За истиной

Глава 1 неоправданные ожидания

Между мрачных стен тесно прижавшихся друг к другу многоэтажек, шаги отдавались глухим эхом в тесном проулке по вечерним улицам, а капли весеннего дождя падали на блузу, цеплялись за медово‑русые пряди.

В один из этих домов зашла Эмилия. Поднимаясь по грязной лестнице, она не торопясь идет на свой этаж, но каждая ступень давается с трудом из-за усталости.

Зайдя в маленькую квартиру, девушка выдохнула, сняла обувь и отправилась в ванную, чтобы переодеться в домашнюю одежду, и наконец, без сил упасть на кровать.

В голове крутились мысли о визите хозяйки, об аренде, о том, как после восемнадцатилетия мечты рассыпались, словно песок сквозь пальцы.

Эмилия, надев домашние штаны и рубашку, легла на кровать без сил, но в душе было тепло, казалось, перемены совсем близко.

Глава 2 следуй за мной

Резкий стук в дверь разбудил Эмилию. Она сонно посмотрела на часы. «Уже утро? Я совсем не выспалась», — ещё заторможенно раздалось по квартире. Стук не прекращался. «Иду!» — крикнула она раздражённо и, открыв дверь, застыла в недоумении: на пороге стояла тринадцатилетняя девочка.

Кареглазая, босоногая, в лёгком белом летнем платье, будто не замечая весенней сырости. Прежде чем Эмилия успела спросить, кто она и что нужно, девочка неожиданно произнесла: «Ты устала, да? Пошли за мной!» — и стремительно побежала вниз по лестничной клетке.

Эмилия на мгновение замерла, ощутив странное опустошение — будто вместе с этой маленькой незнакомкой из квартиры уходило что‑то спокойное, гармоничное, давно забытое. «Стой! Я не могу так быстро!» — крикнула девушка и, не раздумывая, в домашней пижаме бросилась следом.

Час или два спустя они выбежали на опушку леса. Эмилия запомнила каждую деталь пути, поворот и проспект. «Вот и всё, а мне пора!» — весело крикнула убегающая девочка и оставила на пеньке пару необычных кексов — с карамельными крыльями.

Вкус оказался таким же удивительным, как и сама встреча: сладкий, с лёгкой горчинкой, пробуждающий забытые детские воспоминания.

Через время Эмилия краем глаза, заметила рыжее пятно в кустах. Но повернувшись, увидела лишь ветви и лисья малины. «Я тебя видела, кто бы ты ни был», — спокойно сказала она, будто, тут увидеть что-то, маленькое, неизвестное, следящее за ней — норма. На поляне было удивительно тепло, уходить совсем не хотелось, но ближе к двум часам дня Эмилии пришлось вернуться в реальность и отправиться домой.

Она неторопливо шла по оживлённым улицам, не обращая внимания на осуждающие взгляды прохожих. Мысли крутились вокруг одного: почему не позвонила хозяйка? Но вскоре девушка смирилась с этим вопросом и отпустила его. Придя домой, она почувствовала, как наваливается усталость — и уснула прямо на полу, в грязном от земли пижамном костюме.

Глава 3 отголоски сна в серых стенах

Проснувшись, Эмилия с удивлением обнаружила себя в кровати. Заваривая кофе, она пыталась понять, как оказалась здесь. Постепенно её окутывала мрачная обстановка квартиры, но сейчас это не имело значения. Девушка вдруг осознала: встреча с девочкой была прекрасным сном.

Аромат свежесваренного кофе наполнил комнату. Уже рассвело, и в дверь постучали. Эмилия встрепенулась — ощущение лёгкости из сна всё ещё витало в воздухе. «Я бегу, подожди!» — взволнованно доносилось из комнаты, пока она торопливо одевалась.

Но за дверью вместо милой девочки оказалась пожилая и явно недовольная хозяйка квартиры. Ошеломлённая, Эмилия молча впустила женщину. Та мрачно оглядела помещение, сделала пару едких замечаний насчёт чистоты, взяла положенную сумму и ушла.

«Как же это всё меня достало уже!» — пронеслось в голове у девушки, когда она без сил сползла по стене. Старинные часы ритмично тикали, за окном пели птицы, лучи солнца озаряли город, пробуждая его к новой жизни. Посидев немного, Эмилия собралась с силами и отправилась на работу.

Глава 4 знакомые тени

Сегодня всё шло по привычному сценарию. Спустя полчаса после начала смены Марк вошёл в кафе, сел за стол и стал ждать. Эмилия подошла, поздоровалась. «Мне как обычно, пожалуйста»,— спокойно произнёс он. Девушка кивнула и направилась на кухню.

Вскоре аромат свежесваренного кофе наполнил помещение, следом был готов круассан. Эмилия принесла заказ. Покупатель расплатился, оставил чаевые, улыбнулся ей и приступил к завтраку. Его каштановые волосы блестели в солнечных лучах, а от одежды едва уловимо пахло корицей. Закончив, он пожелал коллективу удачи и ушёл.

— Странный, — поделилась Эмилия с Миленой. — Каждый раз сначала оплатит, а потом ест.

— Ну главное, что ходит. Кстати, каждый день. Как думаешь, он всегда будет приходить? — спросила подруга, слегка сжимая фартук пальцами.

— Марк ходил ещё до того, как я сюда устроилась. Работаю почти четыре года — и каждую смену вижу его здесь.

— Эмми, а может, он в кого‑то из нашего коллектива влюблён? — подмигнула Милена. У Эмилии по спине пробежал холодок. «Ты серьёзно думаешь, что успешный парень полюбит кого‑то из нашего кафе?» — ответила она, стараясь не выдать волнения.

— Ну какой он успешный? Обычный парень. У нас таких полгорода, — с лёгкой обидой заметила Милена, но улыбнулась. Их разговор прервала нахлынувшая толпа посетителей — жизнь в кафе закипела.

Ближе к вечеру, когда зал снова опустел, девушки отправились в комнату персонала перекусить. Эмилия с тоской посмотрела на обед коллеги — аппетитное пюре с котлетами выглядело невероятно соблазнительно на фоне её лапши быстрого приготовления.

— Так ты чего не сказала‑то? Я бы и тебе принесла! У меня муж много наготовил — завтра угощу, — предложила Милена.

— Да что ты, не нужно. Сами ешьте, у вас семья большая, детям полезнее будет, — смущённо отказалась Эмилия, покручивая прядь волос.

— Так я же говорю — у нас много! Принесу завтра, и это не обсуждается. А то глядишь, желудок испортишь, если одну лапшу есть будешь. Эмилия лишь кивнула и принялась за еду. В самом деле, она уже давно не ела нормальной домашней пищи — зарплаты едва хватало на аренду.

— Я вот что думаю… Может, накопить и в деревню уехать? Или хотя бы в город поменьше? У нас тут цены вон какие, — задумчиво произнесла она.

— Сдурела что ль? Ты на пять картошин и пакет молока накопить не можешь! Куда тебе? А мы как будем? У нас сотрудников нет — я одна что ли целый день работать буду? — возмутилась Милена.

— Ну да, ты права, наверное… А так бы хотелось… Чего мне тут делать одной? — огорчённо вздохнула Эмилия.

Внезапно в её сознании промелькнули силуэты двух людей — девушки в платье и парня в костюме. Она сразу поняла, кто это, даже не разглядев лиц. Быстро протерев глаза, пытаясь прогнать видения, девушка продолжила есть.

Глава 5 ожившие воспоминания

— Так, девушки, доедаем — и на собрание! — раздался голос Петра Семёновича, владельца кафе. Рядом с ним стоял Алексей Владимирович, его заместитель.

Девушки переглянулись, не понимая, что случилось — визиты начальства были большой редкостью. Поскорее закончив перекус, они направились в зал.

— Как думаете, стоит ли вводить новое блюдо? — спросил начальник, спустя несколько минут молчания, глядя на напряжённые лица сотрудников.

— Вы серьёзно только ради этого нас собрали?! Я уже подумала, что кафе закрывать пора! Вы нас больше так не пугайте! — выдохнула Милена, разжав кулак. Остальные согласно закивали.

— Вы должны быть всегда готовы к моему приезду, чтобы подобные ситуации вас не шокировали, — твёрдо произнёс Алексей Владимирович.

Воцарилась тишина. Все обдумывали слова начальства.

— Может, начать готовить пирожные «Феникс»? Для символичности? — неуверенно предложила Эмилия. Ей было страшно — вдруг идею не воспримут всерьёз? — Можно, например, кексы с карамельными крыльями, — добавила она, заметив, что весь коллектив смотрит на неё. В кафе снова нависло безмолвие.

Глава 6 дождь помнит тот танец

— Прекрасная идея! Маргарита, вы как повар согласны с данным нововведением? — воодушевлённо спросил владелец.

— Очень хорошая идея, Пётр Семёнович! Можно сделать их разных вкусов: «Феникс в клубнике» — сразу понятно, что с клубничным джемом, или «Шоколадный Феникс». Молодец, Эмилия! — с искренней радостью отозвалась повариха, хлопнув в ладоши.

Эмилии стало немного стыдно от такого внимания. Она неловко улыбнулась, заправила прядь волос, выбившуюся из причёски и отпустила взгляд.

— Отлично, значит составляйте список продуктов. Я сделаю небольшой заказ для пробы. Завтра с утра Алексей Владимирович приедет на дегустацию. Если хорошо приготовите — рисуйте вывеску о новом блюде! — объявил владелец, надевая пальто и поправляя шляпу.

Коллектив поблагодарил Эмилию и все разошлись по местам. А та, в свою очередь, осталась сидеть, по‑прежнему разглядывая свои ноги и крутя прядь волос. Милена подошла к ней:

— Эми, слушай, а как тебе в голову это вообще пришло? — спросила, удивлённая таким предложением напарницы.

— Да не знаю, честно говоря, — ответила девушка, но во рту появился предательски сладкий вкус тех кексов с поляны. Воспоминание на мгновение перенесло её обратно — она будто снова ощутила тепло солнечного дня, услышала шелест травы, увидела улыбку загадочной девочки и странное рыжее пятнышко. Сердце ёкнуло: а вдруг это был вовсе не сон?

Вскоре наступил вечер. Работники начали собираться домой — покупателей больше не было, и решение уйти на несколько минут пораньше обрадовало весь коллектив. Эмилия накинула пальто, попрощалась с коллегами и вышла на улицу.

Она шла по проспекту, когда‑то оживлённому, а теперь почти безлюдному: большинство людей ещё работали. На лице Эмилии не было радости, лишь усталость, двигалась домой она по привычке, машинально сворачивая на знакомых перекрёстках, не задумываясь о поворотах.

Небо затянуло тучами, и начал накрапывать дождь. Девушка расстроилась, что не взяла зонт. Капли падали всё чаще, становились крупнее, и вскоре Эмилия промокла до нитки. Но вместо того чтобы поспешить домой, она решила, что ей нечего терять, и пошла длинной дорогой — через набережную.

Хоть она хорошо знала эти места, всё равно разглядывала предметы вокруг: ухоженные деревья с глянцевыми от дождя листьями, кусты, пара ларьков, которые открывались только летом и продавали сладости. Больше ничего не было — даже птиц. Тишина нарушалась лишь шумом капель, разбивающихся о тротуар.

Эмилия знала, зачем сюда пришла. Остановившись, девушка замерла, вглядываясь в пространство перед собой, и наконец перед глазами снова появились силуэты — парень и девушка. Они были размыты, лиц не видно, но она точно знала, кто это.

Эти люди были рады встрече: кружились и танцевали под дождём, смотрели на небо, а потом — друг на друга с огромной искренностью, с такой чистой радостью, что у Эмилии защемило сердце. Она наблюдала, затаив дыхание, ей хотелось вспомнить каждое движение танца, уловить ритм, который, казалось, звучал только для неё.

Мимо проходил Марк. Он сразу узнал девушку и отлично понимал, почему она стоит здесь, уставившись на плитку набережной. Ему было приятно наблюдать издалека — через ветви деревьев он видел, как по её волосам стекают капли свежего майского дождя, как вечерний свет играет на одежде, окрашивая её в самые нежные оттенки: персиковый, золотистый, розоватый. Но он не решался подойти — боялся, а чего, сам не знал.

Постояв так немного, когда силуэты начали растворяться в воздухе, словно дым, Эмилия вздрогнула и пошла к дому. Марк смотрел ей вслед, ловил каждый шаг и был готов броситься вперёд, чтобы подхватить близкого для себя человека, если та поскользнётся на мокрой от ливня плитке. Но этого не произошло — она спокойно ушла с набережной и скрылась из виду парня.

Глава 7 между страхом и надеждой

Марк грустно смотрел вслед. В груди что‑то сжималось — он был зол на себя за нерешительность. Понимал, что эта встреча могла стать одновременно началом и концом чего‑то важного, но страх всё испортить сковывал его. Мокрые прилипшие, к лицу волосы блестели на уходящем солнце. Он чувствовал вечернее тепло и уют — даже дождь не мешал, а наоборот, поддерживал эту атмосферу, словно шептал: «Ещё не поздно».

По пути к дому девушка думала над своими словами о переезде. Эмилия осознавала, что не хочет такой жизни — в шумном и грязном городе, где всё диктует бешеный темп. Её терзали мелочи: окурки на тротуарах, лужи, мутные от бензина, грязь на стенах. Но страшнее всего была сама скорость: весь день нужно быть в ритме мегаполиса — проснулась, на работу, уснула, и так по кругу, без остановки, без передышки.

Девушка размышляла, стоит ли ей рискнуть. Подходя к своему подъезду, она вдруг вспомнила про вчерашний случай. Не раздумывая, Эмилия свернула к опушке — к тому месту, где встретила загадочную девочку. Вскоре стало ясно: дорога ведёт не туда.

— Я же знаю, что это был не сон! — раздражённо бросила Эмилия, пытаясь вспомнить, не пропустила ли какой‑то поворот. Она ходила по улицам, всматривалась в дома, перебирала в памяти ориентиры, но всё было тщетно. Поляны не было. С тяжёлым сердцем, разочарованная и промокшая, девушка направилась домой.

Эмилия зашла в квартиру, нажала на выключатель — ничего не изменилось.

— Чёрт! Как можно было свет именно сегодня отключать?! — выругалась она, разулась и, озлобленная этой ситуацией, пошла переодеваться. Лёгкая ткань пижамы скользнула по коже и сразу стало уютно. Эмилия провела рукой по рукаву, невольно улыбнувшись: этот костюм когда‑то подарила мама — ещё в те времена, когда жизнь казалась проще и светлее.

Зайдя на кухню, девушка достала из шкафа свечи — заготовленные специально на такой случай, аккуратно расставила их на подоконнике. Она зажгла фитиль спичкой — огонёк дрогнул, вспыхнул и утвердился, отбрасывая причудливые тени на стены. Они затанцевали, вытягивались, изгибались, словно ожившие силуэты тех самых танцующих под дождём людей. А в комнате появился чуть уловимый, легкий запах воска с ноткой лаванды.

Эмилия села у окна, подтянув колени к груди, обхватив себя руками. В полумраке, озаряемом лишь дрожащим светом свечей, комната казалась другой — таинственной, почти волшебной. Где‑то далеко, за пределами этой маленькой вселенной, шумел город, но здесь, в этом уголке, время словно остановилось.

Через несколько минут она встала и поставила чайник на плиту, зажжённую перед тем спичками. Лёгкий щелчок, шипение газа, и голубое пламя обхватило дно чайника. «Спасибо, что она газовая», — пронеслось в голове девушки. В этот момент она особенно остро почувствовала ценность простых вещей: тепла, света, возможности выпить горячего чая в тишине.

Пока вода закипала, Эмилия вернулась к окну. Дождь за стеклом стал тише, капли стекали по стеклу неровными дорожками, словно слёзы. Она прислонилась лбом к прохладному стеклу, чувствуя, как напряжение понемногу покидает тело. В голове крутились мысли — о загадочной девочке, о танцующих силуэтах, о предложении с кексами в кафе, о словах Милены про переезд.

Запах чая, наполнивший кухню, вернул её в реальность. Она налила напиток в любимую чашку — ту самую, с едва заметной трещиной у ручки, — и снова села у окна. Сделав первый глоток, Эмилия закрыла глаза. Горький, с лёгкой сладостью — именно такой, какой она любила. В этот миг мир уже не казался безнадёжным. Чудеса, наверное, и правда существуют, просто прячутся как раз в мелочах: в свете свечи, в тепле чая и в мелодии капель за окном.

Она открыла глаза и посмотрела вдаль, туда, где небо начинало светлеть у горизонта. Где‑то там, за пеленой дождя, зарождался новый день. И, возможно, он принесёт с собой что‑то хорошее.

Глава 8 на пороге перемены

Утро началось с настойчивого звона будильника — он будто разорвал тишину квартиры и вырвал Эмилию из объятий сна. Девушка медленно села на краю кровати, всё ещё плывя в отголосках ночных грёз. Кудрявые волосы рассыпались по плечам и спине, а полуприкрытые зелёные глаза отражали усталость и затаённую печаль. Она машинально коснулась губ — они были приоткрыты.

«Какая же глупая привычка», — прошептала девушка сонно, зевнула и поднялась.

На кухне Эмилия щёлкнула выключателем — и на мгновение замерла. Свет загорелся. В её голосе смешались и радость, и горьковатое разочарование:

– Да неужели? А вчера, выходит, не могли свет дать…

Она выключила лампу и принялась убирать вчерашние свечи, мыть чашку — вчера на это просто не хватило сил. Пальцы скользнули по шершавому стеклу: на стенках чашки ещё держался тонкий восковой налёт. В прихожей мерно тикали часы, и этот привычный звук неожиданно принёс ощущение хрупкого спокойствия. Тик-так, тик-так — будто кто-то невидимый отсчитывал: «Ты жива. Ты дома. Пока этого достаточно».

«Я чайник забыла поставить?» — мелькнула мысль. Эмилия обернулась к плите: та была выключена, заварник — пуст.

— Ладно, сначала в душ, — пробормотала она и направилась в ванную.

Спустя время она снова оказалась на кухне. Налила воды в чайник, включила газ, поставила его на огонь. Пока вода закипала, занялась сборами: аккуратно собрала волосы в пучок, надела блузу и джинсы. Ткань привычно царапнула кожу на плече — эта блуза была старой, но любимой: в ней казалось, что ты выглядишь «как нормальная официантка», а не как человек, у которого в голове каша.

Решив проверить телефон, она разблокировала экран. Среди уведомлений светилось сообщение от Милены: «У меня для тебя хорошая новость! Если интересно, можешь прийти пораньше».

— Даже интересно стало, — усмехнулась Эмилия постукивая пальцами по столу. Но усмешка вышла не весёлой, а осторожной: за последние годы «хорошие новости» слишком часто оборачивались «ну ты же понимаешь, как сейчас всё сложно».

Чайник засвистел. Девушка бросила в кружку пакетик чая, залила кипятком и сделала первый глоток — тёплый, с лёгкой фруктовой нотой. Умиротворение разливалось по телу вместе с теплом напитка. Нажав «прочитано», она отложила телефон. Аромат наполнил кухню, успокаивая так же, как и мерный стук часов в прихожей. На одну минуту ей стало почти легко.

Допив чай, Эмилия прошла в прихожую, взяла сумку и пакет с лапшой и чаем. Перед выходом на мгновение замерла у зеркала, поправила волосы и вздохнула. В отражении она увидела уставшую девушку, зеленые глаза спрятались за тёмными кругами, а лицо бледное. «Ничего, это просто день такой», — мысленно сказала она себе, будто это могло что-то исправить.

Несмотря на любопытство из‑за сообщения Милены, спешить не хотелось. Она вышла из дома и зашагала по улицам, но уже подстраиваясь пешный быстрый утренний ритм города — ещё сонного, но уже пробуждающегося к новому дню. Асфальт пах мокрым бетоном и бензином, а воздух был прохладным ровно настолько, чтобы не хотелось возвращаться в квартиру.

Глава 9 сон ставший явью

Неожиданно перед глазами Эмилии снова появилась девочка. Она просто стояла — всё в том же белом сарафане, чуть закрывающем колени, с распущенными каштановыми волосами, босая. Девочка смотрела прямо на Эмилию, точнее — будто заглядывала в самую душу, — а затем мгновенно исчезла.

Героине хватило лишь пары секунд, чтобы отчётливо уловить силуэт. Эмилия остановилась как вкопанная. Вокруг бурлила толпа: люди недовольно ворчали из‑за человека, застывшего посреди тротуара, кто‑то задевал плечом или чемоданом. Но для неё в эти мгновения город словно затих — воцарились тишина и умиротворение. Шум стал фоном, как помехи на старом радио, которые вдруг перестали резать слух.

С исчезновением девочки смириться оказалось сложнее, чем в первый раз.

— Это точно был не сон! — пронеслось в голове с некой гордостью.

Эмилия огляделась по сторонам. После этой нежданной встречи мир будто стал светлее и теплее, а на душе — легче. Даже серые фасады домов казались теперь не такими унылыми: в них проступила какая-то скрытая симметрия, будто город на секунду показал своё настоящее лицо. С новым ощущением лёгкости она направилась в кафе.

Глава 10 между двумя дорогами

Придя на работу, девушка прошла в комнату персонала, — надеть фартук и сменить обувь — ту самую, что оставила здесь ещё в первый рабочий день. Кожаные туфли уже давно потеряли блеск, а задники были стёрты до мягкости, которая бывает только после тысяч шагов. Тут она увидела подругу.

— Привет, — сорвалось с губ, которые, как обычно, невольно приоткрылись.

— И тебе доброе утро! — ответила Милена, заметно повеселев при виде напарницы. — Помнишь наш вчерашний разговор? — Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Так вот, знаешь, у меня за городом есть свой дом — мы с мужем сдавали его в аренду. Прежние жильцы съехали, нашли квартиру… Ну да неважно. Если всё же решишь переехать, можешь туда заехать!

Милена сделала паузу, внимательно глядя на подругу, и быстро добавила:

— Да, плата будет чуть больше, чем ты сейчас платишь за аренду. Пойми, нам тоже не хочется работать в минус: свет, отопление, связь — всё это требует расходов. Зато представь: свой дом в пригороде! Ни шума, ни грязи — только речка, лес и пара улиц с хорошими соседями. Там даже магазин есть. Устроишься на работу — денег будет хватать, а если что — рядом найдёшь что‑нибудь ещё!

Она выпалила это на одном дыхании, словно боялась, что Эмилия перебьёт.

Эмилия стояла в полном шоке. Она даже не могла представить, что когда‑нибудь у неё появится шанс жить в собственном доме, а не в тесной городской квартире. В груди разливалась волна благодарности, а в голове крутилась одна мысль: «Может, это и есть то самое чудо?» Она уже готова была согласиться, но вдруг перед её глазами возникли три силуэта: парень, девушка и босоногая девочка. Лиц не было видно, но Эмилия ощутила их тяжёлый взгляд — будто они хотели, чтобы она осталась в городе, что её здесь ждёт нечто великое. Силуэты мгновенно исчезли, заставив девушку глубоко задуматься.

«Может, подождать? Не зря же всё это!» — мысленно спорила она сама с собой, пытаясь принять решение. В голове щёлкали аргументы, как костяшки счётов: «Дом — это стабильность. Дом — это свобода. Дом — это конец этой вечной гонки». Но следом всплывало другое: «А если я уеду, я пропущу то, ради чего всё это было?» Эмилия не слышала подругу — она взвешивала плюсы и минусы предложения, размышляла, как может бросить работу сейчас. Её лицо, омрачённое видениями, стало серьёзным и задумчивым.

— Ну и чего ты молчишь? Только что радовалась, а теперь унылая. Что‑то случилось? — с беспокойством спросила Милена. — Слишком неожиданно?

Она пыталась добиться хоть слова от Эмилии, но, поняв, что та не готова говорить, мягко приобняла подругу и оставила её одну, чтобы не давить. От Милены пахло ванилью и мукой — привычный, тёплый запах, который всегда напоминал, что в мире есть вещи, которые не меняются.

Эмилия продолжала обдумывать всё, осознавая, что, возможно, это её последний шанс на нормальную жизнь — по крайней мере, в этом году.

Глава 11 новые нити паутины

В комнате персонала пахло кофе и старым деревом, а где‑то в зале уже звенели первые тарелки — день набирал обороты.

Посмотрев на часы, Эмилия поняла, что скоро открытие. Поправив причёску, она направилась к выходу из комнаты персонала. Выходя, чуть не столкнулась с Алексеем Владимировичем — тот, как и обещал, приехал на дегустацию.

В ту же секунду в голове у неё пронеслось: «Кексы!» Она судорожно огляделась в поисках десертов, взгляд упал на стол для собраний. «Вот!» — обрадовалась она, схватила пару кексов и выбежала из кафе.

Милена уронила бумажный стаканчик и тут же наклонилась за ним, будто если она просто приведёт хоть что‑то в порядок, всё снова станет нормальным. Маргарита застыла с полуоткрытым ртом, а заместитель администрации тихо выругался себе под нос.

— Милена, ты знаешь, что с ней? — нахмурившись, спросил Алексей Владимирович.

— Может, её так удивила моя новость? — пробормотала Милена, всё ещё глядя на дверь. Ей хотелось, чтобы это объяснение оказалось правдой — простым и понятным. Но в глубине души она знала: дело не в новости.

В помещении повисло напряжённое молчание. Спустя несколько минут официантка пошла вешать вывеску «Открыто».

— Я думаю, нам не нужны такие сотрудники, — резко и холодно произнёс заместитель, пытаясь разрядить обстановку. Но эффект получился обратным.

Милена и Маргарита резко обернулись к нему. Помощник повара Андрей Сергеевич пошатнулся и схватился за стол, чтобы не упасть.

— Андрей! — воскликнула повариха и бросилась на кухню за нашатырём и успокоительным. Милена поспешила за ней.

Взяв стаканы с водой и таблетки, она быстро вернулась в зал, подала один стакан заместителю и сама сделала глоток. Руки ещё тряслись.

Дверь открылась. На пороге стоял Марк, ошарашенно оглядывая кафе.

— Здравствуйте, — произнёс он. — Я могу чем‑то помочь?

— Здравствуйте, не беспокойтесь, я готова принять ваш заказ, — ответила Милена, ставя стакан на стол.

— Хорошо, спасибо. Мне, пожалуйста, американо и круассан, оплата наличными, — сказал Марк, усаживаясь за стол. Он оглядывался по сторонам и тихонько постукивал пальцами. «Где же она? Она точно должна сегодня работать», — думал он.

— Сейчас принесу ваш заказ, — кивнула Милена и направилась на кухню.

Алексей Владимирович отошёл к дальнему столу, взял тарелку с кексами и поморщился. «Она даже эти испортила!» — с досадой подумал он, но тут же одёрнул себя. Сейчас не время показывать недовольство. Он глубоко вдохнул, расправил плечи и подошёл к Марку, предварительно убрав совсем плохие кексы, со сломавшимися крыльями и мятые.

— Держите, это подарок от заведения, — произнёс Алексей Владимирович. — Вы не только первый покупатель за сегодня, но и постоянный гость, которым мы дорожим. Кексы — наше новое блюдо, и мы позволим вам первым его попробовать. — Он протянул десерт, сам не зная, какая там начинка.

Марк принял подарок.

— Я съем по пути — опаздываю. Завтра обязательно скажу, какие они на вкус. Впрочем, думаю, такие же прекрасные, как и всё ваше меню. Не понимаю, почему у вас так мало клиентов, — сказал он, разглядывая угощение, уже вставая из‑за стола.

— Мы очень рады вашим отзывам, — кивнул заместитель.

— И ещё… — Марк чуть помедлил, будто подбирая слова. — Если хотите, пусть официантка съест мой заказ. Из‑за всей этой суеты она, наверное, даже не завтракала. — Он мягко улыбнулся, словно хотел, чтобы эту просьбу восприняли не как странность, а как обычное, простое участие.

— до свидания, — бросил он.

— До завтра, — отозвался Алексей Владимирович.

Тем временем Эмилия поднималась по лестнице к своей квартире. Запах кофе, который ещё тянулся от кафе, будто тянулся следом за ней, и она невольно ускоряла шаг. «Вот он, ключевой момент — кексы, без них никак!» — крутилось у неё в голове. Она вошла в квартиру, прижимая к себе коробку.

А в кафе Милена поставила поднос с кофе и круассаном перед собой и опустилась на стул, чувствуя, как кружится голова. Она посмотрела на еду, которую только что принесла, и вдруг поняла: Марк даже не прикоснулся к своему заказу.

— Да что сегодня происходит?! Эмилия убежала, Андрей Сергеевич чуть сознание не потерял, а постоянный клиент даже есть не стал! — с огромным разочарованием произнесла она, но в голосе уже не было прежней горечи — скорее усталость, которая накатывает, когда день с самого начала пошёл наперекосяк.

— Да, есть не стал, тебе еду оставил, — спокойно сказал Алексей Владимирович, — отдохни.

Но отдыхать долго не пришлось: вскоре пришли новые посетители, и кафе начало работу, будто ничего и не случилось. Только кексы, которых становилось всё меньше, напоминали, что утро было совсем не обычным.

Глава 12 жесты о которых не узнают

Тем временем Марк бежал по улицам и проспектам, направляясь к дому Эмилии. Вскоре он заметил её — в шёлковой пижаме и тапочках, с бумажным пакетом в руке. Необычный вид ничуть его не удивил, и он двинулся следом. Эмилия не замечала преследования: он слился с толпой. В её шагах чувствовалась надежда — девушка верила, что снова найдёт ту самую поляну. Свернув на первом повороте, девушка исчезла из общего потока, и Марк безмолвно последовал за ней.

«Какое счастье! Вот та дорога!» — пронеслось в голове у Эмилии, и, заметно оживившись, она ускорила шаг, почти побежала. Марк старался не отставать, подстраиваясь под её темп, чтобы не вызвать подозрений у прохожих, но не упускал девушку из виду.

Наконец Эмилия свернула в переулок — туда, куда больше никто из толпы не сворачивал: не было веры в чудо и волшебных кексов.

Оказавшись на поляне, она начала всё внимательно осматривать. Дома остались далеко позади, шум и суета мегаполиса — где‑то там. Здесь были только тишина, деревья и она сама — так казалось Эмилии. Это место дарило умиротворение и спокойствие; здесь хотелось просто упасть на траву и наконец‑то выспаться.

Марк, следуя за ней, поначалу не обратил внимания на то, как резко изменилась обстановка, когда они свернули в переулок. Он лишь боялся потерять девушку из виду. Но в этой тишине он вдруг отчётливо осознал, что нашёл то, что искал.

Эмилия села на траву и глубоко выдохнула с облегчением. Её домашний наряд удивительно гармонично вписался в эту тихую обстановку. Растрёпанные волосы струились по спине, зелёные глаза — сочного изумрудного оттенка — рассматривали траву, а пухлые алые губы, как обычно, были чуть приоткрыты. Уютная домашняя одежда подчёркивала безмятежность момента. Марк невольно позавидовал ей: он вдруг отчётливо понял, почему Эмилии было так безразлично мнение прохожих — здесь, вдали от города, она чувствовала себя по‑настоящему свободной.

Он долго стоял в отдалении, выжидая подходящего момента. И вот он настал: с неба начали падать первые капли дождя. Марк медленно приблизился к девушке — та, погружённая в свои мысли, даже не замечала, как капли оседают на её лице.

Парень остановился в нескольких шагах. «Ещё подождать?» — пронеслось у него в голове. Всего пара шагов — и он мог бы укрыть Эмилию от дождя своим пиджаком. «Да, слишком рано», — с лёгкой грустью подумал Марк. Он не знал, вернётся ли она на работу, и вдруг осознал, что это может быть их последняя встреча. Эта мысль была гнетущей, и Марк невольно помотал головой, пытаясь отогнать её от себя.

Марк не мог оторвать от Эмилии взгляда. Он впитывал каждую деталь: как ветер шевелит пряди её волос, как подрагивают ресницы, как безмятежно расслаблены плечи. Он старался запечатлеть этот образ в памяти навсегда, боясь упустить хоть мгновение.

Тем временем Эмилия медленно опустилась на траву, явно готовясь вздремнуть. Марк подождал, пока она устроится поудобнее, затем осторожно взглянул ей в лицо: глаза девушки уже были полузакрыты, дыхание стало ровным. Убедившись, что она засыпает, он тихо развернулся и направился к выходу с поляны, стараясь ступать бесшумно.

Уходя, Марк в последний раз оглянулся. Эмилия, укутанная в тишину и дождь, казалась частью этого места — словно лесной дух, явившийся на мгновение и готовый вот‑вот растаять в воздухе. Сердце парня сжалось от странного чувства — то ли грусти, то ли надежды. Он глубоко вдохнул влажный воздух и зашагал прочь, унося с собой этот образ.

Глава 13 танец сквозь капли

— Ты куда? — спросила Эмилия, лёжа на спине и задрав голову.

Марк дёрнулся от неожиданности и повернулся к девушке.

— Я? Ну… я не хотел тебе мешать, — голос парня немного дрожал, было слышно, как он нервничает, — и… ну просто ты не ждала меня здесь. — Парень начал немного притоптывать.

— Тут так красиво, зачем нервничать? — монотонно сказала героиня: она не могла понять причину стресса нежданного гостя. — Чего стоишь? Присаживайся. — Эмилия села и показала рукой на место рядом — в знак приглашения. — Нам есть что обсудить, — сказала она, зевнув.

«Странно, ещё в кафе мне было стыдно признать факт его неравнодушия, а сейчас я говорю так, будто мне на него всё равно. Надеюсь, он так не подумает», — пронеслось в голове у Эмилии.

— Ты разве не спала? — спросил, запинаясь, парень, подходя ближе.

— Хотелось, но я поняла, что была не одна.

— И как же? — Парень встал рядом. — Если не секрет, — добавил он, чтобы не показаться грубым.

— Если бы я была одна, в этом дожде увидела бы наш танец. Но ты слишком близко, и нет смысла видениям. — Эмилия посмотрела парню в глаза — хотела понять, понимает ли он её. — Ты не очень хорошо представляешь, о чём я? Ну, наверное, да, — вздохнула девушка. Марк смутился под её взглядом.

— Чего стоишь-то? — В голосе героини слышалось некое разочарование. Парень смотрел, как по девушке стекают капли.

— Может, если уж дождь, станцуем? Как раньше? — сказал Марк. Он был готов получить порцию осуждения или даже пощёчину: его кулаки сжались, а глаза невольно прищурились. «Чёрт, точно стукнет. Я ведь вижу, что ей теперь всё равно… Ладно, пара слов — и покончим с этим», — пронеслось у него в голове, когда девушка встала.

Эмилия молча взяла парня за руку, а вторую пристроила на его плече. Марк смотрел на девушку с удивлением; на лице — неподдельная улыбка, в которой смешались счастье и смущение, глаза сияли. Он так давно не видел этого лица вблизи! Но тут в голове появилась мысль: «А это не насмешка?» Парень захотел отойти. Эмилия, поняв это, крепче сжала руки и посмотрела Марку в глаза. Взгляд был тёплым, искренним — от него парню стало легче. Не задумываясь, он интуитивно взял её за талию.

Пара начала двигаться. Движения их танца были плавными и синхронными: сразу понятно, что все действия отточены до идеала. По их лицам падали капли майского дождя. Этот танец — только их: смешение вальса и танго, скорости и спокойствия. Вначале Марк стоял и кружил Эмилию, а затем она повлекла парня за собой, задавая ритм. Со стороны казалось, что они импровизируют на ходу, но нет: этому танцу уже много лет, и он — только их.

Закончив, они сели на траву.

Глава 14 янтарный гость

— Знаешь, это было… — начал говорить Марк.

— Как раньше, — улыбнулась Эмилия. Она понимала, что парню сложно подбирать слова.

В тишине из её головы понемногу уходила давняя подростковая обида, что столько лет терзала душу. В воздухе словно витали приятные воспоминания, но изредка, будто порыв холодного ветра, на мгновение всплывали обрывки прежних неловких минут их общения. Эмилия всеми силами отгоняла эти мысли, стараясь просто наслаждаться моментом.

И вдруг краем глаза она заметила рыжее пятно. «Да что же это такое?» — подумала девушка и резко повернула голову к кустам. Там, где ей почудился тайный зритель, теперь виднелось лишь странное животное.

Эмилия потрясла Марка за плечо и кивнула в сторону зверька. Сонный парень повернулся туда, куда она указывала, и замер. Он ведь был биологом — и никогда прежде не встречал ничего подобного.

— Как думаешь, кто это? — спросила Эмилия, с любопытством разглядывая причудливое создание.

— Да откуда мне знать? — в его голосе не было ни капли интереса.

— Ну так ты же биолог! — возразила девушка, искренне удивлённая таким безразличием.

— Ты знаешь, я никогда не хотел заниматься животными, — отвернувшись, Марк закрыл глаза. Он явно был разочарован, что его оторвали от сна из‑за какого‑то рыжего хомяка.

От неожиданности у Эмилии расширились глаза, а рот невольно приоткрылся — она никак не ожидала такого резкого ответа.

Странное существо по‑прежнему пряталось под кустами. «Цвета янтаря…» — подумала Эмилия и слегка улыбнулась. Она протянула руку к зверьку, не пытаясь его коснуться.

Животное занервничало и тихо запищало. Ладонь девушки замерла у кустов — если хомячок захочет, он сможет на неё забраться. Зверёк внимательно посмотрел на протянутую кисть, осторожно подошёл и двумя маленькими лапками ухватился за её безымянный палец.

В этот миг Эмилия особенно остро почувствовала, насколько он крошечный. «Штуки три бы точно уместились у меня на ладони», — улыбнулась она про себя. А зверёк вдруг легонько укусил палец — и тут же юркнул обратно в кусты.

— Ай! — вскрикнула Эмилия. Укус не причинил боли, он был просто неожиданным.

Глава 15 семечка

Марк, который уже снова дремал, резко открыл глаза и уставил взгляд на руку девушки и не большую рану.

— Это та белка укусила? Еще сонным голосом разнеслось по опушке.

— Да сам ты белка! Это хомяк был, — сказала Эмилия, ... наверное — добавила неуверенно, и по привычке начала крутить прядь волос.

— Ну, а разница? — монотонной спросил Марк. — дай лучше укус осмотрю, — сказал парень, осматривая палец Эмилии.

— Да он наверное подумал, что я семечка и решил меня съесть! — улыбнулась девушка. Марк кивнул.

— Домой скоро, а завтра ещё и на работу, — устало протянула Эмилия.

— А у тебя когда следующий выходной? По вопросу, девушка поняла, что он, что-то задумал.

— Ну, в среду, а что? Слегка скромная улыбка, сразу же озарила полянку. Казалось, этот жест был теплее даже, вечернего солнца.

— Помнишь ту многоэтажку на проспекте? Где еще пекарня раньше была? Мы вечно на крыше сидели, буду тебя там, в восемь вечера ждать. Марк улыбнулся в ответ. Девушка кивнула, легла на траву и закрыла глаза — вечера на этой опушке прекрасны.

Глава 16 волшебный вечер

Когда солнце зашло и на небосводе появились первые звёзды, Эмилия проснулась. Марк ещё спал.

«Ну и сколько можно спать?» — девушка легонько подёргала его за плечо. Поначалу это было бесполезно, но затем парень слегка нахмурился сквозь сон.

— О! Проснулся! Встаём! — голос Эмилии был ещё немного сонным, но звучал уверенно.

— Ладно, — пробубнил Марк, потирая глаза. — Ты чего-то хотела?

— Да. Ты посмотри — уже звёзды вышли, пора домой! А то спишь тут. — Эмилия и сама удивлялась, как долго они проспали.

Собравшись с силами, Марк встал; девушка последовала за ним.

— Может, тебя проводить?

— Не нужно, мне недалеко идти, спасибо, — Эмилия улыбнулась и поправила чёлку.

Выходя с поляны, она обернулась — и приоткрыла рот от удивления.

На звёздном небе не было ни единой тучи, а полная луна отражалась в реке неподалёку настолько чётко, что вода казалась стеклом. Даже деревья будто стали другими — тёплыми и манящими.

— Вау… Я даже сначала не заметила, — Эмилия всё ещё была потрясена вечерней красотой этого места.

— Смотри, это ковш Большой Медведицы, — Марк указал на несколько звёзд. — А вот это — Полярная звезда. — Ему нравилось рассказывать про звёзды, особенно в такую ясную погоду.

Воодушевлённая этой красотой, Эмилия подошла к реке. У самого берега она провела рукой по траве — и десятки светлячков взмыли вверх.

— Смотри! Настоящие светлячки! — воскликнула девушка: раньше она видела этих жучков только на картинках. — Они как будто из сказки!

— Да, возможно, — Марк подошёл ближе и накинул на Эмилию пиджак. — Холодно. Пойдём по домам.

Эмилия быстро кивнула и направилась к выходу; парень последовал за ней.

Глава 17 начало перемен

Утро было обычным: будильник, кофе, сборы, путь на работу. Эмилия даже не задумывалась, чем это для нее обернётся.

Шагая по улицам, она лишь вспоминала поляну, и как ей казалось волшебных светлячков. Впервые её не отвлекал шум города, а вечно спешашие куда-то люди — казались далекими и чужими.

— Здравствуйте!, — сказала девушка, зайдя в кафе.

— Здравствуйте Эмилия Ноткус, — сказал Пётр Семёнович, не отрываясь от подписи бумаг.

Эмилию немного смутило, такое деловое приветствие, но все же она пошла в комнату персонала, не задавая лишних вопросов.

— Привет, — сказала Милена, переодевая обувь, — ты за вещами?, — вопрос был прямой, но с сожалением.

— В каком смысле?, — забрать вещи заначило — быть уволеной. — Почему?, — несмотря на панику, Эмилия постаралась вести себя сдержанно.

— Алексею Владимировичу очень не понравилось, как ты вчера убежала, он посоветовался с владельцем. И сейчас Пётр Семёнович пишет тебе бумагу об увольнении.

Глава 18 спасибо маленькой тени

Слова Милены ударили, как ледяной дождь. Эмилию охватывает волна паники, она понимает — сам владелец её собирается уволить — это конец.

В дверном проёме девушка замечает знакомый детский силуэт, ей становится легче.

— Хорошо, — Эмилия начала медленно собирать вещи: сменная обувь, крабик для волос, резинка, расчёска, гигиеническая помада.

— Ты... Почему ты такая спокойная? — Милена волновалась за подругу, такое умиротворение казалось ей началом огромного скандала.

— У меня есть план, в беде не останусь, — девушка улыбнулась, хоть и понимала, что нет никакого плана.

— Ну хорошо тогда, удачи тебе, подруга, — сказала Милена, крепко обняв Эмилию. На что девушка лишь улыбнулась, взяла пакет с вещами и направилась к Петру Семёновичу.

— Думаю, вы уже ознакомились с информацией об увольнении, — начал владелец, — вот ваши документы, попрошу поставить подпись, — он указал пальцем на нижний правый угол листа, — работать с вами было приятно, характеристику оставлю положительную.

Эмилия коротко кивнула, подписала бумагу.

— Это всё? — вопрос был спокойным и уверенным.

Владец кивнул и подал документы девушки, — до свидания, Эмилия Ноткус.

— До свидания, Пётр Семёнович.

Забрав бумаги, она вышла из кафе. Душу переполняли чувства — от опустошения до надежды.

Мир стал чуть светлее и тише, облегчение выиграло эту тихую войну. Наконец освободившись хотя бы на день, Эмилия пошла насладиться этим моментом, без мыслей о поиске работы или аренды. Она знала — вся тишина и спокойствие — заслуга маленькой девочки, и была ей очень благодарна.

Глава 19 кольцо и хомяк

Вокруг люди куда-то бежали, и лишь Эмилия шла не торопясь по этим шумным проспектам. Пройдя на набережную, девушка села на ближайшую скамейку, как вдруг её взгляд упал на конверт — старый, обшарпанный, но закрытый. К печати, закрывающей конверт, были прикреплены совиное перо и бумажка: «Я знаю, что это в надёжных руках».

Резко ветер затих, а голоса птиц и вовсе пропали. Будто время остановилось ради этой находки.

Рассматривая находку, Эмилию терзали мысли «что это? Кому? Почему тут?», но ответа не было. Девушке казалось, что внутри что-то важное, что, возможно, перевернет всю её оставшуюся жизнь.

Аккуратно она открыла конверт.

«Здравствуй! Ты не знаешь моего имени, но мы виделись не раз. Я верю, что именно твоя помощь мне нужна, не пугайся перемен, прошу, всё будет хорошо, тебя ждут там, куда ты мечтала попасть!

Только представь: ты будешь там, где нет ни одной многоэтажки! Лишь там, откуда веет северным ветром и пахнет маками!

Не бойся меня, тебя оберегают, прикрывая совиным крылом и мечом! Тебе не сделают больно!», — текст был написан коряво, на старой бумаге, глаза всё шире раскрывались с каждой строчкой, и рот открылся от удивления. Девушка проверила, есть ли в конверте ещё что-то, и увидела необыкновенной красоты кольцо — будто его вырезали из хрусталя, оно огибало палец Эмилии с такой точностью, что казалось её с рождения.

«Маки? Северный ветер? Совиные крылья?» — в голове не укладывалось. Она прокрутила кольцо на пальце. «А ведь именно тут меня укусил тот маленький хомяк…», — в голове витали сотни мыслей, каждая была страннее предыдущей: от хорошо продуманного розыгрыша до странных ощущений, что жизнь совсем скоро изменится кардинально.

От осознания неизвестности по спине Эмилии пробежал холодок, а кончики пальцев, казалось, онемели.

Глава 20 когда город снова заговорил

Ветер постепенно набрал обороты, птицы начали петь, листья деревьев снова начали шептать свои мелодии. Мир возвращался в привычный темп.

И только Эмилия сидела на скамейке под фонарём и рассматривала подарок незнакомца.

Медленно встав, она пошла по каменной брусчатке в даль набережной.

«Кто же ты? Мой маленький хранитель», — пронеслось в голове, «неужели та маленькая девочка?», — Эмилия, пытаясь вспомнить образ девочки, но тот как назло вылетел из головы.

Идя к выходу с набережной, все чаще раздавались голоса и смешки, в воде чаще плескались рыбы. Город вернулся в свой быстрый и шумный ритм.

По привычке, выйдя на бульвар, девушка ускорила шаг, неосознанно подстраиваясь под темп мегаполиса. Она раньше никогда не ходила целый день без дела, ведь времени в будни на это не было, а в выходные она готовилась к работе и прибиралась дома.

«я никогда не ездила на метро», — это признание самой себе заставило Эмилию смутиться, ведь она столько лет прожила в городе и ни разу не ездила на метро.

Она пошла к ближайшей станции метро.

Глава 21 новый путь

Остановившись под знаком «М», Эмилия замерла. В нос ударил запах — совсем не такой, как в городе, рядом шумела толпа спешащих куда-то людей, а впереди лишь эскалатор — спокойный и пугающе холодный.

Аккуратно встав на первую ступень, девушка пошатнулась, плавное движение и умеренный темп эскалатора в сравнении с скоростью мегаполиса лишь сильнее разжигали тревогу внутри Эмилии.

Ветер ударил в её лицо, когда она спустилась, раньше света мерцающих фонарей. Он пах пылью, металлом и чем-то еще, незнакомым.

Девушка стояла, не зная, что ей делать. Оглядевшись, она поняла, что находится в вестибюле, и пошла к ближайшей кассе.

Получив билет, Эмилия, ориентируясь на указатели, отправилась к платформе. Ей даже показалось, что она свернула не туда, напряжение росло, но, заметив, что и другие люди идут в этом направлении, быстро успокоилась.

Когда девушка подошла к турникету, в голове промелькнула мысль «и что теперь?», — но, пытаясь ориентироваться на ходу, она приложила билет. Резкий писк, раздавшийся после этого, заставил Эмилию слегка подскочить, она невольно сжала кулаки и быстро прошла на платформу.

Взгляд девушки метался от линии на полу до других людей, для которых поездка в метро была обыденностью. «Тут... тут так красиво», — Эмилия стояла приоткрыв рот, от удивления. Сейчас станция ей не казалась чем-то огромным и пугающим, а быстрей чем-то по-своему привлекательным и величественным.

Резкое объявление о приближающемся поезде оторвало девушку от раздумий. Слегка дернувшись, она ощутила свет фар и вибрацию под ногами от колес.

Зайдя в поезд, Эмилия быстро подошла к месту у окна и схватилась за поручень, она не знала, куда едет, но понимала, что все закончится хорошо. Рассматривая прохожих, девушка видела лишь уставшие и мрачные лица, они создавали немного гнетущую атмосферу.

— Ну хоть сейчас людей поменьше, — раздался голос одного из пассажиров. Эмилия очень удивилась, ведь до этого считала, что в поезде много людей.

Время тянулось долго, лишь объявления станций изредка раздавались в тишине.

Проехав три остановки, девушка решила выйти. Дождавшись полной остановки метро, она направилась к выходу.

Во второй раз, эскалатор уже не казался таким страшным, а толпа людей — угрюмой. Выйдя на улицу, Эмилия вдохнула городской воздух. Она не знала этой части города, и поэтому, просто пошла прямо.

Глава 22 теперь она знает

«Тут так красиво, почему я сюда не ездила?», — пронеслось в голове девушки. Она шла, разглядывая дома. Все они казались старинными, с колоннами и мраморными балконами, под которыми находились арки с различными узорами, вырезанными из камня.

Засмотревшись на здания, Эмилия не заметила проходящего мимо Марка.

— Привет! Что ты тут делаешь? — спросил он, рассматривая пакет в руках девушки. — Что там? И почему ты не на работе? — в голосе раздалась нота беспокойства.

— Меня уволили, вот решила погулять, — голос Эмилии был спокоен и даже казался чуть радостным. — А в пакете ничего необычного, просто крабик, резинка, расчёска, обувь сменная, вообще всё для работы, — девушка перебирала ручки пакета в кисти.

— Как тебя уволили? — эта новость сильно ударила по Марку, ведь теперь его привычный график дня будет сломан. — Ну... А я только хотел зайти в кафе, вчера обещал отзыв об кексах оставить... — тихо добавил парень.

— И как тебе они? — Эмилии было интересно, все ли ощущают вкус угощения так же, как она.

— Мне нравится, они какие-то, даже не знаю, как это описать, как будто со вкусом ностальгии, как приятное воспоминание из детства, — вспомнив вкус кексов, Марк невольно улыбнулся.

Радостная от этой новости, Эмилия улыбнулась и обняла парня, но тут же отпустила, смутившись. Марк лишь слегка улыбнулся.

— Я тоже так посчитала, поэтому и предложила эти кексы! — девушка заметно оживилась, её голос стал ярче. — Ну давай тогда на метро пойдём? Ты в кафе, а я домой! — не дожидаясь ответа, Эмилия схватила парня за руку и повела к метро.

— Ты их предложила? Сама? — Марк был очень удивлён этой новостью.

— Да, мне показалось это символично. — Кстати, а что ты делал в этой части города?

— Я тут живу, работаю, кстати, вон в том, — он кивнул на отель через дорогу, — работаю администратором.

— Что?! Ты живешь тут и каждое утро ездишь на метро в кафе, а потом возвращаешься на работу?! — в голове Эмилии это просто не укладывалось. — У меня один вопрос — зачем?

— У вас вкусное кофе, да и просто, чтобы с тобой видеться, — Марк сказал это тихо, будто сам боялся своего же признания.

В это время они уже спустились с эскалатора и пошли покупать билеты.

— Это сколько ты денег-то тратишь на метро каждый день? — Эмилия попыталась примерно посчитать эту сумму в голове, она не ждала ответа, быстрей это были просто мысли вслух.

Слегка усмехнувшись, Марк оплатил билеты себе и девушке.

— Не знаю, но без этого я уже не представляю свое утро, без метро, кофейни и маленькой ворчащей девушки в зале для гостей, — он улыбнулся и направился к турникетам.

— 165 — не маленький рост вообще-то, если ты не знал! — возмущённая таким выражением, Эмилия направилась за Марком, на платформу.

— Хорошо, хорошо, — среди угрюмых людей, холодной плитки и запаха металла, голос Марка раздовался слишком приторным.

Приближающееся метро заставило платформу слегка вибрировать. Зайдя в него, Эмилия сразу направилась к окну.

— Я так понимаю, ты это место уже себе присмотрела? — парень встал рядом.

— Да, — Эмилия невольно сильнее сжала пальцы на турнике, будто хотела всем показать, что это место теперь занято.

Метро тронулось, постепенно набирая скорость, уносил девушку в её родные края. Теперь Эмилия знала, сколько приходится делать Марку, чтобы просто видеть её с утра, и это осознание заставляло проникнуться к парню глубоким уважением.

Глава 23 возвращение

Выйдя с метро, Эмилия и Марк направились прямо по бульвару.

— Ладно, я тут сверну, пока, — сказала девушка на развилке, мягко улыбнувшись, и пошла по улице.

— Пока! — крикнул парень и направился к кафе.

Эмилия была рада этой встрече. Осознание, что она теперь знает о Марке чуть больше, казалось ей очень важным. В тот момент парень уже подходил к кафе.

— Здравствуйте! — сказал он. — Я бы хотел сказать спасибо поварам! Кексы очень вкусные, буду рад, если вы будете их продавать!

— Здравствуйте, мы рады вашему отзыву! — отозвался владелец. — Вы можете немного подождать? Официант сейчас не сможет подойти.

— Я сегодня не успеваю, до свидания! — улыбнулся Марк и вышел из кафе.

Эмилия в этот момент уже зашла домой и заварила крепкий чай.

Глава 24 гром из тишины

После увольнения дни шли один за другим, одинаковые, как капли дождя. Проснуться, прогуляться, уснуть. Работа сменилась прогулками, прогулки — тишиной. Так было три дня.

Но в среду тишина закончилась.

Стук в дверь прозвучал резко, как гром в ясном небе.

— Здравствуй. Аренда, — сказала хозяйка холодно, осматривая квартиру на наличие грязи.

В этот момент у Эмилии пробежал холодок по телу. Она поняла — платить нечем.

Хозяйка начала понимать, что Эмилия взволнована не просто так.

— Если денег нет, чтобы к вечеру квартира была свободна, — слова прозвучали слишком громко в тишине помещения. Хозяйка медленно вышла из квартиры, оставив девушку одну с мыслями.

Эмилия поняла, что потеряла всё — и работу, и крышу над головой.

Вместе с этой тягостной мыслью она начала собираться. Вещи уместились в одну сумку: пижамный костюм, блуза, джинсы, крабик, расчёска, резинка для волос. Эмилия застегнула молнию и посмотрела на комнату, которая больше не была её домом. Прокручивая на пальце хрустальное кольцо, она думала над разными идеями о дальнейших действиях.

Сидя на полу у сумки, Эмилия рассматривала пустоту вокруг себя. Но потом потом её взгляд зацепился за рыжее пятно у стены. Повернувшись, девушка ничего не увидела, лишь скромно висящий календарь и дата: среда.

— Точно! Мы же хотели сегодня встретиться в восемь вечера на многоэтажке! — в голосе Эмилии была легка надежда, что эта встреча что-то изменит.

Но она даже не знает, насколько сильно этот вечер изменит их жизнь.

Глава 25 даже время обгоняет память

Когда часы показали семь вечера, Эмилия направилась к старой пекарне.

Проходя по знакомым, но давно забытым улицам, девушку охватывало лёгкое, почти детское тепло. Каждый переулок был до боли знакомым. Эмилия вспоминала, как шла туда впервые, и на душе стало теплее, как от старого пледа.

Подходя к старой пекарне, девушка замерла: свет был выключен, витрины пусты, лишь паутина и полная темнота были внутри. Эмилия всматривалась в стекло и замечала всё больше мелких царапин и сколов.

— Ну как же так? — голос был тихим. Она приложила руку к стеклу и вспомнила, как забегала в пекарню за булочкой после учёбы.

От мыслей девушку отвлекла рука, почти невесомо упавшая на её плечо.

— Они уже года два не работают, ты не знала? — голос был знакомым, но Эмилия не могла понять, чей он. Обернувшись, девушка увидела Марка.

— Два года? — она переспросила, не веря в эти числа. — Но я будто бы вчера сюда ходила! — голос был немного взволнован и даже напуган.

— Да, время очень быстро идет, кажется, что было вчера, а на самом деле лет пять тому назад, — вздохнув, Марк кивнул девушке к многоэтажке. — Пошли, сегодня будет особенный вечер, его нельзя пропустить.

Эмилию не оставляло ощущение опустошения, но слова парня заставили её следовать за ним. Она невольно сжала пакет с вещами в руке, будто бы пытаясь схватить воспоминания, но лишь ощутила давление ногтей на кожу.

Глава 26 небо стало сказкой

Поднявшись на крышу, Эмилия села, отложила пакет и выдохнула. День был тяжелым и морально, и физически, а здесь — наконец-то тихо.

Марк всё это время смотрел на небо.

— Ты чего? — сказала девушка тихо, поднимая глаза. Как вдруг она застыла.

— Я же обещал, что вечер будет особенным, — прошептал Марк, улыбнувшись и поправив костюм.

Он был прав, ведь небо озаряли падающие звезды, их блеск освещал дома и улицы. Атмосфера была магической.

Каждая звезда — как часть чего-то большого летела прочь, за ней вторая, третья...

— Куда они? — вопрос был немного глупым, но, видя звездопад, Эмилия не задумывалась над тем, как правильно формировать речь.

— Летят в направлении юга, — Марк любил такие вопросы, на них никогда не нужно отвечать заумными словами или формулами.

— А... — Эмилия задумалась, — это может быть знак? — добавила она тише.

— Возможно, — улыбнулся парень.

Осознав, что её вопрос не приняли за какую-то глупость, Эмилия расслабилась, наслаждаясь моментом.

— Чего еще принесет этот северный ветер? — девушка резко замолчала. Она сама не поняла, почему сказала именно так. Вспомнив о конверте, Эмилия подумала, что просто устала, и факты сами начали смешиваться в её голове.

Марк не стал ничего спрашивать и лишь мягко улыбнулся.

Издали за ними наблюдала девочка. Она знала причину каждого слова, действия, и улыбнувшись, лишь прошептала: спокойной ночи.

Звездопад, начал заканчиваться, звезды мелькали реже, давая простом бескрайней глади ночного неба.

А девочка ещё смотрела, как Эмилия и Марк, всё чаще начали зевать и тихо смеялась.

Глава 27 когда реальность треснула

Проснувшись, Эмилия увидела вокруг себя маковое поле. Не многоэтажки, а лишь цветочное поле. Не запах бензина и сигарет, а тонкие ноты свежести и злаков, доносящиеся с полей. Не шум машин, а тихая мелодия ветра на листве и проспыпающиеся вдали сельскохозяйственные животные.

Осмотревшись, девушка заметила Марка и начала трясти его за плечи.

— Проснись!, — голос дрожал от страха.

Постепенно парень начал хмуриться и что-то бурчать под нос, явно просыпаясь.

— Ну же!, — Эмилия не переставала его будить.

— Что?, — спросил Марк, приподнимаясь и не открывая глаз, голос еще был хриплым, а действия заторможенными.

— Осмотрись!, — мысль, что парень проснулся, и она теперь не одна, заставила голос Эмилии звучать мягче, но с той же серьезностью.

Марк приоткрыл глаза, что бы понять причину беспокойства девушки. Он замер с открытым ртом.

— Это... это вообще как?!, — мысли ещё путались, но парень уже пытался постоять логичную цепочку, для осознания ситуации.

Эмилия лишь пожала плечами. Осматриваясь, она заметила силуэт девочки, и на душе стало спокойнее — за ними приглядывают.

— Думаю, стоит найти хоть кого-нибудь, — сказала девушка вставая.

— Однозначно, — Марк кивнул головой, поднялся и отряхнул костюм.

— Странники? Что вы забыли в нашем поместье?, — раздался сухой голос.

Марк обернулся на человека, который к ним обращается и замер — перед ним, стоял настоящий рыцарь в доспехах.

— Мы..., — Марк уже хотел ответить.

— Мы пришли к вам с просьбой о приюте!, — перебила его Эмилия.

— Странный говор у вас, да одеяние, — подметил незнакомец. — следуйте за мной, — он направился вперёд.

Эмилия кивнула, и пошагала следом, подгоняя Марка.

Глава 28 весы судьбы

Подойдя к главному зданию поместья — высокому каменному дворцу с арками и двумя башнями, Эмилия ахнула.

— Вот это да, — сказала она тихо.

— Бальника не видела что ли никогда? — голос рыцаря был удивлённый.

— Бальника? — девушка не могла понять, что это.

— Тут балы проходят, значит? — уточнил Марк.

— А ты не глуп, не учто за умом к торговке совами ходил? — рыцарь лишь скупо посмеялся над своей шуткой.

— Торговка совами? Кто это? — Эмилии стало интересно узнать, ведь она любила этих птиц.

Атмосфера стала напряжённее.

— Не знаю, — коротко отрезал рыцарь, открывая дверь в бальник, но он явно знал ответ.

Зайдя в помещение, Эмилия застыла — каменные стены, свечи, ковры алые, как маки с поля. Несмотря на свои размеры, казалось, что здание давит со всех сторон, как смертельная ловушка.

Рыцарь пошел по крутой лестнице в левую башню. Лишь звон железа о камень эхом развался в пространстве.

Через время к Эмилии и Марку спустились рыцарь и странный мужчина. Он вошел в центр, и даже в этом залитом светом зале казался отдельным источником сияния. Его белый костюм, расшитый золотом, не выглядел тусклым — напротив, он слепил, как полярная звезда. Тяжёлый плащ с меховой опушкой придавал фигуре монументальность, а чёрная изнанка, проглядывавшая в складках, напоминала о том, что за светом всегда прячется тень. На голове покоилась изящная корона с синими камнями, холодными и непроницаемыми, как взгляд самого монарха. В этом образе не было суеты — только спокойная, пугающая уверенность человека, привыкшего вершить чужие судьбы.

Эмилия быстро поклонилась, понимая, что перед ними — не просто богатый дворянин, а сам властелин этого поместья. Марк, наблюдая за девушкой, сделал то же самое.

— Извольте сказать, Правитель? — пронеслось в зале, разрывая тишину.

— Говори, — ответил сухим голосом мужчина.

— Странников заметил на поле макокрылов — в час пробуждения, — рыцарь говорил твердо и четко.

— Что привело вас сюда? Почему ваше одеяние столь чуждое нашим краям? — Правитель осмотрел Эмилию и Марка.

— Мы... странствуем по миру! А одеяние такое, чтобы от холода спасаться, мы пришли с просьбой о приюте! — Эмилия была взволнованная, не зная, поверят ли ей.

— Путники, значит? А чем же вы моему поместью служить сможете? — Властелин был явно заинтересован услышанным.

Замявшись, девушка не знала, что можно ответить. У нее не было сведений о том, в чем бы она могла себя проявить.

Сделав шаг вперёд, Марк расправил плечи и четко ответил:

— С вашего позволения, буду служить вам, Правитель, до конца своей жизни.

Эмилия замерла, она никогда не видела столько энтузиазма в его глазах.

— Шить умею хорошо, если нужно, буду портнихой, — добавила девушка.

В зале повисло молчание.

Глава 29 урок поклонов

— Грей, проводи их к ближайшему свободному дому, — сказал Правитель. — Завтрашним утром, подними парня, пусть тренируется, а потом и покажет силу своей клятвы, — слова были тяжелыми, как и камень, из которого сделан бальник.

Рыцарь поклонился мужчине и направился к выходу из здания. Эмилия и Марк поспешили за ним.

Выйдя на улицу, они заметили, что людей стало больше: кто-то набирает воду в колодце, кто-то идет к грядам, урожай собирать, кто-то уже был у животных. Жизнь в поместье начала бурлить.

Подойдя к одному из домов, Грей остановился.

— Портниха тут жить будет, с дворянами, — сказал рыцарь. — Парень за мной, — добавил он, направляясь в глубь поместья.

Эмилия робко зашла в дом, в нем пахло пирогами и чаем.

— Здравствуйте? — сказала она тихо. — Меня к вам привел парень, по имени Грей, вроде.

Первой к ней повернулась старуха, пекущая пироги.

— Ну проходи, милочка, стряпать умеешь? — спросила она сходу.

— Немного, но я портниха, — Эмилия была взволнована и по привычке крутила прядь волос.

— А! Так тебе к Николю нужно нашему! Он в подсобке сейчас, — ответила старуха, не отрываясь от готовки.

— Николю? Где он?

— Ат, Николюшка пошел коз доить, сосед попросил. К обеду явится! А ты пока иди, комната соседняя, — старуха кинула вправо. — Там вещи разложить сможешь.

— Спасибо, — Эмилия быстро прошла в комнату.

— Ат какая некультурная! Поклонилась бы что ли! — крикнула вслед девушке старуха.

«У них спасибо, это поклон? Нужно будет запомнить, а то проблемы мне не нужны», — пронеслось в голове Эмилии. Она вышла и поклонилась старухе.

— Извини, матушка, усталость одолела.

Удивленная такой речью, старуха кивнула Эмилии и продолжила печь пироги.

Глава 30 под зарубками веревки

В этот момент Марк и Грей подходили к дому на окраине поместья. Оглядываясь по сторонам, парень не мог понять, куда его ведут, и лишь сильнее от этого нервничал.

Зайдя внутрь дома, в нос ударила смесь железа и папирос.

— Здравствуй, кузнец, — сказал Грей, кивнув на Марка. — Этому парню нужны латы.

— Латы? Давно я таким не занимался, ладно уж, сажайся, мерить тебя будем, — ответил мужчина лет пятидесяти. Он был седым, с длинной бородой, низким и с хриплым голосом.

Марк сел на ближайший табурет и начал ждать.

Кузнец достал старую верёвку и начал наматывать её на плечо парня.

— Ат, тут полстипа вздутие, — пробурчал он. — Не как у мальчишки, но ровняться есть куда.

Грей не стал ждать, понимая, что ещё долго.

— Степан, ты парню-то скажи потом, куда идти. Я из-за него весь обход просвистел, — он был явно недоволен временем, когда встретил Марка и Эмилию.

— Катись уже. Тошный ты, ну ясно дело, все вы молодые, прыткие, буйные, — начал ворчать кузнец, делая мерки дальше.

Грей не отреагировал на замечание Степана и ушёл.

— Взмах почти два стипа, благородно, — бубнил кузнец. — Возьму один стип и сто пятьдесят паповерок, — сказал он, почесывая бороду, — ещё пять накину, чтоб руку не жгло.

Марк сидел, не понимая, о чем говорит кузнец. «Паповерок? Стип? Мера что ли какая?», — думал он.

— Стан крепкий, два стипа, да сто паповерков. Чинно, — продолжал Степан.

— Верх ноги стип, да пятьдесят паповерков. Седловая длина — два стипа, четыре паповерка. — Кузнец задумался, делая примерные подсчёты: где добавить пару паповерков, где скрепить латы. А затем добавил:

— Ты солдатом будешь слабым, коли ещё будешь.

Глава 31 монотонная правда

— Почему?! — Марк был растерян, его детская мечта, которая была так близко, начала течь сквозь пальцы.

— Да не ори ты, молодой. Тощий ты, и веса лат-то не выдержишь, а что про меч, щит говорить? — ответил кузнец спокойно, закуривая очередную сигару.

— Я всегда хотел... рыцарем быть, — тихо сказал Марк, отпустив голову.

— Странный какой, в это дело по доброй немногие идут, — старик свернул веревку и небрежно кинул в шкаф.

— А что поделать? Мечта такая, — вздохнул Марк.

— Так чего чего, в бальник идти, Правителя проситься на дело. Одобрит — будешь ты рыцарем. Тебя никто не остановит, что ты тощий, это лишь твои проблемы и слабости, другим на это даром, лишь бы от тебя польза была, — голос Степана был тихим, но твёрдым. Он отпустил дым папиросы к потолку.

Марк замер, его глаза на секунду расширились от услышанного. Он ожидал многого — что старик начнет отчитывать, или прогонит прочь, но не так, не эту монотонную правду. Пытаясь собраться с силами, парень моргнул пару раз и поднял голову.

— Нас сразу сводили туда, я сказал правителю о своем желании, он заставил рыцаря меня к вам привести.

— Ат как, ну это дело меняет, если правитель согласен — спорить не стану, — ответил кузнец, выкидывая папиросу.

Марк кивнул, не зная, как продолжить диалог.

— Ты латы ближе к завтрашнему полудню получишь, отдам бесплатно, но знай — с первой скотиной — откупаться будешь, я не просто так тут не парюсь, — добавил Степан строго.

— С первой скотиной? — Удивлению Марка не было предела: тут нет денег, тут совершенно другая валюта.

— Ты как с севера сбежал, говорю же — обживешься, и когда тебе первую скотину выделят — будешь мне платить. Срок месяц даю, коли не местный, — пояснил старик с раздражением.

— Усёк! — протараторил Марк, он явно не желал видеть кузнеца злым.

— Иди уже, засиделся больно. А совет старика послушай: хочешь выжить — ведра таскай чаще, а то холод рыцарям тощяка не прощает! — крикнул он вслед уходящего Марка.

«Да про что они все говорят?! Какой север?! Какой холод?! И как рыцарь с этим связан-то самое главное?!» — мыслей с каждым шагом становилось всё больше.

Глава 32 цена лат

Выйдя из кузницы, Марк понял, что старик должен был ему что-то показать.

— Степан! — крикнул парень. — А куда мне дальше?

Кузнец неторопливо вышел, поправляя кожаный фартук и поглаживая седую бороду.

— Сначала на пастбище. Там скотник сидит. Дай, может, курицу тебе выделит, а то и корову. А потом — туда, — он махнул в сторону дома с покосившимся крыльцом.

— А к скотнику зачем? — не понял Марк.

— А чем ты расплачиваться-то собрался за латы? — старик начал злиться, голос стал жёстче. — Или думал, железо просто так дают?

— Понял, — буркнул Марк и направился к полю с животными, чувствуя, как мечта о рыцарстве становится чуть дальше с каждым шагом.

Подходя, он заметил, что на всех животных были метки: на курах, на козах, на коровах. И только овцы держались отдельно, будто чужаки среди своих.

— Кто тут скотник? — спросил Марк у парня, сидевшего в тени изгороди.

— Я. Чего хотел? Не видал тебя раньше, — отозвался пастух, не поднимая глаз.

— Да я не отсюда. Кузнец отправил за животным.

— Ты надолго у нас?

— Навсегда, — ответил Марк и сам удивился, как твёрдо прозвучали эти слова. Вопрос пастуха неприятно кольнул: он будто сразу ставил его на место — не рыцарь, а новый работник.

— Рыцарь будущий? — пастух хмыкнул, будто угадал не по виду, а по чему-то другому.

— Да, — коротко ответил Марк, и ему стало неловко, будто он признался в чём-то детском.

— Гляди тогда, — скотник встал, взял пару цыплят и одного телёнка. — Они твои будут. Бери верёвку и вешай им на шеи. Окрась, чтоб отличил потом.

Марк молча кивнул, хотя внутри всё сжималось от непонимания. Он пошёл от пастбища к дому, сжимая в руках верёвки.

«И чем мне это поможет? Почему будущий рыцарь должен каким-то животным верёвки на шеи красить?» — злость накатывала волнами, но спорить сейчас казалось бессмысленным.

Подойдя к дому, парень остановился на косое крыльцо. В дверном проёме показался Грей.

— Что стоишь? Дел нет? — в голосе рыцаря звучало раздражение, будто одной неподвижности Марка уже было достаточно, чтобы считать его халтурщиком.

— Я не знаю, чем верёвки красить, — выпалил Марк, почти оправдываясь.

Грей на несколько минут исчез в доме. Когда он вышел, в руках у него были старые, потемневшие от времени вещи.

— Лови, — коротко бросил он.

Марк поймал и теперь крутил в руках странный предмет.

— Что это?

— Берестяная коса. На шее животных завяжешь, или на лапах — такой ни у кого больше нет.

В этот момент Марк вдруг понял: крашеная верёвка должна была стать просто отличительной меткой, способом показать, что животные — его. Но теперь у него было что-то более ценное и редкое — знак, который выделял его среди других. И пусть пока он не рыцарь в латах, зато у него есть вещь, которой ни у кого нет.

— Спасибо, Грей, — тихо сказал Марк, ему казалось, что рыцарь не так уж и холоден, раз сам решил немного помочь.

— Иди к скотнику, а затем на маковое поле. Тренироваться будешь.

Глава 33 день который учил держаться

Так день и продолжался: Эмилия обживалась в новом доме, а Марк тренировался с Греем на маковом поле.

— Встань уже! Если ты упадешь на пути в Ледяное безмолвие уже не уйдешь никуда!, — кричал Грей. Он не мог смотреть, как Марк раз за разом падал.

— Да что там такого!?, — непонимал парень. — Больно меня мороз погубит!, — продолжал он.

— Да, погубит, и не одна шуба тебя не спасёт если пуст внутри!, — рявкнул Грей теряя терпение окончательно.

Марк не хотел проблем. Молча встав, он продолжил тренироваться.

Потому что где-то в доме, среди чужих вещей и чужих запахов, Эмилия пыталась сделать это место своим.

В этот момент в доме пахло пирогами — тёплыми, пряными. Старуха, которая их пекла, уже ушла на скотник, и дом на мгновение стал тише, будто прислушивался к самому себе.

Рядом, в мастерской у дома, Николя раскладывал кожи и нитки, готовясь к уроку. Он знал, что шитье здесь — не про платья, а про защиту: плотные швы, кожаные накладки, упрямые узлы, которые не рвутся даже под тяжестью доспеха. Эмилия вышла к нему.

— Покажу тебе как сшить простую рубаху для хаты, бери веревку с зарубками, — сказал Николя, указав на стол.

— Хорошо, — в этот момент Эмилия поняла, что учение будет сложным.

Глава 34 свой пример

Их первый день в поместье завершился. Алые лучи заката ложились на траву, ветер стих, на небе вышли первые звёзды.

Эмилия сшила первую ночную рубашку — косую, мятую, но первую свою. Ткань будто жила отдельно от её пальцев: скользила, морщилась, не хотела ложиться ровно. Когда последний стежок был затянут, Эмилия посмотрела на рубашку так, словно та могла ей что-то объяснить.

— Хороша рубаха, — спокойно сказал Николя, проводя пальцем по шву. — В ней есть старание. А ровность приходит следом.

«Почему такая косая? Я ведь умею шить! Может, из‑за новых материалов? Или этого поместья? Почему получилось так плохо?» — проносилось в голове Эмилии.

Николя заметил её досаду.

— Пошли за мной, покажу тебе, — сказал он спокойно и повел в мастерскую. Там, с полки Николя достал рубашку, с рваным рукавом и косым стежком, карман и вовсе держался на двух петельках.

— Я уже много тогда шил, а вот какие рубахи были, — Николя подал Эмилии вещь.

— Много, это сколько?, — уточнила девушка, ей казалось, что мастер ей скажет, что для три или четыре.

— От одного цветения деревьев, до другого, каждый день трудился.

Эмилия замерла, в её руках то, чему понадобился год для рождения, а оно все равно кривое.

— Спасибо, — сказала она, отдав рубашку, и поспешно пошла обратно в дом.

Она аккуратно рассмотрела рубашку, а затем свернула и убрала её в сундук у кровати — не чтобы спрятать, а чтобы сберечь: ведь, пусть пока кривая, но своя.

Где‑то там, вдалеке, на маковом поле, Марк учился стоять в холоде. Ветер забирался под одежду, искал слабые места, пытался сбить с ног. Но Марк стоял. Не идеально, не твёрдо, но стоял — и не падал.

Грей обошёл его кругом, постучал костяшками по плечу, прислушался к звуку, как к слову.

— Не дурно для первого раза, — сказал он. — Ты не рухнул. А это уже половина победы.

Марк только выдохнул облачко пара и кивнул. Холод забирался внутрь, сковывал движения, но теперь казался не врагом, а мерой: сколько ты выдержишь, столько ты и стоишь.

— Завтра будет ветер сильнее, — пообещал Грей. — Так что спи, пока тихо.

Марк кивнул и направился к своему дому.

Глава 35 когда козел решает всё

Открыв глаза, Эмилия увидела, что солнце высоко, значит, поместье уже давно не спит. Она вышла из дома и огляделась — Марк тренировался в поле, Николя сидел в мастерской, старуха развешивала одежду на веревках во дворе.

— Ну как спала? — спросила женщина.

— Нормально, — ответила Эмилия, она наконец-то выспалась.

— Ну и славно, сходи к скотнику, я тебе там подарок приберегла, — старуха улыбнулась и продолжила развешивать бельё.

Эмилия не стала спрашивать, кто это, и просто пошла по поместью. Оно было достаточно большим, в нём было всё для хорошей жизни: гряды, животные, дома, колодец.

Первым делом девушка пошла на сеновал, рядом с которым паслись животные. Увидев стоги сена, гряды со злаками и овощами — она замерла. Эмилия никогда раньше не видела, чтобы на земледелие отделялось столько земли.

— Чего стоишь? — спросила девушка, поливающая растения.

— Я гуляю, — ответила Эмилия.

— Без дела маешься, не дело, — девушка продолжала работу. — Но видно не здешняя, так что ладно.

— А разве обязательно постоянно работать?

— Да, работаешь до полуденя, а дальше вольна делать что хочешь, — ответила девушка, поправив косынку. Она была молодой, лет 18, рыжеволосой и веснушчатой.

— Понятно, но я работаю портнихой, просто сказано скотника найти, что там подарок какой-то.

— А! Ты с тем пареньком, что на поле сейчас борется, вчера пришла к нам? — заметно оживилась девушка. — А именовать тебя как?

— Эмилия, — ответила девушка, заправив прядь волос.

— Имя у тебя странное, вы с севера что ли? — поинтересовалась девушка, — а меня Марьяной звать.

— Понятно, скажешь, где скотник? — попыталась уйти от ответа на вопрос про север Эмилия.

— Петрушка! — окликнула Марьяна скотника.

— Ат, погожи! У меня козел сбежал! — ответил парень.

— Весело вам тут, — сказала Эмилия, но в этот момент к ней пришло осознание, что козел бежит на неё.

Глава 36 козел устроил переполох

— Берегись! — успел крикнуть Петрушка перед тем, как Эмилия побежала с поля.

— Может, поможем ей? А то козёл ж её запорет, — спросила Марьяна.

— Хватай яблоко и давай за ними! — крикнул скотник, кинул девушке пару фруктов и побежал за Эмилией.

— Кислица уж, надеюсь? — она не ждала ответа и побежала за козлом.

Пока Эмилия пыталась оторваться от неизвестно из-за чего разъярённым козлом, Марьяна и Петрушка пытались их догнать. Пара детей тоже решили помочь.

— Хватай рогатого! — крикнул мальчик лет семи.

— Бе! Бе! — кричала девочка лет пяти.

Марьяна, догнав козла, схватила его за рог и сунула под нос яблоко.

— Ешь, беготной! Совсем измотал, всем поместьем за тобой бегали! — добавила девушка.

Уставшая Эмилия упала на землю.

— Ат, ты что? Упарилась? — спросил Петрушка. Но девушка была не в силах ему ответить и лишь лежала, судорожно хватая ртом воздух.

Козёл радостно начал есть яблоко похрустывая. Дети ещё стояли рядом — вдруг он опять убежит?

— Вот тебе и подарок, — наконец сказала Эмилия, усмехнувшись этой ситуации.

— Подарок говоришь? — Петрушка задумался. — А тебя ко мне не старуха отправила случаем?

— Она самая, — ответила Эмилия медленно присаживаясь на землю.

— Понятно теперь, пошли тогда за подарком.

Эмилия вопросительно посмотрела на скотника.

— Что смотришь-то? Вставай, — сказал Петрушка и направился к загону с животными. Марьяна помогла девушке встать, а дети повели успокоившегося козла.

— На меня напал, — Эмилия сделала паузу, — Козёл! — она была возмущена, но в тот же момент смеялась с абсурдности ситуации. От её интонации все люди вокруг, даже не знающие Эмилию, залились хохотом.

Глава 37 козы, гуси и прочие способы напугать новичков

Придя на поле, Эмилия вела себя максимально аккуратно, чтобы не разозлить очередное животное.

— Чего скукожилась вся? — спросила Марьяна, увидев немного сутулую девушку.

— Я не хочу, чтобы на меня ещё раз напали! — попыталась возмутиться Эмилия, но лишь вызвала очередную волну смеха и улыбнулась.

— Так тебе тогда гусей бояться надо! От них уже не спасешься!, — подмигнула ей Марьяна. А дети начали подтверждать.

— Меня гусь таак!, — Мальчик протянул слово и показательно провел рукой по воздуху, — сильно угонял, что я на крышу кузницы залез!, — он был явно горд своей ловкости.

— Не всем как тебе везёт! Мне гусь штанину порвал!, — добавил Петрушка, протягивая Марьяне с козлом руку. Взяв животное, скотник быстро загнал его в загон.

— Смотри, — добавил парень и кивнул на телёнка.

— Корова?!, — удивилась Эмилия.

— Она самая, коровенка малая, твоя теперь, старуха выпросила.

Эмилия стояла с открытым ртом не зная, что ей делать с телёнком.

— Мне его домой вести что ли?!, — наконец скзаала девушка, чем вызвала волну смеха. Мальчик упал на землю, смеялся держась за живот.

— Ат, ты юморная!, — сказала Марьяна, — кто ж животных домой таскает? Тут она останется, Петрушка кормить будет, и молоко собирать, — стряхнув слезу от недавнего смеха Марьяна отправилась дальше поливать растения.

— Почему?, — ничего не понимающая Эмилия стояла и смотрела на теленка. Он казался очень милым: трехцветный, с маленькими рожками и начесом на голове, стоял, виляя хвостом.

— Так это работа моя! Юморная ты, я за животиной слежу, молоко, яйца собираю, когда нужно — пришла забрала. Но знай — всему своя цена, посмотрим как доится будет телонок, там и скажу сколько ты мне платить будешь.

— А зачем мне молоко коровье?, — не переставала расспрашивать Эмилия.

— Иди уже! Юморная!, — посмеялся Петрушка не поняв, что девушка серьёзно.

Придя домой, девушку встретила старуха, она чила чай.

— Садись, рассказывай!, — улыбнулась женщина.

— Что рассказывать?

— Нашла скотника? Как тебе теленок?

— Ага! Нашла я скотника! Только сначала от козла бегать пришлось!, — улыбнулась Эмилия.

— Скотник уж обленился, что не день, всех то козлы, то гуси гоняют, — проворчала женщина, но её явно это не злило.

— И теленка нашла, только зачем он мне? У меня никогда не было, таких, животных, — девушке стало немного стыдно, и она начала крутить кольцо ни пальце.

— Как зачем? А платить то ты чем будешь? Ну вы, северные, странные конечно, ну слушай: каждому работяге, дают животину, корову, козла, куру, гуся, кому-то несколько разных, кому-то одну. Что с животины получаешь — тем и платишь. Ат один пакет муки нашенской стоит два яйца! Бывает ещё конечно, отдают по десять стирпов земли, но это уже тебе знать не обязательно.

— Вы платите тем, что дадут животные?, — Эмилия не верила своим ушам.

— А чем ж ещё? Ладно, беги молодая, — сказала старуха поставив пустую чашку на стол.

— Опять к козам?!, — Эмилии очень не хотелось к ним возвращаться.

— Ат, ты что дурная? Больно к козам я тебя пущу, иди говорю, ждут тебя, — женщина направилась в спальню, явно ничего больше не собираясь говорить.

Глава 38 старый бег, новые люди

Выйдя во двор, Эмилия увидела Марка, протягивающего ей мак и улыбающегося.

— Привет! Великая покровительница коз, не справившаяся с управлением! — он смеялся.

— Ты! — Эмилия не нашла слов. — Ты видел и не помог мне! — шуточно кричала девушка, подходя к Марку. Увидев это, парень побежал.

— А ну стоять, рыцарь! — кричала Эмилия, догоняя его.

— Чувствуется угроза! Козий посланник меня преследует! — отшучивался Марк.

— Я ж тебя догоню! Ты! Маковый воитель!

Парень лишь рассмеялся и продолжил свой побег.

Наблюдающая за ними из окна старуха вздохнула.

— Николя, ну ты посмотри! Как дети малые, — она улыбнулась.

— Что ты всё бубнишь, старая? Пусть бегают, пока молодые! — ответил мужчина, откусив пирог. Старуха это заметила.

— Молодость вспомнить решил?! Сюда иди! — крикнула женщина. — Я ж это на завтра пекла, ты! Балбес старый!

Поняв серьёзность ситуации, Николя быстро начал выходить из дома.

— А ну стой! — крикнула женщина вдогонку, взяв веник.

— Веник убери сначала!

— Я ж тебя поймаю, старый!

На небе сияли звёзды, освещая путь тем, кто пытался этим вечером убежать.

Глава 39 там где звенят мечи

На следующий день двор у тренировочной площадки звенел от ударов стали о сталь, будто забыв вчерашний бег. Солнце едва поднялось, а Марк уже стоял на маковом поле.

«Ну хоть какое-то разнообразие! Первый тренировочный бой! А то надоело по воздуху махать», — пронеслось в голове Марка.

Его движения были резкими, дергаными. В это время Грей двигался плавно, без лишней суеты — как река, что обтекает камень, не замедляясь. Клинок рыцаря мелькал в воздухе, то проверяя защиту Марка, то заставляя его шагнуть в сторону или резко отступать.

— Держи тепло внутри, — коротко бросил Грей, когда Марк на секунду дрогнул. — Не выпускай его в дрожь. Если холод возьмёт тебя — ты уже проиграл, даже если меч в руке.

«Опять он про этот холод!», — буркнул себе под нос Марк, и стиснув зубы, снова встав в стойку.

— Воля — это не сколько ударов ты перехватишь, — голос Грея звучал ровно, будто он говорил о чём-то обыденном. — Это сколько ты в холоде продержишься. «Холод, холод, холод, только это и слышу», — подумал Марк и продолжил.

Когда тренировка закончилась, парень опустился на землю прямо там, где стоял, и лег в цветы. Руки слегка дергались, а дыхание было сбивчивым.

Глава 40 когда улыбка светится во тьме

Вечером Эмилия нашла Марка на поляне.

Он сидел, опустив голову, и смотрел на свои ладони — на мозоли, на царапины, на то, как пальцы всё ещё сжимались, будто держали рукоять.

— Знаешь… — он помолчал, подбирая слова. — Мне кажется, чем лучше я становлюсь, тем холоднее ко мне Грей относится. Будто ему вообще всё равно.

Эмилия насторожилась, это примечание парня ей казалось правильным, но она не подала виду, что бы не расстраивать Марка.

— Он такой, — тихо сказала девушка. — Не умеет хвалить. Но это не значит, что он не замечает.

— А как тогда? — Марк хмыкнул. — Сегодня я удержал стойку, когда он ударил в полную силу. Не упал, не отступил. А он просто кивнул и сказал, что это нормально. Но глаза..., — Он затих вспоминая тот взгляд. — Знаешь, будто бы он прожил, что-то опасное.

— Может, для него это и есть похвала, — пожала плечами Эмилия. — Он не из тех, кто рассыпается в словах. Если бы ты его разочаровал, он бы сказал прямо. А так… он просто ждёт, что ты станешь ещё лучше, и да, насчет взгляда: думаю, раз он рыцарь, то много всего пережил, логично ведь.

В этот момент через поле, к выходу из поместья шёл Грей.

— Учись что б быть достойным, да что б, — он замялся, — бездна не затащила, — сказав это, Грей ушёл, не обращая внимания на Марка который явно хотел чтото ещё спросить.

— Бездна? Серьёзно? То север, то бездна, какие ещё легенды тут витают? — прошептал парень.

Эмилия тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью.

— Не знаю, думаю, нам с тобой никогда и не придется узнать

Марк улыбнулся, и в этой улыбке было столько облегчения, что даже сумерки вокруг будто стали светлее. Он сжал в пальцах рукоять своего меча — не для боя, а просто чтобы почувствовать, что он всё ещё здесь, всё ещё держится. И что, может быть, однажды Грей скажет чуть больше, чем пару слов про север, бездну, и другую опасность из, как он считал, легенды.

Глава 41 десять стирпов до края

Выйдя за пределы поместья, Грей долго шёл и, наконец, оказавшись перед бездной, сел на землю в десяти стирпах от пропасти.

— Покоя ты мне не даешь! Сколько мне ночами ходить?! — его голос был уставшим.

— От одного только взгляда на тебя, ненасытная, по спине кузнецы скачут, — тихо сказал Грей, вслушиваясь в совиное сопение.

— Сидишь там, да? Ну и сиди, темная, — встав, Грей инстинктивно быстро отошел дальше и направился обратно в поместье.

— Валунами тебя накрыть, что ли... А толку-то? Всё равно черти вылезут, — его вопрос остался висеть в воздухе, в тот момент как рыцарь сам шагал в поместье.

Взглянув на небо, Грей увидел полумесяц, и в этот момент его сердце как будто пропустило удар.

— Полнолуние скоро? Жизни спокойной не дашь, да, червоточина?

Ответа в ночной тиши не было, и под тягой мыслей Грей пошел в дом. Трава блистала цветом изумруда, а капли росы на ней были словно хрусталики, но эта картина лишь сильнее пугала Грея.

Глава 42 отголоски бездны

Когда Грей шел по маковому полю второй раз, Эмилии и Марка уже не было.

Зайдя в дом, рыцарь заварил себе чай в фарфоровую чашку и сел напротив окна.

— Ветер был холодный, больно, не к добру, обычно листья позже опадают, — пробубнил он, делая глоток. Пытаясь отвлечься от негатива, Грей начал вспоминать тренировки с Марком.

— Больно хорош парень стал, не дело, — приговаривал рыцарь, стуча пальцами по столу.

Его раздумья прервал странный мимолётный рисунок на стекле — синие тонкие полоски, будто жилы живого существа, на секунду засияли и тут же потухли, не оставляя за собой никакого следа. Но Грею хватило времени, чтобы вспомнить этот незамысловатый узор.

— Не отступишься от меня... да, старая? — в его голосе не было страха, лишь усталость и какое-то смирение.

На небе, только что озаряемом звездами, начали скоро собираться тучи, поднялся ветер, и вскоре началась гроза.

— Да чтоб тебя! — крикнул Грей, наблюдая, как по поместью начали бегать люди, собирая дождевую воду во все возможные тары: от чашек до деревянных бочек. Он сам не спешил под дождь, хоть и знал его значимость.

Взгляд рыцаря был устремлен на ворота, как будто ожидая незваных гостей, разрушивших «правильный» хаос поместья своими правилами и требованиями.

— Что ж вам не имется-то? Жизни никакой от вас нет, — сказал Грей, допивая чай. Неожиданно для себя парень почувствовал чье-то присутствие, но, обернувшись, никого не увидел.

— Да чтоб тебя страшила! — он всегда знал, кто находится в доме, только не в этот раз.

— Фебрисса одолела, что ли? Так не мок же! — рыцарь перебирал в голове варианты болезней, пытаясь на них спихнуть ощущение чьего то присутствия. После пары попыток, Грей смирился и пошел в спальную комнату. Ночь явно будет трудной.

Глава 43 решающее падение

Полнолуние, на небе лишь звёзды, без единой тучи. Грей идет к бездне, не зная, что его ждет впереди. Подойдя к краю, он встал, не понимая, что делать дальше и зачем его сюда отправили. Как вдруг земли под ногами не стало, а через минуту — тьма бездны и шаги рыцарей в черных латах.

Тишина, страх, напряжение. В голове крутятся мысли, перебирая варианты спасения.

Грей медленно встает, пытаясь не издавать звуков, но один рыцарь его все же заметил.

Тишину бездны разорвал крик, длинный и протяжный. Времени думать нет, и Грей схватил свой меч. Лязг металла резал воздух, а напряжение висело таким плотным облаком, что его почти было можно потрогать.

Один за другим сверкали мечи, но каждый звук заставлял всё большее количество рыцарей идти к месту боя. Грей со всей силы ударил одного из рыцарей своим клинком.

Резко открыв глаза, он понял, что находится в собственной кровати. Быстро сев, парень пытался выкинуть из головы падения одного из рыцаря в черных латах, ту оглушающую тишину и пару минут, за которые он выбрался оттуда.

— Да что за напасть! — крикнул он, пытаясь вернуть себе хоть какое-то самообладание, но получалось плохо — голова гудела мыслями, тело дрожало, а перед глазами снова появился тот момент его жизни. Уставший, с ранами Грей стоял в десяти стирпах от пропасти, из которой доносились отрывки фраз «везунчик», «твоя награда — сила ночи», «успел», «первый выживший», в то время как его меч светился при свете полной луны синими линиями — как живой организм.

Взгляд Грея невольно упал на собственное тело, точнее шрамы, что были его нежеланной сделкой с самой бездной и ценой жизни.

Резко встав, он подошел к окну: дождь всё еще шел, но не такой сильный, людей на улице не было. Улица казалась нормальной?

С потоком ветра, некоторые листья, не смотря на время года, улетали впрочь, будет унося с собой негатив.

— Рано листья падают, рано ливни идут, — Грей попытался переключится от сна на что-то другое, более позитивное, но выходило плохо.

Вздохнув парень лег обратно в кровать, он не хотел падать в объятия колючих воспоминаний, но усталость брала свое.

Глава 44 последний упавший лист

Следующим утром на улице поместья стояло напряжение, несущее в себе то, о чем знали все, кроме Эмили и Марка.

Проснувшись, девушка решила дойти до скотника. По пути она увидела, что Грей рассеян, а люди в поместье взволнованны.

— Привет, Петрушка! Как там мой теленок? — Эмилия пыталась держать позитивный настрой.

— У кормушки стоит, — не отрываясь от вычесывания бараньей шерсти, сказал скотник.

— Понятно, хорошо кушает? — девушка с интересом наблюдала за действиями Петрушки.

— Да, ест хорошо, крепкий, прыткий.

Довольная ответом, Эмилия кивнула.

— А что ты делаешь? Ну... То есть я вижу, что барана чешешь, но зачем? Ты вроде этого не делал никогда, — Эмилия подошла ближе к барашку.

Петрушка отложил гребень и удивлённо посмотрел на девушку. На что та начала крутить кольцо на пальце, нервно улыбаясь.

— Ты не знаешь? — голос парня был слишком серьёзен для него.

— О чём? — интонация скотника и мрачная атмосфера в поместье сильно смутили девушку.

— Иди лучше, вон плетенка, — Петрушка кивнул на корзинку с вычесанной шерстью. — ты ж портниха, сшей накидок сколько хватит.

Эмилия взяла материалы и направилась в мастерскую к Николе.

По пути её встретил кузнец.

— Ат, ты та, что с тощим рыцарем пришла? — спросил он, остановив Эмилию. Девушка не сразу поняла, о ком говорит кузнец.

— А... Марком? Да, я, а почему тощим?

— Пусть латы заберет, и чтоб мне ящик яиц, не менее стирпа в длину, принес, время у него до последнего упавшего листа, — кузнец направился дальше, в бальник.

«Они все тут не договаривают?! Я ему вопрос задала! В который раз уже!», — Эмилия чувствовала, как всё внутри закипает от этой несправедливости. Но несмотря на это, продолжила свой путь.

Глава 45 чай как будильник

Зайдя в мастерскую, Эмилия поставила корзинку на пол. Внутри пахло деревом, смолой и легкой ноткой от высушенных в углу трав.

— Здравствуй, Николя, — сказала она.

— Здравствуй, здравствуй, — ответил Николя. — Скотник тебя послал шубы валять? — он тяжело вздохнул, увидев корзинку. Мужчина понимал, к чему всё идёт, но не стал говорить про это, решая просто выполнить работу.

— Да, но я не умею, — Эмилия взяла кусочек шерсти и начала рассматривать его.

— Садись, — Николя отодвинул стул и начал потихоньку освобождать рабочее место.

Эмилия переставила корзинку к столу и села, ожидая дальнейших указаний.

— Вычесывай, — Николя подал ей старый, обшарпанный гребень, — чтобы мягко было.

— Но скотник же уже чесал, — удивилась девушка, она своими глазами видела Петрушку с гребнем и овцой рядом.

— Ат, ты северная, Петруша шерсть просто счесал, а тебе нужно грязь убрать, колтуны, — Николя слегка улыбнулся, в его взгляде не было злости — лишь принятие неопытности его подопечной.

Коротко кивнув, Эмилия стала отделять кусочки шерсти и вычёсывать на столе. Она уже смирилась со званием «северной» и не стала спорить.

— Сюда чистое класть станешь, — Николя поставил справа от девушки еще одну корзинку.

— Хорошо, — сказала Эмилия, не отрываясь от работы, это монотонное дело было каким-то успокаивающим, и прерывать его не хотелось.

Одна корзинка постепенно пустела, а вторая, наоборот, наполнялась мягкой, словно облако, шерстью.

— Всё, сказала Эмилия, вычесав последний колтун.

— Славно, иди теперь мочи её, я воду в хате у печи нагрел, — отозвался Николя, он понемногу провалился в сон, сидя на кресле в углу мастерской.

Эмилия, стараясь не шуметь, взяла корзинку и направилась в дом делать новое поручение. Руки гудели после однообразной работы, но девушка ни о чём не жалела.

В доме Эмилия начала полоскать шерсть в воде с золой. А старуха бегала с пирогами по кухне.

— Не торопись там! Аккуратно! — доносилось с кухни. Вскоре в комнату зашла старуха с железным тазом и холодной водой.

— Тут смоешь золу, и в мастерской Николи развесишь, а то дождей много сейчас, — она поставила таз и пошла обратно на кухню.

Домыв шерсть, Эмилия пошла в мастерскую.

— Да уж, старуха конечно, — девушка внюхивалась в запах трав, которым пропахла шерсть, — и когда она только успела? — девушка усмехнулась.

Развесив шерсть, Эмилия слегка потрясла все ещё спавшего Николю за плечо.

— Уж луна выглядывает! Дед Николя! Там старуха пирогов напекла!

— С малиной? — пробубнил он, потирая один глаз.

— С малиной, с малиной дед Николя, еще и чаю заварила она! — улыбнулась девушка.

— Чаю? — мужчина заметно оживился, услышав о чае. — Что ж ты сразу не сказала? — он поспешно встал и направился в дом.

А Эмилия еле сдерживала смех, глядя, как Николя почти бежит к дому, будто мальчишка.

— Даже я так чай не люблю, — прошептала девушка себе под нос и тоже направилась в дом, не желая остаться без пирогов.

Глава 46 пока она чесала шерсть

Последующие дни Эмилия продолжала работать с шерстью: чесала, пряла, валяла, мыла и шила.

Доделывая последнюю шубу, девушка посмотрела в окно и увидела Марка и Грея, яростно спорящих.

— Ты не рыцарь, — Грей стоял на своём.

Марк провел рукой по недавно полученным латам, несмотря на свой вспыльчивый характер, он решил уйти, не ввязываясь в конфликт.

— Когда с неба сойдут последние алые цвета, придешь на поле. И решится кто ты, — Грей не стал задерживаться больше и ушел в дом готовить латы.

Марк встал посреди поляны с открытым ртом, пытаясь понять услышанное.

— Дуэль? — тихо повторил парень, от осознания серьёзности происходящего по его спине прошёл холодок, а на руках ощущалось странное покалывание.

— Эй! Марк! О чем вы с Греем разговаривали? — Эмилия вышла во двор, держа стакан молока и пирог. — Держи, — девушка улыбнулась, протянув угощение. Увидев её, рыцарь быстро встрепенулся.

— Да так, над техникой, в доспехах тяжелее, вот и всё, — Марку стало тошно произносить эти слова, держать спокойное лицо и вести себя как обычно, хотя в голове ещё звенели слова Грея.

— Понятно, — Эмилия не стала навязываться с расспросами.

Парень снял шлем и начал есть.

— С малиной пирог?

— Да, это старуха напекла, её фирменные, — Эмилия улыбнулась так гордо, будто бы сама придумывала рецепт. Марк лишь тихо рассмеялся, и в этой приятной обстановке голова наконец заполнялась приятной пустотой, без волнений и мыслей.

Глава 47 платье которое знало её

Допив, Марк подал Эмилии чашку.

— Спасибо тебе за всё, — начал он говорить, но его перебил резкий оклик старухи.

— Северянка! Иди сюда! Дело тебе нашлося! И рыцаря своего возьми! — крикнула женщина. Эмилия улыбнулась и махнула рукой Марку, приглашая его внутрь.

Зайдя в хижину, они направились за старухой в кладовку. Тонкие нити паутины, то и дело наровившие зацепиться за одежду или лицо, слезами блестели от капель испарения. Внутри пахло землёй, древесиной и чем-то сладким.

— Тут Николя свой старый сундук разбирал, погляди-ка, какие платья, — женщина начала доставать пышные бальные платья, от них пахло пылью и смолой.

— Баба Тоня, куда мне их? — Эмилия поставила стакан на тумбочку, взяла одно платье, жёлтое как осенний лист, и бережно отряхнула его.

— Как куда? — Тоня от такого небрежного вопроса остановилась, держа в руках следующий наряд. — Узнаешь молодка, попозжа.

— Эми, смотри, — Марк легко толкнул девушку, указывая на белое платье с голубыми рюшами. — Как из фарфора!

Эмилия отложила первый наряд и робко протянула руку к старухе, держащей платье.

— Баба Тоня, а это платье тоже Николя сшил?

— Примерь, — женщина подала костюм, — Куда ему, Николе нашему, сшить такое? Про совиную торговку слыхала? Так это в её хижине нашли заброшенной, портной лишь пару заплаток поставил! — махнувши рукой сказала она.

— Марк! Оно не только красивое как фарфор, но и тяжелое! — не ожидав такого веса от платья, Эмилия пошатнулась. Проведя рукой по старой, местами шершавой ткани, девушке оно показалось до боли знакомым и родным.

— Иди примерь уже! — сказала старуха, выходя из кладовки, прихватив стакан. — А я пока чаю вам заварю. Марк тоже начал выходить.

— Но если вдруг вес для тебя будет неподъемным, зови своего Макогого Воителя, Мис Козий Посланник, — парень улыбнулся и вышел из кладовки, оставляя возмущенные крики сзади.

Надеть платье стало той ещё проблемой, тугой корсет и большое количество рюш на нем создавали какой-то мега сложный лабиринт из потрепанной ткани. Когда наконец последний бант был завязал, Эмилия выдохнула. Платье сидело идеально — будто сшитое под неё. Порыскав в сундуке, девушка нашла перчатки из такой же ткани и, надев их, вышла к остальным.

Глава 48 Ноткус: история, от которой вздрагивают

Зайдя на кухню, Эмилия неловко остановилась, не зная, что ей делать. Наряд, озарявшийся лишь свечами и робкими лучами уходящего солнца, был немного помят, но это вписывалось настолько гармонично, что старуха невольно охнула.

— Ну как торговка! Николя, скажи ты ей! — пробормотала Тоня, не смея двигаться.

— Взаправду, — подметил тихо портной.

Приняв это за комплимент, девушка поклонилась, ей вся ситуация казалась слишком напряжённой.

— Баба Тоня, а... кто такая торговка? — попыталась развеять хоть немного молчание Эмилия.

Марк, тоже готовый слушать, поставил чашку на стол, переводя взгляд с девушки на старуху.

Баба Тоня вздохнула и, покрутив в руке пустую чашку, начала свой рассказ.

— Была у нас молодка одна, ноткусами торговала, а её в поместье так и прозвали, торговака ноткус, — старуха замолчала, наливая кипяток с самовара.

— Ноткус? — девушка взглянула на Марка, чтобы узнать, понимает ли он. Парень кивнул.

— Баба Тоня, а ноткусы — это кто? — поинтересовалась девушка.

— Узнаешь потом, ты потом всё узнаешь. Главное — знать, зачем ты тут, — старуха сделала пару глотков, сев на стул.

— А зачем я тут? — Эмилия не пыталась услышать ответа от старухи или Николи. Этот вопрос был адресован ей самой. — Может, нести красоту? — девушка задумалась и поняла в этот момент, что все находящиеся в комнате уже знают свою цель, кроме неё.

— Тебе решать, северянка, — голос Николи был тихим, но уверенным, он знал, о чём говорит.

— Что там про торговку-то? Что с ней стало? — Марк не мог выпустить из головы историю о девушке, понимая, что просто так её бы не запомнили.

Лицо старухи сразу помрачнело, и казалось, что она сейчас просто уйдет, как делает это обычно.

— Не помню сколько раз уж листья упали, но в тот день в Поместье правила не Владыка, а бездна, рыцари ночью её по улицам рыскали, — женщина невольно вздрогнула, — там всё спастись успели, только вон торговка одна, так её и схватили, — старуха замолчала явно не желая ничего больше говорить.

Николя кивнул Эмилии, приглашая сесть, заметив, что та уже перебирает с ноги на ногу от усталости и тяжести корсета. Приняв предложение, аккуратно села на табуретку, покручивая кольцо под перчаткой.

В тишине кухни ровное сопение и треск свечей казались оглушительными, давя на уши. Не выдержав такого звенящего молчания, Николя торопливо встал и пошёл в спальню.

— Ты куда? — поинтересовалась девушка, провожая мужчину взглядом. Не получив ответа, Эмилия неловко переглянулась со старухой и Марком, пытаясь понять, что происходит, но так и не получила ответ. Поправив рваными движениями выбившуюся прядь волос, она села неестественно прямо, пытаясь больше не привлекать внимания.

В это время Николя уже вышел, держа в руке старый пергамент. Передав бумагу с рваными краями Эмилии, мужчина направился на выход.

— Пошли Тоня, ей однехонькой посидеть надо, — буркнул он, не оборачиваясь. Старуха кивнула и направилась к выходу, оставив Марка с мыслями о приближающемся бое, а Эмилию с бумагой в руках.

Рассматривая пергамент, девушка пыталась разобрать, что на нем изображено, сквозь разводы чая.

— Что там? — спросил рыцарь, не отрывая глаз от бумаги.

Девушка уже начала читать, как вдруг замолчала, по её телу прошла дрожь, а в голове начали крутиться мысли.

— Рецепт кексов, которые торговка отдавала покупателям вместе с совами, — начала Эмилия.

— Ноктус — это сова? — Марк постучал пальцами по столу, и пазл в его голове начал сходиться.

— Да, а кексы, — Эмилия судорожно выдохнула и сжала ткань в кулаке, — С карамельными крыльями...

Глава 49 тебя там не будет

В нависшей тишине Марк посмотрел в окно и заметил, что с неба начинают сползать красные нити заката. «Когда с неба сойдут последние алые цвета, придешь на поле. И решится, кто ты», — пронеслось в голове парня с оглушительным звоном.

— Эми, я... Мне идти пора, — пробормотал Марк, запинаясь, и, несмотря на тяжесть лат, очень быстро вышел на улицу.

— Да вы издеваетесь? — проговорила девушка уже в пустом доме, в её голосе не осталось злости, только усталость. Методично налив в чашку чай, она полностью погрузилась в мысли, накрывшие её лавиной.

В это время Марк уже пришёл на поле, Грея ещё не было. Он тяжело опустился на землю. «Интересно, почему тут только маки?», — подумал рыцарь, сорвав один цветок. Небо темнело, растения склоняли свои бутоны, а поместье замирало. «Так, а где мой клинок?», — парень вспомнил, что после тренировки оставил меч на поле. Он встал и пошел искать оружие. Найдя его, рыцарь провел пальцем по клинку. Подняв голову, Марк опешил — к нему приближался Грей, методичным и размеренным шагом. Но в то же время его латы не издавали ни звука, он двигался словно тьма, надвигающаяся с устрашающей точностью.

Рыцарь выпрямился во весь рост и сильнее сжал оружие в руке, движения его, рваные и дёрганые, совсем не совпадали с плавностью и уверенностью Грея.

— Твой выбор: уйти с Поместья Алого Цветения или же остаться в этом поле навеки, — голос Грея был сухим и твердым. От этой интонации по телу Марка пробежал холодок, он не был готов к такой прямоте.

— В первый же день я дал слово Правителю, отступать — не собираюсь, — рыцарь не был так уверен в себе, как противник, когда-то бывший его наставником, но отчётливо понимал, что будет идти до конца.

Грей выдохнул, тяжело, шумно, и это действие, такое уставшее, не вписывалось в его величественный образ.

— Молодой, жизни не знал, — рыцарь замялся, — лезешь к тому, кто смерти не боится, — Грей провел, провел рукой по мечу, и в его голове вспыхнули воспоминания о бездне, страхе и чего-то ещё, совершенно чуждое боли. В этот момент Марк увидел в человеке напротив того, кто до последнего собирался защищать его. Он воткнул меч в землю, показывая свое уважение и попытку обойтись без боя.

— Слышал про аллею статуй? Там окажется лишь тот рыцарь, что прожил всю жизнь, не пав в бою. Тебя там не будет, — с такими словами клинок Грея взмыл в воздух. И только тогда Марк осознал, как ошибался насчёт рыцаря. Буквально одевая на дьявола наряд святого.

Первое столкновение стали меча и лат прозвучало в поле, казалось, слишком громко. Парень с силой дернул клинок, его доставая из земли. «Зачем я его убрал?!», — пронеслось в голове Марка, он желал о утраченном, и очень важном сейчас, времени. Грей не собирался ждать, удары его были отточены годами боев. «Тебя там не будет», — вдруг всплыло в голове Марка, он стиснул рукоять крепче и нанес первый удар, в районе колена. «Пусть так. Но сейчас я живее тебя. Грей», — последняя фраза, которая пронеслась в голове парня перед окончательной, звенящей тишиной, оставившей место лишь для боя.

Лязг ударов, прерывистое дыхание и свист ветра смешались в одну устрашающую симфонию. Марк сражался с точностью, сам не ожидая от себя таких результатов. После очередного удара Грей с грохотом упал на землю.

— Сдавайся! — рявкнул Марк, будто пытаясь перекричать боль в голове.

— Не всякий на коленях — сломленный, — голос звучал абсолютно спокойно, словно они пили чай, а не сражались за мечту. Солнце отпустилось окончательно, и в этот момент по мечу Грея поползли синие нити. Они пульсировали, словно вены, казалось, что меч — живой. Смотря на это, Марк замер, он не знал, что делать в такой ситуации, его этому не учили. Дальше для него всё стало одним неразличимым пятном: и то, как резко встал Грей, и то, как меч пробивает латы на груди.

Парень сжал кисти и упал на землю, осознав — это конец. Но вместо страха в его сознании начали всплывать образы поляны, дождя, чая в поместье. Каждое из них было связано с Эмилией. Марк понял, сколько всего не успел сказать. По его щеке под шлемом скатилась, невидимая никому, слеза, не от боли, а от осознания, что каждый миг — невероятно важен. В голове крутились обрывки фраз «Марри» и «Маковый воитель», они были слишком живые для этого момента.

Когда его сознание, словно улетающий маковый лепесток, покинуло Марка, пальцы разжались, а тело обмякло. Грей поднял меч парня в воздух, этого никто не видел, но это была его победа.

Глава 50 честь и верность поместья Алого Цветения

Эмилия сидела на кухне, крутя в руках пергамент.

«Может, спать уже пойти?», — пронеслось в её голове, когда она взглянула в окно. На улице уже сияли первые звёзды. Когда девушка встала, в комнату забежала старуха.

— Готовая? — спросила женщина, поправляя платье. Эмилия посмотрела на неё, не понимая, от чего та такая нарядная.

— Куда? — зевнув, уточнила девушка.

— Не слыхала что ль? Бал Правитель объявил! — пробормотала Тоня.

— Не пойду, — Эмилия направилась в свою комнату.

— Тебя, молодка, спрашивал кто? — возмутилась старуха. — Работаешь? Скотина есть? Дом? Так, значится, обязана на бал идти! — крикнула женщина, выходя из кухни. Эмилия вздохнула, положила пергамент на свою постель и вышла на улицу.

— Баба Тоня, идти-то куда? — девушка осмотрела всю улицу и не нашла старуху. — Понятно, самой искать, значит, — поправив кольцо на пальце, она ещё раз огляделась, её взгляд остановился на бальнике. «Он большой, места много, значит, наверное, там», — подумала Эмилия и направилась к зданию. Подойдя ближе, её остановила стража.

— Цель визита? — донёсся сухой вопрос сквозь шлем первого рыцаря. Эмилия замешкалась. «А если не там? Как же будет глупо...».

— На бал... — тихо ответила девушка, уже готовая, что её прогонят.

— Что имеется? — спросил сразу же второй страж. «Что говорить?!» — Эмилия уже начала перебирать в голове варианты, как вспомнила слова старухи — "Работаешь? Скотина есть? Дом?".

— Дом имеется, работаю портной, да теленок имеется, — перечислила девушка. Стража больше не стала спрашивать. Каждый из них взял железную ручку от огромных старинных дверей и со скрипом потянул на себя. «Как хорошо, что всё же тут! Не опозорилась хоть!», — пронеслось в голове Эмилии. Поклонившись, она быстро зашла в бальник и застыла. Тут, в каменных стенах, уместилось всё: и ковер на полу, ведущий от дверей к трону, и столы с винами по бокам, и даже пара музыкальных инструментов в углу. Девушка оглядывалась, пытаясь запомнить каждую деталь — ниши в стенах с цветами и свечами. Резные столы и наряды гостей.

Когда среди гула голосов раздались первые ноты, Эмилия вздрогнула — звук был похож на дуэт скрипки и фортепиано, хоть и отдалённо. «Марку бы тут понравилось, он любит такую музыку», — девушка начала искать парня глазами, иногда мощась, если музыкант фальшивил.

Заметив вдали зала знакомый силуэт, девушка с улыбкой, стремительно пошла к нему, стараясь не задеть чужих хрустальных бокалов с вином. Эмилия уже вытянула руку, чтобы коснуться парня, как поняла: она обозналась. По пальцам, несмотря на перчатки, пробежал холодок, рука безвольно отпустилась, а улыбка сползла с лица.

— Знакомы? — спросил парень, когда заметил её.

— Нет, просто, — Эмилия запнулась, не зная, что сказать. — Где выход? — добавила она робко, понимая, что это полная глупость.

— Сбежать с бала? — молодой человек поставил бокал и присмотрелся. — Ты ведь северянка? Может у вас и принято сбегать, но у нас за это, — его речь оборвалась на полуслове, когда он отошёл на чей-то зов.

— Но у нас за это..., — повторила Эмилия слова, будто пробуя их на вкус, и эта недосказанность была очень горькой. Она уже решила просто насладиться музыкой, как вдруг та оборвалась, гул голосов прекратился, а по залу лишь раздавались мерные шаги. Грей, Правитель и наследник, только что прибывшие в бальник, двигались уверенно, чеканя каждый шаг. Эмилия смотрела на это не как остальные, будто заворожённые. Ей было безразлично, она лишь лениво зевнула. Когда Правитель и наследник заняли свои места, рыцарь встал по середине бальника и снял шлем, положил к своей ноге, показывая каштановые волосы, темно-карие глаза и острые черты лица.

— Сегодня не обычный день! Сегодня ваш покорный слуга вновь доказал честь и верность поместью Алого Цветения!, — голос Грея был четким, но хриплым. Он поднял в воздух меч и Эмилия его узнала: «трещина на мече, у самого основания, это же Марка!», — сонливость как рукой сняло, оставив лишь внимание и мольбы.

— Неверный нашему Правителю, человек, что посчитал рыцарство — легкой ношей! Я вновь доказал, что этот путь — не для слабых духом. Его смерть была за поместье, за честь, за мечту!, — объявил рыцарь, — Да начнется же праздник!

Эмилия почувствовала как уходит земля из под ног.

— Смерть..., — повторила она тише, её сердце пропустило удар, а затем забилось вразы быстрее. Девушка смотрела, как музыканты снова начали играть, люди заговорили и одобрительЭмилия сидела на кухне, крутя в руках пергамент.

«Может, спать уже пойти?», — пронеслось в её голове, когда она взглянула в окно. На улице уже сияли первые звёзды. Когда девушка встала, в комнату забежала старуха.

— Готовая? — спросила женщина, поправляя платье. Эмилия посмотрела на неё, не понимая, от чего та такая нарядная.

— Куда? — зевнув, уточнила девушка.

— Не слыхала что ль? Бал Правитель объявил! — пробормотала Тоня.

— Не пойду, — Эмилия направилась в свою комнату.

— Тебя, молодка, спрашивал кто? — возмутилась старуха. — Работаешь? Скотина есть? Дом? Так, значится, обязана на бал идти! — крикнула женщина, выходя из кухни. Эмилия вздохнула, положила пергамент на свою постель и вышла на улицу.

— Баба Тоня, идти-то куда? — девушка осмотрела всю улицу и не нашла старуху. — Понятно, самой искать, значит, — поправив кольцо на пальце, она ещё раз огляделась, её взгляд остановился на бальнике. «Он большой, места много, значит, наверное, там», — подумала Эмилия и направилась к зданию. Подойдя ближе, её остановила стража.

— Цель визита? — донёсся сухой вопрос сквозь шлем первого рыцаря. Эмилия замешкалась. «А если не там? Как же будет глупо...».

— На бал... — тихо ответила девушка, уже готовая, что её прогонят.

— Что имеется? — спросил сразу же второй страж. «Что говорить?!» — Эмилия уже начала перебирать в голове варианты, как вспомнила слова старухи — "Работаешь? Скотина есть? Дом?".

— Дом имеется, работаю портной, да теленок имеется, — перечислила девушка. Стража больше не стала спрашивать. Каждый из них взял железную ручку от огромных старинных дверей и со скрипом потянул на себя. «Как хорошо, что всё же тут! Не опозорилась хоть!», — пронеслось в голове Эмилии. Поклонившись, она быстро зашла в бальник и застыла. Тут, в каменных стенах, уместилось всё: и ковер на полу, ведущий от дверей к трону, и столы с винами по бокам, и даже пара музыкальных инструментов в углу. Девушка оглядывалась, пытаясь запомнить каждую деталь — ниши в стенах с цветами и свечами. Резные столы и наряды гостей.

Когда среди гула голосов раздались первые ноты, Эмилия вздрогнула — звук был похож на дуэт скрипки и фортепиано, хоть и отдалённо. «Марку бы тут понравилось, он любит такую музыку», — девушка начала искать парня глазами, иногда мощась, если музыкант фальшивил.

Заметив вдали зала знакомый силуэт, девушка с улыбкой, стремительно пошла к нему, стараясь не задеть чужих хрустальных бокалов с вином. Эмилия уже вытянула руку, чтобы коснуться парня, как поняла: она обозналась. По пальцам, несмотря на перчатки, пробежал холодок, рука безвольно отпустилась, а улыбка сползла с лица.

— Знакомы? — спросил парень, когда заметил её.

— Нет, просто, — Эмилия запнулась, не зная, что сказать. — Где выход? — добавила она робко, понимая, что это полная глупость.

— Сбежать с бала? — молодой человек поставил бокал и присмотрелся. — Ты ведь северянка? Может у вас и принято сбегать, но у нас за это, — его речь оборвалась на полуслове, когда он отошёл на чей-то зов.

— Но у нас за это..., — повторила Эмилия слова, будто пробуя их на вкус, и эта недосказанность была очень горькой. Она уже решила просто насладиться музыкой, как вдруг та оборвалась, гул голосов прекратился, а по залу лишь раздавались мерные шаги. Грей, Правитель и наследник, только что прибывшие в бальник, двигались уверенно, чеканя каждый шаг. Эмилия смотрела на это не как остальные, будто заворожённые. Ей было безразлично, она лишь лениво зевнула. Когда Правитель и наследник заняли свои места, рыцарь встал по середине бальника и снял шлем, положил к своей ноге, показывая каштановые волосы, темно-карие глаза и острые черты лица.

— Сегодня не обычный день! Сегодня ваш покорный слуга вновь доказал честь и верность поместью Алого Цветения! — голос Грея был четким, но хриплым. Он поднял в воздух меч, и Эмилия его узнала: «Трещина на мече, у самого основания, это же Марка!», — сонливость как рукой сняло, оставив лишь внимание и мольбы.

— Неверный нашему Правителю человек, что посчитал рыцарство легкой ношей! Я вновь доказал, что этот путь — не для слабых духом. Его смерть была за поместье, за честь, за мечту! — объявил рыцарь. — Да начнется же праздник!

Эмилия почувствовала, как уходит земля из-под ног.

— Смерть..., — повторила она тише, её сердце пропустило удар, а затем забилось в разы быстрее. Девушка смотрела, как музыканты снова начали играть, люди заговорили и одобрительно закивали.

— Бал в честь гибели..., — прошептала Эмилия. В этот момент внутри её что-то сломалось и с треском обрушилось. Она стояла посреди танцующих, отпивающих победу Грея людей. Зная, что где-то сразу маком лежит человек, который помог ей выбрать платье на свои же похороныно закивали.

— Бал в честь гибели..., — прошептала Эмилия. В этот момент внутри её что-то сломалось и с треском обрушилось. Она стояла посреди танцующих, отпивающих победу Грея людей. Зная что где-то сразу маком лежит человек, который помог ей выбрать платье на свои же похороны.

Глава 51 капли на стали

Не раздумывая, Эмилия кинулась на выход из бальника, расталкивая пьяных людей.

— Стой! — доносились к бегущей по полю девушке крики охраны. Она не хотела останавливаться. Не могла смотреть на улыбки этих людей, слушать любимую музыку Марка, зная, что это в честь его смерти. Спотыкаясь, Эмилия бежала, пока ноги подкашивались, мышцы изводило от ужаса, а ком в горле начинал невыносимо терзать её.

«Где же ты?!», «Ты не можешь так уйти!», «Почему именно ты?!» — мысли крутились одна за другой, девушка не различала дороги. Вдруг её взгляд, бегающий по полю, сфокусировался на лежащем парне. Среди склонившихся, будто бы оплакивающих его, маках.

— Марк! — раздалось по поместью, это был не крик, а надрывный стон человека, который потерял в бушующем океане последний якорь. Упав на колени рядом с безжизненным телом, Эмилия пыталась обнять парня, но руки не слушались. Наконец обхватив Марка, девушка почувствовала, как холод от доспехов начал пробираться под кожу, будто рыцарь вместе с холодом пытался забрать девушку с собой.

— Почему... Почему?! За что?! Для чего?! — каждый вопрос, срывающийся на хриплый крик, отзывался в поместье шелестом листьев и предательски громкой и неуместной музыкой из бальника. Эмилию тошнило от безысходности.

— Не думала, что наше объятие станет когда-нибудь таким. Хотели ведь сегодня встретиться, почему... почему так? — в голосе не осталось протеста или отчаяния, её тело насильно выключило эмоции, чтобы сохранить жизнь, которая, казалось, потеряла всякий смысл.

Девушка не сразу поняла, что охранники её схватили и насильно, за руки, начали оттаскивать от тела. Последнее, что она увидела за пеленой слёз — капли, алые и прозрачные, но, так аккуратно, будто назло, собранные на доспехах Марка. Она не стала сопротивляться, будто тряпичная кукла, с пустым взглядом и дорожками слёз на щеках.

Когда Эмилию затащили в бальник, она уже полностью выпала из этой реальности. Будто застрявающая в болоте воспоминаний, тонущая в боли и задушающаяся в безысходности. Резкий толчок и боль от удала коленей об каменный пол, заставил девушку вернуться в настоящее. Она медленно, использовав остатки силы, подняла голову и увидела, что находится в середине бальника, вокруг были люди, а впереди — правитель и наследник.

— Кто давал право, портниха, сбегать с бала?, — спросил правитель, в его голосе не было жалости к бледной и потерянной девушке на коленях перед ним. Эмилия пыталась говорить, но тело не слушалось.

— Ну же!, — повторил наследник. По бальнику пошёл шопот. Кто-то осуждал наглость девушки, что она смеет игнорировать правителя, кто-то с отвращением отзывался о её внешности. Девушка попыталась сказать, что не могла тут оставаться, но из горла вырвался лишь хрип. За ним последовался удар в спину от одного из рыцарей, разбив ей нос и бровь. С трудом повернувшись, Эмилия заметила Грея, отходящего от неё, поняв, что ударил он. «Спасибо за помощь. "Убийца за мечту"», — пронеслось с отвращением, в голове девушки сквозь пульсирующую боль.

— Завтра, как луна взойдется над колодцем, ты встанешь тут и ответишь: остаться в каменных сценах поместья Алого Цветения, аль стать своему дому чужаком, — произнес таким ледяным тоном Правитель, что казалось, в поместье стало холоднее. Ненайдя сил чтобы ответить, Эмилия еле кивнула.

Когда старуха привела измученную девушку в дом, она не стала жалеть или помогать ей, лишь с отвращением осмотрела и ушла, оставив портниху одну. Сидя на кровати в испачканом голубом платье.

В окно залетела скомканная бумажка, с написанным корявым почерком, текстом: «остат'ся за камнями помест'я — остат'ся за решёткой до конца твоей жизни. Уйти — сделат' ради то, ради чего рыцар' лежит в маках.»

— Ради чего, он там лежит?..., — Эмилия кивнула, она поняла, что девочка ещё рядом, хоть и таким странным способом. Девушка для себя всё решила, осталось дождаться следующей ночи.