Зачарованный лес

Глава 1. Даша Клушина и её семья

Дашу Клушину удочерили, когда она была младенцем, чего приёмные родители никогда не пытались от неё скрыть. Однажды, будучи уже почти взрослой, дочь робко спросила у отца:

– А вы не думали утаить от меня правду о... о моём происхождении?

Он покачал головой.

– Нет, моя принцесса, не думали, потому что сразу оценили все риски. Если бы мы попытались сохранить тайну твоего удочерения, то нам пришлось бы жить в постоянном страхе, что кто-нибудь тебе проболтается. Желающие почесать об этом языками нашлись бы и среди наших знакомых, и среди маминых родственников.

– Ты про Аглаю и Вику?

– Про кого же ещё? Ты ведь знаешь сестру и племянницу нашей мамы – они нипочём не смолчали бы. Вот из-за них и таких, как они, болтунов мы с мамой приняли решение не скрывать от тебя, что мы не кровные твои родители, но всё сделать для того, чтобы ты не сомневалась в нашей любви.

В чём Даша никогда не сомневалась, так это в любви к ней её приёмных родителей. Папа и мама любили чужую им по крови девочку, как родную, даже после рождения у них собственного сына Пети. Мальчик был на три года моложе Даши и появился он на свет, вопреки прогнозам врачей, диагностировавших маме бесплодие. Родители, конечно же, души не чаяли в родном сыне, однако при этом их чувства к приёмной дочери остались прежними.

Даша и её брат были дружны с малых лет. Сначала она на правах старшей сестры заступалась за него, а когда он подрос, то взял её под свою защиту. А поскольку Петя был мальчиком далеко не слабым, да ещё и занимался одно время вольной борьбой, никто его сестрёнку не смел обидеть. Со своей стороны учившаяся лучше брата Даша часто помогала ему с уроками. А когда Петя подрос, он начал изливать сестре душу, зная, что она не расскажет об этих излияниях даже родителям. Даша откровенничала с братом реже, но только лишь потому, что, по её мнению, ему кое-что о ней было рано ещё знать.

Как-то она сказала маме:

– Здорово, что врачи ошиблись, и Петька всё-таки появился на свет.

– И медики ещё долго не желали признавать свою ошибку, – усмехнулась мама. – Представляешь, Петенька уже вовсю шевелился во мне, а они всё сомневались в моей беременности. Ну, не могла я по всем медицинским показаниям забеременеть. Но всё-таки чудеса случаются, а мы получили наше чудо лишь, благодаря тебе, моя милая Дашенька.

– Почему, это благодаря мне? – удивилась дочь.

– Не знаю, но душой это чувствую, потому и люблю тебя ничуть не меньше Пети. Зря бабушка, когда я носила твоего брата, боялась, что после его появления на свет мы с папой отдадим ему всю свою любовь. Нет, вы для нас одинаково родные.

Упомянутая «бабушка», мама мамы Даши, Кира Станиславовна Кухарская, была дамой сухой, жёсткой и даже суровой по отношению ко всем, включая родных людей, чему способствовала её многолетняя деятельность на разных постах в городской администрации. Посторонние люди звали её за глаза «мадам Сухарской», «железной леди» и «бульдозером». Она сама порядком пострадала от собственной суровости. Личная жизнь у Киры Станиславовны не сложилась: отец двух её дочерей развёлся с ней, когда девочки ещё учились в начальных классах, и уехал из города. Больше госпожа Кухарская замуж не вышла.

Папа Даши имел очень покладистый характер, благодаря чему умудрялся поладить даже с самыми склочными людьми. Единственным человеком, которого он с трудом терпел, была его тёща. Однажды, когда после визита Киры Станиславовны, её зять ушёл в плохом настроении из дома, Даша сказала маме:

– Мне кажется, что папа за что-то обижен на бабушку.

– Да, ты угадала. Папа не может забыть, что бабушка не хотела, чтобы я вышла за него замуж.

– Почему не хотела? – удивилась Даша. – Наш папа очень хороший человек.

Мама печально вздохнула.

– Бабушке этого мало: у неё своё представление о счастье. Нет, моя мама совсем не меркантильная, но своим дочерям она желала богатых мужей, не сомневаясь в том, что только так мы с Аглаей станем счастливыми. За мной одновременно с папой ухаживал один известный предприниматель, чьей женой бабушка мечтала меня увидеть. Но, когда бизнесмен узнал о моём бесплодии, то наотрез отказался на мне жениться. Этот мужчина так испугался моих проблем, что даже пренебрег бабушкиными связями. Тогда бабушка дала согласие на мой брак с Ваней Клушиным, готового взять меня замуж даже бесплодной.

– А если бы тот бизнесмен согласился жениться на тебе, невзирая на твой диагноз, ты осталась бы с ним? – с замиранием сердца спросила дочь.

– Скорее всего, да, – честно призналась мама. – Для меня моя мама была тогда непререкаемым авторитетом. Впервые в жизни я с ней поспорила только, когда мы с папой решили тебя удочерить.

– Как поспорила? – поразилась дочь. – Ты же говорила, что бабушка вам в этом помогала.

– Да, и очень помогла. Но сначала она пыталась нас отговорить от такого шага, но вовсе не, потому что что-то против тебя имела, а просто считала наше решение слишком скоропалительным. Но мы её убедили в ответственном подходе к твоему удочерению. Ты, пожалуйста, не обижайся на бабушку.

– Да я и не обижаюсь, – ответила Даша. – Она всё-таки помогла вам меня удочерить.

– Она тебя любит, но по своему, – добавила мама.

Любила бабушка свою приёмную внучку, или нет, но относилась она к Даше не хуже, чем к родному внуку Пете, и лучше, чем к родной внучке Вике – дочери и единственному ребёнку Аглаи Хлыновой, младшей сестры мамы Даши. С самой Аглаей у Киры Станиславовны отношения были тоже довольно сложные. Однажды Даша случайно услышала, как госпожа Кухарская сердито выговаривала по телефону младшей дочери:

– Ты невозможна! Не зря я не хотела тебя рожать, но твой папочка, будь он неладен, помешал мне избавиться от лишней заботы. Ну, и что толку? Ни учиться, ни работать ты не желала – добро, что хоть замуж удачно вышла, но своим мужем ничуть не дорожишь, потому что была и осталась легкомысленной! И Виктория вся в тебя – ничего не желает делать: уверена, что собственной красотой всего в жизни добьётся.

Вика, действительно, во многом походила на свою мать – так же воспринимала жизнь лишь, как потребитель различных благ. В этом отношении Аглая была удачливее дочери: выйдя замуж сразу после школы за богача вдвое себя старше, младшая дочь госпожи Кухарской села ему на шею и прекрасно там себя чувствовала. Виктория с удовольствием пошла бы по стопам матери, однако у неё это не получалось, несмотря на то, что она тоже обладала в немалой мере и красотой, и хитростью. Однако с удачным замужеством сразу после школы у предприимчивой девицы не получилось, и пришлось ей учиться в педагогическом колледже, куда её устроила бабушка. Однако нерадивая внучка чиновницы и года не продержалась в этом учебном заведении. В конце концов, Вика одолела с грехом пополам курсы флористов, после которых стала работать, или точнее, по её собственному выражению, «филонить» в цветочном магазине, принадлежавшем другу её отца.

Личное общение Хлыновых с Клушиными ограничивалось в основном ежегодными встречами на дне рождения у Киры Станиславовны, куда обычно являлись все родственники госпожи Кухарской, включая вечно занятого мужа Аглаи, бизнесмена Артура Николаевича Хлынова, старавшегося сохранить хорошие отношения с влиятельной тёщей, и папы Даши, не желавшего лишний раз расстраивать жену своими ссорами с её матерью. Ещё бизнесмен Хлынов иногда обращался через свою жену к её старшей сестре за переводами с китайского, поскольку Дашина мама владела этим языком в совершенстве.

Долгое время других близких родственников рядом с Клушиными не было, поскольку Иван Клушин родителей потерял рано, бабушек и дедушек тоже лишился, а братьев и сестёр не имел совсем. Только, когда Даша училась в десятом классе, отец её мамы, Григорий Петрович Викентьев, решил опять поселиться в городе, покинутым им после развода с первой женой. Приехал он не один, а с внучкой своей второй жены Люсей, которую он взял на попечение.

Когда муж Киры Станиславовны, ушёл из семьи, она вернула себе девичью фамилию и начала искать повод для лишения его родительских прав на дочерей. Но поиски порядком затянулись, а за это время уехавший Викентьев успел не только жениться, но и добиться прекрасных результатов в собственном бизнесе. Разбогатевший Григорий Дмитриевич содержал вторую жену и помогал пасынку, которого любил, но при этом не жалел денег и для оставшихся с первой женой дочерей. В такой ситуации Кира Станиславовна, будучи умной женщиной, зажала в кулак собственную обиду и решила не открывать боевых действий против бывшего мужа.

Спустя годы, на успешного Викентьева внезапно обрушились две беды. Сначала погибли его пасынок и его жена, в чей автомобиль врезался управляемый нетрезвым водителем внедорожник. Затем вторая жена Григория Дмитриевича не выдержала страшного горя и скончалась от инфаркта. Викентьев остался вдвоём с шестнадцатилетней дочерью пасынка Люсей. Взяв себя в руки, он, установив опёку над девочкой, которую считал своей внучкой, продал бизнес, и, как выше было сказано, вернулся туда, откуда когда-то уехал, и где жили две его родные дочери. Кира Станиславовна возвращению бывшего мужа не препятствовала, поскольку опасалась, что её ссора с ним может повлиять на его завещание. А вдруг он, рассердившись на неё, лишит наследства воспитанных ею дочерей? По мнению госпожи Кухарской, от мужчины прожившего много лет с другой семьёй, можно было ожидать любых гадостей в адрес его первой семьи.

Викентьев сразу же по прибытию в город связался с обеими дочерьми и сообщил им о своём желании с ними общаться. Клушины все стали частыми гостями у Григория Дмитриевича и Люси, наведываясь к нему, как все вместе, так и поодиночке. Евгения всем сердцем полюбила вновь обретённого отца, Иван быстро нашёл общий язык с тестем, а внукам нравилось, что дедушка не донимал их поучениями. Даша к тому же ещё и подружилась с Люсей, хотя девочки были совершенно разными и по характеру, и по жизненным устремлениям. Но, возможно, эта несхожесть и породила у них интерес друг к другу.

Иначе повели себя Хлыновы. От Артура Николаевича его новоиспечённому тестю не стоило многого ожидать, поскольку муж Аглаи воспринимал всех людей, за исключением, разве что, самых для него близких, исключительно, как источник пользы для себя, а отошедший от дел бизнесмен явно вызывал у него сомнения в своей полезности. Но и младшая дочь отнеслась к отцу прохладно и почти отказалась от общения с ним, хотя иногда ему звонила и лениво спрашивала его о здоровье. Но она хотя бы изредка вспоминала о родителе, а вот Вика вообще не хотела ничего знать о своём деде.

Григорий Дмитриевич не подавал вида, что его задевало отношение к нему дочери Аглаи и внучки Вики. Он продолжал общаться со всеми Клушиными, не скрывая своей особой симпатии к Даше. Когда она решила поступать после школы на ветеринарный факультет местного Аграрного университета, дедушка больше всех её поддерживал. Родителям выбор дочери не то, чтобы категорически не понравился, просто они считали её способной на большее, чем лечение животных.

– Дашенька учится почти на одни пятёрки, – сказала мама Даши, когда Клушины были в гостях у Григория Дмитриевича. – Думаю, ей вполне может хватить баллов и для поступления на бюджетное отделение нашего Медицинского университета.

– Но я хочу лечить зверюшек, а не людей, – подала голос Даша.

– Дашуля очень любит животных, – сказал её папа и вздохнул с сожалением. – Я тоже их люблю и всегда любил. Была бы у нас возможность, мы завели бы парочку котов и хотя бы одну собаку. Но, увы, и у нашей мамы, и у Петьки сильная аллергия на шерсть животных.

– В таком случае замечательно, что Даша нашла способ общаться со своими любимцами, – заключил дедушка. – Пусть себе занимается любимым делом. Она девочка серьёзная, поэтому её выбор не может быть случайным и сиюминутным.

– Пожалуй, вы правы, – согласился с ним зять.

После окончания школы Даша без труда поступила именно туда, где хотела учиться, и за весь первый курс ни разу об этом не пожалела. Она легко сдала свою первую зимнюю сессию и продолжила учёбу. Незаметно пролетела почти вся весна, и приблизилась летняя сессия.

На исходе мая отмечался день рождения Киры Станиславовны, на который, как обычно, были приглашены Клушины и Хлыновы. Вряд ли кто-нибудь из приглашённых сильно желал попасть на это мероприятие, но уклониться от него никто не решился.

– Жаль, что дедушка не приглашён, – сказал Петя сестре накануне торжества.

– Дедушку Кира Станиславовна давно исключила из членов своей семьи, – отозвалась Даша.

– Мечтаю о том, чтобы она и меня исключила, – проворчал её брат.

Она укоризненно покачала головой.

– Не вздумай ляпнуть об этой своей мечте при маме. Она и без того расстраивается, оттого что ты и папа не ладите с её родными.

Застолье по поводу дня рождения Киры Станиславовны прошло, как обычно, скучно и чинно. Все гости мечтали только об одном – поскорее убраться прочь. Первой смогла улизнуть Вика, которая прибыла на своём автомобиле, и поэтому ей не надо было ждать родителей. Старшие Хлыновы засобирались почти сразу после ухода дочери, но, когда Артур Николаевич покинул квартиру, его жену задержала мать. Тем временем и Клушины простились с хозяйкой.

Выходившая последней Даша, не успев захлопнуть за собой дверь, обнаружила, что она оставила свой телефон возле вешалки и поспешила вернуться в прихожую.

– Я понимаю, что твой муж богат, – услышала девушка из комнаты. – И всё же лишние деньги никому не помешают. Почему же ты совсем не желаешь знать своего отца, будь он неладен?

– И вовсе не «совсем», – возразила Аглая матери. – Я иногда звоню ему. А папашины деньжата в любом случае нам с Женькой достанутся. Не в могилу же он их заберёт. Других наследников у него нет.

– Как это нет? А внучка его жены? Эта Людмила и по закону имеет право претендовать на наследство вашего с Женей отца, поскольку находилась, да и сейчас находится у него на попечении.

– Тогда, значит, у папаши три наследницы? – озадаченно спросила Аглая.

– Да, три, но в том случае, если Викентьев не оставит завещания, – пояснила Кира Станиславовна.

– Думаешь, он может не упомянуть меня в завещании?

– Ещё как может!

– В таком случае ты права – надо мне папашу умасливать. Не хочется на это время тратить, но надеюсь, мой родитель не заживётся слишком долго.

Хотя Даша знала свою тётушку, как особу весьма циничную, чёрствую и бездушную, её всё-таки сильно покоробили последние слова Аглаи. Однако девушка никому не стала рассказывать о случайно подслушанном разговоре, поскольку не хотела огорчать маму и дедушку.

Скоро всё это вылетело у Даши из головы, поскольку начавшаяся летняя сессия полностью завладела её вниманием. Со всеми экзаменами и зачётами она справилась успешно, а через три дня после последней сдачи ей исполнялось девятнадцать лет.

– Ура! – закричал Петя, когда его сестра сообщила, что получила на последнем экзамене очередную пятёрку. – Значит, намечается двойной банкет! Или ты собираешься со своими однокурсниками гулять?

Даша покачала отрицательно головой.

– Нет, Петюня, своё девятнадцатилетие я собираюсь отмечать строго в семейном кругу.

Она не была затворницей, но в этом году, после экзаменационных встрясок, ей захотелось скромного торжества в присутствии только самых близких людей – мамы, папы, Пети, дедушки и Люси. Все домашние поддержали Дашу в этом её намерении.

– Будет замечательный праздник, – сказала мама.

– Если нам его не испортят, – проворчал Петя.

Он оказался пророком. В тот же день к Клушиным явилась без звонка Кира Станиславовна. Поздоровавшись, она прошла в гостиную, села в кресло, которое поспешно освободила для неё дочь, и, делая вид, что не замечает удивления в устремлённых на неё взглядах, заявила безапелляционным тоном:

– День рождения Дарьи должен стать большим семейным праздником, на который соберутся все родственники.

Эти слова вызвали ещё большее изумление у присутствующих. На минуту повисла тишина, которую нарушил хозяин:

– С какой это стати?

– Так полагается, – бросила ему тёща.

– Раньше такого не было, – растерянно проговорила виновница будущего торжества.

– И совершенно напрасно, – настаивала на своём Кира Станиславовна. – Эту ошибку нам необходимо исправить.

– Но до дня рождения Дашеньки осталось два дня, – вмешалась хозяйка. – А мы Аглаю с мужем и дочерью ещё не приглашали.

– Я их пригласила, – сообщила гостья.

– И что? – с иронией в голосе спросил у неё зять.

– Артур, как всегда, занят, но Аглая и Виктория прибудут.

Отец и дочь с тоской посмотрели друг на друга. Они знали, что, если Кира Станиславовна на что-то решилась, противостоять ей не было ни малейшей возможности.

– Но я пригласила дедушку и Люсю, – сказала Даша.

Она ожидала, что Кира Станиславовна потребует от неё отменить это приглашение и собралась твёрдо стоять на своём.

«Пусть бабушка лопнет от злости, но дедушка и Люся будут на моём дне рождения».

– Ну, и замечательно, – неожиданно ответила Кира Станиславовна.

Клушины все оторопели.

– И ты, мама, согласна сидеть с папой за одним столом? – спросила хозяйка.

Гостья спокойно пожала плечами.

– А почему бы и нет? Нам с ним давно пора помириться.

«Кира Станиславовна хочет помочь Аглае получить дедушкино наследство», – предположила Даша.

– Значит, дедушка и Люся всё-таки будут, – сказала она после ухода госпожи Кухарской. – Я рада этому.

– Я тоже – поддержал её брат. – Хоть с кем-то из твоих гостей мне будет приятно общаться.

– Мне тоже, – согласился с ним папа.

Мама укоризненно посмотрела на них обоих, но ничего не сказала.

Расстроенная визитом Киры Станиславовны Даша вдруг вспомнила о том, что тот её день рождения, который будет скоро отмечаться, не совсем настоящий, а на самом деле она появилась на свет немного раньше.

«Вот только я понятия не имею, когда это случилось, и вряд ли об этом узнаю».

Скоро папа и Петя отправились спать.

– Думаю, и нам пора ложиться, – сказала мама и хотела подняться с кресла.

– Подожди, мамочка! – обратилась к ней дочь. – Я кое о чём хочу тебя попросить.

– Я тебя слушаю.

– Расскажи, пожалуйста, как я к вам попала.

– Но ты же слышала об этом уже много раз.

– А мне захотелось ещё раз послушать. Ну, пожалуйста, мамочка! Хотя бы кратко!

– Ладно, слушай, – согласилась мама. – Когда нашему с папой браку исполнялся год, мы решили отметить эту дату оригинальным образом – походом по ближайшему от нас урману[1]. Сначала всё было замечательно. Мы довольно легко переносили все трудности. Папа всегда отличался хорошей физической формой. Я в детстве была слабенькой, но мама заставила меня заняться спортом, и это помогло мне стать крепкой и выносливой. В общем, мы наверняка прошли бы весь путь без больших проблем, если бы в середине его не погиб наш проводник Артём. Это несчастье произошло неожиданно, глупо и случайно: парня убило упавшее ему на голову сухое дерево. После гибели проводника мы с папой оказались в безвыходном положении: одни, без связи посреди дремучего леса. Артём был там егерем, и не зря говорил нам, что по его лесу можно пройти только вместе с ним...

– Но вы не сдались, – вставила Даша.

– Нас поддерживало то, что не все обстоятельства были против нас. Например, знаменательно, что в кишащем диким зверьём лесу мы за двое суток не встретили ни одного хищника. Всё-таки, хотя наш папа и забрал у погибшего Артёма ружьё, охотником он не был.

– Да уж, какой из него охотник? – пробормотала девушка.

– Так прошло двое суток, – продолжила мама. – А на третий день наших блужданий мы вдруг услышали человеческие крики. Кричала женщина, и она явно звала на помощь. Скоро мы добежали до болота, где увидели страшную картину: в трясине тонула женщина с младенцем на руках. Наше появление случилось, как нельзя, вовремя. Несчастная успела швырнуть в нашу сторону ребёнка, которого я успела поймать, после чего ушла с головой в трясину. В это время младенец...

– То есть, я, – подала голос Даша.

– Совершенно верно, – подтвердила мама. – Ты молчала на руках у тонувшей женщины, но заплакала, как только очутилась у меня. Мы с папой развернули тебя и увидели, что ты – девочка. А потом нас охватил ужас, потому что оказавшейся у нас спасённой крохе грозила верная гибель. Увы, нам нечем было кормить грудного младенца. Я была в отчаянье, папа пытался меня успокоить. Мы метались по лесу в тщетной попытке найти людей и получить помощь ещё пару часов – до тех пор, пока над нами вдруг не завис вертолёт, посланный, как потом выяснилось, на наши поиски. Таким образом ты была спасена.

– Мы были спасены, – уточнила дочь.

– Это так, но тебе помощь требовалась больше, чем нам. Мы могли бы ещё подождать. Страшно представить, что было бы с тобой, если бы не бабушка. Это она подняла тревогу. А мы, между прочим, сразу не предупредили её, куда едем, во избежание противоборства с её стороны, и я послала ей СМС уже с дороги.

Даша смутилась. Каждый раз, когда она слышала о том, как Кира Станиславовна спасла её от верной гибели, она чувствовала себя виноватой за недостаточную любовь к этой строгой женщине. В конце концов, железная госпожа Кухарская такова, какая она есть, и не стоило забывать сделанное ею добро.

– Как только мы добрались до города, тебя отправили в больницу, – добавила мама. – Там выяснили, что ты совершенно здоровенькая, только малость ослабленная. Мы с папой сразу же решили тебя удочерить, и это нам удалось скоро, поскольку, во-первых, у тебя не нашлось никаких родственников, и, во-вторых, нам очень помогла моя мама. Ты оказалась в нашей семье, стала Дарьей, а днём твоего рождения был записан тот день, когда тебе удалось два раза избежать верной гибели. Врачи определили, что тебе тогда было примерно около двух месяцев.

Даша хотела продолжить расспросы, но мама сказала:

– Давай ложиться спать. У тебя день был трудный, да и я порядком устала. Пора отдыхать.

Дочь её послушалась. Уже лёжа в постели девушка вспомнила о том, что подтверждением истории её чудесного спасения служат несколько справок, выданных органами правопорядка.

«И хорошо, что есть справки, – сонно подумала она. – Иначе в эту историю никто не поверил бы».

[1] Урман – густой, дремучий лес в болотистых местах Западной и Средней Сибири.

Глава 2. Подарок из другой жизни

Накануне дня рождения Даши ей позвонил Григорий Дмитриевич и виновато сказал:

– Извини меня, дорогая Дашенька! К сожалению, я не смогу завтра появиться у вас.

«Уж не из-за Киры ли Станиславовны?», – подумала девушка.

Викентьев как будто угадал её мысль:

– Не подумай, что это как-то связано с бывшей моей супругой. Клянусь, я с большим удовольствием с ней помирился бы! Можешь так и ей сказать.

– Что же тогда случилось? Вы не заболели?

– Увы, заболел. Сердчишко малость прихватило. Ничего страшного, но мне прописан постельный режим.

– А Люся у нас будет?

– Нет, она не хочет оставлять меня на весь вечер в одиночестве.

– Может быть, тогда мне к вам сейчас же поехать? – обеспокоенно спросила Даша.

– Зачем?

– Навестить вас.

– Не волнуйся, милая! У меня всего лишь лёгкое недомогание. Люсенька за мной хорошо ухаживает: всё-таки она – медик.

Люся, окончившая школу в один год с Дашей, поступила в медицинский колледж, причём училась она на одни пятёрки, и Григорий Дмитриевич уговаривал её стать врачом.

На следующий день родители Даши были с утра дома: папа взял отгул, а мама всегда работала по свободному графику. Они предложили дочери погулять по самому старому городскому парку. На этот совместный поход согласился даже Петя, у которого были раньше какие-то свои планы на первую половину дня.

– Ты же собирался куда-то по своим делам, – напомнила Даша брату.

Тот беззаботно махнул рукой.

– Ну, собирался зайти к Сашке Бегичеву, а теперь не зайду. Он переживать не будет.

Клушины прекрасно провели несколько часов, прогуливаясь по дорожкам, среди вековых деревьев. Даше особенно нравилось кормить белок, которых было вокруг большое количество.

– Они почему-то к Дашке несутся толпами, – смеялся Петя. – Как будто знают, что она будущий айболит.

Когда они немного уставшие и очень довольные зашли в уютное кафе, чтобы пообедать, Даша, с сожалением, подумала:

«Сейчас всё замечательно. Но было бы совсем здорово, если бы мы вчетвером провели остаток дня у дедушки, вместе с ним и Люсей. Но это невозможно, потому что вечером ко мне должны прийти гости, которых я совсем не желаю видеть. У меня нехорошее предчувствие».

Гостей пригласили к семи часам вечера. Первой появилась у Клушиных отличавшаяся пунктуальностью Кира Станиславовна, которая прибыла не одна, а в сопровождении незнакомого Даше седовласого красавца пятидесяти-пятидесяти пяти лет. Костюм, рубашка, галстук и туфли у этого мужчины были очень дорогими, что сразу бросалось в глаза.

Хозяин нахмурился при виде спутника своей тёщи и глянул на неё вопросительно.

– Здравствуйте, мои дорогие! – воскликнула она с фальшивым восторгом в голосе и, понизив голос, добавила: – Я, как видите, не одна. Позволь представить тебе, Дарья, моего хорошего знакомого, Максима Алексеевича Берсенева. Остальные присутствующие почти все, кроме Петра, с ним давно знакомы.

– О, да! – с сарказмом отозвался хозяин. – Мы знакомы с ним давно. А позвольте вам напомнить, уважаемая Кира Станиславовна, что вы сами настаивали на сугубо семейном празднике.

– Ваня! – воскликнула его жена и укоризненно покачала головой.

– Ну, если я здесь лишний... – начал Берсенев без малейшей обиды в голосе.

Госпожа Кухарская его перебила:

– Максим Алексеевич был так добр, что доставил меня сюда, и даже предложил заехать за мной после празднества, чтобы отвезти домой. Я не пожелала гонять просто так по городу занятого делами человека и от вашего имени позвала его в гости. Но если вы его гоните, я тоже уйду!

Она, в отличие от своего спутника, выглядела теперь оскорблённой.

Мама с мольбой посмотрела на Дашу, и той пришлось вмешаться, хотя и не хотелось этого делать, потому что папа мрачнел всё больше.

– Пожалуйста, не уходите! – попросила она. – Прошу вас! Сегодня мой день рождения, и я рада всем присутствующим на нём гостям.

Инцидент был исчерпан, однако папа оставался раздосадованным. Берсенев, демонстративно «не замечая» неприязни хозяина, подарил Даше дорогой телефон.

«Если он здесь случайно, то откуда взялся подарок?» – удивилась девушка.

Максим Алексеевич тут же ответил на этот безмолвный вопрос:

– Я телефон приобрёл для своей дочери Сони. Она просила именно эту модель. Теперь куплю ей подарок ещё раз – всё равно мы увидимся только через три дня.

– Почему через три дня? – не поняла Даша.

– Я с мамой Сони в разводе, – сухо ответил Берсенев.

Их диалог был прерван прибытием Аглаи.

– А где твоя дочь? – поинтересовалась у неё Кира Станиславовна после приветствий поздравлений и вручения подарка.

– А её ещё нет? Обещала уже быть здесь.

– Она, как обычно, безответственна и непунктуальна, – проворчала госпожа Кухарская.

Вика появилась, когда хозяева только что пригласили гостей сесть за стол. Дочь Аглаи была не одна, а с высоким, голубоглазым шатеном лет двадцати пяти.

– Это Марк Коченев, – представила своего спутника виновнице торжества. – Он заведует каким-то отделом на фирме моего папы. Мы встречаемся.

– Очень приятно, – проговорила Даша, и её голос дрогнул.

Она почувствовала себя не в своей тарелке по двум причинам. Во-первых, ей показалось странным, что Вика тоже привела на семейную вечеринку кого-то постороннего. Во-вторых, её вдруг начало смущать присутствие этого молодого человека.

«Что со мной? – удивилась Даша. – Парень, как парень. Славка Нелюбов, который с первого семестра за мной ухлёстывает, симпатичнее этого Марка, хотя и не нравится мне совсем».

Скоро она поймала на себе пристальный взгляд парня своей двоюродной сестры, а, немного погодя, он уже смотрел на виновницу торжества почти непрерывно. Поскольку это, конечно, не ускользнуло от внимания Вики, она разозлилась и принялась донимать Дашу колкостями.

– Повезло Дашке, что её удочерили, – ляпнула дочь Аглаи ни к селу, ни к городу. – И после того, как Петька родился, она в детдом не попала. Пожалели сиротку.

В комнате повисло молчание.

– Конечно, мне повезло, – с нарочитой весёлостью отозвалась виновница торжества. – Только ты, Вика, всё-таки кое в чём ошибаешься: меня в этом доме не жалеют, а любят.

Вика открыла рот, чтобы ответить, но её опередила Кира Станиславовна:

– Мы все тебя любим, Дарья. А Виктория просто неудачно пошутила. У неё плохо с чувством юмора.

Даша сдержала смешок. У кого катастрофически было с этим плохо, так это у самой госпожи Кухарской. Чувство юмора у неё просто отсутствовало.

Вика после того, как её осадили, немного притихла, но ненадолго. Спустя немного времени, она сказала с ядовитой усмешкой:

– Тебя раньше мне в пример ставили из-за того, что ты училась почти на одни пятёрки. А теперь я не могу понять, зачем ты так старалась? Стоило ли оканчивать почти с отличием школу, чтобы поступить на ветеринарный факультет Аграрной академии?

В разговор вмешался молчавший до этого Марк. Он напомнил своей подруге:

– Ты, между прочим, нигде, кроме курсов флористов не училась.

После этих слов молодого человека Вика покраснела, и у неё сверкнули глаза. Зная свою двоюродную сестру с малых лет, Даша ожидала от неё бешеной выходки. Но дочь Аглаи только ехидно проговорила:

– Ну, я ни на что и не претендовала. У меня никогда не было стремления к учёбе. А Дашка с её пятёрками попала в скотоврачи. Смешно.

– Мне просто нравятся животные, – спокойно пояснила Даша. – Я обязательно завела бы кого-нибудь дома, если бы у мамы и Пети не было аллергии на шерсть.

Совсем не любившая животных Кира Станиславовна поддержала её:

– Между прочим, ветеринар – очень выгодная профессия. Многие люди готовы заплатить огромные деньги, чтобы вылечить своих домашних питомцев. Поверь, Виктория, что Дарья сумеет с такой специальностью обеспечить себя материально.

Вика презрительно хмыкнула:

– Ну да, если природа обидела внешностью, наградив маленьким ростом, короткими, кривыми ногами, большим носярой и бесцветными глазками, то мужчины на тебя совсем не клюют, поэтому надо крутиться самой, чтобы себя обеспечить.

Это было прямое оскорбление, причём слишком грубое, чтобы его никак на него не отреагировать.

– Виктория! – воскликнула возмущённая Кира Станиславовна. – Немедленно извинись!

Аглая тоже сочла, что её дочь слишком обнаглела и прикрикнула на неё:

– Извинись, Вика! Нельзя же так себя вести в гостях!

– А строить глазки чужому парню, значит, можно? – взвизгнула рассерженная девица.

Марк поднялся из-за стола.

– Мы уходим? – спросила у него Вика.

– Я ухожу без тебя, – ответил ей молодой человек. – Мне не нужна хабалка.

– Да как ты смеешь меня оскорблять! – завопила она. – Я сегодня же пожалуюсь отцу на твоё хамство, и он тебя уволит!

Марк пожал плечами.

– Пусть увольняет. Мне более интересную работу предложили.

Он сделал шаг к двери, затем остановился и обернулся.

– Я прошу прощения у всех присутствующих, кроме взбесившейся мегеры Вики. Особенно это касается виновницы торжества. Простите, дорогая Даша, что из-за меня вам испортили день рождения.

– Ничего страшного, – только и нашла, что ответить ему, девушка.

– До свидания! – попрощался со всеми Марк и ушёл.

Несколько минут никто, ничего не говорил.

– Кажется, мне тоже пора вас покинуть, – нарушила Вика молчание.

– Давай, вали отсюда, дурёха! – подал голос Петя.

– Не смей грубить старшим! – прикрикнула на него мама.

– Она этого заслужила, – буркнул он.

– Пожалуй, я уйду вместе с дочерью, – подхватилась Аглая. – Простите нас, дорогие хозяева! Ещё раз поздравляю тебя, Дашенька! До свидания! Пойдём, Викуся!

Последние слова она произнесла, пятясь задом к двери.

Вика обвела презрительным взглядом всех присутствующих и обратилась к Даше:

– Ты всего лишь никому не нужная подзаборница и маломерка носатая! Тебя твоя собственная мать-кукушка бросила в лесу, а мои ненормальные родичи подобрали...

– Виктория, не смей! – закричала на неё бабушка.

– Пока, родня! – с победной усмешкой попрощалась Вика и вышла из комнаты вслед за своей мамой.

Когда хлопнула входная дверь, Кира Станиславовна заговорила сердитым голосом:

– Вынуждена признать, что это празднество испорчено моей внучкой Викторией. Прости, Максим! Мне перед тобой особенно неудобно.

Хозяин дома бросил на тёщу испепеляющий взгляд, но промолчал.

– Ничего бывает, – сказал Берсенев. – Моя дочь Софья тоже порой такое выкидывает, что не знаешь, как реагировать. Такая она современная молодёжь.

– У меня разболелась голова, и я поеду домой, – сообщила хозяевам Кира Станиславовна и, повернувшись к Максиму Алексеевичу, спросила у него: – Ты отвезёшь меня, Максим?

– С великим удовольствием, сударыня!

Как только последние гости покинули квартиру, хозяин заворчал:

– У моей тёщи хватило наглости притащить ко мне в дом бывшего поклонника моей жены...

Жена перебила его:

– Ваня, давай не будем об этом при детях.

– Я уберу со стола, – сказала, поднимаясь со своего места, Даша. – Петь, помоги мне.

Ей необходимо было чем-то заняться, чтобы успокоить и привести в порядок теснившиеся роем в её голове мысли. К тому же она хотела скрыть от близких людей своё слишком возбуждённое состояние.

Когда многое из того, что раньше находилось на столе, оказалось на кухне, Петя вызвался помыть посуду.

– Что с тобой, братец? – удивилась Даша. – Не помню, чтобы ты когда-нибудь делал это добровольно.

– Теперь это случилось, сестричка, – проворчал Петя и, помявшись, добавил: – Не обращай внимание на лепет стервы Вики. Ты для всех нас родная.

Даша ласково улыбнулась ему.

– Я знаю об этом, мой милый братец.

Она отправилась в комнату за последней грязной посудой, но задержалась в прихожей перед большим зеркалом, вспомнив, как Вика обозвала её «носатой». В своё время этот крупноватый нос доставил немало страданий его обладательнице, поскольку часто бывал в школе объектом насмешек. Даша даже однажды пожаловалась на это папе.

– Никого не слушай, моя принцесса, – сказал он ей. – У тебя очень породистый нос. Посмотри, какой он тонкий и прямой!

К седьмому классу насмешки одноклассников прекратились, и некоторые мальчишки даже начали проявлять к Даше особый интерес, однако она оставалась по-прежнему недовольна своей внешностью, а потом поняла, что главная причина этого недовольства – отсутствие у неё даже малейшего сходства и с долговязым, светло-русым, кареглазым папой, и с красивой шатенкой мамой, у которой глаза были мшисто-зелёного цвета, и с унаследовавшим многие родительские черты братом Петей. Собственный нос ей тоже не нравился в основном по этой причине: девочка с радостью заменила бы его не только на мамин аккуратный, чуть вздёрнутый носик, но и на унаследованный братом папин нос-картошку.

Даше природа подарила густые белокурые, с серебристым оттенком волосы, обрамлённые длинными рыжими ресницами серые глаза, постоянный лёгкий румянец на щеках и уже упомянутый «породистый» нос. Ростом она была ниже всех в семье, так что и «маломеркой» Вика обозвала её не зря.

– Не грусти, принцесса, – услышала Даша голос папы и обернулась к нему.

– У меня есть повод для грусти, – сказала она со вздохом.

– Если тебя обидели слова злыдни Вики, то забей на них. Она просто приревновала тебя к парню, а он, заметь, после выходки девицы послал её далеко и навсегда.

Даша махнула рукой.

– Это ерунда. Меня больше другое задело. Скажи, почему Вика с такой уверенностью говорила, что меня якобы просто бросили в лесу? Есть ли в её словах хоть доля правды?

– Нет, – поспешно ответил папа и, вздохнув, добавил: – Просто Аглая и Кира Станиславовна думают, что мы нашли тебя в лесу одну. В полицейском протоколе так же было написано...

– Но почему, если всё было совсем иначе? – растерялась Даша.

В прихожей появилась мама, которая, очевидно, услышала этот разговор.

– Мы пока не можем тебе этого объяснить, – сказала она. – Но ты поверь нам.

– По-моему настала пора отдать нашей девочке то, что ей принадлежит, – заметил папа.

Мама кивнула.

– Конечно. У нас, Дашенька, есть для тебя ещё один подарок. Собственно этот подарок не наш, а твоей погибшей матери, но мы не могли тебе его отдать раньше.

– Почему?

– Сейчас ты это поймёшь, – ответил папа.

На кухне Петя громко звенел посудой.

– Боюсь, что он всё переколотит, – заворчала мама. – В другое время я вмешалась бы в этот процесс, но сейчас даже хорошо, что Петюня так гремит тарелками. Значит, он нас не слышит. Ему ещё рано знать семейные тайны. Пойдём, Дашутка.

Заинтригованная Даша последовала за родителями в большую комнату, где мама достала из шкафа шкатулку со своими украшениями и, порывшись в ней, вынула какой-то предмет, оказавшийся ярко-красным камнем, похожим по форме на человеческий глаз, в белой оправе и на белой цепочке.

– Этот кулон погибшая женщина успела бросить в нашу сторону вслед за тобой, а папа его поймал, – пояснила мама. – Камень – настоящий бриллиант.

– А металл – серебро? – поинтересовалась Даша.

– Самое удивительное, что это платина, – ответил папа.

– Что же в этом удивительного?

– У нас не было возможности узнать точный возраст твоего украшения, но мы выяснили, что оно старинное. А платина начала по-настоящему цениться сравнительно недавно. Правда, индейцы Южной Америки, инки и муиски, добывали этот метал с очень давних времён.

– Так, может, мой кулон оттуда? – предположила Даша.

Папа пожал плечами.

– Мы пока не можем узнать, откуда он. Для нас важнее, что его наличие подтверждает наш рассказ о том, как ты к нам попала. Нам больше неоткуда было взять такую дорогую, да ещё и старинную вещицу.

– Я вам и так верю – твёрдо сказала Даша.

Она унесла к себе в комнату и положила в свою шкатулку этот неожиданный подарок из прошлого.

«Надевать кулон не буду, – решила девушка. – Если эту вещь выставить на всеобщее обозрение, она у многих вызовет вопросы. Но не носить же бриллиант под одеждой. Любопытно было бы узнать его тайну, но и это мне, может быть, никогда не удастся».

Глава 3. Завещание

В субботу Клушины отправились навестить Григория Дмитриевича. Выглядел и чувствовал он неплохо, а гостям пообещал скоро поправиться. Все были уверены, что так и будет, однако через неделю после дня рождения Даши с её дедушкой внезапно случился инфаркт, от которого он скончался, не доехав в скорой помощи до больницы. Клушины полностью взяли похороны на себя, стараясь не беспокоить лишний раз Люсю, поскольку та очень тяжело переживала смерть человека, заменившего ей в последние годы всю семью.

– Как же она теперь? – обеспокоенно спросила Даша у родителей.

– Девочке нельзя оставаться одной в квартире, – отозвалась мама.

– Пусть она живёт у нас, – предложил папа.

Даша, мама и Петя вместе кивнули.

В тот же день Люся перебралась к Клушиным и поселилась в одно комнате с Дашей.

– Союз блондинистых, – с усмешкой отреагировал на это событие Петя. – Все пишут и твердят, что натуральные блондины в дефиците, а рядом со мной теперь проживают целых две особи такой масти.

Люся, действительно, тоже была натуральной блондинкой. Правда, её волосы имели несколько иной, чем у Даши, оттенок – ближе к светло-русому.

– Ты чем-то недоволен? – спросила Даша у брата.

– Ну, как же я могу быть недоволен классикой? – хихикнул он. – А Люсинда – классическая блондинка из анекдотов. Забавно смотреть, как эта куколка хлопает своими голубыми глазками.

Петя считал Люсю, которой дал прозвище «Люсинда», глуповатой. Отчасти согласная с таким мнением Даша полагала, что недалёкость Люси полностью компенсируется её добротой. Сама она называла Люсю на французский манер «Люси».

– Кто будет недоволен переселением к нам Люсинды, так это госпожа Кухарская, – добавил Петя. – Бабулю раздражает всё, что связано с дедушкой, кроме его наследства.

– Бабушка, между прочим, была на похоронах дедушки, – напомнила ему сестра.

– Она просто захотела увидеть труп своего врага.

– Вовсе нет, – возразила Даша. – Ты забыл, что бабушка собиралась мириться с дедушкой?

– Наверняка для того, чтобы уговорить его ничего не завещать Люсинде или, на худой конец, оставить ей самую малость.

– Но дедушка на это не согласился бы.

– Ты что, не знаешь госпожу Кухарскую? Не зря ведь её все зовут «бульдозером». Она прёт напропалую и ужасно злится, если с ней не соглашаются. Наша бабуля, ещё попытается напакостить Люсинде.

– Сомневаюсь.

– Попытается, вот увидишь.

На следующий день после этого разговора Кира Станиславовна явилась к Клушиным.

– А где ваша квартирантка? – спросила она чуть ли не с порога.

– Если вы про Люсю, то она ушла куда-то по своим делам, – сердито ответил ей зять. – И она, кстати, живёт у нас не кварти...

Оборвав его на полуслове, госпожа Кухарская демонстративно заговорила с дочерью:

– Опять ты, Евгения, занимаешься никому не нужной благотворительностью. Тебе следовало спросить у меня совета, прежде чем селить у себя постороннего человека.

– Женя уже много лет прекрасно обходится без ваших советов, – опять подал голос зять, не желавший уступать напористой тёще.

Не отреагировав и на эти слова, Кира Станиславовна продолжила отчитывать дочь:

– Ты хоть бы о Дарье подумала – ей приходится теперь делить комнату с этой девицей.

– Меня соседство Люси не смущает, – подала голос Даша. – Напротив, я даже рада, что она живёт со мной в одной комнате. Мне с ней веселее, чем одной.

Отвернувшись от неё, Кира Станиславовна проворчала:

– В конце концов, у этой Людмилы есть своя квартира. Почему она переехала к вам?

– Люся сейчас не может сейчас там оставаться, – ответила ей дочь. – Она тяжело перенесла смерть человека, которого очень любила.

Досадливо поморщившись, Кира Станиславовна прекратила спор. Она пробыла у Клушиных, как обычно, недолго, а перед уходом вдруг изменила своё мнение по поводу Люси:

– Пожалуй, ты права, Евгения: тебе стоит сохранять с этой девицей добрые отношения. Вам придётся делить наследство моего бывшего муженька, если он не оставил завещания.

– Григорий Дмитриевич оставил завещание, – сухо сказал ей зять.

Она с мрачным видом покачала головой.

– Бьюсь об заклад, что Аглая и Виктория там не упомянуты. Зря они не послушались меня и не общались с Викентьевым. Наверняка теперь все имевшиеся у него после продажи бизнеса немалые средства достанутся вам и этой бедной сиротке Людмиле.

Даша отметила, что Кира Станиславовна назвала Люсю «бедной сироткой» таким тоном, словно её сиротство являлось, если не преступлением, то по крайней мере скандальным поступком. От внимания родителей это тоже не ускользнуло. Мама погрустнела, а папа, по всему видать, с трудом сдержался, чтобы не сказать тёще резкость. Появилось некоторое напряжение, которое с уходом гостьи сразу же исчезло.

Скоро Клушиных и Люсю пригласили в нотариальную контору на оглашение завещания Григория Дмитриевича Викентьева. В тот же день Кира Станиславовна сообщила по телефону старшей дочери, что никого из Хлыновых к нотариусу не позвали.

– Было бы странно, если бы дедушка им что-нибудь оставил, – проворчал Петя.

– Но до них это не доходило, – заметила Даша.

Мама сокрушённо покачала головой.

– Теперь Аглая будет на меня дуться.

– Во-первых, тебе не стоит по этому поводу переживать, – сказал папа. – Во-вторых, мы не знаем, есть ли вообще повод для переживаний. Оглашения завещания ещё не было. Может оказаться, что в нём мы никакие не наследники, а только душеприказчики. Так что, ко всему надо быть готовыми.

– Дедушка порой принимал самые неожиданные решения, – вставила Люся.

Однако, как они не старались подготовить себя к любой неожиданности, оглашение завещания вызвало у них у всех настоящий шок. По волеизъявлению Григория Дмитриевича Викентьева единственной его наследницей объявлялась его внучка Дарья Ивановна Клушина.

Сначала в нотариальной конторе повисла тишина. Только спустя несколько минут поражённая Даша спросила хриплым голосом:

– Я?

– Вы, – спокойно подтвердил нотариус.

– Ничего не понимаю! – воскликнула девушка, ставшая вдруг обладательницей немалого состояния.

– Возможно, вы поймёте что-то из адресованного вам письма волеизъявителя, – сказал ей нотариус.

Письмо было отдано Даше, и она сразу начала его читать вслух:

– «Дорогая Дашутка!

Не удивляйся, пожалуйста, тому, как я распорядился своим наследством, и пойми всё правильно. У меня, как всем известно, есть две дочери. Младшей из них, Аглае, отец при его жизни не был нужен, за что я на неё не обижаюсь, но оставлять ей наследство не хочу, поскольку не считаю себя обязанным заботиться о людях, которых совсем не знаю, и к которым не имею никаких чувств. Бог с ними. В конце концов, муж Аглаи – человек достаточно обеспеченный, чтобы его семья не знала нужды. Для меня же самые близкие люди – это твои родители, твой брат, ты и Люся, которую я считаю своей родной внучкой. Однако у меня есть свои принципы, по которым мужчины обязаны сами зарабатывать себе на жизнь, поэтому Иван и Петя моих денег не получают. Моей дочери Жене вполне хватает для собственных нужд имеющихся в вашей семье средств. Остаётесь ты и Люся. О тебе я нисколько не беспокоюсь: твой здравый смысл поможет тебе правильно распорядиться полученным от меня наследством. Иное дело Люсенька – она совершенно не приспособлена к жизни, и её любой может обмануть. Если бы я успел найти ей такого же хорошего, как твой отец, мужа, моему счастью не было бы предела. Но, к сожалению, девочка постоянно притягивает к себе поклонников, которым нельзя доверять. Любой из них способен оставить её и без квартиры, и без денег. Поэтому я решил обратиться к тебе, поскольку знаю, что ты человек очень совестливый.

Так вот, дорогая Дашутка, официально я оставляю тебе всё, но половину денег и принадлежавшая мне квартира должны достаться Люсе. Тебя же, милая, я назначаю Люсенькиным опекуном до её замужества. Давай ей денег, сколько нужно, и следи за тем, чтобы она не тратила их зря. Думаю, что после моей смерти Люся какое-то время будет жить у вас. Нашу с ней квартиру можете сдавать, а деньги от сдачи вы, девочки, поделите пополам, а то несправедливо всё отдавать одной Люсе. Если она захочет вернуться в нашу квартиру, пусть возвращается, но лучше ей жить с вами до самого замужества. Уж слишком моя Люсенька не от мира сего. Она – прямо эльф, а не человек.

Вот такая моя к тебе просьба, Дашутка. Надеюсь, ты её выполнишь».

Даша сделала паузу, потом добавила:

– Дальше число и подпись.

Опять на несколько минут наступила тишина, затем заговорила Люся:

– Дедушка на сто процентов прав, мне нельзя доверять большие деньги, потому что я быстро всё потрачу и останусь без средств к существованию.

Даша отметила про себя, что с прозвищем «эльф» по отношению к своей названой внучке Григорий Дмитриевич попал в самую точку. Люся даже внешне походила на это мифическое существо.

«У неё кожа бледнее и тоньше, чем у меня, а на лице совсем нет румянца. Но самое главное, она не только внешне, но и внутренне похожа на эльфа».

Викентьев, как никто, знал, что его подопечная не приспособлена жить самостоятельно, без посторонней опеки. Однако Люсю могло задеть его недоверие, о чём подумала Даша, держа в руке дедушкино письмо.

Мама, словно услышав мысли дочери, спросила у Люси:

– Ты, милая, не обижаешься на дедушку?

Люся виновато улыбнулась.

– Мне не за что на него обижаться. Если кому и надо быть недовольными, это вам. Дедушка посадил меня на ваши шеи, а у вас и своих забот хватает, и я для вас – не подарок.

Клушины принялись наперебой уверять её в том, что они рады ей. Даже Петя, относившийся к Люсе с некоторой долей презрения, заявил:

– Ты, Люська, очень классная. С тобой стало веселее жить.

Вечером того же дня к Клушиным прибыла Кира Станиславовна, которой старшая дочь успела сообщить по телефону о результате похода своей семьи к нотариусу.

– Мой бывший муж всегда был большим чудаком, но в своём завещание он превзошёл самого себя, – недовольно изрекла госпожа Кухарская.

Её зять пожал плечами.

– Не нахожу ничего странного в том, каким образом покойный изъявил свою волю.

– И правда, мама, – поддержала его жена. – Я тоже считаю решение папы, как распорядиться своим наследством, вполне здравым. В конце концов, это его имущество, и он имел право оставить всё кому угодно – даже совершенно посторонним людям.

– У приличных людей принято оставлять своё имущество детям! – отрезала Кира Станиславовна и, переведя дух, добавила: – По поводу Аглаи ваш отец прав: она сама виновата, что лишилась его наследства, и я её давно предупреждала об этом. Но он должен был, как мне кажется, оставить всё, или почти всё, тебе, Евгения.

– Не вижу большой разницы в том, кому папа оставил своё состояние – мне или моей дочери.

– У тебя двое детей! За какие грехи Пётр лишён дедова наследства?

– Но дедушка же написал об этом Даше, – вмешался Петя. – По его мнению, мужчины должны всего добиваться сами. Я добьюсь, чего хочу, не сомневайся, бабуля.

Кира Станиславовна строго-настрого запрещала внукам называть её «бабушкой» и всеми производными от этого наименования словами. И нетрудно было понять, что Петя просто решил ей досадить. Мама посмотрела на него с укоризной, а госпожа Кухарская прошипела:

– Если ты чего-то и добьёшься, то исключительно своим хамством, поскольку твоим воспитанием никто, кроме меня, не занимается.

– Давайте ужинать! – поспешно предложила хозяйка.

За столом Кира Станиславовна о наследстве бывшего мужа не заговаривала, и ужин прошёл спокойно. Потом гостья засобиралась домой, а перед уходом спросила у Даши:

– Ты, конечно, исполнишь просьбу деда и поделишься с Людмилой оставленными тебе деньгами?

– Всё будет так, как хотел Григорий Дмитриевич, – твёрдо ответила девушка.

Кира Станиславовна кивнула.

– Ну, и правильно. Деньги не стоят того, чтобы ради них терять совесть. Вот только как бы тебе самой не лишиться полученного от деда наследства.

– И как, по-вашему, я его лишусь? – удивилась Даша.

– Влюбишься в какого-нибудь подонка, и он у тебя всё выманит.

– Наша дочь – не наивная дурочка, – подал голос папа девушки

– Дашка у нас умная, – поддержал его сын. – У меня, к примеру, не получается её разыграть. Вот Люська попадается на розыгрыши запросто.

– Я буду осторожной, – пообещала Даша.

– Надеюсь, – отозвалась Кира Станиславовна и, попрощавшись со всеми, ушла.

Её уход сопровождался общим облегчённым вздохом.

Хозяин виноватым голосом сказал жене:

– Ты меня прости, дорогая Женечка, но твоя матушка меня в последнее время совсем утомила.

– Честно говоря, меня тоже, – призналась она и поспешно добавила: – Но я её всё равно люблю.

– С этим не поспоришь, – отозвался её муж.

Глава 4. Марк

Аглая пришла в бешенство, узнав, как её с Евгенией отец распорядился своим состоянием, и кто именно получит его наследство. На следующий день после оглашения завещания, в субботу, она позвонила старшей сестре и наговорила кучу оскорблений, а затем отправила телефонные номера всех Клушиных в «чёрный список».

Даша во время самого этого инцидента была в магазине. Когда она вернулась домой, папа, Петя и Люся успокаивали маму, плакавшую после разговора со своей младшей сестрой. Сразу догадавшись о причине маминых слёз, Даша не стала задавать лишние вопросы, а присоединилась к остальным.

– Успокойся, мамуля, – сказала она. – Аглая не стоит твоих слёз.

– Конечно, не стоит! – поддержал её брат.

– Для неё деньги важнее тебя и нас, – высказался и папа.

– Может быть, тётя Аглая просто была не в себе? – предположила Люся. – А потом она опомнится и пожалеет о том, что вспылила?

– Это Аглая пожалеет о чём-то? – хмыкнул Петя.

Люся растерянно улыбнулась.

– Я её совсем не знаю... Понимаете, бабушка, когда была жива, учила меня искать в людях хорошее...

– Наша мама тоже старается найти хорошее в каждом человеке, – заметила Даша.

– Да, тётя Женя похожа на мою бабушку, – сказала с наивным видом Люся. – Даже странно, что они – не родственники...

В это время у Даши зазвонил мобильник. Она вышла из комнаты, чтобы пообщаться с одной из своих однокурсниц, а когда минут через пять вернулась в комнату, там мама говорила по своему телефону. Маминой собеседницей была Кира Станиславовна, чей металлический голос слышали все присутствующие.

– Я пыталась успокоить Аглаю, – чеканила слова госпожа Кухарская. – Но ты же знаешь, как эта особа упряма. Если твоя сестрица что-то вбила себе в голову, Евгения, то даже я бессильна доказать обратное.

– Что же делать? – спросила у неё дочь.

– Ждать, когда Аглая образумится, – ответила Кира Станиславовна.

– А если этого никогда не случится?

– Думаю, случится, причём скоро.

Не объяснив, на чём основана такая её уверенность, госпожа Кухарская простилась с дочерью.

– Как ты себя чувствуешь, мамочка? – поинтересовалась Даша.

– Мне уже лучше, – ответила мама. – Теперь у меня появилась надежда помириться с сестрой.

– Если бы дедушка что-то оставил и нашей маме, она отдала бы свою долю Аглае, – хмыкнул Петя.

– Отдала бы, – подтвердила мама. – Для меня хорошие отношения с родными дороже денег.

Папа покачал головой.

– А вот твои родные, похоже, не дорожат отношениями с тобой. Хотя с другой стороны, конечно, худой мир лучше доброй ссоры.

Успокоившаяся мама отправилась готовить обед, папа решил ей помочь, а младшие члены семьи разбрелись по своим комнатам. Даша села с ноутбуком в кресло.

– Сегодня отличная погода, – заговорила с ней Люся. – Давай после обеда погуляем. Можно и на прогулочном теплоходике покататься.

– Что-то не хочется, – лениво ответила Даша.

– Ты на меня сердишься? – спросила вдруг у неё подруга.

– Сержусь? С какой это стати?

– Ну, может быть, вам всем не понравились мои слова о том, что тётя Женя похожа на бабушку? Я сама не знаю, как это у меня вырвалось...

Даша перебила подругу:

– Ничего страшного ты, Люси, не сказала. Я папа и Петька сами поражаемся тому, как мало общего у мамы и Киры Станиславовны.

– Вы с Петькой никогда не называете свою бабушку «бабушкой», – заметила Люся.

– Она сама нам этого не разрешает. И Аглая не позволяет называть её «тётей». Ты это имей в виду и лучше даже за глаза называй её по имени. Причём имя должно быть только полным, потому что, если ты обратишься к ней – «Глаша», или тем более – «тётя Глаша», то станешь её врагом номер один.

– По-моему я и так со вчерашнего дня её враг номер один.

– Ну, и забей на это, как говорит Петька.

Даша включила ноутбук и уткнулась в него. Минут через пятнадцать её позвала Люся:

– Дашуль!

– Чего тебе?

– Мне нужна влажная салфетка.

– Возьми пачку в шкафу на верхней полке.

Через минуту Даша подняла глаза и увидела, что её подруга полезла по своей рассеянности на вторую сверху полку стенного шкафа.

– Ты не туда...

Но было уже поздно: Люся обнаружила тот самый кулон с бриллиантом на платиновой цепочке и в платиновой оправе, который родители отдали Даше в день её девятнадцатилетия.

– Ой, какая красота! Я ни разу не видела этой вещи! Откуда она у тебя?

– Это память о моих кровных родителях, – сухо пояснила Даша.

– Ещё одно наследство? Везёт же тебе!

Даша с трудом скрыла досаду. Ей совсем не хотелось, чтобы об этом наследстве знал ещё кто-то, тем более Люся, на чью способность хранить тайны не стоило полагаться.

«Я, дура, сама виновата, – сердито упрекнула себя Даша. – Надо было кулон подальше убрать, если не хотела, чтобы Люси его увидела».

– Ты дашь мне его поносить? – спросила Люся.

– Нет, не дам! – сварливо ответила Даша и тут же поспешила смягчить свою грубость: – Не подумай, Люси, что я жадничаю. Просто это единственная память о людях, благодаря которым я появилась на свет, и о которых мне совсем ничего не известно. Это очень личное, и я даже не хочу никому кулон показывать. Так что, извини меня, пожалуйста.

Люся на этот отказ не обиделась.

– Я тебя понимаю, – сказала она. – Я сама, честно признаться, не хочу никому давать вещи, которые мне дарили мама, папа, бабушка и дедушка.

На этом разговор о кулоне закончился, но Даша чувствовала себя немного виноватой из-за того, что она не была до конца откровенна со своей простодушной подругой, и решила искупить свою вину:

– Знаешь, Люси, я, пожалуй, соглашусь отправиться с тобой после обеда на речную прогулку, если ты, конечно, не передумала.

Люся радостно подскочила.

– Нет, не передумала. Поехали!

Послеобеденная прогулка по реке на прогулочном теплоходе обеим девушкам очень понравилась. Когда они довольные возвращались домой, возле подъезда их поджидал сюрприз в лице высокого симпатичного шатена в пятнистой футболке, джинсах и чёрных кроссовках.

– Ой! – вскрикнула поражённая Даша, когда этот молодой человек направился к ним.

– Ты чего? – недоумённо спросила Люся.

Подруга хотела ей ответить, что это тот самый Марк Коченев, который совсем недавно встречался с Викой Хлыновой, но не успела ничего сказать, потому что он уже к ним подошёл.

– Привет, девушки! Рад вас видеть.

– Здравствуйте! – отозвалась Даша. – Только не говорите мне, что вы случайно мимо проходили и неожиданно заметили меня.

Коченев слегка усмехнулся:

– Нет, мне давно хотелось вас увидеть, Даша.

– Я, пожалуй, пойду домой, – решила Люся.

– Но сначала нам стоит познакомиться, – обратился к ней Марк.

– Это Людмила, моя двоюродная сестра и близкая подруга, – представила ему Даша свою спутницу.

Та доброжелательно улыбнулась.

– Можете звать меня Люсей.

– Очень приятно, – отозвался молодой человек.

– А это – продолжила Даша, – обращаясь уже к Люсе, – тот самый Марк, который «бежал быстрее лани» с моего дня рождения.

– Не от вас, заметьте, бежал, – проворчал Марк.

– Вы сбежали от Вики, – хмыкнула Люся, – а от неё любой нормальный человек сбежит.

– Совершенно верно, – согласился с ней молодой человек.

Даше не нравилось, когда мужчины злословили в адрес своих бывших жён, невест и подруг, поэтому она нахмурилась и сердито спросила:

– Чего, собственно вы от меня хотите, Марк?

– Я пошла, – бросила Люся и, прежде чем её подруга возразила, юркнула в подъезд.

– Для начала я хочу пригласить вас в одно замечательное, уютное кафе – предложил Коченев.

– Я, пожалуй, откажусь от этого приглашения, – заявила девушка.

Марк пристально на неё посмотрел.

– Я вам не нравлюсь?

– Мне не нравятся парни, ругающие девушек после расставания с ними, – честно ответила Даша.

– Вот оно что! – протянул Марк и, приложив руку к груди, добавил: – Клянусь, что больше не помяну Вику ни одним плохим словом, хотя в последние дни у меня немало крови было выпито и ею, и её папашей. Но я забуду о существовании обоих, словно их и не существовало в моей жизни.

– Но, отец Вики, Артур Николаевич Хлынов, ваш работодатель...

– Уже нет. Я ушёл из его фирмы и устроился на другое место. Теперь у меня зарплата пока что меньше, зато перспектив больше.

– Что ж, поздравляю вас.

– Так вы согласны поехать со мной в кафе? – умоляюще спросил Марк.

Даша была вынуждена признаться самой себе, что этот молодой человек ей очень нравился, и у неё отсутствовал серьёзный повод прогнать его прочь.

– Ладно, поеду, – согласилась она.

– А не перейти ли нам на ты?

– Давай перейдём.

Обрадованный Марк махнул рукой в сторону стоящего неподалёку серебристого автомобиля.

– Прошу тебя, принцесса, занять место в моей карете.

Когда они устроились в машине, Даша вдруг засмеялась.

– Рад, что мне удалось тебя развеселить своей галантностью, – усмехнулся и Марк.

– А это вовсе не ты меня рассмешил. Просто я кое-что вспомнила. Видишь ли, я недавно получила неплохое наследство, а вчера бабушка советовала мне быть осторожной с мужчинами, чтобы какой-то подлец не выманил у меня моё состояние.

– Ко мне это не относится! – с горячностью воскликнул молодой человек.

– Разумеется. Моё наследство, которое я, кстати, должна разделить пополам с Люсей, не идёт ни в какое сравнение с деньгами отца Вики.

Марк кивнул.

– Да, Хлынов уже планировал женить меня на своей дочери и уйти на покой, передав мне ведение дел. Я отказался от такой заманчивой перспективы.

– Предпочитаешь посидеть со мной кафе?

– Да, предпочитаю.

– Ну, тогда поехали!

– Поехали!

Когда машина тронулась с места, у Даши вдруг сладко дрогнуло сердце. Она поняла, что ещё ни с кем ей так не хотелось посидеть в кафе, как с этим парнем, расставшимся из-за неё с Викой Хлыновой.

Глава 5. Странные рабочие

Пробежал июль, начался последний летний месяц. Даша, Петя и Люся догуливали свои каникулы, а старшие Клушины получили одновременно отпуск. Всем хотелось съездить на море, но финансы им этого не позволяли, поскольку много семейных денег ушло на похороны Григория Дмитриевича. Так что, пока Даша дожидалась своего вступления в права наследования, отдыхать ей и её близким приходилось в деревне Кольцовке, где когда-то проживала бабушка главы семейства Клушиных, от которой им всем достался под дачу дом. Места там были неплохие: лес, правда, не отличался густотой, зато прямо за околицей протекала извилистая речка, да и живописных озёр в округе хватало.

Отдых в Кольцовке имел для Даши свои преимущества. Она, кроме того, что дышала свежим воздухом и любовалась красотами природы, ещё и занималась любимым делом – лечением животных. Вся деревенская скотина, казалось, чувствовала великую для себя пользу от этой городской жительницы. При виде Даши коровы мычали, овцы и козы блеяли, а лошади не только ржали, а ещё и весело подпрыгивали. Кольцовские собаки и кошки тоже её обожали и постоянно ластились к ней.

Пенсионерка Ирина Николаевна Брянцева, чей дом находился по соседству с дачей Клушиных, часто говорила Даше:

– Перебирайся-ка ты после учёбы на житьё в деревню. Тебя вся округа ценить будет, а фермеры вообще на руках станут носить.

Даша мечтала после окончания Аграрной академии лечить зверей в цирке или зоопарке, однако об этой своей мечте она осмелилась рассказать только родителям.

– Подумаю, – отвечала девушка соседке. – У меня ещё полно времени для выбора: я только на второй курс перешла.

Остальным Клушиным отдых в Кольцовке тоже доставлял определённое удовольствие. Мама любила возиться в огороде, выращивая овощи и цветы. Папе нравилось рыбачить, и он мог часами торчать на речке. Петя общался целыми днями с местными ребятами и такими же, как он, юными дачниками. Одна только Люся в деревне вдруг поскучнела, хотя старалась скрыть от окружающих свою меланхолию.

«Что за тоска напала вдруг на Люси», – удивилась Даша, когда заметила настроение подруги, и, найдя подходящий момент, спросила:

– Ты скучаешь в Кольцовке?

– Нет, совсем не скучаю, – возразила Люся.

– Но выглядела ты в городе повеселее, чем сейчас.

– Просто в городе я была постоянно чем-то занята, а в деревне у меня от безделья появляются всякие мечтания. Я понимаю, что они невыполнимые, оттого мне и становится грустно.

– О чём же ты мечтаешь?

Помявшись с минуту, Люся ответила подруге:

– Выйти замуж за любимого человека.

Этот ответ вызвал у Даши недоумение. Во-первых, она не поняла, почему хорошенькая блондинка Люся назвала свою мечту невыполнимой. Во-вторых, Даша считала, что им обеим рано ещё думать о замужестве, и чуть было не заявила об этом подруге, но вовремя прикусила язык.

«Люси не такая, и не мне читать ей нотации».

– У тебя уже есть кто-то на примете? – мягко поинтересовалась она.

Люся вздохнула с сожалением.

– Нет, к сожалению. Это ты можешь спокойно выйти за своего Марка.

– Так сразу и замуж... – пробормотала Даша, чувствуя вспыхнувший на щеках румянец.

С того вечера, когда Марк Коченев отвёз её в очень уютное кафе, где они провели несколько часов, начались их отношения. Даша всё больше осознавала, что до встречи с ним у неё были лишь лёгкие увлечения, а теперь она по-настоящему влюбилась. Это девушку и радовало, и пугало.

– У нас ещё всё только начинается, – добавила она, не глядя на подругу.

– Я тебе, Дашуль, по-хорошему завидую, – призналась Люся.

– Ещё ничего непонятно.

– Но уже видно, какой твой Марк замечательный.

– Уж не претендуешь ли ты на него? – усмехнулась Даша.

Это была шутка, но Люсю она сильно смутила:

– Ну, что ты! Конечно же не претендую... Я на такую подлость не способна... Да и твой бой-френд никогда на меня не позарится...

– Думаешь, он святой?

– Просто Марк не из тех мужчин, которые собой разбрасываются. Ему нужна ты, и он не захочет тебя потерять. А я не хочу потерять не только тебя, но и вашу семью, потому что тогда останусь совсем одна.

«Нет, всё-таки мы с Петькой принижаем интеллект Люсинды», – решила Даша.

– Ты права, Марк замечательный, – сказала она. – Он отказался от выгодной женитьбы.

Люся с сомнением покачала головой.

– По-моему ему не так уж и выгодно было жениться на Вике.

– Почему? – удивлённо спросила Даша.

– Ничего хорошего Марку там не светило. Семейка Хлыновых использовала бы на всю катушку его таланты, а потом дала бы ему хорошего пинка под зад. А Вика с тем состоянием, которое заработал бы для неё первый муж, легко вышла бы замуж во второй раз. Знаешь, кого она мне напоминает?

– Кого?

– Помнишь, ты меня затащила в театр, на спектакль «Без вины виноватые»?

– Конечно, помню. Это пьеса Островского.

– Вика Хлынова – вылитая бабёнка, ради которой бросил главную героиню её любовник Муров. Там он женился на деньгах этой стервы, а она превратила его жизнь в адище.

– Жена Мурова, в конце концов, умерла, – напомнила Даша.

– Вика вряд ли доставила бы такое удовольствие Марку, – усмехнулась Люся. – Нет, он для своей же пользы променял её на тебя. И у него в перспективе женитьба на тебе. Не зря же он познакомился с твоими родителями. Рано или поздно у вас будет свадьба.

Марк на самом деле без каких-либо проволочек познакомился с семьёй девушки, за которой начал ухаживать. Скоро папа Даши и Петя подружились с молодым человеком. Маме Марк тоже понравился, только она сожалела о том, что дочь отбила его у своей двоюродной сестры.

– Зря ты, Женя, переживаешь, – отозвался папа Даши на ворчание жены по этому поводу. – Парень сам выбрал нашу дочь, хотя Вика для него была более выгодной партией. В конце концов, я тоже оставил свою прежнюю девушку, когда с тобой познакомился.

– Но твоя прежняя девушка не была моей сестрой.

– А если бы и была, это ничего не изменило бы.

Марк приезжал в Кольцовку каждую пятницу и уезжал обратно в город вечером в воскресенье. В другие дни влюблённые общались через соцсеть или по телефону.

Отправляясь с подругой в лес, Даша всегда говорила:

– Постараемся далеко не заходить.

Однажды это услышал Петя и спросил у неё с усмешкой:

– Боишься заблудиться в здешних трёх соснах?

– Ничуть не боюсь, – буркнула она, слегка покраснев.

– Конечно, не боится, – сказала с улыбкой Люся. – Просто, если мы забредём далеко в лес, кое-кто может ей не дозвониться.

– Ну, да! – хихикнул Петя. – Дашка ждёт звонков от своего бой-френда.

Незаметно пролетела половина августа. Однажды в середине месяца Даша возвращалась одна с речки и грустила о том, что ждать до вечера пятницы ещё более суток. Она почему-то именно на этой неделе особенно соскучилась по живому общению с Марком.

В соседнем дворе девушка увидела пенсионерку Брянцеву.

– Здравствуйте, Ирина Николаевна.

– Здравствуй, Дашенька! – отозвалась соседка. – Ты, наверное, ещё не слышала главную деревенскую новость этого дня.

Даша остановилась.

– Нет, ещё не слышала.

– У нас в Кольцовке скоро появятся новые дачники, – озабоченно сообщила Ирина Николаевна.

– Вас это, кажется, не радует?

Соседка пожала плечами.

– Мы пока не знаем, радоваться или печалиться. Там видно будет.

– А кто они? Вы видели их?

– Нет.

– А откуда вы знаете про новых дачников?

Брянцева рассказала про то, о чём ей стало известно нынешним утром.

На самой окраине Кольцовки стоял домик, хозяйка которого умерла весной. Её приехавшие на похороны наследники жаловались, что у них, людей очень занятых, нет возможности заниматься продажей дома, и вообще вряд ли кто-то пожелает купить такую развалюху да ещё в глуши. Но, очевидно, покупатель всё же нашёлся, потому что вчера в пустующем домике объявились четверо мужчин, и один из них сказал ближайшим соседям, что их прислал новый хозяин, чтобы сделать ремонтные работы.

– Что же, здесь теперь дача будет? – поинтересовался кто-то.

– Да, дача, – ответил бригадир ремонтников.

– Вот так в деревне и узнали о новых дачниках, – закончила свой рассказ Брянцева.

– А что из себя представляют рабочие? – спросила у неё Даша.

Пенсионерка пожала плечами.

– Обычные мужики. Имена у всех нерусские, и говорят эти люди они по-русски, хоть без акцента, но как-то иначе, чем мы.

– Ладно, поживём – увидим, – заключила Даша.

Спустя пару часов после этого разговора Клушины и Люся сидели в одной комнате и обсуждали планы на вечер. Внезапно хлопнула входная дверь.

– Пойду, встречу гостя, – сказал папа, поднявшись с дивана.

Однако не успел он сделать и шага, как в комнату вошёл крепкий мужчина лет около сорока пяти, среднего роста, широкоплечий и мускулистый, с тёмными, рыжеватыми волосами и почти чёрными глазами, одетый в футболку и брюки защитного цвета, обутый в кеды.

– Здравствуйте, уважаемые! – обратился этот гость к присутствующим.

После того, как ему ответили, он представился:

– Меня зовут Ашманом.

– Вы, наверное, один из рабочих из дома на окраине деревни? – спросила хозяйка.

Ашман кивнул.

– Да, мы здесь вчетвером, а я бригадир.

– Вам нужна какая-то помощь? – осведомился у него хозяин.

– Нет ли у тебя, дорогой друг, крестообразной отвёртки? А то у нас они все плоские.

– Должна быть, – ответил глава семейства Клушиных.

Он вышел и спустя несколько минут вернулся с нужной гостю отвёрткой.

– Дарю.

– Большое спасибо! – поблагодарил с поклоном Ашман.

Когда гость покинул дом, Даша спросила у папы:

– А почему ты так спокойно отнёсся к тому, что он тебе тыкал. Тебя же это обычно сердит.

– Я сержусь, когда кто-то пытается унизить меня тыканьем. Но это не тот случай. Человек, приходивший к нам, возможно, просто путается в русских личных местоимениях, поскольку наш язык для него чужой.

– Но говорит он по-русски прилично, – заметила мама.

– Да, очень прилично, – проговорила Даша таким тоном, словно в чём-то пыталась себя убедить.

Ей почему-то речь гостя показалась какой-то неестественной, но в чём эта неестественность она не могла понять: ведь акцента у Ашмана не было, и в падежах он не ошибался.

Даша ещё раз представила гостя, и вдруг её осенило:

«Артикуляция! У этого Ашмана движение губ совсем не совпадало с тем, что он произносил! Но этого не может быть!»

– Что с тобой, Дашутка? – недоумённо спросил папа.

– Со мной? А что такое со мной?

– У тебя такое лицо, как будто ты сделала потрясающее открытие.

Так оно и было, но только Даша понятия не имела, что ей говорить об этом открытии своим близким.

«Такое можно увидеть только, если твоя кукуха поехала», – подумала она.

А очень скоро у неё, как, впрочем, и у всех, Клушиных, появился новый, причём гораздо более сильный повод для изумления. Сначала послышался звук остановившегося возле их калитки автомобиля.

– Кто это прибыл, – отметила мама.

«Неужели Марк приехал на день раньше?» – подумала с замиранием сердца Даша.

Выбежавшая из комнаты Люся почти сразу вернулась и сообщила скороговоркой:

– Там, тётя Женя, ваша сестра прибыла. Я её давно уже видела, но узнала.

В комнату, действительно, вошла собственной персоной Аглая.

– Здравствуйте, дорогие родственники, – произнесла она, садясь на свободный стул.

– Здравствуйте, тётя Глаша! – отозвался Петя.

Даша подавила смешок.

«Сейчас тётушка спустит на Петьку всех собак».

Однако Аглая только недовольно поморщилась, но сразу же сделала своё лицо фальшиво приветливым.

– Я хочу попросить у вас прощения, дорогие мои, – огорошила она присутствующих.

Петя присвистнул и пробормотал:

– Моя тётушка просит у кого-то прощения? Медведь в Арктике сдох.

Аглая сделала вид, что не расслышала его слов.

– За что ты просишь прощения? – осведомилась у неё удивлённая сестра.

– Как будто не за что? Я на вас разозлилась из-за папиного наследства. Он нам ничего не оставил.

Петя ядовито напомнил:

– Вы с Викой дедушку знать не хотели.

– У нас просто не хватала на него времени, – только и нашла что сказать гостья.

Это прозвучало так глупо, что Петя и Люся дружно хихикнули.

– Ты же никогда не работала, – напомнил гостье хозяин.

– Какое это имеет значение, Вань? – вмешалась хозяйка. – Главное, мы с моей сестрой помирились.

Она подошла к Аглае, обняла её и поцеловала.

– У меня к вам есть одна большая просьба, – сообщила гостья, когда сестра от неё отстранилась.

«Ну, вот и причина и этого визита, и извинений», – с усмешкой подумала Даша.

Очевидно, та же мысль пришла в голову папе, Пете и Люсе, судя по выражениям на их лицах. Одна мама продолжала радоваться визиту сестры.

– Мы слушаем тебя, дорогая сестричка.

– Мне нужна твоя помощь, Женечка.

– Помогу, чем смогу. Что именно от меня требуется?

И Аглая рассказала, зачем ей внезапно понадобилась сестра. Точнее в помощи нуждался Артур Николаевич, который заключил контракт с китайцами на продажу их какого-то прибора. В этом договоре был ещё один российский партнёр, который очень подвёл Хлынова.

– Представляете, скоро презентация этого прибора – говорила, почти захлёбываясь Аглая – но вдруг только сегодня выясняется, что его инструкция ещё не переведена с китайского языка! А за это отвечал партнёр моего Артурчика, и в той фирме просто забыли про перевод! Моего мужа чуть инфаркт не хватил, но он вспомнил про то, что моя сестра – знаток китайского языка! Милая Женечка, спасай нас! Если ты не поможешь, Артурчик наверняка потеряет контракт и фирму, из-за чего наша семья останется без денег.

– Но я не сильна в технической терминологии, – протянула её сестра.

– Пусть тебе Петя поможет, – предложила Аглая. – Он в технике ас, и, как я слышала от нашей мамы, учит китайский язык, чтобы потом поехать в Китай. Вдвоём вы успеете перевести инструкцию до презентации.

– Вот ещё... – сердито начал Петя.

Тётя перебила его:

– Петенька, умоляю, помоги!

– Если откажешься, ты меня огорчишь, – сказала ему мама.

– Ладно, я согласен, – сразу сдался Петя.

Аглая поднялась со стула.

– Тогда поехали к нам.

– Как поехали? – удивилась её сестра. – Прямо сейчас?

– Конечно, сейчас! Вам надо браться за дело, если не сегодня вечером, то завтра рано утром. Чем скорее вы начнёте, тем больше шансов, что вам удастся всё вовремя закончить. Если у вас получится, мой муж, честное слово, в долгу не останется.

Даша переглянулась с папой. Им обоим предложение Аглаи не нравилось, однако они понимали, что не смогут повлиять на маму, никогда не отказывающуюся, несмотря ни на что, помогать своим родственникам.

«Артур поручает это дело маме с Петькой, чтобы не платить больших денег кому-то другому, – сердито подумала Даша. – Наверняка он даст им за работу копейки».

Но вслух она, разумеется, этого не произнесла.

Минут через сорок Аглая увезла сестру и племянника. Даша, папа и Люся остались втроём, но ещё через полчаса к ним неожиданно приехал Марк.

– Ты чего вдруг примчался? – спросила у него Даша, когда он загнал свой автомобиль к ним во двор.

– А тебе не нравится мой визит?

– Очень нравится. Но сегодня же только четверг, и тебе завтра на работу.

– Я по тебе соскучился и взял на пятницу отгул.

Даша радостно обняла его и поцеловала. Затем они вместе вошли в дом.

– Вы не знаете, что за женщина выехала из вашей деревни на красном ауди? – вдруг спросил Марк, поздоровавшись с Дашиным папой и Люсей.

– Это была моя тётя, – ответила Даша. – Она увезла маму и Петю. А ты разве её не узнал?

– До того ли мне было? Она, выезжая на шоссе, едва меня не протаранила. Я едва успел увернуться.

– Это на Аглаю похоже, – проворчала Даша.

– Я не узнал её, но заметил, что она, отвернувшись, с кем-то болтала, – добавил Марк.

– Наверное, с Женечкой, – забеспокоился хозяин. – Только бы Аглая довезла моих жену и сына живыми.

Спустя час жена сообщила ему по телефону, что они втроём благополучно добрались до элитного посёлка, в котором жили Хлыновы. Облегчённо вздохнув, муж пожелал ей и Пете спокойной ночи, передал привет от дочери и Люси, но о приезде Марка не стал сообщать.

– Пожалуй, нам пора спать, – сказал он после окончания телефонного разговора. – Уже стемнело.

Внезапно кто-то постучал во входную дверь.

– Кто там? – спросил Марк.

Ответ был неожиданный:

– Это я, Ашман.

– Чего тебе понадобилось от нас ночью? – осведомился хозяин.

– У одного моего товарища случилось радостное событие, и он хочет им с вами поделиться.

– Почему именно с нами? – удивилась Даша.

– А мы ни с кем больше в этой деревне толком не познакомились.

– Вообще-то не хочется людей обижать, – забормотал папа Даши. – Но с другой стороны здесь, кроме нас, двух мужчин, две беззащитные девушки.

За дверью опять заговорил Ашман:

– Если бы мы хотели сделать вам что-то плохое, мы проникли бы к вам потихоньку глубокой ночью. Преодолеть такие хлипкие запоры для нас не стоит труда.

Даша отметила про себя, что эти слова не лишены логики. Очевидно, это пришло в голову не только ей.

– Надо открыть дверь, а то как-то неудобно, – сказала Люся шёпотом.

В это время кто-то сильно дёрнул дверь с обратной стороны, отчего крючок, на который она была закрыта, выскочил.

– Ну, я же говорил, что у вас плохие запоры, – усмехнулся, входя, Ашман.

Следом за ним появились ещё трое мужчин, и в прихожей сразу стало тесно.

– Пойдёмте в гостиную, – предложил всем хозяин.

В комнате Ашман сразу же сказал:

– Разрешите, уважаемые хозяева, представить вам моих товарищей.

– Будем рады познакомиться, – отозвался папа Даши.

Имена у всех ремонтников были нерусскими. Мрачного угрюмца с довольно неприметной внешностью звали Гауром, держащий в руках бутыль с тёмной жидкостью долговязый малый был Урасом, невысокого мужчину с очень грустными глазами бригадир представил, как Камала.

– Камал немой, – добавил низким грубым голосом Гаур.

– Глухонемой? – спросила Люся.

– Нет, – ответил Урас. – Он только не говорит, а слышит прекрасно.

– Радостное событие случилось у Ураса, – заметил Ашман.

– Какое же это событие? – поинтересовалась Даша.

– Давайте сначала выпьем вина, а потом я скажу, что произошло, – предложил Урас.

– В этом доме нет ни фужеров, ни рюмок, – вспомнил хозяин. – Всё осталось в городе.

– У нас имеется своя посуда, – сказал Ашман и вынул непонятно откуда восемь керамических кружек с ручками в виде необычных зверюшек.

«Интересная посуда, – отметила Даша. – Надо будет потом её получше рассмотреть».

Камал налил в принесённую посуду вино, от которого исходил приятный терпкий запах. Гости взяли в руки по кружке.

– Выпейте, пожалуйста, – предложил Урас хозяевам.

Папа Даши глянул на бутылку с сомнением.

– Пейте, не бойтесь, – сказал Ашман.

– А мы и не боимся, – буркнул Марк, беря одну из оставшихся кружек.

Даша торопливо последовала его примеру. То же самое сделали папа и Люся.

– Ну, за то, чтобы все были счастливы! – провозгласил Ашман тост.

После того, как все чокнулись кружками, Даша сделала глоток. Вино оказалось просто изумительным, и девушка глотнула его ещё раз. В ту же секунду свет у неё в глазах начал меркнуть, и последнее, что она успел увидеть это то, как упал на пол Марк...

Глава 6. В другом мире

Когда Даша пришла в себя, ей показалось, что её беспамятство продлилась совсем недолго. Однако уже через секунду у девушки появились на этот счёт сомнения. Она потеряла сознание в их деревенском доме, а теперь лежала на чём-то очень походившим на траву. Пахло тоже травой, а ещё в нос били запахи сырости и болота. Откуда-то дул прохладный ветерок, который приятно ласкал голые руки и ноги.

Даша собралась уже открыть глаза, как вдруг услышала грубый мужской голос:

– Долго ещё они пробудут без сознания?

«Это Гаур», – узнала его Даша.

– Если их не тревожить то около получаса, – ответил Ашман.

Девушка решила пока оставить свои глаза закрытыми.

– Не понимаю, – заворчал Урас, – зачем мы притащили сюда всех четверых, если нам нужна только принцесса? Ты раньше говорил только о ней.

– Разве Тапаз не велел вам меня во всём слушаться? – сердито спросил Ашман.

– Велел, – буркнул Гаур.

– Тогда слушайтесь, а остальное вас не касается!

– Помнится, ты называл нас друзьями! – обиделся Урас.

– Ну, какие мы ему друзья? – воскликнул с сарказмом Гаур. – Ашман с нами, как со своими слугами обращается. Положим, в чужом мире такое обращение было оправдано, но сейчас, когда мы почти у себя, оно мне кажется обидным.

– Я не хотел никого из вас обидеть, – заговорил Ашман уже мягче. – Просто мне и король велел быть скрытным даже с вами. А про мужчин, которых я приказал взять вместе с принцессой скажу только, что они наверняка нам оба пригодятся, хотя один из них и оказался здесь случайно.

– Они не помешают, – согласился Урас. – У нас впереди трудный и опасный путь.

– Будет ли нам толк от этих чужаков? – засомневался Гаур.

– Должен быть, – заявил Ашман.

– Конечно, будет, – поддержал его Урас. – Можно заставить их отвлекать на себя внимание чудовищ. А что с ними при этом станет, уже не наша забота.

– А какая нам польза от второй девицы? – спросил Гаур.

– Обстоятельства так слож... – начал отвечать Ашман.

Урас прервал его на полуслове:

– Смотрите, Камал показывает нам знаками, что надо поторопиться, и он прав.

Послышались звуки удаляющихся шагов, а затем наступила тишина. Однако Даша не решалась открыть глаза до тех пор, пока её не укусил комар.

– Ай! – тихо вскрикнула девушка и разомкнула веки.

Уже наступало утро, и первые солнечные лучи раскрашивали небо в розовый с примесью терракота цвет. Со всех сторон слышался щебет птиц.

Глянув направо, Даша увидела Марка. Он тоже лежал на трава, а его глаза были закрыты.

«А где папа и Люся», – забеспокоилась Даша и приняла сидячее положение.

Люся лежала за Марком, папа находился за Люсей. Каким-то непонятным образом они все четверо перенеслись из деревенского дома на лесную поляну. Слева от них поблёскивало от лучей восходящего солнца крохотное болотце, а вокруг поляны рос такой густой лес, какой Даша видела раньше в кино, на фотографиях и картинках, но не наяву.

«Нет никаких признаков дороги. Знать бы, как нас сюда доставили? И куда так внезапно пропали наши похитители? Они же не провалились сквозь землю и не утонули все четверо в болоте».

Марк зашевелился.

– Эй, мой дорогой! – окликнула его Даша. – Просыпайся!

Он растерянно посмотрел на неё, затем огляделся по сторонам и пробормотал:

– Куда нас занесло?

– Давай сначала приведём в чувство папу и Люсю, а потом будем разбираться со всем остальным, – предложила Даша.

Через пару минут ей удалось привести в себя папу, а Марк бесцеремонно растолкал Люсю.

– Как ты себя чувствуешь, пап? – заботливо поинтересовалась Даша.

Не ответив ей, он посмотрел по сторонам и смертельно побледнел.

– Что с тобой, папочка? – испугалась дочь.

– Не может этого быть? – хрипло прошептал он.

– Чего не может быть?

– Здесь то самое место, где мы тебя нашли.

– Что-то я не вижу поблизости болота, – растерялась Даша.

Папа указал на крохотное болотце.

– Так вот же оно.

– Но по вашим рассказам я представляла его совсем иным – не таким маленьким.

– Извини, моя девочка, – смутился папа, – но всё произошло не совсем так, как в нашем рассказе.

– Но почему вы что-то от меня скрыли?

– Потому что, если бы мы рассказали тебе всё... в подробностях, ты просто нам не поверила бы и назвала бы нас обманщиками.

– Расскажи, пожалуйста, теперь, как всё было на самом деле, – попросила Даша и, заметив в папиных глазах нерешительность, пообещала: – Честное слово, я не буду обвинять тебя в обмане.

– Расскажите, дядя Ваня, – подала голос Люся. – Может быть, тогда мы поймём, что с нами произошло.

Папа Даши покачал головой.

– Вряд ли.

– А вдруг всё же... – начала Даша.

– Погоди, моё солнышко, – перебил её Марк, поднимаясь на ноги. – Ты случайно не знаешь, куда делись наши похитители?

– Я слышала, как они ушли, но ничего не видела, потому что боялась открыть глаза.

– Но они о чём-то друг с другом разговаривали?

– Разговаривали, но я ничего из их разговора не поняла. Наверное, у меня было постобморочное состояние, потому что мне слышался какой-то бред про короля, принцессу, чудовищ и прочую сказочную чепуху.

– Нет никаких вещей, но, самое главное, отсутствуют телефоны, – пробормотал Марк, глядя внимательно по сторонам.

– Связь здесь раньше не ловилась, – сказал Дашин папа. – Сомневаюсь, что теперь, через девятнадцать лет, она есть. Так что, телефоны были бы нам бесполезны.

Марк озабоченно нахмурился.

– Может, нам бежать отсюда?

– Куда, Марк? – спросила у него Даша.

– Нам, и правда, бежать отсюда некуда, – согласился с ней папа. – Девятнадцать лет назад мы втроём выбрались из этого леса только, благодаря тому, что нас нашли с вертолёта.

– Так что же нам делать? – испуганно спросила Люся.

– Для начала, нам следует успокоиться, – предложила Даша. – И давайте всё-таки послушаем папин рассказ. Вдруг мы всё же почерпнём из него какую-нибудь пользу.

Папа посмотрел на неё с сомнением.

– Но мой рассказ будет похож на то, что ты назвала своим постобморочным бредом.

– Не беспокойся, папочка, – мягко сказала ему дочь. – Ты, в отличие от посторонних людей, да ещё и похитителей, не можешь нести бред. В этом у меня нет сомнений.

– Спасибо за доверие, – отозвался он.

Папа Даши сел и подобрал под себя ноги, а девушки расположились на траве рядом с ним.

– Ну, рассказывайте же, дядя Ваня, – нетерпеливо попросила Люся и, подняв глаза, сказала Марку: – А ты тоже сядь. Или тебе нравится возвышаться над нами?

Марк молча опустился на траву напротив девушек.

Папа Даши начал рассказ с того, что его дочери было известно – как молодая супружеская пара оказалась в этом лесу, и каким образом они стали совершенно беспомощными. Затем он сказал, обращаясь к дочери:

– А дальше было не совсем то, что ты слышала от меня раньше...

– Говори, папа. Я – вся внимание.

– На третьи сутки своих безрезультатных блужданий мы вышли на эту поляну, где отдохнули и немного перекусили ещё остававшейся у нас провизией. Не помню, что меня отвлекло, а Женечка в это время приблизилась к болоту. Я открыл рот, чтобы попросить её быть осторожной, но она вдруг страшно закричала, замерев на месте и глядя на тёмную гладь, покрытую осокой только у самого края.

Невольно Даша посмотрела на болотце. Ей стало не по себе, хотя ничего страшного она не увидела. Однако от покрытого местами тиной тёмного пятна явно исходило что-то, отчего вздрагивало сердце.

А папа продолжил:

– Я подбежал к Женечке, обнял её и глянул туда, куда она смотрела. От открывшейся картины у меня запрыгало сердце, и мороз побежал по спине. На водной глади отсутствовали наши отражения, но чётко отражалась отсутствовавшая наяву молодая хрупкая женщина с завёрнутым во что-то кружевное младенцем на руках. Самым страшным было то, что их атаковали два огромных страшных пса, каждый с двумя головами

Рассказ прервался, потому что слушатели отреагировали на него громкими возгласами: девушки вместе испуганно вскрикнули, Марк недоверчиво хмыкнул.

– Рассказывай, пап, – попросила Даша, бросив на молодого человека испепеляющий взгляд. – Не обращай ни на кого внимания.

– Да, псы имели по две головы, – заговорил опять её папа. – Эти чудовища наступали на женщину с ребёнком с явным намерением совершить расправу. Звуков никаких до нас не доносилось, но было видно, что собаки злобно рычали, скаля зубы, а женщина отчаянно кричала. На Женечку это произвело такое ужасное впечатление, что она едва не бросилась в болото, чтобы попытаться помочь женщине с ребёнком. Я едва успел схватить жену. И как раз в это время несчастная мать заметила нас, потому что мы, по всей очевидности, тоже отражались в воде там, где она находилась. Женщина швырнула куда-то ребёнка, тот вылетел из этого болота, и Женя успела его подхватить...

– Точнее её: то есть меня, – произнесла дрожащим голосом Даша.

Папа кивнул.

– Да, мама подхватила тебя, а я чисто машинально поймал вылетевший из болота следом за тобой кулон с бриллиантом в платиновой оправе.

– Вот это да! – восхитилась Люся. – Значит, ты, Дашка, из другого мира. Вот почему у тебя и цвет волос такой необычный и твой кулон...

Даша оборвала её, обратившись к отцу:

– А женщина погибла?

– Да, женщина, которая была, наверное, твоей биологической матерью, погибла. Как это произошло, нам толком не было известно, поскольку ты на некоторое время забрала себе всё наше внимание. Но потом мы всё же глянули на это болотце и... и увидели, как чудища двуглавые терзали... В общем, из-за того, что там творилось твоя новая мама не упала в обморок только, потому что ты была у неё на руках. Мы бросились прочь от этого болотца. Ну, а часа через два нас нашли.

На несколько минут повисла пауза, затем Марк сказал:

– Всё, что вы сейчас рассказали очень странно. И честно признаться, мне в это не верится.

– Значит, по-твоему, Марк, мой папа лжёт? – рассердилась Даша. – И у тебя поворачивается...

Папа знаком прервал её гневную речь и сказал, обращаясь к Марку:

– На твоём месте я тоже не поверил бы человеку, несущему такую ахинею. Более того, мы с моей женой наверняка убедили бы себя, что нам всё привиделось от усталости и волнений, если бы...

Он остановился, а дочь за него закончила:

– Если бы не моё появление. Откуда-то я же у вас взялась.

Папа кивнул.

– Совершенно верно. Когда нас нашли, мы сказали, что подобрали младенца в лесу, нам поверили, но и в полиции, и в больнице очень удивлялись твоим, моя девочка, пелёнкам. Они были из какой-то очень дорогой материи без малейшей примеси синтетики, с удивительно искусными кружевами.

– А куда делись эти пелёнки? – поинтересовалась Люся.

– Не знаю. Когда мы забирали Дашутку из Дома малютки, нам её отдали уже в самых обычных пелёнках.

Марк виновато развёл руками.

– И всё-таки мне не верится, простите, Иван Петрович, в ваш рассказ.

– Так можно же проверить, – предложила ему Даша. – Давай, Марк, подойдём к болотцу и глянем в него.

– Давай, – согласился Марк.

Он поднялся с травы и подал ей руку.

– А может, не стоит? – попытался остановить их папа Даши. – Мало ли чем это обернётся.

– Не волнуйся, пожалуйста, папуля, – ласково сказала ему дочь. – Сомневаюсь, что из этого болота опять выбросят младенца...

– Но там были в прошлый раз жуткие двуглавые собаки.

– Они же не выскочили оттуда вслед за мной и кулоном. Так что, ничего страшного с нами не случится.

Папа тоже поднялся.

– Что ж, пойдёмте туда втроём.

– Вчетвером пойдёмте, – заявила Люся, подхватываясь.

Она первая подбежала к болотцу и закричала:

– Там наши похитители!

Приглядевшись к тёмной водной глади, Даша увидела в ней отражение, в котором не было ни её, ни папы, ни Марка, ни Люси, зато присутствовали отсутствовавшие наяву четверо похитивших их «рабочих». Двое из них о чём-то горячо спорили с третьим, а немой Камал за ними наблюдал.

– А одежда на них совсем другая, – заметил Марк.

– Она какая-то чудная, – пробормотала Люся.

Одежда выглядела, на самом деле, не совсем обычно. Пытаясь разглядеть её получше, Даша нечаянно толкнула Марка, отчего тот сделал шаг в болото и... будто растворился в воздухе.

– Марк! – в ужасе закричала Даша. – Марк, вернись!

Не помня себя, она рванулась вперёд и сначала куда-то провалилась, затем подхваченная какой-то силой взлетела вверх, после чего упала... на лежащего Марка. Он заключил её в объятия и откатился вместе с нею немного в сторону. В следующую секунду рядом с ними свалился откуда-то сверху папа Даши.

«Сейчас ещё Люся прилетит», – подумала Даша.

– В сторону, пап! – закричала она.

Однако это предупреждение запоздало, поскольку Люся уже упала на отца своей подруги.

– Я вас не очень зашибла, дядя Ваня? – спросила она у него.

– Нет, ты лёгонькая, – пробормотал он.

Внезапно послышался знакомый хрипловатый голос:

– Вы сюда и без нас сумели добраться.

Даша вскочила на ноги, то же сделали и её спутники. Перед ними стоял Ашман.

– Куда «сюда»? – спросил у него Марк.

– Для начала в наш мир, а теперь мы поведём вас через Зачарованный лес к нам, в Антарию.

– Что мы там забыли? – сердито поинтересовался папа Даши.

– Вы встретитесь с королём Равием Ваитом.

– Зачем?

Ашман покачал головой.

– Ни на один из ваших вопросов я пока не могу дать ответ, но рано или поздно вам всё станет известно. Сейчас же я должен доставить вас к королю.

– А может, нам лучше вернуться в наш мир? – спросила Даша и указала на болотце, которое было точно таким, как и то, в которое они вчетвером недавно смотрели.

– Это наш мир, принцесса, является твоим, поскольку ты в нём появилась на свет. К тому же, если вас отпустить туда, откуда вы сюда попали, вам вряд ли удастся выбраться из леса.

– Это правда, – согласился папа Даши. – В прошлый раз мы спаслись, потому что нас уже искали с вертолёта. Сейчас никто не затеет такие же поиски, поскольку о нашем внезапном перемещении из деревни в лес никто не знает.

– Вы полностью зависите от нас, – заметил Ашман.

– Как-то это не очень радует, – заявила ему Даша.

– Жаль, – почтительно отозвался он. – Мне хочется радовать тебя, принцесса.

– Почему вы называете мою дочь принцессой? – спросил папа Даши.

– Она не твоя дочь, – отрезал молчавший ранее Гаур.

Даша глянула на него в упор и отчеканила, выделяя каждое слово:

– Это мой папа. Он растил меня и любил девятнадцать лет: то есть, почти всю мою жизнь.

– Гаур имел в виду, что твоим кровным отцом был другой человек, – пояснил Ашман.

– И кто же это такой? – спросила с замиранием сердца Даша.

– Покойный король Антарии, Шудий Киран.

Марк присвистнул.

– Не фига себе!

Даша совсем не радовалась своему королевскому происхождению. Ей только хотелось хоть что-нибудь узнать о людях, благодаря которым она появилась на свет.

– А мама... которая меня родила, значит, была королевой?

– Да, твоя мать – королева Сарала, а тебя, принцесса назвали при рождении Джарьей.

– Почти Дарьей, – вставила Люся.

– Это моя мама, которая была королевой, погибла на глазах у моих нынешних родителей? – продолжала задавать вопросы Даша.

Ашман кивнул.

– Да, это была королева Сарала. Девятнадцать лет назад, сразу после гибели твоего отца, она вдруг исчезла из королевского дворца вместе с тобой, и некоторое время никто не знал, куда вы делись. Скоро новому королю, бывшему военачальнику погибшего короля Шудия Кирана, сообщили о том, что Сарталы не стало, а её дочь оказалась в другом мире. Но только совсем недавно тебя удалось отыскать.

– Ну, и оставили бы всё, как есть, – проворчала Даша.

– По-твоему, так было бы лучше? – подал голос Урас.

– Конечно лучше. У вас есть король, а мне жилось хорошо в моём новом мире. Зачем что-то менять?

– Там, куда ты отсюда попала, кое-кто желает твоей смерти, – сообщил Ашман.

– Не может быть! – воскликнул папа Даши.

– Твоей смерти тоже хотят, – бросил ему Ашман.

– Вот это да! – поразилась Люся.

– И тебя стремятся умертвить!

– А что со мной? – поинтересовался Марк.

Ашман пожал плечами.

– Про тебя ничего не знаю.

– Ну да, по вашим словам, Марк оказался в нашей компании случайно, – вспомнила Даша. – Я это услышала, когда очнулась.

– Значит, на тебя зелье оказало немного меньшее действие, чем на остальных, – сказал ей Ашман.

– Зелье? – насторожилась Люся. – А оно не опасное?

– Ничуть не опасное, – буркнул Урас.

– С вами ведь от него ничего не случилось, – добавил Гаур. – Вы все четверо живы и здоровы.

– Но кто же всё-таки желал смерти мне папе и Люсе? – настойчиво осведомилась Даша.

– Об этом вы узнаете в своё время, – ответил Ашман. – А сейчас нам надо отсюда...

– Погодите! – перебила его Даша, ещё кое-что вспомнив. – Мы сейчас все говорим по-русски?

Никто из похитивших их мужчин не удивился странному вопросу, чего не скажешь о спутниках Даши. Марк посмотрел на неё недоумённо.

– Конечно, по-русски.

– А мне кажется, что нет, – упрямо возразила она.

– И ты права принцесса, – сказал Ашман. – Зелье, выпитое вами, не только усыпляет человека, но и даёт ему возможность воспринимать любой язык, как тот, к которому он привык. Только заметить это может далеко не каждый смертный.

– Мне ещё вчера ваша речь показалась странной, – сказала Даша. – Значит, и вы принимали это зелье?

– Да, принимали три дня назад. Действие зелья для нас кончилось, а для вас недавно началось.

– То есть, теперь нам любой язык будет понятным? – удивилась Люся.

– Да, и вы тоже можете на любом языке говорить, – ответил ей Урас.

– Жаль, что я раньше это зелье не пила, – хмыкнула она, – а то у меня по английскому больше тройки никогда не бывает.

– И долго с нами происходить это языковое чудо? – поинтересовался папа Даши.

– Зелье действует три ночи и три дня, – пояснил Ашман.

– Одна ночь уже прошла, – заметил Марк.

– А день уже начался, – добавила Даша.

– Значит, нам надо двигаться в путь, – сказал Ашман, – но сначала вы все должны переодеться. Слишком уж ваша одежда необычна для нашего мира.

– Да, одежда у вас совсем другая, – согласилась с ним Люся.

Она, Даша и папа Даши были в выцветших футболках, рваных шортах и поношенных шлёпанцах. Прибывший из города Марк выглядел презентабельнее других иномирян в белоснежной футболке, тёмной летней куртке, почти новых джинсах и фирменных чёрных кроссовках. Что касается одежды бывших рабочих-ремонтников, превратившихся в слуг короля, Даша её называла про себя средневеково-фэнтезийным, поскольку так одевались и в исторических фильмах, и в фильмах про иные миры. На мужчинах были кожаные куртки и штаны, жилеты из металлических пластин и короткие сапоги с металлическими шпорами.

«Не хватает мечей и шлемов», – отметила Даша.

Словно в ответ на её мысль Ашман, Урас и Гаур повесели себе на пояса мечи.

«Теперь не хватает только шлемов», – подумала Даша с усмешкой.

Безоружным оставался один Камал, у которого на поясе вместо меча висел небольшой кожаный мешок.

– Принеси одежду принцессе и её свите, – приказал немому Ашман.

Даша, услышав, что три очень близких ей человека зачислены в её свиту, хотела возмутиться, но папа догадался о её желании и прошептал:

– Успокойся, моя девочка.

– Но вы – не моя свита, – тихо возразила она.

– Я лично согласен ею быть, – усмехнулся Марк.

– Ладно тебе, Даш, – добродушно буркнула Люся.

Продолжая сердиться, Даша обратилась к Ашману:

– Мы что же, пойдём пешком?

– Да, придётся идти пешком, – ответил он. – К сожалению, в Зачарованном лесу невозможно было оставить для нас лошадей.

– А как вы доставили нас из Кольцовки к болотцу-порталу?

– С помощью магии.

– А нельзя ли нам добраться и до вашего короля с помощью магии?

Ашман развёл руками.

– Нельзя, принцесса. Зачарованный лес полон собственных магических сил, а наша магия слишком слабая, чтобы им противостоять. Даже жрецы-маги стараются здесь не рисковать, нам же вообще следует себя вести очень осторожно, иначе мы можем погубить не только себя, но и вас. Понятно?

– Понятно, что нам придётся идти на своих двоих, – проворчала Даша.

– Может, поторопимся? – подал голос Гаур, указывая на принесённый Камалом узелок.

– А мы с Люсей должны прямо у вас на глазах переодеваться? – спросила Даша.

Ашман указал на ближайшие кусты.

– Зайдите за них. Только в лес не углубляйтесь, чтобы не наткнуться на неведомые вам ранее опасности.

– А куда нам девать одежду из нашего мира? – поинтересовалась Люся.

– Спрячьте её в кусты.

За густыми кустами девушки обнаружили в узелке две нижние рубахи из тонкого полотна, два длинных со шнуровками платья – лиловое и голубое, – две пары шёлковых чулок и две пары чёрных бархатных туфелек с ленточными завязками вокруг лодыжек.

– Бери, Люся, голубое платье, – сказала Даша. – Оно к твоим глазам подходит.

Люся шутливо поклонилась.

– Как вам угодно, ваше высочество.

– Прекрати! Какое я для тебя «высочество»?

Чулки девушки надевать не стали, поскольку не привыкли носить их летом. Всё остальное пришлось им впору, что их немного удивило.

– Твоё платье, как будто для тебя сшили, а моё для меня, – бормотала Люся, помогая Даше затянуть шнуровку. – Ладно, по комплекции мы почти одинаковые, Но ростом я на половину головы тебя выше.

Переодетые девушки вышли к своим спутникам и оторопели. Дашин папа и Марк теперь были одеты точно так же, как Ашман, Гаур, Урас и Камал.

– Вам теперь нужны мечи, – заметила с усмешкой Даша.

Марк улыбнулся ей.

– А вы обе ещё больше похорошели, хотя и разлохматились.

– У вас нет расчёски? – осведомилась Даша у Ашмана.

– Есть вот это, – ответил он и протянул девушкам два покрытых перламутром костяных гребня.

Девушки причесались и украсили полученными гребнями свои волосы.

– Тебе, принцесса, необходимо надеть на себя ещё кое-что, – сказал Ашман и протянул Даше красный бриллиант на белой платиновой цепочке.

– Это же мой кулон! – изумилась она. – Только я его в нашей городской квартире оставила. Как он к вам вдруг попал?

– Мы владеем магией, – напомнил ей Урас.

– И нам надо было обязательно добыть эту реликвию, – добавил Ашман. – Она доказывает твою, принцесса, принадлежность к древнему роду королей Антарии.

«Пропади оно пропадом эта реликвия!» – с досадой подумала девушка, надевая цепочку с бриллиантом себе на шею.

– А куда делись ещё двое наших похитителей? – спросил папа Даши.

– И правда, нет ни Гаура, ни Камала, – пробормотал Урас, оглядываясь.

Ашман нахмурился.

– Не нравится мне это. Куда они могли оба пропасть?

Через пять минут Камал выскочил из леса.

– Смотрите, какая шишка у него на голове! – воскликнула Люся.

– Парня явно чем-то шарахнули, – предположил Марк.

– Это тебя Гаур ударил? – спросил Ашман у немого товарища.

Тот закивал.

– Ты знаешь, зачем он это сделал?

Камал оскалился

– Неужели Гаур решил разбудить адских псов? – ужаснулся Урас. – Зачем ему это надо?

– Разве что он исполняет волю того, кто его нанял, – предположил Ашман.

– Кто мог его нанять?

Ашман помрачнел ещё больше.

– Тот, кто девятнадцать лет назад погубил королеву, но не смог погубить принцессу, а теперь решил довершить начатое.

– Ты говоришь о беспалом? – спросил Урас.

– Не поминай его вслух? – испугался Ашман.

– Я же не по имени...

– Всё равно не поминай!

– А не пора ли нам уносить отсюда ноги? – вмешался обеспокоенный папа Даши.

Едва он это произнёс, как на другом конце поляны появились, словно материализовавшись из воздуха, два огромных двуглавых пса – один чёрный, как уголь, другой огненно рыжий. Сделав всего по два прыжка, они заметно приблизились к замершим на месте людям. Девушки дружно взвизгнули.

– Уводи принцессу с её свитой! – крикнул Камалу очнувшийся от столбняка Ашман.

Камал сделал призывный знак рукой и бросился в лес. Люся, подхватив подол своего длинного платья, рванулась за ним. Дашу, наблюдавшую за Ашманом и Урасом, решительно двигавшимися с обнажёнными мечами навстречу страшным псам, схватил за правую руку Марк.

– Бежим!

Папа тут же вцепился в левую руку дочери, и они втроём рванулись вслед за Люсей.

Глава 7. Хищный пень и облачный стрелок

Поскольку обе руки у Даши были заняты, она не могла, подобно бежавшей в гордом одиночестве подруге, подобрать длинный подол и с непривычки постоянно путалась в нём ногами. Однако ей мешали упасть Марк и папа, которые буквально тащили её волоком. В конце концов, Даша крикнула им:

– Отпустите меня!

После того, как они подчинились, она подняла подол платья настолько высоко, насколько это можно было и помчалась за только что скрывшейся за деревьями Люсей. В этом бешеном беге самое главное было не потерять друг друга из вида. Но к счастью, для Даши, она не только догнала Люсю, но и увидела впереди Камала. Переглянувшись, девушки припустили во всю прыть за ним, а за их спинами слышался топот двух пар ног. Судя по всему, им удавалось всем держаться вместе.

Этот сумасшедший бег длился невыносимо долго. Наконец, немой проводник иномирян остановился и растерянно посмотрел по сторонам, словно не мог понять, где он вдруг оказался.

Девушки тем временем обе повалились на мох и пытались отдышаться. Рядом с ними опустились на землю оба их спутника и тоже приходили в себя.

– Посмотрите, – с трудом выговорил папа Даши, – Камал не зовёт нас идти за ним?

– Если и зовёт... я не в состоянии... – ответила ему, тоже тяжело дыша, дочь. – Мне... просто необходимо... передохнуть....

Но всё-таки она подняла голову и увидела, что Камал приблизился к ним. Остановившись, он вынул из своего кожаного мешка лепёшку, кусок сыра и фляжку.

– Кажется, нам предложат, наконец, позавтракать, – проворчал Марк.

Камал начал разрывать лепёшку руками, но Марк, остановив его, вынул из сапога перочинный нож.

– Откуда он у тебя? – удивилась Люся.

– Был в заднем кармане джинсов. Я и переложил его в сапог.

– Какой он у тебя, Дашутка, предусмотрительный! – восхитился папа.

Лепёшка и сыр были разделены на пять частей. Фляжка, к удивлению иномирян, оказалась пустой, но Камал тут же показал им небольшой родничок. Все поели и напились воды, после чего немой позвал своих спутников знаками идти за ним.

– Я бы ещё немного отдохнула, – сказала с сожалением Даша, когда они двинулись в путь.

– Нам надо идти к королю, – пробурчал папа.

– А не зря ли мы к нему идём? – засомневалась Люся.

Марк бросил на неё недовольный взгляд.

– У тебя есть какое-то своё предложение?

– Нет, конечно.

– Ну, тогда о чём речь? Самостоятельно нам отсюда не выбраться, поэтому стоит добраться до короля и попытаться получить от него помощь.

– Я тоже других вариантов не вижу, – вставил папа Даши.

– Но королю зачем-то нужна наша Дашутка, – напомнила Люся. – Вдруг он нас отпустит домой, а её оставит у себя.

– Я не останусь! – решительно заявила Даша.

– Даже если тебе предложат стать королевой? – спросил, глядя на неё в упор, Марк.

– Нет, не хочу никакого королевства. Мне и без него хорошо.

Люся с сомнением покачала головой.

– Ты сейчас отказываешься от жизни, о которой ничего не знаешь. Думаю, стоит сначала её попробовать – вдруг она тебе понравится.

– Ты бы, конечно, попробовала! – разозлился Марк. – Наплевала бы на любящих тебя людей и рванула бы из грязи в князи... то есть, в королевы.

– Не наезжай на неё, Марк, – заступилась Даша за подругу. – Ты что, Люсю не знаешь? Она просто не всегда задумывается над тем, что говорит.

– Так и есть, – покаянно сказала Люся. – У меня язык с головой не дружит. Прости меня, Дашуль. Я только сейчас подумала, как тебе было бы тяжело расстаться с родителями, Петькой и...

Она прервалась и покосилась на Марка.

– Интересный лес вокруг нас, – поспешно сменил тему папа Даши.

– Самый обычный, – буркнул Марк, у которого, судя по всему, настроение после ссоры с Люсей сильно испортилось.

Даша, отвернувшись в сторону, улыбнулась. Ей стало удивительно хорошо, оттого что мужчина, которого она любила, не скрывал своей боязни её потерять.

«Значит, я ему очень дорога, если его так взбесили слова Люси».

– Лес не такой уж и обычный, – заговорила Даша с Марком после недолгой паузы. – По крайней мере он не такой, как у нас. Берёз нет совсем.

Она была права: вокруг росли в основном высоченные сосны, изредка попадались осины, встречались всякие кустарники.

– Смотрите брусника! – воскликнула Люся, заметив неподалёку тёмно-красные ягоды. – Давайте попросим Камала ненадолго остановиться, чтобы собрать её.

Но немой проводник в ответ на просьбу помотал головой.

– Придётся тебе, дорогая Люся, обойтись без брусники, – удовлетворённо сказал Марк.

Она вздохнула с сожалением.

Внезапно перед путниками молниеносно промчался какой-то зверёк.

– Это, наверное, заяц, – предположила Даша.

– Плохая примета, – заметила Люся.

– Давайте не будем суеверными, – процедил сквозь зубы Марк.

– А хищные звери здесь есть? – забеспокоился папа Даши.

– Будем надеяться, что мы их не встретим, – отозвалась его дочь.

Они брели по лесу чуть больше часа, когда увидели впереди наполненный солнечными лучами просвет.

– Должно быть, там поляна или луг, – предположил Марк.

Скоро они вышли на заросшую высокой травой и полевыми цветами поляну.

– Видно, что косить здесь некому, – заметил папа Даши. – Трава выросла выше нашего роста.

Дальше Камал повёл своих подопечных по опушке леса. Люся постоянно отбегала в сторону, чтобы понюхать цветы, и, воспользовавшись этим, Даша сказала шёпотом Марку:

– Что ты так на Люси окрысился? Ну, сболтнула она лишнее – это со всеми бывает.

– Раздражает она меня, – проворчал он. – Не люблю глупых куриц.

– Раньше ты к ней хорошо относился.

– В нормальной обстановке спокойнее реагируешь на раздражители.

– Нам лучше не ссорится... – начала Даша.

Она прервалась, потому что Люся закричала:

– Ой, мамочки! Смотрите, кто там скачет!

Скакало или, точнее, нёслось по поляне параллельно движению путников, но в обратную от них сторону, огромное животное с ветвистыми рогами.

– Это олень? – растерянно спросила Даша.

– Похоже, – ответил папа. – Только рога у него острые.

– Да и покрупнее этот зверь оленя раза в два, – сказал Марк. – Если бы он в нашу сторону побежал, от нас мокрое место осталось бы.

– В этом мире для нас может оказаться опасным любое животное – заметил папа Даши.

Они двинулись дальше и, немного погодя, опять вошли в лес, который от прежнего отличался только тем, что в нём повсюду на земле валялись большие камни. Это были в основном булыжники, но иногда путники натыкались и на настоящие валуны.

– Откуда они взялись? – удивился Марк. – Здесь же нет гор.

– Это другой мир, – напомнила ему Даша. – А в нём всё не совсем такое, как у нас.

Скоро на их пути начали попадаться большие, уродливо вывороченные пни с длинными корнями. При виде первого из них Камал обернулся к своим подопечным и знаками объяснил им, что корни этих пней надо обходить. Однако всерьёз это предупреждение никто из иномирян не воспринял, поскольку, по их общему мнению, немой проводник просто беспокоился о том, чтобы кто-то, споткнувшись, не упал.

Возле одного из вывороченных пней его корень вдруг поднялся и пополз змеёй к путникам. Первой эта заметила Люся, но вместо того, чтобы сразу же бежать от опасности, она закричала остальным:

– Уходите!

Корень-змея, который как раз подбирался к Даше, развернулся после восклицания Люси и прыгнул именно на неё. Не успел никто опомниться, как уродливый пень опутал схваченную им жертву одним из своих корней и потащил к себе с явным намерением запихнуть её в образовавшуюся прямо под ним яму.

– Люся! – завизжала Даша. – Нет! Нет!

Внезапно Марк сделал прыжок в сторону корня, на котором повисла несчастная девушка, и вонзил в него свой перочинный ножик. Раздался болезненный стон, затем с корня упала большая капля крови, и пень отпустил свою добычу. В то же мгновение Марк подхватил на руки оглушённую Люсю и поспешил вместе с остальными своими спутниками подальше от страшного существа.

– В этом мире для нас опасным может оказаться и самый обычный пень, – сипло сказала Даша, когда беглецы смогли, наконец, остановиться.

Люся вдруг разрыдалась.

– Успокойся! – ласково заговорила Даша, обнимая и гладя по голове подругу. – С тобой всё в порядке.

– Спасибо тебе, Марк! – всхлипнула Люся.

– Тебе тоже спасибо, – отозвался он.

– За что?

– За твой предупредительный крик.

«Надеюсь, больше он не будет злиться на неё», – подумала Даша.

Дальше путники продвигались с предельной осторожностью и всё время поглядывали на своего проводника, чтобы не пропустить его нового предупреждения.

«Не знаешь, чего и откуда ждать», – раздражённо подумала Даша, и в ту же секунду её острый слух уловил странный звук: как будто тихо лопнула струна или что-то еле слышно звякнуло.

– Ребята, вы слышите? – осведомилась она у своих спутников.

– Что именно? – спросил папа.

– Звенящий звук.

Иномиряне дружно посмотрели на Камала, но тот не проявлял беспокойства.

– У тебя, Даш, наверное, глюки, – предположил Марк.

– Вообще-то, у Дашутки невероятно чуткий слух, – заступился папа за дочь.

– Ну, да! – подтвердила Люся. – Я это тоже за ней замечала.

Едва она договорила, как Даша опять услышала тот же звенящий звук, который прозвучал громче, чем в первый раз.

– Ой! – воскликнула Люся. – И правда звякает!

Судя по лицам папы Даши и Марка, они тоже услышали этот негромкий звон. А немой проводник обеспокоенно оглянулся на своих подопечных.

– Что это было? – озадачился папа.

– На жужжание пчелы похо… – начала Люся.

Её прервало на полуслове появление чего-то в воздухе. Это непонятное нечто пролетело над головами путников и воткнулось в ствол сосны.

– Стрела! – воскликнул хриплым от волнения голосом Марк.

Тут же просвистела вторая стрела и врезалась в дерево рядом с первой.

– Мамочка! – взвизгнула Люся.

Иномиряне растерялись. Надо было срочно бежать от опасности, но они понятия не имели, откуда она грозила. Все четверо смотрели растерянно на Камала, но он тоже явно опешил.

Пару минут путники стояли, замерев на месте, пока из-за куста можжевельника вдруг не выплыло большое белоснежное облако.

– Это же человек! – закричала Люся.

И действительно, белое облако прямо на глазах у них начало превращаться в человека. Через несколько мгновений перед четверыми иномирянами и их немым проводником предстал полуголый мускулистый юноша, с пышными сияющими волосами и огромными глазами цвета нефрита, смотревшими на них холодно и злобно. За левым плечом у незнакомца был колчан со стрелами, а в правой руке он держал изогнутый лук.

Взгляд юноши прошёлся по пятерым неподвижным людям и остановился на Даше. Ей стало страшно от того, как безжалостно смотрел на неё этот человек.

«Он хочет меня убить», – решила девушка.

Она зажмурилась от страха, а когда через мгновение открыла глаза, то увидела стрелу, приближающуюся, словно в замедленной киносъёмке. Даше на мгновенье показалось, что это летел маленький змей с колючим гребнем и горящими глазами. При этом страха она теперь совсем не почувствовала.

– Дзынь!!!

От этого звука у Даши заболели барабанные перепонки. Она даже не сразу поняла, что стрела попала в висящий на её шее бриллиант, после чего упала на землю.

В то же мгновение юноша с нефритовыми глазами пустил в Дашу вторую стрелу. Но на этот раз трое мужчин бросились закрывать собой девушку, выбранную безжалостным убийцей в жертвы. Стрела попала в грудь немого проводника иномирян, и он упал, обливаясь кровью, на землю.

– Бежим! – крикнул папа Даши и, схватив дочь за руку, бросился с ней через лес.

Даша не оглядывалась, однако, слыша за собой топот двух пар ног, она знала, что с Марком и Люсей ничего не случилось. Сжимая руку отца, девушка желала только одного – не услышать ещё и тихого звона от пущенной им вдогонку стрелы. Но, к счастью, её тонкий слух этого звука не улавливал.

Глава 8. Треглавый змей Трайдай

И опять они мчались по лесу до тех пор, пока не начали выбиваться из сил. Первой сдалась Люся.

– Убейте меня на месте, но я больше не могу! – прохрипела она, падая на землю.

Услышав мольбу подруги, Даша замедлила свой бег.

– Папа, и мне уже невмоготу!

Оба мужчины остановились.

– Да, нам нужно перевести дух, – проговорил Марк.

Теперь лес стал ещё гуще, чем был там, где на них напал пышноволосый юноша с луком и стрелами. Вокруг высились сосны с искривленными стволами да ещё в окружении таких же корявых боярышников и можжевельников. Почти всю землю под ногами устилал мох.

– Здесь слишком мрачно, – проворчала Даша, опустившись на кочку. – Бабы-яги только не хватает.

Её папа и Марк сели на землю. Неподалёку от места, где расположились отдыхать путники, торчал пень, но к нему никто не рискнул приблизиться, хотя он и был не вывороченным и без длинных корней.

– Нам стоит подвести кое-какие итоги, – заметил папа Даши.

– А они, увы, неутешительные, – добавила его дочь.

– Да уж, – согласился с ней отец. – Во-первых, мы лишились проводника; во-вторых, у нас нет ни глотка воды, ни крошки еды; в-третьих, нам совершенно неизвестно, каким образом можно из этого полного чудовищ леса выбраться.

– А на Дашу, между прочим, идёт охота, – подала голос Люся.

– Да, это так, – согласился с ней Марк.

– Давайте всё обсудим по порядку, – предложила Даша. – Начнём с самого важного, а меня поставим в конец повестки.

– Не согласен, – возразил ей папа. – Мне кажется, с тебя и надо начать.

– Я тоже так думаю, – сказал Марк.

– Поддерживаю, – согласилась с мужчинами Люся.

Даша пожала плечами.

– Ну, хорошо, подчиняюсь большинству! Хотя, что тут можно обсуждать, если мы ничего не знаем и у нас нет ни одной версии.

– Ашман говорил, что и в нашем мире ты кому-то помешала, – напомнила Люся.

– Он говорил о нас троих, – уточнила Даша. – Я, ты и папа кому-то помешали.

– Наверняка Аглае и Вике, – предположил папа. – Думаю, тётка злится из-за полученного тобой наследства, а её доченька никогда не забудет, что ты отбила у неё жениха.

Дочь пожала плечами.

– Ну да, это так. У тётушки и двоюродной сестрички на меня по огромному зубу, к тому же, если бы я вдруг умерла, не успев вступить в права наследования, Аглая получила бы половину дедушкиного наследства. Но зачем им желать вашей с Люсей, папа, смерти?

– Допустим, они боятся, что я начну собственное расследование?

– А Люся?

– Дедушка кое-что мне тоже завещал, – вставила Люся.

– Он завещал только на словах, – напомнила ей Даша, – и, полагаясь исключительно на мою совесть. А поскольку у Аглаи совести нет, то она просто может ничего тебе не дать и...

– А давайте всё-таки вернёмся в этот мир, – перебил её Марк, – хотя бы для того, чтобы найти возможность его покинуть.

– Разумное предложение, – согласилась с ним Даша. – Интуиция мне подсказывает, что, как бы ни относились ко мне Аглая и Вика, всё же лучника не они на меня натравили.

Папа озабоченно нахмурился.

– Но как этот лучник тебя определил? Вряд ли у него была твоя фотография.

– Наверное, по кулону? – предположила Люся.

– Люся права, моя дорогая Дашуля, – сказал Марк. – Мне твоё украшение не нравится, и я чувствовал бы себя спокойнее, если бы ты от него избавилась. Предлагаю, где-нибудь зарыть бриллиант.

– Нет! – решительно возразила Даша.

– Зарыть такую ценную вещь! – ужаснулась Люся.

Даша махнула рукой.

– Бог с ней, с ценностью моего кулона: меня она меньше всего волнует. Важно, что мы понятия не имеем, как отнесётся король к утрате этой вещи.

– Попадём ли мы теперь к королю? – засомневалась Люся.

– Мы не должны терять надежду, пока живы, – отрезал папа Даши и, повернувшись к дочери, добавил: – По поводу бриллианта ты, наверное, права: от него не стоит избавляться. Но раз он остаётся с нами, то пусть хранится у меня.

– Или у меня, – предложил Марк.

Даша покачала головой.

– Нет, я пока оставлю его у себя.

– Но всё-таки... – попытался ей возразить папа.

– Эта тема закрыта! – резко отрезала Даша и, вздохнув, заговорила уже помягче: – Перейдём, наконец, к главному. Итак, мы лишились проводника и не имеем понятия, куда идти. К тому же нам нечего есть и пить.

– Я очень хочу пить, – призналась Люся.

– Пожалуй, стоит сначала заняться поиском воды и пищи, а потом думать, как поступать дальше, – предложил Марк.

Путники принялись осматривать окрестности, пытаясь отыскать то, чем можно удалить жажду и хотя бы немного голод. Из еды им попались только брусника и черника, от которых у всех четверых только усилился аппетит. При этом пить они захотели ещё больше. Однако воду никто из них не мог найти, пока Даша и Марк, случайно не оторвались от остальных и не вышли внезапно к голубому озеру.

– Идите скорее сюда! – закричали они вместе.

Первой прибежала Люся и радостно взвизгнула:

– Смотрите сколько воды!

Она хотела броситься к озеру, но появившийся папа Даши остановил её.

– Ты собираешься пить прямо из этого водоёма?

– А почему бы и нет? – ответила она ему. – Озеро же чистое, и в нём никто не купается.

– Давайте всё же поищем что-нибудь вроде родника или ручья.

Через пару минут Даша и Марк нашли впадающий в озеро ручеёк. Когда четверо путников утолили жажду, Дашин папа сказал:

– Теперь будем думать о дальнейших своих действиях.

– А давайте сначала искупаемся, – предложила Люся.

– Неплохая идея, – поддержал её Марк.

– Но уже далеко за полдень, – забеспокоился папа Даши. – Нам надо до вечера найти себе ночлег.

– Мы не станем тратить на купание более получаса, – пообещала ему дочь, которой очень захотелось окунуться в чистую воду.

Папа нехотя согласился.

– У нас же нет купальников, – вспомнила Люся.

Даша указала на растущую у самой воды густую иву.

– Давай за ней разденемся и сразу прыгнем в озеро.

– Будьте осторожными, девочки! – крикнул им папа Даши.

Когда обе девушки стащили с себя платья, Люся сказала, дотронувшись до свисающего с шеи подруги бриллианта:

– Какая всё-таки это красота!

– Из-за этой красоты я могу остаться в этом мире, будь он неладен, навсегда, – проворчала Даша.

– Но ты же отказалась закопать свой бриллиант в землю.

– Может, и зря. Просто в чужом, непонятном мире всё время боишься сделать что-то неправильно.

– Дай мне, пожалуйста, своё украшение, – неожиданно попросила Люся.

Удивлённая Даша сняла с шеи кулон и отдала его подруге. Та надела его на себя.

– Я всё-таки его немного поношу.

– Может, не стоит? Мне не жалко, но...

– Ничего со мной не случится, если эта красота повисит у меня на шее.

– Ладно, поноси, – сдалась Даша и собралась снять с себя нижнюю рубаху.

Тем временем довольная Люся ударила левой ступнёй по воде и тут же спросила с удивлением:

– Что это? Мне кажется или цвет у озера на самом деле меняется?

Но ей не показалось. Даша сама видела, как вода на их глазах потемнела, превратившись из голубой сначала в просто синюю, а затем в очень тёмную, почти чёрную. Такие перемены не ускользнули, разумеется, и от спутников девушек.

– Девчонки! – закричал папа Даши. – Скорее бегите к нам!

Даша всего за пару мгновений натянула на себя платье. Так же быстро оделась и её подруга, которая в обычной жизни часто раздражала окружающих своей медлительностью. В это время в центре озера вздыбилась вода, и из неё начало подниматься нечто непонятное – бурое, пятнистое и рычащее.

– Там дракон! – прохрипела Люся. – У него три головы!

И действительно, существо, выныривающее из воды, имело аж три головы.

«Не дракон, а больше похоже на змею», – машинально отметила про себя Даша.

Змеиными были все три головы, из открытых пастей которых торчали длинные языки. Змеиная пятнистая кожа блестела и переливалась на солнце. А глаза... Даша ощутила во всём теле холодящий страх, когда увидела три пары чёрных, матовых и непроницаемых, как глубокие омуты, глаз.

Вместо того чтобы бежать, девушки стояли и не двигались, словно заледеневшие. А треглавое чудовище тем временем зашипело и явно приготовилось к прыжку.

«Это конец», – подумала Даша, не находя в себе сил пошевелиться.

Внезапно кто-то отшвырнул обеих девушек от воды. Упав и больно ударившись, Даша с минуту приходила в себя, затем приподнялась и осмотрелась. Рядом с ней валялась на земле Люся, а впереди стояли к ним обеих спинами двое мужчин – один высокий и стройный, другой низкий и коренастый. Было непонятно, что эти двое делали, но вдруг откуда-то появились три ярких луча и ударили в глаза треглавому змею, отчего все три головы издали такой жуткий вой, что у Даши заболели барабанные перепонки в ушах, после чего монстр нырнул в воду, взметнув столб брызг, часть которых долетела и до девушек.

Отряхнувшись, Даша подняла голову. Их спасители уже направлялись к ним. Высокий, худой мужчина оказался юношей лет двадцати бледным и синеглазым, с длинными светлыми волосами и немного резковатыми, но правильными, чертами лица. Спутник парня был раза в два старше его, смуглый, с тронутыми сединой чёрными волосами и чёрными глазами. На обоих незнакомцев были надеты панцири из больших металлических пластин, а на левом боку у каждого из них висел меч. Лица у них поросли щетиной – у молодого человека поменьше, у его спутника побольше.

Седоватый брюнет посмотрел на сидевших на земле девушек хмуро. Молодой человек, напротив, приветливо улыбнулся и, подав Люсе руку, помог ей подняться.

Внезапно послышался голос Марка:

– Эй! Вы кто такие?

– Они – наши спасители, – сердито ответила ему Даша.

Приблизившийся к девушкам папа Даши выглядел испуганным и вместе с тем смущённым.

– Понимаешь, Дашутка, на нас с Марком будто столбняк напал. Мы не могли даже пошевелиться.

– Это всегда происходит с тем, кто смотрит на Трайдая, – пояснил пожилой брюнет. – Поэтому мы от него отворачивались и жмурились.

Даша поняла, что «Трайдаем» в этом мире называли появившегося из озера трёхголового змея.

– А как вы с ним справились? – поинтересовалась она.

Юноша показал ей небольшое зеркальце в красивой серебряной раме и маленький блестящий нож.

– У Трайдема очень чувствительные глаза – они не переносят яркого света.

– А я это пустил в ход, – сказал пожилой мужчина, вынув из-за пояса начищенный до блеска кинжал. – Добро, погода сегодня солнечная.

– Спасибо вам большое! – поблагодарила Даша молодого незнакомца.

– И вас я тоже благодарю, – сказал её папа брюнету.

Тот пожал плечами.

– А почему ты обращаешься к каждому из нас так, как будто мы у вас на глазах раздваиваемся?

До иномирян не сразу дошло, что этот человек не понял принятого в их мире вежливого обращения на вы. Очевидно, здесь употребляли слово «вы» только во множественном числе.

Даша пояснила:

– Понимаете, у нас на вы обращаются к незнакомым, малознакомым и старшим по возрасту людям.

– Особенно, если человек такой, как вы, простите, пожилой, – добавила Люся.

– Неужели? – недоверчиво спросил седоватый брюнет.

– Нам, пожалуй, стоит убраться отсюда, – сменил тему разговора его молодой спутник и указал на небо, где к солнцу приближалось огромное облако.

– Марк, ты не заметил, что я всё ещё сижу на земле? – спросила Даша, раздражённая тем, что Люсю поставили на ноги, а её нет.

– Ой, прости, дорогая! – смутился Марк.

Он помог Даше подняться, после чего вся компания торопливо направилась в лес. Белокурый юноша и его пожилой спутник довели своих новых знакомых до валуна, возле которого валялись два мешка.

– Это ваши вещи, – догадался папа Даши.

– Да, – подтвердил молодой человек. – Мы бросили их, когда услышали рычание змея Трайдая.

– Как же много в вашем мире страшных чудовищ, – заметила Люся.

Её слова не удивили обоих незнакомцев.

– Чего вы хотели от Зачарованного леса? – проворчал пожилой мужчина.

– А что, в других лесах у вас спокойно? – спросил Марк.

– По всякому бывает, – неопределённо ответил белокурый юноша.

Вынув из мешка хлеб, вяленое мясо и бутылку вина, он предложил спутникам перекусить, а когда все расселись на траве и немного утолили голод, сказал:

– Кстати, нам давно пора познакомиться. Я – Нил Балин, королевский воин. А это, – кивнул Нил на своего спутника – мой слуга Марут.

Люся поспешно представилась:

– Моё полное имя – Людмила, но все зовут меня Люсей или Люси. В общем, я – Люся Атаманова

Даша решила не морочить людей из другого мира своим полным именем и назвалась просто Дашей Клушиной.

– Иван Клушин, – назвал себя и папа Даши.

– Марк Коченев, – буркнул её же возлюбленный.

– А кто вы такие я знаю, – сообщил иномирянам Нил.

Даше такая его осведомлённость не понравилась, но она постаралась этого не показывать. Зато Марк не стал скрывать своего недовольства и спросил с подозрительностью:

– Откуда знаешь?

– Допустим, что я именно вас и ищу. Но, насколько мне известно, вас должен сопровождать эскорт из четверых человек.

– Один из них оказался предателем, – начала Люся. – Двое...

Марк сердито прервал её:

– Погоди, Люси! Почему ты решила, что этим людям можно доверять?

Даша тоже не доверяла новым знакомым, но вынуждена была возразить своему возлюбленному:

– А нам ничего другого не остаётся, Марк. Мы находимся в чужом мире да ещё и в Зачарованном лесу, где, о чём мы уже знаем, стоит бояться даже пеньков.

– Что правда, то правда, – нехотя согласился с ней папа.

– Между прочим, Нил и Марут нас спасли, – напомнила своим спутникам Люся.

Даша кивнула.

– Вот именно! Если бы они нам желали зла, им ничего не мешало наблюдать со стороны за тем, как треглавый змеюка с нами расправляется.

– Признаю, девушки, вашу правоту, – сдался Марк.

– Я сразу поняла, что Нил – надёжный человек, – заявила Люся.

Эта похвала смутила юношу.

– Вообще-то я иногда бываю удивительным раздолбаем, – признался он. – Из-за этого мы час назад лишились коней и были вынуждены идти пешком. Хорошо хоть сами уцелели, но это только благодаря умелым действиям Марута.

– Не прибедняйся, мой господин, – отозвался Марут. – Ты тоже вёл себя достойно. А неудачи и промахи у всех бывают.

– Расскажите, что с вами было? – сменил парень тему.

– С чего начать? – осведомился Марк.

– С той минуты, как вы оказались у нас, – ответил Нил. – Про то, что было раньше, мне пока не полагается знать. Рассказывайте. Кто начнёт?

– Давай я, – предложила Даша.

Она рассказала обо всём, что произошло с ней и её спутниками с той минуты, как они все проникли через портал в другой мир, имеющим мало общего с привычным для них миром. Кое-что девушка в своём рассказе упустила. Например, упоминая о встрече со стрелком из лука, она ни словом не обмолвилось о том, что он охотился за ней и стрелял именно в неё.

– Определённо, вам высшие силы помогают, – заключил Марут, когда рассказчица замолчала.

– А теперь будем помогать мы, – гордо изрёк Нил.

– Значит, вы проводите нас к вашему королю? – обрадовался папа Даши.

Юноша кивнул.

– Конечно, проводим.

– И мы уже сегодня попадём в королевский дворец? – спросила Даша.

– Нет, – ответил ей Нил. – Мы не только сегодня в Сукрад не попадём, но можем и завтра до него не добраться.

– Что за Сукрад? – не понял Марк.

– Столица нашей Антарии, – пояснил Марут.

– В таком случае, где же нам ночевать? – поинтересовался папа, покосившись с тревогой на дочь.

– Мне тоже это интересно, – сказал Марк. – Зачарованный лес, как я успел заметить не самое подходящее место, где можно провести ночь вместе с девушками.

– Я того же мнения, – согласился с ним Нил. – Мы лучше переночуем в одном из здешних селений.

– Неужели в этом страшном лесу есть селения? – поразилась Люся.

– Есть. Правда, с некоторыми их жителями нам не стоит встречаться. Самые безобидные для нас – люди из племени берендеев.

– Берендеями, помнится, называли каких-то кочевников, – вспомнил папа Даши. – Они вроде бы осели в приграничных русских землях.

– Это было уже в двенадцатом веке, – сказала Даша, любившая почитывать популярную историческую литературу. – А есть ещё легенда об очень древнем племени оборотней-берендеев, умевших оборачиваться бурыми медведями.

Нил кивнул.

– Верно. Живущие в Зачарованном лесе берендеи – именно медведи-оборотни.

– И ты предлагаешь нам ночевать у оборотней?– спросил Марк. – Я тебя правильно понял?

– Правильно, – подтвердил Нил. – Это для нас самый лучший выход.

– Ну, уж нет! – решительно возразил папа Даши. – Не хватало нам ещё встретиться с оборотнями!

Марк был с ним согласен:

– Замечательное предложение, ничего не скажешь! Отправиться к оборотням, чтобы они нас покусали!

– А может эти оборотни совсем не опасные? – предположила Люся.

Даша побаивалась встречи с людьми, превращающимися в медведей, тем не менее она согласилась с подругой:

– Мне кажется, Нил знает, что говорит. В любом случае мы не можем оставаться на ночь в лесу.

Уловив в словах дочери здравый смысл, её папа спросил у Нила уже другим тоном:

– Может быть, найдутся другие варианты для нас?

Юноша отрицательно покачал головой.

– Нет других вариантов, – ответил за него Марут.

– Не пойма, почему вы их так боитесь? – недоумённо пробормотала Нил.

– В нашем мире об оборотнях есть множество страшных легенд и сказок, – пояснила Даша. – Самый распространённый миф, что они любят кусать людей, а укушенные сами становятся оборотнями.

– Такие оборотни есть и в нашем мире... – начал Марут.

Юноша прервал его:

– Но они не обитают ни в Зачарованном лесу, ни вообще в Антарии. Здешние оборотни очень миролюбивые. У берендеев есть несколько своих селений. Обычных людей, явившихся к ним своей волей, они одних принимают, других просят уйти. Принятые ими мужчины женятся на берендейках, принятые женщины выходят за берендеев. Одни со временем сами становятся оборотнями, другие остаются такими, как мы, людьми. И дети у них рождаются и оборотни, и обычные люди. Последние могут их покинуть, если пожелают, прочие обречены остаться навсегда в своём племени.

– Бедняги! – пожалела берендеев Люся.

Марут пожал плечами.

– Почему «бедняги»? Они живут совсем не плохо – не зря к ним люди стремятся попасть. Если кто-то из оборотней и несчастный, так это волколаки.

Даша наморщила лоб, припоминая.

– Волколаки – это, кажется, оборотни-волки?

– Они самые, – подтвердил Нил. – Эти оборотни сильно отличаются от берендеев.

– Чем отличаются? – заинтересовался Марк.

– Все волколаки рождаются от обычных людей. Волчьи признаки у них начинают проявляться постепенно, и когда человек понимает, что стал оборотнем-волколаком, он уходит в Зачарованный лес и живёт там один, не общаясь ни с себе подобными, ни с людьми. Людей, впрочем, он не трогает и даже порой нам помогает, но потом уходит от нас прочь.

– А волки, между прочим, стадные животные, – заметил папа Даши.

– Ну, оборотни – не совсем волки и не совсем медведи, – прошептала его дочь.

– Скоро вечер, и нам пора двигаться в путь, – сказал Макрут. – Иначе мы не успеем добраться до заката к берендеям.

– Что ж, пойдём к берендеям, раз больше некуда деться, – сдался Марк.

Глава 9. Волколак

Теперь проводником у иномирян стал Марут, который, судя по всему, хорошо ориентировался в Зачарованном лесу. Нил шёл за своим слугой и, шагая, старался держаться рядом с Люсей, чему та не препятствовала. Далее следовала Даша в сопровождении своего папы и Марка.

«Я словно под конвоем иду», – усмехнулась она про себя.

Некоторое время путники не разговаривали, но Люся долго не могла молчать и скоро принялась расспрашивать вертевшегося возле неё Нила о королевском замке и главном городе королевства Антарии. Юноша с охотой отвечал на её вопросы, поэтому беседовали они довольно оживлённо. Начал Нил с того, что рассказал о внутренних покоях королевского замка, затем он перешёл к достопримечательности у главного входа.

– Слева есть башня – рассказывал королевский воин. – Она со старинными часами, сделанными из бронзы, белого золота и дорогих каменьев. Часы эти водяные, и их механизм находился в башне, невидимый ни для кого, кроме троих человек, которым было положено следить за его работой. Если ещё кто-то пожелает заглянуть внутрь башни, он обязан получить разрешение короля, но такое позволение мало кому даётся.

– Почему? – спросила Люся.

– Считается, что из-за традиции. В древности короли старательно скрывали принцип работы часов.

– Что там можно скрывать? – хмыкнул папа. – Если часы водяные, принцип из работы очень нехитрый, и понять его может даже малый ребёнок.

– Ну, я же говорю, что это просто традиция, – повторил Нил, имея явное намерение закончить разговор и о старинных часах, и о самой башне.

Но не тут-то было, поскольку Люся предположила:

– Наверное, в этой башне скрывают что-то ещё?

– Кое-что скрывают, – подтвердил её собеседник, намеренно «не замечая» предостерегающих взглядов своего слуги.

– Любопытно, откуда ему это известно? – прошептал Марк Даше в ухо.

Она пожала плечами.

– Мы же ничего не знаем о его обязанностях при королевском дворе.

– И всё-таки этот парень подозрительный, – добавил Марк. – Его слуга, кстати, тоже. С ними нам следует быть поосторожнее.

– Почему ты так думаешь?

– Во-первых, как-то слишком неожиданно они появились возле нас, выскочив, как чёрти из табакерки. И случилось это именно тогда, когда мы оказались в совершенно безвыходном положении. Я не очень доверяю случайностям.

Даша пожала плечами.

– Неужели Нил и Марут имели отношение к гибели Камала?

– А почему нет? – настаивал на своём Марк. – Мы ничего об этом не знаем.

– Ладно, стрелок из лука ещё мог быть их сообщником, но не сговорились же они с треглавым змеем.

– Они могли, например, дождаться, когда мы доберёмся до озера, чтобы потом спасти нас от чудовища и войти к нам в доверие. Посмотри на Марута! Он в этом страшном лесу, как рыба в воде.

– Всё возможно, – сдалась Даша и, вздохнув, призналась: – Мне самой этот парень не очень нравится. Как-то быстро он принялся Люси обхаживать. Они знакомы не больше часа, а наш юный друг, кажется, готов ей уже в любви признаться.

– Это как раз, во-вторых, почему я ему не доверяю. Тебе не кажется, что он милашку Люсю принимает за тебя: то есть, за принцессу?

– Ой! – встрепенулась Даша. – А ведь мой кулон у Люси! Она взяла его у меня на озере и не отдала до сих пор. Может быть, ей опасно носить этот бриллиант? Я сейчас же громко потребую у неё вернуть мне мою вещь...

– Пожалуйста, не надо, – перебил её Марк. – Давай с этим пока подождём...

– А вдруг для Люси опасно держать кулон у себя?

– Если от этой вещицы исходит какая-то опасность, то она грозит нам всем, и мы должны просто беречь друг друга.

Даша хотела продолжить спор, но внезапно шагающий впереди всех Марут отпрянул назад, толкнув при этом и своего господина, и девушку, с которой тот беседовал. И в ту же секунду на лежащий на тропе камень, до которого не дошли путники, упал со скрежетом какой-то предмет.

– Что произошло? – удивилась Даша.

Марут подобрал возле камня и показал всем чёрное, как смоль, перо птицы.

– Всего лишь пёрышко? – протянула Люся.

Нил молча показал пальцем на оставленный на камне глубокий след, а Марут срезал упавшим пером небольшой кусок коры у растущей рядом с тропой сосны.

– Что это? – спросил папа Даши.

– Перо птицы вопитар, – пояснил Нил. – Им можно разрезать не только дерево, но даже камень и железо.

– Повезло, что оно никому из нас на голову не упало, – проворчал Марут.

– А это перо нельзя взять с собой? спросил Марк.

– Как его возьмешь? – отозвался слуга Нила. – Ножен для него нет, а без них оно всё разрежет.

Он отбросил перо в сторону.

– Жаль, – сказал Марк. – Была бы отличная диковинка на память.

– Ты думаешь о возвращении? – тихо поинтересовалась Даша.

По лицу Марка пробежала тень.

– А ты не думаешь?

– Разумеется, думаю о нём и желаю его.

– Значит, вернёмся вместе.

– Эй, голубки! – окликнула их Люся. – Хватит ворковать!

– Кто бы говорил, – буркнула себе под нос Даша.

Они продолжили путь по лесу.

– А город, в котором ты живёшь, какой? – осведомилась Люся у Нила.

И он послушно начал рассказывать о столице королевства Антарии, городе Сукраде:

– В давние времена защитными сооружениями у нас были глубокие рвы и высокие земляные валы, но чуть меньше трехсот лет назад мудрый король Агний Киран велел своим подданным построить крепость. Она возвышается над рекой Антой и имеет форму восьмиугольника и каждый угол увенчан пирамидальной покрытой белым золотом башней.

«Белое золото – это, наверное, платина», – подумала Даша, вспомнив об оправе и цепочке своего бриллианта.

– Все башни проездные, – продолжал Нил. – К ним ведут подъёмные мосты через существовавший с глубокой древности ров. Внутри крепости много богатых, красивых домов...

Папа Даши прервал его:

– Неужели у вас нет плохих жилищ?

– Есть, конечно, на окраине города бедные кварталы с лачугами, не без этого. Ну, а самые неимущие люди обитают за пределами городских стен.

– И много у вас таких «самых неимущих людей»? – поинтересовался Марк.

– Мой отец говорит, что мало, а по-моему многовато. В основном это нищие попрошайки – дети таких же нищих или прежде уважаемые, а теперь опустившиеся люди.

– А на что они живут? – спросила Даша.

– На пожертвования из королевской казны и от богатых людей. По моему мнению, деньги уходят на ветер: ведь многие нищие способны работать. Но мой отец считает, что, если им ничего не давать, они займутся разбоем и грабежом. Как будто сейчас среди них нет разбойников и грабите...

Нил прервался на полуслове и остановился, глядя внимательно на свалившееся прямо на тропу высохшее дерево. Даша не сразу поняла, что привлекло внимание юноши, но потом увидела, что под ветками шевелился кто-то похожий на человека.

– Дерево кого-то придавило, – сказала она. – Мы должны помочь бедняге.

– Но мы не знаем, кто там, – отозвался папа. – Что, если под деревом опасное существо. Не забывай, где мы находимся.

– Можно же посмотреть, – подала голос Люся.

– В Зачарованном лесу у многих вид обманчив, – проворчал Марут.

Даша уверенно сделала шаг в сторону придавленного деревом существа.

– Но я не могу пройти мимо и должна посмотреть.

Марк столь же решительно преградил ей путь

– Посмотрю я.

– И я, – заявил Нил.

– Может, не надо, мой господин, – забеспокоился его слуга.

– Надо, – отрезал юноша.

Оба парня подошли к дереву, Марут последовал за ними.

– Здесь человек! – крикнул Марк.

Вчетвером вместе с присоединившимся к ним папой Даши они сдвинули дерево с места и вытащили из-под него мужчину, освободив его туловище и обе руки.

– Не нужна ли ему медицинская помощь? – спросила Люся.

– Мы с Люсей обе – медики, – заметила Даша.

– Если мне не изменяет память, ты – будущий ветеринар, – сказал Марк с усмешкой.

Она глянула на него раздражённо.

– Но смогу, если что, оказать помощь и людям.

– Верю, что сможешь, – поспешно сказал он. – Прости меня, милая. Простишь?

Не ответив, она принялась разглядывать незнакомца. Это был мужчина непонятного возраста, со спутанными волосами, длинной бородой и густо заросшей грудью. Больше всего Дашу удивил цвет его волос: тёмно-серый. Одежда на незнакомце была сильно поношенной и во многих местах порванной.

– Позвольте вас осмотреть – попросила Люся. – Мне надо проверить, нет ли у вас повреждений.

Он глянул на неё недоверчиво.

– Не беспокойтесь, – торопливо сказала она. – Я медсестра, и мне можно доверять.

– Люсь, ты забыла, что здесь не понимают обращения на вы, – напомнила ей Даша.

Люся махнула рукой.

– Можно и на ты. Можно, уважаемый, глянуть, не повредил ли ты руки, ноги или ещё что-нибудь?

– Мои руки и ноги в порядке, – произнёс, наконец, незнакомец, и Даша про себя отметила, что звуки его голоса похожи на рычание.

Приблизившись к лохматому мужчине почти вплотную, Нил сказал Люсе:

– Он недостоин, чтобы ты к нему прикасалась.

– Как это недостоин? – возмутилась она. – Я не брезгую прикасаться к любому человеку!

– А это не совсем человек, – вмешался в разговор Марут.

– А кто же он? – недоумённо спросила Даша.

– Подойдите к нам, – обратился Нил к обеим девушкам.

Как только они его послушались, он вынул из-за пазухи своё небольшой зеркало.

– Посмотрите сюда.

Глянув девушки дружно вскрикнули. Нил держал зеркало так, чтобы в нём отражался незнакомец. Однако вместо пусть дикого, но всё же человеческого лица, там была волчья морда.

– Что это такое? – спросила поражённая Люся.

– Очевидно, отражение волколака, – догадалась Даша.

– Да, – подтвердил Нил, – когда он человек, у него отражение волка и наоборот.

– Ну и что! – воскликнула, придя немного в себя, Люся. – Ты же сам говорил, что они совсем для нас, обычных людей, не опасны!

– Да мы и сами это видим – поддержала её Даша и, виновато улыбнувшись, обратилась к молчавшему волколавку: – Ты, пожалуйста, не обижайся на нас.

– За что мне на вас обижаться? – удивился он. – Вы спасли меня и отнеслись ко мне по-доброму. А мы, волколаки, умеем быть благодарными. Тем более, что мне есть, чем отблагодарить вас.

– Чем же? – заинтересовался Марк.

– Поблизости отсюда бродит дрекавак, – сообщил волколак.

Нил испуганно переглянулся со своим слугой.

– Этого только не хватало, – пробормотал Марут.

Даша наморщила лоб, пытаясь найти в своей голове сведения о дрековаке.

– Кажется, это какое-то страшное чудовище?

– Ещё какое страшное! – ответил Нил. – Именно из-за одного из дрекаваков мы лишились своих коней и сами чудом остались живы.

Внезапно послышался такой жуткий крик, что у Даши дрожью пробирало всё тело.

– Мамочки! – взвизгнула Люся.

– Что это? – просипела Даша.

– Это и есть дрекавак, – мрачно сообщил Марут, беря в руки свой меч.

Нил тоже схватился за оружие.

– Не могу ли и я вам чем-то помочь? – спросил у них папа Даши.

– Не можем ли мы вам чем-нибудь помочь? – уточнил Марк.

– Чем вы, безоружные, поможете? – проворчал Марут.

– И вы своим оружием тоже не справитесь с этим чудовищем, – заявил волколак. – Одному мне по силам его одолеть, но для этого я должен сменить своё обличие.

Он молча отошёл на небольшое свободное от деревьев пространство, после чего обернулся три раза вокруг себя налево. Едва закончился третий оборот, как на месте, пусть звероподобного, но всё-таки человека, появился стоящий на задних лапах огромный волк, у которого взгляд оставался человеческим. Как только это превращение произошло, тут же послышался вновь жуткий крик, причём такой громкий, что у Даши от него застучали в голове молоточки.

– Он совсем близко, – прошептал Нил.

В ту же минуту среди деревьев появилось чудище, от вида которого Дашу затошнило. По лесу двигалось скачками нечто, условно похожее на человека, совершенно голое и не имеющее шерсти, невероятно худое, с очень большой головой, и торчащими изо рта острыми зубами.

Неожиданно волколак, ставший волком, бросился навстречу страшилищу. Оборотень бежал задними лапами, причём без малейшего труда – так же, как обычный человек, ногами.

Два монстра – чудовище и похожий на человека волк – набросились друг на друга с рыком. Во все стороны полетели клочки шерсти и брызги крови. Даша следила, словно заворожённая, за этой жестокой и жуткой схваткой.

– Бежим отсюда! – негромко позвал Марут.

– Неужели мы его бросим? – спросила Люся, показав глазами на дерущегося с дрекаваком волколака.

– Он же нас спасает, – добавила Даша.

– Мы ничем ему не можем помочь, – сказал Нил. – Значит, нам надо делать то, ради чего он вступил в схватку: спасаться.

Девушкам пришлось признать его правоту, и шестеро людей рванулись прочь от места, где волколак отчаянно дрался за них с дрекаваком.

– Всё-таки есть что-то нехорошее в нашем бегстве, – сказала минут через двадцать Даша.

– Может, мне вернуться? – спросил Марк.

– Нет! – решительно заявила она. – Я тебе не позволяю возвращаться, а если ты меня не послушаешься, пойду с тобой. Ты...

Их спор был прерван страшным воем, от которого у Даши опять застучали в голове молоточки. На несколько секунд она зажала себе уши.

– Это дрекавак выл, – уверенно сказал Нил. – Похоже, ему досталось.

Люся с надеждой посмотрела туда, откуда они бежали.

– Значит, волколак спасся?

– Если ему удалось спастись, он нас догонит, – ответил Марут.

Едва он это произнёс, как послышался топот.

– Волколак пустился за нами вдогонку, – предположила Даша.

– Надеюсь, что это он, но темпа сбавлять нам не стоит, – отозвался папа.

Через некоторое время они вышли на берег реки, где Марут повернул налево. Тем временем топот становился всё громче.

– Это он! – радостно воскликнула Люся, оглянувшись.

Бегущий на задних лапах большой волк уже почти догнал их.

– Можно и отдышаться, – сказал Марк.

Огромный волк приблизился к ним, остановился, обернулся опять три раза в левую сторону и вернул себе человеческое обличие. Все шесть человек дружно ахнули, потому что оборотень весь был залит кровью, а на его груди зияла глубокая царапина, которая походила на след от когтя.

– Ой, мамочки! – запричитала Люся. – На кого ты теперь похож? На тебе же нет живого места!

Даша досадливо поморщилась.

– А серьёзную помощь мы ему оказать не можем, потому что у нас нет с собой самой скромной аптечки. Нет даже чистой воды, чтобы раны промыть.

Неожиданно на лице волколака появилось подобие улыбки.

– Спасибо вам, – проговорил он и низко поклонился.

– За что ты нас благодаришь? – удивилась Даша. – Мы же ничем тебе не помогли.

– Мы вытащили его из-под упавшего дерева, – напомнил ей папа.

– За это он нам отплатил сполна, – ответила она.

– Спасибо вам за отношение ко мне, как к человеку, – поблагодарил их опять оборотень.

– Должно быть, здесь к таким, как ты, относятся предвзято? – предположил Марк.

Волколак кивнул.

– Да, люди знают, что мы неопасны, но всё равно сторонятся и презирают нас.

– Это дискриминация, – сердито проворчала Даша.

– В самом худшем её варианте, – согласился с ней папа.

– Неужели ваш король не пытается с этим бороться? – обратилась Люся к Нилу.

Тот пожал плечами.

– А что здесь можно сделать?

– Запретить указом так обращаться с несчастными оборотнями.

– Не думаю, что этот указ будет выполняться, – засомневался юноша.

– Нил, увы, прав, – сказал папа Даши. – Отношение к оборотням – предрассудок, а с предрассудками невозможно бороться одними указами...

– Солнце уже заходит, – вмешался Марут. – Ещё немного и опустятся сумерки, а там и ночь наступит.

– Верно, – встрепенулся Нил. – Нам надо спешить.

– Ты нас проводишь? – спросила Даша у волколака.

Он отрицательно покачал головой.

– Нет, я расстанусь с вами здесь.

Четверо иномирян попрощались с ним очень дружелюбно. Даше даже захотелось его поцеловать в щёку, но почему-то она на это так и не решилась. Судя по смущённому виду Люси, с ней происходило нечто похожее.

«Чего мы требуем от людей из другого мира, если сами не можем избавиться от предрассудков?» – подосадовала Даша.

Когда она со своими спутниками отошла от волколака, что-то заставило её обернуться. Оборотень стоял, не двигаясь, и вытирал слёзы. Даша бросилась со всех ног обратно и расцеловала его в обе щёки, после чего вернулась обратно.

– Молодец, дочка! – похвалил её папа.

Марк ничего не сказал, но бросил на Дашу такой взгляд, от которого у неё сладко заныло сердце.

Глава 10. У берендеев

Только через час, когда солнце уже село, путники добрели по берегу реки до высокой деревянной ограды в виде частокола. Узкие ворота висели на столбах в виде вырезанных из дерева медведей.

– Ни в одном дворе я не видел таких узких ворот, – заметил Дашин папа.

– В наших дворах ворота предназначены для въезда автомобилей, – заметил Марк.

– А здесь даже повозка не пройдёт, – заключила Даша.

– В повозку коней впрягают, – подал голос Марут. – А кони к берендеевым селениям не приближаются, потому как не переносят медвежьего духа. Сюда можно только пешком попасть.

– Значит, ворота предназначены исключительно для таких, как мы, пеших путников? – вмешалась Люся.

– Ну да, – подтвердил Нил. – В них можно войти и с собой протащить, если надо, небольшую тележку...

– Это очень ценные сведения, – перебил его с ироничной усмешкой Марк, – но мне хочется войти в эти ворота, а не слушать о них.

Марут громко постучал.

– Кто к нам явился? – сразу же спросил очень низкий голос.

– Мы обычные путники, – ответил Нил.

– Обычные путники по Зачарованному лесу не бродят – ответил некто за воротами, и в его голосе прозвучало недоверие.

Даша решила вмешаться в разговор.

– Обычные мы или нет, но нам грозит гибель, если вы нас не впустите.

Голос стража ворот сразу стал добрее:

– Среди вас есть женщина?

– И не одна, а две, – сообщила ему Люся.

Судя по звукам, тот, кто находился за воротами, начал их отпирать.

– Я же говорил, что берендеи добрые, – прошептал Нил.

Через пару минут путники смогли войти в селение. Их встретил самый обычный мужчина – среднего роста, кряжистый, кареглазый, с густыми тёмными волосами и пышной, но аккуратно подстриженной, бородой. Одежда на нём была холщевая, на рубахе красовались вышивки, а на ногах он носил войлочные башмаки. В руках мужичок держал дубину, у которой иномиряне нашли сходство с битой.

– Здравствуйте! – поприветствовала его Даша.

Её спутники тоже поздоровались. Страж ворот ответил низким поклоном, после чего представился:

– Я – Ширий.

– А я... – начал, выступив вперёд, папа Даши.

Ширий прервал его:

– Кто вы такие, поведаете нашим старейшинам. Мне это знать без надобности. Пойдёмте.

Он повёл их по утопавшим в сумерках, почти пустым улицам. Изредка им попадались люди, одетые так же, как и Ширий. Женщины отличались от мужчин по длинным, почти до щиколоток, рубахам, да по заплетённым в косы длинным волосам. Местные жители поглядывали на чужаков с любопытством, но без неприязни.

Спускающиеся сумерки ещё не мешали увидеть, что дома в селении все двухэтажные, бревенчатые, с различными украшениями на стенах и крышах. Ограды везде отсутствовали, зато почти возле каждой постройки стояли деревянные статуи медведей.

Примерно через десять минут Ширий подвёл шестерых путников к самому красивому и самому высокому зданию. Глядя на резные наличники на больших окнах, ажурные карнизы над широкой дверью, похожий на терем третий этаж, и покрытую треугольными пластинами островерхую крышу с флюгером в виде медведя, Даша вспомнила красочные иллюстрации к русским народным сказкам.

«А днём всё это, должно быть, выглядит ещё великолепнее», – подумала она.

На крыльце стояли трое длиннобородых, одетых в широкие белые балахоны, похожих друг на друга стариков. Несмотря на свой почтенный возраст, они ни на что не опирались, но при этом спины держали прямо.

Ширий почтительно поклонился этим седовласым старцам.

– Добрый вечер! – поздоровался с ними папа Даши и тоже отвесил учтивый поклон.

Остальные путники почти все последовали его примеру, один Нил ограничился лишь кивком.

– Понимаете, мы... – начал Марк.

Старик, который находился в центре, спокойно прервал его:

– Мы о вас всё знаем. Не стоит тратить на объяснение время, коего до ночи осталось совсем мало.

– Всё знаете? – с тревогой осведомился Нил.

Старик слева посмотрел на него в упор.

– Можешь быть спокоен: мы не собираемся делиться с чужаками всеми своими знаниями.

«Ого! – подумала Даша. – Значит, Марк прав, и этот успевший очаровать Люсеньку паренёк чего-то от нас о себе скрывает. Не хочет ли он нам навредить?»

Словно услышав её, старик справа сказал:

– Другое дело, если бы кто-то из вас желал принести остальным вред. Но таких среди вас нет.

«Так ли оно на самом деле? – засомневалась Даша.– Можно ли доверять самим этим берендеям?»

– Отведи наших гостей помыться, – обратился средний старец к почтительно стоявшему в сторонке Ширию, – а потом позаботься о том, чтобы они поужинали и расположились на ночлег.

– Слушаюсь, – отозвался Ширий и, повернувшись к путникам, позвал: – Пойдёмте!

Он опять повёл их по улице, где ничего нового не произошло, кроме того, что стали появляться ребятишки. Дашу удивило, как живо вели себя эти дети.

«Ночь скоро. Ребята должны быть уже уставшими и сонными, тем более, когда они на природе...»

Дашины размышления прервались, потому что проводник подвёл путников к двухэтажному дому, ничем сильно не отличающемуся от других домов этого селения и выглядящему очень симпатично из-за большого количества деревянной резьбы на стенах и карнизах.

На крыльце стояла крупная румяная женщина.

– Всё готово для гостей, Кшама? – поинтересовался у неё Ширий.

– Бани обе истоплены – ответила она – а ужин будет готов, когда гости вымоются».

«Как они успели истопить для нас бани?» – удивилась Даша.

Кшама проводила двух девушек в одну баню, Ширий повёл четверых мужчин в другую. В предбаннике женской бани обнаружились два куска мыла, две мочалки, две чистые нижние рубахи, две похожие на платья верхние рубахи и два деревянных гребня.

– Класс! – обрадовалась Даша.

– Жалко, нет шампуня и чистых трусов, – сказала её подруга.

– Мыло они наверняка сами варят, и оно может быть даже лучше шампуня. А трусов здесь, похоже, женщины не носят.

– Как не носят? – удивилась Люся. – Разве такое возможно?

– Представь себе, и в нашем мире их в прошедшие века не носили. Как-то обходились. Ну, а мы с тобой можем своё нижнее бельишко немного сами состернуть. До утра оно подсохнет.

Когда они раздевались, Даша спросила:

– Ты после бани отдашь мне мой бриллиант?

– Можно я его ещё поношу? – попросила Люся.

– Ты же знаешь, что я не жадничаю, а боюсь за тебя.

– Ничего же плохого не произошло отдельно со мной с тех пор, как твой кулон на мне. Может, и дальше обойдётся? А я себя с ним чувствую принцессой – это так приятно.

– Ладно, – сдалась Даша, – носи его пока, а там будет видно.

Подруги помылись, оделись и причесались.

– Жаль, что единственное зеркальце осталось у твоего Нила, – сказала Даша.

Люся смутилась, её розовые от тепла щёки стали красными.

– И ничего он не мой, – проворчала она.

– Можно подумать, что он вокруг тебя не вьётся, а ты ему не строишь глазки.

– Да, Нил мне нравится, – честно призналась Люся. – И он тоже ко мне, кажется, неравнодушен.

Даша открыла рот, чтобы рассказать о своих и Марка предположениях по поводу Нила, но в это время её подруга печально добавила:

– Только ничего у нас с ним не получится.

«Не буду пока с ней делиться нашими опасениями», – решила Даша.

– Давай не будем загадывать, – предложила она подруге.

Когда девушки вышли из бани, ожидавшая их за дверью Кшама проводила их к дому. Папа Даши, Марк, Нил и Марут уже стояли на крыльце.

– Ну, наконец-то, – проворчал королевский страж.

– Нормально, – хмыкнул Марк. – Женщины могут и дольше приводить себя в порядок. Но ты, кажется, об этом ещё не знаешь.

– Зато ты, похоже, об этом хорошо знаешь, – едко проговорила Даша.

– Пойдёмте ужинать, – торопливо сказал ей папа. – Нам надо поскорее лечь спать, чтобы завтра быть бодрыми и выносливыми.

Кшама проводила путников в большую комнату, где в подсвечнике горело с десяток свечей и стоял стол с различными вкусностями. Рыба в нескольких видах, мясные блюда – всё это произвело на голодных гостей такое сильное впечатление, что все дружно сглотнули слюни. Ещё на столе были кувшины с какими-то напитками.

– Это не вино? – обеспокоенно спросил папа Даши.

Его дочь усмехнулась:

– А если и вино? Пап, ты всё время забываешь, что мы с Люсей уже совершеннолетние

– Меня не это волнует, – отозвался он. – Я беспокоюсь, что мы хлебнём лишку, отчего завтра будем мучиться от головной боли.

– От нашего вина голова не заболит, – подала голос Кшама.

Рассевшись за столом, путники принялись за еду, запивая её вином, оказавшимся, действительно, очень лёгким. Кшама вышла вместе с накрывавшей на стол женщиной из комнаты.

– У меня эти берендеи вызывают симпатию, – сказал Марк, немного насытившись. – Только как-то не очень верится в их превращение.

– А мне всё-таки кажется, что у них есть что-то общее с медведями, – возразил папа Даши.

– Мне тоже, – согласилась с ним дочь.

Марк пожал плечами.

– В этом мире всё может быть, но всё-таки, Нил, не могли ли сами берендеи пустить о себе слух, который на самом деле не... не совсем правдивый?

– Это вряд ли, – ответил Нил. – Существует множество свидетелей превращения берендеев в медведей. К тому же вряд ли это племя выжило бы в Зачарованном лесу, не имея больших магических способностей.

– Ашман говорил, что в Зачарованном лесу полно магии, – заметила Люся.

– Столько магии нет ни в одном другом месте Антарии, – подтвердил королевский воин и, вздохнув, добавил: – Она совершенно неуправляема и оттого порой особенно опасна.

– А в других местах королевства магией кто-то управляет? – поинтересовалась Даша.

– Во всей Антарии, кроме Зачарованного леса, колдовать запрещено использовать всем, кроме жрецов-магов. Для остальных людей за колдовство полагается смертная казнь.

– Но можно же колдовать тайно, – подала голос Люся.

Нил покачал головой.

– Нельзя. Главный Совет магов-мудрецов узнает о применении магии, в любом уголке нашего королевства, кроме Зачарованного леса. Здесь её невозможно контролировать.

– Не зря же этот лес «Зачарованный», – пробормотала Даша.

– Совершенно верно – откликнулся Нил. – Здешним обитателям дозволено больше, чем остальным подданным короля Антарии. Например, берендеи не только занимаются магией, но и бороды себе отращивают.

– А что за пределами Зачарованного леса мужчинам нельзя отращивать бороды? – спросила Люся.

– Можно иметь бороды только магам-жрецам.

– Жрецы у вас вообще на особом положении, – заметил папа Даши.

– На самом особом, – буркнул Нил и недовольно поморщился.

Ему явно не хотелось говорить о магах-жрецах.

– Скажите, нам ещё долго добираться до вашей столицы? – сменила тему Люся.

Ей отвечал Марут:

– Если нам повезёт, то завтра вечером мы будем в Сукраде.

«А если не повезёт?» – вертелось на языке у Даши.

Но она сказала:

– Будем надеяться на лучшее.

После ужина Кшама проводила гостей наверх, где были две спальни. Девушкам досталась комнатка поменьше, с двумя мягкими постелями.

– Люсь, погаси свечу, пожалуйста, – попросила Даша после того, как забралась на перину и накрылась мягким одеялом.

Выполнив просьбу подруги, Люся легла в свою постель. Даша, зевнув, собралась закрыть глаза и уснуть, но вдруг услышала:

– Я сейчас подумала о твоей маме.

– Не надо, пожалуйста, Люсь, – попросила дрожащим голосом Даша. – Не рви мне душу.

Сделав паузу, Люся попросила:

– Всё-таки, разреши мне ещё кое-что о ней сказать. Это имеет отношение к... к тому, о чём нам говорил возле болота Ашман...

– Он утверждал, что кто-то желает моей, твоей и папиной смерти... Но причём здесь мама?

– Я на днях кое-что случайно подслушала... – замялась Люся. – Это, конечно, не моё дело... но всё-таки, думаю, ты должна знать... хотя...

– Да не мямли ты! – прикрикнула на неё Даша. – Если уж решилась что-то сказать, говори, или же продолжай молчать.

– Помнишь, ты мне рассказывала про бывшего поклонника тёти Жени, которого твоя бабушка привела к тебе на день рождения?

– Ну да, Максим Алексеевич Берсенев. Он когда-то давно хотел жениться на маме.

– Он и сейчас хочет на ней жениться, – огорошила Люся подругу. – Я нечаянно услышала, как тётя Женя приказывала ему по телефону даже не мечтать о браке с ней, потому что она любила, любит и будет любить только своего мужа.

– Вот негодяй! – возмутилась Даша. – Что ж получил от ворот поворот, и пусть теперь успокоится.

– А что, если этот Берсенев не успокоился? Что, если он на этот раз так хочет заполучить тётю Женю, что готов ради этого пойти на преступление.

Подумав, Даша с сомнением покачала головой.

– Всё, конечно, может быть... Ну, допустим, Берсенев решил убрать папу. Предположим, он задумал расправится и со мной...

– Особенно, если он нашёл общий язык с Агнией и Викой.

– Но никому из них не нужна твоя смерть.

– А если от меня избавились тоже из-за денег? – предположила Люся.

– Каких денег? – не поняла Даша.

– Тех, которые в случае твоей смерти, достанутся тёте Жене и Агнии. Между прочим, твоя мама очень совестливая, и она, если бы с тобой что-то случилось, а со мной нет, обязательно выполнила бы просьбу дедушки.

– Да, она поделилась бы с тобой наследством, – согласилась Даша.

– Наверняка она всё мне отдала бы, потому что дедушка хотел, чтобы я получила половину, а половина при наследовании по закону досталась бы Аглае...

– Я тебя поняла. Это, конечно, остроумное предположение, да только у Берсенева денег много, и вряд ли он польстился бы на наше с тобой наследство.

– О том, что у него много денег, все знают только с его слов. А может быть, он давно банкрот и всем пыль в глаза пускает?

Даша восхитилась подругой:

«Все-таки иногда Люси бывает потрясающе мудрой».

– Думаешь, такое предположение глупое? – спросила Люся.

– Напротив, оно очень даже умное.

Следующую фразу Люся пробормотала нечленораздельно.

– Что ты сказала? – не поняла Даша.

В ответ она услышала ровное сопение и в следующее мгновение сама уснула глубоким сном.

Глава 11. Правар

Проснулась Даша, оттого что ей в глаза ударил ослепительно яркий свет.

«Люся же погасила свечу», – сонно подумала она.

– Прости, пожалуйста, – сказал знакомый низкий голос. – Я уберу свечу.

Как только свет стал менее ярким, Даша тихо вскрикнула, потому что увидела посреди спальни живого медведя со свечой в руке.

«Кажется, я ещё сплю».

– Меня прислал за тобой Правар, – сообщил медведь голосом Ширия.

– Это вы... то есть, ты? – проговорила девушка внезапно осипшим голосом.

– Да, это я.

– А кто такой Правар?

– Главный старейшина.

– И чего ему от меня надо?

– Он сам тебе об этом скажет.

Следующий вопрос Даша задала молча: она бросила выразительный взгляд на по-прежнему спящую в постели подругу.

– Она не проснётся и останется здесь, – ответил Ширий. – Остальные тоже продолжат спать. Правару нужна только ты. Не бойся, ничего плохого он тебе не сделает.

– А я и не боюсь, – ответила девушка не вполне искренне, поскольку страх она всё-таки чувствовала.

– Тогда пойдём, – сказал ей медведь.

– Отвернись, я оденусь, – попросила она.

Выйдя из спальни, Даша вдруг услышала голос Марка:

– Эй, погодите!

– На знаем, куда вы собрались, но мы с вами – тихо добавил папа Даши.

Оба мужчины стояли у двери своей спальни полуодетые.

– Не может быть! – удивился Ширий. – На вас наложено заклятие, и вы должны спать!

– И что, против вашей магии нет никаких противоядий? – поинтересовался Марк.

– Бывает, заклятие преодолевается, если есть очень большое желание его побороть.

– Это с нами обоими и произошло, – сказал Марк, – потому что мы любим Дашу и боимся за неё.

– Мы не можем спать, когда нашей любимой девочке грозит опасность, – добавил папа Даши.

Девушка радостно улыбнулась.

– Зря вы беспокоитесь. Ничего страшного мне не грозит. Просто меня пожелал увидеть главный старейшина. Я зачем-то ему понадобилась.

– Мы пойдём с тобой – заявил Марк.

– И это не обсуждается, – отрезал папа.

Даша растерянно посмотрела на оборотня.

– Я не могу им помешать.

– Я тоже, – недовольно буркнул он.

– И что теперь? – спросил папа Даши.

– Ступайте за мной втроём, – разрешил Ширий.

Они спустились по лестнице и вышли на крыльцо. В небе была полная луна, от которой исходил холодный свет.

– Забавно, – заговорил, усмехаясь, Марк. – Пару часов назад я сомневался в существовании оборотней, а теперь не только вижу человека, превратившегося в медведя, но и общаюсь с ним.

– И ещё увидишь таких, как я, пока мы будем идти, – проворчал Ширий.

Спустя минуту, мимо них проследовали два взрослых медведя с тремя медвежатами. А когда трое иномирян, ведомые оборотнем, свернули на другую улицу, им пришлось обходить устроивших потасовку медвежат и маленьких ребятишек. Малыши боролись, катались по траве, дрались одни всеми четырьмя лапами, другие руками и ногами. В стороне от мутузивших друг друга медвежьих и человеческих детей стояли взрослые медведи и спокойно беседовали.

– Что же взрослые не разнимут малышей? – спросил папа Даши.

– А зачем? – отозвался Ширий. – Детишки всегда дерутся, будь они хоть в человечьем, хоть в медвежьем обличии. У их родителей есть и более важные дела.

– Вообще-то, детям ночью полагается спать, – заметила Даша.

– Так-то обычным детям. А малые берендеи могут спать днём, а играть ночью.

Марк недоумённо пожал плечами.

– Я думал, что вы принимаете человеческое обличие исключительно днём, а в медведей превращаетесь строго по ночам. Но среди дерущейся ребятни есть и люди, и медвежата.

– Превращаться мы можем в любое время дня и ночи, но, во избежание неразберихи, старейшины дозволяют нам становиться медведями днём лишь в особых случаях. Однако малым детям разрешено изменяться по собственному желанию.

– Только по собственному желанию? – с сомнением спросила Даша.

– Иногда по родительскому, но только, когда сами детки этого желают.

– А я понял, как вас, оборотней, отличить от настоящих медведей, – вдруг сказал Марк. – У вас походка человеческая. У волколавка, кстати, тоже.

– На то мы и не совсем звери, – проворчал Ширий.

Он подвёл троих людей к тому самому дому, где они уже побывали у старейшин, и сказал:

– Ступайте! Правар ждёт девицу в своём саду, а попасть туда можно, обойдя дом справа.

Не успела Даша сделать хотя бы один шаг, как мужчины взяли её за руки – папа за правую, Марк за левую. Она улыбнулась им обоим и сказала:

– Давно меня за ручки не водили.

Они повернули направо и двинулись вокруг дома. Путь почему-то получился слишком долгим: прошло минут десять, пятнадцать двадцать, около получаса, но дом им так и не удалось обогнуть.

– По моим расчётам мы должны уже несколько раз пройти вокруг дома, – проворчал папа Даши.

– Мне тоже каже... – начала дочь и, прервавшись на полуслове, замерла на месте в изумлении, потому что увидела перед собой освещённый луной необычайной красоты сад, в котором было множество густых кустов, деревьев с пышными кронами и больших красивых цветов. От этого растительности исходил удивительно приятный аромат

– Не помню, чтобы я нюхал такие ароматы даже в южных странах, – заметил Марк.

Вокруг стрекотали насекомые, и этот стрёкот тоже казался необычным.

– Я рад, что вам у меня в саду нравится, – произнёс старческий голос.

К трём восхищённым и поражённым иномирянам приближался по тропинке главный старейшина, которого Ширий называл Праваром. Его белая одежда фосфоресцировала.

«Он не превратился в медведя, а остался таким же, каким был днём», – отметила Даша.

– Не удивляйтесь, – сказал старик, приблизившись к иномирянам. – Я, хотя и старейшина у берендеев, но сам не оборотень. Но берендеи доверяют и полностью доверяются чужакам, если те не причинят им зла.

– Откуда берендеем известно, кто носитель зла, а кто нет? – удивился Марк.

– Они это чувствуют и никогда не ошибаются, – пояснил Правар.

Он вопросительно посмотрел на своих гостей, и Даша решила, что настала пора переходить к главному.

– Ширий сообщил мне о вашем желании встретиться со мной, – сказала она.

Поскольку старец сразу не ответил, девушка вспомнила о том, что в этом мире не принято вежливое обращение на вы.

– Вы, кажется, меня не поняли. Понимаете, у нас «вы» – не только множественное число, но и один человек, если к нему испытываешь особое почтение. Поскольку у меня язык не повернётся тыкать человеку столь почтенного, как у вас возраста, позвольте с вами разговаривать так, как принято в нашем мире.

Хотя речь у неё получилась несколько сумбурной, старец понял её.

– Хорошо, обращайтесь ко мне по своему усмотрению, – разрешил он иномирянам.

– Ну, так зачем вы меня звали? – спросила Даша.

– Я звал только тебя.

– А мы не могли отпустить её одну, – вмешался Марк.

Правар окинул обоих мужчин пристальным взглядом.

– Чтобы так говорить о девушке, надо иметь на это право. Кто вы ей?

– Я – её отец, – ответил папа Даши.

– Её отец погиб.

– Погибли мои кровные родители, – сказала Даша. – Но у меня есть приёмные мама и папа, которых я очень люблю, и которые любят меня.

– Это так, – подтвердил папа. – Я люблю Дашутку ничуть не меньше, если не больше, чем сына Петю, которого моя жена родила от меня.

– А что связывает тебя с этой девушкой? – обратился старец к Марку.

– Я её люблю и хочу на ней жениться.

От этих слов у Даши опять сладко заныло сердце. Она готова была тут же сама признаться Марку в любви, но интуитивно чувствовала, что это признание следует отложить на потом.

– Тогда я тебе не завидую, – проговорил Правар.

– Что вы имеете в виду? – испуганно осведомилась у него Даша.

Он покачал головой.

– Многое из того, что мне известно, у меня нет права вам рассказать. А ещё больше я просто не знаю или не понимаю. Именно, чтобы выяснить кое-что, ты и вызвана сюда мною.

– А нам чем-нибудь поможет ваше любопытство? – прямо спросила девушка.

– Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы вам помочь, – пообещал старец.

– В таком случае я – вся внимание.

– Мне всё-таки хочется потолковать с тобой наедине.

Даша кивнула.

– Почему бы и нет?

Она повернулась к своим мужчинам.

– Вы разрешите мне поговорить с уважаемым старейшиной Праваром. Думаю, вам самим уже понятно, что это безопасно для меня.

– Я не уверен... – начал Марк.

Папа девушки прервал его:

– Пожалуй, я соглашусь с дочкой.

– Хорошо, пусть будет так, как хочет Даша, – сдался с явной неохотой Марк.

– Подождите нас там, – проговорил Правар, указав на дерево с широкими листьями, под которым иномиряне увидели скамейку.

– А вы надолго нас здесь оставляете? – поинтересовался Марк.

– Нет, наш разговор будет коротким, – пообещал старец и обратился к девушке: – Ступай за мной!

По тропинке они дошли вдвоём до небольшого одноэтажного строения белого цвета с белой же крышей в форме купола. Даше сразу показалось, что луна на небе стала светить ярче, но уже в следующую секунду она разглядела исходящее от здания мерцание.

Правар приблизился к довольно массивной с виду двери, и та сама отворилась перед ним. Старик, не оборачиваясь, дал знак своей спутнице следовать за ним. Она его послушалась. Внутри они оказались в просторном, с двумя большими окнами помещении, где у стены напротив входа стоял стеллаж с множеством полок, на которых были стеклянные сосуды, глиняные кувшины, матерчатые мешочки и бумажные свитки. Внимание Даши привлекла лежащая на средней полке большая, толстая книга.

«Любопытно было бы её почитать».

– У тебя не получилось бы прочесть это книгу, – сказал вдруг Правар.

– Вы слушаете мои мысли? – обиженно спросила девушка.

– Нет, я просто заметил, куда ты с большим интересом посмотрела.

– Ну да, здесь достаточно было включить логику, – проворчала Даша.

– Садись, – пригласил её старец и указал ей на табурет.

Когда она села, он опустился напротив своей гостьи в кресло с высокой спинкой и торжественно произнёс:

– Итак, ты – принцесса Джарья?

– Возможно, – сухо ответила она.

– Ты в этом не уверена?

– Мне так сказали люди, похитившие нас в нашем мире. Сама я, конечно, ничего о первых днях своей жизни не помню.

Правар пристально посмотрел на девушку.

– «В нашем мире»? Но твой мир здесь: ты в нём родилась.

– Ваш мир кажется мне чужим, и я не хочу в него возвращаться.

– А как быть с тем, что король Равий Ваит хочет женить на тебе своего сына и наследника? – огорошил Дашу старец.

От такой новости она даже подскочила.

– Что? Я не хочу выходить замуж за сына короля!

– Должно быть, ты любишь другого?

– Разумеется! Мне, кроме Марка, никто не нужен.

Правар покачал головой.

– Король Антарии очень упрям. К тому же ему эта свадьба необходима.

– Неужели он может выдать меня замуж без моего согласия?

– Нет. Но он может поставить тебя в такие условия, когда ты согласишься на всё. Например, как ты поступишь, если будет выбор между браком с принцем и казнью твоего возлюбленного?

– Тогда я, конечно же, соглашусь выйти за принца, – проговорила девушка упавшим голосом.

– Значит, тебе придётся смириться с судьбой.

У Даши на глаза набежали слёзы:

– А если я не понравлюсь принцу? – спросила она плачущим голосом.

– Увы, это не помешает королю женить его на тебе.

– Неужели невозможно помешать этой свадьбе? – всхлипнула девушка.

Правар сочувственно вздохнул.

– До сих пор я был уверен в неотвратимости этого брака, но сегодня у меня появились кое-какие сомнения... Подай мне мою большую книгу.

Взяв со стеллажа книгу, Даша едва не уронила этот фолиант[1].

– Ух, какая тяжёлая!

– Книги с большим количеством мудрых знаний всегда тяжёлые, – изрёк старец.

«Знал бы он о наших носителях информации», – усмехнулась про себя девушка.

Как только книга оказалась на коленях у Правара, он принялся переворачивать листы, от которых исходило голубоватое свечение.

– Странно... – вдруг забормотал старик, задержавшись над одной из страниц. – Это очень странно... Вот уж чего не только я, но и никто не мог ожидать...

– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась у него Даша.

Подняв голову, он задал ей неожиданный вопрос:

– Вторая девушка, кем тебе приходится?

– Люся?

– Очевидно, да. Кто она такая?

– Люся моя подруга, а точнее даже названая сестра, и я к ней очень привязана.

– Потому-то ты и дала ей поносить свой фамильный бриллиант?

– Вы и об этом знаете?

– Знаю. А ещё мне известно, что ваша привязанность друг к другу имеет очень короткую историю.

– Ну да, раньше моя названая сестричка жила в другом городе. Отец моей мамы когда-то уехал туда и женился вторым браком на женщине, у которой был сын. Люся – дочь этого самого сына дедушкиной второй жены. После смерти дедушки она живёт у нас в семье, потому что у неё никого из родных не осталось.

Даша замолчала и после недолгой паузы неожиданно даже для себя сообщила:

– Фамилия у Люси – Атаманова.

Старец встрепенулся.

– А у её отца?

– Он тоже, разумеется, был Атамановым.

– Это второе имя, которое вы называете «фамилией» достаётся людям от предков?

– Да, конечно. Причём порой от самых дальних предков.

Даша не могла понять, чем так заинтересовала её собеседника фамилия, которая была, хотя и самой распространённой, но совсем не необычной.

«У нас же есть слово «атаман», от которого наверняка и произошла Люсина фамилия».

Она хотела поделиться своими умозаключениями на этот счёт, но почему-то промолчала.

Правар тем временем опять заглянул в свою книгу, после чего опять задал неожиданный вопрос:

– А где вы встретили белокурого юношу?

Даша рассказала о Ниле, не рискнув поделиться с собеседником, которого совсем не знала, своими и Марка опасениями по поводу этого молодого человека, назвавшегося королевским воином.

– Я заметил, что у юноши и твоей подруги взаимная симпатия, – сказал Правар.

Даша с досадой махнула рукой.

– Ой, не говорите! Каково им будет расставаться?

– Тяжело, – ответил Правар и вдруг улыбнулся.

– Чему вы радуетесь? – удивилась девушка.

– Тому, что у тебя, кажется, появилась возможность не стать королевой, а вернуться с любимым мужчиной в тот мир, который ты считаешь своим.

– Правда? – ожила Даша. – И что же мне надо делать?

– Об этом ты узнаешь в своё время. А пока тебе пора возвращаться, а то за тебя уже беспокоятся.

Девушка решила задать ещё один не дававший ей покоя вопрос, ответ на который её собеседник наверняка знал:

– Скажите, а Люсе не навредит то, что она носит на себе мой бриллиант?

– Не навредит, – уверенно ответил старец.

Он проводил свою гостью до того места, где её ожидали папа и Марк, которые на самом деле уже начали волноваться.

– Не рассказывайте вашим спутникам о ночном визите ко мне, – попросил Правар всех троих гостей. – Это молчание будет вам только на пользу.

– Хорошо, мы будем молчать, – пообещала Даша.

– А сейчас нам надо найти Ширия? – спросил Марк.

– Можно обойтись и без Ширия, – отозвался старец и сделал руками несколько пасов, после чего девушка внезапно провалилась в темноту...

Глава 12ЛЮДИ АГРОТИ

Спала Даша так крепко, что, когда её кто-то принялся трясти за плечо, она не сразу проснулась. Сначала ей показалось, что кто-то незнакомый бормотал что-то совершенно непонятное, но, спустя немного времени она начала различать слова и узнала голос Люси:

– Поднимайся, дорогая моя! Ну, вставай же, наконец, Даш! Сколько можно спать? Ты что, до следующего утра собираешься оставаться в этой Берендеевке?

Открыв глаза, Даша сначала непонимающе посмотрела на подругу, затем спросила сиплым голосом:

– Я что, спала?

– А что же ещё ты могла делать ночью? – недоумённо спросила Люся.

«Нанести визит главному старейшине», – едва не произнесла Даша, но вовремя вспомнила о своём обещании и прикусила язык.

Она поднялась с постели.

– Кшама принесла воду и для тебя, и для меня – сообщила Люся, указав на лавку, где стояли две небольшие деревянные лохани.

Пока Даша умывалась, одевалась и приводила себя в порядок она размышляла о ночном происшествии. Сначала у неё появилось предположение, что это был всего лишь сон, но уже в следующую секунду ей пришлось от него отказаться.

«Такие чёткие, ясные и разумные сны бывают только в кино, а в реальности всегда снится сумбур, от которого в памяти мало что остаётся».

– А медведей мы так и не увидели, – сказала с сожалением Люся. – Может быть, твой Марк прав, и медвежьи оборотни – выдумка?

– Не выдумка, – уверенно заявила её подруга.

– Откуда ты знаешь?

Даша тут же сообразила, что она сболтнула лишнее и принялась выкручиваться:

– А я ночью проснулась и подошла к окну.

– И кого ты там увидела?

– Медведей. Сначала мимо дома прошли два взрослых медведя и трое медвежат, потом устроили драку медвежата и обычные человеческие дети...

Даша глянула в окно и едва не ругнулась с досады. Из их спальни хорошо просматривался огород, и совсем не было видно улицы.

«Если Люси посмотрит в окно, то поймёт, что я соврала».

Однако на её счастье Люся не стала глядеть в окно, а только с обидой спросила:

– Что же ты меня не разбудила?

– Прости, Люсенька, но ты вечером выглядела очень уставшей, поэтому я и не стала тебя тревожить.

В дверь постучали, и сразу же послышался голос Марка:

– Эй, девицы-красавицы! Пора завтракать!

– Мы идём! – ответили вместе девушки.

Внизу гостей ждал завтрак, который был ничуть не хуже ужина. За столом Даша поймала взгляды папы и Марка, после чего все её сомнения по поводу того, был ли явью их ночной поход к главному старейшине берендеев, отпали окончательно. В глазах обоих мужчин читался один немой вопрос, на который она в присутствии остальных их спутников могла ответить лишь кивком.

– Отправляемся в путь? – спросил Нил.

– Конечно, – ответил Марк. – Нам надо торопиться.

Люся вздохнула с сожалением.

– А я так и не увидела берендеев, превратившихся в медведей?

«Сейчас Люси доложит всем, что я видела в окно, как медведи гуляли по улице, – испугалась Даша. – А Нил и Марут вспомнят, чего доброго, куда выходят окна комнат, в которых мы ночевали. У них могут возникнуть ненужные вопросы».

– Мне очень кофе хочется, – поспешила она поменять тему разговора.

– Мне тоже, – буркнул Марк.

Папа Даши усмехнулся:

– Увы, вряд ли гостеприимные берендеи смогут добыть для вас этот напиток.

– А я не люблю кофе, – заявила Люся, – и без чая тоже запросто обойдусь.

Беседа повернула в другое русло – остаток трапезы проговорили о вкусах да заодно расспросили Нила и Марута про напитки Антарии.

Едва завтрак закончился, как в комнату явилась Кшама, держа в одной руке наполненный чем-то мешок, а в другой – какие-то одеяния из плотной тёмно-синей материи.

– Вот вам еда в дорогу. А девушкам стоит надеть плащи, потому что сегодня ветрено.

Когда берендейка вышла, Марут молча взял принесённый ею мешок.

– Наденьте плащи, девочки, чтобы не простудиться, – посоветовал папа Даши.

Плащи с капюшонами были сшиты из плотного синего сукна и хорошо защищали от ветра.

«Вот не думала, что буду носить такую средневековую одежду», – усмехнулась Даша, завязывая на шее тонкие верёвочки.

– Нам пора, – сказал Нил.

– Только надо сначала с Праваром и другими старейшинами проститься, – брякнула, не подумав, Даша.

– А кто такой Правар? – недоумённо осведомилась Люся.

«Вот я – балда!» – обругала себя Даша, вспомнив о том, что она впервые услышала имя главного старейшины только ночью, когда её подруга уже спала.

– Вас всех желает видеть главный старейшина Правар! – возвестил вошедший в комнату Ширий.

– Я слышала вчера, как Кшама назвала главного старейшину по имени, – нашлась тут же Даша.

Папа бросился ей на выручку:

– Я тоже это слышал.

– И я, – подал голос Марк.

– А вот я этого не слышал, – проговорил Нил.

– Мне тоже не пришлось, – проворчал его слуга.

Люся поморщилась.

– Нашли о чём спорить. Кто-то слышал, кто-то нет – так всегда бывает.

– Ты права Люсия, – тут же сдался Нил.

– Как ты меня назвал? – спросила с улыбкой Люся.

Юноша смутился.

– Я назвал тебя Люсией. Но, если тебе не нравится...

– Очень нравится, – перебила его Люся. – Имя почти такое же, как то, к которому я привыкла, только красивее. Приятно его слышать.

– Я рад, что угодил тебе.

– Эй, влюблённые! – усмехнулся Марк. – Хватит обмениваться любезностями. Пора идти.

– Можно подумать вы с Дашуткой не любезничаете при каждом удобном случае, – проворчала Люся.

Спустя минут пятнадцать, путники вышли из дома, в котором им дали ночлег и вслед за Ширием направились к главному старейшине. Пока они шагали по улице, им попадались только куры, гуси и утки, а людей не было видно.

«Наверное, для берендеев сейчас время отдыха», – подумала Даша.

– А скотины у вас совсем нет? – спросил вдруг её папа у Ширия.

– Нет скотинки, – ответил тот. – Она, в отличие от глупой птицы, чует медвежий дух и не терпит его.

– Но медведи не могут питаться только растительной пищей, – заметил Марк.

Ширий кивнул.

– Да, медведь не проживёт без мяса и рыбы, поэтому мы промышляем охотой и рыбалкой.

– Любопытно было бы... – начал Марк.

Но что ему было бы любопытно, так никто и не узнал, поскольку впереди показался красивый трёхэтажный дом, на крыльце которого, как и накануне днём, стояли трое старейшин. Даше сразу же бросилось в глаза, что Правар надел поверх белого балахона чёрный плащ и повесил себе на правое плечо холщевой мешок.

– Мы пришли, чтобы попрощаться, – сообщил старейшинам папа Даши.

– Прощайтесь с Дакшином и Траином, а я пойду с вами, – огорошил путников главный старейшина.

– Зачем? – грубо осведомился Нил.

Нисколько не обидевшись на грубость юноши, Правар пояснил:

– Затем, что это нужно вам.

– Но сможете ли вы перенести трудности этого... – начала Люся.

Старик прервал её.

– Я смогу перенести гораздо больше, чем любой из вас.

Спорить с ним никто из путников больше не решился, и он, сойдя с крыльца, занял место среди них. Прощание не затянулось. Спустя десять минут семь человек покинули селение берендеев. Когда они вышли за ворота, папа Даши спросил:

– И куда мы теперь идём?

– К мосту, чтобы попасть на другой берег, – ответил Правар.

– Может, берендеи нас переправят через реку в лодке? – спросил Марк.

– Нет, нам здесь не стоит переправляться, – ответил старик.

– Почему? – поинтересовалась Даша.

– Потому что в том лесу, который вы сейчас видите на другом берегу, слишком для вас опасен.

Скоро путники убедились в его правоте. Примерно через полчаса они заметили на противоположном берегу реки рогатого вепря с огромной полной острых зубов пастью.

– Это гилстер, – спокойно пояснил Правар.

– Ох, и чудище! – вырвалось у Даши.

– А оно не переплывёт реку? – забеспокоилась Люся.

– Нет, гилстеры не умеют плавать, – ответил старик.

– А не наткнёмся мы на него, когда перейдём мост? – осведомился папа Даши.

– На этот вопрос я знаю ответ, – неожиданно подал голос Нил. – Дело в том, что за мостом властвуют агроти, а они почти всех чудищ на своей территории извели.

– А кто такие эти агроти? – заинтересовалась Даша.

– Негодяи, – буркнул Нил, нахмурившись.

– О них мне лучше рассказать, – предложил Правар. – У меня к ним нет неприязни, и я буду более объективен, чем юноша.

– Расскажите, пожалуйста, – попросила Даша.

– Агроти – огненное племя, – начал старик. – Люди этого племени умеют зажигать огонь взглядом и метать пламя руками. Поэтому их все боятся, и никто с ними не желает ссориться.

– Они сами со всеми ссорятся, – проворчал Марут.

– Почему же? – возразил Правар. – Берендеи сумели поладить с агроти. Да и короли Антарии заключали с ними мирные договоры.

– У королей нет выбора, – мрачно изрёк Нил.

Старик кивнул.

– Да, королевской армии, какой бы мощной она не была, трудно справиться с агроти.

– Но и агроти королевская армия не по зубам, – заметил Нил.

– Потому короли и заключают договоры с этим племенем. Мне известно, что Высший Совет жрецов считает последний из них самым взаимовыгодным.

– Не такой уж этот договор и взаимовыгодный, – продолжал возражать юноша. – Агроти обещали только не нападать на нас, но не обязались стать нашими защитниками, если на Антарию нападут другие.

– Послушайте! – вмешался папа Даши. – При всём уважении к королям Антарии, я больше беспокоюсь о том, не пострадаем ли мы от этих огнеметателей?

– Они не трогают королевских слуг, – сказал Марут.

– Но мы-то – не королевские слуги, – напомнил ему Марк.

– Вы под нашей защитой, – отрезал Нил.

– И под моей тоже, – добавил Правар.

– Будем на это надеяться, – заключил папа Даши.

По берегу путники проследовали без происшествий. Часа за полтора они добрались до порядком обветшавшего и даже начавшего разрушаться моста.

– Это сооружение точно не рухнет под нами? – забеспокоился Марк.

– Не рухнет, – уверенно заявил Правар.

Тем не менее путники ступали по мосту крайне осторожно и все облегчённо вздохнули, когда он остался у них позади. Дальше они двинулись по тянущейся через густой лес узкой дороге. Примерно через час Правар предложил немного отдохнуть и перекусить. Для привала выбрали виднеющуюся сквозь деревья полянку.

– Думаю, костёр разводить не стоит, – сказал Правар. – Обойдёмся пока без горячей пищи.

– Да, здесь костёр разводить опасно, – согласился с ним Нил.

– Сразу же явятся агроти, – проворчал Марут.

Едва путники расселись на траве, как со стороны дороги появились десять всадников в металлических латах и шлемах.

– Вот и они – агроти, – недовольно пробормотал Нил.

– У нас говорят: вспомнишь беса, он тут же явится, – заметил с тревогой папа Даши.

– Кто вы такие? – осведомился передний всадник властным голосом.

– Мы путники, идём в Сукрад, – ответил Нил.

Передний всадник, который, по всей очевидности, был главным в отряде, сказал с подозрением:

– Зачарованный лес – не самое подходящее место для прогулок с девушками.

– А наши девушки храбрые, – подал голос Марк.

Реакция на этот заявление у всадников была неожиданной – сначала они удовлетворённо переглянулись, затем их предводитель окинул девушек оценивающим взглядом.

– Вы кого-то ищите? – поинтересовался Правар.

– Мы ловим девицу, укравшую нынешней ночью одну из святынь из нашего главного храма, – сообщил главный всадник.

– И что с ней будет? – вырвалось у Даши.

– Она будет жестоко наказана за своё преступление. Сначала её подвергнут огненной пытке, а потом сожгут на площади.

– Ну, и порядочки у вас! – воскликнул Марк.

«Прямо Средневековье какое-то!» – возмутилась про себя Даша.

– У вас тоже такие ужасы творятся? – спросила Люся у Нила.

– Нет, нет! – ответил он шёпотом. – Наши законы и порядки не такие жестокие, как у агроти.

Предводитель опять посмотрел в упор на девушек.

– У преступницы очень светлые волосы.

– Вы что же теперь будете хватать всех светловолосых девушек? – обеспокоенно спросил папа Даши.

– Только подозрительных.

– Наши девушки невиновны, – опять вмешался Правар. – Нынешней ночью они были возле нас.

– А почему мы должны тебе верить?

– Потому что я сказал правду.

Предводитель указал на всадника слева от себя.

– Это Унай – он видел преступницу, поэтому я поверю только ему.

– Но он же не указал ни на одну из наших девушек, – сказал папа Даши.

– Потому что его об этом ещё не спросили.

– Ну, так спроси! – рассердился Марк.

Предводитель повернулся к всаднику справа.

– Что скажешь, Унай? Узнал ли ты в одной из девиц преступницу?

Унай пожал плечами.

– Не могу я, Пакин, их разглядеть.

– Пусть девицы подойдут к нам, – приказал Пакин.

– Может, лучше вы к ним подъедете? – возразил Марк, хватая Дашу за руку.

Усмехнувшись, Пакин махнул рукой, и в тот же миг из одного из его пальцев вырвался огонь, который метнулся узкой полосой между путниками, чудом никого не задев, и сразу погас.

– В следующий раз я кого-нибудь из вас подпалю.

Даша не могла допустить, чтобы из-за неё пострадал кто-нибудь из находящихся рядом с ней людей.

«В конце концов, этот Унай никак не может узнать во мне обворовавшую их храм преступницу», – подумала она и, воспользовавшись тем, что ошеломлённый Марк ослабил хватку, вырвала у него свою руку и бросилась к всадникам. Сразу же рядом с ней оказалась Люся, ускользнувшая от пытавшегося ей помешать Нила.

Оглянувшись, Даша увидела, как их спутники хотели последовать за ними, но один из всадников тут же создал перед рванувшимися вперёд мужчинами огненную стену. Ей стало совсем не по себе.

– Что вам, на самом деле, от нас нужно? – вырвалось у неё.

Не ответив, Пакин вдруг распахнул плащ Даши и разочарованно поморщился. Затем заглянул под плащ Люси, под которым обнаружил красный бриллиант в платиновой оправе, что вызвало у него радость.

– Это она! воскликнул он. – Унай, забирай её!

– Нет, это не она! – закричала Даша, сообразив, что её подругу сочли принцессой. – Красный бриллиант мой, я дала его ей поносить!

– Неправда! – заявила Люся.

– Правда! – настаивала Даша. – Этот бриллиант принадлежал моей кровной матери!

– Берём с собой обеих! – решил Пакин. – Пусть Яван сам разбирается, кто из девиц, принцесса. Айн, ты возьмёшь вторую!

Не успела Даша опомниться, как сначала ей надели на голову тёмный мешок, затем её подняли и посадили верхом на лошадь. Кто-то сел сзади девушки – очевидно, это был упомянутый Айн – и обнял её, отчего она почувствовала подступающую к горлу тошноту, поскольку от этого мужчины исходили отнюдь не ароматические запахи.

«Только бы меня не вырвало прямо на лошадь», – пожелала Даша.

Но всё обошлось – пустой желудок не отреагировал на позывы даже тогда, когда лошадь поскакала, и началась тряска. И всё-таки девушка чувствовала себя всё хуже и хуже. Она была близка к обмороку и мечтала лишь о том, чтобы эта скачка поскорее закончилась.

[1] Фолиант – старинная книга большого формата.

Глава 12. Агроти

Спала Даша так крепко, что, когда её кто-то принялся трясти за плечо, она не сразу проснулась. Сначала ей показалось, что кто-то незнакомый бормотал что-то совершенно непонятное, но, спустя немного времени она начала различать слова и узнала голос Люси:

– Поднимайся, дорогая моя! Ну, вставай же, наконец, Даш! Сколько можно спать? Ты что, до следующего утра собираешься оставаться в этой Берендеевке?

Открыв глаза, Даша сначала непонимающе посмотрела на подругу, затем спросила сиплым голосом:

– Я что, спала?

– А что же ещё ты могла делать ночью? – недоумённо спросила Люся.

«Нанести визит главному старейшине», – едва не произнесла Даша, но вовремя вспомнила о своём обещании и прикусила язык.

Она поднялась с постели.

– Кшама принесла воду и для тебя, и для меня – сообщила Люся, указав на лавку, где стояли две небольшие деревянные лохани.

Пока Даша умывалась, одевалась и приводила себя в порядок она размышляла о ночном происшествии. Сначала у неё появилось предположение, что это был всего лишь сон, но уже в следующую секунду ей пришлось от него отказаться.

«Такие чёткие, ясные и разумные сны бывают только в кино, а в реальности всегда снится сумбур, от которого в памяти мало что остаётся».

– А медведей мы так и не увидели, – сказала с сожалением Люся. – Может быть, твой Марк прав, и медвежьи оборотни – выдумка?

– Не выдумка, – уверенно заявила её подруга.

– Откуда ты знаешь?

Даша тут же сообразила, что она сболтнула лишнее и принялась выкручиваться:

– А я ночью проснулась и подошла к окну.

– И кого ты там увидела?

– Медведей. Сначала мимо дома прошли два взрослых медведя и трое медвежат, потом устроили драку медвежата и обычные человеческие дети...

Даша глянула в окно и едва не ругнулась с досады. Из их спальни хорошо просматривался огород, и совсем не было видно улицы.

«Если Люси посмотрит в окно, то поймёт, что я соврала».

Однако на её счастье Люся не стала глядеть в окно, а только с обидой спросила:

– Что же ты меня не разбудила?

– Прости, Люсенька, но ты вечером выглядела очень уставшей, поэтому я и не стала тебя тревожить.

В дверь постучали, и сразу же послышался голос Марка:

– Эй, девицы-красавицы! Пора завтракать!

– Мы идём! – ответили вместе девушки.

Внизу гостей ждал завтрак, который был ничуть не хуже ужина. За столом Даша поймала взгляды папы и Марка, после чего все её сомнения по поводу того, был ли явью их ночной поход к главному старейшине берендеев, отпали окончательно. В глазах обоих мужчин читался один немой вопрос, на который она в присутствии остальных их спутников могла ответить лишь кивком.

– Отправляемся в путь? – спросил Нил.

– Конечно, – ответил Марк. – Нам надо торопиться.

Люся вздохнула с сожалением.

– А я так и не увидела берендеев, превратившихся в медведей?

«Сейчас Люси доложит всем, что я видела в окно, как медведи гуляли по улице, – испугалась Даша. – А Нил и Марут вспомнят, чего доброго, куда выходят окна комнат, в которых мы ночевали. У них могут возникнуть ненужные вопросы».

– Мне очень кофе хочется, – поспешила она поменять тему разговора.

– Мне тоже, – буркнул Марк.

Папа Даши усмехнулся:

– Увы, вряд ли гостеприимные берендеи смогут добыть для вас этот напиток.

– А я не люблю кофе, – заявила Люся, – и без чая тоже запросто обойдусь.

Беседа повернула в другое русло – остаток трапезы проговорили о вкусах да заодно расспросили Нила и Марута про напитки Антарии.

Едва завтрак закончился, как в комнату явилась Кшама, держа в одной руке наполненный чем-то мешок, а в другой – какие-то одеяния из плотной тёмно-синей материи.

– Вот вам еда в дорогу. А девушкам стоит надеть плащи, потому что сегодня ветрено.

Когда берендейка вышла, Марут молча взял принесённый ею мешок.

– Наденьте плащи, девочки, чтобы не простудиться, – посоветовал папа Даши.

Плащи с капюшонами были сшиты из плотного синего сукна и хорошо защищали от ветра.

«Вот не думала, что буду носить такую средневековую одежду», – усмехнулась Даша, завязывая на шее тонкие верёвочки.

– Нам пора, – сказал Нил.

– Только надо сначала с Праваром и другими старейшинами проститься, – брякнула, не подумав, Даша.

– А кто такой Правар? – недоумённо осведомилась Люся.

«Вот я – балда!» – обругала себя Даша, вспомнив о том, что она впервые услышала имя главного старейшины только ночью, когда её подруга уже спала.

– Вас всех желает видеть главный старейшина Правар! – возвестил вошедший в комнату Ширий.

– Я слышала вчера, как Кшама назвала главного старейшину по имени, – нашлась тут же Даша.

Папа бросился ей на выручку:

– Я тоже это слышал.

– И я, – подал голос Марк.

– А вот я этого не слышал, – проговорил Нил.

– Мне тоже не пришлось, – проворчал его слуга.

Люся поморщилась.

– Нашли о чём спорить. Кто-то слышал, кто-то нет – так всегда бывает.

– Ты права Люсия, – тут же сдался Нил.

– Как ты меня назвал? – спросила с улыбкой Люся.

Юноша смутился.

– Я назвал тебя Люсией. Но, если тебе не нравится...

– Очень нравится, – перебила его Люся. – Имя почти такое же, как то, к которому я привыкла, только красивее. Приятно его слышать.

– Я рад, что угодил тебе.

– Эй, влюблённые! – усмехнулся Марк. – Хватит обмениваться любезностями. Пора идти.

– Можно подумать вы с Дашуткой не любезничаете при каждом удобном случае, – проворчала Люся.

Спустя минут пятнадцать, путники вышли из дома, в котором им дали ночлег и вслед за Ширием направились к главному старейшине. Пока они шагали по улице, им попадались только куры, гуси и утки, а людей не было видно.

«Наверное, для берендеев сейчас время отдыха», – подумала Даша.

– А скотины у вас совсем нет? – спросил вдруг её папа у Ширия.

– Нет скотинки, – ответил тот. – Она, в отличие от глупой птицы, чует медвежий дух и не терпит его.

– Но медведи не могут питаться только растительной пищей, – заметил Марк.

Ширий кивнул.

– Да, медведь не проживёт без мяса и рыбы, поэтому мы промышляем охотой и рыбалкой.

– Любопытно было бы... – начал Марк.

Но что ему было бы любопытно, так никто и не узнал, поскольку впереди показался красивый трёхэтажный дом, на крыльце которого, как и накануне днём, стояли трое старейшин. Даше сразу же бросилось в глаза, что Правар надел поверх белого балахона чёрный плащ и повесил себе на правое плечо холщевой мешок.

– Мы пришли, чтобы попрощаться, – сообщил старейшинам папа Даши.

– Прощайтесь с Дакшином и Траином, а я пойду с вами, – огорошил путников главный старейшина.

– Зачем? – грубо осведомился Нил.

Нисколько не обидевшись на грубость юноши, Правар пояснил:

– Затем, что это нужно вам.

– Но сможете ли вы перенести трудности этого... – начала Люся.

Старик прервал её.

– Я смогу перенести гораздо больше, чем любой из вас.

Спорить с ним никто из путников больше не решился, и он, сойдя с крыльца, занял место среди них. Прощание не затянулось. Спустя десять минут семь человек покинули селение берендеев. Когда они вышли за ворота, папа Даши спросил:

– И куда мы теперь идём?

– К мосту, чтобы попасть на другой берег, – ответил Правар.

– Может, берендеи нас переправят через реку в лодке? – спросил Марк.

– Нет, нам здесь не стоит переправляться, – ответил старик.

– Почему? – поинтересовалась Даша.

– Потому что в том лесу, который вы сейчас видите на другом берегу, слишком для вас опасен.

Скоро путники убедились в его правоте. Примерно через полчаса они заметили на противоположном берегу реки рогатого вепря с огромной полной острых зубов пастью.

– Это гилстер, – спокойно пояснил Правар.

– Ох, и чудище! – вырвалось у Даши.

– А оно не переплывёт реку? – забеспокоилась Люся.

– Нет, гилстеры не умеют плавать, – ответил старик.

– А не наткнёмся мы на него, когда перейдём мост? – осведомился папа Даши.

– На этот вопрос я знаю ответ, – неожиданно подал голос Нил. – Дело в том, что за мостом властвуют агроти, а они почти всех чудищ на своей территории извели.

– А кто такие эти агроти? – заинтересовалась Даша.

– Негодяи, – буркнул Нил, нахмурившись.

– О них мне лучше рассказать, – предложил Правар. – У меня к ним нет неприязни, и я буду более объективен, чем юноша.

– Расскажите, пожалуйста, – попросила Даша.

– Агроти – огненное племя, – начал старик. – Люди этого племени умеют зажигать огонь взглядом и метать пламя руками. Поэтому их все боятся, и никто с ними не желает ссориться.

– Они сами со всеми ссорятся, – проворчал Марут.

– Почему же? – возразил Правар. – Берендеи сумели поладить с агроти. Да и короли Антарии заключали с ними мирные договоры.

– У королей нет выбора, – мрачно изрёк Нил.

Старик кивнул.

– Да, королевской армии, какой бы мощной она не была, трудно справиться с агроти.

– Но и агроти королевская армия не по зубам, – заметил Нил.

– Потому короли и заключают договоры с этим племенем. Мне известно, что Высший Совет жрецов считает последний из них самым взаимовыгодным.

– Не такой уж этот договор и взаимовыгодный, – продолжал возражать юноша. – Агроти обещали только не нападать на нас, но не обязались стать нашими защитниками, если на Антарию нападут другие.

– Послушайте! – вмешался папа Даши. – При всём уважении к королям Антарии, я больше беспокоюсь о том, не пострадаем ли мы от этих огнеметателей?

– Они не трогают королевских слуг, – сказал Марут.

– Но мы-то – не королевские слуги, – напомнил ему Марк.

– Вы под нашей защитой, – отрезал Нил.

– И под моей тоже, – добавил Правар.

– Будем на это надеяться, – заключил папа Даши.

По берегу путники проследовали без происшествий. Часа за полтора они добрались до порядком обветшавшего и даже начавшего разрушаться моста.

– Это сооружение точно не рухнет под нами? – забеспокоился Марк.

– Не рухнет, – уверенно заявил Правар.

Тем не менее путники ступали по мосту крайне осторожно и все облегчённо вздохнули, когда он остался у них позади. Дальше они двинулись по тянущейся через густой лес узкой дороге. Примерно через час Правар предложил немного отдохнуть и перекусить. Для привала выбрали виднеющуюся сквозь деревья полянку.

– Думаю, костёр разводить не стоит, – сказал Правар. – Обойдёмся пока без горячей пищи.

– Да, здесь костёр разводить опасно, – согласился с ним Нил.

– Сразу же явятся агроти, – проворчал Марут.

Едва путники расселись на траве, как со стороны дороги появились десять всадников в металлических латах и шлемах.

– Вот и они – агроти, – недовольно пробормотал Нил.

– У нас говорят: вспомнишь беса, он тут же явится, – заметил с тревогой папа Даши.

– Кто вы такие? – осведомился передний всадник властным голосом.

– Мы путники, идём в Сукрад, – ответил Нил.

Передний всадник, который, по всей очевидности, был главным в отряде, сказал с подозрением:

– Зачарованный лес – не самое подходящее место для прогулок с девушками.

– А наши девушки храбрые, – подал голос Марк.

Реакция на этот заявление у всадников была неожиданной – сначала они удовлетворённо переглянулись, затем их предводитель окинул девушек оценивающим взглядом.

– Вы кого-то ищите? – поинтересовался Правар.

– Мы ловим девицу, укравшую нынешней ночью одну из святынь из нашего главного храма, – сообщил главный всадник.

– И что с ней будет? – вырвалось у Даши.

– Она будет жестоко наказана за своё преступление. Сначала её подвергнут огненной пытке, а потом сожгут на площади.

– Ну, и порядочки у вас! – воскликнул Марк.

«Прямо Средневековье какое-то!» – возмутилась про себя Даша.

– У вас тоже такие ужасы творятся? – спросила Люся у Нила.

– Нет, нет! – ответил он шёпотом. – Наши законы и порядки не такие жестокие, как у агроти.

Предводитель опять посмотрел в упор на девушек.

– У преступницы очень светлые волосы.

– Вы что же теперь будете хватать всех светловолосых девушек? – обеспокоенно спросил папа Даши.

– Только подозрительных.

– Наши девушки невиновны, – опять вмешался Правар. – Нынешней ночью они были возле нас.

– А почему мы должны тебе верить?

– Потому что я сказал правду.

Предводитель указал на всадника слева от себя.

– Это Унай – он видел преступницу, поэтому я поверю только ему.

– Но он же не указал ни на одну из наших девушек, – сказал папа Даши.

– Потому что его об этом ещё не спросили.

– Ну, так спроси! – рассердился Марк.

Предводитель повернулся к всаднику справа.

– Что скажешь, Унай? Узнал ли ты в одной из девиц преступницу?

Унай пожал плечами.

– Не могу я, Пакин, их разглядеть.

– Пусть девицы подойдут к нам, – приказал Пакин.

– Может, лучше вы к ним подъедете? – возразил Марк, хватая Дашу за руку.

Усмехнувшись, Пакин махнул рукой, и в тот же миг из одного из его пальцев вырвался огонь, который метнулся узкой полосой между путниками, чудом никого не задев, и сразу погас.

– В следующий раз я кого-нибудь из вас подпалю.

Даша не могла допустить, чтобы из-за неё пострадал кто-нибудь из находящихся рядом с ней людей.

«В конце концов, этот Унай никак не может узнать во мне обворовавшую их храм преступницу», – подумала она и, воспользовавшись тем, что ошеломлённый Марк ослабил хватку, вырвала у него свою руку и бросилась к всадникам. Сразу же рядом с ней оказалась Люся, ускользнувшая от пытавшегося ей помешать Нила.

Оглянувшись, Даша увидела, как их спутники хотели последовать за ними, но один из всадников тут же создал перед рванувшимися вперёд мужчинами огненную стену. Ей стало совсем не по себе.

– Что вам, на самом деле, от нас нужно? – вырвалось у неё.

Не ответив, Пакин вдруг распахнул плащ Даши и разочарованно поморщился. Затем заглянул под плащ Люси, под которым обнаружил красный бриллиант в платиновой оправе, что вызвало у него радость.

– Это она! воскликнул он. – Унай, забирай её!

– Нет, это не она! – закричала Даша, сообразив, что её подругу сочли принцессой. – Красный бриллиант мой, я дала его ей поносить!

– Неправда! – заявила Люся.

– Правда! – настаивала Даша. – Этот бриллиант принадлежал моей кровной матери!

– Берём с собой обеих! – решил Пакин. – Пусть Яван сам разбирается, кто из девиц, принцесса. Айн, ты возьмёшь вторую!

Не успела Даша опомниться, как сначала ей надели на голову тёмный мешок, затем её подняли и посадили верхом на лошадь. Кто-то сел сзади девушки – очевидно, это был упомянутый Айн – и обнял её, отчего она почувствовала подступающую к горлу тошноту, поскольку от этого мужчины исходили отнюдь не ароматические запахи.

«Только бы меня не вырвало прямо на лошадь», – пожелала Даша.

Но всё обошлось – пустой желудок не отреагировал на позывы даже тогда, когда лошадь поскакала, и началась тряска. И всё-таки девушка чувствовала себя всё хуже и хуже. Она была близка к обмороку и мечтала лишь о том, чтобы эта скачка поскорее закончилась.

Глава 13. Хитромудрый маг

Наконец, лошадь остановилась. Послышался звук какого-то духового инструмента, затем раздался громкий скрежет.

«Должно быть, открыли городские ворота, а перед этим кто-то трубил в рог», – предположила Даша, вспомнив кое-что из прочитанного ею о Средневековье.

Затем лошадь опять задвигалась, но уже гораздо медленнее, чем раньше. Опять раздался скрежет, после чего слышался только стук копыт.

«Если мы едем по городу, то по каким-то закоулкам, где совсем нет людей», – отметила Даша.

Скоро лошадь опять остановилась, и Айн спрыгнул с неё. Сразу потерявшая ориентацию в пространстве Даша едва не скатилась вниз, но её подхватили сильные мужские руки.

– Тащите девиц к Явану, – приказал Пакин.

После того, как Дашу занесли в какое-то помещение и поставили на ноги, она услышала звуки удаляющихся шагов и затворяющейся двери. Девушка сообразила, что руки у неё свободные, и стянула с головы мешок. Затем она стащила мешок с замершей на месте и плохо соображавшей подруги.

– Мафиози в любом мире ведут себя одинаково, – проворчала Даша.

Пребывавшая в оцепенении Люся, похоже, этих слов не расслышала или не поняла. Бледная, как полотно, она продолжала стоять, словно на неё напал столбняк.

Даша слегка потрясла подругу за плечи.

– Эй, дорогая Люси, очнись!

– Где мы? – спросила Люся хриплым шёпотом.

Даша огляделась. Они очутились вдвоём в просторном помещении с отделанными квадратными кирпичами стенами. Слева горели десять свечей и семь серебряных ламп, справа стояли три табурета, а в центре располагалась небольшая (примерно метр на метр ширину и около полуметра в высоту) четырёхугольная конструкция из меди.

– Эта комната похожа на святилище, – сделала Даша вывод.

Девушки находились возле металлической кованой двери, а напротив них была точно такая же дверь, которая вдруг отворилась, впустив в помещение сухонького, поджарого старичка, с длинной, но довольно редкой бородой и пронзительными глазами болотного цвета, одетого в чёрный балахон и невысокий чёрный колпак.

– А почему вы вдвоём? – удивлённо спросил он.

– Мы поспорили, кто из нас настоящая принцесса, – пояснила Даша. – Ваши люди не стали ждать окончания нашего спора и забрали нас обеих

– У кого из вас красный бриллиант?

– У меня? – ответила дрожащим голосом Люся.

– Но принадлежит он мне, – заявила Даша. – Я просто дала его тебе поносить.

– Как это дала поносить? – не понял старик.

– Очень просто. Люся моя названая сестра, я её очень люблю. Почему мне нельзя дать ей поносить принадлежащую мне вещь?

– Но это не совсем обычная вещь – её полагается носить на себе только особе королевской крови.

– Ну, вот я и но... – начала Люся, успевшая, судя по всему, оправиться от испуга.

Даша с досадой её перебила:

– Ты опять за своё? Отдай мне мой кулон и успокойся! Принцесса – я!

– Нет – я!

Неожиданно Дашу осенило.

– Слушай, Люсь, а чего мы спорим? Давай для начала выясним, зачем агроти понадобилась принцесса? Потом уже решим, что с этим делать. В конце концов, если нас до сих пор не убили, то, очевидно, не очень-то и хотят это сделать.

– А ты не такая уж и глупая, – пробормотал старик и, развернув один из табуретов так, чтобы тот стоял напротив двух остальных, сел, после чего жестом пригласил девушек сделать то же.

– Люся тоже неглупа, – опять заговорила Даша, плюхнувшись на левый табурет. – Она просто ещё в себя не пришла после похищения.

– Уже пришла, – вставила Люся и опустилась на правый табурет.

Пропустив мимо ушей последние слова подруги, Даша обратилась к старику:

– Давайте поговорим. Для начала вы представьтесь, пожалуйста.

– Кто это «мы»? – недоумённо спросил он. – Кого вы, кроме меня, ещё видите?

Даша поморщилась. Как ей не надоело объяснять правила вежливости, принятые в том мире, в котором она выросла, у неё не поворачивался язык тыкать человеку преклонного возраста.

– У нас это вежливое обращение к пожилым и вообще незнакомым людям, – пояснила Люся.

– А-а-а! – протянул старик и, выпрямившись, представился девушкам: – Я – Яван, главный маг и жрец в племени агроти.

«Очень приятно», – хотела сказать Даша, но тут же сообразила, насколько глупо это прозвучит, и просто назвала себя по имени:

– А я – Даша.

Её ещё в детстве учили, что при знакомстве воспитанному человеку следует называть своё полное имя, но ей пришло в голову, что имена «Дарья» и «Джарья» созвучны. Маг мог обратить внимание на это случайное созвучие.

«Мало ли что ему послышится».

Подруга Даши тоже представилась:

– А я – Люся.

– Ну, так чего собственно вы от нас хотите? – опять осведомилась Даша.

– От одной из вас, – уточнил Яван.

– Ладно, пусть одной из нас, – согласилась она.

Маг ещё раз окинул пристальным взглядом обеих девушек и сказал с досадой:

– Мне поручено убить принцессу Джарью?

– Кем поручено? – спросила с округлившимися глазами Люся.

– Одним беспалым прохвостом... – начал Яван, но тут же осёкся и добавил с досадой: – Впрочем, это неважно. Главное, что я не собираюсь идти у него на поводу.

– Зачем же тогда вы нас похитили? – спросила Даша.

– Я сделал это в своих целях.

– Каких именно?

– Главная моя цель – бриллиант принцессы.

Люся посмотрела на него с недоумением.

– Никто не мешает вам забрать его у меня силой.

– Это невозможно, – ответил старик. – На бриллиант наложено старинное заклятие, снять которое в наше время никто не сумеет. Стоит только человеку попытаться отнять эту вещь силой, как на него сразу же обрушатся самые страшные бедствия.

– Вы хотите получить бриллиант в подарок? – осведомилась Люся.

Яван отрицательно покачал головой.

– Вряд ли принцесса сделает это с охотой, а выманить у неё бриллиант всё равно, что его отнять.

– И что же вы надумали? – нетерпеливо спросила Даша.

– Женить на принцессе сына нашего главного военачальника, – огорошил девушек их собеседник.

Примерно на минуту повисла тишина, а затем Люся недоумённо спросила:

– Зачем?

– Затем, что человек, взявший в жёны принцессу вместе с красным королевским бриллиантом, получит право на королевский престол в Антарии.

– Офигеть! – вырвался у Люси испуганный возглас.

– Но ведь раньше как-то все обходились и без принцессы, и без бриллианта, – проблеяла Даша.

– А вам разве ничего не рассказали? – удивился маг.

– Так получилось, что некому было рассказать, – ответила Даша и, чтобы не углубляться в затронутую тему, поспешно осведомилась: – Почему же о принцессе и бриллианте только теперь все вспомнили?

– По закону трон в Антарии передаётся по мужской линии. Если мужчин в королевском роду не осталось, но есть хотя бы одна женщина, тогда королевский посох и корона достаётся её мужу.

– А сама женщина не может королевством править? – поинтересовалась Люся.

Яван посмотрел на неё с изумлением.

– Я не слышал, чтобы где-то правили женщины.

– А у нас они пра...

Даша прервала подругу на полуслове:

– Давай, Люси, на тему равноправия полов поговорим в другой раз. А сейчас прошу вас, уважаемый маг, продолжить ваш рассказ. Итак, когда в королевской семье сыновей, корона становится приданым дочери?

Яван кивнул.

– Да, было именно так. И вот двадцать лет назад на престол взошёл молодой Шудий Киран. Почти через год его жена, королева Сарала, родила ему дочь, принцессу Джарью, а через неделю после этого радостного события король погиб в битве с горными гунами, успев до своей смерти назначить опекуном жены и дочери Равия Ваита.

«Равием Ваитом Ашман назвал нынешнего короля», – вспомнила Даша.

– А кем был раньше этот Равий Ваит? – спросила она.

– Главным полководцем армии и близким другом короля. Равий собирался исполнить волю покойного правителя, но война несколько затянулась. А тем временем королева и принцесса бесследно исчезли вместе с королевским красным бриллиантом.

– А других родственников у погибшего короля не было? – поинтересовалась Люся.

– Не было. Несколько поколений подряд у королей рождалось по одному сыну. Правда, сто лет назад король Ганк Киран, будучи ещё принцем, имел брата, причём старшего.

– И что случилось с тем братом? – спросила Даша.

– Про это всякое говорят, – неопределённо ответил Яван.

Люся махнула рукой.

– Давайте вернёмся к тому, что случилось девятнадцать лет назад.

– Антария едва не перестала быть королевством, потому что по древнему закону, если род королей прекращается и по мужской, и по женской линии, власть в государстве переходит к магам-жрецам. Так бы и случилось, если бы несколько высших жрецов не заявляли, что принцесса Джарья жива и королевский красный бриллиант цел. Магический совет решил отдать на двадцать лет престол Равию Ваиту.

Дашу осенило:

– Эти двадцать лет отводились на поиски... – она едва не сказала «меня», но вовремя успела поправиться: – Они отводились на поиски принцессы.

– Совершенно верно, – подтвердил маг.

– И кто же её искал? – поинтересовалась Люся.

– Жрецы-маги Антарии, конечно.

– Они что, не хотели править государством? – удивилась Даша.

– Они и так имеют много власти. Многие жрецы-магов считает, что передача им ещё и королевских полномочий посеет раздор в их рядах.

– Понятно, – вставила Люся.

– Ну, с ними всё понятно, а вот с вами не до конца, – задумчиво проговорила Даша.

– Вот именно! – поддержала её подруга. – Зачем вам нужен престол в чужом королевстве?

– Если я отвечу на ваш вопрос, вы скажите, кто из вас двоих – принцесса?

– Нет! – ответили вместе девушки.

– В конце концов, я могу попробовать выяснить это и против вашей воли, – заявил маг.

Он подошёл к центральному медному сооружению и сделал едва заметное движение рукой. В то же самое мгновение запылал огонь, причём необычный: языки яркого пламени затанцевали и начали принимать в этом танце самые причудливые формы.

– Ничего не понимаю! – воскликнул Яван. – Если верить гаданию на огне, вы обе принцессы.

– Должно быть, королевский бриллиант пожелал вас, запутать – насмешливо предположила Даша. – Ему тоже не хочется, чтобы принцесса вышла замуж за вашего кандидата в её мужья.

– Это всё равно случится! – прошипел рассерженный маг.

– Каким образом? – поинтересовалась Люся.

– Это произойдёт или вас обеих сожгут!

Последнее заявление мага напугало девушек не на шутку.

– Вы на это не решитесь, – только и нашла что сказать Даша.

Яван вскочил и ударил чем-то по медной поверхности центрального сооружения. Послышался звон, и в ту же секунду в помещение ворвались четверо воинов из похитившего девушек отряда.

– Волоките их на площадь! – велел маг.

Глава 14. Бегство с эшафота

Воины схватили девушек за руки и выволокли на улицу. Обе подруги были настолько ошарашены и испуганы, что на некоторое время потеряли связь с происходящим. В себя они пришли, стоя на помосте перед шумящей толпой.

– Думаешь, нас сожгут? – растерянно шепнула Люся в ухо подруге.

– Вроде костра нет, – пробормотала та.

В это время огонь начал вспыхивать прямо в руках стоявших в переднем ряду людей и сразу гас.

– Они и без костра могут обойтись, – заключила Люся.

– Давай скажем им правду, – с отчаянной решимостью предложила Даша.

– Ты согласишься выйти замуж за метателя огня?

– Можно попросить, чтобы отложили свадьбу до завтра и попытаться ночью сбежать.

– Куда?

– Главное, покинуть этих гостеприимных агроти. Наверняка наши где-то поблизости, и мы их найдём, если отсюда выберемся.

– Это не так-то просто, – неожиданно сказал то ли женский, то ли мальчишеский голос.

Девушки удивлённо огляделись. Обстановка вокруг них нисколько не изменилась. Народ теснился у помоста, однако обладателя только что услышанного подругами голоса явно в толпе не было.

– Зря ищите, – сказал он. – Я рядом с вами, но вы меня не замечаете.

– Но ты же с нами разговариваешь, – прошептала Даша.

– Кроме вас, меня никто не слышит.

– Разве это возможно? – удивилась Люся

– Всё возможно.

– Тебя прислали нам помочь? – спросила Даша.

– Да.

– И что мы должны делать?

– В первый черёд не пугаться того, что сейчас произойдет.

Несмотря на это предупреждение, подруги порядком опешили, когда в небе вдруг появился серо-зелёный туман, который сразу же развеялся, а из его клочьев начали образовываться разевающие пасти змеи, двигающие челюстями скелеты, хлопающие крыльями жуткого вида птицы и прочие страшилища. Такое представление привело к тому, что весь народ, включая вооружённых воинов, кинулся прочь от помоста. Люди толкали друг друга, кто-то падал.

Однако одного человека происходящее всё-таки не напугало. Девушки увидели приближающегося с решительным видом к помосту Явана.

– Что он собрался делать? – спросила с тревогой Люся.

В это время среди разлетающихся клочков серо-зелёного тумана появились две странного вида белые птицы, которые почти мгновенно спикировали на помост.

– Волки! – взвизгнула Люся.

Это на самом деле были два огромных могучих волка с белоснежной длинной шерстью и огромными перепончатыми крыльями.

«Крылья, как у летучих мышей, только большие», – машинально отметила Даша.

Глянув внимательнее на морды этих двух летучих хищников, она увидела у них в глазах не злобу, а печаль, и это сразу расположило её к ним.

– Какие удивительные животные! – вырвалось у Даши.

– Скорее садитесь на них верхом! – приказал голос.

– Нет! – вскрикнула Люся.

В это время Яван поднял руку с явным намерением поджечь помост, однако его рука вздрогнула и опустилась, словно по ней кто-то с силой ударил. Затем он вдруг упал навзничь и схватился за живот.

– Садись на волка! – в отчаянье крикнула Даша подруге. – Или мы с тобой погибнем!

На этот раз Люся послушалась и полезла на крылатого зверя, а он опустился на задние и передние колени, чтобы ей было удобнее на него забираться.

Даша тем временем быстро уселась на второго волка. Её прежний опыт верховой езды ограничивался катанием на пони в детстве и конными прогулками на отдыхе. Сейчас же Дашу более всего обеспокоило то, что она понятия не имела, за что ей можно держаться.

– Хватайся за шерсть, – посоветовал всё тот же голос кого-то невидимого.

– А волку не будет больно?

– Если не вцепишься со всей силой, то нет.

Повернув голову, Даша увидела, что её подруга уже устроилась на другом звере.

– Можно мне ехать с тобой? – попросил голос.

– Марш к Люси! – приказала ему Даша, решив, что подруге больше нужна поддержка, выраженная в присутствии кого-то рядом.

– Ладно! – буркнул голос.

Спустя пару секунд крылатые волки начали, размахивая крыльями, подниматься в небо. Прижавшись к шее своего зверя, Даша наблюдала за тем, что происходило внизу. Явану всё-таки удалось поджечь помост. Языки пламени рванулись вверх, однако не задели даже лап взлетевших волков. Даша тихо хихикнула и помахала рукой, хотя понимала, что пышущий злобой маг не увидел её жеста.

Скоро костёр внизу превратился в дымящееся пятнышко, а Яван и вовсе исчез. А потом начался полёт. Крылья создавали такой сильный ветер, что Даше приходилось прижиматься всем своим телом к спине и шее нёсшего её волка. Когда волчьи крылья опустились, ей удавалось разглядеть подругу: Люся зарылась лицом в густую шерсть животного и, кажется, дрожала.

«Вот трусиха!» – усмехнулась Даша.

Сама она нисколько не боялась высоты, но ощущала дискомфорт от холода и сильных порывов ветра. Прижавшись поплотнее к волчьей шерсти, Даша глянула вниз – там не просматривалось ничего интересного, поскольку они пролетали над безбрежным лесом, и с высоты можно было разглядеть только лишь разные оттенки зелени.

Почувствовав, что шея немного затекла, Даша повернула голову и, к своему удивлению, увидела, что уже наступал вечер, и солнце начало клониться к закату.

«А мы ещё не добрались до цели, и, если завтра у нас не получится попасть в столицу королевства, то кончится действие средства, благодаря которому нам удаётся общаться со здешним населением...»

Внезапно её так тряхнула, что она, забыв о совете, данном таинственным голосом, схватилась со всей силой за волчью шерсть. А в следующую секунду Даша почувствовала резкое торможение и стремительное снижение. Очевидно, то же ощутила и Люся, потому что она громко взвизгнула.

Даше удалось не издать ни звука, она лишь зажмурила глаза, и открыла их, когда почувствовала толчок. Оба волка уже стояли на земле, и к ним бежали со всех ног Марк, папа Даши и Нил. Даша соскользнула со спины крылатого зверя и сразу угодила в объятия любимого человека.

– Ты! – повторял Марк. – Это ты! Ты!

– Конечно же, я, – прошептала счастливая девушка.

Она впала в состояние близкое к прострации, и оно длилось, пока не услышала сначала деликатное покашливание, а затем голос папы:

– Можно и мне тебя обнять, моя девочка?

– Прости меня, папочка! – смутилась Даша и, отстранившись от Марка, обняла отца.

Немного успокоившись, она огляделась. Неподалёку от них стояли Люся и Нил. Лица у них обоих были счастливые, при этом они не только не обнимались, но и вообще находились примерно в полуметре друг от друга. Юноша склонился в лёгком почтительном поклоне. Люся гладила крылатого зверя, на котором только что прилетела. Они оба молчали.

«Нил считает Люси принцессой и ведёт себя с ней, как с высокородной особой, – подумала Даша. – А папа, Марк и Правар не сказали ему правду».

Вспомнив о старике, она поискала его глазами и нашла сидящим на пне, а рядом с ним стоял откуда-то взявшийся уродливый карлик, у которого уши и губы походили на заячьи.

«Кто такой этот уродец? – удивилась Даша. – Его с нами не было. И куда делся Марут?»

Повертев головой, она увидела слугу Нила, лениво наблюдавшего за своим господином.

«Марута, кажется, нисколько не беспокоит то, что Нил влюбился в принцессу».

– Как себя чувствует прекрасная девица? – услышала Даша.

Это сказал уродливый карлик, который успел приблизиться к Даше. Она сразу же узнала его высокий голос и радостно воскликнула:

– Так это ты нас спас?

Её услышали все, включая Люсю, бросившую на уродца изумлённый взгляд.

– Главный ваш спаситель – маг Правар, – смущённо сказал карлик, – а мы только его слушались.

– Мы даже не знали, как Правар собирался вас, девочки, спасать, – вмешался папа Даши. – Он попросил нас полностью ему доверится, и нам ничего не оставалось, как подчиниться ему.

– А теперь мне хотелось бы узнать о том, что с вами, девушки, случилось, – вмешался Марк.

– Обязательно узнаешь, – пообещал старик. – Но сначала мои помощники покинут нас, а потом нам надо будет перекусить, поскольку мы не ели с самого утра.

Только после этих его слов Даша ощутила голод.

– А я даже не вспомнила о еде, – удивилась она.

– Не до того было, – буркнул Марк.

– А я вспоминала, – смущённо призналась Люся, – и даже хотела попросить поесть у Явана, но потом подумала, что лучше не надо.

– Не зря наши предки говорили, что в доме врага хлеб горек, – заметил папа Даши.

Правар указал на небо.

– Время позднее. Давайте прощаться с нашими гостями.

– А мы с ними даже не успели познакомиться, – сказала Даша, – хотя очень им обязаны.

– Это Пялт, – представил Правар карлика.

Тот отвесил почтительный поклон.

– Он умеет становиться невидимым, когда пожелает, – добавил старик.

Даша кивнула.

– Мы уже в этом убедились.

Издав протяжный вздох, Пялт тихо сказал:

– Я такой некрасивый, что на меня смотреть противно, поэтому мне лучше быть невидимым.

– Неправда! – воскликнули вместе обе девушки.

– Ты очень симпатичный, – добавила Люся вполне искренне.

– Ты, Пялт, такой милый, что я с удовольствием тебя поцелую, – заявила Даша и, подбежав к карлику, чмокнула его в щёку.

На уродливом лице Пялта расцвела улыбка.

– Я никогда не забуду вашей доброты госпожа Даша и госпожа Люсия.

Правар ласково потрепал карлика за его длинные уши.

– Что ж, Пялт, прощай. Надеюсь, мы виделись не в последний раз, и ты ещё мне послужишь.

– С великим моим удовольствием послужу, – пообещал Пялт.

Доброжелательно попрощавшись со всеми, он вдруг опустился на четвереньки и бросился в лес так быстро, как мог бежать только заяц.

– Что это было? – спросил Марк, когда через мгновенье карлик скрылся в лесной чаще.

– Наверное, это заячий оборотень? – предположила Люся.

– Вроде того, – ответил старец. – Пялт не превращается в зайца, но имеет все его привычки.

– Он ведь не человек? – предположила Даша.

Правар кивнул.

– Да, Пялт – один из лесных духов.

– Поэтому и может стать для людей невидимым. Я что-то такое читала об эльфах и гномах.

Внезапно послышалось тихое и совершенно не злобное рычание.

– Это симураны напоминают о том, что им тоже пора нас покинуть, – сказал Правар.

Люся подбежала к зверю, на котором недавно летала, и обняла его за шею

– Как мне жаль, мой хороший, с тобой расставаться!

– Но сначала ты боялась на него садиться, – напомнила с улыбкой Даша.

– И была совершенно права, – проворчал её папа, глядя с опаской на крылатых волков.

– Эти существа совершенно безопасные, – назидательно сказала ему дочь и, подойдя к своему симурану, ласково его погладила. – Мы же прилетели на них сюда. Посмотрите на глаза этих милых животных и вы увидите в них море доброты.

Папа кивнул.

– Ты убедила меня, девочка. Они, действительно, очень милые.

Все, кроме Марута и Правара, подошли к симуранам и погладили их, после чего крылатые волки взмыли в небо и скоро растворились в закате.

– Теперь нам надо поесть, – сказал старик.

– Прежде всего, нам надо позаботиться о ночлеге, – возразил ему Нил. – Скоро наступит ночь.

– Одно другому не мешает, – отозвался Правар. – Неподалёку отсюда есть лачуга. В ней семерым будет тесно, но поместиться мы всё-таки сможем.

Он повёл всех в лес, и через пятнадцать минут они добрели до лачужки.

– Да, действительно, тесновато, – проговорил Марк.

– Нам не до жиру, быть бы живу, – отозвался папа Даши.

В лачужке была всего одна тесная комнатёнка с печью в правом углу.

– Соберите то, чем можно растопить печь, – обратился Правар к своим спутникам.

«А кто-нибудь из нас знает, чем можнорастопить печь?» – озадачилась Даша.

Таких специалистов в их компании оказалось трое – Марут, папа Даши и Марк.

– Я в походах и костры жёг, и печи топил, – пояснил Даше её молодой человек.

– И папа тоже, – вспомнила она.

Марк растопил печь, а Правар в имевшихся у него трёх котелках сварил вкусную похлёбку. Достав из мешков ещё кое-какую еду, путники расположились на траве и поужинали.

– На голом полу спать будет жёстко, – заметила Люся.

– Когда мы валежник собирали, то неподалёку отсюда набрели на полянку, – вспомнила Даша. – А там много густой травы.

– Верно мыслишь, дочка, – встрепенулся папа. – Можно нарвать травы и сделать из неё подстилку.

– Только надо поторопиться, пока совсем не стемнело, – заметил Марут.

Они всей компанией отправились на полянку, где на самом деле было много густой и высокой травы. Путники торопливо принялись её рвать, поскольку сумерки становились всё гуще и гуще. Лес вдали начал уже синеть, собираясь слиться с темнеющим небом.

Когда удалось набрать приличные охапки травы, Даша грустно сказала.

– А завтра мы опять пойдём через Зачарованный лес. Мне уже кажется, что он бесконечный. Кстати, когда меня недавно нёс крылатый волк, то сверху всё выглядело так, что здесь нет ничего, кроме леса.

– И всё-таки в Зачарованном лесу можно найти селения и даже города, – заметил редко вмешивавшийся в общую беседу Марут. – Правда, их очень мало.

– Я слышал об одном здешнем городе, – сказал Нил. – В нём уже давно никто не живёт, и его называют Брошенным.

– Брошенный город находится неподалёку отсюда, – сообщил Правар.

Нил и Марут переглянулись, но ничего не сказали. Остальные тоже не нашли повода продолжить начатый разговор. Все вернулись в лачугу и разбросали по ней траву.

– Маловато подстилки, но всё же на ней значительно лучше, чем на голом полу, – заключил Марк.

– А ведь мы с Люсей не рассказали о том, что с нами было, – вспомнила Даша.

– Давайте отложим этот разговор до завтра, – предложил папа.

Правар поддержал его:

– Я того же мнения. Девушки выглядят очень измученными, и им требуется отдых.

Никто с этим не стал спорить, а Даша тут же почувствовала себя совершенно измотанной. Она упала на пол, вдохнула в себя приятный травяной аромат и, спустя несколько секунд, уснула.

Глава 15. Не упокоившиеся покойники

Даша увидела во сне свою семью – папу, маму, Петю, Люсю и даже умершего дедушку. Но они все были отдалены от неё на приличное расстояние, а она не могла, как не пыталась к ним приблизиться. Потом рядом с ней вдруг каким-то образом очутилась Люся, и едва это произошло, Даша сразу воссоединилась с папой, мамой и Петей (дедушка куда-то пропал), а Люся оказалась теперь вдалеке от них.

«Почему она к нам не идёт?» – удивилась Даша.

Люся заулыбалась, помахала рукой и закричала:

– Всё путём! Так будет лучше для нас обеих!

– Нет! – возразила Даша и в то же мгновение проснулась.

Она лежала на устланном травой полу. Была ночь, но темноту рассеивал льющийся из небольшого оконца лачужки серебристый лунный свет. Разглядев слева от себя спящего Марка, девушка улыбнулась уголками губ. Она хотела закрыть глаза и продолжить свой сон, но внезапно расслышала шорох.

«Мыши?» – испугалась Даша.

И в то же мгновения из окошка вылетела, хлопая крыльями, птица, которая сначала пулей взметнулась вверх, затем камнем упала вниз и, ударившись возле печи об пол, превратилась в странно одетого человека. Немного погодя, Даша разглядела совершенно голую женщину, а то, что сначала было принято за одежду, оказалось окутавшими незнакомку невероятно длинными и густые волосами.

Странная гостья посмотрела на уставившуюся на неё девушку, и та мгновенно провалиться в глубокий, похожий на беспамятство сон, который продлился, судя по всему, совсем недолго. Когда Даша опять очнулась, была по-прежнему ночь, и из окна так же лился серебряный лунный свет, однако никого постороннего в лачужке уже не было.

«Наверное, птица, превратившаяся в голую даму, мне приснилась», – подумала девушка.

Однако её интуиция не соглашалась с ней. Даша с тревогой огляделась. Слева от неё продолжал спать Марк, а справа было пустое место, которое явно кто-то оставил не больше, чем пару минут назад.

«Здесь спала Люси. Но куда сейчас эта кукла делась?»

Даша пошевелилась и почувствовала под собой какой-то твёрдый предмет. Оказалось, что это кулон, который она вчера дала поносить подруге и до сих пор не вернула себе.

«Почему Люси сняла его и оставила?»

Однако раздумывать об этом было некогда. Надев машинально цепочку с бриллиантом себе на шею, Даша вскочила.

«Надо скорее догнать Люси – она не успела далеко уйти».

Не было времени будить кого-то из мужчин, потому что задержка могла оказаться для Люси роковой. Даша выбежала, хлопнув дверью, из лачужки. Над лесом висела необычайно большая луна, освещая своими лучами деревья, кусты, широкую прогалину и медленно бредущую по этой прогалине тоненькую девушку.

«Это она!» – узнала подругу Даша и громко крикнула:

– Эй, Люси! Стой, Люська!

Реакции не последовало. Даша бросилась со всех ног вдогонку за подругой, убыстряя с каждым шагом свой бег, невзирая на охватившее её ощущение опасности.

– Люси! Подожди! Ты оглохла, Люська!

«Грядёт какой-то трэш», – пришло Даше в голову.

И как только она это подумала, сразу же впереди, на прогалине, начали вспыхивать маленькие красные огоньки, которые, во-первых, располагались парами; во-вторых, поднимались от земли на высоту человеческого роста и останавливались.

Даша сделала головокружительный прыжок и опять крикнула:

– Стой, Люлька! Бежим обратно!

Однако Люся, казалось, ничего не слышала и продолжала шагать по прогалине. Решительно обхватив подругу обеими руками за талию, Даша повернула её лицо к себе и едва не отпрянула в ужасе. Глаза Люси были неподвижными, как у слепой.

– Люси! Люсенька дорогая! Да что с тобой такое?

Даша принялась трясти Люсю, но та оставалась безучастной ко всему происходящему, пока её кожи не коснулся висевший на шее подруги бриллиант. Находившаяся в прострации девушка вздрогнула и прошептала:

– Что со мной?

– Фу, очнулась! – обрадовалась Даша.

– Где мы?

– Там, откуда надо поскорее вернуться в лачугу!

Оглядевшись, девушки обе вскрикнули. Они были полностью окружены существами, чей вид вызывал не просто страх, а такой ужас, от которого волосы вставали дыбом. Со всех сторон к девушкам подбирались самые настоящие ожившие покойники: одни полуистлевшие, другие ставшие скелетами. У этих ходячих трупов горели красным светом глазницы, в которых отсутствовали глаза. От всего происходящего кровь стыла в жилах, и сердце падало куда-то вниз.

– Мамочки! – простонала Люся и покачнулась.

– Только, пожалуйста, не падай в обморок, – попросила её Даша. – Я тебя не дотащу.

– Куда ты собралась меня тащить? – всхлипнула её подруга.

Вопрос был резонным, поскольку покойники уже отрезали им путь к отступлению.

– Да, нам будет трудно их обойти, – проговорила дрожащим голосом Даша.

– Что же делать? – простонала Люся.

– Прежде всего, не паниковать.

– Чем это нам поможет? Мы погибли!

– Пока рано говорить о гибели, – заявила Даша, у которой самой в душе творилась паника.

– А почему эти зомби к нам не приближаются? – спросила вдруг Люся.

Действительно, ходячие покойники топтались метрах в пяти от девушек, словно боялись перейти невидимую черту. Посмотрев в другую сторону, Даша увидела, что там происходило то же самое.

– Они как будто чего-то боятся, – добавила Люся.

– Может быть, их пугает мой бриллиант? – предположила Даша.

– А почему он на тебе, а не на мне? – удивилась её подруга.

– Ты почему-то оставила кулон в лачуге, а я чисто машинально надела его на себя перед тем, как отправиться на твои поиски.

– Ничего не помню... – пробормотала Люся.

– Ладно, сейчас не до того. У нас появилась реальная надежда на спасение.

– Может, нам закричать?

– Вряд ли мы напугаем ходячих покойников криком.

– Да я и не думала их пугать, а хотела попробовать разбудить наших мужчин. Если Нил, Марк и твой папа нас услышат...

Даша с досадой перебила подругу.

– Не услышат. Во-первых, далеко; во-вторых, все устали и крепко спят.

– Ты же проснулась.

– Мне приснилось... В общем, моё пробуждение совершенно случайное.

– А ты чего предлагаешь?

Подумав пару секунд, Даша сказала:

– Раз ходячие покойники боятся моего бриллианта, давай двинемся на них...

– Нет! – решительно возразила Люся. – Мало ли что!

– Ну, а у тебя какое предложение?

– Раз нас не трогают, давай останемся на месте и дождёмся утра.

Даше такое предложение не понравилось. Судя по всему, до рассвета оставалось около двух часов, как минимум. Наблюдать всё это время за двигающимися разлагающими трупами и скелетами совсем не хотелось. Впрочем, вид ходячих мертвецов, можно было бы вытерпеть, если бы они не издавали отвратительную вонь, от которой к горлу постоянно подступала тошнота.

– Меня от них воротит, – проворчала Даша.

Люся вздохнула.

– Мало приятного, но я не нахожу другого выхода.

– Я предлагаю пойти...

– Мне страшно.

– А смотреть до утра на живые трупы не страшно?

– Идти страшнее... – промямлила Люся.

– Выстоим ли мы столько времени на ногах? – продолжала давить на неё Даша. – Хотя, конечно, можно сесть на землю...

– Ой, нет! – испуганно воскликнула Люся. – Лучше не садиться! Мало ли что!

Этот возглас подруги разозлил не на шутку Дашу, и та прошипела:

– Нет, ты пойдёшь со мной, или я за себя не ручаюсь!

Неожиданно послышались звуки, похожие на крики болотной выпи. Девушки дружно повернули головы туда, откуда исходили эти вопли.

– Зомби оживились, – испуганно отметила Люся.

– Да, их что-то обрадовало, – согласилась с ней подруга.

Ходячие мертвецы суетились и с особенным вожделением поглядывали на девушек. Некоторые из них нетерпеливо подпрыгивали, а двигающийся покойник с торчащими из живота гниющими кишками даже попытался станцевать.

– Они, наверное, решили, что у нас раздрай, – предположила Люся.

Похоже, она была права: мертвецы явно приняли небольшой конфликт девушек за ссору и ждали от неё какой-то для себя выгоды.

– Я больше не могу это терпеть! – заявила Даша и, сняв с себя кулон, надела его опять на шею подруги.

– Зачем ты это сделала? – удивилась Люся.

– Этот бриллиант нас защищает.

– Ну, так пусть бы он и защищал нас на твоей шее.

– Я хочу, чтобы он был на тебе. С ним ты должна меньше трусить.

На последнем слове Даша схватила подругу за руку и потащила её за собой. Люся не вырывалась, а, напротив, ускорила свои шаги. Этот поступок девушек вызвал у ходячих мертвецов панику. Полуистлевшие трупы, и скелеты бросились врассыпную. Через несколько минут о сбежавших мертвецах напоминал лишь оставшийся после них отвратительный запах.

– Ура! – воскликнула Люся.

– Значит, я была права по поводу бриллианта, – заключила Даша.

Не успели девушки добежать до лачуги, как заметили поджидающего их у двери Правара. Когда они приблизились к нему, Даша спросила у него с тревогой:

– А что с остальными?

– Все спят, – ответил ей старик. – Чары вилы навеяли на них крепкий сон.

– Чьи чары? – не поняла Люся.

– Вила – это лесной дух в женском обличии, – пояснил Правар.

Даша наморщила лоб, припоминая то, что она недавно сочла сном.

– У этой вилы, как я заметила, обличие не только женское, но и птичье?

– Совершенно верно, – подтвердил Правар.

– О чём это вы? – недоумённо спросила Люся.

– Просто я кое-что видала, – ответила ей Даша. – И сначала приняла это за сон...

– Погоди! – перебила подругу Люся. – Объясните мне всё по порядку, иначе у меня голова лопнет. Я вообще ничего не видела и не слышала, а мирно спала. Проснулась почему-то в лесу, рядом с Дашуткой и в окружении ходячих зомби. Что всё-таки произошло?

– Некто опять пытался уничтожить принцессу Джарью, – отвечал старик. – К счастью, у него ничего не получилось и на сей раз.

– А нельзя ли нам узнать об этом поподробнее? – спросила Даша.

– Слушайте, если желаете. Начну с того, что я выбрал для нашего ночлега не самое приятное. Сразу за прогалиной, на которой вы только что были, вот уже несколько веков подряд хоронят казнённых преступников, сотворивших при жизни такие дела, которые не дают им упокоиться и после смерти. Каждую ночь не упокоившиеся покойники поднимаются из своих могил и бродят вокруг кладбища, испытывая огромные внутренние муки и срывая злобу на любом попадающимся им существе, будь то человек, животное или безобидный дух...

– Ой, мамочки! – вскрикнула Люся.

– Зачем же вы поместили нас сюда на ночлег? – недоумённо осведомилась Даша.

Правар виновато вздохнул.

– Простите, милые девицы! Мне это место казалось безопасным для всех нас, включая принцессу. По моим расчётам ночью сюда никто из живых не рискнёт пробраться. А от не упокоившихся покойников лачуга защищена непреодолимыми для них заклятиями. Однако я учёл не всё...

Он замолчал, делая явно паузу, а Даша тем временем сказала:

– Вы не учли, что ожившие трупы не умеют летать.

– Совершенно верно. Тот, кто устроил, на тебя охоту, уже узнал о том, что агроти тебя упустили. Вычислив место, где ты прячешься, он отправил сюда вилу, умеющую превращаться в птицу и летать.

– Сам-то он наверняка не умеет летать, – пробормотала Люся.

Правар покачал головой.

– Он много чего умеет. Только у него нет возможности лично заниматься охотой за принцессой – вот ему и приходится кого-то нанимать для этого.

– А как вила к нам проникла, если лачуга защищена заклятиями? – спросила Даша.

– Эти заклятия против не упокоившихся покойников, а на вил они не действуют.

– У вас что, для каждой нечисти свои заклятия? – удивилась Люся.

– Именно так, – подтвердил старик.

– А зачем вообще эта вила сюда прилетала? – осведомилась Даша.

– Ей было приказано заколдовать принцессу...

– А заколдовала она, получается, меня? – вмешалась Люся

– Да. Ориентиром для неё послужил королевский алмаз. Вила заставила тебя снять его и выйти в бессознательном состоянии из лачуги. На остальных был наслан крепкий сон.

– Крепкий? – удивилась Даша. – Но я проснулась сразу же.

– Каким образом это произошло? – заинтересовался старик.

Девушка наморщила лоб, припоминая.

– Кажется, мне под бок попал оставленный Люси кулон?

– Именно королевский бриллиант тебя и разбудил. Он удивительный – не зря его так испугались не упокоившиеся покойники.

– Плохо, что из-за этого бриллианта Люси за меня принимают, – озабоченно сказала Даша. – Но с другой стороны, он хорошо защищает от таких неприятностей, какая была этой ночью. Скажите, что мне делать с кулоном? Лучше забрать его себе или пока оставить у Люси?

– Лучше не забирай, – посоветовал Правар.

На одно мгновение глаза у Люси радостно вспыхнули, но сразу потухли.

– Это всё равно ненадолго, – проговорила она почти шёпотом.

– Кто знает? – отозвался Правар.

Даше это замечание показалось странным, однако она не стала заострять на нём внимание, а спросила старика о другом:

– А вы когда проснулись?

– Когда ты хлопнула дверью. На меня колдовство вилы не действует. Я вышел вслед за тобой и увидел, как появились не упокоившиеся покойники.

– А почему же вы не вмешались? – удивилась Люся.

– Пока я размышлял, как лучше это сделать, вы и сами справились.

Даша глянула на Правара в упор.

– И что теперь?

– Нам надо немного поспать, – ответил он. – А о том, что произошло этой ночью, думаю, не стоит рассказывать нашим спутникам.

– Пожалуй, вы правы, – согласилась с ним Даша. – Папа и Марк с ума сойдут, если узнают о нашей встрече с ходячими покойниками.

– И Нил, наверное, тоже психанёт, – вставила Люся.

– Поэтому в ближайшее время лучше не делиться с ними впечатлениями о прошедшей ночи, – заключил Правар. – Пусть это останется пока между нами.

Девушки одновременно кивнули.

Втроём они вошли в лачугу и, устроившись, на своих прежних местах, уснули.

Глава 16. Брошенный город

Сон у Даши был крепкий, а продлился он, как ей показалось, всего пару мгновений. Девушка проснулась, оттого что кто-то осторожно дотронулся до её лба и плеча. Открыв глаза, она увидела перед собой Марка.

– Просыпайся, Дашуль!

– Уже утро? – растерянно спросила Даша.

– Да.

Оглядевшись, Даша увидела, что вся мужская часть их компании была на ногах. Одна Люся продолжала спать, а Нил нерешительно на неё смотрел.

– Рыцарь стесняется дотронуться до прекрасной дамы, – хмыкнул Марк.

– Нил уверен, что Люси – принцесса.

– Не пора ли ему узнать о своей ошибке? – прошептал Марк.

– Думаю, с этим лучше подождать, – ответила Даше ещё более тихим шёпотом.

– Почему?

Девушка почувствовала досаду. Она вообще не любила лгать, а обманывать любимого человека ей было особенно неприятно, но после ночного договора с Праваром, ей ничего другого не оставалось.

«Если я скажу, что это просьба старика, у Марка сразу появятся ненужные вопросы. Ведь вчера вечером наш Гендальф[1] ни о чём меня не просил, а ночью мы должны были спать».

– Интуиция мне подсказывает, – только и нашла, что ответить Даша.

– Наверное, она права, – заключил Марк.

– Кто – «она»? – не поняла девушка.

– Интуиция твоя. Кто же ещё? Пусть уж лучше этот белокурый красавчик покрутиться вокруг Люсеньки. Неизвестно, как он воспримет то, что принцесса – ты.

– Ты по-прежнему не доверяешь Нилу?

– Не доверяю ни ему самому, ни его слуге.

Тем временем Люсю разбудил папа Даши, которому надоело ждать, когда это, наконец, сделает Нил.

– Где-нибудь можно умыться? – спросила Даша у Правара.

– Надо сходить за водой на родник, – ответил он.

– Я пойду, – вызвался Марк.

– И я, – предложил папа Даши.

– А мне надо кое-куда... – смущённо сказала Люся.

– Пойдём вместе, – предложила ей подруга.

– Далеко не забредайте! – крикнул папа Даши вслед девушкам, когда те направились к лесу.

– Разумеется, не забредём после наших ночных приключений, – проворчала Люся.

– Папа же о них не знает, – напомнила ей подруга.

Они на самом деле не стали заходить далеко в лес, а когда уже возвращались обратно, Люся вдруг сказала:

– Я уже жалею о том, что согласилась оставить у себя твой кулон.

Даша бросила на неё недоумённый взгляд.

– Тебе ещё вчера нравилось чувствовать себя принцессой.

– А теперь не нравится. Получается, что я обманываю Нила.

– Он же не задаёт тебе прямых вопросов. Значит, ты его не обманываешь.

– А если задаст?

– Тогда... Тогда тебе придётся сказать ему правду, – медленно проговорила Даша.

– Но мы обещали... – начала Люся.

Подруга прервала её.

– Мы обещали только ничего не рассказывать о наших ночных похождениях. А по поводу кулона никаких обещаний нами не было дано. Правар просто разрешил тебе его поносить, но особенно на этом не настаивал.

– В любом случае Нил скоро узнает правду, – печально проговорила Люся.

– Но у него не будет повода упрекать тебя в обмане.

– Как он станет ко мне относиться, когда узнает, что я вовсе не принцесса?

Даша не успела не только ответить подруге, но даже подумать над своим ей ответом, поскольку они уже подходили к лачужке, возле которой их уже ждали с нетерпением Марк, папа Даши и Нил. Правар и Марут вытаскивали тем временем из мешков остатки еды.

– Поедим и сразу отправимся в путь, – сказал старик.

Когда все сели есть, Марк спросил:

– Что с вами было, девушки, когда вы на время расстались с нами?

– Расскажите хотя бы коротко, – попросил и папа Даши.

– Расскажи, пожалуйста, ты, – попросила Люся подругу.

Та коротко поведала о том, что произошло с ними обеими после того, как их увезли огнеметатели. О разговоре с главным магом агроти Даша только сообщила, что она и Люся обе назвались принцессами, чем совсем сбили его с толку. Потом рассказчица сразу перешла к событиям на площади.

Марк, выслушав любимой девушку до конца, заметил:

– Знал бы я всё это вчера, расцеловал бы тоже и крылатых волков, и похожего на зайца уродца.

Даша хотела напомнить об участии Правара в спасении её и Люси, но в это время сам старик нетерпеливо проворчал:

– Ешьте скорее, и надо убираться отсюда. Здесь уже небезопасно для нас.

После завтрака Нил спросил у Правара.

– Куда мы теперь?

– А ты забыл, куда мы следуем? – насмешливо спросил у него старик.

– Помню, конечно. Но теперь дорога стала для нас ещё опаснее. Агроти наверняка попытаются устроить нам засаду.

– И не только агроти, – проворчал старик.

– И что теперь? – испуганно спросил папа Даши.

– Ты, Правар, обмолвился вчера о том, что поблизости находится Брошенный город, – вспомнил Нил.

– Да, он неподалёку.

– В Брошенном городе начинается подземный ход, который ведёт прямо в королевский замок.

– Но мы не знаем, где именно этот ход надо искать, – вмешался Марут.

– Я это знаю, – сообщил Правар.

– Ты? – удивился Нил. – Но об этом не может знать никто, кроме главного жреца Антарии, мага Кавия.

– Ты забыл ещё об одном маге, – сказал с грустной усмешкой старик. – Разве тебе не приходилось слышать о Картаре?

– Приходилось, – ответил юноша. – Картар был вторым главным жрецом, пока не устроил заговор против короля Равия Ваита...

– А зачем он устроил этот заговор? – прервал его Правар.

– Как зачем? Чтобы забрать себе всю власть. То есть, сначала в Антарии правил бы Совет магов-жрецов, а потом у нас стал бы властвовать один Картар.

– Но его планы сорвались, – подал опять голос Марут, – потому что этот заговор против короля был открыт магом Кавием. Тогда Картар сбежал, прихватив с собой книгу Великой Мудрости...

– Книгу? – вырвалось у Даши, вспомнившей фолиант, который она видела и брала в руки во время своего ночного посещения Правара.

Старик улыбнулся и слегка кивнул, но его кивка, похоже, никто, кроме Даши, не заметил.

– Да, книгу, – ответил Нил.

Его слуга бросил удивлённый взгляд на девушку, заинтересовавшуюся вдруг неведомой ей книгой.

– Мне показалось странным, что человек, которому наверняка грозила гибель, думал о книге, – сразу нашлась она.

– О, это очень необычная книга, – сказал Нил. – Она исчезла бесследно и до сих пор оплакивается нашими магами-жрецами.

– И больше всех горюет о книге Великой Мудрости маг Кавий. – добавил Марут – А коварного Картара, по достойным доверия слухам, разорвали злобные дрекаваки. Об этом предателе никто не сожалеет.

– Тебе Кавий не нравится? – неожиданно спросил Правар у Нила.

Тот нахмурился.

– Почему ты так решил?

– У тебя по лицу пробежала тень, когда Марут упоминал Кавия.

– Я в детстве боялся этого беспалого мага, – нехотя признался юноша.

– Беспалого? – воскликнули вместе обе девушки.

Четверо их спутников были явно удивлены этим возгласом, один Правар остался невозмутимым.

– У мага Кавия не хватает на левой руке двух пальцев, а на правой – одного, – пояснил Нил.

– Урас назвал «беспалым» человека, погубившего когда-то давно... королеву, – вспомнила Люся.

– И маг Яван проговорился, что некий «беспалый» поручил агроти убить принцессу, – добавила Даша.

– Но это не может быть маг Кавий! – воскликнул поражённый Марут.

– Очень даже может, – неожиданно заявил Правар.

– Почему ты в этом так уверен? – поинтересовался у него Нил.

– Потому что это маг Кавий хотел отобрать власть у королей Антарии, а когда я, будучи Картаром, попытался его разоблачить, он меня оклеветал.

На минуту повисло молчание, затем Нил недоверчиво осведомился:

– Значит, ты – Картар.

– Сейчас я Правар, но когда-то был Картаром. Мне нельзя называться прежним именем, пока с меня не снято несправедливое обвинение.

– Несправедливое ли? – произнёс с сомнением Марут.

– Во всяком случае к нынешней охоте на принцессу Правар не имеет отношения, – заявил Марк.

– Он давно расправился бы с нашей девочкой, если бы желал её смерти, – заметил папа Даши

– Да и не приняли бы берендеи к себе человека с дурными помыслами – поддержал их после недолгой паузы Нил. – Они таящееся у кого-то в душе зло всегда чувствуют.

– Берендеи не просто приняли, а спрятали меня у себя, – уточнил Правар.

– Что касается твоих обвинений против Кавия... – начал Нил.

Старик прервал его:

– Они не голословны. Я предоставлю все свои доказательства вины мага Кавия королю, когда мы попадём в королевский замок.

– Значит, надо немедленно идти, – заключил папа Даши.

– Мы пойдём по подземелью? – спросила Люся.

– Да, – сухо бросил ей Правар.

– Это самый безопасный для нас путь, – добавил Нил.

Люся вздохнула.

– Там наверняка есть крысы, а я их ужасно боюсь.

– Крысы убегают от яркого света, а у нас есть лампы – сказал Правар.

А Даша проворчала:

– Лучше встретиться с крысами, чем опять попасть к агроти.

Подруга кивнула, соглашаясь с ней.

Взяв все свои вещи, путники направились к поляне, на которой они вечером рвали траву.

– А огнеметатели нас не ждут там, куда мы идём? – с тревогой осведомилась Люся.

– Нет, туда агроти не смогут попасть, – ответил ей Правар. – На Брошенный города наложены сильные заклятия, которые им не преодолеть.

– Точно не преодолеть? – спросил папа Даши.

– Агроти сильны только в огненной магии, а во всей остальной слабы.

Миновав поляну, путники углубились в лес, а, спустя ещё немного времени, они вышли к развалинам, заросшим кустами травой и мхом.

– Вот он – Брошенный город, – объявил Правар.

Путники остановились и огляделись. Вокруг были холмы и курганы. Торчали так же остатки крепостных стен, как каменных, так и деревянных, рядом с которыми виднелись заросшие рвы.

– Ступайте за мной! – повелительно бросил Правар своим спутникам.

Он привёл их к большому камню-валуну.

– И где подземный ход? – недоверчиво спросил Марут.

Старик указал на камень-валун.

– Его надо сдвинуть.

– И что тогда? – осведомился Нил.

– Под ним подвал, с которого и начинается подземный ход.

Папа Даши, Марк, Нил и Марут, поднатужившись, немного сдвинули камень с места.

– Хватит! – приказал им старик, когда образовалась щель, в которую мог протиснуться любой из них семерых.

Он вынул из мешка и зажёг медную лампу.

«Эта лампа похожа на кофейник, – машинально отметила про себя Даша. – А огонь горит в носике».

– Ты спускайся первый! – обратился Правар к Маруту. – Когда почувствуешь под ногами ступеньки, крикни – я подам тебе лампу.

Марут молча забрался в дыру и закричал:

– Давай!

Сунув в щель лампу, старик сам туда залез, а за ним друг за другом последовали папа Даши, Даша, Марк, Люся и Нил. Внизу все огляделись. Они столпились на небольшой площадке, а перед ними каменные ступеньки вели в узкий проход.

Нил с досадой глянул вверх.

– Плохо, что щель остаётся на виду.

– Но ведь агроти не попадут в Брошенный город, – напомнила ему Даша.

– Подземный ход должен быть скрыт от всех, – отрезал он.

– А он и будет скрыт, – подал голос Правар. – Скоро камень сам вернётся на прежнее место.

– Как это? – недоумённо спросила Люся.

– Заклятием, – ответил ей старик.

Глянув верх, Даша увидела и без того узкая щель стала ещё уже.

– У вас ведь есть светильник? – осведомился Правар у Нила и Марута.

– Есть, – ответил юноша и вынул из своего мешка небольшую медную лампу в виде орлиной головы.

– Идёмте! – бросил старик своим спутникам.

Подземный коридор оказался таким узким, что по нему можно было идти только, выстроившись по одному друг за другом. Правар с большой лампой шагал впереди, за ним следовал папа Даши, а сама она двигалась за отцом, Марк занял место за любимой девушкой, Люся ступала за ним, Нил, разумеется, сопровождал Люсю, а замыкал шествие Марут, держа в руке вторую лампу.

На стенах и потолке виднелась плесень, сильно воняло прелью, и вообще воздух был таким спёртым, что Даша скоро почувствовало лёгкую дурноту.

«Хорошо, что с нами нет мамы, – подумала Даша. – Она от многих резких запахов начинает задыхаться».

Путники не видели крыс, но время от времени слышали противный крысиный писк, и каждый раз, когда он раздавался, Люся тихо восклицала:

– Ой, мамочки!

«Наверное, мы здесь надолго?» – с тоской подумала Даша и нечаянно повторила это вслух.

– Нет, этот путь короткий, – ответил, не оборачиваясь, Правар. – Наверху мы добрались бы до Сукрада только к вечеру даже, если бы нам не мешали, а здесь мы попадём в королевский замок уже через час.

– Почему такая большая разница во времени? – удивился Марк.

– Наверное, из-за магии? – предположила Люся.

– Да, ты права, – подтвердил старик.

– Пока можно поговорить, – заметил Нил.

– О чём? – спросил с усмешкой Правар.

– Ни о чём, а о ком? – уточнил юноша. – О тебе, Кавии и ещё об одном маге, с которым ты...

Старик прервал его:

– О себе я сказал всё, что хотел сейчас сказать, о Кавии тоже, а о ком-то ещё пока вообще помолчу. Время главного разговора пока ещё не настало.

– Наверное, ты прав, – пробормотал Нил, пожав плечами.

Скоро подземный коридор начал расширяться, а ещё примерно через четверть часа путники оказались перед каменной лестницей.

– Теперь я должен идти впереди вас, – отчеканил вдруг Нил таким властным голосом, что все, кроме Марута и Правара, посмотрели на него с изумлением.

Старик, ничуть не удивившись, отошёл в сторону.

– Ступай! Тебе по твоему положению полагается возглавлять нас.

– Это, что ещё за тайны мадридского двора? – рассердился Марк. – Я понимаю, что у вас свой междусобойчик, но не стоит что-то скрывать от нас...

Правар прервал его:

– Никто из присутствующих не был до конца откровенен со всеми своими спутниками.

– Да, это так, – согласился папа Даши.

– Ну, нашу скрытность понять можно, – заметил Марк.

– Мою тоже, – сказал Нил. – Мне нельзя было сказать вам сразу, что я не простой королевский воин, а принц Нил Ваит.

Обе девушки одновременно вскрикнули.

«Это за него меня хотят выдать замуж? – испугалась Даша. – Ну, уж нет, спасибо!»

Она повернулась к подруге и увидела, что у той округлились глаза, а рот открывался и закрывался, словно у вынутой из воды рыбы. Однако, если Люсю сильно потрясла неожиданная новость, то и Нил был не менее ошарашен её реакцией.

– Почему ты, Люсия, смотришь на меня так, как будто я убил тебя своим признанием? – с тревогой спросил он.

«А и правда, почему она на него так смотрит? – подумала Даша. – Ведь даже, если бы Нил был простым королевским воином, Люси могла бы продолжить с ним отношения только, оставшись здесь. Неужели она уже подумывала остаться? Тогда у неё всё очень серьёзно».

Опять подал голос Правар:

– Нам лучше продолжить этот разговор, когда мы выйдем отсюда и встретимся с королём. Там вы узнаете от меня то, что успокоит и умиротворит всех, без исключения.

– Тогда пойдёмте! – встрепенулась Даша. – Я вам доверяю, и у меня для этого доверия есть основания.

– Ступай! – обратился Правар к Нилу.

Тот бросился вверх по ступенькам, остальные двинулись за ним. Скоро путники оказались перед железной дверью с изображением орла, борющегося с треглавым драконом. Рядом с косяком висел шнур, за который и потянул принц.

– И что теперь? – спросил папа Даши.

– Я подал сигнал, – ответил Нил. – Надо немного подождать.

[1] Гендальф – герой произведений Джона Р. Р. Толкина и фильмов по этим произведениям, волшебник, борец с тёмными силами и неутомимый путешественник.

Глава 17. Две принцессы

Не прошло и минуты, как дверь с грохотом отворилась, и в образовавшемся проёме появились двое воинов в кольчугах, с мечами наизготовку.

– Принц Нил! – воскликнули они вместе, узнав королевского сына, и принялись низко кланяться.

– Пропустите меня и этих людей, – велел им принц.

Стражники вместо того, чтобы его послушаться, затоптались на месте.

– А ну, убирайтесь прочь! – прикрикнул на них Нил.

– Мы не имеем права выпустить из подземелья никого, кроме тебя, принц, – заявил носатый воин. – Остальные могут попасть отсюда только в королевскую тюрьму.

Люся громко ойкнула, а Даше стало не по себе.

– Меня, Дивас, ты тоже собрался отправить в тюрьму? – спокойно спросил Марут.

– Тебя я знаю, – ответил Дивас. – Ты человек принца. Все остальные мне неизвестны, и их судьбу может решить только король.

– Это принцесса Джарья со своей свитой, – объявил принц.

Дивас растерянно посмотрел на своего товарища.

– Что делать, Кир?

– Мы не можем отправить в тюрьму принцессу, – отозвался тот.

– Проводите нас всех к королю, – приказал стражникам Нил.

– Король ещё вчера отправился вместе со жрецами Тапазом и Авахом в крепость Дриссу, – сообщил Кир.

Принц пожал плечами.

– Значит, они скоро должны вернуться. Проводите нас в большой зал – мы подождём там короля.

Стражники почтительно поклонились, давая ему понять, что они больше не будут прекословить.

– Ступайте за мной! – обратился Нил к своим спутникам.

Сопровождаемые воинами недавние путешественники прошли по коридору и оказались в помещении с бассейном, в котором плавал полушаровидный сосуд. Больше ничего иномиряне не успели разглядеть, потому что принц вывел их на крутую лестницу. Спустившись друг за другом по каменным ступеням, все оказались на аккуратно вымощенном мелкими камнями широком дворе.

Даша оглянулась на строение, которое они только что покинули. Это была башня с часами, представляющими собой медный круг с двенадцатью делениями, в каждом из которых находилось по одному чудовищу. Единственная стрелка этого примитивного и вместе с тем любопытного часового механизма подбиралась к треглавому дракону с острыми гребнями на головах.

– Заканчивается час змея Калы и вот-вот наступит час дракона Тцыса, – произнёс стражник Дивас, указав на башенные часы.

– А здесь не совсем так, как было в наши Средние века, – заметила вдруг Люся.

– Крепостные стены похожи на средневековые, – возразил папа Даши. – Они тоже сложены из камней, и наверху у них такие же, как и в европейских башнях, бойницы.

– И башня, из которой мы только что вышли, похожа на Ведьмину башню в Ладенбурге, – добавил Марк.

– А вот такое ты где-нибудь видел? – спросила у него Люся и указала на здание, возведённое из четырёхугольных белых блоков в форме большой пирамиды, с блестевшим на солнце остроконечном верхом.

– Похожие пирамидальные сооружения есть в Южной Америке, – сказал после недолгой паузы Марк. – А появились они там примерно в те же самые времена, когда в Европе были Средние века.

– А чем покрыта крыша этого здания? – поинтересовался папа Даши.

– Белым золотом, – коротко пояснил Марут.

«То есть, платиной», – уточнила про себя Даша.

Принц направлялся именно к этому пирамидальному строению, а остальные шли за ним. Попадавшиеся им навстречу королевские слуги подобострастно улыбались и низко кланялись.

– А где ваша придворная знать? – спросила у Нила Люся.

Он пожал плечами.

– Не знаю. Мне самому странно, что я не вижу никого из знатных мужей и дам. Могу предположить, что одни из них сопровождают короля в поездке, а другие... тоже чем-нибудь заняты.

Правар, иномиряне и Марут вошли вслед за Нилом в окованную железом дверь, за которой был отделанный красным мрамором холл, с широкой беломраморной лестницей в центре. Возле перил лестницы стояли два стражника в кожаных одеяниях и металлических шлемах, с мечами на металлических поясах и копьями в руках. Оба королевских охранника поприветствовали принца, а на остальных людей покосились с подозрением, однако пропустили они всех на лестницу беспрепятственно.

Когда Нил, Марут, Правар и четверо иномирян поднялись на один лестничный пролёт, послышались трубные звуки.

– Это мой отец возвращается, – сообщил принц.

– Ему не понравится твоё неповиновение, – заметил Правар.

– Он мне его простит, когда узнает, что я нашёл принцессу, – отозвался Нил и посмотрел... на Люсю.

Даша видела, что её подруга была готова сказать, кто из них двоих настоящая принцесса, но в это время прозвучал ещё более громкий трубный глас.

– Король уже в Сукраде и приблизился к замку, – торопливо заговорил принц. – Ступайте за мной, и мы увидим его торжественный въезд.

Он вывел своих спутников через коридор на балкон. Как раз в это время к зданию подъехала красная повозка с невысокими бортами и держащейся на четырёх изящных столбиках позолоченной крышей.

– Кто это правит конями! – удивилась Люся. – Эти люди совсем не похожи на возниц.

Двумя впряжёнными в повозку конями, белым и вороным, правили двое бородачей в длинных тёмных балахонах.

– Это маги-жрецы, – пояснил Правар. – По существующему ритуалу они иногда становятся возницами королевской колесницы. В этом нет для них ничего унизительного. Напротив, такая традиция как бы намекает на зависимость короля от жрецов.

Королевский экипаж сопровождался десятком вооружённых всадников в воинском облачении, выстроившихся в три ровных ряда.

Повозка остановилась, и к ней подбежали шестеро слуг, четверо из которых помогли спуститься магам-жрецам, а двое подставили плечи выбравшемуся из повозки бледному худому мужчине в серебристых доспехах и с украшенной рубинами, платиновой диадемой на голове.

– Кажется, в этом мире платина полностью заменяет наше обычное золото, – прошептал Марк так тихо, что его никто, кроме Даши, не услышал.

– Нам лучше подождать короля Равия в большом зале, – сказал принц, и голос его дрогнул.

«Всё-таки Нил побаивается отца», – решила Даша.

Принц вывел своих недавних спутников с балкона, затем они поднялись по лестнице ещё на один пролёт и вошли широкую с серебряными украшениями дверь, за которой находился отделанный розовым мрамором просторный зал с четырьмя поддерживающими высокие своды колонами то ли из хрусталя, то ли из непрозрачного стекла. Пол был устлан мозаичными плитами с изображением замысловатых узоров. В центре зала возвышались два ступенчатых постамента, на одном из которых стояли два обитых красной материей кресла, а на другом располагалась отделанная чёрной кожей лавка. У стен выстроились около десятка резных табуретов.

Нил поднялся на левый постамент и сел в кресло поменьше.

– А вы можете присесть на табуреты, – бросил он иномирянам и Правару.

– Мы постоим, – сухо отозвался папа Даши.

До его дочери вдруг дошло, что должно теперь произойти.

«А ведь у меня, по сути, нет шансов вернуться в наш мир», – обожгла её мысль, которую она двое с лишним суток усиленно от себя гнала.

Ей вспомнился вчерашний разговор с главным жрецом племени агроти. Из того, что Яван сообщил Даше и Люсе, напрашивался вывод, что для нынешнего короля Антарии отказ от брака сына с принцессой из угасшей королевской династии означал собственное отрешение от власти. Вряд ли Равий Ваит на это согласится.

– Я ненадолго скроюсь, – неожиданно сказал всем Правар и, подойдя к одной из колонн, словно растворился в воздухе.

Не успел никто из иномирян удивиться исчезновению старика, как отворилась дверь. Переступив порог, король пересёк твёрдой походкой зал, поднялся на левый постамент и сел в большое кресло. Только после этого иномиряне, опомнившись, отвесили кое-как поклоны.

Нил пришёл в себя раньше своих недавних спутников и учтиво поклонился отцу.

– Я приветствую тебя, государь!

– Садись! – велел король глухим басом, а когда сын исполнил это повеление, спросил, указав рукой на топчущихся иномирян: – Это, что за люди?

– Перед тобой принцесса Джарья и её свита, – ответил ему сын.

Короля такой ответ удивил и обрадовал.

– Вот как? Отрадно это слышать!

Принц опять почтительно поклонился.

– Я доволен тем, что угодил тебе, отец.

– Только, как ты оказался вместе с ними? – поинтересовался у него отец. – Помнится, ты испросил у меня позволения съездить совсем в другую от Зачарованного леса сторону.

– Я поступил самовольно, – признался Нил, – чтобы увидеть девушку, предназначавшуюся мне в жёны. Вдруг она мне совсем не понравилась бы.

– Ты в любом случае ты на ней женишься, – заявил король.

– Теперь я точно готов это сделать! – воскликнул принц.

Вскочив со своего места, он подбежал к Люсе и, опустившись перед ней на одно колено, произнёс с горячим пылом:

– Дорогая принцесса Джарья! Я люблю тебя и прошу стать королевой моего сердца!

– Нет! – воскликнула плачущим голосом его избранница.

Нил растерялся.

– Мне казалось, что я нравлюсь тебе. Разве это не так?

– В том-то и беда, что очень нравишься!

– Так в чём же дело? Если тебе непривычно имя, которое ты получила при своём рождении, мы будем звать тебя Люсией, как ты привыкла...

Люся перебила его:

– Дело вовсе не в моём имени, а во мне... Никакая я не принцесса!

Она сняла со своей шеи кулон и сунула его в руку онемевшей от волнения Даши.

– Что это означает? – недоумённо спросил принц.

Вместо ответа Люся разрыдалась.

– Это мой бриллиант, – сипло пояснила Даша.

– Да, – нехотя подтвердил её папа. – Этот бриллиант был брошен вслед нашей девочке её кровной матерью, и он хранился у нас в семье.

– Этого не может быть! – в отчаянье воскликнул Нил.

Даша покачала головой.

– Увы! Я многое готова отдать, чтобы это было не так, потому что люблю Марка и не хочу стать королевой, а хочу вернуться вместе с папой к вырастившей меня маме и брату, в мир, который считаю своим. Неужели это невозможно?

– Возможно, – произнёс знакомый голос, и Правар появился там же, где недавно исчез.

– Картар? – воскликнул король и, вскочив, потянулся к висящему над креслом шнуру.

Старик сделал предостерегающий жест.

– Не спеши, Равий! Сначала выслушай меня, а потом что-то предпринимай.

– Да, отец! – поддержал его Нил. – Этот человек достоин, чтобы мы его выслушали.

– Но он же предатель и заговорщик! – рявкнул король.

– С этим ты ещё успеешь разобраться, – настаивал на своём принц. – А пока давай его выслушаем...

– Не желаю я слушать предателя! – зарычал отец. – Пусть его казнят немедленно!

Он опять потянулся к шнуру.

– Тогда у тебя не будет больше, ни королевства, ни сына! – решительно заявил Нил.

– Это бунт? – недоумённо спросил король, опустив руку.

– Нет, всего лишь попытка тебя вразумить, – спокойно сказал Правар. – Даже короли порой в этом нуждаются. Возьми себя в руки и выслушай меня. Уверяю, ты не пожалеешь об этом и будешь благодарен сыну за то, что он тебя остановил.

Равий посмотрел на него недоверчиво, но всё же согласился:

– Хорошо, я тебя выслушаю.

– Начну не с самого важного для принца. Знайте, что обе находящиеся здесь девицы имеют отношение к угасшей королевской династии Киранов.

Старик сделал паузу, во время которой все иномиряне недоумённо молчали, а Нил встрепенулся.

– Это каким же образом? – озадаченно проговорил король.

– Как многим у нас известно, сто лет назад пропал бесследно наследник престола Атаман Киран. Его не нашли и, в конце концов, решили, что он погиб, потому что книга Великой Мудрости утверждала, что принц Атаман попал в иной мир. Король, жрецы-маги и придворные решили, что «иным миром» названа смерть, потому что тогда ещё не знали о существовании других «иных миров»...

– Погоди! – перебил Правара король. – Мне известно, что ход в их мир, – он кивнул на иномирян, – находится в Зачарованном лесу, а принц Атаман пропал, как сказано в королевской летописи, в правдивости которой у меня нет сомнений, в Окаянных горах.

Старик кивнул.

– Да, я тоже не сомневаюсь в правдивости автора, написавшего в королевской летописи, что старший сын короля Ганка Кирана бесследно исчез в Окаянных горах. Но там находится второй портал в тот мир, в котором оказались сначала принц Атаман, потом принцесса Джарья.

– А что их два? – озабоченно спросил Равий.

– Три, – ответил Правар и, видя недовольство короля, поспешил добавить: – Всё не так страшно, как ты, государь, сейчас подумал. Все порталы находятся в недоступных местах...

– Как же в недоступных, если уже два члена королевской семьи покинули через них наш мир?

– О происшествии с принцем Атаманом, мне известно очень мало. Даже книга Великой Мудрости дала мне о той давней истории мало сведений. Я узнал только, что Атаман стал жертвой козней своей мачехи, королевы Бактии, желавшей возвести на престол своего сына, Атея Кирана. Атей, кстати, не знал ничего о происках своей матушки.

«И хорошо, что не знал, – подумала Даша. – Всё-таки он мой прямой предок. Хотя и его коварная матушка тоже моя родственница. Но иметь одну интриганку в родне лучше, чем двоих интриганов».

– Стараниями королевы Бактии, её пасынок оказался в Окаянных горах, – продолжил старик. – Она мечтала, чтобы он сгинул, но ему удалось выжить, о чём она, конечно никогда не узнала. Итак, принц Атаман попал в другой мир. Если он и хотел вернуться, то не смог. В конце концов, сын короля Ганка Кирана смирился со своей участью и обзавёлся в ином мире потомством. Девушка по имени Люсия – праправнучка принца, правнучка его сына, внучка внука и дочь правнука.

– Ты это точно знаешь? – спросил с недоверием Равий.

– Мне всё, сказанное мною, сообщила книга Великой Мудрости, – ответил Правар. – Она – самый верный источник сведений.

– Да это так, – согласился король.

– Так что, твой сын сохранит права на престол, если выберет себе в жёны Люсию, – заключил старик.

Краем глаза Даша увидела, как Люся и Нил радостно переглянулись.

«Значит, Люси готова здесь остаться? Или она ещё не осознала того, каким образом она сможет быть вместе со своим принцем, будь он неладен?»

– Какое решение ты примешь, отец? – проговорил дрожащим голосом Нил.

Король покачал головой.

– Чтобы принять решение, надо знать больше, чем я успел выяснить. Ты можешь – обратился он к Правару – поведать мне не только о том, что случилось сто лет назад с принцем Атаманом?

– Разумеется, ты скоро всё от меня узнаешь, – ответил Правар. – Но сначала я должен кое с кем разобраться.

– С кем? – недоумённо спросил Равий.

– С тем, чьи шаги я уже слышу. Он сейчас сюда войдёт.

Все дружно посмотрели на вход. Дверь тут же отворилась, и в зал вошёл одетый в чёрный балахон невысокий, поджарый старик, который держал в левой руке толстый деревянный посох с бронзовым набалдашником в виде платиновой змеиной головы с гребнем. Пока этот человек шагал по залу, Даша всё сильнее ощущала исходящую от него злую энергию.

– А вот и главный маг Кавий прибыл, – спокойно сказал Правар. – Ему давно пора предстать перед нами.

Главный маг бросил на него пронзительный, полный ненависти взгляд и проскрежетал:

– Как ты посмел сюда явиться?

– Точнее, как я посмел воскреснуть? – усмехнулся Правар.

На мгновение лицо Кавия перекосилось, однако он взял себя в руки и проговорил уже более ровным голосом:

– Ты негодяй и предатель – это известно всем.

– Всем ли?

– Наш властелин, король Равий Ваит, не сомневался в твоей подлости.

– Потому что ты смог его в этом убедить обманом.

Король вмешался в диалог двух магов:

– Кавий спас моего единственного сына, вылечив его от тяжёлой болезни.

– Которую он сам же и наслал на принца Нила. Пойми, государь, что Кавий не собирался лечить твоего сына, пока этим не решил заняться я, разгадав замысел негодяя.

– Ты лжёшь! – опять вышел из себя Кавий.

Правар оставался невозмутимым.

– В моих словах нет ни капли лжи.

– Но никто не подтвердит твоих слов!

Внезапно послышался вкрадчивый и вместе с тем довольно громкий голос:

– Почему никто? Я могу подтвердить слова Картара.

Это произнёс невысокий кругленький крепыш лет пятидесяти. На нём был такой же балахон, как на остальных двух магах, но только тёмно-синего цвета. Удивляло то, что волосы у него на голове и в бороде тоже имели синеватый оттенок.

– Тапаз? – удивился король. – Ты же всегда поддерживал меня, когда я ругал Картара.

– Я лишь кивал, – ответил Тапаз. – Такое моё поведение было обговорено с Картаром, или точнее с Праваром, как он просил себя называть.

Глаза короля гневно сверкнули.

– Значит, вы, двое, меня обманывали? Значит...

– Уйми, свою ярость, отец! – прервал его Нил. – Ты совсем забыл, что, благодаря этим двоим магом, здесь находятся сегодня принцессы.

– Наконец-то, о вас, девочки, вспомнили, – пробормотал себе под нос папа Даши.

– Честно признаюсь, государь, – сказал Тапаз, обращаясь к королю, – в том, что принцессы попали к тебе только, благодаря Правару. Я всего лишь выполнял его поручения.

– Да, это так, – подтвердил Правар. – Я давно поставил перед собой задачу отыскать принцессу.

– Задача выполнена даже в двойном размере, – заметил принц.

– Ну, это уже воля высших сил. Что касается, меня, то о существовании принцессы Люсии я узнал лишь тогда, когда она вместе со своими спутниками оказалась в селении берендеев, где я живу уже пятнадцать лет.

Даша заметила, что Люся и Нил опять бросили друг на друга страстные взгляды.

«Они влюблены не на шутку. Чем всё это обернётся?»

– Как ты узнал об этом? – проскрипел Кавий.

– Разумеется, с помощью книги Великой Мудрости, – насмешливо ответил Правар. – Или ты забыл, что она у меня находится?

– Ты украл её! – рявкнул маг в чёрном одеянии.

– Украл, не спорю. Но, что мне ещё оставалось делать? Во-первых, без неё я не мог заниматься поисками принцессы, а, кроме меня, её никто не мог отыскать. Если бы я не похитил книгу Великой Мудрости, ты уничтожил бы её.

– Это очень серьёзное обвинение, – подал голос Равий Ваит. – Кто его может подтвердить?

– Да сама книга Великой Мудрости и подтвердит, – ответил Правар. – Стоит только в неё заглянуть...

Прервавшись, он сделал очень ловкое движение, чтобы увернуться от посоха, ударом которого его хотел «угостить» Кавий. Дальше произошло то, чего не ожидал никто из присутствовавших. На глазах у всех змеиная голова вдруг ожила, блеснула глазами, а из толстого посоха полезло змеиное тело. Не успели люди опомниться, как огромная змея с блестящей кожей цвета платины прыгнула на Кавия и обвила ему шею.

Люся пронзительно взвизгнула. А у Даши от происходящего ужаса голос совсем пропал. Марк и принц одновременно бросились к своим возлюбленным с явным намерением их защитить. Даше сразу стало легче, и она смогла прошептать:

– Этот человек погиб!

И девушка была права в своём предсказании: в следующую секунду змея вернулась в посох, а Кавий упал бездыханным.

– Он умер! – тихо проскулила Люся.

– Это ты его убил? – обратился король к Правару.

– Нет! – ответил тот. – Кавий убил себя сам своим желанием власти.

Равий бросил на старого мага недоверчивый взгляд и дёрнул за шнур. Сразу же за дверью послышался звон, и спустя несколько секунд в зал вошли двое стражников.

– Уберите это тело! – приказал им король.

– Пусть и посох Кавия вынесут отсюда, – сказал Правар. – Хотя эта вещь стала совершенно безопасной со смертью своего владельца, лучше её убрать с глаз твоих гостей, государь.

Равий кивнул.

– Да, и заберите посох!

Ни один мускул не дрогнул на лицах королевских воинов. Они подняли труп мага и вынесли его из зала. Посох лежал на теле. Едва за стражниками затворилась дверь, у Даши дрогнуло сердце. Девушка почувствовала, что именно сейчас будет решаться её дальнейшая судьба.

Глава 18. Объяснение

Король глянул в упор на Правара.

– Я хочу знать, что здесь только что произошло?

– Это ведь не всё, что ты желаешь знать?

– Разумеется, не всё.

– Но тогда, если ты, государь, не возражаешь, я начну с самого начала.

– Слушаю тебя.

– Погоди, отец, – вмешался всё ещё стоящий рядом с Люсей Нил. – Ты как будто забыл о присутствии наших гостей, а среди них есть, между прочим, две принцессы, одна из которых – моя невеста.

Марк придвинулся ещё ближе к Даше, словно боялся, что именно её выберут всё-таки в невесты принца.

– Мы тоже хотим послушать, – подал голос папа Даши. – Это ведь и нас касается.

– Желательно, чтобы все слушали меня, сидя, – заметил Правар. – Да я и сам устал стоять.

– Я тоже, – буркнул долго молчавший Тапаз.

Король указал на второй постамент, где стояла отделанная чёрной кожей лавка.

– Вы, двое, садитесь на положенное вам место.

Неожиданно глухой голос спросил:

– Почему только двое?

Это произнёс вошедший в зал костлявый старик с седой бородой и в тёмно-коричневом балахоне. Правар с покаянным видом ему поклонился.

– Прости, Авах, что я про тебя не вспомнил. Виноват!

Авах махнул рукой.

– Понимаю, что тебе было не до меня.

– Любопытно, – заговорил с мрачным видом Равий, – почему двое членов Главного Совета магов-мудрецов ничуть не удивлены появлению в королевском замке своего бывшего товарища, считавшегося долгое время преступником и находившегося вне закона? Получается, что они обманывали меня, своего короля.

– Ты, государь, слишком доверял Кавию, чтобы... – начал Тапаз.

– Постой! – прервал его Правар. – Я обещал соблюдать порядок в своём повествовании и не хочу нарушать этого обещания. Дозволь, государь всем занять места, чтобы было удобно меня слушать.

– Дозволяю, – буркнул король.

– Они, – указал Нил на Марка и папу Даши, – пусть сидят внизу, а принцессам полагается быть возле нас.

– Нет! – решительно возразила Даша. – Я сяду рядом с папой и Марком.

– А я буду рядом с Дашей, – заявила Люся и смущённо добавила, обращаясь к принцу: – Мне так привычнее.

– Принцесс понять можно, – сказал Правар. – Они ещё не освоились со своим новым положением. Принцесса Люсия права – ко всему надо привыкнуть.

«Не желаю я здесь ни осваиваться, ни привыкать», – сердито подумала Даша.

– Хорошо! – согласился король. – Пусть принцессы сами выберут себе места.

Иномиряне расположились на табуретах между двух постаментов. Как только все расселись, король сделал знак, что он приготовился слушать.

– Я давно начал подозревать Кавия, – начал Правар, – потому что видел в нём то, чего не замечал никто, и что до поры до времени было скрыто от даже от других магов. Мне почти сразу стала понятной его неуёмная жажда власти, столь старательно им скрываемая.

– Увы, я об этом поздно догадался, – вставил Авах.

– Но и мне есть в чём себя упрекнуть, – продолжил Правар. – Я был слишком самоуверен и недооценил Кавия. Вся глубина его коварства стала понятной лишь тогда, когда тяжело заболел принц Нил. Для меня не составило труда вычислить виновника этой болезни...

– Погоди! – прервал его король. – Зачем Кавию, если это и был он, было губить моего сына? Проще было бы ему помешать нам в поисках принцессы.

– А он и мешал, но только исподтишка, а не открыто, разумеется. Но ему одному невозможно было бороться против меня и, главное, великого мага Урала.

– Какого мага? – спросила Люся.

– Ну да, вы же о нём не можете знать, – отозвался Правар. – Урал был самым мудрейшим магом. Именно ему удалось обнаружить все порталы в другой мир и узнать о том, что принцесса Джарья не погибла вместе с матерью. Я пользовался его особым доверием, что позволило мне после странной и неожиданной смерти этого мудрейшего волшебника продолжить начатое им дело. А поскольку одному мне было невозможно действовать плодотворно, моими союзниками стали маги Авах и Тапаз...

– Но почему Кавий не нашёл себе союзников среди наших магов? – удивился принц. – Неужели, кроме него, никто из волшебников не мечтал о власти?

– Наверняка Кавий хотел себе найти союзников среди окружавших его магов, – ответил Правар. – Более того, не сомневаюсь, что он кое-кого имел в виду. Однако негодяй, оценив все риски, отложил их вербовку до более удобного времени. Достаточно было малейшего промаха, чтобы о заговоре узнал король. Нет, до поры до времени Кафий подбирал себе в помощники только людей, не имевших доступа к тебе, государь. Следовательно, среди них не было наших магов.

– Многим магам свойственно тщеславие, – заметил Нил.

– Совершенно верно принц – согласился Правар. – Напомню нашим гостям, что по закону Антарии, в случае отсутствия мужского и женского потомства у правящей династии, власть передаётся Главному Совету магов-мудрецов. Покойный Урал не раз говорил о том, насколько это опасно, потому что, чего уж греха таить, каждый маг-мудрец в нашем Совете считает себя мудрее остальных магов.

– Вовсе нет! – возразил Тапаз. – Я, например, не очень честолюбивый!

– Это пока что. Неведомо, что будет с тобой лет через пятнадцать, или даже десять...

– Давай вернёмся к болезни моего сына, – велел Равий.

– Мне было известно, кто наслал на принца болезнь. Между мной и Кавием состоялась тяжёлая беседа, результатом которой стал наш с ним договор. Он пообещал даровать больному выздоровление, а я согласился скрыть его вину. В результате тот, кто едва не пресёк твой род, государь, стал называться спасителем...

– И ты об этом молчал? – рявкнул король.

Правара его рык ничуть не испугал.

– А что мне оставалось, государь? Ты сам знаешь, что болезнь, насланную на человека сильным магом, мало кто сможет исцелить.

– Я бы его заставил!.. – начал король.

Сын перебил его:

– Мне кажется, Кавий просто ещё раз тебя обхитрил бы.

– Это могло произойти, – поддержал Правар юношу. – Кавий был хитёр, изворотлив и не стеснялся в средствах. Он и на договор со мной согласился, чтобы приглушить мою бдительность и потом мне насолить. Я это знал и готовился нанести ему решительный удар, но он меня опередил. И ведь как этот мерзавец одно к другому подогнал, чтобы обвинить меня перед тобой, государь! Получилось у него просто великолепно...

– К этому мы ещё потом вернёмся, – опять прервал его Равий. – А сейчас я хотел бы узнать о том, что случилось девятнадцать лет назад с королевой Саралой и принцессой Джарьей. Что ты вообще знаешь об этой странной истории?

– Мне известно очень мало, – ответил Правар. – Увы, именно девятнадцать лет назад из книги Великой Мудрости пропали три листа, в которых наверняка были сведения об исчезновении королевы Саралы и принцессы Джарьи. О том, как жена и дочь погибшего короля были похищены, можно только догадываться. Однозначно не обошлось без магии, а магией в Антарии может заниматься только тот, кто носит звание мага. Но самолично уничтожить королеву и принцессу этот подлец не стал из страха. Несчастные были отправлены в Зачарованный лес, в логово адских псов...

– Но зачем же так далеко? – удивился принц. – Любое место Зачарованного леса полно опасностями.

– Должно быть, негодяя очень не хотел, чтобы королеву и принцессу кто-нибудь спас.

– Ну да! – вмешалась Даша. – В Зачарованном лесу есть не только злые, но и добрые силы. Нам оказали помощь и волколак, и берендеи, и крылатые волки, и похожий на зайца лесной дух.

Правар кивнул.

– Вот именно. Девятнадцать лет назад у тебя с твоей матерью тоже могли найтись защитники. Этого злодей и опасался. Он отправил вас к адским псам и разбудил их самих. Вы были бы обречены, если бы не существовавший в логове адских псов портал, через который можно попасть в другой мир, о чём негодяй, решивший вас погубить, разумеется, не знал.

– И что там произошло? – поинтересовался король.

– Об этом знает приёмный отец принцессы Джа... то есть, Даши, как она теперь зовётся, – ответил Правар. – Думаю, что не станет от нас ничего скрывать.

Поднявшись со своего табурета, папа Даши рассказал о том, что произошло девятнадцать лет назад, когда он и его жена заблудились в лесу. Закончил он свой рассказ словами:

– К счастью, нас скоро нашли и доставили в город. С той поры девочка, которую мы назвали Дарьей, стала нашей дочерью, и мы ею очень дорожим.

– Я это подтверждаю, – вставила Даша.

– У меня возникли три вопроса, – продолжил её папа. – Во-первых, эта женщина... то есть, королева и биологическая мать нашей Даши успела бы и сама прыгнуть в наш мир. Почему же она этого не сделала, а выбрала гибель? Во-вторых, был ли доступен портал для чудищ, растерзавших королеву, или они не проникли в наш мир по недомыслию? И, наконец, в-третьих, почему проклятый маг не пытался потом сам отыскать Дашутку в нашем мире? Ведь он же, в конце концов, узнал о портале.

– На эти вопросы я попытаюсь ответить – сказал Правар – если, конечно, государь мне позволит.

Король кивнул.

– Отвечай.

– По-моему, когда появились адские собаки, королева думала только о дочери. Как только принцесса чудесным образом была спасена, Саралу охватил дикий страх, из-за которого она потеряла всякую способность думать о собственном спасении. Ответить на второй твой вопрос, Иван, проще всего, поскольку я точно знаю, что в порталы могут проникнуть только люди и самые обычные животные, для всех прочих существ путь в ваш мир закрыт. Что касается Кавия, то он, несмотря на то, что тщеславие и жажда власти заставляли его рисковать, я порой замечал у него удивительную робость, граничащую с трусостью. Уверен, что для проникновения в другой мир ему просто не хватало смелости.

– Ответ исчерпывающий, – заявил Равий. – А теперь перейдём к поискам принцессы Джарьи. Тапаз, как я теперь понял, только делал вид, что занимался ими, поэтому он и напускал столько тумана на свою деятельность. Хотя, признаюсь, ему удалось убедить в своей правдивости.

– Это, потому что я почти не лгал, – смущённо отозвался Тапаз. – Скрыл только по понятным причинам, кто именно занимался этим делом. Потому и так много было тумана, государь. Прости меня!

Король махнул рукой.

– Ладно, ладно! Теперь я должен узнать, как всё было на самом деле.

– Первым о судьбе дочери короля Шудия Кирана узнал кое-что Урал, – опять заговорил Правар. – Совершил он это, благодаря книге Великой Мудрости и известным ему магическим ритуалам. Незадолго до своей смерти он поведал мне о том, что ему удалось узнать, и мы вместе начали подготовку к тому, чтобы доставить принцессу сюда к тебе.

– Дашутка же не вещь, чтобы ей куда-то доставлять! – встрепенулся Марк.

– Не надо, мой хороший, об этом, – попросила его Даша и виновато обратилась к королю: – Извините его, пожалуйста. Марк просто боится меня потерять.

– Конечно, он боится этого, – отозвался Нил. – Мне одного взгляда было довольно, чтобы понять, как ты ему дорога.

– Неужели? – пробормотала смущённо Даша.

– Очень дорога! – заявил с твёрдостью Марк. – И я готов бороться за свою любовь.

– Нам всем выйти, пока вы объясняетесь в любви? – ядовито спросил Равий.

– Думаю, не стоит, – вмешался Правар. – Лучше я продолжу.

– Продолжай! – разрешил ему король.

– Упомянул Урал и об одной странности: иногда в Великой книге Мудрости упоминалась какая-то вторая принцесса, которая находилась довольно далеко от принцессы Джарьи...

– Мы раньше жили в другом городе, – вставила Люся.

– Как бы там ни было, – говорил дальше Правар, – но даже Урал не понял, кого именно имела в виду книга. Ясность наступила гораздо позже, когда принцесса Люсия удивительным образом попала к нам вместе с принцессой Джарьей, ставшей давно Дашей. Но раньше я не стал на этом сосредотачиваться, решив оставить без внимания эту неясность. Понимаешь, приближался конец двадцатилетнего срока твоего правления, государь. Я так был этим озабочен, что упустил из поля своего зрения многое, в том числе и Кавия, а он, тем временем, зря времени не терял и готовил несправедливое обвинение против меня...

Равий прервал его с недоумённым видом:

– Но обвинение казалось справедливым.

– Потому что было хорошо подготовлено, – отозвался Авах.

– Почему же вы все не попытались переубедить меня? – спросил король.

Правар вздохнул.

– Даже, если бы мне удалось доказать коварство Кавия, на это потребовалось бы время. Но скорее бы всего я ничего не доказал бы и меня казнили бы.

– И это стало бы для тебя катастрофой, государь, – заметил Тапаз.

– Установить истину было тогда невозможно, – добавил Авах. – Ты был настроен решительно и не желал слушать никого, кроме Кавия.

– Да, я тогда находился полностью под влиянием Кавия, – нехотя согласился Равий.

– Проклятый мошенник потратил для этого немало усилий, – сказал Тапаз. – Мне известно, что он даже применял против тебя, колдовство, государь, хотя это и запрещено законом.

– Что вы все об этом знаете? – встрепенулся король.

– Прости, государь! – заговорил опять Правар. – Но не лучше ли будет побеседовать об этом позже? Затянувшаяся беседа утомит без того уставших наших гостей.

– Пожалуй, ты прав, – согласился Равий.

– Но кое-что стоит выяснить в нашем присутствии – вмешалась Даша.

– Твоё, принцесса, желание – закон для всех нас, включая меня, – учтиво сказал ей король.

Она кивнула.

– Хорошо! В таком случае, ответьте, кто всё-таки организовал наше похищение?

– Я, – ответил ей Правар.

– Да, это так, – подтвердил Тапаз.

Даша глянула в упор на Правара, и тот, поняв её немой вопрос, начал рассказывать:

– Итак, после несправедливых обвинений я бежал из столицы Антарии. Книга Великой Мудрости была мной украдена по двум причинам – во-первых, Кавий собирался её уничтожить; во-вторых, мне она была нужна для дела. Подробности моего бегства знали лишь некоторые маги, с ними я сохранил тайную связь. И именно они помогли мне сделать ложь о моей гибели правдоподобной. Мне повезло поселиться среди берендеев, и, оказавшись там, я продолжил начатое магом Уралом дело – поиски принцессы из угасшего королевского рода. Поскольку у меня не было возможности подобрать людей для переброски в другой мир и тем более подготовить их к походу за принцессой, этим занимался под моим руководством уважаемый маг Тапаз.

– А я был уверен, что всё придумал Тапаз, – заметил король

Тапаз грустно усмехнулся:

– Главное, что в этом был уверен и Кавий. У него имелись сомнения в моих способностях, причём явно небезосновательные, поэтому он долго не обращал внимания на мою деятельность и спохватился уже перед прибытием принцесс в наш мир.

– Тогда этот противный маг начал за мной охоту, – задумчиво проговорила Даша.

Правар кивнул.

– Совершенно верно. Ашман, Урас, Гаур и Камал должны были доставить тебя через портал в наш мир. Кавий каким-то образом проведал об этом...

– Это я виноват, – признался король. – Хотя Тапаз и просил меня никому не говорить о предстоящем предприятии, мне показалось нелепым скрывать это от Кавия.

Принц сокрушённо покачал головой, но промолчал.

– Я так и думал, – отозвался Правар.

– У Кавия оставалось мало времени, чтобы вмешаться, – заметил Равий.

– Тем не менее он это успел. Во-первых, он купил одного из помощников Ашмана...

– Ну да, Гаура! – подтвердила Люся.

– Гаур разбудил адских псов, – продолжил Правар, – и принцессу Дашу едва не постигла участь её матери. К счастью, Ашман и его помощник Урас вступили в схватку с чудовищами, дав возможность немому Камалу увести прочь гостей из другого мира.

– Ашман и Урас погибли? – спросила Даша, и голос её дрогнул.

– Да, – ответил Правар. – Но ещё раньше погиб предатель Гаур.

– Такова судьба предателей, – изрёк Марк.

– Камал вёл вас к берендеям: то есть, ко мне, – продолжил рассказывать Правар. – Но на вашем пути возник лесной дух Рибах – искусный стрелок из лука.

– Помню этого злого духа, – проворчал папа Даши.

– Он не злой, а просто очень доверчивый. Обмануть его легко, что вероятно и сделал Кавий. В жертвы этого обмана намечалась принцесса, но жизни лишился Камал. Таким образом, гости из другого мира лишились проводника, но на своё счастья очень скоро встретили принца Нила и слугу Марута. Таким образом они всё-таки благополучно добрались до селения берендеев, поскольку поблизости не было другого безопасного для ночлега места, о чём принц и его слуга не могли не знать.

– Мы добрались не совсем благополучно, – возразила Люся. – Нам не повезло встретиться с двумя жуткими монстрами.

– Наверняка эти встречи были случайными: даже магу нельзя сговориться с треглавым змеем Трайдаем и лесным чудовищем дрекаваком. В любом случае я за вас беспокоился, и когда на следующее утро отправлялся вместе с вами в путь, надеялся, что сумею вас защитить от опасностей. Увы, мои надежды оказались тщетными: я не уберёг принцесс даже от похищения огнеметателями.

– Но вы же потом выручили нас! – воскликнула Люся.

А Даша добавила:

– К тому же пребывание у агроти оказалось для нас совсем не бесполезным. Во-первых, их глупый жрец проговорился, что убийство принцессы им заказал некий «беспалый». Во-вторых, именно от этого дурака-жреца мы узнали о законе престолонаследия в Антарии. Вы, кстати, об этом не успели нам рассказать.

– «Беспалый» говорите? – пробормотал король. – Значит, это всё-таки был Кавий.

– У меня уже пропали все сомнения на его счёт, – отозвался принц.

– Больше на нашу девочку не нападали, – проговорил папа Даши.

– Было ещё одно нападение, – признался Правар. – Я уговорился с принцессами сохранить это ночное происшествие в тайне от мужчин, чтобы не вызывать у них до конца пути лишних переживаний, но теперь уже не нет смысла молчать.

– И что же случилось? – встрепенулся Марк.

– Об этом пусть нам поведает твоя невеста.

Кивнув, Даша рассказала о приключениях, пережитых ею и Люсей прошедшей ночью. Она не упоминала в своём рассказе самые страшные моменты, чтобы сильно не пугать своего папу, Марка и Нила. Однако все трое мужчин так возбудились, что, не будь Кавий уже мёртвым, они безжалостно расправились бы с ним.

– Почему всё-таки умер Кавий? – спросил король у Правара.

– Думаю, он из-за своей самоуверенности перемудрил с колдовством и наложил на собственный посох такое сильное заклятие, что оно вдруг убило самого заклинателя. Такое изредка случается.

Папа Даши пробормотал себе под нос:

– У нас в таких случаях говорят: раз в год и палка стреляет.

Неизвестно, поняли ли его обитатели другого мира, но сосредотачивать на этом внимание они не стали.

Король поднялся.

– Что ж, довольно разговоров. Глашатаи немедленно объявят по всему королевству о прибытии в столицу двух принцесс из королевского рода...

– Стоп! – прервал его папа Даши. – А как быть с нами? Когда мы вернёмся в свой мир?

– Кто это «мы»? – спросил Равий.

– Ну, я, Даша, Марк и...

– Я останусь здесь, – решительно заявила Люся. – Мне же принц сделал предложение.

– Да, принцесса Люсия будет моей женой! – отозвался Нил. – Вы тоже можете остаться у нас. Принцесса Даша имеет право на обширные земельные угодья, а её жениху и приёмному отцу...

– Нет! – перебила его Даша. – Нам ничего этого не надо. Верните нас, пожалуйста, туда, откуда взяли.

Неожиданно её поддержал Правар:

– Принцесса Даша, государь, заслужила того, чтобы мы исполнили её желание. Того же достойны, как её приёмный отец, так и её жених.

Король бросил на него полный недоумения взгляд.

– Но ведь о существовании другого мира не должны знать большинство простых смертных нашего мира, чтобы не произошёл хаос. Как же мы тогда объясним исчезновение появившейся было у нас принцессы Джарьи?

– А пусть никто, кроме членов Главного Совета магов-мудрецов так и не узнает о второй принцессе. А принцессу Люсию могли отыскать, например, в Падмии – полулегендарной стране, расположенной от нас так далеко, что мало кто из жителей Антарии рискует туда добраться. Глашатаи могут объявить о прибытии найденной принцессы в Сукрад со свитой, состоящей из любимой фрейлины принцессы и двух знатных мужей. Ты ведь согласишься, принцесса Даша, назваться фрейлиной?

– Хоть служанкой, лишь бы вернуться в наш мир! – воскликнула Даша.

– А где, кстати, королевский бриллиант? – вдруг вспомнил принц.

– Я отдала его Даше, – ответила Люся.

– А я, кажется, уронила кулон? Мне не до него было...

– Вот он! – объявил Правар, вынимая откуда-то красный бриллиант в платиновой оправе. – Даша, на самом деле, его уронила, а я поднял.

Он приблизился к Люсе и с торжественным видом надел ей на шею кулон.

– Ну, вот и всё решилось! – обрадовался принц.

– А завтра глашатаи объявят по всему королевству, что свите принцессы Люсии пришлось срочно отбыть к себе в Падмию, – добавил Правар.

– Да будет так! – согласился король. – Я не стану возражать глубокоуважаемому магу Картару, поскольку, во-первых, виноват перед ним и, во-вторых, обязан ему. А вас, – обратился он к иномирянам, – проводят в покои, где вы сможете немного отдохнуть и освежиться. Через час будет большой пир. А уже потом мы разрешим все остальные вопросы.

Глава 19. Третий портал

Молодая краснощёкая служанка в кружевном чепце и серьёзного вида седой дворецкий повели иномирян по коридорам и закрытым галереям. Шагая, четверо гостей королевского замка с любопытством разглядывали сводчатые потолки, стрельчатые окна, украшенные лепниной стены и различные статуи.

– Мне здесь всё больше нравится, – призналась Люся.

У Даши были некоторые сомнения по поводу эйфории подруги.

«Надо поговорить с Люси, как только мы останемся с ней вдвоём».

Глянув искоса на отца, Даша поняла, что и его волнует судьба девушки, ставшей членом их семьи. Что касается Марка, то, судя по отсутствию какой-либо реакции на слова Люси, он нисколько о ней не беспокоился.

Даша было рассердилась на своего возлюбленного, но уже в следующую секунду подумала:

«Марк вообще мало знаком с Люси. Она для него ничего не значит. К тому же он сейчас радуется, что мне нашлась замена, и я останусь с ним».

В одном из коридоров иномирян разделили: дворецкий повёл мужчин дальше прямо, служанка свернула с девушками налево. Минуты через три горничная завела Дашу и Люсю в просторную комнату с высоким каменной колонной в центре и похожим на паркет полом.

Служанка подошла к стоящему у правой стены сундуку, откинула красивую резную крышку и проговорила услужливым тоном:

– Здесь чистая одежда для принцессы и фрейлины. Ещё вы можете освежиться.

Она махнула рукой в сторону трёх табуретов – на двух из них стояли деревянные лохани с водой, на третьем лежали два чистых белых полотенца.

– Спасибо, вам... то есть, тебе за услугу, – поблагодарила Даша.

Служанка удивлённо выпучила на неё глаза.

«Очевидно, здесь не принято благодарить прислугу», – догадалась Даша.

– У нас в... в Падмии другие порядки и правила, – сказала она с улыбкой и едва не извинилась, но вовремя прикусила язык.

– Дамам нужна помощь? – спросила горничная.

– Нет, не нужна, – ответила Даша. – Ты можешь оставить нас одних.

Служанка бросила вопросительный взгляд на Люсю.

– Мы сами справимся, – ответила та на не прозвучавший вопрос.

Служанка слегка присела, после чего вышла из комнаты.

– Это приседание называется реверансом? – поинтересовалась Люся.

– Скорее книксеном, – ответила Даша, которую чтение исторических книг подвигло немного разобраться в некоторых нюансах придворного этикета.

– А в чём разница?

– Реверанс – глубокий дамский поклон, книксен – поклон лёгкий.

– Мне это пригодится для моей будущей жизни, – уверенно сказала Люся. – Судя по всему, в этом мире многое такое же, каким когда-то было у нас.

– Мне надо с тобой об этом... – начала Даша.

Подруга её перебила:

– Погоди! Первым делом давай приведём себя в порядок. Неудобно будет, если мы не опоздаем на пир.

– Ты же всегда и везде опаздывала.

– Люське Атамановой опаздывать можно было. Но теперь-то я стала принцессой Люсией. Как говорила наша литераторша, точность – вежливость королей.

Девушки занялись своим туалетом. Тщательно помывшись в лоханях, они полезли в сундук с одеждой, где обнаружили кружевное бельё, тонкие чулки и красивые платья. Даша выбрала себе одну из похожих на лёгкие облака нижних рубашек и платье василькового цвета. Одевшись, она с удивлением посмотрела на подругу. Люся стояла в одной нижней рубашке и озадаченно разглядывала пару дымчатых чулок.

– Ты чего, Люси?

– Да хотела надеть чулки, но не знаю, на чём они держатся.

– Вроде бы их носили на подвязках.

В сундуке нашлись две белые шёлковые ленточки

– Подвяжи их чуть выше колен, – сказала Даша. – А я обойдусь без чулок.

– А мне надо к ним привыкать.

– Ты всерьёз решила остаться здесь? – задала, наконец, Даша мучивший её вопрос.

Люся пожала плечами.

– А что ты предлагаешь? Кто-то из нас двоих должен остаться. Ты этого не хочешь, а я хочу.

– Правда, хочешь.

– Я всю свою предыдущую жизнь мечтала оказаться в сказке и стать в ней принцессой, – призналась Люся. – Дедушка не зря считал мечтательницей и назвал в письме к тебе эльфом. Знаешь, иногда я пугалась собственных грёз и даже сомневалась в своей психической нормальности, но теперь думаю, что это просто зов крови. Как сегодня выяснилось, мой прапрадед был в этом мире принцем и наследником престола.

– А мой кровный отец был здесь королём, – напомнила ей Даша. – А вот я никогда не мечтала стать принцессой и жить в сказке. Меня вполне устраивает моя настоящая жизнь.

– А у меня сейчас такое чувство, как будто я прибыла туда, где мне будет очень хорошо, – проговорила Люся после недолгой паузы.

– Это, конечно, замечательно, но тебе придётся жить теперь без многих привычных благ цивилизации.

Люся беззаботно махнула рукой.

– Привыкну. Нил мне обязательно поможет. Да и Правар, думаю, теперь будет где-то рядом, и я смогу к нему обратиться.

– А как нам объяснить твоё исчезновение?

– Просто скажите, что я пропала неизвестно куда.

– А что делать с твоей долей наследства? Я не хочу против желания дедушки всё себе забрать.

– Ну, отдашь потом мою долю наследства на благотворительность.

Пока длился этот разговор, Люся успела одеться. На ней теперь было платье золотисто-лимонного цвета, которое прекрасно подходила к светлым волосам, но не очень гармонировало с красным бриллиантом в платиновой оправе.

– Здесь есть где-нибудь зеркало? – пробормотала Люся.

Пройдя по комнате, Даша увидела в самом дальнем углу довольно большое зеркало в причудливо сделанной бронзовой раме.

– Вон оно!

Девушки подошли к зеркалу.

– Наряд ничего себе, – сделала вывод Люся. – Только вот кулон.

– Что кулон? – спросила Даша, думая, что подруга заметила некоторое несоответствие украшения с платьем.

Однако Люся имела в виду совсем другое.

– Получается, что я у тебя его хапнула.

– Ничего подобного, – возразила Даша. – Эта драгоценность принадлежит королевскому семейству, а вовсе не мне. Так что, ты носишь его по праву.

В комнату вошла служанка с небольшой корзинкой в руке и спросила:

– Принцесса и фрейлина готовы?

– Ещё нет, – ответила Люся, показывая горничной свои ноги в одних чулках. – Мне, например, не во что обуться. Мои башмачки сильно изорвались в пути.

Даша обулась, но и её башмачки тоже порядком пострадали и выглядели изрядно потрёпанными.

Служанка вытащила из сундука мешок, в котором было восемь пар бархатных, расшитых жемчугом туфелек на плоской подошве. Даша схватила жёлтые башмачки.

– Мне подойдут эти!

Даша выбрала для себя обувь небесно-голубого цвета.

– Теперь бы ещё причесаться, – сказала она, переобувшись. – Подаренные Ашманом гребешки мы с тобой, Люси, где-то потеряли.

Горничная дала им расчёски, помогла причесать и уложить волосы. Затем она вынула из принесённой корзинки платиновую диадему с искусным орнаментом и огромной жемчужиной.

– Ух, какая красота! – восхитилась Люся.

– Это для тебя, – сказала Даша.

– Для меня? – растерялась её подруга.

– А для кого же ещё? Ты же у нас принцесса.

Служанка молча протянула диадему Люсе, но та совсем растерялась.

– Давай я за тобой поухаживаю, ваше высочество, – усмехнулась Даша.

Она надела диадему на голову подруги, после чего присела в глубоком реверансе.

– Ты прекрасна! Рада тебе услужить, дорогая принцесса.

– Прекра... – попыталась протестовать смущённая Люся.

– Я всего лишь твоя фрейлина – прервала её подруга, покосившись на служанку. – И вообще, по-моему, нам пора идти на пир.

Служанка опять повела девушек по коридорам и закрытым галереям. По дороге к ним присоединились папа Даши и Марк вместе с дворецким.

– Дамы, вы великолепны! – воскликнул папа Даши.

А Марк восхищённо смотрел на свою возлюбленную.

– Между прочим, вы тоже офигенно выглядите, – заметила Люся.

Даша молча с ней согласилась. На обоих их спутниках были яркие бархатные куртки с кружевными воротниками, увитые алмазными нитями пояса с бронзовыми пряжками, алые шёлковые плащи с бриллиантовыми застёжками, узкие белые штаны и короткие чёрные сапожки с отворотами.

– Мы готовы выступать в цирке, – прошептал Марк Даше на ухо.

Она с улыбкой покачала отрицательно головой.

Слуги привели иномирян в огромный зал с украшенными яркими стенами фресками и мозаичным полом. В центре помещения были два стола – короткий стоял на постаменте, а длинный протянулся внизу почти через весь зал. Сидевшие во главе верхнего стола король и принц, поднявшись со своих мест, направились к гостям. Король произнёс короткое приветствие, обращённое главным образом к «принцессе Люсии», после чего он и принц, подхватив Люсю с двух сторон под руки, повели её к столу. Остальные иномиряне последовали за ними. Марк взял Дашу под локоток, улыбнулся уголком губ и прошептал:

– Тебе тоже могло бы достаться такое чествование.

– Обойдусь! – буркнула она.

За столом Дашу, к её неудовольствию, отделили от отца и Марка. Её посадили между разряженной молодой дамой с пустым выражением лица и магом Праваром.

– Я – Вапана, жена военачальника Яна Анта, – представилась дама Даше.

– Рада с ва... с тобой познакомиться. А я – Даша Клушина, фрейлина принцессы Люсии.

– Мой муж, к сожалению, уехал по делам, – добавила Вапана, – и я здесь одна. Мне так тоскливо.

У Даши не было ни малейшего желания слушать её жалобы на тоску и одиночество, но в это время подали еду, и все дружно за неё принялись.

«Мы же с самого раннего утра ничего не ели, – вспомнила Даша. – У меня в желудке совсем пусто».

Утолив первый голод, она огляделась. За верхним столом сидело пятнадцать человек: король, принц, четверо иномирян, пятеро магов, двое мужчин, в которых нетрудно было по их виду узнать важных королевских вельмож, и две дамы.

Тем временем король объявил о предстоящем браке своего сына. Весть о том, что принц Нил скоро женится на праправнучке принца Атамана Кирана, была встречена радостными воплями. Начались поздравления и здравицы. Принцу и его прекрасной невесте желали наперебой всех благ.

Внезапно Даша услышала тихий шёпот:

– Ты не жалеешь о своём отказе?

Разумеется, это сказал Правар.

– И вы туда же, – заворчала девушка. – Наверняка тоже шутите, как и Марк. А мне, между прочим, не до шуток. Я с любимой подругой расстаюсь навсегда.

– Увы, ничего не поделаешь. Каждая из вас сделала свой выбор.

– Люси здесь нравится.

– А ты мечтаешь поскорее нас покинуть? И у тебя даже нет ни малейшего желания узнать что-нибудь о своих кровных родителях?

Даша покосилась на свою соседку справа.

– Не беспокойся, – усмехнулся Правар. – Если даже госпожа Вапана и услышит нас, она всё равно ничего не поймёт. Жена одного из ведущих военачальников короля на редкость глупа.

– Я это уже заметила.

– Ну, и что ты мне ответишь?

– Конечно, мне хочется узнать хоть немного о своих родных. Надеюсь, они были такими же хорошими людьми, как и мои приёмные родители.

– Твой отец был одним из лучших правителей Антарии, а твоя матушка славилась величайшей добротой.

Пир продлился ещё около часа. Не обошлось без развлекавших короля, принца и гостей музыкантов, певцов, жонглёров и акробатов. Всем сидевшим за столами нравились выступления артистов. Даша тоже смотрела и слушала с интересом, однако её всё больше одолевала тревога.

«Нас вообще собираются отправлять в наш мир? – подумала она. – И когда это должно произойти?»

– Не волнуйся, дорогая Даша, – сказал ей сидящий рядом Правар. – Всё произойдёт вовремя.

– И вы опять будете утверждать, что не подслушивали мои мысли? – проворчала девушка.

– Я и не подслушивал, а просто заметил твои переживания.

Наконец, король поднялся со своего места. Обведя взглядом стол, он учтиво пригласил в свои покои принца, принцессу Люсию, свиту принцессы и мага Картара.

– Теперь вы носите своё прежнее имя? – спросила Даша у своего соседа.

– Да, но для вас я могу остаться Праваром.

Король покинул зал и двинулся по коридору. Следом за ним шли, держась за руки, принц и Люся. Далее шагали папа Даши, она сама и Марк. А замыкал это шествие спокойный и величественный Правар. Равий привёл своих спутников в длинную галерею с множеством стрельчатых окон от пола до потолка на одной стене и вереницей портретов с другой стороны.

– Здесь, принцессы, вы можете увидеть лики своих предков, – объявил король.

– Ой, как интересно! – встрепенулась Люся. – А ведь до меня, Дашуль, только теперь по настоящему дошло, что мы с тобой кровные родственницы.

– Да, мы – кузины, – сказала Даша, поблагодарив про себя французов за придуманное ими слово, избавившее от необходимости вычисления степени родства.

Люся бросилась разглядывать все портреты, а Даша остановилась у двух из них, самых крайних. На первой картине был нарисован симпатичный мужчина с тёмными густыми волосами, бледным лицом, серыми глазами и точно таким, как и у разглядывавшей его девушки, носом. На другом портрете изображалась молодая тоненькая женщина с облаком светлых серебристых волос на голове, большими карими глазами и добросердечным выражением на лице.

– Это твоя кровная мама, – сказал Даше человек, которого она всю жизнь называла «папой». – Я до сих пор помню бедняжку, хотя видел всего несколько минут.

– А на втором портрете, очевидно, мой кровный отец? – хрипло проговорила девушка.

– Да, это твой отец, – подтвердил Равий. – Замечательный правитель и самый лучший человек из всех, кого я знал. Я мог бы тебе рассказать...

– Не надо, – прервала его Даша. – Извините меня, но, пожалуйста, ничего мне не рассказывайте о моих кровных родителях. Мне достаточно того, что я о них узнала. Это были прекрасные люди, а прочее не имеет значения.

Увлекаясь историей, Даша знала, как менялись в разные времена некоторые представления о хорошем и плохом. Поэтому она решила не узнавать подробностей о людях, давших ей жизнь в мире, где законы и порядки походили на те, которые были там, откуда прибыли иномиряне, в Средние века.

– Как хочешь, принцесса, – сухо отозвался король.

– А это их единственные портреты? – поинтересовалась Даша.

– Да.

– Как же ты похожа на своих кровных родителей! – воскликнула подошедшая Люся. – Глаза и нос у тебя папины, волосы мамины... Есть и ещё общие черты!

– Да, сходство между родителями и дочерью немалое, – согласился король.

– У принцессы Люсии я тоже заметил много родовых черт, – вставил Нил.

– Для будущей королевы это хорошо, – заключил его отец.

– Думаю, нашим гостям пора нас покинуть, – сказал вдруг Правар.

– Между прочим скоро мы вас перестанем понимать, – напомнил Марк. – Ашман говорил, что языковое средство действует всего трое суток.

– Значит, и для меня это действие закончится, – забеспокоилась Люся.

– Ты можешь опять принять этот эликсир, – успокоил её Правар. – Причём на сей раз он будет с более долгим сроком действия.

– А потом, милая, ты научишься говорить по-нашему, – добавил принц.

Пора было прощаться. Король произнёс торжественную речь, обращённую главным образом к Даше, отказавшейся стать настоящей принцессой. Затем настала очередь принца, чьё обращение к иномирянам было гораздо более тёплым, чем у его отца. Марк извинился перед Нилом за свои прежние нехорошие подозрения.

Затем король и принц вышли, а Люся осталась.

– Я подожду тебя, любимая, – ласково сказал ей перед своим уходом Нил.

Едва затихли шаги Равия и его сына, Люся бросилась к подруге на шею и заплакала.

– Ты уже жалеешь, что остаёшься? – спросила Даша

У Люси сразу высохли слёзы, и она заявила:

– Нет, я счастлива остаться с моим любимым Нилом.

– Правильно! – вмешался Марк. – А моя принцесса останется со мной.

– Значит, прощаемся, Люсенька, – сказал папа Даши.

– Я хочу у вас кое-что узнать, – обратилась Люся к Правару. – Вы наверняка знаете, кто именно в нашем мире желал смерти мне, Даше и дяде Ване?

Маг кивнул.

– Знаю. Это тёща Ивана.

– Кира Станиславовна? – разом воскликнули Даша, её папа и Люся.

– Да, это она, – подтвердил Правар.

– Значит, именно с подачи госпожи Кухарской Хлыновы вызвали к себе на ночь глядя Женю и Петю? – спросил дрожащим голосом папа Даши.

– Да, именно так.

– И как с Дашей и Иваном Петровичем собирались расправиться? – спросил Марк.

– С тобой тоже, – уточнила Даша. – Ты уже убедился, что твоё случайное присутствие в нашем доме не спасает тебя от общей с нами участи.

– Совершенно верно – подтвердил старик. – Твоего возлюбленного не пощадили бы. Подосланные убийцы должны были зарезать вас спящими, забрать всё ценное и поджечь дом. Явиться к вам злодеи должны были глубокой ночью. Собственно они и явились, но вас уже не было.

– Надеюсь, эти гады дом не подожгли? – обеспокоенно спросил папа Даши.

– Нет. В этом не было никакого смысла.

«В любом случае, я представляю, как мама сейчас переживает из-за того, что мы пропали», – подумала Даша, но вслух этого не сказала.

Очевидно, и папа подумал об этом же.

– Нам надо скорее возвращаться, – сказал он.

Люся от души расцеловала людей, искренне считавших её членом своей семьи, затем чмокнула в щёку Марка и, не оглядываясь, бросилась прочь.

– Будь счастлива! – крикнула ей вслед Даша.

– Ступайте за мной! – велел Правар оставшимся с ним иномирянам.

Через галерею он вывел их на узкий балкон, с которого был виден красивый особняк с аркой, башенками и полукруглыми окнами. Вокруг этого великолепного здания росли цветы и деревья.

– Это дом, в котором будут жить после свадьбы принц Нил и принцесса Люсия, – сообщил маг.

– Замечательный домик, – сказал Марк. – А я пока могу предложить своей принцессе только доставшуюся мне в наследство от бабушки двухкомнатную квартиру в хрущёвке.

– Меня это вполне устраивает, – отозвалась Даша.

– Дома Женечка сходит с ума, – заметил папа.

– Наверняка и Петя тоже переживает, – предположила дочь и подумала о том, что до этой минуты они гнали прочь все мысли об оставшемся в их мире любимых людях.

– Да, ваши близкие очень за вас тревожатся, – сказал Правар. – А женщина, желающая вашей смерти, в полной растерянности...

Папа Даши сердито прервал его:

– Нам не до Киры Станиславовны! Шут с ней!

– Скажите, нас уже ищут? – спросила Даша, стараясь говорить помягче, чтобы сгладить грубость отца.

– Да, ищут, – ответил маг. В вашем исчезновении подозревают странных рабочих, которых, как выяснилось, никто не нанимал. Ваша соседка, кстати, видела, как Ашман, Урас, Гаур и Камал заходили к вам поздно ночью. А позже она слышала на вашем дворе какую-то возню. Так что, есть кого обвинить в вашем похищении.

– Ладно, с этим мы разберёмся, – уверенно заявил Марк.

– Главное, поскорее вернуться, – поддержала своего возлюбленного Даша.

– Но сначала неплохо было бы сменить одежду, – заметил её папа. – А то нас неправильно поймут, если увидят в таком прикиде.

– Да, прикид выглядит странноватым для нашего мира, – согласился Марк.

– Но наша прежняя одежда осталась возле портала в Зачарованном лесу, – растерялась Даша.

– Она здесь, – коротко проговорил маг.

Он вынул откуда-то из складок своего одеяния четыре футболки, трое шорт, трое шлёпанцев, пару кроссовок и джинсы.

– Здесь и Люсины вещи, – заметил Марк.

– Я просто не знал, кому, что принадлежит, – сказал Правар. – Надевайте своё, а вещи принцессы Люсии оставьте. Ты, – обратился он к девушке, – можешь зайти за колонну.

Иномиряне быстро переоделись.

– Когда мы попадём к порталу? – нетерпеливо поинтересовалась Даша, выйдя из-за колонны.

– Прямо сейчас, – ответил Правар. – Но сначала мы все четверо выпьем этот эликсир.

Из складок своего балахона он вытащил на этот раз сосуд и кружку.

– И что мы на этот раз будем пить? – поинтересовался Марк.

– То, что сделает нас невидимыми для других людей, но не для друг друга. Иначе мы не сможем покинуть королевский замок незаметно. Давайте, пейте!

Первым глотнул налитую из сосуда жидкость Марк – он сразу же пропал. Однако стоило Даше сделать пару глотков, она увидела своего возлюбленного.

– Ребята, вы здесь? – спросил с тревогой папа Даши.

– Здесь! – отозвалась дочь. – Пей скорее, папочка, и увидишь нас.

Когда все приняли чудодейственное средство, Правар велел:

– Следуйте за мной!

Они спустились по узкой лестнице, вышли из здания, миновали стороной красивое строение, в котором, по словам Правара, будет жить после свадьбы принц с молодой женой и направились по широкой, вымощенной мелкими камешками тропе. Попадавшиеся им навстречу люди явно никого не видели. Однако и магу, и иномирянам всё же приходилось проявлять немалую осторожность, чтобы не быть обнаруженными. В конце концов, они добрели до мелководной речки. На крутом берегу высилось необычайной красоты здание, центром которого была большая башня.

– В этом доме ты, Даша, появилась на свет, – сказал Правар. – А твой отец ждал разрешения жены от бремени вон там, – он указал на небольшую крепость, занимавшую островок посреди речки.

«Всё это очень красивое, но какое-то чужое», – отметила про себя Даша.

Правар направился дальше по берегу и довёл своих спутников до каменного грота.

– Вот здесь мы и расстанемся, – объявил он.

– И где портал? – недоумённо спросил Марк.

– Видите ли, порталов всего два. Один тот, через который принцесса Даша попала в ваш мир, а вы оказались у нас. Через другой портал принц Атаман проник к вам. В Окаянных горах есть очень узкая расщелина, куда самостоятельно упасть невозможно. Но принца туда столкнули, отправив его таким образом в другой мир.

– Значит, предок Люси был сброшен в портал, и вернуться у него не получилось, – догадалась Даша.

– Вот именно, – подтвердил Правар. – Очевидно, и с вашей стороны портал представляет собой горную пропасть, в которую Атаман не решился прыгнуть, поэтому он и остался у вас. Ну, а что с ним стало потом, даже книга Великой Мудрости не сообщает.

– И что, вы собираетесь перенести нас с помощью магии к этой расщелине? – предположил Марк.

– Нет. Я всё заранее обдумал и пришёл к выводу, что попадание в ваш мир через оба портала чревато для вас, учитывая, что вам недоступна магия, огромными трудностями. Вы можете даже погибнуть. Поэтому я решил сделать с помощью книги Великой Мудрости собственный очень удобный для вас портал.

– Но ведь книга пока находится у берендеев, – вспомнила Даша.

Правар вынул из-за пазухи и развернул свиток.

– Вот то место из неё, где сказано, как делается портал. Если всё получится, как мною задумано, я сожгу этот свиток, едва вы окажитесь в своём мире.

– Зачем же сжигать? – спросила Даша.

– Так будет лучше для всех, – отрезал маг.

Он взмахнул свитком, сделал какие-то пасы и прошептал что-то совершенно непонятное для иномирян. В ту же секунду на стене грота появилось, как на экране тёмное неуютное помещение.

– Что это? – недоумённо спросил папа Даши.

Правар махнул рукой.

– Там вы подождёте помощи, и она в ближайшие полчаса к вам прибудет. Успейте договориться, что вы будете говорить, когда вас найдут. Ступайте!

Иномиряне попытались тепло проститься с магом, но он сразу перебил их:

– У нас нет времени! Поторопитесь! В вашем мире я кое с чем вам помог, но со своими родственниками вам придётся разбираться самим.

– Разберёмся! – пообещал папа Даши и первый бросился в портал.

– Теперь ты, Даша! – крикнул Марк.

Даша послушалась его. Она почувствовала какое-то препятствие перед собой, но, приложив силу, преодолела его.

«Наверное, портал уже закрывается? Только бы Марк успел его пройти!»

Едва эта мысль мелькнула в голове девушки, как на неё налетел её возлюбленный, и они, не удержавшись, вместе упали.

Глава 20. Возвращение

Даша сразу вскочила на ноги и огляделась.Помещение, в котором они находились, было тесным и душным подвалом, куда свет попадал из нескольких щелей и оконца, величиной с ладонь. В левом углу валялось какое-то тряпьё, справа девушка разглядела четыре тюфячка, рядом с которыми поблёскивала металлическая посуда. В нос бил затхлый запах.

– Как здесь ужасно! – вырвалось у Даши.

– По легенде мы здесь провели трое суток, – заметил Марк, поднимаясь.

– Хорошо, что это только по легенде, – отозвалась Даша. – Вроде бы через полчаса нас должны здесь найти. Скорее бы.

– Но за эти полчаса нам надо придумать, каким образом мы сюда попали, – напомнил ей папа.

– Мне кажется, что особенно мудрить нам не надо, – сказал Марк.

Втроём они быстро изобрели историю своих мнимых неприятностей. Начальная стадия событий осталась почти такой, какой она была на самом деле, до того момента, как в предложенном ночными гостями напитке оказалось, по всей очевидности, сильное снотворное.

– Таким образом мы очнулись здесь, – проговорил трагическим голосом папа Даши.

– Нас держали в этом подвале и почти не кормили, – добавил Марк.

– А куда делась Люси? – спросила Даша.

– Её забрали отсюда сегодня, после обеда, – ответил ей папа. – И с тех пор никто из наших похитителей не появлялся, а сами мы покинуть подвал не могли.

– Надо проверить, действительно ли мы не могли отсюда выбраться, – предложила ему дочь.

Мужчины оба поднялись по лестнице и попытались отворить дверь. Она оказалась запертой накрепко.

– Только бы нас нашли, – пожелал с тревогой Марк.

– Обязательно найдут, – убеждённо сказала Даша. – Нам это обещал Правар, а он нас ни разу не подвёл.

– Не повторить ли нам нашу общую версию? – предложил её папа.

– Не стоит, – возразила ему дочь. – Слишком заученная история, где все детали полностью совпадают, может вызвать подозрения у полицейских. Мы же были и до сих пор находимся в шоковом состоянии, поэтому что-то забыли, в чём-то путаемся.

Марк озабоченно нахмурился.

– А как объяснить, что мы, два здоровых мужика, не оказали бандитам ни малейшего сопротивления?

– Мы же за девушек беспокоились, – ответил папа Даши.

А дочь его дополнила:

– А наши похитители были вооружены пистолетами и ножами.

– Оказывается, ты здорово умеешь... придумывать, – заметил Марк.

– Ты хотел сказать «врать»? – усмехнулась Даша.

– Дашуля вовсе не врунья! – запротестовал её отец. – Она никогда не любила лгать, но зато часто сочиняла всякие истории. Дашина классная руководительница – она преподавала литературу – говорила нам, что из нашей дочери может получиться писательница.

– Да я вовсе не упрекаю ни в чём мою дорогую Дашутку, – сказал Марк с виноватым видом. – А её способность сочинять нам пришлась очень кстати. Не можем же мы рассказать полиции, что с нами было на самом деле.

– Да, тогда нам всем троим прямая дорога в психушку, – проворчал папа Даша.

Неожиданно в дверь начали громко стучать, и грубый мужской голос рявкнул:

– Это полиция! Есть кто-нибудь внутри?

– Есть! – закричала Даша. – Спасите нас!

Затем она обратилась к своим мужчинам едва слышным шёпотом:

– Ложимся на тюфяки и страдаем.

Когда полицейским удалось, наконец, сломать дверь в подвал, они увидели лежащих на тюфяках двоих мужчин и одну девушку, выглядевших совершенно обессиленными.

Бывших узников вывели из подвала на захламленный пустырь. Как оказалось, это неприглядное, заброшенное место находилось на самой окраине их города.

– Мы нипочём не нашли бы вас, если бы не анонимный телефонный звонок, непонятно откуда – сообщил спасённым людям полицейский.

Всех троих вызволенных из подвала узников доставили в одну из городских больниц, куда почти сразу же примчались двое членов семьи Клушиных, не совершавших путешествия в другой мир. Разговор между Клушиными получился сумбурный, поскольку Даша и её отец не могли избавиться от чувства неловкости.

– Ты плохо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила у Даши мама.

– У меня слабость, – только и нашла, что сказать ей дочь.

– Ладно, мы с Петей не будем вас утомлять. Уйдём немедленно, а вы отдыхайте.

После ухода мамы и брата Даша готова была расплакаться.

– Как неприятно, когда приходиться что-то скрывать от самых близких людей, – жаловалась она своему возлюбленному. – И это притом, что я только теперь по-настоящему поняла, как они мне дороги.

– Зато они у тебя есть, – грустно проговорил Марк.

Даша вспомнила, что у него никого не осталось из родных, и ей стало стыдно.

– Прости, мой хороший: я не подумала о том, что ты лишился родителей и бабушки.

Он обнял её и поцеловал.

– Теперь у меня будете вы.

Чуть позже состоялся первый допрос, который по требованию врача продлился совсем недолго. А после ужина в больницу вдруг заявилась Кира Станиславовна. Даша как раз зашла в палату к папе и Марку, когда дверь отворилась, и у них на пороге возникла госпожа Кухарская.

– Время посещений уже закончилось, – вырвалось у девушки.

– Мне позволили вас посетить, – холодно произнесла Кира Станиславовна.

– Вам позволяется больше, чем любому простому смертному, – сказал ей зять. – Вот вы и уверовали в собственную безнаказанность.

Палата была двухместной, и посторонние в ней отсутствовали, поэтому никто не мешал откровенному разговору.

– О чём ты? – спросила госпожа Кухарская, краснея.

– А вы, Кира Станиславовна, оказывается, умеете краснеть? – хмыкнула Даша.

– Как ты смеешь мне хамить? – воскликнула разгневанная дама.

Отец заслонил собой дочь и процедил сквозь зубы.

– Как смеете вы орать на девочку после того, как заказали её убийство?

– Убить пытались не только Дашу, – вмешался Марк. – Мадам чиновница ещё вам и Люсе выписала билеты на тот свет. Да и я чуть не попал под раздачу.

– Но я не имею отношения к тому, что с вами произошло! – почти простонала Кира Станиславовна.

– Вы не имеете отношения к тому, что на самом деле произошло, – сказала Даша, – но имеете к тому, что могло произойти. Просто ваши люди никого уже не нашли у нас в доме.

– Поэтому они и скрылись? – прошептала госпожа Кухарская и испуганно вздрогнула, поняв, что проговорилась.

– Конкурирующая фирма им помешала, – усмехнулся Марк. – Вот только ваши конкуренты не захотели нашей смерти.

– А вы докажите мою причастность! – зашипела Кира Станиславовна, опомнившись. – А ещё вам, а не мне придётся объяснять, куда делась Людмила?

– О Люсе не беспокойтесь, – торопливо сказала Даша.

Её папа кивнул.

– Да, Кира Станиславовна, судьба Люси – не ваша забота. Что касается вас, то у нас нет цели посадить вас за покушение на наши жизни. Однако есть человек, который нам сразу поверит и не простит вам того, что вы пытались сделать. Мы можем рассказать Женечке...

– Нет, не рассказывайте! – испуганно воскликнула госпожа Кухарская. – Евгения никогда меня не поймёт!

– Чего она не поймёт? – спросила Даша.

– Я всего лишь хотела счастья ей и своему внуку.

– И каким же образом Евгения Григорьевна стала бы счастливой, если бы потеряла мужа и дочь? – удивился Марк.

Кира Станиславовна бросила на него испепеляющий взгляд.

– Вы слишком молоды, молодой человек, чтобы меня понять! Вам ещё...

– Тоже мне бином Ньютона! – насмешливо перебил её зять. – Понять вас, моя тёщенька, совсем не сложно! Вы хотели, чтобы ваша овдовевшая дочь вышла за богача Берсенева.

– Я всего лишь хочу дочери счастья! Максим до сих пор её любит!

– Но ведь это именно Берсенем двадцать лет назад отказался от Жени! Ему совсем никто не мешал на ней жениться!

– Да, Максим тогда ошибся. Теперь он захотел исправить ошибку, но Евгения не желает отказываться от нищенской жизни с тобой.

– В семье Клушиных жизнь счастливая, – возразил Марк.

– У Киры Станиславовны своё представление о счастье, – заметила Даша.

– Ладно, со мной всё понятно, – обратился опять её отец к тёще. – Но почему вы решили избавиться от обеих девочек? Неужели только из-за завещанного им наследства?

Глаза у госпожи Кухарской злобно сверкнули.

– Да, именно так! Это, чтобы досадить мне, покойный Гришка завещал своё богатство двум приблудам, а не собственным детям и внукам! Ненавижу его даже мёртвого!

Даше стало ни по себе, и она, прижавшись к Марку, прошептала:

– Сколько в ней ненависти!

– Да, девочка моя, любезная Кира Станиславовна расчехлилась, – жёстко заговорил её папа. – И всё же нам стоит скрыть это расчехление от мамы и Пети. Однако мадам заказчица нашего убийства должна согласиться выполнить наши условия.

– Какие ваши условия? – прошипела госпожа Кухарская.

– Вы оставите нашу семью в покое. Со своей стороны мы с моей дочерью обещаем бывать у вас в гостях только, если нас к этому подвигнет крайняя нужда. Даём честное слово, что, если вы нас больше не тронете, мы постараемся не вмешиваться в ваши отношения с дочерью и внуком. Вы согласны?

– Да.

– Ну, и замечательно. А теперь убирайтесь, и чтобы больше вашей ноги здесь не было!

Кира Станиславовна сразу же покинула палату. Затворяемой дверью она хлопнула так сильно, что с тумбочки упало и разбилось блюдце.

На следующий день из больницы выписали рвавшегося на работу Марка. Спустя два дня отпустили домой Дашу и её папу.

– Мне очень трудно будет скрывать правду от мамы и Пети, – призналась девушка отцу перед выпиской.

– Мне тоже – отозвался он.

Однако скрывать ничего не пришлось, потому что, когда после ужина вся семья расположилась в гостиной, мама вдруг проговорил, обращаясь к мужу и дочери:

– Расскажите, пожалуйста, нам с Петей, что же на самом деле с вами случилось?

– А вы нам поверите? – спросила Даша.

– А почему бы и нет? – воскликнул Петя.

Мама поддержала его:

– И правда, почему нет? Девятнадцать лет назад мы с тобой, Ваня, увидели настоящее чудо, благодаря которому обрели дочь. После этого можно во многое поверить. Петенька же, пока вас не было узнал от меня, как на самом деле его сестричка попала в нашу семью. На этот раз я не стала ни скрывать чего-то, ни привирать для правдоподобия. Но мальчик ничуть не сомневается в правдивости моего рассказа...

– Конечно, не сомневаюсь! – вмешался Петя. – Получается, что Дашка к нам попала из другого мира через портал! Так ведь?

– Да, именно так, – подтвердила Даша.

– Мы побывали в этом мире, – добавил папа. – Дашутку хотели туда забрать насовсем, но ей, как видите, удалось вернуться. А вот Люся осталась там насовсем, причём по собственному желанию.

– Расскажите обо всём, что было, – попросила мама.

– Начни ты, Дашуль! – попросил папа. – А я буду тебе помогать.

Рассказывая, они старались говорить поменьше и помягче о тех напастях, с которыми им приходилось сталкиваться в Зачарованном лесу. Однако мама всё равно постоянно бледнела и испуганно вздрагивала.

«Что поделать, если в том лесу нам постоянно грозили опасности? – подумала Даша. – Мы же не вокруг Кольцовки гуляли».

Не меньше переживаний вызвал у мамы и рассказ о решении Люси.

– И ничего нельзя было сделать?

– Нет, мама, – ответила Даша. – Должен был остаться кто-то из нас двоих. Я могла бы собой пожертвовать, вот только моя жертва никому не была нужна.

– Правильно! – поддержал её брат. – Люсинда сама захотела в принцессы. Ну, и флаг ей в руки!

– Надеюсь, Люсенька будет счастлива, – пожелал папа.

– Жаль, что я с ней не попрощался, – сказал Петя. – А обиднее всего, что я не попал в другой мир вместе с вами. На фига родственнички, пропади они пропадом, меня в тот вечер к себе вызвали? Мама и без меня вполне могла с переводом справиться.

– Зато маме не пришлось хоть за тебя переживать, – назидательно сказала Даша.

– А может Хлыновы в тот вечер не случайно меня и маму забрали к себе? – предположил вдруг Петя.

Быстро переглянувшись с дочерью, папа принялся возражать сыну:

– Не болтай ерунды, Петюня. Вмешательство Хлыновых в события – чистая случайность. У наших родственников нет связи с магами из другого мира.

– Да, пожалуй, это так, – согласился с ним Петя. – Вряд ли эта связь есть даже у бабушки Киры, хотя у неё полно всяких связей.

Глава 21. Письмо от королевы Люсии

Расследование о похищении неизвестными четверых человек и об исчезновении Людмилы Атамановой так и не сдвинулось с места. Все подозрения по поводу самих Клушиных разбились об отсутствии у них выгоды от гибели пропавшей девушки. Следователю пришлось согласиться с тем, что завещание Григория Викентьева было составлено так, что Дарья Клушина могла вполне присвоить себе всё наследство, не прибегая к убийству. Даша со своей стороны весь год половину денег от сдачи квартиры, в которой раньше жили Григорий Дмитриевич и Люся, откладывала на отдельный счёт в банке.

– Потом отдам всё на благотворительность, – сказала она близким.

– Почему «потом»? – удивился Петя. – Люсинда же навсегда осталась в королевском замке.

– Но кроме нас об этом никто не знает, – ответила ему сестра. – Поэтому лучше делать пока вид, что мы ждём её возвращения. А лет через пять я выполню просьбу Люси – отдам её деньги нуждающимся.

В конце концов, уголовное дело было отправлено в архив, как не имеющее перспективы быть раскрытым. Клушины подозревали, что полицейское начальство надавила госпожа Кухарская, у которой имелись опасения, что тщательное расследование вывело бы на подосланных ею убийц.

Кира Станиславовна перестала бывать у Клушиных, а со старшей дочерью общалась только по телефону. Изредка чиновница звонила и Пете, но зятя и Дашу игнорировала.

– Бабушка совсем разочаровалась во мне и папе, – сказала, усмехаясь, Даша брату.

– Не дождусь, когда она и во мне разочаруется, – проворчал он.

С Хлыновыми у Клушиных отношения были тоже довольно прохладными. Артур Николаевич иногда просил сестру жены перевести ему что-то с китайского языка, а Аглая с дочерью, казалось, напрочь забыли о существовании у них родственников.

Однако в конце февраля Вика вдруг, как ни в чём не бывало, позвонила Даше.

– Я замуж выхожу за владельца крупной фирмы! – победно сообщила дочь Аглаи, едва успев поздороваться. – Свадьба будет восьмого марта.

– Поздравляю! – отозвалась Даша.

– Я вас всех обязательно приглашу на это мероприятие. Ты можешь приходить со своим Марком, если ещё не рассталась с ним.

– Спасибо!

– С моим женихом вы все знакомы, – добавила Вика интригующим голосом. – Это Максим Берсенев.

«Он Викусе больше в отцы, чем в мужья, годится», – подумала Даша.

– Я очень за тебя рада, – неискренне проговорила она.

– Два сапога пара, – проворчал папа Даши, когда дочь сообщила ему о готовящейся свадьбе.

– И оба на левую ногу, – хмыкнул Петя.

Никому из Клушиных совсем не хотелось попасть на эту свадьбу. Марк тоже не горел желанием увидеть вновь своего бывшего босса и его дочь. К всеобщей радости в начале марта Петя принёс домой из школы грипп и заразил остальных членов семьи. Таким образом Клушиным и Марку удалось обойтись без посещения свадьбы Вики и Берсенева.

А летом, в начале августа, поженились Даша и Марк. Свадьба, по желанию, молодых, была довольно скромной. Правда, пригласить на неё родственников невесты всё же пришлось, но Хлыновы и Берсеневы как раз укатили отдыхать за границу, а у Киры Станиславовны возникли проблемы со здоровьем, из-за которых её положили в больницу.

В день своей свадьбы Даша долго стояла перед зеркалом, разглядывая пышное белое платье, подаренную Марком красивую платиновую заколку в своих волосах и букетик роз у себя в руках.

– О чём ты думаешь? – спросил у неё папа.

– Ни о чём, а о ком? – уточнила она.

– О Люсе?

– Да, о ней. И очень жалею, что её не будет на нашей с Марком свадьбе.

– А вас не было на её с Нилом свадьбе, – напомнил папа.

Даша вздохнула.

– Знать бы, как они там живут.

– Увы, этого мы, может быть, никогда не узнаем.

Свадьба прошла замечательно. А через день после неё молодожёны отправились в Кольцовку и взяли с собой всех Клушиных.

– Может быть, нам не стоит ехать? – спросила мама у дочери. – Вы наверняка хотите побыть вдвоём?

– Мамуль, в городе у нас полно возможностей быть вдвоём, – ответила Даша. – А в Кольцовке мне захотелось поехать именно с вами. И Марк ничего против этого не имеет.

В дом она вошла первая и сразу обратила внимание, что на столе в гостиной откуда-то появилась большая резная шкатулка. Девушка растерянно замерла на месте и стояла так, пока не появились остальные.

– Что это такое? – воскликнула, показав на шкатулку, мама.

– Наверное, месседж от Люсинды? – предположил Петя.

– Ты же знаешь, как мне не нравится ваш сленг, – машинально отчитала его мама.

Пропустив мимо ушей это замечание, мальчик подбежал к столу и откинул крышку шкатулки.

– Подожди! – крикнул ему папа. – Мало ли, что там!

Но Петя уже вынул из шкатулки оказавшиеся маленькими картинами в причудливых бронзовых рамах.

– Это портреты! – объявил он.

Приблизившись к брату, Даша вздрогнула, поскольку она узнала уменьшенные копии висевших в галерее королевского замка портретов её кровных родителей.

– Здесь ещё письмо! – сообщил Петя, сунув руку в шкатулку.

Он вынул и развернул свиток.

– Это же самый настоящий пергамент, – удивилась мама.

– Ну, и почерк, – проворчал Петя, вглядываясь.

Сестра выдернула у него пергамент.

– Дай сюда!

Даша сразу узнала почерк подруги. Люся писала, по её собственным словам, как курица лапой, однако разобрать её записи было несложно. Даша начала читать вслух:

«Дорогие мои Даша, тётя Женя, дядя Ваня, Петя и Марк!

У меня и Нила всё хорошо, за исключением того, что умер его отец. Мой муж, конечно, очень переживает по этому поводу, но понемногу успокаивается. Теперь он – король Нил Ваит, а я королева Люсия. Два месяца назад у нас родился сын, которого я попросила назвать в честь моего папы Кириллом. Нил согласился сразу, а некоторые маги из Главного Совета попытались с нами спорить, однако Картар, которого вы знаете, как Правара, их уговорил. Так что, теперь у нас есть маленький принц Кирилл Ваит.

Обо мне не беспокойтесь: я очень довольна своей теперешней жизнью. Чувствую себя, как после возвращения из гостей домой. Первое время мне, правда, не хватало некоторых привычных удобств, но постепенно я привыкла без них обходиться. Мне удалось найти для себя кое-какие интересные занятия.

Я уже выучила антарийский язык и прекрасно на нём говорю. Это вам может показаться странным, потому что вы помните мои мучения с английским, но здесь у меня всё получается лучше, чем в прежнем моём мире. Я беспокоилась о том, что рано или поздно совсем забуду русский язык, но Картар сказал, что он мне всегда окажет в этом помощь. Так что, возможно, вы читаете не последнее моё письмо.

От Картара мне стало известно, что Даша и Марк собираются пожениться. Вот вам мои свадебные подарки: для моей любимой подруги я заказала художнику уменьшенные копии портретов её кровных родителей, а её мужу дарю ножик взамен потерянного им в Зачарованном лесу.

Целую всех вас крепко.

Королева Люсия, а для вас просто Люся.

P.S. Дашенька, наш договор о дедушкином наследстве остаётся в силе.

Всего всем самого хорошего».

Как только Даша закончила читать, её брат сунул руку в шкатулку и вынул маленький ножичек в кожаных ножнах искусно отделанной ручкой.

– Класс! – воскликнул Петя и с явной неохотой отдал ножик Марку.

– Я рада, что Люся счастлива в новом мире, – сказала мама.

– А мы давайте будем счастливы в своём мире, – предложила Даша.

– Предложение принято, – отозвался Марк, обнимая её.

Все засмеялись, а никогда не танцевавший Петя попытался изобразить чечётку.