За первым барьером

Глава 1

Итак меня зовут, вернее, если вещи называть своими именами, звали меня Галар Кит Эванс, и нахожусь я в ситуации можно сказать довольно комичной, но как минимум не соответствующей моему хоть и не высокородному, но все-таки дворянскому происхождению. Также нельзя забывать, что я был магом четвертого круга. А сейчас я почти голый качусь кубарем по центральной лестнице особняка в надежде успеть выскочить. В моей голове пульсирует только одна мысль: пожалуйста, пускай дверь будет открываться наружу. Иначе я просто врежусь в нее, а эта тварь с огромными когтями на лапах просто порвет меня в два мгновения. И это будет довольно нелепо, если учитывать сколько усилий было приложено и через что мне пришлось пройти чтобы снова оказаться в мире живых. Давайте я немного расскажу о себе. Я был довольно неплохим магом, специализирующимся на демонологии. В империи демонология была не то чтобы под запретом, но носила на себе различные ограничения. Эти ограничения касались развития мага после достижения четвертого круга, следующий барьер разрешалось преодолеть только после разрешения одного из верховных жрецов. Ограничивался и спектр разрешенных заклинаний — за определенные можно было угодить в лапы церковных дознавателей. А там посмотрят твой сад духа и все, здравствуйте пытки с вопросами: где ты получил эти знания и кому из темных богов или демонов поклоняешься, а дальше веселое прощание с жизнью под дружный и оглушительный рев толпы. Ну и моральные нормы очень сильно подрезали потенциал магов моего направления. То есть все практики жертвоприношений были под строжайшим запретом. Иначе там вся история с прощанием с жизнью происходила еще быстрее. Но и если делать все как предписывает закон то, когда наступит момент твоей работы по изгнанию либо уничтожению демона ты сядешь в лужу. И эта лужа будет твоей крови вперемешку с твоей же требухой. Я весь свой путь мага старался соблюдать и закон, и мораль. В рамках разумного, конечно. Но, как вы понимаете, нельзя печь хлеб и вообще не испачкаться в муке. Так что мелкие грешки за мной имелись, но ничего серьезного и уж тем более доказанного не было, так, наговоры да подозрения. Но на прорыв на пятый круг церковь не давала мне разрешения вот уже который год. Возможно, пара клириков все не могут забыть наши ссоры при столкновении с демонами. Даже, скорее, они помнят не столько мое хамство, а то, что я оказался прав. Я все понимаю, что для мага моей специфики четвертый круг — это почти предел, но и пятый тоже еще не под запретом. Не знаю, что послужило причиной: то ли несправедливость данного решения, то ли присущая всем магам тяга к могуществу, но я решил прорвать барьер самостоятельно. Я, конечно, сначала долго колебался, но в один момент понял, что не прощу себе, если так и не попробую. На подготовку у меня ушло около полугода, и колоссальная сумма в золоте. На это ушли практически все запасы, остались только пара тайников уж совсем на черный день. Я даже придумал как скрыть свой прорыв даже если церковники мной заинтересуются и попросят продемонстрировать сад духа. И вот наконец настал день, когда я достаточно подготовился к тому, чтобы провести ритуал.

«Волновался ли я?» — спросите вы.

«Однозначно, да!» Но это было то волнение, когда ты что-то предвкушаешь и не можешь дождаться. В теле появляется легкость, а мысли становятся поверхностными и тебе тяжело сосредоточиться. Я предусмотрительно выбрал для своего ритуала выходной день, чтобы распустить слуг, а кого-то отправить по ну очень важным делам из города. И если со служанкой и кухаркой не возникло вообще ни каких проблем. Упорхнули только услышав, что я даю оплачиваемый выходной. То старый дворецкий лишь покачал головой на мое нелепое задание забрать из банка в пригороде деньги и привезти их сюда. Старик не был глуп и знал меня как облупленного. Но, надо отдать должное, единственное, что он сказал: -«Я надеюсь господин будет жив и в здравом уме, когда я вернусь.» Я лишь рассмеялся ему в ответ: «Конечно, куда я от тебя денусь!» На самом деле я не был так уверен, что все пройдет как нужно, и решил не бросать старика на произвол судьбы, он и так достаточно натерпелся от меня за время своей службы. В банке его ждала сумма, которой ему должно хватить на достойную старость, и небольшое письмо с просьбой: если меня не окажется на месте по его возвращению — рассчитать прислугу, а остальное забрать себе как награду за верную службу. Выпроводив его, я буквально на крыльях спикировал в подвал, где располагалась моя лаборатория. Весь пол лаборатории был исчерчен рунами и силовыми линиями. Я около недели их чертил и проверял. Что сказать, задумал я не самое легкое и безопасное мероприятие. Линии, прорезанные прямо в камне пола, сплетались в хитрый рисунок. В ключевых точках будут расположены кристаллы с энергией. Я еще раз внимательно пробежался взглядом по всем частям рисунка. Вроде все было в порядке. Достав из шкафа пять кристаллов, которые были забиты под завязку энергией и светились ярким голубым свечением. Свет был настолько яркий, что затмевал освещение магических светильников. Установив кристаллы в нужных местах, я занял свое место перед центром рисунка и начал на память произносить заклинание, вливая энергию в руны. Одновременно кристаллы стали отдавать энергию рисунку, наполняя его узор голубым свечением. Энергия стала концентрироваться в центре, образуя сферу в метре над землей. Почти так же выглядят сферы богов, с помощью которых маги преодолевают барьер. Но есть крохотный нюанс — они стабильны и требуют энергию только в момент контакта с магом. Но для изготовления артефактной сферы нужны несколько специалистов круга так восьмого или даже девятого из разных областей магии. Когда сфера сформировалась, стало больно на нее смотреть, настолько ярко она светила. Прищурив глаза, я шагнул к сфере и собирался положить на нее руки как требовал ритуал. Мой шаг раздался оглушающим звуком в тишине. Я начал протягивать руки, как вдруг входная дверь в подвал взорвалась мелкой древесной щепой. Крепкий моренный дуб разлетелся будто трухлявый пень. Следом опять полыхнула вспышка. Я в последний момент рефлекторно создал энергетический щит. Щит выдержал попадание чего-то тяжелого, но в моменте я понял, что лечу вверх тормашками к дальней стене и не плохо так прикладываюсь спиной о каменную стену. Удар, который выбил не только желание дать бой, но и весь воздух из моей груди. Осталась только одна мысль: как втянуть хоть глоток спасительного воздуха. Из глаз потекли слезы, и я попытался сфокусировать своё зрение на темном провале двери.

В комнату тяжелыми шагами зашли трое. Это были клирики в боевых доспехах. Как я догадался что это клирики? Да все очень просто: боевые доспехи имели белый цвет и на груди был выгравирован красный круг, поделенный волнистыми линиями на три неровные части, символизирующий трех светлых богов — Салмата, Орту и Кассандру. Сейчас эти парни представляли собой живых боевых големов. С моими шестью футами роста я доставал им только до середины груди. Им даже пришлось пригибаться и протискиваться в дверь полубоком. Вооружены были все по-разному. У первого было внушительное ружье, хотя ружьем это выглядело в его руках, для меня это скорее маленькая двуствольная пушка, которую он переломил, вставляя новые патроны. Если мне не изменяет память, то это длань Орту. Убойная штука, жаль, что она есть только у церковников. Судя по всему, именно от него меня приложило об стену. У второго на плече был огромного размера молот, причем, если судить по силе удара, превратившего дверь в труху, явно усиленный магией. Третий стоял за их спинами, и я не мог разглядеть, что он принес с собой.

— Именем императора и святой инквизиции вы арестованы. — Донесся до меня глухой голос из-под шлема. Первый зашедший уже перезарядил свое оружие и направил его в мою сторону. Если он выстрелит — собирать будет не чего, а если я заранее выставлю щит, то он точно решит, что я сопротивляюсь, и выстрелит. А потом второй еще со своей кувалдой. И неизвестно, чем третий добавит. Полноценный бой, даже с подготовкой к нему, был очень сложным. А сейчас, когда и энергии почти не осталось — все-таки ритуал не из простых и забрал довольно прилично — шансов на успех не было. Если подумать какие у меня перспективы, то минимум — это рудники, но если учесть заинтересованность инквизиции мной, то скорее всего казнь либо пытки. Да нет, точно пытки. Откинуло меня к краю контура рядом с одним из энергетических кристаллов.

— Ладно, ладно не нервничайте я сдаюсь, — я поднял руки над головой и постарался изобразить испуг на лице, хотя, наверно, изображать ничего не надо было. Я сделал вид, что пытаюсь встать, но меня шатает, и осел обратно, чуть вытолкнув рукой кристалл из своего места в рисунке. Тот звонко брякнул о каменный пол и с характерным постукиванием гранями по полу подкатился к моему бедру.

— Давай вставай побыстрее, — прорычало из-под шлема.

— Да встаю я уже.

Пару мгновений, пока я собирался с силами и кряхтя перемещался из позиции на пятой точке в еще менее гордую на карачках, ничего в принципе не происходило. Только нарастал гул. Сфере перестало хватать энергии для ее стабилизации, и она начала понемногу захватывать ее из пространства. Вообще, сфера представляет собой разрыв на определенный план, энергия которого позволяет магам пробивать свой барьер и развиваться дальше. С каждым мгновением он терял стабильность. Гул начал нарастать. Вот пара моих листов с записями сорвались со стола и со скоростью стрелы улетели в нее и растворились. Затем мимо меня пронеслись две книги и чернильница. Я начал чувствовать затягивающую силу. Стоя на карачках и улучив момент, когда незваные гости немного отвлеклись на летающие предметы, я прижал кристалл рукой. И вот здесь трем моим гостям следовало бы понять угрозу для нас всех и ретироваться, желательно не прихватив меня с собой. Я бы быстро деактивировал ритуал и закрыл портал, а сам бы успел улизнуть через тайный лаз в одном из шкафов, о котором кроме меня никто не знал. Ну а как иначе, жизнь мага непредсказуема, и всегда надо иметь запасной план. Мне бы хватило пары мгновений их отсутствия. Но они встали истуканами и никуда не собирались уходить. Меня самого уже начало тянуть к порталу. Я лег поплотнее, прижавшись к полу и постаравшись уменьшить тягу. Зацепиться на ровном полу было не за что. Краем глаза я заметил, что дальние два вроде поняли, чем может все закончиться и поспешили к выходу.

— Закрывай портал, тварь. — Крикнул мне тот, кто стоял ближе всех, продолжая целиться в меня.

— Я не могу. Теперь уже нужна печать. — Пытаясь перекричать гул, заорал я. Это было правдой — момент, когда я еще контролировал ситуацию, был упущен. И я понял, что скорее всего в его гениальную бронированную голову придет мысль пристрелить меня, дабы все развеялось. Я не стал этого ждать и, оттолкнувшись от пола из-за всех сил, прыгнул вверх, а затем в сторону, чтобы меня потащило прямиком к расширившемуся порталу. Сделал я это как нельзя удачно Пол, в месте, где я лежал, взорвался каменной крошкой, и я почувствовал, как мне в лицо врезались каменные осколки. Больно! Но это я уже отметил угасающим сознанием. Последнее, что я помню, это была быстро удаляющаяся моя лаборатория, превратившаяся в маленькую точку в огромном ярко-голубом мареве. Наверное, это все.

Я с трудом попытался приоткрыть глаза, в ответ голова взорвалась болью. Как будто сотню раскаленных игл вонзили мне под череп. Возможно, я еще раз потерял сознание, но через какое-то время снова попытался открыть глаза. В голове все кружилось, я встал на четвереньки и меня вытошнило. С трудом сфокусировав зрение, я обнаружил, что нахожусь в небольшом помещении примерно пятнадцать шагов в длину и десять в ширину. Серые каменные стены и пол, источников света вроде не было, но я все разглядывал без труда. Кристалл, который я схватил, наполовину использованный валялся в углу.

«Никогда бы не подумал, что загробный мир такой маленький.» — Для своего успокоения вслух сказал я. Звук собственного голоса придал мне немного уверенности. И я, откинув мысли, о моей скоропостижной кончине, стал размышлять более рационально. Если бы меня выкинуло на другой план, то прийти в себя мне бы уже не удалось. Судя по всему, я в каком-то пространственном кармане между планами. Такой карман может служить различным целям держателю, но просто так существовать он не может, так как его поддержание очень затратное дело. Даже создать его и поддерживать какое-то время требует много энергии. Можно бесконечно гадать кому он и для чего он нужен, но это все не главное. Единственный важный вопрос был только один — как мне отсюда выбраться пока он существует. Будет очень неприятно, если он в один момент лопнет как мыльный пузырь, и куда меня выкинет только троим известно. А выжить я могу только в своем мире, но вероятность в нем оказаться явно не на моей стороне.

Я начал обходить помещение, тщательно изучая пол и стены как обычным зрением, так и магическим. Осмотр в магическом зрении принес свои результаты и мне в принципе стал понятен замысел этого места. Он служил своего рода фильтром от эманаций других планов. То есть маг открывал портал не напрямую на интересующий план, а сюда, и с того плана открывали портал сюда. Маг получал обмен, и никто не сможет найти даже остаточных следов тьмы или скверны, или отголосков магии смерти. Я сел, оперевшись на стену, и начал думать. Я был не новичком в магии, да и в жизни тоже, и кое-что уже понимал. Если создан такой карман, то хозяин довольно сильно опасается разоблачения своей деятельности. Чем-то физическим они вряд ли обмениваются, потому что физический предмет все равно будет иметь остатки следов своего плана. Внезапно я что почувствовал. По комнате разлилась энергия отчаяния и ужаса, она ощущалась почти физически. В магическом зрении я увидел, как она прошла по одной печати, испещрённой рунами, и, пробежав по связующему их каналу, растворилась в другой. Через пару мгновений все повторилось в обратную сторону, но в этот раз энергия была пропитана нечеловеческой злобой, у меня даже волосы на руках встали дыбом, а липкий страх начал расползаться по телу, язык прилип к небу и в горле пересохло. Эти ощущения я узнаю из тысячи. Демонические эманации ни с чем не спутать. В какую мне сторону хотелось бы попасть, я теперь точно определился. Вот уж куда нужно было сегодня врываться клирикам, так это к хозяину этого уютного помещения между мирами. Я сел на пол и начал думать, каким образом мне выкарабкаться отсюда. И, как ни странно, в мою еще больную голову пришла то ли гениальная, то ли идиотская мысль. Это было чистой воды безумием, но и ситуация была не сказать, что ординарная. Не став медлить, я приступил к действиям.

Взяв кристалл в руки, начертил круг и начал чертить несколько запирающих рун, не позволявших моему духу сразу отправиться куда-нибудь по своим делам, затем соединил свой рисунок энергетической линией с одной из печатей, которая должна сработать как воронка. Вот уж никогда не думал, что буду использовать эту часть своих знаний, и тем более в отношении себя. По большому счету, мой рисунок представлял примитивный жертвенник с определенными доработками. Пока я чертил обмен произошел еще пару раз. Конечно, будет обидно не успеть. Но есть вариант еще нелепее, если они там жертв закалывают ножом, то умру я сначала здесь, а потом сразу там. Я сел в центр своего рисунка и приготовился. Время сразу пошло медленнее. В голову начали забираться мысли, что вдруг я не успел и сейчас этот карман распадется или не получится. От напряжения свело руки и было тяжело дышать. Я усилием воли отогнал панические мысли и сосредоточился на кончике кристалла, который держал в руках. И вот я почувствовал вновь уже знакомые ощущения и, как только ушла энергия жертвы, я перерубил кристаллом связующее звено между печатями. После этого, не задумываясь, острым концом кристалла ткнул себе в шею сбоку, чтобы попасть в артерию. Удар был сильным и отчаянным. Нельзя, чтобы страх в последний момент все испортил. Острая грань без труда вспорола кожу и мышцы, я даже успел почувствовать, как она задела позвоночник. Вспышка боли, но тело быстро стало ватным, я завалился на пол и чувствовал, как быстро утекает жизнь. Довольно прозаично, что за свою карьеру демонолога единственный человек, которого я принес в жертву, это я сам. Темнота опять приняла меня в свои мягкие объятия.

Я лежал на чем-то твердом и холодном. Тело затекло, а голова опять нещадно болела. Я прислушался к своим ощущениям. Подо мной явно был камень, руки и ноги были на месте, и я вроде не умирал. Единственное, что отсутствие какой-либо одежды доставляло дискомфорт и ощущение беззащитности. Но даже несмотря на это, я мысленно ликовал: — «Получилось, получилось!» И причиной моей радости было не столько мое спасение, сколько успех ритуала. Моя профессиональная гордость сейчас была в наивысшей своей точке.

«Без расчетов, без подготовки, ай да бесов сын.» Чуть позже, конечно, я остыл и смирился, что львиная доля удачи сыграла в мою пользу.

Справа раздался истошный крик девушки, который продолжался, мне показалось, целую вечность. Вопль был пропитан первобытным ужасом. Именно такая смерть жертвы давала больше всего энергии, такой лакомой для демонов. Я прекрасно осознавал свою беспомощность в данном положении. Я заглянул в сад духа и там было пусто. Так, теперь я не маг, но, надеюсь, хотя бы одаренный. Крик резко оборвался и после него тишина мне показалась звенящей и немного давящей. Единственное, что утешало, то, что демоническая печать разрушена и ее дух даже на время не достанется демонам. Я слегка приоткрыл глаза, но так, чтобы постороннему наблюдателю они казались закрытыми. Глаза сначала ничего не различали, затем, привыкнув к освещению, я стал осторожно осматриваться. Жертвенные тела лежали по бокам от меня на таких же алтарях. Видел я только ближайшие, но, судя по количеству проходившей энергии, в пространственном кармане их было больше

— Все, снимай с нее маску. — Раздался чей-то глубокий бархатный баритон.

— Слушаюсь, господин. — Послышались шаркающие шаги справа от меня. Слуга встал ко мне спиной, заслонив девушку, которая кричала. Слева от меня и где-то чуть дальше слышалось какое-то шевеление.

— Так, бездельники, тащите всех по клеткам пока трансформация не закончилась. — Хозяин приятного голоса продолжал раздавать команды.

— А с крайними двумя что делать? С ними ничего не происходит, — послышался глухой голос рядом со мной.

— Брось пока в углу, если зашевелятся — в клетку, а нет — тогда сожги.

Сильные руки обхватили меня вокруг туловища и закинули на плечо. Я постарался максимально расслабиться, чтобы сойти за мертвого. Мой путь оказался недолгим, пройдя со мной пару шагов слуга наклонился и не церемонясь скинул меня с плеча. Я упал и ушиб колено и локоть так, что чуть искры из глаз не посыпались.

— «Вот же скотина!» — подумал я про себя. Голову я предусмотрительно сначала уронил на свой костлявый бицепс, а затем только на пол. Никто мой маленький маневр не заметил. Я стал изучать обстановку вокруг из-под полуприкрытых глаз, лежа на боку. Помещение было около пятнадцати футов шириной и тридцать длиной. Я лежал на полу в кругу, испещрённым знакомыми рунами. Я без труда узнал барьер для демонов. Мне кажется, я с закрытыми глазами его могу начертить. В другом конце помещения были расположены клетки с довольно внушительными металлическими прутьями. Как раз в них сейчас начали перетаскивать тела. Рядом с клетками был расположен большой стол, который мог поворачиваться вертикально. На полках лежали различные устройства для разделки туш. Тут, судя по всему, все поставлено на поток. Я, конечно, слышал о таких способах вести дела, но в моем представлении это было увлечение отдельных оккультистов. А здесь все больше напоминало лавку мясника. О мотивах не было смысла задумываться, это деньги. Нет, не так, очень большие деньги. Тела людей превращают в демонические под влиянием переселения сущностей. А затем разбирают на ингредиенты, что очень ценятся среди магов и артефакторов. И демонических эманаций можно получить в ингредиенте сколько потребуется. Просто подержать подольше, чтобы процесс превращения закончился не только физически. И ингредиенты ничем не будут отличаться от полученных с настоящего демона. Страдания жертвы также еще создают коридор для переселения демона. Даже стало интересно — а знает ли та сторона, какая судьба уготована переселенцам? Мои мысли прервал звук падающего рядом со мной тела. Это принесли девушку, которая была последней жертвой. Так получилось, что мы оказались с ней лицом к лицу. Ее глаза были широко раскрыты и смотрели куда-то в даль. Лицо, когда-то красивое, сейчас застыло восковой маской, на которой был запечатлён предсмертный страх. Волосы черные, но прорежены пучками седины. И, судя по возрасту, что все-таки это связано с ее последними эмоциями.

Я стал наблюдать дальше за процессом, пытаясь придумать как мне выбраться отсюда. Тем временем, тела уже перетащили в разные клетки. Только сейчас я заметил барьерный круг на полу у каждой клетки. Энергия на руны подавалась из двух кристаллов. Второй был резервным, если первый садился, то включали второй.

— Ладно у меня еще куча дел, не испортьте ничего как в прошлый раз, а то сами окажетесь на алтаре. — С этими словами хозяин глубокого бархатного голоса вышел за дверь, видимо дальнейшее его присутствие не требовалось. В комнате кроме меня осталось четверо довольно крепких мужчин. На лицах были кожаные маски, которые застегивались сзади, на глазах очки. Толстые кожаные фартуки и такие же перчатки. Работали они без суеты, видно было, что уже не в первый раз все делают. Первая из жертв уже начала изменяться — вытянулись руки, заострились черты лица, кожа приобрела багрово-красный оттенок. Тело было похоже на сломанную куклу, которую кидало по клетке. Затем тело замерло, но не на долго. Внезапно на все помещение раздался то ли вопль, то ли рык. И начал подниматься полноценный демон может быть второго, а может даже третьего круга. Тварей с разных планов так же классифицировали, как и магов, правда с погрешностью, потому что условием было умение мага этой ступени справиться с такой тварью один на один в бою. Он был человеческого роста, но тело было бочкообразным, с короткими ногами и длинными свисающими руками с когтями. Лицо напоминало обезьяну с вытянутой зубастой мордой. Интеллектом эти твари особым не были наделены, но проблем могли доставить при встрече очень много. Демон начал вставать, опираясь на передние лапы. Встав, он грозно зарычал. Но его рык прервал один из слуг, ткнув какой-то длинной палкой ему в спину. По телу демона пробежала волна и он обмяк, а прерванный рык так и повис в воздухе. После этого его вытащили за шею каким-то ухватом. Двое сразу подхватили его, положили на колоду. Удар топором, и голова упала в подставленный таз. После этого тело потащили на разделочный стол. Работали со сноровкой, так, что я даже невольно восхитился. Сильно мешкать не имело смысла, и я начал ползти понемногу вдоль стены. На мою удачу яркий свет присутствовал в основном у разделочного места. А этот участок комнаты был в тени. Всем четверым было не до меня, они были заняты разделкой тела. Я аккуратно, пытаясь не издавать шороха, пополз. Сделав несколько змеиных движений, я без труда пересек очерченный демонический барьер. И тут раздался вопль. Мое сердце успело ухнуть куда-то далеко вниз, а я замер в оцепенении. Но как оказалось это второй заканчивал метаморфозу.

— Быстро этот переродился. Надо поторопиться, а то слишком много демонических эманаций будет. Придется еще и очистку проводить. — Прокричал один из четверки, чтобы перекрыть рык. И, судя по всему, дополнительную работу никто не хотел делать, так как мясники принялись работать еще быстрее. Теперь я мог не бояться, что меня услышат, рык демона заглушал все звуки. Я уже проползал напротив разделочного стола, когда они почти заканчивали с первой тушей, буквально разбирая ее на части. Второй демон неистовствовал, пытаясь добраться до жалких людишек. Тварь хоть и не отличалась умом, но сообразить о дальнейшей своей участи можно было просто посмотрев на свою товарку. Рыча, он бросался снова и снова но энергия барьера откидывала его назад от прутьев.

— Зиг, угомони его, а то скоро шкуру повредит, да и от его воплей уже голова трещит, — прокричал один из мясников, пытаясь перекрыть рык и одновременно выдергивая когти из нижних лап.

Я к этому моменту дополз уже до двери и прекрасно понимал, что просто так меня отсюда никто не отпустит. Свидетели никому не нужны, особенно в таких делах. Парень, которого, судя по всему, звали Зиг, к этому времени взял ту длинную палку, которой вырубили первого демона, и приблизился к клетке. Подойдя к клетке, он не стал сразу бить артефактом, а наклонился вперед лицом, дразня тварь, которая не могла до него добраться. Именно в этот момент я вскочил, пробежав четыре шага и дернул за рубильник, отвечающий за подачу энергии на клетку. Зиг краем глаза заметил мое движение, но было уже слишком поздно —он успел только повернуть голову обратно в сторону клетки. Очередная атака демона закончилась фееричным успехом с салютом из кровавых брызг, а голова Зига перекочевала в лапы твари. Пара теплых капель попала мне на щеку. Это вывело меня из оцепенения. И я бросился к двери. Потянул на себя ручку тяжелой двери. Дверь, сначала неохотно, но поддалась моим усилиям. Дверь клетки с противным скрежетом рухнула наружу. Только в этот момент остальные заметили, что что-то пошло не так, но они не могли ничего противопоставить освободившемуся демону. Я выбежал за дверь, даже не став терять время на то, чтобы закрыть ее. Первый вопль ужаса и боли догнал меня, когда я только успел сделать два шага. Это придало мне ускорения. Коридор был шагов пятнадцать. Дом выглядел заброшенным, здесь всюду царило запустение. А в крыше местами были дыры, через которые сейчас светила яркая луна. Освещения было как раз достаточно, чтобы не свернуть себе шею. Двое уцелевших решили последовать моему примеру и поскорее покинуть дом, в одно мгновение превратившийся в западню. Я добежал до широкой лестницы, которая шла вниз к двери, ведущей на улицу. Через небольшое полукруглое окно над дверью в дом проникал лунный свет, придававший нереальность всему происходящему. Второй крик донеся из начала коридора. Также я слышал и чувствовал по вибрации пола, что кто-то бежал. Я, не сбавляя скорости, зацепился рукой за поручень перил и попытался завернуть на лестницу. Но на второй ступеньке моя босая нога соскользнула вперед, из-за чего я сел на задницу и проехался на ней. Пытаясь исправить положение я хотел вскочить, но вместо этого полетел кубарем прямо в направлении двери. Рык, ударивший по нервам, дал понять, что демон уже разделался с еще одним несостоявшимся своим убийцей и опять начал преследование. И в этот момент я врезался в дверь. К моему сожалению она не открывалась наружу, но к моей невероятной удаче она уже достаточно сгнила от времени, и я вышиб ее, вылетев на улицу. Хорошо, что хозяева соблюли достаточную конспирацию и не стали менять входную дверь. Я сел на пятую точку, прохладный ночной воздух обдал меня свежестью. Я посмотрел на темный провал входной двери и увидел, как из него появился последний из помощников мага. Он бежал с широко раскрытыми глазами, лицо свело судорогой, оно застыло еще наверно в тот момент, когда он осознал, что происходит. На нем уже не было очков, маска была содрана вниз и болталась на шее, одной перчатки не хватало. Верхняя часть корпуса уже пересекла порог, но он зацепился своим фартуком за что-то внутри дома. Сначала он рванулся вперед, но безуспешно, фартук был крепким и зацепился он тоже, судя по всему, хорошо. Он схватил край фартука, поскуливая начал дергать его под разными углами, пытаясь освободиться. Раз на третий ему это удалось, и он уперся по инерции в левый косяк, даже лицо на мгновение стало счастливым. Одна нога уже пересекла порог, но вдруг он резко упал и начал орать, пытаясь зацепиться пальцами за доски крыльца. Пальцы беспомощно скользили по доскам, а его затаскивало обратно в дом. Я начал пятиться сидя, а его его голова пересекла порог, и крик оборвался, повиснув в ночи. Сразу стал слышно сверчков и лай встревоженных собак, видимо, все-таки, на дом наложены определенные заклинания, позволяющие маскировать его назначение. И я, вскочив, побежал к ближайшим темным проулкам, стараясь побыстрее покинуть это место и надеясь, что хозяин этого дома предусмотрительный и позаботился, чтобы не все гости свободно могли покидать его дом. Пробежав пару проулков, я с облегчением прислонился к холодной шершавой стене и глубоко вздохнул. Все-таки, значит, из дома этой твари не выбраться. Ну что ж, тогда все не так уж и плохо.

Глава 2

Первые солнечные лучи поползли по крышам. В это время года ночь была короткой. Не так уж и долго я плутал по трущобам столицы, чтобы сориентироваться, где я нахожусь. На мое счастье была ночь, и на улице было мало народу. Пару раз пришлось таиться в тени от сомнительных личностей, которые если не ограбят, так как грабить нечего, но могут для развлечения побить либо еще что похуже, и один раз от патруля, но это уже в рабочем квартале. Именно здесь, среди жилья ремесленников и рабочих фабрик, я сделал себе нору на непредвиденные жизненные обстоятельства. Я был в своей прошлой жизни довольно предусмотрительным, ну по крайней мере мне так казалось. Но, видимо, недостаточно, раз сейчас ползу голый на крышу одного из зданий. Хоть и была поздняя весна, но утром было довольно свежо, и если сначала мне еще было тепло после бега и пережитого, то сейчас меня трясло и зуб на зуб не попадал. Небольшую комнату я выкупил на окраине квартала еще два года назад. Она находилась на чердаке и в нее можно было попасть с крыши через небольшое окошко, чем я и планировал воспользоваться. Поднявшись на крышу, я увидел черный дым, поднимающийся со стороны трущоб. Что-то мне подсказывало что пожар произошел во вполне конкретном доме, там, где я сегодня очнулся. Хозяин прибыльного предприятия решил замести следы. Решение вполне логичное, лучше пусть сгорит дом с оборудованием, чем потом самого будут медленно поджаривать в подвалах инквизиции. Если честно, факт того, что решили так зачистить следы, совсем меня не радовал. И нет, во мне не бушевал праведный гнев наказать ублюдка, рассказав о его увлечениях. Я понимал: если решили вопрос настолько радикально, не считаясь с финансовыми потерями, то они в курсе, что я остался жив, и могут навести церковных ищеек на этот дом. А такие угрозы чреваты потерей моего здоровья или, вероятнее всего, жизни.

С этими грустными мыслями я отодвинул деревянный щит, прикрывавший окно. Начал искать пальцами между досок оставленную мною металлическую спицу. Так, ну где же она? И вот наконец я почувствовал холод метала, после чего, подцепив с двух сторон, достал ее. Надавив на одну из створок, я просунул между ними спицу и аккуратно повел вверх, пока не уперся в крючок. Потребовалось три попытки, прежде чем мне удалось его поднять и открыть окошко. Нырнув во внутрь, я осмотрелся: все было в порядке, никто здесь не хозяйничал без меня. Стянув с кровати одеяло, укутался в него, пытаясь согреться. Тело все дрожало, даже показалось, что стало хуже. Тогда, стараясь не шуметь, прошлепал босыми ногами в угол комнаты к сундуку с вещами. Заглянув в него, я достал нож и бутылку с вином. Откупорив бутылку, стал жадно пить. Живительная влага побежала по моему пересохшему горлу. Организм был обезвожен, да и унять дрожь в теле очень хотелось. Выпив залпом четверть бутылки, я почувствовал легкость. Вернувшись обратно, сел на кровать, сделал еще пару глотков. Тут я почувствовал, что новое тело не так привычно к вину, и я очень быстро захмелел. Убрав нож под подушку, я прилег. Проснулся я от дикого голода, судя по сумеркам вокруг уже был вечер. Я сходил к сундуку и достал припасы еды, оставленные в нем. Жуя вяленое мясо с сухарями, я уселся прямо на пол, рядом с вином. Думать пока не хотелось ни о чем. В голове была приятная пустота. Поев, я почувствовал, как меня опять заклонило в сон, и я не стал сопротивляться и лег обратно.

Проснулся я уже утром, позавтракал все теми же сухарями с мясом и немного сухофруктами, начал перебирать вещи, которые были в сундуке, хоть это не имело смысла, потому что я лично все это сюда складывал. Два комплекта рубах и брюк, теплый свитер, куртка, плащ, кепка, сапоги, нож, револьвер, запас патронов, пятьдесят серебрённых монет. Вот и все мое богатство. Была небольшая загвоздка в том, что одежда была немного велика для моего нового тела.

Кстати, по поводу нового тела, я подошел к небольшому зеркалу, висевшему в углу. Так, и что мы имеем — юноша лет шестнадцати-семнадцати, длинные волосы, серые глаза, лицо овальное, телосложение крепкое, но немного худощавое в силу возраста. В общем ничего такого, чтобы бросалось в глаза, таких молодых парней ходит сотни по улице, и это мне было на руку. Стоило задуматься что делать дальше, и я, расположившись на полу, стал размышлять. С одной стороны, из плюсов у меня новое тело, новая жизнь, меня никаким образом не обнаружит инквизиция. Думаю, для них я мертв. С другой стороны, и прав на свое имущество не мог заявить, да и магом я теперь не являлся, по крайне мере пока. Но, если парня приносили в жертву, то вероятнее всего он одаренный, просто с нераскрытым источником. Для пробуждения источника нужны либо большие деньги, чтобы сохранить после этого определенную независимость, либо контракт на службу империи на определённое количество лет. Моих знаний хватит, чтобы поступить в академию, не подписав контракт. Но без денег даже на существование я не смогу сам контролировать свое развитие в течении четырех лет обучения. И, скорее всего, придется искать покровителя. А это дорога в инструмент для определённых задач. И я уже так стал единожды специалистом в демонологии и трудился на благо империи пять лет. Тогда я выбрал государство, так как это давало иллюзию свободы от конкретного человека. После отработанного контракта я уже смог делать свою работу на более выгодных для меня условиях. Хоть я имел дворянское происхождение, но без капитала, его у меня не было, это просто память о славных предках. С отцом произошла какая-то странная история, после его смерти родственники отца не признали ни меня, ни мать. Мать, убитая горем и унижением, умерла от лихорадки спустя пару лет. Как итог, воспитание в пансионате, который тайно оплачивал кто-то из родни отца. Но спустя время, я крепко встал на ноги и если бы не мои амбиции мага, то мог бы жить весьма неплохо.

Ещё можно было стать клириком, вот это, конечно, было бы забавно. Но кто знает, как у них там все устроено, может вычислят меня и все, пиши пропало. Все-таки слухи про них разные ходят. И третий вариант — это охотники, там ты, конечно, тоже связан контрактом, но для таких оборванцев там самое то. Во-первых, кормежка и ночлег бесплатно, а еще и небольшое жалованье дадут.

Обучение длится всего год, а потом ты уже полноценно выходишь на службу и еще появляется возможность зарабатывать на закрытии разрывов и трофеях с тварей. Правда стоит учитывает, что выпинывают вас на втором круге, что сильно увеличивает смертность среди так называемых охотников. Закончив завтрак, я стал собираться, здесь задерживаться не стоило, мало ли какие способности и возможности у хозяина того дома. И он решит найти разрушителя своего маленького предприятия уже даже не из-за страха, что его сдадут, а так, душу отвести. Примерил на себя одежду, она, как я и предполагал, оказалась мне немного велика, я затянул ремень на брюках потуже, слететь не должны. Главное, обувь оказалась в самый раз. Я взглянул на себя в зеркало и остался доволен. Я стал напоминать парня из небольшого городка, которого собрали родители и отправили на учебу или работу в столицу в поисках лучшей жизни. Нож я убрал за поясной ремень, револьвер с патронами завернул во второй комплект одежды и убрал на дно мешка. Туда же сложил остатки припасов, свитер и почти все деньги, оставив себе две монеты и плащ, завязал горловину лямкой и перекинул мешок через спину. Сдернул с кровати простынь, бросил туда подушку и одеяло, так же завязал в узел, думаю, еще пригодится. Я присел, чтобы поднять мешок, и в моей голове острым лезвием пронеслась мысль, отодвинувшая все на задний план. Мои знания, которые я копил всю прошлую жизнь, о рунах, заклинаниях и ритуалах — они все пропали. Я не помнил почти ничего. Осталось лишь немногое. Я судорожно перебирал в голове все, что помню. Как результат: одно заклинание, пара ритуалов, а с рунами был полный провал. Сидеть и проклинать судьбу не имело смысла, пускай это будет плата за мое спасение.

Окинув взглядом свое временное пристанище в поисках того, что я мог забыть, увидел опустошенную бутылку вина, решил забрать и выкинуть ее где-нибудь, чтобы не оставлять лишних следов, если все-таки сюда кто-то придет. После чего вылез в окно и прикрыл его деревянным щитом, не став мучиться с закрыванием окна. Спустившись на улицу, я пошел в сторону одного из полицейских участков. В это время квартал еще прибывал в полусонном состоянии и людей на улице было не так много. Рабочие уже ушли на фабрику, а местные мастерские и лавки только готовились открыться, стаек детей также еще не было видно. Тишину нарушала только песня какой-то загулявшей до утра компании.

Пройдя пару улиц в направлении верхнего города, я оказался у одного из полицейских участков, он был расположен на границе рабочего квартала и квартала, где проживал более зажиточный и успешный слой населения. Здесь жили торговцы, чиновники, маги средней руки, которые не принадлежали к какому-нибудь роду. Полицейский участок представлял собой трехэтажное серое здание с отгороженной довольно высоким забором территорией. Я подошел к калитке, постучал три раза по металлической двери. Мои удары раздались глухим звуком по толстому металлу. Сначала ничего не происходило, затем через пару мгновений послышались шаркающие шаги, внезапно с резким стуком упала вниз заслонка смотрового окошка.

— Че надо? — спросил хриплый прокуренный голос.

— Мне бы это, на службу бы поступить. — Я начал изображать простоватого деревенского юношув поисках работы.

— В стражу?

— Я бы хотел в охотники.

— Одаренный значит, — хмыкнул голос.

— Да, — кивнул я, хотя и не был до конца уверен, так как проверка осуществлялась специальным артефактом. А это стоило пару серебряных монет. Так что я решил, что и тут посмотрят, только бесплатно. В лучшем случае, возьмут на учебу, в худшем — надают пинков и выбросят за забор, ну, либо, в стражу предложат.

Полиция империи состояла как из одаренных, так и обычных людей. Но охотниками зачастую были маги, а в стражу шли обычные люди, но были исключения в обоих случаях. Смотровое окошко захлопнулось, после чего послышался скрип отодвигаемого засова. И калитка открылась.

— Заходи.

Я зашел, передо мной стоял мужчина лет пятидесяти, но еще довольно крепкий. Одетый в черную форму стражника, а поверх была накинута теплая жилетка. Волосы и усы были седыми, но от курения трубки усы местами имели ядовитый коричневый оттенок. Оглядев меня с ног до головы, он что-то хмыкнул себе под нос и сказал:

— Бросай вон там свои пожитки и иди за мной. — После чего развернулся и направился внутрь здания. Я оставил все в указанном мне месте и пошел за провожатым. Меня оставили у дверей какого-то кабинета, сказали ждать. Спустя примерно час пришел хозяин кабинета. Судя по перстню на руке, он был магом четвёртого круга.

— Так одаренный, значит? — взглянув на меня мельком, спросил маг. Я только кивнул в ответ.

— Ну ладно, заходи, — он быстро прошел по кабинету и достал из стола небольшую шкатулку. После чего сказал: — Дай руку.

Я покорно протянул руку. Он, схватив своей рукой мой указательный палец, быстро провел по нему лежащим до этого на столе ножом для вскрытия писем. Капля крови не спеша выползла из раны и нависла над шкатулкой. Капнув на шкатулку, маг отпустил мою руку, открыл верхнюю крышку артефакта, внимательно присмотрелся.

— Мхм, ладно, ты нам подходишь, — оторвав взгляд от шкатулки, сказал маг. После чего, убрав шкатулку обратно в ящик, достал несколько исписанных листов бумаги. И начал довольно бегло рассказывать условия контракта. Условия контракта были стандартными и в принципе я их примерно себе так и представлял. Я подписал все бумаги, которые мне подсунули. После чего мне вручили бумагу, подтверждающую, что я заключил контракт, после чего назвали адрес, где были расположены казармы, и выпроводили из кабинета. Забрав свое скромное имущество у охранника, я отправился на указанный мне адрес.

Прошел примерно месяц моего пребывания в казарменной жизни. На многие вещи в силу своего возраста я смотрел скептически и буквально умолял себя потерпеть, чтобы не влезать в драку с каким-нибудь малолетним балбесом. Старался вести максимально незаметно. Собралось нас здесь около ста человек, желающих попытать счастье и стать охотниками. Жили в этой казарме только парни. Девушки жили отдельно и их было как минимум в два раза меньше, чем нас. Контингент был разношерстный, за одним исключением — богатых здесь не было, ну либо почти не было. Не удивлюсь, если нашелся какой-нибудь романтик. Так как учить магии непробужденных не было никакой возможности, этот месяц свелся к бесконечной беготне, уборке всего и вся, различным хозяйственным работам ну и, справедливости ради, могу отметить — было пару теоретических занятий, где нам рассказывали об основных законах империи и общую информацию о разрывах, так как они занимали львиную часть нашей будущей работы. Разрывы на другие планы были следствием применения магии. Так как остатки магической энергии от заклинаний и ритуалов да даже артефактов не рассеивались окончательно, они могли сталкиваться с другими такими хаотичными энергиями и соединяться. И когда накапливалась критическая масса энергии, мог произойти прорыв на какой-либо другой план. Осложнялось это все тем, что место применения большого количества магии никак не совпадало с местом появлением разрывов. И оттуда могли как заглянуть на огонек различные существа, так и энергия с других планов могла приводить к изменениям местной живности и растений. Изначально разрывы закрывали сложными ритуалами, затем специальными артефактами, так называемыми печатями Сора. От имени архимага, который их изобрел. Изначально артефакты должны были улавливать хаотично блуждающие энергии и не допускать появления разрывов, но судьба их применения сложилась по-другому. Так как быстро выяснилось, что при закрытии уже произошедшего разрыва печать забирала не только излишки энергии, но и огромную часть энергии из другого плана. Которые можно было потом распределить по кристаллам и использовать в ритуалах или производстве, да что уж там говорить, даже в освещении улиц. Так печати Сора стали довольно весомой экономической опорой империи. Поэтому печати сдавались исключительно государству за определённую плату. Самостоятельность в этом вопросе каралась очень строго, причем иногда наравне с запрещенными магическими искусствами или сектантством. Также охотники могли заниматься еретиками, магами, переступившими рамки дозволенного, бандами и преступниками всех мастей. Могло показаться, что империя не самое благоприятное место для проживания, но это было далеко не так, если не брать приграничье и глухие уголки, где люди зачастую были предоставлены сами себе, средний обыватель за всю свою жизнь ни с чем из этого не сталкивался. Так что-то где-то слышал, не более. Большинство разрывов успевали закрыть довольно быстро и без последствий. Временами появлявшиеся чудовища или жители иных планов осложняли закрытие разрывов. Но, к счастью людей, многие из них, не все, конечно, были привязаны к своему плану и теряли часть своей силы вдали от разрыва. А некоторые вообще без этой связи погибали. Были и исключения, некоторые, прорвавшись в наш мир, чувствовали себя вполне комфортно.

И вот наконец пришел день пробуждения. Нас всех подняли как обычно рано утром, единственным отличием было отсутствие утренней беготни на площадке. Как бы я не жаловался на местные порядки, но молодому организму они пошли даже на пользу. Мы спокойно умылись, позавтракали и начали по команде выходить на улицу. Всех кандидатов собрали у казармы и, рассадив по повозкам, отвезли все к тому же серому трехэтажному зданию, окруженному забором, в которое я обратился в первый раз. В этот раз стучаться никому не пришлось, нас уже ждали. Ворота открылись, запуская повозки на внутренний двор. Здесь нас высадили, после чего пришел какой-то хмурый дядька в форме и стал разбивать нас на десятки. После этой нехитрой процедуры один десяток сразу увели внутрь здания, а остальные остались ждать на улице. Я оказался в третьем десятке, здесь было шестеро парней, с ними я уже частично был знаком, и четыре девчонки.

В своем прошлом теле я уже проходил пробуждение и в принципе знал, чего ожидать. Сама процедура не представляла секрета, и все примерно слышали, как она проходит, но волнение на лицах будущих охотников читалось как в книге с крупным шрифтом. Особенно хорошо это было заметно было по девчонкам, которые все болтали без умолку. Я не стал стоять, подойдя к стене здания, присел и оперся на нее спиной. Спустя время я почувствовал, что у меня затекли колени, и я встал и потянулся, расправив руки в стороны. Как раз настала наша очередь заходить в здание, о чем нам сообщил вышедший стражник. Из предыдущих групп никто не выходил, что не удивительно: первый барьер являлся одним из самых болезненных. Поэтому, как минимум, ближайшие сутки неофиты будут пребывать в весьма плачевном состоянии. Наша группа, которая шла за стражником, поднялась на второй этаж и встала вдоль коридора. Здесь нас уже ждал высокий седой мужчина с довольно цепким холодным взглядом серых глаз.

— Здравствуйте, я старший офицер Корташ, — первым представился он. Мы в ответ нестройно поздоровались, на что он даже не обратил внимание.

— Врать, что процедура пробуждения безболезненная, не буду, все зависит от вашей предрасположенности. — Продолжил он.

— Кому-то придется потерпеть больше, кому-то меньше. Все прекратится в двух случаях: либо прорвется барьер, либо вы потеряете сознание, ну, либо, если вы очень волевой и настойчивый, но крайне неодаренный, то умрете от болевого шока, — самое интересное, что он даже на нас не смотрел, рассказывая все это.

— На этой ноте позвольте начать. — С этими словами он взял под руку худого черноволосого парня, стоявшего ближе всех к двери. И повел его к двери в дальнем конце коридора. У парня в один миг начали подкашиваться ноги, но он настойчиво шел с ним. Моя очередь пришла спустя полчаса. Корташ вышел из-за дверей и поманил меня рукой. Я зашел в зал, дверь за моей спиной закрылась, и все звуки, идущие из коридора и улицы, исчезли. Я думаю, к двери было прикреплено заклинание, основная задача которого не пропускать звуки изнутри наружу, чтобы не напугать криками других ожидающих одаренных. А то еще попадают в обморок раньше времени. Зал был погружен во тьму за исключением постамента в середине зала, который освещался ровным лучом света откуда-то с потолка. Вообще создавалось впечатление, что зал гораздо больше внутри, чем ему предполагалось быть. На каменном постаменте в форме столба лежала сфера золотого цвета размером с голову лошади. Сделав пару шагов, которые разнеслись гулким эхом в тишине зала, я замер. Именно ее пытался воссоздать своим ритуалом, но здесь она была стабилизирована и имела физический якорь. Не успело заглохнуть эхо, как я услышал чей-то глубокий с небольшой хрипотцой голос: —=Подойди и положи обе ладони на сферу.

И я вроде бы понимал, что будет происходить, но тем не менее ноги были ватные и двигался я как во сне. Я подошел к постаменту и положил руки на металлическую сферу, на ощупь ее можно было бы сравнить с куском льда, но она еще как будто вытянула сразу все тепло из организма. Я сразу почувствовал, что даже если захочу, не смогу оторвать руки. Ничего не происходило, не было никаких звуков, как вдруг яркая синяя вспышка пробежала по сфере и резкий импульс боли от ладоней пробежал по рукам, затем по всему телу, обратно в руки и ушел в сферу. Спустя пару мгновений импульс повторился, но был сильней. Я невольно вскрикнул и увидел искаженное болью лицо в отражении сферы. Почувствовав подступившие слезы в уголках глаз, я закусил губу. После шестой волны я перестал считать, да и себя я уже осознавал с трудом, не понимал кто я и где я нахожусь, только резкие вспышки, мой крик, и что-то текло по щекам и подбородку. Я уже не стоял на ногах, а висел на прилипших руках. Что за тело-то мне досталось что приходится столько терпеть, явно не талант. И вот новая вспышка, штаны и рубаха уже стали сырыми от пота. Со стороны я не напоминал сейчас человека, скорее что-то жалкое и скулящее. «Да, не так представлялся гордый путь мага,» — промелькнула ехидная мысль. В этот же момент я почувствовал, что скольжу вниз, потом удар об пол и затухающим сознанием я отметил, что он очень теплый, а затем следующий шлепок об пол, это были руки, которые упали следом за телом. После чего меня приняло спасающее забытье.

Две пары быстрых шагов эхом раздались по помещению, крепкие руки без труда подняли бессознательное тело и потащили в противоположную сторону от входа. Когда они скрылись за дверями, послышался голос Корташа, который переговаривался с хозяином хриплого голоса: — Если честно, я уже думал он помрет здесь.

— Да уж, конечно, не талант, но надо будет к нему присмотреться, если не погибнет за первый контракт. Ладно, надо приказать убрать здесь все и вести следующего.

С трудом разлепив глаза, я увидел покачивающийся потолок, ну на самом деле потолок был самым обычным, а качался он исключительно в моей голове, после чего, резко согнувшись на бок, я стал изрыгать все, что было внутри в заблаговременно подставленный таз. «Ох, сколько же свидетелей моего позора придётся перебить, когда стану архимагом,» — в шутку подумал я. В палате я был не один, здесь помимо меня приходило в себя чуть больше десяти человек. Зрение со временем стало проясняться, и я понял, что нахожусь в лазарете, куда один раз заносил парня, пострадавшего на занятии. Да, судя потому как меня потрепало на прорыве, хоть парень и был одаренным, но барьер был довольно крепкий. Я ненадолго задумался и решил в этот раз не становиться ни демонологом, ни осваивать другую магию с ограничениями. Да, конечно, сразу есть определенные бонусы и на старте они очень существенные, но какой смысл стартовать в гонке раньше других, если к финишу тебе просто нельзя. В своей прошлой жизни я допустил эту ошибку. Во-первых, я был беден и не мог полностью обеспечивать себя при учебе в академии. И последним пером на чаше весов послужило то, что я, влюбившись в одну симпатичную дворянку, хотел побыстрее стать ей ровней. Самое забавное, когда я начал вполне неплохо зарабатывать, она выбрала какого-то бедолагу без гроша в кармане, который специализировался на магии воды, и у которого кроме перспектив ничего не было. И, надо признать, она не ошиблась — тот парень сделал неплохую карьеру во флоте. Вообще, развитие мага довольно специфичная деятельность и зачастую молодые маги, представленные сами себе, не знают, чего хотят конкретно и появляется компот из различных заклинаний, которые они выучили исходя из текущих потребностей. Самый пик магического искусства — это девятый круг, прорвать этот барьер пока не удавалась никому. Первые три круга считаются учениками, на каждом из этих кругов можно изучить по два заклинания так, чтобы они стали частью сада духа и происходили только по одному завершающему жесту. Заклинания на этих кругах пока еще не обладали какой-то сверхразрушительной силой. Справедливости ради, стоит отметить, что очень много одаренных оседали на этих трех кругах по разным причинам. Затем шли маги с четвертого по шестой круг, здесь уже можно было включать в свой сад три заклинания. Где-то на этой ступени заканчивали развитие остальные маги, так как чем выше забираешься, тем больше нужен не только талант, но и ресурсы. Ну и верховные маги, седьмой и восьмой, четыре заклинания на круг и даже то, что у них осталось еще с ученичества, обладает солидной мощью. И девятый круг, это архимаги, там больше легенд и выдумок, чем правды. Туда прорываются главы родов и часто весь род работает, чтобы вырастить одного архимага, так как это напрямую сказывается на их власти и богатстве, ну и безопасности. От размышлений меня оторвала женщина в сером халате, вошедшая в палату и увидевшая, что я пришел в сознание. Кем она была я не знаю, то ли лекарем, то ли сиделкой.

— Ну надо же, я тебя не ожидала увидеть в сознании раньше завтрашнего утра. — Мягким журчащим голосом удивленно заметила она. После этих слов она вышла из палаты и вернулась с какой-то дурно пахнущей жидкостью в чашке.

— Пей до дна и не вздумай выплевывать. — Строго сказала она. Стараясь не дышать, я начал пить из ее рук. На вкус жидкость оказалась горькой, но запах был гораздо хуже вкуса. Заставив меня выпить все до последней капли, она сказала: — Ну вот и молодец!

После чего поднялась и вышла из палаты, а я тут же почувствовал, как мои глаза начинают слипаться. Три удара сердца, и я уснул.

Спустя четыре дня я выписался и вернулся в казарму. К моему величайшему облегчению все вещи, оставленные мной в сундуке у кровати, были в порядке и даже деньги, разделенные на несколько частей, лежали на тех же местах. Нас никто не беспокоил целых три дня, пока не вернулись остальные новообращенные. Пять коек оказались пустыми. Говорят, никто не погиб, просто потеряли сознание прежде, чем прорвали барьер, будут пытать счастье в следующем году. Девушки также продолжали жить отдельно от парней. На мой взгляд уже повидавшего всякого, ребятам стоит спать в обнимку с книгами и оружием, потому что именно от этого зависит их судьба. Потом никому не расскажешь, что не знаешь, как лучше убить какую-нибудь тварь, потому что твоя башка была занята чем-то другим, когда все объясняли. Но все равно находились горячие головы, которые уже наладили общение между собой. Ну что ж, кто я такой, чтобы бороться с естественным отбором. Дверь в казарму открылась и вовнутрь, не спеша, даже не много вальяжно, вошел полноватый лысеющий мужчина в сопровождении сержанта. Сержант был уже солидного возраста, он всю жизнь прослужил в страже, а когда здоровье начало подводить, его перевели на менее хлопотную службу. Сейчас он был ответственным за наше проживание в казармах, соблюдение распорядка и за нашу физическую подготовку. Хоть я отчасти считал, что его методы были излишними и местами граничащими с издевательством, но тем не менее даже за первый месяц новое тело немного окрепло. Я не могу сказать, что в своей прошлой жизни был слаб, но и атлетом я не был. Я уделял этому определенное внимание, но больше в моей работе были нужны знания и в прямые схватки я не вступал. Здесь все-таки мне придеться заниматься этим гораздо больше, так как иногда могут все решить твоя ловкость и скорость.

— Стройся.— Вернул меня на землю крик сержанта. Сразу началась суета, все торопились занять свое место побыстрее в строю, чтобы не пришлось потом бегать или что похуже.

— Быстрее, быстрее, а то будем тренироваться, пока не научитесь. — Гость на все наши крысиные бега смотрел безразлично и немного лениво, прохаживаясь рядом с сержантом. На каждый его шаг половицы поскрипывали. И вот мы уже стоим, и даже все на своих местах.

— Господин, — повернувшись начал докладывать сержант. Но тот лишь небрежно помахал кистью правой руки, оборвав сержанта. Наконец он перестал ходить и повернулся к нам лицом, встал и широко улыбнулся.

— Добрый день, будущие маги. — Начал говорить он

— Я господин Сварас, старший офицер и маг четвертого круга, для некоторых из вас буду куратором на первый год обучения и службы. Но не для всех, а только для самых смелых и не боящихся трудностей. Для тех, кто отважится изучать темную магию. — Говорил он это с вызовом.

«Так, — подумал я, — а работает он неплохо, знает, чем можно заманить вчерашнего подростка, банально взять его на слабо.»

— Но есть и соответствующее вознаграждение для таких героев. — Сообщил он заговорщицким тоном. И он начал перечислять все привилегии, а вот и заход на рациональных или нуждающихся в деньгах. Сам когда-то попался на это. По итогу быстрой вербовки, из строя вышло двенадцать человек.

— Что, больше никого нет? — Разочаровано протянул Сварас, проводя взором по строю, но было видно, что он был доволен своим уловом.

— Ну что же, собирайте свои вещи и выходите на улицу. Остальные расходитесь. — С этими словами он повернулся к сержанту и начал что-то в полголоса объяснять ему. Их разговор я уже не слышал. Спустя непродолжительное время новоиспечённые исследователи темных искусств покинули нас. Сержант, проводив их, вернулся в казарму и объявил, что с завтрашнего дня начинается учеба и наш отдых заканчивается.

Утро началось, как обычно, с бега и физических упражнений под руководством старого сержанта. После чего был завтрак и нас повели сначала на общее собрание. Нас рассадили в зале, здесь не было тех, кто вчера ушел. На трибуну в центре зала поднялся мужчина в сером дорогом костюме, его седые волосы были хорошо уложены, на пальце блестел перстень с черным камнем. Я его знал, да, я думаю, остальные тоже, тяжело не знать одного из верховных магов и начальника полиции столицы. Встав за трибуну, он окинул всех своим взглядом, от которого стало не очень комфортно, при этом в нем не было ни капли враждебности, скорее, даже наоборот, что-то отеческое.

— Я рад вас приветствовать в наших рядах. Да, наша служба короне и империи является тяжелой ношей, таящей опасности и для тела, да и для духа. Так как вы можете не просто погибнуть, но и затеряться в разломах. Но она так же необходима, как и опасна. И я надеюсь увидеть вас всех живыми и здоровыми, когда вы будете переходить на четвертый круг.

У магов были свои так называемые рождения — это переходы наиболее болезненные, так как они меняли мага в качестве. Это были первый, четвертый, седьмой и девятый круги. После этого он пожелал нам удачи и удалился. Пару слов сказали наши кураторы и нас начали разбивать на группы. Затем была вводная лекция, касающаяся того, что за год мы должны освоить первый круг с двумя заклинаниями, увеличив свой резерв для полноценного прорыва на второй круг.

Что касалось моего резерва манны, он составлял среднее значение для только что пробудившихся — двенадцать варт. За единицу измерения источника было взято количество энергии, необходимое для создания самого простого заклинания магии огня — искры. Заклинания, которые возможно выучить на первом круге, потребляют до четырех варт.

На следующий день после очередной зарядки и завтрака первым занятием была стрельба. Так как количество резерва и радиус поражения заклинаний у нас еще мал, все-таки большой акцент делался на умение владения оружием. Наш преподаватель по стрельбе немного эксцентричный мужчина средних лет, отличающийся позицией в жизни «если ты подстрелил товарища, то ты дебил, если себя, то ты дважды дебил», поэтому буркнув что-то про умение владения оружием, мы пошли к мишеням. Но патроны он не стал выдавать, и мы просто целились в мишень и нажимали на спуск, потом ходили и делали тоже самое, только ходили в хаотичном порядке. Как только он видел, что кто-то из нас делал воображаемый выстрел и попадал в товарища, он орал, и наказание в виде физической нагрузки настигало не только стрелка, но и жертву. К концу занятия мы были выжатыми как лимон, но друг в друга не попадали. После этого были занятия по магии на первом круге, это были только стихийные заклятия. Я пошел в класс, где изучали магию земли, так как рассудил, что мне сначала нужна защита, а постреляю я пока из оружия, потом уж с атакующими разберусь. Из защитных можно было выбрать в любой стихии, но я решил остановиться на каменной коже, так как иногда угроза могла исходить от банального ножа.

Все занятия проходили на той же территории, где находились казармы. Все теоретические занятия проходили в соседнем здании. Зайдя в свою аудиторию, я огляделся. Кроме меня здесь было еще человек десять, магия земли не так популярна, как магия огня или воздуха, поэтому здесь всегда немного обучающихся. В класс зашла привлекательная женщина средних лет в мужском костюме, волосы ее были завязаны в простой конский хвост.

— Здравствуйте. — Поздоровалась она звонким мелодичным голосом.

— Меня зовут София Картан, и я буду преподавать вам магию земли.

Сначала она рассказала нам о предпочтительных заклинаниях из магии земли для нашей профессии, а также паре специфических для тех, кто хочет в дальнейшем стать каким-то узконаправленным специалистом. Я, как и планировал, выбрал каменную кожу. София мне дала свиток, и я сел его изучать, там было словесное заклинание, которое нужно было выучить. Я начал зубрить его. Она тем временем показывала группе из четырех человек движение, которое нужно совершать при проговаривании заклинания. Потом, когда заклинание будет включено в круг мага, для его активизации понадобится только финальное движение и количество энергии влитой в заклинание.

— Ну, так и мой самый осторожный ученик. — Слегка улыбаясь, подошла София. На ее пальце блестел перстень мага четвертого круга.

— Я думала молодежь должна быть более горячей, а не сидеть в скорлупе.

— Все горячие сейчас учатся метать фаерболы, — попытался отшутиться я. Она слегка улыбнулась на мою шутку, чуть внимательнее присмотревшись ко мне своими зелеными глазами.

— Ладно, смотри и запоминай: левая рука идет сюда, затем правая идет сюда, одновременно начинаешь давать энергию, нога движется сюда и финальное движение рукой.

— Запомнил? — Спросила она.

— Вроде бы, да. — Не очень уверенно ответил я.

— Ну давай, показывай.

Я повторил все показанные движения несколько раз. София немного меня поправляла время от времени. Она осталась довольна только после того, как у меня получилось три раза повторить все без ошибок. Что-то хмыкнув себе под нос, она развернулась и пошла в начало класса.

Встав у своего стола, она сказала: — Мы увидимся с вами завтра, ваша задача выучить заклинание и движение, будем пробовать вливать в заклинание энергию.

После обеда у нас началась теория, нам рассказывали о разрывах на план смерти, какие опасности они несут и какой лучше тактики придерживаться при их закрытии. Вечером я из последних сил повторил движения заклинания и рухнул в кровать.

На следующий день все занятия повторились лишь с разницей, что стало еще тяжелее. Так и пошла учеба: огневая менялась с уроками владения холодным оружием. Все пытались впихать в нас как можно больше за короткое время. Я начал с ностальгией вспоминать размеренную учебу в академии, а сейчас у меня была каша в голове даже при том, что в демоническом плане я ориентировался как рыба в воде. Радовало, что хоть общие знания не так сильно пострадали. Охотников все-таки просто бросали в воду, если выжил — молодец, если нет — значит и два, и три года подготовки ничего бы не решили.

Глава 3

Прошло два месяца с начала обучения и нас начали ставить в патрули в город. Не то что бы нам это было нужно, просто стражи не хватало, и мы забирали один день в более-менее приличных районах. Нас разделили на четверки, в моей оказались два парня с которыми мы жили в казарме, но до патруля почти не общались. Если признаться честно, я вообще особо старался ни к кому не прикипать. Первый — темноволосый, высокий, со слегка вытянутым лицом, звали его Руд. Он был выходцем из семьи деревенского кузнеца. В принципе простой, веселый малый. Для своего возраста был крепко сложен, да и здоровьем не был обижен. Вторым был Альн, среднего роста светловолосый парень, тоже из простой семьи какого-то мелкого торговца. Если бы он решил пойти по стопам отца, то мог бы многого достичь. Это тот тип людей, которые тебе песок в пустыне продадут. Он почти без умолка болтал, травил байки и вообще развлекал нас как мог. Ну и заключительным членом нашей небольшой команды была Анна, довольно симпатичная скромная девушка из семьи безземельных дворян. Вообще не понимаю, как ее угораздило сюда попасть. В первый день дежурства мы услышали от нее только пять фраз, включая приветствие и прощание. Трудно будет девчонке, если не переборет себя. Я занял негласное лидерство в нашей команде, все-таки ребятам было по семнадцать лет, а мне уже почти сорок, хоть я был в теле юнца, но жизненный опыт никуда не денешь. Не могу сказать, что я стремился это сделать, все получилось как-то само, видимо, все-таки мое старшинство чувствовалось интуитивно. Руд и Альн сдружились и постоянно о чем-то болтали и травили истории, иногда, конечно, было невозможно слушать то, о чем они разговаривали, но это же опять из-за разницы в возрасте. Мы не спеша шли по одной из улиц района, отданного нам под патрулирование. День плавно переходил к вечеру. Солнце уже не жарило так сильно. Мы с Анной шли позади и обсуждали ее первое заклинание и какое лучше теперь учить вторым. Первым она выбрала фаербол, правда пока он представлял собой его подобие. Размером с перепелиной яйцо, но по убойному действию мог уничтожать растительность любой разновидности на телах врагов. Руд с Альном шли в трех шагах впереди нас. Альн что-то увлеченно рассказывал, а Руд временами заливисто хохотал, запрокидывая голову назад. Из вооружения мы получили дубинки, окованный металлом конец которых был зачарован. Удар, который не убивал, но болевой эффект у него был просто потрясающим. В народе даже название было — кнут. Знающие люди говорили, что ощущения схожие. И, конечно же, Альн решился испытать на себе прикосновение еще в первую смену. По его словам, как в детство вернулся, когда его оставили приглядывать за лавкой, а он ушел бегать с друзьями. И вечером его так выпороли. Огнестрельное оружие нам не дали, так как районы ученикам дают спокойные, да и патрулируем мы их днем. Наша смена уже подходила к концу, и мы ждали, когда уже отправимся домой. Но в наши планы ворвались неожиданные коррективы — справа от нас через дорогу резко раздался женский крик

— Кошелек, кошелек, — запричитала женщина, стоявшая у лавки уличного торговца, видимо, решив расплатиться, обнаружила пропажу. Все, кто стоял на улице, обратили свое внимание на женщину, только шедший к проулку мальчишника даже ухом не повел, а уверенными шагами продолжал идти. Прилично одетый, но что-то в нем было не так. Волосы, точно все засаленные, видно, что немытые не одну неделю. В этом квартале все-таки дети были чистые и ухоженные, даже если они в моменте залезли в грязь. Да и манера движений выдавала мальца. Что он привык жить на улице, где лучше сразу показать, что с тобой не стоит не связываться. Я чуть-чуть ускорил шаг и повернул в его сторону. Но парень видимо почувствовал мой взгляд. Черт, не надо было смотреть на него. Звереныш сразу все смекнул и бросился в ближайший проулок. Я тоже побежал следом, товарищи немного помедлили, но ринулись за мной. Но услышал я их шаги уже потом. Я пробежал по переулку, пересек еще одну улицу, и я бы догнал мелкого воришку, но он, ловко подогнув ноги, юркнул в щель в заборе, куда я не смог протиснуться и пришлось перелезать. Спрыгнув на землю, я заметил, как он сворачивает в проулок между домами. Я пробежал следом и оказался на участке между домами, служившим местным жителям своего рода местом собраний для культурного времяпрепровождения и не только. Деревянный помост, когда-то служивший видимо для выступлений или еще чего-то, оккупировали человек восемь местных жителей разного возраста. Краем глаза я отметил, что в пылу преследования забежал уже в другой район, ближе к рабочим кварталам.

«Ох уж этот дух охоты, —выругался сквозь зубы. Грядущие неприятности я почувствовал интуитивно. Представители местной фауны прожигали жизнь, выпивая и играя в кости. Кто- то досадливо вскрикнул, а двое захохотали. «Наверно, проиграл,» — промелькнула у меня мысль. Малец прошмыгнул мимо них и скрылся с той стороны помоста. По пути он задел бутылку, она упала и пролилась, тут же послышалась ругань и обещания спустить шкуру с неуклюжего пацана. Ругань сразу прокомментировали какими-то сальными шутками со всех сторон. Атмосфера веселья резко ушла, когда местные заметили меня. Такое же ощущение бывает, когда грозовая туча резко набегает на солнце.

— Тебе чего здесь надо? — спросил один из кидавших кости, одновременно вставая. Его товарищи тоже начали подниматься, образуя живую стену между мной и парнем, которого, судя по всему, мне теперь уже не поймать в любом случае.

— Парни, я не хочу ссориться, ваш мелкий попался на краже, отдайте кошелек и мы разойдемся, — немного отступая, чтобы сохранить безопасное расстояние, сказал я.

— Да, а мне кажется, ты врешь и просто любишь маленьких мальчиков, и гнался за ним не чтобы арестовать! — под смешки своих товарищей стал разгонять конфликт все тот же белобрысый парень чуть постарше меня, который первый задал мне вопрос. Видимо, он здесь заводила.

— Просто, даже если я сейчас уйду, я все равно его запомнил и в следующий раз он до вас не добежит, — сказал я. продолжая отступать и следя что бы кто-то из товарок белобрысого не зашел мне за спину.

— А никого следующего раза не будет, — ответил парень, доставая из-за пазухи не большой стилет. — Ты останешься тут и одной легавой собакой будет меньше.

Вот ведь жизнь интересная штука, свела вместе двух болванов. Меня, которого кто-то за язык потянул о том, что я ничего не забуду. И этого, готового убийство завернуть, и сгнить на каторге или еще что похуже за пару монет и уважение компашки.

Товарищи этого болвана тоже, видимо, соображалкой не отличались, либо крепленное вино так будоражило кровь, что решили посодействовать расправе надо мной, обходя полукругом и отрезая мне путь к бегству. Я начал проговаривать на автомате каменную кожу и, уже заканчивая финальное движение, услышал одновременные крики двух почти обошедших меня со спины. Видимо, очень они увлеклись предстоящим развлечением с моим участием, что не заметили появившихся из проулка моих товарищей. Руд и Альн не сплоховали и недолго думая приласкали их дубинками. Мой белокурый щербатый оппонент с ножом резко атаковал. Я к тому моменту как раз закончил с каменной кожей. Которая приобрела цвет, будто я извалялся в пыли вперемешку с мукой. Я не стал с ним устраивать дуэль с фехтованием, а сразу воспользовавшись своей защитой, сблизился. Он метил в живот, я слегка повернул корпус, чтобы не было прямого удара, все-таки я был только на первом круге, и я не был уверен в своей защите от прямого колющего удара. Да и проверять не хотелось. Нож вспорол куртку и прошелся по телу лезвием, не причинив никакого урона. А дальше я уже не дал ему нанести второй удар, ткнув дубинкой ему в брюхо. Силы в ударе почти не было, скорее, он был только быстрым, но расчет был на действие артефакта. У парня свело тело, а лицо исказила гримаса боли, он вскрикнул и попытался сделать вдох. В этот же момент я краем уха услышал, что те первые двое вскрикнули еще пару раз. Все правильно, парни сразу добивали, чтобы противник потерял сознание и не воткнул нож в спину. У моего неудавшегося убийцы из-за судороги подкосилось колено и выпал нож. Я не стал ничего изобретать и со всего размаха огрел его по спине, от чего он выгнулся дугой. И второй удар я уже нанес по лежачему, на всякий случай.

За что и поплатился. Ведь не пустому учат народные мудрости — не бей лежачего, пока кто-то еще стоит. Один из нападавших не растерялся, и в тот момент, когда я уже собирался распрямиться, нанес мне хороший удар ногой в лицо. От которого меня в той же позе перевернуло и ударило спиной о землю, на доли секунды я оказался в неплохом ресторанчике, куда я заглядывал в своей прошлой жизни. Я сижу, пью чай, слышу кокетливый хохот дам за соседним столом. Момент — и вот я прихожу в себя. Здесь уже не так хорошо, я лежу на земле и смотрю на голубое небо с облаками. Минус каменной кожи в том, что пока она не так хорошо защищает от таких повреждений. Хотя, если признаться честно, не используй я заклинание, так легко я бы не отделался. Концентрацию я, конечно, потерял, да и артефакта в руке не ощущал. Я сразу же постарался вернуть защитное заклинание, но загвоздка заключалась в том, что оно еще не вошло в мой круг. Я начал судорожно его проговаривать, пытаясь сделать нужные пассы руками, но вместо полноценных слов и движений получался только финальный жест. В какой-то момент тело пробила дрожь и заклинание получилось, а это значило только одно — оно стало частью моего сада духа и теперь подчинялось моей воле без всяких костылей.

Хочу отметить благосклонность ко мне судьбы, так как сразу после завершения на меня с нескольких сторон посыпались удары палками или какими-то штакетинами, также временами пинали ногами. Я закрыл голову руками, поджал ноги, защищая свои внутренние органы и пытался крутиться, чтобы удары проходили вскользь. Иногда мне это удавалось, иногда не очень. Ну что сказать, в своей защите в позе эмбриона я был великолепен, даже у нашего преподавателя по ближнему бою выступили бы слезы умиления, глядя на меня. Правда, неизвестно сколько я так продержусь.

Опять раздался крик и частота ударов, наносимых по мне, уменьшилась, потом второй крик уже другого и запахло паленными волосами, значит, и Анна догнала. Остался крайний, который пинал ногами. Я, не задумываясь, в момент замаха вцепился в опорную ногу, извернувшись со спины на живот стал наступать на своего обидчика, стоя на коленях. И триумф не заставил себя ждать — он потерял равновесие и завалился на спину, чем я не мог не воспользоваться, залез сверху и начал наносить удары руками в лицо. А мои костяшки сейчас были довольно крепкими, так что с первых же двух ударов пара передних зубов превратилась в пеньки, еще удар — нос слегка поменял форму, еще и глаза закатились. Поднявшись, я глазами нашел свой артефакт и подобрал его. Огляделся и заметил уже сбившего пламя поскуливающего парня. Он пытался уползти на четвереньках подальше, я, не задумываясь, подошел и с размаху приложил его дубинкой, его скулеж на мгновение взял очень высокую ноту и оборвался. Руд и Альн уже разделались со вторыми своими противниками. Судя по излохмаченной куртке противника, лежащего у стены, с ним дрался Альн. Воздушные лезвия сейчас пока не могли нанести серьезного вреда, но исполосовать кожу — это всегда пожалуйста. У второго, над которым стоял Руд, никаких особых следов не было. Не знаю, пользовался ли он своей водяной плетью либо просто по старой доброй деревенской традиции избил парня. Последний стоявший на ногах, немного обгорелый, затравленно обернулся и припустил в сторону забора. Преследовать его уже ни сил, ни желания не было. Мальца с кошельком мы, естественно, не обнаружили. В схватке не пострадала только Анна. У Руда припухла губа и под глазом наливался синяк. Аль не много прихрамывал, про меня и говорить нечего, голова гудела, а одежда была такой, как будто меня по улице протащили за лошадью. Хоть воришку поймать не удалось, но прояви мы слабость, и эти ребятки со временем обнаглели бы и возможно стали бы уже не воровать кошельки, а иногда и грабежи проворачивать. А так даже воришка побоится в ближайшее время соваться, так как понимает, что его могут узнать. Вот это, наверно, настоящая профилактика преступности. Мы решили благоразумно покинуть место боя, так как некоторые уже начинали приходить в себя. Я уходил последним и не побрезговал, забрал себе стилет, крутанул его в руке и засунул за пояс. Ну а что, компенсация за мою испорченную одежду. После чего юркнул в переулок за своими товарищами. К вечеру мы вернулись в казарму уставшие и грязные, но довольные собой. Сержант нас встретил вопросительным взглядом. Пришлось кратко объяснить ситуацию, хоть в конце он и начал недовольно что-то ворчать об осторожности, видно было, что доволен нами. Несмотря на острое желание завалиться в кровать, я пошел приводить одежду в порядок. Форма нам была не положена, вместо нее нам в начале месяца выдали деньги, на которые я смог приобрести пару запасных штанов и рубах, а также ботинки. Лето уже подходило к концу, и погода скоро изменится. Зимой придут дожди, и нужно будет покупать уже за свои деньги другую одежду. Жалованье пока я почти не тратил, кормили нас в столовой терпимо, но, конечно, местная еда уже отчасти успела приесться. На следующий день ни занятий, ни патрулей не было. Седьмой день считался выходным. Люди посещали храмы, проводили время с семьей. У нас этот день тоже был отдан на отдых и самостоятельную подготовку. Я еще вчера перед сном проверил свой сад духа, где рядом с источником появилось первое дерево, символизирующее каменную кожу. Оно было еще совсем небольшое, а кора была из каменных пластинок. Что касается резерва, я был обычным середнячком, да это сейчас ни о чем не говорило, и при должном усердии и удаче я мог стать очень неплохим магом.

Мне было не до сна уже несколько недель, и дело в том, что свой сад духа после перехода на пятый круг демонологом мне нужно было скрывать, и я даже подготовил способ, но так и не успел им воспользоваться. С помощью сложного заклинания на соприкосновении некромантии и демонологии я выдернул чужой блуждающий дух из эфира и запечатал в хранилище. После прорыва мне нужно было бы провести не сложный ритуал, и он бы стал второй частью моего сада духа и маскировал настоящий. И что, если тайник уцелел и получится воспользоваться этим способом сейчас. Я подумал, что все равно сойду с ума, если не попробую. С этими мыслями я шел по городу. ноги сами несли меня к моей старой резиденции. Надеюсь, что клирики не сожгли ее. Хотя, вряд ли, скорее всего она уже на продаже в пользу церкви. Подойдя к своему дому, я обнаружил, что он выставлен на продажу, как я и предполагал. Дом, конечно, находился в некотором запустении, прислуга явно сюда уже не возвращалась. Я думаю, что лаборатория была вынесена подчистую, но в одном тайнике я был уверен, вопрос, как только до него добраться. Даже если я попаду в дом, на ритуал, который позволит добраться до тайника, у меня не хватит энергии. Размышляя как мне это провернуть, я прошелся с другой стороны забора. Как попасть в дом у меня было несколько вариантов, все-таки это мой дом, и я его знал, как свои пять пальцев. Рассчитывая в уме свои затраты, я пошел обратно в казарму, нужно было еще немного позаниматься. Пройдя пару кварталов, почувствовал, что за мной наблюдают. Я подошел к витрине лавки и начал делать вид, что меня очень заинтересовали выставленные костюмы. Сам же краем глаза судорожно искал того, кто так заинтересовался мной. И я заметил наблюдавшего за мной господина средних лет, который тоже очень заинтересовано стал рассматривать свиные окорока через лавку от меня. Меня кинуло в холодный пот и сердце заколотилось быстрее. Начал перебирать возможные варианты, может, клирики оставили наблюдателя, хотя, если бы он шел со мной от самого дома, я заметил бы его раньше. Или дружок той компании, с которой мы столкнулись, если честно, оба варианта были сомнительными. С первым вариантом слишком много времени прошло, а второй просто не похож на птицу их полета, так как выглядел гораздо приличнее. Ладно, не надо паниковать, сделаю вид, что не заметил. Не могу сказать, что вел себя естественно, немного ломаными движениями отвернулся от витрины и пошел дальше по тротуару. Хотя, возможно, со стороны это не выглядело так уж плохо. Повернув в ближайший проулок, я ускорился, но не перешел на бег. Еще поворот за угол дома, и я заметил боковым зрением, что мужик заходит в проулок, сделал шаг и начал бежать еще поворот, видя, что он преследует. Еще поворот направо. Судорожно огляделся по сторонам и поднял камень, не вмещающийся ко мне в руку. Встав у угла, я стал ждать. Услышав шаги, я сосредоточился, вот, они приблизились еще чуть-чуть, и удар пришелся как раз на выскочившего из-за угла. Раздался нехороший хруст, который подсказывал, что вопросы задавать будет некому. Ноги подкосились, и он рухнул как подкошенный, я потрогал пульс, вроде слабый, но прощупывался. Обыскав, я увидел два листка со своим портретом и портретом девушки, которая иногда в кошмарах смотрела мне в глаза своим немигающим взглядом, а потом говорила: «Отомсти», и я просыпался в холодном поту. Портреты были нарисованы не очень хорошо, скорее всего маг-менталист вытягивал из кого-то воспоминания и по ним делал рисунок. Если листка два, то они не знают кто именно уцелел, а это хорошо. Кстати, я уже не очень сильно был похож на этого мальчишку на портрете, что тоже не могло не радовать. Начал смотреть дальше, за пояс был заткнут трехгранный клинок, о назначении такого предмета догадаться не трудно, им ни колбасу, ни хлеб не порежешь. На шее висел охранный медальон. Такие дают слугам маги, чтобы случайно их не испепелила какая-нибудь ловушка, а так, может слегка поддала под зад, чтобы не лезли куда не велели. Своего рода «свой-чужой» для охранных заклинаний.

«Да, совсем расслабился с новой жизнью». — Сам для себя сказал я. Почти попался, а если бы он был не один или бы ему удалось проследить за мной не замеченным. И в лучшем случае убьют или можно опять на жертвенном столе оказаться. Теперь еще этот доложит, что я жив и поиски удвоятся и когда-нибудь наткнутся на меня в патруле. А там выследить, раз плюнуть.

Немного подумав, я взял в руку его трехгранный стилет. Придётся решить этот вопрос кардинально, другого выбора у меня нет. Еще раз проверив пульс и не обнаружив его, я с облегчением вздохнул, не то, чтобы мне было его жалко. Нет, я бы без всяких зазрений совести сделал то, что нужно, но удовольствие от убийства беспомощного я не получаю. А так как его удалось избежать, я доволен, хотя первый удар булыжником тоже был мой, но это другое. Убрав кинжал, сорвал амулет, выгреб пару монет из карманов. Переулок был безлюдный, тело может сразу и не найдут. Я положил его, как будто он спит, и вложил в руку валявшуюся поблизости пустую бутыль и пошагал прочь. Амулет я выкинул в ближайшую мусорную кучу через квартал. Мало ли какие на нем заклинания. Возвращался я в казарму быстрым шагом, периодически оглядываясь не увязался ли кто за мной. Придя в казарму, я лег на кровать начал прогонять в голове мысли о том, не совершил ли я где ошибок. Видимо, я так сегодня перенервничал и устал, что не заметил как уснул, меня разбудили веселые голоса вернувшихся от куда-то Руда и Альна. Оба были довольные и веселые. Увидев, что я проснулся, вообще не стесняясь, стали переговариваться и смеяться. Пытались рассказать мне, как они провели время в городе, но я не сильно вникал в их болтовню, так как еще не отошел от сна. Раз я уже выспался, решил пойти в комнату для медитации, резерв сам себя не расширит. Тренировка по увеличению резерва представляла собой его опустошение, а затем впитывание окружающей энергии. Для увеличения эффективности здесь был установлен специальный артефакт, из которого можно было черпать энергию. В дальнейшем, конечно, придётся пользоваться обычной медитацией, пока достаточно не разбогатею и не куплю себе такой.

Прошла ровно неделя, за которую я спланировал мероприятие, которое мне не давало покоя. Я взял из сундука половину моих денежных запасов, засунул нож за пояс, также взял и револьвер и, накинув плащ, вышел на улицу. Выйдя территорию, накинул капюшон и пошел в сторону торгового квартала. Перейдя через мост, я зашел в одну из лавок, в которой были нужные мне вещи. Я раньше здесь бывал очень часто и у меня даже была своя скидка, но, увы, теперь ей не воспользоваться. Открыв дверь, я услышал, как брякнул колокольчик, знакомые запахи сразу ударили в нос.

Старый хозяин лавки взглянул на меня поверх очков и спросил: — Чем могу помочь, юноша?

— Добрый день, — поздоровался я и протянул ему список со всем мне необходимым и деньги. Тот быстро посмотрел листок, затем высыпал из кошелька деньги и взглядом прикинул достаточно ли. После чего, он ловким, отточенным до идеала движением забрал деньги, было ощущение, что они растворились под его рукой. Не говоря ни слова, старик пошел подбирать все необходимое.

Я шел к своему дому, неся в руках не очень объёмистый сверток. В лавке нашлось все, что мне было нужно, и теперь дело оставалось за малым. Перемахнув через забор, я оказался на территории. За домом никто не ухаживал, и это сразу бросалось в глаза. Можно было бы пройти в дом через дверь, вряд ли ее кто-то вставлял на место после визита вежливости. Но я решил не рисковать. Сунув сверток в зубы, я забрался по дереву выше второго этажа, почти под самую крышу. Здесь ветки вплотную подходили к дому, а некоторые даже закинули себя на крышу. Пробравшись по одной из них, я оказался у маленькой дверцы размером с небольшое окно, ведущей на чердак. Взявшись за ручку, повернул на пол-оборота влево, а затем потянул на себя. Дверца открылась, и я протиснулся внутрь. Спустившись с чердака, я обнаружил что дом в таком же запустении, как и территория вокруг него, но здесь это чувствовалось еще острее. Углы облюбовали пауки, а в слое пыли оставались следы. В лабораторию я попал без труда, там до сих пор везде валялись щепки и мусор, но конечно все мои пожитки были вывезены. Я начал расчищать площадку для ритуала. Смел все щепки и осколки в угол, а затем, сбегав на первый этаж, сорвал занавеску и еще протер все от пыли. После чего начал чертить рисунок, хорошо, что он был не сложный и остался в моей памяти. Закончив и проверив правильность линий и рун, я поставил кристалл в центр и начал передавать из него энергию в руны. Они закружились хороводом и встали на те же места. Что-то щелкнуло и в стене вышел один кирпич. Я ухватился за него и потянул, он без сопротивления поддался. Вытащив его, я засунул руку в нишу и достал флакон, в котором черная жидкая субстанция кружилась в хаотичном танце. Если честно, я не знаю отважился бы я применить его в своей прошлой жизни. Ведь об эффекте этого обряда было известно только теоретически. Почему сейчас не боюсь — не знаю, возможно это связано с молодостью нового тела, его бесшабашностью, и это как-то влияет на мой холодный рассудок. А тяга к могуществу даже через запреты у всех магов была в крови. Стерев рисунок и вставив кирпич на место, я достал из свертка необходимые ингредиенты. Нашел глиняную миску и смешал их там. Достал нож и порезал себе большой палец, капнул туда немного своей крови, после чего вылил содержимое пузырька. Темная жидкость смешалась со всеми ингредиентами и продолжила свой странный танец уже в миске. Выдохнув и закрыв глаза, я схватил руками миску, закрыл глаза и, чтобы уже не передумать, выпил одним махом. Хм, а оказалось ничего, немного горько, но это не страшно. Самое странное, я ничего не чувствовал. Неужели я что-то напутал, с этими неприятными мыслями я покинул свой дом и отправился обратно. Время было обеденное. Постепенно я начал понимать, что силы меня покидают, а ноги становятся ватными. Как я передвигался по территории, я не помню, последней яркой вспышкой была приближающаяся кровать. Не знаю, что происходило, но кошмаров я за эту ночь насмотрелся больше, чем за всю жизнь, а одежду на мне можно было просто выжимать.

Утром, когда все уже проснулись, Альн подошел ко мне и спросил: — С тобой все в порядке? А то ты стонал всю ночь, и мы тебя не могли разбудить, с утра уже хотели к старшине идти.

— Все в порядке, просто приболел да кошмары снились, — соврал я.

В казарму зашел старшина и заорал:

— Давайте пошевеливайтесь все на зарядку! — Но если я все правильно помнил и мне это не приснилось, то обряд сработал, правда, не совсем так, как я рассчитывал.

Сосредоточившись и нырнув в сад духа, я сначала не нашел ничего необычного. Все было так же, как при вчерашней медитации. Я подошел к источнику — небольшому фонтану, и посмотрел в отражение. И к моему удивлению там была ночь, хотя надо мной светило солнце. Сад духа отражает как магию носителя, так и его поступки и убеждения. Я протянул руку к источнику и, когда я коснулся его, меня перенесло в другой сад. Здесь царила лунная ночь и не было ни одного дерева. Этот сад был пуст. В этот момент обнаружил у себя второй круг, который был отражением первого, но другой. А также теперь у меня было два одинаковых источника. Сад мага, а также какие заклинания выращены в нем, могли проверить маги-менталисты и некоторые клирики. Но теперь мой второй сад не виден, и я смогу изучать то, что мне хочется, не опасаясь каких-либо последствий. Заклинание становится частью сада, когда оно настолько отработанно, что его применение так же естественно, как движение рукой. Вопрос с запретными знаниями конечно стоял довольно остро, и моя потеря памяти была здесь не кстати.

Но у меня было одно заклинание из демонологии, которое я помнил лучше своего имени, оно и ляжет в основу моего второго сада.

Я уже ощутил вкус своей мощи, как вдруг кто-то заорал над ухом: — Галар, ты что оглох, я сказал — бегом на зарядку!

«Да, я стану могучим магом, но это уже будет как минимум после зарядки,» — вскакивая с кровати подумал я. Да, первое имя я оставил, оно было слишком распространённым, чтобы меня связать с исчезнувшим демонологом, о котором уже все забыли, а мне довольно привычно.

Огонь в камине приятно потрескивал. Хозяин дома расположился в уютном кресле, вытянув ноги ближе к огню. Радом на столе стояла бутылка с вином и бокал. Дверь открылась без звука, и в комнату вошел человек и замер. Он не проронил ни слова, пока мужчина в кресле не спеша отложил книгу в сторону и сказал: — Говори.

— Господин, все почти готово, и мы сможем снова вернуться к работе, — доложил вошедший.

— Это прекрасно, — слегка улыбаясь ответил хозяин, отпив вина из бокала. Ему порядком осточертело что налаженная цепочка дала сбой и теперь нужно было налаживать все заново.

— А что там с нашими поисками? — все-таки ему было очень любопытно, кто и как из принесенных в жертву смог выжить. Очевидно, что это кто-то из тех двоих, на которых ритуал не удался. Жаль по следам было непонятно. А в доме опознаваемых тел к тому моменту уже не осталось. Сплошные кровавые ошметки на полу, стенах и даже потолке.

— «Пока безрезультатно. Но… — начал тянуть гость.

— Говори уже! Ненавижу, когда мямлят! — немного повысил голос хозяин дома.

— Одного из моих людей, отправленных на поиски уцелевшего, убили. Проломили голову.

— Может совпадение или случайность.

— Нет, это точно не ограбление, у него были золотые коронки, а их бы обязательно выдрали.

Хозяин на секунду задумался, потом, хмыкнув, сказал: — Получилось, как в той дурацкой песенке — он искал, он искал, но его нашли раньше. Потом, еще немного подумав, обронил:

— Продолжайте поиски, — после чего небрежно махнул рукой. Жест довольно однозначно показывал, что аудиенция окончена. Пришедший молча поклонился и, развернувшись, неслышно вступил в мрак коридора, так же без звука прикрыв за собой дверь. А хозяин, немного посмотрев на огонь, вернулся к книге.

Глава 4

С того момента, как я создал себе отражение сада духа, уже прошел месяц. Как мне удалось выяснить за это время, это не мой сад, точнее, не совсем мой. Дело в том, что нигде не было ни слова, что дух, чья сущность служит основой для так называемого второго сада, сможет сохранить какие-то осколки своей личности. А теперь получается, что я подселил себе ментального паразита, источником и садом которого я мог распоряжаться. А мое тело стало для него домом.

— «Паразита он подселил, да я твою силу как мага вдвое увеличил,» — раздался голос у меня в голове. Если честно, он не создавал каких-либо больших неудобств, но это пока, а как будет дальше непонятно. Возможно, в будущем я очень сильно пожалею о своем решении.

— «Не сходи с ума, не жалей ни о чем, глупая, ведь ты мне все простишь потом», — раздался напевающий голос у меня в голове.

— «Что это?»

— «Не знаю, просто решил перебить этот сумбурный поток, что ты называешь размышлением. Ты же знаешь, я помню только свет, к которому я летел, а потом провалился куда-то, а потом раз — и я уже в твоей голове.»

— «Да конечно, летел он на свет. Если только на свет костра, на котором разогревали твою сковородку,» — негромко прошипел я. Ответа я не получил либо не услышал. Беседы были не частыми, но в первый раз я думал, что сошел с ума. Хорошо, что я его обнаружил при медитации и никого рядом не было. В основном я его не слышу, бывает неделями ничего не говорит. Теневой сад духа был почти один в один как основной, с той же глубиной источника и скоростью его заполнения. Единственным отличием было то, что в основном саду уже выросло одно заклинание. Здесь же было пусто.

Сегодняшнее утро началось как обычно с зарядки, затем завтрака и криков старого старшины. Сегодня должно было быть первое практическое занятие в боевых доспехах. Почти такие же носили в инквизиции, с небольшой разницей в специфике оружия. Доспех никак не влиял на магическую мощь. Но увеличивал защищенность и физическую силу мага. Если быть кратким, то это боевой голем только с человеком внутри. Занятие проходило на крытом полигоне. Так как мне приходилось тренировать два своих источника, я отстал от своей группы и сейчас немного опаздывал. И, забежав на полигон, незаметно пристроился к своей группе, которая стояла вокруг преподавателя. За ним стояло шесть боевых доспехов, а также лежало различное вооружение для них. К моему облегчению, преподаватель не заметил моего отсутствия, а также резкого появления.

— Так, теорию мы с вами уже изучили, сегодня все попробуете пользоваться доспехами на практике, — продолжил говорить преподаватель. Кстати, тот же самый, кто преподавал стрельбу. Гонял он нещадно, поэтому на занятиях все были предельно внимательны.

— Первые шестеро, давайте, облачайтесь, — скомандовал он.

Я не стал откладывать и пошел одним из первых. Я залез в доспех, потянул на себя заднюю верхнюю пластину, которая встала на место, и теперь, пока она не откроется, мне не выбраться из него. Я извернулся, чтобы высунуть одну руку и потянуть за ручку шлема, откинутого вперед на грудь. Я потянул и шлем, встав на место он захлопнулся, стало темно. Но, соединив свой источник с доспехами, я уже стал видеть почти так же, как и обычно. Может только не так четко, как будто через толстое стекло. Я поднялся с колена, моего резерва должно хватить на полчаса активных действий. Ощущения были довольно странные, так как сознание соединялось с доспехами. Движения чувствовались так, как будто воздух стал гораздо плотнее. Я захотел сжать ладонь, а затем разжать ее, все произошло без задержки, только скрежет метала напомнил, что я в доспехах. Ученики, окружавшие нас, теперь доставали мне в лучшем случае до низа груди. Я сделал первый неуверенный шаг. Меня немного качнуло, но я устоял, затем второй, который дался легче. Говорят, что тот, кто освоит доспехи, уже не испытывает никаких проблем даже с довольно сложными движениями в рукопашной схватке.

— Кто внимательно меня слушал в прошлый раз тот знает, что за оружие здесь представлено, —продолжал занятие преподаватель.

— Так, вот ты, расскажи нам, что у нас здесь представлено? — с этими словами он показал рукой на стоящего впереди парня. Его звали Виктором, он был немного грубоватый и своеобразный парень. У него не раз были конфликты с окружающими, которые нередко кончались дракой. А причиной всему этому служило то, что Виктор не умел проигрывать в словесных спорах. И если у него кончались аргументы, либо его припирали к углу, он не находил ничего лучше, как решить вопрос дракой.

— Ну, здесь пара ручных мортир, — начал Виктор. Ну, к слову, ручные для них не очень подходит, так как человек без доспехов не сможет из них не то, что стрелять, а поднять даже будет затруднительно.

— Огнемет и барабанное ружье, — продолжил Виктор.

— Так, ну расскажи нам о преимуществах и недостатках этого вооружения.

— Ну, — опять потянул Виктор и сделал паузу на пару секунд.

— Спасибо, достаточно, — прервал его преподаватель. — Еще раз рассказываю вам, мои дорогие деревянные друзья, а вы постарайтесь что-нибудь запомнить. Я понимаю, что здесь собрался не цвет нового поколения магов, но все же не разочаровывайте меня окончательно. Офицер, как всегда, в карман за словом не лез. Но все уже настолько привыкли к таким тирадам, что только подошли поближе, чтобы ничего не пропустить.

— Мортира — ручная пушка, вещь очень хорошая и мощная, из минусов — долго перезаряжать, поэтому на второй выстрел особо не рассчитывайте. Огнемет или дыхание дракона, мощность равносильна заклинанию дыхания огня примерно мага четвертого круга. Из минусов — можно устроить пожар или задеть своих. И универсальное ружье на семь зарядов, в зависимости от цели можно заряжать различные патроны. Из минусов, а минусов у него нет просто нет. — Он с любовью погладил прислоненное к стене ружье, которое было чуть ли не с него размером.

После чего, сделав шаг чуть дальше, продолжил: — Ближний бой дает вам более широкий выбор, но помните, несмотря на силу доспехов, если вы не умеете владеть копьем, то и здесь оно будет просто очень большой палкой, так что тренируйтесь и не надейтесь только на магию. — После чего, замолчав, развернулся к нам и крикнул: — Ну что встали, истуканы? Ты, первый, бери мортиру и стреляй.

На противоположном конце полигона была установлена мишень размером примерно с человека в боевом доспехе. Первым пошел Зак, он был самым ближним к мортирам и из-за этого ему пришлось быть первопроходцем. Он неуверенными шагами подошел к мортире и ненадолго замер. Одной рукой взялся за ручку сверху на середине ствола и поднял мортиру. Затем второй ухватился сзади за рукоять, к которой с внутренней стороны прилегала скоба для спуска. И ручка, и скоба соответствовали размеру руки доспеха доспеха.

Преподаватель подошел сбоку к Заку, державшему мортиру в направлении мишени, продолжая рассказывать: — Чтобы вы случайно не выстрелили с испуга или по своей глупости, или не осторожности. Ой, я случайно, а от вашего товарища только две ноги в сапогах стоять осталось, а его сдуло! —в этот момент он перешел на крик.

— Предусмотрен предохранитель, ручку сверху надо потянуть на себя по направлению ствола до щелчка. — Уже обычным голосом продолжал он.

— Готов?

— Готов. — Прогудел откуда-то из-под шлема голос Зака.

— Целься, стреляй. — Одновременно отходя в сторону и зажимая уши, крикнул преподаватель.

Бах — мортира выплюнула ядро, которое полетело в сторону мишени. Естественно, никто, кроме преподавателя, уши закрыть не успел и по их гримасам я видел, что испытывают они сейчас не очень приятные ощущения. Я же в доспехах ничего особо не почувствовал, да, громко, но не более того.

Стрелявший Зак не рассчитывал на сильную отдачу и не удержался, попытался сделать шаг назад, но центр тяжести уже был далеко позади от его ног. И он рухнул с грохотом, не меньшим, чем выстрел. Ядро прошло гораздо выше цели, попало в защитный купол, который закрывал полигон. Ядро сначала потеряло свою скорость, как будто попало в плотный кисель, а затем просто упало на землю. Следующий стрелявший уже отставил одну ногу назад, чтобы не повторить судьбу Зака. С первого раза не попал никто из нашей шестерки. К третьему выстрелу мы приноровились и стали попадать, но для нас занятие в доспехах подходило к концу, так как наши резервы были почти исчерпаны. Конечно, у меня еще был запас, но я тоже сделал вид, что я на исходе и стал вылезать из доспехов. Я отсоединил свой источник, снова оказавшись в узком пространстве доспехов. Сев на одно колено доспехом и отсоединив свой источник от доспехов, выбрался наружу через спинной люк. Потянул за ручку и соединение шлема щелкнуло, после чего я вытолкнул его на грудь доспеха. А затем, открыв заднюю пластину, ужом выбрался и сам. Конечно, чтобы это сделать, нужно было довольно сильно постараться и ни о каком удобстве речь здесь не шла. Существовали индивидуальные доспехи, но эта история мало распространенная. Потому что стоило это огромных денег, и когда маг достигал такого капитала, а соответственно и силы, то ему уже не нужен был доспех. Конечно, если завалишься в таком на спину в каком-нибудь переплете, а источник пуст — пиши пропало. Оставшуюся часть занятия я провел то бегая за ядрами, то заряжая мортиру.

После этого занятия я чувствовал себя почти полностью выжатым. Но по классике и целесообразности армейского учебного процесса, следующим занятием было теоретическое. Где очень пришлось постараться, чтобы не потерять сознание. Преподаватель, который вел его, все знал только на теории, которую теперь нам передавал. Но главная проблема заключалась даже не в том, что он говорил, а как он говорил. Его речь как начиналась в одном темпе и с одной интонацией, так и заканчивалась в конце занятия. И если тебе удавалось не отрубиться еще в начале, то приходилось прикладывать чрезмерные усилия, чтобы вычленить полезную информацию из его речи. Сегодня речь шла о представителях нежити, с которой можно было столкнуться. Конечно, рассказы о высших вампирах можно было пропустить мимо ушей, их не встречал уже никто лет пятьсот. И можно было бы подумать, что их перебили, но я думаю, с их сроком жизни и накопленным богатством, они возглавляли какие-нибудь торговые дома, а совсем авантюрные особи могли бы заседать в городском совете не очень крупного городка. Как говорится, надо только вовремя умирать. И потом менять место жительства, чтобы не вызывать подозрения. А вот какие-нибудь упыри на деревенском кладбище появляются с завидной периодичностью. И как с ними расправляться наиболее эффективно стоит запомнить. Я старался усердно вести конспект. Пока свободных денег на книги не предвидится. Когда-нибудь, возможно, смогу завести себе фолиант мага. Артефакт, в котором хранятся все знания мага, которые он приобретает. Каким чудом мне удалось высидеть это занятие, знают только Трое богов.

После занятия был обед, где мы встретились с Альном и Рудом. Мы все так же вместе ходили в патрули и уже были довольно сплоченной командой. Анна с нами вместе не обедала, она все время держалась в стайке своих подружек, но всегда подходила поздороваться с нами.

— Да, выглядишь так, как будто по тебе боевыми доспехами проехались, — ехидно заметил Альн, когда мы уселись за стол. У их группы было занятие сразу после нас.

— Я слышал, что только в первый раз тяжело, потом легче будет, צ с набитым ртом промычал Руд.

— Да нет, это все господин Сафот со своими упырями сегодня все силы забрал. Такое ощущение что он не только рассказывал о них, но и привел на лекцию что бы они пили мою кровь, — отмахнулся я.

Затем наши обсуждения сдвинулись в сторону группы девчонок, вошедших в зал. Я почти не участвовал, больше кивал и пожимал плечами, не станешь же объяснять, что ты воспринимаешь этих девчонок как детей, вот госпожа София — другое дело. Я мечтательно вздохнул и продолжил есть, отогнав ненужные мысли. Потом мы обсудили что у кого было на занятиях. Быстро пообедав и махнув парням рукой, побежал в комнату для медитации. Надо было наполнить насколько это возможно свой источник перед практическим занятиями по магии. Можно, конечно, было воспользоваться вторым, но зачем вызывать лишние подозрения, так раз-два заметят и появятся вопросы. Самые лучшие планы всегда горят на каких-нибудь мелочах.

«Ты не переживай, ты будешь гореть на дровах, а не на мелочах, если узнают,» — хихикнул голос у меня в голове. Мое настроение было испорчено за мгновение. Что-то он становится больно разговорчив. Зайдя в комнату, я не стал терять время, уселся на свободный участок и начал пополнять источник. В комнате я был далеко не один, так как многим нужен был полный источник на занятиях.

Вторым заклинанием на первом круге я решил взять атакующее из магии воздуха. Мой выбор остановился на касании молнии. Заклинание хоть и имело довольно ограниченный радиус действия, для его использования нужно было касаться того, кого атакуешь, но и его скорость была такой, что увернуться от него не представлялось возможным. И вот я стоял на полигоне в одном шаге от манекена и ползанятия отрабатывал движения и также проговаривал само заклинание, но не отдавая энергии. К концу занятия я устал и казалось, что я использовал не силу источника, а свою жизненную.

Но незадолго до конца занятия наконец-то прозвучала команда: — Так, а теперь бьем заклинанием один раз.

Преподаватель, все занятие ходивший за нашими спинами и следивший, чтобы никто не халтурил, решил закончить экзекуцию. Господин Сар, преподававший магию воздуха, мужчина средних лет с седыми волосами, был сторонником учебы, которая больше походила на дрессировку. Я особенно остро это почувствовал после того, как пришел от Софии, которая использовала более вольные методы обучения. Возможно, это связано с прошлым господина Сара. О котором очень красноречиво рассказывал шрам на левой стороне лица, начинающийся у лба и заканчивающийся на подбородке. Его уроки больше походили на тяжелую монотонную работу, где с тебя сходило пять потов. И следует заметить, что лениться и отлынивать не получалось, точнее, можно было попробовать, но это было чревато. Так как, по мнению господина Сара, даже тот, кто не хочет учиться, сам должен тогда приносить пользу другим обучающимся. И тогда он заменял манекен на ученика, пока мог тот защищался или увертывался, но все равно все заканчивалось одинаково — в лазарете. После пары первых таких показательных порок остальные выкладывались на пределе своих сил.

Также я нашел время, когда комната медитации превращалась в довольно уединённое место и в свободное время я практиковался в одном заклинании демонологии. К сожалению, оно единственное, которое не стерлось из моей памяти. Это было одно из первых моих заклинаний в демонологии, пришлось немного повспоминать и поэкспериментировать с движениями, и верный порядок был восстановлен. Я не знал, как сделать что бы оно стало частью именно второго сада, и, вообще, возможно ли это.

Сейчас, конечно, оно несло мало практической пользы. Заклинание покрывало аурой первые две фаланги пальцев руки. Позволяло ухватить какую-нибудь бестелесную тварь. На физическом уровне обладало пока только высокой температурой.

«Ммм, мы теперь можем кипятить воду пальцами,» — раздался веселый голос у меня в голове.

«Или нет, теперь мы можем проводить быстрые допросы без всяких приспособлений,» — уже немного одержимо прошептал голос.

«О да, преступники и еретики будут дрожать при одном упоминании твоего имени,» — конец речи потонул в смехе, который, постепенно удаляясь, затих.

«Вот же урод,» — подумал я, но сам немного улыбнулся. Смейся не смейся, а я помню всего одно заклинание, а дальше придется искать выходы на разных сомнительных личностей. Да еще и стоить это будет наверняка целое состояние.

Спустя примерно две недели нас подняли ранним утром. Сержант, построив нас, не стал долго расшаркиваться и объяснил, что мы будем стоять в оцеплении при уничтожении склада с пыльцой фей. Вещество вызывало у людей очень быстрое привыкание, вводило их в состояние эйфории, а магам еще кратковременно повышало их способности, даря чувство могущества, из-за чего не раз те выжигали свой сад духа вместе с источником.

После короткого инструктажа нас посадили по повозкам. Я, укутавшись в плащ, дремал, изредка приходя в себя, когда повозку трясло на какой-нибудь колдобине. Утро было пасмурным. Мелкий дождь накрапывал по крыше повозки, а холодный ветер с завидным постоянством забирался под одежду. Ну и когда мы прибыли на место, я знатно замерз. Вылез я на прямых ногах, меня слегка потряхивало. Оглядевшись, я заметил, что мы находимся на одной из улиц, спускающихся к порту. Сержант, тоже ехавший с нами, подошел к группе стражников во главе с магом. Их разговора я не слышал, но спустя пару минут нас стали по группам расставлять по местам.

Нам четверым достался один из дворов, и мы следили, чтобы никто не прошел в оцепленную территорию и никто не вышел. Анна переминалась с ноги на ногу. Альн и я смотрели в сторону, куда нам указали, единственная загвоздка была в том, что мы смотрели в каменный забор, который отгораживал этот двор от соседних. Руд ходил кругами то ли пытаясь согреться, то ли пытаясь успокоиться. Временами он доставал револьвер, как бы проверяя. Как я понимаю, наше участие носило чисто формальный характер, так как стояли мы очень далеко от портовых складов, где, судя по всему, и хранили пыль фей. Разговаривать никому не хотелось, хоть мы и были далеко, но волнение все равно пробиралось под одежду и оседало неприятным комом в груди. Из моих мыслей меня выдернули прогромыхавшие по соседней улице несколько человек в боевых доспехах.

Спустя минуту начала нарастать давящая атмосфера. По той же соседней улице тяжелыми шагами шли двое. Облачены они были в белоснежную броню, причем на шлеме не было ни смотровых щелей, ни прорезей для дыхания. В маске все отражалось как в зеркале. Несмотря на огромный рост = людей в боевых доспехах, даже они этим были только по плечо. Они двигались плавно и с какой-то кошачьей грацией. Один нес на плече двуручный меч, а у второго в руках было небольшое копье. Я, конечно, раньше видел паладинов, но издалека, обычно они охраняли императора или верховного жреца. Если эти ребята решили поучаствовать, то, видимо, продавцы пыли порядком всех достали. Что такое паладин толком никто не знал, но людьми их назвать уже точно не получалось. Версий, как клирики получают такое оружие, очень много. Есть вариант, что это просто броня, так сказать более совершенный аналог боевых доспехов. Версия неплохая, если не учитывать, что разрыв между ними просто огромный. И один паладин может играючи положить неизвестно сколько средних магов в боевых доспехах. Так же есть версия, что у клириков где-то есть портал на верхний план, рядом с которым держат претендентов и те, кто не сошел с ума и не погиб, становятся паладинами. Существуют совсем безумные варианты, что существам с верхних планов предлагается служба в обмен на что-то. Но эта версия крайне нежизнеспособна, так как у ангелов очень своеобразное отношение к грешникам. Есть байка что лет триста назад в небольшом городке к югу открылся портал на верхний план. Грешники были уничтожены. Сгорел весь город вместе с местной церквушкой.

На секунду один из паладинов, проходя мимо проулка, резко повернул голову и на мгновение задержал взгляд на нас. Я увидел свое отражение в маске и меня как будто стало затягивать туда. Сказать, что мне стало не по себе — это не сказать ничего. Мое сердце ухнуло куда-то вниз и даже не билось, все тело покрылось холодным потом, а сонливость просто сдуло. Это длилось только мгновение, но я был готов раскаяться во всех грехах, лишь бы он перестал смотреть. Но он повернул голову обратно и наваждение сразу прошло. Самое интересное, что мне показалось будто прошло очень много времени, а на самом деле это было мгновение, паладин даже не замедлил шаг. Спустя пару мгновений, когда сердце снова начало стучать, вдруг шепотом подал голос мой внутренний спутник: «Что-то мне подсказывает что с этими ребятами нам лучше не встречаться, видел, как он на тебя посмотрел?»

«С чего ты решил, что на меня?» — одними губами пролепетал я

«А ты посмотри на лица своих товарищей и на свою испуганную физиономию.»

И действительно, лица моих товарищей светились решительностью и каким-то благоговением, хоть паладин и ушел, но они все продолжали смотреть в проулок.

Окончательно стряхнув с себя наваждение, я сказал Альну: — Я пошел заберусь на крышу, если кто-то подойдет с той стороны забора — махну рукой.

Ну не мог я упустить возможность увидеть паладина в бою.

— Ага, только все запомни и потом расскажешь про бой, — сразу раскусил мой маневр Альн.

Я, улыбнувшись, пошел к ближайшему зданию, поднялся на верхний этаж по скрипучей деревянной лестнице. Затем залез на чердак, где сушились какие-то травы и стоял довольно терпкий запах. Уже оттуда я протиснулся на покатую крышу. Я очень внимательно смотрел себе под ноги, чтобы не наступить на треснувшую черепицу или замерзшую с ночи воду и не слететь вниз. Аккуратно подойдя ближе к краю, я вытянул голову и увидел смотрящего наверх Альна. Я помахал ему рукой, его глаза заметили движение, и он, присмотревшись, помахал мне в ответ. Я стал осматриваться. Дорога, по которой все прошли, змейкой спускалась вниз. Порт и склады находились ниже и поэтому с крыши открывался замечательный вид. Я заметил склад, вокруг которого расположились группы магов, а также несколько групп в боевых доспехах, все готовились к штурму. Солнца не было видно сквозь низкие хмурые облака, но было достаточно светло, чтобы все рассмотреть даже на таком расстоянии. Внезапно задние ворота склада разорвались щепками и оттуда вылетели два огромных фаербола, прямо по ближайшей группе в бронированных доспехах. Их судьба осталась для меня загадкой, так как их скрыло пламя, а я свой взгляд переключил на группу, появившуюся со склада. Преступники, видимо, решили идти на прорыв со стороны, где было меньше всего магов, а судя по размерам фаербола — перед этим прилично нанюхались пыли. Так же у них было три боевых доспеха и, если меня не подводило зрение, около восьми магов. Как раз в этот момент огонь спал и стало видно, что первые двое, стоявшие в группе и принявшие на себя основной удар фаерболов, лежат искорёженной грудой железа. Оставшиеся двое уже открыли огонь из семизарядных ружей по нападавшим. Вперед от торговцев пылью вышел один из магов и выставил что-то похожее на воздушный щит, и все четырнадцать зарядов просто застряли в нем. Да, все-таки пыль очень сильно повышает способности мага. Я думаю, так играючи остановить столько зарядов — это был маг не меньше шестого или седьмого круга. После чего маг опустил щит и вперед шагнули два вражеских боевых доспеха, разрядив каждый по оружейному барабану в перезаряжающихся. И так как большая часть энергии ушла на защиту от первой атаки то, начиная с четвертого заряда, все достигли цели. Как две большие изломанные металлические куклы они завалились и остались лежать на том же месте, где и стояли.

Навстречу бандитам выбежала боевая звезда, так называлась команда из пятерых магов. Между ними завязался бой. Понаблюдавне много, в голове стали закрадываться грустные и тревожные мысли. Восемь вражеских магов не давали продохнуть пятерке. Та успевала только отражать атаки, так долго не могло продолжаться. В этот момент вся операция для меня заиграла другими красками: если так пойдет, то бандиты смогут прорваться даже не понеся потери, потому что, если пятерка пока еще и держалась, перекрывая дорогу, но далеко не факт, что она продержится до прихода подкрепления. Так как основные силы были скоплены с фронта склада и сюда еще надо было добраться. Один из бандитов побежал вперед в атаку, метая поочередно огненные шары из каждой руки. Интенсивность была такая, что звезде пришлось сосредоточиться только на защите. Остальные продвигались вперед, берегли силы, чтобы нанести окончательный удар и пробиться на соседнюю улицу. Я подумал, что сейчас они закончат со звездой, которая из последних сил пыталась отражать атаки. Внезапно маг, который уже почти добежал до пятерки, пролетел назад мимо своих товарищей и повис на стене склада, проткнутый в середине груди прилетевшим копьем. Секунду еще его ноги пытались бежать, но потом также безвольно остановились, а голова повисла на груди. Пока все проводили полет мага глазами, паладин уже был в паре метров от бандитов. Ни на секунду не замедлившись, он ворвался в нападавшую группу. Он схватил первый боевой доспех за руку и как игрушку швырнул во вражеских магов, вынужденных ставить щиты, а не атаковать. К тому моменту как первый доспех падал на землю, со вторым тоже было все кончено, он со сквозной дырой от удара заваливался на бок. Но здесь уже маги пришли в себя и в паладина полетели различные заклинания, от нескольких он увернулся как будто был цирковым артистом, а не с ног до головы закованным в доспех воином. Но затем его за ногу зацепила водяная плеть, которая сковала его движение, несколько воздушных дисков врезались в броню оставив глубокие зазубрины, дальше полетел целый шквал заклинаний. Не знаю, чем бы это закончилось, но в группу вражеских магов ворвался ураган меча, движения которого было тяжело уловить. Мне кажется, большинство из них даже не поняли, что произошло, но через пару мгновений вместо семи целых магов на земле были разбросаны около двадцати иногда половинчатых, а иногда и меньше магов. С третьим боевым доспехов к тому моменту закончила звезда магов, превратив его в дымящуюся кучу метала. Первый паладин поднялся и вытянул руку в сторону копья. Оно беспрекословно подчинилось и полетело в руки к хозяину. Взяв в руки копье, паладин небрежным движением стряхнул нанизанного на него тела мага, после чего, немного пошатываясь, пошел прочь от склада. Дальше оставаться на крыше я не стал, во-первых, здесь было жутко холодно и продувал ветер с залива, а во-вторых, все, что хотел, я увидел. Все-таки паладин серьезное оружие и уж никак его нельзя сравнить с улучшенным боевым доспехом. Это как сравнивать котенка и пустынного льва, вроде что-то есть общее, но разрыв огромен. Аккуратно пройдя по крыше, я залез на чердак, после чего спустился на улицу. Мои друзья уже ждали меня с нетерпением, так как они слышали доносившиеся звуки боя и их раздирало любопытство. Я не стал их долго мучать и рассказал во всех подробностях все, что видел.

Прорваться к нам, естественно, никто не пытался. Уже спустя десять минут десять в обратную сторону прошли паладины. В этот раз их шаги были медленнее, я думаю все-таки один из них был ранен и второй подстраивался под него. Я заблаговременно почувствовал их приближение и отошел от прохода, чтобы опять не столкнуться взглядом. А то теперь он не торопится, и у него может появиться желание познакомиться поближе. Я постарался расслабиться и забыть, что нарушаю закон одним своим существованием. Как итог они прошагали мимо не замедлившись. Спустя час нас сняли, посадили в телеги и повезли обратно. В начале телега гудела как пчелиный рой, все вокруг обсуждали кто что видел или слышал, приплетая туда свои ощущения. Я укутался в плащ поплотнее и постарался задремать поскорее, чтобы никто из моих товарищей не успел проговориться о том, что я видел и мне не пришлось бы все рассказывать еще раз.

Глава 5

В столицу пришла весна, начали расцветать деревья и повсюду витал их дивный запах. Хоть здесь не бывает настоящей зимы с ее сугробами, снегами и метелями, но дожди вперемешку с небольшими заморозками и редким снегом, который становился грязным не успев упасть на землю, уже порядком надоели. Ну и, если не лукавить перед собой, я человек довольно свободолюбивый, и когда прошли первые волнения об устройстве моей дальнейшей жизни, когда я был согласен на все, местная муштра мне порядком надоела. Учеба патрули слились в одно сплошное полотно ничем непримечательных событий. За год я увеличил резерв до двадцати пяти вартов. Отдельным поводом для моей гордости было то, что я смог вырастить два заклинания в теневом саду. Первым была демоническая рука. Дерево в саду духа имело черную кору с кроваво-красными прожилками, а ветви напоминали костлявые узловатые пальцы руки. Вторым заклинанием в теневой круг легла аура тени. Проблема была в том, что в сад нужно обязательно было включать заклинания, чтобы прорвать следующий барьер. И так как третье заклинание не пойдешь изучать к преподавателям, пришлось выкручиваться из этого самостоятельно. Искать заклинание демонологии в столице под самым носом инквизиции я не решился. А купить что-то нужное из разрешенных возможности никакой не было. Всех моих сбережений хватало на довольно незатейливые заклинания, которые не несли никакой практической пользы. После долгих раздумий я все-таки остановился на ауре тени. Заклинание имело довольно специфическое применение и считалось ненужным порядочному магу. Оно больше подходило для преступников или различных соглядатаев, так как позволяло незаметно укрыться в тени. Пришлось отдать все свои сбережения за него. Но меня это ни капли не расстроило, ведь если у меня все получится, это стоит любых денег. Теперь у меня в каждом саду духа росло по два дерева, а фонтаны стали больше и заполнялись быстрее. Я считал, что полностью готов к переходу на второй круг. Осталось его дождаться и затем уже будет распределение по империи. Если все будет так, как нам обещал один из преподавателей, то я, Руд, Альн и Анна останемся вместе. К нашей четверке должны присоединить более опытного мага, и мы вместе образуем боевую звезду, в составе которой будем работать по крайней мере какое-то время. Это конечно не обязательно, но именно такое число магов значительно повышает выживаемость, сохраняя мобильность и маневренность группы. Это нам рассказывали на одном из первых занятий, чтобы не много остудить горячие головы от денег и славы, которые сулит одиночная работа. Нет, конечно, опытные маги могут выполнять многие задания в одиночку, но даже для них это может быть чревато. А для нас это добровольный отказ от продолжения существования в этом мире.

И вот настал день второго прорыва. Нас также собрали у входа в казармы, и сержант начал распределять нас по повозкам. Кстати, этот выпуск считался удачным, никого из учеников не потеряли за весь год. Процедура в этот раз проходила гораздо быстрее и даже никому не понадобилась медицинская помощь. Развитие источника и изучение заклинаний на первом круге истончает барьер, и прорыв проходит легче, чем первый. Сложности возникают, когда маг претерпевает качественные изменения на определенных кругах. В этот раз я прорвал барьер двумя ударами. Да, второй был уже болезненным, но не более.

После прорыва нас не стали сразу увозить обратно, а собрали в главном зале, где мы встали по группам, в которых ходили в патрули. Пол зала был отделан темным деревом, а на стенах висели различные картины, на которых, в основном, были сражения с различными чудовищами. Вот на ближайшей ко мне маг пронзал огненным копьем огромного паука. А чуть дальше описывалась схватка с двумя оборотнями. Размер и общая обстановка зала свидетельствовали о том, что он предназначен для торжественных событий. Напротив нас была вынесена трибуна для выступающего, а в паре шагов за ней рассаживались на стулья преподаватели и кураторы. Я краем глаза отметил, что пришел кто-то из полицейского начальства столицы. Также немного в стороне, слева от стульев, стоял Сварас с теми ребятами, которые согласились изучать темную магию. Если мне не изменяет память, уходило с ним на пару ребят больше, чем сейчас присутствует в зале. Первым вышел к трибуне кто-то из городской полиции. Я его не знал, и разглядеть что за перстень и на каком он круге не представлялось возможным. Затем вышли пару преподавателей с напутственными словами. Все было довольно сухо и по делу. «Да уж это не выпускной бал в академии магов», — подумал я. А затем началось самое интересное — распределение по местам службы.

Нам достался город Нограст в двух с половиной днях пути от столицы. Город был портовым, поэтому и преступности всех мастей в нем хватало. Начиная от детей, которые занимались попрошайничеством и мелким воровством, целый день носившихся по городу в поисках легкой добычи. И заканчивая серьезными контрабандистами, которые были вхожи в городской совет. Внутри города прорывы нужно было устранять в короткие сроки, чтобы это не мешало торговле. Ведь помехи торговле это убыток, а убытки никто не любит. Поэтому, как подсказывал мне житейский опыт, это будет одной из причин, что нас, как неопытный молодняк, отправят по прилегающим городкам и деревням. Ну а второй причиной, как мне все так же подсказывает, опыт эта работа не сулит никакой прибавки к жалованью, а хлопот и препятствий будет выше крыши. Ну и кому ее можно доверить, кроме как вновь прибывшим?

Второй важной новостью являлось то, что у нас появился пятый член команды. К моему сожалению, это был не более опытный маг, а всего лишь наш одногодка, который согласился изучать темные разделы магии. Парня звали Артур, за этот год он успел перейти на третий круг. С одной стороны, сейчас это рывок, сэкономивший ему год, и он уже был старшим учеником. Артур, худощавый юноша, наш ровесник, с золотистыми непослушными волосами. А веселый нрав и голубые глаза добавляли несостыковки с образом некроманта. Единственное, что выдавало в нем мага практикующего некромантию, это были моменты, когда он задумывался о чем-то своем, и в это время его лицо превращалось в застывающую безжизненную маску. Как будто не человек, а восковая фигура, потом он приходил в себя, смущенно улыбался и начинал оживленно болтать с нами, пытаясь перебить возникавшее чувство неловкости. Каждый раздел магии оставлял отпечаток на характере мага, какой-то меньше, какой-то больше. Есть, конечно, случаи, когда маг развивался только в одном направлении и можно было определить внешне специализацию мага. Для некроманта очень важен холодный разум, так как первое, что он начинал терять, это эмоции и радость жизни, и только холодный разум позволял ему не скатиться в те бездны, куда людям лучше не заглядывать.

На следующий день мы, собрав вещи, отправились на поезд, идущий из столицы в Нограст. Мы вчетвером, кроме Анны, разместились в одном купе, она ехала в соседнем дамском. Когда мы расселись и распихали свои вещи, поезд выдал свой протяжный гудок и начал трогаться, постепенно набирая ход. За время дороги я не мог не поинтересоваться у Артура — почему он все-таки решился на такой выбор, да еще и выбрал некромантию. Он сначала отшутился, что всегда любил кладбища за отсутствие суеты, а потом в один миг стал серьезным и сказал, что семье очень нужны деньги. А офицерский оклад то, что ему сейчас необходимо и, да, он осознает, что перекрыл себе перспективы, но зато они будут у его младших братьев и сестер. А некромантия была самой высокооплачиваемой из предлагаемых специализаций. Так что причины выбора лежат на поверхности.

В дороге практиковаться возможности не было, но после перехода на второй круг я успел проверить действия заклинаний. Все они, как и положено, развивались вместе со мной, увеличивая свою силу. Например, при использовании демонической руки, кроме того, что аура покрывала все пальцы, так еще и человеческие ногти превращались, хоть пока и в небольшие, демонические черные когти. Удар такими по лицу не сулит ничего хорошего Каменная кожа тоже стала прочнее, правда, теперь она не только меняла цвет моей кожи, но и становилась неровной и бугристой на подобие крокодильей. Да и сад духа стал больше. А интересно, какой сад духа у Артура, надо будет его спросить. На него влияла не только магия, которую ты используешь, но и твой характер поступки, замыслы. Так, например, даже у двух некромантов они могут разительно отличаться. У одного будет спокойный сад с зеленой ухоженной травой, аккуратные деревья заклинаний, пускай, даже, они будут мертвые, фонтан, символизирующий источник с чистой водой. И у второго деревья заклинаний из человеческих тел, источник, заполненный не понятной жидкостью буро-зеленого цвета. Понятно, что второго можно если не сразу отправлять в подвалы инквизиции, то общих дел лучше с ним не иметь. Но маги очень ревностно относятся к своей свободе и просто так, без достаточно резких оснований, сад духа никто не покажет. И дело здесь не только в какой-то гордости, но и безопасности, ведь увидят и твою силу, и твой арсенал. Вообще, в империи за последние сто лет были только единичные случаи принудительной проверки, когда люди подозревались уж в очень серьезных преступлениях, по крайней мере официально. И, если сильно не светиться нигде, то и мой секрет никто не обнаружит. В прошлой раз я демонстрировал, так сказать, добровольно, перед каждым прошением на прорыв. Также за время поездки я размышлял о развитии своего пути мага. Как будут переплетаться основной и теневой сад. И я не беру то, чтобы они дополняли друг друга в бою или были козырным тузом в рукаве. Нет, все это само собой разумеющееся, но использовать это только так было как-то мелко что ли. Тем более, дорога к вершинам магического искусства не выстелена просто честной службой. Ни ресурсов не хватит, ни связей. Поток моих мыслей прервала суета моих товарищей, которые начали доставать свои сумки и одеваться, чтобы первыми выйти из вагона. Молодая горячая кровь, вечно куда-то торопятся.

Город встретил довольно теплой погодой для середины весны. Вокзал, куда прибыл поезд, хоть и был далеко от порта, но крики чаек были слышны и здесь. Эти в прошлом неплохие рыболовы из-за близости людей теперь переквалифицировались в попрошаек и летучих разбойников. Пятеро пернатых как раз приметили в руках Анны сумку, откуда торчали остатки нашей дорожной провизии. Они издали свой пронзительный клич, спикировали с крыши перрона и начали кружить над головой Анны. Девушка от такой наглости растерялась и пригнулась. Руд, шедший в трех метрах от нее, первым решил прийти на помощь и, крикнув Анне чтобы присела, отправил воздушный таран в воздух. У Анны сдуло шляпку, а крик птиц внезапно захлебнулся. Двое, которым не повезло оказаться в неудачной траектории, врезались в опоры и упали, шеи и крылья у них были согнуты под неестественным углом. Троим оставшимся повезло гораздо больше, они смогли улететь самостоятельно. Больше желающих приближаться к нам не было. Хорошо, что мы ехали в последнем вагоне, несмотря на все наши старания и благодаря багажу Анны, мы вышли последними и другие пассажиры уже ушли подальше, но все равно недовольно оглядывались на шум.

— «Как ветром сдуло,» — прокомментировал голос в моей голове с ноткой ехидства.

— Спасибо, конечно, Руд, но я бы справилась сама, — немного смущенно пролепетала Анна.

— Я знаю, просто не хотел, чтобы ты их изжарила, я думал просто отгоню, двум просто не повезло, — добродушно ответил Руд. И было видно, что он ни капли не сомневается, что Анна смогла бы за себя постоять. И здесь я с ним полностью согласен, характер Анны очень сильно изменился за предыдущий год, и уже почти не осталось той застенчивой девочки, которая пошла с нами в патруль. Если так дальше пойдет, она станет серьезным охотником, которого стоит опасаться. Альн подал ей упавшую шляпу, и мы продолжили путь.

Выйдя с вокзала, Артур добежал до ближайшего извозчика, о чем-то быстро с ним поговорил. После чего, кивнув ему, замахал нам рукой. До главного здания охотников в этом городе мы добрались примерно спустя полчаса. Выгрузив свои вещи и отпустив извозчика, мы вчетвером остались ждать, пока Артур найдет местное начальство. Я сидел на своей сумке со скромными пожитками и думал, что было неплохо бы помыться и переодеться с дороги. В итоге, спустя какое-то время, вернулся Артур и повел нас на второй этаж в кабинет, расположенный с торца здания. Там нас встретил капитан, уже в возрасте, маг шестого круга судя по красному камню в перстне. Перстни, к слову, были положены магам с четвертого круга. Только с получением перстня маг считался магом со всеми правами и обязанностями. Сам капитан уже был довольно немолод, но все еще крепок как старый дуб. Волосы уже почти все стали светло-пепельными. Но я готов был поручиться, что он еще заткнет за пояс молодых охотников, даже тех, кто с ним одного круга. И вообще есть люди, с которыми не страшно оказаться в какой-то критической ситуации, есть в них что-то такое наделяющее уверенностью окружающих. Капитан как раз был из той породы. Он сидел перед нами за своим рабочим столом с прямой спиной и первым делом молча осмотрел нас всех с ног до головы.

— Ну, не будем никого тянуть за хвост начнем. Я рад вас приветствовать теперь уже в нашем городе,. — спокойным гулким голосом начал он.

— Мое имя Торс, я ваш командир и последняя инстанция во всех делах на ближайшие три года. Я надеюсь, мы с вами сработаемся, и вы окажетесь в меру умными и удачливыми, и я увижу на ваших руках перстни магов. — Говоря это он по очереди успел заглянуть каждому в глаза. Я постарался не отвести взгляд. На сколько мне позволяет судить опыт, увиденным он был в принципе доволен.

— Так, спуститесь на первый этаж, там найдете сержанта Парда, пусть он вам покажет где разместиться, а потом, лейтенант, приходите ко мне, я вам расскажу про вашу будущую работу. — После этого он жестом руки показал, что наша беседа, а, точнее, монолог закончен. На поиски нужного нам сержанта мы потратили больше времени и сил, чем на дорогу до нашего нового дома. Нам досталось крыло одного из домов через две улицы. На втором этаже в нашем крыле было шесть комнат, пять из которых мы заняли, внизу была общая столовая. Во втором крыле тоже проживали охотники, но сейчас никого из них не было дома. Старик управляющий, следивший за домом, рассказал нам общие правила. Во сколько подают завтрак, обед и ужин. Куда можно отдать прачке грязную одежду и где расположена помывочная.

Я расположился в угловой комнате. Здесь не было ничего лишнего: кровать, небольшой стол и старый обшарпанный стул. Единственное, окно выходило на задний двор дома. Кинув свои вещи на пол, я лег на старую кровать и уставился в потолок, думать ни о чем не хотелось. Пролежав так какое-то время, я встал и спустился в столовую. На обеде никого из наших соседей не было. Анна уже привела себя в порядок с дороги. А мы втроем пока еще не успели сделать это, уступив очередность даме. Мы сели за стол вчетвером. Артур только бросил свои вещи в комнату, как тут же убежал обратно к капитану. Кухарка принесла тарелки, расставив их перед каждым из нас, а затем налила в них довольно ароматный куриный суп. К тому времени я успел порядком проголодаться, поэтому уминал еду за обе щеки, тем более было вкусно. Артур вернулся только к концу обеда, когда мы уже сидели и пили чай с потрясающим пирогом с малиной. Вид у него был немного растрепанный, он сразу схватил кусок пирога и откусил довольно большой кусок и одновременно начал рассказывать:

— Нам выдали маршрут на пару деревень, там объезд на неделю. Но точно есть две работы. Какие точно я не знаю, так что подготовиться к чему-то конкретному не получится, — часть последнего предложения он уже промычал, так как откусил еще кусок и рот был набит едой.

Анна нахмурила брови и сказала: — Так, давай сначала ты поешь, а потом все расскажешь.

Артур согласно покивал, с трудом сглотнув огромный кусок, запил его разведенным вином и продолжил: — Надо получить имущество, оружие, припасы, которые дадут, и через день, максимум два, отправляться в дорогу.

После непродолжительного обеда я поднялся в комнату, достал остатки денег и решил, что после завершения дел могу успеть немного пройтись по рынку. Хоть моя обувь пока еще не требовала срочной замены, но подобрать запасной вариант уже стоило. Я не стал ничего покупать в столице, так как посчитал что цены здесь могут оказаться более милосердными к моему тощему кошельку. Мы впятером вышли на улицу и отправились на склады. Так как они находились не очень далеко, решили не брать извозчика, а прогуляться пешком. Улицу, на которой нас расселили, занимали жилые дома под сдачу. Здесь жили в основном те, кто не мог позволить себе свой собственный дом, но кто был достаточно состоятелен для его аренды. Либо путешественники, ожидавшие пересадки с корабля на другой, либо приезжие купцы, которые не хотели или не могли жить в гостиницах. Мы прошли два квартала в направлении порта и попали к складским помещениям. Склады были обнесены забором, который ощетинился кверху стеной острых металлических стержней, блестевших, как будто были чем-то смазаны. Да, с воровством здесь борются кардинально. Руд, подошедший к калитке, несколько раз постучал. За калиткой сразу же послышалось какая-то возня. Смотровое окошко распахнулось и показалось лицо стражника.

— Чего надо? Кто такие? — Артур открыл сумку, немного порылся и протянул какие-то листы, стражник забрал их и закрыл смотровое окно. Спустя пару минут за калиткой опять послышалась возня, но в этот раз распахнулась вся калитка.

— Заходите, и давайте побыстрее, — сказал все тот же стражник, отдавая Артуру обратно наши бумаги.

— Вам нужно сейчас вон в то здание, — показал стражник рукой на расположившийся недалеко домик.

Я осмотрелся, кроме этого стражника здесь сидел еще один, а чуть подальше замер боевой доспех, который повернул голову в нашу сторону. Мы молча прошли в указанное место. Только удалившись на приличное расстояние, Альн задал риторический вопрос: — Интересно, у них всегда дежурит доспех или это мы так попали?

— Не удивлюсь, если он тут не один, а ночью смена еще больше, — ответил я.

— С чего ты так решил? — поднял бровь Альн.

— Здесь хранится оружие и боевые доспехи и еще много чего, думаю, и трофеи с печатями сначала сдаются сюда. Поэтому экономить на охране смысла нет никакого, — начал рассуждать я.

Альн только хмыкнул и диалог развивать не стал.

Мы зашли в указанное здание и довольно быстро нашли к кому именно нам нужно обратиться. Это было не так уж и сложно, а дело в том, что все помещения были разделены на два стеной, в которой было небольшое зарешеченное окно. Облысевший сухой старичок, которого я разглядел из-за спин товарищей, поправил очки, увеличивающие его глаза до неприличных размеров, и стал внимательно изучать наши бумаги и что-то выписывать себе в блокнот и на какой-то лист, периодически сверяясь с журналами, лежащими у него на столе. В итоге, через пару часов мы полностью получили все, что нам было нужно. Начали мы с пары лошадей и фургона, в который складывали все остальное. Нам достались револьверы с кобурами, каждому как личное оружие, два малых универсальных ружья на всех, патроны, запас провизии на неделю. Но самое важное — печати Сора для закрытия разрывов. В конце мы каждый расписались в бумагах у старика и отправились домой. У самого дома я сказал Руду, с которым сидел на козлах, что мне надо немного прогуляться. Фургон слегка притормозил, и я спрыгнул на мостовую на ходу, после чего, помахав Руду, отправился по своим делам. В столице я не пошел на рынок так же и из-за того, что не хотел лишний раз рисковать. Вдруг тот маг еще не прекратил поиски. Как известно, маги — люди крайне целеустремленные и мстительные. Жаль, конечно, что дом сгорел, а так бы я со временем туда наведался или навел бы кого-нибудь. И себя бы обезопасил от возможной мести и одной мразью стало меньше, а может и не одной. С такими мыслями я пересек мост через реку и оказался в центральной части города, где располагался рынок. Время бойкой торговли уже прошло и на рынке было немноголюдно, и лавочники начинали потихоньку убирать товар. Но меня это не капли не смутило, даже порадовало, хоть толкаться не придется. Быстро пройдя по рынку, я нашел себе новую обувь. Прекрасные кожаные легкие ботинки. Немного поторговавшись, я сбил цену чуть ли не на треть. Торгаш хоть и заламывал руки и кричал, что его грабят средь белого дня, но видно было что сделкой остался доволен. Как итог, можно сказать, что я не ошибся — цены здесь действительно отличались раза в полтора от столичных. Купив себе еще пару сменных рубах и штаны, мои уже совсем затаскались за казарменную жизнь, я отправился дальше вдоль торговых рядов. Я также присмотрел новые поясные ножны для своего ножа. Я не стал откладывать дела в долгий ящик, сразу закрепил их вдоль брючного ремня за спиной под правую руку. Вынув свой нож из-за пояса, я вставил его в ножны, он сел как родной. Еще раз проверив что он легко вынимается, расплатился с торговцем и решил уже отправиться обратно домой. Я вышел из торговых рядов и у стены, в арке, отделяющей рынок от соседней улицы, приметил сборище попрошаек. Они так же заканчивали рабочий день и сдавали заработанное огромному верзиле с повернутым на бок носом и злыми близко посаженными глазами. Он мельком на меня взглянул, быстро оценив и решив, что я не представляю угрозы, продолжил подсчитывать свои барыши. Но один из попрошаек, парень может чуть помладше меня либо просто худой, не то чтобы заинтересовался мной, а, скорее, как призрака увидел. Я сделал вид, что не заметил его взгляда, повернул в арку, ведущую с рыночной площади на соседнюю улицу. Надо будет присмотреться, не увяжется ли за мной. Пройдя под аркой, я повернул направо. На улице я шел, не оглядываясь, до ближайшего поворота, затем, так же не спеша, повернул направо. Народа было на улице немного и мне удалось краем глаза заметить выглядывающую из-за угла арки чумазую морду парня. Радовало то, что делает это он это не очень умело, значит не практикует. И, следовательно, больше шансов, что я вызвал его личный интерес, чем профессиональный. Я продолжил не спеша идти до ближайшего проулка между домами, ведущего на соседнюю улицу. Зайдя во внутрь, я случайно нашел глазами камень.

— «Ну, давай еще одного хрустнем,» — раздался голос в голове. Я не стал вступать в бессмысленный диалог и осмотрелся. Солнце уже ползло к закату и в переулке образовывался полумрак. Я прошел немного вперед по проулку, встал в угол, где было потемней, и воспользовался аурой тени, которая сделала меня менее заметным. Я замер и прислушался. Да, будет забавно, если он не пойдет, сколько мне тут стоять придется. Но я не ошибся, послышались торопливые подбегающие шаги, при приближении к углу они стали замедляться. Затем вообще остановились, мне было не видно что происходит, но я предположил, что сейчас парень аккуратно заглядывает за угол. И я оказался прав, никого не обнаружив в проулке и подумав, что я уже прошел, он рванул вперед. Он успел пробежать несколько пар шагов, когда поравнялся со мной. Я выставил ногу, и парень запнулся и, распрямив руки в полете и пытаясь поймать хоть какое-то равновесие, рухнул на пыльную землю. Не давая прийти ему в себя и не теряя ни мгновения, я навалился на него сзади, прижав спину коленом, рукой дернул за длинные курчавые волосы, а к горлу приставил нож.

— Так и что ты хотел от меня? Познакомиться? — зло спросил я.

— Стив, это же я, Диар, ты что, не помнишь меня? — испуганным голосом ответил парень.

— Ты меня с кем-то спутал, я не Стив! И тебя я не знаю! А еще я тебе сейчас проведу ножиком от уха до уха, — еще сильнее оттягивая волосы так, что у парня брызнули слезы из глаз, а кожа на шее под лезвием ножа натянулась и не большая капля крови побежала по шее парня, сказал я.

— Нет, стой, не надо! — захрипел парень. Затем начал быстро тараторить: — Я не мог ошибиться, мы с тобой с детства в одном приюте жили. Вместе на улице попрошайничали, хотели уже на корабль податься. А потом у тебя талант нашли, и Толстяк сказал, что поможет тебе преодолеть первый барьер, и ты потом пропал, я думал, ты уехал учиться.

Признаться честно, меня заинтриговал рассказ парня, тем более такое на ходу не придумаешь. Да и то место, где я очнулся, делало этот рассказ вполне вероятным.

— Толстяк, говоришь. А кто это? — Хоть я и верил парню, но ничего в нашем расположении я менять не стал, чтобы он не наделал глупостей.

— Ну, он был старшим в банде. А мы попрошайничеством занимались. А сейчас Вирс за него всем руководит. А Толстяк официально открыл трактир на углу рынка, а неофициально контролирует преступность на рыночной площади.

Я выругался про себя: что ж мне так не везет, еще и в родной город попал. Сколько еще людей может меня узнать. Я начал расспрашивать Диара о том, как много людей знает меня в лицо. На что он мне начал перечислять имена, но там в принципе ничего критичного не оказалось. В приюте мы были совсем детьми и уже пару лет как жили на улице. А состав попрошаек поменялся за то время как сменился Толстяк, не все могли ужиться с Вирсом. Я начал думать, что же мне делать с розданными мне судьбой картами и решил все-таки рискнуть.

— Слушай внимательно, Диар, ты меня не видел, если спросят куда ходил, придумай сам что-нибудь. Взболтнешь кому, что меня видел — прирежу. Меня не ищи! Через пару недель я сам тебя найду. Понял?

— Да понял. — Диар попытался несколько раз кивнуть, но у него не очень это получилось, с одной стороны мешала моя рука, держащая за волосы, с другой — приставленный к горлу нож.

После чего я слез с парня, убрал нож и отошел в сторону. Диар поднялся, посмотрел на меня и попытался что-то сказать. Я помотал головой «Не сейчас.» Он кивнул в ответ и пошел в обратную сторону.

Проводив его взглядом, я двинулся обратно в дом. Вернулся, когда уже ужин закончился. Но в столовой еще сидел Альн и что-то читал.

— На кухне осталась еда, — не поднимая глаз, сказал он.

Я поблагодарил и отправился на кухню греметь посудой. Кухарка уже давно ушла домой, но пара порций, обернутых полотенцем, все еще стояли. Видимо женщина давно работает в этом доме и привыкла, что к ужину часто приходят не все. Поужинав на скорую руку остатками трапезы, я поднялся к себе наверх. Улегся на кровать и стал прикидывать что оставлять вот так парня — это риск, но и убивать в этом случае не выход. Тем более, такую карту можно разыграть очень даже неплохо. Да и шанс найти того мага, практикующего человеческие жертвоприношения, теперь не кажется таким призрачным.

Глава 6

Утром я проснулся от ярких лучей восходящего солнца, которые били прямо в окно. Да, надо бы что-нибудь придумать, иначе выспаться не получится до осени. Сходив умыться, я начал собирать свои вещи в дорогу. Нож убрал в новые ножны, а револьвер в кобуру справа на поясе. Надо сказать, что управился я очень быстро и, закинув свой мешок в фургон, отправился в столовую. На завтраке за столом нас было пятеро: мы вчетвером, Артур уже где-то опять носился, и один из наших соседей, тоже имперский охотник. Наш сосед Карс был адептом магии крови и готовился прорваться на четвертый круг и стать полноценным магом, после чего собирался обосноваться в столице.

— А где ваша звезда и как они будут без вас? — удивленно спросила Анна.

— Да за них не волнуйтесь, я был самым молодым и неопытным среди них, сейчас им дадут кого-нибудь, мага либо старшего ученика. Да и звезда магов не так часто устоявшийся дружеский коллектив, зачастую просто сработанная боевая единица. И один болтик всегда можно заменить на другой, — с улыбкой ответил Карс.

Карс успел нам рассказать несколько забавных случаев из своей службы здесь, которые были встречены общим смехом. Даже Анна пыталась сохранить вид леди и хихикала, прикрывая рот рукой. Доев свой завтрак, он сказал, что ему осталось здесь дел на два дня, так что мы его не застанем, но, возможно, увидимся уже в столице. По маленькой нашей традиции, когда мы заканчивали завтрак, принесся Артур. Волосы его были взъерошены, да и весь он был немного на взводе, что для него было не свойственно.

— Не знаю, мне кажется у меня больше шансов погибнуть в борьбе с местной бюрократией, чем в бою с монстром или темным магом. — С этими словами он достал четыре медальона охотника из-за пазухи и положил их на стол. Это были четыре медных кругляша размером с крупную монету, испещрённых с одной стороны различными рунами, а с другой был изображён череп какого-то монстра, проткнутого кинжалом, а под ним имя хозяина медальона.

— Поздравляю, теперь мы все официально императорские охотники, — сказал Артур. Парни одобрительно загудели, Анна крутила в руках один из медальонов, с интересом разглядывая. Медальон являлся своего рода заменой удостоверяющим бумагам. Ну и опознать без него порой тела охотников было довольно трудно.

— Ты, наверно, совсем голодный, — с этими словами Анна убежала на кухню.

Руд и Альн переглянулись и прыснули в кулаки, а Артур смущенно покраснел. Походу наша милая дворянка начинает испытывать к будущему некроманту нежные чувства. Закончив завтрак, мы стали стаскивать остатки своих вещей в фургон. И вот, когда с погрузкой было завершено, я, Артур и Анна забрались в фургон. Так как Руд всю жизнь жил в деревне, любил лошадей и умел с ними обращаться, он полез на место возницы, а Альн решил составить ему компанию.

— Нооо, — Руд не сильно щелкнул вожжами и лошади не спеша тронулись.

Город уже проснулся, люди шли на работу, торговцы открывали лавочки. Где-то в далеке слышались песни сильно загулявшей компании. Мы проехали пару улиц, пересекли главную улицу, ведущую к верхнему городу, и двинулись дальше. От въезда в город нам навстречу спешили фермеры, чтобы успеть занять место на рынке получше. Мы выехали из города, фургон не спеша катил по дороге, и я решил немного потренироваться. В саду духа ничего не изменилось, источник был того же размера и наполнялся с той же скоростью. Пора бы, конечно, искать возможность изучить новые заклинания. Дорога была ровной и почти без ям, поэтому прогнав по половине каждого источника и закончив с тренировкой, я, не открывая глаз, вышел из сада духа и задремал. Проснулся я от того, что фургон резко остановился и меня по инерции кинуло вперед, и я неприятно ударился плечом. Выругавшись себе под нос, я выглянул на улицу и, судя по яркому солнцу, ударившему по глазам, я продрых до полудня. Руд на кого-то ругался, он даже встал на козлах. Цель его гнева стояла с той стороны лошадей и мне было не видно с моего места, что у них происходит.

— Ты чего прямо под копыта лезешь? А если бы я остановить не успел? — орал Руд, размахивая руками.

— Беда, беда у нас в деревне, господин, вот и бегу в город за помощью, — послышался задыхающийся мужской голос.

Я выбрался на улицу и заскочил на козлы, чтобы увидеть хозяина голоса. Там стоял мужик средних лет, в одной руке он сжимал охотничье двуствольное ружье, второй держался за тяжело ходивший бок. На лице были следы от хлеставших веток, а в одежде то тут, то там были видны оборванные молодые зеленые листья. Было видно, что он ломился через лес так, как будто его собаки гнали.

— Давай, не части, рассказывай, что у вас там случилось? — сказал я.

— Мы это, как его, с Нором охотились неделю в лесу, в сторожке жили, — начал он, одновременно пытаясь отдышаться. — Охоту-то мы закончили и стали возвращаться обратно к себе в деревню. Вернулись мы вчера засветло. Я живу у края деревни, а Нор ближе к центру, мы с ним разошлись в начале деревни, — уже более спокойно продолжал охотник. Никто из нас не перебивал его, Анна с Артуром так же вышли послушать что случилось.

— И вот, значит, подхожу к своему дому, смотрю — на крыльце сидит мой младший, Свир, пацану пять лет только недавно исполнилось. Обычно сразу бежит меня встречать, смотрит, что принес с охоты, а тут сидит, лицо вниз опустил, что-то разглядывает. Я мешок-то с плеч скинул и говорю ему — Свир, что отца не встречаешь? — тут он прервал рассказ, чтобы не много успокоиться. Альн протянул ему флягу с чем-то, тот сглотнул, поморщился и продолжил. — А тот лицо поднимает, а глаза ярко-голубые, как небо в солнечный летний день. Но это еще полбеды, он мне своим детским голосом говорит: «ну что же ты, Ролд, так долго ходишь, заходи в дом, мы тебя все заждались.» И меня такой страх одолел, что я не могу пошевелиться, ноги ватные, даже закричать не получается. Из ступора меня вывел крик Нора с другой улицы. Я выскочил за ворота, смотрю, а Нора уже тащат куда-то несколько мужиков. А тот орет, извивается, но сделать ничего не может, даже еще мешок за спиной болтается. Потом смотрю, мой-то пацан мне уже в ногу вцепился и хнычет, чтобы я не уходил, а от соседей мужики деревенские идут. Хорошо, что в моем парне мало веса, я резко его от себя откинул, понимаю, что не он уже это, и бежать. Бежал так, как никогда не бегал. В лес забежал, а уже темно, пришлось на дерево забираться ночевать, чтобы не заплутать ночью. Всю ночь просидел, глаз не мог сомкнуть, только под утро сморило. А утром, только проснулся, сразу побежал в город за помощью, — заканчивая свой рассказ, он еще раз отхлебнул из фляжки, после чего вернул ее Альну. Оглядев лица своих теперь уже друзей, я увидел, что они тоже поняли с чем столкнулись жители этой деревни.

Где-то в деревне открылся разрыв, через который проникло существо, которое классифицировалось в книгах как охотник за разумом или Хизрол. В эту категорию попадали все духи, кто мог захватывать более одного носителя либо, как Хизрол, образуя сложный механизм с первым своим носителем и последующими подчиненными. Они не были демонами, но, попадая сюда, обеспечивали свою защиту, подчиняя разум других существ. Так же в книгах отмечалось, что не известно ни одного случая, чтобы был подчинен пробужденный одаренный. Так что для магов угрозу представляли только носители. Да и для обычных людей нужна непосредственная близость к порталу, чтобы их подчинили. Поэтому зачастую появление таких разломов проходило вообще без каких-либо последствий. Но если захват удавался, то деревня или квартал, а бывало и участок леса, становились своего рода муравейником с единым разумом. Артур вопросительно посмотрел на меня, хоть он был уже офицером. Но ему едва исполнилось восемнадцать, да и учился он также, как и мы, только год, поэтому в своих решениях искал нашей поддержки. Я задумался о том, что делать дальше. Хизрол ментальная сущность и не может существовать вне хозяина и если сначала уничтожить портал, то ей придется остаться в теле главного носителя, а затем придётся либо убить его, либо доставить к магам-менталистам. Я начал рассуждать вслух, чтобы все осознали риски, хотя последнее слово все равно было за Артуром.

— Даже зная, где находится разрыв — это будет крайне рискованное мероприятие, а если придется его искать, то мы либо перебьем полдеревни или кого-то из нас посадят на вилы, либо топором по башке дадут.

— «Топорная работа,» — хихикнуло у меня в голове. Хоть бы раз что-то дельное подсказал. «Неужели, когда я умру, то же самое произойдет с моим чувством юмора,» — подумал я.

— Так что надо ему в город бежать, менталисты приедут и без шума все сделают, — продолжил я.

— Но если они не успеют, то к жителям деревни может не вернуться разум, — немного эмоционально сказала Анна. Да, здесь она права, можно после победы получить деревню живых зомби, которые не могут даже позаботиться о себе. Все закивали и посмотрели вопросительно на меня, я молча понял, что все за то, чтобы ехать и закрывать разрыв. Я только молча махнул рукой, молодая горячая кровь должна набить свои собственные шишки, а так как я не командир, приказывать я не могу.

Артур обвел всех глазами, после чего, получив молчаливое одобрение, улыбнувшись, начал говорить: — У меня, кажется, есть идея как найти разрыв. Так как Хизрол чует эманации разума, надо отправить на поиски того, кто разумом не обладает.

— Нет, хорошо, Руда мы отправим, а кто фургоном будет управлять, — хохотнул Альн. Альну, конечно, не откажешь в способности шутить даже в стрессовых ситуациях.

Руда этот комментарий нисколько не задел, но для приличия он проворчал: — Как ты вообще дожил с таким языком до этого возраста, что тебя родители не запороли розгами.

Я же уже понял примерно, что задумал Артур.

— Так, мне нужен свежий труп, — сказал Артур и полез в фургон, после чего почти сразу высунулся с ружьем.

Все посмотрели на охотника. Тот попятился и побледнел: — Господа маги, может это, как-нибудь без свежих трупов. Может, старый сойдет. У нас у деревни кладбище, разорять могилы — это, конечно, плохо, но чтобы уберечь живых, то боги простят.

— Ты не понял, бери свое ружье и пойдем со мной, нам нужен какой-то мелкий зверь, желательно не один, — закидывая за спину ружье, сказал Артур.

Как выяснилось, охотник убежал не так уж и далеко. К обеду мы были уже у деревни, заняв удобную позицию на холме, наблюдали за жизнью сельчан в то время, как Артур готовился к ритуалу. Артур расчистил себе участок и, начертив восьмиконечную звезду, в центр уложил тело белки. Затем он принялся наносить различные руны по линиям, периодически сверяясь со своими записями, которые были в его дорожной сумке. Поднять белку Артур мог своим заклинанием, которое было изучено еще на первом круге. А вот чтобы видеть и управлять телом, нужен был полноценный ритуал. Первая попытка была неудачной, тело мертвой белки вспыхнуло зеленым пламенем и за пару мгновений превратилось в горстку пепла. Со второй попытки Артур достиг успеха и мертвые уши белки сначала неуверенно пошевелились, а затем она, пошатываясь, поднялась и замерла на четырех лапах, опустив голову вниз, как будто сильно устала. Артур уселся на землю и оперся спиной на толстое дерево, после чего, закрыв глаза, провалился в транс. Белка открыла свои глаза, поводила головой, после чего сделала первый шаг, затем второй. Чуть освоившись в теле животного, он попробовал забраться на дерево, а потом слезть. Спустя пару таких тренировочных восхождений, труп белки управляемый Артуром, побежал вниз с холма в сторону деревни, иногда подпрыгивая, чтобы удостовериться в верности своего направления из-за закрывающей обзор травы. Когда перед белкой возникла первая преграда в виде забора, Артур хотел прыгнуть между поперечинами, но, не рассчитав, врезался в верхнюю поперечину. Мы, втроем наблюдавшие за белкой — Анна с охотником остались рядом с Артуром — закусили губы, чтобы не расхохотаться от этого зрелища в голос. Но, чтобы не сбить ему концентрацию и не провалить весь план в самом начале, пришлось терпеть до красных лиц. Со второй попытки белке удалось преодолеть ограду, и она первым делом забралась по стене на крышу первого дома и огляделась. Так, перебегая от дома к дому, она начала двигаться по деревне. Я не стал терять время и пошел к Артуру. Он все также сидел у дерева, глаза под веками лихорадочно бегали, по лбу уже катились крупные градины пота. Видно было, что ему дается все очень непросто. Внезапно он начал говорить хриплым голосом: — Кажется, нашел, третий дом слева от дороги, там на крыше флюгер в виде кошки.

— Это дом деревенского старосты, там еще яблоня рядом большая, — сразу затараторил охотник. Я шикнул на него, прислушиваясь, что еще скажет Артур. Он продолжил: — Там охрана у дома, один у дверей на крыльце, рядом лежит топор, еще двое у сеновала, оба с ружьями. Я попытаюсь их отвлечь, а вам нужно попасть в дом и найти разрыв.

Я махнул рукой деревенскому охотнику, чтобы он шел за мной и отправился к Руду с Альном. Подойдя к ним, я начал быстро объяснять, что нужно сделать. Охотник еще раз нам на месте показал нужный дом, и мы в обход выдвинулись к деревне.

Илькотааш, именно бы так звучало его имя, если бы произносилось человеком, почувствовал какую-то новую энергию недалеко от себя. За время его жизни, а так как он не имел физического тела, а был сгустком энергии, очень долгое, он такого никогда не чувствовал. Направившись на эманации, он попал к разрыву в пространстве. Среди ярко-голубого свечения окружающего мира появилось пятно серого цвета. За разрывом было какое-то темное пространство и какое-то существо смотрело прямо на него. За свое долгое существование для него не было здесь ничего нового, он был частью своего измерения энергии, по какой-то случайности получившей разум. Временами он сливался с окружающим миром, как капля дождя сливается с рекой, затем снова обретал сознание. Там, за гранью, было что-то новое и неизвестное. Существо потянулось к разрыву и Илькотааш ответил.

В моменте соприкосновения через него пронеслись различные воспоминания и эмоции девочки, да, теперь он знал, что существо, протянувшее руку, было девочкой. Новые ощущения захлестнули его, он помнил ее родителей, колыбельную матери и запах пришедшего из леса отца. Помнил, как их не стало, и до мельчайших подробностей всю горечь той утраты, потом этот староста с его грязными руками. Именно после него Астри, запертая в погребе, чтобы пришла в себя и перестала рыдать, протянула руку к разрыву. Предпочтя смерть такой жизни. Илькотааш никогда ничего подобного не испытывал. Он чувствовал и другие энергии, эмоции, мысли окружающих людей. За свою короткую жизнь эти существа столько страдают. Завидуют, злятся и только изредка пролетают вспышки светлых эмоций и мыслей. Одновременно с обретением тела пришел страх безвозвратной гибели. «Нужно обезопасить себя. А заодно я сделаю их жизнь гораздо лучше», — после этого он постучал по крышке погреба, прокричав, что успокоилась.

Приходилось торопиться, чтобы у Артура остались силы на отвлекающий маневр. Когда мы подбегали к изгороди, белка, наблюдавшая за нами с крыши, подбежала к ее краю и спрыгнула вниз. Какое-то время было тихо, затем послышался выстрел, а затем второй. К этому моменту мы почти достигли забора нужного нам дома. Сейчас скрываться уже не было никакого смысла, так как, скорее всего, нас уже почувствовали. Руд и Альн уже забежали во двор, я обвел взглядом деревню, из домов начали выглядывать в основном дети, но были и старики. Взрослые были заняты добычей пропитания где-то по близости. Нас уже точно обнаружили, но точное местоположение пока не знали. Я поскорее забежал во двор нужного нам дома. Мужик с ярко-синими глазами поднял на нас взгляд. В его глазах сразу прочиталось понимание того, что происходит, его рука схватила топор и он ринулся на нас. Самое противоестественное в этом было то, что на его лице было ноль эмоций: ни ненависти, ни страха, просто ничего. Ему удалось пробежать пару шагов, прежде чем он столкнулся с воздушным тараном, отправленным ему навстречу Рудом. Мужик пролетел, кувыркаясь, до ближайших кустов, на его счастье других препятствий на пути не оказалось. Кустарник оказался довольно плотным и выбраться теперь обратно у него займет какое-то время. Из угла без лая выбежали два здоровых лохматых пса с ярко-голубыми глазами и бросились в нашем направлении.

— Вот же дерьмо, про собак никто не говорил, — выругался я.

Руд с Альном хотели остановиться, но я заорал, чтобы бежали в дом. Я достал револьвер и накинул каменную кожу. Прицелиться я уже не успевал, поэтому выстрелил навскидку и не попал. Второй выстрел задел одному лапу, но это его не остановило, а лишь немного замедлило. Можно было бы улучшить результат, но я не успел: первый пес уже добежал до меня и вцепился мне в ногу чуть выше ботинка. Он резко дернулся, развернув меня вокруг своей оси, и я не удержался и упал на спину. «Ну здесь я не должен промахнуться», — подумал я и направил пистолет прямо в его морду, но как только я собрался нажать на спуск, второй добежавший пес вцепился мне в руку и потащил в сторону. Причем это было сделано так сильно, что у меня промелькнула мысль: «Да он мне просто оторвет руку от туловища.» Краем сознания я отметил, что Альн с Рудом уже скрылись в доме. Тогда, извернувшись, я положил левую руку прямо на морду тащившей меня за руку собаке, чтобы уж наверняка не промахнуться, и ударил разрядом. Вложил я туда силу примерно в четыре варта. Хватка моментально ослабла и запахло паленой шерстью. Собака покатилась по траве, не скуля, но ее тело сводили судороги. Я поднял свой корпус и сунул ствол револьвера прямо в морду псу, вцепившемуся мне в ногу. Выстрел, еще выстрел, и я уже стряхиваю безжизненное тело с ноги. Да, одежду, конечно, мне поистрепали, но прокусить кожу, усиленную заклинанием, все-таки не удалось. Я вскочил на ноги как раз в тот момент, когда из-за угла выбежали два оставшихся охранника, они на ходу пытались зарядить свои ружья. Уж не знаю, что сделал Артур, чтобы эти двое разрядили ружья в него, но это спасло мою шкуру. Хорошо еще то, что люди все равно медленней собак, от всех сразу мне было бы не отбиться. Я не стал ждать, когда они добегут до меня, а просто бросился в сторону открытой двери. Слава Троим, я был гораздо ближе к ней, чем они. Как только я забежал по крыльцу на вверх и прыгнул за дверь Альн оказавшийся в этот момент у двери захлопнул ее и задвинул засов. Сразу прогремели пара выстрелов, и одна пуля попала в дверь, прошила ее и ушла в потолок, вторая, судя по звуку, попала в стену. Затем, почти сразу, раздался глухой удар в дверь, от которого она чуть не вылетела, но выдержала. Видимо, решили не тратить время на перезарядку и попасть в дом с наскоку. Альн подпер собой дверь и крикнул мне, чтобы я тащил стол. Стол был добротный и большой, рассчитанный на большую семью. Я подтащил его к двери и мы, перевернув его, уперли одним краем в дверь, другим в пол.

Альн выдохнул и сказал: — Разрыв в подвале, Руд устанавливает печать. Нужно продержаться, пока разрыв не закроется полностью.

— Хорошо, что мы не ошиблись с домом, иначе бы это был конец, — ответил я.

Еще было пару ударов в дверь, но все они оказались безуспешными. Воспользовавшись короткой передышкой, мы начали баррикадировать мебелью окна. Хоть они и находились на высоте вытянутой руки взрослого мужчины, когда подоспеют остальные жители, они тоже стали бы представлять опасность. С улицы начал приближаться звук, как будто летел огромный разъярённый рой пчел. Дух чувствовал опасность и не готов был жалеть никого, чтобы защититься. Звук приблизился настолько, что теперь казалось будто дом стоит посередине улья. Разбилось стекло, залетел какой-то камень, ударившись о стенку шкафа из-под посуды, закрывающего окно, и беспомощно покатился по полу. Камень был первой ласточкой, затем полетели еще. По двери застучали топоры. К нашей удаче крыльцо было небольшое, и только два человека могли разместиться на нем, мешая друг другу. Ствол ружья протиснулся в щель между шкафом и окном, и сразу раздался выстрел. Выстрел был не прицельный и, конечно, никакого урона нам не нанес. Но в помещении находиться стало менее комфортно. Не хотелось бы погибнуть вот от такой шальной пули. Альн, пригнувшись, на карачках полз в сторону погреба. Я последовал его примеру и довольно ловко на четырех конечностях выдвинулся в том же направлении. Перевернув крышку погреба так, чтобы ручка была с нашей стороны, мы скользнули вниз. В погребе было сухо и прохладно. Единственное, что смущало — это его высота, приходилось либо подгибать колени, либо наклонять голову. На деревянных стеллажах припасов фактически не было, так как старые уже все съели, а новых заготовить еще не успели. Мы с Альном поняли друг друга без слов, оторвали доску подобротней и просунули ее через ручку. Теперь просто так поднять крышку не получится. Помещение погреба было освещено ровным голубым свечением. Его источник находился в дальнем конце погреба, где был разрыв размером чуть меньше входной двери. Печать, установленная в начале разрыва, равномерно гудела. Руд контролировал ее, чтобы все прошло как надо, но проблема заключалась в том, что он самостоятельно делал это впервые. Я подошел поближе и взглянул. Все было сделано по правилам и разрыв начал понемногу уменьшаться. Судя по звукам, доносившимся сверху, толпа уже попала в дом. Пару раз попытались поднять крышку, но там не за что было ухватиться, а с нашей стороны еще и запирала доска. И вход пошли опять топоры. Крышка, как и пол, была из толстых досок и у нас еще было какое-то время. Внезапно Альн выругался, я повернулся и увидел, что так его обеспокоило. Множество голубых огоньков смотрело в нашу сторону из темного участка подвала. Это были крысы и их становилось все больше, видимо, ждали, чтобы напасть большим количеством, чтобы уж наверняка. Альн не стал ждать нападения и отправил в наибольшие скопления несколько воздушных лезвий. Раздался чавкающий звук, сменяемый звуком перерубаемых костей. Некоторые огоньки погасли, но это послужило сигналом для общего нападения. Руд успел нанести удар водяной плетью по одному из скоплений голубых глаз. Я активировал каменную кожу, достал нож, вышел вперед и попытался принять удар на себя. Уловка сработала и крысы решили покончить с одним противником, а затем уже разделаться с остальными. В яростной атаке кинулись на меня, резерва оставалась еще половина от основного. Кожу они прокусить не могли, хоть и старались, но одежду и обувь уже изодрали. Некоторых я давил ногами еще на подходе. По тем, кто уже оказался на мне, я старался наносить очень быстрые, но не сильные удары ножом. Но в какой-то момент, не смотря на все мои старания, их вес стал чувствительным, и они уже покрывали меня плотным ковром. Если я упаду, то подняться уже не смогу, и так удары ножом уже были очень медленными из-за повисших на руке крыс и усталости. И я ударил разрядом по крысам, расположившимся на моей груди. Мне, конечно, тоже досталось, откинув меня к стене, но цель была достигнута: кто-то попадал обугленными тельцами, кого-то я раздавил спиной при ударе об стену, еще какое-то количество просто потеряло ориентацию и слетело с меня. Воспользовавшись свободой, я начал давить ногами тех, кто еще не пришел в себя и сбрасывать остатки крыс с себя. Рядом с печатью перемещалась водяная плеть Руда, не подпуская никого к ней. Она, подчиняясь его воле, хищной змеей хватала одну крысу за другой, ломая им шею или спину. Топоры уже пробили отверстие в крышке и начали ее пытаться вытащить. Сделав пару попыток, они поняли, что им что-то мешает и начали расширять отверстие, чтобы добраться до доски и перерубить ее. Эта заминка дала нам возможность расправиться с остатками крыс. В тот момент, когда они вытащили крышку, Альн поставил воздушный щит в проем в полу. Кто-то попытался запрыгнуть, но уперся в щит, тогда снова заработали топоры. Но нюанс воздушного щита в том, что это очень плотный воздух и топоры, не встречая явного препятствия, просто вязли. Сделав несколько таких ударов, наступила пауза в пару ударов сердца. Затем топоры снова застучали по полу, но уже в другом месте и с удвоенной скоростью. К крышке подошел кто-то, видны были только его ноги.

— Уходите отсюда, здесь вам не рады, оставьте все как есть и уходите. Я клянусь, никто не причинит вам вреда, — послышался разномастный хор голосов сверху.

— Ну да, на вилы нас посадите для нашей же пользы, — прошипел Альн.

— Тогда вы здесь умрете, — после этих слов произошло два выстрела, хоть щит их и замедлил, все-таки один из них ощутимо прилетел Альну в ногу. Он вскрикнул, но концентрацию не потерял. Я подбежал и закрыл его собой. Еще пару раз по мне прилетали ослабленные пули. За нашими спинами в полу уже проделали дыру, в которую мог протиснуться человек. Руд подбежал к проему и отправил туда пару воздушных таранов. Неразбериха, порожденная этим, дала нам пару мгновений передышки, и мы смогли отступить дальше в глубь, ближе к разрыву.

— Я же говорил, что не стоит сюда соваться? — прорычал я.

Проблема заключалась в том, что, когда звучит фраза «я же говорил», редко она связана с триумфом, зачастую ты залез в дерьмовую ситуацию, куда лезть не хотел. Мы отступали к разлому, прикрывая собой печать, я стоял впереди. В проем начали спрыгивать люди и сразу бросаться в атаку. Дух уже чувствовал, что связь с его планом слабеет. Во вторую дыру также стали спрыгивать люди. Альн из последних сил выставил щит, его лицо сейчас напоминало кусок мела, а по лицу катился пот. Я встал перед щитом и дрался с теми, кто напирал на щит. Кулаки под заклятием становились довольно внушительным оружием. От того, чтобы быть разорванным, меня спасало узкое пространство погреба и то, что все хотели дорваться до печати во что бы то ни стало. По тому как стало темно в погребе, можно судить, что разрыв уже почти закрыт. В один момент меня схватили за руку и выдернули от щита. Я оказался в людском водовороте и уже успел подумать, что это конец. Даже если я сейчас ударю парой разрядов, ситуацию это никак не спасет. И тут печать набрала обороты, загудела, а потом резко замолчала. В один момент из людей словно стержень вынули, они тряпками повалились на пол. Судя по грохоту наверху, так же падали тела и в доме. А это значит, что у нас все-таки получилось. Сил не было, и я сел прямо на кого-то, тяжело дыша. Во рту был привкус железа и подташнивало.

В себя меня вернул голос Анны, доносившийся сверху: — Альн, Руд, Галар вы где? Вы живы?

— Живы, живы, — не хором ответили мы.

После чего, с трудом выбравшись наружу, огляделись. Весь пол был устлан людьми разных возрастов. Охотник стоял рядом с Анной и обводил это все испуганными глазами. Он перевел взгляд на Руда, затем на меня, увидел бессознательное тело жены, подбежал к нему. Сев на колени и схватив ее, начал качать и разрыдался. Сказалось напряжение последних дней. Мы вышли на улицу, к забору подходил Артур. На нем, конечно, тоже не было лица, но по сравнению с нами он выглядел еще ничего. По крайней мере, одежда его была в порядке. Наша же тройка напоминала оборванцев из нищих кварталов. Анна вытащила из бедра Альна пулю, благо она не зашла глубоко, и перемотала ногу какой-то тряпкой.

— Рана не серьезная, но на всякий случай, — Альн встал, и немного прихрамывая, подошел к нам.

— Надо обойти деревню и попытаться найти основного носителя. Давайте разделимся, и кто обнаружит, пусть стреляет в воздух, — сказал Артур.

Мне не хватило напарника, так как от деревенского охотника сейчас не было толка. Он разыскивал остальных своих близких и относил их домой, и не о чем пока даже слышать не хотел. Я пошел вдоль деревни и вышел к спуску к реке. Так никого и не встретив, я вернулся обратно к дому старосты, а чуть позже подошли и остальные. Результаты у всех были одинаковые.

— Что будем делать? — спросила Анна.

— Ничего, переночуем здесь, а утром двинемся дальше по маршруту, — ответил я. Ее интересовал, конечно, другой момент, но это мы обсудим позже.

Вечером, сытно поужинав, мы сидели на крыльце дома, любезно предоставленному местными. Вечер был теплый, на небе ярко светили звезды, а вокруг разливалось бесконечное стрекотание ночных насекомых. Артур рассказывал, как он планировал отвлечь охранников с ружьями: спрыгнув с крыши он подбежал к одному из ружей и повис на спусковой скобе. Ружье выстрелило и упало. Но на этом благосклонность судьбы закончилась, падающее ружье упало на него и, пока он выбирался, второй взял ружье и выстрелил прямо в упор в морду. После чего Артура полностью утратил контроль над телом белки.

— И все-таки интересно: куда делся Хизрол, все жители вроде на месте, — задал в пространство вопрос Руд.

— Возможно, основным носителем было какое-нибудь животное. Но это не важно, без разрыва на свой план он не представляет опасности, — зевнув ответил Артур.

Все уже устали и стали собираться в дом спать.

— Галар, ты идешь? — спросил Альн.

— Да, да, еще посижу чуть-чуть и иду, — ответил я.

Ребята, весело рассказывая подробности нашего боя с полчищем крыс, ушли в дом. Все-таки мы молодцы — это не маленькая победа для нас. Я встал со скамейки и вышел за ограду. Я прошел по тропинке и вышел к спуску к реке. Здесь был брод для перегона скота. На пригорке стоял то ли сарай, то ли амбар, я подошел к нему и прислонился спиной так, чтобы со стороны деревни меня не было видно. От воды поднималась приятная прохлада. В естественные звуки ночи вклинился звук чьих-то шагов. Мимо меня вниз к реке шла девочка лет тринадцати или четырнадцати, на ней была мальчишеская одежда и за плечами мешок с вещами. Ее выдавали только белокурые волосы, выбивавшиеся из-под капюшона.

— Далеко собралась на ночь глядя? — спросил я, выходя из тени. Она повернулась ко мне и взглянула синими глазами, цвет которых можно было различить даже при свете луны. На ее лице не было страха или удивления.

— Как ты узнал, что я еще не ушел? — спросил дух голосом девочки-подростка.

— Днем бы ты не успел, а животное отпало, так как слишком быстро подмял всю деревню.

— Отпусти меня, маг, я не желаю никому вреда. Даже эти люди жили со мной лучше, чем сами по себе. Не было ни зависти, ни ревности, никто никого не обидел. Возможно, это была лучшая неделя их жизни.

— Лучшая неделя, о которой они смутно что-то помнят. Я не могу тебя отпустить, ты должен оставить это тело, — ответил я.

— Ты знаешь, почему она подошла к разрыву и что делала в погребе? Она сирота и жила у старосты, а знаешь, чем она платила за кров и еду?

— Догадываюсь, — буркнул я.

— Все время пока я был тут, думал, что вы прокляты своими телами и желаниями. Вас постоянно мучает что-то. И даже если у вас все есть, вам нужно больше. Когда-нибудь вы сожрете весь мир и сами погибнете на этом пиршестве, — затем глаза девочки изменились на обычные и она сказала: — Господин маг, я и вправду хочу уйти. У меня здесь никого нет и возвращаться обратно к старику я не хочу.

— Давай изгоним духа, и ты свободной уедешь отсюда.

— Нет, без него мне страшно, а с ним я как будто под защитой, — сквозь слезы взмолилась она.

— Если узнают, что ты одержима, ты можешь угодить к инквизиции, а там довольно специфичные методы изгнания.

— Пускай! Уж лучше так, чем обратно! — размазывая слезы, ответила она.

Я протянул ей измятый листок и, отвернувшись, пошел обратно в дом. Я слышал, что она немного постояла, а затем пошла к реке.

Утром светило яркое солнце и на небе не было ни облачка. Позавтракав, мы стали запрягать лошадей и собираться в дорогу. Когда мы уже собрались тронуться в путь, нас пришли провожать всей деревней во главе со старостой. Люди, обступив нас плотным кольцом, говорили наперебой, дети бегали между взрослых, играя во что-то, связанное с охотниками. Нам дали еды в дорогу, да столько, что нам ее не съесть до конца дороги, так же принесли кое-что из одежды, чтобы заменить нашу. Они видели в каком жалком виде были вещи нашей троицы. Тут к нам вышел староста. Седой мужчина, еще не старый, но уже потертый жизнью. Пробежав по нам своими маслянистыми глазами и задержавшись на Анне, обратился к Артуру.

— Господа охотники, у нас сиротка пропала. Мать и отец померли, вот я за ней приглядывал. Помогли бы вы нам своей магией найти ее?

Артур начал объяснять, что у нас нет таких заклинаний. А я, не удержавшись, подошел к нему и прошептал на ухо, что с ним будет, если он попытается ее найти. Тот побагровел, потом побледнел, но отступил, понурив голову. Артур удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Мы залезли в фургон и Руд, хлестнув вожжами, приказал лошадям тронуться.

Глава 7

К середине следующего дня мы прибыли к первому населенному пункту, из которого пришел запрос на помощь. Небольшой провинциальный городок встретил нас довольно жаркой, безветренной погодой. При нашем приближении у поста на въезде в город приободрились пара стражников.

— Кто такие по какому делу? — спросил самый возрастной усатый стражник. Его седые усы топорщились в разные стороны, делая похожим на таракана, а широко открытые глаза делали его похожим на очень удивленного таракана. Артур вышел из фургона, потянувшись и даже чуть с наслаждением зарычав. Достал из внутреннего кармана свой серебряный жетон охотника и протянул его стражнику. Одновременно с этим сказав:

— От вас поступал сигнал о помощи.

Он оглядел нас своими широко открытыми глазами, которые вроде бы стали еще шире, если это вообще возможно, после чего сказал:

— Да, отправляли, но у нас погибли двое одаренных третьего круга, и мы думали, что приедут господа маги. Нет, нет, вы не подумайте я не хотел вас оскорбить! — Замахал руками он.

— Просто уж больно вы молоденькие и хоронить вас за зря не хочется, — с грустью ответил стражник.

Его провинциальный говор немного резал слух. Я вышел вслед за Артуром и тоже потянулся. О, какое же это наслаждение. Я отнесся к словам стражника с пониманием. Все-таки, я думаю, его дети старше нас, и выглядим со стороны мы не очень бравыми вояками. Альн с Рудом покривились от слов стражника, как от зубной боли. Все-таки неприятно, когда тебя, будущего мага, считают слабаком неодаренные. Артура же речь стражника тоже нисколько не смутила. Ни один мускул не дрогнул на его юношеском лице. Он спокойно выяснил дорогу к нужному нам месту и, распрощавшись со стражниками, залез в фургон. Руд, полностью слышавший разговор, тронул лошадей и направился в нужное нам место. Город был небольшой, центральная улица, от которой ручьями отбегали небольшие улочки, вела к реке, на берегу которой расположилась фабрика по производству кирпича. Из объяснения стражника мы поняли, что именно на ней произошел разрыв. У фабрики, в шагах ста, стояла баррикада, на которой дежурили стражники. Видно было, что сначала она была воздвигнута на скорую руку, но потом еще добавили деревянные колья и теперь она напоминала застрявшего на дороге огромного ежа. Так же был сделан помост возле нее, чтобы дежурившие стражники могли наблюдать за фабрикой и в случае необходимости открыть огонь. Рядом со стражниками присутствовали двое мужчин, которые выбивались из окружающей действительности. Было невооруженным глазом понятно, что им здесь не место, но стражники только искоса на них поглядывали, изображая рвение к службе. Мужчины оказались мэром этого городка и хозяином фабрики.

— Ну наконец-то, мы уже вас заждались! — всплеснув руками, сказал мэр, подходя к фургону.

Видимо ему успели доложить о нашем прибытии, хотя я никаких вестовых не видел. Из рассказа мэра мы поняли, что разрыв произошел в одном из помещений на фабрике. Оттуда выскочило нечто, растерзавшее ближайшего беднягу. Увидевшие это, попытались покинуть здание, но, к сожалению, не всем это удалось. Погибло девять рабочих, которые находились ближе всего к разрыву.

Спустя час, когда прибыли два одаренных охотника вместе со стражей, здесь возвели баррикаду и выставили дозор. После чего два местных охотника зашли в здание, но так и не вернулись. Ни криков, ни звуков сражения не было. Просто зашли и не вышли. Стражники сначала не решились заходить вовнутрь и остались на баррикаде. А после того, как не вернулись одаренные, их палками туда было не загнать.

— А кто-нибудь видел цвет разрыва? — поинтересовался Альн.

— Работники говорили о зеленом. Но это тоже не точно. Так как за это время народ столько баек напридумывал, что уже не отличить правду от лжи, — вмешался в разговор хозяин фабрики.

Он смотрел на нас с недовольством. Если моим друзьям могло показаться, что он недоволен разрывом, то я такую породу людей прекрасно знал — он был недоволен, что теряет деньги. А вид нашей команды видимо его не сильно обнадежил, и он понимал, что это вряд ли прекратится скоро.

— Сколько времени вам потребуется для того, чтобы очистить это место? — все с тем же видом спросил он.

Я лишь улыбнулся верности своих догадок.

— Мы постараемся закончить это в кратчайшие сроки, но не ждите от нас такого же героизма как от прошлых охотников, которые, нарушив все правила, сунулись сразу вовнутрь, — холодным голосом ответил Артур.

Мэр городка, который не желал ссориться ни с одной из сторон, предложил проехать нам в местную гостиницу, в которой для нас уже были готовы номера. Мы переглянулись — конечно, всем хотелось помыться, поесть и передохнуть. А тут еще появился Руд который сразу ушел разговаривать со стражниками и вид у него был весьма невеселый. Артур кивнул головой мэру, и он с широкой улыбкой попросил следовать за ним. На удивление, гостиница оказалась на соседней улице. Ей оказалось здание, первый этаж которого был сложен из камня, а второй уже из дерева, рядом были хозяйственная постройка и конюшня. Внутри тоже оказалось довольно чисто, около десятка столов были расположены на первом этаже, а комнаты для отдыха расположились в надстройке на втором. Есть пришлось у Артура в комнате, так как внизу, несмотря на день, было полно народу. Во-первых, основным рабочим местом была фабрика, которая сейчас простаивала, а во-вторых, наш визит тоже был своего рода развлечением для бедной на события местности.

Руд рассказал, что, по словам стражников, ночью слышны шаги и шорохи в здании. Но из здания никто ни разу не показался. Артур предположил, что, исходя из цвета разрыва и описаний чудища, это скорее всего был план смерти, но нужно было убедиться наверняка. Иначе можно было допустить фатальную ошибку. К окончанию нашего ужина уже достаточно стемнело и солнце уже почти что скрылось. Смысла что-то откладывать не было никакого, и мы выдвинулись к баррикаде. Там уже заступила ночная усиленная смена из стражников и пары добровольцев. Всего в сумме, не считая нас, было восемь человек. Расположившись на баррикаде, мы стали ждать и вот спустя около часа послышались какие-то не понятные звуки. Мы перелезли через баррикаду и медленно отправились ближе к воротам. Я и Альн сразу направили ружья на темный зев ворот. У меня по лбу катились крупные градины пота, а живот немного крутило. Все-таки волнение и чувство опасности сказывались на организме. Краем глаза я отметил, что Альн тоже идет на негнущихся ногах. За нами шли остальные. Как они себя чувствовали я не знаю, так как не видел их лиц. Я был полностью сосредоточен на темном провале ворот. И присутствие товарищей я ощущал только по их шагам за моей спиной. Мы подошли на расстояние, позволяющее четко расслышать звуки недалеко от ворот внутри фабрики. Я оглянулся назад и кивнул Анне. Она поняла все без слов и запустила один за одним сразу три фаербола, чтобы максимально осветить помещение. Те понеслись вовнутрь со скоростью бегущего человека, издавая равномерное гудение. Судя по размеру, энергии в них вложено было раза в полтора больше, чем необходимо. Анна постаралась, чтобы максимально осветить пространство. И вот первый достиг арки ворот, осветив помещение. Сразу стал понятен источник непонятных звуков. Изломанный силуэт человека пытался что-то достать из стоящей пустой телеги и переложить это на расположенные внизу поддоны. Вместо этого он загребал пустыми руками по дну телеги, ковылял до ближайших поддонов и делал вид что что-то кладет. Это, наверно, была основная деятельность этого человека при жизни, что даже после смерти он ее не смог до конца забыть. Чуть подальше стояли еще два мертвяка, упершись друг в друга. Фаерболы пролетели дальше, разбившись где-то у дальней стены. Фабрика была довольно вытянутой, поэтому понять, что происходит в другом конце никакой возможности не было. Не став ничего больше предпринимать, мы, пятясь спиной вперед, вернулись за баррикаду.

— Ну, что думаешь? — спросил я у Артура, хоть в принципе был почти уверен, что за гость поселился на фабрике.

— Кукольник, — немного задумчиво ответил Артур.

А задуматься было над чем. Тварь очень сильная и быстрая, особенно вблизи от разрыва. Даже не удивительно, что первые два охотника погибли, зайдя в так называемое гнездо. По лицам Альна, Руда и Анны было понятно, что им тоже не очень нравилась эта новость.

— Господин охотник, а что еще за кукольник? — услышав наш разговор вклинился один из добровольцев.

Я повернул в их сторону голову и заметил, что все навострили уши. Все-таки, человеческое любопытство — сильная вещь.

— Ну это такая гадина в полтора человеческих роста, очень хитрая и быстрая. Людей она убивает, но если не съедает сразу, то ночью они превращаются в живых мертвецов, которыми она может при желании управлять, — начал рассказывать Альн. Затем сделал небольшую паузу и вздохнув вполголоса добавил: — По крайней мере, так в книге было написано.

Он еще что-то рассказывал, но я не стал его слушать, я и так это все знал, зато стражники с ополченцами открыли рты и окружили Альна. Я подошел к Артуру и сказал:

— Нам нужен план, нельзя соваться на фабрику, надо тварь выманить наружу. — Артур в знак согласия со мной покачал головой.

В этот момент я услышал чей-то голос из толпы:

— Это что же получается, что у нас еще одиннадцать мертвяков тут, кроме чудища?

— А как давно у вас разрыв произошел? — спросил Руд.

— Так, почитай, уже пятая ночь пошла, — ответил один из стражников.

— Ну тогда осталось около пяти-шести, все зависит от аппетита, — задумчиво протянул Руд.

— Чьего аппетита? Неужели жрет мертвяков? — спросил один из стражников с недоумением.

Отвечать ему уже никто не стал. Только у меня в голове раздался голос, давящийся от смеха: «Слушай, а чисто теоретически, моя бывшая может попасть в этот мир? А то подозрительно много совпадений!» И затем захохотал.

У меня, конечно, появились к нему вопросы, значит, все-таки что-то помнит. Но на все мои мысленные потуги ответом была тишина. Вернувшись обратно в гостиницу, мы расположились в углу за столом и стали обсуждать наш план. Спустя довольно недолгое время, мы определились с общей задумкой как выманить тварь из гнезда. Детали плана заняли еще час, после чего, зевая, мы разошлись по комнатам. Дойдя до своей комнаты, я упал на кровать и тут же уснул.

Утром я проснулся вполне отдохнувшим. Хотя в этом ничего удивительного не было, судя по солнцу уже было около десяти утра. Умывшись холодной водой, я спустился в общий зал, и он был полон посетителей. Странно, еще вчера такого ажиотажа не было, видимо кто-то с баррикады рассказал, что господа охотники вполне себе приятные ребята. И плотина из страха рухнула от потока любопытства. Ко мне тут же начали приставать с вопросами, так как все уже были в курсе, что за чудовище поселилось у них. А что удивляться — городок-то маленький, я думаю, наша вчерашняя история обросла уже такими подробностями и фантазиями что, если послушать, можно даже не понять, что это первоначально ты и рассказывал. Отмахнувшись от всех и попросив официантку принести завтрак в комнату, я поднялся обратно на второй этаж. К Анне я не стал заходить, а вот к парням решил заглянуть. Артура, как всегда, не было на месте, Альн еще спал, а Руд медитировал. Не став никому мешать, я ушел к себе в комнату и стал ждать своего завтрака. Закончив завтрак, я собирался помедитировать, но принесся Артур, по пути разбудив Альна и сказал, чтобы все собирались, нужно было подготовиться к вечерней охоте. Полдня мы работали у фабрики, можно было, конечно, эту работу поручить кому-нибудь другому, но лучше сделать самим, чтобы потом не было никакого подвоха. Единственное, что нам помогали делать — это проход за баррикаду, через который без труда мог пронырнуть человек. Так как всегда нужно оставлять шанс на временное отступление. Закончив с приготовлениями, мы попрощались с помогавшими нам стражниками и отправились в гостиницу. Пообедав, я решил помедитировать. Особых изменений в саду не было, да и неоткуда им было пока появиться. Я так и не определился со своим дальнейшим развитием. Ладно, вернемся в город — надо будет заглянуть в лавки и определиться хотя бы с разрешенными заклинаниями. А чтобы добыть что-то из запрещённого придется, конечно, попотеть. Закончив тренировку своего духа, я пошел проверять снаряжение. Шестизарядное ружье я зарядил зажигательными патронами. Проверил револьвер и нож. Надеюсь, конечно, что до ножа дело не дойдет. Раздался стук в дверь и в комнату зашел Артур, он прямо светился изнутри. Давно я не видел таким нашего некроманта. Я, конечно, догадался в чем причина, но не стал портить момент. Артур достал из пазухи сверток ткани и аккуратно положил его на стол. У Артура одним из заклинаний было костяное копье, по сравнению с другими заклинаниями первых кругов оно летело довольно быстро и далеко. Сравнение можно провести с арбалетным болтом, единственный минус этого заклинания — кости нужны настоящие. И у Артура после учебы остались два таких копья, изготовленных из зубов какого-то монстра длиной в полторы ладони, к концу которых была каким-то образом присоединена другая кость, служившая рукояткой. Артур развернул ткань и там лежали два его копья, но теперь их рукоятки были обмотаны сложной системой шнуровки из полос кожи, которые соединялись парой металлических колец с торца рукоятки.

— Местный скорняк — просто мастер. Обещал, что теперь, если надо, на каждом можно по телеге утащить, выдержит, — поделился своими впечатлениями Артур.

— Надеюсь, не обманул, у нас полплана на это завязано, — ответил я. — Можно? — спросил я, кивнув на копья, и только после утвердительного кивка позволил взять себе один в руки. Они, на удивление, оказались довольно тяжелыми. Я потянул пару раз за кольца и одобрительно кивнул. Было удобно, что рукоять имела форму конуса, так что того, что оплетка просто слетит, я не боялся. Вернув оружие на место и проводив Артура, я прилег на кровать отдохнуть. Пытаться уснуть не было никакого смысла, кровь внутри буквально кипела от предстоящей работы.

И вот наступил вечер, собравшись, мы вышли из гостиницы. Затем на своем фургоне подъехали к баррикаде. Руд стреножил лошадей, чтобы они не ломанулись куда глаза глядят, почуяв монстра. А мы пока доставали свои вещи, которые могут нам понадобиться. Ночная смена уже заступила. Артур подошел к заступившим на пост и начал рассказывать общий план и что требуется конкретно от них. Беседа не была долгой Артуру хватило буквально десятка предложений, после чего все понятливо закивали. Потом он отошел от них и стал заниматься подготовкой своего оружия. Артур продел концы толстых веревок в кольца на рукоятках копий и завязал их на пару узлов. Подергав их на разрыв, удовлетворительно хмыкнул. Вторые концы веревок были завязаны на два ворота, которые были сняты днем с ближайших колодцев и установлены на баррикаде. И вот, наконец дождавшись, когда солнце полностью опустится за горизонт, мы решили, что пора. Мы с Рудом первые прошли через новый проход в баррикаде. Вчера решили, что Альн будет полезней, поставив вовремя воздушный щит, чем паля из ружья. Следом за нами прошли Альн с Анной, а замыкал шествие Артур. Он взял в руки свои костяные копья, сброшенные им сюда. Две веревки свернулись змеями, понемногу разматываясь и следуя за некромантом. Площадка освещалась факелами с баррикады и парой костров, сложенных днем уже на самой площадке. Мы не стали придумывать что-то новое и подошли примерно на тоже расстояние, что и вчера, и замерли, прислушиваясь. Все было, как и в первый раз, отсюда отчетливо были слышны шаркающие звуки.

— Анна, все как договаривались. Давай! — скомандовал Артур.

Анна зашла сбоку от Руда и выбросила с максимальной скоростью три фаербола, но сегодня не в конец фабрики, а рядом с тем местом, где вчера были два трупа. И вот сначала из темноты выхватило ближайшую шаркающую фигуру. Мы с Рудом, не сговариваясь, выстрелили по ней. Труп упал, захрипел и пытался подняться, как жук, которого завалили на спину. Затем показались два силуэта на том же месте. Они так же уперлись друг в друга, пытаясь куда-то пройти. Артур запустил оба копья, сначала с правой руки, а затем с левой. Одна из веревок натянулась.

Артур заорал:

— Правую тяни!

А сам, вместе с Альном, стал быстро подтягивать вторую безвольно упавшую на землю веревку. На баррикаде два человека закрутили воротник, наматывая на него веревку. Из помещения раздался грохот падающих предметов.

Смотавший веревку Артур крикнул Анне:

— Давай еще!

После этих слов еще пара фаерболов унеслась в тоже место, они как раз пролетали через открытые створки ворот, когда наружу тащили барахтавшийся труп. Руд сформировал водяную плеть, которая змеей крутанулась вокруг тела и, прижав руки и шею тела полностью, обездвижила его. Когда его протаскивали мимо нас, я в упор выстрелил в голову. Из тела моментом ушло подобие жизни, а из глубины смятого черепа стал подниматься сизый дымок. Это разгорался зажигательный состав. Я пропустил момент, как улетело второе копье. В этот раз Артур не сплоховал и закрутился второй воротник. Так же я заметил, что зомби, пытающийся что-то разгрузить, уже начал превращаться в живой факел. Рубаха и штаны на нем были объяты огнем, он смог подняться и хотел продолжить ходить, но, сделав пару шагов, упал без движения. Второй зомби, которого тащили, оказался более сообразительным, если так можно сказать. И вцепился рукой за угол ворот. Воздух вспорол шелест воздушных лезвий Альна и три пальца упало на песок. А кукла потащилась дальше безвольно, рыча и поднимая пыль с земли. Разделались мы с ним по той же схеме, что и с первым. Вдруг изнутри раздался толи рык толи вопль, переходящий на очень высокие ноты. Раздосадованный хозяин понял, что у него крадут еду и охрану. В тот же миг из темноты метнулась высокая тень. При этом кричал он так, что у меня подкосились ноги в коленях. Его движения были настолько быстрыми, что я не смог даже его рассмотреть. Да уж, если подойти ближе к разрыву, шансов будет немного. Воздушный щит Альна спас нас от первого удара, замедлив его. Если не было бы щита, я и не понял, как меня бы убило длинной жилистой когтистой лапой. Здесь же он как будто преодолевал сопротивление патоки, а так как первая инерция удара уже закончилась, то проломить щит полностью уже было тяжело. Я, не целясь, разрядил остатки боезапаса прямо в него. Два выстрела попали в тело, а один снес верхний край черепа. Чудище обиженно взревело и хотело кинуться во вторую атаку. Руд, видимо, решил не рисковать и, выкинув руку вперед с раскрытой ладонью, отправил воздушный таран в грудь кукольника. Тот оттолкнул его на пару метров, не причинив какого-либо ущерба. Артур тем временем вынул копья из тел мертвецов. Не знаю, что произошло, либо у стражников прошел первый ступор, либо тварь находилась подальше и они больше не боялись нас зацепить, но они открыли огонь. Чудище пронзительно взревело, были в этом крике и злость, и обида, а также какое-то обещание покарать обидчиков. Только теперь мне удалось его толком рассмотреть — в свете костров перед нами стоял типичный кукольник. Полтора человеческих роста, передние конечности, заканчивающиеся тупыми когтями, свисали чуть ли не до колен. Фигура казалась довольно неуклюжей, но двигалось она с сумасшедшей ловкостью и скоростью. Морда лысая, нижняя челюсть выпирала вперед, а зубы частоколом росли в разных направлениях. Из трупоедов только он обладал стихийной некромантией, которая проявлялась в создании таких вот живых мертвецов. Если мне не изменяет память, нам рассказывали на лекциях, что это может быть связано с тем, что остальные трупоеды живут стаями. А эти максимум парой, и для охраны гнезда у них выработалась такая способность, что их будущий обед еще их и охраняет. Никто не знает, как они существуют на своем плане, но у нас в мире их поведение довольно типично.

Чудовище еще раз взревело и приготовилось кинуться еще в одну атаку. Но из некоторых отверстий в теле начал подниматься сизый дым, что доставляло ему адскую боль. Еще немного и это бы грозило однозначным поражением в бою. Так что в один момент оно приняло решение ретироваться обратно в безопасное гнездо. Но у нас был на этот счет другой план. Первое костяное копье, брошенное Артуром, прошелестело веревкой и вонзилось в ворота фабрики. Но второе пробило ладонь твари на вылет и повисло на веревке. Чудище еще раз взревело.

— Тяните! — заорал Артур, но все увлеклись стрельбой и никого не было у ворота.

Двое попытались подбежать и начать натягивать веревку, но не успели. Кукольник одним движением перекусил веревку с тыльной стороны и копье с беспомощным бряканьем упало на землю, а веревка безвольно опустилась. Больше не оглядываясь, монстр скрылся в темноте прохода буквально двумя прыжками. Ему еще стреляли вслед как стражники, так и мы, но это уже было бесполезно.

— Эх, ушла гадина, — в сердцах Руд пнул землю.

Я тоже уже было поверил в нашу удачу, что мы его сегодня прикончим и не придется его больше выманивать. Альн тяжело выдохнул и пробормотал:

— Пускай валит ко всем чертям, еще пара его ударов и мой щит лопнул бы как мыльный пузырь.

По лицу Альна катились крупные градины пота, он сидел на земле и вытирал лоб рукавом. Мы с Рудом помогли ему подняться и отправились на ту стороны баррикады. За нами шла Анна. Артур хотел подобрать копье с обкушенной веревкой и даже дернулся в его сторону.

Но я окрикнул его:

— Даже не вздумай, завтра утром заберем.

Артур замер, задумавшись, но видимо согласившись со мной, последовал следом за нами. Зайдя за баррикаду, мы выдохнули, все-таки если монстр снова бы напал, то мог застать нас врасплох и тогда бы без жертв не обошлось. Второе копье Артур с Рудом вытянули с помощью ворота и раскачивания веревки. Видимо, копье зашло глубоко, так как к окончанию они выглядели не лучше Альна. Я принес из фургона два меха разбавленного вина. И бухнулся на пятую точку рядом со своими товарищами, прислонившись спиной к теплому дереву стены. Один передал Анне, она, нисколько не смущаясь, взяла его у меня и сделала солидный глоток. «Да, кого-то родители не узнают», — ехидно подумал я. Из второго попил сам и передал Руду. К нам не много неуверенно подошел начальник ночной смены. Все-таки стоит отметить: все, кто видел наш бой, пропитались к нам определенным уважением. Хотя сейчас, когда все прошло, у меня сидя трясло ноги и я всем своим видом старался показать, что все нормально.

.- Господа охотники, вы останетесь до конца ночи? Вдруг чудище опять вылезет? — По нему было видно, что вроде и дядька не из робких, но с таким сталкивался впервые.

— Не вылезет, мы с вами задали ему хорошую трепку, теперь пока не залечит все и не оголодает, никуда он не пойдет, — ответил я, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал. Стражник, услышав то, что мы считаем это нашим общим сражением, сразу даже немного приосанился.

— Ладно, я тогда организую караул, а вам доброй ночи, если это сейчас возможно, — с этими словами он развернулся к своим и пошел, на ходу громким голосом раздавал какие-то команды, пытаясь привести в чувства своих бойцов после боя. Альн вопросительно посмотрел на меня. Я без слов понял его невысказанный вопрос и ответил.

— Нам заплатят за работу и за полную печать одинаково в любом случае. А поделившись никому не нужной славой с этими парнями, в следующий раз они будут сражаться гораздо охотнее. Теперь мы для них не какие-то безымянные охотники, а, считай, братья по оружию.

В глазах Альна я увидел, как закрутились мысленные шестеренки, и довольно быстро я увидел на его лице понимание. Артур же, напротив, задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— Мне порой кажется, что тебе, Галар, уже много лет, ты рассуждаешь как мой дед. — Я усмехнулся и ответил, что там, где я рос, год идет за два, а то и за три. Добравшись до гостиницы, я только успел снять обувь и рухнуть на кровать, как немедленно уснул.

Темные облака плыли по небу, закрывая собой все небо. Хоть люди и называли это место планом смерти, но это было не верно. Здесь кипела жизнь, своя, своеобразная, но жизнь. Кукольни, к или как местные разумные существа его называли Кирнгос, что дословно означает «играет едой», искал место для нового гнезда. Старое пришлось покинуть из-за нападения стаи Свирхов. По одиночке он бы раздавил каждого из них и сожрал даже двух вожаков. Но против стаи ничего сделать не смог. И вот теперь он вынужден скитаться в поисках нового гнезда и пищи. Недалеко в скалах он приметил небольшую пещеру, которая послужила первым убежищем. Добравшись до нее, он разбил когтями края пещеры, чтобы протиснуться вовнутрь. Кое-как протиснувшись, он прошелся по небольшой пещере. Пока, конечно, здесь не развернешься, но это пока. Он расширит ее, добудет еды, все будет так как раньше. Внезапно пол под ним провалился, и он ухнул куда-то вниз. Но, к своему удивлению, он упал не вниз, а вылетел куда-то в сторону. В моменте он почувствовал опьяняющий запах еды. Множества еды. Вот он, чтобы не упустить первое существо, наносит свой самый быстрый удар, на который он способен, передней лапой. Существо взрывается кровавыми брызгами, которые приятными теплыми каплями попадают на морду. Облизнув свою морду длинным языком, он начинает охоту. Ну как охоту, эти существа слишком медленные и слабые, поэтому это просто пир с бегающей едой. От второго он успел откусить руку и побежал дальше. И так он перемещался от одного к другому. Все эти существа бежали в одном направлении на какое-то яркое пятно. Он выпрыгнул вслед за ними и глаза обожгло такой резкой болью, что он попятился обратно в здание. Ну ничего, еды ему еще надолго хватит, а потом он все равно до всех доберется.

Несмотря на яркое солнце, я проснулся только ближе к полудню. Я чувствовал ломоту во всем теле. Потянувшись и умывшись, я спустился вниз. На удивление, сегодня никого не было, зал был пуст как в день нашего приезда. Я рукой подозвал официантку и попросил принести что-нибудь поесть. Единственным приятным моментом было, что еду и проживание оплачивал город. Иначе со своими средствами я жил бы в фургоне. Надо, кстати будет задуматься, как пополнить свой карман, а то не то что магом не стану, а могу и с голода ноги протянуть. С улицы зашли Артур с Анной, о чем-то весело переговариваясь. Артур, довольный, помахал мне копьем в правой руке. Видимо, сразу как проснулся, отправился за своим сокровищем. Они подсели ко мне за стол и тоже заказали завтрак.

— Как думаешь, вылезет на охоту сегодня? — посмотрев на меня, спросил Артур.

— Не знаю так-то, у него, по всем расчетам, вчера осталось две куклы и при самом лучшем раскладе третья на половину обгоревшая. А регенерация требует усиленного питания, так что, если даже сегодня не вылезет, завтра точно. — Чуть задумавшись, добавил. — Лишь бы не решил свалить отсюда, разрыв-то мы закроем, а его потом выковыривай из-под какого-нибудь кладбища.

Согласно все тем же лекциям, трупоеды, почувствовав угрозу, могли покинуть разрыв даже несмотря на силу, которой они обладают рядом с ним. И обычно дальше образуют где-нибудь гнездо, продолжая терроризировать местных жителей.

Дверь гостиницы открылась и внутрь зашел хозяин фабрики, посмотрев вокруг, он проследовав прямо к нашему столику, остановился напротив Артура и, облокотившись прямыми руками на наш стол, спросил:

— Почему вы не преследовали чудовище вчера и не добили его, а дали ему уйти? — Лицо его начало багроветь, а он продолжал, наращивая громкость: — Вы должны немедленно его уничтожить, пока оно ослабло и на улице день, иначе я напишу письмо и вас вышвырнут из охотников.

Если до этого момента мы были просто обескуражены его напором, то последнее, что он нам сказал, у нас вызвало чуть ли не истерический смех. Даже Артуру не удалось удержаться, и он, смахивая слезу, сказал:

— Послушайте, если у вас есть такая возможность, конечно, напишите и нас отпустят раньше на четыре года из охотников. Но что-то мне подсказывает, что вряд ли нам дадут свободу из-за вашего письма. Во-вторых, — сквозь смех продолжил Артур, — тварь не умрет от солнечного света. Да, она испытывает дискомфорт и без необходимости выходить не будет, но не более. И в-третьих, тварь даже раненая, все равно так же опасна, как и раньше.

Хозяин фабрики осознал, что сморозил глупость и стал краснеть еще больше. Какие-то щенки, недомаги, позволяют себе потешаться над ним. Но тут снова заговорил Артур. Он уже вернул себе привычное бесстрастное лицо.

— Прежде чем вы сейчас сделаете какую-нибудь глупость, я вам советую подумать не об упущенной прибыли. А о том, как вы будете оправдываться за погибшую местную группу охотников, ведь именно из-за вашего давления они пошли туда без подготовки. Но это еще не все, вы еще зачем-то пытаетесь толкнуть туда и вторую прибывшую группу охотников. Может, вы хотите познакомиться с инквизицией и ей рассказать почему вы толкаете охотников на верную гибель. Может, вы еретик и так приносите жертвы богам смерти?

Надо было видеть, как преобразился наш гость, он даже вроде ростом стал меньше за одно мгновение. Залепетав что-то наподобие:

— Господин охотник, ну какой же я еретик, я верный сын церкви Трех. Я все понял, просто я переволновался, сами понимаете столько работников погибло, не сочтите за грубость, я больше вам не буду мешать работать, — после чего он предпочел побыстрее ретироваться.

— Довольно жестоко, — хмыкнув, сказал я, проводив гостя взглядом.

— Ничего, таким, как он, иногда полезно напомнить, что стоит переживать не только за толщину мошны. И что наступают моменты, когда все материальное теряет власть, — ответил Артур.

Я хотел развить тему, но принесли еду, и я откинул философию подальше в сторону, а тарелку пододвинул к себе поближе. Закончив завтрак, мы с Альном пошли к местному кузнецу. Чтобы не получилась такая же история как вчера, было решено заменить первый метр веревки на металлическую цепь. Хотелось бы, конечно, полностью заменить на цепь, но тогда сильно могла упасть скорость полета копья. Ближе к вечеру я проверил свое оружие, зарядил остатки зажигательных патронов в ружье. Надеюсь, что нам хватит этого до возвращения в город. Как только солнце зашло за горизонт, мы выдвинулись на пост. На улице было довольно тепло, и мы, подготовившись, перешли баррикаду и расположились сразу за ней. Анна фаерболом подожгла первый костер рядом с воротами, чтобы появление монстра не осталось незамеченным. И мы стали ждать. Ночь оказалась очень тяжелой, чудовище подходило к воротам, рычало, а потом, так и не решившись появиться, удалялось в глубь здания. Мы спалили четыре заготовленных костра пока не стало светать, после этого мы вернулись обратно за баррикаду и решили идти спать.

— Еще одна такая ночка, и я свихнусь. Сколько раз оно почти вышло и убиралось обратно? — спросил Руд.

— Десяток, не меньше, — усталым голосом ответила Анна.

Всем за сегодняшнюю ночь порядком вымотало нервы. За ночь у нас было время подумать и поговорить, поэтому было принято решение действовать немного по-другому на следующую ночь. А то могло произойти так, что мы потеряем концентрацию, и это будет стоить нам жизни. Утро выдалось довольно хлопотным, пришлось идти к мэру и объяснять свою задумку, потом все вместе пошли к коронеру. Но проблема была в том, что город был небольшой и смерти здесь в последние дни не случались, не считая тех, что на фабрике. Так что человеческий труп раздобыть не получилось. А приговоренных к смерти, чтобы использовать как приманку, в местной тюрьме тоже не было. Пришлось довольствоваться тушей свиньи, которую тут же закололи и вытащили прямо на площадку перед воротами, привязав к задним ногам веревку. У трупоедов очень чуткий нюх, и запах мертвечины они могут учуять издалека. Даже днем сегодня ему будет неспокойно, так как по нашим расчетам он уже проголодался.

Настал вечер, и мы уже стояли у баррикады. Сегодня мы пришли до захода солнца, чтобы никак не пропустить появление нашего чудовища. Заняв свои позиции, мы стали ждать. Над трупом свиньи, лежащей ровно посередине между воротами и нами, скопился рой мух. Они облепили морду свиньи и иногда, лениво жужжа, улетали.

Солнце перестало освещать площадку своими лучами, зайдя за здание. Из фабрики не раздалось ни звука. Чудовище подвела нехватка терпения и, если бы оно так же беззвучно выскочило посередине ночи, это имело бы весьма неприятные последствия для нас всех. А так все еще были готовы, да и света было достаточно, чтобы заметить рванувшую к туше тень. Стражники не подвели и дернули за веревку что было сил, и туша подъехала к нам аж на десяток шагов. Из-за этого трупоеду не удалось достигнуть добычи на втором прыжке. Но на третьем он все-таки схватил добычу, вонзив в нее свою когти. Рванув на себя, веревка потянулась, но в один момент остановилась, натянувшись как струна. Видимо, кто-то из стражников успел обмотать веревку обо что то, потому что даже всем восьмерым мужчинам было бы не удержать ее. Еще рывок и туша стала разъезжаться в месте, где вонзились когти. Это все происходило буквально за мгновения. И вот третий рывок, и туша разорвалась напополам. Но в шаге за спиной твари поднялась огненная стена, поставленная Анной, и, судя по ее размерам, она решила выложиться на полную. Это заставило чудовище отшатнуться, сделав шаг спиной в нашу сторону. Два костяных копья прилетели почти одновременно, одно пробило бедро, а другое заскочило под лопатку и вышло из груди. Тварь заревела и снова развернулась в нашу сторону. Отбросив тушу в сторону, как старую тряпичную куклу, она на четырех лапах ринулась в атаку на нас. Признаться честно, зрелище было страшное, и что не вогнало меня в ступор, можно назвать только чудом. Альн держал воздушный щит перед нами в паре шагов и тварь всем весом ударила в него, небольшая задержка — и ей удалось его преодолеть. Но именно эта задержка позволила дать всем один залп. Мы с Рудом стреляли из ружей, Артур из револьвера, а с баррикады тоже поддержали нас пятью выстрелами из однозарядных ружей. Тварь отбросило, но она снова вскочила и ринулась в атаку с еще большим пылом. Альн уже успел выставить еще один воздушный щит. В этот раз ей не удалось его так быстро преодолеть, и ее атака завязла в нем. Мы с Рудом воспользовались этой задержкой и разрядили весь боезапас ружей почти в упор по твари. После чего Руд сразу же откинул ее воздушным тараном. Из тела твари валил дым, и она хотела опять сбежать с поля боя.

Артур заорал во все горло:

— Тяни!

Воротники закрутились и веревки натянулись, не давая чудовищу так быстро покинуть площадку. Пока оно пыталось освободиться, Руд толкнул в ее сторону ведро с водой. И, сформировав водяную плеть, скользнул по ноге чудовища, обвил вокруг шеи и направил прямо в пасть. Я подбежал к ведру, откуда брала начало плеть, и начал бить разрядом, который по воде попадал прямо по твари. Первые два разряда заставили ее встать на четвереньки, а потом на колени. Я бил раз за разом, не давая ей встать, пока не исчерпал свой первый резерв. Альн в это время метал воздушные лезвия, которые врезались в плоть, оставляя глубокие порезы. Да и от Анны прилетело пару фаерболов. Тварь перестала орать только на крайних двух зарядах, упав и распластав лапы в стороны. Не став рисковать, мы поднялись на баррикаду, а тварь поближе подтянули за веревки стражники. Отсюда, сверху, мы уже начали закидывать на тело вязанки хвороста, заготовленного заранее. Конечно, нужно было бы разделать его, но трупоеды очень живучи, а мы недостаточно сильные маги, чтобы в случае внезапного его нападения остаться целыми. Поэтому, жертвуя возможными ингредиентами и соответственно деньгами, мы решили, что закончим с ним так. Анне даже не пришлось поджигать, температуры от пламени зажигательных патронов хватило, чтобы хворост начал сначала дымиться, а затем по нему заплясал веселый огонь. Вонь, конечно, стояла такая что жуть, но деваться было некуда и пришлось ждать. Воспользовавшись паузой, мы с Рудом зарядили ружьями обычными патронами, так как зажигательных уже не осталось. Пришлось дождаться пока прогорит тело и после этого мы уже спустились обратно с баррикады. Взяв факелы, мы зашли на фабрику, ничего опасного мы на ней не обнаружили. Где-то местами валялись останки людей. А черепа были сложены небольшой пирамидкой у самого разрыва. Разрыв темно-зеленого болотного цвета очень сильно распространял вокруг себя эманации смерти. Здесь было всем немного не по себе, кроме Артура, у этого парня была прямо эйфория.

— Артур, тебе наверно не стоит здесь находиться, — сказал я.

— Почему, я давно так прекрасно себя не чувствовал. Мне так хорошо! — с какой-то глупой улыбкой ответил он.

— Вот именно поэтому, — устанавливая печать у разрыва, сказал я.

Все посмотрели на Артура с любопытством, а Анна с каким-то внутренним волнением.

На какие-то мгновения его взгляд вернулся в прежнее состояние:

— Да, я, пожалуй, пойду, — пробормотал Артур и поплелся к выходу на ватных ногах.

Установив печать, мы стали ждать пока она закроет разрыв и поглотит излишки магической энергии. Когда мы закончили с печатью, вышли на улицу, нас уже ждал наш обычный Артур, который запаковывал остатки чудища и грузил в фургон. На утро, попрощавшись с мэром и стражниками, которые пришли нас проводить как старых друзей, мы отправились дальше. Хозяина фабрики мы не видели, видимо, решил не напоминать о своем существовании либо сразу решил восстановить работу. Но нам это было не важно, мы покинули город и отправились дальше.

Глава 8

Третьим пунктом нашего назначения была небольшая деревушка, где на окраине открылся разрыв. Он был небольшим, имел грязно-коричневый оттенок. К моему приятному удивлению, никто не пожаловал к нам в гости с того плана, и мы без всяких хлопот закрыли его. Хотя, если быть честным, разрывы часто не сопровождаются появлением монстров, и если их вовремя закрыть, то все проходит без последствий. Спокойно переночевав в деревне — староста предложил свой дом в полное наше распоряжение — отдохнувшие и выспавшиеся утром, мы отправились обратно. Наша обратная дорога заняла около трех с половиной дней, и мы порядком измотались за это время. Все-таки ночевки в фургоне и под ним сил не прибавляют. Наконец, к вечеру четвертого дня мы прибыли обратно в город, который на ближайшие годы станет нам домом. Все, на что хватило наших сил, это поесть, смыть с себя корку грязи от дороги и разойтись по комнатам. Мне казалось, что я устал так, что даже с трудом понимал, где я находился. Мне кажется, я уснул, еще не коснувшись подушки. Утром я встал свежим и полным сил, все-таки молодой организм — это прекрасно. Открыв глаза, я встал и пошел умываться. Спускаясь на завтрак, я встретил Артура. Он, как всегда, уже был на ногах и собирался на доклад к капитану. Я пожелал ему удачи и пошел завтракать. После завтрака я занялся физическими упражнениями, все-таки с такой работой лучше находиться в хорошей форме. Надо будет на досуге найти арену для магов и воинов. Над своими боевыми навыками стоит работать теперь постоянно. Медитацию и работу с источником я решил оставить на вечер, после того как сделаю остальные дела. Чуть позже Артур, вернувшись от капитана, собрал нас всех внизу и сказал, что нашей работой остались очень довольны и у нас три дня выходных, если ничего не случится. Только надо сначала сдать трофеи и печати, и получить жалование за этот месяц и процент с трофеев. Я вызвался помочь Артуру, оставив наших друзей заниматься своими делами, мы с ним запрягли лошадей в фургон и залезли на козлы поехав в сторону складов. Сдавали печати и трофеи мы все тому же старику что и выдавал нам имущество. Наш процент с трех печатей был оценен в триста серебряных монет, что было откровенным грабежом, но деваться было некуда. А останки Кукольника принесли в наш общий бюджет еще сто серебряных монет. Мне даже стало плохо от того, как нас обокрали. Так придется очень потрудиться, чтобы заплатить хотя бы за одно новое заклинание. А мне их нужно целых четыре, причем два из них хотелось бы освоить из демонологии, что еще увеличивает их цену. Получив документы на получение денег, мы отправились в другое здание. В итоге я получил пятьдесят серебряных как жалование за месяц и восемьдесят серебряных за трофеи. Итого, мой капитал составил сто тридцать серебряных монет. Для обычного человека это вполне неплохой заработок, но не для мага. И это не о том, чтобы красиво жить, просто затраты на обучение очень внушительные и без должных денежных средств можно осесть, как большинство, на третьем круге. Либо прорваться на четвертый, но дальше уже без солидных вливаний точно не пройти. Мы вернулись чуть позже обеда, Артур пошел в дом, а я занялся лошадьми, пытаясь придумать что же мне делать дальше. Надеяться только на судьбу и на удачу в мои планы никак не входило. Ближе к вечеру я пошел прогуляться ближе к рынку, где я в прошлый раз видел Диара, да и замена комплекта одежды, истрёпанного крысами, требовала замены. Зайдя на рынок, я довольно быстро приобрел то, что мне нужно, потратив почти десять серебряных монет. Если быть точнее, девять с половиной. Вторую половину мне сдали десятью медными монетами. Диара я приметил еще как только зашел на рынок. Закончив со своими покупками, я прошел мимо него, нагнувшись, бросил две медных монеты в его кружку и негромко сказал, что вечером буду его ждать его в одной из таверн недалеко от портового квартала. Он не подал виду, что узнал меня, только вслед, как и остальным, крикнул, чтобы Трое берегли меня. До вечера еще оставалось время, и я решил пройтись еще немного по лавкам.

Чуть позже, вечером, я зашел в местную забегаловку под названием «Плавник». Я ее приметил еще в первую поездку на склад охотников. Заведение было недалеко от порта и здесь постоянно были новые люди. И вряд ли нас двоих кто-то запомнит. Здесь очень часто бывали моряки, отмечавшие свое возвращение, путешественники, ждущие свой корабль, торговцы с охранной. Так что публика здесь была самой разномастной. Я подошел к двухэтажному зданию и поднялся на небольшое крыльцо перед дверью. Два амбала с дубинками на входе мазнули по мне взглядами и пропустили во внутрь. Я открыл тяжелую дверь и на меня накатила волна шума и веселья. Внутри было довольно жарко и играла музыка, какая-то веселая компания моряков гуляла в центре зала. Они весело смеялись и громко разговаривали, временами щипая официанток, приносящих им выпивку. Официантки возмущенно вскрикивали, больше для формы, чем это по-настоящему возмущало их. Чуть подальше была более угрюмая компания, они молча ели. Судя по лицам, это была охрана какого-то каравана или корабля, среди них была парочка магов, судя по перстням. В углу о чем-то спорили два торговца и, судя по цвету кожи и одежде, один был точно не из местных. Я занял столик у стены, так чтобы мне было видно вход, и жестом подозвал официантку. Заказав две порции жаркого и кувшин пива, я стал ждать Диара. К счастью, долго ждать не пришлось, дверь открылась и вошел Диар. Надо заметить, я опасался, что его могут не впустить, но он выглядел приличнее, чем я встретил его на рынке. Недорогая, но чистая одежда придавала ему вид обычного горожанина, небогатого, но вполне способного заплатить по счету за еду и выпивку. Он обвел взглядом помещение в поисках меня. Я слегка приподнял руку от стола, чтобы он меня заметил. Поймав мое движение взглядом, он пошел в мою сторону, огибая компанию гуляющих матросов по широкой дуге. Все-таки жизнь на улице учит чуять даже возможные неприятности. Подойдя к столу, он не решился сесть сразу, а замер на мгновение, перебирая в руке кепку, которую он снял при входе. Я указал глазами на стул напротив, и он скользнул на него одним движением. Теперь я его мог рассмотреть получше. Чуть помладше меня, крепкий, но худощавый парень. Темные непослушные волосы смотрели в разные стороны.

— Ну что, Диар, давай знакомиться заново, теперь меня зовут Галар, — протянув ему руку, сказал я. Я долго думал, что следует сейчас ему рассказывать и решил остановиться на полуправде. Рассказав, что первым моим воспоминанием было то, как я очнулся на жертвенном камне. Не особо углубляясь в подробности, я поведал свою историю побега и дальнейшей жизни.

— И вот, когда ты мне рассказал, кто меня отправил на пробуждение, я понял, что появилась ниточка и возможность их наказать, — закончил я свой рассказ.

Диар слушал меня с открытым ртом. Единственное, что он смог выдать:

— Ты действительно ничего не помнишь? — спросил он.

Я лишь отрицательно помотал головой. Из дальнейшего разговора с Диаром я узнал, что преступность здесь разделена по территории и работать без разрешения хозяина чревато потерей здоровья, а то и жизни. За рынок и торговый квартал отвечал Луи Монета. Вся преступность и теневые сделки контролировались им. Наш же друг, который меня продал, присматривал за рынком, а заодно держал таверну.

— А вот этот здоровяк, который вас трясет после работы?

Диар поморщился как от зубной боли.

— Его сослали в наказание, не знаю, чем он провинился перед Луи, но теперь очень рьяно пытается получить его благосклонность, вышибая из нас последний дух.

— Что, если я решу с ним вопрос. Кто тогда станет на его место?

Диар пожал плечами:

— Место у нас денежное, пришлют кого-нибудь другого.

— А ты можешь стать главным? — снова спросил я.

— Ну тут либо тебя поставили, либо можно убить ставленника, но тогда Луи может просто убить нового и поставить своего. Либо можно вызвать на бой на ножах старого и, если победишь, тогда, все-таки, Луи не станет нарушать традиции, и если твоя работа будет его устраивать, то скорее всего все будет нормально.

К этому моменту нам принесли еду и выпивку. Я жестом пригласил Диара присоединиться к трапезе. Он не стал отказываться и пододвинул одну из тарелок к себе поближе.

— Осилишь нашего громилу на ножах? — спросил я, уже жуя и в принципе зная ответ.

Диар отрицательно помотал головой:

— Двое уже пытались и обоих он прирезал меньше чем за минуту. Я думаю, все-таки, податься на корабль, устал я от такой жизни.

— Хорошо, Диар, давай я тебе расскажу о своих планах, а тебе решать — участвуешь ты или нет. Я не имею права тебя отговаривать, но мне нужен союзник и партнер в этом деле. И дело не только в мести. Для развития мага нужны деньги и связи. Которые далеко не всегда легальные.

Я рассказал Диару о своих задумках. Тот только удивленно слушал. А затем, когда я закончил, спросил:

— А мне какое место ты отводишь в своих планах?

И я увидел, что интерес все-таки блеснул в его глазах.

— Правой руки. Все что будет связано с теневой стороной моей деятельности, все будет как будто бы сделано тобой, — продолжил я.

— Выбор за тобой. Подумай, если согласен, то через неделю приходи сюда же, — после этих слов я попрощался с Диаром, вышел на улицу и встал в тень, применив ауру тени. Диар вышел почти следом и отправился в сторону рынка. Хотелось бы доверять парню, но я решил немного подстраховаться и прошел за ним до дома, где, видимо, жили рыночные попрошайки. Не заметив ничего подозрительного в поведении парня, я оставил его и благополучно вернулся домой.

Вернувшись в дом, где он жил вместе с другими попрошайками, Диар продолжал в мыслях прокручивать их вторую встречу с другом детства. Если первая была довольно сумбурная и там можно было много чего списать на страх или удивление. То во вторую он однозначно уверился, что от его друга детства почти ничего не осталось в этом человеке. Даже мимика поменялась. Теперь его ничего здесь не держало и можно смело было подаваться на корабль и завязывать с этой жизнью. Именно с этими мыслями он зашел в дом. Но что-то, зародившись на задворках разума, не давало ему покоя. Если Галар не обманывает, и действительно его друга просто продали для ритуала, не будет ли предательством с его стороны отказ от мести. Да, сейчас он не может сделать это, но если сегодняшний разговор окажется правдой, то этот миг обязательно придет. С этими мыслями он снял одежду и, аккуратно сложив, убрал ее. Лег на свою лежанку и стал смотреть в потолок. А хочет ли он мстить или он хочет стать наконец-то свободным. С этими мыслями он уснул.

На следующее утро я пошел искать арену для магов. В таких местах маги могли оттачивать свое мастерство не только магического искусства, но и различных боевых навыков. В городе из общедоступных такая была одна. Располагалась она в рабочем квартале. Большое здание когда-то было фабрикой или складом, но хозяин по какой-то причине решил его продать. Внутри помещения пол был земляной, а сверху посыпан песком. На удивление, арена не пустовала. Как раз сейчас, зайдя в ворота, я застал поединок, судя по всему, он носил чисто магический характер. Спиной ко мне стоял то ли их наставник, то ли судья. Два оппонента стояли в разных углах и ждали и сигнала, один из них был довольно крепкий малый, уже взрослый мужчина с шрамом на лице, свидетельствующем о его нелегкой жизни. Второй же больше напоминал тщедушного подростка, но стоял он уверенно, смотря на своего соперника даже с легким высокомерием. Судья махнул рукой, что-то загудело и появилась защитная прозрачная пелена, отделявшая сражающихся от остального мира. Ее можно было заметить в момент появления, так как она немного искривила пространство за ней. Именно это стало сигналом для сражающихся. Парнишка, похожий на подростка, атаковал первым, на самом деле он был только похож на него, так как даже по первой атаке я понял, что это минимум уже закрытый третий круг перед прорывом. Стена из ледяных ножей полетела в воина. Тот ответил воздушным тараном, но не стал вкладывать большую мощность в заклинание. А просто отправил его не на встречу, а в сторону. И ножи сменили траекторию и пронеслись в полутора шагах сбоку от него. Так же он отбил два следующих довольно внушительных фаербола, которые разорвались о защитную пелену. Воин отправил в подростка два водяных кулака, которые были встречены огненной стеной. На удивление, воин бросил еще несколько водных кулаков, которые с шипением исчезли, коснувшись огненной стены. Было видно, что все-таки не зря худощавый паренек был уверен в своей победе, по мощи источника он превосходил воина. И если бы тот вступил в прямой бой, то уже бы проиграл. Место сражения заволокло паром, ухудшив видимость. Подросток убрал стену и, так как он не видел свою цель, он создал огненную плеть и, раскрутив ее, запустил по широкой дуге перед собой. Первый круг она огненной нитью прорезала пространство вокруг него, никого не задев. Тогда подросток сделал пару шагов в сторону, где стоял противник, и вот плеть, встретив препятствие, обвилась вокруг него. Парнишка сразу же ухватился за плеть и второй рукой, приложил усилие и по плети от него побежала энергия, усиливая огонь. И даже если воин еще держал какой-то магический щит, то скоро это преграда могла быть проломлена. Худощавый одаренный не стал ждать, и, одной рукой держа плеть, решил подойти ближе, чтобы проломить защиту каким-нибудь заклинанием. И вдруг раздался звук глухого удара, и он уже летел в сторону пелены, ударился о нее и сполз, потеряв сознание. Пелену сняли, судья махнул рукой и пространство очистилось. К пострадавшему спешил лекарь. А причина его поражения стала очевидна для наблюдателей. На месте, где стоял воин, вырос каменный столб размером с человека. Видимо его и поймала плеть, а рядом стоял воин, у которого все еще было активно заклинание, превращающее руку в смесь из черного камня с венами ярко-оранжевого цвета. Именно удар этой руки отправил в нокаут своего соперника. Если мне не изменяет память, это было заклинание земли вулканический кулак.

— Неплохо, Крейн. Я вижу, ты успел хорош изучить своего соперника, — произнес мужчина, стоявший ко мне спиной.

— Спасибо, господин, я старался, — ответил мужчина и, поклонившись наставнику, показал тому взглядом на меня.

Мужчина развернулся и с любопытством взглянул на меня. Хоть в прежней жизни я и был магом, все-таки я не был хорошим бойцом, больше специализируясь на различных ритуалах. А к бою предпочитал подготовиться так, чтобы у противника не было шансов. Здесь же я увидел в глазах мужчины бойца, от кончиков пальцев до седых волос, туго заплетенных в конский хвост.

— Вы что-то потеряли, юноша?, — спросил он, приподняв одну бровь. Я заметил на пальце у него перстень мага и учтиво поклонился, после чего, выпрямившись, сказал:

— Здравствуйте, господин. Я бы хотел посещать занятия на этой арене.

Тот, хмыкнув, сказал:

— Молодой охотник, значит, хочет улучшить свои навыки. Это похвально.

Я с удивлением посмотрел на него.

— Ну что вы, юноша, вы явно не выпускник академии, и вы не военный, слишком молоды, чтобы быть сейчас не где-нибудь в дальнем гарнизоне, ну и, извините, на богатого аристократа, который может позволить быть свободным, вы тоже не похожи. И остается наиболее вероятный вариант — охотник.

Он не обратил внимание на то, что я хочу сказать, приподнял палец, который показывал, чтобы я помолчал:

— Стоимость для тебя, как и для всех, десять серебряных в месяц.

Мне даже немного плоховато стало от такой суммы. Но он продолжал с невозмутимым видом:

— Десять — это пока, когда начнутся магические поединки — будет пятнадцать. Энергия на защитную пелену стоит недешево, и услуги лекаря тоже не бесплатны. Единственное исключение для тебя, что за три пропуска тебя не перестанут пускать сюда. Но оплачивать нужно в независимости был ты или не был. Все понятно?

Я только и смог что покивать головой.

— Отлично. Занятия два раза в седмицу, второй и четвертый день в шесть вечера. Пойдешь пока к новичкам, а там посмотрим, что из тебя получится, — после чего, не став ждать моего ответа, отвернулся от меня продолжив свой прерванный разговор с учеником. Второго еще обхаживал лекарь, но он уже пришел в себя. Я еще мгновение потоптался на месте, после чего развернулся и направился к выходу. Завтра вечером надо уже идти на первое занятие, что не могло не радовать. Эх, конечно, цена кусается, но делать нечего, все-таки теперь моя жизнь напрямую зависит от этих качеств. Да и посмотрев на мастерство и тактику Крейна, цена не кажется такой уж большой. С такими мыслями я возвращался обратно. На сегодня больше никаких планов у меня не было. И я отправился, не спеша, к дому.

Через день, когда наши выходные закончились, утром нам нужно было явиться на инструктаж к капитану, я чувствовал, как будто меня избивали палками весь вечер. Хотя почему, первое занятие было олицетворением моего избиения в рукопашном бою. Лекари убрали перелом ребра, но синяки оставили на память. Я вернулся, когда уже все спали. Только один из наших соседей читал на первом этаже, расположившись на небольшом кресле у окна. Когда я зашел, он взглянул на меня и, кивнув головой в знак приветствия, углубился дальше в чтение. Я ответил кивком и проковылял наверх. А сегодня утром, увидев меня, Анна сразу начала интересоваться не болен ли я. Я лишь вяло отмахнулся рукой, буркнув, что со мной все хорошо. Хотя весь мой внешний вид кричал об обратном. Позавтракав на скорую руку, мы привели себя в порядок и отправились к капитану. Когда мы прибыли в здание, где располагались охотники, капитана не было на месте. Нас принял один из старших офицеров. Он сидел за столом и лениво изучал какие-то бумаги. Взглянув на нашу пятерку поверх листов, он на мгновение задумался, но потом в его глазах мелькнуло понимание. Показав головой, чтобы присели, он начал искать что-то у себя на столе. Если немного отойти в сторону, то на весь город и окрестности от силы пять-шесть звезд охотников. Максимум одна или две состоят из полноценных магов. Для каких-то сложных дел существует система одноразовых контрактов, я, как раз, в прошлой жизни, достигнув определенных высот в искусстве демонологии, временами подписывал такие за деньги либо какие-то льготы. Наконец, найдя карту города и развернув ее на свободном участке стола, он подозвал нас жестом подойти.

— Вот это будет ваша территория, — сказал он, ведя пальцем по карте. Территория проходила в основном по трущобам и зацепляла немного более приличные жилые кварталы. Естественно, кто будет шататься по трущобам, само собой новенькие.

— Найдете там начальника стражи, он вам все расскажет. А так, все как обычно: обнаруженные разрывы закрываете своими силами, печати сдаете.

Я про себя подумал про рабство в особо опасных условиях. В принципе конструктивный разговор на этом у нас закончился и спустя пару минут мы вышли из здания. Решив не откладывать знакомство с начальником стражи, сразу же выдвинулись в направлении нашей новой территории.

Не удивительно, но дом, в котором располагалась стража находился в жилом квартале, а не в трущобах. Мы без проблем зашли в здание, в котором было несколько стражников.

Первый этаж дома был разделен на две части, в одной из них было несколько больших металлических клеток. В одной из которых сидел плутоватого вида тип и стрелял по сторонам глазами. За столом у входа сидел дежуривший стражник, который устало поднял голову и взглянул на нас. Окинул нашу пятерку взглядом, не совсем понимая, как к нам обращаться. Его мыслительный процесс очень ярко сопровождался появлением морщин на лбу. Артур не стал его мучать, сразу достал и показал свой медальон, и спросил на месте ли начальник.

— Да, у себя на втором этаже, подождите, я его предупрежу, — после этих слов вышел из-за стола и отправился наверх.

Анна вопросительно изогнула бровь:

— Я думала, охотники имеют главенство над стражниками и зачем его предупреждать.

— Ага, а вдруг ты его застанешь за чем-то предосудительным, — прыснул в кулак Альн.

— Ну вообще то, — начал говорить Руд, — формально мы разделены со стражей, и мы друг другу не подчиняемся, но имеем общее начальство, которое формируется в основном из бывших охотников по той причине, что те маги, а, соответственно, аристократы.

Спустя пару минут к нам спустился начальник стражи, взрослый мужчина с уставшими глазами. Сзади него шел стражник, который нас не пропустил. По его растерянному виду и опущенным вниз глазам видно было, что он успел получить выволочку. Начальник стражи, окинув нас быстрым оценивающим взглядом, даже немного выдохнул. Я, думаю, он переживал что здесь были маги и тогда уже ему было бы не избежать неприятной беседы.

Слегка поклонившись в приветствии, он сказал немного хриплым голосом:

— Приветствую, господа охотники, мое имя Палс и я начальник стражи. Чем я могу вам помочь?

Мы в разнобой покивали ему в ответ, и Артур, немного выступив вперед, ответил:

— За нашей звездой закрепили эту территорию, и мы решили, что вы нас познакомите и с территорией, и с местными, так сказать, правилами.

Напряжение с лица начальника стражи ушло, он даже немного улыбнулся, после чего сказал:

— Пойдемте, поговорим у меня в кабинете, — с этими словами он развернулся и пошел наверх. Мы последовали за ним, проходя мимо стражника, я похлопал того по плечу сказав, чтобы не расстраивался. Мы прошли в одну из комнат, переоборудованную под кабинет, все пространство которой занимали стол, пара стульев и небольшой диван.

— Прошу прощения за заминку, к нам обычно охотники не заходят, — начал говорить начальник стражи, приглашая занять нас свободные места. Сам сел на свой стул, положив локти на стол. Мы расселись, Артур и я заняли стулья напротив хозяина кабинета. Остальные расположились на диване.

— Меня зовут Артур, а это Галар, Альн, Анна и Руд, — представил нас Артур.

Палс внимательно следил, пытаясь запомнить наши имена, затем сказал:

— Я думаю, не стоит откладывать все в долгий ящик. Давайте я вам расскажу то, что знаю.

В принципе, ничего удивительного в его рассказе не было. В выделенном нам участке города царила бедность. Но, как и везде, здесь люди рождались, жили и умирали. Конечно, здесь было гораздо больше преступности и насилия, да и какой-нибудь мрази здесь затаиться легче. Стража ночью предпочитала не соваться глубоко в трущобы. Конечно, бывало, что сюда наведывалась инквизиция, но это редкость, последний раз это было года два назад. Сформировался какой-то сильный культ, который мог угрожать уже жизни более обеспеченных граждан. В принципе, все, что я услышал, было вполне в пределах моих ожиданий и ничего другого я не ожидал. Мне не раз приходилось бывать в трущобах столицы по различным делам. И я не думал, что есть какие-то принципиальные различия между нищими кварталами в империи. Стража обычно работала здесь так, чтобы выходки местной публики не омрачали жизнь людям поприличнее. Он рассказал нам о паре банд, которые обосновались в трущобах. Самое интересное, что не было кого-то одного, кто контролировал все трущобы. Местные банды были похожи на свору диких собак, не подчиняющихся никому. Но если один кто-то становился сильней, то на него нападали всем скопом, чтобы он не был угрозой сложившимся порядкам. В конце беседы мы оставили свой адрес и, обменявшись в заверениях о взаимной помощи, мы отправились домой.

Глава 9

На следующий день мы решили пройтись по нашей территории, чтобы не плутать там в случае чего как слепые котята. Переход в трущобы не был плавный, просто переходишь обычную улицу и спускаешься по лестнице вниз по холму, и ты уже в трущобах. Плотная застройка одно и двухэтажными зданиями, которые местами наползали друг на друга. Несмотря на репутацию района как неблагополучного, здесь жили также и обычные люди скромного достатка. У некоторых домов были небольшие загоны, откуда слышалось хрюканье поросят либо голоса какой-то другой скотины. Местами шла торговля. Была, конечно, здесь и своя специфика, например, местные жрицы любви здесь не наряжались в дорогие платья и не умели поддержать диалог, но компенсировали это количеством различных презентов, которые тебе подарят. После которых ты обязательно еще посетишь целителя. Так же здесь имелся и свой рынок, не такой большой как центральный, но все же. Самое интересное в нем было то, что если тебя вчера ограбили, то сегодня, если поискать, то какие-то свои вещи можно найти здесь. Из нашей беседы с Диаром, а затем и начальник местной стражи подтвердил, в трущобах промышляли несколько банд. Здесь не было кого-то постоянного с устоявшейся властью, на месте одной могла в любой момент возникнуть новая, более молодая и дерзкая. С одной стороны, это неплохо, но с другой, когда начинается дележка, проливается очень много крови.

Сейчас на улице стояла довольно сухая погода и земля под ногами была вполне твердой, но когда начинался сезон дождей, то дорога расползалась так, что телеге не проехать. Наша компания, конечно, не могла не заинтересовать местных жителей. Это произошло недалеко от рынка. От невзрачного серого здания с облупившимися стенами, а местами и вывалившейся кладки здания, отклеилась парочка бородатых детин, которые наперерез пошли в нашу сторону. Группа юнцов казалась вполне заманчивой добычей, каким-то образом забредшей сюда. Одеты мы были довольно неплохо для местных краев, да и симпатичное личико Анны тоже добавляло вероятности проблем. Парни встали напротив нас в паре шагов и замерли. Чтобы не доводить ситуацию, когда стычка станет неизбежной, я немного откинул в сторону полог куртки, чтобы ребята увидели жетон охотника и ручку револьвера, засунутого за пояс. Анна зажгла фаербол, а Руд сформировал водяную плеть. В мгновение потеряв к нам интерес, они отошли с дороги и вернулись к своим местам, где до этого стояли. Конечно, если бы я шел один, не думаю, что все было бы так просто, а сейчас нас все-таки пятеро и если еще к револьверам прибавить магию, то расклад был явно не в их пользу, поэтому они и решили не связываться. Надо будет как-то заявить о себе, чтобы ни с кем из нас лишний раз предпочли не связываться, даже если мы передвигаемся по одиночке. Закончив свою ознакомительную экскурсию, мы отправились домой, пока, как и с любой работой, мы не совсем понимали, что нам здесь нужно делать. Тем более меня еще ждала вечерняя экзекуция на арене.

Сегодня, придя на арену, я застал все тех же шестерых новеньких и Крейна, который вел занятия у новичков. Кстати, это именно он меня так отделал в прошлый раз. Сегодня поединков не было, и мы все занятие отрабатывали удары на манекенах. К концу занятия я был весь сырой и с меня капало на землю. Остальные парни выглядели не лучше. Крейн нас не жалел и гонял, как только мог. Кстати, к слову, он сейчас был на третьем круге, но сможет ли прорваться на четвертый было не известно, слишком мал источник. Не знаю, делало ли это его таким требовательным, либо вся система подготовки здесь была такой.

Следующее утро ознаменовалось для меня болью во всем теле. Я, еле встав с кровати на прямых ногах, пошел умываться. После того как ополоснул лицо холодной водой, ко мне вернулась ясность и хоть какое-то желание жить. Немного расходившись, мышцы разогрелись и мне стало полегче. Вроде бы не все так ужасно, как казалось в начале. Я успел позавтракать и уже собирался допить свой чай и подняться к себе в комнату, как в дверь забарабанили. Так как поблизости больше никого не было, отставив чашку в сторону, я поднялся из-за стола и открыл дверь. На пороге стоял чумазый мальчишка, явно не из местных, не сказав ни слова, он протянул мне свернутую записку. Я забрал записку и, бросив в руки мальчишке пару медяков, закрыл дверь. Хорошо, что в карманах брюк была парочка монет. Записка была от начальника стражи. В ней он написал адрес и то, что нам обязательно на это взглянуть. Артур с Анной куда-то ушли, поэтому я, Альн и Руд втроём отправились на указанный адрес. Пока Руд и Альн собирались, я предусмотрительно оставил Артуру и Анне записку, где нас искать. Положил записку к Артуру под дверь, а сверху придавил своим ножом, чтобы не улетела куда-нибудь от случайного сквозняка.

На месте нас встретил начальник стражи, по своему обыкновению суровый мужчина просто поприветствовал нас кивком. Я ответил ему тем же. Было видно, что его подняли сюда прямо из дома. Стражники оцепили проулок во внутренний двор и не пускали зевак подойти поближе.

— Что произошло? — поинтересовался Альн.

— Посмотрите сами, — ответил лейтенант, уступая нам дорогу к небольшому проулку. Руд любопытно выглянул из плеча Альна. В проулке было тело мужчины. Тело было обезображено, какие-то части и вовсе отсутствовали. Труп сам по себе не являлся чем-то необычным, особенно для трущоб. Да и отсутствие каких-то частей на теле мертвеца тоже не являлось чем-то особенным. Парень просто мог задолжать кому-то денег и его пытали, прежде чем отправить на тот свет. А вот то, что парень висел в метре над землей, покачиваясь на своих кишках, одним концом намотанных на что-то на крыше здания, а другим обвернутым за шею это уже требовало более пристального внимания. Подойдя поближе, я разглядел на стене красные руны с потеками, обрамляющие тело полукругом. Некоторые из них мне были знакомы, а некоторые нет.

— Местные что-нибудь слышали? —поинтересовался я у лейтенанта.

— Говорят, что ничего не слышали, — ответил он.

— Местные бандиты? — приподняв бровь, спросил я. Лейтенант нахмурился, видимо что-то прикидывая в голове. После чего сказал:

— На местных не похоже, слишком сложно, даже если бы пытали, то потом скинули бы в какую-нибудь канаву.

— Может, кто новые появились и хотят заявить о себе и устрашить конкурентов? — продолжил расспрашивать я.

Лейтенант помотал головой:

— Для устрашения место больно глухое, тело почти никто не увидит, да и с письменами этими никто бы не стал связываться.

Я согласно кивнул в ответ.

Случись такое в другом квартале, все бы уже на ушах стояли, а трущобы списывали очень многое. Руд с Альном ушли осматривать крышу. И я их мог понять, я бы тоже ушел, лишь бы не смотреть на этого парня. Попросив у лейтенанта листок бумаги, я стал перерисовывать руны. Тело вскоре сняли, отцепив от крыши, бросили в телегу и, закинув полотном, увезли. Я, закончив перерисовывать, пошел на поиски Руда и Альна. Их я обнаружил спускающимися на землю с другой стороны дома.

— Что думаете?

— На крыше нет никаких следов, такое ощущение что там никого и не было, — подметил Руд.

— Тогда что получается, что кто-то забрасывал кишки с бедолагой на другом конце снизу? — удивился я. Мои товарищи также пожали плечами. Ответов не было ни у кого.

— Надо посмотреть значение рун, возможно, это какой-то ритуал, — предложил Альн.

— Я бы поговорил с местными, все-таки на опасность у людей здесь глаз наметан, может что и видели подозрительное, — добавил Руд.

Немного посовещавшись, мы уже планировали разделиться и приступить к работе, как я заметил два знакомых силуэта.

— О, а вот и наши голубки, — беззлобно хмыкнул Альн.

Что мне нравилось в моей нынешней жизни, хоть старые воспоминания уже заволоклись дымкой и сравнивать уже было тяжело. Но я все еще помнил ту среду конкуренции в академии, да и после нее. Все-таки дорога за могуществом очень узкая и даже вдвоем там не пройти. А здесь никто из них не рассчитывает добраться очень высоко. Поэтому есть место для хоть какой-то дружбы. Артур с Анной приблизились к нам, по ним видно было, что чувствовали они себя немного неловко из-зп того, что опоздали. Мы быстро пересказали им что произошло и наши предположения. Артур слушал очень внимательно, пытаясь не упустить ничего из деталей. Анна слушала, наморщив носик. Артур подошел к стене и начал рассматривать руны. Затем поскрёб одну ногтем и задумчиво потер субстанцию между ногтями.

— Кровь? — спросил Руд.

— Мгм, — промычал Артур, достав платок и вытерев пальцы. После чего добавил:

— Было бы странно, если нет.

Немного посовещавшись, мы решили все-таки разделиться: Артур, Альн и Руд поговорят с местными жителями, а мы с Анной решили заняться рунами и зайти к коронеру. Отправившись в торговый квартал, мы начали расспрашивать у торговцев о специалистах в рунном ремесле. Нам посоветовали трех человек. Один жил в верхнем городе, довольно сильный маг-аристократ. И будет ли он с нами разговаривать — это большой вопрос. Второй работал на самого графа и, соответственно, нам ничего не светило. А третий держал лавку в соседнем квартале. Мы решили начать с самого простого варианта и отправились к нему. Всего общих рун было около сотни, ну и специальных было примерно еще столько же. Но комбинаций их было бесконечное множество. Это даже, скорее, не какие-то формулы, а своеобразный язык со своими правилами и законами. И надо признать довольно специфичными, и для его изучения у магов уходил не один год. Что с чем сочетается, а что нет. Правила и последовательность, материалы и вещества, которыми они пишутся, в каких ритуалах используются. Надо, кстати, заняться пробелом в своих знаниях в этом вопросе. Потому что сейчас у меня только общее представление после небольшого курса при обучении. В прошлой жизни я часто проводил ритуалы и поэтому отлично знал их, но сейчас это все в прошлом. Моя память не пощадила эти воспоминания, стерев их полностью. Мы подошли к лавке и открыли дверь. Колокольчик над дверью лавки радостно зазвенел, суля возможную прибыль хозяину.

— Что угодно молодые люди? — спросил голос откуда-то из глубины помещения.

— Добрый день, мы охотники и хотели бы переговорить с хозяином лавки, — ответила Анна прежде, чем я успел сформулировать какое-то интересное предложение для спрашивающего.

— Охотники и разговор — это значит прибыли не будет, а может даже будет убыток, —кряхтя вышел к прилавку седой дедушка небольшого роста и немного сгорбленный. Несмотря на преклонный возраст, в его глазах все еще был плутоватый блеск настоящего торговца.

— Ну, охотники, говорите, что хотели, я хозяин лавки, — улыбнувшись нам, сказал он. Я посмотрел на его руку и мой взгляд не укрылся от него.

— Не ищите перстня, юноша, природа ко мне не была так щедра, и я остановился на третьем круге. И, чтобы вести более-менее достойное существование, пришлось изучать руны, а затем я открыл этот магазин. Сейчас я продаю заклинания, составляю рунные формулы для ритуалов на заказ, — после этого он махнул нам головой, чтобы рассказывали с чем пожаловали.

— У нас произошло какое-то ритуальное убийство. И рядом с телом жертвы мы нашли вот такую формулу из рун, не могли бы вы нам рассказать, что хотел заклинатель и для чего сформирована эта формула.

Я протянул ему сложенный листок желтой плотной бумаги.

— Так, дайте-ка взглянуть, — он вставил в один глаз увеличительное стекло. После чего, взяв у меня листок, развернул его и внимательно всмотрелся. Так продолжалось какое-то время. После чего он вернул мне листок. И вынув из глаза стекло и убрав его в нагрудный карман рубашки, сказал:

— Ну что могу сказать, присутствует пара рун из некромантии, также есть стабилизирующая конструкция, но не могу сказать, что это был ритуал из области некромантии, потому что, судя по формуле, там ничего не должно было сработать.

— То есть вы думаете, что писал это человек, который не знает заклинания, просто наобум? — высказала свое предположение Анна.

— Не совсем так, милая девушка, есть очень интересные решения в этом рисунке, которые просто так случайно не напишешь. Как бы вам объяснить попонятнее. — Старик задумчиво закатил глаза к верху, как будто там была подсказка.

— Это напоминает речь сумасшедшего, перескакивающего с темы на тему, и словосочетания бывают очень меткими, но следом идет какая-то белиберда. К моему сожалению я больше ничем вам помочь не могу.

Мы поблагодарили хозяина и, попрощавшись, отправились к коронеру. Когда мы пришли в ледник, куда свозили тела для хранения перед погребением, тело уже осмотрели. Видимо, постарался начальник стражи, попросив коронера лично не откладывать дело в долгий ящик. Из любопытного — конечности были откушены. Причем след зубов говорил о том, что это сделал человек или по крайней мере тот, у кого были такие же зубы. Рваная рана на животе тоже говорила, что убийца не пользовался никаким острым металлическим оружием. Договорившись о том, что, если станет известно еще что-нибудь нам сообщат, мы отправились домой.

Когда мы пришли домой, ребят еще не было, и мы решили их не ждать, сев обедать вдвоем. Парни появились только спустя пару часов. Вернувшись, они рассказали, что в целом чего-то существенного не удалось узнать. Все было как всегда, а подозрительных личностей хватало там и так. Единственное, что могло хоть как-то нас заинтересовать, это был рассказ трактирщика.

— Были в таверне, мужика этого там знали. Местный выпивоха, безобидный, врагов не было. Долги, конечно, были, но не такие, за которые так расправляются. Хорошо хоть кровь со стены смыли, а то бы уже все гудели о темной магии и таких бы небылиц наплели, что потом под ними правды не найти, — одновременно жуя, рассказывал Альн.

— Трактирщик сказал, что этот мужик последним уходил из таверны, пьяный в стельку. Трактирщик помогал ему выйти на улицу. Правда куда он пошел не видел, потому что пес, который живет при таверне, рванул вовнутрь, как только трактирщик открыл дверь чтобы выставить пьянчугу. А пока тот пытался достать пса из-под лавки, наш мертвец уже скрылся. Кстати, пса он так и не смог достать до утра, — добавил Руд.

Мы в свою очередь рассказали, что нам известно о рунах и ранах на теле. Артур задумался, а потом сказал:

— Я думаю, что надо бы проверить кладбище, оно как раз примыкает краем к трущобам. Мало ли, вдруг там завелась какая-нибудь тварь»

— Некроманта отметаешь? — Спросила Анна и, развивая свою мысль дальше, продолжила. — Может ли не опытный некромант, найдя какой-то ритуал, попытаться его повторить, чтобы получить что-то? Либо обычный маг, решивший срезать путь через жертвоприношение? — говоря это, она посмотрела на Артура.

Артур задумался:

— Тогда все равно надо начать с кладбища, многие ингредиенты для ритуалов некромантов находятся там. Но все же, чтобы отгрызть человеку руки, надо что-то в себе потерять, так что я не думаю, что это маг.

Солнце как раз стояло в зените, когда мы впятером на фургоне добрались до кладбища. Выгрузившись, решили сначала зайти к смотрителю кладбища и поговорить с ним. Мы подошли к небольшому домику на окраине кладбища. Из дверей вышел довольно молодой мужчина, внешний вид которого никак не вязался с образом кладбищенского сторожа.

— Здравствуйте, вам закопать кого или склеп заказывать будете? — с ходу поинтересовался он.

Артур показал жетон и спросил:

— Вы смотритель на этом кладбище?

— Сейчас да. Просто в крайний месяц отец сильно захворал, а место хорошее, чтобы его не потерять, вот приходится заменять, — ответил парень. — Если вас интересуют разрывы, то их нет, я сегодня обходил свой участок. Да и родственники у людей ходят, кто-нибудь да увидел бы.

— Тяф, тяф, — между ног парня просунулись две маленькие мохнатые морды.

— Ой, какие милые, — сказала Анна, присаживаясь и протягивая руки. Один из них заворчал и попятился назад, второй же, наоборот, нелепыми маленькими прыжками побежал к Анне.

Парень, глядя на это, улыбнулся:

— Да вот, новых сторожей завел.

— А что случилось со старыми, — спросил Артур.

Парень немного погрустнел:

— Не знаю, они не на цепи были, бегали тут ночью у меня, распугивали всякую дрянь, которая не против в могилах покопаться. Вот недавно выхожу утром, слышу — лают. Думаю, дай схожу посмотрю, что у них там. А они стоят под деревом и лают. Дак оказалось, загнали мужика на дерево. Я собак-то попридержал, тот спустился и бежать.

— Вы не стали его ловить, мало ли, вдруг разоритель могил? — спросил я.

— Да он так быстро побежал, что мне не догнать его было бы. А собаками травить человека не стал, может с утра пораньше решил родственника проведать, а тут такое. К чему я это все, а дак вот, после одной ночи недавно вышел и нет собак. Подождал пару дней, вдруг загулялись, но они так и не вернулись поэтому вчера вот этих принес.

— «А маги, травники, некроманты заглядывают к вам, все-таки не которые ингредиенты у вас в широком ассортименте? — спросил Альн.

Парень пожал плечами:

— При мне никто не обращался, но это отца надо спрашивать.

— А вы вспомните, как давно пропали собаки?

— В последний раз я их кормил вечером, четыре дня назад, — задумавшись, ответил сторож.

— А вы сможете место показать, где этого мужчину на дерево загнали, — спросила Анна, поглаживая щенка, который уже удобно устроился у нее на руках.

— Да, могу показать, конечно, и где загнали и где сейчас лежит.

— Лежит? — удивленно спросил Артур.

— Да, его, представьте, через пару дней хоронить привезли, я узнал его не сразу, только когда его понесли в склеп рядом с тем местом, где он на дереве сидел. Сначала просто думал, что где-то в городе его видел, но потом вспомнил его.

Мы переглянулись и Руд молча ушел в фургон.

— Да, покажите, пожалуйста, нам и склеп, и то место, — сказал Артур, уступая сторожу дорогу вперед.

Солнце все еще довольно ярко освещало кладбище. А яркая зелень придавала окружающему миру умиротворяющую обстановку. Склеп оказался подземным, вход в него переграждала довольно внушительная гранитная плита. Хорошо, что правила требовали, что у смотрителя должен быть ключ от каждого склепа. Иначе, не знаю, как бы мы ее открывали. Парня, кстати, звали Тинг, он приложил ключ к плите и отошел назад за наши спины. Плита с тихим шуршанием отъехала в сторону, открывая лестницу вниз. Из склепа повеяло прохладой. Я, накинув каменную кожу и взяв ружье, начал спускаться. Следом за мной шел Альн, готовый прикрыть меня воздушным щитом. Склеп оказался небольшим и неглубоким, таким, что даже света, проникающего через вход, хватало чтобы освещать все углы помещения. В склепе посередине на постаменте стоял каменный гроб с тяжелой массивной крышкой из цельного камня. Альн, вооружившись ломом, подцепил крышку гроба и сдвинул ее немного, чтобы я смог просунуть ствол ружья в щель, ну, а что, береженого Трое берегут. Руд встал с ружьем с боку, чтобы не попасть в нас. Подождав в тишине пару мгновений, Альн отодвинул крышку наполовину и нам удалось заглянуть в гроб, который оказался пуст.

Идя обратно между могил Руд начал рассуждать:

— Ерунда какая-то получается. Я вроде бы не знаток в некромантии, но неодаренный не может воскреснуть сам по себе. Значит кто-то помог. И связан ли этот бегающий мертвец с нашим трупом.

— Почему ты решил, что он неодаренный, — спросил Артур.

Руд, не задумываясь, ответил:

— Ну что за маг, которого две собаки, как кошку, на дерево загоняют.

В таких рассуждениях мы добрались до фургона. Солнце к этому времени уже клонилось к закату. Я забрался внутрь, положив рядом с собой ружье. У нас было несколько зацепок: имя похороненного и место, где можно найти могильщиков, которые привезли тело.

Естественно, в этот вечер мы никого не нашли и, ближе к полуночи придя домой, мы без сил завалились спать. Утром я проснулся от криков Артура, что нам нужно вставать. Опять прибежал мальчишка с запиской от начальника стражи.

«Что-то мне подсказывает, что у вас труп, и по ходу это криминал,» — раздался голос у меня в голове. Давно я его не слышал, но и вступать с ним в дискуссию сейчас никакого желания не было.

И вот мы опять, уже впятером, стоим у очередного тела. Фантазией, конечно, кто-то не очень отличался, все было повторено точь-в-точь, кроме рун, обрамляющих все по кругу. Начальник стражи задумчиво чесал бороду и сказал то ли нам, то ли просто в пространство:

— Надо что-то делать с этим упырем, иначе люди скоро запаникуют.

Ввиду он имел не местных людей, а тех, чье беспокойство может создать для него головную боль. Решив больше не медлить, мы разделились. Анна пошла в городской архив искать нашего умершего. Я с Альном отправились на поиски могильщиков, а Артур с Рудом решили пройтись по лавкам и тавернам и узнать у торговцев, не отправился ли кто из их постоянных клиентов на встречу с богами на прошлой неделе.

Он открыл глаза, темно, и он в каком-то узком пространстве. Попытался пошевелить руками, в бок ему уперся камень, надо ним тоже был камень. Затем в голове его сверкнула мысль — у меня получилось. Пять лет подготовки и испытаний, и вот он стал не каким-то жалким недомагом второго круга, а повелителем мертвых. Родж Гэлфорт, а именно так его звали при жизни, был хозяином книжной лавки. С магической карьерой у него не срослось по причине того, что он три раза пробовал пробить барьер, но все без успешно, крайний раз чуть не умерев. Но Родж не отказался от своей заветной мечты изучать тайны магии. Он так и не обзавелся ни семьей, ни детьми, так как это бы отнимало время. Он изучал старинные книги с ритуалами, параллельно открыв книжную лавку. И вот пять лет назад ему попалась одна книга, очень редкий экземпляр —кожаная обложка с выгравированной костяной рукой, держащей череп. Вся книга была посвящена обряду превращения мага в лича и подготовке к этому, и развитию мага как владыки мертвых. Какой же восторг он тогда испытал. Это же можно изучать магию вечно, и ограничения барьеров можно будет преодолеть. И он начал подготовку: построил склеп, да такой, что из него можно было выйти изнутри, а также стал практиковать различные техники духовной подготовки, описанные в книге. Катализатором событий послужило то, что здоровье Роджа резко пошатнулось, и он стал опасаться, что может так и не дожить до финального ритуала. И вот финальный момент: он стоял посреди главной комнаты своего дома, курьер уже был отправлен к могильщикам, дом отдан в наследство несуществующему племяннику, чтобы его не прибрали к рукам власти города. Выдохнув и зажмурив глаза, он выпил пузырек, пытаясь не чувствовать вкус зелья. Горло перехватило такой горечью, что невозможно дышать. Еще попытка и еще, но вдох не происходит. В голове взорвалась мысль с одним-единственным желанием жить. И он в панике бежал к столу, но ноги уже не слушались и подкосились. Он упал лицом на пол, но ничего не чувствовал. Он еще пытался скрести руками по полу, соскабливая ногтями верхний слой покрытия пола, но руки слабели, а зрение тухло. Хм, надо же было так запаниковать. Все-таки он был слабаком при жизни, но теперь все будет по-другому. С этими мыслями он сдвинул крышку саркофага и просунул пальцы, чтобы отодвинуть ее дальше и вылезти полностью. Найдя ключ от склепа в небольшой потайной нише, он закрыл крышку гроба. Отперев склеп изнутри, он увидел яркий и холодный свет луны и пошел вверх по лестнице. Выйдя из склепа и закрыв за собой дверь, он замер и прислушался к своим ощущениям. Ветер качал деревья, но он не чувствовал его дуновение, он не чувствовал ничего. Жалел ли он об этом? Нет, совсем нет. Лай двух псов прорезал ночную тишину неподалёку. Да, помнится при жизни он почему-то очень сильно боялся собак. Боялся так, что его кидало в ступор и даже помнится как-то раз он беспомощно сидел на дереве как бродячий кот. Сейчас он только усмехнулся своему страху. Два пса вылетели с громким лаем из-за ближайшего памятника. Они даже не успели понять, что случилось — два белых пульсара сорвались с рук мертвого мага и псы упали замертво, чтобы через пару мгновений встать и следовать за своим новым хозяином.

Что-то шло не так, спустя пару дней стало тяжело сосредоточиться. Все происходило настолько плавно и почти не заметно, что он сначала не придал этому никакого значения. Он пытался изучать книги, но смысл написанного стал ускользать от него. Сначала приходилось перечитывать по несколько раз, а затем и это уже не помогало. Единственная книга, которая для него стала еще понятней — это все тот фолиант с черепом. Даже, кажется, появились новые главы, которых он не помнил. Были и другие изменения, спокойствие первого дня мертвой жизни стало сменяться приступами необъяснимого гнева на грани бешенства. Когда это стало невозможно игнорировать, он, в поисках ответа, начал перелистывать фолиант. И спустя недолгое время ответ был найден как раз в одной из глав, которых он не помнил.

Дождавшись ночи, он вышел на охоту. Накинув длинный плащ с глубоким капюшоном, он решил прогуляться по трущобам, благо его дом находился совсем рядом. Здесь обитало много всякого отребья, пропажу которого и не заметят, да и быть увиденным стражей шанс гораздо меньше.

— Эх сладкая сирень, — донеслось из соседней улицы.

Какое-то глубокое чувство зависти и гнева начало подниматься в нем. «Живет, дышит.» Когда пелена спала с глаз и его сознание вернулось к холодному и спокойному состоянию, он увидел, что результат его трудов болтался на собственных кишках. На удивление, все сработало, он опять вернул себе разум чистый и ясный как горный хрусталь. Он запомнил руны, которые были выведены на стене. В своей лаборатории он попытался расшифровать надписи, но получалась какая-то ерунда. Но, спустя уже пару часов, в лаборатории все начало повторяться опять, но уже не так плавно. На каких-то животных инстинктах он вышел из подвала своего дома и отправился на поиски. Сейчас он не сильно понимал, что ему нужно. Все было как в тумане. Просветление было еще короче, чем в прошлый раз. Вернувшееся сознание обнаружило что он обгладывает чью-то руку, сидя в углу лаборатории. Отбросив ее, он подошел к зеркалу и вопль обиды и горечи разнесся по помещению.

Приближалась ночь, и мы замерли в ожидании. Нам удалось найти дом нашего гуляющего мертвяка. Конечно, это ничего не гарантировало, но мы решили рискнуть и подежурить ночью у дома. Свет луны довольно ярко освещал двор перед домом. Внезапно в ночной тишине раздался скрежет камня, и одна плита фундамента дома отъехала в сторону. Сгорбленная фигура в темном балахоне вышла из темного провала. Походка была какой-то странной, как будто тело не совсем подчинялось хозяину. В руке у человека была рука. От которой он, не стесняясь, через пару шагов откусил палец и продолжил путь. Мы с Рудом, притаившиеся в кустах, перестали дышать, чтобы тварь не заметила нас. Тварь -довольно быстро пересекла территорию дома и одним прыжком перемахнула через забор.

— Что, мы ей позволим так уйти? — прошипел Руд.

— Ни куда она не уйдет, здесь его нора, он все равно сюда вернется, а если мы нападем на него сейчас, не зная даже кто это, он может и нас прикончить, и еще и сбежать отсюда, — прошипел я.

Альн, подошедший к нам и услышавший разговор, так же встал на сторону Руда:

— Он сейчас опять кого-нибудь выпотрошит.

— Да здесь постоянно кого-то убивают, но от того, что мы сейчас сдохнем в битве непонятно с кем, никому легче от этого не станет. — Начал злиться я.

Я понимал все их порывы, но и авантюризм такого нападения мог закончиться для нас очень плачевно. Единственная надежда была на холодный рассудок Артура. Слава Троим, Артур встал на мою сторону, и мы решили осмотреть жилище нашего монстра. Спустившись вниз, мы обнаружили когда-то вполне достойную лабораторию, совмещенную с библиотекой. Сейчас книги были разбросаны по всему полу, часть из них разорвана. На стенах и мебели были выцарапаны руны. На столе валялась полу-обглоданная рука. Артур что-то внимательно изучал на стоящем посередине лабораторном столе. Артур взял заинтересовавшую его книгу.

— Кажется, я нашел его дневник, — сказал он, не отрываясь от книги. Затем отлистал назад и начал читать.

— Судя по всему, наш парень хотел стать личом, но походу что-то пошло не так.

— И кто он сейчас? — задала повисший общий вопрос Анна.

— Изначально он стал умертвием, но теперь он еще почему-то стал терять разум, он сам пишет об этом. — Артур все также продолжал изучать записи.

— Здесь повсюду фигурирует какая-то книга.

— Ну, тут много книг, — сказал Альн, обводя комнату глазами.

— Нет, я думаю ту книгу он таскает с собой, и, судя по всему, я даже знаю, что это за книга.

Наступило утро, почти перед самым рассветом наш мертвый маг вернулся обратно в свое логово. Мы, так же притаившись с Рудом, наблюдали за его возвращением. Как только рассвело вернулся Артур, немного помятый, но довольный. Он с гордостью распахнул створки фургона и там лежал боевой доспех и дыхание дракона:

— Пришлось старика поднимать с постели. Ни в какую не хотел его давать, пришлось пообещать половину от нашей доли от трофея. Но это лучше, чем идти с голыми руками.

Небо начало заволакивать тучами и пошел мелкий моросящий дождь. Жребий сражаться в боевом доспехе выпал мне. Достав из фургона, мы собрали его, после чего я залез внутрь и подключился источником. Пошевелил руками и ногами, проверяя как реагирует на мои движения. Все было так, как нужно. Я взял в руку дыхание дракона и немного потряс, наслаждаясь его приятной тяжестью. Подойдя к плите, Руд с Альном просунули в щель конец огромного лома, а затем вдвоем налегли на рычаг. Плита заскрежетала и пошла понемногу в сторону. Сдвинув ее на половину, они отошли за меня. Я, встав сбоку от проема, засунул в него дыхание дракона и зажал ручку. Артефакт в мгновение выдал огромную струю пламени, которая с гулом понеслась вниз в лабораторию несостоявшегося лича. Оно скатилось по лестнице и залетело в дверной проем, разлетаясь по лаборатории широкой волной жаркого пламени, которое поджигало все на своем пути. Послышался крик, переходящий в вой. Я не отпускал ручку артефакта, что бы поток пламени не останавливался. Вдруг плита разорвалась мелкой каменной крошкой и еще пара белых пульсаров вылетели из проема, и мне пришлось отпрянуть. Потому что что-то мне подсказывало — именно такой превратил каменную плиту в осколки. И не очень бы хотелось принять его удар на себя, даже в доспехе. Следом вылетело нечто в пылающем балахоне. В него тут же полетели фаерболы, воздушные диски, пара костяных копий. Сначала существо пропустило пару атак от неожиданности, которые еще подпортили тело. Но затем стало отбиваться, принимая атаки на блеклый щит, возникающий перед ним по выставленной ладони. Атаковал он белыми пульсарами и пока только чудом ни в кого не попал. Артур, метнув свои копья, выхватил револьвер и начал стрелять, а Руд сразу начал разряжать ружье по мертвецу, пока даже не прибегая к магии. Мертвяку от такого шквала пришлось уйти в оборону и выставить перед собой призрачную пелену, которая принимала на себя все удары. Пока он отвлекался на выпады других, я добежал до него и нанес удар бронированным кулаком. Метил я прямо в костлявую голову. Но тварь успела вытянуть руку в направлении удара и поставить щит. Ощущение было такое, что ударил по толстенной металлической плите. Но меня это не остановило, я нанес еще пару ударов, чтобы у него не было времени атаковать. И как раз в этот момент Руд оплел его ноги плетью и дернул на себя так, что не удавшийся лич распластался на земле, широко расставив руки. Я не стал терять ни мгновения, упав на колени, прижал их своими, вдавив в землю. Монстр поднял голову до хруста в шее так, что его глаза поравнялись с моими, и, открыв рот, крикнул так, что даже в доспехе мою голову пронзила боль, как будто сотню раскаленных игл вогнали по всему черепу. Я инстинктивно отпустил одну руку монстра и нанес удар сверху вниз. Огромная тяжелая металлическая рука, ладонь которой была больше головы лича, в момент с хрустом опустила голову в землю. Хруст был слышен на соседней улице. Но надо отдать должное, тварь не перестала орать. Но ее крик был заглушен землей и уже не доставлял такой боли. Я снова прижал руку и навалился на него грудью, прижав голову вниз. Тяжесть доспеха играла мне на пользу, выбраться из-под меня не представлялось возможным.

Я услышал шаги и голос Артура:

— Придержи его, я сейчас все закончу.

После чего я увидел, что он заклинанием материализовал призрачный нож в руке. Он вспорол плащ со спины монстра, под ним на кожаном ремне болталась какая-то черная книга. Не долго размышляя, Артур начал наносить удары своим призрачным ножом по книге, пытаясь проткнуть ее насквозь. После первого удара подо мной был рывок такой силы, что меня даже немного подкинуло. Артур это ни капли не смутило, и он продолжал бить по книге призрачным ножом. Только прокричал мне:

— Держи, только что бы не вырвался!

Еще удар, и удар, внезапно труп замер и наступила тишина. Но я пока не рисковал отпускать тварь, посмотрел на Артура. Именно в этот момент книга завибрировала и из нее во все стороны начали выстреливать лучи силы, а затем, я не понял что было, но меня отбросило в сторону и протащило по земле, оставляя приличную борозду. Когда я пришел в себя и мое зрение восстановилось я увидел взволнованное лицо Альна надо мной.

— Ты как? — спросил он.

— Да вроде жив, насчет здоров не уверен. Тряхнуло знатно. Где остальные?

Альн немного притих, а затем сказал:

— Артуру очень сильно досталось.

Как раз сейчас его грузили в фургон Руд с Анной. Руд был хмур и сосредоточен, а у Анны бежали слезы по щекам, но она держалась, чтобы окончательно не разреветься. Артур раскис безвольной куклой, одна рука была вывернута в неестественном положении, его лица я не видел.

— Поезжай с ними, я дождусь вас здесь.

С этими словами я встал и начал выбираться из доспеха. Выбравшись, я сел рядом и прислонился к нему спиной. Я подставил лицо под освежающие капли моросящего дождя и выдохнул. Фургон уже тронулся, и я, проводив его взглядом, подумал: «Надеюсь с Артуром все будет в порядке.»

Глава 10

Прошло три дня со дня нашей, так называемой, победы. Артур все еще находился в лечебнице в крайне тяжелом состоянии. И если физические травмы ему убрали сразу, то оказалось, что еще и поврежден его источник. Анна целыми днями пропадала там же. Я знал, что такое могло рано или поздно с кем-то из нас произойти, но я думал, мы успеем подготовиться к этому хотя бы финансово. Позавчера мы с Альном сдали трофеи и за вычетом платы получилось по двадцать серебряных на каждого. Жаль в лаборатории ничего не уцелело, огонь уничтожил почти все. Меня очень удручало мое финансовое положение. Если так будет продолжаться, то на покупку заклинаний уйдет очень много времени, а теперь еще лечение Артура требовало денег. На первоначальном этапе запросили три золотых или шестьсот серебряных. Даже если мы все скинемся, столько не наберется. В первый же вечер посчитали, что на руках у нас примерно около трехсот монет. У Артура тоже почти ничего не было, так как он все отправлял своей семье. У нас было еще около недели времени, чтобы собрать нужную сумму, иначе источник уже будет не восстановить. Я даже сходил к капитану. Он пообещал помочь, но предупредил, что собрать больше ста серебряных вряд ли получится. Кто-то из магов рвался к могуществу и не пожертвует своим развитием ради спасения другого. А те, кто остепенились и завели семьи, сильно помочь не могут.

Сегодня пришло время для ответа моего друга из банды попрошаек. Поэтому вечером мне нужно быть в той таверне. И, если он не согласится, придется иметь тяжелый разговор с Альном и Рудом. Они, кстати, тоже пропадали где-то целыми днями. Ладно, я им не родитель, своя голова на плечах есть. Вечером того же дня я сидел за тем же столом, что и в прошлый раз. И надо отдать должное, чутье меня не подвело, он пришел. Только я успел об этом подумать, как тут же в моей голове пропело: -«А нюх как у собаки, а глаз как у орла.»

— «Откуда ты это все берешь?» —задал мысленный вопрос я.

— «Не твое собачье дело,» — сквозь хохот услышал я ответ. И наваждение пропало, я снова никого не слышал. Диар был в том же костюме. Чему можно было не удивляться. Сомневаюсь, что у него их хотя бы их два. В этот раз он быстро нашел меня глазами и сразу прошел к столу.

Сев напротив, он протянул мне руку и без лишних предисловий сказал:

— Я согласен.

В моей голове уже появился план как запустить свои руки в преступный мир города и добраться до торговца одаренными, а также по пути решить свои насущные проблемы. Я понимал, что мне нужно действовать довольно аккуратно, так как если мы быстро наберем силу, то нас быстро раздавят, чтобы не выращивать себе опасного конкурента. И началом пути Диара в преступном мире я выбрал трущобы. Очередная небольшая банда не привлечет там к себе внимания.

— Сколько людей ты сможешь увести с собой? — задал интересующий вопрос я.

— Человека четыре, может, пять. Все уже устали что их обдирают до нитки, трое из бродяг и два карманника. Все молодые.

Первый мой гипотетический вариант с вызовом на бой оказался нежизнеспособным, а то моего будущего компаньона просто прирежут в начале пути. Нужно действовать аккуратней, и так могут возникнуть проблемы, когда выяснится, что Диар ушел и забрал с собой людей. Могут даже снарядить карательную команду, чтобы другим не повадно было. Нужно будет подумать, как предотвратить это. И, побарабанив по столу пальцами, сказал Диару:

— Возьми пока двух или трех надежных парней, которые смогут удержать язык за зубами. Надо будет поработать в одну из ближайших ночей.

Обсудив еще какие-то мелочи, мы разошлись. Но пока мне было еще рано идти домой, и я отправился прямиком в трущобы. Где собираются контрабандисты, я узнал от стражников. И, кстати, стражники тоже там иногда отоваривались, так как ром здесь стоил дешевле,, но по понятным причинам внутри не сидели. Неместных, конечно, в этом заведении не жаловали. Вероятность нарваться на неприятности здесь очень высока, но проблемы требуют решения и деваться было некуда. Спустившись в трущобы, я двинулся к нужному мне заведению. И вот, пройдя пару улиц, я увидел «Свинарник Джека.» Самое интересное, что оно действительно напоминало какой-то сарай с большими воротами, створки которых были нараспашку. Внутри играла какая-то незатейливая музыка, под которую одна из компаний горланила довольно фривольную песню. Я не стал заходить внутрь, не то, чтобы я боялся, просто это не имело смысла. Накинув на себя ауру тени, встал в тени дерева неподалеку от угла здания. Из пьяных компаний постоянно кто-нибудь выходил отлить за угол. И временами были слышны довольно интересные разговоры. Вечер только перешел в ночь, как мои старания были вознаграждены.

Из ворот вывалились трое мужчин весьма характерной наружности. Что-то в них кричало, что у них проблемы с законом.

— Ладно, надо идти спать, а то завтра утром моя очередь на охрану вставать, — справляя нужду, сказал один из приятелей. — А то Гурнар шкуру с меня спустит, если я во второй раз приду снова пьяный.

— Да пошел в жопу этот Гурнар, строит из себя не понятно что! — воскликнул второй.

Приятели поддержали смехом и еще пару раз проехались по личности и сексуальным предпочтения Гурнара. После этого один из них, попрощавшись, побрел, качаясь, домой, а двое других решили вернуться обратно в заведение. Здесь мне было делать уже нечего, и я последовал за тем, что пошел домой. Я знал, что Гурнар — это правая рука главаря контрабандистов, а, соответственно, охраняют эти парни склад с контрабандой. Без труда проводив его до дома, я тоже отправился домой немного поспать. Утром, проснувшись еще затемно, я пришел и встал на углу так, чтобы меня не было видно, а мне была видна входная дверь дома охранника. Постоять, конечно, мне пришлось долго, в голову приходили опасения, что мой проводник просто перепил и проспал. Но спустя еще какое-то время мои сомнения развеялись, дверь открылась и из нее вышел тот, кто был мне нужен. Так как на улице было уже довольно светло, пришлось следовать за ним на таком расстоянии, что это было на грани потерять его из виду. Но, к моему счастью, никаких проблем не возникло, потому что голова мужчины была больше занята похмельем и возможной неприятной встречей с Гурнаром.

Зданием, которое они охраняли, оказались старые конюшни на окраине трущоб с небольшим пристроенным домиком, видимо, когда-то здесь проводила время обслуга лошадей. Территория была ограждена забором. Кто открыл дверь моему новому другу, не было видно, да и высматривать не было необходимости, все что я мог сейчас узнать, я узнал. Вернувшись домой, я лег досыпать в принципе довольный своей работой.

Проснувшись около обеда, я почувствовал себя вполне отдохнувшим. Быстро спустившись вниз и перекусив на скорую руку, я вернулся к себе в комнату и занялся тренировкой, прогоняя через различные заклинания резервы обоих источников. Тренировка продолжалась, пока не опустошил оба на половину. Не знаю с чем связано, то ли с травмой Артура, то ли действительно какое-то затишье, но пока работы для нас не было и нас никто не тревожил. Никого из ребят дома не было, и я решил прогуляться и проведать Артура.

Лечебницей было трехэтажное каменное здание, расположившееся в центре города. Я поднялся на второй этаж и у палаты Артура столкнулся с Анной. Вид у нее был очень уставший. Глаза, опухшие от постоянных слез, растрепанные волосы.

— Ну как он?

Она пожала плечами:

— Примерно все так же, большую часть времени спит. А когда просыпается, особо не разговаривает. Я написала своей семье с просьбой помочь, но я не думаю, что они успеют собрать и отправить деньги.

— Не переживай, мы обязательно что-нибудь придумаем, — взяв ее за плечи, сказал я.

Все-таки эти ребята стали мне довольно близки, и я невольно беру ответственность за них. С Артуром мне поговорить не удалось, он спал. Он заметно похудел и у него были огромные синяки под глазами. То, что я увидел, придало мне еще больше решимости в правильности моих будущих действий.

Ночью я перемахнул через забор конюшни и замер, прислушиваясь. Никто не заметил моего маневра, все было тихо и спокойно. В маленьком доме, пристроенном сбоку, безмятежно горел свет. Я подошел поближе к дому и попытался аккуратно заглянуть в окно. К сожалению, толком из-за занавесок разглядеть ничего не удалось. Главное, что меня интересовало, это количество охранников и чем они вооружены. И устроившись поудобнее и чтобы меня не было видно, я стал ждать. Довольно быстро мне удалось выяснить, что охрана, в основном, сидит в доме, коротая время за игрой в карты. Время от времени кто-то один проигравший выходит на обход территории, делает круг и все повторяется опять. В руках у охранника было двухзарядное ружье, поэтому буду рассчитывать, что такое есть у каждого. Решив, что я достаточно увидел, я решил посмотреть, что находится на самом складе. Поднявшись по лестнице на крышу и пройдя так, чтобы не свалиться, до ближайшего окна в крыше, попытался его открыть. Было видно, что крышка заперта на крючок изнутри. Достав из-за пояса свой нож, я просунул его до рукояти ниже крючка и стал, не спеша, поднимать его вверх. Вот я уперся в крючок, пришлось приложить чуть по больше силы и запор звякнул тихим металлическим звуком, и дорога была открыта. Спустившись вниз, я стал бродить по складу и смотреть что можно здесь позаимствовать. К моему удивлению ничего интересного здесь не было. Какие-то доски, парусина и всякий хлам. Складывалось такое ощущение, что это не склад контрабандистов. Я прошелся туда-обратно и внезапно в одном месте земля подо мной сыграла. Я не много разгреб землю и под ней был деревянный настил. О, это уже выглядит интересно. Не став ничего открывать, я притоптал взятую землю обратно. Я уже собирался выбираться наружу, как вдруг раздался скрип дверей. Я замер, присев в углу и накинув ауру тени. Освещая масляным фонарем себе дорогу, который он нес чуть выше головы, зашел один из охранников. В другой руке у него было ружье. Он нес его так, что даже при всем желании быстро воспользоваться им не получилось бы. Пройдя по центру конюшни и не обнаружив ничего подозрительного, развернулся и ушел. Я облегченно выдохнул и стал выбираться наружу.

Не став откладывать дело в долгий ящик, на следующую ночь я стоял недалеко от конюшни. С Диаром я заранее договорился о месте встречи и теперь ждал. Послышался приближающийся цокот копыт, и я натянул на лицо платок и кепку сделал пониже, не стоит, чтобы все знали меня в лицо. Вместе с Диаром были еще два парня, примерно его возраста. Я коротко объяснил, что от них требуется и велел им ждать, пока ворота не откроются. Я в точности повторил свой вчерашний путь и, перескочив через забор, затаился в тени у угла дома. Все было тихо. Дождавшись, когда один из охранников выйдет на обход, я прямо из тени протянул к нему руки и схватил одной рукой за шею, а другой зажал рот, два раза ударил касанием. Ноги сторожа подкосились, и я почувствовал, что он всем весом повис на мне. Стараясь не шуметь, я положил тело на землю, подобрал выпавшее из рук ружье и отправился в дом. Зайдя в дом, приложил по затылку прикладом сидевшего ко мне спиной. У третьего в глазах мелькнуло понимание что происходит, и он дернулся за ружьем.

— Даже не думай! — прорычал я. Тот замер и поднял руки.

— Валил бы ты, парень, отсюда. Ты не знаешь с кем связался, — не сводя с меня взгляда, проговорил он. А затем добавил: —Тебя, как свинью будут резать, а ты…

Договорить я ему не дал, вырубив прикладом. Я связал охранников и открыл ворота, помахав сидевшему на козлах Диару. Лошади, не спеша, тронулись и затащили телегу на территорию, по моим подсчетам до конца смены часа два с половиной или три. Пока двое парней, которые были с Диаром, закрывали ворота, чтобы не было лишних глаз. Мы вдвоем уже отбрасывали землю с деревянного настила. Ну что сказать, мы не прогадали, вскрыв пару первых ящиков из тайника, мы обнаружили ром, какое-то вино. Рядом была смотанная в рулоны кожа, даже пара ящиков табака и каких-то специй. Мы загрузили все ящики в телегу и, закинув парусиной сверху, выехали из конюшни. Диар пообещал, что они спрячут товар. А потом поищут кому реализовать его. Когда мы уходили, охрана еще была без сознания. Но задерживаться не стоило, скоро могла прийти смена. Расставшись на границе трущоб со своими новыми подельниками, я отправился домой. Уже начало рассветать, но город еще спал. Заметив недалеко по улице идущий на встречу патруль из пяти стражников, решил свернуть в переулок, чтобы не столкнуться с ними лоб в лоб. Мало ли кто из них меня знает. Тем более, думаю, у контрабандистов есть связи в страже. И когда будут искать куда делся товар, обязательно поинтересуются у этих ребят видели ли что-то подозрительное. Как забавно порой жизнь меняет всех местами. Прошмыгнув в свою комнату, чтобы меня никто не видел, я упал на кровать, сон пока никак не шел, видимо, сказывалось напряжение ночи. Прошло ничем не примечательных два дня, только один раз мы втроем выходили на убийство. Сначала стражники подумали, что мужика истерзала какая-то потусторонняя тварь. Весь дом был в крови, а тело изъедено местами. Но оказалось все проще, мужик держал трех псов для собачьих боев. Ну, в общем, питомцы в один момент вышли из-под контроля. На утро третьего дня в дверь постучался курьер, который принес мне записку с местом встречи. Все было коротко: место, время и подпись Д.

— Почти весь товар удалось спихнуть купцу, который уже отплывал, конечно, пришлось сделать скидку, но теперь концов не найти. — С этими словами достал небольшую тряпочку. И, развернув ее, подал мне золотую монету. Для обычных людей золото было чем-то очень далеким.

— Как договаривались, одна треть тебе. Одна нам, а одна на общие расходы.

— Три золотых, очень даже неплохо. — Проговорил я, убирая золотой в карман куртки.

— Да, парни довольны, они таких денег отродясь не видели, — закивал Диар.

— Ты оставил пару ящиков как мы договаривались?

— Да. Хотя и не очень понимаю зачем, их можно было очень дорого продать.

— Увидишь.

Мы с Диаром загрузили остатки в телегу и поехали на окраину трущоб. Здесь хозяйничала одна небольшая банда, человек семь-восемь, ничего серьезного. Для моих людей, как и для растений, требуется место под солнцем, поэтому надо кого-нибудь убрать. Мы остановились около небольших лавочек, торгующих всем подряд, что-то спрашивали о товаре, предлагали свой вымышленный. И наконец привлекли внимание местной фауны. Двое парней бандитской наружности стали, не спеша, следовать за нами, благо скорость телеги позволяла. Когда мы подъехали к очередному магазину. Я толкнул Диара и сказал:

— Пошли вместе.

Он сначала не понял, но послушно последовал за мной. Заходя в магазин, я шепнул ему, чтобы не вздумал догнать телегу. Мы успели пройти пару шагов, как услышали крик и удары хлыста на улице, затем ржание лошади. Диар выскочил на улицу и побежал за уезжающей телегой, что-то крича. Но мой приказ он запомнил и остановился расстроенно, махнув рукой.

Я только улыбнулся, как оказалось все предсказуемо. И, зная этих парней, сегодня они напьются в хлам. Осталось только помочь ограбленным найти остатки своего имущества.

А для этого Дас и Корт, которых Диар взял с собой на ограбления, уже с утра ходят по разным тавернам и обсуждают нужную нам тему. Народу там сейчас немного, но кто нужно их разговор услышит.

— Хромой, говорят, людей в банду набирает, хочет еще кусок трущоб оттяпать, — не стесняясь, заявил Корт своему приятелю.

— Да куда ему, он же гол как сокол, так, ночью только кого-нибудь на пику посадить да кошель вывернуть, — отмахнулся Дас. Играли парни на славу, да и уже третий кувшин вина в разных местах давал о себе знать.

— Нее, говорят, он какое-то дело провернул, денег теперь у него достаточно. Говорят, даже мага кого-то нанял, — при этих словах Корт так активно жестикулировал руками, что чуть не свалился со стула.

— Ой, да хорош заливать, мага. Так, может какой одаренный и прибился в поисках лучшей жизни. Ладно, пойдем, нам пора уже домой.

И парни нетвердой походкой покинули таверну.

Солос сидел у себя в кабинете. Удобное мягкое кресло обволакивало и успокаивало. По крайней мере раньше. Сейчас в голове он прокручивал варианты своих действий. Произошедшие события ему очень не нравились, и на это было несколько причин. Во-первых, нужно менять расположение склада, во-вторых, материальные издержки, ну и, наконец, удар по репутации очень серьезный. Если он не найдет виновника этого, то многие подумают, что он сдал и попытаются откусить кусок от его дела. Причем, возможно, этот кто-то будет из ближайших соратников. Например, тот же Рон, молодой, амбициозный, иногда чересчур горячий, но это пройдет. Стоило только вспомнить его, как в дверь раздался стук и зашел его правая рука Рон. Молодой мужчина с волевыми чертами лица, черные вьющиеся волосы, нос с горбинкой и карие глаза. Солос взглянул на него и про себя подумал: «еще год или два, и надо добровольно оставлять на него дело». Вслух он ничего не сказал, лишь вопросительно взглянул.

— По городу ходят слухи, что это Хромой обчистил нас.

— Хромой? Ты уверен? Я вроде думал, ему первой нашей встречи хватило, когда он получил по своим ушам.

Была одна история, когда Хромой только собрал банду и замахнулся на кусок, который был ему не по зубам. Именно тогда Хромой стал Хромым. — Ну пойдем, наведаемся в гости к Хромому и проверим, правдива ли людская молва.

Спустя пару часов, Солос стоял перед домом Хромого на окраине трущоб. Небольшой двухэтажный дом когда-то переживал лучшие времена, но не сейчас. Один из людей Хромого вывалился на улицу и ему бы надо было поднять тревогу, но он был так пьян, что доже не понимал, что происходит. Солос вырвал у него бутылку из рук и, посмотрев на бутылку, зарычал:

— И давно вы, свиньи, стали пить вино по три серебряных за бутылку! — после чего толкнув того в сторону.

— Хромого живым, остальных в расход, — скомандовал он своим людям.

Спустя десять минут все было кончено, а визжащего Хромого выволокли на улицу. Пара костоломов Солоса связали и заткнули ему рот тряпкой, после чего бросили в фургон. Я наблюдал за всем этим без какого-либо сожаления. Во-первых, Хромой был редкостным ублюдком, а с другой стороны, путь мага не бывает гладким, если только ты не из богатого рода и когда тебе не нужно поступаться с моралью. Да и там не все так просто, дело в том, что у богатых своя мораль, которая не распространяется на обычных людей.

Когда все разъехались, мы вшестером зашли в дом. Весь пол был залит кровью, все были настолько пьяны, что их зарезали как поросят без всякого сопротивления. Телегу с лошадью нашли за домом, ее еще не успели продать. Погрузив тела на телегу, двое из парней Диара уехали к реке. Я все также при посторонних надевал платок и просил Диара называть меня другим именем. Мы условились что меня зовут Грост, я одаренный и помогаю Диару за процент. Так сказать, свободный художник. Диар забрал с собой пятерых парней и одного оставил ушами и глазами на рынке. Чтобы, если задумают покарать беглецов и вернуть бывших попрошаек, мы об этом вовремя узнали и успели подготовиться.

Часть денег от налета была потрачено на покупку оружия. Пять револьверов с патронами и два двухзарядных ружья. Можно было бы забрать ружья охранников, но тогда был бы риск погореть в будущем на какой-то мелочи. И мы не стали рисковать. Единственный вопрос, который теперь меня мучал, как быстро нам придется показать зубы, чтобы защитить свое место под солнцем.

Пообещав заглянуть к ним завтра, я ушел домой. Надо отдать должное моей интуиции, проблемы начались уже на следующий день. С самого утра в дом к Диару вломились трое мужчин. Сказали, что они от Кузнеца, и чтобы все выметались из дома до обеда, а если нет, то они станут их подружками на вечер, а затем их тела всплывут где-нибудь вниз по течению с перерезанным горлом. В разговоре с Диаром я выяснил, что мужики были довольно свирепого вида, которым вскрыть горло вчерашним пацанам от уха до уха не составит труда. Парни, которые пришли с Диаром, долгое время жили на улице и их таким не испугаешь, но по лицам было видно, что предстоящее столкновение их беспокоит. Я пришел почти в обед и поэтому визита гостей оставалось ждать не так долго. Встав у окна, я стал наблюдать. И вот из проулка на противоположной стороне улицы появилось шесть человек. Они шли довольно уверенно и не было сомнений, что шли именно к нам. Они поднялись по крыльцу и зашли в дом.

— Я так смотрю, вы меня не поняли, мелкие ублюдки, — пророкотал один, открывая входную дверь.

Я вышел вперед, на моем лице все также был платок, а голову закрывала кепка.

— Разве так заходят в гости?

— Что личико спрятала, принцесса? — продолжал глумиться здоровенный детина. Одновременно с этим он потянулся и схватил меня за воротник куртки. Но больше он ничего сделать не успел. Я активировал заклинание демонической руки и со всего размаху полоснул ей по его ухмыляющейся роже. Результат был очень хорош, помимо разодранного лица еще неплохо обожгло демонической аурой. От чего лицо местами почернело. Кровь брызнула во все стороны. От боли он выпустил меня, но пока еще не понял, что произошло, выхватив нож, бросился на меня. Но наши шансы уже были не равны, а проблема была в том, что кровь уже текла так, что застилала глаза. Бандиту приходилось сражаться вслепую. Я шагнул в сторону, чтобы он не зацепил меня ножом и, достав револьвер, выстрелил ему в ногу. Тот сразу кулем свалился на пол и застонал. Остальные были помладше и увидев, как разделались с их вожаком, немного попятились. Да и моя рука наглядно показывала, что перед ними одаренный и что я еще могу выкинуть никто не знает. Пока они не пришли в себя, я громко скомандовал Диару:

— Двоим стреляй по ногам и пускай убираются отсюда.

Прозвучало два выстрела из револьвера и двое с руганью завалились на пол, присоединившись в хоре к своему главарю.

— А теперь забирайте своих и валите отсюда. В следующий раз сунетесь — не выживет никто, считайте это предупреждением, — уже вдогонку договаривал я. Быстро же они.

— Как думаешь, вернутся? — поинтересовался у меня Диар.

— Думаю, что соберут человек пятнадцать, и попытаются либо сжечь этот дом, либо просто вас убить.

— Что будем делать?

Мы отошли с ним в сторону от других парней, чтобы они не видели кто принимает все решения. Хотя даже из предыдущей стычки любому внимательному наблюдателю понятно кто лидер.

— Выбор у нас небольшой, нанесём им удар первыми сегодня вечером. А до вечера пока отдыхайте, но пусть кто-нибудь наблюдает за улицей. Вечером встречаемся у горбатого моста.

Как я и предполагал, на выстрелы никто не обратил внимания, тем более приглушенные стенами дома. У местных людей нет привычки совать свой нос в чужие дела, особенно, если есть вероятность остаться без этого самого носа. Отойдя немного от дома, я сдернул платок, так, конечно, долго продолжаться не могло, надо придумать, что делать со своим лицом. Рано или поздно все равно увидят, а потом, с течением времени узнается, что я охотник. С такими невеселыми мыслями я вернулся обратно в дом. За пару дней моего постоянного отсутствия меня никто не хватился. Анна все так же пропадала у Артура в больнице, а Альн с Рудом тоже носились где-то по своим делам.

Решив пообедать и сев за стол, я услышал две пары быстрых шагов, поднимающихся на крыльцо. В дом ввалились довольные Альн с Рудом. Их лица светились успехом.

— Что такие довольные? — вместо приветствия спросил я.

— С утра стражник пришел и сказал, что нашли разрыв. Вас не было, вот мы и решили не ждать. Вот и закрыли разрыв вдвоем. Там он пустой был, его в одном из колодцев увидели. — Начал очень возбуждённо пересказывать Альн.

— Мы и забросили туда печать на веревке, а потом достали, вот планируем сдать.

Меня начало трясти.

— Вы с ума что ли сошли, — взорвался я.

— Мало вам одного при смерти, вы тоже следом собрались.

Видимо, напряжение последних дней сказалось на мне, и я не смог сохранить свое хладнокровие. У парней удивленно вытянулись лица, в таком состоянии они меня видели впервые.

— Ну мы это, — начал оправдываться Руд, но я лишь махнул рукой и пошел к себе в комнату, аппетит напрочь отбило. Я понимаю, что парни хотели как лучше, но зачем рисковать, когда этого можно не делать.

— И да, отдайте Анне еще это, — положил на стол золотой и свои остатки серебра. — А мне нужно поспать.

Руд с Альном переглянулись и сгребли все монеты в кошель. Радость на их лицах было не скрыть ничем, ведь теперь денег хватало. Мы успели. Пытаясь одновременно протиснуться через дверь, они вывались наружу. Я лишь улыбнулся, поднимаясь по лестнице. Все-таки они еще совсем дети. Зайдя в комнату и сев на кровать, я выпрямил ноги, они нещадно гудели. Надо помыться, должно стать полегче. С этими мыслями я уснул. Проснувшись к ближе к вечеру, я все-таки помылся и, поужинав, накинул плащ и выдвинулся из дома. Парней дома еще не было. Один из соседей ужинал, когда я спускался вниз. Мы поприветствовали друг друга. Надо будет как-нибудь познакомиться с соседями. Выйдя на улицу, я поймал экипаж и отправился поближе к обговоренному с Диаром месту. Наша новая банда ждала меня уже на месте, я, как и прежде, предусмотрительно навязал платок на лицо. Конечно, такое долго не могло продолжаться. Двойная жизнь рано или поздно даст трещину. На этапе становления я планирую им помочь своими активными действиями, а дальше уйти в тень. Скажем так, эти ребята будут основной моей опорой в финансах и в делах, которые не требуют огласки. Банда Кузнеца располагалась на заброшенной мануфактуре. Занимались они тем, что собирали дань с торговцев на их земле, да еще тут недалеко был один бордель под их покровительством. Я думаю, после сегодняшнего происшествия они обязательно соберутся здесь. Накинув ауру тени и стараясь двигаться по наиболее темным участкам, отправился вовнутрь. Остальные пока ждали снаружи. Внутри было темно, свет начинался только в той части мануфактуры, которую использовали как жилье. Подойдя ближе, я услышал разговор.

— Этот идиот сам виноват, я не давал приказа, а он самостоятельность, видите ли, решил проявить, — говорящих я не видел, но внутреннее чутье мне подсказывало, что этот разговор касается именно нас.

— Тем более парни оказались с зубами, и прибить-то мы их прибьем. Только уже трое наших ранены, а скольких еще могут.

— Но, если мы не отомстим, другие могут подумать, что мы ослабли. — Возразил другой голос.

— Плевать кто что подумае, т пока никто не рискнет к нам соваться. А вот если мы потеряем еще нескольких бойцов, то тогда уж точно шакалье налетит. Тем более, если выяснится, что у них там одаренный, то, я думаю, их раздавят и без нашего участия. — Продолжал первый голос. Услышав разговор, у меня спал камень с сердца, все-таки если начинать с массовых убийств, то можно привлечь нежелательное внимание. Да и своих парней можно было здесь потерять. Я, довольный, выбрался обратно и сказав, что карательный рейд отменяется, отправился восвояси.

Спустя пару дней выписали Артура. Ему, конечно, понадобится еще время для восстановления, но все-таки лекари сказали, что уже все будет нормально. Как раз, думаю, окрепнет к нашей очереди на выездное патрулирование прилегающих к городу территорий. Артур очень был рад меня видеть. Анна рассказала ему, как мы все собирали деньги на его лечение. По этому поводу мы решили закатить праздник и отправились в одну из таверн. Только к утру, распевая песни и хохоча, мы все впятером вернулись домой.

Диар с парнями пока осваивались на своей новой земле, но особых проблем не было. Я попросил Диара в первое время сильно не высовываться. Денег от первого налета должно пока хватить. А собирать деньги за покровительство на этой территории было не с кого. Одна лавка, и та которая, как и ее хозяин, уже одной ногой за гранью. Я заложил первый кирпичик в фундамент моего будущего финансового благополучия. Теперь пора подумать и о своем дальнейшем развитии.

Эпилог

Я стою в своем саду духа, но я не медитирую. Но все в точности как наяву.

— «Это и есть твой сад,» — раздался голос откуда-то из источника. Я подошел ближе и заглянул в источник. На меня смотрело мое отражение. Вся внешность была точь-в-точь как у меня, да даже одежда такая же. Только глаза были ярко-зелеными.

— «Ну что ты так на меня смотришь? Иль не узнал своего нового соседа?» — с довольной ухмылкой спросило отражение.

— «Да нет, я уже догадался.» — Буркнул я, и я действительно догадался, не так много лишних личностей живут у меня в голове, время от времени подовая голос.

— «Ну и замечательно!» — продолжало улыбаться мое отражение. Такая улыбка делала его или мое лицо немного жутким.

— «Чего тебе надо?» — после моего вопроса парень в отражении расхохотался. Затем просмеявшись сказал:

— «Ты выдернул меня из коридора душ, ты пользуешься моим садом и источником. И с таким гонором задаешь мне этот вопрос. Ничего в этой жизни, да и в другой тоже, не достается просто так. За все есть своя цена.»

— «Ну, как понимаю, деньги тебя не интересуют?» — задал комичный вопрос я.

— «О нет, конечно же, нет. Все мы желаем то, чего у нас нет. А что может желать бестелесный призрак?» — он вопросительно посмотрел на меня.

— «Чувство юмора получше?»

— «Я понимаю твой сарказм, но мне нужно тело. Я хочу тело, хочу снова жить, чувствовать, желать!» — отражение отвернулось от меня и расхаживало взад-вперед, предаваясь этим рассуждениям.

— «А от меня ты чего хочешь?»

— «Я предлагаю тебе сделку. Ты мне найдешь достойное тело, которое подойдет мне, а тебе останется и сад, и источник, и исчезнет голос в голове?»

— «Зачем мне это? Голос я твой потерплю, а садом и источником я и так могу пользоваться.»

— «М-м-м,» — покачивая плавно рукой из стороны в сторону, продолжало отражение.

— «Не все так просто. Видишь ли, у нас одно тело и, если ты не согласишься, скажем так, я иногда буду им пользоваться.»

— «Ну да, так я тебе и поверил.»

— «Не торопись, подумай, а что бы тебе лучше думалось — прогуляйся немного.»

— «Что?»

Я успел только озвучить свой вопрос, как я тут же открыл глаза, проснувшись. И можно было бы подумать, что все сон, если бы не одно «но». Я стоял на улице в одних штанах и рубахе. Хорошо, хоть людей ночью никого нет. Мои босые ноги чувствовали холод брусчатки. Я попытался сориентироваться, место вроде бы знакомое. Черт, я где-то в центре, отсюда прилично идти до дома пешком. Я повернулся в нужную мне сторону и пошел быстрым шагом. «Вот же урод, — подумал я, — мог бы и ботинки одеть».

Вирс стоял в коридоре и потел. Ему предстоял очень неприятный разговор с Луи Монетой. А все проблема в том, что этот наглый сопляк Диар свалил, но ладно бы он один убежал. Эта же сволочь прихватила еще четырех с собой. А потеря стольких людей не могла остаться незамеченной. Как уж он не тряс оставшихся, но денег получилось сдать чуть ли не в половину меньше, чем раньше. Наконец, решившись, он постучал в дверь и замер. Небольшая пауза показалась чуть ли не вечностью. Затем из-за двери раздался мелодичный голос:

— Войдите.

Вирс открыл дверь и перешагнул порог, не решаясь сделать хоть какое-то лишнее движение.

— А, Вирс, ну что же ты замер, проходи ближе, — все с той же интонацией продолжал щеголеватый молодой мужчина, сидящий за столом. Рыжие длинные волосы были забраны в конский хвост. А синий костюм на нем был сшит по последней моде. Он, положив локти на стол и подперев тыльной частью ладоней подбородок, смотрел на Вирса. И если не знать, как быстро меняется расположение духа Луи, то можно было принять ошибочное решение о том, что все в порядке. Вирс сделал еще два неуверенных шага вперед.

— Ближе, не бойся, — ласковым тоном продолжать увещевать он.

— Расскажи мне, почему выручка от вас упала? Я думал, ты хочешь обратно, а не ходить оставшуюся жизнь и трясти попрошаек.

— Там у нас просто так получилось. Но мы все исправим, я прослежу.

— Исправишь? А правду ли говорят, что от тебя люди сбежали?

Вирса пробил холодный пот.

— Да, но я их найду.

— Конечно же найдешь! — в этот момент Луи вскочил со стула и конец фразы он уже орал Вирсу в лицо. — А если не справишься, то тебя самого где-нибудь найдут.

Затем, как ни в чем не бывало, сел обратно за стол и продолжил уже спокойным голосом.

— Тебе три седмицы на поиски. Все, пошел вон.

Вирс на прямых ногах, пятясь, вышел из кабинета. Вроде бы пронесло, мог бы и без пары пальцев уйти. Ну, мелкий ублюдок держись, когда я тебя найду.