Загадка обыденной жизни

Глава 1

Наташа с трудом оторвала голову от парты и устало посмотрела на что-то вещающую ей Альду. Подруга, заметив, что все ее выступление прослушали, нахмурилась и обиженно отвернулась.

—Ну, Альда, ну чего ты? — зевнув, протянула Наташа. — Я только что с урока по теории магии, а ты же знаешь, что я всегда после него такая.

—Ну… сложновато, — согласилась Альда, задумчиво.

—Сложновато, это высшая математика или теория игр, например. А теория магии – это самая занудная вещь, которую я только встречала. Теперь, кстати, я понимаю, почему у вас так мало магов. Я дома почитывала разные книжки, где авторы фантазировали какими могут быть магические миры. Могучие маги, взмахом руки, крушащие вековой лес, моргнут левым глазом – улочка, правым – переулочек…

—И откуда бы им энергию на все это взять? — невольно заинтересовалась Альда, но тут же мотнула головой. — Слушай, не заговаривай мне зубы. Я чего хотела…

—Меня это тоже интересует. Тем более я поняла, что всесокрушающим магом мне не стать. Вся эта теория, расчеты, вырвиглазные печати… ужас. Только и могут ваши маги на предметы воздействовать и свойства их менять… и то недолго. Для серьезного дела этот ваш ошон нужен. А я до последнего надеялась увидеть настоящую магию…

—Как я понимаю, под настоящей магией ты подразумеваешь ту, что выдумали авторы книг, которые ты читала в своем мире? — с откровенной иронией спросила Альда. — Ну да, они о настоящей магии знают. Подумай вот о чем: представим автора, живущего в магическом мире, который решил написать о…как ты там говоришь? Попаданце? Так вот, о попаданце из его родного мира в твой, чисто технический и без магии.

Наташа заинтересованно глянула на Альду, возвела глаза к потолку, вспоминая те немногие книги, которые прочитала… захихикала, потом не выдержала и откровенно заржала, повалившись на стол и пытаясь удержать смех, но тщетно. К счастью, в классе, кроме них, никого не было – перемена длинная и ученики благополучно слиняли на улицу.

—Так все плохо? — против воли заинтересовалась реакцией подруги Альда.

—Ага, послушай. Девушка попадает из магического мира в технический, где у нее открывается дар инженера, красивый ректор без экзаменов зачисляет ее… гм… а чего мелочиться – в МГУ, например, где как раз в этот момент учится красивый, но вредный сын президента… — Тут Наташа снова не выдержала и расхохоталась, тщетно пытаясь сдержать смех.

Альда не поняла.

—Это сейчас ты про что?

—Это я одну прочитанную книгу пересказала из своего мира. Только поменяла местами миры. В общем, девушку зачислили в академию магии, у нее открылся талант к ней, и она уделывает всех учащихся…

—В академию, как я понимаю, без экзаменов ее принял красивый ректор?

—Ага.

—Встречала я как-то ректора академии магии… мужчина за пятьдесят, с брюшком, носит какие-то нелепые очки. Кстати, женат, сын, правда, не по магии, так что в академии его вряд ли получится встретить. А еще, говоришь, там учился сын…

—Императора.

—В академии? На общем потоке?

—Мелочь.

—Ну да… по сравнению с этим вот уделывает талантом… Интересно, зачем вообще нужна академия, если круче тот, у кого сил больше? Я ведь правильно поняла твое понятие таланта в этом примере?

—Точно. Зачем мы тут все вот эти законы и формулы зубрим… почему я не маг?

—Всесокрушающий?

—Он самый, — важно кивнула Наташа.

—А эти ваши инженеры – это, как я понимаю, аналог магов в вашем мире?

—Примерно.

—И какие шансы у такой… попаданки стать этим инженером?

—Примерно такие же, как у меня стать императором Арвийской империи. Альда, немного мелочи так… подготовительная группа в детском саду, это с пяти до шести лет, потом одиннадцать лет учебы в школе, занятия с репетитором дополнительно, и этого не избежать, если у тебя есть желание попасть в один из лучших ВУЗов страны. Я представляю как такую девушку из магического мира просят на занятиях пояснить закон Ома, который проходят в восьмом классе.

—Ну да, — кивнула Альда. — Императором тебе точно не стать. Разве что императрицей. Так, ладно, хватит заговаривать мне зубы! И прекрати ржать, я уже прониклась твоим примером. Так, опять отвлеклись. Короче, мне тут Лорен Коршин…

—О… Помирились?

—Мы и не ссорились! Просто иногда его нужно воспитывать, — слегка смутилась Альда.

—Я так и поняла. И что твой жених…

—Наташа, я тебя сейчас стукну! Не жених он мне… еще… в смысле пока… В общем, мы пока только помолвлены.

—И в чем разница? Ладно-ладно, не надо меня взглядом прожигать, я огнеупорная. Местные тонкости… все-все… Так чего он хотел?

—Его брат возвращается.

—В смысле? Откуда?

—Ах да, ты же не знаешь. У него старший брат служит в военном флоте. Три года назад завербовался. Сейчас уже лейтенант.

—Хм… и родители одобрили это? — удивилась Наташа. Не то, что она хорошо знала родителей Лорена, виделась пару раз недолго, но кое-какие выводы о них сделать успела.

—Был скандал, — подтвердила ее вывод Альда. — Потому, кстати, Лорен и наследник.

—О!

—Только это…

—Да понимаю я, ни словом об этом не обмолвлюсь.

Альда слегка поморщилась.

—Да можно уже. За три года уже всё подуспокоилось немного. Да и с этим наследством… если уж Турион так хочет стать моряком, то времени на дела семьи у него точно не будет, так что тут все по взаимному согласию было. Но ты же знаешь Лорена. Он до сих пор считает, что украл наследство брата.

—Хочешь, чтобы я его треснула чем-нибудь? — заинтересовалась Наташа.

—Сама справляюсь, — хмыкнула Альда. — Нет, просто Лорен приглашает нас с тобой на встречу возвращающейся эскадры.

—А там целая эскадра?

—Слушай, ты где последнюю неделю была? Об этом на каждом углу кричали. Был совместный рейд эскадры Моригатской республики и Арвийской империи против пиратов. Недавно пришла весть, что они там разгромили несколько баз и теперь возвращаются. То есть будут корабли Мориагата и Арвийской империи.

Наташа задумалась, но все равно не поняла.

—И что?

—У! Дурында!

—Так, больше не буду тебя словечкам учить, ты их ко мне применяешь!

—А как тебя еще назвать? Возвращаются эскадры после победы! Будут союзники из империи! Будет праздник, бал! Да сейчас каждая незамужняя девушка старше шестнадцати мечтает попасть на праздник чтобы наметить цели!

—Кха… Что? Во-первых, мы младше шестнадцати…

—Параллельно…

—Не буду больше при тебе ничего говорить…

—Ну-ну. Считай поверила.

—Злая ты. А во-вторых, у тебя жених есть.

—Зато у тебя нет.

—Ценю твою заботу, но…

—Все, утихни, Призванная, — Альда уже откровенно веселилась. — Шучу я. То есть про праздник и бал не шучу, как и про количество желающих туда попасть. Еще бы, моряки, имперские аристократы будут… ну и наши герои. А вот встречать корабли будут родственники. Лорен постоянно встречает, когда корабль его брата возвращается. А сейчас сам пригласил… Правда с условием, что буду не одна, а с тобой.

Наташа помотала головой.

—Не пойми меня неправильно, но зачем это тебе?.. И зачем это мне? Я так понимаю, что этот Турион ведь домой сразу поедет – почему нам его там не встретить? Зачем нам тащиться в порт и толкаться на причале в толпе?

—Это военный причал и толпа там будет исключительно из своих, причем не рядовых моряков, те чуть в стороне будут. А зачем? Отношения налаживаю. Турион меня не любит почему-то, — Альда вздохнула. — Хотя может он что-то против Тонзеров имеет, а не конкретно меня. Так бы наплевать, но Лорен…

—Дай угадаю, из-за его чувства вины из-за наследства он дорожит отношением с братом и его мнение для него имеет значение?

Альда огорченно кивнула.

—Лорен не дурак… большую часть времени. Потому и хотел, чтобы я была не одна.

—Дура ты, — резюмировала Наташа. — С этого и надо было начинать. А то развела тут интригу. Балы, аристократы. Сказала бы поддержка нужна, а все остальное уже неважно.

Альда несколько секунд рассматривала Наташу. Медленно кивнула.

—Спасибо, Наташа. Для меня это действительно важно. Просто я не знала, у тебя в это время может быть встреча с сенатской комиссией по этой вашей службе.

Наташа махнула рукой.

—Эта комиссия уже все нервы у меня вытянула. Ну откуда мне знать формулировку, даже примерную, нормативных актов, регулирующих деятельность полиции и следственных органов? Ошибки они, видите ли, повторять не хотят при подготовке регулирующих законов. Я вполне заслужила выходной, так что только скажи, когда я нужна и я отпрошусь.

—В это воскресенье. Огромное спасибо. Побегу Лорену скажу.

—Беги… — Наташа проводила взглядом удаляющуюся фигуру и снова легла на парту. Закрыла глаза. — Ненавижу магию, — пробормотала она. — Ненавижу зубрить эти законы и основы печатей…

По возвращении из империи дни у Наташи оказались весьма насыщенными, даже продохнуть времени не было. Нужно было и программу в лицее нагонять и разбираться с подарком – жеребенком, которого, как и обещались, доставили в республику раньше, чем сюда вернулась Наташа. Вообще-то о нем позаботилась Элиза Клонье, определив в свою конюшню и назначив ответственного по уходу. Проблема была с умением самой Наташи держаться верхом. Конечно, кое-чему ее в империи научили… основам, но этого явно мало, чтобы уверенно куда-то ездить верхом. Пришлось выкраивать время с утра на занятия в манеже… время для сна резко сократилось…

После занятий в лицее приходилось ехать в Сенат и там сначала делать доклад по империи и делах в ней, потом ее огорошили известием о создании сенатской комиссии по изменению в законодательстве в связи с созданием полиции и управления следственной службы, как ее стали называть в Моригате. До дома Наташа добиралась только вечером. Даже рисовать времени не находилось. И так с самого момента возвращения из империи… Потому Наташа и обрадовалась предложению Альды отправиться с ней. В конце концов хотя бы один выходной она заслужила?

После занятий Альда уходила из лицея под ручку с Лореном. Виновато улыбнувшись, она помахала рукой Наташе, которая как раз садилась в присланную ее приемной матерью коляску с откинутым верхом. Девочка махнула в ответ. Времени даже погулять с подругой нет… Определенно с таким темпом работы придется завязывать…

Возвращение в особняк из лицея почти всегда приходилось на самый пик посещений клиентами ателье госпожи Клонье, потому Наташа только показалась в дверях, приехала мол, дождалась кивка от приемной матери и отправилась к себе в комнату переодеваться, потом в Сенат… Проходя по коридору, заглянула в зеркало… М-да… Несмотря на все усилия отрастить волосы минимально необходимой для соблюдения приличий длины, чтобы только шею закрывали, не получилось. Альда совместными усилиями с мамой сумели убедить ее не останавливаться… Борьба была изначально неравной, но Наташа дралась как лев… Теперь волосы лишь чуть не доходили ей до лопаток. А вот дальше отращивать их девочка уже отказалась категорически. И так уже спать неудобно, приходится прятать волосы под специальный чепчик, так еще и мыть их…

Наташа подняла обе руки к затылку под волосами и легким движением в сторону заставила их взметнуться… У Альды красивее получалось, но ради такой секундной красоты она не готова была отращивать себе косу до колен… Нет, этот подвиг ей, определенно, не по силам.

Переодевалась у себя сама, несмотря на все усилия госпожи Клонье приставить к ней служанку.

—Это ваши юбки в одиночку не наденешь, — отбивалась Наташа. — А мои наряды раз, два и готово. Сорок секунд, как в армии.

Дарк Вром, уже знавший, что это значит, усмехался, а Элиза возмущенно поджимала губы.

—Ладно, — заявила она при последнем разговоре. — Нравятся тебе эти брюки, придумаем что, но я все равно сделаю, чтобы ты стала, наконец, похожей на девушку. Кое-какие идеи сама мне подбросила в своих рисунках.

Наташа лихорадочно попыталась вспомнить какие идеи в последних нарисованных ею нарядов родного мира могла извлечь для себя ее приемная мама.

—Мне главное, чтобы удобно было… и быстро…

—Будет.

Больше к этой теме они не возвращались, что пробуждало у Наташи недоброе предчувствие. Обычно Элиза так просто не сдавалась, когда дело касалось одежды ее приемной дочери.

В дверь постучали. Наташа быстро глянула в зеркало, поправила воротник рубашки, убедилась, что все пуговицы застегнуты, все на местах.

—Войдите.

В дверь заглянул Дарк.

—Готова? Там господин Арет прибыл, ждет.

Наташа кивнула, раздраженно отмахнулась от пряди, закрывшей ей обзор, быстро стянула волосы в хвост.

—Все время забываю, — буркнула она. Дарк счел за лучшее промолчать.

Гонс Арет прибыл в своей карете, весьма роскошной, полностью закрытой, в которой легко могло разместиться четверо. Сам Арет ожидал их рядом, что-то рассматривая на колесе кареты. Заметив вышедших, торопливо открыл дверь и протянул руку Наташе. Та покосилась на нее, привычно вздохнула под насмешливым взглядом обоих мужчин, но помощь приняла, правда заодно изобразила как другой рукой приподнимает подол несуществующего платья и как оно ей мешает забраться внутрь кареты.

Арет привычно проигнорировал эту выходку и забрался следом. Последним залез Дарк Вром и он же стукнул кулаком по стене кареты, давая сигнал кучеру.

—Завтра Альда попросила меня вместе с ней встретить брата Лорена.

Гонс Арет сначала недоуменно посмотрел на нее, потом сообразил.

—А-а-а! Эскадры… Брат у Лорена там служит?

—Как я поняла, да. Лейтенант вроде как.

—Ясно. Скажу в сенате. Давно пора уже передохнуть, эти заседания даже меня уже утомили. Предложу взять перерыв на неделю и обдумать всю ту информацию, что уже имеется.

—Я же говорила, что мало что могу рассказать. Дядя Гонс, ну мне же четырнадцать лет! Все эти законы настолько далеки были от моих интересов…

—Не стоит себя недооценивать. Как оказалось, ты много чего слышала тут и там. От отца, его сослуживцев, там услышанное, тут прочитанное. По итогу есть много материала, с которым уже можно работать. Вот недельку подумаем и можно начинать готовить проекты законов. Потом уже выйдем в Сенат с готовыми хотя бы основными.

Наташа задумалась.

—Знаете… никогда не смотрела на работу отца с такой стороны… Наверное, я все-таки жертва детективов, где умный и хитрый сыщик разоблачает преступников и выводит их на чистую воду. А вот все эти скучные отчеты, законодательные акты, которым надо следовать, доказательства, которые должны быть добыты исключительно по закону, как-то ускользают от внимания.

—Исключительно по закону, — хмыкнул Арет. — Как ты там говоришь? Кто будет сторожить сторожей?

—Ну да… Я видела всякие эти проверки от прокуратуры по ведущимся делам… точнее не видела, конечно, просто в те дни отец меня на работу не брал, а сам становился очень занятым и озабоченным.

В этот момент карета въехала во двор Сенатского комплекса. Как узнала Наташа, здание Сената – это не совсем то, что торчит на центральной площади города Моригат. Это, так сказать, парадное здание. Зал заседаний, зал приема важных гостей, послов. В нем же проводят всякие разные торжественные мероприятия, в том числе и балы. Но вот само правительство, которое и управляет всем в республике – это отдельные здания, расположенные чуть в стороне. Там даже не одно здание, а целый комплекс, который, как и центральное здание, назывался зданием Сената. Такой вот парадокс, который Наташа никак не могла понять. В свое время даже уточнила:

—Здание? Не комплекс?

—Нет. Все административные здания республики называют зданием Сената. Точнее те здания, где работают сенаторы.

—Не совсем поняла, как у вас все работает… А в правительстве ведь разные направления есть? Ну там флот, пехота… что еще? Торговля.

—Советы при Сенате. Верховного председателя советов назначает Сенат, а тот уже назначает председателей нижестоящих советов, которые у него в прямом подчинении, но в каждом совете обязательно присутствует сенатор, который назначается куратором данного направления, ну или нескольких, значит ведет несколько советов. Сейчас вот идет создание совета следственной службы. Как ты понимаешь, я назначен председателем.

—А я консультант, — важно кивнула девочка. — А кто главнее, консультант или председатель?

—Я главнее, — усмехнулся Гонс Арет. — Но ты числишься как мой заместитель по консультационной части.

—Звучит важно, — подумав, согласилась Наташа.

Когда карета остановилась, Наташа позволила Гонсу Арету помочь ей спуститься. Нет, если бы она была одном из тех платьев, в которых щеголяют местные модницы, то такая помощь имела бы смысл, но сейчас… Сам Гонс Арет утверждал, что дело не в наряде девушки, а в воспитании мужчины. Выставлять своего названного дядю невежей в глазах окружающих Наташа не хотела, потому перестала выскакивать первой из кареты.

—Ты бы еще мне помощь предложила для выхода, чтоб уж наверняка меня все обсмеяли, — только и сказал Арет, когда в первый раз такое случилось. Во дворе перед домом никого не было, но девочка поняла причину недовольства.

Потом, конечно, еще состоялся разговор… Сначала с Гонсом Аретом, потом Альда по мозгам проехалась на тему воспитания и подобающего поведения юной леди. Со скрипом и тайным недовольством, но Наташа постепенно все-таки начинала изучать нормы поведения, принятые в этом мире, и даже следовать им. Единственное, чего пока не удалось добиться от нее – надеть вместо брюк платье. Но тут уже и Альда, и Элиза Клонье признавали, что по характеру деятельности Наташи вопрос удобства превалировал над всем остальным. Госпожа Клонье прекрасно помнила, как в свое время девочка ей ответила: «В платье я бы не убежала». Помнила, потому никогда не настаивала всерьез. Будь Наташа не Призванной…

—Если уж следовать правилам, — вмешался Дарк Вром, выбираясь из кареты, — то первым должен выходить я как охранник.

Гонс Арет явно смутился.

—Да, не подумал. Меня никогда не охраняли.

—Я и сам не говорил. Госпоже Наташе все-таки действительно полезно перенимать местные правила. Это пока нужнее.

—Да ладно вам, — буркнула девочка. — Поняла я все! Согласна! Можете передать маме, что я согласна на учителя этикета и всяких ваших правил! Уговорили! Целую воинскую операцию развели тут, чтобы убедить меня!

—А как иначе, если ты иначе убеждаться не хочешь? — Гонс покачал головой. — Наташа, я все понимаю, непривычная обстановка, шок для тебя с этим переходом, но пора жить дальше. И качество твоей жизни будет уже от тебя зависеть. В первое время все готовы были терпеть твои выходки, понимая и твое состояние и что у тебя дома другие правила. Но если ты не примешь местные… Как ты будешь общаться в обществе?

—Сказала же, что поняла, — вздохнула девочка. — Даже эти ваши платья готова надевать, но только по торжественным случаям. Дарк, ну подтверди!

—Просто не надо путать рабочий наряд и обычный.

—И ты, Брут?!

—Это кто?

—Гад один.

—Так, потом гадов обсуждать будете, — вмешался Гонс Арет, заметив вышедшего из здания служащего. — Идемте, похоже только нас ждут.

Уже привычным маршрутом втроем они проследовали за служащим в зал, в котором уже собрались члены комиссии, которые будут потом выдвигать все предложения перед сенатом. Во главе стола привычно расположился Мат Свер Мэкалль и что-то усердно черкал в толстой тетради. На звук открывшейся двери поднял голову, кивнул и снова вернулся к записям.

Дарк оглядел зал, печально, но тихо вздохнул и прошел к специально для него установленному креслу в углу чуть в стороне от двери. Наташа усмотрела свободный стул недалеко от председателя и прошла туда, сев по правую руку от Мата Свера, с другой стороны пристроился Гонс Арет.

Мат снова оторвался от записей и огляделся. Всего здесь собралось, кроме их троих во главе стола, восемь человек, которые сидели с двух сторон достаточно длинного и широкого стола и активно что-то обсуждали между собой. Но стоило председателю сената слегка постучать небольшим деревянным молоточком по подставке, как вмиг воцарилась тишина и все выжидательно повернулись к Мату Сверу.

—Как я вижу, — заговорил он, — Картен опять отсутствует…

—Все еще не до конца выздоровел, господин председатель, — чуть приподнялся со стула один из сенаторов.

—Мог бы назначить кого вместо себя от своей фракции, но его воля… — Тут Гонс чуть наклонился к Мату Сверу и что-то тихонько заговорил ему. Тот в ответ слегка нахмурился, покосился на Наташу, но кивнул. Выпрямился. — Поступило предложение сегодня подвести итог предыдущих обсуждений, а потом взять недельный перерыв и обдумать уже услышанное. — Мат на несколько секунд задумался. — По большому счету я согласен. В последний раз мы уже пошли по второму кругу.

Наташа поймала на себе общие неодобрительные взгляды и поежилась. Однако быстро собралась.

—Я с самого начала говорила, что некомпетентна в этом вопросе и по большому счету выдавала свои наблюдения и выводы и сразу говорила, что не всегда они будут соответствовать тому, что есть на самом деле.

—То-то и оно, — буркнул кто-то с места.

—Предлагаю взять любую девушку Моригата четырнадцати лет и поспрашивать её по законам, регулирующим деятельность банковской сферы республики. Все это возможно изучить, только работая непосредственно в этой области. Я в следственных органах не работала!

—Госпожа Наташа права, — примирительно вмешался Мат Свер. — Более того, мы получили намного больше, чем рассчитывали изначально, если помните. Сейчас же недовольны… Нехорошо, господа. Глупо предъявлять претензии юной девушке, что ее не интересовали юридические нормы ее мира. Возражения? В таком случае я начну, потом общие итоги, и через неделю собираемся…

Присутствующие заметно расслабились, кто-то стал пролистывать свои записи, освежая память. Мат Свер придвинул к себе тетрадь.

—Итак… Как я понимаю, главное, с чем все согласны, любые службы, имеющие право вести следствие, нельзя оставлять без надзора. — Председатель Сената покосился на Наташу. — Как метко выразилась наша гостья: кто будет сторожить сторожей. В ее мире эту проблему решили разделением полномочий. Итак, сами следственные службы, которые ведут расследования преступлений и ищут преступников. Собирают доказательства, ловят, оформляют. После этого передают материалы в прокуратуру – надзорный орган, который следит за соблюдением законов. Прокуратура проверяет материалы на соответствие законам…

—А если они не соответствуют? — поднял руку один из сенаторов.

—Если прокуратура замечает, что какое-либо доказательство было добыто с нарушением закона, то она вправе исключить его из дела, — заговорила Наташа. — Только тут дело в том, что именно прокуратура и выходит с этим делом в суд и выступает в качестве обвинителя…

—То есть они заинтересованы, чтобы доказательства не исключали?

—В принципе да, вот только если они заметят это, то и адвокат – сторона защиты – тоже может заметить. И тогда уже эти доказательства исключат по его запросу. У судьи не будет другого выхода при открытом судебном заседании. Протоколы же положено публиковать в печати, и с ними могут ознакомиться все. Потому прокуратура как раз заинтересована чтобы к доказательствам не было никаких претензий. В ином случае ведь не следователю нагорит… Ему, конечно, тоже, но потом, от прокурора, но в первую очередь достанется обвинителю. Ну, это в идеале…

Мат Свер криво усмехнулся.

—Ну да… идеал он такой. Наташа, а какие вообще решения по делу может принять прокуратура?

—Ну… — Девочка задумалась. — Опять-таки не сочтите меня знатоком, но… Если они видят, что с собранными доказательствами идти в суд смысла нет, они могут отправить дело на доследование, но если понимают, что бессмысленно, то могут закрыть за недостаточностью улик…

—То есть в суд дело не идет?

Наташа пожала плечами.

—Ну да. Хотя отец частенько ругается на такое. Говорит, что лучше дело всегда в суд передавать. Конечно, прокурору не хочется на суде выглядеть плохо с откровенно слабыми доказательствами, но лучше уж так оправдать. Ведь по факту что такое недостаточность улик? Преступника нашли, но не смогли доказать его вину. И живет потом такой человек в подвешенном состоянии. Вроде бы и не посадили, но и обвинение не сняли. А так суд. И тут уже не прекращение дела, а оправдание. То есть человек в преступлении не виноват. С другой стороны, если уж раз оправдали, то по закону человека нельзя повторно будет привлечь к ответственности по этому делу, даже если найдут позже железные улики. А вот в первом случае легко. Кстати, такое положение, если я правильно помню, есть только у нас в стране, за рубежом любое дело должно быть обязательно передано в суд.

—Подумаем, — что-то черкнул у себя Мат Свер. — Вопрос нужно будет обсудить. То есть прокуратура – главный орган, получается?

—Надзорный. Он вообще следит за соблюдением законов всех органов власти, не только следствия. И вправе проверять все решения органов власти на соответствие текущему законодательству.

—Где ж у нас такая служба раньше была? — буркнул кто-то с места.

Наташа узнала его, Ариэт Торон, слегка полноватый сенатор от какой-то фракции прогрессистов, как он представился при знакомстве. Наташа запомнила не всех, некоторые все время больше молчали, чем что-то спрашивали. А вот этот человек постоянно вставлял какие-то замечания, порой не всегда к месту.

—У нас были советы для анализа действий… — начал было возражать еще один сенатор.

—Как временные органы в особо вопиющих случаях, — отмахнулся Ариэт.

—Господа! — постучал молотком Мат Свер. — Давайте закончим подведение итогов и соберем всю информацию вместе для дальнейшего анализа. Тогда и будем обсуждать что нам нужно, а что нет. Значит, надзор – прокуратура. Следствие… Ну это как раз наша следственная служба. Дальше… Адвокаты. То есть каждому преступнику предоставляется адвокат? Даже бедному?

—Во-первых, это практика для выпускников юридических вузов, все начинают как бесплатные защитники, назначенные судом. Понятно, что богатый наймет своего, более опытного, но это уже за свой счет. Во-вторых, каждый адвокат обязан взять определенное количество таких бесплатных дел… Не помню, за какой срок. Ну и, в-третьих, даже именитые адвокаты могут подключиться к делу, если оно какое-нибудь резонансное… Ну, в смысле нашумевшее…

—Мы поняли, — кивнул Мат Свер. — Значит адвокаты… Ну и суд. То есть судьи, которые выносят решение…

—Приговор. Если присяжные приговорят. Они решают, виновен или нет. А судья уже по соответствующей статье выносит приговор.

—Вот тут мне непонятно. По сути, все решают двенадцать случайных человек?

—А разве у вас не так? Я помню мы обсуждали суд у вас…

—Однозначно нет, — качнул головой Мат Свер. — Я понял, о чем вы, но вы немного неправильно поняли суть суда нобилей. Туда ни в коем случае не попадут случайные люди. Там не двенадцать присяжных, а двенадцать судей, которые обсуждают дело и выносят приговор. Осуждение по двум третям голосов. Если идет суд уровня ниже, то простое большинство. И только на суде обычных людей в качестве судьи могут выступить случайные люди, но и тогда половина из них должна иметь диплом.

—О… я действительно не знала… Точнее не вникала в суть вашей судебной системы. Мне так Гонс Арет рассказывал, — девочка покосилась на смущенного дядю.

—Я тогда сам представлял все это постольку, поскольку, — смущенно хмыкнул тот. — Не приходилось сталкиваться.

—Ясно… То есть судьи как присяжные… Хм… Не знаю, что сказать. Не могу оценить преимущество это или недостаток.

—Случайные люди разве могут оценить вину? — поинтересовался один из сенаторов.

—Они оценивают не вину, — качнула головой Наташа. — Для этого судья есть. Они оценивают улики, собранные следствием и представленные обвинителем. Убеждают они их или нет. Считается, что доказательства должны убедить любого человека, если они верны. Ну или не убедить. Но мой папа, например, недоволен такой системой. Говорит, что случайные люди не могут оценить верность той или иной улики. Они вынуждены соглашаться с теми профессионалами, которых приглашают свидетелями, но тут уже зависит от защиты и обвинения. Как те подадут. В общем, папа называет это все цирком.

—Но ведь это все равно есть и действует?

—Наверное, лучше систему не придумали, — не очень уверенно возразила Наташа. — Вашу я не могу оценить, тут ведь пока не столкнешься сам выводы не сделаешь. У нас же работает и вроде как уже больше сотни лет. Но и ваша вроде как не младше. Не знаю. Но могу кое-что рассказать о том, как функционирует наша система на примере. Папа буквально обожал одну историю из судебной практики. Настолько, что постоянно ее рассказывал, стоило зайти разговору о суде присяжных. Ей сто лет уже, но… В общем, он настолько часто ее рассказывал, что я даже запомнила. Тогда защиту представлял знаменитый в свое время адвокат.

Поймав общие заинтересованные взгляды, Наташа вздохнула и принялась рассказывать, хотя раньше не собиралась.

—В общем, в качестве пояснения: Россия – это название моей родины. В общем это… э-э-э… Давненько уже не вспоминала… Ага. Старушка одна украла жестяной чайник. Что там он, мелочь стоит. Но факт кражи налицо и старушку арестовали и судят. Защищать ее и взялся тот самый знаменитый адвокат… Помните, я говорила о том, что имя себе делают?

—На резонансных делах, — сделал упор на втором слове Мат Свер.

—Любое пустяковое дело можно превратить в резонансное, если выиграть там, где выиграть невозможно. Ну, может, он просто пожалел старушку. В общем, в суде он перед присяжными произнес речь, я ее наизусть из-за отца запомнила, он часто отрывки из нее цитировал. В общем, сказал он примерно следующее: «Много бед, много испытаний пришлось претерпеть России за более чем тысячелетнюю историю. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Наполеон с армией из двунадесяти языков обрушился на неё и взял Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь… Старушка украла старый чайник ценою в 30 копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно!»

Некоторые из сенаторов откровенно рассмеялись. Даже Мат Свер отвернулся, скрывая смешок.

—Не все понятно, — со смехом пояснил он, — но суть уловил. И как?

—Старушку оправдали, — пожала плечами Наташа. — Ну, папа там еще несколько слов добавлял всегда, но можно я не буду их цитировать? Благовоспитанной леди таких слов знать не положено. Ну и добавлял, что это всё цирк и какой клоун больше насмешит публику, тот и победит. — Наташа задумалась, после честно призналась. — Ну папа тут предвзят, так что я бы не стала принимать его слова за истину. И потом… Должно же в суде быть что-то человеческое? Ну кому была бы польза от того, что старушку посадили бы из-за этого несчастного чайника? Для нее сам этот суд был вполне себе достаточным наказанием. Но это уже лично мой взгляд.

—То есть с папой ты не согласна? — с интересом спросил Мат Свер.

—Не согласна, — кивнула Наташа.

—Ладно, повеселились и будет. Мы поняли какую мысль ты хотела донести. Пока же давайте продолжим…

В общем, дальше было уже не очень интересно. Сенатская комиссия уже серьезно стала углубляться в обсуждение тех законов, которые необходимо было принять вот прям сейчас, чтобы запустить реформу. В том числе и по полномочиям. Кто и чего имеет право делать. В свое время на этом вопросе Наташу буквально выпотрошили на предмет что могут и не могут сотрудники следствия. Тут, Наташа, конечно, многое могла рассказать, но они хотели знать все… Нервов тогда это девочке стоило…

Вот и сейчас приходилось слушать скучнейшие пояснения по будущим законам, отвечать, когда спрашивают, что-то там пояснять и разъяснять…

—Наверное, основное выяснили, — подвел итог заседанию Мат Свер, вчитываясь в строки в своей тетради. — Предлагаю протоколы наших заседаний всем внимательно прочитать и жду от каждой фракции предложений. Пока вчерне, в общих чертах, по полномочиям и новым службам… ну пусть пока будет прокуратура и адвокатура, — Мат Свер с явным трудом проговорил слова на чужом языке. — Потом решим, как их назвать. Нужно будет и определиться с полномочиями суда в связи с новыми методами ведения дел. Господин Арет, от вас предложение по структуре вашего совета следственной службе, вы уже давно обещали.

Гонс Арет в ответ многозначительно покосился на Наташу, которая самому Гонсу уже давно обещала вчерне набросать структуру МВД России, которую она клятвенно пообещала сделать еще две недели назад.

—Почти закончила, — прошептала Наташа. — Много пришлось вспоминать. Завтра отдам.

—Через неделю будет, — кивнул Гонс Арет председателю сената.

Тот кивком показал, что услышал, и что-то черканул в своей тетради:

—В таком случае заседание объявляю оконченным. Все свободны.

Из здания Наташа вышла, похожая на протертый лимон: мятая и кислая.

—Хочу вернуться в те старые невинные времена, когда я представляла себе работу детектива как интересный способ по уликам восстановить картину преступления и указать на убийцу… Верните мое невинное детство?!

—Я тоже в детстве считал мир местом простым, интересным и чистым. Потому и магом стал. Оказалось, что время на всякие отчеты тратится больше, чем на само исследование. Полагаю, твой отец тоже большую часть времени отчеты писал.

Наташа наградила Гонса мрачным взглядом.

—Я знаю реальность, но надеялась, что ты меня хотя бы поддержишь. А ты злой и нехороший человек.

—Я таким становлюсь, когда мне обещают предоставить черновик структуры вашего ЭмВэДэ, — четко выговорил Арет, — а сами тянут до последнего.

—Не поверишь, дядя, но мой интерес к структуре МВД России тоже находился где-то рядом с интересом к миграции кольчатых червей в период дождей.

—А разве миграция кольчатых червей – это не интересно? — деланно изумился Гонс Арет, вызвав смешок у Дарка Врома. Тому тоже позавидовать трудно, когда он вынужден был постоянно таскаться вместе с Наташей на все эти заседания. Не то чтобы в этом была необходимость, но и Мат Свер Мэкалль, и Гонс Арет настаивали… Наташа так и не поняла, за что Дарку мстили… Возможно, считали, что вместе страдать не так скучно.

Уже в карете Дарк вполне серьезно поинтересовался:

—У тебя сейчас есть какие планы?

Наташа задумалась. Дядя уехал на своей карете по каким-то делам, она же… Хм… Надо же, освободились пораньше, и непонятно, чем заняться.

—Как ни странно, нет. Я не думала, что освобожусь так рано. Наверное, придется принять предложение мамы и выбрать служанку.

—Не понимаю, чего ты брыкалась?

—Не знаю… Просто у меня не было никогда личных служанок. Что я делать с ней буду?

—С ней ничего делать не надо. Но ты просто посмотри, сколько разных дел для тебя выполняют слуги госпожи Клонье. И постоянно тебе приходится ждать, когда кто-то там освободится…

—Ладно-ладно… Да, согласна я… — Наташа вздохнула. — Тебе просто трудно понять, как тяжело приспосабливаться к такой жизни, которой ты никогда не жил раньше… Все эти преступления, которые мне приходилось расследовать, на самом деле отлично отвлекали от реальности… М-да… Ладно… Привыкну… когда-нибудь… Наверное…

Дарк Вром счел за лучшее промолчать.

Глава 2

Узнав о том, что целую неделю Наташа больше не будет таскаться на заседание сенатской комиссии, госпожа Клонье развила бурную деятельность. В первую очередь попросила у своих посетителей порекомендовать служанку для своей приемной дочери…

—С самыми лучшими рекомендациями! — напутствовала она.

Наташе и хотелось возразить, но сама ведь пообещала начать принимать этот мир. В конце концов, ей тут жить теперь.

—А теперь примерка!

—Примерка?

—Да. Быстро за ширму и раздевайся, там тебя уже ждут, и я сейчас подойду.

Уже вскоре Наташа стояла на небольшой подставке раскинув руки в стороны, а вокруг нее суетились две молоденьких девушки, видно, недавно нанятые новые помощницы Элизы – ее ателье в последнее время весьма активно расширялось. Наташе хотелось верить, что тут была и ее заслуга с новыми тенденциями в моде из ее родного мира. Сама госпожа Клонье наблюдала за всем, стоя чуть в стороне, скрестив руки. Изредка она отдавала короткое распоряжение, если, по ее мнению, помощницы что-то делали не так. В остальное же время спокойным голосом говорила Наташе:

—Я понимаю твою позицию в одежде… Что так удивляешься, милочка? — Госпожа Клонье выдала одну из своих фирменных улыбочек, в которой одновременно можно было увидеть и долю ехидства, и ностальгии по какому-то давнему воспоминанию, и поддержку приемной дочери. — Ты думаешь, мне нравится надевать на себя все эти крайне неудобные наряды? Но для нас, дам, они такое же оружие, как мечи для мужчин. Но и тут… Кому-то нужен разукрашенный парадный, а кому-то простой, но эффективный для настоящего боя… К моему глубокому сожалению, тебе как раз нужен тот самый простой и эффективный. Но я все равно что-нибудь придумаю. Кое-какие твои идеи из твоего мира натолкнули меня на одну мысль. Будет тебе нарядное, но эффективное.

—Мам… — все чаще и чаще такое обращение слетало из уст Наташи как-то само собой и вполне себе естественно, что неимоверно радовало Элизу. — Знаешь, своими рассуждениями о красоте мечей ты сейчас похожа на кузнеца, который с клиентом обсуждает его заказ.

Указательный палец Элизы уперся точно в лоб девочки.

—Сколько раз я тебе говорила, что наряд – это и есть наше оружие! И я обязательно что-нибудь придумаю. Все, свободна, а то вся уже извертелась. Всего-то десять минут с тобой занимались. — Госпожа Клонье махнула рукой и девушки с поклонами удалились, торопливо собрав все листы с записями замеров. — Собирайся. Совсем не подросла…

Наташа с облегчением вернула себе рубашку с брюками и начала торопливо одеваться.

—И вряд ли подрасту… Это наследственное. И папа не отличался большим ростом, а мама… на фотографии она выглядела очень миниатюрно… — Наташа на миг застыла, прикрыв глаза, но тут же взяла себя в руки. К счастью, госпожа Клонье никак не стала комментировать этот момент, даже если и заметила.

—Кормить тебя больше надо. Все, беги. Завтра нигде не задерживайся, должны прийти три кандидатки в твои служанки.

—Мне их выбирать? — искренне удивилась Наташа.

—Ну ты же не думала, что служанку для тебя буду выбирать я? — усмехнулась Элиза. — Тебе ведь с ней общаться предстоит, не мне. Так что сама смотри, кто тебе понравится.

Все это на следующее утро в лицее и вывалила на Альду Наташа. Подруга ее страданий не поняла.

— Ну так-то твоя мама права. Я тебе по опыту могу сказать, что если вы не сойдетесь характером с личной служанкой, с которой тебе придется общаться очень часто, то это станет мучением и для тебя, и для нее.

—Так ведь можно либо уволить, либо уволиться…

—Так-то да… если ты принимаешь решение, а не твои родители, которым эта служанка очень нравится, а она довольна заработком и тем, что пользуется авторитетом у хозяев.

Наташа пристально посмотрела на Альду, но выспрашивать о подробностях не стала.

—Но ведь тут я принимаю решение…

—Если сама ее примешь. Для слуг ведь настоящий господин тот, кто принимает на работу и от кого они деньги получают. И с их точки зрения даже если господин приставил служить к кому-то другому, то от этого он не перестал быть господином.

—О… Как-то даже не подумала… Ох, а ведь еще и этикет… Мама обещала тоже кого-то отыскать…

—Сочувствую, — искренне сообщила ей Альда и похлопала по плечу. — В общем это… держись там…

—Ты просто не представляешь, насколько меня подбодрила вот этим вот своим похоронным видом и похлопыванием по плечу. У меня прямо вся жизнь перед глазами пролетела.

—Не преувеличивай. Кстати, все в силе?

—Я же обещала.

—Тогда я за тобой с утра в своей коляске заеду. Незачем в порту устраивать хаос – там и без того много будет.

—Во сколько, кстати, эти эскадры приплыть должны?

Альда наградила Наташу недоумевающим взглядом.

—Кто ж тебе скажет? От ветра зависит. Эскадры уже достаточно близко, чтобы выйти на связь, потому день указан точно, а вот когда…

—Ах да… парусники же… Расписание тут составлять… Разве что кости бросать. А если штиль, все-таки?

—Не, штиля точно не будет. Он тут очень редко бывает и только зимой. Так что нет, мимо.

—Я и не стреляла.

—А? А, поняла, типа шутка… смешно.

—Вот как-то неубедительно сейчас прозвучало.

Альда рассмеялась.

—В качестве извинений готова пойти с тобой сегодня после лицея и морально поддержать. Хотя никак не пойму, что у тебя вызывает сложности в выборе личной служанки.

—Я это ни разу не делала… и ни разу не видела, как это делали другие. И вообще… У меня ни разу в жизни не было личной служанки. Я понятия не имею, что с ней делать!

—Привыкнешь, — махнула рукой Альда. — К хорошему быстро привыкаешь. А что делать? Сама смотри. В комнате прибирать у тебя будет… У тебя ведь сейчас слуги твоей мамы убирают? И иногда разные. Они не могут знать, что где у тебя лежит, твои привычки. Ведь приходилось иногда искать нужную вещь только потому, что новая служанка положила ее не туда, куда ты привыкла ее класть. Помочь собраться на какое-нибудь мероприятие, подготовить одежду. Когда кто-то знает твои привычки и любимые цвета – это порой много значит. Передать письмо… записку.

—Какую записку? — удивилась Наташа.

Альда хлопнула себя по лбу.

—Если спрашиваешь, значит рано еще знать. Все, нам на занятия пора, а то опять с перемены опоздаем.

—Тьфу, — сообразила Наташа. — Я думала, действительно что-то полезное. Я и без записки могу сказать парню все, что о нем думаю.

—Все не надо, — не могла не оставить последнее слово за собой Альда. — Обидишь.

Учиться Наташа не то чтобы не любила, просто тут имелся определенный перекос в знаниях. В той же математике или природознании, как здесь называли физику, она могла дать фору и учителям. С грамматикой было не лучше, чем дома, к тому же тут в обязательном порядке, кроме языка республики, нужно было еще знать язык Арвийской империи, причем чуть ли не лучше моригатского. Ну, как французский для дворян девятнадцатого века. Не знаешь – сочтут необразованным дикарем. А вот теорию магии Наташа ненавидела тихой ненавистью, причем подозревала, что так к этому предмету относятся все лицеисты. То ли с учителем не повезло, то ли этот предмет и в самом деле настолько же скучен, насколько и зубодробителен, где многое приходилось просто заучивать без всякого понимания. А вот чего-то не понимать Наташа не любила. Ей легко давались предметы, где имелась определенная логика. Та же математика. Она любую формулу могла вывести из простейших просто методом рассуждений. Но когда в теории магии треугольник равнялся кругу и это нужно просто принять на веру… По каким параметрам равен? Как это выявили? Есть ли опыты, доказывающие это утверждение?

Танцы стояли отдельной категорией… Хуже всего было понимание, что это ей действительно нужно для жизни в этом мире, да и физкультуру Наташа любила. Но танцы… С ее музыкальным слухом? Правда, учитель клятвенно обещал, что все равно научит. Именно это «все равно» в словах старого учителя пугало больше всего. И сегодня последним уроком как раз танцы… Так что домой Наташа возвращалась не в самом лучшем расположении духа. Бодрое состояние Альды ничуть это самое настроение не поднимало.

—Неужели ты дома не занималась танцами?

—Занималась. И я говорила тебе.

—Ага. Вроде как пугала ими…

—Я тебе их показывала.

—Когда это? Подожди, то дрыганье ты и называла танцами?! Я думала тебе плохо стало.

—Стукну.

—Да ладно тебе, не злись, — рассмеялась Альда. — Ты просто слишком взыскательна к себе. На самом деле не так уж и плохо у тебя получается. Просто господин Артуар у нас немного перфекционист. Самую малость. Поверь, заслужить его одобрение мало у кого получается. А ты всего-ничего и занимаешься.

На самом деле легче стало… Даже настроение чуть поднялось. Потому и слова мамы, что кандидаты в служанки уже на месте не заставили ее расстроиться. Только вздохнула.

—Мам, как я понимаю, мне самой все сделать нужно?

—Учись потихоньку. И не понимаю, что тебя так пугает простое действие? Ну ошибешься, уволишь служанку и все. Заключай контракт с испытательным сроком, скажем на два или три месяца – вполне обычная практика. И хорошо, что догадалась подругу с собой взять – она тебе подскажет, если что.

—Простое действие, да? — бурчала под нос Наташа, поднимаясь к себе в комнату. — Ну ладно…

Претенденток Наташа увидела сразу – три девушки лет восемнадцати-двадцати смирненько сидели на мягких стульях у стены в гостиной второго этажа. Заметив вошедших, все трое торопливо, но аккуратно поднялись и чуть поклонились. Наташа прошла вперед и резко развернулась лицом сразу ко всем, заложила руки за спину, ноги вместе и пристально поглядела на кандидаток, перекатываясь с пяток на носки и обратно. Альда у двери прикрыла глаза, даже ладонью для верности, словно показывая, что не собирается смотреть на этот ужас. Но тут же взяла себя в руки, только шагнула в сторону, чтобы не закрывать дверь, оставшись стоять у входа.

Наташа же еще несколько раз качнувшись, замерла.

—Добрый день. Я – Призванная… но если кто ко мне так обратится – стукну. И я не шучу. Меня зовут Наталья Викторовна, но, понимаю, это сложно произносить, потому принимаю обращение «госпожа Наташа», «госпожа Наталья», просто «Наташа», если без посторонних. Как вы понимаете, у меня свои представления о нормальном поведении, иногда сильно отличающееся от местного, но я учусь. Потому, если что делаю не так, не бойтесь указать, но когда останемся наедине. Но стоит помнить, что я не собираюсь подстраиваться под все местные нормы поведения, так что, если я сказала в ответ на замечание, что все нормально, значит, нормально. Не стоит меня пытаться учить и переучивать… если не хотите поссориться. Что еще? Ах да, мои требования достаточно просты, я привыкла сама за собой ухаживать, потому в этом плане придется мне помогать собираться только на различные праздники и торжества, убирать комнату… И еще… Мой кабинет под запретом. В смысле заходить можно – убирать нет. И это приказ абсолютен. Любой, кто попытается навести там порядок просто потому, что ему показалось, что вещи там лежат в беспорядке и будет лучше иначе их положить, а мусор вообще выкинуть, вылетит с работы в тот же день. Так… Вроде бы все сказала. Если кого-то что-то не устраивает, то может покинуть комнату. Ну а если кто готов терпеть такую вот госпожу… — Наташа крутанулась вокруг оси на одной ноге. — То прошу в кабинет, — девочка указала на одну из дверей, глянула на часы-ходики, висящие на стене, — через пять минут.

Альда отлипла от стены в своем углу и торопливо шмыгнула в дверь следом за Наташей.

—Ну ты и выдала!

—А что не так?

—Ты их там перепугала всех.

Наташа пожала плечами.

—Зато честна… Альда, ты же понимаешь, что по характеру моей деятельности мне придется общаться со многими… очень разными людьми. И если они не готовы терпеть определенные мои… закидоны…

—Как? Заки…

—Закидоны, в смысле…

—Я поняла, — Альда достала блокнот и что-то там черканула. — Надо же, какое емкое слово…

—Ты что, за мной записываешь, что ли? — изумилась Наташа.

—Конечно, — даже возмутилась Альда. — А ты думала, я твои словечки с первого раза запоминаю? Вот поднакоплю, потом издам толковый словарь… Назову его «Цитаты великих людей» или «Избранное от Призванной»! Как тебе? Кстати, мое предложение об издании историй твоего мира все еще в силе.

—Ты такая меркантильная… Интересно, там хоть одна осталась?

Альда выглянула за дверь.

—Одна и осталась.

—Ну вот, а ты говорила. Видишь, как все здорово разрешилось… — Наташа тоже выглянула за дверь. — Ага. Ну если вы уверены, тогда прошу в кабинет, подпишем с вами контракт… для начала на два месяца. Если вы решитесь уйти в течение этого времени, то просто скажите мне. За отработанное время я заплачу полностью. Думаю, двух месяцев нам хватит, чтобы понять, сможем мы ужиться вместе или нет.

—Моя подруга чрезвычайно прямолинейна, — пояснила Альда шокированной девушке. — Но зато вы можете быть уверены, что ее слова означают ровно то, что она говорит. Проходите, я вам кое-что объясню…

—Никак не пойму, ты сказала этой Кларе то же самое, что и я, но тебя она сразу поняла, а у меня постоянно уточняла, что я имею в виду…

—Просто в высшем свете не принято говорить то, что думаешь, — хмыкнула Альда. — А я говорила совсем даже не то же самое, что и ты. А вот контракт ты хорошо продумала. Я даже удивилась. Слушай, не возражаешь, если я его перепишу в качестве образца?

—Да делай что хочешь.

—Отлично. В таком случае завтра с утра я за тобой заеду и в порт… Кстати, а почему ты сказала Кларе, чтобы в понедельник приходила?

—Потому что завтра в порт, а зная тебя и Лорена, потом наверняка потащишь меня к ним в гости. В воскресенье же у меня свои дела есть… по работе.

Открывшая было рот для вопроса Альда мгновенно его закрыла, услышав про работу. Она отлично понимала, когда можно проявлять любопытство, а когда лучше помолчать.

На следующее утро Альда заявилась часов в десять, дождалась, когда Наташа спустится, оглядела ее с ног до головы и покачала головой.

—Надо было предупредить, чтобы что-нибудь понаряднее одела…

—Зачем? — искренне изумилась Наташа. — В порт?

—Ну в военной части порта достаточно чисто… Тем более там будут от разных семей Моригата… Хотя, конечно, совсем уж наряжаться тоже не стоит.

Наташа молча оглядела наряд Альды.

—Я это сразу поняла. А то, что полы твоего платья соберут весь мусор с дорог ничего?

—Я в коляске, там причалы, которые метут регулярно. Говорю же, военная часть причалов – это не грузовой порт, в котором тебе приходилось бывать.

—Ну тебе виднее, — пожала плечами Наташа. — Только предупредить надо было, а так я как обычно.

—Так я ничего не говорю, просто выделяться будешь.

—Зато не потеряюсь. Лорен, кстати, не с тобой?

—Нет, конечно. Он с отцом поедет. Мы там уже встретимся. Так бы я еще утром поехала к Коршиным и отправилась бы с ними. И это, поехали. Недавно сообщили, что в порту колокол пробил три раза.

—И что это значит?

—Ах да, ты же не знаешь. Это значит, что до прибытия эскадр осталось три часа.

—Так куда тогда торопимся?

—Пока до порта доедем, пока там разберемся куда идти, пока отыщем…

—Поняла-поняла, поехали. Мам, мы ушли!

—Не заблудитесь, — с улыбкой пожелала им госпожа Клонье с лестницы, откуда наблюдала за сборами девчонок.

Как и предсказывала Альда, добраться до порта вылилось в тот еще квест. Казалось, весь город направлялся именно в ту сторону. Альде даже пришлось стражникам предъявлять какую-то бумагу, только тогда им позволили обогнать процессию из телег, тоже, похоже, направляющихся в порт. На вопросительный взгляд Наташи пояснила:

—Пропуск, подтверждающий, что я встречать еду, а не просто развлекаюсь. На причалы без него вообще не пустят.

—Но у меня нет никакого пропуска…

—Так ты со мной. Пропуск позволяет провести с собой до десяти человек. Как правило, на семью он и выдается. Ну и можно еще кого с собой захватить.

Такой подход к делу показался Наташе странным, но почему бы и нет, если местных все устраивает.

Пропуск пришлось показывать еще несколько раз, пока они не уперлись в высокий забор.

—Дальше пешком. Лорен должен нас у ворот встретить.

Наташа кивнула и выбралась из коляски. Лорен и в самом деле нетерпеливо переминался у ворот, которые охраняли сурового вида моряки в кольчугах и с могучими копьями в руках. Почему моряки? А только те носили такой головной убор, чем-то напоминающий берет, но с небольшим козырьком и небольшой золотой тесемкой, свисающей у левого виска.

Лорен, дождавшись, когда у них проверят пропуск, при этом стражники наградили Наташу очень подозрительным взглядом, явно сомневаясь, стоит ли пускать эту… Непонятно кого, одетую скорее как мальчишка, чем девушка. Похоже, только присутствие Лорена помогло избежать выяснения отношений. Ну и очередь, возникшая за ними.

Лорен недовольно покосился на Наташу и фыркнул.

—Ты со своими брюками хоть раз расстаешься?

—Когда требуется дело, — холодно отозвалась Наташа. — И когда я услышала про порт, то не могла подумать, что сюда требуется надевать вечернее платье.

—А оно у тебя есть? — усмехнулся тот.

Наташа промолчала, а Альда торопливо влезла между ними.

—Хватит вам уже. Лорен!

—А что я? — Лорен вздохнул. — Брату не понравится…

Наташа изумленно посмотрела на него, открыла уже было рот, но тут же закрыла. Не ее дело. Кажется, об этом Альда и говорила… И тут чтобы она ни сказала – все будет не к месту. В разборки между родственниками лучше не влезать.

Отца Лорена Наташа знала не очень хорошо – виделась пару раз, а все общение сводилось к «здравствуйте / до свиданья», «как дела». Как заметила Наташа, Лорен вообще неохотно знакомил кого-либо со своими родителями и о семье не очень распространялся. О его брате только от Альды и узнала. Впрочем, они и с Лореном-то были не так чтобы очень близки. Парень после прошлого случая, когда обвинил девочку в подставе Тонзеров, чувствовал себя в обществе Наташи скованно и как-то терялся.

Лавируя мимо подходящих других встречающих, они втроем пробирались по пристани вдоль берега.

—Встанем вон там, — Лорен указал куда-то в сторону трехэтажного строения чуть вдали. — Мы не знаем, к какому причалу встанет «Орлан». Эскадрам отведены причалы с седьмого по первый, — Лорен неопределенно махнул рукой куда-то вперед. — Первые три причала займут имперцы, у них в эскадре пять линкоров и шесть фрегатов, а там самые глубоководные места. Наша эскадра состоит исключительно из фрегатов, двенадцать их…

Наташа едва удержала зевок, заметив, что и у Альды взгляд стал рассеянным. Лорен же состояние девушек не замечал и продолжал разливаться соловьем:

—Я тут узнал подробности… в общем, именно наши корабли и сыграли основную роль. Пираты же прятались в рифах, а там отмели, имперские линкоры там не очень нужны…

—Ну, полагаю, имперцы прекрасно понимали, где им воевать придется. И если взяли линкоры, значит, какие-то планы на них были, — пожала плечами Наташа.

Лорен наградил Наташу взглядом «что б эта сухопутная понимала в море».

—Все знают, что флот республики – лучший в мире.

Наташа хмыкнула, захотелось пошалить. Заложила руки за спину и чуть склонила голову набок.

—Лучший – это субъективно. По количеству кораблей он уступает флоту Арвийской империи в два с половиной раза, по тоннажу военного флота – в двадцать. Во флоте республики всего пять линкоров, в то время как у империи – двадцать шесть. Зато фрегатов паритет, да, сорок восемь у республики и сорок пять у империи. Но их качество действительно признается во всем мире, не просто так фрегаты стараются заказывать на верфях республики. Прочую мелочь не учитываем. А вот с торговым флотом все наоборот…

Лорен даже остановился и ошарашенно уставился на Наташу.

—Откуда знаешь?

—Читала отчеты сенатской комиссии по состоянию флота.

—Зачем? — еще больше удивился Лорен.

—Лорен! — Альда чуть ли не глаза закатила. — Ты же помнишь те статьи в газетах про проданные корабли, попавшие к пиратам? Наташа же тогда и разбирала записи посольства империи по покупкам и отчеты верфей. Она же рассказывала.

—А это разве не секретные сведения?

—Ха, — хмыкнула Наташа. — Состав флотов любой страны мира ты можешь посмотреть в специализированном журнале последнего издания. Секрет состоит в стоимости постройки… Догадайся почему.

—Так, мы уже задерживаемся, — Альда ухватила обоих друзей за руки и теперь уже она тащила их за собой. Выслушивать спор о коррупции в республике у нее не было никакого желания…

Старший Коршин встретил их легкой улыбкой и кивком головы.

—Альда, рад нашей встрече, как всегда, очаровательна. Госпожа Наташа… как всегда… в общем, как всегда.

—В нашем изменчивом мире хоть что-то должно оставаться постоянным, — философски заметила Наташа, разглядывая проплывающее над головой облачко.

Отец Лорена усмехнулся, неодобрительно покачал головой, но от каких-либо комментариев воздержался.

В следующий час приходилось с кем-то здороваться, Наташе за компанию, ибо никого из встречающих не знала. Да и вообще во всей это толпе они были самыми младшими. Девочка, когда поняла это, с недоумением покосилась на Альду. Та виновато пожала плечами и отвернулась. Наташа покосилась на Лорена, но тот, подставив ладонь ко лбу козырьком, что-то пытался рассмотреть в море.

—Должны скоро прибыть, — сообщил он.

—Гм… Лорен, скажи, а ты постоянно приходишь встречать брата?

—Ну да, — тот удивленно посмотрел на Наташу.

—То есть с того момента, как он стал моряком?

—Да, — все еще не понимал он.

—А твой брат уже сколько плавает?

—Гм… Три года. Ну да, ему лейтенанта по выслуге дали после двух лет службы. Так-то он мичманом сначала был.

—Он где-то учился?

—Так в том же лицее, что и мы…

—Нет, я про какое-нибудь специализированное училище для моряков.

—Специализированное? О чем ты?

—Ну у твоего брата же не было опыта плаваний, а мичман, как я понимаю, первый офицерский чин.

—Не-е… какой-там офицерский, — Лорен отмахнулся. — Мичман – это просто мичман… чуть выше юнги. Такой же новичок, только кандидат в офицеры. Год отслужил… хотя, конечно, чтоб из этого года не меньше четырех месяцев в море провел, и ты уже старший мичман, вот это и есть первый офицерский чин.

—Хм… понятно… Надо бы посмотреть табель флотских званий.

—Зачем тебе?

—Не знаю, вдруг пригодится… кто знает… Знания вообще лишними не бывают. Гм, Альда, а где тут можно попить? Наверняка же есть такое? Столько народу собралось, и ждать приходится…

—Есть. Идем, провожу, тут недалеко.

Альда провела ее чуть дальше по пирсу, где и обнаружилась в тени какого-то склада бочка водовоза, который и продавал воду. Заметив неуверенный взгляд подруги, Альда с улыбкой успокоила:

—Все в порядке. Он эту воду от родника возит в лесу, отличная вода. Так что можешь смело пить, знаю твои опаски.

Все равно не очень успокоенная, Наташа все же попробовала предложенный стакан, слегка покатала воду во рту и одобрительно кивнула.

—Отлично. Еще, пожалуйста…

Уже напившись, они вдвоем повернули назад.

—Слушай, скажи, Лорен что, серьезно постоянно таскался сюда с одиннадцати лет встречать брата?

—Да. Я же говорила, что он винит себя.

—Как я понимаю, один он никак не мог ходить, был кто-то из родителей.

—Нет, как правило, слуги. Ты же видела, что встречают в основном слуги, родители если и есть, ждут за пределами порта.

—А сейчас?

—Не знаю. Сама удивлена. Но если прибыл сам старший Коршин, то, скорее всего, хочет о чем-то серьезно поговорить с сыном… Да-да, мог бы и дома встретить, и поговорить, но такой уж человек он. Не станет откладывать неприятный разговор.

—То есть разговор будет неприятным?

—Иначе дядя Ратин остался бы дома, а здесь был кто-то из слуг.

—Получается, Лорен потащил тебя и меня сюда как поддержку. Да уж…

—Эй…

—Вот только не говори, что Лорен так уж горел желанием встретиться со мной. Ты же знаешь, как он старательно при возможности избегает меня.

—Просто он до сих пор простить не может себе…

—Альда, я ж не в претензиях. Мы с ним не были никогда друзьями и вряд ли станем. Не хочет – не надо. Это его личное дело, с кем общаться, а с кем нет. Но тут это ведь он настоял, чтобы ты позвала меня?

—Знаешь… иногда тебе стоит быть несколько более… дурочкой, — устало заметила Альда.

Наташа пожала плечами.

—У каждого свои недостатки. Я вот не умею быть дурочкой, даже когда очень надо. Так что либо смирись с этим недостатком и принимай меня такую, какая есть, либо не стоит дружить.

—А говоришь, Призванная, что не умеешь быть дурочкой. Сейчас ты вообще идиотка!

Наташа рассмеялась.

—Вот именно. В этом и проблема. Я совершенно не знаю середины. Либо гений, либо идиотка. Смирись.

—Тогда так, гений, чего нам ждать от этого неприятного разговора?

—Тоже мне сложности, — пожала плечами Наташа. — Помолвки, конечно.

—Чего?! — искренне удивилась Альда.

—Что «чего»? Очевидно же. Раз уж старший смирился с профессией сына… за три года-то, то вряд ли разговор коснется его отставки с флота. С твоих же слов, к Коршиным в гости зачастили то старший Торгат, то его жена.

—Три раза всего было!

—Вот-вот. А в салоне мамы активно обсуждается, что у Таргатов дочь на выданье уже чуть ли не превратилась в старую деву… Ну и, вспоминая разговоры про то, что Коршины с Торгатами замутили какое-то совместное предприятие… Ну как-то так.

Альда помолчала, искоса поглядывая на Наташу.

—Никак не привыкну к этим твоим фокусам.

—Да нет никаких фокусов. Как говорит папа – главное внимательно слушать, что говорят вокруг.

—А почему, ты думаешь, что это не Лорен?

—Лорен же вроде как твой жених? Я не слышала, чтобы Тонзеры ссорились с Коршинами. К тому же это муж может быть старше жены, но наоборот… Не в данном случае. Не с Лореном. Что-то мне подсказывает, что таким браком семьи добьются не взаимного сближения, а прямо противоположного.

—Были разные случаи… И не такие…

—Я давно заметила, что количество идиотизма в мире превышает некоторый разумный уровень. Ну это мое личное мнение, которое можно не учитывать. Но самое главное, будь так, Ратин Коршин не прибыл бы сюда самолично встречать сына. Если ты не соврала, конечно, — усмехнулась Наташа, — когда говорила, что этот твой «дядя Ратин» не любит откладывать неприятный разговор.

Альда помолчала.

—А почему ты думаешь, что разговор будет неприятным?

—Потому что старший Коршин тут, — хмыкнула Наташа. — А брата Лорена я в глаза не видела, так что ничего не могу сказать о нем. Но если он так любит море, что готов был уйти из семьи… Тут сражение, закончившееся победой, стал лейтенантом, карьера в гору идет. Полагаю, что женитьба – это последнее, о чем он сейчас мечтает. Так что да, полагаю, разговор будет неприятным.

—Может тогда скажешь, чем он закончится?

—Очевидно, Турион согласится.

—Что? Бр-р-р… И почему очевидно?

—Потому что отец надавит на старое, мол, он согласился, отпустил в море, а теперь в ответ сын должен пойти навстречу… Ну и все в таком духе. И если Турион хоть немного похож на Лорена, то поддастся. Тем более отец вряд ли будет настаивать на отставке.

—Если все так и будет, готова на главной площади прокричать славу твоей гениальности.

—Лучше не надо. Либо тебя, либо меня, а, скорее всего, нас обеих будут считать чокнутыми… Это вон не корабли?

Альда привстала на носочки, словно с такой высоты лучше видно, и внимательно поглядела на море.

—А похоже. Надо бы поторопиться, а то мы тут замерли с нашим разговором. Но я запомнила твои прогнозы.

Наташа пожала плечами и поспешила за подругой.

—Где вы пропадаете?! — встретил их недовольный Лорен.

—Не переживай, флот раньше нас не прибудет, — отозвалась Наташа. — Кстати, вроде бы показались.

Лорен моментально забыл о своем недовольстве и вскочил на какой-то камень у дороги, всмотрелся.

—Да, корабли!

Вопреки опасениям Наташи, никто никуда не сорвался бежать, встречающие тоже остались на месте. Зато из-за поворота вышел отряд моряков и неторопливо стал выстраиваться у пирса, отсекая встречающих от причалов. Понятно почему никто никуда не шел – все равно не пустили бы.

Моряки тем временем образовали живое ограждение, оставив проход к площадке, на которой ждали встречающие. Наташа, присмотревшись, только сейчас сообразила, что основная масса людей здесь вовсе не господа, а слуги. Хотя ведь и Альда говорила об этом, но как-то слова прошли мимо сознания. Ее ввело в заблуждение богатство нарядов, но сейчас заметила, что покрой очень уж напоминает ливреи. Таких, как Коршин, тут было немного, и они стояли в стороне. Но если никакой торжественной встречи, которую Наташа подспудно ожидала, не предвидится, то на кой все-таки они сюда приперлись? Покосилась на Лорена, Альду. Мысленно вздохнула и махнула рукой. Люди редко когда следуют логике… Сама такая…

О кораблях Наташа не очень много знала, только уже здесь по необходимости изучила классы и типы как торговых, так и военных. И, откровенно говоря, не совсем понимала, что местные подразумевают под линкорами. Как ни плохо она знала историю, но помнила, что такой класс кораблей предназначался для боевых действий в линии – отсюда и название класса. Но ставить в линию корабли без пушек… В чем смысл? Оказалось, сработал не совсем корректный перевод. Тот самый эффект вложенного языка при переносе, когда многие понятия просто подстраиваются под ассоциации, известные ей. Так и с кораблями получилось. На самом деле класс этих кораблей местные называли штурмовыми, собственно, из названий было понятно и их предназначение. Крепкие борта, большие и одни из немногих типов кораблей, которые несли на борту тяжелые баллисты. Корабли дорогущие как в постройке, так и в обслуживании. Но, привыкнув уже именовать их линкорами, Наташа так и продолжала их называть. Даже Лорен уже не закатывал глаза, когда слышал такое.

Вот сейчас, наблюдая, как пять этих монстров входят в гавань и направляются к причалам Наташа понимала разницу. Настоящие парусные линкоры девочка видела исключительно на картинке в учебнике истории. О местных «линкорах» только читала в бухгалтерских ведомостях верфей, когда занималась расследованием убийства посла империи. Сейчас вот наблюдала их воочию… Впечатляет… Сильно впечатляет…

Монстры плавно, даже не скажешь, что идут исключительно на парусах, подкатили к каменным причалам, развернулись и, словно по команде, разом избавились от парусов. Быстро, четко, слаженно. Такого эффекта можно достичь только долгой и упорной тренировкой. Наташа покачала головой, чтобы там Лорен ни говорил, но все-таки флот Моригата сильно уступал имперскому. Не качеством кораблей, подготовкой экипажей. Точнее, не так, с подготовкой экипажей у Моригата все было нормально, все же Моригат торговая республика, которая зависит от безопасности на морях. Но все их войны были либо с не очень сильными противниками, либо с пиратами, а потому не требовали действий больших эскадр. Потому каждый отдельный экипаж Моригата может поспорить в выучке с экипажем любого имперского корабля, но в то, что у них получится добиться такой вот слаженности и синхронности действий в составе эскадры, Наташа сомневалась. И вывод подтверждался, когда она наблюдала за входом в порт эскадры Моригата…

Дальше было скучно и не очень интересно. Корабли прибывали, их привязывали, сходили какие-то люди, о чем-то говорили с встречающими, поднимались обратно. С эскадры Моригаты уже некоторые окончательно сошли на берег и, закинув какие-то сумки за плечи, направлялись к встречающим. Некоторые проходили мимо и спешили к выходу, другие махали кому-то из встречающих, после чего уже вместе отправлялись дальше. Судя по невозмутимости Коршиных, они вполне ожидали, что их родственник выйдет позже. На вопросительный взгляд Наташи Альда пояснила:

—Турион же офицер, пока уходят мичманы, потом те матросы, что получили отпускные. Офицеры потом.

Наконец ожидание закончилось. Наташа, как ни странно, сразу поняла кто этот молодой человек, что уверенной походкой шел по причалу – очень уж он был похож на Лорена, только повзрослевшего. Вот он заметил их и на миг по его лицу скользнула тень, но тут же исчезла, и парень расплылся в улыбке.

—Лорен, как обычно, тут. Отец…

—Турион, — кивнул старший Коршин. — Слышал о вашей победе.

Лорен, словно не замечая напряжения вокруг старшего сына и отца, скакал вокруг как маленький ребенок. Будь он помладше, явно уже повис бы на шее брата. Наконец Альда ухватила того за шкирку и чуть оттащила в сторону. Турион словно только сейчас заметил ее присутствие.

—Госпожа Тонзер вместе с моим братишкой, как необычно. — Как-то не выглядело приветствие сердечным. Скорее, дежурным. — А рядом с тобой?

Альда чуть повернулась.

—Моя подруга и одноклассница, Наталья. Наталья Астахова.

Турион нахмурился, явно пытаясь что-то вспомнить.

—Не помню такого семейства в Моригате…

—Она недавно прибыла.

—О… вот оно как… Понятно, — Турион нечитаемым взглядом оглядел Наташу с ног до головы, изучил ее наряд. — Понятно, — повторил он. Покосился на брата, который своей улыбкой мог бы и ночь рассеять, на отца. — Наверное… была причина приехать вам в столицу? Нравится?

—Предпочла бы остаться дома, — сухо отозвалась Наташа, прекрасно считав скрытый посыл этого… типа. — Выбора не оставили.

—Вот оно как, — явно сделал какой-то свой вывод из этой реплики Турион. — Ну в столице всегда больше шансов и разбогатеть, и укрыться…

—О да, карьера тут делается влет, — немного раздраженно отозвалась Наташа, не понимая, зачем вообще он затеял этот обмен намеками, только вернувшись из рейса. Трудно сообразить, что его отец не позволит сыну общаться непонятно с кем? А если уже позволяет, значит, есть причина.

—Пора ехать, — наконец вмешался Ратин Коршин. — Идемте.

—Мой брат правда замечательный! — Высказался Лорен. — В девятнадцать лет уже лейтенант! А сколько историй знает! Обязательно попрошу рассказать вам их!

Наташа наградила Лорена задумчивым взглядом. Помолчала. Покосилась на Альду, которая старательно отводила взгляд.

—О да… замечательный, — подтвердила она.

Старший Коршин шел впереди, словно прокладывал путь, за ним шагал Турион, рядом с которым крутился Лорен. Так получилось, что девочки немного отстали и замыкали шествие. Альда виновато поглядывала на Наташу, та молчала. Наконец подруга не выдержала:

—Наташа, ну не сердись на Лорена! Ты же знаешь, он умный, но когда дело касается его брата, то мозги отключаются напрочь. Ты не представляешь, сколько я наслушалась историй про то, какой его старший брат замечательный, умный, талантливый. Ты просто никогда их вместе не видела.

—Меня больше напрягает не Лорен, я к нему привыкла. А вот Турион… Слушай, он что, не знает, кто я?

—Откуда? — изумилась Альда. — Конечно, слухи о появившейся Призванной идут, но кто тебя знает в лицо? Тебя только по штанам узнают, но Туриона не было в Моригате.

—Ясно-понятно… Тогда тем более его поведение мне не нравится. Вот если со стороны смотреть, на кого он наезжает? Глядя на меня, кого можно увидеть? Сопливую девчонку в непонятном наряде, которую представили как подругу невесты его брата. Что он так сразу начал обвинять меня непонятно в чем? Типа крутой лейтенант флота, герой сражения наехал на злодейку?

—Боюсь, тут больше моей вины, — вздохнула Альда. — Если бы я не представила тебя как подругу, то он бы на тебя и внимания не обратил.

—Хм… А если не секрет, все-таки из-за чего вы с ним на ножах?

Альда пожала плечами.

—Вообще-то я не очень в теме, но изначально Тонзеры и Коршины были противниками, в некотором роде нам из-за них пришлось уехать. А вот с Лореном у нас были хорошие отношения. Мы же с ним всегда вместе учились.

—Ясно… Монтекки и Капулетти местного разлива…

—Кто?

—Позже расскажу. Это так, история моего мира. — Поймав заинтересованный взгляд, вздохнула. — Ладно, черт с тобой, уговорила. Ты и мертвого достанешь. Будут тебе истории от Призванной. Но прибыль, чур, пополам.

Лорен, Турион и Ратион разом обернулись на радостный вопль Альды, которая поспешно зажала рот руками, хотя глаза ее при этом сияли. Вот она взяла себя в руки и помахала.

—Прошу прощения, просто только что я заключила очень выгодную сделку.

Турион явно не поверил и хмыкнул, Лорену было все равно, а вот Ратион глянул заинтересованно.

У колясок Наташа твердо отказалась ехать в гости. Никакого желания присутствовать на семейном совете, где ожидается скандал и наезды Туриона, она не испытывала. Альда разрывалась между помощью Лорену и желанием оформить их сделку по историям.

—Лорен уже большой мальчик, — заметила Наташа. — И тебе ведь тоже не хочется видеть то, что там будет. Может, Турион и плохо к тебе относится, но вряд ли его отношение станет лучше, если ты увидишь даже не сам его разговор с отцом, а его последствия.

Альда неуверенно покосилась на Лорена, потом кивнула. Подошла к другу и что-то принялась объяснять. Тот явно не обрадовался, но и возражать не стал. В конце концов, все трое Коршиных забрались в коляску и укатили. Девушки проводили их взглядом.

—Все-таки хорошо, что сегодня я приехала на своей, — сообщила Альда.

—Если бы не я, ты бы отправилась с ними.

—Призванная, какая же ты все-таки скучная и приземленная особа, — обреченно вздохнула Альда. — Никакой романтики у тебя.

—Не-а. Никакой. Я вообще в романтику не верю. Не поверишь, но я даже над финалом Джульетты не рыдала, как подруги.

—Кто такая эта Джульетта?

—Та сама Монтекки… или Капулетти, я уже не помню, кто там, кто. Давно читала… где-то год назад. На спор. Одна подруга заставила, типа это пробудит во мне романтическую душу.

—Не получилось?

—Не-а. Скучно было. Вообще не пойму, чего они там все парились…

—Что, прости, делали?

—Ну это, в общем, проблем развели. Так, короче, раз освободились пораньше, поехали, в дороге будет теперь первая история от Призванной. А дома договор составим. Все, как ты любишь.

—Привыкай. Дружба дружбой, а денежки денежками. И денежные отношения даже между друзьями должны быть оформлены документально, подписаны и заверены.

—А еще говоришь, что я скучная и приземленная. — Наташа первая забралась в карету, устроилась поудобнее, дождалась, когда Альда скажет кучеру, куда ехать, и усядется рядом. — Значит, история другого мира… Ладно, слушай тогда первую. Раз уж заговорили об этих горе-любовниках, она и будет первая. В общем, нет повести печальнее на свете, чем повесть, блин, о Ромео и Джульетте. Все как ты любишь, о романтике, романтиках и романтичных идиотах, что, в принципе, одно и тоже.

Глава 3

Историю Альда дослушала уже в комнате Наташи, куда они вернулись из порта. Вопреки ожиданиям окончание истории о Ромео и Джульетте не вызвало у Альды абсолютно никаких эмоций. Молча выслушала, подумала и сделала неожиданный вывод:

—Парням вряд ли понравится, а вот девушкам зайдет. Слезы будут – гарантирую. Кто бы там у вас ни написал это, но как писатель он талантлив – знал, как играть на человеческих чувствах.

—Что ты имеешь в виду? — удивилась реакции подруги Наташа.

—Согласись, если бы все выжили и все закончилось бы хорошо, то это не вызвало бы такой мощной реакции зрителей. А так и мораль, и трагедия… Определенно сильный автор. Еще из его что знаешь?

—И не только из его, — обиделась непонятно на что Наташа. — И что-то ты не рыдаешь.

—Я? — Альда качнула головой. — А я оценивала историю не как читатель, а как купец – можно ее продать или нет. Как читателю мне этих твоих героев жалко до слез, а вот как купец я аплодирую стоя, как ты любишь выражаться. Так, сейчас быстренько составим договор, потом я набросаю план книги, пробежимся с тобой чтобы ничего не упустила и возьмусь за перо – буду восстанавливать. Не все сделаю как в оригинале – нужно учитывать местную специфику.

Наташа даже растерялась от такого делового подхода. Никогда раньше она не видела свою подругу такой. Обычно Альда в обществе старалась строить из себя этакое глупенькое воздушное создание. Те, кто плохо ее знал – попадались. Сейчас же Альда показалась той стороной, о которой не знала даже Наташа – жестким дельцом, почуявшим выгоду. К чести Альды надо сказать, что эту сторону она показала только тогда, когда Наташа сама согласилась заключить договор. Конечно, она раньше периодически доставала Наташу грандиозными планами по обогащению, но никогда не переходила определенной черты в попытках убеждения. Сейчас Наташа уже сомневалась, что смогла бы долго сопротивляться, если бы Альда сразу включила дельца. Просто от неожиданности сдалась бы.

Договор, кстати, Альда тоже подготовила быстро, тут же набросав черновой вариант, похоже, и его она уже продумала довольно давно. Наташа прочитала, хмыкнула. Все четко, кратко и по делу. Даже не имея знаний о местных законах, все настолько прозрачно и очевидно, что разобрался бы даже последний неуч. Кстати, никаких штрафных санкций не прописано, хотя в тех договорах, которые Наташе читать приходилось они прописывались.

—Ну и зачем это все? — потрясла листом Наташа. — Если я не знакома с местной юриспруденцией, то это не значит, что я не читала стандартные договора. Если ты помнишь, я к Гринверам попала, и там мне пришлось кучу таких вот бумаг перечитать в поисках наследства. Вот это все, может, и имеет какую-то юридическую силу, но без прописанных штрафных санкций все равно пустой перевод бумаги.

Альда пожала плечами.

—Хочешь, пропишу. Но я же не за штрафы, а за честность при дележе дохода. Мама всегда говорила, что там, где начинаются деньги, там заканчивается дружба. Я не хочу, чтобы наша дружба закончилась, вот и прописала, как нам делить эти доходы. Как положено. Чтобы без недомолвок. Я получаю исключительные права на истории твоего родного мира, их литературную обработку, издание и продажу. И это, кстати, не от тебя, а от других хитрованов, которые могут начать печатать твои истории. Тут-то я суду и предъявлю договор.

Наташа задумчиво поглядела на Альду, еще раз перечитала договор. Вздохнула.

—Ладно. Только кое-что поправим. — Она быстро что-то зачеркнула, внесла правки и протянула лист Альде. — Вот теперь можешь переписывать, и подпишем.

Альда заглянула в черновик и удивленно посмотрела на Наташу.

—Мне восемьдесят процентов, а тебе – двадцать? Серьезно? Мы же договорились пополам.

—Альда, — объяснила Наташа, — когда я говорила, я не думала, насколько серьезно все ты воспринимаешь. И уж точно не ожидала вот такого, — она кивнула на лист. — И требовать половину при таких условиях просто нечестно с моей стороны. Я тебе рассказываю только, но основная работа на тебе. Мало запомнить, еще ведь и оформить литературно надо, потом заняться изданием…

—Коршины занимаются издательством. У них хоть и небольшая типография, но для наших целей идеально подходит.

—Значит, мне не показалось там на причале, и Коршин-старший действительно выглядел довольным после твоего крика.

—Ну да, я с ним обсуждала этот проект – было проще воспользоваться его типографией, чем искать, где еще.

—Заговорщики… Ладно, раз уж обещалась… В общем, переписывай и давай подпишем.

—Но двадцать процентов…

—Альда, да меня совесть замучает, если попрошу больше.

—Ну давай возьми хотя бы тридцать процентов! Тем более мы же делим чистую прибыль, а не все. Я учитываю расходы на само издание, раскрутку. Иначе ведь меня совесть замучает!

Наташа махнула рукой.

—Пусть будет тридцать процентов. Но ты действительно думаешь, что получится?

—Наташ, ты же видела у нас книги. Как думаешь, сколько имеется авторов, пишущих развлекательные романы? И какие там сюжеты? Я уже поняла, что твой мир более развит, а значит и количество книг там больше. Больше авторов.

—Ага. Давай я тебе еще про магическую академию расскажу и красавца ректора, ставшего ректором в тридцать лет… Ну иначе мне трудно объяснить, чем он мог привлечь девушку двадцати лет, которую в эту академию зачислили…

—В тридцать? Серьезно? Ректор? Тьфу, да далась тебе эта академия! Ты другое что читала? Вот что-то такое, что рассказала?

Наташа обреченно вздохнула.

—Давай сначала с Шекспиром разберемся. Пусть эта история будет пробной. Если твои предположения оправдаются – тогда уже и поговорим. И об авторах, и о сюжетах. Может, мы еще с тобой детективы издадим! Вот это было бы дело. А еще лучше, если ваши авторы подхватят начинание. Знаешь, как мне здесь детективов не хватает?

—Вот и договорились, — обрадованно кивнула Альда и кинулась переписывать договор, словно опасаясь, что Наташа передумает.

—Кстати, мы еще несовершеннолетние, и наши подписи должны будут завизировать опекуны, — заметила Альда, оформляя договор.

—Что, серьезно?

—Насчет тебя не уверена, надо будет посмотреть юридическое положение Призванных, но лучше все-таки не заморачиваться. Твою подпись визирует госпожа Клонье, мою – отец.

Когда две девушки заявились с подписанными договорами к госпоже Клонье, та удивленно выгнула брови, оглядела их, потом забрала листы и внимательно изучила оба экземпляра, похмыкала, ехидно оглядела парочку, после чего подписала оба экземпляра.

—На будущее имейте в виду, купцы новоявленные, договоры подписываются сразу в присутствии как договаривающихся сторон, так и их опекунов, как в вашем случае. И уж точно оба экземпляра, подписанные одной из сторон, не передаются в руки второй.

Наташа пожала плечами – ей было все равно, а вот Альда серьезно кивнула.

—Извините, действительно не подумала. Спасибо за урок.

Аккуратно свернув и убрав оба экземпляра, Альда умчалась домой, как она сказала, составлять план книги и начинать над ней работу.

—Твой экземпляр, который отец подпишет, я тебе в лицее отдам, — заверила Наташу Альда.

—И куда я влезла? — глядя вслед подруге, пробормотала Наташа.

—Твоя подруга молодец, — не поддержала ее госпожа Клонье. — Далеко пойдет девочка. И тебя заодно растормошит, а то совсем скисла.

—Мне просто скучно. Еще эти совещания с сенатом… Блин! Надо структуру МВД для дяди закончить! К счастью, немного осталось. Он обещал вечером прийти. Я побежала.

Структуру Наташа рисовала тщательно в виде привычной схемы из прямоугольников, в которые вписывала названия управлений. Кто возглавляет, какое подчинение. Ниже уже расписывала кто и чем занимается. Отдел убийств, краж, мошенничества, экономический… Тут Наташа просто поставила многоточие, пояснив, что понятия не имеет, какие еще отделы могут понадобиться для Моригата. Возможно, что-то там для расследования преступлений в магии. Пояснила, что каждым делом должен заниматься профессионал, человек, приобретший опыт на расследовании какого-то одного типа преступлений. Так эффективней.

Потом шли экспертная лаборатория, архив по делам и личностям, отдел судебной медицины. В общем все что вспомнила. Сейчас как раз заканчивала последние пояснения, описывая необходимость наличия в отделах эксперта в магии. Состав стандартной группы на выезд на место преступления из следователя, оперативника и эксперта. В случае наличия трупа – судебного медика. Она как раз заканчивала последнее предложение, когда в кабинет заглянул Гонс Арет.

Наташа приглашающе махнула ему левой рукой, правой выводя последние буквы в предложение. Гонс Арет молча прошел и встал за спиной, заглядывая через плечо, рассмотрел лежащие на столе нарисованные на отдельных листах структуру.

—Я гляжу, ты ответственно подошла к делу…

—Угу. Порой полночи не спала… Это я плачусь, если что. Чтоб пожалели.

—Бедненькая, — насмешливо протянул Гонс Арет, шутливо гладя ее по голове.

Наташа вывернулась и протянула тетрадь.

—Вот. Все что помнила, записала. Конечно, придется адаптировать под местные реалии, я там написала об этом. Ну и схемы тоже. — Девочка аккуратно сложила их стопкой и сунула в картонную папку – лично заказывала такие для бумаг.

Гонс Арет посерьезнел и мельком пролистал тетрадь, просмотрел схемы с пояснениями. Кивнул.

—Вопросы наверняка появятся, но уже есть что представить сенатской комиссии.

—Знаешь, я начинаю ценить абсолютную монархию. Самое главное, там нет никаких комиссий.

Арет рассмеялся.

—Ты только нашим сенаторам такое не ляпни. Ладно, я ушел, надо еще внимательно прочитать твое творчество. Полночи, говоришь, не спала? А вот мне, благодаря тебе, всю ночь спать не придется. И, кстати, хочу у тебя Дарка Врома позаимствовать. Уже набрали силовую группу в следственную службу.

—Оперативники.

—Да хоть как называй. Хочу, чтоб он их погонял.

—Завтра он мне нужен, а вот с понедельника – пожалуйста.

—Договорились. Передай тогда ему, что ждем с утра, он знает где.

—Что, здание, наконец выделили?

—Да. Как раз с осмотра вернулся. Вполне нормально. Главное, внутри почти не придется ничего перестраивать. Ремонт там недавно был – как раз под какой-то совет готовили, но решили нам отдать. Мебель разве что заменить, кабинеты по вкусу организовать. Сейчас вот о бюджете совета спорят.

—Да здравствует абсолютная монархия – светлое будущее всего человечества! Никаких комиссий, никакого бюджета. Дядя, я не хочу об этом даже слышать!

—Понял-понял, ухожу.

Утром Наташа подобрала самую невзрачную одежду, даже от штанов отказалась, надела юбку, покрутилась перед зеркалом. Дочь среднего достатка мещанина. Вроде бы все соответствует, но на всякий случай решила посоветоваться с мамой.

Та даже растерялась, увидев приемную дочь в таком наряде.

—И что это?

Наташа вздохнула, но вынуждена была признаться.

—Мне сегодня на одну встречу нужно, а там лучше не привлекать к себе внимания. В штанах, конечно, удобнее, но по ним каждая собака в Моригате Призванную узнает. И лучше показать мещанку среднего достатка.

—Тогда рубашку смени. Любому понимающему понятно, что она из лирийского шелка. Отрез его стоит как две кареты.

Наташа хлопнула себя по лбу и убежала переодеваться. У лестницы обернулась.

—Мам, мне бы подобрать разного вида одежды как раз на такие случаи. Не везде походишь в твоих нарядах.

—Посмотрим, — вздохнула госпожа Клонье, покачав головой. — И посмотри туфли другие.

Когда появился Дарк Вром даже придирчивый взор госпожи Клонье оказался вполне удовлетворен и не нашел в образе никакого изъяна. Дарк Вром молча простоял на входе, дождался, когда его подопечная выйдет и только в наемном экипаже поинтересовался:

—Ты уверена, что не нужно было сказать о твоей поездке хотя бы Гонсу Арету?

Наташа молча указала на спину кучера.

—Это мой друг, — отмахнулся Дарк. — Он в курсе, кто ты и куда едем. Ты же не думала, что я действительно возьму в эту поездку незнакомого человека? А так он и поддержать нас, если что, сможет.

Кучер при этих словах обернулся, приподнял свою фирменную шапку извозчика, приподнял ее и улыбнулся.

—Дариан Лорг к вашим услугам, госпожа, подал заявление в новую службу, несколько дней назад пришло извещение о зачислении меня в силовую службу.

—О… очень приятно.

—Я Дариана давно знаю, — пояснил Дарк. — Мы с ним, можно сказать, выросли вместе. Потом я уехал в имперский легион, а он завербовался в стражники здесь в Моригате.

—Силовая служба… Хм… Я была против такого названия, это в корне неверно. Может вам и придется оказывать силовую поддержку, но это все-таки другая служба… Хотя, полагаю, Гонс Арет все еще переиграет, я вчера отдала ему наброски структуры, где дала пояснения по действию оперативников и силовой поддержки. Он почему-то решил, что это одно и тоже.

—То есть будет выбор?

—Скорее всего. Вам больше нравится действовать руками или головой? Оперативникам приходится больше ходить и общаться с людьми. Если драться и придется, то это скорее исключение, чем правило. А вот силовая поддержка – тут задержание каких-нибудь опасных преступников, штурм зданий, где они могут спрятаться. Охрана. Смотрите сами, что вам ближе.

—Хм… спасибо, подумаю.

—Ага. Так вот, Дарк, что сможет сделать такого Гонс Арет, чтобы повлиять на ситуацию? От поездки я не откажусь. Он же… ну постарается лишнюю охрану навязать, от которой прока все равно не будет.

—Он будет волноваться…

—О чем не знает – о том не волнуется. Потом, конечно, расскажу. По факту. А сейчас это знание для него лишняя головная боль.

Дарк только головой покачал и пробормотал что-то про то, что, мол, она и есть та самая головная боль. Наташа предпочла сделать вид, что последних слов не слышала.

Вышли из повозки они у городского рынка, ближе к окраине города. Не того, где Наташа обычно бывала с Гонсом Аретом или с подругами из лицея, а того, куда обеспеченные люди забредают крайне редко. Таких бедняцких рынков в Моригате было несколько, в основном они располагались неподалеку от въезда в город. Хоть Моригат и не окружала городская стена, но заставы стояли, были даже что-то вроде небольших крепостей у мостов, своеобразные маленькие форты. Чем ближе к границе города – тем беднее районы. На этих же рынках жители этих бедных районов зарабатывали, продавая въезжающим и отъезжающим всякую мелочь. Ну и сами там затаривались.

—Это точно южный рынок?

Дарк Вром молча указал на солнце. Наташа, прищурившись, посмотрела на него, прикинула маршрут. Кивнула.

—Похоже. Кстати, твой наряд вполне подходящий месту.

—А вот твой нет, — мрачно отозвался Дарк. — Слишком чистый и опрятный, пусть и простой. Ты уверена вообще? Я не стал говорить сразу…

Наташа махнула рукой.

—Поверь мне, именно сейчас я в намного большей безопасности, чем даже находясь дома. Даже если бы я пришла в самом роскошном наряде от Клонье, меня не то что тронуть, даже ограбить не посмели бы.

—Может, все-таки с тобой пойти?

—Нет. Думаю, все-таки хотели видеть меня одну. Полагаю, нас уже давно срисовали те, кому нужно. — Девочка огляделась. — Просто держись от меня шагах в десяти. Прятаться даже не пытайся, иди открыто и всё. Полагаю, к твоему присутствию отнесутся с пониманием.

—Я, конечно, догадываюсь об ответе, но все же спрошу: ты уверена?

—Не знаю. Но от таких приглашений не отказываются. Если уж приглашение присылает сам ночной король Моригата, то стоит хотя бы из интереса его послушать.

—Но заявляться сюда…

—Говорю же, сейчас для меня здесь самое безопасное место. Меня тут будут охранять лучше, чем императора во дворце. Все, я пошла, ты следом. Не скрываясь. Но и не приближаясь.

Наташа развернулась и зашагала в сторону рынка, с интересом рассматривая выложенный товар. Медные кувшины, лампы, разная мелочевка для хозяйства и тут же продавали ощипанных кур, овощи, чуть дальше вдруг раздался визг то ли овцы, то ли барана, который оборвал стук топора. Наташа поежилась и свернула в другую сторону.

—И что же делает этакая цаца на нашем скромном рынке?

Наташа повернулась к какому-то помятому типу в грязной одежде, но не успела ничего сказать, как рядом словно из-под земли материализовались два молодца, одинаковых с лица… Нет, на лица разные, а вот габариты вполне одинаковы. Один крутил в руке небольшой такой камешек, второй просто по-доброму так смотрел на типа.

—Шел бы ты, Хромой.

Дядя как-то резко сбледнул.

—Ох, звиняйте, не понял, что милая девочка с вами…

—Теперь понял. Вали.

Дядя буквально испарился. Тут и раз – уже нет. Один из подошедших повернулся.

—Госпожа Призванная, просим прощения за этот инцидент, но всегда попадаются отдельные индивиды, которые пропускают добрые советы мимо ушей.

Наташа с интересом глянула на этого бугая. Правильная речь настолько не сочеталась с внешним видом, что вызывало когнитивный диссонанс. Но девочка быстро взяла себя в руки. Если на лице и мелькнуло удивление, но всего на мгновение. Удивили.

—Полагаю, он уже всё понял.

—Несомненно. Прошу, тут недалеко за углом ждёт коляска, вас довезут со всеми удобствами.

Наташа на миг даже растерялась. Зачем это? Если уж куда ехать, то могли бы сразу сказать, куда.

—Но… — она оглянулась.

—О, не переживайте, вашего сопровождающего тоже довезут со всеми удобствами. Там ждут две коляски.

Хм… кажется, всё и затевалось, чтобы показать свою силу. Мол, всё знаем, всё видим, ко всему готовы. Ну-ну. Что-то уже театральщиной отдает какой-то. Девочка посмотрела на второго бугая. Но тот молча оглядывался по сторонам. Кажется, тут без сюрпризов: внешность полностью соответствует содержанию.

—Что ж, ведите, Вергилий… О, не обращайте внимания, никак не отвыкну, что то, что у меня на родине понимают все, здесь никому неизвестно. Просто обычная шутка.

В коляску сели только вдвоем. Третий сопровождающий либо был просто силовой поддержкой, либо остался сопровождать Дарка. Посмотрим.

—Простите, не знаю вашего имени.

—Какое имя, госпожа Призванная. Зовите меня просто – Подкова.

—Если бы вас звали Малыш, было бы весьма оригинально… Но Подкова?

—Малыш? — Подкова усмехнулся. — Оригинально. А Подкова… Как-то на спор разогнул десять подков, с тех пор так и зовут. Молодой тогда был, горячий… лет шестнадцать, кажется.

—Впечатляет. А Малыш… тоже шутка моего мира. Так звали одного подручного… разбойника. Он так же обладал примерно вашей статью. Его в шутку и прозвали Малышом.

—Да… было бы весьма оригинально, — подумав, согласился Подкова. — Надо будет подать идею. Мы приехали.

И всё-то? Ехали минут десять и не так уж чтобы быстро. Выбрались. Наташа огляделась. Моригат она знала не очень хорошо, исправлению этого она собиралась посвятить ближайшее время, потому местность не узнала, но квартал выглядел намного более ухоженным и богатым.

—Тут ваш наряд будет в тему… А вот у вашего сопровождающего, боюсь, могут быть проблемы. — И в голосе ни тени насмешки.

Наташа удержалась и не оглянулась, но, кажется, сообразила, для чего всё это, ну кроме проверки, что за ним нет хвоста из солдат. Если бы она нарядилась в соответствии с тем местом, куда приехали изначально, то тут она выглядела бы белой вороной. Нищенкой, зачем-то пробравшейся в приличное место. Ее пофигизм в одежде и пренебрежение общественным мнением, похоже, малость подпортили сюрприз. Это Дарк Вром вырядился в соответствии с местом, а она не заморачивалась, просто, аккуратно и нормально. Ну и понимание, что на месте ее и встретят, и прикроют. Собственно, так и получилось.

—О, я не волнуюсь. Полагаю, вы найдете выход.

—Мы? — даже растерялся Подкова.

—Ну конечно, — без тени сомнений заявила Наташа. И ресничками так хлоп-хлоп. — Это ведь хозяева должны позаботиться о гостях. Чтобы им было удобно и не возникло проблем.

—О… Ну… да, полагаю, мы решим эту небольшую проблему. Позвольте на секунду отлучиться.

Вернулся Подкова и в самом деле быстро. Да и отходил недалеко. Стоило ему только чуть шагнуть в сторону, как к нему тут же подскочил какой-то шустрый дядя, выслушал сообщение и так же быстро исчез.

—Вашему сопровождающему предоставят соответствующий наряд, — сообщил он.

Ага. Прям всегда у них в запасе есть нужные наряды. А если приготовили, значит, и к такому развитию были готовы. Наташа мысленно покачала головой – определенный вывод о ночном короле Моригата она сделала. Точнее, об одном из… Как она успела узнать, таких вот негласных лидеров преступного мира несколько. Каждый руководил или крышевал, сложно сказать, что тут точнее, несколько группировок и территорию. И иногда они собирались вместе для решения каких-нибудь споров, чтобы не устраивать разборок. Порой две или больше группировки объединялись для какого-нибудь большого дела.

Сейчас стало интересно, тот, кто ее пригласил – он выступает только от своего имени или от имени всех ночных королей? Впрочем, гадать недолго осталось.

—Очень хорошо. — Наташа углядела трактир, к которому они направляются. — Мой сопровождающий тоже голодный.

—Не переживайте, его накормят. Прошу.

Хм. Даже дверь перед ней открыли и придержали. Уже от двери было понятно, что сегодня здесь собрались исключительно те, кому положено. Возможно, Наташа была неправа и здесь сейчас присутствуют все ночные короли, хотя вряд ли, конечно, не рискнули бы. Скорее, их представители.

Едва девочка вошла, как от одного из столов поднялась невысокая фигура не очень крепкого на вид мужчины. Хотя крепкий или нет – еще вопрос, но двигался этакой кошачьей походкой. Может, и не сильный, но точно быстрый и ловкий.

—Госпожа Призванная… Хотя о чем это я, вы же предпочитаете, чтобы к вам обращались по имени, — с ходу поприветствовал он, даже изобразил поцелуй руки. Именно изобразил, на самом деле лишь слегка коснулся тыльной стороны руки, тут же ухватил девочку и вежливо направил к столу.

—Господин Альтин Росс, — кивнула Наташа, позволяя увести себя. — Хотя о чем это я, вы же предпочитаете, чтобы к вам обращались по прозвищу Артист. — Теперь уже Наташа была твердо уверена почему этого короля прозвали так.

Альтин улыбнулся.

—Полагаю, стража так и не смогла выяснить мое настоящее имя. Называйте меня как вам удобнее, госпожа Наташа. Можете обращаться «Артист», можете по имени Альтин. Присаживайтесь. Что-нибудь будете заказывать? Уверяю, кормят тут великолепно, потому и предпочитаю устраивать дружеские встречи именно в этом трактире.

—На ваше усмотрение, только если можно, чтобы был какой-нибудь овощной салат. И да, без алкоголя.

—Вы правы, — кивнул Альтин. — Разговор лучше вести на трезвую голову. — Он поднял руку и щелкнул пальцами. — Слышали нашу гостью? Овощной салат, томленный кролик с мясным соусом, сырную нарезку с медом, еще рекомендую кровавую колбаску, объеденье. И да, разных соков, пусть гостья выберет, какой ей придется по вкусу.

Наташа заметила, как в трактир вошел Дарк Вром, уже переодетый в более приличную одежду. Его тут же провели за один из столов, уже накрытый, кстати. И вполне себе прилично накрытый.

Успокоившись насчет Дарка, Наташа устроилась поудобнее на скамье. Еще раз внимательно оглядела зал. За ними наблюдали. Не открыто таращились, а именно так, слегка. Глянут и снова займутся своими делами. Кто-то за столом общался, за другим играли во что-то, похожее на кости, за другими столами ели. Но обязательно кто-то нет-нет да глянет в ее сторону. Кто-то с интересом, кто-то равнодушно, другие с явной злостью.

—Признаться, удивлен, что вы все-таки приняли приглашение, — заговорил Альтин Росс.

—Ну отказываться от приглашения было бы невежливо… Да и интересно. Меня ни разу еще не приглашали на встречу преступные короли. Считайте, женским любопытством.

—И не было страшно? — с интересом спросил Альтин.

—А разве мне тут что-то угрожает? — деланно изумилась Наташа. — Вы же обещали мне защиту от имени всех важных людей ночного города.

—О да, но вы могли бы и не знать наших обычаев.

—По поводу ваших обычаев меня стражники просветили. Но ведь и без этого мне ничего не грозит. Не так ли? Вряд ли идиот встал бы во главе какой-нибудь группировки.

Альтин вмиг перестал улыбаться и посерьезнел.

—Считаете?

—Конечно. Ну или ему не удалось бы удержать власть надолго. И вы, и я понимаем, что если со мной тут что-нибудь случится, то никто не будет разбираться, виноваты вы или нет. Солдаты просто зачистят тут всё по самому жесткому варианту. Все, кому нужно, в курсе на встречу с кем я направилась. Так что ваш интерес в моей безопасности даже больше, чем у моего телохранителя, — Наташа глянула в сторону Дарка, который сидел вроде бы расслабленно, даже слегка пощипывал жареный кусок какого-то мяса, стоявшего на тарелке перед ним, но видно, что он готов действовать в любой момент, даже понимая превосходство противников в числе.

—Вы так считаете? — Альтин остался совершенно спокойным. — Полагаете, вы настолько важны для Сената?

Наташа пожала плечами.

—Ни вы, ни я этого проверять не хотим. Не так ли?

Альтин помолчал, разглядывая сидящую напротив него девочку. Потом усмехнулся.

—Верно. А вы на удивление отважны… или безрассудны, госпожа Призванная.

—Мне это уже говорили. Итак, господин Артист, с какой целью вы пригласили меня на эту встречу?

—Не поверите, просто поговорить. И познакомиться.

—Ну почему же… поверю. Полагаю, вас заинтересовало то, что я стала инициатором создания некоей структуры, призванной как раз бороться с такими, как вы. И вы хотите узнать из первых рук, к чему вам готовиться и чего опасаться. Я права?

Альтин даже растерялся. Всего на миг. Но тут же взял себя в руки.

—М-да. Неожиданно. Сразу показываете, что готовы к откровенному разговору? Хорошо, не будем юлить. Вы решили очистить Моригат от преступности?

Наташа едва не рассмеялась, но Альтин это заметил. Нахмурился.

—Думаете, это смешно?

—Конечно. Преступность родилась вместе с людьми и, к сожалению, полагаю, только вместе с ними и умрет. Нет, таких амбициозных целей я не ставлю. Я уже давно выросла из того возраста, в котором верят в неизбежную победу добра над злом, когда в конце, после победы, все поют и танцуют.

—Тогда чего вы хотите?

—Я? Просто жить. Не думаете же вы, что бегать по улицам и ловить всех мелких воришек – предел моих мечтаний? Что изменится для вас? Как ни печально, но ничего. Ну, первое время раскрываемость преступлений повысится, больше станут ловить, потом вы приспособитесь, и всё вернется на круги своя. Да и опять-таки попадаться будет всякая мелочевка. Вас вряд ли будут трогать… если не обнаглеете. Или вы всерьез полагаете, что сейчас вы настолько хитры, что только поэтому еще на свободе? Если задаться целью, то легко можно переловить всех, находящихся в этом помещении. Хотите, я по описанию из досье узнаю некоторых тут присутствующих? — Наташа огляделась. — Арет Морн, правая рука одного из королей, Тарон Арген, Ларин Тори, Ухват, Огрызок… Кто еще тут?

—Хватит-хватит, — поднял руку Артист, улыбаться он уже давно перестал и теперь смотрел серьезно. — Убедительно… Удивили, госпожа, — на этот раз это «госпожа» прозвучало вполне себе солидно и уважительно. Раньше просто дань вежливости было, не больше. — Полагал, придется общаться с этакой пигалицей, пусть умной… в определенной области, как все призванные.

—Между прочим, ошибочно так считать. Не повторяйте моей ошибки, ознакомьтесь с биографиями всех призванных. Я вот по возвращении из империи так и сделала. И не пожалела. Много нового узнаете. И вот эту вот общераспространенную глупость про «в определенной области, для которой призвали» повторять не будете.

—Ну что ж… Пусть будет так…

В этот момент как раз принесли еду. Трактирщик самолично споро расставил тарелки перед Альтином и Наташей. Перед первым – мясо, перед девочкой – тарелку с салатом. Тут же на середину стола добавилось блюдо с разными типами нарезки сыра, глиняный горшок с медом, хлеб.

—Томленый заяц будет минут через двадцать, — сообщил трактирщик и покосился на Альтина. Тот небрежно отмахнулся, и трактирщик торопливо удалился.

—Продолжим. — Альтин задумчиво глянул на накрытый стол, на Наташу. — Значит, говорите, мы известны… Что ж не арестуют?

—Вы же знаете ответ.

—Человек падок до денег…

—Намекаете на коррупцию? — Наташ махнула рукой, потом пригляделась к салату, взяла вилку и немного попробовала. — Хм… Неплохо. Неожиданно. Так вот, взятка стражникам там или даже десятнику… Вы же понимаете, что для серьезных людей это даже не на чай? Вы на свободе до тех пор, пока не беспокоите этих самых серьезных людей. И вы сами это знаете. Я тут, опять-таки перед встречей, почитала кое-что по статистике. Так вот, преступность остается на постоянном уровне уже многие годы. Как я понимаю, это всех устраивает.

—Но тут пришли вы…

—Но тут пришла я, — согласилась Наташа. — И вы настолько заинтересовались, что я буду делать, что сочли необходимым познакомиться лично. Как ни странно, но меня тоже все устраивает. Знаете, как говорит мой отец? Стражники догоняют и ловят, воры нарушают законы и убегают. Иногда они встречаются, и тогда вор садится в тюрьму. Каждый занимается своим делом. А вот когда начинается беспредел… Тут уже будет жестко.

—Беспредел? Что подразумеваете под этим вы?

—Например, когда вор убивает стражника только за то, что тот выполняет свою работу. Папа считает, что такого не прощают и обязательно постараются такого вора найти. Рано или поздно.

—И что же такому гипотетическому вору делать, если он не хочет сесть в тюрьму?

—Завязать с ремеслом. Давайте откровенно, ваши воры… Ну сколько они там воруют на рынках? Даже в самый удачный день – это мелочевка. Неужели за это стоит рисковать жизнью?

—Так уж и жизнью? Насколько я помню законы…

—Которые скоро будут пересмотрены. За убийство стражников при исполнении сразу максимальный срок… Вплоть до… Ну вы понимаете. С другой стороны, за кражу разной мелочи законы будут менее строги. Я сумела убедить сенатскую комиссию, что не стоит городить лишнюю жестокость за воровство булочек. Как показывает история… Не вашего мира, не помогает это. К тому же у вас будет возможность защищать ваших на суде. Всё говорить не буду, просто пока не знаю, сколько из сказанного мной примет комиссия.

—Верится с трудом.

Наташ доела салат и отложила вилку.

—Интересно было бы узнать рецепт. Господин Альтин, я не призываю ни в коем разе верить мне. Но вы же сами понимаете, что с моим появлением что-то, да изменится. Смысла мне врать нет, либо вообще ничего не говорить, либо говорить правду.

Альтин некоторое время молчал.

—То есть не зарываться… И всё?

—И всё. Зарываться и без меня не нужно, и вы, судя по всему, это понимаете лучше меня. Опять-таки, я не герой эпоса типа вашего Элозора Светлого, повергающего врагов взглядом ослепительным. — Альтин усмехнулся такому сравнению. — Потому не верю в победу там, где она невозможна. Вас, я имею в виду ночных королей, найти можно, и это даже не сложно. Можно и арестовать, и даже казнить. Но что будет дальше? Мне ведь даже гадать не надо, просто вспомнить кое-что из истории моего мира, где такое пытались сделать. Все эти шестерки, которых раньше держал страх в определенной узде, мгновенно теряли берега и начинался хаос. Кровавый хаос. Любые усилия по наведению порядка приводили только к большему хаосу. И так было до тех пор, пока новые короли не брали власть и не наводили порядок. Хотя, конечно, поголовье преступников сильно уменьшалось к этому времени.

—Разве это для вас плохо?

—Я тут поговорила со стражниками… Плохо… Хорошо… Гибнуть будут многие, в том числе непричастные. Самые беззащитные – первыми. И стражники, которых отправят наводить порядок. Полагаете, они мечтают погибнуть в таком кровавом хаосе? Они мечтают вернуть домой с заработанной копейкой, вырастить детей, нарядить жену.

—То есть вы пытаетесь убедить, что ничего не изменится?

—Почему? Изменится. Я же говорила, что лучшая работа службы порядка увеличит раскрываемость преступлений. Но также я уверена, что вы приспособитесь. Наши же приспособились как-то. И я так же понимаю, что при всем желании не смогу запретить беднякам воровать на рынке, обчищать карманы. Я прошу просто не увлекайтесь.

—Воровать не больше определенной суммы в день? — рассмеялся Альтин.

Наташа улыбнулась.

—Нет, до такого маразма не опущусь. Просто попрошу смотреть, у кого воровать. Одно дело обчистить какую-нибудь матрону из тех клуш, что ходят в ателье моей мамы, для которых те деньги, что они берут на рынок – это всего лишь расходы на день, а другое какую-нибудь крестьянку, для которой заработанные деньги с продажи продуктов – единственная возможность до следующего урожая содержать детей.

—Я тебя услышал, — серьезно кивнул Альтин Росс. — Сам не люблю таких наживальщиков.

—Почти Робин Гуд, — и Наташа тут же пояснила. — В моем мире есть такая легенда о благородном разбойнике, которого звали Робин Гуд. Грабил богатых, отдавал награбленное бедным, за что о нем сложили легенды… Только вот циники добавляют, что грабил он богатых, потому что с бедных взять нечего, а, отдавая часть награбленного бедным, обзавелся великолепной разведывательной сетью, благодаря которой ускользал от охотившихся за ним стражей. А легенды о нем сложили уже позже те, кого он не грабил.

—Занятная история, — Альтин не скрывал хорошего настроения. — А вы какого мнения?

—Как заметила моя подруга, я законченный циник без капли романтики. Я даже над любовными романами ни разу не плакала.

—Это серьезный аргумент, — важно кивнул Альтин, но не выдержал, расхохотался. — Что ж, госпожа Призванная, я понял вашу позицию. То есть против воровства у клуш вы не возражаете, но против воровства у простых людей?

—Не то, чтобы не возражаю, — пожала плечами. — Поймают – вор ответит. Нет… Ну на нет и суда нет.

—Не любите вы клиентов вашей матери… Не любите… Ай-я-я-ай…

—Честно, мне все равно. Некоторые из них меня бесят, другие в чем-то симпатичны. Но… Для них ведь эта кража – приключение в их размеренной жизни, о котором они будут с придыханием и ужасаясь рассказывать в том же салоне с такими подробностями, словно у них не кошелек срезали, а произошло как минимум вооруженное нападение банды с ножами и дубинками. Слышала такое лично. О, а вот и ваш разрекламированный томленный заяц. Попробуем…

Некоторое время ели молча. Альтин с интересом поглядывал на Наташу, но терпеливо ждал, когда она наестся. Когда девочка уже немного подкрепилась, он заговорил сам, в основном рассказывал о нелегкой жизни романтиков большой дороги. Наташа сыто кивала. В общем, разговор пошел ни о чем или одно и то же муссировали по новой. Альтин разными словами спрашивал о чем-то, что волновало его, Наташа отвечала. Поскольку изначально она врать не планировала, то и не заморачивалась с ответами, говорила как есть.

—Я вообще не очень люблю убийц. Полагаю, как любой нормальный человек. Не поймите неправильно, если кто-то на меня нападет, то, думаю, смогу и убить при самообороне. Но целенаправленно к этому готовиться? Нет, такого я никогда не пойму.

Альтин так же сыто кивал в ответ. В конце концов, он решил, что разговор окончательно превратился в какое-то философствование о добре и зле.

—Что ж, госпожа Наташа, признаться, разговор вышел даже лучше, чем я ожидал. Нам есть о чем подумать. Жорн!

К столику тут же подскочил невысокий человечек, одетый как обычный мещанин, за которого его и можно было бы принять, если бы не цепкий взгляд.

—Артист?

—Проводи наших гостей. Проследи, чтобы они спокойно и без проблем добрались до дома.

Названый Жорн оглядел Наташу, хмыкнул. Судя по тому, что он просьбе не удивился, это тоже было обговорено заранее.

—Мне бы хотелось по рынку пройтись, раз уж я здесь.

Альтин удивился, но тут же собрался.

—Как скажете. Желание гостя… Жорн, позаботишься?

—Конечно. Проблем не будет.

—Что ж, тогда я вас оставляю. — Он первым встал и направился к выходу. Буквально через пять минут в трактире остались только они втроем: Жорн, Дарк и сама Наташа.

Жорн приглашающе махнул.

—Прошу, госпожа Наташа, господин Дарк. Карета ждет вас. Следуйте за мной.

Дарк Вром мрачно глянул на девочку, явно недовольный задержкой, но промолчал, пристроился сбоку, чуть позади девочки и следом за ней зашагал к выходу.

Глава 4

До рынка их доставили так же быстро, как и с него. Причем на той же самой повозке, только сейчас на ней ехали втроем, а потому Дарк предпочитал молчать, только поглядывал по сторонам. Ему явно не нравилась идея прогулки по рынку на окраине города. Но раз Жорн не выглядел сколько-либо озабоченным или встревоженным, значит, им ничего не угрожает. Да и вряд ли он один будет за ними присматривать.

У рынка, выйдя из повозки, Наташа несколько раздраженно одернула платье, приводя его в порядок, ну редко она носила платья, редко! Не привыкла. Перебросила сумку через плечо и первой зашагала вдоль рядов, посматривая по сторонам. Дарк пристроился позади нее с левого бока, а Жорн, закинув руки за голову, неторопливо шел чуть в стороне и посвистывал, словно его ничего вокруг не интересовало и вообще он тут просто прогуливается.

—Госпожа, вы уверены? — все-таки не выдержал и спросил Дарк.

Наташа хмыкнула и мотнула головой в сторону.

—Посмотри, видишь вон того мужика в шляпе, изображающего похмелье?

—Изображающего?

—Ага. Слишком пристально он посматривал на нас… О, вот, видишь, к нему подошел еще один…

—Кажется, он малость испугался…

—Ага. Видно, объяснили, что нас трогать не стоит. Вор. Присмотрись к его рукам. Какой он пьянчуга? У него руки изящные и тонкие как у музыканта. Карманник, скорее всего.

—Поражен вашей наблюдательностью, — вмешался Жорн, незаметно подошедший к ним. — Кстати, его так и зовут – Музыкант. Его не было в городе… и не должно было быть. Видно, вернулся зачем-то, потому и не знал о вас… Его предупредили.

Наташа вежливо кивнула, а Дарк с каким-то новым интересом посмотрел на Жорна.

—Но все же, зачем нам эта прогулка? Вы серьезно собираетесь что-то тут купить?

—Кто знает, — пожала плечами девочка. — Иногда в куче мусора попадаются такие бриллианты… Но вообще-то я просто город изучаю. Когда еще получится прогуляться по таким местам с такой надежной охраной.

Жорн рядом хмыкнул.

Мимо них попытался протиснуться какой-то мальчишка лет девяти, но был ухвачен за руку у самой сумки Наташи Жорном, аккуратно развернут в другую сторону и направлен ускоряющим пинком в руки другого мужчины, который моментально скрылся с пацаном в толпе. Наташа покачала головой.

—Уже две попытки ограбления за десять минут.

—Вы выделяетесь, госпожа, — спокойно отозвался Жорн. — Ваш наряд очень аккуратен, и видно, что стоит столько же, сколько три на выбор из тех, что носят девушки тут.

Девочка пригляделась к одежде местных и кивнула. Ну да, наряд она подобрала простой, только чистый и аккуратный. Те же, кто жил в этом районе, не могли позволить себе несколько смен одежды и носили одно и то же постоянно. Потому разница сразу бросалась в глаза – у местных она была потрепанной, засаленные рукава, заплатки тут и там. Действительно, отличались. Неудивительно, что они привлекли внимания всех местных воров. И то, что за это время их попытались ограбить всего два раза, явно заслуга местных ночных королей.

—Да уж… Я ведь впервые в таком районе города, так что плохо представляла, что надеть. Но и ладно. — Наташа увидела лоток, на котором какая-то женщина торговала явно самодельными деревянными игрушками, и направилась к ней. — Это ваш муж делает? — поинтересовалась она, изучая какую-то змею, собранную из сегментов на толстой нитке. Снизу у хвоста и головы крепились две тонкие палочки, за которые змею полагалось держать. За них Наташа и ухватилась, помотала ими, изображая ползущую змею. — Круто. И раскрашена как настоящая. В темноте не отличишь.

—Муж, госпожа, — ответила продавщица. — А раскрашивал сын. Он очень хорошо рисует.

—Правда? У вас есть его рисунки? — мгновенно заинтересовалась Наташа. — Видите ли, я тоже рисую…

Продавщица даже растерялась.

—Тут немного, — она неуверенно достала из лежащей рядом сумки свернутые листы бумаги…

Наташа моментально ухватила их и развернула. Там и правда были рисунки, точнее наброски, сделанные углем. Где-то его втирали пальцем, чтобы сделать тени или фон, где-то чертили тоненькой обожженной палочкой.

—Хм… — Наташа отодвинула листки от себя на вытянутых руках. — Это, как я понимаю, вы… а это?

—Мой муж, госпожа. А это младший сын.

—А сколько лет вашему сыну?

—Пятнадцать… он после болезни плохо ходит, помогает раскрашивая игрушки…

—Хм… — задумчиво повторила Наташа. — Не сказать бы, что шедевр, но кто я такая, чтобы судить… Вот что, я покупаю эту змею, буду Альду пугать – она змей ужас как не любит, — Наташа предвкушающе улыбнулась. — И, если согласитесь, куплю все рисунки вашего сына. — Наташа сунула руку в сумку и достала кошелек. Отсчитала монеты и выложила на лоток. — Столько хватит?

—Это… это слишком много, госпожа…

—Значит, хватит, — кивнула Наташа. — Так что, я забираю рисунки?

—Да-да, конечно, госпожа, — женщина суетливо свернула все листы и протянула девушке. Наташа кивком поблагодарила и сунула их в сумку следом за кошельком. Туда же положила и змею.

—Скажите, а краски для раскрашивания он где берет?

—Сам делает, госпожа. Из растений разных. Мой муж и старший сын по его просьбе приносят домой, он из них и делает. Вечно что-то варит там…

—Вот оно как… А что ж он картины свои углем пишет, а не красками?

—Так не знаю я, госпожа… Он говорит, что эти краски не годятся для бумаги – расплываются, но на дерево хорошо ложатся.

—О… получается, он делает краски на водной основе… — Наташа огляделась, заметила нужное и быстро отошла к другому прилавку, вернулась буквально через три минуты с бутылкой. — Вот, тут льняное масло. Посоветуйте ему выварить это масло и сделать краски на его основе, возможно, тогда ему удастся сделать краски для бумаги. Будет возможность, загляну еще к вам, надеюсь увидеть новые рисунки.

—А… да… конечно… госпожа… — Женщина осталась стоять с бутылкой в руках, раскрыв рот, а Наташа уже удалялась, заложив руки за спину и поглядывая по сторонам.

—Скажи честно, тебя действительно рисунки заинтересовали?

—Не поверишь, — хмыкнула Наташа, — меня заинтересовала именно змея. Она смотрится как настоящая.

—Альду пугать?

—Ага, — честно ответила Наташа и улыбнулась. Дарк поежился и что-то пробормотал про крепкую женскую дружбу. — Ну и раскрашены остальные игрушки мастерски. А змея вообще классная. Действительно ведь здорово, даже чешуйки прорисованы. Про рисунки я уже так спросила, просто почувствовала, что тот, кто так сумел раскрасить дерево, не может не рисовать.

—И тебе рисунки на самом деле понравились?

—Да. В плане художественной ценности, конечно, так себе. Чувствуется, что рисовал самоучка. Пропорции нарушены, перспектива хромает, но сам метод рисования… Очень твердая рука. Похоже, он учился рисовать с натуры, всё рассматривая и запоминая. Отсюда и такая точность в деталях и такое мастерство в раскраске. Ты обратил внимание, что животные у той продавщицы по-разному раскрашены? Те, которые водятся здесь, трудно отличить от настоящих. А вот те, которых ее сын не мог видеть, там дана воля фантазии. Видно, что с чужих слов раскрашивали. То ли с рассказов моряков, то ли купцов. Отец его, кстати, тоже бывший моряк, скорее всего, видно, сделаны они лучше, чем раскрашены. То есть отец видел этих животных, а вот сын только слышал.

—Теперь я понимаю те слова про Призванных, что слышал раньше, — задумчиво протянул Жорн. — Эта была тетка Дорна. Ее муж Торин и правда бывший моряк, но когда родился сын, ушел из флота и устроился столяром в Моригате. Эти игрушки так, развлечение для него и дополнительный заработок. Хотя, скорее, способ порадовать калечного сына… Лиэн. Он три года назад серьезно заболел, думали, не выживет. Выздоровел, но с тех пор ходит с трудом.

Наташа кивнула. Подумала. Покосилась на Жорна.

—Вам жалко его?

Жорн пожал плечами.

—Хороший пацан. Но с таким… хм… дефектом… он так и останется на шее родителей.

—Дефектом, м-да. — Наташа достала рисунки, пролистала, убрала. — А ведь мог бы… Вот что… Художник из меня не получится… по характеру. Усидчивости не хватает. Но раз так… — Наташа достала блокнот, карандаш и начала писать. Выдернула листок и протянула его Жорну. — Не ищите подвоха, просто… а, трудно объяснить, — махнула рукой Наташа. — Короче, можете это отнести этой семье? Мой адрес. Если сам Лиэн плохо ходит, пусть придет кто-то из их семьи. Я готова оплатить ему уроки рисования. Возможно, не у самого лучшего художника столицы, но подберу нормального. Если он готов учиться, то… ах да… он совсем не ходит?

—Ходит, но медленно.

—Если уж его отец плотник, мог бы и коляску на колесах для сына сделать…

—Коляску?

—Ну что-то типа кресла, но на колесах. Тогда ему можно будет добираться… с помощью брата. Ну это если захочет. И если семья согласится принять помощь.

Жорн задумчиво принял листок.

—Это не дешево…

Наташа раздраженно махнула рукой.

—Не дороже денег. — Видно было, что настроение ее испортилось, и от былой расслабленности не осталось и следа. — Короче, если согласны, то пусть привозят этого Лиэна. Хотя лучше сначала с отцом его поговорить, полагаю он захочет это сделать. Дарк, пора возвращаться.

Жорн задумчиво посмотрел вслед уходящей девочке, сунул записку в карман, махнул кому-то рукой: «Присмотри мол», а сам зашагал в другую сторону.

—Серьезно? — повернулся к ней Дарк Вром, когда они покинули рынок и их встретил Дариан со своей повозкой. Похоже он ждал их тут всё время.

Наташа мрачно посмотрела на него.

—Не спрашивай… Хотя спрашивай, всё равно не поймешь. Я ведь тоже училась на художника, ты же знаешь. Но я не говорила никому… Да ты и не знаешь всего обо мне, это я Гонсу говорила. В общем, был момент, когда нам с папой реально нечего было есть… когда пришлось уехать оттуда, где я родилась. Там война началась. Какая уж тут учеба. Скорее просто отвлечься. Но естественно, не до учебы было. Папа меня в эту школу отдал скорее чтобы я дома не сидела, хоть чем-то занялась… Сам понимаешь, какое у меня настроение было… Ну и отношение к занятиям соответственное. Как-то так. А тут… Пацан талантлив, но без обучения его максимум – раскрашивать деревянные игрушки.

—Ты хочешь помочь не ему, а себе в его лице?

—Понимай как хочешь, — махнула рукой Наташа. — Только сейчас у меня реально столько уже денег разных премиальных, что иным на всю жизнь хватит. Вдруг он станет известным художником? И лет через двести все будут рассматривать его картины и говорить, что впервые его талант заметила некая Призванная, которая оплатила учебу и подарила миру великого художника…

Тут уже Дарк не выдержал и расхохотался. Дариан Лорг на козлах тоже подозрительно трясся.

—Да ну вас, — обиделась Наташа. — Я тут, можно сказать, себе имя обеспечиваю в истории, а вы смеетесь.

—Не буду больше, — махнул рукой Дарк. — В любом случае, это не самый плохой способ потратить деньги. Ты лучше скажи, что по этой встрече? Вот те разговоры про правила и общие интересы… Ты серьезно? Думаешь, они прониклись твоей идеей про «кто-то догоняет, кто-то убегает»?

Наташа махнула рукой.

—Забудь. Это всё прощупывание и обозначение позиций. Ты же не думаешь, что все там гостившие прониклись и согласились на какой-то непонятный негласный договор? Хотя именно Альтин Росс, может, и согласился бы, решай он всё в одиночку. Вполне в его духе было бы. Вот только… когда-нибудь любовь к театральности его погубит. Метко его прозвали Артистом.

—К чему ты?

—Да ко всему в целом. Идея о встрече ведь явно от Альтина исходила. Он умен, не спорю, очень умен, если сумел подняться на вершину власти в теневом мире, да еще и сумел протолкнуть и организовать такую вот встречу с остальными такими же. Но… — Наташа пощелкала пальцами, пытаясь подобрать слова.

—Но Артист?

—Как ни странно, да. Его любовь к постановкам, пустить пыль в глаза. Подбросить мне в карман записку с предложением встретиться и с гарантиями безопасности. Просьба сообщить о решении ответной запиской, которую следовало положить в шляпу нищего у подножия храма верховного бога. Потом эта встреча. Отправить нас в самый бедный район города, а потом увести оттуда в другой район побогаче. Подготовленные повозки, причем, подозреваю, там еще несколько было на случай, если со мной было бы больше людей. Сама эта встреча в трактире. Это всё представление для нас, ширма, показать, какой он умный, предусмотрительный, талантливый. Нет, может, для местных, неизбалованных разными сериалами, детективными книгами и разными репортажами из жизни, всё и выглядит оригинально, заставляя верить в могущество некоего теневого короля, все видящего, все предвидящего. Но для меня… Постановка любительского театра средней величины города.

—Даже так?

—Ну, может, это просто я такой вот циник, который самым сложным явлениям предпочитает давать простые объяснения. Бритвы Оккамы там всякие. Разговоры с отцом очень помогли взглянуть на всё это со стороны. Записка в кармане? Серьезно? А не проще ли подойти на улице и поговорить? Что, подходящей одежды у них не нашлось? Или человека, способного нормально вести себя в центральных районах города? Было бы убедительней.

—Но ты же поверила.

—Не сразу. Сначала выяснила у стражи, кто такой этот Артист… вот серьезно, подписать записку не именем, которое он не скрывал, а кличкой… Артист, блин. Потом уже целенаправленно расспрашивала всех стражников, особенно тех, кто служит в тех районах. Потом несколько дней потратила, изучая архивы стражи и тюремные.

—Это когда ты узнала некоторых в таверне?

—Ну да. Фотографий у вас нет, преступников стараются описать. Так подробно, как могут. Большинство из тех, кого я узнала, имеют какую-нибудь характерную деталь, которую писцы у стражей добросовестно описали. Несложно. Так что в представления и я умею.

—Тогда чего они хотели, если, как ты говоришь, не заключить негласный договор?

—Ну Артист, может, и был бы не против, для него это стало бы новым представлением. В театре ведь все следуют своим ролям, что я и предложила. Ему понравилось, я видела. Только вот остальные там люди попроще и поконкретнее. И таких большинство. И согласились они на эту встречу исключительно из-за того, чтобы понять, чего от меня ждать. Все-таки я стою у истоков новой службы, которая будет противостоять им.

—А ты не боялась, что они… это…

—Убьют меня? Опасалась, я же не идиотка, всё-таки, но слегка. Моя смерть не остановит появление службы, ускорит, скорее. Зато, как я и говорила, стража перевернет там все вверх дном и не успокоится до тех пор, пока не уничтожат всех, даже косвенно виновных в моей смерти. И они прекрасно это понимали.

—Если, как ты говоришь, эта встреча ни на что не повлияет, зачем тогда вообще согласилась?

—Интересно стало. Полагаю, рано или поздно все равно пришлось бы встретиться. Ну и заодно донесла свою позицию. Какой там они вывод из всего этого сделают – неважно, но какой-то сделают. Будем смотреть.

Гонс Арет не ругался, только смотрел так, что было ясно без слов. Наташа с видом провинившейся школьницы застыла перед ним чуть ли не по стойке смирно, глядя в пол. Оставалось только ручки перед собой сложить в молитвенном жесте, но до такого девочка опускаться не стала.

—Всё? — очень уж спокойно сказал Гонс.

—Да.

—Выпороть бы тебя… — мечтательно протянул бывший член совета магов. Наташа опасливо покосилась на него, но тут же снова поспешно уставилась в пол. — Не-е-ет, — вдруг протянул он. — Это было бы слишком милосердно. Я знаю, что я сделаю. Я всё расскажу тетушке.

—Что?! — смиренный вид мигом слетел с Наташи и она возмущенно уставилась на Гонса Арета. — Это нечестно! И вообще… Это будет смешение личной жизни и работы, а это непрофессионально, вот!

—Твой папа так говорит? — с интересом спросил Гонс.

—Да!

—А что бы твой папа сказал по твоим сегодняшним действиям?

Наташа засопела и отвернулась, но честно призналась:

—Наверное, впервые в жизни выпорол бы.

—Я с этого и предложил начать, — кивнул Гонс Арет. — Вот скажи мне, ради всех богов, зачем ты вообще поперлась туда? На кой тебе была нужна эта встреча?

—Познакомиться, — пожала плечами девочка. — Полагаю, пригодится.

—Ты вообще нормальная? — с каким-то нездоровым интересом спросил Гонс Арет. — Может, мне попросить врачей тебя обследовать?

—Ваши врачи не помогут, — хмыкнула Наташа. — Тут, если кого и привлекать, то психологов, а у вас таких нет, я смотрела.

—То есть с тем, что ты ненормальная, ты согласна?

Наташа пожала плечами и отвернулась.

—Молчишь? Ладно, допустим… Только допустим, какую-то пользу ты из этой встречи извлекла, но неужели так трудно было поставить меня в известность?

—Вы бы запретили.

—Конечно запретил бы!

—Ну вот.

Гонс Арет устало потер виски.

—Я с ума сойду с тобой. Ты думаешь, действительно была какая-то польза от встречи?

—Да. Я наладила определенный контакт. Поверьте, это может быть полезно. В обычной ситуации они, конечно, нам не помогут, но в случае чего серьезного это может пригодиться.

—Например?

—Например, как с делом посла империи. Полагаете, ночным королям нужно вторжение в республику вражеской армии? Если бы у меня тогда был выход на них, они бы мне в течение дня раздобыли всю информацию и о лошадях, и обо всем другом. Во-вторых, если вдруг появится маньяк…

—Кто?

—Массовый убийца… Тот самый человек, которому убийство доставляет удовольствие. И он убивает просто так… Неужели у вас таких не появлялось?

Гонс Арет помрачнел.

—Было… Тогда убивали молодых девушек.

—Молодых, старых, детей, у каждого такого маньяка свой сдвиг, они не разбрасываются. У кого-то детская травма – его унизила светловолосая девочка. Мальчик вырос и пошел убивать всех светловолосых девочек. Или авторитарная мать, которая задавила его. Тогда убивать будут женщин, похожих на мать. Это, кстати, как раз психология, которой у вас нет.

—Откуда такие познания?

—Газеты, репортажи, рассказы…

—У вас такое пишут?

—Чего только у нас не пишут. Но я про то, что такой псих тоже никому не нужен и помощь в его поимке тоже может быть неоценима.

—И ночные короли согласились помочь?

—Не все, конечно, там дальше видно будет. Своих выдавать они не будут, но тут этого и не нужно, а вот в серьезных ситуациях. Ну и я просто очертила определенную границу, которую пересекать не стоит.

—Убийство?

—Можно снова заработать деньги, можно поплакаться о потерянной вещи, но никогда не получится вернуть жизнь. Как-то так. И мы должны примером показать, что если такое случится, то убийца будет найден и наказан.

—Я с тобой с ума сойду, Призванная, — устало отозвался Гонс Арет, откидываясь на спинку кресла. — А знаешь что? Я сделаю по-другому. Ты ведь все равно не остановишься и будешь поступать, как хочешь? В общем, фиг тебе, а не консультант! Я буду настаивать перед председателем Сената выделения полной ставки моего заместителя. Как ты там пошутила? Заместитель руководителя совета по консультационной части? Вот и будешь официально заместителем. Со всеми регалиями и званиями, а значит и субординацией. И только попробуй после этого поперек приказа что-то там сделать!

—Эй! Какой я вам там заместитель со званием? Я глубоко гражданский человек! И, кстати, я знаю, что такое субординация. Если заметили, я после встречи сразу к вам пошла с докладом.

—Просто потому, что скрыть такое не получилось бы.

—А вот и нет. Я не путаю личное и рабочее. Я могу не сказать заранее о такой встрече, чтобы не терять время на убеждение, но о результатах рассказать обязана.

—Хорошо, убедила. Но если дать тебе звание и включить в цепочку субординации, то это сделает способ держать тебя в узде более эффективным. И если понадобится, то я сделаю это. Всё, иди отсюда, пока в самом деле не выпорол.

Наташа выскочила из кабинета. В коридоре ее ждал Дарк Вром, который сейчас подпирал стену. Заметив девочку, усмехнулся.

—Досталось?

Наташа мрачно кивнула.

—Представляешь, он сказал, что будет настаивать, чтобы я получила звание в новой структуре и стала его официальным заместителем.

—О… Хм… — Дарк Вром задумался. — О! А хорошая идея.

—И ты туда же? — обиделась Наташа.

—Зато ты не будешь выкидывать такие вот коленца.

—Кто это сказал?

—Знаешь такое слово: нарушение приказа?

Наташа наградила телохранителя мрачным взглядом.

—Мой отец, между прочим, имел звание, хоть и не военное, а службы юстиции.

—И чтобы с ним было, если бы он отчудил нечто похожее?

—Он бы не отчудил хотя бы потому, что его никто не стал бы останавливать. Естественно, ему пришлось бы поставить в известность кого положено, возможно, получить приказ. Ну или потом уже оформить всё как оперативную разработку… — Наташа задумалась? — Хотя за последнее могло и влететь, он все-таки не оперативник, и оперативные разработки не его профиль, у него в основном кабинетная работа… — Тут Наташа задумалась уже всерьез, а потом тихо добавила: — Или он мне нагло врал…

Дарк Вром счел за лучшее сменить тему.

—Так что теперь делать будешь?

—Да ничего, — пожала плечами. — Какие бы ни были причины, но Мэт Свер никогда на такое не пойдет, даже если согласится с Аретом. И дело даже не в нем, а в остальных сенаторах. Призванная там или нет, но включить девушку в военизированную структуру, да еще присвоить звание? Да звание не последнее, близкое по статусу к заместителю военно-морского совета. Да они там скорее удавятся.

—Боюсь, ты права, — хмыкнул Дарк. — А жаль, отличная идея, как контролировать твои выходки.

—Я просто время сэкономила. Если бы я сразу сказала все Гонсу Арету, пришлось бы потратить где-то неделю, убеждая его, что для меня там опасности нет. Потом отбиваться от навязанной охраны. Да он и сам понимает, что согласился бы, потому даже не ругался особо, только смотрел так сердито. В воспитательных целях.

—Знаешь… я рад, что ты не моя дочь.

—Ага. А кого вы ожидали получить, призывая того, кто может разыскивать преступников? Девочку-одуванчика, вышивающую гладью?

—Чем?

—Гладью.

—Это как?

Наташа задумалась.

—Понятия не имею, — похоже, она даже сама удивилась этому факту. — Просто такое выражение есть, я повторила, но никогда не задумывалась, что такое вышивка гладью… Я в своей жизни вообще ни разу ничего не вышивала. Ни гладью, ни не гладью.

—Не удивлен, — хмыкнул Дарк. — Какие дальнейшие планы?

—Лично я отдыхать. Находилась сегодня – ноги отваливаются. Завтра в лицей… Кстати, Гонс Арет сказал тебе про занятия с новичками?

—Сказал. С утра и пойду, посмотрю, что там за люди… Надеюсь, ты пока меня не будет, никуда не влипнешь?

—Да куда мне влипать? С утра чуть покатаюсь на подаренной лошадке, потом в лицей, потом Альда лелеет надежду затащить меня к Коршиным. Видно, придется соглашаться. Так что никуда вляпываться, как ты выражаешься, не планирую.

До дома Наташа добиралась в экипаже, выделенном от щедрот новой службы Гонсом Аретом. Дарк Вром дождался, когда Наташа скроется в доме, отправился к себе…

Ничто не предвещало… Этой фразой можно начинать большинство приключенческих историй. Хотя Наташа с присущим ей, как она полагала, здравомыслием всегда предпочитала держаться подальше от всяких неожиданностей, в общем-то правильно полагая, что большинство неожиданностей с людьми происходит вследствие нежелания последних хоть немного подумать о последствиях своих поступков. Так что, прежде чем что-то сделать, она всегда сначала старалась всё трезво обдумать. Потому ей хотелось думать, что выходила она из экипажа при неожиданной встрече с Альтином Россом всё трезво обдумав.

Ну как при встрече… Альтин сам ждал ее у лицея, вполне себе целенаправленно, судя по тому, как уверенно он зашагал к Наташе, стоило ей показаться из экипажа.

—Госпожа Наташа, — вежливо поприветствовал Альтин, чуть поклонившись и приподнимая шляпу.

Наташа обернулась и смерила подошедшего пристальным взглядом. И куда делся тот мещанин, что сидел в трактире? Сейчас перед ней стоял настоящий франт. Дорогой костюм из лирнейского шелка, шляпа, начищенные до блеска туфли, трость с набалдашником из слоновой кости.

—«Как денди лондонский одет», — задумчиво протянула девочка.

—Простите, что? — растерялся Альтин.

—О нет, не обращайте внимания, это так, к слову… В школе учили… Когда читала, никак не могла представить как это одет как лондонский денди…

—Хм… — Альтин растерялся. Видимо не такое впечатление хотел произвести своим нарядом. Хмыкнул. — М-да. Интересно, все Призванные были такими странными? Никогда не знаешь, как вы отреагируете. А я ведь раньше ни разу не ошибался, а вот ваши поступки ни разу предвидеть не получилось.

Наташа глянула на лицей.

—Я так полагаю, вы сюда не просто так пришли?

—Ох, простите, где же мои манеры? Вы не откажетесь со мной немного пообщаться? В ответ обещаю показать лучший ресторан Моригата.

—Лучший ресторан я знаю, мне уже показывали, а побеседовать… Вы ведь в курсе, что я как бы учусь?

—Конечно. Как видите, даже знаю, где именно. Но, тем не менее, это важно.

—Хм… Пока не убедили.

—Ладно, вопрос средней важности. Полагаю, вы захотите узнать к какому выводу пришли на сходке?

—Вот как? Я думала, что всё что вы там решите, останется между вами.

— То есть вы догадывались, что будет сходка после встречи?

—Это напрашивалось. Но вы управились быстрее, чем я думала.

—О, это просто потому, что в том трактире собрались доверенные всех теневых королей Моригата, потому все получили сведения из первых рук.

—Ладно, убедили. И раз вы так оделись, то полагаю, из центра мы уходить не будем?

—О, я бы не посмел предложить такое. Тем более вы без своей охраны.

Наташа кивнула и достала пластину связи. Сначала сообщила Альде, что сегодня в лицее ее не будет и попросила сообщить об этом преподавателям. Потом позвонила Гонсу Арету и четко ему все доложила, чем вызвала новое недоумение у Альтина.

—А вот это вот обязательно? — несколько растерянно спросил он. — Вас настолько контролируют?

—Дело не в контроле, — сообщила Наташа, шагая рядом с Альтином, догадываясь, куда именно он мог пригласить ее позавтракать и пообщаться. Здесь рядом было только одно заведение, где можно сделать и то, и другое. — Это одно из тех правил, которые пишутся кровью.

—Кха… Что, простите?

—Вы ведь не служили?

—Боги миловали.

—Но знаете, что такое устав?

—Гм… примерно.

—В любой службе, которая связана с определенным риском работников, всегда существует набор правил, который возникает не просто так и не выдумывается из воздуха. Каждый пункт в нем – это, скорее всего, чья-та гибель, причину которой кто-то проанализировал и добавил пункт в инструкцию. Мол, если не хотите тоже стать таким вот трупом, так делать не стоит.

—Полагаете, вам что-то угрожает?

—Нет. Полагаю, что ничего. Тем не менее есть пункт правил, который необходимо соблюдать. Вы знаете, что мой отец работает в такой же службе, как сейчас создается здесь? Скорее всего, нет. Однажды он домой пришел сильно уставшим и… опустошенным. Погиб стажер, которого приняли в отдел. Отец тогда много говорил со мной, ему нужно было выговориться. Вот и говорил, что дебилов, которые считают себя умными, всегда много. Говоришь о правилах, зубрить заставляешь, и все равно найдется кто-то, кто посчитает себя бессмертным.

—Я пока не понимаю.

—У тех, кто опрашивает свидетелей и подозреваемых есть жесткое правило – никогда ничего не есть и не пить в домах, куда они приходят. Я тогда не поняла, что там произошло. Возможно, стажер что-то там сболтнул лишнее или еще что, сам не понял, что, но преступник… преступница, запаниковала. И угостила его… булочкой. Нет, убивать она не хотела, просто у стажера оказалась аллергия на один из компонентов снотворного.

—Поучительно, — подумав, согласился Альтин.

—Вот именно. И если положено сообщать о своем местонахождении, я буду делать это. И заставлю всех так делать. И дело даже не в том, есть опасность или нет, просто если что, меня всегда должны найти. А не сообщи я, меня искали бы в лицее…

Дальше Альтин шел задумчивый и даже свою жизнерадостность малость подрастерял. Хотя у ресторана проявил воспитанность и придержал дверь, позволив Наташе войти первой, а потом выбрать столик в небольшой нише. От чего-то серьезного отказалась, заказав кофе с молоком и булочку.

—Я все же позавтракала перед выходом, — объяснила она. — А вы не стесняйтесь, если хотите кушать.

—Спасибо, — усмехнулся Альтин. — Пожалуй, последую вашей рекомендации.

Сделав заказ, он некоторое время задумчиво разглядывал спокойно сидящую девочку.

—Зачем вы мне рассказываете это?

—Полагаю, вы достаточно умны, чтобы сами это понять.

—Показываете, что у нас нет шансов? Мол, всегда найдете?

—Ну вы же показывали нам, как вы все знаете и видите. Я просто оказала ответную любезность. Мне, кстати, понравилось вчера.

Альтин как-то резко посмурнел, побарабанил по столу пальцами.

—Не переживайте, — успокоила его Наташа. — Я просто избалована разного рода информацией. Вам даже трудно представить, что такое информационный век и какой поток всякого сыпется… сыпался на меня. Первое время мне выть хотелось, насколько здесь было… не скажу скучно, просто реально не хватало привычного потока, когда каждую секунду новость, сообщение, письма, написать ответ, просмотреть, что еще есть, узнать погоду на день… Эх… Это действительно трудно объяснить тому, кто с таким не сталкивался. И чтобы не утонуть в потоке данных, приходится быстро фильтровать их, вычленяя главное. Потому мне нетрудно было разобраться в том спектакле, что вы устроили, пытаясь завалить нас разными сведениями с отвлечением внимания и путаницей.

—Учту на будущее. Но все же, зачем? Вы даже не пытаетесь утаить методы работы этой новой службы.

—А зачем? — пожала плечами девочка. — Полагаете, преступники в моем мире не знают этого? Я же говорила о потоке информации. Как ищут, где, какие улики находят и как, на чем строят обвинение… Тысячи книг, как художественных, так и научных, постоянные репортажи, обзоры в журналах и газеты, сотни фильмов… гм… театральных постановок. Да те же учебники криминалистики, в конце концов, лежат в свободном доступе, бери, читай, просвещайся. Но на самом деле ведь не это главное. Знаете, в чем настоящее преимущество сыщиков?

—Интересно, — Альтин действительно заинтересовался и даже не пытался этого скрыть.

—На самом деле, как говорил один персонаж, следователю даже не надо быть умнее преступника, все равно преимущество оказывается у него. Просто потому, что из года в год он делает одно дело, он приобретает опыт, он изучает прошлые дела в архивах, он слушает лекции в университете, где разбирают прошлые дела. У него доступ к опыту коллег. Преступник может быть умен, продумать все, совершить идеальное преступление, с его точки зрения. Но вдруг оказывается, что ничто не ново в этом мире, и кто-то уже что-то подобное делал. И обратная сторона… Вот вы, например, много ли вы рассказываете о своих удачных делах, скажем, коллегам? Или приберегаете для себя те уловки, что однажды сработали? Вот то-то и оно. А стоит кому-то их раскусить, и эти уловки уже станут доступны всем сыщикам, и надо придумывать что-то новое. Уже не такое проверенное.

—То есть предлагаете нам стать честными? — хмыкнул Альтин.

—Так не сможете. — Пожала плечами Наташа. — Я же понимаю, что ситуации разные бывают. Пока есть бедные и богатые, пока есть дворяне и смерды… Ничто не ново, Альтин. Полагаете, у меня на родине иначе? Я просто пытаюсь сказать, что при желании найти можно любого. А вот насколько сильным будет это желание…

—…будет зависеть от того будем ли мы зарываться. Я, собственно, об этом и хотел поговорить.

—Не приняли всерьез?

Альтин хмыкнул.

—Не приняли, вы правы. И это было предсказуемо, конечно. Но за новую информацию спасибо, есть над чем подумать. Но, тем не менее, все сошлись во мнении, что ваш взгляд… довольно взрослый.

—У меня на родине есть книга про одного героя, который воевал с ветряными мельницами, считая их злом. Занятие мало того, что бессмысленное, так еще и бесполезное. Ну нет в мире такого чудовища, победа над которым уничтожит все зло мира. О, кажется, мой кофе несут. И вам что-то там…

Некоторое время Наташа, отпивая по глоточку из чашки, терпеливо дожидалась, когда Альтин утолит первый голод. Когда тот наконец отложил пустую тарелку, продолжила:

—Тем не менее, это тоже не тянет на важную информацию, чтобы разыскивать меня у лицея и оторвать от занятий.

—Вы правы, — Альтин резко посерьезнел. — Но прежде я хотел убедиться, что мое первое впечатление о вас, госпожа Наташа, не было ошибочным. Вы превзошли все ожидания.

—Польщена, — нейтрально заметила девочка.

—А сказать я хочу… — Альтин помялся. — Мне с трудом удалось убедить остальных поделиться этой информацией с вами. Есть один из верхушки теневого мира… Мы таких называем отбитыми на голову.

—У нас называют отморозками, — кивнула Наташа, резко заинтересовавшись. — Всегда есть такие.

—Хм… Я скорее назвал бы безбашенным…

—Джок Вырвиглаз?

—О… Именно он.

—Когда читала о нем, было интересно, откуда такое прозвище…

—Да просто его любимая присказка. «Вырвите мне глаз, если я не сделаю… не отомщу… не…» да по любому поводу. Вот и прилипло. Как видите, ничего страшного, о чем можно было бы подумать, услышав это прозвище, — хмыкнул Альтин. — Так вот, этот самый Джок решил, что ваше выступление – это вызов нам всем. Он стал настаивать показать, цитирую: «этой зарвавшейся мелкой нахалке, что ничего она не сделает», конец цитаты.

—Вот как… — Наташа задумчиво откинулась на спинку стула. — Занятно. Показать, значит? Но раз вы здесь, это предложение не встретило одобрения?

—Меня называют артистом за любовь к театральности, показухе, чего уж там. Но артисты не выступают бесплатно. И люди не совершают преступления ради преступлений, а именно это предложил Джок. Это как-то не встретило понимания. Проблема в том, что в последнее время банда Джока приобрела очень большое влияние. Удачлив, сукин сын. Да и не принято у нас вмешиваться в дела других… это может быть неправильно понято, сами понимаете. Но Джок… Меня немного пугает, что он может придумать, чтобы показать…

—Я поняла. «Мелкой зарвавшейся нахалке».

—Верно. Остальные от идеи тоже не в восторге. Джок еще молод, потому не знает, что такое облавы и тотальный шмон. Как вы там сказали? Некоторые считают себя самыми умными, но ничто не ново в этом мире.

—Примерно так… А сами вы не можете его утихомирить, как я понимаю?

—Если бы переговоры вел я или Старик, возможно, и получилось бы убрать эту глупую мысль из его головы, но есть там и другие кадры… Не сказать, что глупые, но считающие себя вправе приказывать «молодым», а Джок как раз из молодых. Но если он чего и не любит больше всего на свете, так это когда ему приказывают. Так что от слов «сядь, заткнись и не мели чепухи» все приобрело необратимый характер.

—Ясно… Артист, а вы ведь не родились в том бедном районе. Слишком правильная речь, слишком непринужденно держитесь в этом ресторане. Да и вилки используете правильные. Я их еще не запомнила, что и чем есть, до сих пор путаюсь, а вы ни разу не замешкались. Салат, мясо, овощи.

—Я предпочту оставить последнее ваше замечание без комментариев, — холодно заметил Альтин.

Наташа склонила голову и послушно сменила тему:

—Если я правильно поняла, никто из ночных королей не в восторге от того, что может натворить Джок, опасаясь последствий, которые обязательно затронут всех. Но и повлиять на него прямо никак не могут, а потому решили поставить в известность меня. Ничего не напутала?

—Не поймите неправильно, сдавать ни Джока, ни его людей страже никто не станет. Считайте это просто предупреждением, знаком уважения, а уж как вы им распорядитесь – это ваше дело. Никакой помощи больше не ждите.

—Даже если Джок реально начудит?

—У нас тоже есть свои правила, которые нарушать не стоит никому. Поэтому да, даже если реально начудит. Это наши внутренние разборки, которые будем решать сами, не привлекая стражу. Так что цените, Призванная, только ради вас сделано исключение. Можете считать благодарностью за то, что не побоялись прийти к нам в гости и отнеслись к нам с уважением.

—Что ж… Понимаю…

—О, как неожиданно увидеть здесь подругу моего брата.

Вот кого-кого, а этого человека Наташа меньше всего желала сейчас видеть. Чуть прикрыла глаза. Увы, но так от реальности не спрячешься. Пришлось глаза открывать, натянуть на губы улыбку помилее и обернуться к подошедшему.

Глава 5

Вот откуда он тут? И не пошлешь ведь.

—Господин Турион, какими судьбами?

—С друзьями заглянул, — он окинул взглядом Альтина Росса, многозначительно хмыкнул. — А вот вы какими судьбами тут? Мой брат в лицее с утра, а вы вроде как одноклассники…

Альтин замер. Вряд ли от растерянности, скорее просто не понял, как реагировать. Можно и резко, но раз человек знает Наташу, может друг и тогда уже его резкость воспримут не очень хорошо. Достанется с двух сторон. С другой, как-то не очень похожа эта встреча на дружескую. Но на всякий случай чуть сдвинулся на стуле, чтобы удобнее было быстро подняться. Наташа заметила его жест и успокаивающе помахала.

—Брат моего приятеля, недавно вернулся с похода.

—А… С эскадры. Слышал, поздравляю с победой, — как-то равнодушно отозвался Альтин.

Наташа чуть усмехнулась, посмотрела на троих растерянных парней, что стояли позади Туриона и сейчас не знали, как реагировать. Сюда они вряд ли за скандалом пришли. Турион тоже это понял.

—Полагаю, мы с братом еще обсудим нашу встречу, — многозначительно добавил он, — хотя не удивлен в выборе младшей Тонзер подруги.

Прозвучало почти оскорблением. Но устраивать скандал именно сейчас совершенно не ко времени. И пока Наташа размышляла как реагировать, Турион, похоже, счел молчание за растерянность, снова хмыкнул и отошел вместе с друзьями.

Девочка проводила компанию задумчивым взглядом.

—Турион Коршин, — тихо прокомментировала она. — Старший брат Лорена Коршина… Они похожи…

—Похожи?

—Поспешность и безапелляционность суждений, никакой попытки разобраться в ситуации, прежде чем делать выводы. И тут же всех вокруг обязательно ознакомить со своими суждениями.

—Гм… А вы понимаете, что он посчитал, что вы… гм…

—Ваша содержанка?

—Ну… я полагаю, что он считает, что вы… гм… гуляете со взрослым мужчиной, и у нас сейчас свидание.

—Сколько эвфемизмов, чтобы сказать простую вещь. Человек, выросший в бедном квартале, более прямолинеен. Да успокойтесь, господин Альтин, не пытаюсь я узнать вашу историю, просто указываю на ваши проколы. Я – ладно, но если вы хотите от кого скрыть свое происхождение, учтите замечания.

—Постараюсь, — с непонятной интонацией пообещал тот. — Но откуда вам известно, как говорят в бедном квартале?

—Господин Альтин, у себя на родине я тоже росла не в теплице. А там у нас всё намного проще, чем здесь. Порой и воспитанные люди позволяют себе высказать то, что здесь и в бедном квартале сочтут непотребством. Потому и не привыкла юлить в словах, выискивая способ послать человека так, чтобы он еще поблагодарил за это. Нет, я конкретно укажу направление, причем так, что он обязательно пойдет, считая, что легко отделался.

—О да… это я уже успел понять…

—И, возвращаясь к нашим баранам… Точнее, вырвиглазным козлам…

Альтин не удержался, рассмеялся.

—На вашем месте я бы не стал недооценивать Джока.

—И мысли не было, — хмуро отозвалась Наташа, барабаня пальцами по крышке стола. — Такую вот выходку я бы скорее от вас ожидала, господин Артист.

Тот развел руками.

—Была мысль, — признался он. — Но я знал, что меня не поддержат, потому и промолчал. А вы огорчены?

—Да… раз уж так случилось. От вас я бы предполагала, чего ждать, а вот вашего Джока я совсем не знаю…

—От меня? Знаете?

—Предполагаю, — поправилась Наташа. — Но знаете, чего я боюсь? — Девочка пристально посмотрела на Альтина. — Я озвучила свои пожелания и выказала свое отношение к убийству. Возможно ли, что Джок решится что-то доказать мне именно так?

Альтин покачал головой.

—Госпожа Наташа, я уже сказал всё, что мне поручили… — Помолчал. — Ладно. Не буду говорить, что Джок отличается миролюбием, такие у нас не выживают, но и бессмысленные убийства не одобряют. Тем более доказать что-то вам он может только совершив очень громкое преступление. Кражу могут простить, убийство кого-либо важного… Шмон республиканских солдат никому не нужен. СЛИШКОМ громкое дело очень сильно не одобрят. Но поручиться за Джока все же не могу.

—То есть маловероятно, но от этого типа ожидать можно разного?

—Примерно.

Наташа махнула официанту и попросила счет.

—Как я понимаю, больше вы мне не скажете?

Альтин развел руками.

—И, госпожа Наташа, не оскорбляйте меня, я вполне способен заплатить и за себя, и… — Он многозначительно оглядел весьма скромный завтрак девочки… — За вас.

Наташа спорить не стала, только кивнула. Дождалась, когда Альтин расплатится, мельком глянула в сторону компании Туриона, заметила, что тот искоса поглядывает за ними. Едва скрыла раздражение. Вот даже если он прав в своем предположении, какое ему дело? О брате, что ли, заботится? Так вроде тот с Альдой… Хм… Интересно всё-таки, что там у Туриона с Альдой случилось? Тут явно личное, а вовсе не претензии к Тонзерам.

Обдумать времени не было – Альтин уже расплатился, и сейчас, вежливо предложив руку, так же мельком глянув в сторону Туриона, улыбнулся краем губ. Явно ведь специально сделал… Артист, одним словом, и здесь не удержался от представления. Наташа спорить не стала и протянутую руку приняла. Вышли вдвоем.

—А можно вопрос? — несколько неуверенно поинтересовался Альтин. — Просто интересно.

—А? — заинтересовалась Наташа.

—Вы в платье. А я ведь собирал сведения о вас, прежде чем пригласить на встречу. Все говорили, что вы платья не любите и никогда не надеваете. Вчера ладно, было понятно – не выделяться, а сегодня?

Наташа удивленно глянула на Альтина, потом на себя, чуть приподняла подол, огляделась. Хмыкнула.

—Случайно получилось, — честно призналась она. — С утра не выспалась и ухватила из шкафа первое, что попалось, а там мама всегда платья вешает в надежде, что однажды, когда-нибудь, я проникнусь, вдохновлюсь и все-таки надену вместо брюк эту красоту. Сообразила только, когда в зеркало посмотрелась. Хотела переодеться, но решила подругу шокировать… ну и маме приятное сделала. Никак не полагала с вами встречаться. Ха, только сейчас сообразила, чего Турион так смотрел на нас. Он-то решил, что я для вас нарядилась. Ха-ха.

—А вам действительно все равно, что этот Турион о вас подумает? Коршины – не последняя семья в Моригате.

—Это мои проблемы, сама с ними и буду разбираться. Вы сейчас куда?

—Если позволите, тогда немного вас провожу.

Наташа чуть повернулась.

—Есть необходимость?

—Так… Заметил одного из людей Джока. Нет-нет, вряд ли он что-то хочет вам сделать, скорее, сведения собирает. Но на всякий случай…

Наташа нахмурилась, медленно кивнула.

—Ладно, тогда к Сенату. На главную площадь. — Наташа огляделась. — Хм… Пройдемте пешком, хочу посмотреть, что этот человек Джока делать будет.

—Я вам его не показывал…

—Чуть левее позади нас. Мужчина лет сорока-сорока пяти, с криво постриженной бородой, в богатом наряде, который сидит на нем, как седло на корове.

Некоторое время шли молча.

—Вы ведь не обязаны мне помогать, сами говорили. Так почему?

Альтин пожал плечами.

—Захотелось. Мне не трудно. Кстати, вроде за нами еще кто-то идет. Кажется, твой друг.

—Друг? — Наташа обернулась, выругалась. — А этому что нужно? Вот чего некоторые любят лезть в чужие дела?

—Как его… Турион, не ошибся? Он действительно за нами идет?

—В другое время и при других обстоятельствах стоило бы показать ему представление, но сейчас вот совсем не до него… О, теперь и этот от Джока его заметил…

—А вот мне даже интересно стало, — с трудом удержался от смеха Альтин. — Весело живут Призванные.

—Если этому Туриону настучат по башке мне даже его жалко не будет, но потом с его братом объясняться и с подругой. — Наташа резко остановилась и развернулась. — Господин Турион, вам там не скучно одному? Присоединяйтесь.

Турион не смог скрыть досаду, но и скрыться не попытался, понимал, что выставит себя идиотом. Подошел.

—Уже позавтракали? А ваши друзья? — преувеличенно заботливо осведомилась Наташа. Туриона заметно перекосило, но он сумел взять себя в руки.

—Пришлось срочно отлучиться. А тут смотрю, вы идете.

—Бывает. Кстати, я вас не познакомила. Альтин Росс… Очень известный и знаменитый человек… в определенных кругах. Кстати, пользуется популярностью и у республиканской стражи.

Альтин при этих словах улыбнулся во весь рот и учтиво поклонился.

—Очень приятно. Госпожа Наташа немного преувеличила мою известность, но должен признать, всего лишь немного.

—А это Турион Коршин, старший брат моего одноклассника, лейтенант республиканского флота, герой прошедшей кампании против пиратов.

Прозвучало… иронично. Ничуть не менее, чем когда Наташа представляла Альтина. Только последний подыграл, а Коршин явно обиделся, причем раздражение даже не пытался скрыть.

Неизвестно, чем бы закончилось все это, но тут из переулка раздался чей-то крик, заставивший всех троих вздрогнуть и резко развернуться. Наташа рванула было туда, но Альтин успел ухватить ее за плечо и сжал так, что та даже вскрикнула.

—Куда, дура?! — прошипел он. — Держись за мной!

Наташа даже не обиделась, прозвучало слишком уж похоже на Дарка Врома, тот так же реагировал, когда считал, что есть опасность, а его подопечная вела себя неразумно с его точки зрения. Послушно отстала и теперь торопливо шагала за Альтином. Турион удивленно глянул на них, но, к его чести, ни на миг не заколебался, устремился на крик чуть ли не раньше самой Наташи.

Метров через пятьдесят они заметили небольшую толпу, собравшуюся на неширокой улочке. Альтин чуть затормозил у толпы, что-то рявкнул, отчего люди испуганно обернулись и слегка расступились. Стало видно тело женщины лет тридцати-тридцати пяти, лежащей на дороге.

Наташа быстро огляделась. Улица неширокая, дома тут двух-трехэтажные, народу мало, собравшиеся, скорее всего, жители домов, выскочившие на крик. Девочка ввинтилась в толпу и остановилась над женщиной, внимательно рассматривая ее. Присела и слегка коснулась шеи, пытаясь нащупать пульс.

—Что тут…

—А ну не мешайте! — перебил Альтин какого-то доброхота, который хотел было уже оттащить Наташу. Тот испуганно отдернул руку.

—Кто первый обнаружил тело? — спросила Наташа, аккуратно наклоняя голову женщины и разглядывая лицо. Коснулась поцарапанной щеки и глянула на пальцы, на которых осталась кровь.

—Отвечать! — опять рявкнул Альтин. Похоже вошел в роль стражи. Спорить с ним никто не рискнул, кажется, приняли за того, кто имеет право отдавать приказы.

Тут рядом присел Турион.

—Надо бы позвать врача…

Наташа покачала головой.

—Мертва. Вот от этого, — она указала рукой на рану на виске. — Ударилась обо что-то острое. — Подняла голову и снова огляделась. Тело лежало ближе к правой стороне рядом с входом в дом, над которым нависал козырек с чугунными ажурными опорами, сама его крыша была деревянная. Поднялась, отошла чуть в сторону и внимательно посмотрела на него. — Альтин, можешь помочь?

—Чем?

—Подними меня, хочу на крышу этого козырька посмотреть.

—Зачем? — изумился он. — Об его опоры она вряд ли могла удариться – высоко. Да и крыша широкая…

—Вот и хочу посмотреть.

Альтин пожала плечами, молча подошел и подставил скрещенные руки. Наташа попыталась поставить ногу… высказала все, что думает о платьях.

—Что б я еще раз… — пробормотала она сквозь зубы. Потом все-таки ногу удалось водрузить на ладони Альтина, и она резко оттолкнулась, ухватилась руками за край козырька.

Альтин оказался на удивление силен и сумел поднять девочку еще выше, просто подняв руки. Наташа что-то изучила на крыше, осмотрела окна второго этажа, кивнула сама себе и спрыгнула, натолкнувшись на удивленный взгляд Туриона.

—И что это значит? И вообще, по-хорошему, уже стражу надо давно вызвать…

—Дык это, вызвали уже, ваша милость, — вмешался тот самый мужчина, что пытался прогнать Наташу, когда та осматривала тело.

—Так кто нашел тело? И кто-нибудь знает ее? — Наташа отряхнула руки и повернулась к собравшимся.

Люди переглянулись, потом одна женщина несмело шагнула вперед.

—Я, ваша милость… В булочную вышла, а тут она лежит… прямо вот тут и лежит… Я сначала было подумала, что просто упала, подошла помочь, а у нее кровь уже из головы натекла.

На камне мостовой действительно вокруг головы растекалась лужица крови. Наташа снова присела рядом, пощупала ткань платья, аккуратно обыскала одежду, хотя что тут обыскивать, карманы местные не знали, потому просто изучила пояс, развязала кошелек и высыпала на ладонь немного медных монет. Ссыпала их обратно. Там же в кошельке обнаружилась сложенная разлохмаченная бумажка. Наташа аккуратно развернула ее, изучила. Задумчиво покачала ее в руке.

—Что там? — не выдержал Альтин.

—Список. Похоже, она направлялась за покупками. — Девочка приподняла руку женщины и изучила ее. — Служанка. Из достаточно богатого дома, судя по одежде. Все аккуратно и по размеру. Ткань тоже не самая дешевая. Работает… я бы предположила, что она швея.

—По списку покупок?

—В том числе. Нитки, какие-то пуговицы и тесемки… Но самое интересное, что весь список уже зачеркнут…

—Почему интересно? — удивился Альтин.

Наташа выпрямилась и еще раз огляделась вокруг.

—А ты сумку видишь? Куда она покупки сложила?

—Так ясно, что украли! — Турион развернулся к женщине, которая сказала, что она обнаружила тело. — Вот она и припрятала!

Женщина растерянно захлопала глазами и попятилась.

—Да что вы говорите, ваша милость? Да как бы я могла? Да меня тут все знают. Все знают Мару как…

Наташа раздраженно махнула ей рукой и косо глянула на Туриона.

—Что за дурная привычка у вашей семьи делать глупые выводы и тут же озвучивать?

Наташа развернулась к женщине.

—Успокойтесь, никто вас не обвиняет, но вспомните, была рядом сумка? Вообще было рядом хоть что-то или только тело?

Тут как раз прибежали три стражника, которым что-то стал старательно объяснять Турион, при этом продолжая косо поглядывать на женщину… ну и заодно на Наташу. Стражники подошли как раз к тому моменту, как женщина закончила объяснять, что видела только тело, а потом так испугалась, что закричала…

—Значит, сумку не видели? — почесал затылок один из стражников, сразу было видно опытного человека, не спешащего делать выводы. Кстати, он был тут самый старший и по чину, и по возрасту, судя по всему. Лет пятьдесят. А вот два остальных стражника… Совсем еще юнцы… ну по сравнению с начальником. Лет двадцать им не больше. Вот те уже готовы были действовать, хватать и не пущать. Только приказа ждали и удивлялись, что начальство медлит.

—И вы верите? — хмыкнул Турион.

—Это не вопрос веры, — зло глянула на него Наташа. — Куда бы она сумку дела? Или, полагаете, она увидела труп, схватила сумку, утащила ее домой, вернулась и устроила спектакль с криком?

—Почему бы и нет? — пожал плечами Турион.

—Потому что тогда ей незачем возвращаться было. — Мару, вы где живете? — повернулась к женщине Наташа.

—Так вот там, — женщина махнула чуть дальше по улице. — Через два дома отсюда.

Наташа многозначительно глянула на Туриона.

—У женщины нога болит. Ушиб и, судя по всему, уже дня три. Могли бы заметить, что она хромает, хоть и не сильно. Из нее тот еще бегун. К тому же чего вы к сумке прицепились? Вопрос не в том, кто украл, а кто убил.

Опытный стражник уже успел осмотреть тело и при словах девочки только печально вздохнул.

—Убили, — кивнул он.

—И что, вы ничего не будете делать? — изумился Турион.

Стражник посмотрел на него, как на неразумного ребенка.

—А что я должен делать? Тем более, было распоряжение обо всех таких преступлениях сообщать в новую следственную службу, которая и должна расследовать преступления. А наше дело маленькое – обеспечить порядок, переписать свидетелей, опросить их и обеспечить неприкосновенность места преступления.

Во выдал. Наташа даже восхитилась, как точно он запомнил инструкцию, которую распространили по всем городским стражам. И ведь запомнил почти дословно. Сама ведь эту инструкцию и сочиняла, потом ее уже завизировал Гонс Арет.

—Что за новая служба? — удивился Турион.

—Вы ведь моряк? — Стражник повернулся к нему. — С эскадры? Тогда понятно, вас давно не было. В республике создана специальная служба для расследования преступлений. Вся городская стража перешла в ее подчинении. Так что, прошу прощения, но придется вам всем задержаться до прибытия сыщика…

—Сыщика? — совсем растерялся Турион, услышав незнакомое слово.

—Специальный человек, который будет искать убийцу, — спокойно пояснил стражник. Наташа даже восхитилась терпению этого человека, с невозмутимостью Будды отвечающего на самые тупые вопросы.

—Простите, а как ваше имя? — вмешалась Наташа. Стражник реально восхитил ее своим основательным подходом и невозмутимостью. Такие кадры надо беречь и продвигать.

—Сержант Годрин, госпожа.

Наташа достала из сумки блокнот и записала.

—Далеко пойдете, сержант, — пообещала она. — Но полагаю, — Наташа снова подняла голову и осмотрела окна на втором этаже, — мы можем кое-что решить и до подхода сыщика. Нужно опросить еще одного свидетеля.

—Да? — сержант остался по-прежнему невозмутимым.

—Да. Кто живет вон там? — Наташа указала на окна, которые рассматривала секунду назад.

—На втором этаже комнаты снимают, — несмело отозвался кто-то из собравшихся.

—Вот с тем, кто там живет, и надо поговорить. — Наташа уверенно прошла к двери дома и вошла. Альтин растерянно моргнул, но тут же зашагал следом, Турион, естественно, отставать не стал. Следом уже вошел сержант и два стражника из его отряда. Навстречу выскочил хозяин.

—Какое несчастье, — причитал он на ходу, — ах, какое несчастье!

Наташа мрачно покосилась на явно переигрывающего горе владельца дома, хотела было обойти, но вдруг замерла, повернулась к нему.

—Скажите, утром никто не съезжал из комнат?

—А? Нет, госпожа. Есть те, кто ушли сегодня с утра… до происшествия, больше никто не уходил.

—Хорошо. — Наташа обошла владельца и стала подниматься на второй этаж по массивной лестнице. Хозяин растерянно моргнул, но ничего не успел сделать, когда мимо него прошли сначала Альтин с Турионом, а потом и стража поднялись.

Девочка остановилась в коридоре и задумчиво окинула взглядом ряд дверей.

—Господин Артист, как думаете, какая дверь ведет в ту комнату?

Альтин хмыкнул и уверенно указал на одну. Наташа кивнула.

—Вот и я так считаю. — Подошла и уверенно постучала.

—Кто там? — раздался раздраженный голос из-за двери.

—Прошу прощения, — ничуть не выглядя извиняющейся, заговорила Наташа. — Но на улице убили женщину…

—А мне какое до этого дело?

—Мы опрашиваем всех жильцов этого дома. Возможно, вы что-нибудь видели.

—Мне нет никакого дела ни до женщины, ни до вас. Я спал и ничего не видел. Убирайтесь!

Наташа вздохнула, повернулась и оглядела своих спутников, с интересом ожидающих что будет дальше. Турион, правда, выглядел недовольным, но к этому Наташа уже успела привыкнуть. Судя по всему, это его обычное состояние. Но тут ее удивил сержант. Он молча подошел к двери и грохнул в нее своим кулаком.

—Это стража республики, откройте!

В ответ раздался… раздалось… в общем, не для дамских ушей было указано направление, куда стража может пойти. При этом выяснилось, что человек не гражданин республики, а подданный Арвийской империи, лейтенант… Тут Наташа покосилась на Туриона… имперского флота, который отдыхает себе спокойно и никого не трогает.

Сержант обиделся. Это было заметно по крепко сжатым кулакам и очень многозначительному взгляду на запертую дверь. Но и головы не потерял, связываться с подданным империи, да еще и флотским – о бое знал весь Моригат.

—Что ж, — все правильно поняла Наташа. — Если человек не хочет по-хорошему, будет по-плохому. — Повернулась к сержанту. — Вы же не допустите, чтобы этот мужлан обижал бедную невинную девушку?

Не дожидаясь ответа, Наташа сунула руку в сумку, пошарила в ней и достала отмычки, наклонилась к замку двери, заглянула в замочную скважину, а потом прямо в нее… выдала тираду, лишь немного мягче той, что выдал жилец комнаты. Вокруг на мгновение воцарилась растерянная тишина. На Наташу ошарашенно смотрели все, даже сержант, а уж Турион… Жаль, нет фотоаппарата. И пока все застыли, изображая сцену из «Ревизора», девочка уже шарила в замке отмычками, выпрямилась и приложила ухо к двери.

Через мгновение оттуда донесся рев ярости с обещанием намотать кишки всех пришедших на клотик… Наташа же, явно довольная, кивала на каждое обещание. Но вдруг резко отскочила от двери и со всей силы долбанула по двери ногой, изображая удар карате, как она видела его в фильмах. Дверь с треском распахнулась, знатно долбанув кого-то, судя по болезненному реву.

Девочка мрачно кивнула своим мыслям и вошла уже аккуратно, переступив порог и чьи-то ноги за порогом. Присела перед сидящим на полу и мотающим головой, видно, по лбу прилетело, судя по здоровенной наливающейся шишке, мужчиной. А дверь-то крепкая, дубовая.

—Слушай ты, мокрица водоплавающая, ты с девушками так общаться где научился? В море или в империи? Как же ты слова-то те осмелился мне сказать? Сержант, это ведь тянет на оскорбление при исполнении?

Мужчина наконец более-менее пришел в себя. Потряс головой, поднялся, оказавшись достаточно высоким мужчиной. Наташа молча проследила за его руками, тоже поднялась и на всякий случай отошла в сторону, заодно осматриваясь, уступая место Альтину и сержанту. А вот Турион явно мечтал высказать все, что думает, впрочем, сдерживаться не стал, хотя и удержался в рамках приличия.

—Вы сами-то где так выражаться научились? — наехал он. — Такие слова благовоспитанной девушке и знать не положено!

—А кто сказал, что я благовоспитанная? — удивилась Наташа. — И это… я ведь еще сдерживалась. Пожалела бедные ушки несчастного морячка. А уж если на родном языке начала бы…

Сержант покачал головой.

—И зачем? Что нам теперь делать?

—Говорить, само собой. — Она повернулась к жильцу комнаты. Усы, короткая борода, круглое загорелое лицо, обветренная кожа, явный моряк, не врал. Помятый костюм, похоже, в нем лежал, а вот сапоги стояли у двери, и мужчина щеголял босыми ногами.

—Ты! — взревел он.

—Полегче, — поспешно вмешался сержант. — Вы же не поднимете руку на девушку? А жалобу можете подать обычным образом.

Мужчина гневно оглядел вошедших, сообразил, что сила тут не на его стороне, не дадут ведь прибить нахалку.

—Что вам нужно?

—Поговорить. — Пожала плечами Наташа. — Мы ведь сразу сказали. Открыли бы дверь, обошлось бы без… — Она помахала рукой в воздухе, словно подбирая слова, — …всего этого.

—Если ты думаешь, что сможешь избежать наказания за все это только потому, что еще сопливая нахалка, то ты глубоко ошибаешься! Если понадобиться, я и до вашего Сената дойду! Я барон арвийской империи Горн Тарий! И сразу после вашего ухода я еду в посольство! Я никому не позволю так обращаться с аристократом! Была бы ты мужчина, все закончилось бы дуэлью немедленно!

Наташа кивала на каждое слово. В конце улыбнулась.

—Видите, есть преимущество в том, что я не мужчина. Кстати, у вас на пальце перстень… Это ведь герб вашего баронства? Не вижу, что там изображено.

Барон молча поднял правую, сжатую в кулак руку и рассмотрел перстень на пальце. Перевел взгляд на девочку.

—Если она сейчас отсюда не уйдет я за себя не отвечаю!

—Госпожа Наташа, вы сейчас немедленно покинете комнату, — вмешался наконец Турион. — Немедленно! И о вашем поведении мы еще поговорим…

Девочка резко развернулась к нему.

—Слушайте, господин Коршин, с чего вы вообще решили, что имеете право что-то там говорить о моем поведении и как-то меня воспитывать? А сейчас помолчите! Молчите, я сказала!

Наташа сердито тряхнула головой и уже развернулась к барону.

—А вам придется все-таки меня потерпеть. Немного. — Она вытащила из сумки носовой платок и осторожно прошла рядом с дверью, разглядывая пол. Углядела массивный сундук слева от двери, молча подошла к нему, осмотрела, заглянула за него. Барон было дернулся, но сержант неожиданно оказался между ним и девочкой. Наташа же достала из-за сундука сумку, заглянула в нее. Кивнула, снова закрыла и молча продемонстрировала ее всем.

—Ваша?

—Понятия не имею, откуда она тут, — буркнул барон.

—Могу сказать. Эта сумка той женщины, что вы убили. — Девочка снова заглянула в нее. — Сержант, можете сравнить содержимое с тем списком, что мы нашли у женщины. — Она перекинула сумку ему, а сама снова присела перед сундуком, достала лупу и изучила края. — Ага, а вот здесь она ударилась виском. Вот как раз об этот угол сундука… Даже кровь еще не успела высохнуть, — девочка старательно потерла угол сундука своим белым платком и продемонстрировала его уже с пятнами крови. — И, на будущее, если уж замываете кровь, то мойте весь пол, а то у двери чисто все и блестит, а около кровати грязь.

Сержант, тем временем, тоже успел изучить содержимое сумки, даже вытащил какую-то разноцветную тесьму, но тут же убрал ее обратно. Повернулся к барону.

—Что скажете, господин барон? — спокойно поинтересовался он.

Тот, набычившись, оглядел всех.

—Сумка? Кровь? Вы серьезно? Кровь моя, а сумка – я понятия не имею, как попала сюда. Если у вас все…

—Не все, — перебила его Наташа. — Еще перстень. У той женщины свежая царапина на щеке. Вот здесь, — девочка продемонстрировала место на своей щеке. На правой. — Она прошла к двери и остановилась. Осмотрелась, чуть шагнула в сторону, развернулась лицом к барону, снова огляделась и шагнула чуть левее. — Вот здесь она стояла, когда вы ударили ее. Тыльной стороной ладони, как раз там у вас перстень. Им и поцарапали. От удара женщину мотнуло влево, — Наташа изобразила, как она падает от воображаемого удара и оказывается как раз рядом с сундуком. Приложила голову к углу сундука, подняла глаза. — Вот так она и ударилась. Отсюда и кровь. И что же делать? Уже светло, тело не вынести по коридору, есть риск нарваться на других жильцов или хозяина. И тогда…

Наташа поднялась, отряхнулась. За ней завороженно смотрели все. Под общими взглядами она прошла к окну и изучила подоконник. Провела платком по нему, глянула на платок, хмыкнула.

—Надо же, чисто. Кто бы мог подумать… И опять только подоконник вымыт… Что ж вы полку рядом не протерли, если уж порядок наводили? — Наташа распахнула окно и высунулась из него чуть ли не наполовину. Снова выпрямилась. — Вот отсюда вы тело и выбросили. Если бросить отсюда что-то тяжелое, то оно как раз упадет сначала на крышу козырька над входной дверью, а потом с него скатится на дорогу. С этого места, кстати, тело прекрасно видно.

—Да вы… да я… Это неслыханно! Это так вы обходитесь с союзниками, которые защищали вас от пиратов?!

Натолкнувшись на равнодушные взгляды окружающих, барон сообразил, что его выступление никого не впечатлит.

—Какое отношение та женщина имела к пиратам, от которых вы нас тут защищали?

—Да она сама виновата?! — взревел он. — Подумаешь, цаца какая! То же мне недотрога! Да она радоваться должна, а не брыкаться…

—Я поняла, — перебила его Наташа. — Сержант, я не хочу слышать мечты этой пародии на мужчину, у которого женщины сами должны к нему прыгать стоит только поманить.

—Ты! — взревел барон, бросаясь вперед, но тут же упал, споткнувшись о вовремя подставленную ногу Альтина, а дальше на него уже навалились стражники… Наташа секунду рассматривала кучу малу, потом от чистого сердца пнула удачно повернувшуюся ногу барона и вышла из комнаты.

—Мразь, — буркнула она напоследок.

—Все равно ведь отпустят, — вздохнул Альтин. — Имперский аристократ с одной стороны и простая служанка с другой. Союзник, герой прошедших сражений.

Наташа покосилась на него, но промолчала. Только когда вышли на улицу, мотнула головой в сторону все еще видневшегося вдалеке соглядатая от Джока.

—Сержант пока не сообразил, все-таки новое дело, но скоро вспомнит следующие пункты инструкции и озаботится доставкой свидетелей в участок для сбора показаний. А уж со мной он точно захочет поговорить.

—И откуда вы знаете эти инструкции, что так точно предсказываете поведение сержанта стражи?

—Я писала эти инструкции, но для вас не это ведь важно? Если не хотите давать показания страже, то лучше забрать того недоумка и исчезнуть.

—И что вы скажете, когда спросят, где я?

—Это будут мои заботы, не так ли? Альтин, вам бы лучше поторопиться, кажется, сержант вспомнил и отправил одного из своих людей… кажется, именно он так торопился, что споткнулся и загремел по лестнице.

Альтин прислушался к грохоту и ругани из дома, усмехнулся, кивнул и торопливо зашагал по улице. Наташа заметила, как он ухватил за шкирку соглядатая и потащил за собой. Тот сначала было сопротивлялся, но когда Альтин что-то сказал, утихомирился и послушно зашагал уже без сопротивления.

В этот момент и выскочил стражник, огляделся, заметил Наташу.

—Эй, вы должны задержаться и пройти с нами!

Наташа удивленно выгнула брови и оглядела стражника с головы до ног.

—Именно с вами?

—Что?

—Я полагаю, вы меня куда-то приглашаете? В ресторан?

Стражник сначала не понял, потом растерялся. К его счастью, как раз в этот момент вышли сержант с еще одним стражником, которые вывели и арестованного барона. Сержант огляделся, заметил растерянность своего человека, вздохнул.

—Прошу прощения, госпожа, господин, — он повернулся и Туриону. — А где еще один…

—У него были дела, и ему нужно было уйти.

—Артист, да? — понятливо кивнул сержант и вдруг усмехнулся, отчего Наташа зауважала его еще больше. Он явно узнал того, кто был с ней и сейчас показал это. Не раньше, иначе ведь задерживать пришлось бы. — Известная личность, и дел у него, конечно, много.

Турион моргнул, не понимая, о чем вообще речь. Наташа решила просветить его.

—Артист, он же Альтин Росс, настоящее имя неизвестно. Один из ночных королей Моригата.

—Что? — Турион, похоже не поверил, но сержант тут же подтвердил.

—О… Так вы знали, с кем разговаривали? Молодой девушке из приличной семьи не пристало общаться с такими типами.

—С кем только мне не приходится общаться, — вздохнула Наташа. — Но давайте не будем задерживать людей. Думаю, всех тут можно отпустить, а мы с господином Турионом Коршином пройдем с вами и дадим все показания, какие только понадобятся.

Сержант, явно обрадованный, что всё разрешилось так просто, согласно кивнул. Тем более фамилия Коршин явно произвела на него впечатление. Он быстро распорядился по поводу тела, которое уже загрузили на подъехавшую повозку, укрыли простыней, и теперь возничий только дожидался распоряжения от стражи. Сержант что-то сказал ему, тот кивнул и поспешил забраться на облучок. Сержант вернулся к ним.

—Тогда прошу за нами.

—У вас интересные знакомые, — мрачно заметил Турион, когда они вдвоем пристроились за стражей, ведущей барона. — И интересные умения. Отмычки, ночной король…

—Господин Турион, вы удивитесь, если узнаете всех моих знакомых. Мне порой приходится общаться с очень разными людьми. Кстати, надо бы дяде сказать, где я. Извините, немного отстану…

Гонс Арет выслушал сообщение с каким-то обреченным вниманием.

—Скоро туда приеду, я недалеко, — это были единственные слова за всё время доклада Наташи, которыми он и завершил разговор.

Девочка вздохнула, убрала пластину связи и бросилась догонять уcпевших отойти стражу и Туриона.

Глава 6

То, что Наташа мысленно называла участком на деле оказался небольшим одноэтажным домиком, к которому с разных сторон в разном стиле добавили каких-то пристроек, из-за чего домик стал напоминать чудовище Франкенштейна. Оттуда выскочило еще пара стражников, выслушав сержанта, они увели барона, а сам сержант отвел Наташу с Турионом в отдельную комнату.

—Посидите пока тут. — Он как-то печально вздохнул и вышел. Вернулся буквально через три минут с еще одним человеком, которого представил как капитана Орланга.

Капитан недовольно оглядел их, прошел к столу в углу комнаты и сел за него, устроив подбородок на соединенные в замок руки.

—Сержант, докладывайте, — велел он.

Сержант на удивление точно пересказал все события, свидетелем которых он был.

—Вот как? — заинтересовался капитан. — И вам не показалось странным, что эта… — он оглядел сидящую у стены на скамейке Наташу с головы до ног, — сразу прошла в ту комнату и указала на убийцу? Может, она сообщник?

—Господин Коршин, — довольно громко хмыкнула Наташа, — капитан, похоже, нам дело шьет.

Услышав фамилию спутника Наташи, капитан заметно сдулся и сердито глянул на сержанта. Отчего-то Наташа не поверила, что сержант просто забыл сообщить капитану кого он привел.

—Мы пришли уже после гибели женщины, — поморщившись, сообщил Турион. — Наташа ему могла не нравиться, но врать он не собирался. — А до этого я видел ее в ресторане. Что касается барона, то я о нем слышал, но ни разу не видел, не пришлось побывать на имперской эскадре. Барон командовал одним из отрядов, высаживающихся на остров Роно.

—Вот оно как… — Капитан явно растерялся, не зная, что делать. — С одной стороны ему совершенно не хотелось арестовывать имперского аристократа, но вариант свалить все на непонятных свидетелей тоже не прокатил. Коршины – действительно влиятельная семья в республике. Они сами капитана прожуют и не подавятся. — Так почему вы решили, что убийца – барон? Почему сразу отправились к нему в комнату?

—Так все очевидно было, — пожала плечами Наташа.

—О, как, — удивился капитан.

—Нет, что там живет конкретно барон Горн я, конечно, не знала, знала только, что женщину убили именно в той комнате, а раз никто из жильцов, по словам владельца дома, утром не съезжал, то логично предположить, что он все еще в комнате.

—Люди уходили утром, — вмешался сержант.

—Я осматривала тело. Женщина умерла недавно, буквально несколько минут назад…

—Вы еще и врач…

—Не обязательно быть врачом, чтобы заметить отсутствие окоченения. Более того, кровь все еще текла, но рядом ее было мало, что говорит о том, что убийство произошло в другом месте, а тело подбросили. Откуда могли принести тело? Улица, хоть и не главная, все же не является глухим тупиком – с мертвой женщиной на плече не погуляешь. Женщина, которая обнаружила труп, закричала, и уже через пять минут собралась почти вся улица. Так что нет, издалека его не могли принести. Тело лежало около козырька. Я заглянула туда и увидела следы скольжения чего-то тяжелого, а под козырьком всякий мелкий мусор, который, вероятно смахнул с него скользящий труп. Оставалось только прикинуть, из какого окна могли выбросить убитую так, чтобы она упала в определенное место на крыше. Как видите, все просто.

—Просто, да? — Капитан почему-то разозлился. — А бить барона было обязательно?

Наташа похлопала глазами.

—Простите, вы обвиняете меня в том, что я избила барона Горна?

Сержант, все время беседы простоявший в стороне, сделал вид, что подавился и сейчас отчаянно откашливался.

Капитан открыл рот… Подумал… Оглядел Наташу… Нахмурился… Закрыл рот…

—Сержант, смирно! — Нашел на ком отыграться капитан. — Если подавились, выйдите и зайдите, когда прокашляетесь.

—Простите, — посерьезнел сержант.

Капитан, все еще не остыв, повернулся к девочке.

—А дверь как открыли?

—Отмычкой, — честно ответила девочка. — У меня с собой всегда набор лежит в сумке. — И тут же пояснила ошарашенному капитану, явно не ожидавшему такой честности. — Никогда не знаешь, что и когда может пригодиться. Как видите, сегодня и они пригодились.

Неизвестно чем бы все закончилось, но тут распахнулась дверь и в кабинет стремительно вошел Гонс Арет. Хмуро глянул на Туриона, задержал взгляд на Наташе. Помолчал, отвернулся к стражникам. Капитан похоже уже знал в лицо свое прямое новое начальство и сейчас поспешно вскочил с места, вытянувшись по стойке смирно, сержант уже стоял навытяжку, сориентировавшись первым.

—Что происходит? Докалывайте.

Капитан открыл было рот. Потом сообразил, что знает меньше всех тут собравшихся и перевел стрелки на сержанта.

—Сержант Годрин лучше расскажет, он как раз с места происшествия, я сам еще только вхожу в курс дела.

Гонс Арет кивнул и развернулся к сержанту. Тот неторопливо, с достоинством повторил свой рассказ, потом уже объяснил свои действия, опрос свидетелей и выводы Наташи, на основании которых был задержан барон Горн Тарий.

—Барона задержали, тело привезли в холодную, стражников отправил опросить жителей улицы, возможно, скоро будем знать имя жертвы.

Гонс Арет покосился на Наташу, помолчал. Подумал.

—Все это хорошо, но почему вы свидетелей вместе опрашиваете? Ведь говорилось, что по одному и по очереди, тогда любая ложь легко выясняется несогласованностью в рассказах, неточностью. Ладно, как я понял, главной свидетельницей тут выступает эта вот, — Гонс Арет кивнул на Наташу, — весьма подозрительная особа. Не удивлюсь, если она и окажется главарем всей шайки.

Наташа обиженно засопела и отвернулась. Дядя обиду девочки проигнорировал.

—Давайте опросим молодого человека, отпустим его, а потом займемся мелкой рецидивисткой.

Капитан, кажется, был счастлив, что кто-то за него разрулил непростую ситуацию. Быстро организовали кабинет, сержант остался караулить Наташу, чтобы не сбежала, как грозно пояснил капитан. А Гонс Арет с капитаном закрылись в кабинете, куда пригласили и Туриона Коршина.

Долго они его задерживать не стали и уже минут через десять отпустили. Капитан лично проводил его из участка. Турион же хмуро глянул на такую же хмурую девочку и вышел.

—Давай теперь ты, — капитан кивнул на дверь кабинета.

Наташа поднялась, зашла, замерла перед столом, за которым сидел Гонс Арет.

—Рецидивистка Наталья Астахова прибыла! — доложила она.

Гонс Арет поморщился. Махнул рукой.

—Не строй из себя обиженную. Заслужила. Ты пошла на занятия в лицей! Потом сообщила, что встречаешься с одним из ночных королей, потом я узнаю, что ты чуть ли не в убийстве участвовала, потом сообщаешь, что тебя ведут к страже!

Зашедший в этот момент капитан ошарашенно замер. Ну никак это не походило на допрос подозреваемой.

—Ладно, признаю, поздно вспомнила о докладе, но я сама удивилась. Да и новость, что сообщил Альтин… — Наташа вдруг замолчала, покосилась на капитана. — Потом расскажу.

—Хорошо… Да сядь ты уже! Что тут рядового на выволочке у сержанта изображаешь?

—Не знаю, у меня не было такого опыта. — Наташа прошла к стене, подтащила оттуда стул и уселась сбоку от стола. — Лучше скажи, что будет с этим бароном? Альтин вот предположил, что отпустят.

Гонс Арет устало потер переносицу. Покосился на замершего с открытым ртом капитаном.

—Ах да, капитан, позвольте представить – мой заместитель-консультант, Призванная, Наталья Астахова.

Теперь уже капитан усиленно кашлял, прочищая горло.

—И, капитан, отвечая на ваш невысказанный вопрос: да, я очутилась там случайно, когда шла вместе с одним из ночных королей Моригата. Да, у меня с ним была встреча. Нет, чтобы там ни сочинил Турион, чисто деловая. Скажем так, продолжение предыдущей встречи. Ночной мир Моригата изъявил желание познакомиться с Призванной, которая должна их искать… Э-э… В общем, это слишком сложно, не вникайте. Просто сегодня было продолжение того разговора. Кстати, дядя, а что там сочинил обо мне Турион, даже интересно?

—Дома расскажу, — хмыкнул он. — тебе понравится. Но с подругой и Лореном сама будешь объясняться после того, как Турион обязательно начнет их убеждать, что с тобой им дружить не стоит… Друзья у тебя нехорошие. Плохо будут влиять на всех.

—И ведь не поспоришь, — вздохнула Наташа. — Один господин Юлиус чего стоит… Тот, который под номером один…

—Так! — рявкнул Гонс. — Не переходи черту!

—Вот и я об этом, — ничуть не испугалась Наташа.

—Я с ума с тобой сойду! Марш домой и жди меня, там подробно все расскажешь и доложишь, как положено. В том числе и о чем с Артистом говорила.

—Слушаюсь… Только это… дядя, вы так и не ответили на мой вопрос. Что с бароном будет?

—Марш домой, я сказал! И жди меня.

—Ясно, — поднялась Наташа и вздохнула. — Ответили. Пойду я.

Дома Наташу встретила Клара. Девочка, увидев ее, даже растерялась сначала, не сразу сообразив кто это и что она делает в ее комнате. Вспомнила.

—А-а-а… Клара, да? Извини, завертелась, забыла, что ты сегодня должна прийти.

—Госпожа… я позволила себе осмотреться в вашей комнате…

—Ну… тебе все равно рано или поздно пришлось бы тут осмотреться. Почему бы не сегодня?

—Я пока протерла пыль, сложила вещи… в кабинет не заходила.

—И правильно, — кивнула Наташа. — Идем за мной.

Девочка сама прошла к кабинету, открыла дверь, скинула с плеча сумку и раздраженно кинула ее в кресло. Прошла к своему месту, застыла перед креслом, покосилась на служанку, застывшую перед столом, мысленно махнула рукой и выдвинула от стены мягкий стул.

—Садись, — пока служанка неуверенно топталась, придвинула второй. — Извини, день неудачный вышел. Значит, ты твердо решила принять предложение… А почему, если не секрет?

—Эм… — Клара несколько растерялась. — Ну… служить Призванной…

—Муторно и сложно, но звучит занятно… первые несколько встреч. Клара, я не заблуждаюсь, я не те благовоспитанные леди, к которым вы привыкли. Я ведь в сердцах могу послать вполне по-простонародному. К тому же у меня необычные интересы, мне придется общаться с не самыми приятными личностями. И тебе придется подстраиваться, терпеть мои закидоны. Ты действительно готова к этому?

—О… — Клара отвернулась. — На самом деле, госпожа… мои рекомендации… не очень хорошие. Я полагала, что это вы от меня откажетесь, как только прочтете их.

—Рекомендации – это те письма, что мне ты мне передала при первой встрече? Я их даже не открывала. Признаться, и сейчас не интересно, что там. Для меня достаточно рекомендации от госпожи Клонье. Если она выбрала тебя одной из… ох ты ж… Ну интриганка! Ришелье в юбке!

—Простите, госпожа, я не понимаю…

—Говоришь, у тебя не очень хорошие рекомендации со старых мест? Дай угадаю: непоседлива, несдержанна… что там еще может быть?

—Непочтительна, госпожа, — поникла Клара.

—Ну конечно, — хмыкнула Наташа. — Куда ж без непочтительности. Это, наверное, когда ты высказала кому-то все, что о нем думаешь?

—Гостю госпожи…

—О… — Наташа помолчала, нервно постукивая пальцами по столу. — Как же, встретила сегодня одного такого… Так, всё-таки прочитаю твои рекомендации… Куда я там их сунула? Ага, сюда. — Наташа выдвинула средний ящик в столе, достала три письма и по очереди прочитала их, иногда похмыкивая. — Ну, в общем, как и думала. — Она свернула письма и бросила в стол. — Короче, меня ты устраиваешь. Твоя почтительность мне нафиг не сдалась. По большому счету мне и служанка не очень нужна, но уже просто неудобно просить слуг мамы то в одном помочь, то в другом. Мои требования просты: порядок в комнатах, помощь в сборах к разным церемониям – ваши платья меня малость выбешивают тем, что самостоятельно их надеть в принципе невозможно. Руки оторвать тем, кто такие фасоны придумывает… — Наташа застыла, покосилась на дверь. — Так, я этого не говорила. Хотя мама мое отношение к этим фасонам знает. Но что делать, иногда надевать приходится. Что еще? Ах да, приносить почту, отправлять мои письма. Иногда быть секретарем. Ну и, само собой, сопровождать на разные выходы… Надеюсь таких не очень много будет. Все устраивает?

Растерянная Клара кивнула.

—Да, госпожа… признаться, я и не думала, что вы меня возьмете. Я очень удивилась, когда госпожа Клонье меня пригласила…

Наташа хмыкнула.

—Да расслабься ты, именно тебя она и выбрала мне в служанки. Остальные так, для фона были. Якобы мне предоставили совершенно свободный выбор. Говорю же, та еще интриганка.

—Э-э… почему вы так думаете?

—Да потому что у тех двоих наверняка имелись безупречные рекомендации, и все они идеально служили своим прошлым таким же идеальным леди. Только вот я не леди и совершенно не идеальна. Они наверняка обе меня начали бы раздражать уже на третий день общения бесконечными разговорами на тему, как должно вести себя настоящей леди. Мама же меня знает как облупленную и прекрасно понимает, кто мне подойдет, а кто нет. И те двое это сразу поняли, потому и сбежали. А вот ты мне подходишь.

—И вас не расстраивает, что за вас сделали выбор?

—Расстраивает? Почему это меня должно расстраивать? Я понятия не имею, как тут у вас дела делаются в высшем обществе. Мне не столько служанка ведь нужна, сколько подруга и наставник, который объяснит, что и как делать, но без нудных нравоучений. Я тут никого не знаю, а у мамы обширные связи. Так что неудивительно, что она быстро отыскала того, кто нужен.

—Но все равно как-то… И что делать?

—А в чем проблема? — удивилась Наташа. — Что делать? Работать, а там посмотрим уживемся мы или нет.

—Я все же думаю, что госпожа Клонье не должна была так делать.

—Ха. Ты как будто против работы. Что касается мамы, то лучше воспринимай ее мудрость и учись, иначе потом придется учиться на собственной глупости. А это болезненней, поверь. А пока, раз все же остаешься, помоги переодеться. Там в шкафу где-то брюки должны быть и рубашка.

—Но…

—И без комментариев! Я уже десять раз пожалела, что сегодня надела платье. В нем совершенно неудобно на крышу лазить…

—На крышу? — изумилась Клара.

—Не спрашивай. Просто посмотри одежду. А это в стирку передай. Боюсь, после сегодняшних приключений мне удалось собрать всю возможную грязь с улицы и крыши. — Наташа медленно подняла ногу и изобразила удар. — И драться неудобно, — сделала она вывод.

Клара на миг застыла с непонятным выражением на лице, потом как сомнамбула вышла из кабинета и отправилась в гардеробную. Наташа хмыкнула и зашагала следом.

—Ох, невинные нравы сонного патриархального общества, — похихикала тихонько девочка. Кажется, у нее появилось новое хобби – шокировать свою служанку. Она так смешно реагирует на что-то, что выбивается из ее представления о мире…

Переоделась Наташа вовремя, заявился Гонс Арет. Наташа отправила Клару, чтобы та проводила его в кабинет, а сама окончательно убедилась, что все во внешности в норме и отправилась туда же.

—Клара, попроси никого не тревожить, у нас важный разговор.

Гонс Арет уже успел достать из бара, в котором девочка держала специально для него и Дарка Врома всякие спиртные напитки, бутылочку коньяка и сейчас как раз наливал его в бокал. Резким ударом по крышке он заткнул бутылку пробкой и с бокалом прошел к креслу, устроился там поудобнее и только после этого удостоил девочку взглядом. Та, впрочем, ничуть не огорчившись такому невниманию, уже успела устроиться в кресле напротив. Теперь их разделял небольшой столик, чуть выше журнального. Столик предложила поставить госпожа Клонье специально для деловых встреч со знакомыми. Вот как сейчас. Ну не ставить же дядю в позу посетителя-просителя, принимая его сидя за столом? Тем более если встреча деловая, то он вроде как ее начальник.

Сделав глоток, Гонс Арет отставил бокал.

—Ну, рассказывай. Сначала.

Наташа согласно кивнула и приступила к рассказу, начав с того момента, как ее встретил Альтин Росс у лицея. Гонс Арет в этом месте нахмурился, но промолчал. Терпеливо, не задав ни одного вопроса, дослушал до конца. Когда Наташа закончила рассказ, снова взял бокал и сделал глоток.

—Да уж… Встретились с ночными королями… Но такого никто не мог ожидать. Джок Вырвиглаз, говоришь? Надо бы поспрашивать о нем. Как думаешь, этот Альтин мог соврать?

—А зачем? — пожала плечами Наташа.

—Кто знает… Может, опять какое-нибудь свое представление готовит… Артист.

—Признаться, у меня была такая мысль. Только вот дело в том, что если этот Джок действительно что-то замышляет, а мы не поверим, то это будет хуже. Лучше уж поверить и выглядеть глупо, чем не поверить и прозевать… что-то…

—А так мы прозеваем что-то от Артиста.

—Тоже может быть. Только вот Артист в некоторой степени предсказуем, и что бы он ни задумал, вряд ли это что-то… опасное для людей. Ограбит кого-нибудь. Ну ограбит на большую сумму.

—То есть ты все же веришь?

—Ну тут все по теории вероятности.

—Теории чего? Это как?

—Теория вероятности. Математический расчет вероятности того или иного события.

—И? Какая у тебя вероятность, что что-то случится?

—Вероятность стандартная – пятьдесят процентов, — пожала плечами Наташа. — Либо случится, либо нет.

—Очень смешно, — буркнул Гонс Арет.

—Дядя, ну какая разница? И вы, и я понимаем, что будем исходить из того, что Артист говорил правду. Ну а если он обманывает… Ну, будет лишний кирпичик к его характеристике. На самом деле это не менее важно. Ну а тут… нужно будет опросить всех стражников, кто хоть что-то знает об этом Джоке. Судя по прозвищу, личность он известная, а значит найти таких нетрудно.

Гонс Арет кивнул и сделал запись в блокноте.

—Так, с этим понятно. Теперь с убийством… Как ты вообще в это влезла?

—А что, надо было мимо пройти? Кричали же.

—И ты, конечно же, рванула на крик первой…

—Почему первой? За Альтином… Ну, если честно, он меня тормознул и сказал то, что обычно говорит мне Дарк Вром.

—О… что ж, ему зачтется перед богами, — хмыкнул Гонс Арет. — А вот твоя привычка срываться и мчаться к опасности меня, откровенно говоря, малость беспокоит. У тебя вообще в голове хоть что-то есть?

—Что там может быть? — пожала плечами Наташа. — Там же кость.

—Смешно. А если без шуток?

Наташа отвернулась. Пожала плечами.

—Ну я не одна была. И была уверена, что остальные не отстанут.

—Артист?

—Он особенно. Кстати, я уверена, что он из дворян и даже успел получить должное воспитание.

—И поэтому ты в нем была уверена?

—Нет, конечно. Говорю же, в определенных ситуациях он предсказуем. И тут как раз такая и была. Он бы никогда не оставил меня в опасной ситуации. Ну и Турион… Он мне не нравится, как и я ему, не знаю уж, что он там обо мне надумал после случившегося, но все же ему тоже воспитание не позволило бы оставить меня в беде.

—Это ты все просчитала, когда бросилась на крик или сейчас придумала, оправдываясь?

Наташа промолчала.

—Я так и подумал, — пришел к каким-то своим выводам Гонс Арет. — Ладно, с наскока проблему этого Джока не решить, тем более даже непонятно, станет он что-то делать и где, если станет. Сейчас другое. Тебя настоятельно председатель Сената просил завтра после занятий в лицее подойти к нему. По секрету скажу, что дело касается предстоящего праздника в честь победы и наших союзников…

—О, как… Так в честь победы или союзников?

Гонс Арет поморщился.

—Наташа, ну серьезно… Ты в самом деле полагаешь, что победа над горсткой неорганизованных банд тот повод, ради которого стоит устраивать какие-то празднования? Тут, скорее, для империи праздник.

—В смысле? — не поняла Наташа.

Гонс Арет помолчал, немного глотнул коньяка, закусил кусочком сыра.

—Полагаю, тебе это можно сказать, только не распространяйся об этом нигде. На самом деле, конечно, никакие там были не пираты… Маскировались… Точнее связи налаживали и рекрутировали кадры.

Наташа на мгновение задумалась.

—Заговорщики!

Гонс Арет молча указал на нее пальцем, потом поднес его к собственному рту, изображая знак «молчи». Наташа медленно кивнули.

—Разгромили некоторые базы. Но там только имперцы штурмовали… Они потому и линкоры потащили с собой – там десант разместили и на них везли небольшие такие лодки плоскодонки, для десантных операций.

—А республика тут с какого бока?

—А республика с того бока, что именно она, пусть и неофициально, строила фрегаты для заговорщиков. Во-первых, оправдание перед императором…

—Он вроде как не выдвигал претензий.

—Исключительно благодаря тебе. Но и официальным властям нужно оправдаться. А во-вторых, и это главное, таким образом мы налаживаем контакты с империей и этот поход один из… Скажу больше, судя по тому, что к Мату зачастил имперский посол, будет сделано какое-то предложение, которое коснется и тебя.

—И чего мне ждать? — растерялась Наташа.

—Точно не переезд в империю, — усмехнулся Гонс Арет. — Не знаю. В высокую политику я предпочитаю не лезть. Мое дело маленькое – заняться новой службой. Кстати, раз уж все равно идешь к Мату Сверу, завтра после встречи с ним тебе стоит прийти в новое здание. Выберешь себе кабинет и оставишь пожелание по его обустройству.

—Да! Напомнил. Хочу сержанта Годрина.

Гонс Арет моргнул, подозрительно покосился на бокал с коньяком, понюхал его зачем-то. Моргнул еще раз и посмотрел на Наташу.

—В каком смысле?

—В смысле в каком… Ты чего там подумал, дядя?!

—Рано тебе знать то, о чем я подумал, — успокоился Гонс Арет и хохотнул. — Объясни мне нормально, чего именно ты хочешь?

—Свою команду оперативников. — Наташа поднялась, обошла стол, села на рабочий стул и выдвинула нижний ящик, достала из него папку, раскрыла, быстро пролистнула, нашла нужный лист и перекинула его Арету.

Тот озадаченно покосился на него, взял и прочитал.

—И что?

—Оперативники – это как раз тот уровень, который работает, как говорит папа, «на земле». То есть именно они по заданию сыщика, следователя, не знаю уж, как вы назовете эту профессию, опрашивают свидетелей, занимаются первичным осмотром места происшествия. Ну и задержанием преступника занимаются. По моей структуре – это отдельная служба. Я там даже набросала список того, что они должны знать и уметь.

—Ага. Следователь пишет задачу, начальник этих самых оперативников по этому заданию направляет тех, кого считает нужным. И столько, сколько нужно…

—В реальности сколько есть ставок. Но обычно одного-двух всегда хватает… Ну… папа всегда про двоих говорил. Мол, самые толковые, и всегда их просит выделить.

Гонс Арет снова перечитал бумагу.

—И? Причем тут сержант?

—Хочу для себя призвинячью привилегию.

Гонс Арет моргнул. Снова покосился на бокал.

—Какую? Что?

—Ну я Призванная? Призванная. Должна я, как Призванная, иметь хоть какую-то привилегию? Должна. Вот хочу постоянную собственную команду оперативников.

—Приз… призвинячью… — Гонс Арет мотнул головой. — Вот вроде коньяк пил я, а ощущение, что напилась ты.

—Мне запаха от твоего коньяка хватило.

—Я так понял… Кто требует каких привилегий, кто дополнительной власти, полномочий. А ты команду оперативников. После этого меня уже мало что удивит. Ладно, поговорю с сержантом, если согласится – будет тебе команда. Но только когда нужна будет твоя помощь и ты будешь участвовать в расследовании.

—Я и собираюсь.

—Это в каком?

—А что, мы с Джоком уже разобрались?

—Гм… Я думал, что я отдам распоряжение у себя, назначу ответственного.

—Ну да. А я с другой стороны. Вызов же мне брошен вроде как. Если я отстранюсь, то неизвестно, как Джок отреагирует.

—Ты серьезно или тебе просто хочется поучаствовать?

—Я серьезна… и мне скучно. И учиться надоело. Теория магии мне все равно не дастся, математику с алгеброй я могу хоть сейчас сдать, с природознанием сложнее – слишком разный уровень знаний, плюс различное наименование одних и тех же законов. Я больше времени трачу на то, чтобы запомнить, что первый закон Ньютона у вас называется законом покоя тел. Остаются языки… ну и то, что положено знать благовоспитанной, прости господи, леди. Танцы, основы этикета. Ах да, еще религия.

—Знать имена богов нужно.

—Да я и не спорю. На самом деле я уже все книги прочитала, но пока не все запомнила. Да, еще риторика… Зачем, кстати?

—Каждый воспитанный человек должен уметь выразить свои мысли и отстоять свое мнение в диспуте. А зачем… Ты забываешь, кто учится в твоем лицее. В основном там дети нобилей, и в будущем с большой долей вероятности, они сами станут нобилями. А значит, у них будет право избирать в Сенат и быть избранными в него. То есть им придется выступать в Сенате, вести дискуссии.

—О-о-о… да, не подумала. Тогда бы еще законодательство не помешало бы учить… хотя бы основы.

—Так выступи с таким предложением.

—Боюсь, — хмыкнула Наташа, — тогда меня благодарные ученики тайком придушат и прикопают у ограды лицея. Нет, пусть кто другой рискует. Взрослый и сильный.

Гонс Арет глянул на часы на стене, отставил бокал и поднялся.

—Идти надо. И это, Мат Свер знает, когда у тебя занятия заканчиваются.

Наташа устало кивнула.

—Опять Альда обижаться будет… Она наверняка меня к Лорену в гости затащить захочет. Ладно, до завтра, дядя.

Наташа ошиблась. Утром, едва ее завидев, Альда затащила Наташу в комнату «попудрить носик», наплевав на то, что занятие начнется с минуту на минуту. Убедившись, что в помещении никого нет, Альда подперла дверь шваброй, стоявшей в углу. Наташа, слегка ошарашенно, наблюдала за подругой.

Та же, закончив с дверью, оттащила Наташу за руку к окну.

—Так, давай, говори, что там у вас с Турионом случилось?

—А? — совсем растерялась Наташа. — С Турионом? О чем ты?

—Вчера меня пригласили к Коршиным, что уже было необычно, поскольку Ратина Коршина дома не было.

—Почему необычно?

—Обычно, если я прихожу, он находит время встретиться со мной. А тут словно специально подобрали время, когда он никак не мог остаться… Хотя почему «словно»? Именно что подобрали, но это я позже поняла, сначала просто удивилась. В общем, Турион поймал момент, когда его младший брат уйдет по каким-то делам, разбираться с едой на кухню, а после устроил мне форменную промывку мозгов. Какая ты плохая, водишь дружбу с нехорошими людьми, занимаешься нехорошими делами и вообще не ровня ни мне, ни его брату. И вообще, если Тонзеры надеются породниться с Коршиными, чтобы твоего духа рядом ни со мной, ни с ними не было. Было похоже на ультиматум. Потом заявил, что, типа, из уважения к брату он высказывает всё мне, в надежде, что у меня всё-таки есть хоть капля мозгов и я перестану общаться с тобой. Признаюсь, этот вот ультиматум взбесил меня больше всего, но, поскольку я вообще не поняла, о чем он говорит, то и ответить ничего не могла. В каком убийстве ты, кстати, участвовала?

—Чего?

—Вот и у меня такой же шок был. Но ты ж меня знаешь. Я не из тех, кто, не разобравшись, начинает действовать. Я тогда промолчала. Ты не представляешь, каких усилий мне это стоило. Так что давай, рассказывай. Что там за нехорошие люди, убийство и про твое преступное нутро заодно говори. Что там у тебя за шайка?

—Преступное нутро? — переспросила Наташа.

—Цитата.

—О… Я так понимаю, на занятие мы сейчас не пойдем?

—Правильно понимаешь.

—Ну ладно, — Наташа запрыгнула на подоконник и поудобнее устроилась. — Рассказать могу не все, ездила по делам от следственного совета, вчера, кстати, официально подписан указ об его образовании.

—Призванная, давай про Туриона.

—Ну значит так, по делам своей работы, сама знаешь где, мне пришлось встретиться с определенными людьми с альтернативно честными заработками…

—Вот давай без своих выражений, а? С чего такая необходимость?

—Они захотели встретиться с Призванной. Зачем – пока не разобралась. В общем, встретилась. А вчера один из них захотел продолжить встречу и принес важное известие. Вот тут извини, не скажу, о чем. Понятно, что ни на улице, ни на ходу серьезно поговорить не получится, потому он пригласил меня в ресторан, куда с компанией заявился и Турион. Все бы обошлось, если бы он не любил совать нос в дела, которые его не касаются…

—Есть за ним такое… и не только за ним, — Альда многозначительно посмотрела на Наташу. Та сделала вид, что намека не поняла.

Дальше Альда слушала историю, раскрыв рот. Когда Наташа начала рассказывать про появление Гонса Арета и как тот пошутил… Подруга не выдержала. Она прислонилась к стене и тщетно старалась сдержать смех. Под конец уже плюнув на воспитание благовоспитанной леди, Альда хохотала, колотя кулаком по стене в порыве чувств. У нее всегда было хорошее воображение, и картину она могла представить себе хорошо.

Наконец она успокоилась.

—Как я понимаю, когда ты вышла, Туриона уже не было?

—Он же не идиот торчать там.

—Знаешь, если бы я оказалась на его месте, я бы тоже о тебе нехорошо подумала.

—Ты обо мне и так постоянно нехорошо думаешь. Призванной обзываешь.

—Заслуженно, между прочим. Итак, что будем делать? Хотя нет, не говори! Так, дай мне подумать… — Альда нервно заходила по туалету. — Сейчас главное, чтобы Турион не узнал, кто ты… Поскольку он сейчас общается либо с такими же моряками, которые приплыли вместе с ним, либо со старыми друзьями, которым до Призванной вообще дела нет, то узнать он может только от брата. Лорен – слабое звено.

—Ты чего придумала, интриганка?

—Пока не знаю. Главное, чтобы он продолжал считать тебя… Кем он там тебя считает?

—Скорее всего, членом какой-нибудь местной банды. Тем более я ему сказала, кто тот человек, с кем я обедала. А так не хочу даже думать, какое место в этой банде он мне отвел в своих мыслях.

—Вот пусть так и продолжает считать. И вообще, ты всех тут в лицее запугала и держишь в страхе. И если я перестану с тобой водиться, то меня изобьют твои подпевалы!

—Альда, ты чего на ночь читаешь? Знаешь, в моем мире были популярны подобные сюжеты про школьные банды. У вас тоже?

—Сама придумала.

—Напиши книгу – будет нарасхват. И без всяких историй от Призванной.

—Вот прославлюсь как твой литературный агент и литературный обработчик твоих историй – подумаю. А что, правда были популярны?

—У определенной категории. Как правило, либо юношей, либо девушек – все зависит от того, какого пола главный герой.

—О-о-о… даже так… Потом расскажешь что-нибудь?

—Потом.

—Да. А сейчас нужно отыскать наше самое слабое звено…

—Чего?

—Идем искать Лорена! — Альда убрала швабру от двери и умчалась.

Наташа проводила подругу растерянным взглядом. Почесала затылок. Определенно у Туриона с Альдой давняя «любовь». Это точно не семейное. То, с каким энтузиазмом Альда бросилась делать гадость старшему брату своего жениха, наводило на определенные мысли. А ведь Турион Альду спасал от злобной преступницы, мысленно хмыкнула Наташа. Но в своем стиле, которым буквально взбесил всегда спокойную, неконфликтную подругу. Умудрился же. Взбесить Альду – это надо сильно постараться.

На перемене Наташа могла наблюдать занимательную картину, как Альда тащила куда-то Лорена за руку. Растерянный Лорен слабо сопротивлялся, скорее для вида. Наташа не удержалась, улыбнулась ему и помахала рукой. Лорен споткнулся от неожиданности и чуть не упал.

Вернулись они как раз к началу следующего урока. Лорен выглядел как взъерошенный воробей. Был явно не согласен, но спорить с Альдой не мог. Последняя плюхнулась рядом с Наташей и облегченно выдохнула.

—Фу, убедила.

—Ты такая оптимистка, — хмыкнула Наташа. — Во-первых, мне совершенно непонятно, до какого срока ты планируешь прятать меня от Туриона. Во-вторых, ты действительно думаешь, что он ни с кем общаться не будет и его никто не просветит?

—Вот по последнему я бы не волновалась совершенно. Просто нужно знать Туриона – он никогда не станет говорить о человеке, который ему неприятен. А если при нем заговорят о Призванной, как он свяжет ее с тобой? А вот с первым да, проблема… Еще не подумала.

Наташа только вздохнула. Ну, может, оно и к лучшему – по крайней мере, пока осуществляется этот «хитрый план» Альды, она не потащит ее в гости к Коршиным и ей не придется чувствовать себя виноватой всякий раз отказываясь из-за дел то с новой службой, то с делами в Сенате с председателем.

—Кстати, Наташа, ты не обидишься? Просто Турион настоятельно мне советовал не приглашать тебя. Конечно, если ты придешь, то отец Туриона просветит его и развеет это недоразумение, но…

—Но тогда накроется твой хитрый план, который настолько хитрый, что ты и сама не знаешь, чем он должен окончиться, — кивнула Наташа. — Не переживай. Может я и не согласна с тобой… Ну честное слово, Альда, прямо детский сад какой-то! Но, увы, просто не имею времени. Сейчас, когда идет активное создание службы и набор персонала я занята постоянно. Даже в лицей, наверное, придется не каждый день ходить. И сегодня меня зачем-то вызывает председатель Сената. Так что из лицея я сразу в Сенат.

—Вот и славно, — кивнула Альда. — А я еще раз поговорю с Лореном.

Лорен на следующей перемене подошел сам. Воровато оглядевшись и не обнаружив поблизости Альды, пожаловался на ее поведение.

—Что у них с Турионом? — прямо спросила Наташа. — Я впервые вижу Альду настолько довольной и полной энтузиазма от одной только вероятности, даже не возможности, поставить кого-то в неловкое положение.

Лорен помялся.

—Ну ты же ее знаешь… Альда не любит выделяться. Всегда подстраивается под собеседника.

—Есть такое, — согласилась Наташа, которая вовсе не считала эту черту подруги положительной.

—Так и тут. Альда считает Туриона ограниченным в интересах, умным, но ленивым, который отказывается что-то узнавать, предпочитая мнения авторитетов. Ну и вела себя соответственно. А Турион стал считать ее глупой, ограниченной дурочкой, которая только и ищет, кому усесться на шею. Считает, что она меня обманывает, что я ей совершенно неинтересен, что отношения семей можно развивать и без свадьбы.

—Так надо было объяснить…

—Я так и сделал, — убито кивнул Лорен. — После чего Турион стал считать Альду лицемеркой, которая играет на чувствах других людей…

Наташа честно вынуждена была признать, что есть такое. И если не знать Альду, то можно посчитать ее действительно лицемеркой. На самом деле она, подстраиваясь под людей, не стремилась как-то использовать их или получить иную выгоду. Просто ей так спокойнее. Не любит она демонстрировать свой интеллект, который, надо признать, действительно близок к гениальности. Возможно, потому и стала подстраиваться под других, что уже сталкивалась с пренебрежением окружающих из-за её ума. Вот и привыкла его скрывать таким нехитрым образом.

Потому и с Наташей она подружилась и не скрывала себя настоящую, что считала ее равной. В своей области, как всякие Призванные, но в этой области гениальной.

—Два гения всегда найдут общий язык, чего нам с тобой стесняться, — как-то шутливо заявила Альда на вопрос Наташи, почему та ведет себя с ней совсем иначе, чем с другими. Но шутливо ли?

—Ясно, — после недолго размышления, согласилась Наташа. — Вы с братом похожи. Раз придя к какому-то выводу – вас уже трудно спихнуть с него и заставить пересмотреть взгляды. Своей Альды, которая направила бы его на путь истинный, у него не нашлось.

—Я же извинился, — буркнул Лорен.

—Я не в упрек, — махнула рукой Наташа. — И я сейчас про твоего брата. В общем, он уперся, желание Альды наладить хоть какой-то контакт с ним воспринималось им как желание подмазаться и втереться в доверие. Альда особым терпением к упертым людям тоже не отличается, и она начала ему подыгрывать. Мол, какой ты меня видишь, такой для тебя и буду…

Лорен снова кивнул.

—И что мне делать?

—А зачем тебе вообще что-то делать? — поинтересовалась Наташа.

—В смысле? Но ведь Альда и Турион…

—Лорен, вот ответь на простой вопрос – тебе Альда нравится?

—Да, — покраснел мальчишка.

—Ты согласен с мнением брата о ней или твой брат просто плохо ее знает?

—Не согласен, — отвернулся Лорен. — Турион плохо ее знает, а меня считает слишком доверчивым, когда я пытаюсь ему что-то объяснить.

—Тогда и не лезь. Альда сейчас затеяла свою войнушку, пусть ее развлекается. Не убьет, серьезно не навредит, так чего ты дергаешься? Дай девушке развлечься. А твой брат… ну откровенно говоря, его упертость и уверенность в умении делать правильные выводы по неполной картине раздражает и меня. Так что, если хочешь, мой совет – не лезь между ними. Рано или поздно кто-то из них повзрослеет. Либо Альда, тогда сама угомонится и прекратит эту войну, либо Турион, который научится пересматривать картину мира, при появлении новых фактов.

—Думаешь? — задумчиво переспросил Лорен.

—Если не хочешь поругаться с кем-нибудь из них – да. Уверена.

Задумчивый Лорен отошел. Наташа же вздохнула. Вот только становиться посредником между Лореном и Альдой ей не хватало для полного счастья!

Глава 7

Коляска лихо затормозила у бокового подъезда центрального здания Сената, и Наташа ловко соскочила на землю, чуть наклонилась назад, разглядывая из-за колонны центральную площадь, на которой прогуливались люди. Чуть не упала, удержала равновесие, тихонько ругнулась. Кучер сделал вид, что не услышал.

—Я тутоньки буду, госпожа, — он указал кончиком хлыста в сторону конюшен. Видно их отсюда, конечно, не было, но Наташа уже знала, что здесь и как. Для таких вот «водителей кобыл» был предусмотрен специальный гостевой двор, где и коляску поставить можно, и коню дать время отдохнуть, и самому в компании таких же «водителей» принять что-нибудь для сугрева. Это не одобрялось, но все закрывали глаза, если, конечно, кучера знали меру. — Вы надолго?

Наташа задумалась. Вопрос для кучера не праздный. Распрягать коня или нет? Можно пропустить рюмочку в хорошей компании или не стоит?

—Не знаю, — вздохнула она. — Я даже не знаю, для чего меня позвали. Так что устраивайся надолго. Если бы было быстро, то не вызывали бы, просто передали бы с дядей… или по связи.

Пластины связи удобные, но… Магического заряда им хватало вызовов на десять, а потом требовался квалифицированный маг для зарядки. А это дорого. Потому и не распространены такие вещи несмотря на все удобства. Такие пластины связи держали только те, кто мог себе позволить регулярные траты на мага. Да и сами пластины стоили… как автомобиль. Не «Мерседес», но где-то рядом. Наташа как-то ради любопытства прикидывала. Вот и получалось, что аналог сотовой связи имелся, но… не имелся, ибо абонентов в Моригате около сотни. Не больше. И это в столице далеко не самой бедной страны этого мира. Вот и использовали их только в случае крайней необходимости.

Наташа мысленно хмыкнула, нащупав в кармане пластину. Все-таки удобно, когда в знакомых ходит пусть и бывший, но член Совета Магов. И пластины сделал для всей семьи, и заряжает бесплатно. Ну и естественно такие пластины были у всех сенаторов, в том числе и председателя. Им их выдавали и заряжали за счет государства… Удобно.

Пока Наташа размышляла, насколько упростилась бы жизнь, если бы такие пластины стали так же доступны, как сотовые телефоны в ее мире, она уже успела дойти до кабинета председателя. Поскольку в Сенате она бывала часто, то дорогу знала прекрасно и в сопровождении не нуждалась. Ее так же знали все служащие… Ну те, кому нужно. Потому секретарь, едва заметив девочку у двери, тут же махнул рукой с зажатым в ней пером в сторону кабинета Мата Свера и снова уткнулся в бумагу, в которой что-то правил.

Наташа из вежливости стукнула один раз в дверь и, не дожидаясь приглашения, тут же вошла. Мат Свер Мэкалль оказался не один. И, к собственному удивлению, девочка узнала в госте посла Арвийской империи графа Арландо Черстера, с которым шапочно познакомилась еще в империи, когда император отрекомендовал его как нового посла в республике. Наташа тогда, признаться, как-то пропустила всё мимо ушей, как раз занималась расследованием смерти графа Сторна. Потом еще пару раз виделись. Теперь встретились тут.

—Граф, — поклонилась ему Наташа по всем разученным правилам этикета.

Мат Свер хмыкнул.

—Вижу, вы знакомы, значит, представлять вас не нужно.

—Его Величество представил нас, когда госпожа Наташа гостила в империи, — вежливо пояснил посол. — Госпожа Наташа, недавно прибыл курьер из империи, лично вам просили передать два письма…

Прежде чем Наташа успела удивиться, кто там мог из империи ей писать, как посол протянул ей два запечатанных сургучной печатью конверта.

—Оу… — удивилась девочка, вертя один из конвертов. Печать на нем не оставляла никаких сомнений в авторстве. — Его Величество… — Наташа сочла за лучшее прочитать сначала письмо от императора… Как оказалось, письмо было не столько от императора, сколько от отца, которого любимая дочь окончательно замучила. По словам императора, теперь она хотела возглавить сыскную службу империи. В конце чуть ли не вопль о помощи: «Утихомирь уже ее, у тебе в первый раз неплохо получилось!»

Наташа слегка ошарашенно покрутила письмо, потом аккуратно убрала его в сумку и вскрыла второй конверт, уже догадываясь от кого он. Ну да, принцесса Леора. Она с ходу вывалила на девочку кучу информации о том, чем она занимается, чему учится, по-детски честно призналась, что подслушала разговор отца с одним из чиновников по поводу создания сыскной службы такой же, как создается в республике с помощью Призванной. Тогда Леора, как она заявила в письме, нашла свое призвание…

Наташа покрутила письмо.

—Сам виноват, — заявила она.

—Простите? — удивился посол.

—Говорю, император сам виноват. Леора не первый раз такое проделывает и подслушивает то, что не предназначено для ее ушей. Его величество мог бы… озаботиться.

—Принцесса очень хорошо изучила дворец с помощью своего среднего брата, который где-то отыскал старые секретные чертежи… Император их, конечно, отобрал, но у второго принца оказалась на редкость хорошая память.

Девочка рассмеялась.

—Принц и принцесса нашли друг друга. Ум одного и энергия второй – это сокрушительная сила.

—О да… Его величество и ее высочество просили вас ответы передавать через меня.

Ага, а что ответы будут, посол даже не сомневался. Хотя, конечно, кто ж в здравом уме отказывает в просьбе императору?

—Перечитаю еще раз внимательней и напишу ответы, — клятвенно пообещала Наташа.

—Ну раз с этим делом закончили, — вмешался Мат Свер, который до этого терпеливо ждал, когда Наташа прочитает письма, видно, знал об этом и не удивился. — Тогда давайте поговорим о делах. Госпожа Наташа, его величество, через своего посла, — короткий кивок в сторону графа, — обратился к республике с просьбой, причин не удовлетворить которую у нас нет.

Наташа подумала немного.

—Как я понимаю, просьба каким-то образом касается меня, иначе меня сюда не звали бы… — Тут она вдруг хлопнула по сумке, в которую положила письма. — Служба! — резко заявила она прежде, чем кто-то ей ответил. — Леора… Прошу прощения, принцесса Леора написала, что подслушала разговор… Император хочет создать следственную службу аналогичную той, что сейчас создается здесь… Но все равно не понимаю, чем я тут могу помочь?

—Его величество обратился с просьбой, чтобы мы приняли в нашу службу, — пояснил председатель Сената, — специалистов из империи. Желательно в как можно большее количество отделов с целью перенимания опыта.

—О… — Наташа задумалась. — Ну да, логично. Но всё равно не понимаю, причем тут я.

—Все просто. Поскольку основа службы закладывается из твоих пояснений и рекомендаций, то, естественно, специалисты из империи будут часто обращаться к тебе за пояснениями и советами. Потому твое согласие в этом деле – важное.

—А… о… — Тут Наташа сообразила и подняла обе руки в защитном жесте. — Не-не-не! Меня даже не пытайтесь втравить во всю эту политику! Мне совершенно все равно кто будет работать в этой службе, откуда они, какого цвета или расы. За набор специалистов отвечает глава службы Гонс Арет, потому все вопросы к нему. Кого он примет – с теми и работаю. Мое дело – консультировать, а кого – решает мой руководитель, начальник, названый дядя и просто хороший человек Гонс Арет.

Мат Свер рассмеялся и повернулся к послу.

—Я же говорил, что она так ответит. С Призванными потому и удобно работать, что они лишены всех предрассудков в отношении разных стран. Они находятся в стороне от этого, а потому их отношение ко всем одинаково. Хотя, конечно, со временем они находят свое место в мире, пускают корни, так сказать. Но для госпожи Наташи прошло еще слишком мало времени.

Граф одобрительно кивнул.

—Тем не менее я обязан был задать вопрос чтобы не возникло недоразумений. В таком случае я сообщу в империю, что договоренности достигнуты. Первые десять человек уже готовы отправиться в республику.

—Мы с вами непременно обсудим оставшиеся нерешенные вопросы, — клятвенно заверил Мат Свер Мэкалль посла.

Наташа скромно стояла в сторонке и делала вид, что ее происходящее никак не касается. Председатель Сената иногда поглядывал в ее сторону и еле заметно улыбался. Наконец с вежливостью было покончено и посол империи, получив заверения, что препятствия для общего соглашения между республикой и империей нет, удалился.

Мат Свер дождался, когда шаги посла удалятся, аккуратно прикрыл дверь и указал девочке на мягкий стул у стола. Сам сел напротив и придвинул девочке вазу с мандаринами.

—Угощайтесь, госпожа Наташа. Только сегодня привезли.

Наташа отказываться не стала, ухватила один из мандаринов и принялась его чистить, вопросительно поглядывая на председателя. Тот некоторое время молча разглядывал девочку, опершись локтями на стол. Вздохнул.

—Как ты понимаешь, я с тобой хотел поговорить вовсе не про сотрудников имперской службы безопасности, которых император направит сюда.

—Даже так? — искренне удивилась Наташа.

—Ну не все, наверняка. Но треть из них точно.

—Это создаст какие-то проблемы?

—Ну не больше, чем могут создать сотрудники разведки, пусть и союзной страны, но… Нет, никаких проблем не ожидаю – тут император на удивление честен, скорее всего. Они приезжают именно для того, для чего и заявлено – изучить методы вашей родины в расследовании преступлений. Ты не знаешь, я тоже получил послание от императора. Он очень заинтересованно отзывался о том, как ты справилась с делом, где прокололась служба безопасности империи…

—Потому что лучшие специалисты ее были отвлечены на расследование заговора.

—Тоже верно… Ладно, спорить тут не буду, я знаком с делом только в общих чертах. Я хотел с тобой поговорить о другом. Как я слышал, твой дядя вкратце рассказал тебе о прошедшем походе.

—Что на самом деле атакованы были не пираты? Да, очень кратко рассказал. Но не уверена, что хочу знать подробности.

Мат Свер хмыкнул.

—Боюсь, теперь тебе никуда не деться с корабля. Как бы ты ни бегала от политики, но ты уже невольно вовлечена в нее. Ладно, если коротко… Император подложил Сенату огромную свинью.

—Простите? — Наташа даже моргнула от неожиданности. Такой резкий переход от политики к животноводству.

—Что ты знаешь о награде «Звезда Империи»?

—Только то, что удалось выяснить… Одна из высших наград, дается за большие заслуги… Я не понимаю? Считаете, что мне ее дали незаслуженно?

—Вот как раз нет, — качнул головой Мат Свер. — Как ты правильно сказала, одна из высших. Так что, чтобы наградить разных нужных бездельников, у императора хватает наград. И всем всё понятно. А вот «Звезда Империи» – совсем другое дело. Ее дают только за действительно серьезные заслуги. Считаешь, не заслужила?

Наташа задумалась.

—С заговором все было настолько серьезно?

—Более чем, — кивнул председатель. — Скажу больше, император успел практически в последний момент. Так что да, ты заслужила награду полностью. По сути, ты спасла императора и его семью.

Наташа медленно кивнула, вспомнив первую встречу с императором. Получается, он тогда не шутил. Вот ведь…

—Неожиданно, признаться.

—Более того, тебе вручили Звезду с мечами и алой окантовкой.

—Это что-то значит? — озадачилась Наташа. — Альда, помнится, что-то говорила, что мечи – это за военные заслуги…

—Верно, но не совсем. Не всегда военные. Просто когда награда вручается за что-то, когда пришлось вступать в бой… И не обязательно бой на мечах…

—Тогда, — догадалась Наташа, алая окантовка звезды…

—Ранение в бою.

—Гм… Как-то это… натянуто. В бой я не вступала… убегала – да.

—Бой – он у каждого свой, — заметил председатель. — Твой заключался вовсе не в том, чтобы размахивать мечом. И свой бой ты выиграла, даже получив ранение. Поверь, император оценил твой поступок, когда ты пришла серьезно раненой, чтобы разоблачить убийцу.

—Ладно, я поняла, что это очень серьезная награда, но в чем свинья? Тут я не поняла.

—Свинья в том, что награду ты получила от императора. Для Сената это было… скажем смягченно – удар по носу. Разоблачением убийцы ты предотвратила войну между империей и республикой. Разоблачила коррупционную схему с продажей кораблей пиратам… И Сенат это проигнорировал.

—Ну… мне выплатили серьезную сумму в качестве награды…

—Ты же понимаешь, что для дворян империи это не считается наградой? Точнее, не так, деньги – это приложение к настоящей награде. А награда деньгами… это лакеям за хорошо начищенные сапоги. При этом разговор о награждении для тебя в Сенате поднимался.

—Дайте догадаюсь, мое поведение сенаторы не оценили?

Мат Свер хмыкнул.

—О да. Ворваться в Сенат ночью, вызвать императора, поставить на уши все правительство республики… И не дать прийти к власти тем, кто считал, что власть уже у них в кармане. Совсем не наградить тебя не могли, но…

—Дали награду как лакею, — скривилась Наташа, — за хорошо начищенные сапоги.

—Примерно так. Император, кстати, обиделся. Полагаю, это послужило еще одним небольшим кирпичиком к тому, какую именно награду тебе дать. И теперь Сенат находится, мягко говоря, в отходах жизнедеятельности и обтекает. Получилось, что другая страна оценила твой поступок высшей наградой империи, а Сенат… дал подачку.

—Я так полагаю, что сейчас состав Сената немного поменялся? — предположила Наташа со вздохом, уже сообразив к чему все идет. Чихать тут все хотели на щелчки, честь и прочее. Просто кто-то допустил ошибку, а кто-то ей воспользовался, увеличив влияние.

Мат Свер правильно понял и усмехнулся.

—Рад, что ты все правильно понимаешь. Также догадываюсь, что для тебя деньги тогда были важнее любых висюлек… я правильно процитировал?

Наташа угрюмо кивнула. Висюльками она называла награды в империи на балу, разглядывая людей с ними, явно кичившихся ими. Слышали ее там немного людей. И намек Мэта Свера Мэкалля был более чем прозрачен – не трепли языком на публике. А лучше вообще не трепли.

—Но по факту, — продолжил председатель, поняв, что его послание дошло, — мы сейчас имеем ситуацию, когда республика не оценила твои заслуги, в то время, как империя… ну ты поняла.

—И вы предлагаете выход, который мне не понравится, но с которым я должна буду согласиться? Ну иначе мне трудно понять такое долгое вступление.

—Верно. Ты тоже получишь награду. Не высшую, как полагалось бы за дело с послом, но за него мы уже не можем ничего дать – время прошло. А давать после награды империи – это показать всем, что Сенат… гм… облажался.

Наташа криво улыбнулась.

—Политика, — буркнула она.

—Она самая. Потому тебя наградят за этот поход.

—Простите? — Наташа настолько удивилась, что даже привстала. — Я там невидимкой, что ли, была?

—Не за сам поход, конечно, — поправился Мат Свер. — Да мы и не очень-то врём, на самом деле. И с императором, если тебя успокоит это, все согласовано – его посол подтвердит. В общем, по результатам проведенного тобой в империи расследования служба имперской безопасности вышла на след одной из групп заговорщиков, у которых обнаружили координаты их баз в пиратском архипелаге. Благодаря чему и была организована эта совместная экспедиция.

—А?

—Это для внутренней группы лиц, имеющих доступ к информации о том, кого реально атаковали в архипелаге. Для всех остальных – ты вышла на след пиратов, проводя расследование коррупции на верфях. После анализа специалистами было установлено, где прячутся пираты.

—Э-э-э…

—Как я уже говорил, это не такая уж и сильная ложь. Координаты баз действительно были установлены имперской службой безопасности по итогу расследования заговора. Ты, конечно, к этому не имеешь отношения, но если взглянуть шире, то сам заговор был раскрыт благодаря тебе. В общем, такое вот запоздалое признание твоих заслуг за расследование убийства посла от республики. Лучше поздно, чем никогда, не так ли?

—Я уже не уверена, — совсем растерялась Наташа.

—Просто отнесись к этой награде именно так. Тебе должны были ее вручить тогда, но увы, склоки в Сенате, интриги… Ну и твое поведение, чего уж тут, которое далеко не всем понравилось.

—И что мне вручат?

—Орден «За заслуги перед республикой». Хотя и второй степени только. Хотя лично я по тому делу не поскупился бы на первую степень.

—Утешаете?

—Нет, говорю, как есть, чтобы ты там не надумала себе что-нибудь лишнее, типа награда из-за политики, подачка или что там еще может прийти тебе в голову. Воспринимай как запоздалое раскаяние от Сената. И когда я говорил про первую степень, я не шутил.

Наташа задумалась, наблюдая за председателем исподлобья. Тот благостно улыбался, ничуть не сомневаясь в решении.

—И когда вы хотите мне вручить эту награду?

—Конечно же на балу в честь победы и совместных действий союзных сил. Бал, кстати, в основном как раз и направлен на налаживание отношений с империей, как ты понимаешь. И ты, естественно, приглашена.

—А разве там не с шестнадцати лет?

—Госпожа Наташа, — укоризненно глянул на нее Мат Свер. — Вы как один из основных виновников этого похода просто обязаны там быть. Вступление бала как раз и будет награждение от империи и республики. Сейчас как раз готовят списки отличившихся.

—Отказаться, как я понимаю, не получится… М-да… Кого я могу взять с собой?

—Свою подругу, увы, взять не получится. Гонс Арет приглашен и так, но он бы не подошел всё равно… По возрасту. Мой совет: проконсультируйтесь с подругой, она вам всё объяснит.

Наташа снова вздохнула и поднялась.

—Надо переварить эту новость, — призналась она.

—Госпожа Наташа, прошу, не стоит таить обиду. Я могу вас понять, но… расстановка сил в республике очень… сложная. И вы сами понимаете, что у вас в Сенате не только друзья. Не воспринимайте награду как подкуп или подачку. Считайте это восстановлением справедливости. И наказанием ваших врагов, которые в прошлый раз заслуженную награду зажали за что и расплачиваются сейчас. Вам в вашей жизни еще не раз придется сталкиваться и с несправедливостью, и с незаслуженными обидами. Увы, но такова жизнь.

—Я учту это, господин председатель, — вежливо склонилась Наташа и покинула кабинет.

Мат Свер Мэкалль проводил девочку задумчивым взглядом и улыбнулся.

—Все-таки обиделась. Совсем еще ребенок, — покачал он головой.

Разговор с председателем Сената выбил Наташу из равновесия настолько, что она едва не забыла про обещание заехать в выделенное под следственную службу здание. Вспомнила уже когда хотела попросить кучера отвести ее домой. Вовремя.

Само это здание оказалось недалеко от Представительского, всего-то три улицы проехать. Даже высокое по местным меркам – в пять этажей. Причем уже далеко не пустое. Вокруг уже стояли коляски, явно дожидавшиеся своих хозяев, часть здания была закрыта строительными лесами, на которых рабочие заканчивали какие-то отделочные работы. Над главным входом уже была прикреплена вывеска с большой надписью: «Следственная служба». Даже дежурный уже сидел сразу после входа. Деревянная ограда не давала пройти иначе, как только мимо него. Судя по всему, дежурный узнал Наташу. При виде ее он поднялся и кивнул.

—Госпожа Наташа. Господин Арет предупредил, что вы сегодня будете. Одну минуту, я выделю провожатого. — После этого он что-то громко гаркнул куда-то в сторону коридора. Оттуда быстро вывалился молодой стражник лет двадцати, на ходу напяливая куртку. Видно, отдыхал бедолага. Дежурный наградил его многозначительным взглядом, отчего стражник покраснел, лихорадочно приводя себя в порядок.

Похоже, Гонс Арет принял к сведению рекомендации Наташи по ограничению доступа в здание только по пропускам. О дежурном отряде тоже озаботились – судя по всему, в том направлении был далеко не один этот бедолага. Просто как самого молодого его и гоняли по всем поручениям. А может, должность у него такая.

—Я могу посмотреть? — поинтересовалась Наташа, кивнув в ту сторону, откуда выскочил стражник.

Дежурный замялся. Наташа поняла…

—Нет-нет, никаких претензий, — замахала она руками. — Просто хочу посмотреть, как тут организовано все и сравнить с тем, что видела у отца. Может, будет рекомендация какая.

Дежурный с явной неохотой согласился. Наташа же в первую очередь осмотрела место, где сидел дежурный.

—По-хорошему, — задумчиво протянула она, — вам бы тут нужен какой сигнал с тем местом, где стража отдыхает. Если какая тревога, не кричать, а просто незаметно подать сигнал. И надо бы сделать так, чтобы можно было быстро перекрыть дверь… Решётка какая – падающая сверху.

—У нас же тут не крепость, — изумился дежурный.

—Вы так думаете? — протянула Наташа, изучая толщину стены. — Вы просто не понимаете, сколько будут готовы заплатить люди за уничтожение архива… которого пока нет… Так, это не к вам вопрос, поговорю. Позже с… наверное, лучше с председателем сразу.

Осмотр комнаты Наташа провела бегло. Покосилась на оружие – длинные кинжалы.

—И все? — поинтересовалась она.

Стражник пожал плечами.

—Так копья нам зачем? Тут с ним не развернешься. Ну, мечи еще есть, — он махнул в сторону другой комнаты. — Но их мы только на улицу одеваем.

Наташа достала блокнот и сделала запись.

—Вам арбалеты нужны. Небольшие, не очень мощные – вам доспехи не пробивать. Что-то, что можно удерживать одной рукой, быстро перезаряжать.

—Небольшие арбалеты, — задумался стражник. Очевидно, главный тут, все остальные стояли молча, имея вид лихой и придурковатый… как любой рядовой перед лицом начальствующим. Наташа мысленно даже поежилась. Впервые ощутила себя тем самым лицом начальствующим.

Чтобы отвлечься, достала блокнот и быстро сделала набросок, вырвала лист и протянула капитану. Тот внимательно изучил нечто с пистолетной рукоятью.

—Примерно такое. Я не специалист, но можно же отдать мастерам, может, придумают что. Думаю, вам было бы идеально такое.

—Как бы против нас не стали применять…

—У вас же доспехи. Пусть не совсем армейские, но от такого вот защитят.

—Тоже верно, — согласился капитан. Наташа пока не поняла, как он отнесся к ее идее.

—Хотя бы один изготовить – попробовать.

—Да нет, для пробы надо штуки три-четыре. Только ведь мастеру нужно заплатить…

—Я сообщу Гонсу Арету. Может, есть уже фонды. Если нет, придумаем что. Можете пока сходить поговорить? Думаю, вы знаете, к кому лучше обратиться. Может, дядя не одобрит, но штуки три таких оплатить сможем. А там уже по итогу испытаний.

—Хм… тут ведь придется не только изготовление оплатить, но и пробы… Такое никто не делал.

—Я постараюсь убедить главу Совета… Гм… Всё-таки нужно вводить звания, — задумчиво протянула Наташа. — Все-таки задачи у службы такие, где требуется дисциплина.

Капитан стражи усиленно закивал. Наташа хмыкнула.

—Это согласовано, — призналась она. — Просто пока спорят, военные звания будут или специально для вашей службы придумать что-то свое. Пока же у вас всё как в обычном гражданском Совете при Сенате. Думаю, недолго. Ладно, я всё увидела. Вам мало комнат, нужно больше.

С этим капитан тоже был согласен и снова яростно кивнул. Улыбнулся. Наташа хмыкнула, развернулась к выходу, но замерла и повернула голову.

—Сходите все-таки к мастеру, поговорите. И уточните, сколько может стоить разработка такого.

—Конечно, госпожа. Сегодня же схожу.

Наташа кивнула и вышла.

Кабинет Гонса Арета оказался на третьем этаже, куда ее сопровождающий и провел. Сам Гонс Арет оказался у себя в окружении нескольких людей, которым что-то эмоционально высказывал. Заметив девочку, кивнул ей.

—Подожди минуту, — попросил он и снова повернулся к одному из мужчин. — Три дня! Три дня назад я вам говорил об этом! И вы за три дня не смогли найти никого к себе в отдел? Значит, будете один работать за всех и только посмейте мне сказать, что не успеваете!

—Господин Арет, но…

—Что «но»? Что «но»? Если завтра у вас в отделе не будет хотя бы пятерых сотрудников, то будете работать один! И не думайте, что я шучу! Так, где схемы здания с пометками, где какой отдел будет располагаться? Ага, вижу… Так, где вы тут… Ага. — Гонс Арет уткнулся носом в большой лист бумаги со схемой здания, водя по нему пальцем. — Мебель привезли?

—Да, ремонт почти везде закончен, — отозвался кто-то.

—Ага. Ну что ж, господа… Хочу вас поздравить. — Гонс Арет выпрямился. — С понедельника наша служба официально начинает работать, приказ уже подписан. — Гон Арет покосился на того, кого недавно распекал. — Потому, если кто думает, что я шутил, нет. Если через два дня у меня не будет списка вашего отдела, то у отдела будет новый руководитель. И я не посмотрю, кто твой папочка! Всё, все свободны, господа.

Когда все вышли, Гонс Арет устало протер переносицу.

—Приходится и с такими вот иметь дело, — кивнул он. — Как же, новая служба, можно и сыночка пристроить. Или еще какого родственника. И ладно бы они работали, так некоторые на полном серьезе считают, что раз их устроили сюда по блату, то и делать ничего не надо.

Наташа благоразумно промолчала. Гонс Арет успокоился, развернул лист.

—Иди сюда. Смотри, вот мой кабинет, — он ткнул пальцем. — Полагаю, тебе лучше быть неподалеку. Выбирай. Вот этот, этот, этот или этот кабинет.

Наташа присмотрелась. Кабинет… Каждый из предложенных кабинетов состоял из каскада комнат. То есть приемная, сам кабинет, потом еще одна комната, помеченная как комната отдыха, небольшая комната-хранилище… Наташа вопросительно глянула на Гонса Арета.

—Личный архив, — пожал он плечами. — Там будут шкафы стоять. Книги, дела, еще что, что нужно иметь под рукой. Дверь там железная, запирающаяся. Так что рекомендую все свои важные мелочи хранить там, а не дома в кабинете. — Гонс Арет серьезно посмотрел на нее. — Не стоит провоцировать. Люди разные, кто-то ради уничтожения улик пойдет на многое.

Наташа, хотевшая было возразить, застыла, потом кивнула.

—Все комнаты такие?

—Да. Они для моих заместителей, потому примерно одинаковы. Так что цени, у тебя первый выбор… после меня, конечно. Но я тут самый большой начальник, — хмыкнул он. Наташа тоже улыбнулась.

Гонс Арет тем временем свернул схему здания в рулон.

—Чего рассматривать, пойдем лучше посмотрим явно.

С выбором Наташа определилась быстро. Как и говорил Гонс Арет, сами кабинеты были примерны одинаковы, но вот вид из окна… На море… Деревья… В этот вид Наташа влюбилась сразу. Гонс Арет только хмыкнул, заметив, что и не сомневался в выборе.

—Пожелания? Надо бы побыстрее, сама понимаешь.

Наташа прошла по всем комнатам, осмотрелась, поморщилась от той мебели, что имелась тут. Постучала по столу, глянула на всего два ящика.

—Я сегодня же сделаю наброски и пришлю тебе.

—О… я и забыл… Конечно же, так будет лучше. Так… Осталось последнее на сегодня дело…

—Да? — удивилась Наташа, опускаясь на стул.

—Да. Я поговорил с сержантом Годриным. К твоему счастью, твое расследование произвело на него впечатление, и он согласился перейти к тебе в подчинение. Он сейчас недалеко тут дожидается тебя, а пока знакомится со своими обязанностями. Я ему передал твою записку о структуре оперативников.

—О… Отлично! — Наташа в нетерпении вскочила. — Как раз у меня будет для него задание.

—Да? — Но тут же Гонс Арет сообразил. — А… Джок Вырвиглаз… Хм… Ты уверена… Хотя, а чего мы теряем? Ладно, идем.

Долго идти не пришлось. Сержант Годрин обнаружился в одном из кабинете, удобно устроившимся за столом с небольшой тетрадью, которую читал самым внимательным образом… Ну или просто не очень хорошо читал и ему приходилось разбирать текст. Заметив вошедших, он вскочил с места и вытянулся. Гонс Арет махнул ему и кивнул на Наташу.

—Вот. Поскольку предложение исходило от нашей Призванной, то ей и говорить. А я, пожалуй, пойду. Там скоро еще должны прийти люди. — Гонс Арет кивнул разом всем и вышел.

Наташа проводила его удивленным взглядом – была уверена, что он останется. Мысленно пожала плечами. Села напротив сержанта, махнув ему, чтобы тоже садился.

—Господин сержант, скажу прямо, ваши действия при расследовании произвели на меня самое лучшее впечатление. Вы не делали поспешных выводов, не суетились. Судя по всему, пользуетесь авторитетом у ваших напарников. Они вас слушались.

Сержант молчал, терпеливо дожидаясь продолжения разговора. Наташа вздохнула.

—И мне как раз нужен такой знающий человек. Самостоятельный в суждениях, внимательный и не делающий поспешных выводов. А также знающий город. Вы согласны?

—Как я понимаю, я буду подчиняться непосредственно вам и только вам?

Наташа поморщилась.

—Нет. Это было бы немного… расточительно. В конце концов еще даже непонятно сколько людей нужно для оперативного отдела и сколько готов будет профинансировать Сенат. Просто по всем моим просьбам будете работать вы и ваши люди.

—Мои люди?

—Гонс Арет… Господин Гонс Арет, — поправилась Наташа, — согласен дать вам непосредственно в подчинении троих, которых можете набрать себе сами. — Наташа задумалась. — Присмотритесь к Дариану Лоргу. Он друг моего телохранителя и, по его словам, очень умелый воин. Полагаю, такой боец у вас в отряде лишним не будет. Что же касается непосредственно вашей работы… Научите.

—А если у этого человека не будет таланта, необходимого при работе стражей?

Наташа пожала плечами.

—Значит, пойдет в отдел силовой поддержки. Будет задерживать преступников. Поговорите с ним, вдруг ему понравится идея попробовать. Мне показалось, что ему подойдет. Но решать вам, я ни на чем не настаиваю. В конце концов, вам с ним работать.

Сержант задумался. Наташа терпеливо ждала. Вот он поднял голову.

—У вас уже есть какое-то задание для меня?

Наташа кивнула.

—Если вы принимаете мое предложение…

—Я согласен, — резко кивнул сержант.

—Отлично. Задание у меня действительно есть. Как быстро вы готовы будете начать работать? Я в том смысле, что один вы не справитесь. У вас есть кто на примете в ваш отдел?

—Да, госпожа.

—Отлично! — Наташа резко придвинулась к столу. — В таком случае давайте поговорим о задаче… Вы помните, с кем я была у убитой… Кстати, узнали, кто она?

—Да, госпожа. Дарила Локхем – служанка в одном из домов на той улице.

—Понятно, — вздохнула Наташа. — Я, в принципе, так и предполагала. Вряд ли она туда пришла откуда-то издалека. Судя по всему, барон под каким-то предлогом пригласил ее к себе… Впрочем, ладно. Так вот, помните, кто был со мной?

Сержант пристально глянул на девочку.

—Альтин Росс, прозвище Артист… Один из ночных королей.

—Даже так? — искренне удивилась девочка. — Думала, придется объяснять… Отлично. Тогда так. Я хочу знать всё, что вы сможете выяснить об Джоке Вырвиглазе и… да… Об Альтине Артисте. Кто они, откуда, когда впервые о них заговорили, как давно стали ночными королями. — Заметив, что сержант что-то хочет сказать, подняла руку. — Я не говорю, что это надо выяснить все непременно. Я просто очерчиваю круг вопросов. Тот же Альтин Росс явно дворянин, причем далеко не последний, насколько я понимаю. Но, судя по тому, как усердно он это скрывает… В общем, сомневаюсь, что вам удастся это выяснить. Просто… ну а вдруг? Почему нет? Ваша задача проста – собрать ваших людей и пустить их по всем участкам стражей. Пусть опросят. Факты, слухи, всё что угодно. Даже самые невероятные. Поспрашивают у информаторов… Есть уже у вас кто из дна общества, кто сообщает вам… разное. — Наташа глянула на сержанта. Тот на миг напрягся, потом медленно кивнул.

—Как я понимаю, вас интересует любая информация об этих двоих?

—От информации о других королях тоже не откажусь, но да, главное – эти двое. Вы же соберете все сведения, скомпилируете… гм… — заметив поплывший взгляд сержанта, Наташа поправилась, — подведете итог под ними, а потом этот итог сообщите мне.

Сержант задумался.

—Вы хотите поймать этих королей?

Девочка поморщилась.

—Поймать… На чем? Сомневаюсь, что они лично участвуют в чем-то. Да и смысла нет. Арестуют этих, появятся другие. Эти хотя бы имеют некую черту, которую не переходят. Нет, дело в другом. Просто нужно принять одно решение, но данных нет.

—Я понял. Сколько у меня времени?

Теперь уже Наташа задумалась. Прикинула по срокам бала. Лучше, конечно, до него. Так… там десять дней…

—Шесть дней, — наконец решила она. — Через шесть дней жду вас с докладом. И тогда передадите мне список тех, с кем будете работать. Еще вопросы?

—Я правильно думаю, что слишком глубоко копать не нужно?

Наташа мотнула головой.

—Нет. Поскольку мне пока непонятно, куда смотреть, то непонятно и что искать. Потому пока только то, что можно добыть из… скажем так, доступных источников. То, что известно всем, известно определенному кругу людей. Но искать то, что неизвестно никому не надо. Я, конечно, не отказалась бы такое узнать, — хмыкнула Наташа. — Женское любопытство, что поделать. Но в данный момент это было бы излишне и насторожило бы тех, кого пока настораживать не стоит.

—А разве их не насторожат наши расспросы? Или вы надеетесь, что о них не узнают?

—О нет, — хмыкнула девочка. — По крайней мере, Альтин Росс точно разочаруется, если я не стану искать информацию о нем. — Наташа подумала. — Он даже ожидает этого, а значит всё, что он не хочет показать, уже спрятано.

—Какой тогда смысл? — удивился сержант.

—Смысл в том, — задумчиво протянула девочка, — что я ищу вовсе не то, что он предполагает… Я надеюсь, что предполагает… Но для чистоты эксперимента я лучше промолчу, чтобы у вас был беспристрастный и свой взгляд. Скажу только, что сами сведения о королях хоть и будут интересны, но они для меня несколько… Скажем так, вторичны.

—А что вас интересует тогда?

—Поступки, — отозвалась Наташа. — Всего лишь поступки. Ладно, господин сержант, как я и сказала, про остальное лучше пока промолчать, иначе вы невольно станете искать то, что я, как вы предположите, просила, а не то, что мне нужно на самом деле. Работайте так, как привыкли. Просто не лезьте туда, где могут оторвать голову.

Сержант кивнул, но было видно, что он не до конца понимает, что все-таки хочет услышать Наташа. Потому слова про «делать всё так, как привык», явно его обрадовали.

—Если вопросов больше нет, — поднялась Наташа, — тогда встретимся через шесть дней… Хотя… Если будет что-то важное или срочное по вашему мнению, то сообщите господину Гонсу Арету, он передаст мне, и я с вами свяжусь… Связь, — Наташа щелкнула пальцами. — Надо что-нибудь придумать с этой связью. Как же дорого стоят эти пластины… Почему нет сотовых?

Так, бормоча под нос непонятные для сержанта слова, Наташа удалилась. Сам же сержант задумался о первом задании. И первое, что нужно сделать – переговорить с людьми, есть у него на примете старые сослуживцы, кто согласился бы поработать на Призванную. Может, и придется побегать, но скучно точно не будет. И отыскать Дариана Лорга. Пожелание начальства – это ведь почти приказ. Подойдет он или нет – вопрос другой, но отыскать и поговорить стоит.

Глава 8

Наташа как раз закончила с домашними заданиями из лицея, когда появился Гонс Арет. Получив приглашение, он молча вошел в кабинет и устроился на привычном месте.

—На будущее, — заговорил он, закончив с привычной процедурой с наполнением бокала коньяком, — имей в виду, что все задания необходимо оформлять приказом с выдачей поручения. Ну появился бы сейчас твой сержант у своих коллег, и что бы он сказал? «Мне тут Призванная поручила дело и мне нужна ваша помощь. Верьте мне на слово, ибо никаких бумаг у меня нет».

Наташа покраснела. Действительно, не подумала.

—Хорошо, — продолжил Гонс Арет, делая глоток, — что сержант догадался ко мне заглянуть и я ему от своего имени выписал поручение. Кстати, тебе надо собственную печать сделать.

—Печать?

—Да. Чтобы письма запечатывать, на официальные документы. Обычно это герб, но в твоем случае… Придумай что, нарисуй. Я отдам рисунок коллегам – они всё сделают. А я потом зарегистрирую ее в реестре печатей республики.

Наташа потрясла головой.

—Печать?

Гонс Арет чуть привстал, покопался в кошеле на поясе и достал нечто круглое с ручкой, перекинул Наташе. Та рассмотрела печать, сделанную из какого-то непонятного материала, перевернула – там был выгравирован какой-то зверь. Изображение было зеркальным, потому девочка не поняла, что там изображено, а вот надпись прочитать смогла, пусть и помучившись.

—Магия – сила? — подняла она удивленный взгляд.

Гонс Арет хмыкнул и пожал плечами.

—Молодой был и глупый. Казалось, что с помощью магии смогу достигнуть всего, чего пожелаю… Разочарование было… Впрочем, к делу это не относится.

Наташа вернула печать.

—Поняла, сделаю. У нас такого не принято было, достаточно обычной подписи.

—Подписи?

Наташа протянула руку и вытащила из стопки черновик, быстро чиркнула подпись на родном языке. Гонс Арет несколько минут задумчиво разглядывал закорючку. Кивнул.

—Тоже можно, только надо специальную ручку сделать, чтобы структура твоего магического поля передалась.

—Магическое поле?

—Не вникай, — махнул рукой Гонс Арет. — Каждый человек таким обладает, иначе магия стала бы недоступна. Маги развивают это, потому и могут колдовать. Но это долго, муторно и скучно.

—А потом еще теорию учить, — кивнула своим мыслям Наташа.

—Верно, — поморщился Гонс Арет. — Но поле есть у всех, и у каждого оно имеет свою индивидуальность. Материал, из которого делают печать, как раз собирает это и передает через рисунок. Если что, можно сравнить с тем отпечатком, что зарегистрирован в реестре. Потому ты моей печатью воспользоваться не сможешь. Точнее саму печать поставишь, но никого, кто хоть раз видел мою, не обманешь.

—Пожалуй, нарисую, — подумав, решила девочка. — Но и от ручки не откажусь.

Гонс Арет рассмеялся.

—Ты знаешь, сколько этот материал стоит? А впрочем, почему бы и нет. Ладно, закажу ручку, а рисунок отдашь, как сделаешь. Я, собственно, чего спросить хотел. Поспрашивать о Джоке и Альтине – это хорошо, но чего ты реально хочешь получить, если запретила лезть слишком глубоко?

—Ну так я вообще о них ничего не знаю, — пожала плечами Наташа. — Так что сейчас мне и общедоступная информация подойдет.

—Но ведь это не главное?

—Нет… Меня сейчас интересует не столько информация о самих этих королях, сколько об их поступках.

—Поступках? Ничего не понимаю. Каких поступках?

—Их. Понимаешь, дядя, любой человек – раб привычек. Ты, я, кто угодно. В течение жизни каждый вырабатывает определенную линию поведения, которой и придерживается. И если не случается что-то, что выбивает из привычной жизни, то так и будет продолжаться. Но даже в этом случае человек будет отталкиваться от накопленного опыта. Преступники тут не исключение. Почерк преступления, методы. На этом, кстати, их и ловят. Зачем придумывать новые методы кражи, если уже раз сработало? Два сработало, три… Вот уже и почерк.

—И ты…

—…и я хочу понять, кто и чем занимается. Не сразу же они стали ночными королями. И поняв, чем они промышляли, можно уже предполагать, что именно мог замыслить Джок. Человек – раб привычек. Вряд ли он полезет в незнакомую область и начнет красть картины, если раньше промышлял ограблением… ну не знаю, лавок, может.

Гонс Арет некоторое время размышлял.

—Звучит разумно, — согласился он. — Я бы тоже хотел послушать доклад сержанта. Кстати, надо ему звание будет повысить, если уж возглавит отдел.

—Надо бы. Что касается доклада, то без проблем. Я дала ему шесть дней, но полагаю, он справится раньше. Я просила его тебе сообщить. Вот вместе и послушаем.

Гонс Арет согласно кивнул, допил коньяк и встал.

—Ладно, пойду я, завтра опять дел по горло… Когда же с этим въездом разберемся. И ты это, с кабинетом своим не затягивай.

Наташа поморщилась, но промолчала. Где время на всё взять? А еще ведь на письма отвечать. Императору ведь не будешь отвечать спустя месяц…

Девочка достала письма и снова перечитала. Сначала от Леоры, потом от императора. Задумалась. Хмыкнула. Кажется, придумала, как занять этот ураган в юбке. Помнится дома еще, когда была поменьше, отец принес ей книгу с логическими задачками с уклоном в игру в сыщика. Кое-что оттуда Наташа помнила. Самое главное там то, что для отгадки требовались определенные знания в разных науках. С учетом возраста, для кого была рассчитана та книга, ничего сверхсложного. Нужно только переработать будет их под этот мир и проверить на соответствие знаний. Хотя вроде бы в тех задачках всё просто: через желтое стекло невозможно утверждать, что машина зеленого цвета, переделать машину в карету…

Наташа достала чистую тетрадь и для начала просто записала списком те задачи, которые помнила. Потом она уже каждую воспроизведет по памяти, и заодно нужно будет привести в соответствие с этим миром. А еще картинки нарисовать. Типа, найди десять отличий. И чтобы отгадать те загадки, Леоре придется подучиться…

Закончив со списком, Наташа засела за черновик письма императору, где поделилась идеей, приводя свои задачки как образец. А там уже пусть имперские ученые стараются, обучая в такой вот игровой форме принцессу. Ну, может, и ее братьям тоже такое обучение понравится. А уж куда сместить обучение – это надо смотреть, что именно кого заинтересует, туда и двигаться. Пока же придется заняться этим, как раз пока есть время до доклада сержанта. А потом еще Альду заставить проверить. Сейчас же спа-а-а-ать…

Наташа чуть челюсть не свернула, когда зевала. В этот момент и зашла навестить приемную дочь госпожа Клонье. Покачала головой.

—Наташа, ну разве ж так можно?

—А? А, всё в порядке, уже ложусь. Просто нужно было хотя бы вчерне придумать, что писать императору. Ему ведь стоит ответить?

Госпожа Клонье что-то буркнула нелестное в адрес императора, но спорить не стала, только убедилась, что Наташа действительно отправилась спать, после чего, пожелав спокойной ночи, удалилась.

На следующее утро Наташа, даже раньше, чем отправиться умываться, перечитала черновик – пришла новая идея. Потому вошедшая служанка тут же получила в руки кошелек.

—Клара, как только я отправлюсь заниматься верховой ездой, берешь коляску и едешь в магазин художественных товаров… Гм… ты же там не была… Хотя, о чем это я, дядька Элгар – это кучер, знает, он там был со мной не раз. Просто скажешь, в магазин для художников, он тебя довезет. Там купишь штук двадцать таких листов. — Девочка взяла с секретера лист бумаги для рисования и протянула его Кларе. — Я их там всегда беру, так что точно будут.

—Двадцать листов? — Клара внимательно изучила лист, который по размеру был чуть меньше стандартного А4, к которому привыкла Наташа. Здесь же… Здесь каждая мастерская делала те размеры, что им нравились. Никакого стандарта. Тот магазин именно потому и понравился девочке, что в нем она нашла листы для рисования наиболее близкие к тем размерам, к которым она привыкла.

—Можешь двадцать два взять. И угольные карандаши штук десять.

Клара старательно зашевелила губами, видно проговаривая список покупок.

—Поняла.

—Тогда всё. А лист этот можешь с собой взять в качестве образца. И да, помогать мне собираться не надо, сегодня я в своём обычном наряде…

Со всеми делами в лицей Наташа прибыла не в самом радостном настроении. После тренировки на Смолке ей пришла в голову еще одна мысль и вместо душа она понеслась в кабинет внести коррективы в черновик письма пока не забыла. Потом уже, чтобы не опоздать в лицей, все пришлось делать в страшной спешке и на бегу. А тут еще в классе к ней на стол уселся Ариант Торф – сын одного из сенаторов. Наташа раздраженно глянула на его ехидную улыбку, предчувствуя, что его слова ей не понравятся.

—Призванная, скажи, а вакансия твоего приспешника еще свободна?

—А?

—Ну как же. Ты же тут весь класс со своими приспешниками в страхе держишь. А я всё-таки сын сенатора, мне не по чину бояться, хочу в приспешники.

Дошло не сразу.

—Альда!!! — прорычала Наташа. — Я думала, она шутила!

—Когда дело касается Туриона, — откровенно развеселился реакцией Наташи Ариант, — наша Альда шутить не умеет совершенно.

—Только не говорите, что вы все решили ей подыграть? — почти взмолилась Наташа.

—Почему нет? — ехидненько так усмехнулся он. — Это весело.

—Ну ты же разумный человек!

—Потому и хочу в приспешники. Альда, кстати, согласилась. Я тут твоя правая рука, а еще тайно в тебя влюблен, из-за чего, собственно, и пошел в приспешники.

Наташа прикрыла глаза и стукнулась лбом об парту, но это, к сожалению, не мешало ей слушать.

—Ах да, еще с нами Тарн. Туповат, конечно, зато силен. Ты его натравливаешь на тех, кто отказывается тебе подчиняться.

Наташа приоткрыла один глаз.

—Этот вот бред всё Альда сочинила?

—Ага. Она, правда, на роль твоей правой руки хотела Дальта назначить, но я отвоевал это право в честной борьбе…

—Не хочу даже слушать!

—Да ладно, расслабься. Не знаю, что там произошло, но Альда уверена, что Турион в это поверит.

—Вот как раз это меня волнует меньше всего. Ариант, ну ты же всегда был образцом благоразумия?!

—Ага. Но это порой так скучно.

—То есть ты просто развлекаешься?

—Ага. А еще не откажусь ткнуть носом Туриона. Альда не единственная, кто его не переносит. — Ариант вдруг разом растерял всю свою веселость. — Никогда его не прощу за то, как он обошелся с моей сестрой!

Наташа вскинулась.

—Турион? Мне казалось, что он кроме кораблей и моря ничего не слышит.

—Вот именно.

—Э-э… я чего-то не знаю? Или это секрет?

Ариант пожал плечами.

—Не то, что секрет. В узких кругах все эту историю знают. Моя сестра влюбилась в этого… В общем, увидела его на одном из балов. Возражений не было ни у кого. Договорились о помолвке, назначили дату свадьбы… А этот… Он просто взял и сбежал на корабль. Записался добровольцем, видишь ли.

—М-да, — озадачилась Наташа. — Я слышала, как невесты сбегают из-под венца…

—Вот именно! Ну не хочешь ты жениться, зачем соглашался на помолвку? Зачем потом согласился на свадьбу? Сестра после этого неделю рыдала. Так что гадость ему я сделаю с удовольствием.

—Детский сад, — буркнула Наташа, снова роняя голову на стол. — Делайте что хотите, только меня не дергайте, ладно? Ты вроде как моя правая рука? Вот и управляй. Делегирую тебе все полномочия.

Ариант соскочил со стола, прислонил правую руку к груди и поклонился.

—Слушаюсь и повинуюсь, повелительница. Ваше желание для нас закон.

В общем, там, наверху, наверное, ее простят за то, что Альда на уроке с визгом подскочила на стуле, когда заметила змею под книгой на столе… Что змея деревянная, разобрались не сразу. Кто эту змею подложил, тоже было ясно – единственный человек, оставшийся невозмутимым в общем гвалте.

Наезд на перемене Наташа отбила с легкостью:

—Я темная королева класса с приспешниками! Должна же я тренироваться в пакостях.

Услышавший это Ариант хохотал как безумный. Потом заявил, что как правая рука темной владычицы класса безусловно ее поддерживает и примет урок к сведению.

Альда отыскала Наташу во дворе лицея за деревьями. Присела рядом.

—Наташ, ну ты что, обиделась? Ну прости.

—Альда! Я же просила не вовлекать меня в эти ваши дурацкие разборки! Я встаю в шесть утра, ложусь иногда в час ночи. Там подготовить проекты законов в Сенат, записать структуру, нужно написать ответ императору и его дочери, тут еще непонятно, что задумали ночные короли, с этим разбираться. И вот для полного счастья мне как раз не хватает еще участия в ваших разборках с братом Лорена!

Альда виновато засопела.

—Прости, — буркнула она. — Но твой поступок, между прочим, тоже был далеко не взрослый.

—Я со всеми разговариваю на их языке, — ехидно напомнила Наташа слова самой Альды. — Просто устала. Вчера поздно легла… От императора и принцессы письма пришли, и там отпиской не отделаешься. А тут Ариант на меня вывалил информацию. Я тут, оказывается, чуть ли не королева класса… злобная.

—Просила же его тебе ничего не говорить, — буркнула Альда. — И это не для тебя, а если Турион спросит кого. Ты вообще об этом ничего не должна была узнать.

—Альда, займись сочинительством книг. С твоей буйной фантазией будет самое то. И люди вокруг страдать не будут.

—Сначала из тебя книги вытрясу.

—Тебя на свои не хватит. Ты действительно плохо представляешь, сколько у нас книг и сколько я из них читала.

—Кстати, я тут подумала, что я не буду адаптировать книги под наш мир. То есть будем писать так, как у вас. А ты уже напишешь пояснения под каждое непонятное понятие, название, событие. Я сделаю пометки тех мест, которые нужно будет пояснить…

—Альда, — простонала Наташа. — Я тебя побью когда-нибудь.

—Это потом, а пока нужны книги. Я, кстати, уже начала писать про твоих Ромео с Джульеттой.

—Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса! — простонала Наташа.

—Чего?

—Как раз тот самый момент, который требует пояснения в сносках.

—А-а-а. Потом расскажешь, пока сосредоточимся, как планировали, на одной книге.

—Альда, делай что хочешь, только прошу, не втравливай меня ни в какие ваши детские противостояния.

—Детские?

—Да! Или ты всерьез назовешь взрослыми вашу грызню с Турионом? Что ты, что он…

—Всё-всё! Честно, я поняла. Ты ничего не узнаешь и не заметишь. Ты бы и сейчас ничего не узнала бы, если бы Ариант не распустил язык.

—Он обещал молчать, но нарушил слово? — заинтересовалась Наташа.

—Я просила его… — Альда замолчала и задумалась. Вскинулась. — Ах, сукин сын! Вот ведь!

Наташа с интересом глянула на подругу.

—Так обещал или нет?

—Обещал! — прорычала она. — Почти прямым текстом пообещал, что все тебе расскажет. Но ведь сволочь, вывернул всё так, словно обещал молчать! Только сейчас сообразила!

—Будущий политик, — хмыкнула Наташа.

—Так, надо отыскать этого будущего политика и сделать так, чтобы будущего у него не было! — Альда сорвалась с места, но тут же тормознула. — А ты чего тут сидишь?

—Прячусь. И отдыхаю. Имеет права повелительница класса отдохнуть?

—А-а-а…

—И, кстати, пора уже на занятия, перемена заканчивается… Как бы было проще, если бы учиться не приходилось. — Наташа вздохнула. — Идем, а то в самом деле сотворишь с Ариантом что-то непоправимое.

На следующей перемене Наташа наблюдала интересную картину, как Альда куда-то тащила за руку не сильно сопротивляющегося Арианта, на лице которого сияла совершенно неуместная улыбка. Вернулась Альда задумчивая и отстраненная. И Ариант вернулся. И даже живым. А уже перед последним занятием Альда попросила у Наташи прощения за то, что вообще втравила ее в это глупое противостояние. Озадаченная Наташа отыскала взглядом Арианта, рассеянно покивала.

—Только давайте теперь без меня разбирайтесь между собой? — попросила она.

Альда согласно кивнула и радостная удалилась. Сам же Ариант перехватил ее на пути к коляске после уроков.

—Ну что, покаялась грешница перед королевой класса?

Наташа покосилась на него.

—Что ты Альде сказал? Мне не удалось убедить ее в глупости этого противостояния.

—Ну само противостояние далеко не глупое, в конце концов, ей все равно придется с ним общаться, там же объединение дел семей идет. Турион же, что бы там ни считал, остается старшим в семье и его все равно рано или поздно припрягут. Это просто тебя она зря впутала в семейные дела. Что касается как… Просто нужно уметь подбирать слова, — Ариант торжественно указал пальцем в небо. — Альда в чем-то гениальна, но в чем-то… наивна до ужаса, скажем так. На тебя похожа, Призванная. Наверное, потому вы так и сдружились. Родственные души.

Наташа возмущенно запыхтела, не находя слов. Ариант же откровенно веселился.

—Вот-вот, у нее такое же выражение лица было. И не переживай, больше она не будет тебя беспокоить с этим внутрисемейным спором.

—Спасибо, Ариант. Я твоя должница.

—Сочтемся, Призванная, — усмехнулся Ариант Торф и удалился.

Вернувшись домой, Наташа получила от Клары свой заказ, поблагодарила, попросила её не беспокоить и засела за создание нового направления искусства в этом мире – ребусов. Несколько раз Клара заглядывала по разным поручениям госпожи Клонье, но Наташа каждый раз отмахивалась.

Уже к вечеру, прикинув объем продленной работы, решила, что дня за три-четыре управится. Пока же дополнила черновик письма к императору новыми пояснениями. А через четыре дня, когда почти все письма были подготовлены и осталось только их переписать начисто и привести в порядок, заявилась госпожа Клонье и очень настойчиво, как она умеет, вызвала Наташу в примерочную, где, к удивлению девочки, оказался и Гонс Арет с каким-то свертком.

—Значит так, милочка, — веер госпожи Клонье нацелился точно в центр лба Наташи, значит, разговор предстоит серьезный, и никаких отговорок мама не примет. Девочка напряглась, мысленно перебирая провинности, за которые ей могло прилететь. Вроде ничего не было. Она вообще в эти дни посещала только манеж со Смолкой, лицей, потом сразу шла домой и готовила письма. — Пора нам с твоим нарядом что-то делать! — Госпожа Клонье поджала губы и неодобрительно оглядела рубашку, один край которой выбился из-под ремня штанов. — Посмотри, на кого ты похожа?! Девушка должна быть девушкой!

—Но…

Веер госпожи Клонье слегка стукнул ее по макушке.

—Молчи, когда старшие говорят. Я всё прекрасно понимаю и принимаю… Я не одобряю твою профессию, но… к сожалению, призванные не могут не заниматься тем, что у них получается лучше всего. Потому да, я согласна, что тебе нужна удобная одежда, в которой можно бегать, прыгать и лазать на всякие крыши… или куда там надо. — Госпожа Клонье неодобрительно качнула головой. — Но при этом ходить в этом… — Новый сердитый взгляд на мужские штаны и мужскую же рубашку, которые были просто ушиты по размеру. — И я не просто так выспрашивала о моде вашего мира. Мы с моими девочками, считаю, неплохо потрудились.

—Вы сшили для меня одежду, в которой будет удобно и которая предназначена девушкам? — озадачилась Наташа.

Госпожа Клонье указала на ширму.

—Шагом марш! Сейчас посмотрим, что получилось.

В некоторых обстоятельствах Наташа предпочитала не спорить. Сейчас был как раз такой момент. Госпожа Клонье явно встала на тропу войны с тем, что она называла безвкусием в одежде. Девочка молча прошагала за ширму, где ее уже ждали помощницы ее мамы. Наташа краем глаза заметила, как госпожа Клонье села на стул рядом с Гонсом Аретом. А он тут зачем, интересно?

Через пятнадцать минут Наташа появилась из-за ширмы в новом наряде и задумчиво стала разглядывать себя в зеркало. Остальные пока тоже молчали, явно решив дождаться реакции Наташи.

Сама Наташа сначала повернулась одним боком, потом другим, встала спиной, изогнув голову так, чтобы хоть что-то разглядеть на спине. Покачала головой. Теперь понятно почему мама так настойчиво выспрашивала ее о женских брючных костюмах, прося нарисовать самые разные фасоны. Этот костюм был явным смешением моды ее родного мира и этого. Брюки, да, темных тонов, точнее, темно-синего цвета… может цвета ночного неба, но с небольшими украшениями, с широкой талией, которую охватывал такой же широкий кожаный пояс, на котором была закреплена кожаная сумка, с другого бока висел кошелек. Белая рубашка, но уже по местной моде, с треугольным вырезом, края которого соединялись завязанным у горла чем-то средним между бабочкой и коротким галстуком с застежкой из золота с украшением из какого-то черного камня в центре. На рубашку Наташе надели жакет того же цвета, что и брюки. И опять-таки, он был одновременно сделан и по местной моде, и по моде ее родного мира. Карманы, в частности, явно пришли из ее родного мира, в этом до ее появления здесь о карманах не знали. В брюках, кстати, тоже были карманы. Рукава у жакета слегка сужались к запястьям, где они фиксировались серебряными запонками. И обувь… Мама позаботилась даже об этом, и их явно делали на заказ, уж очень эти туфли фасоном напоминали кроссовки. Если не приглядываться, обычные кожаные черные туфли, а вот если пощупать, то тут и тканевая вставка сверху для вентиляции, и мягкая подошва без каблука – всё для удобства в беге.

Наташа еще несколько раз осмотрела себя со всех сторон. Кстати, мама позаботилась даже о заколке для волос, подобрав ее в тон наряду и теперь волосы были собраны за спиной в пышный хвост.

Девочка хотела что-то сказать, но горло перехватило. Это же получается, что мама подбирала всё от и до, даже обувь специальную заказала отдельно, пояс. Всё было подобрано идеально и в тон. И даже цвет подобран так, чтобы не бояться испачкать. И сама ткань прочная. Красиво, но функционально.

Несколько раз она пыталась что-то сказать, потом не выдержала, просто подошла к госпоже Клонье, уперлась лбом ей в грудь и всхлипнула.

—Мама…

—Ну-ну, ну что ты? — госпожа Клонье даже растерялась. — Ну будет тебе…

—Спасибо… — девочка все-таки не выдержала и разревелась. Госпожа Клонье просто обняла её, и пока девочка плакала, так и стояла.

Наконец Наташе удалось взять себя в руки, она отстранилась, огляделась, пытаясь одновременно вытереть платком лицо от слез.

—А где все? — удивилась она.

—Выгнала, — отмахнулась госпожа Клонье. — Негоже им смотреть, как плачет юная леди. Ну что ты, глупышка? Чего так распереживалась?

—Не знаю, — честно призналась Наташа. — Я же ведь почти не помню маму… Потому мы всегда с папой ходили по магазинам. Он мне покупал.

—Что мужчина может понимать в женских нарядах? — недовольно буркнула госпожа Клонье. Наташа слабо улыбнулась.

—Спасибо.

—Ну будет тебе. Там на столике графин с водой стоит, там же салфетки лежат, намочи одну и протри лицо. Давай приводи себя в порядок. Там ещё мой непутевый племянник тебе подарок принес. А одежда… если понравилась, то в таком же стиле еще сошью. И всё-таки, выходное платье тебе тоже нужно. К счастью, об этом я заранее позаботилась, так что наряд на праздничный бал мы найдем.

—Ты знаешь?! — удивилась Наташа.

Госпожа Клонье щелкнула ее по носу.

—Конечно, знаю. Председатель сразу меня известил, что тебе послано приглашение. Он всё боялся, что ты заявишься туда в том, в чем обычно ходишь.

—Вот был бы скандал, — усмехнулась девочка.

—Да пусть его этот скандал, — безмятежно отмахнулась госпожа Клонье. — Так им и надо. Но ведь люди подумают, что у тебя вкуса нет!

—А у меня его и нет, — совсем уже пришла в себя девочка и развеселилась.

—Расскажи мне, как у художника отсутствует вкус, другое дело, что ты сама к себе так относишься. Всё, давай, зови Гонса.

Гонс Арет, казалось, ждал за дверью и появился сразу с тем же свертком в руке. Быстро глянул на лицо девочки, одобрительно кивнул, не найдя следов слез. Наташа же косилась на длинный сверток в его руке. Гонс Арет, перехватив этот взгляд, хмыкнул. Развернул. Наташа так удивилась, что даже не сразу взяла в руки подарок.

—Трость?!

Конечно, трость была красивой, темного дерева, бронзовый наконечник и рукоять, сама по себе произведение искусства в виде золотистой головы льва, в глаза которого были вставлены рубины.

Наташа покрутила трость, примерилась… удобно. И в руке лежит так, словно для нее сделано… Хотя почему «словно»? Для нее и делалось. Ниже рукояти, чуть дальше ширины ее ладони, выделялся бронзовый поясок, который привлек внимание девочки. Еще раз повертев подарок, ухватила за нижнюю часть и рукоять и с легким усилием повернула, после чего легко разделила трость – внутри оказался спрятан тонкий кинжал, не очень длинный, чуть больше ладони. И острый. Снова недоуменно посмотрела на дядю.

—Это мне? — удивилась она.

—Тебе-тебе, — хмыкнул он. — Помнишь разговор в участке? Что-то мне подсказывает, что ни о чем ты тогда не думала, когда помчалась на крик.

—Но я же говорила, что…

—Говорила, только у меня есть ощущение, что ты придумала это уже в участке, меня успокаивала. Потому я и решил, что тебе понадобится что-то, что позволит себя защитить, если по дурости влезешь куда не стоит.

—Дядя, я же тогда все сказала! И ничего не после, я честно тогда все обдумала!

—Ну-ну, — усмехнулся он. — Но тем не менее пусть будет.

Наташа скептически оглядела кинжал.

—У нас тоже такое практиковали, только не кинжалы прятали в трости, а шпаги.

—И ты умеешь обращаться со шпагой? — с усмешкой поинтересовался Гонс Арет.

—Ну-у-у… не порежусь.

—Сильно сомневаюсь. А если не умеешь, так какая тебе польза от шпаги?

—Так я и с кинжалом не умею. — Наташа покрутила кинжал в руке. — Вот колбасу нарезать смогу, хлеб.

Гонс Арет рассмеялся.

—Для этого и делали. К тому же даже если бы умела – кинжал так себе защита. Просто на всякий случай сделали. Мало ли, в хозяйстве пригодится. Хотя бы колбасу с хлебом нарезать. — Дядя усмехнулся и протянул руку, в которую девочка и вложила трость.

Гонс Арет быстро собрал ее, оперся, хотя для него она явно была коротковата.

—На самом деле тут принцип тот же, что и у тех перчаток, которыми ты приложила того безумного мага.

Наташа нахмурилась, вспоминая, кивнула.

—Но там мне дотрагиваться нужно было.

—Тут не обязательно. Действует по тому же принципу, но шагов на шесть. Смотри, — дядя поднял трость, направив глаза льва на стену. — Держишь трость под набалдашником, направляешь глаза льва в нужную тебе сторону и большим пальцем руки нажимаешь на гриву… — Глаза льва сверкнули и мгновенно из них ударили две короткие молнии, которые быстро слились в одну. Эта молния и шарахнула с громким треском по стене.

—Ого! — восхитилась Наташа. — Почти шокер. Эм… А это не опасно?

—Не опасно, — хмыкнул Гонс Арет. — Но минут на тридцать гарантированно вырубит любого. Держи, попробуй сама.

Наташа осторожно взяла трость в руку, прицелилась, нажала. Руку слегка тряхнуло, но молния ударила именно туда, куда девочка целилась.

—Здорово! Но… — все же засомневалась Наташа. — Это же электричество? Если у человека проблемы с сердцем…

—Ты же не будешь по прохожим стрелять? А проблемы с сердцем какого-нибудь подонка – это наименьшее, что тебя должно волновать. Но не переживай. Не знаю, что такое электричество, но это не оно. Тут магическая энергия, концентрат. Настроено на парализацию. Так что слабое там сердце или сильное – ни на что это не повлияет.

—Здорово. Э-э-э… дядя, скажите, если у вас такое умеют делать, то почему я не видела похожее в продаже?

—А ты знаешь, сколько твоя трость стоит? — усмехнулся он. — Не буду называть сумму, но корабль дешевле. И чтобы все работало, там потребовалось использовать ошон. А потом я почти сутки все настраивал и соединял. Кстати, заряда тут на десять выстрелов, так что не увлекайся. Если где хоть раз стрельнешь, сразу неси ко мне – заряжу. Кстати, можешь ещё пострелять.

Наташа спорить не стала и еще сделала несколько выстрелов, изучая, насколько точным должен быть хват для стрельбы. Оказалось, что вольности позволялись, но не очень. Если рука слишком съезжала вниз по рукояти, то выстрела не следовало. Потом Наташа попробовала разъединить трость и стрельнуть только с кинжалом в руке… не получилось.

—Рукоять кинжала – нагнетатель, в нем происходит концентрация энергии для выстрела, — пояснил Арет. — А вот остальная часть – накопитель. Именно в нем содержится энергия для выстрелов. Потому и трость, так бы я поменьше что придумал. Но только в таком вот длинном накопителе получилось сохранить энергию для десяти выстрелов. Дай-ка, кстати, заряжу.

Наташа протянула ножны-трость, а сама еще раз осмотрела кинжал в руке. Изобразила стойку… ну как её представляла. Услышав смешок Гонса Арета, перестала притворяться героем боевика.

Наконец получив заряженные ножны обратно, собрала трость и застыла с ней перед зеркалом, картинно опершись на нее и уперев другую руку в бок.

—Не хватает чего-то на голову, но не могу придумать подходящий фасон, — хмыкнула Наташа. — С большими полями… гм… нет, неудобно. О! Корона, думаю, будет в самый раз.

—Нос опусти и самомнение поубавь. Корону ей.

—Я подумаю, что можно на голову тебе надеть, — улыбнулась госпожа Клонье. — А корона не подойдет – на ушах повиснет.

Наташа обиженно глянула на госпожу Клонье, но не выдержала и рассмеялась. Потом прошлась по комнате с тростью.

—Непривычно, — заметила она. — Но прогуливаться, наверное, будет удобно.

—Быстро привыкнешь.

Наташа еще раз прошлась, глянула в зеркало.

—А мне нравится. Правда, я всегда считала, что с тростью ходили исключительно мужчины.

—Я не знаю, как у тебя на родине, но у нас женские трости есть, хотя, конечно, менее распространены, чем мужские.

Наташа перестала изображать Чарли Чаплина и теперь у окна изучала набалдашник.

—Надеюсь, это не золото?

—Даже если бы это было золото, — усмехнулся Гонс Арет, — его стоимость потерялась бы на фоне стоимости самой трости. Точнее, её магического наполнения. Но нет, не переживай, не золото. Сплав каких-то металлов, не знаю каких, я ее отдельно заказывал – форму и цвет.

Тут Наташа заметила, что служанки выносят ее старую одежду. Открыла рот, но наткнулась на взгляд мамы, закрыла. Махнула рукой. Одежда пригодится, но об этом лучше позже поговорить.

—Кстати, дядя, я нарисовала печать для себя и набросала дизайн кабинета.

—Когда это ты успела? — удивился Гонс Арет.

—В качестве отдыха от писем.

—Чего ты там императору насочиняла? — с подозрением покосился на нее дядя.

—В основном описание того, что я подготовила для Леоры, пояснение, для чего, и ответы на загадки.

—Загадки?

—Ага. Из моего мира разные ребусы и задачки на сообразительность, которые требуют определенных знаний в науках… Ну, в соответствии с возрастом.

—Хм… Ладно, потом покажешь. Даже интересно будет посмотреть. Пока заберу твои рисунки. Идем. Тётя, — он кивнул госпоже Клонье и зашагал следом за Наташей.

В кабинете Наташа выложила на стол несколько листов с дизайном комнат кабинета. Гонс Арет быстро пролистал их, покосился на девочку, подумал, сунул в папку.

—Необычно, но, полагаю, ты опиралась на то, что видела дома.

Девочка кивнула.

—По образу кабинета папиного начальника сделала. Стол для работы, чуть в стороне длинный стол для совещаний, шкафы, стулья. В другой комнате кушетка для отдыха и шкаф для книг и бумаг, ну и по мелочи… Да что я говорю, ты же всё видел.

—Видел. И не вижу никаких проблем сделать как нарисовала. Передам сегодня, думаю дней за десять всё сделают. А теперь печать.

Наташа протянула еще один лист. Гонс Арет молча взял, взглянул… застыл.

—Это что?

—Сова – птица моего мира. А что, у вас такой нет?

—Может, где и есть, но мне не попадалась в республике. Гм… А почему сова?

—Потому что у меня дома сова – это символ мудрости.

—О… Тогда тем более непонятно, какое она отношение к тебе имеет. Ладно-ладно, — рассмеялся Гонс Арет, — шучу, просто шучу, не надо на меня так смотреть. Сова, так сова. По крайней мере, раз она символ мудрости, понятно, почему она в одной лапе держит перо, а в другой свиток. И надпись подходящая… но громкая: «Перо сильнее шпаги».

—Не пойму, есть какие-то возражения? — уже начала сердиться Наташа. — Сам же говорил, что угодно.

—Нет, никаких. Я просто себя вспомнил с моим «Магия – сила». Я был чуть старше тебя, когда свою печать придумывал. Всё-всё! — Гонс Арет торопливо свернул листок. — Сегодня же отдам на изготовление. Несколько дней займёт.

—О… Замечательно. Как раз успею письма начисто переписать.

—Всё-таки перед тем, как нести их в посольство на отправку, покажи их мне. Ладно?

Наташа пожала плечами. Тут дядя прав, лучше перестраховаться. Император, конечно, поймет, если она где накосячит по незнанию, но лучше косяков избегать по возможности.

—Сегодня хотела переписать, а завтра отнести. Если вечером зайдешь…

—Буду. А пока побежал. Подарок вручил, от тебя что нужно получил, теперь за дела.

Наташа вздохнула. Мрачно покосилась в сторону спальни, где уже давно лежал набросок той картины, которую она начала перед отправкой в империю. С момента возвращения она не нанесла на холст ни одного мазка. Даже не разворачивала ее. Дела…

Наташа с тоской глянула в окно. А ведь ещё прогуляться немного хотела. В последнее время вся ее прогулка – только по утрам, когда пятую точку себе отбивала. Наташа с радостью бросила бы эту верховую езду, но понимала, что может пригодиться – раз, Смолку было жалко – два. Если ведь она не будет выгуливать ее по утрам, то кто тогда? Ну и хотелось все-таки научиться ездить верхом. Но удовольствия от такой прогулки девочка еще не получала. Совсем не получала.

Вот сегодня и собиралась просто пройтись по улице… Но раз обещала к вечеру подготовить все… Значит, нужно садиться и писать. Кое-где пришлось и рисунки переделывать. С почерком, правда, пока еще не все прекрасно, но на неразборчивость её почерка пока никто не жаловался. Но тут же ничего не сделаешь. К счастью, как раз к приходу Дарка Врома и успела все закончить. Образовалось три конверта: самый пухлый для принцессы с письмом и ребусами: куча пронумерованных листов с загадками. Рисунки, тексты, вопросы. Второй – ответы, этот будет вложен в конверт с письмом к императору, пусть уж он решает, когда отдать его дочери. Ну и само письмо императору, в котором она давала пояснение к написанному. Вроде бы всё… Боги и боже, сделайте так, чтобы больше не нужно было писать такие вот «неофициальные» письма коронованным особам!!! С официальными ведь проще, там этикетом всё предусмотрено – что писать, как, кому. А вот отвечать на такие письма, вроде как дружеские, от симпатизирующего тебе человека… Если забыть, кто он, то вроде бы всё просто, но вот как раз забывать и не стоит. И не отвечать нельзя, и отказаться от такой «дружбы» плохая идея.

—Эх… Минуй нас пуще всех печалей… — Наташа вздохнула и аккуратно положила конверты на край стола и села дожидаться Гонса Арета.

Глава 9

Гонс Арет заявился, как и обещал, под самый вечер, почти в десять, чем вызвал крайнее неодобрение у госпожи Клонье, которая племянника даже пускать не хотела. Наташа с интересом слушала, как Гонс Арет изображал из себя послушного племянника, а мама – строгую тетю. Похмыкала, но понимала – бой неравный. Наконец дядя прорвался и поспешно захлопнул дверь кабинета. Показательно вытер пот со лба и под укоризненным взглядом девочки достал из бара бокал и налил коньяка.

—Мне можно, — оправдался он. — Устал как собака. Зато наконец дело с заселением сдвинулось. Сегодня оборудование разное монтировали для лабораторий разных. Экспертно-лабораторный совет. Вот как.

—Вы там не запутаетесь в этих советах? У вас хоть градация какая есть? Экспертно-лабораторный совет – это, конечно, хорошо, но что в нем? Судебная медицина, лаборатория экспертиз, художественная лаборатория для разных дел… Сказала бы фотолаборатория, но… Впрочем ладно. В общем, область действия этого совета получается очень широкая, а руководить этим всем один человек будет? Не лучше ли под каждое направление своего руководителя иметь, который будет разбираться конкретно в этом направлении? А председатель вашего совета – это уже скорее административная должность.

Гонс Арет задумался. Кивнул.

—Думал над этим. А что, направление… мне нравится. Вот и будет руководитель направления судебной медицины, руководитель направления научной экспертизы… Кстати, Дарк Вром передает тебе привет и обещает дать по шее за то, что, не думая, бросаешься на разные крики. Твое счастье, что он сейчас по горло занят тренировками набранных стражей.

Наташа молча сунула ему под нос незапечатанные конверты, лишь бы не слушать что там еще обещал ей Дарк Вром. Гонс Арет хмыкнул, устроился в кресле за журнальным столиком с бокалом. Сами письма прочитал хоть и внимательно, но молча, только карандашом в трех местах что-то черканул. А вот головоломки его неожиданно заинтересовали. Похмыкал. Порешал несколько.

—Надо же, — восхитился он. — И интересно и учеба. Я вот, например, даже не задумывался, что через желтое стекло невозможно определить, что карета зеленого цвета. А ведь знал же.

—То есть загадку не решил? — хмыкнула Наташа.

Гонс Арет покосился на нее.

—Ты нос-то не больно-то задирай. Будь у меня время побольше…

Наташа встала и достала последние черновики, которые не отправились в конверт только потому, что на них оказались помарки.

—Вот. Решай.

Гонс Арет сначала растерялся, потом усмехнулся.

—А давай. Домой заберу. А с письмами все нормально. На удивление.

—А чего ты там тогда карандашом черкал? — удивилась Наташа.

—Отмечал особенно удачные заковыристые обороты речи, надо будет тоже использовать…

—Да вы с Альдой сговорились что ли?!

—А что, она тоже запоминает твои выражения?

—Хуже, — мрачно отозвалась Наташа. — Она их записывает. А потом в разговоре со мной использует.

Гонс Арет хохотнул.

—Ладно. Замечаний нет, можешь запечатывать. Завтра пойдешь в посольство?

—Да. После лицея.

—Отлично. Сообщу послу. Прибыли из империи те, кто будет работать с нами. Два дня как. Но я не стал пока с ними встречаться, хотел вместе с тобой с ними познакомиться, но ты пока тут готовила ответ императору, потому не хотел отвлекать. Но это и к лучшему, хоть отдохнут люди с дороги, немного привыкнут, почитают готовые регламенты – я их передал в посольство империи. Да и само здание успели подготовить, так что не стыдно будет показывать. — Гонс Арет встал. — В таком случае, до завтра.

—Так быстро? — удивилась Наташа.

Дядя развел руками.

—Я только проверить письма зашел.

Что она выпала из жизни, Наташа поняла только когда на следующий день появилась в лицее. В своей обычной одежде, кстати. На недоумение мамы заметила, что пока у нее только один наряд – ей жалко его вот так надевать для повседневной носки, тем более в лицее уже к ней всякой привыкли и там только поохают о новой моде от госпожи Клонье, и кто-то обязательно прибежит заказывать себе такое же.

—Ничего, что я пока придерживаю вам заказы?

Госпожа Клонье только рукой махнула.

—Милочка, у меня уже столько этих заказов, что скоро придется покупать отдельное здание под ателье. Здесь уже тесно становится.

—Ну вот. А это я буду пока надевать, когда по делам стану ездить. Вот, например, сегодня после лицея в посольство Арвийской империи.

Госпожа Клонье согласилась, но пообещала, что скоро предоставит еще парочку похожих нарядов, как она заметила, более жизнерадостных цветов.

—И еще что-нибудь для верховой езды, — вспомнила Наташа брюки от костюма. Ткань там хоть и прочная, немаркая, но все равно не очень подходит для езды в седле.

—И это планирую сделать, но попозже.

Наташа тут же, пока из головы не вылетело, набросала рисунок типичных ковбойских брюк с бахромой. Госпожа Клонье взяла рисунок и зависла. Девочка несколько раз позвала ее, потом усмехнулась и ушла в лицей, так и оставив приемную маму разглядывать рисунок. Похоже, ее посетило вдохновение…

Вот в лицее её и ждал сюрприз. Точнее, совсем не сюрприз, об этом уже три дня все говорили, но Наташа настолько погрузилась в дела, что совсем ничего не замечала вокруг.

—А что, уже объявили о дне бала? — удивилась Наташа.

Альда посмотрела на подругу очень таким задумчивым взглядом.

—Призванная, я тебе позавчера сказала, что через две недели будет бал.

—Да? — удивилась Наташа, пытаясь вспомнить. — А я что сказала?

—Ты сказала «ага» и добавила, что бал хорошая вещь для какого-то ребуса.

—Э-э-э… гм… м-да… — Наташа покрутила головой, ловя насмешливые взгляды одноклассников. Ариант Торф даже подошел поближе, утверждая, что как главный приспешник должен видеть эту картину в первых рядах.

—Какую картину? — удивился кто-то.

—Растерянную Призванную. Когда еще такое зрелище увидишь?

—Отвали, Ариант!

—А-я-я-яй, госпожа Тонзер, где ваше воспитание? Такие словечки? От Призванной научились? — продолжил насмешничать Торф.

—Именно, — ничуть не смутилась Альда. — Я научилась у неё, что порой прямо указанное направление движения определенным индивидуумам экономит время и нервы, а также сокращает процесс дальнейшего выяснения отношений.

Пока остальные переваривали фразу Наташа схватилась за голову. Её фраза, почти дословная. Похоже, Альда не просто записывала за ней, но особенно понравившиеся обороты заучивала. Сама Наташа ни за что не смогла бы повторить вот это, хотя и являлась автором. Высказалась почти на такое же, как у Арианта, замечание самой Альды.

Ариант удивленно поморгал. Задумался. Оценил. Хмыкнул. Повернулся к Наташе и поклонился.

—Всегда восхищался людьми умеющими послать людей без единого ругательного слова.

—Богатый опыт, — буркнула Наташа и затрясла головой. — Так, всё! Хватит! Баста, карапузики… Альда!!! Это не надо записывать!!!

Все слушавшиеся рассмеялись. Альда невозмутимо дописала и убрала блокнот.

—Надо-надо. Для потомков. Что касается твоего вопроса, то да, уже определен день праздника. Два дня назад было через две недели, сейчас уже двенадцать дней осталось. В классе траур, потому что никто не проходит по возрасту, а детский праздник не организовывается.

Детский? Потом Наташа вспомнила, что в свое время мама говорила, что обычно организовывают два праздника: взрослый и детский. Взрослый – от шестнадцати лет и старше, а вот детский – для тех, кому младше шестнадцати. Хотя совершеннолетие вроде как с пятнадцати по законам республики наступает, что Наташа считала очень рано, особенно после знакомства с делом некоего общества «Амур».

—Да?

—Это я тоже говорила, — вздохнула Альда. — Это же праздник в честь победы и наших союзников. А от них все там уже взрослые. Ну и зачем тогда нам всем между собой тусоваться? Хотя некоторые идут, — Альда глянула в сторону одной из девушек в классе. Та задрала нос и свысока оглядела всех в классе.

—Как это?

—У нее жених старше её на три года, — пояснил Ариант Торф. — Он, естественно, идёт и, естественно, может пригласить партнера, в его случае – невесту. И тут уже её возраст роли не играет.

—То есть любой приглашенный может взять с собой партнера? — поинтересовалась Наташа, вспоминая, что что-то подобное ей говорила госпожа Клонье.

—Именно. — Альда вздохнула. — Только вот Лорен – мой ровесник. Раньше меня мог бы его брат пригласить, но сейчас у него появилась невеста.

—Ясно, — Наташа задумалась.

Позже, на перемене, когда Наташа с Альдой остались вдвоем, Альда поинтересовалась:

—Ты ведь идёшь?

Наташа на мгновение замешкалась, потом кивнула.

—Да. Уже получила официальное приглашение. Сказали, что моё присутствие обязательно.

Альда кивнула.

—Так и думала. — Вздохнула. — Жалко, ты не парень, тогда могла бы меня с собой взять. Кстати, а с кем ты идешь?

—С кем иду? — совсем растерялась Наташа. — Одна. С дядей, наверное.

Альда рассмеялась.

—Так и думала. Наташа, твой дядя не может пойти с тобой. С девушкой может пойти на любой праздник либо ближайший родственник, отец или брат, либо муж, либо жених, либо приятель, с которым не может быть большая разница в возрасте. — Последнее Альда специально подчеркнула. — Это неприлично. Прежде всего для мужчины. Потому ни твой дядя, ни Дарк Вром с тобой пойти не смогут. И одна ты пойти, конечно, сможешь, но это тоже неприлично.

Наташа раскрыла было рот, но была остановлена решительным жестом Альды.

—И прежде, чем ты мне расскажешь, насколько тебя не волнуют эти приличия, подумай, стоит ли дразнить гусей на пустом месте. Неужели ты не найдешь, кого пригласить? Хотя бы Лорена.

—После устроенной тобой войны я предпочитаю пока что держаться от семейки Коршиных подальше, — буркнула Наташа. — Да и Турион скорее прикопает меня где-нибудь у дороги, чем позволит брату пойти со мной на праздник.

—Прости, — смутилась Альда. — Действительно не подумала. Жалко не увижу его лица, когда он встретит тебя на празднике.

Наташа только вздохнула. Потом задумалась. Кого могла бы пригласить? По большому счету из парней она тут никого нормально не знает. Лорен был бы идеальным вариантом, если бы не… Хм… А это идея! Почему и нет.

После занятий она поймала Арианта Торфа.

—Приспешник, вопрос есть: ты идешь на праздник?

—Темная королева класса снизошла до своего скромного приспешника? — хмыкнул он. — Нет, не иду. Быть мелким на побегушках у тех, кто мог бы меня позвать… Проживу без этого.

Хм… Наташа глянула на него. Похоже, говорит исходя из собственного опыта.

—А если не в роли мелкого на побегушках, а в качестве спасителя дамы в беде?

Ариант Торф сначала не понял, потом сообразил, повернулся. Окинул ее задумчивым взглядом.

—Как я полагаю, дама в беде – это ты? Тебя пригласили?

—Да. В качестве одного из основных гостей, — приоткрыла она часть тайны. — Из-за дела имперского посла. Обе стороны считают, — Наташа огляделась, — что экспедиция и моя заслуга, а потому все хотят меня там видеть… Только, Ариант…

—Не переживай, я знаю кому и что можно говорить, а когда лучше молчать. Значит, дело имперского посла… Помню. Ты, вроде после этого в империю ездила?

—Да. И император считает, что определенным образом мне обязан… Посол был его близким другом, — приоткрыла она часть правды. — В общем, не отвертеться. А тут Альда меня сегодня ошарашила, что я должна идти не одна. Так бы я одолжила у нее Лорена, но…

—Призванная, — рассмеялся Ариант, — ты сама понимаешь, как нелепо звучит твое «одолжила бы у Альды Лорена»? Как будто о безделушке какой речь. Но я понял твою проблему. Тебе просто не с кем пойти.

—Ну да. У меня из близких подруг только Альда, но ее не пригласишь, не того пола. А все мужчины, кого я знаю и с кем бы могла пойти, сильно меня старше или далеко отсюда. И еще… Ариант, я тебя уважаю, честно. Но если ты еще раз назовешь меня Призванной, вот эта вот сумка в моей руке, тяжелая, кстати, с книгами, прогуляется по твоей голове… несколько раз.

Ариант рассмеялся.

—Понял. Прошу прощения, моя королева. И да, я скромно принимаю твое приглашение.

—Отлично! Тогда я побежала.

—Стоп! Куда это ты?

—А? — Наташа тормознула и с недоумением обернулась. — Чего?

—Когда мы соберемся и обсудим костюмы?

—Обсудим костюмы?

—Наши наряды должны сочетаться друг с другом, — пояснил, как для маленькой, Ариант. — Ты уже приготовила платье?

—А… Эм… Кажется да. Мама сказала, что уже приготовила.

Ариант несколько секунд разглядывал Наташу как энтомолог какую-то неизвестную науке бабочку.

—Поразительно, — наконец заметил он. — Я в первый раз вижу девушку, которая не говорит постоянно о своих нарядах, украшениях или балах…

—Эм… это ты сейчас меня так похвалил или мне обижаться?

—Сама решай, Приз… госпожа Наташа, — хмыкнул он. — Ладно, я зайду сегодня после обеда к тебе.

—У меня дела, знаешь ли, — слегка рассердилась такой бесцеремонностью Наташа. — Я сейчас по делам и, боюсь, до вечера меня не будет.

—А это неважно, — проигнорировал он ее эмоции. — Как я понял, твой наряд нужно не с тобой обсуждать, а с госпожой Клонье. А что тебя там не будет, так это даже к лучшему.

Наташа очень сильно захотелось запустить в этого нахала сумкой. Тот, видно, понял, улыбнулся, поклонился и поспешно удалился.

—Вот гад!

Гад не гад, но пришлось рассказать о нем госпоже Клонье. В конце концов, он прав, а устраивать пакости человеку, который согласился тебя выручить, так себе идея. Мама, ожидаемо, обрадовалась.

—Конечно, приму. А я-то боялась, хотела кого из знакомых попросить тебе помочь. Не переживай, все будет в лучшем виде.

Прежде чем отправиться в посольство империи, Наташа еще раз изучила себя в новом наряде перед зеркалом. Покрутилась с тростью. Сама себе понравилась и довольно кивнула. И красиво, и удобно, и функционально. Мама – гений! В таком виде и уселась под одобрительным взглядом кучера – слуги госпожи Клонье, которого она уже давно отдала в полное распоряжение Наташи, решив, что ей он нужнее.

Дядька Горх, как он просил себя называть, выглядел этаким крепким мужичком лет сорока, знающем себе цену. Аккуратно остриженная борода, сюртук, обязательная шапка и зимой, и летом. Точнее, зимой шапка, летом этакая бескозырка. Горх отличался на редкость молчаливым характером, говорил он исключительно по делу и очень коротко. Но вот умел взглядом выразить свои мысли так, что все всё понимали, и никаких слов не требовалось. Сейчас он глядел с явным одобрением.

Гонс Арет ждал Наташу аккурат у посольства. Девочка даже удивилась, полагала, что он без нее зайдет. Но нет, сидел в коляске, читаю бумаги из какой-то папки. Увидел подъезжающую коляску своей тети, убрал папку и вышел, помог спуститься Наташе. Оглядел ее с ног до головы и одобрительно кивнул.

—Чувствую, скоро появится новая мода, — хмыкнул он.

Наташа демонстративно оперлась о трость, выставив вперед ногу и уперев свободную руку в бок. Но сама не выдержала и рассмеялась.

—А знаешь, мама права, когда на тебе красивая одежда, пошитая на твой вкус, то ощущаешь себя совсем по-другому.

—Не буду даже спорить. Идем, нас уже ждут.

—А вы чего меня ждали, а не зашли?

Гонс Арет пожал плечами.

—Я знал, когда у тебя заканчиваются занятия, примерно представлял, сколько времени тебе нужно добраться до дома и переодеться, а после приехать сюда. Так что не так уж и долго я тебя ждал. Заодно просмотрел материалы, предоставленные имперцами по тем людям, которые будут работать у нас.

—Есть что особенное?

—Да нет, — пожал плечами Гонс Арет. — Все ожидаемо. Они даже не скрывали, что они работают в службе безопасности.

—Насколько я помню, в империи только СБ и занимается расследованием. А то, что они называют полицией, выполняет ту же роль, что в республике городская стража. Чисто за порядком следит. Так что тут все логично. У них единственных есть опыт следствия.

—Не буду спорить. Идём, — Гонс Арет указал на ворота и предложил руку.

У двери их встретил один из служащих посольства и сразу же раскрыл двери.

—Дамы, господа, прошу, вас уже ждут.

Их провели в зал совещаний, в котором Наташе уже доводилось бывать. Сам посол встретил их еще в коридоре. Глянул на Наташу, улыбнулся, одобрительно кивнул, но больше ничем не выразил своего отношение к смене имиджа Призванной.

—Прошу вас, — пригласил их граф, раскрывая дверь.

Едва они вошли, как со своих мест поднялись шестеро мужчин, которые дожидались их в зале. Посол слегка вышел вперед.

—Господа, позвольте представить, Гонс Арет, назначенный Сенатом республики председателем создаваемой новой следственной службы. Наталья Викторовна Астахова, Призванная, консультант новой службы. Именно она была движущей силой её создания.

—Хочу пояснить, — как школьница подняла руку Наташа. — То, что сейчас создается в республике, примерный аналог того, что есть в моем мире и было там создано где-то лет сто пятьдесят назад. До этого все было почти как у вас в империи, — кивнула девочка послу. Служба безопасности, полиция, которая просто поддерживала порядок. Но, поскольку вопрос поиска преступников всегда стоял довольно остро, то и стали развиваться методы поиска. И методы эти уже опирались на научную основу… Тут мне трудно объяснить. Просто как раз в тот момент стали развиваться разные научные направления, в том числе и криминалистика, которая и легла в основу расследований. Я ознакомилась с тем, как ведутся дела здесь… и в республике, и в империи. В основном все зависит от опыта того, кто ведет следствие. Если исследование и ведется, то весьма ограничено.

Один из имперцев хотел что-то сказать, но был остановлен послом.

—Я понимаю, о чем вы. Но закономерно может возникнуть вопрос о вашем опыте, раз уж именно на него мы будем опираться.

—Небольшой, — призналась девочка. — И я этого не скрываю. Но у меня есть теоретический опыт, а уж реальный будем приобретать и нарабатывать вместе.

—Дельно, — одобрительно кивнул граф Черстер. — В таком случае продолжим. Руководитель группы граф Орлон Тарий.

Самый старший из группы чуть вышел вперед и кивнул.

—Рад познакомиться.

—Его заместитель – Адрий Гаран.

Теперь второй сделал шаг и кивнул.

—И те, кто будет работать непосредственно при расследованиях. Лучшие дознаватели империи. Агон Догн, — короткий кивок от одного. — Дар Кирен, Райтер Толин и Сайзен Корлин.

Последний оказался самым примечательным. Он был самым молодым из всех, лет двадцати – двадцати пяти, но главное – внешность. Наряд, прическа… Если остальные были одеты в соответствии со своим положением, наряд того же графа Орлона ничем особо не отличался от наряда графа Арландо, то одежда Сайзена буквально кричала о ее стоимости. Расшитый камзол, жемчужные пуговицы, даже шляпа, лежащая на столе, привлекала к себе внимание красивым пером. Внешность… Длинные волосы до плеч были завиты и аккуратно расчесаны, руки скорее пианиста, чем бойца. Наташе Сайзен сильно напоминал Арамиса из фильма про трех мушкетеров. Даже щегольские усики чем-то были похожи. И, в отличие от своих коллег, кивком он не ограничился. Подскочил к девочке, изобразил куртуазный поклон и вежливо поцеловал кончики пальцев.

—Очень польщен нашей встрече, госпожа Наташа.

Растерянная девочка даже чуть попятилась, потом взяла себя в руки и уже внимательней присмотрелась к имперцу.

—Польщена тому, что вы польщены, — пробормотала она.

—Сайзен! — оборвал энтузиазм от знакомства граф Орлон.

Сайзен усмехнулся и вернулся к остальным. Девочка продолжала наблюдать за ним. Гонсу Арету пришлось даже слегка толкнуть ее, только тогда девочка взяла себя в руки и смогла вернуться к разговору. Хотя, собственно, сам разговор ей был малоинтересен, в основном Гонс Арет и граф Орлон Тарий обсуждали, каким образом они собираются сотрудничать и как будет построена работа.

Сам граф уже был назначен наблюдателем. Что давала эта странная должность и какие полномочия давала, Наташа так и не поняла, но ее это и не сильно интересовало. Заместитель должен был стать связующим звеном между руководителем и посольством империи, а также выполнять поручения руководства уже внутри следственной службы. А вот имперские дознаватели вполне официально становились следователями с зарплатами и договором.

Когда разобрались с главным и перешли к деталям, посол поднялся. Тут уже обсуждалась внутренняя кухня, которая ему была совершенно неинтересна и вникать в которую была обязанность Орлона, не его. Наташа тоже встала.

Гонс Арет покосился на нее, подумал и кивнул, отпуская. Понял, что сейчас, после того как обсудили главное, она тут совершенно не нужна.

—Вы нас уже покидаете, юная леди? — вскочил Сайзен Корлин.

Наташа повернулась, помолчала, изучая имперца, склонив голову набок.

—Что-то мне подсказывает, господин Корлин, что нам еще придется встретиться. Вас не потеряешь.

Корлин горделиво выпрямился, элегантным жестом откинув волосы в сторону.

—Да, госпожа, меня трудно не заметить.

—Сайзен! — рявкнул Орлон Тарий и последний поспешно вернулся к разговору.

Посол приглашающе махнул в сторону своего кабинета.

—Как я понимаю, госпожа Наташа, вам есть что передать для его величества.

—И для ее высочества, — кивнула она.

В кабинете она сразу достала из сумки два запечатанных конверта. Посол несколько удивленно глянул на пухлый конверт для императора и несколько более тонкий для принцессы.

—Гм… — Взял один и взвесил в руке. — Однако. Что ж, первой же дипломатической почтой отправлю адресатам, — пообещал он, убирая письма в ящик стола. И, госпожа Наташа, не обращайте внимания на Сайзена. Он всегда такой. Считает себя неотразимым у дам.

—И имеет основания так считать, — задумчиво кивнула девочка.

Посол растерянно помолчал, покосившись на девочку.

—Позвольте дать совет, — осторожно заметил он. — Не стоит поддаваться чарам его внешности. Судя по слухам, он разбил не одно сердце.

—Наверное, поэтому его и отослали из империи подальше, — хмыкнула Наташа. — Но спасибо за предупреждение, господин граф, я его обязательно приму к сведению. Как вы думаете, Гонс Арет еще долго там будет договариваться? Мне стоит его ждать?

—Не думаю, что долго. Основные моменты были обговорены на более высоком уровне, а сейчас они только приводят договоренности к реальности. Когда мы уходили, они уже обсудили основную и самую спорную часть.

Услышав подобную сентенцию, Наташа хмыкнула.

—Ладно, тогда подожду. Где это удобней сделать?

—Да прямо здесь. Тем более мне бы тоже хотелось поговорить с вами о предстоящем бале. Как бы это сказать…

—Говорите, как есть, — усмехнулась Наташа. — Меня не обидит, я прекрасно сознаю свою безграмотность в местном этикете. Так что, если хотите о чем-то предупредить, буду только благодарна. У меня вовсе нет желания превратиться в посмешище по незнанию каких-то моментов.

—Ох, тогда ладно, — посол явно был доволен таким поворотом. — Прежде всего хотелось бы узнать, вы с кем будете? Кто ваш спутник?

Приятно, что у посла даже тени сомнения не возникло, что спутник у нее будет. Но если бы она не поговорила сегодня с Альдой, то даже не подозревала бы, что он должен быть. Наверное, все-таки с послом империи действительно стоит поговорить.

—Мой одноклассник Ариант Торф.

—Сын сенатора Райли Торфа? Хм…Хорошо. Мат Свер Мэкалль заверил меня, что переговорил с вами о том, что вам предстоит на празднике?

—Вы о награде? — поморщилась Наташа. — Да, предупредил.

—Я понимаю, что ситуация с вашей точки зрения странная, но это если не знать тонкостей политики республики. И ваша выгода тут в том, что этим награждением будет вбит большущий гвоздь в гроб некоторых ваших противников, оставшихся с того дела моего предшественника. — Посол помялся. — По совету императора не стану от вас скрывать кое-какую информацию. По большей части настоящим руководителем группы из империи Адрий Гаран. Именно он будет изучать работу вашей новой следственной службы. Граф же Орлон Тарий назначен главой безопасности посольства и будет работать с местными органами разведки в поисках остатков заговора.

—Вот как? — Наташа задумалась. — Интересно… Гм… Император так и сказал?

—По сути, в его послании это был почти приказ – не скрывать.

—Хм… Возможно, предположил, что я все равно замечу несуразности. Если уж он приехал изучать работу следственной службы, то ему придется общаться со мной и весьма активно. А если вместо него это будет делать его заместитель… Да, это определенно вызвало бы у меня вопросы.

«А еще, — мысленно предположила Наташа, — у графа Орлона Тария наверняка тоже имеется какое-то распоряжение от императора на мой счет, которое требует моего знания, кто он такой и чем занят. И, скорее всего, это связано с местной политикой и предстоящим праздником».

—Возможно, — не стал спорить посол, но явно имел какие-то свои предположения.

—И что требуется от меня?

—Оказать помощь, если к вам за ней обратится граф Тарий.

—А…

—С местными все согласовано. — Посол обернулся и взял со стола небольшой конверт. Протянул Наташе.

Та растерянно приняла его, вскрыла и прочитала несколько строк. Задумчиво повертела листок, потом очнулась и вернула его послу, который снова положил его в конверт, а тот вернул на стол.

—Как-то все… непонятно. И никак не соображу, чего от меня все хотят, — несколько раздраженно заметила Наташа.

Посол вздохнул.

—Правда в том, что пока никто этого не знает. Но предполагают… Действительно предполагают, что ваша помощь может понадобиться. — Посол помолчал. — Сейчас в Сенате республики Мат Свер Мэкалль начинает определенную игру.

—Политика, — скривилась Наташа.

—Она самая. И хотите вы или нет, но вы уже в этой игре. И так получилось, что на стороне текущего председателя. Причем неважно, что думаете вы, главное, что так думают в Сенате. В том числе и ваши противники. И противники Мэкалля. И, поверьте, я бы с радостью избавил вас от всего этого, но вы как раз тот единственный человек, у кого нет выбора. Потому вы, конечно, можете отказаться участвовать во всем этом, вас никто не заставит, но тогда вы не лишитесь врагов, но потеряете поддержку.

—Я поняла, меня заочно записали в команду Мэкалля. При этом неважно насколько это соответствует действительности. А тот будет оказывать мне поддержку только в том случае, если я действительно буду в его команде. Похоже на шантаж… Ладно-ладно, понимаю я всё, просто ворчу. А империя тут причем?

—При том, что Мэкалль всегда последовательно выступал за союз между нашими странами. Естественно, мы заинтересованы в том, чтобы он сохранил и укрепил своё положение.

—Ясно, — вздохнула девочка. — Когда печеньки будете раздавать?

—Что? — растерялся посол. — Какие печеньки? Зачем?

—А, — Наташа махнула рукой. — Не обращайте внимания, шутка моего мира. Просто союз сильного и слабого в моем представлении не может быть равным.

Посол помолчал, задумчиво рассматривая девочку.

—Не ожидал от вас понимания политики.

—Я уже говорила как-то, вы просто не можете понять то количество информационного мусора, который валится на любого человека в моем мире. Хочешь не хочешь, но ты всегда будешь в курсе всех последних новостей, узнаешь мнение разных специалистов и неспециалистов, обязательно услышишь чье-нибудь «особо ценное мнение», которое никому не интересно, потом поругаешься с кем-нибудь на любую тему, в которой ничего не понимаешь, а чтобы не разоблачили, приходится хоть что-то по ней читать.

—А зачем спорить по теме, в которой ничего не понимаешь? — растерялся посол.

—Для прикола… Ну, забавы. Смеха ради.

—Но ведь тогда вы потеряете уважение в обществе?

—С чего бы? Прелесть в том, что никто не знает, кто спорит. Все же анонимно… Ну, относительно. Если очень надо, всегда можно найти кого угодно, только, по большому счету, это никому не надо. И если вы думаете, что тот, кто спорит, хоть что-то понимает в теме, то нет. Такой же невежда. Специалисты ведь в такие споры не лезут – у них работа есть. А так… Может, и не знаешь, но в процессе спора чего только не начитаешься.

—У вас очень странный мир, — задумчиво проговорил Арландо Черстер.

—С вашей точки зрения, да, — пожала плечами Наташа. — А с моей – это ваш очень странный. До сих пор порой в шок приводит. Но по факту не претендую на профессионализм, начиталась я разного, пусть и поверхностно. Но этого вполне хватает, чтобы делать выводы. Это я разную криминалистику читала вдумчиво, полагая, что пойду по стопам отца и тоже буду следователем… Наверное.

—Понятно. Что касается вопроса, но вы очень сильно недооцениваете республику. Вы сравниваете вооруженные силы и флот, но сила республики не в них. Поверьте, этих сил ей хватает, чтобы говорить на равных даже с империей.

Наташа подумала. Кивнула.

—Ясно. Деньги. А точнее, банки и ростовщичество. Ну да. Только вы напрасно считаете, что я не пойму силу этого. У меня на родине все государства… в той или иной степени – республики Моригата. Порой даже чересчур. Но да, не сообразила. Так чего от меня требуется?

—О, ничего особенного. Не противиться тому, что делает Мат Свер Мэкалль. Возможно, вам что-то не нравится, но, поверьте, тут есть и ваш интерес.

—Мои враги, о которых я даже не знаю?

—Полагаете, их у вас нет? — с интересом даже спросил посол.

Наташа честно задумалась и вынуждена была признать, что успела оттоптать много мозолей. Не всегда специально, но от этого не легче. А Мат Свер… конечно он политик, но пока он с ней был честен.

—Я поняла. Если бы мне просто хотели дать орден, чтобы не возникло вопросов с орденом империи, то это уже давно бы сделали. Тихо и быстро. Вам же нужен именно шум. Может даже скандал. Потому бал, праздник, награждение за то, к чему я не имею никакого отношения.

Посол кивнул.

—Вы верно сообразили. Только напрасно полагаете, что вас награждают незаслуженно. Вас только это волнует?

—Я достаточно тщеславна, чтобы гордиться наградой, но и надеюсь так же честна, чтобы не гордиться той наградой, которую не заслужила.

—На заговорщиков вышли благодаря вам. Поговорите с графом Орлоном Тарием. Именно он вел следствие, и именно он установил местоположение пиратских баз, связанных с заговорщиками. — Посол помолчал. — В республике не знают, что было найдено на тех базах, десант был имперский.

—Линкоры?

—А? А, да. Самый быстрый способ перевести как можно больше войск. Для войны они не годились, а вот как транспорт…

—Я даже боюсь предположить, что вы нашли там, если линкоры использовали в качестве транспорта для десанта.

—Поговорите с графом. Мне кажется, как раз вам он расскажет.

—Мне?

—Да, именно он предложил этот план с вашим награждением.

—Но если нашел он…

—Свою награду граф получил от императора. И он счел несправедливым, что вас обошли в республике, ибо считает твой вклад решающим. Без вас не было бы и его успеха. И это не только признание ваших заслуг, но и борьба внутри Сената. Кто нужно – те поймут намеки.

Наташа покрутила головой.

—Не хочу об этом думать и вникать… — Заметив слегка печальную улыбку посла, помолчала, но добавила, — по крайней мере, в ближайшие лет пять. Но к сведению приму. Спасибо. Постараюсь не доставить проблем… По крайней мере, специально.

—Я рад этому, — кивнул Арландо Черстер. — Кстати, а вот и ваш дядя.

Прибыл не только дядя, но и пятеро имперцев – графа Орлона Тария где-то потеряли. Гонс Арет отыскал девочку взглядом и кивнул.

—Мы возвращаемся. Едем на улицу Роз, будем вводить господ в курс дела. Я понимаю, что ты уже устала, но хотелось бы чтобы именно ты дала свои пояснения по принятым законам и штатам службы.

Улица Роз… романтично… именно на ней, как узнала Наташа, и разместилось выделенное здание Совета следственной службы. Романтично, блин. И номер подходящий – тринадцать. Улица Роз, тринадцать… Поскольку в этом мире число тринадцать не считалось каким-то особенным, то недовольства Наташи никто не понял, а объяснять она не стала – сама не знала, почему это число считается несчастливым. Считается, и всё.

Наташа сначала не поняла, как добираться все вместе будут. В их коляску максимум еще двоих посадить можно. Но, как оказалось, все, кроме Сайзена Корлина были верхом. Последний приехал на своей коляске… кто бы сомневался. Наташа глянула на это чудо художественной мысли с украшениями, покосилась на явно довольного произведенным эффектом имперца, покачала головой. И ведь каким-то образом успел раздобыть в республике подобное чудо. Вряд ли он эту коляску тащил из империи… Хотя кто знает.

Доехали быстро. Экскурсий по зданию тоже устраивать не стали, справедливо рассудив, что все тут люди взрослые и сами не заблудятся. В крайнем случае спросят кого. Гонс Арет сразу всех пригласил к себе в кабинет. Девочка заметила, что часть интерьера он скопировал у нее и тоже попросил поставить большой стол чуть в стороне от своего рабочего. Как раз для совещаний. За ним и разместились. Гонс Арет тут же выложил явно заранее приготовленные папки, с которыми и предложил ознакомиться позже. Сам же он кратко рассказал о структуре службы и почему именно так. При этом постоянно поглядывал в сторону девочки, намекая чье это предложение. Но справедливости ради не пытался передать ей слово. Рассказывал сам. Так же остановился и на полномочиях сотрудников службы.

—Сейчас я пока предлагаю не задавать вопросы по моей речи, — закончил он, — а ознакомиться с содержанием папок, в которых все сказанное мной разъясняется более подробно с пояснениями и комментариями. Госпожа Наташа, есть что добавить?

Девочка встала. Слегка помялась – выступать перед людьми ей еще не доводилось.

—Я хочу только заметить, что нет какой-то единственно правильной организации службы. Каждая страна организовывает все так, как ей удобно. Полагаю, некоторое из прочитанного и услышанного вам не подойдет в империи. Потому лучше понять суть. То есть для чего это сделано так, а не иначе. Так что, если причины того или иного решения вам непонятны, то тогда спросите господина Гонса Арета. Многие из решений сделаны по политическим причинам или в следствие компромисса в среде сенатских комиссий. А в остальном я готова дать пояснения.

Тут в дверь осторожно постучали. Гонс Арет с недоумением покосился на дверь, явно никого не ждал. Подумал, но все же подошел и выглянул. Выслушал сообщение, что-то ответил и вернулся.

—Внимание. Мне сейчас сообщили, что одна группа выполнила поручение и готова сделать доклад. — Гонс Арет повернулся к Наташе. — Твой сержант Годрин появился. Узнал, что мы с тобой тут, и прислал сообщение, что готов сделать доклад по порученному делу.

—Нам разрешено будет присутствовать? — поднялся Адрий Гаран. — Или это какое-то секретное дело?

Гонс Арет с Наташей переглянулись. Никто не ожидал, что имперцы захотят поучаствовать в этом деле.

—Дело не секретное… — медленно заговорил Гонс Арет.

—Скорее непонятное, — подхватила Наташа. — А потому, возможно, свежий взгляд может быть полезен. Только вот вряд ли хорошей идеей будет ввалиться всей толпой.

—Предлагаю, — закончил за ней Гонс Арет, — выбрать вам кого-то одного из вас. Это и будет нашим совместным делом. Началом, надеюсь, плодотворного сотрудничества. Мы с госпожой Наташей выйдем пока, а вы решите, кто пойдет с нами.

За дверью Гонс Арет сразу велел ожидавшему их мужчине передать сержанту, что через несколько минут подойдут. Мужчина кивнул и исчез. Гонс Арет глянул на дверь.

—Интересно, кто из имперцев решит поучаствовать?

Наташа хмыкнула, достала блокнот, карандаш, чиркнула на листе, вырвала его, сложила вчетверо и протянула дяде.

—Я бы поспорила, но это был бы нечестный спор.

Где-то минуты через три дверь открылась и из кабинета вышел довольный Сайзен Корлин. Взмахнув локонами, он изящно поклонился.

—Милая леди, господин Арет, к вашим услугам. Готов к сотрудничеству.

Гонс Арет растерянно замер, поморщился. Потом словно очнулся, поднял руку с листком и развернул его. Прочитал. Снова выругался, отшвырнул лист в мусорное ведро и зашагал следом за вышедшей в сопровождении Сайзена Наташей. При этом имперец не переставал сыпать комплиментами. Потому и не заметил, что из кабинета уже вышел Адрий Гаран, видевший последнюю сцену. Не побрезговал достать из мусорного ведра лист, глянул в него, хмыкнул и сунул в карман.

—Господа, — повернулся он ко остальным, — полагаю, на сегодня все закончено. Все свободны. Конечно, время свободное, но рекомендую все-таки ознакомиться с содержимым папок до завтрашнего утра.

Остальные молча поклонились и направились к выходу.

Глава 10

Наташа, примостившись за столом недалеко от сержанта Годрина, внимательно слушала его доклад, делая пометки в блокноте. Гонс Арет сидел неподалеку и тоже что-то там конспектировал. Один Сайзен Корлин только слушал и ничего не писал, явно не понимая, кто такие эти Джок Вырвиглаз и Альтин Артист. Но, надо отдать ему должное, слушал молча, не пытаясь тут же прояснить всё и всё узнать.

Доклад оказался не то, чтобы коротким, но и вроде как ничего важного не нёс. Наконец сержант замолчал и выжидательно поглядел сначала на девочку, потом на Гонса Арета. Наташа переглянулась с дядей, тот кивнул, отдавая ей первенство. Наташа глянула в блокнот.

—Значит, — заметила она, — подводя итоги, можно сказать, что оба они появились в республике откуда-то из-за границы… Ну по поводу Альтина я и не сомневалась – это при встрече сразу бросалось в глаза. А вот Джока я просто не знаю. Так… Не важно. Первым появился Альтин года три назад, верно?

—Да, ваша милость. Точнее установить не удалось. Просто года три назад о нем заговорили как о том, кто спланировал и осуществил ограбление дома одного сенатора.

—И его не задержали?

—Это стало известно много позже, — пожал плечами сержант. — Да и все равно доказательств нет. Это же просто разговоры – может, правда, может, нет.

—Ясно. И с тех пор его слава пошла в гору. Вскоре он сколотил свой отряд… А прозвище Артист он когда заработал?

—Как раз после того ограбления его и получил. Он там с группой притворился бродячей цирковой труппой, а сам устроил целый спектакль на улице. В обычное время к дому не подобраться – там пустошь, и всё видно. Но в тот момент там столько людей собралось, что никто ничего не заметил. До сих пор непонятно как все провернули, но ограбление заметили только на следующее утро.

—Понятно… И потом одно ограбление за другим, и в каждом он выкидывал нечто… скажем, отвлекающее внимание. И пока все разбирались, что к чему, он проворачивал основное дело.

—Да. Но главное-то то, что каждый раз Артист был на виду. Там он играл в главной роли в спектакле, в другом месте самолично разносил напитки гостям в снятом баре. Всегда на виду и все его видят.

Наташа задумчиво глянула в окно.

—Это странно? — поинтересовалась она.

—Для банд нижнего города? Очень. Они не пойдут за тем, кто не доказал свои умения и таланты.

—Ну, мы не знаем, что он делал до того дела, которое его прославило. Может, и доказывал… Ладно, тут все понятно. Теперь Джок… Он появился примерно на год позже Артиста…

—Может раньше, — вмешался Гонс Арет. — Просто, — пояснил он под общими взглядами, — как я понял, Джок стал подниматься именно на противостоянии Артисту, которого считает позером и легкомысленным типом…

—Это вы так вежливыми словами объяснили то, что Джок говорит про Артиста, — хмыкнул сержант. — Насколько мне удалось узнать, Артист перехватил ту самую банду, которую создавал Джок для себя. С тех пор у них грызня и идет.

—Логично, — подумав, согласилась Наташа. — Может, он прибыл и раньше, только оказался менее талантливым. Ладно, это пока неважно. Что там о Джоке? — Наташа глянула в тетрадь. — Организовал шулеров и мошенников разных мастей на рынках и причалах. Карты, наперстки, кости. И в последнее время даже стал скупать дома, где организовывает казино. Какого уровня?

Сержант пожал плечами.

—Не знаю, ваша милость.

—Но в каких районах города?

Сержант пояснил, показав на карте. Наташа изучила отметки и протянула карту Гонсу Арету.

—Похоже, он сначала попробовал в самых бедных районах и открывал даже не залы, а просто брал стол в трактире, где и велась игра. Постепенно стал расширяться и полгода назад даже открыл казино почти в центре города… Дядя, кто в том районе живет? Я пока не очень хорошо знаю Моригат.

—Богатые купцы, приезжие опять-таки не бедные.

—То есть богатые люди, но не знать?

—Там и дворяне живут, просто их меньше… И кого ты относишь к знати?

—Те, кто занимают какие-нибудь важные посты во власти.

—Гм… Точно нет. Такие предпочитают селиться тут, — Гонс Арет указал на карте. — Это чуть в стороне от того района.

—Но недалеко, — глянула Наташа. — Надо бы сходить посмотреть будет. Так… Джок… Всё?

Сержант пожал плечами.

—Больше ничего узнать не получилось. Если он и участвовал в чем-то совсем уже противозаконном, то это неизвестно.

—М-да. Не густо. Прямо человек-загадка. — Наташа задумалась. — Мне надо с ним встретиться.

—Зачем? — хмуро глянул на нее Гонс Арет.

—Хочу его увидеть и понять, что он за человек. Пока у меня просто не складывается между собой из услышанного этот нелепый спор с желанием что-то мне доказать и тем, что рассказал сержант.

Гонс Арет вздохнул.

—Если я тебе запрещу, ведь все равно пойдешь, просто меня в известность не поставишь? И как ты хочешь с ним встретиться?

Наташа повернулась к сержанту.

—Я правильно поняла, что в последнее время он часто бывает в этом вновь открытом казино?

—Совершенно верно. Он же там целую рекламу ему организовал и как раз сейчас туда многие ходят. А поскольку в таком районе они раньше не открывали ничего, то Джоку приходится лично контролировать дело. Он же и людей туда сам нанимал. — Сержант подумал. — И там вроде как даже всё законно. С разрешениями, налогами и прочим. Никакого криминала.

Девочка хмыкнула.

—Ну естественно. Там и охрана, наверняка, такая, что оторвет руки любому карманнику. Нет, сержант, в игре с казино в выигрыше всегда остается казино. Так что никакого криминала там быть в принципе не может. Я бы сказала, что криминал там только один – само казино. Вот только по местным законам это не считается преступлением. Так что да, там все законно. И не удивлюсь, если Джок еще и доплачивает в том районе страже, дабы те ревностней несли свою вахту.

—А у вас казино криминал?

—Да. За исключением строго отведенных игровых зон. Только там позволено открывать такого рода заведения. В любом другом месте – это серьезное нарушение закона. Сержант, в какие дни Джок бывает в этом казино?

—Да почитай каждый день. Хотя сегодня не было, значит, завтра наверняка придет. Он никогда его не оставляет без внимания больше, чем на сутки.

—Ну это понятно – дело еще не налажено и положиться не на кого… Не на его же людей из нижнего города… А, кстати, как его люди отнеслись к этому?

—Трудно что-то выяснить точно. Вроде как были недовольные, и вроде как некоторые из его людей вдруг куда-то пропали… Но Джок честно делится прибылью, потому, если недовольные были, то быстро угомонились.

—Или их угомонили, — кивнула Наташа. — Отлично, завтра и сходим в это казино. Дядя, что там с Дарком? Долго он еще тренировать будет?

—Только начал, — буркнул Гонс Арет и вздохнул. — И я не думаю, что он будет подходящей кандидатурой на сопровождение тебя туда.

—То есть ты принципиально не против?

—Не против, все равно полезешь. Но все же Дарк Вром не подойдет. Он вояка до мозга костей, а потому прямолинеен. А там вовсе не те опасности могут быть, от которых он умеет защищаться… и защищать.

—Если вы не возражаете, то могу я сопровождать госпожу, — впервые заговорил Сайзен и усмехнулся. — У меня есть опыт посещения подобных заведений. А если понадобиться, то и защитить госпожу смогу.

Гонс Арет открыл рот, чтобы что-то сказать. Подумал. Закрыл. Повернулся к Наташе.

—Твое решение.

Наташа задумалась. Покосилась на имперца. Мысленно махнула рукой.

—Нормально. Только все равно еще кого нужно взять в качестве слуги. Ибо богатые господа без слуг не ходят. Дядя, есть у вас кто, кто сможет изобразить достоверно слугу?

—И если что, шпагой помахать?

Наташа поморщилась.

—Вот только этого не надо. Ты же и сам понимаешь, что такое там вряд ли понравится. Если уж Джок все оформил по закону, то и действовать он будет исключительно в рамках закона… Если, конечно, мы сами нарываться не будем. А мы нарываться не будем, мы идем исключительно на разведку. И чтобы увидеть столь неординарную личность в естественной среде обитания.

Сайзен, услышав эту фразу, не смог сдержать смешка, а вот Гонс Арет только вздохнул устало – он уже привык к порой неординарным фразочкам подопечной.

—Я бы Клару взяла, — закончила Наташа, не обратив внимания ни на смех одного, ни на вздох другого. — Но все же предпочту в сопровождающие мужчину. Просто чтобы возможных проблем меньше было.

—Тогда я все-таки попрошу Дарка Врома сопровождать тебя, — вздохнул Гонс Арет. — Когда собираешься?

—Завтра часам к одиннадцати. Сержант, Джок с какого времени обычно в казино сидит?

—Он часам к десяти приходит. Я поспрашивал некоторых посетителей, он там постоянно в зале наблюдает за персоналом. Но редко вмешивается.

—Сам играет?

—Говорят, да, но редко. Я слышал о двух таких случаях.

—Гм… Даже не знаю, что сказать. Я просто не знаю, как тут у вас принято. У себя я бы сказала, что это довольно странно, но здесь… Ему же нужно наблюдать за всем, пока все не заработало как положено.

—А у вас не надо? — поинтересовался Сайзен.

—У нас это можно делать и не присутствуя на месте. На расстоянии, — задумчиво отозвалась Наташа.

—О… Удобная вещь. Нам бы такое не помешало.

Наташа покосилась на имперца.

—Магии у нас нет, и всё сделано чисто техническими средствами. Я такое не сделаю, даже если бы имела профильное образование. У вас просто нет нужных деталей, и сделать их тут невозможно. Но я такого образования не имею, а потому просто не знаю, как и что работает. Лучше скажите, для владельца казино такое поведение нормальное у вас? Я чувствую в вас большого знатока этих учреждений.

Сайзен Корлин усмехнулся и поклонился.

—Приходилось бывать, как я уже говорил. А поведение обычное для вновь открытого заведения. Владелец должен убедиться, что набранный персонал удовлетворяет его требованиям. Тем более в этом случае, когда Джок впервые открыл казино в богатом квартале. Как я понял, до этого все его заведения были в бедном районе, а там несколько иные требования. И полагаю, у него были серьезные неприятности с его людьми, которым хотелось бы работать в богатом районе. Полагаю, именно об этом ваш сержант и говорил.

—Поясните, — попросила Наташа, заинтересованно.

Сайзен пожал плечами.

—Ну, как думают такие люди? Здесь мы работаем и гребем деньги, но тут бедный район. А вот если мы развернемся в районе богатом, то будем грести денег еще больше. То, что в таком районе требуется другое поведение, другое отношение к клиентам, другой стиль разговора… об этом такие люди не думают. Они видят более тугие кошельки, и всё. И полагают, что там будет всё то же самое, как у них тут, только богаче обстановка.

Наташа серьезно задумалась.

—Я поняла. Деньги мало иметь, с ними надо уметь обращаться. Почему до этого ночные короли не приходили работать в богатые районы? Дядя… сержант, скажите, были случаи, когда кто-то из ночных королей пытался работать в других районах?

Гонс Арет сначала хотел ответить, но, когда Наташа переадресовала вопрос, замолчал, сообразив, что сержант и в самом деле ответит лучше. Сам он таким вопросом раньше просто не интересовался.

—Было дело, — кивнул сержант, подумав. — Но таких быстро ловили. Это в нижнем городе никого не интересует, что там у них происходит, пока это не задевает богатых. А если они начинали тревожить состоятельных людей, то… ну, сами понимаете.

—А Джок все сделал по правилам и закону. Получил разрешение, платит все налоги, набрал людей, совершенно не связанных с нижним городом, — кивнула Наташа. — Что говорит о том, что разницу в методах он прекрасно понимает. А теперь вопрос: на кой ему вообще связываться с каким-то преступлением, если эти вот казино ему приносят, как я подозреваю, неплохой доход? Причем налоги он платит только с одного, который открыл в богатом районе. Ему можно на совершенно законных основаниях расширяться, открывать новые казино, грести деньги. А от конкурентов его вполне прикроют его ребята из нижнего города.

Все задумались. Первым отозвался Сайзен:

—Полагаешь, он от чего-то отвлекает?

—Чтобы сделать какой-то вывод, нужно хоть что-то знать, а мы и о самом Джоке ничего не знаем. Я просто задаю вопрос, ответ на который для меня непонятен. Выводов пока не делаю. — Наташа сделала запись в блокнот и убрала его. — И каких-либо выводов делать не буду, пока не понаблюдаю за Джоком.

Сайзен кивнул.

—Госпожа, в таком случае я заеду за вами к половине одиннадцатого.

Гонс Арет покосился на него, вздохнул.

—Я пришлю Дарка, — пообещал он. — Он будет у тебя к десяти.

Сайзен Корлин улыбнулся Арету, тряхнул головой, заставив кудри красиво взметнуться, элегантно поднялся и, прежде чем кто-то успел что-то сообразить, подошел к Наташе и аккуратно поцеловал руку.

—Буду с нетерпением ждать нашу завтрашнюю встречу, госпожа.

Наташа поспешно прикрыла глаза, не желая видеть выражение лица Гонса Арета. Но тот сам встал – девочка услышала звук отодвигаемого стула.

—Я вас провожу, — буквально прошипел дядя, — виконт.

О! Оказывается, Сайзен Корлин – виконт, а в посольстве его просто по имени представили, хотя при представлении руководителя указали на его графский титул. Одна из местных заморочек?

Наташа открыла глаза и прислушалась, но, к сожалению, ничего из происходящего в коридоре слышно не было. Сержант же умудрился каким-то образом сидеть по стойке смирно, всем своим видом демонстрируя вид лихой и придурковатый, а также ничего не понимающий.

—Все с ума посходили, — вздохнула Наташа. — Один провокатор, а второй на эти провокации ведется. Ну и кто тут самый младший?

Сержант покосился на девочку, но промолчал, продолжая косплеить идиота. Не знала бы его Наташа, поверила бы. Чувствуется богатый опыт общения с высоким начальством.

Вернулся Гонс Арет, крайне хмуро огляделся. Наташа поняла, что ситуацию придется разруливать. Вздохнула.

—Домой подбросите, дядя? Надо подготовиться к завтрашнему походу.

—А? Да. Идем. Сержант, спасибо, можешь быть свободен.

В коляске Наташа решила взять разговор в свои руки, видя, что дядя никак не решается заговорить.

—Дядя, вы себя сейчас ведете как ребенок.

—Что? Гм… Наташа, ты понимаешь, что этот человек…

—Намеренно издевается над вами? Да, понимаю. А вы ведётесь. Потому и говорю, что вы ведете себя как ребенок.

—Что? Издевается?

—А что, вы не поняли? Этот Сайзен очень умный тип. Или вы серьезно полагаете, что он тот, кем представляется?

Арет задумался.

—Почему ты решила, что именно его назначат к тебе? Ты его имя написала и сказала, что это очевидно.

—Потому что он дамский угодник, а я девушка. Дядя, император кто угодно, но не идиот. А я очень сильно сомневаюсь, что в эту группу попадет кто-то, кого император не одобрит. А если этот Сайзен попал, то, значит, он далеко не тот повеса, которым показывается всем.

Теперь уже Гонс Арет задумался всерьез.

—Так его к тебе специально подводят?

—Ну… вовсе не для того, что ты там надумал. Скорее просто очаровать, вытрясти что-нибудь, заставить симпатизировать империи. Ничего большего, полагаю, иначе император самолично оторвет все лишнее такому индивиду. Да я и не нравлюсь Сайзену, поверьте.

—Э… Почему ты так решила?

—О, мы, девушки, такое чувствуем, — хмыкнула Наташа. — Поверьте моим ощущениям. Я его совершенно не привлекаю в том плане, о котором вы подумали.

—Я всегда считал, что девушки в этом плане как раз более эмоциональны и подобное умеют напрочь игнорировать.

—Ну… возможно, если влюбятся. Только вот и Сайзен далеко не в моем вкусе. Не знаю, как у вас, но у меня на родине его сочли бы… как бы это сказать… слишком смазливым, что ли. Да и мне больше симпатичны мужчины, которые… гм… мужчины, а не те, кто завивает волосы, выливает на себя литры одеколона и наряжается по последнему писку моды в дорогущую одежду. Даже если я понимаю, что это всего лишь образ. Так что нет, мужчины такого типа, как Сайзен, меня скорее отталкивают, чем привлекают.

—Вот как… Все равно не понимаю, почему ты считаешь, что ты ему не нравишься?

—Я такого не говорила. Я пока не могу оценить как он реально ко мне относится. Я говорила, что я его не привлекаю в том смысле, о котором вы отправились с ним говорить. Дядя, он каждый раз, когда подходил ко мне сделать комплимент или там руку поцеловать, наблюдал исключительно за вами и был явно доволен вашей реакцией. Он вас дразнил. Не знаю, правда, зачем. Может, просто уже в образ настолько вошел, может, еще для чего. Вы же повели себя… ну как повел бы мой отец. — Эта мысль была настолько неожиданной, что Наташа даже замерла с открытым ртом. Покосилась на явно смущенного Гонса Арета. Отвернулась. Некоторое время молча разглядывала улицы города. — Спасибо…

—Что? — не расслышал Гонс Арет.

—Спасибо, — громче повторила Наташа, не поворачиваясь.

—Эм… Да не за что… Я… — Гонс Арет вздохнул и замолчал.

—Мне жаль, что ваша дочь погибла, — решилась Наташа заговорить, повернувшись. — Мне кажется, вы бы стали хорошим отцом.

—Я… наверное.

—Но знаете? — Наташа ткнула его пальцем в грудь. — Вы напрасно зарываетесь в дела. Вы еще достаточно молоды, чтобы найти себе жену… нормальную, а не как ваша бывшая.

И получила щелбан в лоб… Не сильный. Гонс Арет же, глядя на обиженную физиономию Наташи, рассмеялся.

—Мала еще, чтобы заниматься обустройством моей жизни. Мало мне тетушки, еще тебя не хватает.

—А мама правильно, между прочим, говорит! Я с ней полностью согласна! Вот.

—Марш отсюда, Призванная, — наигранно рассердился Гонс Арет. — Приехали. А если бы я был твоим отцом, то запер бы дома и ни в какие казино не пускал бы.

Утром, поднявшись часов в восемь, Наташа всерьез задумалась что надеть. Вопрос далеко не праздный, как можно было бы подумать на первый взгляд. Даже в ее родном мире встречают по одежке. Только либо очень богатые и уже состоявшиеся люди могут позволить себе надеть что попало, либо маленькие люди, которые ни на что не влияют и ни к чему не стремятся. Наташа могла бы надеть привычные брюки, благо она могла себя отнести к категории достаточно известных личностей, могущих позволить вольность в наряде. Но это привлечет лишнее внимание людей, которое хотелось бы избежать. Заодно можно еще посмотреть на реакцию Джока. Интересно, узнает он ее или нет?

Вздохнув, Наташа отправилась сдаваться Элоизе Клонье. Та, выслушав просьбу приемной дочери, нахмурилась, явно не одобряя ее планов, но отговаривать не стала.

—Значит, — задумчиво постучала она кончиком веера себя по щеке, — тебе нужен наряд богатой, но не запредельно, девушки? Грубо говоря, чьей-то содержанки… Гм-гм…

—Я буду не одна. И… это очень… гм… импозантный аристократ империи. Я должна ему соответствовать, чтобы поменьше привлекать внимания.

Госпожа Клонье даже растерялась от такого заявления.

—Не привлекать внимания? В таком-то виде?

Обе с недоумением посмотрели друг на друга. Потом Наташа сообразила и усмехнулась.

—Именно. Но я поняла, о чем ты. Типа в богатом наряде девушка в казино не может не привлечь внимания. Но на самом деле нет. Это простейшая психология. Привлекает внимание то, что выбивается из привычного представления людей. Ну, как я, например, когда ходила с короткой прической и в брюках. А вот в казино как раз образ девушки в богатом наряде рядом с нарядным человеком будет привычным. Как раз образ простушки-скромницы привлечет больше внимания, и все зададутся вопросом, что ей там понадобилось. А так… Не я первая, не я последняя.

Элиза Клонье вздохнула.

—Сейчас подберем что-нибудь… Ох ты ж, горе моё. Скажи, тебе действительно обязательно туда идти?

—Нет, — честно призналась Наташа, — но другие варианты сложнее и, может так оказаться, хуже. Этот самый простой и, как ни странно, может показаться, безопасный. Но да, лучше подобрать что-то, что будет гармонировать с тростью… на всякий случай.

Вскоре Наташа осматривала себя в зеркало, разглядывая достаточно богатое платье. Госпожа Клонье еще надела на шею золотой кулон, украсила волосы тесьмой с золотым шитьем, закончив образ. Девочка взяла в руки трость и оперлась о нее. Действительно, гармонирует. И платье удобное, если что, можно свободно двигаться.

Зашедший в зал Дарк Вром даже не узнал сначала Наташу, потом ошарашенно замер, разглядывая подопечную. Наташа хмыкнула, потом демонстративно нахмурилась:

—Ну где ты бродишь, милейший? Заставляешь свою госпожу ждать тебя. — Заметив, что Дарк Вром совсем растерялся, Наташа перестала изображать капризную даму. — Тебя что, Гонс Арет не предупредил, куда и зачем мы идем и твою роль там?

—А? Нет, — Дарк Вром даже головой мотнул, словно прогоняя наваждение.

—М-да… Ладно, — Наташа глянула на настенные часы-ходики. — До десяти время еще есть. Идем, объясню. Мама, огромное спасибо.

Дарк Вром выслушал девочку молча, потом выругался, явно сдерживаясь.

—Вот тебе это точно надо?

—Точно. Я хочу получить свое мнение, а не чье-то. И лучше такое наблюдение делать за человеком в естественной среде обитания. А так бы я могла и Артиста попросить познакомить меня с Джоком. И уверена, он бы не отказал. Хотя бы ради того, чтобы понаблюдать за его реакцией. Да и что вы все так реагируете? Ничего опасного там нет.

—Ты в самом деле не понимаешь? — с некоторым даже нездоровым интересом поглядел на нее Дарк. — Опасности тут нет, никто не спорит. Но ты представляешь какая будет после такого посещения репутация у девушки?

—Репутация девушки? — недоуменно переспросила Наташа. — А это тут при чём? Мы же не в публичный дом идем.

Дарк Вром всплеснул руками:

—Боги, ну вложите в голову этой такой умной, но такой дуре хоть каплю здравого смысла! Наташа, с тобой не спорят только и исключительно потому, что ты призванная. У призванных, как ты уже поняла, своя репутация, которую ты только что прекрасно мне подтвердила. Кстати, такой юной девушке даже знать не положено, что такое публичный дом и для чего он нужен! Но так, для сведений, после посещение казино с посторонним мужчиной, не женихом или мужем, навеки поставило бы на девушке клеймо содержанки. И я не хочу объяснять, чем это ей грозит. Включи воображение и придумай сама!

—Да я понимаю всё, но ты сам сказал, что я Призванная.

Дарк Вром махнул рукой:

—Ты действительно не понимаешь. Ладно, как я понял, моя роль слуги на побегушках, а заодно охранника?

—Ну да. Как я поняла, порой это обычное дело, такое совмещение.

—Да, у тех, кто не может позволить себе нанять и слугу, и охранника. И такой слуга-охранник скорее охраняет нравственность девушки, чем защищает её от кого-то.

—То есть защищает мужчин от девушки, а не девушку от мужчин? — рассмеялась Наташа.

Дарк Вром очень хмуро посмотрел на нее, потом всё же сам рассмеялся:

—С такой точки зрения, признаться, я не смотрел, но да, какая-то доля правды в этом есть.

Наташа, услышав шум за окном, выглянула наружу.

—О, наш дорогой имперец приехал во всей красе. Идем, не будем заставлять его ждать.

В этот раз Сайзен действительно принарядился основательно. Оказывается, вчера он еще скромно одет был. И тоже с тростью в руке. Застыв ненадолго, они молча оглядели друг друга и оба хмыкнули.

—Я бы сказал, госпожа, мы читаем мысли друг друга.

Всё же одно отличие от вчерашнего Сайзена Наташа заметила – в этот раз он не пытался флиртовать или как-то демонстрировать свой интерес к ней. То ли без Гонса Арета это делать было неинтересно, то ли еще по какой причине.

Наташа повернулась к своей служанке, вышедшей ее проводить.

—Клара, отвезешь записку в лицей и передашь ее лично директору. Он в курсе, что такая ситуация может возникнуть, и предупредит преподавателей. Потом до обеда можешь быть свободна, но к трем часам дня обязательно возвращайся, возможно, ты мне понадобишься.

—Конечно, госпожа.

Что Наташе понравилось, так это то, что Клара никак не выразила своего отношения к намерению Наташи отправиться в казино. Выслушала и кивнула, словно так и должно быть и ничего необычного в этом нет.

В коляске Сайзен даже как-то демонстративно сел напротив Наташи, позволив Дарку Врому занять место рядом с девочкой, после чего с интересом поглядел на нее.

—Вы чрезвычайно умны, госпожа Наташа, — наконец заговорил он. — Когда вы поняли, что я не тот, кем представляюсь?

—Сразу, как увидела, — хмыкнула девочка. — А когда именно вас назначили ко мне представителем от империи, то окончательно уверилась в этом. Глупая девочка и красавец-мужчина… Что может быть предсказуемее?

Сайзен нахмурился и задумался.

—Да… этот момент мы упустили.

—Да нет, господин Сайзен, расслабьтесь. На самом деле вы просто не могли знать, что подобный образ мужчин, — Наташа демонстративно оглядела его завитые кудри и костюм, — вызывает у меня отторжение… Нет-нет, не подумайте чего, просто в моем мире мужчины вот в таком виде… ну как у вас девушки в брюках и с короткой стрижкой. Вы не могли этого знать.

—Тогда и меня прошу извинить. Поверьте, не хотел ничего дурного, просто проверить. Нечасто приходится общаться с Призванными.

Ага-ага, верим, похмыкала мысленно Наташа. Нет, что дурного не хотел – верится вполне, а вот что просто и проверить… Ну да ладно, всё равно не угадаешь, чего он там реально хотел – слишком много вариантов, а работать вместе им, судя по всему, придется много. И, скорее всего, скоро об этом поступит прямая просьба-приказ от Арета. Хотя можно представить как он скривится, когда сам такой же получит от Сената. Точнее, от Мата Свера.

Доехали быстро. Сайзен помог выбраться Наташе, покосился на трость в ее руке, но ничего говорить не стал. Тут к ним подошел еще один человек, в котором Наташа с удивлением узнала сержанта Годрина. Тот неловко поклонившись, сообщил:

—Господин Арет велел мне с моими людьми быть поблизости. Если что, мы быстро прибудем…

Наташе устало потерла переносицу.

—Сержант, как вы узнаете, что что-то там внутри не так?

Судя по всему, ответа он и сам не знал, потому изображал недалекого служаку. Позади хохотнул Сайзен и поспешил вмешаться.

—Сержант, этот Джок там?

—Да, господин. Прибыл к девяти сегодня. Вы его сразу узнаете, описание очень точное.

—Отлично. Что ж, госпожа Наташа, если не передумали, то можно идти.

Девочка вздохнула.

—Какую проблему устроили на пустом месте. А все, что я хочу, просто понаблюдать за Джоком. Идёмте, виконт.

Сайзен хмыкнул и предложил руку. Так вдвоем они и вошли в казино. Дарк Вром шагал позади, изображая слугу.

Едва зайдя в здание, Наташа огляделась. Ну… Признаться, она ожидала нечто такое, как все изображают в фильмах. Роскошный холл, большой зал. Холл был, но с роскошью тут… Ну, были какие-то украшения, должные изобразить… непонятно что. Встречающий их слуга молча поклонился, правда, сначала оценивающе пробежался взглядом по Сайзену, оценивая его одежду, потом по Наташе, задержался взглядом на украшениях, оценил трость, перевел взгляд на трость Сайзена. Да уж… Хороший служащий никогда не дал бы понять, что что-то там оценивает. Кого-то из власть имущих такое отношение могло серьезно задеть, не все из них любят рядиться в роскошь. Ну, для этой местности сойдет, тут обитает как раз та публика, которая эту самую роскошь любит демонстрировать. Но всё равно не стоит так явно оценивать посетителей. Служащий же молча раскрыл дверь в зал, из которой тотчас вышел еще один человек в ливрее.

—Господин желает развлечься? — сразу обратился он к Сайзену.

Тот усмехнулся, с некоторой элегантностью взмахнул головой, заставив откинуться челку.

—Скорее развлечь. Моя подруга давно просилась посмотреть, что тут к чему и сравнить с империей.

—О! Господа из империи?

—Совершенно верно. Я по дипломатической службе.

—Это большая честь для нас, — снова поклонился слуга. — Прошу.

Слуга провел их в большой зал с расставленными столами, за которыми сейчас шла игра в карты, вокруг ходили слуги с подносами, на которых стояли бутылки с разными напитками. Сами посетители кто играл за столами, кто-то собирался кучками и о чем-то беседовал.

Наташа огляделась, поморщилась.

—Никакой фантазии. Слишком… слишком явно все нацелено на извлечение прибыли.

—Вы бы сделали по-другому?

—Не сочтите меня большим специалистом по игровому бизнесу, но доступ к информации более развитого мира обеспечивает определенное преимущество. Конечно, я бы сделала по-другому, опираясь на опыт своего мира. Только позвольте не говорить, как именно я бы сделала – не всегда более развитый означает, что с этого стоит брать пример. Ага, а вот и Джок…

Сайзен чуть повернул голову. Кивнул.

—Сержант был прав – описание Джока точное. Кстати, я так и не понял, зачем мы вообще этим занимаемся.

Наташа искоса, чтобы не привлекать внимания, разглядывала Джока, который сейчас сидел за одним из столов и без интереса разглядывал карты. Судя по всему, играли они в нечто, что Наташе напоминало земной покер. Хотя, конечно, со своей спецификой. Карты тут были, но вот земные они напоминали очень отдаленно. Разве что только сутью и внешним видом самой карточки.

—Что-то вы не очень вовремя заинтересовались этим… Скажем, этот Джок пообещал организовать преступление, чтобы доказать, что создаваемая новая служба ничего не сможет сделать.

Сайзен замер. Даже улыбка пропала.

—Серьезно?

—Глупо, правда?

—Это… это как-то даже… Я бы сказал, нагло.

—Вот именно. Потому я и хотела лично посмотреть на этого Джока. До этого я считала, что такие преступники-позеры бывают только в книгах, когда они заранее сообщают о том, что собираются украсть, а потом крадут несмотря на все ухищрения охраны.

—О как… В книгах?

—Достаточно популярный сюжет в детективах про благородных преступников. Вот только Джок на благородного преступника никак не тянет.

—Благородный преступник? У вас очень странный мир.

—Это не мир странный, это сюжеты книг такие. В жизни я про таких благородных не слышала. Хотя очень многие начинали именно так. Только вот, раз начав, уже трудно остановиться, и очень быстро все благородство слетает, остается только обычная нажива. Знаете, у нас считают, что в жизни есть только три мотива преступлений. Деньги, месть и любовь.

—Любовь? Довольно странно… Хотя… Что-то в этом есть, — Сайзен явно всерьез обдумал эту мысль. — Но что мы будем делать сейчас?

—Конечно же, играть. — Наташа уверенно двинулась к столу, из-за которого как раз с недовольным видом поднимался один из игроков. — Господа, вы позволите сыграть девушке?

Джок вскинулся, разглядывая подошедшую девочку. Посмотрел на неё сначала с недоумением, но тут его глаза широко распахнулись – он явно узнал ее. Потребовалось определенное усилие, чтобы взять себя в руки. Наташа улыбалась, уже не таясь разглядывала Джока. Выше среднего, плотный, фигура бойца, короткие волосы. И богатая одежда, но без излишеств, позволяющая свободно двигаться. Девочка глянула на руки Джока, в которых тот держал колоду. Улыбнулась.

—Позволите присоединиться?

—Да-да, конечно, — поспешно заговорил Джок. — Господа, давайте позволим девушке сыграть вне очереди.

Господа явно были недовольны, но спорить с Джоком не стали. Сайзен отодвинул стул, позволив Наташе сесть, а сам занял позицию за ней. Ведущий покосился на хозяина, явно не понимая его реакцию на девочку, начал сдавать. Наташа дождалась окончания сдачи и взяла колоду, глянула мельком.

—Говорят, новичкам везет. Вот и проверим это утверждение. — Она достала из кошелька стопку серебряных монет и положила перед собой.

—А вы новичок, госпожа? — осторожно поинтересовался Джок. Он все еще не понимал, как реагировать.

—Да. Совершенный. Правила знаю, но серьезно не играла. Давно хотела попробовать. Спасибо господину виконту, согласившемуся сопровождать меня.

—И родители вас отпустили?

Наташа подняла взгляд с карт и улыбнулась.

—Ну что вы, господин Джоксон, не разочаровывайте меня. — Наташа скинула пару карт и протянула руку к ведущему. Тот озадаченно покосился на Джока, достал две карты и протянул их девочке.

Джок сидел молча, уставившись в свою колоду, хотя было заметно, что его мысли где-то далеко от игры. Вот он поднял голову. Хмыкнул.

—А вы…

—Зовите меня Энталь, господин Джоксон. — Наташа еле заметно выделила это имя, под которым Джок и открывал казино. Ну правда, не мог же он зарегистрировать его на Джока Вырвиглаза?

—Конечно, госпожа Энталь, — улыбнулся он, явно придя к какому-то решению. — Давайте поиграем.

Играть, когда знаешь только правила, а весь опыт ограничен соревнованием на интерес с Альдой, не слишком захватывающе. Тем более Наташа больше прислушивалась к разговорам вокруг, чем следя за игрой, но несколько раз умудрилась выиграть. Правда, общий итог был закономерен. Проводив взглядом последнюю монету из стопки, девочка со вздохом поднялась.

—Как оказалось, новичкам все-таки не везет, — хмыкнула она. — Прошу меня извинить, господа. Господин Джоксон, приятно было с вами познакомиться.

—О, что вы, если хотите, могу вам одолжить…

—Нет-нет, — улыбнулась девочка. — Не имею привычки играть в долг. Тем более я сюда не выигрывать приходила. Спасибо, что позволили сыграть.

Наташа неторопливо отошла от стола, оглядываясь. Сайзен пристроился рядом.

—Это все? — с некоторым удивлением спросил он.

—Нет. Еще немного понаблюдаем… Тут есть что неалкогольное?

—Минуту. — Сайзен исчез, но вскоре появился с бутылкой и стаканом. — Целебная вода из источника, — пояснил он, наливая.

—О, минералка! Отлично. Спасибо. — Наташа пригубила, пробуя. — Немного солоноватая, но ничего так. Так вот, мне интересно, что сейчас будет делать Джок. О, похоже, он тоже заканчивает игру. Интересно, он останется или уедет?

Они с Сайзеном так увлеклись наблюдением за Джоком, что не заметили, как к ним подошел еще один посетитель казино.

—И почему я не удивлен, увидев вас в этом крайне неподходящем месте?

Наташа от неожиданности вздрогнула, повернула голову.

—Господин Турион, — с ноткой обреченности протянула она. — Вы меня преследуете, что ли?

Старший брат Лорена хмуро оглядел ее, глянул на ее спутника.

—Виконт Сайзен Корлин к вашим услугам, — не растерялся Сайзен, как-то незаметно оттесняя Наташу на задний план. — С кем имею честь?

Турион растерянно моргнул, видно, не ожидая, что спутник девочки вмешается. Непонятно почему, правда.

—Э… лейтенант флота Турион Коршин.

—О… известная фамилия, — кивнул Сайзен, поигрывая тростью и словно невзначай демонстрируя украшенную золотом и костью рукоять. — Пришли развеяться? Я вас понимаю.

—Да…

—Что ж, не буду вам мешать, позвольте покинуть вас с моей спутницей. — Сайзен протянул руку и неторопливо удалился вместе с Наташей.

Та растерянно похлопала глазами, потом рассмеялась.

—А вы умеете ставить на место разных надоед. Несчастный Турион не смог ничего сказать.

—Ваш знакомый?

—Брат жениха моей подруги. Считает меня… хм… даже не знаю кем. Особенно после встречи меня с вами в этом месте.

—Вас это не беспокоит? — покосился на нее Сайзен.

—Как ни странно, скорее развлекает. Тем более всё идет по плану Альды.

—Простите? — растерялся Сайзен.

Наташа проследила взглядом, как Джок покидает зал.

—Интересно, он совсем уходит или просто из общего зала? Удачно, что сержант со своими людьми на улице, надо будет выяснить. А тут я сама не понимаю. У моей подруги какие-то личные счеты с Турионом, и она развела непонятные интриги, выставляя меня какой-то злодейкой в лицее. А учитывая, что скоро бал, где я невольно окажусь в центре внимания и на котором обязательно будет Турион… Полагаю, на этом Альда и строит свои планы.

—Хм…

—По-детски, да? — Наташа пожала плечами. — Но вообще-то Турион и меня умудрился вывести из себя. Так что я просто отошла в сторону и не мешаю. Он сам делает выводы на основании того, что видит. А то, что выводы неправильные… Чья вина?

—О да, — усмехнулся Сайзен. — А какие наши планы?

—Покрутимся еще минут тридцать, а потом можно будет и уйти. Эх, жалко, что Джока упустили, поспешила я, надо было сначала понаблюдать, а потом уже подсаживаться к игре.

—Но мы сюда ведь не зря заявились?

—О! Безусловно не зря, — девочка рассмеялась. — Я получила то, что хотела. Может, недостаточно, но информация для размышления, безусловно, имеется. Чувствую, сегодня мне придется основательно подумать… А вы не хотите поиграть сами?

—Не любитель азартных игр, только по необходимости.

—Ох, тогда нам придется полчаса поскучать. Дарк, а вы?

—Моего жалованья недостаточно, чтобы тратить его здесь. — Дарк чуть приблизился. — А нам так уж нужно ходить тут без дела полчаса?

Наташа задумалась.

—Может, и нет. Мне просто интересно, Джок ушел совсем или остался. Походим немного, дадим ему время определиться.

Глава 11

Джок остался, это стало ясно и без опроса сержанта и его людей. Он самолично вышел проводить гостей, когда те направились к выходу.

—Надеюсь, вам у нас понравилось, госпожа Энталь.

—О, я получила настоящее удовольствие, — не скрывая довольства, отозвалась Наташа.

—Правда? — хмыкнул Джок. — Мне показалось, что вы проиграли довольно приличную сумму.

Наташ задумчиво покрутила трость.

—На самом деле нет. Не очень большую по сравнению с тем, что у меня получилось заработать ранее. Удовольствие же можно получать и не только от побед, я на нее, признаться, не рассчитывала. Я и дома не увлекалась карточными играми, тем более на деньги, а ваши только недавно и выучила. Какая уж тут победа.

—Вот как? И какое же удовольствие вы получили, если не секрет, конечно? — с интересом спросил Джок.

—О… Не знаю, поймете ли вы… Моя семья никогда не была особо богатой. В последнее время обеспечена – отец получил повышение, больше зарплата, выслуга лет, но все же это совсем не богатство. А была и другая жизнь… гм… в театре. Где богатые люди ходили в такие вот заведения и легко проигрывали суммы, на которые моя семья могла жить полгода. Всегда было интересно, что они чувствуют.

Такое объяснение Джока явно озадачило и сбило с толку. Он не понимал – верить или нет. Задумался. Наташа терпеливо ждала, быстро слегка приподняла трость, останавливая хотевшего что-то сказать Дарка. Чуть склонила голову, дожидаясь ответа. Джок это понял, повернулся.

—Это… насколько это правда?

—Частично, — улыбнулась девочка. — На самом деле я хотела с вами познакомиться. Много слышала о вас от одного человека.

—Этот Артист, — сердито буркнул Джок, явно готовясь что-то сказать, но заметил улыбку Наташи и замолчал.

—Заметьте, я не называла ни чьих имён. Почему вы решили, что это Артист? Просто до меня дошли слухи о некоем совещании, где вы пообещали что-то мне показать…

—Это мог сказать вам только Артист! Вечно он… Хотя не думаю, что вам стоит слышать то, что я хочу сказать.

—Правильно, не стоит, — согласилась с ним Наташа. — И спасибо, наше знакомство выдалось на редкость продуктивным и познавательным. Разрешите откланяться.

Наташа развернулась и неторопливо, постукивая тростью по полу, направилась к выходу. На улице ее улыбка сразу пропала, и девочка замерла. Заметила подошедшего сержанта и решила, что он как раз тот, кто нужен.

—Сержант, скажите, здесь можно где просто посидеть спокойно? Просто посидеть и подумать? Хочется все утрясти по свежим впечатлениям.

—Здесь неподалеку есть парк, там всегда прогуливаются горожане. Есть там и беседки.

—Тогда ведите.

Беседки в парке хоть и не были такими уж удобными и даже не находились где-то в стороне, но устроиться там действительно можно было. Даже стол в центре стоял. Небольшой круглый и крайне неудобно расположенный – далеко от скамеек, которые шли по кругу по стенке беседки.

Девочка огляделась, потом уселась на ближайшее место, откинулась на спинку и стала неторопливо постукивать концом трости по полу.

—Какие будут впечатления? Сержант, я просила рассказать вам, зачем вообще нужен был сегодняшний поход, раз уж вы в команде.

—Господин Гонс Арет рассказал мне, — осторожно заметил он.

Девочка поморщилась.

—Да садитесь вы, что стоять тут на вытяжку? Не армия, а сейчас мнение любого важно. Хочу понять, в правильном направлении моя мысль идет. Сайзен?

Тот уже устроившийся неподалеку, усмехнулся.

—Хотите убедиться, что я не просто так попал сюда? Ну, полагаю, справедливо. И если начинать размышлять, то стоит понять, для чего вообще это всё задумано. В то, что Джок что-то там хотел кому-то доказать… Извините, но это бред. Никакой преступник, у которого есть хоть капля мозгов, не станет так подставляться. А руководитель одной из банд дураком быть не может. Самое главное – зачем?

—Вывод?

—Отвлечение внимания от чего-то другого.

—От чего и зачем? — Наташа прекратила постукивать тростью и чуть повернулась к Сайзену. — Это первое, что мне в голову пришло, но я не могу понять, от чего можно отвлекать таким образом. А главное, зачем? Разве тишина при подготовке не выгодней?

Сайзен хотел что-то сказать, но замолчал. Покачал головой.

—Не знаю, — признался он.

—Сержант?

—Признаться, ваша милость, такого я еще ни разу не слышал. Чтобы кто-то из ночных королей бросал так вызов кому-то из стражи… Расскажи кто мне о таком, посчитал бы бредом.

—Дарк?

—Госпожа Наташа, я ведь человек простой, легионер бывший, а там сразу ясно, где враг, а где друг. Не силен я в этих хитростях.

—Сказал человек, который воевал на границе со степью, — кивнула Наташа, неодобрительно покосившись на него.

—Я не отказываюсь, — поспешно заговорил он, — просто действительно не понимаю. Если бы я кого-то хотел ограбить, то меньше всего мне было бы нужно, чтобы об этом кто-то знал.

Девочка кивнула.

—Значит, приз должен быть весьма солидным, чтобы затевать… затевать нечто. И то, что эту информацию довели до меня – первый ход этой партии. Точнее, второй. Первым было объявление на собрании ночных королей. Непонятно зачем это было нужно, но точно не ради вызова. Согласны?

Сайзен кивнул.

—Разумно. А если бы собрание не приняло бы решение рассказать об этом вам?

—Полагаю, Джок прекрасно знал этих людей и догадывался, к какому выводу они придут. Его явно не любят, считают выскочкой. Но даже если бы те решили не вмешиваться, полагаю, он нашел бы способ донести эту информацию до меня. Вы, кстати, заметили одну интересную вещь в биографии Джока?

Заметив, как все с недоумением переглянулись, Наташа пояснила:

—Он не засветился ни в одном преступлении. А с момента, как он возглавил… гм… банду, они отстранились от явного криминала. Всякие пошлины там с рынков, полагаю, они собирают, но, думаю, если начать копать в эту сторону, то обнаружится какая-нибудь другая банда, которая подчиняется еще одной, которая… вроде как никому не подчиняется. В поделенном нижнем городе, ага.

—Я могу проверить, — задумался сержант.

—Если можно, проверьте, — кивнула Наташа. — Только я уверена, что это сознательный шаг. Он изначально был настроен на азартные игры. Всё остальное – прикрытие. Причем скорее для других ночных королей, чем для нас.

—В таком случае да, его могут сильно не любить другие ночные короли, — задумался Сайзен. — Это вы при встрече с Джоком поняли?

—При встрече с Джоком я поняла, что он достаточно умен, но при этом… не знаю, как сказать… он не любит действовать без плана. Когда что-то происходит непредвиденно, он теряется. Если дать ему время подумать, он найдет выход, разберется. Он знал меня и узнал моментально, несмотря на мой наряд. И растерялся. Он не знал, как реагировать. А потом не знал, что делать, когда я стала просто играть, не обращая на него внимания, хотя ясно дала понять, что знаю, кто он. А когда я играть прекратила…

—Он ушел, — кивнул Сайзен. — Но казино не покинул… Подглядывал и наблюдал?

—Скорее всего, — согласилась Наташа. — Видно, хотел понять, что я дальше буду делать.

—Ничего… Выпили минеральной воды, понаблюдали за играющими…

—И ушли, — кивнула Наташа.

—А он уже не утерпел. Хотел все-таки понять, зачем вы здесь и чего хотели.

—Я же несколько раз меняла тему разговора, а порой отвечала не так, как он ожидал.

—И он терялся, — снова кивнул Сайзен. — Кстати, а сколько было правды в вашем утверждении о желании проиграть?

—Ну… честно говоря, достаточно много. Открыто врать Джоку я уж точно не рискнула бы. Такие люди ложь прекрасно распознают.

Дарк Вром, весь разговор переводивший взгляд с Наташи на Сайзена и обратно, как бы мимоходом заметил:

—Я знавал людей, которые так за картами имения проигрывали.

Наташа рассмеялась.

—О нет, я совсем не азартна в этом плане. Мне нравился сам процесс игры, но ничуть не увлекал результат. Так что нет, идти отыгрываться меня не тянет.

—В таком случае я так и не понял, мы приблизились к чему-то или нет?

Наташа вздохнула.

—Понятия не имею. Но одно точно – такой вот вызов совершенно не в характере Джока. Он никогда не станет поступать импульсивно. А значит тот его поступок на собрании ночных королей был полностью продуманным и продуманным задолго до собрания. И даже до моей встречи с Артистом.

—И? — не выдержал Дарк Вром, когда Наташа погрузилась в свои мысли.

Но вместо нее ответил Сайзен:

—И это значит, что чтобы там ни задумал Джок, это совсем не шутка, а что-то очень серьезное.

—Да. А я здесь просто удачно подвернулась. Выступила ширмой, за которой это что-то попытались спрятать.

—Э… Так получается, мы со всем разобрались? Чего? — озадачился Дарк, когда поймал одинаковые недоуменные взгляды Наташи, Сайзена и сержанта. Ответил сержант:

—Ваша милость, это знание ничего не дает. Мы по-прежнему не знаем, что он задумал, когда будет осуществлено и что он вообще хочет добиться.

—О… Праздник? Может, он?

Наташа кивнула.

—Возможно, и так. Как вариант. Но что такого будет в этот праздник? Сайзен, можешь у своих узнать, что там вообще планируется? Еще лучше – раздобыть расписание.

—Думаете, что-то устроят в праздник?

Девочка помолчала, задумавшись.

—Вероятность пятьдесят процентов… или устроят или нет.

Сайзен сначала не понял, потом хохотнул.

—Спорить трудно. Но все-таки?

—Слишком нагло. Если он испортит этот праздник, то ему придется бросать всё и бежать из республики. Такое не простят. И это в момент, когда он начал расширять сеть своих казино и успешно пришел в центральные районы города. Есть какой-то приз, который окупит эти потери?

Сайзен задумался.

—Ничего в голову не приходит.

—Вот и мне тоже. Но все же это пока единственный вариант.

—Хорошо. Поговорю с графом и послом. Думаю, тут никаких проблем не будет.

—А я с председателем Сената. Думаю, ему тоже не нужны сюрпризы на празднике. Ладно, сейчас все равно больше ничего не поймем, возвращаемся. Сначала расскажем всё Гансу Арету, потом уже решать.

Вернулись быстро. Как оказалось, Гонс Арет их ждал и один из служащих сразу провел всех к нему в кабинет. Наташа огляделась, уселась на один из стульев и достала блокнот. Дождалась, когда все рассядутся, коротко рассказала о результате их разведки и своих выводах. Гонс Арет молча выслушал, повернулся к Сайзену.

—В целом я согласен. На чем бы сосредоточился я – выяснить, какая может быть цель. Что может быть настолько ценным, ради чего можно потерять все завоеванные позиции в республике.

—Праздник? — пришел он к тем же выводам.

—Я бы не стала всё-таки сосредотачиваться исключительно на нем, — заметила Наташа. — Я согласна с господином Сайзеном – пока мы не поймем цель всего этого, мы можем сколько угодно разбрасываться, но мы не в силах ничего предотвратить.

—И какие предложения?

—План праздника. Господин Сайзен обещал поговорить со своим руководством, вы можете спросить Мата Свера. Сайзен поработает с тем, что дадут имперцы, мы с тем, что дадут республиканцы. Потом соберемся и подумаем. Сержант же пока со своими людьми наблюдает за Джоком и постарайтесь выяснить что там все-таки делает его банда. Чем зарабатывает. Вообще постарайтесь собрать максимальное количество информации. И по Артисту тоже.

—А по нему зачем? — поинтересовался Сайзен.

—Потому что они враждуют друг с другом. А значит, они же наиболее информированы друг о друге. Мне очень интересно, на чем именно сосредоточенно их противостояние.

—Гм… Противостояние? В смысле банд? — поднял голову Гонс Арет.

—Ну все говорят, что Джок и Артист враждуют друг с другом больше, чем остальные ночные короли. Джок терпеть не может Артиста, Артист считает Джока напыщенным снобом. Но в чем выражается это противостояние? Они встречаются на улице бандами и начинают ругать друг друга?

Гонс Арет, видно, представил такую картину и хохотнул.

—А хорошо бы было, если бы все их противостояния заканчивались этим. То есть ты хочешь выяснить, где точка их соприкосновения.

—Да. Понимаете, у них совершенно разные области действия. Джок сосредоточен на азартных играх и мошенничестве. Артист – на кражах. С размахом, да, но кражах. Они не мешают друг другу, их интересы не пересекаются. Личная неприязнь? Возможно. Но я хочу точно знать, где именно они враждуют. В какой точке пересекаются их интересы.

Сержант кивнул.

—Сделаю. Только… мне бы людей побольше…

Гонс Арет поднялся и подошел к столу, вытащил какую-то бумагу из ящика, прочитал, убедился, что то, что нужно и перебросил ее Годрину.

—Хотел при официальном назначении озвучить, но раз так, вот. Поздравляю со званием лейтенанта. А вот приказ, который позволит тебе брать любых стражей города в свою команду, кого сочтешь нужным. Дарк, у тебя из твоих учеников есть кто сообразительный, кого можно прикрепить к лейтенанту для силовой поддержки в случае чего?

—Найду, — пообещал Дарк Вром.

—Тогда, если всё, расходимся. Я к Мату Сверу, Сайзен…

—Еду к графу Орлону Тарию, полагаю так будет быстрее, чем к послу.

Гонс Арет кивнул.

—Господин Арет, — подняла руку Наташа. — Вы мне весь план мероприятий пришлете домой? Или мне здесь дожидаться?

Гонс Арет подумал, махнул рукой.

—Езжай домой, сам привезу.

Девочка кивнула и поднялась.

—В таком случае всем до свидания. Дарк, ты меня проводишь?

—Куда ж я денусь, — усмехнулся он. — Надо только коляску попросить подать. Так что пока подожди, я все подготовлю, минут через десять выходи.

—А я, пожалуй, поеду, — поднялся Сайзен. — У меня своя коляска. Предложил бы подвезти, но полагаю, вы захотите, чтобы я поскорее переговорил с графом.

Наташа махнула рукой, подтверждая.

—Праздник или нет, но будем считать день его начала конечной точкой, к которой нужно успеть со всем разобраться. Потому время терять не стоит.

До дома добрались быстро. Дарк Вром, убедившись, что Наташа вошла в дверь, махнул кучеру и умчался. Сама девочка поднялась к себе, отмахнулась от Клары и вошла в кабинет, села за стол и откинулась на спинку, заложив руки за голову и уставившись в потолок. Ситуация нарочно не придумаешь. Словно Джок посмотрел какой-то комикс из ее мира про благородных воров. Но Наташа не верила в благородных воров, а потому вся эта ситуация казалась ей нелепой до крайности.

—Госпожа… — в дверь кабинета робко постучали.

Наташа оторвалась от разглядывания потолка и глянула на дверь.

—Что там, Клара?

—Пришел гость, госпожа… Ваш друг из лицея. Он сейчас разговаривает с госпожой Клонье, но я посчитала, что вы должны знать.

—Друг из лицея? — озадачилась Наташа. Альда? Не, Клара Альду знает и сразу бы назвала ее. Тут до девочки дошло. — А-а-а! Наверное, это Ариант Торф. Он вроде должен был прийти… Ну пусть его.

—Э… госпожа, вы не спуститесь?

—Нет. Они там с госпожой Клонье сами разберутся.

—Но, госпожа… это…

Наташа снова оторвала взгляд от потолка. Вздохнула. Похоже, она поступает как-то очень неприлично. Вон какая растерянность в голосе бедной служанки.

—Ну сообщи ему, что я тут. Когда закончит там, пригласи подняться… Надеюсь он откажется и свалит, — тихонько буркнула она себе под нос. Помолчав, громко добавила: — И если согласится, принеси там что… Чай, булочки. Ну, что положено.

—Госпожа, — из-за двери раздался тяжелый обреченный вздох и звук удаляющихся шагов.

Вернулась Клара минут через двадцать. Заглянула.

—Госпожа, к вам господин Гонс Арет и Ариант Торф.

—Арет? — встрепенулась Наташа. — Давай его… Э-э… Ариант? Блин… И его давай.

—Весьма гостеприимно, — хмыкнул Гонс Арет, входя. — Ладно, я, но если бы тебя услышал твой приятель, чтобы он подумал?

—Он не с тобой?

—Ну я на правах родственника первым поднялся, а он там твою служанку дожидается. О! Слышу его шаги.

И действительно, в дверь прошел улыбающийся Ариант. Чуть склонил голову перед Гонсом Аретом.

—Не переживайте, молодой человек, — улыбнулся дядя. — Я буквально на пару минут, передам документы и пойду.

Наташа быстро подхватила со стола папку, раскрыла, пролистала.

—Полные планы… Хм… Быстро вы. Я думала, что придете позже.

—Мат Свер счел наши тревоги обоснованными, потому сразу распорядился передать мне все планы. Я пролистал их в дороге. Хотел сначала сам почитать, но решил, что все же лучше тебе отдать сразу, раз уж ты занимаешься этим.

Наташа кивнула.

—Просмотрю, спасибо.

—В таком случае я пойду. И это, Наташа, отдохни немного, порой важно выкинуть дело из головы и просто отвлечься. По себе знаю.

Ариант проводил Гонса Арета до двери кабинета, раскланялся с ним и вернулся обратно, села на гостевое кресло напротив Наташи.

—Опять какое-то дело?

—Как обычно, — пожала плечами Наташа, отодвигая папку. Дядя прав, стоит отвлечься. — Извини, я только что вернулась, устала. Сейчас Клара принесет что-нибудь попить и закусить.

—Потому и в лицей не ходишь? Чем занималась, если, конечно, не тайна?

—В казино играла, — честно призналась девочка, с удовольствием наблюдая, как поперхнулся Ариант и сейчас старательно откашливался. — А потом с его хозяином общалась.

—Хозяином? Он что-то совершил?

—Ну как сказать… Он один из ночных королей Моригата.

Арианта снова закашлялся, потом замахал рукой. Прокашлялся.

—Уф. Ты сейчас серьезна?

—К сожалению, да, — вздохнула Наташа, все-таки раскрывая папку и раскладывая листы на столе.

—Но если известно, что он преступник, то почему ему позволяют открывать казино? И почему его не арестуют?

—А за что?

—Э-э-э… А-а-а… Понятно. — Похоже, Ариант наконец-то сумел собраться мыслями и усмехнулся. — Вот умеешь ты озадачить собеседника так, что он последние мозги теряет и начинает глупости говорить.

—Очень удобно, — согласилась с ним Наташа. — Может сболтнуть что-то, чего говорить не хотел.

—Гм… — Ариант мотнул головой, но тут, к его счастью, Клара вкатила столик, на котором стоял заварочный чайник и блюда с печеньями. Служанка поставила перед ними чашки, налила чая и удалилась, оставив столик в кабинете.

—Извини, — вздохнула девочка. — Не должна была на тебе срываться. Просто все так запутанно.

—Это ты сейчас так сорвалась? Хм.

—Извини, — еще раз повторила девочка и убрала бумаги в папку. Ариант проводил их взглядом, но ни о чем спрашивать не стал. — Просто я тут как раз размышляла о своем сегодняшнем разговоре с этим самым ночным королем, и вся в размышлениях. Ну и дядя принес документы по этому делу.

—Очередное расследование, — кивнул Ариант. — Я тебе помешал?

—Нет. Да и сам слышал, дядя сказал, что надо отвлечься. Думаю, он прав. Все равно пока… непонятно, — Наташа вздохнула и откусила печенье, покосилась на него, снова откусила. — Я полагаю, ты приходил для согласования нарядов?

—Верно. Мы неплохо поговорили с твоей мамой, все согласовали. Если хочешь…

—Не очень, — тут же махнула рукой Наташа. — Я целиком и полностью доверяю маме.

Ариант усмехнулся.

—Первый раз вижу девушку, которой не нравятся разговоры о нарядах.

—Мне нравятся разговоры о нарядах… Но только в подходящее время в подходящем месте.

—А сейчас не подходящее?

—А тебе интересно будет?

—Эм… Вряд ли.

—Ну вот и ответ. Зачем говорить о том, о чем другому не интересно?

—Ну… Я бы сказал, что обычно мало кто задумывается об этом, и каждый говорит о том, что интересно ему. Насколько это интересно другим уже неважно.

—Это очень удобно бывает, — улыбнулась Наташа. — Поддержи разговор, внимательно слушай, поддакивай, и человек сам не заметит, как выложит то, о чем хотел умолчать.

Ариант задумчиво глянул на улыбающуюся девочку. Та отсалютовала ему чашкой чая.

—Секрет правильного общения – умение слушать собеседника. Так мне всегда говорили дома.

—Мой отец так же говорит.

—Значит, мы с ним согласны. — Наташа отставила чашку, облокотилась локтями на столешницу и сложила руки замком, положив на них подбородок. — Потому я готова тебя слушать. А если ты сейчас скажешь, что просто зашел пожелать доброго дня, то ты меня сильно разочаруешь.

Ариант сначала замер, потом хмыкнул.

—Госпожа Наташа, вы уж меня совсем за меркантильного человека не считайте. Я действительно хотел с вами посоветоваться по одному вопросу, но это не значит, что я пришел сюда исключительно для этого. Обычная вежливость требует хотя бы поздороваться, тем более мы с вами вроде как идем в паре на бал.

Наташа устало протерла лицо.

—Прости. Я все еще не до конца понимаю, насколько у вас тут важны все эти негласные правила.

—Я понимаю. Это все приходит с опытом. И не напрягайся, все прекрасно понимают, как трудно человеку, выросшему совсем в других условиях, приспособиться. Ты ведь далеко не первая из Призванных.

—Да… Кстати, когда я читала о прошлых, то обнаружила, что из моего мира там не было никого… Знаешь, у нас ученые до сих пор спорят, есть ли другие миры, и сходятся к тому, что это мифы. А у вас, тех, кто вроде как отстает в научном плане от моего мира, это не только знают, но и имеют подтверждение.

Ариант пожал плечами.

—Никогда об этом не задумывался.

—Звезды.

—Что?

—У вас другие созвездия. И нет Луны. Может быть и наши ученые не так уж и неправы. Возможно, я сейчас просто на другой планете… где-то во многих парсеках от родной. Впрочем, ладно, это сугубо философский вопрос сейчас. Так о чем ты хотел посоветоваться? Как я понимаю, что-то связано с преступлением?

—Не знаю, на самом деле, — задумался Ариант. — На самом деле даже не со мной это случилось, с одним моим другом. Очень хорошим другом.

—Он в нашем лицее учится?

—Нет. Он не из семьи нобилей, да и не настолько богат, чтобы у нас учиться. Его отец держал лавку и булочную на рынке. Сам пек и тут же продавал. Мы так и познакомились, у него был какой-то свой, особый рецепт. И пока никто его повторить не смог.

—Эм… это важно?

—Не знаю. Может, и нет. Просто хлеб там и правда необычный и очень вкусный.

—Рецепт украли?

—Нет, иначе уже во многие пекари повторили бы его. Отец моего друга умер два года назад. Моему другу тогда было тринадцать.

—То есть он старше тебя?

—Да. Ненамного, всего на полгода где-то. Но дело не в этом. Понимаешь, два дня назад погибла его мать… Упала с лестницы. Несчастный случай.

—Эм… Ты думаешь, что-то там не так?

—О нет. Его мать давно уже сломала ногу, и она не очень хорошо срослась. Жить ей это не мешало, но она слегка прихрамывала с тех пор. И один раз она уже падала на лестнице, еще тогда ее муж был жив, но тогда все обошлось. Да и кто бы хотел ее убить? И зачем? Или думаешь, мой друг решил так ускорить получение наследства?

—О нет. — Наташа задумалась. — Я уже знакомилась с законами о наследстве. До пятнадцати лет твоему другу все равно ничего не светит.

—Ему пятнадцать через три месяца будет.

—А-а… И кто тогда опекун?

—Брат матери. Дядя моего друга.

—И он пекарь?

—Нет. В том-то и дело. Он работает в одном из банков. Какой-то мелкий служащий. Но вот в том-то и дело, что он зачем-то постоянно торчит на кухне, где мой друг печет свои булочки. По тому самому рецепту.

—То есть сын рецепт знает.

—Конечно. Он же постоянно отцу помогал в свое время.

—Хм… Дай угадаю, ты полагаешь, что этот дядя решил украсть рецепт и продать его кому-то?

—Я почти уверен в этом. Те булочки приносят пекарне львиную долю дохода. Если рецепт станет общеизвестен, то пекарня уже ничем не будет отличаться от остальных. Естественно, это положение вызывает зависть. Мне несколько раз, негласно, конечно, пришлось воспользоваться именем семьи, чтобы защитить их.

Наташа откинулась на спинку стула и побарабанила пальцами по столу. Нахмурилась.

—Знаешь… гм… в свое время возмущалась… «Когда убьют, тогда и приходите».

—Что?

—А, это так… Не обращай внимания. Просто… Что ты хочешь, чтобы я сделала? Даже если у этого дяди получится узнать рецепт и продать его у вас нет законодательства, охраняющего производственную тайну.

—На самом деле есть, но только не через законодательство это работает. Там своя комиссия по защите семейных тайн.

—Надо же, — изумилась Наташа. — Даже не знала, что такое есть у вас, потому и не смотрела. Хотя, конечно, странно, что это не выведено в закон.

—А у вас есть такой?

—Да. Называется патентное право. Человек может зарегистрировать изобретение, в данном случае особый рецепт. После этого этим изобретением может пользоваться любой… Если купит права, то есть заплатит за них владельцу сумму, которая того устроит, и получает исключительное право на использование. Либо же будет отчислять небольшой процент с продаж, опять-таки по договоренности с владельцем, но тогда и остальные получают такое же право и так же будут отчислять процент с продаж.

—О… — Ариант задумался. — Гм… А знаешь, в этом что-то есть. Надо будет подать отцу идею. Не возражаешь?

—Пользуйся, — махнула рукой Наташа. — Законом больше, законом меньше. Меня ваша сенатская комиссия и так уже досуха выжала в плане законодательства по органам внутренних дел. Стражей, по-вашему.

—Да, я в курсе, — кивнул Ариант. — Отец хоть и не в той комиссии, но он связан с одной из сенатской группировки, которая там участвует.

—А если эту твою комиссию подключить?

—А доказать? По большому счету, как я думаю, комиссия даже не почешется без серьезных улик и будет просто наблюдать. Получится у дяди, вопрос ведь семейный. А если нет… по обстоятельствам. Могут привлечь, могут нет.

—Всё как обычно, — скривилась Наташа. — В любом случае, как я понимаю, чтобы там этот дядя ни делал, это совершенно неподсудно. Комиссия эта твоя тоже не поможет. Да и не знаю я, как там подступиться, я о такой только сейчас вот от тебя услышала. С моральной точки зрения тут, конечно, не просто пахнет – воняет, но мораль, увы, неподсудна. И каких чудес ты от меня ожидаешь?

Ариант отвернулся и вздохнул.

—Не знаю. Я и сам не знаю, чего хочу. Хотел просто пригласить тебя туда, возможно, дядя испугается.

Наташа снова выбила дробь на столешнице пальцами, глянула на часы. Пять… десять минут шестого. Резко встала, уже привычно ухватив трость. Девочка даже не поняла, как сумела так быстро привыкнуть к этому предмету, что без привычной тяжести в руке ощущала себя крайне неудобно. И ходить с ним было очень удобно. Понятно почему люди использовали трости до появления автомобилей. Ходьбу действительно облегчают.

—Идём. Все равно надо отвлечься, дядя прав. Прогуляюсь.

Госпожа Клонье, заметив их парочку, выходящую из дома, тоже вышла.

—Наташа?

—О, мама! Не предупредила, извини. Мы немного прогуляемся.

—Конечно-конечно. Можете взять мою коляску, она готова. Хотела в гости съездить, но тут заказ поступил важный. Хотел уже отменять поездку, но раз так, то можете ее взять.

Наташа кивнула.

—Спасибо. — Потом уже тихонько, что расслышал только ее одноклассник, добавила: — Ага, заказ подоспел… как же.

—Думаешь?

—Да она постоянно пытается меня с кем-то познакомить, считает, что у меня друзей мало. А уж если я иду куда с мальчиком… В общем, не забивай голову.

Ариант рассмеялся.

—Знаешь, а я тебе даже завидую. Редко видишь такое отношение даже среди родственников.

Наташа промолчала. Перед посадкой Ариант объяснил кучеру, куда ехать, и забрался рядом с Наташей. Та кивнула.

—Пока едем, давай кратко объясни, что там к чему и как. Только факты, без эмоций.

—Гм… Факты, значит… Два года назад умер Лорн – пекарь и держатель лавки, про которую я тебе говорил.

—И он открыл какой-то рецепт булки?

—Да, верно. Тогда-то их лавка и начала подниматься. Сейчас это уже весьма преуспевающая пекарня, у которой очень много индивидуальных заказов. Собственно, в самой лавке уже давно не торгуют теми самыми булками, только обычной выпечкой, как и в других.

—Смерть владельца, как я понимаю, не пошатнула положения?

—Нет. Лорн всегда брал сына в пекарню и готовил исключительно с ним. Даже жену не брал, она занималась готовкой для лавки. После смерти Дорин стал готовить самостоятельно. Первое время качество, конечно, было не то, но он быстро совершенствовался.

—Ему поступали предложения по продаже рецепта? Что? Это же очевидное решение со стороны конкурентов.

—Да, все время забываю, — хмыкнул Ариант. — Наташа, я хоть и говорю, что мы с Дориным друзья, но… Он знает, кто я, а дружба между семьей нобиля и сенатора с семьёй булочника, пусть даже разбогатевшего на новом рецепте… Я не сноб, но эта разница в положении всегда была границей, незримой, а потому намного прочнее любой каменной. Он не делился со мной своими проблемами. Я о них через свои каналы узнавал и помогал порой. Но он об этом не знает. Потому я не могу ответить. Если такие предложения и поступали, то я об этом ничего не знаю. Но да, ты права, это было бы логично. Я потому и удивился, что сам мог бы подумать о таком. — Ариант вздохнул. — Но даже если такие предложения и были, Дорин их отклонил.

—Да, иначе сегодняшняя ситуация и не возникла бы, — согласилась с ним Наташа.

—Верно. И я думаю, что конкуренты решили воспользоваться ситуацией после несчастного случая с Мирой, но на этот раз через дядю Дорина. И тут я уже просто не знаю, как ему помочь. Я пытался поговорить с отцом…

—Он не заинтересовался?

—Ну не то чтобы. Сказал, чтобы я сам учился разбираться с проблемами, если считаю, что они есть. С его же точки зрения какая разница, где покупать те самые булки, которые так нравятся нашей семье.

—Трудно спорить, — согласилась Наташа и задумалась. — Ладно, основную проблему я поняла. Есть кое-какие вопросы, но ты вряд ли сможешь ответить. Поговорим с твоим приятелем Дориным.

—У тебя есть идеи?

Наташа вздохнула.

—Какие идеи? Сам же понимаешь, что если бы была возможность как-то помочь, используя положение семьи, то ты и без меня бы справился. Какая бы я ни была призванной, но у меня меньше возможностей, чем у Торфов. Напугать? Этот дядя знает о тебе?

—Как одного из клиентов. Хотя знает, что я много общаюсь с Дориным, но, кажется, считает это моей прихотью.

Наташа чуть обернулась, глянула на Арианта, снова отвернулась.

—Посмотрим… Мы, кстати, похоже, приехали.

Коляска остановилась у небольшого двухэтажного дома за небольшой, где-то по пояс взрослому человеку, оградой из штакетника. Ариант вышел, помог спуститься Наташе, что-то сказал кучеру, который согласно кивнул и поехал куда-то дальше по дороге.

—Там трактир будет за поворотом, и есть место для коляски. Обычно там кучера и ждут хозяев, если те приезжают в этот район, — пояснил Ариант.

Наташа кивнула, но скорее машинально, занятая осмотром дома. Красивого, кстати, резной палисад, штакетник недавно покрашен светло-синей краской.

Ариант уверенно, даже не постучавшись, откинул петлю на калитке и вошел во двор, дошел до крыльца и несколько раз стукнул.

—Он что, один живет? — удивилась Наташа. — Его мать, говоришь, два дня назад погибла?

—Эм… насколько я знаю, он отказался съезжать из дома.

—Мать похоронили вчера? — Насколько помнила Наташа, здесь было принято хоронить на следующий день после смерти.

—Да. Но Дорин все-таки не один был, у него друзья. Может, и сейчас кто есть.

В этот момент дверь открылась и показался вихрастый юноша, рыжеватый, веснушчатый. Удивленно глянул на гостя.

—Ариант?

—Привет, Дорин. Вот пришел навестить.

—А-а-а… это проходите, конечно. — Он посторонился. — Я только не один.

Ну, это уже все увидели – в гостиной за столом обнаружилась девушка, скорее всего, ровесница Дорина, которая до этого явно занималась тем, что наводила порядок. Заметив гостей, ойкнула и поспешно избавилась от тряпки в руке.

—Дорин, мог бы предупредить, что у тебя гости!

—А… извини, Тайра. Знакомьтесь, это Тайра, она живет тут неподалеку, помогала мне с похоронами и… прочим. Если бы не она. А это Ариант Торф… один из моих постоянных клиентов. И… э…

—Натали, — вышла вперед Наташа, не дав сказать Арианту ни слова. — Мы с Ариантом учимся вместе. Он столько говорил о твоих булочках, что мне захотелось попробовать. Давно уговаривала его сводить меня к тебе, но всё не получалось. А вот сегодня узнала о случившемся. Извини, ты меня, конечно, не знаешь, но я уговорила Арианта взять меня с собой. Сочувствую. Я тебе действительно понимаю, у меня тоже мама умерла. Только давно. Я маленькая совсем была и не помню ее. Только по фо… портретам.

—О… понятно. — Дорин даже растерялся. Но тут же очнулся. — Что ж вы, проходите, садитесь за стол.

Ариант всё время, что Наташа говорила, смотрел на нее, но опровергать ничего не стал, а в конце даже энергично кивнул, словно подтверждая.

Тайра засуетилась. Кипятить воду было некогда, потому девушка выставила на стол кувшин то ли с морсом, то ли с каким соком, поставила хлеб. Дорин вдруг очнулся и выскочил с кухни. Вернулся он с небольшой корзиной, в которой лежало четыре булочки. Две он положил перед Наташей.

—Вот, госпожа. Раз уж хотели попробовать… Я сегодня с утра приготовил… хотел отвлечься.

—Я понимаю, — кивнула Наташа, принимая угощение. Внимательно посмотрела на булочку, пожамкала, отломила кусочек и с интересом отправила в рот. Прожевала. Гм… очень похоже на бисквит, но… что-то еще. Вроде как жестче бисквита… Да, такого ей точно здесь не доводилось пробовать. Да и дома тоже.

—Очень интересно и необычно, — призналась она с улыбкой. — Действительно впечатляюще. Ариант, ты прав, такого мне еще пробовать не приходилось. Но вот к соку это не подходит… Эй, Тайра, не сочти за замечание, я понимаю, что вы гостей не ждали. Просто констатация факта. Это либо с молоком надо, либо с чаем… причем холодным. Горячий чай просто развалит всю текстуру теста.

—Холодный чай? — оживился Ариант. — Разве такой бывает?

—Рецепт моей родины, — заверила его Наташа. — Если хочешь, потом расскажу. А если еще добавить яйцо пашот… Гм…

Неизвестно, к чему пришел бы разговор, но в этот момент снова раздался стук в дверь, а когда Дорин, ушедший открывать, вернулся, то за ним показался высокий, но худощавый мужчина с небольшими усиками, бодро завернутыми вверх. В деловом костюме, в котором обычно ходят разные служащие.

—Дорин, у меня для тебя отличные новости! — бодро начал он, то ли делая вид, что не замечает, то ли действительно не замечая гостей.

Глава 12

Ариант глянул на Наташу, но та делала вид, что поглощена едой, только косящиеся в сторону вошедшего глаза выдавали ее настоящий интерес.

—Что, дядя?

—Знаешь о предстоящем бале? Я заключил очень выгодный контракт на твои булочки. Нужно будет через неделю доставить пятьсот для угощения гостей. Если все пройдет успешно, то о нас узнают и в империи.

Наташа медленно отставила кружку и уже не скрывая интереса уставилась на вошедшего. Ариант хотел что-то сказать, но получил чувствительный пинок по ноге под столом от девочки и заткнулся. Тайра медленно села за стол, тоже уставившись на вошедшего.

—Пятьсот? — словно не веря, переспросил мальчишка. — Каким образом я успею сделать столько?! Даже если я начну прямо сейчас, то не успею!

Наташа же подумала, что через неделю приготовленные сегодня булочки будут так себе по вкусу, и если об этой пекарне в империи и узнают, то далеко не с лучшей стороны.

—Так я тебе давно говорю, что надо расширяться!

—Но тогда рецепт узнают другие!

Судя по всему, спор такой возникал уже неоднократно, поскольку каждый, похоже, повторял уже давно известные другому аргументы.

Ариант несколько раз порывался вмешаться в разговор, но ему хватило еще парочки пинков по ноге чтобы заставить его молчать. Теперь он очень многозначительно посматривал в сторону девочки. Та вздохнула, поняла, что придется все-таки пояснить поведение. Достала небольшой листок – взяла за правило носить такие небольшие, заранее приготовленные листочки для таких вот случаев. Обычно они ей нужны были на совещания с сенатской комиссии для разных записок, когда не стоило озвучить мнение или вопрос вслух. Быстро черканула пару слов и протянула ее Арианту. Тот прочитал, на миг замер и удивленно посмотрел на девочку. Медленно кивнул. Сообразил. А ведь она всего лишь повторила свои слова, которые ему уже говорила ранее, и он явно об этом вспомнил. «Секрет правильного общения – умение слушать собеседника».

Когда Наташа поняла, что аргументы уже пошли по третьему кругу, тем более дядя явно настаивал на том, что контракт нужно исполнять, иначе будут огромные штрафы, то решила все-таки вмешаться.

—Кхм. — Когда Наташа убедилась, что привлекла всеобщее внимание, заметила: — Для начала, Дорин, я бы ознакомилась с самим контрактом. Ведь твой дядя должен же принести его с собой.

—А вы? — дядя повернулся к ней.

—Натали. Просто Натали. Вы, кстати, не представились. Очень невежливо, знаете ли. А моего спутника Арианта Торфа вы, наверное, знаете.

Если дядя и хотел сказать что-то нелестное в адрес вмешивающихся не в свое дело девиц, то услышав имя ее спутника, резко передумал.

—Да-да, конечно. Прошу прощения, просто такое радостное событие.

—О, я понимаю, — покивала девочка. — Мое имя Натали, — повторила она с явным намеком. Только тут до дяди наконец дошло.

—Ох, конечно, так обрадовался успеху. Торнин Дорф, служащий в банке «Звезды республики».

—Так что насчет контракта?

—Прошу прощения, но это коммерческая тайна.

—Даже от того, кто будет его исполнять? — удивилась девочка.

—Я не собира… — начал было возмущаться Дорин, но заткнулся под совместными взглядами Наташи и Арианта, уже сообразившего, что к чему.

—Дорин, как твой друг, я тебе советую попросить дядю ознакомить тебя с контрактом. Это твое право. Более того, с четырнадцати лет под такими контрактами в обязательном порядке требуется подпись не только опекуна, но и подопечного.

—Это не обязательное требование, — вмешался Торнин.

—А вам есть что прятать от опекаемого? — повернулся к нему Ариант. Парень как-то преобразился. Сейчас здесь сидел не одноклассник Наташи и ее партнер по балу, а представитель семьи Торф, одной из тех, кто определяет политику республики. — Как я понимаю, пятнадцать лет Дорину будет через два месяца, и тогда он уже будет самостоятельно принимать решения. С четырнадцати же рекомендуется вводить подопечных в курс дела, потому и рекомендуют их подпись в том, что они ознакомлены. Разве от вас не попросили это те, с кем вы заключили контракт?

—С кем я его заключил – это коммерческая тайна, господин Торф. — Если бы не фамилия собеседника, этот дядя явно не стал бы тут с ними даже общаться. Наташе это было видно. Кажется, тот уже жалел, что начал разговор при посторонних.

—То есть те, кто заключил контракт, не убедились даже, что его возможно выполнить, — задумалась Наташа. — Или вы ввели их заблуждение. Тут, если я правильно помню законы, явно статья по заключению договора на заведомо невыполнимых условиях. То есть мошенничество. Либо со стороны тех, кто контракт заключил, либо с вашей. — Наташа задумчиво постучала себя пальцем по подбородку и возвела глаза к потолку. — Интересно даже, на чем будут настаивать те, кто заключил с вами контракт, когда дело будет передано на рассмотрение контрактной комиссии?

—Какой еще комиссии? — опешил Тайрин.

—Вы не знаете? — даже удивилась Наташа. — Странно. Как служащий банков вы должны знать, что все конфликты по исполнению контрактов рассматриваются именно такой комиссией. Уважаемый Дорин, как я поняла с его слов, говорит, что неспособен выполнить контракт. Вы, который заключили контракт от его имени как опекун, настаиваете, что способен, что подтвердили своей подписью. Если контракт не будет выполнен, то он пойдет на рассмотрении комиссии.

—Он способен его выполнить, если наймет поваров и воспользуется просторной кухней… ох… — Кажется, Торнин сообразил, что ляпнул лишнее, и застыл под доброй улыбкой Наташи.

—Вот оно как… вы уже и кухню нашли просторную? И поваров, наверное. Какая искренняя забота о подопечном. Ариант, я изучала в основном уголовное право республики, а потому не очень сильна вопросах коммерческих спорах. Можешь пояснить кое-что? Ведь тут явно идёт принуждение к раскрытию семейной тайны. Ты говорил что-то про специальную комиссию, я тут совершенно некомпетентна.

Ариант, похоже, тоже все понял и теперь явно наслаждался представлением.

—Конечно, госпожа… Натали, — имя он специально выделил интонацией.

—Можно ли включать в контракт пункт о разглашении какой-то производственной семейной тайны?

—Такие контракты заключаются отдельно, и они не могут быть заключены опекунами если только те сами не являются владельцами этой тайны, — четко отбарабанил он.

—То есть в заключенном уважаемым Торнином контракте не может быть пункта о передачи рецепта?

—Нет. Только и исключительно отдельным контрактом.

—А поскольку уважаемый Торнин рецептом не владеет…

—То заключить такой контракт от имени опекаемого не может.

—Интересные у вас законы какие.

—Ну, они были приняты по настоянию разных гильдий, которые хотели сохранить семейные секреты. И им не хотелось, чтобы они уходили из семьи, потому по максимуму постарались ограничить такую возможность, — пояснил Ариант, явно специально для девочки, продолжая объяснение ситуации, затронутой ими в разговоре ранее. — Но знаешь, если твоя идея с этими… как ты их там назвала?

—Патентами.

—Да. Если позволишь, я с тобой еще поговорю об этом и постараюсь убедить отца в нужности этого закона. А почему патент, кстати?

—Патент – это так грамота называется, которая выдается изобретателю, подтверждающая его право. И там же обычно описываются все условия патентного владения.

—Понятно. Можно я к тебе зайду как-нибудь? Посмотрю имеющиеся законы, а потом напрошусь в гости.

—Ради бога… любого, в смысле. Итак, к чему мы пришли. По закону, уважаемый Торнин, вы не можете заставить уважаемого Дорина выдать семейный рецепт. Но контракт выполнять нужно, верно. Дорнин, когда прочитаешь контракт – твой дядя обязан тебя с ним ознакомить, начнешь его выполнять.

—Но…

—Естественно, ты не сможешь в одиночку испечь пятьсот булок для бала. Важно не исполнение контракта, а попытка. Искренняя попытка. Когда контракт не будет исполнен противная сторона подаст жалобу в комиссию, про которую я говорила. Там будут рассмотрены условия. Поскольку я сомневаюсь, что противная сторона возьмет на себя вину, она будет настаивать на том, что твой дядя убедил их, что выполнить контракт возможно. Ариант, какое решение вынесет комиссия, как думаешь? Ты лучше знаешь эти законы.

—Контракт будет признан ничтожным, — пожал плечами тот. — А поскольку уважаемый Торнин все-таки плохо знает законы, иначе не говорил бы про необязательность подписи опекаемого в том, что он ознакомлен с условиями, значит, он не советовался с ним о возможности исполнения контракта. Таким образом, имеет место мошенническая схема с попыткой либо нажиться на сироте, либо вызнать семейный рецепт.

—Какое наказание?

—Если мошенничество – до трех лет заключения. Ну и штраф по неисполненному контракту переходит целиком на него. Если попытка вызнать семейный секрет… Восемь лет заключения, штраф в пользу опекаемого плюс оплата штрафа за неисполнение контракта.

—Во как! — изумилась Наташа.

Ариант пожал плечами.

—Гильдии очень старались защитить свои секреты от всяких хитрованов. Так что на месте уважаемого Торнина я бы сразу, как будет нарушен контракт, не ждал бы созыва комиссии, а сразу бы чистосердечно признался бы в попытке мошенничества. Меньше дадут. А комиссия будет второй вариант смотреть.

—Полагаешь?

—Уверен. Они всегда рассматривают второй вариант, где есть хоть небольшой намек на какую-либо семейную тайну. А тут не то что намек…

Дядя уже в начале разговора сел на ближайший стул и сейчас, бледный, усиленно потел и обмахивался подхваченной со стола салфеткой, которой еще и пот пытался стереть. Наташа глянула в его сторону.

—Папа мне всегда говорил: незнание законов не освобождает от ответственности… А потом добавлял: а вот знание вполне может избавить. — Наташа поднялась. — Полагаю, уважаемым Дорину и Турнину есть что обсудить в семейном кругу.

Тайра явно разрывалась, не зная, остаться ей или уйти. Но Наташа не оставила ей никаких шансов, недвусмысленно оттеснив её к выходу.

—А вы пока покажете нам дом, — заявила она.

—Но…

Ариант вышел последним и закрыл дверь.

—Натали права, не стоит им мешать.

Наташа же прошла чуть вперед, в центр коридора, и, задрав голову, стала рассматривать площадку на втором этаже, куда вела деревянная лестница. Девочка концом трости указала наверх.

—Там споткнулась мать Дорина?

—А? Но… Да.

Наташа подошла к основанию лестницы и изучила пол перед ней.

—Где лежало тело, знаешь?

—Госпожа, я не понимаю… — Тайра выпрямилась, гневно сверкнув глазами, но тут Ариант положил ей руку на плечо.

—Тайра, если хочешь помочь своему другу, то лучше ответь на вопросы. Ты же понимаешь, что сейчас мы единственные, кто может помочь Дарину? Он мой друг.

—Но разве уже все не ясно?

Наташа покачала головой, продолжая осматривать основания лестницы.

—Мы не знаем условия контракта, а без этого трудно что говорить. Напугать нам его удалось, но если он все-таки знает законы, то быстро найдёт возможность вывернуться. В этом случае он не стал бы подставляться с контрактом. Если бы удалось с ним ознакомиться… Но Торнин прав, у нас нет никаких прав на это. Так, где лежало тело?

—Вот тут, — указала Тайра, показав на основание лестницы, все еще не уверенная, что правильно поступает.

Наташа присела, мельком глянув на подсвечник у входа. Ариант сообразил, зажег все четыре свечи и подошел с ним к Наташе, опустившись рядом. Девочка кивнула ему и уже более внимательно стала изучать лестницу.

—Кто-то дома был, когда произошел несчастный случай?

—Я была с Дориным наверху… Мира не сразу умерла, — посмурнела девушка, видно приняв какое-то решение и теперь не таилась. — Врач сказал, что она была жива еще десять минут… Если бы мы услышали…

—Наверху не слышно грохота?

—Мы были в дальней комнате и двигали мебель… Дарин пригласил меня помочь разобрать старую одежду… Мы там… там… устроили догонялки… как в детстве… шумели…

Наташа выпрямилась, ничего говорить не стала. Просто поднялась наверх и стала изучать основание лестницы.

—Больше никого не было?

—А? Ах да, Торнин тоже был, но он был в саду и тоже ничего не слышал. Мы, когда уже заметили Миру, позвали его.

—Что-то нашла? — поинтересовался Ариант, который все это время сопровождал ее с подсвечником.

Наташа покачала головой.

—Ступенька скрипит верхняя. Если она споткнулась тут… Да, вполне могло так и произойти. Надо бы дом изучить.

—Второй этаж?

—Нет… первый. — Наташа глянула на коридор, отходящий от лестницы. — На втором все понятно.

Они спустились, и Наташа остановилась перед четырьмя дверьми.

—Тут, — она указала тростью на одну из дверей, — гостиная, мы оттуда сюда пришли. Кстати, а это нормально, что главный вход в дом ведет через гостиную?

Ариант кивнул.

—Обычно так все гости приходят и через небольшой коридор как раз сразу оказываются там. Сами хозяева обычно через другую дверь заходят, — он указал за спину Наташи. — А тут… На первом этаже еще Лорн, когда был жив, устроил пекарню и склад. Именно тут он и работал. А второй этаж жилой. Собственно, только гостиная на первом этаже не относится к готовке. Там, — он показал на вторую дверь, — кухня, а там склад.

—А четвертая дверь?

—Тоже кухня, небольшая. Там Лорн делал свои эксперименты с готовкой и искал новые рецепты.

—Лаборатория кулинарная, стало быть, — кивнула Наташа. — А первая кухня основная, где он и готовил. Помощники у него были?

—Да, — отозвалась Тайра. — Но после смерти Лорна осталось только двое. Их вполне хватает для готовки в лавку.

—А эти булочки, где готовят, и в какое время?

—Там же на кухне, сразу после обеда, когда помощники уходят, наготовив для продажи хлеба. Лавка тут недалеко, они сразу все готовое туда и относят.

—Не во второй кухне?

—Дорин ей пока не пользуется… Говорит, что его мастерства пока недостаточно для придумывания нового… Там все осталось как при Лорне.

—Понятно. — Наташа открыла дверь на кухню и вошла. Просторное помещение. Печь в центре, неподалеку дрова, шкафы, куча посуды, полки, баночки со специями. Наташа осторожно прошлась, выглянула в окно, которое, как оказалось, вело в сад, где росли фруктовые деревья.

—За ними Мира ухаживала, — вздохнула подошедшая Тайра, тоже выглядывая в окно. — Там не только фруктовые деревья, но и огород. Она многое выращивала сама для мужа, потому и мало покупали.

—Значит, там работал Торнин?

—Да. Он часто приходил помогать сестре… Мире.

—А как туда попасть?

—Можно отсюда, — Тайра указала на одну из занавесок в пол. — Там дверь. Только защелка заедает, очень тугая, и не смазывали ее давно. В сад в основном через склад ходят, туда же и фрукты сразу собранные складывают. Там удобнее.

Наташа подошла к занавеске и тростью отодвинула ее. Позади хмыкнул Ариант, который с явным интересом наблюдал за ее игрой с этим предметом гардероба. Наташа сердито покосилась на него, отчего тот с трудом сдержал смех. Наверное, она и правда с этой тростью выглядела забавно. Но не могла себе отказать, это было выше ее сил. Оставалось только мысленно костерить наблюдательного Арианта, который заметил ее пристрастие к этим разным жестам с тростью. Но тут ее внимание кое-что привлекло, и она разом забыла про вредного Арианта.

—Говоришь, защелка заедает?

—Да. Однажды я пыталась тут в сад выйти, но так и не смогла ее отодвинуть.

—И давно?

—Эм… где дней десять назад.

Наташа чуть отстранилась, позволив всем увидеть явно вырванную и потом вернувшуюся на место защелку. Тайра без особого интереса глянула на нее.

—Наверное, Торнин сделал. Он постоянно ругался на нее. Он часто был на кухне, не знаю уж, что делал, готовил он так себе. Потому и постоянно пытался тут выйти в сад. Все грозился починить.

—Ага. — Наташа опустилась на колено и достала лупу. Основательно изучила защелку. Потрогала ее, постаралась открыть. Не получилось. Хмыкнула. Снова стала изучать ее в лупу.

За этим занятием их и застали Дорин и Торнин. Дядя уже вернул себе здоровый оттенок кожи, а вот Дорнин выглядел не таким уверенным, как раньше. Разговор без поддержки явно ему не удался.

—Что вы тут делаете? — рассердился Торнин. — Господин Торф, то, что вы нобиль, не дает вам права ходить в чужом доме как у себя! Тайра, ты меня разочаровала! Пока мы с племянником разговариваем, ты провела посторонних людей даже не в свой дом! А если они охотятся за секретом?

Наташа невозмутимо прошла от двери до табуретки и аккуратно села, водрузив трость между ног. Рядом отчетливо хмыкнул Ариант. Наташа гордо его проигнорировала.

—Глупая идея была бы, — заметила она, глядя на Торнина. — Не знаю, как давно отец Дорнина придумал свой рецепт, но неужели вы полагаете, что его конкурентам ни разу не пришла в голову мысль поискать его на кухне? Думаю, и вторую кухню изучили все, кому не лень.

—И что вы тогда тут делали?

—Изучала место происшествия. Позвольте представиться, — Наташа поднялась и чуть склонила голову. — Наталья Астахова, Призванная… в настоящее время консультант следственной службы с правом на расследование различных преступлений.

Торнин сначала нахмурился, потом до него дошло. Икнул, попятился и плюхнулся на табуретку за спиной. Повезло ему, что она там стояла, а так бы на пол сел.

—Тут нет происшествия… — прошептал он.

—Вы полагаете, что несчастный случай, закончившийся смертью, не происшествие? Странно, Мира вроде как ваша сестра.

—Я… я не то имел в виду… И вообще, вы не имеете права ничего тут смотреть!

—Правда? Вы все-таки плохо знаете законы, тем более уголовные. Просвещаю: имею полное право, поскольку любая внезапная смерть человека подлежит расследованию следственной службой. То, что вы не поставили в известность службу о смерти сестры, можно было бы счесть попыткой скрыть убийство… если бы следственная служба в то время уже действовала бы. Кстати, всем врачам уже разосланы приказы о немедленном извещении службы о всех внезапных смертях.

—Это не убийство! — взвизгнул Торнин.

—Правда? — Наташа резко подошла и буквально нависла над ним, ухватив трость под навершие и буквально ткнув головой льва в грудь Торнину. — Я Призванная, помнишь? Глядя мне в глаза, повтори, что это не убийство!

—Я не убивал! — Похоже, Торнин был перепуган не на шутку. — Она сама упала! Сама! Поверьте!

Наташа резко отстранилась, но трость продолжала направлять в грудь Торнину.

—Кричать незачем. Верю. Несчастный случай… Да… Если бы кто-то ее нашел вовремя… Тайра, десять минут, говоришь?

—Что? А, да…

—Уважаемый Торнин… Вы часто на кухне бываете… В тот день вы ведь тоже тут были. Я не спрашиваю, кстати. Рецепт пытаетесь отыскать? — Наташа обернулась к двери. — И вы слышали шум падения. Не могли не слышать. И выглянули. Мира ведь была еще жива, не так ли? Вы засуетились, испугались. Но Дорин так и не появился. Вы начали было подниматься на второй этаж позвать его, но на полдороге вас посетила другая мысль… Если ваша сестра умрет, то вы станете опекуном. Вы вернулись на кухню, но тут же поняли, что вам обязательно зададут вопрос почему вы не оказали помощь. Надо было сразу идти в сад, не сообразили? Оставались вещи?

—Я… я…

—Защелка. Вы ее тогда и сломали? Она до сих пор не открывается. Ее никто не чинил. Зачем же ее разбирали? А чтобы выйти. Вы испугались снова выходить в коридор, где на полу лежала еще живая ваша сестра? Не хотели ее видеть? Выломали, вышли и сделали вид, что работали в саду и ничего не слышали. За занавеской никто не обратил внимания на сломанную защелку, которую вы потом вернули на место… Надо было починить и смазать, так хоть смогли бы оправдаться, что чинили.

—Ты… — Дорин, все это время непонимающе слушал разговор, вдруг словно очнулся, рванул ворот рубашки. — Ты… Ты действительно все слышал и видел?!

Тайра с испуганным криком повисла на спине парня, который рванул было к дяде.

—Нет! Дорин, нет! Если ты ему что сделаешь…

Ариант пришел на помощь, наградив отменным ударом в челюсть друга.

—Приди в себя, ты! Не делай глупости.

Торнин вдруг взвизгнул и ломанулся к выходу мимо посторонившейся Наташи. Рванувшегося следом Арианта она остановила, подняв перед ним руку. Ариант с трудом затормозил и удивленно глянул на девочку, которая продолжала глядеть вслед убежавшему Торнину.

—Ты чего?! Надо же…

—Сам говорил только что не делать глупостей… Ариант… Всё что я сейчас сказала… Это только догадки. Все мои выводы основаны на сломанной защелке и слов Тайры, что Торнин постоянно торчал на кухне.

—Э-э… то есть…

—Да. Я просто напугала его. Надавила, что Призванная, мол, смотри мне в глаза, всё вижу… Когда рассказывала догадки, наблюдала за ним и корректировала рассказ, глядя на реакцию. Если пугался – я попала в точку, если начинал расслабляться – где-то в рассуждениях ошиблась.

—Я и сам тебе поверил, — буркнул Ариант. — Но получается…

—Только мои догадки, — кивнула Наташа. — Но вот то, что, услышав мой рассказ… Вы ведь все тут свидетели? Так вот, что после моего рассказа он при свидетелях ломанулся бежать… полагаю, это поведение ему трудно будет объяснить. А если он сейчас побежит домой, поспешно соберет вещи и бросится прятаться…

—Но он тогда убежит, — возразила Тайра, отпустив успокоившегося друга, который, когда скрылся его дядя, вроде как пришел в себя.

Наташа пожала плечами.

—Куда он денется с острова? А сейчас мы будем действовать строго по закону… Я дам вам листы, и вы все своими словами опишете все, что тут произошло, подпишитесь и отдадите листы мне. На основании этих показаний я объявлю уважаемого Торнина в розыск по обвинению в неоказании помощи, приведшей к смерти. — Наташа вздохнула. — Много ему не дадут, даже если он сознается, но пока суд да дело… Там и тебе уже пятнадцать лет будет, и ты войдешь в наследство. Контракт же…

—Контракт был не подписан, — вздохнул Дорин. — Там всё так, как он и говорил, с крупными штрафами за неисполнение, но другая сторона потребовала моей подписи, что я ознакомился с ним.

—Тут можно зайти с другой стороны, раз так, — усмехнулся Ариант. — Раз твой дядя утверждал, что ты сможешь все выполнить по контракту, то налицо попытка похитить семейные секреты, поскольку выполнить все ты мог только одним способом…

—Поделиться рецептом с той кухней, которую нашел твой дядя, — тоже сообразила Наташа. — Потом оставалось только напугать тебя штрафами и долговой тюрьмой в надежде на твою неопытность и незнание законов. Ладно, давайте будем последовательны. Для начала надо объявить розыск, а потому… Дорин, где тут можно устроиться, чтобы вам было удобнее писать?

—И мне? — удивился Ариант.

—А тебе особенно, — злорадно отозвалась Наташа. — Свидетельство от Торфов будет более весомым, чем от несовершеннолетнего пекаря и его подруги.

—А вы мстительны, госпожа Призванная, — хмыкнул Ариант.

—По шее дам. Нечего было тут смеяться над моей тростью…

—Над ней я как раз не смеялся, — хихикнул Ариант, глядя честными глазами.

Наташа вздохнула, крутанула трость и со стуком опустила ее на пол перед собой, положив на набалдашник руки.

—Классная игрушка, — все-таки призналась она. — Как я раньше без нее обходилась? — Покосилась на с трудом сдерживающего смех приятеля и махнула рукой. — Полагаю, в гостиной будет удобнее. Идемте…

Домой в этот день Наташа вернулась часов в десять вечера…

На следующее утро Наташе досталось и от Дарка Врома, и от Гонса Арета. А потом от обоих сразу.

—Я уже не понимаю, чем ты думала, когда пошла одна к убийце?! — закончил спич Арет.

—Во-первых, я была не одна. А во-вторых, какой из этого Торнина убийца?

—Не одна? То есть этот твой приятель и пара детей?

—Эй, эти дети старше меня.

Гонс Арет наградил ее свирепым взглядом.

—Ты… Ты когда-нибудь доиграешься!

—Дядя, — устало вздохнула Наташа, — ну вот серьезно… Я не собиралась никого ловить. Я по приглашению своего партнера по балу навестила его друга, который делает очень вкусные и единственные в мире булочки по какому-то своему рецепту. Мне теперь что, на каждую прогулку брать телохранителя?

—Ты и там найдешь проблемы, — устало махнул рукой Арет. Резон в словах Наташи был, и он не мог этого не признать.

—Там произошло убийство.

—Несчастный случай. Кстати, я хотела сегодня выяснить, а что там полагается за неоказание помощи?

—Если сумеем доказать…

—А если не сумеем, то Торнин пойдет в комиссию по воровству семейной тайны. Там больше дадут, полагаю. Думаю, уже сегодня его сдадут и те, кто пытался заключить контракт и те, с кем Торнин договорился об исполнении заказа.

—Контракт вроде как не подписали.

—Ну естественно, — пожала плечами девочка. — Они же не идиоты так подставляться. Уверена, что они знали, но это никогда не докажешь. Но зато они постараются отыграться на Торнине. А там и из пекарни подтянутся в попытке оправдать себя.

—Не пойму, — вздохнул Дарк Вром. — Неужели этот рецепт настолько ценен, что ради него готовы на такое?

—Ну справедливости ради, Торнина тут развели как последнего лоха. Остальные же ничем не рисковали. Ну а Торнин… Законы читать надо. Читал бы, глядишь, не прозябал бы мелким клерком в банке. Даже интересно, сколько ему пообещали за рецепт. Поймаем, спросим.

Гонс Арет махнул рукой.

—Дарк, прошу тебя, пригляди за ней, а?

Телохранитель вздохнул и покачал головой. Ему явно было что сказать, но не стал. Всем было понятно, что постоянно Наташу сопровождать не получится. Да и риск тут был минимален, чего уж тут.

—Вот что… — Гонс Арет задумался. — Наташа, пока серж… гм… лейтенант Годрин не соберет сведений мы все равно пока ничего не сможем сделать. Я еще по своим каналам сведений соберу. А ты… Нечего пока тебе тут делать? И почему ты не в лицее?

Вопрос был явно не в лицее, просто Гонс Арет таким образом отыгрывался на ней за произошедшее. Так бы и не вспомнил.

—Потому что точные науки я и так знаю, названия разных законов могу учить и без лицея. Теорию магии я на дух не переношу и вряд ли когда-нибудь пойму. Остаются танцы и этикет. Но по последнему мама обещала нанять учителя – слишком большой разрыв между мной и остальными учениками. Они ведь с детства все познавали, а мало того, что этот ваш этикет не знаю, так еще правила моего мира конфликтуют порой. Тут на общих занятиях ничего не сделать.

Гонс Арет несколько секунд изучал невозмутимое лицо девочки.

—Это был не вопрос, — наконец заметил он. — Это был намек, что тебе уже пора быть в лицее.

Наташа глянула на часы.

—Да ладно. Я только на последнюю пару и успею.

—Вот и езжай! Можешь взять служебную коляску! Скажи я велел!

Наташа сочла за лучшее не спорить, дядя явно был на взводе и мог сказать нехорошие слова в ее адрес. А потом ему будет стыдно.

—Что ты с дядей вечно споришь? — устало поинтересовался Дарк Вром, сопровождая девочку к выходу. — Согласилась бы с самого начала, попросила бы прощения. Глядишь и всё обошлось бы.

—Да за что просить прощения-то? — искренне возмутилась Наташа. — Что такого я сделала?

Дарк Вром махнул рукой.

—Упрямая ты, вот что произошло. Твой дядя просто испугался за тебя. А ты споришь…

—О… — Наташа задумалась, покраснела. — М-да… Нехорошо получилось.

—Вот и я о том же. Ладно, езжай действительно куда-нибудь. Хотя бы в лицей. Просто не попадайся сегодня господину Арету на глаза. И в неприятности не попадай. Побудь сегодня паинькой.

—Я всегда паинька, — буркнула Наташа, выходя во двор здания, где уже дожидалась коляска… Видно, Гонс Арет каким-то образом сумел передать пожелание. И, похоже, даже сообщил, куда ехать, ибо кучер ничего не спросил, поехал сразу, едва Наташа устроилась на сиденье.

И успела Наташа не к последним двум занятиям, а к последним трём. Причем удачно к началу перемены приехала.

—Я думала, тебя не будет, — удивилась при виде ее Альда.

Наташа махнула рукой.

—Дядя отправил. Решил, что я пока не нужна там. Ты Арианта не видела?

—Торфа? А… А! Он же твой партнер. Сейчас должен подойти. Кстати, спрашивал, будешь ты сегодня или нет.

—Ну да. Он вчера приходил договариваться с мамой о нарядах.

—И? К чему пришли? — Альда даже подалась вперед в предвкушении.

—В смысле? — удивилась Наташа. — Понятия не имею. Они там без меня договаривались. Ариант уверил, что все в порядке.

Альда моргнула. Еще раз. Отстранилась и с каким-то недоумением оглядела Наташу с головы до ног. Наташа ответила таким же недоумевающим взглядом.

—Ты хочешь сказать, — медленно заговорила Альда, — что даже не поинтересовалась какого цвета будет твое платье? Какой костюм будет у Арианта? Какой фасон?

Наташа помолчала.

—А должна была? — осторожно спросила она подругу, не понимая реакцию той. — Там же мама, он плохого не сделает.

Альда поморгала. Мотнула головой и выставила вперед руку.

—Так! Все! Стоп! Я поняла. Больше ни слова! Пожалей меня. Ты чокнутая, но мне остается только смириться.

—Эм… как скажешь, — не стала спорить Наташа, подозрительно посматривая на подругу.

Ариант появился уже перед самым началом занятия. Заметил Наташу и удивленно замер. Шагнул было к ней, но сообразил, что сейчас поговорить не получится, кивнул ей и вернулся на свое место.

На следующей перемене Наташа хотела было сама подойти, но тот её опередил. Покосился на Альду.

—Я рассказал отцу о вчерашнем. Он заинтересовался тем самым законом, про который ты говорила… как там…

—Патентное право. Держи. — Наташа вытащила из сумки тетрадь и сунула в руки Арианта. — Записала всё, что вспомнила.

—Эм… — Ариант растерянно посмотрел на тетрадь, пролистал. — Когда ты успела? Подожди, ты что, ночью, что ли, писала?

Наташа пожала плечами.

—Все равно уснуть не могла. Вот и записала.

—И ты действительно отдаешь вот так просто?

—Могу и не просто. Если Альда подержит, буду стоять на руках, а ты заберешь тетрадь с моей ноги. Это будет достаточно непросто?

Ариант рассмеялся.

—Ты странная.

—Ты даже не догадываешься, насколько, — пробурчала Альда, косясь на подругу.

Ариант снова пролистал тетрадь, уже медленнее.

—Ладно, я понял. Посмотрю, потом поговорим. — Он кивнул и отошел к себе за стол, где и устроился с тетрадью.

—Что это? — поинтересовалась Альда.

—А, не обращай внимания. Вчера был разговор про сохранение коммерческих прав, и я поделилась тем, как это работает у нас. Ариант заинтересовался. А раз вечером мне все равно было делать нечего, решила записать, что помню.

—А он ведь хотел попросить тебя именно это сделать…

—Ну он тогда заметил, что его отца это заинтересует, а зная, кто его отец, было нетрудно предугадать просьбу.

—О… Кстати, вчера в лицей заявился Турион, ничего не говорил, но, похоже, искал тебя. И от меня еще прятался. Ну, в смысле, как только видел меня, у него срочно появлялись какие-то свои дела.

—Да, я тоже хотел это сказать, — непонятно как рядом оказался Ариант. Наташа даже не заметила, как он подошел и когда убрал тетрадь. — Он очень странно себя вел. Хотел поговорить со мной, но меня вызвал отец и поговорить не удалось. Никогда не видел его таким взъерошенным.

Наташа задумалась.

—Гм… Меня искал? Мог бы и вчера сказать, что хотел.

—Вчера? — насторожился Ариант. — Ты его вчера видела?

—Ага. Я же говорила, что была в казино по делам. Там и встретила Туриона. Наверное, тогда постеснялся подойти.

Ариант в шоке уставился на Наташу. Потом переглянулся с такой же шокированной Альдой.

—Подожди, — мотнул головой Ариант, — ты вчера не шутила про казино?

—Нет. С чего бы?

—И ты там была одна?

—Ага. Кто бы меня туда одну отпустил бы? Да я и сама не идиотка, чтобы в такое место одна идти. С Дарком Вромом, конечно, и еще одним сотрудником новой службы.

Первой не выдержала Альда. Она буквально легла на стол и захохотала, от избытка чувств даже колошматя по столу рукой, привлекая всеобщее внимание в классе.

Ариант некоторое время смотрел задумчиво на Альду, покачал головой.

—Представляю, что подумал Турион, особенно после интриг твоей подруги.

Успокоившаяся было Альда снова рассмеялась.

—Я жалею только об одном, что не смогу увидеть лица Туриона, когда он о тебе узнает, — заметила она, когда слегка успокоилась, вытирая выступившие от смеха слезы.

—Я тебе расскажу, — пообещал Ариант и повернулся к совершенно ничего не понимающей Наташе. Вздохнул.

—Вот иногда ты гениальна, но иногда… Ты действительно не понимаешь?

—Ну… полагаю, мнение Туриона обо мне совсем упало ниже некуда.

Ариант вздохнул.

—Ну да… примерно так и есть. Упало, — согласно кивнул он. Повернулся к Альде, потом вдруг подошел к ней и сочувственно похлопал по плечу. — Крепись.

—Стараюсь, — так же серьезно похлопала по плечу Арианта Альда.

Наташа понимала, что сейчас над ней издеваются, но не понимала, в чем именно.

—Наташа, — вздохнула Альда, — я тебе не раз говорила, как важно мнение в обществе. И не раз говорила, с кем может появиться девушка в обществе, а уж в таких местах, как казино… Ты понимаешь, кем посчитал тебя Турион? И кем твоего спутника?

Наташа подумала.

—Ну… каждый судит в меру своей спорченности. Но да, со стороны выглядит некрасиво.

—И это все, что ты можешь сказать? — поинтересовалась Альда.

—А что еще? Или мне волосы на голове рвать от горя, что сам великий Турион Коршин принял меня за… неважно кого? Но мог бы просто подойти и спросить. Почему люди всегда предпочитают сложные пути простым?

—Вот ты где! — в класс заглянул красавец мужчина с роскошными локонами, вызвавший всеобщий восхищенный выдох женской половины. — Госпожа Наташа.

— Сайзен? — удивилась Наташа.

Тот же неторопливо вошел, подмигнул одной из девушек, отчего та стремительно покраснела и, пискнув, спряталась за спиной подруги.

—Представишь меня своим друзьям? — с улыбкой напомнил он.

—О. Извини. Это Сайзен Корлин, виконт Арвийской империи и один из работников новой службы, прибыл из империи для обмена опытом. Сотрудник имперской безопасности.

—Последнее можно было не говорить, — усмехнулся Сайзен.

—Я сторонница честности с друзьями, — тоже усмехнулась Наташа. — А это Альда Тонзер, моя подруга. Ариант Торф – мой партнер на грядущем балу.

—Очень приятно познакомиться, — изящно поклонился Сайзен.

—Подожди, — сообразила Альда. — Это и есть тот сотрудник, с кем ты была в казино?

—Ну да, — кивнула Наташа. — Он сказал, что бывал в таких местах.

Альда с Ариантом обменялись взглядами, потом снова рассмеялись.

—Теперь я понимаю Туриона… Бедолага. Виконт, вы разыскивали мою подругу?

—Да. Госпожа Наташа, я только что от Гонса Арета, есть дело.

—По…

—Нет, — поспешно вмешался Сайзен. — Умер один почтенный человек, но его сын настаивает, что отца убили. Гонс Арет велел разобраться и настоятельно советовал взять с собой… цитирую: «Одну неугомонную особу, которой заняться нечем, а потому она влипает в разные неприятности». Конец цитаты. — Сайзен с интересом глянул на девочку. — Во что ты опять влипла, Призванная?

—По дороге расскажу, — вздохнула Наташа, собирая вещи. — Альда, Ариант, увидимся.

Наташа даже попрощаться с зашедшим преподавателем успела, разминувшись с ним в дверях. Тот проводил девочку обреченным взглядом, но смолчал.

Глава 13

Как оказалось, у выхода их уже дожидалась коляска, причем именно у самого выхода из лицея, куда посторонние не допускаются. Даже кареты учеников дожидаются у ограды. Похоже, люди из новой службы уже начали активно пользоваться своими правами… Впрочем, не Наташе сейчас возражать – всё меньше идти пешком. Потому она без возражения плюхнулась на сиденье, не дожидаясь, когда подойдет Сайзен и типа поможет. Тот покачал головой, но ничего не сказал. Сел рядом.

—Есть какие подробности?

—Не очень много, — сообщил Сайзен. — Только то, что успел рассказать Гонс Арет. Сегодня то ли ночью, то ли утром умер… Не помню даже имени. В общем, умер какой-то богатый то ли купец, то ли банкир…

Наташа чуть повернула голову. Подумала и ничего говорить не стала. Похоже, для дворянина империи, виконта, и в самом деле, что купец, что банкир – один фиг простолюдин, каким бы богатым он ни был.

—Его сын знал о новой службе и, оставив верного слугу в доме у тела, рванул лично туда. Там поднял крик на проходной, что его отца убили, а потому мы должны найти и покарать убийцу. Мимо проходил Гонс Арет и увидел это безобразие и почему-то решил наградить меня этим делом.

—Скорее меня, — буркнула Наташа. — Вам за компанию прилетело. Сами напросились работать со мной, а тут не только плюшки прилагаются, но и кнут.

—Потерплю, — улыбнулся Сайзен Корлин. — Зато не соскучусь. В общем, Гонс Арет вызвал меня и велел заняться этим делом, прихватив и тебя. Сейчас мы направляемся к дому этого самого купца.

—А сын умершего?

—Отправили домой, пообещав, что скоро приедут лучшие сыщики новой службы.

Наташа снова повернулась к Сайзену.

—Лучшие – это о ком? О вас или обо мне?

—Обо мне, конечно, — без тени сомнений сообщил Сайзен, стряхнув несуществующую пылинку с сюртука.

—Я так и подумала, — серьезно кивнула Наташа. — Больше ничего неизвестно?

—Больше нет. Гонс Арет еще пообещал врача из службы отправить, но тот сразу туда поедет, а я за тобой заехал.

—Без меня никуда… А если серьезно… От Годрина что слышно?

—Всё об этом думаешь? Полагаешь, не глупая шутка? Все-таки я не верю в такую наглость каких бы то ни было ночных королей, по сути, главарей обычных банд. Как их вообще терпят тут? Отправили бы несколько сотен стражей и навели бы порядок.

—Толку не будет, будет скорее бардак и всплеск насилия… Проходили уже, — вздохнула Наташа. — Так хоть какие-то рамки есть и есть с кем договариваться в случае чего. Да и за что их арестовывать? Сами эти короли ведь напрямую не участвуют ни в чем.

—Всегда можно найти за что. Поверь, это не так сложно, на самом деле нужно просто хорошенько тряхнуть окружение таких королей. И я не о пытках, если ты о них подумала.

—Не о них, — усмехнулась Наташа. — На самом деле самое бесполезное занятие? если хочешь добиться настоящей правды, а не подогнать её под свое представление. Нет, я просто сама так думаю, но тем не менее остаюсь при своем мнении: ночные короли в чем-то полезны и выполняют сдерживающую роль. Они ведь хорошо живут и терять это «хорошо» не очень хотят. А такое обязательно произойдет, если зарвутся. И они это знают.

—Хм… Что-то в этом есть. Надо будет подумать. Но все равно от твоего лейтенанта пока ничего нет, кроме парочки ничего не значащих отчетов. Да и что ты ожидаешь за сутки? Потому давай пока сосредоточимся на текущем деле. Тем более похоже, приехали.

Коляска действительно стала замедляться, пока не остановилась у ворот большого трехэтажного особняка. Наташа, задрав голову, изучила дом.

—А умерший-то очень непростой, похоже.

—Да уж, — хмыкнул Сайзен. — Слышал, что какой-то богатей, но настолько богатей… Хорошо живут местные купцы.

—Ну республику-то именно купцы и построили, — пробормотала Наташа, на этот раз воспользовавшись помощью Сайзена. Другой рукой она поудобнее перехватила трость и теперь вышагивала по тропинке, покрытой какой-то, похожей на гранитную крошкой и утрамбованной.

Им навстречу уже спешил какой-то господин в ливрее. Остановился.

—Господа, господа… Прошу прощения, но сейчас сюда…

—Мы из следственной службы, — оборвал его Сайзен.

—Ах… — Мужчина на миг растерялся, но тут же взял себя в руки. — Конечно-конечно, молодой господин предупреждал о… — Он несколько неуверенно покосился на девочку.

—Со мной, — отрезал Сайзен.

—Ох, конечно. Прошу за мной, молодой господин ждет.

Дворецкий, а Наташа решила считать этого мужчину именно дворецким, провел их в дом, а потом на второй этаж. Постучал в одну из дверей.

—Господин Лаистер, прибыли люди следственной службы.

—Не нравится мне это название «следственная служба», — буркнула Наташа. — Звучит как-то… по-деревенски, что ли. Надо бы предложить другое название. Уголовный розыск, криминальная полиция, там…

—Заходите! — раздался из-за двери уверенный голос.

Мужчина лет двадцати пяти встретил их стоя у рабочего стола, видно, что это кабинет. Но если Сайзен вызвал у него лишь недоумение, то при виде вошедшей девочки удивление скрыть не сумел. Наташа решила не играть в игры и сразу представилась:

—Наталья Астахова, консультант следственной службы. — И, заметив, что хозяин все равно не понял, кто она такая, добавила, поморщившись: — Призванная, чтобы было понятней.

—О…

—Следователь следственной службы Сайзен Корлин, — представила она и спутника. — Это вы считаете, что вашего отца убили?

—Его и убили, — уверенно кивнул он.

—Вот как? И кто, как вы полагаете?

—Не хочу наговаривать, — поморщился он. — Был бы уверен, сам бы разобрался.

Сайзен переглянулся с Наташей.

—Хорошо, — вздохнула она. — Почему вы решили, что вашего отца убили?

—Он следил за своим здоровьем. У него пару лет назад были проблемы с сердцем, и с тех пор он постоянно прогуливался по нашему саду, ни капли алкоголя, где-то раздобыл книги по полезной еде и ел только то, что там написано. Не мог он умереть вот так внезапно!

—У вашего отца было больное сердце? — поинтересовался Сайзен.

—Врач говорит, что да. Но с тех пор как два года назад с ним случился приступ, сердце его ни разу не беспокоило.

—А кто наследует за вашим отцом?

Лаистер удивленно глянул на Наташу.

—Я, конечно. У меня есть старшая сестра, но она уже давно вышла замуж. Еще есть брат на два года младше.

Наташа задумчиво покивала.

—А вы понимаете, что, если подтвердится, что вашего отца убили, то вы станете первым подозреваемым?

—Я верю в вас, госпожа Призванная, — без тени сомнений кивнул мужчина. — Я только хочу найти убийцу. Не поверите, как я рад, что пришли именно вы.

Наташа покосилась на усмехающегося Сайзена и вздохнула.

—Ладно, когда он умер?

—Сегодня ночью. Я вызвал нашего семейного врача, но он сказал, что сердечный приступ. А я не верю! Потому велел закрыть комнату и сразу отправился в ваш новый совет… Слышал о нем.

Наташа покивала, подумала.

—То есть вы утверждаете, что вашего отца убили, опираясь исключительно на вашу интуицию? Хотя врач уверен, что ваш отец умер от сердечного приступа?

—Да.

—А что говорит врач, присланный нашей службой?

—Я с ним не общался… И отказался пускать в комнату до вашего появления… В смысле до появления того, кто будет расследовать.

Наташа снова вздохнула.

—Ладно, тогда пойдемте в комнату к вашему отцу. Пусть врач осмотрит его, а мы там и побеседуем.

—Да, конечно. — Лаистер несколько нервно прошелся по комнате, взял со стола ключи и вышел. Сайзен и Наташа последовали за ним.

—Что думаешь? — тихо спросил Сайзен. — По мне, так он себя накручивает просто.

Наташа согласно кивнула.

—Скорее всего. Но раз уж приехали, пусть врач посмотрит и скажет. Если подтвердит сердечный приступ, то…

Шли недолго. Врача следственной службы Наташа хоть и не видела ни разу, но сразу догадалась, кто тот мужчина с саквояжем, терпеливо стоявший у закрытой двери и о чем-то общавшийся с другим человеком в дорогом костюме.

Наташа подошла к ним и покосилась на краешек стетоскопа, торчащего из кармана собеседника врача службы.

—Я так понимаю, что вы семейный врач? Ах да, прошу прощения, Наталья Астахова, а это Сайзен Корлин. Следователи следственной службы.

—А? — Мужчина на миг растерялся, но тут же взял себя в руки. — Ах да, прошу прощения, сами понимаете… М-да… Сирил Торх, семейный врач Линивеев.

—И что вы можете сказать?

Врач несколько нервно потеребил рукава камзола.

—Что тут можно сказать… сердечный приступ. Два года назад случился такой же, но тогда обошлось. Я посоветовал изменить образ жизни… надеялся, что все будет хорошо, но вот… сами видите… Мы тут как раз с вашим коллегой обсуждали этот случай.

Наташа повернулась к врачу службы. Задумчиво оглядела его с головы до ног.

—Он скорее ваш коллега… Хоть и работает у нас. Наталья Астахова, полагаю, обо мне вы знаете.

Мужчина кивнул.

—Конечно, госпожа Наташа… Я недавно принят на работу. Талий Ирдий.

Врач совершенно не понял, почему Наташа с таким удивлением уставилась на него, потом рассмеялась.

—Имя вам подходит… наверное. Потом расскажу, что оно значит на языке моей родины. А уж если в фамилию добавить одну букву… Ладно, давайте пройдем в комнату… Стоп! — остановила всех Наташа, когда заметила, что войти собираются все. — Сначала заходим мы с Сайзеном, потом наш врач. Остальные ждут здесь и заходят только после того, как их пригласят. Господин Лаистер, проследите, пожалуйста. Сайзен.

Наташа первая вошла в спальню и застыла у порога, внимательно оглядываясь. Сайзен замер рядом.

—Вроде как мы решили, что тут обычный сердечный приступ?

—Неважно, что решили, — буркнула Наташа. — Но раз мы тут, то исходим из возможности… всего. А потому будем действовать так, словно еще ничего непонятно и всё возможно. Сайзен, поверьте, я сама буду рада, если тут простая смерть.

—Ну как знаешь, — кивнул тот.

Наташа, закончив осмотр комнаты, медленно, по краю обошла её всю, внимательно глянула на ковер. Осторожно прошла в его центр и присела, провела рукой по ворсу.

—Дорогущий, — хмыкнул Сайзен, опускаясь рядом. — Знаешь, сколько он стоит?

—Нет, но узнать несложно, — отозвалась Наташа, ложась на ковер и смотря в сторону кровати. Медленно встала на колени и подползла к самой кровати, провела рукой.

Сайзен повторил ее действия. Поднялся.

—И?

—Тут влажно.

Сайзен опустился на корточки и пощупал ковер.

—Верно. И что это значит? — Он посмотрел на пустой кувшин на тумбочке.

Наташа тоже. Подошла, оглядела кувшин, достала из сумки кисточку и аккуратно продела ее в ручку кувшина, приподняла, оглядывая со всех сторон. Достала сумку и положила его туда. Отставила.

—На всякий случай, — пояснила она. — Сайзен, ты напрасно иронизируешь. Я тоже заметила пустой кувшин и что из него пролили воду. Вот только ответь – кто?

—Ну ясно, что хозяин. Захотел пить, встал, попил, случайно опрокинул кувшин…

—До того как попил или после?

—Эм… Наверное, после.

—Наверное?

—Хм… — Сайзен подошел к тумбочке. Оглядел. Пощупал. — Еще влажно.

—Если бы я ночью захотела пить и опрокинула бы кувшин с водой, то отправилась бы туда, где есть еще вода. Если я уж встала пить, то я попью, и опрокинутый кувшин меня не остановит. А у хозяина этого дома есть слуги, которых можно вызвать вон тем колокольчиком над кроватью.

—Гм… Понял. Сейчас схожу поспрашиваю.

Наташа кивнула и вернулась к осмотру комнаты, а Сайзен быстрым шагом вышел из комнаты.

Когда Сайзен вернулся, то застал Наташу рядом с кроватью, задумчиво рассматривающую лежащее тело. Мужчина, совсем даже не старик, лежал на спине, наполовину укрытый одеялом, одна рука была откинутой в сторону. Савйзен остановился рядом.

—Слуг ночью не вызывали. И что это, по-твоему, значит?

—Он опрокинул кувшин в момент приступа. — Она кивнула на руку. Осторожно коснулась ее и чуть повернула. — Видишь след?

—Хм… Значит, все-таки приступ…

—Я бы согласилась… Но вот кто вернул кувшин на тумбочку? Хотя… Слушай, спроси врача, он же вроде как осматривал тело.

Сайзен кивнул и послушно отправился к выходу, даже не попытался спорить.

—Ты права, — сообщил он, вернувшись. — Этот Сирил действительно, когда пришел к телу, поднял кувшин и вернул его на тумбочку. Тот валялся на полу.

Девочка кивнула. Повернула голову к двери.

—Талий! Пожалуйста, господин Линивей к вашим услугам.

Врач вошел молча, несколько неуверенно глянул на тело, вздохнул.

—Впервые приходится осматривать мертвых, обычно меня вызывали к живым.

—Понять причину смерти не менее важно для медицины, чем лечение живых.

Врач только вздохнул и приступил к осмотру под внимательным взглядом Наташи и Сайзена. Понаблюдав некоторое время, как врач осматривает тело, Наташа осторожно отошла в сторону и вышла, нашла взглядом семейного врача Лиливеев.

—Господин Сирил, пару вопросов.

—Да-да, конечно. — Врач несколько нервно затеребил отворот сюртука. Наташа, приглядевшись к рукам, нахмурилась. Присмотрелась к самому врачу, на вид лет пятьдесят, начавший седеть мужчина.

—Первое, сколько вам лет… на самом деле.

Врач на миг замер. Нервно улыбнулся, обернулся к Лайстеру, но тот застыл у порога комнаты и наблюдал исключительно за работой врача совета, ни на что больше не обращая внимания.

—Как вы догадались?

—Руки. Ваши руки не соответствуют вашему кажущемуся возрасту. Папа говорил, что если хочешь узнать возраст человека, посмотри на его руки.

Врач поглядел на свои руки как на предателей. Вздохнул.

—Тридцать, госпожа. Но я был бы благодарен, если вы не будете об этом говорить…

—Парик или краска?

—Немного того и другого. Еще чуть грима.

—И зачем?

—Солидность. Люди охотно верят умудренному врачу, чем молодому человеку, пусть он даже с отличием окончил врачебный лицей.

Наташа кивнула, принимая ответ.

—Если это не потребует дело, то никто не узнает. Давайте поговорим о сегодняшней ночи. Как вы здесь оказались?

—За мной прибыл слуга. Я живу тут неподалеку. Когда я приехал, то старший Лиливей был уже мертв. Я осмотрел тело, поставил диагноз, но господин Лайстер почему-то был уверен, что его отца убили…

—Об этом позже. — Наташа заметила, что к ним подошел Сайзен и теперь стоя чуть в стороне, слушал их разговор. — В комнате был бардак, да?

—Да. Кувшин был опрокинут, вода из него разлилась. Видно, от сердечного приступа господин Лиливей дернулся, наверное, пытался дотянуться до лекарства.

—Лекарства? — Наташа нахмурилась. — Что за лекарство?

—О, ничего необычного, успокоительное и от сердца. Я сам готовлю этот порошок и каждую неделю приношу. К сожалению, этот порошок дольше не хранится. Я рекомендовал его пить, если он почувствует какое-то неудобство в груди. А настой валерьяны я рекомендовал каждый день по чайной ложке.

Наташа обернулась. Подумала.

—Пойдемте. — Она уверенно зашла в комнату, подошла к тумбочке и выдвинула ящик. Сразу же обнаружила несколько небольших свертков из бумаги. Наташа аккуратно достала все. Развернула один и посмотрела на порошок. Изучила в лупу развернутый бумажный пакетик, изучила места сгиба, потом протянула Сирилу упаковку. — Ваше лекарство?

Врач присмотрелся, аккуратно взял, понюхал, растер в пальцах и кивнул.

—Да. Пять штук… Я ему восемь приносил пять дней назад. Три штуки, видать выпил… Обычно он в неделю одну-две употреблял. — Врач вздохнул. — Что ж он не сказал, что ему хуже становится…

—Вы еще говорили про настой валерьяны. Я тут ничего похожего не вижу.

Врач зарылся в ящик, пожал плечами.

—Странно. Обычно он все лекарства тут держал. Может, в кабинете оставил… Или еще где.

—В каком пузырьке был настой?

—Темного стекла. На нем еще оттиск такой… ромбовидный. Знак стекольных мастерских Траусов. И стеклянная крышка зеленая. Я всегда настой валерьяны с такой крышкой приношу. Чтобы ни с чем не перепутать.

Сайзен, поймав взгляд Наташи, кивнул и стал аккуратно обходить комнату, осматриваясь. Впрочем, что тут в спальне смотреть? Две тумбочки, кровать, шкаф с одеждой, пара кресел. Пузырек тут явно затеряться не мог. Девочка даже под кровать заглянула.

—Что могу сказать… — выпрямился Талий Ирдий. — Все признаки сердечного приступа. Словно по учебнику. Думаю, можно утверждать, что это он и есть.

Наташа же молча стояла у кровати, глядя в лицо трупа и покусывала губы. Откинула одеяло, совсем убрав его с кровати. Осмотрела.

—Что ты тут устроил?! — из-за двери раздался красивый возмущенный голос молодой женщины. Девочка повернула голову, собираясь выйти, но дама уже решительно вошла в спальню. Красивая, лет тридцати. Длинные темные волосы, укрытые какой-то полупрозрачной шапочкой. Расстегнутое легкое летнее пальто. — Что тут происходит?

—О, позвольте представиться, — моментально ожил Сайзен и шагнул вперед, изысканно поклонился. — Виконт Сайзен Корлин к вашим услугам. В данном случае выступаю в качестве следователя новой следственной службы. Полагаю, ваш брат Лайстер Лиливий… — Дождавшись подтверждающего кивка женщины, продолжил: — заявил, что его отца убили. Мы здесь, чтобы расследовать это дело.

Дама нахмурилась. Повернулась к брату, вошедшему следом. Сейчас, когда они стояли рядом, отчетливо бросалось в глаза их сходство.

—Что ты творишь? Или ты всерьез думаешь, что я убила отца?

—Ох, — торопливо вмешался Талий, тоже выходя вперед. — Я врач новой службы и готов поклясться, что у вашего отца обычный сердечный приступ…

—Господин Талий, — что-то в голосе Наташи заставило того втянуть голову в плечи и попятиться, — хочу заметить, что ваши обязанности заключаются в том, чтобы предоставить свои выводы мне или господину Сайзену. Никого более информировать о них вы не можете. Выводы о том, убийство это или естественная смерть, делать буду я и только я! Вам это понятно?

Талий несколько нервно кивнул и постарался слиться с обстановкой.

—Просто тут типичная картина, — забормотал он, — и я подумал, что даму надо успокоить…

—На тумбочке лежат пакетики с лекарством, забирайте их все и изучите состав… каждого пакетика. Потом напишите мне, что там и для чего. Хотя лучше ко мне в сумку их сложите, по возвращению на работу заберете к себе.

—Добрая вы, госпожа Наташа, — вздохнул Сайзен, посматривая на врача. — Я бы на вашем месте на недельку в камеру бы этого болтуна посадил.

—А кто тогда работать будет?

—Тоже верно, — слишком уж нарочито вздохнул Сайзен, а Талий совсем побледнел и принялся лихорадочно собирать пакетики с тумбочки. — Да, разрешите представить госпожу Наталью Астахову, Призванную, которая и занимается этим делом.

—Призванная, — протянула дама, явно проглотившая готовые уже сорваться с ее губ возмущенные слова и сейчас внимательно изучавшую девочку. — Мой брат даже до такого дошел… Видать, пришлось раскошелиться, чтобы пришла сама Призванная.

Наташа не стала говорить, что ее сюда отправили скорее в наказание, но видно эти мысли настолько ясно отразились на ее лице, что Сайзен ехидно так усмехнулся. Девочка отвернулась и молча прошла к кровати, делая вид, что изучает ее. Потом присела на краешек, рядом с телом, провела рукой по краю. Присмотрелась. Потерла пальцем какое-то пятно. Нахмурилась. Наклонилась и принюхалась. Поманила Сайзена.

—Чем пахнет?

Тот хмуро глянул на девочку, но послушно наклонился.

—Хм… Валерьянкой, похоже.

—Похоже… С чем этот запах спутать можно? — Наташа снова заглянула под кровать, провела рукой под матрасом. Выпрямилась и задумалась. Снова огляделась. — Господин Лаистер, можно осмотреть кабинет вашего отца?

—Кабинет? Если нужно…

—И еще… Можете послать кого на кухню. Пусть узнают, есть там перловая каша.

—Перловая каша? — Лаистер совсем растерялся.

—Да. Если нет, пусть слуги пройдутся и купят тарелку готовой. Желательно свежей.

—Эм… — Лаистер с недоумением глянул на Сайзена, но тот глядел уверенно и сурово. — Хорошо, — сдался он. — Распоряжусь. Что-нибудь еще?

—Нет, теперь в кабинет. И у двери спальни поставьте кого, пусть без вашего ведома никого не пускает.

Сестра Лаистера терпеливо стояла в центре комнаты, переводя взгляд с одного собеседника на другого. Воспитание у нее было, похоже, то еще. Наташа даже восхитилась. В текущем дурдоме лично она никогда не сумела сохранить такое вот спокойствие и молчать. Обязательно высказалась бы. Только когда все стали покидать спальню, она на миг задержала взгляд на теле отца, которого уже укрыли одеялом. К кабинету отца она пошла вместе с братом.

—Поясните мне один момент, госпожа Призванная. Я так понимаю, что что-то вас тревожит. Что-то, что не дает вам возможности признать смерть отца от сердечного приступа.

—Пятно валерьянки на простыне. Оно свежее. Самой настойки валерьянки в комнате нет, — отозвалась Наташа, продолжая шагать и одновременно размышлять. — Есть и еще кое-что.

Сайзен нахмурился. Глянул на девочку.

—Тебе что-то не нравилось и до того, как ты обнаружила пятно.

—Просыпанный порошок на тумбочке. И нигде нет бумаги, в которую он был завернут. Я так понимаю, что порошок он принял перед сном. Где бумага, в которую он был завернут?

—Слуги… — Сайзен замер. — Они не заходили в комнату, как только их господин удалился спать.

Наташа кивнула.

—Какое это имеет отношение ко всему, если у отца сердечный приступ?

Наташа остановилась, повернулась.

—Госпожа…

—Олина Харли.

—Госпожа Олина, почему ваш брат подозревает убийство, как вы думаете?

—Понятия не имею, — раздраженно буркнула она. Потом взяла себя в руки, глянула в сторону брата. — Полагаю, меня подозревает… Была у нас с отцом одна ссора…

—Ссора? Это так называется? Да тогда весь дом дрожал от вашей ссоры! И что ты тогда заявила?

Дама чуть склонила голову.

—Сказала, что скорее убью его, чем сделаю так, как он хочет.

—Вы честны, — глянула на нее девочка.

Та пожала плечами.

—Об этом весь дом слышал, все равно кто-нибудь да рассказал бы. Только вот я на эмоциях тогда говорила. К тому же добилась своего. Я сейчас вполне удовлетворена своей жизнью.

Лаистер раздраженно что-то буркнул и открыл дверь.

—Кабинет отца.

Наташа медленно вошла, огляделась. Подошла к столу, села за него и осмотрела. Приборы, листы бумаги. Взяла из поддона пачку, внимательно осмотрела, один лист даже глянула на просвет. Отложила в сторону. Изучила ящики под пристальным взглядом Лаистера. К счастью или сожалению там почти ничего не было.

—Кашу принесли с кухни, госпожа, — неуверенно доложил один из слуг.

Наташа кивнула, поднялась, прихватила лист, который смотрела на просвет, и сунула в сумку.

—Идемте.

Оба врача терпеливо ждали их у двери спальни, обсуждая что-то профессиональное – их в кабинет не позвали. Наташа слуге указала на Талия, и тот неуверенно вручил тому тарелку с перловкой. Не дав ему ничего сказать, она прошла в спальню и остановилась перед телом.

—Прошло не так много времени, и тело еще не окоченело, так что можем и попробовать.

—Попробовать что, — несколько нервно спросил Талий Ирдий.

Наташа задумчиво постучала себя по щеке.

—Знаете… Я порой задавалась вопросом, почему ваш призыв выдернул меня, а не моего отца, намного более опытного сыщика, который наверняка со всеми делами разобрался бы быстрее… Вот что, Талий, у вас ведь есть специальная ложечка, которой горло смотрите? Аккуратно откройте рот у Лиливия и положите в него кашу.

—Э-э… Что?

—Делайте! Потом объясню.

Убедили врача не слова Наташи, а взгляд Сайзена за спиной девочки. Он покорно полез в свой саквояж.

—Насколько это обязательно? — с трудом сдерживаясь, поинтересовался Лайстер.

—Полагаю… если это сработает, то мы можем узнать, убили вашего отца или он умер по естественным причинам… Я тут вот говорила, почему призыв выдернул меня… Следователи у меня дома опираются на очень мощную научную поддержку разных лабораторий. При малейших сомнениях тело вашего отца изучили бы всеми возможными способами, и если бы он был отравлен, то яд не только выявили бы, но и установили бы его точную формулу и как он попал в тело… Обратная сторона этого, что следователи уже не могут работать без такой поддержки, которой тут нет. — Наташа вздохнула.

—Я бы от такой поддержки не отказался, — заметил Сайзен, наблюдая за действиями врача.

—Ждем теперь, — велела Наташа, когда врач закончил, даже рот покойному закрыл. — Так вот, да, удобно с такой поддержкой. Но я в этой науке не сильна. Может, и увлекалась всякими детективами. Но там персонажи действовали, опираясь на свои силы и свой ум. Так же интересней для читателей. Ну и смотрела я много всего… И вот как-то я смотрела один сериал… ну длинный такой спектакль, там действия происходит несколько сот лет назад и тоже расследовали убийство. Или не убийство. Не было уверенности, отравили человека или нет. И вот там был момент, как обнаружили отравление у человека. Я не знаю, сработает ли это, но почему бы не попробовать?

—Но к чему вот это всё? — несколько нервно поинтересовался Сирил Торх.

—Я к тому, что обратная сторона развитой науки – это и более сложные яды. К счастью, тут у вас с этим не очень большое разнообразие. Растительные яды, животные. Тяжелые металлы типа мышьяка…

—Позвольте, но мышьяк – не металл, — вскинул голову Талий.

—Металл, — отрезала Наташа. — Это я еще из школьного курса химии помню, и почему-то в этом плане я нашим ученым верю больше ваших. Так вот, если вашего отца и отравили, то яд к нему попал через еду. И он, в том числе, всосался слизистой оболочкой рта. В язык, небо. После смерти процессы останавливаются, кожа начинает усыхать, в том числе и слизистые оболочки, а значит, яд, который не усвоил организм освобождается. — Девочка глянула на часы. — Думаю, кашу можно доставать.

Врач, уже без колебаний, торопливо ложкой выгреб ее и аккуратно сложил в пакет.

—И что теперь?

—На улицу. Попробуем покормить этим голубей. Того яда, если он был, всего ничего. Думаю, человеку это количество ничего не сделает. С другой стороны, небольшому голубю или воробью хватит.

На улицу все вышли с явным нетерпением. Талий сам отыскал стайку голубей с воробьями и бросил им перловку. Все с нетерпением взялись за ожидание. Впрочем, долго ждать не пришлось, на угощение набросились все птицы… И буквально минуты через три один воробей зашатался, споткнулся и упал. Голубь словно потерял ориентир, начал шататься, махать крыльями, упал, пытался подняться, снова упал.

Наташа за всем этим смотрела молча, только сильнее сжав рукоять трости. Молчали и остальные. Талий несмело приблизился и поднял воробья. Тот дернулся.

—Он жив, — несколько неуверенно заметил врач.

—Но нельзя сказать, что здоров, — задумчиво протянул Сайзен, покосившись на бледную Наташу, все еще не отводящую взгляд от птиц. К счастью, отравленной каши было немного, и отравление получили только два воробья и голубь. — Господин Талий, напомните мне, чем вы готовы были поклясться перед госпожой Олиной, что это сердечный приступ?

Талий совсем сник, даже руки стали подрагивать. Отвернулся. Но жалости у Сайзена не вызвал.

—Надеюсь, сегодняшний урок научит вас держать язык за зубами и не разглашать служебную информацию. И вам очень повезло, что вы не мой подчиненный. Что ж, я полагаю, что это все-таки убийство, — он покосился на бледную Олину, которая с тех пор, как птицы отравились едой, не проронила ни слова и стояла бледная и… испуганная.

За столом в гостиной царило подавленное молчание. Здесь собрались все, рассевшись за круглым столом в центре комнаты. Только Талий Ирдий отсутствовал – изучал птиц и пытался понять, чем они отравились. Теперь в гнетущей тишине все ожидали его вывода. Только Наташа нашла дело: достала принесенный из кабинета лист, с помощью линейки наделала из него несколько полос и теперь аккуратно складывала пакетики, взяв за образец один из тех, в которых был порошок с лекарством. Создав очередной, она придирчиво сравнивала его с образцом. Если результат ее удовлетворял, довольно кивала и откладывала в сторону. Если что-то не устраивало, то с раздражением убирала в сумку. Закончив, через лупу сравнила результат своего творчества с оригиналом. Потом принялась усиленно шаркать сделанными пакетиками по столу и снова сравнивала с оригиналом.

Кого-то ее поведение раздражало, кто-то так отвлекался от тягостной тишины. Лаистер же вообще ушел в какие-то глубокие свои мысли и ни на что не реагировал. Олина, не отрываясь, следила за тем, что делает Наташа, но тоже молчала. Сирил Торх ерзал на стуле, иногда опасливо косился в сторону Наташи, иногда хотел что-то сказать, но всякий раз не решался. Сайзен что-то обдумывал, периодически поглядывая то на Лаистера, то на Олину. Хмурился. Вот достал тетрадь и что-то в ней записал. Подумал и зачеркнул написанное. Вздохнул.

Пришествие Талия Ирдия все восприняли с огромным облегчением. Тот даже испугался этакого всеобщего внимания, даже попятился, но под суровым многообещающим взглядом Сайзена Корлина взял себя в руки и вошел.

—Что я могу сказать… — начал он слегка заикаясь. — Точнее будет только после более полного изучения птиц, но предварительный вывод, что это белена.

—Белена? — нахмурился Сайзен. — Вроде как она не приводит к смерти. Или сколько ее надо сожрать?

—Нет-нет, все так. Растение хоть и ядовитое, но да, не настолько, чтобы опасаться смерти. Хотя отравление тяжелое. Температура, галлюцинации, сухость. Но еще и очень резко учащается пульс, поднимается давление… Если у человека проблемы с сердцем…

—То это может закончиться смертью, — Наташа отодвинула от себя наделанные пакетики.

—Совершенно верно. Возможно, никого и не хотели убивать, просто…

—Талий, сядьте, — оборвал его Сайзен. — Ваши выводы очень ценны для нас, но мы послушаем их позже. Тогда, подводя итог, можно считать, это действительно было убийство. Осталось выяснить, кому выгодно, и тогда станет ясно, кто это сделал.

—Как раз нет, — задумчиво протянула Наташа. — В общем-то кто, уже понятно, но вот зачем… Я даже не представляю.

На Наташу обернулись все разом.

—Вы знаете, кто убил? — поинтересовался Сайзен.

Наташа кивнула.

—Это нетрудно и вполне очевидно. Весь расчет строился на том, что все признают случившееся естественной смертью, а потому следы заметались не очень умело. Точнее, почти и не заметались. Как только стало ясно, что случившееся убийство, то все следы стали указывать на двух человек. Осталось из этих двух выбрать одного.

—И?

—Сайзен, вы ведь опрашивали слуг, никто не заходил ночью, никто не заходил с того момента, как хозяин удалился в комнату.

—Они могли соврать.

—Могли. Но тогда они бы… более профессионально навели бы в комнате порядок. А его наводили наспех. Нет, это могли сделать только два человека. Лаистер Лиливий, который обнаружил тело. Но если убийца он, зачем он вообще затеял все это дело с поиском убийцы? Два врача подтвердили, что имеет место быть несчастный случай. Если бы мы не приехали, то этим все и закончилось бы. А вот второй человек… — Наташа повернулась к Сирилу Торху. — Приподняла пакетик из-под порошка, с которого делала образцы. — Господин Сирил, он разве похож на тот, который пролежал в ящике тумбочки пять дней? Кстати, там беспорядок полнейший. Я вот тут наделала несколько. Можно сравнить места сгиба. Ни там, ни там они даже не потрепались. Конечно, пять дней спокойно лежащие пакетики сильно не истреплются, но внутри того ящика… В любом случае хоть немного, но были бы следы, что они хранились долго. Хоть один оказался бы помят или испачкан чем. Меня это тогда удивило, специально изучила пакетики под лупой. Новые. Но тогда я не придала этому значения. Потом настойка валерианы. Где она? А ведь старший Лиливией эту настойку пил – пятно на простыне свежее. Куда же она делась потом?

Сайзен молча встал, подошел к сумке Сирила Торха и, несмотря на вялые попытки отстоять собственность, отобрал её и высыпал содержимое на стол. Первое, что бросилось в глаза – большой пузырек темного стекла с зеленой крышкой.

Наташа протянула руку и взяла его.

—Полагаю, это и есть настойка валерианы. — Она вытащила пробку, принюхалась, кивнула. — Ну да. И там ведь еще что-то есть иначе какой смысл убирать. — Она пошарила в вещах на столе. — Ага, а вот и пакетики. Их, я полагаю, вы подменили на те, что принесли с собой. Уверена, что в тех обычное лекарство. А вот в этих…

Девочка развернула один пакетик и протянула его Талию. Тот осторожно взял, изучил порошок. Потом чуть попробовал языком, чем вызвал ярость наблюдавшего за ним Сайзена. Наташа видела, с каким трудом он сдерживал себя, чтобы не наорать на несчастного врача.

—Белена, — кивнул он.

—Что в настойке? Сирил, вы же понимаете, что вот это вот у вас в вещах явно указывает на вас? Какой смысл сейчас молчать?

Врач устало прикрыл глаза.

—Ничего особенного. Просто еще одна травка, которая вызывает учащенное сердцебиение. Сама по себе безопасна.

—Зачем?

—Чтобы повысить давление и заставить принять порошок.

—Какой-то сложный план, — вздохнула Наташа. — А почему просто не дать эти порошки?

—Могло не подействовать… Точнее подействовало бы, но Лиливей мог выжить.

—А почему тогда вы не подменили этот пузырек, как порошки?

—Стекло и пробка. Они достаточно уникальны и второй такой найти трудно. В свое время я сам лично, — врач как-то горько усмехнулся, — отыскал такой, чтобы Лиливией не перепутал. Я забирал пузырек, наполнял настойкой и приносил обратно. Позже я его обязательно вернул бы.

Наташа протерла переносицу.

—Тогда последний вопрос: зачем?

Врач как-то устало улыбнулся.

—Он мне сломал всю жизнь. Одна моя ошибка… Одна единственная ошибка… И Лиливией об этом узнал. Меня могли лишить диплома. Он прекрасно понимал это и шантажировал. А ведь я хотел отправиться после обучения на стажировку в империю! А он заставил стать семейным врачом…

—Как-то не очень мудро с его стороны, — удивился Сайзен.

—Он прекрасно знал, что я ничего ему не сделаю. Всегда смеялся, что, мол, кишка тонка. Да и смысла не было.

—Что у вас случилось? — Наташа уже спокойно сидела на стуле, причем села так, чтобы преградить путь к врачу Лаистеру, который хоть и сидел молча, но смотрел на доктора таким взглядом…

—Чего уж теперь, — вздохнул Сирил. — Я не врал, когда говорил, что лучший выпускник. Но не всё мне давалось… Точнее, был там один профессор, который невзлюбил меня с первого взгляда и валил. Целенаправленно. Будь я поопытнее, мог настоять на приеме экзаменов другим преподавателем, была такая возможность… как раз для таких случаев. Но тот профессор… Он прямо в лицо мне заявил, что я никогда не сдам его предмет. Ну я и подсыпал ему… Нет-нет, ничего смертельного, но в следующую неделю он лежал дома с… Ну в общем, не мог далеко отойти от дома. Экзамены принимал другой профессор.

—А Лиливией это откуда узнал?

—Он был одним из меценатов медицинской школы и в тот момент был там и заметил, как я что-то подсыпал в еду профессора. А потом сообразил, почему профессор неделю из дома выйти не мог.

Наташа покачала головой.

—Смертей тогда не было, прошло достаточно времени… Всё равно не понимаю зачем?

—Тот профессор теперь в Сенате и ведает медицинским советом. А ещё он очень мстительный. Если он только узнает, кто ему устроил тогда сидение дома, то… — Врач махнул рукой.

—Но вы же столько времени работали. Почему именно сейчас решили освободиться?

—Лиливией! — в голосе врача впервые послышались нотки ненависти. — Он заявил, что в моих услугах больше не нуждается, и со смехом добавил, что познакомился на одном собрании с тем профессором. Мол, тот до сих пор считает, что тогда съел что-то не то. И сказал, что расскажет ему все. Мол, ему интересно посмотреть, что дальше будет.

Наташа моргнула.

—Но… Может, он просто… шутил…

—Может, — устало согласился врач. — Но я не мог рисковать.

Глава 14

Стоя около ограды парка и облокотившись на нее, Наташа говорила Сайзену, при этом глядя вдаль, где виднелось море:

—При всей кажущейся сложности плана, врач ничем, по сути, не рисковал. Раз он готовил лекарство, то добавить туда мог что угодно. При этом его гарантированно первого вызывали к больному, а он, зная, где хранятся лекарства, имел к ним полный доступ для подмены.

—Но почему тогда он сразу не подсыпал яд в настойку? Зачем эти пакетики?

—Ну, насколько я поняла, он хотел, чтобы здоровье Лиливея ухудшалось постепенно, чтобы у него появились всеми видимые приступы. То есть он сначала раскачал его здоровье, а потом уже передал ему порошки с ядом, который гарантированно убьет его пациента. При этом, заметьте, для здорового человека он не то, что безопасен, но не смертелен. Это, кстати, его и подвело. Именно неожиданное ухудшение здоровья отца и насторожило сына. Он не знаток медицины, потому считал, что отец поправился, а тут вдруг такое. И предположил, что ему дают яд. В общем-то, он был прав, но искал не там. И когда отец неожиданно умер, помчался к нам.

—Сумасшествие, какое-то… Я бы не доверил свое здоровье человеку, которого шантажирую.

—Люди… знаете… я начинаю в них разочаровываться. Этот Лиливей… уверена, у него были какие-то гарантии, что врач ничего ему не сделает. Собственно, так и было. Я вот только не пойму, что же заставило его отказаться от услуг Сирила и начать угрожать ему…

Сайзен усмехнулся.

—Ты просто еще плохо знаешь людей. Я там посмотрел вокруг, поспрашивал слуг. Лиливей из тех, кому нравилось ощущать власть над людьми. Он наслаждался этим. А врач… может, свыкся со своим положением уже. Кстати, если бы я вел расследование, то как раз в эту сторону и смотрел бы. Кто попал под его власть. Полагаю, очень быстро вышел бы на тот случай в медицинской школе. Конечно, вроде бы в первую очередь можно было бы подумать на сына или дочь, но они явно были ни причем. Так что копал бы в ту сторону. Мой опыт подсказывал, что виновный кто-то из таких. Рад, что оказался прав, не растерял сноровку, — хмыкнул Сайзен. — А вот твой метод по анализу мелочей, деталей… Это действительно что-то новое. Не думал, что так что-то получится, откровенно говоря. И ведь действительно получилось, даже быстрее, чем у меня.

Наташа кивнула.

—Просто у вас пока преступники не искушены в запутывании следов – тоже не знают, что так можно. Со временем научатся, — вздохнула девочка. — И потому отец, который имел дело с нашими более опытными преступниками, полагаю, тоже начал бы с того, что вы сказали, пока дожидался результатов от лабораторий. Думаю, в этом разница между любителями, как я, и профессионалами.

—Ну в данном случае любитель уделал профессионала, — хмыкнул Сайзен. — Но я тебя понял.

—Просто преступник оказался ещё большим любителем. Там, кстати, всё закончено?

—Да. Врача увезли, показания со всех собраны… да и не нужно это. Сирил сразу во всем признался и подписал свое признание. Кажется, он даже рад был, что все закончилось.

—Не каждый сможет жить, делая вид, что ничего не изменилось после убийства. Но с нашим врачом нужно что-то делать… У вас есть какие-то инструкции для таких случаев?

—Есть. Из одного пункта. Звучит так: в присутствии посторонних рот не открывать без разрешения вышестоящего по званию.

—Полезный пункт…

—А еще они не тянут в рот непонятную хрень, особенно зная, что там может быть яд.

Наташа только вздохнула, гадая, как сообщить об этом всём Гонсу Арету для подготовки очередной полезной инструкции. В свое время папа сильно ругался на разные бумаги, которые нужно выучить, заполнить, подписать. Тогда она ему сочувствовала. Но сейчас, откровенно говоря, она была бы не на его стороне, ибо уже успела убедиться, что глупость человеческая порой границ не имеет. Ну или, может быть, из начальственного кресла все видится малость по-другому. Что ни говори про то, что она простой консультант, как успела убедиться Наташа, право отдавать приказы у нее имеется. Как и ответственность. Вот отравись этот идиот доктор, так ведь ей бы потом и досталось. Мол, не объяснила врачу, что яд брать в рот нельзя… кака это.

В этом плане она и высказалась Сайзену, чем вызвала у него откровенное веселье.

—Никто тебя обвинять бы не стал, — заметил он, отсмеявшись. — Он взрослый дядя и сам несет ответственность за свои поступки.

—Может, и так, — согласилась Наташа. — Но я все равно сочиню инструкцию, заставлю всех ее прочитать и подписать, а потом, в таких вот случаях, буду тыкать их в эту самую инструкцию. И безжалостно штрафовать. Глядишь, поумнеют.

—Вряд ли, — совсем развеселился Сайзен. — Еще и безжалостным руководителем-тираном тебя выставят, который не дает реализоваться подчиненным. Пусть лучше травятся – пойдет отсев идиотов.

—Естественный отбор? Ну, может быть… Ладно, — Наташа отлипла от ограды и потянулась. — Хватит уже тут прохлаждаться, нужно возвращаться… А ведь я вроде как еще и учиться должна… Все-таки злой господин Арет. И мстительный.

—Полагаю, он просто не верил, что там убийство, и предполагал, что сын просто перенервничал. Мы бы приехали, подтвердили, что всё в порядке, и уехали бы. Знал бы, что убийство, вряд ли тебя послал бы.

Наташа покосилась на него, подумала, нехотя кивнула.

—Ну да, скорее всего, так и есть. Но все равно надо доложиться. Хотя ему уже и так наверняка, всё доложили. Поехали, — махнула она рукой.

Коляска их ждала у входа в парк, в которую они и забрались. А на улице Роз им сообщили, что поймали Торнина Дорфа. Наташе пришлось напрячься, чтобы вспомнить о ком речь.

—А, это тот, который сестру убил.

—Не убил, — педантично уточнил служащий, который и донёс новость. — Не оказал помощь.

—По мне, что так, что так – убил.

—И всё же. Но это неважно. Его поймали у юриста, где он консультировался. Сейчас он все отрицает.

—Отрицает, да… — Наташа задумалась. — А где опросы владельца кухни, которая должна была выполнить заказ? Ну и тех, с кем он договор пытался заключить? С ними же ведь провели беседы? Я, помнится, говорила об этом.

—Конечно.

—Тогда этого образца родственных чувств в допросную, а те листы ко мне. Я сама с ним поговорю. А тот пусть пока посидит там в одиночестве, подумает. — Наташа отправилась к лестнице.

Служащий глянул ей вслед и явно хотел сказать что-то нелестное, когда вдруг обнаружил, что рядом стоит имперский аристократ Сайзен Корлин и с доброй улыбкой смотрит на него. И ободряюще так говорит:

—Ну говори-говори, не стесняйся. Ты же явно хотел что-то сказать про своего непосредственного руководителя.

Служащий сглотнул, разом покрывшись холодным потом под этой доброй улыбкой.

—Э-э… какая потрясающая и умная девочка, — промямлил он.

Сайзен ободряюще кивнул, продолжая смотреть.

—Талантливая…

—Благодаря которой ты получил эту работу, — подбодрил его Сайзен. — А еще добрая. Я бы на ее месте выгнал такого неуважительного работника с волчьим билетом.

—Сайзен?! — Наташа уже на лестнице обнаружила, что её спутника рядом нет, и обернулась.

—Иду, — отвернулся он от собеседника. — Просто уточнял детали. — А когда догнал её – добавил: — Никогда не игнорируй неуважение подчиненных. Потом на шею сядут. Может, где на гражданской службе такое и может пройти, но в любой военизированной структуре…

—А что, кто-то был неуважителен? — искренне изумилась девочка.

Сайзен покачал головой.

—Тебе нужно научиться понимать людей, но, полагаю, это придёт с опытом. Идём.

Доклад у Гонса Арета много времени не занял, тот явно уже был в курсе ситуации и теперь сидел у себя за столом откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза, сложив руки перед собой. Молчание затягивалось. Наконец он открыл глаза и посмотрел на девочку.

—Вот как ты умудряешься находить неприятности на пустом месте?

—Само как-то получается, — пожала плечами девочка.

—Ладно, я тоже виноват, нужно было предвидеть такое. А что там с этим… — Гонс Арет придвинул один из листков и заглянул в него. — Торниным Дорфом?

—А что с ним? Сидит, ждет допроса. Хочу закончить это дело.

Гонс Арет молча смотрел на неё.

—Его поймали, — наконец заговорил он, — в доме лучшего юриста Моригата. Судя по всему, он получил консультацию. Тот уже уведомил меня, что готов защищать его.

—Вроде пока нет регламента по работе с защитниками и подозреваемыми?

—Это лучший юрист и очень влиятельный. У него уже есть проекты всех будущих законов. И да, отказать я ему не могу. — Гонс Арет возвел глаза к потолку, показывая, откуда идет «просьба».

—Зачем этому юристу это? — искренне удивилась девочка. — Торнин же обычный мелкий служака в банке. У него даже денег нет.

—Как сказал кто-то на совещании, — ехидно заметил Гонс Арет, — иногда вопрос не в деньгах. А быть первым в работе по новому законодательству… Да еще против Призванной… Да еще если он оправдает подопечного. Ты понимаешь, что именно тебя начнут ругать? Мол, обвинила невиновного…

Наташа замерла, прикусив губу. Гонс Арет помолчал, дожидаясь ее реакции. Не дождался, продолжил сам:

—Потому не надо тебе туда лезть. Сам пойду. Ты нашла, а мы доказать не смогли.

—Вы словно сдались уже, — заметила Наташа наконец. — Нет, сама пойду. Не хочу прятаться ни у кого за спиной.

—Повзрослей сперва… — вздохнул Гонс Арет, потом глянул на Наташу и махнул рукой. — Все равно не переспорю ведь. Ладно, как хочешь… — Он глянул на молчавшего Сайзена. — Мы будем в соседнем кабинете. Помнишь, ты рассказывала о комнатах допроса? Так мы твою идею реализовали. В соседней комнате прекрасно слышно, что будет происходить у тебя, а вот вы нас не услышите. С видимостью пока проблема, непонятно как организовать. Может получится сделать зеркало, как ты говоришь… прозрачное с одной стороны. Но пока чего нет, того нет.

—Тогда я пока пойду к себе, уже, наверное, принесли те бумаги, которые я просила.

—Иди. А мы сразу в соседнюю комнату с допросной пройдем, там будем ждать. А тебя проводят, я попрошу кого.

Наташа кивнула, развернулась и направилась к выходу.

—Знаешь, — остановил ее задумчивый голос Сайзена. Девочка замерла у двери, взявшись за ручку, но не поворачиваясь. — Если бы ты приняла предложение дяди, я бы потерял к тебе всякое уважение. Может, ты и проиграешь сейчас по неопытности, но это тоже урок. А если бояться поражений… лучше тогда ничем и не заниматься.

Наташа молча покинула кабинет, прикрыв за собой дверь, так ничего и не сказав. Было страшно.

В кабинете, который уже был почти готов, осталось только немного мебели принести, она отыскала на столе запрошенные папки с опросами, плюхнулась за стол и погрузилась в чтение. Листов было немного, потому много времени это не заняло, но Наташа прочла каждый лист по три раза, прежде чем отложить их в сторону, задумалась, прикрыв глаза. Потом решительно сгребла все листы в папку, встала и направилась к выходу. В коридоре со скамейки подскочил какой-то служащий, сообщивший, что его назначили проводить её в допросную комнату.

—Защитник уже прибыл?

—Сразу… Он сейчас рядом с комнатой дожидается.

Наташа кивнула и зашагала следом за сопровождающим. Защитника она узнала поскольку он единственный в коридоре был в цивильном костюме, рядом же перед дверью стояли два стражника в легких доспехах, держа в руках короткие копья и с длинными кинжалами на поясе. Наташа глянула на них, покачала головой, не представляя, как с таким вооружением можно действовать в тесном коридоре. Ну, может, им виднее.

Защитник при виде её медленно встал со скамейки.

—Госпожа…

—Наташа, — опередила его девочка.

Мужчина улыбнулся, видно, знал о нелюбви девочки к прозвищу «Призванная».

—Наташа, — согласился он. — Как я полагаю, будет весьма символично, что именно нам с вами придется первыми действовать по новым законам…

—Которые еще не вступили в действие.

—Полноте вам, госпожа Наташа. Неужели вы из-за этого отправите в тюрьму невиновного человека? Ах да, где мои манеры, Сордон Корвех, к вашим услугам.

Наташа остановилась, подняла голову.

—Невиновный, значит… Ладно, пусть так. И что же вы хотите?

—О, полагаю, мы можем договориться к общей удовлетворенности.

—К общей удовлетворенности, — задумчиво протянула Наташа, глядя в окно. — Что ж, господин Сордон, проходите, договоримся.

Наташа резко повернулась и открыла дверь. Стража переглянулась, но препятствовать не стала. Только один неловко заметил:

—Если что, там на столе звонок есть, мы сразу придем.

Наташа улыбнулась, кивнула и вошла в комнату. Огляделась. Комната была совершенно пуста, только в центре стоял прикрученный к полу стол, рядом с которым по всем четырем сторонам так же прикрученные к полу стояли четыре стула. На одном из которых, опустив голову, сидел Торнин Дорф. На звук открывшейся двери он вскинул голову, увидел Наташу, явно узнал, но, заметив за ней вошедшего Сордона Корвеха, облегченно вздохнул и приободрился.

Девочка обошла стол и села напротив Торнина, положила перед собой папку, достала из нее несколько чистых листов бумаги, карандаш, потом склянку с чернилами, перо, все это положила перед собой.

Сордон Корвех огляделся и сел с правой стороны от Наташи.

—Итак, — девочка сложила руки перед собой в замок, — тут мне господин Сордон Корвех сообщил, что вы невиновны.

—Конечно! Я не понимаю, с чего вы вообще на меня набросились! Это вас нанял…

—Господин Торнин, — резко оборвал его Сордон и покачал головой.

—Ничего, пусть продолжает. Мне даже интересно, — отозвалась Наташа, с интересом глядя на Торнина. Но тот сжался и опустил голову, видно, ляпнул нечто, о чем со своим защитником не договаривался. — Как я понимаю, я такая злая и плохая наговорила на бедного невиновного человека ради… А, кстати, ради чего?

—Госпожа Наташа, — поспешно вмешался защитник, — простите моего клиента. Поймите, в каком положении он оказался. Перенервничал, вот и говорит, не думая.

Наташа кивнула.

—Что ж, я поняла. Значит, господин Торнин, виновным вы себя не признаете?

—Нет, конечно!

—В чем не признаете? — Наташа притянула к себе лист и принялась быстро писать.

—Что?

—Ну, в чем себя не признаете виновным? Для протокола. Я записываю.

—Э-э… в смерти сестры…

—Простите, господин Торнин, а кто вас в ее смерти обвинял?

—А?

—Вас не обвиняли в её смерти. Только в неоказании помощи. Ваша сестра погибла от несчастного случая.

—Э… — Торнин растерянно глянул на защитника.

Сордон чуть наклонился вперед.

—Он не мог оказать помощь сестре, поскольку все это время был в саду и не мог слышать или видеть произошедшее.

—Вот как? — Наташа покрутила перо в руке, макнула в пузырек и снова принялась писать. — Значит, не видел и не слышал, поскольку был в саду. Что ж, отлично. — Девочка вытащила еще один чистый лист и придвинула его к Торнину. — Пишите.

—А? Что писать?

—Вот то, что мне сказали. Мол, был в саду, ничего не слышал, не видел… Как было, так и пишите. — Наташа придвинула пузырек с чернилами и катнула по столу перо. Положила локти на стол, сплела пальцы в замок и положила на них подбородок. Улыбнулась, подбадривая. — Что вы колеблетесь? Пишите, как все было. Кстати, раз уж мы начали говорить по еще не принятым законам… Должна предупредить об ответственности за дачу ложных показаний. — Девочка вытащила из папки еще один лист, прочитала, кивнула и перебросила его Сордону. — Это подписка, что ваш подопечный ознакомлен с предупреждением об ответственности за дачу ложных показаний. Он должен это подписать.

Сордон неуверенно взял лист, прочитал, глянул на девочку.

—Вы сами решили, что идея работать по еще не принятым законам очень интересная, — девочка ответила на невысказанный вопрос. — Или вы боитесь, что ваш клиент будет писать ложь? Он же ведь правду напишет?

—Конечно, правду! — даже возмутился Торнин. Сордон неуверенно протянул ему лист. Торнин бегло пробежал по тексту взглядом, взял ручку и подписал.

Наташа забрала лист, глянула на подпись и убрала его в папку. Кивнула.

—Ну а теперь пишите, как все было в тот день.

Много времени это не заняло. Наташа взяла лист, прочитала. Все сводилось к тому, что пришел по просьбе сестры помочь в саду, работал там до обеда. Ничего не видел, ничего не слышал. Узнал о случившемся, когда прибежал Дорин.

—Хм… Подпишите в конце и поставьте сегодняшнюю дату. Отлично.

—И что теперь?

Наташа еще раз прочитала текст, улыбнулась.

—Теперь? Теперь вы свободны.

—Эм… — растерялись и Торнин, и Сордон.

—Что? — переспросил Сордон.

—Ваш клиент свободен, — подтвердила Наташа. — Да, только предупредите его никуда не уезжать, ему должна будет прийти повестка из комиссии по защите семейных тайн… или как там она правильно называется?

Поднявшийся было адвокат медленно опустился на место. Под его взглядом на стул плюхнулся и Торнин.

—Зачем?

—А что, — преувеличенно сочувственно поинтересовалась Наташа, — ваш клиент вам не рассказал подробностей? Исправляю. Когда он… был в саду и ничего не видел, из-за чего умерла его сестра, которую можно было спасти, окажи ей помощь… Но он же ведь в саду был, ничего не видел… Так о чем это я? Ах да, после ее смерти он оказался опекуном сына своей сестры, у которого оказался один семейный рецепт по приготовлению потрясающих на вкус булочек. Кстати, рекомендую, действительно потрясающих. И тут вашему клиенту приходит в голову потрясающая идея. Он мчится в одну булочную, с хозяином которой был знаком, и уверяет, что знает рецепт и готов предоставить его… за скромное вознаграждение в три тысячи дежей…

—Это ложь!!!

Наташа пожала плечами.

—Да мне всё равно. Это же не мои слова, это из протоколов беседы с владельцем той булочной, с которой вы заключили договор. Потому ложь это или нет, будете с комиссией разбираться. Так вот. После этого, надеясь на незнание молодым Дориным законов, вы мчитесь к другому знакомому, клиенту вашего банка, кстати, которого, опять-таки вот совпадение, обслуживаете вы. Вы знаете, что он заключил контракт на поставку разных блюд для готовящегося бала. После чего приносите ему на пробу булочки вашего племянника и контракт с булочной и заверяете, что в состоянии выполнить заказ на пятьсот булочек…

Защитник задумчиво глянул на подопечного.

—Я могу ознакомиться с этими протоколами?

Наташа улыбнулась.

—Не-а. Они не относятся к вашему делу и никак с ним не связаны. Видите ли, господин Сордон, я ведь после того, как побывала в доме у Дорина, ознакомилась с законами. Так вот, уголовное дело перекрывает цеховое. Пока вашего подзащитного обвиняли в неоказании помощи, повлекшем смерть… от трех до четырёх лет лишения свободы… никто не мог выдвинуть обвинение в попытке выкрасть семейный рецепт, который отец Дорина официально зарегистрировал как семейную тайну, подпадающую под цеховую защиту. Вы, кстати, очень вовремя пришли. Я просто даже не знала, как отпустить господина Торнина. Видите ли, наказание за попытку кражи семейной тайны мне нравится больше. Восемь лет… и не в республиканской тюрьме, плюс штраф в две тысячи дежей в пользу Дорина. Видите, как все здорово получилось? Кстати, господин Сордон, поздравляю вас с победой в вашем первым делом по новым законам.

Все молчали. Торнин испуганно смотрел на Сордона, тот задумчиво на Наташу.

—Это все ложь! — первым не выдержал Торнин. — Я ни к кому не шел! Они сами нашли меня и предложили этот план! И денег дали!

Наташа пожала плечами.

—Верю. Только доказывайте это не мне, а комиссии. Вам же я изложила то, что было в протоколах допроса. Кстати, ваш клиент из банка умнее вас оказался. Он же потребовал подпись вашего племянника на договоре об ознакомлении. При свидетелях. Вот и доказывайте теперь, что они там что-то замышляли. А у меня вот, — девочка хлопнула по папке. — Все протоколы. Подписаны, заверены. Свидетели даже опрошены.

—Мой подопечный, — медленно проговорил Сордон Корвех, — о таких подробностях умолчал.

—Хотите откровенно? — перегнулась через стол Наташа. — Ваш клиент – лох. Лох обыкновенный.

—Простите, кто? — с недоумением глянул на девочку Сордон.

—Лицо, обиженное хулиганами, — любезно пояснила она. — И это не комплимент, если что. И не оправдание для него. Мелкий клерк, которому мечталось красиво жить. И тут ему предлагают деньги. Большие деньги с его точки зрения. И даже план есть. Он вроде как и готов их принять, но вроде бы и нет. Сомневается, колеблется. Но тут несчастный случай с сестрой – она-то не ребенок, могла бы сообразить, что к чему, потому к ней Торнин подступиться боялся.

—А после несчастного случая…

—Он решил, что это его шанс. Его банально развели. А когда не получилось – подставили. На комиссии шансов у него нет. Его разорвут там даже не столько за попытку кражи чего-то там, а за то, что невольно бросил тень на уважаемых людей. Его будут топить совместно, чтобы самим оправдаться. Ну и чтобы семье Торф сделать приятное, а я позабочусь, чтобы мой друг намекнул что будет ему приятно.

—Но вы говорите, что уголовное право превалирует…

Наташа снова улыбнулась.

—Неужели ваш клиент готов сделать чистосердечное признание? Но подождите… У меня же тут в папке собственноручно им подписанные показания, что он не виноват и ничего не делал. Ах… Еще его подпись на расписке по ложным показаниям… Сколько там за дачу ложных показаний дадут? Гм… Читала же… Вроде бы до трех лет. Но это не точно, но вы всегда можете это найти, как я поняла, у вас есть все проекты новых законов. Итого три или четыре года за неоказание помощи, плюс три года за дачу ложных показаний… Итого где-то семь. Но зато без штрафа.

—Госпожа Наташа, могу я с вами наедине поговорить? — попросил Сордон.

Девочка молча протянула руку и стукнула по небольшому выступающему рычажку у нее под рукой. Где-то в коридоре раздался звон. Тут же в комнату вошли стражники.

—Пожалуйста, выведите уважаемого Торнина в коридор, я снова позвоню, когда его вернуть.

Стража молча подхватила опавшего Торина и буквально вынесла его из комнаты. Сордон некоторое время молчал.

—Вы понимаете, что если он откажется от признания, то вы будете проигравшей? Его, конечно, комиссия сурово накажет, намного суровее, чем суд, но именно вы будете той, кто обвинила невиновного человека в смерти сестры. Это будет удар по вашему статусу. Найдется много желающих оттоптаться по вам.

—Господин Сордон, — чуть наклонилась к нему Наташа, — вы поверите, если я скажу, что мне глубоко безразлично, что подумают об этом люди? И вы и, я знаем, что он виновен. Он был на кухне, он слышал звук падения тела, он вышел из кухни и видел лежащую сестру. Если бы он сразу позвал на помощь, она осталась бы жива! А мнение окружающих… Я первое время вообще с короткой стрижкой ходила, а сейчас в штанах.

—Хорошо. — Сордон вздохнул. — Чего вы хотите, чтобы мой клиент не был обвинен в даче ложных показаний?

—Ничего, — пожала плечами Наташа. — Я давала ему шанс. Если бы у него была хотя бы тень раскаяния, если бы он хоть немного переживал о своем поступке…

—Мы все несовершенны.

—Я не требовала совершенства.

—Гм…

Девочка молча открыла папку и перебросила два листа.

—Вы же сомневаетесь, что есть протоколы допросов по этим булочкам… Всё не покажу, основное можете прочитать.

Сордон читал молча. В конце вздохнул и покачал головой.

—Если бы уважаемый Торин изложил мне всю правду, я бы иначе построил его защиту…

—То есть отрицать всё вы ему предложили?

—У вас ведь реально не было никаких доказательств. А эти рассуждения… На суде по-всякому можно их повернуть. И что теперь?

Наташа вздохнула.

—Не считайте меня последней сволочью, которой всё это доставляет удовольствие. Ладно, если через двадцать минут тут на столе будет лежать признание вины Торнина, то я порву и его расписку, и первые показания. Так вас устроит?

—Могу я поговорить с клиентом наедине?

—Да ради богов. — Наташа быстро собрала все бумаги в папку, подумала и оставила два чистых листа, чернильницу и перо. — Я вернусь ровно через двадцать минут. — После чего хлопнула по сигналу.

Стража тут же завела Торнина и вопросительно посмотрела на Наташу.

—Защитнику надо поговорить с клиентом наедине двадцать минут. Вы дежурите на выходе, а я подойду ровно через указанное время.

Стражники переглянулись и молча, усадив Торнина на стул, вышли. Наташа следом.

—Гонс Арет и Сайзен там? — Наташа указала на соседнюю дверь. Стража опять-таки молча кивнули.

Девочка прошла к двери и осторожно постучала. Через несколько секунд дверь открылась, и из комнаты выглянул Сайзен, кивнул и посторонился. Наташа вошла и огляделась. Эти… эти… эти нехорошие люди устроились со всеми удобствами в роскошных креслах, перед ними на столе стояла бутылка какого-то дорогого коньяка и два наполненных фужера. Гонс Арет усмехнулся и приподнял бокал.

—А мы тут победу твою празднуем. Честно, не ожидали. Даже Сайзен поражен. Грозит сманить тебя в имперскую СБ, только ты не соглашайся.

—Алкаши, — только и ответила Наташа, плюхаясь в третье кресло. — Мне ведь не нальете?

—Мала еще, — хмыкнул Гонс Арет, делая глоток. — Слушать будем?

Наташа огляделась, пытаясь понять, где находится устройство для прослушивания. Потом махнула рукой.

—Если уж мы решили переписывать законы и строить новые правила, то надо и самим их соблюдать. Со временем, конечно, будут процедуры, а пока… Разговор между защитником и его клиентом конфиденциален. Так что давайте соблюдать свои правила… Тем более, всё равно не так уж и много вариантов у них.

Сайзен явно неодобрительно хмыкнул, но, будучи все-таки представителем империи, в дела республики предпочел не лезть. Просто протянул бокал.

—Наливай.

Гонс Арет раскупорил бутылку и чуть плеснул.

—Я не понимаю, вы чего тут празднуете?

—Вообще-то мы собрались запивать горе, но как-то незаметно это переросло в праздник, — доверительно сообщил Сайзен.

—Вы настолько мне не верили? — удивилась Наташа.

Гонс Арет вздохнул.

—Наташа, не подумай, что плохого… Ты очень умная девочка, даже гениальная, но… Как бы сказать… Ты отлично сводишь вместе разрозненные факты, делаешь потрясающие выводы на их основе, но тут… Тут нечто совсем другое. Мало свести факты и сделать вывод. Нужно еще суметь отстоять его, заставить поверить в них совершенно посторонних людей. И, признаться, у нас не было уверенности, что ты справишься. Да что там говорить, мы были уверены, что тебе не удастся противостоять опытному и имеющему большие связи наверху одному из лучших юристов республики.

—Но тогда…

—Почему мы всё-таки отправили тебя? — Гонс Арет задумчиво сделал глоток. — Ради опыта. Того самого, который не заменишь никакими занятиями. Торнин… Ну кто он такой? Осудят его, оправдают… А вот опыт ничем не заменишь. Сордон решил приобрести славу первого защитника, который начнет играть по новым законам… Этот… Дорин, да? Его тоже можно защитить без проблем. Даже если бы Торнина оправдали, вряд ли кто решил бы с ним иметь какие-нибудь сомнительные дела. Да и намекнуть всегда можно.

—Зато, — добавил Сайзен, — ты не сдалась, боролась. И не боялась бросать вызов даже в безнадежной ситуации.

—А вот это ты зря, — хмыкнул Гонс Арет. — Это ты просто не знаешь, как она среди ночи пробралась в Сенат, захватила зал связи и заставила поговорить с ней вашего императора.

—Что, серьезно? — искренне изумился Сайзен, видно, услышал об этом впервые.

—Ага.

—По-моему, — сделала вывод Наташа, — вы оба уже пьяны. И, дядя, вы не напомните, кто мне в этом деле активно помогал? Кажется его фамилия начинается на «А» и заканчивается и «т».

—Эй, между прочим, это ты меня туда потащила, нагло воспользовавшись родственными чувствами. В общем, слушай сюда, друг мой…

Наташа прикрыла глаза и постаралась отключиться от словесного шума. С чего они вообще так нахрюкались? Не от этой же победы?

Оставшееся время Наташа ожидала с большим нетерпением. Наконец отведенные двадцать минут истекли, и она, стараясь не смотреть на о чем-то беседующих мужчин, отправилась обратно. Сордон и Торнин ожидали ее молча, причем каждый думал о своём. Если Сордон перебирал какие-то листы, то Торнон был погружен в свои мысли, мало обращая внимания на окружение. Заметив вошедшую девочку, Сордон поднял голову, вздохнул, аккуратно положил на стол бумаги и сложил их стопкой.

—Полагаю, вы хотите узнать, к чему мы пришли?

—Полагаю, да, — отозвалась Наташа, мечтая закончить этот разговор как можно скорее, вспоминая слегка подвыпившее прямое руководство и своего вроде бы как подчиненного. — И сейчас я просто хочу услышать результат вашего размышления.

—Вы готовы подтвердить ваше обещание, что не будете выдвигать иных обвинений, кроме того, в чем признается мой подзащитный?

—Прежде мне бы хотелось ознакомиться с этими признаниями.

Сордон молча подвинул к девочке пару листов. Не подписанных, как она заметила, но написанных явно рукой Торнина.

Наташа взяла листы, глянула на так и не осмелившегося поднять голову Торнина и углубилась в чтение. Ну что сказать, написано все явно под диктовку Сордона Корвеха, слишком уж юридически правильный язык. И ничего лишнего. Сухое перечисление фактов и… описание, как он испугался, увидев тело, как потерял голову, не понял, что жива… — Наташа в этом месте глянула на Сордона, но все же дочитала до конца. Как и ожидалось, ни слова про контракты и секреты. Даже не упоминалось ни разу. Не был, не видел, не пытался ничего заключать. Точнее, пытался, но на обычный хлеб, никаких секретных рецептов не вымогал и даже не пытался, сознавая, что такие вещи лучше держать в семье, а он искренне заботится о благе племянника…

Наташа подняла голову и взглянула на Сордона.

—Вы серьезно?

—А вы действительно хотите осудить этого человека по максимуму?

Наташа глянула на Торнина, который явно потерял все силы, и сейчас ему было абсолютно всё равно, что с ним будет. Сдавшийся, подавленный, несчастный. И ведь не играл. Наверное, впервые в жизни он решил рискнуть и что-то поменять в жизни, и… провал. И это его подкосило.

Девочка снова по диагонали проглядела лист.

—Вы понимаете, что тут всё будет зависеть от показаний Дорина?

—Полагаю, мы сумеем с ним договориться… И, госпожа Наташа, не надо так на меня смотреть, я не собираюсь идти против закона. Мы именно договоримся. Уверяю, мне есть что предложить уважаемому Дорину в обмен на правильные показания. Как минимум, ему понадобятся мои услуги после достижения им совершеннолетия. Судя по услышанному, законов он совершенно не знает.

Девочка задумалась. Потом кивнула.

—Ладно. — Она с хлопком опустила листы перед Ториным. — Я согласна.

—Уважаемый Торин. — Слегка потормошил защитник подопечного.

Тот непонимающе глянул на него, потом очнулся.

—А? Пора, да?

—Подписывайте. И придерживайтесь той позиции, о которой мы с вами договорились.

Торнин, явно машинально, взял перо и расписался, после напоминания поставил дату. Наташа приняла листы и снова просмотрела. Глянула на адвоката.

—Надеюсь, сюрпризов с отказом от показаний на суде не будет? Мол, выбили под принуждением.

Сордон усмехнулся.

—Если я что и понял, то это то, что с вами лучше играть честно. Или вообще не играть. Нам же еще не раз, думаю, придется работать вместе. Так зачем же портить отношения? Нет, именно этих показаний мы и будем придерживаться.

Наташа раскрыла папку, нашла нужные листы и перекинула их защитнику.

—Вот первые показания и расписка. — Хлопнула по вызову стражи и кивнула им на Торнина. — В камеру.

Когда того вывела, девочка принялась укладывать все в папку, а Сордон вдруг задержался у двери и обернулся.

—Признаться, опыт оказался хоть и неприятным, но полезным. Мое высокомерие. Пытался играть по новым правилам в надежде, что они новые и для стражей… Забыл, что это ваши правила, и новичок тут именно я. Но я действительно надеюсь на дальнейшее сотрудничество. Думаю, мы оба сможем извлечь из него пользу. Приятно было пообщаться, госпожа Наташа.

Девочка кивнула. Может, она и рада была бы поговорить еще, но сейчас все ее мысли были в соседней комнате, где она боялась отыскать свое прямое начальство пьяным и мирно спящим… в обнимку с имперским аристократом. Одна надежда, что оба они достаточно закалены разными прошлыми возлияниями, и одна бутылка коньяка их не свалит. Но вот если бутылка не одна…

—Полагаю, — кивнула она, — у нас еще будет время обсудить это. До встречи, господин Сордон.

—До встречи, — кивнул в ответ Сордон Корвех и вышел.

Наташа выждала минуты две, ожидая, пока защитник отойдет подальше, а потом решительно направилась в соседнюю комнату, заранее боясь того, что там увидит.

Глава 15

Вопреки ожиданиям, Сайзен и Гонс выглядели вполне себе нормально. Судя по всему, оба были вполне себе закаленными в плане употребления крепких напитков и норму знали.

—Что хоть праздновали? — поинтересовалась Наташа, закончив осматриваться.

—В то, что мы праздновали твою победу, не веришь? — усмехнулся Гонс Арет. — Зря, и ее в том числе. Кстати, — усмехнулся вдруг он, — твою расписку с показаниями ведь нельзя было использовать. Торнин же не свидетель и никаких свидетельств не давал. И как ты там говоришь? Свидетельствовать против себя не обязан.

Наташа пожала плечами.

—Можно… Нельзя… Кто знает. Законы же еще не приняты, и так может повернуться и эдак.

—Это верно, — хмыкнул Арет. — Но вот то, что законы еще не приняты, а преступление совершено до этого, то судить Торнина будут по старым, где такой нормы нет. И Сордон Корвех не мог этого не понимать. Потому его вряд ли впечатлила бы твоя угроза.

—Относительно. Он же собирался играть по новым правилам, потому их и придерживался. Похоже, проверял себя и в чем-то разбирался. Он до конца придерживался этих новых правил, — пояснила Наташа, — хотя мог бы отойти от этого, как только защита сорвалась. Полагаю, он прекрасно понимал, что реально грозит его подопечному. Может он поступил бы по-другому, если бы Торнин сразу объяснил бы всю ситуацию.

—Вот это, скорее всего, — кивнул Сайзен. — Ему не понравилась попытка Торнина использовать его. Он его защитил, но по новым правилам, в которых не силён. Но по результату и так, и так Торнин получит то, что заслужил. Срок-то не изменили по этой статье, как я понял. Так что разницы никакой.

—Разница есть, — не согласилась Наташа. — Я все-таки смотрела и текущие законы. Так вот, предъяви мы на суде его старые показания с распиской, и это суд сочтет отсутствием раскаяния и попыткой выкрутиться. И получит тогда Торнин по максимуму. А сейчас вполне может свести все к растерянности и шоку. И тут уже не предумышленное неоказание помощи. Так что, может, даже и статью изменят на более мягкую. Но тут уже будет зависеть от показаний Дорина.

—А она права, — подумав, кивнул Сайзен. — Господин Гонс Арет, ай-ай-ай, вы, оказывается, плохо знаете законы.

—Виновен, — поднял руки Гонс Арет со смешком.

Наташа подозрительно глянула на одного, другого.

—Спелись, что ли? Вы чего?

—Сочувствовали друг другу, — серьезно заметил Гонс Арет, но тут же рассмеялся. — Нам обоим приходится иметь дело с одной неугомонной особой.

—Спелись. Если у вас больше ничего, то разрешите удалиться.

—Иди уже, — махнул рукой Гонс Арет. — Отдыхай. Заслужила.

Отдыхай… Наташа, выйдя из здания, глянула на небо. Хоть и далеко за полдень уже, но все равно еще не вечер. И что сейчас делать? Годрин пока ничего не сообщает, а сама Наташа решила не дергать того, по себе знала, насколько бывает раздражительно, когда что-то попросят сделать, а потом постоянно спрашивают: «Ну как? Готово? А когда?»

Отмахнувшись от коляски, которая подъехала к ней, девочка своим ходом вышла за ограду и неторопливо пошла по улице, задумчиво постукивая тростью по камню мостовой. Остановилась, оглянулась. Хлопнула по лбу. Как сразу не поняла? Но возвращаться и брать коляску службы не стала. Вместо этого оглянулась и махнула первому проезжающему извозчику. Удобная всё-таки, такой себе прообраз такси и общественного транспорта. Правда, доступный не каждому, дороговато. Обычные люди предпочитали ходить пешком. В большинстве своем людям не нужно было перемещаться на большие расстояния – дом и работа были недалеко друг от друга. А если кто и менял работу, что приходилось ходить далеко, то просто продавали одно жилье и покупали такое же в новом месте.

—Особняк Торфов, — сообщила она извозчику. Тот с сомнением глянул на девочку, но послушно щелкнул кнутом, заставляя лошадь тронуться с места.

Размышления девочки были вовсе не так праздны, как могли бы показаться. Небольшая мобильность населения даже внутри города из-за неразвитости транспорта вынуждала всех оставаться в тех районах, в которых родились. Нужно было действительно много заработать, чтобы перебраться в более благополучный район. Продажа с покупкой нового жилья хорошо работает, если стоимость продаваемого и покупаемого сопоставима. Продать же дом в каком-нибудь бедном районе и купить хотя бы квартиру в богатом районе – из области фантастики.

Наташа достала блокнот и коротко законспектировала свои размышления. Задумавшись, не этим ли пользуются ночные короли, удерживая своих людей? Можно ли ослабить банды, повысив мобильность?

Мысль достаточно сложная, чтобы полагать, что чужак здесь, да еще с небольшим жизненным опытом, способен разобраться в вопросе.

—Мобильность… Как можно ее достичь? Дешевый общественный транспорт… Не, фантастика.

—Приехали, госпожа.

Наташа очнулась от мыслей.

—А? А… Сколько с меня? — Заплатив запрошенную сумму, девочка выбралась из коляски и зашагала к воротам особняка. Там ее встретил слуга в ливрее… И ведь увидел коляску и успел прийти от дома. Хоть и недалеко, все же в городе даже богатые люди не могли позволить себе большую территорию вокруг особняка.

—Госпожа, вас ожидают?

—Хм… Нет. Просто сообщите господину Арианту Торфу, что прибыла Наталья Астахова, его одноклассница из лицея.

Слуга с сомнением глянул на девочку, потом его взгляд остановился на трости и на лице появилось понимание. Он улыбнулся.

—Проходите, госпожа Наташа, подождите в доме, я сообщу молодому господину.

Девочка покосилась на трость в руке, которой непроизвольно поигрывала.

—Чтоб ты провалился, Ариант, —буркнула себе под нос. Демонстративно крутанула трость в руке и зашагала к дому.

Сразу, как только девочка оказалась в довольно просторном коридоре, дворецкий остановился и многозначительно глянул куда-то вбок от двери. Наташа обернулась и заметила там подставку для тростей, явно предназначенную для гостей. Девочка покосилась на дворецкого, который продолжал ждать, вздохнула и аккуратно поставила трость в подставку под легкой улыбкой слуги дома. Только после этого ее проводили в просторную гостевую комнату и предложили одно из мягких кресел перед большим круглым столом, после этого дворецкий удалился. Но тут же появилась девушка в одежде горничной.

—Госпожа что-нибудь желает?

—Стакан сока, если можно. Мандариновый.

Сок появился словно по мановению волшебной палочки. Раз – и уже стоит на столе изящный хрустальный стакан с соком. Наташа успела сделать глоток, когда появился Ариант. Без всяких церемоний опустился в кресло рядом.

—Привет, Призванная, — усмехнулся он и тут же выставил перед собой руки, когда Наташа сделала вид, что собирается вылить на него сок из бокала. — Нет-нет, виноват, больше не буду. Но знаешь, я такого еще не видел…

—А?

—Отец. Он как только услышал, что ты пришла, свернул совещание с представителями своей фракции в Сенате. Цени, ты единственная, кто сумела это. Уж очень он хочет поговорить с тобой о законе.

—Вот как? — озадачилась Наташа, отставив бокал.

—Нет, если ты против… Кстати, а чего ты хотела?

—Хотела по поводу твоего друга поговорить. Дорина. Его дядю поймали, и он уже дал признательное показание.

—Он дал? Думал будет отрицать…

—Ну выбор у него либо неоказание помощи, либо комиссия из-за попытки украсть семейную тайну. Защитник решил, что первое предпочтительней. А если Дорин даст правильные показание, то дадут минимум.

—Правильные? Вот как… — Ариант пристально глянул на Наташу. — А в обмен?

—Понятия не имею. Защитником Торнина выступил Сордон Корвех. И он обещал сделать Дорину какое-то предложение.

—Сордон… Сордон… Ох… Если это тот, о ком я думаю… Как он вообще ввязался в это дело?

—Насколько я поняла, его привлекло не столько дело, сколько я.

—О… Хм… Зная Сордона, вполне может быть. И как у тебя получилось противостоять ему?

—Никак. Он попытался сыграть по новым правилам, но плохо их знал. А в разработке новых правил я принимала непосредственное участие. Хотя… он в любой момент мог отказаться от этого и перевести противостояние на известное ему поле.

—И почему он этого не сделал?

—Насколько я смогла его узнать, ему не понравилось, что его клиент попытался использовать его в тёмную и не дал всей информации.

—Хм… да, это была большая ошибка. Сордон славится своей непоколебимостью в защите клиента, но не терпит, когда от него пытаются утаить какие-то важные детали. Как я понимаю, Торнин не упомянул о попытке воровства семейной тайны?

—Именно.

—Ну да… тут уже совершенно иная ситуация получается. А ведь признайся, если бы дело шло только к обвинению в неоказании помощи, то Сордон тебя размазал бы. Даже я понимаю шаткость доказательств.

Наташа честно обдумала ситуацию.

—Не будь этой ситуации с тайной я бы и не выдвигала бы обвинение на таких шатких уликах, а попыталась бы отыскать дополнительные. Торнин из тех, кто сам себя накажет из-за своей глупости.

—Ну… Спорное утверждение, — задумался Ариант. — Но ладно, я так понимаю, ты мне это сообщила, чтобы я поговорил с Дарином и проследил, чтобы его не обманули?

Наташа пожала плечами.

—Тебе решать, он твой друг. Я просто хотела донести до тебя эту информацию… Да и делать было нечего. Эти… эти гады напились там вдвоем, а меня выгнали. Даже рюмку не дали попробовать.

Ариант замер, потом тряхнул головой.

—Кто напились? Кто тебя выгнал?

—Да Гонс Арет с этим… виконтом Сайзеном. Представляешь, пока я там говорила с Торнином и Сордоном, эти двое выхлестали бутылку дорогого коньяка! И мало того, что мне не дали, так и еще и выгнали. Молодец, заслужила отдых, иди отдыхай!

Ариант захохотал, откинувшись в кресле.

—Ох, теперь я понимаю Альду, когда она начинает ругаться в твой адрес с восхищенным выражением на лице. Раньше меня это противоречие вводило в ступор.

—Это ты сейчас сказал, что ты и Альда считаете меня странной?

—Открою тебе страшную тайну – так считают у нас в лицее все. Но не переживай, обычно все призванные кажутся странными. Это как недостаток, так и преимущество. И если с соком закончила, может, поднимемся наверх?

Наташа покосилась на пустой бокал, поставила на стол и поднялась.

—Говоришь, твой отец очень хочет со мной встретиться?

—А ты не против?

—Почему бы нет? С тобой мы вроде поговорили обо всем, о чем я хотела сказать.

—Думаешь? — хмыкнул Ариант. — Но как скажешь. Тогда сначала идем к отцу.

Ариант провел Наташу к одной из дверей на втором этаже и постучал. Заглянул внутрь.

—Отец, госпожа Наташа согласилась выслушать вас. Я ее привел. — Повернулся к Наташе. — Проходи. — И первым вошел внутрь.

Наташа ожидала, что её приведут в кабинет, но они оказались в небольшой гостиной, похоже, специально предназначенной для приема гостей. И, судя по угощениям на столе, её ждали. Ничего сложного, легкие закуски в виде небольших бутербродов, печеньки, фрукты. В общем, всего понемногу на любой вкус. Явно не знали, что ей может понравиться, и приготовили что было.

Навстречу поднялся довольно крупный мужчина в дорогом костюме, а благодаря госпоже Клонье Наташа прекрасно могла оценить стоимость. Солидный… точнее даже, харизматичный.

Мужчина вежливо склонил голову.

—Госпожа Наталья Астахова, рад с вами, наконец-то познакомиться. Лорен Торф к вашим услугам.

Ого! Полным именем даже. Девочка чуть склонила голову набок.

—Очень приятно. Прошу прощения, если невольно нарушу какие правила поведения, я только начала изучать этикет вашего мира.

—О, не беспокойтесь, я прекрасно понимаю ваши проблемы. Присаживайтесь, угощайтесь, чем хотите.

Девочка опустилась на мягкий стул, оглядела стол и взяла один уже очищенный мандаринчик.

—Благодарю. Ариант сказал, что вы хотите со мной поговорить?

—Верно. — Мужчина сразу посерьезнел. — Я хотел бы обсудить с вами тот закон, про который вы говорили. Я прочитал ваши заметки, которые вы передали моему сыну, но у меня остались кое-какие вопросы.

—Постараюсь ответить. Только имейте в виду, что я всё-таки не юрист и не знаю точно, как всё работает.

—О, не беспокойтесь, я прекрасно понимаю это…

Какая там комиссия! Лорен Торф даст сто очков всей комиссии, которая пытала её по поводу законов о следственной службе. На удивление, Ариант тоже присоединялся периодически к разговору, задавая вполне здравые вопросы, а порой даже защищая её от слишком уж сильного давления отца.

Наконец вопросы закончились у всех. Лорен задумчиво разглядывал что-то вдали.

—Удивительно, — вдруг заговорил он. — Такое простое решение, и никому не пришло в голову. А у нас ломали голову, как заставить гильдии расстаться с их секретами, на которых они сидят как наседки. Сколько ремесел было утеряно из-за того, что погибали все владельцы тайн, которых всегда было не очень много.

—Ну тут скорее была заинтересованность промышленников в результатах исследований ученых. Понимаете, у вас владелец какой-либо промышленной тайны одновременно является и её пользователем. А у нас исследования вели одни, а производством занимались другие. Ну, например, если брать в качестве образца недавний случай. Допустим, вы занимаетесь выпечкой хлеба. Будете ли вы заинтересованы в каком-либо уникальном товаре? И есть некий исследователь, изучающий новые рецепты, который открыл то, что вам нужно. Как соединить открывателя и производителя так, чтобы были соблюдены их интересы?

—Исследователь рецептов?

—Я в качестве примера. Условного и простейшего.

—Хм… — Лорен задумался. — Кажется, я понял, что вы хотите сказать. Если этот открыватель получит патент, то никто уже не сможет воспользоваться рецептом без его разрешения…

—Все от закона зависит. Я говорила о двух возможных путях. Первый – полный запрет использования чего-то патентованного без прямого разрешения патентообладателя, за которое нужно заплатить. Второй – свободное использование любого патента, но с обязательным отчислением владельцу патента патентного сбора с каждой произведенной единицы продукции.

—Но мне, как производителю, выгодно монопольное владение.

—Тогда ведите свои исследования за свой счет. Нанимайте исследователей, обеспечивайте их ресурсами, лабораторией. Тогда результаты открытий будут ваши. Но не защищенные патентом, их ведь могут украсть, и вы ничего не сможете предъявить. А так через суд можете запретить использовать результаты своих трат.

—А какие у вас патенты в ходу?

—Оба. Тут, насколько я помню, от категорий зависит. Например, есть категории, которые нельзя патентовать по монопольному типу. Например, лекарства. Любое лекарство может свободно производиться кем угодно, но с обязательными отчислениями с проданной единицы в адрес патентообладателя. Процент вроде бы небольшой, но если производство миллионы экземпляров, то затраты фирмы на исследования очень быстро отобьются и будет прибыль.

—Вот оно как… Категории… Хм… С плеча рубить тут не стоит, вы правы. И вот что, госпожа Наташа, если у вас появятся еще какие мысли по законам, всегда готов вас выслушать, — Лорен тепло улыбнулся. Настолько открыто и дружелюбно, что это вызывало подозрение.

Наташа недоверчиво покосилась на сенатора и тот, сообразив, что переиграл, улыбнулся уже открыто.

—Перестарался, да?

—Немного, — согласилась Наташа. — Любезный политик всегда настораживает.

—Ай-я-яй, какое недоверие. Я расстроен.

—Читала одну занятную историю. Одному ревизору дали задание разобраться с коррупционной схемой одной сенатской комиссии… термины перевожу, чтобы вам удобнее понимать было. Так вот, ревизор и так искал и этак, но никак не мог выявить преступника. Ничего. Понимал, что схема есть, что кто-то проворовался по-крупному, но подкопаться не мог и никак не мог определить виновного. Тогда он каждому из двенадцати членов комиссии написал записку с сообщением: «Беги, все открылось. Доброжелатель».

—И? — явно заинтересовался Лорен.

—На следующее утро все двенадцать сенаторов испарились в неизвестном направлении.

Лорен рассмеялся.

—Занятная история. Но, к сожалению, далекая от реальности. Поверьте, на таком уровне люди обладают намного более крепкими нервами, чтобы бежать от одной записки.

—Это я для примера.

—Я понял. Мог бы даже принять на свой счет и обидеться. Но вы меня знатно развеселили, госпожа Наташа. И очень помогли. Я умею быть благодарным. Ладно, молодежь, развлекайтесь, а мне надо поработать. Нужно свести полученную информацию воедино, пока все свежо в памяти.

Когда старший Торф удалился, Ариант вытер мокрый лоб.

—Ну ты даешь, Наташа. Я чуть не помер… надо же… такую историю про сенаторов… сенатору рассказать.

—Сама испугалась, — буркнула Наташа, глядя на дверь. — А твой отец умеет производить впечатление. Разное. А о сенаторе и истории я уже после сообразила. Но моё мнение о политиках это не поменяло. Скорее укрепило.

—Да ради богов! Думай, что хочешь, но зачем озвучивать это там, где не следует?

—Мало жизненного опыта… Наверное.

—Ну, по крайней мере, честно. Однако я впервые вижу отца настолько веселым. Тебе удалось поднять ему настроение. Кстати, хотел уточнить, а когда последняя примерка перед балом?

—А? Там еще какая-то последняя примерка должна быть?

Ариант усмехнулся.

—Почему-то даже не удивлен? Поговори с матерью, а потом сообщи мне. Кстати, ты ведь знаешь, почему тебя позвали?

—А то, что я Призванная – этот вариант не подходит?

—Слишком просто. Тебя бы, конечно, в любом случае позвали бы, но слишком уж Альда энергичная. Да еще развернула какую-то бурную травлю Туриона.

—Чего? Травлю?

—Ну, это я так называю, — усмехнулся Ариант. — Постоянно рассказывает, как он несправедлив к тебе, как запрещает ей дружить с тобой…

—Хм… Я думала, она, наоборот, будет говорить, что я её чуть ли не силком принуждаю дружить. Вроде бы такая легенда была.

—Это смотря с какой интонацией говорить, — хмыкнул Ариант. — Но, самое главное, ведь ни словом не соврала. Турион действительно и не знает тебя, и не ценит. А Турион… гм…

—Уже составил обо мне мнение и не считает нужным его уточнить. Он ведь не может быть неправ.

—Примерно так. Гляжу, ты успела его изучить.

—Было бы чего изучать. Они с Лореном один в один. Ладно, пора мне. Вроде бы как сказала, что хотела… Даже с отцом твоим поговорила. Время уже…

—Провожу тебя, — поднялся Ариант. — До дома, — уточнил он.

—Эм… Зачем? — удивилась Наташа.

—Положено так. Можно экипаж отправить, но я потом хочу к Дорину заехать.

—А-а-а…

—Заодно с госпожой Клонье переговорю по поводу последней примерки, а то ты забудешь.

Наташа обиженно глянула на него, но спорить не стала – шанс забыть был.

Доехали быстро. Ариант поднялся вместе с девочкой и сразу отправился к госпоже Клонье, потащив за собой Наташу, которая пыталась сопротивляться, но отвязаться, без скандала, который был неуместен, не сумела. Пришлось с откровенной скукой слушать по поводу сочетаемости цветов, фасонов и что нужно исправить. Назначили день примерки.

Наташа попыталась изобразить что-то типа физиономии кота Шрека, но безуспешно. Либо не получилось, либо не поверили, либо вообще не заметили. Злые все… Бесчувственные. Бубня под нос далеко не комплименты в адрес всех бесчувственных людей, Наташа наконец отправилась к себе. А утром перед поездкой в лицей прибыл курьер от Гонса Арета с распоряжением прибыть на службу к часу дня. Последнее занятие придется прогулять… опять.

—Всё-таки учебу пора бросать, иначе это издевательство какое-то, — буркнула Наташа, прочитав сообщение. — Можно же ведь индивидуально обучаться. — Повернулась к курьеру. — Поняла. Расписаться надо?

—Ах да, — господин Гонс Арет велел еще передать, что готова ваша печать, но отдаст он ее вам лично. А пока вот тут, что сообщение получили.

Наташа расписалась. Признаться, про печать она уже забыла. А ведь вроде бы дядя обещал её раньше. Ну да ладно.

Альда была веселая. Причем светилась так, словно ей в голову лампочку ввернули и теперь из глаз сияло по прожектору.

—Ты чего такая счастливая? — удивилась Наташа.

—Во-первых, я тоже иду на бал. У отца есть один партнер, который только вчера прибыл в Моригат. Так вот, у него сын, двадцать лет…

—И ты предложила…

—Фи, госпожа Наташа! Где ваше знание этикета?

—Тебе конкретно указать место, где оно? — вежливо поинтересовалась Наташа.

—Не надо, — рассмеялась Альда. — А то ведь пойду проверю, и если его там не окажется… В общем, папу попросила, тот и предложил. Посещение бала – это большая честь, а искать партнершу, когда до бала осталось всего четыре дня… Во-вторых, Турион приехал к нам в гости, чтобы указать на моё неподобающее поведение и дружбу с неподобающими людьми.

—А чего ты тогда такая радостная?

—Так ведь папа был в курсе всего. Он, конечно, крайне негативно к этому отнесся и не прислушался. Сказал, что я должна все объяснить…

—И? — поторопила подругу Наташа, когда та, явно специально выдерживая паузу, замолчала.

—Турион наехал на папу, ты представляешь? Начал обвинять его, что тот неправильно воспитывает дочь… То есть меня. Вот этого ему точно не следовало делать. Если бы он просто объяснил бы ситуацию и что считает, что так нельзя, то отец все бы объяснил. Но вот такой наезд… Надо было видеть ту вежливую улыбочку на лице отца. Если бы папа мне так улыбался, я бы уже начала каяться во всех грехах, вспоминая все прегрешения. Вспомнила бы, как в пять лет стакан молока разлила и свалила вину на кота. В общем папа вежливо выслушал и пообещал разобраться.

—А тебе Турион что сказал? — заинтересовалась Наташа.

—В том-то и дело, что нет. Просто посмотрел, повернулся и ушёл.

Наташа устало потерла переносицу.

—Мне бы твои заботы…

К часу Наташа уже была у кабинета Гонса Арета, в котором, к ее удивлению, оказался не только дядя с Сайзеном Корлином, присутствие которого ожидала, но и имперский посол граф Арландо Черстер и руководитель группы в следственной службе граф Орлон Тарий. Похоже, ждали только её. Хмурый Гонс Арет молча кивнул ей на одно из свободных мест.

Дождался, когда все займут места, заговорил:

—Ко мне принесли доклад от лейтенанта Годрина. Сведения… непонятные. Я решил, что ему стоит рассказать все самому и пригласил его на это совещание.

—Господин Арет, — подняла руку Наташа. — Присутствие тут посла империи подразумевает, что дело связано как-то с империей?

—Возможно… Но предлагаю сначала все-таки заслушать доклад.

Пригласили новоиспеченного лейтенанта. Тот явно терялся с таким количеством высокопоставленных людей, потому его доклад был несколько сумбурен. Но надо отдать должное профессионализму графа Тария, который умело направлял беседу, задавая наводящие вопросы.

Подводя итоги разговору, можно сделать вывод, что банда Джока Вырвиглаза к чему-то усиленно готовится и некоторые из известных боевиков сейчас размещаются в среднем городе, но ведут себя на удивление тихо. Причем в двух таких отрядах присутствуют люди, владеющие арвийским языком.

—Я попытался выяснить, что там с другими отрядами, но не получилось, — честно признался лейтенант. — Я даже не знаю сколько их. Достоверно известно о пяти. В каждом три-четыре человека. Но насторожило меня то, что мои информаторы в нижнем городе заметили, что людей, знающих арвийский язык, люди Джока искали целенаправленно.

—Именно из-за этого я и предположил, что они планируют что-то против империи.

Все замолчали, обдумывая доклад.

—Вы потому пригласили меня сюда? — поинтересовался граф Черстер. — Признаться, я не понимаю, зачем.

—Мы не знаем, на что нацелилась банда Джока, — сообщил Гонс Арет. — Но что бы это ни было, ценность этого должна быть очень велика. Очень. Джок сейчас расширяет сеть казино, но если… Чтобы он там ни замышлял, если это получится, то свою сеть он потеряет. Все вложения потеряет. Что может компенсировать эти потери? — Гонс Арет пристально глянул на посла. — Вы можете сказать?

—Полагаю, прежде чем продолжить, стоит поблагодарить лейтенанта и отпустить его, — вмешался граф Тарий.

Гонс Арет чуть смутился.

—Конечно. Спасибо, лейтенант. Но на всякий случай не уходите пока, возможно, появятся еще вопросы…

—У меня есть, если можно, — вмешалась Наташа, о чем-то размышляя. — Годрин, скажите, чем все-таки промышлял Джок? Кражи?

—Наташа, — попытался было заговорить Гонс Арет, но подумал и махнул рукой. — Ладно, продолжай.

—Не более, чем у других… Если случай подвернется. Но его основная деятельность – азартные игры. И… гм… дома терпимости.

Наташа глянула на Гонса Арета.

—Дополню вопрос господина Арета: что за цель появилась, которая компенсирует все потери и заставила Джока переключиться на новые, ему несвойственные, методы работы? Кстати, а что там Альтин?

—Ничего особенного. Похоже, все остальные короли притихли, выжидают. Некоторые, кстати, и Альтин тоже, попытались вразумить Джока, но тот закусил удила и послал всех. Судя по всему, некоторых в очень грубой форме. Были даже стычки.

—То есть Джок еще и с другими ночными королями разругался. Судя по всему, после этого будущего дела в Моригате он оставаться не собирается, — сделал вывод граф Тарий и вопросительно глянул на Наташу.

—Вопросов пока больше нет, — правильно она поняла взгляд графа.

Дождавшись, когда лейтенант выйдет, все дружно глянули на посла. Тот задумался. Надолго. Поднял голову.

—Мне… мне ничего не приходит в голову. Я не понимаю, что может быть такого ценного, связанного с империей, что может быть украдено.

Гонс Арет помолчал.

—Какие у кого будут предположения?

Обсуждение затянулось на полчаса. Наташа в основном, молчала но внимательно слушала. Особенно размышления графа Тария и Сайзена Корлина, который достаточно активно выдвигал предположения.

—По итогу, — спустя еще полчаса подвел итог Гонс Арет, — все сводится к тому, что нужно быть внимательнее и посматривать вокруг. А ты так ничего и не скажешь? Будет молчать? — Он повернулся к Наташе.

Та пожала плечами.

—Если мы не поймем, на что именно нацелился Джок, то все наши дерганья бессмысленны. Вы тут говорите про увеличение патрулей, увеличить охрану бала… А если они не на это нацелились? Если мы только сыграем им на пользу? Ведь что бы где-то силы увеличить, то значит, где-то их нужно ослабить? Может, целью склады? Мы не знаем, что могли привести купцы, но о чем могут знать люди Джока.

—Хм, — встрепенулся Тарий. — А ведь госпожа Наташа дело говорит. Я тоже думаю, что бал – это слишком нагло. Да и нет на нем ничего такого ценного. Драгоценности? Так их потом замучаешься продавать. А вот о складах никто из нас не подумал. Мы действительно не знаем, что там могут хранить купцы. И если вдруг они привезли что-то ценное, то как раз тайна – лучшая охрана, чем даже сотня солдат.

—Но если тайна по какой-то причине перестала быть тайной…

—И информацию от купцов мы никогда не получим, — вздохнул Гонс Арет.

Все переглянулись.

—Я тоже склоняюсь к тому, что цель не бал, — признал Сайзен. — И я согласен, что наиболее вероятной целью будут склады. Кто-то что-то привез.

—Увеличиваем охрану там?

—Я бы вообще ничего не трогала, господин Арет, — отозвалась Наташа. И пояснила, когда к ней повернулись. — Там у купцов своя охрана. Увеличение с нашей стороны они заметят и насторожатся. Если что – будет такая путаница… Просто надо намекнуть купцам, что такое возможно, а те сами позаботятся об охране.

—То есть вообще ничего не делать?

—Не больше обычных действий на больших мероприятиях. Ничего сверх этого.

—И почему?

—Вы верите в предчувствие? Так вот, мне всё это категорически не нравится, но я не понимаю, что именно. Потому и не хочу ослаблять охрану где-то больше, чем это происходит обычно при больших мероприятиях.

—Полагаешь, что нас специально заставляют ослабить где-то охрану? — задумался Арет, под вопросительными взглядами имперцев, которые были не в курсе, как организована охранная служба в республике. — Да нет, бред. Усиленная служба, везде усиленные патрули… Никто не может предсказать, откуда мы снимем людей. А вдруг не с того места, с какого нужно? Кто может такое предсказать?

—Военный порт?

—Полагаешь, хотят своровать имперский линкор? — усмехнулся Гонс Арет. — Занятная теория.

—Не линкор. Там что-то есть?

—Военные грузы. Чугунные ядра для катапульт, канаты, паруса, продовольствие, балласт. Что из этого обладает ценностью? И такая мелочь, военные патрули в самом порту. Кстати, можно попросить часть сил выделить на торговый порт. Обычно мы всегда так делаем. А вокруг военного порта пускаются патрули стражи.

—Смысл такой ротации? — не поняла Наташа.

—Если кому придет в голову глупая мысль что-то украсть в военном порту, то единственный путь – через город. Военные патрули внутри военного порта скорее против диверсий, которых мы не ждем. А за пределами порта усиленные патрули стражи, которые, если что, могут помочь. А военные… ну они все-таки намного лучше подготовлены, лучше несут службу. Гражданские склады – самая лакомая цель в такие дни, их усиленно охраняют. Купцы даже платят армейцам дополнительно.

—И сейчас так будет?

—Понятия не имею, но не вижу причин почему нет.

—Мы можем попросить выделить свои силы для патрулирования вокруг обоих портов, — заметил граф Тарий и посмотрел на посла. — Так мы сможем прикрыть оба порта. Только к нашим отрядам стоит добавить кого-то из республиканской стражи для координации.

—Я могу обратиться к адмиралу за помощью, думаю, не откажет, — отозвался посол. — Только, господин Арет, пришлите кого для согласования действий.

Наташа вздохнула. Ей все равно казались все эти действия нелепыми. По сути, сейчас пытались максимально усилить охрану всего без понимания того, где надо. А этот Джок действует как-то уж слишком нагло. Словно насмотрелся сериалов в ее родном мире про всяких благородных воров, заранее предупреждающих о своих преступлениях. Но идей не было. Если грабители и в самом деле нацелились на какой-то коммерческий склад… Там этих складов километры. Потому и возразить ничего не могла.

Уже когда они остались вдвоем с Гонсом Аретом, Наташа заметила:

—Тебе тоже показалось, что посол о чем-то умалчивал, когда его спросил о том, что можно украсть?

Гонс Арет глянул на девочку.

—Значит, не мне одному, — вздохнул он. — Но будем надеяться, что это никак не связано с нашим делом. А со складами ведь логично.

—Только это не объясняет, зачем Джок в отряды набирает людей, знающих арвийский язык.

—Отвлекает внимание?

Наташа вздохнула.

—Все-таки я бы вообще никак не дергалась. Оставила бы как есть. Если не знаем, что делать, то любое действие может быть на пользу грабителей. А у меня чувство, что нас как раз и принуждают что-то сделать. Иначе я не могу объяснить эту глупость с вызовом от Джока. Возможно, как раз ничего не делать будет самым правильным действием.

—Но если что-то все-таки произойдет, то вот это «недействие» нам припомнят намного более сильнее, чем если мы что-то будем делать.

—А то вы не умеете проводить имитацию бурной деятельности, — хмыкнула Наташа, вставая. — В любом случае свое мнение я высказала.

—Я даже спорить не буду, — вздохнул Арет. — Как ты там любишь говорить? Вероятность твоей правоты – пятьдесят процентов.

—Ну да, — хмыкнула Наташа. — Я либо права, либо нет.

После совещания девочка отправилась в ближайший парк, где и устроилась на скамейке, задумчиво крутя трость. Ей никак не удавалось понять, что её смущает во всей этой ситуации. Вздохнула. Что ж, если сразу не поняла, стоит пока отложить размышления и переключиться на что-то другое. Альда с Ариантом правы, она слишком забросила подготовку к балу. Ей, конечно, нравилось дразнить Альду, делая вид, что ей все эти наряды совсем неинтересны, что она даже забывает о них, но все же подготовиться стоит.

Наташа поднялась и огляделась. Этот район города она уже изучила неплохо, потому быстро прикинула возможный маршрут, потом решила, что пройдется пешком, так лучше думается. Может, что в голову придет. Например, мысль какая… Умная.

Мысль не пришла, пришел Альтин Росс. Вот уж кого она меньше всего сейчас ожидала увидеть, так это его. Он расположился недалеко от выхода из парка и читал какую-то газету, иногда посматривая на дорогу. Увидел её, улыбнулся, сложил газету и поднялся. Шагнул к Наташе.

—Какая неожиданная встреча, госпожа Наташа, — радостно улыбнулся он.

—Любая неожиданность тем неожиданнее, чем лучше к ней готовиться, — согласилась с ним Наташа.

—Даже не будете спрашивать, как я вас нашел? — удивился Альтин Росс.

—Не буду. Вариантов не очень много. Итак?

—Позволите вас проводить?

—Я собирался пройтись пешком до дома.

—Я вас провожу. Тем более у меня не очень много времени.

Некоторое время они шли молча. Альтин иногда посматривал на девочку, но та шла молча, даже не глянула в его сторону ни разу.

—Вы даже ничего не спросите?

—А зачем? — повернула в его сторону голову Наташа. — Вы же потратили столько времени, чтобы меня найти и встретиться, полагаю не для того, чтобы молчать. Значит, сами расскажете.

Альтин вздохнул. Было видно, что ему не нравилось, как шел разговор.

—Я просто хотел сказать, что обстановка накаляется. Признаться, я не понимаю, что нашло на Джока…

Наташа замерла. Глянула вдаль. И снова зашагала дальше.

—У меня сейчас, — неторопливо заговорила она, — появилось несколько мыслей на тему теперешнего разговора. Но пока не могу определить, какая более вероятная. Но вот один вопрос вертится в голове. Не ответите?

—И какой же?

—Зачем вы доносите до меня эту информацию? Вы сами говорили, что такая связь со стражей не одобряется. Вот я и пытаюсь понять вашу цель. Предупреждаю сразу, в вашу доброту не поверю.

Альтин нахмурился, потом хмыкнул.

—Добротой, конечно, не пахнет. Но никому не нужны рейды стражников в нижнем городе. А Джок явно замыслил нечто… Как бы ему не подавиться добычей. И нам вместе с ним. Поймите правильно, одно дело рисковать самому, а другое, когда кто-то рискует всеми нами с непонятной целью. А Джок уж слишком разошелся. Признаться, это напрягает всех. Потому было решено снова поговорить с вами, а я выбран как посол… поскольку уже вроде как наладил с вами контакт.

—Вот как… — несколько равнодушно отозвалась девочка, продолжая спокойно идти. — Вы правы, информация интересная.

—Гм… судя по отсутствию реакции, вы уже в курсе этого? Полагаю, как раз сейчас об этом узнали. Вы же в парк пришли из своей новой службы?

Наташа промолчала. Потом вдруг остановилась и обернулась.

—Уважаемый Альтин, можно небольшую просьбу. Не с Джоком связанную.

—Хм… — Альтин, похоже, растерялся даже. — Ну давайте. Если смогу, выполню.

—Вы, наверное, знаете, что когда я была у вас в гостях, то на рынке встретила одну продавщицу разных деревянных игрушек. Её сын их раскрашивал.

—Да, я знаю.

—Я дала ей свой адрес… Сказала, что смогу устроить её сына в ученики к художнику…

—Меня это удивило, — признался Альтин, глянув на девочку.

—Наверное, вам передали и о моих причинах. Но это не главное. Никто с тех пор не приходил. Ни сам юноша, ни из его родни. Не то, чтобы… Просто мне хотелось бы узнать, у них все в порядке?

—Хотите, чтобы я заставил его прийти?

—Что? — удивилась девочка. — Нет, конечно! Как можно кого-то заставить быть художником? Тут нужно желание самого человека. Возможно, ему просто неинтересно, вот и не пришел. Просто хотелось бы узнать всё ли там в порядке.

—Гм… что ж, не думаю, что это составит какие-то сложности. Хорошо, узнаю и передам вам со своим человеком. Но вы точно не хотите, чтобы он пришел?

Наташа задумчиво пнула подвернувшийся под ногу камень.

—Может, мне пока и не хватает жизненного опыта, но одно я знаю точно: невозможно заставить человека быть счастливым. Ничего хорошего от попытки затащить кого-то к счастью не выйдет. Тебя же ещё и возненавидят. Нет. Если захочет прийти – пусть приходит сам. Нет… ну значит, нет.

—Но вам бы хотелось узнать, всё ли с ним в порядке?

—Да.

—Хорошо. Как и сказал, пришлю сообщение со своим человеком. А сейчас разрешите откланяться. Я сказал всё, что хотел. Тем более с вами очень хочет поговорить один серьезный молодой человек, — Альтин улыбнулся. — Кажется, вы говорили, что он лейтенант флота.

Наташа обреченно прикрыла глаза.