Йарда

от 6 июля

Старый подвесной коридор, соединявший два корпуса, подрагивал при каждом шаге. Над головой жужжали светильники, будто жалуясь на жизнь.

Софи хотелось пожужжать им в ответ. Она устала, проголодалась и почти опаздывала.

За окном уже давно стемнело, лишь слабый свет уличных фонарей освещал подтаявший, грязный снег. Дорожку, что тянулась между двух корпусов, затопило. Сильный ветер гнал по глубокой и бескрайней луже рябь.

Софи передернула плечами и, отвернувшись от окна, ускорила шаг. Поправила ремешок сползающей сумки. Тяжелой из-за кучи конспектов. И без того паршивое настроение окончательно испортилось. Совсем скоро ей предстояло преодолеть эту водную преграду, чтобы успеть на последний трамвай.

О том, чтобы возвращаться в общежитие пешком не могло быть и речи. Академия располагалась за городом, и возвращаться через лес, в такую погоду, в столь поздний час было верхом глупости… проще заночевать на остановке и дождаться первого утреннего трамвая.

Софи преодолела большую часть подвесного коридора, когда фонари на улице нервно мигнули несколько раз и потухли. Это не было чем-то необычным. Местный хозяйственник экономил решительно на всем, предпочитая использовать казенные кристаллы для личных нужд.

Замедлившись, Софи с тоской смотрела на едва угадывающиеся в темноте очертания лужи. Погасли не только уличные фонари. Свет на первом этаже тоже не горел.

- Рано же. – пробормотала она, приблизившись к окну. Официально академия должна была работать еще два часа. После, охранникам предстояло обойти все этажи, убедиться, что в здании нет посторонних, выключить освещение и активировать защиту академии.

Софи видела это лишь однажды, летом, когда помогала на кафедре разбирать старые амулеты. Увлеклась, засиделась и была позорно выдворена из академии одним из бессердечных охранников. Прямо в ночь. Тогда серая, каменная громадина академии, на несколько мгновений будто омертвела. И почти сразу вновь ожила, вспыхнув тусклым зеленым светом защитной магии.

Это был первый и последний раз, когда ей пришлось возвращаться в общежитие пешком, сквозь густой лес, по тропинке, едва различимой в свете тусклого магического огонька.

Усвоив урок, Софи больше ни разу не засиживалась допоздна. До этого вечера.

Она так торопилась закончить теоретическую часть своей курсовой, чтобы забыть о ней до возвращения профессора, что теперь рисковала ночевать на улице. Ранней, еще холодной весной, промозглой ночью, на открытой всем ветрам остановке.

От одной этой перспективы пробирала дрожь.

Потоптавшись на месте, Софи бросила взгляд назад. Можно было вернуться в библиотеку и спрятаться среди стеллажей. Если второй этаж будет проверять старина Крес – немолодой и ленивый охранник, давно разочаровавшийся в жизни и своей работе; ее точно не найдут. Она переночует на одном из столов, а утром, когда защиту снимут, сможет сбежать через окно женского туалета на первом этаже.

Софи успела сделать всего пару шагов, когда свет погас и на втором этаже. Сначала перед ней, а после и позади. Единственным освященным участком оставался подвесной коридор. Стекла в оконных рамах задрожали от резкого и сильного порыва ветра.

Светильник над головой Софи мигнул несколько раз и загудел громче, словно ему стало невыносимо тяжело светить.

Софи замерла, не моргая и не дыша. Ничего страшного не произошло. Старые светильники больше не могли выполнять свою работы и потухли. Обычное дело. Бояться случившегося стоило только хозяйственнику, которому придется объяснять директору как так вышло, что света лишились сразу два этажа.

Софи понимала это, безуспешно приказывала себе успокоиться, но никакие доводы разума не могли унять дикий, животный ужас, что она испытывала, глядя на темные провалы окон второго этажа.

Светильник над ней еще раз мигнул и потух окончательно.

Нервный смешок утонул в тяжелой и вязкой тишине.

Через несколько мгновений в темноте послышалось приглушенное, еще далекое шуршание. Софи отступила, нога ее угодила в глубокую выбоину в плитах пола, которой не было еще несколько мгновений назад. Софи упала. В ладони впилось каменное крошево.

Ремешок сумки соскользнул с плеча, но Софи не стала его поправлять.

Она знала этот коридор, почти три года ходила по нему и успела изучить старый, искрошившийся камень стен, исхоженные множеством ног плиты пола и деревянные, рассохшиеся рамы с потрескавшейся краской. Этот коридор был неуютным и некрасивым, но раньше он был хотя бы целым.

Без большой и странной дыры, на месте одного из окон. Вниз от пробоины змеились глубокие трещины, они спускались по остаткам стены к растрескавшимся плитам. Кое-где пол провалился.

Софи ощущала холодный, влажный воздух, проникавший в коридор. Все было таким реальным и одновременно невозможным, ведь еще несколько мгновений назад стена была цела, горел свет и самой большой проблемой была возможность опоздать на последний трамвай.

Сейчас же основной проблемой Софи стал этот проклятый, разваливающийся на части коридор и странное шуршание в темноте.

Она слышала, как от стены откололось несколько мелких камешков, как они со стуком прокатились по полу до одной из дыр и рухнули вниз. Через мгновение послышался тихий всплеск. Изменилось многое, но лужи все еще оставались на своих местах.

Внизу раздался еще один всплеск, куда громче и протяжнее, и разочарованное, утробное ворчание. Ничего человеческого в этом звуке не было. Нечто бросилось к добыче и расстроилось, поняв, что поживиться там нечем.

Шуршание в темноте коридора стало громче. Софи хотела вскочить и бежать куда глаза глядят, но не могла заставить себя даже подняться на ослабевшие ноги.

Она медленно, стараясь не создавать ненужного шума, отползла к стене, подальше от трещин в полу. Поджала колени. У нее не было уверенности, что существо, ползущее в ее направлении не видит в темноте, но все, что Софи могла сейчас сделать – прикинуться частью обстановки и молиться Созидателю, чтобы ее не заметили. Она не была храброй и терялась в стрессовых ситуациях. И до этого мгновения не видела в этом никакой проблемы. В ее распланированной на годы вперед жизни, не было места опасностям.

Несколько минут Софи сидела не шевелясь, вслушиваясь в звуки чуждой ее миру жизни. Глухое, ленивое рычание, надсадное дыхание, едва слышные, короткие посвистывания и леденящий душу скрежет… С каждой секундой звуков становилось все больше.

В какой-то момент в воздухе разлилась дикая, бушующая мощь. Столько магии, неукротимой и яростной Софи в своей жизни еще не чувствовала. Встреча с этой силой наверняка могла стоить ей жизни.

Софи уговаривала себя подняться на непослушные ноги и бежать. Почти встала, когда увидела, как в дыру в стене напротив нее заглядывает пара огромных, светящихся, красные глаз.

Софи не могла разглядеть как следует обладателя этих глаз, единственное, что она знала – он невероятно большой. Софи замерла, не понимая, что происходит и не зная, что делать.

Что вообще можно сделать в такой ситуации?

от 7 июля

Шуршание стало еще громче. То, что ползло в темноте, неумолимо приближалось.

Существо скосило красные глаза на шум. Раздалось постукивание, словно кто-то ударил несколько раз по деревяшке и сквозь дыру в стене вновь было видно лишь звездное ночное небо.

Те, кто жили в темноте, будто опасаясь того, что приближалось, разбрелись. Стало гораздо тише.

Лишь на этаже западного корпуса, факультета боевой магии, кто-то продолжал упрямо возиться. Софи слышала сосредоточенное сопение и скрежет, когтей о плиты пола.

Доведенная до отчаяния, она готова была выпрыгнуть в дыру в стене. В это мгновение несколько переломов казались ей не такой большой платой за то, чтобы не встречаться с этим шуршащим монстром, которого испугалось даже огромное чудище со светящимися глазами.

Но именно память об этих глазах все еще держала Софи на месте. Кто знает, быть может, это существо затаилось где-то поблизости и схватит ее, как только она окажется на земле.

Софи подобралась. В настолько безвыходной ситуации она еще никогда не оказывалась.

Ей предстояло стать обычной работницей маленькой аптеки – должность достойная целительницы с настолько смешным магическим резервом, как у нее. Таких как она, по причине незначительного магического потенциала, не обучали магической защите. Их сил едва хватало на самое слабое и почти бесполезное заклинание, не способное укрыть от чего-то серьезнее обычного дождя.

По той же причине магам ее уровня не преподавали атакующую магию.

Но специализированные книги в академии брать не запрещалось. Этим Софи и воспользовалась когда на первом курсе ее задирало несколько четверокурсниц. Плетения, направленные на защиту, ей совершенно не давались, но кое-что освоить она все же смогла.

Спустя множество неудачных попыток, ей поддалось атакующее плетение – Воздушное лезвие. Она могла использовать его целых шесть раз, прежде чем резерв полностью пустел. Немыслимая удача для мага вроде нее…

Жаль, опробовать свои умения Софи не довелось. Четверокурсницы скоро потеряли к ней интерес, переключившись на более эмоциональную жертву.

Но знания остались с ней.

Софи вытянула вперед дрожащую руку, направив три пальца в сторону звука и сложив в круг большой палец и мизинец. Победить Софи не рассчитывала, лишь надеялась, что неожиданная атака застанет существо врасплох и даст ей немного времени, чтобы сбежать. Софи во чтобы то ни стало, нужно было пройти мимо ползущего монстра.

Если она не ошиблась и другие монстры исчезли именно из-за его приближения, коридор из которого он полз, был самым безопасным местом в академии.

О том, чтобы попытать удачу с монстром, упорно выкапывавшим себе ход в плитах пола – размеренный скрежет когтей по камню не затихал ни на мгновение; Софи даже не думала. Ее прошибал холодный пот от одной мысли о том, чтобы оставить шуршащего монстра за спиной и добровольно загнать себя в еще более безвыходную ситуацию.

Софи готовилась встретить любую угрозу но то, что она увидела заставило ее опустить руку.

По полу, цепляясь за трещины в плитах окровавленными пальцами, к ней полз человек. Мужчина. И Софи поняла почему воздух был полон этой безумной силы, магический резерв мужчины был серьезно поврежден. Вместе с кровью из вспоротого бока вытекала магия.

Софи подошла к нему на непослушных ногах и рухнула на пол.

Мужчина, облегченно выдохнул и расслабился. Седые волосы прилипли к посеревшему от боли, худому лицу.

Софи хотела спросить в порядке ли он, но одернула себя. Рана была большой и страшной, очевидно, он не в порядке. Но что еще можно сказать в сложившейся ситуации она не знала.

Все это было слишком для нее.

- Ты… - прохрипел мужчина из последних сил, - наклонись.

Он протянул к Софи слабую, дрожащую руку и она не раздумывая подхватила ее. В нос тут же ударил запах крови. На языке появился медный привкус. Софи замутило. Она зажмурилась и несколько мгновений просидела с закрытыми глазами, повторяя про себя, что это нее ее кровь, и ей ничего не угрожает. Полностью справиться с дурнотой это не помогло, но она хотя бы больше не боялась, что прямо здесь и сейчас выблюет весь свой поздний перекус.

Влажная и безвольная ладонь выскальзывала из пальцев Софи и она сжала их крепче.

- Послушайте, сейчас я спущусь на первый этаж и приведу помощь. Хорошо? Охранники…

- Нет.

Резкий отказ застал ее врасплох.

Это было странно. Это было подозрительно. Софи хотела отпустить его ладонь и отступить на безопасное расстояние, но не успела сделать ровным счетом ничего. Острый укол боли прошил руку и разошелся по всему телу, отдаваясь горячим, мерным пульсированием в затылке.

Софи захлебнулась криком, ощущая, как ее магический резерв, не способный вобрать в себя такую мощь, переполняет чужая сила. Она повалилась рядом с мужчиной. Где-то внутри, под сердцем горел настоящий пожар.

Беспамятство спасительной, холодной волной укрыло ее пылающий разум, когда терпеть больше не было сил. Последним, что она услышала, лежа на полу, в полуразрушенном коридоре академии и содрогаясь от боли, было усталое и тихое «Прости».

Если бы у нее были силы, она непременно сообщила бы этому человеку, куда он может засунуть свои извинения.

от 8 июля

Софи проснулась под шуршание газет и тихую беседу. Голоса были женские. В них слышалась тяжесть прожитых лет и отчетливое беспокойство.

- С каждым днем все больше людей пропадает, - охала одна из женщин, с явным акцентом, что был присущ горным жителям.

- И хоть кого бы нашли. – вторила ей собеседница, растягивая гласные. – Куда только стража смотрит.

- Так может нечего уже находить. У нас в Кате́не лет десять назад так же люди пропадать начали. Много и часто. Несколько лет на улицу было страшно выходить, а потом выяснилось, что все эти люди вместо дичи подавались в ресторане. Если бы одному бедолаге не удалось спастись, кто знает, как бы далеко все зашло…

- Думаешь, их всех тоже съели?

Вновь зашуршала бумага, раздались тихие вздохи.

- Жалко, мальчонку. Такой хорошенький. – посетовала любительница растягивать гласные.

Софи качалась на волнах дремы и весь этот разговор казался ей бредом, порожденным ее собственным сознанием.

Историю о Пожирателе, как прозвали ресторан, владелец которого промышлял похищением людей, она знала. Это было страшное и громкое дело, после которого семейные кафе и рестораны еще долго терпели страшные убытки. Потому что Пожиратель был на первый взгляд милым семейным ресторанчиком, которым заправляли муж с женой и трое их чудесных сыновей. С утра до вечера они трудились в ресторане, а с наступлением ночи отправлялись на охоту. Ходили слухи, что особым мясным блюдом они угощали только самых важных гостей.

Но с тех пор прошло уже много лет. И пропадали во времена расцвета Пожирателя только молодые, полнокровные девушки или мальчики.

Сейчас же это мог быть кто угодно. Начиная от крепко сбитого кузнеца, и заканчивая худосочной, немолодой прачкой.

Еще несколько минут Софи слушала негромкий разговор, не задаваясь вопросом откуда в комнате общежития могли взяться незнакомые женщины и почему не слышно голоса ее соседки. Сознание неторопливо прояснялась, Софи вспомнила, как засиделась допоздна в библиотеке, как переживала, что опоздает на трамвай, как…

Она резко села на постели и мгновенно сжалась в комок от боли, которая рождалась под сердцем и расходилась по всему телу. На короткое мгновение Софи показалось, что ее резерв был уничтожен, выжжен дотла чужой, безжалостной силой и это нестерпимо болит страшная рана, которую не в состоянии залечить ни один целитель.

- Ох, девонька, - запричитала одна из женщин, растягивая гласные. В цветастом халате, полноватая, с собранными на затылке в пучок, седыми волосами, и круглыми, маленьким очками в проволочной оправе, она создавала образ добродушной и неспешной женщины. Отложив газету, она неуклюже сползла с койки и засеменила к Софи, - ты чего это? Болит где?

Вторая, поджарая и величественная, с прямой спиной и строгим взглядом темных, блестящих глаз, за суетливыми движениями своей недавней собеседницы следила с явным неодобрением.

- Что ты ее спрашиваешь? Доктора зови. – проворчала она.

И Софи была с ней полностью согласна. Бессмысленная суета вокруг никак не помогала. Боль в груди затихала медленно.

- Давай, девонька, - женщина помогла ей распрямиться и лечь. И уже только после этого, отправилась на поиски доктора.

Палату в городской лечебнице Софи узнала сразу. Ей уже как-то приходилось лежать в такой, еще на первом курсе, когда она переоценила свои силы и едва не погибла от воздействия созданного ею же амулета. Простенького и на первый взгляд неопасного, но довольно коварного. Он должен был подсказывать ей дорого, а на деле же едва не лишил жизни.

Тогда декан факультета артефакторики впервые предложил ей перевестись к нему. И впервые же Софи серьезно поссорилась с матерью, которая была категорически против того, чтобы ее дочь бросала факультет целительства и лекарского дела, и училась там, где ей действительно хочется. Они не разговаривали больше недели - неслыханное для Софи дело.

В конце концов Софи уступила матери - она привыкла ей уступать.

После долго об этом жалела, но пойти против желаний единственного оставшегося у нее родного человека не могла…

В воздухе витал едва уловимый запах стерильности, какой бывает только в лечебных помещениях. От казенной пижамы и постельного белья видавшего виды, посеревшего от множества стирок, но целого и чистого, пахло мылом и концентрированным обеззараживающим раствором, в котором вымачивали постельное белье и одежду лекарей перед стиркой.

Едкая вещица. Софи, вынужденной учиться на факультете целителей, тоже приходилось иметь с растором дело.

Палата была рассчитана на четверых, но одна койка, в противоположном от Софи углу была не застелена. Тумбочка рядом стояла пустой.

- Пришла в себя? – спросила строгая женщина. Она продолжала сидеть на койке, и смотрела на Софи с беспокойством. Приставленные к железному изножью, рядом с женщиной стояли два костыля. А левая ее нога, едва выглядывавшая из-под длинной, плотной сорочки, оказалась забрана в гипс.

- Да, теперь мне лучше. – Софи помялась, ерзая на постели. Приступ прошел и она чувствовала себя совершенно здоровой. – Вы не знаете, как я здесь оказалась?

- Как же не знать? Говорят, тебя в академии нашли. На полу. Без чувств. Ты так заучилась, что едва не умерла. Вроде бы магия твоя от переутомления расшалилась, а ты ее под контроль взять не смогла. – женщина пожала плечами. – Подробностей не знаю. Я не маг и ничего в этом не понимаю.

- А я… - Софи замялась, не зная, как спросить о мужчине, который едва ее не убил. – Меня одну привезли?

Еще она хотела знать, нашли ли то огромное чудовище, которое заглядывало в дыру в стене, кто же так упорно скребся в темноте второго этажа, прорывая себе ход, и почему академия внезапно стала разваливаться… но начать решила с самого простого и безопасного.

- Одну. – подтвердила женщина. – А что, ты с кем-то была? Так мой тебе совет, не общайся больше с этим человеком. Он тебя там бросил, в таком опасном положении. Тебя же охранник во время обхода нашел, едва живую.

Софи уныло кивнула. Если мужчину не привезли вместе с ней в лечебницу, значить это могло лишь одно – лежал он сейчас в мертвецкой, дожидался свидания с некромантом. И некому было объяснить Софи, что же случилось ночью. Что она видела. И что с ней сделали.

Дверь приоткрылась и внутрь проскользнула женщина в халате. Следом вошел доктор. А за ним в светлую палату заглянул и мужчина в костюме тройке. Его Софи видела впервые и сначала решила, что он пришел навестить кого-то из женщин.

Но и доктор, и мужчина направились к ее койке.

от 9 июля

Доктор назвался Аланом и настоятельно просил звать его по имени.

- Как вы себя чувствуете, София? – с доброжелательной улыбкой спросил он. Был Алан мужчиной немолодым, с открытым, располагающим лицом и теплыми, медовыми глазами. Одет он был в белоснежную докторскую мантию. На его груди зеленели две вышитые звездочки.

Софи почувствовала себя невероятно важной персоной. Раз уж проведать ее заглянул сам заместитель главного врача. Его спутник с неприятным удивлением осматривал скромную обстановку типовой палаты.

Койки, расставленные у стен, старенькие тумбочки в изголовье, столик у окна с чайником и чугунная плошка с живым огоньком, укрытая стеклянной крышкой. Пока услуги огонька не требовались, он спал и только угольки на дне плошки трели красным, в любое мгновение готовые вспыхнуть пламенем. На подоконнике стояли две кружки и бумажный кулек с конфетами.

Палата была чистой, но мужчину все равно что-то не устраивало.

- Скажите, госпожа Мерсер, вы помните, что с вами произошло? – все с той же доброй улыбкой спросил доктор.

И если бы он был один, если бы не этот странный человек, застывший за его плечом, Софи, наверное, все бы ему рассказала, рискуя показаться сумасшедшей. Доктор вызывал у нее доверие, в отличие от мужчины в костюме.

Все в нем казалось Софи неестественным. Худое лицо без возраста с острым подбородком и длинным острым носом, зачесанные назад волосы, то ли светло-русые, то ли седые, и глаза – две льдинки, под неожиданно темными, густыми бровями.

Поэтому Софи лишь медленно покачала головой.

- Я только помню, что торопилась в общежитие. Последний трамвай…

Доктор обеспокоенно нахмурился, казалось, его встревожили ее слова. Но только его. Мужчина рядом поморщился, будто точно знал, что Софи врет и его это сильно раздражало.

- Скажите, вы знаете, что со мной случилось? – чтобы не портить себе настроение, Софи решила игнорировать незнакомца.

- Когда вас привезли, ваша магия находилась в нестабильном состоянии. Возможно, произошло резкое сокращение магического резерва из-за частого истощения. Среди магов с… - доктор замялся, стараясь подобрать правильные слова и не обидеть Софи, - со скромным потенциалом, такое происходит довольно часто.

- Но я почти не пользуюсь магией…

- Достаточно. – оборвал ее мужчина. Он не представился, вел себя грубо и вызывал у Софи безотчетную неприязнь. – Вижу, вы уже пришли в себя. Собирайтесь.

- Куда это?

- На месте все узнаете.

- Я хочу узнать сейчас. - Упрямо стояла на своем Софи. Меньше всего на свете ей хотелось куда-то идти с этим неприятным человеком.

Мужчина цыкнул. И это лишь утвердило ее к нему неприязнь. Кто вообще цыкает на людей? Только бандиты и невоспитанные люди.

- Это конфиденциальная информация. Вам придется…

- Нет. – Софи медленно сложила руки на груди, боясь неосторожным движением разбудить ту страшную боль. – Я вас знать не знаю. А в городе, в последнее время очень часто люди начали пропадать. Так что, никуда я с вами не пойду. Вдруг вы маньяк?

Мужчина опешил. Ища поддержки, посмотрел на доктора, но тот ответил ему растерянным взглядом. Никто из них не ожидал получить такое сопротивление. Никогда раньше в их практике, люди, пережившие то, что пришлось пережить Софи, не вели себя так нагло. Они были дезориентированы, напуганы, и покорны. Некоторых приходилось опаивать успокоительным, и лечебницу они покидали на каталке.

Соседки Софи сидели тихо на койке строгой дамы, и одобрительно закивали, когда она отказалась идти с незнакомым мужчиной. Он успел вызвать неприязнь у всех обитательниц палаты.

- Госпожа Мерсер, вам не о чем беспокоится. Вам ничего не угрожает. – попытался успокоить ее доктор. - Этот человек не опасен.

- Он даже не представился. – мрачно заметила Софи. Все что ей сейчас было нужно – тишина и покой, чтобы обдумать случившееся и решить, сошла ли она с ума, или все произошло на самом деле. И если последнее, то как теперь ей жить с этим знанием?

Софи никогда не слышала, чтобы из-за вышедшей из-под контроля магии, у человека появлялись галлюцинации. Что исключало самый оптимистичный вариант произошедшего.

- Командор центрального управления имперских гончих, Рут Йенте. – сухо произнес мужчина, будто делая одолжение. Чем только сильнее испортил впечатление о себе у присутствовавших в палате дам.

Должность свою мужчина назвал не просто так, Софи это прекрасно понимала. Он сделал это специально, чтобы она безропотно подчинилась и отправилась с ним. Много лет назад особым указом было постановлено, что всякому жителю империи надлежит во всем содействовать имперским гончим – главным защитникам империи от разного рода магических напастей.

- А документы ваши можно увидеть? – хмуро спросила Софи. Ее, почти бессильную и не перспективную в магическом плане, встреча с гончей настораживала. Она была для него абсолютна бесполезна. И заинтересовать такого человека Софи могла лишь в том случае, если обвинить во всем случившемся в академии хотели именно ее. Этот вариант казался устрашающе правдоподобным: в академии большие разрушения, неизвестно откуда взявшиеся твари, и она, со своей расшалившейся магией.

Мало кого будет волновать, насколько незначительным был ее магический резерв. Напуганным людям просто предоставят виновницу для всеобщего успокоения.

Командор раздраженно вытащил из карманчика жилета круглый, позолоченный значок с изображением бегущей гончей и тремя мечами над ее спиной, похожими на раскрытое птичье крыло.

И Софи приуныла. Точно имперская гончая, не соврал. А это значит, что ей все же придется с ним пойти. И всячески, что б его, содействовать.

от 11 июля

Вещи Софи принесли быстро. Соседки по палате сочувственно вздыхали и жалели ее, пока она собиралась. Командор не понравился решительно никому.

- Совсем у него совести нет. Тащить куда-то больную девочку. – ворчала женщина в халате.

- Гончая, что с него взять. Слишком уж много власти им дал император, вот они с ума от вседозволенности и сходят. - с пренебрежением выплюнула строгая дама. Имена соседок Софи узнать не додумалась. Да и какой смысл, если им через несколько минут уже придется прощаться?

Доктор увел с собой командора, позволив Софи спокойно собраться, и из палаты она вышла в пустой коридор. Ни других пациентов, ни персонала на этаже видно не было.

Сдержаться и не сбежать, пока есть такая возможность, Софи удалось с трудом и лишь потому что она понимала – в лечебнице есть все необходимые сведения о ней, чтобы командор легко ее нашел. А проверять насколько злым он может стать Софи совсем не хотелось.

Потоптавшись немного под дверью палаты, она решила не возвращаться туда. От сочувственных взглядов женщин ей становилось не по себе. Появлялось ощущение, будто ей предстояло отправиться в пасть к ненасытимому Áббасу*.

_______________________________________________________________________

Áббас – здесь: каменный исполин, отголосок старой веры. До прихода Созидателя Áббасу приносили кровавые жертвы каждое полнолуние. По мере того, как старые боги забывались, Áббаса превратился в мифическое, каменное чудовище, питающееся заплутавшими в горах путешественниками. А так как в западной части империи, где живет Софи, преобладал горный ландшафт, Áббаса стал олицетворением всех человеческих бед. Почему именно он из всего множества забытых богов удостоился этой сомнительной чести история умалчивает. Однако же, теперь к нему посылают, и его призывают на головы своих недругов.

_______________________________________________________________________

Софи отошла к окну. Плечо оттягивала сумка. Из разрушенного коридора академии забрали не только ее саму, но и ее вещи. Наверняка это был новенький охранник, молодой и от того еще очень старательный. Старина Крес не стал бы так утруждаться.

Пока доктор заполнял бумаги на ее выписку, Софи послушно ждала, царапая ногтем рассохшуюся краску оконной рамы.

На улице ярко светило солнце, подтаивали остатки снега. Проулок между здание лазарета, и еще один, трехэтажным и скучным, выстроенным из серого камня, был тихим и чистым.

На мусорном баке, подставив бок солнцу, дремала трехцветная кошка.

Софи тоже ощущала тепло солнечных лучшей, проникавших в коридор лечебницы. Они согревали и успокаивали. В этот момент Софи казалось, что на самом деле ничего и не произошло.

- София, пора идти.

Голос командора нарушил умиротворенную атмосферу.

- Софи. – поправила она. – Пожалуйста, зовите меня так.

Ей никогда не нравилось ее полное имя. Назвали Софи в честь бабушки, которая в воспитании любила прибегать к розгам. А покрасневшие и окровавленные после порки бедра и ягодицы особой любви к пожилой родственнице никак не способствовали.

Бабушка всегда и ото всех, даже от родного сына и совсем еще маленькой внучки, не понимавшей почему бабушку нельзя звать бабушкой, требовала, чтобы ее называли Софией.

Она была женщиной властной, скупой на проявление теплых чувств, строгой и в какой-то мере жестокой. А после смерти единственного сына стала и вовсе безжалостной. Но только к ней, к Софи. К собственной внучке, которую исступленно винила в его гибели.

Софи выросла и теперь с той же настойчивостью просила не называть ее полным именем. Никогда.

Командор поджал губы, но ничего говорить не стал. Лишь жестом предложил Софи следовать за ним.

***

На улице, недалеко от входа в лазарет, на небольшой площади, где часто стояли кэбы, в ожидании пассажиров, нас ждал новенький кабриолет*, с впряженным в него каурым жеребцом.

______________________________________________________________________

Кабриолет - лёгкая одноосная конная повозка со складывающейся крышей, в которую запрягалась одна лошадь.

______________________________________________________________________

Командор уверенно направился к ней, потрепал проходя по шее коня и забрался в повозку. Софи присвистнула, не скрывая удивления.

Кабриолеты были новым и довольно дорогим видом транспорта, постепенно вытесняя из обихода громоздкие и во многом неудобные кареты. Извозчикам такие новшества не нравились, они боялись остаться без работы. Но пока кабриолеты были дорогим удовольствием, которое позволить себе могли только аристократы и самые зажиточные дельцы, дальше ворчания по вечерам в кабаках это недовольство не шло.

- А на службе у императора хорошо живется. – заметила Софи, забираясь в повозку. Прохладный весенний воздух тут же сменился теплым. Кто-то не поскупился и заговорил кабриолет на постоянную температуру.

Командор не ответил. Постучал по перекладине перед собой и конь тронулся.

- Может хотя бы скажете куда мы едем? – спросила Софи, через несколько минут, когда выносить тишину стало просто невозможно. У нее не получалось даже отвлечься на проплывавший мимо пейзаж. Слишком сильно нервировало ее присутствие этого человека.

- Скоро увидишь. – произнес командор таким тоном, что у Софи пропало всякое желание спрашивать что-то еще.

от 13 июля

Когда кабриолет выехали из лабиринта узких улиц на широкую дорогу, хранитель громко и четко произнес какое-то слово на незнакомом Софи языке. Она хотела переспросить, но конь начал набирать скорость И Софи сообразила, что обращались не к ней.

О том, что лошадьми можно управлять не только вожжами, но и голосом, она слышала, но никогда раньше такого не видела. И сейчас, сидя рядом с имперской гончей, в набирающей скорость повозке, должна была признать, что выглядело это эффектно, но в то же время пугающе.

Командор откинулся на спинку сиденья, сложив руки на груди и совершенно ничего не контролировал. Так казалось со стороны.

- Послушайте, господин… - Софи замялась. Как его зовут она уже успела забыть и будто никогда не помнила как нужно обращаться к хранителям. Хотя точно знала, что истории появления имперских хранителей на первом курсе отводился целый семестр.

- Рут. – сказал он. – Я предпочитаю, чтобы меня звали по имени.

Софи замялась. Он был лет на двадцать старше нее. К тому же хранитель. Несмотря на всю свою напускную браваду чувствовала она себя потерянной, запутавшейся и жалкой. И смелости для того, чтобы обращаться к нему так бесцеремонно у Софи просто не было.

- Послушайте, - повторила она, - а мы так не разобьемся?

Командор покосился на нее, оценил размытое обращение, но ничего не сказал. Лишь пожал плечами.

- Только если кто-то умышленно решит врезаться в нас.

Слова его Софи не успокоили.

Поездка длилась с четверть часа, все это время Софи сидела как на иголках. И с облегчением выдохнула, когда конь замедлился, свернул на полукруглую площадь, упиравшуюся в длинное двухэтажное здание центральной библиотеки, и остановился перед управлением имперских гончих. В честь архитектурных кронштейнов, изображавших больших, хищных птиц, что украшали здание, управление в городе называли гнездом. И как-то так получилось, что со временем и гончих начали называть птичками. Но с оглядкой и за глаза.

Софи выбралась из повозки. Запрокинула голову, рассматривая мрачное строение. Вид серой, трехэтажной громадины, умело украшенной полуколоннами, птичьими фигурами и декоративными панелями, подавлял. Кем бы ни был архитектор, построивший это, он определенно вложил в свое творение какой-то тайный смысл. Софи не могла его постичь, но знала, что он есть.

В гнезде Софи раньше никогда не была. Студентке со скромным резервом здесь было нечего делать.

- Не отставай. – велел командор, поднимаясь по одноярусной лестнице к двустворчатым, дверям из темного дерева. Дверные ручки были выполнены в форме птиц, но разглядеть их толком Софи не смогла. Командор открыл дверь и жестом велел Софи идти первой.

Она проскользнула в просторный холл, огляделась и не смогла сдержать улыбки. Во всю стену справа от нее была выложена мозаичная картина, изображавшая сцену соколиной охоты.

Хранитель прошел мимо нее, не глядя по сторонам, и Софи пришлось прервать созерцание. Она поспешила следом.

Звук шагов эхом отдавался в каменных сводах.

У конторки, рядом с лестницей, полноватый мужчина в дорогом костюме тихо ругался с бледной, совсем еще юной девушкой. Она едва держалась, чтобы не расплакаться, но на своем стояла твердо.

Мужчина все распалялся.

Заметив приближавшегося хранителя, девушка приободрилась.

- Командор Йенте…

- Я занят. – оборвал он. Бросил хмурый взгляд на мужчину, замедлился и произнес. – Возвращайтесь домой, ваша светлость. Мы не занимаемся поиском сбежавших любовниц.

Мужчина побагровел, бросил быстрый взгляд на измученную девушку, но та никак не отреагировала на произнесенные слова. Софи же он просто не заметил, обуреваемый сильными чувствами.

- Но она ведьма! Эта дрянь околдовала меня, обокрала и сбежала. Настоящее порождение преисподней. Это по вашей части.

Командор передернул плечами.

- Обратитесь к страже. – велел он не терпящим возражений тоном, и потерял к мужчине всякий интерес. Софи поспешила за ним, стараясь не слишком таращиться.

Этого мужчину она часто видела в газетах. Маркиз, потомок влиятельного рода, владелец одной из самых больших фабрик по производству шелка. Влиятельная и важная личность.

И Софи понимала, почему он так хотел, чтобы его делом занялись гончие. Это гарантировало бы ему полную конфиденциальность. Гончие не болтливы, в отличие от стражников. Обычным законникам платили немного, а благодарность журналистов за стоящую новость порой равнялась месячному жалованию. Кто бы тут устоял?

Они поднялись на второй этаж, прошли в левое крыло управления. Сразу за коротким темным коридором начиналась светлая и уютная зона отдыха. Несколько мягких диванов. Столик со стульями у окна. Аквариум у стены…

Витражное окно во всю стену изображало умиротворенный лесной пейзаж, бескрайнее синее небо и стаю ярких птиц. На белых плитах пола сияли цветом проникавшие сквозь стекло солнечные лучи.

Одна из дверей резко распахнулась и в стену, в нескольких шагах от Софи, врезался здоровенный парень. Ругнулся и бросился обратно в кабинет, где кто-то радостно улюлюкал. Загрохотало. Будто перевернули стол.

Командор помрачнел.

Он ступил на порог кабинета, заложив за спину руки. Софи встала рядом, заглядывая из-за его плеча внутрь. Стол действительно был перевернут и поверженный лежал у стены, а в образовавшемся пространстве, оседлав распластавшегося по полу здоровяка, с энтузиазмом наносила резкие, короткие удары какая-то девушка.

Парень ругался, дергался, но из опутавших его тело, сияющих нитей выбраться не мог, продолжая получать удары.

Не дождавшись внимания к своей персоне, командор кашлянул. И в кабинете мгновенно стало тихо. Кто-то жалобно ойкнул.

от 14 июля

Девушка, с занесенным для очередного удара кулаком, съежилась и медленно опустила руку. Она не стала сползать со своего противника, уткнулась ему в грудь лбом и затихла. Будто так ее не видно. Сияющие веревки растворились в воздухе, словно их и не было.

- Если вам так скучно в управлении, могу устроить внеплановую отправку за грань. – сухо произнес командор.

Софи не могла видеть весь кабинет и всех, кто там находился, но по тому, как побелел один из парней, радостно поддерживавший избиение здоровяка, и по тому, как сжалась девушка, сидевшая на подоконнике, она поняла, что слова командора произвели неизгладимое впечатление на присутствующих.

- Мы были не правы. – прохрипел здоровяк. – Признаем свою вину. Только можно другое наказание?

Командор молчал и здоровяк жалобно добавил:

- Пожалуйста.

Софи не понимала, что их всех так напугало. Йарда и грань, отделяющая ее от реальности – всего лишь городская легенда, способная напугать разве что ребенка. Софи было странно видеть, как взрослые и сильные гончие побледнели от одного лишь упоминания о грани. Но еще больше ее поразило то, что такой на первый взгляд серьезный человек, пугает других какими-то выдумками.

Командор несколько мгновений раздумывал над просьбой. Все в кабинете молчали. Кажется, даже дыхание задержали.

Софи передалось их волнение, будто он действительно мог отправить их всех на Йарду.

- Остаток месяца за все вызовы отвечает ваш отдел. – наконец решил командор.

Послышались облегченные смешки. Кто-то громко выдохнул. И за всем этим почти затерялся робкий шепот:

- А может лучше за грань?

На несчастного тут же зашикали, но командор этого уже не слышал, он спешил дальше по коридору. Софи же замешкалась и оказалась одна, под прицелом удивленных и заинтересованных глаз.

- А ты… - девушка спрыгнула с подоконника и сделала шаг к Софи. Она, как и все в кабинете, была одета в темно-серую форму гончих. Слева на воротнике-стойке были вышиты золотой нитью два скрещенных меча. Девушка была совсем молодой, но уже дослужилась до заместителя капитана.

- Софи, не отставайте. – бросил не оборачиваясь командор.

- Прошу прощения. - Софи поспешила за ним, уже на ходу послав девушке улыбку, не извиняющуюся, скорее облегченную. Ей совсем не хотелось оставаться наедине с этими необузданными людьми. Каждый из них был способен не напрягаясь переломить ее как спичку. И, судя по тому, что Софи видела, драки здесь не сильно порицались.

Командор провел ее до кабинета в самом конце коридора и запустил внутрь. Софи сразу вспомнила о директоре академии. У того тоже была страсть к дереву и темно-синему цвету в интерьере.

У окна, стоял массивный, заваленный бумагами стол, стену по левую руку скрывали за собой стеллажи, заполненные книгами и папками. По правую руку стояло два диванчика, обтянутых темно-синей тканью без всякой вышивки, между ними уместился чайный столик из темного дерева. На стене, над диваном висела картина.

- Раскол мира? – удивилась Софи. – Интересный выбор.

- Считаете, стоило повесить что-то другое?

Она пожала плечами.

- Мне казалось, в кабинетах важных шишек обычно висят картины охоты или батальные сцены. Но никак не… кхм, конец света.

От темной и мрачной картины так и веяло безнадежностью и страхом. Свинцовое небо, готовое вот-вот упасть на серую, выжженную землю кое-где прорезали молнии, почерневшие от золы, опаленные и переломанные, деревья будто корчились в агонии…

Софи передернула плечами и отвела взгляд. И села под картиной, чтобы не видеть ее.

Командор тихо хмыкнул, но Софи его проигнорировала. Пусть считает ее излишне впечатлительной и нежной, ей до этого не было никакого дела. Откинувшись на спинку дивана, Софи ненадолго прикрыла глаза. Она чувствовала себя разбитой и потерянной. Вчера она пережила что-то невообразимое и страшное, но у нее не было возможности все это обдумать и решить, что делать.

Покосившись на массивные напольные часы, в углу кабинета, Софи с трудом сдержала тяжелый вздох. Уже давно перевалило за полдень. И завтрак, и обед уже прошли, а до ужина еще нужно было дожить. И Софи, в последний раз съевшая прошлым вечером несколько крекеров, не была уверена, что доживет.

Командор недолго перебирал что-то на столе, вытряхнул из потрепанной папки несколько листов и удовлетворенно улыбнулся. Бумаги он положил на чайный столик перед Софи:

- Ознакомьтесь, заполните недостающую информацию и подпишите.

- Трудовой договор, - прочитала Софи вслух, взяв в руки верхний документ. И сразу же положила его обратно. – Вы с ума сошли?

- Все мы немного безумны.

от 15 июля

Командор сел на диван напротив Софи. Жуткая картина на стене его не беспокоила. Он выглядел настолько спокойный и уверенным в себе, что Софи решила проверить на какую именно должность ее хотят взять.

С ее уровнем дара, в этом месте Софи могла рассчитывать разве что на должность уборщицы. Но в договоре значилось другое:

- Что значит «Привратник»? Вы меня в качестве швейцара хотите нанять? Чтобы я дверь в управление перед посетителями открывала?

- Нет, Софи, я хочу, чтобы вы открывали для моих людей ход на Йарду.

Сдавленный смешок повис в воздухе. Командор был все так же невозмутим.

- Знаете, - Софи положила договор и нервно отерла ладони о штаны, - вам стоит сходить к мозгоправу. А мне пора домой.

- Я знаю, что вы вчера видели.

- Ничего вы не знаете. – произнесла Софи резче, чем хотела. Она порывисто поднялась, больно ударившись коленкой о край чайного столика. Зашипела. И вторая часть фразы прозвучала уже не так уверенно. – А я ничего не видела.

- Если вы подпишите документы сейчас, избавите себя от неожиданных и неприятных потрясений. – Командор не шевельнулся. Никак не попытался остановить Софи. Он просто смотрел, устало и сочувственно.

- Я избавлю себя от потрясений, если сейчас же отсюда уберусь.

Софи налетела на дверь, дернула ее на себя несколько раз, с запоздание осознала, что открывается она наружу, и вывалилась в коридор.

Ее не останавливали. Только девушка за конторкой на первом этаже проводила удивленным взглядом.

Софи вырвалась на улицу. Осмотрелась. Тратить деньги на кэб ей не хотелось, поэтому она поплелась в сторону остановки. Быстро замерзла и только тогда сообразила, что ее пальто осталось в академии, а на улице еще не так тепло, чтобы ходить в одном свитере.

Единственное, что ее радовало – управление гончих находилось почти в центре, благодаря чему уехать удалось быстро. Едва она подошла к крытой остановке, как подъехал темно-зеленый трамвай, который должен был отвезти Софи к общежитию академии.

Еще десять лет назад, в самом начале, когда трамваи только начали понемногу появляться на улицах города, какой-то энтузиаст предложил присвоить каждому направлению свой цвет, и выкрасить трамваи, в эти цвета, чтобы сразу и издалека можно было понять куда он едет. Это серьезно облегчало горожанам жизнь.

Софи забралась в полупустой салон, села на деревянную скамью в самом конце и перевела дыхание. Слишком много всего произошло с ней за последнее время. И в большую часть из этого было сложно даже поверить.

Прижавшись виском к стеклу, Софи закрыла глаза и попыталась расслабиться. Ей предстояло принять многое, но пока она пыталась примириться хотя бы с тем, что такие долгожданные выходные оказались безнадежно испорчены.

Софи собиралась закинуть в общежитие вещи, разжиться верхней одеждой и съездить в академию. У нее даже предлог был, чтобы пробраться внутрь и проверить как сильно разрушен коридор.

***

На первом этаже общежития было тихо. Холл утопал в цвете, благодаря солнечным лучам, проходившим сквозь большое витражное окно на лестничном пролете. В углах и вдоль стены стояли кадки с растениями. Вокруг было столько зелени, что в первый день, когда Софи пришла заселяться в общежитие, ей показалось, что она перепутала здания и заглянула в оранжерею.

В холле было куда теплее, чем на улице. Успевшая снова замерзнуть, пока бежала от остановки до общежития по длинной аллее, Софи с наслаждением зажмурилась отогреваясь.

Дежурной на месте не было, благодаря чему Софи смогла незаметно пробраться на второй этаж. Не объясняя почему она без верхней одежды и не слушая ворчание о проблемном молодом поколении.

Уже на лестнице Софи учуяла запах еды. Кто-то на кухне готовил себе поздний обед или ранний ужин. А может, это был легкий перекус кого-нибудь из боевых магов. Энергии они тратили всегда невероятно много и постоянно были голодны.

Рот начал наполняться слюной и Софи ускорила шаг. На кухню она не стала заглядывать, прошла мимо открытой двери из-за которой доносились умопомрачительные запахи чего-то жареного и вкусного.

На двери комнаты, которую Софи делила со студенткой алхимического факультеты, были нацарапаны какие-то руны. Ее соседка всем говорила, что это смертельно опасная защита против воров. Но Софи, как-то листавшая рунный словарник в библиотеке, и нашедшая несколько рун с двери, знала точно, что никакой опасности они не несут. Ее соседка любила навести жути на пустом месте.

Открыв дверь, Софи вошла внутрь. Присвистнула.

- Как ты умудрилась создать такой беспорядок всего за одну ночь?

По комнате будто прошел ураган. Она была небольшого размера, с трудом вмещала в себя двустворчатый шкаф, две узкие кровати и стол у окна. И все это скромное пространство теперь было погребено под одеждой, вываленной из шкафа.

Не дождавшись ответа, Софи позвала:

- Айли?

Ее соседка тяжело вздохнула. Она лежала на своей кровати, поверх разбросанных вещей, читала какой-то любовный роман и грызла яблоко.

- Какая разница? – спросила Айли грустно. – Моя жизнь кончена. Больше ничего не имеет значения.

Софи закатила глаза.

- Рассталась с очередным парнем?

Айли не ответила, громче захрустев яблоком.

Разувшись у двери, чтобы ненароком не вымазать вещи весенней грязью, Софи добралась до кровати и отобрала яблоко.

- Эй!

- Мне нужнее. – отмахнулась Софи от требовательно протянутой руки. – Я со вчерашнего дня ничего не ела.

от 16 июля

Что случилось она уже поняла, но времени разбираться со всем этим у Софи не было. Вечером Айли в панике искала себе наряд для свидания, а так как Софи в это время отлеживалась в лечебнице, некому было прибирать за ней беспорядок. И свидание прошло не самым лучшим образом, обесценив все старания Айли нарядиться.

Она была красивой девушкой, доброй и приятной в общении, многие парни мечтали с нею встречаться, но не все были способны выдержать ее навязчивость. В отношениях Айли становилась одержимой своим партнером. Не один парень еще не смог с этим справиться.

- Где ты была этой ночью? – рассеянно спросила Айли, не отвлекаясь от книги. Разбитое сердце она залечивала ударными дозами любовных романов. – Ходила на свидание и мне ничего не сказала.

- Ага, было у меня свидание с койкой в лечебнице. – проворчала Софи невнятно, жадно пережевывая кусок яблока. Есть хотелось только сильнее.

Айли встрепенулась. Даже читать перестала. Они жили вместе с первого курса, успели подружиться и старались заботиться друг о друге. В меру своих сил и представлений о том, что такое забота.

- Что-то серьезное?

- Физически я здорова. – Софи повесила сумку на спинку стула. С телом у нее не было никаких проблем, чего нельзя было сказать о голове. Пока она ехала в трамвае, смотрела в окно на спокойный и безмятежный город, все больше сомневалась в том, что действительно видела что-то ночью. Софи не могла поверить, что страшные разрушения в академии и неизвестно откуда взявшиеся монстры, не оставили бы гнетущий отпечаток на настроении города. Да и женщины в палате обсуждали не случившееся в академии, что бы это ни было, а исчезновение людей.

- Софи? – Айли отложила книгу, что свидетельствовало о крайней степени ее участия. – Я могу для тебя что-то сделать?

- Ага. Можно я возьму твое пальто? Мое осталось в академии.

- Я не это имела в виду. – вздохнула Айли, но пальто одолжила.

***

Дорога до академии была полна сомнений и тревог. Софи несколько раз порывалась выйти из трамвая на ближайшей остановке, вернуться в общежитие и провести остаток выходных в комнате, под одеялом. Подальше от реального мира.

Потом она ругала себя за трусость и оставалась сидеть на жестком и неудобном сиденья, кутаясь в чужое пальто. Яблоко никак не насытило ее, только раздразнило аппетит.

Она чувствовала себя усталой, разбитой и зверски голодной.

Софи замешкалась, когда пришло время выходить. Перед глазами вновь встал разрушенный этаж, страшные звуки в темноте и огромный, красноглазый монстр, заглядывавший в проем в стене. По спине побежали холодные мурашки. Софи передернула плечами.

Порывисто поднялась, напугав сидящую рядом пожилую даму и решительно направилась к дверям. Софи привыкла плыть по течению. В своей жизни она не решала почти ничего, впереди ее ждала безопасная и понятная предопределенность. Но сейчас, выбравшись из теплого нутра трамвая и вдыхая свежий воздух, Софи чувствовала, что жизнь безвозвратно изменилась и ничего уже не будет как прежде.

И ее мнение по этому поводу совершенно никого не волновало.

Широкая, мощеная дорога вела к академии от остановки сквозь лес. Сильный свежий запах хвои кружил голову. Софи дышала полной грудью, вслушивалась в звуки леса. В едва различимое поскрипывание сосен, в звонкую и быструю дробь дятла.

Когда деревья разошлись, ее взору предстала серая громадина академии, и умиротворение покинуло ее. Софи подобралась.

Академию от леса отделяла широкая полоса земли с одиноким, сухим и едва живым деревом на развилке дорог. Левая вела к главному корпусу, Правая - к факультетам.

Софи свернула направо и довольно скоро оказалась среди разнотипных зданий. Самыми старыми, заложившими основу академии были факультеты целительства, боевой магии и алхимии – три этих здания соединялись между собой подвесными коридорами, позволяя студентам в непогоду перемещаться между факультетами не выходя наружу. Уже позже были достроены факультеты артефакторов, некромантов и стихийников.

- Ты что здесь делаешь?

Софи вздрогнула. Из-за угла здания показался охранник. Полный и неторопливый, он громко дышал и топал, но Софи, погруженная в свои переживания, ничего не слышала. Она боялась увидеть разрушенный подвесной коридор, ведь это значило бы, что произошедшее ночью было правдой. Но в то же время она боялась, что коридор будет целым и все ее воспоминания окажутся очень ярким и правдоподобным бредом.

от 17 июля

- Добрый день, господин Крес. А я пришла за пальто. Вчера меня без него забрали.

Охранник почесал в затылке и взъерошил редкие волосы на макушке. В борьба с облысением он безнадежно проигрывал.

- Так это ты нам вчера столько проблем подвалила. – он сразу не был рад появлению Софи. После того как узнал, что это она упала в обморок вечером и именно из-за нее его спокойное и необременительное дежурство было безвозвратно испорчено, его неприязнь лишь усилилась. – Если у тебя нет разрешения от профессора, то проваливай. Студентам нельзя находиться на территории академии в неурочное время.

- Но моя одежда…

- Заберешь в понедельник. Сейчас же тебе есть в чем ходить.

Софи едва сдерживала раздражение. У нее выдался не самый простой денек, да еще и вчерашний вечер был просто безумным. Она была напугана, зла и голодна. Ей хотелось высказать этому ленивому и наглому человеку все, что она думает. Но хорошее воспитание пока еще мешало ей скатиться в банальное хамство.

- Послушайте, я понимаю, что разрушение коридора должно было…

- Какого еще коридора? – Крес подозрительно прищурился. – Ты это сейчас о чем.

- По… подвесного коридора между зданиями, - послушно пояснила Софи, уже понимая, к чему все идет. Едва ли охранник вел бы себя сейчас так, будь какой-нибудь из коридоров действительно разрушенным.

Крес поднял взгляд на один из коридоров, находившихся на высоте второго этажа и соединявший факультеты боевиков и алхимиков. Софи проследила за его взглядом.

- Не этот.

- Ты, девка, все еще не в себе, что ли? Возвращайся-ка ты в лечебницу. Попроси успокоительного…

Софи не стала его слушать. Она бросилась к дверям боевого факультета. Взлетела по лестнице, ворвалась на первый этаж и на мгновение замешкалась – планировка у факультетов отличалась незначительно, но в спешке и нервном возбуждении, Софи не сразу вспомнила в какую сторону нужно бежать, чтобы добраться до лестницы. В холле корпуса боевой магии она бывала крайне редко.

Крес не поспевал за ней. Софи уже добежала до лестницы, когда хлопнула входная дверь. Он что-то кричал ей вслед, но Софи не слушала. Сейчас это было совершенно неважно.

Она поднялась на второй этаж, пробежала мимо закрытых дверей аудиторий, добралась до поворота. Остановилась.

Днем, в солнечном свете коридор казался обычным, ничем не примечательным, привычно старым… и абсолютно целым.

Облегчение смешалось с тревогой. Если нет разрушений, значит, не было никаких монстров и смертельно раненого мужчины. И весь тот ужас, что она испытала был лишь плодом ее воображения.

- С этим, по крайней мере, можно жить. – решила она, растирая озябшие пальцы. Пусть будет правдой расшалившийся магический резерв, пусть все что случилось в темноте окажется простым бредом.

Так, наверное, даже лучше.

Софи понимала, что проблемы с резервом, в ее случае не станут смертельно опасными. Слишком мало в ней было магии, чтобы та могла причинить непоправимый вред. И даже если приступ повторится, если Софи еще раз увидит то, чего на самом деле нет, она уже не испугается, потому что будет знать, что это не правда.

- Ты… - охранник тяжело дышал, форменная рубашка под мышками намокла. Забег по лестнице дался ему с трудом.

- Да-да, я только заберу пальто и сразу же уйду.

***

Софи не помнила, как вернулась в общежитие. Постепенно не только случившееся ночью стало казаться ей бредом. Встреча с имперской гончей, поездка в управление, те нелепые бумаги… в какой-то момент Софи уверилась, что и это все ей тоже привиделось. И на самом деле из лечебницы она прямиком направилась в общежитие.

Голова раскалывалась. Софи разделась и игнорируя обеспокоенный взгляд Айли забралась под одеяло и забылась тревожным сном.

Снился ей исполинский монстр с красными глазами. Он сидел в слишком маленьком для него кресле, держал в когтях фарфоровую чашечку с цветами из любимого маминого сервиза, и просил Софи подписать договор.

- Вам понравится эта работа, - неразборчиво говорил он и в его глухом нечеловеческом голосе прорывались рычащие нотки, - у нас очень хорошие условия.

Софи даже не смотрела на бумаги, но откуда-то знала, что ей предложили должность ужина. Она хотела встать и уйти, но за дверью с белой растрескавшейся красной, которая очень походила на дверь палаты в лечебнице, доносилось странное шуршание.

- Если вы откажетесь, - сокрушенно пророкотал монстр, широко раскрывая пасть, - мне придется съесть вас прямо сейчас.

От незавидной участи быть заживо съеденной, Софи спасла соседка.

- Ну Софи! – Айли трясла ее за плечо, силясь разбудить. – Поднимайся. У меня нет желания объяснять твоей матери почему ты не можешь подойти к телефону!

С трудом разлепив глаза, Софи несколько секунд смотрела на Айли, силясь понять что происходит. В горле пересохло и голова будто начала болеть еще сильнее, но хуже всего было не это…

- Повтори.

- Твоя мама звонит. Так что поторопись. Если мне не изменяет память, она не любит ждать.

от 18 июля

Софи медленно села в постели. Сейчас к разговору с матерью она была готова меньше всего, но выбора не было. Под сочувственным взглядом Айли, она выбралась из постели и поползла на первый этаж, в «кабинет». Это было небольшое скромно обставленное помещение. Кроме неудобного, потрепанного кресла и круглого столика, на котором стоял старый телефон, в комнате больше ничего не было. Единственное окно было плотно зашторено и днем и ночью. Кабинет не проветривался из-за чего воздух в нем был спертым и тяжелым. Софи подозревала, что все это сделали исключительно для того, чтобы студенты не занимали надолго телефон.

Когда-то давно, возможно во времена, когда это место было хоть немного уютнее, на деревянной основе телефона, прямо под диском кто-то умудрился вырезать инициалы и заключить их в кривое сердечко. Латунная трубка, затертая множеством ладоней, лежала на столе.

Софи понадобилось еще несколько мгновений, чтобы собраться с силами и прикоснуться к ней. Каждый раз, как ей звонила мама, Софи не могла точно сказать будет ли это хороший разговор, или мама снова недовольна ею.

Хороших разговоров с каждым годом становилось все меньше. Возможно, Сессилия Мерсер была профессионалом своего дела – в чем Софи почти не сомневалась, так как мама крайне редко появлялась дома – но хорошей матерью назвать ее было нельзя.

- Софи, - голос искажали помехи, но это не мешало ему звучать недовольно, - почему о том, что тебе стало нехорошо я узнаю от лекарей? Почему ты не позвонила мне?

Справиться с раздражение Софи удалось с трудом. Она злилась на мать, которая узнав, что ее дочь оказалась в лечебнице, вместо того, чтобы поинтересоваться ее самочувствием, начала разговор с упреков, и на лекаря, слишком хорошо выполнявшего свою работу. Софи понимала, что он должен был связаться с ее родственниками, раз уж в лечебнице она попала в беспамятстве. Но легче от этого понимания не становилось.

- Прости. – произнесла Софи то, чего ждала от нее мать.

В трубке несколько мгновений царило задумчивое молчание. На том конце будто сомневались, а достаточно ли будет таких извинений?

- Надеюсь, этот инцидент не повлияет на твои оценки? – уже благожелательней спросила Сессилия, решив, что готова простить свою непутевую дочь.

- Ни в коем случае. – заверила ее Софи, мечтая поскорее завершить разговор, вернуться в комнату и выпить обезболивающее, чтобы голова перестала разрываться на части.

Услышав все, что хотела, Сессилия быстро завершила разговор. Пока ее дочь хорошо училась все было в порядке.

В комнате Софи уже ждали две серые таблетки, с зелеными крапинками лечебных трав, и стакан воды. Айли была девушкой чуткой и заботливой, хоть порой и сильно увлекающейся.

Выпив обезболивающее, Софи почувствовала себя лучше. Не потому что смесь начала действовать. Короткий разговор с матерью напомнил ей, что жизнь ее предопределена и никаких необъяснимых событий в ней не запланировано. А это значит, что ей просто стоит плыть по течению и ни о чем не беспокоиться.

Софи решила вычеркнуть из памяти и прошлый вечер, и весь сегодняшний день. И жить дальше.

Ей всегда легко удавалось забывать плохое. Это было ее маленьким, тайным даром, что помог ей в свое время быстро оправиться от смерти отца.

Не прикладывая особых усилий, через несколько дней она и думать забыла обо всех странных событиях, начиная с монстров и разрушений в академии, и заканчивая безумным предложением имперской гончей. Главной имперской гончей, если верить тому, что Софи довелось увидеть в управлении.

Страхи и сомнения покинули ее легко.

Но не надолго.

***

Раннее весеннее утро выдалось туманным и промозглым. Тяжелые тучи низко висели над городом, обещая скорый дождь. Имора никогда не был солнечным и теплым городом, но даже для него такая погода была редкостью.

Софи сцедила зевок в кулак. Она ежилась от пробирающего до костей сырого холода, куталась в пальто и щурилась, надеясь что вот-вот в тумане вспыхнут фары трамвая. Ей пришлось встать раньше необходимого, чтобы успеть к куратору до начала занятий. Он любил ранние подъемы и считал, что Софи тоже должна их полюбить, раз уж ей предстояло писать курсовую под его присмотром.

Трамвай подъехал неслышно. Он вынырнул из серого тумана, затормозил с глухим скрежетом и распахнул дверцы. Внутри было тепло, мягкий, приглушенный свет освещал ряды деревянных сидений и сонных пассажиров: женщину, с усталым лицом, даже в полудреме прижимавшую к груди свою сумку и двух подростков.

Через несколько мгновений после того, как Софи забралась внутрь, трамвай тронулся. Пустая остановка скоро затерялась в тумане.

Софи заняла место у окна, уперлась виском в стекло и закрыла глаза. Дорога от общежития до академии была недолгой, Софи уже давно научилась даже в дреме отмечать остановки, чтобы не проехать свою.

Всего их было семь и большую часть трамвай успел проехать прежде чем начались странности. Пятая остановка, располагалась на границе города, в промышленном районе, недалеко от заводов. До нее трамвай добрался без проблем. Остановился. Распахнул дверцы. В морозные и ветренные дни в салон проникал запах дыма – многие заводы в этом районе работали круглосуточно. Но этим туманным утром Софи ощущала лишь холодный и влажный воздух.

Дверцы с тихим шипением начали закрываться, когда погас свет.

В трамвае и на улице.

Софи медленно открыла глаза. Сквозь полузакрытые дверцы внутрь пробирался и стелился по полу туман. За окном, на темном небе серебряной монетой светилась большая и низкая луна. Размеры ее были настолько невероятны, что Софи не сразу поверила своим глазам.

от 19 июля

Салон был пуст. И женщина, и подростки куда-то пропали. И водителя не оказалось за рулем. Только на системе управления, рядом с ручкой лежала его фуражка.

- Ладно, - Софи оглянулась на пустой салон. В тусклом и холодном свете луны он выглядел зловеще, - это снова повторилось. Ничего страшного. Нужно просто переждать.

Она вернулась на свое место. Софи убеждала себя, что это просто приступ, что на самом деле ничего этого нет. И, возможно, позже, когда все закончится, она поверит в это, но не сейчас. Сейчас все выглядело слишком реальным.

Холод металлических поручней, текстура дерева и тяжесть сумки с конспектами. Да и промозглую сырость, пробиравшуюся в салон вместе с туманом Софи ощущала слишком хорошо, чтобы верить в нереальность происходящего.

Когда в проеме, между незакрытых створок показалась голова, Софи зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Еще в первый раз она поняла, что в этом месте лучше не шуметь и не важно реальное оно или нет.

- Ну и неудачное же ты место выбрала, чтобы за грань выпасть, - проворчал парень. Он легко развел створки дверей в разные стороны и забрался внутрь. – Повезло тебе, что я быстрый. Ну что смотришь? Возвращай нас.

Софи попятилась назад. К дверям в начале вагона. Увидев еще одного живого человека в этом странном месте она не почувствовала облегчения. Высокий, широкоплечий парень, с коротким светлым ежиком волос и сияющими в темноте глазами, доверия не вызывал. Софи все казалось в нем подозрительным. Он вел себя так, будто они сейчас не стояли в пустом трамвае и за окном не висела полнобокая, большая луна. Словно все в порядке и мир не сошел с ума.

- София, ты меня слышишь? Для меня это первое задание. Я раньше еще не работал защитником, так что давай мы поможем друг другу и сделаем наше пребывание за гранью максимально…

Он был слишком беспечен и сделал вперед несколько широких шагов, чем спугнул Софи. Она не доверяла ему, опасалась, и резкое движение заставило ее бежать.

Софи не хотела, чтобы этот человек приближался, боялась того, что может случиться, если он ее схватит. Поэтому сделала единственное, что могла – преодолела последние несколько шагов до прохода в начале вагона и выскользнула в щель между дверцами. Парень бросился за ней, в надежде остановить, но наткнулся на створки и замешкался. Протиснуться следом он не смог, а на то, чтобы раскрыть дверцы ему понадобилось некоторое время. Софи успела затеряться в тумане.

Тихо ругнувшись он побрел вперед. Его первое в жизни серьезное задание грозило обернуться настоящей катастрофой.

***

Софи убежала недалеко. В этой части города она никогда раньше не бывала, пусть и проезжала мимо каждый день, поэтому боялась заблудиться среди складов. Туман скрадывал звуки и скрывал все, что находилось дальше нескольких шагов. Но больше всего Софи боялась, наткнуться на кого-нибудь страшнее странного незнакомца, решившего, что хорошей идеей будет притвориться, что они знакомы.

Забившись в зазор между каменной стеной склада и аккуратно сложенными ровными, высокими стопками досок, Софи затаилась. Она не чувствовала себя настолько растерянной и напуганной, как в первый раз. Сейчас Софи знала наверняка, что этот кошмар не реален, ей просто нужно было спрятаться в безопасном месте и подождать. Рано или поздно приступ закончится, она придет в себя и снова окажется в безопасности.

Туман скрадывал звуки и сильно ограничивал обзор. Софи ничего не слышала и не видела. Укрывшись за досками, она поджала колени к груди, стараясь занимать как можно меньше места.

Руки замерзли первыми. Холод пробирался под пальто. Софи успела пожалеть о том, что не взяла с собой перчатки, и вместо теплого свитера выбрала рубашку и темно-бардовый твидовый жилет. Захотела покрасоваться в новых вещах, поверила в наступление весны, а теперь не могла унять дрожь и всерьез задумалась о том, что может замерзнуть раньше, чем придет в себя.

Что случится, если она умрет в этом странном месте, Софи не знала и не хотела проверять.

Когда тишину нарушило размеренное постукивание – будто компания джентльменов с тростями, решила устроить прогулку в таком необычном месте, - Софи уже готова была покинуть свое убежище и попытаться найти в тумане трамвай. В вагоне должно было быть хоть немного теплее.

Постукивание становилось все громче и Софи всерьез забеспокоилась. В прошлый раз, когда она услышала приближающийся, странный звук, ей пришлось испытать боль, какой она раньше не знала. И никогда не хотела бы узнать.

Когда из тумана, в нескольких шагах от досок, за которыми пряталась Софи, в деревянный настил с силой ударило что-то длинное и острое, расширяющееся к верху, ей пришлось зажать рот ладонями, чтобы ничем не выдать себя. Невдалеке от первой показалась вторая, а через мгновение еще две, почти скрытые туманом.

Софи понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это чьи-то конечности. Костяное основание на высоте человеческого роста сменяла тонкая, розовая кожа, сквозь которую жутко проступали почти черные вены. Туловище создание терялось в тумане, Софи не могла его разглядеть. Единственное, что Софи знала наверняка – оно было четвероногим, невероятно высоким и не должно было существовать.

Страшный грохот, раздавшийся неожиданно громко, напугал Софи и всполошил монстра. С дробным стуком он широко расставил свои конечности. Сверху, из тумана послышалось пощелкивание. Софи похолодела, когда издалека кто-то повторил этот же звук.

Грохот повторился.

от 20 июля

Существо сорвалось с места. Замолотили по настилу костяные наросты его конечностей, оставляя в дереве вмятины.

Софи перевела дыхание.

Там, куда поспешило существо происходило что-то громкое и разрушительное. Грохот, перемежался с яростным стрекотанием и сильными ударами. И Софи молилась Солнцу, чтобы сражение не начало перемещаться в ее сторону.

Софи никогда не была образцовой почитательницей Солнца. Не ходила на ежемесячные обряды и деньги тратила не на пожертвования, а на пирожные в кондитерской недалеко от общежития. И молитвы ее услышаны не были.

Оторванная конечность существа, рухнула на древесину, за которой Софи пряталась. Ее придушенный вскрик заглушил стук и шорох разлетевшихся во все стороны досок. Укрытие было разрушено, а где-то рядом находилось создание, способное расчленить такую громадину.

Софи хорошо видела оторванную конечность. Ее костяная часть потемнела от копоти, тонкая кожа обгорела и вздувалась пузырями ожогов, а из страшной раны сочилась мутная, густая жидкость.

Поднявшись на ослабевшие ноги, Софи на секунду замешкалась, не представляя куда ей бежать. Где еще она сможет найти укрытие?

Ее мутило. От страха, от вида сочащейся жидкости, от понимания, что туман постепенно рассеивается. Слишком хорошо Софи видела разбросанные доски и конечность существа.

Еще несколько минут, и у нее появится возможность увидеть монстра, что ее оторвал…

Софи находилась между двух складов, она видела, как деревянный настил заканчивается ровно на углу длинного и низкого, будто прибитого к земле одноэтажного здания. Видела, землю, утоптанную множеством ног, колесами повозок и копытами лошадей. И видела бурые, толстые корни, извивающиеся, пульсирующие и несомненно живые. Они вспороли землю в некоторых местах, выбившись к лунному свету, и пустив по поверхности тонкие стебли.

Чтобы выжить, Софи нужно было идти туда, другого выбора не было. Позади все еще кипела битва, впереди… Софи не знала почему, но встреча с убийцей этих больших существ страшила ее меньше безобидных на первый взгляд корней.

Она отступила назад.

Еще можно было попробовать воспользоваться остатками тумана и проскользнуть мимо сражающихся. Лучше так, чем попасться этому растению. Софи в дрожь бросала от одного взгляда на мясистые, пульсирующие корни.

Звуки боя затихли неожиданно. Вновь наступила тишина.

Это место рушило все ее планы, будто ненавидело Софи. И она начинала отвечать ему взаимностью. К страху и отчаянию примешалась первая, еще тихая злость.

- Стой на месте, зараза!

Яростный вопль заставил Софи присесть от страха и неожиданности.

Сзади, на расстоянии дюжины шагов от нее, стоял сумасшедший парень из трамвая. Выглядел он уже не таким бодрым. Темно-синий свитер крупной вязки был порван в нескольких местах и вымазан чем-то белесым, один рукав полностью отсутствовал, обнажив мускудистую руку потемневшую от копоти совсем так же, как и конечность существа, которую Софи видела.

- Ты хоть представляешь, сколько тварей меня чуть не сожрали, пока я тебя искал? Почему у новеньких всегда нет совести?

- Ты же говорил, что для тебя это первый раз. – возмутилась Софи шепотом. Она опасалась говорить громко, как это делал парень. Софи не сомневалась, будь он хоть немного тише, на него бы меньше нападали.

- Мне коллеги… рассказывали. – уже спокойнее произнес он и сделал шаг вперед. На своих ошибках он учился быстро, пусть и не на всех, и пугать Софи резкими движениями больше не стал. – Давай вернемся в трамвай.

Думала Софи недолго. Она не знала этого парня и не доверяла ему, но оставаться и дальше одной, в этом ужасном месте было просто невыносимо. У нее не было ни сил, ни знаний, чтобы выживать в подобных условиях. Но что хуже всего, у нее не было подготовки. Софи боялась, что в какой-то момент самообладание просто покинет ее и она бросится бежать, не разбирая дороги и угодит в чьи-нибудь смертельные объятия.

- Если ты помнишь дорогу. – наконец сказала она.

Парень проворчал что-то и махнул рукой, жестом велев Софи идти за ним. Она подчинилась и поспешила как можно быстрее оказаться подальше от пугавших ее корней.

Они шли по центру дороги. Не скрываясь.

Туман почти рассеялся. Стал прозрачным и не скрывал больше от взгляда Софи серые стены складов, доски, разбросанные по настилу и существо. Оно лежало на спине, раскинув в стороны две оставшиеся, длинные конечности.

Большое, круглое тело бугрилось мускулами, под тонкой кощей змеились черные нити вен, создавая причудливый рисунок. На брюхе темнел круглый провал пасти с рядами мелких, острых зубов. Невообразимо длинный, сизый и шипастый язык, вывалился на землю.

Софи представила, как он обвивается вокруг тела, как шипы впиваются в кожу, как отрывает от земли и тянет вверх…

Она поспешно отвернулась и увидела что-то не менее странное, но вызывающее не столь сильное отвращение.

По стене, потемневшей от копоти, было размазано что-то прозрачное, похожее на желе. Оно слабо светилась в лунном свете.

Доски настила под этим пятном прогорели оставив неровный, обугленный след.

- Сбежало, - проворчал парень, проследив за ее взглядом.

от 21 июля

Софи поежилась. Если там кроме желе должно было находиться что-то еще, разве не стоило этому человеку проявить больше беспокойства?

- Что сбежало?

- Дрянь, которая чуть меня не сожгла.

- Не лучше ли нам быть осторожнее? – шепотом спросила она.

- Какой в этом смысл? Если поблизости есть что-то действительно опасное, оно уже знает, что мы здесь.

На перекрестке, среди неотличимых друг от друга складов, одна из неприметных, серых стен оказалась пробита. Из пролома виднелись длинные конечности еще одного поверженного существа.

Софи начинала сомневаться, что поступила правильно, последовав за этим парнем. Он был похож на человека, но это не значило, что он человек.

- Вы неплохо знаете это место. – осторожно произнесла Софи.

- По должности положено.

- Тогда, вы знаете где мы?

Парень обернулся, бросил на нее хмурый взгляд через плечо.

- За гранью. Говорил же.

- Точно. Как я могла забыть. – пробормотала Софи разочарованно.

Поверить в то, что это бред, порожденный ее сознание было куда легче, чем в то, что грань действительно существует, что она защищает реальный мир от Йарды - мира полного монстров, кошмаров и смерти.

Еще на втором курсе Софи целый семестр изучала душевные болезни людей и знала наверняка, что больные могут не отдавать себе отчета в том, что реально, а что лишь плод их фантазии. На занятиях приводилось множество примеров таких случаев из лечебной практики. Несколько раз она проезжала мимо психиатрической больницы, когда уезжала на каникулы домой по самой долгой дороге. Вид высокого серого здания, такого холодного и неприветливого, огороженного неприступной каменной стеной, делали рассказы профессора особенно безнадежными, гнетущими и настоящими. Будто подтверждая, что душевные болезни причиняют людям ничуть не меньше боли, чем физические.

Но ни разу Софи не доводилось видеть подтверждения тому, что Йарда существует. Никаких доказательств, кроме глупых детских страшилок.

Гранью друг друга пугали подростки, или взрослые обещали непослушным детям, что те непременно попадут на Йарду из-за своих капризов.

- Не веришь мне? – парень остановился. И Софи тоже замерла, сдержав порыв отступить. Их разделяло не больше пары шагов.

- Я не знаю чему верить. И, если честно, мне даже все равно где мы сейчас. Я просто хочу вернуться туда, где есть люди, есть свет и луна не закрывает собой половину неба.

Он запрокинул голову, будто желая убедиться в словах Софи. Усмехнулся.

- Не такая уж она и большая.

Софи промолчала. Спросить об этом не было смысла.

Не дождавшись от нее никакой реакции, парень разочарованно вздохнул и продолжить путь.

***

Легенд о Втором мире было несколько, но в одном все они сходились: второй мир – Йарда - мир тьмы и покоя, изначально не был отделен от Керше – мира света и жизни. Появившиеся по воле Солнца и Луны, оба мира начали свое развитие. И чем больше времени проходило, тем явственнее становились их различия.

Йарда – мир, которым правила Луна - отравлял самого себя. Вечная ночь истощила травы и деревья, и сгубила все живое. Реки больше не могли нести свои воды, Озера превращались в болота, а моря наполненные лунной пылью, становились пустынями. Йарда медленно умирал, в то время как Керше стремительно развивался, полный жизни и довольства.

Дальше легенды различались. Одни говорили, что Солнце, желая спасти Йарду, решил объединить два мира в один, но потерпел неудачу.

Другие же, кто считал, что миры имеют свое сознание, особое, отличающееся от человеческого, но делающее их живыми, верили, что Йарда посягнул на блага Керше из-за чего едва не погибли оба мира. Они слились в уродливое подобие жизни и почти уничтожили друг друга.

В обеих легендах Солнцу пришлось возвести грань, чтобы отделить один мир от другого, так как сами они уже не могли разделиться.

Но бесследно это слияние не прошло. На Керше, никогда не знавшем темноты, появилась ночь, а Йарда, лишился своего истинного облика, став бледным подобием Керше. И все живое, что осталось на нем до слияния, претерпело страшные и необратимые изменения.

Еще говорили, что грань разделила не только миры, она так же разделила Солнце и Луну, заперев их каждого в своих владениях. Когда-нибудь желание Луны вновь увидеть Солнце станет так велико, что грань падет.

Это и будет концом всего.

Софи не нравилась ни одна из этих легенд. Они были полны отчаяние и несправедливости. Но сейчас, под ярким лунным светом, ее впервые посетила мысль, что, возможно, это могло бы оказаться правдой. Всего на один короткий миг, но Софи поверила.

За что после долго себя ругала. Она не должна была поддаваться и позволять первому встречному зародить сомнения. Человеку, имени которого даже не знала.

Софи не спешила спрашивать парня, как его зовут, уверенная, что это все ненастоящее и скоро она придется в себя и вновь окажется в салоне трамвая. Одна.

А он не торопился представляться.

Когда путь их слишком затянулся, Софи осмелилась спросить:

- Мы заблудились?

- Замолчи.

- Мы заблудились. – Уже уверенно произнесла она.

от 22 июля

- Ты… тебя действительно это сейчас волнует больше всего? – раздраженно спросил парень. Он даже не подумал оправдываться или отрицать

Софи хотелось огрызнуться в ответ, рассказать ему как много всего ее сейчас волнует, но она сдержалась. Они были слишком разными. Она была живым и здравомыслящим человеком, а он - всего лишь придурошным образом, который породило ее сознанием.

И Софи была уверена, что не должна злиться на свое сознание, даже такое раздражающее.

- Что еще должно меня волновать? – спросила она.

И парень смутился, почувствовав вину за излишне резкий тон и злость, которой Софи не заслуживала. Это он должен был защищать ее, и это он не справлялся со своей работой.

- Мы тут уже минут двадцать бродим, но ни одного чудика не встретили.

- О…

Софи не была уверена, что монстрам, которых она видела, подошло бы это трогательное и даже ласковое название. Какие они чудики? Они кошмарные чудища.

Но в одном Софи была с ним согласна: все это действительно выглядело странно.

- Нужно как можно скорее убираться отсюда.

Софи ожидала, что они начнут вести себя осмотрительнее, но парень продолжил идти по центру дороги. Лишь немного ускорил шаг.

Он не таился, но и разговор заводить не спешил. Ступал размеренно, изредка останавливаясь и прислушиваясь к чему-то. Софи ни о чем не спрашивала, она просто шла следом, гадая, как же среди всех этих одинаковых складов ориентировались работники.

Ведь как-то же должны были…

Одно здание от другого отличали лишь глубокие царапины на стенах, раскрошившийся камень, или разводы какой-то засохшей жидкости. Софи не сомневалась, что эта жидкость излилась из местных чудовищ.

В некоторым местах земля была вспорота, где-то виднелись странные углубления.

Мелкие свидетельства чужой жизни. Доказательства, что среди этих складов бродили не только два человека, но и другие создания. Больше, страшнее и смертоноснее.

- Проклятье. – глухо ругнулся парень, после очередной остановки. Он услышал что-то, чего не хотел бы.

Через мгновение и Софи расслышала мягкий, слабый звук. Кто-то несся к ним, не скрываясь.

- За мной. – коротко велел он.

И они побежали.

Бродить среди складов, в поисках пути, который выведет их к трамваю, больше не было возможности. Нужно было искать убежище.

- Что мы будем делать? – спросила Софи, тяжело дыша, когда они остановились перед двустворчатыми воротами. Одна из створок, истерзанная чьими-то когтями, едва держалась на петлях. Если бы не широкие, стальные полосы, пересекающие ее поперек, она давно уже рухнула бы.

Навесной замок все еще был на месте.

- Как что? – пробормотал парень, обхватив тяжелое основание замка ладонью. – Попробуем спрятаться.

Одного резкого рывка хватило, чтобы в кольцах осталась висеть одна дужка, безжалостно вырванная из корпуса.

Будто ничего не случилось, парень приоткрыл одну из створок, закинул внутрь сломанный замок и прислушался. Ничего не произошло и он удовлетворенно кивнул.

Софи проскользнула внутрь следом за парнем и осталась стоять в нескольких шагах от входа, когда ворота за ее спиной вновь закрылись. Внутри царила непроглядная темнота, спертый воздух пах пылью и рассохшейся древесины.

Когда на плечо Софи опустилась ладонь, она едва сдержала вскрик.

- Чего встала? – шепотом спросил парень, подталкивая ее вперед. – Давай, нам нужно отойти подальше от входа.

Софи неуклюже ступила в глубь склада, шаря руками перед собой. Она чувствовала себя беспомощной и уязвимой. Эти чувства в столь странном месте не казались чем-то необычным, но в темноте становились ярче.

Парень, тихо ругаясь под нос, подхватил Софи под локоть и потащил вперед. Она сдавленно зашипела, быстро перебирая ногами и ожидая, что вот-вот налетит на что-нибудь.

Но до стеллажей, заполненных жестяными банками, Софи добралась без проблем. Отпустил ее локоть парень лишь после того, как она вцепилась свободной рукой в одну из полок, ощущая под пальцами необработанное дерево.

- Ты видишь в темноте? – тихо спросила Софи. Для надежности, она ухватилась за полку обеими руками, чтобы не поддаться страху, и не начать искать на ощупь этого человека. Остаться одной в полной темноте для Софи оказалось куда страшнее, чем быть одной в тумане.

- Чувствую пространство. Ты со временем тоже научишься.

- Зачем мне?

Мгновение царила удивленная тишина.

- А как ты тут выживать собираешься?

- Я собираюсь, сюда никогда больше не попадать. – призналась Софи. У нее было время понять, что ей предстоит долгое и непростое лечение. Скорее всего, придется на время взять академический отпуск, и мама будет в бешенстве, но Софи не могла себе позволить и дальше вот так проваливаться в настолько реальные кошмары.

Ее слова рассмешили парня.

- Хотел бы я посмотреть, как ты будешь сопротивляться собственному дару.

Говорил он негромко, делая между словами ненужные паузы, отвлекаясь на звуки за стенами склада.

- У меня нет дара.

- Уже несколько дней, как есть. Разве босс тебе не рассказал?

- Какой еще… - Софи оборвала себя на полуслове. Она не знала о каком боссе он говорит, но куда сильнее ее волновало другое. – Что не рассказал?

- Ты теперь привратница. Санши перед смертью успел передать тебе свой дар.

Софи вспомнила разрушенный коридор, мужчину в крови и невыносимую боль за ребрами.

- Глупость какая… - она не успела выразить все свое отношение к этой новости. Парень шикнул на нее.

от 23 июля

За стенами склада кто-то возился. Хрипел, порыкивал, пытался понять куда делась добыча. Это было что-то очень опасное. Настолько страшное, чтобы заставить парня, который сумел голыми руками расправиться с парочкой громадин, прерывисто выдохнуть, когда снаружи когти, с характерным звуком, прошлись по створке ворот.

Через несколько томительных минут шум стих. Казалось, создания ушли, но Софи не торопилась расслабляться. Она ничего не знала о местных монстрах и не была уверена, что те, кто их учуял, не затаились перед воротами, дожидаясь пока неосторожная добыча расслабится и потеряет бдительность.

Через некоторое время, когда тишина стала невыносимой, парень зашевелился.

- Я проверю обстановку, - шепнул он. – Жди здесь.

Софи слышала его легкие шаги. Он успел недалеко отойти и только это его спасло. Сверху затрещало дерево и вниз, подняв пыль, шумно рухнуло что-то большое и тяжелое. Существо фыркнуло обдав Софи горячим воздухом. От него пахло гнилым мясом и чем-то едким и неузнаваемым. Софи закашлялась. Отшатнулась.

Парень сдавленно охнул, смешно и тонко. Сквозь дыру в крыше было видно край луны.

Только сейчас стало заметно, что в крыше уже давно была пробита дыра, которую кто-то старательно заделал досками. Они неплохо справлялись со своей работой, пока один из монстров не решил обследовать склад сверху.

Эти существа знали, что добыча где-то рядом, они чувствовали тепло их тел и такой сладкий запах жизни не испорченной бесконечным лунным светом, и изнывая от голода, продолжали упорно искать.

Монстр не сразу поверил своей удаче. Удивленно рыкнул. Принюхался. И почти сразу взвизгнул.

Воздушное лезвие, пущенное дрожащей рукой Софи, угодило по безглазой голове. Рана была неглубокой и неопасной, но она причинила боль.

Бей или беги – таков был закон этого мира и Софи быстро это усвоила. Она медленно отступала на ослабевших от страха ногах, и едва не упала, когда ее грубо дернули назад.

Монстр быстро приходил в себя. Но до ворот Софи и парень добрались раньше, чем он бросился в погоню.

Проход между складами оказался пуст, хотя длилось это недолго. Они не успели пробежать и пары шагов, как позади раздалось многоголосое ворчание.

Софи не хотела оборачиваться, она боялась, что увидев тех, кто их преследует, утратит волю к борьбе. Парень же обернулся, оценил возможные перспективы. Ругнулся.

- Ты можешь бежать быстрее?

Она отрицательно мотнула головой. В академии Софи едва удавалось получить проходной балл на физической подготовке. Она умела быть быстрой, но недолго. Ей катастрофически недоставало выносливости.

- Ясно.

Он остановился и обернулся к ней. Софи пришла в ужас. Монстры нагоняли их, и ей почудилось, что этот ненормальный решил бежать прямо к ним в пасть. Но парень лишь подхватил Софи под колени и поднял. Ее бедра оказались прижаты к его груди, руками она цеплялась за широкое плечо. Оказавшись лицом к преследователям, Софи смогла отлично их рассмотреть.

В лунном свете монстры казались завораживающе ужасными. Серые, поджарые тела на спине и груди укрывала чешуя. Безглазые головы, походили на отполированную костью. Гладкие и широкие, как щит, с большое пастью и странными отверстиями чуть выше. Самые крупные темные провалы находились ровно по центру черепа и были с мелкую эрзу*. Еще с десяток отверстий разного размера расходились по морде.

_______________________________________________________________________

Эрза – медная монета. Чем больше ее диаметр, тем она ценнее. То же самое с серебряными и золотыми монетами. Диаметр монеты может быть: 20, 25 и 30 миллиметров.

_______________________________________________________________________

У этих монстров не было глаз, но это с лихвой окупало феноменальное обоняние.

Парень бежал резво. Куда быстрее, чем раньше, когда ему приходилось подстраиваться под скорость Софи.

- Тебе не тяжело? – обеспокоенно спросила она. Монстры отставали. Они не просто гнались за добычей, но и грызлись между собой за место впереди.

- Повезло, что ты мелкая. – бодро произнес парень. Софи не стала говорить, что дело было не в ее скромных размерах, просто сам он был огромным.

Софи не видела таких гигантов даже на факультете боевой магии.

В какой-то момент монстры отстали. Они остались позади, будто наткнувшись на невидимую стену. Ворчали, огрызались друг на друга, но больше не преследовали.

- Оторвались. – Софи похлопала парня по плечу. - Эти твари остановились.

Он пробормотал что-то и продолжил бежать. То, что хищники прекратили погоню за добычей, значить могло лишь одно – они добрались до границы своей территории. И сосед их настолько страшен, что они не готовы ступать на чужую землю даже ради пищи.

Склады закончились неожиданно. Впереди оказалась лишь дорога, рельсы трамвая и дома далеко впереди, омытые лунным светом.

Трамвай они увидели раньше, чем услышали хлопанье крыльев.

Парень выругался, перехватил поудобнее Софи и бросился бежать так быстро, как только мог.

Хлопанье крыльев приближалось, а скоро Софи увидела в небе большие, крылатые силуэты.

- По…поднажми, - придушенно велела она, когда смогла разглядеть тварей. Это были огромные монстры, похожие на летучих мышей. Рукокрылые, с деформированными мордами и мощными задними лапами.

от 24 июля

Почуяв добычу они заволновались. И воздух наполнился оглушительным клекотом. Софи хотела закрыть уши, но не могла разжать пальцы и отпустить свитер на плече парня.

Глядя на этих монстров, Софи понимала почему те, другие, не рискнули переступить границу. Для них отразить атаку с воздуха было практически невозможно.

Но у Софи были ее воздушные лезвия и почти полный резерв.

И самый быстрый монстр, нагнавший их раньше, чем они успели добежать до трамвая, получил глубокую рану на морде. Слух резанул дикий, полный боли визг.

- Не дергайся, - велел парень. Софи атаковала слишком энергично и едва не уронила их обоих.

- Я, вообще-то, нас спасаю. – огрызнулась Софи, пустив еще одно воздушное лезвие, по тому же монстру. Новая рана расцвела на его мохнатой груди. Жуткий визг повторился. Монстр чувствовал боль, но упорно продолжал нагонять добычу. Не так резво, как сначала, но все так же неотвратимо. Позади него, отставая всего на несколько мгновений, летела огромная стая.

Софи вновь направила на монстра три пальца. Рука уже онемела. Три воздушных лезвия за столь короткий промежуток времени вытянули из нее половину резерва, но никакого серьезного вреда местным монстрам не принесли.

Чувствовать себя настолько беспомощной было невыносимо. Софи не хотела умирать, но не могла сделать ничего, чтобы себя защитить.

Звонкий хлопок ладонью по железному боку трамвая заставил ее вздрогнуть.

- Добрались! – радостно воскликнул парень и зашвырнул ее в вагон. Сам забрался следом и как смог запер двери.

Снаружи раздался полный гнева клекот. На крышу трамвая опустилось что-то большое и тяжелое, сильно ее промяв. Заскрежетали когти, вспарывая как бумагу, толстый слой железа и внутренней отделки салона.

Софи судорожно вздохнула, не в силах отвести взгляд от длинных, хищно загнутых когтей. Она уже представила, как эти когти снимут с вагона крышу, будто крышку консервной банки, и доберутся до нее.

- Не смотри туда! Смотри на меня. – велел парень, встряхнув ее за плечи. – Нам нужно выбираться отсюда. Я не смогу сражаться с дмаари. Эта дрянь предпочитает разделывать добычу в воздухе, а я летать не умею.

- Думаешь, мне нравится тут быть? – огрызнулась Софи. Скрежет когтей по железу не давал сосредоточиться.

- Так вытащи нас отсюда! Мы сейчас находимся в той же точке, где тебя выдернуло за грань, здесь осуществить переход проще всего.

Он разговаривал с ней так, будто был уверен, что Софи понимает о чем речь. Но она не понимала.

- Если это так легко, почему бы тебе нас не вытащить?

- Моя задача – защищать. Провести нас через грань – твоя. – раздраженно произнес он.

Трамвай закачался. Дмаари собирались разорвать его на части, чтобы поскорее добраться до добычи.

Перед глазами поплыло, Софи готова была разрыдаться от страха и беспомощности, и грубые требования сейчас же сотворить что-то, чего она никогда не делала и что просто не могла сделать, совсем не помогали держать себя в руках.

- Послушай, давай сделаем так, - наконец сдался парень, - ты закроешь глаза и попробуешь вспомнить, как выглядел салон до того, как тебя забросило сюда. Хорошо?

Софи быстро закивала. Получив хоть какую-то инструкцию, она почувствовала себя увереннее. Все еще не верила, что из этого что-то выйдет, но теперь могла хотя бы попробовать.

Софи зажмурилась.

- Расслабься, - велел парень, продолжая сжимать ее плечи, - чего сжалась? Спорим, ты не была так напряжена, когда ехала куда-то по своим делам.

Она попробовала расслабить мышцы, но это было почти невыполнимой задачей в раскачивающемся трамвае, под визгливые крики голодных монстров. Софи попыталась вспомнить, как тусклый свет светильников пробивался через закрытые веки, как постукивали колеса на рельсах, как пахло в салоне. Тихое сопение задремавшей женщины…

Воздух загустел. На грудь что-то давило, мешая вздохнуть. Звуки исчезли. Софи запаниковала, почти потеряла уже проявившуюся картинку перед глазами, но пальцы, больно впившиеся в ее плечи, немного отрезвили.

В отчаянии, Софи вспомнила холодную гладкость стекла, к которой прижималась.

Лица коснулось что-то легкое и невесомое, как паутина.

Зашипели закрываемые двери. На смену промозглому холоду пришло тепло. И самое главное, свет вернулся.

- Откройте! – взревел парень, напугав дремавшую женщину.

- Молодой человек… - начала она, но он уже сгреб сумку Софи, саму ее схватил за руку и выволок из трамвая.

- Ка…ка…как, - прохрипела она. Голова кружилась. Происходящее все еще казалось нереальным. Только на небе не было огромной луны и предрассветные сумерки стремительно выцветали.

Жжение под сердцем, за ребрами Софи ощутила не сразу. Она заметила брошенную прямо на рельсах повозку, к которой ее тащил парень, хотела возмутиться, начать сопротивляться, но смогла лишь охнуть и осесть на землю, прижимая свободную ладонь к солнечному сплетению.

- Ты чего это? – он склонился над ней, обеспокоенно всматриваясь в побелевшее лицо и подхватил, когда Софи завалилась набок, потеряв сознание от боли.

Это было его самое первое, самое проблемное и самое дурацкое задание в звании защитника.