Ярость на краю империи

Глава 1

Я лежу в шезлонге и улыбаюсь.

А чего не радоваться жизни? Вот он, бассейн. Вот — горы, озеро, мои земли. Рядом лежит любимая девушка, которая через пару недель станет моей женой. Осень тёплая, бархатный сезон только начинается. Сентябрь на юге — это четвёртый месяц лета.

И да, моему носителю исполнилось восемнадцать.

Мелочь, а приятно.

В этом мире совершеннолетие — понятие относительное. Для одарённых — в особенности. Вы можете пробудиться, заполучить какую-нибудь сверхспособность, а вместе с этим стать обладателем жетона самостоятельности. И этот жетон ничем не уступает обычному паспорту. Даже наследник влиятельного Рода, в теории, может уйти из дома и жить как вздумается…, но только почему-то никто этого не делает, хо-хо-хо!

Для ребят из ПСП жетон — мощный социальный лифт.

Можно пойти учиться в гимназию Эфы, например. Если доживёшь до выпускного, сделаешь головокружительную карьеру. Вступишь в гвардию одного из местных аристократов. Или будешь завербован в армию князя Трубецкого… Или, как я, отожмёшь личное баронство.

Но я — это особый случай.

Приятное исключение.

Осень для меня — это время философских размышлений. Иногда хочется вот так полежать, подвести итоги. Подумать над тем, к чему стремишься.

За последние месяцы я сделал много, чтобы укрепить родовую экономику. И это, несмотря на санкции, которыми Евроблок, Наска и британцы обложили Российскую империю. После монгольских событий весь «цивилизованный Запад» возмутился вторжением в самопровозглашённую суверенную страну, назвал Россию агрессором и приступил к её планомерной изоляции. Что интересно, Небесному Краю никто ничего не предъявлял. И дело тут не в мощи азиатов, хотя и в ней тоже. Просто Атлантический Альянс предпочитал расправляться с противниками по отдельности. А воевать, пусть и на экономическом фронте, сразу против двух сверхдержав — такое себе. Можно зубы обломать.

Пока все эти санкции не особо на нас отразились.

Ганза политику Евроблока не поддержала, продолжив соблюдать нейтралитет и торговать со всеми игроками. А раз так, люди могли свободно переводить деньги куда угодно и вести взаимовыгодные расчёты. Да и не все европейские страны были согласны с новым положением вещей. Кто-то предпочитал покупать дешёвые нефть и газ, кто-то был связан родственными узами с российской аристократией. В общем, пока линию партии соблюдали исключительно европейские банки, и то не все, да правительства скандинавских стран, обложившие российские товары адскими пошлинами. Плюс Британия и Наска. Эмбарго на нефть ещё не объявили, но разведка докладывала, что этот шаг обсуждается.

Пока в мире разворачивалась вся эта нездоровая суета, мой завод активно достраивался. В октябре последний цех будет сдан в эксплуатацию, а это уже через месяц! Работа была проделана просто фантастическая, но в обозримом будущем ещё много чего нужно внедрить, настроить, отладить. Предприятие получило название «УралМех», и мы уже готовились к сборке тестовых образцов нашего первого продукта.

А вот первый продукт — это пушка-гонка.

Собранный оружейниками прототип уже прошёл кучу тестов и испытаний. Что-то провалилось, где-то удалось достичь успеха. Так или иначе, все последние месяцы конструкция дорабатывалась и совершенствовалась. Неудачные узлы менялись, а кое-где даже переписывались каббалистические цепочки. Мы возили этого монстра на дирижаблях к испытательному полигону, прикрывая иллюзаторами. И да, в нашей команде были морфисты, а идеи воровались не только у будущих конкурентов, но и в параллельных вселенных. Воровались и допиливались.

Первого меха было решено сделать лёгким и универсальным. Турбированным, само собой. Особое внимание мы уделили защите сервоприводов, безопасности пилота, времени отклика при ментальном управлении, манёвренности и прочности. Что касается обвеса, то я сразу поставил задачу стандартизировать планки крепления. И не просто стандартизировать по имперским шаблонам, а ещё и оставить возможность вставки дополнительной направляющей под европилы и громоздкие, но мощные коловраты Наска. Фактически мы планируем наводнить рынок дешёвыми многофункциональными мехами, которые сможет приобрести любая армия мира. Машины будут безотказными, с очень внушительным ресурсом, доступными запчастями… А дальше — штампуем и продаём, загребая бабло лопатой. Если срастётся, конечно. Мои конструкторы трудились на грани фола. У нас там куча запатентованных нововведений, которые вроде бы и не запрещены, но непонятно откуда взялись.

Что касается названия прототипа, там долго ломались копья. Мозговой штурм растянулся на несколько недель, но в итоге последнее слово оказалось за аналитиками холдинга. Так что будущего шагателя окрестили «Аресом», по аналогии с богом войны.

С Туманным Альбионом у меня сложились интересные отношения.

Я выяснил, откуда исходил заказ на мою голову, и это был не лично Ким Ступер, а один скромный мужичок, негласно представлявший интересы королевской семьи. Ну, у них там правительство и Букингемский дворец плотно повязаны, все решения принимаются сообща. Поэтому я отправил слепок с истреблением Ордена Заката разным людям. В том числе, упомянутому представителю. А ещё — лорду Каммингу, одному из бывших соратников Иезекииля Джонса. И Джорджу Гренвилю, нынешнему премьеру. Сделано это было тонко. Ярик создал специальный конструкт, выслал из него приглашение морфистам, обеспечивающим безопасность британской верхушке, и открыл доступ на несколько часов в искусственное сновидение. Морфисты зашли сами, взяли слепок, проверили на наличие скрытых образов, передали своим хозяевам.

И — тишина.

Никаких встречных посланий. Никаких попыток нанять других шиноби и разделаться со мной, учитывая прошлые ошибки. Вообще никаких опасных телодвижений. Люди мастера Багуса следили за ситуацией, но шли месяцы, а меня никто не трогал.

Загадочно?

Не то слово.

Англичане что-то замышляли, но я никак не мог сообразить, что именно. А поэтому решил оставить слежку агентам Чёрного Ока и заняться собственными делами.

Да, чуть не забыл.

Инквизиторы навели большой шухер в правительственных и военных структурах Наска, многих арестовали и отправили к экзекуторам. Четверо персонажей из Министерства войны подверглись редактированию судьбы. Властитель Наска, действуя заодно с Супремой, вскрыл масштабный заговор, в результате чего правительство было отправлено в отставку, а некоторые охранники из его ближнего круга исчезли. И, несмотря на это, агрессивная политика против России и Небесного Края была продолжена. Ну, это меня как раз не удивило. Южная Америка уже полвека спит и видит, как бы уменьшить количество сверхдержав до одной.

С разломом, через который в наш мир проникали кранги, было веселее.

По неподтверждённым слухам, с той стороны явились некие посланцы, попытавшиеся выяснить, что стало с их армией в Улан-Баторе. И не только с этой армией, а ещё и с теми зверями, что тренировались на перуанских полигонах. А с теми, кто был на полигонах, поступили жёстко. Одних перебили, других заперли в камерах и начали допрашивать с помощью экзекуторов, третьих перевербовали с целью внедрить в родной мир и поставлять оттуда разведданные. А всё почему? А потому, что механизмы поддержки разлома были обнаружены, но как их отключить никто понятия не имел.

В общем, вокруг сопряжения выставили кордоны, протянули всевозможные охранные линии. Туда же нагнали элитных карателей. Я слышал, что власти Наска по требованию инквизиторов ещё и механизированную бригаду выделили, чтобы сдержать напор потенциальных агрессоров. И ещё до меня доходили слухи, что в том районе установлены башни с крупнокалиберными пулемётами. Эти штуки прикрыли иллюзией, но шила в мешке не утаишь. Есть люди, которые наблюдали за процессом монтажа. Они дали подписку о неразглашении, но кто запретил морфистам влезать в их сны? Всё, что меня интересовало, я получил. И да, складывалась нехорошая картина. Разлом не закрыт. Чего ждать от крангов — непонятно. Как бы не пришлось мне связываться с Администратором и решать вопрос своими методами…

— Дорогой, ты когда просмотришь список гостей на свадьбу? — поинтересовалась Джан.

Вот умеют женщины озадачить в самый неподходящий момент.

— Хм, — сказал я, чтобы выиграть немного времени. — Я тебе полностью доверяю в этом вопросе.

Свадьба оказалась тем ещё камнем преткновения.

Мы с Джан прошли через все обязательные ритуалы в Халифате, и её семья искренне верила, что мы организуем мероприятие в Стамбуле. Назар Курт, а также патриарх Рода сильно удивились, когда мы уведомили их о своём решении расписаться в Фазисе. Впрочем, на это были веские причины. Во-первых, мой авторитет. Аристократ-мужчина не должен устраивать подобные обряды в чужом государстве. Я сам в состоянии всё организовать, причём сделать это по высшему разряду, на своих условиях и так, как я это захочу. Во-вторых, я посовещался со службой безопасности, и мы пришли к выводу, что обеспечить надлежащую защиту всем гостям получится только в Красной Поляне или в нашем пансионате на берегу моря. Причём, Красная Поляна предпочтительнее, поскольку её укрывает Барьер. Ну, и здесь сосредоточена вся моя гвардия. Так что я решил расселить гостей частично в пансионате, а частично — в гостевых домиках на берегу озера. При этом для комфортной и эффектной транспортировки мы выделим два своих дирижабля. Ну, или примем гостевые дирижабли, если кто-то из родственников вознамерится прибыть по воздуху. Я почти уверен, что такой фокус может выкинуть князь Апраксин, мой отец. И на такой случай мы оборудовали посадочную площадку с причальными кольцами.

Что касается места празднования, то я решил организовать всё под открытым небом, что очень близко жителям Халифата. Если в планы вмешается дождь… ну, откровенно говоря, я такой сценарий почти не рассматривал. Ибо договорился с Домом Эфы, чтобы они включили тучеразгонитель на одном из ближайших склонов. Агрегат мощный, регулярно проходит техосмотры, и меня заверили, что проблем не возникнет. Разумеется, у меня был и план «В» — перестроить Бродягу, создав огромный навес над большой террасой. За счёт сокращения этажей и комнат, ага. Но это — если откажет тучеразгонитель. В чём я сильно сомневался.

Искушение собраться в банкетном зале пансионата было велико. Там всё солидно, комфортно и в каждой детали интерьера виден уровень. Но меня отговорил мастер Багус. Не только из-за Барьера, а ещё из-за отсутствия отклоняющих линий, которые я давно хотел провести, но руки не дошли. Чем меня и попрекнула Джан. В шутку, конечно.

— Милый, — очаровательно улыбнулась девушка. — Это чистой воды формальность. Приглашения отправлены ещё месяц назад, потому что наши гости — люди занятые, с плотным графиком. Но, знаешь ли, хочется, чтобы ты был в курсе происходящего.

— Ладно, — сдался я. — Показывай свой список.

Скреплённые между собой листы бумаги материализовались прямо на журнальном столике. Значит, моя невеста не заморачивалась и просто диктовала фамилии Бродяге. Умница.

Я потянулся за списком и для проформы спросил:

— Мастер Багус всех проверил?

— Конечно, — очаровательно улыбнулась девушка. — Есть сводный отчёт по каждому гостю.

Пришлось погрузиться в чтение.

Должен сказать, список выглядел внушительно. Сотни две фамилий, если не больше. Вру, больше. Джан учла все мои пожелания, а также интересы Рода в долгосрочной перспективе. Там были её родственники из Халифата, отдельные представители дружественных Родов и даже… Махмуд Шестой собственной персоной!

— А что, халиф выкроит время и приедет на нашу свадьбу? — искренне удивился я.

Подобный гость сразу поднимает планку мероприятия до небес.

— Надеюсь, — пожала плечами турчанка. — Сейчас он согласовывает рабочее расписание и выбирает между самолётом и дирижаблем.

— Самолёт мы точно не посадим, солнышко. У нас нет оборудованной полосы.

— Вот поэтому и выбирает.

— Ага, вижу и Кара приедет.

Дочь Махмуда была, в некотором роде, моей ученицей. Я работал с ней по грязным приёмам шиноби, учил выживанию в схватке с профессиональными убийцами. Но я понятия не имел, что и её пригласили на торжество.

— Есть такое, — лукаво подмигнула мне Джан.

И что вот это подмигивание может означать?

С нашей стороны в списке были князья Апраксин, Мещерский и Трубецкой, деловые партнёры из Союза Вольных Родов, Невмержиций, военные союзники из долины, хорошие соседи, с которыми мы дружили, Барский и Воронова, глава Рода Саманидов… Конечно же, все мои друзья, включая Ираклия и Игоря Гриднева, Маро и её сын, подруги Джан… То есть, Ирочка Звягина и Аня Строганова, а также Регина Сенцова… И вообще, Строгановы были приглашены в полном составе. Тонкий ход. Эти ребята обладают такой базой ценных сведений, что разведки некоторых стран обзавидуются. И на торговле этой информацией был построен не только капитал Строгановых, но и их влияние в аристократических кругах.

Я нахмурился, вспоминая подружку невесты.

Кажется, это будет Звягина.

— Все подтвердили присутствие? — уточнил я.

Были и представители знатных Родов Фазиса, с которыми мы вели дела. И те, с которыми намеревались подружиться. В общем, как ни крути, а моя будущая супруга — грамотный политик. Дружба дружбой, а полезные контакты — великая вещь.

— Не все, — ответила Джан. — Кто-то наверняка сошлётся на занятость и отправит члена своей семьи. Но даже это — плюсик в карму.

Я кивнул:

— Главное, чтобы Барский не прислал вместо себя Льва.

Мы ещё в школе с этим укурком не ладили.

Но времена меняются, парень мог повзрослеть и поумнеть.

— Так, меня всё устраивает, — я швырнул список за спину, и он растворился в воздухе. — Но потянем ли мы организацию? Повара, слуги, все эти заморочки с этикетом…

— Этим занимается Никанор, — сообщил Джан. — Поверь, он собаку съел на подобных мероприятиях. Уже и агентство какое-то подыскал с безупречными рекомендациями. И всех, конечно же проверят наши эсбэшники.

— Готовят пусть на кухне домоморфа, — задумчиво произнёс я. — Он любые яды вычислит.

— Я так и распорядилась.

— Надо будет расширить рабочее пространство. Слышишь, Бродяга? — обратился я к своей усадьбе. — Согласуй с поварами, что им нужно. Добавить холодильники, плиты, духовки… Пожертвуй, если что, гостевыми комнатами. И бильярдной.

— Принято, — раздался бесцветный голос.

Откинувшись на спинку шезлонга, я стал любоваться закатом.

А жизнь-то налаживается…

Глава 2

Народ стал прибывать в Фазис за сутки до церемонии.

В основном, по морю.

Марину заполнили дорогие яхты, пансионат — непростые постояльцы. Батя прибыл на частном самолёте, который принадлежал его Роду. Сел в аэропорту, заранее зарезервировал ангар. Я поехал встречать князя во главе кортежа, как и подобает, если имеешь дело с настолько крутой персоной. Мог бы и Луку попросить, чтобы сгонял на автоморфе, но Апраксин приехал с внушительной свитой, да ещё с кучей вещей. Заявил, что хочет погостить в Красной Поляне. И что наслышан про наше озеро. Может, оно и так. Но я склонялся к мысли, что у Апраксиных из-за признания внезапного бастарда начались раздоры, и батя просто свалил, чтобы ему не выносили мозг.

Халиф Махмуд в итоге не смог приехать, сославшись на государственные дела, но прислал Кару, как и было обещано. А вместе с ней — одного из своих доверенных визирей, Сулеймана ибн Муджира. Барский отправил вместо себя Милану. Я выдохнул с облегчением — никакого желания встречаться лишний раз со Львом у меня не было.

А вот князь Трубецкой пообещал явиться лично, но с небольшим опозданием — у него там какое-то важное совещание по оборонной промышленности. Почтил нас своим визитом и великий князь Абдул ибн Асад, эмир Самарканда, глава ферганской ветви Рода Саманидов. Ещё одной звездой вечера был Соломон Абрамович Каменка, владелец Азовско-Донского банка и едва ли не крупнейший инвестор юга России.

С Соломоном Абрамовичем вышла занятная история. Каменка увидел, как пошли дела у банка «Прогресс», и попытался нас поглотить. Были предложены хорошие деньги, но у меня на «Прогресс» большие планы, и магнат получил отказ. Спустя некоторое время начались переговоры о сотрудничестве. У нас имелись кое-какие интересные схемы перевода денег в Европу через Халифат, а вот АДБ попал под санкции. Так что Соломон Абрамович перестал вести диалог с позиции силы и начал договариваться. Мы пришли к соглашению, и через «Прогресс» на Запад хлынули серьёзные денежные потоки. Сейчас все довольны, инвестор ходит и улыбается, у нас запланировано ещё несколько совместных проектов… Как говорится, рука руку моет.

Мастер Багус предпринял беспрецедентные меры по защите гостей и усадьбы. Никто не мог заявиться к нам с помощью телепортации или посадить летательный аппарат без предупреждения и согласования с нашим телепатом-диспетчером. Все визитёры проверялись специальными устройствами на предмет включенных иллюзионов, которые, естественно, были запрещены. Мы не пропускали и тех, кто решил прихватить с собой неизвестный артефакт без лицензии. А лицензии мы научились проверять с помощью Бродяги, которому эти данные подогнал опять же мастер Багус.

Вообще, с лицензированием артефакторики интересная штука выходит. Выдают эти писульки инквизиторы — для этого существуют специальные отделы во всех консисториях. При этом полный перечень разрешённых устройств нигде не публикуется и содержится лишь в государственных архивах, информаториуме, Интерполе и ещё парочке международных организаций. А ещё — у Строгановых. Я же говорил, что этот Род — короли информации? Мне пришлось купить список за круглую сумму с небольшой скидкой «по старой дружбе».

Гости прибывали нескончаемым потоком.

Большая часть организационных вопросов легла на Никанора. Но, к счастью, агентство «Пара», к которому он обратился за помощью, прекрасно справлялось со всеми поставленными задачами. И прежде всего — с координацией действий в долине и пансионате. Опять же, персонал у меня был опытный, вышколенный. Гостей встречали по высшему разряду, оперативно заселяли в номера, кормили и предоставляли всё необходимое чуть ли не по щелчку. А вот жители Фазиса приезжали сразу в долину. Некоторые уже имели тут дома, поэтому не нуждались в расселении. Другие хотели отдохнуть на озере и попросили забронировать для них жильё на три дня. Ближайших друзей я, конечно же, разместил в усадьбе. Так, гостевые комнаты получили князь Апраксин, Ираклий, Ира Звягина и Аня Строганова, а также принцесса Кара — по личной просьбе своего отца. При этом Строгановы прибыли в полном составе и поселились в одном из таунхаусов у озёрной набережной.

Должен отметить, что ещё одной проблемой стали парковки. Аристократы Фазиса приезжали целыми кортежами, хотя мы и наложили жёсткие ограничения на число личных охранников. Турки взяли с собой слуг, секретарей и прочих помощников, без которых вообще не мыслили путешествий. Пожалуй, самыми скромными персонажами на празднике были Ираклий и Игорь Гриднев. Просто потому, что первый был простым студентом-медиком, а второй — моим гвардейцем. Ну, и Лука Каримов с Маро не понтовались от слова «совсем». При этом личность Маро вызывала активные пересуды среди гостей. Как-никак, она вступила в мой Род на вассальных правах, будучи при этом чемпионкой Великого Турнира. По факту — лучшей мечницей империи.

Я очень не люблю всякую праздничную суету. Но, как хозяину этих земель и виновнику торжества, мне приходилось уделять внимание каждому приглашённому, со всеми раскланиваться и уточнять, всё ли им понравилось.

И да, многие привезли подарки.

Понять, кто чем задумал нас осчастливить, было очень сложно, ибо всё это присутствующие вручат в торжественной обстановке. Кто-то прибыл с аккуратной кожаной папочкой, а кто-то приволок здоровенный контейнер без маркировки. Хватало и коробочек поскромнее, но, опять же, я понятия не имел, что находится внутри. А использовать свой Дар не хотелось, ведь гости искренне старались сделать сюрприз.

Церемония была расписана чуть ли не по минутам.

Выезд ближним кругом в Церковь Матери Гидры, дабы получить там благословение верховного служителя. После этого — проезд кортежа через Старый Город и возвращение в долину по выделенной аристократической полосе. Одно это отнимет полдня, так что в храм мы выдвигались ранним утром. Вы понимаете моё отношение ко всем этим религиозным заморочкам, но Джан по секрету шепнула, что среди черноморской знати хватает истово верующих людей. Которые просто нас не поймут, если не заехать в Церковь. Что же касается жителей Халифата, то практически все они были мусульманами, и при этом уважительно относились к нашим традициям. Так что мы и в мечеть заехали, благо турецкий квартал — неотъемлемая часть Старого Города.

Джан в этот день была умопомрачительно красива.

Турчанка практически ничем не напоминала ту боевую угловатую девчонку из ПСП, с которой мы познакомились много лет назад. Сейчас это была стройная девушка с соблазнительными формами, роскошной копной волнистых волос, уложенных в высокую причёску со «случайно» выбившимся локоном, в облегающем белом платье в пол, с очень грамотно подобранными фамильными украшениями. Глянешь — невозможно не влюбиться.

Когда мы садились утром в машину, Джан тихо шепнула:

— А я сразу сказала, что ты будешь моим.

Я поцеловал её в губы.

Для поездки по святым местам пришлось выбрать не «Урал Танк», а переоборудованный по заказу нашего Рода лимузин. Такая машина добавляет статусности, но неповоротлива и не приспособлена для езды по узким улочкам Старого Города, поэтому нам заранее пришлось выбрать приемлемый маршрут. Что касается сборки, то лимузин был бронированным. Ну, и его напичкали артефакторикой в сочетании с каббалистическими цепочками для защиты от стихийных атак. А поскольку я вынужден был разгуливать в двадцатиградусную жару в светло-сером льняном костюме, исправно работающий кондиционер пришёлся весьма кстати.

Что касается росписи, то в РИ браки регистрируются чиновниками муниципалитета. Но визит на Монетный бульвар — это для простых смертных. Мы заплатили деньги и вызвали регистратора прямо в долину.

Свадьбы в этой реальности, как выяснилось, имеют много общего с нашими, хотя… Что значит — «с нашими»? Я давно уже не запоминаю все эти организационные тонкости, поскольку тысячелетия перерождений стирают детали. Допустим, с нашими — это с «советскими», которые я помню по своей последней инкарнации. Аристократы в Фазисе обменивались кольцами, но эти кольца были не только «обручальными», но и родовыми. Нередко — с каббалистическими цепочками. Обмен производился не напрямую, а через глав Родов или, как в моём случае, через отца. Таким образом, нашими с Джан представителями были Назар Курт и Дмитрий Апраксин, а вовсе не друг или подруга, как в других культурах. И да, кольца были непростыми, они защищали от телепатического сканирования на очень высоком уровне. Так что мне больше не потребуется ставить блоки или таскать с собой обруч на деловые переговоры. Кольцо гравировал сам Добрый Эх при поддержке Михалыча, а у этих ребят — уникальное собрание Знаков на все случаи жизни. Они ведь неустанно что-то расшифровывают, экспериментируют с сочетаниями, консультируются с Бродягой.

Каббалисты у меня — лучшие в мире.

Это я со всей ответственностью заявляю.

А ещё мои спецы прекрасно разбираются в артефактах, и у них есть оборудование для исследований очень сложных устройств. Так что кольца кольцами, но на моём левом запястье теперь красуется браслет генерала Умана, который не только повышает концентрацию, локализуя применение Дара, но и успешно противостоит подавлению ки. То есть, никакие подавляющие комнаты или коридоры меня больше не возьмут. Да ещё циркуляция усиливается, что позволяет быстрее восстанавливать силы.

К нашему прибытию в долину всё уже было готово.

Бродяга перестроился по заранее намеченному плану, тучеразгонитель предотвратил попытку дождя вмешаться в естественный ход вещей. Вся прилегающая к усадьбе территория превратилась в огромное банкетное пространство. Над столиками были установлены навесы, защищающие гостей от палящего солнца. А ведь к обеду температура поднялась до двадцати пяти…

Чтобы гостям было комфортнее, я попросил своих криокинетиков слегка подморозить воздух по периметру своих владений. Стало чуть полегче.

— Дамы и господа! — провозгласил распорядитель, когда стало ясно, что все в сборе. Даже опаздывающий князь Трубецкой ухитрился попасть к началу церемонии, попросив меня об ускоренной переброске. Ну, а я переадресовал эту просьбу Луке Каримову, который и доставил князя на автоморфе. — Мы собрались, чтобы заключить союз между Сергеем Ивановым и Джан Курт, двумя аристократами из влиятельных и уважаемых Родов! Давайте же пригласим представителей этой чудесной пары для обмена кольцами!

Официальная часть церемонии проходила на специально собранной сцене, на которой чуть позже, вечером, будут выступать специально приглашённые эстрадные звёзды. Да, мы раскошелились и на это. Причём деньги пришлось выложить немалые, с учётом того, что некоторые исполнители были вынуждены внести поправки в свой гастрольный график. А это — не только денежные, но и репутационные потери. Вот только в среде аристо понт дороже денег. И я понимал, что наша свадьба должна запомниться имперским сливкам надолго.

На сцену поднялись Назар Курт и Дмитрий Апраксин. Церемонно поклонились друг другу, пожали руки и обменялись крохотными футлярами. Каждый толкнул коротенькую речь о том, как он счастлив и с каким нетерпением ждёт внуков. Я понимал, как нелегко сейчас приходится Апраксину, хотя по его поведению и не скажешь. Фактически князь приехал на свадьбу своего бастарда и это было официальное признание бывшего паренька из ПСП своим сыном. В присутствии очень авторитетных и титулованных особ. И если Апраксин отважился на столь дерзкий шаг… ну, либо он крепко раскаивается в своих проступках, либо делает серьёзную ставку на мой Род. Зная местных аристо и лично Апраксина, я склоняюсь к тому, что истина где-то рядом. То есть, посередине.

Главы Родов пригласили на сцену жениха и невесту.

Мы с Джан поднялись под всеобщий одобряющий гул, расписались в регистрационной книге чиновника из муниципалитета, получили из его рук свидетельства о браке с гербом РИ, а уж затем направились к своим представительствам. Свидетельства у нас технично забрал слуга с подносом и унёс в сторону усадьбы. Надо полагать, эти бумажки будут храниться у Никанора до нашего возвращения.

Кольца — вот что самое важное.

Полностью идентичные, с одинаковой каббалистической гравировкой, имеющие власть практически родового перстня. Я не успел подумать, что будет, когда у меня объявится вторая или третья жена. В смысле, хватит ли места на пальцах. Передо мной остановился князь Апраксин.

Со щелчком откинулась крышка футляра.

Я взял своё кольцо и надел на безымянный палец. Да, тут всё устроено так. Потому что каббалистика должна приспособиться к единственному и неповторимому хозяину.

А вот поцелуй, скрепляющий наш союз, никто не отменял.

Долгий, сладкий, радикально меняющий жизнь.

— Союз заключён! — провозгласил распорядитель.

И мы начали принимать поздравления.

Вместе с подарками.

Глава 3

Должен отметить, что подарки были настолько разными, что аж глаза разбегались. Крупными и маленькими, запредельно дорогими и очень скромными, но учитывающими мои вкусы. Безусловно, князья, эмиры и прочие визири расстарались, чтобы не ударить в грязь лицом. Трубецкой преподнёс дарственную на тучеразгонитель, который обеспечивал хорошую погоду у нас в долине. Подарок был эпичным даже по меркам империи, ибо все климатические установки так или иначе состояли на балансе Великих Домов. Князь после этого отозвал меня в сторону и сообщил, что на днях пришлёт техников, которые объяснят моим специалистам, как всем этим хозяйством управлять. И попросил по возможности синхронизировать включение с другими установками на большие праздники, если в Фазисе будет идти дождь.

Я аж прослезился.

Властелином погоды чувствовать себя ещё не приходилось.

Назар Курт преподнёс ключи от яхты. Причём от двухмоторного круизного катамарана повышенной комфортности. Смущённо пояснил, что это не домоморф, конечно, но есть свой шарм и в классических морских путешествиях. И что нам с Джан надо обязательно попробовать. Например, можно медовый месяц провести в Средиземном море, заодно и над внуками поработать. И тут выяснилось, что яхта у нас пятидесятиметровая, а к ней прилагается экипаж. Я серьёзно. Капитан, старпом, судовой механик, шеф-повар, стюарды и матросы. Вот после этой информации я реально выпал в осадок, потому что калькулятор в моей голове сломался. И это я ещё на борту не был…

Понятное дело, другие Курты тоже нас щедро одаривали, но с размахом отца Джан никто из них состязаться не мог. Впрочем, сюрпризы в тот день ещё не закончились. Апраксин презентовал нам особняк в одном из фешенебельных районов Москвы и в своей обычной манере заявил, что если мы захотим пожить в будущей столице России, то у нас свой угол уже есть. Вместе с родовыми землями, ага. И со слугами.

Дальше — веселее.

По личному поручению Махмуда Шестого его визирь долго сыпал красивыми словами и извинениями за отсутствие чрезвычайно занятого повелителя, а потом выдал, что в качестве моральной компенсации наш Род получает Панорамную Башню в Левенте. Это такой район Стамбула, где кипит деловая жизнь, и сосредоточены представительства ведущих мировых концернов. Признаться, я охренел. Подарить захолустному барону целый бизнес-центр в столице Халифата? Это мощно. Вот только визирь не остановился на достигнутом и заявил, что власти Халифата будут рады познать преимущества моей службы доставки, и теперь нам можно торговать по всей территории страны, вне зависимости от вилайета.

Да, я не ожидал настолько шикарных подгонов. Вся эта восточная щедрость объяснялась, как мне кажется, благодарностью Махмуда за убежище и возврат власти. А владыки такого уровня, если они хорошие правители, не любят оставаться в долгу. И да, я не был уверен, что на вторую и третью свадьбу рог изобилия выльется на наш Род столь же мощным потоком. Я уж молчу про то, что и с ответным визитом придётся в будущем заглянуть ко многим присутствующим. И с солидными дарами, куда ж без этого.

Абдул ибн Асад меня заинтриговал ещё накануне, когда его люди выгрузили что-то массивное в здоровенном контейнере, для чего пришлось разрешить посадку их грузовому дирижаблю. В контейнере обнаружилась… самая настоящая подземная лодка! Проходческая, способная с черепашьей скоростью прокладывать тоннели в горной породе. Я уже говорил, что эти штуки по самое не балуйся напичканы артефакторикой? Всё на грани фола. Каждый артефакт по отдельности был лицензирован, с точки зрения закона не подкопаешься. Но этот сатанинский агрегат реально погружался в земные недра, рыл тоннели, непостижимым образом избавлялся от лишней породы. Уникальная вещь. Я даже ещё не придумал, как буду её использовать. Одно могу утверждать — глаза Михалыча, Доброго Эха и Васи Пупкина, присутствовавших при открытии контейнера, горели недобрым пламенем…

Мещерский тоже не ударил в грязь лицом. Мой оружейный партнёр каким-то непостижимым образом ухитрился создать по спецзаказу в Японии многофункциональный броневик, оснащённый выдвижными коловратами, вращающимися клинками и мощной радиостанцией, позволяющей поддерживать многоканальную радиосвязь со своими командирами. Броневик укомплектовали дизельным электрогенератором, оружейными ящиками, портативной кухней и холодильником, а также раскладным столиком с фиксаторами для карт. В общем — передвижной штаб, защищённый от стихийных атак и телепатического прослушивания. А вот тут уже начали полыхать алчностью глаза Демона, которому я весело подмигнул, улучив подходящий момент.

Соломон Абрамович с присущей ему витиеватостью начал с того, что логистика — это наше всё. Особенно это касается тех Родов, что избрали своей деятельностью доставки. А раз так, нам с Джан очень даже пригодится контейнеровоз, доставшийся Каменке в результате «одного успешного судебного разбирательства». Документы уже оформлены на моё имя, судно стоит в порту.

Строгановы не тратили время на многоходовые объяснения, а просто поднесли мне пухлую папочку, запечатанную в каббалистический конверт, настроенный на мой психотип. Отец Ани вполголоса сообщил, что там — ценные и совершенно бесплатные сведения, за которые я при других обстоятельствах выложил бы целое состояние. И я поверил. Умеет этот товарищ интриговать — я ж не успокоюсь, пока не просмотрю эти бумаги…

Другие подарки мне запомнились в меньшей степени, хотя и были весьма ценными. Акции, сертификаты на дорогостоящие услуги, коллекционные раритетные автомобили, несколько новёхоньких шагателей разных марок, банковские чеки, хитрые артефакты. Весь этот процесс дарения растянулся на пару часов, что и неудивительно при таком количестве гостей.

Когда мы наконец покончили с этим вопросом, началась банкетная часть, где я, впервые за долгое время позволил себе употребить немного спиртного. Опять же, чисто символически. И не забыв прогнать ки по каналам, избавляясь от последствий опьянения.

Застолье уже шло по независящей от меня колее, когда Джан предложила ненадолго уединиться с нашими друзьями на озере. Там у нас появился причал с катамаранами и лодками, я вот ещё подумываю «изобрести» в этой реальности сапы. Простенько, но со вкусом. Ну, и в перспективе можно запустить сеть магазинов спортивного снаряжения. Конкуренция в этой сфере есть, но не настолько плотная, как в моей прежней инкарнации. Только одну новинку я не хочу здесь внедрять — электросамокаты. Они меня ещё в прошлой жизни задолбали. Точнее, не они, а тупые малолетки, раскатывающие по тротуарам с бешеными скоростями. Здесь я могу прогуляться по Старому Городу, не оглядываясь без перерыва себе за спину. И это надо ценить.

Да, если кто-то вдруг задумал изобрести в этом мире электросамокат.

Лучше не начинайте.

Потому что за вашей головой приду я, хо-хо-хо!

С нами пошли Ираклий, Регина, Игорь, Аня с Ирой Звягиной и Маро. Не считая Звягиной — все, с кем я учился в гимназии Эфы, а Джан дружила в последнее время. Из-за нашего образа жизни пообщаться вот так, в спокойной обстановке, доводилось нечасто. Да и раскидало ребят по городам нашей необъятной империи…

— И что, сегодня ещё концерт намечается? — восторгалась Звягина, её глаза возбуждённо блестели. — А правда, что Леонтин приедет?

— Никанор всем программки раздавал, — улыбнулась Джан. — А ты что, слушаешь Леонтина?

— Он модный, — просто ответила Ирочка. — Сейчас из каждого утюга играет.

— У нас будут и другие, — заметил я. — ВИА «Друзья», например. Рокеры эти… Группа «Акватория». По радио сейчас крутят…

— «Акватория»? — восхитилась Регина. — Это которые про Тибет поют?

— Ну, у них странная музыка, — признала Аня. — Я была на концерте в Москве.

У меня нет уверенности, что «Акватория» имеет аналог в моей вселенной. Во всяком случае, их солист не похож на Бориса Гребенщикова от слова «совсем». И зовут его по-другому.

Мы вышли к причалу.

Ираклий восхищённо рассматривал набережную.

— А у вас тут здорово всё изменилось, Серго.

— И это только начало, — заметил я. — Ты ведь ещё нашу станцию канатки не видел.

— Почему ж не видел, — надулся Ираклий. — Ещё как видел, мы под ней проезжали.

У меня была договорённость с Барским, и Дом Эфы её выполнил. Станция «Красная Поляна» появилась ещё весной, аккурат к началу туристического сезона. Знаете, отгрохать такую штуку в ущелье, чтобы не перекрыть горный серпантин, — та ещё инженерная задачка. В итоге проектировщики из муниципалитета создали надземную станцию с аркой, а пассажиры могли спускаться на любую сторону дороги. Там же ещё появилась придорожная кафешка и небольшая заправка. А сама линия протянулась над дорогой, до конца ущелья, после чего кабины взбирались по опорам вверх и скользили к Альпике. И да, у меня теперь есть соглашение с Эфой, согласно которому по горному серпантину в случае объявления мне войны никого пропускать не будут. Всё это с юридической точки зрения привязывалось к муниципальной собственности, которая может быть повреждена в результате боевых действий. Как-никак, а линия канатной дороги принадлежит городу, а не мне. Так что потенциальные враги могут скрежетать зубами сколько угодно, но в случае вооружённого конфликта им придётся ждать мою гвардию на нейтральной территории. Или в своих имениях, как со смехом заметил Демон.

Должен сказать, уровень защиты долины вырос очень серьёзно. К нам не подобраться ни по воздуху, ни по земле. Разве что подземными лодками прокопаться, но этот сценарий крайне маловероятен.

— Ребята, так приятно вас всех снова видеть, — искренне заявила Регина. — Все такие взрослые… И Джан, солнышко, я так рада за вас! Думала, этот бессердечный чурбан никогда не сделает тебе предложение.

— Регина! — возмутился я. — Почему это я чурбан?

— А потому, — вмешалась Звягина, — что девочка годами страда, слёзы проливала.

— Уж мы-то знаем, — поддержала подруг Аня.

— Мужики, — я перевёл взгляд на Игоря с Ираклием, — скажите своё веское слово!

— У Сергея есть свои заморочки, — выдал Игорь, — но это не значит, что он бессердечный. Джан всегда у него на уме. Просто он глава Рода. И старается для всех.

— Ты у него в гвардии, — заметила Аня. — Конечно, ты его защищаешь.

— Я не в гвардии, — встрял Ираклий. — Подтверждаю трепетное отношение этого упыря к нашей Джанушке. Но как другу… выношу порицание. Потому что, брат, мы когда в последний раз собирались? Я вообще забыл, что у меня друг есть.

— Вот скажите, — вдруг сменила тему разговора Регина, — вы скучаете по школе?

— С хрена ли, — фыркнул Ираклий. — Там за косой взгляд на какого-нибудь аристо могли прирезать. Я вообще чудом дожил до выпускного.

— У тебя просто был аргумент в виде Сергея, — усмехнулась Маро.

Все перевели взгляд на бессмертную.

— А как ты оказалась у Иванова в вассалах? — спросила Регина. — Вот ни за что бы не подумала.

Маро пожала плечами:

— Всякое бывает.

— Уклончивый ответ, — сказала Звягина.

— Да у него половина виконтов Фазиса хочет в вассалах быть, — заметила Аня. — И не только в вассалах. Нашей Джанушке надо посматривать по сторонам, кругом благородные хищницы.

— Я бы у Джан на дороге не стояла! — рассмеялась Регина.

— Помню, — с хитрецой произнесла Аня, — как она на меня волком смотрела. Ну, когда мы с Сергеем тренировались в додзё.

— Подруги, — укоризненно произнесла Джан. — Вы же знаете, что нужно для укрепления Рода. Я понимаю, что для одарённого такой силы одна жена — это слишком мало.

— Правда? — захлопала глазами Аня. — У всех тут есть шансы?

— Кое у кого есть, — Джан бросила красноречивый взгляд на Маро.

— Девочки, а знаете что? — Строганова заговорщически понизила голос. — Я видела эту боевую турчаночку, принцессу Кару. Ходит мрачная, почти ни с кем не общается. Чуть не плачет.

— Ираклий, а что у тебя нового? — не выдержал Игорь.

— Ну, я целитель второго ранга, — скромно заметил Кучеряшка. — Будущий хиропрактик, если что.

— Это мы знаем, — перебила Аня. — Сколько тебе учиться ещё? И куда потом?

— Много ещё, — пробурчал Ираклий. — Я на третьем курсе. Всего пять лет. А потом ещё год интернатуры. Но у меня же предки целительством занимались. Хоть я и не аристократ, но силу крови никто не отменял. Хочу к тридцати годам поднять третий ранг.

— Мужик, — одобрил Игорь.

Аня мыслила реалистичнее:

— Нужна практика. А в муниципальных и губернаторских клиниках её недостаточно. Если хочешь, могу поговорить с отцом, у нас обширные связи. Пристроим тебя в частную клинику. В очень крутую.

— Спасибо! — обрадовался Ираклий. — Я даже выделываться не стану, Анечка.

Блондинка звонко рассмеялась.

— Эй! — возмутился я. — Вы переманиваете моего будущего целителя!

— А у тебя есть хорошо оснащённая клиника с опытными хиропрактиками? — резонно возразила Джан.

— Пока нет, — признал я. — Но могу построить. И купить всё, что нужно.

— Медицина — это дорого, — опустила меня с небес на землю Регина.

— Вот запущу свой оружейный заводик, тогда поговорим, — хмыкнул я.

Мы сошлись на том, что устроить будущее Ираклия проще всего в Москве или Неваполисе. А уж если он решит потом перебраться в Фазис и пожить в тишине и спокойствии, то я должен приманить его чем-то серьёзным. Как минимум, восстановлением энергетических каналов или косметическими операциями.

— Злые вы, — резюмировал я.

И посмотрел на часы.

Нас не было уже полчаса, для хозяев вечера это непозволительная роскошь. Следовало вернуться к гостям, чтобы никого не обидеть.

Я уже собрался напомнить об этом Джан, когда увидел неспешно бредущего по набережной человека. Это был эмир Самарканда, Абдул ибн Асад. Нынче — представитель правящего ядра Эфы.

Эмир шёл к причалу.

— Друзья, я вас оставлю ненадолго, — извинился я перед ребятами. — Похоже, со мной хотят побеседовать.

— Мы к гостям, — сообразила Джан. — Догоняй.

Кивнув, я двинулся навстречу Асаду.

Глава 4

— Сергей, поймать вас без свидетелей — большая удача! — улыбаясь, проговорил эмир. — Простите великодушно, найдётся ли у вас свободная минутка для разговора?

— Минутка найдётся, — сообщил я, останавливаясь. — Но гости ждут.

— Конечно-конечно, — благодушное выражение на лице Асада даже не изменилось. — У меня тут… сущая мелочь. Дошли слухи, уважаемый барон, что ваша служба доставки уже начала покорять азиатские просторы.

— Вы о Небесном Крае, эмир?

— Да. Именно так мне и докладывали.

— Всё верно, — кивнул я. — Открыто представительство в Пекине, но дальше этого города мы пока не продвинулись. Торговля ведётся в тестовом режиме.

— Ничего удивительного, господин Иванов. У нас, как вам известно, ещё со времён Шёлкового Пути ведутся дела с этой страной. Китайцы очень консервативны. Я уж молчу про Японский архипелаг. Там одна и та же гостиница может работать с четырнадцатого века и передаваться из поколения в поколения. Вы слышали об усыновлении управляющих?

— Да, слышал.

Японцы собаку съели на долгосрочном бизнесе, у них есть компании, созданные ещё в эпоху раннего феодализма. Если прямой потомок владельцев не справляется со своими задачами, патриарх усыновляет талантливого управляющего и передаёт компанию ему. Это не шутка. Реально усыновляет.

— В общем, развитие будет постепенным и неторопливым, — продолжил свою мысль Асад. — Но я, собственно, с деловым предложением.

— Выслушаю с удовольствием.

Мы развернулись в сторону усадьбы и неспешно зашагали вдоль набережной.

— Через мои земли, Сергей, проходят важные автомагистрали, — не стал ходить вокруг да около Асад. — И железнодорожные пути. Я подозреваю, что товары из России в Поднебесную скоро потекут благодаря твоим начинаниям. Потребуются поезда, грузовые машины, складские комплексы. Уверен, что и в РИ пойдут китайские грузы. Что-то будет доставляться дирижаблями, и они у меня есть. А кроме того, у тебя же скоро завод запускается?

Мы незаметно перешли на «ты».

Уже в который раз?

— В следующем месяце, — кивнул я.

— И разработочка есть? — хитро прищурился эмир. — Слышал, у тебя толковые конструкторы.

— Прототип, можно сказать готов, — не стал я отрицать. — Первые модели скоро выпустим, но это будет ограниченный тираж. Разойдётся по предзаказам.

— Само собой. Подробности не озвучишь?

— Лёгкость, маневренность. Дёшево, эффективно, без проблем чинится.

— Делаешь ставку на массовое производство и доступность?

— Угадали.

— Что ж. Буду признателен, если познакомишь меня с концептом. Может, и для себя что прикуплю. А вообще, могу организовать встречу с интересными людьми в Небесном Крае. С теми, кто купит больше.

— А взамен?

— Обсудим. Было бы желание, а договориться всегда можно.

— Спасибо, я пришлю рекламный проспект.

— А будет что-нибудь вроде закрытой презентации?

— Будет, — улыбнулся я.

Хитрый жук.

— Насколько реально получить приглашение?

— Вы его уже получили, эмир.

— Прекрасно, — на лице Асада отразилась вся радость этого несовершенного мира. — Ну, и по логистике. Будешь рассматривать наш маршрут — присылай своих людей из холдинга. Уверен, мы разработаем взаимовыгодные схемы.

— Добро, — согласился я.

Мы остались довольны друг другом, и я уж совсем настроился на продолжение банкета, когда из ниоткуда выскочил Соломон Абрамович.

— Таки поймал вас, молодой человек! — деланно изумился магнат. — Всех благ вам, светлейший эмир…

— И вам, коллега, — поклонился Асад. — Вижу, у вас есть срочное дело. Не смею больше задерживать барона. Откланиваюсь, и да пребудет с вами благодать Аллаха.

Саманид направился к накрытым столам.

— Барон, вас уже все ищут, — по секрету сообщил Каменка. — Так что я буквально на пару слов. Вы в курсе по какому поводу сегодня собираются высшие директора Ганзы?

— Понятия не имею, — честно признался я.

В последние месяцы Ганза меня не интересовала от слова «совсем».

— На них давит руководство Евроблока, — пояснил Каменка. — Очень влиятельные люди. Вы же знаете, молодой человек, как у европейцев всё повязано. Там уже пару сотен лет аристократы конструируют сильные династии, даже на внуков, которые ещё не родились, всё расписано. И они не только силу крови учитывают. В основном — слияние капиталов.

— Вряд ли это кого-нибудь удивит.

— Секрет Полишинеля, вы правы. Но эти корни проникают и в Ганзу. Торговый союз не находится в вакууме. Я хочу сказать, мой друг, они обсуждают присоединение к эмбарго, закрытие и возможную заморозку… очень серьёзных счетов. А вместе с этим — блокировка привычного финансового круговорота.

— Я слышал, они это уже раз десять обсуждали.

— Так и есть. Но в этот раз всё очень серьёзно. Говорят, на них ещё и перуанцы начали давление оказывать. Очень серьёзное давление.

— Что это нам даёт? — я сразу уловил главную нить повествования.

— Подозреваю, что монополию на вывод денег в Евроблок и не только. Если Ганза сломается и начнёт сворачивать у нас филиалы «Транса»… — Соломон Абрамович красноречиво развёл руками. — Какие ещё каналы будут у Великих Домов по заключению сделок? Ту же нефть за что продавать?

— Есть Гонконг, — напомнил я. — И другие китайские банки.

— Я всё проверил. На ближайшую перспективу у нас с вами — оптимальные условия. Дешевле только бесплатно.

Обожаю эти еврейские поговорочки!

— Звучит кошерно, Соломон Абрамович.

Магнат рассмеялся.

— Это мы ещё до всевозможных морских блокад не дошли! А у вас, если я правильно понимаю, есть выходы на руководство Небесного Края, а также на Халифат. Как минимум, вы сможете возить то, что захотите через Средиземное море, поскольку все проливы контролирует Махмуд Шестой.

— Мы не знаем, какой политики он будет придерживаться дальше.

— Сейчас дружба между Россией и Халифатом крепка как никогда, — покачал головой Каменка. — А ещё не забывайте, что Россия — это земли, лежащие между Халифатом и Небесным Краем. Нарушать сложившиеся логистические цепочки Махмуд не станет. Тем более, если учесть, что Персия под контролем Саманидов.

— Логично, — вынужден был признать я.

— И какой вывод мы можем из этого сделать? — продолжил мой собеседник. — А вывод такой, что у меня есть связи с заинтересованными в обходе торговых и финансовых ограничений лицами. И это не только клановые воротилы. В том числе, и вольные финансисты, и гильдии. У вас — контакты с высшим руководством Халифата и прочные позиции на Шёлковом пути.

— Прочные, — фыркнул я.

— С Саманидами вы договоритесь, — отмахнулся Каменка. — Я мыслю на перспективу.

— И вы настолько уверены, что сегодня Ганза выйдет из игры?

— У меня есть основания рассчитывать на это. Для нас откроются изумительные возможности…

— …в краткосрочной перспективе, — уточнил я. — А в долгосроке наши враги могут добраться и до Махмуда. У Халифата сейчас не настолько прочные позиции, как ещё семьдесят лет назад.

— Мы успеем отхватить жирный кусок, — невозмутимо ответил Соломон Абрамович. — Нарастим капитал, а там видно будет. Вы со мной?

Я протянул руку финансисту.

***

После банкета начался концерт.

Всё было спокойно, никто из убийц не пытался влезть в долину и испортить торжество. Несколько сомнительных подарков от анонимных личностей моя служба безопасности отсеяла и заперла в специальном боксе до выяснения обстоятельств. Радары зафиксировали на большой высоте стратосферный дирижабль, который проплывал над Красной Поляной, не отвечая на запросы. С дирижабля сбросили неведомую хрень, которая показалась операторам РЛС управляемой. Мы подняли боевой цеппелин со стихийниками на борту. Объект покружил по окрестностям, нарезая круги и не приближаясь к верхнему генератору Барьера. А потом самоуничтожился. Дирижабль продолжил свой путь, как ни в чём не бывало.

Я, разумеется, обратился к Барскому.

Служба безопасности Эфы выяснила, что над нами пролетала частная воздушная яхта, принадлежащая какому-то арабскому купцу. Ему отправили запрос, сверили маршрутный лист с информацией от погранконтроля и… предсказуемо получился пшик. Всё выглядело так, словно мужик пролетал транзитом из Небесного Края в Халифат, случайно сбился с курса и принёс свои извинения. Предъявлять обвинения глупо. Доказательств слежки нет — всё сгорело высоко над нашими головами. Даже обломков не осталось.

Гости рассредоточились по имению.

У нас было всё организовано таким образом, что кто-то решил погулять по посёлку или по набережной, кто-то уехал по делам раньше времени, а кто-то отправился кататься на лодках. Эх, вот дойдут руки — надо будет пешеходные тропы в горах обустроить и смотровую какую-нибудь забабахать. Появятся новые точки притяжения…

Джан шепнула мне на ухо, что стало слишком шумно, и она ждёт меня дома.

Музыка гремела на весь посёлок, но это никого не смущало. В любом случае, концерт не продлится всю ночь. Зато мои соседи получили возможность совершенно бесплатно послушать вживую самых знаменитых эстрадных исполнителей России. Надо будет в следующий раз ещё итальянцев позвать. Или шведов. Если, конечно, санкции не ужесточат. Хотя… Бабло, как известно, побеждает зло. Все мои предыдущие инкарнации подтверждают эту простую истину.

Скрывшись от гостей, которые, если честно, про меня уже и забыть успели, я направился к Бродяге.

В это же время началось световое шоу.

Да, мы подготовили красоту по высшему разряду. Пригласили команду лучших светотехников и иллюзионистов, у которых выступления расписаны чуть ли не на год вперёд. Фейерверки ведь запрещены. Но со светом и иллюзиями можно вытворять что угодно, не опасаясь быть пойманным за руку инквизитором.

Я невольно остановился, любуясь зрелищем.

Сначала в небе стало больше звёзд, потом возникли планеты. Я узнал Марс, громадный Юпитер с Красным Пятном, кольца Сатурна… Потом всё это смешалось, образуя сюрреалистический взрыв и пролилось на землю водопадом. Дальше началась непередаваемая игра красок, перетекающих друг в друга картин. Из небытия восставали древние города, вырисовывались черты современных мегаполисов, текли реки, через них перекидывались мосты… Величественно скользили круизные лайнеры, разливались океаны, в глубинах которых плавали киты, кракены и даже канонические Древние из общепринятого пантеона. Я узнал Мать Гидру, Кта-Лу, Ийига… А вон проплыла ужасающая тень Неведомого…

В какой-то момент из всего этого разгулявшегося хаоса выплыл мой родовой герб, а чуть поодаль возник герб Куртов. И эти символы сблизились, как-то хитроумно переплелись, дополняя друг друга…

Раздался восторженный рёв толпы.

На концерте собрались не только наши гости, но и жители посёлка. Обитатели долины принесли складные стулья, шезлонги и табуретки, расселись широкими кругами за линией столов. Ещё дальше можно было увидеть мужчин, на плечах которых сидели дети.

Герб Куртов исчез.

А герб Ивановых мастера-иллюзионисты искусно вписали в лунный диск.

Я стоял у края открытой террасы, так и не добравшись до двери, когда у меня за плечом раздался тихий голос:

— Впечатляет. Как и ваша новая система безопасности, барон.

Фраза была сказана по-английски.

Резко обернувшись, я увидел полупрозрачного молодого мужчину в твидовом костюме и старомодной шляпе. Мужчина смотрел на меня и улыбался.

Джордж Гренвиль.

Новый премьер Британии.

— Это не я, — на лице чиновника появилась высокомерная усмешка. — Скорее, моё послание. Пока вы охотились за нашим планирующим биомехом, в пространство долины внедрилось… скажем так, наземное устройство. И сегодня, в день вашей свадьбы, я хочу, чтобы вы поняли три вещи, барон. Первое: ваша система безопасности не настолько совершенна, как вам кажется. Второе: мы знаем, что вы сделали в Наска. И знаем, как погиб сэр Иезекииль. Третье: вы убрали с доски очень серьёзные фигуры. И мы это не забудем. Спокойно жить дальше вам никто не даст. Приятного вечера, барон.

Интуиция заставила меня применить Дар.

Я стал проницаемым за секунду до того, как в траве что-то взорвалось. Вспышка света, ударная волна — всё это прошло сквозь меня. К счастью, поблизости никого не было, так что удалось обойтись без жертв.

Несколько секунд я стоял, потрясённый.

А потом вызвал по телепатической связи мастера Багуса, перекинул ему слепок произошедшего и попросил прислать к моему дому специалистов. Ясновидящего — в обязательном порядке. Заодно не помешает отыскать обломки взорвавшегося устройства и провести экспертизу. Я хочу понять, что у британцев так лихо бабахает — взрывчатка или запасённая в артефактной ёмкости энергия ки.

Гренвиль только что подписал себе приговор.

Отсроченный, но факт от этого не меняется.

Переступая порог Бродяги, я выбросил инцидент из головы. Моя служба безопасности проведёт расследование. Я освобожусь от текущих дел и спланирую ответные действия. Если понадобится, вырежу всех этих британских лордов под корень, пока до выживших не дойдёт, что с моим Родом нельзя связываться. Себе дороже.

Я поднялся на второй этаж и вошёл в спальню, созданную для нас с Джан домоморфом. Девушка ждала меня на необъятной кровати, свет был приглушён.

— Иди ко мне, — раздался томный голос морфистки. — Я так давно этого ждала…

Бродяга по моему приказу включил полную звукоизоляцию.

Глава 5

Мы с Джан сидели на кресле-качалке.

Жена устроилась у меня на коленях с большой кружкой кофе. Ещё и в плед укуталась, утром в горах прохладно. Концерт давно отгремел, эстрадные звёзды ещё ночью погрузились в свои спальные автобусы и уехали, чтобы не выбиваться из гастрольного графика. Адская работа, как по мне. Тот же Леонтин пашет как проклятый. Да, он знаменит. Но я предполагаю, что мой Род сейчас гораздо богаче, хотя я и нахожусь в тени. Впрочем, у меня и жизнь наполнена опасностями, так что всё относительно.

Нам было хорошо.

Полночи горячего секса, мы до него дорвались и не могли успокоиться, пока всё не перепробуем. Выяснился ещё один интересный факт об одарённых — мы очень быстро восстанавливаемся. Во всех смыслах. А поэтому — страсть, ненасытность и отсутствие болезненных ощущений. Это я про Джан, она ведь была девственницей. И не испытывала ни малейших признаков боли.

Сейчас лицо девушки было счастливым, умиротворённым.

Думаю, и я выглядел схожим образом.

Да, сколько ни перерождайся, а плотские утехи не приедаются. Ты можешь мастурбировать, куда ж без этого, но с любимой женщиной, отдающейся тебе в порыве страсти, ничто не сравнится.

В этой реальности Джан была моей первой женщиной.

Я ждал и получил свой приз.

Теперь нас за уши друг от друга не оттащишь.

— Мурр, — девушка поставила кофе на журнальный столик и потёрлась о меня щекой. — Ты попал, Серёжа. После всего, что с нами было, я тебя буду каждую ночь терзать.

— Да пожалуйста, — разрешил я. — Сама ещё будешь убегать.

Жена звонко рассмеялась.

Мы проснулись в восемь утра по сигналу Бродяги. Второй день свадьбы был менее насыщен событиями, но тоже имел свою программу. Логика заключалась в том, чтобы принять участие в дневном фуршете и в непринуждённой обстановке пообщаться с гостями, которые в течение дня разъедутся. С лучшими друзьями мы планировали сгонять к каким-нибудь островам и оторваться там по полной. Но это — во второй половине дня. Дальше у меня стоит нелёгкий выбор.

Медовый месяц.

Здесь этот период в жизни молодожёнов называется как-то иначе. Вроде бы, сладким месяцем. Не суть. Иногда это неделя или две, а бывает и гораздо больше. Прямая зависимость от дел, которые вынужден решать муж. Зачастую дети аристократов, вступившие в брак по строго выверенному расчёту, не являются главами своих Родов. Патриархи продолжают рулить процессами, а пара имеет возможность съездить в кругосветное путешествие или отправиться в затяжной полёт на семейном дирижабле. У меня не тот случай. Отправившись в супер-пупер-мега-трип, я перестану руководить холдингом, пропущу запуск оружейного завода, не смогу координировать работу службы безопасности. И мы с Джан это уже обсуждали.

Но и лишать любимую жену заслуженного отдыха я не имею права.

Хватит и того, что несчастная девушка вынуждена ночами влезать в конструкт своего Дистанционного Университета. Жизнь у нас одна, и она короткая…

Ладно, хрень спорол.

Меня это утверждение не касается.

В общем, мы решили устроить себе относительно приятную недельку. Джан отпросилась с занятий, я же рассчитываю взять с собой Ольгу и поддерживать базовые контакты с Аркусами, Демоном и своей СБ. А выбор нелёгкий, потому что теперь у нас имеется яхта. Появилось искушение не тащить с собой Федю, Никанора, големов и Кефира, а смотаться в полноценный круиз по Средиземке.

Минусы очевидны.

Бродяга защищает пассажиров от любых неприятностей, ему не страшны штормы, и в мой сон никто посторонний не влезет. А вот на катамаране, подаренном Куртами, я реально подставляюсь. И подставляю не только себя, но и дражайшую супругу.

Наверное, отец Джан обидится, если я так и не воспользуюсь его роскошным подарком.

Или воспользуюсь, встроив туда Бродягу?

— О чём думаешь? — Джан безошибочно чувствовала моё настроение.

— Медовая неделя, — сказал я. — На чём плыть?

— Ты про яхту? Нашёл из-за чего переживать!

— Хм. Поясни.

— Папа не будет заморачиваться, даже если ты её продашь или подаришь кому-нибудь. Это же такая мелочь! Мы можем лететь на Бродяге. Это удобно и безопасно.

— Я говорил, что ты у меня самая умная и рассудительная?

— Постоянно говоришь, — Джан прижалась ко мне и наградила долгим поцелуем. Отстранившись, добавила: — Но мне всегда приятно это слышать.

***

Разумеется, перед отправкой я выслушал доклад мастера Багуса о взорвавшемся артефакте. Ясновидящие сумели выяснить лишь тот факт, что устройство приползло к нам по земле, и оно изначально смахивало на механическую гусеницу. Судя по обломкам, которые изучали наши каббалисты, никакой взрывчатки там не было. Зато обнаружились фрагменты энергетического накопителя. Аналогичные элементы, как пояснил Михалыч, используются в каббалистических ловушках. Накопители известны давно и не запрещены инквизиторами. Просто Супрема наложила ограничение на вместимость этих штук. Опять же, это ограничение можно обойти через так называемое «сжатие», когда ки максимально уплотняется сложной артефакторикой.

Я спросил, может ли такая «гусеница» нести записанное сообщение или служить передатчиком для удалённого оператора. Михалыч ответил, что в теории может. Есть неподтверждённые слухи, что мойры используют похожие устройства для передачи своих посланий. И у них эти штуки проползают через многомерность.

В очередной раз я убедился, что британцы имеют доступ к очень крупной базе артефактов. Тут можно любые версии набросать, от поставщиков на чёрном рынке до незарегистрированной колонии Предтеч. Но всё это — хождение по краю. Инквизиторы не приветствуют такие игры.

После обеда гости начали разъезжаться.

Те, кто жил в Красной Поляне, уже давно разбрелись по своим усадьбам. Подружки Джан, включая Аню, тоже засобирались. На прощание Аня сообщила интересную новость:

— А мы скоро переберёмся в Фазис, подруга!

— Да неужели? — удивилась жена.

— Папа сказал, — глаза блондинки лучились счастьем. — Ты не представляешь, как я рада! До смерти надоела эта Москва. Я перевожусь на дистанционное обучение, как ты.

— А чем тебе Москва не угодила? — поинтересовался Ираклий.

— Там холодно, — поёжилась Аня. — Зимой вообще невыносимо. Даже в Неваполисе комфортней, хотя солнца не дождёшься. Представь, иногда может стукнуть минус тридцать!

— Мне вообще сложно представить, — улыбнулась Джан. — Я ведь из Стамбула. А потом сюда перебралась.

— Папа сказал, в ближайшие годы мы будем жить здесь, — заявила Аня. — Тут столица, потоки информации. И гораздо безопаснее, чем в других частях империи.

— С Халифатом у нас хорошие отношения, — кивнула Джан.

Одна из машин кортежа Строгановых нетерпеливо посигналила.

— Всё, пора, — Аня быстро обняла Джан, меня и Ираклия. Ирочка Звягина укатила час назад, Игорь заступил на боевое дежурство. — Как приеду, загляну в гости! Пока-пока!

Аня очень похорошела за последние пару лет.

Роскошная блондинка, очень стройная, гибкая и подтянутая. Занятия фехтованием сформировали ей не только изумительную фигуру и осанку, но и наложили отпечаток на манеру двигаться. А ещё наследница Строгановых оказалась довольно высокой, под метр восемьдесят. Настоящая модель.

Мысли о возвращении Строгановых плавно перетекли в желание вскрыть конверт. Я не сомневался, что герцог припас там что-то убойное. Иначе он не преподнёс бы конверт в качестве свадебного подарка при всём богатстве и влиянии своего Рода. Да, влиянии. Потому что информация правит миром. Особенно если знаешь где, что, когда и кому сказать.

— Дорогой, когда отправляемся? — нарушила мои размышления Джан. — И кого с собой берём?

— Надо подумать, — я демонстративно наморщил лоб. — Я бы предпочёл уйти в круиз завтра утром. Ольгу возьмём, мне нужна связь. Слуги тоже не помешают. Ну, и Федю, его ж не выгонишь.

— Я всё слышал! — раздался возмущённый возглас оружейника с балкона второго этажа. — Натравлю на вас Кефира, упыри!

Джан рассмеялась.

Я погрозил балкону кулаком.

И уточнил:

— А у тебя есть ещё кандидатуры? И маршрут продумать не мешает.

— В Антарктиду! — вставил Федя. — Мы там ещё не были!

— Изыди, — беззлобно буркнул я.

Федя здорово изменился за последнее время. Когда мы познакомились, ему было восемь, но на дворе 1982-й. Мелкий жиртрест вытянулся и сейчас уже приблизился к роковой черте переходного возраста. Чтоб вы понимали, оружейник на очень приличном уровне освоил шест бо, стал подчиняться моим требованиям по питанию, да ещё и спортзал начал посещать с завидной регулярностью. Ест он по-прежнему много, но теперь вместо жира начал наращивать мышцы. У меня иногда возникает подозрение, что это из-за Ухтышечки. Не в том смысле, что девчонка на него положительно влияет и навязывает определённый образ жизни. А в том, что Федос хочет ей понравиться. Но это не точно.

Из дома вальяжно выдвинулся Кефир.

Вот кто меня по-настоящему настораживает.

Это не кот, а здоровенный пушистый кабан. Сантиметров сорок в холке и весит, наверное, килограммов двенадцать уже. Или больше. Машина по уничтожению сарделек. Мастер спорта по расхищению шашлыков. Кандидат в мастера по лёжке на подоконниках. На окружающий мир этот наглый котяра взирал так, словно ему все вокруг должны.

— По кандидатурам, — спохватилась Джан. — Нет, милый, никто нам не нужен.

— Маршрут?

— Ну, можем посоветоваться сегодня с Бродягой. Я бы в Милан заглянула, прикупила вещичек… — увидев выражение моего лица, жена поспешно добавила: — Без фанатизма. И тебе не обязательно меня сопровождать, там Ирочка будет на днях.

— Один день, — отрезал я. — И мне придётся тебя сопровождать. Европа сейчас — не самое безопасное место. Так что человек с моими талантами тебе пригодится.

— И ты выдержишь этот марафон по бутикам? — турчанка невинно захлопала глазами.

— Куда ж я денусь с подводной лодки.

Прощание с гостями растянулось на несколько часов, и я смог добраться до вожделенного конверта только к семи вечера. Ужин я попросил подать мне в кабинет в восемь, чтобы не отвлекаться на всякие мелочи. И, устроившись в мягком кресле с видом на озеро, приступил к изучению документов, которые мне подогнал герцог Строганов.

Я, конечно же, не рассчитывал получить доступ к сверхсекретным архивам зарубежных или отечественных спецслужб. И к тайной переписке королей Европы меня тоже вряд ли бы допустили. Зато я увидел кучу договоров, ведомостей и прочих финансовых бумажек, общий смысл которых от меня поначалу ускользнул. И тогда, следуя своим принципам, я начал искать то, что объединяет все эти писульки. Разумеется, это были не оригиналы, а копии. При ближайшем рассмотрении — очень качественные фотокопии, перенесённые на тонкую бумагу. Понятия не имею — как. В этой реальности, по идее, ещё не изобрели копировальную технику. И тем не менее.

Документы были составлены на разных языках — английском, немецком, шведском, французском. Большинство из них касалось логистических перевозок, но были и заказы. Очень крупные заказы, прямо или косвенно связанные с Туманным Альбионом. Пересмотрев всё во второй раз, я решил заручиться мнением профессионала. И попросил Бродягу позвать в кабинет Джан.

— Соскучился, любимый? — девушка скользнула в дверной проём и с грацией пантеры направилась в мою сторону. — Хочешь заняться этим в кабинете?

— Идея неплохая, — я нежно обнял супругу, а потом ненавязчиво усадил в кресло и сунул ей в руки папку. — Мне бы узнать, что ты обо всём этом думаешь.

— Подарок Строганова? — догадалась жена.

— Угу.

— Чего не сделаешь ради любимого мужа.

Супруге хватило четверти часа, чтобы уловить систему и выдать предварительный вердикт:

— Серёжа, тут же всё очевидно.

— Допустим. Но я хочу быть уверенным, что мы видим одно и то же.

— Англия скупает десантные и грузовые дирижабли, размещает по всему Евроблоку заказы на мехов и запчасти к ним, договаривается о масштабных грузоперевозках по железнодорожным путям. Мне нужно больше данных по концернам, которые всё это подписали, но в целом… Выглядит всё так, что они готовятся к войне.

Я щёлкнул пальцами:

— Вот!

— Что — вот? — нахмурилась девушка.

— Думал, мне почудилось.

— А тебя что-то удивляет? Никак они не угомонятся.

— Да я не о том. Во-первых, ты всё правильно понимаешь. Но есть и «во-вторых». Куда, по твоему мнению, все эти эшелоны пойдут? А главное — когда?

Джан размышляла недолго:

— Я тебе и без помощи Бродяги скажу. С северо-запада Европы на юг.

— Куда именно на юг?

— Вот же прицепился!

— Ну, я такой.

— Не в Халифат, это точно, — жена зашуршала бумагами. — Не в Италию. И не в Грецию.

— Логично, — кивнул я. — Им не пройти через Босфор. Если, конечно, они намерены атаковать столицу. То есть, нас. Ключ к Чёрному морю в руках Махмуда.

— Точно! — Обрадовалась Джан. — Чёрное море! Теперь всё сходится. Бродяга, кому принадлежит транспортная компания «Романа Вальтер»?

— Это румынское предприятие, — сообщил домоморф. — Специализируется на железнодорожных грузоперевозках.

— Здесь нет ничего на румынском языке, — заметил я.

— Конечно, нет, — Джан удивилась моей наивности. — Договора заключены на официальных языках Евроблока. Это международные обязательства. Думаю, конечная точка всех маршрутов — Констанца.

Я знал этот город.

Главный порт Румынии на черноморском побережье.

Вот теперь детали пазла сложились. Есть только один способ перебросить войска к Чёрному морю в обход всех конвенций и халифатских запретов. Договориться с Румынией или Болгарией. Братушки нам и в этой реальности братушки. Болгары вообще плотно повязаны с имперской аристократией.

А вот румыны…

Похоже, что-то намечается.

— Дорогая, какие там у нас сроки? Они уже сейчас планируют вторжение?

— Ну, ты загнул, — фыркнула жена. — Здесь ещё минимум на полгода-год работы. Ты ж посмотри на военные заказы. Такую кучу мехов за два дня не сделать.

Что ж, можно выдохнуть.

На следующей неделе Фазис точно не захватят.

Глава 6

Вернувшись из круиза через неделю, я уже знал, что меня ждут всевозможные сюрпризы. Приятные, не совсем приятные и нейтральные. К последней категории я отношу новости, над которыми надо поразмыслить. И, вероятно, обернуть в свою пользу.

Итак, к неприятным сюрпризам относилась поимка очередного диверсанта, проникшего в долину под видом туриста. Диверсант был китайцем. Не просто китайцем, а геомантом. Приехав с экскурсионной группой и поселившись в гостевом доме, он первым делом попытался сровнять с землёй весь наш чудесный посёлок. Не просто мою усадьбу, заметьте. Ну, у него бы точечный удар и не получился. Создание мощного эпицентра неизбежно привело бы к масштабным разрушениям. И да, это вполне могло бы прокатить, поскольку упырь находился внутри Барьера. Меня поразил этот фанатик — ему было наплевать не только на жизни обычных людей, никак не связанных с моим Родом, но даже на свою собственную. Очевидно, что при серьёзном сейсмическом ударе он мог погибнуть, просто угодив в разлом, который сам же и создал.

Спасли нас всех датчики, установленные Михалычем по всей Красной Поляне. Целая сеть датчиков, регистрирующих повышенный расход ки. Так-то энергия концентрируется по мелочи, и даже телепортационные прыжки — ниже порога допустимого. А вот реально мощные всплески и выбросы указывают на применение стихийных техник. А зачем их применять внутри долины, где нет вражеских армий и каждый квадратный метр под контролем?

Система простая.

Фиксируется всплеск. Инфа по каббалистическим линиям поступает на артефакторный пульт дежурного. А рядом с дежурным всегда есть второй человек — прыгун. И этот прыгун телепортируется в заданную точку. Очень быстрое реагирование. Я бы сказал, молниеносное.

А геоманты создать эпицентр за две секунды не могут.

У нас есть строгие инструкции на все случаи жизни. Одна из таких инструкций — по возможности брать диверсантов живыми, чтобы впоследствии допросить. Поэтому все дежурные прыгуны имеют при себе браслеты-подавители. Кроме того, мои гвардейцы обучены эффективным ударам в правильные болевые точки. И бьют мои ученики сразу, из прыжка. Так что раскинувший руки под вековым дубом китаец сразу отправился в аут. А позже им занялись другие люди. Результаты допроса и проникновения в сон я, разумеется, получил. Но хотел и сам перекинуться парой слов со свихнувшимся фанатиком, прежде чем отправлю его в расход.

Вторая новость была хорошей — ребята из КБ полностью допилили прототип меха, устранили мелкие недоработки, провели очередные испытания и доложили о готовности модели к запуску. То есть, по их мнению, ограниченную партию уже можно выпускать. Мне показали слепки с полигона, и я остался доволен. Но, разумеется, на закрытом показе буду присутствовать, ведь я очень хочу понаблюдать за реакцией будущих клиентов.

Третья новость была не такой уж и новостью, учитывая нашу недавнюю беседу с Каменкой. Соломон Абрамович не ошибся в своих прогнозах: Ганза решила выстрелить себе в ногу и свернуть сотрудничество с РИ. Выглядело всё это как полное безумие, но подтверждалось докладом моей службы безопасности, звонками правильным людям и новостным фоном. По всем каналам трубили о том, что представительства Ганзы сворачиваются и уходят из России. Кроме того, уже прекратили работать банкоматы «Транскапитала», вклады и прочие активы наших сограждан оказались замороженными, а переводы за границу больше не принимались.

Мои аналитики доложили, что Великие Дома приняли зеркальные меры. То есть, заморозили активы европейцев, и объёмы ущерба привели Ганзу в ужас. Не только Ганзу, кстати. Сейчас ведутся переговоры, и есть основания думать, что некоторые решения отмотают. Как минимум, позволят ведущим игрокам забрать то, что им принадлежит. А ещё я узнал, что практически все кланы успели перебросить свои накопления до роковой сходки совета директоров. И это нехило обрушило рынок ценных бумаг. Я уж молчу про деньги, которые работали и приносили ощутимую выгоду «Транскапиталу».

Нафига это делать?

Аналитики, опираясь на доступные данные, выдвинули несколько версий происходящего. Ключевая заключалась в том, что Наска хотят продавать европейцам нефть и газ, а для этого надо отжать главного поставщика, Россию. А в чём выгода европейцев? Ну, они рассчитывают обрушить нашу экономику, а потом отхватить побольше земель и ресурсов. Их генштабы почему-то уверены, что при серьёзном замесе решающим фактором будет феодальная разобщённость. Евроблок исходит из того, что Дом Волка, Тигры и Союз Вольных Родов не станут воевать за тех, кто находится на западе. А Дом Рыси, у которого накопились противоречия с Орлами, сдаст Неваполис при первом удобном случае. Кроме того, если сразу напасть на Фазис большими силами, Волки банально не успеют прийти на помощь. Как и Тигры. И даже Саманиды, ведь большая часть их армии сконцентрирована в Персии и Средней Азии.

Великие Дома будут ломать по очереди.

И первой под раздачу попадёт Эфа.

Наверное, выбор логичен. С военной точки зрения Эфа — не самый сильный клан империи. И Чёрное море находится далеко от Прибалтики. Если напасть на Неваполис, Медведи и Рыси быстро придут на помощь, там у западников шансы нулевые. Три российских клана их просто сметут к хренам собачьим. То же самое, если под удар попадут западные губернии вместе с Туровом. На Москву — разве что с воздуха. Но без наземных войск, которые в массе своей на цеппелинах не перетащить, выйдет пшик. Так что Фазис в качестве цели номер один — это прямо на поверхности лежит.

Да, были и экономические предпосылки.

Страны Евроблока охвачены кризисом, и им позарез нужны ресурсы. Не дешёвые и доступные. Бесплатные. Тот же металл.

Я не стал заморачиваться математическими выкладками.

Хватило и общего понимания.

А вот теперь перейду к странным новостям. Добрый Эх провёл тестовые испытания подземной лодки и прокопал тоннель под горами. Чтоб вы понимали, подземная лодка — это средство доставки диверсантов, а не проходческая система. Я вообще не имел понятия, как и при каких обстоятельствах буду эту штуку использовать. А тут вышел вполне приличный тоннель с выходом… где-то в районе Альпики.

И что теперь с этим делать?

Лука утверждает, что лодке пофигу, что перемалывать — мягкую почву или горную породу. Но в горной породе машина движется на несколько узлов медленнее. И ведь это здоровенная штука, поэтому туннели… мало чем уступают метрополитену.

Пупкин предложил замутить систему подземных коммуникаций.

Чуть ли не на машинах по горам разъезжать.

Точнее, под горами.

Минус был только один — подземная лодка жрёт дизельное топливо, как не в себя. И это при том, что агрегат частично работает на ки-накопителях. И там всё нехило оптимизировано артефакторикой. Второй минус, если подумать, тоже очевиден. А вдруг мы что-нибудь обрушим? Я сомневаюсь, что можно без инженерного проекта устраивать покатушки под землёй. Решение этого вопроса я отложил. Всё же есть у нас проекты и поважнее.

Джан пригласила к нам Маро — похвастаться новыми шмотками.

Ну, а я направил свои стопы к скромному домику службы безопасности, чтобы познакомиться с геомантом, решившим организовать локальный апокалипсис.

Китайца держали в специально оборудованной комнате.

Немногие знают, сколько туда всего напихали мои интеллектуалы. Даже если бы отказали браслеты, геомант не смог бы применить Дар, поскольку комната всё блокирует. Дверь там бронированная, стёкла ударопрочные. Всё прошито Знаками и укреплено по самое не балуйся. Даже телепату не пробиться.

Я просочился сквозь дверь.

Чтобы не тратить время на замки и прочие условности.

Азиат даже по меркам одарённых выглядел на все шестьдесят. Хорошие шестьдесят. Бодренький дядька — из тех китайцев, что могут хоть на гору забраться, хоть сальто крутануть. Сухой, жилистый, тренированный. Но мне без разницы — я таких ем на завтрак, даже не задумываясь.

Длинная седая борода делала этого типа похожим на каноничного мастера кунг-фу.

— Добрый день, — сказал я по-китайски. — Как оно? Хорошо кормят? В компоте хватает сухофруктов?

Ли Синьу, так его звали.

Восемьдесят четыре года, геомант третьего ранга.

Мой вопрос выбил этого деда из колеи.

— Компот? — седые брови сдвинулись. — Ты говоришь на нашем языке?

— На оба вопроса — да.

— Если ты пришёл меня убить, покончим с этим побыстрее. Я знаю, какая участь мне уготована.

— Знаешь, и всё равно решил выполнить это задание?

— Честь клана Лу задета. Я связан клятвой с погибшим господином, отцом нынешнего главы Рода. Если бы предоставилась возможность изменить прошлое, я поступил бы так же.

Да, геомант был послан наследником Лу Чжигана. Эти ушлёпки, пытавшиеся свергнуть своего императора не просто уцелели, они провели расследование и сложили вместе детали головоломки. А если уж быть полностью откровенным, то получили недостающую информацию от британской службы внешней разведки, СРБ. И теперь моему Роду объявлена война, просто я не в курсе.

Справки я навёл.

Аристократы Небесного Края не считают нужным объявлять кому-то войну по всем правилам, с бумажками и прочими «иду на вы». Они просто записывают вас в перечень своих врагов и прилагают максимум усилий, чтобы уничтожить. Справедливо решив, что гвардию в Фазис никто не пропустит, мои оппоненты решили послать на разборки одного человека. Одного, но сильного.

— Твой хозяин мёртв, — сказал я. — В чём смысл такой самоотверженности?

— Не понимаю, — ответил старик.

Он говорил вполне искренне.

— Ты связан клятвой с человеком или Родом?

— Я присягал лично Лу Чжигану, — старик огладил бороду. — И я выполнил свой долг, отправившись сюда. Теперь я никому ничего не должен и могу умереть с чистой совестью.

История геоманта была мне известна.

Внук этого человека проиграл уйму денег в казино, ещё и в долги влез. Естественно, без малейших надежд на возвращение, поскольку сумма по меркам семьи была запредельной. Долг перекупил тогда ещё живой лидер клана Лу, чтобы получить рычаг давления на семью геомантов. А поскольку внук, несмотря на силу крови, ещё не успел набрать прогнозируемую мощь, а его отец погиб в одной из клановых войн, поступить на службу был вынужден Ли Синьу. В тот день они встретились в кабинете Лу Чжигана. Лидер разорвал все долговые расписки, а старик принёс клятву верности. Согласно уговору, после смерти главы Рода геомант должен будет выполнить одно задание его наследника. Ровно одно, но любой степени сложности.

— Что ж, — сказал я, внимательно глядя на собеседника и корректируя в голове изначальный план. — Ты попытался выполнить этот приказ, но потерпел неудачу. Что теперь?

Старик пожал плечами:

— Формально я больше ничего не должен клану Лу. Успех с самого начала не был гарантирован, но я совершил попытку. Это зачтётся.

— А твоя семья?

— Они давно покинули Небесный Край. Я сомневаюсь, что нынешний наследник сумеет их отыскать.

Я задумчиво кивнул.

И предложил:

— Тебе нечего терять, старик. Мне не нужна твоя смерть. Поступишь ко мне на службу?

Брови геоманта изумлённо вздёрнулись.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Нет. У нас с тобой нет причин враждовать. Ты действовал в силу давних обязательств. Не думаю, что возвращение в Небесный Край хорошо для тебя закончится. А здесь у нас красиво, тепло, природа живописная. Вступишь в мою гвардию — ни в чём не будешь нуждаться.

По лицу старика сложно было понять, о чём он думает.

— Я стар и немощен. Зачем тебе такой воин?

Резко выбросив руку с выдвинутой из кулака костяшкой среднего пальца, я ничуть не удивился, когда её отвели молниеносным движением. Контратака должна была свалить меня с ног, но наткнулась на пустоту. Я просто врубил проницаемость.

— А говоришь, старый.

Двигался этот хрыч на уровне лучших рукопашников Эфы. Интересно было бы взглянуть на их бой с мастером Мергеном. Впрочем, Мерген-оол специализируется на мечах… Но он бес и во всём хорош.

Я в шоке от того, что мой прыгун сумел вырубить этого деда.

Объяснение лишь одно. Геомант занимался своим хитрым колдунством и не ожидал нападения. Кроме того, его ударили из прыжка, а это очень коварный тип атаки.

— Ты меня проверял, юнец?

— Конечно. Но я и так всё вижу. У тебя крепкое здоровье, отменная реакция и впечатляющая техника. Не думаю, что ты умрёшь в ближайшие годы.

— Мне надо подумать.

— Что ты потеряешь? Сразу после пересечения границы тебя убьют. На всякий случай, чтобы не оставлять свидетелей. Ты же планировал выйти из гвардии Лу?

— Я не в гвардии. Меня вызывали… для особых поручений.

— Даже так, — я усмехнулся. — И ты помнишь много всего, чего не должен помнить. А заговорить тебе мешала присяга. Угадал?

— Да, — старик помрачнел.

— Надлежащий уровень защиты ты получишь только у меня. А если возникнет необходимость, то я могу и твою семью перевезти в Красную Поляну.

Глаза старика загорелись.

— Врёшь, барон.

— С чего бы? Мне нужны лояльные помощники. Благодарность и уважение к своему господину работают лучше, чем обманом выкупленные долги. Решай сейчас.

Старик не ожидал такого поворота.

Ему потребовалось полминуты, чтобы осмыслить происходящее и перестроиться. Вместо смерти — возможности. Вместо старой службы — новая. И настоящий дом вместо изгнания. Я, конечно, допускаю существование патриотов, но иногда у людей нет выбора. У меня, например, с патриотизмом проблемы. За две тысячи лет я побывал в таком количестве стран и племён, что сама концепция народа и расовой принадлежности для меня стёрлась в пыль. Я защищаю Россию, но лишь потому, что в ней живу и строю бизнес.

— Я согласен, — сдался Ли Синьу. И поспешно добавил: — Мой господин.

Глава 7

Открытие завода прошло без лишней помпы и шума.

То есть, журналистов мы не звали, в газетах ни о чём не писали, суету не наводили. Товар у нас дорогой и штучный, продвижение будет идти по другим каналам.

На мероприятии присутствовали только мы с Мещерским, люди из ближнего круга, ведущие инженеры-проектировщики, каббалисты и представители холдинга. К этому моменту все механизмы уже были проверены, опробованы и приняты нашими специалистами. Теми, кто хорошо разбирался в вопросе. Руководил этой командой Вася Пупкин, именно его подписи стояли во всех актах приёма-передачи.

Мой визит был чистой формальностью.

Осмотр мы начали с заготовительного и механообрабатывающего цехов, где рабочие будут резать, ковать, штамповать, вытачивать детали на токарных и фрезерных станках, подгонять их друг к другу. На самых примитивных работах, конечно же, будут задействованы неутомимые големы. Всё, что изначально призывалось моими оружейниками из мира идей, легло в схемы и чертежи. Больше никакой кустарщины, всё на поток.

Водили нас и по другим цехам — сборочному, термообработки, покрытия и покраски. Казалось бы, что красить в мехах? А ведь в конструкции есть хромированные элементы. Предусмотрены различные слои, как полимерные, так и металлокерамические, со вшитыми Знаками — для противостояния криосам и пиромантам. Чтоб вы понимали, это наша запатентованная технология, честно подсмотренная в одном из параллельных миров…

Отдел технического контроля представлял собой навороченную лабораторию, нашпигованную сложными измерительными приборами. Из специфики этой реальности — тестеры пропускной ментальной способности управляющих цепей и датчики расхода ки.

Нам рассказывали про индукционные тигли, метод центробежного литья и порошковую металлургию… Честно говоря, я воспринял едва ли треть полученной информации, хотя инженер, проводивший экскурсию, максимально всё упростил. Гораздо больше меня заинтересовало знакомство с коллективом. Этих людей мы выискивали по всей империи, а кого-то даже ухитрились переманить у конкурентов. Все — профессионалы, высокооплачиваемые мастера, имеющие практический опыт в оружейной сфере. Пупкин тщательнейшим образом изучил досье каждого, провёл собеседования и остался доволен.

Меня очень сильно впечатлил сборочный цех.

Оказывается, механикусов собирают в вертикальных шахтах, и делается это вручную бригадами по двенадцать слесарей. Вот вам и дополнительный аргумент, почему эти штуки по цене не уступают дорогущим спорткарам. Это, если не считать всего, что в них нашпиговано. Конкретно в нашем случае две ноги-колонны, по полторы тонны каждая, монтировались отдельно, в них использовались бронзовые червячные пары, или сервоприводы вращения, заменившие привычную гидравлику. Благодаря этим сервоприводам наши агрегаты не такие шумные, хо-хо-хо!

Чтобы уменьшить вес, мы отливали торс шагателей из алюминиево-скандиевого сплава, а руки снабжали усиленными плечевыми подшипниками. Правую руку мы оснастили универсальным захватом под дисковую пилу, а левую — под коловраты и стандартные бензопилы. Сменные планки позволяли всё переиграть, если пилот левша или предпочитает собственный хват. Всё это касалось текущего прототипа, но шахты универсальны, там можно собрать всё, что угодно. Даже ширина и высота ям была рассчитана так, чтобы при необходимости конструировать даже тяжёлые штурмовые машины наподобие «Тигров» или громадин для обороны крепостей формата «Бастион».

Я спросил, для чего предназначены наклонные штольни. Мне объяснили, что эти коридоры связывают сборочные ямы со складом готовой продукции. Мехов не вывозят, ими управляют дежурные пилоты. Перегоняют на склад, паркуют в выделенных секторах и покидают кабину. Что касается последующей транспортировки, то основным средством доставки служат автопоезда, похожие на эвакуаторы с магнитными креплениями. А ещё мы можем по собственной железнодорожной ветке выводить грузовые вагоны и стыковать их с коммерческими составами, перегоняемыми через всю Россию. По желанию клиента можно и самовывоз организовать.

Я остался под впечатлением.

После экскурсии собрал всех работников в актовом зале административного здания, поблагодарил за доверие, обозначил приоритеты на будущее. Пообещал, что к фиксированным окладам будут прибавляться ежемесячные и ежеквартальные премии, а также «тринадцатая зарплата» в декабре. Сообщил, что на этом ништяки не заканчиваются. Мол, в отличие от прочих эксплуататоров из числа знати, я вникаю в положение людей. Будут предоставляться оплачиваемые отпуска, а в случае рождения в семье ребёнка — декретные. Мои заявления вызвали среди рабочих фурор — условия труда на обычных имперских предприятиях были гораздо жёстче.

Но и это ещё не всё, объявил я.

Есть такая интересная штука — соцпакет. Мои работники будут ездить в санатории, страховки для частных медклиник, бесплатное повышение квалификации и помощь в приобретении жилья. Но это — в будущем, когда мы выйдем на серьёзные продажи.

Люди слушали и не верили.

Их можно понять.

В Российской империи не было профсоюзов, права рабочих вообще никак не защищались. За основу отношений с нанимателем была взята японская модель: в головы вбивались идеи верности своему клану, необходимость работать на одном предприятии до самой старости. Кланы реально выплачивали пенсии и даже раздавали типовые квартиры в новостройках. А ещё кланы обеспечивали защиту. И в нашем полуфеодальном обществе это — весомый аргумент. Простолюдина может обидеть кто угодно, и полиция далеко не всегда заступится. Но если ты находишься под протекторатом Великого Дома — это гарантия безопасности. К тебе не прицепятся ни обнаглевшие вольные аристо, ни воротилы из гильдий, ни преступные синдикаты. А чтобы понять, кто ты и откуда, порой было достаточно робы с вышитым гербом или адреса проживания. Потому что все клановые новостройки располагались в определённых, строго охраняемых районах с закрытым доступам. Вот за переселение в такой район и шли непрекращающиеся схватки.

Я тоже озаботился вопросом безопасности своих подчинённых.

Поэтому к заводу примыкает быстро разрастающийся городок, вся прилегающая территория находится под охраной объединённого гарнизона, состоящего из моих ребят и гвардейцев Мещерского. Два жилых дома на двести квартир каждый, все с ремонтом, мебелью и бытовой техникой. Через месяц добавится и третий корпус. А ещё — школа, детский сад, почтовое отделение, филиал банка «Прогресс», где мои сотрудники будут получать зарплату, и другая сопутствующая инфраструктура. Но, учитывая, что у меня уже под семьсот рабочих, а при запуске цикла на всю катушку это количество вырастет до пяти тысяч, нам ещё строить и строить. Пока же многие из наших специалистов арендуют квартиры в ближайших мелких городках, находящихся под управлением князя Мещерского. Но в перспективе у нас тут будет самодостаточный рабочий посёлок с коммуникациями, надёжной охраной и доставкой всего необходимого.

И да, обо мне уже распространилось достаточно интересных слухов, так что сотрудники завода верят в силу Ивановых. А если защита есть, то при выборе нанимателя на первый план выходят материальные и социальные выгоды.

После общего собрания я назначил сходку для высшего руководства — начальников конструкторского бюро и цехов, руководителей отделов снабжения, кадров, каббалистики и артефакторики, представителей бухгалтерии и службы контроля качества… В общем, всех тех, кто будет рулить всей этой производственной системой. Генеральным деректором утвердили меня, управляющим — Васю Пупкина. Собственно, на этом карьера Васи как моего родового каббалиста завершилась — он перешёл на новый уровень. По сути, стал заниматься тем, к чему всегда и стремился. Любимой работой.

— Друзья, — обратился я к собравшимся, заняв главное кресло за массивным столом из полированного дуба. — Сейчас наш бюджет целиком состоит из инвестиционных денег. Есть много уважаемых людей, вложившихся в акции «УралМеха» на старте, ещё до запуска производственных мощностей. Это большое доверие. И оно во многом обеспечено авторитетом князя Мещерского, главы Союза Вольных Родов.

Начальники одобрительно загудели.

Да, наши акции уже торговались на биржах. И заседание совета директоров было организовано пару недель назад. Контрольный пакет, естественно, был у меня. Второй по величине — у Мещерского. А ещё в директорате присутствовали герцогиня Воронова, эмир Асад, Джан Иванова-Курт и вездесущий Каменка, пронюхавший о потенциально прибыльном заводе в числе первых. Все эти выдающиеся личности, и не только они, через пару недель приедут на закрытую демонстрацию нашего первого «Ареса».

— В конце месяца, — продолжил я, — будет готова пилотная партия «Аресов». Прибудут лица, заинтересованные в будущих оборонных заказах. Наша задача — сделать эффектную презентацию. Справимся — и заказы потекут рекой. Не сразу, но постепенно, мы завоюем рынок.

— Если дадут, — мрачно произнесла женщина из отдела снабжения.

Я холодно улыбнулся:

— Вы полагаете, Маргарита Егоровна, что нас могут остановить?

Главная по снабжению была из той породы бизнес-леди, у которых бульдожья хватка, полное отсутствие жизненных иллюзий и несгибаемая воля при борьбе с конкурентами. Вот такая она, Маргарита Егоровна Гринберг. Мы сумели её заполучить благодаря Мещерскому и его СБ. Гринберг переехала на Урал из Неваполиса, а до этого жила в Германии, и у неё есть реальный опыт снабжения военных производств.

— По роду своей деятельности, ваше благородие, я могла наблюдать ещё и за тем, как уничтожаются или поглощаются чрезмерно активные конкуренты. Не думайте, что успешные продажи вам простят.

— Я и не думаю.

— Надеюсь, у вас есть план.

— Он у меня всегда есть, — я безмятежно улыбнулся. — Тот, кто попытается мне помешать, умрёт. И они знают об этом, не сомневайтесь.

Гринберг на долю секунды смутилась.

Остальные посмотрели на меня в надежде увидеть хотя бы тень насмешки. Понять, что я шучу. Вот только я говорил абсолютно серьёзно. И Мещерский знал об этом, как никто другой, ведь с этим человеком у нас даже военный союз был, в результате чего огребли очень крепкие сибирские аристо во главе с Грессер-Гамовыми.

— Что ж, — сдалась Маргарита Егоровна. — Надеюсь, вы знаете, на что идёте.

— Знаю, — кивнул я. — А теперь, друзья, за работу! Покажем всем этим князьями и эмирам, каких мехов могут выпускать на Урале! С меня премия за успешную презентацию.

Мы вложились в проект «Арес» очень серьёзно. Не только временем и деньгами, но и вторжением в сны очень секретных и охраняемых людей. Как я уже говорил, идеи мы воровали и в параллельных мирах, но ведь там, в неведомых глубинах, таились угрозы, против которых некогда выступили Сонные Мастера. В любой момент мы могли нарваться на противника, который попытается уничтожить или захватить нашу реальность.

И что, не жить теперь?

Мехи серии «Арес» в некотором смысле произведут революцию. Выглядят они скромно: всего три с половиной метра в высоту и шесть тонн веса. Зато очень манёвренные, с крутейшей бронёй и практически бесшумные. Мотор не ревёт, сталь не лязгает, гидравлика не выносит мозг. Только тихий шелест да едва уловимое шипение охлаждающей системы. А ещё мы сделали кабину максимально удобной, укрепили колпак, усовершенствовали запирающие механизмы, уменьшили потребление дизельного топлива, добавили модное турбирование, уменьшили время ментального отклика… Всего и не перечислишь. Да, в прямом столкновении с «Голиафом» нашему «Аресу» достанется крепко, зато тот же «Голиаф» можно заморозить криоударом, а нашу модель этот фокус даже не замедлит… Если, конечно, криос не достиг третьего ранга.

Приятный бонус — стопы своих красавцев мы сделали прорезиненными. Чтобы не травмировать асфальт и брусчатку. Дополнительные каббалистические цепочки позволят «Аресу» не примерзать к покрытию, угодив в зону заморозки. Огнеупорность тоже на уровне, если что. Единственное, с чем мы пока не справились, — это удары электричеством. Но против таких атак никто не устоит, даже «Бастион».

Опять же…

Сейчас не устоит.

Но инженерная мысль Васи Пупкина не дремлет!

А ещё у нас есть технологии, улучшающие системы вооружения. Так, нам удалось добавить форсирование дисковой пилы, причём сделать это не от электропривода, а по каббалистическим линиям, с незначительным расходом ки. Незначительным, если работает кинетик. Телепату или эмпату нужно поднять третий ранг, чтобы форсаж заработал и не привёл к опустошению узлов. Но наша задача — дать инструмент. А клиенты пусть сами разбираются с выбором пилотов.

У меня оставалось несколько дней до презентации.

И я решил использовать это время с пользой для своего Рода.

Нанести визит вежливости оборзевшим китайским товарищам.

Глава 8

Вряд ли вы сможете спокойно читать газету, если дверца платяного шкафа отодвинется сама собой, и оттуда в комнату шагнёт неизвестный молодой человек с тростью.

Гости из шкафов не выходят.

А в Пекине, да ещё в солидных аристократических домах, визитёры чуть ли не за полгода записываются на приём. Добавим, что визитёр — это я. Белый, наглый и самоуверенный. Ну, как белый… Я всё же загорел под жарким солнцем Фазиса, да ещё в круизе шлифанулся.

Дверь скользнула в пазах и встала на прежнее место.

Шкаф исчез.

То есть, исчезли стыки между секциями.

Лидер клана Лу, оторвавшись от газеты, уставился на меня. Это был тридцатилетний китаец, прямой наследник Чжигана. Лу Вэй, так его звали. Я сразу почувствовал исходящую от него силу. Морфист. И очень мощный, ничем не уступающий Джан. Я бы сказал, даже превосходящий. По возрасту он вполне мог подняться до третьего ранга, что и произошло. Только произошло не вчера и даже не позавчера, а в возрасте двадцати пяти лет. Потому что о силе крови китайцы догадались ещё раньше нас, и культивируют свои линии веками. Нет, не так. Конкретно вот эта мэньфа развивала навыки снохождения последние шестьсот лет. Выводы делайте сами.

Лу Вэй представлял собой реальную угрозу в конструктах.

Но не здесь.

— Добрый день, — поздоровался я. — О чём пишут?

Мужчина сложил газету.

Я находился в его личных апартаментах. Обширное зонированное пространство, в котором можно спать, есть, пить, работать и развлекаться. Никаких дверей, сплошные арки. Газету Лу Вэй решил почитать в кресле, повернувшись спиной к роскошному саду. И да, апартаменты были частью громадного дворца в исторической части Пекина, где каждый квадратный метр земли стоил как ковёр-самолёт. Мэньфа владела не только дворцом, но и обширной территорией, входящей в состав комплекса. Огороженной, охраняемой, напичканной артефактами… Совершенно бесполезными, если к вам решил нагрянуть барон Иванов.

— О разном, — морфист быстро взял себя в руки. Он понимал, с кем имеет дело. — Вы, господин Иванов, явились без приглашения.

— А я всегда так делаю, — на моём лице появилась фирменная улыбочка. — Решил нанести ответный визит вежливости. Правда, забыл прихватить с собой геоманта. Уж извините.

Мысленную передачу я не уловил.

Зато был предупреждён резким выбросом ки о перемещении прыгунов.

Их было двое. И, как водится, атаковали сразу из прыжка, не оставляя жертве ни единого шанса. Били саями, идеально подходящими для замкнутых пространств. Благополучно поразили пустоту, я ведь уже врубил проницаемость.

Наступила моя очередь.

Молниеносное извлечение меча из трости, причём сразу с ударом. Первая голова катится по ковру, кровища заливает всё вокруг, включая меня. Капли попадают на газету. Из замаха выпад, но второй прыгун успел телепортироваться. Проблема этих ребят в том, что они всегда выходят из прыжка в предсказуемых точках, удобных для атаки. Поэтому мой клинок встретил товарища где положено, полоснув по горлу. Азиат выронил саи, попытался зажать рану, но из этого, разумеется, ничего не вышло. Упал, хрипя и булькая.

— Вы никогда не слышали о переговорах? — уточнил я, делая клинок проницаемым, чтобы избавиться от крови. Вложив меч в трость, я продолжил: — Интересная штука. Говорят, помогает.

— Ты убил моего отца, — глаза Лу Вэя полыхнули бешенством. — Какие ещё переговоры?

— Он ввязался в игры, от которых надо было держаться подальше, — ответил я. — Но, раз уж мы заговорили об этом, вопрос участия вашего клана в заговоре против императора, господин Лу, ещё не закрыт.

— Угрожаешь, — констатировал лидер мэньфа.

— Просвещаю, — хмыкнул я. — Вы, потомственные аристократы, повёрнуты на чести и прочих атавизмах. И я готов поверить, что каждый из вашего Рода пойдёт до конца, пытаясь меня убить. Но что будет, если маньфа Лу получит обвинение в государственной измене? Это пятно не смыть.

— Ты не докажешь, — покачал головой собеседник.

— Все беды от невежества, — ответил я любимой фразой одного из предков Лу Вэя. — Вам что-нибудь говорит имя Уайры Чу?

Лидер держался хорошо, но по его лицу пробежала мимолётная тень.

— Вижу, что говорит, — продолжил я. — Так вот, госпожа Чу сейчас работает на меня. У неё хватит доказательств, чтобы похоронить вашу мэньфа окончательно и бесповоротно. Кроме того, я ещё в прошлом году поручил своим людям наблюдать за вашими действиями, Лу Вэй. И все операции по заметанию следов нами фиксировались.

— Свидетелей не осталось, — упрямо повторил китаец.

— Зато есть слепки, добытые в их сновидениях, — улыбнулся я. — Интересные, доложу я вам, фантазии. Разноплановые, с хорошей проработкой деталей.

— Всего лишь сны, — пожал плечами аристократ.

— Но не только они, — парировал я. — Есть записи в архивах спецслужб Наска. И я сумел раздобыть эти записи благодаря госпоже Чу. Выжили и двойные агенты, мы им предоставили надёжные укрытия, липовые документы. Вот только вы неправильно понимаете цель моего визита, Лу Вэй.

— Правда? — удивился китаец. — Я думал, это банальный шантаж. Чтобы ускользнуть от праведного гнева моей семьи.

— Если я захочу, ваша семья может быть вырезана под корень, — я больше не улыбался. — Но я предоставлю этой мэньфа шанс. Просто потому, что вы вышли из игры против России и свернули контакты с Атлантическим Альянсом. Так вот, вы неправильно понимаете мои методы. Я не собираюсь блефовать, вести долгие переговоры и что-то для себя выторговывать. Я просто предупреждаю. Если война против моего Рода продолжится, я сразу пущу в дело всё, что успел собрать. Вместо меня с вами разберётся император.

Лу Вэй молчал.

Обдумывал информацию.

Наконец, он сделал первые выводы.

— Не стыкуется, господин Иванов. Я изучил вас досконально. Вы всегда приходите и убиваете своих врагов. А переговоры ведёте в тех случаях, когда рассчитываете извлечь выгоду из ситуации. Почему я до сих пор жив?

Он вновь стал придерживаться вежливой формы обращения.

Крепкие нервы.

Начиналось самое интересное.

— Вы, господин Лу, ещё способны принести пользу обществу. У меня есть перечень требований, которые вам придётся выполнить. В качестве моральной компенсации за то, что отправили в моё имение геоманта. А когда эти требования будут удовлетворены, мы поговорим о взаимовыгодном сотрудничестве.

— Да вы издеваетесь! — не выдержал китаец. — Это дурной сон.

Я не издевался.

Просто я досконально, по отчётам мастера Багуса, изучил историю этого клана, психологические портреты Лу Вэя и его отца, их манеру вести бизнес, жизненные ориентиры. Рассуждать о чести они могли сколько угодно, но в прошлом заключали самые неожиданные союзы, предавали ближайших соратников и вассалов, ради прибыли ввязывались в любое дерьмо. И заговор против своей страны в пользу её внешних врагов — живое тому подтверждение.

— Первое требование, — начал я.

И тут в комнате начали твориться странные вещи. Началось всё с выброса ки, исходящего от моего собеседника. При этом Лу Вэй ничего не делал… зато амулет на его шее вдруг засветился неистовым багровым пламенем. А по всему периметру комнаты протянулись такие же багровые линии.

Краткий миг.

Но я успел почувствовать блокаду.

Лидер клана врубил подавление энергии ки.

Жаль, что на меня это не действует. Трофейный браслет, привезённый из Наска, отлично справлялся со своей задачей, поддерживая нормальную циркуляцию в каналах.

Мне было интересно, что Лу Вэй планирует дальше.

А дальше распахнулась дверь, ведущая в апартаменты, раздались быстрые шаги, и из арки выдвинулись новые действующие лица. Бритоголовый китаец с бородкой клинышком, по виду лет пятидесяти с хвостиком. И молодая японка в спортивном костюме. Японка держала в руках парные топорики, бритоголовый — устрашающего вида тесаки.

— Как видите, барон, сюрпризы не закончились, — ухмыльнулся Лу Вэй.

Хорошая попытка.

Будь я простым одарённым без чудо-браслетика, мне бы перекрыли возможность пользоваться своим Даром. Но в таком случае лидер мэньфа должен быть уверен в своих бойцах. Он ведь наводил обо мне справки.

В том, что телепатический призыв был направлен до включения блокады, я даже не сомневался.

Пожав плечами, я извлёк меч из трости.

Встал таким образом, чтобы держать в поле зрения всех троих.

Мужик с тесаками и девчонка с топориками технично разошлись в разные стороны. Апартаменты позволяли развернуться даже в том случае, если бы мы орудовали шестами. Лу Вэй не стеснял себя в квадратных метрах.

Наверное, я мог бы сразу закатать этих ребят в бетон.

Хотя…

Я попробовал, и у меня не получилось. Артефакторика не только подавляла циркуляцию ки, но и защищала перекрытия от любых воздействий.

Противники атаковали с двух сторон, резко сократив дистанцию.

Вот только я стал проницаемым.

Сместился вправо, сквозь японку. Уплотнил меч, не глядя, ударил назад, удерживая его на обратном хвате. Попал, куда надо. Услышал наполненный болью вопль, выдернул клинок и тут же скользнул влево, пропуская мимо себя ходячую лысую мясорубку.

Девушка выронила один из топориков, рухнула на колени, её взгляд помутнел. Оперлась на рукоять второго топора, тщетно стараясь удержать себя в сознании. Под японкой расплывалось тёмное пятно.

Бритоголовый взмахнул тесаком над её головой, рассчитывая достать меня.

Хороший удар, между прочим.

Я по инерции отклонился, хотя мог бы и просто уйти в призрачное состояние. Небрежно взмахнул рукой, рассекая бритоголовому рёбра. С моим лезвием можно вообще не напрягаться, оно прорезает даже латную броню, словно лист бумаги. Каббалистика, ага.

Мужик пошатнулся.

Слегка довернув кисть, я на обратном движении снёс ему голову.

Вот и весь поединок.

Лу Вэй не терял зря времени — на первых же секундах боя попытался нас обогнуть и выбраться из апартаментов. которые вдруг стали для него ловушкой. Он понимал, что я каким-то непостижимым образом игнорирую блокировку. Амулет на шее лидера продолжал светиться.

Морфист почти достиг проёма арки, за которым его ждала прихожая и спасительная дверь, ведущая в коридор третьего яруса дворца.

Остановил его летящий меч.

— Боюсь, вы недоговороспособны, — я приблизился к морфисту. Тот держался за стену трясущейся рукой. — Мне придётся вести переговоры с новым лидером.

Выдернув меч из спины неудачника, я обошёл Лу Вэя сбоку и одним ударом снёс ему голову.

Шанс ему был предоставлен.

Но сколько можно…

В открытую дверь прихожей сунулся очередной китаец с перекошенным лицом. Очень удивился, когда его меч прошил пустоту. Ещё больше удивился, когда я с одного удара развалил его пополам.

Перешагнув через останки, я за пару шагов оказался у двери.

Отрубил руку следующему умнику, проткнул ему череп насквозь через глазницу, толкнул ногой обмякшее тело и вышел в коридор.

Ко мне бежали с двух сторон очередные воины.

Я не стал дёргаться, а просто сделал этих ребят проницаемыми и по пояс погрузил в пол. Снёс голову одному, потом второму.

Что ж, я попытался.

И почему всё всегда заканчивается именно так?

Издалека доносились крики, грубые мужские голоса, грохот ног по ступенькам. А прямо на меня смотрел глазок видеокамеры. Я, впрочем, не ставил перед собой задачу скрываться. Мои враги, не стесняясь, хотели стереть с лица земли целую долину вместе с её жителями.

Быстрым шагом я вернулся в апартаменты, поднял за волосы голову Лу Вэя, снова переместился в коридор и показал жуткий трофей невидимым наблюдателям в камеру.

— Вот что стало с вашим лидером. А теперь я иду за вами.

Внутри начинала подниматься волна холодной ярости.

По моему мысленному распоряжению Добрый Эх открыл дверь в стене коридора и выпустил Хорвен. Гончая уже была под иллюзией.

Девочка моя, отправляйся и убей всех, кто носит оружие.

Ответный сигнал был кратким.

Принято.

Швырнув голову на ковёр, я осмотрелся, делая прозрачными все перекрытия. Здесь, за пределами артефакторной комнаты, мои способности прекрасно работали и без браслета.

Мы с гончей разошлись.

Хорвен отправилась проводить чистку в главное крыло дворца, к парадной лестнице, а я двинулся в противоположную сторону. Через несколько десятков шагов наткнулся на мету, попытавшегося разделать меня чем-то, смахивающим на керамбиты. Я просто сделал шустрика бесплотным, закатал в плиточный пол и одним ударом поставил точку в схватке. Тут же врубил проницаемость, повинуясь шестому чувству. Из воздуха выкрутился прыгун, сразу в атакующей позиции. Сделав шаг в сторону, я полоснул его по шее. И, не заморачиваясь добиванием, зашагал дальше.

У перехода в западное крыло меня встретил криос.

В считанные секунды холл, в котором стыковались два коридора, превратился в адскую морозильную камеру. А мне что? Я призрак, скользящий на крыльях… ну, вы поняли. И причиняющий справедливость, хо-хо-хо. Так что я, не сбавляя темпа, отправил этого умника под землю, сквозь множество перекрытий, коммуникаций и подземный паркинг. Спокойно вышел из зоны поражения и продолжил свой путь.

Каждый метр приближал меня к родственникам Лу Вэя.

И они это понимали.