5 дюймов[1]. – Осмотрел его уже Уильям.

Мы молчали – все видели то, что поначалу могло показаться бредом – на лезвии была засохшая кровь.

– Я… Я… Не знаю, как это могло оказаться у меня! Право, господа… Поверьте… Я… – Бонн дрогнул, вскочил с места. – Позвольте, я…

– Стоять! – Прохрипел Уильям, швыряя нож на стол: – Не убегайте, прошу вас. – Уже более мягко произнёс он: – Джеймс! Сюда! Заковать Кристиана!

Француз стал отступать к камину. Мы же шли следом за ним. Наступали. Медленно и осторожно. Глаза Кристиана бегали:

– Это не я! Уверяю вас!

– Всё хорошо. Вы просто будете арестованы до выяснения обстоятельств. – Бормотал инспектор.

– Нет! Не могу! Это позор! Я банкир, а не оборванец или убийца! Вы не можете!

– Ваше сопротивление заставляет строить наихудшие подозрения. – Пробурчал Эдвард: – Просто сдайтесь. И всё.

– Знаете, что, господа? – Француз усмехнулся. – Чёрт с вами!

Он резко развернулся, кинулся к камину. Куда он хотел сбежать? Мы не успели его схватить – внутри камина раскрылась дверца, Кристиан выбежал наружу.

Сомнений не оставалось.

– Он – убийца! Как по-другому он мог знать об этом? – Вскричал Хьюз, бросаясь к окну.

– Ну же! Скорее! – Повелел Уильям: – Пошевеливайтесь!

– Так вот где второй ход… – Хмыкнул сыщик.

Я только молча кивнул. Пока остальные трое кидались к окнам (видно, думая, что ход ведёт сразу на улицу), я, пройдя к камину, нащупал дверцу и, раскрыв её, очутился…

[1] 10-12,5 см

Глава 20

Остановился я так же быстро, как сюда и ворвался. Оглядел сырое тёмное помещение. Нет, дверца не вела на улицу. И более того – она запиралась изнутри.

Поддавшись странному, безумному порыву, я запер дверцу. Зачем? Может, хотел раскрыть всё сам? Кристиан Бонн… Слишком очевидная улика. Я не считал его убийцей. Но он явно что-то знал.

У стены справа висел факел. Второй, что, похоже, располагался слева, отсутствовал – его, вероятно, выхватил француз.

Узкий склеп… Просто длинный коридор, ведущий неизвестно куда. Взяв факел в руки, я стал карабкаться вперёд. И вскоре обнаружил крутую винтовую лестницу – снизу доносились шаги.

Со всех сил я ринулся вниз. Ступени казались бесконечными. И вот я очутился в ещё одном коридоре.

Дальше, ещё несколько десятков шагов, и я оказался у развилки. Сердце застучало, я чуть не выронил факел. Прислушался – шаги раздавались откуда-то слева, у крайнего из трёх проходов.

Бросившись туда, я нежданно замер. Слева, на стене, висел портрет. Какого-то лорда или графа. Картина была криво повёрнута. Ещё раз я прислушался.

Никакого шума. Одно предположение заставило меня повернуть портрет, и за ним я обнаружил узкий проход. Пополз на четвереньках. Впереди спустя время послышалось тяжелое дыхание.

Несколько минут, и вот я покидаю лаз через очередную картину. Оказываюсь в каком-то коридоре.

Как он мог всё это знать? Может, я брежу? Если Бонн не убийца… То кто тогда? Что за чертовщина вообще здесь происходит? И зачем я запер дверцу?

«Напыщенный тупица! А если Кристиан и вправду убийца? Сам себе подписал смертный приговор!» – С укором сказал голос здравого смысла. Однако было поздно – выбор уже сделан.

В конце концов я услышал шаги – кто-то, запыхавшись, остановился в коридоре. Этот подземный лабиринт казался бесконечным! Кто его здесь прорыл?

Ко мне обернулся Бонн – он стоял метрах в двадцати от меня:

– Эванс, это вы?

– Да. Что вы…

– Вы самый благоразумный среди всех, Джон. Прошу, выслушайте меня. Я всё расскажу. Только помогите мне.

– В чём?

– Вы знаете, где ближайшая станция? Ну, вернее перрон. Мне нужно на поезд.

– Для чего?

– Я всё расскажу, выведу и вас, и себя самого наружу. Можете даже рассказать о нашем разговоре остальным. Прошу только об одном – помогите мне покинуть Альбион.

Я замялся – стоило ли ему доверять? Осторожно я подошёл поближе. Мы поравнялись. Бонн прерывисто дышал:

– Я расскажу обо всём по дороге. Нам идти ещё с четверть часа. Я не убивал никого, заверяю вас в этом.

– Хорошо, только…

– Скажите – да или нет?

– Я согласен. – Размыслив, вынес я.

– Отлично. Пойдёмте.

Мы зашагали по коридору, сворачивали то вправо, то влево. И француз наконец начал свою историю:

– Мы с вашим приятелем, Арчибальдом, знакомы давно.

– И что же?

– В Бордо мы договорились об одной афере. Провернули её позже. Эта афера касалась Софи Дэвис. Необходимо было заманить её в особняк. Я прибыл сюда ещё в середине сентября, задолго до приезда всех остальных.

Блэквуд показал мне ходы, в том числе и этот – когда-то давно Арчибальд уже изучал это поместье, купил его ещё полгода назад.

В случае раскрытия нашей махинации я должен был бежать. Целью было заманить Софи сюда, обманом подписать договор. Сложная схема, в подробности вдаваться не хочу.

Но у нас не вышло – кто-то её убил. Мы хотели, чтобы Дэвис вложилась в мой банк, затем необходимо было искусственно повысить цены на акции, дать Софи понять, что ей это прибыльно.

И в момент, когда она хотела забирать своё огромное состояние, резко всё обвалить. Хотя бы искусственно, не по-настоящему. Начислялся дополнительный процент. А акции на самом деле выросли бы ещё в два-три раза.

Таким образом мы бы получили прибыль. Дэвис, подумав, что выгорела, скорее всего скрылась бы из виду. А мы, за неимением другого исхода (якобы) вывели бы её состояние в ложные активы.

– Я почти ни черта не понял.

– В общем суть одна – заставить вложиться, обнадёжить, затем всё обнулить, потом увеличить в несколько раз. Главное – договор. Он имел несколько пунктов… Не столь важно.

Блэквуду на проведение ежегодных игр требовались большие деньги, пусть он итак сверхбогат. А мне это служило приятным бонусом. Затею предложил он сам, а я составил план. Углубляться не буду.

– И ради этой аферы…

– Арчибальд её сюда и заманил. Делов-то!

– А нож?

– Кто-то его мне подсунул. Вот и всё. Некто мог проделать это незаметно, в любой момент времени, пока я пребывал в особняке.

– Да вы же рецидивист, месье Бонн!

– Не совсем.

– Даже не знаю, кто хуже – вы или убийца.

– Не читайте морали, месье Эванс! Прекрасно знаю это без вас!

Шли мы недолго. Подземелья были огромны. И вот мы оказались у какой-то лестницы. Взобрались по ней вверх. Кристиан толкнул дверцу, и мы очутились снаружи.

Так вот чем занимался Эдвард! – Задумался я – если он прознал об этой афере, значит, понятна причина, по которой он шантажировал и Блэквуда, и его племянницу.

Ветер обдал лицо. Я осмотрелся – далеко позади – особняк, а впереди холмы и поляны.

Смекнув, где мы находимся, я довольно быстро сориентировался на местности, и мы прошли вперёд. Перебежали дорогу и через десять минут уже подходили к одной из станций.

– Когда подходит поезд до Портсмута?

– Точно не знаю.

– Подождёте меня здесь?

– Не думаю. – Буркнул я, тщательно глядя на Бонна.

– Как хотите. Благодарю вас, Джон.

– Так вам невыгодно было убивать Дэвис?

Француза еле заметно передёрнуло:

– Не порите чушь, Эванс. Конечно, нет! Какая нам выгода от мёртвого клиента?

– Значит, и Блэквуд непричастен.

– Скорее всего. Но я уж точно не имею к этому никакого отношения.

– И куда вы теперь?

– Вы читали графа Монте-Кристо, Джон?

– Да.

– Так вот… – Бонн вздохнул: – Я не отвечаю за свою безопасность. Скоро об этом узнают. Не расскажете вы – догадается эта ищейка Эдвард Локк. Потому мне выбора иного и не остаётся, как…

– Ну же, Кристиан, куда вы хотите уехать?

– Знаете, Эванс… Если меня чему и научила жизнь, так это тому, что не стоит трепаться направо и налево. Вам этого знать не нужно. Знаю, вы считаете меня мошенником, и всё же… Помните о пари?

– Конечно. – Я недоумевающе взглянул на француза: – К чему вы клоните?

– Про общий банк вы прекрасно знаете и без меня. Вы вынудили меня рассказать свою тайну. Пусть и косвенно.

Бонн вынул листок, что-то в нём записал и протянул мне:

– Это чек. На условленные 1120 фунтов. Вам решать, принимать его от меня или нет.

Запихнув чек в карман брюк, я усмехнулся:

– Могу пожелать вам удачи.

– А я – вам.

Мы пожали друг другу руки. Через пару минут издалека донёсся гул мчавшегося состава. Кристиан Бонн нерасторопно обернулся:

– Прощайте, Джон Эванс. Прощайте навсегда!

– Прощайте, месье Бонн! – Крикнул я ему вслед.

Француз взобрался на поезд, а я медленной уверенной походкой зашагал в сторону поместья. Через треть часа я уже был у главного входа. Открыл мне Энтони Барнс:

– А, мистер Эванс, это вы? Проходите – мы вас заждались.

В гостиной сидели и спорили братья.

– Куда вы пропали, чёрт вас раздери?! – Воскликнул сыщик.

– Я побежал следом за вами, но заплутал в лесу.

– Мы вас не видели. – Встрял Уильям: – Вернулись сюда, проверили камин – а дверца-то заперта! Не открывается!

И не откроется… Я ведь её и закрыл. – В мыслях улыбнулся я.

– Он сбежал… Нужно объявить его в розыск. – Буркнул инспектор.

– Не нужно. Я вам немного приврал. Думаю, пора раскрыть карты, не так ли, частный детектив?

Сыщик побледнел:

– Что вы имеете ввиду?

А я, по правде говоря, не смог удержаться. И выдал всё. И о Бонне, и о своей догадке о связи между Эдвардом и Арчибальдом. В конце моего долгого ровного повествования побледневший детектив выдавил:

– Зачем… Что вы сказали!

– Правду. И ничего, кроме правды. К чёрту вашу игру теней, Эдвард.

С плеч моих, казалось, в тот момент свалилось тяжелое бремя. И я впервые за долгое время спокойно уселся в кресле.

Глава 21

Тишина длилась недолго. Больше всех ошеломился инспектор – по нему можно было заметить, что действие успокоительного прошло:

– Вы… Вы двое… Мистер Эванс и ты, Эдди… Это правда?

– К чему только стараться всё делать в одиночку, пытаться, узнавать, если первый встречный дурак просто найдёт нужного человека и тот выдаст ему всё сам, без всяких задних мыслей!

По виду Локка-младшего я понял, что он не намерен останавливаться:

– Да, Блэквуд связан с Бонном. Всё в точности так, как сказали вы, Джон. И то, что вы подслушивали наши разговоры, и то, что я прознал о легенде, всё! Да, Эмили Браун и я – никакие не влюблённые, это всё фарс, иллюзия!

Даже Уильям, чудилось, опешил с исповеди брата, пусть узнал от меня обо всём этом ещё пару минут назад.

– И что же?

– Что же, что же! Уилли, будь добр – попридержи язык за зубами! Тут говорю я. Если хочешь, чтобы я объяснил некоторые оставшиеся моменты, будь добр – помолчи!

Инспектор на удивление замолк. Да и во всём взгляде полицейского читалась какая-то странная уступчивость. А глаза впервые отдали огоньком. Не ледяным, а искренним – словно он наконец вспомнил, что Эдвард – его брат, а не просто безумный сыщик.

– Эмили и вправду племянница Блэквуда. И она знала об этой афере. Арчибальд и Кристиан хотели всё это провернуть. Но не смогли. Моих слов недостаточно, чтобы посадить Блэквуда за решётку.

– А я не сдам Бонна. – Вставил я: – Пусть я рассказал вам всю правду, даже не пытайтесь вызвать меня в суд как свидетеля. Я, как юрист, способы найду. Со мной в этом поле лучше уж не сражаться.

Уильям понимающе кивнул:

– Моя главная задача – найти убийцу. Ясное дело, что у меня, господа, нет доказательной базы для обвинения Блэквуда, а тем более Бонна, в манипуляциях с акциями и мошенничеством.

То, что этот француз сбежал… Он поступил правильно. Из него было бы легче вытянуть признание. Поступил он вполне складно. Есть ли ещё новая информация по делу?

– Нет. – Отринул детектив: – Больше – нет. Не считая двух ходов – один из них, как оказалось, никакой не ход вовсе, а дверь, ведущая к подземным лабиринтам. Второй чёрный ход расположен в кабинете Блэквуда. Это моя догадка.

– Так ты знал о камине? – Спросил инспектор.

– Да. Но не проверял. Гостиная вечно полна людей, особенно вами двумя!

– Для чего ты шантажировал Арчибальда, если понимал, что ему ничего не угрожает?

– Ему ничего не угрожает сейчас, когда Бонн вне досягаемости Скотленд-Ярда. Оснований для объявления Кристиана в международный розыск недостаточно. Следовательно, он полностью свободен.

До этого самого момента я мог шантажировать Блэквуда. Сейчас – нет. И шантаж мой был с одной единственной целью – разузнать как можно больше о поместье и его ходах.

– Итак… – Я вспомнил о теории, что вспыхнула в моей голове с ужасной силой. Гипотеза, что не входила в рамки официального расследования. Но я решил воздержаться от её изложения: – Мы имеем в виду шесть подозреваемых…

Браун, Грей, Уилсон, Смиты и Барнс. Круг сузился.

– Логично. – Пробурчал Эдвард: – Часть тайн мы выяснили. Вернее, выяснил их я, а вы просто попали под удачное стечение обстоятельств.

– Профессионал от дилетанта отличается только качеством фрака. У дилетанта, надо отметить, костюм всегда чуть дороже. – Улыбнулся я.

Детектив не удостоил мой выпад внимания:

– Шесть человек. Улики. Убийца использовал легенду о звере для пущего эффекта. Хейвуду этот некто что-то подмешал в стакан или еду, а Бонну сунул окровавленный нож прямо в карман фрака.

Если Кайл был последним, кто говорил с Дэвис… Он сказал, что она покинула особняк. Забудем на секунду о такси и том, как она собиралась его вызвать. Опустим и причину, по которой она пустилась в лес и скиталась там сутки…

– Кажется, я понимаю, к чему ты ведёшь. – Уильям закурил: – Софи Дэвис могла выйти через главный вход, а вернуться через один из двух чёрных выходов.

– Да, если отбросить камин, их остаётся два. Один – нам известный. – Добавил сыщик: – Совсем близко, у небольшой комнаты отдыха, смежной со столовой. Все его, думаю, видели хотя бы краем глаза.

Второй, вероятнее всего, расположен в кабинете Блэквуда.

Эдвард резко расстегнул пиджак, вытащил оттуда револьвер и взвёл курок. Инспектор, содрогнувшись, потянулся за своим пистолетом. Я от скорости их движений замер на месте.

Через мгновение Уильям уже держал на прицеле своего брата. Сыщик же с грубой усмешкой указал дулом револьвера наверх:

– Пойдёмте, джентльмены. Даже если он будет сопротивляться, я выясню, где запрятан этот чёртов выход.

– В следующий раз… – Полицейский медленно убрал оружие: – Поаккуратнее, хорошо? У меня привычка… Я мог тебя случайно застрелить.

– Уилли!

– Да?

– Не застрелил же!

У инспектора полезли вверх брови:

– Мой брат просто свихнулся.

Глаза сыщика вспыхнули пламенем – прямо как в день его прибытия – вскочив с места, он быстро пересёк помещение и оказался у двери:

– Так и будете сидеть? Особенно вы, мистер Эванс? Если бы вы были чуть более заносчивым… (хотя куда уж больше!) я бы, Богом клянусь, может, случайно бы и пристрелил вас. А теперь, если вы не против…

Детектив вмиг стал серьёзным:

– Произошло два настоящих убийства. Это уже не дело денег. В первую очередь надо поступить по чести. И выяснить всё, что в наших силах. Идёмте же!

Мы устремились следом за Эдвардом. Уильям окрикнул Хьюза:

– Пойдём.

Вчетвером мы поднялись по лестнице, пересеклись с Греем:

– Куда вы?

Оба Локка и констебль прошли мимо. Я же окрикнул тех, когда они поднимались выше:

– Идите без меня.

Инспектор лишь кивнул.

– Дело набирает обороты. – Буркнул я.

– Какие же?– Уточнил Артур.

Аккуратно я отвёл того в сторону:

– У Блэквуда в кабинете, скорее всего, есть дополнительный ход.

– Думаете, что…

– Да.

– Он убийца?

– Что? Нет!

– А кто тогда?

Задумавшись, я посмотрел на Грея – а стоило ли ему говорить обо всём? Пожалуй, нет.

– Я не знаю, Артур. Вы что-то хотели узнать?

– Если честно, наоборот – сообщить.

Сверху послышался шум.

– Что конкретно? – Я сдержался, чтобы не кинуться по ступеням.

– Позже, Эванс… – Артур и сам пробрался каким-то авантюризмом, и вдвоём мы понеслись по лестнице.

Пару мгновений, и мы оказались на пороге кабинета моего приятеля. Наконец-то я увидел это помещение!

Арчибальд встал, широко раскинув руки, перекрывая доступ к книжным стеллажам, которыми были уставлены все стены, кроме одной.

На столе стоял стакан с недопитым виски. Джеймс Хьюз и Уильям замялись, смотря на сыщика – а тот держал в руках револьвер:

– Дайте нам пройти!

– Это противозаконно! – Я здесь хозяин!

– Эдди, успокойся. У нас правда нет полномочий. – Пробормотал инспектор.

Детектив обернулся меньше чем на дюйм:

– К чёрту твои полномочия!

– Я здесь представитель власти и закона! Я настаиваю, чтобы ты убрал пистолет!

– А то что?

Уильям потянулся за пояс, и в тот момент я с замиранием сердца бросился на полицейского, и, свалив того на пол, отшвырнул пистолет в сторону:

– Не мешайте ему!

– Что вы творите? Хьюз!

Позади я услышал шаги – и тут же – грохот. Невольно я повернулся – Артур стоял с увесистой книгой в руках, а перед ним распластался констебль. Щёку вдруг неприятно кольнуло.

Не поняв, как, я очутился на полу. Инспектор, хрипя, кинулся на меня:

– Да какое право вы имеете?

Мы перекатились по полу. Уильям занёс кулак, хотел ударить. Я попытался перехватить его руку.

– Хватит насилия! – Вскричал Эдвард, и тут же раздался выстрел.

Инспектор замер, и я, воспользовавшись моментом, оттолкнул того в сторону и поднялся, а затем протянул руку Уильяму:

– Вставайте, инспектор.

Тот хмуро принял мою помощь, и, отряхнувшись, глянул на Грея:

– Вы понимаете, что вас ждёт?

Артур посерел, взирая на Джеймса:

– Что же?

– Пусть сам Джеймс Хьюз и решает, что с вами делать. А я… – Инспектор посмотрел на меня: – После конца расследования я вас попридержу в участке дней 10, ясно вам, Джон?

– Да. – А потом я шёпотом добавил: – Если у вас, конечно, получится.

Мы замолкли. Сыщик так и продолжал держать на прицеле Блэквуда.

Глава 22

– Просто дайте нам пройти. – Потребовал Эдвард.

Арчибальд кинул взор ко мне:

– И вы, Эванс?

– Да. – Подтвердил я: – Прошу тебя, Арчи. Уступи дорогу.

Блэквуд набрал воздух, медленно отступил в сторону. Наконец детектив подошёл к книжному стеллажу. Арчибальд уселся за стол, оглядел свой кабинет и нас:

– Это допрос? Что вы хотите узнать?

– Вы сами прекрасно знаете. – Процедил Локк-младший, роясь по полкам: – Как это работает? Книги сдвигаются?

– Нет… – Блэквуд наклонил стакан с виски, и я удивлённо отметил, что тот является частью стола.

Стеллаж затрещал, отъезжая влево. Нам открылся проход. В это же время очнулся Хьюз:

– Чёрт… Что произошло?

– Ничего. – Артур заискивающе протянул констеблю руку.

Тот поднялся, отряхнулся, глянул на Грея:

– Вы… Ударили меня!

– Да, и я…

– Позже с вами разберусь. – Пробурчал Джеймс, устремляясь к проходу.

Завороженно я смотрел на тёмный коридор, что уводил куда-то вдаль. И пока Уильям, констебль и Эдвард, замявшись, столпились в круг, что-то обсуждая, меня потянул за руку Артур.

– Да? – Я обернулся.

– Я хотел сообщить… Зверь, помните ту легенду, что вы мне рассказывали?

Нежданно я содрогнулся:

– Как не помнить?

– Мы с Уилсоном после завтрака отправились в лес, что на Западе. Сделали несколько снимков. – Грей вынул из кармана фотографии, протянул мне: – Что это?

Робко я взял снимки в руки. Пролистал. На первом из них были кости. Пожелтевшие, древние, приваленные землёй и травой. На второй фотографии – следы от когтей на стволе дерева.

И, в конце концов, третий снимок – обычный лес, ветви деревьев. А вдалеке тёмный силуэт.

– Вы думаете…

– Я не думаю, Джон, а знаю – тот монстр… Реально существует.

Пот скатился по лбу. Меня окрикнул инспектор:

– Джон, вы с нами?

– Куда ведёт этот проход? – Уточнил я.

– По лестнице вниз, оттуда – на выход. – Разъяснил Арчибальд: – Уберите фальшивую стену.

Эдвард послушался указаниям Блэквуда – оказалось, что то был никакой не коридор, а и вправду винтовая лестница. Декорация представляла собой картонное изображение тоннеля.

Уильям развернулся к Арчибальду:

– Кто ещё знал о выходе?

– Я и моя племянница, Эмили Браун.

– Почему вы не сообщили об этом раньше?

– Не было повода.

– Причина есть всегда. Вы боялись, что вас обвинят в убийстве Софи Дэвис?

Блэквуд сглотнул, стуча пальцами по дубовому столу:

– Да.

– Будто я зритель спектакля, а не инспектор Скотленд-Ярда. Кругом обман и ложь! Все норовят обманут, подтасовать факты, как колоду карт! Чёрт возьми, меня это начинает раздражать!

– У меня была на то причина.

– Никакая причина не служит оправданию скрытия информации от официального следствия. Как звали отца Браун?

– Роберт Браун.

– Как он погиб? – Встрял Эдвард.

– Крушение… Катастрофа.

– Где?

– В Атлантике. Кораблекрушение. Он отправился в Штаты несколько месяцев тому назад. По каким-то делам, в Нью-Йорк.

– Ясно. Зачем Эмили приехала сюда?

– Просто так. Я вызвался поддержать её и обеспечить. Роберт – мой кузен, вернее, был им. Вся эта игра… – Арчибальд закрыл голову руками: – Он любил мои игры. Даже побывал на одной из них, пусть под псевдонимом. Наверное, вы… – Он поднял взор ко мне: – Вы, Джон, пожалуй, даже не припомните этого.

– И вправду… Я был участником стольких игр. – Согласился я.

– Ему нравилась легенда о звере. Представить трудно, но он считал его реальным! За три месяца до своей смерти и задолго до того, как он приобрёл билеты, Роберт ездил сюда.

Именно по его инициативе я и решил приобрести поместье.

– А дальше? – Он что-нибудь нашёл? – Поинтересовался я, а в голове тем временем проносились образы.

Что, если зверь реален? И все мои догадки… – Рассуждал я: – Неужели всё это – правда? Практически невозможно. А моя теория? Нет, не время излагать её. Совсем не время.

– Да. У него началась мания, паранойя. Он говорил, что время в чаще течёт по-разному. Начитался уэллсовских романов. – Блэквуд поднялся с кресла, зашагал по кабинету: – Подумать сложно, но он сказал, что лес на самом деле сжимает время.

– То есть? – Уточнил сыщик.

– Та легенда… Ей много лет. Сотни.

– Если быть точным, примерно 500-600. – Пояснил я.

– Да. Но он говорил, что нашёл скелет того самого барона или герцога. За такое время кости превращаются в труху. А Роберт сказал, что часы там идут как минуты, а месяцы – как дни.

– Долго он был там? – Добавил Уильям.

– Ровно месяц. Я спрашивал его, узнавал, куда он заезжал. А он ответил, что всё время пробыл в чаще. И для него месяц прошёл за 4-5 дней. Он сам удивился, когда вышел из леса.

– Ваш родственник просто разнервничался.

– Вспомните о вчерашнем дне. Сравните с сегодняшним. Как много событий произошло сегодня! День длится бесконечно!

Приближался ужин. Да, со всеми событиями близился лишь вечер! – Воскликнул в мыслях я: – А вчерашний, третий день… Прошёл быстро.

– Психологический феномен. – Ничего странного. – Буркнул Эдвард.

– Как думаете, сколько вы вчера бродили по лесу?

Я без колебания ответил:

– Час, не больше.

– Но между завтраком и обедом окно в четыре-пять часов. Как вы вернулись, почти сразу же начался обед. Вам это не кажется странным, Джон?

– Арчи, я…

– Хватит болтать! – Возмутился детектив: – Эванс, вы с нами?

– Останусь здесь.

– Отлично: Уилли, Хьюз – пойдёмте.

И все трое зашагали по лестнице. Вскоре гул ходьбы стих. Я переглянулся с Артуром – тот всё это время стоял в задумчивости:

– Так кости…

– Скорее всего, те самые.

– Барона? – Прошептал я.

– Кого ещё, Джон?

Всё складывалось в теорию. Если Дэвис бродила по лесу сутки, действие вещества, что ей всунули, должно было закончиться уже к утру второго дня. Но когда я её обнаружил… Третьим днём.

Действие наркотика, как и сказал Эдвард, длится 10-14 часов. Но никак не 40! – Именно столько прошло между первым её уходом из особняка примерно в 10 вечера первого дня и её обнаружением в полдень третьего…

Примерно 38 часов, а если учесть то, что Дэвис выпила второй бокал до моего приезда, то все 40.

– Быть не может… – Протараторил я.

– Роберт оставил мне конверт. – Объявил вдруг Блэквуд: – Говорил вскрыть, если что-то произойдёт. Советовал купить мне поместье и провести здесь очередную игру.

– Вы вскрывали письмо?

– Нет, Эванс. Думал, нет повода.

– Даже несмотря на двойное убийство?

– Это никак не вяжется с чащей на западе. Убийства совершены человеком, это точно.

Артур Грей лишь кивнул:

– Да, это точно.

– Можете вскрыть конверт сейчас? – Осведомился я.

– Если вы настаиваете… – Блэквуд вернулся к столу, раскрыл один из ящиков, вынул оттуда письмо, и, разорвав штамп, достал вчетверо сложенный листок.

Грей подошёл поближе, я же остался стоять в центре кабинета.

– Кхм… – Кашлянул Арчибальд:

«Дорогой кузен!

Если ты читаешь эти строки, значит, произошло что-то страшное. Может, то было убийство, вполне реальное, или ты сам решил расследовать лес. Я не знаю.

Но мне понятно одно – нечто подкрадывается к нам из той чащи. Я вывел формулу течения времени в лесу. Всегда оно идёт по-разному…»

Блэквуд замолк. Откуда-то издалека раздался выстрел.

Мы все переглянулись.

И, не сговариваясь, кинулись вниз по лестнице чёрного хода.

Глава 23

Ступени вели к узкому коридору, что заканчивался массивной дверью. Первым я раскрыл её и оказался снаружи, на вершине холма, где и стоял особняк.

Слева столпились Локки и констебль.

– Что произошло? – Спросил я.

Уильям и Хьюз что-то обсуждали, ко мне же подошёл Эдвард:

– О чём вы?

– Выстрел…

– А, – сыщик указал на дверь, что я недавно отворил, – она была заперта на замок. Вот я его и прострелил.

– Вы просто экстравагантный тип.

– Особенности профессии, Джон.

– У вас выстроилась теория?

– И да, и нет. – Эдвард вдруг взял меня под плечо, уводя в сторону: – Мы с братцем немного повздорили. Присоединитесь к кому-нибудь из нас?

– Как бы странно не прозвучало, у меня также есть своя гипотеза.

– И какая же? – Фантастическая?

– Обыкновенная. – Пробурчал я: – Полагаю, с этого момента мы разделились?

– Получается, так.

Обернулся я на топот – Грей и Блэквуд приближались к нам. Сыщик в двух словах объяснил грохот, и мы вновь поднялись в кабинет Арчибальда. И тут уже Блэквуд, роясь по столу, вскрикнул:

– Письмо!

– Что? – Артур скосил взор к столу.

– Оно пропало!

– Сколько мы отсутствовали? – Вставил я.

– Минут 5, может, чуть больше. – Пробормотал Грей.

Я поглядел на приоткрытую дверь кабинета и, замявшись, произнёс:

– Кто-то нас подслушивал. И этот кто-то мог быть любым гостем.

– Он и схватил письмо? – Уточнил Артур.

– Получается, что так.

– Чёрт подери… – Арчибальд откинулся на спинке кресла: – Всё похоже на сон… Кто этот некто? Для чего ему письмо?

– Мы это выясним. Вернее, я.

– Мне нравится, как вы правдоподобно вживаетесь в роль детектива, Эванс.

– Грей, я и есть детектив.

– Считайте, как вам угодно.

Раздался удар гонга. Не сговариваясь, мы прошли вниз. Перед этим Блэквуд затворил чёрный ход.

В столовой наконец-то расположились все – я уселся между Артуром и Уилсоном. Оба брата Локка сидели поодаль, ближе к холлу. Арчибальд сел в центре.

Смиты – напротив, подле них – Браун. Я подозвал Барнса:

– Кружку кофе, пожалуйста.

Тот кивнул.

– Нам нужно допросить вас, мистер и миссис Смиты. – Проговорил Уильям. – И вас, мисс Браун и мистер Барнс.

Энтони вскинул брови, подливая мне кофе в кружку:

– И я подозреваемый?

– Разумеется.

– Что с Хейвудом? – Поинтересовался Генри Уилсон.

– Он в больнице. Я связался с врачами. – Эдвард едва притронулся к еде: – Состояние тяжелое. Он умирает.

– Он говорил что-то? – Обеспокоенно Джордж протёр платком лоб: – Это просто кошмар. Кто-то орудует в поместье, где нахожусь я! Я, доктор! У убийцы нет ни страха, ни совести.

Если бы я только мог предугадывать всё… Спасать людей! Это ужасно… Боже, как это плохо…

– Убийства всегда аморальны, мистер Смит. – Обратился к нему Хьюз: – Но что вы имеете ввиду?

– Я ведь давал клятву Гиппократа, понимаете? А сейчас ощущаю себя слепым идиотом. Вокруг меня умирают люди, а я не в состоянии оказать даже первую помощь!

Джордж содрогнулся. Мэри погладила супруга по спине:

– Ну что ты? Успокойся.

– Как тут…

– Тебе нужно выпить чего-нибудь… Бодрящего. Станет лучше. Ну же!

– Я…

Пока чета Смитов шепталась, Эмили поглядывала по сторонам – она ещё не была в курсе того, что мы всё знаем, а потому и смотрела как-то напыщенно на присутствовавших:

– Мне кажется, будет лучше, если мы все покинем поместье. Я боюсь, что каждому из нас угрожает опасность.

– Потому что… Кто-то из вас убийца. – Сталью выговорил Уильям.

Гул стих. Все повернулись к инспектору – он озвучил то, что было у всех на уме последние дни. Уилсон невольно дрогнул, и, поджав губы, выдал:

– Да. Мы все это прекрасно знаем.

– Знать – не значит пережить или понять. – Возразил сыщик: – Если мы не найдём этого мерзавца или мерзавку – кто знает, убил ли Дэвис мужчина или это дело рук женщины? – В целом, времени мало.

От его слов встрепенулись почти все. Кроме меня – я был вне подозрений, да и не стал бы я никогда убийцей. Хотя, наверное, и мог. Однако я бы стал убийцей только из-за скуки.

Но направил я эту скуку в игры Блэквуда, где отточил свои навыки. Даже любопытно – рассуждал я: – если бы не моя тяга к расследованию, я мог спокойно стать мошенником или убийцей.

Это ведь две стороны одной медали. Или монеты, не важно.

– Вам это кажется смешным, Эванс? – Прогудел вдруг Эдвард.

Выйдя из раздумий, я обнаружил, что почти все повернулись ко мне. Ну я и болван! – Только сейчас заметил, что ухмыляюсь. Скрыв усмешку, я серьёзно отвергнул:

– Нет.

– Тогда к чему была ваша усмешка?

– Я вспомнил о былых временах. Об играх, понимаете? О том, как я всегда расследовал, независимо от своей роли. Знаете, такое тёплое чувство. Помнишь ту игру, Арчи? В Лондоне, самую первую?

– Десять лет назад. – Отозвался Блэквуд: – Да, были времена.

Внимание вновь переключилось на трапезу, и я облегчённо вздохнул. В следующий раз надо быть осторожней. – Заключил я.

Допрос оставшихся четырёх гостей был перенесён на завтра. Меня пригласил к себе в комнату Уилсон. Локки вместе с констеблем прошли в гостиную.

Понимая, что от следователей новой информации не узнаю, я поднялся наверх вместе с Артуром и фотографом. Мы с Греем уселись в кресла, Генри – на кровать.

– Мы можем помочь вам, Джон. – Произнёс Уилсон, доставая из прикроватной тумбочки фотоаппарат: – Артур показал вам снимки?

– Да. – Кивнул я.

– Отлично. Есть ещё кое-что…

– Перед тем, как сообщить об этом, думаю, тебе будут полезны кое-какие сведения. – Прервал того Грей.

В нескольких словах он поведал Генри о Роберте, письме и той теории, что выдвинул кузен Блэквуда. Уилсон лишь хмыкнул:

– Так я и думал. Тоже начал замечать изменения. После того, как я сегодня был опрошен, устремился к чаще. Вернулся не столь давно. По ощущением прошёл час, на деле я отсутствовал больше пяти.

– И что же? – Поинтересовался я.

– После того, как отдал Артуру снимки, что он потом показал вам, я вышел к лесу. Блуждал недолго. Наткнулся на кости и решил их откопать.

– Чем же вы собрались их копать?

– Вы не поняли, Джон – я уже их отрыл. Лопату я взял из пристройки, небольшого сарая к востоку от особняка – там раньше жил какой-то садовод или кто ещё.

– Не припомню сарая.

– Его, может, и не было.

– Простите?

– Эванс, это очень трудно объяснить… Меня могут принять за сумасшедшего. Но я всю жизнь был рационалистом. И могу сказать одно – некая сверхъестественная сила искажает пространство и время.

Вы не помните о сарае. А вы, Грей?

– Всегда на востоке располагался покошенный домик. Еле заметный.

– Видите, Артур! А Джон не помнит!

– Можно поподробнее? – Я переставал понимать, к чему клонит фотограф, от предположений потяжелела голова.

– Простыми словами, Эванс… Вам исказили память, как и многим, кто сейчас присутствует в поместье. Это всё он.

– Кто «он»?

– Зверь, неведомая сила – называйте, как угодно.

Моя теория вдруг стала пугающе отчётливой.

Надо повременить с ней. Ещё не время. Точно не время – заверил я самого себя.

– Что с вами, Джон? – Меня толкнул в плечо Грей.

– Ничего, всё хорошо.

– Вот только не лгите! Считаете нас безумцами?

– Совсем нет. – Пролепетал я.

– А что же тогда? – Насупился Уилсон.

Медленно я оглядел помещение, взглянул на Генри и кое-как выдавил – горло, казалось, обожглось от самого факта допущения моей гипотезы:

– Всё это… Нереально.

– Возможно. – Но снимки говорят сами за себя! – Парировал Генри.

– Убийцей должен быть человек.

– Это очевидно. Но за преступлениями скрывается нечто куда более… Необычайное.

– Вы считаете, мы свихнулись? – Артур Грей серо взглянул на меня.

Я же только и смог, что сказать:

– Нет. Я считаю безумцем самого себя.

И посмотрел на свои руки, на фрак, на пространство вокруг.

Глава 24

Словно я провалился в сон, странный и туманный. Очнулся я, когда меня тряс за плечи Генри Уилсон:

– Джон! Чёрт возьми, придите в себя!

Надо мной стояли Джордж, фотограф и Артур. Смит аккуратно приподнял меня под спину, протянул какие-то таблетки:

– Возьмите, Эванс.

Дрожащими руками я запихал капсулу в рот. Мне дали стакан воды, но я отринул:

– Только виски.

– Нельзя мешать алкоголь с лекарством!

– Мне плевать, мистер Смит. Дайте… мне… чёртов виски.

Доктор притопнул ногой и ринулся куда-то в сторону. Через мгновение я уже отпивал виски. Стало лучше. Джордж, буркнув что-то себе под нос, сообщил:

– Станет лучше. Подождите пару минут.

– Хорошо… – Пролепетал я, и, воспользовавшись помощью Артура и Генри, уселся обратно в кресло.

Смит же поспешил покинуть комнату. Мы замолкли. Паузу нарушил Уилсон:

– Я не закончил свой рассказ.

Голова вновь прояснилась – стало куда лучше:

– Да, конечно, продолжайте.

– К чему были ваши слова о безумии?

– Нервы, не более.

– Ясно… – Генри Уилсон вынул откуда-то снимки, протянул мне: – Взгляните.

Осторожно, будто боясь смотреть на то, что изображено на них, я перевернул одну фотографию следом за другой. Ничего необычного – пожелтевшие кости, следы на траве.

Ничего такого, о чём бы я не мог догадаться.

– Я, как и говорил, вырыл эти кости. Их нужно уничтожить.

– В каком плане, Уилсон? – Удивился я.

– Прямом, Джон. – Их необходимо сжечь.

– Для чего?

Генри наклонился ко мне с каким-то чудным блеском в глазах:

– Потому что убийства… Они совершены человеком. Но по наваждению того монстра, что обитает в лесу.

– Это невозможно!

– Всё, что не укладывается в рамки нашего восприятия, поначалу нереально. – Возразил Артур: – Однако факты говорят как раз-таки о том…

– Что зверь из легенды реален. – Кивнул я.

– Вернее, реальна странная аномалия, что искажает пространство и время. – Объявил фотограф.

Мы замолкли. Понимающе я покачал головой:

– Когда вы хотите сжечь останки?

Грей бегло глянул на настенные часы:

– Ровно в полночь. Сейчас… Без четверти 11. Пойдёмте, Эванс.

– Куда?

– В лес. Возьмите с собой что-нибудь. У вас есть… Оружие?

– Только слово. – Усмехнулся я.

Артур глубоко вздохнул, говоря с каким-то отчаянным убеждением:

– Возьмите это. – Он вручил мне в руку кинжал.

Аккуратно я его взял. Грей с Уилсоном поднялись с мест:

– Время течёт по-разному. Вы уже знаете. Потому надо отправляться прямо сейчас. – Сообщил Генри.

– Но если вы отрыли кости, зачем нам в чащу?

– Я припрятал их на одной из троп. Не тащить же полутысячелетний труп к особняку!

Понимающе я кивнул. Не став медлить, мы направились к лесам на западе. Через пару минут, покинув особняк, мы вышли к чаще. Ещё четверть часа – и мы стояли над небольшой насыпью.

Уилсон вручил мне лопату, что была воткнута в землю здесь же:

– Копайте.

Артур светил фонариком. Меня стало настораживать их поведение. Они вели себя как некие адепты древнего культа.

– Почему я, Генри?

– Я откапывал. Грей светит. Для выполнения ритуала… Никто из нас не должен совершать более одного действия. Откопать и перетащить – шаг первый. Далее отрыть и перенести по наступлению ночи. Артур сожжёт их.

Глаза фотографа блестели в отражении света фонаря. Не безумием, как я уже хотел подумать – они отражали бремя какого-то знания, о чём я не до конца понимал.

Несколько минут ушло на то, чтобы отрыть скелет. Груда пожелтевших костей, а на них – череп с раздробленными и потрескавшимися глазницами.

Артур и Генри вынули из-за одного из деревьев мешок, и я принялся складывать. Быстро со всем покончив, мы устремились к сараю.

Нравилось ли мне всё это? Ни черта! Не было в этом голоса здравого смысла, а страх, что толкал на иррациональную ересь! Однако с другой стороны, Джон, – говорил я в мыслях самому себе – разве вся твоя теория не является таким же наваждением?

И вправду, сарай стоял на востоке от поместье, у подножия холма с другой стороны.

Пройдя в покошенный одноэтажный барак, мы высыпали кости. Артур зажёг несколько факелов. И я увидел… Сложенный в центре барака костёр. Доски были уложены ровно.

– Когда вы успели? – Изумился я.

– Не мы… Он был здесь. – Произнёс Грей.

– Но… Кто?

– Взгляните в то окно, Эванс. – Указал Уилсон.

В одном из дальних окон… Вместо вида на леса и холмы была выжженная пустошь.

– Что это?! – Невольно вскрикнул я.

– Говорю же – искажение пространства. – Выдохнул Генри.

Надо успокоиться. Пожалуй, я сплю. Какая странная фантасмагория! Просто бред! – Решил я. – Наверное, я просто сплю. Не более.

Ещё несколько минут ушло на то, чтобы переложить кости в центр костра. Артур с факелом подошёл к брёвнам. Уилсон буркнул:

– Поджигайте.

И Грей поджёг. С брёвен пламя перескочило на кости, и те загорелись изумрудно-лазурными искрами.

Я расслышал хруст дерева – и на секунду мне показалось, что это стон облегчения. В тот момент ко мне и пришло осознание… Того, что я брежу. По-другому я не мог этого объяснить.

– Если сарай искажает пространство. – Начал я: – То как мы вернёмся?

– Никак, Джон. – Улыбнулся Генри.

Всё внутри замерло. Я бросился к фотографу, схватил того за плечи:

– В каком смысле, никак?!

– Самом обыкновенном, Джон Эванс. Какая это по счёту игра? Восьмая или девятая?

– О чём вы говорите? Я спрашиваю – как нам отсюда выбраться?!

– Мы застряли здесь навечно.

– И не будет больше радости или страданий. Не будет ничего. Только непроглядный вечный мрак, когда догорит пламя. – Артур тоже улыбнулся.

Я заметил, что в их улыбках было не так – их рты… Напоминали пародию на человеческие. Зубы… Их было сотни! И все как клыки! Они наслаивались друг на друга, росли в три, нет, в четыре ряда.

– Отойдите!

– Поздно, Эванс. Слишком поздно. – Грей вынул откуда-то револьвер и согнул его, как ребёнок гнёт пластилин.

Отпрянув назад, я наткнулся на Уилсона. Тот молниеносно выхватил кинжал из внутреннего кармана моего фрака:

– Прощайте, Джон.

Боль резко пронзила всё тело. Кровь хлынула изо рта. Всё кругом помутнело.

***

Как-то странно я огляделся – вот комната Генри – рядом в кресле сидит Артур Грей. Уилсон, посмотрев на нас, произнёс:

– Так я и думал. Тоже начал замечать изменения. После того, как я сегодня был опрошен, устремился к чаще. Вернулся не столь давно. По ощущением прошёл час, на деле я отсутствовал больше пяти.

– И что же? – Будто против воли спросил я.

– Обнаружил какие-то кости… Останки лисы. Похоже, та умерла давно. Сделал пару снимков. Следы… Они на дают мне покоя.

Взяв в руки фотографии, я пролистал одну за другой. Руки тряслись. Сон? Наваждение? Что это было? Как я мог… Продолжая оставаться в разговоре, ведь, судя по виду собеседников, я не терял сознания…

Проще говоря, каким образом я, продолжая обсуждение, мог забрести в недра своего сознания и прожить целую историю с выдуманным сараем и культом?

– А сарай?– Поинтересовался я.

– Вы о чём? – Фотограф вскинул брови.

– Ну, что на востоке от поместья.

– Если честно, не припомню.

– И не надо. Извините. Просто играю с вашими ожиданиями.

– Вы в порядке, Эванс?

– Полном. – Усмехнулся я, а сам подумал – всё – лишь сон. Как же замечательно!

Просмотрев снимки, я вернул их Уилсону. Повисла тишина.

– Мы думаем. – Наконец начал Артур: – Что есть во всём этом нечто странное. Убийца, скорее всего, подделывал следы. Мог даже растерзать лисицу. Всё – для убедительности образа.

– Возможно. – Согласился я: – И какие у вас предположения?

– Пока что – никаких. – Генри взглянул на настенные часы – половина 11-го, господа. Предлагаю разойтись. Можем продолжить обсуждение завтра.

– Разумеется. – Проговорил я, первым поднимаясь с места. – Доброй ночи.

– И вам, Джон. – Пожелал Генри Уилсон.

Не став вдаваться в размышления о том, что за история произошла в моей голове, дав ей имя «наваждения», я устремился к своему номеру. И, только улёгшись в кровать, перед тем, как заснуть, я вдруг осознал.

А что, если убийца подсыпал мне то же вещество, что и Дэвис? Может, и Роберта не существует? И вся теория с сжатием времени… Всё, что было необычного…

Внезапно я дрогнул – что, если и гипотеза Роберта Брауна, и наваждение – часть моих галлюцинаций? С тревожными мыслями я провалился в глубокий сон.

Глава 25

Проснулся я, на удивление, с ясной головой. И понял, что мне нужно сделать – выяснить реальность двух вещей – теории Роберта и вчерашнего наваждения. Невольно моё сознание под действием наркотиков стало проверять достоверность моей гипотезы посредством этих двух случаев.

Однако я воздержусь от её изложения сейчас. Следовательно, наваждение было виражом, иллюзией. Но как я мог знать заранее то, что скажет Уилсон?

Впрочем, всё это объяснялось, если мне действительно подсыпали наркотик. Но не в виски, что я пил до обеда вместе с Барнсом и Уильямом.

– Вещество показало мне мои самые страшные, надуманные предположения. – Пробурчал я, оттирая лицо от холодного пота.

Поднявшись, я прошёл к зеркалу, и, надевшись, ухмыльнулся.

Если я всё правильно понимаю, Кайл Хейвуд узнал о смерти Кэтрин… Потому что сам провалился в нечто подобное. Увидел смерть своей возлюбленной.

В реальности прошло мгновение, а в его голове, как в и моей вчера – успело произойти целое событие.

Время было ранним. Потому я без промедления прошёл наверх и уже стучался в дверь кабинета Блэквуда – ещё со студенческих времён он принимался за работу чуть ли не с рассветом.

– Входите.

Медленно я отворил дверь, прошёл к столу и уселся за кресло напротив Арчибальда:

– Доброе утро.

– Доброе, Джо. – Ты бледен. Что-то случилось?

– Нет. – Заверил я: – Мне нужно выяснить одну вещь.

Блэквуд нахмурился:

– Ты про письмо Роберта?

– Да. – Не можешь напомнить… Что вчера было? Столько событий. Голова кругом.

Он взглянул на меня как на тяжелобольного:

– С тобой точно всё в порядке?

– Конечно, не беспокойся.

– Я показал чёрный ход, вы спустились… Вернее…

Резко я махнул рукой:

– Это я помню. Меня интересует письмо.

– Браун говорил о странностях леса. Уезжал на неделю, поселился в особняке. Исследовал окрестности. Мы были прерваны на строках о том, что в чаще могли сохраниться некоторые виды животных.

– Раздался выстрел, и мы кинулись по лестнице тайного входа вниз… – Добавил я, представляя в сознании реальную картину произошедшего.

– Да. Когда вернулись, письмо пропало.

Робко я уточнил:

– А сжатие времени?

– Ты о чём?

– Неважно. – Послушай… Вчера некто на ужине напоил меня наркотиком.

Блэквуд вскочил с места:

– Господи! Ты мог раньше об этом сказать?

Тут уже удивился я:

– Только наутро я это понял.

– Теперь ясно, почему ты себя так вёл… И тебя явно отравили не на ужине. То, что ты напал на инспектора…

Что я пил в гостиной? – Рассудил я. – Да, Арчибальд был прав.

– Вначале вам подмешали успокоительное. Что ты пил потом?

– Обед… Точно… Обед… – Произнёс я: – Допрос. Грей, Уилсон, затем Бонн.

Инстинктивно я сунул руку в карман, с облегчением обнаружил там чек на 1120 фунтов.

Точно – после встречи с французом… То, что я вначале запер дверь черного хода изнутри, затем, вернувшись, выдал всю правду Локкам. Моё поведение уже тогда было странным.

А галлюцинации начались ближе к вечеру и пик их настал в комнате фотографа. Наконец-то я понял всё.

– Необходимо выдвигаться! – Объявил я, вставая с кресла.

– Куда? – Выговорил Блэквуд.

– К больнице. Я, кажется, понял, как действует вещество. Действие его успело пройти. Нужно допросить Хейвуда, пока он не умер. Ему подсунули слишком большую дозу.

Мне – куда меньшую. Убийца словно предупредил – остерегайся меня. Хотел, чтобы я поверил в свою теорию!

– Какую теорию?

– Про реальность монстра!

– Так ты…

– Гипотеза. – Решился я: – Была основана на том, что зверь существует. Я продолжаю в какой-то степени надеяться на неё и сейчас.

В общих словах я поведал Арчибальду о двух своих галлюцинациях.

– Просто… Кошмар.

– Да, но заметь, как в моей голове вырисовывались нити расследования. И все были зачаты тем фактом, что действие наркотика никак не могло продлиться 40 часов!

Но теперь я понял… Софи Дэвис… Была в особняке в вечер второго дня!

– Что?! Это невозможно!

– Либо так, либо зверь существует, а лес искажает пространство. Но я не верю в фантастику. Пока эти двое братцев рыщут в темноте, упуская из вида очевидные факты… Я буду действовать. Ты со мной, Арчи?

– Только если это поможет следствию.

– Ещё как поможет! Ну же! Поедем!

Глаза Блэквуда за долгое время впервые заискрились. Мы бросились вниз, сбежали по ступеням и наткнулись в холле на сыщика.

– А, мистер Эванс! Куда же вы направляетесь?

– К финалу расследования! – Воскликнул я.

– Можно подумать, вы что-то нашли.

– Нашёл… И более того… Понял.

Эдвард странно взглянул на меня и Арчибальда:

– Вы же понимаете, что вам нельзя покидать особняк?

Одно движение – я рывком наклоняюсь вперёд и выхватываю из-под пояса детектива револьвер. Тут же взвожу курок:

– Отойдите! Вы мне не помешаете!

– Чёрт подери, Джон! Я и не собирался! – Локк вскинул руки вверх.

– Тогда отступите в сторону.

– Никому нельзя покидать поместье до конца расследования. – Донеслось откуда-то слева.

Я повернулся – Хьюз направил на меня пистолет:

– Оставайтесь на месте, мистер Джон Эванс.

Из приоткрытой двери гостиной вдруг вышел Уильям – он выглядел уставшим, лицо стало бескровным, глаза впали. Завидев нас, он дрогнул:

– Что бы тут не происходило, нужно успокоиться. Вы хотите загреметь в тюрьму, Джон?

– Я хочу довести дело до конца.

– Ну или прибить кого-нибудь из нас. – Инспектор потянулся за оружием, но я тут прицелился к тому:

– Не трогать!

– Хорошо! Всё в порядке, Эванс. Ведите себя благоразумно!

Оба Локка стояли с поднятыми руками. Противником мне выступал лишь констебль.

– Лучше рассказать им. – Подался вперёд Блэквуд: – Остынь, Джон.

Ощутив, как на моё плечо опускается тяжёлая рука, я дрогнул:

– Иначе что?

– Я верю тебе. Но и хочу, чтобы ты успокоился.

Раздумав, я сдался – Арчибальд скрутил бы меня за несколько секунд – ещё в университете он отличался физической силой и ловкостью. Опустив револьвер, я швырнул его на пол и ногой пнул к Эдварду.

Все трое соперников подступили к нам.

– Честно, я уже ничему не удивлюсь. В этом месте все так и желают пришибить друг друга! – Уильям горько усмехнулся: – Зная ваш характер, я могу сказать одно… Вы просто так не совершите дурости.

– Вчера совершил. – Парировал я: – И знаю, почему.

– Говори. – Подбодрил Блэквуд.

Джеймс Хьюз по указанию инспектора опустил пистолет. Я, замерев, на одном дыхании рассказал всё, что знал и думал.

– Это… Похоже на правду. – Кивнул сыщик, и в глазам его я различил какую-то досаду.

Неужели он о чём-то догадывался?

– Это замечательно, Эванс. – Добавил Уильям: – Но Хейвуд погиб сегодняшней ночью.

Слова поразили даже больше, чем мои вчерашние галлюцинации:

– Три…

– Да. – Подтвердил Эдвард: – Три проклятых пореза на груди. Наркотик… Тот же, что и у Софи Дэвис. Ночью кто-то покинул особняк.

– Сколько ещё смертей должно произойти, чтобы этот кровопийца наконец унялся?!

Мы развернулись. На лестнице стоял, дрожа, Джордж Смит. Он вытянул вперёд скальпель:

– Посмотрите! Быть может, и до меня он доберётся? Не проще ли самому свершить над собой суд?

– Кинжал… – Вспомнил я: – Где кинжал, что подсунули Бонну?

Никто не услышал моего бурчания. Локки кинулись к доктору. Смит успел, прорезав себе рубашку, исполосовать грудь. И тут же скальпель был выбит Уильямом.

А детектив, схватив Джорджа за руки, скатился вместе с врачом вниз по ступеням.

Глава 26

Оба рухнули на пол. Рывком я оказался возле Эдварда, помог тому подняться. Смит от удара потерял сознание. Вместе с сыщиком мы взяли того под плечи и отнесли в гостиную, где усадили в кресло.

– Нервный срыв. – Произнёс Арчибальд, располагаясь на диване: – Что его так взволновало?

– Не говорите глупостей, Блэквуд. – Процедил Уильям: – Разве не очевидно? Убийца… Имеет автомобиль или знакомого, что подвозит его. По-другому не объяснить, как он всё успевает.

– Но как он мог покинуть особняк? – Спросил я.

– Не имею понятия. – Камин заперт, кабинет Арчибальда… Вряд ли кто-то мог сунуться туда.

– Уилли, думай шире. Есть ещё один ход.

– Какой же?

– В смежной со столовой комнате. – Продолжил Эдвард: – Через него убийца и мог покинуть особняк.

– Но кто?

– Есть у меня версия. Но сначала следует провести допрос.

Джордж вскоре очнулся. Пролепетал что-то себе под нос:

– Боже, что я творю?

– Всё в порядке, мистер Смит. – Заверил инспектор: – Бывает со всеми. Пока доктор лежал без сознания, мы перебинтовали тому место пореза. Сейчас же Джордж Смит странно ощупывал своё тело:

– Так это не сон… Я и вправду хотел себя изрезать!

– Почему вы это сделали? – Уточнил сыщик.

– Спускался по лестнице, думал пораньше прийти сегодня на завтрак. И услышал обрывки вашего разговора. Про Хейвуда и три пореза.

– Но скальпель. Вы что, всегда носите его с собой? – Вставил Уильям.

– Нет, но…

– Каким образом вы могли расслышать нас и тут же принять такое решение?

– Не знаю. Страх. Самый обыкновенный.

– А скальпель?

– Я его взял из комнаты… Подумалось, что он мне нужен.

– Вы публично хотели себя порезать?

– Да не знаю я, чёрт подери! Какой мне в этом смысл?

– Для чего же тогда вам нужен был нож?

– Для… – Смит застыл, глаза словно дрогнули.

– Ладно, пропустим это. Как вы познакомились с Арчибальдом?

Голос подал сам Блэквуд:

– Зашёл к нему в клинику. Давно прописан. Лечился у доктора давно. И решил предложить ему игру.

– А я не мог не отказаться. – Согласился Джордж.

– И всё? – Изумился Эдвард.

– Да.

Своё слово решил вставить и я – по выражению Локков было очевидно, что те копошатся в своих теориях, и у каждого она своя:

– Так для чего вам скальпель?

– Вы имеете ввиду, почему я взял его с собой сейчас?

– Да.

Смит поёрзал в кресле:

– Ну… Мне… Кхм…

– Знаете. – Сыщик вдруг вскочил с места, зашагал по ковру, привлекая к себе внимание: – Всё время пребывание в особняке я думал над тем, кто мог совершить убийство.

Этим человеком должен был являться кто-то, кому, на первый взгляд, это невыгодно. Можно ли подозревать Барнса, этого дворецкого? Конечно же. И обвинения Кайла, и прочее давали некоторые сведения.

Но стал бы убийца подмешивать успокоительное и принимать его вместе с нами? Сомневаюсь.

С самого первого дня своего пребывания здесь, то есть на второй день от начала вашей игры, я уже мог предположить, что Дэвис убили.

А на третий день гипотеза подтвердилась. И я не помедлил выдать версию о наркотике, что оказалась правдой.

– К чему вы… Клоните? – Джордж посерел, глаза забегали, словно ища поддержки.

– Немного терпения, мистер Смит… Кстати о вас? Вы ведь врач, так?

– Я…

– Верно. – Кивнул сам себе детектив: – Вы доктор. А кто мог подмешать наркотик? Человек, имевший доступ к различным препаратам. Так и началась вырисовываться общая картина в моей голове.

Для меня было удивительно, почему вы, Эванс, и ты, Уилли, не заключили о том, что мистер Джордж Смит, будучи доктором, даже не удосужился до прибытия медиком осмотреть тело Софи.

А не чудилось вам странным, что жена Смита… Такая же рыжеволосая, как и супруг?

– Не несите чушь! – Я врач, и мне…

– Вам как раз-таки выгодно преступление, Джордж. Кто, как не вы, мог иметь в достаточном количестве довольно дорогое психотропное средство, чтобы подмешивать его людям?

Кто, если не вы, Смит, так быстро мог определить, какое именно успокоительное подсыпали Джону, моему брату и Хьюзу вчера, в период между завтраком и обедом?

В вечер второго дня Дэвис была в особняке – я вынес это ещё до ваших предположений, Эванс. – Детектив метнул ко мне взор, полный триумфа: – Она поговорила с Хейвудом и вернулась в поместье, скорее всего, через главный вход.

– Каким образом? – Выдал инспектор.

– Ей открыл дворецкий… Кстати о нём… Джеймс, срочно Барнса сюда!

Пока констебль выполнял указание Эдварда, доктор постарался встать с кресла:

– Это бред… Я же говорю, что…

– Сидите на месте, мистер Смит! – Вы – главный подозреваемы! – Воскликнул сыщик.

По глазам же Уильяма, что сидел тихо в сторонке, я понял, что тот не согласен с выводами брата. У того была какая-то своя теория.

На пороге появились Энтони и Хьюз.

– Доброе утро, джентльмены.

– Присаживайтесь, мистер Барнс. – Буркнул детектив.

Когда дворецкий уселся, сыщик продолжил с новыми силами:

– Скажите мне, вы ведь впустили Дэвис в поместье?

Энтони застыл, протараторил:

– Я… Вы… Как вы…

– Это так?

– Да.

– Вы являетесь мужем Софи, не так ли?

– Возможно.

– Отвечайте честно.

– Да, это так.

– Что за чертовщина… – Прошептал я: – Но её муж мёртв!

– Боюсь, это не совсем так. – Барнс усмехнулся: – Раз вы знаете, к чему отпираться?

– Когда вы его наняли? – Эдвард повернулся к Блэквуду.

– Два месяца назад.

– Узнавали о его прошлом?

– Разумеется. Даже досье есть… Где раньше работал и…

– Неважно. – Сыщик махнул рукой: – Принести вам воды, Энтони?

– Для чего?

– Чтобы вы смыли этот грим. И заметьте – вашу старость он никак не скрывает.

– Чёрт вас подери… Какой в этом смысл? Что вам от меня нужно? Просто скажите, и я отвечу. Так и думал… Если в поместье три сыщика, меня рано или поздно раскроют.

– Как пожелаете. – Эдвард куда бодрее зашагал по гостиной: – Вы аферист, ведь так? Когда ваша компания была на грани, вы решили инсценировать свою смерть и пропасть из виду?

Досье у вас отчасти настоящее – вы и вправду, скорее всего, работали дворецким.

– Да. – Подтвердил Барнс.

– Отлично. Для чего вы отворили своей жене?

– Мы договорились… Она сказала что-то про Арчибальда и Бонна. Про их аферу. Моя жена была далеко не дурочкой. – Энтони кинул взор к Блэквуду: – И сразу же обо всём догадалась.

Когда вы, Арчибальд, пригласили мою жену участвовать в игре, я и решил устроиться к вам. Мы хотели вас обмануть… Сложная схема. Мне было выгодно оставаться мёртвым – как ни странно, моя фирма без своего директора уживалась куда лучше, чем при мне.

– Почему вы не обвинили Блэквуда тут же?

– А какой смысл? Тем самым я бы раскрыл самого себя. А мне это было совсем уж невыгодно.

– Однако теперь. – Уильям вдруг улыбнулся: – Даже если мы не выяснили убийцу, но я могу арестовать вас. За мошенничество. И вас, Блэквуд, за тоже самое.

Доказательств, как говорится, достаточно.

Инспектор кивнул констеблю. Оба подозреваемых даже не сопротивлялись. А Ульям добавил:

– Обман на обмане. Это поместье просто скопище убийц и рецидивистов! Теперь я смогу объявить Бонна в международный розыск. Спасибо, Эдди.

Сыщик лишь мотнул головой:

– Не это важно. Мне нужно договорить.

На секунду я забыл о расследовании – мой взгляд устремился к Арчибальду. Он пожал плечами с горькой усмешкой, как бы говоря:

«Вот и закончились золотые деньки, Джон».

Впервые за всё время пребывания в поместье я ощутил хоть что-то причудливо человеческое. Жалость отчего-то сдавила грудь.

– Вы не можете его арестовать! – Вдруг вскочил с кресла я.

– Почему же? – Изумился инспектор.

– Я… Он…

– Всё хорошо, Джо… Пробуду год, два…

– От десяти до двадцати лет. – Возразил Уильям.

– Ну, пусть хоть тридцать! Джо!

Руки задрожали. Я развернулся к Блэквуду.

Глава 27

И поразился его спокойствию.

– Всё нормально, Джо.

– Нет, Арчи. Ни черта не нормально! На кой чёрт ты вообще в это сунулся?

– Понимаешь… Мы ведь оба – азартные люди. Для нас жизнь – это риск. По крайней мере, для меня. А ты… Игрок по жизни, Джон. Сядь. Мистер Локк сейчас дорасскажет свою гипотезу.

– И ты уедешь…

– Ну а как иначе?

– Мерзавец… Вот ты кто. В самом чистом смысле!

– Ну а ты, Джо. Ты разве нет?

– Возможно…

– Если хочешь, можешь навещать меня.

– Я сообщу, куда его поместят после суда. – Подтвердил Уильям.

Успокоившись, я лишь кивнул своему приятелю. Усевшись в кресло, попытался успокоиться – с трудом, но всё же у меня вышло.

– Долго ещё Дэвис провела в поместье? – Поинтересовался детектив.

– Она жила в подсобном помещении, в комнате, смежной с моей. – Отозвался Барнс: – Для реализации нашего плана… В подробности вдаваться не буду… Но нужно было время.

– Как же они покинула особняк?

– Вечером или ночью второго дня. Помню, я принёс ей то, что вы ели на ужин. Она лежала в кровати. И я, пожелав ей доброй ночи, ушёл к себе.

– То есть к ней мог зайти любой?

– Да.

– И подмешать что-то в еду?

– Вероятно…

Сыщик посмотрел на Смита – тот словно давно покинул поместье и пребывал в некой прострации:

– Вы, доктор, запросто могли обнаружить Софи, подсыпать ей наркотик… Или насильно ввести его. Могли выйти с ней на улицу.

– К чему мне это? Какова причина? Вся ваша теория – бред! Да и как я мог знать, где содержится Дэвис… Даже не так. Как я мог вообще быть осведомлён о том, что Софи никуда не уезжала?

– Очень просто. Вы встретились с Барнсом.

Энтони побледнел:

– Я, конечно, мошенник, но не убийца!

– Знаю, Барнс, прекрасно знаю. Но вы враждовали с Джорджем, не так ли? Ещё до вашей «смерти»?

– Откуда ты знаешь столько деталей? – Насупился Уильям.

Эдвард хмыкнул:

– Психология, братец. Самая обыкновенная. Эту науку, ещё только зарождающуюся, вы все считаете какой-то чушью. И в этом ваша беда. Я могу наблюдать некоторые феномены. И строю на их основе связи. Всё, что я говорю – догадки.

И, тем не менее, они подтверждаются!

Энтони Барнс же, помедлив, ответил:

– Да. Но не настолько, чтобы…

– Думаете, он вас не узнал? Вы хорошо замаскировались… Но тот, кто видел вас в прошлой жизни… Люди запоминают больше всего лица двух видов знакомых – тех, кого ненавидят, и тех, кого любят.

Смит сжался в комок:

– Да! Признал! Но и вражда наша была глупой!

– Но вы знали, что Дэвис в поместье, не так ли?

– Да.

– Вы следили за мной? – Вскрикнул Барнс.

– Разумеется! – Выдал Джордж.

– А теперь, если позволите… – Эдвард надменно вскинул подбородок: – Арчибальд, Энтони. Вы свободны. Мне не важна причина вашей вражды. Будь она из-за денег, женщины или чего ещё.

– Но для следствия это необходимо. – Отринул Уильям.

– Я здесь раскрываю дело, а не ты.

– И всё же…

– Деньги. – Горько выговорил Барнс: – Если вам интересно. Я, как аристократ… Махинации, аферы… Джордж прознал о них. Чёртов аналитик! Хотел открыть свою клинику. И шантажом выманил у меня деньги.

– Ясно. – Инспектор поднялся с места: – А теперь разрешите объявить… Арчибальд Блэквуд и Стэнли Дэвис… Вы обвиняетесь в мошенничестве, шантаже и махинациях с банковскими средствами.

Вы арестованы до выяснения обстоятельств. Как только будет получен ордер на ваш арест… Однако пока что мы имеем право задержать вас на 36 часов.

– Я ещё не закончил! – Возмутился детектив.

– Со Смитом разберёмся позже. Я пока что покидаю особняк. Вместе с Хьюзом.

Откланявшись, полицейские удалились вместе с подозреваемыми. Арчибальд, проходя мимо меня, вдруг толкнул в плечо:

– На третьем этаже, полка четвёртая считая с верха. Библия. В ней инструкции на случай моего ареста. Выступишь моим адвокатом?

– Я порву их всех в суде. – Прошептал я.

– Спасибо, Джо. До скорой встречи.

В гостиной остался только Эдвард, я и Смит. Прозвучал удар гонга, призывающий к завтраку. Но никто не двинулся с места. Скальпель, что инспектор вырвал у доктора, теперь лежал на треугольном столике слева от нас.

– Итак… Вы подмешали что-то Софи Дэвис, вывели её на улицу. Или знали, что она выбежит на улице. Утром третьего дня вы убили её, орудуя скальпелем… Но что вернее – тем кинжалом, что подсунули Бонну.

– Ни черта тут не укладывается! К чему мне это?

– Месть Стэнли. Вот и всё.

– За что же?

– Вы завидовали ему. Уже одного факта шантажа достаточно, чтобы вас отправили за решётку. Итак… Далее вы подмешали что-то Хейвуду в обед четвёртого дня.

Насколько я понимаю, вы специально каким-то образом настроили его против Барнса. Чтобы тот начал кричать обвинения в его адрес.

Точно, как я мог забыть? В ночь с третьи на четвёртые сутки вы покинули особняк и отправились в Бристоль, где и прикончили внучку Дэвис Кэтрин.

Ваша месть заключалась… В методичном уничтожении четы Дэвис и всех, с кем они были связаны.

– Даже если так… Хотя это полная чушь… Вы видели Стэнли? Да на нём не было никакого сожаления о смерти своих родных! Его заботят лишь деньги!

– Логика следующая. Вечер второго дня – отравление Софи. Под утро вывели её в лес, убили. Ночь с третий на четвёртый – убийство Кэтрин. Ночь с четвёртого на пятый – гибель Кайла.

И это всё вы! А покидали вы поместье через чёрный ход, смежный со столовой. В обед четвёртого дня, как и говорил, вы помимо отравления Хейвуда подсунули кинжал Бонну, который всегда сидел рядом с вами.

А заодно отравили и Эванса! У того даже начались галлюцинации.

– Слишком много болтал ваш Джон! – Вспыхнул Джордж.

Я встрепенулся:

– Так вы…

Смит тут же побледнел:

– Нет, я…

Детектив обернулся ко мне:

– Вы тоже слышали, Эванс?

– Конечно! Он только что признался, что подсыпал мне свой наркотик!

– А письмо… Подслушивали у двери кабинета Блэквуда. Выкрали письмо. Может, боялись, что и Роберт что-то знал. Или просто так. Есть такая вещь – игривость. У убийц, особенно если они входят в азарт, разыгрывается ощущение сна и полного всевластия.

Особенно тогда, когда их никто не подозревает.

– Вы бредите! Сами знаете, что я запуган! Случайно сказал про Джона…

– Не лгите, мистер Смит. А ваша жена, фиктивная, между прочим… С которой у вас прошёл брак несколько месяцев назад… Подобрали особу, похожую на себя как две капли воды. Да она ваша женская версия.

Говорите же – где ваш чёртов автомобиль, на котором вы покидали особняк?

– Нет никакой машины! И быть не может… Я… Я… Признаюсь. – Сдался доктор.

В этот момент, предварительно постучавшись, в помещение вплыл Артур. И в это же мгновение Смит произнёс:

– Я… Подмешал наркотик. И вам, Эванс. И Хейвуду. И Дэвис. Но я их не убивал!

Грей дрогнул, ноги его подкосились. Выпучив глаза, я кинулся к Джорджу, потряс того за плечи:

– Не несите бред! Для чего вам подмешивать нам это?

– Я… Хотел… Мести.

– А я тут при чём?

– Это же баловство! Я никого не убивал!

– А успокоительное, чёрт подери?! – Я сжал доктора за воротник: – Тоже вы?

– Да.

– Я тебя… Мерзкий…

– Джон! Успокойтесь! Он сказал правду.

Остыв, я повернулся к Эдварду:

– Что?

– Он, вероятнее всего, не убийца. А просто больной. Вы взгляните на него!

И вправду, у Смита появилась странная, почти детская улыбка на лице:

– А я так долго прятался. Теперь я в домике. Волчонок всем отомстил. За алчность. Вы все трое изначально были алчны. Уже потом в вас появилась человечность.

– Да вы сумасшедший… – Я отшатнулся от Джорджа как от огня.

А Джордж Смит, уже не скрывая своей улыбки, принялся то закрывать лицо руками, то показывать его, словно играл в детскую игру «кто в домике».

Глава 28

– Чёрт! – От злости сыщик вынул пистолет, прикладом оглушил доктора и тот обмяк в кресле: – Не он! Чёрт возьми… Ненавижу! Кто убийца?

– Так он и отравил вас… – Протянул Грей, подходя к нам: – Да, на вид все признаки безумия. Он обыкновенный сумасшедший.

– Из-за какого-то психа вся моя складная теория пошла в тартарары. – Выдавил Эдвард.

– Однако мы выяснили часть правды. – Подытожил я.

– Если бы это только могло помочь… – Оставайтесь тут. Мне необходимо… Хорошенько подумать. – В ярости детектив скинул с минибара несколько бутылок спиртного и молниеносно покинул гостиную, громко хлопнув дверью.

– Эванс… Что вы думаете? – Как-то странно спросил Грей.

– Уже ничего. Мне кажется…

– Как по мне, он слишком напряжён.

– Эдвард?

– Да.

– Его можно понять… Мы выяснили большую часть правды, Артур. Почти все тайны раскрыты. Осталась лишь одна.

– Убийца – кто-то из оставшихся?

– Да. И этот кто-то… Зная обо всём. И о…

– О чём?

С расстановкой я поведал обо всём, что узнал только недавно. Грей под конец моего повествования стоял как-то неровно:

– И это всё – правда? Просто какое-то нагромождение…

– Информации столько, что в ней можно затонуть. Остались Уилсон, Браун и…

– И кто?

– И вы, Артур.

Грей лишь ухмыльнулся:

– А Мэри?

– Не думаю, что она причастна.

– Я понимаю, почему вы не подозреваете себя. Но как же Эдвард Локк?

– Простите?

– Не кажется ли странным… – Артур Грей уселся в кресло: – Располагайтесь, Джон. Я вам поведаю одну вещь.

– Не время ваших теорий.

– Как раз-таки время. Скоро Уильям озвучит свою версию. Теория детектива провалилась. А свою, как я вижу, вы хотите оставить напоследок.

– Допустим.

– Вспомните все факты, что вы услышали лично и что поведали сейчас мне. А теперь представьте, что сыщик решил расставить всё для интереса. Он знал, что Смит безумец, и думал, надавив на него, сделать убийцей. А сам, воспользовавшись своими знаниями, провернул все три убийства.

– Каким же образом?

– А вы подумайте сами – как Эдвард приехал в поместье?

– На поезде?

– А он разве не говорил вам?

– Нет.

– Так, а с чего вы решили… Смотрите – нам теперь известны все факты, Джон. Не надо ворошить их вечно. Всё правда – и наркотик, и успокоительное. Но что, если детектив направлял действия врача? Специально.

И, пока Смит, сам того не зная, отравлял одного человека за другим, детектив действовал. Он знал о ходах – вспомните! Подозревал о них. Именно он внезапно обнаруживал сведения, которые никто до него не знал.

Убийства, следовательно, тоже совершал он.

– Однако… – Я замялся, задумавшись.

С пугающей для себя точностью я представил это – как сыщик следит за Джорджем, видит отравление Софи, следует за ней в лес. И убивает. Дальше – проще. Подсунул кинжал Бонну– намеренно.

Затем покидает поместье. Уже в ночь с третий на четвёртый и далее, в следующий ночь, уже накануне. Убийства Кэтрин и Хейвуда.

– А теперь о странных фактах, Джон. Вы рассказали мне ту легенду. Откуда, по-вашему, Эдвард мог прознать о ней?

– Если только не подслушивал наш разговор в вечер второго дня…

– Вот именно. А теперь…

– Кэтрин!

– Простите?

– Артур, я мало говорил вам о расследовании.

– Но теперь я знаю почти всё.

– Кроме одной детали – Эдвард сказал, что связался с Кэт по телефону! В третий день. Но телефон – в холле. Кто-то да должен был услышать. А его слова не нашли подтверждения.

Грей нахмурился:

– Похоже, моя теория…

– Близка к истине.

Мы переглянулись – с каким-то страшным осознанием. Детектив, что всегда был вне подозрений… Теперь так точно под них подпадал.

– А письмо… Точно. Его схватил, скорее всего, Смит.

– Да. Но Джорджа нужно было как-то направлять. И сыщик это и делал. – Вынес Артур.

Голова налилась свинцом.

– Всё сходится…

– И что же нам с этим делать? – Грей застучал пальцами по подлокотнику.

– Надеяться…

– На что?

– Что Эдвард не убийца. Необходимо подождать. Совсем немного. Скоро всё будет ясно.

– Согласен, Эванс.

Молчание было нестерпимым. Но мы ждали. Чего? Я и сам, кажется, не понимал.

***

На завтрак мы не пошли. Через час, может, чуть больше, в гостиную ворвался инспектор. Бодрыми шагами он прошёл к нам, и, сев рядом, ухмыльнулся:

– Где мой брат?

Вкратце я рассказал о безумии Смита – доктора, кстати, мы с Греем отвели в номер, к Мэри. Та даже ничего не сказала – по её взгляду была видно, что она хочет поскорее убраться оттуда.

Единственные слова, что мы от неё услышали, были:

«Так вы всё знаете?»

Мы только утвердительно кивнули и поспешили возвратиться в гостиную.

– То есть, не он… Так я и думал.

Мы с Артуром переглянулись – и решили оставить его гипотезу напоследок.

– Сейчас будет озвучена официальная версия следствия. – В помещение вошёл Джеймс Хьюз. – Если говорить коротко, убийцей…

– Является Эмили Браун. – Закончил Уильям.

– Мы что, всех гостей перебирать будем? – Пробурчал я: – Этого быть не может!

– Может, мистер Эванс. – Она знала всегда явно больше, чем говорила. – Локк-старший потёр руки, и, закурив сигарету, добавил: – И о Стэнли Дэвисе.

– Арчибальд…

– Был не в курсе. Мне пришлось немного допросить этого мошенника. Вернее, их обоих. Мотив обыкновенный – защита своих родных.

– Но как она могла это проделать?

– Автомобиль Блэквуда… Он только сейчас сообщил об этом! Стоит внизу, в подземном этаже.

– Здесь есть подземный этаж?

– Да.

– Чёрт… Сколько ещё недомолвок будет?

Хьюз же, словно о чём-то забыв, стукнул себя ладонью по лбу и удалился. Вернулся он быстро, но уже с Эмили Браун.

– Опять вы? – Она посмотрела на меня.

– Опять я. – Улыбнулся я.

– Что вам нужно?

– Ничего. – Отозвался инспектор: – Господа, перед нами все факты. Мотив убийства Софи – защита дяди, Арчибальда. А там по цепочке руки ваши, мисс Браун, дотянулись и до Кэтрин с Хейвудом.

Эмили побледнела:

– Мы несёте…

– Всё, что угодно, но только не бред.

– Однако это невозможно!

– Почему же?

– Сегодня ночью… Я решила спуститься к автомобилю. Устала. Хотела уехать куда угодно, лишь бы не оставаться здесь.

– И что же?

– Кто-то ездил на нём! Причём этот кто-то знал о ходе к подземному этажу!

– С чего нам вам верить? – Уточнил Уильям.

– С того, джентльмены, что… Пойдёмте. Увидите сами.

Странно посмотрев друг на друга, мы прошли следом за Эмили Браун к чёрному ходу – тот располагался чуть дальше столовой, в коридоре, прямо в стене! Чтобы открыть проход, нужно было наклонить свечу.

Спустились по лестнице вниз.

Очутившись в небольшом гараже, мы тут же обратили внимание на машину – та была немного потрёпанной. Эмили молча указала на выбитое стекло у водительского сиденья:

– Только сегодня я решила просмотреть её. И обнаружила это. Как вы знаете, сил, чтобы выбить стекло, у меня нет.

– Да и выбили его давненько. – Согласился инспектор.

– Ключи – в кабинете моего дядюшки, Блэквуда. Мне не было никакого смысла разбивать окно.

– Куда выходит эта парковка?

– Сейчас… – Браун подошла к воротам и с помощью подоспевшего Хьюза отворила их.

Вперёд вёл тоннель. Пробравшись по нему ко вторым воротам, мы вышли на улицу. И оказались у подножия холма, ярдах в 30-ти[1] от особняка. Закрыв ворота, мы обнаружили, что те с одной стороны окрашены в тёмно-зелёный цвет и замаскированы газоном.

– Умно, нечего сказать! – Вздохнул Уильям.

– Надеюсь, я вне подозрений?

– Получается, что так… Надеюсь, не осталось никаких тайн?

– Нет. Сами понимаете – нам приходилось это скрывать…

– Конечно… В этом месте самые важные сведения принято хранить до самого конца! – Вскрикнул инспектор. – Хьюз, объяви общий сбор в гостиной. И, клянусь Богом, если мы сегодня же не выявим убийцу, я арестую всех. Поверьте мне – почти каждого есть, за что.

Медленно мы направились обратно к поместью

[1] 27,5 метров

Глава 29

Через полчаса почти все из оставшихся сидели в креслах. Эдвард и Уильям вдруг подались вперёд и одновременно проговорили:

– Убийца не…

– Смит. – Закончил сыщик.

– Браун. – Разошёлся с версией брата инспектор.

– Мы свободны? – Я хочу получить аванс за всю эту авантюру. – Выдала Мэри: – Этот фиктивный брак был просто глупостью!

– Прошу вас – разбирайтесь в этом сами. – Процедил детектив: – Не желаю лезть в аферы. Тут каждый второй либо азартен, либо мошенник. Чего один Блэквуд стоил! А дворецкий…

– Просто сборище преступников. – Добавила Эмили Браун.

– Следите за своими словами. – Мягко произнёс Уилсон: – Они имеют вес.

Эмили замялась, вперёд, кивнув мне, потянулся Артур:

– Я хочу высказать свою версию.

Все посмотрели на него. Уильям кивнул:

– В такой ситуации… Нам важно любое мнение.

И Артур Грей в подробностях, с расстановкой, применяя все знания, что получил от меня, обвинил Эдварда в убийстве трёх человек.

Сказать, что сыщик был ошеломлён… Это не сообщить ничего – глаза Эдварда вспыхнули:

– Это идиотизм! Я сам недавно узнал, что Джордж – безумец!

Вспомнив о досаде, задумываясь о характере детектива, я буркнул:

– И вправду. Эта версия никак не вяжется.

Артур едва заметно усмехнулся:

– А что же тогда?

Он подошёл к Эдварду. Сам сыщик тоже поднялся с места.

– Вы единственный, кто всё знали.

– Возможно. – Пробурчал детектив: – Но знать всё – не значит быть убийцей!

– А кто же тогда?

– Кто первым узнал о легенде?

– Кто говорил со мной о моей версии? – Вдруг насупился я: – Кто заверял о странностях леса?

– И постоянно был азартен? – Эдвард одобрительно кивнул мне.

– Кто, в конце концов, первым сказал о настоящем убийстве задолго до того, как оно произошло? – Продолжил я.

Артур отшатнулся. Сыщик кивнул полицейскому:

– А ты что думаешь?

– Но каков мотив? – Нахмурился тот: – Не понимаю.

– Самый обыкновенный. – Поиграть. Перенести игру в реальную жизнь. Не так ли, мистер Грей?

Артур Грей отошёл назад, на несколько шагов, и наткнулся на Хьюза:

– А его странные улыбки! А ваше спокойствие во всём этом, не побоюсь слова, дурдоме!

– Вы сходите с ума!

– Нет. Вы единственный трезвомыслящий здесь. Слишком холодны и спокойны. Чересчур изменчивы и понятливы. Что говорить! Даже у Джона, этого сумасшедшего игрока, случались нервные срывы!

Если честно, я немного удивился с честности Джеймса. Тот лишь ухмыльнулся:

– Не в обиду вам, Джон.

– Кто мог украсть письмо? – Добавил Уильям: – Тот, кто был в кабинете. И последним выходил из него.

– То есть вы, Артур. – Заключил сыщик.

Грей вдруг рассмеялся – надрывно, словно играючи:

– Ну-ну!

– А яд… Кто постоянно общался с Джоном? Кто стал его верным другом на всё время пребывания в особняке? – Давил Эдвард.

– Именно поэтому я готов поверить, что убийца хоть вы, но никак не Артур. – Встал я на его защиту.

– Зачем вам это, Эванс?

– Для сохранения своей чести. Мы сыпемся обвинениями друг на друга. Вы разве не понимаете? – Любой из присутствующих мог совершить убийство. Но по мере выяснения деталей мы не узнаём ничего существенного!

– Хьюз! – В наручники Грея! – Проревел инспектор.

Мгновение – и Артур Грей, закованный в наручники, был усажен в кресло. Ошеломлённо он посмотрел кругом и лишь тяжело вздохнул:

– Просто общество дураков.

– Следите за словами! – Воскликнул Хьюз, толкая того в плечо.

Все повернулись ко мне. А я, поднявшись с места, понял – пришло время.

– А не кажется ли вам странным… Всё это?

– Здесь всё странно, Джон. Не тяните. – Произнёс Эдвард.

– Зверь… А что, если он правда существует? Что, если время то замирает, то идёт быстрее? Откуда нам знать? С чего вы вообще решили, что это не так?

Может, на Дэвисами и всеми, кто с ними связан, лежит какое-то проклятие? А как идёт время! Зачем Роберту Брауну приезжать сюда, исследовать лес?

Для чего? Зачем преступнику нужно письмо? Там ведь нет никаких странных сведений. Почему доктор обезумел? Всегда был таким? Откуда раздавался вой ночью?

Ну же, ответьте!

– Это просто чушь. – Сыщик выглянул в окно: – Никакого монстра, или зверя, как вы говорите, не существует. Убийца – человек.

– А следы от когтей, а всё остальное?

– Подделка.

– Эдвард!

– Что ещё, чёрт возьми!

– А вы? Вы, Локки. Вы, все присутствующие! Разве не слышали? Воя. Или скрежета. Софи Дэвис была одурманена Смитом. Затем вышла на улицу, прокралась к чаще. И что же?

Что она там могла обнаружить? Блуждала… И не выбралась. А Кэтрин и Кайл?

– Зверь не мог убить их в больнице. – Отвергнул инспектор: – До чего мы только дошли! Будем всерьёз обсуждать легенду?

– Вы не понимаете… – Я, прерывисто дыша, дрогнул: – А кинжал? Где он? Вы оставляли его на столике, помните?

– Да. – Уильям бегло кинул взор туда, куда я указывал: – И где он?

– Вас никогда не удивляло… Почему вся игра была построена на мифе, которому уже сотни лет?

– Нет, Джон. – Артур хмыкнул: – Я могу допустить существования зверя, но…

– Да как же вы не понимаете! – Вскричал я: – Зверь и есть человек!

– Что?!– Выдавил детектив.

– Барон… Та нежить. Он способен перевоплощаться. Он и убивал людей. И это кто-то – один из гостей. Или, быть может, некто, кто способен, лишь единожды взглянув на меня, перевоплотиться.

Стать моим клоном, двойником.

– Я просто промолчу. Ваша версия не лезет ни в какие рамки здравого смысла! Вы что, окончательно свихнулись, Джон? – Прогудел инспектор.

– Нет, я просто думаю наперёд.

– Иначе говоря, вы серьёзно заявляете, что убийца – оборотень?

– Да.

– Послушайте! – Эдвард подался вперёд: – Тот, кто убил, стремиться нас запутать, разлучить. Не будем отрицать вашу версию до конца, Эванс. Просто подумаем… Над игрой. И над тем, как реально обстояли дела.

– Вы предлагаете объединиться? – Изумился я.

– Да.

– Для чего?

– Это нужно.

Мы, переглянувшись, уселись за треугольный столик. Уильям приказал констеблю:

– Следи за всеми. – И после обратился к гостям: – Несколько минут, прошу вас.

Мы склонились над столиком. Сыщик толкнул меня в плечо, прошептав:

– Вы же не верите в это всерьёз, Эванс?

– Отчасти – нет. Он должен понять, что мы все сошли с ума.

– О чём вы говорите? – Поинтересовался Уильям.

– Братец… Подумай сам. Давай сложим теорию. И вспомним об игре.

– Об игре?– Встрял я.

– Да. О самой обыкновенной игре. – Шёпотом объявил Локк-младший.

– Давайте вспомним все факты. – Игра, легенда, первое убийство утром третьего дня. Проще будет так… – Инспектор вынул листок и записал:

«Игра – с 1-го по утро 3-го дня.

Вечер 2-го дня – Смит отравил Дэвис.

Ночь со 2-го на третий – Софи бросается в лес.

Утро 3-го дня – обнаружение первой жертвы. Странные слова.

Ночь с 3-го на 4-й – убийство Кэтрин.

4-й день – с завтрака до обеда – Смит подмешал успокоительное мне, Джону и Энтони (Стэнли).

Послеобеденное время – Припадок Хейвуда, затем наваждение Эванса. Действовал вновь Джордж Смит.

Ночь с 4-го на 5-й – убийство Кайла Хейвуда.»

– И что нам это даёт? – Осведомился Эдвард.

– Одну вещь…

– Какую же?

– Убийца подсушивал. Кто может наблюдать? Кто остаётся всегда в тени, за самым кадром всего происходящего.

– Я тоже думал об этом, Уилли… Тот, кто видит многое.

– И тот, кто строит версии скрыто. Тот, кто покинул особняк после обнаружения тела Дэвис. – Выговорил я.

– Тот, кто в игре был убийцей. – Улыбнулся сыщик. – Тот, кто подсовывает кинжал. Не потому что ему это выгодно.

– А потому что хочет поиграть с вниманием. – Протянул Уильям.

– Тот, кто… – Пролепетал я.

Мы встали из-за стола.

Глава 30

Присутствовавшие странно глядели на нас. И начать решил Эдвард Локк. Остановившись в центре помещения, он произнёс:

– Следствие пришло к некоторым выводам. Кто может знать о потайных ходах. Кто, позвольте мне сказать, способен незаметно провернуть что-либо? Кто умеет это?

Ответом была тишина.

– А я вам скажу, кто. Да, не удивляйтесь! Кто спокоен и тих, но строит версии? Кто дурманит голову Эвансу и Грею свои словами? Кто нашептал вам идею ставки, Артур?

– Уилсон.

– Кто говорил вам о снимках. На подоконнике? Кто любил слушать о мифе?

– Генри. Генри Уилсон. – Ответил Грей.

– А я, подслушав ваш разговор, сразу кинулся на поиск следов! Кто покинул поместье через чёрный ход? Ведь единственный чёрный ход, который мы видели, расположен в смежной со столовой комнате!

Кто знал обо всём этом? Тот, кто мог наблюдать и следить. – Промолвил я: – Кто знал о комнатах персонала. И выслеживал Софи? Слышал обрывки фраз и строил теории?

– Наконец… Этот некто был скрытен. Он расставлял ловушки. Для Эванса ловушкой была его склонность к мистике. Для меня – к подозрениям. Мой брат, Эдди, изучал психологию. Его ловушкой было само исследование других.

– Я видел связи, понимал, что происходит, как все обманывают, взаимодействуя друг с другом. Но я не сознавал… Как всё это можно наставить против себя. – Продекламировал Эдвард.

– Хватит тянуть. Перейдите к сути. – Генри Уилсон сверкнул глазами.

– Вечером первого дня вы, обследуя особняк, наткнулись на комнату Софи. Сложили сразу несколько вещей и вывели суть. А доктор… Бедный доктор! Смит помогал вам в своём безумии и даже не думал об этом!

Но для чего… Зачем вы ждали до утра? – Почему не убили Софи Дэвис сразу же? – Потребовал сыщик.

– Потому что… Я люблю наблюдать, понимаете? Я смотрел за её агонией. За этим чистым, прекрасным чувством! И не могу не признать – это приносит некоторое удовольствие!

– Вы ведь всё видели, не так ли? Следили за Смитом? – Спросил Уильям.

– Вы – куча болванов. Разумеется, я почти сразу же подумал о том, что известный врач и есть тайный отравитель. Как же долго к этому шли вы! Неужели так сложно было догадаться?

– Утром… Через какой чёрный ход вы пробрались? – Вставил я.

– Самый обыкновенный – тот, что за камином. Если свернуть… Можно выйти к лесу. От него идёт несколько развилок. Утром, до завтрака… Признаюсь – скрывать мне нечего! Так вот, с рассветом я нашёл Софи Дэвис. Кинжал затупил специально.

Три пореза. Знаете. Я ведь сфотографировал и это! Вышла анимация! Три пореза… Сначала на снимке один. Потом второй. И третий, завершающий!

Пролистывая фотографии, я засматривался на них.

– Вы ненормальный, Уилсон. – Сдерживая гнев, инспектор всё же продолжил: – А автомобиль? Как вы…

– Над моим номером… Есть другой. На третьем этаже пустуют комнаты. Всех нас, как вы знаете, расселили на втором. Не составило труда в любой удобный момент пробираться наверх, и, запираясь в номере, подслушивать почти всё, что доносилось из кабинета.

А всего-то нужно было два цилиндра и обыкновенная верёвка, запрятанные под ковром и вдоль стен.

– Кэтрин… Зачем…

– СКХ… Я с самого начала давал вам подсказки. Сначала Софи… Потом Кэтрин – выехав на автомобиле (выбив окно и порывшись немного в проводах) в Бристоль ночь со второго на третий день, я жил мыслю о том, как совпадают обстоятельства.

А все эти ваши препирания в гостиной! Право, вы просто гурьба детей!

– Рассказывайте. – Отчеканил Уильям: – Мы знаем… Почти всё.

– Но вам интересны детали, не так ли? Эти детали! Маленькие и неприметные. В погоне за ними вы, мистер Эванс, чуть не сошли с ума! Зверь! Ну что за бред? А оборотень?

Уилсон рассмеялся.

– Так и есть. – Подтвердил я: – Вы – оборотень. Самый настоящий, похуже вымышленных зверей и монстров. Я знал, что вой… Это причуда какого-то богача, живущего на Западе. Вернее, я так считаю.

– Никак, наш игрок стал умнее! А наша игра! Когда мы с вами обменялись картами! Давно я планировал убийство. И эта игра Блэквуда дала мне повод приниматься за дело. Как удачно сложились обстоятельства!

– Вы сгниёте в тюрьме, если вас не повесят. – Хьюз толкнул Генри в спину.

Без сопротивления Уилсона Джеймс нацепил на того наручники, предварительно освободив Грея. Локк-младший же сдвинул брови:

– Хватит болтать. Вы говорили о Бристоле и том, как подслушивали всех и вся. Продолжайте.

Констебль дал фотографу вновь усесться в кресле.

– Заехав в этот замечательный город, я кинулся взять телефонный справочник. Посреди ночи связавшись с Кэтрин и тем самым выяснив её адрес, я поехал дальше.

Ну а потом… Всё как обычно. Три пореза. Три снимка. И вернулся я не так уж поздно.

– А СКХ? – Софи, Кэтрин, Хейвуд? – Уточнил Эдвард.

– Знаете… Когда я убил Кэт, эту милую, но глупую особу, то прошёлся по дому. И обнаружил фотографию. Как необычайно было признать в помолвленном этой дурочки нашего вечно спокойного Кайла.

Даже тут каким-то магическом образом всё сложилось в мою пользу. И порядок убийств, который вышел очень складно, хотя я намеренно об этом не знал, и расшифровка. СКХ – скоро конец Хейвуду!

Замечательно, не правда ли?

Эмили Браун отвела взор. Вздрогнула. Остальные сидели молча. Уильям едва держался, скрежеща зубами:

– Продолжайте, чёрт подери.

– А после… 4-й день… Обед. Я увидел то, чего не заметили другие – а именно то, как Смит быстрыми движениями подсыпает всем что-то в еду. А потом приступ… Я поднялся со своего обычного места и обошёл стол, словно намереваясь уйти.

Незаметно закинул к Бонну кинжал. Почему? Любопытства ради! Было мне интересно проделать подобное! А Хейвуду я решил нашептать какой-то бред. Вернее три слова: «Я убил Кэтрин».

Моментально я разминулся с этим вашим Барнсом, который к тому же и Стэнли, не так ли?

– Да. – Кивнул детектив.

– Вот. И в момент, когда Кайл резко оборачивался, перед ним стоял уже дворецкий, а не я.

С Эвансом ещё проще – вид у того был бледный, и он принял решение перекусить уже после того, как почти все удалились по комнатам либо прошли в гостиную.

– Да. Нужно было подкрепиться. – Пробурчал я.

– Ну а далее наш разговор… Впрочем, он был уже вечером. А кинжал я взял тогда, когда вы вместе ринулись за французом.

С припадком Хейвуда и прочими прелестями вчерашнего дня я смог разузнать и место, и больницу, где его положили. Он итак умирал. Но хотел мне порезать его.

Кстати, будьте уверенны – экспертиза покажет вам одну вещь – убийца не я.

– Что?! Можете не оправдываться! После всех ваших слов, фотографий, «анимаций»… Вы психопат! – Рассвирепел Эдвард: – Вам нельзя жить с обычными людьми, с обществе!

– Знаю. Но когда я прокрался в больницу через окно второго этажа (разумеется, я добрался до места на том же автомобиле) – представьте себе, я смог выяснить даже номер палаты! – то Кайл уже был мёртв. Изрезав его, но без прежнего удовольствия, я удалился.

И в тот же момент осознал – убийцей-то был безумный Джордж Смит! Все трое умерли не от порезов! Те неглубокие, от них практически нельзя было погибнуть.

Единственный человек, которого я убил – Кэтрин. Она не попала во власть наркотика.

– Передозировка мескалином… – Инспектор встрепенулся.

– Ну что же, господа? Что будете делать? – Генри Уилсон лишь усмехнулся.

– Вы столкнулись, на ваше сожаление, со мной, Уилсон. – Проговорил я: – И я о вас позабочусь.

– Каким же образом?

– Как минимум, не буду защищать вас в суде. А я один из лучших юристов и адвокатов столицы. Вы в любом случае сядете в тюрьму. Жаль, что вас нельзя повесить.

– Всех здесь надо посадить. По-хорошему. Но вы… Вы не знали, что жертвы умирают от наркотика. – Уильям медленно поднялся с места: – Ваши снимки, наблюдения… Вам конец. За решётку вы точно сядете.

– На этом, я полагаю, расследование завершено.

Мы переглянулись – всем нужен был отдых. И я был счастлив наконец покинуть проклятый особняк. В мыслях я видел, как всё это место сгорает в адском пламени.

Эпилог

Прошёл месяц. Что стало с Джорджем Смитом? Его положили в лечебницу для сумасшедших. Навсегда. Генри Уилсона удалось посадить, не без помощи моих усилий, на 20 лет.

Однако этот ненормальный рано или поздно выберется на свободу. И мы отринули все сделки, даже пари – приобретённые мною от Бонна средства были существенными – и я вместе с двумя Локками условился уничтожить этого подлеца и безумца, как только его выпустят из тюрьмы.

Блэквуд благодаря мне был посажен всего на год. Я, странно заметить, дождался благодарности даже от Эмили Браун.

– Спасибо. – Сказала она, когда мы выходили из здания суда.

– Не за что. – Произнёс я.

– Знаете, Эванс? Вы… Тот ещё тип.

– Конечно, знаю. – Я усмехнулся, и, поцеловав руку Браун, отправился куда глаза глядят.

Иногда я просто люблю гулять по Лондону. Энтони Дэвиса, кстати говоря, осудили уже на 10 лет. Про Мэри и говорить не стоит – она расплылась, как туман, и пропали неизвестно куда.

Единственный друг, которому я был рад – это Артур Грей. Пусть он и проиграл то пари, я расщедрился и поделился с ним частью своего выигрыша.

– Благодарю, Джон.

Мы сидели в моей квартире.

– Не стоит, Грей. Долго вы ещё будете клерком?

– Чёрт его знает.

– Не хотите уйти?

– С работы?

– Да.

– Для чего?

– Чтобы забыть обо всём произошедшем.

– И что мне делать?

– Вы не глупы, Артур, а во многом хитрее меня. Я давно думал уйти из компании, где работаю. И основать свою.

– И вы предлагаете мне…

– Разумеется, предлагаю. Так вы не против?

Грей приподнялся с места, протягивая мне руку. И я пожал её.

– Ещё бы я был против!

На такой ноте всё и заканчивается. В газетах наше дело прозвали «проклятым поместьем». Некоторые пошли дальше и наименования были даже такие, как «Особняк безумцем» или «Дом кровопийц, убийц и отчаянных мошенников».

Не слишком и лестно, знаете ли. Уилсон оказался страшным человеком. До сих пор я вспоминаю его улыбку и сверкающие глаза при рассказе о том, как он резал и фотографировал своих жертв.

И всякий раз непроизвольно вздрагиваю – как хорошо, что на их месте не оказался я! Мне просто повезло, что Смит подсыпал мне немного мескалина. Иначе я бы, наверное, был мёртв.

После таких моментов хочется разведывать новое.

А я этим и планирую заняться.