Зачарователь. Том 2

Глава 1. Беллатрикс

На балконе высокой многоэтажки, на крыше которой располагался фешенебельный пентхаус, стояла молодая красивая женщина, одетая в лёгкое платье. Она невидящим взглядом сверлила белесую даль неба. Планета Виридия была прекрасна: зона обитания бело-голубой звезды, мягкий теплый климат, идеальная гравитация. Настоящий райский уголок.

Женщина периодически то хмурилась, то кусала губы.

«Комету тебе в зад, Эр, куда же тебя закинуло? — спрашивала она себя уже в который раз. — Я же всё правильно рассчитала, трижды всё перепроверила. От тебя требовалось лишь одно — посидеть на отшибе галактики без средств связи месяцок-другой, пока я всё не улажу, а потом я бы сама вернулась за тобой, открыв портал. Но что-то пошло не по плану».

Эр, или Эрендел Адамантовый клинок, был одним из лучших зачарователей галактики и по совместительству сводным братом Беллатрикс. Когда шпионы донесли, что на Эра готовят покушение, Белла решила действовать втайне от него. Брат бывал слишком вспыльчив, обожал эффектные жесты, а устраивать резню и привлекать к семье лишнее внимание Совета в ее планы не входило. Спасти его молча казалось лучшей идеей.

Они не были родными по крови, их родители заключили политический брак, когда Эру и Белле было уже по шестнадцать. Тем не менее они держались друг за друга, как за семью.

Резкая, настойчивая вибрация на левом запястье буквально выдернула Беллатрикс из мыслей назад, в суровую реальность.

Она вздрогнула и поднесла руку к лицу. Небольшой плоский адамант на браслете отливал тревожным голубым светом. Белла прикрыла глаза, концентрируясь — окружающий мир тут же померк, а перед внутренним взором соткалась призрачная фигура одного из ее доверенных людей.

Мужчина средних лет, одетый в элегантный костюм, телепатически поведал своей госпоже, что за несколько недель поисков от Эрендела не было никаких вестей, его люди уже начали прочёсывать и другие сектора галактики, но пока безуспешно.

— Так ищите тщательнее, привлеките больше псиоников, — рявкнула Беллатрикс и разорвала мысленную связь.

Она резко повернулась и пошла в дом. Голова шла кругом от тревоги, поэтому Белла открыла бутылку и, взяв изящный бокал, наполнила его светло-зелёным напитком. Она сделала глоток, закрыла глаза и предалась воспоминаниям.

Это было давненько, да и они тогда были ещё очень молоды, чуть за сорок обоим. Беллатрикс, открыв портал, переместила себя и Эрендела на тогда только осваиваемую планету Нарэвия. Это был тропический мир с довольно жарким климатом и жёлтыми небесами. Планета, как и многие другие, была притягательна для молодежи, желающей исследовать всё новое и необычное.

В первый же день они решили взобраться на небольшую гору, осмотреть с неё местные красоты и запечатлеть их изображения в одном из адамантов Эра.

Дойдя почти до вершины, Беллатрикс подвернула ногу, оступившись, и не смогла идти дальше. Конечно же, у Эрендела был исцеляющий артефакт, который вылечил бы девушку за считанные минуты, но, чтобы не тащить лишний груз на себе, они спрятали свои вещи в зарослях у подножья горы. Эрендел тогда не растерялся и, как будто и не магом был, взял её на руки, а затем, пыхтя, поднял на вершину горы, где они откупорили бутылочку дорогущего спиртного и распили его.

Назойливый артефакт снова завибрировал, и Белл сосредоточилась на голубом адаманте. Собеседник поведал ей, что ему удалось уловить едва заметный след от портала, через который прошёл Эрендел, но тот был обрывочный и очень странный.

— Насколько странный?

Собеседник помялся и зачем-то перешёл на шёпот:

— Кажется, след ведёт в прошлое…

Но ведь это же невозможно…

От услышанного бокал выпал из рук Беллатрикс и со звоном разбился, разливая алкоголь по полу.

****

Я твёрдым шагом вышел из портала. Вслед за мной из него выбрались Бажен, Ивс и Зара. Хродульф переместил нас в небольшой лесок на окраине Новострожинска, как и было условлено.

Всё же полезные ребята эти портальщики. Сколько времени мы брели в монастырь, а обратно вернулись за считанные секунды. И вот сидят же они где-то в заднице планеты в своём монастыре, хотя, если бы местные князья были адекватнее, могли бы приносить пользу обществу.

Местная звезда уже почти опустилась за горизонт, и мы, оглядевшись, под покровом сумерек двинулись к перевалочному лагерю, где держали пленных для отправки в шахту.

Сам лагерь находился глубоко в лесу, в паре часов пути. До него мы добрались без труда: к нему была проложена грунтовая дорога и, судя по свежим следам, ею частенько пользовались. Мы спрятались за большим поваленным деревом и начали наблюдать.

Обычный полевой форт, ничего выдающегося. Частокол из плотно подогнанных брёвен, по углам — сторожевые вышки. Единственные ворота охранялись, и проскочить мимо них без артефакта невидимости или, что еще лучше, бесплотности… ну, задача не то чтобы невыполнимая, но довольно геморройная.

— А ну-ка, сходи в обход, — шепнул я Бажену, едва шевеля губами. — Проверь периметр. Может, где лаз найдешь или бревно прогнившее.

Отправлять парня на такое задание было тем еще риском. В памяти до сих пор свежи воспоминания о том злополучном подвале, когда нашего юного искателя приключений потянуло на подвиги. С другой стороны, не сунь он тогда свой нос куда не просят, мы бы вряд ли раскусили секрет ловца душ и вытащили Ивса. Так что ладно, пускай тренируется.

Бажен вернулся минут через двадцать, бесшумно скользнув обратно за ствол дерева.

— Глухо, — выдохнул он, переводя дух. — Частокол крепкий, мышь не проскочит. Зато стражники на вышках зевают во весь рот. Спят на ходу, короче.

Я лишь хмыкнул. Оно и понятно. Кто в здравом уме рискнет связываться с людьми Белозёрова? В ближайших княжествах таких дураков точно не водилось, вот гарнизон и расслабился. И это было нам только на руку.

— Так, Зара, похоже, без тебя не обойтись, — сказал я, задумчиво почёсывая бороду.

— Хочешь, чтоб я усыпила часового? — спросила Зара с хитрым прищуром.

Понимаем друг друга с полуслова. Хотя ещё месяц назад предложение усыпить часового вызвало бы у неё первобытный ужас, а теперь, глянь-ка, улыбается коварно.

Мы осторожно обогнули лагерь, выбрав самую дальнюю вышку. Местный часовой устроился с комфортом: лениво облокотился на перила, любовался вечерним небом и мирно попыхивал трубкой, пуская колечки дыма. Вот только подобраться к нему незамеченными было той еще задачкой. Ради обзора люди Белозёрова вырубили вокруг частокола всю поросль метров на тридцать, оставив голое простреливаемое поле, что осложняло дело для Зары.

Мы спрятались в зарослях, а Зара встала за толстым деревом. Благо телеса у неё были не пышными, и она смогла спрятаться за стволом полностью. Она простояла там какое-то время, а потом развернулась и направилась к нам.

— Андрей, не могу, не дотягиваюсь сознанием, он слишком далеко, — сказала расстроенно.

Ситуация начала принимать скверный оборот, ведь артефакта на невидимость у меня не было. Придётся придумывать план на ходу.

— Бажен, превратись в медведя и подойди как можно ближе к стене. Зара на присядках сбоку пойдёт за тобой.

Говоря это, я лишь надеялся, что наш импровизированный перформанс не раскусят сразу.

— Как подойдёте ближе, сядь, а ты, Зара, спрячься за спину медведя и усыпи часового.

— А если часовой поднимет тревогу? — спросила Зара.

— Здесь много медведей, — сказал Бажен, принюхавшись. — Вряд ли от вида очередного слоняющегося на опушке зверя часовой сразу поднимет тревогу.

— Зачем этот цирк с фауной? — подал голос Ивс, скрестив руки на груди. — Я могу устроить точечное землетрясение. Сложим все вышки вместе с забором за пару секунд. В лагере начнется паника, а мы спокойно зайдем через парадный вход.

— Запишем в план «Б», — осадил я его пыл. — Но сначала попробуем без шума. Мы понятия не имеем, сколько там стражников и есть ли у них свои маги. Устроим здесь маленькую войнушку — и о незаметном проникновении в шахту можно забыть, а нам нужно принять чужие личины. Действуем по первому варианту. Бажен, твой выход.

Бажен упал на землю и стал обрастать мехом, превращаясь в большого медведя. Затем они с Зарой отошли от нас немного, чтобы выйти на часового сбоку и дать возможность Заре спрятаться за ним.

Завидев выходящего из лесу медведя, часовой лишь выпустил дым из трубки и зевнул. Когда прошли полпути, медведь Бажен сел, а Зара выглянула из-за его плеча. По лицу Зары прошла рябь, и через пару мгновений часовой стал сонно тереть глаза, затем лёг на пол вышки и заснул.

Мы тайком подошли к частоколу и, закинув кошки, стали карабкаться. Я первым долез до верха и осмотрелся. Посередине лагеря горел большой костёр, за ним сидели и выпивали стражники. Чуть дальше стояли повозки с клетками, а за ними располагались длинные одноэтажные бараки. В них, по всей видимости, и содержались пленники.

Я перемахнул через частокол и спрятался за углом одного из домов. Мои спутники сделали то же самое. Затем заглянул в окно дома. В тёмном помещении стояли кровати, на которых спали люди, а в дальней части виднелся стол, за которым сидел старик и в свете масляной лампы читал книгу.

— Видимо, надсмотрщик, — прошептал я.

Мужчина встал из-за стола и направился в нашу сторону. Мы прошли тихо пару метров к двери. Через мгновение она открылась, и старик вышел наружу.

Я тут же схватил его и закрыл ему ладонью рот.

— Так, почтенный, слушай сюда. Сначала ты назовёшь своё имя и кем ты тут трудишься, за это обещаю тебя не убивать. Кивни, если понял, — сказал я деду.

— Пусти… К…кучер я… — прохрипел старик мне в ладонь, испачкав её слюнями. — Яр меня зовут…

— Какую обычно работу ты делаешь для Белозёровых?

— Я… э… товары вожу в шахту, торгую то тем, то сем… — продолжал неуверенно кучер.

Этого для меня было вполне достаточно.

— Ивс, ты берёшь его внешность. Только усыпи его сначала. Маг дотронулся до лба старика, и тот задёргался и затих.

— Готово.

— К сожалению, он один из людей Белозёровых, и после того как он очнётся, то тут же побежит докладывать своему руководству и вся операция будет поставлена под удар, — сказал я негромко.

Ивс начал стягивать с кучера одежду.

Переодевшись, он достал артефакт и взглянул на лицо старика. Лицо Ивса стало меняться, и через минуту мага от того кучера было не отличить.

Тут же встал вопрос, что делать с телом. Перекидывать его через забор и тащить в лес? Я огляделся в поисках какого-нибудь укрытия и чуть дальше увидел стоящие бочки. Я тихо подошёл к ним и открыл. Бочки оказались пустыми, но я не решился прятать тело там, найдут ведь.

— Я могу ему стереть память и отправить в город, — робко предложила Зара. — Только помогите оттащить его подальше.

Закончив с дедом, мы нашли ещё пару мужиков, чьи личины могли бы принять мы с Баженом. Мы разбудили батраков, узнали имена, а затем Зара своей магией усыпила их. Как проснутся, не будут ничего помнить.

Чтобы не поднимать лишнего шума и опасаясь, что кто-нибудь может в самый неподходящий момент проснуться, мы аккуратно взяли людей и вытащили их наружу. Бажен и Ивс поочередно оттащили людей подальше в лес.

После изменения внешности и переодевания нам лишь оставалось лечь спать и надеяться, что утром нас покормят и отправят на алмазную шахту.

— А я что буду делать? — спросила шёпотом у меня Зара.

— Ты, как и договаривались, прячешься с нашим оружием в пещере возле шахты. Но сначала сотрёшь память кучеру. Когда эти двое очнутся, всё им объяснишь, и пусть идут куда захотят.

Зара лишь тяжело вздохнула.

— А она точно необитаема?

— Ну, думаю, кроме пауков и летучих мышей, там больше никого. Если что, применишь свои чары. Возьми мой амулет и посох, мне их спрятать некуда. И кинжал охоты тоже пусть будет у тебя.

Расставаться с кинжалом было жаль больше всего — он ведь мог помочь мне найти Кастора в этой огромной шахте. Но пронести его незаметно точно не получится.

Зара слегка поморщилась от перспективы ждать нас в пещере с ползучими гадами, но, вздохнув, согласилась.

****

Утро настало довольно-таки быстро. Во всяком случае, мне так показалось. К нам в барак вошли стражники.

— А ну ПОДЪЁМ, сучье отребье, — заорал один из них и плёткой хлестнул одного из спящих мужчин.

Тот всхлипнул и схватился за бок. Все стали просыпаться и тереть глаза.

— Встаём, строимся! — не унимались стражники, не забывая при этом отвешивать людям подзатыльники.

Мне тоже достался подзатыльник. В прошлой жизни за такое я бы отрубил руку, но сейчас пришлось стиснуть зубы и терпеть, чтобы не провалить план. Впрочем, при случае я с ними поквитаюсь.

Нас вывели на улицу и провели перекличку. Затем повели на завтрак строем и усадили в другом здании за длинный стол. Из предложенных деликатесов тут была лишь какая-то слипшаяся масса, отдалённо напоминающая кашу, и кусок хлеба с водой.

От вида гадкого варева мой аппетит окончательно пропал, но я понимал, что есть надо, артефакта, притупляющего чувство голода, у меня не было, а силы понадобятся в дальнейшем.

Я посмотрел по сторонам, вертя деревянную ложку в руке, и увидел, что мои товарищи по несчастью усердно набивают щёки, поэтому тоже решил последовать их примеру.

После завтрака на нас надели кандалы и погрузили на телеги. Хорошо, что никто не знал, что мы все в той или иной степени маги, тогда бы магического ошейника на подавление магии уж точно не избежать. Скорее всего, такую проверку проводят, когда человека судят, до отправки сюда.

Наш импровизированный человеческо-рабский караван выехал из лагеря. Погода была пасмурной, и периодически срывался дождь, размывая и без того ужасную грунтовую дорогу. Ехали мы неспешно и через пару часов наши телеги встали возле массивных деревянных ворот. Я смотрел на каменные стены и старался запомнить все детали, места, где стоят часовые и сколько их. Когда мы проезжали через ворота, я почувствовал наличие защитных артефактов в них. И скорее всего, такие были заложены в основании стен. Такие укрепления просто так, без магии, не разрушить.

Да уж, Белозёровы не дураки, к безопасности тут относятся лучше, чем в Ангорске. Интересно, есть ли тут маги?

— Запоминай всё, смены караула, где что располагается и всё то, что поможет нам бежать. На случай, если не сможем найти Кастора или он не сможет открыть портал, — напутствовал я Бажена шёпотом.

— Я понял.

Я надеялся, что нам быстро удастся найти сына Хродульфа и мы перенесёмся в условленное место, чтобы забрать Зару, а там махнём в Мехельдин. Хотя в глубине души понимал, что вряд ли всё пройдёт так просто.

Мы заехали на территорию шахты, и нас выгрузили. Я огляделся и увидел на территории длинные каменные здания, кузницу, из которой доносился характерный звук кующегося металла, какие-то постройки явно вспомогательного назначения. Затем снова было построение и пересчёт людей. К нам вышел пузатый мужик с залысинами, одетый в дорогие одежды. Он начал спрашивать имена, кем работали, кто что умеет, в общем, бюрократическая канитель, которая продлилась несколько часов. Когда очередь дошла до меня, я представился Степаном — именем одного из бедолаг, которых мы оттащили в лес. Насчёт профессии сказал, что умею всё понемногу.

И действительно, не мог ведь я представиться как Эрендел Адамантовый клинок с планеты Виридия, галактика Пятиглавая Виверна. Думаю, местные не оценили бы такого юмора.

Бажен тоже представился не своим именем, а насчёт профессии сказал, что был охотником. Что в принципе так и было.

Я огляделся в поисках Ивса. Тот сидел на своей телеге и внимательно наблюдал за происходящим.

После того, как писарь ушёл, к нам вышел высокий мужчина средних лет в блестящих доспехах и плаще.

Взойдя на небольшой подиум, он ехидно-напыщенно поприветствовал вновь прибывших и сказал, что все его зовут Змей и он управляющий этой шахты.

— Правило тут одно: за все свои грехи вы будете гнить в этой шахте до тех пор, пока полностью не отработаете долг. Ну… или пока не сдохнете. Третьего не дано.

В общем, типичная мотивирующая речь для каторжанина.

Затем нас обыскали. Я, предполагая это, заблаговременно проглотил свои артефакты. После с нас наконец-то скинули кандалы и быстренько проинструктировали. После полудня нарисовался писарь со своими бумажками. Стал выкрикивать имена и распределять народ по отрядам.

Нам с Баженом повезло, мы попали в один отряд. Пока что всё складывалось как надо. Надо только предупредить Ивса, чтобы не пропадал. Хотя он мужик разумный, думаю, разберётся по ходу.

Тяжелая железная кирка с грохотом упала на деревянный прилавок кузницы прямо передо мной. Следом полетела лопата.

— Шевелись, пополнение! Хватай железо и на выход! — рявкнул надзиратель.

Я подхватил инструмент. Но стоило нам выйти на улицу и двинуться в сторону черного зева шахты, как я невольно застыл на месте.

Перед моим внутренним взором гора вдруг вспыхнула.

Адаманты. Я почувствовал их кожей ещё на подходе. Здешнее скопление магических камней было настолько мощным и концентрированным, что для меня вся эта громадина казалась одним сплошным, чистейшим драгоценным куском. И всю эту бесценную роскошь они ковыряли вручную? Варвары. Самые настоящие допотопные варвары.

— Чего вылупился, Степашка? — тяжелая ладонь стражника бесцеремонно толкнула меня в спину, заставив шагать дальше. — Быстрее перебирай ногами.

Нас вели плотным конвоем. Охранники, лениво побрякивая доспехами, вовсю развлекались за наш счет.

— Эй, парни, гляньте на этих задохликов! — загоготал усатый конвоир справа, кивая на Бажена. — Ставлю два серебряных, что половина из них загнется до конца недели.

— Бери выше, — отозвался второй, лениво сплевывая под ноги. — Свежее мясо и пары дней в забое не протянет. Ну ничего, Змей из них быстро всю дурь выбьет.

Глава 2. Шахта

Вход в шахту находился сбоку от лагеря, к которому вела дорога, мощёная камнем.

Пока мы шли до шахты, мимо нас проходила отработавшая смена из чумазых и потных мужиков, еле волочащих ноги. Понятное дело, человек, отпахавший смену в шахте, не будет улыбаться и благоухать, но не это меня насторожило. Во взгляде людей была какая-то пустота и отрешённость.

Нас подвели к большой ржавой металлической решётке, которая и была воротами. Один из стражников передал привратнику список, и тот, пересчитав количество каторжан, зашёл в сторожку и подал звуковой сигнал. Массивная решётка поползла вверх. Из неё потянуло неизвестным мне запахом и пылью.

— А ну, шевелись, смертники! Пошли вперед! — рявкнул надзиратель в спину, и нас толкнули в темноту.

Стоило сделать всего несколько шагов под своды шахты, как у меня резко повело перед глазами. Концентрация адамантов здесь была настолько запредельной, что моя энергетическая структура буквально захлебнулась от этой мощи. Пришлось приложить усилие, чтобы удержаться на ногах.

— Свежее мясцо? — спросил у стражника худощавый мужик со свитком в руке.

Наш стражник лишь коротко буркнул в ответ и принялся зачитывать номера отрядов. Худощавый — я сразу мысленно окрестил его надсмотрщиком — принялся что-то ожесточенно чиркать в своих записях, то и дело тыча пальцем в расходящиеся в темноту туннели.

Подошла и наша с Баженом очередь. Нас с ещё парой-тройкой батраков повели вглубь одного из тоннелей. Я шагал, стараясь подмечать каждую мелочь и запоминать повороты. Местная порода — серая, испещренная странными прожилками — выглядела невероятно прочной. И весь этот огромный туннель, уходящий под землю на сотни метров, был вырублен вручную. Стены буквально пестрели грубыми сколами от кирок. Колоссальный, рабский труд.

Да уж, трудно представить, что и на моей родине в стародавние времена горнопроходческим делом занимались вручную.

Во многих местах в стенах были забиты металлические кольца, в которых медленно чадили масляные лампы. Света они, конечно, давали немного, но явно могли гореть не один час. Много раз нам попадались ящики и мешки с явно отработанной породой, которую выносили на поверхность.

Шли мы недолго, пока не добрели до развилки. Тут на стенах были таблички с информацией, куда идти дальше. Один из стражников посмотрел на табличку с выжженным словом «Холодная» и махнул рукой налево.

Холодная? Любопытно. Вообще-то под землей температура обычно держится на одном уровне. С чего бы местным давать пещере такое имя?

Мы прошли ещё немного, когда вошли в грот, в низине которого был небольшой водоём с голубоватой водой, над которой клубилась лёгкая дымка.

Похоже, водичка эта была буквально под завязку насыщена чистой магией. Я мысленно поставил галочку: при первой же возможности нужно набрать этой субстанции про запас. Вода сама по себе отличный растворитель, а уж с такой концентрацией силы она станет несбыточной мечтой любого уважающего себя алхимика. Из нее можно сварить чертовски мощные эликсиры.

Мы шли по тоннелю и, проходя мимо одного из ответвлений, услышали звук ударов и чьей-то ругани.

Странно, но этот басовитый голос мне показался отдалённо знакомым. Но как я ни силился, так и не смог вспомнить с наскока, кому он принадлежит.

А вдруг это человек, которого я знаю? Может, и его получится освободить? Или я смогу обрести здесь союзника? Надо будет обязательно узнать, кто это.

Наш путь по тёмным тоннелям продолжался. Мы дошли до небольшого обрыва, к которому была приставлена лестница. Спустившись, мы увидели бездну, уходящую глубоко вниз. Нас завели на деревянную платформу, которая служила подъёмником, и стражник дёрнул за рычаг. Раздался скрип, и платформа медленно поехала. Когда мы доехали до нужного нам этажа, стражник свистнул, и платформа остановилась, а нас уже встречала группа охранников с надсмотрщиками.

— А вот и пополнение, — сказал один из них, с воодушевлением обращаясь к нашему конвоиру.

— Да, Мэг, за прошлую неделю в нашем отряде трое почило, без пополнения не выполним план, а уж тогда нам сам Белозёров ижицу пропесочит. Расставь тогда всех сам, а я перекурю.

Стражники, которые нас сопровождали, отошли, а вместо них подошёл здоровый бугай и стал снимать с нас кандалы.

— Так, ты и ты, — он показал на меня с Баженом. — Идёте вот в правый штрек до конца и носите к платформе мешки с добытой породой.

Да уж… таскать мешки с камнями — мечта любого зачарователя. Но в этом мог быть и свой плюс, если я добуду или найду тут подходящий адамант, то первый обязательно зачарую на невидимость. Хотя тут почувствовать присутствие конкретного кристалла у меня не получалось, так они были повсюду и сливались в одно целое, словно перекрывая друг друга.

Мы с Баженом подходили к штреку, в котором дымил трубкой какой-то тощий мужик. Завидев наши силуэты, он засуетился, подумав, что мы стражники. Скорее всего, ему бы прилетело за отлынивание от работы. И где только трубку ухитрился достать?

— Курите спокойно, почтенный, — успокоил я мужика.

— Ох, хорошо, что вы не стражники. Вот в прошлый раз тоже сел покурить, так меня потом так избили, — пожаловался каторжанин, еле ворочая языком.

— Скажи нам лучше, уважаемый, на чём возить породу? — спросил Бажен.

— Так тачки сзади вас, — ответил мужик.

— А когда здесь перерыв? Или обед? Мы особо не в курсе местных правил, — спросил я мужика, пытаясь вывести того на разговор.

— А? Ну… За нами приходят и зовут на приём пищи, — проговорил мужик заторможенно. — Меня Гошей зовут.

— Эр…кхм… Андрей, а это Бажен, — сказал я, и мы пожали руки.

Мужик казался тощим, но хватка у него была неплохой, отметил я про себя.

Пока Гоша отвлекся, я незаметно ослабил завязки на паре мешков. Перерывать породу в открытую и перебирать каждый булыжник было слишком рискованно, так что я решил действовать тоньше. Закрыл глаза, сосредоточился и медленно провел ладонью над холстиной.

На мой призыв откликались, буквально звенели у меня в голове крупные кристаллы, спрятанные в глубине каменных стен. Добраться до них будет не так-то просто, особенно с местным-то инструментом. Ну подождите, мои хорошие, папочка придёт и за вами.

Я силой воли отсек этот гул и заново сфокусировался на мешках. Ладонь интуитивно дёрнулась вправо. Есть. Пальцы уловили едва заметное благородное тепло. Я тут же, не привлекая внимания Гоши, аккуратно отодвинул этот мешок в сторону. Проверю его содержимое чуть позже, когда конвой ослабит хватку.

После нескольких тяжелых ходок в горле пересохло, а язык начал прилипать к нёбу.

— Эй, командир, глоток воды можно? — окликнул я ближайшего стражника.

Тот даже не повернулся, лишь небрежно махнул рукой в сторону угла:

— Вон бочка. Черпак на краю.

Я подошел, зачерпнул мутноватую жидкость и сделал пару жадных глотков. Вода обожгла горло странным, горьковато-металлическим привкусом. Бажен, пристроившийся следом, тоже припал к черпаку, но тут же сморщился и сплюнул под ноги:

— Ну и дрянь… Из какого болота ее набрали?

— Нормальная тут вода, все пьют и не жалуются, — рявкнул на Бажена один из стражников, нарезая ножом какой-то фрукт и подозрительно косясь на нас. — Все пьют и не жалуются. Меньше треплитесь и больше работайте.

Я хотел было съязвить в ответ, но слова вдруг застряли в горле. По телу начала разливаться странная апатия. Голова налилась чугунной тяжестью, а мысли, еще недавно бодро сменявшие друг друга, начали вязнуть, будто в болоте. Думать, анализировать, планировать побег — всё это в один миг стало невыносимо сложным и ненужным. Осталось только одно тупое, животное желание: взять кирку и монотонно махать ею до конца смены.

Я помотал головой, пытаясь прийти в себя. Бажен, судя по выражению его лица, чувствовал то же самое. Мы полдня машинально таскали мешки, пока я не стал немного приходить в себя и снова не ощутил сильную жажду.

Хотелось напиться, но я понял, что наше непонятное состояние вызвано той водой из бочки. Бажен двинулся было к ней, потянулся за черпаком, но я его придержал.

— Эй, ты чего, я просто хочу пить, — запротестовал Бажен, уже поднося черпак с водой ко рту.

— Ты себя хорошо чувствуешь?

— Я… я …да вроде, вот только голова тяжелая и пить хочется, — неуверенно ответил он.

— У меня то же самое. Мы сами не свои, это от воды. Хочешь превратиться в зомби?

— Зо…чаво? — не понял биорн.

— Не бери в голову, потерпи, не умрёшь. Человек без воды может несколько дней обходиться. Вы, биорны, к тому же выносливее обычных людей.

Бажен нахмурился, вылил воду и положил черпак на место.

Я стал припоминать прошлое своей цивилизации. Очень давно, чтобы держать пленников в подобном состоянии, в еду или воду могли подсыпать адамантовую пыль. Но от таких методов давно отказались ввиду их неэтичности.

В таком случае это объясняло наше состояние.

Мы пошли обратно, и я, пока шел, старался прогнать апатию. Приметив отложенный мной мешок, я аккуратно его развязал и посмотрел на Гошу. Тот с усердием обречённого бил породу киркой.

Стараясь действовать как можно тише, я стал доставать камни. В одном из них точно заключён адамант. Я мысленно потянулся к нему. Кристалл с готовностью зазвенел в моей голове, и камень, в который он был заключён, стал крошиться. Через пару мгновений у меня на ладони лежал среднего размера кристалл.

Так, его-то уж точно надо зачаровать на невидимость. Но сделать это стоит в тишине, без посторонних глаз.

Через какое-то время нас подняли на подъёмнике и завели в большой грот, который был столовой. Мы с Баженом сели рядом, а я мысленно представил Кастора. Я помнил его особую примету — шрам на брови. Но лица каторжан были грязными, осунувшимися, они сливались в одну сплошную черную массу, и найти нужного мне человека было непросто. Возможно, конкретно в этой бригаде сына Хродульфа попросту не было.

А это значит, придётся после смены расспрашивать у каторжан. Задачка деликатная. Стоит пустить слушок или задать не тот вопрос — и лагерное начальство живо проявит ко мне интерес. А знакомиться со Змеем поближе у меня в планах пока что не стояло.

Я перевел взгляд на потолок грота и невольно хмыкнул. Интересно, а чем там сейчас занят наш маг Ивс?

****

Когда последнюю цепочку новоприбывших смертников уволокли под землю, маг Ивс, запертый в грузном теле кучера Яра, остался в полнейшей растерянности. Какое-то время он просто сидел на козлах своей телеги, угрюмо созерцая лагерный двор и пытаясь сообразить, что делать дальше.

В конце концов, заурчавший желудок взял верх над высокими материями. Ивс сполз с телеги, дотопал до местной столовой и, по-хозяйски оперевшись о раздаточный стол, потребовал свою порцию.

Однако у раздачи его встретило непреодолимое препятствие в лице местной кухарки — дородной, прокопченной кухонным чадом бабки.

— Каша только для работяг, — отрезала старуха, грозно звякнув огромным половником. — А ты, бородатый, к ним никаким боком. Хочешь жрать — плати.

Ивс мысленно проклял и лагерь, и этот век, но спорить не стал. Порывшись в глубоких карманах кафтана, он выудил пару тусклых медяков и небрежно швырнул их на стол. Полученное взамен варево оптимизма не внушало. Маг брезгливо поковырял ложкой в миске, поморщился и поймал себя на мысли, что в его родную эпоху поваров за такое убожество скармливали химерам.

Через какое-то время в столовую вошёл Змей и, увидев кучера, тут же подошёл к нему.

— Эй, Яр! — рявкнул, бесцеремонно хлопнув ладонью по деревянной столешнице. — Доедай свою бурду и дуй в Ангорск. Закупишь провизию вот по этой бумажке.

Змей швырнул перед магом узкий свиток. Наверху красовалась размашистая надпись: «Таверна «Старый рыбак», а ниже тянулся длинный перечень. Ивс пробежался по нему глазами — в основном лагерное начальство требовало деликатесов и дорогого алкоголя.

— Вот деньги. Давай, чтобы к завтрашнему утру всё привёз.

— Хорошо, Змей, — буркнул в бороду Ивс, изо всех сил стараясь сдержаться и не испепелить наглого надзирателя на месте.

В былые времена, когда Ивс занимал пост магистра Коллегии и лично вел в бой легионы, за один лишь подобный тон этот напыщенный щеголь в блестящих доспехах уже превратился бы в жабу. Ну или в сухой пень. Но сейчас приходилось стискивать зубы и играть по чужим правилам. Слишком много времени он провел в удушливой темноте ловца душ. Прежний мир погиб. Его Коллегия давно превратилась в пыль, а могущественная Минорская империя развалилась на лоскуты каких-то диких, непонятных княжеств.

Но жажда исследовать всё новое у него не иссякла. К тому же Эрендел пообещал, что, если всё выгорит, он заберет мага в свой высокоразвитый мир среди звезд. Посмотреть на другие цивилизации Ивсу хотелось безумно, так что ради этого стоило потерпеть лагерное хамство.

Маг вытер свои седые усы и встал из-за стола. Список покупок и кошель с монетами он положил во внутренний карман и, закутавшись в шубу, вышел на улицу.

Его лошади стояли в стойле и лениво жевали сено. Он запряг лошадей в телегу и выехал за ворота. Погода начала портиться, накрапывал противный мелкий дождь.

До Ангорска было примерно часа три пути, и маг надеялся добраться до темноты, закупиться, затем отдохнуть в трактире и рано утром вернуться. Дорога была одна-единственная, так что заблудиться он не боялся. Хотя в целом некоторое беспокойство насчет того, как вести себя в городе, у него имелись.

Уже стемнело, когда Ивс доехал до Ангарска. Он отстегнул пару монет привратнику и без проблем проехал в город.

Проехав через восточные ворота в город через пару улиц, он увидел небольшую сгорбленную двухэтажную таверну. Название «Старый рыбак» вполне подходило под её архитектурный облик.

Оставив лошадей на попечение местного конюха, Ивс толкнул тяжелую дубовую дверь. Немного отдышавшись, он подошел к стойке трактира, за которой скучала дородная баба.

— Позови-ка хозяина, любезная, — глухо попросил Ивс, выкладывая на липкое дерево расписку от Змея. — У меня большой заказ на вывоз.

Женщина мазнула взглядом по бумаге с печатью шахты, буркнула: «Обожди минуту» и скрылась за дверью кухни.

Чтобы скоротать время, Ивс попросил налить ему пива. Ему плеснули полную глиняную кружку. Маг сделал пару глубоких глотков, но тут же шумно выдохнул и едва сдержал рвотный позыв. На языке загорчила редкостная кислятина.

— Чертовы помои… — вполголоса проворчал он, отодвигая пойло подальше.

Через какое-то время пришел трактирщик. Увидев Ивса, он широко улыбнулся и обнял его.

— Яр, дружище! Сколько лет, сколько зим, давненько ты к нам не захаживал.

От такой бурной встречи Ивс слегка опешил. К новой чужой шкуре он еще категорически не привык, поэтому от неожиданных объятий едва не выдал спонтанный выброс боевой магии. Кое-как подавив порыв испепелить навязчивого толстяка, маг неловко похлопал трактирщика по жирной спине. Буркнув пару дежурных, ничего не значащих фраз, он поспешил сунуть ему под нос список Змея — лишь бы перевести тему.

Хозяин пробежался глазами по строчкам и озадаченно почесал затылок. Столько деликатесов и выпивки прямо сейчас в кладовых не водилось. Однако, уважительно цыкнув зубом — мол, знаем мы, на каких грозных людей трудится старина Яр, — клятвенно пообещал перерыть весь город, но собрать заказ к рассвету.

Пока трактирщик суетился, Ивс устроился в самом темном углу. Заказал ужин и еще пару кружек того сомнительного пойла, которое здесь гордо именовали пивом. Дело вроде шло на лад, но рисковать маг не собирался. Чтобы не сболтнуть лишнего и не погореть на какой-нибудь глупой детали из прошлого кучера, он решил не вступать ни с кем в разговоры. Сидел, жевал суховатое мясо и угрюмо зыркал по сторонам.

По-хорошему, расколоть его подмену мог только сильный псионик. К счастью, этот дар во все времена оставался редчайшей аномалией. Да и сам Ивс, пусть и не был менталистом, за годы в Коллегии перелистал достаточно толстенных фолиантов, чтобы уметь выставлять базовую защиту разума. Сквозь его ментальные блоки никакой заштатный деревенский колдун не пробился бы.

Кое-как допив пиво, маг снял комнату и пошел спать. Но сон не шел. Мысли путались. Ивс лежал на жестком тюфяке, тупо глядя в темный потолок, и всё пытался осознать: он больше не заперт в удушливой пустоте ловца душ. Он здесь. Живой. Ходит по твердой земле и дышит настоящим воздухом.

Едва небо за окном начало сереть, Ивс спустился вниз. Трактирщик свое слово сдержал — телега во дворе уже осела под тяжестью ящиков с провизией и бочонков. Расплатившись, маг запрыгнул на козлы и погнал лошадей в обратный путь.

На улице стало холодать, и грязь на дорогах слегка подмерзла. По пути ему пару раз попадались нагруженные телеги, направляющиеся в город. Проехав перевалочный лагерь, он увидел двух стражников на лошадях.

Конные патрульные сразу заприметили его телегу. Они резко осадили коней, разворачивая их поперек дороги, и один из них требовательно вскинул руку.

— Стой! Кто такой, куда прешь?

— На шахту еду, — глухо отозвался маг из-под капюшона, натягивая вожжи.

— А, Яр? Ты?

Маг лишь слегка кивнул.

— Кстати, кучер, ты разве забыл, что задолжал мне кругленькую сумму за игру в кости? И обещал, что вернешь на этой неделе.

Ни о чём таком Ивс, прятавшийся под личиной кучера Яра, не подозревал.

— Так что гони долг, — сказал тощий стражник, протягивая руку.

Само собой, делиться золотом маг не собирался. Он медленно стянул с головы капюшон и хладнокровно огляделся. Тракт был пуст в обе стороны, да и, судя по паре встретившихся телег, движение здесь было не очень оживлённым. Поэтому Ивс быстро сплёл заклинание грязевой ловушки и сделал несколько пассов руками, приводя его в действие.

— Чё это ты делаешь?

Ивс лишь хищно улыбнулся.

В тот же момент копыта коней через мгновение стали тонуть в разжижающейся почве, застревая там намертво.

Кони, не понимая, что происходит, дико заржали и дёрнулись, пытаясь выбраться, но у них ничего не получилось.

Почуяв неладное, стражники разом потянулись к эфесам мечей. Но было поздно.

С ладоней Ивса сорвались две изумрудные вспышки. Прямо из дорожной грязи вымахали толстые древесные лозы. Словно голодные змеи, они взметнулись вверх и намертво спеленали всадников, сдергивая их из седел на землю. Послышался хруст ломающихся костей и дикие вопли.

Когда всё было кончено, маг едва заметным шевелением пальцев развеял чары. Плети послушно опали, оставив на изуродованной дороге два безжизненных тела.

Убийства не доставляли ему удовольствия, но в случае необходимости Ивс мог действовать жестоко.

Однако убивать ни в чем не повинных животных Ивс не стал. Быстро скинув с перепуганных коней седла и уздечки, он смачно шлепнул обоих по крупам, отправляя гулять на вольные хлеба в глубь леса.

Чтобы спрятать тела самих стражников, пришлось снова пошаманить. Маг сотворил быстрое заклинание локального разжижения почвы, и голодный зыбучий песок неохотно, с глухим чавканьем поглотил трупы вместе с их доспехами. Спустя пару минут земля снова затвердела. Тракт выглядел девственно чистым, словно никакого боя здесь никогда и не было.

Ивс двинулся дальше и вскоре нашёл пещеру, где пряталась Зара.

Девчонка устроилась неплохо. Она сидела у небольшого, скрытого в глубине грота костерка и увлеченно крутила над углями нанизанную на прут тушку какой-то лесной птицы. Но куда больше мага впечатлила ее охрана. По бокам от костра неподвижными изваяниями застыли два огромных, матерых серых волка. Приручить таких тварей — это надо было умудриться.

Завидев Ивса, Зара заметно оживилась и вскочила на ноги. А вот ее стражи гостеприимством не отличались: оба хищника мгновенно вздыбили шерсть на загривках, обнажили желтые клыки и предупреждающе, утробно зарычали на чужака.

— Гляжу, ты времени зря не теряла и завела себе новых друзей? — хмыкнул маг, благоразумно не делая резких движений.

— Да, это Пушок и Здоровяк, — пролепетала Зара, указывая на волков. — Я уже собиралась спать, когда услышала вой. Испугалась, хотела спрятаться, но они меня всё равно учуяли. Я дотянулась до их сознания и сказала, что я их друг, затем попросила меня охранять. Они других волков отогнали, вернулись ко мне, я их покормила… Теперь мы дружим!

Зара погладила одного из них.

— Всё-таки полезный у меня дар, — с гордостью добавила она.

— Твой дар не просто полезный, он невероятно сильный, — серьезно отозвался Ивс, внимательно наблюдая за ментальным фоном девчонки. — Тебе бы иллюзии начать осваивать, потенциал огромный. Но учти: дело это тонкое, без опытного наставника лезть в такие практики смертельно опасно. Можно самой в собственных кошмарах запутаться.

— Да, я знаю Андрей рассказывал.

— Ладно, пойдем к телеге. Поделюсь с тобой нормальными продуктами из тех, что я везу этим лагерным свиньям.

Они вышли к повозке. Ивс поворошил ящики и выудил для Зары несколько сытных свертков со свежим хлебом, вяленым мясом и сыром.

— Ну вот. Потерпим еще немного, — Ивс достал из-за пояса флягу, сделал глубокий глоток и утер усы. — Думаю, за пару-тройку дней мы найдем этого Кастора в шахтах, и можно будет наконец возвращаться в Мехельдин.

Зара прижала к себе свертки с едой.

— Спасибо тебе, Ивс. Возвращайтесь поскорее, ладно? И передай Андрею с Баженом, чтобы были осторожнее.

Оставшаяся часть пути до лагеря прошла без сучка и задоринки. Подъехав к воротам, Ивс как ни в чем не бывало сдал нагруженную под завязку телегу кладовщикам и лично передал Змею свитки с отчетом.

Глава 3. Кастор

Смена наконец-то закончилась, и нас погнали обратно в лагерь вместе с другими измученными каторжанами. Люди вокруг едва волочили ноги от усталости, да и у меня самого после бесконечного перетаскивания тяжеленных мешков руки и поясница налились свинцом и казались деревянными. На базе нас снова покормили малоаппетитным жидким варевом, после чего под конвоем стражников развели по местам.

Оказавшись в бараке, я рухнул на жесткую койку и с головой накрылся вонючим одеялом. Нащупав в кармане добытый адамант, закрыл глаза и мысленно потянулся к его структуре, аккуратно вплетая в грани сложные потоки магии. Через пару минут всё было готово.

Мой план был прост: я собирался невидимым пройтись по баракам каторжан и найти Кастора, а там действовать по обстоятельствам. Вот только сомневался, что Кастор сможет меня отправить на Веридию. Хотя силами всех магов Мехельдина, думаю, получилось бы. Постель была жесткая, я поёрзал, устраиваясь поудобнее, а сам уже вспоминал мой ортопедический матрас с нежнейшими подушками.

Мне, как человеку из высокоразвитого мира, весь этот допотопный рабский строй был глубоко противен. На секунду даже мелькнула шальная мысль: раздобыть нормальное оружие, устроить здесь филиал ада и зачистить шахту от стражников, выпустив пленников на волю. Затея благородная, но пока что у меня не было достаточно ресурсов. Да и убивать столько людей вовсе не хотелось. Хотя людей ли…?

Я откинул одеяло и встал с кровати. Возле входной двери сразу же оживился стражник.

— Эй… а ну, куда пошёл?

— Да я это… живот скрутило, мне до туалета, — ответил я, хватаясь за якобы скрутивший живот.

Охранник помялся, но открыл барак и выпустил меня.

— Только быстро, — рявкнул здоровенный детина. — Иначе будешь спать на улице.

— Да, да, я только сделаю дело и мигом назад.

Конечно, мне надо было освободить естественным путём кишечник и достать из каловых масс проглоченные артефакты, в том числе мой серебряный перстень с тремя адамантами — на силу, устойчивость к боли и терморегуляцию.

Я вышел из барака и направился к дощатому туалету. Уже подходя к этому устройству гигиены, я почувствовал ни с чем не сравнимый аромат. В сам туалет я заходить не стал, а под покровом темноты решил сделать свои дела за ним. Когда артефакты были извлечены, а руки вымыты в стоящем рядом рукомойнике, я применил артефакт на невидимость. Полностью став невидимым, направился к соседнему бараку.

Как и ожидалось, дверь была закрыта, поэтому я решил интеллигентно постучать.

— Эй… кто там? Змей, ты? — послышался голос из-за двери.

Я не стал отзываться, а лишь ещё раз постучал.

— Чёрт, да чтоб тебя, — рявкнул стражник.

Дверь отворилась, стражник уже сжимал свой меч. Я не стал с ним церемониться, а лихо заехал ему под дых и повалил на землю, затем врезал по голове куском полена.

Стражник отключился, а я зашел в барак. Кто-то из каторжан ворочался, кто-то, услышав наш маленький беспорядок, проснулся и принялся озираться по сторонам.

Я прошёлся по бараку, стараясь не издавать шума, но половицы всё равно предательски скрипели под моими ногами.

— Кто здесь? — спросил тощий мужик.

Я не отозвался и стал искать Кастора. Иногда приходилось аккуратно убирать покрывало с лиц людей, отчего некоторые просыпались и сонно непонимающе озирались.

К сожалению, в этом бараке сына Хродульфа не обнаружилось. Стражник, которого я вырубил, уже начал приходить в себя и ухватился за ушибленную голову.

Я решил дать ему хорошего пинка под зад и уйти восвояси. Пинок получился смачный, а после него охранник выхватил меч и стал размахивать и рубить им воздух.

Следующий барак находился чуть дальше. Ночь выдалась хоть глаз обколи. По-моему, так говорят в этом мире, вспомнил я здешнюю поговорку.

Я дошел до барака и увидел выходящего из-за угла стражника, который застёгивал свои портки. Видать, решил отжурчать за бараком.

Вырубить его не составило труда, и я вошёл в помещение. Мне повезло, и в нём, кажется, все спали мертвым сном. Я стал снова тихо проходить мимо кроватей с каторжанами и всматриваться в лица бедолаг.

Почти дойдя до последней койки, я увидел парня, похожего на Кастора. Я получше присмотрелся и заметил у него шрам над одной из бровей.

Ну наконец-то, нашёл.

Я аккуратно откинул его одеяло и хотел зажать ему рот ладонью, но тут почувствовал присутствие артефакта. Небольшой адамант на подавление магии, наподобие тех, что были у ангорских стражников, был вставлен в металлический толстый ошейник, надетый на парня. Судя по виду, без особого кузнечного инструмента эту штуку не снять, хотя действие артефакта я нейтрализовать мог.

Я аккуратно потряс Кастора, готовясь в любой момент зажать ему ладонью рот.

Сын Хродульфа недовольно скривился и хотел было перевернуться на другой бок, но я удержал его за плечо. Он открыл глаза и сонно зевнул.

— Кастор, Кас… — сказал я шёпотом.

Юный портальщик быстро заморгал, пытаясь сосредоточить своё зрение на том, кто его потревожил.

— Кто здесь? — спросил он слабым голосом, когда я немного разжал ладонь.

— Неважно, я от твоего отца Хродульфа. Я буду говорить, а ты внимательно слушай, — сказал я ему почти на ухо.

Кастор снова заморгал и попытался рассмотреть меня, но не увидев никого, явно испугался.

— Не бойся, я невидим, я тоже маг.

После слова «маг» Кастор немного расслабился и обратился в слух.

— Я вижу на тебе ошейник на подавление магии. Нам надо как-то его снять. А затем ты откроешь портал и перенесёшь себя, меня и моих друзей за перевалочный лагерь, а потом в Мехельдин. Кивни, если понял.

Кастор энергично закивал.

— Как далеко ты можешь открывать порталы? В пределах континента или целого мира?

— Могу в пределах мира, но точность может хромать… — прошептал Кастор.

— У тебя есть идеи, как его снять? — спросил я.

— Ошейник можно открыть, если только нейтрализовать действие алмаза. На меня его повесил сам Белозёров-старший, у него есть такое приспособление, чтобы снимать и надевать ошейники на магов.

Чары, наложенные на ошейник, мне были понятны, ничего сложного в них нет. Я и сам бы мог изготовить такой артефакт, вот только надо добыть среднего размера адамант.

— А ты маг какой специализации? — спросил портальщик.

— Зачарователь.

— Ого, это редкий дар. Из какого ты княжества?

— Да какая разница, сначала спасаем тебя, а уж потом будем рассказывать друг другу истории, — нетерпеливо проговорил я. — Значит так, ведём себя как обычно, работаем. Как только я достану нужный адам…алмаз, то зачарую его и сниму с тебя ошейник, а там под покровом ночи уйдём. И воду ту из бочек не пей, в ней алмазная пыль, она лишает всех воли.

— Я знаю, но пить всё равно хочется.

— Постарайся уж потерпеть немного. Я сейчас ухожу, а там действуем по обстоятельствам.

— Как тебя зовут?

— Андрей.

— Спасибо, Андрей, я уж и не надеялся, что когда-нибудь увижу отца и Мехельдин.

— Пока не за что, — ответил я и ушёл.

Как я и ожидал, стражник, которому я дал тумаков, тревогу не поднял. Оно и понятно, трудно было бы объяснить начальству, что его уделал невидимка.

Я пошёл до своего барака и постучался.

Охранник меня впустил и посетовал, чтобы я срал поменьше, а то он уже хотел идти искать меня или подымать тревогу.

Утро наступило быстро, и снова весь следующий день мы с Баженом занимались примерно тем же, а я тайком искал адаманты.

Уже возвращаясь со смены в лагерь, я увидел знакомое лицо Ольгерда. Того самого грузного кузнеца Ольгерда, который был моим учеником в Ангорске.

Так вот чей голос я услышал, проходя мимо развилки в первый же день нахождения в шахте. Это было неожиданно. Интересно, как быстро до него добрались после моего ухода из города? И что стало с его кузницей? Да и сын у него вроде был.

После ужина я подошёл к Ольгерду и, перекинувшись парой слов, отвёл его слегка в сторону.

— Это я, Ольгерд. Андрей, который тебя учил магии, — сказал я шёпотом. На секунду грузный здоровый мужик отдёрнулся, как будто обжёгся, и посмотрел на меня с настороженностью.

Понятное дело, что он меня не узнал, я ведь всегда приходил к нему под разными личинами, и его подозрительный взгляд был вполне обоснован.

— Мастер Андрей, э… артефактор?

Я лишь слегка кивнул.

То, что произошло дальше, я не ожидал вовсе, хотя и, думается мне, заслужил.

Летящий пудовый кулак хлёстко ударил мне в скулу. Удар был знатным и чуть не сбил меня с ног. Я быстро развернулся, стараясь принять боевую стойку, но чёткая подсечка опрокинула меня. От падения на каменную брусчатку спиной у меня из лёгких выбило воздух.

— Да задница астероида, что за муха тебя укусила!

— Ах ты гад… — зарычал Ольгерд.

Я успел увернуться от летящей мне в лицо подошвы сапога и откатился в сторону.

— Это из-за тебя моего сына… — хрипел бывший кузнец, брызжа слюной.

Я попытался встать, но очередной удар угодил мне по рёбрам, и меня откинуло, затем я снова упал на спину.

В боку от удара сапога что-то хрустнуло, и мой заживляющий артефакт тут же заработал на полную мощность.

Я увернулся от очередного топчущего удара и перекатился, вставая на четвереньки. Краем глаза заметил, как другие каторжане с любопытством наблюдают за нами.

Ещё немного, и ставки станут делать.

— Всыпь ему, Герд, — заорал один из каторжан.

Кто-то засвистел, и многие мужики одобрительно захлопали в ладоши.

Я увернулся от очередного удара и вскочил на ноги.

Мой кулак врезался в торс Ольгерда, но это было для разъярённого здорового мужика как комариный укус. Но он, хоть и был силён, как медведь, всё же уступал мне в ловкости.

Очередной выпад прошёл мимо меня, и ловкая подсечка вывела из равновесия кузнеца. Он упал.

Очевидно, что Ольгерд сдаваться не собирался, но в нашу сторону уже бежало четверо стражников с мечами наголо и орали, чтоб мы успокоились. Я поднял голову и увидел ещё пару лучников на стене, целящихся в нас.

Дальше по нам прилетели тумаки стражников, и нас заковали в цепи. Я не стал сопротивляться, понимая бессмысленность этого действия. Нас повели в центральное каменное здание, где квартировался начальник шахты Змей и его прихвостни.

В здании, посередине которого был каменный очаг, проходила небольшая пирушка. Во главе стола сидел Змей и отхлёбывал из кружки пиво. Ещё полдюжины стражников смеялись и лицезрели танцующую полуобнажённую девушку на столе. Играла приятная музыка.

Завидев бесцеремонно вломившихся стражников, ведущих в кандалах двух побитых каторжан, барды смолкли, а сидевшие за столом стражники уставились на вошедших.

— Э… вы чаво припёрлись? И оборванцев этих на кой привели? — рявкнул Змей, смачно отрыгивая.

— Тут такое дело, Змей, не хотели вас, почтенные, отвлекать от застолья, но этих задержали за драку, — сказал удерживающий меня стражник. — Допросить их бы надобно, как велит устав.

— Ты чё, сиплый, не видишь, мы тут отдыхаем, — рявкнул Змей. — Киньте их в карцер, я допрошу их утром.

Послышался хохот, и нас увели.

****

Тяжелая дубовая дверь с грохотом захлопнулась, отсекая нас от ушедших конвоиров. Меня бесцеремонно швырнули в одну камеру, Ольгерда — в соседнюю. Дождавшись, пока шаги стражников затихнут в коридоре, я наконец-то дал волю закипавшей ярости. Подскочив к ржавым прутьям, я процедил сквозь зубы:

— Черная дыра тебя поглоти, Ольгерд! Ты что творишь, идиот?!

— Это я-то что творю?! — кузнец агрессивно рванул решетку на себя, так что металл жалобно звякнул. На его лице от злости проступили красные пятна. — Я из-за тебя в эту клоаку угодил! Мой сын сейчас черт знает где, один! А эта проклятая дрянь на шее блокирует любые потоки и не дает зачаровать даже паршивый алмаз, чтобы отсюда удрать!

— Ну извиняйте. Ты прекрасно знал, как в вашей Ангоре относятся к магии. Это было чертовски рискованно, но ты хотел учиться. Лично я тебя страже не сдавал. Подумай головой: какой мне был смысл тратить на тебя время и силы, чтобы потом тупо слить инквизиции?

— Не знаю, возможно, ты какой-нибудь шпион из обители, — пытался парировать Ольгерд.

— Да? Тогда почему я здесь?

Кузнец притих. Тяжело дыша, он привалился лбом к холодным прутьям решетки.

— И правда… Что ты вообще тут забыл? — уже без прежней злобы спросил он.

— Я на задании, ищу кое-кого.

Рассказывать свой план Ольгерду после нашей потасовки не сильно хотелось. Но, поразмыслив секунду, я решил рискнуть. Кузнец был парнем честным, сдавать меня надзирателям ради сомнительной похвалы Змея он точно не побежал бы. К тому же вытаскивать коллегу-артефактора из этой дыры мне так или иначе придется — не бросать же ученика.

— И кого же? — спросил кузнец.

— Парня по имени Кастор, знаешь его? — спросил я без особой надежды.

— Да кажется знаю, мы пару раз махали кирками в одном забое. Я сразу понял, что он маг. У него такой же ошейник, как и у меня.

— Он портальщик…

— Кто?

Пришлось быстро, буквально на пальцах, растолковать моему дремучему ученику, кто такие портальщики, какова их ценность на рынке межгалактических беглецов и почему ради этого парня я готов перевернуть всю эту Богом забытую шахту.

— Что, правда? Есть и другие миры? — в голосе кузнеца слышалось явное изумление. — Мне в детстве бабка рассказывала, что звёзды — это застывшие слёзы то ли каких-то богов, то ли очень сильных магов. Но я не особо помню, в чём там была суть, а когда подрос, так и вовсе всё, что она рассказывала, считал сказками на ночь.

— Нет, друг мой, это не сказки, — ответил я. — Просто ваше княжество старалось жить максимально обособленно. Вот ты много знаешь о своём мире?

Кузнец призадумался, затем ответил примерно то, что я и ожидал. Что он родился в Ангорске, бывал в Александровском княжестве, назвал пару-тройку мест и лесов, где довелось побывать в молодости, и всё.

— Вот видишь. Ты и подавляющее большинство твоих соплеменников дальше окрестных краёв и княжеств не бывало. А знаешь, почему?

— Почему?

— Да потому что необразованными людьми легко управлять и держать в узде. Вот сам подумай, у тебя много образованных друзей?

— Да нет, — задумчиво ответил Ольгерд.

— Вот и я о том же. Образованные в вашем княжестве только правящая верхушка, понятное дело.

Сам я не мог представить необразованными князя и его окружение, как и магов. Злыми, жестокими, безумными — да. Но вот необразованными точно нет.

— У меня в лагере и поблизости есть люди. Я собираюсь спасти Кастора и тех, кого смогу, затем открыть портал и убраться отсюда. Если обещаешь не дурить, как сегодня, то и тебя прихвачу с собой.

— Ладно, я понял. Главное — выбраться отсюда и снять ошейник. Тогда я снова смогу зачаровывать алмазы, — сказал Ольгерд. — Я, кстати, спрятал парочку в шахте в укромном месте.

А мой ученик, оказывается, не был таким уж тупым.

— Отлично, я возьму один у тебя и зачарую. Я говорил с Кастором и понял, что у вас на шеях банальное подавление магии. И снять такое зачарование я смогу без проблем. И тогда ваши ошейники превратятся в обыкновенные железяки.

— И наши оковы падут, — с воодушевлением в голосе сказал Ольгерд.

— Именно. Нам надо выбираться отсюда, и у меня есть идейка.

Мои артефакты всё еще были при мне, болваны-охранники не додумались меня снова обыскать. Да и вряд ли побеги у них были частым явлением.

Я поделился своим планом с Ольгердом, и мы решили действовать.

Кузнец заорал, вызывая стражника в карцер. Через какое-то время за дверью мы услышали шаги и звук открывающегося замка.

— Эй… вы чаво, окаянные дети свиней, может, вам ещё всыпать?

— Нет, нет, стражник, там Андрею стало плохо, и он звал на помощь, потом отключился, — сказал Ольгерд.

— И что с того? — ответил стражник.

— Если в твою смену умрёт здоровый каторжанин, думаешь, Змей тебя по головке погладит?

На это стражник не нашёл что сказать и на секунду призадумался. Я увидел, как он подошёл к двери и глянул в маленькое зарешёченное окошко.

— Эй, поганец, ты уснул, что ли? — рявкнул охранник, увидев мой силуэт, сидящий в тёмном углу.

Я изобразил страждущий голос и сказал, что мне нужна помощь и, кажется, у меня перелом.

Охранник замешкался и не сразу решил открыть камеру и войти. Очевидно, что он должен был позвать еще кого-то на помощь, но, учитывая пирушку, которая происходила наверху, вероятно, решил не мозолить глаза начальству.

Я услышал бряцающий звук связки ключей, а через мгновение поворачивающийся механизм замка.

Стражник не стал заходить в камеру, а лишь рявкнул, чтоб я встал. Медленно поднявшись на ноги, я поплелся к двери, и через мгновение моё сознание потянулось к адаманту, зачарованному на невидимость.

Став невидимым, я тихо отскочил к стене.

Стражник на секунду отстранился и заморгал, не веря в то, что за секунду каторжанин пропал бесследно. Он сделал пару шагов и схватился за рукоятку меча.

— Э… эй… что за дерьмо?

Я не стал ждать, когда бугай достанет свой меч, ногой ударил ему в сгиб колена. Стражник потерял равновесие.

Долго не думая, я схватил табуретку и обрушил её на его голову, благо шлема на ней не было.

Стражник потерял сознание, а по его голове потекла струйка крови. Уверен, завтра голова его будет трещать как с тяжёлого похмелья.

Я схватил связку ключей и расстегнул свои кандалы. Стражника связал и воткнул ему кляп в рот, затем, прихватив его меч, пошел освобождать Ольгерда.

Глава 4. Беллерофонт

Беллатрикс сидела за большим стеклянным столом в библиотеке историко-магического сообщества, обложившись кучей старинных книг в золотых переплётах и артефактами. Рядом с ней спорили двое её коллег, изучая какую-то древнюю литературу.

То, что её сводного брата Эрендела закинуло через портал в прошлое, в непонятную эпоху, было величайшей редкостью. За всю историю использования порталов подобные случаи были единичны. А ещё меньше задокументированных. И она ума не могла приложить, где просчиталась и что могло повлиять на портал.

— Белла, ты точно уверена, что Эра закинуло в прошлое? — спросила одна из ведьм.

— Точно, своему информатору я верю. Да и сама подумай, псионики сбились с ног, кхм… с мозгов, если быть точнее, разыскивая его.

Беллатрикс перевернула очередную страницу книги. Она увидела изображённый в старинном стиле портал, высеченный из камня. По бокам были нанесены символы, а неизвестный маг с вычурно расписанной мантией, возведя к нему руки, питал его своей магией. В те стародавние времена, чтобы перемещаться на межпланетные расстояния, магам приходилось строить массивные каменные врата, наносить замысловатую вязь рун, сплетая их в одно целое, но всё равно точность перемещений была крайне низкой. Перемещаемый запросто мог вместо необходимого места оказаться на вершине скалы или вовсе плюхнуться посреди океана. Но с развитием магической науки за многие века исследований и экспериментов эту погрешность исправили.

За изучением древних рукописей время растянулось, как атомы в макаронину, поглощаемые чёрной дырой.

В библиотечной тишине топот каблуков отдавался за несколько залов. Через пару мгновений в помещение влетел тот самый информатор Беллатрикс, который сообщил, что Эрендел через портал попал в прошлое.

Мужчину средних лет, одетого в дорогой элегантный костюм, звали Беллерофонт, и он спешно переводил дыхание.

— Ну что там, Белл? — спросила в нетерпении Беллатрикс.

— В общем, госпожа, есть зацепка, — сказал тот, усаживаясь за стол. — Один из наших псиоников более глубоко погрузился в магические потоки и смог отдалённо понять, что случилось. Правда, его самого пришлось выковыривать из астрала уже другим псионикам, ибо такое глубокое и длительное погружение, как вы знаете, опасно.

— Надеюсь, с ним всё будет хорошо. И что же он смог выяснить?

— Когда ваш брат летел через портал, то пролетал рядом с одной из планет, на которой произошёл выброс хроноэнергии, и его зацепило. Только вот хотел спросить, а почему понадобилось отправлять вашего брата туда? Вы мне тогда толком ничего не объяснили…

Беллатрикс тяжело вздохнула.

— Эру грозила серьёзная опасность. Я узнала об этом через свою сеть информаторов, но не успела рассказать ему. Я хотела его спрятать, но слишком торопилась и… В итоге сама чуть его не прикончила.

— Вы о «Пожирателях Времени» ли говорите? О хрономантах?

— Именно, Белл. О них. Орден «Пожиратели Времени» на протяжении столетий тайно охотился на сильнейших артефакторов галактики, чтобы использовать их дар для переписывания истории. Мой брат, как один из сильных зачарователей, был в их списке «приоритетных активов». Но если бы я рассказала Эренделу о заговоре, он не стал бы прятаться. Он собрал бы своих учеников, вооружился артефактами и отправился воевать с орденом!

Белла нервно постучала пальцами по столу.

— И он бы проиграл — потому что «Пожиратели Времени» умеют останавливать время и перемещаться между его слоями, делая обычную магию бесполезной. Я создала кольцо-портал и использовала его не просто для отправки, а для маскировки следа.

— Да уж, — Беллерофонт потёр подбородок. — Сам по себе-то план хорош, вот только что-то пошло не так. Так обычно и бывает в жизни.

— Что там за планета, мимо которой он летел?

— Эм… планета каменистая и безжизненная, таких в галактике миллионы. По какой причине это произошло, псионик так и не понял. Возможно, на планете проводился какой-то экзотический магический ритуал. Но насколько мне известно, подобные эксперименты были запрещены давным-давно.

— Комету им в зад, — прошипела Беллатрикс, с силой захлопывая пыльный фолиант.

Неужели где-то появилась очередная радикальная секта хрономантов? Подобного не случалось уже как минимум пару сотен лет. Последняя из них, «Дети вечности», была полностью уничтожена вместе с её членами и наработками. Если это действительно так, то нужно срочно их найти во избежание изменения прошлого, а значит, и настоящего с будущим.

Беллатрикс встала и вышла из-за стола. Она прошлась по помещению, размышляя и кусая губы. От этих известий голова шла кругом, и волшебницу на мгновение зашатало. Беллерофонт тут же подхватил её под руку и усадил в кресло.

— Присядьте, госпожа, не волнуйтесь. Мы доложим Верховному об этом инциденте, и он поднимет всех своих лучших магов по тревоге. Секта будет найдена и уничтожена в кратчайший срок, — попытался он её успокоить.

— Уничтожена?

— Конечно, мы не можем позволить, чтобы кто-то без нашего ведома влиял на время и пространство. Это очень опасно, вы ведь и сама знаете, — продолжал Беллерофонт, протягивая ей стакан воды.

Белле слабо в это верилось. И ей позарез нужно узнать, что за ритуал проводился и в какой временной промежуток могло закинуть её брата. А наобум отправляться в прошлое на поиски Эра было и вовсе глупо. Эта мысль как молотом ударила ей в мозг, от чего её глаза ещё шире приоткрылись, и она с силой сжала подлокотник кресла.

— Решено! Я должна войти в розыскную группу! — сказала Беллатрикс, вскакивая с кресла.

— Вряд ли это возможно, госпожа, наш Верховный в таких щепетильных вопросах всегда принципиален и не назначит вас только по вашей прихоти, — сказал Беллерофонт.

Беллатрикс и сама это понимала. Хоть она и была сильной портальной ведьмой, но ко двору не была приближена. Верховного мага она видела лишь пару раз. В первый, когда он целовал её руку и вручал диплом об окончании магической академии, а во второй на каком-то из многочисленных приёмов, где они перемолвились лишь несколькими фразами.

Хотя, учитывая репутацию и график Верховного мага, тот вряд ли найдёт на неё время. А записывать к нему на личный приём так и вообще дело безнадёжное.

Да и что бы она ему сказала? Мол, пропал брат, летел через портал, скорей всего, его задело хроновыбросом и бла-бла-бла. Доказательств серьёзных она предоставить не могла. А это означало, что он вежливо направит её к псионикам и различным магам-поисковикам.

Но всё же кое-что она сделать всё-таки могла. Беллатрикс решительным шагом направилась к двери.

— Вы куда, госпожа? — спросила одна из портальных ведьм.

— Искать брата!

****

Дверь в камеру, где сидел Ольгерд, отворилась с противным металлическим скрипом.

— Ты это… Андрей, извини, что я вспылил, не разобравшись в ситуации, — сказал мой ученик, протягивая руку в примирительном жесте. — Просто из-за сына распереживался.

— Не бери в голову, я не в обиде. Сейчас главное — выбраться, — сказал я, пожимая мозолистую ладонь.

— Что дальше? — спросил Ольгерд.

Честно говоря, что делать дальше, я пока не особо понимал, и мой учёный мозг интенсивно соображал. За это время Ольгерд подошёл к углу, в котором стояла метла, и переломил её пополам, хватая в каждую руку по заострённой палке.

Мы вышли из темницы и поднялись на один пролёт наверх. Шум музыки смолк, а хмельные голоса и смех всё доносились. Было очевидно, что их пирушка почти достигла кульминации.

— Кстати, ты не знаешь, где Змей хранит артефакт, размыкающий ошейники? — спросил я у Ольгерда, хотя понимал, что вряд ли ему это известно.

Тот лишь пожал плечами и предположил, что такой артефакт начальник шахты скорее всего держит при себе.

Я выругался про себя. Запасного пустого адаманта у меня не было. Конечно, можно было бы снять зачарование на невидимость, сделать такой же, как у Змея, блокатор магии и идти спасать Кастора. Но тогда я бы лишился преимущества быть незаметным.

В голове пронеслась очевидная мысль. Неужели все адаманты Змей отсылал Белозёровым? Наверняка этот старый плут оставил кучку себе на безбедную старость. Вот только где он мог их хранить? Личные покои и сейф показались мне самым очевидным вариантом.

— Герд, надо чтобы ты вернулся в камеру.

— Ты с ума сошёл! Зачем? — напрягся кузнец.

Я вкратце объяснил ему суть моих размышлений. Ольгерд неохотно подчинился.

— Ждать тебя буду пару часов. А если ты не придёшь, пока темно выбираться буду сам, — сказал Ольгерд.

Я применил артефакт и стал невидимым, затем аккуратно отворил дверь, ведущую в общий зал. В помещении витал аромат алкоголя и табака. Несколько стражников в отключке валялись на стоящих возле стен лавочках.

Приблизившись к Змею, я внимательно его рассмотрел. Он был сильно пьян и явно потерял координацию движения. Змей опрокинул в себя очередную кружку пива, и я краем глаза увидел, как из его внутреннего кармана выглянул кожаный ремешок. С ключами, как мне показалось.

Ну наконец-то.

Вот только как его извлечь? Артефакта на телекинез у меня, конечно, не было, а навыками карманных краж я не обладал, да и подобные воровские дела считал грязными и аморальными. Но припрёт — раскорячишься и не так. Моя рука аккуратно потянулась к ключу, как вдруг сидевший рядом пьяный стражник встал и неловким движением опрокинул кувшин с пивом. Пенное полилось прям на штаны Змея.

— Э… ну ты чаво, хрыщ, поаккуратней, что ли! — выпалил Змей и дал тому звонкий подзатыльник.

— Извяяянии, Змей, я случайно… — вялым языком промямлил стражник.

В тот самый момент, когда начальник шахты размахивался, чтобы заехать ладонью по затылку своего подчинённого, полы его куртки распахнулись. Я ловким движением смог ухватиться за ремешок и резко его дёрнул.

В ладони оказалась парочка ключей, и я тут же отошёл от Змея.

Сзади меня была дверь, ведущая, по всей видимости, в казармы стражников. Я шагнул за неё и огляделся.

Коридор был прямой, а по бокам находились комнаты. Я вошёл в одну из них и увидел обычные койки, на которых спали люди. Часть мест пустовала, зато в углу поблескивали оружейные стойки, забитые клинками и доспехами. Похоже, я набрел на спальню отдыхающей смены. Я лишь прихватил пару мечей и вышел.

Не став искушать судьбу, я двинулся дальше по коридору. Очередная массивная дверь встретила меня запертым замком. Вытащив трофейную связку, я вставил первый попавшийся ключ в скважину и надавил. Мертво. Сменил ключ на более массивный — и механизм плавно, с мягким глухим щелчком провернулся три раза.

Помещение, как я и предполагал, было личными покоями Змея. И оно оказалось прямо-таки роскошным по местным меркам. Массивная кровать, изготовленная из цельных брёвен, на стенах шкуры диковинных зверей, картины в красивых окладах, на столах и тумбочках золотая и серебряная посуда. И даже огромная бочка для принятия горячих ванн.

О, пустота его побери… У меня аж слюнки потекли. В этот миг до боли в зубах захотелось натаскать сюда кипятку, выудить из запасов бутылочку прохладного «Княжеского», залезть в воду и расслабиться часа на два. Да и Зару под бочок затащить было бы вообще сказкой.

Но, к сожалению, такого я себе позволить не мог.

Оглядев комнату, я сел на кровать и закрыл глаза, пытаясь почувствовать артефакт. Я был взволнован и вымотан, поэтому пришлось потратить пару минут на то, чтобы настроиться, успокоить сердцебиение и дыхание. Когда это получилось, меня вдруг потянуло вправо в сторону стеллажа с книгами.

Стеллаж был большой, с пятью полками, и где-то в нём скрывался артефакт. Я стал аккуратно доставать книги и, быстро их пролистывая, ставить обратно. До сантиметра точное местоположение почувствовать не получалось. Конечно, это было возможно, но я решил, что быстрее будет просто поискать руками и глазами.

По большей части книги не предоставляли для меня какой-нибудь ценности, но в одной из них я мельком заметил магические символы и пентаграммы. Времени вникать и рассматривать находку не было, поэтому книгу я заткнул за пояс и продолжил свои поиски.

На нижней полке я увидел пару не очень толстых книг. Они немного выпирали из общего массива полки. Это меня слегка насторожило — в стеллаже могли быть как ловушки, так и скрытый проход, ну или тайник. Мой внутренний параноик тут же приоткрыл оба глаза, я был готов отскочить в сторону в любой момент. Но я слегка помедлил и решил достать одну из книг. Ничего не произошло, и я достал вторую. Быстро пролистав их, я понял, что в них ничего интересного не было. А вот то, что я нащупал за ними, вызвало неподдельный интерес.

То была кнопка. Обычная круглая кнопка. Я нажал на неё, хотя в любой момент ожидал самострела, ядовитых шипов или струю концентрированного газа в лицо. Но ничего такого не произошло, чему я был чрезвычайно рад.

Вместо этого, услышав звук щёлкающего механизма, я расслабился. Стеллаж немного отъехал в сторону, и мне пришлось приложить усилия, чтобы отодвинуть его и протиснуться внутрь.

Внутри был грубо выдолбленный тоннель, уходящий вниз. На стене висело кольцо, в него был вставлен факел. Я мысленно потянулся к артефакту, и моё зрение стало перестраиваться. Через мгновение тьма рассеялась, всё стало серым и бесцветным.

Я осторожно двинулся вглубь прохода. Ожидал ловушек — и, как выяснилось, не зря. Буквально в полуметре от входа под ногами тускло блеснула тонкая проволочная растяжка, а под самым потолком угадывались силуэты двух закрепленных арбалетов.

Аккуратно переступив ловушку, я зашагал дальше. Тоннель привел меня к покосившейся от сырости деревянной двери. Она была не заперта и поддалась с протяжным скрипом. Помещение внутри оказалось крошечным, почти до самого верха забитым пыльными ящиками и мешками с припасами. На первый взгляд — обычный склад, но на одном из дальних стеллажей я приметил что-то квадратное, накрытое брезентом. Я сдёрнул брезент и увидел небольшой сейф с поворачивающейся ручкой и замочной скважиной посередине.

Ещё даже не притронувшись к нему, я уже точно знал, что внутри. От толстых металлических стенок буквально фонило мощнейшей магией адамантов. Выудив из кармана связку Змея, я подобрал нужный ключ и крутанул замок. Дверца отворилась, и перед моим взором предстал обычный потёртый кожаный кошель. Я достал его и развязал. На мою ладонь выкатились пять среднего размера адаманта. Вот это я понимаю, улов.

Я тут же сел на ближайший ящик и стал вплетать зачарование в камни.

Первый я зачаровал на невидимость, этот артефакт отдам Ольгерду. Через минуты пять зачарование идеально легло на адамант. Следующий камень зачаровал на то, чтобы снимать ошейники со здешних магов.

Остальные адаманты решил приберечь и действовать по ситуации.

Запихнув трофеи в карман, я поспешил обратно. Но стоило мне выйти из потайного коридора и потянуться к стеллажу, чтобы задвинуть его на место, как дверь покоев с грохотом распахнулась. В комнату ввалился в доску пьяный Змей, на ходу допивая пиво из массивной глиняной кружки.

Увидев своим захмелевшим взглядом, что стеллаж с книгами отодвинут, он разинул на мгновение рот и стал моргать, не веря своим глазам. Кружка как-то сама выпала из его рук, и он полез во внутренний карман в поисках своих ключей.

Я решил действовать, пока он не поднял тревогу и не начал орать. Двумя рывками я оказался подле Змея и ударил его в кадык. Змей захрипел, хватаясь за горло, а я уже перехватил меч и рукоятью клинка от души приложил его по затылку, отправляя в глубокий нокаут.

Быстро связав Змея и заткнув ему рот кляпом из его же вонючего носка, я вышел из комнаты и запер её на ключ. Затем направился в темницу, где меня ожидал Ольгерд.

Мой ученик времени зря не терял и, услышав звуки шагов, прильнул к стене. Когда я невидимый вошел в коридор, он уже был наготове. Я снял невидимость, и Ольгерд выдохнул.

— Ну и напугал ты меня, Андрей, я прям чувствовал, как ты зашёл.

— Ты не меня почувствовал, а артефакты. Кстати, я и тебе прихватил, — сказал я, протягивая кузнецу адамант на невидимость.

— И на что он зачарован? — Ольгерд с нескрываемым восторгом уставился на тускло поблескивающий кристалл в своих мозолистых ладонях.

— Ну так примени способности, и узнаешь, — хмыкнул я, протягивая кузнецу трофейный меч вместе с ножнами.

Ольгерд откинул ненужные заострённые палки в сторону и нацепил пояс с мечом.

— Ты часом не забыл? На мне вообще-то кандалы непростые, — Ольгерд выразительно постучал пальцем по металлическому обручу на шее.

— Ничего, сейчас мы от этого избавимся.

Выудив второй адамант, я вплотную прислонил его к камню на ошейнике. Кристаллы слегка засветились, а затем потухли. Ошейник снять не получилось, он был на заклёпке, но главное — подавление магии нейтрализовано. А снять саму железку можно и позже, в нормальной обстановке.

Ольгерд тем временем сосредоточился на адаманте, лежащем в его руке.

— Ух… давненько этого не делал, — выдохнул он, утирая со лба пот. — Но штука мощная. Спрятаться от конвоя — самое то. Мне точно пригодится.

— Такое любому пригодится, — отмахнулся я.

— Что делаем дальше? До рассвета часа три.

Уж не знаю, как определил кузнец, сколько там до рассвета, но мой план был довольно прост: найти Кастора с Ивсом и валить из этой проклятой шахты на полной скорости.

Мы как по команде применили артефакты на невидимость и исчезли.

— Ты знаешь, в каком бараке тот маг, которого ты должен спасти? — спросил Ольгерд.

— Да я уже с ним разговаривал и обо всём предупредил. Ещё бы знать, где Ивс.

Мы направились к нужному нам бараку. Я вежливо и аккуратно постучал в дверь.

— Кого там несёт? Катитесь отсюда…

Мы ничего не ответили. Дверь с грохотом распахнулась от удара кованого сапога, на порог вывалился заспанный стражник, вскидывая тяжелый арбалет. Ствол оружия смотрел точно туда, где стоял Ольгерд.

Конечно, он никого из нас не увидел, но очевидно прошлая взбучка невидимки не дала ему покоя.

Я поднял небольшой камень с земли и кинул его в сторону бочек. Стражник дернулся на звук и, не думая, спустил курок. Тяжелый болт с гулом улетел в темноту, в щепки разнося какую-то тару.

Стоило ему опустить пустой арбалет для перезарядки, как я жестко пробил ему сапогом прямо в сгиб колена. Стражник охнул и рухнул на одно колено. Довершить дело для Ольгерда было делом техники — кузнец от души приложил бедолагу своим пудовым кулачищем прямо в висок. Парень стек вниз по косяку, даже не пикнув.

— Жди здесь и карауль вход, — шепнул я ученику и как можно тише проскользнул внутрь барака.

Половицы под ногами, как назло, предательски заскрипели. Стараясь не дышать, я на цыпочках дошел до самого конца ряда коек, отыскал нужную и резким движением откинул серое одеяло.

Кровать была пустой.

Вселенская пустота, где он?

Отказываясь верить в неудачу, я принялся обходить барак, заглядывая в лицо каждому спящему каторжанину. Но чуда не случилось. Вглядываясь в осунувшиеся, грязные физиономии работяг, я с растущей тревогой осознал: Кастора среди них нет. Портальщик исчез.

Может, он в другом бараке? Проверить надо обязательно, но я уже понимал, что не всё так просто.

— Ну где твой маг? — спросил Ольгерд, когда я вышел.

— Его там нет, уж не знаю, почему…

Мы пошли ко второму бараку и, вырубив полусонного стражника, я стал снова искать Кастора. Но и тут его не было.

Не мог же он просто взять и куда-нибудь телепортироваться, во всяком случае пока на нём ошейник на подавление магии. Или всё-таки мог?

— А вдруг его куда-то перевели? — предположил Ольгерд.

— Не знаю, надеюсь, что нет.

Мы проверили еще парочку бараков, но Кастора нигде не было. Зато в конюшне обнаружился Ивс — маг безмятежно спал на охапке сена под боком у лошадей. Я растолкал его и вполголоса пересказал все безумные события этой ночи.

Ивс сел, отряхивая солому.

— Пропал, говоришь? Хреново, — глухо проворчал он. — Нашли, блин, время в прятки играть. Ладно, буду держать ухо востро. Вы тут своими кирками махали, а я времени зря не терял, пока эту бурду из города вез. Подготовил стражникам парочку таких сюрпризов, что если придется прорываться с боем — костей они не соберут. Легионы я, конечно, вызвать не обещаю, но землю под их сапогами зажгу знатно.

Бажена я тоже успел предупредить, что с утра в лагере начнется сущий ад.

Едва небо над лесом начало сереть, над лагерем истошно завыл рог — объявили общую тревогу. Всех каторжан вывели на построение, начали пересчитывать. Естественно, недосчитались двоих и начали поиски.

Мы же стояли с Ольгердом чуть поодаль и под покровом невидимости и наблюдали за происходящим.

Минут через десять из главного здания, покачиваясь, вышел сам начальник колонии. По его помятой физиономии, бешеному взгляду и багровому следу на шее было отчетливо видно: человек мало того что с дичайшего бодуна, так еще и пережил крайне унизительную ночь. Змей тяжело поднялся на небольшую деревянную трибуну, оглядел строй налитыми кровью глазами и рявкнул, обращаясь к каторжанам:

— Итак, слушайте сюда, свиньи вы безобразные. Сегодня ночью бежали из нашего дружного коллектива двое шахтёров. Если кто-то из вас, мрази, знал, что они задумали, или видел, куда они поползли — сделайте шаг вперед. Обещаю: никаких последствий для вас не будет. Я просто побеседую с вами под протокол, чисто для рапорта господину Белозёрову.

Разумеется, дураков в строю не нашлось. Каторжане лишь сильнее вжали головы в плечи.

Змей еще долго исходил желчью, выплескивая на плац угрозы разной степени паршивости, но всё это были дежурные речи ради поддержания дисциплины. Настоящий интерес представляло другое. Спустившись с трибуны, начальник быстрым шагом подошел к одному из своих доверенных десятников. Я бесшумно скользнул следом, чтобы подслушать разговор.

— Голубя послал?

— Сразу же, как вы и сказали. Маги приедут к завтрашнему утру и во всём разберутся, — ответил стражник. — Лагерь явно никто не покидал, артефакт в моей сторожке молчал.

— Отлично, — проговорил Змей, раскуривая трубку. — Я найду их, где бы они ни спрятались. Сложность только в том, что один из них, который Ольгерд, маг-зачарователь.

— Да бросьте, хозяин, маги Обители с ним в два счета справятся. На нем же блокирующий ошейник, разве он мог что-то сделать в одиночку?

— Уже не уверен, — сказал Змей, сплёвывая на брусчатку.

Он развернулся и тяжелым шагом пошёл в свой барак.

Итак, значит, эти ищейки из Обители на подходе. Надо поторопиться. Но главное — куда, Вселенская пустота, запропастился этот чертов портальщик Кастор?

****

За день до этого

Стражник по имени Эйк очнулся, лёжа на земле и с дикой болью в голове.

— Что за чертовщина… — прохрипел Эйк, с трудом принимая вертикальное положение.

Он дотронулся до головы: на месте удара уже начала запекаться кровь. Рядом обнаружился окровавленный кусок полена.

Шатаясь, как пьяный, он доковылял до крыльца своего барака. Пересчитав спящих людей, Эйк уселся и стал вспоминать события дежурства. Так, заступил на пост. Сидел, скучал, в какой-то момент начал клевать носом. Потом в дверь настойчиво постучали. Он вышел на крыльцо с арбалетом наперевес, вокруг — ни души, пустой двор. А в следующую секунду — темнота, резкая вспышка боли и земля.

По-хорошему, после такого наглого нападения он был обязан немедленно поднять лагерь на уши, объявить тревогу и построить всех каторжан на плацу. Но Эйк решил повременить. Начальство, чего доброго, жестоко накажет за такой промах…

Тот факт, что его, здорового мужика, вырубил невидимка, был сам по себе необычен. Да и кому расскажи — засмеют. Конечно, в этой шахте всякое бывало. И то, что среди каторжан были маги, хоть и носившие ошейники на подавление способностей, только усилило его подозрения. Каторжане выглядели задохликами, бойцы из них в основном вообще никакие, но однако ж вырубили его грамотно.

— Значит, кто-то из магов… — пробормотал он.

Утром Эйк всё же неуверенным шагом направился к дому управляющего.

Змей, сам только-только переживший ночное «покушение» и до сих пор нервно потиравший кадык, выслушал доклад подчиненного на удивление спокойно. Он даже не стал орать, брызгать слюной и обещать спустить с Эйка шкуру за прошляпленный пост. Вместо этого Змей лишь помрачнел еще сильнее и принялся задумчиво почесывать густую бороду, глядя куда-то сквозь стену.

— Значит, невидимки, говоришь? — тихо, со зловещим придыханием процедил Змей. — Плохо. Очень плохо.

Начальник придвинул к себе чернильницу, развернул чистый клочок пергамента и принялся что-то быстро писать. Закончив, он свернул записку в трубочку, запечатал ее каплей воска со своего перстня и протянул Эйку.

— Иди на голубятню и немедленно отправь это Белозёрову. Нам нужны ищейки из Обители, и как можно скорее, — Змей бросил взгляд на лежавший перед ним список. — И ещё… парня-портальщика, который в третьем бараке числится, закрыть в самом глубоком карцере. Навесьте на него три замка и поставьте двойной караул. Если этот щегол тоже решит раствориться в воздухе, я лично скормлю тебя волкам. Выполнять!

— Будет сделано, господин управляющий! — Эйк весь вытянулся, забрал письмо и поспешил прочь, радуясь, что так легко отделался.