Ясный рассвет. Книга вторая. Чужое небо

Пролог. Пять лет спустя

Туман не вернулся.

Пять лет прошло с того дня, когда старший сержант Акира — тогда его ещё звали Фейтом — закрыл последнюю дверь посреди пустого поля. Пять лет без белой стены на горизонте. Пять лет без сладковатого запаха, без голосов из ниоткуда, без пропавших без вести.

База «Отг» стала другой.

Ворота покрасили. Плац заасфальтировали. В казармах поставили новые кровати, а в столовой Ахмет — тот самый, старый уборщик — наконец повесил метлу на гвоздь и ушёл на пенсию. Теперь щи варила Блэкс. Получалось не так вкусно, но привыкли.

Капитан Уайатт получил повышение — теперь майор. Сидел в том же кабинете, с той же лампой с зелёным абажуром, но пил не кофе, а чай. Векшина, Крайт, Питерс, Маузер, Алехандро — все остались. Отряд «Отг» жил, ждал, патрулировал дороги, проверял старые базы.

Браунс поседел. Но не ушёл.

Акира — он же Фейт, он же старший сержант — никуда не делся. Он остался с отрядом. Командовал отделением, проверял новобранцев, по ночам пил чай с мятой и смотрел на небо. Ключ не вернулся. Земля не заговорила. Дверь оставалась закрытой.

Но туман не возвращался.

Пока.

Глава первая. Новобранец

1.

Кристофер Брайанс вышел из автобуса на полустанке за полчаса до рассвета.

Холодно было — тот самый осенний холод, который лезет под куртку, не спрашивая разрешения. Он поправил ремень рюкзака, огляделся. Ни души. Только серая бетонная платформа, ржавый указатель «Отг — 15 км» и ветер, который гонял по асфальту прошлогодние листья.

— Встречают, называется, — буркнул он себе под нос.

Из темноты вынырнул старый УАЗ. Серый, облезлый, с потускневшей звездой на борту. Мотор чихал, фары слепили. Машина остановилась в трёх метрах от Кристофера, заглохла.

Из водительской двери вылез человек. Высокий, в камуфляже, с автоматом на груди. Лицо — спокойное, даже скучающее. Седина на висках.

— Кристофер Брайанс? — спросил он.

— Да, — ответил Кристофер.

— Крайт, — представился человек. — Сержант. Садись. Капитан ждёт.

— Капитан? — переспросил Кристофер, забираясь в машину. — Мне сказали, тут майор командует.

— Майор Уайатт, — кивнул Крайт, заводя мотор. — Но для своих он капитан. Привыкли. Не переучивать же.

УАЗ дёрнулся, развернулся и поехал в темноту.

2.

Дорога до базы заняла двадцать минут. Кристофер смотрел в окно на серый лес, на столбы с колючей проволокой, на редкие огни, которые мелькали вдалеке.

— Ты из какой части? — спросил Крайт, не оборачиваясь.

— Из расформированной, — ответил Кристофер. — Два года назад. Туман… — он запнулся.

— Туман ушёл, — сказал Крайт. — Пять лет назад. Чего ты его вспоминаешь?

— Потому что я потерял там семью, — сказал Кристофер.

Крайт замолчал. Нажал на газ.

База «Отг» открылась внезапно — серые стены, вышки, прожекторы. Ворота были открыты. Часовой на входе кивнул, пропуская УАЗ.

— Вылезай, — сказал Крайт, глуша мотор. — Сейчас познакомишься с командованием.

Кристофер вышел из машины. Огляделся. Плац, казармы, столовая. На крыльце стоял человек в свитере, с кружкой чая в руке. Седина, усталые глаза, но спина — прямая.

— Майор Уайатт, — представил Крайт. — Командир базы.

— Вольно, — сказал Уайатт, разглядывая Кристофера. — Тот самый Брайанс, чья семья пропала в тумане?

— Да, — ответил Кристофер.

— Зачем ты пришёл к нам?

— Мстить, — сказал Кристофер. — Тем, кто вернул туман.

Уайатт поднял бровь.

— Туман не возвращался, — сказал он. — Пять лет.

— Возвращается, — ответил Кристофер. — Я видел. На старой базе. Два дня назад. Слабая дымка. Но она была. И запах. Тот самый.

Уайатт переглянулся с Крайтом.

— Иди в казарму, — сказал майор. — Отдыхай. Завтра поговорим.

Кристофер кивнул. Крайт взял его за локоть, повёл к дверям.

— Ты знаешь, кто это? — спросил Уайатт у кого-то, кто стоял в тени.

— Знаю, — ответил голос. Спокойный, тихий. — Брайанс. Тот, чью семью туман забрал в последний день перед тем, как дверь закрыли.

Из тени вышел человек. Молодой, с короткой стрижкой, в форме старшего сержанта. На груди — пустой мешочек на кожаном шнурке. Глаза — спокойные, но смотрели они сквозь, будто видели что-то, что другим не дано.

— Акира, — сказал Уайатт. — Присмотри за ним.

— Присмотрю, — ответил Акира.

Он посмотрел вслед Кристоферу.

— Ещё один, — сказал он тихо. — Кого туман не отпускает.

3.

Кристофер толкнул дверь казармы. Внутри было темно — только тусклый ночник под потолком горел, отбрасывая жёлтые круги на железные кровати. Восемь коек, четыре заняты. На одной кто-то спал, укрывшись с головой одеялом. На другой сидел мужчина в наушниках, читал книгу при свете налобного фонарика. Третий — пустая. Четвёртая — его.

Рюкзак полетел на пол. Кристофер сел на койку, пружины жалобно скрипнули. Осмотрелся.

Стены — голые, бетонные, с редкими плакатами: «Устав», «Техника безопасности», «Противогазы». Ничего личного.

Человек в наушниках поднял голову. Молодой, светловолосый, с умными глазами.

— Новенький? — спросил он.

— Ага, — ответил Кристофер.

— Питерс, — представился он, снимая наушники. — А ты?

— Брайанс. Кристофер.

— Надолго?

— Не знаю.

Питерс кивнул, будто понял что-то, что не было сказано.

— Ищешь что-то?

— Да, — Кристофер оглядел тумбочку у койки. Пусто. Под кроватью — только пыль. — Почитать. Скучно.

Питерс усмехнулся, протянул книгу. Потрёпанный детектив, с загнутыми страницами.

— Держи. Ахметов. Он тут всем раздаёт. Говорит, в книгах правда.

— Ахмет?

— Старый уборщик. На пенсии, но иногда заходит — щи проверить, метлой погрозить. — Питерс показал на пустую койку. — На той, между прочим, спал старший сержант Акира. Пять лет назад.

Кристофер взял книгу, полистал.

— Фейт? — спросил он.

— Ты знаешь? — удивился Питерс.

— Слышал. Легенда.

— Не легенда, — сказал Питерс. — Живой человек. Ты его видел, когда заходил. В тени у крыльца.

Кристофер вспомнил силуэт, спокойный голос, пустой мешочек на груди.

— Акира, — повторил он.

— Он самый. — Питерс надел наушники обратно. — Если захочешь поговорить — он в третьем отсеке. Сидит, чай пьёт, на стену смотрит.

— Спасибо, — сказал Кристофер, открывая книгу.

— Не за что, — ответил Питерс и снова уткнулся в своё чтение.

Кристофер начал читать. Детектив был старым, но захватывающим — про полковника, который ждал ареста, и девушку в шляпе, которая знала правду.

Через несколько страниц он наткнулся на фразу, подчёркнутую карандашом:

«Дверь закрывается не ключом. Дверь закрывается тем, кто её открыл».

Кристофер провёл пальцем по строчке. Закрыл книгу.

— Кто это читал? — спросил он.

— Акира, — ответил Питерс, не поднимая головы.

Кристофер положил книгу на тумбочку, встал.

— Пойду, — сказал он.

— К нему? — Питерс усмехнулся.

— К нему.

Он вышел в коридор.

4.

Коридор базы «Отг» был длинным, тускло освещённым, с табличками на дверях. «Штаб», «Столовая», «Казарма», «Оружейка». Кристофер прошёл до конца, свернул налево — таблички кончились, остались только номера.

— Третий отсек, — пробормотал он, вспоминая слова Питерса.

Дверь под номером три оказалась в самом конце, у запасного выхода. Ни таблички, ни звонка. Просто серая железная дверь с прикрученным листком бумаги.

Кристофер нагнулся, прочитал:

«Акира. Не стучать после полуночи. Не будить. Не задавать лишних вопросов».

Почерк был аккуратным, женским — может, Блэкс. Или Векшина.

Он постучал. Тихо — два раза.

Ни звука.

Постучал громче.

— Войдите, — сказал голос из-за двери. Спокойный, низкий.

Кристофер толкнул дверь.

Кабинет был маленьким — стол, стул, кровать, сейф в углу. На столе — стакан воды, свеча, спички. На стене — карта, старая, с обгоревшими краями. И фотография. Группа солдат: Уайатт, Крайт, Векшина, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро, Браунс. И тот, кого он искал.

Акира сидел на стуле, положив ногу на ногу. В руке — кружка с чаем. На груди — пустой мешочек на кожаном шнурке.

— Ты новобранец, — сказал он. Не спросил — утвердил.

— Кристофер Брайанс, — представился тот. — Я…

— Знаю, кто ты, — перебил Акира. — Тот, кто видел туман. Тот, кто потерял семью. Тот, кто хочет мстить.

Он поставил кружку на стол, кивнул на стул напротив.

— Садись. Вопросы есть?

Кристофер сел.

— Ты — Акира? Тот самый Фейт?

— Был, — ответил Акира. — Теперь — просто старший сержант.

— Ключ? — спросил Кристофер, глядя на пустой мешочек.

— Исчез. — Акира коснулся мешочка пальцами. — Земля — тоже. Осталась только память.

— И дверь?

— Закрыта. — Акира посмотрел на него долгим взглядом. — Но ты сказал, туман возвращается. Покажи.

Кристофер достал телефон — старый, потрёпанный. Открыл фото.

Серая дымка над старым заводом. Белая, слабая, но узнаваемая.

— Это было два дня назад, — сказал он. — На базе, где моя семья…

— Знаю, — перебил Акира. — Я был там. Вчера.

Кристофер замер.

— Ты был? И ничего не сказал?

— Сказал Уайатту. А тебе — зачем? Ты новобранец. Не проверенный. Не готовый.

— Я готов, — сказал Кристофер.

Акира покачал головой.

— Месть — не готовность. Месть — это пустота. Я знаю.

Он встал, подошёл к карте на стене.

— Туман не вернулся сам. Его кто-то позвал. — Он повернулся к Кристоферу. — Мы нашли их. Лабораторию. Людей, которые строят новую дверь.

— Где? — спросил Кристофер.

— На севере. За старой базой. — Акира провёл пальцем по карте. — Завтра выступаем. Ты — с нами.

— Спасибо, — сказал Кристофер.

— Не благодари, — ответил Акира. — Ты просил мстить. Получишь. Но помни: дверь закрывается только изнутри. И не каждый возвращается.

Он сел обратно, взял кружку.

— Иди. Отдыхай. Завтра будет долгий день.

Кристофер встал, но на пороге обернулся.

— Акира… почему ты помогаешь мне?

— Потому что я тоже терял, — ответил Акира. — И потому что туман не должен вернуться.

Он допил чай, поставил кружку.

— А ещё потому, что Ахмет просил. Сказал, ты похож на меня. Молодого. Злого. Глупого.

Кристофер хотел возразить, но промолчал.

Вышел в коридор.

5.

Коридор был пуст. Лампы горели через одну, отбрасывая длинные тени на бетонный пол. Где-то в конце, за поворотом, слышались голоса — негромкие, размеренные. Кристофер пошёл на звук.

Поворот. Ещё один. Дверь с табличкой «Оружейная» — заперто. Дальше — «Склад» — тоже заперто. «Архив» — на засове, но не заперто. Кристофер заглянул внутрь — стеллажи с папками, пыль, тишина. Ни души.

Голоса стали громче. Он свернул в боковой коридор, упёрся в дверь с табличкой «Комната отдыха. Не курить».

Толкнул.

Внутри было накурено — сигаретный дым смешивался с паром от чая. За длинным столом сидели четверо. Векшина — чистила винтовку, положив детали на газету. Питерс и Маузер — играли в карты, молча, сосредоточенно. Блэкс — с кружкой чая, смотрела в стену.

— Новенький, — сказала Векшина, не поднимая головы. — Заблудился?

— Ищу приключения на пятую точку, — ответил Кристофер.

Маузер усмехнулся, отложил карты.

— Сюда пришёл? Тогда садись. Рассказывай, кто ты, откуда, зачем.

Кристофер сел на свободный стул, между Блэкс и Питерсом.

— Кристофер Брайанс. Часть расформирована. Два года назад. — Он помолчал. — Туман.

— Туман ушёл, — сказал Питерс. — Пять лет.

— Возвращается, — ответил Кристофер. — Я видел.

Векшина подняла голову. Взгляд острый, цепкий.

— Где?

— На старой базе. Где моя семья пропала.

— «Отг-2», — сказала Блэкс тихо. — Мы знаем. Акира был там вчера.

— Он мне сказал, — кивнул Кристофер.

Маузер отодвинул стул, встал, прошёлся по комнате.

— Значит, опять. — Он посмотрел на Векшину. — Думаешь, те же?

— Те же или другие, — ответила она. — Но туман не сам приходит. Его зовут.

— Кто? — спросил Кристофер.

Векшина пожала плечами.

— Архитектора мы взяли. Он сидит в подвале, пьёт воду, смотрит в стену. Говорит, что не знает. Но я ему не верю.

— Архитектор? — переспросил Кристофер.

— Тот, кто строил туман, — ответил Питерс. — Первый. Учёный. Фанатик. Акира привёз его пять лет назад, когда закрыл дверь.

— Он не строил, — возразила Блэкс. — Он открывал. Как Акира. Только не закрыл.

— А кто закрыл? — спросил Кристофер.

Все посмотрели на него. Блэкс покачала головой.

— Акира. Он же Фейт. Ты не знал?

— Знал, — сказал Кристофер. — Просто хотел услышать от вас.

Векшина усмехнулась.

— Хитрый, — сказала она. — Молодец. Может, и выживешь.

Она поднялась, собрала детали винтовки, кивнула на дверь.

— Иди спать, новобранец. Завтра — миссия. Выспись, пока можешь.

Кристофер встал. Блэкс положила руку ему на плечо.

— Будь осторожен, — сказала она. — Туман не прощает ошибок.

— Я не ошибаюсь, — ответил Кристофер.

— Все ошибаются, — сказал Питерс. — Даже Акира.

Кристофер вышел в коридор.

6.

Коридор тянулся бесконечно — лампы, тени, бетон. Кристофер шёл не спеша, заложив руки в карманы, разглядывая таблички на дверях. «Электрощитовая» — заперто. «Тепловой узел» — заперто. «Типография» — заперто.

— Что здесь вообще открыто? — буркнул он себе под нос.

За очередным поворотом коридор расширился, потолок стал выше. В конце — массивная дверь из тёмного дерева, с латунной ручкой и табличкой: «Кабинет майора Уайатта».

Свет из-под двери не пробивался — внутри было темно. Кристофер прислушался — ни звука. Спать, наверное, лёг. Или ушёл.

Дальше коридор сужался, превращаясь в длинную галерею с окнами в пол. За окнами — темнота, луна, редкие звёзды. Где-то внизу, под базой, гудели генераторы — глухо, ровно, как дыхание спящего зверя.

Кристофер остановился у последней двери. Табличка: «Подвал. Доступ ограничен. Только по разрешению майора».

— Архитектор, — вспомнил он слова Векшиной.

Он потянул ручку — заперто. Дёрнул сильнее — бесполезно.

— Далеко собрался, новобранец?

Кристофер обернулся. В конце коридора стоял Крайт, скрестив руки на груди. Автомат за спиной, лицо спокойное.

— Не спалось, — ответил Кристофер.

— Мне тоже, — сказал Крайт, подходя ближе. — Но я не шляюсь по подвалам в час ночи.

— Я искал туалет.

— Туалет в другом конце. — Крайт кивнул на дверь, к которой только что подходил Кристофер. — А это — подвал. Архитектор там. Не надо тебе туда.

— Почему?

— Потому что он — змея. Говорит правду, но так, что она становится ядом. — Крайт посмотрел на него долгим взглядом. — Ты потерял семью. Он это чувствует. И будет давить на боль.

— Я справлюсь, — сказал Кристофер.

— Справишься, — согласился Крайт. — Завтра. На допросе. Вместе с нами. А один — не ходи.

Он развернулся, пошёл обратно.

— Иди спать, Брайанс. Выспись. Завтра — миссия. Ты нужен свежим.

Кристофер проводил его взглядом, посмотрел на запертую дверь, вздохнул.

Повернулся и пошёл в казарму.

7.

Кристофер вернулся в казарму. Дверь скрипнула — тихо, но в тишине ночи звук показался громким, как выстрел. Питерс спал, уткнувшись носом в книгу. Наушники валялись на подушке — батарейки, видно, сели. Сосед слева — тот, что укрывался одеялом с головой, — даже не шелохнулся.

Кристофер сел на свою койку. Пружины жалобно скрипнули. Он стащил берцы, поставил у изголовья — чтобы утром не искать. Рюкзак сунул под кровать. Куртку повесил на спинку стула — рядом с тумбочкой.

На тумбочке всё ещё лежала книга — детектив, тот самый, с подчёркнутой фразой. Кристофер взял её, полистал, положил обратно.

Лёг.

Потолок был низким, бетонным, с трещиной, похожей на карту реки. Где-то за стеной гудела вентиляция — монотонно, убаюкивающе. Кристофер закрыл глаза.

Сон не шёл. Перед глазами стояла серая дымка над старым заводом. Запах — сладковатый, тягучий — тот самый, который он не мог забыть два года.

Он перевернулся на бок. Потом на спину. Потом снова на бок.

— Спи, — сказал вдруг сосед под одеялом. Голос — глухой, сонный. — Сопит как паровоз.

— Извини, — ответил Кристофер.

— Не извиняйся. Спи.

Кристофер закрыл глаза.

Через минуту — или через час — он провалился в темноту. Без снов, без тумана, без голосов. Только тишина.

И где-то далеко — стук. Метла Ахмета. Или сердце базы.

Утро

— Подъём! — голос Крайта разорвал тишину, как пощёчина.

Кристофер открыл глаза. В казарме было серо — утро только начиналось, солнце ещё не поднялось, но свет уже пробивался сквозь занавески. Питерс уже сидел на койке, натягивал берцы. Сосед слева — тот, что спал под одеялом, — оказался молодым парнем с короткой стрижкой и веснушками.

— Ты новенький? — спросил он.

— Ага, — ответил Кристофер.

— Маузер, — представился парень. — Тот, который спорит с Питерсом.

— Слышал, — кивнул Кристофер.

Маузер усмехнулся.

— Завтрак через десять минут. Не опаздывай. Акира не любит, когда ждут.

— Акира — старший сержант? — спросил Кристофер.

— Он самый. — Маузер встал, потянулся. — Легенда. Идиот. Но справедливый.

Он вышел. Питерс поднялся следом.

— Идёшь? — спросил он.

— Иду, — ответил Кристофер.

Он натянул берцы, накинул куртку, сунул нож в голенище — привычка, оставшаяся с прежней части.

Вышел в коридор.

8.

Коридор был заполнен утренней суетой — кто-то бежал в столовую, кто-то в оружейку, кто-то просто стоял у стены, протирая глаза. Акира стоял у окна в конце коридора, спиной к свету. В руке — стакан воды, на груди — пустой мешочек. Он смотрел на плац, где уже строилась группа — Векшина, Крайт, Блэкс, Питерс, Маузер, Алехандро.

Кристофер подошёл, встал рядом. Акира не обернулся.

— У нас будут новенькие помимо меня? — спросил Кристофер.

Акира допил воду, поставил стакан на подоконник.

— Будут, — ответил он. — Трое. Из расформированных частей. Все, кто видел туман. Все, кто потерял.

— Когда?

— Сегодня. К вечеру. — Акира повернулся. — Ты первый. Остальные подтянутся.

— Зачем? — спросил Кристофер. — Нам же нужны не новобранцы, а…

— А кто? — перебил Акира. — Ветераны? Они ушли. Крайт остался. Векшина. Я. Остальные — или на пенсии, или в других частях. Туман не возвращался пять лет. Люди забыли.

— А вы не забыли.

— Мы не можем забыть, — сказал Акира. — Мы закрывали дверь.

Кристофер помолчал. Потом спросил:

— Те новенькие — они знают, куда идут?

— Знают, — ответил Акира. — Я им сказал. Туман возвращается. Мы идём закрывать дверь. Кто хочет — идёт. Кто нет — остаётся.

— И сколько осталось?

— Никто. — Акира усмехнулся — невесело, одними глазами. — Все хотят мстить. Все хотят вернуть. Никто не хочет умирать.

— Я не боюсь смерти, — сказал Кристофер.

— Все боятся, — ответил Акира. — Просто не все признаются.

Он отлепился от подоконника, пошёл к лестнице.

— Завтрак. Потом — инструктаж. Уайатт будет рассказывать про миссию. — Он остановился, обернулся. — И, Брайанс… держись ближе ко мне. В тумане легко потеряться.

— А вы не терялись? — спросил Кристофер.

— Терялся, — ответил Акира. — Но нашёл дорогу назад.

Он ушёл. Кристофер остался у окна, глядя на плац, где уже завтракали солдаты — его новый отряд.

9.

Столовая встретила Кристофера гулом голосов и запахом каши — той самой, которую варят в армии с незапамятных времён: густой, с комками, но сытной. За длинным столом уже сидели почти все. Векшина — с картой в руках, которую она не читала, просто держала. Питерс и Маузер — спорили о чём-то, тыкая ложками в тарелки. Блэкс — с кружкой чая, бледная, но спокойная. Алехандро — с чётками, шевелил губами. Крайт — у раздачи, накладывал себе добавку.

Акира сидел в углу, спиной к стене — привычка, оставшаяся с тех времён, когда каждая дверь могла быть опасной. Перед ним — стакан воды и пустая тарелка. Он не ел. Смотрел на дверь.

Уайатт — во главе стола, с кружкой кофе. Увидел Кристофера, кивнул на свободное место между Блэкс и Питерсом.

— Садись, Брайанс. Завтракай. Потом разговор.

Кристофер сел. Блэкс подвинула к нему хлеб, масло, стакан с водой.

— Каша, — сказала она. — Не спрашивай из чего.

— Я и не спрашиваю, — ответил Кристофер, накладывая себе полную тарелку.

Питерс оторвался от спора с Маузером, посмотрел на него.

— Ты к Акире ходил? — спросил он.

— Ходил.

— И что он сказал?

— Сказал, что сегодня приедут новенькие. Трое.

Маузер присвистнул.

— Трое? — переспросил он. — А мы уже и старых не знаем, куда девать.

— Заткнись, — сказал Питерс без злобы. — Нам нужны люди.

— Нам нужны не люди, — ответил Акира из угла. — Нам нужны те, кто не боится тумана.

Все замолчали. Даже Питерс перестал жевать.

— А ты боишься? — спросил Кристофер, глядя на Акиру.

— Каждый день, — ответил Акира. — Но я всё равно иду.

Он встал, взял стакан, допил воду.

— Завтрак кончили. Через десять минут — в штаб. Уайатт будет ставить задачу. — Он посмотрел на Кристофера. — Брайанс, ты идёшь первым.

— Есть, — ответил Кристофер.

Акира вышел. За ним — Крайт, потом Векшина. Блэкс убрала тарелки, вздохнула.

— Он всегда такой? — спросил Кристофер.

— Какой? — не поняла Блэкс.

— Молчаливый. Тяжёлый.

— Он потерял больше, чем ты, — ответила Блэкс. — И не ныл.

Она ушла. Кристофер остался за столом один.

10.

Кристофер вышел из столовой. Коридор был пуст — только эхо шагов и далёкий гул генераторов. Он пошёл в сторону штаба, туда, где уже скрылись остальные. Дверь кабинета Уайатта была открыта — внутри стояли, теснясь, все, кто был за завтраком. Уайатт сидел за столом, перед ним — карта, блокнот, стакан воды. Акира стоял у стены, скрестив руки на груди. Крайт — у двери. Векшина, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро — теснились на стульях и подоконнике.

— Заходи, Брайанс, — сказал Уайатт, не поднимая головы. — Дверь закрой.

Кристофер закрыл дверь, встал у входа, рядом с Крайтом.

— Все в сборе, — констатировал Уайатт, оглядывая присутствующих. — Коротко о главном. Туман возвращается. Пока — слабо, точечно. Но он вернётся. Вопрос — когда.

— И кто его зовёт, — добавил Акира.

— И кто, — кивнул Уайатт. — Два дня назад разведка засекла активность на старой базе «Отг-2». Туман, лабораторное оборудование, люди в противогазах.

— Архитектор? — спросила Векшина.

— Нет, — ответил Акира. — Архитектор сидит в подвале. Он не при делах. Это другие.

— Другие, которые хотят повторить его успех, — сказал Уайатт. — Или неудачу. Неважно.

Он встал, подошёл к карте на стене.

— Наша задача — проникнуть на базу, изъять документы, уничтожить оборудование и взять языков. По возможности — живыми.

— А если не получится? — спросил Маузер.

— Тогда — мёртвыми, — ответил Акира. — Но с языками.

Уайатт вернулся за стол, сел.

— Выступаем завтра на рассвете. Состав: Акира — старший группы. Крайт, Векшина, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро. И Брайанс.

— Восемь человек, — подсчитал Питерс. — Как в старые времена.

— Как в старые времена, — согласился Уайатт. — Вопросы есть?

— Есть, — сказал Кристофер. — Почему я? Я новобранец. Не проверенный. Не готовый.

— Ты видел туман, — ответил Акира. — Ты потерял семью. Ты не боишься. Или боишься, но идёшь. Это то, что нужно.

— А остальные? — спросил Кристофер. — Новенькие?

— Остаются на базе, — сказал Уайатт. — Прикроют тыл.

Кристофер хотел спросить ещё что-то, но промолчал.

— Вопросов нет, — сказал он.

— Тогда — всем готовиться. Оружие, броня, сухпай. Выход в пять утра. — Уайатт посмотрел на Кристофера. — Брайанс, останься. Остальные — свободны.

Отряд вышел. Акира задержался на секунду, посмотрел на Кристофера, кивнул — и ушёл.

Кристофер остался с Уайаттом.

11.

Кристофер подошёл к столу, встал напротив Уайатта. Майор смотрел на него устало, но внимательно — как смотрят на карту перед боем, проверяя каждый изгиб местности.

— Мне говорили, что сегодня будут допрашивать Архитектора, — сказал Кристофер.

Уайатт откинулся на спинку стула. Взял стакан с водой, сделал глоток, поставил обратно.

— Говорили, — повторил он. — Кто?

— Векшина. Вчера, в комнате отдыха.

Уайатт усмехнулся — одними глазами, устало.

— Векшина болтливая, когда винтовку чистит. — Он помолчал. — Да, сегодня допрос. Через час. Акира будет вести. Крайт — охрана.

— Я хочу присутствовать, — сказал Кристофер.

Уайатт поднял бровь.

— Зачем? Ты не следователь. Не оперативник. Не родственник.

— Архитектор строил туман. Туман забрал мою семью. — Кристофер сжал кулаки. — Я имею право посмотреть ему в глаза.

— Право, — повторил Уайатт. — Ты ничего не имеешь право, Брайанс. Ты — новобранец, который не прошёл даже месячной подготовки. Ты здесь на испытательном сроке. — Он помолчал. — Но Акира говорил, что ты упрямый. Как он в молодости.

— И что вы решили?

Уайатт встал, подошёл к окну. За стеклом серело небо — ни облачка, ни тумана.

— Иди, — сказал он. — Посмотри. Послушай. Но если Архитектор начнёт говорить о твоей семье — молчи. Не поддавайся. Он змея. Он знает, какие кнопки нажимать.

— Понял, — кивнул Кристофер.

— Иди к подвалу, — сказал Уайатт. — Крайт тебя пропустит. Акира уже там.

Кристофер вышел. Коридор был пуст — только лампы, тени, бетон. Он пошёл к подвалу — туда, где вчера ему путь преградил Крайт.

12.

Коридор к подвалу был длиннее, чем помнилось. Лампы горели через одну, отбрасывая жёлтые круги на бетонный пол. Воздух становился сырее, холоднее — пахло бетоном, ржавчиной и чем-то ещё, сладковатым, едва уловимым.

Туман? — подумал Кристофер. — Или просто старый подвал?

Он остановился у железной двери с засовом. За ней — тишина. Ни шагов, ни голосов.

— Крайт? — позвал он.

Дверь открылась изнутри. На пороге стоял Крайт, автомат на груди, лицо спокойное.

— Брайанс, — сказал он. — Майор звонил. Предупредил, что ты придёшь.

— Он разрешил.

— Знаю, — Крайт отступил в сторону, пропуская. — Заходи. Но держись позади. И молчи. Архитектор — старый лис. Слова ловит на лету.

Кристофер вошёл.

Комната была маленькой — стол, три стула, койка в углу. На столе — стакан с водой, блокнот, карандаш. Стены — голые, бетонные. В углу, на койке, сидел человек.

Старый. Лет шестидесяти, в сером свитере, с седыми волосами и очками в тонкой оправе. Руки сложены на коленях, лицо спокойное, даже скучающее. Он не был похож на учёного, который строил туман. Он был похож на дедушку, которого посадили на пенсию раньше времени.

Но глаза...

Глаза у Архитектора были холодными, цепкими. Они скользнули по Кристоферу, задержались на секунду — и вернулись к Акире, который сидел напротив.

— Ещё один, — сказал Архитектор. Голос — сухой, без интонаций. — У тебя новый отряд, Фейт?

— Старший сержант Акира, — поправил Акира. — Фейт умер. Вместе с дверью.

— Дверь не умирает, — усмехнулся Архитектор. — Она ждёт.

— Ты же сказал, что не знаешь, кто зовёт туман, — напомнил Акира.

— Я не знаю, — кивнул Архитектор. — Но знаю, что его можно позвать. И что найдутся те, кто это сделает.

Крайт встал у двери, скрестив руки на груди. Кристофер замер у стены, стараясь не дышать.

— Кто? — спросил Акира. — Бывшие коллеги? Конкуренты? Ученики?

— Все вместе, — ответил Архитектор. — И никто. Туман — не оружие. Туман — это дверь. А двери открывают те, кто умеет. Или те, кто думает, что умеет.

— Ты научил их?

— Нет, — Архитектор снял очки, протёр их подолом свитера. — Я научил тебя. А ты — закрыл дверь. Остальные — смотрели и запоминали.

— Где они сейчас? — спросил Акира.

— Там же, где и ты, — Архитектор надел очки. — На базах. В штабах. В лабораториях. Они ждут. Они хотят повторить твой успех.

— Или неудачу, — сказал Акира.

— Или неудачу, — согласился Архитектор. — Какая разница?

Кристофер не выдержал.

— А моя семья? — спросил он, выступая вперёд. — Ты знаешь, что с ними? Они живы? Они в тумане?

Архитектор посмотрел на него — долго, спокойно.

— Ты тот, чью семью забрал туман? — спросил он. — Брайанс?

— Да, — ответил Кристофер.

— Они не живы и не мертвы, — сказал Архитектор. — Они в двери. Как все, кто ушёл до них. Как твой отец, Акира. Как Роуч.

Акира сжал кулак, но промолчал.

— Дверь можно открыть, — продолжал Архитектор. — Но закрыть — только изнутри. И только тем, кто её открыл. Твоя семья не откроет дверь. Они — замки. Как Акира.

— А я? — спросил Кристофер.

— Ты — ключ, — сказал Архитектор. — Как Фейт когда-то. — Он усмехнулся. — Новый ключ. Для новой двери.

Крайт шагнул вперёд.

— Допрос окончен, — сказал он. — Брайанс, выйди.

Кристофер хотел возразить, но Акира поднял руку.

— Иди, — сказал он. — Мы закончили.

Кристофер вышел в коридор. Дверь за ним закрылась.

13.

Кристофер замер у стены. Он не ушёл — встал в тени, прислушался. Из-за двери доносились голоса — Акира говорил, Архитектор отвечал. Кристофер не разбирал слов, но тон у Акиры был странным — не злым, не спокойным. Каким-то другим.

Потом дверь открылась. Акира вышел, увидел Кристофера, остановился.

— Ты ещё здесь, — сказал он.

— Я хотел спросить…

— Знаю. — Акира посмотрел на него долгим взглядом. — Помнишь моего брата? Того загадочного сержанта, который отдал мне документы и которого из-за тебя я убил своими руками? Два раза?

Кристофер молчал. Не потому, что нечего было сказать. Потому что понял — сейчас не его очередь говорить.

Акира подошёл ближе. Голос его стал тише — почти шёпотом.

— Он был из тумана. Копия. Созданная из моего отца. Архитектор сделал его. Чтобы проверить, смогу ли я убить брата.

— И ты смог, — сказал Кристофер.

— Дважды, — повторил Акира. — И буду убивать снова, если он вернётся.

— А если он вернётся не врагом? — спросил Кристофер.

Акира посмотрел на него — долго, изучающе. Потом усмехнулся — невесело, одними уголками губ.

— Тогда я спрошу, почему он улыбался, когда отдавал мне бумаги. И почему не сказал, что он — копия.

Он развернулся и пошёл по коридору.

— Брайанс, — бросил он через плечо. — Иди в казарму. Готовься к завтрашнему выходу. И задавай поменьше вопросов. Я терпелив. А вот остальные члены команды — не особо. И они могут разозлиться.

Кристофер хотел ответить, но Акира уже скрылся за поворотом.

Он постоял с минуту, глядя на пустой коридор. Потом развернулся и пошёл в казарму.

14.

Казарма встретила Кристофера тишиной. Питерс и Маузер куда-то ушли — кровати пустые, одеяла аккуратно заправлены. Сосед, который спал под одеялом с головой, сидел на своей койке, чистил автомат. Увидел Кристофера, кивнул.

— Маузер, — напомнил он. — Ты не забыл?

— Помню, — ответил Кристофер, садясь на свою койку.

Он осмотрелся. На тумбочке всё ещё лежал детектив — тот самый, с подчёркнутой фразой. Кристофер взял его, полистал.

— Читал уже? — спросил Маузер, не поднимая головы.

— Нет, — соврал Кристофер. — Только начал.

— Акира говорил, это книга Ахмета. Старый любил детективы. Говорил, в них правда.

— Какая правда?

— Что все мы — преступники. И или жертвы. Или сыщики. — Маузер усмехнулся. — Я — преступник. Питерс — жертва. Акира — сыщик.

— А я?

— Не знаю. — Маузер собрал автомат, передёрнул затвор. — Покажешь.

Он встал, убрал оружие в тумбочку.

— Я в столовую. Ахмет пришёл — щи проверяет. Говорит, Блэкс соли мало кладёт.

— Иди, — кивнул Кристофер.

Маузер вышел. Кристофер остался один.

Он открыл детектив на первой странице, но читать не мог. Мысли путались — Архитектор, Акира, брат-копия, дочь Блэкс. Он закрыл книгу, положил на тумбочку.

Потом полез под кровать — может, там что-то есть? Рюкзак, пыль, старый ботинок. Вытащил ботинок — левый, маленький, не его. Поставил обратно.

На подоконнике — стопка газет. Старые, пожелтевшие. Кристофер взял верхнюю.

«Отг-2: пропавшие без вести», — гласил заголовок. Фотография — та же база, где он служил два года назад. Список имён. Восемь строчек. Третья — «Брайанс, семья».

Кристофер сжал газету, разжал. Положил обратно.

Больше читать не хотелось.

Он лёг на койку, закрыл глаза.

15.

Кристофер закрыл глаза. Сон пришёл не сразу — перед глазами всё ещё стояли строчки из газеты, лица, которых он не видел два года, голоса, которых никогда больше не услышит.

Но усталость взяла своё.

Он провалился в темноту — без снов, без тумана, без голосов. Только тишина. И где-то далеко — мерный стук. Метла Ахмета. Или сердце базы. Или просто ветер в проводах.

3.

Кто-то тронул его за плечо.

— Брайанс, — голос Крайта. — Подъём.

Кристофер открыл глаза. В казарме было темно — только ночник под потолком горел, отбрасывая жёлтые круги.

— Время?

— Четыре утра. — Крайт уже был одет, при оружии. — Выход через час. Завтрак — сейчас.

Кристофер сел. Голова гудела, во рту было сухо.

— Вода на тумбочке, — сказал Крайт, заметив его взгляд. — Пей. И одевайся. Акира не любит ждать.

Крайт вышел.

Кристофер взял стакан, сделал глоток. Вода была холодной, с лёгким привкусом железа — из старых труб. Но живая.

Он встал, натянул берцы, проверил нож — на месте. Автомат — у кровати, заряжен. Бронежилет — на стуле.

Оделся. Вышел в коридор.

16.

Коридор был пуст — только лампы, тени, бетон. Кристофер шёл медленно, разглядывая стены, двери, таблички. Всё выглядело по-другому — не так, как вчера. Может, потому что сегодня был день миссии. Может, потому что он почти не спал.

«Электрощитовая», «Склад», «Архив». Двери заперты, свет не горит.

На стене — плакат: «Противогаз — твоя жизнь». Кристофер остановился, посмотрел. Рисунок был старым, краски выцвели. Подпись внизу: «Ахмет, 2019 год».

Значит, старый уборщик не только щи варил, но и рисовал.

Дальше — «Комната отдыха». Из-за двери — голоса, смех. Кристофер заглянул. Векшина, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро — пили чай, спорили о чём-то. Увидели его, кивнули.

— Заходи, — сказала Векшина. — Чай есть.

— Не пью чай, — ответил Кристофер.

— Тогда воду. Блэкс, налей.

Блэкс протянула стакан. Кристофер взял, сделал глоток. Холодная, с мятой.

— Акира где?

— В штабе, — ответил Питерс. — С Уайаттом. Карту смотрит.

Кристофер пошёл дальше. Дверь штаба была приоткрыта. Он постучал.

— Войдите, — сказал Уайатт.

Кристофер вошёл. Уайатт сидел за столом, перед ним — карта, блокнот, стакан воды. Акира стоял у стены, скрестив руки на груди.

— Брайанс, — кивнул Уайатт. — Готов?

— Так точно, — ответил Кристофер.

— Акира, — майор посмотрел на старшего сержанта. — Твоя группа. Командуй.

Акира отлепился от стены, подошёл к карте.

— Выход через тридцать минут. Цель — база «Отг-2». Задача — найти лабораторию, изъять документы, уничтожить оборудование. Взять языков.

Он посмотрел на Кристофера.

— Брайанс, ты идёшь со мной. В первой группе. Векшина — снайпер, прикрывает. Остальные — по флангам.

— Есть, — ответил Кристофер.

— Вопросы? — спросил Уайатт.

— Нет, — сказал Кристофер.

— Тогда — по машинам, — скомандовал Акира.

— Так точно, — ответил Кристофер.

Он вышел из штаба, поправил ремень автомата.

В коридоре уже ждали остальные. Векшина — с винтовкой за спиной, лицо спокойное, но глаза острые, как прицел. Питерс и Маузер — в бронежилетах, с рюкзаками, перебрасывались короткими фразами. Блэкс — бледная, но прямая, сжимала пистолет. Алехандро — крестился, шевелил губами. Крайт — у выхода, проверял автомат.

Акира вышел последним. В руке — пустой стакан, который он поставил на подоконник.

— Всем быть у машин через пять минут, — сказал он. — Проверить оружие, броню, сухпай. Вода — в каждой машине по две канистры.

— Аптечка? — спросила Блэкс.

— В обеих машинах. Бинты, жгуты, антидот. — Акира посмотрел на Кристофера. — Брайанс, ты умеешь вкалывать антидот?

— Нет, — ответил Кристофер.

— Научишься в дороге. Блэкс покажет.

Блэкс кивнула.

— Пошли, — сказала она, беря Кристофера за локоть. — Я покажу тебе аптечку. И заодно — как не убить пациента.

Они пошли к машинам. УАЗы стояли у ворот, заправленные, прогретые. Векшина уже сидела за рулём первой, Крайт — второй.

Кристофер забрался в первую машину, на заднее сиденье, рядом с Блэкс. Акира сел вперёд, к Векшине.

— Готовы? — спросила Векшина.

— Погнали, — ответил Акира.

УАЗы выехали за ворота. База «Отг» осталась позади — серая, бетонная, с фигурой Уайатта на крыльце.

Впереди ждал туман.

Конец первой главы.

Глава вторая. Дорога в туман

1.

УАЗы выехали за ворота базы «Отг» ровно в 5:47 — на три минуты позже графика. Векшина задержалась, проверяя винтовку. Акира не ругался. Только посмотрел на часы, кивнул и сел в машину.

Кристофер занял место на заднем сиденье первой машины, рядом с Блэкс. Питерс и Маузер — во второй, с Крайтом. Алехандро перекрестился, глядя на удаляющуюся базу.

— Далеко? — спросил Кристофер.

— Часа три, — ответила Блэкс, не глядя. — Если без приключений.

— А если с?

— Тогда дольше. Или никогда.

Она отвернулась к окну. Кристофер не стал спрашивать, что значит «никогда». Он уже понял — в этом отряде не говорят лишнего.

Акира сидел впереди, рядом с Векшиной. Молчал. Смотрел на дорогу.

— Крайт, — сказал он в рацию. — Дистанция — сто метров. Не подходи ближе.

— Понял, — ответил Крайт.

Векшина глянула на Акиру.

— Думаешь, они знают, что мы едем?

— Знают, — ответил Акира. — Архитектор наверняка предупредил. До того как мы его взяли.

— Зачем он это сделал?

— Потому что он — змея. Змеи не бывают верными. Они ждут, когда можно укусить.

Кристофер слушал, впитывая каждое слово.

Лес кончился. Начались поля — серые, пустые, с редкими стогами сена. Горизонт был чистым — ни тумана, ни дыма.

— Акира, — сказал Кристофер.

— Что?

— Вы верите, что мы закроем дверь?

Акира помолчал. Потом ответил, не оборачиваясь:

— Я закрывал одну. Закрою и вторую.

— А если не получится?

— Значит, не судьба. — Акира посмотрел в зеркало заднего вида. — Но я не привык проигрывать.

Векшина усмехнулась.

— Скромный, как всегда.

Акира ничего не ответил.

Дорога пошла в гору. Справа показался лес — тёмный, густой, с низкими тучами над вершинами.

— Блэкс, — позвал Кристофер.

— М-м?

— Вы боитесь?

Блэкс повернулась к нему. Лицо у неё было спокойным — слишком спокойным для человека, который едет закрывать дверь в туман.

— Каждый день, — сказала она. — Но я всё равно еду.

— Почему?

— Потому что если не я, то кто?

Она отвернулась. Кристофер замолчал.

Векшина нажала на газ. УАЗ рванул вперёд, обгоняя ветер.

2.

Кристофер откинулся на сиденье, скользнул взглядом по салону. УАЗ был старым, битым, но ухоженным — чувствовалась рука Ахмета. Или Крайта. Или того, кто готовил машины до них.

На торпедо — карта, прижатая присоской к стеклу. Путь отмечен красным фломастером, кружок в конце — «Отг-2». Рядом — икона, маленькая, потёртая. Не та, что висела в кабинете Уайатта — другая, своя.

Под сиденьем — ящик с патронами. 5.45, россыпью, в промасленных тряпках. Три магазина уже снаряжены, лежат сверху.

В дверной нише — фляга, металлическая, с вмятиной. И кусок хлеба в тряпице — на случай, если застрянут в пути.

На заднем сиденье — два бронежилета, запасных. И аптечка — новая, не такая, как в первой машине.

На полу — канистра с водой, завёрнутая в одеяло, чтобы не гремела.

И везде — запах. Машинное масло, бензин, старый табак.

— Чисто, — сказал Кристофер.

— Что? — не поняла Блэкс.

— Машина. Чистая. Ахмет готовил?

— Ахмет на пенсии, — ответила Векшина, не оборачиваясь. — Крайт готовил. Он теперь и за машины, и за оружие, и за порядок.

— Крайт? — удивился Кристофер. — Тот, который…

— Тот, который молчит и делает, — перебил Акира. — Лучший сержант, который у меня был.

— А я? — спросила Векшина.

— Ты — снайпер. Сержант плохой.

Векшина усмехнулась.

Кристофер полез под сиденье — не за патронами, за книгой. Нашёл. Старая, потрёпанная, с пожелтевшими страницами. На обложке — женщина в шляпе и мужчина с пистолетом. Название выцвело, но картинка сохранилась.

— Детектив, — сказал он.

— Ахметов, — кивнула Блэкс. — Он такие везде суёт. Говорит, в дороге без книги — как без хлеба.

— А вы читаете?

— Иногда. Когда не стреляю.

Кристофер открыл книгу на первой странице. Шрифт мелкий, старый, буквы выцвели. Но читать можно.

«Глава первая. Смерть пришла не одна. Она пришла с туманом. Но об этом никто не знал. Кроме полковника, который сидел в кабинете и ждал, когда его арестуют».

Он перевернул страницу. «Туман был не аномалией. Он был оружием. Им управляли. Но однажды управление вышло из строя».

Кристофер закрыл книгу.

— Что там? — спросила Блэкс.

— Про туман. — Он положил книгу на колени. — Про оружие.

— Ахмет говорил, это не выдумка, — сказала Векшина. — Говорил, автор знал правду.

— Кто автор?

— Неизвестно. Книгу нашли в архиве «Отг-2». После того как туман ушёл.

Акира повернулся.

— Дай сюда.

Кристофер протянул книгу. Акира полистал, нашёл подчёркнутую строчку, прочитал вслух:

— «Дверь закрывается не ключом. Дверь закрывается тем, кто её открыл».

Он закрыл книгу, вернул.

— Это про меня, — сказал он. — И про тебя.

— Про меня? — не понял Кристофер.

— Ты — ключ, Брайанс. Как я когда-то. — Акира отвернулся к окну. — Надеюсь, у тебя получится лучше.

— А что у вас не получилось?

— Остался. Вернулся. Но часть меня — там. Навсегда.

В машине стало тихо. Даже Векшина перестала дышать.

Кристофер открыл книгу на подчёркнутой странице. Прочитал ещё раз. Закрыл.

Положил в карман двери.

3.

Кристофер повернулся к окну. Стекло было мутным, в разводах — давно не мытое, с мелкими трещинами от камней. Он опустил ручку, толкнул — стекло поехало вниз с протяжным скрипом, какое бывает только у старых армейских УАЗов. Холодный воздух ворвался в салон, пахнущий лесом, прелыми листьями и дальним туманом.

— Ты чего? — спросила Блэкс, поёжившись.

— Душно, — ответил Кристофер.

— Открой своё окно, — сказала Векшина, не оборачиваясь. — А то моя винтовка замёрзнет.

Кристофер не ответил. Высунулся наружу — не сильно, насколько позволяла броня и ремень безопасности. Ветер трепал волосы, лез в глаза, но Кристофер не щурился.

Лес кончился. Теперь по обе стороны дороги тянулись поля — серые, пустые, с редкими стогами сена, похожими на спящих зверей. Где-то вдалеке блеснула вода — озеро или болото.

— Красиво, — сказал он.

— Чего? — не понял Акира.

— Места. Мрачные, но красивые.

— Это не красиво, — ответил Акира. — Это пусто. Туман любит пустоту. В ней легче прятаться.

Кристофер сел обратно, закрыл окно.

— Акира, — спросил он. — Вы видели туман до того, как он стал дверью?

— Видел, — ответил Акира. — Он был белым. Пах сладко. Забирал голоса.

— А как он забирал?

— Медленно. Сначала человек замолкал. Потом переставал двигаться. Потом падал. И исчезал. — Акира помолчал. — Как в воду.

Кристофер сжал кулак.

— Моя семья… они замолчали?

— Не знаю, — ответил Акира. — Я не был там.

Векшина нажала на газ. УАЗ рванул вперёд.

— Хватит, — сказала она. — Не сейчас. Дорога долгая. Успеете наговориться.

Кристофер отвернулся к окну.

4.

Кристофер откинулся на сиденье, повертел книгу в руках, положил обратно в дверную нишу.

— А тут, помимо этого детектива, есть что-нибудь почитать? — спросил он. — А то я его уже наизусть выучил.

Блэкс усмехнулась.

— Наизусть? — переспросила она. — За час?

— Я быстро читаю.

— И что там было?

— Про полковника, который ждал ареста. И про девушку в шляпе, которая знала правду. — Кристофер помолчал. — И про туман. Что он — оружие.

Векшина глянула на него в зеркало заднего вида.

— Не ври, — сказала она. — Ты не читал. Ты листал.

— Читал, — упрямо ответил Кристофер. — Первые три главы.

— Хватит, — сказал Акира. — Брайанс, посмотри под сиденьем. Там, сзади.

Кристофер нагнулся, залез рукой под водительское сиденье. Пальцы нащупали что-то мягкое — тряпка. Под тряпкой — журнал. Старый, с выцветшей обложкой.

— «Крокодил», — прочитал он. — 1987 год.

— Ахметов, — сказала Блэкс. — Он их везде суёт. Говорит, в них правда.

— В сатирическом журнале? — не поверил Кристофер.

— Правда бывает разной, — ответил Акира.

Кристофер открыл журнал. Карикатуры, толстые чиновники, учёные с большими носами. На одной из страниц — подпись карандашом: «Ахмет, 2019. Не смейся, сынок. Всё так и есть».

Он пролистал дальше. Нашёл статью про туман. Короткую, на полполосы.

«В районе базы “Отг” замечен белый туман. Местные жители жалуются на головные боли и потерю памяти. Военные отрицают. Учёные пожимают плечами. Туман не комментирует».

Кристофер закрыл журнал.

— И это — правда?

— Часть, — ответил Акира. — Другая часть — в детективе. Третья — в блокноте у Ахмета.

— А где четвёртая?

— В тебе, — Акира повернулся. — Когда ты закроешь дверь.

Он отвернулся к окну. Кристофер сунул журнал в карман двери.

— Я не собираюсь закрывать дверь, — сказал он. — Я хочу найти тех, кто её открыл.

— Одно без другого не бывает, — ответил Акира.

5.

Кристофер отложил журнал, посмотрел в окно на серое небо.

— Уже завтра к нам приедут три новобранца, — сказал он. — Как думаете, они знают, куда едут?

Блэкс покачала головой.

— Знают. Акира им сказал. Туман, двери, жертвы. — Она помолчала. — Двое всё равно согласились.

— А третий?

— Третий — из штаба. Наблюдатель. Уайатт настоял.

— Шпион? — спросил Кристофер.

— Корректировщик, — ответил Акира. — Будет сидеть на базе, смотреть, слушать, докладывать. На случай, если мы не вернёмся.

— Оптимист наш майор, — усмехнулась Векшина.

— Реалист, — поправил Акира.

Кристофер задумался.

— А те двое — кто они?

— Брат и сестра, — ответила Блэкс. — Из расформированной части. Их родители пропали в тумане в тот же год, что и твои.

— Они хотят мстить?

— Хотят найти, — сказал Акира. — Мстить будут потом.

Векшина свернула на просёлочную дорогу. УАЗ затрясся на ухабах, застучали канистры в багажнике.

— Долго ещё? — спросил Кристофер.

— Часа два, — ответила Векшина. — Если не застрянем.

— А если застрянем?

— Тогда — ночевать в поле. — Векшина посмотрела в зеркало заднего вида. — Спите пока. Я разбужу.

Кристофер закрыл глаза. Сон не шёл.

6.

Кристофер закрыл глаза. Сон пришёл не сразу — перед глазами всё ещё стояла серая дымка над старым заводом, лица, которых он не видел два года, голоса, которых никогда больше не услышит. Но усталость взяла своё.

Он провалился в темноту — без снов, без тумана, без голосов. Только тишина. И где-то далеко — мерный стук. Метла Ахмета. Или сердце базы. Или просто ветер в проводах.

— Спи, Брайанс, — сказал Акира тихо, почти шёпотом. — Скоро ты увидишь туман. И тогда уснуть будет сложнее.

Кристофер не ответил. Не мог. Сон утянул его в свои глубины.

— Брайанс. — Голос Крайта был тихим, но твёрдым. — Просыпайся.

Кристофер открыл глаза. В машине было темно — только фары выхватывали из темноты куски дороги. Блэкс спала, прислонившись к стеклу. Векшина вела машину, глядя прямо перед собой. Акира сидел с закрытыми глазами — но не спал.

— Что? — спросил Кристофер, протирая глаза.

— Приехали, — сказал Крайт по рации. — Дальше — пешком.

Кристофер выглянул в окно. Впереди, в сотне метров, стоял лес. За лесом — серая стена. Туман.

Не тот, слабый, что он видел два дня назад. Настоящий. Плотный. Белый. Он стоял за деревьями, не двигаясь, не дыша.

— Выходим, — сказал Акира, открывая дверь.

7.

Кристофер распахнул дверь — ржавые петли жалобно скрипнули. Холодный воздух ударил в лицо, пахнущий сыростью, прелыми листьями и чем-то ещё — сладковатым, едва уловимым.

Туман.

— Так точно, сержант, — ответил он, выбираясь из машины.

Акира уже стоял на дороге, поправлял бронежилет. Глаза его были спокойными — слишком спокойными для человека, который снова идёт в туман.

— Я — старший сержант, — сказал он. — Или по имени. «Сержант» — это Крайт.

— Понял, — кивнул Кристофер.

Из второй машины выгружались остальные. Крайт — молча, проверяя автомат. Питерс и Маузер — перебрасываясь короткими фразами. Алехандро — крестился, шевелил губами.

Векшина вышла последней, винтовка за спиной, лицо спокойное.

— Туман, — сказала она, глядя на белую стену. — Пять лет его не было. А теперь снова.

— Он не уходил, — ответил Акира. — Он ждал.

Блэкс подошла к Кристоферу, протянула мешочек с солью.

— Держи. Кидай перед собой, если туман подойдёт слишком близко.

— Спасибо, — сказал Кристофер, пряча мешочек в карман.

Акира поднял руку. Отряд замер.

— Всем надеть глушители. Дальше работаем тихо. Брайанс, ты идёшь со мной. Векшина — снайпер, прикрывает. Остальные — по флангам.

— Есть, — ответили хором.

Кристофер накрутил глушитель на автомат — длинный, цилиндрический, с ребристой поверхностью. Проверил — сидит плотно, не шатается.

— Вперёд, — сказал Акира.

Они вошли в лес.

8.

Кристофер шагнул за Акирой в лес. Тишина стала плотной — даже ветки не хрустели под ногами, будто земля поглощала звуки. Деревья стояли голыми, серыми, с ободранной корой. Кое-где на ветках висели клочья тумана — белые, липкие, как паутина.

Акира шёл быстро, но бесшумно. Кристофер едва поспевал, стараясь ступать туда же, куда ступал старший сержант.

— Смотри под ноги, — сказал Акира шёпотом. — Корни, ямы. Туман любит, когда падают.

— Почему? — спросил Кристофер шёпотом же.

— Потому что падающий не видит дороги.

Векшина отстала на сотню метров, заняла позицию на старом складе у опушки. Крайт, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро растянулись цепью, держа дистанцию.

Лес кончился внезапно. Они вышли на поляну. Посередине — здание. Старое, бетонное, с выбитыми окнами. Над ним — туман. Не клубами, а ровной пеленой, которая закрывала небо.

— «Отг-2», — сказал Акира. — Здесь всё началось.

— И здесь всё кончится, — ответил Кристофер.

Акира посмотрел на него.

— Не говори так. Туман слушает.

Он достал бинокль, приник к окулярам.

— Внутри — люди. Человек десять. С оружием. — Он опустил бинокль. — И лаборатория. На первом этаже. Свет горит.

— Откуда свет? — спросил Кристофер. — Генераторы?

— Генераторы, — кивнул Акира. — Старые. Как на той базе.

— Той, которую вы взорвали?

— Той самой.

Акира убрал бинокль, достал рацию.

— Векшина, видишь вход?

— Вижу, — ответила Векшина. — Два человека. Стоят, курят. Сниму без шума.

— Жди. Мы подойдём ближе.

— Поняла.

Акира повернулся к Кристоферу.

— Идёшь за мной. Не стреляй, не беги. Просто иди.

— Понял, — ответил Кристофер.

9.

Кристофер пригнулся, ступая след в след за Акирой. Трава под ногами была мокрой — каждый шаг тонул в сырой земле, не издавая ни звука. Туман стелился по земле тонким слоем, лип к берцам, холодный, противный.

Акира двигался бесшумно, как тень. Короткие перебежки. Остановка. Осмотр. Снова перебежка.

Кристофер повторял за ним, стараясь дышать через нос, не хватать ртом холодный воздух.

Они залегли за старым бетонным блоком в пятидесяти метрах от входа. Акира достал бинокль, посмотрел.

— Курят, — сказал он шёпотом. — Двое. Не ждут.

— Крайт? — спросил Кристофер шёпотом.

— Крайт уже с другой стороны. Ждёт сигнала.

Акира убрал бинокль, достал нож — чёрный, матовый, без бликов.

— Я беру левого. Правый — твой. Ножом. Тихо.

— Понял, — ответил Кристофер, доставая свой нож.

— Не спеши. Подойди сзади. Рукой закрой рот. Режь справа налево. Быстро. И не смотри в глаза.

— Почему?

— Потому что они могут быть не людьми.

Акира поднялся. Кристофер — следом.

Они пошли к входу — медленно, бесшумно, как призраки.

10.

Кристофер скользнул вправо, обходя охранника с тыла. Тот стоял, опершись на косяк, автомат болтался на ремне. В руке — дымящаяся сигарета. Он не ждал. Не смотрел по сторонам. Просто стоял и смотрел в темноту, туда, где не было ничего.

Кристофер подошёл вплотную. Левой рукой закрыл рот охранника — тот дёрнулся, но поздно. Правая — нож вошёл в шею легко, как в масло. Тихо. Быстро. Тёплая кровь хлынула на пальцы, скользкая, липкая.

Охранник обмяк. Кристофер придержал его, опустил на землю — без звука.

Рядом Акира уже закончил со своим. Вытер нож о куртку мёртвого, кивнул.

— Хорошо, — сказал он шёпотом. — Быстро. Без паники.

— Не паникую, — ответил Кристофер, вытирая нож о траву.

— Паникуешь, — Акира посмотрел на его руки. — Но делаешь. Это главное.

Он достал рацию, нажал кнопку.

— Векшина, вход чист.

— Вижу, — ответила Векшина. — Внутри — коридор. Два человека в конце. Стоят, не двигаются.

— Спят? — спросил Акира.

— Не знаю. Не вижу.

— Тогда идём. — Акира кивнул Кристоферу. — За мной.

Они вошли внутрь.

11.

Акира остановился в коридоре, прижавшись спиной к стене. Света внутри не было — только тусклые аварийные лампы под потолком, которые гудели на низкой частоте, будто жаловались.

Он повернулся к Кристоферу. Глаза его в полумраке казались чёрными — бездонными, как та самая дверь.

— Я взорву генераторы, — сказал он шёпотом, почти беззвучно. — Ты заберёшь документы. Всё по тихой.

Кристофер кивнул, сжимая автомат.

— Где они?

— Лаборатория. Второй этаж, крыло «Б». — Акира достал из кармана смятую схему, сунул Кристоферу. — Запомни. Не потеряй.

— А ты?

— Я к генераторам. В подвал. Встречаемся у входа через пятнадцать минут.

— А если не успею?

— Успеешь. — Акира посмотрел на него долгим взглядом. — Ты — ключ. Ключи не опаздывают.

Он развернулся и пошёл вглубь коридора — бесшумно, быстро, как тень.

Кристофер остался один.

12.

Кристофер прижался спиной к стене, переждал несколько секунд. Сердце колотилось где-то у горла, но он заставил себя дышать ровно — вдох, выдох, вдох. Акира уже исчез в темноте, и теперь коридор казался длиннее, чем был на самом деле.

— Вперёд, — сказал он сам себе шёпотом.

Он двинулся по коридору — медленно, держа автомат наготове, ствол с глушителем смотрел в пол, чтобы не бликовать. Стены были голыми, бетонными, с пятнами сырости. Кое-где висели ржавые трубы, с которых капала вода. Плюх. Плюх. Плюх.

Как тогда, в подвале, — подумал Кристофер. — Как в истории Акиры.

На полу валялись окурки, пустые гильзы, обрывки бумаги. Кто-то здесь был недавно. Кто-то курил, стрелял, писал.

Коридор раздваивался. Налево — табличка «Крыло А. Штаб». Направо — «Крыло Б. Лаборатория».

Кристофер свернул направо.

Дверь в лабораторию была открыта. Изнутри пробивался свет — жёлтый, неестественный, как от ламп накаливания, которые работают на пределе.

Он заглянул внутрь.

Столы, приборы, мониторы. Стеллажи с папками. И люди. Двое. В белых халатах, с противогазами на поясах. Они сидели за столами, что-то писали, не поднимая голов.

Охраны не было.

Кристофер выждал минуту. Потом вошёл — бесшумно, как учил Акира.

13.

Кристофер скользнул к стеллажам. Папки стояли вперемешку — новые, с пластиковыми корешками, и старые, потрёпанные, с выцветшими надписями. Он взял первую, раскрыл — схемы, графики, формулы. Ни имён, ни названий. Бесполезно.

Вторую. Третью.

На четвёртой он замер. «Проект “Новая дверь”. Список личного состава». Фотографии, имена, должности. Те, кто звал туман.

Кристофер сунул папку в рюкзак.

Пятая — «Отг-2. Хроника потерь». Он открыл на первой странице. Список. Восемь имён. Третья строчка — «Брайанс, семья».

Он сжал папку, убрал в рюкзак.

Шестая. Седьмая. Восьмая.

Рюкзак наполнялся, становясь тяжелее. Кристофер работал быстро, но аккуратно — не шумел, не ронял.

— Ты кто?

Он замер.

Один из учёных стоял в двух метрах, сжимая пистолет. Руки тряслись. Глаза — испуганные, бегающие.

— Ты кто? — повторил он.

Кристофер не ответил. Шагнул вперёд. Схватил ствол пистолета, вырвал, ударил учёного рукояткой по голове. Тот упал без звука.

Второй даже не поднял головы. Сидел, уткнувшись в монитор, в наушниках.

Кристофер подошёл сзади. Нож вошёл в шею быстро, почти безболезненно — по крайней мере, учёный не закричал.

Он опустил тело на пол, вытер нож.

Рюкзак был полон.

14.

Кристофер нагнулся над учёным. Тот дышал — тяжело, прерывисто, но дышал. Кровь на виске запеклась, но рана была неглубокой. Жив.

— Живой, — сказал Кристофер шёпотом.

Он стянул с учёного ремень, связал руки за спиной. Из кармана вытащил грязный носовой платок, заткнул рот — чтобы не закричал, если очнётся.

— Идёшь с нами, — сказал он. — Будешь говорить.

Учёный не ответил. Без сознания.

Кристофер взвалил его на плечо — тяжело, но терпимо. Рюкзак с документами за спиной, автомат на груди, пленный на плече.

Он вышел в коридор.

15.

Коридор был пуст. Лампы всё так же гудели, капала вода из труб. Кристофер шёл быстро, стараясь не топать, но с пленным на плече это было трудно. Учёный весил прилично — голова болталась в такт шагам, ноги волочились по полу, оставляя мокрые следы.

— Тихо, — прошептал Кристофер сам себе. — Тихо.

На развилке он свернул налево — к выходу. Табличка «Вход» висела криво, на одном гвозде.

Впереди показалась дверь. За ней — темнота и ветер.

— Векшина, — прошептал он в рацию. — Я выхожу. С пленным.

— Вижу, — ответила Векшина. — Чисто. Крайт прикрывает.

Кристофер толкнул дверь плечом — та открылась с протяжным скрипом.

Холодный воздух ударил в лицо. Туман стоял всё так же — белой стеной у леса, не двигаясь, не дыша.

— Свои, — сказал он, выходя на крыльцо.

Из темноты вынырнул Крайт. Посмотрел на пленного, на рюкзак, кивнул.

— Акира?

— В подвале. Генераторы.

— Тогда ждём, — сказал Крайт, беря учёного за шиворот. — Я посторожу. Иди к машине.

Кристофер передал пленного, пошёл к УАЗу.

16.

Кристофер развернулся на пятках, когда рация в его руке ожила чужим голосом. Не Акиры. Не Векшиной. Чьим-то чужим, искажённым помехами.

— ...генераторы... заложил... уходите...

— Крайт! — крикнул Кристофер. — У него проблемы. Иди за Акирой.

Крайт не спросил «почему» или «откуда ты знаешь». Кивнул, передал пленного Блэкс, которая только что вышла из леса, и побежал к зданию — бесшумно, тяжело, как старый волк.

— Векшина, — сказал Кристофер в рацию. — Прикрой Крайта.

— Уже, — ответила она. — Вижу.

Крайт скрылся в дверях.

Секунды тянулись как минуты. Кристофер сжимал автомат, глядя на чёрные окна. Внутри что-то грохнуло — глухо, приглушённо, как удар кувалдой по бетону.

Потом рация ожила снова. Голос Акиры — ровный, спокойный, но с металлической ноткой:

— Я взрываю генераторы. Вырвется туман. Ты будешь сзади, я спереди.

— Принял, — ответил Крайт. — Иду.

Кристофер перевёл дыхание. Блэкс стояла рядом, сжимая пистолет.

— Что там? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Кристофер. — Но сейчас узнаем.

Из здания выбежал Крайт. За ним — Акира.

Они бежали, не оборачиваясь.

— В укрытие! — крикнул Крайт.

17.

Кристофер рванул к УАЗу, распахнул дверцу, прыгнул внутрь — и в этот момент взрыв ударил в спину, как кувалдой. Свет стал белым, потом чёрным. Машина дёрнулась, подпрыгнула, перевернулась. Кристофер ударился головой о крышу, потом о дверцу, потом о землю — сквозь разбитое стекло.

Сознание угасало рывками, как старая лампочка.

— ...Брайанс! — голос Блэкс, далёкий, как из другого мира.

— ...жив? — Крайт.

— ...уходим... туман...

Потом — тишина. Чёрная, плотная, без единого звука.

Кристофер очнулся от холода. Он лежал на земле, лицом вниз, руки свободны. Автомат валялся в двух метрах, рюкзак — под боком. Голова гудела, во рту было сухо, как в пустыне.

— Брайанс, — голос Акиры. Близко. — Ты жив?

— Жив, — прохрипел Кристофер, переворачиваясь на спину.

Небо было серым, низким. Туман стоял рядом — белая стена в метре от него.

— Что... что случилось?

— Генераторы взорвались. Туман вырвался. УАЗ перевернулся. — Акира стоял над ним, протягивая руку. — Вставай. Надо уходить.

Кристофер взялся за руку, поднялся. Голова закружилась, но он устоял.

— А где... где остальные?

— Векшина прикрывает. Крайт с ней. Питерс и Маузер грузят пленного во вторую машину. Блэкс перевязывает Алехандро. Осколком задело.

— А ты?

— Я здесь. — Акира посмотрел на туман. — Идём. Быстро.

18.

Кристофер шагнул — нога подвернулась, но он удержался, опершись на Акиру. Тот не отстранился, поддержал за локоть, повёл к лесу, где за деревьями угадывались силуэты машин.

— Не смотри на туман, — сказал Акира. — Смотри под ноги.

— Почему?

— Потому что он зовёт. Шепчет. Обещает. — Акира шёл быстро, почти волоча Кристофера за собой. — Ты потерял семью. Он это знает. Он покажет тебе их. Живых. Улыбающихся. Позовёт за собой.

Кристофер почувствовал, как холодок пробежал по спине.

— Вы видели?

— Видел, — ответил Акира. — Брата. Он улыбался. Звал меня домой.

— И что вы сделали?

— Убил его. Дважды. — Акира помолчал. — И пошёл дальше.

Лес кончился. Машины стояли на дороге — вторая УАЗ целая, первая — перевёрнутая, с разбитыми стёклами, дымилась.

Векшина сидела на капоте второй, винтовка на коленях. Крайт перевязывал Алехандро — тот сидел на земле, бледный, но живой. Питерс и Маузер уже грузили пленного в багажник — связанного, с кляпом во рту.

Блэкс подбежала к Кристоферу, схватила за плечи.

— Живой? — спросила она, заглядывая в глаза.

— Живой, — ответил он.

— Дурак, — она выдохнула. — Не прыгай больше в машины, которые взрываются.

— Постараюсь, — усмехнулся Кристофер.

Акира подошёл к Крайту.

— Потери?

— Алехандро — лёгкое. Осколок в плече. Брайанс — сотрясение. Остальные целы.

— Туман?

— Стоит. Не двигается.

— Значит, ждёт, — Акира посмотрел на небо. — Грузитесь. Уходим.

19.

Акира осмотрел перевёрнутый УАЗ — колёса крутились в воздухе, из-под капота валил пар. Потом перевёл взгляд на вторую машину — целую, но тесную, уже забитую раненым Алехандро, пленным и рюкзаками.

— Придётся идти пешком, — сказал он. — Я первый. Крайт, ты замыкающий. Идём.

— А остальные? — спросила Векшина.

— Во второй машине. Блэкс за руль. Векшина — рядом, прикрываешь. Питерс, Маузер — сзади, с пленным и раненым.

— А Брайанс? — спросил Крайт.

— Со мной.

Кристофер поправил лямки рюкзака. Голова всё ещё гудела, но ноги слушались.

— Я готов, — сказал он.

— Тогда — вперёд, — Акира развернулся и пошёл к лесу. Не к туману — в обход, по старой лесной дороге, где деревья стояли плотнее, пряча от белой стены.

Кристофер зашагал следом, стараясь держать дистанцию. Сзади заурчал мотор второй машины — Блэкс развернула УАЗ и поехала параллельно, по просёлку, держась на расстоянии.

Крайт замыкал — шёл в ста метрах сзади, автомат на груди, глаза — по сторонам.

Лес был тихим. Слишком тихим. Даже ветер не шевелил ветки.

— Акира, — позвал Кристофер.

— Молчи, — ответил тот, не оборачиваясь. — Туман слушает.

Они шли молча. Час. Два. Ноги гудели, спина болела, но Кристофер не жаловался.

20.

Кристофер оглянулся на Крайта. Тот шёл в ста метрах сзади, автомат на груди, глаза — по сторонам. Лицо спокойное, даже скучающее. Будто не замыкал колонну, а шёл на прогулку.

— Крайт, — крикнул Кристофер. — Ты не боишься быть замыкающим? А если тебя туман заберёт?

Крайт поднял голову, посмотрел на Кристофера. Потом — на Акиру.

— Не боюсь, — ответил он. Голос ровный, будничный. — Туман знает, что я невкусный.

— Не шути так, — сказал Акира, не оборачиваясь.

— А кто шутит? — Крайт усмехнулся. — Я старый. Жёсткий. Туман любит молодых. Сочных. — Он кивнул на Кристофера. — Как ты.

Кристофер сжал автомат.

— Я не сочный.

— Все так говорят, — ответил Крайт. — Пока туман не покажет им семью.

Акира остановился, повернулся.

— Хватит, — сказал он. — Крайт, ты — замыкающий. Брайанс, ты — рядом со мной. Идём дальше.

— Есть, — ответил Крайт.

— Понял, — кивнул Кристофер.

Они пошли дальше.

21.

Кристофер шёл, не оглядываясь. Лес редел — деревья становились ниже, корявее, будто кто-то сжигал их, но не до конца. Туман приближался не сзади, не сбоку — он вырастал из земли, тонкими струйками, которые тянулись к нему, как пальцы.

— Акира, — сказал Кристофер. — Он нас находит.

— Не нас, — ответил Акира. — Тебя. Ты — ключ. Он чувствует.

— Что мне делать?

— Идти. Не останавливаться. Не смотреть по сторонам.

Туман сгущался. Белые клочья липли к куртке, к лицу, к автомату. Кристофер хотел чихнуть, но сдержался.

Сзади — шаги Крайта. Ровные, спокойные.

— Крайт, — крикнул Кристофер. — Ты как?

— Нормально, — ответил Крайт. — Туман рядом, но не трогает.

— Потому что ты невкусный, — усмехнулся Кристофер.

— Я же говорил.

Акира поднял руку. Кристофер остановился.

— Тишина, — сказал Акира.

Кристофер замер. Прислушался.

В тумане кто-то был. Не люди. Не звери. Что-то другое — большое, тяжёлое, оно двигалось, не касаясь земли.

— Туман, — прошептал Кристофер.

— Нет, — ответил Акира. — Хранитель.

Из белой стены вышел человек. Старый, в белом балахоне, с лицом, которое нельзя было запомнить.

— Здравствуй, Акира, — сказал Хранитель. — Ты вернулся.

— Я не уходил, — ответил Акира.

— Твоя дверь закрыта. Ты свободен.

— Моя дверь закрыта. Но есть другая.

Хранитель посмотрел на Кристофера.

— Ты привёл нового ключа.

— Он пришёл сам, — сказал Акира. — Я только показал дорогу.

Хранитель подошёл к Кристоферу. Протянул руку.

— Дай руку, — сказал он.

Кристофер посмотрел на Акиру. Тот кивнул.

Кристофер протянул руку.

Хранитель сжал её — холодными, сухими пальцами.

— Ты потерял семью, — сказал он. — Хочешь их вернуть?

— Да, — ответил Кристофер.

— Тогда иди за мной.

Хранитель развернулся и пошёл в туман.

22.

Кристофер шагнул в туман. Белая мгла сомкнулась за его спиной, отрезая лес, дорогу, голоса. Остался только Хранитель — старик в белом балахоне, который шёл впереди, не оглядываясь.

— Не отставай, — сказал Хранитель. — В тумане легко потеряться.

— Я не потеряюсь, — ответил Кристофер.

— Все так говорят.

Туман расступился. Они стояли на поляне. Посередине — дверь. Не деревянная, не металлическая, не бетонная. Сделанная из света. Белая, пульсирующая, она висела в воздухе, не касаясь земли.

— Это не та дверь, — сказал Кристофер.

— Нет, — согласился Хранитель. — Та была закрыта Акирой. Эта — новая. Её строят те, кого ты ищешь.

— Зачем?

— Чтобы вернуть туман. Чтобы открыть двери в другие миры. Чтобы забрать тех, кто потерян.

Кристофер сжал кулак.

— Мою семью?

— Возможно. — Хранитель повернулся к нему. — Но если ты откроешь эту дверь, ты не сможешь её закрыть. Ты не Акира. Ты — новый ключ. Для новой двери.

— Что мне делать?

— Выбирать, — ответил Хранитель. — Как всегда.

Он исчез. Растворился в тумане, оставив Кристофера одного перед дверью из света.

23.

Кристофер шагнул из тумана, как из воды — мокрый, продрогший, но живой. Поляна исчезла, дверь из света растворилась. Вместо них — лес, дорога, серая мгла, которая уже не была плотной, не давила на плечи.

Акира стоял на коленях.

Не молился. Не плакал. Просто стоял на коленях посреди дороги, опустив голову, с пустыми руками.

Кристофер подошёл ближе. Крайта рядом не было.

— Акира, — позвал он. — Где Крайт?

Акира не ответил. Не поднял головы.

— Акира! — Кристофер схватил его за плечо, потряс. — Где Крайт?

Акира поднял голову. Глаза у него были сухими, красными, но в них не было боли. Была пустота.

— Туман забрал его, — сказал Акира. Голос ровный, без интонаций. — Я просил его быть замыкающим. Он прикрывал нас. А туман пришёл сзади.

— Как? — Кристофер не верил. — Мы же были рядом. Я не слышал…

— Ты был с Хранителем, — перебил Акира. — Ты был в двери. А мы — здесь. Крайт крикнул. Я обернулся. Его уже не было.

— Может, он…

— Нет, — Акира встал, отряхнул колени. — Туман забрал его. Я видел.

Он посмотрел на Кристофера.

— Ты видел дверь?

— Видел, — ответил Кристофер.

— И что ты выбрал?

— Ничего. Я просто смотрел.

Акира кивнул, будто ожидал этого ответа.

— Идём, — сказал он. — Машина ждёт.

Они пошли по дороге. Кристофер обернулся — туман стоял на месте, не двигался, не дышал.

Крайт не вышел.

24.

За несколько минут до того, как Кристофер вышел из тумана.

Лес. Дорога. Туман, который сгущался с каждой секундой.

Акира шёл впереди, не оборачиваясь. Крайт замыкал — автомат на груди, глаза по сторонам.

— Акира, — сказал Крайт.

— Что?

— Туман сзади. Плотнее, чем спереди.

Акира остановился, обернулся. Белая стена стояла в двадцати метрах — не двигалась, но пульсировала, как живое сердце.

— Он нас нагоняет, — сказал Акира.

— Не нас, — ответил Крайт. — Меня.

Он снял автомат с предохранителя, проверил магазин.

— Иди, — сказал Крайт. — Я задержу.

— Ты с ума сошёл, — Акира шагнул к нему. — Туман не задерживают. От него бегут.

— Беги, — Крайт улыбнулся — первый раз за много лет. — Я старый. Мне уже некуда бежать.

— Крайт…

— Иди, — перебил Крайт. — Скажи Уайатту… спасибо. За всё.

Он развернулся и пошёл к туману.

— Крайт! — крикнул Акира.

Крайт не обернулся.

Туман рванулся вперёд — белой стеной, которая накрыла его за секунду. Без крика. Без звука. Просто — исчез.

Акира стоял, сжимая кулаки.

Потом опустился на колени.

Не молился. Не плакал. Просто стоял на коленях посреди дороги, глядя на белое пятно, где только что был человек, который прикрывал его спину пятнадцать лет.

— Прощай, — сказал Акира тихо.

Встал.

Повернулся и пошёл к лесу, где за деревьями угадывался силуэт Кристофера, выходящего из тумана.

— Брайанс, — позвал он. — Где ты был?

Но Кристофер не слышал.

Он был в двери.

25.

Кристофер подошёл к УАЗу — второй машине, целой, с работающим двигателем. Блэкс сидела за рулём, лицо бледное, но спокойное. Векшина — рядом, винтовка на коленях, глаза острые. Питерс и Маузер — на заднем сиденье, между ними — связанный пленный, с кляпом во рту. Алехандро сидел в углу, плечо замотано бинтами, но живой.

— Садись, — сказал Акира, открывая дверцу. — Крайт… — он не договорил.

— Я знаю, — ответил Кристофер, забираясь внутрь.

Акира сел вперёд, к Векшине.

— Погнали, — сказал он.

— А Крайт? — спросила Векшина, хотя уже знала ответ.

— Туман забрал его.

Векшина сжала руль, выдохнула.

— Чёрт, — сказала она. — Чёрт, чёрт, чёрт.

Она нажала на газ. УАЗ рванул с места, обгоняя ветер.

Кристофер смотрел в окно. Лес, поле, дорога. Туман остался позади — белая точка на горизонте, которая становилась всё меньше.

— Акира, — сказал он.

— Что?

— Крайт… он знал?

— Знал, — ответил Акира. — Он всегда знал, что не вернётся.

— Почему он пошёл?

— Потому что он — солдат. — Акира помолчал. — Солдаты не спрашивают, почему. Они спрашивают — куда.

Кристофер закрыл глаза.

В машине стало тихо.

26.

Кристофер закрыл глаза. Голова гудела — от удара, от тумана, от всего сразу. Рюкзак с документами давил на плечи, автомат больно упирался в ребро. Он хотел сказать что-то Акире, но слова не шли. Только темнота перед глазами, которая становилась всё плотнее.

— Брайанс? — голос Блэкс. — Брайанс, ты жив?

— Жив, — прошептал он, но звука не получилось.

— Отключается, — сказал Акира. — Пусть спит. Заслужил.

— А если сотрясение? — спросила Векшина.

— Тогда разбудим. На базе.

Кристофер почувствовал, как машина остановилась. Кто-то открыл дверцу, кто-то расстегнул ремень. Потом — темнота.

Он очнулся от голосов.

— ...живой, — говорил Уайатт. — Крайт?

— Погиб, — ответил Акира.

— Как?

— Туман забрал.

— А дверь?

— Новая. Мы видели.

— Брайанс?

— Спит. Сотрясение. Блэкс перевязала.

— Хорошо. — Уайатт помолчал. — Отдыхайте. Завтра — разбор.

Кристофер хотел открыть глаза, но не смог. Сон навалился снова — тяжёлый, чёрный, без сновидений.

Конец второй главы.

Глава третья. Чужая база

1.

Кристофер открыл глаза.

Потолок был низким, бетонным, с трещиной, похожей на карту реки. Знакомая трещина. Казарма. База «Отг».

Голова гудела — глухо, на низких частотах, как старый трансформатор. Он приподнялся на локтях, огляделся.

Соседняя койка была пуста. Питерс и Маузер спали, укрывшись одеялами с головами. На тумбочке — стакан воды, таблетки и записка. Почерк Блэкс: «Проснёшься — выпей. Акира ждёт в штабе».

Кристофер сел. Взял стакан, сделал глоток. Вода была тёплой, с лёгким привкусом соли.

— Ты жив? — голос Питерса из-под одеяла.

— Жив, — ответил Кристофер.

— А голова?

— Болит.

— Это пройдёт. — Питерс откинул одеяло, сел. — А Крайт — нет.

Кристофер опустил стакан.

— Я знаю.

— Все знают, — Питерс встал, натянул берцы. — Акира сам не свой. Молчит. Не ест. Сидит в штабе, смотрит на карту.

— А Блэкс?

— Плакала. Сейчас в столовой. Ахмет пришёл — сказал, щи без Крайта не те.

Кристофер оделся. Автомат стоял у койки, рюкзак — в ногах. Он проверил — документы на месте. Папки. Список «Брайанс, семья».

— Алехандро? — спросил он.

— В лазарете. Блэкс перевязала. Крайт… — Питерс запнулся, — …Крайт его заслонил. Осколок хотел в голову Алехандро. А Крайт руку подставил. И когда упал... туман его и забрал.

Кристофер сжал кулак.

— Пленный?

— В подвале. Архитектор теперь не один.

— Допрашивали?

— Нет. Ждут тебя. Акира сказал — пусть Брайанс смотрит. Это его война.

Кристофер вышел в коридор.

2.

Коридор был пуст. Лампы горели через одну, отбрасывая жёлтые круги на бетонный пол. Кристофер шёл медленно, не глядя под ноги — смотрел по сторонам, запоминая каждую дверь, каждую трещину, каждую табличку.

«Штаб». За дверью — голос Уайатта. Говорил негромко, с кем-то по телефону. Спорил. Кристофер прислушался — слова не разобрать. Не стал стучать.

Дальше — «Столовая». Оттуда пахло щами, свежим хлебом и горем. Кристофер заглянул. За длинным столом никого. Только Ахмет сидел в углу, на своём месте, и смотрел на пустую тарелку. Метла стояла рядом, прислонённая к стене.

— Ахмет, — позвал Кристофер.

Старик поднял голову. Глаза красные, но сухие.

— А, Брайанс, — сказал он. — Живой. Хорошо.

— Вы как?

— Старый, — ответил Ахмет. — Старый и устал.

Он кивнул на дверь.

— Иди. Акира в штабе. Ждёт тебя. И пленный ждёт.

Кристофер хотел спросить про Крайта, но передумал. Вопросы будут потом.

— Спасибо, — сказал он и пошёл дальше.

«Оружейная». Дверь открыта. Векшина сидела на ящике, чистила винтовку. Увидела Кристофера, кивнула.

— Живой?

— Живой, — ответил он.

— Умный был Крайт, — сказала Векшина, не глядя на него. — Глупый. Но умный. Знал, что не вернётся. Пошёл. Заслонил.

Она передёрнула затвор.

— Я бы тоже пошла. Но он не дал.

— Он сказал что-то напоследок? — спросил Кристофер.

— Сказал: «Передайте Уайатту — спасибо». — Векшина положила винтовку на колени. — Всё.

Кристофер кивнул.

— Я к Акире.

— Иди, — сказала Векшина.

Он пошёл дальше. «Подвал». Дверь заперта. Из-за неё — тишина. Архитектор и новый пленный. Кристофер замер, прижался ухом к холодному металлу. Ни звука.

— Ты чего? — голос Питерса. Он стоял в конце коридора, сжимая кружку с чаем.

— Слушаю, — ответил Кристофер.

— Пусто, — сказал Питерс. — Они молчат. Обо. Акира там был?

— Был. Ушёл. Сказал, пусть посидят. Подумают.

Кристофер отлепился от двери.

— Я в штаб.

— Акира там, — кивнул Питерс.

3.

Кристофер вошёл в штаб. Акира сидел за столом Уайатта — не на месте майора, на стуле сбоку. Перед ним — стакан воды, пустая папка, карандаш. Карта на стене — «Отг-2», обведена красным.

— Акира, — сказал Кристофер, закрывая дверь.

Акира поднял голову. Глаза красные, веки припухли — не спал, наверное, всю ночь.

— Садись, — сказал он, кивнув на стул напротив.

Кристофер сел.

— Правду про смерть Крайта знают только ты и я, — сказал Акира. Голос ровный, почти без интонаций. — Остальные думают, что он заслонил собой Алехандро.

— А на самом деле? — спросил Кристофер.

— На самом деле он добровольно пошёл в туман.

Кристофер замер.

— Зачем?

— Чтобы мы успели уйти. — Акира взял стакан, сделал глоток, поставил обратно. — Крайт знал, что туман не отстанет. Он сказал: «Я задержу. Идите». И пошёл.

— Почему он не сказал остальным?

— Потому что они бы не поняли. — Акира посмотрел на Кристофера. — Или поняли бы. Но не приняли. Легче верить, что он герой. А не самоубийца.

— Он был героем, — сказал Кристофер.

— Был, — кивнул Акира. — И самоубийцей. Это не исключает одно другое.

Он встал, подошёл к карте.

— Мы идём обратно. Через два дня. Закрывать дверь.

— А пленный? — спросил Кристофер.

— Архитектор с ним поговорит. Если не разговорится — мы его сами допросим. Ты и я.

— Почему я?

— Потому что он строил дверь, за которой твоя семья. — Акира повернулся. — Ты имеешь право спросить.

Кристофер сжал кулак.

— А если он не ответит?

— Тогда мы найдём ответы сами. На базе. — Акира помолчал. — Готовься. Я дам знать.

Кристофер кивнул и вышел.

4.

Кристофер вышел из штаба. Коридор был пуст, только лампы гудели под потолком. Он не пошёл в казарму и не в столовую. Пошёл к входной зоне — туда, где новобранцы проходили первичный инструктаж перед тем, как попасть на базу «Отг».

Отсек был маленьким — стол, три стула, голые стены. На столе — журнал прибытия, стопка формуляров, стакан с водой. Кристофер сел на стул у стены, закинул ногу на ногу.

Ждать пришлось недолго.

Дверь открылась. Первым вошёл парень — лет двадцать, коренастый, стриженый под ноль, с тяжёлым взглядом. За ним — девушка, постарше, с короткими светлыми волосами и родинкой над губой. Оба в форме — старой, потрёпанной, видно, что из расформированной части.

Крайт должен был их встречать.

Но Крайта больше не было.

Следом вошёл третий — высокий, худой, в очках, с планшетом в руках. Штабской. Наблюдатель. Увидел Кристофера, кивнул.

— Брайанс, — сказал парень. — Ты тот, который с Акирой ходил?

— Ходил, — ответил Кристофер.

— И как? — спросила девушка.

— Крайт погиб, — сказал Кристофер. — Алехандро ранен. Документы мы взяли. Пленного взяли. Дверь не закрыли.

Парень и девушка переглянулись.

— Меня зовут Денис, — сказал парень. — А это Лена. Мы из одной части. Родители пропали в тумане три года назад.

— Знаю, — кивнул Кристофер.

— А вы? — спросила Лена.

— Потерял семью два года назад. Пришёл мстить. — Кристофер помолчал. — Теперь не уверен, что месть поможет.

Денис усмехнулся — невесело, одними уголками губ.

— Поможет, — сказал он. — Или не поможет. Но попробовать надо.

Третий, штабской, положил планшет на стол, сел.

— Меня зовут Сергей, — сказал он. — Я из штаба округа. Буду наблюдать и докладывать. Оружия не имею.

— Зачем ты здесь? — спросил Кристофер.

— Чтобы убедиться, что туман действительно возвращается. И что вы не врёте.

— Мы не врём, — сказал Кристофер.

— Покажите документы, — ответил Сергей.

Кристофер откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди.

— Новобранец у нас ты. Так что это ты должен показать документы.

Сергей моргнул. Поправил очки, достал из кармана удостоверение, положил на стол. Синее, с гербом, напечатанное на пластике.

— Вот, — сказал он. — Всё чин по чину.

Кристофер даже не наклонился.

— Удостоверение — это бумажка, — сказал он. — Я хочу знать, зачем ты здесь на самом деле.

Сергей снял очки, протёр их подолом куртки.

— Затем же, что и вы, — сказал он. — Хочу, чтобы туман исчез. Навсегда.

— И для этого штаб прислал наблюдателя?

— Штаб прислал меня, потому что я единственный, кто видел туман и выжил. — Сергей надел очки. — Я был на «Отг-2». В тот день, когда он пришёл в первый раз.

Тишина стала плотной.

— Вы были? — спросил Денис.

— Был, — ответил Сергей. — Я был связистом. Сидел в подвале, когда туман накрыл базу. Слышал, как люди кричат. Как замолкают. Как исчезают.

— И вы никому не сказали? — спросила Лена.

— Сказал. Меня не услышали. Или не захотели слышать. — Сергей посмотрел на Кристофера. — Теперь — услышат.

Кристофер взял удостоверение, посмотрел. Фото, имя, должность. Всё настоящее.

— Хорошо, — сказал он, возвращая. — Сергей, ты идёшь с нами. Но спросишь у Акиры. Это он командует.

— Я знаю, — ответил Сергей.

Денис и Лена переглянулись.

— А нас кто встретит? — спросил Денис.

— Акира, — ответил Кристофер. — После того как я ему доложу.

5.

Кристофер нашёл Акиру в казарме. Тот сидел на своей кровати — той самой, где пять лет назад спал Фейт. Пустой мешочек на груди, стакан с водой в руке. Смотрел в стену — не на карту, не на фотографию. Просто в бетон.

— Акира, — позвал Кристофер.

Акира не обернулся.

— Новобранцы приехали, — сказал Кристофер, подходя ближе. — Двое — из расформированной части. Третий — наблюдатель от штаба. Сергей. Был на «Отг-2» в первый день тумана.

— Знаю, — ответил Акира. — Уайатт звонил.

Кристофер помолчал. Потом спросил:

— Как вы думаете, меня уже можно повысить до ефрейтора? Или до рядового второго класса?

Акира повернул голову. Посмотрел на Кристофера долгим, изучающим взглядом.

— Ты потерял сознание, — сказал он. — Не выполнил приказ — должен был быть сзади, а прыгнул в машину.

— Я прикрыл отход, — возразил Кристофер.

— Ты чуть не погиб, — Акира поставил стакан на тумбочку. — Если бы Блэкс не вытащила тебя из-под обломков…

— Но она вытащила.

— Повезло, — Акира встал. — На везении карьеру не строят. — Он подошёл к Кристоферу, остановился в шаге. — Пять лет назад я просил повышение у Уайатта. За одну взорванную базу. Получил. Но я закрыл дверь.

— Я не закрыл, — сказал Кристофер.

— Нет. — Акира покачал головой. — Ты принёс документы. Привёз пленного. Потерял… — он запнулся, — …потерял Крайта. Этого достаточно для благодарности. Но не для повышения.

— А для чего достаточно?

— Чтобы идти дальше. — Акира развернулся, пошёл к выходу. — Идём. Пленного допросим. Увидишь, что такое настоящая война.

Кристофер пошёл следом.

6.

Акира остановился у двери, не оборачиваясь.

— Но ладно, — сказал он. Голос ровный, будничный, как на плацу. — Если сможешь выбить из пленных полезную информацию — так уж и быть. Повышу до ефрейтора.

Кристофер замер.

— Вы серьёзно?

— Я никогда не шучу про звания, — Акира повернулся. В глазах — ни тени улыбки. — Но запомни, Брайанс. Ефрейтор — это не нашивка. Это ответственность. Ты отвечаешь не только за себя. За тех, кто идёт за тобой.

— Я понял, — ответил Кристофер.

— Идём, — Акира толкнул дверь. — Пленный ждёт.

— А как же новобранцы? — спросил Кристофер.

— Познакомятся с Уайаттом. А потом — с тобой. Если выживут после допроса.

Они вышли в коридор.

— Акира, — сказал Кристофер, шагая следом. — А почему вы мне помогаете? Не просто командуете. Помогаете.

Акира шёл быстро, не сбавляя шага.

— Потому что ты похож на меня. Молодого. Злого. Глупого. — Он помолчал. — И потому что Ахмет просил. Сказал, ты похож на его внука.

— У Ахмета нет внуков, — удивился Кристофер.

— Был, — ответил Акира. — Исчез в тумане. В первый раз. Мальчик. Десять лет. — Акира остановился у двери в подвал. — Ахмет не говорит об этом. И ты не спрашивай.

— Я не буду, — сказал Кристофер.

— Тогда — вперёд. — Акира открыл дверь. — Помни, Брайанс. Ефрейтор.

Кристофер шагнул в подвал.

7.

Подвал встретил Кристофера сыростью, холодом и запахом — бетона, ржавчины и чего-то ещё, сладковатого, едва уловимого. Лампы горели через одну, отбрасывая жёлтые круги на бетонный пол. Коридор был узким, с низким потолком — едва не задевал макушкой. По стенам тянулись трубы, с которых капала вода. Плюх. Плюх. Плюх.

В конце коридора — железная дверь. За ней — тишина. Акира достал ключ, отпер засов.

— Архитектор в первой камере, — сказал он. — Новый — во второй. С кем начнём?

— С новым, — ответил Кристофер. — Архитектор — змея. Он переиграет нас.

— Хорошо. — Акира открыл дверь во вторую камеру. — Я за дверью. Слушаю. Если нужно будет — войду.

— А если он не заговорит?

— Тогда я войду. И заговорят оба.

Кристофер кивнул и вошёл.

Комната была маленькой — три шага в длину, два в ширину. Стол, два стула, койка в углу. На койке сидел пленный — тот самый учёный, которого Кристофер вырубил в лаборатории. Без халата, в сером свитере. Руки связаны спереди, лодыжки — верёвкой.

Увидел Кристофера, побледнел.

— Ты, — сказал он.

— Я, — ответил Кристофер, садясь на стул напротив.

— Ты убил моего коллегу.

— Он был в наушниках. Не услышал.

— Это не оправдание.

— Я не оправдываюсь, — Кристофер положил руки на стол. — Ты строил дверь. Зачем?

Учёный опустил голову.

— Чтобы вернуть тех, кто потерян.

— Мою семью?

— Не только.

— А зачем туман?

— Туман — не оружие, — учёный поднял глаза. — Туман — это дверь. А двери открывают, чтобы пройти.

— Куда?

— Домой.

Кристофер сжал кулак.

— Домой — это где?

— Туда, где нет тумана. — Учёный усмехнулся — горько, невесело. — Ирония, да? Мы строим дверь из тумана, чтобы попасть туда, где его нет.

— И где это?

— Не знаю. Архитектор не договорил.

— Архитектор в соседней камере, — сказал Кристофер. — Хочешь поговорить с ним?

Учёный побледнел ещё сильнее.

— Нет.

— Тогда говори со мной. — Кристофер подался вперёд. — Кто заказал дверь? Кто финансирует проект?

— Я не знаю имён, — прошептал учёный. — Нам давали деньги. Много. Наличными. Никаких переводов, никаких следов.

— Откуда наличные?

— Из штаба. Из вашего штаба.

Кристофер откинулся на спинку стула.

— Врёшь.

— Нет. — Учёный посмотрел ему в глаза. — В документах, которые ты взял, есть копии платежек. Посмотри. Адреса, подписи, печати.

Кристофер встал.

— Если ты врёшь, я вернусь. И Акира войдёт.

— Я не вру, — сказал учёный. — Я уже мёртв. Вы меня не выпустите. Зачем мне врать?

Кристофер вышел в коридор.

Акира стоял у двери, скрестив руки на груди.

— Ну? — спросил он.

— Говорит, деньги из штаба, — ответил Кристофер. — Наши.

Акира замер.

— Из «Отг»?

— Не знает откуда. Но адреса есть в документах.

— Проверим, — сказал Акира. — После допроса.

— Ещё он сказал, что дверь строят, чтобы попасть домой. Туда, где нет тумана.

Акира усмехнулся — невесело, одними уголками губ.

— Домой, — повторил он. — Знаешь, Брайанс, я думал, что дом — это база. А оказалось — это люди.

— Крайт?

— Крайт, — кивнул Акира. — И Ахмет. И Блэкс. И Векшина. — Он помолчал. — И ты, хотя ты пока ефрейтор.

Кристофер хотел улыбнуться, но не смог.

— Акира… а что, если дверь ведёт не туда, куда мы думаем?

— Тогда мы её закроем, — ответил Акира. — Как в прошлый раз.

Он посмотрел на дверь камеры.

— Архитектора оставим на завтра. Идём.

8.

Кристофер вышел из подвала вслед за Акирой. В коридоре горели лампы — ярче, чем обычно, будто база просыпалась после долгого сна.

Акира остановился, повернулся к Кристоферу.

— Поздравляю с повышением, — сказал он. — Крис, теперь ты отвечаешь за трёх новобранцев. Они будут спать в твоей казарме.

Кристофер моргнул.

— В моей?

— Ты теперь ефрейтор, — Акира достал из кармана шевроны — маленькие, с одной лычкой. — Не нашёл других. Будут и другие.

Он протянул шевроны.

— И у тебя теперь есть личный кабинет.

— Кабинет? — Кристофер взял шевроны, повертел в пальцах. — У ефрейтора?

— У ефрейтора, который ходил в туман и вернулся, — ответил Акира. — С краю, четвёртая дверь. Там стол, стул, койка. И сейф. Пользоваться не умеешь — Блэкс научит.

— Спасибо, — сказал Кристофер.

— Не благодари, — Акира пошёл по коридору. — Работай.

Кристофер пришил шевроны прямо на ходу — криво, но сам чёрт не разберёт. У дверей казармы остановился.

— Акира, — позвал он.

— Что?

— А вы? У вас есть кабинет?

— Был, — ответил Акира, не оборачиваясь. — Я его Крайту обещал. А теперь… — он помолчал, — …теперь он твой.

Акира свернул за угол и исчез.

Кристофер постоял с минуту, глядя в пустой коридор. Потом толкнул дверь казармы.

9.

Кристофер толкнул дверь казармы. Та открылась с привычным скрипом — таким же, как пять лет назад, когда здесь жил Акира. Внутри было тихо. Питерс и Маузер сидели на своих койках, чистили оружие. Увидели Кристофера, кивнули.

— Слышали, ефрейтор, — сказал Питерс. — Поздравляем.

— Спасибо, — ответил Кристофер, проходя к своей койке.

На ней уже лежали новые простыни — кто-то постелил. На тумбочке — стакан воды, таблетки и записка от Блэкс: «Не забывай пить. И спать. И есть».

На соседней койке сидел Денис — один из новобранцев. Он разбирал автомат, сосредоточенно, не поднимая головы. Лена сидела на койке напротив, читала книгу — ту самую, детектив Ахмета. Сергей, штабской, стоял у окна, смотрел на плац.

— Устраивайтесь, — сказал Кристофер. — Спать будете здесь. Я — рядом. Вопросы — ко мне.

— Есть, — ответил Денис, не поднимая головы.

— А вы, — Лена отложила книгу, — вы правда ходили в туман?

— Правда, — ответил Кристофер.

— И что там?

— Туман. И дверь.

— А ваша семья? — спросил Сергей, не оборачиваясь.

Кристофер помолчал.

— Я не нашёл их. Но найду.

— Оптимист, — усмехнулся Денис.

— Реалист, — ответил Кристофер. — Идите в столовую. Ахмет покормит. Потом — инструктаж у Акиры.

Новобранцы поднялись, вышли.

Питерс отложил автомат.

— Ты как, ефрейтор? — спросил он.

— Нормально, — ответил Кристофер.

— Врёшь, — сказал Маузер. — Но это твоё дело.

Они тоже вышли.

Кристофер остался один.

10.

Кристофер медленно обвёл взглядом казарму. Восемь коек — четыре вдоль одной стены, четыре вдоль другой. Его койка — вторая слева. Рядом — тумбочка с уже знакомым набором: стакан, таблетки, записка Блэкс. На стене — плакат «Противогаз — твоя жизнь». Пожелтевший, с подписью внизу: «Ахмет, 2019».

Под потолком — ночник, который никогда не выключали, тусклый, жёлтый.

В углу — тумба для оружия. Заперта. Ключ на поясе у коменданта.

На подоконнике — стопка газет. Какие-то старые, какие-то новые. Кристофер подошёл, полистал. «Отг-2: пропавшие без вести». «Туман: мифы и реальность». «Архитектор арестован».

На полу — старый половик, потёртый, в пятнах. Кто-то топтал его пять лет, десять, пятнадцать.

Из коридора доносились голоса — Ахмет ругался с кем-то. Потом стихло.

Кристофер подошёл к своей тумбочке, открыл ящик. Пусто. Кроме блокнота и карандаша.

Он сел на койку, пружины скрипнули.

Личный кабинет. Четвёртая дверь справа.

Кристофер встал, вышел в коридор.

Нашёл дверь. Табличка: «Ефрейтор К. Брайанс».

Он толкнул — не заперто.

Комната была маленькой — меньше казарменной койки. Стол, стул, койка в углу. На столе — лампа с зелёным абажуром, стакан, графин с водой. Сейф — в углу, маленький, навесной.

На стене — фотография. Группа солдат. Уайатт, Крайт, Векшина, Блэкс, Питерс, Маузер, Алехандро, Браунс. И Акира — молодой, без седины, с живыми глазами.

Кристофер сел за стол, положил руки на столешницу.

— Мой кабинет, — сказал он тихо.

Дверь скрипнула. Вошёл Акира.

— Нравится? — спросил он.

— Странно, — ответил Кристофер. — Не привык.

— Привыкнешь. — Акира кивнул на сейф. — Код — 1403. День, когда закрыли первую дверь.

— А вы помните?

— Каждый день. — Акира посмотрел на фотографию. — Крайт на ней ещё без седины. А я — живой.

— Вы и сейчас живой.

— Не совсем. — Акира повернулся к двери. — Отдыхай, ефрейтор. Завтра — допрос Архитектора. Потом — миссия.

Он вышел.

Кристофер остался один.

11.

Кристофер не спешил вставать. Он сидел за столом, медленно поворачивая голову, разглядывая каждый угол, каждую трещину, каждую вещь.

Стены были бетонными, покрашенными бледно-зелёной краской — той самой, которой красят все военные объекты на пространстве бывшего Союза. Кое-где краска облупилась, обнажая серый камень. На одной из стен — крючок. Пустой. Раньше здесь висела форма или автомат.

Потолок — низкий, как во всём подвале. Одна лампочка без абажура, прикрученная к проводу.

Пол — бетон, покрытый серой краской. У стола — потёртость. Кто-то долго сидел здесь, двигал стул туда-сюда.

Окно — маленькое, под потолком, за решёткой. Стекло мутное, в разводах. За ним — небо. Серое, низкое.

Стол — старый, железный, с облупившейся краской. На столе — лампа с зелёным абажуром. Провод — в розетку, торчащую из стены. Рядом — графин с водой и стакан. В графине — вода. На донышке — осадок.

Стул — деревянный, скрипучий. На сиденье — пятно. Чернила? Кровь? Кристофер провёл пальцем — не оттирается.

Сейф — маленький, навесной, серый. Код — 1403. Кристофер набрал — щёлкнуло. Внутри — пусто. Кроме одного листа бумаги. Он достал.

«Крис. Если ты читаешь это — значит, меня уже нет. Или я в тумане. Сейф — твой. Ключ от двери — в ящике стола. Не потеряй. Акира.»

Кристофер положил лист обратно, закрыл сейф.

Ящик стола. Выдвинул. Внутри — ключ. Старый, медный, на кожаном шнурке. Точь-в-точь как тот, который Акира потерял пять лет назад.

Кристофер взял ключ. Холодный. Не грел, не светился.

— Зачем? — прошептал он.

Дверь скрипнула. Вошла Блэкс.

— Акира просил передать, — сказала она, глядя на ключ в его руке. — Это не настоящий. Настоящий исчез. Это — память.

— Зачем она мне?

— Чтобы ты не забыл, зачем идёшь в туман. — Блэкс подошла к столу, села на стул напротив. — Крайт носил его перед смертью.

Кристофер сжал ключ.

— Зачем он носил?

— Потому что верил. В Акиру. В дверь. В то, что туман можно закрыть. — Блэкс посмотрела на фотографию на стене. — Он верил до конца.

— А вы?

— Я верю. Но боюсь.

— Чего?

— Что в этот раз не хватит сил. — Блэкс встала. — Отдыхай, ефрейтор. Завтра будет трудно.

Она вышла.

Кристофер повесил ключ на шею, под форму. Тот прижался к груди — холодный, как сердце Крайта.

12.

Кристофер откинулся на спинку стула, рассеянно крутя в пальцах край шнурка с ключом.

— Сколько же Акире лет? — спросил он вслух, глядя на дверь, за которой скрылась Блэкс. — Ему было двадцать, когда он закрыл дверь. Значит, сейчас двадцать пять?

— Двадцать пять, — ответил голос. Не Блэкс. Не Акира.

В дверях стоял Ахмет. Без метлы, без фартука — просто старик в старом свитере, с кружкой чая в руках. Он смотрел на Кристофера — светло, прозрачно, как умел только он.

— Двадцать пять, — повторил он, проходя в комнату и садясь на стул, который только что оставила Блэкс. — А выглядит на все сорок. Туман старит.

— Вы знали его тогда?

— Знал, — кивнул Ахмет. — Он пришёл на базу мальчишкой. Злым. Глупым. Похожим на тебя. — Он отхлебнул чай. — Дверь закрыл. Друзей спас. Но что-то оставил там. Внутри.

— Часть себя, — сказал Кристофер.

— Часть, — согласился Ахмет. — А теперь он идёт туда снова. Чтобы закрыть чужую дверь. Чтобы спасти чужих. — Он посмотрел на Кристофера. — Чтобы ты не потерял семью.

— Я не просил.

— Никто не просит, — Ахмет встал. — Просто становятся.

Он пошёл к двери, но на пороге обернулся.

— Береги его, ефрейтор. Таких, как он, больше нет.

Ахмет вышел.

Кристофер остался один. Ключ на шее оттягивал шнурок.

— Двадцать пять, — повторил он шёпотом. — А я думал, ему за тридцать.

Он встал, подошёл к окну. За решёткой серело небо.

— Завтра, — сказал он. — Завтра мы всё узнаем.

13.

Кристофер закрыл окно. Задвинул шпингалет — старый, ржавый, еле поддался. Потом подошёл к койке, сел на кра. Пружины жалобно скрипнули.

Он стащил берцы, поставил у изголовья. Нож остался в голенище. Автомат прислонил к тумбочке. Пистолет — под подушку.

Ключ на шее оттягивал кожаную верёвку. Кристофер потрогал его, но снимать не стал.

Лёг.

Потолок был низким, бетонным, с трещиной, похожей на карту реки. Лампочка под потолком мигала — раз, другой, третий. Потом загорелась ровно.

— Свет выключается? — спросил он в темноту, но никто не ответил.

Он закрыл глаза. Сон не шёл — перед глазами стояла серая дымка над старым заводом. Потом — новые лица. Крайт, улыбающийся перед тем, как уйти в туман. Акира, стоящий на коленях посреди дороги.

— Спи, ефрейтор, — сказал он себе шёпотом.

Усталость взяла своё.

Он провалился в темноту — без снов, без тумана, без голосов. Только тишина. И где-то далеко — мерный стук. Метла Ахмета. Или сердце базы. Или просто ветер в проводах.

4.

— Подъём! — голос Акиры разорвал тишину, как пощёчина.

Кристофер открыл глаза. В кабинете было серо — утро только начиналось, солнце ещё не поднялось, но свет уже пробивался сквозь зарешёченное окно.

Акира стоял в дверях, одетый, при оружии.

— Завтрак через десять минут, — сказал он. — Потом — допрос Архитектора. Ты идёшь первым.

— Понял, — ответил Кристофер, садясь на койке.

— И пришей шевроны. Криво сидят.

Акира вышел.

Кристофер посмотрел на левый рукав — нашивка ефрейтора действительно съехала набок. Он поправил, проверил. Потом натянул берцы, сунул нож в голенище, пистолет — в кобуру. Автомат — за спину. Ключ на шее — под бронежилет.

Вышел в коридор.

База гудела — слышны были голоса, лязг посуды, шаги. Из столовой пахло кашей. Кристофер пошёл на запах.

— Ефрейтор! — окликнул его Питерс. — Новобранцы уже в столовой. Ждут.

— Значит, не буду заставлять их ждать ещё дольше, — ответил Кристофер.

14.

Кристофер ускорил шаг. Коридор кончился, он толкнул дверь столовой — та открылась с привычным скрипом.

Внутри было шумно. За длинным столом сидели почти все. Уайатт — во главе, с кружкой кофе. Векшина — с картой в руках, которую она не читала, просто держала. Питерс и Маузер — с тарелками, полными каши. Блэкс — с чашкой чая, бледная, но спокойная. Алехандро — с перевязанным плечом, но уже на ногах. Браунс — в углу, спиной к стене, с кружкой воды.

Новобранцы сидели на одном конце стола — Денис, Лена и Сергей. Перед ними — пустые тарелки. Ждали.

Акира сидел в своём углу, с пустой тарелкой и стаканом воды. Кивнул Кристоферу на свободное место — между Блэкс и новобранцами.

— Садись, ефрейтор, — сказал он. — Не заставляй людей ждать.

Кристофер сел. Блэкс подвинула к нему хлеб, масло, стакан с водой. Денис подвинул тарелку с кашей.

— Спасибо, — сказал Кристофер.

— Не за что, — ответил Денис. — Ты теперь начальник.

— Не начальник, — поправил Акира. — Ответственный.

Кристофер взял ложку, зачерпнул кашу. Горячо, вкусно — Ахмет постарался, хоть и на пенсии.

— Ахмет сегодня приезжал? — спросил он у Блэкс.

— Нет, — ответила она. — Алехандро готовил.

Кристофер посмотрел на Алехандро. Тот кивнул, развернулся спиной — на перевязи проступило красное пятно.

— Тебе бы в лазарет, — сказал Кристофер.

— Успею, — ответил Алехандро. — Сначала — миссия.

— Миссия через два дня, — сказал Уайатт, ставя кружку. — Успеешь и в лазарет, и на миссию.

Он обвёл всех взглядом.

— После завтрака — допрос Архитектора. Будут присутствовать: Акира, Брайанс, Векшина, Сергей.

— Почему Сергей? — спросила Векшина.

— Потому что он — свидетель, — ответил Уайатт. — Был на «Отг-2» в первый день. Увидит знакомые лица. Скажет, врут или нет.

Сергей поправил очки, кивнул.

Денис поднял руку.

— А мы?

— Вы — в казарме. Ждёте. — Уайатт посмотрел на Кристофера. — Ефрейтор, после допроса доложишь новобранцам, что узнали.

— Есть, — ответил Кристофер.

Он доел кашу, вытер рот тыльной стороной ладони.

— Акира, когда начинаем?

— Через десять минут. В подвале, — ответил Акира, вставая. — Брайанс, Сергей, Векшина — за мной.

Они вышли из столовой.

15.

Кристофер шагнул за Акирой в коридор. Сергей и Векшина — следом. Шли молча.

Подвал встретил их холодом и сыростью. Трубы гудели, капала вода — плюх, плюх, плюх. В конце коридора — железная дверь. За ней — Архитектор.

Крайт не стоял на посту. Вместо него — Маузер, с автоматом на груди, лицо спокойное.

— Всё тихо, — сказал он Акире. — Не спал. Ждал.

— Еды давали?

— Утром приносили. Не ел.

— Воды?

— Пил.

Акира кивнул, достал ключ.

— Брайанс — со мной. Векшина — у двери. Сергей — за стеклом. Слушай, запоминай. Если соврёт — скажешь.

Сергей кивнул, отошёл к смотровому окну — маленькому, забранному решёткой и толстым стеклом.

Акира открыл дверь.

Внутри — маленькая комната. Стол, стул, койка. На стуле — Архитектор. Руки на коленях, лицо спокойное. Увидел Акиру, усмехнулся.

— Опять ты, — сказал он.

— Опять я, — ответил Акира, садясь напротив. — Брайанс, садись рядом.

Кристофер сел.

— У тебя новый помощник, — сказал Архитектор. — Мальчишка. Ключ?

— Ключ, — кивнул Акира. — Как и ты когда-то.

— Я не был ключом. Я был замком.

— А теперь ты — предатель.

Архитектор усмехнулся — невесело, одними уголками губ.

— Предатель? Я построил дверь. Я хотел, чтобы люди вернулись домой.

— Ты хотел, чтобы туман вернулся, — сказал Кристофер. — Ты убил мою семью.

Архитектор посмотрел на него — долго, спокойно.

— Я не убивал твою семью, мальчик. Я построил дверь. А они вошли сами.

— Потому что ты их позвал.

— Я позвал всех. Пришли не все.

Кристофер сжал кулак. Акира положил руку ему на плечо.

— Архитектор, — сказал Акира. — Кто строит новую дверь? Кто заказал проект?

— Ты знаешь, — ответил Архитектор. — Тот же, кто построил первую. Я.

— Ты сидишь здесь, — напомнил Акира. — Ты не мог.

— Мог через учеников.

— Назови имена.

Архитектор покачал головой.

— Не назову. Не потому, что боюсь. Потому что не знаю имён. Мне платили. Наличными. Через курьеров.

— Откуда курьеры?

— Со штаба. С твоей базы, Акира. — Архитектор посмотрел на него в упор. — Кто-то из своих.

Векшина за дверью выругалась — глухо, но слышно.

Акира встал.

— Отдыхай, — сказал он. — Завтра продолжим.

Он вышел. Кристофер — за ним. Векшина закрыла дверь.

Сергей стоял у стены, бледный.

— Он не врёт, — сказал Сергей. — Я видел этого курьера. На «Отг-2». За день до тумана.

— Кто это? — спросил Акира.

— Я не знаю имени. Но узнаю лицо.

Акира кивнул.

— Покажешь.

16.

Кристофер двинулся следом за Акирой по сырому подвальному коридору. Векшина шла сзади. Сергей плёлся последним.

Акира остановился у лестницы, пропуская остальных вперёд.

— Векшина, Сергей — идите в штаб. Доложите Уайатту. Скажите, что Архитектор не назвал имён, но подтвердил — курьер из своих.

— Есть, — ответила Векшина. Взяла Сергея за локоть, повела наверх.

Кристофер остался с Акирой.

— Идём, — сказал Акира.

Они поднялись на первый этаж, прошли мимо столовой, мимо казармы. Акира толкнул дверь своего кабинета — того самого, где раньше сидел Крайт.

— Садись, — сказал он, включая лампу с зелёным абажуром.

Кристофер сел на стул у стены. Акира — за стол.

— Что думаешь? — спросил Акира.

— Думаю, что Архитектор не врёт, — ответил Кристофер. — Но он не всё говорит.

— Правильно, — Акира положил руки на стол. — Он говорит правду. Но не всю. Мы вытащим остальное.

— Как?

— Через нового пленного. Учёного. Он слабее. Он заговорит.

— А если нет?

— Тогда я заговорю. По-своему.

Акира взял стакан с водой, сделал глоток, поставил обратно.

— Иди к новобранцам. Расскажи, что узнал. Пусть готовятся. Завтра — выезд.

— Куда?

— На базу. Туда, где курьер. — Акира посмотрел на карту на стене. — Адрес есть в документах. Твои документы, Брайанс.

Кристофер встал.

— А вы?

— Я посижу. Подумаю.

Кристофер вышел.

17.

Кристофер уже сделал несколько шагов по коридору, когда дверь кабинета снова скрипнула. Он обернулся.

Акира выглянул наружу — не вышел полностью, только высунул голову, опершись плечом о косяк.

— Крис, — сказал он.

Кристофер остановился.

— Вражеских баз по созданию тумана много, — продолжил Акира, не повышая голоса. — Поэтому мы будем их взрывать. Но прежде заберём документы. Делаем всё потихой, но лучше начать с главной базы. Так они лишатся преимущества.

— Где главная база? — спросил Кристофер.

— В документах. Адрес есть. Там, где курьер получал деньги. — Акира помолчал. — И там, где твоя семья.

Кристофер сжал кулак.

— Откуда вы знаете?

— Архитектор сказал. Не напрямую. Но я понял. — Акира посмотрел на него долгим взглядом. — Завтра выступаем. Ты, я, Векшина, Питерс, Маузер, Блэкс, Алехандро. Новобранцы — с нами. Сергей — с нами.

— Все?

— Все, кто может стрелять. — Акира отлепился от косяка. — Иди. Готовься.

— А Ахмет?

— Ахмет остаётся. Сторожить Архитектора и базу.

Акира скрылся в кабинете. Дверь закрылась.

Кристофер постоял с минуту. Потом развернулся и пошёл к казарме.

18.

Казарма встретила Кристофера тишиной. Новобранцы сидели на своих койках — Денис чистил автомат, Лена читала, Сергей листал планшет. Увидели Кристофера, выпрямились.

— Ефрейтор, — кивнул Денис.

— Вольно, — ответил Кристофер, садясь на свою койку. — Есть разговор.

Он обвёл их взглядом.

— Завтра выступаем на главную базу. Туда, где строят новую дверь. Туда, откуда курьер возил деньги Архитектору.

— Откуда известно? — спросил Сергей.

— Архитектор сказал. Не напрямую. Но Акира понял.

— Акира — старший сержант? — спросила Лена.

— Он самый, — кивнул Кристофер. — Командует операцией. Я — группа. Вы — со мной.

— А мы готовы? — спросил Денис. — Мы даже стрелять не учились.

— Научитесь по дороге. — Кристофер помолчал. — База вражеская. Охрана — человек десять-пятнадцать. Может, больше. Наша задача — документы. Потом — взрывчатка.

— А если кто-то встанет на пути? — спросил Сергей.

— Убрать, — ответил Кристофер. — Тихо. Без шума.

— А если не получится тихо?

— Тогда громко, — сказала Лена. — Но быстро. И чтобы мы ушли.

Денис усмехнулся.

— Ты уже воюешь, — сказал он. — А ещё новобранец.

— Я читала про туман, — ответила Лена. — Я знаю, что нас ждёт.

— Не знаешь, — сказал Кристофер. — Никто не знает. Даже Акира.

Он встал.

— Снаряжение получить у Блэкс. Оружие — у Векшиной. Выезд в пять утра. Опоздавших не ждём.

— Есть, — ответили новобранцы.

Кристофер вышел.

19.

Коридор был пуст. Кристофер прошёл мимо столовой, мимо штаба. Свернул налево, толкнул дверь с табличкой «Ефрейтор К. Брайанс».

Кабинет встретил его темнотой и тишиной. Лампу с зелёным абажуром он включил сразу. Сел за стол, достал из рюкзака папки.

Разложил перед собой.

Первая — «Проект “Новая дверь”. Список личного состава». Кристофер перелистал — учёные, техники, охрана. Курьеров нет.

Вторая — «Отг-2. Хроника потерь». Список. Восемь имён. Третья строчка — «Брайанс, семья». Кристофер провёл пальцем по строчке, закрыл папку.

Третья — «Финансирование проекта». Счета, переводы, имена. И адреса.

Кристофер замер.

Адрес: база «Отг-3». Север. В двухстах километрах от «Отг-2».

Четвёртая папка — «Переписка». Письма, распечатки, отчёты.

«Уважаемый коллега. Проект одобрен. Финансирование поступит в понедельник. Курьер будет на месте в 17.00. Пароль — “туман”. Отзыв — “рассвет”. Будьте осторожны. Ваш куратор.»

Подписи нет.

«Курьер не вышел на связь. Возможно, перехвачен. Прекратить все контакты. Ждать указаний.»

В конце папки — фотография. Группа людей. Восемь человек. В форме — не военной, гражданской. Стоят перед зданием — «Отг-2». На обороте — подпись: «Первый состав. Проект “Туман”».

Кристофер всмотрелся в лица.

Одно было знакомым.

— Ахмет, — прошептал он.

Старый уборщик стоял во втором ряду, без метлы, без фартука. В свитере. Улыбался.

— Не может быть, — Кристофер отложил фотографию.

Постучали.

— Войдите, — сказал он.

Дверь открылась. Вошёл Акира.

— Читаешь? — спросил он.

— Читаю, — ответил Кристофер. — Нашёл кое-что.

— Покажи.

Кристофер протянул фотографию.

Акира взял, посмотрел. Лицо его не изменилось.

— Ахмет, — сказал он. — Да. Он был в проекте. Первым. Пока туман не забрал внука.

— Он знает куратора?

— Знал, — ответил Акира. — Куратор мёртв. Умер три года назад. Сердце.

— Откуда вы знаете?

— Ахмет сказал. Перед тем как уйти на пенсию.

— Почему он не сказал раньше?

— Потому что стыдно, — ответил Акира. — Он строил туман. А потом внук исчез. И он стал уборщиком. Чистить полы. Чтобы помнить.

Кристофер опустил глаза.

— А мы едем на базу, которую он строил.

— Едем, — кивнул Акира. — Чтобы закрыть дверь. Навсегда.

Он положил фотографию на стол.

— Завтра выступаем. Спи, ефрейтор.

Акира вышел.

Кристофер остался один.

20.

Кристофер закрыл глаза. Сон пришёл не сразу. Усталость взяла своё.

Он провалился в темноту.

5.

— Подъём! — голос Блэкс разорвал тишину.

Кристофер открыл глаза. В кабинете было темно.

— Время? — спросил он.

— Четыре утра, — ответила Блэкс. — Завтрак через десять минут. Выезд в пять.

— Понял, — сказал Кристофер, натягивая берцы.

Блэкс кивнула и вышла.

Кристофер встал, проверил оружие, ключ на шее, мешочек с солью.

Вышел в коридор.

База гудела. Из столовой пахло кашей.

— Ефрейтор! — окликнул его Питерс. — Новобранцы уже в столовой. Акира ждёт.

— Иду, — ответил Кристофер.

21.

Столовая встретила Кристофера гулом голосов. Новобранцы сидели на одном конце стола — Денис, Лена и Сергей.

Кристофер сел рядом.

— Доброе утро, — сказал он.

— Доброе, — ответил Денис.

— Выспались?

— Нормально.

— Акира говорил, мы сегодня выступаем, — сказала Лена. — Куда?

— На главную базу, — ответил Кристофер.

— А охрана?

— Человек десять-пятнадцать.

— А нас? — спросил Денис.

— Восемь. С новобранцами — одиннадцать.

— Маловато, — сказал Сергей.

— Нам не воевать, — ответил Акира из угла. — Нам — забрать документы и взорвать генераторы.

Акира встал.

— Завтрак через пять минут. Потом — построение у машин.

Он вышел.

Кристофер доел кашу.

— Снаряжение проверили? — спросил он.

— Так точно, — ответил Денис.

— Аптечка? — спросила Блэкс, подходя к столу.

— У меня, — сказала Лена.

— Покажешь в машине.

Блэкс вышла.

— Идём, — сказал Кристофер новобранцам.

Они вышли из столовой.

22.

Кристофер вышел на крыльцо следом за новобранцами. Утро было серым, холодным. Акира уже был у машин.

— Слушай сюда, — сказал Акира. — Со мной внутрь идут три человека, не считая меня. Остальные ждут на улице и прикрывают.

— Кто идёт? — спросил Кристофер.

— Ты, — Акира показал на него. — Блэкс. Питерс. Остальные — во дворе. Векшина вас научит.

Векшина поправила винтовку.

— Научу, — сказала она.

— А если нас увидят? — спросил Денис.

— Тогда стрелять без команды, — ответил Акира.

Он посмотрел на Кристофера.

— Готов?

— Готов, — ответил Кристофер.

Машины выехали за ворота.

23.

Кристофер откинулся на сиденье, помассировал виски. Голова всё ещё гудела, но уже не так сильно. Векшина вела машину ровно, не дёргала, не тормозила.

— Векшина, — сказал он.

— Что?

— Крайт сидел на этом месте?

— Да, — ответила Векшина, не оборачиваясь. — Всегда. Слева от меня. Смотрел на дорогу, молчал. Иногда курил. — Она помолчала. — Я просила не курить. Он не слушал.

— Он готовил эту машину?

— Он готовил все машины, — ответила Векшина. — До последнего дня.

Кристофер провёл рукой по обивке сиденья — жёсткой, потёртой. Нащупал что-то под собой — зажигалку. Старую, металлическую, с выцарапанной надписью: «Крайт. Не теряй».

— Его? — спросил он, показывая Векшиной.

— Его, — кивнула она. — Оставь себе.

Кристофер сунул зажигалку в карман.

24.

Кристофер взял рацию, нажал кнопку.

— Второй, как слышно? Как дела у новобранцев?

— Слышу нормально, — ответил Питерс. — Денис дремлет, Лена читает, Сергей в планшет смотрит.

— Не дремлют? — спросил Кристофер.

— Дремлют, — усмехнулся Питерс. — Но оружие держат.

— Передай: через час будем на месте. Пусть готовятся.

— Понял, — ответил Питерс.

Кристофер убрал рацию. Векшина глянула на него.

— Волнуешься?

— Проверяю, — ответил Кристофер.

— Правильно, — сказала Векшина. — Командир должен проверять.

Она свернула на просёлочную дорогу. УАЗ затрясся на ухабах.

— Долго ещё? — спросил Кристофер.

— Часа два, — ответила Векшина.

Кристофер закрыл глаза.

— Спи, ефрейтор, — сказала Векшина тихо.

— Брайанс. — Голос Векшиной. — Просыпайся.

Кристофер открыл глаза. В машине было светло — утро сменилось днём.

— Приехали? — спросил он.

— Почти, — ответила Векшина, кивая вперёд. — Смотри.

Кристофер выглянул в окно. Впереди, в конце поля, стояла база. «Отг-3». Серые стены, вышки, колючая проволока. И туман — тонкой дымкой, которая тянулась от земли к небу.

Векшина остановила машину. Вторая УАЗ встала рядом.

— Дальше пешком, — сказал Акира по рации. — Всем надеть глушители.

Кристофер вышел.

25.

Кристофер шагнул за Акирой в серую мглу. Туман был тонким, липким. Пахло сладко.

— Стой, — сказал Акира.

Отряд замер.

— Разделяемся на две группы, — сказал он. — Группа «01» — я и Крис. Группа «02» — Питерс и Блэкс.

— А остальные? — спросил Питерс.

— Векшина, Маузер, Алехандро, новобранцы — прикрывают. Занимают позиции у леса. Если что — стреляют.

— А если нас увидят? — спросил Денис.

— Не увидят, — ответил Акира. — Туман — наша маскировка.

Акира достал рацию, раздал — Кристоферу, Питерсу, Векшиной.

— Канал первый. Работаем только в крайнем случае. Вопросы?

— Нет, — ответили хором.

— Группа «01» — за мной, — сказал Акира.

Кристофер шагнул следом.

26.

Кристофер пригнулся, ступая след в след за Акирой.

— Акира, — прошептал он.

— Что?

— В этом здании как минимум двадцать шишек, которые помогают делать туман. Если взорвём генераторы, нам будет намного легче.

Акира остановился у стены, прижался спиной.

— Откуда знаешь?

— Документы. Я читал. «Отг-3. Личный состав». Двадцать три человека. Учёные, техники, охрана. — Кристофер помолчал. — И куратор.

— Куратор здесь?

— Должен быть. Адрес — его.

Акира кивнул.

— Генераторы в подвале, — сказал он. — Как в прошлый раз. Я иду туда. Ты — в архив. За документами.

— А если меня остановят?

— Убей. Тихо.

Акира достал нож.

— Встречаемся у выхода через двадцать минут.

— А группа «02»?

— Питерс и Блэкс — в лабораторию. За образцами.

Акира убрал нож, достал рацию.

— Векшина, ты слышишь?

— Слышу, — ответила Векшина. — Лес чист. Внутри — движение.

— Наши?

— Не знаю. Вижу тени.

— Жди. Если начнётся стрельба — прикрывай.

— Поняла.

Акира убрал рацию, посмотрел на Кристофера.

— Иди. И не геройствуй.

— Я не герой, — ответил Кристофер.

— Поэтому и иди.

Акира исчез в тумане.

Кристофер остался один.

27.

Кристофер прижался спиной к стене, переждал несколько секунд.

— Вперёд, — сказал он сам себе шёпотом.

Он двинулся вдоль стены. Архив должен быть на втором этаже — он запомнил схему. Лестница в конце коридора. Два охранника. Один у входа, второй — внутри.

Кристофер свернул за угол.

Первый охранник стоял у двери, опершись на стену. Курил. Сигарета тлела в темноте.

Кристофер подошёл сзади. Левой рукой закрыл рот, правой — нож вошёл в шею. Тихо. Быстро.

Охранник обмяк. Кристофер опустил его на пол, вытер нож о куртку.

Дверь была не заперта. Он толкнул — скрипнуло.

Внутри — стеллажи с папками. И второй охранник. Сидел за столом, в наушниках, читал что-то на экране.

Кристофер подошёл сзади. Нож — в шею.

Он начал собирать папки — быстро, но аккуратно.

— «Проект “Новая дверь”. Финансирование». «Список кураторов». «Отг-3. Хроника».

Кристофер замер.

«Брайанс, семья. Личное дело».

Он взял папку, сунул в рюкзак.

Из коридора донеслись шаги. Не один человек — несколько.

Кристофер прижался к стене.

28.

Кристофер нажал кнопку рации:

— Маузер, отключай свет. Через пять секунд.

— Понял, — ответил Маузер. — Считаю: пять, четыре, три, два...

Свет погас.

— Векшина, прикрой.

— Уже.

— Группа «02»?

— На связи, — ответил Питерс. — Мы у лаборатории. Ждём.

— Иду, — сказал Кристофер.

Он выскользнул из архива в коридор. Включил ПНВ — прибор ночного видения. Мир стал зелёным, плоским.

Коридор был пуст. Трубы гудели, капала вода.

Лаборатория была на первом этаже, в крыле «А». Дверь открыта. Внутри — Питерс и Блэкс.

— Брайанс, — сказал Питерс. — Где Акира?

— У генераторов. Я иду к нему. А вы — за образцами.

— А охрана? — спросила Блэкс.

— Маузер отключил свет. Они слепы.

— Мы тоже, — усмехнулся Питерс.

— Но у нас ПНВ, — ответил Кристофер. — Работайте. Встречаемся у выхода.

Он развернулся и побежал к подвалу.

29.

Коридор к подвалу был длинным, узким. Кристофер бежал, не слыша собственных шагов — только дыхание.

Лестница. Вниз. Ещё один коридор. В конце — железная дверь.

Он толкнул плечом — открылась.

Внутри было светло — генераторы работали на аварийном питании. Акира стоял у самого большого, прикручивая взрывпакет.

— Крис, — сказал он, не оборачиваясь. — Помоги.

Кристофер подошёл, достал пластик.

— Сколько?

— Три. На каждый генератор.

Они работали молча — быстро, чётко. Акира — у первого, Кристофер — у второго. Третий — вместе.

— Готово, — сказал Акира. — Пять минут.

— Группа «02»? — спросил Кристофер.

— У выхода.

— А новобранцы?

— На месте. Векшина прикрывает.

— Я взял папку с моей семьёй.

— Прочитаешь на базе. — Акира посмотрел на Кристофера. — А сейчас — уходим.

Они побежали к выходу.

30.

Кристофер нажал кнопку рации на бегу:

— Маузер, включай свет. Чтобы ни один из членов совета не вышел.

— Понял, — ответил Маузер. — Включаю.

Свет загорелся — яркий, белый. Кристофер отключил ПНВ, повесил противогаз на пояс.

— Векшина, у выхода?

— Да, — ответила она. — Питерс и Блэкс уже здесь.

— А совет?

— Кто-то выбежал. Двое. Я сняла одного. Второй скрылся в лесу.

— Маузер?

— Угнал машину, — ответил Маузер. — Жду у леса.

Акира выбежал из двери. Кристофер — за ним.

— В укрытие! — крикнул Акира.

Они добежали до машин.

— Погнали, — сказал Акира.

УАЗы рванули с места.

В зеркале заднего вида база вспыхнула.

— Генераторы, — сказала Векшина.

— И совет, — добавил Акира.

31.

Кристофер поднял рацию.

— Маузер, ты слышал? Нам нужно добить последнего члена совета. Слишком легкомысленно оставлять его в живых.

— Слышал, — ответил Маузер.

— Догоняй, — сказал Акира. — Но не рискуй. Он нужен мёртвым.

— Понял.

Рация замолчала.

— В любом случае, все двадцать важных шишек совета уничтожены, — сказал Кристофер. — Как и их база. Значит, с остальными будет справиться легче.

Акира посмотрел на него в зеркало заднего вида.

— Легче, — повторил он. — Но не просто.

Рация ожила.

— Взял, — сказал Маузер. — Чисто. Два выстрела. Глушитель. Возвращаюсь.

— На базе — разбор документов, — сказал Акира. — Потом — следующий адрес.

— А новобранцы? — спросила Блэкс.

— Пойдут с нами. Или останутся — выбор за ними.

Кристофер посмотрел в окно. Лес, поле, дорога. Туман остался позади.

— Акира, — спросил он. — Вы верите, что мы сможем закрыть все двери?

— Верю, — ответил Акира. — Я уже закрывал одну. Закрою и другие.

— А если не получится?

— Значит, не судьба, — Акира помолчал. — Но я не привык проигрывать.

Кристофер кивнул, закрыл глаза.

В машине стало тихо.

Конец третьей главы.

Глава четвёртая. Маленький Бес

1.

Машины шли по разбитой просёлочной дороге. УАЗ подпрыгивал на ухабах, канистры в багажнике гремели, но Кристофер почти не замечал тряски. Он сидел, закрыв глаза, и прокручивал в голове события последних часов.

Взрыв. Генераторы. Папка с семьей.

— Спишь? — голос Векшиной.

— Нет, — ответил Кристофер, открывая глаза.

— Зря. Выспись, пока есть время. На базе спать не дадут.

— Уайатт?

— Уайатт, Архитектор, новобранцы. И Акира. — Векшина помолчала. — Он после каждой миссии такой. Молчит, смотрит в стену. А потом выдает приказ.

— Какой?

— Самый опасный. И идёт первым.

Кристофер посмотрел на переднее сиденье. Акира сидел, откинувшись на спинку, с закрытыми глазами. Но не спал — пальцы правой руки чуть заметно отбивали ритм по бедру.

Кристофер медленно повернул голову, скользя взглядом по салону. УАЗ был тем же — старым, битым, пахнущим машинным маслом и оружейной смазкой. Та же карта на торпедо, прижатая присоской к стеклу. Путь отмечен красным фломастером — обратная дорога, точка в конце. База «Отг».

Рядом с картой — икона. Маленькая, потёртая, с выцветшим ликом. Кристофер присмотрелся — на обороте карандашом написано: «Крайт, 2018». Значит, не Ахметова. Крайтова. Икона путешествовала с ним, а теперь осталась в машине — ждать нового хозяина.

На полу, под сиденьем Векшиной, валялась пустая гильза. Кристофер нагнулся, поднял. 5.45. Ещё тёплая. Недавняя стрельба.

— Не трогай, — сказала Векшина, не оборачиваясь. — Я потом уберу.

Кристофер положил гильзу обратно.

На заднем сиденье Блэкс спала, прислонившись к стеклу. Рядом — пустой мешочек из-под соли. Рюкзак с документами лежал у ног, придавленный ногой Акиры. Кристофер потянул — Акира не шелохнулся, но ногу убрал. Рюкзак скользнул на колени.

— Проверяешь? — спросил Акира, не открывая глаз.

— Проверяю, — ответил Кристофер.

— Боишься, что документы исчезнут?

— Боюсь, что их у меня отберут.

— Не отберут, — Акира открыл глаза, посмотрел на него. — Ты теперь ефрейтор. С документами работаешь сам.

Кристофер развязал рюкзак, достал верхнюю папку — «Финансирование». Пролистал. Счета, переводы, имена. И адреса. Тот самый, который он запомнил. «Отг-3».

Закрыл. Убрал.

— Акира, — спросил он. — Почему вы не поехали на «Отг-3» со мной? Послали меня одного.

— Затем, — ответил Акира, — что ты должен научиться работать один. Ключ не всегда ходит в паре с замком.

— А если бы меня убили?

— Не убили бы. — Акира закрыл глаза. — Ты — ключ. Ключи не теряются.

Векшина фыркнула.

— Оптимист, — сказала она.

— Реалист, — поправил Акира.

Кристофер сунул рюкзак обратно под ноги, откинулся на сиденье. Голова гудела — от усталости, от пыли, от всего сразу. Векшина вела машину ровно, не дёргала, не тормозила. УАЗ убаюкивал — мерный гул двигателя, шорох шин, редкие всхлипы рессор.

— Спи, ефрейтор, — сказала Векшина тихо.

— Сплю, — ответил Кристофер, закрывая глаза.

Темнота пришла не сразу — сначала серые круги перед глазами, потом тишина. Где-то далеко, сквозь шум мотора, пробивался другой звук. Метла Ахмета. Стук. Стук. Стук.

Кристофер провалился в сон — без снов, без тумана, без голосов.

— Подъём.

Голос Акиры. Не громкий, но твёрдый.

Кристофер открыл глаза. УАЗ стоял, двигатель заглушен. За окном — серая стена, колючая проволока, знакомая вышка.

База «Отг».

— Приехали, — сказала Векшина, выключая зажигание.

Кристофер протёр глаза, потянулся. Шея затекла, спина болела. Но голова больше не гудела.

— Сколько времени? — спросил он.

— Вечер, — ответил Акира. — Спишь как сурок.

Он открыл дверцу, вышел. Кристофер выбрался следом.

Вторая машина уже стояла рядом. Питерс и Маузер выгружали пленного — учёный был без сознания, голова моталась из стороны в сторону. Денис и Лена помогали. Сергей держал планшет, что-то записывал.

Блэкс подошла к Кристоферу, протянула флягу. Вода была холодной, с металлическим привкусом.

— Алехандро? — спросил Кристофер.

— В лазарете. Перевязку сменили. Всё нормально.

Из штаба вышел Уайатт. В свитере, без кителя, с кружкой кофе в руке. Остановился на крыльце, посмотрел на отряд.

— Акира, ко мне, — сказал он. — Брайанс, тоже.

— Так точно, — ответил Кристофер, поправляя ремень автомата.

2.

Кристофер шагнул за Акирой к крыльцу. Уайатт ждал, не торопясь, попивая кофе.

— Заходите, — сказал майор, кивая в сторону штаба. — Блэкс, Векшина — ждите в столовой. Новобранцы — в казарму. Пленного — в подвал, к Архитектору.

— Есть, — ответила Векшина.

Кристофер вошёл в штаб вслед за Акирой. Уайатт закрыл дверь, сел за стол.

— Садитесь. Докладывайте.

Акира сел первым. Кристофер — рядом.

— «Отг-3» уничтожена, — начал Акира. — Генераторы взорваны. Документы изъяты. Двадцать членов совета мертвы. Архитектор в подвале, новый пленный тоже. Потери: Крайт.

Уайатт сжал кружку.

— Как?

— Туман забрал. Прикрывал отход.

— Документы где?

— У Брайанса, — сказал Акира. — Он забирал.

Уайатт посмотрел на Кристофера.

— Покажешь?

Кристофер развязал рюкзак, достал папки. Положил на стол. Уайатт открыл первую — «Финансирование». Пролистал. Вторую — «Список кураторов». Закрыл.

— Всё это время деньги шли из нашего штаба, — сказал он тихо.

— Архитектор утверждает, что куратор жив, — добавил Акира. — И он из «Отг».

— Кто?

— Не знаем. Он не назвал имя.

Уайатт встал, подошёл к карте на стене.

— Значит, куратор — свой. — Он повернулся. — Акира, что предлагаешь?

— Допросить Архитектора. Жёстко. Он знает больше, чем говорит.

— А пленный?

— Учёный. Слабый. Заговорит быстрее.

Уайатт посмотрел на Кристофера.

— Брайанс, ты с нами?

— Практика всегда нужна, — сказал Кристофер. — Я пойду.

Уайатт кивнул.

— Хорошо. Акира, готовь допрос. Через час в подвале.

3.

Кристофер и Акира спустились в подвал. Лампы горели ровно, без мигания. Маузер стоял на посту у железной двери.

— Отдыхай, — сказал ему Акира. — Я сам.

Маузер ушёл.

Акира достал ключ, отпер дверь.

— Заходи, — сказал он Кристоферу. — Я за тобой.

Кристофер шагнул в камеру, остановился на пороге. Архитектор сидел на стуле, руки на коленях, лицо спокойное. На столе — стакан с водой, почти полный.

— Садись, — сказал Акира, кивая на стул напротив Архитектора.

Кристофер сел. Акира остался стоять — за спиной Кристофера, опершись о стену.

— Хорошо, — сказал Архитектор. — Теперь вас двое. Повышение, Брайанс? Поздравляю.

— Заткнись, — сказал Акира. — Будешь говорить, когда спросят.

Кристофер обернулся на Акиру.

— Акира, — спросил он. — Что мне делать?

— Спроси его про куратора. Прямо.

— Ты сам говорил, что он не скажет.

— Скажет, — ответил Акира. — Если спросить правильно.

Кристофер повернулся к Архитектору. Не думал. Рука двинулась сама — кулак врезался в скулу Архитектора. Очки слетели, ударились об стену.

— Где куратор? — спросил Кристофер.

Архитектор повернул голову. Из разбитой брови текла кровь.

— У тебя хороший удар, — сказал он. — Но я правда не знаю имени.

— Врёшь.

— Не вру. Мне платили наличными. Курьер менял лицо. Маски. Грим.

Кристофер замахнулся снова, но Акира перехватил руку.

— Хватит, — сказал он. — Он не врёт.

— Откуда вы знаете?

— По глазам. Врёт — отводит взгляд. А он смотрит на тебя.

— Как же нам найти куратора?

— Через курьера, — ответил Архитектор. — Найти курьера. Он знает. Он всегда знал.

— А где курьер?

— У вас. На базе. Я же сказал. Свои.

Кристофер опустил руку, отступил на шаг.

— Так уж и быть, — сказал он. — Отпускаю тебя на сейчас.

— Разумное решение, — сказал Архитектор.

— Не разумное, — ответил Кристофер. — Временное.

Акира взял его за плечо, развернул к двери.

— Выходи, — сказал он. — Я закончу.

4.

Кристофер вышел в коридор, прислонился к стене. Дверь за ним закрылась.

— Зря ты его ударил, — сказал голос.

Кристофер открыл глаза. В конце коридора стоял Ахмет, опершись на метлу.

— Почему зря? — спросил Кристофер.

— Потому что он — змея. Змею нельзя бить по голове. Её надо давить. Или не трогать. А ты ударил — он запомнит.

— Я не боюсь.

— Зря. Он умеет ждать.

Ахмет повернулся и пошёл к лестнице.

— Ахмет, — крикнул Кристофер. — Я никогда не спрашивал. А вы помните Акиру молодым? Он сильно изменился?

Ахмет остановился на нижней ступеньке, не оборачиваясь.

— Помню, — сказал он. — Он пришёл на базу мальчишкой. Двадцать лет. Злой. Глупый. Думал, что спасёт мир. И спас. А сам не вернулся. Ты смотришь на него и видишь старшего сержанта. А я вижу мальчишку, который остался там. По ту сторону двери.

Ахмет ушёл.

Кристофер постоял с минуту, глядя в пустой коридор. Потом пошёл к себе.

5.

Кристофер закрыл дверь, прислонился спиной к косяку. Комната — маленькая, холодная. Стол, стул, койка. Сейф в углу. На стене — фотография. Восемь человек. И Акира — молодой, живой.

Он подошёл к столу, сел. Рюкзак с документами бросил на пол. Ключ Крайта на шее оттягивал шнурок.

В дверь постучали.

— Брайанс, — голос Акиры. — Открой.

Кристофер встал, открыл дверь. Акира вошёл, закрыл за собой.

— Я знаю, кто куратор, — сказал Акира. — Архитектор сказал.

— Кто?

— Уайатт.

Тишина стала плотной.

— Не может быть.

— Может. И не только он. Вся верхушка штаба.

— Вы скажете Уайатту?

— Нет. Не сейчас. Сначала — миссия. Потом — правда.

— А если он узнает?

— Не узнает. Архитектор молчит. Ахмет молчит. Я молчу.

— И я, — сказал Кристофер.

Акира кивнул и вышел.

Кристофер скинул берцы, лёг на кровать. Сон не шёл. Он бил стену, пока не сбил костяшки. Потом выключил лампу и провалился в темноту.

5.

— Подъём! — голос Акиры.

Кристофер открыл глаза. В комнате было серо — утро только начиналось.

— Завтрак через десять минут.

— Какая миссия? — спросил Кристофер.

— Документы. Новый адрес. «Отг-4». — Акира помолчал. — И куратор. Если повезёт.

Кристофер встал, натянул берцы, проверил оружие. Вышел в коридор.

В столовой было шумно. Акира сидел в своём углу, кивнул Кристоферу на место между новобранцами.

— Metal Fate, — сказал Акира. — Теперь здесь все называют друг друга по позывным.

— Почему?

— Чтобы туман не знал имён.

Акира раздал позывные: Clear Dawn, Wave, Grey Wolf, Iron Fist, Silent Rain, Last Prayer, Old Shadow, White Glass, Black Night, Pink Age.

— Брайанс, какой ты выбираешь?

Кристофер помолчал.

— Пусть я буду Metal Fate.

— Решил позаимствовать мой позывной из прошлого? — Акира усмехнулся. — Ну ладно.

Он встал.

— Идём. Я с ветеранами в обход. Metal Fate с новичками — по дороге. Но идите по кустам.

— А если найдут? — спросил Денис.

— Отстреливаетесь. Metal Fate, ты отвечаешь за новичков.

— Так точно.

6.

Лес кончился внезапно. Впереди, у дороги, стояло огромное серое здание. Над входом — красная вывеска: «С открытием! База “Отг-16”».

— Clear Dawn, приём. Я на месте. Свет горит. Охраны снаружи не вижу.

— Жди. Мы подходим.

Metal Fate убрал рацию.

— Pink Age, White Glass — доставайте снайперки. Вы группа «Металл-1». Прикрываете.

— Я и Black Night — группа «Металл-2». Идём к зданию.

— А если вы не вернётесь? — спросила Лена.

— Тогда открывайте огонь. И зовите Clear Dawn.

Metal Fate и Black Night перебежали к зданию. Охранники стояли у входа, курили.

— Я беру левого. Ты — правого. Ножами. Тихо.

— Понял.

Metal Fate подошёл к первому. Закрыл рот, полоснул по горлу. Охранник обмяк. Кристофер вытер нож.

— Второй, — сказал Денис.

Но убивать не пришлось. Metal Fate метнул нож — тот вонзился в горло второго охранника. Тот захрипел и упал.

— Чисто. Одевай маскировку.

Они стянули с охранников куртки, повесили противогазы на пояса.

— Идём сначала за документами. Потом в генераторы.

7.

Внутри было темно. Аварийные лампы горели тускло, жёлто.

Архив на втором этаже. Охрана — два человека. Metal Fate свернул шею первому, Black Night зарезал второго.

— Собирай папки.

Рюкзак наполнился.

— Теперь генераторы.

— Metal Fate, здание больше штаба, — сказал Денис. — Здесь есть что-то ещё.

— На четвёртый этаж.

В аналитическом центре они нашли карту. «Отг-1», «Отг-2», «Отг-3»… до «Отг-16». И ещё одна точка: «Отг-18».

Metal Fate свернул карту, сунул в рюкзак. Попробовал скачать файлы с компьютера. Система заблокировалась.

— Пароль?

Он нашёл блокнот в ящике стола, ввёл нужный. Копирование пошло.

— Пронесло.

Флешка заполнилась. Metal Fate выдернул её, сунул в карман.

— Идём к генераторам.

8.

В подвале было светло. Генераторы гудели. Взрывпакеты уже лежали — Акира успел.

Metal Fate вдавил таймер.

— Пять минут. Уходим.

Дверь оказалась заперта. Из вентиляции пошёл газ.

— Противогазы!

Они натянули маски. Кристофер попробовал выбить дверь — плечо хрустнуло, но дверь не поддалась.

— Чёрт!

— Выход через вентиляцию, — сказал Денис. — Помогите.

Он сорвал решётку, полез в трубу. Кристофер — за ним.

На крыше они сняли противогазы.

— Сколько минут?

— Три с половиной.

— Бежим.

Они спустились по пожарной лестнице, побежали к лесу. Взрывная волна отбросила их в кусты.

9.

Кристофер очнулся от стрельбы. Рядом лежал Денис — без сознания. За валунами мелькали силуэты. Лена и Сергей.

Лена упала. Кровь на плече, на ноге.

Кристофер пополз к ней.

— Жива?

— Жива... больно...

Он перетянул раны ремнём.

— Сергей, отходим!

— Ухожу!

Лес стих. Сергей помог перевязать Лену. Дениса потащили к машинам.

— Акира в лесу, — сказала Векшина. — Прикрывает.

Кристофер побежал к лесу.

10.

Акира стоял за бетонным блоком, автомат на изготовку.

— Живой, — сказал Кристофер.

— Живой, — ответил Акира. И врезал Кристоферу в грудь. — Брайанс! Придурок! Кто разрешал тебе заходить в базу?

— Мы спасли документы.

— Ты чуть не погиб. Лена ранена. Денис без сознания. По-хорошему тебя нужно отстранить. Но всё прошло успешно.

— Генераторы взорваны?

— Взорваны.

Акира достал из кармана шевроны младшего сержанта.

— Поздравляю с повышением, Маленький Бес.

— Маленький Бес?

— Не спорь. Придёшь в себя — пришьёшь.

Акира побежал к машинам. Кристофер — за ним.

11.

Акира запрыгнул в машину, взял рацию.

— Всем. Всё прошло более-менее успешно. Теперь снова можно называть друг друга по именам.

— Понял, Акира, — ответил Питерс.

Векшина нажала на газ. Машины выехали на дорогу.

— Крис, — сказал Акира.

— Что?

— Ты справился. Молодец.

Акира откинулся на сиденье, закрыл глаза.

— Я конечно пью только воду, — сказал он. — Но, чёрт возьми, ребята, предлагаю выпить за нашего Маленького беса, который получил повышение, и за его подчинённых — маленьких бесят, — за то, что они справились. Как идея?

Векшина хмыкнула.

— За рулём пью только воду. Идея хорошая.

— На базе, — ответил Питерс по рации. — У Ахмета есть пиво.

— Ахмет пьёт всё, что горит, — сказал Маузер.

— И не горит тоже.

— И воду, — добавил Акира.

Лена на заднем сиденье второй машины тихо застонала.

— Главное, чтобы она не застонала от того, что пить будет, — сказал Сергей.

— Она не пьёт, — ответила Блэкс. — Ей нельзя.

— Тогда за неё, — сказал Акира. — За Лену. И за Дениса. И за Сергея. И за всех, кто не пьёт, но выжил.

— А за Крайта? — спросил Кристофер.

Акира помолчал.

— За Крайта — молча, — сказал он. — Он не любил тостов.

В машине стало тихо.

УАЗ шёл к базе «Отг». Впереди ждали Уайатт, Ахмет, новые документы и старые тайны.

Конец четвёртой главы.

Глава пятая. Последний выбор

1.

УАЗ шёл по разбитой дороге, подпрыгивая на ухабах. Кристофер сидел на заднем сиденье, придерживая рюкзак с документами. Плечо ныло — он разбил его о дверь, когда пытался выбить её в подвале. Левой рукой почти не мог двигать. Но он терпел.

Акира сидел впереди, рядом с Векшиной. Молчал. Смотрел на дорогу.

Вторая машина шла следом — там была Лена, перевязанная, бледная, но живая. Денис пришёл в сознание через десять минут после взрыва, но голова кружилась, и Блэкс заставила его лечь.

— Крис, — сказал Акира, не оборачиваясь.

— Что?

— Ты как?

— Нормально.

— Плечо?

— Болит, — признался Кристофер.

— В лазарет зайдёшь. Блэкс посмотрит.

— А вы? — спросил Кристофер. — Вы ранены?

— Нет, — ответил Акира. — Мне везёт.

Векшина хмыкнула.

— Не везёт, — сказала она. — Ты просто не лезешь туда, где стреляют.

— Лез, — ответил Акира. — Но не сегодня.

Кристофер посмотрел в окно. Лес кончился — теперь по обе стороны тянулись поля, серые, пустые. Горизонт был чистым — ни тумана, ни дыма.

— Акира, — спросил он. — Что будет с Уайаттом?

Акира помолчал.

— Поговорим, — ответил он. — Когда приедем.

— А если он не станет говорить?

— Тогда я заговорю. По-своему.

Векшина сжала руль.

— Вы уверены, что он куратор? — спросила она.

— Архитектор сказал, — ответил Акира. — Ахмет подтвердил. Этого достаточно.

2.

Кристофер откинулся на сиденье, здоровой рукой потирая ноющее плечо. В словах Акиры было слишком много правды — той, которую не хотелось принимать.

— Искренне надеюсь, что вы ошибаетесь, — сказал он.

Акира повернул голову, посмотрел на него долгим взглядом.

— Я тоже, — ответил он. — Но надежда — плохой советчик.

— А что тогда хороший?

— Факты, — Акира отвернулся к окну. — Документы, которые ты принёс. Флешка. Карта. Это факты. На них и будем опираться.

Векшина свернула на просёлочную дорогу. УАЗ затрясся сильнее.

— А если Уайатт скажет, что это подстава? — спросила она. — Что документы подделаны?

— Проверим, — ответил Акира. — Сергей работает в штабе. Он узнает подлинность.

— А если Сергей — тоже один из них? — спросил Кристофер.

Акира замолчал. Потом сказал:

— Тогда у нас нет шансов.

— Есть, — ответил Кристофер. — Мы.

— Ты самоуверен, Маленький Бес, — Акира усмехнулся.

— Вы сами меня так назвали.

— И не жалею.

Вторая машина мигнула фарами — сигнал, что всё в порядке. Блэкс вела аккуратно, не дёргала.

— Крис, — сказал Акира.

— Да?

— Когда приедем, ты идёшь в лазарет. Потом — в штаб. Докладываешь Уайатту.

— Один?

— Один. Я буду рядом. Но в кабинет не войду.

— А если он…

— Не стреляй, — перебил Акира. — Сначала говори. Если не получится — уходи. Я — за дверью.

— Вы верите, что он не тронет меня?

— Верю, — ответил Акира. — Ты — ключ. А ключи не трогают. Их используют.

Кристофер сжал кулак.

— Я не хочу быть ключом.

— Никто не хочет, — сказал Акира. — Просто становятся.

Кристофер не ответил. Отвернулся к окну.

— Я не хочу быть ключом, — повторил он тихо.

— Услышал, — ответил Акира. — Но думаю иначе.

— Что значит иначе?

— Ты уже ключ. Вопрос не в том, хочешь ты или нет. Вопрос в том, что ты откроешь. Последнюю дверь — или новую.

— А вы? — Кристофер повернулся к ним. — Что вы откроете?

Акира посмотрел на него. Глаза у него были спокойными — слишком спокойными.

— Я закрою, — сказал он. — Как в прошлый раз.

3.

Кристофер сжал здоровую руку в кулак, разжал. Ключ Крайта на шее оттягивал шнурок — холодный, как тот самый туман.

— Надеюсь, это будет и вправду последний раз, — сказал он.

Акира открыл глаза.

— Надежда, — сказал он, — это то, с чего мы начинают. И то, с чем остаёмся, когда всё кончается.

— Вы философствуете, как Ахмет.

— Ахмет старше. Я просто устал.

Векшина свернула на главную дорогу — асфальт кончился, пошли бетонные плиты.

— Скоро база? — спросил Кристофер.

— Минут двадцать, — ответила Векшина. — Если не встанем.

— А если встанем?

— Тогда пойдём пешком.

— Не встанем, — сказал Акира. — Я не люблю ходить пешком.

Векшина усмехнулась.

— Ты не любишь ходить пешком, потому что у тебя ноги короткие.

— У меня ноги нормальные.

— Как у гнома.

— Заткнись, Векшина.

— Есть, — ответила она, но улыбнулась.

— Крис, — сказал Акира. — Если не шутить, то плакать. Я предпочитаю первое.

— Я не умею шутить.

— Научишься. У тебя будет время.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я старше. — Акира закрыл глаза. — И потому что Крайт всегда говорил: «У кого есть время шутить, у того есть время жить».

— Крайт был мудрым?

— Крайт был глупым, — ответил Акира. — Но иногда говорил правильные вещи.

4.

Кристофер не ответил. Закрыл глаза.

— Крис, — позвал Акира.

— М-м?

— Ты боишься?

— Да, — честно ответил Кристофер.

— Хорошо, — сказал Акира. — Страх помогает жить.

— Вы это уже говорили.

— Повторяю для тех, кто не понял.

Кристофер открыл глаза. В окне мелькнул знакомый указатель — «Отг — 5 км».

— Акира, — спросил он. — А вы боитесь?

— Боюсь, — ответил Акира. — Что Уайатт окажется не тем, кем я его знал.

— Он уже оказался.

— Значит, боюсь, что он окажется хуже.

— Вы поэтому не хотите идти в штаб?

— Поэтому, — Акира открыл глаза. — Я могу убить врага. Но предателя — труднее.

— Почему?

— Потому что врага не жалко, — ответил Акира. — А предателя — жалко. Даже если он заслужил смерть.

Векшина сбавила скорость. Впереди показались ворота базы.

— Приехали, — сказала она.

Кристофер посмотрел на пустую будку охранника.

— Нужно будет нанять охранника, — сказал он. — Пост пустует.

— Наймём, — ответил Акира, открывая дверцу. — После миссии.

5.

Акира вышел из машины. Векшина заглушила двигатель.

Кристофер выбрался следом — здоровой рукой опираясь на дверцу.

Из второй машины вышли Блэкс, Питерс, Маузер. Сергей помогал Лене — она была бледной, но держалась на ногах. Денис шёл сам, держась за голову.

— Все живы? — спросил Акира.

— Все, — ответила Блэкс. — Лену в лазарет. Дениса — туда же.

— А Криса? — спросил Питерс.

— Крис со мной, — ответил Акира. — В штаб.

Кристофер поправил ремень автомата — левой рукой не мог, пришлось помогать правой.

— Акира, — сказал он. — Вы уверены? Я же ранен. Плечо…

— Плечо не голова, — ответил Акира. — Докладывать будешь.

Он пошёл к штабу. Кристофер — за ним.

— Акира, — сказал Кристофер. — У вас была семья?

Акира замер. Не обернулся.

— Была, — ответил он.

— Что с ними?

— Ушли. — Акира повернулся. — Мать — когда мне было десять. Болезнь. Отец — туман.

— А брат?

— Брата не было, — Акира посмотрел на него. — Был сержант. Копия.

— Вы его убили.

— Дважды.

— Я не о том, — сказал Кристофер. — Я о настоящей семье. Жена? Дети?

Акира усмехнулся.

— Кто захочет связываться с тем, кто ходит в туман?

— Блэкс.

— Блэкс — друг. — Акира отвернулся. — Идём. Уайатт ждёт.

6.

Дверь штаба была открыта. Уайатт сидел за столом, перед ним — стакан воды, блокнот, карта.

— Заходи, Крис, — сказал он, не поднимая головы. — Акира, останься за дверью.

— Есть, — ответил Акира.

Кристофер обернулся. Акира кивнул.

— Докладывай, — сказал он. — Я рядом.

Он отступил в коридор, закрыв за собой дверь.

— Садись, — сказал Уайатт.

Кристофер сел.

— Докладываю, — начал он. — База «Отг-16» уничтожена. Генераторы взорваны. Документы изъяты. Карта — в рюкзаке. Файлы — на флешке.

— Потери?

— Лена ранена. Денис — контужен. Я — выбил плечо.

— А Акира?

— Цел.

— Крайт?

Кристофер опустил глаза.

— Крайт погиб. Туман забрал.

Уайатт сжал ручку, разжал.

— Как?

— Прикрывал отход.

— Акира сказал тебе? — спросил Уайатт.

— Что?

— Про куратора.

— Сказал, — ответил Кристофер. — Что это вы.

Уайатт откинулся на спинку стула.

— И ты поверил?

— Акира не врёт.

— А я?

— Не знаю, — честно ответил Кристофер. — Я хочу верить, что нет.

Уайатт встал, подошёл к окну.

— Я не куратор, — сказал он. — Но я знаю, кто это.

— Кто?

— Твой отец, — сказал Уайатт. — Брайанс. Он жив.

Кристофер замер.

— Не может быть.

— Может. Он создал туман. Он открыл дверь. И он ждёт, когда ты придёшь к нему.

— Зачем?

— Чтобы закрыть то, что открыл. — Уайатт помолчал. — Ты — ключ, Крис. Как Акира когда-то. Но твой замок — твой отец.

7.

Кристофер сжал кулак.

— Как… он мог?

— Он хотел вернуть твою мать, — сказал Уайатт. — Она ушла в туман первой. За ней — твоя сестра. А потом и он.

— А я?

— Оставил. Сказал: «Пусть живёт».

— И пришёл, — Кристофер усмехнулся. — Как дурак.

— Есть кому мстить, — Уайатт встал. — Туман не уйдёт, пока дверь не закроют.

— Почему я?

— Ты — его сын. Кровь.

— Акира?

— Акира — тоже его сын.

Кристофер опустил голову.

— Чёрт, — сказал он. — Похоже, у меня такие же натянутые отношения с отцом, как у Акиры.

Уайатт усмехнулся.

— Хуже. Акира убил отца в тумане. Не зная.

— И что мне делать?

— Подумать. — Уайатт сел за стол. — Потом — идти.

— Вы пойдёте со мной?

— Нет, — ответил Уайатт. — Я остаюсь.

Кристофер вышел.

Акира стоял у стены.

— Ну? — спросил он.

— Вы знали, — сказал Кристофер. — Что мой отец — куратор.

— Знал, — ответил Акира.

— Почему не сказали?

— Чтобы ты не убил его в гневе.

— И что мне делать?

— Подумать, — Акира отлепился от стены. — Потом — идти.

— Вы пойдёте со мной?

— Пойду, — ответил Акира. — За дверь. Вместе.

8.

— Так и каковы теперь твои планы, младший сержант? — спросил Акира.

— Идти за вами, — сказал Кристофер. — Закрыть дверь. Поговорить с отцом.

— А если он не захочет говорить?

— Захочет. Я не дам ему выбора.

— Тогда слушай, — сказал Акира. — Мы идём на «Отг-18». Там — дверь. И твой отец.

— А если он предаст?

— Тогда ты закроешь дверь, а я разберусь с ним.

— Когда выступаем?

— Завтра, на рассвете. Сейчас — отдыхай.

— Акира, — крикнул Кристофер.

Акира остановился.

— Спасибо, — сказал Кристофер. — За всё.

— Не за что, — ответил Акира. — Ты справишься.

9.

Кристофер закрыл дверь, прислонился к косяку. Комната была маленькой — стол, стул, койка, сейф в углу. На стене — фотография. Восемь человек. И Акира — молодой, живой, с улыбкой.

Он скинул берцы, нож остался в голенище. Автомат прислонил к тумбочке. Пистолет — под подушку.

Лёг.

Сон пришёл не сразу.

Он стоял в поле. Пустом, сером, без единого дерева. Вдалеке — дверь. Из двери вышел человек.

— Здравствуй, сын, — сказал он.

— Папа?

— Да. Я ждал тебя.

— Зачем?

— Чтобы закрыть дверь. Вместе.

— Ты бросил меня.

— Я хотел вернуть их.

— Не вернул.

— Теперь — ты, — отец шагнул к нему. — Ты — ключ.

— А если я не хочу?

— Тогда туман останется.

— Я приду, — сказал Кристофер. — Но не ради тебя.

— Ради кого?

— Тех, кто остался.

Отец развернулся и пошёл к двери.

— Жду тебя, — сказал он, не оборачиваясь.

10.

Кристофер встал, прошёлся по комнате. Ключ Крайта на шее раскачивался в такт шагам.

— Завтра будет рейд на последнюю базу, — сказал он тихо.

В дверь постучали. Вошла Блэкс.

— Акира сказал, у тебя плечо. Давай.

Кристофер стянул куртку. Плечо было синим.

— Дурак, — сказала Блэкс. — Двери ногой бьют.

— Виноват.

Она перевязала.

— Завтра рейд?

— Да.

— Я иду с тобой.

— Знаю.

— Акира сказал, ты будешь за старшего.

— А сам?

— Сам — в дверь.

— Я не дам ему сделать это вместо меня, — сказал Кристофер.

— Не дашь, — согласилась Блэкс. — Отдыхай.

Она вышла.

11.

Кристофер пошёл в казарму.

Внутри было тихо. На двух койках спали — Сергей и Лена. Денис сидел на стуле, смотрел в стену.

— Завтра рейд, — сказал Кристофер. — Ты готов?

— Готов.

— А Лена?

— Спит. Блэкс сказала, выживет.

— Хорошо. — Кристофер сел на свободную койку. — Береги её.

— Обязательно.

Кристофер вышел.

12.

Кристофер подошёл к Акире.

— Вы уверены, что с вывихнутой рукой я смогу сражаться? Лена вообще с огнестрельными ранениями.

— Лена остаётся на базе, — сказал Акира. — Ты идёшь со мной.

— А пистолет?

— Будешь стрелять левой. Учись.

— А если меня убьют?

— Не убьют. Я заслоню.

Акира встал.

— Завтрак через пять минут. Построение у машин.

Кристофер вышел. У машин уже суетился Ахмет.

— Младший сержант, — сказал он. — Готов?

— Готов.

— Плечо?

— Болит.

— Терпи.

Из здания вышли остальные. Акира вышел последним.

— Крис, — сказал он. — Ты за руль.

— У меня рука…

— Правой рули. Левой не надо.

Кристофер сел за руль.

— Готовы? — спросил он.

— Погнали, — ответил Акира.

УАЗы выехали за ворота. База «Отг» осталась позади.

13.

Кристофер вёл машину, глядя на дорогу.

— Акира, — спросил он. — Вы помните, как выглядел ваш отец?

— Помню, — сказал Акира. — Светлые волосы. Светлые глаза. Улыбался редко.

— Он был похож на вас?

— Нет. Он был старше. Спокойнее.

— Вы на него злитесь?

— Жалею.

— О чём?

— Что не успел узнать.

— Что не сказали?

— Что люблю.

— Мой отец тоже, — сказал Кристофер. — Светлые волосы. Светлые глаза. И слуховой аппарат на левом ухе.

Акира открыл глаза.

— Что?

— Что, если мой отец — это и ваш отец?

Тишина стала плотной.

Акира вышел из машины. Постоял с минуту, глядя в серое небо. Потом вернулся.

— Едем, — сказал он.

Кристофер нажал на газ.

14.

— Извините за моё предположение, — сказал Кристофер.

— Не извиняйся, — ответил Акира. — Ты сказал то, что подумал.

— Вы расстроились?

— Я задумался.

— О чём?

— О том, что если ты прав, то я всю жизнь искал не того человека.

— То есть, если моё предположение верно, мы кровные братья?

— Верно.

— И что теперь?

— Ничего. Ты — младший сержант Брайанс. Я — старший сержант Акира.

— А по крови?

— По крови — никто. Кровь не главное.

— А что главное?

— Выбор.

15.

Серая стена тумана стояла впереди. УАЗы остановились.

Акира вышел первым.

— Если это последняя миссия, то глушитель можно не надевать. Пойдём по громкой. Все согласны?

Векшина поправила винтовку.

— Мне всё равно.

— А я за громкую, — сказал Питерс.

— Заткнись, — ответил Маузер. — Тише едешь — дальше будешь.

— Блэкс?

— За Акиру.

— Крис?

— За громкую. Надоело прятаться.

Акира кивнул.

— Идём по громкой. Я — первый. Крис — рядом.

Они пошли к туману.

16.

Кристофер шагнул за Акирой. Туман был тонким, липким.

— Акира, — прошептал Кристофер.

— Что?

— Вы чувствуете дверь?

— Чувствую.

Туман пошёл рябью. Впереди проступил тёмный прямоугольник.

— Вижу, — сказал Кристофер.

— Иди.

Кристофер шагнул вперёд.

— Акира, — сказал он. — У вас… у тебя есть советы по… любви? Например, как предложить девушке встречаться? Понимаю, не самое время, но раз ты старший брат…

Акира замер.

— Ты сейчас серьёзно?

— Ну… понимаю, не самое время.

— Я убивал людей, Крис. Взрывал базы. Ходил в туман. А ты спрашиваешь про любовь.

— Ну так ты старший.

Акира вздохнул.

— Скажи ей правду. Что ты боишься. Что ты не идеален.

— А вы?

— У меня была. Она не дождалась.

— Вопросы закончились?

— Да.

— Тогда идём.

17.

Туман сгущался. Дверь пульсировала впереди.

— Крис, — сказал Акира. — Если я не вернусь, ты командуешь.

— Вы вернётесь.

— Обещай, что присмотришь за Векшиной. И Блэкс. И новобранцами.

— Обещаю.

— И за Ахметом.

— Ахмет не один. У него мы.

Акира посмотрел на него.

— Хорошо. Тогда идём.

— Акира, — сказал Кристофер. — Не хочешь сначала встретиться с отцом? С куратором? Если тебе будет так легче.

— Зачем?

— Чтобы понять.

— Я знаю, зачем строят двери. Чтобы открывать.

— А отец?

— Отец — это замок. Я — ключ.

— А если он ждал не вас?

— Тогда он ошибся.

Акира шагнул к двери.

Вдруг началась стрельба. Дверь резко закрылась.

Кристофер упал на землю. Снайперский прицел. Красная точка.

— Векшина!

Она бежала. Пуля ударила ей в грудь, потом в плечо, потом в голову.

Векшина упала.

Кристофер пополз к ней.

— Векшина!

Она открыла глаза.

— Крис… дверь…

— Закрылась.

— Акира…

— Жив.

— Хорошо.

Снайперский выстрел. Голова Векшиной дёрнулась.

Кровь брызнула на лицо Кристофера.

— Векшина!

Молчание.

18.

Акира рванул Кристофера за шиворот.

— Лежать!

Кристофер лежал, прижавшись щекой к земле, и смотрел на Векшину. Она не двигалась.

— Мёртва, — сказала Блэкс.

— Знаю.

— Догнать?

— Нет. Мы идём к двери.

Кристофер поднялся.

— Акира, просто знай: я убью всех там. Даже если это будет стоить мне жизни. За Крайта. За Векшину.

— За Крайта, — повторил Акира. — За Векшину. И за себя.

Акира развернулся и пошёл к зданию.

— Крис, нам нужно в главный центр. Там управление. Возможно, у нас получится узнать, где откроется дверь.

Они побежали к лестнице.

19.

На четвёртом этаже Акира выстрелил в замок. Дверь открылась.

Внутри было светло. Огромная карта на стене. Красная точка — дверь откроется в поле.

— Через час, — сказал Акира.

— А мы где?

— Здесь. Не успеем.

— Успеем. Если побежим.

Из тени вышел человек. Высокий, худой, в чёрной форме.

— Привет, Акира, — сказал он. — Давно не виделись.

— Браунс, — ответил Акира. — Ты жив.

— А Векшина — нет.

— Ты целил в Криса?

— В него.

Кристофер шагнул вперёд.

— Какая же тёплая отцовская любовь, — сказал он. — Хочет, чтобы я остался там навсегда.

Браунс не ответил.

— Крис, иди, — сказал Акира. — Я задержу.

— Нет. Мы идём вместе.

— Крис, я сказал: иди. Это мой противник.

— Он убил Векшину.

— Знаю.

Акира шагнул к Браунсу.

— Крис, беги. К двери.

Кристофер выбежал в коридор.

За спиной — выстрел. Один. Потом второй. Потом тишина.

20.

Кристофер бежал, не разбирая дороги. Туман расступался перед ним.

— Чёртов брат, — прохрипел он. — Не смей умирать. У меня уже не осталось семьи.

Впереди, у двери, стояла фигура.

— Сын, — сказал голос. — Ты пришёл.

— Акира жив? — спросил Кристофер.

— Жив. Браунс не убил его.

— Почему?

— Потому что Браунс — не враг.

— Он убил Векшину.

— Он хотел убить тебя. Но промахнулся.

Фигура шагнула вперёд.

— Здравствуй, сын.

Перед ним стоял отец.

— Здравствуй, — ответил Кристофер.

— Ты худший отец, которого я только знал, — сказал он.

Отец не ответил.

— Мама умерла. Ты не пришёл на похороны. Сестра пропала. Ты не искал её. Я — бросил.

— Я хотел вернуть вашу мать.

— Не вернул.

— Теперь ты.

— Акира говорил, что ты не вернёшься.

— Акира ошибался.

Из тумана вышел Акира. Живой. Целый.

— Акира, — сказал Кристофер.

— Жив, как видишь.

— Браунс?

— Ушёл.

Акира подошёл к отцу.

— Здравствуй.

— Здравствуй, сын.

— Я не сын тебе.

— Кровь не врёт.

— Кровь — это не главное.

— Что же главное?

— Выбор.

Они пошли к двери.

21.

Кристофер шагнул за Акирой к двери.

— Крис, — сказал Акира. — Когда дверь откроется, я пойду первым.

— Нет.

— Я старше.

— Это моя дверь.

Он протянул руку к свету.

И почувствовал укол. Обернулся. Отец стоял в двух шагах, сжимая пистолет. Дротик торчал из шеи Кристофера.

— Прости, сын, — сказал отец.

Кристофер упал на колени, потом на землю. Рядом — Акира. Тоже с дротиком в шее.

— Акира… — прошептал Кристофер.

— Крис… — ответил Акира.

Потом — темнота.

Отец стоял над ними.

— Спите, — сказал он. — Когда проснётесь — дверь будет открыта. И вы закроете её. Вместе.

Он развернулся и пошёл к свету.

Туман сомкнулся над телами.

Конец пятой главы.

Глава шестая Чужое небо

1.

Сознание возвращалось толчками. Сначала звук — ветер, далёкий и холодный. Потом запах — сырая земля, туман, кровь. Потом боль — плечо, голова, всё тело.

Кристофер открыл глаза.

Небо было серым, низким, без единого просвета. Он лежал на земле, лицом вверх, и смотрел в бесконечную пустоту. Рядом, в двух метрах, лежал Акира. Глаза закрыты, но дышит — грудь поднимается и опускается ровно.

— Акира, — позвал Кристофер. Голос был севшим, чужим.

Акира не ответил.

Кристофер сел, здоровой рукой опираясь на землю. Левая по-прежнему не слушалась. Дверь исчезла. Туман отступил — стоял вдалеке, у леса, белой стеной. Между ними и отцом — пустое поле.

Отец стоял в двадцати метрах, спиной к ним. Смотрел на то место, где только что была дверь. Ждал.

— Акира, — повторил Кристофер громче.

Акира открыл глаза. Посмотрел на небо, потом на Кристофера.

— Живы, — сказал он.

— Живы.

— Рука?

— Болит. А ваша?

— Цела, — Акира сел, потрогал шею. — Дротик. Снотворное.

— Отец.

— Вижу.

Они встали. Акира — легко, Кристофер — тяжелее, опираясь на здоровую руку.

— Зачем он это сделал? — спросил Кристофер.

— Чтобы мы не мешали, — ответил Акира. — Он хотел закрыть дверь сам.

— И закрыл?

— Нет, — ответил отец, не оборачиваясь. — Дверь закрывается только изнутри. Я не ключ. Я замок.

Он повернулся. Лицо его было спокойным — слишком спокойным для человека, который только что усыпил сыновей.

— Вы ждали нас, — сказал Акира.

— Ждал.

— Чтобы закрыть дверь?

— Чтобы попрощаться.

2.

Кристофер шагнул вперёд, здоровой рукой сжимая автомат. Левая висела плетью, но он не чувствовал боли. Только злость.

— Ты что, издеваешься? — сказал он, приближаясь к отцу.

Он сделал ещё шаг. И ещё.

Акира рванул его за шиворот — резко, сильно, отбросил назад. Кристофер упал на землю, боль прострелила плечо.

— Тупица! — рявкнул Акира, вставая между ним и отцом. — Это уже туман, а не наш отец.

Кристофер поднял голову.

— Что?

— Если не получилось закрыть дверь с первого раза, — Акира смотрел на отца, не отводя глаз, — то он полностью переходит под контроль тумана.

Отец улыбнулся — той же тёплой улыбкой, что и раньше. Но глаза его стали пустыми. Белыми. Как туман.

— Умный мальчик, — сказал он голосом, который уже не был его голосом. — Но ты не сможешь убить меня. Я — ваш отец.

— Ты не отец, — ответил Акира. — Ты — дверь.

— Дверь, — согласился отец. — Которую вы должны закрыть.

— А ты?

— Я останусь здесь. Навсегда.

Отец шагнул к ним. Акира поднял автомат.

— Не стреляй, — сказал Кристофер, поднимаясь.

— Почему?

— Потому что он не враг. Он — жертва.

— Он убил Векшину, — напомнил Акира.

— Не он. Туман.

Отец остановился в трёх шагах.

— Вы правы, — сказал он. — Туман убил Векшину. Туман построил дверь. Туман забрал вашу мать. Я — только проводник.

— Зачем? — спросил Кристофер.

— Чтобы вы закрыли дверь, — ответил отец. — И остались здесь.

— Не останемся, — сказал Акира.

— Останетесь, — отец улыбнулся. — Вы — мои сыновья. Моя кровь. Мои ключи.

3.

Кристофер поднялся на ноги, здоровой рукой вытирая кровь с разбитой губы. Автомат болтался на ремне, но он не поднимал его.

— Ты чёртов эгоист, — сказал он, глядя отцу в глаза — пустые, белые, чужие. — Ты скидываешь всю вину с себя на туман. Но разве не именно ты создал его?

Отец замер. Улыбка сползла с его лица, обнажив пустоту.

— Я создал дверь, — сказал он. — Не туман.

— Дверь, туман — какая разница? — Кристофер шагнул ближе. — Ты хотел вернуть маму. Не вернул. Хотел спасти сестру. Не спас. А теперь хочешь, чтобы мы закрыли дверь. И остались здесь.

— Я хочу, чтобы вы жили, — ответил отец.

— Лжёшь, — сказал Акира. — Ты хочешь, чтобы мы остались.

— Я не…

— Хватит, — Акира поднял автомат, прицелился отцу в голову. — Дверь не закроется, пока ты жив.

— Убей меня, — сказал отец. — И ты останешься здесь.

— Я знаю.

— Акира, — сказал Кристофер. — Не надо.

— Надо, — ответил Акира. — Это моя дверь. Мой отец. Мой выбор.

4.

Он опустил автомат. Посмотрел на Кристофера.

— Крис, иди к машинам. Я догоню.

— Нет.

— Не спорь.

— Я не оставлю тебя.

— Приказ, — сказал Акира. — Младший сержант, выполняйте.

Кристофер сжал кулак.

— Я не уйду.

— Уйдёшь, — Акира повернулся к отцу. — Закрывай дверь.

— Ты останешься, — сказал отец.

— Останусь, — ответил Акира.

Он шагнул в свет. Дверь пульсировала — белая, огромная, она висела в воздухе, не касаясь земли.

— Акира! — крикнул Кристофер.

Акира не обернулся. Но остановился. Замер на пороге света.

— Крис, — сказал он, не оборачиваясь. — Не забывай пить чай с мятой. За меня.

— Акира…

— Найди девушку. Не будь как я. Одиноким старшим сержантом.

— Акира, пожалуйста…

— И поздравляю с повышением, — Акира повернул голову, посмотрел на Кристофера — пустыми, но всё ещё живыми глазами. — Старший сержант.

Он шагнул в свет.

Дверь закрылась.

Сначала медленно, потом быстрее — свет сжимался, туман таял, тишина становилась обычной, без угрозы.

Отец исчез — растворился в свете вместе с дверью.

Кристофер стоял один. С ключом Крайта на шее. С пустотой в груди.

— Старший сержант, — прошептал он. — Я не готов.

Никто не ответил.

Туман рассеялся. Небо стало серым, низким, но без угрозы.

Из леса вышли Блэкс, Питерс, Маузер, Алехандро, Сергей. Браунс — из тени.

— Акира? — спросила Блэкс.

Кристофер покачал головой.

Блэкс закрыла лицо руками. Питерс отвернулся. Маузер выругался сквозь зубы.

Алехандро перекрестился.

Браунс подошёл к Кристоферу, положил руку на плечо.

— Он сделал то, что должен был, — сказал Браунс. — Как и всегда.

— Я знаю, — ответил Кристофер. — Но легче не стало.

— Не станет, — сказал Браунс. — Никогда.

Они пошли к машинам.

Вторая машина ждала — Лена и Денис сидели внутри, бледные, но живые.

Кристофер сел за руль. Блэкс — рядом. Браунс — на заднее сиденье.

— Погнали, — сказал Кристофер.

УАЗы выехали на дорогу.

5.

База «Отг» встретила их тишиной. Не той, пустой, какая бывает после боёв — усталой, тёплой, почти домашней. В окнах столовой горел свет, из трубы шёл дым.

Ахмет стоял на крыльце, опершись на метлу. Увидел машины, кивнул. Потом заметил, что Акиры нет.

И не спросил. Только выдохнул — будто держал воздух всё время.

Кристофер вышел первым.

— Ахмет, — сказал он. — Чай есть?

— Есть, — ответил старик. — С мятой.

— Накладывай.

Он вошёл в столовую. За длинным столом уже сидели — Уайатт, Векшина… Векшиной не было.

Крайта не было.

Акиры не было.

Кристофер сел на своё место — между Блэкс и пустотой.

Ахмет поставил перед ним кружку с чаем. Зелёный, с мятой.

— Пей, — сказал он. — Он любил такой.

Кристофер взял кружку. Сделал глоток. Горько. Тепло.

— Старший сержант, — сказал Уайатт. — Ты теперь командуешь?

— Командую, — ответил Кристофер. — Пока.

— Акира говорил, что ты готов.

— Акира ошибался.

— Акира не ошибался, — сказал Ахмет. — Он верил.

Кристофер поставил кружку.

— Я остаюсь в «Отг», — сказал он. — До тех пор, пока туман не вернётся.

— Он не вернётся, — сказал Браунс. — Дверь закрыта.

— Значит, буду ждать. — Кристофер посмотрел на пустое место Акиры. — За него.

За окном вставало солнце — ясное, чистое, без тумана.

— Акира ушёл, — сказал Кристофер тихо. — Но рассвет остался.

Он сделал ещё глоток чая с мятой.

Конец шестой главы.

Эпилог

Пять лет спустя.

База «Отг» стала другой. Ворота покрасили, плац заасфальтировали, в казармах поставили новые кровати. Но запах остался — машинное масло, старый табак и что-то ещё, неуловимое. Память.

Кристофер сидел на крыльце столовой, сжимая кружку с чаем. Зелёный, с мятой. Как любил Акира.

Перед ним на ступеньках лежал ржавый ключ — тот самый, что когда-то носил Крайт, а потом Акира. Ключ памяти. Ключ, который не открывал дверей, но открывал сердца.

— Старший сержант, — сказал Ахмет, выходя на крыльцо. Опирался на метлу — старую, потрёпанную, но верную. — Ты чего не спишь?

— Не спится, — ответил Кристофер. — Думаю.

— О чём?

— О нём. Об Акире.

Ахмет сел рядом, положил метлу на колени.

— Он был хорошим солдатом, — сказал старик. — Лучшим.

— Он был братом, — ответил Кристофер. — Даже если не по крови.

— Кровь не главное, — сказал Ахмет. — Выбор.

Кристофер сделал глоток чая. Горько. Тепло.

— Я не выбрал, — сказал он. — Так получилось.

— Никто не выбирает, — ответил Ахмет. — Просто становятся.

Они помолчали. Где-то в лесу закричала птица.

— А Векшина? — спросил Кристофер.

— Могила за казармой. Блэкс ухаживает.

— А Крайт?

— Туман забрал. Не хоронили.

— Акира?

— Там, — Ахмет кивнул на поле, где закрылась последняя дверь. — В тумане. Или за ним.

— Я схожу, — сказал Кристофер. — Когда-нибудь.

— Не ходи, — ответил Ахмет. — Он не вернётся. И ты не должен.

— Почему?

— Потому что у тебя есть мы, — Ахмет посмотрел на него — светло, прозрачно. — И потому что он просил жить.

Кристофер допил чай, поставил кружку на ступеньку.

— Я живу, — сказал он. — Но помню.

— Это хорошо, — ответил Ахмет. — Память — тоже жизнь.

Он встал, опираясь на метлу.

— Иди спать, старший сержант. Завтра будет новый день.

— Трудный?

— Как все, — ответил Ахмет. — Туманный.

Он ушёл в столовую. Кристофер остался один.

Рассвет разгорался — серый, низкий, но без угрозы.

— Акира ушёл, — сказал он тихо. — Но рассвет остался.

Он взял ключ, повесил на шею. Холодный металл коснулся груди.

Встал, подошёл к двери.

— Старший сержант, — окликнул его Денис из казармы. — Вы идёте?

— Иду.

Он вошёл в здание.

За спиной вставало солнце — ясное, чистое, без тумана.

Конец второй книги.