За порогом 8. Туда и обратно

Глава 1-1

Появление прихрамывающего и явно побитого Серова вызвало на площади настоящий переполох. За время нахождения в демоновой башне обстановка вокруг успела измениться: пострадавшие от контратаки темных сил люди разбежались, тела — то, что от них осталось — унесли, а на другом конце покрытого брусчаткой пространства потихоньку стала собираться новая толпа. Люди с одной стороны отчаянно трусили — переродившийся только что попаданец буквально кожей чувствовал накатывающие с той стороны эмоции, — а с другой стороны всем было понятно, что оставлять такой гнойник посреди города просто нельзя: проще уж сразу бежать собирать пожитки и куда-то эмигрировать.

— Командир! — Первым на появление Серова отреагировал перевертыш. — Ты живой!

Оборотень в несколько прыжков преодолел расстояние в два десятка метров и тут же схватил своего сюзерена в охапку.

— Отпусти, задушишь! — Только и сумел пискнуть Александр, который к такому проявлению чувств был совершенно не готов. На вопрос, живой ли он, граф тоже отвечать поостерегся: со своей новой природой, как телесной, так и божественной, ему еще предстояло разбираться, но в любом случае вот так сходу, не покривя душой, декларировать свою «живость» Серов бы поостерегся. — Что я пропустил?

То, что он что-то пропустил, стало ясно почти сразу. Несмотря на физические раны, странное состояние внутри — та часть его божественной природы, которую он уже считал «родной и неотъемлемой», как-то неуловимо изменилась, во всяком случае как раньше «сканировать» местность вокруг теперь почему-то не получалось — и общую усталость, Александр продолжал оставаться начеку. И вот какое-то нехорошее движение в свою сторону от собравшейся толпы он заметил мгновенно.

— Вот оно! Демоново отродье! Честные горожане Карланда, время спасать наш город, взять в руки оружие и очистить его от богопротивных тварей!

— Вот суки, — Ромул повернулся на сто восемьдесят градусов и как-то нехорошо посмотрел на разоряющегося перед людьми жреца бога Армеса. — Полсотни лет они ничего делать с демонопоклонниками не хотели, и тут на тебе. Возбудились. На всём готовеньком. Быть готовыми!

Последнее было сказано как-то незаметно окружившим их графским спецназовцам в полном боевом облачении. Десять мечей против толпы, потенциально подкрепленной магией, — расклад не лучший, но и спокойно отправлять себя на заклание никто не собирался.

Впрочем, жители Карланда, столь многое пережившие за последние дни, вот так просто поддаваться на провокации церковников явно не собирались. И раньше жрецы Армеса имели не слишком высокий авторитет в торговом городе, а уж после того как полчаса назад они примерно такую же толпу уже положили под стенами башни… В общем, сагитировать местных на попытку номер два было не так уж просто.

А тут еще из-за спины Серова начали появляться вызволенные им из рабских клеток люди. Парни и девушки, которых демонопоклонники похитили в последние дни для проведения — к счастью, не доведенного в итоге до конца — ритуала. Раньше, насколько мог понимать Александр, подручные Синоров старались не гадить там, где живут, и в этих самых утилитарных целях использовали рабов, благо на их судьбу всем насрать. Но когда причины долголетия и могущества семьи потомственных бургомистров стали очевидны всем, данный источник мгновенно захлопнулся, и пришлось хватать всех подряд. Видимо, после завершения ритуала вопрос о том, чтобы «не гадить, где живешь», на повестке дня для культистов стоять не должен был. О том, какой там планировался результат, граф предпочитал не думать — явно ничего хорошего ни для него лично, ни для города Карланда не ожидалось.

Так вот, выползшие на белый свет пленники — как минимум часть из них — тут же были опознаны людьми из толпы. По массе горожан пошла волна, кто-то закричал, и в сторону с криком: «Сын!» тут же бросился какой-то горожанин. За ним еще и еще. Видимо, в том числе и надежда увидеть своих близких живыми толкала горожан к Башне, где они и попадали под агитацию жрецов — и откуда они только повылезали — Армеса.

Собственно, в этот момент вопрос, кто тут «хороший», а кто — «плохой», оказался снят. Вот только Серов был еще и политиком, жизнь продолжалась, сегодняшние успехи нужно было использовать как фундамент завтрашнего процветания… Короче говоря, настала пора ковать железо, пока горячо.

— Жители Карланда! Я, граф Серов, обещал освободить вас от секты демонопоклонников, — Александр с определенным трудом взобрался на какой-то валяющийся у стены башни ящик, чтобы его было видно издалека, и начал толкать речь. Выглядел он, конечно, в этот момент колоритно: весь забрызганный кровью, в основном чужой, но и своей немного тоже, перекошенный от боли в полученной ране, с посеревшей от воздействия мощных демонических эманаций кожей. Сейчас бы отлежаться пару дней, хорошо поспать, поесть, целителя вызвать, чтобы тот подлатал немного. Но ничего не поделаешь, приходилось крутиться изо всех сил. — Я обещал, и я сделал!

— Не верьте ему, он один из них! — Чувствуя, как внимание толпы переключается на другого оратора, принялся брызгать слюнями безымянный жрец бога торговли и путешествий. — Он хочет пожрать ваши души.

Что еще там кричал «оппонент», Александр уже не слышал. Он скользнул в себя и обратился к той части своей души, которая «ушла наверх» и воплотилась в полноценного бога. И ответ пришел мгновенно.

— Ты, червь, лживый жрец лживого бога, — голос Серова, усиленный «подпиткой сверху», прогремел над площадью, перекрывая все остальные шумы. — Ты смеешь называть меня прислужником демона? Ты, мелкая тварь, под носом которой полсотни лет темные крутили свои делишки, истончая стенку между реальностями? Подойди ко мне и скажи все это в лицо еще раз!

От тела графа во все стороны начало распространяться мягкое белое свечение, а за спиной медленно распустились широкие полупрозрачные, как будто сотканные из лучей света крылья. Люди, придавленные демонстрацией божественной мощи — жрецы Семерки вообще редко баловали паству особыми зрелищами, так что народ в этом плане был не сильно избалован, — начали тут же на площади опускаться на колени, признавая силу нового божества.

Попаданец, смутно понимая, что творит, и явно направляемый свыше, спрыгнул с ящика и неторопясь, так, чтобы его могли рассмотреть все вокруг, двинул по одной из отходящих от площади улиц. За ним без всяких вопросов двинули сначала его бойцы, а потом и остальные горожане: кто по велению сердца, а кто из простого любопытства.

Шла процессия — постепенно все сильнее обрастая горожанами — не долго. Целью ее был храм Армеса, который последние десятилетия стоял в городе заброшенным. Использовать недвижимость как-либо утилитарно карландцы все же не решились, но и служб тут не проводилось так давно, что мало кто из ныне живущих жителей вольного города вообще помнил те времена. Заброшенный храм — большое каменное строение с «греческим» шарообразным куполом и узкими окнами, забитыми сейчас досками — давно стал привычной деталью городского пейзажа, к задним стенам крепкого здания уже пристроились какие-то сараи, а центральный вход порос пробившимся через треснувшие каменные плиты кустарником.

— Открой двери храма, — через плечо Серов приказал Ромулу. Перевертыш как будто только этого и ждал, рванул вперед так, что аж кусты затрещали, после чего ухватился за цепь, которой были схвачены деревянные, некогда резные, а теперь судя по виду совсем трухлявые, створки сооружения и рванул на себя.

Цепь крякнула, но выдержала, что, кстати, само по себе намекало на непростую ее природу, а вот дерево — нет. Хрустнуло, во все стороны полетели мелкие щепки, но дело было сделано.

Александр подошел к культовому сооружению и положил ладонь на холодный шершавый камень стены. Прислушался к ощущениям — вот так просто захватывать чужую недвижимость при наличии хозяев дома — это нужно совсем иной силой обладать. У себя в храме божество обладает практически бесконечными возможностями, выселить его с занимаемой территории в случае хоть сколько-нибудь осознанного сопротивления — задача для иной лиги. Вот только ничего божественного в этих камнях уже давно не осталось, Армес ушел отсюда, и даже «запаха» его не осталось.

— Теперь это мой дом, — вынес вердикт Серов и, не обращая внимания на вопли незадачливого жреца, которого вот буквально на глазах сначала «опустили», а потом «ограбили», вошел внутрь.

Конечно, Александр прекрасно понимал, что фактически идет на конфронтацию с Семеркой. Вернее, с их жрецами, потому что сами боги давно не показывались в этом мире, но идеологически это было не так важно. И конечно, даже без небесных покровителей жрецы самого распространенного на континенте пантеона имели немалое влияние. За счет авторитета в народе, за счет возможности свершения таких деяний, которые магам будут неподсильны вследствие другой природы своей силы, ну и банально за счет денег. Окормление народа всегда было делом выгодным, и глупо думать, что церковь Семерки — пусть даже она разделена на части и во многом они конкурируют между собой — за тысячи лет не накопила достаточно средств, чтобы с ней считались.

Происходи все где-то в центральных королевствах, Серова бы затоптали «на взлете». Собрались бы жрецы с силами, кому надо — заплатили бы, кого нужно — уговорили… И устроили бы очищающий «крестовый поход», и никакие пушки и личинки магов попаданцу бы не помогли. Но тут за Александра играла логистика: большую армию через разоренные серой чумой земли к границам графства притащить не так и просто. Так что определенный запас по времени у попаданца так или иначе есть, а потом… А потом в любом случае будет большая война, и так же в любом случае они с местными служителями культа будут в ней по разную сторону баррикад, как бы ни легла монетка. Так что нет смысла даже пытаться миндальничать, гораздо проще сразу расставить все точки над «ё» и дать четкое разделение на «наших» и «не наших».

— Проходите внутрь. В моем доме всегда найдется место для хороших людей, — подтолкнул граф словами застывших на пороге храма горожан. Кое-кто замялся, не решаясь совершить «святотатство», но нашлись и те, кто, наоборот, последовали за новым божеством с полной уверенностью в своих действиях. Бросив взгляд через плечо, Серов не без удовольствия заметил, что среди вошедших за ним оказалась та самая Лара, из-за отвлечения на которую его «убили» там, в подземелье. Да и семьи других пленников тоже были здесь. — До чего довели жрецы дом своего бога. Тут нужно убраться.

К сожалению, несмотря на то, что Александр как бы уже провозгласил это место «своим», для того чтобы оно в полной мере получило такой «статус» со всеми вытекающими последствиями, требовалось все же совершить ряд действий. Это было еще одним забавным последствием принятого когда-то спонтанного решения — Серов сам рассказал своим последователям, как должно выглядеть его место силы, включая наличие там его статуи, и теперь изменить что-то было уже сложно. Люди верили в то, что храм Александра должен быть именно таким, и их вера цементировала реальность так, что даже само божество было бессильно что-то изменить.

— Что нужно сделать, командир? — Подскочил ко мне перевертыш.

— Нужно найти скульптора. Чтобы мою статую сообразил. А еще просто убраться здесь…

— Наверное, стоит избавиться от всех упоминаний бывшего владельца храма… — Подал дельную мысль перевертыш.

— Да, но знаешь, что нужно сделать в первую очередь? Занять Ратушу и особняк Синоров. Пока нас кто-то другой не опередил. — Хотя один тайник Серов уже присвоил, была у него мысль, что за два века нахождения у власти в таком городе, как Карланд, ценностей у семьи должно быть куда больше. — А еще набрать где-то людей. Вдесятером мы тут много не навоюем, а вот если каждому из парней хотя бы еще по десятку клинков добавить, то будет куда краше.

— Нужно на невольничий рынок наведаться. Посмотреть, что там сейчас продают. Ну и насчет наемников узнать…

— Действуй. Только быстро. Быстро, но аккуратно!

Следующие несколько часов были потрачены на то, чтобы «обжиться» в новом «доме». Желающих подработать и помочь с уборкой в храме нового божества нашлось с избытком, тем более что Серов пообещал щедрую награду. Со статуей тоже все решилось максимально оперативно: из местной гильдии магов прислали подмастерье-землевика, который за десять минут сообразил из камня нечто похожее на статую человека, которой во второй заход так же магией придали более-менее узнаваемый вид. На крышу храма — тоже с помощью магии — установили символ бесконечности, притащили откуда-то новую мебель и вообще совершили настоящий трудовой подвиг.

Короче говоря, уже к вечеру Серов в обновленном храме своего имени провел первую службу для всех желающих прикоснуться к новой вере. Причем желающих оказалось столько, что все они внутрь не поместились, пришлось Александру выходить на улицу и проводить службу у ворот, чтобы больше горожан могло услышать его первую проповедь. Проповедью речь графа в прямом значении этого слова было назвать сложно: он просто рассказал о том, как все было с его точки зрения, как он с помощью своих сил нашел, а потом одолел демонический культ, не забыв при этом походя еще раз облить говнецом жрецов Семерки, которые допустили такое у себя под носом.

А дальше мне пришлось отправиться в гильдию магов, чтобы отправить себе, а Александров письмо с «отчетом о проделанной работе» и дальнейшими инструкциями подчиненным. Почему было просто не связаться по «божественной» связи через храмы, ведь это быстрее и надежнее? На то имелась одна, но крайне веская причина: Серов, отпустив свое божественное начало развиваться дальше, вместе с этим и утратил значительную часть прилагавшихся сил. Никакого теперь «радара» или «спутникового телефона». Отказавшись «идти дальше» — будем честны, мужчина просто испугался, испугался утратить собственное «я», перестать быть человеком, став высшей сущностью — он потерял и полагающиеся к божественному статусу «плюшки». Да, аватар бога на земле не был совсем простым человеком, он мог… Многое. Что именно, графу еще предстояло узнать, но тот период в жизни, когда он был одновременно и богом, и человеком, точно закончился. Закончился навсегда.

Глава 1-2

— Ваше Сиятельство, — к магам Серов пришел в сопровождении одного Нумы, который был достаточно взрослым, чтобы потянуть на полноценного бойца при необходимости, но при этом недостаточно взрослым, чтобы поручать ему самостоятельные задания «командирского толка».

— Господа… Как я понимаю, вы меня ждали.

— Вариантов того, куда вы направитесь, было не так много, — гильдия магов в Карланде была организацией не слишком авторитетной. Она объединяла в основном середнячков, имеющих «непрофильные» для города специальности. Тут был погодник, целитель, пара паршивеньких артефакторов уровня подмастерья, другие маги, которые реально не могли повлиять на политику города.

Действительно же сильные одаренные находились напрямую на службе городских денежных мешков, особенно ценились водники, которые, можно сказать, были самым ценным активом любого человека, желающего заняться морской торговлей. Да что там говорить, если у Синоров по слухам — они потом подтвердились, но пока граф этого не знал — в особняке имелась своя магическая почта, без мага-оператора она правда была бесполезна, но сам подход понятен.

Так вот, часть магов-боевиков погибла в недавней гражданской войне, часть уплыла за эскадрой Серова, часть просто затихарилась. Что касается же гильдейских чародеев, то они в противостоянии всю дорогу занимали нейтральную позицию, а когда стало понятно, что речь идет о противостоянии потенциальному демоническому вторжению, поучаствовали в сражении под драной башней исключительно как источники энергии.

С одной стороны, такая подчеркнутая отстраненность понятна — боевиков среди гильдейских не имелось, да и таскать каштаны из огня для кого-то другого — тоже сомнительное занятие. А с другой стороны, демоны — это такая зараза, от которой плохо будет всем, так что теперь Александр, кроме пересылки корреспонденции, хотел еще и политическую ориентацию этих людей прояснить.

Очень многие из бывшей городской верхушки за последние несколько дней потеряли много… Всего: бойцов, денег, влияния. А когда заканчивается сила сильных, как известно, начинается сила слабых…

— Куда еще? — Серов поздоровался с присутствующими и сел на диван напротив главы гильдии. Высокий худощавый мужчина с явно тщательно ухоженной эспаньолкой на лице, лет пятидесяти на вид — мастер-ритуалист Шарон ан-Здинг. Согласно наведенным заранее справкам, не очень сильный лично маг, но при этом очень хорошо образованный и дотошный к мелочам.

— Возможно, к Архату Розену. Я так и не понял подоплеку вашей с ним связи, однако до этого действовали вы заодно.

— До этого? — Какой-то молодой служка притащил поднос с бутылкой вина и несколькими бокалами. Граф только поморщился: в конце такого длинного дня пить алкоголь не хотелось совершенно. Ан-Здинг считал эту мимолетную эмоцию и переспросил:

— Возможно, что-то другое? Не вино?

— Предпочел бы вместо вина вашего целителя. Мне сегодня досталось. Как физической оболочке, так и духовной. Со вторым я справлюсь сам, а с первым… Тоже справлюсь, но, честно говоря, помощь целителя была бы совсем не лишней.

— Боюсь, сделать это будет сложно, — пожал плечами глава гильдии и тут же пояснил: — Анжей — наш целитель, он сегодня перенапрягся изрядно. Ну, вы сами были там, на площади, куча раненных и искалеченных. Сейчас просто спит без задних ног.

— Ладно, — Серов махнул рукой. — Потерплю. Так что вы говорили о моих отношениях с господином Архатом?

— Да, раньше вы были… Союзниками. А теперь, когда власть Синоров уничтожена, не появится ли у других «отцов» нашего города желание отодвинуть одного не в меру активного гостя на задний план?

— У меня нет никаких планов по взятию власти в Карланде, — передернул плечами Александр. Идея, конечно, была заманчива, но без своих полков он сам с десятью спецназовцами имел слишком мало возможностей здесь и сейчас.

— На вас молится толпа. Молится в самом прямом смысле этого слова.

— Этого недостаточно. Толпа никогда ничего не решает сама.

— Это правда. Но в момент, когда все признанные лидеры… Ну, назовем это так: они кончились, и наступает время безвластия, порой открываются интересные окна возможностей.

— Вы хотите мне что-то предложить? — Серов вопросительно приподнял бровь, глядя на пытающегося плести хитрые словесные кружева собеседника. — Если так, то можно сначала мое письмо отправить?

В послании, предназначавшемся для Ариена, Элея и другой старшины графства, Серов быстро описывал сложившуюся тут ситуацию и… Просил помощи. Да, вот так банально — просил: как только торговый караван доплывет до границ графства, сразу же разворачивать его обратно — сняв, естественно, ценный груз и добавив бойцов, насколько хватит места. Потому что у Александра неожиданно нарисовалось в городе очень много имущества, и если насчет возможного захвата власти — насчет отсутствия таких амбиций — попаданец не врал, то вот отдавать уже фактически «свое» не хотелось до зубовного скрежета. Ах да, и еще жрецов побольше Александр просил выслать для окормления новой паствы.

— Предложить… — Когда вопрос с пересылкой корреспонденции был улажен, мужчины вернулись к прерванному разговору. — Сотрудничество.

— В какой форме и зачем это вам? И вообще, давайте заканчивать вот эти «дипломатические танцы», потому что сил плести словесное кружево у меня просто нет, — Серов покачал головой. — Уж простите, день был очень тяжелый, а завтра будет еще более тяжелый, видимо.

— Хорошо, давайте по порядку. Мы, маги, Гильдия, мы хотим большего влияния на политические процессы Карланда. Раньше никаких способов этого добиться не имелось, и мы не пытались прыгнуть выше головы.

— Почему я? Почему не одна из купеческих группировок?

Если рассматривать политическое поле Карланда, то главной силой до последнего момента был клан Синоров. Они «держали» работорговлю и значительную часть морских перевозок. Была группа товарищей, которая делала деньги на рыбной ловле и всем, что с ней связано. Были те, кто строил бизнес вокруг торговли с Касским ханством, как раз к ним относился тот самый Архат Розен, и понятно, что именно эта группа была больше всего заинтересована в смещении Синоров и окончании войны с северным соседом. Была группа негоциантов, ориентированная на торговлю с севером континента по реке Игел. Были… В общем, имелся сложный и достаточно запутанный клубок интересов, в котором вот так, с кондачка, разобраться постороннему не представлялось возможным.

— А для нас при сохранении существующей системы ничего не поменяется, — развел руками ан-Здинг. — Торговые потоки… Скажем так, их перераспределят более удачливые господа, сумевшие получить выгоду из случившейся заварушки, и все останется как прежде.

— Уезжайте. Переселяйтесь ко мне в графство. Могу предложить новые знания, возможность расти в силе, бесконечное количество учеников и задачи такого масштаба, которые здесь, в Карланде, вы никогда не найдете.

— Заманчиво, но нет. Мы все же не готовы менять место жительства и приносить вам пожизненную клятву. Ваше сиятельство, — маг подчеркнул голосом обращение к Александру так, что дураку стало бы ясно, насколько скептически ан-Здейн к нему относится. Не в том смысле, что Серов как бы «присвоил» себе титул графа самостоятельно, а реально он бродяга без рода и племени. Наоборот.

Во-первых, графство уже по размеру вполне тянуло на какое-нибудь не очень большое королевство, то же герцогство Тавар уже явно осталось позади по этому параметру. Только реально контролируемая территория, на которой стояли графские гарнизоны, была размером с небольшую европейскую страну типа Венгрии. Даже больше, пожалуй. А ведь были еще «пустоши» западнее и восточнее вплоть до реки Кель и территорий орков. Людей там сейчас почти не было, никто в политическом плане на эти земли не претендовал, и Александр как-то мысленно уже привык считать их своими. Если считать так, то площадь графства Серова и вовсе приближалась к полумиллиону квадратных километров. Ничего себе так графство.

А ведь было еще Закрытое Королевство…

Ну и во-вторых, божественный статус попаданца делал все эти титулы еще более ничего не значащей мишурой.

— И? Каков тогда план?

— Если вы, ваше сиятельство, сможете формально взять город под руку, оставив нам большую автономию во внутренних делах, то гильдия магов резко усилит позиции. Вы же, в свою очередь, получите опорную точку на северном берегу узкого моря, серьезную военную мощь, в частности, морскую, сможете влиять на финансовые потоки.

— Ну да, — нельзя сказать, что Серов за время нахождения в этом городе не думал над вариантами установления контроля над городом. Думал, конечно, но пока подходящих себе схем не видел. Банально имелось понимание, что реальной власти он добиться не сможет, а формальные вассальные отношения будут ему приносить гораздо больше головной боли, чем дохода. Александр принялся демонстративно загибать пальцы, перечисляя пункты, которые ему не нравились в этом предложении. — Я буду вынужден вписаться в войну с касским ханством, как формальный сюзерен Карланда. Я буду вынужден тратить средства на борьбу с разбойниками в устье Кель, которые мешают торговле. Очевидно, вы намекаете на то, что хотите получить доступ к знаниям, которые были накоплены моими магами; вероятно, вам, как ритуалисту, «новая математика» должна быть максимально интересна. Мне придется как-то улаживать споры между существующими кланами в городе, и, как водится в таких случаях, я всегда буду оставаться крайним. А что я получу? Опорный пункт? Так я и так могу держать здесь корабли и торговать: прямо сейчас мои люди берут под контроль наследство покойных бургомистров. Все я не удержу, но даже куска хватит, чтобы войти в состав городских нобилей. Может, даже место в городском совете получится выхватить. Доходы? Не смешите: чтобы получить доступ к собираемым здесь податям, мне придется взять за горло буквально всех, наоборот, вкладывать еще свои придется.

Дальше пошел откровенный торг. Обе стороны находились в «слабой позиции» и очевидно были заинтересованы в сотрудничестве, а значит, компромисс должен был рано или поздно как-то оформиться.

После переговоров с магом Серов — на улице к этому времени стояла глубокая ночь, и только благодаря проснувшемуся целителю, который соизволил таки немного подлатать графа, у того остались хоть какие-то еще силы — отправился в бывший особняк Синоров, который временно превратился в «ставку революции».

— Смогли купить полсотни бывших рабов. Будешь смеяться, но часть из них — это те самые бывшие пираты, которых мы сюда и привезли.

— Не предадут?

— И куда им потом деваться? Тут же, считай, остров, разве что улететь, но это вряд ли. — Ромул, при том что пережил за последние сутки не сильно меньше Александра, «радовал» командира отвратительной бодростью и оптимизмом. — Смогли нанять полтора десятка наемников на короткий контракт. Больше просто не было: когда пошла драка, все, кто может держать в руках оружие, стали максимально востребованы.

— Понятно. Лучше, чем я думал, но хуже, чем надеялся. Что еще? — Особняк Синоров действительно поражал воображение. В первую очередь своей безвкусицей. Нет, снаружи здоровенный домина в три этажа и небольшим садиком вокруг, что в плотной застройке было признаком немалого достатка, выглядел хорошо. А вот внутри… Лепнина, позолота, мебель из дорогого дерева. Настоящее цыганское барокко, хоть местные данного термина и не знали. По причине отсутствия в этом мире цыган.

— Приходили тут… Какие-то ухари. Пытались заявить свои права на недвижимость.

— Живы? — Ссориться вот так, сходу, с местным олигархатом Александру не хотелось, хоть и было понятно, что его в итоге будут пробовать продавить.

— Чуть бока помяли и отпустили, — пожал плечами перевертыш. — А вот ратушу занять не удалось, не успели. Когда парни туда добрались, там уже куча вооруженного народу копошилась, и вроде как обстановка была и без нас напряженной. Так что мы решили не эскалировать…

— Это правильно, — согласился граф и мысленно добавил про себя, что все самое ценное он все равно из кабинета покойного бургомистра уже экспроприировал. А вот не нужно варежкой щелкать: кто первым успел, тот и молодец, тем более что трофей был его по всем законам. Собственно, именно из этих трофеев и была взята «ликвидность», на которую Ромул выкупал рабов и нанимал наемников. Война должна кормить саму себя, иначе заниматься этим делом нет вообще никакого смысла.

Зашли в кабинет хозяина дома. Серов огляделся, пробежался пальцами по большому деревянному столу, заваленному бумагами. Без потерянного навыка «радара» искать тайники было мало того что бесперспективно, так еще и опасно: мало ли что там в качестве защиты наверчено. Аватар попытался воспользоваться своей связью со второй половиной себя, «ушедшей наверх», но «оттуда» пришел раздраженный ответ, что, мол, не надо дергать высшую сущность по таким мелочам, что скоро к Александру прибудет подкрепление вместе с магами, и все тайники будут найдены.

Оставалось только вздохнуть и еще раз пожалеть об утраченных — вернее, отданных, хоть и вполне добровольно — способностях. Мысленно отметил, что варианты взаимодействия со своей «лучшей» половиной ему еще предстоит обсудить. Сегодня там, на площади, крылья из света у него выросли совершенно «автоматически», просто по желанию, но, видимо, каждый его каприз его Бог выполнять не собирается. А жаль.

— Что-то здесь меняли? Вообще проверяли, что в доме в наличии?

— Нет, — перевертыш с явным удовольствием плюхнулся на шикарный диван на резных ножках, который от такого обращения только жалобно скрипнул, и с видимым удовольствием закинул пятки в сапогах на стоящий рядом стул. Каким бы двужильным оборотень ни был, имелся и у него предел физических сил. — Прислуга разбежалась до нашего появления. Не удивлюсь, если они кое-что с собой забрали. На память, так сказать. А так я везде посты поставил, по двое. Может, так договориться будет сложнее. Сразу всех предупредил, что платить мы готовы щедро, но попытки что-то украсть будем пресекать через голову. Пресекать через голову, понял, да, командир?

— Понял, понял. Что еще?

— Подвалы тут обширные. Есть запасы вина, наши же бочонки с алкоголем стоят, провизия имеется долгого хранения, колодец с водой, явно магами сделанный. Можно осаду выдержать. Ну и вообще добра всякого навалом… И да, — Ромул хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу, — тут еще тебе послание передали. Прибыл человек от Архата Розена, пригласил завтра прибыть в здание местного городского совета. На совет. Хотят местные обсудить с тобой, как жить дальше.

— Это было ожидаемо, — кивнул граф. — Попробуют надавить, чтобы мы сами все отдали. Будем честны: сейчас город не в том состоянии, чтобы еще одну войну устраивать. Хорошо бы разобраться в бумагах, что принадлежало раньше Синорам, на что завтра можно будет выставлять претензии… Вернее, уже сегодня.

На дворе уже была глубокая ночь, поэтому Александр, поблагодарив своего товарища, собирался уже отправляться спать. Тотальной проблемой была нехватка людей, причем не только бойцов, но и других специальностей. Делопроизводителя бы толкового и верного, чтобы бумаги разобрал… Да просто прислуги в особняке не было: где искать чистое белье — не спать же на том, которым демонопоклонники пользовались. Или воды для душа нагреть — явно же здесь в доме имелась какая-то система, не в тазике же бургомистр мылся, но… Впрочем, граф был уже настолько уставший, что мысленно согласился речь спать тут же, на кушетке, и прямо в одежде. Но перед этим Ромул подкинул ему еще один повод для головной боли.

— Да, командир, — уже в дверях кабинета перевертыш обернулся и сообщил еще одну новость. — Та девчонка. Которая с тобой из подвала вылезла. Она к нам прибилась и тут где-то отирается. Просила с тобой встречи, что-то ей там хочется сказать, но что именно, я не уточнял.

— Твою мать… — Выругался мужчина, которому только благодарных девиц сейчас на шее не хватало. Впрочем, дело явно не самого насущного свойства: если сразу не нашла, куда свинтить, то точно до завтра подождать сможет.

Уже засыпая — свежее белье все-таки нашлось, а вот помыться этим вечером все же не удалось — Серов мысленно прокручивал события длинного-длинного дня и неожиданно для себя нашел возможный выход из его кадрового голода. Задействовать прихожан его храма. Завтра утром планировалась еще одна служба, куда были приглашены опять все желающие и где Александр собирался рассказывать о достижениях… Своего Бога? Себя? Думать о части своей личности в третьем лице было странно, но тем не менее. И вот там можно было бы навербовать людей для закрытия всех имеющихся вакансий. С этими мыслями Александр и провалился в сон.

Интерлюдия 1.

— Ну наконец-то… Я уж не чаял…

— Дошли.

Потрепанный караван из восьми судов дошел до Коркоста за двенадцать дней, если считать от того момента, когда «эскадра» покинула ставший таким негостеприимным порт Карланда. Двенадцать дней — включая день на стоянку для приведения себя в порядок после сражения и день на преодоление магического Барьера, что при путешествии против течения делать было гораздо сложнее — это много.

Даже то, что никаких особых приключений с караваном после визита монстра глубин не происходило, путь назад вышел изматывающим до крайности. Нехватка экипажей, большое количество раненых, пленники на веслах, за которыми нужно было следить, борьба с течением, с ветром, который, как водится в таких случаях, дул постоянно не туда. В какой-то момент «Амина» начала «подтекать», пришлось откачивать воду, благо загруженное в нее олово хотя бы испортиться от воды не могло. А на месте впадения Лайи в Кель, каузу еще и на мель умудрились посадить, пришлось корабль разгружать и сдергивать с места, на что ушло больше чем полдня каторжного труда. Не удивительно, что путь обратно занял аж на четыре дня больше, чем путь туда. И вот прямо сейчас, когда из-за очередного поворота реки показались стены Коркоста, кажется по эскадре прокатился слитный вздох облегчения. Дошли. Справились.

— Я сейчас залезу в ванну и буду отмокать в горячей воде два часа. А потом нажрусь, — озвучил свои планы на вечер Ариен. — А завтра вообще из кровати вылезать не стану, буду спать до посинения. Даже слышать не хочу о делах, которые накопились за эти двадцать дней.

— Хорошо тебе, — поставленный на ноги магами барон Еридан к концу путешествия перешел с огневиком на «ты». Вообще когда ты заперт на совсем небольшой деревянной скорлупке с большим количеством народу на долгое время, держать субординацию становится сложно. Да и просто после того самого сражения барон проникся к главному магу графства немалым уважением. А Ариен в свою очередь отдал должное мастерству барона в управлении эскадрой. Короче говоря, от некоего холода, возникшего между двумя людьми в самом начале, теперь не осталось и следа. — А мне сейчас командовать разгрузкой, командам премию нужно обеспечить, по кораблям ущерб оценить и на ремонт поставить. Каторжников сдать, по новым людям договориться. Когда получится отдохнуть, даже сам плохо представляю.

Впрочем, жизнь показала, что ни планы Ариена, ни планы барона Еридана к этому моменту были уже не актуальны. Прямо на причале — вокруг собралась немалая толпа зевак, как ни крути, подобные дальние походы для заштатного Коркоста — это далеко не рядовое событие — путешественников уже ждал курьер из гильдии магов города.

— Мастер ан-Дейрен, — паренек лет пятнадцати в одежде ученика-мага обратился к Ариену настолько официально, насколько это вообще возможно. — Вам письмо. От его сиятельства. В сопроводительной записке было указание вручить его, как только вы пришвартуетесь. Срочно!

— Ну давай. Почитаем, — уже беря в руки конверт, огневик задницей почувствовал, что ничего хорошего его не ждет.

— Что там?

— Плывем обратно. В Карланд. Как можно быстрее, — по столпившейся на палубе команде флагманского корабля пронесся слитный стон разочарования. — Когда мы сможем отчалить?

— Ты серьезно? — Адмирал на секунду позволил себе предположить, что маг над ним просто подшучивает, но, заметив в глазах огневика вселенскую печаль, понял, что все серьезно. — Не меньше двух дней, и то только если работать по ночам. Нужно хотя бы течи проконопатить. Разгрузиться и загрузиться можно быстро, людей найти…

— Людей найдем, — в письме Серов указывал, что еще письма были заранее разосланы всей верхушке графства, и за прошедшие четыре дня для флотилии должны были подготовить и запасы, и пополнение команд. Очевидно, правитель то ли знал, то ли догадывался о возможных приключениях в пути, поэтому к приходу кораблей шестеренки подготовки уже вовсю вертелись. — Магов тебе отправлю. Они помогут.

— Конопатить корабли? — В голосе адмирала послышался скепсис. Вокруг них уже суетились люди, было видно, что экспедицию в Коркосте действительно ждали. Едва корабли причалили, как тут же прибежали рабочие, чтобы таскать грузы, какие-то чиновники — эти грузы учитывать и оприходовать. Даже о людях позаботились: всех скопом отправили в купальни с едой и оплаченными шлюхами. Только чтобы быстро привести моряков-речников в порядок и оперативно отправить эскадру в обратный путь.

— Уж поверь, мы умеем не только огненными шарами кидаться, — огневик подумал и добавил: — Ну, если, конечно, очень прижмет.

— Буду рад любой помощи.

Следующие двое суток — как и предсказывал барон, работа шла и днем и ночью при магических светляках Ариеновских подчиненных, приставленных «верховным магом» для ускорения процесса, — слились в сплошной аврал. Было решено взять с собой только каузу, две галеры и четыре ладьи. На большее количество кораблей просто не нашлось опытных экипажей, даже если вместо груза взять с собой только бойцов, сколько влезет, все равно парусами-то кто-то должен управлять.

Притащили артиллерию. На каузу со скрипом всунули сразу восемь пушек, теперь этот корабль представлял собой реально серьезную силу, и где-то в полосе магической аномалии, при не работающей магии, он один по боевой мощи был сравним с какой-нибудь небольшой эскадрой. И это без учета «абордажной команды», составленной из мушкетеров. Как потом рассказали прибывшим, после получения письма от графа барон Оранж кликнул среди гвардейского мушкетерского полка добровольцев. Мол, так и так, нужно поработать в качестве «мокрой пехоты», дело это непривычное и очень опасное, соответственно, поплывут только те, кто вызовется сам, без принуждения. Так весь полк — что было, конечно, приятно главнокомандующему графства — и вызвался, пришлось проводить срочный отбор вручную.

На большую галеру поставили по две пушки на нос и корму, на малую — по одной. На ладьи пушек решили не ставить за неимением времени для экспериментов — будет глупо перевернуться от собственного же выстрела. А всего эскадра смогла взять на борт сто семьдесят человек «абордажной команды» — включая магов — не считая непосредственно экипажей. Впрочем, тут сложно считать, потому что на галерах все-таки грести предполагалось всем, так что…

А еще Ариену пришлось пережить неприятный разговор с наследником графа, который едва ли не в ультимативной форме попытался заставить мага взять его с собой. Вернее, заставить пытались оба отпрыска, просто если «наезды» от десятилетки выглядят еще более-менее, то от его младшего шестилетнего брата — просто комично.

— Я тебя, Игорь, не возьму, и никто не возьмет. А если кто-то сделает такую глупость, или ты сам додумаешься пролезть на корабль и спрятаться, — судя по нахмурившимся бровям его сиятельства графа Серова-младшего, что-то подобное он себе и задумывал как резервный вариант. План в принципе был даже осуществим при известной доле удачи: всяких ящиков на корабле полно, уследить за каждым темным углом далеко не так просто. — То мы просто пересадим тебя на одну из ладей и отправим обратно. Ни в какой Карланд ты в любом случае не попадешь, а только ослабишь наши силы. Понятно?

— Да, дядя Ариен…

Короче говоря, утром третьего дня — в ночь все-таки решили не отправляться — флот графства, вновь подняв на мачты флаги с белым единорогом, вышел в новый поход.

Глава 2-1

Поспать долго не удалось. Едва начало рассветать — благо осень уже давно перевалила за половину и ночи стали длинными — граф встал и отправился в свой новый храм окормлять паству. Как именно он собирается отбирать потенциальных работников, он представлял слабо: шанс нарваться тут на подставного, который в самый неподходящий момент — как водится в таких случаях — воткнет тебе нож в спину, к сожалению, стремился к ста процентам. Потенциальные оппоненты в борьбе за власть прекрасно понимали слабые стороны вынырнувшего ниоткуда пришельца, так неожиданно перебаламутившего относительно спокойную жизнь в Карланде, и очевидно не станут упускать возможности по ним ударить.

Впрочем, тут все получилось почти само собой. Этим утром количество желающих прикоснуться к живому божеству — а новости по небольшому в сущности населенному пункту разлетелись практически мгновенно и уже все знали, кто и как победил секту демонопоклонников — собралось не меньше, чем прошлым вечером. Опять пришлось читать проповедь на улице, рассказывая «что такое хорошо и что такое плохо», благо погода не подкачала.

А когда в самом конце Серов объявил о готовности принять тех, кто уверовал всем сердцем в «новую семью», из толпы начали потихоньку выходить самые проникшиеся. Ну или те, кто почувствовал, куда дует ветер, и увидел во всем этом возможность потенциального социального лифта. Или вообще те, кого для внедрения послали враги, чтобы потом действовать изнутри против графа. А как отличить первых от вторых и от третьих…

И тут ему вновь пришло на помощь «второе я». Серов вышел перед тремя десятками людей, которые первые выразили желание присоединиться к новой религии, с жменей бронзовых «восьмерок» — благо чтобы наклепать символы веры из проволоки, у местного кузнеца ушло полчаса времени — и принялся выбирать.

Первой подошла к нему молодая женщина в старом, хоть и аккуратно зашитом платье, от которой шел мягкий ровный и сильный свет. Свечение, правда, видел только сам попаданец. Более того, он едва не поломал все «представление», когда в ответ на просьбу помочь с выбором последователей часть людей приобрели такие себе яркие ореолы, но быстро взял себя в руки и продолжил «работу».

— Ты. Я вижу твою искреннюю веру. Как тебя зовут?

— Аолена, мой господин. Вы спасли моего сына вчера. Там, в башне, он был в клетке для будущих жертв. Он всё видел и рассказал мне.

— Вот твой символ бесконечности. Ты будешь первой моей последовательницей в Карланде, — Александр повесил «восьмерку» на шею женщине и нарисовал его же пальцем у нее на лбу. — Носи его с честью, твори добро, делай мир вокруг лучше.

На самом деле попаданец, воспитанный на идеях научного материализма, и сам не знал, как он относился ко всей этой внешней мишуре, наросшей вокруг веры в него. С одной стороны, граф понимал, что символы важны в первую очередь для людей вокруг, с другой — чувствовал себя в такие моменты настоящим мошенником. А с третьей… С третьей — всё это уже обрело собственный сакральный смысл и получило подкрепление через божественную волю. Вот и сейчас Серов прямо увидел — не глазами, конечно, но какая разница в данном случае — как свечение вокруг женщины стало еще сильнее и как на нее опускается божественная благодать. Ничего фантастического: немного поправилось подорванное не самыми лучшими условиями жизни и нервотрепкой последних дней здоровье, «выросла на пару пунктов» удача, даже внешность, кажется, чуть изменилась — морщин стало меньше, осанка выпрямилась, Аолена как будто скинула разом лет пять-десять.

Следующий желающий стать частью новой веры выглядел совсем иначе. Молодой парень лет двадцати пяти в стандартной для Карланда одежде — какой-то мелкий приказчик или подмастерье — вообще не имел светового ореола. Наоборот, его как будто затягивала легкая серая дымка — Александр даже подумал было, что парень относился к демонопоклонникам, те выглядели очень похоже, но вроде с разрушением алтаря все связанные с культом просто погибли — даже забавно, как по городу прокатилась волна неожиданных смертей вполне, на первый взгляд, уважаемых горожан, которых никто не мог даже заподозрить в сношениях с демонолюбами. В любом случае никаких теплых чувств парень к Серову не испытывал.

— А ты… Ты зря сегодня вышел из толпы. Я вижу, что в твоем сердце нет веры. Есть только жадность и властолюбие, — забавно, что подсветили ему «сверху» только тех, кто сам вызвался добровольцем. Все остальные люди, стоящие перед храмом, никак не проявлялись и выглядели совершенно обычно. То ли божество сверху экономило силы, то ли Серов еще просто «не наработал» на нужный уровень поддержки. — Уходи. Тебе вход в храм закрыт навсегда.

Не то чтобы Александр действительно считал, что все жители его графства, формально являвшиеся прихожанами церкви с «восьмеркой», реально верили. И даже нельзя сказать, что он реально считал их обязанными верить. В другом случае парень вполне мог прийти в храм, выразить желание получить свой символ бесконечности и тихо жить дальше, не выделяясь ничем из толпы. Не факт, что его даже специально подослали сегодня утром. В конце концов, все люди разные, кто сказал, что каждый обязан какую-то особую доброту проявлять по отношению к ближним. Просто сейчас нужна была сакральная жертва. Нужно было отделить «агнцев» от «козлищ», показать карландцам, что для них у нового божества есть и кнут, и пряник. В общем — политика.

Впрочем, совсем без инцидентов всё-таки не обошлось. Когда Александр проходил сквозь толпу горожан, его попытались убить. Вот да, так вот просто и безыдейно пырнуть ножом под ребро. С другой стороны, простые решения зачастую самые эффективные: нет человека — нет проблемы. Тут, правда, план провалился, что называется, «на взлете».

Серов почувствовал недобрый взгляд на себе заранее, а потенциальный киллер слишком плохо владел собственным лицом — покерист бы из него точно не получился — поэтому напряжение там сумел бы считать самый неопытный физиогномист.

Короче говоря, когда лезвие ножа метнулось к его телу — далеко не факт, что так вообще можно было его теперь убить, но проверять всё равно почему-то не хотелось совершенно — Серов просто провернулся, пропуская клинок мимо своей груди, перехватил руку и, продолжая движение, выдернул неудачливого убийцу из прянувшей назад толпы.

— Посмотрите! — Конечно же, такой момент нужно было использовать для пропаганды. — Они не чувствуют благодарности за избавление от демонолюбов. Они не имеют в сердце добра, они хотят только власти и денег!

Ради справедливости, абсолютное большинство разумных хотят власти и денег, обвинять их в этом глупо. Тот же Серов никогда не был бессребреником и, наоборот, всегда искал свою выгоду. Другое дело, что власть и деньги ему нужны были не для того, чтобы тешить свое эго, но такие подробности для большинства простого люда слишком сложны…

В итоге неудачливого убийцу, немного помятого, увели люди Ромула. Стража, ошивавшаяся вокруг, но до этого не пытавшаяся вмешаться, начала было протестовать: мол, в Карланде есть закон, и по закону разбираться с такими случаями должны власти и суд. Но им, конечно, ничего не перепало. В лучшем случае убийца бы просто умер до допроса, в худшем — просто исчез. А так, может, и расскажет что интересного.

— Ваше сиятельство… — Когда служба была закончена, основная часть народа разошлась, а «принятых» последователей граф пригласил приходить в бывший особняк Синоров, чтобы получить хорошую работу, к попаданцу подошла девушка. Та самая Лара, которую он встретил в подвале Башни и которая теперь явно не знала, что ей делать с обретенной свободой. — Я не знаю, что мне делать. Мне больше не к кому обратиться. Меня выкрали и привезли сюда. Может быть, вы поможете мне вернуться домой? Или хотя бы просто отправить письмо домой… У меня богатые родители, они вернут деньги за использование магической почты…

Откровенно говоря, решать вопросы случайно спасенных им барышень у графа не имелось вообще никакого желания. Он вообще давно перерос этот возраст, когда хочется бросить все и умчаться на помощь прекрасной даме. Последний раз подобный порыв привел его в истории с Аннией, и, будем честны, повторения Серову хотелось меньше всего. Хотя с другой стороны — девушка была действительно красивая.

Черные длинные волосы, рост сильно выше среднего, кожа интересного оттенка — немного смуглая и при этом как будто слегка серая, едва заметно раскосые глаза, приятная фигура, имеющая все необходимые «выпуклости» и «впуклости».

Цвет кожи и рост, кстати, намекал на наличие толики орочьей крови. В этом мире человечество не могло похвастаться разнообразием рас, зато его с лихвой компенсировали другие виды разумных. Впрочем, с точки зрения биологии, возможность метисации между человеком и эльфом или тем же орком, наверное, говорит, что это всё же не разные виды, то есть те же расы. А с другой стороны, без магии человек ни с эльфом, ни с гномом, ни с орком давать потомство не сможет. Если брать орков, то женщина просто не способна выносить слишком большой орочий плод и примерно в ста процентах случаев гибнет слишком рано. Ну а обратное, то есть контакт человеческого мужчины и орочьей женщины — сомнительное приключение, но граф в этом деле не склонен был кого-то осуждать — и вовсе само по себе не приводило к беременности. А вот с магической поддержкой — вполне.

Ну и по слухам, именно кассцы порой баловались такими экспериментами. Вроде бы как — но это не точно, на правом берегу Лайи об этом было мало что известно — толика орочьей крови давала потомкам на несколько поколений в глубину отменное здоровье, хоть и снижала резко шансы на появление магических способностей у детей. Видимо, кто-то из предков Лары увлекался «евгеникой», и надо признать — это вполне дало плоды: сколько она в клетке просидела? Явно не один день. Вылезла наружу — и вон уже выглядит как огурчик, ни следа от перенесенного приключения. Во всяком случае, физически этих следов видно не было точно.

— Иди домой, я приду — поговорим, сейчас на это нет времени.

— А можно с вами? Я боюсь… — Действительно испуганной несостоявшаяся жертва демонопоклонников не выглядела, но ведь чужая душа — потемки, тут не угадаешь.

Серов бросил взгляд на небо: заседание городского совета планировалось на полдень, а Солнце уже явно потихоньку подбиралось к своей высшей точке на сегодня. Он еще раз окинул взглядом девушку: в отличие от него, она явно смогла найти в трофейном особняке и воду для помывки, и одежду новую. Во всяком случае, днем раньше она была явно в другом платье, и вряд ли бы меньше чем за сутки Лара смогла где-то еще разжиться даже на вид дорогим, расшитым какими-то цветочными узорами платьем.

— Ладно, пойдем. Только под ногами не путайся.

В городской совет граф направился, естественно, не один. Во-первых, это просто опасно. Времена здесь «средневековые», нравы простые, историй, когда вот такие сугубо бюрократические заседания заканчивались поножовщиной, а то и просто резней, случалось немало. Естественно, полезно в такой ситуации, чтобы было кому спину прикрыть. А во-вторых — понты, они, как известно, дороже денег, и правило это универсальное и межмировое. Более того, Александр уже приказал подготовить каретный выезд, который имелся в особняке покойного бургомистра. Нужно было закрасить чужой герб на двери и раздобыть где-то лошадей, потому что старым кто-то приделал ноги, а потом можно будет передвигаться по городу совсем как белый человек.

Карланд в этот день выглядел по-новому. Звучал по-новому и, кажется, даже пах. Наличие демонического алтаря в городе явно влияло на жителей, отравляя вредными эманациями, и теперь, когда они исчезли, люди явно почувствовали изменение. Всех как будто охватила эйфория, народ, забросив дела, праздновал. Тут и там компашки заливали в себя какие-то напитки и горланили песни, дети смеялись и устраивали забеги прямо на улице, на лицах встречных прохожих сияла несползающая улыбка. Понятно, что этот эффект быстро пройдет, наступит привыкание, серые будни возьмут свое, но здесь и сейчас влияние Серова на простой люд было максимальным. Даже те, кто и не подумал бы прийти в открывший для прихожан двери храм, всё равно подсознательно сегодня были настроены к «спасителю-демоноборцу» положительно.

— Добрый день, господин Серов, — подчеркивая равенство и отсутствие сословных привилегий в Карланде, первым поприветствовал Александра тот самый Архат Розен. Он же взял на себя труд представить гостя остальным собравшимся. — Это советник Полле, его семья занимается в основном южной торговлей с княжеством Каркаран, а это…

В основном большая часть собравшихся — что логично для такого транзитного места — занимались торговлей. Еще немного — рыбной ловлей, добычей раковин какого-то моллюска, из которого потом выделывали жутко дорогой краситель, немного производством всякой всячины, ну и прочие источники заработка, приличные и не очень. Из последних, в частности, в Совете заседал толстый мужик с жирными пальцами, на которых гроздьями были нанизаны золотые перстни, и бегающими масляными глазками. Советник Паульс, которому принадлежала большая часть борделей и игорных домов города. Серов даже и не думал, что тут их так много, чтобы они составляли заметную часть экономики города, но с другой стороны — логично. Много моряков, много залетных, легкие деньги, которые быстро перетекают в руки более предприимчивых господ. Даже удивительно, что человек такого рода занятий не истек черной слизью днем ранее вместе со всеми демонолюбами.

— А почему мне не предложили этот краситель, когда я продавал товары и собирал груз в обратную дорогу? — Переспросил граф, когда представление собравшихся было окончено. Всего в городской совет Карланда входило двадцать четыре человека. Сейчас — раньше было больше. Как минимум от «клана» Синоров в совет входило сразу четыре человека, и сейчас их места были пусты. А те, кто раньше входил в «проправительственную» группу, сейчас с грустными лицами пытались прибиться к другим фракциям, пока эта стая пираний их не разорвала, почуяв кровь в воде. И что характерно, представителя от местной гильдии магов в совете не имелось. Не ценили тут магические способности, ценили размер кошелька. А зря.

Посреди зала совета стоял большой круглый стол, навевающий мысли о легенде про короля Артура. Каждому советнику был «назначен» свой сектор, и непосредственно за стол садились только члены совета, их свита рассаживалась как бы немного сзади, подчеркивая тем самым расклад сил в Карланде.

— Так не сезон. Моллюски краску больше всего весной накапливают, тогда их и ловят, а к концу осени все запасы, считай, и заканчиваются. А кроме того, красителями занимается советник Чагрун, а его семья последние годы считалась самой «оппозиционной» клану Синоров. Ничего удивительного, что покойный бургомистр не стал делиться с ними прибылью и продал вам те товары, с которых сам имеет процент.

— Логично, — был вынужден признать Серов, который теперь на невысокого сухого старика со скрюченными пальцами, за плечами которого толпились широкоплечие сыновья, посмотрел немного по-другому, мысленно записав Чагруна в свои потенциальные союзники. Впрочем, все точки над «i» еще только предстояло расставить.

Глава 2-2.

Дальше все расселись по местам — Серова хотели посадить рядом с советником Архатом, но Александр демонстративно уселся на одно из свободных мест за столом, что вызвало небольшой переполох, но и против такого самоуправства никто реально высказаться вот так сразу не решился.

— Господа! — Слово взял тот самый дедок с красителями, и в отличие от так сказать «экстерьера», голос у него оказался вполне крепким. Сразу становилось понятно, что клан он свой держит стальной рукой и на пенсию не собирается. — Наконец свершилось то, о чем мечтали мы, наши отцы и деды. Узурпаторы Синоры наконец уничтожены, и мы спустя столько десятилетий можем вернуться к тем принципам коллективного управления, которые некогда позволили стать нашему городу центром торговли в этой части освоенных человеком земель.

Дальше последовала длинная-длинная речь, которая сводилась, если отбросить всю шелуху, к мысли, что раз клан Чагрунов дольше всех сопротивлялся прошлой власти, то и получить он должен больше всех. Часть принадлежащей бывшему бургомистру недвижимости, флота, долей в предприятиях. Кроме того, Истим Чагрун выражал недоумение по поводу того, что кто-то до него успел «обнести» нычки Валуя Синора в Ратуше и спереть оттуда самые ликвидные активы. В частности, золото и камни.

Где-то тут Серов Чагруна из потенциальных союзников мысленно выписал. Впрочем, желание подгрести под себя вообще всё и явная претензия на то, чтобы стать «первым среди равных», явно не понравилась и другим советникам, так что очевидно, выступающему в своих желаниях нужно будет подвинуться.

— Господа! Давайте прежде чем начинать ссориться, поймем, о каком имуществе вообще идет речь! Я специально попросил делопроизводителя из ратуши сделать справку по имуществу демонопоклонников, которое в связи с известными обстоятельствами, — «известными обстоятельствами», Серов мысленно обматерил очередного торгаша, который явно не испытывал к представителю нового Бога в городе никакой благодарности, зато тоже претендовал на свой кусок пирога.

Особняк, торговая контора, жилые здания, используемые как доходные дома, склады в порту, свои причалы, свой павильон на рабском рынке, доли в торговых лавках и товариществах на паях, земля за городом. Сорок одно судно и корабль — тут граф мысленно хмыкнул в том смысле, что уже, вероятно, меньше — разного назначения, боевые и торговые. На общую сумму в шестьдесят шесть тысяч золотых. Это только то, что можно отнести к условно «основным фондам».

«Ни хрена себе», — мысленно присвистнул Александр. У него лично, конечно, как у правителя вполне приличной по размерам страны, имущества было даже больше, но вот именно ликвидных активов, которые можно обменять на монету здесь и сейчас… Пожалуй, что числа будут вполне сравнимые. Явно не прохлаждались Синоры на своем посту последние сто лет, а активно гребли под себя. — «Действительно, есть за что побороться».

— Для начала я бы хотел задать вопрос по поводу особняка Синоров. Шесть тысяч золотых монет по заявленной стоимости! — «Двадцать килограмм золота», мысленно пересчитал граф, который именно с такой суммой на руках когда-то попал в этот мир. Тогда этого хватило, чтобы сбить свой отряд, завоевать себе сначала одно баронство, а потом по сути стать самым главным прыщем на той жопе мира, которой являлось пограничье с Закрытым королевством. А тут в ту же цену можно было купить целый особняк. Один. Да, большой, да в центре города, да, с куском земли. Но шесть тысяч?! Только сейчас Серов начал понимать, насколько все его игры в баронствах реально мало весят в мировых масштабах, если брать по золотому эквиваленту. И конечно, от этого отдавать захваченный кусок желание стало еще меньше. — По какому праву его занял некий присутствующий здесь граф. И почему вообще он здесь присутствует?

Взгляды собравшихся скрестились на Александре. Тот не смутился, его подобными заходами уже давно нельзя было выбить из колеи.

— По праву сильного. По праву того, кто уничтожил культ демонопоклонников в городе Карланде. По праву представителя нового бога, вера в которого прямо сейчас становится в городе самой популярной, — насчет последнего, может быть, он и приврал немного: социологических опросов-то по этому поводу не то что никто не делал, вряд ли кто-то тут вообще знает, что это такое. — Кроме того, как представитель горожан, которые устали от войны с Касским ханством, я хочу внести предложение, настойчиво внести, о запрете торговли человеческими рабами на территории Карланда. Насколько я понимаю, ранее на этом больше всего зарабатывали демонопоклонники. Надеюсь, никто не желает занять их место.

Вопрос был, что называется, с подвохом. Уверен, что большая часть присутствующих на моральную сторону вопроса заработка денег — а работорговля приносила вполне существенный доход — смотрела сквозь пальцы и была бы не прочь «подхватить выпавшее из ослабших рук знамя». Вот только тема демонов и всего, что с ними связано, была прямо здесь и сейчас максимально токсичной. Узнает народ за стенами — а он узнает — что кто-то из совета тоже замазан, — никакие деньги не помогут. Растерзают живьем, и пикнуть не успеешь.

— Господа совет, думаю, вопрос графа здесь вполне справедлив. Раз уж у нас повод такой появился, предлагаю вынести данный вопрос на голосование. Кто за то, чтобы запретить торговлю людьми в Карланде?

— Только людьми? — Последовал естественный вопрос: торговля орками занимала слишком весомую часть городской экономики, чтобы от нее отказаться.

— Только людьми. Насколько я понимаю, церковь нашего дорогого гостя ко всякой нелюди относится с подозрением? — И опять все посмотрели на Александра.

— Мы согласны с тем, что всякая разумная жизнь бесценна, но… Но свое покровительство наш бог распространяет только на людей. На людей и к ним приравненных.

— Приравненных?

— В частности, перевертыши у нас считаются полноправными людьми. Надеюсь, с этим не будет проблем? — Проблем не возникло, слишком уж это были редкие зверушки, чтобы из-за них всерьез начинать споры.

Проголосовали. Шестнадцать голосов «за», остальные воздержались, «против» не высказался ни один. Что характерно, поднятую руку Серова тоже посчитали и внесли в протокол. Никто в моменте не высказался против, не будучи уверенным в своих силах — всё же за сто лет правления одного клана политическая система города изрядно деградировала, и одного дня для приведения ее в порядок было точно мало — а дальше было уже поздно. Де-факто граф получил место в совете Карланда.

Ну и еще можно отметить, что буквально все бывшие союзники Синоров как один проголосовали за отмену рабства для людей, что мгновенно натолкнуло попаданца на мысль, что возможно, он изначально не совсем верно оценил расстановку сил и союзников — попутчиков правильнее сказать — стоит поискать на другом фланге.

Дальше пошел тягомотный раздел имущества поверженного клана. Вариантов было много, как минимум три: «по-честному», «по-братски» и «по-закону». По-честному — то есть всё мне, причем кто именно будет «мне», тут, естественно, взгляды разнились. По-братски — разделить на всех в пропорции, но тут тоже имелись подводные камни. В пропорции к чему? К вкладу в общее дело, или количеству активных штыков под рукой, или размеру собственного капитала? Естественно, подставляя разные значения в эти неизвестные, и решение уравнения было очень разным. Ну а по-закону — это отдать всё в руки государства, сиречь Карланда, и использовать на благо всех. Вот только тут вставал вопрос: кто будет распоряжаться имуществом? Потому что бургомистра теперь не было, и судя по всему, советники сильно не горели желанием выбирать среди себя какого-то одного человека, который бы мог по проторенной дорожке взять власть в свои руки. Нет, оно понятное: если выберут именно тебя, то хорошо, а если нет? То вроде как и не очень.

— Господа, — когда Серову надоело слушать все эти препирательства и рассматривать лепнину на потолке зала заседаний, он решил свернуть разговор немного в сторону. Не без умысла, конечно: чем больше времени уйдет на переговоры, тем больше шансов, что он, во-первых, сумеет найти союзников в городе, во-вторых, укрепится в качестве главного проводника божественной воли, и в-третьих, там должны будут приплыть его товарищи с подкреплением. С бойцами и магами, пусть последние по меркам Карланда в лучшем случае середняки, но всё равно такое усиление должно резко поднять его статус. Тем более что всерьез на слишком большой куш Александр не претендовал: всё равно переселяться сюда он не планировал, достаточно получить «укрепленную базу» и возможность торговли. Лучше, конечно, беспошлинной, как «свой». — Вы все упускаете один маленький момент.

— Какой момент, граф?

— Карланд ведет войну с Касским ханством. Причем запирающий перешеек замок держат сейчас наемники, которых, насколько мне известно, вербовал лично Валуй Синор.

— И что? — Сидящий слева советник Архат вопросительно приподнял бровь.

— А то, что и договор они заключали не с городом, а с бургомистром. Лично. С человеком, а не с должностью. И об этом в контракте написано совершенно однозначно, — Александр зря время не тратил и за неделю, пока в городе велись боевые действия, успел ознакомиться с частью похищенных в тайнике бургомистра бумаг. Конечно, со многим еще нужно было разбираться, имелись там и долговые векселя, и кое-какой компроматец, в том числе и на присутствующих здесь людей… Но пока главные калибры имело смысл оставить заряженными и воспользоваться «минно-торпедным вооружением». — Формально наемники уже сегодня могут перейти на сторону кассцев, и им за это ничего не будет. Контракт прекратил действие по причине смерти одной из сторон. Самый придирчивый судейский не найдет тут к чему придраться.

Серов достал из-за пазухи несколько сшитых грубой нитью листов бумаги, которые были исписаны мелким, но вполне читаемым почерком, и картинно шлепнул ими о поверхность полированной столешницы.

— И что мы будем делать? — Растерянно проблеял один из готовых только что вцепиться в горло соседу торгашей.

Бургомистра убили семь дней назад, новость об этом уже совершенно точно добралась до крепости на перешейке. Гарнизон там небольшой: четыре сотни бойцов, плюс маги. Маги на отдельном контракте, там клятву «заверяли» гильдейцы, с ними проблем не будет, но если переметнуться решат простые бойцы. Как водится в таких случаях, торговый город жил прибылью и лучше всего умел считать деньги, а армия, как известно, их чаще всего только проедает, поэтому кроме пары сотен бойцов городской стражи — сейчас меньше, потому часть погибла, а часть разбежалась — Карланд оборонять в общем-то и некому. Если карландцы возьмут Ключ — именно так пафосно называли оставшуюся еще с имперских времен твердыню горожане — вольный город очень быстро перестанет быть таким уж вольным.

— Нужно отправиться на перешеек и перезаключить договор, — максимально резонно ответил советник Чагрун, но вот какого-то энтузиазма по поводу того, чтобы эту почетную миссию взять на себя, почему-то не высказал. Наемники в такой ситуации были субстратом взрывоопасным, и вероятность, что они тебя кассцам в качестве подарка и преподнесут на блюдечке, виделась на первый взгляд слишком высокой. Опять же, из города в момент дележа власти уезжать — глупо. Даже если всех спасешь, станешь героем, то сделаешь это в пользу кого-то более оборотистого. Зачем?

— И кто возьмет на себя данную миссию?

— Вы опять смотрите недостаточно глубоко. Зачем вообще нужна война с кассцами? Если было решено отказаться от торговли людьми, то самый главный повод для конфликта теряет актуальность.

— Самый главный повод заключается в том, что они всегда хотели нас завоевать, — совсем по-стариковски буркнул советник Чагрун, показывая, что возраст всё же имеет над ним власть, как бы он ни молодился.

— И никогда у них это не получалось. А нынешняя война началась по совершенно конкретному поводу. Есть смысл попробовать ее окончить.

— И опять же, вопрос в том, кто этим будет заниматься.

Конечно, изначально Серов совершенно не собирался вызываться на эту сомнительную миссию. Даже мыслей не было. Наоборот, он собирался как можно дольше затягивать процесс обсуждения, волокитить подготовку возможных условий окончания войны и всё в таком духе, но… Но всё, как водится, изменилось в одну секунду, когда сидящая у него за спиной Лара тихонько подобралась к уху мужчины и произнесла:

— Вызывайтесь ехать на переговоры, ваше сиятельство. Вызывайтесь, это наш шанс. Я вам гарантирую успех. Это именно то, что нам нужно!

Серов удивленно повернул голову к девушке и внимательно посмотрел ей в глаза. Сложно сказать, что он там увидел: может, божественное просветление на него нашло, а может, просто он за эти десять лет научился неплохо разбираться в людях, сложно сказать. Но почему-то он поверил бывшей пленнице на слово. Кивнул, повернулся обратно к членам городского совета, как раз обсуждающим, кого нужно послать, и просто сказал:

— Я поеду.

— И зачем я подписался на эту авантюру?

Заседание закончилось фактически тем, что Серова наделили полномочиями говорить с наемниками и кассцами от лица совета города, а решение остальных вопросов было отложено на потом. Отдельный спор вызвали условия, на которых графу как полномочному послу было бы разрешено заключить мирный договор. В идеале это был бы «белый мир» — тот, который без аннексий и контрибуций, — но, посовещавшись немного, торгаши согласились, что под такое дело можно и небольшой «откуп» дать, поскольку мир позволит просто сэкономить больше денег.

— Наверное, нужно было представиться сразу, — после продлившегося добрых четыре часа заседания, когда солнце уже начало потихоньку склоняться к закату, Серов со свитой наконец вернулся в ставший временным пристанищем особняк и решил немного отдохнуть. Впрочем, сначала нужно было расставить все точки над «i». — Меня зовут Лара Алледин. Я средняя дочь великого визиря хана, и именно из-за моего похищения, как я понимаю, началась эта война. Мне будет достаточно только обратиться к командиру отряда, который занимается осадой перешейка, чтобы решить вопрос об остановке боевых действий.

— Неожиданно, — пробормотал граф и еще раз окинул оказавшуюся с ним в одной «упряжке» волею судеб девушку. Ну да, если вдуматься, то высокое положение и манеры из нее так и лезли. Это просто он привык общаться с людьми, на чинопочитание клавшими чаще всего большой болт, а между тем вокруг — сословное общество. Чернь с детства воспитывают кланяться и не поднимать лишний раз глаза на дворян. Во избежание. — Ну да, так это имеет смысл. А?..

— А как я раньше могла понять, кому стоит довериться? — девушка поморщилась. — Один раз я уже доверилась… Не хочу даже вспоминать. И уж тем более мне вообще не было никакого резона доверять торгашам из Карланда, они родную мать продадут, если им хорошую цену предложат.

— Ну а я, значит, не такой? — Хмыкнул Серов. Вот уж действительно, упрекнуть его в высоких моральных качествах мог далеко не каждый житель этого мира. Приходилось ему делать… разное за последние десять лет, далеко не всем он гордился, но и чувство стыда за свои поступки Александр, будем честны, уже давно разучился испытывать.

— Не такой, — кивнула Лара, как-то плотоядно ухмыльнулась, встала с дивана и кошачьим пружинистым шагом начала двигаться в сторону графа. Тот даже не сразу понял, что от него хотят: голова забита политическими раскладами, а тут такое…

— Подожди, куда? Я два дня не мылся, даже не знаю, где тут ванная!

— Зато я знаю. Я не сказала тебе спасибо за спасение. Пойдем, покажу. И не только.

— Да я, в общем-то, и не претендовал. — На самом деле мысли о сексе после долгого дня и тяжелого вечера Александра не сказать чтобы сильно вдохновляли. — Я спасаю прекрасных дам исключительно по велению души, а не потому что надеюсь получить от них вознаграждение. Тем более такого рода.

— Ты что, брезгуешь? — Настроение Лары мгновенно изменилось. — Думаешь, меня эти твари насиловали там и теперь не хочешь пачкаться? Никто меня не трогал, понятно! Понятно тебе!

— Успокойся. — Играть в эти женские эмоциональные качели граф был не в настроении, поэтому просто подошел к дивану и плюхнулся на него, ощутив как по усталому телу начали бегать "иголочки". — Мне без разницы.

Неожиданно это «заклинание» — кто-то вообще хоть раз успокаивался после слова «успокойся»? — сработало. Лара перестала истерить, подошла и безапелляционно протянула руку, "приказывая" идти с ней.

— Просто хотелось, чтобы в этой истории хоть что-то светлое осталось, не только сплошной ужас…

Глава 3

Хоть ехать тут к перешейку было всего-ничего, каких-то тридцать-тридцать пять километров, неполный день верхом при наличии заводных лошадей, сразу отправиться на дипломатическую миссию Александру не удалось. Пришлось еще двое суток готовить почву, договариваться, налаживать связи — Серов, наверное, никогда еще не проводил столько «деловых встреч» подряд — выбивать в конце концов деньги из совета, которые предполагалось либо отдать кассцам в качестве отступного, чтобы закончить войну, либо вручить наемникам за переподписание контракта, если дипломатическая миссия провалится. Собственно, Серов уже мысленно эти две тысячи корон положил себе в карман и поэтому дрался за увеличение «ассигнований» с особой страстью.

А вообще и здесь его поразил выросший масштаб его финансовых операций. Когда-то десять лет назад он сам с отрядом из бывших крестьян-разбойников нанялся за первую кампанию по захвату никому не интересного баронского замка у самой задницы мира. И найм всего его отряда стоил тогда барону Терсу три золотых короны в день. Три!

Нет, понятно, что там и отряд был меньше, и качество его не сравнимо — хотя уже тогда наличие мага-подмастерья изрядно поднимало общий уровень — да и срок найма тоже не предполагался особо длинным, не бывает просто особо длинных военных кампаний в баронствах. Но две тысячи корон! Сразу виден уровень!

Граф по кругу встретился с большей частью членов городского совета, попытался прощупать, с кем можно иметь дело, какие там складываются группировки, кто будет с кем и против кого дружить. Ну и его, соответственно, тоже попытались прощупать, куда без этого.

Пока состав итоговых коалиций был не ясен, зато движения в сторону отбора имущества и вытеснения с рынка бывших союзников бургомистра потихоньку начинали обретать контуры. То тут лавку какие-то ухари камнями и тухлыми яйцами закидают, то приказчику кто-то в подворотне по шее настучит, а то и к клиентам странные люди начинают подходить с попыткой аккуратного разъяснения, что вот с теми работать не нужно, а нужно работать с другими. В общем, пока без жести, но вектор уже прослеживался.

И конечно, попаданец не преминул использовать полученное время, чтобы еще немного «причесать» собственную паству в городе. Как «наместник бога на земле», Серов пообещал, что вскоре в Карланде высадится десант жрецов, что они станут лечить сирых и убогих, высказал идею открытия бесплатной школы и предложил уже сейчас записываться на проверку магических способностей, которая будет начата, как только прибудут его соратники. Естественно, о подобных социальных гарантиях жители средневекового по сути города никогда и подумать не могли, а влияние Александра на чернь потихоньку начало обретать зловещие черты. Во всяком случае, когда в один из дней к храму попыталась прорваться группа молодчиков с замотанными лицами и явно недобрыми намерениями, графу самому даже делать ничего не пришлось. Отиравшиеся вокруг прихожане, словившие религиозный приход и с жадностью ожидающие возможности припасть к источнику благодати, сами быстро объяснили дебоширам всю слабость их политической позиции. До смертоубийства в итоге не дошло, но людям Александра тех, кто не сумел сбежать, передали в крайне печальном виде.

Так или иначе, в сторону перешейка Серов выдвинулся лишь через четыре дня после «сражения у башни». В поход — ну да, это было, пожалуй, слишком громко сказано, но все же — выступили на рассвете целой колонной. Серов с Нумой — Ромул с большей частью спецназа остался на месте для защиты имеющихся позиций — и двумя десятками нанятых бойцов, Лара, десяток городской стражи, представитель гильдии магов Карланда, пара каких-то чинуш, работавших при городской Ратуше. Забавно, но хуже всех в седле держались не чинуши и даже не девушка — касска только обиженно фыркнула на предложение найти возок, заявив, что у них на родине дети сначала учатся ездить на лошади, а потом только ходить — а маг. Он, впрочем, не скрываясь, помогал себе с помощью своей силы, поэтому на общую скорость движения отряда неуклюжесть одного человека никак не повлияла.

Пейзажи по эту сторону Карланда особой красотой не отличались. Небольшой полуостров, на котором стоял город, представлял собой вытянутый тридцать пять на двадцать неправильный овал — плоское плато, торчащее из воды. Деревьев тут особо не росло: слой почвы был тонким, чуть глубже начинался каменный массив, так что деревья почти не росли. Большая часть из этой полутысячи квадратных километров была занята разделенными на небольшие делянки полями и выгонами, где выращивали какие-то овощи и пасли овец. Для того чтобы растить пшеницу, места было мало, а на что-то типа винограда не подходила земля. Плюс приходилось строить ветрозащитные заборчики из камня, иначе зимние ветра просто уносили плодородный слой в море.

Всё это поведал графу словоохотливый десятник городской стражи, приставленный к посольству явно для пригляда. Серов против такого довеска не протестовал и, наоборот, в свою очередь пользовался внезапным источником информации, потому как в реальности представление об особенностях местной жизни за пределами того, с чем успел столкнуться лично в последний десяток дней, имел более чем поверхностные.

— И сколько тут крестьян живет?

— Да почитай тысяч двадцать душ. Примерно, никто их специально не считал.

— Свободные собственники?

— По-разному. Часть свободные и свою землю обрабатывают, часть арендаторы. Есть должники всякие, которые на рабских условиях фактически, есть и просто рабы. Те же орки отлично для тяжелой работы подходят. Только что мрут быстро… Пару раз пытались наши «отцы города» эту вольницу как-то на пользу дела поставить, в латифундии объединить, чтобы больше продуктов на месте растить и от завоза меньше зависеть, но… — Судя по тому, как стражник выплюнул словосочетание «отцы города», он ко всей этой торговой вольнице относился максимально скептически.

— Но?

— Ни хрена не получилось, ваше сиятельство. Выхлопа мало, убытку много. Проще зерно где-нибудь в княжестве купить.

— А что стража вообще из себя представляет в Карланде? — Перевел разговор в другое русло Серов. — Как вы вообще существуете, когда у каждого члена совета свои бойцы на содержании? Это же форменный бедлам выходит. Поди регулярно всякие «инциденты» происходят, кто-то кого-то порежет, или еще какое-то безобразие случится?

— Да так и живем, — вздохнул мужчина, представившийся Асорвом. — А что, разве где-то по-другому?

— У меня в графстве совсем не так. Все знают, кто власть, и что стража в городе представляет на улице мою волю. Попробуй на стражу напасть, даже по пьяни, вмиг на виселице окажешься.

— Что, и дворяне?

— А у меня нет особо дворян, — хмыкнул Серов, который мысленно свое государство сравнивал с наполеоновской Францией, где был император, а остальные граждане были все равны между собой. Ну, теоретически, конечно, настоящего равенства в природе не бывает. — Разве что маги по отдельному списку проходят, но и для них всегда наказание найдется. Даже еще более строгое, потому что не умеющий держать себя в руках маг — это опасность для всех окружающих.

— Да… Чудеса…

Асорв произнес это без издевки — так, как говорят про явление природы, которое разумом осознать способен, а внутри всё равно оно не укладывается. Александр на это только качнул головой и перевел разговор на морскую компоненту вооруженных сил города. Так они и ехали, слушая, как под копытами похрустывает каменистая дорога и как где-то справа, с моря, тянет соленым ветром. Длительная поездка на лошади — это завсегда удовольствие крайне сомнительное, но на этот раз попаданец даже как будто преисполнился. Как минимум потому что впервые за последний десяток дней можно было никуда не торопиться и спокойно наслаждаться ничегонеделанием.

Перешеек, который карландцы пафосно называли Ключом, показался уже на закате. Здоровенная дура, сложенная из каменных блоков в том же стиле, что и уже виденные — и даже «лазанные» — укрепления Карланда, оказалась красиво подсвечена закатом на фоне темнеющего неба. Сначала из-за горизонта вынырнули макушки башен, снабженные защитными колпаками от стрел, потом — зубцы, стены и всё остальное, причитающееся по списку.

Уже ближе стало видно, что крепость не просто старая, а прямо-таки уставшая. Имперские инженеры строили с запасом на века, но века — это всё же слишком много, тем более для укрепления, которое действительно регулярно выполняет свои функции, а не просто служит памятником былому величию. Швы местами расползлись, камень кое-где выкрошился, на одной из башен зияла трещина — ее стыдливо заделали чем-то типа цемента, но, конечно, крепости общей структуре это всё равно не добавило — как шрам от сабельного удара, а ров с внутренней стороны был пуст и зарос кустарником. Оно, конечно, атаки с этой стороны явно никто не ждал, и к ней никто не готовился, но всё равно выглядела общая картина не слишком приглядно.

Впрочем, охранение явно было поставлено на должном уровне: конный патруль перехватил их в километре от стен, так что в любом случае совершить нападение внезапно, в случае наличия такой цели у Серова, не получилось бы.

— Стой! Кто такие? — Конный боец держал в руках недлинное копье с привязанным флажком в цветах Карланда. Его напарник очень привычным хватом держал в руках хороший, явно дорогой лук. Подъезжать вплотную бойцы не стали, явно желая оставить себе возможность при необходимости унести ноги под защиту стен.

— Граф Серов. Уполномоченный представитель городского совета Карланда. Со свитой… — В общем, с опознанием больших проблем не возникло, и уже через двадцать минут вся кавалькада въехала под стены крепости.

Изнутри Ключ выглядел лучше, чем снаружи. Было видно, что его поддерживают в относительном порядке, а квартирующий здесь отряд вполне знает службу.

Капитан наемников оказался ровно таким, каким должен быть командир четырех сотен опытных, много чего повидавших бойцов, в момент, когда появилась угроза, что им не будут платить.

Лет сорок. Грубые черты лица, пара шрамов, намекающих на богатое прошлое. Глаза — внимательные и как будто с небольшой хитринкой: в конце концов, капитан наемного отряда — он не только полководец, но и бизнесмен, причем второе порой даже актуальнее, чем первое. Будет сражение или нет — это еще вопрос, а вот деньги из нанимателя выбить — это всегда актуально. На столе перед ним лежала карта перешейка, рядом какие-то бумаги, полупустая бутылка вина и пустая кружка. К столу приставлена перевязь с мечом, да и на самом наемнике надета кольчуга. Тоже характерный признак — бойцы в полной готовности и ждут драки в самом ближайшем времени. Уж точно просто так таскать на себе лишних пять-семь килограмм металла никто бы не захотел, тут Александр был уверен.

— Кто вы? — спросил он без особых приветствий и вообще церемоний.

— Граф Серов, — Александр сел не спрашивая, потому что вежливость тут явно никто бы не оценил: такие люди, как волки, перед тем как договариваться, нужно сначала по хребту дрыном приласкать. А иначе обязательно попытаются на шею сесть. — Полномочный представитель совета Карланда.

— Совета… — капитан усмехнулся уголком губ. — У вас там новый совет каждый день? Что вообще происходит?

— Власть меняется, — мысленно хмыкнул попаданец, понимая, что шутку эту никто тут не поймет. Не тот культурный код. — Вчера был старый бургомистр. Сегодня он мертв. Завтра — посмотрим. Но сейчас я говорю от имени тех, кто контролирует город. И да — у меня с собой золото и новый контракт.

Слово «золото» сработало не хуже магического заклинания. Не потому, что капитан был как-то особо жаден, а потому что без денег его люди через десяток дней перестанут быть солдатами и станут толпой с оружием. Толпой, которая опасна в том числе и для него самого.

— Показывайте, — сухо сказал капитан.

Серов не стал доставать мешки прямо здесь. Он качнул головой и выдвинул встречное условие:

— Сначала я хочу услышать обстановку.

Капитан секунду молчал, задумчиво пожевывая нижнюю губу, будто решая, стоит ли вообще общаться с этим представителем Карланда, который может оказаться очередным болтуном. А может, проще сейчас зарубить придурка, забрать деньги и уйти из крепости? Они всё равно контрактом не связаны формально, кто им что предъявит? Но, видимо, разглядел наемник что-то такое на лице графа… Принял решение и коротко кивнул на карту.

— Кассцы подтянули лестницы и «черепахи». Маги ихние работают — копают под стену, — он ткнул пальцем в участок у западного бастиона. — Наши чародеи несколько дней назад обрушили им одну галерею, но сволочи никак не успокоятся. Регулярно обстреливают крепость осадными заклинаниями. Чаще всего наши их отбивают, но иногда…

Что бывает, когда хорошо подготовленное осадное заклинание прорывается через защиту, Серову говорить было не нужно. Обычно это заканчивалось парой десятков смертей.

— Понятно…

— Прошлой ночью попробовали залезть втихую, мы отбили, но потери есть. Мои люди держатся, потому что мы привыкли. У нас репутация. Но вопрос тут максимально простой: платят — мы воюем. Не платят — уходим. И это я еще мягко говорю, ваше сиятельство.

Титулование графа капитан наемников произнес со всем доступным ему ехидством.

— А что наши маги? — Александр предпочел не заметить этого ехидства. Сначала дело, а потом уже личное.

— Ну, у них проблем с контрактом нет…

— Сколько времени у нас есть? — Поинтересовался Серов, имея в виду и возможность штурма кассцами, и возможность бунта наемников.

И в этот момент снаружи раздался крик. Потом еще один. Потом — глухой удар, как будто что-то тяжелое опрокинули.

Капитан встал.

— Нисколько, — сказал он без эмоций и тяжело вздохнул. Очевидно, капитан предпочел бы не доводить ситуацию до крайностей.

Серов тоже поднялся.

— Ведите.

Во дворе у колодца собралась толпа наемников — человек двадцать, не очень много, на самом деле. Александр боялся, что недовольных будет больше. Они стояли полукругом, и в центре этого полукруга, на коленях, держали того самого городского чинушу, которого Серову навязали «для правильного исправления бумаг». У чинуши была порвана рубаха, один глаз был подбит, а во втором плескался полнейший ужас. Мужчина, очевидно, был на грани обморока.

— Где деньги?! — орал высокий худой мужик со шрамом через нос. Свои крики он подкреплял взмахами руки, и каждый раз, когда кулак пролетал рядом с лицом работника ратуши, тот дергался и пытался как будто стать маленьким и невидимым. — Нам сказали сегодня! Сегодня, мать вашу! Нам уже десять дней не выплачивают боевые! Мы умираем без контракта и по сути бесплатно. Больше такого не будет.

Читал еще на Земле Серов, что у средневековых дворян была такая привычка выплачивать жалование после битвы. Тем, кто остался в живых, естественно: зачем золото мертвецам? — экономия налицо. Тут, очевидно, такой подход не жаловали.

— Я… я не распоряжаюсь казной… — визжал чиновник. — Я просто…

— Просто жирная крыса, — сказал кто-то из толпы, вызвав всеобщий хохот. — Приехал сюда без денег и принялся вынюхивать. Боеспособность отряда ему, видите ли, не нравится, цену найма он хочет пересмотреть.

Александр только вздохнул. Этого стоило ожидать: торгаши такие торгаши. Вроде бы готовы для спасения своей шкуры заплатить не торгуясь, но в последний момент всё равно попробуют выбить скидку из контрагента.

«А может быть, это кто-то таким образом "мину" попробовал подвести под мою миссию. Разозлить наемников, чтобы они, не сильно разбираясь, просто порубили нас на орочий клец — и вся недолгая. Уж найти еще одну чернильную душу, которая сюда приедет потом и заключит договор, всегда можно. Еще и виру за наше убийство с наемников слупят». — Александр поморщился: все эти игры в «кто кого переинтригует» он никогда не любил. Гордиевы узлы предпочитал с определенной долей армейской прямоты рубить, а не распутывать.

Он вышел вперед и привлек к себе внимание.

— Отпустите его, — произнес граф громко, чтобы его точно услышали все присутствующие.

Толпа на секунду замерла, после чего все обернулись к новым действующим персонажам.

— Это кто? — бросил шрамоносый. — Капитан?

Очевидно, зачинщик всей бучи заметил за спиной Серова своего командира, и это заставило его вести себя чуть более осмотрительно.

— Я — деньги, — спокойно сказал Серов и сделал еще шаг.

— Пф… Видали мы козырей и покозырнее.

— А еще я тот, кто решает, получите вы их или нет.

— Слышь, ты… Деньги, а ну-ка иди сюда, посмотрим на тебя. Посчитаем. — Шрамоносый отпустил чинушу, который после этого повалился на покрытый каменными плитами замковый двор, и с явно недобрыми намерениями двинул в сторону Александра.

Попаданец повернулся к капитану наемников и вопросительно поднял бровь. В ответ тот только усмехнулся и пожал плечами. «Как хочешь» — этот молчаливый диалог так и понимай.

Неизвестно, что там себе думал шрамоносый, включая быка на человека явно бывалого, чье лицо также было покрыто шрамами, а руки явно привыкли к мечу уж точно не меньше, чем к писчим принадлежностям. Может, уверовал в свои силы, а может, и правда ситуация уже достала до последней крайности. Но вместо каких-то дополнительных разговоров он просто сходу попытался влепить Александру прямой удар справа в челюсть. Надо сказать, удар был даже и неплохой, кому другому его могло бы даже и хватить, но точно не человеку, который последние десять лет укреплял свое тело алхимией и впитал в себя опыт сразу нескольких отличных бойцов.

Граф просто довернул голову и немного отстранился, пропуская кулак мимо, после чего шагнул «в противника» и впечатал уже свой кулак тому в печень. Благо на этом наемнике не была надета кольчуга, и тканевый поддоспешник, набитый конским волосом, хоть и немного смягчил удар, но ровно настолько, чтобы спасти ребра от множественных переломов, не более того. Шрамоносый как на невидимую стену напоролся, раскрыл широко рот, выпучил глаза и с тихим стоном опустился на камень под ногами.

— Есть еще желающие померяться с графом Серовым на кулачках? Я, хоть и самовластный дворянин, готов уважить каждого. Или, может, на мечах кто-то позвенеть хочет? Есть тут самоубийцы?

— Ладно, будем считать, что себя ты, твое сиятельство, показал: не только торгаши есть в Карланде, но и настоящие воины, — капитан дождался, когда так и не сумевшего подняться на ноги шрамоносого товарищи уволокут куда-то за спины, и взял процесс переговоров в свои руки. — Но что по золоту?

— Золото у меня. Никто ваши боевые и премиальные зажимать не собирался, а вопрос по новому контракту будет решен уже сегодня. — Серов бросил взгляд на небо, которое уже окончательно посерело, а кое-где уже начали зажигать встроенные прямо в стены магические светильники. Богато жили имперские военные, сейчас-то такой сервис далеко не каждый дворянин может себе позволить. — Вернее, завтра уже. Мне нужно поговорить с кем-то на той стороне по поводу окончания боевых действий. Возможно, нужды в заключении нового соглашения уже просто не будет.

А потом с внешней стороны крепости донесся рог. Глухой, протяжный. Боевой, сообщающий о начале штурма.

— Начинают, — сказал капитан, как будто подобравшись.

— Я надеюсь, что мы всё же обойдемся без крайностей, — пробормотал Серов, хотя внутренне был даже доволен, что кассцы решили себя обозначить именно сейчас. Как минимум это сняло с повестки дня разборки с наемниками. — Нужно вывесить со стены белое полотнище, чтобы с той стороны знали, что мы хотим переговоров.

Глава 4

Впрочем, начать переговоры оказалось сложнее, чем думал попаданец. Белую простыню защитники крепости, конечно, вывесили, вот только тот, кто был с той стороны, на это не отреагировал. Вместо этого по крепости прилетело сразу несколько явно усиленных магией снарядов из устроенных примерно в двухстах шагах от стены требушетов.

— Здоровенные…

— Ну да, здесь все серьезно, — капитан наемников, представившийся между делом Амандом ан-Грейном, поднялся вместе с Александром на стену.

Вот большущая метательная машина — там внутри натурально колесо деревянное имелось, в котором, как хомячки, ходили, судя по всему, орки и таким хитрым образом обеспечивали перезарядку — хлопнув выбитым стопором, описала большую дугу своим длинным плечом, и очередной заряд отправился в полет по «баллистической траектории». В отличие от предыдущего, который влетел в стену и, взорвавшись огнем, выщербил несколько внешних каменных блоков, этому не повезло. На подлете из ближайшей башни к нему метнулся тонкий луч, судя по всему синего, «водяного» — в темноте разглядеть было сложно — цвета, и взрыв активировался в пятнадцати метрах над стеной, никого не задев и сработав красивым, но безобидным «салютом».

— Красиво…

— Я бы предпочел находиться от такой красоты как можно дальше.

— Тут я соглашусь, — кивнул граф. — Как думаешь, они всерьез собираются идти на штурм или так…

— Обеспечивают себе лучшие условия на переговорах. С большой долей вероятности с той стороны о смене власти в Карланде уже тоже знают: магическая почта, она много где есть. Вот и показывают, что просто так отступать не станут.

— Будем надеяться…

На стену к уже стоящим там двум мужчинам неспешно поднялся третий.

— Порвин ан-Дитрих.

— Ан-Дитрих?

— Да, а что? — Серов всмотрелся в черты лица мага и попытался найти там сходство. На оставшегося в графстве землевика с той же фамилией данный представитель магической братии был не похож совсем. Небольшой, кругленький, нос картошкой, бородка какая-то жиденькая. Поднявшийся был похож скорее на повара в заштатном кабаке, чем на мага.

— У вас братьев случаем нет? В баронствах? На земляной стихии специализирующихся?

— Братьев — нет, — качнул головой маг, — но род Дитрихов достаточно велик и изрядно разветвлен, немало среди нас и тех, кто пошел по тропе познания магических наук. А что?

— Недавно столкнулся с магом, носящим такую же фамилию. Впрочем, сейчас это не важно. Как оцениваете крепость нашей обороны?

— Эти стены стоят уже тысячу лет, граф, — в этот момент в воздух взлетел еще один снаряд, явно напитанный огненной магией, судя по оставляемому в небе красивому следу из искр. Впрочем, выстрел получился неудачный, и огненный шар, не долетев немного до стены, ухнул в ров, подняв вверх столб дыма и пламени, но не нанеся никакого ущерба. — Знаете, сколько раз кассцы пытались штурмовать Ключ?

— Даже не представляю.

— Около двух десятков. Про просто демонстративные осады я даже не говорю. Удачно для них дело закончилось ровно два раза, причем оба случая были связаны с предательством внутри крепости. В ханстве воспитывают неплохих магов-воздушников, но именно эта специальность не слишком подходит для осад.

— Что мешает магу просто перелететь через стену?

— Вы, видимо, в этом деле не слишком хорошо разбираетесь? — Цыкнул зубом ан-Дитрих. — Когда маг летит, он слишком уязвим. Просто преодолеть несколько дневных переходов — легко, пользоваться этой способностью в бою — точно нет. Те, кто готов на подобные глупости, до рангов мастера и тем более магистра не доживают. Нет, если бы там был полноценный архимаг, нас бы, конечно, ничего не спасло, но архимаги — товар слишком штучный, а уж сколько будет стоить наем такого специалиста для непосредственного участия в боевых действиях… К счастью, в казне хана традиционно свищет ветер. В степи много отважных воинов, но вот денег она позволяет зарабатывать гораздо меньше, чем хотелось бы правителю в Кассе.

— Это отрадно, — согласился Серов, отметив мимоходом, что тема предательства была затронута отнюдь не спроста. Однако следующие несколько минут показали, что ан-Дитрих всё же несколько переоценил крепость старых стен. Или даже не так: как раз к стенам и вложенной в них магии вопросов не было, а вот… Впрочем, по порядку. — Что-то не так.

Серов своих сил хоть и лишился, но прямая связь с богом, пусть даже таким слабосильным и неопытным — это серьезно. Всегда есть кому подстраховать. Вот и сейчас Александр почувствовал, как в его сознание ворвалась чужая воля и выдернула его в «астрал», где он как будто своими глазами увидел формирование какого-то магического действия, направленного на ворота крепости. Деревянные, не каменные!

— А какими еще магами славятся кассцы? Кроме воздушников? — Стараясь не показывать озабоченности, перестроился граф, но маг всё равно услышал характерные нотки и явно занервничал. Как и капитан наемников, который повернулся и молча поднял бровь в вопросительном жесте.

— Ммм… Пожалуй, еще друиды. Деревьев в предгорьях достаточно, да и с животными там отлично работают.

— Ну вот прямо сейчас собранные по всей степи и накачанные магией насекомые готовятся сожрать ворота крепости. Есть идеи, как этому противостоять?

— Хм… — Ан-Дитрих бросил полный растерянности взгляд на Александра, потом подхватился и бросился вниз к воротам, не пытаясь выяснять, откуда получена информация.

— А вам, господин ан-Грейн, — приставка «ан» к родовому имени означала, что капитан наемников тоже имел кое-какие магические способности, впрочем, вряд ли особо мощные, — я бы посоветовал снять людей со стен и приготовиться отбивать атаку на ворота.

Судя по всему, кассцы реально поверили в успех своей магической придумки, потому что пошли в атаку, фактически не дожидаясь, когда маленькие трудяги доделают свое черное дело и освободят проход для людей.

Первыми бросились вперед орки — их кассцы использовали как бесплатное мясо в подавляющих волю рабских ошейниках — с тяжелыми вязанками хвороста и какого-то мусора, чтобы завалить ров и позволить своим войскам не тратить время на его преодоление. Со стены полетели частые стрелы и пара заклинаний. Несколько бойцов подтащили к свесу надвратной башни емкость с маслом — Серов подумал, это уже готовятся встречать атакующих, но нет: масло вылили и подожгли, чтобы остановить нашествие мелких шестилапых диверсантов. Это и правда помогло: некоторое время хитиновые бойцы не могли получать подкрепления, однако касские маги отреагировали достаточно быстро: налетел порыв ветра и резко сдул пропитавшиеся маслом фашины в сторону.

Впрочем, некоторое время выиграть удалось, потому что рабам-оркам пришлось начинать свое дело фактически заново, вновь подставляясь под стрелы и заклинания со стен. Серокожие падали, кто-то кричал от боли, кто-то просто пытался уползти, но глобально на происходящее обстрел со стены повлиять не мог: бойцы уже начали бросать дальнобойное оружие и спускаться вниз, чтобы встретить атаку лицом к лицу.

Хотя нет. Александр, впервые оказавшийся в гуще событий и как бы при этом будучи оторванным от происходящего — ему не нужно было суетиться, руководить, отдавать команды или собственноручно вступать в бой — мог «насладиться» всем происходящим. Наемники, пока замковые маги суетились у ворот, пытаясь остановить нашествие жужжащей орды, начали сооружать баррикаду на «второй линии защиты». Откуда-то подтянулись телеги, ими перегородили проход, поставили деревянные щиты, потом в ход пошли козлы с чем-то, какой-то совсем уж откровенный мусор, и буквально за какие-то пять минут в нескольких шагах от ворот образовался завал, способный удержать порыв уже мысленно празднующих победу атакующих.

— Что происходит? — Рядом с Александром на гребень стены поднялась Лара.

— Осторожно, не высовывайся. А то прилетит стрела в голову, и варианты для дипломатии резко закончатся. — Серов без всякого пиетета дернул девушку за руку, убирая ее с прострела. Под стенами крепости уже вовсю шастали вражеские стрелки, прикрываясь большими осадными щитами-мантелетами. Защищающиеся пытались их достать, в том числе и магией, но получалось паршивенько: видимо, какая-то защита имелась, потому что большая часть заклинаний вреда им не наносила. Сюда бы пару пушек — они на дистанции в сто-двести шагов гораздо лучше себя показывают, чем стандартные боевые заклинания. Сейчас бы крупной картечью всю эту полевую фортификацию быстро разобрали бы… Но чего нет, того нет. — Это тебя твои соотечественники встречают. Жаждут познакомиться поближе, видимо.

— Я — дочь великого визиря, мне не причинят вреда.

— Вот и попробуешь озверевшему от крови воину, который только что прорвался сквозь стрелы, магию и прорубил себе путь сквозь вражеский строй, объяснить, как тебя зовут и кто твой папа. — Лара, видимо, представила всё это, примерила на себя и явно занервничала. Даже в опустившейся на замок темноте было видно, что встречаться с воинами Касса в таком формате ей совсем не хочется.

— И что делать?

— Ждать. Я всё же надеюсь, что гарнизон знает свое дело, и мы спокойно дотянем до утра. — В этот момент особо удачно пущенный снаряд требушета, разбрасывая искры, перемахнул через стену замка и влетел в какую-то постройку у дальней стены. Во все стороны пыхнуло огнем, кто-то закричал от боли, перекрывая общий шум схватки. Внизу специально выделенная пожарная команда тут же бросилась с ведрами, чтобы потушить потенциальный очаг возгорания.

Впрочем, как оказалось, остаться совсем в стороне от дела защиты Ключа Серову не удалось. Даже наоборот. Основную ставку кассцы в этот вечер делали отнюдь не на атаку ворот, а обстрел замка метательными машинами и вовсе был лишь отвлекающим раздражителем. Более того, когда в месте примыкания стены к крайней угловой башне, которая находилась максимально далеко от места основных событий и именно поэтому была выбрана Александром в качестве наблюдательного пункта, через зубец стены перемахнула имеющая очертания человека тень, всё стало на свои места. Даже время атаки — ну кто начинает штурм замка на закате? Больше бойцов потеряешь от поломанных на кочках ног, чем от стрел защитников? Тот, кто делает ставку на скрытое проникновение и неожиданный удар в том месте, где его никто не ждет.

— Ааа! — Лара увидела диверсантов только тогда, когда Серов уже выхватил меч из ножен и ткнул первого из них.

— Назад, в башню, вниз! — Только успел выкрикнуть Александр, надеясь на то, что его поймут, а дальше ему резко стало не до разговоров.

Вслед за первым «теневым», как мысленно окрестил их граф — потому что они не только одеты были в черную одежду, но как будто заставляли темноту вокруг себя подрагивать и расползаться в стороны, смазывая силуэт и усложняя реакцию на свои действия — на стену запрыгнуло сразу трое. Не удивительно, что на стенах не заметили приближение этих бойцов: если не видеть их в упор, то в темноте глаз за такие темные пятна просто не будет цепляться.

Первый, вооруженный чем-то совсем специфическим типа кистеня — гирька на шнуре, и всё это прикреплено к короткой рукояти — весьма ловко хлестнул своим оружием в сторону единственного в этом месте защитника и сходу добился успеха. Гирька скользнула мимо меча, которым попытался отмахнуться граф, и влетела в бицепс правой руки. Удар получился несколько смазанным, кость, во всяком случае, точно не пострадала, но руку отсушило конкретно, полноценно орудовать клинком мужчина возможность потерял сразу.

Второй боец и вовсе спрыгнул сзади и попытался всадить короткий нож Серову под ребро. Клинок со скрежетом скользнул по мелкой кольчуге гномьей работы и, застряв в кевларовом поддоспешнике, урона не нанес. Наоборот, граф, крутанувшись на месте — и немного пригнувшись, пропуская второй полет кистеня над собой — вырвал клинок из рук теневого и, пользуясь преимуществом в массе, просто бортанул того плечом. Диверсант явно не ожидал такой прыти от здоровенного мужика и, потеряв равновесие, свалился со стены во внутренний двор. Учитывая высоту в добрых 15 метров и каменные плиты внизу, вероятность благополучного приземления была не слишком высокой.

Одновременно Александр активировал магический щит своей уже не раз выручавшей его перчатки — и вовремя. Тот, который с кистенем, поняв, что второй раз достать противника не получится, элемент неожиданности исчерпан, выложил еще один козырь на стол — метнул в противника пузырек с какой-то алхимией. Склянка со звоном разлетелась, уткнувшись в магическую преграду, выпустив на свет плохо видимое в темноте облачко какой-то гадости. Разбираться, что это такое и с чем его едят, Александр посчитал нецелесообразным и предпринял тактическое отступление. Сделал несколько шагов назад, зайдя внутрь каменной башни, и попытался закрыть за собой дверь.

Однако сказать это оказалось проще, чем сделать. Когда у тебя одна рука почти не слушается, и ты пытаешься при этом не потерять меч, когда вторую руку ограничивает активированный магический щит, даже такое простое действие, как закрытие двери, может оказаться достаточно проблематичным. Серову пришлось бросить клинок — он при этом еще и неудачно упал и со звоном поскользил вниз по опоясывающей башню винтовой лестнице — и навалиться на дверь всем телом. В этот момент с той стороны в нее с разбега влетел «теневой».

Граф получил дверью в лоб, отлетел к внутренней стене башни и еще приложился о камень затылком. В глазах брызнули звездочки, но заниматься прикладной астрономией времени уже не было: «теневой» заскочил внутрь башни и сходу нарвался на удар с левой в противоход. Удар получился смазанным: в последний момент диверсант успел, как заправский боксер, прикрыться плечом и подставить лоб, поэтому нокаут не случился. Вместо этого он пошатнулся и попытался достать противника появившимся откуда-то кинжалом. Неудачно.

Вот только время тут, очевидно, сработало против диверсионной группы. Теневые совершенно очевидно не собирались сражаться с защитниками крепости грудь в грудь: план был в другом — захватить башню, смутить обороняющихся, начать стрелять во фланг, затруднить оборону крепости. И план этот, очевидно, провалился. Сейчас со всех сторон к атакованной куртине бросились солдаты, и смысла продолжать безнадежный бой просто не осталось. Теневой это понял в тот момент, когда снизу и сверху по лестнице загремели железом приближающиеся наемники.

В этот самый момент, мозжечком уловив переключившееся внимание теневого — годы боев и сражений сказываются в таких случаях — атаковал уже Серов. Не особо раздумывая, он просто бросился вперед, прикрыв руками голову и понадеявшись на то, что кольчугу просто так кинжалом не пробить. Так и вышло: попытка отмахнуться клинком не удалась, металл безвредно скользнул по металлу, а дальше сработала «силушка богатырская». Та самая, которая массушка на ускорение. Серов своими сотней с небольшим килограммами, разогнанными насколько это позволяет человеческая физиология, впечатался в оппонента и тупо подмял его под себя, несколько раз приложив для верности локтями и коленями.

— Граф, вы как? — На стену вывалились бойцы капитана ан-Грейна.

— Жив. Ловите: там двое еще побежали в сторону той башни. — Диверсант внизу заворочался, Серов сделал паузу, отвесил теневому смачную оплеуху левой рукой прямо по уху, после чего указал направление, куда нужно бежать.

— Ушли, сволочи. Махнули через стену и всё, как растворились. — Снаружи, из-за крепостной стены, раздался звук боевого горна, командующий отступление. Солдаты касского хана, выстраивавшиеся до этого перед стенами Ключа для атаки, развернулись и двинули обратно в лагерь: обходной маневр провалился, штурм начинать смысла нет. — Как вы их? Троих сами? Это же ______. Легендарная малая гвардия Хана. Их же всего несколько десятков! Каждый полусотни обычных бойцов стоит!

В голосе бойца послышалось настоящее уважение. Неожиданно приехавший в крепость какой-то «придурок-аристократ», кичащийся своим титулом, оказался первостатейным бойцом, сумевшим завалить легенду. Это явно подняло акции Серова на недосягаемую прежде высоту. Попаданец, впрочем, смысла хвастаться не видел, поэтому, рывком перевернув бесчувственного пленника и скрутив ему за спиной руки, чтобы не убежал, ответил:

— Просто повезло. Тут темно было, и эти думали, что здесь, в этом закутке, никого нет. — Александр осторожно выглянул наружу: так и есть, у основания башни была навалена в полном хаосе куча каменных блоков — то ли оставшихся когда-то от строительства, то ли еще что, но именно в этом месте штурмовать стену было максимально неудобно. Просто лестницу не поставишь, вот и не следили защитники за этой стороной куртины, отвлеченные демонстративной атакой на ворота. — Первый, считай, сам на меч напоролся, второй тоже недооценил меня. А этот… Этот вполне мог меня и достать. Повезло, как есть повезло.

Прибежал Нума, начал причитать, что не вовремя оставил сюзерена одного и теперь ему Ромул «глаз на задницу натянет». Потом появился капитан ан-Грейн, тоже подивился пленнику, предложил свою помощь в допросе. Вряд ли рассчитывал на то, что Серов согласится, просто было интересно поглядеть на экзотическую зверушку.

— Сам справлюсь, — Александр отмахнулся и добавил: — А вас я бы попросил усилить патрулирование и вообще заняться наведением порядка в караульной службе. Потому что произошедшее, вообще-то, ваша вина целиком и полностью. Вы там что-то про премиальные говорили? Вот прямо сейчас их потенциальный размер сильно сократился. Я достаточно ясно излагаю?

— Достаточно, ваше сиятельство, — сквозь зубы ответил ан-Грейн, но само обращение по титулу намекало, что порцию вистов граф только что заработал.

Когда суматоха улеглась — ворота, правда, спасти так и не удалось, но дырку на их месте солдаты, не отходя от кассы, начали закладывать камнем и деревом и вообще сооружать такую преграду, чтобы пробить ее было бы не легче, чем изначальные ворота — Серов оттащил пленника в ближайшую башню, где имелось помещение для обороняющихся, сейчас пустующее, и принялся за допрос. Допрос, впрочем, сразу не задался.

— Тебя как зовут?

— Мой господин тебя убьет. Я вырежу твое сердце и съем.

— Отличное имя, — хмыкнул попаданец. Конечно, можно было бы сразу приступить к пыткам, благо и опыт такой имелся, вот только на этого сраного ниндзю Александр имел немного другие планы. Да и, если говорить совсем откровенно, никакой сверхважной информации для графа пленник знать просто не мог. В конце концов, цель Серова была ведь не в том, чтобы вести с ханством боевые действия, а в том, чтобы их прекратить. Впрочем, чтобы заставить пленника сосредоточиться на своих словах и немного сбить спесь, Александр всё же отвесил тому увесистую, но скорее обидную, чем особо опасную оплеуху. — Я не собираюсь тебя пытать, придурок. Мне нужно, чтобы ты передал мое послание командующему вашей армии. Кто у вас там командует, с кем мне общаться?

— У нас командует тегин Аслан.

— Тегин? — Серов поморщился: нормально разобраться в местных политических раскладах он просто не успел, но на этой стороне узкого моря традиционная лестница барон-граф-герцог как-то не прижилась, и в ходу были другие титулы. Тегин — как понял Александр из объяснений местных — это что-то вроде родственника правителя. Не наследник, а скорее «член императорской фамилии».

— Тегин Аслан — двоюродный племянник хана, да продлит небо его лета.

— Насрать. Пойдешь к своему Аслану и скажешь, что здесь, в крепости, находится Лара — дочь великого визиря Алледина. И что граф Серов предлагает перемирие, чтобы я мог вам ее спокойно передать.

— Тегин Аслан вырвет… — Начал было пленник опять свою шарманку про вырванное съеденное сердце, но граф еще одной оплеухой оборвал эти причитания.

— Понял? Запомнил?

— Понял. — Видимо, при всей своей истинной вере в силу командиров и «уникальную подготовку», получать тумаки этому ниндзе всё же не нравилось, поэтому он достаточно быстро согласился сыграть роль курьера.

— А лучше я всё это напишу. Надежнее будет.

Пленника отпустили до рассвета, снабдив письмом, запечатанным личной печатью Серова. Капитан ан-Грейн пытался возмущаться, что, мол, такого пленника нельзя отпускать просто так, но Александр не обратил на причитания внимания. Ему премию за поимку «теневого» всё равно бы никто не выплатил, да и уровень планирования тут совсем другой.

— Передай тегину, что в противном случае я найду способ доставить Лару отцу в обход его войска, и тогда пусть он не обижается. Понял?

Тот молча кивнул и, перемахнув через стену, исчез в темноте так же бесшумно, как и появился. Граф только покачал головой — его личный спецназ тоже, конечно, был способен на многое, но до такого уровня им еще расти и расти. Просто разные лиги.

После «отбоя» — хотя какой отбой может быть в такой ситуации — Серов собрал командиров гарнизона на совещание.

— Было близко, — первым сказал ан-Грейн, не дожидаясь вопросов. — Если бы ворота прогрызли чуть быстрее, а «теневые» взяли башню… — он не договорил, и так было понятно.

— Они вас подловили, — хмуро добавил ан-Дитрих. — Отвлекли на ворота, вынудили стянуть людей, а сами ударили там, где мы ждали меньше всего.

— Усилили караулы, развесили на стенах светильники. Второй раз они нас так не поймают. — В голосе капитана при всей браваде уверенности слышно не было.

— Второй раз они повторять несработавший трюк не будут.

— Уверены, ваше сиятельство?

— Я бы не стал. Не нужно считать противника тупее себя, — граф пожал плечами. — Что по потерям?

— Девять человек убито, шесть тяжело ранено. Царапины я не считал.

Серов повернулся к ан-Дитриху.

— Вы поможете?

— У нас в крепости нет целителя, граф. Городской совет Карланда на это никогда не выделит средств. Наемники для этого слишком незначительный повод: их проще новых набрать, чем привлекать целителя, чтобы лечить раненых. — Капитан ан-Грейн на такую тираду мага только поморщился и кивнул. Социальный статус наемника в этих местах был действительно не слишком высок.

— Я имею в виду хотя бы энергией поделитесь? Для скорейшего выздоровления.

— За это нам не платят, — покачал головой ан-Дитрих.

— Понятно… — Подробности взаимоотношений магов и простых людей в «большом мире» за пределами его графства были максимально интересны, но вот прямо сейчас Александр слишком хотел спать, чтобы устраивать разборки. Ему было достаточно понимания, что Ключ свою обороноспособность сохранил и до утра ему ничего не угрожает. — В таком случае всем спокойной ночи. Надеюсь, что завтра мы наконец сможем решить все наши вопросы.

Серов кивнул собравшимся, предоставив им самим возможность решать «тактические вопросы», и отправился в выделенные ему покои. Благо Ключ был крепостью большой, в лучшие времена тут мог размещаться гарнизон и вдвое больший, поэтому свободных помещений имелось предостаточно. Более того, тут имелись — и поддерживались магами в рабочем состоянии — такие удобства, как горячая вода и магическое освещение, что для утилитарно-военного объекта было уже вообще роскошью.

Приняв душ, Серов хотел было уже лечь спать, но внезапно обнаружил у себя в кровати Лару. Касска лежала, укрывшись одеялом, и, кажется, даже мысли о том, что ее могут попросить провести эту последнюю "общую" ночь где-то в другом месте, у нее не имелось.

Короче говоря, выспаться Серову и остаток этой ночи в итоге тоже не удалось.